Квант Макс: другие произведения.

4. Случай из опыта агента Трибла

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    История о том, как одни товарищи решили поставить на трон своего человека... то есть свою... А эта своя оказалась... мягко говоря...


  -- Случай из опыта агента Трибла
   Когда женщина молчит, лучше её не перебивать.
  -- Пролог
   Трибл подошёл к сейфу и надел перчатки. Он осмотрел сейф, пытаясь найти в нём хоть какую-то трещинку, но этот железный шкаф был без изъянов. Идеальный. Отличный сейф фирмы "Леондор". Знают же, чему доверять ценные документы. Трибл надел стетоскоп и прислонил к дверце сейфа. Потом осторожно покрутил ручку, замок щёлкнул. Трибл проглотил слюну. Крутанул ручку ещё раз и услышал как язычок замка начал отходить. Трибл вытер пот со лба, осторожно покрутил ручку, и язычок полностью вышел, на прощание щёлкнув три раза. Довольный агент Трибл открыл дверцу и достал из сейфа бумаги.
   Дверь кабинета с грохотом распахнулась. Грохот, усиленный в сотни раз стетоскопом, ударил Браена по барабанным перепонкам. Трибл с гневом сорвал стетоскоп и положил его в карман. Потом только посмотрел на дверь. В светлом прямоугольнике выступил силуэт капитана контрразведки Хазляндии Биене. Биене протянул руку к выключателю и включился яркий свет. Трибл прищурился. Биене был рад. Он поймал наконец-то суперагента Пуссляндии.
   - Ты попался Трубл! - сказал он торжественно и несколько с пафосом.
   - Ошибаетесь, - ответил неунывающий Трибл и быстро положил все бумаги в свою сумку, - я не Трубл.
   - А кто?
   - Моя фамилия другая! - он повесил сумку на плечо.
   - Подожди, - Биене посмотрел в блокнот. - Извини, Троубл.
   - И не Троубл! - Трибл осторожно прошёл к окну.
   - Ни с места, Требл!
   - И не Требл, - Трибл быстро распахнул окно и сиганул в него.
   - За ним! - Биене кинулся к окну и посмотрел вниз. - К машинам!
   Требл... пардон, Трибл тем временем сел на свой верный мотоцикл "Роллер" и помчался прочь от здания Министерства Тяжёлой Промышленности Хазляндии. В те же минуты со двора Министерства выехали четыре машины "Геёффнет" контрразведки, под руководством капитана Биене.
   Капитан приказал остановить у телефона-автомата. Он просунул специальный жетон в отверстие, набрал номер.
   - "Радий"... - сказал он сверхсекретный пароль. - Капитан Биене, перекрыть все выходы из города. Ловим особоопасного государственного преступника. Он передвигается на чёрном "Роллере", номер закрыт листом фанеры. Срочно.
   Потом ударил по телефону-автомату - жетон вывалился ему на руку - залез в машину, и погоня продолжилась.
  
   - Куда он рвётся? - спросил наконец Биене, Трибл петлял по улицам. И это капитану не нравилось.
   - Известно куда, - ответил водитель. - В аэропорт Флюгхафен.
   - Аэропорт? Что там такого, чтобы туда так рваться?
  
   В аэропорту Флюгхафен Трибл слез с мотоцикла, скрыл его в кустах, накрыв приготовленными на этот случай ветками дуба, побежал по лётному полю. Биене в это время уже подъехал к зданию аэропорта и успел заметить бегущего к дирижаблю "Шванбург - Одиссей" агента пуссляндской разведки.
   - Вот он, живо за ним! - крикнул он и вылез из машины прямо через окно (не было времени открывать дверь).
   Трибл успел забежать в дирижабль, предъявил стюардессе свой билет, сел на своё место. После этого дирижабль начал подниматься.
   - Чёрт! - выругался капитан. - Он улетает! Быстрей!
   Все побежали к дирижаблю, но не успели. Лейтенант Дицке ухватился за колесо и повис на нём.
   - Это плохо, - сказал Биене. - Живо к самолётам, здесь должны быть самолёты контрразведки.
   - В шестом ангаре, - подсказал лейтенант Антреибер.
   - Это точно.
   И они побежали к шестому ангару.
   - Снимите меня! - услышали они крик лейтенанта Дицке, он всё ещё висел на колесе поднимающегося дирижабля. - Мама!
   - Накладочка вышла, - сказал Биене. - Ничего, сейчас сядем на самолёты и снимем его.
   Самолёты оказались гражданские, мало того, учебные.
   - Жаль пулемётов нет, - сказал Антреибер.
   - Ты с ума сошёл? Ты хочешь пустить на воздух дирижабль, там же ещё тридцать человек мирного населения! И экипаж.
   - Простите, герр капитан, глупость сказал.
   - Согласен. Добро. Надо поднимать в воздух этих крошек в штатском.
  
   В кабину дирижабля "C-34" "Перепёлка" вбежала стюардесса.
   - Капитан, - сказала она. - У меня две новости.
   - Давай с хорошей, - сразу сказал капитан, не отвлекаясь от приборов.
   - Они обе плохие. Первая: у нас на шасси повис лейтенант контрразведки.
   - Как ты догадалась?
   - Он сам сказал... Точнее прокричал. Он орёт во всё горло об этом и ещё о том, чтобы его сняли.
   - А вторая?
   - Нас преследуют два самолёта.
   - Военные?
   - Не знаю. Ночь. Видно только огни.
   - Хорошо... То есть, я тебя понял... А так плохо.
  
   Трибл посмотрел в окно и увидел самолёт. Это был учебный гражданский самолёт, но не надо было быть семи с половиной пядей во лбу, чтобы догадаться, что ночью учебный самолёт не мог гнаться за мирным дирижаблем, даже если там (в самолёте) опоздавший на рейс пассажир. Трибл усмехнулся, залез в свою сумку и достал зонтик.
   Биене тем временем уже снял с шасси лейтенанта, а сам пролез к люку. Он показал стюардессе через стекло удостоверение и жестами попросил открыть люк.
   Трибл прошёл к другому люку, достал отмычку, открыл его. Посмотрел на два самолёта погони, раскрыл зонтик и прыгнул.
  
   Биене прошёл по коридору, осматривая каждого пассажира.
   - Господи, - сказала другая стюардесса, - один входит через люк, другой выходит. Здесь вам не проходной двор, чтобы в полицейские-воры играть!
   - Где? - сразу спросил Биене.
   - Да только что задраила, передний люк.
   - Чёрт! - Биене побежал обратно к шасси, посмотрел вниз, внизу проходила железная дорога, в темноте он различил шедший пассажирский поезд, посмотрел назад. Увидел там капитан Биене небольшой купол зонтика, что медленно опускался на состав.
   Биене жестом попросил Антреибера подогнать самолёт ближе к дирижаблю, спрыгнул на его крыло, залез к своему месту, там уже сидел Дицке.
   - Подвинься, - мрачно попросил Биене и сел рядом. - Он спрыгнул с парашютом. Кажется это система "Амбел" - специальный шпионский зонтик. Лети над поездом, он скроется там!
   - Есть! - ответил Антреибер.
  
   Трибл медленно опустился на крышу вагона, свернул зонтик, поправил бабочку и спустился в вагон.
   В это же время на крышу вагона спустился и капитан Биене. Он осмотрелся, приказал Антреиберу закрепить самолёт, а заодно проверить, нет ли поблизости туннелей и мостов.
   В вагоне Биене показал проводнику удостоверение и фотографию Трибла.
   - Видел, - ответил проводник. - Видел его. С такой сумкой на плече. В вагон-ресторан пошёл.
   Тут спустился Дицке и Биене с ним пошли в вагон-ресторан.
   Трибл в это время праздновал победу и заказал себе волне праздничный ужин, он сразу заметил капитана и лейтенанта, сорвался с места, побежал к туалету, где и заперся.
   Поезд ехал по мосту через Фахл, небольшую, но резвую речушку Хазляндии.
   - Позовите проводника, - сказал Биене, - пусть несёт ключ. Никуда он от нас теперь уж не денется.
   В правом окне появился самолёт. Антреибер успел взлететь перед решетчатым мостом через Фахл и теперь летел рядом с поездом.
   Прибежал проводник, открыли туалет, как вам и следовало догадаться, Трибла в туалете не было, но было открыто окно. Биене рванулся к окну, просунул в него голову и увидел стоящего на мосту Трибла. Трибл достал из сумки зонтик и небольшой резиновый мячик. Он раскрыл зонтик и прыгнул, тут же нажал на мячик. Мячик начал увеличиваться и превратился в небольшую резиновую лодку, на которой Трибл и спустился в Фахл.
   Биене вылез из вагона - мост уже проехали - спрыгнул на землю, подбежал к реке и посмотрел вниз со скалы. В лучах восходящего солнца он смог различить резиновую лодку, на которой плыл суперагент Пуссляндии. Можно было конечно прыгнуть, но, упав с восьмидесяти футов, можно было и разбиться о воду, а самолёт не мог так низко подлететь да к тому же меж двух быков. А на спуск не было времени. Всё было против капитана и за агента 000008. Это был конец. Он упустил Трибла.
   - Ну, Трейбл, - погрозил капитан агенту кулаком, - мы с тобой ещё встретимся.
   По Фахлу Трибл выберется в океан, а оттуда на Родину... на свою Родину.
  -- Глава первая
   Трибл постучался в кабинет полковника Спая. Полковник быстро спрятал все просматриваемые им документы, заклеил вентиляционную решётку бумагой, закрыл шторы, включил проигрыватель, взъерошил волосы и сделал вид, что Трибл застал его врасплох. Хотя застать врасплох полковника и невозможно, но мало кто об этом догадывался, а ещё меньшее число людей знали об этом.
   - Браен! - радостно закричал полковник, выводя тем самым из строя микрофоны Западной Федерации и Сандзюнии. - Как я рад тебя видеть!
   - Здравствуйте, полковник, сэр, - сказал Трибл и сел на стул, так удачно, что разорвал тем самым два провода от подслушивающих устройств Западной Федерации и Фамлёдии.
   - Принёс? - полковник прыжком оказался перед дверью и тут же закрыл её на два замка.
   - Да, - Трибл достал из сумки документы.
   - Ага! - торжествующе сказал полковник. - Я в тебя верил! - он тут же взял документы и начал их просматривать. - Минтяжпром Хазляндии странным образом увеличил добычу чугуна и легированных сталей... Странно, - тут полковник опомнился, положил документы в ящик стола и запер ящик на три оборота. - Итак, от лица Её Величества и Его Величества объявляю тебе благодарность за хорошую работу...
   - А...
   - И премию с грамотой. Цветной грамотой. Но теперь новое задание.
   - Э...
   - Браен, война. Мы должны трудиться на благо Родины... Итак, лирическое отступление закончено.
   - Э...
   - Да, Браен... - полковник залез в ящик стола, достал папку. - Слушай внимательно.
   - Слушаю, - устало сказал Трибл.
   - Что ты знаешь о королеве Хазляндии?
   - Рагентруда Анна Иоланта Леонида Клара Эльза Мария фон Стрицкен. Двадцать восемь лет, по официальным данным болеет неизлечимой страшнозаразной болезнью...
   - Вот! - полковник торжествующе поднял палец, потом спокойно сказал. - Официально. А на самом деле?
   - Не знаю.
   - А должен знать, - осуждающе сказал полковник. Да ещё и расстроенный вид сделал, будто он учитель, а ученик его не знает сколько будет "2+2" или где находиться Шванбург.
   - Полковник!
   - Хорошо, я пошутил. Где она содержится?
   - Не знаю.
   - Что за болезнь?
   - Неизвестно.
   - А должен знать, - полковник повторил свой трюк с осуждением и расстройством. Это действительно был трюк. Мало кто мог это выдержать. Будем считать, что это был тест на вшивость для агентов Пуссляндской Разведки.
   - Полковник!
   - Хорошо, не буду!.. Итак, Рагентруда Анна Иоланта Леонида Клара Эльза Мария фон Стрицкен. Двадцать восемь лет. Седьмая герцогиня Фоппенская. Королева Хазляндии, жена короля Фридриха II,5. Женаты они семь лет, он старше её на шесть лет, болеет шесть с половиной лет, с восьмого виера шестьсот восемьдесят шестого года. Болеет где-то в какой-то больнице, какой-то неизвестной болезнью, страшно заразной и неизлечимой болезнью к тому же... Только это всё неправда... - полковник бросил папку на стол, отчего поднялся слой пыли и испортился окончательно микрофон Белодольской разведки.
   - Она не жена короля?
   - Нет, жена. Она жива и здорова.
   - В таком случае, почему же она не правит вместе с Фридрихом?
   - Ты хоть знаешь где она?
   - Нет.
   - В ссылке. Болезнью её Фридрих кормит народ, а главное Шульца Ганса Фалька Йохана Августа фон Стрицкена, шестого герцога Фоппенского!
   - Отец?
   - Отец. Этот дядя имеет хорошую власть в государстве, и чуть что может настроить дворянство против короля, одним словом организовать Гражданскую Войну, оттого и дверь нему в кабинет ногой открывает, не постучав... Злобный старикашка... Только дело не столь в этом. Твоё задание: найти эту королеву и доставить нам.
   - А вам-то она зачем?
   - А как можно управлять Хазляндией законно?
   - Не понял.
   - Не понял он, - полковник снова расстроился. - Ну, как мы можем управлять страной легитимно? Только поставив у власти свою марионетку!
   - А... Вы гений!
   - Спасибо, знал, - без лишней скромности сказал полковник Спай. - А теперь за дело. Завтра улетаешь самолётом в Шванбург, папку возьми...- полковник пододвинул папку Триблу...
  -- Глава вторая
   Трибл залез в кабину "Здоровенной пташки". Он поприветствовал пилота - Льюиса Свупа и сел на своё место. Рядом сидели агенты 000004, 000003, 000006. Их тоже отправляли в Хазляндию, только в другие города. Свуп осмотрел всех.
   - Ну, теперь все, - сказал он, - а сейчас взлёт. Следующая остановка - Хазляндия.
   Зажужжал двигатель и самолёт поднялся в небо. Трибл достал папку и раскрыл её...
   Родилась Рагентруда Анна Иоланта Леонида Клара Эльза Мария фон Стрицкен восьмого троиса шестьсот шестьдесят четвёртого года в поместье герцогов Фоппенских - Дампфбад. Уже на шестом месяце беременности своей жены герцог Фоппенский нашёл для своего ещё не родившегося ребёнка жениха. Да и никакого-то там женишка, а самого что ни на есть жениха с большой буквы "Ж". В женихи не рожденной невесте был сосватан сам пятилетний король Фридрих, тогда ещё просто принц Фридрих. Историки до сих пор ломают себе головы, и кое-что посложнее, над вопросом, как герцогу Фоппенскому удалось провернуть такую махинацию с королём Хазляндии Генрихом LVII. История бы закончилась катастрофой, если бы родился мальчик. Но Шульц Ганс Фальк Йохан Август фон Стрицкен был очень уверен в себе, своей жене, а главное в будущем ребёнке, что тот не подведёт и родиться кем надо.
   Уже с трёх лет Рагентруде (будем называть её так для удобства) говорили о её предназначении, что довольно отрицательно отразилось на её и без того скверном характере. Характер у неё, как было выше сказано, был прескверный. И в кого она такой уродилась? Такой вопрос задают себе не только историки, но и задавали герцог Фоппенский, герцогиня Фоппенская, сам король Фридрих II,5 и отец его Генрих LVII. В семь лет Рагентруду начали обучать танцам, игре на пианино, живописи и речи одновременно. Последнее, кстати, увенчалось большим успехом. Рагентруда научилась правильно выговаривать буквы "Р", "Ф", "Д" и "Х", что для будущей женитьбы было весьма выгодно, так как от имени будущего августейшего супруга оставалось бы только: "Ситик".
   Когда будущей королеве было семнадцать лет, ей наняли специальную гувернантку, чтобы соблюдала честь оной, и чтобы та самая (ну вы понимаете) не делала этого самого (ну вы понимаете чего) с кем попало, ибо мало ли что...
   Тут Трибла отвлекли. Агент 000004 - Альберт Холд-Пэречут - толкнул его локтём и спросил:
   - Вы выходите?
   - Это какой город? - спросил Трибл и посмотрел в иллюминатор.
   - Хёцкербург.
   - А... Мне дальше.
   - Тогда держите бумаги, а то разлетятся.
   - Да-да, хорошо, - Трибл закрыл папку и завязал тесёмки.
   Над дверцей кабины загорелась красная лампочка. Альберт подцепил кольцо парашюта за тросик. Появилась жёлтая лампа. Альберт открыл дверь.
   - Пока, ребята, - он помахал остающимся рукой. Остающиеся ответили тем же. - И удачи.
   Загорелась зелёная лампа, и Альберт выпрыгнул. Агент 000003 закрыл дверь. Трибл посмотрел в иллюминатор. Далеко сзади раскрылся пёстрый купол парашюта, в ночи его, конечно, было незаметно, даже с земли, но Трибл был твердо уверен, что это был именно пёстрый купол.
   Браен развязал тесёмки и продолжил чтение.
   Лет с восемнадцати Рагентруду начали гонять по разным зарядкам. Гувернантку сильно беспокоил излишний вес будущей королевы. Эта старая женщина каждое утро поднимала августейшую невесту в семь утра, они делали по три сотни упражнений, которые заканчивались забегом на три мили. Естественно, что после этого Рагентруда сильно выдыхалась. Первые два месяца гувернантке приходилось последнюю милю нести её на руках, но потом всё встало на нужную колею. В девятнадцать лет будущая королева мало того, что весила, сколько надо, она даже накачала приличную мышечную массу, которой мог позавидовать любой солдат генерала Катера.
   Когда ей было двадцать лет, папочка Шульц фон Стрицкен договорился с королём о будущей свадьбе. Генрих LVII показал сыну фотографию будущей супруги, сын мельком посмотрел на неё, сказал, что сойдёт, и побежал дальше тренировать дисциплине личный взвод свиней. Генрих LVII был доволен, хоть не пришлось сына уговаривать. А как был рад будущий тесть будущего короля и отец будущей королевы, это вообще не передать. Когда же сообщили о будущей свадьбе будущей жене будущего короля, то это вызвало у будущей королевы будущую... простите, просто истерику. Гувернантка не могла успокоить её целую неделю. Рагентруда плакала с утра до вечера, ни сколько не подозревая о причине своего плача. Ну, выдадут её насильно замуж. И что? В Междувековье так всё и происходило, и ничего же. Выходили замуж за впервые виденного жениха, рожали нормальных детей и ничего же. Жили, рождались, умирали от счастья или на плахе. Скорей всего в этой истерике виновны дамские романы, которые повадилась читать будущая королева лет с двенадцати. А в этих романах дамы вздыхали о принцах на белом коне или на худой конец обворожительных офицерах, а потом принцы-офицеры эти обращали на них внимание, влюблялись с первого взгляда в истощённых любовью барышень и похищали из родительского дома на своём белом коне. Ну предположим принца не белом коне можно было устроить, но вот как делать со вздохами о несчастной любви? Ведь принц Фридрих II,5 (он уже тогда был таким ополовиненным) ей совсем не нравился, а это всё-таки не по романчикам. Никакой романтики, никакой любви, одна опошлённая жизнь остаётся. Так что, барышни, вот вам совет: обзаведитесь принцами с белым конём, пока не поздно.
   В общем, Рагентруда расстроилась не на шутку. Даже двести приседаний и отжиманий от пола на кулаках не помогали. Ей показывали фотографии её будущего августейшего супруга, которыми и без того были обвешаны её стены, рассказывали, как он любит своих свинок, как любит всех строить, какая сказочная жизнь её ожидает, но всё напрасно. Рагентруду не могли успокоить. Она даже похудела на десять фунтов. В конце концов, это дошло и до папочки, тот посмотрел на всё это сквозь свои очки и поцыкал своим породистым языком.
   Он заперся в своём кабинете с бутылкой шнапса и револьвером. Вставил один патрон в барабан и начал играть в белодольскую рулетку сам с собой и пить шнапс. Была для него теперь одна истина: Aut Caesar, aut nihil! На шестой попытке пустить пулю в висок вдруг снизошло озарение. Шульцу Гансу Фальку Йохану Августу фон Стрицкену так понравилась новая идея, что он даже убрал пистолет с виска и нажал на курок. Револьвер выстрелил, перепугав тем самым всех домашних, а в особенности герцогиню. Которой хватало постоянно плачущей единственной дочери, а тут ещё и выстрелы в личном кабинете супруга. Минуты за три у двери кабинета собрались слуги, родственники герцога, которые только этого и ждали, жена и гувернантка будущей королевы. Сама же будущая королева плакала в своей спальне, ей было не до папочки с его дилеммами. Через полчаса из кабинета вышел герцог и будущий тесть будущего короля, повеселевший, с револьвером в одной руке и бюстом древнего мыслителя Протрогора в другой. У бюста напрочь отсутствовало полголовы. Туда и попала пуля. На вопрос: "Что же случилось?" Герцог не ответил, а только послал слугу в аптеку за валерианой, волокардином, бромом, корвалолом, валоседаном, бромидом натрия и другими успокаивающими. Слуга тут же убежал. Герцогиня спросила супруга: "Что ты задумал, Шульц?" - "Увидишь", - путано ответил герцог и вернулся в свой кабинет допивать шнапс.
   Последующие дни будущую королеву поили разными успокоительными. Она перестала плакать, но и хорошо ворочать языком тоже. Она стала ходить как в тумане. Набрала не только те самые десять фунтов, но и ещё дополнительных пятнадцать. Одним словом перед свадьбой, её пришлось одевать трём слугам, потому как сама уже одеться она была не в состоянии. Она просто смотрела перед собой и слушала советы гувернантки. А гувернантка уговаривала её только об одной вещи: "Когда святой отец скажет: согласна ли ты, Рагентруда Анна Иоланта Леонида Клара Эльза Мария фон Стрицкен, быть женой принца Фридриха Второго с половиной, ты должна ответить: "да". Когда святой отец скажет: обменяйтесь кольцами, то надень большое кольцо, запомни, Рагентруда, большое кольцо на безымянный палец его правой руки, запомни: его правой руки. Когда святой отец скажет: соедините свой августейший союз поцелуем, ты должна поцеловать принца. Понимаю, противно, но ничего уж не поделаешь..."
   - Бумаги держи! - сказал агент 000003 и открыл дверь. Браен завязал тесёмки. Агент 000003 выпрыгнул, агент 000006 закрыл дверь и сказал:
   - Трибл, ваш выход следующий.
   - Да-да.
   Итак. Браен снова развязал тесёмки.
   Шульц Ганс Фальк Йохан Август фон Стрицкен специально для свадьбы попросил слуг уменьшить дозу успокоительных, потому что нужно было вести дочь к алтарю, а при таких дозах ноги еле передвигались, а поднять свою дочь с таким весом он был не в силах (да и мало кто был бы в силах). Венчались они в главном храме Шванбурга - соборе Святого Максимилиана при многочисленной августейшей семье и репортёрах. Фридрих стоял у алтаря и ждал свою невесту, ему не терпелось закончить со всем этим и продолжить дрессировку личного взвода свиней. Подъехала карета, из кареты герцог Фоппенский и ещё пара слуг вытащили еле вменяемую будущую королеву и отец-герцог повёл дочь к алтарю. Дочь нормально передвигала ноги, что уже было плюсом. Герцог вёл свою дочь под пристальным взглядом тысяч глаз, среди которых были и глаза принца Фридриха. Не очень-то он хотел этой свадьбы, просто так сказал ему его отец, а папу надо слушать. Только вот не сказал Генрих LVII как нужно смотреть, поэтому на фотографиях, запечатлевших этот момент, взгляд Фридриха был нетерпеливый, но лишь опытные психологи могли рассказать, отчего же он был такой нетерпеливый. Герцог поставил свою дочь рядом с принцем Фридрихом, зафиксировал её руку так, что со стороны казалось, что она взяла будущего монарха под руку, и отошёл. Святой отец начал свою речь.
   Не стоит здесь рассказывать, как же всё это прошло. Прошло всё довольно нормально, нас это и не слишком-то интересует, скажу только, что когда пришло время надевать кольца, то Рагентруда первой взяла маленькое кольцо, минуты три попыталась надеть его на безымянный палец супруга, но кольцо никак не надевалось. Тогда Рагентруда надела его на мизинец Фридриха. Принц тихонечко, как можно незаметнее снял кольцо и надел на безымянный палец супруги (это ему тоже папа подсказал). Рагентруде не оставалось ничего, кроме как взять большое кольцо и надеть на безымянный палец супруга (который тот умело подставил, ибо пальцев на руке у него было ещё девять и выбор был большой). Кольцо, правда, упало на пол, что было плохой приметой, но и этого никто не заметил. Потому как все имели личное предписание Генриха LVII о том, что нужно замечать, а что не нужно. Кому же хотелось оставшуюся жизнь провести на каторге?
   Дальше последовала свадьба с народным гулянием и первая брачная ночь. Гувернантку и слуг пришлось оставить в Дампфбаде. А зря. Это ведь они-то и знали дозы успокоительных. После первой брачной ночи, которая прошла впрочем, довольно прилично - оба спали - начался Медовый Месяц, закончившийся трагично. На двадцать восьмой день Медового Месяца принцу пришлось покинуть супругу. Отец принца на радостях, что женил сына, поехал на охоту. Где и погиб в результате несчастного случая. Во время рубки им хвороста лезвие топора слетело с топорища и угодило в голову монарху тридцать восемь раз, и все смертельно. Нет, ну действительно это был несчастный случай. И так не только в свидетельстве о смерти написано, но и в личных документах полковника Спиона. Принц похоронил отца и занялся государственными делами. Супругой же, у которой уже прошла ломка от успокоительных (если неугодно такое вульгарное определение, то похмелье или tremens будет куда приличней), он не занимался. Ему было не до этого.
   Однако Рагентруда стала нервной, раздражительной и истеричной. Каждый вечер она допрашивала мужа, где он был. Каждый вечер она закатывала мужу истерику. Фридрих II,5 от этого тихо запил, как запивают обычно лишь августейшие особы. Он возвращался домой навеселе.
   - Где ты был? - спрашивала его супруга и принюхивалась.
   - В УВД! - отвечал супруг и обычно в этом месте икал. - С Гробучем разбирали бумаги! - и обычно снова икал.
   - А почему ты пьяный такой?
   - Работа опьяняет! - и опять икал.
   Что окончательно доводило обоих, особенно короля. На это обратил внимание Вильгельм Спион. Как-то он пришёл в кабинет к королю. Король сидел там наедине с бутылкой шнапса.
   - Мой король, - сказал Спион. - Я пришёл с вами поговорить.
   - А... Вильгельм! - радостно сказал Фридрих II,5, он уже к тому времени изрядно наклюкался. - Заходи, Вилли!
   - Мой король, некогда. Я знаю, почему вы пьёте, это не дело для монарха. Вы же король Великой Хазляндии, Полосатого Рейха наконец.
   - Да? - поинтересовался король.
   - Да. Я знаю, как решить вашу проблему.
   - Да?
   - Да, - Спион отвечал как можно сдержанней. Ведь за хамство под хмелем кайзер мог и уволить куда подальше и даже подписать по этому поводу необходимые бумаги.
   Спион сел рядом и взял листок бумаги и карандаш.
   - Мы имеем, три величины: "Ф", "Р" и "Х".
   - Это моё имя. Только гласных мало.
   - Нет. Это "Фридрих", "Рагентруда" и "Хазляндия". Перемножая "Ф" и "Р" мы получаем не-"Х".
   - Что значит не-"Х"? Вы могли бы не выражаться! - хмель начал выходить из головы короля.
   - "Х" - благополучная Хазляндия, не-"Х" - наоборот. А просто "Ф" равно как раз "Х".
   - Не-"Х" себе... И что?
   - Нужно убрать "Р".
   - Как?
   - Минуя "Ш" конечно. Оператор "Ш"-тильда нужно обойти.
   - Не понял.
   И тут же Вильгельм начал излагать свою мысль, как это можно осуществить. Как можно миновать оператор "Ш"-тильда. Спион рисовал матрицы, операторы, чертил графики, вычислял первообразные и подписывал значения дифференциалов.
   Следующим вечером начали закладывать "Башню девы" на окраине Шванбурга. Местность была глухая, что было довольно странно для такой густонаселённой страны. Через два месяца "Башня" была закончена и тем же вечером королева странным образом заболела странной страшнозаразной неизлечимой болезнью. И тут же исчезла в неизвестном общественности госпитале. Впрочем, общественность не сильно печалилась. Было бы о ком печалиться.
   Полковник Спай где-то откопал ведомости на еду, пряжу, книги для некоторой особы "Р", которые доставляли в некую "Башню Девы". Подозрения оправдывались, "Р" - это была Рагентруда...
   - Трибл! Тебя может вытолкнуть?! - кричал агент 000006. - Твой выход! Шванбург. Уже две лампы горят.
   - Да-да, - ответил Браен, завязал тесёмки, положил папку в рюкзак. - Хорошо, спасибо.
   Он прицепил кольцо парашюта, открыл дверь. Загорелся зелёный. Трибл выпрыгнул.
   Тут же ветер ударил ему в лицо. Браен хотел было дёрнуть за кольцо, чтобы распустить парашют, но вспомнил, что здесь кольцо дёргать не надо. Парашют раскрылся, и Трибла встряхнуло. Он посмотрел вниз, его должны были встретить. Как-то должны были подать знак. И он его увидел. В лесу горели костры. И не как-нибудь беспорядочно, а фигурно, надписью: "Агент Трибл, вам сюда", а справа стрелка куда именно. "Главное, чтобы тебя никто не заметил, - вспомнил он слова полковника. - Война и так взвинтила самосознание и патриотизм хазляндцев, а тут ещё и ты со своим парашютом". М-да. Никто не заметил.
   Трибл сел правее стрелки. Огляделся. К нему шёл его подопечный - агент 000008,5 Фунтик, он же Франц Тюте, он же Льюис Бардок.
   - Ну, как? - спросил он не скрывая гордости, за то, что так устроил, а главное дельно оригинально приземление.
   - Ты бы ещё сирену включил, - буркнул Трибл.
   - А что? Я как-то даже не подумал. В следующий раз сделаю. Обязательно сделаю.
   - Идиот.
   Они пошли по дороге к машине. Шли минуты три, потом Фунтик спросил:
   - Почему "идиот"?
   - Потому что нормальный человек спрашивает сразу, а не через три минуты... Что Биене делает?
   - А что ему делать? Ищет агентов.
   - А агенты?
   - Иногда находятся, но выскальзывают.
   - Хорошо.
   Они подошли к небольшой малолитражке, спрятанной в кустах. Фунтик убрал ветки и пригласил Браена вовнутрь.
   - Прошу.
   - А ничего получше нет?
   - Мне приказали, быть как можно незаметней на улицах. Тем более Биене может нас засечь.
   - Пусть сначала фамилию мою правильно запомнит.
   - Мы поедем?
   - Конечно, конечно.
  -- Глава третья
   Трибл достал бинокль и посмотрел на "Башню девы". Огромный стапятидесятифутовый карандаш возвышался над равниной освещённой заходящим солнцем. Вокруг "Башни" росла короткая трава и колючая проволока. Нужно отдать должное любви Фридриха и Спиона к Родине. Постарались они на её благо отменно. Удивительно, как её смогли построить за такое короткое время.
   Трибл ещё раз внимательно осмотрел "Башню" и повернулся к Фунтику.
   - Ну что? - спросил Браен.
   - Что? Всё идёт по плану. Сейчас подкатим и всё, дело в шляпе!
   - А другого выхода нет?
   - Шеф, я две недели сюда приезжал под таким видом и подкармливал сержанта при входе. У нас уже нет времени.
   - Хорошо. Но ты меня не видел в таком виде.
   - Ой, как будто я никогда не переодевался свиньёй, чтобы подслушивать разговоры Фридриха и Рудольфа Комплотта... впрочем, последнего уволили... вы сами знаете при каких обстоятельствах.
   - Ладно. Заладил.
   Браен надел куртку работника прачечной "Тассе". Потом надел кепку с фирменным знаком прачечной, они сели в угнанную машину и покатили к "Башне".
  
   - Кто такие? - спросил старшина на КПП.
   - Прачечная, - ответил Трибл.
   - Документы, - Трибл протянул поддельные удостоверения, выписанные, впрочем, на имена реальных людей: мэра Шванбурга и вице-президента Академии Наук Хазляндии.
   - Так, - старшина просмотрел документы, снял телефонную трубку, сказал в неё пару слов, тут же раздвинулись ворота. - Проезжайте, - сержант протянул удостоверения.
   Трибл завёл двигатель, и они въехали во двор "Башни".
  
   - Кто такие? - спросил старшина на первом этаже "Башни". Старшина был за стеклом, поэтому выглядело это как в банке или в аптеке, но никак не на секретном правительственном объекте. К такому восприятию располагала и фигура толстого сержанта, больше похожего на клерка.
   - Прачечная, - сказал Трибл и просунул удостоверения в щель между стеклом и полочкой. Сержант посмотрел на удостоверения.
   - Паспорта.
   Трибл вопросительно посмотрел на Фунтика, тот только пожал плечами. Трибл достал две пачки по сто открыток и протянул их сержанту.
   Сержант даже икнул от неожиданности. Он некоторое время смотрел на деньги, потом огляделся, быстро схватил и положил в карман.
   - Водительские удостоверения! - сказал сержант и посмотрел по сторонам.
   Трибл дал ему ещё две пачки по сто открыток, которые также исчезли в кармане сержанта.
   - Военные билеты! - сказал сержант.
   Трибл протянул ему ещё пачку. Дальше сержант потребовал: ордера на квартиры, налоговые декларации, удостоверения читателей Шванбургской Национальной Библиотеки, служебные удостоверения, удостоверения инвалидов второй и третьей степеней... На медицинской справке о прививках у Трибла закончились деньги.
   - Что ж, - сказал сержант, - нельзя ходить без медицинской справки о прививках... Но в следующий раз обязательно возьмите, - он протянул руку в рубильнику и открылась дверь на лестницу. Трибл взял корзины для белья и начал подниматься. Фунтик, расстроенный отсутствием медицинских справок о прививках не менее сержанта, последовал за шефом.
  
   - Сколько там ещё? - спросил устало Трибл.
   - Около пятидесяти футов, - ответил Бардок.
   - Господи, сколько можно. Зачем строили такую бандуру?
   - Чтобы не сбежала.
   - Я понимаю, но не высотой же в пятнадцать этажей.
   - Для надёжности.
   - Куда уж надёжней.
  
   - Прачечная, - устало сказал Трибл и протянул удостоверение старшине у двери.
   - Так, - старшина осмотрел внимательно удостоверения, потом без вопросов (что особенно обрадовало Браена - денег-то уже не было) открыл дверь.
   Они прошли в камеру. Камера была в три четверти круга, так как остальную четверть занимала лестница и пост старшины. На скудных стенах висели кое-какие картины с пейзажами и наивными рисунками неумелой художницы, видимо, Рагентруды. Из трёх окон с решётками светило заходящее солнце, оставляя светлые следы на полу. У стены стояла кровать с тремя подушками, в углу лежали книги, в основном женские романы, от которых королева так и не отучилась. Сама Рагентруда сидела в кресле, как на троне, и вязала цветастый свитер. Королева была небольшого росточка (это было видно даже, когда она сидела в кресле) с голубенькими глазками, около пяти футов, с длинными рыжими волосами, сплетёнными в две косички, лицо её было страшно конопато, а нос - курнос. Тут Трибл огляделся и понял, что было странного в камере, везде висели шарфы, свитеры, джемперы, пуловеры, чулки и другие изделия деятельности королевы.
   - Мы за бельём, - сказал Трибл.
   - Там, - сказала Рагентруда нудноватым голоском и показала куда-то в угол, где в корзине аккуратно лежало бельё.
   Фунтик достал платок, он полез в карман за бутылочкой с хлороформом, но бутылочки там не оказалось, Фунтик вздохнул, достал верёвку. Трибл тем временем пошёл в угол к белью. Фунтик незаметно подошёл к королеве сзади. Королева подняла на него голову:
   - Чего надо?
   Фунтик ловко заткнул ей рот платком, тут же связал так, чтобы она не смогла выплюнуть кляп, связал ей руки и ноги. Потом чуть развязал руки и вынул из-под верёвки вязание.
   - Где хлороформ? - шёпотом спросил Трибл.
   - Не знаю, видимо, в машине оставил.
   - Идиот.
   - Идёмте, - пропустил Фунтик мимо ушей это нарекание начальника.
   - Подожди.
   Трибл взял из стопки чистого белья, что они принесли в корзине, несколько полосатых платьев и аккуратно сделал имитацию спящей на кровати королевы.
   - Теперь идём, - он взял из стопки грязного белья пару ночных рубашек (конечно же полосатых) и обернул ноги и голову королевы, сам взял её за ноги, а Фунтик держал за плечи. - Открывай дверь.
   Старшина не заметил никаких изменений в грузе прачечников. Ну, ушли они без корзины, ну и ладно. Государству лишня корзина не помешает. А если явятся, мол, забыли, то кто скажет? Ничего не видели, где-то по дороге ищите. У нас её нет...
   - До свидания! - вежливо сказал Фунтик, и Трибл собрался уже поносить его последними словами, но старшина махнул на него рукой и зевнул.
   Пятнадцать этажей они спускались со связанной королевой. Только на выходе их остановил тот самый сержант.
   - Что это у вас там шевелиться? - спросил он.
   "Придется пристрелить", - подумал Трибл и уже приготовил пистолет.
   - А разве вы ничего не слышали о микроорганизмах? - спросил он.
   - Что?
   - А вы думаете, там чисто, так что все микробы сразу дохнут?..
   - Идите отсюда, - махнул на них рукой сержант.
   Они выбежали на улицу и затолкали королеву в фургон. Сами сели в кабину. Спокойно проехали КПП, старшина на КПП не обратил внимания на какие-то звуки из фургона, и тут же понеслись в направлении Шванбурга.
  -- Глава четвёртая
   Трибл и Фунтик внесли Рагентруду в комнату. Трибл закрыл все окна и вентиляционные отверстия. Потом посадил связанную королеву в кресло, снял верхнее полосатое платье, это оказались ноги. Трибл перевернул королеву и снял тряпку уже с головы. Рагентруда была в ярости, она бешено смотрела на Льюиса и Браена и шевелила зубами, перегрызая платок.
   - Вынь кляп! - сказал Трибл подопечному.
   - А надо? - спросил недоверчиво Фунтик.
   - Надо.
   - Хорошо, если вы так просите.
   Фунтик вынул кляп, тут же на агентов Их Величеств посыпались горстями ругательства, которым даже позавидовал бы генерал Катер, а адмирал Вазерфалл просто упал бы в обморок. Откуда она только таких набралась?
   - Может, обратно? - спросил осторожно Фунтик и показал искусанный платок-кляп.
   - Не надо. Пусть выговориться. Комната и так звукоизолирована. Здесь можно гранату взорвать даже соседи не прибегут.
   - Это гранату, а это королева...
   Услышав слово "королева" Рагентруда странным образом замолчала и стала слушать дальше.
   - Шеф, а она затихла, - обратил внимание на затихшую королеву Бардок.
   - Действительно. Выговорись? - спросил Трибл. - Знаете, кто мы?
   - Нет, - ответила Рагентруда. - Зачем вы меня похитили?
   - А вы считаете, что в тюрьме вам было лучше, так мы вас вернём...
   - В тюрьме?
   - Да.
   - Я была в личной больнице, а вы меня нагло выкрали. Зачем я вам? Хотите взять выкуп с моего мужа?
   - Она не понимает, - сказал Фунтик.
   - Подожди, откуда мы вас выкрали?
   - Из больницы. Я болею странной страшнозаразной и неизлечимой болезнью.
   - Ясно, эта волынка не только для Шульца.
   - Какого Шульца?
   - Вашего отца. Шульца Ганса Фалька Йохана Августа фон Стрицкена. Шестого герцога Фоппенского.
   - Папочка, - она даже пустила слезу, которая быстро покатилась по конопатой щеке.
   - Скучаете?
   - Скучаю.
   - Так вот, мы освободили вас для...
   - Вы выкрали меня!
   - Нет. Где вы видели больницу высотой в пятнадцать этажей окруженную колючей проволокой?
   - Чем?
   - Проволокой. Колючкой.
   - Как так?
   - Муж ваш, король Фридрих, шесть с половиной лет назад вас отправил в специально построенную тюрьму, чем-то вы ему не угодили.
   - Ах, этот бабник, хренов кобель, алкоголик!..
   Дальше она разразилась таким списком ругательств, что по нему можно было составить "Словарь синонимов на слово "муж". Многое из определений Фридриха Второго с Половиной конечно было додумано самой королевой за эти годы и действительности не соответствовало. Король не был ни алкоголиком, ни тем более банником. Он был вполне обычным несколько несчастным монархом, а нисколько не "недоделанным по всем частям жизни недомерком", как назвала его Рагентруда. Трибл и Фунтик медленно выслушали это, дождались пока королева успокоиться и, высунув язык, будет их слушать.
   - Сегодня идёт война, между Хазляндией и Пуссляндией. Мы - разведчики Великой Пуссляндии. Наша задача - возвести на трон Хазляндии законную повелительницу... монаршую особу - вас.
   - Что? - коротко спросила Рагентруда. - Который сейчас год?
   - Сегодняшний. Шестьсот девяносто второй. Война началась в виере этого года.
   - Так... А я, значит, вам нужна... для... - она стала думать и руки её странно начали двигаться, будто она вязала. - А где моё вязание? Где моя пряжа?!
   - Мы вам всё купим, - успокоил её Фунтик.
   - Да... Тогда спицы номер семь и полфунта мохера.
   - Спицы на семь, - Фунтик записал в блокнот. - И полфунта мо... чего?
   - Мохер.
   - Ничего себе название.
   - Это пряжа, - пояснил Трибл.
   - Ага. Всё будет сделано.
   - И ещё пяльцы и мулине, - строго продолжала королева.
   - Зачем вам пальцы? - спросил Фунтик.
   - Это принадлежности для вышивания, - пояснил Трибл.
   - Ага. Всё сделаю.
   - И побыстрей, - сказала королева.
   - Да-да, конечно.
   - Где тут у вас туалет и ванная комната, - спросила несколько опешившая от этих новостей, но всё же пришедшая в себя королева. - Мне нужно привести себя в порядок.
   - Прямо и направо, - сказал Трибл.
   - Да, и ужин пожалуйста, а то вы меня выкрал... освободили перед самым ужином. А я проголодалась.
   - Да-да, конечно. Фунтик, приготовь ужин.
   - Вечно я, - заворчал Фунтик.
   - Не ворчи.
   - И в УВД я и здесь я!..
   - Не ворчи!
  -- Глава пятая
   Как было сказано выше, королеву выкрал... освободили прямо перед ужином...
   Старшина нёс поднос прямо из кухни, что была на первом этаже "Башни девы". Через каждые тридцать футов лестницы он останавливался, ставил поднос на ступени, отдыхал, облизывал губы, глотал слюни, и шёл дальше. Старшина у двери открыл ему и он вошёл в дверь (тот старшина, что нёс поднос). Старшина увидел, что королева спит, поставил поднос на стол и решил, что Рагентруда не заметит, если голодный военный съест с её тарелки пару котлет и немного каши, тем более, что она и так ела мало. Одним словом, старшина сел за стол и начал есть. Потом он всё-таки обратил внимание, что королева не только не ворочается во сне, но и не дышит. Старшина подошёл кровати и послушал. Рагентруда действительно не дышала. Тогда он решил чуть отогнуть край одеяла, чтобы посмотреть на мёртвую королеву, он ни одну мёртвую королеву живьём до этого не видел (немножко нелепое предложение получилось, ну мы не будем ждать изысков в языке). И хотя бы как-то предположить причину её смерти. Он понимал, что ответственности у него никакой. Он всего лишь подносы носит, да иногда у двери сидит, но это была не его смена. А если королева умерла естественной смертью, то тут он вообще рядом не стоял. Может, его даже наградят за обнаружение мёртвого тела королевы Хазляндии. Одного не понимал старшина, что как обрадуется король мёртвой от естественной смерти королеве. Но для начала нужно было мёртвое тело, то есть труп. А его не было, было только бельё, свёрнутое как муляж небольшой худощавой женщины.
   Старшина какое-то время думал. Но потом решил, что смена-то не его, он всего лишь тарелки нёс текстильному телу королевы, а отвечать будут другие. После этого старшина вышел.
   Другой старшина его спросил:
   - Чего так долго?
   - Там её нет, - ответил старшина с подносом.
   - Как так?
   - Вместо неё свёрнутое бельё!
   - От скуки маешься, стихами заговорил!
   - Сам посмотри!
   Старшина посмотрел. Через пару минут был поднят на уши весь гарнизон "Башни девы", но только гарнизон. Все солдаты понимали, к чему может привести такой случай. Сержант с проходной решил не говорить ничего о тех работниках прачечной "Тассе", "документы" которых так приятно оттягивали карманы. Вместо этого он пошёл в камеру и всё внимательно осмотрел.
   - Куда она могла выйти? - спросил он.
   - Не знаю, - ответил старший лейтенант Вейб, комендант "Башни девы".
   - Может, через решётку?
   - А почему она на месте?
   - На место поставила, смотрите, - сержант крепко взялся за решётку и та отошла от рамы, оставшись у него в руках. Это был ещё один пример в истории, что не надо подряжать разных рабочих со стороны для строительства важного секретного правительственного объекта, тем более если эти рабочие - малодольцы. Комендант подавился слюной и закашлял. - За шесть с половиной лет она что-то придумала. Не подкоп же копать.
   - Так, - старший лейтенант откашлялся и вылез в окно, посмотрел вниз. - А как она спустилась вниз?
   - А сколько у неё было пряжи? - сержант поставил решётку к стене и вытер руки платком. - За последний год только два фунта ушло, вот и сплела канат. Далеко она не уйдёт. Тут на пять миль ни одного населённого пункта.
   - Надо обыскать окрестности.
   - Наверх сообщать будем?
   - Нет. А то головы полетят. Давайте, начинайте поиски. И потише. Сбежала из палаты. Она же думает, что она в палате. Вернётся обратно.
   - А если она догадалась?
   - Вряд ли. Она думает, что болеет. А больные бывает от суки из палаты и сбегают. А ты лучше не каркай, молчи!
   - Есть, герр старший лейтенант.
  -- Глава шестая
   Трибл вернулся домой и встретил Рагентруду. Королева его обнюхала и спросила:
   - Где ты был?
   - В "GRK", шифровку в Бигбридж отправлял.
   - А почему от тебя пахнет пивом?
   - А что? От меня должно пахнуть радиоволнами?
   - Да нет...
   И тут она начала его пилить. Вы когда-нибудь видели как в цирке иллюзионист распиливает женщину? Так вот это было очень похоже. Только распиливали Трибла. Трибл же, как и женщины в цирках, молча на всё это смотрел и плевал на все эти слова с Одиссейской Башни. Любой бы на его месте давно бы наорал на королеву, или даже полез с кулаками, но Трибл прошёл школу пуссляндской разведки, поэтому выдержал это испытание. После чего прошёл в комнату, где Рагентруда села спокойно в кресло и принялась вязать. Королева определённо строила ему глазки, влюбилась значит. Иначе бы не беспокоилась так по поводу его нетрезвого образа жизни. Интересный у неё способ выражать свои чувства. Хотя заметьте, в любовных романах редко когда в качестве главного героя изображают запившего человека. Поднять такого героине явно не под силу, а такие книги обязательно должны закончиться свадьбой, на которой жених не может напиться до чёртиков и подраться с тестем, а тёще крикнуть: "Уйди, костлявая, смерть!" Так что по всему на пост мужчины-идеала королевы Рагентруды пьющий (даже слабо и по большим праздникам раз в десять лет) никак не подходил.
   М-да. Триблу же его будущие перспективы карьерного роста очень даже нравились. Можно было стать фаворитом при дворе, и оттуда передавать шифровки. И вроде бы и с личной жизнью устроен и деньги немалые зарабатываешь... И все не в семью!..
   Однако всё проходило не так гладко.
  
   На четвёртый день Трибл ушёл в город по своим делам, оставив Фунтика сидеть с королевой. Фунтик как раз подставил руки, чтобы Рагентруда могла смотать пряжу в клубок. Вернувшись, домой он услышал странные звуки и голоса:
   - Нет! - мужской голос со вздохом, принадлежавший, видимо, Фунтику.
   - Да, мальчишка неловкий! Да! - женский голос, сгорающий от нетерпения, принадлежащий скорей всего королеве или какой-нибудь другой женщине, приведённой этим Фунтиком в дом.
   Трибл достал пистолет, пошёл на звуки и прошёл в гостиную, в которой увидел на диване Фунтика в объятиях Рагентруды. Вы ничуть не ошиблись, да именно Фунтика в объятиях Рагентруды, а никак не наоборот. Такой вывод можно было сделать не только из того, как они лежали, но и зная самого Фунтика. Кто не знает, как выглядит Фунтик, объясню: он такой... м-м... в общем они друг другу подходят. Но, несмотря на всё это, Фунтик был офицером пуссляндской Разведки, и никак не мог... м-м... лезть к королеве, даже если она ему и нравилась.
   Трибл кашлянул. Рагентруда тут же остановила все свои поползновения, быстренько слезла с дивана, нашла вязание и начала вязать.
   - Шеф, я... - начал было Фунтик.
   - Можешь не объяснять! - прервал его Трибл. - Чем же вы занимаетесь, королева? Разве этому учила вас гувернантка?
   - А что такого? - невинно спросила королева и сделала невинные глазки.
   Фунтик начал застёгивать рубашку. Несколько пуговиц оказались сорваны. Бардок протёр очки, которые облобызала Рагентруда, после чего принялся искать пуговицы на полу и на диване.
   - Вы же королева!
   - Вам не кажется, что я здесь командую? Ведь если не я, не видать вам трона Хазляндии.
   "Стерва", - подумал Браен. Она, конечно, была права. Не такая уж оказалась простушка. Папины гены заработали. Но всё-таки так не подобало вести себя королеве Империи. Тем более вся карьера фаворита при дворе королевы у Трибла рушилась на глазах, а Фунтика на этом месте он никак не мог представить. Как-то объяснить эти действия королевы вполне сложно, но попытаться можно. В отсутствии принца на белом коне она решила довольствоваться этим толстеньким очкастым оруженосцем, некого грубого, пьющего и изворотливого рыцаря.
   - Да-да, - только и сказал Трибл.
  
   Однако это были ещё не все сюрпризы, что приготовила им королева. На следующий день Трибл открыл дверь и увидел, что королева строчит на швейной машинке, на его швейной машинке, которая впрочем и не машинка была, а радиопередающее устройство.
   Что вы делаете? - закричал Трибл.
   А, это вы, - ответила королева, не забыв сделать невинные голубенькие глазки, - а я тут у вас на чердаке машинку нашла.
   - Что вы наделали!
   - А что? Она же бесхозная!
   Королева перестала строчить.
   - Не надо было этого делать!
   - Почему? - спросила королева таким тоном, будто где-то ущемили её права. А ведь нечего было разбираться с незнакомыми предметами.
   Тут же машинка застрочила сама, хоть и на вид была лишь обычной механической. По небольшому кусочку ткани (в котором Трибл узнал свой старый пиджак) пошли неровные швы, больше напоминавшие тире и точки на телеграфной ленте. Когда машинка перестала строчить, Трибл выхватил ткань и заперся в ванной, там он расшифровал сообщение: "ПОЛКОВНИК СПАЙ АГЕНТУ ТРИБЛУ НОМЕР 000008 ТЧК ЧТО ЗА ТАРАБРАЩИНА ВОПР ЗН ЧТО ЗА ШИФР ВОПР ЗН СООБЩИТЕ О СОСТОЯНИИ КОРОЛЕВЫ ТЧК P ТЧК S ТЧК ЕЩЁ РАЗ ТАКОЕ ПОВТОРИТСЯ ТИРЕ УВОЛЮ ТЧК ПОЛКОВНИК СПАЙ НЕ ЖДУ". Трибл вздохнул и вышел из ванной. Он взял машинку под мышку и понёс на чердак, где спрятал её в сундук.
  
   На следующий день случилось нечто уж из рук вон выходящее. Трибл вернулся домой и услышал странный стук. Трибл достал пистолет огляделся, проверил гостиную, спальню, всё было чисто. Только вот не было королевы и Фунтика. Стук доносился из туалета. Трибл открыл дверь, и на него вылетел Фунтик.
   - Где она? - спросил он.
   - Кто? - спросил Трибл.
   - Королева Рагентруда!
   - Нет её... а как ты там оказался?
   - Она заперла.
   - Та-ак. Мне это надоело, - Трибл вышел из комнаты. - Пошли!
  
   - Куда может пойти женщина двадцати восьми лет, которая шесть с половиной лет провела в высокой тюрьме? - спросил Фунтик, оглядывая проспект Генриха LII.
   - Тише ты, - шикнул на него Трибл. - Ты бы ещё громче сказал.
   - Простите, шеф. Но вопрос остаётся открытым. Куда она делась?
   - Это и я себе задаю, - Трибл подошёл к доске объявлений. - Наверняка она была здесь, - он внимательно осмотрел рекламные плакаты и остановился на одном. Он внимательно прочитал его и тут же запомнил адрес, память-то профессиональная. - Пошли.
   - А что там?
   - Пошли скорей, нельзя терять драгоценные минуты...
   А на плакате было написано: "Для вас, дорогие дамы! Самые лучшие платья и духи из Фамлёдии, благовония из Пористана, косметика из Сандзюнии, настои трав из Чайная. Улица рыцаря Ванштенменстейкпайтена 4-б".
   Магазин этот представлял из себя большое трёхэтажное здание, больше напоминавшее какой-то сказочный дворец сделанный под флакон духов, чтобы вражеский маг не догадался. На самой маковке универмага находилась большая сверкающая лампа замысловатой формы, посылающая на весь город красный свет, на который как мотыльки слетались женщины со всего города и его окрестностей. А начинка этого здания представляла собой Рай для женщин и ад для мужчин, и нечто неопределённое для детей.
   Рагентруду нашли в отделе готового платья, она примеряла то одно платье, то другое, продавщица была очень рада такой богатой покупательнице, а покупательница была рада разнообразию платьев, и главное, что их можно было купить, на те деньги, что она нашла в тайнике у агента 000008. Хотя деньги и были фальшивые и предназначались для подкупа разных сержантов, что любят документы проверять, но их всё равно было жалко. Трибл подошёл сзади к продавщице и незаметно для Рагентруды отвёл её в сторону. Что было довольно легко сделать, ибо королева не отрывалась от зеркала.
   - Что вы делаете? - шёпотом спросил Трибл.
   - Продаю, - изумлённо ответила продавщица, не понимая, что в этом такого.
   Эта женщина сбежала из лепрозория, я её знаю, - для особой уверенности Трибл достал один из своих поддельных документов. Но, к сожалению, это оказалось удостоверение работника электрической компании. Продавщица посмотрела с недоверием на документ. Трибл сам посмотрел на документ и достал другой, удостоверяющий в том, что он является санитарным инспектором округа Дурчмессен.
   - А это же не...
   - Это как раз не "не"! Это довольно заразно.
   - Да?
   - Да. А сколько она у вас?
   - Часа полтора.
   - Тогда вам ничего не грозит. Платья только, что она примеряла, постирайте хорошим порошком при высокой температуре и всё.
   - Да?
   - Да. А теперь у меня к вам просьба, вы же не хотите шума? Не хотите, чтобы завтра писали, что в вашем магазине поймали больную проказой?
   - Нет.
   - Тогда, прошу вас, тихонько снимите с неё это платье, верните ей её одежду, и выпроводите её к выходу, а там мы уже сами.
   - Да. Я всё поняла. Спасибо вам.
   - Ничего, это мой долг. Давайте. И чем скорее вы это сделаете, тем лучше для вас.
   Продавщица ушла к Рагентруде. Фунтик и Трибл вышли из отдела. Неизвестно, что же говорила продавщица королеве, но известно, что первое время та кричала разные неприличности, потом успокоилась и, недовольно фыркнув, вышла из отдела, где её и схватили под руки агент 000008,5, он же Льюис Бардок, он же Фунтик, и агент 000008, он же Дреифач Генрих, он же Браен Трибл.
   - И кто же вам разрешил выходить из дома? - тихо спросил Трибл.
   - Я закричу! - так же тихо ответила королева.
   - Кричи, только вот нас-то не догонят, а тебя обнаружат и обратно вернут... или казнят. А папе скажут, что ты случайно вышла из больницы на улицу, и тебя случайно пристрелили хулиганы.
   - Что вы говорите!
   - Им это ничего не стоит.
   - А куда мы идём?
   - К автобусной остановке.
   - Куда мы поедем? - спросила королева, а потом Фунтик.
   - Автобус номер "двадцать шесть".
   - Шеф, вы решили?..
   - Да, я решил так.
   - Ну, это под вашу ответственность.
   - Я знаю, что я делаю.
  
   Автобус остановился, Трибл, Бардок и Рагентруда вышли из него. Трибл и Фунтик прошли чуть от остановки, потом огляделись.
   - Кажется никого, - сказал Фунтик.
   - Да, - сказал Трибл и достал шарф.
   - Что вы хотите сделать?
   - Мы? Ничего, - Трибл завязал глаза Рагентруде. - Для вашей же безопасности, Ваше Величество.
   - А куда мы пойдём?
   - К знакомому, хорошему знакомому.
  
   "Авиатор" открыл дверь и удивился. Трибл пришёл мало того, что с Фунтиком, чего раньше не было, а была также с ними женщина в полосатом платье и с завязанными шарфом глазами. Шарфик смотрелся несколько странно, даже в нэйне.
   - Чего вам надо? - спросил Авиатор, специально изменив голос, неизвестно, кто была это женщина в полосатом платье.
   - На пару слов, - сказал Трибл и вошёл в дом, оставив Фунтика и Рагентруду за дверью. - У тебя есть планер?
   - А далеко?
   - Сюда, - Трибл достал из кармана карту и показал на точку.
   - Незаселённый район, зачем тебе туда?
   - Надо.
   - Хорошо. У меня есть двуместный планер.
   - Мы полетим втроём.
   - Не хватит.
   - Это дело государственной важности, "Авиатор", Андерс, в конце концов.
   - Она лёгкая?
   - Лёгкая. А Льюис уже часа четыре не ел, сидел запертый в туалете.
   - Хорошо. Вытащим балласт. Пошли к гаражу.
   Они вышли из дома и прошли к гаражу. Из гаража "Авиатор" вывел небольшой планер со сложенными крыльями. "Авиатор" вытащил из носа планера мешки с песком, предупредил, чтобы сильно на спину на креслах не откидывались, распустил крылья. Потом провели планер в поле. "Авиатор" ушёл к дому и вскоре вернулся на мотоцикле, а Трибл сбегал к дому за Рагентрудой и Фунтиком. Уже вечерело.
   - А ночью с вами ничего не случится? - поинтересовался он.
   - Не халтурь.
   - Планер жалко.
   - Не волнуйся, это для дела.
   - Ну не прогуляться же ты полетишь, чтобы на эту мисс произвести впечатление!
   "Авиатор" привязал один конец троса к крюку на носу планера, другой к специальному крючку на мотоцикле.
   - Как отцепится трос, тут же забирайте вверх, - предупредил "Авиатор".
   - Знаю, - ответил Трибл.
   - Ну, тогда, приятного полёта.
   - Тебе того же.
   Трибл и Фунтик залезли в кабину и затащили в неё Рагентруду. Фунтик сел за штурвал. "Авиатор" завёл двигатель мотоцикла и поехал по полю. Фунтик закрыл фонарь кабины. Трос натянулся, и планер поехал по полю, всё больше набирая скорость.
   - Где я? - спросила наконец Рагентруда.
   - Можешь посмотреть, - ответил Трибл.
   Рагентруда сняла шарф и осмотрелась. В это время планер оторвался от земли.
   - Где?
   - Вниз посмотри!
   Рагентруда посмотрела вниз и ахнула.
   - Это куда?
   - Туда.
   - За что?
   - За всё.
   Трос упал, "Авиатор" остановил мотоцикл, посмотрел на планер, вздохнул и поехал к дому.
  
   - А что там за шпиль вдалеке? - спросила Рагентруда, разглядев в темноте среди равнины некую башенку.
   - "Башня девы", - ответил Фунтик.
   - Тише, не радуй её, - сказал Трибл. Трибл порылся в ящике и достал из него зонтик. Шпионский зонтик системы "Амбел". - Когда подлетим, постарайся сбавить скорость. А потом улетай обратно, он обещал посадочные огни на поле зажечь. Я вернусь сам.
   - Понятно, шеф.
   - Ну и хорошо.
   - Куда мы летим? - спросила Рагентруда. - Куда вы меня везёте?
   - Узнаешь, - Трибл достал из кармана шарф и завязал Рагентруде на этот раз рот. Рагентруда что-то невнятно произнесла. - Иначе замёрзнешь. Простудишься и заболеешь.
   Трибл поднял стекло, вытащил наружу зонтик, потом резко схватил королеву за талию, вытащил из кабины и прыгнул. Рагентруда хотела было закричать, но рот оказался закрыт шарфом. Трибл раскрыл зонтик, и они медленно начали опускаться на "Башню девы". Всё это время Рагентруда хотела вырваться из лап Трибла, но агент был силён, да и справиться с какой-то смазливой женщиной с маленькой буквы он мог даже одной рукой.
   Они медленно опустились на крышу, Трибл свернул зонтик, быстро спустился к окну камеры и хотел было выбить решётку ногой, но та уже оказалась выбитой, точнее её вытащил сержант. Трибл быстро закинул Рагентруду в камеру, отряхнулся, взял зонтик...
   - Эй, - опомнилась от такого передвижения Рагентруда и сняла наконец-то шарф, - это же моя палата... то есть камера!
   - Да, - ответил Трибл, - так оно и есть.
   - Но вы же обещали мне трон!
   - Я передумал! - Трибл вылез в окно.
   - Ничего себе прогулочка! Да какое вы имеете право?! - Рагентруда для особого эффекта топнула ножкой, так что штукатурка с потолка посыпалась. Какая нечеловеческая энергия заключена в этой женщине с маленькой буквы... Хотя может быть это те же белодольские рабочие виноваты. - Вы же обещали!
   - Обещал, но передумал... Ладно, - Трибл раскрыл зонтик. - Как сказал бы адмирал Вазерфалл: Aeternum vale! - Трибл помахал рукой и прыгнул.
   - Да кто вам вообще разрешил?! - закричала королева. На крик прибежал старшина (он прибежал с первого этажа, услышав странные звуки в пустующей палате-камере). Он очумело посмотрел на Рагентруду. - Чего смотришь? Вернулась я!
   - Да так, - ответил старшина, прошёл к окну и поставил решётку на место, после чего выбежал сообщить вниз о возвращении королевы.
   Трибл же в это время медленно спустился на землю. Тихо прошёл мимо КПП и побежал к лесу.
  
   О прогулке королеву никто не стал спрашивать. Боялись, что это где-то всплывёт позже и полетят головы уже задним числом. Сама же королева жутко обиделась на весь мир и в частности на своего супруга и варварскую Пуссляндию. Она даже потребовала аудиенции с Фридрихом Вторым с Половиной, но ей отказали по причине опасности заражения. Хоть и Рагентруда знала, что заражения никакого нет, но продолжала верить в свою болезнь (Надо же было во что-то верить, поскольку ни пуссляндцы, ни дамские романы себя не оправдали.). В результате чего связала несколько свитеров для "Красного Автоклава", организации занимающейся лечением и профилактикой инфекций. Но она примеряла все свитера на себе, а в "Красном Автоклаве" не было даже медсестёр таких габаритов, поэтому все свитера ушли на специальные согревающие бинты.
  
   Вернувшись домой, Трибл достал с чердака злосчастную швейную машинку и начал передавать сообщение в Бигбридж: "ПОЛКОВНИКУ СПАЮ АГЕНТ ТРИБЛ НОМЕР 000008 ТЧК ДОВОЖУ ДО ВАШЕГО СВЕДЕНИЯ ЗПТ ЧТО КОРОЛЕВА ХАЗЛЯНДИИ РАГЕНТРУДА ОКАЗАЛАСЬ МЯГКО ВЫРАЖАЯСЬ СВОЛОЧЬЮ И СТЕРВОЙ ЗПТ ПОЭТОМУ ВО ИЗБЕЖАНИИ НОВОЙ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ В ХАЗЛЯНДИИ И НОВОЙ ВОЙНЫ С НАМИ СК ОТК ПУССЛЯНДИЕЙ ЗПТ ТО БИШЬ СК ЗАК ЗПТ Я ПРИНЯЛ РЕШЕНИЕ КОРОЛЕВУ РАГЕНТРУДУ ВЕРНУТЬ НА МЕСТО ЗПТ ТО ЕСТЬ В КАВ БАШНЮ ДЕВЫ КАВ ТЧК АГЕНТ ТРИБЛ НОМЕР 000008". Через какое-то время на клочке ткани появились тире и точки, которые Трибл тут же и расшифровал. "ПОЛКОВНИК СПАЙ АГЕНТУ ТРИБЛУ НОМЕР 000008 ТЧК ЧТО ЗА СВОЕВОЛИЕ ВОПР ЗН МОГЛИ БЫ И МЕНЯ СПРОСИТЬ ТЧК А ЕСЛИ ОНА ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ОКАЗАЛАСЬ ТАКОЙ ЗПТ ТО ТАК ДАЖЕ ЛУЧШЕ ТЧК КСТАТИ ЗПТ КОГДА ЭТО В ХАЗЛЯНДИИ БЫЛА ГРАЖДАНСКАЯ ВОЙНА ВОПР ЗН ЧТО У ВАС БЫЛО ПО ИСТОРИИ ВОПР ЗН ПОЛКОВНИК СПАЙ". Трибл вздохнул и поставил машинку на место.
  -- Эпилог
   Трибл достал из шкафа бумаги. Включил небольшой фонарик и принялся их рассматривать. В это время дверь распахнулась, и на пороге показался чёрный силуэт. Трибл зажмурился.
   - Что такое? - недовольно спросил Трибл. - Почему мешаете работать?
   - Ах, простите, - ответил силуэт и закрыл осторожно дверь. Потом дверь снова распахнулась и силуэт дотянулся до выключателя и включил свет. Это был капитан Биене. - Что значит "работать"? - спросил он. - Я здесь работаю, а ты воруешь бумаги, Трейбл!
   - Я не Трейбл! - резко ответил Трибл и сложил бумаги в сумку.
   - А кто?.. Не приближайся к окну! Трыбл! Кому я сказал?!
   - И не Трыбл!
   - Ну, Требл, миленький, хватит Ганса валять. В конце концов, меня ведь могут и из контрразведки выкинуть, а ты не останавливаешься.
   - Пока не вспомнишь мою фамилию, даже не мечтай.
   - Труйбл, не надо. Мне жить хочется.
   - И не Труйбл!
   В этот момент Труйбл... те есть Трибл вылез в окно. Биене тут же бросился к нему и посмотрел в темноту.
   - Ловите его! - крикнул он в темноту. - Там у него мотоцикл "Роллер"! В кустах!
   Но Трибл никогда не повторялся, он поднялся на крышу к своему маленькому дирижаблю, залез в гондолу, отцепил балласт и начал подниматься.
   - Люблю эту работу, - сказал он с удовольствием. - Это вам не бабенций всяких похищать.
   Трибл посмотрел вниз на копошащихся контрразведчиков и закрутил педали, завертелся винт. Дирижабль медленно полетел на восток, где уже начинался восход. Новый день сулил ему шпионскую удачу.

24.03 - 7.04.2002

Новосибирск

   Или Цезарь, или ничто. (Пан или пропал.) (плам.)
   Навек прощай. (плам.)
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"