Ла Имие: другие произведения.

Хроники Смертельной Битвы. Часть 1. Начало

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Один раз в поколение происходит древний турнир под названием Смертельная Битва, который был создан Верховными Богами для защиты нашей планеты от темных сил Внешнего Мира. В том случае, если силам зла удастся победить десять раз подряд, то начнется вторжение на Землю. Воинам Внешнего Мира уже удалось выиграть девять турниров подряд и не исключено, что следующий станет последним в истории Земли. Так гласят легенды. Однако так ли все просто на самом деле?

  
  
  Хроники Смертельной Битвы
  
  Часть 1 (вариант 2)
  
  
  Предупреждение
  
  Данное произведение является апокрифом с элементами жесткого сарказма и представляет собой довольно радикальный взгляд на историю МК со стороны отрицательных персонажей. Книга содержит циничный и жестокий юмор, грубую речь, ругательную лексику, оскорбление рассказчиком персонажей и персонажами друг друга, подробно описанные кровавые сцены.
  
  Если подобные книги вас задевают и обижают, если вы не достигли 16 лет или что-то из указанного противоречит вашим убеждениям и жизненным принципам - воздержитесь от прочтения данного сочинения; в противном случае не предъявляйте необоснованных претензий.
  
  
  1. Кошмар наяву
  
  Первые лучи восходящего солнца осветили пыльную комнату с голыми каменными стенами, в углу которой на грязном соломенном тюфяке свернулся клубочком худенький подросток лет четырнадцати в истрепанной потерявшей цвет от времени рубашке и видавших виды штанах, на которых не было живого места от заплаток. Мальчик улыбался во сне. Он видел своих давно умерших родителей, которые держали друг друга за руки, а лица их лучились счастьем, видел старшего брата Лю, который вернулся из Америки и гулял с ним по залитой ярким солнцем роще...
  
  Из сладких грез мальчика вывел грубый пинок в бок. Сев на тюфяке и протерев глаза, мальчик увидел перед собой полупьяного наставника Храма Света с початой бутылкой самогона в правой руке; пять минут назад наставник вернулся от любовницы, которая жила в соседней деревне, и был ужасно зол, поскольку ее муж не вовремя пришел с ночной смены, и осквернителю супружеского ложа пришлось спешно ретироваться.
  
  - Чен, вставай! - рявкнул наставник. - Уже почти половина пятого, пора двор подметать!
  
  Мальчик в мгновение ока вскочил на ноги и принялся торопливо жевать завтрак, который оставил с вечера на подоконнике рядом со своей импровизированной постелью; недостаточно быстрое выполнение поручений старших могло привести к плохим последствиям. В прошлый раз, когда Чен слишком медленно драил заплеванные полы в комнате наставника, тот схватил его за шиворот и так сильно ударил головой об стенку, что несчастного юного послушника потом три дня выворачивало наизнанку; с тех пор у Чена временами болела и кружилась голова, а порой он вообще забывал или плохо понимал, что делает. Наспех проглотив сморщенное яблоко и холодную рисовую лапшу, Чен схватил потрепанную метлу из рисовой соломы и побежал во двор, мельком подумав о том, что его старший брат Лю Канг был не столь почтителен по отношению к старшим: когда наставник Храма попробовал дать Лю пощечину за плохо выметенный двор, юноша надел ему на голову мусорное ведро и вдобавок пообещал сломать шею, а поскольку Лю Канг владел боевыми искусствами в три раза лучше самого наставника, связываться со строптивым воспитанником тот побоялся. В отличие от старшего брата, Чен считал, что осуждать старших, а тем более отвечать им столь дерзко, как Лю, не следует, а пинки и побои от святого наставника нужно принимать с благодарностью.
  
  Чен начал подметать двор от дальней стены. Под окном покоев наставника и его заместителя росло чахленькое деревце, примечательное тем, что все его ветки были густо увешаны резиновыми изделиями ?2, которые святые монахи периодически выбрасывали из окон; видно было, что они не столько молились Старшим Богам, сколько справляли ночные оргии с деревенскими любовницами, а то и друг с другом. Несколько таких изделий лежало и на вытертых каменных плитах двора; месяц назад одним из них подавился гусь, принесенный в Храм в качестве подношения главе Младших Богов Тьену кем-то из жителей соседней деревни, а Чену здорово влетело за то, что он недосмотрел за птицей.
  
  Чен принялся старательно околачивать метелкой дерево, а потом сметать попадавший с веток 'урожай' в кучу, старательно повторяя про себя, что он не должен осуждать наставника; наставник - святой человек великого мастерства и мудрости, а зло всегда найдет способ очернить достойного в глазах послушников. Он вспомнил своего старшего брата Лю Канга, который оставил Храм Света и уехал в США; безусловно, Лю был сильным воином, одним из лучших бойцов, которых когда-либо воспитывал Храм, но ему не хватало главного - веры и смирения. Сердце Чена переполнялось радостью и гордостью при одной мысли о том, что скоро он будет представлять Храм Света на великом турнире; несомненно, Лю умеет драться лучше него, но он отказался от всего и сбежал; конечно, Лю Кангу было не место в Храме Света после того, как он заявил, что не верит во все то, что говорят почтенные монахи. Ну и пусть себе в Америке пирожки продает. Зато он, Чен, не отречется от Храма и выиграет Смертельную Битву, он станет гордостью своего ордена!
  
  Мальчик решил передохнуть и, расправив плечи, посмотрел вдаль. Солнце поднималось все выше, на улице теплело. Внезапно Чен увидел какого-то человека, который медленной размеренной походкой шел к внешнему двору Храма. Юный послушник отставил метлу, удивленно глядя на приближающегося незнакомца. Ему показалось, что этот человек явно не из соседних с Храмом деревень: роста для местных жителей чересчур высокого, одежда на нем необычная - черная вся, да и держится слишком уверенно для благочестивого паломника - те приходили в Храм, потупив очи долу.
  
  Незнакомец в черном подошел ближе, и Чен смог лучше рассмотреть его. Гость оказался широкоплечим мужчиной весьма крепкого телосложения и действительно не просто высокого, а очень высокого роста - метра под два, на две с лишним головы выше юного послушника; на вид ему было примерно лет двадцать восемь-тридцать, не больше. Поверх шелковой рубашки и брюк, украшенных богатой вышивкой из красных, зеленых и золотых металлических нитей, он носил накидку из тонкой кожи, также расшитую орнаментами с изображением листьев, цветов и драконов; длинные черные волосы незнакомца, ничем не скрепленные, свободно спускались до пояса. Встретившись взглядом с мужчиной в черном, Чен испугался не на шутку. У гостя были необычные, нечеловеческие глаза: в них не было ни зрачков, ни радужки, а белки ярко светились, что было заметно даже при ослепительном солнце. Мальчик отчаянно заморгал, решив, что светящиеся глаза без зрачков ему померещились. Нет. Он не ошибся.
  
  Человек в черном поклонился Чену, с ехидной улыбкой смерив взглядом кучу мусора, основной процент которого составляла обтрясенная с дерева 'гордость резиновой промышленности'.
  
  - Доброе утро. Ты Чен? - произнес незнакомец завораживающе красивым голосом со странным певучим акцентом.
  
  - Да, почтеннейший, это я, - нерешительно ответил юный послушник.
  
  - Сколько тебе лет? - спросил гость, внимательно разглядывая Чена.
  
  - Пятнадцать... будет в октябре, - растерялся мальчик.
  
  - Ты собираешься защищать Земной Мир на турнире? - незнакомец в черном с улыбкой приподнял брови, однако голос его при этом звучал так, словно он был наполовину напуган, наполовину разъярен.
  
  - Да, - уверенно сказал Чен.
  
  - Знаешь, у меня дочь такого же возраста, но я ей не то что участвовать - я ей даже смотреть турнир не позволю. Близко к местам проведения боев не подпущу. В твои годы в школу ходить надо, а не в Смертельной Битве участвовать. Вижу, что ваш дорогой Рейден окончательно сдурел - посылает на турнир ребенка, у которого еще молоко на губах не обсохло.
  
  - Не смей оскорблять Рейдена! - яростно выкрикнул Чен, чувствуя, что у него от волнения снова начинает болеть голова.
  
  - Когда Земной Мир перейдет в наши руки, я самолично покончу с подобным безобразием, - с ледяным спокойствием ответил гость. - Такое дитя, как ты, в пять утра должно спать, а не подметать за бесплатно двор в Храме Света. Днем же тебе следует учиться, а не расшибать лоб на молебнах во славу Рейдена. Ты хоть читать-то умеешь?
  
  До Чена постепенно начало доходить, кто именно почтил его своим присутствием.
  
  - Интересно, где остальные монахи? - продолжал незнакомец. - Спят, пока ты на них тут горбатишься? Извини, друг мой, но все это никуда не годится. Согласно правилам, я не могу допускать к участию в турнире несовершеннолетних детей. И не допущу. Сегодня же сообщу об этом куда следует. Пусть Рейден ищет себе другое мясо для битья... за полтора месяца до турнира.
  
  Чен, стараясь не обращать внимания на усиливающуюся головную боль, встал в боевую стойку. Человек в черном видел, что мальчик готов его ударить, но не двинулся с места.
  
  - Прекрати. Я не собираюсь драться с ребенком, но знай, что турнира тебе не видать как своих ушей.
  
  Уже плохо понимая, что делает, Чен все же попытался ударить незваного утреннего гостя кулаком в лицо, но тот с легкостью заблокировал атаку и схватил мальчика за руки.
  
  - Остынь! - выкрикнул человек в черном и с силой оттолкнул Чена от себя. Юный послушник, не устояв на ногах, упал на землю, сильно ударившись головой о выступ неровного плитняка.
  Незнакомец смотрел на лежащего перед ним Чена, ожидая, что тот поднимется, отряхнется и продолжит беседу, но, к его удивлению, мальчик не шевелился и не открывал глаз...
  
  ***
  
  Было раннее утро. Лю Канг, молодой эмигрант из Китая, собирался на работу - разгружать товары в одном из супермаркетов Сан-Франциско. Съев тарелку мюсли и надев новые черные джинсы, только вчера купленные на распродаже, Лю собрался уходить, но вдруг в дверь его съемной квартиры позвонили.
  
  Лю пошел открывать, про себя удивляясь, кто бы это мог побеспокоить его в столь ранний час. Посмотрев в глазок, он увидел почтальона с телеграммой в руках и отпер дверь.
  
  - Мистер Лю Канг? Вам срочная международная телеграмма. Распишитесь, пожалуйста.
  
  Лю расписался, закрыл за почтальоном дверь и пошел на кухню. Развернув телеграмму, юноша на несколько секунд застыл на месте. Он некоторое время хлопал глазами, словно силясь понять, не почудились ли ему страшные слова. Нет. Все было взаправду.
  
  'ЛЮ КАНГ, ТВОЙ БРАТ МЕРТВ. ВОЗВРАЩАЙСЯ ДОМОЙ. ДЕДУШКА'
  
  Телеграмма выпала у Лю из рук, и он, словно в одну секунду лишившись сил, опустился на пол кухни. Просидев так минут десять, молодой человек решил, что на работу сегодня не пойдет. Он набрал номер старшего смены и соврал, что немного приболел гриппом; положив трубку, Лю наконец дал волю слезам. Пройдя в комнату и упав на кровать, юноша уткнулся лицом в подушку, лихорадочно размышляя, что же могло свести в могилу четырнадцатилетнего Чена. Несмотря на то, что Чен решил остаться в Храме Света, когда его старший брат уезжал в Штаты, Лю был очень привязан к сумасбродному младшенькому, искренне верившему в глупые сказки и странные идеалы родной секты. Дедушка Лю и Чена был давним членом Ордена Света, организации, поклонявшейся странным богам Тьену и Рейдену и готовившей мастеров боевых искусств якобы для участия в каком-то турнире, организованном вроде как для защиты Земли от очередных придуманных сектантами инопланетян. Он забрал к себе внуков после смерти их родителей; подросший Лю пришел к выводу, что все, чему его учили в Храме Ордена Света - чушь, и решил начать новую жизнь в другой стране, а Чен, несмотря на все уговоры старшего брата, решил не покидать родину. Теперь его не было в живых...
  
  Лю плакал так горько, что ему казалось - ничто в мире не сможет его утешить, но в какой-то момент силы оставили его, и он провалился в глубокий сон. Во сне он увидел перед собой родной Храм. Стояла глубокая ночь, дул теплый ветерок, ярко светила полная луна, и безоблачное, усыпанное огромными звездами небо мирно простиралось над землей.
  
  На внешней стене Храма, неподалеку от башенки, в которой жил наставник, в боевой стойке стоял Чен, а напротив него - какой-то высокий мужчина в богато расшитой черной одежде. Лю попытался разглядеть черты лица этого человека, но они представлялись ему какими-то размытыми. Чен гневно смотрел на странного гостя, но тот не обращал на мальчика ни малейшего внимания, словно демонстрируя ему свое превосходство. Брат Лю Канга атаковал первым. Он попытался достать своего противника высоким ударом ноги по лицу, но тот с кошачьей грацией уклонился, и нога Чена встретила пустоту. Когда мальчик попытался повторить удар, враг заблокировал его скрещенными руками и, с быстротой молнии схватив брата Лю за запястье, вывернул руку юного послушника одним резким движением. С душераздирающим криком Чен упал на колени, а странный противник, продолжая держать его за руку, дважды наотмашь ударил мальчика кулаком по лицу. С надрывным стоном Чен выплюнул несколько выбитых зубов и сгустки крови, но не ведающий пощады враг продолжил безжалостно избивать послушника свободной рукой и ногами.
  
  Удар за ударом сыпался на худенькое тело подростка. Внутри у Лю все похолодело от ужаса, но он не мог броситься на помощь брату, не мог защитить его...
  
  - Нет! Пожалуйста! - надрывно закричал юный послушник, глядя на страшного врага расширившимися от боли глазами. Человека в черном не остановили мольбы о пощаде. Он с разворота ударил Чена ногой в челюсть, одновременно отпустив его руку, и тот упал лицом вниз на камни.
  
  Победитель со злорадной ухмылкой посмотрел на мальчика, неподвижно лежащего у его ног, и, недолго думая, со всей силы ударил Чена кованым каблуком нарядного сапога в поясницу. Ломающиеся кости смачно захрустели, округу потряс душераздирающий крик. Человек в черном поднял еще живого Чена за волосы с земли и зловеще произнес, стоя вполоборота к Лю Кангу:
  
  - Душа твоего брата принадлежит мне.
  
  - Лю! - из последних сил прокричал Чен, в глазах которого застыли дикий ужас и адская боль.
  Лю Канг почувствовал, как ощущение невообразимого страха и полной беспомощности сжимает его сердце стальными клещами. В последние секунды жизни Чен помнил о нем, звал его...
  
  - Ты будешь следующим, - снова зазвучал в мозгу Лю Канга голос таинственного убийцы.
  
  Неожиданно вместо стены Храма молодой человек увидел перед собой мрачную полутемную комнату, скупо освещенную факелами, чадившими в железных кольцах на стенах. Посреди нее стоял каменный трон, на котором сидел человек из его сна. Убийца Чена. Он был одет в те же богатые шелковые одежды, украшенные золотым и цветным шитьем, но Лю, как ни старался, никак не мог разглядеть черт его лица. Неожиданно-резко - словно кадр сменился в кино - лицо врага проступило из полумрака, и юноша с ужасом взглянул в его нечеловеческие глаза, горящие жутким фосфорным светом - даже не просто фосфорным светом, а невыносимо ярким белым огнем, словно проволока в зажженной лампочке. Со страшным криком Лю проснулся в холодном поту.
  
  Лю Канг не был знаком с убийцей, но слышал о нем предостаточно. Во все то, что рассказывали о Шэнг Цунге, хозяине легендарного воинского турнира и демоническом колдуне из иной вселенной , Лю не верил, да и самого его до этой ночи считал вымышленным лицом, а не реальным человеком, но снам своим, которые еще в раннем детстве часто оказывались вещими, юноша верить привык. Неужели Шэнг Цунг существует? Тогда выходит, что Чена убил именно он, но почему и за что? А турнир? Реальность или легенда? Несмотря на странный сон, Лю все же никак не мог заставить себя поверить в то, что иные миры, боги и демоны существуют. Должно быть какое-то иное, более рациональное объяснение. Может быть, этот Шэнг Цунг - обычный глава китайского преступного синдиката, который организовал подпольный воинский турнир для собственного развлечения?
  
  Встав с постели, Лю пошел на кухню и перечитал страшную телеграмму. Отложив ее в сторону, он долго сидел за столом, подперев руками подбородок, и думал. Думал о том, что надо непременно вернуться домой и во всем разобраться. Вернее, кое с кем разобраться, если все это правда и если представится такая возможность.
  
  Однако Лю чувствовал, как где-то внутри, в глубине его души что-то слабо сопротивляется этому решению. Не ловушка ли это? Надо ли ему ехать? Не наживет ли он тем самым кучу неприятностей? Не грозит ли это гибелью ему самому?
  
  Молодой человек колебался недолго. Он даже не допустил мысли о том, что можно было бы послушаться своего внутреннего голоса и никуда не ехать, и отмел все сомнения в зародыше. Протянув руку к телефонной трубке, он набрал номер аэропорта.
  
  - Здравствуйте. Скажите, пожалуйста, когда вылетает ближайший рейс на Гонконг?
  
  2. Храм Света
  
  Добравшись по прибытии в Китай до Храма Света на каком-то полусгнившем пропахшем тиной музейном экспонате, который его владелец гордо именовал лодкой, за откровенно неумеренную плату, Лю Канг увидел, что все монахи, давно узнавшие о возвращении блудного послушника, уже в сборе, и в душе пожалел, что отправил деду из аэропорта ответную телеграмму. У главных ворот, рядом с большой мусорной кучей (после смерти Чена другие монахи и не думали убираться в своем жилище), Лю встретил дедушка - сектант со стажем, по которому давно плакали все психдиспансеры страны. Молодой человек не поприветствовал старика, а лишь указал ему на стену:
  
  - Это произошло здесь?
  
  - Да, здесь мы нашли его труп, - вздохнул дедушка.
  
  - Что произошло? - Лю с трудом скрывал дрожь в голосе.
  
  - После твоего отъезда в Америку Чен пошел по твоим стопам и стал готовиться к турниру.
  
  - Дедушка, неужели недостаточно того, что ты мне забивал голову всеми этими глупостями? - молодой человек явно злился, думая, что впечатлительного Чена сгубили именно сектантские байки. Еще в самолете Лю пришла в голову мысль о том, что его младший брат под влиянием идиотских россказней дедушки принял местного бандита за демона из иного мира и попытался вступить с ним в бой, но не рассчитал своих сил. Юноша решил, что в любом случае он найдет отморозка и заставит его ответить за смерть брата, но сейчас предстояло разобраться с более насущными вопросами - например, выяснить обстоятельства произошедшего.
  
  - Спасение мира - не глупость.
  
  - Люди, участвующие в простом состязании, не решают такие вещи! Как ты, мудрый человек, можешь верить в это? Скорее всего, ваша Смертельная Битва - обычное подпольное соревнование между местными мастерами! - Лю в очередной раз пытался привести разумные, с его точки зрения, доводы, но чувствовал, что попросту говорит в пустоту.
  
  - Мы все верим, и твой брат верил тоже, - невозмутимо возразил дедушка.
  
  Внутри Храма в толпе монахов какой-то однояйцевый евнухоид истошно пищал:
  
  - Лю Кангу приснился вещий сон! Он Избранный!
  
  Ему вторил другой монах с чуть менее противным голосом:
  
  - Нет! Он покинул наш храм и отвернулся от нас! Почему ты вернулся?
  
  - Я хочу представлять Орден Света на турнире! - бросил Лю.
  
  - По какой причине?
  
  - Убийца моего брата будет там! - все больше кипятился юноша.
  
  - Это не может быть единственной причиной, иначе ты потерпишь поражение!
  
  - Да... Мы сражаемся за судьбу мира! - с откровенной иронией и злостью в голосе ответил Лю Канг. Ах, милосердные монахи: у него такое горе, погиб его единственный брат, а все эти престарелые фантазеры вместо того, чтобы посочувствовать, продолжают рассказывать байки!
  Внезапно из-за угла выполз могучий хмырь ростом за два метра, наряженный в идиотский балахон из драной рогожи, посконные штаны и явно найденную на свалке соломенную шляпу, дырявую и прожженную во многих местах; обуви на нем не было, и босые ноги нежданного гостя были покрыты толстым слоем пыли. У хмыря были перетравленные перекисью водорода аж до цвета помойной тряпки грязные волосы, свисавшие на плечи длинными нечесаными сальными космами, нечищеные ногти с траурной каймой, яркие голубые глаза без зрачков и странное выражение лица, говорящее о весьма низком интеллекте этого типа. При его появлении все монахи дружно повставали раком, затем опустились на колени, а в довершение всего простерлись ниц в пыли, уткнувшись физиономиями в камни, лишь Лю Канг остался стоять. Глаза хмыря в рогоже вспыхнули еще ярче, и он заговорил весьма приятным голоском, который звучал так, словно его обладатель был в респираторе или противогазе:
  
  - Вот почему ты покинул храм и сбежал, да?
  
  Лю несколько опешил. Вот кого он меньше всего ожидал увидеть... однако представлял его себе несколько иначе!
  
   -На великом турнире на тебе лежит слишком большая ответственность. Месть намного проще.
  
  Наставник Храма Света с удивительным для его возраста и габаритов проворством на карачках подполз к замызганному гостю и, непрестанно отбивая поклоны, почтительно облобызал край его драной рогожи.
  
  - Рейден? - с явным сомнением и недоверием в голосе ухмыльнулся Лю.
  
  - Ты по-прежнему убегаешь от своей судьбы.
  
  Лю внезапно подумал, что один из богов не может выглядеть столь жалко. Скорее всего, это очередной деревенский тунеядец-попрошайка, который купил в городе необычные контактные линзы и теперь ломает тут комедию перед неграмотными монахами, выдавая себя за бога.
  
  - Рейден? Дедушка, встань! - Лю схватил старика за плечо. - Он не бог грома и молнии, а простой нищий!
  
  - Пощадите его, повелитель. Пощадите нас всех, мы слишком непочтительны к вам и недостойны вашего высочайшего визита! Жизнь в Америке затуманила его разум, ослабила его. Он слишком много смотрел телевизор, - дедушка, поднявшись с Земли, с мольбой протянул к Рейдену руки.
  
  О пощаде старый монах взмолился неспроста: в его душе еще были живы воспоминания о том, как пятьдесят лет назад Рейден, узнав о том, что Земной Мир проиграл девятый турнир подряд, в ярости убил током наставника Храма и нескольких его подручных, оставив их обугленные тушки валяться на храмовой площади; другие монахи, напуганные гневом божества, не решались к ним прикоснуться, и в итоге трупы, поедаемые падальщиками, долго тухли на солнце.
  
  - Так ты собираешься победить? - спросил хмырь в рогоже.
  
  - Да!
  
  - Покажи, как!
  
  Лю растерялся.
  
  - Не говори, что испугался обычного нищего.
  
  Лю, рассчитывая на легкую победу над нищим-самозванцем, бросился на Рейдена с кулаками, но через секунду сам оказался на земле. Он даже не успел осознать, как это произошло. Значит, деревенский попрошайка и в самом деле бог? Простой человек вряд ли смог бы в мгновение ока уложить Лю на лопатки...
  
  - Раз ты и есть Рейден, - злым голосом произнес Лю, встав и отряхнувшись, - почему ты позволил убить Чена? Почему ты не защитил его?
  
  - А почему ты этого не сделал? - тут же оправдалось божество в драной рогоже.
  
  - С меня хватит! - заорал Лю. - Я найду на турнире убийцу Чена с твоего согласия или без него!
  
  Молодой человек повернулся и быстро пошел по дороге, ведущей в близлежащий городишко, чтобы снять там на время захудалую гостиницу. В душе он был даже рад ссоре в Храме: так, по крайней мере, он может уйти без оправданий и переночевать в относительно приличном месте, потому что перспектива остаться на ночь у монахов не прельщала его ни капли. После жизни в цивилизованной Америке Лю Кангу совершенно не хотелось спать на ветхом тюфяке без подушки и умываться в грязной речке, равно как и использовать в качестве туалетной бумаги лопух, а по сравнению с Храмом Света любая однозвездная гостиница показалась бы дворцом.
  
  Рейден мрачно посмотрел на дедушку Лю Канга. Тот затрясся как осиновый лист и, упав на колени, принялся целовать божеству руки.
  
  - Он не готов, мой повелитель, - грустно сказал старик. - Мы потеряли слишком много времени.
  
  - Я знаю, но больше никого нет.
  
  3. Заговор
  
  Вскоре после возвращения Лю Канга на родину Рейден с наставником Храма Света и его заместителем нанесли визит старшему брату Рейдена и по совместительству главе Младших Богов Тьену, посетив его дворец на горе Ифукубе.
  
  Увидев входящих в тронный зал гостей, Тьен быстро поднялся с кресла.
  
  - Ну что, какие новости? Вышло?
  
  Наставник с приспешником тут же бухнулись на колени, на четвереньках подползли к Тьену и почтительно поцеловали полу его одеяния. Рейден со страхом взглянул на братца, на отвратительной роже которого навеки застыло какое-то экстазное выражение, словно он всю жизнь испытывал непрерывный оргазм. Однако бог грома был несколько повыше рангом, нежели наставничек с подручным, а посему имел право не падать ниц и ограничился лишь низким поклоном.
  
  - Все отлично, Лю Канг будет на турнире! - почтительно произнес Рейден.
  
  - Это решающий турнир! - вдруг подал голос стоящий на четырех костях наставник.
  
  - И без тебя знаю, - Тьен пнул подручного носком сапога в бок. - Я собрал вас здесь, чтобы обсудить одно важное дело. Нам нужна победа любой ценой.
  
  - Да-да, Тьен, я понимаю, - послушно закивал его брат.
  
  - Нам с тобой не нужно поражение, и это тебе прекрасно известно. Император и его подручные у меня уже давно в печенках сидят. Впрочем, я отвлекся. Нам любой ценой нужно одержать победу, иначе всем нам крышка.
  
  - Да-да, Тьен, я понимаю, - повторил Рейден.
  
  - Догадываешься, что нам надо сделать?
  
  - Победить любой ценой! - снова подал голос угодливый наставник.
  
  - Совершенно верно, но я тебя не спрашивал, - Тьен еще раз пнул своего приспешника. - Итак, у нас есть некоторая проблема. Мы либо победим, либо умрем.
  
  - Лучше победим, чем умрем, - ответил Рейден.
  
  - Возможно и то, и другое, но перестань меня перебивать! - рявкнул Тьен. - Люди Императора одержали в Смертельной Битве девять побед подряд. Скоро решится наша судьба, ибо нас ждет десятый, решающий турнир. Если мы победим, все отлично, если проиграем - прости-прощай, жизнь.
  
  - Ну что теперь? - устало произнес бог грома.
  
  Глава Младших Богов ухмыльнулся.
  
  - Шао Кан точно не оставит нас в живых после того, что мы ему сделали, и будет иметь на это полное право. Наш долг - не допустить этого. Вернее, не наш, а ваш, - он грозно смерил взглядом Рейдена с подручными.
  
  - И что же именно нам следует делать? - спросил брата Рейден.
  
  - Лю Канг в ярости?
  
  - Еще в какой!
  
  - Клянется пришибить Шэнг Цунга?
  
  - Только об этом и мечтает! - торжественно провозгласил Рейден.
  
  - Объясняю персонально для идиотов, - Тьен смерил согбенных в четыре погибели наставника с прихлебателем донельзя презрительным взглядом. - Нам нужно любой ценой выиграть Смертельную Битву. Для этого нужно нейтрализовать лучших людей Шао Кана. Среди его воинов много блестящих мастеров, но все они не чета Лю Кангу - ты сам наблюдал за ним, Рейден, и знаешь, насколько хорошо он владеет боевыми искусствами. Он спокойно разделает под орех большую часть императорских бойцов. Наиболее опасны для него Горо и Шэнг Цунг, причем первый - намного менее, чем второй.
  
  - Шэнг Цунг не станет принимать участие в турнире! - вновь завопил наставник. - Он же бывший, а не действующий чемпион!
  
  Тьен от души расхохотался.
  
  - Откуда ты знаешь? Дурень несчастный! Люди Императора жаждут победы столь же страстно, как и мы, и сделают для этого все! Если что-то случится с Горо - Шэнг Цунг выйдет на бой сам, в этом я уверен целиком и полностью!
  
  Наставник покорно закивал.
  
  - Горо глуповат и простоват, хотя и силен, и его можно перехитрить, - продолжал Тьен. - После Горо надо будет разделаться с Шэнг Цунгом, и победа у нас в кармане. Изо всех Избранных, принимающих участие в турнире, победить императорского придворного мага способен лишь Лю Канг, но он в самый неподходящий момент сбежал из Храма Света.
  
  - Да, да, именно так, - елейно пропел наставник.
  
  - Замолчи, я не закончил. Мне надо было любой ценой заставить Лю Канга принять участие в турнире, а тут как раз подвернулся удобный случай. Твоими стараниями, мой верный слуга! - Тьен наконец-то благосклонно улыбнулся наставнику.
  
  - Но как я... - в недоумении проквакал тот.
  
  - Недавно брат Лю Канга Чен погиб в результате несчастного случая. Неудачно ударился головой, а если учитывать тот факт, что ты частенько бил его по голове палкой и головой об стенку - это падение стало последним в жизни мальчика. Я воспользовался случаем и наслал Лю Кангу видение, в котором его брата убил Шэнг Цунг.
  
  - О мой повелитель! - высокопарно воскликнул наставник. - Меня терзают муки совести, ведь я виноват в смерти брата Лю... Бедный мальчик!
  
  - Спасибо тебе большое, - Тьен воззрился на наставника так, что тот понял, что ляпнул нечто совершенно неуместное, и замолчал на полуслове. - Все просто прекрасно, и не надо жалеть этого Чена. Плевать я на него хотел. Этот мальчик отлично послужил великой цели, пусть же упокоится с миром. Итак, насланное мной Лю Кангу видение все же подействовало! Не думал я, что хоть что-то прошибет этого материалиста! Рейден, что ты наплел Лю Кангу?
  
  - В присутствии монахов я утверждал, что защита мира важнее мести, но потом буду подталкивать Лю к убийству Шэнга, как ты того и хочешь...
  
  - Великолепно! - радостно проорал Тьен. Голос у главы Младших Богов был не менее мерзкий, чем рожа, и сильно напоминал царапанье железа по стеклу. Его красные глаза без зрачков светились, как огни светофора, сальные черные волосы едва ль не стояли дыбом, во рту сверкали здоровенные клыки, и всем своим видом он в тот момент напоминал какое-то адское чудовище. Длинными ногтями, накрашенными белым лаком, Тьен нервно теребил полу своего балахона, когда-то белого, а ныне серого от времени.
  
  - Конечно, Тьен,-подобострастным голоском пропел его младший брат, - все будет, как ты скажешь...
  
  - Будь осторожен и осмотрителен. Мы должны любой ценой победить - даже если для этого двадцать раз придется нарушить все правила турнира. Наши жизни дороже правил. Итак, Чен мертв, Лю знает об этом и хочет отомстить...
  
  - Ты что - с ума сошел, правил нарушать! - услышав такое, Рейден сразу забыл обо всяком почтении и едва не наложил в штаны от страха.
  
  - Да заглохни ты, я же образно выражаюсь! И вообще - не перебивай меня, я не договорил!!! Я хочу, чтобы мы не просто выиграли этот турнир, но и обеспечили себе безопасность на много лет вперед. Если Шэнг Цунга - лучшего из бойцов Императора - не будет в живых, никто не сможет просто вот так его взять и заменить. Пройдет много лет, а то и столетий, прежде чем Шао Кан найдет кого-то стоящего на его место. Вспомни сам, сколько лет мы ждали появления бойца такого уровня, как Великий Кунг Лао! Теперь ты понял, придурок, почему Лю Канг должен не просто победить, но именно убить Шэнг Цунга?
  
  - Лю Канг - человек такой же благородный и милосердный, как и его отец, - мышиным голосом пищал трусливо согнувшийся под грозным взглядом брата Рейден. - Может статься, что он не захочет...
  
  - Кретин! Побольше трещи про то, что главное - защита мира, а не месть, но осторожненько намекни на то, что Шэнг Цунг должен умереть. Чужими руками мы отправим на тот свет одного из наших опаснейших врагов! Великолепно! Шэнг Цунг должен умереть - и точка! - еще раз повторил Тьен, гордо взирая с высоты своего исполинского (2.60) роста на братца и подручных. - Я не успокоюсь, пока он не умрет!
  
  - А если не выйдет? - ойкнул Рейден.
  
  - Хватит, братец! Я устал от твоих вечных 'если'! Для меня главное - победа любой ценой! И смерть Шэнг Цунга тоже! Следи за тем, чтобы все шло по плану! Не получится - убьешь Шэнга сам! Убери его с нашей дороги любой ценой и без известия о его смерти на глаза мне не показывайся!
  
  - А что он тебе так сдался? - неожиданно ответствовал Рейден. - Столько лет...
  
  - Ты что, совсем дурак?
  
  Рейден сразу сник.
  
  - Если Лю Канг не убьет Шэнг Цунга, тот по-прежнему сможет нам мешать, и у нас по-прежнему будут связаны руки. Если хочешь знать, мне нужна не просто победа.
  
  Рейден умоляюще посмотрел на брата.
  
  - Ты понимаешь, что сейчас в случае поражения наши жизни окажутся в крайней опасности. Я хочу, чтобы мы оказались не просто во временной безопасности, а в полной безопасности. Если Шэнг Цунг умрет, Император, как я сказал, не сразу найдет... возможно, и вообще никогда не найдет, кем его заменить. У нас будут развязаны руки...
  
  - Тьен, ты уже повторяешься, - недовольно буркнул Рейден, которому уже порядком поднадоели пространные речи старшего брата; бог грома скучал и переминался с ноги на ногу.
  
  - Заткнись и слушай меня! - гордо воскликнул Тьен. - Ладно, я буду выражаться короче.
  
  - Не знал, что ты умеешь! - шепотом съязвил уставший Рейден, надеясь, что брат его не услышал.
  
  - Я еще раз объясняю, что мне хочется оказаться в полной безопасности. Для этого надо сначала избавиться от Шэнг Цунга. Избавиться раз и навсегда! После этого можно будет и с Шао Каном разделаться - уж я заручусь поддержкой Старших Богов, будь уверен, ведь Джиал Императора ненавидит! - и до милого нашего папочки Шиннока добраться!
  
  - А так ли уж легко будет убить нашего брата... то есть Императора? Ой, я и забыл, ты ведь ненавидишь, когда тебе напоминают, что Шао Кан - наш брат...
  
  Тьен сначала покраснел, потом побледнел, потом позеленел, а потом намеревался было показать Рейдену апперкот с выбиванием челюсти, но вместо этого обратил свою ярость на другой объект и со злобой принялся пинать стоящего на карачках наставника Храма ногами в зад.
  
  - Убью... Убирайтесь все вон! Идите и займитесь делом!
  
  - Да-да, Тьен, - тут же закивал Рейден. - Я сделаю все возможное!
  
  4. Суперзвезда
  
  В Лос-Анджелесе полным ходом шли съемки нового остросюжетного боевика 'Сдвиг по фазе'. В главной роли снимался знаменитый голливудский актер Джонни Кейдж, который сам написал сценарий к фильму, но подбор актеров возложил на коллег; вследствие этого он был крайне недоволен уровнем подготовки исполнителей второстепенных ролей.
  
  Тридцатидвухлетний Джон Карлтон Кейдж не только был великолепным актером и сценаристом, но и блестяще владел боевыми искусствами; все головокружительные трюки он выполнял без помощи каскадеров. Те же люди, которых набрали для съемок в новом фильме, абсолютно не умели ни играть, ни драться, временами смахивая на заведенные манекены и даже не понимая, что от них требуется по сюжету, поэтому Джонни даже пришлось подсказывать одному из них, где тот должен упасть. В какой-то момент актер окончательно вышел из себя и принялся кричать на своих помощников.
  
  - Ну скажите честно - где вы набрали этих ребят? Опять студенты на каникулах подрабатывают? Оно и видно! Потом журналисты твердят, что это я бездарный актер и ничего толком делать не умею! Сколько раз я вам говорил - профессионалов нужно искать, профессионалов, даже если это будет стоить намного дороже, а не непонятно кого! Все на исходные позиции, продолжаем через пятнадцать минут, я сейчас попью воды и вернусь!
  
  Когда Джонни шел в раздевалку за минералкой, к нему подбежал один из помощников оператора:
  
  - Джонни, с тобой кто-то хочет поговорить.
  
  - Кто?
  
  - Не знаю...
  
  - Вы пустили кого-то на съемочную площадку и даже не знаете, кто это?
  
  - Да дело не в этом...
  
  - Лучше бы это был не репортер!
  
  - Конечно, это не репортер! Если хочешь, я пойду и узнаю, кто это.
  
  Джонни отмахнулся и пошел дальше. Вдруг он увидел, что в его любимом черном кожаном кресле с надписью 'Джонни Кейдж' сидит какой-то человек с газетой в руках, на первой полосе которой красуется очередная ругательная статья об актере и его фильмах.
  
  - Эй, вы сидите в моем кресле!
  
  Гость опустил газету.
  
  - Учитель Бойд?
  
  Джонни Кейдж с удивлением узнал своего учителя - известного мастера каратэ Билла Бойда, который в настоящее время работал тренером сборной США. Нынешний знаменитый актер родился в Венайсе, в штате Калифорния, и провел там все свое детство. Его родители были очень бедны, мама работала посудомойкой в захудалом кафе, а отец продавал газеты, и Джонни с младшей сестренкой Ребеккой не каждую неделю видели сладкое. Учитель Бойд приехал в Венайс из Нью-Йорка; он был настоящим подвижником и энтузиастом, который разыскивал юные дарования в самых неблагополучных кварталах и занимался с ними за символическую плату. Билл Бойд не просто учил мальчишек и девчонок защищать себя без оружия - он также стремился привить им основы нравственности, дать им жизненные ориентиры и зажечь тепло в их сердцах. Когда он открыл в квартале Джонни секцию каратэ, родители будущей кинозвезды наскребли немного денег и позволили сыну учиться боевым искусствам, решив, что пусть уж лучше ребенок занимается, а не болтается без дела на улице, общаясь с малолетними преступниками. Джонни понравилось посещать занятия, и вскоре мастер Бойд по праву назвал его лучшим из своих учеников. Когда молодой человек заканчивал школу, его пригласили на кинопробы; дебют был просто блестящим, и с этого момента Джонни посвятил себя киноискусству, сделав головокружительную карьеру. Он стал зарабатывать много денег и купил для своей семьи новый дом в престижном районе Лос-Анджелеса, однако, как и всякий успешный человек, Джонни страдал от нападок завистников.
  
  - Я вижу, пресса по-прежнему задает тебе жару, хоть ты и великолепный боец, - мастер Бойд указал на статью в газете.
  
  - Да, они все обо мне невесть что думают.
  
  - Ты не просто мой лучший ученик! Ты - лучший в мире мастер каратэ, и я могу помочь тебе доказать это.
  
  Для Джонни много значила похвала его любимого учителя, и он сразу почувствовал себя обнадеженным.
  
  - Как?
  
  - Тайный турнир, который проводится раз в поколение. Уже приглашены лучшие бойцы со всего мира. Если ты станешь победителем, то все узнают, на что ты действительно способен.
  
  - Спасибо, учитель, за ваши добрые слова и за интересное предложение, но это исключено. У меня куча контрактов. Если мне на этом вашем турнире челюсть сломают, я не смогу сниматься и останусь без денег. Кстати, вы к нам надолго? Я сегодня вечером свободен - может, в Музей современного искусства вместе сходим?
  
  - Джонни, для тебя эти дурацкие фильмы важнее твоего доброго имени? - мастер явно не собирался менять тему разговора.
  
  - Учитель, вы же знаете, что я на свои гонорары не один живу. У сестренки скоро начинается последний учебный год в университете, ей диплом защищать, и мой папа - инсулинозависимый диабетик. Я оплачиваю учебу Ребекки и папино лечение. Если у меня не будет денег, что будет делать моя семья? Влезать в эти проклятые кредиты? Вы же понимаете, как это сложно. А если мне действительно что-нибудь сломают - кто мое лечение оплачивать будет? Медицинская страховка в таких случаях всех расходов не покрывает.
  
  Мастер Бойд заметно занервничал.
  
  - Джонни, Джонни! - с явным упреком произнес он. - Я тебе такое предложение делаю, а ты - челюсть, контракты! Нашел время, честное слово. Все твои одноклассники давно спились и скурились, а ты - звезда, звезда первой величины! Неужели ты не хочешь окончательно утереть нос всем недоброжелателям?
  
  - А вы изменились, учитель, - вздохнул киноактер. Он был сильно удивлен поведением мастера: на протяжении долгих лет Билл Бойд был идеалом для Джонни, он всегда учил его доброте и бескорыстию, а тут вдруг призывает воспитанника поступиться долгом перед семьей и коллегами ради тщеславия! Однако Джонни очень любил своего учителя и в душе чувствовал вину перед ним из-за того, что не хочет принять его предложение.
  
  - Тебя что-то смущает, Джонни? - улыбнулся мастер.
  - Да. Вы мне сказали, что турнир тайный; как же люди узнают о том, что я победил?
  
  - Да очень просто. Я же сказал тебе, что туда приглашены лучшие бойцы со всего мира. Хотя они и дают клятву не говорить никому о турнире, они могут рассказать всем, в том числе и прессе, о том, какой ты превосходный мастер.
  
  Джонни заколебался.
  
  - Учитель, а это точно безопасно? Я же вам сказал, какая у меня ситуация...
  
  - Успокойся, Джонни. Правила строго запрещают наносить друг другу серьезные повреждения, так что не переживай по этому поводу, - мастер Бойд достал из сумки небольшой потрепанный свиток и протянул его ученику. - Это приглашение на турнир. Завтра вечером в Гонконге с сорокового пирса отплывает корабль под названием 'Крыло дракона'. Когда поднимешься на борт, покажи приглашение служителям.
  
  Актер развернул свиток. На пожелтевшей от времени бумаге были изображены непонятные китайские иероглифы, а над ними - черная голова дракона в круге.
  
  - Что-то совсем ничего прочесть не могу, - разочарованно сказал Джонни. - Видно, я совсем забыл китайский.
  
  - Нет, Джонни, просто это очень древний диалект, которого ты не знаешь. Здесь говорится о древнем тайном турнире, который проводится раз в поколение на острове Шимура в Восточно-Китайском море. В нем побеждают лучшие из лучших, их ждут великая слава и заслуженный почет! - торжественно провозгласил Билл Бойд.
  
  - Я ни разу не слышал об этом турнире...
  
  - Это великий турнир, который был создан для того, чтобы лучшие бойцы могли попробовать свои силы и доказать свое умение! - снова парировал мастер. - Ну, что теперь скажешь?
  
  Джонни чувствовал себя несколько растерянным. Его любимый учитель никогда не придавал такого значения репутации - напротив, главным в жизни он считал наличие у человека чувства собственного достоинства, самоуважения и уважения к другим. Все это было странно, очень странно. К тому же актеру показалось, что мастер Бойд как будто забыл давно известные ему факты из жизни ученика: Роберт Карлтон, отец Джонни, уже несколько лет страдал тяжелой формой диабета, а у учителя, когда его воспитанник обмолвился об этом, было такое выражение лица, словно он первый раз об этом слышит! Что-то было явно не так. Однако Джонни колебался недолго: в конце концов, попытка - не пытка, да и с раннего детства родители внушали ему, что лучше сделать и пожалеть, чем не сделать и пожалеть. К тому же мастер все-таки сказал, что это безопасно...
  
  - Согласен, я поеду. Это большая честь для меня, учитель, - ответил актер.
  
  - Хорошо. Корабль отправляется завтра в десять вечера по гонконгскому времени. Удачи тебе, Джонни.
  
  Мастер Бойд поднялся с кресла, попрощался и ушел, оставив Джонни разглядывать странный свиток с иероглифами.
  
  Лос-Анджелес, несколько дней спустя
  
  Поздним вечером в доме Джонни Кейджа раздался телефонный звонок. Мысленно чертыхаясь в адрес того, кто не дал ей спокойно досмотреть очередную серию исторической мелодрамы 'Самурай и гейша', мама Джонни подошла к телефону.
  
  - Здравствуйте, миссис Карлтон. Джонни дома? - раздался в телефонной трубке голос мастера Бойда.
  
  Мать актера от удивления едва не выронила трубку.
  
  - Билл, как он может быть дома, если четыре дня назад он по вашему же приглашению поехал на какое-то соревнование?
  
  - Роуз, вы что, разыгрываете меня? - мастер Бойд был удивлен не меньше собеседницы. - Сегодня двадцатое июля, а не первое апреля. Как я мог куда-либо пригласить Джонни, если я две недели провел в России на чемпионате мира по каратэ и только вчера прилетел из Санкт-Петербурга? Я же не могу одновременно находиться в двух разных городах! К тому же я знаю, что у Джонни серьезная работа, и я не стал бы его от нее отрывать!
  
  Повисло напряженное молчание. Наконец Роуз нарушила тишину:
  
  - Билл, Джонни после съемок заехал домой, сказал, что вы пришли к нему на съемочную площадку и пригласили его на какое-то соревнование по боевым искусствам, собрал вещи и отправился в аэропорт. Он еще какой-то свиток на китайском нам показывал - вроде как приглашение от вас.
  
  - Какой еще свиток? - в голосе мастера звучало теперь уже не удивление, а явное беспокойство.
  
  - Старый свиток, на нем еще картинка была - черная драконья голова в круге, - растерялась Роуз, не зная, что и думать.
  
  Мастер Бойд на другом конце провода тяжело вздохнул.
  
  - Роуз, слушайте меня внимательно. Я еще раз подчеркиваю, что я только вчера прилетел из Санкт-Петербурга, где и провел последние две недели. Следовательно, я никак не мог прийти к Джонни на съемочную площадку и куда-либо его пригласить. Здесь что-то не так. И особенно меня беспокоит этот странный свиток, поглядеть бы на него... впрочем, ладно. Немедленно звоните Джонни и просите, умоляйте, требуйте, да что угодно ему говорите, чтобы он вернулся домой! Я не знаю, кем был тот тип, который всучил Джонни эту бумагу с драконьей головой, что ему от него надо и почему Джонни сказал вам, что свиток ему дал я - наверно, чтоб вы не волновались. Одно я знаю точно: я не виделся с Джонни последние пять месяцев, а то, во что он ввязался, может быть крайне опасно! Звоните ему и любой ценой заставьте вернуться!
  
  Мастер Бойд попрощался и повесил трубку. Молясь про себя, чтобы Джонни ответил, он набрал номер мобильного своего ученика.
  
  'Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети'.
  
  Билл Бойд устало прислонился к стене, словно силы оставили его, и еще раз набрал номер.
  
  'Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети'.
  
  Теперь мастеру стало по-настоящему страшно - ведь он знал, что именно кроется за красивым символом в круге.
  
  5. Пророчество
  
  До отплытия 'Крыла Дракона', легендарного корабля, который должен был отвезти на турнир его будущих участников, оставалось еще целых шесть часов. Лю приехал в Гонконг слишком рано - уж очень ему не хотелось оставаться в Храме Света и общаться с любимым дедушкой. Сначала он успел пройтись по магазинам и купить себе новую черную джинсовую куртку, а потом Лю решил перекусить и заглянул в пиццерию. Он заказал себе большую пиццу с оливками, чай и салат и принялся за еду. После обеда молодой человек, расслабившись, смотрел в окно кафе и прихлебывал чай, как вдруг на пороге пиццерии появилась необычная посетительница - одетая в цветастую юбку и алую кофту немолодая цыганка с крупными золотыми серьгами в ушах. Она направилась прямо к столику Лю Канга. Юноша насторожился, подумав, что она явно решила выманить у него деньги-сейчас наверняка начнет просить 'позолотить ручку'; тем временем цыганка, даже не спросив разрешения, уселась рядом с ним.
  
  - Ты не думай, парень, - сказала она, - ничего мне от тебя не надо. Денег у меня и так полно, дочка с зятем швейной фабрикой владеют, клиентов навалом! Вижу я у тебя в душе большое горе. Кто-то из твоих близких умер, и ты думаешь, что не своей смертью.
  
  Лю напряженно кивнул. Дама попала в точку.
  
  - Ты злишься, - продолжала она, - хочешь отомстить, ведь ты очень любил этого человека.
  
  - Верно, - согласился Лю, на всякий случай проверив, на месте ли бумажник.
  
  - Я уже сказала - денег мне не надо, и грабить я тебя не собираюсь, - хмыкнула цыганка. - Не будь дураком. Езжай-ка ты назад в свою Америку, поступай в колледж и учись. Кто там в смерти твоего родственника виновен - это судьба сама разберется, сама его и накажет, ты на себя это все не бери. Вот что я тебе скажу: твоя судьба тебя любит, она у тебя хорошая, да только сам ты не очень умен и вдобавок еще и упрям. Есть у тебя сейчас хороший выбор. Вернешься в Америку да пойдешь учиться - будешь всю жизнь счастлив, доживешь до глубокой старости, не зная горя. Если же сядешь на корабль - и там у тебя выбор будет, но в любом случае выходит одно: попытаешься отомстить - ждут тебя несчастье и гибель, и любви своей тебе не видать.
  
  - Какая любовь, у меня и девушки-то нет! - удивился Лю Канг.
  
  - Кто мстит за другого - тот себя потеряет, - продолжала цыганка. - Все, пойду я, да только чует мое сердце - ты меня не послушаешь. Беду навлечешь на себя и других.
  
  С этими словами женщина встала и, позвякивая украшениями, направилась к выходу. Лю ошарашенно сидел у окна с чашкой в руке.
  
  'Странная какая-то дама', - подумал он. В первую минуту юноша действительно засомневался и подумал, правильно ли все делает, но эмоции тут же заглушили голос здравого смысла. Судьба накажет этого наглого бандита, который безо всякого стыда прикончил подростка! Да как же! Догонит и еще раз поддаст! Может, цыганка что и угадала - поговаривают, что все они хорошие психологи! - да только Лю не верил в некую высшую справедливость. Почему-то все эти главы преступных группировок, как показывают реальные примеры, убивают людей направо и налево и отнюдь не бывают наказаны судьбой за многочисленные прегрешения-живут себе припеваючи, а дети вроде Чена умирают по их вине. Лю стиснул зубы, подумав о несправедливости мира. Ведь он и в самом деле думал поступать в вечерний колледж, чтобы получить хоть какое-то образование, но внезапная гибель несчастного Чена от рук неизвестного изверга разрушила все планы Лю. Учиться, безусловно, важно, но только сначала следует разобраться с этим уголовником, а колледж пусть подождет - оно успеется, ведь Лю еще только в ноябре исполнится двадцать пять. С детства он был довольно упрям; он не любил, когда его заставляли что-либо делать, и с трудом прислушивался к чужим советам, вернее - вообще к ним не прислушивался. Точно так же произошло и в этот раз - молодой человек проигнорировал и собственный внутренний голос, и слова цыганки, объяснив все это простым совпадением и тем, что дама попросту хороший психолог от природы... хотя очевидным было то, что все ее слова были слишком точными для того, чтобы оказаться банальной догадкой.
  
  Допив чай, Лю вышел из кафе и отправился навстречу своей судьбе - на сороковой пирс в порту Гонконга.
  
  6. Спецоперация
  
  На землю опускались сумерки. Быстро темнело. Гонконгский ночной клуб с романтическим названием 'Ирис' засверкал всеми огнями. Гости этого замечательного места - одного из самых злачных в городе - даже и не подозревали о том, какие важные события происходили в этот день прямо у них под носом в их любимом заведении.
  
  Американская и гонконгская разведка решили провести в этом месте совместную масштабную спецоперацию по захвату крайне опасного преступника, объявленного в международный розыск. Бандит, известный под именем Кэно, был лидером знаменитой преступной группировки 'Черный Дракон'; этого человека и его соратников разыскивали правоохранительные органы всех стран мира - дров Кэно наломал прилично. В его послужном списке были убийства, ограбления, торговля оружием и взрывчаткой, вымогательства, терроризм, захваты заложников, кражи секретных документов... этот перечень можно было бы продолжать бесконечно, потому что в мировых уголовных кодексах не существовало практически ни одной статьи, по которой Кэно и его сообщникам нельзя было бы предъявить обвинение. На 'Черный Дракон' уже давно велась масштабная охота, но каждый раз все операции заканчивались провалом - бандиты и их главарь непостижимым образом ускользали от правосудия и обводили всех вокруг пальца. Кэно неоднократно пытались убить, но он наперекор всему и всем умудрялся остаться в живых и вновь принимался за старое. Наконец спецслужбам удалось засечь преступника в Гонконге, вычислить точное местонахождение Кэно и загнать его в угол, но поскольку 'Черный Дракон' был на редкость могущественной организацией, силовики Гонконга решили, что в одиночку с бандитами вряд ли справятся, и позвали на помощь американских коллег, тем более что у тех были с Кэно свои счеты.
  
  Лейтенант Соня Блейд из особой команды спецназа США так вообще считала этого преступника своим личным заклятым врагом: от рук Кэно и его сообщников погибли два напарника Сони и ее родной брат Дэниэл. Первый из напарников лейтенанта Блейд, Уильям Доббс, был убит при попытке спецназовцев проникнуть в подземные укрытия банды; выручая коллегу, майор Джексон Бриггз, более известный как Джакс, выбил Кэно левый глаз, но на помощь раненому главарю подоспел большой отряд его людей, и силовики вынуждены были спасаться бегством, так и не доведя расправу с преступниками до конца. Сама Соня была тяжело ранена осколком гранаты и провела несколько недель в больнице. Вскоре погиб и второй ее напарник - Райан Вэкслер. Они с Соней мирно пили кофе во время обеденного перерыва, и ничто не предвещало беды, но преступники подбросили в окно комнаты, где отдыхали полицейские, взрывное устройство. Соня каким-то чудом успела выпрыгнуть в окно, но несчастный Райан погиб на месте. После этого спецслужбы бросили все силы на поимку Кэно, но все их старания оказались тщетными, более того - Соню ждал новый страшный удар.
  
  У нее был брат-близнец по имени Дэниэл; двойняшки с раннего детства были очень привязаны друг к другу - в школе они сидели за одной партой, в институт тоже поступили вместе и даже пошли работать в одно подразделение. Многие коллеги Сони и Дэниэла, которые не могли похвастаться столь хорошими отношениями с братьями и сестрами, завидовали двойняшкам белой завистью, но вскоре Дэниэла Блейда ждала страшная гибель. Отряд Сони отправился на очередную спецоперацию в логово 'Черных Драконов', но все закончилось чудовищным провалом - силовики наткнулись на засаду и еле спаслись, а несчастного Дэниэла, которому за день до этого исполнилось всего лишь двадцать четыре года, сжег живьем из огнемета один из наиболее жутких подручных Кэно - отморозок по кличке Безликий. После смерти брата Соня несколько месяцев пребывала в тяжелейшей депрессии; хуже всего было то, что невеста Дэниэла, их соседка Сара, не смогла справиться с потрясением и покончила с собой, приняв огромную дозу снотворного. После этого Соня решила, что любой ценой доберется до Кэно и заставит его ответить за все.
  
  Родители Сони тоже очень тяжело переживали смерть сына; они требовали от дочери оставить опасную работу и найти себе какое-нибудь более мирное занятие по душе, мотивируя это страхом за Соню, но она категорически отказалась. Тогда у них возникла новая идея-фикс: уж если их единственная дочь так уж не хочет распрощаться со своей рискованной деятельностью, ей стоит подумать о создании семьи. Естественно, здесь они рассчитывали на то, что вскоре после свадьбы у Сони могут родиться дети, и вследствие этого работу она по-любому бросит - какая уж тут охота на Кэно, если надо менять пеленки грудничкам!
  
  Сами Сонины родители поженились почти сразу после окончания школы, но девушка, напротив, сильно отличалась не только от них, но и от большинства своих сверстников. Одноклассницы Сони уже в начальной школе заглядывались на ребят и писали им любовные записочки, а лет с тринадцати так вообще начали бегать на свидания, но Соню, казалось, парни не интересовали вообще: она предпочитала провести вечер скорее с учебниками, нежели с друзьями, а на все уговоры знакомых пойти на дискотеку или в клуб отвечала, что ей там скучно и что современную музыку она не любит. Одноклассники поначалу пытались дразнить Соню за равнодушие к молодежным увлечениям и мальчикам, но ее это, казалось, совершенно не волновало - изо всей школы она дружила только с Мэгги Блэк, девочкой на год моложе, с остальными же была вежлива, но холодна.
  
  Мэгги была довольно странной: Эрика, мама Сони, думала, что школьница явно отстает в развитии. В четырнадцать лет лучшая подруга будущей лейтенанта Блейд все еще играла в куклы, смотрела детские передачи и прыгала через скакалочку с младшеклассницами, а на парней тоже не обращала никакого внимания. Миссис Блейд одно время даже пыталась запретить Соне общаться 'с этой странной Мэгги', но ее дочь попросту проигнорировала все увещевания родителей, поскольку видела, что ее лучшая подруга, несмотря на все свои неординарные увлечения, не является ни слабоумной, ни наивной - напротив, она казалась Соне намного умнее и взрослее пустоголовых диско-девочек из ее класса: Мэгги отлично училась, много читала, прекрасно разбиралась в людях и умела логически мыслить. Время шло, Соня закончила школу, получила высшее образование, пошла работать, но к двадцати шести годам так и не обзавелась поклонниками, что не на шутку беспокоило ее родителей, которые считали семью главной ценностью в жизни и боялись, что их дочь в итоге может вообще остаться одна. Они постоянно говорили Соне о том, что ей нужно непременно выйти замуж, и желательно как можно быстрее. В итоге ей надоело слушать их нотации, и она согласилась встречаться со своим коллегой - лейтенантом Джулианом Джексоном, который давно был в нее влюблен. К сожалению, Джулиан нравился Соне только как друг; поскольку он испытывал к ней очень сильные чувства, то в тот момент, когда Соня вроде бы как ответила ему взаимностью, он был на седьмом небе от счастья, однако девушка по-прежнему воспринимала его исключительно как приятеля и коллегу, и все попытки лейтенанта Джексона зайти в отношениях чуть дальше прогулок под ручку натыкались на холодно-вежливую отстраненность Сони.
  
  Несколько раз Джулиан пробовал пригласить свою девушку к себе домой с ночевкой, но получал культурный отказ. От своего двоюродного дяди, который в свое время работал на одной фабрике с бабушкой Сони, он узнал, что пожилая миссис Блейд всегда придерживалась крайне строгих взглядов на отношения полов и даже являлась членом какой-то пуританской общины; судя по всему, такие воззрения разделял и ее сын - отец Сони Герман Блейд. На основании этого Джулиан решил, что Соню, судя по всему, просто очень строго воспитали, и оставил свои попытки перейти к более близким отношениям, поскольку очень любил свою девушку и не хотел вызвать ее недовольство. К сожалению, ему не пришло в голову проанализировать ситуацию чуть глубже и понять, что Соня любит его только как друга, а как мужчина он ей совершенно безразличен. Собравшись с духом, весной он наконец сделал Соне предложение; она, не желая огорчать ни Джулиана, ни родителей, согласилась, но при этом постоянно думала о том, что не представляет себе жизни в браке с лейтенантом Джексоном. Конечно, он прекрасный человек, по всему видно, что он очень ее любит, но Соня оставалась к нему равнодушной; к тому же по характеру она была от природы довольно закрытым человеком. После смерти напарников и брата она стала еще более замкнутой и плохо себе представляла, как вообще сможет кому-то довериться. Родители Сони, которые наравне с бабушкой были приверженцами строгой морали и с осуждением относились к добрачным и внебрачным связям, полагали, что их дочь правильно себя ведет, не позволяя себе в отношениях с женихом никаких вольностей; в бытность ее школьницей они постоянно ругали современную распущенную молодежь и предрекали ее одноклассникам в будущем заболевание всеми известными науке венерическими болезнями, а религиозная бабушка Сони не уставала добавлять, что всем им уготовано тепленькое местечко в аду среди блудников и прелюбодеев. Сама же девушка, слушая родительские речи, постоянно думала о том, не является ли ее помолвка с Джулианом ошибкой... хотя все равно надо же когда-то замуж выходить, и отнюдь не все люди женятся по страстной любви, а лейтенант Джексон - отнюдь не самый худший вариант на роль будущего супруга.
  
  Поразмыслив, она решила смириться с происходящим: пусть все будет так, как есть, уж как-нибудь все наладится и утрясется. Свадьбу назначили на двадцать первое августа, но в конце июля Соню и ее коллег отправили в Гонконг на проведение долгожданной операции по захвату Кэно и его сообщников. Девушка с нетерпением ждала этого дня, даже не думая о той опасности, с которой могла столкнуться по ходу дела. Незадолго до отбытия на задание лейтенант Блейд зашла поговорить к своей лучшей подруге. Пару лет назад с Мэгги случилось несчастье - она попала в серьезную аварию, получила травму позвоночника и с тех пор не могла ходить, но, как ни странно, Мэгги, казалось, совершенно не переживала из-за своего увечья и как будто его не замечала - ее характер и отношение к жизни абсолютно не изменились. От природы она была довольно прямолинейным человеком и не стеснялась высказывать свое недовольство поступками окружающих; точно так же она отнеслась и к Сониным планам мести.
  
  - Знаешь, дорогая подруга, твои идеи отомстить этому одноглазому хмырю уже начинают превращаться в откровенную одержимость, - недоумевала Мэгги. - Я, конечно, все понимаю - терять друзей и родных для всех нормальных людей невыносимо больно, но все-таки... не постараться ли тебе относиться к этому Кэно просто как к объекту предполагаемого ареста, а не как к личности? Мне кажется, это уже начинает вредить твоей работе.
  
  Соня начала возмущаться, но ее рациональная подруга снова попыталась опустить ее с небес на землю.
  
  - Давай рассудим логически. Этот твой глава 'Черного Дракона' - попросту обычный маргинал, каких в мире пруд пруди. Я не могу сказать, в силу чего он таким стал - может, происходил из семьи потомственных преступников, может, вынужден так жить из-за множества всяких там неблагоприятных обстоятельств - например, его мамаша с папашей были алкашами, посылали ребенка по карманам лазить, чтобы добыть себе денег на виски, тот в итоге втянулся, сколотил свою банду, и пошло-поехало. Может, ему вообще просто нравится так жить - есть такие люди, которые без экстрима не могут. Не мне о нем судить, потому что я его как человека, к счастью, знать не знаю. Одно могу тебе сказать точно: ты почему-то считаешь, что все те ужасные вещи, которые сделал этот тип, имеют какое-то непосредственное отношение лично к тебе.
  
  - А то нет! - удивленно воскликнула Соня.
  - Да начни ты наконец мыслить здраво! Вы - представители закона и охотитесь на Кэно и его банду. Этот преступник от вас защищается. Да он на вас как на людей плевать хотел, он в вас видит только досадную помеху своей бурной деятельности, а не кого-то конкретного. Ты почему-то думаешь, что Кэно убил двух твоих напарников, чтобы досадить тебе лично. Да будь на твоем месте я, наш сосед Генри или хоть сам президент нашей страны, Кэно с тем же успехом убил бы Райана и Уильяма, потому что они ему пакостить мешали, да и дело с концом! Ты же почему-то вбила себе в голову, что Кэно считает тебя - именно тебя! - своим заклятым врагом и что твои напарники и Дэниэл погибли от рук членов банды исключительно потому, что ее главарь хотел сделать нечто плохое непосредственно тебе. Ты в свою очередь тоже вообразила Кэно своим личным врагом, и пошло-поехало. Что в итоге? Банальная служебная необходимость арестовать опасного преступника превратилась для тебя в одержимость местью. Зачем все это? Я последний месяц от тебя только и слышу, что про Кэно. Мой тебе совет - не входи в пике, потому что из-за своих идей-фикс ты теряешь способность здраво мыслить! Относись к Кэно как к обычному преступнику, иначе у тебя все дело пойдет наперекосяк и ты в самый неподходящий момент наломаешь дров, потому что поддашься ненужным эмоциям.
  
  Соне было обидно, что подруга не понимает ее чувств, и она принялась было объяснять, как много для нее значили брат и погибшие напарники, но Мэгги снова ее остановила.
  
  - Соня, любой человек на твоем месте тоже бы сходил с ума от горя, но ты никак не можешь понять, в чем твоя главная ошибка. Допустим, ты сидишь дома и пишешь рапорт. В твою комнату налетели комары, они противно зудят, кусают тебя и мешают работать. Они это делают, потому что хотят лично тебе сделать плохо?
  
  - Чушь, - хмыкнула Соня.
  
  - Вот именно. Ты для них - просто еда, и такова их природа. Тут ты берешь тряпку и лупишь комаров. Ты это делаешь специально, чтобы другие комары страдали, оставшись без близких? Тоже чушь. Ты их лупишь, чтобы не мешали тебе работать и спать. Среди людей то же самое: есть всякие уроды типа Кэно, паразитирующие на обществе и живущие за счет других, а есть полиция, спецназ, ФБР и прочие силовые структуры, которые этих паразитов безуспешно пытаются искоренить. Таков закон жизни - в мире есть преступники и правоохранительные органы, так было, есть и будет всегда, и ничего личного тут нет и быть не может! Сама посуди: если вор решил украсть у прохожего часы, он разве думает в момент преступления, что для потерпевшего этот предмет - единственная память о покойной бабушке? Да ему плевать на это, для него обворованный человек - всего лишь источник пропитания. А если вор застрелил полицейского? Да ему опять же абсолютно все равно, что убитый был прекрасным человеком и что у него остались жена и пятеро детей - он всего лишь избавился от помехи, которая мешала ему добывать деньги для себя. И не смотри на меня так, ты же знаешь, что я не разделяю твоих наивных идей о возможности полного искоренения преступности во всем мире.
  
  В тот вечер подруги едва не поругались, поскольку Мэгги призывала Соню смотреть на происходящее более хладнокровно и не давать воли лишним эмоциям, а та в свою очередь не могла их в себе задавить. Она и без того от природы была не слишком открытым человеком, но после тяжелого разговора с Мэгги еще больше укрепилась в мысли о том, что никому в этом мире нельзя полностью доверять. Она из лучших побуждений рассказала подруге про Кэно и свою ненависть к нему, а та ничего не поняла и не оценила ее горячего желания отплатить бандитам за смерть брата и друзей. Новый напарник Сони, майор Джексон Бриггз, вместе с которым она должна была работать во время операции по захвату Кэно, был недоволен закрытостью и недоверчивостью Сони, считая, что это сильно мешает делу, но все его попытки растопить лед ни к чему не привели - девушка только злилась и еще больше замыкалась в себе. В таком душевном состоянии она и отправилась на новое задание.
  
  Вечером семнадцатого июля особая команда спецназа США прибыла в печально известный в Гонконге 'Ирис' - местные жители, напуганные слухами о посещающей заведение публике, девяносто процентов которой явно находились не в ладах с законом, старались обходить злачное место стороной. В тот день в клубе была дискотека; вырубив на входе двух охранников - Соне показалось, что эти товарищи стояли там скорее для красоты, чем для фейс-контроля - спецназовцы вошли в заведение. Музыка гремела так, что у Сони и ее спутников заложило уши; группа захвата медленно продвигалась вперед, расталкивая танцующих.
  
  - Пошли быстрее! - торопила своих коллег Соня. - Джакс, периметр оцеплен?
  
  - Все в порядке! - уверенно ответил ее напарник.
  
  - Лучше бы это было так! Нам нужен Кэно!
  
  Джакс тяжело вздохнул - его тоже уже начала пугать одержимость девушки.
  
  - Успокойся, доверься мне, Соня! - попытался разрядить обстановку майор.
  
  - Я доверяю только одному человеку на этой планете, и ты говоришь с ним! - раздраженно бросила она.
  
  ***
  
  Спецназовцы продолжали идти, но неожиданно в дверях, ведущих к лестнице, появился неприятного вида молодой человек азиатской наружности с мелкими, как у мультяшного грызуна, чертами лица, и собранными в хвост черными волосами. В руках у него был автомат, который он навел на Соню, но девушка опередила врага очередью из своего. Преступник ракетой отлетел прочь, выбив собой стекло в двери, и упал на лестничную площадку. Соня кинулась к своему врагу, который был еще в сознании. С огромным удивлением она увидела, что попала в него только один раз и что всаженная ему в грудь пуля светится в ране непонятным голубоватым светом. 'Вроде бы у меня пули не светились', - подумала Соня, но особо долго удивляться этому не стала - ей было не до этого - и, вцепившись мужчине в воротник, резко приподняла его с пола.
  
  - Где Кэно? Ты с ним заодно, я уверена!
  
  - Да, я из 'Черного Дракона'... Идите дальше по той улице... В конце фабрика... уже года два не работает... Кэно и трое его людей там... - прошептал бандит, после чего отключился. Соня обернулась и увидела сзади своих коллег.
  
  - Отправляемся на фабрику! - решительно объявила она.
  
  Все выразили готовность идти брать Кэно, но у Джакса такая идея вызвала бурю возмущения и ужаса.
  
  - Постойте! Я понимаю, что Кэно надо арестовать, но при этом я абсолютно уверен, что этот человек, в которого только что стреляла Соня - просто подсадная утка! Он специально послан сюда Кэно или его сторонниками, именно поэтому он так быстро все и рассказал - и что он из их шайки, и где находится их главарь собственной персоной! Нас заманивают в ловушку! Да я готов чем угодно поклясться, что на этой фабрике засада, что 'Чёрных Драконов' там не четверо, а четыреста и что они нас всех перебьют! Не торопитесь! Давайте все как следует обдумаем, вызовем подкрепление, позвоним начальству, все обсудим, отвезем этого типа в тюремную больницу, еще раз допросим и составим какой-нибудь другой план по захвату Кэно!
  
  Джулиан Джексон и его напарник Дэниэл Тайрел заколебались.
  
  - Может, Джакс отчасти прав...
  
  Соня возмутилась:
  
  - Вы мужчины или нет? Давайте раз и навсегда покончим с Кэно! Джулиан, если ты будешь так себя вести, я за тебя замуж не пойду! Ты вроде у курсантов боевые искусства преподаешь и учишь их быть храбрыми, а как до дела дошло...
  
  Ее слова возымели действие. Все направились к выходу, только Джакс остался стоять рядом с полуживым преступником.
  
  - Подождите! Ничто не говорит о том, что этот парень не надул нас! Кэно может быть сейчас вообще в тысяче миль отсюда! Не ходите туда! Можете считать меня трусом, но ты, Соня, поступаешь глупо и безответственно, ты ставишь под удар всю операцию и подвергаешь риску жизни других членов команды! Это противоречит уставу... Тебя же под трибунал отдадут, если что случится!
  
  Никто не стал слушать майора. Соня обернулась и крикнула:
  
  - Можешь оставаться здесь!
  
  - Господи, какая дура! - выругался Джакс, глядя вслед удаляющимся товарищам.
  
  7. Сделка
  
  Соня и ее коллеги даже не подозревали о том, что их давний враг Кэно в этот момент был намного ближе к ним, чем они думали. Он сидел в одной из комнат на втором этаже клуба и беседовал с одним своим новым знакомым, чьего имени не пожелал назвать даже своим собратьям по синдикату. Не далее как вчера, когда бандит узнал, что его выследили и почти что загнали в ловушку, в его убежище в 'Ирисе' к нему наведался какой-то загадочный мужчина. Как ни странно, охрана клуба спокойно пропустила гостя внутрь, что сильно удивило Кэно, но директор заведения, которого преступные круги Гонконга знали под именем Айнэ и который состоял в дружественной 'Черному Дракону' организации 'Черная Орхидея', успокоил своего приятеля, сказав, что это свой человек. Незнакомец был высокого роста, выглядел довольно молодо и почему-то носил темные очки; поздоровавшись с директором, он выразил желание переговорить с Кэно наедине.
  
  - Добрый вечер, ты Кэно? - спросил он. - Мое имя Шэнг Цунг, и я давно дружу с человеком, который был основателем и идейным вдохновителем 'Черной Орхидеи', да и с предводителем этого клана неплохо знаком и, в общем-то, тоже приятельствую. Присесть можно?
  
  - Да, пожалуйста, - бандит пододвинул гостю стальной колченогий стул. Тот сел, расправив свой красивый черный плащ с ручной вышивкой. - Я действительно Кэно, а вы что, главу 'Черной Орхидеи' лично знаете? Я только слышал, что его зовут Сиро, но его никто толком даже и не видел. Айнэ говорил мне, что он прячется от чужих глаз.
  
  - Верно, его зовут Сиро, - кивнул Шэнг, - думаю, впоследствии ты сможешь увидеть его живьем и даже с ним пообщаться, но давай не будем забегать вперед.
  
  - И по какому же вопросу вы ко мне пришли? - в присутствии этого человека у Кэно сразу пропала вся его обычная хамоватая манера вести беседу; на подсознательном уровне он ощущал исходящую от посетителя непонятную силу и решил на всякий случай вести себя с ним повежливее - ведь лишние проблемы никому не нужны.
  
  - Я хочу предложить тебе работу, выгодные дела и, возможно, высокое положение в будущем, - уверенным тоном произнес Шэнг Цунг. - Я все о тебе знаю. Твоя мать-американка бросила тебя одного на вокзале в Токио, отец погиб в перестрелке несколькими днями раньше. Тебе было тогда пять лет. Ты научился выживать. Сначала ты добывал себе пропитание мелкими кражами и грабежами, обретаясь среди таких же беспризорников, а потом тебя подобрал предыдущий глава 'Черного Дракона', которого впоследствии убили японские полицейские. Теперь ты - глава этой организации, но тебя преследуют и почти зажали в тиски. Спецназ США вместе с одной из членов его особой команды - фанатичной Соней Блейд, которая давно ведет на тебя охоту, будет здесь с минуты на минуту. Я могу помочь тебе, а ты в свою очередь мне. Разумеется, сразу подчеркну, что твоя организация при этом ничего не потеряет и я в подробностях расскажу, что именно от тебя потребуется.
  
  Бандит был потрясен. Этот Шэнг Цунг знал всю его биографию и даже был в курсе нынешнего положения дел.
  
  - Кэно, я знаю, что тебе надоело скрываться и жить на птичьих правах, - убедительно, даже скорее утвердительно продолжил гость. - Хочется какой-то стабильности, уверенности в завтрашнем дне да плюс избавиться от надоедливых служителей закона. Итак, с моей стороны: хорошая работа с питанием и проживанием, высокая зарплата и вполне легальное положение. Знаю, у тебя и паспорта-то нет, да и не было никогда. С твоей - верная служба и беспрекословное подчинение. Первое испытательное задание в случае твоего согласия - замани в ловушку Соню Блейд. Она нужна мне живой и здоровой. Ее дружков можете пустить в расход или отпустить на все четыре стороны - оставляю это на ваш выбор.
  
  Кэно растерялся. Кто этот человек? Чего он хочет? Зачем ему Соня?
  
  - Предложение заманчивое, - недоверчиво ответил бандит, - однако я...
  
  - Понимаю, - Шэнг властно оборвал его на полуслове. - Ты прав, мне нравится твоя рассудительность и осторожность. Доверять непонятно кому в этом мире - верх глупости и легкомыслия. Открою остальные карты, так уж и быть. Да будет тебе известно, что твой клан существует уже больше тысячи лет, и ты, уличный мальчишка, попавший в ряды его членов совершенно случайно, на самом деле принадлежишь к роду его предводителей. Если ты веришь в судьбу, то она не зря привела тебя в 'Черный Дракон'. Я лично знал многих людей из твоего синдиката и многих его глав, ведь я живу на свете не одну сотню лет.
  
  С этими словами Шэнг снял свои темные очки, и Кэно застыл на месте с раскрытым ртом.
  
  - Что у вас с глазами? - изумился он.
  
  - Люди моей расы - все такие. Я прибыл на Землю из Внешнего Мира и фактически являюсь правой рукой правителя Темной Империи. Замани Соню Блейд в ловушку - и станешь в свою очередь моей правой рукой и доверенным лицом. Повторю еще раз: с меня кормежка-проживание-зарплата плюс официальное гражданство нашей страны. Этого хватит? Даю десять минут на раздумья, говори сразу - да или нет.
  
  Шэнг написал на салфетке, валявшейся на пыльном столе, какую-то цифру и пододвинул бумажку к Кэно. Тот удивленно распахнул единственный глаз.
  
  - Да я таких денег...
  
  - В жизни в руках не держал, - закончил за него Шэнг с довольной улыбкой. - Ну что, согласен?
  
  Глава 'Черного Дракона' был человеком отчаянным, а потому колебался недолго. С одной стороны, бандит был весьма самолюбив, и ему не очень понравился властный тон внешнемирца вкупе с требованиями абсолютного послушания, но в то же время его соблазняла перспектива получения огромных денег вкупе с обещаниями стабильного положения и защиты от земных правоохранительных органов. Наряду с этим Кэно, будучи человеком неглупым, прекрасно осознавал, что деваться ему особо некуда - в спину ему уже почти что дышали преследователи из американского спецназа, и если он откажется, то останется с проклятыми копами один на один, и еще неизвестно, чем закончится их противостояние, а этот Шэнг сказал, что ему зачем-то очень нужна Соня. Что ж, можно совместить приятное с полезным: и денежек подзаработать, и Сонечку прищучить, ведь это ее нынешний напарничек в свое время вышиб ему глаз!
  
  - Согласен, - твердо ответил бандит.
  
  - Я так и знал, что ты согласишься, - Шэнг пригладил волосы. - Уважаю таких конкретных людей, как ты. Подумал, решил, что тебе это подходит, и дал ответ. Терпеть не могу кого-то уговаривать, особенно если предложение заведомо выгодное - начинаешь чувствовать себя учителем в школе для умственно отсталых.
  
  - Так, милорд...хозяин...господин...как мне теперь вас называть-то, если я, согласно условиям нашего договора, теперь должен вас беспрекословно слушаться? В общем, хотел бы я узнать, на х... извините, зачем вам сдалась эта Соня и какой у нас план? Что именно делать-то надо?
  
  - Называй как тебе удобно, - лицо Шэнга сияло. - Опишу тебе ситуацию в нескольких словах. Наш Император хочет захватить ваш мир и установить здесь свои порядки.
  
  - Я почему-то так и думал, - ухмыльнулся Кэно.
  
  - Причин для этого много - это вовсе не завоевание ради завоевания, как любят показывать в кино. Впоследствии я расскажу тебе все в подробностях, но сейчас у нас маловато времени. Если вкратце: мы не можем просто так взять, прийти и все тут завоевать - кучка идиотов, именующих себя Старшими Богами, изобрела воинский турнир под названием Смертельная Битва. Общие условия таковы: если жители Внешнего Мира выиграют десять состязаний подряд, они получат все права на вашу Землю. Если же, напротив, земляне вдруг смогут победить в десяти турнирах подряд, нам придется забыть о вашем мире навсегда. Смертельная Битва проводится раз в поколение. Жители Земли уже проиграли девять состязаний подряд. Через несколько дней начнется последний, десятый турнир, и мы не должны в нем проиграть. Так вот, - Шэнг поймал вопросительный взгляд Кэно, - Соня избрана Старшими Богами в качестве одной из участниц. Она должна быть там.
  
  - Хозяин, как-то оно странно получается,-пожал плечами бандит.-Соня же с Земли, и она, в отличие от меня, работать на вас даже за втрое большую кучу бабла не пойдет. Вы даже себе не представляете, что за упертая девка. Если она припрется на этот турнир и будет там с вашими подданными драться, это ж уменьшит ваши шансы на победу. Так на какой лысый х... то есть, простите, зачем она вам так нужна?
  
  - Тут есть две причины, - улыбнулся Шэнг. - Я понимаю твое сомнение, но прежде всего-у меня свои планы относительно Сони, потом все объясню. Во-вторых...когда мне притаскивают списки будущих участников турнира со стороны Земли, и кто-то из них потом на Смертельной Битве по тем или иным причинам не появляется, эти чокнутые Старшие Боги считают, что Император и его распорядители со своей стороны специально это все подстраивают с целью увеличить свои шансы на победу, хотя земляне в основной своей массе и без того бойцы не ахти какие хорошие. Потом Джиал, Повелитель Огня, и его дружки вызывают кого-нибудь из нас на ковер и принимаются допрашивать, почему это такого-то не было у меня на острове, а этот человек сидел себе тем временем спокойненько у себя дома да телевизор смотрел, приглашение же просто запихнул в мусорницу. Сам понимаешь, очень надоело объясняться и каждый раз доказывать, что я здесь ни при чем. В связи с этим я и стараюсь внимательно за этим следить. Ты хорошо знаешь Соню - по доброй воле на турнир она не явится. Ее надо заманить в ловушку, она обязательно должна принять участие в Смертельной Битве.
  
  - Будем ловить ее на живца, то есть на меня, - сказал Кэно.
  
  - А ты на редкость понятливый человек, - сощурил глаза Шэнг. - Именно такой заместитель мне и нужен. Вперед. Я тебе уже сказал: если сегодня вечером Соня будет на моем корабле, я гарантированно сделаю тебя моей правой рукой. Манеры у тебя, конечно, хромают здорово, но это дело поправимое.
  
  - Ну... Я постараюсь, - смутился Кэно.
  
  - Разумеется. На турнире будет много почетных гостей из нашей империи, ты уж постарайся хотя бы при них не материться. План у нас следующий: мы старательно распространяем по округе слухи о том, что ты прячешься в 'Ирисе'. Айнэ уже согласен нам помочь. Пусть Соня подумает, что его подстрелила, а он, якобы умирая, выдаст ей место твоего мнимого местонахождения - с нашими пуленепробиваемыми жилетами с защитным полем разыграть такой спектакль будет несложно. Приведи в свое мнимое убежище побольше людей из 'Черного Дракона'. Сиро и я в свою очередь тоже обеспечим группу поддержки... точнее говоря, группу захвата.
  
  Кэно вздохнул и скомкал в пальцах салфетку.
  
  - Милорд, мне этот план что-то не внушает доверия. Уж очень все натянуто выглядит. Неужели она так прямо и поверит в слова какого-то непонятного кренделя и куда-то попрется?
  
  - Ты плохо знаешь своего врага, а я умею читать в чужих душах, - снисходительно ответил Шэнг. - Соня одержима тобой. Она спит и видит, как застрелит тебя или засадит за решетку, а ты тут еще в чем-то сомневаешься. Ты ведь убивал ее друзей и напарников, не так ли? Да она за тобой и в ад пойдет, а я к тому же уже давно заметил, какое эффектное впечатление производят на людей чужие предсмертные монологи. Если человек умирает у них на глазах, они готовы поверить даже в то, что он называет себя наследным принцем Утопии. То, что все это на самом деле будет театром, уже другой вопрос. Ладно, перейдем к делу. Тут, я так думаю, есть много зданий, которые подойдут в качестве ловушки для тупых американских солдафонов.
  
  - А то нет, - кивнул Кэно и полез в ящик стола за картой.
  
  8. Бой на фабрике
  
  На фабрике сержант Тайрел предложил разделиться. Соня, Джулиан и их коллега Пол Смит пошли по левому коридору, а Дэниэл с двумя оставшимися спецназовцами - по правому.
  
  На третьем этаже Соня, Джулиан и Пол неожиданно услышали сзади шаги и обернулись. В этот момент из темноты вышли три человека в ярко-синих костюмах, с быстротой молнии доставшие пистолеты. Через секунду одновременно раздались три выстрела, и сержант Смит упал с пробитой головой. Все произошло так быстро, что его коллеги даже не успели среагировать.
  
  В темноте засветился красный огонек, и спецназовцы с ужасом поняли, что это инфракрасный глаз Кэно. Соня схватилась за оружие, но выстрелить не смогла и в следующий момент обнаружила, что кто-то умело и незаметно стащил все патроны. Когда-то давно она читала в книге о подобном трюке, который практикуют азиатские преступные синдикаты, но никогда не думала, что такое можно осуществить на практике, тем более - по отношению к ней самой...
  
  - Он мертв, - раздался голос Кэно из темноты, - а скоро умрут и все остальные. Кроме тебя, конечно: сдавайся, Соня, нас много, ты нужна нам живой.
  
  Кэно передвигался вдоль стены, где его не было видно, и незаметно для Сони и Джулиана оказался у них сзади, после чего выпустил Джулиану в спину все шесть пуль из своего пистолета сорок пятого калибра. С жутким криком лейтенант Джексон упал на пол, обливаясь кровью. Несколько секунд Соня с ужасом смотрела на труп своего жениха, а потом бросилась бежать по коридору, понадеявшись на то, что ей, может быть, еще удастся найти остальных и спастись. Неожиданно лейтенант Блейд заметила, что преступники не преследуют ее.
  
  Тем временем Дэниэл Тайрел еще шел по первому этажу. Оглянувшись назад, он вдруг увидел, что двое его коллег бесследно исчезли. В ужасе сержант остановился, растерянно оглядываясь по сторонам. Тут из темноты вышло восемь человек - три 'Чёрных Дракона' и четверо странных типов в синем во главе с самим Кэно.
  
  - Твои дружки сдохли, Тайрел. Рад ли ты нашей встрече?
  
  Глядя на черную как смоль коротко подстриженную бороду Кэно, Дэниэл безумно хотел одним точным молниеносным ударом сломать бандиту челюсть, но осознавал, что в этом случае подручные Кэно попросту растерзают своего врага, пользуясь численным превосходством. Сержант еще думал, что сможет вырваться из лап бандитов, и жалел, что послушался глупой напарницы Джакса. Тут один из людей в синем обратился к худощавому крепко сложенному молодому человеку с длинными крашенными в рыжий цвет волосами, который, видимо, был их предводителем:
  
  - Као, мне кажется, что это именно тот хрен, который полчаса назад подстрелил в клубе твоего братца!
  
  Главарь 'синих' тут же врезал Дэниэлу по челюсти, после чего заехал ногой в живот.
  
  - Так это ты чуть не убил Айнэ? Я, Као, правая рука предводителя великого синдиката 'Черная Орхидея', прихожусь ему родным братом!
  
  От следующего удара Као Дэниэл уклонился, очередной выпад нападающего заблокировал и наконец двинул бандита ногой пониже пояса. Тот со стоном согнулся пополам, а сержант Тайрел еще раз угостил его ударом ноги.
  
  Через мгновение Као неожиданно выпрямился. Лицо его было искажено болью и ненавистью.
  
  - Ах, ты еще и дерешься?
  
  Рука Тайрела потянулась к оружию.
  
  - Да я продырявлю тебе череп, кретин!
  
  Као, злобно оскалившись, прошипел:
  
  - Попробуй...
  Тут Дэниэл получил сильный удар по голове чем-то тяжелым. На мгновение перед ним мелькнула перекошенная рожа Као, а потом сержант почувствовал, что лицо ему заливает кровь. Вытерев ее рукавом, Дэниэл посмотрел на своих противников. Као, не переставая скалить зубы в злобной усмешке, зашипел:
  
  - Зря тратишь время, америкашка ублюдочный. Ты скоро исчезнешь.
  
  - Это ты исчезнешь, - произнес Дэниэл и бросился на врагов. Он колошматил их как мог, но бандитов становилось все больше. Нанеся им сразу несколько точных и сильных ударов, сержант понимал, что эти люди могут очень скоро очухаться. Через некоторое время врагов еще прибавилось, и они сообща бросились в наступление. Автомат у Дэниэла кто-то вырвал в тот момент, когда сержант вытирал с лица кровь, поэтому на быструю расправу с преступниками рассчитывать было нельзя. Бандиты легко уклонялись от ударов уставшего Дэниэла, у которого от полученного удара по голове мутилось в глазах. Сержант понимал, что не сможет долго отбиваться от этого сборища, а Кэно стоял в стороне, внимательно наблюдая за Дэниэлом. Тут сзади кто-то набросил на шею сержанта удавку и стал ее затягивать, в то время как прочие бандиты избивали свою жертву. Тот попытался оттянуть веревку, но получил несколько сильных ударов по голове и понял, что его сейчас убьют.
  
  Преступники продолжали зверски избивать спецназовца. Отчаявшийся Дэниэл закрыл глаза, не пытаясь сопротивляться. Ему было уже все равно, что с ним станет. Разъяренная шайка заканчивала расправу, и сержант Тайрел смирился с тем, что это конец, но вдруг вспомнил о Кэно...
  
  Преодолевая мучительную боль, Дэниэл открыл глаза и из положения лежа хотел пнуть ногой главу 'Черного Дракона', который теперь избивал его вместе со всеми, но бандит успел отскочить.
  
  - Ты еще сопротивляешься, урод? Кончайте его!
  
  С этими словами Кэно скрылся в темноте. По коридору к Дэниэлу тем временем уже спешила Соня. Пробежав еще несколько метров, девушка увидела чудовищную картину. На полу лежал залитый кровью сержант Тайрел, а бандиты добивали его пинками. Их было всего пятеро, включая Као - остальные, видимо, потихоньку смылись. Не помня себя, Соня бросилась на преступников. Каждому из них хватило одного сильного удара. Первый свалился без чувств, а остальные предпочли скрыться в темном коридоре. Забыв об опасности, Соня склонилась к своему коллеге:
  
  - Дэниэл, как ты? Дэниэл!
  
  Голова сержанта безжизненно запрокинулась назад.
  
  - Скажи хоть что-нибудь, Дэниэл!
  
  Веки умирающего дернулись, губы шевельнулись, но глаза он так и не смог открыть.
  
  - Кэно, - прошептал Дэниэл, - Кэно...
  
  Тут мучительная судорога свела обезображенное лицо несчастного, алая струйка крови вытекла изо рта, и Дэниэла Тайрела не стало...
  
  Подняв голову, Соня увидела, что рядом с ней стоит сам предводитель нападавших - теперь она смогла как следует его рассмотреть. Он был одет в длинное - до колен - одеяние наподобие халата с поясом и легкие летние брюки ярко-синего цвета. Голову вражеского главаря охватывал ржавого цвета кожаный обруч с металлическими заклепками, и длинные крашеные рыжие волосы преступника, странно смотревшиеся в сравнении с его явно азиатским типом лица, свободно свисали поверх.
  
  - Сама сдашься или тебя бить придется? - ухмыльнулся он.
  
  Соня хотела было ударить его ногой в голову, но тут увидела, что на помощь ему спешит еще человек двадцать. Не говоря ни слова, бандиты бросились на девушку с кулаками. Соня отступила к стене, с трудом отражая их частые и быстрые удары. Нападавшие окружили ее. Тут она услышала до боли знакомый голос:
  
  - Что вы церемонитесь, хватайте ее! Корабль скоро отплывает!
  
  Као поднял с окровавленного пола удавку, которой бандиты душили Дэниэла, и набросил ее на шею Соне. В ту же секунду она почувствовала что-то холодное и мокрое на лице...и провалилась в темноту.
  
  ***
  
  Майор Бриггз, не теряя времени, решил сразу же после Сониного ухода вызвать подкрепление и сообщить начальству об опасной ситуации, в которую поставила весь отряд его своевольная напарница. Естественно, ему пришлось выслушать ряд длинных нотаций на тему того, что выходка Сони Блейд фактически поставила под удар всю операцию по захвату опаснейшего преступника, а также самое что ни на есть нелестное мнение об умственных способностях своей коллеги. Подкрепление прибыло буквально через десять минут; Джакс про себя молился, чтобы с упрямой и своенравной Соней ничего не случилось и - что тоже немаловажно - чтобы ее в случае неприятностей не отправили в отставку или вообще не отдали под трибунал. Душу майора терзало беспокойство, потому что он с самого начала понимал, что действия Сони в истории с Кэно были более чем опасными и бездумными. Вместе с гонконгскими коллегами Джакс собирался было двинуться к заброшенной фабрике, о которой говорил мужчина из 'Ириса', однако тут произошло ее одно событие из ряда вон. Майор вызвал для одного из возможных соучастников Кэно, которого подстрелила Соня, службу спасения, но когда медики прибыли на место происшествия, чтобы оказать первую помощь подозреваемому, тот неожиданно исчез. Исчез, невзирая на оцепление и кучу народу вокруг, при этом на полу, как ни странно, не осталось ни единой капли крови. Только битое стекло - и все. Никаких следов преступника.
  
  Выругавшись по себя, майор решил, что, по всей вероятности, этому хмырю помогли сбежать через какой-нибудь потайной ход его сообщники, и они же вытерли с пола кровь и замели следы - по натуре Джакс был очень рациональным человеком и стремился все обосновать логически, а поэтому и в данном случае списал все на собственный недосмотр и нехватку людей. Майор Бриггз попросил коллег обыскать все здание, поскольку решил, что тяжелораненный правонарушитель при всем желании и даже посторонней помощи не смог бы уйти слишком далеко, а клуб все-таки оцеплен. После этого он вместе с коллегами из гонконгского подкрепления все-таки отправился искать свою неумную взбалмошную напарницу, но в тот момент спецназовец даже не мог себе представить, что за жуткое зрелище вскоре предстанет его глазам. Впоследствии он думал, что не забудет увиденное до конца жизни и даже на том свете. Пол Смит с простреленной головой - в затылке маленькие отверстия, и крови на первый взгляд немного, зато во лбу дыры величиной с детский кулачок, пули выбили часть мозга. Джулиан Джексон лежит лицом вниз, расслабленно раскинув руки и ноги, словно просто пришел поваляться на пляж и отдохнуть после тяжелого дня - но кругом кровь, кровь, столько крови, в спине шесть огнестрельных ран, четыре из них однозначно смертельные - судя по расположению входных отверстий, пули засели в позвоночнике. Дэниэла Тайрела перед смертью бандиты долго и жестоко били - лицо изуродовано так, что Джакс даже не сразу его узнал. Обыскав заброшенную фабрику, спецслужбисты нашли там изувеченные трупы всех своих коллег из американской команды. Всех, кроме Сони.
  
  Ее не было среди убитых, и тут Джакс, привыкший к опасностям спецназовец, почувствовал панический страх. Он хорошо относился к своей упертой коллеге и понимал, что она, скорее всего, находится в плену у 'Черного Дракона' - и это еще хорошо, если ее просто взяли в заложницы. Бандиты не имеют никаких моральных принципов, они могут увезти девушку куда угодно и сделать с ней из чувства мести или просто ради развлечения все, что им придет в голову - было бы глупостью считать, что Кэно простит обидчикам свой выбитый глаз. Несмотря на всю свою выдержку и закалку, Джакс всерьез испугался, хотя постарался не подавать виду, чтобы еще больше не деморализовывать и без того подавленных случившимся коллег. Немного подумав, он попросил их еще раз тщательно обыскать все углы - мало ли, может быть, его напарница просто ранена и лежит без сознания в каком-нибудь закутке! Не найдя ее, майор понял, что Соня действительно попала в серьезную переделку, и снова связался с начальством. Там его попросили сохранять спокойствие и пообещали, что сделают все возможное, чтобы разыскать и спасти девушку - скорее всего, бандиты не успели далеко уйти, а если рация все еще при Соне - можно попытаться обнаружить лейтенанта по исходящему от нее радиосигналу. Самому Джаксу и его гонконгским коллегам дали новый приказ еще раз прочесать окрестности и постараться обнаружить потенциальных сообщников Кэно, а если повезет и получится - то и отбить у преступников свою напарницу.
  
  С тяжелым сердцем майор отправился на поиски, надеясь, что все же увидит Соню живой.
  
  ***
  
  Соня с трудом открыла глаза, чувствуя сильную головную боль. Что с ней произошло? Судя по всему, ее чем-то усыпили, она смутно припоминала ощущение чего-то холодного и мокрого на лице. Где она? Руки девушки были прикованы наручниками к свисающей с потолка цепи; тяжелая железка противно поскрипывала. Немного придя в себя, она осмотрелась и поняла, что однозначно находится на корабле - пол плавно покачивался, а за стенами слышался плеск воды. Сквозь щели в дощатых стенах пробивался лунный свет. Соне стало страшно. Ситуация хуже некуда: если из какого-то здания еще есть шанс выбраться, то из плавучей тюрьмы не сбежишь, тем более если судно уже успело отплыть далеко от берега. К тому же неизвестно, сколько здесь бандитов и что им взбредет в голову... Дура, надо было послушаться Джакса и дождаться подкрепления! Сейчас напарник наверняка ее ищет и не знает, что и думать, может быть, он даже считает ее погибшей! Мало того, из-за ее сумасбродства лишились жизни...
  
  Ее размышления прервал скрип тяжелой деревянной двери. Соня подняла голову и увидела в темноте алое свечение и тусклый блеск металла.
  
  Кэно.
  
  Тут она испугалась не на шутку. Глава 'Черного Дракона' рядом, а сама Соня из преследователя превратилась в добычу. Всего пару...или больше? - часов назад бандит был практически у нее в руках, а она пошла на поводу у своих глупых эмоций, провалила всю операцию, подставила друзей и коллег и сама оказалась в плену. Мэгги была сто, нет, двести раз права, когда советовала лучшей подруге задвинуть лишние порывы и слепую ненависть подальше! Что теперь делать? Она ведь даже не сможет сопротивляться, если Кэно вдруг решит ее прикончить - руки у нее скованы, разве что ногами его ударить, когда он подойдет поближе, но вдруг у него окажется оружие? Тут ей уже никто и ничто не поможет!
  
  - Здравствуй, моя дорогая, - с издевкой бросил Кэно. - Ну что, я все еще на свободе, а вот ты, увы, нет, и находишься полностью в моей власти. Советую тебе расслабиться и постараться получить удовольствие, пока можешь. Уж не знаю, для чего ты так нужна моему господину, но, может быть, этот вечер станет последним в твоей жизни. Вероятно, он решил сварить тебя на ужин. Вот будет весело, наверное, ты вкусная!
  
  Кэно хрипло захохотал, упиваясь собственным остроумием, и подошел ближе к Соне. Доски жалобно заскрипели под его тяжелыми шагами.
  
  - Мне очень жаль, что я был вынужден прикончить твоего молодого человека, но уж поверь мне - это и к лучшему. Этот мямля Джулиан тебе не пара, не самый хороший вариант. Может быть, я подошел бы тебе больше? Как ты на это смотришь, а?
  
  - Пошел ты, - с трудом прошипела сквозь зубы Соня, выбирая момент, когда ее враг подойдет достаточно близко для того, чтобы посильнее ударить его ногой по какой-нибудь жизненно важной точке и гарантированно вывести из строя, а потом - кто знает! - вдруг удастся раскачать или разломать цепь и выбраться отсюда?
  
  - Это ты зря, милая. Не стоит мне грубить. Я ведь, возможно, скоро буду важной птицей и еще могу попробовать упросить моего господина не варить из тебя суп.
  
  - Ты что несешь, совсем сбрендил? - девушка пришла в ярость. - Я советую тебе отпустить меня по-хорошему, и тогда тебя, возможно, еще приговорят к пожизненному, а не к высшей мере! Я уверена, что меня уже ищут, Джакс наверняка успел поднять всех на ноги, и ты пожалеешь о содеянном вместе с твоим таинственным господином, которого ты наверняка выдумал, чтобы меня тут попугать! Не надейся, я не из пугливых!
  
  - Думай и говори что хочешь, но здесь тебя никто никогда не найдет, даже если очень постарается! - Кэно сделал еще один шаг вперед, и тут Соня попыталась одновременно ударить его обеими ногами в живот и головой в лицо, немного подтянувшись на цепи, но бандит разгадал ее замысел. В ту же секунду он нанес ей страшный по силе удар кулаком в солнечное сплетение. Девушка с надрывным стоном согнулась пополам, хватая ртом воздух, а Кэно положил руки ей на талию.
  
  - Что, съела? Я же говорю тебе - расслабься и получай удовольствие, пока из тебя суп не сварили. Слушай, а с этим недоделком Джулианом у вас вообще что-нибудь было или до свадьбы он решил только держать тебя за ручку? - глава 'Черного Дракона' принялся расстегивать пуговицу на ее джинсах. - Подозреваю, что он для этого слишком правильный. У него что, в жилах вместо крови текла ледяная вода? Ну ладно, ты сейчас убедишься, что я лучше...
  
  Оглушенная жуткой болью Соня не могла сопротивляться и не заметила, как сзади к Кэно подошел еще один человек - его лица в темноте она не разглядела - и схватил бандита за руку.
  
  - Немедленно отвали от нее! - зазвучал во мраке его странно красивый мелодичный голос. - Если ты тронешь ее хоть пальцем, я не посмотрю на то, что недавно предложил тебе стать моим заместителем, вышибу тебе второй глаз - будешь в туалет ходить наощупь, а по улице - с собакой-поводырем. Устраивает такая перспектива ради пары минут удовольствия?
  
  - Нет, хозяин, - виновато забубнил Кэно. - Простите...я же...я думал, она же наш враг...
  
  Таинственный незнакомец-Соня смогла разглядеть, что он одет в какую-то длинную темную куртку, а ростом почти на голову выше Кэно - оттащил бандита за руку ближе к двери и продолжил читать ему мораль.
  
  - Если ты теперь у меня на службе, то будь любезен жить по нашим законам и правилам, учись вести себя прилично и не забывай, что положение обязывает! Запомни, что лезть к женщинам без их согласия у нас не принято, даже если это враги. По-хорошему говоря, я, застукав тебя за таким, имею полное право убить тебя на месте, но для первого раза прощаю! Иди отсюда и впредь веди себя подобающим образом, а на торжественном ужине постарайся не материться прилюдно и не плюй на пол! Хотя по сравнению с Рейденом ты просто образец хороших манер, того вообще за стол пускать нельзя.
  
  Кэно продолжал бормотать извинения - по его тону было заметно, что он побаивается человека в длинной куртке.
  
  - Так вот, слушай еще раз внимательно, - раздраженно сказал тот. - У нас в стране полное равноправие, и если ты попробуешь распускать руки, тебя просто размажут на месте.
  
  - Это что же, вообще, что ли, нельзя? - обиженно проговорил Кэно. - У вас хуже, чем в Америке, там на девушку не так посмотрел - все, на тебя сразу в суд подадут за сексуальные домогательства.
  
  - Не неси чушь, - оборвал его собеседник. - Включи логику, мы что, по-твоему, почкованием размножаемся? Все можно, только сначала не забывай спрашивать согласия, прежде чем клеиться. А на тему судебных исков в Америке - у нас действительно хуже, чем в Америке. Там всего лишь в суд подадут, а у нас сразу вышибут мозги - и правильно сделают. Я сам однажды был вынужден пустить в расход парочку подобных уродов. Ладно, хватит, у нас полно дел. Все усвоил? Оставь Соню в покое, и пошли отсюда.
  
  Когда за ними захлопнулась дверь, девушка вздохнула с облегчением.
  
  9. Отплытие
  
  Пообедав в одном из кафе и посидев несколько часов в парке, Лю отправился в порт. Он с наслаждением дышал свежим воздухом, стараясь гнать от себя тревожные мысли. Внезапно на тротуаре он едва не столкнулся с каким-то человеком.
  
  Лю в замешательстве остановился. Перед ним стоял немолодой полуседой мужчина с изрезанным глубокими морщинами лицом, одетый в серый спортивный костюм.
  
  - Простите, - принялся извиняться Лю. - Я сильно задумался и вас не заметил. Я чуть было не сбил вас с ног!
  
  - Не извиняйтесь, - ответил мужчина странным надтреснутым голосом, поправляя висящую у него на плече большую черную сумку и глядя на собеседника остановившимся немигающим взглядом. - Вы не должны никуда ехать. Послушайте меня. Вы еще так молоды, а отправляетесь прямо навстречу собственной гибели.
  
  - А что... - растерялся Лю Канг, но в следующую секунду все же собрался с духом. - Что вы чушь несете? С чего вы взяли, что я куда-то еду?
  
  - Я вижу, - спокойно, но грустно ответил мужчина. - Вы собираетесь сегодня плыть на корабле.
  
  Лю с досадой подумал, что перед ним очередной городской сумасшедший, который пришел к выводу, что случайно встреченный им парень куда-то едет, на основании того, что встретил его по дороге в порт.
  
  - Извините, но я не собираюсь никуда ехать. Я просто в магазин иду, и вообще-отстаньте от меня и обратитесь к врачу.
  
  - Знаю, вы думаете, что я псих или наркоман, - мужчина опустил глаза. - Дело ваше. Хотите ехать - я не могу вам запретить. Берегитесь человека с белыми волосами. Удачи вам. Надеюсь, вы повернете назад, пока не поздно. Вам нет никакого смысла мстить за брата. Могу только посочувствовать вашей потере, но так уж было суждено, тут ничего не изменишь.
  
  Мужчина в сером костюме повернулся и с нахмуренным видом пошел прочь. Лю в растерянности пару минут стоял на месте, но потом снова решительно зашагал в сторону парка.
  
  ***
  
  Примерно в десять часов вечера по местному времени Джонни прибыл в порт Гонконга. Взяв такси, он добрался до сорокового пирса. С собой у актера было целых восемь чемоданов; несмотря на то, что сестра постоянно пыталась внушить Джонни, что ему совершенно не стоит постоянно таскать с собой в поездки такое количество вещей и девяносто процентов из них-лишние, актер никак не мог отучиться от этой глупой привычки, хотя при этом признавал, что Ребекка абсолютно права. Каждый раз сборы в дорогу проходили у бедного актера на редкость странно: он внимательно перебирал все в своих необъятных шкафах, потом думал, что ему в путешествии непременно пригодился бы и тот, и этот, и пятый, и десятый костюм, долго колебался и размышлял, что именно ему необходимо взять с собой, и в итоге набирал целую гору багажа. В этот раз он снова впал в ту же крайность, не подумав о том, что будет делать со всем барахлом. Когда он попытался договориться с водителем такси о том, чтобы тот занес его чемоданы на борт корабля, тот категорически отказался, сославшись на то, что не может задержаться - его уже ждет другой клиент. Актер выгрузил свой многочисленный багаж на пирс и осмотрелся. Было уже темно, и в порту горели яркие огни; на сороковом пирсе собралось довольно много народу - Джонни подумал, что это, скорее всего, потенциальные участники турнира или временные работники, приглашенные на мероприятие в качестве обслуживающего персонала. Люди разных рас и национальностей с чемоданами и без них, одетые как в простые спортивные или дорожные костюмы, так и в более нарядные вещи, стояли поодиночке или небольшими группками; некоторые из них негромко переговаривались между собой. Как ни странно, на пирсе не оказалось ни единого носильщика, и Джонни снова стал лихорадочно соображать, кто бы мог ему помочь занести багаж на корабль. Может, попросить кого-нибудь из местных? Вряд ли у них тут огромные зарплаты, небось случайный прохожий не откажется от легкой подработки.
  
  Внезапно его взгляд упал на молодого парня лет двадцати, одетого в дешевую черную джинсовую куртку и такие же брюки. Юноша выглядел каким-то задумчивым и погруженным в себя; багажа у него с собой не было - только легкая тряпичная темная сумка на плече, и актер решил, что этот парень явно местный и в турнире участвовать не собирается - просто идет по своим делам.
  
  - Эй, приятель! - окликнул актер бедно одетого юношу.
  
  - Да? - обернулся тот; было заметно, что реплика Джонни сильно его ошарашила. - Вы ко мне обращаетесь?
  - Конечно, - кивнул актер и достал из кармана пиджака толстую пачку долларов, которой помахал для пущего эффекта перед носом парня в куртке. - Тут скоро должен корабль подойти, 'Крыло Дракона' называется. Занеси мои вещи на борт, когда судно причалит!
  
  - Ты хочешь, чтобы я нес твой багаж? - ответил тот, и Джонни неожиданно для себя увидел на его лице смесь растерянности, тревоги и удивления. 'У него явно что-то не так', - подумал про себя актер.
  
  - Да, я хорошо заплачу, - сказал Джонни, решив, что личность этого парня в принципе не должна его волновать - он все равно видит его первый и последний раз в жизни, и разве не по барабану будущему участнику крутого турнира какие-то неизвестные проблемы случайного прохожего?
  
  - Хорошо, - с какой-то странной иронией ответил молодой человек в куртке и улыбнулся, - я все понял.
  
  С этими словами он схватил один небольшой чемодан и в ту же секунду швырнул его с пирса в воду. Минуты две тот пускал пузыри, а потом утонул. Парень в джинсовой куртке сразу же повернулся спиной к Джонни и, не прощаясь и ничего не объясняя, ушел в неизвестном направлении. Актер растерялся, не зная, что делать. Первым его желанием было кинуться за несостоявшимся носильщиком, дать ему в морду, позвать полицию... но что-то его остановило, он подумал о выражении лица и глаз юноши. 'У него все-таки однозначно что-то не так и он плохо соображает, что делает, - со вздохом подумал Джонни, окинув взглядом оставшиеся семь чемоданов, - не было вообще никакого смысла просить его о помощи'.
  
  - Хорошо еще, что я не попросил его припарковать машину, - сказал он вслух сам себе.
  
  Актер еще раз окинул взглядом пирс, и в этот момент ему снова попалась на глаза та самая мерзкая газета с ругательной статьей и некрасивой фотографией Джонни на обложке, которую недавно читал мастер Бойд. Бедный актер всерьез разозлился. Как его задолбали эти проклятые репортеры! Им что - больше писать не о чем, кроме как о том, что великий Джон Карлтон Кейдж абсолютно ничего не умеет делать, а все трюки за него выполняют каскадеры? Недавно вообще насочиняли, что его последний фильм был от начала до конца сфабрикован на компьютере!
  
  Стиснув зубы, Джонни со злостью в глазах быстро и решительно шагнул к человеку, который сидел на ограде пирса, читая ненавистную газету, вырвал у него из рук мерзкую макулатуру и стал ее разглядывать.
  
  - Опять!
  
  - Слушай, Джонни, не позволяй им доставать себя, - обратился к нему человек, у которого он только что отобрал газету.
  
  Актер поднял глаза и увидел перед собой молодого чернокожего мужчину в дорогом спортивном костюме. Это был Арт Лин - известный мастер боевых искусств, который на недавних Олимпийских играх в Лондоне получил золотую медаль в соревнованиях по каратэ.
  
  - Конечно... - растерянно ответил Джонни, но тут вдруг понял, кто перед ним. - Арт Лин? Я видел твой последний бой в Лондоне! Ты был великолепен! Ты тоже приглашен на турнир?
  
  - Разумеется. Спасибо, - приветливо улыбнулся спортсмен. - Мне, конечно, пришлось изрядно потрудиться, потому что Иван Семин оказался очень серьезным соперником.
  
  - Да, он же пятикратный чемпион мира и свое серебро тоже получил не зря. А меня вот эти чертовы репортеры уже просто достали. Недавно один придурок-папарацци залез на дерево возле моего дома и попытался снять меня на камеру через окно, когда я в одних трусах зарядку делал. Потом меня же еще и обвинили в том, что я набил ему морду и разбил камеру, и заставили штраф платить!
  
  - Да уж, - сочувственно покачал головой Арт. - А ты в кино дерешься по-настоящему здорово! Я этим газетным крысам не верю. Лично я все твои фильмы пересмотрел, и мне очень понравилось!
  
  - Неужели?! - передернул плечами Джонни. - Скажи это треклятой прессе!
  
  Тут внезапно оба услышали со стороны моря какой-то тяжелый гул и скрип. Они одновременно обернулись и увидели плывущий по морю странного вида корабль, нос которого был украшен большой головой дракона из черненой стали. Судно чем-то напомнило актеру картинку из учебника истории: оно было деревянным, а противный скрип наверняка издавали мачты, на которых висели истрепанные паруса с уже знакомым Джонни символом - черной драконьей головой в круге.
  
  - Слушай, Арт, нас, наверное, разыгрывают,-недоуменно проговорил Джонни, рассматривая корабль. Судно выглядело очень потрепанным и старым; как ни странно, на палубе не было видно никого из команды.
  
  Арт Лин, казалось, был удивлен не меньше актера и тоже вовсю разглядывал 'Крыло Дракона'. Тем временем судно медленно подошло к пристани; с еще более противным скрипом открылась дверь, ведущая на верхнюю палубу, опустился железный трап с узкими перилами. У входа на корабль стояли два человека, облаченные в длинные темные плащи с закрывающими лица капюшонами.
  
  - Полагаю, нам надо идти туда, - решил актер. Арт кивнул.
  
  - Давай поднимемся туда и спросим у тех мужиков в балахонах, что нам теперь делать, - ответил он.
  
  - Арт, а с чего ты взял, что это вообще мужики? - Джонни решил шуткой разрядить обстановку. - В таких нарядах и не разберешь.
  
  Тем временем другие приглашенные, ожидавшие на причале, стали медленно подниматься на борт. Актер увидел, что те два человека в плащах внимательно всех рассматривают, а у некоторых гостей даже что-то спрашивают и делают пометки в невзрачных черных блокнотах. Тут он обернулся и застыл в изумлении: позади него стоял тот самый парень, который несколько минут назад утопил в море его чемодан!
  
  - Эй, ты, - крикнул было актер, решив поначалу высказать обидчику все накипевшее, не стесняясь в выражениях, но в ту же секунду подумал, что сейчас для этого не совсем подходящий момент. - Тебя что, тоже пригласили?
  
  - Да, - невозмутимо ответил тот. - Ты кто?
  
  - Джонни Кейдж, а это со мной Арт Лин.
  
  - Надо же! - удивленно-беспечно воскликнул тот с совершенно невинным видом, словно незадолго до этого не отправил на дно часть вещей своего нового знакомого. - В Америке о тебе на каждом шагу говорят, хотя я, честно признаюсь, ни разу тебя не видел. Теперь вот знаю, как ты выглядишь.
  
  - Ты что, телевизор не смотришь? - изумился Арт.
  
  - Очень редко, да и то в основном новости. К сожалению, мне все время было некогда, я очень много работал - пытался скопить себе на учебу и привезти в Штаты младшего брата. Я так и не удосужился посмотреть ни одного твоего фильма, хотя многие их очень хвалят. Впрочем, я забыл представиться - меня зовут Лю Канг.
  
  - Ты тоже из США? - поинтересовался Арт Лин.
  
  - Отчасти. У меня двойное гражданство. Поначалу я жил в Китае, но потом решил, что там у меня маловато возможностей, и переехал в Америку. Там я устроился на работу и думал пойти учиться.
  
  Джонни хотел было поинтересоваться, зачем все-таки Лю утопил его чемодан, но снова сдержался, подумав, что сейчас для этого не место и не время.
  
  Трое приглашенных приблизились к людям в балахонах. Те стояли неподвижно, как статуи, уставившись на записи в своих блокнотах.
  
  - Меня зовут Арт Лин, а это Джонни Кейдж и Лю Канг, - обратился к ним спортсмен, пытаясь разглядеть обоих принимающих. - Мы приглашены на турнир, который называется Смертельная Битва...
  
  Один из людей в длинных одеяниях, не говоря ни слова, что-то отметил в своей черной записной книжке и указал всем троим на верхнюю палубу. В этот момент оба привратника в балахонах подняли головы, и Джонни смог рассмотреть их лица, которые до этого были скрыты под низко надвинутыми капюшонами. С виду это были обычные вполне симпатичные парни лет двадцати-двадцати пяти, но актеру показалось крайне странным то, что оба они поздним вечером, практически ночью, в отсутствие солнца и даже луны носили темные очки. Это же бросилось в глаза и Арту Лину.
  
  - Интересно, Джонни, зачем этим ребятам очки? - толкнул он локтем актера.
  
  - То же самое я хотел спросить и у тебя, - тихо ответил тот. - По-моему, тут и так темно.
  
  Лю Канг почему-то сразу вспомнил свой страшный сон и нечеловеческий взгляд убийцы брата. Что можно прятать под темными очками? Почему эти двое не хотят, чтобы участники турнира видели их глаза? Неужели... В голове молодого человека роилось множество вопросов, но он не стал ничего говорить о своих подозрениях ни Арту, ни Джонни, опасаясь, что новые знакомые сочтут его сумасшедшим. В душе его и без того грызла совесть за утопленный чемодан, и он был уверен, что актер исключительно из вежливости не назвал его психом во всеуслышание и вообще не дал в морду. Ладно, сейчас не тот момент, чуть позже он обо всем узнает...
  
  Трое Избранных ступили на палубу 'Крыла Дракона'. Поднялся сильный ветер.
  
  ***
  
  Как только за Кэно и его таинственным спутником закрылась дверь, наручники, сковывавшие запястья Сони, неожиданно раскрылись сами собой. Удивленная девушка растерла затекшие руки и попыталась осмотреться. Несмотря на явную странность произошедшего, она попыталась это объяснить простой неисправностью замка.
  
  'Кэно поступил не очень умно, не проверив, насколько хорошо и надежно я тут зафиксирована', - ехидно подумала Соня, решив подготовить своему заклятому врагу и его приятелю очень теплую встречу, если они еще раз решатся к ней заявиться. С изумлением она обнаружила, что бандиты не отобрали у нее рацию - прибор по-прежнему находился у нее в кармане. У Сони перехватило дух от радости: теперь она сможет вызвать подкрепление и арестовать своего врага вместе с сообщником! Однако, вынув из кармана рацию, она поняла, что та не работает: как она ни старалась, из трубки доносились только писк и шипение.
  
  Встав с пола, девушка нерешительно подошла к двери и удивилась еще больше, поняв, что та не заперта. 'Вот идиоты, уже совсем последние мозги растеряли, не только надели на меня бракованные наручники, да еще и забыли закрыть меня здесь на ключ! Ну ладно, мы еще посмотрим, кто кого, я выберусь отсюда, а потом Кэно ответит мне за всех моих друзей, которых он прикончил вместе с сообщниками!' - подумала Соня и решительно толкнула дверь.
  
  Когда она вышла на палубу, по глазам ее неприятно резанул яркий свет полной луны, и девушка невольно сощурилась после долгого пребывания в полумраке. Днем небо было облачным, но к вечеру ветер разогнал тучи, и Соня, подождав пару минут, пока глаза привыкнут к лунному сиянию, снова огляделась и увидела справа от себя какого-то юношу-азиата лет двадцати, сидящего на деревянных ящиках. Поначалу она насторожилась, но, присмотревшись к нему, поняла, что он не выглядит враждебно - казалось, странный парень вообще не обращал на Соню никакого внимания, погрузившись то ли в медитацию, то ли в размышления. Чуть поколебавшись, лейтенант Блейд решила подойти ближе.
  
  - Извините... - начала она, и тут молодой человек внимательно посмотрел на нее.
  
  - Вы кто? Участие в турнире только по приглашению, а я вас тут не видел. Вы как на корабль-то попали?
  - Какой еще турнир? - у Сони округлились глаза. - Я член особой команды спецназа США, и я преследовала опасных бандитов в Гонконге. Мой отряд заманили в ловушку, всех, кто был со мной, перебили, а меня приволокли в эту каюту, пока я была без сознания, и там оставили. Здесь, на корабле, прячется Кэно - главарь банды 'Черный Дракон', его давно объявили в международный розыск. У него есть особая примета - один глаз инфракрасный, на лице железная пластина. Вы его случайно не видели?
  
  У борта на коленях стоял бледный до зелени Джонни Кейдж; бедняга с трудом переносил качку, его мучила морская болезнь, и он уже отправил за борт весь свой ужин. Услышав вопрос Сони, он на секунду оторвался от увлекательного кормления рыб остатками сегодняшней трапезы и указал девушке на большую квадратную дверь в каюту посреди палубы.
  
  - Видел я этого твоего Кэно - такой противный волосатый амбал, я еще удивился, что у него с рожей такое. Он вон туда пошел.
  
  Соня направилась к входу, у которого стоял какой-то высокий мужчина в сине-черном костюме ниндзя с закрытым маской лицом. Пристально оглядев незнакомца, девушка решительно подошла к нему.
  
  - Извините, не знаю, кто вы, но мне очень нужно поговорить с капитаном.
  
  - Туда нельзя, - ответил ниндзя бесстрастным не терпящим возражений тоном и загородил ей дорогу. Соня хотела отстранить человека в маске и дотронулась до его плеча, но вдруг почувствовала нестерпимый холод, как будто она опустила руку в жидкий азот. Резко отскочив в сторону, девушка вскрикнула от ужаса, схватившись за замерзшую кисть. Тут из двери вышел тот самый таинственный спутник Кэно, который запретил бандиту дотрагиваться до нее в каюте - Соня узнала его по прическе и длинному плащу. На вид это был обыкновенный человек лет двадцати пяти, от силы тридцати с роскошными блестящими черными волосами до пояса, одетый в такой же черный кожаный плащ с замысловатой красивой вышивкой... если бы не ярко сиявшие раскаленно-белым светом глаза без зрачков. Нечеловеческие глаза.
  
  Кто-то менее крепкий духом на месте Сони от такого зрелища сразу бы потерял самообладание или вообще упал в обморок, но она была девушкой не робкого десятка и довольно твердо обратилась к странной личности с сияющими глазами:
  
  - Прошу прощения за беспокойство, но у меня есть к вам несколько вопросов. Во-первых, не вы ли случайно капитан этого судна? Моя рация сломалась, и мне очень нужно воспользоваться вашей. Во-вторых, в курсе ли вы, что на вашем корабле находится опасный преступник, объявленный в международный розыск?
  
  Тем временем Джонни тоже успел разглядеть человека с глазами без зрачков. От неожиданности он даже забыл о своем плохом самочувствии.
  
  - Ни фига себе! - актер удивленно посмотрел на Лю. - Надо срочно выяснить, где он раздобыл такие крутые контактные линзы! Вот бы мне такие для спецэффектов!
  
  Лю Канг глядел на человека в черном плаще, раскрыв рот.
  
  - Так это же он... из моего сна... боюсь, Джонни, теперь ты точно решишь, что я чокнутый, но...
  
  - Какого еще сна? - актер окончательно растерялся.
  
  - Для меня большая честь познакомиться с вами, Соня Блейд, - тем временем учтиво ответил незнакомец. - Я очень сожалею, но ничем не могу вам помочь. Там, куда мы направляемся, ваша рация не будет работать.
  
  - Откуда вам известно мое имя? И вообще - куда мы плывем? Какое вы имеете право меня здесь удерживать?
  
  - Вполне конкретное, - произнес тот завораживающе красивым голосом на чистейшем английском языке. - Прошу прощения, но я забыл представиться. Мое имя Шэнг Цунг, я хозяин турнира и посланник Императора. Вы думаете, что занимаетесь преследованием опасного преступника, но на самом деле вас...
  
  - Извините, но мне плевать на вашего императора и ваш турнир, - бесцеремонно перебила его Соня. - Я действительно ищу опасного преступника, и он находится на этом корабле. Моя рация явно сломана - недавно я попыталась связаться со своими, но она только шипела, хотя доселе была исправна. И еще: надеюсь, что вы не соучастник Кэно, потому что я подозреваю, что это именно вы разговаривали с ним в каюте...
  
  - Я уже сказал вам ясно и понятно, что это мой корабль, и распоряжаюсь здесь всем тоже только я, - в голосе Шэнга зазвучало раздражение. - Поэтому вы не вправе требовать от меня что-либо, тем более чтобы я выдал вам Кэно. Могу только с радостью позволить вам прокатиться на моем 'Крыле Дракона', если вы того желаете. Хотя выбор у вас невелик. Старшие Боги избрали вас для участия в турнире, как и этих двух молодых людей, с которыми вы только что разговаривали, - с недоброй улыбкой он указал на Лю и Джонни. - Что же до вашей просьбы воспользоваться судовой рацией, то вынужден еще раз отказать. Я сам сейчас не в лучшем положении, а там, куда мы плывем, необходима более совершенная техника, чем та, которая в настоящее время при вас.
  
  - Слушай, Лю, кажется, у этой девушки проблемы, - бросил своему новому приятелю Джонни Кейдж и подошел к Соне. - Будь с дамой немного повежливее, а? Она просто выполняет свою работу и оказалась тут совершенно случайно.
  
  В свете полной луны актер смог лучше рассмотреть наглого типа со светящимися глазами; сейчас он показался ему еще моложе, чем на первый взгляд - про себя Джонни подумал, что хозяин турнира смахивает на старшеклассника. Интересно, он просто так хорошо выглядит или современная пластическая хирургия позволяет все?
  
  Шэнг Цунг собрался было что-то ответить, как вдруг из-за его спины вылезла еще одна странная личность - одетый в коричневый льняной кардиган с поясом и такого же цвета брюки юноша лет семнадцати ростом где-то на голову ниже хозяина турнира. Черные волосы его были заплетены в длинную косу, спускавшуюся ниже пояса; чертами лица этот парень неуловимо напомнил актеру Лю Канга.
  
  - Слушайте внимательно, вы оба, - раздраженно начал он. - Надеюсь, вы понимаете по-английски, а то я уже начал думать, что Шэнг плохо его знает, поскольку вы, судя по всему, не врубаетесь, что он говорит. Во-первых, вы здесь на чужой территории, пусть даже не по своей воле, - он покосился на Соню Блейд, - а значит, выпендриваться, предъявлять претензии и что-то вообще от нас требовать с вашей стороны не просто невежливо, но и глупо... да и небезопасно. Во-вторых, я настоятельно рекомендую вам разойтись по своим каютам и лечь спать, час уже поздний. В-третьих, я не советовал бы вам, мистер Кейдж, лезть не в свое дело. Все ясно?
  
  - Это угроза? - Джонни сжал кулаки.
  - Нет, вы посмотрите на них! - возмутилась Соня. - Сначала меня затащили на этот корабль, теперь держат тут без моего согласия и еще хамят при исполнении служебных обязанностей! Мало того, эти милые люди явно прячут в своей каюте Кэно и игнорируют все мои вопросы на этот счет, а теперь еще и угрожают!
  
  - Послушайте, юная леди, - нахмурился парень с косой. - Ни я, ни Шэнг вас не трогали, равно как и мистера Джона Карлтона Кейджа. Вы сами первая нарушили наш покой, хотя Би-Хань настоятельно просил вас этого не делать и пытался нас остановить.
  
  Лю Канг, который до этого момента надеялся на благополучное разрешение конфликта, почувствовал, что дело пахнет жареным. Он слез с ящиков и подошел к Джонни.
  
  - Послушайте, давайте во всем разберемся, - он изо всех сил старался сохранять спокойствие. - Мы с Джонни прибыли на корабль по приглашению, но эта девушка - вас Соня зовут, да? - попала сюда явно по ошибке и не имеет к турниру никакого отношения.
  
  - Имеет, и самое прямое, - Шэнг Цунг чуть ухмыльнулся, и тут Соня по-настоящему испугалась. У него же не только глаза светятся, но и... острые клыки, как у кошки. Два сверху и два снизу. Ну и улыбочка, прямо жуть какая-то.
  
  - Избранные должны приезжать на турнир по приглашению, а ее кто-то затащил на 'Крыло Дракона' силой! - продолжал возмущаться Лю.
  
  - Если вам это так интересно, то это действительно сделал Кэно по моему приказу! - сверкнул своими жуткими клыками хозяин турнира. - Я уже сказал, что мисс Блейд тоже избрана Старшими Богами для участия в Смертельной Битве, так что извините, ничем вам помочь и уж тем более отпустить одну из ваших бойцов на все четыре стороны я никак не могу. В связи с этим позвольте откланяться, нас ждут дела.
  
  - Так вы все-таки укрываете Кэно? - снова не выдержала Соня.
  
  - Твою мать, тебя что - заклинило? - выругался ниндзя-охранник.
  
  - Би-Хань, помолчи! - остановил его Шэнг. - Да, если вам так интересно, то Кэно теперь работает на меня и - более того - является гражданином другого государства, с которым у США нет договора о выдаче преступников, поэтому в просьбе отдать вам вашего врага тоже вынужден отказать.
  
  - Мне просто интересно: с точки зрения логики и здравого смысла - вы его прямо на корабле посреди открытого моря арестовать собирались? - саркастически поинтересовался юноша с косой. - К тому же корабль принадлежит другому государству...
  
  - Слушай, ты... - взбесился Джонни и уже явно собрался треснуть хама по физиономии, но тут за спиной Шэнга нарисовался еще один ниндзя - на этот раз в черно-желтом одеянии и с такими же светящимися глазами без зрачков, как у Шэнга.
  
  - У нас гости, хозяин? - спросил он.
  
  - Да, Ханзо, и они меня, если честно, уже несколько достали. Не могли бы вы с Саб-Зиро их немножечко утихомирить? Мне вообще-то отдохнуть хотелось, а не объясняться по поводу и без повода.
  
  - В мое время Избранные не были такими наглыми, - снова съехидничал приятель Шэнга.
  
  - Мое имя Скорпион, - ниндзя в черно-желтом шагнул к Джонни, глядя ему прямо в глаза. - Проваливай отсюда, если не хочешь превратиться в ледяную статую или познакомиться на деле вот с этой милой штучкой.
  
  Ханзо выставил правую руку вперед. Кожа на его ладони раскрылась, и оттуда появился гибкий металлический гарпун с навершием в виде змеиной головы. К ужасу Джонни и его новых знакомых, голова раскрыла челюсти и угрожающе зашипела.
  
  - Это что еще за фигня? - вытаращил глаза актер.
  
  - Не подходи ко второму, он все замораживает! - крикнула Соня, указывая на Би-Ханя.
  
  - Жить хотите? Идите отсюда, - процедил Скорпион. - Вам уже объяснили по-хорошему, что здесь вам не особенно рады. Не надо наглеть.
  
  Внезапно прямо перед ними сверкнула молния, и два электрических разряда отшвырнули Саб-Зиро и Скорпиона к противоположным бортам корабля. Соня зажмурилась - перед ней возник гигантский шар, словно состоящий целиком из электричества. В следующую секунду Лю Канг потерял от удивления дар речи: на месте огромной шаровой молнии стоял сам Рейден.
  
  - Довольно!
  
  - Лорд Рейден? Как мило с вашей стороны почтить на своим присутствием! - издевательски произнес Шэнг Цунг.
  
  - Твои уроды напали на моих людей! До турнира это строжайше запрещено, и твой император хорошо об этом знает! - Рейден заверещал, словно свинья, которую раздавил бульдозер.
  
  - Твои уроды напали на моих уродов, - хихикнул юный приятель Шэнга. - Ты забыл, как недавно едва не загремел в сумасшедший дом после того, как спьяну орал на главной площади Солт-Лейк-Сити, что ты бог грома и защитник Земного Мира?
  
  Рейден гневно посмотрел на него, но промолчал.
  
  - Приношу искренние извинения, но я бы сердечно попросил вас научить Избранных себя вести, если они только не хотят стать жертвами какого-нибудь трагического несчастного случая, - добавил Шэнг.
  
  - Я уж за всем прослежу, - хмыкнул Рейден. - Может, уйдешь отсюда вместе с Эсмене, а?
  
  Эсмене - так, судя по всему, звали парня с косой - посмотрел на бога грома с нескрываемым презрением.
  
  - А наш Рейден, как всегда, в своем репертуаре. Девять турниров минуло, а он только сейчас проснулся. Ничего, вернешься с провалом - нам даже не будет нужды об тебя руки марать, Тьен такие казни знает! Я своими ушами слышал, как он в прошлый раз обещал привязать твои яйца узлом к скамейке, а еще глаза тебе в жопу вставить и смотреть заставить. Теперь вот твои смертники, то есть смертные...
  
  - Заткнись, - бросил Рейден, едва не добавив 'предатель', но вовремя сдержался. - Я еще раз хочу вам сказать, что буду следить за безопасностью Избранных.
  
  - Пока мы не достигнем острова, где вы не имеете власти, - гневно бросил Шэнг Цунг.
  
  - И, кстати, верни немедленно нашу половую тряпку! - возмущенно добавил Эсмене, пристально оглядев Рейдена с ног до головы. - Которую уже у тебя отбираю! Ты снова ее на палубе подобрал и вместо плаща напялил?
  
  Бог грома буркнул что-то нечленораздельное. Шэнг Цунг еще раз внимательно посмотрел на Соню.
  
  - Я очень рад, что она стала Избранной, - произнес он, после чего рассерженно повернулся и ушел назад в свою каюту вместе с Эсмене и обоими ниндзя, хлопнув дверью. Лю таращился на Рейдена, словно некрофил на похоронную процессию.
  
  - Так ты и есть Рейден? - спросил он с восторженным блеском в глазах.
  
  - Следуйте за мной, - ответил тот, снова превратился в шаровую молнию и полетел прочь. Избранные пошли за ним на корму.
  
  10. Угроза из Внешнего Мира
  
  - У нас тут один тип, из руки у которого что-то вылезает, еще один, который все замораживает, и кто-то, состоящий из электричества. Как он мог исчезнуть? Кто эти люди? - недоумевал Джонни Кейдж.
  
  - Давайте это обдумаем. Всему есть рациональное объяснение, - ответила Соня, которая не очень любила непонятные сверхъестественные явления.
  
  - Существо из электричества - Рейден, бог грома и молнии и защитник Земного Мира, - пояснил Лю Канг.
  
  - Отлично! - ухмыльнулся Джонни. - Вот и твое рациональное объяснение.
  
  Неожиданно они снова увидели Рейдена, сидящего на каком-то ящике. Тряпку он снял, и теперь на нем был свободный белый костюм весьма приличного по сравнению с прежним старым балахоном вида.
  
  - Слушайте! То, с чем вам предстоит столкнуться, гораздо важнее вашей внутренней сущности, ваших врагов и вашего желания отомстить. На вас возложена священная миссия. Вы избраны для защиты Земного Мира на турнире под названием Смертельная Битва.
  
  - Для защиты от кого? - раздраженно поинтересовалась Соня.
  
  - Ваш мир - всего лишь один из многих. Его окружают двадцать параллельных. Один из них - Внешний Мир, которым правит бессмертное существо. Оно провозгласило себя тамошним императором, а теперь хочет завоевать и поработить Землю.
  
  - Подожди-ка секундочку, - перебил Рейдена удивленный Джонни, которому казалось, что он попал на съемки третьесортного фантастического сериала. - Если этот император такой уж могущественный, то почему он просто не захватит Землю?
  
  - Согласно закону Старших Богов, которым подчиняется даже сам внешнемирский император, его демонический колдун Шэнг Цунг со своими воинами, чтобы войти в Земной Мир, должны одержать над землянами десять явных побед подряд. Они уже одержали девять. Это будет десятый турнир.
  
  - И горстка людей на дырявой лодке должна спасти мир? - недоуменно сказала Соня, еще так до конца и не поверившая во всю эту историю.
  
  - Именно так! - с пафосом произнес своим гнусавым голосом Рейден. - Сущность Смертельной Битвы не в смерти, а в жизни! Смертные мужчины и женщины защищают свой мир.
  
  - Почему вы нам рассказываете все это? А как же остальные приглашенные с Земли? - спросил Джонни, который не очень понял смысла последней реплики бога грома.
  
  - Они все великие бойцы, но я заглянул в их души...и в ваши тоже. Один из вас троих решит исход турнира. Судьба миллиардов людей зависит от вас.
  
  - Простите... а как же Шэнг Цунг? - засомневался Лю Канг.
  
  - Все еще хочешь отомстить? Если ты бросишь вызов Шэнг Цунгу сейчас, то потеряешь и свою жизнь, и душу.
  
  - Он должен заплатить за смерть моего брата! Вы же понимаете, что случилось, и я не могу оставить это просто так!
  
  - Ты не готов.
  
  С этими словами бог грома снова исчез в электрической вспышке. Трое Избранных в растерянности остались стоять на корме.
  
  - Слушай, Лю, - начал Джонни, - я влип по уши. Доигрался хрен на скрипке - очень музыку любил. Ко мне пришел мой учитель и посоветовал поехать на этот долбаный турнир, а потом вручил приглашение. Вернее... я даже не знаю, в общем, я уже ничего не понимаю и не знаю! Мне тогда все это показалось очень странным. Мастер Бойд словно забыл про все элементарные вещи, связанные со мной - например, что у меня сестра в университете учится. Дурак я, дурак! Небось это внешнемирец какой под моего учителя замаскировался. Так вот я сюда по глупости своей и приехал.
  
  На небе не было ни облачка, и желтый лунный диск летел над морской гладью, чем-то напоминая зловеще оскаленный череп. Ветер был не очень сильный, но что-то недоброе чувствовалось в окружающей природе. Земля, закутанная в черную звездную пелену, мирно спала, наслаждаясь покоем, и лишь одинокие рыбы изредка нарушали гробовую тишину всплесками за бортом; тем не менее воинам Земного Мира было сильно не по себе.
  
  - Я не получала вообще никакого приглашения, - пожала плечами Соня, глядя куда-то в сторону. Она казалась спокойной, но Лю и Джонни поняли, что она напугана. - Меня сюда затащил ублюдок Кэно, а потом к тому же попытался меня изнасиловать. Как ни странно, его остановил этот мерзкий Шэнг Цунг.
  
  - Сонь, ты от этого упыря клыкастого подальше держись, - ответил актер. - Я могу ошибаться, но он на тебя так пялился - явно глаз положил. Такая мразь, как он, не станет пользоваться вещью, бывшей в употреблении у подручного, а к людям этот тип относится именно как к предметам обихода. Поэтому он тебя Кэно и не отдал. Берегись. Если что, мы с Лю попробуем тебя защитить.
  
  - Я в вашей защите не нуждаюсь, - бросила Соня.
  
  - А я бы на твоем месте так категорично не отвечал, - сказал Лю. - Ты видела этого Шэнга и его приятелей. Мы здесь среди врагов, но я приехал сюда сознательно. Джонни стал жертвой обмана, а что касается тебя - тут я по-прежнему убежден, что ты здесь действительно по ошибке. Если ты Избранная, то тебе были должны вручить приглашение!
  
  - Я здесь не по ошибке, - глухо прошептала Соня. - Подозреваю, что Кэно решил сменить гражданство, нашел себе в этом Внешнем Мире влиятельного покровителя и, спасаясь бегством, прихватил меня в качестве заложницы - на всякий случай. Я даже не знаю, что мне теперь делать. У меня почти всех моих друзей убили, и моего жениха с его напарником тоже.
  
  - Сочувствую. Держись вместе с нами, - посоветовал Джонни. - Как-нибудь все образуется. А ты, Лю, зачем сюда приехал? - поинтересовался он. - Вы с Рейденом говорили что-то про какую-то месть, но я задумался и все прослушал. И вообще, тогда на пирсе я понял, что у тебя что-то случилось. Что именно, если не секрет? Не хочу быть навязчивым, но если уж мы все вместе влипли, то давайте все друг другу объясним. Я обратился к тебе с невинной просьбой - чемодан донести, но ты на меня так посмотрел - как-то отрешенно, я сразу понял, что у тебя что-то не так.
  
  - Да... да... - произнес Лю, опустив глаза и рассеянно глядя прямо перед собой на пол. - Прости меня за тот чемодан, я не хотел тебе грубить, просто меня в последнее время все так достало... Я шел и злился на весь белый свет, а тут вдруг какой-то тип меня о чем-то просит. Мой брат недавно умер.
  
  - Что с ним случилось? - спросила Соня, которая тоже пропустила мимо ушей разговор Лю и Рейдена. - Болезнь? Несчастный случай? У него был рак? Последнее время эта пакость очень сильно помолодела - у меня однокурсник умер от лейкемии. Сколько ему было лет? Он старше или младше тебя?
  
  Лю где-то с минуту молчал, глядя вдаль. Соня решила, что он обиделся, и подумала, что ей стоит извиниться.
  
  - Прости меня, пожалуйста, я сказала бестактную вещь. Просто мой сокурсник, его звали Джемаль, сгорел у нас на глазах как свеча, все произошло так быстро, всего за два месяца. Мы и поверить не могли, что с ним может случиться что-то подобное. Совсем недавно Джемаль со мной на лекциях сидел, и вдруг нас всех на похороны позвали. Я не хотела наступать тебе на больное место.
  
  - Нет, Соня, ты меня не обидела, - наконец ответил Лю, по-прежнему расстроенно глядя куда-то в сторону. - И это не лейкемия и не несчастный случай. Если бы Чен умер от болезни, может, мне было бы легче. Мне сейчас двадцать четыре года. Ему было всего четырнадцать, в октябре исполнилось бы пятнадцать, и его... убил Шэнг Цунг.
  
  Последние слова подействовали на Избранных, словно внезапный удар набата или поток ледяной воды на головы. Соня и Джонни в ужасе замерли, потрясенно глядя на Лю.
  
  - Лю, как это произошло? - дрожащим голосом спросил актер.
  
  Молодой человек вкратце изложил друзьям историю своего детства, жизни в Храме Света с Ченом и дедушкой и отъезде в Штаты, а потом подумал, что Джонни, наверное, после всего все же не сочтет его сумасшедшим, если он начнет рассказывать ему о вещем сне.
  
  - Я сидел дома и совершенно неожиданно получил телеграмму-молнию от своего дедушки - он сообщил, что Чен умер. Я не знал, что думать и делать, после этого я долго плакал, а потом заснул. Во сне я увидел Шэнг Цунга, который пришел в Храм Света глубокой ночью и напал на Чена - просто так, мой брат ничего ему не сделал. Чен звал меня на помощь, звал до самой последней минуты, а я не мог вмешаться - ведь это же был сон! - виноватым тоном произнес Лю и смахнул со щеки непрошеную слезу, надеясь, что Соня и Джонни этого не заметили. Юноша не мог до сих пор поверить в то, что еще совсем недавно брат надеялся на него, из последних сил цепляясь за жизнь, а он был слишком далеко, чтобы предпринять хоть что-нибудь!
  
  - Вот подонок, - возмутился Джонни. - Убил ребенка, и совесть его небось не мучает.
  
  - Слушай, история, конечно, страшная, и я тебе очень сочувствую, но мне все это кажется очень странным, ты уж прости, - скептически произнесла Соня. - Если честно, то я не верю в вещие сны, гороскопы, предсказания, гадания и тому подобную ерунду. Если бы у вас в Храме стояла камера видеонаблюдения, которая зафиксировала бы факт убийства, можно было бы ткнуть Шэнга в это носом и предъявить ему официальное обвинение. А так - мало ли что кому приснилось. Твой вещий сон в качестве доказательства не примет ни один суд мира. Вы хоть полицию-то туда вызывали? А что сказали судмедэксперты? Каков был характер нанесенных травм? Есть большая разница, к примеру, между тем, что человек мыл окно и, случайно оступившись, выпал с десятого этажа, тем, что кого-то из этого окна выбросили, и тем, что жертву целенаправленно били руками, ногами и тяжелыми предметами по жизненно важным органам.
  
  - Никого мы не вызывали, сама понимаешь, это же глухой район, там и телефона-то днем с огнем не сыщешь... да и монахам это не надо, у Чена же даже документов не было, объясняйся потом с полицией, зачем наставнику лишние проблемы?
  
  - Ну а тогда о чем речь? Нет доказательств - нет разговора. Мне этот Шэнг тоже в высшей мере несимпатичен, но вот так обвинять кого-то на ровном месте... Моего напарника убили бандиты из 'Черного Дракона', а мне вот завтра приснится во сне, что это сделал ты. Одно дело - доказанный факт преступления, другое - мои домыслы.
  
  - Ты не понимаешь... - растерялся Лю. - Я не знал, что случилось с Ченом, мне дедушка просто написал, что он умер, и все. Потом я во сне увидел, как моего брата убили, и увидел Шэнга, хотя до этого не был с ним знаком, просто о нем слышал.
  
  - Лю, я еще раз говорю, что всему есть рациональное объяснение, - ответила Соня. - Вот ты сам сказал, что про Шэнга слышал. Перед этим же ты, возможно, боевик смотрел или книгу читал, где кого-то насмерть забили. Было такое?
  
  - Ну да, было, - неохотно признал Лю.
  
  - Когда мы спим, у нас мозг перебирает картинки - наши воспоминания, фантазии, то, что происходило с нами днем, сюжеты из книг и кино - и складывает их в сны. Ты про Шэнга когда-то там слышал. Потом кино с мордобоем смотрел. Затем тебе дедушка телеграмму прислал. Все это наложилось на горе и нервное потрясение, вот тебе твой мозг и выдал веселую картинку. Может, твой брат вообще от болезни умер, вряд ли у вас там в Храме Света есть врач или даже аптечка.
  
  - Но я Шэнга до этого живьем не видел, а тут во сне... - возразил Лю.
  
  - А на картинке или фото небось видел?
  
  - Ну да, на рисунках в наших храмовых свитках видел...
  
  - Ну вот и твое рациональное объяснение. Так что, как ни крути, а доказательство есть доказательство. Обвинить Шэнга в сотрудничестве с 'Черным Драконом' и укрывательстве Кэно я могу, а вот в убийстве Чена - ну никак нет. Очень мало улик, а вы не потрудились их собрать. Так что умереть твой брат мог от чего угодно. А еще... вон Джонни говорит, что какой-то тип себя за его учителя выдавал, да так умело, что он повелся. Кто его знает, может, среди Шэнговых дружков мастера гипноза стадами ходят или они там в своем Внешнем Мире еще какие психотехники практикуют. Ты вон веришь, а окажется, что это вражеская провокация - специально, чтоб тебя на турнир затащить.
  
  - Соня, ты извини, но я доверяю своим снам и интуиции, - обиженно произнес Лю. - Ты можешь думать как пожелаешь, но я уверен, что моего брата убили, и сделал это именно Шэнг.
  
  Девушка недоуменно пожала плечами.
  
  - Эх, с Артом бы сейчас поговорить, да только он сразу спать пошел, - вздохнул актер.
  
  - Может, разбудить его? - предложил Лю Канг. - Дело-то серьезное, он, поди, даже и не подозревает, что тут творится.
  
  После недолгих колебаний Джонни все-таки решился спуститься на нижнюю палубу в каюту Арта. Спортсмен еще не успел заснуть; выслушав своего нового друга, он долго молчал, а потом произнес:
  
  - Знаешь, моя бабушка с отцовской стороны приехала в Англию из Нигерии. В детстве она рассказывала мне легенды про могущественную нежить, принимающую облик прекрасного человека со светящимися глазами. В ту пору я решил, что неграмотная старуха-негритянка рассказывает глупые сказки... зря, выходит, я над ней смеялся. А девчонку-полицейского эту вашу жалко. Судя по вашим словам, этот придурок в черном плаще явно решил сделать ее своей наложницей, да и вообще держится на редкость нагло - будто победа уже у него в кармане.
  
  Плюнув на сон и отдых, Арт поднялся наверх вместе с Джонни. Соня с обреченным видом стояла у борта корабля рядом с Лю Кангом и отчаянно трясла рацию в безнадежной попытке заставить ее работать.
  
  - Ничего не получается, - печально произнесла девушка, увидев актера. - У меня еще теплится надежда на то, что мои сослуживцы узнают, где я, и найдут способ меня выручить. Мой напарник Джакс уже наверняка всех на уши поставил, мои родственники с ума сойдут, если узнают, что я исчезла. Даже не представляю, что мне теперь делать.
  
  - А Соня держится молодцом, - тихо шепнул Арту Джонни. - У нее всю команду перебили и ее парня на тот свет отправили, а она не плачет, не рыдает, наоборот - думает, как бы ей отсюда выбраться.
  
  - У нее сейчас пока еще шок не прошел, - ответил тот. - Она еще до конца не осознала произошедшее, мало того - на нее навалилось все сразу, и эта ситуация еще не разрешилась.
  
  - И все равно - я бы на ее месте давно уж запаниковал, а она ничего, нормально. Да еще и эти два урода к ней клеятся.
  
  Они стояли так еще минут пятнадцать, как вдруг Лю услышал позади какой-то шум и повернул голову. К кораблю со стороны материка медленно приближался военный вертолет.
  
  Соня вскрикнула от радости.
  
  - Это мои! За мной!
  
  Лю схватил за руки Арта и Джонни.
  
  - Слушайте меня. Если эти люди прилетели за Соней, то вам надо воспользоваться случаем и немедленно убраться с этого проклятого корабля. Я приехал на этот турнир сознательно, Шэнг убил моего брата, мне всю эту кашу и расхлебывать. Вас затащили сюда обманом, вы тут вообще сторонние люди, поэтому немедленно улетайте вместе с Соней.
  
  - А ты? - встревожился актер.
  
  - Я остаюсь. Увы, Соня, ты меня не убедила, - Лю поймал ее вопросительный взгляд. - Я уже сказал, что верю своим снам и хочу разобраться с Шэнгом.
  
  К сожалению, шум лопастей вертолета привлек внимание не только четверых Избранных. Дверь каюты Шэнга снова распахнулась, и на пороге появился его высокомерный приятель Эсмене.
  
  - Эй, Шэнг, Би-Хань, завязывайте там попусту трепаться - у нас гости! Идите сюда, и советовал бы прихватить плазменную пушку!
  
  - А пушка нам и не нужна, - Шэнг, встав рядом с ним, принялся пристально рассматривать вертолет спецсил. - Забыл, что я лучший черный маг империи?
  Избранные с ужасом увидели, что он протянул вперед руки, и между его ладоней в воздухе завис большой огненный шар - на мгновение Лю Кангу показалось, что он имеет форму черепа. В следующую секунду - никто даже не успел понять, как это произошло - он ударил в корпус вертолета; прогремел оглушительный взрыв, полыхнуло пламя, и горящие обломки искореженного металла посыпались в воду - Джонни успел обрадоваться тому, что огромная машина не успела долететь до корабля, потому что иначе то, что от нее осталось, могло рухнуть им на головы. Шокированная этим зрелищем Соня пару мгновений стояла неподвижно, но потом упала на колени у борта корабля, в отчаянии закрыв руками лицо и дико крича, словно раненый зверь.
  
  - Выродок, - покосился Арт Лин в сторону Шэнга. Тот невозмутимо повернулся к Избранным - казалось, его совершенно не волновало ни только что содеянное, ни жуткое состояние несчастной Сони.
  
  - Мисс Блейд с непонятным мне упорством пыталась до настоящего момента, невзирая на очевидные факты, доказывать мне, что никакая она не Избранная и что ее пребывание на этом корабле - не более чем досадная ошибка. Так вот, я вынужден вас разочаровать - все как раз наоборот, и Соня должна принять участие в турнире. Я бы хотел настоятельно вас попросить впредь не нарушать порядок и не устраивать скандалов, иначе я буду вынужден снова применить силу. Спокойной ночи.
  
  С этими словами черный маг захлопнул за собой и своим приятелем дверь в каюту. Арт Лин и Джонни испуганно переглянулись.
  
  - Твою мать, какой же я все-таки дурак и выпендрежник, - тихо проронил Арт. - Решил всем доказать, что я крутой олимпийский чемпион и что английская школа каратэ в сто раз лучше русской. Ну и доказал... на свою тупую безмозглую голову. Лучше б я тренировался поменьше, ленился побольше и получил серебро. Или бронзу. Это же тоже неплохо. Небось Семин сидит сейчас в своей Москве и с детьми мультики смотрит и мороженое ест. Я же вот... тут. Дурак я. Дурак. И бабушку надо было слушать.
  
  Лю в это время стоял рядом с Соней на коленях, пытаясь ее успокоить. Та постепенно начала приходить в себя и вытерла слезы.
  
  - Эти ублюдки убили всех моих друзей, - прошептала она, поднимаясь на ноги. Арт печально покачал головой.
  
  - Будет возможность - отомстим, - с ненавистью произнес Лю Канг. - А Шэнг нашел себе очень даже неплохую компанию, что неудивительно, в лице преступника со стажем. Правильно про таких говорил один мой друг - дрянь к дряни липнет. И если Арт прав в отношении того, что этот подонок положил на тебя глаз...
  
  - Оригинальные же у него методы завоевания сердца красавицы, - хмыкнул спортсмен.
  
  - Я же говорю Соне - ей надо держаться вместе с нами, если что, мы за нее заступимся и не дадим ее в обиду. Давайте решим, что все-таки будем делать, - предложил Джонни.
  
  - Для начала - доберемся до острова, а там будем действовать по ситуации, - сказал Лю. - Может быть, нам еще удастся посоветоваться с Рейденом.
  
  11. Тень прошлого
  
  Все то время, пока Шэнг разговаривал с Избранными, Кэно провел в каюте, сидя на топчане и погрузившись в свои мысли. Надо ж было так лажануться, да еще в первый день на службе, может, хозяин все-таки не особо разозлится и его с этой самой службы поганой метлой не попрет, все-таки стоило расспросить его поподробнее о том, как надо и не надо себя вести. Рядом с бандитом периодически мотались еще два каких-то типа с закрытыми лицами, один в черно-синем, кажется, его звали Би-Хань, второй в черно-желтом, с такими же светящимися глазами, как у Шэнга - вроде бы Ханзо, но Кэно пока еще не успел с ними познакомиться, вернее, хозяин его им не представил, а сам глава 'Черного Дракона' подходить к ним после инцидента с Соней как-то не решился. Фиг его знает, как там у этих жителей другого мира принято, еще сочтут за грубость.
  
  В этот момент дверь скрипнула, и в каюту вошел Шэнг в сопровождении своего приятеля в темно-коричневом; Кэно уже успел узнать, что его зовут Эсмене. Этот тип с самого начала не внушил доверия даже бывалому преступнику; странный какой-то. Уж насколько спокойно и уверенно ведет себя черный маг, настолько же напряженным, угнетенным и каким-то дерганым выглядит его спутник.
  
  - Ну что же, здравствуй еще раз, - произнес Шэнг совершенно спокойным тоном без тени раздражения или злости; неужели уже простил неуместную выходку незадачливого подручного?
  
  - Слушаю вас, милорд, - Кэно поклонился, не вставая с топчана.
  
  - Думаю, мне стоит все-таки окончательно ввести тебя в курс дела, - улыбнулся черный маг.
  
  - Деньги он тебе предложил немалые, но и проблемы у нас тоже немалые, - добавил Эсмене с явной нервозностью. - Точно уверен, что не хочешь сесть в шлюпку и вернуться домой? Когда доберемся до острова, обратной дороги не будет!
  
  - А у меня ее и так нет, - ответил бандит с напускным равнодушием, хотя слова этого типа его совсем не обрадовали. - Ну вернусь я домой, хотя дома у меня нет, да и арестуют меня там сразу и приговорят к высшей мере. На хуй оно мне.
  
  - Ну ладно, - сказал Шэнг, сделав вид, что не услышал бранного слова. - Все то, о чем я тебе расскажу, началось очень давно - задолго до твоего рождения, более того, тогда не появились на свет еще даже твои прадедушки и прапрадедушки... даже вашей земной цивилизации как таковой еще не существовало, она еще очень молода по сравнению с нашей. Я тогда тоже еще не родился, и нашим Внешним Миром правил Шиннок - один из Старших Богов. Он был женат на богине земли Шаранн, и у них было четверо детей - три сына и дочь.
  
  - Его средний сын Шао Кан сейчас правит вместо него, - вставил Эсмене.
  
  - Да, Шао Кан - наш Император, - продолжил Шэнг. - Итак, у него было еще двое братьев - Тьен, старший, который стал главой Младших Богов, и Нэннэт, больше известный как Рейден, их сестру звали Айя. Все было хорошо, наш мир процветал, дети Шиннока были очень дружны между собой, и он счастливо жил со своей семьей, но между Старшими Богами возникла ссора.
  
  - И как всегда - зависть и подлость, помноженные на жестокость, обернулись трагедией, - процедил сквозь зубы Эсмене. - Шиннок был очень хорошим челове... тьфу, то есть божеством-защитником своего мира. Он любил свою семью и подвластных ему людей. Он хотел, чтобы им жилось хорошо, ведь подвластное ему место и без того пережило очень трудные времена - в свое время недалеко от планеты Куэтан, на которую можно открыть портал во Внешний Мир и где жил Шиннок, взорвалась сверхновая. Многие люди погибли, а те, кто остался, приобрели всякие малоприятные мутации... в лучшем случае глаза у них светятся и клыки, как вон у Шэнга. Потом все постепенно вернулось на круги своя. Во Внешнем Мире всем жилось прекрасно - так положено, чтобы у каждого мира был свой бог-протектор, и Шиннок делал для своих людей все! Однако его, с позволения сказать, коллегам это сильно мозолило глаза, ведь они-то в лучшем случае не обращали на жалких человечков в подвластных им мирах внимания, в худшем - вели себя примерно как Пол Пот в Камбодже. Глава Старших Богов Джиал, который давно, на заре мироздания, называл Шиннока чуть ли не братом, стал ему завидовать. Другие тоже... даже его собственная жена Шаранн!
  
  - Та еще тварь была, - поморщился Шэнг Цунг. - Шиннок жаждал знания. Он хотел научить тому, что мог и умел сам, не только внешнемирцев, но и жителей других вселенных, и Шаранн обвинила его в том, что он готовит заговор против своих собратьев и собирается лишить их власти в тех мирах, где они были протекторами. Он этого не хотел и все отрицал, но постепенно жена переманила на свою сторону Тьена, Рейдена и многих других богов - всех Старших и большую часть Младших.
  
  - Она довела мужа до того, что он в итоге в припадке ярости зарубил ее нагинатой, - фыркнул его приятель. - После этого началась война, на долгое время погрузившая все вселенные в хаос и тьму. Шэнг не упомянул о том, что эта сволочь Рейден была назначена протектором вашего мира! Земного!
  
  - А ты сам откуда? На внешнемирца не похож, - спросил Кэно.
  
  Эсмене опустил голову и сел рядом с ним на топчан.
  
  - Я тоже из твоего мира. С Земли. И этот подонок Нэннэт поломал мне жизнь. Тогда я был моложе тебя, мне было всего восемнадцать, и многое в ту пору воспринималось по-другому. Впрочем, давай обо всем по порядку - сначала закончим с историей Шиннока. Его обвинили во всех смертных грехах и сотне пороков поменьше, что он якобы и заговор готовил, и Землю собирался у своего сына отнять, и чего только он не натворил, но он был невиновен! Слышишь? Невиновен!!!
  
  Последние слова Эсмене едва не выкрикнул, и Кэно стало не по себе от такого выплеска эмоций.
  
  - Конечно, - как можно вежливее ответил бандит. Действительно странный тип, лучше быть с ним поосторожнее.
  
  - Во время этой войны, названной впоследствии Битвой Богов, сторонники Шиннока сражались с его врагами во главе с Джиалом, но последних было больше. Протектор Внешнего Мира потерпел страшное поражение, после чего был отправлен в страшное место под названием Не-Мир, где медленно сходил с ума, а постоянная резиденция Рейдена и Тьена была перенесена на Землю.
  
  - Это было сделано не просто так, потому что Земной Мир - своего рода перекресток, отсюда можно открывать порталы и телепортационные каналы куда угодно, - пояснил Шэнг. - Несмотря на поражение, верность Шинноку сохранили все жители Внешнего Мира, в том числе его средний сын Шао Кан и дочь Айя, к счастью, они не погибли во время той войны. Наследник нашего протектора провозгласил себя императором. Он решил отомстить за отца и освободить его из Не-Мира, а потому стал готовиться к новой войне... вернее, к новым войнам. Как уже сказал мой друг, сторонников Джиала было куда больше, и многие союзники Шиннока погибли. Император был окружен врагами. В какой-то момент он решился на отчаянный шаг и бросил вызов соседнему миру - Вэйналии. Протектором этой вселенной была Дэлайджа - она не участвовала в Битве Богов, но сочувствовала Джиалу, потому что после смерти Шаранн пару лет встречалась с Шинноком, и он бросил ее, когда узнал о том, что ее дочь Айфра и отец этой девушки, бывший возлюбленный Дэлайджи, хотели заманить его в ловушку. Новость о том, что Император объявил войну Вэйналии, быстро дошла до главы Старших Богов. Он был помешан на формальностях и в силу этого не мог запретить Шао Кану напасть на этот мир напрямую, но, посовещавшись с товарищами, изобрел турнир под названием Смертельная Битва. Он проводился раз в пятьдесят лет, и для того, чтобы завоевать другую вселенную, Императору и его воинам нужно было одержать десять побед подряд.
  
  - Вы чё, живете вечно, что ли? - недоверчиво посмотрел на него глава 'Черного Дракона'.
  
  - Наконец-то догадался, - хмыкнул Эсмене. - Так вот, внешнемирцы, понятное дело, победили.
  
  - А то, у нас воины намного лучше, чем эти вэйнальские задохлики, - с гордостью произнес черный маг. - Вэйналия стала принадлежать нам. Императора сильно воодушевила эта победа, и он вызвал на Смертельную Битву новый мир - Хилфар, которым правил заклятый враг Шиннока Лоул. Мы снова победили, протектор Хилфара бежал в неизвестном направлении, а Шао Кан продолжил завоёвывать новые вселенные, которыми правили недруги его отца, и присоединять их к своим владениям - эти территории в итоге стали называться Темной Империей. Вскоре он почувствовал себя достаточно сильным для того, чтобы противостоять своим братьям Тьену и Рейдену. На очереди был Земной Мир, но тут возникла одна сложность. Проникнуть к вам можно было только через еще одну вселенную, которая называлась Эденией. Ее протектором был крайне мерзкий тип, сторонник Тьена по имени Аргус, но его по большей части никто не видел, и Шао Кан, изменив своим принципам, хотел было попробовать мирно договориться с эденийцами, чтобы они позволили его воинам беспрепятственно пройти на Землю. Однако правитель Эдении встал в позу и начал выпендриваться, и нам пришлось вызвать на Смертельную Битву и его тоже.
  
  - До сих пор не пойму, зачем Император вообще перед этими упырями унижался, - прошипел Эсмене. - Король Эдении Джеррод был гадом и подонком, он третировал собственный народ, принимал идиотские законы, по ночам молился идолу с козлиной головой, а его главный подручный и обожаемый генерал Району составлял ему компанию во всех его мерзостях!
  
  - Ну, как я понимаю, вы снова победили? - улыбнулся Кэно.
  
  - Да, но достаточно дорогой ценой. На последнем турнире Району убил Айю, сестру Шао Кана. Это была чудовищная потеря, - нахмурился Шэнг. - Император после этого долго был не в себе. Можно сказать, что он до сих пор не оправился от этого удара.
  
  - Ну конечно, если учесть его приступы ярости, - ответил его приятель. - На очереди был Тьен с подручными, но тут все было не так-то просто. Гадину Джеррода Шао Кан убил и закопал, и надпись написал, уж какую - не знаю, а до гадины Тьена добраться было сложнее. Довольно долгое время турнир проходил тихо и вяло: одну Смертельную Битву выигрывали земляне, другую - внешнемирцы, и так далее... Вскоре Шао Кану надоела эта волынка, и он послал на турнир своего придворного мага Шэнг Цунга, который стал новым чемпионом турнира и быстро одержал девять побед подряд.
  
  - Ого! - глава 'Черного Дракона' с изумлением уставился на своего хозяина. - Надо же!
  
  - И тут пришел Рейден и все испортил, - Эсмене перекосило от злости. - Тут-то и закончилась бы вся весёлая история, но стоит сказать, что младший братец Императора был не так уж прост. Этот божок был редкостнейшим интриганом и быстро исправил положение - естественно, не собственноручно. Он использовал для этого меня. Шел 1455 год нашей эры, тогда меня еще звали Кунг Лао, и, как я тебе уже говорил, мне было восемнадцать лет. Почти в два раза меньше, чем тебе сейчас, и я ничего еще в жизни-то повидать не успел! Я жил в Китае, в воинском монастыре под названием Храм Света недалеко от города Жу Зинь. Родителей своих я помнил плохо, они отдали меня и мою сестру в это заведение по семейным обстоятельствам, а если говорить грубо, потому что кушать дома было нечего. В те далекие времена Храм Света, который подчинялся напрямую Рейдену, еще не представлял собой современное сборище извращенцев и алкоголиков, и люди относительно приличные там тоже попадались. Сам понимаешь, вчерашнему подростку жизнь кажется прекрасной, я встречался с девушкой - дочкой местного торгаша, барона Рэйланда, который бежал из Европы из-за разгула инквизиции, но весь Жу Зинь неплохо в кулаке держал, его и наши местные чиновники уважали и побаивались. Не собирался я никогда воинскую карьеру делать, хотя бойцом был не то что неплохим - не чета многим и многим. Я был благодарен монахам Храма за то, что они меня воспитали-обучили, но не чувствовал я в себе никакого призвания быть воином. Я собирался покинуть Храм. Жениться на своей Дженивьер думал, на работу устроиться, детишек завести, денежек заработать и тихо состариться, как все нормальные люди. И чем все мои мечты закончились? Я уже сказал - пришел Рейден и все испортил. Он быстро нашел в Храме меня, не менее быстро задурил глупому юнцу голову своими россказнями про злого колдуна с Куэтана, после чего отправил меня на десятый турнир.
  
  - Я думал, этот будет десятым, - несколько растерялся Кэно.
  
  - Этот будет десятым, только десятым по второму заходу... в общем, слушай дальше.
  
  - Рейден всегда был оборотистым типом, - продолжил теперь уже Шэнг. - Промыванием мозгов моему другу этот подонок не ограничился. Ему это свойственно: как правило, жертвами его тоталитарной секты становятся подростки и молодежь, то есть те, кто еще не научился логически мыслить и просчитывать ситуацию. Хозяевами и распорядителями турнира наравне со мной были два эденийца, один из которых - Эрканет - ненавидел братца Императора, не пускал его на остров Шимуру, где обычно проходила Смертельная Битва, и все время раскрывал его интриги. Добрый Рейден, недолго думая, подсыпал моему верному соратнику что-то интересненькое в чай, отчего несчастный Эрканет на следующий день умер в жесточайших мучениях.
  
  - Вот тупой придурок, надо было вам сыпать, вы ж главный, - рассмеялся бандит.
  
  - Ну нет, - ответил Эсмене. - Самому Шэнгу сыпать яд было бесполезно - куэтанцы все-таки мутанты, и поэтому они обладали высочайшей устойчивостью по отношению к любым ядам; отравить людей их расы было невозможно. Избавившись от помехи, Рейден без труда попал на турнир вместе со мной, думая в случае необходимости сплести очередную интригу, но в этом не было нужды. Я победил и без посторонней помощи - надо отдать нашему протектору должное, но он недаром был столь сильно во мне уверен. Как в песенке поется, 'я и прежде бойцом не из худших был, но в тот день я сам себя удивил'. Удивило меня и еще кое-что. В Храме Света нам всегда читали проповеди о нравственности и морали, о том, что надо быть добрым, благородным и милосердным, но когда я нанес последний удар, мой противник лежал без сознания на полу и распорядители объявили о моей победе, Рейден начал во всеуслышанье кричать, чтобы я его прикончил. Тогда я не придал этому значения, решив, что он просто поддался эмоциям - сам понимаешь, финальный бой, решается судьба подвластного ему мира... Конечно, в те годы я был молодым дураком, но хотя бы в день поединка с Шэнгом у меня хватило ума принять правильное решение. Я сказал - нет. Я воин, но не убийца, и добивать побежденного врага - гадко, бесчестно и подло. Я так и сказал. Надо было видеть рожу Рейдена - она в тот момент приобрела такое выражение, словно ее обладатель сел на ежа. Ты уже сам видишь, что мозги у меня в то время были отнюдь не там, где положено, и я тогда не понимал - и не хотел понимать, что наш протектор вовсе не такой милый и добрый, как я думал. Он хотел не просто победы, а смерти Шэнга. Он его ненавидел. Он считал его одним из своих самых злейших врагов.
  
  - А что его брат... Император? - поинтересовался Кэно. Сейчас он смотрел на Эсмене с удивлением и уважением: надо же, еще один чемпион Смертельной Битвы, а так по нему и не скажешь.
  
  - Ой, даже вспоминать все это не хочу, но надо же тебе все объяснить, - скривился тот. - С одной стороны, мне очень жаль Шао Кана, ведь я понимаю, что ему пришлось пережить и как он любил сестру и отца, с другой... сам я с ним никогда не общался, так, видел пару раз, но его нельзя назвать приятным, добрым и уравновешенным человеком. Жутко нервный и злобный тип, склонен к таким вспышкам ярости, что в кошмарном сне не привидится, очень злопамятен, страшен что в гневе, что в спокойствии. Говорят, раньше он таким не был, но так уж сложилось. Он, естественно, был сильно расстроен, узнав о том, что его горячо любимый братец запорол ему все дело, и это еще мягко сказано. Зло сорвал он на Шэнг Цунге, которому, недолго думая, добавил уже от себя и отправил его в ссылку в кобальтовые копи, в королевство шоканов - расы четырехруких мутантов, живущих на юге Куэтана. Тем не менее его придворный маг, вопреки всем стараниям Тьена и Рейдена, руки не сложил и в отчаяние не впал, решив во что бы то ни стало выбраться с рудников и отомстить этим подонкам. У меня же с того дня все пошло наперекосяк... вся жизнь, лучше бы Шэнг тогда меня убил, это было бы так прекрасно - быть трупом и ничего не чувствовать. Небытие. Покой и мир, - произнес Эсмене таким обреченным тоном, что у Кэно по спине побежали мурашки. - Сначала барон отказал мне в руке своей дочери. Потом погиб он сам. За ним и Дженивьер. Я утратил смысл жизни. Обозленные внешнемирцы без устали преследовали меня и всех, кто со мной. Я не мог ни на секунду утратить бдительность. Я был чудовищно зол на них, но тогда я не понимал всей глубины их отчаяния и того, что ими двигало. Не знал я и того, что стал пешкой в руках Рейдена и очередной жертвой его грязной игры! Однако тут-то Тьена и Рейдена и настиг большой облом. Шэнг с Императором пораскинули мозгами и обратились за помощью к шоканам, ведь один из них, принц Атр, в свое время помог внешнемирцам одержать блестящую победу над Эденией. Один из сыновей короля четырехруких, принц Горо, был молод и жаждал славы. Он весьма охотно согласился поучаствовать в турнире. Шэнг, недолго думая, привел своего нового знакомого на Шимуру и представил его всем как участника следующей Смертельной Битвы. Обнадеженный Император объявил своему придворному магу амнистию, но предупредил его, что в случае еще одного провала пощады ждать не придется. Рейден, узнав о столь нестандартном решении проблемы с подбором для меня достойного противника, заверещал, как свинья, которую трактором раздавили, да поздно было: Горо уже был утвержден Старшими Богами в качестве участника турнира. Принц шоканов обладал нечеловеческой силой, а потому с обычным соперником мог справиться довольно легко, но Джиал сам написал в правилах, что сражаться в Смертельной Битве могут представители любых рас и народов, населяющих какой-либо из соперничающих миров. Понятное дело, наш дорогой протектор пошел к нему жаловаться, но не тут-то было: глава Старших Богов велел ему идти лесом и сказал, что уже утвержденные списки участников обжалованию и обсуждению не подлежат ни под каким предлогом. Ну, дальше все было как обычно: за воинами Земли приплыл корабль, мы отправились на Шимуру, а со мной Тьен и Рейден поперлись - в качестве группы поддержки, это не запрещено, пуганул их, видать, тогда принц Горо.
  
  - И как же вы все-таки помирились с хозяином? - озадаченно спросил глава 'Черного Дракона'. - Умеет этот Рейден мозги всем ебать, и нелегко тебе понять было, что это за хер болотный. Ты ж небось всерьез этого Императора злом мировым считал. Даже межмировым.
  
  - Я тот день на всю жизнь запомнил, - печально ответил Эсмене. - Была уже ночь, но мне не спалось. Я решил побродить по кораблю, думал о всяких насущных проблемах, меня как-то даже не волновал предстоящий турнир. Случайно я услышал, как Рейден разговаривает с Тьеном - я раньше не знал о том, что он его старший брат, даже и не догадывался, ведь наш дорогой протектор вел себя с ним как покорный слуга, а не как родственник. Любому ж нормальному человеку и в голову бы никогда не пришло обращаться к собственному брату со словами 'о мой господин' и прочими вывертами, достойными только лизоблюдов при дворе какого-нибудь царя. Из их беседы я понял, что они на самом деле дети одного отца. Меня это заинтересовало - поначалу это было простое любопытство, ведь Рейден никогда ничего о себе не рассказывал ни мне, ни моим товарищам. Я встал за дверью каюты, где сидели эти двое, и продолжил подслушивать - теперь уже целенаправленно. К счастью, они меня не заметили, и я узнал все, что мне, согласно их замыслу, вовсе не нужно было знать. Меня, как я сейчас помню, тогда потрясло даже не то, что я все эти годы был игрушкой в руках этих гадов, а то, как они относились к брату и отцу. Я понимаю, что Император действительно не самый хороший и добрый человек, однако... у меня никогда не было нормальной семьи, хоть я безумно мечтал ее иметь, и поэтому я считал, что родители, братья, сестры - это святое. Мне казалось, что все основы мироздания рухнули - по крайней мере, для меня. К тому же я жил в стране с довольно сильными семейными устоями, и такое отношение к самым близким людям в моем понимании было просто немыслимым. Можешь себе представить мое состояние, когда я все это узнал и понял, что к чему.
  
  - Я б на твоем месте дождался, пока оба уебка заснут, да и зарубил бы этих сволочей топором прямо в постели, - сочувственно посмотрел на него Кэно. - Вот суки. Мне вон хозяин хоть денег обещал, а они тебе, поди, все это время за работу платить и не думали.
  
  - Естественно, единственное, что я получил - это медаль за победу в Смертельной Битве. Надо было их тогда, конечно, топориком по маковке, да только опять же я тогда молодой был и не утратил еще прежнего благородства. Говоря по-хорошему, я не то что не убийца, а даже не воин. Не хотел я никогда ни с кем сражаться. Во мне умер обычный городской торгаш и отец семейства. Когда я с Джен познакомился, то сидел и мечтал: вот идем мы с ней под руку по улице, оба старые, седые, морщинистые, а рядом с нами наши дети и внуки. Я же планы какие строил: вот женюсь, буду барону в торговых делах помогать, Дженивьер мне малышей родит, потом я потихоньку состарюсь, облысею, растолстею и наконец умру в своей постели, прожив долгую и счастливую жизнь. Оказалось, что стать примерным семьянином мне не суждено, да и стариком тоже.
  
  - Неужели тебя это огорчает? - глава 'Черного Дракона' вытаращил свой единственный глаз. - Люди вон мечтают прожить подольше, к пластическим хирургам бегают, ботокс колют...
  
  - Мозгов нет, потому и колют. Они не понимают своего счастья быть простыми смертными людьми. Я временами с ненавистью смотрел в зеркало на свое вечно юное лицо и думал: вот что мне теперь делать со своим бесполезным бессмертием и куда с ним идти? Ведь мне, согласно правилам турнира, оно было даровано для того, чтобы я смог дожить до следующей Смертельной Битвы и подготовить новых бойцов. Так вот, когда я узнал о том, почему на самом деле возник наш великий турнир, мне было очень плохо. Представь себе человека, у которого все идеалы рухнули в одночасье. Бежать мне было уже некуда - мы на корабле, на полпути к острову, что делать? Тут я вспомнил о том, что на 'Крыле Дракона' есть один человек, который точно сможет мне помочь и что-то посоветовать, если, конечно, он вообще станет со мной разговаривать. Я пошел искать Шэнга. Он был у себя, я понял, что он точно не спит, потому что в окошке на двери его каюты горел свет, и после нескольких минут раздумий все-таки решился постучать.
  
  - Я поначалу не хотел открывать, потому что мне самому в тот момент было не лучше, чем нашему действующему чемпиону, - прокомментировал черный маг. - Я сказал ему, чтобы он проваливал - нам не о чем говорить. На меня все навалилось так сразу, мало мне было угроз Императора, так у меня еще возникли некоторые проблемы лично-семейного характера, о которых я кому-то постороннему никогда не рассказывал, но дело даже не в этом. Мне в подобных ситуациях обычно не хочется никого видеть, даже разговаривать с кем-то не о делах - довольно мучительное занятие. Я отправил Тарсониса, своего помощника, заниматься приготовлениями, а сам сидел и злился на весь белый свет - понимаешь ли, я знаю, что Император слов на ветер не бросает, и если все и в этот раз кончится провалом, он меня не пощадит. Когда Эсмене все-таки смог мне объяснить, хоть я и не желал его слушать, что произошло, я наконец соблаговолил его впустить, мы все обсудили и придумали план.
  
  Кэно, слушая рассказ Шэнга, больше всего удивился тому, что тот упомянул о своих семейных трудностях. Неужели у этого грозного черного мага есть жена, дети, как у большинства обычных людей? Однако задавать на эту тему какие-либо вопросы бандит все же не решился.
  
  - Попробовал бы Шао Кан тебя тогда тронуть, я б его по стенке размазал, - неожиданно вставил бывший чемпион Земли. - Я знал, что он...
  
  - Эсмене! - гневно перебил его Шэнг. - Слушай меня внимательно еще раз. Как там у вас в Земном Мире говорят - в чужой храм со своим уставом не ходят, так? К тебе, Кэно, это тоже относится, ты, как я уже успел убедиться, человек понятливый и твердить по сто раз одно и то же тебе не придется. Так вот, у нас во Внешнем Мире не принято не только приставать к женщинам с домогательствами, но и вмешиваться в ссоры и разборки между начальником и подчиненным. Даже если вдруг Император будет убивать меня у вас на глазах, вы ничего не должны делать. Вас это не касается. Отнеситесь к этому так же равнодушно, как к дождю на улице. Вы не имеете права меня защищать.
  
  - Прости, я понимаю, что у всех свои порядки, - принялся возмущаться его приятель, - но это уже переходит все границы. Ссора - не повод для убийства или избиения. Себя надо держать в руках.
  
  - Скажи это Шао Кану, - горько усмехнулся черный маг. - Думаю, он охотно к тебе прислушается. Впрочем, шутки в сторону. Буду говорить прямо: то поражение в двух шагах от абсолютной победы он мне так и не простил.
  
  - Давай не перескакивать с одного на другое, речь не о наших отношениях с Шао Каном и не о нашем мнении о нем, - Эсмене, казалось, несколько разозлился. - Кэно с Императором еще ни разу не сталкивался и наверняка его даже никогда живьем не увидит. Мы вообще-то говорили о Смертельной Битве вообще. Итак, мы придумали один хитроумный план - кто из нас в детстве не начинал с бесконтактных тренировок? Мне стоило большого труда еще почти месяц, пока дело наконец не дошло до финального боя, вести себя как обычно и делать вид, что ничего не происходит - с умильной рожей я слушал разглагольствования Рейдена, жалко, что тогда еще не изобрели современное компактное огнестрельное оружие, а то я б в эту сволочь всю обойму разрядил, да заодно и его чокнутого братца Тьена превратил в решето. Кстати, старшенький отпрыск Шиннока - тот еще кадр, если Рейден завтракает самогоном, обедает вином, а ужинает водкой, то Тьен очень любит всяких животных и птичек. Не в том смысле, что он их кушает или в качестве домашних питомцев держит. Он их любит, только иногда они, наверное, от этого лопаются.
  
  Глава 'Черного Дракона' с трудом сдержался, чтобы не заржать в полный голос.
  
  - То-то я в свое время изумлялся, что паломники в Храм Света в качестве подношений кур, уток и гусей тащат, а Рейден приказал своим прихлебателям переловить на горе Ифукубе, где находится дворец его братца-зоолюба, всех ворон, - продолжил бывший Избранный. - Я-то по наивности решил, что ему их карканье на нервы действует, а оно вон как оказалось. В общем, я долго ломал комедию перед Нэном, изображая послушного протеже, а тем временем тайком еще и своим друзьям, Сиро и Тадже, глаза на художества этого идиота открыл. Зато как мы повеселились, когда я наконец вышел на бой с Горо! Принц шоканов, надо сказать, несколько глуповат, но быстро понимает, что от него требуется. Ну мы и разыграли перед досточтимым протектором Земного Мира шикарный спектакль - Шекспир бы от зависти сдох, а Рейден искренне поверил в то, что сдох я. Потом же у этого сучоныша Нэна был очень нехилый нервный шок, когда он увидел меня на лавочке под деревом с книжкой в руках - живого, здорового и даже не поцарапанного. Земному Миру к тому времени, понятное дело, уже засчитали поражение, а я с наслаждением высказал нашему протектору все, что о нем думаю, после чего пообещал вредить ему и Тьену всеми возможными способами. На пару мгновений он потерял дар речи, а затем заявил, что пойдет к Джиалу и все ему про нас выложит, добавив, что ему доставит особое удовольствие возможность сплясать на наших трупах. Однако в отсутствии в те времена высоких технологий, в том числе фотографии и видео, все же была своя польза. Я тут же сделал невинное лицо и, мило улыбаясь, сказал Рейдену, что он вообще-то обознался - никакой я не Кунг Лао, а над ним просто пошутил, мало ли встречается очень похожих друг на друга людей, на самом деле я Эсмене, черный эдениец. Нашего протектора перекосило от ярости, а я ему сказал: попробуй-ка теперь, докажи что-нибудь. Так вот я сменил имя и гражданство; Нэн злился-злился, Тьен ему, естественно, по роже надавал, но сделать они действительно ничего не смогли.
  
  Шэнг Цунг улыбнулся.
  
  - Уличить Кунг Лао в обмане и преднамеренном искажении результатов турнира и в самом деле было невозможно: никаких методов анализа в то время еще не изобрели, не говоря уже о фото- и видеосъемке, это сейчас для тебя сложно скрыться от спецслужб. Тут настало время для Тьена отрабатывать приемы на провинившемся братце. Он долго пинал Рейдена ногами и спускал его с лестницы, вопя разнообразную нецензурщину, но что толку? Следующие восемь турниров наши враги, конечно же, проиграли, так как Рейден не смог найти моему другу достойную замену.
  
  - Таким образом, сейчас у нас за плечами девять побед подряд, - Эсмене после своего рассказа выглядел уже окончательно подавленным и сильно расстроенным. - Десятый турнир начался - как тут не заплакать при таком веселье, - произнес он, глядя в стену.
  
  Кэно хотел было что-то спросить, но в этот момент в каюту снова вошли те двое с закрытыми лицами, и бандит так ничего и не сказал. Наверняка хозяин не оценит, если он начнет обсуждать всякие конфиденциальные темы при посторонних людях, однако Шэнг, к его удивлению, отреагировал совершенно иначе.
  
  - Можешь их не бояться, - обратился он к своему новому подручному. - Это Ханзо Хасаши, он же Скорпион, из клана Ширай Рю, и Би-Хань, или Саб-Зиро, из клана Лин Куэй. Люди они надежные и в курсе не только всех наших дел, но даже и личной жизни, поэтому при них говори о чем угодно и не стесняйся. Кстати, я забыл тебя самого им представить. Знакомьтесь, это Кэно, предводитель синдиката 'Черный Дракон' и мой новый ki'art.
  
  - По-куэтански это слово означает первого заместителя, доверенное лицо, правую руку - короче, второй после непосредственного начальника, - пояснил Эсмене.
  
  Би-Хань и Ханзо учтиво поклонились.
  
  - Приятно с вами познакомиться.
  
  - Мне тоже, - бандит несколько замялся, будучи не особенно уверенным в том, что все делает правильно.
  
  - Думаю, вы прекрасно поладите,- Шэнг попытался было разрядить обстановку, но его приятель явно не был расположен говорить о чем-либо, кроме предстоящего турнира и своих обидчиков.
  
  - У меня раньше было желание попросту на себя руки наложить, но такого удовольствия Рейдену я не доставлю, - злым голосом произнес он. - Скорее я убью это божество-убожество своими руками. Я и так уже поклялся ему отомстить.
  
  - Перестань, все не так плохо, - сказал Саб-Зиро. - Все могло быть куда хуже, Эсмене. Твой враг мог быть твоим другом. К тому же мы все живы и здоровы, а это уже много. И еще...Что у меня есть, у тебя есть, у хозяина есть, а у Рейдена этого нету?
  
  - Мозгов, - мрачно бросил Эсмене.
  
  - Именно. Мозгов. В этом и отличие нас всех от Тьена, его братца и их подвывал. У нас есть мозги, а ими можно думать и что-то придумать. У меня такое ощущение, что ты постоянно нагнетаешь обстановку...
  
  - Блажен, кто верует! Тепло ему на свете!!! Мне бы твой оптимизм! - возмутился бывший чемпион турнира.
  
  Кэно подумалось, что Би-Хань сейчас наверняка улыбается под своей маской.
  
  - Я тут, короче, действительно кое-что сказать... то есть спросить хотел... - нерешительно начал глава 'Черного Дракона'.
  
  - И? - вопросительно посмотрел на него Шэнг Цунг.
  
  - У меня... ну... такое чувство... в общем... турнир еще не начался, вы одержали девять побед подряд, а Эсмене ведет себя так, словно уже заранее в благополучный исход дела не верит! - Кэно наконец собрался с духом и сформулировал свою мысль, в душе побаиваясь, что его новые знакомые отреагируют на эти слова отнюдь не положительно.
  
  Саб-Зиро небрежно махнул рукой.
  
  - Не обращай внимания. Он всегда себя так ведет. У него теория такая - нужно заранее думать о плохом, потому что потом будет больше радости от хорошего и не так обидно, если все пойдет наперекосяк, - с этими словами он снял маску и капюшон, и глазам бандита предстал молодой черноволосый мужчина скорее европейской, чем азиатской наружности, разве что глаза у него сильно косили.
  
  - Ну да, это у карточных шулеров тоже такая поговорка есть, типа, плачь больше - карта слезу любит, - согласился бандит. - Только подрывать боевой дух товарищей - оно как-то не совсем хорошо.
  
  - Ты так ничего и не понял, - грубо бросил Эсмене. - Кэно - понятно, он не в курсе. Но ты-то куда? Можно подумать, ты Императора не знаешь и первый раз о нем услышал.
  
  - К вам можно? - дверь в каюту снова открылась, и глазам Кэно предстал высокий круглолицый юноша лет восемнадцати на вид, хотя глава "Черного Дракона" сразу подумал, что ему наверняка не восемнадцать, а восемьсот, если не восемнадцать тысяч. У него тоже были светящиеся глаза, как у Шэнга, только не светлые, а ярко-зеленые, как изумруды.
  
  - Привет, Рутай, - поздоровался черный маг; судя по всему, он был явно рад видеть этого парня.
  
  - Дядюшке кости перемываете? - рассмеялся зеленоглазый юноша.
  
  - Как обычно. Позволь представить тебе Кэно, нынешнего главу клана "Черный Дракон". А это Рутай, он сын Айи и...
  
  - Да скажи уж прямо, что я племянник Императора, - улыбнулся тот. - В турнире не участвую, но занимаюсь всякой подсобной работой, в частности, слежу за Рейденом. Я просил дядю отправить на Смертельную Битву и меня тоже, но он велел мне забыть об этом думать - не хочет пускать в бой ни меня, ни Суэ, а без его согласия Джиал наши заявки не утвердит. Это все из-за мамы.
  
  - Так вот, я обещал объяснить Кэно, почему я так ко всему этому отношусь, - Эсмене явно не собирался менять тему, несмотря на неодобрительные взгляды, которые то и дело бросал на него Би-Хань. - По поводу десятого турнира и победы. В прошлый раз все сорвалось в последний момент. Саб-Зиро правильно подметил, что я все время пытаюсь просчитывать ситуацию на сто шагов вперед и ориентироваться в случае сомнений на худший вариант, но давайте говорить прямо: поражение будет означать не просто проигранный турнир и пятисотлетние старания коту под хвост, а совершенную катастрофу для всех нас. Дело в том, что Шэнг правду сказал - в этом случае Император его не помилует. А еще... если кто не в курсе, я должен вам кое в чем признаться, и эта новость не из приятных. Дело в том, что один из Избранных - мой сын, и вы все, я думаю, догадываетесь, кто именно.
  
  - Лю? - недоверчиво покосился на него Рутай.
  
  - Именно.
  
  - Ну и хрень, - сказал Кэно. - Прямо сериал какой-то напоминает. Помнится, был у нас в синдикате один случайный паренек из хорошей семьи, Дэн, неплохой был чувак, жалко, погиб от пули кого-то из Сониных дружков. У меня один товарищ в тюрьме сидел, потом бежал, а парня этого с собой за компанию прихватил - Дэн и сел-то по чистой случайности, с каким-то хреном по дурости подрался в баре, куда пошел с классом выпускной отмечать. Мужик спьяну этих ботаников обхамил, а Дэн ему в рожу дал, тот упал, затылком об стойку ударился и копыта отбросил. Ну, привел Тремор этого юного дурня к нам в 'Черный Дракон', так тот любил нам всякие книжки по школьной программе пересказывать. Одна книжка мне запомнилась - там было про гражданскую войну в Штатах, про то, как люди из одной семьи оказались во враждующих лагерях, и в итоге сынок замочил братца и папашу. Вот как раз теперь я то же самое воочию наблюдаю. Видать, тот хер, что повесть про войну накатал, всю эту фигню не из головы выдумал.
  
  - К сожалению, - Эсмене надменно поджал губы. - И вот теперь я буду сидеть и любоваться на то, как кто-то из внешнемирцев убьет моего сына или на то, как сам Лю отправит на тот свет кого-то из моих друзей и знакомых.
  
  - У меня идея. Ты ж сам говоришь, что смог перетащить своих приятелей... ну, Сиро, это он же глава 'Черной Орхидеи', да? - на нашу сторону. Так? А если попробовать тот же самый фокус с этим твоим Лю провернуть? Во Рейден обломится!
  
  Шэнг неуверенно пожал плечами.
  
  - Не пойдет. В этом случае - точно ничего не выйдет.
  
  Эсмене поймал вопросительно-недоуменный взгляд Кэно.
  
  - Лю характером полностью пошел в свою мать, мою покойную жену. Лин была чудовищно упряма и не желала ничего слушать, когда вдруг что-то вбивала себе в голову - легче было сдвинуть гору, чем ее переубедить. Ведь поначалу она этим меня и покорила - я считал ее непреклонным и несгибаемым человеком, не понимая, что на деле она просто не в меру упертая. Если бы она решила, что солнце встает на западе, то продолжала бы настаивать на этом, несмотря на очевидные факты и доводы науки. Она и погибла-то из-за своего упрямства - сколько раз я ей говорил, чтоб она не превышала скорость на дороге, а что толку, в итоге и разбилась насмерть.
  
  - Вы были в разводе? - спросил бандит. - Почему ты не воспитывал Лю?
  
  - Да нет, не в разводе, хоть я и регистрировал наш брак по поддельному паспорту через некоторых наших засланцев на китайской территории. Все в итоге оказалось куда хуже. В тот момент, когда Лин попала в аварию, я был на Шимуре. Когда мне сказали об этом, я сразу же помчался домой - хотел забрать детей, но меня опередили. Долгое время я думал, что моя жена - круглая сирота, но все оказалось не совсем так. На мою беду, у нее был отец, с которым она не общалась и ничего не хотела о нем ни знать, ни слышать; всем она врала, что родителей у нее нет и что их не стало, когда ей не было и восемнадцати. Дело обстояло так: мать Лин действительно заболела раком и умерла - моей будущей жене тогда было восемь лет, и она ходила в школу; с тех пор она жила у тети с дядей. Ее отец, Сяо Канг, - Эсмене глубоко вздохнул, словно собираясь с силами, - был монахом Храма Света. Он задурил мозги ее матери и сделал ей ребенка. К счастью, мама Лин быстро разобралась, что это за человек, и уехала подальше от него вместе с малышкой, опасаясь, что он и ребенка затащит в свою тоталитарную секту, и не оставив никаких координат. Долгие годы они ничего не слышали о Сяо, и он не пытался встретиться с дочерью, зато потом нашел ее детей.
  
  - Он увез их в Храм? - пристально посмотрел на него Кэно.
  
  - Да. Я опоздал всего на день и уже ничего не смог сделать; поначалу я хотел было отправиться в гнездилище рейденопоклонников и посворачивать шеи Сяо и его дружкам, но меня все-таки удержали от этого шага - и правильно сделали, а то дело бы кончилось полной катастрофой. Потом я узнал, что Лю уехал в Штаты. Я надеялся, что он возьмется за ум, начнет работать, учиться и забудет мерзкую дедушкину секту, как страшный сон. Однако я ошибся, и все снова обернулось против нас. Прямо злой рок какой-то. С Ченом, моим младшим сыном, что-то случилось, и он умер, не дожив нескольких месяцев до своего пятнадцатилетия; я уверен, что его забили до смерти или уморили непосильной работой эти ублюдки-монахи, уж мне-то самому довелось пожить в Храме Света и узнать, что там за порядки! Ты себе даже представить не можешь, какие, потому что все это мерзкое заведение во главе с Рейденом, Тьеном и наставником является местом еще более худшим, чем ад. Послушников там кормят мерзкой баландой, какую и в концлагере не дают, это дурно пахнущая жижа с обрезками нечищеных гнилых овощей, и ее кипятят по пять раз, чтоб никто заразу не схватил. В результате получалась малосъедобная кашица, да еще с песочком, и он на зубах хрустит, когда ее ешь. Про то, что монахи бьют младших по званию почем зря как кулаками, так и тяжелыми предметами, я уже молчу. Если кто-то болен или ранен, проще дождаться от козла молока, чем медицинской помощи в Храме Света! Это они погубили Чена, а потом сказали, что это сделал Шэнг! Лю поверил в это и решил все же отправиться на турнир, чтобы отомстить тому, кто невиновен. Он не станет никого слушать, даже если я приведу сколь угодно неопровержимые доказательства нашей правоты. Он жаждет мести, прямо-таки одержим ею, и я теперь нахожусь между молотом и наковальней. Я уже тебе об этом сказал - либо кто-то из воинов Внешнего Мира убьет Лю, либо, если дело все же дойдет до финала, я буду обречен наблюдать, как они с Шэнгом убивают друг друга.
  
  - Да, подстава, - передернул плечами глава 'Черного Дракона', косясь на своего хозяина. Надо же, уж сколько времени они тут болтают, а внешнемирец стоит совершенно неподвижно, как статуя. Обычный человек на его месте давно б устал и сел, или к стене прислонился, да хотя б позу сменил! Неплохо, однако...
  
  Тут черный маг все же пошевелился - неожиданно для Кэно сделал шаг вперед и встал прямо перед ним и Эсмене.
  
  - Послушай теперь, что я тебе скажу, - обратился он к своему другу. - Я возьму тебя с собой во Внешний Мир после открытия турнира только в том случае, если ты дашь мне одно обещание и твердо поклянешься его не нарушать.
  
  Эсмене поднял голову.
  
  - Ну и?
  
  - Ни во что не вмешиваться. Я говорю про меня и Императора. Можешь побродить по дворцу в капюшоне или с закрытым лицом, но уж точно не показываться Шао Кану на глаза, потому что он прекрасно тебя помнит, можешь погулять по окрестностям или где там тебе угодно, пока я буду с ним разговаривать - это уж на твой выбор, но я тебя еще раз прошу не влезать, даже если он в самом деле будет меня убивать у тебя на глазах.
  
  - Ну уж это...
  
  - Не обсуждается. Я все сказал. Либо так, либо ты остаешься на острове от греха подальше.
  
  Кэно снова несколько растерялся.
  
  - Мой господин, мне кажется, что он...
  
  - Я уже сказал - не обсуждается, - перебил его Шэнг. - Теперь, как я понимаю, мне придется провести разъяснительную работу и с тобой. Ты в Земном Мире во многих странах побывал, не так ли? Ну и прекрасно знаешь, что везде свои порядки. В Японии положено обувь снимать, если в дом входишь. В Америке не принято спрашивать собеседника о размере его зарплаты. Стороннему человеку все эти обычаи и правила могут показаться ненужными и глупыми, но они есть - и точка. Так вот, у нас тоже есть свои порядки, и я настоятельно рекомендую вам с Эсмене не ходить в чужой храм со своим уставом, даже если вам это кажется в корне неправильным. У нас принято так, что отношения между двумя людьми, один из которых рангом ниже другого и непосредственно ему подчиняется, касаются только их и больше никого. Император не пустил Рутая на турнир? Он в своем праве и в своей власти, но я не могу ему ничего по этому поводу сказать, потому что это не моего ума дело. Все. Точно так же подчиненный обязан беспрекословно выполнять все указания начальника, и это тоже не подлежит обсуждению. Дядя сказал Рутаю - нет? Сказал. Он может сколько угодно считать его решение несправедливым и жаловаться мне, тебе, кому захочет, но участвовать в Смертельной Битве без его согласия он не станет. И не то чтобы он не имел права. Оно, это самое право, просто не существует.
  
  - Это вы что, получается, и убить меня можете без суда и следствия, по собственной прихоти? - занервничал бандит.
  
  - Могу, - ледяным тоном ответил Шэнг, - однако я очень надеюсь на то, что мне все же не придется этого делать. Знаешь ли, я не кровожаден и делаю из кого-то отбивную только в самом крайнем случае - если человек не понимает никаких разумных доводов и втолковать ему, что он делает откровенно недопустимые вещи, попросту нереально. Точно так же я не стану никого убивать за проваленную работу. Я просто постараюсь по возможности не доверять этому человеку подобные задания вновь.
  
  - Его можешь не бояться, - хихикнул Рутай, - он не такой неуравновешенный, как мой любимый дядюшка.
  
  - Я бы на месте твоего дядюшки взял бы к себе на службу профессионального психиатра, - съязвил Кэно, - чтобы он лечил меня от приступов немотивированной агрессии и прочего нестандартного поведения.
  
  - Боюсь, ему это точно нужно, - совершенно безо всякой обиды, к удивлению бандита, ответил тот, - да только делать этого он не станет. Вот бы Рейден свалился за борт и утонул, какое бы счастье было. А уж Тьен...
  
  - Не надейся, ничего с ними не случится, - оборвал его Шэнг. - Что до Тьена, так того даже не убьешь. С этой тварью и сам Император не справится.
  
  - Ну нет, - неожиданно вставил Саб-Зиро. - Все не может быть так уж плохо. На любую большую рыбу всегда найдется рыбка покрупнее. Должен же кто-то хоть когда-нибудь убить Тьена, не могут же все его выходки вечно оставаться безнаказанными! Истина над всеми нами, она должна восторжествовать, и Тьен тоже уязвим! Я не уверен в том, что его нельзя убить.
  
  Эсмене скривился так, словно съел что-то чудовищно кислое.
  
  - Надо же, как ты веришь в удачу! Вспомни, как тебе самому вон недавно не повезло. Ты потерял женщину, которая тебе очень понравилась...
  
  - Не так уж мне не повезло, - с улыбкой ответил Саб-Зиро. - То, что я вообще ее встретил, когда пошел за амулетом - это уже огромное везение. К тому же верю в то, что Сарина жива и я найду ее. Я себя несчастным не считаю - мне вообще по жизни всегда везет, а вот ты сам себя накручиваешь. Ничего еще не случилось, а ты...
  
  - Давайте мы все-таки вернемся к теме, - спокойно остановил его черный маг. - Ну так что, Эсмене, ты что-нибудь решил? Идешь со мной или остаешься на острове? Только предупреждаю - ты должен дать мне обещание и, если что, его сдержать.
  
  - А мне с вами можно? - неожиданно брякнул Кэно. - Хочу посмотреть на Внешний Мир.
  
  - Условия те же, - прошипел Шэнг Цунг сквозь стиснутые зубы.
  
  Глава 'Черного Дракона' по своей природе не был упрямым человеком, к тому же он уже успел понять, что хозяина лучше слушаться беспрекословно: во-первых, проблем меньше, во-вторых, он наверняка знает, что делает. К тому же на чужой территории и впрямь лучше соблюдать местные порядки.
  
  - Согласен, - кивнул бандит. - Чем клясться?
  
  - Думаю, с тебя будет достаточно одного честного слова, - Шэнг смерил его снисходительным взглядом. - Правила очень просты: ходить и смотреть не запрещается, а вот нарываться на неприятности не следует.
  
  - Ну и баб ваших не клеить, - покорно произнес Кэно.
  
  - Если только сами не будут клеиться, - рассмеялся придворный маг Императора, выражение лица его в эту секунду сделалось несколько более мягким. - Мне вот с женщинами хронически не везет. С одной стороны - у меня никогда не было трудностей в том, чтоб с кем-то познакомиться, мне всегда все сами на шею вешались, почему-то мне даже никаких усилий в этом плане прилагать не надо было. С другой - всех, кто со мной встречался или тем более жил вместе, преследует какой-то злой рок. Изо всех моих женщин в живых осталась одна Ворпакс, да и та сейчас неизвестно где. Все остальные умерли не своей смертью.
  
  - А вы сломайте шаблон, - неожиданно предложил глава 'Черного Дракона'.
  
  - Это в смысле? - спросил Эсмене, в душе удивляясь поведению ki'art'a своего приятеля: парень явно не робкого десятка и не боится говорить то, что думает.
  
  - А в прямом. Вот мой господин как говорит? Ему все сами на шею вешались. Значит, настало время сделать по-другому, и тогда уж точно повезет. Найти женщину, которой он как раз не нравится или безразличен, и попытаться самому понравиться ей!
  
  - А у тебя хорошо голова работает, - Шэнг посмотрел на подручного с явным удовлетворением. - Умеешь найти нестандартное решение проблемы.
  
  - Соня Блейд часом не сойдет? - пошутил Кэно и тут же сам испугался своих слов.
  
  - Может быть, - ответил черный маг довольно-таки серьезным тоном; неужели все же не разозлился? - Она в общем-то неплохая, хоть тоже упертая, как покойная жена Эсмене.
  
  - А дети у вас есть? - поинтересовался бандит.
  
  - Есть. В ближайшем будущем надеюсь тебя с ними познакомить, - сказал Шэнг. Кэно подумалось, что его хозяин чем-то напоминает готового к борьбе хищника, с ледяным хладнокровием наблюдающего за происходящим. Интересно, его вообще реально вывести из себя или он всегда такой сдержанный?
  
  - Час уже поздний, я, пожалуй, пойду спать, - как-то неуверенно вставил Рутай. Черный маг, казалось, проигнорировал его слова.
  
  - Мне все же хотелось бы добиться от тебя внятного ответа на мой вопрос, не делай вид, что ничего не происходит, - он снова пристально посмотрел на Эсмене. - Ты даешь мне обещание не нарываться на неприятности и идешь со мной или остаешься на острове? Я серьезно спрашиваю.
  
  - Так уж и быть, - нехотя ответил тот, чувствовалось, что его злит настойчивость Шэнга. - Я его даю и иду с тобой. Пока ты будешь говорить с Императором, я присмотрю за Кэно и заодно полюбуюсь на Внешний Мир.
  
  - Хорошо. Теперь все-таки давайте разойдемся по кроватям, у нас завтра тяжелый день. Кэно, я думаю, ты вполне можешь переночевать здесь; это, конечно, не отель класса 'люкс', но в целом жить можно, тем более что это только на один раз, завтра я тебе предоставлю куда более благоустроенную комнату.
  
  - Ну... спасибо, по-моему, вполне прилично, мне и в худших местах ночевать приходилось, - ответил глава 'Черного Дракона', оглядывая каюту; вроде бы ничего, поспать можно на этом топчане, где он сейчас сидит. На столе тускло мерцает масляная лампа, стоят кувшин с водой и блюдо с какими-то булочками, так что рожу в темноте не расшибешь, от голода и жажды он по любому не помрет, стул еще стоит, другой мебели тут нет, ну и хрен с ней, ему она сейчас и не нужна. - А туалет, если что, где?
  
  - Выходишь за эту дверь, вниз по лестнице и направо, - Шэнг указал на дальний правый угол. - Смотри в темноте двери не перепутай, та, у которой сейчас Би-Хань с Ханзо стоят, ведет на палубу, а там сейчас сидят наши заклятые враги, кстати, я попросил бы вас закрыть замок изнутри, чтобы Избранные не смогли наведаться сюда без приглашения, от этих товарищей всего можно ожидать... Вот чего-чего, а телепортироваться я не умею и в случае необходимости могу не успеть защитить тебя от Сони и ее новых приятелей. Все, спокойной ночи.
  
  12. Шимура
  
  Хозяин турнира и все остальные отправились спать, оставив Кэно одного; Ханзо добросовестно выполнил приказ, заперев изнутри входную дверь. Сначала бандит услышал шаги - кто-то спускался по деревянной лестнице в трюм, а потом до него из-за боковой двери донесся возмущенный голос Рутая. Он говорил по-английски, хотя вполне мог бы перейти на свой родной язык... наверняка они там у себя во Внешнем Мире совсем по-другому болтают. Кэно невольно прислушался; ему было интересно, в какую историю он вляпался на этот раз, а лишняя информация не помешает.
  
  - Где ты его достал? - недовольно-надменным тоном произнес племянник Императора. - Из него участник турнира и твой ki'art, как из дерьма драгоценный камень. Ни достоинства, ни манер. Позорного вида кретин, одним словом. Я бы на твоем месте его не то что...
  
  - Рутай! - оборвал его Шэнг. - Откуда в тебе столько спеси? Ты вроде никогда не был высокомерным...
  
  - Тут речь не о высокомерии, - извиняющимся голосом ответил Рутай. - Ты полюбуйся на этого Кэно. Он двух слов без мата связать не может, опозорит тебя на торжественном открытии турнира перед всеми гостями, что люди подумают, а Рейден так будет только радоваться. Дай ему какую-нибудь простенькую работу, я же не призываю тебя выгонять этого парня на улицу, сам ведь понимаю, что идти-то ему некуда, на Земле его быстренько в расход пустят. Только вот своей правой рукой его назначать не стоит, уж поверь. Такое ощущение, что его воспитывали какие-то маргиналы из трущоб!
  
  Бандит прекрасно понял, почему этот зеленоглазый внешнемирец говорит по-английски - наверняка специально хочет, чтобы новоявленный ki'art Шэнг Цунга все услышал и понял, а то и вообще убрался отсюда подобру-поздорову. Ему оставалось только тяжело вздохнуть: что ж, другого ожидать не приходилось, он всегда был изгоем общества и предводительствовал такими же, как сам - теми, кому не повезло в жизни и кто в силу обстоятельств попал на самое дно. Сироты, бывшие беспризорники, беглые преступники, озлобленные неудачники, потерявшие работу, жилье, семьи и оказавшиеся на улице - вот они, подданные Кэно, короля преступного мира. Он по-своему прав, этот Рутай: таким, как глава 'Черного Дракона', не место среди нормальных людей, что в этой вселенной, что в другой. Жаль, время не повернешь назад: знай он, что все так получится - лучше погиб бы в честном бою со спецсилами, но не стал бы Шэнгу слово давать. Теперь вот из-за него сами внешнемирцы на хозяина будут косо смотреть. Фиг его знает, что еще их чокнутый император по этому поводу подумает - не хотелось бы, чтоб он Шэнгу трепку задал за такого заместителя.
  
  - По-моему, дорогой мой Рутай, ты забыл, с кем говоришь, - тем временем недовольно произнес черный маг. - Во-первых, это мой ki'art, а не твой, и не стоит мне по этому поводу делать замечания. Когда тебе вздумается обзавестись помощниками, то сам с этим вопросом разбираться и будешь - без чужих непрошеных советов. А еще ты забыл о том, что я вообще-то умею читать в чужих душах. Я лучше тебя знаю, что этот Кэно за личность и чего от него можно ожидать, поэтому скажу тебе прямо: ты за внешним облезлым фасадом не видишь внутреннего роскошного убранства.
  
  - Это еще какого? - недоверчиво хмыкнул сразу сникший Рутай.
  
  - Может быть, он и невоспитанный грубиян, но зато, как ни странно это для тебя звучит, хороший и по-своему добрый человек. Прежде всего, честный - интриги плести не станет, как есть, так и скажет, слово держать умеет. Кроме того, он не трус и своих людей на произвол судьбы ни разу в беде не бросал. Тебе этого мало? Думай, конечно, как тебе удобно, но вот лично я в него верю. И ему верю. Я не собираюсь заставлять тебя с ним дружить не разлей вода, если Кэно тебе не особенно симпатичен, но будь любезен, по крайней мере, вести себя с ним вежливо и приветливо. Все, хватит, идем спать, а то будешь завтра на открытии турнира носом клевать.
  
  С этими словами они тоже пошли вниз по лестнице; Кэно стоял у стены каюты с ошарашенным видом. Надо же, вон оно как... Первый раз в жизни про него кто-то такие слова сказал, хотя столь положительная характеристика показалась главе 'Черного Дракона' более чем странной и не соответствующей действительности. Впрочем, что тут рассуждать: раз уж согласился на эту работу - дороги назад нет. Хотелось бы, конечно, оправдать такое доверие, насколько это будет возможно. В глубине души Кэно ощутил по отношению к Шэнгу даже что-то вроде признательности и благодарности, пусть даже он наверняка и сказал все это лишь с целью поставить на место вздорного Рутая. Бросив на стул безрукавку и сняв тяжелые шнурованные ботинки с металлическими набойками, он лег в постель и заснул, едва успев опустить голову на подушку - усталость дала себя знать.
  
  ***
  
  Когда корабль наконец подплыл к Шимуре, острову в Восточно-Китайском море, на котором должен был проходить турнир, было уже совсем светло. Соня чувствовала себя совершенно разбитой - ведь ночью никому из Избранных так и не удалось заснуть, но вместо того, чтобы прилечь и хоть немного подремать, она упорно пыталась вызвать по рации Джакса.
  
  - Черный Ястреб вызывает Кардинала. Черт, опять одно шипение! Что вообще происходит?! Джакс, это Соня! Ты слышишь меня? У меня неприятности, мне нужна твоя помощь! Джакс, ответь!
  
  Джонни, у которого тоже слипались глаза, решил шуткой отвлечь девушку от грустных мыслей.
  
  - Пока ты в эфире, может, свяжешься с моим агентом и объяснишь, что тут у нас происходит? На съемки 'Каникул во Флориде' я теперь точно не попаду.
  
  - Я что, похожа на твою секретаршу? - грубо ответила Соня.
  
  - Дружище, не надо, - тихо сказал актеру Арт. - Ты сам видишь, в какую передрягу мы все тут попали. Думаешь, ей сейчас легко? Она ж тебе сказала, что внешнемирцы ее парня убили и всех людей из ее отряда. Как бы ты себя чувствовал? Да еще кто-то рядом с тобой неуместные шутки отпускает. Я понимаю, что ты ничего плохого не хотел, но сейчас к Соне лучше кроме как по делу не подходить.
  
  - Сонь, может, все-таки поспишь? - предложил ей Лю Канг. - Эти гады, конечно, не озаботились тем, чтобы предоставить тебе отдельную каюту, но у меня есть спортивная сумка с трусами-рубашками. Она мягкая, как раз тебе вместо подушки сойдет.
  
   -Не надо, - отмахнулась девушка. - Пока наконец не поймем, что тут происходит и чего хотят наши враги, нам лучше быть начеку.
  
  - Предоставили бы они ей свободную каюту, как же, - с неприкрытой злостью в голосе ответил Арт. - Вместе с этим уродом в черном плаще, номер на двоих.
  
  Неожиданно Избранные увидели впереди стену густого тумана.
  
  - Я не понял... вообще-то на небе не было ни облачка! - удивленно воскликнул Джонни.
  
  В сплошном тумане иногда проскальзывали вспышки, похожие на маленькие молнии. Четверо воинов Земли изумленно смотрели вперед и вдруг услышали голос Рейдена:
  
  - Это колдовская завеса, окутывающая остров Шэнг Цунга. Предупреждаю: ничто за ней не будет казаться тем, чем является на самом деле.
  
  - Ее создал он сам? - поинтересовался одержимый идеей пристукнуть Шэнга Лю Канг, решив потихоньку прощупать ситуацию и разузнать, на что способен его будущий противник.
  
  - Нет. Она была вокруг острова задолго до прихода сюда наших врагов. Это место основного перехода между двумя вселенными, Землей и Внешним Миром.
  
  - То есть... это место было, его никто не создавал? - спросил Джонни.
  
  - Ты прав. Врата Миров существуют здесь со времен сотворения Земли. Будьте бдительны. Остров Шимура - страшно искаженное место, в чем вы скоро сможете убедиться сами.
  
  С этими словами Рейден снова исчез, а корабль, пройдя завесу, наконец причалил к берегу. Бедные Избранные отчаянно зевали - вот бы поспать хоть немножечко, может быть, им дадут отдохнуть перед открытием турнира.
  
  - Вроде остров как остров, - удивленно сказал Арт, оглядываясь по сторонам. Он ожидал увидеть нечто действительно необычное, однако его глазам предстал вполне приятный земной пейзаж - какие-то старинные здания, сильно похожие на пагоды, тонули в буйной растительности, берег был усыпан мелким розовато-желтым песком, яркое утреннее солнце отражалось в синей морской воде, в воздухе носился аромат цветов. - Где тут искажения? Или мы их потом увидим?
  
  - Слушайте, ребята, - неуверенно спросила Соня, - то ли у меня в школе были проблемы с географией, то ли уже началось расстройство сознания от недосыпа, но кто-то - то ли Лю, то ли Рейден - сказал мне, что Шимура находится в Восточно-Китайском море.
  
  - Ну да, мне тот товарищ, что выдавал себя за моего учителя, то же самое плел, - ответил Джонни, потирая слипающиеся глаза. - Шимура, Восточно-Китайское море, и... Ой! - тут он хлопнул себя по лбу. - Мы ж отплывали-то из Гонконга, а не из Шанхая!
  
  Лю решил промолчать - с географией у него было плоховато, поскольку из-за смерти родителей он не смог закончить даже среднюю школу, а потому не особо себе представлял, где именно он сейчас находится и как туда надо плыть из Гонконга. Арт, однако, тоже удивился.
  
  - Вариант первый - те, кто нам все это говорил, перепутали Восточно-Китайское море с Южно-Китайским, - ответил спортсмен. - Если же они все-таки ничего не перепутали, то...
  
  - Мы не могли так быстро добраться из Гонконга в Восточно-Китайское море, - задумалась Соня. - Там же надо плыть мимо острова Тайвань. Это заняло бы по меньшей мере...
  
  Лю первым сошел по трапу на берег с корабля. Наклонившись, он поставил сумку на землю, зачерпнул ладонью песок и зачем-то стал внимательно его рассматривать, словно ожидая подвоха.
  
  - Так Шэнг Цунг же колдун, будь он трижды проклят, - перебил он девушку. - Небось опять один из его мерзких трюков. Он наверняка может сделать так, что корабль за два часа проплывет хоть десять тысяч километров.
  
  Арт, Соня и Джонни последовали за Лю. Актер, продолжавший мучиться со своими многочисленными чемоданами, в итоге свалился с трапа в воду под громкий смех остальных приглашенных и выбрался на берег мокрым до нитки - хорошо еще, что на улице было довольно жарко. Соня, повертев хрипящую рацию в руках, решила ее выбросить. Это заметил Лю Канг.
  
  - Что ты делаешь?
  
  - Электрические возмущения прошлой ночью, должно быть, вывели из строя все транзисторы.
  
  Молодой воин увидел у своей новой знакомой на руке компас.
  
  - Я думаю, что твоя рация исправна. Ты лучше на свой компас посмотри.
  
  Стрелка прибора бешено вертелась по кругу. Тут Соня взглянула на одно из деревьев и воскликнула:
  
  - На берегу мне казалось, что дерево кривое. На самом деле оно прямое.
  
  - Рейден говорил про искажение пространства здесь, - мрачно произнес Лю. - Получается, что он был прав.
  
  - Интересно, - задумчиво сказала Соня, - а что происходит тут со временем? И вообще, если исходить из понятий о нормальном пространстве, то где мы находимся?
  
  - А я что, похож на твоего агента по путешествиям? - с ехидной улыбкой ответил ей Джонни, наконец-то нагнавший товарищей - огромное количество мокрых чемоданов не позволяло ему идти достаточно быстро, а бросить их ему было жалко. - Ладно, я сдаюсь. Что происходит?
  
  Арт хотел было снова сделать ему замечание, но не успел - Лю быстрее ответил на вопрос актера.
  
  - Я не знаю, но легенды, судя по всему, были правдивы.
  
  - Какие еще легенды? - пожал плечами Джонни, все еще до конца не веря в происходящее.
  
  ***
  
  Главу 'Черного Дракона' разбудил стук в дверь. Оторвав голову от подушки, он бросил взгляд в сторону бокового входа: на пороге стоял Эсмене.
  
  - С добрым утром, приятель, - произнес он, при этом от бандита не укрылось, что бывший чемпион турнира выглядит злым и расстроенным. - Избранных выгрузили, Соня тебя пока что точно не увидит, и сегодня, если ты помнишь, мы идем во Внешний Мир. Давай съедим по булочке, умывайся - и вперед.
  
  Кэно сел на кровати, натянул безрукавку и ботинки, взял с блюда одну из булочек, с опаской откусил - интересно, какова на вкус внешнемирская еда? Выпечка оказалась с начинкой, похожей на клубничный джем или повидло, и буквально растаяла во рту - даже не зачерствела за ночь, прямо удивительно.
  
  - А можно мне один вопрос задать, вы не обидитесь? - спросил он Эсмене.
  
  - Задавай, в чем проблема, - махнул рукой тот.
  
  - У Шэнг Цунга... то есть моего господина... есть семья? Он вроде как про это упомянул, но я спросить не решился. Вы-то про себя рассказали, а он нет. Я понимаю, любопытным быть нехорошо, и вы, наверное, считаете, что я...
  
  - Ой, сложно все, - покачал головой Эсмене, не дослушав бандита. - Ты перестань все время извиняться и оправдываться, если уж работаешь с нами, то не только имеешь право, но и должен быть в курсе всех дел, что интересует - спрашивай. Как ты сам понимаешь, Шэнг бессмертен, и это здорово осложняет ему жизнь. Хорошо быть смертным: женился себе, прожил жизнь со своей женой, как полагается, конечно, редко получается в один день умереть, все равно одному супругу обычно другого хоронить приходится, но все равно... В общем, люди влюбляются и обзаводятся семьями вне зависимости от возможности умереть своей смертью, и мой друг - не исключение. Однако с женщинами ему хронически не везет: скажем так, их вниманием он обделен не был, всегда им нравился, но те, кто пытался связать с ним свою судьбу, либо плохо кончали, либо просто влипали в неприятности. Из того периода его жизни, который предшествовал нашему знакомству, я знаю только про историю с Атенрой. Это была какая-то дама из числа приближенных Императора, и она родила Шэнгу двоих детей - сына Энсио и дочь Аунэдис. Ауни и сейчас жива-здорова, должна быть сейчас где-то на острове, а вот с Энсио случилось что-то совсем жуткое, я даже не знаю, что именно, слышал только, что его вроде как в бою убили, но это произошло еще до нашего знакомства. Потом еще он встречался с одной нашей общей знакомой по имени Омеджис, они расстались по взаимному согласию, потому что она в одного темного эденийца влюбилась, но в неприятности тоже успела попасть. Она же внешнемирцам сочувствовала, хоть для виду и нейтралитет держала - хорошо еще, что детей у нее нету, не знаю, где она сейчас обретается и как живет.
  
  Бывший чемпион вздохнул и тоже взял с блюда булочку - Кэно тем временем доедал уже вторую.
  
  - Это были еще цветочки, а вот теперь расскажу про ягодки. У меня была двоюродная сестра Кианг, на редкость неординарная и любознательная девушка, правда, мне так и не довелось с ней толком пообщаться - она была намного старше меня, когда меня отдали в Храм Света, она была уже замужем, причем со своим будущим супругом она сбежала из дома без благословения родителей. Ты, я думаю, уже догадался, что она тайком встречалась с Шэнгом, только вот вместе они прожили недолго - моей бедной сестренке в соседском доме во время пожара упала на голову потолочная балка. Соседи пошли работать в поле, оставили одних двух маленьких сыновей, а малыши стали по глупости баловаться с огнем. Их дом загорелся, и Кианг бросилась на помощь - она всегда была самоотверженной девушкой и не бросила мальчиков на произвол судьбы. Ее мужа в тот день дома не было, а когда он вернулся, то узнал, что жена успела вынести из огня старшего сына соседей, а младшего так и не успела, погибла вместе с ним. Естественно, этот подонок Рейден успешно скрыл от меня, за кем была замужем Кианг и что с ней произошло. У нее дочка осталась, моя племянница Эрлэй, за ней потом Аунэдис приглядывала, пока отец по моей вине на рудниках сидел.
  
  - Ого, как все запутано, - глава 'Черного Дракона' неуверенно потянулся за третьей булочкой; уж очень они вкусные, но не сочтет ли Эсмене его не в меру жадным?
  
  Тот никак не отреагировал, продолжая рассказ.
  
  - Уже после смерти Кианг Шэнг познакомился с другой женщиной, ее звали Джоула, и она была дочерью Бэннака, тогдашнего главы 'Черного Дракона', - Эсмене поймал удивленный взгляд Кэно; тот все никак не мог привыкнуть к мысли о том, что его организация - не простой преступный синдикат, а очень древнее общество. - Она была очень красива, но в то же самое время собрала в себе огромное количество пороков. Мне довелось с ней встретиться, и прямо скажу - впечатление было не из приятных. Жестокая, жадная, властолюбивая, грубая и беспринципная. Ее сын, Ави, весь в нее. Ненавижу этого мерзавца. Старайся с ним не сталкиваться, а по возможности - вообще не вступай ни в какие контакты и держись как можно дальше, от такого подонка всего можно ожидать. Старший брат Джоулы, Кэбрал, на момент нашей с Шэнгом первой встречи был уже женат, у него было двое маленьких сыновей, и они с супругой ждали третьего ребенка. Его сестра, напротив, предпочитала вести достаточно вольный образ жизни, невзирая на наличие маленького Ави и призывы Бэннака остепениться и повзрослеть, а через несколько лет случилось самое жуткое. Ее отец с давних времен хранил медальон вашего клана - по слухам, это было не просто украшение или что-то типа символа, а древний артефакт, обладающий огромной мощью. Кто-то случайно сказал об этом Джоуле, и она, будучи крайне амбициозной, решила, что 'Черный Дракон' недостаточно могуществен. Она стала предлагать отцу воспользоваться силой, скрытой в медальоне - книги называли ее 'яростью дракона' - и уничтожить всех, кто выступал против вашего синдиката. Бэннак был категорически против: он был довольно неглупым человеком. Он сказал Джоуле: не факт, что ты с этой силой совладать сможешь, не тронь лихо, пока оно тихо. Вроде бы даже поговаривали, что медальон погубил кого-то из его предков, решившего сдуру попробовать себя в качестве черного мага, и поэтому Бэннак запретил членам своей семьи даже дотрагиваться до этой штуки. Его дочь не собиралась так просто сдаваться. Она решилась на нечто совершенно неслыханное, чтобы заполучить артефакт, и подняла руку на собственных отца с братом - подло зарезала обоих, когда они ни о чем не подозревали. После этого она отправилась к Шэнгу на рудники и попросила его помочь ей использовать медальон. Поначалу он согласился, но в тот момент думал, что древний символ клана ей добровольно отдал отец и отправил ее к старому знакомому, потому что на 'Черный Дракон' наседали власти и Бэннак нуждался в помощи. Несмотря на то, что родитель Джоулы в свое время нарушил данное слово и не явился на турнир, хоть и обещал, Шэнг решил забыть про свою обиду и не бросать его в беде. Однако... Потом он узнал, на какое грязное дело она решилась ради власти, и сказал ей, что больше не желает ее видеть - тем более что к тому времени он уже встречался с другой женщиной. Что с ней стало дальше, я точно не знаю - то ли сама в пропасть упала, то ли ее туда кто-то столкнул, то ли ее все-таки погубили силы медальона. Вдова Кэбрала тем временем взяла власть в клане в свои руки. Однажды к ней пришел посланник от Шэнга с медальоном ее родственницы и сказал, что Джоула погибла, но женщина категорически отказалась взять артефакт, который принес столько несчастий ее семье. Более того, она вывела на порог Ави, своего племянника, сунула его в руки посланнику, сказав, что не желает не только воспитывать, а даже и видеть отродье убийцы своего мужа, и захлопнула дверь. Ребенка забрали слуги его отца, медальон с тех пор был у него... да только вот дурную кровь никуда не денешь, что из него выросло, я тебе уже рассказал. В общем, еще раз дам дружеский совет - держись как можно дальше.
  
  - Нда, - сочувственно произнес потрясенный Кэно. - Бывают такие фрукты: у одной моей приятельницы было трое братьев. Двое нормальные, сама она нормальная, а третий оказался полным уебищем и маленьких детей насиловал. Потом этого мудака посадили, но до суда он, ясен пень, не дожил. Дура была эта Джоула и сволочь. А вот Ави мне почему-то жалко, тетка его - странная баба. Взяла да выставила собственного племянника вон, чужим людям на воспитание. Он ведь, как я понимаю из твоего рассказа, уже тогда наверняка что-то соображал, а не просто орал и в пеленки гадил. Я б сына сестры или брата моей жены просто так никому не отдал. Мало ли что кто-то из родителей последней скотиной был, так это его трудности, зачем за мамашину мокруху на мальца вину вешать? Вон в нашем мире, если кто кого замочил, так детей же вместе с ним в тюрьму не сажают. Небось он потому таким и стал - тетка вышвырнула, а чужие люди наверняка кормили и одевали, но по головке не гладили, ну парень и озлобился на весь белый свет. Неужели у Кэбраловой бабы - она ж, кстати, пра-кто-то там мне по прямой линии! - денег не было племянника прокормить? Не верю я в это.
  
  Эсмене смерил бандита таким взглядом, что тот почувствовал себя несмышленым школьником, ляпнувшим глупость при всесильном директоре.
  
  - Эх, Кэно, не так все просто... Женщины, в отличие от нас, мужиков, создания куда более тонко чувствующие и больше понимающие. Тем более оно ж как обычно получается? Ребенка в основном воспитывает женщина, она с ним целый день, пока муж делами занят. Как следствие - она этого малыша и знает лучше, и видит больше. Может быть, ребенок и не виноват в том, что натворила его мамочка, да только дурную кровь никуда не денешь. Здесь у меня есть два варианта: первый - то, что вдова Кэбрала, каждый день общаясь с племянником, видела, что он растет таким же монстром и моральным уродом, как его мамаша, и поспешила сбагрить дитятко первому встречному. Второй - Петра просто не могла постоянно видеть рядом с собой ребенка убийцы своего мужа и отца ее собственных детей. Скажу по правде - дама она была жесткая, если не сказать, что и жестокая, потому что девочка-колокольчик не смогла бы руководить 'Черным Драконом' и командовать мужиками-мордоворотами и отпетыми бандитами, но такое дело оказалось выше даже ее моральных сил. Честно говоря, в первое мне верится больше, хотя я могу быть неправ. Я ведь не женщина.
  
  - А Джоулу часом Шэнг не сам убил? - предположил Кэно.
  
  - Я не знаю. Не спрашивал. Он не говорил. Однако все может быть. Я же говорю - это был монстр в облике красивой девушки. Может быть, это был всего лишь несчастный случай. А еще есть вероятность, что Ворпакс - та женщина, с которой Шэнг в то время встречался. Джоула ее, должен сказать, люто невзлюбила за сам факт ее наличия, ну, кто его знает... хотя она была настолько агрессивной, что со стороны Ворпакс это в любом случае была самозащита, - криво усмехнулся Эсмене. - Так вот, идем дальше. Оказавшись на кобальтовых рудниках, Шэнг, на свое счастье, не остался там в одиночестве, и тут, как я полагаю, ему очень крупно повезло, хотя закончилось все не слишком благополучно. Буквально в первый же день он познакомился с этой самой Ворпакс - я не знаю точно, при каких именно обстоятельствах, но он как-то упомянул, что вроде как защитил девушку от каких-то местных недоумков. Она тоже там сидела, на этих рудниках, кроме того - она была не простой заключенной, попавшейся на краже мешка с морковкой. Я тебе уже рассказывал про Императора, так вот - к тому времени он уже был сущим параноиком, которому за каждым кустом мерещились враги, и человек, просто так без его согласия, документов и прочего появившийся во Внешнем Мире, сразу попадал под подозрение. Ворпакс была старшей и любимой дочерью королевы Арсина, одного из соседних миров - своеобразное место, у его жителей много своих заморочек, включая фундаментальный матриархат. Мать сдуру отправила ее во владения Шао Кана - причем безо всякого злого умысла, просто на разведку, думала по возможности наладить дипломатические отношения с разными соседями, но ты уже сам наверняка догадался, чем дело кончилось - внешнемирцы принцессу схватили, обвинили в шпионаже и засунули на рудники. Когда она с Шэнгом повстречалась, он ей и сказал: держись ко мне поближе, так у тебя будет больше шансов выбраться отсюда с минимальными потерями. Я был с ней знаком: честно говоря, потом мне было очень жаль, что все это у них так нехорошо закончилось, но это уже не их вина. На мой взгляд, она действительно была для Шэнга идеальной парой - хорошо его дополняла. Женщина она была умная, красивая, с чувством собственного достоинства, кроме того, умела генерировать идеи и работать в паре или даже в команде, а это очень важно: ты как руководитель наверняка сам встречал по жизни людей, которые от природы на это не способны: им отдашь конкретный приказ, а они то в лес, то по дрова.
  
  - Почему ты говоришь о ней в прошедшем времени? Она что, тоже умерла? - поинтересовался Кэно.
  
  - Нет. К счастью, нет. Слушай дальше. Как ты уже понял, у них с Шэнгом все было очень серьезно, хотя началось просто с дружбы и сотрудничества. Они вместе успешно делали мне гадости, и получалось у них очень неплохо - мы с друзьями едва успевали отбиваться, - произнес Эсмене почему-то с восторженной ноткой в голосе. - Однако вскоре здесь появилась Крия, мать Ворпакс - она была обеспокоена долгим отсутствием дочери, собрала армию и явилась за принцессой, решив, что с ней могло случиться несчастье. Королева быстро поняла, что к чему, и стала подумывать об объединении с Шао Каном. Тьен и Рейден запаниковали: если бы это произошло, от них обоих не осталось бы и мокрого места. Положение осложнилось еще и тем, что из Не-Мира вылез Куан Чи, главный подручный и придворный маг Шиннока, и принялся разведывать обстановку. Наши враги поняли, что нужно срочно что-то делать, и сначала подослали убийц к королеве Арсина и ее дочери, а потом настучали на Куан Чи Старшим Богам. Он снова бежал в Не-Мир, а Крия и Ворпакс едва не погибли - слуги Тьена воткнули королеве меч в спину, принцессе же половину костей переломали, при этом Рейден распустил слух, будто обе женщины сами друг с другом передрались из-за власти. Однако у Крии был старый знакомый, лорд Атэир, создатель и протектор так называемых Новых Миров. Это был довольно-таки странный тип, хотя в принципе не злой и не подлый, правда, внешнемирцев он не особо жаловал. Поговаривают - правда, я совершенно не уверен в том, что это на самом деле так - что Ворпакс якобы его дочь. Он узнал от своих соглядатаев, что королева Арсина попала в беду, и пришел к ней на помощь; какое-то время Крия с дочерью жили у него в Новых Мирах, а потом вернулись к себе на родину. Прошло много лет, мы с Шэнгом к тому времени уже давно помирились, и однажды у нас на пороге появилась девушка - у меня даже не возникло сомнений в том, кто ее родители, потому что у нее были такие же роскошные вьющиеся волосы, как у Ворпакс, только черные, и светящиеся глаза - внешнемирцы, как правило, передают эту свою черту детям от людей других рас по наследству. Она сказала, что ищет своего отца; так в итоге у нас и осталась - Сариллайн, в общем-то, человек очень хороший и приятный в общении, с ней легко найти общий язык, но о своем прошлом в доме бабушки рассказывать не любит. Насколько я понял по некоторым ее высказываниям, Крия Шэнга по неизвестным мне причинам заочно невзлюбила и время от времени шпыняла внучку за то, кто она по крови, саму же Ворпакс больше вообще не отпускала от себя ни на шаг - уж не знаю, как Сариллайн смогла вообще уйти из Арсина, правда, спрашивать все же не стал.
  
  - Думаю, и не стоит, это было бы с твоей стороны не слишком деликатно, - поддержал его бандит. - Да уж, ничего не скажешь - грустная история.
  
  - У вашего предыдущего предводителя была одна приближенная по имени Мирджета, - продолжил бывший чемпион.
  
  - Ага, была такая, она вроде как наполовину албанка, - припомнил Кэно. - Потом ее полицейские в Японии застрелили при оказании вооруженного сопротивления. Я тогда еще совсем малолеткой был.
  
  - Тоже встречалась с Шэнгом, правда, очень недолго. У нее остался сын, Джастин. В отличие от Ави, он совершенно безобиден, увлекается рукоделием, ты, конечно, можешь подумать, что это дело не мужское, но внешнемирцы вообще в этом плане очень талантливы. Прямо тебе скажу - мастера по металлу они вообще никакие, украшения делать просто не умеют, покупают у соседей или заказывают у подвластных им народов, оружие у них очень качественное, прочное, надежное, в бою не подведет и не сломается, но грубое, красоты в нем нет. Зато что касается гобеленов, шитья, вышивки, плетения - вот тут им равных не найдешь, во Внешнем Мире очень много настоящих виртуозов в этих областях, причем как женщин, так и мужчин. Однако идем дальше. Не помню, упоминал я или нет о том, что мои родители меня в Храм Света вместе с младшей сестрой сплавили, потому что нас было нечем кормить? Так вот, я нашел Май Лао, когда пошел на разведку и добрался до одного из тайных святилищ Тьена - она была там одной из служительниц, не знаю, что они там за эксперименты над ней ставили, но она не старела, точно так же, как и я. Где-то с полчаса я мучился сомнениями, а потом подстерег сестренку в укромном месте, где нас никто не мог увидеть, и во всем ей признался. Она была одновременно и рада меня видеть, и шокирована, а я этим воспользовался, схватил ее за руку и предложил уйти со мной. Май была настолько ошарашена, что согласилась - но не уверен, что она в тот миг вообще поняла, куда я ее привел. Поначалу она перепугалась до смерти, однако потом даже обрадовалась. Может быть, я разрушил все то, чем она жила долгие годы, но та жизнь, к которой она привыкла, была по сути дела грязной лужей со стоячей водой: полная неизменность и одно и то же изо дня в день. Она рассказала мне о том, как у них все проходило: ты встаешь утром, завтракаешь, совершаешь омовение, потом идешь в святилище и до одурения читаешь мантры. После полудня обед. Затем идешь в библиотеку, пялишься там во всякие свитки. Вечером снова святилище и мантры. Ужин и сон. Встаешь, завтракаешь, омовение, мантры, молебны Старшим и Младшим Богам... я не знаю, как она вообще сохранила здравый рассудок. Я познакомил ее со своим лучшим другом. Как ты сам понимаешь, она в своем капище не видела нормальных мужчин долгие годы, и Шэнг ее сильно поразил. Сейчас не могу сказать, была ли это с ее стороны такая сильная любовь или скорее восхищение, но буквально через пару месяцев после знакомства они поженились, а еще через год у них родилась дочь - Мей или Маи, если по-куэтански. Не знаю, какова доля моей вины в том, что произошло дальше, но я не рассчитал того, что Рейден и Тьен не прощают измен.
  
  - Они ее убили? - догадался Кэно.
  
  - Разумеется.
  
  - Ну а ты тогда тут при чем?
  
  - Я увел ее из святилища, - с печалью в голосе ответил Эсмене.
  
  - Вот чего не надо, так это взваливать на себя вину за чужой грех, - хмыкнул глава 'Черного Дракона'. - Рассуди сам, ты же умный человек. Ты увидел свою сестру в святилище у врагов. Какие у тебя могли быть варианты действий? Пройти мимо и потом страдать или подойти к ней и открыться. Ты выбрал второе. Теперь об этой твоей Май. Сам подумай: она к тому моменту была уже не малышкой в ползунках, наверняка уж не одну сотню лет разменяла. Вот она видит перед собой вроде как давно погибшего брата, который рассказывает ей о том, что ему пришлось пережить и почему он, выражаясь фигурально, поменял сторону. У нее тоже был выбор: она могла не поверить, решив, что ей тут какой-то проходимец рассказывает сказки, выдавая себя за Великого Кунг Лао. Могла назвать тебя предателем и отказаться с тобой идти. Она решила все же отправиться с ним в неизвестность. Думаю, что взрослая баба имеет право сама пользоваться башкой по назначению, и это был ее выбор в здравом уме и трезвой памяти. Потом она встретила красивого мужика. Опять же: ее никто силком в кровать не волок и под венец с револьвером тоже не провожал. Ей взбрело в голову выйти за него замуж. Тоже ее решение...
  
  - И все же если бы я не увел ее тогда из святилища... - перебил его бывший чемпион.
  
  - Слышь, ты уж извини, но хорош плести хуйню. Я до тебя уже пять минут, наверное, донести пытаюсь, что ты никого ни к чему не принуждал и Май твоя сама с тобой пошла, а этот урод гребаный, бог грома то бишь, сам ее и убил. Я могу понять, когда человека в такие условия поставили, что он ничего сделать не может. А тут - ты сестрицу свою не похищал, с хозяином моим она тоже трахалась по доброй воле, Тьен с Рейденом ее сами решили грохнуть, а ты не поймешь зачем на себя вину вешаешь. Если бы она не ушла из святилища, то могла бы умереть от чего-то другого, например, от болезни. Братья Императора могли бы не узнать, что она у вас, и она по сей день была бы жива. В общем, есть много разных причин, которые привели эту твою Май к смерти, но если начать тут дурью маяться и философствовать, то с тем же успехом с ней могло и ничего не случиться. Короче - кончай страдать хуйней. Если ты сам кого не убил, причем специально, а не по неосторожности, то ты в его смерти ни с какого боку не виноват. Чтоб быть повинным в том, что кто-то там ласты склеил, так надо самому этому чуваку глотку располосовать или мозги вышибить. Ты это... короче, извини, если нагрубил.
  
  - Ты прав, - согласился Эсмене. - Май к нам на родину по делам отправилась, так ее возле Жу Зиня подстерегли в безлюдном месте, и мало что от нее осталось. Маи постоянно спрашивала у нас, где мама и когда она придет, а мы не знали, что ей соврать, ведь не скажешь же пятилетней малышке с куклой всю правду, тем паче в подробностях. Ей сейчас четырнадцать, она, конечно, уже все и знает, и понимает, а в те годы трудно было такое объяснить ребенку, вот меня, наверно, поэтому совесть и мучает. Спасибо тебе, попробую уж поставить голову на место, - он поднялся на ноги, стряхнул крошки с пальцев. - Ну что, идем во Внешний Мир?
  
  - Ага, - Кэно тоже встал, но на мгновение задумался. - У меня тут еще один вопросец назрел, может, конечно, тупой, но с тобой я могу об этом побазарить. Тут вот какая штука. Мой покойный папаша, когда я еще совсем мальцом-трехлеткой был, учил меня: если вдруг твоего друга, босса, кого из твоих ребят или родни при тебе будут бить аль чего похуже, то просто стоять и смотреть на это - против чести. Он мне говорил: твой долг - вмешаться и дать тому чуваку, который его бьет, в рыло, и плевать, что он после этого тебе самому башку продырявит, но своих в беде не бросают. Ну, я всю жизнь так и делал - друзей в обиду не давал, а если кто наезжал на моих ребят, так потом ему долго собирал челюсть хирург-травматолог. Вчера же хозяин нам с тобой говорит: даже если Император меня убивать у вас на глазах будет - не смейте лезть. Знаешь, я, конечно, все понимаю, другая страна - другие порядки, но все равно это как-то не по-людски.
  
  Эсмене гневно сверкнул глазами.
  
  - Знаешь что, Кэно? Шэнг может просить меня, да и тебя тоже, о чем угодно, и обещать мы ему можем в свою очередь все что угодно, но сказать - не значит сделать. Мало ли что я там кому говорил, из этого не следует, что я буду позволять откровенному психопату у меня на глазах убивать моего лучшего друга. Я лично буду действовать по обстоятельствам. Если ругань между начальником и подчиненным останется, так сказать, в рамках здравого смысла и ограничится тем, что Император на Шэнга слегка поорет, то вмешиваться я, разумеется, не стану, да и незачем это. Если же все перейдет границы разумного, то стоять и смотреть я не стану, и мне плевать, что после этого будет со мной самим, потому что мне, честно говоря, уже попросту нечего терять. Твой покойный папаша был правильным мужиком и изволил говорить очень умные вещи. Думаю, мы с тобой друг друга хорошо поняли.
  
  Глава 'Черного Дракона' кивнул. Что ж, вроде бы этот Эсмене не такой уж и странный тип, как ему показалось поначалу. Безусловно, тоже со своими закидонами, однако если учесть, как ему досталось по жизни...
  
  - Конечно, поняли. Ну что, идем?
  
  - Вперед.
  
  ***
  
  Эсмене и Кэно спустились по трапу, осторожно осматривая окрестности - лишние неприятности им были совсем ни к чему, а повернутая на восстановлении справедливости Соня вполне могла, увидев своего давнего врага, устроить серьезную драку. К счастью, Избранные, пока бывший чемпион беседовал со своим новым знакомым, благополучно успели убраться восвояси. Кэно с наслаждением расправил плечи, вдохнул свежий морской воздух, пригладил свои коротко остриженные темные волосы.
  
  - Хороший денек, вот бы сегодня искупаться, а то давненько я что-то в море не плавал. А как во Внешнем Мире с погодкой?
  
  - С погодкой там сильно по-разному, от конкретного региона зависит, - ответил его спутник, ведя главу 'Черного Дракона' по направлению к какому-то комплексу зданий, своей архитектурой сильно напоминавших восточные пагоды. - Короче, мы с тобой сегодня отправимся в сам Внешний Мир, а если более точно, то в имперскую столицу Цоруан, и хорошо проведем время, а вот Шэнгу, к сожалению, предстоит более чем неприятный разговор... хотя я надеюсь, что в этот раз пока что все обойдется. Ближе к вечеру можем и искупаться. Я б тоже не отказался.
  
  - Пока что? - переспросил бандит; его как-то не очень радовала перспектива веселиться и хорошо проводить время в подобной ситуации. - Вообще я, можно сказать, второй день на этой работе, и мне кое-что уже успело не понравиться. То есть коллектив, в принципе, хороший, вписался я в него относительно нормально, зарплата приличная, и все бы ничего, если не считать не совсем адекватного начальника, то бишь Императора.
  
  - Сказать, что у него с головой плохо - это еще мягко выразиться, - становилось жарко, и Эсмене снял кардиган, оставшись в легкой льняной безрукавке. - Мне иной раз бывает даже интересно: вот неужели у человека ничего в голове не щелкает на тему осознания того, что его действия явно противоречат логике и элементарному здравому смыслу? А вообще, кстати, забыл тебе сказать, что я в сердцах его мерзкого братца проклял. Не знаю, сбудется или нет. Сначала я просто пообещал всячески вредить Рейдену и Тьену всеми возможными способами, а потом сказал своему бывшему покровителю, что судьба жестоко накажет его за содеянное. Я пожелал ему, чтобы он умер самой страшной и позорной смертью в полном одиночестве, но при этом пережил всех своих детей и тех, кто ему хоть как-то близок. Мне потом один мой ныне покойный друг сказал: нехорошее это дело, проклятие может рикошетом по тебе ударить. Только что толку? Я-то со своим острым языком до сих пор живу, и хоть бы насморк у меня случился. Сам же Ли был человеком в высшей степени праведной жизни, всем желал добра, никогда никого не проклинал, редко злился, но вот погиб во цвете лет, приняв адские муки.
  
  Бывший чемпион угрюмо замолчал. Кэно несколько растерялся: спросить, что случилось, и посочувствовать, или это не слишком деликатно и лучше будет промолчать?
  
  - Он был одним из руководителей восстания тайпинов, - снова заговорил где-то через полминуты Эсмене. - Проклятый наставник Храма Света за кругленькую сумму сдал Ли и его соратников маньчжурам. Мой друг был серьезно ранен и попал в плен. Враги посадили его в деревянную клетку с прутьями - хотя прутьями эти едва ли не бревна можно назвать весьма относительно - толщиной в руку взрослого мужчины и сожгли заживо. Вот так хорошие люди умирают, а я вот живу.
  
  - Соболезную, - ответил глава 'Черного Дракона'; ему как-то довелось смотреть боевик, в котором действие происходило во время восстания тайпинов, поэтому он был относительно в курсе событий, пусть историю в школе никогда и не учил. - Попался ему на дороге очередной мерзавец - ебанат-фанат Рейдена, и попал мужик на ровном месте.
  
  - Я потом с наставничком тоже разобрался отчасти с помощью Рутая, и сдохло это чмо далеко не сразу, но Ли мне было уже не вернуть. Судьба ко мне несправедлива: столько прекрасных людей уже умерло, хотя на их месте мог бы быть я, и человечество ничего бы не потеряло. Свое обещание пакостить Рейдену я отчасти сдержал: создание синдикатов 'Черный Лотос' и 'Синие фонари' - моих рук дело.
  
  Кэно уже понял, что его новый знакомый обожает себя накручивать и злиться на весь белый свет, и решил хоть как-то поддержать его морально.
  
  - Так ему и надо, мудаку. Долго хоть мучился?
  
  - Примерно часов десять, - Эсмене криво ухмыльнулся. - Ненавижу Храм Света.
  
  - А там, видать, все хороши. Однако вернемся к Императору, мне хотелось бы кое-что узнать о личности этого ушлепка, чтоб хотя бы знать, чего опасаться. Расскажи-ка мне про него поподробнее, что он вытворяет.
  
  - Потом, - бывший чемпион неожиданно перешел на шепот. - Вон Шэнг с Рутаем идут, сейчас мы с ними вместе отправимся через портал. Не стоит в их присутствии говорить на эту тему. Останемся одни, тогда и поделюсь с тобой всем, что сам знаю.
  
  ***
  
  Когда все Избранные сошли на берег, к ним подошли одетые в длинные коричневые и черные балахоны с закрывающими лицо капюшонами служители - примерно такие же, как и те, что регистрировали прибывших на 'Крыле Дракона', и проводили их в нужном направлении. К главному зданию, где вечером должно было состояться торжественное открытие турнира, вела невероятной высоты лестница, на которой Джонни снова растерял все чемоданы.
  
  - Тебе с ними не помочь? - участливо спросил Лю.
  
  Несчастный киноактер вежливо отказался, не желая обременять своего нового друга, но был ужасно рад, когда поднялся наверх. Чемоданов стало несколько меньше, но Джонни особо не расстроился, подумав, что на турнире ему вряд ли понадобятся нарядные смокинги и лакированные туфли, не говоря уже о куртках - тут было достаточно тепло.
  
  - Все, ступеньки закончились, - с нескрываемым облегчением вздохнул он.
  
  Глазам Избранных предстало высокое старинное сооружение с очень своеобразной отделкой, в плане архитектурного решения сильно напоминающее земную пагоду. Внутренние и даже некоторые наружные стены его украшало множество изображений земных и внешнемирских воинов в полном вооружении, таинственных служителей в длинных балахонах, людей с такими же, как у Шэнг Цунга, глазами без зрачков. В коридорах стояли многочисленные статуи, своей реалистичностью напоминавшие античные - мускулатура, мимика, складки одежды, оружие изваянных людей выглядели в высшей степени естественно, казалось, что они просто застыли на мгновение, а в следующую секунду продолжат двигаться или говорить. В некоторых местах фрески и барельефы были затянуты очень плотной и крепкой паутиной - Арт Лин предположил, что она однозначно имеет внеземное происхождение.
  
  - Хотел бы я посмотреть, на что похожи их туалеты, - хмыкнул Джонни, увидев столь странное искусство.
  
  - Ты в каком классе, что тебя до сих пор интересует туалетная тематика? - устало зевая, ухмыльнулась Соня.
  
  - Эх, мы тут явно не на один день задержимся, - тяжело вздохнул актер. - Я б не интересовался, если б заглянул на пятнадцать минут. А так мне очень даже хотелось бы прояснить вопрос с удобствами. Не думаю, что тебе все равно, как и где мыться и умываться, тем более что ты все-таки дама, а не парень. Хоть пасту-то зубную с собой взяла?
  
  Соня отрицательно покачала головой.
  
  - Ладно, забей, я поделюсь. Будем изо всех сил экономить и выдавливать только на кончик щетки, надолго хватит. Гель для душа и шампунь я тоже прихватил. Вот с прокладками будет туговато.
  
  Она слегка покраснела и смерила актера осуждающим взглядом.
  
  - А что ты так? - удивился Джонни. - Я не в лесу родился, был женат, у меня сестра младшая есть. Помню, у нее дамские неприятности первый раз в одиннадцать лет прямо в школе приключились, так я на перемене сам ей за средствами гигиены в ближайший ларек и побежал. Если уж мы вместе влипли, так давай вместе и вылезать, а ложную стеснительность в наших обстоятельствах нафиг-нафиг. Хрен его знает, как у внешнемирских женщин с физиологией и можно ли тут раздобыть всю эту муру, но не дрейфь, что-нибудь придумаем.
  
  Избранные пошли за служителями дальше и неожиданно увидели неописуемой красоты девушку, сидевшую на каменном возвышении под оранжевым бумажным зонтом. Бархатные темные волосы незнакомки спускались до пояса тяжелой волной, загадочные карие глаза сияли, как звезды, черное шелковое платье подчеркивало стройность ее фигуры. Напротив нее на другом возвышении стояла уродливая статуя двуногой ящерицы высотой где-то в локоть.
  
  - Это дейноних или велоцираптор? - посмотрел на странную вещь Джонни. - Мы недавно кино про динозавров снимали. Для дейнониха маловат, на велоцираптора не похож.
  
  - Наверняка какой-то внешнемирский эндемик, - предположила Соня. - Странноватый у людей вкус, я бы такую мерзость у себя дома никогда не поставила. Те скульптуры у входа намного красивее, мне особенно понравились самурай с катаной и плачущая женщина в покрывале.
  
  Тут прекрасная девушка, все это время сидевшая совершенно неподвижно с абсолютно безразличным видом, внезапно бросила долгий нежный взгляд в сторону Лю Канга. Джонни заметил это и сказал своему спутнику:
  
  - Знаешь, когда женщина на тебя так смотрит, обычно это что-то значит.
  
  - Что-что? - смутился и растерялся Лю; он по жизни очень мало общался с женщинами, разве что по работе, а встречаться так и вообще не встречался - стеснялся своего происхождения и маленькой зарплаты. Красавица в черном платье, безусловно, привлекла его внимание, но он как-то даже не подумал о том, что тоже может кому-то понравиться - ведь он всего лишь бедный грузчик-эмигрант, ни образования, ни денег, да и о внешности своей Лю был весьма скромного мнения.
  
  - Я говорю, что ты ей нравишься! - пояснил актер. - А что, парень ты очень даже ничего, наверняка тебе девчонки что в Китае, что в Америке на шею вешались!
  
  - Не так громко, что, если она услышит? - испугался Лю, но сам как бы ненароком тоже посмотрел на девушку под зонтом. Неожиданно их глаза встретились; молодой Избранный вздрогнул, словно от удара током. Он стоял, не в силах оторвать от нее взгляда, словно от чего-то невероятно чудесного, и молча ее рассматривал. Она заметила это и доброжелательно улыбнулась, и у Лю закружилась голова.
  
  - Эй, ребята, вы чего? - испуганно подергал юношу за рукав Арт Лин. - Совсем сдурели? Увидели красивую бабу и потеряли головы? Прекратите, это какая-то внешнемирка. Хорошеньких куколок по всему миру полным-полно, держитесь подальше и поставьте мозги на место. Она вас зачарует, а потом нам всем крышка.
  
  - Какая внешнемирка? - хмыкнул Джонни. - У нее глаза нормальные. Ну даже если и так - чего ж, Лю уже расслабиться и пофлиртовать нельзя?
  
  - Арт прав, - поддержала спортсмена Соня. - Внешность может быть обманчивой, мы с вами уже говорили про дерево на берегу, а тут какая-то женщина. Где гарантия, что это не ловушка Шэнг Цунга? Вы что - сказок в детстве не читали? Кто-нибудь особо одаренный мог создать иллюзию, что у нее нормальные глаза, что она красива, а под этой прекрасной оболочкой на самом деле может прятаться какой-нибудь уродливый демон. Только дай ему повод, начни флиртовать, а он уж затащит тебя в преисподнюю или в свой этот Внешний Мир на верную гибель.
  
  - А вы, парни, как увидели эту мочалку, так сразу и поплыли, - пожал плечами олимпиец. - По моим наблюдениям, если баба слишком уж вся из себя хорошенькая, беды не оберешься. Я по молодости дураком был, западал на красоток. Огребал неоднократно - то она глупа как пробка и подарков, цветов и денег требует, то из себя вся выпендрежница, то мне из-за нее другой мужик морду набить пытался, то она гуляет направо и налево. Моя нынешняя девушка - типичный ботаник в очках, ей уже тридцать пять, учится в докторантуре, работает, косметику и цветы не любит, денег не просит, по дискотекам не бегает, но зато с ней спокойно и уютно, уж точно знаю, что никакую пакость не выкинет. Вернусь с турнира живым - сразу женюсь. Советую держаться подальше от красивых баб, уж поверьте моему горькому опыту. Есть, конечно, исключения типа нашей Сони, да встречаются не чаще, чем ворона-альбинос.
  
  - Ну уж неправда, - возразил Джонни. - Моя бывшая жена - очень красивая, но при этом отнюдь не плохая женщина. Только вот профессия нас развела - Сидни все злилась, что я с ней мало времени провожу и женат не столько на ней, сколько на съемочной площадке. Так что, приятель, это не внешность виновата, а тебе не повезло.
  
  - Все равно, пусть Лю не теряет голову и будет поосторожнее, а то еще огребет на голову всякие неприятности, от наших внешнемирских знакомых всего можно ожидать, - недоверчиво произнес Арт.
  
  Когда служители проводили Избранных в отведенные им комнаты и те разошлись отдыхать с дороги, в коридоре появился Шэнг Цунг. Девушка под зонтом заметила черного мага и окинула его ненавидящим взглядом. Ну что же, он отлично знал, что это значит... Впрочем, чего другого он мог ожидать?
  
  - Принцесса Китана - наш самый опасный враг. Следи за ней очень внимательно, Рептилия, держи ее подальше от этих людей!!! - обратился он к динозавроподобной статуе.
  
  Тут мнимая скульптура внезапно зашевелилась, обернулась живым ящером и стремительно убежала. Шэнг всецело доверял человекоящеру Комодаю по прозвищу Рептилия, выходцу с планеты Затерра и своему личному охраннику.
  
  13. Непростой разговор
  
  Закончив с вопросом расселения участников, хозяин турнира быстро разыскал Рутая, и они спустились вниз по лестнице к Эсмене и Кэно. По дороге Шэнг на всякий случай еще раз предупредил императорского племянника, чтобы он не грубил главе 'Черного Дракона' - никто не заставляет его с ним дружить не разлей вода, но Кэно не виноват в том, что кому-то не понравился. Рутай, будучи человеком воспитанным, демонстрировать кому-либо свою неприязнь не собирался, а потому поприветствовал бандита вполне дружелюбно. Тот в свою очередь тоже сделал вид, будто не слышал вчерашнего разговора. В конце концов, он нанимался к Шэнгу, а не к его соотечественнику.
  
  - Итак, господа, план действий у нас такой, - произнес он. - Сейчас мы с вами идем к порталу и отправляемся во Внешний Мир. Мы с Рутаем по-любому идем во дворец разговаривать с Императором, а что касается вас двоих, то тут уже по желанию. Можете погулять по городу и полюбоваться красивыми видами, а можете соответственно пойти с нами.
  
  - Только на глаза Императору не показывайтесь, - угрюмо произнес племянник Шао Кана. - Что касается Кэно, то с ним еще туда-сюда, охранник наш и все тут, хотя дядя все равно не любит присутствия третьих лиц. А вот ты, - он перевел взгляд на Эсмене, - если...
  
  - Рутай, ты меня за кого держишь? - перебил его бывший чемпион. - За полного кретина, который целенаправленно полезет дразнить дракона в его логово? Об отношении твоего дяди ко мне я прекрасно знаю. Конечно, с моей стороны было бы разумней пойти погулять по городу и подышать свежим воздухом, однако, - тут он сделал выразительную паузу, - я отправлюсь с вами во дворец. Кэно, естественно, со мной, - добавил он не терпящим возражений тоном, - потому что нам нужно быть в курсе ситуации и слышать, о чем вы будете говорить с Императором.
  
  В первую секунду глава 'Черного Дракона' хотел было возмутиться, что Эсмене так бесцеремонно решает за него, однако, будучи человеком отнюдь не глупым, он прекрасно понял причину такого поступка и поэтому благоразумно промолчал в знак согласия. Его новый знакомый просто не хочет, чтобы Шэнг оставался безо всякой защиты и поддержки один на один с откровенно неадекватным типом. Рутай вроде бы как относительно умеет гасить приступы ярости и агрессии у своего любезного родственника, однако нет никакой гарантии, что и в этот раз он справится и ситуация не выйдет из-под контроля.
  
  - Хорошо, - удовлетворенно кивнул Шэнг. - Сейчас мы с Рутаем притащим вам кое-какую специальную одежду для конспирации. Делайте все, как мы скажем, не привлекайте к себе внимания, стойте тихо, по сторонам не глазейте, ходите неспешно, не вздумайте ни во что вмешиваться - последнее мы с вами уже вчера обсуждали. Надеюсь на ваше благоразумие, иначе не поздоровится всем.
  
  Когда черный маг с племянником Императора отошли на минуту в какую-то подсобку, Эсмене шепотом произнес:
  
  - Если что - мне уже нечего терять, будущего у меня нет. Так что если Шао Кан вытворит что-то совсем из ряда вон, ему придется иметь дело со мной.
  
  - Идиот, - ругнулся бандит. - Будущего нет у того, кого поезд переехал. Пока ты жив, ты сильнее смерти. Возможно, что сильнее и этого... Императора. И даже их с Рейденом и Тьеном вместе взятых. Перестань себя накручивать.
  
  Эсмене, кажется, даже не обратил внимания на то, как Кэно только что его назвал.
  
  - Это маловероятно.
  
  Шэнг и Рутай вернулись с двумя чистыми выглаженными темно-коричневыми балахонами - такие глава 'Черного Дракона' уже видел на служителях, время от времени появлявшихся рядом с хозяином турнира.
  
  - Надевайте. Капюшон надвигаете на лицо так, чтобы его не было видно. Мы с Рутаем идем вместе впереди, вы с Кэно тоже вместе - отстаете от нас где-то шага на два-три. Голову слегка наклоните, руки сложите перед грудью ладонь к ладони, как будто молитесь. Так, отлично. Глаз не поднимаете, идете очень неспешно, спокойной размеренной походкой, представьте себе, что прогуливаетесь себе по улице в хорошую погоду. И самое главное - молчать, молчать и еще раз молчать. С вами там никто разговаривать не будет, но и вы тоже изображайте каменные статуи. Не переглядывайтесь, не обменивайтесь ни единым словом, иначе все тут же заподозрят подвох, и нам троим сразу конец, а Рутаю просто очень сильно влетит. Инструкции поняли?
  
  Кэно попробовал пройтись взад-вперед по коридору в длинном одеянии, не поднимая глаз от пола, как и велел Шэнг.
  
  - Кошмар какой-то. Постараюсь не наступить на подол и ни обо что не споткнуться.
  
  - Такие наряды носят Черные Священники, - пояснил Эсмене. - Своего рода религиозно-мистический орден. Согласно их правилам, если я ничего не путаю, подол одеяния должен закрывать обувь, украшения носить нельзя, разве что только с особого разрешения старшего по званию - обручальное кольцо, косметика возбраняется категорически...
  
  - Вот точно кошмар, - подтвердил Кэно.
  
  - Зато это люди, которые много всякого знают и умеют. А главный у них - мой отец, - не без гордости прокомментировал Рутай.
  
  Эсмене смотрел на родственника Императора со смесью скрытого страха и надежды. Может быть, они с отцом все-таки вмешаются, если происходящее начнет выходить из-под контроля? Он боялся за Шэнга, но знал, что Рутай и Айри, глава Черных Священников, хорошо относятся к придворному магу Императора и всегда за него заступаются, если правитель Внешнего Мира вдруг в очередной раз начинает устраивать разнос провинившимся подчиненным - или даже не провинившимся, а так, заранее, чтобы не расслаблялись и чтоб у них не возникало даже мысли о том, будто можно провалить важное дело.
  
  - Итак, все готовы? - Шэнг Цунг окинул своих спутников оценивающим взглядом с выражением абсолютного спокойствия на лице; его будто бы совершенно не волновала предстоящая ему неприятная аудиенция у начальства. Кэно нерешительно кивнул - вроде бы он запомнил все указания своего хозяина, главное теперь - это не допустить никакой оплошности. Эсмене изображал уверенность, хотя в глазах его явственно читалась скрытая тревога. Рутай, напротив, выглядел очень напряженным и взвинченным.
  
  - Пойдемте, вы же знаете, что мой дядя ненавидит, если вдруг кто-то опаздывает, - сказал он. - Нас наверняка уже ждут.
  
  - Успокойся, у нас еще почти двадцать минут в запасе, - ответил черный маг. - Нам туда, по второму коридору направо. Потом надо будет научить и тебя открывать порталы, - обратился он уже к Кэно, - это, кстати, достаточно просто.
  
  - Я же обычный человек, - недоуменно пожал плечами бандит. - Не думаю, что смогу это освоить. В школе я, как вы, милорд, сами понимаете, вообще никогда не учился. Конечно, читать и писать, причем в силу обстоятельств даже не на одном языке, я умею, могу стрелять из разного оружия, драться, вожу разный транспорт - легковушки, грузовики, даже с катером и самолетом в случае необходимости справлюсь. Знаю, как с техникой обращаться, починить что-то смогу, первую помощь человеку оказать, если его, например, Сонины приятели подстрелили во время разборок. Какие-то общеизвестные вещи я тоже знаю - например, что Земля вращается вокруг Солнца, а не наоборот. Ну и все.
  
  Шэнг сделал успокаивающий жест.
  
  - Не переживай так. На самом деле не велика наука. Эсмене я вон в итоге научил, и у тебя это тоже получится, главное - стараться в это вникнуть. Если с техникой умеешь обращаться, с порталом и подавно разберешься.
  
  ***
  
  Прохождение через портал оказалось отнюдь не таким страшным, как поначалу думал Кэно; больше всего оно напоминало гигантский калейдоскоп. Когда он был еще совсем маленьким, то как-то раз, бродя по улицам Токио, нашел на лавочке возле детского сада забытую кем-то из столь ненавистных ему богатых сытых детишек игрушку. Эта вещь просто заворожила будущего главу 'Черного Дракона': несколько дней подряд он все никак не мог оторваться от нее, смотрел, как желтые, алые, синие, зеленые стеклышки складываются в разные необычные картинки. Потом он хранил игрушку в ящике стола - она была дорога ему, как одна из памятных вещей детства. Теперь же ему, когда он, стараясь не показывать своего страха, шагнул в портал, почудилось, что на несколько мгновений он вернулся в то время, когда впервые прикоснулся к калейдоскопу - только теперь внезапно очутился внутри. По всему телу разливалось легкое тепло: как будто на весеннем солнце загораешь. Само перемещение между мирами заняло совсем немного времени: от силы полминуты - и Кэно со своими спутниками очутился в большом просторном зале, слабо освещенном факелами и масляными светильниками. Тут что, электричества нет или они это для красоты? Капюшон балахона мешал бандиту как следует рассмотреть обстановку, но он прекрасно помнил о приказе Шэнга не поднимать глаз и следовать прямо за ним, отставая на несколько шагов. Жаль, конечно, что нельзя снять эту тряпку: Кэно любил новые впечатления, благо за свою не столь уж долгую жизнь по миру умудрился поездить изрядно.
  
  Шэнг Цунг и Рутай шли впереди, глава 'Черного Дракона' и Эсмене, как и было обговорено раньше - чуть поодаль, глядя в пол и не решаясь даже украдкой посмотреть друг на друга. Кэно сомневался: все ли они делают правильно? Наверное, пока все, если их еще не разоблачили и по стенке не размазали.
  
  В конце зала стоял высокий трон, сделанный, как показалось бандиту, из какого-то серебристого металла - может быть, сталь или еще что-то в этом роде, так толком и не разглядишь. Его подлокотники были украшены изображениями черепов с рубиновыми глазами. На троне кто-то сидел; капюшон мешал Кэно увидеть этого человека в полный рост, но глава 'Черного Дракона' смог разглядеть, что незнакомец - судя по всему, это и был сам Император - облачен в красно-оранжевые одежды, оттенком чем-то напоминающие яркое пламя в костре, разведенном на улице в морозный день, и у него длинные черные волосы. Рядом с троном стояла еще одна фигура, закутанная в такой же длинный балахон, как и у них с Эсмене, только ярко-синего цвета.
  
  Шэнг и Рутай остановились где-то метрах в трех от трона и поклонились. Кэно и бывший чемпион замерли чуть поодаль; бандит сильно сомневался, все ли они правильно делают. Хоть бы не облажаться!
  
  - Приветствуем Императора Шао Кана, владыку Внешнего Мира, - в один голос церемонно произнесли они.
  
  Человек в синем балахоне поклонился в ответ. Сидящий на троне властелин Темной Империи казался откровенно скучающим; Кэно краем глаза увидел, что он всего лишь едва заметно кивнул - естественно, ничего не ответив. Чувствуется, тот еще тип - самодовольный и надменный; хоть бы поздоровался, мудила. Ясен хрен, что это подчиненные, но все равно - элементарную вежливость и доброжелательное отношение никто не отменял... хотя о чем это он тут вообще?
  
  Хозяин турнира и племянник Шао Кана молчали, видимо, Император по здешнему этикету должен был начать разговор первым. Где-то через минуту тот медленно поднялся с трона и встал перед прибывшими.
  
  - Ну, что скажешь? - наконец обратился он к Шэнгу, проигнорировав стоящего тут же родственника. Голос у него оказался вполне обычный, хотя главе 'Черного Дракона' поначалу подумалось, что он должен быть каким-то однозначно мерзким. Была еще одна странная вещь, сильно удивившая Кэно: внешнемирцы разговаривали на своем родном языке, которого он, естественно, не знал и не понимал, но каким-то непостижимым образом в его сознании возникло значение только что сказанных фраз. Он решил, что это наверняка магические изыскания самого Шэнг Цунга либо в крайнем случае Рутая, которые специально решили сделать так, чтобы Кэно понимал смысл беседы и мог вникнуть в суть происходящего, а не просто стоял в зале в качестве бесплатной декорации.
  
  - Избранные благополучно прибыли на остров, - идеально спокойным ровным тоном ответил Шэнг; казалось, он не в опасной ситуации находится, а лекцию в колледже читает.
  
  - И ты им не помешал? Даже не попытался? - Император внезапно сорвался на крик.
  
  - Дядя, что за чушь? - передернул плечами Рутай. - Хочешь, чтобы нас Джиал за такое дело по стенке размазал? Тебе нужны лишние проблемы? Я же тебе объяснял! Даже если бы мы попытались, нам самим бы помешали...
  
  Шао Кан смерил племянника рассерженным взглядом.
  
  - Не лезь не в свое дело, я с тобой не разговаривал!
  
  Он посмотрел теперь уже на Шэнга, сжав кулаки и с трудом сдерживая ярость.
  
  - Слушай меня внимательно. Если ты посмеешь потерпеть поражение, то я тебя...Я прикажу запереть тебя в тесной камере без доступа света, чтоб ты медленно сдох там от голода и жажды в страшных мучениях. Я выпущу тебе кишки и намотаю их тебе же на шею. Я...
  
  Тот по-прежнему выглядел совершенно спокойным.
  
  - Лучше выпустите кишки Рейдену. И намотайте их ему на шею, - усмехнулся он. - Хотите меня ударить, не так ли? Думаю, что сейчас не стоит меня бить, тем более по лицу. Мне скоро идти на вечер. Если останутся следы, Рейден все поймет и будет злорадствовать. Вы этого хотите - доставить Рейдену дополнительный повод для веселья? Он решит, что вы ни на что не способны, чего доброго.
  
  - Ну и братец у тебя, честное слово! - насмешливо произнес человек в синем балахоне. - Шэнг прав. Давать ему повод для злорадства не нужно.
  
  - Тебя мне еще не хватало, Айри! - обернулся к нему Император, едва не рыча, словно разъяренный леопард.
  
  Кэно был испуган. Эсмене вроде не шевелится, стоит себе, смотрит в пол, значит, все же явной угрозы пока нет. Проклятье, надо же было так влипнуть, этот Шао Кан - явно душевнобольной, психиатр ему не помешал бы однозначно, а то и целая медкомиссия.
  
  Император, однако, снова вперился грозным взглядом в Шэнга - Кэно смог рассмотреть, что глаза у него были такие же, как у Рутая: светящиеся и ярко-зеленые.
  
  - Рейден будет еще больше злорадствовать, если ты, бесполезный и бездарный дармоед, не выиграешь этот турнир.
  
  Шэнг Цунг по-прежнему вел себя так, словно ему ничто не угрожало - более того, даже несколько нагло, как показалось главе 'Черного Дракона'.
  
  - В этом случае я готов жизнью заплатить за свою ошибку...Что дальше?
  
  - Что толку мне от твоей жизни или смерти в случае поражения? Мне нужна лишь победа! И не забывай о том, что я довольно злопамятен. Я прекрасно помню, как ты мне все обломал в прошлый раз, когда мы почти победили! Если ты и сейчас все дело запорешь, я тебя не то что на рудники сошлю, я с тобой такое сделаю, что тебе и в самом страшном кошмаре не привидится! Я тебе привяжу к рукам и ногам веревки разной длины и потом скину тебя с высокой башни, так что у тебя конечности будут отрываться по очереди... Я отрежу тебе язык и скормлю тебе же самому, если ты посмеешь проиграть!!!! Попробуй не съесть! Я тебе медленно отрежу сначала правую, а потом левую руку по частям!! Ты будешь смотреть ,как в ту чашу, которая стоит около моего трона, капает твоя собственная кровь! Я буду собирать ее туда, а когда ты, бесполезное создание, попросишь пить, то ею я тебя и напою! Я прикажу содрать с тебя живого кожу и потом кину тебя в бассейн с соленой водой!! Я сварю тебя заживо в кипящем масле!!!! Говорю сразу: варят при этом не час и не два, и все мясо слезает с костей, а ты все еще жив... Я посажу тебя в бочку, утыканную изнутри гвоздями, и спущу ее с горы. Я велю приковать тебя в пустыне к раскаленному камню и оставить одного, а уж как ты там выживешь-это твои проблемы!!!! Я вырежу тебе сердце тупым ножом! Я собственноручно переломаю тебе все кости и буду любоваться на то, как ты будешь ползать по окровавленному полу, умолять меня о пощаде и просить прощения!!!!!
  
  У слушающего возмущенные вопли Императора Кэно мысль была только одна: крыша поехала. Иногда ему казалось, что Шао Кан вот-вот ударит Шэнга. А если и в самом деле ударит? Что тогда делать? Про себя бандит молился, чтобы до этого все же не дошло и тем более Эсмене не полез в драку - тогда всем точно не сносить головы.
  
  - Прощения просить за то, в чем я не виновен, я не стану. И вы сразу победите Рейдена, если убьете или изувечите меня? - холодно и спокойно ответил придворный маг Шао Кана.
  
  - Не спорь со мной, а то и в самом деле не доживешь до открытия. Ты даже с обычными смертными, подручными Рейдена, справиться не можешь!!!!
  
  Глава 'Черного Дракона' почувствовал себя крайне неуютно. С раннего детства он побаивался слишком эмоциональных людей, более того, ему казалось, что обычно такое поведение характерно для неуравновешенных подростков, а не для умудренных опытом взрослых людей... вроде бы этот тип и не одну тысячу лет прожил на свете?
  
  - Я хотел бы в свою очередь кое-что вам объяснить, - произнес Шэнг Цунг. - Когда мы...
  
  - Хватит, я устал слушать твои оправдания! Мне нужны реальные результаты, дармоед, и конкретные дела! Мы же вместо того, чтобы раз и навсегда покончить с Рейденом, постоянно становимся жертвами его интриг, в которых ты не можешь разобраться! - Император орал так, что, казалось, рухнет люстра; Кэно пожалел, что не запасся берушами. - Убирайся и без хороших вестей даже не показывайся мне на глаза - в противном случае я не знаю, что с тобой сделаю! Вон!!!!!
  
  Рутай хотел было что-то вставить, но дядя смерил его грозным взглядом.
  
  - Ты опять собираешься давать мне советы?
  
  Тот, однако, вовсе не боялся венценосного родственника, поскольку прекрасно знал, что Император ему ничего не сделает.
  
  - Нет, всего лишь хотел поговорить об одном важном деле. Пусть Шэнг уходит, - небрежно махнул рукой Рутай, - я позже вернусь на остров.
  
  - Вон, я сказал, - повторил Шао Кан, глядя на своего придворного мага с гримасой недовольства. Когда тот вместе с переодетыми Кэно и Эсмене скрылся в портале, Император немного успокоился и вернулся к беседе с племянником.
  
  - И что же это за важное дело? - поинтересовался он.
  
  - Знаешь, дядя, ты в последнее время неважно выглядишь. Вид у тебя очень уж усталый. Спишь по ночам плохо, что ли?
  
  - А то. Нервничаю из-за турнира, - произнес он, в душе ощущая благодарность хоть за эту каплю сострадания.
  
  Император снова сел на трон, обессиленно подперев голову руками. Он чувствовал себя совершенно вымотанным и опустошенным после недавней вспышки ярости.
  
  - Знаешь пословицу: что имеем - не храним, потерявши - плачем? Интересно, вот ты орешь на Шэнга, а что бы ты делал без своего придворного мага?
  
  Шао Кан задумался.
  
  - Хм... вряд ли я смог бы без него хоть две победы подряд одержать. Тут этому кретину надо отдать должное, поскольку сам я в силу того, что являюсь сыном Шиннока, права на участие в турнире не имею.
  
  - Зато право убивать провинившихся подчиненных имеешь, и это главное. Мне вот что еще интересно: а что бы ты сделал, если бы какой-нибудь полоумный прислужник Рейдена и Тьена оказался не столь милосерден, как Великий Кунг Лао, и отделал твоего придворного мага не до полусмерти, как в прошлый раз, а уж совсем до смерти?
  
  - Рутай! - неожиданно подал голос человек в синем балахоне. - Какое ты имеешь право так себя вести и лезть в чужое дело? Это подручный твоего дяди, пусть сам решает, как с ним поступать!
  
  - Прости, папа, но это не чужое, а наше общее дело, - холодно бросил Рутай. - Дело, от исхода которого, возможно, зависит не только наша победа, но и наша жизнь. Если бы они тут ругались по какому-то личному вопросу, который не имеет ко мне никакого отношения, я бы не стал лезть, меня не интересуют чужие дела, - жестко продолжил он, - но в данном конкретном случае ты неправ.
  
  Он посмотрел на дядю: тот, и без того от природы довольно бледный, сейчас побелел как полотно и выглядел едва ли не испуганным.
  
  - На что ты намекаешь? Ты заранее знаешь о нашем поражении? Предчувствуешь? Как у тебя с интуицией? Мы проиграем, да?
  
  - Рутай, кто тянул тебя за язык? - принялся возмущаться его отец. - Молчите, а то и в самом деле накличете беду!
  
  - Я этого не говорил, - пожал плечами племянник Шао Кана. - Может быть, да, а может быть, и нет. Тем не менее ты находишься в вечно подавленном состоянии. Ничего не скажешь, хорошо ты борешься с Тьеном и Рейденом, если заранее говоришь о неудаче вместо того, чтобы хоть как-то поддержать своих людей. Говоря по правде, я не разделяю того воззрения, что каждому будет по вере его: якобы если кто заранее думает только о провале, тот его получит, даже когда борется за правое дело. Это тоже очень однобокая точка зрения. Случиться может все что угодно, но ты ведешь себя заведомо неправильно.
  
  - В прошлый раз Рейден обломал меня, а не я его! - выкрикнул Император.
  
  - Вы с ним очень похожи, - подметил Рутай. - Недаром вы дети одних родителей, и это прекрасно заметно.
  
  - Это еще чем? - оскорбился Шао Кан. Айри тоже хотел было снова сделать сыну замечание, но Рутай не дал ему ничего сказать.
  
  - Оба любите чужими руками жар загребать, - быстро пояснил он. - За вас подчиненные ваши стараются. Могли бы вызвать друг друга на внеплановый поединок и разобраться один на один, а не растягивать эту затею с турниром на столько лет. Зачем это вообще нужно? Зрелища ради? Так ты, дорогой дядюшка, все-таки не ответил на мой вопрос: что бы ты делал, если бы кто-то из рейденопоклонников все же отправил на тот свет Шэнг Цунга? Молчишь? Я так и знал. Тебе важна только победа любой ценой.
  
  - Неправда!!!!! - возмутился Император.
  
  - Неправда? А теперь послушай правду - ту, которую я могу открыто тебе сказать как твой близкий родственник, который уже много лет наблюдает за всей этой ситуацией со стороны. Ты никогда даже и не задумывался над тем, каково приходится Шэнгу, вынужденному едва ли не ежедневно выслушивать твои угрозы, и даже не представлял себе, что можешь лишиться его стараниями Рейдена - вернее, ты просто не хочешь об этом думать. Правильно, гони от себя неприятные мысли, и тогда ничего не случится. Страусиная позиция: если я не буду думать о плохом, оно никогда не произойдет. Ты сам намеревался вогнать своего придворного мага в гроб - еще пятьсот лет назад, ты постоянно угрожаешь ему всеми известными казнями сейчас, ты регулярно припоминал ему провал на турнире с участием Великого Кунг Лао и все остальное. Так что же ты будешь делать, если твой треклятый братец организует очередную подставу?
  
  - Закрой свой рот! - закричал Айри на сына, однако тому в его голосе послышался скорее испуг, а не гнев.
  
  - Рутай, - вздохнул Император в глубоком отчаянии. - Почему ты так настойчиво задаешь мне этот вопрос? Ты чувствуешь, что Тьен и Рейден хотят убить моих лучших людей? Скажи мне честно!!! Как все-таки у тебя с интуицией?
  
  - Я тебе что тут, гадалка или провидец? - обиженно скривился его племянник. - Я вообще-то о конкретных вещах говорю, а не судьбу предсказываю.
  
  - И все же?
  
  - Опять же: я не гадалка и не обладаю даром предвидения. Я не могу предсказать точно, что случится завтра со всеми нами, но я действительно подозреваю, что Тьен и Рейден что-то задумали - и это не интуиция, это логика. Мне кажется, что они хотят лишить тебя возможности оказать им решительное сопротивление. Я понимаю и то, что ты хочешь знать исход турнира. На этот вопрос, к сожалению, я вряд ли смогу дать тебе ответ. Я не могу видеть будущее - более того, я придерживаюсь мнения, что оно может быть изменено и в этот момент, но свершится то, чему должно свершиться, если мы все будем делать то, что посчитаем нужным.
  
  - Зачем ты мне все это говоришь? Что мне делать? - возмутился Император, с гневом и огорчением глядя на племянника.
  
  - Возьми себя в руки и прекрати злиться на всех и вся. Никто из нас не может ускорить течение времени или просто так пойти и превратить Рейдена и Старших Богов в горстку пыли. Нам надо постараться справиться с ними. Более того: нам это удастся, если мы приложим для этого достаточно усилий. Кроме того, нам нужно стараться, чтобы в рядах наших сторонников не было разлада, если мы хотим победить. Угрожать своим людям и оскорблять их почем зря - это не лучший способ поднять их боевой дух. И запомни: без Шэнг Цунга мы никогда не справимся со Светлыми.
  
  Шао Кан выглядел растерянным.
  
  - Ты ему симпатизируешь. Вы всегда были не то чтобы друзьями - но хорошими приятелями уж точно...
  
  - Слушай, давай не будем примешивать к делу мое личное отношение к тому или иному человеку? Дружить я там могу с кем угодно и симпатизировать кому угодно, но меня интересует нечто другое. Давай мы подойдем к проблеме с позиции здравого смысла, а не твоего недовольства и старой обиды неизвестно на что. У нас есть рядовые воины, которых много и очень много, и кто-то из них вполне может выйти на турнир в качестве массовки. Провести показательный бой и даже победить в нем такой человек может? Может. Но каковы его шансы на победу в финале? Думаю, ответ ясен и младенцу: они очень и очень малы. Однако у нас есть и те, кто может и должен победить, и среди них - наш давний чемпион принц Горо, а также Шэнг Цунг, с которым вы только что расстались после не самого приятного разговора. А вот теперь рассуди сам. Что бы ты без них делал? И что будешь делать, если вдруг с ними действительно что-то случится?
  
  - Рутай, ты меня пугаешь, - сказал Шао Кан. - Вообще-то я думал, кстати, отправить на остров кого-то, кто бы мог достаточно часто докладывать мне о том, что там происходит, потому что вам с Шэнгом наверняка будет не до этого. Сейчас у Тэры не слишком много дел, поэтому я хочу поручить это ей.
  
  - Не возражаю, дядя, - улыбнулся Рутай. - Я с ней лично пока что не знаком, но слышал, что в целом она человек неплохой, поэтому отправляй ее к нам, полагаю, что мы с ней прекрасно сработаемся.
  
  - Хорошо. Вечером она будет у вас - ближе к открытию. И все же...
  
  - Дядя, успокойся. Я всего лишь хотел объяснить тебе, что ты несправедлив по отношению к Шэнг Цунгу. Тебе следовало бы больше его ценить.
  
  - После того, как он запорол мне все дело в двух шагах от абсолютной победы? - процедил сквозь зубы вновь разгневавшийся Император. В этот момент в его памяти резко всплыли картины того вечера пятьсот лет назад... проклятье, проклятье, ведь все могло быть совершенно иначе!
  
  Рутай, напротив, был спокоен - даже казался расслабленным, если не сказать - даже безразличным.
  
  - Я сам занимаюсь боевыми искусствами не первый год, и со мной во время поединков бывало всякое - мне случалось и побеждать, и проигрывать. Если Тьен и Рейден доберутся до Шэнга, то потом они доберутся уже до тебя, а это действительно будет означать конец всего. У Внешнего Мира нет никого, кроме тебя, кто мог бы сравниться с твоим придворным магом по силе. Он нужен своей стране. Он нужен всем нам. Поразмысли об этом на досуге - и не злись: поражений не знает только тот, кто вообще не умеет драться и за всю свою жизнь не провел ни единого боя. Теперь я пойду, а сегодня вечером мы, согласно нашему уговору, ждем на открытие в гости Тэру.
  
  Рутай вежливо поклонился на прощание отцу и дяде и открыл портал назад в Земной Мир.
  
  14. Посланники
  
  - Ну что, все видел? - злым голосом спросил Эсмене Кэно, когда они вышли из портала. - Все слышал?
  
  Глава 'Черного Дракона' угрюмо кивнул.
  
  - И видел, и слышал. Не могу только взять в толк, как я понимал, о чем они говорят. Я ж их языка не знаю.
  
  - Моя работа, - улыбнулся ему Шэнг. - Всякие манипуляции с душами и порой даже с сознанием людей хорошо мне удаются. Хотя, кстати, все наши отлично понимают по-английски, так что если захочешь с кем объясниться - проблем не будет, у нас его специально учат.
  
  - С целью оккупации, - Эсмене слегка повеселел.
  
  Кэно показалось, что черный маг сейчас во вполне хорошем настроении - словно и не было только что неприятного разговора с Шао Каном. У него мелькнула мысль о том, что снова затрагивать эту тему было бы не слишком деликатно, но глава 'Черного Дракона' все же решил высказаться.
  
  - Я, вы уж простите меня, хозяин, после этой вашей беседы несколько охуе... то бишь прифигел. Вашему императору не придворные нужны, а психиатр профессиональный, чтобы он лечил его от всяких отклонений, как я уже и говорил. Ну какого хрена он на вас орет? Мы тут вообще-то не в школе для дебилов, которые не понимают, где ручка, где карандаш, и без воплей от них ничего не добьешься. От всех его угроз убийством и членовредительством что-то изменится и мы тут мгновенно выиграем турнир? Это, право слово, уже смешно, хотя смеяться тут особо не над чем.
  
  Бандит с чувством явного облегчения сбросил с головы капюшон: измотанные дорогой Избранные разбрелись по своим комнатам и легли спать, и ему в данный момент ничто не угрожало. Все-таки жарковато тут, на острове, во Внешнем Мире заметно прохладнее.
  
  - Может, и в самом деле пойдем да искупаемся? - вопросительно посмотрел он на Эсмене и Шэнг Цунга.
  
  - Не откажусь, - ответил бывший чемпион, тоже снимая капюшон с головы.
  
  - Сначала покажем Кэно его комнату, - сказал черный маг и двинулся вперед по одному из коридоров. Когда они поднимались по лестнице на верхние этажи, их внезапно догнал Рутай.
  
  - Всем привет еще раз, я только что от дядюшки, немного поконопатил ему мозги на тему того, что следует вести себя иначе, - почти радостно сказал он.
  
  - И как, успешно? - с явным сарказмом ответил Эсмене. - Многого добился? Результат? Никакого?
  
  - Прекрати! - возмутился Рутай. - Результат есть, и прогресс налицо, это я тебе честно скажу. Кроме того, дядя отправил к нам Тэру. По крайней мере, она на нас тут посмотрит и прекрасно поймет, что все не так плохо, как он думает.
  
  Эсмене остановился и замер, в упор глядя на племянника Императора.
  
  - Чья была идея?
  
  - Моего дяди, но я его поддержал.
  
  - Проклятье!
  
  - Что такое? - удивленно поднял брови Рутай.
  
  - Она меня видела несколько раз еще в бытность мою Великим Кунг Лао. А если она меня опознает? Мне теперь весь турнир из себя Черного Священника под капюшоном корчить придется.
  
  - Слышь, Эсмене, забей ты на это нафиг, - решил поддержать его Кэно. - Хочешь совет от бывалого, так сказать, правонарушителя? Есть такая хорошая штука - уход в глухой отказ. Не был, не видел, не знаю, не привлекался, не замечен, где взял - нашел, куда дел - потерял. У тебя паспорт есть?
  
  - Естественно, мне Шэнг изобразил поддельное эденийское гражданство - поднял там кое-какие связи, ну и стал я уроженцем другого мира.
  
  - Вот и круто! Во-первых, не дрейфь. Я сомневаюсь, что эта баба по прошествии стольких лет вообще тебя помнит. Когда она тебя последний раз видела? Пять веков назад?
  
  Эсмене кивнул.
  
  - Люди иной раз не помнят тех, с кем вчера встречались, а тут вон сколько времени прошло. Тем более что вы с хозяином тогда были заклятыми врагами, не думаю, что она поверит в ваше внезапное примирение. Если же вдруг мы предположим, что она даже вспомнит, как ты выглядишь - а мало ли в мире похожих людей? Глухой отказ - и все. Марка Твена в детстве... то есть вообще по жизни читал? Как два пацана оказались одинаковыми на рожу, но у одного папашка был королем, а у другого - жил в трущобе и пил без продыху?
  
  Бывший чемпион снова кивнул.
  
  - Все просек? Ну вот так и скажи. Тем более что у тебя есть паспорт с другим именем. Если что - сунь его этой тетке под нос, Великий Кунг Лао давно умер, а Эсмене живет и здравствует. Вот так, короче.
  
  - Ну спасибо, успокоил, - вздохнул тот. - Попробую так и сделать.
  
  Он мельком взглянул на Шэнга: ему показалось, что черный маг смотрит на Кэно с явной удовлетворенностью, как будто затаенно гордится деловитостью и сообразительностью своего протеже.
  
  - И когда нам ждать Тэру в гости? - спросил Шэнг Цунг.
  
  - Вроде как к открытию. Время подготовиться у нас пока есть.
  
  ***
  
  Тем временем, пока Избранные отсыпались, Рейден поперся на гору Ифукубе к Тьену докладывать обстановку. Вместе с ним напросились наставник Храма Света и его заместитель; бог грома заранее подозревал, что разговор будет не из легких.
  
  Когда Рейден вошел в покои Тьена, его старший брат был сильно занят - к счастью, не с воронами. На фоне дальнего окна, освещенного высокой свечой в тяжелом железном подсвечнике, красиво выделялся силуэт достопочтенного главы Младших Богов, который выспренне-манерным жестом, отставив в сторону мизинец, старательно ковырял в носу и не менее старательно и увлеченно развешивал по краю стола свои козявочки. За другим столом сидел какой-то здоровенный широкоплечий коротко стриженый бугай явно азиатской наружности, одетый в черный костюм с галстуком, курил дорогую сигару и изо всех сил пытался не смотреть в сторону обожаемого братца Рейдена.
  
  - А, пришел? - услышав скрип открывающейся двери, Тьен перестал ковырять в носу и наконец соизволил обернуться к протектору Земного Мира.
  
  - Здравствуй, Тьен, - почтительно поклонился Рейден.
  
  - Какие новости? - спросил глава Младших Богов.
  
  - Новости у меня прекрасные. Избранные благополучно прибыли на остров, хотя без небольшого конфликта не обошлось...
  
  - А нельзя было обойтись без него? Неужели ты не понимаешь, что это все для нас значит? Мы должны победить, и победить обязательно! Запомни это, наконец...
  
  - Приветствуем великого Тьена, который заботится обо всех нас, не жалея себя! - угодливо пропели наставник Храма Света и его лучший ученик и заместитель, перебив своего обожаемого господина: они внезапно вспомнили, что при входе в покои великого божества забыли поздороваться.
  
  - Я не договорил! - прорычал разъяренный Тьен, вперившись взглядом в обоих. - Не смейте меня прерывать! Итак, о чем мы? Нам нужно обязательно победить, потому что поражение просто невозможно для всех нас. Ты это понимаешь, Рейден?
  
  - Да, безусловно, - угодливо улыбнулся тот.
  
  - Я вот что придумал. Думаю, тебе будет интересно это узнать, потому что это обеспечит нам абсолютную победу. Точно обеспечит, так как иначе быть не может. Значит, слушай меня внимательно...
  
  Рейден искренне пытался слушать старшего брата внимательно, но это у него очень плохо получалось, потому что вычленить основную мысль из пространной речи Тьена оказалось довольно-таки затруднительной задачей. Стоявший раком на ковровой дорожке наставник Храма Света минут через пять благополучно заснул и теперь негромко похрапывал. Его обожаемый заместитель тем временем безудержно вращал глазами, словно коза во время выкидыша, и монотонно бубнил мантру во славу Джиала. Наконец Рейдену кое-как удалось уяснить, что Тьен собирается подослать к Шэнгу наемного убийцу, и он не на шутку испугался. Это было очень опасно.
  
  - Тьен! - воскликнул он. - Ты что, с ума сошел?
  
  - Да как ты смеешь? - разъярился его брат. - Я буду делать так, как считаю нужным, тебе это ясно или нет? И вообще, мне надоели твои вечные неудачи и глупости. Я уверен, что это ты и только ты виноват во всех наших прошлых поражениях.
  
  - Почему это? - возмутился Рейден. - Я делал все, что мог. К сожалению, я так и не смог найти альтернативу Великому Кунг Лао, потому что ее просто не было. Ты же должен понимать, что это не так уж просто.
  
  - Я тебе ничего не должен!!!! - проорал Тьен. - И вообще никому ничего не должен, слышишь меня, ты, ничтожество?! Мне надоели эти поражения! А чтобы ты в очередной раз ничего не напортачил... с тобой пойдет Веньян. Итак, дорогой братец, позволь представить тебе одного из моих людей.
  
  Амбал в черном костюме, похожий на рассерженного неандертальца, поднялся с стула, затушил свою сигару прямо об край стола и поклонился Тьену, двигаясь при этом, словно деревянный манекен на шарнирах с негнущейся спиной - он как будто переломился в поясе, а потом резко выпрямился. Лицо его при этом оставалось совершенно каменным, безо всяких эмоций, словно у статуи в музее.
  
  - Это, как ты уже догадался, Веньян, один из моих лучших учеников наряду с достойнейшим и прославленным мастером Чоу. Он будет присматривать за тобой и докладывать мне обо всех действиях - не только твоих, но и Избранных. Теперь идите и постарайтесь в этот раз не проиграть турнир, иначе я и тебя, и всех остальных, кто участвует в этом мероприятии, живьем выверну наизнанку.
  
  Рейден снова согнулся в три погибели под грозным взглядом старшего брата.
  
  - Да-да, Тьен, я все понимаю. Победа или смерть! Победа очень важна для нас, а поражение просто невозможно...
  
  Веньян вставил в свою белозубую пасть с квадратной челюстью вторую сигару, зажег ее и закурил.
  
  - Будем знакомы, - произнес он механическим голосом безо всяких интонаций, подходя к Рейдену. - Мы принесем вашему старшему брату в худшем случае - просто вести о победе, в лучшем - голову Шэнг Цунга!
  
  - Я бы хотел еще и голову Императора, - капризным тоном протянул Тьен, - но вы вряд ли сможете осуществить мое давнее желание. Что же до его придворного мага, то я уже объяснил вам все.
  
  Рейден пристыженно молчал, ибо ничего не понял.
  
  - Мне еще раз повторить? - проорал Тьен и пнул ногой наставника Храма Света, который мирно дрых на ковровой дорожке и видел уже наверняка сто пятидесятый сон. - Хватит спать, сволочь, нашел место и время! Меня слушать надо, скотина, меня, а не храпеть тут на полу! Ты понимаешь, что меня надо слушать?
  
  Ошарашенный наставник ничего не мог сообразить и спросонья тупо хлопал ресницами с видом нашалившего школьника в кабинете директора. Его ученичок продолжал тупо бубнить 'Харе Джиал', когда Веньян совершенно бесстрастным движением втетерил и ему ногой под зад.
  
  - Внимательней, остолопы, повелитель Тьен прав, вы недостаточно хорошо его слушаете, а потом из-за этого мы терпим поражения, - тем же лишенным интонаций ровным голосом произнес он.
  
  - Благодарю, Веньян, им нужно разъяснить, как следует себя вести, иначе не дойдет, - с презрением протянул Тьен. - Итак, слушайте меня еще раз, теперь уже внимательно.
  
  - Ты тоже выражайся короче, - попросил его Рейден.
  
  - Хорошо, - скривился его старший брат. - Если вы еще не поняли, я решил прикончить внешнемирского экс-чемпиона еще до того, как он самолично сможет принять участие в турнире.
  
  - Это нарушение правил! - взвизгнул бог грома.
  
  - Башкой подумай, а? Кто у нас там есть из Избранных, Лю Канг? Возьмем его для примера. Представим себе, что какой-нибудь внешнемирец прикончил его прямо на острове во время проведения турнира, но не в поединке. Или Лю прикончил этого человека. Это нарушение правил? Да. А если тот же Лю Канг еще до турнира пошел в бар пить пиво, туда пришел тот же самый внешнемирец, тоже стал пить пиво, они поругались из-за девушки, а потом один убил другого бутылкой - это нарушение правил? Нет, это ссора на бытовой почве. Ну вот теперь представь себе другое: пришел тот же Шэнг Цунг куда-нибудь, и мой человек его убил. Как можно все обставить? Он просто рядовой киллер, знать не знает ни о каком турнире, некий гонконгский преступный синдикат нанял его убить какого-то там якудза, ему сообщили, что жертва будет одета в черный плащ с вышитым драконом и солнечные очки, в назначенный день он пришел куда надо, а якудза не явился, потому что заболел, но туда наведался наш куэтанский недруг, на нем тоже был черный плащ с вышивкой и солнечные очки, киллер спутал его с японским бандитом и убил не того человека. Турнир? Какой турнир, вы о чем, это просто обычная разборка между преступными группировками, в которой погиб совершенно случайный посетитель бара. Его перепутали с будущей жертвой. Вот и все, это же проще пареной репы. Шэнг мертв, внешнемирцы деморализованы, они сразу впадут в отчаяние, и победа нам гарантирована - никто из них не сможет как следует драться после такого происшествия. Теперь все понятно? Дошло? Усекли?
  
  Наставник Храма Света и его ученик дружно закивали, стоя на карачках и касаясь лбами грязного пола.
  
  - Тьен, это может не сойти нам с рук, это все же... - забормотал Рейден.
  
  - Заткнись!!!!!!! - перебил его брат, заорав так, что задрожали стены. - Убирайся вон, до открытия турнира осталось полтора часа, а ты все еще толчешься здесь!!!!!! Хватит!!!! Про правила и без тебя все знаю, я умею читать!!!! Вон!!! Вон!!!!!
  
  Веньян схватил Рейдена за рукав и выволок за дверь, за ними последовали наставник с заместителем.
  
  ***
  
  Когда-то на планете
  О нем гремела слава,
  Он в честном поединке
  Любого был сильней...
  
  Мельница 'Сонный рыцарь'
  
  Часа за два до открытия турнира к Шэнгу пришел один из его распорядителей и верных слуг -Акахата Цуруги Тайра - и доложил, что на остров явилась госпожа Тэра. Он отвел гостью в кабинет хозяина турнира, усадил за стол и налил ей чаю, после чего сообщил начальству о ее прибытии. Шэнг тут же отправился к ней, взяв с собой Кэно, Эсмене, Рутая и еще одного своего помощника - черного эденийца Тарсониса.
  
  - Рада приветствовать тебя, - улыбнулась Тэра. - Давно не виделись... Кажется, еще с тех времен, как Горо стал новым чемпионом турнира. Тебе сказали о моем прибытии?
  
  - Разумеется, мне об этом сообщил Рутай. И зачем тебя сюда прислали? Не могу понять, вроде и так все идет по плану. Кстати, позволь представить тебе Кэно, это нынешний глава клана 'Черный Дракон' и мое доверенное лицо. С Тарсонисом и Эсмене вы, наверное, тоже пока что не знакомы - это тоже мои помощники из Эдении.
  
  - Очень приятно, мое имя Тэра, я одна из генералов армии Темной Империи, - снова улыбнулась она.
  
  Кэно с интересом посмотрел на эту странную высокую женщину с короткой стрижкой и серовато-стальными светящимися глазами без зрачков, одетую в черное. Женщина-генерал? Круто, ни фига себе у них в этом Внешнем Мире порядки... Не зная, как себя вести, и боясь ляпнуть глупость, он просто поклонился и ничего не сказал, хотя Тарсонис и Эсмене пожали ей руку.
  
  - Император велел мне внимательно следить за тем, что здесь происходит. Если эта подлая гадина Рейден будет нарушать правила или вытворять еще что-то аналогичное, то он попросил меня немедленно сообщать ему об этом, - произнесла женщина, с нескрываемым интересом рассматривая Эсмене. - В порядочность этого урода уже никто не верит, хоть он о ней и разглагольствует на каждом углу. Я сама с огромным удовольствием размазала бы его по стенке, да тогда Старшие Боги пристукнут меня. Кстати, а у вас случайно нет родных в Земном Мире? - наконец решилась она поинтересоваться у экс-чемпиона турнира. - Знаете, Эсмене, вы прямо-таки фотографически похожи на одного моего давнего знакомого с Земли. У вас даже голос почти как у него.
  
  - Да нет вроде, - пожал плечами тот, совершенно не показывая вида, что его как-то смутил вопрос Тэры. - Я сам из города Эден, двести пятьдесят лет назад по долгу службы сюда перебрался.
  
  - Бывает же такое... Тот мой знакомый Рейдену служил, из-за него и погиб в итоге, да так ничего и не понял, дурень несчастный. Правда, при жизни с женщинами погулять успел, вот я и решила, что вы ему, сами того не зная, каким-нибудь прапраправнуком приходитесь. Если у вас оба родителя эденийцы, то этого, конечно, быть никак не может, но внешнее сходство у вас прямо-таки удивительное. Можно подумать, что вы двойняшки или даже близнецы.
  
  - Да, случаются в жизни курьезы, - согласился Эсмене.
  
  - Это она о Великом Кунг Лао говорит, - пояснил Шэнг Цунг; его приятель изобразил искреннее изумление. - Честно говоря, тот человек мне много крови попортил, и я был очень рад его смерти, даже и скрывать не стану, но отчасти мне его даже и жаль немного. Вот теперь потомок его в турнире участвует - наступил парень на те же грабли, что и предок. Хотел я, Тэра, сказать тебе одну вещь... Я очень надеюсь, что ты мне кое в чем посодействуешь и не начнешь сейчас смеяться, - произнес черный маг.
  
  - В чем именно?
  
  - Ты ведь наверняка будешь наблюдать за протеже Рейдена?
  
  - Возможно, даже думаю попробовать с кем-то из них познакомиться и пообщаться. Хотелось бы мне узнать, что они собой представляют.
  
  - Я хочу попытаться объясниться с одним из них. Надеюсь на его разум и на то, что здравый смысл восторжествует... он сам объявил себя моим врагом, я ничего против него не имею. И вообще - как и в случае с его далеким предком, я очень сожалею, что он работает не на меня, и хотел бы даже перетащить его на нашу сторону.
  
  - Это с Лю, что ли? - недоуменно спросила Тэра. - Ты с ума сошел. Повсюду уже разнеслась новость, что вроде бы ты убил его брата! Сомневаюсь, что после этого он согласится с тобой разговаривать! Наверняка отомстить хочет! Эти земляне такие странные! Ты же не его самого убить хотел!
  
  - Конечно, - согласился с генералом Рутай. - У меня родных братьев нет... допустим даже такую ситуацию, что у меня есть брат, с которым я уже давно не общаюсь. Вдруг мне сообщают, что его убили. Зачем я стану мстить убийце? Я не имею в виду, что я не расстроился бы из-за его смерти, но враг моего брата - не мой враг, и какое мне дело до того, с кем и из-за чего поругался мой родственник! Я-то с тем, кто его убил, не ссорился! Кроме того, Шэнг Чена не убивал - это уже действительно слухи и глупые выдумки. Парнишка начал с ним ссору и кинулся на него с кулаками, он брата Лю просто сильно от себя оттолкнул, даже не ударил, тот упал и головой об камень - насмерть. И при чем тут Шэнг? Это чистая случайность, простое несчастливое стечение обстоятельств.
  
  - Это вы странно рассуждаете, господа внешнемирцы, - мрачно произнес Кэно. - Я тут с вами недавно в одной команде, но уже успел кое-что скумекать. Вам все, что вас не касается, полностью безразлично. У вас менталитет такой. Дела моего родственника - не мои дела. Враги моего родственника, если дело непосредственно не затрагивает мои интересы, не мои враги. Если начальник бьет или убивает подчиненного, никто не станет вмешиваться, это никого не волнует. Я-то как землянин понимаю Лю Канга и советую вам обоим не смотреть на все, что произошло, со своей колокольни. Попробуйте мыслить по-земному, иначе все ваши попытки втолковать что-то Избранным так и останутся диалогом двух глухих! Я вон с вами вроде неплохо общаюсь, но так до конца и не смог вас понять... что уж говорить о Лю Канге!
  
  - Не знаю, - растерянно посмотрела на него Тэра. - Как тогда с ними разговаривать? Я и в самом деле не понимаю их. Шэнг прав: даже если бы он и в самом деле убил брата этого Лю, он же не самому ему смертью угрожал!
  
  - У меня к вам вопрос, госпожа генерал, - произнес бандит. - Вот представим себе ситуацию. Какой-нибудь человек работал на подъемном кране, и у него оборвался трос. Бетонная плита упала кому-то на голову, и пострадавший превратился в блин. Мужика, который сидел в кабине крана, осудят?
  
  - Нет. Он же не нарочно сбросил другому плиту на голову. Если бы нарочно, так осудили бы, а тут - в чем его вина?
  
  - А если человек ехал на машине, другой перебежал дорогу прямо перед его тачкой, и водитель его сбил насмерть?
  
  - Тоже нет. Сам виноват, нечего бегать по проезжей части.
  
  - Если два человека поссорились, один другого толкнул, тот оступился, упал, сломал себе шею и умер на месте?
  
  - За что его судить? Он же не имел намерения именно убить другого. А что тот упал и умер - так это случайность, а не преднамеренное преступление.
  
  - Вот! Вот он, ключ ко всей ситуации. У нас в Земном Мире во многих странах человека будут судить даже за непреднамеренное убийство или убийство по неосторожности, когда у него и в мыслях не было кого-то порешить, но так случайно вышло.
  
  - По-моему, ты неправ в корне, но не в этом дело. Мне кажется, что в любом случае объяснить что-то Избранным вам обоим не удастся, - ледяным голосом произнес Рутай. - Я слышал, что Тьен зомбирует тех, кто ему поклоняется. Рейден этим не занимается, но он - умелый интриган и способен внушить своим людям то, что ему надо. Пример Великого Кунг Лао это подтверждает. Лю Канг на очереди.
  
  - Они что-то готовят, - ответил Тарсонис, подойдя к окну. - Я это чувствую. Поражение будет означать для них конец всего, поэтому они будут пытаться исправить положение любой ценой.
  
  - Поражение будет означать и для нас конец всего. Рутай проследил за Рейденом и Тьеном и подслушал их беседу, - сказал Шэнг Цунг. - Я знаю, чего они хотят. В прошлый раз мы тоже победили девять раз подряд, и Тьен прекрасно понимал, благодаря кому из нас эти победы были одержаны. Он хотел моей смерти, чтобы беспрепятственно разделаться со всеми моими помощниками и добраться до своего брата, когда тому станет не на кого опереться, но Великий Кунг Лао, к счастью, не был совсем уж бессердечным монстром и не стал меня добивать. Теперь благодаря Рутаю я узнал о том, что Рейден и Тьен решили подговорить Лю убить меня. Ничего, я постараюсь не доставить братьям Императора удовольствия созерцать мою смерть. Так что скажите кто-нибудь Лю, что я хочу с ним поговорить.
  
  -Хорошо, - согласилась Тэра. - Я согласна тебе в этом посодействовать. Тем не менее Лю Канг может либо решить, что ты хочешь его отправить на тот свет еще до турнира, и не прийти на встречу, либо прийти, но не захотеть ничего слушать. Ему наш дражайший гипнотизер Рейден, скорее всего, уже успел прочистить мозги.
  
  - Знаете, какая у меня заветная мечта? - спросил Эсмене. - Рейден загнулся от паленого спиртного, а Тьен умер от птичьего гриппа.
  
  - Я надеюсь, что Лю все же нормальный человек и что он вполне может понять: Рейден просто использует его. Точно так же, как и в свое время Кунг Лао, - дополнил Шэнг. - Тот был марионеткой протектора Земли и выполнял все его приказы. Ему так и не удалось вовремя отвертеться от этого интригана. В итоге это кончилось тем, что его убил наш чемпион принц Горо во время исполнения очередной идиотской прихоти этого чучела в балахоне, то бишь участия в турнире и спасения шкуры Тьена и Рейдена, а те и не стали жалеть. Плюнули и забыли о том, что Кунг Лао существовал. Лю может ожидать та же самая участь.
  
  - Светлые всегда слушали только себя, - прокомментировала Тэра, - но надежда умирает последней. Ты прав: попытаться что-то сделать все же надо. Возможно, я и попробую поговорить с Лю, но мне не очень верится в то, что из этого выйдет что-то хорошее.
  
  15. Последний вечер
  
  Когда Кэно вышел из кабинета хозяина, к нему подошли Эсмене и Тарсонис; Шэнг, Рутай и Такахиро отправились заниматься последними приготовлениями, а Тэра собралась переодеться к торжеству во что-нибудь нарядное - не сидеть же на открытии турнира в военной форме.
  
  - Слушай, мы с тобой пока еще не успели познакомиться, - начал черный эдениец, - в общем, я тоже один из распорядителей турнира. И мне кажется, что Шэнг тебя сюда не зря привел, потому что тебе не безразлично, что здесь творится. У меня есть к тебе один важный разговор. Ты только не подумай, что я сумасшедший.
  
  - А с какой стати я должен так думать? - недоуменно спросил бандит.
  
  - С такой, что у меня нехорошие предчувствия бывают. Я иногда могу предвидеть будущее или ощущать, что что-то произойдет. Меня за это свои и возненавидели - я после этого из Эдении и убрался.
  
  - Да у меня то же самое бывает. Порой, - прокомментировал Эсмене. - Однако угроза того, что, возможно, произойдет, вовсе не означает, что это непременно случится. Когда я работал на Храм Света, у меня время от времени были видения моей смерти от рук внешнемирцев. Потом я поменял сторону - все прошло.
  
  - Представляю себе, как мы смотримся со стороны, - разрядил атмосферу шуткой Кэно. - Два психа, у которых видения, рассказывают о них отпетому уголовнику. А если серьезно, то ты отлично держался, - сказал он Эсмене. - Думаю, Тэра очень здорово повелась и ничего не заподозрила.
  
  - Я уже давно заподозрил, что она к Шэнгу неровно дышит, иначе ей было бы все равно, в чем на открытии сидеть - в платье или в военной форме, - ответил он, - но сейчас немного о другом речь.
  
  - Согласен, эти двое друг другу точно нравятся, я уж заметил, как Тэра глядит на хозяина, - согласился Кэно, - мне думается, что она ему тоже симпатична, это я по его тону понял. Теперь давайте к делу. Что именно вы там почувствовали или увидели? Это важно.
  
  - Я почему-то знаю, на все сто уверен, что мерзавец Тьен скоро погибнет, но твой господин может этого уже и не увидеть. Подручные братьев Императора хотят убить Шэнг Цунга - я чувствую это.
  
  Эсмене с ужасом повернулся к нему:
  
  - И я тоже это почувствовал...
  
  - Всегда удивлялся, как у людей такое получается, - удивился бандит. - Не волнуйтесь, я не считаю вас сумасшедшими, это просто интуиция так круто работает. Я такое пару раз видел, а потому вам верю.
  
  - Я родился в Эдении, в Тарал-рэанне, - поделился с Кэно Тарсонис. - С детства со мной бывали неприятные случаи: я что-то чувствовал, например, что соседка за водой пойдет, а ее ребенок случайно свечу на пол уронит и пожар устроит, а потом все оправдывалось и сбывалось. Мать с отцом меня ругали, а то и били, чтоб языком не болтал, но я был тогда еще ребенком и не понимал, в чем дело - для меня мой дар был чем-то вполне естественным. Потом, когда я вырос, от меня весь наш квартал начал как от огня и молнии шарахаться. Ну мне это все по вкусу не пришлось - сидеть в изоляции, как сам понимаешь, не слишком приятно. К тому времени Эдению уже захватил Император. Я в один прекрасный день вещички собрал тайком, родителям наврал, будто ногу повредил и к врачу с утра пораньше пойду, а сам встал затемно да и свалил из города навсегда. Больше никто из родных меня и не видел. Я пришел к внешнемирцам да и попросил генерала Бараку: возьмите меня на службу, так и так, делать мне среди своих просто нечего. Тот согласился, я с людьми Императора хорошо поладил, так вот и служил ему верой и правдой долгие годы, а впоследствии меня на Шимуру отправили под начало к Шэнгу - одним из распорядителей.
  
  - У меня это тоже с детства, - покачал головой Эсмене.
  
  - Честно говоря, не завидую, - ответил им Кэно, - всегда предпочитал не знать, что меня ждет, но если уж такое есть, то давайте действовать, а не переживать заранее. Вот что я думаю, мужики. К сожалению, я тут застрял без возможности связаться со своими ребятами, но мне хозяин говорил, что на Внешний Мир работают и другие синдикаты. Например, всем известная 'Черная Орхидея'.
  
  - И 'Черный Лотос', - добавил экс-чемпион. - Основатель и глава 'Орхидеи' - мой старый друг Сиро, а вот 'Лотос' появился с моей легкой подачи.
  
  - Так вот, слушай сюда внимательно. Представим себе, что какому-нибудь моему товарищу в обыденной жизни грозила бы опасность, и за ним бы кто-то охотился. Что бы я сделал? А все очень просто: позвал бы своих ребят и приказал бы им за ним отслеживать и ни на минуту не оставлять одного. Однако моих парней тут, увы, нету, и связаться с ними я не могу. Поэтому я предлагаю провернуть то же самое вашим с Сиро людям. Никто, конечно, не говорит, что они должны хозяина чуть ли не в сортир провожать, но организовать, фигурально выражаясь, ненавязчивое сопровождение в опасных местах просто необходимо.
  
  Тарсонис посмотрел на Кэно с однозначным одобрением. Бандиту показалось, что этот разговор был своего рода проверкой нового члена команды; что ж, они имеют на это полное право, а сам глава 'Черного Дракона', судя по всему, выдержал экзамен.
  
  - Верно мыслишь. Молодец, - поддержал его Эсмене. - Так мы и поступим. Главное, чтобы сам Шэнг ничего не заподозрил.
  
  - А чего тут плохого? - с недоумением спросил Кэно. - Многие люди ходят с охраной, и все нормально.
  
  - А того, что ненавидит он, когда его кто-то пытается оберегать или тем паче жалеть. Считает, что в этом не нуждается, - пояснил черный эдениец.
  
  - Короче, действуй, - сказал глава 'Черного Дракона' Эсмене. - С тебя группа поддержки, кроме того, нам всем следует быть внимательными и не хлопать ушами. Кто увидит или услышит что подозрительное - бегом сообщать остальным.
  
  - Правильно, - согласился довольный Тарсонис.
  
  ***
  
  Служители в балахонах отвели Избранных в их комнаты, которые оказались похожи на вполне обычные гостиничные номера - небольшие и довольно уютные, с выкрашенными в приятные пастельные тона стенами и чистыми уборными. Душ, раковина, унитаз - все как в хорошей земной гостинице, даже стаканчик поставили, зубную щетку положили, пасту, мыло, рукавичку и гель для душа. В каждой комнате была аккуратно застеленная кровать, а рядом - столик и шкаф для одежды. Соня, Арт, Лю и Джонни, которым этой ночью так и не удалось поспать, чувствовали себя совершенно вымотанными; они повалились на свои постели и заснули, не раздеваясь. Примерно за час до начала торжественного ужина по случаю открытия турнира в дверь каждого постучали служители и доброжелательным тоном сообщили, что пора просыпаться и собираться на пиршество.
  
  Для участников турнира был организован торжественный прием в главном зале самого большого здания на острове - про себя Избранные уже прозвали его дворцом. Идя на ужин, четверо воинов Земли столкнулись в коридоре с богом грома; его сопровождал какой-то крепкого сложения мужчина в черном деловом костюме, а также наставник Храма Света собственной персоной.
  
  - Здравствуй, Рейден, - поприветствовал его Джонни Кейдж, - не ожидал, что увижу тебя здесь, ведь ты же говорил, что не имеешь власти на острове Шэнг Цунга!
  
  - О да, это верно, - согласился братец Тьена, - однако ведь никто не мешает мне просто присутствовать на турнире! К счастью, покупать билеты на Смертельную Битву, как на простые соревнования, не нужно, и поэтому я обещаю приглядывать за вами и по возможности даже помогать в меру дозволенного правилами. Позвольте представить вам моих спутников: это господин Веньян, давний почетный член общества 'Белый Лотос', и Хуй Я, наставник Храма Света.
  
  Соня Блейд, которая хорошо знала русский язык, с трудом сдержалась, чтобы не заржать в полный голос, и сдержанно улыбнулась. Заведующий гнездилищем тьено- и рейденопоклонников носил весьма интересное мирское имя и, следовательно, приходился тезкой серебряному призеру олимпиады в Сиднее по синхронным прыжкам в воду, однако при этом Хуй Я из Храма Света отдаленно смахивал не то на мешок с навозом, не то на полусгнившую дохлую жабу и не смог бы занять на Олимпийских играх даже последнее место - его бы просто дисквалифицировали за неэстетичный внешний вид.
  
  - Очень приятно, - культурно ответила Избранная.
  
  Появление Веньяна и Хуй Я рядом с Рейденом не укрылось и от бдительного взора Кэно.
  
  - Глянь-ка, Эсмене, - сказал бандит экс-чемпиону, - у твоего бывшего друга-электрогенератора появился какой-то подозрительный припиздень. Я вон про того хера в черном костюме, хотя еблан в хламиде тоже мерзок. Мне это не нравится.
  
  - Еблан в хламиде - это нынешний наставник Храма Света. Гадок, туп как пень, но в общем и целом безобиден. А вот насчет второго мужика ты прав. Надо бы за этим проследить. Я уж скинул необходимую информацию Тадже, она обещала принять надлежащие меры. Жалко, что мобильная связь не работает через портал, а то я бы позвонил еще одному товарищу во Внешнем Мире.
  
  Кэно, который во избежание неприятностей с Соней снова переоделся Черным Священником, внимательно наблюдал за людьми - землянами, внешнемирцами и представителями каких-то еще рас и народов, постепенно собиравшимися в пиршественном зале. Тэра выглядит просто шикарно - и не узнать: вместо строгой военной формы на ней дорогое вечернее платье из алого шелка, на темных волосах золотая диадема с розоватым жемчугом, на ногах - красные бархатные туфли на небольшом каблуке, не иначе как все-таки пытается произвести должное впечатление на хозяина турнира. Рутай одет в длинную - почти до щиколоток - черную тунику без пояса, расшитую по вороту, подолу и рукавам металлическими нитями; смотрится эффектно, пусть и не очень ему идет, он в таком наряде выглядит слишком худым. Девушка в зеленом шелковом платье с такими же, как у Шэнга, глазами и длинными волнистыми волосами - это, судя по всему, Сариллайн; за руку она держит девочку-подростка в джинсовом сарафане - это, видимо, ее младшая сестренка Маи. Мелкая выглядит не слишком довольной: ее никто не пустит смотреть собственно сам мордобой, максимум, что ей светит - присутствие на торжественном открытии турнира, но такому ребенку, как она, там и в самом деле не место. Еще две девушки-внешнемирки в нарядных платьях рядом с сестрами - одна в темном сине-зеленом, другая в сиреневом - это наверняка Эрлэй и Аунэдис, только непонятно, кто именно из них кто. Та, что в сине-зеленом, особенно красивая, вот бы с такой поближе познакомиться... хотя если это и в самом деле дочь Шэнга, об этом нечего и мечтать, безродный сирота и к тому же глава банды - человек однозначно не ее круга и социального слоя. Двое высоких парней в этой компании - однозначно Ави и Джастин, причем понять, кто из братьев кто, очень просто: у Ави на шее висит медальон из серебристого металла на длинной цепочке - силуэт дракона в круге. Наверное, Эсмене все же прав в его отношении: у юноши надменное жестокое лицо - разительный контраст с младшим братом: тот выглядит совершенно спокойным, довольно приветливым и даже чуть заметно улыбается. Его давние знакомые-ниндзя - Би-Хань и Ханзо Хасаши - облачены в свои боевые костюмы: интересно, как они будут есть в масках - или все-таки их снимут? Сам Эсмене остался в прежней одежде - потрепанном льняном кардигане и простых брюках; по его виду было нетрудно догадаться, что предстоящее торжество его отнюдь не радует. Соня Блейд, кажется, нашла себе новых товарищей - рядом с ней знаменитый американский актер Джонни Кейдж, которого тоже пригласили участвовать в турнире, олимпийский чемпион по каратэ Арт Лин и еще какой-то молодой человек азиатской наружности, вероятно, это и есть Лю Канг. Что ж, может быть, общение с другими Избранными ее хоть как-то отвлечет от мыслей о старом враге... хотя Кэно все равно не слишком горел желанием идти на празднество вместе со всеми: Рутай вон явно не горит желанием сидеть вместе с королем преступного мира за одним столом, а Соня наверняка только и мечтает открутить недругу голову.
  
  Вскоре к нему подошел Шэнг Цунг.
  
  - Ну что, идем, нам пора, - улыбнулся он, но Кэно, в отличие от Эсмене, не сдвинулся с места.
  
  - А можно мне за дверью постоять? Честно говоря, хозяин, мне не очень удобно так вот себя вести... как будто я... короче, если Соня меня увидит, она ж прямо на пиру на этом драку устроит, и мне как-то не очень хочется портить вам праздник, а я ведь действительно все испоганю, если там появлюсь.
  
  О подслушанном разговоре Шэнга с Рутаем он, разумеется, деликатно умолчал - хозяину об этом знать вовсе не обязательно, сейчас и без того ситуация сложная, и незачем зря его расстраивать и провоцировать возможный конфликт. В конце концов, они с племянником Императора не ругаются, друг с другом вежливы и приветливы, сражаются на одной стороне за общее дело, а лучшими друзьями становиться отнюдь не обязаны. Все нормально - ну и хрен с ним, благо Рутай ни к кому не докапывается.
  
  - Кэно, перестань, - успокоил его Шэнг. - Иди и садись со всеми за стол, а чтобы Соня к тебе не прикопалась, так не снимай капюшон до конца вечера. Из тебя вышел прекрасный Черный Священник, не знал бы, кто прячется под этим балахоном - в жизни бы не догадался, - хозяин турнира показал своему слуге одобрительный жест.
  
  В этот момент мимо них прошествовали Рейден с Веньяном.
  
  - Приветствую тебя, Шэнг Цунг, - ехидным тоном протянул бог грома. - Вижу, все уже собрались: и Эсмене, и Рутай, и Тарсонис, и из Внешнего Мира тут гости прибыли, но где твой новый одноглазый подручный? Боишься пускать его на званый вечер? Правильно боишься, честно говоря, я вообще с трудом себе представляю, в каком помойном баке ты его откопал и зачем он тебе нужен.
  
  Кэно похолодел. Бля, если этот хер в шляпе что-нибудь пронюхает, так сдаст его Соне с потрохами, и тогда мордобоя не избежать, а до официального начала турнира это вроде как запрещено... ему вовсе не хотелось, чтобы у него самого и его новых знакомых были неприятности.
  
  - Мне кажется, что драться он совершенно не умеет и знает только два приема - ногой в челюсть и арматуриной от всей души, - продолжал протектор Земного Мира. - Вести себя за столом наверняка тоже не умеет, а поэтому пусть посидит где-нибудь в своей комнате, в кои-то веки раз ты принял правильное решение. Ты, конечно, не звал меня на открытие турнира, но мы с Веньяном и не пойдем. У нас есть другие, более важные дела, - с явным превосходством в голосе завершил он свой пламенный спич и, развернувшись, тут же куда-то удалился вместе со своим гардеробоподобным спутником, которого он не удосужился даже представить хозяину турнира.
  
  - Вали, - прошипел ему вслед Эсмене, - будешь ты тут Шэнгу указывать, кого на службу нанимать, а кого нет, придурок. Тебя не спросили, без твоих ценных советов никто ни разу не обошелся.
  
  Он изобразил своему недругу в спину неприличный жест. Кэно повесил голову: теперь и этот туда же, недаром они с Рутаем родственники. Нет, он однозначно не по себе сук срубил: все же королю преступного мира и в самом деле не пристало сидеть за одним столом со всякими внешнемирскими сановниками и тем более с родичем самого Императора. И вообще ему здесь не место, но раз уж подписался на эту работу - придется держать слово и выполнять, что пообещал.
  
  От Шэнга, похоже, не укрылось настроение подручного.
  
  - Кэно, не обращай внимания на эту мразь. Это мой дом, и мне решать, кто придет на устроенное мной празднество и кто должен мне служить. Пойдем в зал, садись за стол, ешь, пей, радуйся жизни - от себя обещаю, что все будет очень вкусно и на высшем уровне. Капюшон просто, как мы условились, не снимай, чтобы Соня драку не устроила.
  
  - Шэнг прав, из тебя вышел классный Черный Священник, даже Рейден ничего не просек, - поддержал его Эсмене. - Пошли жрать лобстеров, обожаю морепродукты. По правде говоря, я в свое время на открытии первой в моей жизни Смертельной Битвы только нормальную человеческую еду и попробовал, а то в Храме Света кормили такой дрянью, что и свинья побрезгует, - скривился он.
  
  Пока гости и участники турнира устраивались за накрытыми столами, Рейден и его новый знакомый Веньян обсуждали в сторонке свой новый замысел.
  
  - Тьен сказал мне вот какую вещь, - проговорил амбал, попыхивая очередной сигарой. - Он подозревает, что ваш племянник Рутай постоянно следит за вами, скорее всего - по прямому приказу Шэнг Цунга.
  
  - Да я в курсе, - ответил бог грома.
  
  - В курсе и ничего не делаешь?! - Веньян едва не выронил сигару. - Так вот, от потенциальной угрозы надо избавляться.
  
  - Ты решил его убить? Это могут засчитать как нарушение пра...
  
  - Забудь про правила, - оборвал его громила. - Я не предлагаю убивать твоего родственника при помощи грубой силы и оружия. Это и в самом деле может быть засчитано как нарушение правил. Однако есть и другие способы. Наверняка ты слышал о том, что недавно случилось в Египте?
  
  - А что случилось в Египте? - тупо хлопал глазами Рейден.
  
  - А в Египте не так давно случилась неприятность - вся страна в шоке, полиция бессильно разводит руками, к расследованию этого дела по просьбе египетских коллег приступили также представители правоохранительных органов других стран, но оно зашло в тупик. Знаменитый египтолог, профессор Лейла аль-Махри и ее муж Амир погибли при невыясненных обстоятельствах, в газетах и по телевидению сообщили, что их смерть однозначно была насильственной - обоих застрелили из пистолета с глушителем. Незадолго до этого профессор аль-Махри и ее помощники обнаружили в гробнице превосходно сохранившуюся мумию знатного человека. После смерти нашей великой ученой мумия тоже пропала бесследно. Некоторый процент тушки этого древнего египтянина и сейчас у меня с собой, - Веньян выразительно похлопал себя по карману, криво ухмыльнувшись.
  
  - Так это ты ее спер? - изумился Рейден.
  
  - Да. Твой любящий брат Тьен много размышлял над тем, как извести Рутая без помощи оружия или кулаков, и в итоге мы нашли в одном древнем манускрипте подробное описание некоего ритуала, для которого требуется мертвое человеческое тело - высушенное и истолченное в порошок вместе с костями, мумия вполне подойдет. Когда по всем каналам показали госпожу аль-Махри и ее аспирантов рядом с находкой, я сразу решил, что это наш счастливый шанс, и как-то вечером наведался в институт, где египтянка исследовала своего древнего соотечественника. Поначалу я попытался уговорить эту даму по-хорошему и предложил ей приличную сумму в валюте, на которую и она сама, и ее дети, и даже внуки и правнуки смогут безбедно прожить всю жизнь, но Лейла аль-Махри категорически отказалась - для нее наука важнее денег. В этот момент в институт наведался и ее муж: ох уж эти арабские семьи! Он решил забрать жену после работы и оказался нежелательным свидетелем, более того, встал на ее сторону, велел мне убираться и сказал, что такие важные для мировой науки объекты, как эта мумия, не продают кому попало с улицы даже за очень большие деньги и что это открытие - дело всей жизни его супруги. Мне пришлось устранить обоих - видят Старшие Боги, я не хотел этого, но парочка египтян сама же начала ерепениться! Два выстрела, господа аль-Махри мертвы, мумию я забрал, она оказалась вполне годной для ритуала, а потом мы с Тьеном аккуратно истолкли ее в порошок. Теперь мы можем избавиться и от вашего племянника - все совершенно безопасно: никакой драки, поножовщины, ран, сломанных костей и прочих следов - один маленький ритуальчик, никто ничего не заметит, мы сейчас просто тихонечко проберемся в покои к Рутаю, благо я уже выяснил, где он тут обитает, проведем всю процедуру и тихо уйдем. Наутро твой родственник будет уже мертв.
  
  - А если...
  
  - Не переживай, никто нас не заподозрит, - вкрадчивым голосом произнес Веньян и положил руку на плечо Рейдену. - Где ты видел, чтобы представители сил света и добра пользовались черной магией? Нигде? Вот то-то и оно, а на нет и суда нет. Помнишь Крию и Ворпакс? Опять найдут крайнего среди тех, кто на одной стороне с Императором, и спишут все на него либо на их внутренние разборки. Идем, я тебе объясню поподробнее, как и что нам следует делать, и молись, чтобы все прошло удачно.
  
  ***
  
  Кэно не пожалел о том, что все же согласился присутствовать на торжестве: к столу были поданы самые что ни на есть изысканные блюда на любой вкус, и гости с аппетитом приступили к трапезе. Эсмене сел рядом с Кэно и Рутаем и приветственно помахал рукой какому-то высокому светловолосому мужчине в белой рубашке, который давал указания воинам в масках и широких брюках, стоявшим по всему периметру зала. Экс-чемпион пояснил, что это и есть Сиро, глава клана 'Черная Орхидея', со своими людьми; по словам Эсмене, его товарищ приготовил для этого вечера что-то грандиозное и однозначно решил потрясти Избранных неким удивительным зрелищем.
  
  Бандит с наслаждением принялся за еду, благо было из чего выбирать: жареная утка, начиненная яблоками, апельсинами и мандаринами, лосось в сливочно-икорном соусе, молочный поросенок на вертеле, шашлычки из морепродуктов, огромные креветки с чесночной подливкой и прочие кулинарные шедевры. Он здорово проголодался и чувствовал, что никак не может наесться - неудивительно, последний раз он ел только булочки с клубникой ранним утром. В капюшоне сидеть за столом было не слишком удобно, но он как-то приноровился, и непривычная одежда даже не слишком ему мешала. Саб-Зиро и Скорпион почему-то не участвовали в общем пиршестве, недвижно стоя в противоположных углах зала, словно каменные изваяния. Избранные тоже с удовольствием пробовали разные блюда, радуясь возможности наконец-то поесть, хотя выглядели довольно-таки напряженными и настороженными. Соня постоянно искала взглядом в зале своего врага, Лю Канг косился в сторону тех столов, за которыми сидели внешнемирцы, а Джонни Кейдж разговорился с каким-то высоким широкоплечим тайцем, сидевшим справа от него. Бедняга давно занимался кикбоксингом, получил персональное приглашение на Смертельную Битву заказным письмом по почте и тоже очень жестоко обманулся, будучи абсолютно уверенным в том, что едет на обычное спортивное состязание.
  
  - А ко мне приперся какой-то тип, как две капли воды похожий на моего учителя, мастера Бойда, - говорил актер своему новому знакомому. - Я и решил, что это он и есть, их же не отличить было. Он сказал: поезжай на небольшой турнир, пригодится для твоей карьеры. Это уж точно, пригодится - труп карьеру не делает.
  
  - Влипли мы, ребята, влипли, - поддержал его Арт Лин. - Хотя мы сами виноваты: внимательней надо изучать всякие заманчивые предложения.
  
  - С другой стороны, - возразил Пхакпхум, тайский кикбоксер, - если все обстоит именно так, как вы говорите, то другого выхода у нас просто нет. Мы, конечно, могли бы и отказаться, зная, как на самом деле все выйдет, но отдать свою родину на растерзание врагам из параллельной вселенной? Это как-то совсем не по-мужски и не по-человечески. Можно отсидеться в стороне, надеясь, что беда тебя обойдет и тебя не тронут, но я не считаю, что это правильно. Поэтому если уж обстоятельства так сложились и мы избраны высшими силами для защиты Земли - будем драться. У меня, между прочим, семья и дети, и я не собираюсь просто так опустить руки и оставить их на растерзание внешнемирцам.
  
  - Согласен, - хмуро ответил Лю Канг.
  
  В самый разгар пиршества в зале появился Шэнг Цунг. Он поднялся на возвышение прямо напротив накрытых столов и, поклонившись всем собравшимся, начал произносить приветственную речь.
  
  - Добро пожаловать, уважаемые гости и участники турнира! Я очень рад видеть всех вас сегодня на его торжественном открытии. Вы собрались здесь, чтобы состязаться в Смертельной Битве. Завтра утром великий турнир начнется. Кто-то из вас будет удостоен высшей чести и удовольствия сразиться с нашим чемпионом - знаменитым и прославленным принцем Горо. Все вы являетесь свидетелями одного из поворотных моментов в истории вашей планеты, который наверняка станет величайшим из всех. Пока же - наслаждайтесь этим вечером так, как если бы он был последним в вашей жизни. Надеюсь, что все вы хорошо устроились, довольны своими комнатами и угощением. Чуть позже мы продемонстрируем вам нечто вроде генеральной репетиции того, в чем вам предстоит принять участие, а сейчас вы можете продолжить трапезу.
  
  Еще раз поклонившись, Шэнг сел за стол рядом с Кэно, Эсмене и Рутаем - ему тоже хотелось немного перекусить и поговорить с соратниками. Наставник Храма Света тоже приперся на пиршество и плюхнулся на скамью рядом с Лю Кангом и его новыми друзьями, но закусывал мало, хватил на дармовщинку лишнего и быстро сполз под стол, громко похрапывая.
  
  Когда гости достаточно наелись, находившиеся в зале люди в масках во главе с Саб-Зиро и еще каким-то незнакомым Избранным высоким человеком быстро и аккуратно сдвинули в сторону все столы. Участники пиршества выстроились вдоль стен; светловолосый предводитель воинов в масках увидел спящего под столом Хуй Я. С брезгливо-ироничной ухмылкой он посмотрел на наставника Храма и носком сапога несколько раз потыкал его в бок. Тот и не подумал хоть как-то среагировать и продолжал храпеть, и тогда светловолосый ногой небрежно откатил его в сторону, словно большой бочонок - прихвостень Тьена даже не проснулся. Затем высокий мужчина сделал знак рукой, и его подручные в масках мигом выстроились посреди пиршественного зала в два ряда лицом друг к другу, после чего один из них вышел вперед и остановился метрах в пяти от Саб-Зиро.
  
  - Итак, многоуважаемые гости, - слегка поклонился светловолосый, - хозяин турнира уже имел честь объявить вам о том, что вскоре вам будет продемонстрирована генеральная репетиция предстоящего состязания. Этот момент настал. Прошу минуту вашего внимания, после чего вы сможете пойти отдыхать.
  
  Воин в маске взмахнул руками, подпрыгнул и, выставив правую ногу вперед, попытался напасть на Саб-Зиро. Однако опытный ниндзя мгновенно заморозил своего противника еще до того, как тот успел нанести хотя бы один удар, и его враг, превратившись в гигантский кусок льда, упал к ногам светловолосого и раскололся на много частей. Голова убитого, похожая на грязную мороженую свеклу, откатилась в сторону.
  
  - За что вы его так? - удивленно шепнул Кэно стоявшему рядом с ним Эсмене. - Натворил чего, что ли?
  
  Экс-чемпион только коротко кивнул.
  
  - Это один из ребят Сиро, здорово проштрафился, ну мы и дали ему возможность умереть с честью. Потом объясню.
  
  - Чистая победа, - торжественно произнес Шэнг Цунг. - Торжественная часть окончена. Я объявляю великий турнир открытым.
  
  Обескураженные увиденным воины Земного Мира, обеспокоенно перешептываясь, стали выходить из зала. Лю Канг тоже торопливо направился к выходу.
  
  Арт Лин решил идти в свою комнату отсыпаться перед предстоящим турниром, однако Джонни быстро догнал уходящего товарища - кто бы мог подумать, что он так быстро подружится с человеком, который утопил его чемодан.
  
  - Куда ты идешь? - обеспокоенно спросил он.
  
  - За Шэнг Цунгом.
  
  - Ты не можешь идти за ним. Не помнишь, что ли, что сказал Рейден? Ну ты и упрямый, черт возьми! На тот свет попасть не терпится? - Джонни схватил своего нового приятеля за рукав рубашки.
  
  Лю нерешительно остановился.
  
  - Я же не собираюсь с ним драться. Я только хотел посмотреть, что...
  
  Тут к обоим Избранным подошла Соня - вид у нее был довольно рассерженный.
  
  - Мне-то он ничего не говорил, - решительно произнесла она. - Шэнг Цунг знает, где прячется Кэно, и я намерена снова задать ему этот вопрос либо просто проследить за ним и выяснить, куда подевался этот одноглазый подонок.
  
  С этими словами она двинулась дальше - прежде, чем ее новые друзья успели что-то возразить. Джонни произнес, глядя ей вслед:
  
  - Ты знаешь, Лю, ею можно восхищаться. Уж если ей что-то в голову взбредет...
  
  - Да ты не упрямством ее восхищаешься, - заметил Лю. - Однако я полагаю, что нам не стоит оставлять ее одну. Соня, безусловно, очень смелая девушка, но я достаточно наслышан о выходках проклятого Шэнг Цунга. К сожалению, с женщинами он по жизни обходился отнюдь не как порядочный джентльмен - жертв бесчестия этого негодяя можно исчислять десятками. Поэтому мы будем следить за Шэнг Цунгом вместе с ней и постараемся не вляпаться в неприятности.
  
  Лю и Джонни быстро пошли за Соней по коридорам дворца. Пространство, казалось, было подвержено сильному искривлению не только на острове, но и внутри здания. Лестницы, которые издалека казались ведущими на верхние этажи, на самом деле спускались на нижние, а поворот за угол в действительности оказывался тупиком. В одном из проходов Избранные увидели на стене тень громадного существа с четырьмя руками и услышали страшное свирепое рычание. Тут они снова наткнулись на Соню - она выглядела по-прежнему довольно рассерженной.
  
  - Сколько раз говорить? Мне не нужна ваша помощь. Я сама справлюсь. У меня свои дела и своя работа, а у вас свои!
  
  - Тут ничего не поделаешь: помогать женщинам - это мужская обязанность, - съехидничал Джонни. - И вообще, что на тебя нашло? Я думал, что мы с тобой неплохо поладили, а ты снова на нас из-за чего-то злишься! Ничего не понимаю!
  
  - Куда ты идешь? - снова спросил Соню обеспокоенный Лю Канг: Избранного совсем не устраивала перспектива увидеть свою новую знакомую очередной жертвой бессовестного черного мага.
  
  - Я же сказала - за Шэнг Цунгом! И я работаю одна!
  
  - Да что на тебя нашло? Объясни, в конце концов! - обратился к ней актер.
  
  - Нет! - возмутился Лю. - Шэнг Цунг мой! Ты можешь сколько угодно расспрашивать его о Кэно, но драться с ним буду я и только я. В конце концов, Кэно убил твоего напарника, а этот выродок - моего младшего брата.
  
  - Слушайте, - попытался успокоить своих новых приятелей Джонни, - почему бы нам не выкинуть на время из головы этого Шэнг Цунга? Вон Арт Лин - нормальный мужик, взял да спать пошел. 'Унесенных ветром' читали? 'Я подумаю об этом завтра', помните? Вот давайте и мы так поступим - сейчас разойдемся по кроватям, а завтра на свежую голову и решим, что делать и как нам быть.
  
  - Что ты говоришь? Выкинуть? - не переставала возмущаться Соня. - Ты что - не видел, что там, в зале, только что произошло? Этот парень в маске был убит у нас на глазах ни за что ни про что! Я собираюсь разобраться в этом!
  
  - Ты что - рехнулась? - в один голос воскликнули Джонни и Лю.
  
  За их спинами снова послышалось рычание.
  
  - Соня, ты иди, узнай, что это было, а мы с Лю подождем тебя здесь, - решил пошутить над своей самоуверенной приятельницей киноактер.
  
  - Чего?
  
  - Так, ребята, давайте серьезно и вообще - успокойтесь же, наконец, - настоятельно сказал Джонни Кейдж.
  
  Лю несколько раз глубоко вздохнул, чтобы прийти в себя.
  
  - Соня, ты меня уж прости, мне не очень удобно тебе такое говорить, потому что ты все-таки женщина, но я должен сказать... именно потому, что ты женщина, - смущенно произнес Лю. - Арт тоже заметил, что Шэнг Цунг на тебя глаз положил. Так вот, я в Храме Света... когда я там жил, я читал и слушал наши легенды, и там про этого негодяя тоже много чего говорилось, в том числе и про его отношения с прекрасным полом. Они у него, - молодой воин залился краской, ему было неудобно рассказывать девушке столь неприличные, с его точки зрения вещи, - ну, в общем, сводятся к удовлетворению всяких грязных потребностей в обычной и извращенной форме, при этом согласие самих женщин во внимание не принимается. Одной, как люди поговаривают, он вообще долгое время пользовался как хотел и делал с ней все, что подсказывала ему фантазия, а потом попросту взял и убил. Извини, пожалуйста, еще раз за такие непристойности, но я должен тебя предупредить, потому что не хочу, чтобы с тобой такое случилось. Держись от этого чудовища подальше, а если начнет руки распускать или что еще - мы с Джонни уже пообещали тебя защищать. Я уже понял, что ты этого не любишь, - добавил он, предугадывая возмущение Сони, - но тут ситуация достаточно серьезная и более чем неприятная.
  
  Девушка поежилась. Разумеется, она многократно слышала в новостях о преступлениях против чужой интимной неприкосновенности и даже несколько раз по долгу службы принимала участие в операциях против современных рабовладельцев и маньяков, но ей никогда в голову не приходила мысль о том, что она сама может оказаться в похожей ситуации. Один безумный извращенец держал в своем доме взаперти шестнадцатилетнюю школьницу, которая уже три года как считалась пропавшей без вести и была освобождена только благодаря бдительности некоей пожилой дамы, жившей на той же улице и заметившей, что одинокий мужчина покупает то какие-то молодежные вещи, то прокладки. Из-за постоянного жестокого насилия девушка совершенно помешалась и была помещена в клинику. Другой монстр в человеческом обличье продавал собственного несовершеннолетнего сына для утех богатым сластолюбцам. Во всех этих случаях Соня, конечно, искренне сочувствовала пострадавшим, однако даже не могла себе представить, каково это было бы - вдруг оказаться на их месте. Теперь же у нее самой дела просто замечательно - ее принуждает к сожительству жуткий монстр, который собирается поработить Вселенную. Вернее, пока что еще не принуждает, но наверняка намеревается и все только к этому и идет.
  
  - Ладно, так уж и быть, защищайте, - согласилась она. - Ну что, топаем дальше? Здесь прямо-таки царство неевклидовой геометрии: никак не поймешь, какой коридор куда ведет.
  
  16. Долго за полночь пирушка была
  
  Долго плутавшие по дворцу Избранные в итоге снова оказались у пиршественного зала. Там за заваленным едой столом в резном кресле восседал явно переевший и заметно нетрезвый Кэно, а напротив бандита - здоровенный четырехрукий громила с длинными черными волосами, собранными в хвост посреди не то лысой, не то выбритой до блеска головы.
  
  - Слушай, - обратился к четырехрукому Кэно, - я, например, уважаю честный бой. Это действительно по-мужски, как учил меня мой папаша, а то, что я видел здесь, было не совсем честно. За что они его так? Я как-то не врубился.
  
  Соня подошла к одному из боковых окон зала, выходящих в коридор, и ее заколотило.
  
  - Кэно. Это и есть тот человек, про которого я вам говорила, и...
  
  - Забудь хотя бы на время о Кэно, - перебил ее Джонни. - Кто второй? В этом мужике с четырьмя руками не меньше восьми футов роста, а весит он наверняка центнеров пять. Это что-то невероятное!
  
  Полупьяный бандит продолжал вдохновенно разглагольствовать, размахивая полуобглоданной утиной ножкой.
  
  - Он заморозил его, и тот взорвался! Все его потроха я видел, все! Я чуть всю жратву нафиг обратно не вернул! Здравствуй, ужин, давно не виделись! Охуеть можно, бля!
  
  Четырехрукий проговорил глухим низким голосом:
  
  - Отвратительно.
  
  - Кроме того, у меня тут накопилась целая куча вопросов, - глава 'Черного Дракона' отхлебнул вино из серебряного бокала. - Если этот Шэнг Цунг такой великий воин, то почему у него такая паршивая лодка? Вообще у меня от этого типа мурашки по коже. 'Наслаждайтесь этим вечером!'. И какого хуя я подписался на эту работу? Что-то мне уже нехорошо стало. Хотя мне все равно деваться было больше некуда.
  
  На глуповатой роже четырехрукого отразилось некое подобие возмущения. Хмель явно развязал его собеседнику язык, и теперь Кэно, пользуясь тем, что больше никто его не слышит, выдавал своему новому знакомому прямым текстом все, что думает.
  
  - В том, чтобы внушать страх, и заключаются его намерения. Шэнг Цунг - прославленный чародей, и он использует свою мудрость во благо себе. Тот, кто испытывает его силу, становится его рабом! - с явной злостью пророкотал гигант, вперившись в собеседника грозным взглядом.
  
  - Да? Что-то ты заливаешь, - безо всякого уважения ответил бандит. - Почему же тогда я никого из них здесь не вижу?
  
  - Идиот! - громко возмутился четырехрукий. - Ничего-то ты не знаешь! Шэнг порабощает души, он научился черной магии у самого Императора!
  
  - А ты вроде тоже монаршая особа, да?
  
  - Я - Горо, генерал армии Внешнего Мира и принц подземного королевства шоканов! - проорал собеседник бандита.
  
  - Подземного? Это что-то типа подземелья, да? Так, что ли? - принялся насмехаться над ним пьяный Кэно.
  
  - Да, что-то типа этого, - четырехрукий гигант явно не уловил иронии в голосе бандита и решил, что тот на полном серьезе не понимает, что такое подземелье.
  
  - Ты знаешь, я тоже своего рода начальник подземного мира... ну, то есть там, у себя дома, - глава 'Черного Дракона' бросил в тарелку обглоданную кость.
  
  - Как повезло тем, кто у тебя там, дома! - неожиданно раздался голос в зале. Кэно и Горо обернулись и увидели Шэнг Цунга, бесшумно спускавшегося по лестнице. Бандит тут же немного протрезвел и сильно испугался: а что, если хозяин ненароком услышал все, что он тут плел этому громиле - в том числе про паршивую лодку, ну и прочую чушь, что он типа как своего работодателя боится... Хотя... он же на работу нанялся, а не в рабство продался, а потому, если что, вправе забрать отработанное бабло и свалить.
  
  - Это правда, принц Горо, - с сарказмом подтвердил черный маг. - Кстати, где Рутай? Я его на пять минут отпустил! Он мне нужен! Его только за смертью посылать!
  
  - Ну почему вашим доверенным лицом и правой рукой должен был оказаться этот позорного вида кретин? - принялся сокрушаться шокан, проигнорировав вопрос Шэнга и бесцеремонно тыча пальцем в Кэно. - Посмотрите на него! Ни достоинства, ни манер! А ведь в Земном Мире такой человек, как он, может накопить огромное состояние и иметь почти божественную власть. Форменное безобразие! Где вы откопали этого типа? Он вообще знает какие-нибудь еще слова, кроме матерных?
  
  Джонни Кейдж обратил внимание на то, что на руках у внешнемирского мутанта по три пальца, а не по пять, как у обычных людей.
  
  Кэно тем временем собрался с духом и решил все же честно признаться в том, что хочет свалить восвояси, благо вино придало ему храбрости. В коллектив он все-таки не вписался, Рутай его презирает, Горо тоже, Император - натуральный психопат из дурдома, Шэнг тоже какой-то загадочный и непредсказуемый, единственный, с кем он более-менее нашел общий язык - это Эсмене, короче, надо попробовать забрать отработанное и скрыться где-нибудь в Земном Мире подальше от людских глаз. Впрочем, ему и аванса на безбедную жизнь надолго хватит.
  
  - Да, и я как можно скорее хотел бы вернуться к своему накоплению, если вы не возражаете, - нерешительно произнес бандит. - К сожалению... простите меня, милорд, но я все же... я понял, что принял не совсем верное решение, согласившись работать на вас, и хотел бы расторгнуть наш договор... надеюсь, что он не без права расторжения, - он старался аккуратно подбирать фразы. - Когда мне заплатят? Я заберу свои деньги, если надо - дам подписку о неразглашении, и вы меня больше никогда не увидите.
  
  Шэнг Цунг не выказал ни малейшего удивления и не стал задавать никаких дополнительных вопросов - казалось, он как будто заранее знал, что именно скажет Кэно.
  
  - Разумеется, как пожелаешь, - великодушно ответил он. - Никаких подписок не надо, я уверен в том, что ты человек умный и что ты и без того прекрасно знаешь, где и кому что можно рассказывать, а что нет. Насчет денег: их ты получишь после того, как ты сразишься с Соней Блейд.
  
  Глава 'Черного Дракона' слегка оживился.
  
  - Есть один нюанс, - пояснил Шэнг. - Убивать ее нельзя. Калечить или серьезно травмировать - тоже. Помни о том, что она по мере возможности вообще не должна быть ранена - просто унижена. Надеюсь на твою победу. Можешь представить себе, как больно это ударит по самолюбию Сони, особенно если принять во внимание ее отношение к тебе. У меня свои планы относительно этой красавицы, - с мрачной улыбкой добавил Шэнг Цунг.
  
  - Почему мы удостоились вашего высочайшего визита? - поинтересовался несколько растерявшийся Горо.
  
  - Я пришел предупредить тебя о том, что в турнире участвует новый протеже Рейдена и потомок Великого Кунг Лао - Лю Канг. Будь поосторожней.
  
  - Я видел этого Лю. Он мне не страшен! - высокомерно ответил шоканский принц.
  
  -Сейчас не время для дурацкой гордыни! - выкрикнул Шэнг Цунг, при этом в его голосе Избранным почудилась смесь тревоги и отчаяния: неужели их враг все же не так уж и уверен в успехе? - Мы еще никогда не были так близки к абсолютной победе! Именно поэтому я пришел предупредить тебя и о другой опасности. Принцесса Китана.
  
  - Приемная дочь Императора? При чем здесь она? - на глупой физиономии принца отразилось искреннее недоумение.
  
  - Ей десять тысяч лет, и она - законная наследница эденийского трона. Ты это прекрасно знаешь. Ей нельзя дать объединиться с подручными Рейдена. Тем более она не должна общаться с Лю Кангом.
  
  Удивленный Джонни тихо спросил Лю:
  
  - А чего в тебе такого особенного?
  
  - Не знаю, - пожал плечами Лю Канг, однако в душе его затеплился огонек надежды: неужели его товарищ все же был прав и прекрасная девушка, которая к тому же еще и принцесса, и в самом деле к нему неравнодушна?
  
  - Император не вынесет поражения, и я... тоже! - продолжал тем временем Шэнг с явной злостью.
  
  - Я не допущу поражения! - заорал Горо на весь зал.
  
  - Пошли отсюда, - тихо шепнул Лю Соне и Джонни, и Избранные скрылись в глубине коридора. Шэнг Цунг услышал шорох и насторожился.
  
  - Что там? В чем дело? - всполошились Кэно и Горо.
  
  - Мы не одни, - произнес черный маг, указывая на выход. Он сделал знак рукой охраннику в маске, и тот быстро бросился за воинами Земного Мира. - Наглые, однако. Эсмене все же прав: в его времена Избранные себе такого не позволяли.
  
  Он снова перевел взгляд на главу 'Черного Дракона'.
  
  - Ты волен в своем решении, Кэно, хочешь уйти от нас - иди, мы не собираемся держать тебя силой. Выполни то, о чем я тебя попросил, и ты свободен. А сейчас... ты как, совсем нетрезвый или на ногах удержишься?
  
  - Удержусь, - с явным облегчением сказал бандит.
  
  - Тогда сбегай за Рутаем, не знаю, чем он там занимается, но мне срочно необходимо с ним поговорить.
  
  Кэно поднялся из-за стола.
  
  - Конечно, хозяин.
  
  - Скажи ему, чтобы немедленно ко мне пришел, я буду у себя в кабинете, - совершенно бесстрастным тоном добавил Шэнг.
  
  Как только бандит покинул зал, черный маг принялся отчитывать шоканского принца.
  
  - Видишь, что ты натворил? - возмущенно сказал Шэнг. - Сначала Рутай, теперь ты, вы что, язык за зубами держать не умеете? Вы решили оставить меня без моего верного подручного? Ты считаешь для себя возможным указывать мне, кого брать, а кого не брать к себе на службу? Запомни одну важную вещь: если ты еще раз позволишь себе разговаривать с Кэно подобным тоном и открыто его оскорблять - вылетишь отсюда первым. Он, конечно, имеет право меня покинуть, но я все же надеюсь, что это он в сердцах после ваших слов и потом передумает. В любом случае: не надо так себя вести с окружающими и демонстрировать им свое пренебрежение.
  
  Горо с глуповатой извиняющейся улыбкой смотрел на хозяина турнира, словно провинившийся школьник на строгого директора, и покорно кивал.
  
  - Хорошо, хорошо, как скажете... Мне он не нравится, но если вы считаете иначе...
  
  - Да, я считаю иначе, - жестко ответил Шэнг Цунг; он, конечно, блефовал, пригрозив Горо выгнать его вон, поскольку просто не имел на это права, но шоканский принц не блистал умом и вряд ли мог просчитать и раскусить его тонкую манипуляцию. - Посему будь добр держать свое мнение при себе и уж тем паче не высказывать его Кэно, а желательно - вообще извинись.
  
  Четырехрукий снова виновато забормотал какие-то оправдания.
  
  17. Перепутье
  
  После еще пятнадцати минут блужданий по дворцу Избранные забрели в какую-то замусоренную комнатку.
  
  - Что-то я не помню, чтобы мы здесь проходили, - сказал удивленный и слегка испуганный Джонни. Ему все происходящее однозначно не нравилось.
  
  Лю Канг заметил в темноте соседнего коридора огонек факела и, приглядевшись, увидел в его неровном свете женский силуэт. Похоже, это была та самая девушка, которая так ему понравилась по прибытии на остров...
  
  - Это Китана! - воскликнул он. - Она пытается помочь нам!
  
  - Что, на свидание потянуло? - съехидничал актер; он сильно нервничал и пытался скрыть свое волнение за шуткой.
  
  - Пошли, она пытается вывести нас отсюда, - уверенно сказал его товарищ.
  
  - Забудь о ней, ей же десять тысяч лет! - удивился Джонни.
  
  - Ну и что? - выкрикнул Лю и пошел на свет факела. - Мне важно выбраться отсюда, а не выяснять, много или мало лет тому, кто мне помогает! Мы же тут заблудимся, вы же сами прекрасно видите, что тут за искаженное пространство!
  
  Соня и Джонни пожали плечами и последовали за ним.
  
  Весь коридор оказался затянут какой-то на удивление плотной паутиной - разорвать ее было достаточно сложно, на ощупь она была как крепдешин или ситец, и троим Избранным казалось, будто под их пальцами рвется самая настоящая ткань. Внезапно из какой-то ниши выскочила уже знакомая воинам Земли ящерица, которую Избранные приняли по прибытии за статую, плюнула Лю Кангу в лицо какой-то гадостью и удрала в неизвестном направлении. Молодой воин вытер лицо рукавом рубашки и увидел рядом обеспокоенных товарищей.
  
  - Что случилось?
  
  - Здесь что-то есть. По-моему, оно следит за принцессой Китаной. Проклятье, эта дрянь в меня чем-то плюнула, глаза щиплет, как будто я лук резал, - Лю зажмурился, по щекам его потекли слезы.
  
  - Где она? - Соня протянула ему носовой платок. - Ты поплачь, глаза как раз промоются, кто знает, что это за мерзость.
  
  - Я не знаю. Не успел разглядеть, куда она скрылась.
  
  - Твою мать, я поначалу решил, что это просто уродливая статуя какого-то динозавра! Что за хрень? Ладно, нам не стоит тут задерживаться. Идем дальше, - сказал Джонни, когда его друг наконец привел себя в порядок, и Избранные пошли по коридору, убирая с дороги паутину, во многих местах натянутую прямо поперек прохода.
  
  - Ты точно знаешь, куда мы идем? - недоверчиво спросила Соня.
  
  - Да, - вполне уверенно ответил киноактер. - Китана пошла в ту сторону. Я чувствую запах ее духов.
  
  Тут Избранные снова вышли к пиршественному залу, в котором теперь стояло лишь несколько неубранных столов. Лю, Соня и Джонни явно ходили по кругу из-за искаженности пространства на острове.
  
  - И куда ты нас завел? - возмутилась девушка. - По-моему, здесь Китана однозначно не проходила, и вообще - мы тут уже были.
  
  Внезапно на лестнице, ведущей в зал с верхних этажей дворца, появилась большая группа весьма агрессивно настроенных воинов в масках с разнообразным холодным оружием в руках - таких Избранные уже видели во время торжества, когда они сдвигали в сторону столы.
  
  - Кажется, у нас компания, - мрачно произнес Джонни.
  
  - Нам вовсе не хотелось бы вам ее составлять, - холодно бросил по-английски один из этих людей, - однако объясните, пожалуйста, что вы делали в пиршественном зале после окончания трапезы и зачем следили за хозяином турнира. Вы обязаны были разойтись по своим комнатам и отдыхать.
  
  - Простите, господа, - возмутился актер, - но мы никому ничем не обязаны. Нас не предупреждали о том, что тут существует некий распорядок дня, и мы не подписывали бумагу, в которой нас уведомляют о том, что ходить в определенные места запрещено. Здесь таблички на стенах не висят.
  
  - Логично, - поддержал его Лю. - Я тут надписей 'Проход закрыт', 'Запретная зона' или что-то в этом духе пока что не видел.
  
  - Вообще-то вы здесь гости, а гостям не положено вести себя столь неподобающим образом, - ответил воин в маске. - Кроме того, мы вас уличили в попытке целенаправленной слежки за представителями Внешнего Мира, поэтому вам придется пройти с нами и все объяснить.
  
  - Объяснить? Да что ты говоришь, может, мне твой хозяин объяснит, почему и за что убил моего младшего брата? - прокричал Лю Канг, одновременно с тем нанося охраннику удар ногой в голову. Второй кинулся на Избранного со стальной алебардой, но тот нокаутировал его быстрым апперкотом. Джонни Кейдж обрушил серию сокрушительных атак на двух других охранников, которые без сознания распростерлись на каменных плитах пола. Еще одного Соня с силой ударила кулаком между глаз, и тот рухнул наземь рядом со своими товарищами. Последний воин в маске бросился на Лю с мечом, но молодой Избранный, подпрыгнув, сильно оттолкнулся ногой от стены, а другой нанес неприятелю сокрушительный удар в грудь.
  
  Воины Земли вздохнули с радостным облегчением: нападающих удалось отделать без особых проблем.
  
  - Вот именно такими они мне и нравятся, - произнес довольный Джонни. - Тупые и страшные. Не так уж оно и сложно.
  
  - Проще простого, - отозвалась Соня.
  
  Неожиданно они увидели, что на ступеньках сидит невесть откуда взявшийся Рейден и одобрительно аплодирует.
  
  - Блестяще, просто блестяще! А теперь покажите мне, что вы собираетесь делать вон с теми ребятами.
  
  В зале внезапно появилась вторая группа агрессоров, перегородившая главный выход. Избранные приготовились отбиваться.
  
  - Нет, - ехидно произнес Рейден. - Я так не думаю. Вы не имеете права нападать на воинов Земли безо всякого повода.
  
  Он взглянул на охранников в масках, и глаза его засияли еще ярче, а по кончикам пальцев пробежали молнии. Враги в нерешительности попятились.
  
  - Я думаю, - улыбнулся он, - вы поймете: это лучший выход из положения. Передайте вашему хозяину, что с гостями так и в самом деле не обращаются.
  
  Рейден сделал знак трем Избранным, и они вместе вышли из зала.
  
  Джонни швырнул одному из врагов вырванный у кого-то в драке железный шест и погрозил удивленно и разочарованно смотрящим на него противникам пальцем.
  
  - Вам еще повезло, что Рейден остановил нас.
  
  Бог грома вывел воинов Земли на смотровую площадку дворца. Поначалу он хотел было сказать Соне, Лю и Джонни, что им все же не стоило лезть подглядывать и подслушивать во избежание лишних проблем, но счел за лучшее промолчать.
  
  - Итак, теперь вы увидели, с чем вам придется встретиться на турнире, - коротко сказал он, ни на кого не глядя.
  
  - Вы имеете в виду Горо и Шэнг Цунга? - спросил актер.
  
  - Шэнг Цунг будет участвовать в турнире? - поинтересовался Лю, чувствуя, как в его душе вновь закипает гнев.
  
  - Если примет такое решение. Как бывший чемпион он имеет на это право, и он намного опаснее Горо. Источник его силы - похищенные им души побежденных воинов. Сражаться с Шэнг Цунгом - это сражаться не с одним человеком, а с целым легионом врагов. Запомните это. Завтра начинается турнир. Будьте готовы.
  
  - Готовы? - поднял брови возмущенный Джонни Кейдж. - Вы уж меня простите, но тут вы что-то загнули. И еще... что вы там про души говорили? Вот с этого места поподробнее, уж будьте так любезны. Я что-то не слишком понял. Похищенные - это в каком смысле?
  
  - В самом прямом, - объяснил товарищу Лю. - Вот, например, он убил какого-нибудь человека. Или кто-то из его подручных кого-то прикончил на турнире. Потом он при помощи своей черной магии забирает у него душу и питается ее энергией, силой, знаниями, воспоминаниями, страхами... я не слишком хорошо разбираюсь во всяком волшебстве, но примерно так, наверное...
  
  - Ну не то чтобы питается, - пояснил протектор Земли, - скорее просто использует.
  
  - Ну да... я читал о Шэнг Цунге в книгах нашего Храма, - продолжил Лю. - Вот он примерно как ресурсы людей и использует. Предположим, у тебя есть машина и есть канистра с бензином. Ты наливаешь в бак бензин и едешь. Так и он пользуется чужой силой и энергией, а что до знаний и воспоминаний - у тебя же дома есть книги на полках или кассеты с дисками. Тебе понадобилась информация - ты открываешь нужную тебе и читаешь или смотришь по видео. Вот и он так же поступает: просто вскрывает память побежденного врага и узнает все, что ему надо.
  
  Джонни поежился.
  
  - Нда... Ну и мерзкий же тип, должен вам сказать! Не хотелось бы, честно говоря, оказаться в числе его жертв.
  
  - Еще какой, - пробурчал Лю, которому в этот момент пришла в голову мысль о том, что внешнемирец сейчас может пользоваться в своих целях душой подло убитого Чена - а ведь тот еще совсем ребенок! Ну ничего, отольются кошке мышкины слезки, мы еще посмотрим, кто кого!
  
  - Скажи, Рейден, а как Шэнг Цунг получил контроль над турниром? - спросила заинтересованная Соня.
  
  Рейден, немного помедлив, принялся разглагольствовать с пафосом:
  
  - Шэнг Цунг - величайший изо всех колдунов Внешнего Мира, по своей силе уступающий лишь Императору. До появления Шэнга на турнире воины обеих сторон не уступали друг другу ни в чем, и никто не имел явного шанса на победу. Император же больше всего на свете желал как можно быстрее захватить Землю, поэтому он сделал хозяином турнира самого могущественного из своих подручных. Шэнг вызывал на поединок самых лучших земных воинов из Храма Ордена Света. Монахи Храма были не только просвещенными людьми, но и превосходными бойцами. Колдун легко победил учеников наставника Храма и в финальном поединке встретился с самим наставником, человеком великого мастерства и мудрости.
  
  Шэнг, совершенствовавший свое черное мастерство в течение многих веков, легко отражал атаки наставника Храма. Казалось, что он может заглядывать в душу человека и узнавать, каким будет его следующее действие. Скоро наставник понял, что Шэнг владеет черной магией и умеет испытывать души, узнавая тайные желания и страхи противника. Наставник попробовал очистить свое сознание, но это его не спасло. Темные силы, находившиеся в распоряжении Шэнга, превосходили мужество и мастерство наставника. Великий турнир изменился навсегда. Отныне Смертельная Битва стала кровавой бойней из-за Земного Мира, хитрость и магия в ней могли перевесить честь и мастерство. Этот печальный день сокрушительного поражения Земли раскрыл один из ужаснейших секретов Шэнг Цунга - способность красть души его побежденных врагов.
  
  - А что он еще может? - решил выяснить Джонни.
  
  - Превращаться примерно на десять секунд в участников турнира и на неограниченное время в людей, души которых он похитил.
  
  - Твою мать, гад какой... Сложно нам будет с ним справиться, - прикусил нижнюю губу киноактер.
  
  Внезапно из-за угла вышла Тэра. Рейден застыл посреди смотровой площадки в виде столба, узрев внешнемирскую женщину-генерала, пусть облаченную и в алое вечернее платье, а не в военную форму. Она посмотрела на протектора Земли так, словно хотела убить его взглядом, как василиск, светящиеся серые глаза ее вспыхнули еще ярче, словно два уголька на ветру.
  
  - Приветствую всех, - с милой улыбкой произнесла она. - Мне надо поговорить с Лю Кангом лично.
  
  Рейден выпучил глаза так, словно его пытались раздавить, и разинул рот. Джонни и Соня встали рядом с товарищем и приготовились его защищать.
  
  - Это о чем? - презрительно фыркнул братец Тьена.
  
  - Успокойтесь, я не собираюсь ни с кем драться, - ответила женщина. - Я еще раз вам объясняю: это просто разговор, а не вызов на поединок.
  
  - Зачем ты пришла? - процедил сквозь зубы Рейден.
  
  - Я уже объяснила, что Шэнг Цунг хочет кое-что сказать Лю, - ледяным голосом бросила Тэра, глядя на протектора Земли с нескрываемым презрением.
  
  - И что же? - противно загнусавил Рейден.
  
  - Я не буду ничего говорить Лю, пока ты и двое остальных не уберетесь ко всем чертям, - разозлилась Тэра. - Вас это дело не касается! Честно говоря, никогда не понимала страсти землян всюду совать свой нос вне зависимости от того, насколько это важно и интересно лично для них.
  
  - Не уйду! - заорал Рейден пронзительным голосом не хуже ирландского привидения-баньши. -Лю, не слушай ее! Не вздумай ей верить! Наверняка это ловушка! В одном из миров, захваченных Императором, есть хорошая пословица: на воду не опирайся, внешнемирцам не доверяйся!
  
  - Лучше все-таки отойдем, - благоразумно сказала воспитанная Соня. В конце концов, Лю сам в состоянии решить, с кем и о чем ему разговаривать и передавать ли это друзьям, он совершеннолетний взрослый человек, а эта женщина вряд ли решится напасть на их товарища прямо здесь в их присутствии.
  
  Лю Канг удивленно смотрел на Тэру и решился что-то произнести только после того, как Рейден, Соня и Джонни отошли за угол.
  
  - И в чем же дело? - только и смог выдохнуть он.
  
  - Шэнг Цунг хочет с тобой поговорить. В том числе и о твоем брате. Можешь не бояться - никто не будет пытаться тебя убить. Если надумаешь - приходи завтра в восемь утра к главной лестнице, по которой вы поднимались, когда прибыли на остров. Турнир начнется в десять, время для беседы у вас будет. Удачи.
  
  С этими словами она быстро удалилась. Когда ее шаги стихли, Соня, Рейден и Джонни вернулись к Лю Кангу.
  
  - Что она от тебя хотела? - спросил друга актер.
  
  - Кто это вообще такая? - насупилась Соня.
  
  - О, - надулся Рейден, - это одна из генералов моего б... то есть моего и вашего заклятого врага - Императора Внешнего Мира. Ее имя Тэра. Доверять ей ни в коем случае нельзя, как и любому другому человеку из той вселенной.
  
  На его счастье, Избранные не заметили оговорки - они были слишком обеспокоены тем, что предстоит им завтра.
  
  Джонни Кейдж хмуро покачал головой.
  
  - На твоем месте, Лю, я бы отказался, - посоветовал ему Рейден, - однако это, разумеется, должно быть твое и только твое решение, потому что в турнире участвуют смертные земляне, а не боги. Помни о том, что жители Внешнего Мира - на редкость коварные создания, и с ними нужно держать ухо востро. Поэтому вы должны быть очень осторожны и внимательны, ловушки могут таиться на каждом шагу.
  
  - Я уверен, что это ловушка, - поддержал его Джонни Кейдж.
  
  - Согласен, - ответил Лю, - разумеется, я откажусь, причем не только из-за того, что враги могут заманить меня в ловушку. У меня нет и не может быть никаких дел и разговоров с подлецами, которые ведут себя столь омерзительным образом, как Шэнг Цунг и его прислужники. Сначала этот отвратительный тип убил моего брата, а теперь желает встречи и хочет все обсудить? Еще чего!
  
  - Я, если честно, до сих пор не уверена в том, что это он убил твоего брата... как мальчика там звали, Чен? - с явным сомнением произнесла Соня. - Привидеться тебе там могло все что угодно, а твой вроде как вещий сон не примет в качестве доказательства ни один суд мира. Поэтому ситуацию, на мой взгляд, надо как-то прояснить. Ходить на эту встречу тебе одному, конечно, опасно, но мне кажется, что ты должен иметь какие-то точные подтверждения вины или невиновности этого Шэнг Цунга, чтобы уже однозначно знать, что делать. А то у меня такое ощущение, что ты вроде бы как всем тут говоришь, будто на турнир приехал за Землю сражаться, а на самом деле у тебя в голове одна только мысль и крутится - отомстить за убийство брата, хотя непонятно, было ли оно на самом деле или нет. Мне вон моя лучшая подруга Мэгги советовала: здравый смысл - прежде всего. Я ее сдуру не послушала: тоже хотела отомстить за напарника, которого убил Кэно. Ну и попала в расставленную моими врагами ловушку.
  
  Рейден стиснул зубы. Только этого еще не хватало, эта девчонка-американка уж слишком много думает! Свалилась тут ему на голову сотрудница правоохранительных органов - доказательства ей нужны, доказательства!
  
  - Он гад и мерзавец, - безапелляционно заявил Лю.
  
  - Не сомневаюсь, - подтвердила девушка, - как я тебе уже говорила, я тоже не питаю к этому чернокнижнику из параллельной вселенной ни малейшей симпатии. Однако я категорически против того, чтобы обвинять кого-то на ровном месте в, возможно, несовершенном преступлении. Если какой-нибудь Джон Смит украл у соседа лопату, он, безусловно, вор и негодяй, но это отнюдь не означает того, что он убил самого соседа или вымогал у него двести тысяч долларов. Дело твое, но я сначала предлагаю выяснить, виновен все-таки Шэнг Цунг в убийстве твоего брата или нет.
  
  Однако Лю Канг, на счастье Рейдена, оказался довольно упрям.
  
  - Соня, ты уж меня извини, - твердо ответил он, - но я ничего выяснять не намерен. Из принципа. Я понимаю, ты в силу работы привыкла полагаться только на разум и верить доказательствам, но я в свою очередь имею обыкновение доверять своей интуиции, благо она меня еще никогда не подводила.
  
  - Дело твое, - пожала плечами девушка, - однако ты уясни себе одну вещь: не исключено, что кому-то из нас придется в конце турнира драться с этим самым Шэнг Цунгом. Вполне вероятно, что этим кем-то окажешься ты. А в бой нужно идти с холодной головой и трезвым рассудком, потому что в противном случае можно потерпеть поражение на ровном месте. Интуиция - дело хорошее, месть порой тоже бывает важна, но здравый смысл все-таки лучше. Более того, я придерживаюсь мнения, что о врагах нужно собирать как можно больше сведений. Кто предупрежден - тот вооружен.
  
  Рейден смутился. Ему чрезмерная рассудительность Сони и ее стремление докопаться до сути дела были отнюдь не по душе.
  
  - Запомните, - назидательным тоном произнес он, - у нас нет права на поражение, потому что судьба всего мира зависит от вас! Поэтому мы не должны даже говорить о возможности такового - для нашей вселенной это будет означать конец всего!
  
  - Да, - кивнул Джонни Кейдж. - К сожалению, Рейден абсолютно прав. Более того, я предлагаю нам все же разойтись по кроватям, потому что завтра турнир начнется, и нам неплохо было бы предстать на нем свежими и отдохнувшими.
  
  - Кто как, - сказала Соня, - а я поддерживаю идею Джонни, потому что и так сегодня ночью глаз не сомкнула и лишь немного выспалась днем. Поэтому идем спать.
  
  - Я могу только пожелать вам удачи, - выспренним тоном ответил Рейден, - поскольку сражаться с воинами Внешнего Мира сможете только вы, и здесь я практически ничем не смогу вам помочь.
  
  - Но хотя бы советом-то сможешь? - с надеждой посмотрел на него Лю Канг.
  
  18. Покушение
  
  Кэно встал из-за стола, сделал несколько глубоких вдохов, чтобы слегка протрезветь, и отправился искать Рутая, надеясь, что не заблудится во дворце. К счастью, комнату племянника Шао Кана он нашел достаточно быстро; дверь была немного приоткрыта, из-за нее пробивалась узенькая полоска света.
  
  - Эй, Рутай, ты там? - громко спросил он. - Тебя хозяин зовет, ты ему зачем-то срочно нужен.
  
  Ответа не было.
  
  - Рутай, - еще раз позвал Кэно и слегка постучал кулаком по двери; бандит, конечно, не отличался хорошими манерами, но все же считал, что заходить в чужую комнату без приглашения неприлично. - Рутай, ты там что, заснул? Тебя хозяин ищет, лучше иди к нему, а то будет потом на тебя орать.
  
  Ответа по-прежнему не было. Кэно не мог похвастаться хорошей интуицией, но внезапно ему подумалось, что тут явно что-то не так - он, что называется, нутром это почуял. Он толкнул дверь и вошел в комнату Рутая: в следующую секунду он понял, что не ошибся.
  
  Юноша-внешнемирец корчился в страшных судорогах на полу возле собственной кровати, беззвучно открывая рот и хватая губами воздух, словно выброшенная на берег рыба - судя по всему, ему было так плохо, что он оказался даже не в состоянии позвать на помощь. Из ноздрей Рутая стекали тонкие струйки крови, кровь текла и по подбородку, полуприкрытые ярко-зеленые глаза больше не светились. Почувствовав леденящий ужас, Кэно бросился к нему, по пути едва не наступив в какой-то кругообразно рассыпанный вокруг кровати черный порошок, на который в тот момент не обратил никакого внимания.
  
  - Рутай, что с тобой? В чем дело? Что случилось? - закричал глава 'Черного Дракона', опускаясь на мраморную плитку рядом с племянником Императора. Приподняв его с пола, он осторожно устроил Рутая у себя на коленях, чтобы тому было легче дышать, и в этот момент в глаза ему бросился странный порошок, образующий своего рода круг в комнате внешнемирца. В недоумении Кэно ковырнул его носком ботинка, нарушив целостность круга, и тут заметил, что Рутаю внезапно стало немного лучше: взгляд его стал осмысленным, глаза снова слабо засветились, он смог наконец сделать мало-мальски глубокий вдох.
  
  - Рутай, что произошло, кто это сделал? - переспросил Кэно. Трясущимися руками он вытащил из кармана жилетки мобильник; он почти сел, но еще не окончательно сдох. Так, вот еще и салфетка, на которой Шэнг Цунг вчера написал ему размер зарплаты и - на всякий случай - номер своего телефона. Интересно, здесь он будет работать или только в Гонконге? Надо попробовать позвать его сюда, не оставляя Рутая одного...
  
  - Магия... Злая магия... - сквозь зубы прохрипел Рута й. - Шэнг... Позови... он знает, что делать...
  
  Кэно слегка сжал руку внешнемирца.
  
  - Держись, все будет хорошо. Сейчас сюда придет хозяин, и мы быстро тебе поможем.
  
  Кэно набрал номер Шэнга, стараясь не ошибиться и молясь, чтобы телефон все-таки не сдох окончательно в самый неподходящий момент; какого хрена он забыл вчера в 'Ирисе' зарядку? К счастью, связь работала - в трубке раздались долгие гудки, а потом раздался голос черного мага:
  
  - Слушаю.
  
  - Хозяин, это я, Кэно... быстрее сюда, Рутаю плохо, тут какой-то порошок, и я не знаю, что делать, он говорит о злой магии!
  
  - Какой еще магии?! Ты в его комнате? Так, оставайся там с ним, никуда не уходи, я через минуту буду у вас!
  
  В это мгновение телефон Кэно разрядился полностью. Бандит положил его на пол, радуясь, что успел позвонить Шэнг Цунгу и позвать его на помощь. Рутаю вроде бы и в самом деле стало получше, и, хотя дышал он по-прежнему тяжело, с видимыми усилиями, кровь у него горлом больше не шла. Шэнг не заставил себя долго ждать: меньше чем через пару минут он в сопровождении Эсмене вбежал в комнату Рутая. Вид у него был явно испуганный - Кэно раньше думал, что его господин вообще органически не способен кому-либо показывать свой страх. Выходит, ничто человеческое ему не чуждо.
  
  - Что здесь произошло? - спросил он; взгляд его упал на рассыпанный по полу порошок. - Рутай, ты живой? Кэно, Эсмене, немедленно вынесите его отсюда в любую пустую и чистую комнату. Это однозначно дело рук наших друзей из Храма Света, будь они неладны.
  
  Рутай к тому времени уже немного пришел в себя; отстранив руку поддерживавшего его Кэно, он сначала встал на колени, потом, цепляясь за плащ Шэнга, поднялся в рост и рукавом платья вытер кровь с лица.
  
  - Не пугайтесь так, мне уже намного лучше. Спасибо, - он перевел взгляд на главу "Черного Дракона". - Если бы не ты, мне бы конец пришел. Я в своей комнате не заметил этого круга на полу и перешагнул через него... тут мне и стало плохо. Я понял, что это такое, но не смог позвать на помощь. А тут ты пришел и нарушил его целостность... заклятье сразу стало терять силу.
  
  - Подонки, - произнес Кэно. - Вот тебе и честный бой.
  
  - Все хорошо, что хорошо кончается, - сказал Шэнг. - Самое поганое заключается в том, что я не могу им ничего предъявить. Я уверен на все сто в том, кто именно это сделал, но если я даже подниму скандал, Джиал повернет все так, что это якобы наши внутренние разборки, потому что никто из подручных Тьена в принципе не станет пользоваться черной магией!
  
  - Это была черная магия? - неуверенно спросил Эсмене.
  
  - Самая что ни на есть настоящая, - Шэнг показал ему на ладони горсть черного порошка. - Знаешь, что это такое? Прах мумий, толченые человеческие кости, ниаровая пыль и еще несколько не менее мерзких ингредиентов, сдобренных соответствующим заклятием. На Кэно эта дрянь не возымела никакого действия, потому что в нем нет ни капли божественной крови, для него это не более чем обыкновенный мусор, который можно смести в совочек и выбросить. Для Рутая как внука Шиннока могла оказаться смертельной, приди ты минут на десять-пятнадцать позже, - добавил он, с явным удовлетворением и облегчением глядя на Кэно.
  
  Бандит растерялся: он не привык к тому, чтобы его хвалили и говорили о нем что-то хорошее.
  
  - Да я же ничего такого не сделал, - ответил он. - Вы послали меня разыскать Рутая, и я всего лишь выполнил просьбу.
  
  Племянник Шао Кана пристально посмотрел на Кэно.
  
  - Наверное, ты слышал, что я наговорил про тебя Шэнгу там, на корабле, - сказал он. - Так вот, я бы хотел перед тобой извиниться. Я еще никогда в жизни так не ошибался. Я отвратительно себя с тобой повел. С моей стороны мерзко вышло: я счел тебя непонятно кем, а ты мне жизнь спас.
  
  - Да ладно, чего уж там, никто не может жить и ни разу не ошибиться, - махнул рукой Кэно. - Ты лучше иди-ка в мою комнату и ложись, на тебе вон лица нет. У меня там чисто и никто по полу всякую мерзость не рассыпал, а я тут пока все уберу, раз уж мне от этого вреда не будет.
  
  Шэнг внимательно смотрел на Рутая, словно оценивая, в каком тот состоянии.
  
  - Кэно прав: иди спать, тебе сейчас отдыхать нужно. Мы уберем комнату и нейтрализуем эту пакость, а у меня потом еще ночью встреча с одним важным человеком. Увидимся завтра на турнире.
  
  - Я за ним присмотрю, - пообещал бывший чемпион, протягивая руку племяннику Императора.
  Рутай вышел из своей комнаты, поддерживаемый Эсмене. Кэно и Шэнг переглянулись.
  
  - Вовремя я тебя за Рутаем отправил, - сказал черный маг. - Еще несколько минут, и ему в самом деле уже не понадобилась бы ничья помощь. А что бы со мной сделал Император, если бы с единственным сыном его любимой покойной сестры из-за моего недосмотра что-то случилось, я даже и говорить не хочу. Так что ты косвенным образом и мне тоже жизнь спас. А теперь тащи сюда веник и совок.
  
  - Я должен вам кое-что сообщить, - произнес Кэно, сбегав в кладовку за веником и совком. - Я догадываюсь, кто это сделал. Я сегодня видел, как около Рейдена постоянно крутились два каких-то подозрительных мудака: про одного мне сказали, что это наставник Храма Света, а второй - еще какой-то хер. Мне кажется, что это их работа. Вы тут только что сказали, что сегодня ночью где-то с кем-то встречаетесь. Будьте начеку, эти люди на все способны, за исключением честного боя.
  
  - Да, мне сегодня ночью нужно увидеться в Гонконге с одним человеком из 'Черного Лотоса', - сказал Шэнг Цунг. - Он ждет меня в 'Ирисе'. Спасибо за заботу и проявленную бдительность, буду иметь это в виду. Сейчас же - иди и ложись спать, здесь есть свободные комнаты, а ты наверняка здорово устал. Я вернусь часа через три, утром увидимся.
  
  - Да, милорд.
  
  Расставшись с Шэнгом, Кэно, однако, не пошел сразу в кровать, а отправился к Эсмене, который в это время отпаивал Рутая горячим чаем с бергамотом.
  
  - Хозяин сказал, что ему нужно в Гонконг, уж не знаю, как он так быстро обернется туда-обратно, но он же магией владеет, наверняка телепортироваться может. Он хочет там с кем-то встретиться в нашем клубе, - сказал он бывшему чемпиону. - Это может быть не слишком безопасно, в особенности после того, что мы только что видели. Ты обещал организовать ненавязчивое сопровождение.
  
  - Я уже принял меры, - подмигнул ему Эсмене.
  
  ***
  
  Ван Тин, давний член организации 'Белый Лотос', сидел в гонконгском баре 'Ирис' за одиночным столиком. Он получил от наставника Храма Света информацию о том, что этой ночью после открытия турнира Шэнг Цунг собирается встретиться в этом месте с кем-то из представителей враждебного воинам Земли 'Черного Лотоса'. Ему была доверена особая миссия: во имя победы Земного Мира преступить все законы чести и правила турнира и тайно убить колдуна, иначе всему человечеству может грозить гибель. Воин Света прождал до часа ночи, а потом заметил появившегося в баре черного мага. К великому удовольствию Вана, Шэнг сел довольно близко от его столика, и воин 'Белого Лотоса' вытащил из кармана сюрикен, который собрался всадить хозяину турнира в шею с близкого расстояния, но не тут-то было...
  
  - Эй, урод, что ты тут делаешь? - услышал Ван голос сзади и обернулся, едва успев спрятать оружие в карман. Его столик окружила компания из пяти человек в неброских черных одеждах с вышитым отличительным знаком - черным лотосом на алом фоне. Он знал, что это его заклятые враги, члены славящегося своими злодеяниями 'Черного Лотоса'.
  
  Воин 'Белого Лотоса' понял, что ему конец, если он не сумеет хоть как-то от них отмотаться - эти ребята явно что-то подозревают.
  
  - Простите, - пробормотал Ван, - я помешал, да? Я просто хотел немного выпить и оттянуться... Здесь занято? Это ваш столик?
  
  - Оттянуться? Почти что в два часа ночи? - издевательски произнес один из людей в черном. - Не ври уж лучше. Очень неубедительно звучит!
  
  Киллер-неудачник, собиравшийся убить Шэнг Цунга, а нарвавшийся на 'Черный Лотос', на свою беду не знал, что бар, в который его отправило начальство, был местом встреч самых разнообразных сторонников Внешнего Мира и что многие посетители этого заведения знают друг друга в лицо, а непонятная личность с улицы могла вызвать подозрения.
  
  - Так что же ты тут делаешь? Выслеживаешь кого-то из наших? - спросил второй воин в черном.
  
  - Это член 'Белого Лотоса', - отозвался третий. - Мне много раз приходилось с ними сталкиваться. Он кого-то здесь ищет. Его надо кончать.
  
  Ван перепугался и решил выбираться из бара с боем, поняв, что это его единственный шанс спастись.
  
  - Какое приятное знакомство! - сказал первый из врагов, по всей видимости, главный, державший в руке боевую цепь. - Благородный член 'Белого Лотоса' собственной персоной!
  
  Второй, не говоря ни слова, схватил с соседнего столика полупустую бутылку, размахнулся и с силой ударил Вана по голове. Бутылка разлетелась вдребезги, на пол посыпались осколки, а Ван пошатнулся и тут же получил от третьего сокрушающий удар ногой в челюсть. Оказать сопротивление воин Земли просто не успел. После этого он все же умудрился удержаться на ногах, но тут первый противник, размахнувшись цепью, ударил Вана ею по лицу, а тот только и смог, что вовремя зажмурить глаза. Он завопил и завертелся, пытаясь хоть что-то увидеть сквозь ослепительную боль, и тут в дело вступили два оставшихся члена 'Черного Лотоса', в руках у которых были автоматы. Ван принялся умолять их не убивать его и клялся, что забрел в бар по ошибке, намереваясь просто выпить, но это не возымело никакого действия.
  
  - Ребята, вы обознались! - взмолился он, заливаясь слезами и вытирая с лица кровь; в щеке и над левым глазом у него торчало стекло, но он не решался его вынуть. - Я простой человек, работаю вон на местной фабрике игрушек! Вы, наверное, из какой-нибудь банды, да? Поверьте мне, я ни к чему такому не причастен, вы меня с кем-то спутали! Я не участвую ни в каких разборках, я просто выпить хотел после тяжелого дня, не нужно меня убивать, я чем хотите поклянусь, у меня двое маленьких детей, кто будет их кормить? Пожалуйста, отпустите меня! Я не из мафии!
  
  Миссия по устранению Шэнг Цунга была однозначно провалена, и сейчас Ван, ползая по окровавленному мраморному полу, пахнущему разлитым вином, думал уже не о ее выполнении, а о спасении собственной жизни, хотя и на это у него теперь было очень мало шансов. Предводитель врагов подошел к воину 'Белого Лотоса', бесцеремонно обшарил его карманы.
  
  - Интересные игрушки у вас на фабрике делают, - сказал он, показывая своим товарищам сюрикен. - Не подскажешь ли часом, для детей какого возраста предназначена эта милая вещица? Старше восемнадцати лет? Кого именно ты тут выслеживал? Что тебе здесь нужно?
  
  Незадачливый киллер молчал.
  
  - Ну-ка, сделайте из этого милого человека решето.
  
  Ван Тин снова взмолился о пощаде, но его уже никто не слушал. В баре раздались выстрелы, люди, сидевшие за столиками, поначалу обернулись, но потом решили не обращать внимания на чужие разборки - в среде местных синдикатов это было не принято, мало ли у кого там с кем конфликт случился, тебя не трогают - ты не лезь.
  
  - Нужно позвать уборщиков, чтобы вынести труп этого придурка, собрать с пола осколки и вытереть кровь, - обратился предводитель отряда 'Черного Лотоса' к одному из своих приближенных, пихнув тело убитого носком туфли. Подручный бросился выполнять приказание.
  
  Через полчаса уже ничто не напоминало о ночной стычке.
  
  ***
  
  Вернувшись после ночной встречи на Шимуру, Шэнг Цунг вошел в свой кабинет и с ужасом увидел, что за его столом с наглой самодовольной рожей восседает сам Тьен.
  
  Тьен. Это имя наводило ужас практически на всех сторонников Внешнего Мира - все они знали, что справиться с ним не сможет даже сам Император. Внутри у Шэнга все похолодело, но он решил не показывать врагу своего страха и выяснить, что Тьену здесь понадобилось.
  
  - Привет, дорогуша! Ну что, как твои дела? - произнес Тьен с издевательской улыбочкой на омерзительной роже. - Познакомился с Тэрой? Братишка-то мой нового соглядатая прислал, видать, не уверен в тебе.
  
  - Мы с ней уже давно знакомы.
  
  - Я и забыл... Какая досада! А с братцем моим драгоценным ты уже виделся или еще нет?
  
  - Пока нет, - абсолютно спокойным голосом ответил Шэнг, решив, что говорить врагу о своем недавнем разговоре с Императором не стоит. Тьен понял, что напугать подручного своего младшего брата до полусмерти одним своим появлением, как он рассчитывал, не удастся, и продолжил речь.
  
  - Так вот, что я еще хотел тебе сказать? Твой новый дружок Кэно - такое дерьмо, да и сам-то ты не лучше. А еще сегодня твари из 'Черного Лотоса' угробили в баре 'Ирис' моего человека. Совсем недавно, пару часов назад.
  
  - Я видел.
  
  - Догадываешься, зачем он был послан?
  
  - Убить меня. Ты давно этого добиваешься.
  
  - Абсолютно верно. Ты очень умный - недаром мой поганый братец так тебя ценит и до сих пор не прикончил. Тем не менее твое присутствие в мире живых мне уже надоело. Я хочу, чтобы ты исчез, причем чем быстрее ты сдохнешь, тем лучше. Правда, я добрый. Есть два варианта: ты можешь умереть от руки моего киллера или в честном бою с кем-то из Избранных. Выбирай свою судьбу.
  
  - Да пошел ты...
  
  - Ты все равно умрешь. Когда - зависит от меня. Скоро и ты, и твои поганые прихвостни, и твой новый друг Кэно, и твой обожаемый Рутай, и весь твой мерзкий выводок, и этот грязный предатель Эсмене перестанете мне мешать и больше никогда не будете путаться у меня под ногами.
  
  - Ты перегибаешь палку, Тьен. При чем здесь все остальные? Мои люди ни в чем не виноваты - они только выполняют мои приказы.
  
  Неожиданно на пороге появился Тарсонис с чашкой чая в руках.
  
  - Я подумал - не принести ли тебе чаю...
  
  Увидев Тьена, он вскрикнул от ужаса и выронил чашку. Та упала на пол и неправдоподобно медленно разлетелась на куски. Старший брат Рейдена ухмыльнулся.
  
  - Ты тоже сдохнешь, эденийский ублюдок.
  
  - Он-то тебе что сделал?
  
  - А кто тебе тут все время помогал - я, что ли? Впрочем, ладно. Наслаждайся оставшимися тебе днями... а может, и часами. Прощай.
  
  Тьен вышел из кабинета, продолжая довольно улыбаться. Шэнг резко повернулся к Тарсонису, лицо его было встревоженным.
  
  - Я хочу, чтобы ты немедленно уехал с острова во Внешний Мир. Забери с собой моих детей и Рутая. Здесь становится опасно. Ты слышал, что он хочет меня убить и открыто угрожает мне. Я его не боюсь, но мне не очень хочется, чтобы Тьен отправил на тот свет всех моих друзей и близких с целью досадить мне или Императору. Вы ни в чем не виноваты.
  
  - Он может убить тебя. И куда мне ехать? - развел руками эдениец. - Мое место здесь. Мой дом здесь. Я помогаю тебе уже много лет. Ты же знаешь, что я давно порвал все связи со своей семьей и понятия не имею, где сейчас мои родственники и что делают.
  
  - Туда, где наши враги не смогут до тебя добраться. Отправляйся во Внешний Мир, в Эдению - куда пожелаешь. За меня не беспокойся. Этот выродок уже не раз хотел меня пристукнуть. Если со мной что-то случится - назад не возвращайся.
  
  - Ты предлагаешь мне убираться с острова, когда ты... - возмутился Тарсонис. - Еще чего! Никогда в жизни! Я не оставлю тебя здесь одного!
  
  - Хватит об этом! Подумай прежде всего о себе! Чтобы через два часа тебя не было на острове! Это приказ, а не просьба! Кроме того, я прошу тебя не просто спасать свою шкуру, - добавил Шэнг уже мягче, - но увезти отсюда тех, кто косвенным образом может пострадать вместе со мной. Ты здесь ни при чем, и это не твоя война. Ты просто наемный работник, который получает за свой труд деньги. Ты мог бы заниматься чем-то более безопасным, например, шить одежду или подметать двор, и тогда бы тебе вряд ли грозила перспектива пострадать из-за своей деятельности. Мои дети - это просто мои дети, которым волей случая достался такой родитель, как я. И после сегодняшнего происшествия - ведь Эсмене уже рассказал тебе, да? - я тем более не хочу, чтобы с Рутаем что-нибудь случилось только из-за того, что он тоже помогает мне и хорошо ко мне относится.
  
  Взгляд Тарсониса стал холодным и жестким.
  
  - Если это приказ, - резко и решительно ответил он после продолжительного молчания, - то я сразу и честно тебе скажу: я не собираюсь его исполнять и никуда отсюда не уйду. Что до остальных, пусть решают сами. Если захотят, пусть уезжают. Не захотят... не надо никого заставлять, они тоже воины нашей империи, и вряд ли кто-то из них захочет уподобиться нашему бывшему протектору Аргусу. Да, я наемный работник, я добровольно заключил договор с Императором и получаю за свой труд деньги, однако я в то, чем занимаюсь, еще и душу вкладываю. А кроме простого выполнения своих обязанностей за деньги, существует еще и обычная человеческая совесть, которая не позволяет мне бросить все и всех и сбежать при появлении временных трудностей.
  
  Шэнг кивнул - казалось, он немного пришел в себя после произошедшего.
  
  - Хорошо. Извини, я поддался ненужным эмоциям.
  
   ***
  
  Тэра, гуляя вечером по дворцу, наткнулась в коридоре на Лю Канга. Тот уже распрощался со своими друзьями-Избранными и шел спать в свою комнату.
  
  - Здравствуй еще раз, - окликнула она его. - Хочу услышать твой ответ на предложение встречи.
  
  - Я не пойду. Я вам не верю, - холодно ответил он. Ему хотелось сказать внешнемирской женщине еще какую-нибудь гадость - он снова вспомнил младшего брата, и в его душе вновь поднялась буря гнева - но молодой Избранный сдержался.
  
  - Подумай еще раз, - предложила Тэра. - Мы не отказываемся от своего предложения. Пока что еще у тебя есть шанс уладить дело миром, без кровопролития, и все выяснить. Это твое окончательное решение?
  
  - Да, - ответил Лю и, не попрощавшись, свернул в соседний коридор.
  
  ***
  
  После возвращения Шэнга на остров Тэра решила наведаться к нему перед тем, как отправиться спать, и рассказать ему о своем недолгом разговоре с Лю. Черный маг встретил ее на пороге кабинета - он, кажется, даже и не собирался ложиться, несмотря на поздний час.
  
  - Тэра, сюда приходил Тьен. Он хочет меня убить и пытался мне угрожать.
  
  - Я встретила Лю. Он не придет. Рейден уже успел сделать из тебя чудовище, и Лю не верит нам, - ответила она. - Диалога не вышло. Теперь еще и Тьен. Час от часу не легче. Мне все это не нравится. Более чем не нравится.
  
  - Тьен грозился расправиться со всеми моими людьми и родственниками.
  
  - Это против правил. Это более чем открытое нарушение правил, - произнесла Тэра; Шэнг стоял в дверях, словно не желая, чтобы она вошла в комнату. - Может быть, нам попробовать поднять скандал, чтобы поставить этого мерзавца на место? Старшие Боги обязаны вмешаться в случае явного нарушения правил турнира одной из сторон.
  
  - Не надо, - с деланным безразличием ответил черный маг. - Смысл? Ты искренне считаешь, что они вмешаются? Тэра, это просто смешно. Даже если и вмешаются - то все равно обвинят во всем нас и заявят, что мы сами все подстроили.
  
  - Если Тьен доберется до тебя, то это действительно будет означать конец всего. У Внешнего Мира нет никого, кроме самого Императора, кто мог бы сравниться с тобой по силе. Ты нужен своей стране, - тяжело вздохнула она, думая, как долго ей еще придется стоять на пороге. Он что, так и не пригласит ее в кабинет, или она не вовремя пришла?
  
  - Тэра, не нужно говорить общеизвестные вещи. Ты еще скажи, что дважды два - четыре.
  
  - Давай попробуем. Я завтра же отправлюсь в Храм Вечности, скажу, что я наблюдатель, и сообщу Старшим Богам, что...
  
  - Тэра! - резко оборвал ее Шэнг. - Я не хочу просить кого-либо о помощи, ибо это все равно бесполезно, или тем более впутывать тебя в эту историю. Ты у нас кто, наблюдатель? Вот и наблюдай, а с остальным я сам справлюсь! Спокойной ночи.
  
  С этими словами он закрыл дверь перед носом своей собеседницы.
  
  - Ложись спать, утро вечера мудренее, - донеслось до нее из кабинета. Она почувствовала себя неловко, думая, что сделала или сказала что-то не так, и с тяжелым сердцем поплелась спать в свою комнату.
  
  ***
  
  Той же ночью трусливый интриган Рейден отправился к Тьену за советом. Вместе с ним на гору Ифукубе почесал его новый соратник Веньян.
  
  - На остров заявилась Тэра, ее послал Император!!! - завопил протектор Земли прямо с порога.
  
  - Ну и что? - равнодушно пробормотал полусонный Тьен.
  
  - Она предлагала Лю встретиться с Шэнгом и поговорить. Лю отказался - я ему все мозги проконопатил рассказами о коварстве наших врагов.
  
  - Молодец. Отличная работа, - зевнул Тьен.
  
  - У тебя нет опасений, что кто-нибудь влезет в наше дело? - осторожно спросил Рейден.
  
  - Не знаю. Справимся! - пробормотал Тьен. - Вали отсюда, ты вообще знаешь, что на дворе глубокая ночь?
  
  - Мне удалось узнать, что на днях Шэнг Цунг снова будет в 'Ирисе' - у него там намечается очередная встреча с какими-то императорскими прислужниками и сторонниками.
  
  - Отлично. Пошлем туда нашего человека. Пусть передаст Шэнгу мое последнее слово: единственный способ остаться в живых для него - это встать на нашу сторону. Если этот черный маг-недоучка откажется, пусть убьет его. В любом случае после турнира этой сволочи Шэнг Цунга... если только он не станет к тому моменту моим придворным магом...уже не должно быть в живых!
  
  - Ты что, сдурел... - начал было Рейден, но Тьен не дал ему договорить, облив младшего брата потоком ругани.
  
  - Тупой ублюдок! Не смей так со мной разговаривать! Кретин! Осел! Ты что, меня за идиота держишь? Я лучше знаю, что и как делать! Так вот: я тут подумал и решил, что было бы глупо так вот разбрасываться ценными человеческими ресурсами. Если у врагов есть полезный человек, то убивать его попросту глупо. Гораздо лучше и умнее с нашей стороны было бы переманить его к себе - при помощи предложений, от которых невозможно отказаться.
  
  - Я не уверен, что это хорошая идея, - попробовал робко возразить протектор Земного Мира, но Тьен явно не был настроен его слушать.
  
  - Ты будешь делать все так, как я сказал! - заорал он. - Веньян, Рейден, вы меня слышали? Не смейте со мной спорить!
  
  - А мы и не спорили, повелитель Тьен, - покорно поклонился Веньян.
  
  - Хорошо, хорошо, ты лучше знаешь, как и что делать, - закивал Рейден. - Однако я уверен, что Шэнг Цунг откажется.
  
  - Это уже другой вопрос. А сейчас убирайтесь отсюда, вы оба!
  
  19. Начало
  
  Сытно поужинав, Избранные легли спать, при этом испытывая некоторое беспокойство: мало кто из них взял в дорогу хоть какую-то еду, а на острове им однозначно предстояло пробыть не один день. Как быть с питанием? Однако их опасения не оправдались: утром следующего дня в комнату к каждому из них постучался одетый в балахон с капюшоном служитель и внес небольшой накрытый скатертью столик с бутербродами, булочками, джемом, шоколадной пастой, маслом, молочником и кофейником, полным ароматного свежезаваренного кофе. Не говоря ни слова, служители поставили угощение перед участниками и с поклоном удалились.
  
  Лю Кангу досталась очень хорошая комната с палисадником; молодой воин с наслаждением устроился на свежем воздухе, подставив лицо лучам утреннего солнца, съел бутерброды, напился кофе и тут увидел проходящего мимо Рейдена.
  
  - С добрым утром, Лю Канг, - приветствовал его бог грома. - Как настроение?
  
  - Боевое, - с улыбкой ответил Избранный. - Вчера я видел в таблице предварительных сражений, что мне предстоит выйти драться в числе первых участников.
  
  - Я думаю, что рядовые воины Внешнего Мира не составят для тебя особой проблемы, - Рейден с завистью воззрился на остатки завтрака Лю: самому-то ему сегодня пока что еще не удалось покушать!
  
  Юноша, заметив голодный взгляд Рейдена, решил пригласить его за стол, благо сам уже как следует наелся.
  
  - Не согласишься ли ты разделить со мной трапезу? - спросил он протектора Земли. - Садись вот, бери булку, намазывай на нее шоколадную пасту, джем я, к сожалению, уже весь съел, но это не беда, вот еще кофе немного осталось и молоко в молочнике теплое. Садись, ешь, а я пока в уборную отлучусь.
  
  - О, спасибо, с удовольствием!
  
  Рейден сел на плетеный стул, у которого едва не расползлись ножки под весом могучего божества, взял булку, разрезал ее пополам, намазал пастой и принялся жевать, запивая кофе с молоком, но тут на его беду мимо палисадника проходил Эсмене. Бывший чемпион заметил, что Лю Канг пошел в туалет, и решил немного поглумиться над ненавистным недругом.
  
  - Что это у тебя на хлебе, говно? - окликнул он Рейдена. - А в кружке? Это ты туда подрочил? И как поживает твой братец Тьен? По-прежнему пялит птичек и никак не помрет от орнитоза и сальмонеллеза? Птички-то заразные!
  
  - Твою мать... - зашипел тот сквозь зубы, со злобой глядя на беглого протеже.
  
  - Знаешь, что я тебе скажу? Ты гондон, поэтому у тебя с Императором и отношения натянутые. У Лю тут в комнате пока чисто? Это пока, недолго будет так продолжаться. Помнишь, как ты ко мне на торговую заставу в стельку пьяным посреди ночи явился и что ты тогда вытворил?
  
  - Да что ты чушь несешь! - возмутился Рейден.
  
  - Почему это чушь? Вспомни, как ты тогда проломил в моем доме входную дверь, сломал унитаз, заблевал весь туалет, а потом прямо посреди комнаты наложил кучу говна, воткнул в нее спички и сказал, что этот ежик будет с нами жить...
  
  Бог грома хотел было швырнуть в экс-чемпиона бутербродом, но ему слишком сильно хотелось есть.
  
  - Ты совсем спятил? Какой унитаз и спички в шестнадцатом-то веке? Думай, что несешь! Или у тебя опять видения, теперь тебе это примерещилось? К психиатру сходить не хочешь?
  
  Эсмене саркастически хмыкнул и, услышав шум спускаемой воды из глубины комнаты, поспешил поскорее уйти - попадаться на глаза Лю Кангу ему совершенно не хотелось. Тем временем молодой Избранный помыл руки и вернулся к своему протектору.
  
  - С кем это ты тут разговаривал?
  
  - Да так, очередной внешнемирец мимо проходил и пытался нести всякую ахинею из серии 'вы все равно проиграете, лучше сдавайтесь сразу'. Не обращай внимания на этих наглых людей, они специально хотят подорвать ваш боевой дух еще до начала турнира, - ответил Рейден. - Хотя... не обращать внимания - это я неправильно посоветовал, напротив, вам нужно быть начеку, потому что эти люди способны строить любые козни. Я имел в виду - не обращай внимания на их слова.
  
  - А я и не собираюсь, - бодро ответил Лю. - Для меня главное - защита нашего мира, а враги пусть себе болтают что хотят.
  
  ***
  
  Вскоре за Лю Кангом пришел молчаливый служитель с по-прежнему опущенным на лицо капюшоном и проводил юношу к большой площадке неподалеку от входа во дворец, посыпанной слоем чистейшего золотисто-белого песка. На ветру развевались алые знамена с изображением символа Смертельной Битвы - круга с черным драконом, вокруг собрались зрители, среди которых Лю увидел Соню, Джонни, Арта и тайца Пхакпхума, а прямо перед площадкой стояло кресло, предназначенное для хозяина турнира. Вскоре появился и сам Шэнг Цунг: он выглядел очень усталым - к сожалению, этой ночью ему так и не удалось спокойно заснуть.
  
  Убедившись, что все собрались, внешнемирец властно поднял руку.
  
  - С этого момента мой остров станет полем битвы. Пусть великий турнир начнется! Лю Канг, ты будешь первым.
  
  Лю замер в напряженном ожидании. Кто будет его противником в первом поединке? Конечно, это будет не Горо и не сам Шэнг Цунг. Может быть, Скорпион или Саб-Зиро?
  
  Черный маг повернулся к зрителям-имперцам и внимательно посмотрел на них, после чего сделал едва заметный знак рукой. Из рядов вышел высокий стройный смуглокожий мужчина с длинными черными волосами, заплетенными во множество тонких косичек, одетый лишь в легкие башмаки и темно-красные льняные шаровары, и поклонился собравшимся.
  
  - Позвольте представить вам нашего бойца, - глухо произнес хозяин турнира. - Альдо Циар из Южной Эдении.
  
  Лю про себя подумал, что у этого человека, в отличие от Шэнга, глаза не светятся. Интересно, как выглядят разные жители вражеского мира? У кого-то четыре руки, а кто-то похож на землян...
  
  Противник молодого Избранного снова поклонился. Имперцы оглушительно завопили, друзья Лю Канга тоже что-то кричали, подбадривая своего бойца. На площадку вышел еще один служитель и подал обоим воинам длинные деревянные шесты.
  
  - Начинайте, - сказал Шэнг Цунг и опустился в кресло.
  
  Враг бросился на Лю Канга едва ли не с быстротой кометы - Избранный едва успевал парировать его удары. В какой-то момент Альдо нанес ему ловкий удар концом шеста в живот, и Лю глухо застонал от боли, но, собрав все силы, быстро выпрямился и ребром ладони переломил пополам оружие противника, а потом ударил его ногой в голову. Воины Императора разочарованно взвыли. Однако Альдо, казалось, мало ощутил этот удар и бросился в мгновенную контратаку - носком ботинка он в свою очередь сам разломил надвое шест Лю. Внешнемирцы громогласно заорали, выражая свое одобрение.
  
  Лю на мгновение остановился, отшвырнул в разные стороны обломки своего оружия. Проклятье, как надоел этот визг, уши закладывает - почему земляне стоят тихо, а эти орут не своим голосом?
  
  Альдо недолго стоял напротив своего врага, хищно улыбаясь. Мгновенно он выбросил правую руку вперед, целясь Лю Кангу кулаком под ребра. Молодой землянин так и не понял, каким чудом он успел опередить противника, выставить блок и отбить удар. Он ответил боковым в корпус императорского воина, но тот увернулся и юркнул в сторону. Лю понял, что, в общем-то, несколько уступает противнику в скорости, и действовать нужно быстрее, иначе поражения не избежать. С силой оттолкнувшись от земли, он высоко подпрыгнул и нанес Альдо мощный удар обеими ногами в грудь. Падая на песок, Лю услышал, как захрустели ломающиеся ребра врага. Тот тоже рухнул наземь, несколько раз конвульсивно дернулся и затих.
  
  Лю нерешительно сел, потом встал, стряхивая песчинки с майки и штанов. Внешнемирцы, наблюдавшие за поединком, не то напряженно, не то скорбно молчали. Молодой воин посмотрел на своих друзей: те улыбались, но явно не знали, как себя вести дальше и уместны ли будут аплодисменты.
  
  Шэнг медленно встал, попеременно переводя взгляд то на бездыханного Альдо, то на победителя-Лю.
  
  - Победа в этом бою засчитывается Лю Кангу из Земного Мира, - бесстрастным тоном произнес он.
  
  ***
  
  Хозяин турнира объявил пятнадцатиминутный перерыв, после которого на бой с неизвестным противником должна была выйти Соня Блейд. Двое служителей в балахонах уложили на носилки труп Альдо, накрыли его покрывалом и куда-то унесли, а двое других аккуратно разровняли арену граблями. Еще несколько разносили горячие и прохладительные напитки для зрителей; утомленный схваткой Лю Канг вытер ладонью вспотевший лоб и с наслаждением выпил большую кружку лаймового лимонада со льдом.
  
  - Жарковато сегодня, - сказал он, с надеждой глядя на Соню. - Удачи тебе, будь осторожна и внимательна.
  
  Вместо радости от победы Лю ощущал легкую растерянность. Только что он, до этого мгновения убивавший в течение всей жизни разве что мух и комаров, отправил на тот свет другого человека. Пусть в честном поединке, пусть в равном бою, но все равно... Его теперь уже мертвый противник еще пару часов назад тоже видел солнце, дышал, пил лимонад, может быть, у него осталась семья, дети... Лю не хотел его убивать, но все же убил, потому что у него просто не было выбора. Либо ты, либо тебя. Тем не менее его все же не покидало чувство чудовищной неправильности происходящего. Он много слышал и читал о том, что существует определенная грань, отделяющая обычного человека от убийцы и что большинству людей перешагнуть ее очень и очень трудно. Он - перешагнул. Перешагнул, пусть и против своей воли и желания, и теперь чуть ли не физически ощущал, как будто в нем что-то сломалось. А ведь на этом турнире ему придется убивать снова и снова - и не во имя мести за брата. Лю с наслаждением прикончил бы Шэнг Цунга, но ему было на редкость неуютно от того, что он отнял жизнь у человека, который ему ровным счетом ничего не сделал.
  
  Служитель ударил в большой бронзовый гонг, возвещая начало следующего поединка. Лю занял место среди зрителей, а Соня вышла на площадку.
  
  Шэнг, сидящий в кресле с чашкой дымящегося чая в руке, поначалу бесстрастно взирал на девушку, а потом ехидно произнес:
  
  - Соня Блейд, дорогая моя, у меня кое-что для тебя есть. Я уверен - ты будешь очень рада моему подарку-сюрпризу.
  
  Избранная растерялась. Она боялась этого страшного человека - очень боялась, пусть и не хотела в этом признаваться даже самой себе. Чего он от нее хочет, почему так с ней разговаривает? Ведь понятно, что она для него не просто рядовой безликий участник турнира, десятки которых приехали на этот остров.
  
  - От тебя мне ничего не нужно, - грубо бросила девушка, пытаясь скрыть страх.
  
  - Наоборот, у меня есть то, что тебе очень нужно. Позже сможешь меня поблагодарить. Ты же ведь именно за этим сюда и прибыла, не так ли?
  
  Шэнг улыбнулся так, что Соне стало не по себе, и снова сделал знак рукой. Девушка с удивлением увидела, как из-за какого-то каменного возвышения с другой стороны на площадку вышел Кэно.
  
  - Привет, Соня. Соскучилась по мне? - с этими словами он снял безрукавку и небрежно-уверенным жестом отшвырнул ее в сторону. Один из служителей тут же поднял ее, стряхнул с нее песок и аккуратно сложил.
  
  Соня замешкалась. Бандит достал из-за пояса здоровенный нож с зазубренным лезвием.
  
  - Посмотри на эту вещь. Она навевает воспоминания, не так ли?
  
  - Ты этим ножом что, свою мамочку зарезал? - недоверчиво спросила Избранная.
  
  - Нет, Соня. Ошибаешься. После знакомства с ним твой дорогой напарничек улыбался во все горло - от уха до уха!
  Джонни и Лю испугались.
  
  - Так нельзя! - отчаянно закричал актер. - Это вообще разрешено правилами? У Сони нет оружия!
  
  - Разрешено, - холодно бросил Шэнг, не вставая с кресла. - Здесь нет запрещенных приемов или видов оружия. Сожалею, что для вас это оказалось столь неприятной неожиданностью, уважаемые участники.
  
  Кэно засмеялся и попробовал достать Соню ножом, но та успела увернуться.
  
  - Сдавайся, Соня. Я знаю все твои приемы! - с наглым смехом самоуверенно выкрикнул бандит.
  
  - Да? А этот ты знаешь?
  
  Бандит получил ногой сначала в правый бок, а потом еще несколько раз в корпус и голову. Один из ударов пришелся в челюсть, и глава синдиката 'Черный Дракон' почувствовал вкус крови во рту и пустоту на месте одного из зубов. Противница выбила у него нож, и тот теперь одиноко валялся на песке в некотором отдалении. Тем не менее через какое-то время сама Соня открылась для прямой атаки, и ее враг не преминул отплатить ей, в свою очередь прицельно пнув девушку ногой в живот. Соня с животным стоном упала на колени.
  
  - Тебе больно? Сдавайся! - насмешливо крикнул Кэно.
  
  Зрители-внешнемирцы, до этого момента наблюдавшие за поединком молча, восторженно завопили. Лю Канг, повернув голову, поймал полный отчаяния взгляд Джонни Кейджа. Однако Соня на удивление быстро пришла в себя после столь страшного удара и, улучив момент, из положения лежа резко ударила противника ногой в голову. Тот как подкошенный рухнул на песок.
  
  - Как думаешь, она его убила? - тихо сказал Лю Кангу Джонни.
  
  Его товарищ неопределенно пожал плечами. Земляне все же решились зааплодировать, радуясь победе Сони. Шэнг Цунг не шевельнулся, а всего лишь недовольно скривился.
  
  Соня отряхнулась и подошла к друзьям. Лю обнял ее и пожал ей руку.
  
  - Ты молодец. Отлично справилась!
  
  20. Опасная ночь
  
  Когда Кэно наконец пришел в себя, на улице уже смеркалось. Он приподнял веки, немного поморгал, словно пытаясь понять, где находится, а потом к нему внезапно вернулись воспоминания обо всем произошедшем. Бля, он же все запорол! Все, прощай, работа, хорошо еще, если по стенке не размажут.
  
  Он приподнялся на локтях, потом сел. В глазах все расплывалось, голова гудела, как колокол, но глава 'Черного Дракона' смог понять, что находится в той комнате, которую отвел ему Шэнг. Так, и что теперь делать? Самому идти с повинной или дождаться, пока хозяин явится сюда и устроит окончательный разнос?
  
  Немного подумав, Кэно решил остаться в комнате - к тому же не факт, что в его теперешнем состоянии он не упадет по дороге. Ждать ему, правда, пришлось недолго: меньше чем через полчаса на пороге появился Шэнг Цунг.
  
  - Ну как ты? - с порога спросил он.
  
  - Жить буду, но башка как чугунная, - угрюмо ответил Кэно. - Ну как, я уволен?
  
  - Нет, - жестко ответил Шэнг. - У каждого бывают проколы, без них люди не живут, и глупо требовать от человека, чтобы он всегда все делал идеально. Просто будешь чаще и серьезней тренироваться, тебе есть к чему стремиться.
  
  - Ну, спасибо, - только и смог ответить бандит, которого сильно удивило великодушие Шэнга - особенно на контрасте с Императором.
  
  - Отдыхай пока, потом поговорим, мне сегодня ночью еще с ребятами из 'Черного Лотоса' в Гонконге встретиться надо, кое-какие дела уладить, - сказал черный маг и ушел.
  
  Чуть позже к Кэно зашел Эсмене и поделился с главой 'Черного Дракона' более чем тревожными мыслями.
  
  - Знаешь, у меня нехорошее предчувствие, - сказал он. - Шэнг по характеру очень независимый, не любит, когда за ним охрана ходит, а где гарантия, что тьенопоклонники опять что-нибудь не придумают.
  
  Бандит внимательно выслушал бывшего чемпиона, а потом ему в голову внезапно пришла интересная мысль.
  
  - Слушай, дружище, у тебя мобильник работает? Если не получается послать с хозяином охрану, а ему грозит опасность, давай-ка я позвоню одному надежному человеку из своих ребят. Будем надеяться, конечно, что ничего не случится, но если вдруг неприятности - он подстрахует Шэнг Цунга.
  
  ***
  
  Ночью Шэнг Цунг направился все в тот же гонконгский 'Ирис', где у него была назначена встреча с главным бухгалтером синдиката 'Черный Лотос' Железным Веером и его заместителем Черным Жезлом. Сидя в одной из комнат второго этажа, они разговаривали не только о вопросах финансового характера, но и о неприятностях на турнире.
  
  - Эти проклятые Старшие Боги придумали какие-то правила, но карают за их нарушение только нас! Можете себе представить, что было бы, если бы я вот так взял и совершенно спокойно к Тьену или Рейдену с угрозами заявился? - рассказывал хозяин турнира своим соратникам.
  
  - Вообще-то это прямое покушение на убийство, а всем известно, что преднамеренная попытка разделаться с одним из участников Смертельной Битвы или тем более осуществление подобного не во время турнирного поединка находятся под строжайшим запретом, - с недоумением произнес Черный Жезл.
  
  - Кроме того, я пытался поговорить с Лю и объяснить ему, что я не убивал его брата, - ледяным голосом ответил Шэнг Цунг. - Однако Рейден так настроил своих людей против меня, что никто из них и слушать меня не хочет, да и не захочет, если я попробую что-то им объяснить или рассказать.
  
  - Ты пробовал обратиться к Старшим Богам и сказать, что Тьен и Рейден нарушают правила, да не просто нарушают, а вообще злостно игнорируют? - поинтересовался Железный Веер.
  
  - А то нет! Пробовал, да не раз. Мне было сказано, что я сам нарушаю правила, а про других говорю. Если правила действительно нарушаю я, то я и не возмущаюсь, если меня за это справедливо отчитывают, а Тьен у нас - святой да безгрешный, он вечно ни в чем не виноват, и Старших Богов он превосходно сумел в этом убедить.
  
  - Действие правил на Тьена и его брата Рейдена не распространяется, - криво ухмыльнулся Железный Веер. - Не божество, а убожество! К тому же большой любитель на чужом хую в рай въезжать. Люди своими ушами слышали, как он после твоего поединка с Великим Кунг Лао похвалялся, что выиграл Смертельную Битву. О самом Кунг Лао никто во всех его пламенных разглагольствованиях не услышал ни одного слова. Мне показалось, что убедить Рейдена в том, что Смертельную Битву выиграл все-таки Кунг Лао, так же невозможно, как убедить американцев в том, что не они выиграли Вторую Мировую. Все-таки попробуй попросить Старших Богов вмешаться. Даже и не знаю, у кого еще, кроме них, хватит сил поставить Тьена и его поганого братца Рейдена на место. Мне тебя просто жалко - ведь ты один...
  
  - Заткнись! - неожиданно грубо перебил его Шэнг. - Во-первых, я не переношу, когда меня жалеют, и тебе это очень хорошо известно. В жалости я не нуждаюсь. Если ты еще раз скажешь что-нибудь подобное, я тебя просто убью своими руками. Это, надеюсь, понятно? При всем моем хорошем к тебе отношении я не потерплю от тебя, ни от кого-либо еще таких вещей. Просить кого-то о помощи я не стану никогда. Если об этом узнают Тьен и Рейден - это будет для них только дополнительным доказательством того, что я не могу ничего сделать сам, а Императора убедит в том, что я ни на что не гожусь, только на удобрение. К тому же... Знаешь заветную мечту Рейдена? Он спит и видит, как я прошу пощады у кого-нибудь из его приспешников. Мечта его, пусть будет уверен, не сбудется - я никогда в жизни не попрошу никого меня пощадить, что бы со мной ни делали. По-моему, просить кого-то о помощи или нуждаться в жалости - это не менее унизительно, нежели умолять злейшего врага о пощаде!!!
  
  - Ты не справишься с ними, - грустно покачал головой Веер.
  
  - Это уже мои проблемы.
  
  - Это наши общие проблемы, - поддержал товарища Черный Жезл, - но что толку об этом говорить? Вы думаете, что с ними справится Шао Кан? Или Шиннок? Давно минули те времена, когда мы были сильны и едины. Мы проиграли Битву Богов, прежние союзы распались, бывшие друзья ненавидят друг друга. Я боюсь, что все кончено, и наше нынешнее положение нельзя назвать чем-то иным, кроме как затянувшейся агонией.
  
  - Пусть так. Но если даже я не справлюсь с ними, если даже они убьют меня, я умру так, чтобы Рейден не смог сказать, что я выглядел жалко. Если я попрошу кого-то о помощи - тогда я точно превращусь в глазах Рейдена в более чем жалкое создание! Тем более если принять во внимание то, что помочь мне по сути дела никто и не сможет - зачем тогда и просить. Так что если мне и суждено умереть - я умру достойно.
  
  Тут дверь неожиданно распахнулась, и на пороге комнаты появился человек в белом. В руках у него был автомат.
  
  - Шэнг Цунг!
  
  - Я слушаю тебя, - спокойно повернулся к нему внешнемирец; говорил он настолько ровным и уверенным тоном, что казалось, будто его гость держит в руках не смертоносное оружие, а что-то совершенно безобидное типа леденца на палочке.
  
  - Тьен велел передать тебе его последнее слово. Ты можешь остаться в живых, лишь встав на нашу сторону. Да или нет?
  
  - Ну и наглость, - вставил Железный Веер. - Нахальство - второе счастье.
  
  - Ты думаешь, он согласится? - Черный Жезл от души расхохотался.
  
  - У твоего хозяина еще хватает совести просить меня встать на его сторону после всего, что он мне сделал? И Императору тоже? И его отцу?
  
  - Он не просит, а приказывает!
  
  Тьенист, и без того сильно напоминавший накачанного зомби, в ярости превратился в настоящее чудовище: рожа сектанта-микроцефала с навеки застывшим на ней выражением тупого фанатизма побагровела, нижняя челюсть, настолько массивная, что при одном взгляде на нее казалось, что ее обладатель всю жизнь беспрерывно жевал жвачку, отвисла, раскосые и к тому же косые глаза налились кровью.
  
  - Только мой Император имеет право мне приказывать, - по-прежнему невозмутимо ответил Шэнг Цунг.
  
  - Да кто ты такой, чтобы спорить с моим повелителем Тьеном?
  
  - Ты что, еще и не знаешь, кто я такой? Или уже забыл? - усмехнулся Шэнг.
  
  Тут безмозглый сектант неожиданно вспомнил, что Тьен велел ему стрелять, а не учинять перебранку, и произнес:
  
  - Последний раз спрашиваю: ты встанешь на нашу сторону?
  
  - Нет! Это мой окончательный ответ!
  
  - Странно, что ты этого до сих пор не понял, - продолжал веселиться Черный Жезл, даже не подозревая, что жить ему осталось меньше минуты.
  
  - Это были последние слова в твоей жизни, - зловеще произнес тьенист, поднял автомат и начал из него палить. Когда патроны кончились, сектант бросил оружие на пол и собирался было смыться, но в дверях неожиданно наткнулся на какую-то рыжеволосую девушку в темно-бордовом трико, на шее у которой была подвеска из черненого серебра в виде дракона.
  
  - Надо же! Интересно, что делает подручный Тьена и Рейдена в нашем заведении?
  
  С этими словами она выхватила короткий кинжал и воткнула его в горло сектанту. Шэнг Цунг, увидев вошедшую, поднялся с залитого кровью пола - на куэтанце была всего лишь царапина от срикошетившей пули.
  
  - Кто вы такая и как вы меня нашли?
  
  - Меня зовут Кира, и я уже пять лет как член 'Черного Дракона', - ответила рыжеволосая. - Кэно и Эсмене показалось, что Тьен опять собирается учинить какую-нибудь гадость и что связано это с вами. Ваш друг сказал мне, что вы здесь. Кэно попросил меня быть рядом, пока у вас встреча, и если потребуется, то вмешаться и помочь. С вами все в порядке?
  
  - Со мной - да, но Железный Веер и Черный Жезл мертвы, - ответил Шэнг, глядя на изрешеченные десятками пуль тела своих соратников и пытаясь сохранять ледяное спокойствие. - Когда я понял, что этот ненормальный будет стрелять, то успел быстро лечь на пол. Они - нет.
  
  - Я убила эту сволочь, хотя надо было выяснить у него, что еще замышляет Тьен...
  
  - Не стоит. И так все ясно. Впрочем, мне пора. До свидания, Кира - и спасибо вам большое за помощь и поддержку. Сегодня вы мне еще раз доказали, что я не ошибся, сделав главу вашей организации своим доверенным лицом.
  
  Шэнг вышел из комнаты и направился куда-то на первый этаж.
  
  21. Огненная смерть
  
  Вскоре после визита хозяина турнира Кэно снова заснул, а когда проснулся, на часах было уже около полудня, и солнце стояло совсем высоко. Он встал, пошел завтракать и с удивлением почувствовал, что ему уже намного лучше - видимо, сказалось действие какого-то травяного отвара, которым его напоил Эсмене. Когда он сидел и пил чай с мятными шоколадками, сзади к нему внезапно подошел Шэнг.
  
  - Спасибо, - коротко сказал он. - Ты знаешь, за что.
  
  - Вы вчера снова вляпались... ой, простите, забыл поздороваться, хозяин.
  
  - Вляпался - не то слово, - ответил тот. - Если бы не твоя Кира, я бы сейчас наверняка с тобой не разговаривал.
  
  - Отличная девчонка, - пояснил бандит. - Я ее подобрал в Афганистане, у меня там делишки были, она у себя на родине мужиком переоделась и оружием торговала. Все и думали, что она парень. Нам она понравилась, мы с товарищами ее к нам в 'Черный Дракон' и позвали. Не пожалели.
  
  - А я не пожалел, что взял на службу тебя, - в голосе Шэнга Кэно послышалась благодарность. Он уже привык к тому, что внешнемирец не любит никому показывать свои чувства, и о том, что на самом деле думает хозяин, порой догадывался с огромным трудом: ему было тяжело понять, доволен тот, раздражен или огорчен.
  
  С этими словами черный маг покинул столовую, оставив своего подручного в одиночестве допивать чай.
  
  ***
  
  Когда утром следующего дня Джонни Кейджу сообщили, что сегодня он будет сражаться со Скорпионом, Рейден, как того и следовало ожидать, толканул перед Избранными пафосную речь о противнике в своей обычной манере.
  
  - На самом деле Саб-Зиро, заклятого врага Скорпиона, зовут Би-Хань. Он является членом Лин Куэй, легендарного клана ниндзя, который издавна соперничал с Ширай Рю - кланом Скорпиона, у которого по сей день есть своя резиденция в Японии. Оба клана соревновались между собой в том, кто выставит для Смертельной Битвы самых лучших воинов. Тогда в Лин Куэй было много хороших бойцов, сейчас же во Внешнем Мире осталось очень немного ниндзя.
  
  - Надо же, хоть какая-то хорошая новость! - обрадовался Лю Канг. - Только мне кажется, что ты, Рейден, однозначно что-то напутал. Во-первых, я слышал, что люди из Лин Куэй уничтожили Ширай Рю, и сейчас у этого клана не может быть никакой резиденции, во-вторых, Лин Куэй и по сей день считается очень могущественной организацией, в-третьих, замок Лин Куэй находится в Китае, а Ширай Рю обретались в Японии, так что при чем тут вообще Внешний Мир?
  
  - Итак, Скорпион, он же Ханзо Хасаши, и Саб-Зиро должны были встретиться в поединке, - ничуть не смутившись, продолжил протектор Земного Мира. - Они были равны друг другу силой, и у каждого было сверхъестественное оружие, созданное их кланами и хранившееся в глубокой тайне. Саб-Зиро мог замораживать людей и предметы, а у Скорпиона был гарпун-змея, вытягивающийся до бесконечности.
  
  - Ну да, это все мы уже видели, - покачал головой Джонни Кейдж.
  
  - Ледяной ниндзя одолел своего врага, подкравшись к нему сзади, заморозив и расколотив вдребезги. Теперь Скорпион стал адским призраком и вернулся к жизни в своей былой форме. Он должен лично убить Саб-Зиро - только тогда душа воина Ширай Рю обретет покой, и он займет достойное место в Зале славы мертвых своего клана. Поэтому он служит Шэнг Цунгу и помогает Саб-Зиро в схватках с воинами Земного Мира - если они убьют ледяного ниндзя, Скорпион будет предан вечному забвению! - со свинячьей радостью в голосе завершил свое повествование бог грома.
  
  - Что-то нелогично выходит, - пожала плечами Соня. - Кто ж забудет такую одиозную фигуру, как Скорпион! Я лично уж точно до конца своих дней не забуду, если с этого острова живой выберусь. Кстати, а кто тебя учил английскому языку? Может, мне как его носителю с тобой немножко позаниматься? - вежливо предложила Избранная. - Мне кажется, что время от времени ты не очень правильно на нем говоришь, и мы с Лю и Джонни тебя не слишком хорошо понимаем.
  
  Надо сказать, что все пламенные монологи склочного божества звучали как плохая пародия на английский язык - до такой степени Рейден был косноязычен и безграмотен. К примеру, он не имел никакого понятия о звуках [θ] и [đ], так что слово this в его исполнении звучало как [dis], вместо классического английского r лепил обычное переднеязычное, а альвеолярные звуки вообще не умел произносить. Из времен английского языка Рейден употреблял исключительно простое настоящее и простое прошедшее в активном залоге, все глаголы спрягал по схеме правильных (с суффиксом -ed в простом прошедшем времени: maked, runed, haved, leaved...), флексию притяжательного падежа лепил по непонятной схеме в глагол (...if you kill's Sub-Zero enemy...), а сложное дополнение употреблял со всеми без исключения глаголами без частицы to. К чему приводило неумение Рейдена правильно произносить гласные звуки, можно проиллюстрировать тремя примерами: 'The sheet of paper' (в исполнении склочного божка с кратким гласным выходило, что кто-то питается целлюлозой); 'I can't go to the Outworld' (с произношением [kʌnt] получалось, что Рейден весьма низко себя ценил, чего не скажешь по его поведению); 'I'll go to the beach' (звучало это как признание Рейдена в посещении весьма сомнительных заведений) . Англоговорящий Рейден испытывал большую нужду в хорошем переводчике со своего жуткого жаргона на нормальный английский язык, поскольку бедные Избранные испытывали огромные трудности в общении со своим покровителем, а грамотная и образованная Соня тихо хихикала про себя, но все же решила предложить богу грома свою помощь в освоении иностранного языка, хоть и удивлялась, что за столько лет жизни в Земном Мире он так и не смог как следует освоить английский.
  
  Рейден сильно смутился и даже обиделся - ему было не слишком приятно, что Соня считает, будто он плохо говорит по-английски, но решил виду не подавать, чтобы не терять лицо перед Избранными.
  
  - Конечно, Соня, я буду признателен тебе за все, что ты для меня сделаешь, - с деланной благодарностью закивал он. - Как только у меня появится время, я с удовольствием подтяну с твоей помощью свой английский, как ты сама понимаешь, у меня не было хороших учителей и учебников, я до всего доходил сам.
  
  ***
  
  Поединок между Скорпионом и Джонни проходил в какой-то небольшой роще на севере острова. Ранним утром за Избранным, как и полагается, пришел молчаливый служитель в плаще с капюшоном, который, не говоря ни слова, проводил его на место боя и оставил в одиночестве.
  
  Актер ждал своего врага, стоя среди деревьев. Появившись, Скорпион сразу же выкинул вперед правую руку, из которой показалась голова металлической змеи-гарпуна.
  
  - Иди сюда! - глухо выкрикнул адский призрак, и искусственное чудовище, раскрыв пасть, устремилось к Джонни, который со всех ног бросился бежать. Если актер пытался изменить направление движения и хоть как-то сбить монстра с толку, гарпун следовал за ним. В конце концов Джонни понял, что это совершенно бесполезно, и остановился. Воин Земли был напуган: он был опытным и сильным бойцом, однако ему еще ни разу не приходилось сталкиваться ни с чем подобным. Нужно было срочно что-то придумать, иначе он проиграет, а проиграть он не имел права. Во-первых, от него зависит судьба родного мира, во-вторых, актеру совершенно не хотелось, чтобы его душа после смерти стала принадлежать жуткому колдуну из иной вселенной, который будет питаться ее энергией и читать мысли своей жертвы, словно записи на дискете.
  
  Голова чудовища, которое, как показалось актеру, было явно наделено самостоятельным разумом, приблизилась почти к самому лицу Джонни Кейджа, щелкая челюстями, но достать увертливого и ловкого Избранного ей так и не удалось. Металлическая змея противно запищала от досады и злости.
  
  - Ко мне! - крикнул Скорпион, затягивая свое страшное оружие назад в руку. Джонни внимательно смотрел на врага и вдруг увидел, что тот на долю секунды просто исчез, внезапно возникнув в другом месте. Неужели он умеет телепортироваться? Так, это еще больше осложняет дело...
  
  Адский призрак снова решил достать актера при помощи своей стальной змеи, но Джонни сообразил, что нужно делать, и перехитрил Скорпиона. До поры до времени он неподвижно стоял у одного из деревьев, а когда злобная тварь приблизилась к намеченной жертве почти вплотную, резко увернулся, и голова чудовища впилась в ствол. С ужасом актер увидел, что из дерева, когда в него вонзился гарпун, брызнула какая-то странная жидкость, подозрительно напоминавшая кровь. Это вообще остров посреди моря или царство сюрреализма?
  
  Когда Скорпион попробовал вновь затянуть свое оружие в руку, тело металлической змеи оторвалось от головы, которая так и осталась торчать в дереве. Тем временем актер, перехватив инициативу, бросился к вроде бы как ошарашенному противнику и хотел было нанести ему сокрушительный удар, но вдруг непонятным образом очутился на деревянном помосте в каком-то совершенно незнакомом полутемном замусоренном подвале. Джонни принялся удивленно оглядываться по сторонам - точно царство сюрреализма, как он вообще мог тут очутиться, они же только что сражались в залитой солнцем зеленой роще! - но тут перед ним вновь возник Скорпион.
  
  - Добро пожаловать!
  
  С этими словами адский призрак начал с бешеной скоростью наносить Джонни сокрушительные удары, но тот не растерялся - во-первых, успел вовремя сгруппироваться, чтобы защитить от повреждений жизненно важные органы, во-вторых, быстро перешел в контратаку и мощным ударом в грудь опрокинул своего грозного врага наземь. Киноактер уцепился за прибитую над его головой деревянную планку и влез на маленькую узкую платформу, укрепленную на одной из опор помоста, намереваясь спрыгнуть с нее и одним решающим ударом окончательно разделаться с лежащим перед ним Скорпионом, но его противник на удивление быстро пришел в себя, словно не чувствуя боли от удара, и, молниеносно вскочив на ноги, одним резким движением сломал опору, на которой держалась платформа, после чего спрыгнул с помоста на пол подвала.
  
  - Спускайся! - все так же глухо выкрикнул Скорпион.
  
  Помост с грохотом рухнул, и Джонни очутился на пыльном полу, который был сплошь завален человеческими костями и разнообразным холодным оружием. Оглядываясь по сторонам, актер заметил, что у одного из скелетов в пальцах зажат короткий дротик. Джонни вытащил его из мертвой руки и стал искать глазами своего врага.
  
  Где-то через полминуты перед актером появился Скорпион. Адский призрак резко сорвал с себя маску. Тут Джонни испугался не на шутку: вместо лица у его противника был скалящийся голый череп. Нет. Он должен победить этого живого мертвеца. Он просто обязан это сделать, иначе и быть не может.
  
  В глазах Скорпиона заплясали жуткие огоньки, и внезапно он дохнул в киноактера огромной и мощной, как будто выпущенной из огнемета, струей пламени. Джонни схватил лежавший рядом с ним щит с острыми зазубренными краями, много лет назад брошенный здесь кем-то из безвременно погибших участников турнира, и закрылся им от испепеляющего огня и тысячеградусного жара, после чего метнул во врага найденный дротик. Оружие вонзилось Скорпиону в руку, но вместо крови из раны потекла мгновенно запылавшая густая красноватая жидкость, консистенцией напоминающая начинку для пирога. Враг не то зашипел, не то закричал от боли и недовольства. Тогда актер бросился к своему противнику и нанес ему еще несколько ран краем щита, а под конец решительным ударом снес полчерепа. Голова мертвого ниндзя взорвалась, и Джонни едва успел отбежать в сторону до того, как Скорпион окончательно разлетелся на мелкие кусочки.
  
  Несколько объятых пламенем ошметков, недавно бывших грозным ниндзя, отлетели к ногам актера, и он с изумлением увидел среди них свою собственную фотографию с надписью: 'Моему самому большому поклоннику. Джонни Кейдж'. Такие он в большом количестве дарил своим фанатам на премьерах фильмов, причем по большей части даже не помнил, кому - так много почитателей его творчества было в разных странах мира. Где-то с минуту он ошарашенно смотрел, как догорает фотография, и пытался вспомнить среди людей, которым раздавал автографы, хоть кого-то похожего на внешнемирца или ожившего призрака. Неужели все это время враги находились среди землян на их родной планете, а он даже ничего и не подозревал?
  
  Вытерев мокрый от пота лоб и пригладив слипшиеся волосы, актер пошел разыскивать выход из подвала.
  
  22. Вода и лед
  
  На следующий день Лю Канг с огромным неудовольствием узнал от служителей о том, что новым его противником станет не кто иной, как принцесса Китана. Девушка нравилась ему, более того - он понимал, что тоже ей симпатичен и что она однозначно хочет помочь землянам, а теперь ему придется ее прикончить? Или ей - его?
  
  Рейден, естественно, рассказал своему юному протеже и его товарищам по их просьбе все, что знал о принцессе Китане и ее семье.
  
  - Как я уже упоминал ранее, - торжественно начал он, - Внешним Миром правит бессмертный Император, однако ни жены, ни детей у него, - он едва не сказал 'моего брата', - как вы понимаете, нет. Поэтому Китана - его приемная дочь, но она не просто взятая с улицы безродная бродяжка, она действительно наследная принцесса. Много веков назад Шао Кан покорил один из соседних миров - прекрасную Эдению, лучшие воины которой проиграли десять Смертельных Битв подряд. Правитель этого мира, благородный король Джеррод, был убит, его жена покончила с собой, чтобы не попасть в лапы к безжалостным захватчикам, а их маленькую дочь Китану Император удочерил, чтобы в глазах народа Эдении иметь право на престол.
  
  - Что-то эденийцы быстро сложили оружие и лапки, - печально покачала головой Соня.
  
  - К сожалению, да, - подтвердил Рейден. - Очень многие из них, привлеченные щедрыми посулами завоевателя и его слуг, переметнулись на сторону врага, а те, кто сохранил верность покойному королю, лишились всех прав и свобод. Китана знает о том, кто ее родители, и ненавидит Императора, но у нее пока еще недостает сил, чтобы возглавить восстание, пусть она и мечтает об этом в душе. Она вынуждена жить в постоянном страхе перед своим так называемым приемным отцом.
  
  - Да, ужасная история, - сочувственно произнес Арт Лин.
  
  - Жаль ее, - еще больше огорчился наивный Лю Канг. - Бедняжка, как она живет в таком кошмаре?
  
  Поединок должен был проходить на берегу моря, и Шэнг Цунг поставил здесь свое кресло, явно намереваясь очень внимательно следить за происходящим.
  
  Соня была человеком весьма неглупым и давно заметила, что Шэнг не доверяет Китане и потому постоянно следит за ней сам или просит о том же своих подручных. Годы работы в спецподразделениях научили ее наблюдательности, чего подчас сильно не хватало Лю Кангу с его тремя классами образования. Потихоньку она собирала сведения о сторонниках Императора, намереваясь по возвращении домой написать отчет о том, куда привели ее поиски Кэно, хотя в душе сильно сомневалась в том, что на работе ей поверят.
  
  Перед самым началом поединка Соня обратила внимание на высокую женщину с серовато-стальными глазами без зрачков, одетую в черное. Девушка видела ее уже не в первый раз и решила обратиться с вопросом к сплетнику Рейдену:
  
  - Рейден, та женщина, которая стоит рядом с креслом Шэнг Цунга - кто она? Я довольно часто встречаю ее вместе с Шэнгом... Это кто-то из его подручных? Будет ли она участвовать в Смертельной Битве?
  
  - Это Тэра, один из генералов Императора, - произнес Рейден с таким видом, словно страстно желал оторвать головы и Тэре, и Шэнг Цунгу. - Шао Кан послал ее наблюдать за турниром. Заявку на участие она вроде не подавала - к нашему счастью, потому что она очень сильный боец.
  
  Соня поняла, что спросила что-то не то, и благоразумно решила не задавать Рейдену дальнейших вопросов по поводу Тэры и ее миссии на острове. Она явно наступила склочному божку на больное место, потому что Рейден, с утра улыбавшийся до ушей, теперь надулся, как мышь на крупу, и старательно отводил глаза от Шэнга и Тэры - ведь Соня-то пока не знала о том, что Шао Кан - его родной брат, а Тэру протектор Земли ненавидит точно так же, как и всех прочих доверенных лиц Императора.
  
  - Начинайте! - крикнул Шэнг, когда противники вышли на приготовленную для боя площадку.
  
  Китана внезапно подмигнула Лю Кангу и сделала вид, что наносит удар. Молодой Избранный понял, что принцесса действительно чего-то от него хочет, и сам принялся старательно изображать поединок, благо в юности его учили навыкам бесконтактного боя.
  
  Прижав Лю к земле, девушка шепнула ему:
  
  - Если ты не используешь в бою все свое мастерство, то на победу можешь не надеяться.
  
  - А какое тебе дело до моей победы или поражения? - вырвалось у Избранного, хотя поначалу он решил не подавать виду, будто слышит слова Китаны.
  
  Ему легко удалось вырваться из захвата, хотя это был не захват, а одно название, и самому опрокинуть свою противницу на землю.
  
  - Чтобы победить в следующем поединке, используй вещество, дарующее жизнь, - тихо сказала девушка.
  
  - Ну-ка, повтори, - переспросил Лю Канг.
  
  Шэнг Цунг идиотом не был и прекрасно заметил, что они только делают вид, что сражаются.
  
  - Китана! - с раздражением крикнул он.
  
  Нанеся противнику несколько касательных ударов, еще менее ощутимых, чем укус комара, принцесса сказала:
  
  - Запомни мои слова.
  
  Шэнг Цунг отлично все слышал, и подобная наглость со стороны эденийки просто вывела его из себя.
  
  - Китана! Хватит! Это не очень умно с твоей стороны! Ты разочаровываешь меня! Я при первом же удобном случае доложу все твоему отцу! Бой окончен, ничья! Лю Канг, твоим следующим противником будет Саб-Зиро из клана Лин Куэй, а ты, Китана, больше в турнире не участвуешь, ты дисквалифицирована за более чем откровенное нарушение правил, я сегодня же аннулирую твою заявку!
  
  Принцесса посмотрела на куэтанца с нескрываемой ненавистью.
  
  
  ***
  
  Знаменитый клан Лин Куэй, одним из выдающихся членов которого был Би-Хань, он же Саб-Зиро-старший, изначально был основан во Внешнем Мире, где воины клана долгое время исполняли роль тайных убийц и разведчиков при Императоре, потом открыл вторую школу в Эдении, а впоследствии перебрался на Землю, где до XIII века нашей эры находился в Японии, а потом - в Китае.
  
  В Лин Куэй Би-Ханю и его младшему брату Куай Ляну жилось очень тяжело. Били ниндзя много, а кормили плохо, ибо половину всех продуктов, которые выделял клану Внешний Мир, сожрал Грандмастер Ониро, а четверть оставшегося - его верные помощники Квейд Анэр и Тай Эрине. Штаб-квартира и замок клана находились в одном из практически неисследованных и недоступных горных районов Китая, и дорога в это место была известна лишь немногим.
  
  Глава клана, Грандмастер Ониро по прозвищу Череп, был родом с Северного Куэтана. Уродлив он был как никто иной: он носил странноватую старомодную прическу в духе древних самураев с 'хвостом' на затылке, а свои светящиеся глаза без зрачков белого цвета вечно старался прикрыть капюшоном накидки, как будто стеснялся. Безобразную асимметричную рожу Ониро с безгубым ртом, раскосыми глазами и острым, как у Буратино, носом, вечно перекошенную от злости и сознания собственных недостатков, украшала идиотская бородка клинышком. Сам Грандмастер считал, что это весьма элегантно и сексуально, благо отношения с женщинами у него время от времени случались, и он считал себя весьма привлекательным, но у других людей его внешний вид вызывал ассоциации исключительно с обыкновенным вонючим козлом, который в деревне на лугу травку щиплет.
  
  Череп носил стандартный черно-белый костюм ниндзя, поверх которого напяливал чудовищно неудобную и весящую около семи килограммов накидку допотопного фасона, чем-то напоминающую старинные хламиды эденийской знати. Точно так же одевались Квейд и Тай. Раньше облачение Ониро было черно-алым (он хотел таким образом подчеркнуть, что он как-никак глава клана), но члены Лин Куэй не имели права носить красные наряды - это была привилегия Алых, возмущенный глава которых Меи-Линг наехал на Ониро и показал ему бумагу о военной форме в Темной Империи, подписанную самим Шао Каном. После этого Грандмастер сменил-таки одежду, опасаясь гнева главы государства.
  
  Ониро был редкостным самодуром и всю жизнь поступал по принципу 'так хочу, так желаю, и да будет вместо разума моя воля'. Он избивал и морил голодом несчастных членов Лин Куэй, присваивал и пропивал деньги, которые государство выделяло на содержание клана, и вытворял прочие мерзости. До Императора доходили слухи о том, что Ониро беспробудно пьет, курит травку, нюхает клей, бензин и жидкость для снятия лака, но доказательств сему обнаружено не было - Грандмастер умело скрывал свои прегрешения.
  
  Ониро был чудовищно жесток и приказывал убивать членов клана, уличенных даже в самых незначительных проступках. Ясно, что после этого желающих стать воинами Лин Куэй по доброй воле не оказалось, и еще при жизни одного из прежних глав клана Син Кэртара ниндзя начали воровать на Земле малолетних детей и воспитывать их как своих воинов. Инициатива при этом исходила от неугомонного Ониро, и Син Кэртар, бессмертный, как и все куэтанцы, умер, само собой разумеется, не своей смертью, а стал жертвой озверевшего от нечеловеческой жизни подчиненного - самого первого Саб-Зиро.
  
  Впридачу ко всему вышеперечисленному Ониро присвоил все коронные фразы Шэнг Цунга типа 'Твоя душа - моя' или 'Ты принадлежишь мне!', произнося их при каждом удобном случае. Техникой похищения душ Ониро не владел, но ему явно не давали спать по ночам лавры чемпиона Смертельной Битвы.
  
  Еще более омерзительным созданием, чем Ониро, был второй из Учителей клана - Квейд Анэр по прозвищу Шепелявый Квейд (вследствие врожденного дефекта органов речи он жутко шепелявил, и разобрать то, что он хочет сказать, было почти невозможно). Несмотря на страшное косоглазие, выдающуюся вперед нижнюю челюсть и просто жуткую рожу, Квейд был большим модником, делал себе маникюр с аэрографией и обожал гламурные наряды. Кроме того, он наслаждался всеми видами сексуальных извращений, а именно разгуливал по своей вилле на острове Тайвань, купленной, естественно, на присвоенные деньги клана, в совершенно голом виде, приводил туда девушек и юношей сильно облегченного поведения и устраивал чудовищные оргии в компании с Таем Эрине, который при этом переодевался в женское платье. Третий Учитель клана был не только собутыльником Квейда, но и тем, кто в официальных документах обычно именуется словом 'сожитель', что могло оказаться более чем небезопасно - если бы кто-то донес на них Императору, за изощренный разврат обоих бы просто колесовали.
  
  Тай Эрине внешне хотя бы отдаленно напоминал человека, хотя у него тоже были светящиеся глаза без зрачков белого цвета. Он был громилой ростом здорово за два метра и одним ударом запросто мог ухлопать не то что племенного быка, а даже дракона. Тем не менее третий из Учителей клана был туп как колода и в плане умственного развития не смог превзойти даже Лю Канга, поскольку не имел понятия даже о самых элементарных вещах. Впрочем, сила есть - ума не надо, и отсутствие мозгов не мешало ему неплохо драться.
  
  Время от времени Император подумывал о том, чтобы распустить Лин Куэй и отдать его начальство под трибунал, но был один нюанс. Некогда лучший клан ниндзя превратился под руководством Ониро в такую продажную контору, что если бы Шао Кан вдруг обрубил клану финансирование или начал сильно давить на его Учителей, Ониро и его верные прихлебатели тут же предали бы Внешний Мир и начали работать на Рейдена. Стоит сказать, что временами, когда склочный божок и его поклоннички отстегивали Ониро весьма крупные денежные суммы, Грандмастер благополучно заставлял своих ниндзя пахать на Светлых.
  
  Не так давно из Лин Куэй уволился по собственному желанию и начал помогать Шэнг Цунгу Саб-Зиро-старший (его младший брат Куай Лян до поры до времени оставался в клане). С Ониро его лучший воин поругался по банальной причине: тот мотался между Рейденом и Императором, как всякая гадость в проруби, в зависимости от того, кто больше платит, и пытался заставить Саб-Зиро делать то же самое.
  
  Саб-Зиро-старший был самым сильным и прославленным воином клана, и его способности не могли не привлечь внимания других людей. Однажды ранним зимним утром к Грандмастеру Ониро пришел Куан Чи - придворный маг и правая рука Шиннока, отца Рейдена и Шао Кана. Он попросил Би-Ханя украсть из Храма Элементов, где обретались Младшие Боги - сторонники Рейдена, древний амулет, принадлежавший его господину. Ниндзя блестяще справился с заданием и вручил черному магу необходимое, но об этом мгновенно прознал Рейден. Он понял, что если отец воспользуется своим артефактом, им с братцем Тьеном быстро придет конец. Бог грома заплатил клану кучу денег, чтобы Саб-Зиро как можно скорее вернул амулет, поскольку решил, что ниндзя, отнявший артефакт у Младших Богов, сможет отобрать его и у Шиннока. В итоге большую часть зарплаты Би-Ханя, естественно, прикарманил Ониро, а сам ниндзя с огромным риском для жизни все же отнял у папочки Рейдена его вещь. Одним заказом бог грома не ограничился и попросил Саб-Зиро, конечно же, убить Шэнг Цунга.
  
  Этого ниндзя уже не выдержал.
  
  Несмотря на годы работы в продажном клане и общения с личностями типа Ониро, Квейда и Тая, Би-Хань не страдал отсутствием хотя бы подобия порядочности и послал Рейдена куда подальше, сказав, что не будет убивать человека, сделавшего для Внешнего Мира вообще, для их клана и конкретно для самого Саб-Зиро и его брата много хорошего, только потому, что так хочет великий Рейден. После этого Би-Хань направился на Шимуру и рассказал Шэнгу об истории с амулетом и о втором заказе.
  
  Шэнг знал, что ничего другого от Рейдена и Ониро ждать не приходится, и понимал, что в клане ледяной воин будет обречен исключительно на то, чтобы исполнять подобного рода заказы, получать от Ониро одни пинки и слушать нецензурную брань Учителей, после чего предложил ниндзя остаться на Шимуре на выгодных условиях: вдвое большую, чем в клане, зарплату - лично в руки, свой дом на острове и человеческое существование без мата и мордобоя. Бедный Саб-Зиро, естественно, согласился - ему очень уж надоело терпеть безумные выходки Ониро. Сам Грандмастер был страшно разъярен тем фактом, что Би-Хань отныне будет работать на Шэнг Цунга, но не смог и пикнуть - рыльце-то было в пушку, а если бы Шао Кан узнал о том, что Ониро действительно предлагал его младшему братцу свои дорогостоящие услуги, то глава Лин Куэй куковал бы на кобальтовых рудниках до второго пришествия.
  
  - Еще одна твоя идиотская выходка, - пригрозил Ониро Шэнг Цунг, - и ты труп. В твоих интересах не только молчать, но и поставить голову на место! Помни о том, кто твой истинный хозяин и кому ты обязан существованием своего клана!
  
  У Би-Ханя была и еще одна причина покинуть клан. Во время своего путешествия по Не-Миру, где обитал Шиннок, он познакомился с прекрасной девушкой по имени Сарина и подумал, что возраст у него как раз подходящий для того, чтобы создать семью - не так давно ледяному ниндзя минуло тридцать два. Однако привести супругу в Лин Куэй по понятным причинам было невозможно, а на Шимуру, находясь на службе у Шэнга - вполне себе, тем более при наличии жилья. К своему сожалению, ниндзя распрощался с Сариной при не слишком приятных обстоятельствах - она была одним из воинов Шиннока, и отец Императора, застав ее мило разговаривающей со своим врагом, в гневе едва не прикончил девушку, однако Саб-Зиро не терял надежды найти свою возлюбленную и быть с ней вместе.
  
  ***
  
  Лю Канг, недолго думая, во всех подробностях рассказал Рейдену о своем несостоявшемся поединке с Китаной, и бог грома решил, что нужно срочно действовать. Нацепив очередной выцветший балахон, он притащил в зал, в котором должен был проходить следующий поединок, два ведра воды и тихо смылся. К величайшему сожалению, никто его не заметил.
  ***
  
  На следующий день Лю Канга отвели в незнакомый зал, представлявший собой довольно мрачное, но просторное помещение без окон, в которое от входа вела широкая длинная лестница. Через некоторое время туда спустился Саб-Зиро-старший - новый противник воина Земного Мира.
  
  Враги долго отражали атаки друг друга, но наконец ниндзя, изловчившись, встал на руки и ударил Лю одновременно двумя ногами в подбородок. Тем не менее Избранный лишь пошатнулся, а не заполучил перелом челюсти и сотрясение мозга - удар получился скользящий, а Би-Хань, отскочив в сторону, принялся изматывать своего врага короткими точными атаками, желая, чтобы тот устал и потерял реакцию. Однако Лю Канг быстро заметил слабину в защите оппонента и свалил Саб-Зиро на пол таким апперкотом, что ниндзя отлетел метра на три, шипя от боли и мысленно желая воину Земли поскорее сдохнуть.
  
  Поднявшись через некоторое время на ноги, Саб-Зиро понял, что противник ему достался отнюдь не такой неумелый, как стражи Храма Элементов и монахи Храма Света, и просто так с ним разделаться не удастся - если он не использует свое умение метать лед, победы ему не видать. Би-Хань решил быстро отправить Лю Канга на тот свет при помощи своей способности все замораживать. Ниндзя сделал несколько широких пассов руками, и в воздухе тут же заискрились серебристые огоньки, между ладонями Саб-Зиро возник светящийся голубоватым светом переливающийся шар, а вокруг самого ледяного воина появилась сияющая аура. Лю отскочил в сторону, не зная, что делать дальше, и внезапно наткнулся на одно из ведер с водой, притащенных в зал Рейденом.
  
  Вода выплеснулась на пол, и Избранный наступил в лужу; тут он вспомнил, что Китана велела ему использовать вещество, дарующее жизнь. Лю сообразил, что она имела в виду именно воду, и, схватив второе ведро, решительно швырнул его в Саб-Зиро. В мгновение ока оно долетело до окружавшей ниндзя ауры и разлетелось на куски, а находившаяся в нем вода попала в самого Би-Ханя, который тут же превратился в светящуюся ярко-белым светом ледяную статую.
  
  Лю Канг облегченно вздохнул и направился к выходу. Очередная победа была за воинами Земли. Чего им ждать дальше?
  
  23. Ужас за запертой дверью
  
  Вечером того же дня, когда Кэно после ужина перед сном мирно прогуливался возле главного здания и любовался красивой луной, сзади к нему внезапно подошел какой-то человек. Поначалу бандит не испугался, решив, что это Тарсонис или Эсмене, но, обернувшись, в свете фонаря узнал Ави, и ему стало не по себе.
  
  - Добрый вечер, - Кэно решил сделать вид, будто не знает сына Шэнг Цунга.
  
  - Какой он добрый?! - раздраженным тоном ответил Ави. - Я к тебе пришел отнюдь не для того, чтобы дышать свежим воздухом, а чтобы высказать все то, что думаю о таких, как ты!
  
  - В смысле? - пожал плечами бандит.
  
  - В прямом! - молодой человек был явно разозлен сегодняшним поражением Саб-Зиро от рук Лю Канга. - Я не знаю, о чем мой отец думал - вернее, чем он вообще думал! - и где тебя взял, но драться ты не умеешь по определению. И позоришь наш клан! Моя мать тоже была из 'Черного Дракона', и у меня ее древний медальон, но тебя даже нельзя сравнивать с нашими общими великими предками! Сначала Альдо, которого все считали серьезным соперником для Избранных, бездарно запорол поединок, потом ты, теперь Скорпион и Саб-Зиро. Расслабились все, да? А что потом нас Император за поражение в решающем турнире по голове не погладит, об этом никто из вас не думает? Не умеешь драться - не выходил бы на бой, и вообще - дело, конечно, твое, но я бы тебе советовал валить отсюда доживать свой век в какой-нибудь глухой деревушке, сложить с себя полномочия главы синдиката и перед людьми не срамиться.
  
  Кэно снова с деланным безразличием пожал плечами.
  
  - Простите, не имею чести быть с вами знакомым... - как можно культурнее начал он, решив не злить вздорного внешнемирца зря - уже был достаточно наслышан о его дрянном характере от Эсмене и Тарсониса.
  
  - Я Ави, сын Шэнг Цунга! - все тем же раздраженно-высокомерным тоном ответил тот.
  
  - Очень приятно, мое имя Кэно, - сказал бандит.
  
  - Я знаю.
  
  - Так вот, Ави... понимаете ли, меня на службу нанял ваш досточтимый отец. И теперь освободить меня от нее вправе только он сам либо смерть кого-то из нас. В крайнем случае - кто-то из вышестоящих лиц, например, ваш Император. Я понимаю ваше недовольство, более того, я согласен с вами, что мои способности бойца оставляют желать много лучшего. Однако я всего лишь выполняю приказы вашего отца, и если он велит мне сразиться хоть с этим вашим крутым Горо, я пойду в бой, пусть это и будет означать для меня верную смерть. Если он прикажет мне убираться вон, я покину остров в тот же день. Пока же он не отдал мне такого повеления, я самодеятельностью заниматься не стану, иначе он меня попросту убьет и будет прав. Так что прошу прощения, если чем-то оказался вам не по душе.
  
  Ави презрительно фыркнул, окинул Кэно с головы до ног уничижительным взглядом и пошел прочь.
  
  ***
  
  Принцесса Китана после того, как Шэнг Цунг публично отчитал ее за неподобающее поведение в бою с Лю Кангом, была сильно расстроена и напугана. Она хотела как лучше, хотела помочь Избранному, и тут... такой прокол. Девушка очень боялась своего грозного приемного отца, который послал ее на турнир, и его страшного придворного мага, который в скором времени намеревался идти к Императору докладывать обстановку и пообещал непременно рассказать Шао Кану о безобразной выходке принцессы.
  
  Чтобы хоть немного отвлечься, она пошла бродить по острову, с наслаждением вдыхая аромат цветов и свежей земли. Вокруг возвышались красивые здания, к воде вели каменные пристани, и Китана, смахнув навернувшиеся на глаза слезы, вспомнила свою жизнь с родителями и старшей сестрой в когда-то прекрасной Эдении. У короля Джеррода и его жены, прекрасной королевы Синдел, было две дочери - Эйя и маленькая Китана, страна процветала, а ее граждане думали, что так будет всегда. В детстве принцесса слышала о Смертельной Битве, но, будучи ребенком, она не понимала, что это значит - так, смутные разговоры, мало ли о чем говорят старшие, девочке бы по саду бегать да в куклы играть.
  
  Однако потом все изменилось.
  
  Когда она услышала это страшное слово - 'война', а лучшие люди короля Джеррода проиграли последнюю, десятую Смертельную Битву подряд.
  
  Когда в поединке с Шао Каном погиб ее отец, а они с матерью и сестрой прятались во дворцовой башне, пока туда не вошли вооруженные до зубов завоеватели.
  
  Когда кровожадный захватчик насильно взял ее мать в жены - маленькая наивная Китана тогда еще мало что понимала в отношениях между мужчиной и женщиной, но все же смогла почувствовать, что это неправильно и ужасно, а сестру Эйю выдал замуж за одного из своих верных приспешников - разумеется, тоже против ее воли.
  
  Когда мать наложила на себя руки, а Эйя перестала появляться в Эдении - Китана до сих пор не знала, жива ее сестра или уже мертва.
  
  Когда она сама стала очередным безликим солдатом на службе у Императора, торжественно именуясь его приемной дочерью.
  
  С такими мыслями Китана шла в неизвестном направлении - надеялась хоть немного развеяться, а расстроилась еще больше! - пока не наткнулась на какое-то низенькое двухэтажное здание из красного кирпича. На двери из светлого экзотического лакированного дерева была табличка с надписью на куэтанском языке: 'Вход воспрещен, лаборатория'.
  
  Принцесса Эдении еще ни разу не бывала здесь, и ее разобрало любопытство. Что такое лаборатория, она не знала, но решила вскрыть дверь и войти внутрь, благо с собой у нее было любимое оружие - прочные стальные веера. Разломать мягкую древесину оказалось очень просто, и девушка вошла внутрь. Свет непостижимым образом зажегся сам собой - внутри стоял современный сенсорный выключатель, правда, Китана совершенно не разбиралась в технике.
  
  Обстановка первой комнаты подействовала на нее успокаивающе: стол, какие-то шкафы, очаг, множество мисок, чаш, блюдец, тарелок, кастрюль... Здесь что - склад посуды? Китана открыла следующую дверцу и с трудом сдержалась, чтобы не закричать в полный голос от ужаса.
  
  На большом металлическом столе посреди комнаты стояла огромная стеклянная посудина, в которой плавало нечто бесформенное и похожее на отбитый колотушками комок мяса. Такие же посудины, только меньшего размера, стояли на полках и стеллажах вдоль стен, и в них тоже плавало всякое... Китана зажала рукой рот, чувствуя, что ее мутит: внутренние органы человека и животных, нечто, похожее на недоразвитого ребенка, отрезанные конечности, голова, глаза, нос... Кроме того, кругом лежали блестящие инструменты и были расставлены склянки с какими-то лекарствами, зельями и таблетками, а на стенах висели рисунки, схемы и фотографии с изображениями то очередной расчлененки, то устройства различных живых организмов. Что это за ужасное место?
  
  Из оцепенения девушку вывел кто-то, незаметно подкравшийся сзади и схвативший ее за плечо. Она медленно обернулась и увидела перед собой Шэнг Цунга.
  
  - Ты что здесь делаешь? Вон отсюда! Немедленно! - возмущенно произнес черный маг. - Надпись на двери не видела, нет?
  
  - А мой отец знает, чем ты тут занимаешься? - заплетающимся языком проговорила Китана. - Это твое колдовство, да?
  
  - Знает, - холодно бросил Шэнг. - А если ты не видишь разницы между черной магией и наукой, это твои трудности. Вон отсюда. Завтра же я доложу ему о твоем отвратительном поведении на турнире и о том, что ты без спросу заходишь туда, куда не следует. Еще и дверь теперь из-за тебя менять придется. Она, между прочим, дорогая.
  
  - Тогда я расскажу ему о... об Эсмене! - не осталась в долгу принцесса. - Про него он тоже знает или как?
  
  - Расскажешь? Ступай, рассказывай, только ты все равно никому ничего не докажешь, потому что официально он уже давно как гражданин другого государства и носит другое имя, а мало ли в мире похожих людей. Великий Кунг Лао погиб четыреста пятьдесят лет назад. Усекла? Его больше нет. Тебе никто не поверит. Есть Эсмене из Эдении. И он исчезнет с острова по первому моему знаку, Император с ним просто не встретится и решит, что ты все выдумала. Вон отсюда.
  
  Китана опрометью бросилась бежать прочь, в темноте не разбирая дороги. Лю Канг, который тем временем тоже вышел погулять перед сном вместе со своими друзьями, даже не ожидал, что внезапно столкнется со своей недавней противницей. Девушка выглядела испуганной, волосы ее растрепались, а глаза лихорадочно блестели. Задыхаясь от ужаса, она бросилась Избранному на шею и крепко его обняла.
  
  - Лю, - прошептала она, - на этом острове творятся ужасные вещи. Я боюсь, что Шэнг Цунг сделает что-то страшное и со мной тоже. Ты - моя единственная надежда. Спаси меня.
  
  Юноша вздрогнул от неожиданности, но тоже обнял напуганную Китану.
  
  - Что случилось? Рассказывай. Пока я рядом, никто тебя не тронет.
  
  ***
  
  Избранные проговорили с Китаной до полуночи и узнали от принцессы Эдении много нового и интересного. С некоторой информацией она, конечно, слегка запоздала, потому что Скорпион и Саб-Зиро уже не представляли угрозы, но благодаря приемной дочери Шао Кана землянам теперь было известно, почему двое ниндзя враждовали, а Би-Хань с таким подобострастным обожанием относился к Шэнг Цунгу. Выяснилось, что некоторое время назад, когда воины Лин Куэй напали на Ширай Рю, Саб-Зиро убил самого Скорпиона и его жену с ребенком, а хозяин турнира неоднократно заступался за ледяного ниндзя и его приятелей перед руководством их клана - еще в юности ребята регулярно нарушали дисциплину, и если бы не Шэнг, не сносить бы им всем головы.
  
  Принцесса Эдении рассказала Избранным и об уничтожении ее собственного родного мира врагами. Лю Канг от души ей посочувствовал, постарался утешить и пообещал, что поможет ей всем, чем только возможно, если это окажется в его силах. Потом Китана пошла все-таки спать, да и воины Земли, обсудив события последних дней, решили, что им пора по кроватям.
  
  Арт Лин, заметив, что его друг Лю прямо-таки очарован эденийкой, решил дать ему по этому поводу дельный совет, чтобы молодой человек встал-таки ногами на землю и поменьше витал в облаках.
  
  - Знаешь, Лю, - начал олимпиец, - ты, говоря по правде, девушке-то этой помоги, негоже бросать человека на произвол судьбы, если у него такие неприятности и вся семья от рук внешнемирцев погибла, но влюбляться в нее не следует. Во-первых, не верю я в 'любовь через границы' - она из другого мира, и культурные различия рано или поздно дадут о себе знать, более того, вместе вы не будете никогда. Во-вторых, не понравилась она мне, послушал я ее - странно, что она принцесса, у царственных особ должно быть неплохое образование, а мне лично показалось, что она глупа, как полено. За то время, пока она служит Шао Кану, она могла бы у него втихаря половину армии перебить и самого его вместе с Шэнг Цунгом грохнуть, а она так глупо прокололась во время поединка с тобой.
  
  В этом плане Арт в какой-то мере ошибался: с образованием и интеллектом у Китаны и впрямь было плохо, но совсем глупой ее назвать было нельзя - она прекрасно соображала, где, что и кому можно или нельзя говорить, и благоразумно умолчала при Лю Канге о его папеньке и всем, что с ним связано, изложив официальную версию развития событий.
  
  - Да ладно тебе, Арт, - отшутился Лю, - я в нее ни капельки не влюблен, мне просто чисто по-человечески ее жалко, столько лет провести в окружении врагов, как она еще умудрилась при этом сохранить здравый рассудок.
  
  - Ну, это другое дело, - с облегчением вздохнул спортсмен, не догадываясь, что в душе его приятель благополучно начхал на все его добрые советы.
  
  - Теперь понятно, куда Шэнг девает трупы погибших на турнире - на запчасти небось разбирает и опыты ставит! Интересное хобби, ничего не скажешь! А насчет Скорпиона Рейден ошибся, - съехидничал Джонни. - Он нам говорил, будто они с Саб-Зиро за право быть лучшими в поединке сражались, а люди из Лин Куэй на самом деле с Ширай Рю вон как подло поступили.
  
  -Ну да ладно, теперь это не имеет значения, - махнула рукой Соня. - Мы уже отделались от обоих ниндзя, пусть это было и нелегко.
  
  ***
  
  Китана и Избранные даже не подозревали, что все это время за ними по-прежнему следил Рептилия. Затеррианец также оказался невольным свидетелем перебранки между Ави и Кэно, после чего стремглав помчался с доносом к Шэнг Цунгу.
  
  - Отличная работа, - похвалил своего слугу черный маг. - Кэно просто молодец, прекрасно выкрутился. Сейчас мне некогда возиться с Ави и его отчитывать, но как будет время - я с ним серьезно поговорю, чтоб не смел тут хамить моему подчиненному. Своими пусть обзаведется и разговаривает с ними как хочет. Однако, я думаю, после такой отповеди он к Кэно больше и не полезет. Что же до Китаны... к счастью, ничего особо серьезного она Избранным не выболтала. Пусть Лю Канг жалеет ее дальше, много он понимает в том, что на самом деле произошло, а ты по-прежнему следи за ней в оба глаза и докладывай мне о каждом шаге нашей принцессы во всех подробностях.
  
  ***
  
  Когда человек живет спокойной жизнью и ему ничто не угрожает, он практически не замечает хода времени, но в опасной ситуации многие начинают думать о каждой прожитой секунде, о том, что они, возможно, в последний раз наслаждаются закатом или прогулкой на свежем воздухе.
  
  Шэнг Цунг тоже постоянно помнил о том, что в любой момент с ним могут расправиться подручные Тьена, и каждый вечер может оказаться для него последним. После поединка Саб-Зиро и Лю он снова отправился по делам в Гонконг, хотя Эсмене и Тарсонис упрашивали его остаться на острове.
  
  - Друзья мои, я прекрасно понимаю ваше беспокойство, - ответил он, - но мои дела за меня никто не сделает, в особенности это касается финансовых вопросов. Спасибо, конечно, что вы за меня так волнуетесь, однако это лишнее. Никто, как всем известно, еще не умер двумя смертями.
  
  Выйдя глубокой ночью из 'Ириса', где он беседовал с новым главным бухгалтером 'Черного лотоса', Шэнг Цунг заметил, что за ним едет какая-то машина - в тумане свет ее фар казался каким-то ужасающе-мертвенным. Он едва успел спрятаться за угол, когда из окна автомобиля раздались выстрелы; несколько пуль, попав в кирпичи, отбили от них осколки.
  
  В этот момент на дороге перед машиной появился некто, с ног до головы закутанный в черное одеяние с капюшоном, низко надвинутым на глаза.
  
  - А ну, проваливайте отсюда, и немедленно! - произнесла странная личность глухим, но в то же время довольно громким голосом.
  
  - Ни хрена себе! - заорал сидевший за рулем глава нападавших и, выскочив из машины, хотел было выпустить в помешавшего им пришельца все патроны из своего пистолета, но тот вытащил из-под полы черного наряда какое-то странное оружие, похожее на длинную серебряную трубку, и враг тут же превратился в живой факел, с дикими истошными воплями мечущийся по переулку, а через пару минут упал на землю и только подергивался в агонии.
  
  - Вы что смотрите, стреляйте! - завопил второй человек из машины, и двое его подручных с винтовками, открыв двери автомобиля, прицелились было в незнакомца, но тут же залезли назад.
  
  - Не будем мы стрелять. Поехали отсюда! У него огнемет!
  
  Тут рядом с машиной неожиданно появилась уже знакомая Шэнгу рыжеволосая Кира с пистолетом в руке.
  
  - Передайте вашему хозяину Тьену, что если он еще раз вздумает вытворить нечто подобное, я не посмотрю ни на каких Старших Богов, поймаю его и сделаю из него удобрение, а всех его прихлебателей утоплю в бочке с дерьмом - во Внешнем Мире, да будет вам известно, так поступают с теми, кого обвиняют в самых позорных деяниях. Это ясно? Убирайтесь отсюда немедленно!!! Я не боюсь ни вас, ни Тьена, ни Рейдена, вот такая я бесстрашная.
  
  Подручные Тьена в ужасе завели машину и быстро скрылись с места происшествия. Кира убрала пистолет в кобуру и подошла к Шэнгу.
  
  - Как видите, у этих уродов снова ничего не вышло... Знакомьтесь, это еще один мой товарищ из нашего синдиката, больше известен под прозвищем Безликий, но для друзей просто Аймо.
  
  Шэнг Цунг по жизни ненавидел принимать от кого-либо помощь, но, в отличие от Сони Блейд, отнюдь не потому, что никому не доверял, а просто не хотел выглядеть в чьих-то глазах слабым и неспособным что-либо сделать самостоятельно. В этот момент ему показалось, что смотрится он донельзя жалко, хотя на самом деле Шэнг, как и все люди, привыкшие полагаться только на себя, сильно преувеличивал. Кэно и его соратникам из 'Черного Дракона' придворный маг Шао Кана казался в любой ситуации человеком очень гордым и замкнутым, но уж никак не жалким.
  
  - Очень приятно познакомиться, - ответил он с абсолютно бесстрастным лицом. - Я очень благодарен вам обоим за помощь, вы, Кира, в очередной раз спасли мне жизнь. Надеюсь, что подручные Тьена больше не станут нам мешать. К сожалению, я не могу дольше оставаться здесь, меня ждут неотложные дела на острове.
  
  - А вы откуда на Шимуру перемещаетесь, с сорокового пирса? - спросил Безликий.
  
  Шэнг утвердительно кивнул.
  
  - Да, там очень удобное место для телепортационного канала.
  
  - Давайте мы вас подбросим, у нас тут тачка за углом стоит, - учтиво поклонилась Кира. - Это куда безопасней, чем идти пешком по улице.
  
  - Ладно, поехали, - черный маг попытался натянуто улыбнуться. - Хорошее у вас оружие, Аймо.
  
  - А то, сам сконструировал, - с гордостью в голосе ответил Безликий и распахнул перед Шэнгом дверь большого черного джипа. - Забирайтесь.
  
  ***
  
  Подручные Тьена, панически боявшиеся своего хозяина, на четвереньках ползли к его трону, не переставая оправдываться.
  
  - Мы почти убили его!
  
  - Но тут появились эти!
  
  - Он был с огнеметом!
  
  - По очереди, не орите все вместе, - нервно произнес Тьен, с рожи которого по-прежнему не сходило экстазное выражение.
  
  - Ну, мы подъехали к нему и начали стрелять! - проверещал один из его подручных.
  
  - А Шэнг Цунг спрятался за углом! - продолжал второй тьенист. - Тут на дороге возникло что-то непонятное! Это был жуткий человек в черном! Я не понял, но мне показалось, будто у него с лицом...
  
  - Чушь какая-то, - перебил Тьен. - Ладно, продолжай. Дальше что было?
  
  - По-моему, у этого мужика и лица-то не было... не разглядел я, испугался, и на нем был капюшон! - дурным голосом орал тьенист. - Ну, наш командир хотел в него выстрелить, но тот достал огнемет и сжег его заживо! Мы больше не стали стрелять, испугались!
  
  - Испугались?!!! - заорал Тьен так, что, казалось, рухнут стены и потолок. - Трусы!!!!! Сколько раз ты только что произнес слово 'испугались', тебе помочь подсчитать или сам справишься, недоумок??!!!!
  
  - А потом появилась какая-то женщина и велела нам убираться! Еще она просила передать вам, хозяин, чтобы вы прекратили убивать людей Императора, иначе она пустит вас на удобрение, а нас всех перетопит в яме с дерьмом!
  
  - Не в яме, а в бочке! - перебил его товарищ.
  
  - Неважно!
  
  Тьен посмотрел на стоявших тут же Рейдена и заместителя наставника Храма Света. Наставников ki'art, носивший удивительно красивое имя Жуй Хуй, глядя то в пол, то в потолок, истово молился Джиалу, а братец Тьена теребил край своего идиотского грязного и драного балахона непонятного цвета, явно найденного в мусорном баке, и монотонно бубнил себе под нос нечто неразборчивое.
  
  - Что будем делать-то? - вздохнул Тьен, который прекрасно понял, что окружен сплошными трусливыми идиотами, неспособными даже вчетвером прикончить одного из огнестрельного оружия, и его младший брат - не исключение.
  
  Рейден, побледнев, сел на пол около трона Тьена.
  
  - Пусть Шэнг Цунга Лю Канг в честном бою убивает. У Лю есть все шансы, - буркнул склочный божок.
  
  - Согласен, - ответил Тьен. - Объясни Лю Кангу, что он должен, нет, обязан это сделать!
  
  - А если заметят, что я его подговариваю? - испугался Рейден.
  
  - Ты мне мораль читать будешь? Сделай так, чтоб не заметили! Все должно произойти как бы случайно, только подговаривай Лю Канга по-тихому!
  
  Рейден в это время смахивал на заезженную пластинку, поскольку в перерывах между репликами продолжал бубнить граммофонным голосом нечто невразумительное.
  
  - Заткнись! - заорал Тьен. - Ты там что, тоже вместе с Жуй Хуем Джиалу молишься? Как же, слышит он тебя! А вы все убирайтесь вон! И поймайте мне ворону!
  
  С раннего детства Тьена тянуло не к женщинам, а к уткам, курам и в особенности к воронам, однако ловить птичек сам он ленился и обычно поручал грязную работу то младшему брату, то подручным.
  
  - Указания мои понял? - переспросил глава Младших Богов.
  
  - Да, Тьен! - бодро ответил Рейден с земным поклоном.
  
  - Ну так какого хрена ты еще до сих пор не на Шимуре? Вперед и с песней!
  
  - Ухожу, ухожу, ухожу...
  
  24. Заманчивое предложение
  
  На следующий день был объявлен перерыв в состязаниях, чтобы дать участникам турнира с обеих сторон возможность собраться с силами и отдохнуть. На деле причина была несколько иной, но Шэнг Цунг не стал об этом распространяться, хотя его близкие друзья и соратники и так все прекрасно поняли.
  
  Соня и Лю проснулись значительно раньше Арта и Джонни. Они умылись, позавтракали, попили кофе и отправились прогуляться, наслаждаясь свободным днем. Однако их радость была недолгой: на одной из садовых дорожек около большого чайного куста они нос к носу столкнулись с самим Шэнг Цунгом.
  
  Двое Избранных растерялись. Они хотели было пройти мимо и сделать вид, будто ничего не заметили, но их враг заговорил первым.
  
  - Рад приветствовать вас обоих в столь ранний час, - начал он, окинув Лю и Соню с головы до ног оценивающим взглядом.
  
  Лю промолчал.
  
  - Что вам нужно? - резко спросила лейтенант Блейд, понимая, что Шэнг не просто так с ними поздоровался.
  
  - Знаете, Лю, - произнес хозяин турнира, - вот уже несколько дней я наблюдаю за вами и вашей техникой боя. Могу сказать, что она выше всяких похвал. Мне, честно говоря, жаль, что вы работаете не на меня. Знаете, если бы я предложил вам дружбу и сотрудничество, вы не рисковали бы своей жизнью в поединке с принцем Горо, а я...
  
  - Хватит, - оборвал его Лю. - Такие друзья мне не нужны. Единственное, чего я хочу - это встретиться в бою с убийцей моего брата, а этот человек сейчас стоит передо мной. И, поверь, тут меня не остановит никакой принц Горо.
  
  - И почему вы так уверены, что это сделал я? - невозмутимо ответил Шэнг.
  
  - А кто же еще? - процедил сквозь зубы молодой воин.
  
  - Лю, ты бы поаккуратнее со словами, и не надо разбрасываться обвинениями, если у тебя нет прямых доказательств, - потянула его за рукав Соня. - Если человек тебе неприятен, из этого еще не следует, что он совершил такое злодеяние.
  
  - Знаете, Соня, мне очень нравится ваш тонкий аналитический ум, - с одобрением посмотрел на девушку Шэнг. - Вы ведь пока не замужем, не так ли? К сожалению, в Земном Мире столь разумной и образованной особе трудно найти равного себе и достойного мужчину. Осмелюсь предложить свою кандидатуру в качестве спутника жизни, пусть у меня и мало надежды на взаимность.
  
  - Ты что, совсем спятил, извращенец?! - Лю с животным ужасом в глазах шагнул вперед и загородил девушку собой. - Это ты себя достойным считаешь?
  
  - Почему это я сразу извращенец? - черный маг смотрел на своего недруга с явным недоумением. - Я зову девушку замуж. Все серьезно. Где тут извращение? Впрочем, не хотите - как хотите, - обратился он теперь уже к Соне. - У нас навязываться не принято. Один раз отказали - все. Поверьте, есть и другие женщины, которым я не безразличен и которые с радостью примут мое предложение.
  
  - Вот к ним и иди, - поморщилась Соня.
  
  Избранные растерянно переглянулись, но черный маг уже куда-то растворился.
  
  ***
  
  В середине дня Шэнг Цунг снова отправился во Внешний Мир к Императору докладывать обстановку. Эсмене упрашивал товарища разрешить ему, Рутаю и Кэно снова пойти с ним, но тот воспротивился.
  
  - Нет, - твердо сказал он. - В этот раз я иду один.
  
  - Я тогда с тобой... - растерялся Эсмене, - ну не в смысле - с тобой во дворец, а просто по городу погуляю и тебя подожду.
  
  - Ну ладно, - великодушно согласился Шэнг, - Тогда ты - со мной и будешь сидеть в кофейне неподалеку, но Кэно и Рутай останутся здесь.
  
  - Согласен, - печально кивнул тот, понимая, что в случае необходимости не сможет защитить своего приятеля от гнева полубезумного монстра, а чтобы понять, что Шао Кан своего придворного мага по голове не погладит, не надо быть провидцем - наверняка Императору уже доложили о гибели Альдо и позорном поражении Саб-Зиро и Скорпиона. Впрочем, бесстрашен не тот, кто не боится, а тот, кто все понял и не отступил.
  
  - Слушай, Кэно, - с улыбкой спросил черный маг, решив перевести разговор на другую тему, - вот скажи мне, как и где ты набираешь своих ребят? Второй раз их встречаю, и они мне все больше и больше нравятся. Этот Безликий - он как к вам попал?
  
  - Он из Финляндии родом, его на самом деле Аймо Ярвинен зовут... уже звали, - стал рассказывать Кэно. - Работал там на оборонном предприятии инженером-конструктором, жил как все люди обычные, ну как везде положено - домик, семья, дети. Жена у него была бабенка хорошая, но нервная очень, близко все к сердцу принимала. Однажды случилась неприятность: его старший сын на качелях качался да и упал с них, себе лоб разбил - с кем в детстве не бывает. Мама рану промыла, йодом помазала, малыша успокоила. На следующий день пришел ребенок в школу, там всякие гребаные доброхоты сразу переполох подняли - якобы мальчишку дома избивают, они ж там все на этом деле повернутые. Нагрянули к Аймо в дом полицейские и сотрудники органов опеки, обоих детей из семьи срочно изъяли, поместили в приют, родителям даже толком видеться с ними не разрешали. Его жена сначала плакала, а потом руки на себя наложила. Безликий решил, что терять ему уже нечего, а в оружии и взрывчатке он разбирался по работе круче некуда. Ну и устроил этим ебланам... небольшую диверсию. Все они и сгорели на хуй вместе с полицейским участком и офисом социальной службы. Правда, Аймо и себе рожу очень здорово подпортил, но ему на это похер - он свою бабу любил, с другими мутить совершенно не хочет. Мы ему и помогли по новой в жизни обустроиться. Детей его мы тоже у этих уебков выцарапали - вырастим из них настоящих воинов 'Черного Дракона'!
  
  - Это правильно, - согласился довольный Шэнг.
  
  ***
  
  В Огненном Дворце Шао Кана во Внешнем Мире царила почти гробовая тишина: охрана и слуги почти неслышно сновали по коридорам - Император был сильно не в духе, поэтому они старались лишний раз его не раздражать и не нарываться на неприятности. Дела на турнире у имперцев в этот раз шли не слишком гладко, и главу государства это уж никак не могло обрадовать.
  
  Шэнг Цунг вошел в тронный зал, прекрасно понимая, что ему сейчас придется выслушать. Сегодня Император был снова одет довольно ярко - на нем были алые брюки и рубашка, а также мантия цвета золотой осенней листвы, но его парадный наряд сильно контрастировал с угрюмо-раздраженным выражением лица.
  
  - Приветствую вас, мой повелитель, - поклонился черный маг.
  
  - Не очень-то я рад тебя видеть, - процедил сквозь зубы Шао Кан. - И, боюсь, у тебя нет для меня хороших новостей. Никак не могу понять, чем я думал, когда брал на службу такое ничтожество, как ты. Вот объясни мне, как ты умудрился потерять на ровном месте кучу отличных бойцов.
  
  - Скорпион прекрасно умеет восстанавливать свою физическую оболочку, а Саб-Зиро помогу я, он же ведь не погиб, прекрасно все слышит и чувствует под этой ледяной коркой, немного магии - и все в порядке, просто его собственная сила обратилась против него, - совершенно ровным тоном ответил Шэнг. - А что касается Альдо...
  
  - Мне не нужны твои жалкие оправдания! Мне неинтересно, почему конкретный боец проиграл свой поединок с прислужником Рейдена! - Император не замечал, что сам себе противоречит: зачем задавать вопрос, если тебе совершенно не важен ответ? - И точно так же меня не волнует, через сколько времени мы снова сможем лицезреть Скорпиона и Саб-Зиро в боевой готовности. Поединки проиграны, и я вынужден указать тебе на то, что во время прошлых девяти турниров такого не было! Проиграны, понимаешь, хотя все Избранные к этому моменту уже должны быть мертвы! А они бегают по твоему острову и жизни радуются!
  
  - Да, в прошлые разы нам удавалось легко и быстро добиться победы, потому что Рейден выставлял против нас откровенно неважных бойцов, - произнес его придворный маг. - Сейчас он, видимо, учел свои ошибки и подобрал для участия в турнире людей куда более сильных и умелых.
  
  - Слушай сюда, - оскалился Император. - Внимательно, ничтожество. На меня смотри.
  
  - Да, мой повелитель, - Шэнг бесстрашно взглянул ему прямо в глаза, казалось, он не испытывал никакого страха.
  
  - Пусть с Избранными разберется Горо, хватит ему без дела сидеть, а то плесенью покроется, - зло проговорил Шао Кан.
  
  - Как прикажете.
  
  - Я не закончил! - он перешел на крик. - Я надеюсь, что Горо будет посильнее и порасторопнее этих жалких недоделков Альдо, Скорпиона и Би-Ханя, а также какого-то там твоего подручного, которого тоже убили, хотя ты мне недавно плел, что вроде как нашел 'неплохого человека'. Ладно, туда и дорога. Если принц разделается с Избранными - твое счастье. Но если вдруг с ним что случится, мне плевать, что у тебя как бывшего чемпиона есть право выбирать, участвовать или не участвовать в турнире. Ты выйдешь на бой с подручными Рейдена сам, и попробуй мне вернуться без вестей о победе. Конечно, то, что Горо потерпит поражение, маловероятно, но я просто тебя предупреждаю. Вон отсюда, и за работу.
  
  - Вас понял, мой Император, - почтительно ответил Шэнг Цунг, про себя думая, что относительно легко отделался. Если Горо победит Лю Канга, можно считать, что гроза миновала.
  
  ***
  
  Когда Эсмене вошел в куэтанскую кофейню, то подумал, что во Внешнем Мире ему нравится все больше и больше - жаль, что ему редко доводилось тут бывать, и он не смог толком оценить красоту этого места, считая его враждебным и полным опасностей.
  
  Заведение было очень уютным; он сел за столик у окна и стал смотреть на широкую дорогу, за которой начинался густой лес. Прямо у самой стены кофейни на столбе висел дорожный указатель, и Эсмене подумал, что было бы очень здорово вот так взять и уехать в никуда - лишь бы подальше от людей, чтобы никого не видеть и никто не трогал ни его, ни Шэнга.
  
  Пришла официантка, принесла меню.
  
  - Вы один будете?
  
  - Пока да, но, возможно, скоро подойдет мой друг.
  
  - Хорошо. Выбирайте, и я приму у вас заказ.
  
  Полистав меню, Эсмене решил взять кофейный торт и имбирный чай - больше для приличия, потому что от волнения ему совершенно не хотелось есть. Обслужили его быстро; торт выглядел очень аппетитно и источал соблазнительный аромат, однако Эсмене вяло ковырял его ложкой - ему кусок в горло не лез.
  
  - Вам не понравилось? - осторожно поинтересовалась обеспокоенная официантка.
  
  - Нет... то есть да... торт отличный, просто я немного задумался, у меня было полно дел.
  
  - Приятного аппетита, - улыбнулась женщина.
  
  Шэнг появился где-то через час. К радости Эсмене, выглядел он как обычно: в нормальном настроении и без синяков на лице. Значит, все в порядке.
  
  - Ну как дела? - привстал со стула бывший чемпион.
  
  - Неплохо. Так, поорал немного и велел передать Горо, чтобы занялся Избранными.
  
  - Отлично, у меня прямо камень с души свалился, а то я тут совсем аппетит потерял.
  
  - Это ты зря, - Шэнг сел напротив и стал листать меню. - Давай-ка пообедаем как следует, здесь столько всего вкусного.
  
  Официантка, увидев придворного мага Императора в своем заведении, сильно удивилась и почтительно поклонилась.
  
  - Что будете заказывать?
  
  - Так, мне рыбу на гриле с овощами, зеленый чай, такой же кофейный торт, - быстро сказал Шэнг Цунг. Когда еду принесли, он решил поделиться с другом кое-чем личным.
  
  - Как и следовало ожидать, Соня меня не просто послала, но и перепугалась до полусмерти, - усмехнулся он. - Пусть мне и не везет с нашими женщинами, однако Тэре я нравлюсь. Как ты думаешь, стоит мне еще раз попытать счастья?
  
  - Нашел ты время и место роман крутить, - пробормотал Эсмене.
  
  - Думают ли весенние цветы о том, что их жизнь коротка? Мы не можем ничего противопоставить превратностям судьбы. Конечно, все мы сейчас в опасности и ходим по краю пропасти, но это не повод отказываться от простых человеческих радостей.
  
  - Надо же, ты чуть ли не стихами заговорил, - усмехнулся его приятель. - Впрочем, я думаю, что это неплохая идея. Кто знает, может, у вас что и сложится.
  
  25. Четырехрукий убийца
  
  В большой пиршественный зал, где проходил торжественный ужин в честь участников турнира, вошел Шэнг Цунг. Горо при его виде нерешительно поднялся с кресла.
  
  - Настало время? - удивленно спросил он.
  
  -Да. Мы уже достаточно позволили землянам побеждать, - ровным, почти лишенным эмоций голосом ответил черный маг.
  
  - Наконец-то! - радостно заулыбался шоканский принц.
  
  ***
  
  Вернувшись на остров после неприятного разговора с Императором, Шэнг дал боевое задание Горо, объявив, что завтра он будет сражаться с тайцем Пхакпхумом, и отправился искать Тэру. Она сидела на скамейке в саду, одетая в алое платье с золотыми блестками, и расслабленно смотрела куда-то вдаль.
  
  Тэра была круглой сиротой. Своего отца она не помнила - он был офицером имперской армии и пал в бою, когда его дочери не исполнилось и двух лет. Братьев и сестер у Тэры не было, и они с матерью остались вдвоем; та тоже была из военных и погибла в сражении за Тарал-Рэанн при захвате Эдении. После этого Тэра оказалась в полном одиночестве - ведь мать после смерти отца так больше и не вышла замуж. Молодая женщина пошла по стопам родителей и решила тоже служить в армии; Шао Кан по достоинству оценил ее способности, и довольно быстро она стала одним из его генералов.
  
  Солнце клонилось к закату, и верхушки деревьев отливали червонным золотом.
  
  - Тэра, - нерешительно окликнул ее Шэнг Цунг.
  
  Она обернулась.
  
  - О, привет. Как дела?
  
  - Сегодня снова был у Императора.
  
  - И как?
  
  - Не убил, так, поорал слегка, - отшутился Шэнг.
  
  Женщина окинула своего собеседника долгим заинтересованным взглядом. Она находила черного мага очень красивым: гладкая кожа теплого медового оттенка, высокие изящно изогнутые брови, словно нарисованные кистью неведомого художника.
  
  - Это хорошо, - улыбнулась она.
  
  Шэнг хотел было рассказать ей о разговоре с Шао Каном и о Горо, но решил, что не будет - незачем лишний раз расстраивать себя и ее, тем более что сегодня у них есть настроение совсем для другого. Он заметил, что Тэра смотрит на него с состраданием и какой-то почти детской радостью. Она чувствовала, что этот вечер станет в ее жизни неповторимым, и полностью наслаждалась каждым мгновением - впервые и прошлое, и будущее перестали что-либо значить для нее.
  
  - Слушай, не знаю, как начать, - произнес он, - но я давно заметил, что нравлюсь тебе. Если у тебя никого нет и нам никто не мешает, то мог бы предложить...
  
  Тэра слегка смутилась.
  
  - Я знаю, что ты умеешь читать в чужих душах, - ответила она. - Я давно в тебя влюбилась. Отчаянно, пылко и безрассудно, если только это не очень пафосно звучит.
  
  - Тогда если у нас нет никаких препятствий для того, чтобы быть вместе, - продолжил Шэнг, - я еще раз хочу предложить...
  
  - Не надо. Я все поняла. Я согласна, - в этот решающий момент она не думала и не вспоминала ни о ком и ни о чем, ни о турнире, ни о Шао Кане.
  
  - Я раздал всем задания и приказы на завтрашний день, - пояснил Шэнг. - Может, пойдем теперь ко мне и выпьем чаю?
  
  Тэра смотрела на императорского придворного мага, а он - на нее. Иного мира для них в это мгновение не существовало - ни деревьев, ни закатного неба, он словно исчез и растворился во времени и пространстве. Шэнг сжал руками плечи Тэры, а потом привлек ее к себе и долго, самозабвенно целовал ее лицо, глаза, губы, словно боясь оторваться. Та молчала, будто зная, что в ближайшие четверть часа не сможет вымолвить ни слова. Она так долго этого ждала, боясь раскрыться, держала в себе свои чувства, и наконец ее мечта сбылась - человек, который ей дорог, ответил ей взаимностью.
  
  Надолго ли все это?
  
  Тэра сама испугалась собственных мыслей, но ничего не сказала и не подала виду, будто ее что-то тревожит. Почувствовал ли это Шэнг? Он тоже молчал - но ей и не нужно было никаких слов, вообще ничего не было нужно, кроме него самого.
  
  - Так мы все-таки пойдем ко мне? - черный маг наконец отстранился от нее. - Не будем же мы сидеть тут всю ночь! Уже почти стемнело!
  
  Тэра счастливо рассмеялась. Она прекрасно поняла, что предложение выпить чаю - это намек, и решительность Шэнга ей понравилась.
  
  Они вернулись в главное здание и вместе поужинали овощами и мясом с пряностями, а потом услышали за окном раскаты грома.
  
  - Кажется, начинается гроза, - сказала Тэра. - Здесь часто такое бывает?
  
  - Очень даже, - Шэнг протянул руку и коснулся ее лица. - Ты прекрасна!
  
  - Спасибо, - слегка смутилась она.
  
  - Я очень рад, что тебе... не безразличен, - черный маг привлек ее к себе и стал медленно расстегивать пуговицы на ее платье.
  
  ***
  
  Наутро Избранные собрались вокруг той самой площадки неподалеку от входа во дворец, на которой в первый день после открытия турнира проходили поединки Лю и Альдо и Сони и Кэно. Пхакпхум, которому через несколько минут предстояло выйти на бой, был настроен весьма бодро и выглядел вполне уверенным в себе.
  
  - Ох, соскучился я по своей семье, - сказал он, вспоминая оставшихся в Бангкоке родителей, жену и маленьких детей. - Я обещал Мин Че куклу с длинными волосами привезти, как буду домой возвращаться, куплю в Гонконге.
  
  Пхакпхум часто рассказывал своим новым знакомым о своей семье; он был счастливо женат на красивой молодой женщине, работнице бангкокской текстильной фабрики, и у них были дочка Мин Че, которой в этом году исполнилось пять лет, и двое сыновей-близнецов, уже ходивших в школу. Сам тайский боец зарабатывал себе на жизнь тем, что учил молодежь кикбоксингу, а также, если подворачивалась такая возможность, снимался во второстепенных ролях боевиков - для таких фильмов часто требовалась более-менее обученная массовка.
  
  - Мы с тобой в какой-то степени даже коллеги, - шутил Джонни Кейдж.
  
  - Куда мне до тебя, ты звезда первой величины, а я - так, на подхвате, - улыбался доброжелательный таец, который быстро подружился с Избранными.
  
  В скором времени возле площадки появились внешнемирские зрители; среди них были Шэнг Цунг и Тэра, которые выглядели прямо-таки сияющими. Лю Канг вздрогнул; ему почему-то показалось, что это все не к добру - наверняка враги затеяли что-то очень нехорошее и заранее радуются.
  
  Хозяин турнира занял место в большом резном кресле черного дерева напротив мокрой после ночного дождя и аккуратно выровненной граблями арены. Когда он увидел, что все пришли, то встал и торжественно поднял правую руку вверх.
  
  - Добрый день, уважаемые участники и гости Смертельной Битвы, - громко произнес он, - сегодня вы будете иметь удовольствие созерцать, как Пхакпхум, боец из Земного Мира, сразится с нашим прославленным чемпионом принцем Горо. Пусть поединок начнется, и пусть победит сильнейший!
  
  Внешнемирцы оглушительно закричали и зааплодировали. Избранные недоуменно переглянулись. Лю еще больше убедился в том, что предчувствия наверняка в очередной раз его не обманывают.
  
  Земля задрожала под чьими-то тяжелыми шагами, и на площадку из дверей здания вышло огромное существо ростом как минимум два с половиной метра - оно было похоже на обычного человека, если не считать четырех могучих рук, наверняка способных убить любого с одного удара, злобных красных глаз без зрачков и острых зубов в оскаленной пасти. Гигант был облачен в алую набедренную повязку с эмблемой турнира, посреди абсолютно гладкой головы красовалась длинная черная коса с вплетенной в нее багровой лентой.
  
  Пхакпхум отважно шагнул навстречу грозному врагу. Находясь от него на почтительном расстоянии, он несколько раз взмахнул руками и ногами, словно нанося удары невидимому противнику, чтобы разогреться.
  
  Горо громко зарычал. Внешнемирцы снова радостно завопили. Гигант аккуратно размял свои трехпалые кисти, а потом сделал большой шаг вперед, выпад - и одним могучим ударом сбил тайца с ног. Пхакпхум, однако, быстро вскочил, и тут его настиг второй страшный по силе удар - обоими нижними кулаками в грудь. Он снова рухнул на песок, но теперь уже не смог подняться: враг переломил ему грудину, и воин Земли где-то с минуту судорожно дергал руками и ногами, хватая ртом воздух и давясь собственной кровью, а потом резко вздрогнул, вытянулся и замер.
  
  Избранные застыли в страхе. Джонни понял, что для его тайского приятеля все кончено, и подумал о незнакомых ему женщине и детях, которые в далеком Бангкоке будут ждать, но так и не дождутся своего мужа и отца.
  
  - Лю, - обратился он к другу, - я ведь даже не спросил у Пхакпхума его адрес или телефон... Я мог бы потом сообщить его семье, что он погиб, а теперь они так и будут его ждать. Потом объявят пропавшим без вести, но так и не узнают правды...
  
  ***
  
  Для воинов Земли следующие две недели превратились в сущий кошмар - они не успевали оплакивать и хоронить своих товарищей. Горо с легкостью победил всех, и вскоре в живых остались лишь Соня, Джонни, Лю и Арт Лин.
  
  В одном из залов главного здания специально для поединков с принцем Горо был оборудован ринг. В день, на который назначили бой Арта с четырехруким монстром, вокруг ринга с раннего утра начали собираться внешнемирцы, ожидая появления шоканского принца и хозяина турнира. В первом ряду стоял Рейден и всех гипнотизировал, как удав.
  
  Примерно в полдень к зрителям вышел Шэнг Цунг в своем любимом вышитом черном кожаном плаще, материалом для которого, как утверждал Рейден, послужила кожа зверски убитых монахов Храма Света. Бывший подручный божка Эсмене, однако, клевету на товарища по достоинству не оценил.
  
  - Это единственное, на что годятся такие люди, - смеялся он, - они вряд ли пойдут даже на жаркое! Такая еда будет сильно попахивать спиртом, да и отравиться ею можно, потому что ты сам завтракаешь вином, обедаешь виски, а ужинаешь пятидесятипятиградусным прикамским бальзамом, который делают в России по древнему рецепту, настаивая на всех растениях средней полосы, от которых отказалась коза в огороде, твои же подручные тебе во всем подражают! Хотя и на это не годятся... кому нужна куртка со спиртовой пропиткой?
  
  Через некоторое время на ринге появился Арт Лин.
  
  Около десяти минут олимпиец разминался, а потом в боковом проходе показался принц Горо. Поклонники чемпиона и сам он оглушительно заорали, их вопли быстро переросли в яростный визг, от которого у Избранных закладывало уши. Стоявшие по углам зала музыканты начали исполнять какую-то неприятную однообразную мелодию, похожую на высокое жалобное попискивание.
  
  Принц вышел к противнику.
  
  - Вот такого... - произнес Арт и в ужасе осекся. Он видел поединки других землян с Горо, но до самого последнего момента как будто не хотел осознавать, что вскоре сам останется один на один с этим громадным чудовищем. Теперь жестокая реальность навалилась на него каменной глыбой.
  
  Горо захохотал, разглядывая жалкого врага, который решил воспользоваться его бездействием и ударил принца кулаком в грудь. Четырехрукому этот удар показался еще менее ощутимым, чем укус комара, и он тут же ответил противнику так, что тот отлетел к канатам. Рейден, глядя на это, возмущенно взвыл чуть ли не в диапазоне ультразвука. В последнее время склочного божка раздражало все на свете, поскольку скоро ему предстояло идти к Тьену докладывать обстановку, и он представлял себе, как братец его отпинает при очередной встрече, узнав, что никто из землян не может одолеть принца Горо. Конечно, никакой вины Рейдена в том, что эти люди проиграли, не было - не он же, в конце концов, их всех боевым искусствам учил, но Тьену надо было на ком-то срывать зло, и чаще всего в роли груши выступал младший брат.
  
  Арт Лин был неплохим бойцом, но силы были явно неравны, и от следующего удара он просто мешком рухнул на пол.
  
  - Давай, Арт, у тебя получится! - закричал Джонни Кейдж, который еще надеялся на победу, но шоканский принц начал безостановочно дубасить Арта своими огромными кулаками. Внешнемирцы подняли такой оглушительный крик, что дрожали стены; рядом с Избранными два человека в черно-фиолетовых хламидах требовали от третьего подвинуться и не мешать им любоваться чудовищным зрелищем. Наконец Шэнг Цунг, которому, видимо, надоело происходящее - ведь шокан уже и так превратил своего противника в мешок с обломками костей, крикнул Горо:
  
  - Заканчивай!
  
  Принц поднял Арта с пола за воротник рубашки.
  
  - Время умирать.
  
  С этими словами он снова изо всей силы ударил побежденного врага кулаком. Оглушенный Арт почти без чувств упал на каменный пол, глядя стекленеющими глазами куда-то в пространство. Горо под оглушительные вопли сторонников Императора поднял своего противника на вытянутых руках высоко над головой. Среди страшного шума раздался полный ужаса крик Сони:
  
  - Нет!
  
  Шэнг холодно посмотрел на девушку, криво и снисходительно улыбаясь, и произнес:
  
  - Чистая победа. Твоя душа принадлежит мне.
  
  В этот раз черный маг даже не стал сходить с места: он сделал небрежный жест рукой, и душа несчастного Арта, покинув тело, безвольно и покорно устремилась к внешнемирцу.
  
  - Нет! - продолжала кричать Соня, продолжая глядеть на эту кошмарную сцену расширившимися от ужаса глазами.
  
  ***
  
  По окончании поединка Шэнг Цунг велел своим слугам похоронить Арта Лина на специально отведенном для жертв турнира кладбище в саду. В то время, как Избранные оплакивали своего товарища, провожая его в последний путь, Рейден направился к Тьену.
  
  Речь Тьена по случаю очередного поражения состояла по большей части из сплошного мата, если не считать предлоги, союзы и междометия. Когда этот вороний любовник со стажем произнес в адрес Рейдена и его ни на что не способных протеже все известные ему ругательства и даже изобрел новые, он надавал младшему брату хороших пинков и выгнал его вон из дворца, приказав без вестей о победе не возвращаться.
  
  По возвращении склочного божка на Шимуру Избранные встретились с ним на мосту.
  
  - Мы не можем победить, - грустно сказала Соня.
  
  - Как можно победить ТАКОЕ? - недоуменно спросил Джонни.
  
  - Хороший вопрос. Горо можно убить, и Шэнг Цунга тоже, - тут Рейден многозначительно посмотрел на Лю Канга. - Вы можете одолеть любого врага, неважно, насколько он силен. Всегда есть способ его убить. Только одно может победить вас: ваши собственные страхи.
  
  - А кто говорит, что мы чего-то боимся? - тут же возмутился Лю, который себя трусом не считал.
  
  - Если вы надеетесь одолеть свои страхи, вы должны первыми встретиться с ними лицом к лицу, - Рейден сделал умное лицо, что было для склочного божка весьма нелегким делом, и принялся сочинять очередную речь. - Ты, Джонни Кейдж, боишься того, что тебя сочтут фальшивкой, а потому бросаешься в любую схватку, лишь бы доказать, что это не так. Ты будешь драться достаточно храбро, но глупо и неосмотрительно, и тебя победят. Ты, Соня, боишься признать, что и тебе иногда бывает нужна помощь. Если ты боишься доверять другим - ты проиграешь.
  
  Протектор Земли с видом первого храбреца всех вселенных разглагольствовал перед своими протеже об избавлении от страха, хотя сам не так давно едва не наложил в штаны, наслушавшись витиеватых угроз любимого старшего брата. Язвительный Эсмене недаром подмечал, что своей силой Тьен и Рейден могли похваляться разве что перед Шэнг Цунгом, который, по их личному мнению, был явно слабее их обоих, но случись братьям напороться на врага, хотя бы равного им по силе - можно руку дать на отсечение, что выживший из ума электрогенератор и любитель ворон и курочек тотчас убежали бы от него, как от гнезда прокаженных!
  
  Рейден повернулся и пошел в сторону рощи, ковыляя, как пьяная утка - Тьен недавно отвесил ему такого пинка, что протектор Земли теперь заметно хромал. Лю бросился за ним.
  
  - Подождите! Подождите! А как же я?
  
  - Ты боишься своей собственной судьбы. Ты уже однажды сбежал от нее, когда уехал в США. Теперь ты винишь себя в смерти брата, - назидательно произнес Рейден.
  
  - Я несу ответственность за смерть Чена, - печально сказал молодой воин, которого мучило чувство вины.
  
  - Ты ошибаешься. Каждый человек несет ответственность лишь за свою собственную судьбу. Чен верил в это. Почему же не можешь поверить ты? - тут же успокоил его протектор Земного Мира.
  
  - Я пытался, - хмуро ответил Лю, совершенно не задумываясь о том, что в словах Рейдена была явная нестыковка: не далее как месяц назад бог грома обвинял Избранного в том, что он не защитил покойного Чена.
  
  - Отчаянье опаснее всего. Я знаю это, и Шэнг Цунг тоже. Он может смотреть в твою душу и использовать твои страхи против тебя. Ты должен быть готов к этому.
  
  Рейден был абсолютно прав, утверждая, что против кого-то можно использовать его страхи, поскольку и он сам, и его любимый братец Тьен уже давно начали пользоваться этим весьма эффективным оружием против своих врагов, как только им удавалось почувствовать испытываемые кем-либо из ненавистных сторонников Шао Кана страх и отчаяние. Впрочем, Лю Кангу знать об этом было совсем ни к чему.
  
  В это время к Рейдену и Лю подошли Соня и Джонни. Весьма умная и наблюдательная приятельница Лю Канга прекрасно заметила, что склочный божок хромает, и поняла, что кто-то здорово отпинал Рейдена сегодня днем, но ничего не сказала, хотя ей было очень интересно, кто же все-таки навешал протектору Земли. Вместо этого она попросила Рейдена рассказать о том, откуда взялся Горо и как ему удалось стать чемпионом Смертельной Битвы. Бог грома тут же воодушевился и начал свое повествование.
  
  - Пятьсот лет назад Шэнг Цунг одержал в турнире девять побед подряд. Земной Мир стоял на краю гибели, но скромный монах Кунг Лао из Храма Света сумел победить колдуна! - торжественно произнес братец Тьена. Естественно, он благоразумно опустил тот факт, что впоследствии Эсмене сильно жалел об этом, когда победа обернулась для него необходимостью выполнять все абсурдные требования протектора Земли, жертвуя собственными спокойствием, душевным равновесием и личной жизнью, поскольку об этом Избранным и тем паче Лю Кангу тоже было знать совершенно ни к чему.
  
  - Это был предок Лю, да? - поинтересовался Джонни.
  
  - Именно так! Император был в ярости, узнав о поражении, и сослал Шэнг Цунга в рабство в кобальтовые копи Шокана - королевства четырехруких мутантов, находившегося под землей. Именно там Шэнг познакомился с Горо - средним из трех сыновей шоканского короля Горбака и королевы Маи. В Шокане есть только один закон - выживет наиболее приспособившийся и самый жестокий.
  
  - Мне кажется, это странно и нелогично, - прокомментировала Соня. - Конечно, может быть и так, что об этом просто повествует внешнемирский эпос - ведь для эпоса характерны преувеличения типа 'герой был ростом с гору, а враги сражались в поединке целых восемь лет', но, по-моему, существование такого сообщества невозможно по законам природы, поскольку даже в случае своего возникновения оно бы через пару лет уничтожило само себя вследствие банальных внутренних конфликтов! Тут же выходит, что королевство шоканов существует уже не одно столетие, а то и тысячелетие.
  
  - Наверное, - ничуть не смутился Рейден, которого подловили на очередном вранье. - Там существует обычай раз в год приносить дары королю. Старший из сыновей Горбака, принц Дейранк, нашел в одной из пещер Шокана уникальную вещь - яйцо какого-то местного пресмыкающегося, скорлупа которого ценилась четырехрукими столь же высоко, как драгоценные камни, ведь из нее делали вставки для украшений и предметов роскоши. Эти яйца встречались очень редко, а потому и были такими ценными. Дейранк хотел вручить находку отцу, но Горо тоже пожелал сделать королю столь великолепный подарок и сказал, что нашел яйцо раньше брата, а тот просто пришел и взял его, когда Горо отлучился, не успев забрать свою драгоценность.
  
  - Вот подлец! - в сердцах воскликнул Лю Канг.
  
  Старшего сына короля Шокана и в самом деле звали Дейранк, но косноязычный Рейден, которому Соня не зря посоветовала подтянуть английский, произносил это имя как русское слово 'дурак' с ударением на первом слоге. У лейтенанта Блейд возникла мысль, что бог грома говорил так специально, поскольку она прекрасно владела русским языком, однако на деле Рейден не знал по-русски ни одного слова, даже бранного. Лю Канг же, изучавший историю турнира в Храме Света, знал, как нужно правильно произносить имя брата Горо, но поправить протектора Земли постеснялся.
  
  - Король решил, что его сыновья будут сражаться за яйцо, - продолжал бог грома. - Дейранк легко одолел Горо, который во время боя едва не свалился в находившуюся рядом пропасть. Средний сын Горбака висел над ней, держась за уступ на ее краю и умоляя брата помочь ему подняться наверх. Дейранк протянул Горо руку, и тот был спасен. Старший принц хотел подарить отцу яйцо, но не тут-то было! Горо, недолго думая, ловко столкнул своего брата в ту же самую пропасть, сделав вид, что все вышло случайно. Теперь настала очередь Дейранка молить о помощи - ему удалось одной рукой ухватиться за уступ, на котором только что болтался чудом уцелевший Горо, а яйцо он тем временем держал в другой руке. Горо забрал у Дейранка драгоценность и посмотрел сверху вниз на своего несчастного старшего брата, висящего над бездонным колодцем тьмы, после чего что было силы ударил ногой по краю пропасти. Дейранк полетел вниз, и от него не осталось и мокрого места, а Горо преподнес своему отцу великолепный дар. Король очень гордился своим сыном - безжалостным предателем: все это было вполне по-шокански!
  
  Общий смысл этой фразы Рейдена сильно смутил рассудительную Соню.
  
  - Ну, я, конечно, понимаю, что это, скорее всего, просто легенда, но тут народ однозначно загнул! Если кто-то и впрямь видел по жизни хоть одного человека, который стал бы гордиться своим сыном после столь жуткого деяния, пусть немедленно сообщит об этом мне. Такого не сделает даже самый отпетый бандит. Больше чем уверена, что таких людей на свете не бывает! - воскликнула она.
  
  - Соня, ты не понимаешь, это же внешнемирцы, они и не на такое способны, вспомни моего брата! - возразил ей Лю Канг.
  
  - С того дня Горо стал престолонаследником, - завершил свой рассказ Рейден, - а Шэнг Цунг, пообещав молодому шоканскому принцу поделиться с ним властью и добычей в случае победы, привел его на турнир, где Горо расправился с Великим Кунг Лао.
  
  - Он победил моего предка... - грустно произнес Лю Канг.
  
  26. Выход найден
  
  Вечером следующего дня Лю Канга навестили Рейден с Веньяном. Сначала они беседовали с молодым Избранным о том да о сем, но потом бог грома стал предлагать своему протеже после окончания турнира вернуться в Храм Света. Тот, однако, не воодушевился, а ужаснулся: в американской квартире у Лю хотя бы были горячая вода, отопление, канализация и электричество, и его никоим образом не прельщала перспектива умываться в грязной речке, которую монахи использовали также в качестве туалета, бриться без зеркала наощупь, справлять естественные надобности под ближайшим кустом и спать на голом полу, имея из постельных принадлежностей лишь полуистлевшую циновку да кишмя кишащий представителями местной фауны тюфяк. Была там и совсем уж неприятная история: когда Лю Кангу было лет семнадцать, одного из монахов ночью укусила за шею крыса. Естественно, никто и не подумал позвать врача или хотя бы купить антибиотики, и бедный брат Ян Ву в итоге скончался от инфекции.
  
  Выпроводив Рейдена и его приятеля, Лю Канг плюнул и пошел медитировать на берег моря. Однако лучше ему не стало: в процессе в его мозгу постоянно всплывали жуткие подробности смерти Чена, увиденные им в свое время во сне, так что после этого он почувствовал себя совершенно разбитым и измученным, а ночью так и не сомкнул глаз.
  
  Тем временем его друг Джонни Кейдж уединился в своей комнате, чтобы немного поразмыслить, и в голову ему пришла очень хорошая идея. Он был человеком сообразительным и довольно неглупым и прекрасно понимал, что одолеть Скорпиона ему помог чистый случай - актер заметно уступал ему в технике боя, сверхспособностями не обладал, и, если бы ниндзя-призрак не допустил роковую ошибку, решив быстро добить врага, однозначно распрощался бы с жизнью. Что же до принца Горо, то он, безусловно, могуч, и грубой силой его не побороть ни самому Джонни, ни даже Лю Кангу, не говоря уже о Соне. Здесь нужно проявить хитрость и находчивость, а для этого придется перехватить инициативу.
  
  Ближе к концу дня актер решил рассказать приятельнице о своем намерении вызвать принца Горо на поединок.
  
  - Горо никогда не побеждал никто из смертных, - холодно произнесла Соня, узнав о самоубийственном решении Джонни Кейджа и пытаясь скрыть страх. - Если ты выйдешь против него, он убьет тебя.
  
  - А если я не выйду, он все равно прикончит нас одного за другим. Если я брошу ему вызов сейчас, то смогу остановить все это, - решительно ответил актер.
  
  - Тебе кажется, что убить Горо очень просто, но ты глубоко ошибаешься! - горячо воскликнула Соня.
  
  - Я не могу допустить, чтобы с тобой и Лю случилось то же, что и с Артом. Только не с вами! Вы мои лучшие друзья!
  
  - Получается так, что ты вызываешь Горо на поединок только ради того, чтобы защитить нас. Не смей этого делать! Пусть все идет, как и шло!
  
  - Доверься мне. У меня есть план, - приободрил ее актер.
  
  - По-моему, ты занимаешься самообманом, - не поверила ему Соня. Ей было очень страшно, потому что до этого она своими глазами видела смерть других воинов Земли и сомневалась, что ее друг справится с четырехруким принцем.
  
  - Ты ведь даже не знаешь, что именно я хочу сделать, - улыбнулся Джонни. - Вот завтра и увидишь. Тебе понравится.
  
  Соня не ответила. Ей казалось, что надежды на победу уже нет, и жертва ее друга однозначно будет напрасной.
  
  Двое Избранных стояли на пристани и смотрели на закат. Низкие облака и море окрасились в красноватый цвет, и ярко-алый диск заходящего солнца, медленно тонущий в морской воде, словно предвещал, что завтра прольется кровь.
  
  ***
  
  Опадают листья с берез,
  Кружатся охапкой у ног.
  Ничего тебе, кроме слез,
  В жизни принести я не смог.
  Лучше уходи, уходи,
  Позабудь все эти года,
  Пусть косые смоют дожди
  Память обо мне навсегда.
  
  Народная песня
  
  
  Пока Джонни обдумывал свой план и беседовал о нем с Соней, Шэнг тоже немного поразмыслил и решил поговорить с Тэрой. Две недели с тех пор, как они вместе... Иногда ему казалось, что это очень мало, а иногда - что бесконечно много, но они все же пролетели, и теперь ему придется задуматься и о куда более неприятных вещах. Сейчас изо всех Избранных в живых оставалось лишь трое - причем трое наиболее опасных. Лю Канг - очень умелый боец, Соня и Джонни мало чем ему уступают, да к тому же этот актер не так прост, как кажется, вон как он быстро сообразил, что делать в поединке со Скорпионом. Что, если они и в самом деле смогут победить Горо? Отчаяние иногда толкает людей на решительные поступки. В этом случае только сам Шэнг сможет хоть как-то спасти общее дело от провала, а если принять во внимание то, что Тьен страстно мечтает о его смерти... да и о смерти своего младшего брата Шао Кана...
  
  - Тэра, я хочу, чтобы ты немедленно уехала с острова, - сказал он ей ночью на берегу моря. - Ты прекрасно знаешь о том, что Тьен мне угрожал. Я не хочу твоей смерти. Уходи.
  
  Она пристально посмотрела на Шэнга и вымученно засмеялась, а потом медленно произнесла:
  
  - Надо же, ты велел мне убираться вон - но я не из числа тех, кто всегда и во всем тебе подчинялся. Не жди этого от меня. И к тому же - чего это так сразу?
  
  - Тэра, Рейден ненавидит тебя. Он убьет и тебя, и Эсмене, и всех тех, кто мне близок, при малейшей возможности - специально, чтобы морально сломать и меня, и Императора.
  
  - Я все понимаю,- ее взгляд стал холодным и жестким. - Тьен больше не устраивает покушений на тебя и твоих людей, но он вряд ли откажется от намерения расправиться с тобой. На Шимуре может быть опасно. Ты прав: Рейден ненавидит нас обоих. Он действительно хочет убить и тебя, и меня, и твоих друзей и помощников, но я никуда отсюда не уйду. Я буду с тобой до самого конца, каким бы он ни был - хорошим или ужасным.
  
  - Почему? Если ты где-то спрячешься на время, то потом...
  
  Сумерки сгущались над островом, и на душе у Тэры было неспокойно.
  
  - И что потом? Ты хоть соображаешь, что говоришь? Император дал мне приказ оставаться здесь в качестве наблюдателя. Ты хочешь, чтобы я нарушила его приказ. Ладно, допустим, я уйду. И что я буду делать? Жить, постоянно скрываясь и от врагов, и от своих? Ждать кары за неисполнение приказа или гибели от рук подручных Рейдена? По-твоему, это жизнь? По-моему, ты от любви ко мне окончательно потерял голову и утратил способность здраво мыслить, - поставила его на место женщина.
  
  - Уходи и забудь обо мне!
  
  Тэра снова хрипло рассмеялась.
  
  - Я понимаю - ты боишься за меня. Не надо. Я пока что могу за себя постоять. Ты же, как всегда, делаешь вид, что не нуждаешься в помощи. Не пытайся заставить меня уйти и спрятаться. Я не уйду и приказ нарушать не стану. И прятаться от врагов я тоже не стану. С раннего детства меня учили встречаться с врагами лицом к лицу, а не бегать от них.
  
  - Император всегда был у Рейдена и Тьена как кость в горле, - сказал Шэнг. - Он часто разрушал все их планы.
  
  - Теперь они хотят отомстить или окончательно убрать досадную помеху с дороги. Они ничего не забыли. Я знаю. Но я не боюсь ни бога грома, ни его братца.
  
  - Чего же ты все-таки боишься?
  
  - Никого и ничего! Рейден думает, что он способен внушить нам страх? Этот позорный лизоблюд, который не имеет своего мнения и повторяет все, что скажет Тьен? Он бы хоть балахон себе новый купил, а то в этом он ходит уже двенадцатый год!
  
  Шэнг Цунг невольно улыбнулся.
  
  - И еще протектор Земли.
  
  - Вот именно. Если я уйду, то он только уверится в том, что мы его боимся, - убедительно произнесла Тэра.
  
  - Ты говоришь прямо как Император.
  
  - Я всю жизнь провела у него на службе.
  
  Порыв холодного ветра растрепал волосы женщины.
  
  - Я могу многое простить, - ледяным тоном произнесла она, - но я ненавижу, когда мне пытаются диктовать. Только Император имеет право мне приказывать. Ты решил приказать мне убраться с острова. Не смей больше так делать. Если ты еще раз потребуешь от меня покинуть Шимуру в такое время - я за себя не отвечаю. Я никуда не уйду. Не стоит впредь говорить со мной на эту тему. Вопрос исчерпан.
  
  В силу своего воспитания и характера Тэра не умела открыто выражать свои теплые чувства к кому-либо, но это вовсе не означало того, что она не испытывала их вовсе. Куэтанцы со стороны казались многим людьми достаточно замкнутыми и бесстрастными, не умеющими даже признаваться в любви, но таков был их национальный характер, пусть другие и считали это странным.
  
  - Если внезапно окажется так, что все складывается не в нашу пользу, то что ты предложишь делать? - спросил Шэнг.
  
  - Я не могу сказать тебе, чем все обернется для нас, поскольку не обладаю даром предвидения, - спокойно ответила Тэра, - но одно ясно: мы все сделаем для того, чтобы одержать победу вопреки козням врагов. Если вдруг у нас ничего не получится - по крайней мере, мы сможем умереть с честью и чувством исполненного долга. Что нам еще надо? Не паниковать и сохранять лицо.
  
  - Ты права. Мы действительно не знаем, что будет завтра, но надо делать все от нас зависящее... - Шэнг не договорил, лицо его неожиданно приняло какое-то растерянное выражение. - Иди домой, ложись, час уже поздний.
  
  - А ты?
  
  - Не хочу пока. Мне нужно побыть одному и кое о чем подумать.
  
  Ночью Шэнг не спал. Он сидел на берегу моря и слушал однообразный шум волн, глядя на черный занавес неба, усыпанный бриллиантами звезд. К себе он отправился лишь на рассвете, когда небо на востоке стало сереть и розоветь.
  
  27. Вызов
  
  На следующее утро Джонни Кейдж встал пораньше, умылся, позавтракал и, твердо решив вызвать на бой принца Горо, пошел искать Шэнг Цунга. Актер был человеком неглупым и прекрасно понимал, что в данном случае одной силы мало - опираясь только на нее да на умение хорошо сражаться, Избранные не одолеют грозных врагов, им понадобятся хитрость и смекалка.
  
  Джонни придумал отличный план, который непременно должен был сработать, но он помнил слова Рейдена о том, что черный маг умеет заглядывать в чужие души. Актер решил, что ему нужно будет попробовать очистить свой разум, как поступил в свое время один из наставников Храма Света, про которого Избранным говорил бог грома, еще как-то отгородиться от колдуна или, напротив, засорить свой мозг посторонними мыслями, чтобы Шэнг Цунг уж никак не смог разгадать замысел воина Земли. Что ж, это идея, и отличная идея! Таким образом, он принялся усиленно думать о своей бывшей жене - актрисе Сидни Форд, старательно вспоминая самые интимные моменты их супружеской жизни; вот, наверное, Шэнгу противно будет влезть к нему в мозги... или, напротив, любопытно - в зависимости от степени испорченности этого внешнемирского хмыря.
  
  ***
  
  - Вызываешь на бой Горо? Ты не должен драться с ним сейчас. Тебе не терпится умереть? -Шэнг Цунг смотрел на Джонни с нескрываемой злой насмешкой, но актеру в силу специфики его работы в этот момент почему-то показалось, что такое поведение и выражение лица внешнемирца были явно напускными, а на самом деле колдун пребывал в угнетенном и подавленном состоянии. Интересно, пытается ли он сейчас читать мысли наглого землянина или ему не до этого? Что случилось?
  
  - Я не единственный, кто умрет, - быстро ответил Джонни.
  
  - Понимаю. Ты очень глуп, что характерно для всех протеже Рейдена. Я чувствую, что ты хочешь защитить своих приятелей, но не соверши ошибки! Они тоже умрут - после того, как Горо разберется с тобой.
  
  - Так в чем же проблема? - пожал плечами актер, про себя в этот момент подумав, что по возвращении домой было бы неплохо помириться-таки с бывшей супругой и снова начать жить вместе: Сидни Форд, в общем-то, очень хорошая женщина, да и ругались они из-за сущих глупостей.
  
  - Все-таки хочешь вызвать принца Горо на поединок? - в голосе черного мага зазвучало явное раздражение.
  
  Джонни утвердительно кивнул.
  
  - Тогда - как пожелаешь. Я удовлетворю твою более чем странную просьбу, - с деланным безразличием махнул рукой Шэнг. - В обмен на это я оставляю за собой право бросить вызов тебе, если ты вдруг каким-то чудом сможешь победить Горо, или любому из оставшихся Избранных в месте, выбранном мной для последнего поединка в этом турнире.
  
  Джонни Кейджу все происходящее показалось более чем странным. Неужели Шэнг не верит в победу Горо? Видимо, что-то предчувствует? Или как все это понимать? Почему он как будто пытался его отговорить? В чем подвох? Слова колдуна еще больше убедили кинозвезду в том, что он поступает правильно и принял отнюдь не самоубийственное решение.
  
  - Договорились, - улыбнулся актер.
  
  - Хорошо. В таком случае через час ты будешь драться с Горо.
  
  Когда Джонни сказал Шэнгу о том, что хочет вызвать принца на поединок, черный маг был не слишком доволен: с одной стороны, это могло оказаться ему на руку, с другой - напротив, разрушить все его планы, которые он столь тщательно продумывал уже несколько дней. Шанс на то, что актер сможет справиться со столь опасным врагом, несмотря на разницу в силе, безусловно, был, и внешнемирец понимал это после сражения Джонни со Скорпионом: землянин, безусловно, не так силен, как воины Императора, но этот недостаток он успешно компенсирует своей быстротой, ловкостью и хитростью. Конечно, актер наверняка проиграет Горо, но вдруг - чем судьба не шутит, сколько таких 'вдруг' было в жизни множества людей? Шэнг попытался отговорить Джонни от этой затеи, подумав, что лучше было бы избавиться от настырного Избранного каким-либо другим способом, нежели менять свои планы, но ничего не вышло. Тогда он попробовал воспользоваться небольшим нюансом в правилах турнира. Если актер вдруг победит, то придворный маг Шао Кана может вызвать на бой Соню или того же Джонни, а в этом случае победа у Внешнего Мира считай что в кармане: эти двое не чета Лю Кангу...
  
  Однако Лю же так просто не успокоится! Парень вбил себе в голову, что именно Шэнг виновен в смерти его брата, и разубедить его в принципе нереально!
  
  В последние дни черный маг постоянно злился на подлеца Тьена, его верного пособника Рейдена и всех их помощников-землян, которые соглашаются рисковать своими и так весьма короткими жизнями во имя блага мира и высокой цели, не зная ничего о том, по какой причине на самом деле был создан великий турнир, и искренне полагая, что спасают свой мир от кровожадных захватчиков с непомерными амбициями, а больше всего - на себя и собственное бессилие: ведь ему, случись что, придется еще и оправдываться перед Императором!
  
  В настоящее время положение осложнялось еще и тем, что недавно в гости к Шао Кану наведался сам король Горбак, правитель шоканов. В свое время он и его жена Маи с очень большой неохотой отпустили своего сына на Смертельную Битву - Горо удалось вырваться из родительского дома только после грандиозного скандала, во время которого принц долго втолковывал любящим мамочке и папочке, что он уже давно не дитя и вполне способен за себя постоять. Однако Горбак и его супруга, уже потерявшие старшего сына Дейранка вследствие несчастного случая, никак не могли успокоиться и каждый раз во время проведения очередного турнира принимались лезть на стенку. В этот раз отец Горо изнасиловал бедному Императору своими жалобами и причитаниями весь мозг, и тот в свою очередь пригрозил Шэнгу, что в случае, если с шоканским принцем что-то произойдет, он ответит за наследника Горбака своей головой. Разумом черный маг понимал, что четырехрукого чемпиона еще никто никогда не побеждал и вряд ли сможет (хотя, опять же, а вдруг...), но ему было здорово не по себе просто от самих слов Шао Кана - тем более что он прекрасно помнил о том, как в прошлый раз все сорвалось буквально в двух шагах от абсолютной победы: ведь самого Шэнга все долгое время тоже считали признанным чемпионом, которого никому не под силу одолеть.
  
  В этот момент в коридоре внезапно появился Рейден.
  
  - Я так не думаю! - деланно возмутился он, услышав, на что согласился Джонни.
  
  - Слишком поздно. Правила очень просты. Если хотите, я могу все повторить - персонально для вас, - с издевкой ответил черный маг. - Тем не менее - уговор есть уговор.
  
  Шэнг повернулся и пошел прочь. Рейден умело изобразил на своем лице притворный ужас и провыл высоким испуганным голосом, глядя прямо в глаза актеру:
  
  - Джонни, что же ты наделал!
  
  - Я решил сделать свой выбор. В конце концов, в турнире участвую я, а не вы! И раз мое решение таково, пусть будет, как мы договорились! - твердо ответил тот.
  
  - Ну хорошо, - снисходительно буркнул склочный божок, про себя подумав, что наконец-то ему попался решительный протеже.
  
  ***
  
  У выхода из коридора Шэнга схватил за рукав Тарсонис, который прекрасно слышал весь его разговор с Джонни Кейджем.
  
  - Стой. Мне все это не нравится. Объясни толком, что ты задумал. Я уже ничего не понимаю, но ты должен мне рассказать, что собираешься делать.
  
  - Подожди меня здесь, - ответил тот. - Сейчас я отдам слугам распоряжения, чтобы готовили зал и позвали Горо, а через минуту приду, и мы обо всем поговорим.
  
  Вернувшись, он огляделся, чтобы убедиться, что за ним не шпионят Рейден с Веньяном или кто-то из Избранных, и поделился с товарищем своими мыслями.
  
  - У меня был совершенно иной замысел. Я хотел первым подставить под удар Лю: Соня нужна мне живой и желательно здоровой, а...
  
  - Зачем? - перебил его Тарсонис.
  
  - Не скажу. Пока. Потом, если все удастся, сам увидишь.
  
  - Ладно. Продолжай, - в силу хорошего воспитания эдениец старался не задавать другим людям лишних вопросов.
  
  - Как я уже тебе сказал, Соня мне нужна живой. План у меня был следующий: я хотел первым выставить против Горо Лю Канга, потому что он наиболее опасен для нас, - еще раз объяснил Шэнг Цунг. - Думал я так: если воин Рейдена погибнет, разделаться с его товарищем было бы легко, равно как и... нейтрализовать Соню. Если вдруг победит - я бы взял его на себя.
  
  - Логично, - согласился Тарсонис. - Теперь что?
  
  - Теперь, как ты слышал сам, я выкрутился. Впрочем, надеюсь, что для Горо эта голливудская звезда не составит проблемы, - хмыкнул черный маг, - попытался я заглянуть в его замыслы, да так ничего и не понял, у этого Кейджа в голове только секс да бабы. Исключительно об этом и думает.
  
  Его помощник зло сплюнул.
  
  - Вот придурок озабоченный, нашел время и место, - ответил он. - Небось в Голливуде к его услугам любая актрисулька да еще толпа поклонниц. О турнире бы лучше думал, а то его Горо так одним пальцем размажет.
  
  Если бы Джонни сейчас слышал этот разговор, то однозначно бы обрадовался тому, как ловко ему удалось благодаря своей хитрой выдумке обвести вокруг пальца и самого хозяина турнира, и его приятеля.
  
  ***
  
  Шэнг Цунг объявил, что поединок Горо и Джонни будет проходить в том же самом зале, где погиб Арт Лин.
  
  У входа он неожиданно увидел свою дочь Маи - ровесницу недавно погибшего Чена. Так, этого еще не хватало, он же строго-настрого запретил ей появляться в местах проведения боев, позволил только присутствовать на открытии, да и то не слишком долго. Растет девчонка без матери, вот дисциплина и страдает. Надо, пожалуй, поскорее Тэре предложение сделать, может, у нее тоже кто-нибудь родится, да и за Маи заодно побольше присмотру будет.
  
  - Кто тебя сюда пустил? - возмутился он, про себя отметив, что с возрастом девочка становится все больше и больше похожей на Май Лао, наверняка станет редкостной красавицей, но до этого ей еще расти и расти, пока что она типичный неуклюжий худой и угловатый подросток. - Турнир - не место для несовершеннолетних детей, иди-ка к себе и вышивай скатерть!
  
  - Я все знаю, папа. Сегодня все решится, - она, казалось, совершенно проигнорировала слова отца.
  
  - Да, Маи. Не беспокойся, - Шэнг подумал, что дочь просто за него волнуется, потому и проигнорировала его запрет, хотя обычно этого не делала.
  
  - Будь осторожен, папа, - в ее глазах блеснули слезы.
  
  - Я всегда осторожен. А теперь иди-ка к себе. Тебе здесь не место.
  
  - Неправда. Ты любишь подвергать себя лишней опасности. Всегда любил. Я слышала, что у тебя есть право выбора - участвовать или не участвовать в турнире. Ты выбрал первое, я же знаю.
  
  - С чего ты взяла? - нахмурился Шэнг. Маи всегда была тихой послушной девочкой, старательно училась, любила рукоделие и по большей части старалась не вмешиваться в дела взрослых, понимая, что это не ее ума забота. Что это вдруг на нее нашло?
  
  - Люди вокруг говорят, я же не глухая! Откажись от участия, побереги себя! Папа, я тебя умоляю!
  
  - Маи, послушай меня... - Шэнг немного смягчил тон, решив, что дочери уж точно не стоит рассказывать о своем недавнем разговоре с Императором, которого совершенно не волнует тот факт, что бывший чемпион имеет право выбора. Да и не в приказе Шао Кана, собственно, было дело - черный маг принял бы решение участвовать в турнире и без его приказа. - Если не я, то кто?
  
  - Папа, я же люблю тебя... - девочка отшатнулась и чуть не заплакала.
  
  - Маи, ты думаешь, что я тебя не люблю? Или тебе кажется, что мне очень нравится с кем-то сражаться? Поверь мне, я с гораздо большим удовольствием пошел бы с тобой погулять - вместо того, чтобы участвовать в этом проклятом турнире. К сожалению, это мой долг.
  
  - И не забывай, пожалуйста, о том, кто повинен во всех наших бедах, - твердо добавил Шэнг Цунг.
  
  - Рейден... Я знаю... - опустила глаза девочка.
  
  - Рейден, чтоб он подох - вместе со своим братцем-скотолюбом Тьеном! И после этого ты хочешь, чтобы я отказался от участия в турнире? Пусть сначала этот урод в дырявой шляпе заплатит за то, что сделал мне, за то, что искалечил жизнь Эсмене и за смерть дорогих нам людей! И не забивай себе голову дурацкими переживаниями на пустом месте. Поверь мне, они ровным счетом ничего не значат. Добро б еще что случилось, а то ты заранее за меня тут боишься. Я живу на свете гораздо дольше тебя и из стольких поединком вышел победителем, что счет потерял.
  
  - Хорошо, папа... И все-таки-будь осторожен. Удачи тебе, - натянуто произнесла Маи; лицо ее было сосредоточенным и печальным.
  
  Шэнг улыбнулся дочери и пошел в зал.
  
  ***
  
  Поклонники принца, во множестве толпившиеся около ринга, оглушительно орали. Расстроенная Соня, стоявшая как раз напротив кресла Шэнг Цунга по другую сторону ринга, случайно взглянула на куэтанца и подумала, что за все годы работы в спецслужбах ей ни разу не доводилось видеть человека, столь же хорошо скрывающего свои чувства. Внешне он казался то сдержанным и холодным, то жестоким и насмешливым, и Соне с трудом удавалось понять, что у ее недруга на уме.
  
  Шэнг смотрел на присутствующих, холодно улыбаясь, и всем казалось, что он предвкушает жестокую расправу, которую принц Горо, несомненно, учинит над самоуверенным и самонадеянным Джонни Кейджем. Соня же подумала, что куэтанца явно что-то тревожит... На мгновение их взгляды встретились. Девушка быстро отвернулась, так и не поняв, что за странное выражение она увидела на лице своего врага. Тревогу? Растерянность?
  
  В этот момент на ринг вышли Горо и Джонни.
  
  Актер снял свои темные очки и смерил принца уничижительным взглядом. Коронованный чемпион спокойно взял их из рук Джонни и, с легкостью смяв в кулаке, бросил на пол. Избранного перекосило от злости: эта вещь была ему очень дорога. Шэнг Цунг с презрением в голосе произнес:
  
  - Разделайся поскорее с этим жалким созданием. Мне нужна его душа!
  
  - Я сокрушу этого смертного одним дуновением, - самодовольно произнес принц.
  
  - Ну ладно, - улыбнулся Джонни. С этими словами он быстро сел на шпагат и со всей силы ударил Горо кулаком пониже пояса. Принц, испустив сиплый крик, сложился пополам от боли, глаза его выкатились из орбит. Враги, ахнув, замерли от удивления, а Рейден, мгновенно переменившись в лице, заулыбался, как моченая селедка.
  
  - Идиот! - начал кричать на принца Шэнг Цунг, поняв, что жестоко ошибся и голливудский актер обдурил внешнемирцев, как маленьких детей.
  
  - Больно, - надрывно стонал Горо.
  
  Прекрасно продумавший все свои действия Джонни, не теряя времени, бросился через толпу к другому выходу из зала, который вел не в коридор, а к маленькой площадке без перил, обрывавшейся над огромной пропастью где-то через пять метров. Главное здание было почти целиком высечено в скале, и когда-то на этой площадке находился каменный мост, рухнувший двести лет назад во время землетрясения.
  
  Никто не ожидал такого поворота событий - внешнемирцы решили, что актер спасает свою шкуру и уж точно не знает ничего о том, куда ведут выходы из зала. Все подумали, что Избранный обречен - одно неосторожное движение, и самонадеянный землянин упадет вниз, прямо на острые скалы.
  
  Выбежав на площадку, Джонни прижался к скале справа от выхода. На самом деле актер прекрасно знал, куда надо идти, поскольку за два дня до поединка он осторожно выяснил, куда ведут все проходы, коридоры и лестницы главного здания.
  
  Тем временем в зале Шэнг Цунг все еще продолжал отчитывать уже пришедшего в более-менее нормальное состояние Горо:
  
  - Что ты тут стоишь? Следуй за ним! Ты должен победить его! Беги за воином Рейдена и убей этого наглого Избранного! Я хочу получить его душу!
  
  - Я размажу его по скалам! - прорычал принц и бросился к выходу. Он бежал в том направлении, в котором скрылся актер, не разбирая дороги, и не ожидал того, что на площадке его уже поджидал хитроумный Джонни.
  
  - Эти очки обошлись мне в пятьсот долларов, придурок!!!! - крикнул актер.
  
  Получив сначала ногой в спину, а потом еще раз пониже пояса, растерянный принц оступился, не удержался на краю площадки и едва успел ухватиться за камень, когда-то бывший частью разрушенного моста.
  
  Джонни бросил мрачный взгляд на Горо, висящего на высоте где-то двадцати метров над острыми скалами у основания здания.
  
  - А вот здесь ты должен упасть, - усмехнулся актер.
  
  Тут шоканский принц бессильно разжал пальцы и с диким криком полетел в бездонную пропасть.
  
  28. Темная Империя
  
  Тот вечер, когда Джонни рассказал Соне о своем хитроумном плане, Император провел в своей куэтанской резиденции, носившей название Огненный Дворец. В этом месте он появлялся очень часто, хоть в силу необходимости ему приходилось жить также и в Имперском Дворце в Эдении. На Куэтане все напоминало ему о счастливой юности, когда еще жива была его горячо любимая сестра, когда отец тоже был с ними...
  
  Дворец был построен согласно вкусу Шиннока - тогда еще Киу Кана, который любил высокие, уходящие в небо шпили башен и просторные светлые залы. В то время Император и сам не любил ничего мрачного и темного, хотя впоследствии начал строить галереи с низкими потолками и без окон, даже днем освещаемые тусклым светом факелов. Теперь в этом дворце постоянно жили двое детей Императора и отец его племянника Рутая - Айри, верховный Черный Священник.
  
  Узнав от охранников, что Шао Кан сегодня собирается прийти, Айри вышел встречать его на порог Огненного дворца. Император вспомнил, что Айя, его сестра, погибшая от рук эденийского генерала Району, точно так же всегда выходила ему навстречу, и сердце его болезненно сжалось...
  
  - Приветствую тебя. Как идет турнир? - улыбнулся муж его покойной сестры.
  
  Император подумал, что сейчас бы ему очень даже не помешала весточка от Шэнг Цунга, подтверждающая, что все в полном порядке, но решил не выдавать своего волнения.
  
  - Все отлично, - сказал Шао Кан, пытаясь изобразить безмятежность и беззаботность. Светло-голубые глаза Айри, такие же светящиеся, как у всех его соплеменников, ярко вспыхнули на скрытом капюшоном лице.
  
  - Может быть, нам наконец удастся избавиться от Рейдена? - покачал головой Черный Священник.
  
  - Я так на это надеюсь... Этот проклятый выродок вымотал мне все нервы... Пойдем во дворец. Во-первых, я хочу видеть Мэан и Суэ. Во-вторых, мне надо с тобой поговорить, - Шао Кан снял свою любимую маску, пригладил растрепавшиеся длинные черные волосы.
  
  Император почти всегда носил маску-череп с рогами; практически никто из жителей подвластных ему миров, за исключением всецело верного ему населения его родного Куэтана, не знал о том, что он - сын Шиннока, которого многие считали отступником и предателем. В силу этого Шао Кан не слишком-то хотел, чтобы его подданные догадались об этом по его внешнему сходству с отцом. Будучи человеком довольно скрытным и замкнутым, он не хотел и того, чтобы кто-то посторонний видел его выражение лица в тот или иной момент. Снимал он ее только наедине со своими весьма немногочисленными родственниками или в тех редких случаях, когда Шэнг Цунг или еще кто-то из приближенных приходил к нему докладывать обстановку. Поначалу Шао Кан пытался скрывать подробности своей личной жизни и от Шэнга, но придворный маг Императора был слишком нужен своему повелителю и со временем превратился в доверенное лицо Шао Кана, которому волей-неволей пришлось рассказать о многом.
  
  - Пойдем ко мне, - предложил Айри. - В тишине и спокойствии посидим. У меня есть бутылка нашего лучшего вина, а твои дети пока все равно чем-то своим заняты - то ли гулять пошли, то ли еще что... Успеем поговорить.
  
  Комната Черного Священника была очень просторной, но тем не менее весьма скромно обставленной. Айри достал из большого лакированного серванта вино в красивой бутылке из алого стекла и два бокала с позолотой.
  
  - Так в чем же дело? - настороженно произнес Черный Священник. - Мне показалось, тебя что-то сильно волнует.
  
  - Это так. Вроде бы я пока не получал никаких тревожных вестей с Шимуры. Все должно идти прекрасно... и тем не менее что-то не дает мне покоя. Я никогда не отличался хорошей интуицией, но у меня как будто бы какое-то дурное предчувствие. Не знаю даже, как тебе объяснить, но надеюсь, ты поймешь.
  
  Император положил свою маску на край стола. Лицо его, бледное, как у привидения, с высокими скулами и запавшими щеками казалось совершенно измученным и полубезжизненным.
  
  Айри протянул ему бокал. Ему было очень жаль родственника, и он не знал, чем и как его утешить, поскольку в силу опыта понимал, что такие ощущения просто так на ровном месте не возникают.
  
  - Успокойся. Я полагаю, что мой неумный сын, который никогда не отличался тактичностью, не так давно просто припугнул тебя, потому что дружит с Шэнг Цунгом и его жалеет, а ты иногда бываешь чрезмерно суеверным. Прости меня, это наверняка я виноват - надо было лучше воспитывать своего ребенка и уделять ему больше внимания, а я сдуру решил, что и так сойдет.
  
  Айри отбросил капюшон. Император взглянул на лицо Черного Священника, и ему сразу вспомнился день свадьбы Айи - молодожены были такими красивыми и нарядными, оба просто светились от счастья, и никто даже не думал, что впоследствии сестру Шао Кана ждет страшная смерть на турнире от рук проклятого эденийца.
  
  - Ты устал? - спросил Айри, заметив странное оцепенение в лице Императора.
  
  - Да. Наверное... - растерянно ответил тот, глядя куда-то в сторону и думая о том, что сейчас происходит на Шимуре.
  
  - Послушай меня, - снова обратился к нему муж его сестры. - Нельзя все время думать только о плохом. Ты сам себя мучаешь. Больше чем уверен, что напрасно.
  
  - Ты просто хочешь меня успокоить, а на самом деле думаешь о том же, о чем и я! - воскликнул Шао Кан, которому не понравился назидательный тон родственника.
  
  - Может быть, - Император поднял на него глаза. - Ты не понимаешь меня, Айри. Мне очень плохо...
  
  - Я все понимаю. Если что-то все-таки случится - тогда и будешь переживать. Чего страдать заранее? - пожал плечами тот.
  
  - Я не знаю, что делать... - печально проговорил Шао Кан.
  
  - Пока ничего. Действуй по обстановке, - мягко добавил его родственник.
  
  Айри был единственным человеком, с которым Император общался на равных. Нередко Черный Священник видел, что Шао Кан ведет себя не слишком правильно, но брата его покойной жены трудно было заставить прислушаться к чьим-либо советам.
  
  - Зря ты не доверяешь Шэнгу и так плохо к нему относишься, - произнес он и поставил на стол пустой бокал. - Я больше чем уверен, что он все для тебя сделает. Он и так делает все возможное. Мой сын, конечно, невоспитанный юноша, лишенный всякого почтения и уважения по отношению к старшим, и он, безусловно, повел себя во время недавнего разговора в высшей степени некрасиво и неприлично, но я вынужден признать, что многие вещи Рутай говорил тебе правильно!
  
  - Но он... - начал было Император.
  
  - Знаю я все это, - перебил его Айри. - Ты снова начнешь рассказывать мне про то, как он якобы чуть ли какой-то заговор против тебя замышлял, едва ли не нарочно запорол тебе все дело и прочее в таком же духе. Ты хоть сам соображаешь, что за бред несешь? Привет сплетнику Рейдену. Не уверен я в том, что это правда. Наверняка братец твой всю эту ахинею про твоего придворного мага сам и выдумал, видя, как близко к сердцу ты все принимаешь, а ты и доверяешь грязным слухам! Ты даже не знаешь, чего Шэнг на самом деле хотел и почему. Послушай меня: ты по неизвестной причине вбил себе в голову, что если человек что-то делает плохо или неправильно, так это вовсе не потому, что у него не получилось в силу объективных причин или ему помешали какие-то обстоятельства, а всенепременно тебе назло. Помню я в свое время твою ругань с Суэ - если парню не дается учеба, так он придуривается, чтоб в школу не ходить и на уроках не работать, тебе и в голову не пришло, что он и в самом деле не понимает некоторые предметы! Ну не всем дана от природы светлая голова, особенно если учесть, что мать твоих детей - эденийка! У соотечественников Синдел вообще от природы мозги слабые, может, Суэ в кого из ее родни пошел! И если твой подручный проиграл бой, то он сделал это отнюдь не тебе назло, а потому, что ему, возможно, попался слишком сильный противник.
  
  - Кто, этот жалкий смертный юнец - Великий Кунг Лао? - возмутился Император, с особой язвительностью произнеся слово 'Великий'. - Сильный противник, да?
  
  - Вот когда ты научишься здраво мыслить, а? - покосился на родственника Айри. - Если кто-то слишком молод, да к тому же и смертен, это не делает его плохим бойцом! Великий Кунг Лао был на редкость хорошим воином, многие другие ему и в подметки не годились!
  
  - С острова никаких вестей... Меня это беспокоит... - сменил тему Шао Кан. - Извини, Айри, но мне действительно страшно. Вдруг в очередной раз все сорвется в двух шагах от абсолютной победы? И опять - по вине Шэнга!
  
  - Это не может длиться вечно. Скоро ты обо всем узнаешь, - ободряюще произнес Айри. - Прекрати. Это еще Горбак недавно сюда приезжал из своего королевства и тоже тебя старательно накручивал вместо того, чтоб пожалеть! Сам он придурок, жена у него такая же, носятся они со своим сынком, как с золотым слитком, хотя ему никто до сих пор ни разу морду не бил, и считают, что вправе выливать свой бред тебе на голову, как будто им хуже всех, наглые какие!
  
  Император покачал головой.
  
  - Я надеюсь, вести не будут очень разочаровывающими... Айри, я пойду к себе, там наверняка Суэ и Мэан уже пришли, хочу с ними поговорить.
  
  - Твои дети очень скучают по тебе. Они тебя так редко видят, - с укоризной сказал его родственник.
  
  - Я не могу проводить с ними каждый день и час, у меня как-никак дела. Каждый раз по возвращении в Эдению я хочу лечь и тихо умереть, чтобы ничего больше не помнить, не чувствовать, не знать...Это было бы так прекрасно - уснуть навсегда и не видеть снов...Ты знаешь, что я не наложил на себя руки только по одной причине - не хотел, чтобы у Рейдена был очередной повод для бурного веселья.
  
  - Я понимаю, - печально ответил Айри.
  
  ***
  
  Вскоре после захвата внешнемирцами Эдении и гибели эденийского короля Джеррода Шао Кан женился на его вдове - прекрасной королеве Синдел, у которой вскоре родились двойняшки - Суэ и Мэан. Однако по неизвестной причине жена Императора вскоре наложила на себя руки, и тому пришлось в одиночку воспитывать своих сына и дочь, а заодно и Китану.
  
  Своих родных детей Император старался держать подальше от священного турнира и прочих неприятных вещей. Он пытался уговаривать и свою приемную дочь не лезть в это дело, найти себе хорошего парня, выйти замуж, родить детей и жить, как все нормальные люди, но Китана не была такой послушной, как ее сводные брат с сестрой, и твердо решила стать воином. Можно сказать, что жили Мэан и Суэ в практически полной изоляции от происходящего, но Император и не хотел, чтобы они участвовали в сплетенных Тьеном, Рейденом и Старшими Богами интригах и уж тем паче - чтобы с двойняшками случилось что-то плохое, как с их тетей Айей, которую убили еще до их появления на свет.
  
  Увидев обоих в коридоре около недавно распустившегося цветка орхидеи на подоконнике, Император придал своему лицу безмятежное выражение, что у него получилось с большим трудом, и попытался изобразить на нем милую улыбку, изо всех сил стараясь не думать о турнире.
  
  Мэан услышала его шаги и обернулась.
  
  - Суэ! Ура, папа сегодня здесь!
  
  - Я ненадолго, - ответил Император. - Сегодня вечером мне надо будет вернуться в Эдению.
  
  Девушка сразу помрачнела.
  
  - Неужели там так много дел?
  
  - Немного, Мэан, но это очень важные дела, и мне надо ими заняться. Я скоро приеду к вам снова, как только со всем разберусь.
  
  Мэан недовольно тряхнула густыми черными волосами.
  
  - Папа, расскажи нам, кстати, что творится на турнире!
  
  - Мне кажется, что ты не в духе, хотя пытаешься тут нам улыбаться и делать вид, что все прекрасно, - Суэ, очень похожий внешне на свою сестру-двойняшку, но гораздо более молчаливый и замкнутый, разочарованно усмехнулся.
  
  Император недовольно нахмурился - проницательность сына ему не слишком нравилась, но все же вкратце сообщил своим детям, как идут дела и что его беспокоит.
  
  - Вот так вот, жду теперь донесений от Шэнга, - завершил он свой рассказ, однако реакция сына неприятно его удивила.
  
  - Знаешь, папа, я уже давно не маленький мальчик, а взрослый человек. Более того, я прекрасно умею драться. Точно так же, как и Рутай. Я бы хотел, чтобы ты хоть раз позволил нам участвовать в турнире, однако ты нам не позволил. А почему? Вот сам подумай. Двумя хорошими бойцами было бы больше, и наши шансы на победу однозначно бы увеличились. Ты же что делаешь? Оберегаешь нас от всего, словно мы какие-то груднички беспомощные, а не мужчины и воины. Запретил нам подать заявку на участие в турнире. Ты даже не хочешь толком поведать нам с сестрой о своих делах. Хоть бы посмотреть на Смертельную Битву нам позволил.
  
  - Прости меня - это невозможно, - Император с трудом скрывал раздражение и страх: откуда у Суэ такие мысли?
  
  - Почему? - пожал плечами его сын. - Знаешь, папа, это нечестно. Я тут в безопасности сижу, Рутай тоже вместо того, чтоб с землянами драться, чай попивает, а Шэнг Цунг должен за всех отдуваться, как будто ему одному больше всех надо?
  
  - Суэ, прекрати, - твердо оборвал его отец. - Давайте больше не будем говорить об этом. Хватит с меня жертв Смертельной Битвы в моей семье. Я вам рассказывал о вашей тетке, а поэтому попросил бы больше не поднимать эту тему.
  
  - Ну, папа, это просто злая судьба, - поддержала Суэ его сестра. - Как гласит давняя поговорка, коли кому смерть не грозит, то его и в бою беда не коснется, а кому суждено умереть, так он об собственный порог споткнется да голову себе разобьет. Так что ты неправ.
  
  Шао Кан стиснул зубы, подавив гнев. Этого еще не хватало, нашлись тут великие бойцы-добровольцы!
  
  - Забудьте думать о Смертельной Битве и закройте эту тему, - процедил он сквозь зубы. - Я вам еще раз повторяю: давайте о чем-нибудь другом.
  
  - Я хочу поехать с тобой в Эдению, - мечтательно произнесла Мэан, и ее зеленые, как у отца, глаза засветились еще ярче, чем обычно. - Я была совсем маленькой, когда ты увез меня оттуда. Там сейчас так же красиво?
  
  - Мэан, не стоит об этом, - Император вспомнил день, когда его жена Синдел покончила с собой, а он увез своих детей на Куэтан - подальше от места, где умерла их мать, и снова стал мрачнее тучи. - Прекрати.
  
  - Тем не менее я хочу побывать там еще раз.
  
  - Может быть, когда-нибудь... Лучше расскажите мне, как у вас дела. Когда я появлялся здесь в последний раз, этого цветка здесь и в помине не было - я и не думал, что эта орхидея все-таки зацветет.
  
  ***
  
  В Имперский Дворец Шао Кан вернулся почти ночью. Вечер был просто чудесный, на небе горели огромные звезды, и Император впервые за долгие месяцы подумал, что все его опасения, может быть, действительно беспочвенны. После общения со своей семьей он пребывал в умиротворенном состоянии, и ему очень хотелось верить в то, что жизнь прекрасна и все будет хорошо...
  
  29. Битва продолжается
  
  Когда четырехрукий принц свалился в пропасть, его противник какое-то время стоял и глядел вниз, еще не осознавая, что ему все-таки удалось одолеть страшного врага и спасти от верной смерти своих товарищей, а то, возможно, еще и многих других людей. С облегчением Джонни подумал, что Великий Кунг Лао отомщен, вытер пот со лба, отдышался и поплелся назад. Он не заметил, что по стене мимо него пулей проскочил Рептилия; затеррианец быстро доложил Шэнгу о гибели Горо, и черный маг решил, что настала пора переходить к резервному плану, чтобы не провалить все дело окончательно и бесповоротно.
  
  Возвращаясь в зал, Джонни Кейдж внезапно услышал доносящийся из соседней комнаты отчаянный крик Сони. Актер опрометью бросился туда и увидел, что Шэнг Цунг тащит упирающуюся девушку к порталу в другой мир, схватив ее за шею и за волосы так, что та не могла вырваться или сопротивляться, а Лю и Рейден в ужасе смотрят на это.
  
  - Здесь и сейчас я решил использовать свое право бросить вызов любому из вас! Я выбираю ее! - крикнул Избранным черный маг.
  
  - Шэнг, ты сволочь! - завопил Рейден. - Почему именно она? Так нечестно! Этих двоих ты испугался, что ли?
  
  - Разве ты не помнишь - мы же договорились! Смертельная Битва продолжается, я просто меняю место проведения турнира, согласно правилам... и нашему договору. Я ничего не нарушил, и ты это прекрасно знаешь.
  
  С этими словами Шэнг исчез в портале, втянув туда и Соню. Джонни бросился было за ними, но Рейден остановил его.
  
  - Куда он забрал ее? - поинтересовался актер.
  
  - В императорский замок - наши враги называют его Имперский Дворец. Он находится в Эдении, и я не могу последовать туда за вами. Там я утрачу свою силу.
  
  По правде сказать, Рейден откровенно врал - ему просто не очень хотелось встречаться со своим старшим братом - Императором Внешнего Мира Шао Каном, а также со многими его приближенными, которые постоянно жили в Эдении и частенько там бывали. Кроме того, ему нужно было выполнить приказ Тьена и непременно вогнать Шэнга в гроб, а сам он сделать это, не нарушив правила турнира, никак не мог - для этого не годился никто, кроме мечтающего отомстить Лю Канга.
  
  - Мы пойдем туда, - произнес одержимый жаждой кровавой расправы с врагом Лю Канг, которому наконец-то начала улыбаться донельзя заманчивая перспектива разделаться с придворным магом Императора.
  
  - Соня может победить Шэнг Цунга? - спросил Джонни.
  
  - Нет. Простите меня...
  
  Джонни обалдел от подобной наглости.
  
  - Вы еще и прощения просите???
  
  Если бы Джонни знал всю правду о великом турнире, Рейден получил бы в рыло, что называется, не отходя от кассы, и собирал бы после этого свои зубы по всей Шимуре. Однако рассказать звезде мирового кинематографа о том, как все происходило на самом деле, было некому, а потому бедняжка Кейдж, который успел крепко подружиться с Соней, только слегка возмутился. Хитрый Рейден перевел разговор в более мирное русло.
  
  - Есть еще одно правило - я пренебрег им и ничего вам о нем не сказал, - произнес он.
  
  - Интересно, а почему? - покосился на него актер. - И вообще, не нарушил ли сам Шэнг Цунг правила турнира, когда уволок Соню в свой мир? Ему-то за это отвечать никак не придется, нет? Или все же да?
  
  - Нет, не нарушил, - разочарованно покачал головой Рейден. - Так вот, о чем я? О правилах. Соня должна принять вызов Шэнг Цунга, иначе финальный поединок не состоится. Все поняли? Мне больше нечему учить тебя, Лю Канг, - Рейден снова многозначительно посмотрел на своего протеже. - Ты овладел знанием, теперь нужна лишь твоя воля. Пока она отсутствует, но я уверен - ты сможешь убить Шэнг Цунга. У тебя все получится.
  
  - Славно поешь, - саркастически заметил Джонни. - Легко сказать, трудно сделать.
  
  - Так ты же только что убил Горо! - картинно закатил глаза божок, который был готов гадить всем и вся только ради того, чтобы напакостить брату.
  
  - То Горо, а то Шэнг, - хмыкнул актер. - Шокан, конечно, был великоват, нелегко одолеть врага в два с половиной метра ростом да с четырьмя руками, но он черной магией не владел. Тоже мне, сравнил жопу с пальцем.
  
  - Вы уверены, что не пойдете с нами? - учтиво спросил более вежливый Лю.
  
  Рейден не пошел бы с ними даже за миллиард долларов, поскольку любил своего старшего брата и все подвластные ему миры, включая Эдению, столь же сильно, как собака палку, а потому торжественно провозгласил:
  
  - Если вы будете выглядеть достаточно сильными, то найдете в Эдении другого проводника. Удачи вам - она вам потребуется!
  
  Увлеченный своими умными речами Рейден не заметил того, что вслед за Избранными в портал вошел Рептилия, которому Шэнг Цунг приказал по возможности постараться остановить воинов Земли и не дать им добраться до Имперского Дворца.
  
  ***
  
  Не соловушка тоскует,
  Ох, не лес, не вольный ветер -
  Мать Марысю оставляет
  Сиротой на белом свете!
  
  <***>
  
  Скрылось солнце за горою,
  Догорело небо зорькой.
  Мать Марысю оставляет
  Навсегда сироткой горькой.
  
  Мария Конопницкая
  
  
  Утро этого дня Кэно вместо того, чтобы смотреть на поединок Джонни и Горо, провел на тренировке с мастером Майо из Внешнего Мира. Прежде всего, бандиту не хотелось попадаться на глаза Соне, помимо этого, он прекрасно понимал, что ему однозначно стоит подтянуть технику боя, и ухватился за обещание Шэнга сделать из него высококлассного бойца, благо тот ему и толкового тренера быстренько подыскал. Ближе к половине первого, а может, и к часу он, уставший, но вполне довольный, возвращался к себе, чтобы принять душ и перекусить, но вдруг услышал чей-то сдавленный плач. Кэно это очень не понравилось, и он, подойдя ближе, увидел, что младшая дочь его господина - Мей, кажется? - горько рыдает, спрятавшись в какой-то нише в стене коридора.
  
  Бандит подошел еще ближе.
  
  - Прошу прощения, - он лихорадочно вспоминал все правила учтивости и хорошего тона, ведь это как-никак дочь хозяина! - но что случилось? Кто вас обидел?
  
  Девочка вздрогнула, услышав его голос, и подняла на главу 'Черного Дракона' заплаканные глаза.
  
  - Меня никто не обидел, - всхлипывая, сказала она. - Кроме самой жизни. За что мне все это? Сначала умерла моя мать, теперь наверняка умрет отец. Кому я тогда буду нужна? Почему у других детей все не так? У всех есть родители, и они...
  
  - Так, во-первых, перестаньте лить слезы, это не слишком конструктивно и решению проблемы не поможет, - перебил ее бандит. - Как вас зовут? Мей, если я не ошибаюсь?
  
  - Да, Мей или Маи, как вам больше нравится.
  
  - Меня Кэно. Очень приятно познакомиться, я служу вашему отцу, и я, кстати, круглый сирота, родители у меня были, но папу убили, а мама меня бросила и наверняка тоже умерла, и меня воспитывали чужие люди. Во-вторых, расскажите толком, что случилось, и я попробую вам хоть как-нибудь помочь. В-третьих, где сейчас ваш отец?
  
  - Понимаете, - сказала девочка, - принц Горо проиграл поединок. Он мертв, и теперь вся ответственность за исход турнира легла на моего отца.
  
  - Так, это уже хуе... то есть плохо. Продолжайте.
  
  - Он отправился в Черную Башню, в императорский дворец. Избранные пошли за ним туда.
  
  - Хм. А что вы заранее-то отца своего оплакиваете? Его не так-то просто одолеть, если хотя бы половина того, что я про него слышал - правда...
  
  - Кэно, я понимаю, что это нехорошо и мне не подобает так себя вести, потому что я еще слишком маленькая, - пояснила Мей, - но я иногда подслушиваю, о чем все говорят. Не думайте, будто я не знаю, что происходит.
  
  - Это вполне нормально. Вы волнуетесь за отца, ну и вообще из-за всего, что происходит - я тоже в детстве в телек постоянно пялился, все ядерной войны боялся, - попытался успокоить ее глава 'Черного Дракона'.
  
  - Если мой отец проиграет финальный бой, ему не сносить головы, Император его не пощадит, - продолжала Мей. - Однако даже если выиграет и Земля станет принадлежать Шао Кану, ему придется отвечать за то, что случилось с Горо. Ведь тот был принцем, и его родители - очень влиятельные люди, которые не хотели отпускать своего сына на Смертельную Битву. Король Горбак, отец Горо, считает, что это мой отец затащил принца на турнир, и Император, как я поняла из разговоров взрослых, решил, что он прав. Извините, если я как-то не очень понятно рассказываю.
  
  - Да нет, почему, все понятно, - пожал плечами Кэно.
  
  - В общем, он сказал моему отцу, что если вдруг с Горо что-нибудь произойдет, то ему придется за это ответить.
  
  - Что за бред? - возмутился бандит. - Это уже вообще несправедливо, почему мой хозяин должен тут отвечать за то, что кто-то другой Горо грохнул? Он что, его бы от Джонни Кейджа защищать полез? Простите, но это уже чушь собачья в квадрате, этот ваш Император окончательно охуе... то есть сдурел, извиняюсь.
  
  - Бред, не бред, но он так сказал, - снова всхлипнула Мей.
  
  - Вот что, юная леди, - глава 'Черного Дракона' осторожно взвешивал каждое слово, чтоб вдруг не ляпнуть при ребенке чего непечатного. - Давайте-ка мы поступим так. Вы сейчас пойдете к себе, попьете чаю, займетесь чем-нибудь полезным и приятным и постараетесь отвлечься. Пока что с вашим отцом еще ничего не случилось, и оплакивать кого-то заранее бессмысленно. В любом случае я его в обиду не дам, что бы там ни было, потому что я пошел к нему на службу вполне добровольно и я за него готов всю кровь отдать по капле.
  
  - В обиду не дадите? - удивилась девочка. - Вы смеетесь? Вас никто не станет спрашивать, потому что Император...
  
  - А я на него срать хотел, - не выдержал Кэно. - И на него, и на его высочайшее мнение. Потому что лично я считаю, что глупо заставлять человека отвечать за то, в чем он не виноват. Горо - воин и принц, а не маленький мальчик, это раз, ваш отец его не убивал - это два. Он проиграл Джонни Кейджу в честном бою, так?
  
  - Так, - кивнула Мей.
  
  - Вот это уже три. Теперь представим себе, что ваш отец вдруг проиграл бы бой кому из Избранных.
  
  - Такое уже было.
  
  - Ну вот. Сами-то драться умеете?
  
  - Учусь.
  
  - Знаете, хотеть, чтобы кто-то всегда выигрывал все поединки - это просто тупо. И невозможно. Это четыре. Понимаете, о чем я?
  
  - Я понимаю, что вы очень рассудительный человек, - ответила Мей, вытирая глаза рукавом своего шелкового платья. - Однако Император - не такой. Это несмотря на то, что он всегда считал отца лучшим из своих людей. И слушать вас он не станет. Вы только зря себя погубите.
  
  - А это мы еще посмотрим, кто кого, - сверкнул единственным глазом Кэно. - И не отчаивайтесь. Даже в случае самого... неблагоприятного исхода у вас есть братья и сестры, да и мы с Эсмене вас на произвол судьбы не бросим. Сейчас вам плохо, но это пройдет. Не дайте этому разрушить вашу жизнь.
  
  - Теперь уже поздно.
  
  - Ни фига не поздно. Кстати, где Эсмене, Рутай и Тарсонис?
  
  - Не знаю, никого не видела, - покачала головой Мей.
  
  - Значит, слушайте сюда. Вы сейчас, как я уже сказал, пойдете к себе, сядете пить чай, читать или что вам там нравится, и не будете думать о турнире и об Императоре. Я же пойду и поищу помощников вашего отца, и мы все вместе что-нибудь придумаем и предпримем. Договорились?
  
  - Хорошо, - с отчаянием в голосе сказала девочка и медленно побрела прочь.
  
  30. Эдения
  
  Джонни и Лю оказались по ту сторону портала на огромной равнине, сплошь покрытой полуразрушенными зданиями. Немного посовещавшись, они решили идти вперед. Пока они добрели до какого-то места, отдаленно напоминавшего заброшенный город или крепость, начало смеркаться, и на землю довольно быстро опустилась темнота.
  
  На небе светили громадные яркие звезды, а на стенах повсюду были установлены горящие факелы, поэтому вокруг все же было относительно светло. Вдали возвышался увенчанный высокой черной башней огромный дворец.
  
  - Мне что-то неспокойно, - тихо сказал актер. - Знаешь, Лю, в этом месте только фильмы ужасов снимать. Не надо будет, кстати, тратить огромные деньги на компьютерную графику и декорации.
  
  - А мне все это нравится. Мне хорошо с таким чувством, - язвительно ответил Лю, не переставая думать о кровавой мести Шэнгу.
  
  - Значит, это и есть Эдения, - в замешательстве произнес Джонни. - Мерзкое место. Мне здесь совершенно не нравится. Я понимаю, почему они хотят сменить декорации. Ужасно. Вокруг меня одни враги, и все они хотят с нами разделаться...
  
  - Мне кажется, нам надо идти к той башне. Соня там, - предположил его друг.
  
  - И долго мы так будем идти? - вздохнул актер. - Я здорово устал, кроме того, здесь жарковато, и я хочу пить.
  
  - Да уж почти пришли...
  
  Внезапно Лю услышал за углом одного из обшарпанных зданий подозрительный шорох.
  
  - Джонни, там кто-то есть. По-моему, за нами следят, - сказал он и хотел было завернуть за угол.
  
  - Не ходи туда. Мало ли что... - попытался остановить его товарищ.
  
  Тут к ним внезапно вышел какой-то высокий человек, облаченный в такой же костюм ниндзя, как у Скорпиона или Саб-Зиро, только черно-зеленого цвета; нижняя часть его лица была тоже скрыта маской.
  
  - Нас и без того нашли, - пожал плечами Лю, глядя на удивленного Джонни. - Интересно, кто это такой?
  
  - Не думал, что у вас хватит наглости явиться сюда. Не узнаете меня? Я - Рептилия, ваш давний знакомый... только вот принял для удобства человеческий облик. Я это очень хорошо умею! Неужели вы меня все же не помните?
  
  С этими словами верный слуга Шэнг Цунга толкнул Лю Канга к входу в здание. После следующего удара Рептилии не успевший опомниться Избранный оказался на пыльном полу уже внутри полуразвалившегося строения. Испуганный Джонни остался снаружи, прислушиваясь к шуму за стеной; он думал, стоит ли броситься на помощь товарищу, но Лю крикнул ему, что справится сам. Актер решил, что вдвоем бить одного все-таки нечестно, и вмешиваться не стал.
  
  Тем временем затеррианец оказался совсем близко к своему врагу, и Лю увидел, как его маска внезапно превратилась в страшные острые зубы - такие он видел только у динозавров в научно-популярных фильмах. Враг попытался вцепиться Избранному в лицо или в горло, и тому только каким-то чудом удалось отшвырнуть противника от себя. В следующее мгновение Лю схватил Рептилию за руку и перебросил через себя; затеррианец ударился об каменный пол, но тут же вскочил и снова кинулся на землянина. Молодой воин хотел было ударить прислужника Шэнг Цунга ногой, однако Рептилия схватил Лю за стопу и резко дернул в свою сторону. Избранный упал в пыль, которая попала ему в глаза, нос, и рот, и расчихался, а враг, воспользовавшись своим преимуществом, высоко подскочил и хотел было прыгнуть обеими ногами на грудь Лю. Юноша прекрасно понял, что это наверняка окажется для него смертельным, и в последнее мгновение едва успел откатиться в сторону; противник перехватил инициативу и постоянно наносил лежащему на спине землянину сильные удары ногами, которые тот едва успевал блокировать.
  
  Лю растерялся и уже хотел было все-таки позвать на помощь друга, но улучил момент и из положения лежа ударил Рептилию ногой в челюсть. Затеррианец пошатнулся, но все же не упал, но Избранному это дало возможность встать. В следующую секунду юноша нанес своему противнику мощный прямой удар в лицо; тот по-прежнему устоял на ногах, пусть и впечатался спиной в стену.
  
  - Твою мать, обычный человек от такого бы на месте сдох, а ты вон какой живучий, - разозлился Лю и с двух сторон ударил своего врага кулаками в голову, а потом ногой в живот. Тот рухнул на колени, но все еще пытался сопротивляться, пусть и слабо; его очередной удар Избранный легко заблокировал, а ответным окончательно опрокинул противника на землю. Тот растянулся на пыльном полу и больше не шевелился.
  
  Актер снаружи по-прежнему со страхом вслушивался в шум драки. Через некоторое время все стихло, и Лю вышел к своему приятелю.
  
  - Ты убил его? - поинтересовался Джонни. - На тебе нет ни единой царапинки. По-моему, у них вряд ли получится победить тебя.
  
  - Ты мне льстишь, дружище. Не знаю, убил я этого урода или нет, но теперь он нам вряд ли помешает. Тяжеловато, должен признать, было с ним драться.
  
  - Надеюсь, что это шоу фриков наконец закончилось, - вздохнул актер. - Водички бы сейчас попить. Ну ладно, топаем дальше, время не ждет, Соня тоже.
  
  Тут Лю и Джонни внезапно увидели перед собой на дороге Китану.
  
  - Привет, ты здесь какими судьбами? - воскликнули они.
  
  - Ты отлично справился со своим врагом, Лю Канг. Рейден может гордиться тобой, - улыбнулась девушка. - Пойдем со мной. Я проведу тебя и Джонни в Черную Башню.
  
  - Каким образом? - спросил актер.
  
  - Я могу дать вам одежду Черных Священников - местных жрецов тьмы. Они носят балахоны со скрывающими лица капюшонами, и никто, даже сам Шэнг Цунг, не станет под них заглядывать. По давней традиции Черные Священники имеют право свободно ходить, где им вздумается, и в их одежде мы спокойно пройдем во дворец. Эти люди, как считается во Внешнем Мире, хранят какие-то тайные знания, наверняка связанные со злом, а потому и пользуются такими правами.
  
  - Что здесь произошло? - спросил Лю Канг, с недоумением оглядывая полуразрушенные здания вдоль дороги.
  
  - То же самое может случиться и у тебя на Земле, если ты не остановишь этот кошмар. Когда-то место, где мы сейчас находимся, было прекрасным и цветущим миром, носившим название Эдения. Мой отец, Джеррод Сайрэанн, был законным королем своей вселенной и справедливо правил ей долгие годы. Однако потом враги из Внешнего Мира объявили Эдении войну, и нам тоже пришлось сражаться в Смертельной Битве. Лучшие воины моего отца потерпели поражение в десяти турнирах подряд, и тогда Император пришел сюда со своими подручными, установил в Эдении свои законы, убил моих родителей и удочерил меня, чтобы иметь право на трон в глазах Старших Богов. Эдения была одной из прекраснейших вселенных, пока Шэнг Цунг здесь все не разрушил и не превратил мою страну в то, что вы видите...
  
  Тут Китана принялась расписывать Лю Кангу обстоятельства смерти короля Джеррода, не скупясь на жуткие подробности. Из ее рассказа следовало, что Император, прежде чем убить побежденного врага, отдал его на растерзание своим палачам, которые в течение недели подвергали Джеррода разнообразнейшим пыткам, после чего без зазрения совести приказал его казнить. Избранные ужаснулись.
  
  - Какой кошмар! - воскликнул Джонни Кейдж. - Очень тебе сочувствую. Ты человек большой силы духа, даже не знаю, мне бы не хватило мужества такое рассказывать, если бы что-то подобное произошло с кем-то из моих близких!
  
  - Более того, Джонни, - поддержал актера Лю Канг, - одно дело, когда твоего родственника убил какой-то бандит, которого потом посадили в тюрьму. Тут же, представь себе, этот мерзавец, который прикончил короля Джеррода, потом воспитывал Китану, и она была вынуждена жить с подонком и убийцей, которому место исключительно за решеткой, в одном доме и во всем ему подчиняться!
  
  - А... твоя мать? - спросил его друг и тут осекся. - Прости, Китана, я задал очень бестактный вопрос. Не надо, не отвечай, наверняка тебе очень больно об этом вспоминать.
  
  - Да не извиняйся, это не тайна, тем более что со временем боль притупляется, - ответила Китана. - Моя мать, королева Синдел, вскоре после смерти своего супруга вышла замуж за Шао Кана. Как вы сами понимаете, не по своей воле. В браке с моим покойным отцом она была очень счастлива, а своего нового мужа очень боялась, поэтому никто не видел, чтобы она носила по моему отцу траур.
  
  - Ну, это меня не удивляет, - развел руками Лю. - Попробовала бы она короля Джеррода оплакивать, так Император ей бы все кости переломал.
  
  - Да, Лю, - печально ответила принцесса. - Люди, естественно, еще и осуждали мою мать за то, что после убийства отца она и не думала плакать и горевать, а спокойно ходила и улыбалась!
  
  - Неумные люди, - поддержал ее Джонни. - Знаешь, Китана, когда человеку очень плохо, он может начать глупо улыбаться или даже смеяться на похоронах близкого, это такая парадоксальная реакция нервной системы. У моей сестры погиб одноклассник, Педро пошел в магазин за арахисовым маслом и попал под грузовик. Его маму врачи накачали успокоительными, и когда гроб с телом мальчика опускали в землю, бедная женщина внезапно начала улыбаться и рассказывать, как ему хорошо на том свете среди ангелов. Так что меня это как раз не удивляет. Твой приемный отец наверняка еще постоянно запугивал свою несчастную жену и принуждал ложиться с ним в постель, а она его боялась, за тебя боялась, вот и выдавливала из себя через силу радостную улыбку, когда сердце кровью обливается! А что с ней потом случилось, Шао Кан ее все-таки убил?
  
  - Нет, - покачала головой девушка, - моя мама сама на себя руки наложила. Прожила она с Императором недолго - всего десять лет, люди поговаривали, что у них даже родилось двое детей, впрочем, их никто никогда не видел.
  
  - Наверняка муженек довел, - посочувствовал эденийке актер. - Я бы в таком аду не то что десять лет, я бы и десять месяцев не выдержал. А деточки если и родились, так внешнемирцы их сами небось и придушили, зачем им лишние претенденты на престол, потом еще бессмертного папочку захотят свергнуть и бунт устроят.
  
  - Мама моя в последние годы жизни стала очень странной, - пояснила Китана. - У нее настроение по сто раз на дню менялось, она постоянно то смеялась, то плакала, то желала чего-то невообразимого. Раньше, когда она жила с моим папой, она была очень замкнутой, и все ее желания и мысли оставались загадкой даже для тех, кто ее хорошо знал, а тут вдруг все как на поверхность выплеснулось. Я не могу сказать, что мой приемный отец ее обижал, скорее напротив, но я тогда была ребенком и всей правды не знаю - вам же наверняка известно, как взрослые порой все скрывают от детей. До сих пор я не знаю и истинной причины, по которой она покончила с собой, но в этом наверняка замешан Шао Кан.
  
  Наивные Лю Канг и Джонни, искренне сострадая бедной сиротке Китане, не обратили внимания на странное совпадение: когда они уходили с острова, Рейден пообещал им, что в Эдении они найдут другого проводника, а тут после схватки с Рептилией перед ними внезапно появилась принцесса. Находясь под впечатлением от страшного рассказа эденийки и тревожась за Соню, они, конечно же, не подумали, что во всем этом замешан их старый знакомый - бог грома и молнии и протектор Земного Мира. Впрочем, им было совершенно все равно, потому что оба они безоговорочно доверяли Рейдену, хотя все, что он говорил Избранным, нужно было делить как минимум на двадцать, а значительная часть его россказней про любимого братца-Императора и его подданных была более чем откровенной клеветой.
  
  Так, к примеру, его рассказ о коварном братоубийстве, которое бессовестно совершил шоканский принц, на деле выглядел совершенно иначе. Горо не имел ровным счетом никакого намерения сталкивать Дейранка в пропасть - все было куда проще и банальней: внезапно началось землетрясение, и старший брат Горо упал вниз во время сильного подземного толчка. Король шоканов же вовсе не радовался этому событию, а объявил в стране трехдневный траур по Дейранку, засчитав его подарок как преподнесенный своим средним сыном.
  
  Безвременная смерть королевы Синдел также дала Рейдену и его брату-скотолюбу Тьену богатую пищу для гнусных сплетен. Склочный божок заявил, что несчастная женщина покончила с собой из-за того, что Шао Кан застал ее в неприличной позе с Шэнг Цунгом и отдубасил до полусмерти. Любой мало-мальски вменяемый и культурный человек после такого погнушался бы присесть с распространителем подобных слухов, тем более если они касаются его семьи, на одном поле по большой нужде, однако принцесса Китана, судя по всему, была странным исключением. На нее сплетни Рейдена произвели очень сильное впечатление, она решила пойти по стопам склочного божка и, пользуясь тем, что Лю Канг развесил уши, навесила ему на них лапшу, выставив своего папу бедным безвинно убиенным мучеником и несчастной жертвой произвола жестоких куэтанцев.
  
  Что касается реальных обстоятельств безвременной смерти родственников Китаны, то король Джеррод, в свободное от работы время, как известно, поклонявшийся идолу с козлиной головой, погиб в честном поединке с Императором. Его двоюродный брат и по совместительству верный приспешник, первый министр Эдении Веллар, после того, как его страна потерпела поражение в десяти турнирах подряд, прилюдно обругал и без того находящегося в растрепанных чувствах после гибели Айи Шао Кана погаными словами, за что Император и убил наглого эденийца на месте, хотя поначалу делать этого не собирался. Королева Синдел же и в самом деле покончила с собой после десяти лет брака с Императором, однако причина, по которой она это сделала, так и осталась неизвестной.
  
  Если Синдел была дамой более чем странной и загадочной, то ее дочь Китана, в отличие от своей матери, всегда точно знала, чего хочет. Ее не устраивал статус приемной дочери Императора, а потому она желала получить трон Эдении в личное и безраздельное пользование, считая, что он принадлежит ей по праву, и давно мечтала вогнать в гроб как своего отчима, так и его придворного мага.
  
  Несмотря на это, идея бунта против Шао Кана не встретила поддержки у эденийцев - все они, за исключением совсем уж оголтелых Светлых фанатиков, полагали, что при Императоре им живется вполне неплохо, к тому же в их сердцах еще жива была память о короле-козлопоклоннике, да и не пользовалась Китана у народа особой любовью... Тогда принцесса обратилась за поддержкой к заклятому врагу Императора Рейдену и, закрыв глаза на то, что он распускал грязные слухи о ее покойной матери, помогала склочному божку словом и делом за то, что Рейден пообещал посодействовать ей в возвращении эденийского трона, а бедная юная дурочка тогда еще не понимала, с кем связалась.
  
  Зачем Китане так дался родительский трон, понять было очень сложно: как известно, многие люди стремятся к власти, а потом, заполучив вожделенное, не знают, как от нее избавиться и на кого ее скинуть. Будь она чуть умнее, титул принцессы Эдении не действовал бы на нее столь завораживающе, и она со спокойной душой позволила бы Императору тащить на себе этот груз ответственности, а сама занялась бы чем-нибудь более интересным и не влекущим за собой такого количества проблем.
  
  - Как я смогу остановить все это в моем мире? - тихо спросил Лю Канг.
  
  - Я не стала бы тебе помогать, если бы не верила в твои силы, - почти шепотом ответила девушка. - В Черной Башне тебя ждут три испытания. Тебе придется одолеть твоего противника, самого себя и свой самый серьезный страх.
  
  Избранные и Китана медленно шли к Имперскому Дворцу. Огромные голубые звезды в небе Эдении освещали им дорогу.
  
  - Нам нужно кое к кому заглянуть, - сказала принцесса. - Это очень близко, через два дома отсюда. Униар - мой верный слуга и один из участников эденийского Сопротивления, он давно борется с владычеством Шао Кана, и у него в доме мы возьмем балахоны Черных Священников.
  
  - Конечно, - кивнули Лю и Джонни. Через пару минут они увидели перед собой полуразрушенное строение, которое, судя по всему, и было домом Униара; вместо двери вход прикрывала старая дырявая циновка, а внутри была совершенно невообразимая грязь, и Лю Канг снова расчихался.
  
  - Ой, ну и свинарник, - шепотом сказал Джонни своему приятелю. - Смотри, какая тут здоровая жирная моль летает.
  
  - Сам видишь, до чего Шао Кан страну довел, - ответил тот.
  
  - Я все понимаю, - возмутился актер, - нищета есть нищета, но если ты живешь бедно, в доме-то хоть можно убраться? Или они моль на мясо разводят? Смотри, вон еще мышь, да какая громадная! Метелку-то можно из обычной палки и прутьев соорудить.
  
  - Веди себя прилично, ты в гостях! - Лю пихнул друга локтем в бок; он уже давно понял, что тоже нравится Китане, и ему не очень-то хотелось произвести на девушку плохое впечатление. - Вдруг они тут по-английски понимают?
  
  - Униар, ты здесь? - окликнула своего слугу Китана, не обращая внимания на ехидные комментарии своих новых знакомых.
  
  Из кучи хлама к ним выползло тощее согбенное создание неопределенного возраста и пола с мертвенно-бледной кожей.
  
  - Да, моя госпожа? - зазвучал в пыльном помещении дребезжащий голос существа. - Что вы желаете?
  
  - Ой! - тихо воскликнул актер. - Это мне уже документальные фильмы про концлагеря напоминает, ужас-то какой...
  
  Он увидел на подоконнике чашку с водой и хотел было попросить попить, но та выглядела настолько грязной, что Джонни побрезговал даже дотронуться до нее и едва не забыл о своей жажде.
  
  - Наверное, им тут из-за Шао Кана совсем есть нечего, - грустно произнес Лю, игнорируя тот факт, что Китана выглядит вполне здоровой и упитанной.
  
  - Нам нужны балахоны, какие Черные Священники носят, - сказала принцесса. - Три штуки, для меня и моих друзей.
  
  Униар, не говоря ни слова, снова уполз в глубину комнаты, зарылся там в гору мусора, а через несколько минут вернулся с какими-то бесцветными пыльными тряпками в руках.
  
  - Вот, моя госпожа, - он сунул их Китане.
  
  - Сердечно тебя благодарю, - сказала принцесса и вышла на улицу; Джонни и Лю последовали за ней. Там они, отчаянно чихая и кашляя, вытряхнули пыль из балахонов, после чего те приобрели первозданный коричневый цвет. На деле Униар был отнюдь не жертвой кровавой тирании Шао Кана, а обычным деревенским безумцем, собиравшим на свалках и помойках всякий хлам, но Китана умело воспользовалась этим, поняв, что при желании в доме у несчастного умалишенного можно найти все что угодно, в том числе и поношенные балахоны Черных Священников.
  
  - Так, мы уже почти у цели, - произнес Лю. - Китана, ты нам покажи, как правильно надевать и носить эти тряпки, и будем пробираться в башню.
  
  31. Страшная месть
  
  Духом крепок был: стоять - так только прямо,
  Боссом называть стали парня рано...
  
  Наше дело 'Лицо со шрамом'
  
  
  Немного успокоив Мей, Кэно кинулся искать своих товарищей. Тарсониса он нашел в столовой: тот неподвижно сидел над чашкой с остывающим кофе и таращился в стену с донельзя несчастным видом.
  
  - Эй, ты чего? - окликнул его бандит. - Что здесь произошло? Куда все подевались? Рутай и Эсмене словно сквозь землю провалились!
  
  - У нас траур. Принц погиб в бою.
  
  - Да знаю уж. Только слезами Горо не поможешь, - решил разрядить обстановку глава 'Черного Дракона'.
  
  Эдениец медленно повернулся к нему и в первый момент изобразил на лице вымученную улыбку, но в следующую секунду снова стал мрачнее тучи и произнес все известные ему ругательства и проклятия.
  
  - Э, извини, - несколько опешил Кэно, не ожидавший такого от всегда обходительного и вежливого Тарсониса, который, в отличие от самого бандита, никогда не матерился. - Я тебя обидел? В общем-то, я ляпнул глупость...
  
  - Не в тебе дело, - покачал головой тот. - И даже не в принце. Горо всегда был нам добрым товарищем, и мне жаль, что он погиб, однако тут нечто иное. Шэнга сложившаяся ситуация загнала в тупик.
  
  - Я уж понял, - ответил глава 'Черного Дракона'. - Знаю, что произошло и куда пошел хозяин. Кстати, где Рутай и Эсмене?
  
  - Понятия не имею, - растерянно ответил Тарсонис.
  
  - Я предлагаю их дождаться, - произнес Кэно, - не думаю, что в такой день они могли куда-то надолго смыться.
  
  - Ну да, - вяло пробурчал его товарищ.
  
  Он, однако, ошибался: Эсмене в день гибели принца Горо отправился на материк по делам 'Черного Лотоса', а Рутай был во Внешнем Мире, и на Шимуру оба они вернулись лишь вечером - к счастью, не очень поздно.
  
  Кэно прекрасно видел, что Тарсонис сильно переживает из-за Шэнга, но утешать и успокаивать людей он умел не слишком хорошо, поэтому решил немного отвлечь эденийца от грустных мыслей.
  
  - У меня такое чувство, - начал бандит, - что у нашего дорогого друга Лю Канга, мечтающего отомстить хозяину за младшего братика, не возникало никаких мыслей о том, что родственничек его разлюбезный погиб не просто так - ведь за просто так в морду не дают и тем более не убивают. Вот интересно мне, а что именно Чен сказал моему господину? Мне вот после пусть пока что не слишком долгого, но тесного общения с хозяином кажется, что для того, чтобы вывести его из себя, надо сделать нечто совсем уж невероятное или очень сильно его оскорбить. Я вон дважды прокололся с Соней - один раз пытался ее клеить, потом проиграл ей бой, но мой господин мне вообще ничего не сделал, зарплаты не лишил, не ударил, так, в самом начале поругал немного. Вот как ты думаешь применительно к этому Чену: что все-таки послужило поводом для его драки с хозяином?
  
  - Эх, - вздохнул Тарсонис, - я спрашивал об этом Шэнга, но он так и не захотел говорить со мной на эту тему, чего, в общем-то, и стоило ожидать - ему это просто неприятно. Я тебе другую интересную вещь расскажу. Ты ж вон с Эсмене-то вроде подружился? Так вот, однажды наш Великий Кунг Лао, выясняя отношения с моральным уродом Рейденом, пырнул этого ушлепка ножом, но то ли ножик был короткий, то ли у экс-чемпиона от злости руки тряслись, но Рейден быстро оклемался и до сих пор продолжает портить всем нервы.
  
  - Эх, жалко как, что Эсмене этого типа не прикончил, - ответил Кэно. - Если бы этот свинячий выблядок Рейден закрыл глазки, нам всем стало бы намного легче жить.
  
  - А я, честно говоря, вообще не верю, что Шэнг убил братца Лю, - поделился своими соображениями эдениец. - Что-то это в принципе на него сильно не похоже. Даже если бы тот его сильно разозлил, Шэнг мог бы на него накричать или как-то еще поставить на место, но уж не бить. И тем более я сомневаюсь, что он мог сознательно, будучи в здравом уме и трезвой памяти, забить до смерти несовершеннолетнего ребенка.
  
  - Вполне возможно, что ты прав, - согласился с ним глава 'Черного Дракона'. - Вернее, даже очень возможно.
  
  Через несколько часов на остров вернулся Рутай. Он прошел в столовую главного здания и увидел, что там сидят Тарсонис и Кэно.
  
  - А где... - начал было племянник Шао Кана.
  
  - Ты ищешь Шэнга? - печально спросил эдениец. - Он в Темной Империи.
  
  - Что он там делает? - пожал плечами Рутай.
  
  - Собирается устроить финальный бой.
  
  - Он что - рехнулся? - возмутился юноша.
  
  Тарсонис опустил голову.
  
  - Я не знаю. Если он не победит - нам крышка. Император и с него, и с нас заодно голову снимет, а что до Рейдена, Тьена и Старших Богов...
  
  - Я отправлюсь в Эдению, в Имперский Дворец, и узнаю, что там происходит - он же наверняка там, да? Дальнейшие действия будем предпринимать, смотря по обстановке, - перебил его Рутай.
  
  - Иди, - Тарсонис попытался улыбнуться, но улыбка вышла кривой и жалкой.
  
  - Э, подожди! - жестом остановил внешнемирца Кэно. - Я с тобой!
  
  - Вы это куда? - в дверях внезапно показался Эсмене. - Извините, я задержался в Гонконге, у меня там были всякие дела...
  
  Тарсонис вкратце описал ему ситуацию. Бывший чемпион в сердцах стукнул кулаком по дверному наличнику.
  
  - Так, ребята, что делать будем? - глава 'Черного Дракона' подумал, что медлить не стоит. - Тарсонис, я предлагаю тебе остаться на острове и следить за порядком, чтоб наши Избранные друзья в компании с этими говнорожими хуеплетами Рейденом и Веньяном авось опять чего не выкинули, благо ты тут всю местную кухню знаешь, а я в этом пока не ахти как разобрался.
  
  - Согласен, - кивнул тот.
  
  - Я отправлюсь в Темную Империю. Я уже сказал: пока я жив, никому и никак своего хозяина в обиду не дам.
  
  Рутай что-то возмущенно забормотал про внешнемирские традиции и про то, что Кэно сошел с ума, не понимая, с кем связался, но глава 'Черного Дракона' смерил его таким убийственным взглядом своего единственного глаза, что юноша осекся на полуслове.
  
  - Слушай, - с нескрываемым ехидством произнес Кэно, - я прекрасно понимаю, что в чужой монастырь со своим уставом не ходят. Однако Шэнг тебе не просто какой-то случайный знакомый со стороны, вас связывает давняя и крепкая дружба. Ты будешь стоять и смотреть, как твой дядюшка его убивает, и не скажешь ни слова, только потому, что у вас, видите ли, так принято? Так? Я не ошибся? А не кажется ли тебе, Рутай, что это как-то... и не по-дружески, и не по-человечески, и вообще несправедливо, невзирая на все ваши гребаные традиции и обычаи, хотя бы потому, что мой хозяин с точки зрения банального здравого смысла ни в чем не виноват!
  
  - В нашей империи тебе понадобится проводник, - ответил племянник Шао Кана. - Ты не знаешь ни мест, ни дороги. Я все тебе покажу.
  
  - Я с тобой, как и обещал раньше, - поддержал главу 'Черного Дракона' Эсмене. - Только мне нужно отлучиться на пять минут по надобности. Сейчас я вернусь, и мы все дружно идем к порталу.
  
  ***
  
  ...и кружатся над моей бедой
  вороны, вороны...
  
  Фристайл 'Больно мне, больно'
  
  Экс-чемпион быстро сбегал в уборную; возвращаясь к своим соратникам, он проходил мимо кабинета Шэнга и заглянул туда. Там все выглядело так, словно владелец только что покинул его и через пять минут вернется - стул отодвинут, на столе лежит ручка со снятым колпачком, рядом на блюдечке - надкусанная палочка печенья в шоколадной глазури.
  
  Эсмене повернулся и пошел прочь. Ему хотелось плакать. Он понял, что все кончено. Рейден лишил его семьи, детей, сестры, а теперь и лучшего друга. Бывший чемпион никогда не плакал, ему было стыдно плакать, но сейчас злые слезы сами катились из его узких черных глаз. Он не вытирал их - все равно никого рядом не было.
  
  Была одна вещь, о которой он не сказал никому. Вчера вечером страшные видения, не мучившие его уже много лет, снова вернулись.
  
  Он знал, что Шэнгу не выиграть этот бой... и что придворный маг Шао Кана не переживет наступающей ночи.
  
  ***
  
  Жили у бабуси
  Два веселых гуся,
  Один серый, другой белый -
  С ними я ебуся!
  
  Народное творчество
  
  
  Спровадив Избранных во Внешний Мир, Рейден с Веньяном пошли к Тьену на гору Ифукубе докладывать обстановку. Настроение у обоих было приподнятое: а как же иначе - Горо-то откинулся!
  
  Тьен тоже пребывал в бодром расположении духа: не так давно прислужники притащили ему клетку, в которой крякали и гоготали два гуся и три утки. Выслушав младшего брата, он обрадовался еще сильнее.
  
  - Дело почти в шляпе, - он мельком глянул на дырявый головной убор Рейдена.
  
  - Может, давай их сожрем? - облизнулся младший сын Шиннока, тыча пальцем в клетку.
  
  - Сначала я их огуляю. Ну а потом сожрем, - великодушно согласился Тьен. - Впрочем, нет. Иди-ка во Внешний Мир...
  
  - Как во Внешний Мир? - Рейден ахнул, у него едва не подкосились ноги.
  
  - Я что сказал? - Тьен завизжал так, что в окнах задрожали стекла. - Отправляйся вместе с Веньяном во Внешний Мир, проследи за тем, чтобы все прошло гладко, и не возвращайся без вестей о победе! А потом мы с тобой и отпразднуем - будет тебе жаркое из гусей и уток, - добавил он уже мягче.
  
  Рейден с Веньяном поклонились и вышли за дверь.
  
  - Слушай, я не хочу во Внешний Мир, - сказал бог грома, опасаясь огрести люлей от старшего брата и его подручных. - Что будем делать?
  
  - Я тоже не хочу, - тяжко вздохнул Веньян.
  
  Немного посовещавшись, они решили, что во Внешний Мир все-таки не пойдут, а вернутся на Шимуру и там постоят около портала и подождут, чем все кончится. Если исход Смертельной Битвы окажется в пользу Земли и страшная месть свершится, можно будет доложить обо всем Тьену и полакомиться свеженькой утятинкой, а вот если нет... спасайся кто может!
  
  32. Поединок
  
  Зайдя в укромное местечко, Джонни и Лю под чутким руководством принцессы Китаны нацепили на себя балахоны. Шерсть, из которой они были сделаны, оказалась очень колючей, и бедные Избранные постоянно ежились и передергивали плечами: легкая майка и летняя рубашка совершенно не спасали бедняг от неприятных ощущений. В какой-то момент Джонни сообразил, что кусалась отнюдь не некачественная материя, а обитавший в одеяниях целый сонм разнообразных насекомых, но снимать 'шикарный' наряд было уже поздно: в сопровождении эденийки они вышли в широкий коридор, освещенный множеством чадящих факелов. Оставалось лишь призвать на помощь все свое мужество и терпение, чтобы вдруг неожиданно не почесаться, а задача эта была не из легких - Джонни показалось, что выпускной экзамен по актерскому мастерству, которого до полусмерти боялись все его однокурсники, по сравнению с этим просто забавное развлечение.
  
  Внезапно они увидели самого Шэнг Цунга, который куда-то шел во главе большой процессии Черных Священников. По знаку Китаны Лю и Джонни вместе с принцессой незаметно пристроились им в хвост.
  
  - Идем с ними, - шепнула Лю Кангу эденийка. - Не знаю, куда они направляются, но с ними тот, кто нам нужен, и идут они наверняка туда, куда нам надо.
  
  Услышав такую фразу в иное время от кого-то со стороны, Джонни однозначно заржал бы в голос, но в нынешней ситуации ему было не до смеха - нужно было срочно выручать Соню. Он думал не столько о том, что от него, возможно, зависит судьба всего мира, сколько о беде, в которую попала его новая подруга, и поэтому без возражений послушался Китану. Актер надеялся, что Соня еще жива и что они с Лю смогут разыскать ее и вырвать из лап врагов.
  
  ***
  
  Последний мой гонг звучит как набат,
  Тревогой меня наполняя...
  Прощай, чемпион! Так что ж ты не рад,
  Голгофу свою покидая...
  
  Наше Дело 'Последний гонг'
  
  
  Тем временем сама Соня, оказавшись в полном одиночестве среди врагов, от которых она не знала, чего ждать, чувствовала растерянность и нарастающий с каждой минутой давящий ужас. Втолкнув девушку в портал, Шэнг Цунг, не говоря ни слова, оставил ее в большом зале с колоннами среди странных людей, прячущих лица под капюшонами темных балахонов, а сам куда-то удалился. Соня не стала задавать им никаких вопросов и сопротивляться, когда они привязали ее за руки к двум колоннам посреди зала - сначала нужно выяснить, что к чему и чего хотят внешнемирцы, а потом уже лезть с ними в драку или предпринимать попытки бегства.
  
  К счастью, веревки затянули не туго, и она вполне могла шевелить руками и не чувствовала особого неудобства, но, несмотря на то, что в зале было вполне тепло, ощущала легкий озноб. Соня понимала, что причиной тому был страх перед неизвестностью - ведь ее похититель не стал ничего спрашивать или выдвигать какие-либо требования. Мысленно она уговаривала себя не бояться: в конце концов, и не в таких передрягах побывала, и из этой наверняка удастся как-нибудь выпутаться.
  
  К выходу из зала вела длинная полукруглая лестница; от нечего делать Соня разглядывала рельефы на тяжелых дверях наверху, одновременно размышляя о том, во что умудрилась вляпаться. Девушка чувствовала, что Шэнг Цунг не просто использует ее в своих целях или в качестве приманки для Избранных - он однозначно задумал что-то еще, но она никак не могла понять, что все-таки ему надо. Ладно, лучше разбираться с проблемами по мере их поступления, рано или поздно кто-то из врагов сюда явится, и тогда можно будет вытрясти из них хоть какую-то полезную информацию.
  
  Соня не помнила, сколько простояла в этом зале совсем одна - наверное, несколько часов, она потеряла счет времени, да и здесь оно наверняка текло иначе, чем на Земле, но неожиданно верхние двери медленно распахнулись, и Соня увидела черного мага, неспешно спускающегося по лестнице в зал. Шэнг Цунг был одет в свой черный плащ с вышивкой, а волосы собрал в длинный хвост. К ужасу девушки, прислужник Императора был не один - его сопровождало как минимум два десятка людей в балахонах. Так, драться не получится, слишком много противников для нее одной. Можно попробовать все-таки заговорить с ним и спровоцировать врага на то, чтобы он сам выложил ей свои планы.
  
  Соня собралась с силами и с деланным презрением посмотрела на куэтанца.
  
  - Шэнг Цунг, ты, как я поняла, хочешь заставить меня драться с тобой, но я не намерена играть в твои игры. Я не собираюсь принимать твой вызов. Ты напрасно привел меня сюда.
  
  Шэнг холодно усмехнулся.
  
  - Ах, Соня, моя милая Соня! Больше никого из воинов Земного Мира здесь нет. Если ты не примешь мой вызов, вы проиграете Смертельную Битву, и ваш мир станет принадлежать Императору, - бросил он с явной иронией.
  
  - Ты лжешь! - крикнула девушка, поняв, что отчасти попала в точку; один из планов своего врага она разгадала, но за этим явно крылось что-то еще - теперь нужно было понять, что именно; слишком уж спокойно этот негодяй себя ведет. - Мои друзья придут за мной!
  
  - Боже мой, - Шэнг Цунг посмотрел на нее, как на неразумного ребенка, который несет ерунду и не понимает простейших вещей. - Вы, люди из Земного Мира, пытаетесь на что-то надеяться даже в те моменты, когда всякая надежда должна умереть. Это самая милая ваша черта! Я тронут! - в его голосе снова зазвучал сарказм. - Соня, я даю тебе последний шанс. Сразись со мной в Смертельной Битве!
  
  - А не пошел бы ты знаешь куда?! - выругалась та. - Что еще скажешь?
  
  - Ну, дело твое, - черный маг пожал плечами с нарочитым равнодушием. - Не хочешь - как хочешь. Каждый вправе сам выбирать, что ему делать или не делать, но только не стоит потом жаловаться на злую судьбу и упущенные возможности. Я тебе руку и сердце предлагал? Предлагал. Ничего, на твое место быстро нашлась другая желающая, и на ней я и собираюсь жениться после того, как окончательно разберусь с турниром. Для тебя же у меня приготовлено кое-что поинтереснее.
  
  - Да что ты несешь? - нахмурилась Соня, поняв, что ее недруг явно задумал что-то очень недоброе.
  
  - Уведите ее отсюда, - бросил Шэнг своим подручным. - Император будет в восторге.
  
  -Мои друзья придут! - в порыве отчаяния воскликнула Соня, которая все это время и в самом деле не теряла надежды снова увидеть своих товарищей - быть такого не могло, чтобы они бросили ее на произвол судьбы во Внешнем Мире!
  
  - Они уже здесь, - произнес переодетый Джонни, с явным облегчением снимая капюшон. Двое других Черных Священников оказались Лю и Китаной.
  
  - Схватить их! - приказал черный маг, гневно сверкая глазами.
  
  Стоявшие вокруг изображенного на каменном полу черного дракона - эмблемы Смертельной Битвы и герба Темной Империи - подручные Шэнг Цунга двинулись было к Избранным, но Китана подняла руку, показывая, что хочет говорить.
  
  - Ни с места! Давай все выясним, - обратилась она к Шэнгу. - Неужели ты посмеешь нанести ущерб турниру и предать своего Императора? Он понимает, что Смертельную Битву нельзя выиграть при помощи вероломства!
  
  - Китана, ты здорова? - покрутил пальцем у виска придворный маг Шао Кана. - Ты хоть соображаешь, что несешь?
  
  Черные Священники замерли, ожидая, чем все кончится.
  
  - Вполне соображаю, - гордо бросила та. - Это ты сделал глупость.
  
  Шэнг внешне оставался совершенно спокоен, только глаза его гневно вспыхнули при словах Китаны. Такой наглости он явно не ожидал.
  
  - Как ты смеешь говорить со мной о вероломстве? Ты притащила во дворец прихвостней Рейдена и после этого еще пытаешься выставить себя верной сторонницей Императора? Я не забыл поединок на острове. Ты знаешь, о чем я.
  
  Китану перекосило, но она собралась с духом и ответила:
  
  - Из-за тебя мы можем навечно лишиться возможности завладеть Земным Миром!
  
  Джонни Кейдж напряженно пытался сообразить, что бы это все значило. Лю Канг смотрел на Шэнга так, словно собирался убить его взглядом. Тот снова выразительно покрутил пальцем у виска, потом повернулся к Избранным. По милости Китаны все его планы пошли прахом, и теперь оставалось лишь одно: хоть как-то спасать положение. Джонни слабее Лю, с ним будет куда легче справиться, хотя не стоит недооценивать любого противника.
  
  - Моя попытка вызвать на бой Соню была вполне законной, но если кто-то тут возражает... Джонни Кейдж, я выбираю тебя!
  
  Лю решил, что настало время вмешаться и наконец-то разделаться с убийцей брата - сама судьба подарила ему такой шанс.
  
  - Нет! Я, Лю Канг, потомок Кунг Лао, вызываю тебя на Смертельную Битву! Ты принимаешь вызов или сдаешься? - молодой Избранный дерзко выступил вперед, сбрасывая на пол балахон с насекомыми.
  
  - Я принимаю твой вызов, - спокойно ответил Шэнг. - Оставьте нас, я сам разберусь с этим дерзким смертным.
  
  Черные Священники скрылись в боковых дверях за колоннами, обеспокоенно перешептываясь между собой. Они были явно разозлены и потрясены тем, что Избранные прокрались во дворец, переодевшись в их наряды - во Внешнем Мире это считалось страшным святотатством. Многие темные жрецы вообще не знали друг друга в лицо, даже проведя вместе на службе много лет, но ни один житель империи не решился бы облачиться в их одеяние, не пройдя перед этим особого сложного обряда посвящения, которому предшествовала длительная учеба.
  
  Шэнг Цунг молча отбросил в сторону свой плащ, оставшись в черной кожаной жилетке и таких же штанах. Соня, Джонни и Китана отступили чуть дальше и встали между колоннами.
  
  - Соня, ты как - в порядке? - поинтересовался актер. - Они с тобой ничего не сделали?
  
  - К счастью, нет, - та с благодарностью посмотрела на своего товарища. - Замучилась только вас тут ждать, однако до конца верила, что вы придете.
  
  Теперь все внимание обоих Избранных и принцессы было приковано к сражающимся противникам. Оба сразу бросились в яростную атаку, но поначалу лишь успешно парировали удары друг друга. С первых же мгновений поединка Лю Канг понял, что, несмотря на все его навыки и опыт, ему будет очень нелегко одолеть такого врага, как Шэнг Цунг - молодой воин был ниже его ростом, уже в плечах, да и к тому же однозначно уступал ему в силе. В какой-то момент Лю не успел увернуться, и черный маг, ловко швырнув юношу через себя, хотел было со всей силы ударить сидящего на полу Избранного кулаком в лицо. Однако тот, понимая, что такой сокрушительный прямой удар в голову вполне может оказаться для него фатальным, успел среагировать. Он заметил брешь в обороне своего недруга и мгновенно контратаковал; в следующую секунду Шэнг, не устояв на ногах, рухнул на пол, получив упреждающий удар в лицо. Обычный человек после такого умер бы на месте или, по крайней мере, лишился чувств либо выл от боли, держась за сломанную челюсть, однако внешнемирец почти моментально поднялся - у него оказалась всего лишь разбита губа. Он равнодушно вытер с лица кровь, глядя на Лю с брезгливым презрением, словно на жалкое насекомое, которое не составит никакого труда раздавить ногой - оно еще ползает и дрыгается только по прихоти того, кто за ним наблюдает.
  
  - Ну и дурак же ты, - надменно бросил он и широко развел руки в стороны. - И что же сейчас тобой движет? Страх? Или желание спасти мир?
  
  Под сводами зала послышался неприятный звенящий звук, и над Шэнгом появился призрачный силуэт скелетоподобного существа в рогатом шлеме, похожем на те, которые в давние времена носили эденийские воины.
  
  - Что это такое? - тихо спросил Джонни у Китаны.
  
  - Источник всех сил Шэнг Цунга - души тысяч мертвых воинов. Лю Канг, сейчас ты должен встретиться лицом к лицу со своим противником! - воскликнула принцесса.
  
  Черный маг посмотрел на девушку с явным раздражением. Силуэт в шлеме тем временем растаял, словно дым. Лю Канг растерянно оглядывался по сторонам, не зная, чего ждать, как вдруг невесть откуда перед ним появилось шесть довольно агрессивно настроенных людей. Силы были явно неравны, но Избранному ничего не оставалось, кроме как принять бой.
  
  - Что это за ребята? - испугался Джонни Кейдж.
  
  - Скорее всего, это люди, чьи души похитил Шэнг Цунг, - пояснила Китана. - Либо скорее даже иллюзия... я не знаю, как объяснить. Они кажутся живыми и могут драться, но на деле это всего лишь безвольные марионетки.
  
  Тем временем Лю, отбежав на несколько шагов назад, высоко подпрыгнул и ударил первого из нападавших ногой в голову. Тот, не издав ни звука, рухнул на каменный пол, широко раскинув руки. Второй враг оказался довольно грузным и неповоротливым и не составил для Избранного проблемы: тот с разворота нанес ожившему воину сокрушительный удар ногой в грудь и услышал, как хрустнули его ребра. Третий противник, одетый в черное кимоно самурай, оказался не так прост: он ловко достал Лю Канга боковым ударом слева в челюсть, и тот чуть не упал, но сумел сконцентрироваться и, присев, достал врага ловким апперкотом. Японец отлетел метра на два и упал без движения. Однако расслабляться воину Земли было рано: теперь на него набросились сразу двое. Одного юноша нейтрализовал, ударив ребром ладони по шее, второго швырнул через себя и добил ударом ноги в основание черепа, пока тот пытался подняться с пола. Остался последний нападающий, от которого Лю ловко увернулся, после чего отправил врага в нокаут серией мощных ответных ударов.
  
  Молодой Избранный остановился, отдышался и попробовал осторожно осмотреться. Он уже понял, что Шэнг Цунг - очень непростой противник и вполне способен преподнести своим недругам массу неприятных сюрпризов. Лю ждал с его стороны внезапной атаки, однако того не было видно рядом.
  
  - Посмотри наверх! - предостерегающе крикнула Китана. Юноша поднял глаза и увидел, что черный маг стоит на лестничной площадке у дверей и выглядит совершенно спокойным и расслабленным, как будто не сражается в поединке, а любуется красивым закатом. Он что, решил убить противника руками своих рабов? Или намеревается сбежать?
  
  - И это все, на что ты способен, колдун? - раздраженно закричал уже несколько подуставший за время поединка с ожившими воинами Избранный, глядя снизу вверх на Шэнга. - Тебе не удастся убежать от меня!
  
  - Я не собираюсь спасаться бегством, - холодно бросил внешнемирец. - Я смотрю в твою душу, Лю Канг! Ты умрешь!
  
  - Теперь ты должен победить самого себя, - громко сказала воину Земли Китана.
  
  - Ты можешь смотреть в мою душу сколько угодно, но ты не владеешь ею! - собрался с силами Лю и с этими словами побежал было по лестнице наверх, но тут буквально в сантиметре от его головы пронесся шар самого что ни на есть настоящего огня, который опалил ему волосы и едва не обжег лицо. Избранный вскрикнул от удивления и неожиданности, но в следующее мгновение посмотрел на своего врага и понял, что к чему. Черный маг стоял, держа руки перед собой, и между его ладонями возник второй огненный шар, очертаниями напоминающий человеческий череп. Он с невероятной скоростью понесся в сторону Лю, и тот едва успел пригнуться, при этом больно ударившись коленом о выступ на каменной ступеньке. Третий шар тоже чудом не задел юношу, который тем не менее продолжал отважно подниматься наверх, чтобы там, несмотря ни на что, продолжить неравный бой и попытаться изменить ситуацию в свою пользу. Быстрота и ловкость спасли Лю Канга и на этот раз - по пути наверх он каким-то непостижимым даже для самого себя образом умудрился увернуться еще от четырех огненных черепов Шэнга.
  
  - Справься со своим самым чудовищным страхом! - крикнула ему принцесса. Шэнг Цунга злило ее вмешательство, и он даже подумал, не запустить ли огненным черепом в саму эденийку, но решил, что в данный момент для него куда важнее этот настырный Избранный.
  
  Когда Лю наконец добрался до узкой лестничной площадки без перил, то увидел, что его враг внезапно повернулся к нему спиной, не говоря ни слова.
  
  - Я не боюсь своей судьбы! - воскликнул молодой Избранный; он был решительным человеком и, невзирая на усталость, приготовился драться дальше. - Сражайся со мной!
  
  Черный маг резко обернулся к нему, и тут Лю увидел, что вместо Шэнг Цунга перед ним стоит зверски убитый Чен. Чен, его дорогой младший брат, который совсем недавно молил его о помощи, изо всех сил цепляясь за жизнь, а Лю Канг ничего не мог сделать!
  
  - Лю, я снова встретился с тобой... - начал было мальчик.
  
  - Чен, это не ты, - отчаянно замотал головой воин Земли, словно стряхивая наваждение.
  
  Лю Канг едва ли не физически ощущал, как что-то воздействует на его разум, заставляя поверить в то, что перед ним и впрямь стоит его младший брат. Избранный изо всех сил старался не поддаваться на эту уловку: здравый смысл подсказывал ему, что это все черная магия и козни врага, но душа, все существо Лю Канга отчаянно желали иного - для молодого воина Земли было невообразимой радостью иметь возможность сейчас снова видеть брата, слышать его голос...
  
  - Я пришел помочь тебе, - мягко сказал Чен.
  
  Шэнг чувствовал, что ему почти удалось подчинить землянина магическому воздействию и ввести в состояние транса, но Избранный не собирался сдаваться.
  
  - Ты не можешь быть моим братом, - покачал головой Лю Канг.
  
  - Лю, ты помнишь, как ты, когда наши родители умерли, дал обещание заботиться обо мне? - вкрадчиво улыбнулся мальчик.
  
  - Я помню, - уверенно ответил Лю. Он понимал, что Шэнг пытается подавить его волю и влезть в его сознание, но тем не менее ему удавалось противостоять колдовству врага.
  
  - Теперь моя очередь позаботиться о тебе, брат! - строго сказал Чен.
  
  Китана, которая наблюдала за их разговором, стоя внизу, сильно испугалась - она прекрасно знала, на что способен Шэнг Цунг.
  
  - Надо срочно выручать Лю, - шепнула она Соне и Джонни, - иначе этот негодяй его зачарует и убьет. У меня есть одна идея. В зале есть тайная ловушка. Нужно найти камень в одной из колонн - если нажать на него рукой, то из пола будут выдвигаться самые настоящие острые клинки. Это отвлечет и Лю, и колдуна, и у нашего друга будет возможность справиться с этой злой магией.
  
  - Сенсорное управление, - объяснил ей технически продвинутый Джонни Кейдж. - Ищи скорее, ты знаешь, где?
  
  - Стойте, не надо! - одернула ее Соня. - А если Шэнг Цунг этим воспользуется и столкнет туда Лю?
  
  - Или Лю - его? - съехидничала эденийка, слепо шаря рукой по ближайшей к ней колонне. - Надо было раньше сказать ему об этой ловушке, чтобы он сам первым воспользовался такой прекрасной возможностью!
  
  - А вот этого тем более не надо, - возразила та. - Лю - нравственный человек, он верит в честный бой и никогда не сделает такого, тем более преднамеренно!
  
  Китана, смерив Соню презрительным взглядом, продолжала искать на колоннах нужное место, но никак не могла вспомнить его точное местонахождение. Тем временем сам Лю продолжал беседовать с тем, кто принял облик его брата.
  
  - Лю, пойдем со мной. Я прощаю тебя за то, что ты допустил мою смерть, - Чен смотрел ему прямо в глаза.
  
  - Это была не моя вина, - беспомощно произнес молодой воин, чувствуя, что готов расплакаться, как ребенок.
  
  - Брат мой! - воскликнул мнимый Чен.
  
  В это мгновение принцесса Китана как раз случайно нащупала ладонью нужный камень, и из пола внизу стали медленно выдвигаться острые зазубренные клинки где-то сантиметра три-четыре в ширину. Лю услышал скрип и повернул голову; это помогло ему наконец стряхнуть злые чары врага.
  
  - Чен избрал свой собственный путь, - решительно сказал воин Земного Мира, окончательно опомнившись. - Каждый человек несет ответственность только за свою судьбу. Мой брат был убит Шэнг Цунгом!
  
  Тут лже-Чен в мгновение ока превратился в Шэнга.
  
  - Ты принадлежишь мне!
  
  От сильного удара обеими руками в грудь Лю отлетел к стене и, судорожно хватая губами воздух на какое-то время лишился возможности контратаковать, а Шэнг, не теряя времени, сразу воспользовался преимуществом. От последовавшего сразу за этим нового удара, теперь уже кулаком в лицо, Избранный увернуться не успел. Почувствовав жгучую боль и неприятный вкус крови во рту, он не смог удержаться на ногах и упал на пол. Про себя юноша успел подумать, что если не перехватит инициативу, то черный маг добьет его в ближайшие пару минут - все-таки Шэнг Цунг не зря был неоднократным чемпионом Смертельной Битвы. Теперь он понимал, что все эти ожившие воины, огненные черепа и превращение были хитроумными уловками колдуна - тот специально изматывал Лю, чтобы теперь без труда его прикончить. Сам же Шэнг, не дожидаясь, пока противник придет в себя, схватил его за волосы и с силой ударил лицом о камни. Воин Земли почувствовал, как по его лицу течет кровь теперь уже из сломанного носа.
  
  - Ну что, Избранный? - с насмешкой произнес Шэнг. - Ты мог бы сейчас уже быть королем Эдении и радоваться жизни, а вместо этого сейчас умрешь во цвете лет.
  
  Лю, лежа лицом вниз на окровавленном полу, пытался хоть как-то собраться с силами и приподняться, опираясь на руки; в душе он радовался тому, что здесь за ним, по крайней мере, наблюдают только его друзья - на Шимуре его невероятно раздражали зрители, которые, любуясь кровавыми схватками, вовсю выли и бесновались. Однако он был достаточно умелым бойцом и смог откатиться в сторону, когда колдун хотел было нанести очередной удар, а потом все же смог встать на ноги. Лю бросил было взгляд в сторону своих товарищей и принцессы, ища поддержки, но вместо них увидел вокруг себя лишь густой туман. Теперь он не мог разглядеть ни стен зала, ни своего противника, ни даже края площадки, на которой они оба стояли. Это было плохо. Очень плохо. Один неверный шаг - и он полетит вниз, на торчащие из пола острые клинки. Все будет кончено не только для него самого, но и для всего Земного Мира.
  
  - Да, я Избранный! - крикнул Лю в порыве отчаяния. - Где же ты? Иди сюда и сражайся со мной!
  
  Откуда-то из пространства снова послышался неприятный звенящий звук, и Лю Канг, кожей ощутив колебание воздуха, чудом успел перехватить руку куэтанца, упредив очередную атаку. Однако в следующую секунду черный маг, отступив на пару шагов, снова ударил своего врага в грудь - теперь уже ногой с разворота. Лю рухнул на заляпанный кровью пол, чувствуя себя так, словно в глотку и легкие ему залили расплавленный металл или кипяток, перед глазами у него поплыли черные круги. Следующий удар мог стать для него роковым, и молодой Избранный едва не пропустил его - в последнюю секунду он, несмотря на жуткую боль, все же смог увернуться от своего противника, который намеревался прямым ударом ноги раздавить ему шейные хрящи и сломать позвоночник.
  
  Лю понимал, что его жизнь висит на волоске: враг оказался намного сильнее и быстрее его - воин Земли порой просто не успевал блокировать его удары, и Шэнг Цунг просто лупил несчастного как боксерскую грушу, да к тому же еще и использовал в бою черную магию. Нужно было, несмотря ни на что, попробовать снова собраться с силами и подняться, иначе не только Чен, но и его старший брат окажется обречен вечно влачить жалкое существование порабощенной колдуном беззащитной души.
  
  Молодой Избранный оказался человеком решительным и стойким: несмотря на боль во всем теле и муть перед глазами после страшных ударов, через пару секунд он, пусть и пошатываясь, снова стоял перед Шэнг Цунгом в защитной стойке.
  
  - Ты будешь принадлежать мне! Навечно! - грозно произнес черный маг, сильно раздраженный упорством врага, и тут же нанес Лю Кангу сильный удар в лицо. Тот упал на пол у боковой ограды лестничной площадки, выплюнув два выбитых передних зуба. Проклятье, теперь придется идти к стоматологу, хотя какая глупая мысль... трупу-то уж дантист совершенно ни к чему.
  
  - Тебе принадлежит так много душ, а собственной-то у тебя и нет! - прохрипел Лю, сплевывая кровь. - Мне тебя очень жаль!
  
  - Пожалеть меня решил? - удивился Шэнг. - Сбереги свою жалость для слабых! А еще лучше - сдавайся, все кончено!
  
  Отвлекающий маневр Лю сработал: юноша смог выиграть драгоценные секунды, чтобы снова встать и оглядеться. Вокруг по-прежнему был туман, он отчетливо видел перед собой лишь своего противника. Избранный был близок к отчаянию, потому что понимал, что сейчас от него зависит судьба множества людей, в том числе и тех, кто ему близок и дорог.
  
  Он слышал, как Шэнг Цунг угрожал Соне. Если Земной Мир проиграет Смертельную Битву, что будет с ней? Этот негодяй прикажет ее убить? Или сделает с ней что-то еще более страшное? Лю боялся об этом думать, но такого исхода вполне можно было ожидать, ведь Соня очень красива, а у этого мерзавца из Внешнего Мира нет ни чести, ни совести. А может, вообще отдаст Императору?
  
  Что будет с Китаной, которая предала своего приемного отца ради Избранных? Уж ее-то точно не пощадят, равно как и Джонни, убившего принца Горо...
  
  На какие бесконечные мучения будет обречен Чен?
  
  Лю попытался контратаковать, но пропустил молниеносный удар кулаком в солнечное сплетение и с тихим стоном согнулся пополам, но на ногах удержался. Враг хотел было снова опрокинуть его наземь, а то, возможно, и добить следующим ударом в переносицу, но в последнем безнадежном порыве Лю, забыв про боль и отчаянно желая выжить любой ценой, обеими руками с силой оттолкнул черного мага от себя. Тот очутился на самом краю каменной площадки и, не удержав равновесие, полетел вниз на острые клинки.
  
  В следующий миг туман рассеялся.
  
  Лю понял, что стоит у парадного входа в зал. Двери были чуть приоткрыты, в коридоре горел свет, и снизу Соне, Джонни и Китане казалось, что от фигуры нового чемпиона Смертельной Битвы исходит сияние. Юноша случайно коснулся языком верхней десны и нащупал там дырку на месте двух выбитых передних зубов. Проклятье, здорово же все-таки ему досталось... хорошо, что жив остался.
  
  - Лю, ты сделал это! - кричал ему актер. - Ты справился! Ты все-таки его победил, хотя я здорово испугался и поначалу думал, что Шэнг Цунг тебя прикончит!
  
  Юноша, вытирая с разбитого лица кровь и чувствуя во рту мерзкий солоноватый привкус, пытался осознать, что произошло. Он победил в Смертельной Битве. Он спас Землю и своих друзей, отомстил за смерть брата, но какой ценой? Для этого ему пришлось перешагнуть страшную черту, отделяющую обычного человека от убийцы. Сначала был тот человек на острове... Лю так и не смог запомнить его имя, кажется, Альдо? Они не были знакомы, и он ничего ему не сделал, но Избранный оказался вынужден убить его. Потом Саб-Зиро. Рептилия. Теперь вот и Шэнг Цунг. Несмотря на то, что за несколько месяцев до этого черный маг разделался с его братом и только что едва не прикончил его самого, Лю чувствовал себя более чем скверно - не физически, несмотря на все ушибы, ссадины, сломанный нос и выбитые зубы, а морально. Совсем недавно он был всецело готов расправиться с убийцей Чена, но сейчас, когда это случилось, почему-то ощущал омерзение и презрение по отношению к самому себе. Он сам, собственноручно убил нескольких человек, пусть даже и в честном поединке, пусть даже спасая себя и других, но после этого ему никогда больше не стать прежним.
  
  Лю стоял в дверях и смотрел в сторону - он словно боялся случайно взглянуть на труп своего врага, пронзенный торчащими из пола острыми клинками. Снизу поднималось невыносимо яркое сияние, в котором кружились освобожденные души бывших рабов Шэнг Цунга. Неожиданно рядом с Лю оказался его любимый младший брат Чен; он выглядел тонким и прозрачным, словно вырезанная из кальки фигура.
  
  - Я знал, что ты придешь, - тихо шепнул мальчик. - Однажды мы воссоединимся, но до той поры мой дух всегда будет с тобой. Иди с миром, брат мой.
  
  С этими словами Чен коснулся бесплотными пальцами плеча брата и растаял в воздухе, а к Лю по лестнице поднялись Соня, Джонни и Китана.
  
  - Идем домой, - только и смог вымолвить новый чемпион Смертельной Битвы.
  
  33. Возвращение на Землю
  
  Усталые и измотанные Избранные, для конспирации снова натянув на себя кишащие насекомыми одеяния, поплелись к выходу из дворца. Они были готовы к тому, что им придется пробиваться с боем и кто-нибудь из внешнемирцев непременно попробует их остановить, но, к их счастью, дворец словно погрузился в сон. Лю Канг возблагодарил судьбу за такой поворот событий: еще одной драки, пусть даже и с очень слабым противником, он бы наверняка уже не выдержал.
  
  Китана пообещала проводить своих друзей-землян к порталу, ведущему назад в их родной мир. По дороге Джонни Кейдж и Соня, радуясь тому, что опасность миновала, оживленно болтали о том, чем займутся по возвращении домой - сам актер, например, собирался приступить к созданию сценария для нового фильма, а его приятельнице предстояло писать длинный нудный отчет о проделанной работе.
  
  - Ненавижу возиться с бумажками, но сейчас я почему-то этому рада, - поделилась с другом Соня.
  
  - Меня это не удивляет, - пошутил Джонни. - Отчет, по крайней мере, не опасен для жизни и здоровья и душу из тебя не вытащит.
  
  Лю Канг, в отличие от них, угрюмо молчал. Его друзья, видя, что после тяжелого боя он едва держится на ногах, не стали задавать лишних вопросов - в конце концов, новому чемпиону и так пришлось несладко, он чудом смог одолеть страшного врага, и этот поединок едва не стоил ему жизни. На самом деле причина была несколько в другом: Соня, препираясь с Китаной, не зря назвала Лю человеком нравственным. Двадцать четыре года он прожил на свете, не убив даже мухи, и то, что произошло с ним в последние месяцы, сильно выбило его из колеи. Новый чемпион Смертельной Битвы понимал, что не оттолкни он Шэнг Цунга от себя буквально в последнее мгновение - свой двадцать пятый день рождения он бы уже однозначно не отметил, но все равно он чувствовал себя в высшей степени мерзко. Лю ожидал, что после смерти своего врага будет ощущать нечто вроде злорадного торжества, мечтал о том, как собственноручно прикончит подручного Императора, но, несмотря на то, что черный маг незадолго до этого убил его родного брата, в душе у нового чемпиона была какая-то опустошенность. Юноша даже не знал, какими словами можно описать все то, что он испытывает в данный момент: вот тебе и месть недругу. Все его товарищи с работы сейчас наверняка сидят дома и смотрят телевизор... или торчат в магазине... или на свидание идут, и никто из них даже не подозревает о том, как это мерзко и отвратительно - лишить жизни другого человека, каким бы негодяем тот ни был и что бы ни натворил. Все-таки месть кому-то в мыслях и реальное убийство - совершенно разные вещи, и к последнему молодой Избранный был совершенно не готов.
  
  Лю вспомнил о своей работе. Наверняка коллеги решили, что с ним что-то случилось. И теперь, если он появится в Лос-Анджелесе, его однозначно уволят за длительный прогул. Тьфу ты, и на что теперь жить-то? Идиотские, конечно, мысли для человека, который только что выиграл Смертельную Битву. Да, и с выбитыми зубами теперь придется идти к стоматологу, на которого, впрочем, тоже денег нет. Занять, что ли, у Джонни Кейджа, пока на новую работу не устроился?
  
  Тем временем актер заметил, что они забрели куда-то не туда.
  
  - Слушай, Китана, а ты уверена, что мы идем правильной дорогой? - забеспокоился он. - Насколько я помню, у портала там были какие-то здания, а тут заросли колючих кустов по обе стороны дороги.
  
  Принцесса в растерянности замедлила шаг.
  
  - Ой, точно, я что-то напутала, - воскликнула она. - К порталу нам совсем в другую сторону... вон туда, направо.
  
  Джонни мысленно выругался, потому что ему очень сильно хотелось поскорее попасть домой и наконец выпить большую кружку холодной воды - в Эдении стояла страшная жара, не спадавшая даже ночью, и поплелся вслед за Китаной.
  
  ***
  
  К великому разочарованию Лю Канга, принцесса не последовала за ним на Землю, хотя он предложил ей уйти с Избранными.
  
  - Я очень сожалею, Лю, но у меня есть дела в моем родном мире, - сказала она, провожая Избранных до портала. - И они, увы, требуют внимания и моего вмешательства.
  
  - Мы еще увидимся? - тот посмотрел на нее с надеждой.
  
  - Не знаю, - грустно ответила принцесса Эдении. - До свиданья, Лю Канг. Спасибо тебе и твоим друзьям за все.
  
  Он долго смотрел ей вслед, а потом все-таки вошел в портал вслед за Соней и Джонни - пора было возвращаться домой, землян тоже ждали дела, благо у всех были свои семьи, друзья и работа.
  
  По ту сторону портала Избранных ждали Веньян и Рейден. Протектор Земного Мира удовлетворенно щупал в кармане пачку долларов, которую спер из комнаты Саб-Зиро, решив, что ледяному ниндзя баксы теперь уже вряд ли понадобятся. На эти деньги Рейден намеревался сделать не что иное, как купить водки и нализаться до состояния нестояния в компании Тьена и Веньяна - праздновать победу иначе склочный божок не умел. По столь торжественному случаю младший брат утиного любовника вытащил из своих закромов чистенький беленький костюмчик, старомодный, покушанный молью и болтающийся на старом интригане, как на вешалке, надел новые сапоги и снял свою старую дырявую шляпу. Протектор Земли был весьма экономен и не тратил деньги на новую одежду и стиральный порошок: он по старинке полоскал свои роскошные одеяния в пруду, вследствие чего все его наряды выглядели так, словно Рейден спал в них, не раздеваясь, на мусорной куче.
  
  - Что вас так задержало? - заулыбался бог грома при виде своих подопечных. - Я вас уже давно тут жду.
  
  - По-моему, вы знали, что все закончится именно так, - неожиданно сказал Лю Канг, решив немного разрядить атмосферу.
  
  - Даже не подозревал. Вы, люди, такие непредсказуемые! Поздравляю вас с победой! И вы просто молодцы - у вас все получилось! - радостно провозгласил братец вороньего любовника, мысленно возвращаясь к водке.
  
  Веньян, впрочем, не разделил его энтузиазма: прислужник Тьена, зная характер своего господина, испытывал смутное беспокойство.
  
  - Шэнг Цунг мертв? - спросил он Избранных вместо поздравления.
  
  - Ну да, - отмахнулся от него Лю Канг, которого в данный момент заботило нечто совершенно иное - перед возвращением в Штаты он намеревался навестить своего старенького дедушку и других монахов Храма Света и сообщить им о том, что он жив и здоров, мало того - выиграл Смертельную Битву.
  
  - Расскажи-ка, как тебе удалось его убить? - с любопытством спросил Веньян.
  
  Лю в надежде поскорее от него отвязаться и убраться-таки наконец с острова, желательно еще до рассвета, кратко поведал приятелю Рейдена о своем поединке с черным магом.
  
  - И тогда я понял, что еще один удар - и мне конец, - устало вздохнул новый чемпион. - Я из последних сил оттолкнул Шэнг Цунга от себя, мне даже казалось потом, что я даже не понимал, что делал - ведь я даже не видел ничего вокруг и где край той площадки, где мы дрались. Он оступился и упал вниз, туда, где в полу клинки торчали. Так он и погиб, - закончил Лю свой рассказ. - Рейден, ты можешь как-нибудь доставить нас с Соней и Джонни в Гонконг? Не хочу тут больше задерживаться.
  
  Бог грома и Веньян переглянулись; протектор Земли радостно улыбался.
  
  - Сейчас я поговорю с одним из распорядителей, - сказал Рейден Избранным, - вас обязаны переправить на материк. Веньян, подожди меня здесь.
  
  Он пошел к главному зданию и сообщил все Тарсонису. К его удивлению, эдениец выслушал весть о поражении Темной Империи и гибели своего приятеля в поединке с Лю совершенно спокойно, только поначалу дернулся, словно от удара, но тут же взял себя в руки.
  
  - Пусть Избранные идут на берег, к причалу, - холодно ответил он. - Через десять минут там будет стоять катер, Акахата отвезет их в Гонконг.
  
  Рейден вернулся к своим подопечным и Веньяну и передал им слова Тарсониса. Когда трое воинов Земли скрылись из виду, он показал своему приятелю украденные деньги и предложил идти праздновать, поскольку Тьен уже наверняка успел попердолиться с утками и к водке им обеспечена дармовая закуска, но тот снова осадил протектора Земли.
  
  - Э, Рейден, ты б не торопился, - нахмурил свои густые широкие брови Веньян. - Мы должны убедиться в том, что Шэнг Цунг точно мертв!
  
  - Так Лю же столкнул его на клинки! - воскликнул бог грома, которому хотелось поесть и выпить, а вместо этого прислужник старшего брата еще чего-то от него требует, вот ведь у человека шило в жопе.
  
  - Если ты не видел трупа врага...
  
  - Веньян, - продолжал гнуть свою линию Рейден, - хорошо, давай вообразим себе такую ситуацию, что он по счастливой случайности упал не на эти клинки, а на пол рядом. Ударился головой, потерял сознание и не сдох. Все равно эту схватку он проиграл, и Смертельную Битву тоже. А теперь угадай с трех раз: сколько он проживет, когда об этом узнает Император? Шао Кан его не пощадит, ха-ха-ха! Запороть ему все дело на ровном месте, да еще во второй раз! У Шэнг Цунга был уникальный талант: как бы все ни было плохо, он умудрялся сделать еще хуже, и прежде всего самому себе!
  
  - Рейден! - настаивал на своем тот. - Я требую...
  
  - Я не хочу во Внешний Мир! - взвизгнул протектор Земли.
  
  - А мне плевать, чего ты там не хочешь, - грозно рявкнул Веньян. - Я должен сообщить Тьену о том, что его враг мертв. Для этого я хочу собственными глазами взглянуть на мертвое тело Шэнг Цунга и убедиться, что Лю не ошибся. В противном случае твой брат...
  
  - Ну ладно, ладно, - махнул рукой Рейден. - Так уж и быть, идем.
  
  ***
  
  Когда Избранные пришли на берег, небо все еще было темным, хотя до рассвета оставалось совсем немного времени. Там их встретил какой-то высокий молодой человек восточной наружности и жестом пригласил подняться на борт белого моторного катера.
  
  - Мое имя Акахата Цуруги Тайра, - представился он. - Я отвезу вас в Гонконг.
  
  Трое воинов Земли молча проследовали за ним. Когда катер отчалил от берега, Джонни Кейдж бросил прощальный взгляд на пристань, перед которой в свете факелов большой черной горой возвышалось 'Крыло дракона' - корабль Шэнг Цунга, на котором участники турнира приплыли на остров.
  
  - Я думал, мы назад на нем поплывем, - сказал актер.
  
  - Это корабль моего господина, - холодно ответил ему Акахата. - После его смерти никто больше никогда до него не дотронется и не взойдет на борт. Таковы наши обычаи.
  
  - Ваши? - удивленно подняла брови Соня. - Что-то вы не похожи на внешнемирца. Акахата Цуруги Тайра, так, вы сказали, ваше полное имя? Клинок Красного Знамени? - перевела она. - Красивое имя. Вы из Японии?
  
  - Нет! - гневно воскликнул тот. - Нет и еще раз нет! И я, если хотите знать, никогда не был в Японии, хотя это моя историческая родина! Теперь ей правят Минамото - наши заклятые враги, а я... я никто. Милостью вашего друга Лю Канга - теперь на всю жизнь никто. Если бы Внешний Мир выиграл Смертельную Битву, я бы вернулся в Японию и стал ей править, как мне было обещано. Теперь я останусь здесь, на Шимуре. Как прежде - один из множества безликих слуг.
  
  - Погодите, - перебила его Соня. - Так вы Тайра? Тот самый Тайра?
  
  - Да, - презрительно бросил Акахата.
  
  - В давние времена в Японии была война между кланами Тайра и Минамото, - пояснил Лю Кангу Джонни Кейдж. - Минамото, к роду которых принадлежат и нынешние сегун и император, победили и уничтожили всех Тайра. Вернее, нам в школе на истории говорили, что всех. Как я понимаю, не всех.
  
  - Не всех, - процедил сквозь зубы наследник рода Тайра с нескрываемой ненавистью. - Кое-кто нашел пристанище у тех, кого вы считаете врагами. И я мог бы отомстить Минамото за то, что они сделали с моей семьей. Теперь ничего не выйдет.
  
  - И хорошо, - сказал Джонни Кейдж. - Во-первых, нынешние Минамото не должны нести ответственность за то, что сделали их предки.
  
  - Не должны?! - взволнованно воскликнул разозленный Акахата. - Вы говорите, что проходили войну Минамото и Тайра в школе? Так должны же знать, что проклятые Минамото до сих пор гордятся своими злодеяниями и считают героем негодяя и палача Есинака!
  
  - И это говорит нам человек, который по доброй воле служил не меньшему негодяю из Внешнего Мира? - решительно возразила Соня, поправляя спутанные волосы.
  
  - Не смейте оскорблять память моего господина, - медленно произнес Акахата. - Легко мазать черной краской имя человека, которого вы не знали. Я не держу на вас зла за его гибель и не стану мстить тому, кто победил его в честном бою, но советовал бы вам придержать язык.
  
  - А он убил моего брата! - возмутился в ответ Лю Канг. Не находись они ночью посреди открытого моря, он наверняка ввязался бы в драку с наследником Тайра.
  
  - Мне нет дела до ваших семейных трудностей, - презрительно усмехнулся Акахата, напряженно всматриваясь во тьму.
  
  - Вы не японец, пусть и носите фамилию Тайра, - довольно бесцеремонно заявила Соня. - Пусть вы и происходите из древнего японского рода, но вы давно превратились во внешнемирца. Вы одеты как внешнемирец. Говорите, как внешнемирец. И даже думаете, как внешнемирец. Прошу прощения за грубость, но вы просто обыкновенный предатель.
  
  Девушка до сих пор с ужасом и злостью вспоминала то, что ей пришлось пережить по милости врагов. К счастью, до насилия и откровенных издевательств дело не дошло, но что бы с ней случилось, если бы Лю и Джонни не пришли вовремя? Если бы Лю не смог победить Шэнг Цунга? Где она была бы сейчас? Смогла бы она вообще выбраться из Внешнего Мира? Какая судьба ждала бы Японию и всю Землю? Она совершенно не представляла себе этого типа на императорском троне или в парадном облачении сегуна.
  
  - Думайте, как хотите, - тихо произнес Акахата, подавив гнев. - Если бы вы прожили мою жизнь, то поступали бы точно так же, как и я.
  
  Остаток пути до Гонконга прошел в полном молчании. Троих Избранных клонило в сон, и они сидели, вслушиваясь в тихий плеск воды за бортом - спать в присутствии наследника Тайра воины Земли все же не решились, кто знает, чего от него можно ожидать.
  
  34. На грани
  
  Когда Кэно оказался вместе с Рутаем и Эсмене по ту сторону портала в Эдении, то понял, что это место ему почему-то совсем не нравится. Вернее говоря, он вполне мог объяснить, почему именно - здесь, в отличие от Внешнего Мира, было как-то мрачно, неуютно и грязно, а по обе стороны дороги, ведущей ко дворцу, торчали то облезлые колючие кусты, то руины полуразрушенных зданий, напоминающие поломанные гнилые зубы.
  
  - У этих эденийцев была больная фантазия, - поделился бандит со своими спутниками, ткнув пальцем в один из сохранившихся барельефов. - Или это местная фауна? Что это за хуйня - типа, заяц, но размером он со свинью и с рожей как у тираннозавра?
  
  Эсмене, бросив взгляд на камень, поначалу рассмеялся, но потом, обернувшись, неожиданно осекся; лицо бывшего чемпиона приобрело испуганное выражение.
  
  - Что такое? - вздрогнул Рутай.
  
  - Все, - с горькой усмешкой произнес тот.
  
  - Что? - переспросил Кэно.
  
  - Посмотрите на Черную Башню. Ничего не замечаете?
  
  Рутай поднял голову. От самого верха башни поднимался ярко сияющий столб света.
  
  - Что там происходит?
  
  - А сам не догадываешься?
  
  - Неужели финальный поединок? - неуверенно спросил племянник Императора.
  
  - А что это, по-твоему, еще может быть? Фейерверк со спецэффектами? Или дискотека со светомузыкой? Не будь идиотом, Рутай!
  
  Внешнемирец резко побледнел. Кэно смотрел на обоих в полном замешательстве, не зная, что здесь было бы лучше сказать или сделать, и чувствуя сильное беспокойство. Интересно, хозяин-то там хоть жив или как?
  
  - Это... это значит, что... - нерешительно прошептал Рутай.
  
  -Что мы проиграли! Я это почувствовал.
  
  Эсмене замолчал на пару секунд и сел на большой обломок камня возле дороги; вид у него был такой, словно он лишился всех сил и не в состоянии держаться на ногах. Племянник Шао Кана подумал о том, как странно звучит в его устах это 'мы проиграли'. Мы. Эсмене, получается, и в самом деле считает себя одним из них?
  
  - Когда же конец придет Тьену с Рейденом? Всю жизнь они мне испортили... - сквозь зубы простонал бывший чемпион.
  
  Минут через пять сияние угасло. Эсмене все это время молча смотрел на башню.
  
  - Пойдем во дворец, - тихо произнес Рутай и тронул его за плечо. - Узнаем хоть, чем дело кончилось.
  
  Тот поднялся и встал рядом с внешнемирцем.
  
  - Идем.
  
  ***
  
  Падая вниз с площадки на острые клинки, Шэнг Цунг только и успел подумать, что это конец. В следующую секунду его накрыла волна совершенно невообразимой всепоглощающей боли, и он потерял сознание.
  
  Когда черный маг наконец пришел в себя, то первым его ощущением по-прежнему была дикая боль, усиливающаяся при попытке сделать глубокий вдох. Он подождал какое-то время, пока у него перестанет все плыть перед глазами, а потом попробовал осознать происходящее. Нет, он все-таки не умер на месте, более того, сейчас он полусидит у одной из колонн все в том же зале, где проходил финальный поединок, а из груди справа у него торчит полузаржавленное стальное лезвие. Рядом с ним на коленях стоял один из Черных Священников, прижимая к краю раны толстый марлевый тампон, перемазанный темно-красной кровью.
  
  - Не шевелись, я сейчас сбегаю за своими людьми, мы тебе поможем, - произнес тот, и Шэнг узнал его по голосу. Майо.
  
  - Вот уж не надо, - прохрипел он, чувствуя во рту вкус крови. - Ты мне уже ничем не поможешь. Спасибо за все.
  
  - Ну, досталось тебе серьезно, но не прямо так чтобы смертельно, - возразил тот. - Глубокий порез на левой руке, но это быстро заживет, и вторая рана - сам видишь. Пока не пойму, прошел клинок под лопаткой или кость все же задета, но...
  
  - Выдерни лезвие, - перебил его Шэнг.
  
  - Не надо, потом вынем, - взволнованно затараторил Майо, не понимая, чего тот хочет. - Оно хоть как-то...
  
  - Спасибо, в медицине я разбираюсь не хуже тебя, - ответил придворный маг Шао Кана, чувствуя, как из уголков губ начинает течь кровь. - И знаю, что оружие из ран лучше не вытаскивать. Но мне все равно не жить, Император меня убьет за то, что случилось, и все твои усилия будут тщетны. Делай, что я сказал! Это приказ!
  
  - Ты зря не дал нам остановить этих людей, они нарушили правила, - покачал головой Черный Священник.
  
  Он поудобнее взялся за клинок, чтобы самому не порезать руки. В следующее мгновение Шэнг Цунг от боли снова лишился чувств, а когда к нему вернулось сознание, он услышал на лестнице шаги и знакомые голоса.
  
  Эсмене и Рутай, увидев пятна крови на полу и своего полубесчувственного товарища, застыли чуть поодаль в немом ужасе.
  
  - Я помню это, - лишенным каких-либо интонаций голосом произнес Эсмене. - Мои видения. Я знал, что...
  
  - Слушай, приятель, а телефон хорошего психиатра ты часом не знаешь, раз у тебя видения? - съязвил Кэно. Он первым взял себя в руки, подошел к Шэнгу, наклонившись, взял его за запястье, пощупал пульс. Под пальцами задрожало мелко и часто, срываясь в нитку. 'Шок. Что делают в таких случаях?' - подумал глава 'Черного Дракона', вспоминая все, что знает о тяжелых ранениях и оказании первой помощи.
  
  Тот неожиданно приоткрыл глаза, сам схватил своего подручного за руку.
  
  - Кэно, - он чуть заметно улыбнулся окровавленными губами. - Спасибо за верную службу. Жаль, что она продлилась так недолго. Я оставил распоряжение, ты получишь столько денег, что сможешь прожить безбедно до конца своих дней. А сейчас помоги мне подняться.
  
  Бандит раскрыл рот от удивления.
  
  - Вы что, встать хотите? Да вы на ногах не удержитесь! Сидите уж тихо, как у вас тут скорую вызвать или что-то наподобие этого?
  
  - Я бы и сам с удовольствием к психиатру сходил, только сомневаюсь, что он мне поможет избавиться от видений, - к нему сзади подошел Эсмене, который, казалось, совершенно не обиделся. - Кэно тебе дело говорит. Не шевелись и не разговаривай.
  
  - А шел бы ты отсюда, Кунг Лао, - прохрипел черный маг, сплюнув кровь. - Кэно, дай мне руку!
  
  - Я не Кунг Лао, я Эсмене! - прежнее имя, казалось, разозлило экс-чемпиона куда больше, нежели совет Кэно посетить психиатра.
  
  - Да вы не сможете встать, - нерешительно ответил бандит.
  
  - Смогу. И даже пойду к Императору и сообщу ему о том, что случилось, благо он сейчас здесь. Мы все-таки намного выносливее обычных людей.
  
  - Если бы с тобой такое случилось, ты бы умер на месте или через несколько минут, - пояснил Рутай, глядя на Шэнга круглыми от ужаса глазами. - Он вполне сможет продержаться пару часов даже без квалифицированной помощи.
  
  - Она мне уже не понадобится, когда твой дядя обо всем узнает, - ответил придворный маг Шао Кана. - Император сегодня здесь. Спасибо за все, считай теперь мой остров своим. Других не бросай, помоги им, если будет нужно.
  
  Рутай кивнул; вид у него был более чем жалкий.
  
  - Давай я хоть тебе раны как следует перевяжу, - предложил Майо, то и дело с явным недоумением поглядывая на Эсмене. - А потом уже иди, куда нужно.
  
  - Хорошо, - чуть слышно прошептал тот и прикрыл глаза, словно пытаясь сберечь остатки сил.
  
  Пока Черный Священник возился с повязками, бывший чемпион решил задать ему один важный вопрос.
  
  - Ты что-то говорил про нарушение правил. Что именно произошло? - тихо поинтересовался он.
  
  - Вмешательство со стороны. Помощь извне, - лишенным интонаций, абсолютно ровным голосом произнес тот, слегка повернув голову к Эсмене, словно пытаясь рассмотреть его боковым зрением. - В этом зале есть ловушка - эти клинки. Чтобы они выдвинулись из пола, нужно нажать на определенный камень в одной из колонн. Китана знала об этом и нашла тот камень...
  
  Тот поднял взгляд, оценивая расстояние от пола до верхней лестничной площадки.
  
  - Вы обязаны были вмешаться и остановить бой, - твердо сказал Эсмене. - При падении с такой высоты на обычные камни можно успеть сгруппироваться. Если бы на эти клинки свалился Лю Канг, Рейден потом с пеной у рта вопил бы о нарушении правил.
  
  - Нет, - перебил его Шэнг, - это я попросил их не вмешиваться.
  
  - Почему?
  
  - Какая теперь разница. А теперь дай мне руку и помоги встать.
  
  Эсмене не шевелился, в упор глядя на своего друга немигающими глазами - Кэно показалось, будто бывший чемпион на мгновение превратился в живую статую. Вместо этого он сам подошел ближе и помог своему хозяину подняться на ноги.
  
  - Спасибо, Кэно, - чуть слышно сказал тот, собираясь с силами. - Я дойду. Здесь недалеко. Уходите. Прощайте.
  
  35. Странная встреча
  
  Вид гнусностей твоих тебе приятен?
  Любуйся же, вот дело рук твоих!
  
  Уильям Шекспир. Ричард III
  
  
  - Глаза мои застилают кровавые слезы,
  Видя тебя на стынущем ложе смерти,
  - Глаза мои застилают слезы разлуки,
  Я не хочу умирать - оставляя врагам победу...
  Прости меня, властелин мой,
  Мой друг, господин мой вечный,
  Прости меня, властелин мой -
  Я в жертву принес твои грезы...
  
  Thunder Goddess
  
  
  И в эту сволочь я стрелял отчаянно,
  И разрядил в него весь барабан...
  
  Виктор Петлюра 'Белая береза'
  
  
  Тем временем ничего не подозревающий Император наслаждался прекрасным вечером, сидя перед открытым окном в тронном зале - по настоянию своих детей сегодня он все-таки взял их с собой в Эдению, и они замечательно проводили время вместе. Казалось, прошла целая вечность с тех пор, когда он вот так спокойно отдыхал и смотрел на звездное небо. Единственным, кто немного портил ему настроение, был король шоканов Горбак, который по-прежнему был весьма обеспокоен жизнью и здоровьем своего любимого сыночка и наследника - и это несмотря на то, что принц Горо перед тем, как покинуть родительский дом, назвал мамулечку и папулечку бранными обидными словами. К счастью, сегодня правитель четырехруких наконец выключил свою заезженную пластинку, и Шао Кан смог побеседовать с ним о чем-то отвлеченном, а не только о его волнении за Горо.
  
  Так они сидели довольно долго, пока где-то ближе к полуночи дверь внезапно не скрипнула - как будто кто-то хотел войти, но не решался.
  
  - Ну кто там так поздно? Заходите, чтоб вас...
  
  Шао Кан не слишком любил, когда кто-то нарушал его покой, тем более в те редкие моменты, когда он пребывал в хорошем расположении духа. С удивлением он увидел на пороге зала своего придворного мага; тот сразу направился к императорскому трону - но почему-то не быстро и решительно, как обычно, а медленно и осторожно, словно боясь вдруг оступиться и упасть.
  
  Император насторожился. Что-то было явно не так. Ему показалось, что Шэнг к тому же выглядит неестественно бледным, но списал это на освещение.
  
  - Ну, что скажешь? - жестко спросил он.
  
  Черному магу потребовалось почти двадцать минут, чтобы добраться от места финального поединка до императорского тронного зала; каждый шаг отдавался резкой болью в ранах, от потери крови у него кружилась голова, а перед глазами плясали мерцающие огоньки. Однако перед тем, как получить по заслугам, он должен был все-таки лично сообщить Шао Кану, что произошло.
  
  - Мой повелитель, я пришел сообщить вам, что мы потерпели поражение, - неуверенно начал Шэнг Цунг, стараясь не закашляться; дышать ему было невыносимо трудно. - Принц Горо погиб в бою.
  
  Император поднялся с трона. Удивленное выражение его лица быстро сменилось обеспокоенным, потом, осознав смысл сказанного, он пришел в бешенство. Горбак взвыл, словно смертельно раненый зверь.
  
  - Горо мертв?! Вы обещали мне, что этот ублюдок ответит головой за жизнь моего мальчика!
  
  Императора, однако, больше волновал сам факт поражения в решающем, десятом турнире. Все снова пошло прахом из-за Шэнг Цунга.
  
  - Это твоя вина, ты, никчемное создание, ничтожество, грязная тварь?! - проорал он и хотел было ударить своего придворного мага, но тот, не издав ни звука и даже не попытавшись как-то оправдаться, чего собственно и ожидал Шао Кан, вместо этого вдруг бессильно рухнул на пол у подножия императорского трона, лишившись чувств. В следующее мгновение двери широко распахнулись, и в зал вбежал Рутай в сопровождении еще какого-то человека - поначалу Шао Кан не успел его рассмотреть.
  
  - Только тронь его, и я убью тебя, - незваный гость принял боевую стойку. - Уж поверь мне, я смогу это сделать.
  
  Если появление любимого племянника для Шао Кана неожиданностью отнюдь не было, то при одном взгляде на Эсмене он побелел как полотно. Шэнг умело скрывал ото всех свои дела, и Император считал, что бывший чемпион уже давно мертв. Нет, он не мог его с кем-то спутать: это лицо он узнал бы из миллиона...
  
  - Ты... что ты здесь делаешь???? - Император заорал так, что стены затряслись.
  
  - Если угодно, я все объясню потом, - Эсмене перевел взгляд на лежащего без сознания Шэнга. - Не смей к нему прикасаться. Тронешь его хоть пальцем - я тебе уже пообещал. В свое время я честно выиграл Смертельную Битву, и я сильно сомневаюсь, что ты выйдешь победителем из нашей схватки.
  
  - Мерзавец, - Шао Кан нервно озирался по сторонам, думая, не надо ли звать кого на помощь, благо в зале были еще его дети, Горбак и охрана.
  
  - Как хорошо на ком-то отыгрываться! Ты просрал свою жизнь и теперь ищешь того, над кем сможешь безнаказанно издеваться, - гневно выкрикнул бывший чемпион. - Ты на себя-то со стороны посмотри, великий император Внешнего Мира. Это ты самое что ни на есть настоящее ничтожество, а не Шэнг.
  
  - Сучоныш! Такого, как ты, следовало кастрировать при рождении, чтобы ты не плодил себе подобных! Лю Канг ведь твой родственничек, да?
  
  - А ты бы вместо Китаны лучше приволок домой стаю тираннозавров, они куда безобидней твоей приемной доченьки! - не остался в долгу Эсмене. - Вещай помедленнее, я не успеваю класть хуй на то, что ты говоришь!
  
  - При чем тут Китана? Не смей так отзываться о моей дочери!
  
  - Да? После того, что она сделала тебе и что она вытворила сейчас?
  
  Наблюдавший за их перебранкой Суэ решил, что настало время все-таки вмешаться, пока отец и в самом деле не наломал дров и никого не убил, а то и сам не пострадал. Он бросился к Императору и Эсмене и решительно встал между ними.
  
  - Хватит! Прекратите! Не деритесь! Давайте, может быть, выясним, что все-таки произошло? И вообще - вам обоим не кажется, что устраивать ругань, когда кто-то у вас на глазах лежит в беспамятстве, не очень-то хорошо?
  
  - Я осмелюсь напомнить, что Император пообещал мне... - встрял было Горбак.
  
  Суэ повернулся к нему с выражением крайнего презрения на лице.
  
  - А жопе слова не давали, и вообще твое место первое с конца. Заткнись и вали в свое подземное королевство. Я не мой отец и не собираюсь терпеть твой выпендреж, потому что ты забыл, кто здесь главный. Напомню: это не ты.
  
  Рутай встал рядом с двоюродным братом.
  
  - Если хочешь крови Шэнга, сначала тебе придется убить меня.
  
  - И меня, - поддержал его Суэ. - Двое против одного, справишься? Скорее всего, из дворца ты живым не выйдешь, разве что по частям и через окно.
  
  Шао Кан, ошарашенный такой наглостью со стороны своего всегда мягкого, деликатного и послушного сына, тяжело вздохнул и попробовал взять себя в руки. Горбак, пригладив верхней правой рукой свою пышную седую бороду, отступил назад.
  
  - А теперь давайте выясним, что произошло, - сын Императора повернулся к Эсмене. - Ты все видел? Говори. Особенно хотелось бы знать, при чем здесь Китана.
  
  Пока тот рассказывал Шао Кану о финальном поединке и очередной выходке его приемной доченьки, в зал под шумок потихоньку прокрался Кэно. Несмотря на неоднократные просьбы своего господина не вмешиваться, он однозначно решил, что стоять в стороне в подобной ситуации будет и нечестно, и глупо.
  
  - Как по мне, так подобное вмешательство со стороны приравнивается к бою с двумя противниками, и правила были более чем откровенно нарушены, - закончил бывший чемпион. - Не смей трогать Шэнга, он ни в чем не виноват, лучше скажи спасибо Китане.
  
  С этими словами он наклонился к своему приятелю, который по-прежнему лежал без сознания, и распахнул полы его любимого черного плаща. Шао Кан, увидев пропитавшиеся кровью повязки, замер с раскрытым ртом.
  
  - На, любуйся. Думаешь, у него просто сотрясение мозга, поэтому он и в отключке? Ага, конечно, дыра в легком, причем сквозная. Советую, пока не поздно, позвать врача, иначе через час-другой сможешь говорить о своем заместителе в прошедшем времени.
  
  Император несколько секунд молчал, пытаясь осознать только что увиденное, потом посмотрел на Эсмене с нескрываемым удивлением.
  
  - Что это ты так переживаешь за Шэнга? Вы что, еще и общались после всего... Ведь ты... Хотя ты же у нас милосердный Кунг Лао, ты же его пощадил...
  
  - Да, а что? - усмехнулся тот. - В эту войну меня втянул твой уродец-братец. Сам бы я бить Шэнгу морду не пошел, и вообще я его тогда увидел первый раз в жизни. А что это ты без маски? И вообще, я от тебя за то время, что с тобой тут разговариваю, уже просто охренел, у тебя настроение меняется по два раза за секунду. Не знаю, как Шэнг тебя терпит столько лет, я б давно на собственной косе повесился. Хотя это я зря, твои братья намного хуже, чем ты, вот их я реально ненавижу. От Рейдена меня вообще блевать тянет. Шизофреник, параноик и патологический лгун. Ну что, Китану убивать пойдешь или снова пожалеешь, как всегда?
  
  Только тут бывший чемпион наконец-то смог толком рассмотреть Императора. Выглядит довольно молодо, хотя кто там разберет, сколько на самом деле лет внешнемирцу, но производит впечатление человека издерганного и нервного - с лица Шао Кана не сходило выражение крайней озлобленности, он постоянно кусал губы и то сжимал, то разжимал кулаки.
  
  Правитель Темной Империи был готов размазать Эсмене по стенке и с трудом сдерживался, чтобы не вцепиться ему в глотку в присутствии Суэ и Рутая.
  
  - Пап, а ты не будешь против, если я этой дуре Китане нос сломаю? - внезапно вставила молчавшая до этого Мэан. - Или, может, лучше сразу шею?
  
  - Если честно, то Тьен меня достал, - со зверским выражением лица продолжал бывший чемпион. - С меня хватит. Я пошел убивать эту сволочь.
  
  При этих словах Император наконец-то отошел от первого шока, вызванного известием о поражении и появлением своего старого врага, которого он уже больше четырехсот лет считал погибшим.
  
  - Ты что - с ума сошел? Ты же знаешь, что с Тьеном не могу справиться даже я! - закричал Шао Кан. - Кунг Лао, стой! Он убьет тебя!
  
  - Может, и не убьет, - хмыкнул Эсмене. - Как говорится, на чьей стороне удача, того свинья не съест, а братец твой старшенький - точно свинья, каких свет не видывал. Настал час расплаты для этого скота - отольются ему наши слезы!
  
  - А ну, стой! - отчаянно завопил Император, понимая, что последствия очередной безумной выходки Великого Кунг Лао могут оказаться совершенно непредсказуемыми. - Не надо! Не делай этого!
  
  - Знаешь, что я тебе скажу? Пошел ты на хуй! Я тебе не подчиненный! Ему вон приказывай, - он бесцеремонно ткнул пальцем в растерянного короля шоканов. - Однако мне понадобится какое-нибудь оружие.
  
  С этими словами он внимательно осмотрел декоративную стойку с оружием возле стены. Алебарды, топоры, мечи... вроде заточены, так, вот этот, вороненый, однозначно подойдет.
  
  - Мой будет, - он вытащил клинок и поймал лезвием лунный свет в распахнутом окне. - Всем пока.
  
  - Подожди, я с тобой! - крикнул ему вслед Рутай и побежал вслед за бывшим чемпионом. Суэ направился было за ними, но отец схватил его за руку.
  
  - Куда это ты собрался?
  
  - Папа, хватит! - тот решительно вырвал руку. - Ты нас с Мэан и Рутаем оберегаешь, как самородки, самому не надоело? Мы все-таки воины, а не тряпки, и способны постоять за себя и других! Стыдно сидеть в углу, пока кто-то другой готов отдать за наше дело свою жизнь! Да, это я о Шэнг Цунге!
  
  С этими словами он резко развернулся и быстро вышел из зала. Растерянный Шао Кан пару секунд пытался прийти в себя, а потом с перекошенным от бешенства лицом повернулся к Горбаку.
  
  - Можешь идти!
  
  - Куда?! - опешил шокан.
  
  - С глаз долой! Все понятно? Вон отсюда! Даю тебе приказ как подчиненному - убирайся прочь к себе в свое подземелье! Ты хотел крови Шэнга? Захлебнешься собственной, если задержишься здесь еще хоть на секунду! Передавай привет своей женушке, которая воспитала такого тупого урода, как твой Горо, светлая ему память! Не забудь сделать нового, у вас это хорошо получается!
  
  Император в состоянии глубокого потрясения, смешанного с ужасом и гневом, запустил в короля шоканов стоящей на декоративной подставке хрустальной вазочкой, но попал не в него, а в стену, отчего вазочка разлетелась вдребезги, и осколки рассыпались по всему полу. Горбак поспешил поскорее унести ноги, про себя думая, что еще относительно легко отделался.
  
  Пока Император ругался с Эсмене и Горбаком, Кэно решил не вмешиваться, тем более что те кричали друг на друга на куэтанском языке, которого глава 'Черного Дракона' без помощи своего господина не понимал. Он решил заняться кое-чем более полезным и, незаметно стащив с той же подставки графин с водой, попытался привести в чувство Шэнга. Небо на улице тем временем внезапно чуть ли не за пару минут затянули густые темные облака, полил дождь, и частые капли забарабанили по подоконнику.
  
  Выставив короля шоканов вон, Шао Кан еще раз глубоко вздохнул, чтобы хоть немного успокоиться, и повернулся к своему придворному магу - и так слишком много времени потратил, когда тому нужна помощь. Стараниями главы 'Черного Дракона' тот уже пришел в себя и пытался полусидеть, прислонившись к стене.
  
  - Ну что... меня убили и без вашей помощи, - вполголоса произнес Шэнг Цунг, криво усмехнувшись. Император с ужасом заметил, что из угла рта у него стекает тонкая струйка крови.
  
  - Если бы я тогда знал об этом... я беру все свои слова обратно, - ответил Шао Кан после нескольких секунд напряженного молчания. - Мне не стоило так говорить.
  
  В следующее мгновение он наконец обратил внимание на Кэно.
  
  - А это кто такой?
  
  - Я его этот... как вы говорите... ki'art, - несколько растерянно ответил бандит. - Я глава клана 'Черный Дракон', меня зовут Кэно.
  
  - Героическая организация, что ж, наслышан, - снисходительно произнес Шао Кан. - Это ты ему, что ли, первую помощь оказывал? Знаешь, вообще-то человеку в таком состоянии нельзя позволять вставать и ходить...
  
  - Это не он, это Майо, - чуть слышно перебил его черный маг. - Они с Кэно пытались настаивать, чтобы я остался там... я решил рассказать все вам лично. Все кончилось... по крайней мере для меня... пусть ваши братья сдохнут самой страшной смертью... уроды... как я их ненавижу, это они моей гибели желали... чтоб им всегда было так же хорошо, как мне сейчас, - произнес он на одном дыхании и попытался рассмеяться одновременно с кровавым кашлем.
  
  Император впервые за долгое время ощутил леденящий ужас. Если сейчас Шэнг умрет у него на руках... нет, только не это. Так вот живешь, живешь и полагаешь, что все будет неизменным целую вечность... он воспринимал своего придворного мага, как нечто само собой разумеющееся, как обычно воспринимают воздух, воду, солнце... и вот теперь... он боялся об этом думать. Накаркал все-таки Рутай, чтоб ему...
  
  - Вот что, Кэно, - твердо произнес он. - Вам, конечно, следовало настоять на своем и заставить его тихонечко лежать и не шевелиться, я бы и сам мог туда прийти, в конце концов, но что сделано, то сделано. Скорее возвращайся туда, откуда пришел, и зови сюда Майо и его людей. Он у меня, собственно, начальник медслужбы, ты, наверное, уже сам это понял.
  
  - Хорошо, сейчас за ним сбегаю, - пробормотал глава 'Черного Дракона'. - Хозяин, держитесь, умоляю. Не надо мне тут о смерти говорить, вы меня пугаете.
  
  С этими словами Кэно быстро выбежал за дверь. Шэнг обвел взглядом зал, недоумевая, куда делся сын Императора - ведь совсем недавно он его здесь видел. Естественно, он даже не подозревал, что пропустил самое интересное.
  
  - Если я встречу Рейдена, он у меня пожалеет о том, что вообще родился! - с трудом сдерживая ярость, выкрикнул Император. - Я припомню ему все, что он вытворял! Я ему такое устрою! Смерти он твоей желал, говоришь? Пускай себе гроб заказывает!!!!
  
  - Послушайте меня... - Шэнг попытался приподняться и то ли усмехнуться, то ли изобразить на лице что-то наподобие презрения, но его так перекосило от боли, что Император невольно содрогнулся. - У меня есть последняя просьба. Тьен хочет разделаться с вами, и я об этом знаю, он угрожал мне на острове... не доставляйте вашему уроду-братцу такого удовольствия. Не дайте ему себя убить... Рейден все же добрался до меня, чтоб он подох... но я сделал все, что было в моих силах.
  
  - Это был нечестный бой! - попытался поддержать его Шао Кан. - Мне все уже рассказали - про Китану и те клинки в полу!
  
  - Вот уж не надо, это я не справился. Я до скончания веков буду благодарен судьбе, если Рейден и Тьен в итоге получат за все сполна... только я этого уже не увижу. Пусть будут прокляты за все, что сделали. Желаю им самых страшных мучений до скончания времен...
  
  Шэнг попытался пошевелиться, и у него снова пошла горлом кровь.
  
  - Не двигайся. И не разговаривай, - с трудом подняв голову, он увидел перед собой Мэан, которая про себя искренне удивлялась тому, как ki'art ее отца до сих пор умудряется с кем-то объясняться; она бы на его месте уж точно давно тихо лежала бы в полузабытьи, не в силах даже слова произнести. - Понимаю, тебе сейчас очень плохо и больно, постарайся дышать неглубоко.
  
  - Что толку, - хрипло прошептал Шэнг, - я долго не проживу. Минутой раньше или минутой позже - какая разница...
  
  - Прекрати, и в самом деле, всех пугать, - властно оборвала его девушка. - Люди и не после такого выживают. Пить хочешь?
  
  Тот едва заметно кивнул. Мэан выдернула пробку из графина, приложила горлышко к губам черного мага. Потом, увидев на стекле кровь, она, к своему удивлению, почему-то не испугалась - чего нельзя было сказать о ее отце, который с искаженным от страха лицом молча опустился на колени рядом с Шэнгом.
  
  - Тебе холодно?
  
  - Да... и голова кружится...
  
  Шао Кан знал, как обычно знобит тяжелораненых, и, недолго думая, снял свою златотканую шафрановую мантию и закутал в нее Шэнга.
  
  - Держись. Ты сильный, все обойдется, - как можно увереннее произнес Император. - Мэан, может, закрыть окно?
  
  - Не надо, ему так будет легче дышать, - его дочь, к счастью, смогла сохранить спокойствие.
  
  - Перестаньте так переживать из-за моей смерти... найдете себе кого-нибудь получше... менее самостоятельного и более исполнительного... который ни одной неудачи не потерпит, - свистящим шепотом произнес черный маг. - Вы ведь только злились на меня... теперь вам не очень приятно, что меня на тот свет отправили, - Шэнг не договорил и снова закашлялся, кровавая пена выступила на его губах.
  
  - А ты перестань болтать глупости! - воскликнул Император. - И вообще замолчи, тебе и так плохо! Подумай, кого я найду взамен тебя? Куан Чи, что ли? Чтобы этот ворюга и жмот растащил по камешку весь мой дворец и в итоге меня же и предал?? Я вообще не понимаю, зачем отец с ним связался!!!!!
  
  - Ну, на этот раз я точно сдохну... Кто теперь хозяином турнира будет?
  
  Тут Шао Кан уже не выдержал.
  
  - Нет... Не умирай... - Император закрыл лицо руками, и Шэнг услышал сдавленные рыдания. - Что я буду без тебя делать? Мои братья меня ненавидят, отцу всегда было не до меня - у него хватало своих дел, только сестра меня понимала, а ее убили... Теперь и ты... Пожалуйста, не надо, ты дорог мне, я сам не понимал, что делаю, когда вел себя с тобой не лучшим образом! Я не думал, что мне будет так тяжело терять тебя... Как ты еще держишься... Если все обойдется, я больше никогда не скажу тебе ни единого грубого слова. Когда мы виделись в последний раз, я наговорил тебе таких гадостей, - горестно произнес Шао Кан, держа своего ki'art'a за холодную руку. - Шэнг, не умирай... Не оставляй меня...
  
  - Не дайте Тьену до вас добраться... он только об этом и мечтает... - ответил черный маг, снова закашлявшись.
  
  - Я постараюсь.
  
  - Может, хватит, а? - прикрикнула на них Мэан. - Нашли тут время и место чуть ли не в вечной дружбе друг другу клясться!
  
  - Надо же, в кои-то веки раз хоть кому-то стало меня действительно жалко... Меня тоже всю жизнь ненавидели... Или все же жалели, но так, что это выглядело очень унизительно... - Шэнг попытался через силу улыбнуться.
  
  - Где шляется Майо? Я отправил за ним твоего ki'art'a... - возмутился было Император.
  
  - Меньше трех минут назад, - Мэан схватила отца за рукав. - Папа, прекрати немедленно и возьми себя в руки! - горячо зашептала она ему на ухо. - Если ты не хочешь, чтобы Шэнг Цунг и в самом деле тут сейчас умер у тебя на руках, отвлеки его! Говори о чем-нибудь другом, о чем хочешь, хоть о погоде, хоть о сортах чая, только не о том, что с ним случилось, и не о смерти! И уж тем более не плачь!
  
  - Тебе стоило раньше рассказать мне об угрозах Тьена, - Император вытер слезы, пытаясь взять себя в руки и придать своему голосу прежнюю уверенность. Ему было стыдно за такое яркое проявление своих истинных чувств, но взять их под контроль полностью у него не получалось. - Я не знал, но догадывался, что мои братья способны на что-то подобное. Я не позволю им торжествовать. Они ответят за все и за всех: за отца, за сестру и за тебя. Прости меня еще раз за все.
  
  Тут в зале внезапно сверкнул электрический разряд, резко запахло озоном, а на месте вспышки через секунду появился улыбающийся до ушей Рейден в компании с Веньяном. Мэан отступила к стене, по-прежнему держа в руке графин.
  
  - Надо же, кого я вижу! - елейным голоском пропел протектор Земли. - Нежности какие! Прямо хоть картину пиши!!!!
  
  Шао Кан заметил, что из кармана у Рейдена торчит полупустая бутылка - любимый младший братик уже успел нализаться какой-то дряни. Первой его мыслью было натравить на родственника охрану, но, помня о том, что тот вполне может превратить их в обугленные головешки, как уже не раз поступал с проштрафившимися монахами Храма Света, решил не рисковать жизнями своих людей и сделал им знак стоять на месте.
  
  - Кретин, - холодно бросил Император. - По-моему, ты уже растерял последние крохи своих мозгов. Явился - не запылился. Что тебе здесь надо?
  
  - Что, добился своего? - с трудом произнес Шэнг. - Благородный и честный бог грома, да?
  
  - Как умно! - скроил гнусно-злорадную рожу Рейден. - Засохни, плесень!
  
  - Если мне внешность досталась от отца, дорогой братец, - оскалился Шао Кан, - то тебе - кора головного мозга от дуба. Вернее, у вас с Тьеном одни мозги на двоих, и сегодня он забыл их тебе одолжить, когда ты шел сюда.
  
  - Конечно... Как же я тебя ненавижу... - Шэнг попытался рассмеяться, но снова закашлялся. Веньян стоял рядом с Рейденом с совершенно бесстрастным видом, казалось, что все происходящее его абсолютно не касается.
  
  - Ты забываешь, с кем говоришь, колдун, - высокопарно воскликнул Рейден. - И не понимаешь, что несешь. Ты просто бредишь перед смертью. Как я рад тому, что ты скоро сдохнешь!
  
  - Где ты взял вино? - черный маг криво ухмыльнулся окровавленными губами; Император удивился, как тому вообще хватает сил для иронии. - Украл у меня на острове, да? Узнаю бутылочку... из коллекции Тарсониса.
  
  - Ты точно забыл, с кем говоришь, урод! - протектор Земли дернулся, поскольку прислужник его ненавистного брата попал в точку; он и в самом деле стащил спиртное на Шимуре, когда ходил выяснять, кто должен отвезти Избранных на материк.
  
  - А ты скоро пожалеешь о содеянном... Помнишь Великого Кунг Лао, да?
  
  - Да пошел ты! - радостно пискнул Рейден, пытаясь скрыть страх - упоминание бывшего чемпиона повергло его в состояние, близкое к ужасу, и он смекнул, что что-то здесь однозначно не так, но в тот момент на нетрезвую голову еще не смог окончательно сообразить, что именно; Веньян продолжал с безразличным видом таращиться в пространство. - Что ж, прощай, когда-то великий чемпион Смертельной Битвы! И это ты когда-то держал всех в страхе? Ты, жалкий и беззащитный червяк?
  
  - Отстань от него, я бы на твоем месте постеснялся говорить гадости человеку в таком состоянии, изверг! - не выдержал Шао Кан. Мэан тем временем подумывала, не огреть ли милого родственничка графином по кумполу или, на худой конец, ногой в челюсть.
  
  - О, что я слышу! Император защищает своего подручного, которого не так давно подвергал гонениям, отправлял в ссылку и грозился казнить за малейшую провинность! Как трогательно!
  
  Шэнг снова попытался приподняться, собрав остаток сил, но тут же упал на руки Императора, хватая ртом воздух.
  
  - Не шевелись. Очень тебя прошу, - испуганно пробормотал тот.
  
  Улыбающийся до ушей Рейден, который в этот момент был очень похож на жабеныша из мультфильма про Дюймовочку, принялся с искренней экспрессией расписывать, что происходит с Шинноком в Не-Мире, в каких кошмарных условиях он там живет и как все подручные Тьена этому рады - протектору Земного Мира было мало того, что случилось с Шэнг Цунгом. При этом бог грома внимательно следил за выражением лица своего старшего брата, и когда тот, вспомнив отца, залился горькими слезами, верный прихвостень Тьена начал громко хохотать и показывать братцу фигу, сопровождая этот жест пламенными речами о том, что нет у Внешнего Мира надежды на победу.
  
  Тут Император разрыдался еще горше, чем раньше.
  
  - Нэн, брат мой... Что я тебе сделал, что ты так со мной поступаешь? Что тебе сделал наш отец, в конце концов?
  
  - Расхныкался, братец? Не думал, что ты на это способен!
  
  Этого Император уже не выдержал. Он встал, размахнулся и хорошенько съездил поддатому Рейдену кулаком по роже. Метил он братцу в глаз, но слишком волновался и чуть-чуть промазал, и на правой скуле у протектора Земли расплылся большой синяк с кровоподтеками и ссадинами - на руке у Шао Кана были надеты тяжелые перстни.
  
  - А я не думал, что ты можешь быть таким подлым и так открыто нарушать правила! Это ведь ты подговорил Китану? Это тебе за все хорошее, - устало произнес Император, снова опускаясь на колени рядом с Шэнгом.
  
  Рейден подошел поближе и с ядовитой ухмылкой наклонился к обоим.
  
  - Что, милый братец, жалко тебе своего колдуна драгоценного? А он живучий. Пусть помучается, гад.
  
  Сил у Шэнга оставалось совсем немного, но он, как только склочный божок оказался в пределах досягаемости, плюнул Рейдену в рожу кровью и, как ни странно, попал.
  
  - Не зря тебя Кунг Лао проклял, ты это заслужил, - еле слышно прошептал Шэнг, с ненавистью глядя на брата Шао Кана.
  
  Рейден невозмутимо вытер лицо рукавом.
  
  - И все-таки он подыхает. Как я этому ра...
  
  Речь протектора Земли оборвалась на полуслове, и бог грома, взвизгнув, рухнул на колени, выпучив глаза и хватая ртом воздух. Император медленно повернул голову: перед ним стоял Кэно со здоровенной стальной арматуриной в одной руке и любимым ножом-бабочкой в другой.
  
  - Понравилось, ты, чмо в шляпе? - рявкнул бандит. - Надеюсь, после этого у тебя больше не будет детей!
  
  Нынешний глава 'Черного Дракона' был человеком не робкого десятка. Найдя Майо и передав ему приказ Императора, он подумал, что все-таки стоит вернуться к Шао Кану, и увидел, что Рейден издевается над братом. Недолго думая, он решил поставить мерзавца на место.
  
  - Помнится, ты с целью подколоть хозяина заявил ему, что не знаешь, в каком притоне или помойном баке он меня откопал, что я не умею драться и знаю два приема - ногой в челюсть и арматуриной от всей души. Так вот, ты был прав. Этой арматуриной я тебе от всей души и врежу, если ты, двухъядерный амебоид, сейчас же отсюда не уберешься вместе со своим припизднем. А если ты будешь продолжать оскорблять собственного родного брата и пороть хуйню, я тебе уши и нос отрежу, посмотрим, как ты после этого Лю Кангу на глаза покажешься. А еще можно воткнуть эту хрень тебе, уебку, в грудную клетку - на себе испробуешь, как это приятно.
  
  Веньяна после этих слов наконец-то пробрало. Прислужник вороньего любовника широко разинул пасть, вставил в нее сигарету и поднес к ней зажигалку, после чего медленно размял руки.
  
  - Готовься к смерти вместе со своим хозяином, - бесстрастно произнес он.
  
  - А ты кто еще такой, хуй тебе в глотку через анальный проход, распизди тебя тройным перебором через вторичный переёб, пиздоблядское хуепиздрическое мудовафлоебище, сосущее километры трипперных хуев! - заорал на него Кэно, вспоминая все известные ему с детства самые что ни на есть непотребные ругательства. - Проваливай к хуям отсюда, и дружка своего с собой прихвати, а то я сейчас эту твою папироску с опилками потушу тебе об яйца, ты, херохуй пиздючий!
  
  - Давай, - Шао Кан бросил на Веньяна полный ненависти взгляд. - Не выношу запах табачного дыма. И не могу понять, что за удовольствие многие подопечные Рейдена находят в этой гадости.
  
  - Я не курю, - самодовольно ответил глава 'Черного Дракона', схватил свой пистолет, снял его с предохранителя и с садистским наслаждением выпустил в Веньяна всю обойму. Прихвостень Тьена не сразу упал на пол, а какое-то время дергался, словно через него пропускали электрический ток, и рухнул, обливаясь кровью, только когда Кэно уже убрал бесполезное теперь оружие.
  
  - Ну вот, теперь их стало поменьше, - прокомментировала Мэан.
  
  - Ах ты... - начал было уже немного очухавшийся после его удара протектор Земли.
  
  - Да разъебись ты троебучим проебом, сперматоблядская пиздопроебина, ты похож на в рот ебущегося енота, пристраивающего свои яйца к пизде дохлой кобылы! - взбешенный Кэно не дал ему сказать ни слова. - Знаешь, кто ты такой? Мудоблядское страхуилище, охуевающее над своей невзъебучестью! Довел до слез собственного брата и радуешься тут, да, уебок ты вафельный? А где твой родственник-уткоеб?
  
  Император, который еще ни разу в жизни не слышал столь виртуозного многоэтажного мата, хотел было тоже вставить какую-нибудь гадость, но тут внезапно услышал за дверью шаги и повернулся в ту сторону. В зал вошла Тэра.
  
  - Рейн сказал мне, что... - у нее явно не хватило сил договорить до конца, хотя внешне она была абсолютно спокойна, лишь слегка побледнела от гнева при виде главного спутника всех мерзостей Тьена.
  
  - Ты не плачешь, надо же! - злобно хихикнул Рейден. - Значит, тебе не жалко своего ненаглядного? Не так уж сильно ты, видать, его и любила! А может, и не любила вовсе??? Может, тебе братец приказал ублажать своего прихлебателя?
  
  - Я никогда не плачу, - невозмутимо ответила та.
  
  - Да что ты за мразь такая, Нэн! - заорал Император. - Тэра, а у вас с Шэнгом что?
  
  - А у нас с ним все, - безо всякого смущения заявила она.
  
  - Вот именно, что все. Теперь, когда с Шэнг Цунгом покончено... - высокопарно продолжил Рейден, не обращая на брата никакого внимания и продолжая ухмыляться. Тэра бросила на склочного божка презрительный взгляд.
  
  - Не надейся, - процедил сквозь зубы сам черный маг, снова собравшись с силами после недолгой передышки. - Зачем вы пустили сюда Тэру?
  
   - Бесстыжая сволочь! - не осталась в долгу та. - Покончено? Лучше иди и покончи с собой! Убей себя и спаси наконец Землю вместе с ее обитателями, сделай в жизни хоть одно доброе дело!!!! От тебя на посту протектора прок, как от уксуса в каше! Если ты через пять секунд отсюда не уберешься, я тебе собственноручно внутренности вырву!
  
  Рейден пришел в бешенство. В ярости он шарахнул Тэру током, и она, отлетев к стене, упала без чувств. Мэан, мысленно порадовавшись, что не разбила графин об черепушку своего дядюшки, вылила остатки воды ей на голову.
  
  - Ты убил ее, поганый ублюдок! Мало тебе Шэнга, сволочь! - Император был готов кинуться на Рейдена с кулаками, но его внезапно опередили; кто-то в черном, незаметно подкравшись сбоку, метко ударил его младшего брата сплеча в челюсть. Тот не удержал равновесие и шлепнулся в лужу крови Веньяна; бутылка при падении разбилась, и в воздухе запахло вином. Рейден, ругаясь последними словами, поднялся с пола, но, увидев, кто его ударил, от неожиданности снова свалился в красно-бордовую жижу.
  
  - Всем здравствуйте, - очередной незваный гость слегка поклонился, и Шао Кан, подняв голову, увидел, что перед ним женщина. - Я Таджа, заместитель главы синдиката 'Черный Лотос' и по совместительству финансовый директор организации, потому что у нашего предводителя, к сожалению, с юности плоховато с математикой, я это поняла, еще когда с ним на торговой заставе вместе работала. Тебе, Рейден, кстати, от него привет, - грубовато бросила она.
  
  - Твое счастье, что здесь и в самом деле нет Кунг Лао, - устало произнес Шао Кан. - Мне сейчас недосуг с тобой драться, но если бы ты, дорогой братец, нарвался на него, тебя бы потом долго собирали, как паззл. Если судить по его собственным словам... думаю, у него найдется, что тебе припомнить.
  
  Тут Рейден, наконец начав соображать, пошевелил извилинами, сопоставил все факты и сначала посерел, а потом позеленел от ужаса. Весь хмель мгновенно вылетел у него из полубезмозглой бестолковки, и он даже не обратил внимания на появившегося в дверях Майо в сопровождении еще каких-то вооруженных людей. Кунг Лао... Кунг Лао... что... КУНГ ЛАО???!!!!
  
  - Кунг Лао? - воскликнул он, растерянно переводя взгляд попеременно со старшего брата на Таджу. - Где он? Он был здесь, да?
  
  - А это ты у него спроси, где он сейчас, - неожиданно рассмеялся Император. - Он мне, знаешь ли, не подчиненный!
  
  - Уж точно не здесь... не в империи, - глухо прошептал Шэнг Цунг.
  
  Тэра тем временем очнулась и попробовала сесть, со стоном хватаясь за голову.
  
  - Не волнуйтесь, я жива, - она слегка пожала руку Мэан.
  
  - Где Кунг Лао? - продолжал истошно орать протектор Земли.
  
  - В манде, - буркнул Кэно. - Вали на хуй.
  
  - Эй, ты, Идолище поганое, а ну, убирайся вон отсюда! - выкрикнул Майо, подойдя ближе. - Мой Император, я вижу, у нас тут проблемы...
  
  Однако в его вмешательстве уже не было нужды: Рейден, до которого наконец дошло, что его бывший чемпион в сговоре с внешнемирцами затеял-таки какую-то гадость, бросился со скоростью метеора прочь из зала, едва не потеряв по дороге любимую шляпу и забыв вытрясти из кармана осколки бутылки из-под так и не допитой бормотухи.
  
  - Пусть проваливает, - равнодушно сказала Таджа. - Скорее всего, он пойдет жаловаться Тьену. Что ж, я тут по дороге случайно встретила собственно Кунг Лао... на Ифукубе нашего электрического друга ждет более чем неприятный сюрприз.
  
  36. Неприятный сюрприз
  
  А мы по локоть
  Закатаем рукава,
  А мы Храм Света
  Разломаем на дрова!
  
  
  Когда Майо и его подручные, осторожно уложив на носилки полубесчувственного Шэнга, наконец покинули зал, Император смог остаться вместе с Мэан, Таджей и Кэно. Все произошедшее сильно его удивило и потрясло, и теперь ему очень хотелось с ними побеседовать и кое-что выяснить, кроме того, он считал, что ему будет легче прийти в себя и успокоиться, с кем-то разговаривая. С одной стороны, он чувствовал себя очень неловко после столь открытого проявления своих чувств, и ему было неудобно, с другой - он ощущал странное облегчение, словно сбросил с плеч тяжелый груз, который до этого таскал за собой годами.
  
  - Ну у тебя, блин, и братья! - с сочувствием посмотрел на него Кэно. - Если бы у меня родственники были такими мудаками, я бы уж точно либо себе пулю в лоб пустил, либо этих уродов своими руками задушил. Рейден - дерьмо какое наглое, издевается над тобой и еще чуть ли не героем себя считает.
  
  - Мне очень жаль, что ты это видел. Надеюсь, ты никому не станешь об этом болтать, - попросил его Шао Кан. - Ну, о том, как мой братец довел меня до слез. Хотя он и сам всем разболтает без чьего-либо содействия.
  
  - Да ладно тебе, - махнул рукой глава 'Черного Дракона'. - Здесь нечего стесняться, это брательник твой, уебок вафельный, повел себя погано, а отнюдь не ты. И я, знаешь, не считаю, что тот, кто открыто переживает из-за беды, случившейся с дорогим ему человеком, сразу становится слабаком и тряпкой. Слезы облегчение приносят. Это лучше, чем копить стресс и злость в себе и потом срываться на других. Бывает так, что в глазах нет слез, а в сердце - целое море. Вот это уже нехорошо.
  
  - Надо было разбить графин об голову Рейдена, он бы тогда током себя шибанул, - с нескрываемой ненавистью процедила сквозь зубы Мэан. - Хорошо, что с Тэрой ничего серьезного, но у нее теперь после его электрошокера так раскалывается голова, что она ушла отлеживаться.
  
  - Если к Рейдену подкрасться и облить его водой... - прокомментировала Таджа, загадочно улыбаясь. - А это идея, кстати. Если представится такая возможность, было бы неплохо претворить ее в жизнь. Кстати, а Эсмене что, и в самом деле решил грохнуть Тьена?
  
  - Я, честно говоря, поначалу испугался, когда он объявил о своем намерении, - ответил Шао Кан, - но сейчас мне кажется, что у Кунг Лао достаточно сил, чтобы вкатать моего братца в стены его норы. Я видел твоего друга в бою, и он, поверь мне, звание чемпиона Смертельной Битвы получил не за просто так. Так что будем надеяться на лучшее.
  
  ***
  
  Тем временем Эсмене, отправившись назад на Шимуру вместе с Суэ и Рутаем, предложил Тарсонису отомстить подлому Рейдену и его поклонникам. Тот поначалу встретил эту идею с недоверием, потому что побаивался Тьена и Джиала, но потом, наслушавшись пламенных речей разгневанного приятеля, собрал своих людей и с большим воодушевлением отправился громить Храм Света.
  
  В обиталище фанатов Рейдена и Тьена никто, естественно, не ждал незваных гостей, и их там не ждал теплый прием. Завидев Тарсониса с его людьми, наставник Хуй Я вместо того, чтобы организовать оборону, выскочил на порог Храма и принялся вопить разнообразную нецензурщину; его любимый ученик и заместитель Жуй Хуй, на свое счастье, в это время находился у Тьена на горе Ифукубе. Рутай, услышав это, пререкаться с Хуй Я не стал, а попросту всадил наставнику метательный нож прямо в открытый для очередной тирады рот. Произошедшее далее в Храме Света побоище переросло попросту в кровавую свалку, а последствия ее увидел утром следующего дня новый чемпион Смертельной Битвы Лю Канг, когда вернулся с победой домой. Как того и следовало ожидать, исход мордобоя в силу того, что большинство монахов злоупотребляло алкоголем и курением кальяна, а вот к здоровой и питательной пище в силу отсутствия денег пристрастия отнюдь не имело, оказался далеко не в пользу Храма Света, который в прямом смысле превратился в груду обломков.
  
  ***
  
  Во дворце Тьена на горе Ифукубе тем временем было тихо и спокойно. Сам Тьен заперся в своих покоях в ожидании Рейдена и, ничего не подозревая, полез в Интернет, чтобы хоть как-то скоротать время. Его любимый ученик Мастер Чоу сидел в одной из комнат и играл в карты на раздевание с главой Белого Лотоса.
  
  Мастер Чоу, равно как и его божественный наставник Тьен, был весьма примечательной фигурой.
  
  Всем понятно, что каков учитель, таков и ученик, а посему нетрудно догадаться, на что был похож в обычной жизни выкормыш знаменитого некрозооорнитофила. Родом Мастер был откуда-то из дальних провинций Китая и с целью вызвать у наивных слушателей сочувствие и подогреть в них ненависть к подручным Шао Кана распространял о своей персоне слухи, что перебрался под крылышко Тьена после того, как вся его родная деревня была вырезана куэтанцами. Быть правдой это не могло по определению, потому что за такое дело Император однозначно навлек бы на себя страшный гнев Джиала и компании, но, несмотря на это, желающие пожалеть несчастного Мастера все же находились. Тем не менее факт оставался фактом: Тьен действительно научил Чоу магии и боевым искусствам, однако Мастер, будучи обычным смертным человеком, для достижения сверхъестественных способностей должен был забирать часть жизненной энергии у других людей. За счет этого ученичок Тьена прожил на свете уже больше пятисот лет и умирать пока не собирался.
  
  Одно время этот ненормальный Светлый, пользовавшийся энергетическим вампиризмом для получения бессмертия и магической силы (вам это ничего не напоминает?), пытался навязываться в учителя к Великому Кунг Лао, но тот, будучи человеком весьма неглупым, быстро понял, что за фрукт этот Чоу, и послал его куда подальше.
  
  В последние пять лет старый идиот, которого сам бывший чемпион называл не иначе, как Мастер Чмо, окончательно рехнулся. Он перестал мыться и менять белье, а также принялся носить в свою пекинскую квартиру со свалок и помоек разнообразный мусор: ножки от стульев, вздутые и пустые консервные банки, одноногие табуретки, старые чемоданы, дырявую одежду (часть ее он подарил Рейдену на день рождения), ботинки на одну ногу, использованные батарейки... Также в квартире Мастера появилось великое множество порченых продуктов: просроченный майонез, тухлые сосиски, прокисшее молоко, заплесневелый хлеб, червивые орехи, гнилые фрукты и овощи, обглоданные кости... Вследствие этого в жилище полоумного тьениста в невероятных количествах развелись муравьи, тараканы, мыши и крысы. По вечерам старый сморчок, наряженный в грязные рваные лохмотья непонятного происхождения, выходил на балкон с двустволкой и нунчаками, грозясь всех поубивать. Не выдержав всего этого ужаса, соседи вызвали психиатров.
  
  В отсутствие великого Мастера врачи в сопровождении полиции вошли в его квартиру, в двери которой даже не было замка, отчаянно борясь с рвотными позывами и зажимая руками носы. То, что они увидели, могло бы довести до инфаркта даже самого стойкого. В первых двух комнатах горой возвышались чемоданы, табуретки и прочие предметы из коллекции Чоу, а над кроватью, словно скала, нависли несколько сумок с гаечками, винтиками, ножками от стульев и ржавыми водопроводными трубами. К самой кровати, прикрытой изъеденным молью пледом в пятнах, вела узкая тропинка, по краям которой возвышались жуткие завалы из утильсырья. По всему этому добру толпами бегали клопы, вши, блохи, муравьи, тараканы, крысы и мыши. Все остальное представляло собой вообще неописуемое зрелище. Толстый слой ржавого налета проглядывал из-под не менее массивного слоя грязи и муравьиных тел на двери, ведущей в третью комнату. Это свидетельствовало о том, что эта дверь когда-то была металлической. Один из психиатров пнул дверь ногой, после чего та рассыпалась прахом, и вошел внутрь. На полу был метровый слой слежавшегося мусора, а сама комната выглядела так, словно в ней проводили чемпионат по боям без правил. Дверь в кладовую была переломлена пополам, при этом верхняя ее часть висела на петле, как елочная игрушка, а нижняя, выломанная вместе с петлей, лежала на полу. Цветы в горшках, засохшие уже около десятилетия назад, были поломаны и вырваны, стекла в окнах выбиты, а рама наполовину выдрана из оконного проема. У стены лежал перевернутый диван с оторванной спинкой, две ножки которого валялись в противоположных углах комнаты. Шкаф тоже стоял вверх ногами, и из его задней стенки был выломан солидный кусок древесины. От стола осталась лишь крышка, ножки же врач нашел на подоконнике. Уцелела лишь кровать, при этом из постельного белья то и дело выползали клопы величиной с голубиное яйцо. Продолжая обследовать помещение, врачи обнаружили в нем большую коллекцию холодного и огнестрельного оружия - нунчаки, дробовик, двустволку, пистолет Макарова, обрез, около пятидесяти боевых, метательных и охотничьих ножей, сюрикены и стилеты. Теряясь в догадках насчет того, где безумный старик мог раздобыть целый арсенал, они окончательно убедились в том, что Мастер социально опасен, и позвонили в полицию, на всякий случай попросив прислать в качестве подкрепления еще один наряд.
  
  Врачи пошли в ванную и, несмотря на то, что были людьми, к зрелищам привычными, едва не попадали в обморок от увиденного. Вместо унитаза в полу зияла дыра, в ванне горой лежала сбитая со стены кафельная плитка, раковина была расколота пополам, а кран вырван вместе с куском стены. Вода ниоткуда не текла - у сморчка Чоу все-таки хватило мозгов ее перекрыть. Психиатры решили, что Мастер, видимо, тренировался на мебели и сантехнике, то бишь дрался с унитазом.
  
  Содрогаясь от увиденного ими безобразия, врачи и полицейские пошли на кухню. Вся она была завалена тухлятиной, по которой резво носились насекомые и грызуны; смрад стоял такой, что двоих стражей порядка вывернуло наизнанку прямо там. На огне стояла кастрюля, в которой лежал дохлый кот, варившийся вместе со внутренностями, головой и шкурой. Судя по его виду и запаху, он умер естественной смертью как минимум неделю назад.
  
  Тут неожиданно вернулся Мастер, неся очередную сумку с майонезными баночками, гаечками и винтиками и намереваясь вкусить своего фирменного супа с котом. Увидев незваных гостей, впавший в маразм тьенист принялся столь рьяно размахивать конечностями, что немногим удалось избежать его могучих ударов; несмотря на маленький рост и хилое телосложение, бойцом Мастер был отменным, и его недруги даже не успели пустить в ход оружие. На их беду, Чоу принес с собой не только хлам, но и самую настоящую боевую гранату. Выдернув чеку, он швырнул ее во врачей и полицейских; лишь двум счастливчикам с трудом удалось спастись бегством.
  
  Уцелевшие врачи, выбравшись из нехорошей квартиры, вызвали теперь уже спецназ, но Мастер внезапно исчез. Перебрался он во дворец Тьена на Ифукубе, где снова принялся собирать мусор и варить суп с котом. Судя по всему, обожавший своего ненаглядного ученичка Тьен и его слуги страдали отсутствием обоняния, если могли терпеть в своем обиталище Мастера, но это были уже детали.
  
  Итак, Мастер развлекался игрой в карты и нещадно мухлевал, а Тьен тем временем с большим интересом разглядывал в Интернете порнографический сайт и мурлыкал себе под нос песенку про зоофила с невероятным количеством мата. Двух уток он уже успел оприходовать, и теперь они со свернутыми шеями лежали на кухне, ожидая зажаривания. Насмотревшись непристойных картинок и видеороликов, Тьен решил, что от теории пора перейти к практике. Он подошел к клетке с уцелевшими птицами и начал расстегивать штаны, но в этот момент блаженству Тьена положил конец Рейден, который вбежал в комнату и принялся громогласно жаловаться на подлого Шао Кана и его прислужников; вид у него был отнюдь не как у торжествующего победителя.
  
  - Скотина! Гад! Мерзавец! - истошно вопил протектор Земли, поправляя шляпу. - Он сам стал меня бить и натравил на меня своих слуг!
  
  Тьен, увидев перед собой брата с разбитой рожей и в выпачканном кровью одеянии, несколько обалдел, и желание спариваться у него мгновенно пропало - он понял, что произошло нечто очень нехорошее.
  
  - Что случилось? - громогласно проорал он. - Где Веньян?!
  
  Рейден, приняв позу зародыша, принялся утробным голосом бормотать вялые невнятные оправдания. Тьен сразу же перебил брата.
  
  - А ну, кончай тараторить! - рявкнул он. - Отвечай на вопрос! Где Веньян?!
  
  - Веньян мертв, - растерянно пробормотал бог грома.
  
  - Что? - завизжал Тьен. - Вы просрали турнир, дерьмо вы такое? Да вам теперь не жить! Всем, слышал меня!!!!!!
  
  - Тьен, - Рейден, столь наглый и самоуверенный в присутствии Шао Кана, жалко опустил голову. - Позволь мне все объяснить. Мы выиграли, не волнуйся, победа за нами, - он попытался придать своему голосу пафосно-торжественное звучание, но у него ничего не вышло. - Однако Веньян погиб.
  
  Глядя в пол и сунув руки в карманы, бог грома принялся рассказывать Тьену, как было дело. Когда он дошел до блестящей победы Лю, его брат заулыбался, но потом, стоило Рейдену рассказать о событиях в императорском дворце, нахмурился, помрачнел и сжал кулаки.
  
  - Ах ты дурак! - разъярился Тьен. - Напился на радостях вместо того, чтобы подумать головой!
  
  В припадке бешенства он сунул руку в клетку с птицами, оторвал у последней утки голову и сунул ее в рожу опешившему Рейдену.
  
  - На! Вынь оттуда мозги и вставь себе, потому что у тебя в черепе пусто!
  
  - Что не так, Тьен? - изумился тот, нерешительно отпихивая от себя окровавленную утиную башку. - Мы же победили в Смертельной Битве!
  
  - Я ж тебе убить Шэнг Цунга велел. Ты просто тупица. Нет, не просто. Ты самый глупый в мире тупица. Тупицы глупее тебя я еще не видел ни разу! Тебе следовало не комедию перед Шао Каном ломать, злорадствовать и вместе с тем ждать, пока к нему придет группа поддержки, а взять и добить Шэнг Цунга! Об этом ты не подумал, нет?
  
  Рейден повесил нос.
  
  - Извини, Тьен, я...
  
  - Я идиот! Вот правильное окончание этой фразы! По твоей вине я лишился своего верного слуги Веньяна! - зарычал Тьен и со всей силы двинул брата кулаком между глаз. Рейден, не устояв на ногах, рухнул на пол, задев дорогой хрустальный столик со стоящими на нем сладостями. От того, естественно, откололся приличных размеров кусок, сделанные из тонкого фарфора чашки с блюдцами тоже разбились, а конфеты, печенье и рахат-лукум разлетелись по всей комнате. Взбешенный Тьен снова набросился на брата с бранью и побоями.
  
  - Ах, ты уточки жареной хотел? - орал он. - Я тебя самого на жаркое пущу! Я тебе сейчас все эти конфеты в задний проход засуну, и уток туда же! Такое говно, как Шао Кан и Шэнг Цунг, не должно жить на свете, и ты это знаешь, но опять облажался! Лучше сразу вешайся, трусливый шакал!
  
  Закончить бранную тираду Тьен не успел: двери распахнулись, и валяющийся на полу Рейден, вытирая кровь с разбитой губы, с неимоверным ужасом узрел на пороге Эсмене с окровавленным мечом в руках - его бывший протеже уже успел порубить в капусту всех охранников Тьена, а рядом с ним Суэ с нагинатой и Тарсониса с арбалетом.
  
  - Это какая тут сволочь моего отца оскорбляет? - с ехидной улыбкой поинтересовался сын Шао Кана.
  
  - Так, Суэ, где-то в этом здании еще прячутся Мастер Чмо, Жуй Хуй и глава 'Белого Лотоса', - предположил Эсмене, одновременно с тем мысленно оценив состояние Рейдена и решив, что тот сейчас однозначно не способен оказать серьезное сопротивление. - Найдите-ка с Тарсонисом этих ублюдков и убейте, а упыря Тьена я возьму на себя.
  
  37. Гибель Тьена
  
  Тьен, услышав такие речи, застыл с разинутым ртом, с изумлением глядя на Эсмене.
  
  - Что ты сказал? - заверещал он, немного отойдя от первоначального шока. - Что ты сказал?
  
  - Что слышал, - с ледяным спокойствием ответил тот. - Какое я у вас тут зрелище застал, я прямо прусь. Как говорят в таких случаях, ебала жаба гадюку. Что у тебя рожа такая наглая, как у пьяной мартышки?
  
  Тьен растерянно сделал шаг вперед и еще больший назад, едва не споткнувшись о разбитый столик; глаза его горели, словно раскаленные угли.
  
  - Не лезь на того, кто тебе не по зубам. Челюсть сломаешь, - протянул он назидательным тоном, но в его голосе послышались нотки неуверенности. Эсмене взглядом опытного бойца еще раз оценил обстановку: так, отлично, Суэ и Тарсонис послушали его и свалили, под ногами путаться не будут, а Рейден пока все еще не в состоянии подняться с пола. Тьен долгие годы считал себя непобедимым, и теперь потенциальному противнику удалось самым что ни на есть блестящим образом сломать ему шаблон: по братцу Рейдена очень даже заметно, что он растерялся. На руку бывшему чемпиону было и то, что Тьен значительно превосходил его в весе и росте. Человека менее опытного и хладнокровного это наверняка бы напугало и лишило уверенности в себе, но Эсмене прекрасно продумал тактику боя. Слабым местом любого рослого тяжеловеса в бою с более маленьким, легким и увертливым противником является нижняя часть тела; крупные враги, такие, как Горо и Тьен, неповоротливы, а к тому же еще и неустойчивы, чем не так давно и не преминул блестяще воспользоваться Джонни Кейдж.
  
  - Собрался Шэнга хоронить? - совершенно ровным тоном поинтересовался Эсмене. - Это вы все трупы.
  
  Рейден тем временем уже смог подняться на карачки, а потом сесть на задницу и теперь, обхватив руками гудящую голову, медленно раскачивался взад-вперед. Задетый за живое Тьен ухмыльнулся, сделал страшную рожу и медленно сжал кулаки.
  
  - У тебя оружие, - проворчал он. - Так нечестно.
  
  - Нечестно? - Эсмене посмотрел на него с брезгливым презрением, как на жалкое насекомое. - Доставай свое, и сразимся честно.
  
  Тьен, уверенный в своей непобедимости столь же абсолютно, как и в том, что солнце вращается вокруг луны, скривился, тихонько взвыл и снял со стены ножны, из которых вытащил тупой, ржавый и до такой степени зазубренный меч, что он скорее смахивал на бензопилу, чем на холодное оружие. Со зверским выражением лица он принялся размахивать им перед Эсмене, полагая, по всей видимости, что выглядит очень грозно.
  
  - Ты с кем решил на бой выйти? Воина сильнее меня еще пока что не рождалось во всех известных мирах! Сдавайся, дерзкий смертный!
  
  - Так мы будем драться или ты продолжишь вопить, что круче тебя нет никого на всем белом свете? Правильно про тебя Шао Кан говорит, что ты зануда. Кстати, на каком складе металлолома ты это добыл? - поинтересовался бывший чемпион, с более чем откровенным удивлением указывая на ржавый раритет в руке своего врага.
  
  - Что-о-о??? Да это же волшебный меч Экс... эск... Экскалибур, который некогда носил великий король... имя забыл.
  
  - Как ты это название-то сумел выговорить, пусть и неправильно, ты, потрошитель древних захоронений? Ну ладно, ты у нас вооружен, а я тебя с легкостью и голыми руками под орех разделаю.
  
  С этими словами Эсмене, положив свой меч на пол, нанес первый удар; ржавый клинок вылетел из руки врага и, упав на каменную плитку, переломился пополам. Тьен с удивлением и обидой пару мгновений таращился на свое оружие, а потом кинулся на своего противника, которого опрометчиво счел легкой добычей.
  
  Бывший чемпион без проблем выдержал первый натиск врага, не пропустив ни одного его удара и нанеся в ответ шесть. Каждый из них с гарантией свалил бы с ног обычного человека, но только не Тьена. Несколько минут брат Императора непрерывно атаковал, а Эсмене защищался; он понял, что его недруг не блещет умом, и теперь лишь ждал удобного момента. Он перемещался вокруг противника в разные стороны, отступал на пару шагов назад, ждал удара, отбивал его и уходил в сторону, тем самым заставляя Тьена атаковать снова и снова. Рейден, наблюдая за ними, не понял, чего именно добивается бывший протеже, и решил, что Эсмене переоценил свои силы и теперь ему просто некуда деваться, но жестоко ошибся. Он даже не предполагал, что со стороны добровольно уступившего инициативу приятеля Шэнг Цунга вот-вот последует контрудар. Тьен, тоже подумав, что измотал противника, и резко бросился вперед, намереваясь оглушить, а то и убить Эсмене прямым ударом в лоб, но в следующее мгновение истошно взвыл и рухнул на колени: бывший чемпион буквально за долю секунды достал его двумя мощными ударами в правую голень и ниже пояса. Следующий пришелся в челюсть и окончательно сшиб Тьена на пол, словно огромный манекен. Тот, хрипя, попытался подняться, и, надо сказать, ему это почти удалось, но Эсмене, не теряя даром времени, мгновенно схватил свой вороненый меч и молниеносным точным ударом снес стоящему на четвереньках врагу голову. Труп Тьена рухнул на пол, корчась в последних судорогах и заливая комнату кровью, а отсеченная голова откатилась в угол.
  
  Тем временем уже более-менее очухавшийся Рейден, держась за стену, наконец-то смог подняться на ноги и сфокусировать взгляд. До него внезапно дошло, что в руке у Эсмене отнюдь не простое оружие, а меч с лезвием, сделанным из ниара - сплава, смертельно опасного для всех живых существ, включая богов, даже при нанесении несерьезной раны. Он тут же подумал, что это однозначно злые козни Шао Кана, который специально вручил Эсмене такой клинок с целью отправить своих братьев на тот свет. Испустив какой-то неестественный звук, отдаленно напоминающий победный вопль мартовского кота, Рейден решил, что с бывшим протеже лучше не связываться, собрался с силами и быстро убежал через противоположную дверь.
  
  Эсмене снисходительно улыбнулся и, по-прежнему держа в руке меч, вышел в коридор, заваленный трупами порубленных в мелкий винегрет рейденопоклонников. Внезапно он услышал из-за соседней двери знакомый голос.
  
  - Мастер Чмо! Давно не виделись! - яростно крикнул он, распахивая дверь. - Молись своим паршивым Старшим Богам, прощайся с жизнью!
  
  В комнате была такая вонь, что хоть топор вешай. Бедного Эсмене едва не стошнило.
  
  - Пощади! - надрывно взвыл Чоу с квадратными от ужаса глазами, поняв, что его любимому учителю настали кранты. - Не убивай меня! Я ничего не делал!
  
  Бывший чемпион, однако, решил сначала разобраться с главой сектантского сборища 'Белый лотос' и с садистским наслаждением, одновременно с тем вспоминая все обиды, причиненные ему в юности Рейденом и его сторонниками, проткнул врага мечом насквозь. Мастеру это дало драгоценную отсрочку: он тут же с поросячьим визгом бросился мимо Эсмене к выходу и резво почесал по коридору к лестнице, где внезапно наткнулся на спускающегося вниз Рейдена и упал.
  
  Стоило Чоу встать на ноги, как и без того напуганный и злой бог грома тут же дал ему в рыло так, что злополучный ученик вороньего любовника отлетел к стене и напоролся филейной частью тела на торчащий в кирпиче гвоздь. Мастер с диким воем принялся скакать по всему коридору не хуже кенгуру. Рейден, торопившийся в свой храм у подножия горы Ифукубе, облил Чоу непечатной бранью и благодаря этому на свою беду замешкался. Эсмене, воспользовавшись случаем, подошел к протектору Земли.
  
  - Не уходи. Давай пообщаемся.
  
  - Гнусный изменник! - Рейден попытался изобразить на лице нечто вроде презрения, хотя на деле его колотило от страха, и он ежесекундно косился на черный меч в руке бывшего чемпиона.
  
  - До тебя так и не дошло, что ты натворил? Ты мне жизнь сломал, урод. Хорошо ж тебе Тьен в морду дал, так тебе и надо.
  
  Рейдена перекосило. Разумом он понимал, что пора рвать когти из опасного места, и чем скорее, тем лучше, иначе Эсмене его прикончит, но желание сказать гадость взяло верх над здравым смыслом.
  
  - Не только он, но еще и Шао Кан, которого ты теперь так пламенно защищаешь! Давно ли ты готов был...
  
  - Ах, еще и Шао Кан. Правильно сделал, одобряю, - перебил его Эсмене. - А это тебе от меня. Получай!
  
  С этими словами Эсмене прицельно и со всей силы дал протектору Земного Мира в левый глаз. Рейден дико взвыл и наконец бросился-таки бежать, не дожидаясь, пока его бывший протеже снесет безмозглую голову и ему тоже.
  
  Бывший чемпион огляделся. Мастер уже успел испариться в неизвестном направлении, но тут из-за угла на четвереньках выполз заместитель наставника Храма Света Жуй Хуй, жалобно причитая тонким голосом после того, как Суэ ткнул его нагинатой в задницу и разбил дядюшкиному прихлебателю рожу. Из расквашенного носа Жуй Хуя на пол ручьем текла кровь. За ним к Эсмене вышел сам сын Шао Кана: вид у него был весьма довольный.
  
  - Я так понимаю, Тьен все-таки сдох? - спросил он с широкой улыбкой.
  
  - Не задавай глупых вопросов, - усмехнулся бывший чемпион в ответ. - Если бы не сдох, ты бы сейчас со мной тут не разговаривал.
  
  Суэ посмотрел на Эсмене с восхищением и уважением, после чего прикончил Жуй Хуя последним ударом нагинаты. Сам же экс-чемпион, недолго думая, вернулся в покои Тьена, где валялся обезглавленный труп божественного зоолюба и по-прежнему сидели в клетке несчастные гуси, избежавшие страшной участи. Эсмене открыл окно и выпустил птиц в сад, мысленно пожелав им счастливой жизни на свободе, после чего подобрал в углу отрубленную голову и, завернув ее в обрывок занавески, положил в найденный на подоконнике пакет.
  
  Взяв с собой голову заклятого врага, Эсмене пошел к храму Рейдена, куда незадолго до этого удалился Тарсонис - вместе со своими людьми расправляться с остатками подручных бога грома.
  
  ***
  
  Войдя в храм, Эсмене с большим удовлетворением узрел, что верховный жрец Рейдена с истошными воплями ползает у алтаря с арбалетной стрелой Тарсониса в заднице, а по всему полу штабелями лежат его подручные, утыканные стрелами, метательными ножами и прочим оружием имперцев, словно дикобраз иголками.
  
  Увидев Эсмене, Тарсонис добил жреца второй стрелой и спросил:
  
  - Я так понимаю, ты только что угрохал Тьена и Рейдена?
  
  - Тьена - да, а вот Рейден и Мастер куда-то смылись. Пусть проваливают. Я же вот прихватил с собой одну милую штучку... отнесу ее Императору. Думаю, он однозначно будет в невообразимом восторге!
  
  Тарсонис с саркастической улыбкой понимающе покачал головой, однако настроение у него было не самое радостное.
  
  - Втянул ты меня в свою авантюру, - произнес он. - Я вот у тебя на поводу пошел, с одной стороны, конечно, ты прав, Рейден окончательно охренел, с другой - как теперь оправдываться будем?
  
  - Перед Старшими Богами-то? Пошли они знаешь куда! А ты... такой момент испортил.
  
  38. Победители и побежденные
  
  - Слушай, я думаю, тебе надо немного отдохнуть и успокоиться, - посоветовал Кэно Шао Кану. - Братья твои, конечно, те еще уроды, но наличие в твоей жизни пары чокнутых на всю дурную башку уебков - еще не повод ее себе портить. Как я сам вижу, нормальных вменяемых людей в твоем окружении куда больше. Иди-ка к себе, завари чайку покрепче и ложись спать, час уже, как я могу судить, далеко не ранний.
  
  - Спасибо, конечно, но как тут заснешь, - сокрушенно покачал головой тот. - Еще и из-за Шэнга.
  
  - Ну, ты же сам говорил, что врачи у вас хорошие и медицина на уровне, - ответил глава 'Черного Дракона'. - Я сам видел, что первую помощь ему оказали очень даже грамотно, по крайней мере, несмотря на такую рану, кровь ручьем не текла. Так что, я думаю, волноваться не о чем. Если же ты тут будешь себя изводить, то тем более ничем ему не поможешь. Поэтому пойдем-ка отсюда. Вообще нам, говоря по-хорошему, просто не повезло. Я думаю, что мой хозяин не стал бы убивать Соню, а попробовал бы с ней договориться, но эти два придурка Лю и Джонни поперлись за ней. Хотя ладно, нет смысла махать кулаками после драки.
  
  - Кэно тебе дело говорит, - вставила Мэан. - Тебе нужно отдохнуть и прийти в себя. Давай-ка мы тебя проводим и нальем, в самом деле, чаю. Попробуй поспать хоть немного.
  
  - Хорошая идея, - зевнула Таджа. - Я, пожалуй, с этой целью тоже вас покину.
  
  По дороге в императорские покои на лестнице им повстречался бледный как полотно Рейн - сын Району, главного приспешника Джеррода, и бывший нареченный Китаны, с которым она была помолвлена еще при жизни своего родного отца. В отличие от принцессы, Рейн не собирался устраивать мятеж, а верой и правдой служил Императору, за что и был послан любимой невестой куда подальше.
  
  - Тэра мне сказала, что от тебя узнала все, - сказал Шао Кан после того, как Рейн поприветствовал его с почтительным поклоном.
  
  Эденийцу трудно было скрывать раздражение - он уже узнал обо всех шашнях Лю и Китаны и страшно ревновал.
  
  - Да... - со слезами в голосе ответил Рейн. - Эта дура Китана! Из-за нее все случилось! Она спелась с Рейденом и его прихвостнями!!!! Я пущу потроха Лю Кангу - это ее новый дружок! Он узнает, как клеиться к Китане! Она была со мной помолвлена, зачем ей нужен этот убогий урод Лю Канг?
  
  Наблюдавшая за этой сценой родная дочь Шао Кана поняла, что юного ревнивца волнует не столько поражение Внешнего Мира, сколько измена Китаны.
  
  - Вот что, Рейн, - с обманчиво милой улыбкой произнесла Мэан. - Вправим мы мозги твоей Китане, только чуть позже... А пока иди отсюда и не порть нам настроение еще больше. Хорошо? Мой отец, как видишь, и так сильно расстроен, нам еще тебя не хватало.
  
  Кэно посмотрел на эденийца, как на идиота.
  
  - Что за мудак? - возмутился глава 'Черного Дракона'. - Пошел на хуй.
  
  Рейн на мгновение застыл с испуганно-разозленным видом, нервно хватая ртом воздух, а потом разразился бранной тирадой.
  
  - Мой повелитель, - затараторил он, - что это, простите, за выражения такие? Откуда взялся этот хам? Что он делает рядом с вами?
  
  - Ты не понял, куда тебя послали? - поинтересовался Кэно. - Дорогу показать или денег на проезд дать?
  
  - Знаешь, Рейн, - прокомментировала Мэан, - мало того, что тебе нужно идти именно туда, куда велел Кэно, так еще и усеки одну вещь: Китана тебе, идиоту, не жена. Я терпеть не могу свою сестру, она мало того что набитая дура, так еще и подлая, но справедливости ради должна сказать, что она тебе, пока замуж за тебя не вышла, ничем не обязана. Сегодня у нее ты, завтра Лю Канг, послезавтра еще кто-то, но она свободный человек. Если бы ты был на ней женат и застал бы ее с Лю Кангом в постели, то имел бы право предъявлять претензии, возмущаться или подать на развод, а тут мне что-то не очень понятно, чего ты квакаешь, так что пошел ты... куда велено. Что, такие слова слишком грубы для твоих нежных эденийских ушек, ты обиделся, да?
  
  - На обиженных воду возят, пиздюк, - глава 'Черного Дракона' показал Рейну средний палец. - Нашел время и место.
  
  Эдениец хотел было снова возмутиться, но Император посмотрел на него таким убийственным взглядом, что тот поспешил убраться подальше, дабы не получить в репу.
  
  - А это тонко-звонкое обидчивое чмо, судя по его наряду, часом не из продажной конторы Лин Куэй будет? - поинтересовался бандит. - Что-то наряд сильно похож, только цвет вот фиолетовый.
  
  - Да нет, к Лин Куэй он не имеет никакого отношения, - пояснил Шао Кан, - это просто военная форма похожего образца. А почему ты назвал этот клан продажной конторой? - несколько удивленно спросил он.
  
  - Ну, о подробностях этой истории лучше было бы Эсмене расспросить, Би-Ханя, который из Лин Куэй сбежал, да хозяина моего, когда он немного в себя придет, - Кэно положил руку на перила. - Они больше моего знают, но я слыхал, будто в этом клане Грандмастер всякими махинациями занимался и за большие деньги пытался даже на твоего гребаного братца Рейдена работать. Наши-то его приструнили, но все равно этот еблан из Лин Куэй мне доверия не внушает.
  
  - Так, а вот это уже очень нехорошо, - стиснул зубы Император. - Надо будет разобраться с этой мерзкой тварью Ониро, он явно забыл, с кем имеет дело.
  
  ***
  
  Когда Эсмене убрался с Ифукубе, Рейден пошел во дворец Тьена - убирать трупы своих прихвостней и оплакивать бесславно погибшего братца. Левый глаз у злосчастного протектора Земли заплыл так, что не открывался вообще, и склочный божок напряженно думал о том, что он скажет Избранным, если вдруг возникнет необходимость снова с ними встретиться.
  
  Однако на этом злоключения победителей, к сожалению, не закончились.
  
  Тем временем Соня, Джонни и Лю Канг при помощи Акахаты добрались до Гонконга. По дороге трое землян обменялись адресами и телефонами. Актер, заметив подавленное состояние своего друга, решил отвлечь Лю от грустных мыслей и позвал товарищей праздновать победу в ночной парк развлечений.
  
  - Эх, я бы пошел с тобой, да у меня в кармане денег только на обратный билет, - с сожалением сказал нынешний чемпион Смертельной Битвы. - С работы меня наверняка попрут, не на что даже будет за квартиру заплатить и зубы вставить.
  
  - Ну так я тебе одолжу, сколько там на первое время потребуется, - улыбнулся Джонни. - Можешь не возвращать, мы же все-таки друзья. И в парке погуляешь за мой счет, я же хорошо зарабатываю.
  
  Лю Канг, будучи человеком скромным и воспитанным, долго отказывался, но в итоге все-таки решил принять помощь товарища и пошел с Соней и Джонни веселиться в парк, подумав, что это и в самом деле позволит ему хоть немного отвлечься. Однако он и не подозревал о том, что
  все это время за Избранными пристально следил Рутай, который недавно прикончил наставника Храма Света и теперь решил тоже слегка повеселиться.
  
  - Я ужасно голодная, - сказала друзьям Соня. - Пойду-ка я себе попкорна куплю, на вашу долю взять?
  
  - Да нет, я пока не хочу, - ответил актер. - Я бы вон с удовольствием на скоростном аттракционе покатался.
  
  - Я тоже не голоден, - сказал Лю. - Пожалуй, я с тобой.
  
  Пока Соня ходила за попкорном, ее товарищи отправились кататься на аттракционе. Однако, на их беду, молодому человеку, управлявшему этим механизмом, приспичило отлучиться по-маленькому в кустики как раз в самый неподходящий момент, когда аттракцион был полон людей, среди которых оказались Джонни и Лю. Это было немедленно замечено Рутаем, и тот, ехидно хихикая и потирая руки, подумал, что неплохо было бы и отомстить за Шэнга. Втихую забравшись в кабину управления аттракционом, он аккуратно перевел его на максимально возможную скорость.
  
  Машинка, в которой сидели Лю и Джонни, неожиданно бешено завертелась, всем, кто в это время катался на аттракционе, мгновенно стало плохо, и несчастный Лю Канг, истошно простонав, что его сейчас вырвет, выплеснул содержимое своего желудка прямо на смазливую рожу Джонни Кейджа. Бедный актер тоже на кого-то блеванул - в общем, Рутай добился желаемого эффекта.
  
  Тем временем вернулась Соня с пакетом попкорна; увидев, как ее друзья вертятся волчком, она от страха едва не выронила пакет и чуть не подавилась. Испугалась девушка не зря, потому что на ее памяти как-то раз два юных любителя развлечений решили покататься и, проникнув в парк, самостоятельно включили неработающую после семи вечера карусель. Катались они всю ночь, вследствие чего один умер, а второго с трудом спасли. Однако Избранным повезло: к их счастью, эту адскую машину скоро заклинило, и она остановилась. Тут как раз из кустов, на бегу застегивая штаны, прибежал бедняга техник. Он перепугался до полусмерти, потому что за несчастный случай на вверенном ему аттракционе его могли привлечь к административной или даже уголовной ответственности, но ничего дурного не заподозрил и приписал все случившееся простой неисправности механизма. Мысленно он поблагодарил судьбу за то, что отлучился по необходимости до того, как аттракцион заклинило, потому что иначе однозначно наделал бы со страху в штаны прямо за пультом управления.
  
  Сильно позеленевшие Лю и Джонни вылезли из машинки и спешно стали искать туалет, в котором можно было бы отмыться от рвотных масс. К счастью, он все-таки обнаружился в самом дальнем углу парка, когда бедные Избранные уже почти потеряли всякую надежду привести себя в порядок.
  
  Рутай с чувством исполненного долга благополучно убрался восвояси, полагая, что его никто не заметил, но Соня Блейд, которая всегда отличалась исключительной наблюдательностью, все же увидела, как из кабины управления аттракционом быстро выскользнула какая-то высокая фигура в темной одежде и скрылась в ночи. Первой ее мыслью было броситься в погоню за хулиганом и схватить его, но в следующее мгновение она решила все же не подавать виду, будто что-то заметила. Внезапно ей подумалось, что неизвестным вредителем вполне может оказаться отнюдь не пьяный юнец, после нескольких бутылок пива задумавший опасную шалость, а кто-то из людей Императора. Со своим колоссальным опытом работы Соня вполне могла предположить, что за ними следят, а пугать посетителей парка пришельцами из Внешнего Мира, половина из которых обладает весьма неординарной внешностью, ей совершенно не хотелось. Девушка сказала своим приятелям, что аттракцион, вероятнее всего, действительно сломался, и предложила тихо и спокойно разъехаться по домам - до новой заварухи. Озвучивать свою мысль лейтенант Блейд не стала, чтобы лишний раз не сыпать соль на раны и без того расстроенному Лю Кангу, но чувствовала, что сторонники Шао Кана просто так не сдадутся и обязательно что-нибудь устроят.
  
  ***
  
  Бедный Император пребывал в ужасном настроении. Тэра после того, как Рейден влепил ей молнией, по-прежнему лежала в своей комнате с раскалывающейся головой. Мэан пошла встречать братьев после кровавого побоища, а Кэно, напоив ее отца чаем, отправился разузнать, как там Шэнг. Сам Шао Кан, несмотря на все советы главы 'Черного Дракона', заснуть так и не смог, как ни пытался - стоило ему опустить голову на подушку, как ему тут же начинал мерещиться Рейден, и Император мгновенно просыпался в холодном поту.
  
  Когда в его комнату пришел забрызганный с ног до головы кровью, но ужасно довольный Эсмене, Шао Кан был уже не в силах о чем-то его спрашивать или пытаться скандалить. Он лишь посмотрел на бывшего чемпиона измученным взглядом.
  
  - Я принес тебе, так сказать, утешительный подарок, - воскликнул бывший чемпион. - Тьен мертв!
  
  С этими словами он вытащил из пакета отрубленную голову главы Младших Богов. Император мгновенно переменился в лице.
  
  - Это ты его убил?
  
  - Да. А на месте Храма Света теперь одни руины.
  
  У Императора просто не находилось слов для выражения переполнявших его эмоций.
  
  - Слушай, я даже не знаю, что сказать... Как ты меня обрадовал - лучше своего... Я и надеяться не смел на то, что кто-нибудь угробит эту тварь... Вернее, нам с тобой о многом надо поговорить, но это уже чуть позже, А где Рейден?
  
  - Лечит свой подбитый глаз! Я не отказал себе в удовольствии засветить этой гадине в морду! Ненавижу этого упыря! Ничего, настанет день, когда я до него доберусь и вырежу ему сердце столовой ложкой!
  
  Император впервые за долгое время искренне заулыбался.
  
  - Слушай, я должен перед тобой извиниться. Прости меня за все, что я тебе наговорил.
  
  - Да ладно, забудь. С кем не бывает. Я же все понимаю, тебе просто нужно было выплеснуть свою боль и гнев.
  
  ***
  
  Внешний Мир потерпел в десятом турнире сокрушительное поражение.
  
  Несмотря на это, Император остался ужасно доволен.
  
  
  
  
  No Имие Ла (ex-Mirimani Laar), 2015 г.
  
  Автор выражает сердечную благодарность всем своим друзьям, критикам и читателям, в особенности Галактике, Натали (Thunder Goddess aka Aone), Кьёре Джет-Ли, Олегу, Диме, Андрею, Диане, Нику, Рейдену и Тамао, за помощь, советы и моральную поддержку.
  
  Продолжение следует...
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com С.Панченко "Ветер"(Постапокалипсис) В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) В.Пылаев "Видящий-4. Путь домой"(ЛитРПГ) О.Обская "Возмутительно желанна, или Соблазн Его Величества"(Любовное фэнтези) А.Григорьев "Биомусор 2"(Боевая фантастика) В.Василенко "Статус D"(ЛитРПГ) Ю.Васильева "По ту сторону Стикса"(Антиутопия) Н.Самсонова "Отбор не приговор"(Любовное фэнтези) Ю.Ларосса "Тихий ветер"(Антиутопия) Б.Ту "10.000 реинкарнаций спустя"(Уся (Wuxia))
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"