Лайт Брайан: другие произведения.

Счастливый отец

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!
Конкурсы романов на Author.Today
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Отец любит своих милых дочерей. Без задней мысли.

  ========== Начало ==========
  
  После того, как в нашей семье появились дети, моя жена начала постепенно охладевать к дальнейшей семейной жизни. Я был уверен, что это временное явление после рождения нашей первой дочери - Вики. Мне казалось, что второй ребенок исправит ситуацию. Но с рождением год спустя Мариши стало только хуже. Постоянные ссоры, скандалы и угрозы превращали жизнь в ад кромешный. Поэтому когда жена, в одночасье ставшая бестией, предложила развод, я с радостью согласился. Жена была согласна, чтобы дочери остались со мной, и поспешно исчезла из нашей жизни. Мне удалось найти хорошую работу, и вскоре вся моя жизнь стала вращаться вокруг маленьких прелестных созданий.
  
  Я с удовольствием уделял все свободное время Вике и Марине. А пока я был на работе за ними следили мои родители. Дочери росли в атмосфере любви и заботы, им ни в чем не отказывали. На удивление, такое воспитание не привело к чрезмерной капризности моих крошек, а как раз наоборот - научило их ценить семейный бюджет и хорошее отношение.
  
  Еще в подростковом возрасте мои девочки выглядели настоящими красавицами. Они следили за собой, рано начали носить откровенную одежду и вызывать нескромные мысли у встречных мужчин. И все это при том, что обе мои дочери оставались без сексуального опыта вплоть до поступления в институт. Объяснялось это прежде всего тем, что большинство парней, которые их окружали, были уверены что такие девушки просто не могли быть в одиночестве. Но ни Вика, ни Марина терпеть не могли шумные компании и громкую музыку, они практически не появлялись на молодежных "тусовках", у них не было своры подружек и привычки хихикать при каждом удобном случае. Искренние улыбки часто можно было увидеть на их еще совсем детских лицах, искусственную ухмылку - никогда. Почему-то большинство парней считало все это признаками недоступности и чванства, никто из них так и не решился заговорить с моими дочерьми.
  
  Естественно, все это никак не приглушало сексуальный голод моих девчушек. Несколько раз я случайно заставал их за нескромными занятиями, вроде мастурбации или совместного просмотра порно. Я никогда не устраивал из этого трагедии, а наоборот полагал, что это вполне нормально... Но однажды случилось нечто, что в корне изменило мою жизнь.
  
  Я вернулся с работы раньше обычного и бесшумно отворил дверь. Обычно кто-то из дочерей выходил меня встречать, но в этот раз все было иначе. Из их комнаты раздавались стоны и охи. "Не иначе, как новый порнофильм скачали" - подумал я и подошел к порогу. Стоны стали громче, и я понял, что они идут не из колонок, а принадлежат моим девочкам.
  
  Заглянув в комнату, я не поверил своим глазам. Совершенно голенькая девятнадцатилетняя Вика лежала на кровати, широко раздвинув ножки, а между ними Марина в одной футболке, прикрыв глаза, орудовала язычком в вагине своей сестренки. Увиденное настолько шокировало меня, что я даже не решился вмешаться - просто стоял в дверях, оторопело глядя на извивающуюся Вику и ласкающую ее Марину. Неожиданно Вика от удовольствия откинула голову назад и широко открыла глаза, увидев меня. Что интересно, она не стала одергивать Маришу, а лишь стала стонать чуть тише. Марина отвлеклась и приподняла голову. Заметив меня, она замерла и привстала, свесив ножки с постели. Вика также приняла более целомудренную позу и произнесла первую фразу:
  
  - Пап, а ты почему так рано?
  
  - Дела на работе раньше закончил... Девочки, а... - я помялся, не зная как спросить. - А давно вы этим занимаетесь?
  
  - Папа, не будь занудой. Ведь ничего страшного не произошло, верно?
  
  - Но почему? Марина, ведь это твоя родная сестра!
  
  - А что здесь такого? Мы друг друга с детства знаем!
  
  - Но...
  
  Я не знал, что еще сказать. Увиденное настолько ошарашило меня, что я присел на край постели и задумался.
  
  Голенькая Вика сидела совсем рядом. Неожиданно она придвинулась ближе и обняла меня, прижавшись своими возбужденными холмиками к моей спине. Марина не осталась в стороне и также подвинулась ближе ко мне, но с другой стороны.
  
  Вика жарко зашептала мне на ушко:
  
  - Но ведь никто не узнает, верно? Это будет наш маленький семейный секрет.
  
  - Пап, то, что ты видел - это нормально... Оральные ласки - это и не секс вовсе, а как дружеский поцелуй... - сказала Марина.
  
  Вика неожиданно поцеловала меня в губы. Меня словно обожгло, у нас в семье не было традиции, целоваться при встрече или прощании, а тут - сразу в губы. Я остекленевшим взглядом смотрел на нее, а тем временем Марина протянула свои маленькие девичьи пальчики к моей ширинке. Тут уж я не мог оставаться безучастным.
  
  Вскочив, я что-то неразборчиво пробормотал и сделал движение по направлению к дверям.
  
  - Пап, стой, ты куда? Ведь нам надо тренироваться! А фильмы это совсем не то. Пап, ну пожалуйста!
  
  Горячая волна стыда и желания захлестнула меня. Я смотрел на умоляющее выражение их детских лиц, и противоречивые чувства яростно боролись в моей душе.
  
  "Ведь это твои дети, родные дочери!" - "Но ведь никто не узнает, да и они сами этого хотят".
  
  Наконец я решился и сделал шаг к кровати, на которой Вика и Марина еще несколько минут назад предавались разврату. Я вновь присел на краешек и вопросительно посмотрел на своих девочек.
  
  - Пап, мы часто видели в фильмах, как девушки минет делают... Но сами никогда не пробовали. А очень бы хотелось. Ты не против преподать нам урок? - когда Вика говорила это, я, весь красный, сидел на смятой простыне и возбужденным взглядом следил за ее круглой упругой грудью, которая была прямо перед моими глазами. Вика подалась вперед и взялась за ремень на моих брюках, бугор на которых уже явно выдавал мое состояние.
  
  Она расстегнула ремень и ширинку и на волю вырвался мой пенис - средних размеров, немного изогнутый и с набухшими венами. Вика и Марина смотрели на него в нерешительности, явно не зная, что делать дальше. Мариша придвинулась вперед и наклонилась. Кончик ее язычка коснулся головки члена. Я дернулся от этого прикосновения и прошептал:
  
  - А теперь возьми его в ротик, доченька...
  
  Марина послушно обняла член губками и застыла в такой позе.
  
  - И двигай головой, вверх-вниз, ну же, детка!
  
  Когда она начала делать то, что я сказал, у меня в душе словно распустилась радость. Чувство безграничного счастья нахлынуло, как будто цунами, я следил за движениями ее белокурой головки и ощущал влажную жаркую упругость ее ротика. Это был верх блаженства. Марина возбужденно мычала, насаживаясь на мой член, а я тихо хрипел от каждого ее рывка.
  
  Неожиданно я понял, что не предупредил Маришу о том, что сейчас произойдет и хотел было оттолкнуть ее от члена, но она то ли не поняла, то ли не захотела с ним расставаться и я начал извергаться прямо в ее маленький детский ротик. Марина замычала громче, семя текло у нее по подбородку и капало на футболку, когда она наконец выпустила своего пленника и затуманенным взглядом посмотрела на меня.
  
  - Пап, я, кажется, кончила...
  
  - Это же прекрасно, Марина! - ласково улыбнулся я. Между нами словно упала стена, которая мешала сполна наслаждаться семейной жизнью.
  
  - Пап, а тебе понравилось, как она делает? - взволнованно спросила Вика. - Я тоже так хочу!
  
  - Ну конечно, сейчас, только отдохну...
  
  С этого момента наша жизнь в корне изменилась. Для окружающих - знакомых и соседей - мои дочери стали лишь еще радостнее и приветливее, никто из них не замечал разительных перемен, которые произошли в нашей семейной жизни. Я каждый день приходил с работы, зная что Вика и Марина уже ждут моего члена, раскрыв ротики. Не оставаясь в долгу, я дарил им все, на что был способен мой язык и пальцы. Дальше орального секса мы не заходили, но он был настолько восхитителен, что ничего другого и не требовалось.
  
  
  
  ========== Сосед ==========
  
  Жизнь текла своим чередом. Вика и Марина продолжали "тренироваться", они старательно ублажали мой член своими девичьими ротиками, не забывая, впрочем, и пококетничать, секс не превращался у нас в механическое занятие. Каждый день был словно праздник. Обе мои девочки часто разыгрывали целое представление, играясь и дразня меня. Например, я ложился на кровать и завязывал себе глаза, после чего должен был угадать, в ротике какой из дочерей оказался мой член на этот раз. Первое время угадывать было легко, так как техники моих малышек разительно отличались.
  
  Вика делала это нежно, порывисто, она часто пускала в ход язычок и любила целовать пенис от основания к головке, скользя по нему своими пухлыми губками. Марина же часто запускала член себе в ротик так, чтобы тот упирался ей в щечку, а затем двигала своей головкой, сжимая губки колечком. Я был просто на верху блаженства, когда удавалось угадать, кто на этот раз покусился на мой ствол. Но постепенно девочки стали более изобретательны, научились копировать технику друг у дружки и угадывать стало сложнее.
  
  Это была не единственная наша игра. Вика с Мариной обожали ходить в парки развлечений и кино со мной. Было просто потрясающе прийти на вечерний киносеанс на какой-нибудь третьесортный фильм, устроится на заднем сиденье и совершенно не понимать, что происходит на экране, потому что влажный горячий ротик одной из дочерей уже приступал к любовному действу. Я сидел, задыхаясь от нежный движений Марины, а Вика тем временем влюбленно смотрела на все это, положив руку себе под юбку и натирая промежность.
  
  Были и неудобные случаи, когда на одном сеансе некая женщина в летах заподозрила неладное и почему-то пошла к нам. Марина, которая увлеченно чмокала моим членом, удивленно оторвалась, когда я отстранился, и положил на колени, где только что ритмично двигалась моя доченька, сумку, которая лежала через сиденье. Женщина приблизилась и строго посмотрела на нас, но ничего крамольного или подозрительного не увидела, так как Марина успела быстро вытереть ротик, а покрасневшие лица и блестящие искорки в глазах моих крошек могли означать что угодно. Когда она удалилась, мы тихонько прыснули, затем я убрал сумку и уже Вика довела начатое Мариной до логического завершения. Семени было очень много, и Марина пришла Вике на помощь в вылизывании моего пениса. Проглотив сок любви и по очереди поцеловав кончик члена, мои дочери устроились поудобнее и уставились на экран. Давали очередную несмешную комедию.
  
  Поскольку мои девочки занимались со мной исключительно оральным сексом, остро встал вопрос о том, кто же будет первым в их лоне. Я это сделать не мог, так как мне казалось это неправильным, да и вагинальный секс отца и дочери мог привести к непоправимым последствиям. Заниматься этим с сокурсниками и Вика, и Марина не отказывались, но те уже либо были заняты, либо совершенно точно считали моих дочерей горделивыми и недоступными. Для разрушения этой иллюзии моим девочкам пришлось бы включиться в "общественную жизнь" института - участвовать в пьянках, гулянках, обсуждениях нарядов и телефонов, и других мероприятиях, которые вызывали и у меня, и у дочерей совершенно справедливое отторжение.
  
  Однажды вечером мы с девочками занимались не то чтобы сексом прямо у них в комнате на кровати. Почему "не то чтобы"? Ну судите сами - Марина стояла на локтях и коленях, сильно выпятив попку, а я пристроился сзади и терся у нее между стеснительно зажатых ножек предварительно смазанным слюной Вики членом. Марине это действительно нравилось, особенно когда я головкой проходил по ее особо чувствительным местам. Сама Марина тем временем ублажала свою сестренку, лежавшую на кровати чуть выше. Вика широко раскинула ножки и потирала пальчиками свою голенькую крупную грудь, пока Мариша ласкала ее лоно губками и язычком.
  
  Моя старшая дочь уже стонала в голос, а Марина мычала от удовольствия. Она была одета в коротенький халатик, который не стеснял моих движений, а лишь подчеркивал изящные длинные ножки и выпирающую аппетитную попку. Я ускорился и финишировали мы почти одновременно. Мариночка еще сильнее сжала ножки, так что моему пенису стало просто некуда деваться и он извергся прямо на внутреннюю поверхность ее бедер, а затем, вырвавшись из тесного плена, продолжил изливаться на попку младшей дочери. Вика тем временем прижала белокурую головку сестренки обеими ладошками к своей промежности и извивалась в экстазе, пока Мариша, мыча от наслаждения, совершала ураганные движения язычком, помогая себе пальчиками.
  
  Затем, когда стоны немного затихли, Марина повернулась к Вике попкой, давая той возможность слизать папин сок любви, чем она незамедлительно и воспользовались. Уставшие и довольные, мы, улыбаясь от радости, лежали и смотрели друг на друга. Нет большего счастья, чем видеть раскрасневшиеся лица дочерей, которые влюбленно смотрят прямо в глаза отца. Но почему-то Вике приспичило нарушить идиллию, начав довольно неудобную тему.
  
  - Пап, так что насчет вагинального проникновения?
  
  - Да... Ээ, а что?
  
  - В общем мы подумали и решили, что время уже пришло.
  
  - И кем же будут ваши избранники?
  
  - Пап, он будет один на двоих. И ты его знаешь!
  
  - Да? И кто же это?
  
  - Аркаша...
  
  Сказать, что я был удивлен - значит не сказать ничего. Аркадий - это наш сосед по лестничной клетке. Ему было около 25, он жил один в квартире напротив и был типичным "ботаником", постоянно попадая в разные нелепые истории. Например недавно зашел к нам за солью, так своими вечно размахивающими руками задел люстру. Еще хорошо, что она ему на голову не свалилась. В общем - где Аркадий, там и беда.
  
  Конечно, Аркаша заглядывался на моих доченек, когда случайно встречал их на улице или в подъезде. Да и как было не заглядеться, если девушки почти все время носили крайне откровенные наряды - мини-юбки, которые оголяли ножки до самой попки и обтягивающие грудь топики или блузки с расстегнутой верхней пуговкой. Аркаша жутко смущался, краснел и отводил взгляд, но все равно украдкой наблюдал за моими девочками.
  
  - Вы уверены?
  
  - Да, пап... Он очень милый и безобидный. От него точно можно не ожидать никаких подлостей.
  
  - И он нам обеим нравится, - добавила Марина.
  
  - А как делить будете?
  
  - Пусть он сам выберет, кто из нас ему больше нравится. А от второй-то, мы думаем, он точно не откажется.
  
  - Но как вы его сюда заманите? Он же стеснительный - просто ужас!
  
  - Мы ему деликатно намекнем... - жарко и возбуждающе прошептала Марина.
  
  - Ну хорошо... Попытайтесь.
  
  На этом разговор закончился и мы заснули.
  
  Утром мои малышки приготовили завтрак и одели соблазнительные наряды - короткие юбочки и рубашки, завязанные узлом под грудью. Вике достался нежно-голубой наряд, а Марине - мини-юбка в красно-черную клетку и белая сорочка. Я пожелал им удачи и они выскользнули за дверь.
  
  * * *
  
  Ранним утром я сидел в кресле и смотрел передачу про животных. Показывали африканские саванны - очень познавательно и интересно. Я был полностью расслаблен, наслаждаясь выходным днем и бутылочкой колы. В этот момент в дверь позвонили.
  
  - Кто бы это мог быть, - пробормотал я себе под нос.
  
  Дело в том, что я совершенно не люблю незваных гостей, а, если честно, вообще любое человеческое общество вызывает у меня отторжение. Возможно, это связано с тем, что я довольно неуклюж, и к тому же постоянно попадаю во всякие неловкие ситуации. Вспомнить хотя бы недавний эпизод с люстрой. Когда я открыл дверь, то понял, что сейчас попал как раз в одну из таких неудобных историй.
  
  На пороге стояли мои соседки - дочери Анатолия Станиславовича, жившего в квартире напротив, именно в его коридоре на меня чуть не свалилась та самая злополучная люстра. Вика и Марина выглядели, как обычно выше всяких похвал, они всегда одевались по погоде - очень коротко, чтобы не жарко было. Я переводил взгляд с одной симпатичной мордашки на другую, но глаза так и норовили смотреть чуть ниже.
  
  Девочки явно не знали, с чего начать. Вика приветливо улыбнулась и хрипло произнесла:
  
  - Привет. Что делаешь?
  
  Даже этот простой, в общем-то, вопрос поставил меня в тупик.
  
  - Да ничего, в принципе. А что случилось?
  
  - Ты не хочешь зайти к нам на чай? - выпалила Марина.
  
  - Ээ..
  
  Подходящих оправданий я найти не мог. Но тяжелая раскачивающаяся люстра не давала мне просто согласиться.
  
  - Может как-нибудь в другой раз? - жалобно спросил я.
  
  - Ну уже нет, - Вика как отрезала. - Идем сейчас, Мариша булочек напекла, остынут.
  
  Мне не оставалось другого выхода, кроме как выключить телевизор и отправится в соседнюю квартиру, под сень ненавистной люстры.
  
  Когда мы зашли, я увидел Анатолия Станиславовича, который почему-то хитро улыбался, глядя на меня. Я поздоровался, он тоже и мы прошли на кухню, где девчонки уже подавали завтрак. Я завороженно следил, как Марина колдует у плиты, особенно интересно мне стало, когда она наклонилась, чтобы достать противень из духовки. Ее юбочка задралась и я в изумлении понял, что на девочке совсем нет трусиков!
  
  Это открытие так ошеломило меня, что я уже даже не удивился, когда Вика, также наклонившись, чтобы достать джем из ящика стола, обнажила и свои интимные детали. Я глядел на ее попку и щелочки, которые выглядывали из-под коротенькой небесно-голубой юбочки и чувствовал, как мой член наливается соками и образует довольно заметный бугор на шортах. Поспешно скрестив ноги, я приступил к трапезе, раздумывая, что бы это все могло означать.
  
  Булочки действительно были восхитительны, с джемом и чаем они шли на ура. Глава семейства, Вика и я уплетали лакомство за обе щеки и нахваливали юный кулинарный талант Марины, которая, разумеется, также не отказывалась от своего блюда. После трапезы девочки предложили мне пойти в зал, посмотреть фильм. Я не отказался и мы отправились в комнату, где располагался домашний кинотеатр, подключенный к компьютеру. Вика тут же подошла к уже включенному монитору и выбрала нужный файл.
  
  - А какой фильм будем смотреть? Может, что-нибудь из фантастики? - с надеждой спросил я.
  
  - Сейчас увидишь, - лукаво улыбнулась Вика.
  
  Когда на экране появились первые кадры, я вновь, уже который раз, застыл в изумлении. Фильм назывался "Эммануэль" и я прекрасно знал, о чем это кино. Тут уже у меня не осталось сомнений, что происходит.
  
  На экране разворачивались события, но мне не было до них дела. Я понял, что реализуются мои самые сокровенные, самые потаенные фантазии и в кои-то веки решил взять дело в свои руки.
  
  Тем временем девочки придвинулись ко мне ближе. Я набрался смелости, протянул руку и положил ее на гладкую Викину коленку. Поглаживая ее, другой рукой я привлек ее симпатичное личико к своим губам и чмокнул прямо в пухлые детские губки. Вика не отстранилась, а наоборот ответила, страстно проникнув своим нежным юрким язычком в мой рот. Я ошалел от такого напора, а Вика тем временем полезла своей маленькой ладошкой в мои шорты и, когда ее надежды оправдались, стянула с меня эту деталь одежды вместе с трусами. Она оторвалась от моего рта и принялась покрывать поцелуями подбородок, шею и грудь, одновременно двигая кожицу на моем члене.
  
  Я был невероятно возбужден, и когда Вика прикоснулась губами к моему набухшему члену, практически сразу же он не выдержал и начал наполнять ее прекрасный ротик семенем. Вика прильнула к пенису, причмокивая, она глотала мой сок, стараясь не упустить ни капли. Марина сидела рядом и возбужденно дышала, ладошкой уже давно яростно растирая себе между ножек. Когда Вика собрала своим язычком все, в комнату неожиданно вошел Анатолий Станиславович. Я хотел было прикрыться, но Вика и Марина со смехом одернули меня.
  
  - Аркадий, - серьезно заявил отец этих двух милых проказниц. - Мы с моими дочерьми уже давно практикуем оральный секс. И я очень бы хотел, чтобы другим видам любви их научил именно ты.
  
  - Но я... У меня еще никогда... В общем... - заплетающимся языком пробормотал я.
  
  - Это ничего, мои девочки также девственницы. Я вам помогу.
  
  Под чутким руководством Анатолия Станиславовича мы с Викой приняли нужную позу. Она лежала подо мной, вся дрожащая от предвкушения, а я нависал, примеряясь членом к узкому входу в ее чертог наслаждений. Наш опытный наставник предупредил нас, что может быть немного больно.
  
  Вот я наконец прицелился и приставил головку к лону старшей дочери моего соседа. Вика тихонько вскрикнула, когда я вошел буквально на полпальца и сразу остановился.
  
  - Так, правильно, продолжай, - хрипло заявил Анатолий Станиславович. Я немного приподнял голову и увидел, что он тоже не стоял без дела. Белокурая головка Марины ритмично двигалась с отцовским членом в маленьком ротике. Хлюпающие звуки и нежное мычание Мариночки заставили меня сосредоточиться.
  
  Я вошел еще немного, а затем еще, и наконец почувствовал упругую преграду. Я сделал движение назад, и с размаху вошел в девственную вагину Вики, протаранив ее и тем самым вызвав у девочки громкий стон от боли. Я осторожно достал член, испачканный красным и уставился на Анатолия Станиславовича. Но тот хрипел, яростно насаживая свою дочь ротиком себе на член и не замечал ничего вокруг.
  
  Я нерешительно посмотрел на застывшую в ожидании Вику и решил довести дело до конца. Вновь войдя в ее узкое лоно, мой член начал ритмично и размашисто двигаться в горячей влажной пещерке. Вика подмахивала мне и нежно постанывала от каждого движения, но на этот раз не от боли, а от удовольствия. Мне стоило больших усилий за несколько мгновений до финиша вытащить пенис и излиться на животик дрожащей в экстазе девочки, которая кричала уже в голос и судорожно сжимала кулачки.
  
  Анатолий Станиславович также кончил и его член с хлюпаньем вышел из сладкого плена Марининого ротика.
  
  - Молодцы, - похвалил он нас с Викой. - А теперь быстро в ванную, - сказал он Вике. Она тут же ретировалась, а отец семейства поспешил за ней.
  
  Я вопросительно посмотрел на Марину, ее взлохмаченную прическу и возбужденные красные щечки. Она все поняла и зарделась еще больше, на этот раз от стыда. Я немного отдохнул и прильнул губами к ротику юной соблазнительницы, которая только что делала минет своему любимому папочке. Эта мысль так меня возбудила, что пенис практически сразу принял вертикальное положение.
  
  Мариша легла на диванчик и неожиданно стыдливо сомкнула ножки. Я нежно стал целовать ее стопы и коленки, упрашивая таким образом раскрыть вход в запретный чертог наслаждений. Марина не долго сопротивлялась и вскоре растопырила ножки в стороны, представив на мое обозрение свои девичьи лепестки. Я прильнул к ним губами, поласкал немного, а затем навис над ней, примерился и понемногу начал входить. В отличие от Вики, Маринина преграда, хоть и была упругой, порвалась с меньшими усилиями. Девочка даже не вскрикнула, а лишь часто задышала. Почувствовав свободу, член начал быстро двигаться в узком горячем пространстве, с хлюпаньем тараня лоно моей молоденькой соседки.
  
  Наши усилия не пропали даром, и вскоре я почувствовал, как приближается момент кульминации - и моей, и Мариночки. Экстренно вытащив своего маленького друга из благодатного гнездышка, я подался вперед и приставил член к детскому личику девушки. Пенис только коснулся приоткрытого в ожидании ротика и сразу начал извергаться прямо на ее мордашку, заливая все белым соком любви. Марина судорожно извивалась и лихорадочно хватала воздух от удовольствия, а я глядел на ее перепачканные губки и носик и был просто на седьмом небе от счастья!..
  
  
  ========== Будни ==========
  
  На следующий день после нашего с Викой первого секса нужно было снова идти в универ на пары. Вика упорхнула раньше, так как у нее занятия начинались с восьми утра. Я проснулась от первых солнечных лучиков, которые ласково скользили по лицу, проникая сквозь щель в занавесках. Воспоминания о пережитом вчера снова нахлынули, мне представился некрупный, но такой нежный член Аркаши, его сосредоточенное лицо, яркие вспышки удовольствия, захватывавшие вчера все мое естество... Все тело напряглось, я положила ладошку на грудь и начала мять и терзать соски, а другой рукой рукой ласкать себя между ножек. Там уже было влажно, мои пальчики погрузились в нежную теплоту, и в этот момент в комнату вошел отец.
  
  Папа был абсолютно обнажен и его состояние совершенно не оставляло сомнений и двусмысленных толкований. Он подошел к постели, наклонился и поцеловал меня прямо в губки. Я почувствовала у себя во рту его язык, а массивная пятерня отца легла на мою левую грудь. Приподнявшись, я случайно прикоснулась своей голой коленкой к его возбужденному органу. Папа шумно задышал и заерзал, забираясь на кровать. Он до сих пор не воспринимал как должное секс со своей дочкой! Его лицо было красным, неуверенным и даже имело немного вопросительное выражение.
  
  Отпрянув назад, я дала папочке занять место в моей постели. Он встал на колени и выпятил член вперед. Меня не нужно было упрашивать, тело само приняло нужную позу, я удобно уперлась руками и прикоснулась язычком к его дрогнувшему пенису. Посмотрев прямо в глаза отца, я ободряюще улыбнулась и принялась ласкать ротиком пульсирующую плоть, причмокивая и постанывая. Какое же наслаждение, когда ты доставляешь столь сокровенное удовольствие человеку, который ходил с тобой за руку в детский сад, собирал первый раз в школу и был самым близким существом на Земле всю твою жизнь!
  
  Папа был словно в оцепенении, мои движения головой лишь усиливали дрожание его члена. Утренний минет всегда отличался от остальных. Ни я, ни отец еще окончательно не проснулись, мой ротик принимал в себя член все глубже, и я буквально чувствовала теплоту между ножек, еще немного и меня скрутит в экстазе. Отец потихоньку пришел в себя, начал охать и толкаться пенисом в желанном и гостеприимном ротике, освобождая меня от необходимости двигать головой. Он буквально таранил мои губки, сложенные колечком, заполняя всю глубину, входя дальше, чем я смогла бы пустить его, насаживаясь самостоятельно. Было очень приятно ощущать тяжелые толчки где-то у горла, шевелить язычком, ощупывая все детали горячего папиного члена.
  
  Постепенно отец вошел в раж и, надавив на мой затылок, вогнал член максимально - на половину длины. Я громко замычала, чмокая губками и обхватывая непокорный ствол, когда тот резко дернулся и излился вязкой терпкой жидкостью. Я проглотила, но семени было слишком много, оно текло у меня по губкам и подбородку. Наверное, вид был у меня был очень смешной - словно у перепачканной мороженым девочки, неловкой и неаккуратной, но такой милой в своей непосредственности.
  
  Папа восторженно улыбнулся, с чмоканьем вытащил член и пошлепал им меня по щечкам. Я высунула отрый розовый язычок, облизываясь, а затем отец наклонился и принялся целовать мои губки и подбородок, одновременно яростно лаская обнаженную грудь. Он мял ее и пощипывал, а меня дергало в экстазе от каждого его движения...
  
  Словно очнувшись, я подняла голову и посмотрела на часы. Еще немного и опоздаю! Нехотя встав с постели, я на прощание чмокнула папку в губы и бросилась в ванную - привести себя в порядок. Вот наконец, я стою перед зеркалом, в бирюзовом топике и желтой мини-юбке, для похода в ВУЗ - наряд что надо! При сильном наклоне вперед, под юбочкой можно было хорошо разглядеть белые кружевные трусики, которые не могли никого оставить равнодушными.
  
  Схватив сумочку и выскочив за дверь, мне удалось заскочить в уже отправлявшийся лифт. Немолодая семейная пара в кабине с удивлением смотрели на немного растрепанную девушку в откровенном наряде. Путь от подъезда к проезжей части не занял много времени. Стоя на остановке я с восхищением ловила возбужденные взгляды мужчин. Легкий майский ветерок приятно поддувал мне под юбку, а я притворялась смущенной скромницей, кокетливо поправляя интимные детали одежды. Общественный транспорт в этот раз не заставил себя долго ждать.
  
  Автобус гостеприимно распахнул свои двери. Заплатив, я вошла, и тут же оказалась в толпе плотно прижатых друг к другу пассажиров. Некоторые парни смущались и делали попытки отодвинутся от моей оттопыренной попки и высокой груди, впрочем, без особого успеха. Почти полдороги я терлась о промежность какого-то паренька, первое время ощущая дискомфорт из-за его неудачно вставшего члена. Но я изловчилась и так дернулась, что его пенис удобно улегся у меня между ягодиц.
  
  Оборачиваясь, я с наслаждением наблюдала озадаченное и смущенное лицо мальчика, который уже не делал попыток отстраниться, а молча трясся вместе с автобусом на неровной дороге, елозя своим членом по моей попке. Когда он вышел на своей остановке, я проводила его лукавым взглядом и уселась на освободившиеся место. Но скоро все равно нужно было выходить.
  
  К институту я подошла почти опаздывая, но все же сумела занять место в аудитории, рядом с моей сестричкой Викой, которая жаждала услышать подробности сегодняшнего минета.
  
  - Ну, как порезвились, Мариша?
  
  - Неплохо, папа как всегда, у него с утра немного подольше выходит...
  
  - К Аркаше сегодня пойдем?
  
  - Ага, уверена, это будет весело!
  
  Разговорами о предстоящем удовольствии мы заняли все последующие пары. А на большой переменке втихаря убежали в туалет. Вика буквально набросилась на меня. Я ощущала ее возбужденное тело, мяла мягкую девичью грудь и целовала в горячий вожделенный ротик, елозя в нем язычком. Вика не оставалась в долгу, проникая своими пальчиками ко мне под юбку и лаская самые сокровенные места. Сестричка тихо постанывала от поцелуев и увеличивала темп движений, пока я не кончила, чуть было не закричав в голос, но нежная сестрица закрыла мне непослушный ротик своей маленькой ладошкой и вместо крика вышло довольно громкое мычание.
  
  Настал мой черед - я проникла своими пальчиками под Викины трусики с мультяшками и учинила там настоящий ураган. Яростно натирая ее влажные чертоги наслаждений, я с удовольствием прижималась всем к телом к родной груди, обтянутой белой блузкой. Вика застонала, закатив глаза. Убрав руку, я поднесла ее к лицу и облизала каждый пальчик. После этого мы пошли на последнее занятие.
  
  Отсидев очередную скучную лекцию, мы отправились домой. В этот раз такой давки не было, и нам удалось с комфортом устроиться на заднем сиденье. Доехали без приключений. До прихода отца оставалось еще два часа, поэтому мы приняли душ (конечно, вместе), переоделись и направились к нашему соседу - Аркадию.
  
  ***
  
  Я вернулся с работы уставший и опустошенный. Сегодня весь день разбирали старые фонды. Хорошо хоть напарницей была молоденькая девочка, симпатичная и милая. Главной проблемой было то, что я совершенно не знал, как себя вести. Это было тем более удивительно, что вчера мне, наконец, впервые удалось испробовать секс, и это должно было придать уверенности.
  
  Но на практике я краснел, бледнел, бормотал себе под нос ничего не значащие фразы и вызывал лишь добрую улыбку и нежный, словно перезвон колокольчиков, смех Алины. Поэтому дома я оказался не в лучшем расположении духа. А когда прозвучал звонок в дверь, настроение испортилось в конец. "Кого там черти принесли?" - думал я, направляясь в прихожую.
  
  Но когда дверь была открыта, плохое настроение вмиг улетучилось. На пороге стояли два самых милых и очаровательных существа - дочери моего соседа, Анатолия Станиславовича. На их детских личиках сияла неподдельная улыбка, коротенькие юбочки обнажали стройные ножки в туфельках на высоких каблуках, а под обтягивающими топиками больше ничего не было. Я восторженно произнес:
  
  - Привет!
  
  - Привет, Аркаша. Ты не против, если мы зайдем?
  
  - Ээ, нет. Заходите.
  
  Я пропустил их и прикрыл дверь. Проследовав в комнату, они уселись на диванчик и заняли выжидательную позицию, скрестив ножки и положив руки на колени. Я подошел и, наклонившись чмокнул темноволосую Вику прямо в ее наивные пухлые губки. Поскольку она продолжала сидеть с соблазнительно приоткрытым ротиком, мне не оставалось ничего другого, кроме как расстегнуть брюки, приспустить трусы и достать член.
  
  Девочки сразу оживились. Я сделал шаг вперед и положил одну руку на грудь Марины, а другую - на юные Викины формы. Мариша тряхнула светлой прической и потянулась ротиком к моему пенису, который уже приветствовал девочек своим возбужденным видом. Маришины губки коснулись головки, и меня словно пронзило электрическим током.
  
  Я поспешно одернул нетерпеливую развратницу и поднес член к личику Вики, которая только этого и ждала. Ее горячий влажный ротик казался надежным убежищем для моего скитальца. Но я не мог равнодушно глядеть на ожидающую своей очереди девушку со светлыми волосами и Вике пришлось расстаться на некоторое время с добычей. Марина бережно приняла эстафету и принялась резкими движениями насаживаться на мой пенис.
  
  Я с наслаждением ощущал ее юркий влажный язычок, нежную и теплую глубину ротика и заботливые ласки. Уже находясь на грани, мне удалось вырваться из Марининого плена, и я с восхищением увидел блестящую ниточку слюны, которая тянулась от ротика девочки к моему пенису. Вика отчаянно дернулась и обхватила такой желанный орган своими губками.
  
  Я положил руки ей на затылок и прижал. Она громко зачмокала, поудобнее охватывая член. Теперь уже мои движения определяли скорость и глубину. Через несколько секунд я отпрянул от девушек, которые сидели на диванчике, прижавшись щечками друг к дружке.
  
  Направив член на девочек, я бурно излился прямо на их невинные детские лица. Потом, опустившись на колени, мы стали слизывать семя друг с друга - я с личиков обеих девушек, а Марина и Вика елозили язычками по своим губкам и носикам, запачканным соком любви. С наслаждением и восторгом я мял их упругие юные груди, целовал и прижимался всем телом к таким нежным и чувственным девушкам... Словно не мог насытиться, проникал языком поочередно то в один ротик, то в другой. Осознание, что несколько минут назад эти губки и язычки с удовольствием чмокали моим членом, еще больше возбуждало меня.
  
  Я почувствовал, что входная дверь открылась. "Ведь я забыл ее запереть!" - с досадой подумал я. Но это был ни кто иной, как отец девочек - Анатолий Станиславович. Он зашел в комнату, увидел своих крошек, которые сидели перед стоящим над ними молодым человеком с приспущенными брюками и обнаженным членом. У любого обычного отца первой реакцией было бы смущение и желание удалиться. Но это была необычная семья, и поэтому отец отреагировал совершенно нестандартно. Он начал раздеваться.
  
  - Привет, пап! Ты как раз вовремя, - сказала Вика. Отец подошел к ней и прикоснулся своим возбужденным членом к ее пухлым нежным губкам. Вика преданно посмотрела в глаза своего папочки и плотно обхватила головку, задергав головой взад-вперед. У Анатолия Станиславовича вырвался полувздох-полустон наслаждения, он восторженно посмотрел на меня, а я, в свою очередь, на Марину. Смущенная девочка сидела, плотно сжав ножки и смотрела на меня с выжиданием и интересом.
  
  Я попросил ее залезть на соседнее просторное кресло и принять коленно-локтевую позу. Мариночка быстро соскочила с дивана и вот она уже оказалась на кресле, бросая откровенные взгляды через плечо и оттопыривая попку. Ее соблазнительная белая юбочка приподнялась и открыла вход в запретный чертог наслаждений. Мне представился великолепный вид на ее щелочку.
  
  Подойдя к креслу, мне захотелось наклониться и взять в свои ладони дрожащие груди Мариши. Сначала я мял их сквозь ткань короткого голубого топика, то и дело спускаясь ниже, проводя по голой бархатной коже на животике своей милой симпатичной соседки. Потом ткань стала нам мешать, Мариша подняла руки и я снял с нее верхнюю деталь одежды. Девочка осталась топлес в коротенькой белой юбочке и туфельках на высоких каблуках. Она повернулась лицом и моему взору представились крупные округлые сисечки, которые так и просились приласкать их.
  
  Я бросился целовать сосочки, наминать и теребить грудь пальцами и прижиматься всем телом к юной отзывчивой плоти. Затем, оторвавшись от ее груди, снова попросил перевернуться спиной ко мне на кресле и принялся целовать ее гладкие ножки и попку. Задрав юбочку, мне не составило труда, наклонившись, испробовать на вкус ее соки и раздразнить нежную девичью плоть. Мариша дышала часто-часто, пока я проникал языком в ее самое сокровенное место.
  
  - Еще, еще, - шептала Марина.
  
  Но у меня были другие планы. Я отвлекся от ее щелочки, выпрямился и прижался своим членом к ягодицам в белой юбочке. Было очень приятно чувствовать сквозь тонкую ткань нежные юные формы. Навалившись руками, я прижал Маришу к спинке кресла, так что она охнула и вдавилась своей крупной грудью в обивку. Ее щелочка манила меня. Примерившись, я приставил свой член ко входу во влажную горячую пещерку и надавил.
  
  Мариночка тихо вскрикнула, когда я оказался в ее узком нежном пространстве. Было очень приятно там находиться, а когда я начал двигаться, то удовольствие стало проникать в меня волнами, с каждым новым толчком я ощущал буквально цунами радости. Марише тоже нравилось заниматься любовью в такой позе, она то и дело бросала томные взгляды через плечо и громко постанывала от моих телодвижений. Я положил руки на ее голую спинку и буквально таранил разгоряченное юное тело студентки. Мариша уже не сдерживалась и кричала все громче, а я входил еще глубже и вот уже мои яички шлепались о ее нежную кожу, мокрую от выделений и моей слюны.
  
  Когда я почувствовал, что скоро финиширую, то с хлюпаньем вытащил член из гостеприимного лона и снова попросил Маришу перевернуться. Девочка не заставила себя долго ждать и вот я уже стоял над ее лицом и примеривался, куда бы извергнуться. Внезапно ко мне пришла интересная мысль. Я наклонился и взял в руки ее тяжелую грудь. Подавшись вперед, я ткнулся членом в ее возбужденные сосочки. Мариша поняла все без слов. Она сжала руками свою грудь и мой член оказался в теплой ложбинке. С огромным наслаждением я дернулся и излился на ее грудь и шейку, а затем, наклонившись, принялся слизывать свой сок с ее прекрасного юного тела... Это было великолепно.
  
  После бурного любовного акта, Мариша решила принять душ и потом приготовить нам чего-нибудь поесть. А я удобно устроился на кресле и с радостным любопытством наблюдал за семейными забавами Анатолия Станиславовича и Вики. Черноволосая головка с зажатым в ротике пенисом продолжала двигаться, Вика часто пускала в ход свои нежные пальчики и язычок, а ее отец влюбленно смотрел на свою дочь, наслаждаясь ее ласками и то и дело охая, когда Вике удавалось особенно глубоко, чуть ли не наполовину принять в себя член папочки. Смотреть на эту картину можно было бесконечно.
  
  Тем временем Мариша вышла из душа и вошла в комнату. Она была голенькая, лишь обернулась полотенцем, которое было слишком коротким и не скрывало ее красивых упругих ягодиц. Наклонившись, юная скромница подняла свой топ и удалилась. А я вернулся к созерцанию любовных утех Вики и ее отца. От этого зрелища меня отвлек вопросительный возглас Марины, которая была уже на кухне и собиралась готовить нам ужин. Она спросила, где у меня соль. Я встал с кресла и пошел показать ей...
  
  ========== Пикник ==========
  
   Комментарий к Пикник
   Не стесняйтесь оставлять отзывы, если вам что-то нравится. Если не нравится, тоже оставляйте.
  Всю неделю мы с папой и Аркашей общались в самой что ни на есть интимной атмосфере. Наш сосед стал буквально членом семьи, каждый день после пар либо мы шли к нему в квартиру, либо он приходил к нам. Если раньше мне и Марине после занятий можно было только предаваться оральным ласкам друг с другом и ждать отца, то теперь все изменилось - Аркадий всегда был готов подарить нам удовольствие. Мы с сестренкой не оставались в долгу.
  
  Особенно интересно было ласкать ротиком папу или Аркашу в необычной обстановке. К примеру, говорить на посторонние темы и внезапно переходить, скажем так, на язык тела. Во вторник папа решил поговорить о нашей учебе, и совершенно естественно, положил руку на мою грудь, после чего начал ее поглаживать. Мы как ни в чем не бывало продолжали вести разговор о социологии.
  
  - Вика, так а что вы сейчас проходите?
  
  - Методику проведения соцопросов... - ответила я.
  
  Папа продолжил ласки, немного придвинувшись ко мне.
  
  - Интересно?
  
  - Ну да... Особенно виды выборок, репрезентативность...
  
  Отец проник рукой под блузку и принялся мять мою ничем не защищенную мягкую грудь.
  
  - А сами будете опрос проводить?
  
  - Да, на следующей неделе.
  
  Папа убрал руку из-под блузки и поднес ее к моей прическе. Он ласково погладил меня по голове, а затем легонько подтолкнул вниз. Я послушно наклонилась и принялась расстегивать его брюки привычными движениями. Но волшебство, которое следовало за этим, никогда не могло стать обыденным. Было хорошо видно, как от моих действий член отца рос буквально на глазах. Я не смогла сдержать радостную улыбку. Поправив брюки поудобнее, я легонько прикоснулась язычком к горячей пульсирующей плоти.
  
  - А преподаватель хороший?
  
  - Да, он профессор, доктор наук, - я говорила совершенно посторонние вещи, и терлась при этом носиком и щечками об уже повлажневший кончик папиного пениса.
  
  - А семинары у вас уже были?
  
  - Первый шеминар в пятнишу... - мне было сложновато говорить из-за того, что член как будто бы сам скользнул в ротик.
  
  Я принялась двигать головой, а папа весь напрягся и его рука немножко придавила меня сверху. Было уютно и забавно ощущать себя в таком положении, когда весь ротик был заполнен теплым папиным членом, который подергивался от каждого моего движения. Наконец папочка расслабился, убрал руку и я выпустила член из губок, обхватила его ладошкой и прижала к животу отца, взявшись за облизывание сморщенных яичек.
  
  - Да... Продолжай, доченька...
  
  Я взяла левое яичко в ротик, почмокала, выпустила и проделала то же самое с правым, а потом принялась щекотать их самым кончиком язычка. Папа просто изнывал от моих ласк, а мне хотелось помучить его. Но долго это продолжаться не могло. Мощная пятерня схватила меня за волосы, оторвала от в буквальном смысле щекотливого занятия и стремительно насадила на дрожащий от возбуждения пенис. Я протестующе замычала, но на самом деле мне даже понравился такой переход.
  
  Отец охнул, и принялся извергаться в мой нежный ротик, мне было сложно удержать так много папиного сока любви, но я сделала усилие и проглотила всю вязкую, приятную на вкус жидкость. Когда член был оставлен в покое, папа притих и посмотрел на меня.
  
  - Доча, извини, что я так... Я не знаю, что на меня нашло...
  
  - Да, ничего, пап! Мне даже понравилось, ты так быстро меня схватил и совсем не больно. В общем, аккуратно вышло. Я слишком увлеклась...
  
  - Нет, нет, Вика, было просто отлично! Но мне захотелось снова почувствовать твой ротик членом, а каждое движение еще больше распаляет желание...
  
  - Папа... Мне было приятно, честно. Это не насилие, а просто так получилось... - я совсем не кривила душой. Неожиданная инициатива отца мне пришлась очень по нраву.
  
  - Ты не сердишься, доча?
  
  - Нисколечко, пап!
  
  Мы поцеловались и я убежала встречать Аркашу, который уже входил в прихожую. Его пустила Марина. Я дождалась, когда они вдоволь насладятся языками друг друга и чмокнула Аркадия в губы. Он прошел в гостиную и уселся на диван. А мы с Мариной ушли на кухню, где я помогала ей готовить ужин.
  
  В другой раз, уже в четверг, мы с Аркашей решили поехать на каток, который в нашем городе работал и в мае. У отца был автомобиль, но он находился в ремонте. В автобусе было мало людей, мы с Аркадием устроились на заднем сидении и я положила голову ему на плечо, а он в свою очередь приобнял меня.
  
  - Вик, а ты не хочешь... Ну, сейчас?
  
  - Аркаш, ты чего? Тут же люди... - принялась возмущаться я, хотя идея очень понравилась.
  
  - Ну они все впереди сидят... Давай, а?
  
  Я начала спорить с ним, горячо шепча и доказывая, что кто-нибудь обязательно войдет на следующей остановке.
  
  - Ну пожалуйста, Вик, ну чего тебе стоит? Я быстренько, очень хочется, а?
  
  - Нет, ну как ты не понимаешь! - я пыталась воззвать к здравому смыслу. - В этом районе живут наши знакомые, преподаватели!
  
  - Вика, умоляю! Я уже не могу терпеть!
  
  Он положил обе руки мне на плечи и легонько надавил. Я хмыкнула и несмело улыбнулась.
  
  - Ладно, только быстро!
  
  У автобуса были большие стекла, они открывали прекрасный обзор и не заканчивались на уровне груди, а продолжались до самых сидений. Не обращая на это внимания, я повернулась к Аркаше, взглянула в его глаза с озорными искорками и, наконец, решилась.
  
  Мне было не очень удобно, но Аркаша сел вполоборота к окну и я сумела принять более или менее комфортную позу. Быстро расстегнув шорты парня, я извлекла на свет небольшой, но такой любимый и желанный орган. Он был максимально возбужден, мне оставалось только приоткрыть свои пухлые губки и вобрать в ротик горячую плоть. Что и было сделано. Аркаша охнул и положил руку на мои волосы, которые рассыпались по всему сиденью. Двигалась я небыстро, но старалась принимать на всю возможную глубину, шевеля язычком и сжимая пальчиками Аркашины яички.
  
  Внезапно Аркадий замер. Я испуганно остановилась. "Нас заметили!" - плясала в голове страшная мысль.
  
  - Не поднимай голову! - отчаянно прошептал парень. В лучших традициях своих самых глупых поступков, я, не вынимая возбужденный пенис изо рта, посмотрела в окно. Автобус стоял на светофоре, а слева, под нами в соседнем ряду находилась старая иномарка, в которой сидел не кто иной, как преподаватель социологии, доктор наук Вениамин Петрович. За рулем, судя по всему, была его жена, а он был на пассажирском сиденьи. И таращился прямо на меня. Его лицо медленно меняло выражение с заинтересованности на безмерное удивление.
  
  Я прекрасно понимала, что он узнал меня, и, совершенно внезапно, мне захотелось продолжить. Как эта идея пришла мне в голову - непонятно, очевидно сыграло соображение "хуже не будет". Я вновь опустила взгляд, насадилась поглубже ротиком на член и принялась скользить по влажному от моей слюны органу. Аркаша не пытался остановить меня. Через несколько секунд он хрипло застонал и начал изливаться прямо за оттопыренную щечку, куда упирался его пенис на тот момент. Я тихонько замычала, пытаясь не выпустить ни капли, и принялась спешно проглатывать вязкую белую жидкость. На звуки с заднего сиденья начали оборачиваться пассажиры, но из-за спинок кресел они не заметили ничего крамольного, так как я благоразумно убрала свои длинные стройные ножки с прохода.
  
  Автобус тронулся, я успокоилась и, наконец, выпустила член из плена своих смелых губок. Но поднимать голову не спешила, удобно устроившись щечкой на обнаженном Аркашином члене, я проехала так еще остановку. Ажиотаж среди пассажиров на передних сиденьях поутих, я приподнялась, вернула шорты Аркадия на их законное место и выпрямилась. Никто ничего не заметил. Ну, почти никто...
  
  - Вика, это было прекрасно! Я просто не ожидал... Этот дед в машине, он так пялился на тебя...
  
  - Это мой преподаватель.
  
  - Что? О, прости, я не хотел, чтобы так получилось...
  
  - Да ничего, он все равно, наверное не смог разглядеть моего лица. И, знаешь... Меня это наоборот возбудило, ну, когда он смотрел. Стало так радостно и весело, легко на душе!
  
  Аркаша улыбнулся и мы принялись целоваться. Он проник язычком мне в ротик, туда, где минуту назад был его член и с наслаждением нашел там мой юркий язычок. Его руки ласкали мою грудь, животик, бедра, он яростно прижимался ко мне, мы словно пытались раствориться друг в друге...
  
  Вечером этот эпизод послужил причиной веселья и восхищенных взглядов за столом. Отец поспешил сообщить нам приятную новость о завтрашнем возвращении машины из автосервиса. Все очень обрадовались. Особенно Марина, правда она находилась не совсем за столом, а скорее под ним, но это не помешало ей радостно замычать.
  
  - Я решил завтра вывезти всех на природу. Тебя, Аркаша, тоже возьмем!
  
  - Шур я на жаднем шиденьи ш Аркашей! - неразборчиво произнесла Мариша, старательно ублажая папу. Ее голенькие подошвы, которые выглядывали из-под стола, нетерпеливо зашевелились, а папе стало сложно сдерживать свои эмоции. Мы с Аркадием понимающе переглянулись и прыснули. Восемнадцатилетняя Мариша положила свои маленькие, совсем детские ступни одну на другую и сжала пальчики на ногах, снова замычав, теперь уже от возбуждения. На такую картину нельзя было смотреть без улыбки. Мы с Аркашей засмеялись, уже не сдерживаясь. Маринина перепачканная мордашка обиженно выглянула из-под стола.
  
  - Эй, вы чего?
  
  Я встала и направилась к ней, чтобы утешить. Опустившись рядом с Маришей на колени, я принялась облизывать забрызганное личико сестренки, ласково теребя и сжимая ее грудь. Марина перестала обижаться, успокоилась, а затем встала, привела себя в порядок и ушла на кухню за первым блюдом. Как-никак, наш главный кулинар!
  
  ***
  
  На следующий день на работе был сокращенный день. Я закончил еще до обеда, сел в такси и отправился в автосервис. По дороге я не переставал улыбаться, размышляя о невероятных переменах, которые произошли в моей судьбе. Еще две недели назад в моих мыслях не было даже подозрений, насколько дочери могут выбить меня из колеи привычной, размеренной, обычной жизни. Скучная серая реальность тогда буквально окутывала всю вокруг, не было ни проблеска ярких красок, лишь улыбки и счастливый смех Вики и Марины озаряли мое унылое существование.
  
  Теперь же каждый день превратился в оглушительный фейерверк эмоций, я не мог прекратить думать о теплых желанных ротиках, а смех и улыбки дочек мне представлялись на перепачканных личиках, как само собой разумеющееся. При этом я продолжал любить их нежной отцовской любовью, чувства образовывали странную смесь, в которой еще только предстояло разобраться.
  
  Такси подъехало к автосервису, я расплатился и вышел. Мой красавец-внедорожник уже ожидал хозяина, радостно посверкивая хромированными деталями. Я с наслаждением занял место за рулем, повернул ключ зажигания и с удовольствием отметил ровный гул мотора. Расплатившись с механиками, я выехал на проезжую часть и направился к себе домой, дрожа в предвкушении сборов на природу.
  
  Поставив машину в гараж, я поднялся в квартиру. Отперев дверь ключом, я сполна насладился зрелищем Вики, прыгающей на Аркашином члене на ковре в прихожей. "Даже до кровати не дошли, бедные!" - подумал я, обошел стонущую парочку и пошел в ванную, чтобы смыть с себя напряжение пусть и короткого, но все же рабочего дня.
  
  Стоны из прихожей доносились все громче, пока не перешли в исступленные крики и что-то, похожее на всхлипывание. Я плескался под душем и слышал тихое бормотание. Вот оно начало удаляться и вскоре стихло. Очевидно, дети решили пойти поискать более удобное место для игр.
  
  Выйдя из душа, я направился прямиком в гостиную, где Вика, стоя на коленках, чмокала Аркашиным членом. Парень улегся поперек дивана, закинув руки за голову и блаженно зажмурившись. Он довольно улыбался и безмятежно постанывал, когда Вика скользила вверх-вниз по его пенису, блестящему от слюны.
  
  Но у меня с утра во рту маковой росинки не было, поэтому пришлось немного нарушить эту идиллию.
  
  - Вика, доча, ты сегодня готовила?
  
  - Ага, вожьми яишнишу в шковородке...
  
  Доченьке мешал говорить объект ее внимания, но она не отпустила свою добычу.
  
  - Спасибо, доча!
  
  Я прошел на кухню, разогрел яичницу с беконом и приступил к трапезе. Марины пока не было, но она должна была появиться с минуты на минуту. Пообедав, я сложил посуду в посудомоечную машину и снова пошел в комнату. Вика и Аркаша наконец насытились друг другом и сидели за ноутами, причем Аркаше достался Маринин, украшенный наклейками с яркими персонажами из мультиков. Я понял, что нам пора начинать собирать вещи, ведь время было уже послеобеденное.
  
  - Едем с ночевкой, берем палатку, спальники, мясо Мариша еще со вчера замариновала, овощи и хлеб есть. Давайте, поторапливайтесь!
  
  Аркаша и Вика неспешно встали и побрели за стремянкой, чтобы влезть на антресоли. Меня такой темп не устраивал и я подскочил к Вике и легонько шлепнул ее по попке, но это лишь вызвало игривое настроение у дочери. Где-то минуту мы боролись, девочка тянула руки к моей ширинке, а я со смехом одергивал ее. Аркаша с улыбкой наблюдал за нами.
  
  Наконец пришла Марина. Она была уже одета для поездки и возмущенно спросила:
  
  - А чем это вы тут занимаетесь? Мы же опаздываем!
  
  С приходом Марины дело пошло быстрее. Нашлась и палатка, и спальники, Аркаша притащил свой, мы заперли двери, загрузили провизию и пожитки в машину, и рванули с места, не забывая, однако, о правилах движения.
  
  Дорога прошла без приключений. Как и условились вчера, Марина села назад, к Аркаше, а Вика устроилась рядом со мной, так, чтобы я мог положить руку на ее голенькую коленку. Мы ехали по загородной трассе к озеру, машин почти не было, так что я был не против, если Вика немного пошалит... Она приоткрыла ротик и начала наклонятся к уже внушительному бугру на моих брюках, когда я услышал сзади возню и почувствовал, как кто-то трясет кресло.
  
  Обернувшись я увидел, как моя младшая дочурка прыгает на члене Аркадия, держась за спинку водительского кресла и тихонько постанывая с довольной улыбкой на симпатичном детском личике. Вика пожала плечами и принялась расстегивать ремень. Было шесть часов пополудни. Стемнело, пришлось включить фары.
  
  ========== На берегу озера ==========
  
   Комментарий к На берегу озера
   Не стесняйтесь оставлять отзывы, если вам что-то нравится. Если не нравится, тоже оставляйте.
  Ласковый ротик Вики не давал мне сосредоточиться на дороге. Я вынужден был сбавить скорость. Моя доченька самоотверженно насаживалась на член, приглушенно мыча и постанывая. Ее влажные губки мягко скользили по стволу, язычок активно двигался, лаская и теребя головку. Изредка Вика выпускала объект своего внимания из нежного плена и весело улыбалась, глядя на меня. Милое детское личико моей девятнадцатилетней дочери и вовсе выбивало из колеи своей обворожительной улыбкой, заставляя еще больше снижать скорость. К счастью, на трассе почти не было других машин.
  
  Тем временем на заднем сиденье Марина и Аркаша развлекались вовсю. Младшая дочь была уже совсем голенькой, я постоянно слышал ее громкие стоны и сдавленный хрип Аркадия. Бросая взгляды в зеркало заднего вида, мне было прекрасно видно эту симпатичную парочку. Мариша была в позе наездницы, спиной к Аркаше, она подпрыгивала на его члене, наслаждаясь каждым движением. Ее крупная грудь двигалась в такт, а Аркадий то клал на нее руки, то помогал девочке двигаться, поддерживая ее за пояс.
  
  А Вика продолжала нанизывать себя на мой член. Она хлюпала и причмокивала пульсирующим органом, пытаясь вобрать его в себя почти на половину. Но моей старшей доченьке, к сожалению, было не слишком удобно. Ей мешал руль и один раз Вика даже чуть было не стукнулась. Поэтому она сосредоточилась не на движениях головой, а на ласках язычком и поцелуях. Нежный маленький ротик приводил меня в дикий восторг. Вика начала мычать громче, ее движения ускорились. Я чувствовал, что уже вот-вот...
  
  Сняв одну руку с руля, я положил свою крупную ладонь на шелковистые темные волосы Вики и надавил. Доченька издала смешной чавкающий звук и я начал изливаться в ее горячий ласковый ротик. Все мое тело дрожало, я сбавил скорость до предела и мы буквально ползли по трассе. Вика плотно сомкнула губки на моем члене и глотала все новые порции сока любви, а я гладил ее волосы и блаженно постанывал. Девочка скрестила ножки и я видел как ее маленькие пальчики на ногах судорожно сжимаются в экстазе.
  
  Наконец Вика расслабилась и выпустила пенис из своих пухлых губок. Она посмотрела на меня и заявила:
  
  - Папа, это было очень классно!
  
  - Доча, у тебя ротик чем-то испачкан... - с улыбкой произнес я.
  
  - Да, а где? Тут? - Вика лукаво взглянула на меня и потерла пальчиком уголок своего ротика.
  
  - Не-а!
  
  - Здесь? - моя доченька приоткрыла губки и вытерла их ладошкой.
  
  - Да нет же! Вика...
  
  Мы ползли по трассе с черепашьей скоростью. Я наклонился к девочке и поцеловал ее прямо в подбородок, где еще оставались следы.
  
  - Все, теперь нету, - сказал я.
  
  А Марина с Аркашей на заднем сиденье тоже перешли к вербальному общению. Аркаша глубоко вздыхал, пока Мариша насаживала свою белокурую головку на его член. Она мило причмокивала и даже мурлыкала, пока Аркадий наслаждался каждым движением девушки. Ее красивая грудь при каждом движении вверх-вниз опускалась на левое колено Аркадия. Он не был полностью обнажен, как Марина, а только приспустил штаны до щиколоток.
  
  Я отвлекся от ошеломительного зрелища в зеркале заднего вида и обнаружил, что мы стоим посреди дороги. Автомобиль, обогнавший нас, возмущенно просигналил. Мы вновь тронулись и покатили по трассе, набирая скорость. Я изредка поглядывал на задремавшую Вику, которая сидела рядом. Ее милое, почти детское личико наводило меня на разные мысли.
  
  Вика и Марина - мои дочери, любимые дети. Я отец, а, значит, должен заботиться о них. Имею ли я право совершать такие вещи? У меня закрадывались сомнения. Но тут же находились и контраргументы. Обе мои девочки совершеннолетние, они сами этого хотят. Каждый раз, когда мы этим занимаемся, дочери испытывают ничуть не меньшее удовольствие, чем я сам... И, самое главное, между нами нет никакой натянутости, даже сразу после минета, что Вика, что Марина абсолютно нормально общаются со мной и друг с другом! Мы по-прежнему говорим на темы учебы, обсуждаем фильмы и книги. Просто теперь я посреди разговора могу начать гладить мягкие груди дочерей, или даже просто встать, открыть ширинку и поводить членом по их юным личикам. Осознание этого делало мою жизнь просто невероятной.
  
  Раздумья были прерваны, когда мы наконец достигли цели путешествия - берега озера довольно далеко за городом. Сил оставалось только на то, чтобы поставить палатку, залезть в спальники и уснуть. Палатка была просторной, мы без труда поместились туда вчетвером, тесноты никто не испытывал, хотя Марина почему-то прижалась ко мне, а Вика - к Аркаше.
  
  Утро было великолепным. Когда я проснулся, то в ноздри почти сразу ударил запах мяса, приготовленного на костре. Восхитительный аромат заставил меня вылезти из спального мешка и раскрыть молнию на антимоскитной сетке в палатке. Выглянув наружу, я увидел чудную картину - Марина вовсю хозяйничала у костра, одетая в коротенькую маечку и миниатюрные шортики, которые подчеркивали ее упругую попку. Вика сидела рядом, нарезая овощи. Она и вовсе была в купальнике. Ее аккуратная круглая грудь буквально распирала маленькие желтые чашечки, а трусики на завязках так и приковывали взгляд.
  
  - О, пап, доброе утро! Ты уже проснулся? А где Аркаша? - Вика заметила меня.
  
  Я заглянул обратно в палатку. Наш сосед тихонько посапывал.
  
  - Спит еще наша соня!
  
  - Тут Марина таких вкусностей наготовила! Пальчики оближешь!
  
  - Да ладно тебе! Не пробовали ведь еще, - скромно пробормотала Марина, колдуя над аппетитными кусками сочного мяса.
  
  Я огляделся. Мы были не одни на берегу озера. Неподалеку стояло еще несколько машин и палаток. Все-таки выходные, горожане выбираются на природу. Многие тоже жарили мясо, а семейные пары с детьми уже прогуливались по песочку у самой воды.
  
  Когда проснулся Аркаша, мы приступили к трапезе. Что интересно, нашего соседа пришлось будить - он ни в какую не хотел просыпаться. Как потом выяснилось - Аркадий просто был уверен, что последние события - это сон, и, когда он откроет глаза, все снова окажется по-прежнему. Надо было видеть его изумление, когда он все-таки раскрыл глаза и увидел рядом с собой личико Марины, которая пыталась растормошить Аркашу, толкая его в бок.
  
  Мясо оказалось невероятно вкусным. Мы ели и нахваливали Маришу, а она стеснялась и мило краснела. Когда трапеза подошла к концу, Вика предложила опробовать воду.
  
  - Но ведь еще слишком холодно!
  
  - Какой-там холодно? Конец мая на дворе, не в Арктике живем!
  
  Ее было не остановить. Она подбежала к воде и почти сразу нырнула в озеро с головой. Вынырнув, Вика принялась шумно отфыркиваться и стала похожа на маленького китенка. Но, надо сказать, китенка очень симпатичного и милого. Пока Вика плескалась, Марина сложила одноразовую посуду в пакет и тоже решила переодеться для купания. Она исчезла в палатке. Аркаша пошел за ней, а я, недолго думая тоже.
  
  И вот мы втроем на коленях стоим в палатке. Возникла неловкая пауза. Марина стеснительно улыбнулась.
  
  - Я вообще-то переодеться хотела...
  
  Надо сказать, что несмотря на наши отношения, и Вика, и Марина редко ходили по квартире голенькими. Вчерашний эпизод обнажения Мариши в машине был скорее исключением, чем правилом.
  
  - Ну, тогда закройте глаза и не подсматривайте!
  
  Аркаша и я закрыли глаза ладонями. Мы только слышали как Мариночка шуршит своим рюкзаком.
  
  - Все? Можно? - спросил нетерпеливый Аркаша.
  
  - Открывайте! - заявила Марина.
  
  В полутьме палатки нашим взорам представился красивый купальник, который подчеркивал высокую грудь моей дочери. Марина взглянула на нас смеющимися глазами.
  
  - Ну как?
  
  - Восхитительно. Доча, ты такая...
  
  У меня не было слов. У Аркадия, судя по всему, то же. Но нас явно выдавали бугорки на плавках. Марина заметила их и наклонилась вперед. Она оттянула резинку на моих трусах и обнажила член. Нежное прикосновение губок дочери заставило меня дернуться и охнуть. Я подался вперед, ожидая оказаться в горячем влажном ротике, но Мариша неожиданно отшатнулась и повернулась к Аркадию. Его член она не стала целовать, а решила приласкать язычком. Но после нескольких облизываний Марина оставила Аркашу в покое, игриво взвизгнула и выскользнула из палатки.
  
  - А ну-ка, догоните меня!
  
  Мы натянули плавки и выскочили наружу, но Марина уже была в воде. Ничего не оставалось, как броситься туда за ней. Мариша, хохоча, уплывала от нас, а Вика вдалеке только мелькала своими пятками, ныряя в очередной раз.
  
  Аркаша принял решение плыть к Вике, которая уже удалилась довольно далеко от берега, а я следил за Мариной, бултыхающейся на мелководье. Она словно дразнила меня.
  
  Вода оказалась на удивление приятной, мне не составило труда догнать Маришу и сгрести ее в охапку. Девочка хохотала, вырываясь и поднимая брызги. Отдыхающие поблизости уже косо на нас посматривали. А мы наслаждались, плескаясь в воде.
  
  Марина внезапно решила устроить заплыв на середину озера. Я погнался за ней, угрожая и картинно тряся кулаком. Но девочка не слушала меня, а лишь дерзко смеялась. Пришлось преподать ей урок, подплыв с тыла, я окатил ее водой с ног до головы. Марина не осталась в долгу. Со стороны это было, наверное, не слишком обычным зрелищем - отец играет со своей восемнадцатилетней дочерью в догонялки, но ни один из загорающих на пляже взрослых даже не предполагал, что мы можем делать в палатке, сокрытые от посторонних глаз.
  
  Выбравшись на берег, мы, запыхавшись, улеглись на подстилку, заботливо оставленную Аркашей на песке. Дочка улеглась на спинку, раскинув руки. Я лежал на животе и чувствовал, как напрягается член.
  
  Тем временем из воды вышли Вика и Аркаша. Мы с Мариной подвинулись, давая им разместиться. Аркадий тоже лег на живот, а Вика решила позагорать на спине. Так мы лежали некоторое время.
  
  После второй трапезы остатками мяса, мы с Маришей решили пойти в палатку, а Аркаша с моей старшей дочерью - в машину, на заднее сиденье. Стекла там были затонированы, так что они были уверены, что им никто не помешает.
  
  Я выпрямился посреди палатки, немного склонив голову. Оказавшись наконец вдали от посторонних глаз, Марина стала коленками на мягкий пуфик, взятый нами специально для этой цели и принялась целовать мой живот. Затем она опустила плавки до колен, и принялась ласкать ладошками мою задницу, глядя мне прямо в глаза. Ее желанный ротик так и манил меня, но доченька не спешила пускать туда мой пенис. Несколько раз член как будто случайно скользил по ее личику, оставляя влажные следы, но Мариша только нежно улыбалась, целуя мои яички, щекоча язычком основание пениса и головку. Ее губки не желали раскрыться и запустить меня в горячую влажную глубину.
  
  Я уже изнывал от этой потрясающей игры, мне хотелось схватить свою маленькую Мариночку и насадить уже наконец ротиком на член, чтобы он двигался в ней с хлюпающими звуками... В этот момент в палатку поскреблись.
  
  Лихорадочно приподнимая плавки, я прикрылся спальным мешком и открыл молнию. В прорези показалось незнакомое бородатое лицо.
  
  - Здравствуйте, мы тут неподалеку отдыхаем. Приехали на двух машинах из города. У вас прекрасные дочери, а вы очень хороший отец. А парень - это их брат?
  
  - Нет, моя старшая дочь с ним встречается...
  
  - Понимаю. А вы не хотели бы присоединиться к нашей семейной трапезе? Мы тут, неподалеку. Жена наготовила - пальчики оближешь!
  
  - Ээ, нет... Мы вообще-то собирались уже уезжать, вот, вещи собираем, - с этими словами я указал на скомканный спальный мешок, который все еще прижимал к плавкам.
  
  - Все ясно. Ну будете здесь - заходите, всегда рады. У нас семья большая, готовим много.
  
  - Ага, хорошо, - мне уже не терпелось спровадить бородача.
  
  - Знаете, что я хочу вам сказать?
  
  - Ээ, что?
  
  - У вас очень воспитанные дочери. А это заслуга отца. Ведь как бывает - родители вкладывают в уста детям неправильные вещи. А вы вкладываете только самое лучшее, самое прекрасное!
  
  - В уста? - я не смог сдержать смех. Мариша, которая смущенно сидела на коленках в углу палатки, тут же зарделась и улыбнулась. Я почувствовал, как уже начавший опадать член вновь начал оттопыривать плавки. Хорошо, что спальный мешок все это скрывал.
  
  - В общем, до свидания, заходите к нам!
  
  Лицо бородача исчезло из прорези.
  
  - Бывают же такие... - озадаченно произнес я.
  
  - Паап, иди сюда.
  
  Я придвинулся ближе, перед тем закрыв молнию на входе. Марина приспустила мои плавки до самых щиколоток и вновь продолжила забавляться с моим членом. Она играла им, шлепала себя по нежным щечкам, терлась об него носиком и ласкала язычком самый кончик. Я уже был на грани, когда Мариночка раскрыла ротик и приняла мой пенис почти на половину.
  
  Я был вне себя от счастья и принялся дрожать как осиновый лист на ветру. Мне оставалось только положить обе руки на затылок Марины и с хлюпаньем двигаться в ее влажной ласковой глубине. Я изливался, наверное, целую минуту, а она плотно сомкнула губки и едва справлялась с таким напором.
  После того, как мой член покинул гостеприимный ротик младшей дочери, я опустился рядом с ней на колени и принялся вылизывать ее смущенную мордашку.
  
  А потом мы начали собирать вещи уже по-настоящему. Через несколько минут к нам присоединились Вика с Аркашей. Мы сложили палатку, погрузили все в багажник, заняли свои места и отправились домой, в город.
  
  ========== Игры ==========
  
  Приехав домой, папа загнал машину в гараж, мы разгрузились и, каждый со своим рюкзаком, поднялись наверх. Аркаша шел с нами, неся, кроме рюкзака, еще и палатку. Когда отец открыл дверь, мы занесли пожитки в квартиру, сложили их на антресоли, приняли душ по очереди и принялись заниматься своими делами - папа звонить по работе, а Вика с Аркашей - смотреть смешные видео в сети. Ну а я удалилась на кухню готовить ужин. В этот раз решила не заморачиваться и просто подогреть мясной пирог. А вот на десерт у меня было очень интересное блюдо.
  
  Я позвала всех ужинать, а сама пошла в гостиную и взяла пуфик с дивана. Он был довольно компактным, и, что самое главное, шелковистым и мягким. Значит, мне будет удобно. А семья уже заняла место за столом, все были в восторге от запаха пирога и теперь только ждали, когда он остынет. Я вошла на кухню последней, неловко теребя в руках пуфик. Положив его на пол рядом с папиным стулом, я приступила к разрезанию пирога. Когда у всех на тарелке появились куски ароматного кушанья, мы приступили к трапезе.
  
  Поглощая пирог, я не могла не думать о десерте. Вика с Аркашей, также иногда поглядывали то на пуфик, то на меня, понимающе улыбаясь. Каждый такой взгляд заставлял меня краснеть и опускать глаза. Вот наконец папа прикончил пирог, а я расправилась со своим куском. Вытерев ротик салфеткой, я спросила отца:
  
  - Пап, тебе понравилось?
  
  - Доча, ты как всегда, приготовила отличный ужин!
  
  Я довольно улыбнулась и уставилась на папу. Тот поглядел на меня вопросительно, так что ничего не оставалось, кроме как подняться со своего места и опуститься коленками прямо на мягкий пуфик. Мне было довольно удобно так сидеть, упираясь пятками в свою попу. Положив ладошки на ширинку отца, я принялась поглаживать его член сквозь ткань брюк, одновременно прижимаясь своей упругой грудью к папиным коленям.
  
  Пенис начал оживать, а я медленно открыла замок на брюках и извлекла его на свет. Вид небольшого, но такого желанного органа возбудил меня, я приоткрыла ротик и облизнулась, как маленькая девочка при виде вкусного лакомства. Положив свои аккуратные ступни друг на дружку, я привстала на пуфике, подняв попку, так, что мое личико оказалось точно над папиным членом. Отец заботливо погладил меня по голове и, наклонившись, чмокнул в лоб. Я нежно улыбнулась, вновь высунула язычок и легонько прикоснулась им к дрожащему члену, который тут же дернулся от моих ласк.
  
  Папа расслабился, а я принялась дразнить его, покрывая пенис поцелуями. Особенно приятно было шлепать им себя по щечкам и носику, и наблюдать за реакцией отца, который еле сдерживался, чтобы не схватить меня за светлые шелковистые волосы и насадить ротиком на свой член. Папочка смотрел на меня восторженно и одновременно умоляюще, его лицо буквально подергивалось в конвульсиях. А я бесстыдно продолжала играть с его членом, по-прежнему не пуская в свой маленький горячий ротик.
  
  В детстве я любила класть свою маленькую ладошку в папину пятерню, и всегда удивлялась, какая же у него здоровенная рука. Теперь же мои ладони, хоть и оставались миниатюрными по сравнению с папиными, творили с отцом чудесные вещи. Сжав член своим кулачком, я двигала кожицу вверх-вниз, наблюдая за папиным лицом, который глядел на меня с каким-то удивительным взглядом - покорным и, как ни странно, угрожающим. Я испуганно остановилась, подумав что ему это не понравилось. Но отец захрипел:
  
  - Продолжай...
  
  Я продолжила, увеличивая амплитуду. Наклонившись, мне захотелось взять в ротик папины сморщенные яички. На этот выпад отец отреагировал беззвучным стоном и положил обе руки мне на плечи, прижимая к себе свою ласковую дочурку. От такого обращения я почувствовала восхитительное напряжение внизу живота, и нетерпеливо зашевелила пальчиками на ногах, предчувствуя то, что сейчас произойдет.
  
  Отец недаром смотрел на меня угрожающе. Ему было очень сложно сдерживаться, а когда папино правое яичко оказались у меня в ротике, он и вовсе пустил в ход руки. Я с причмокиванием выпустила объект своих ласк и принялась за левое, такое же морщинистое. Тут уже отец буквально зарычал и ухватил меня за волосы. Я вопросительно вскрикнула, как будто не знала, что будет потом.
  
  Он насадил меня на член со всего размаху, я широко открыла ротик и с хлюпаньем приняла в свою влажную горячую глубину почти половину пульсирующей папиной плоти. Отец убрал руку, давая мне самой двигаться, скользить по члену, плотно обнимая его губками и помогая себе язычком. Великолепные чмокающие звуки повергали меня в экстаз, а ощущение горячего члена, таранящего мой маленький детский ротик было просто фантастическим. Ладошками я мяла и терзала свою грудь с затвердевшими розовыми сосками.
  
  Через некоторое время внутри меня будто взрывались фейерверки, а между плотно сжатых ножек поднималось цунами удовольствия, захлестывая меня всю целиком, с головой. Я трепыхалась на члене и уже практически не осознавала, что делаю, громко мыча и качая головой из стороны в сторону.
  
  Мне очень хотелось открыть ротик и закричать в голос, но этому мешал член, занявший все влажное и горячее пространство. В этот момент папа дернулся, положил руку мне на затылок и принялся изливаться. Я буквально ошалела под его бурным напором, и жалобно мыча, из последних сил сжимала губки, глотая папин сок любви.
  
  Наконец поток иссяк, я выпрямилась и прильнула к губам отца своими перепачканными губками. Он заботливо обнял меня и хрипло произнес:
  
  - Доча, это было удивительно!
  
  - Пап, ты такой хороший! Мне ужасно понравилось.
  
  Отец усадил меня к себе на колени и принялся покрывать мое измазанное личико поцелуями. Когда он остановился, то его лицо вновь приняло взволнованный вид.
  
  - Мариш, эти игры в начале... Я так распалился, что опять схватил тебя...
  
  - Пап, ну я же сказала, что мне нравится. Это совсем не больно, а даже приятно. Как тебе объяснить, ну... Весело, в общем, когда ты меня берешь и нанизываешь с размаху. Классно чувствовать его и твою руку, которая меня прижимает. Так что не переживай.
  
  Папа еще раз попросил прощения и мы пошли в гостиную.
  
  ***
  
  Всем известно, что шахматы игра очень захватывающая, но еще интереснее она становится, если играть в нее вместе с дочерью. И я, и Марина играем из рук вон плохо, но когда после веселого ужина девочка сняла с полки коробку и принялась расставлять фигуры, я заподозрил, что у нее приготовлен сюрприз. Мои ожидания меня не обманули. Во-первых, Мариша предложила играть блиц, а во-вторых, призом должно было стать желание. Вика ушла к Аркаше, так что мы остались с дочерью наедине.
  
  Первую партию, разминочную, выиграла Марина, лихим гамбитом поставив моего короля в безвыходное положение, а во второй тренировке взял верх уже я, неплохо использовав ферзя. Следующая игра была была уже на спор.
  
  Марина начала неплохо, но мен все же удалось переломить ход игры и сломать ее защиту. Желание у меня было проще некуда. Я загадал, чтобы Марина играла следующую партию абсолютно голенькой. Смущаясь и краснея, Мариша попросила меня выйти.
  
  - Зачем, если я все равно тебя увижу, когда играть будем? И чур не прикрываться!
  
  - Пап, ну выйди, пожалуйста! Я буду голенькая играть, но ты не смотри, как я буду раздеваться.
  
  Удивленный такой просьбой, я вышел. Возможно дочь просто не хотела показывать мне стриптиз из-за каких-то своих личных соображений. Наверное, ей казался сам процесс раздевания недостаточно привлекательным из-за отсутствия тренировки, а может быть еще что-то.
  
  Когда я вошел, моим глазам предстало удивительное зрелище. Доченька была абсолютно обнаженной, она стояла рядом с диваном, поправляя непослушные белокурые кудряшки левой рукой и нервно водя по голенькому бедру пальчиками правой. Ее крупная аккуратная грудь тихонько подрагивала под моим взглядом. Мы вновь уселись на диван и принялись расставлять фигуры. Марина очень смущалась и не могла сосредоточиться на игре, а я жутко отвлекался на ее юные прелести. Партия получилась очень сумбурной, но все таки мы сумели свести ее к ничьей.
  
  Марина облегченно выдохнула и радостно принялась натягивать на себя маечку и шортики. Процесс одевания был тоже очень интересен. Я с удовольствием наблюдал, как моя доченька вскочила с дивана и, повернувшись ко мне задом, наклонилась за упавшей на пол майкой, выставив на всеобщее обозрение аппетитные половинки, которые так и хотелось облизать и расцеловать. Затем она надела шортики, при этом очень эротично сгибая ножки в колене и плюхнулась за доску, рассыпав фигуры. Собрав их, мы начали третью партию.
  
  Мне было очень сложно играть против агрессивного дебюта Марины, однако все же удалось выровнять игру ближе к середине партии. Но Мариночке удалась блестящая комбинация, и мой король вновь остался у разбитого корыта. Девочка торжествующе вскинула руки вверх и посмотрела на меня лукавым взглядом.
  
  - Ну и какое же твое желание?
  
  - Пап, в общем, я подумала... Хочу сделать это в нашем лифте! - лихорадочно выпалила девушка.
  
  - Доча, но ведь могут зайти! Кто угодно, соседи, знакомые... Что будет, если они увидят?
  
  - Папа, ну мне очень хочется! Ну пожалуйста, мы притворимся что ничего такого не делаем, а?
  
  - Доча, это слишком опасно. Но... желание я проиграл честно, да и ты мое выполнила. Так что согласен. Только быстро, хорошо?
  
  - Я буду как ураган, пап!
  
  Марина вновь попросила меня выйти, быстро переоделась в мини-юбочку и футболку, вышла в коридор и натянула босоножки на каблуках. В руках она держала тот самый пуфик.
  
  - Я готова, пошли!
  
  С удовольствием наблюдая за ее стройными голенькими ножками, я пошел за ней к лифту. Двери как раз открылись и оттуда вышла молодая парочка из еще одной квартиры на нашей лестничной площадке. Мы с Мариной взволнованно посмотрели друг на друга. Грудь моей дочери часто вздымалась, она теребила в своих нежных пальчиках мягкую подушку с дивана, которую захватила, чтобы не становится голыми коленками на твердый пол в лифте.
  
  Мы вошли, и Марина нажала кнопку первого этажа (а мы жили на двенадцатом). Положив пуфик на пол, Марина заняла позицию и посмотрела прямо мне в глаза. Я кивнул ей и погладил по мягким кудрявым волосам цвета соломы. Девочка улыбнулась и стала расстегивать ремень на брюках, а затем и молнию, после чего извлекла мой многострадальный член наружу. Он уже был до предела возбужден и тверд, словно камень. Я застонал, наслаждаясь прикосновениями маленьких нежных пальчиков. Моя доченька не стала на этот раз играть в изнуряющие игры, а просто приоткрыла свой волшебный ротик и приняла туда пенис.
  
  Она сразу же принялась чмокать им, шевеля своей прелестной белокурой головкой. Меня начали накрывать волны удовольствия, я буквально растворялся в нежном влажном ротике Мариши, каждое ее движение вызывало у меня дрожь по всему телу. Тут лифт остановился. Я с ужасом понял, что сейчас откроются двери и изо все сил нажал кнопку "стоп", а затем цифру "12". Но не поздно ли? А если кто-нибудь войдет? Сердце бешено билось в груди, я с волнением ждал, что же произойдет, пока моя доченька с удовольствием хлюпала папиным членом, при этом сильно сжимая своими детскими ладошками мою задницу...
  
  ========== Неожиданный свидетель ==========
  
  ... Я не успел. Несмотря на то, что кнопка "стоп" была нажата, двери все равно открылись. Марина самозабвенно продолжала двигать взад-вперед своей белокурой головкой, насаживаясь ротиком на член и не замечая ничего вокруг. А я с ужасом ждал, когда же дверь откроется полностью и моим глазам предстанет человек, ставший невольным свидетелем наших забав. В голове уже крутились мысли о том, как замять дело. Откупиться? Найти оправдание? Но что тут можно сказать?
  
  Наконец дверь открылась. На пороге стояла Марфа Ильинична - пенсионерка, чрезвычайно склочная и злобная особа. Она изумленно вытаращила глаза и принялась переводить взгляд с меня на Маришу и обратно. Дар речи старушка, очевидно, потеряла. Я поспешно отпрянул от горячего ротика дочери и начал застегивать брюки. Мариночка посмотрела налево, увидела непрошеную гостью, застыдилась и отвернулась, вытирая перепачканные губки. Ее щечки и ушки стали пунцовыми, но она так и осталась стоять на коленках, упираясь ими в мягкий пуфик.
  
  Марфа Ильинична стояла, беспомощно разевая рот, словно аквариумная рыба. Но крик и ругань уже так и просились наружу.
  
  - Марфа Ильинична, успокойтесь. Это не то, что вы думаете... - начал было я.
  
  - Что?! Да как вы себе позволяете?! Родная дочь! Я немедленно звоню в правоохранительные органы!
  
  - Не надо! Послушайте, мы ничего такого не делали! Это всего лишь... упражнения! Гимнастика! - я молол чушь, надеясь непонятно на что.
  
  Но Марфа Ильинична уже протиснулась в лифт и принялась выпихивать нас локтями. Мариша только и успела подхватить пуфик, как пенсионерка заняла место в кабине и ткнула кнопку 11 этажа. Ее физиономия выражала злобу и ненависть, она была полная решимости "сообщить куда следует".
  
  Мы с дочерью горестно переглянулись - из-за злобной старушки пропало все настроение. Поднимаясь наверх, Мариночка успела посетовать на сложившееся положение и сказала еще одну фразу, которая меня удивила.
  
  - Пап, а все-таки было классно! Я не зря загадала такое желание.
  
  - Подожди-ка, а что именно тебе понравилось?
  
  - Сама ситуация. Острота ощущений, то чувство, когда кто-то может зайти и увидеть... Это потрясающе! Когда мы делаем это дома или в палатке - совершенно другие переживания. Тоже приятно и весело, я получаю удовольствие, как и ты, но нет выброса адреналина и такого щемящего чувства внутри, это трудно описать...
  
  - Но ведь нас увидели! Ты понимаешь к чему это может привести?
  
  - Понимаю. Прости, но сами ощущения мне очень понравились.
  
  Мне было стыдно признаваться, но и я испытывал нечто похожее.
  
  - Ладно, мне тоже, если честно, понравилось. Но как мы теперь будем выкручиваться-то, а?
  
  - Что-нибудь придумаем, не волнуйся, пап!
  
  Мы добрались до 12 этажа и вошли в квартиру. Вика и Аркаша все еще не пришли. Марина пошла на кухню заваривать чай, а я присел за ноутбук. Через некоторое время в дверь позвонили. Я пошел открывать, думая что это Вика с Аркашей. Но на пороге стоял человек в форме сотрудника органов правопорядка. Меня буквально прошиб холодный пот, но я заставил себя открыть замок. За спиной представителя закона маячила неугомонная Марфа Ильинична.
  
  - Вот он, вот он! Ишь, развратник! - прошипела старушка.
  
  - Участковый уполномоченный, сержант Огурцов, - представился гость после того, как я открыл дверь. - Поступила жалоба на вас. Что якобы вы с дочерью в лифте занимались... кхм-кхм, хулиганством. Будьте добры, документы - ваши и дочери.
  
  Я побрел к шкафчику с документами. В голове было пусто, я совершенно не знал как себя вести. Взяв паспорта, я вернулся в прихожую, где потупив взгляд, стояла скромница Мариша. Смущенная, в своей коротенькой юбочке со складками, она казалась воплощением невинности. Посмотрев документы, сержант Огурцов внезапно посуровел. Он повернулся к ябеде-пенсионерке.
  
  - Почему же вы не сказали, что дочь совершеннолетняя? Это же в корне меняет ситуацию! - рассерженно заявил гость в форме. - Они люди взрослые, а статьи за отношения между отцом и дочерью в Уголовном кодексе нет.
  
  Он повернулся к нам.
  
  - Но вы впредь будьте осторожнее. С такими-то соседями...
  
  И сержант Огурцов удалился, посверкивая начищенной фуражкой. Марфа Ильинична только и смогла что плюнуть ему вслед и пригрозить нам кулаком.
  
  После того, как дверь была заперта, дочка повернулась ко мне. На ее радостно улыбающейся мордашке проскользнула тень беспокойства.
  
  - А если она всем расскажет?
  
  - Да кто ей поверит? У нее давно уже репутация полоумной кликуши...
  
  На личико Мариши вернулась улыбка. Она бросилась в мои объятья и я прижал к себе мою удивительную девочку, любительницу острых ощущений. Было просто чудесно ощущать прикосновения ее упругих холмиков, скрытых тонкой тканью футболки. Я наклонился и поцеловал Марину прямо в пухлые детские губки. Они податливо раскрылись и я проник в ее ротик своим языком.
  
  Мы жадно целовались несколько минут, не в силах насытиться. Мое тело переполняла легкость и радость от того, что сегодняшнее приключение завершилось столь удачно и безболезненно. Наконец Мариша оторвалась и сказала шепотом, глядя прямо мне в глаза:
  
  - Пап, я больше не хочу играть в шахматы.
  
  - Чем же мы займемся?
  
  - Давай попьем чай, а потом посмотрим фильм.
  
  Сказано-сделано. Справившись с ароматным горячим напитком и булочками, мы отправились в зал с домашним кинотеатром. Наш выбор остановился на прекрасной семейной комедии "Один дома". Но буквально через полчаса фильм пришлось ставить на паузу.
  
  На моменте, когда семья главного героя обнаруживает факт отсутствия Кевина в самолете, Мариша заливисто рассмеялась, прикрыв ротик ладошкой, как бы смущаясь так откровенно хохотать. Этот ее жест сильно меня возбудил, я придвинулся к ней поближе и забрался правой рукой под футболку улыбающейся доченьки. Несколько раз потискав упругую девичью грудь, я убрал руку, но Мариша не желала на этом останавливаться.
  
  Она сбросила тапочки, подобрала под себя ножки и удобно устроилась на диване, лицом ко мне. Взяв пульт, девочка остановила воспроизведение, и, убрав непослушную челку, которая падала на глаза, принялась расстегивать ремень на брюках. Когда мой пенис был извлечен из покровов одежды, он уже принял возбужденный вид и Мариша, ласково улыбнувшись, наклонилась и прикоснулась язычком к дрожащему кончику. Я не смог сдержать вздох восхищения, когда мой член начал исчезать во влажном жарком ротике доченьки. Марина устроилась поудобней и принялась мерно двигать головой, скользя взад-вперед по блестящему от своей слюны пенису.
  
  Зрелище дочери, принимающей в свой еще совсем юный ротик член отца, завораживало. Мариночка тихонько мычала и шумно чмокала, дополняя очаровательную картину не менее волшебными звуками. Но я все же нашел в себе силы повернуть голову и насладиться видом симпатичной оттопыренной попки, которую едва прикрывала короткая юбочка. Кроме того, мне было прекрасно видно голенькие ступни, которые Мариша, как обычно во время минета, положила друг на дружку. Не знаю почему, но ее маленькие ножки с аккуратными пальчиками просто повергали меня в трепет.
  
  Я положил ладонь на ее милую попку, не стесненную трусиками и легонько сжал правую половинку. После этого моя рука пошла чуть ниже и вот уже пальцы коснулись влажной промежности. Девушка получала не меньшее удовольствие, чем я и об этом свидетельствовала не только влага между ножек, но и ее забавное мычание. Я убрал руку с потайного местечка, и положил ее себе на колено. Двигаясь, доченька опускала свою тяжелую юную грудь прямо мне в ладонь.
  
  Первым свидетельством приближающегося финиша стали пальчики на ногах доченьки. Они судорожно сжались, предательски выдавая состояние девочки. Марина стала мычать громче и увлеченно захлюпала членом, пытаясь вобрать его почти на половину длины. Я положил ладонь на ее кудрявую светловолосую головку и тихонько, но решительно надавил. Доченька застонала громче, насаживаясь на член. Она почти сумела протолкнуть головку пениса в свое горячее горлышко и я с удивлением увидел как ее пухлые детские губки преодолели больше половины пути к основанию члена.
  
  Извергаясь в горячую пульсирующую глубину, я не убирал руку с затылка девушки. Она громко стонала, шевеля пальчиками на ногах и еще крепче смыкая губки. Когда я убрал ладонь, она отпрянула назад и выпустила пенис из своего нежного плена, шумно вдохнув воздух. Проглотив почти все, девочка подалась вперед и я принялся целовать ее алые губки, перепачканные моим соком любви. После этого дочка возбужденно затараторила:
  
  - Пап, а в этот раз было немного по-другому. Он был... В общем, проник глубоко! Тебе понравилось?
  
  - Да, доча. Ты молодец, в этот раз глубже, чем обычно. Восхитительные ощущения.
  
  Довольная, Марина уселась рядом и мы продолжили следить за Кевином и незадачливыми грабителями.
  
  Вскоре пришли Вика с Аркашей, мы снова вынуждены были поставить фильм на паузу. Марина ушла на кухню готовить ужин и позвала Вику помочь. А я принялся расспрашивать Аркашу о проведенном дне.
  
  - Сегодня целый день катались по городу. Помните тот случай в автобусе? Так Вике это настолько понравилось, что она вошла во вкус и сейчас, наверное, раза три делала минет в общественном транспорте. Потрясающие впечатления, вам тоже надо это попробовать!
  
  Я, в свою очередь, рассказал Аркадию о нашей сегодняшних приключениях. От идеи игры в шахматы на желание Аркаша пришел в восторг, а вот эпизод в лифте его смутил. Но когда я рассказал о визите сержанта Огурцова, к Аркаше вернулась его прежняя жизнерадостность. А девочки уже звали нас ужинать, так что дальнейший разговор мы продолжили за обеденным столом. Фильм в тот день мы так и не досмотрели.
  
  
  ========== Когда нет другого выхода ==========
  
  Утром Вика практически сразу после завтрака упорхнула на пары, а вот у Марины сегодня занятия начинались после обеда. Мы весело болтали об учебе, обсуждая преподавателей и предстоящие экзамены. Обе мои дочери хорошо учились, наши отношения совершенно не мешали их образованию, так что разговор шел в беззаботном ключе. Когда Мариша принялась рассказывать о стареньком преподавателе, который почти ничего не слышал, но продолжал вести лекции, да еще и ухитрялся шутить и поддерживать интерес к своим занятиям, она не выдержала и рассмеялась. Да так, что прикусила язык. Тогда я не придал этому значения.
  
  Потом Мариша, одетая в коротенький домашний халатик, который не скрывал ее стройных ножек, решила отправится в зал с домашним кинотеатром, чтобы досмотреть фильм. Но, как стало понятно позже, в тот день закончить просмотр киноленты нам было не суждено. Я бы не смог оторваться от созерцания ее милого личика, если бы чуть ниже меня не ожидала еще более прекрасная картина.
  
  Халат не был запахнут наглухо, и великолепная юная грудь дочери приветливо манила меня соблазнительными изгибами. Марина повернулась ко мне спиной, чтобы выйти из кухни, и я не удержался. Моя левая рука легла на плечо девочки, а правую я запустил под халатик. Нежная аппетитная попка была восхитительно упругой и гладенькой. Марина только и успела охнуть от неожиданности, схватив своей маленькой ладошкой мою руку.
  
  - Пап, пофли в жал, на диванфик!
  
  Прикушенный язык не давал дочери выговаривать слова.
  
  - Ну идем...
  
  Я уже представлял, как мой член окажется в маленьком ротике дочки, как она будет двигать своей белокурой головкой, сжимая пенис нежными губками. Доченька, судя по всему, разделяла мои устремления.
  
  Мы вошли в комнату. Марина села на диван, стеснительно сомкнув ножки и одернув полы халатика. Я просто ошалел от вида доченьки, которая сидела, смущенно положив руки на колени и глядела на меня огромными удивленными глазами. Член давно уже рвался на волю, я не стал его сдерживать. Расстегнув брюки, я наклонился к дочери и поцеловал ее прямо в маленький вздернутый носик. Когда я выпрямился, Мариночка еще шире распахнула глаза, хотя, казалось, это невозможно, и, приоткрыв ротик, коснулась язычком члена. А потом обняла его губками и уже хотела начать двигаться в своем излюбленном среднем темпе. Но ничего не вышло.
  
  Мы совершенно забыли о травме, которую сегодня получила Марина. Ее прикушенный язычок не давал девочке насладиться процессом. Она выпустила член и грустно посмотрела на меня.
  
  - Пап... В обфем, иж-жа яжика я не могу. Больно. Давай ладофкой?
  
  - Ладошкой? Но ведь тебе будет не так приятно...
  
  Дочка виновато посмотрела на меня.
  
  - Марина, не расстраивайся! Мы что-нибудь придумаем.
  
  Я присел на край дивана как был, со спущенными брюками, и приобнял доченьку. Та доверчиво прижалась к моему плечу. В ее взгляде читалось одновременно и желание, и разочарование сложившейся ситуацией. Милое личико девочки застыло в ожидании.
  
  В мою голову уже давно приходила эта мысль. Я гнал ее от себя каждый раз, хватаясь за оправдания, как за спасательный круг. Дело в том, что мы с Викой и Мариной занимались исключительно оральным сексом. Такое положение вещей выработалось как бы само собой. Возможно, где-то в глубине души я считал, что другие способы изменят отношение дочерей ко мне. Но мы находились в таких отношениях уже почти месяц, и продолжали спокойно общаться, не избегая никаких тем. Ни девочки, ни я не чувствовали ревности не только друг к другу, но и к Аркаше, который любил их обоих. И, в отличие от меня, не только в ротик.
  
  Я повернулся к Марине и тихонько сказал:
  
  - Ну, если нет другого выхода... Я хотел спросить, как ты отнесешься к обычному сексу?
  
  - Ты имееф в виду... ? Да? Я правифьно поняфа? - дочка радостно уставилась на меня.
  
  - Да, ты правильно поняла.
  
  Марина крепко обняла меня и поцеловала в губы. Ее щечки пылали от волнения.
  
  - Только вот я хотел спросить...
  
  Доченька поняла меня с полуслова.
  
  - Жа это не вофнуйфя! Мы ф Викой уфе давно на фаблефках!
  
  - На таблетках?
  
  - Ага!
  
  Счастливая мордашка Марины была совсем близко. Я поцеловал ее прямо в румяную щечку, с наслаждением вдыхая неповторимый аромат дочери. Ее кудряшки нежно щекотали меня в момент поцелуя. Мои губы скользнули ниже, лаская шейку и ключицы девочки. Руками я уже вовсю мял ее крупную аккуратную грудь, но пока только сквозь мягкую ткань халатика. Мариша отвечала на мои действия, сдавливая мои ягодицы своими юркими пальчиками. Она запрокинула голову и издала стон наслаждения, когда я уже достиг губами ложбинки ее груди.
  
  Вот наконец полы халата распахнулись и моим глазам предстали возбужденные, чуть подрагивающие круглые груди. Я с наслаждением зарылся в них лицом и стал целовать распухшие соски - сначала левый, а потом и правый. Мариночка тихонько постанывала от этой прелюдии, а мне доставляло огромное удовольствие класть всю пятерню на грудь и сжимать ее, одновременно лаская другой сосок языком.
  
  Через некоторое время я оторвался от юной нежной груди и выжидающе посмотрел на Маришу. Она поняла все сразу. Поднявшись, Мариша сбросила халатик на диван и предстала совершенно обнаженной, в одних сиреневых тапочках-зайцах с большими ушами. Она смущенно улыбнулась и опустила взгляд. Я положил руки ей на бедра и успокаивающе погладил. Мариночка сделала шаг навстречу и положила свои руки мне на плечи. Она прикусила нижнюю губу, глядя на меня.
  
  Испугавшись, что все опять закончится травмой, на этот раз нежных губок, я привлек ее к себе. Девочка полностью раскрылась, явив моему взору нежные лепестки. Она влезла коленями на диван и опустилась своей попкой на мои бедра, сбросив свои смешные ушастые тапки. Возбужденный член оказался между ее гладким животиком и моим напряженным солнечным сплетением.
  
  Еще один нежный поцелуй дочери и я взял дело в свои руки. В буквальном смысле. Я приподнял дочурку за нежную попку и вот уже ее пещерка оказалась точно над моим членом, так что доченьке оставалось только насадиться на него. Марина тихонько вздрогнула и прерывисто вздохнула, когда пенис раздвинул узкое влажное отверстие и начал заходить внутрь. Она блаженно прикрыла глазки, а я принялся сполна наслаждаться ощущениями горячей, узкой, влажно хлюпающей глубины. Меня словно пронзило молнией удовольствия, сердце забилось чаще от этого действа.
  
  Как только член вошел до половины, Мариша снова начала разгибать коленки, пока член не выскочил на воздух. Затем она вновь приняла его в себя, и продолжила подпрыгивать на моем пенисе, увеличивая темп и амплитуду. Каждое движение Марины сопровождалось ее восхитительным громким стоном и моим возбужденным оханьем. Я с восторгом наслаждался удивительно тесной горячей глубиной дочери, которую та дарила мне каждым своим движением. Фантастическое зрелище представляла собой грудь - она подпрыгивала вместе с девочкой, мелькая у меня перед глазами очаровательным калейдоскопом.
  
  Постепенно стоны Марины стали еще громче, превратившись в некое подобие радостной истерики. Девушка буквально задыхалась, лихорадочно двигаясь. Мой член давно уже проникал в нее на всю длину, и нежная попка девочки опускалась прямо на яички. Мариша высунула язык от усердия и все сильнее сжимала мои плечи своими нежными пальчиками. Я чувствовал, что скоро не выдержу.
  
  Вот стоны Марины перешли в едва слышный отчаянный крик. Девушка принялась что-то бормотать и дрожать в экстазе, по инерции продолжая вгонять в себя мой пенис. Я ухватил ее за попку и перевернул на на бок, а потом на спину, выдернув член из влажного горячего плена. Подавшись вперед, я направил член на милое растрепанное детское личико своей восемнадцатилетней дочери. Уже не сдерживаясь, я излился на курносую мордашку, забрызгивая при этом и шейку, и плечики Марины.
  
  После такого окончания мне ничего не оставалось, кроме как покрыть поцелуями пахнущую персиками кожу дочери, слизывая липкие капельки. Под конец я совсем осмелел и припал губами к маленьким ступням девочки. Я посасывал каждый пальчик отдельно, а доча тихонько постанывала. У нее уже не было сил стонать громко. А мой член снова поднялся, я оторвался от маленьких пальчиков и начал пристраиваться, чтобы сделать это в традиционной позе. Но Мариша остановила меня, перевернувшись на четвереньки и оттопырив попку.
  
  Удобно устроившись на коленях, я притянул девочку к своему пенису и наклонился так, что доченька оказалась подо мной. Положив руки на ее упругую грудь, я приставил член к лону и надавил. Узкая пещерка раскрылась под моим напором и мы снова принялись наслаждаться простыми движениями, растворяясь друг в друге. Только теперь уже я задавал темп, тараня узенькое убежище так, что мои яички с каждым толчком шлепали дочку по попе. Та уже не могла стонать в голос и лишь хрипло вскрикивала каждый раз, когда пенис входил на всю длину, упираясь в упругие стенки. Постепенно доченька опустилась ниже, и я убрал руки с груди на аппетитную попку, а Мариша буквально вдавливалась своей грудью в диван, сжимая пальчиками подушку, которая лежала рядом.
  
  Я настолько увлекся феерическим ритмом, что момент финиша подошел почти незаметно. Пенис, извлеченный из горячего влажного плена, сразу же начал брызгать прямо на попку и спину Марины. Она к тому моменту уже вся сжалась и стонала, дрожа в повторном экстазе. Припав губами к ее удивительным ягодицам, я принялся собирать свой нектар...
  
  А потом мы долго лежали на диване, глядя в потолок. Рука Марины нежно полуобняла меня, а я положил пятерню на ее светлые волосы и растерянно их поглаживал. Случившееся заставило меня задуматься. Что, если этот эпизод - составная часть семейной жизни, общения дочерей и отца? Так мы лучше сможем понять друг друга, узнать чаяния и надежды, раствориться и утонуть в общем наслаждении и вынырнуть оттуда обновленными. Под эти мысли в комнату вошли Вика с Аркашей.
  
  Мариша, заметив нашего соседа, стеснительно прикрылась руками и бросилась к халатику. Несмотря на то, что Аркаша уже не раз любил мою доченьку, в том числе в моем присутствии, и даже обнаженной, она все равно смущалась лишний раз показать свои голенькие прелести. И я, и Аркадий находили это просто замечательным. Вика была ничуть не смелее, она могла обнажиться только во время традиционного секса с Аркашей, и то, если меня не было рядом. Хотя бывало всякое, но дочери это благополучно игнорировали и продолжали восхитительно стесняться.
  
  - Привет! Как у вас дела?
  
  - Вика... В общем, мы решили... Попробовать по-обычному! Марина прикусила язык и вот... - я лихорадочно принялся оправдываться, не зная как это воспримет моя старшая девятнадцатилетняя доченька.
  
  - Ну вот и отлично! Давно пора! - девочка тряхнула своими темными волосами.
  
  - Понравилось?
  
  Первой откликнулась Марина:
  
  - Это быфо профто потряфаюфе!
  
  Мы дружно рассмеялись, глядя на озадаченную мордашку Мариши, которая искренне не понимала, чему мы так радуемся.
  
  Когда все успокоились, Вика опустилась передо мной на коленки и принялась поглаживать пальчиками уставший член. А Аркаша за спиной уже вовсю ласкал Марину, которая была готова третий раз за сегодня принять в свое юное лоно возбужденный член любимого человека.
  
  Личико Вики, обрамленное темными волосами, выражало огромное желание. Она лукаво глядела на меня, и иногда легонько щекотала своим язычком самый кончик члена. Ее детская мордашка возбуждала меня без меры. Пенис вновь поднялся и уже смотрел в потолок. Я с нетерпением готовился насладиться первым за сегодня минетом. Вика вложила свои маленькие ладошки в мои и мы сидели так некоторое время, сомкнув пальцы. А затем, не размыкая связку, Вика приблизила свой ротик к моему члену и я почувствовал горячее дыхание на своем пенисе. Вика приоткрыла ротик, и взяла член губками. Мягкие и теплые, они как бы предваряли предстоящее наслаждение.
  
  Вот мой пенис скользнул дальше. Вика принялась двигать головой взад-вперед, сомкнув губы колечком на члене. Я ощущал ласки ее быстрого язычка, упругую влажность ротика, а временами мой член попадал в волнующие оковы узкого горлышка. Все это сопровождалось возбужденными мычанием Вики и влажными хлюпающими звуками.
  
  А Марина тем временем за моей спиной отдавалась Аркаше. Я слышал лишь ее громкие охрипшие стоны и частое дыхание Аркадия. Вика же неспешно насаживалась на мой член, то и дело с силой стискивая губки. У меня внутри уже начало появляться то самое волнительное чувство, предшествовавшее финишу.
  
  Обхватив мило мычащую головку дочери руками, я принялся насаживать ее на член, вгоняя его вглубь, но разумеется, не больше, чем на половину длины. Девушка приглушенно застонала, принимая мой член в ротик с неповторимыми чавкающими звуками, при этом судорожно глотая порции сока. Лишь одна струйка потекла по подбородку. Я тут же высвободил своего пленника из нежной тюрьмы, наклонился и подхватил эту капельку языком. Вика радостно улыбнулась, глядя на меня. А Аркаша на другом краю обширного дивана продолжал таранить охрипшую Маришу в ее горячее тесное лоно.
  
  ========== Новая жизнь ==========
  
   Комментарий к Новая жизнь
   К сожалению, фото с вебкамер добавить в рассказ нельзя.
  
  https://pp.userapi.com/c627222/v627222948/200a4/glghpwGuwJk.jpg
  
  
  
  
  
  Вика поднялась с ковра и уселась ко мне на колени своей прекрасной попкой, обтянутой белыми шортиками. Я с наслаждением принялся мять ее грудь, скрытую длинной свободной футболкой, а доченька наклонилась и коснулась своими пухлыми губками моего рта. В ответ на ее поцелуй я проник языком в маленький Викин ротик. Она страстно опутывала мой язык своим, а я не оставался в долгу, одновременно лаская ее сисечки обеими ладонями, которые уже проникли под футболку.
  
  Девочка беспокойно ерзала и гладила мои плечи и спину, пока мы целовались. А позади Марина из последних сил постанывала под тихие хлюпающие звуки, которые издавал Аркашин член в ее узенькой пещерке. Вика оторвалась от поцелуев и подняла руки вверх, намекая на освобождение своих милых холмиков. Я помог ей раздеться и моим глазам предстало удивительное зрелище аккуратных сисечек, которые идеально ложились в руку. Она еще немного посидела у меня на коленях, пока я ласкал эти нежные округлости языком и теребил пальцами удивительные сосочки.
  
  Потом Вика встала и принялась стягивать с себя шортики, а затем и трусики. Я, словно зачарованный, смотрел на это волшебное действо, а доченька, уже голенькая, снова приблизилась ко мне и уселась на привычное местечко. Было просто потрясающе чувствовать ее гладкую нежную попку своей кожей, а Вика между тем положила руки себе на грудь и принялась мять ее своими маленькими пальчиками. Я придерживал ее за попку, пока девочка примеривалась к члену, нависая над ним. И вот она опустилась точно на пенис, отправив меня в пучины блаженства.
  
  Я только охнул, когда Вика со всего размаху вогнала в себя мой член. Ее влажная горячая теснота заставила меня зажмуриться от наслаждения. А когда девочка не остановилась на этом, а стала двигаться, мне и вовсе сделалось настолько хорошо, что я только и мог дрожать в экстазе и отдаваться на милость своей стонущей дочери.
  
  Марина с Аркашей тем временем оделись и ушли на кухню готовить. А мы с Викой продолжили наши упражнения. Девочка уже дрожала, как осиновый листок, готовясь финишировать. Мое состояние также было близким к долгожданному событию. Поэтому когда Викины стоны слились в непрерывный крик, и она стала уже не прыгать на члене, а дергаться на нем взад-вперед, я аккуратно приподнял девушку, уложил ее на диван и приставил пенис к милому детскому личику. Вика уже перестала стонать и лежала, прикрыв глазки и распахнув свои пухлые губки. Она часто дышала, сжимала кулачки и теребила ножками, дрожа от восторга.
  
  Мой член принялся извергаться сразу, как только я приблизил его к приветливо открытому ротику девочки. Потеки нектара потекли по щечкам и волосам доченьки. Я принялся исправлять свою оплошность, облизывая личико Вики, но сока было слишком много. Через некоторое время мы оба осознали, что нужно принять душ.
  
  После купальных процедур, за ужином, девочкам пришла в голову идея поменять цвет волос. Мы с Аркашей восприняли это скептически, так как уже привыкли к темноволосому образу Вики и светлым кудряшкам Марины. Но девушки были непреклонны. И уже через час мы созерцали новые прически наших любимых. Обе малышки теперь стали темно-русыми.
  
  На следующее утро был выходной и Аркаша решил запечатлеть смену образов дочерей на веб-камеру. Сначала девочки стеснялись, но потом все же согласились, лишь бы грудь не попадала в кадр.
  Ближе к обеду мы продолжили наши эксперименты. Марина принялась корчить смешные рожицы.
  
  Потом мы переместились на более удобный диванчик и они даже согласились позировать с обнаженной грудью. Хотя и не сразу. Марина долго стеснялась и прикрывала сисечки рукой, когда из одежды на ней остались только трусики и смешные ушастые тапки.
  
  Но когда после обеда мы перешли на диван в гостиной, то обе девочки уступили нашим просьбам и остались в одних миниатюрных шортиках, хотя Вика еще продолжала закрываться ладошками.
  
  После этого мои дочери уже начали чувствовать себя уверенней и обратили внимание на красоту грудей друг дружки.
  
  Обоюдные ласки завели девочек и те, игриво улыбнувшись, принялись целоваться.
  
  В Марине снова взыграла стеснительность, и она обратилась к Аркаше, чтобы тот выключил камеру. Но Аркадий принялся спорить, и продолжил снимать.
  
  А затем пришла наша с Аркашей очередь окунуться в девичьи ласки. Прикушенный язык моей младшей восемнадцатилетней дочери за ночь перестал болеть, поэтому Марина, как и Вика приветливо открыли ротики, готовясь насладиться минетом. Но этот сокровенный процесс мы уже снимать не стали, чтобы не застыдить девочек окончательно. Марина, которая сидела слева, радостно улыбнулась перед тем, как принять мой пенис своими устами.
  
  До чего же восхитительно ощущать членом нежный ротик дочери! Я задрожал только от одной мысли о том, что сейчас произойдет. Несмотря на тот факт, что оральный секс уже больше трех недель был частью нашего с дочерьми общения, мне невыносимо нравились эти робкие прикосновения губок, ласки язычка, приятная влажная теплота и упругость щечек, которые оттопыривались под напором моего пениса.
  
  И вот Мариночка тихонько замычала, шевеля головкой и придерживая член ладошкой, а я скосил взгляд направо, где Вика насаживалась на пенис Аркадия. Синхронный минет дочерям удавался на славу!
  
  Больше двух минут мы не выдержали. Зрелище двух девушек, нанизывающих себя ротиками на члены и глухо мычащих при этом от удовольствия, могло свести с ума любого. А мы с Аркашей еще и буквально нежились во влажной пульсирующей глубине, наслаждаясь каждым движением. Поэтому, когда я схватил Маришу за затылок и принялся таранить ее чуть ли не в горлышко, пенис не стерпел такого обращения и излился прямо за девичью щечку. Плотно сомкнутые вокруг члена губки девочки не дали ей проронить ни капли, а после того, как поток иссяк, я с чмокающим звуком вынул пенис и, присев на корточки, принялся целовать Марину прямо в перепачканные губки. Та восторженно отвечала мне, в то время как более терпеливый Аркадий только сейчас заканчивал извергаться в ротик моей старшей девятнадцатилетней дочери...
  
  ***
  
  ... Когда я наконец сумел оторваться от восхитительных детских губок восемнадцатилетней Марины, ко мне вдруг пришло озарение. Ведь теперь все барьеры сняты! Я переспал с обеими своими дочерьми. Хотя слово "переспал" здесь вряд ли уместно, ведь дело было днем и во время процесса девочки часто не лежали, а стояли на четвереньках или вовсе находились в позе "сверху". Я улыбался своим мыслям, пока Марина приводила в порядок свою растрепанную прическу, а рядом ее сестричка Вика заканчивала делать минет Аркаше. Тот стоял неподвижно, восторженно глядя на мою голенькую дочь, которая уже выпустила пенис и восхитительно мило облизывала свои перепачканные губки. Аркадий наклонился и поцеловал Вику, запустив свой язык к ней в ротик. До чего же приятно было наблюдать за этой картиной!
  
  Мариша тем временем вскочила с дивана и убежала на кухню готовить обед. А мы трое уселись заниматься своими делами. Аркадий с Викой принялись играть в игры на ноутбуке, а я решил посмотреть документацию по работе. После трапезы, мы с Мариной решили поехать погулять в парк. Вика с Аркашей остались дома, а Марина, надев короткое платьице и босоножки, уже направлялась к двери. Мои дочери были скорые на подъем и никогда не собирались долго, вынуждая себя ждать.
  
  Я с удовольствием наблюдал за девочкой в обтягивающем платье. Ее аппетитная попка так и приковывала взгляд, а стройные голые ножки прекрасно дополняли вид. Марина подошла к двери и обернулась с озорной искоркой в глазах.
  
  - Ну, пап... Ты идешь?
  
  - Да, да, - встрепенулся я, одеваясь.
  
  В этот раз мы решили воспользоваться общественным транспортом. Ехать было недалеко и выгонять машину из гаража не хотелось. Усевшись на заднее сиденье автобуса, Марина задумчиво уставилась в окно. Я сел рядом и мы принялись говорить на разные темы. Народу в салоне было немного, и Марина все чаще поглядывала на меня с ободряющей улыбкой, как бы невзначай откидывая непослушную прядку волос со своего милого личика и призывно открывая ротик. Ее желание было вполне понятно, и я абсолютно не возражал против такого развития событий.
  
  В этот раз я предусмотрительно задернул шторку на окне, чтобы не повторилась история в лифте или случай с Викой и Аркашей на прошлой неделе. Мои руки легли на высокую девичью грудь и принялись ласкать нежные соски сквозь тонкую ткань платьица. Марина шумно вздохнула и положила свои ладошки на мой член, который уже начал вздыматься под брюками. Ее нежные пальчики легонько давили и мяли пенис, который вовсю рвался на волю. А я, в свою очередь, продолжил сдавливать крупные груди доченьки, от чего она тихонько, почти неслышно застонала.
  
  Мариша приблизила свои губки к моим и ласково чмокнула меня. Поцелуй получился каким-то детским и наивным, он совершенно не предвещал того, что произошло чуть позже. Я немного сместился на сиденьи, давая доченьке пространство для маневра, а она, в свою очередь, отодвинулась к самому окну. Теперь, если бы доченька наклонилась, ее очаровательная мордашка оказалась бы точно над вожделенным выступом на брюках.
  
  - Так тебе удобно будет? - прошептал я.
  
  - Ага... - ответила мне девочка.
  
  Ее прекрасное личико с огромными глазами озарила спокойная добрая улыбка. Ротик приоткрылся и Мариша нагнулась к брюкам. Маленькие пальчики быстро справились с застежкой и вот прямо перед чудесным носиком девочки оказался мой не слишком большой кривоватый пенис. Первый же нежный поцелуй привел меня в дикий восторг. Марина легонько касалась губками розовой напряженной плоти и при этом едва ощутимо водила пальчиками по морщинистым яичкам. Каждый раз, когда ее пальчики щекотали меня там, по телу проходила волна дрожи и наслаждения, от которой бежали мурашки по всему телу.
  
  Осознание того, что мы находимся в автобусе, добавляло остроты нашим чувствам. Мариша продолжала целовать член своими пухлыми детскими губками, а я восторженно водил рукой по ее волосам, разметавшимся по моим коленям и сиденью. Людей в автобусе было мало и все они сидели на передних сиденьях, так что Мариша не стеснялась тихонько чмокать губками, целуя пенис. До чего же приятно видеть доченьку, ласкающую мой член своим маленьким ротиком!
  
  Девочка иногда брала его в свою ладошку и нежно сдавливала, или свободно мотала им из стороны в сторону, подставляя свои щечки и носик влажным прикосновениям пениса. Я с нетерпением клал руки на ее затылок, легонько поглаживая мягкие волосы. А дочка шлепала себя членом по личику и улыбалась, высовывая при этом свой остренький розовый кончик языка. От таких действий по всему моему телу расходилась волна волшебного чувства, я словно приподнимался и взлетал, находясь в невесомости.
  
  Мариша же продолжала, как ни в чем не бывало, ласкать член нежными прикосновениями ладошек и ротика, изредка поднимая взгляд и поглядывая на меня с вопросительным выражением на наивном личике. Я ободряюще кивал ей и доченька с упоением продолжала свое увлекательное занятие. Марина пока не брала член своими губками, а лишь касалась ими моей напряженной плоти.
  
  Удивительное чувство поднималось во мне волнами, а девочка, словно ощущая мое состояние, не спешила с основным блюдом. И от этого хотелось буквально лезть на потолок автобуса. Мариша играла и дразнила меня, а я едва сдерживался, чтобы не схватить ее за волосы и насадить на член со всего размаху. Наконец Марина вняла моим беззвучным мольбам и немножко приобняла пенис своими детскими губками, пустив в ротик только самый кончик.
  
  Она застыла в такой позе и подняла на меня глаза. Я выдохнул сквозь зубы и принялся сжимать ладонями сисечки, которыми Мариша терлась о мои колени. Девушка улыбнулась одними глазами и уголками губ. А затем она сделала ротик колечком и приняла член в мягкую горячую глубину почти на половину. Я дернулся и охнул от радости, ощущая членом ее маленький язычок. Моя доченька принялась водить головой из стороны в сторону, так, что пенис оттопыривал то одну, то другую щечку. Было просто восхитительно изнутри ощущать упругий влажный ротик девочки. Мариша еще и принялась чуть-чуть мычать, как она обычно делала во время минета, но вспомнила, где мы находимся и притихла.
  
  В этот момент автобус остановился, чтобы подобрать новых пассажиров. Симпатичная молодая девушка вошла через заднюю дверь и изумленно остановилась в проходе между сиденьями. Картина, которая ей открылась, в принципе, не могла вызвать ни изумления, ни возмущения у столь юной особы. Ну допустим, мужчина средних лет забавляется со своей любимой на заднем сиденьи автобуса. Подумаешь! Она ведь не знала, что это моя дочь. Поэтому очаровательная незнакомка уселась на другой ряд и сделала вид, что ничего не заметила. Но ушки у нее покраснели и изредка девушка вертела головой, чтобы еще раз увидеть волшебную картину.
  
  Марина тем временем предавалась наслаждению, нанизываясь ротиком на мой член. Она скользила вниз-вверх по влажному, блестящему от слюны пенису, крепко обхватывая его губками. Во время этого удивительного занятия девочка иногда невольно издавала глухое мычание, забываясь. Кроме того, каждое ее движение сопровождалось неповторимым хлюпаньем. Я просто растворялся в этом калейдоскопе восхитительных звуков, образов и ощущений. А Мариша не желала соблюдать обычный ритм и пускала в ход еще и язычок, лаская им мой возбужденный орган.
  
  Только что вошедшая девушка не хотела нас смущать, но ей явно нравилось подглядывать. Поэтому она уставилась в окно, делая вид, что рассматривает пейзажи проплывающих мимо улиц. На самом деле любопытная незнакомка сосредоточилась на отражении меня и Марины в оконном стекле. Она восхищенно приоткрыла ротик, разглядывая нас. Ее высокая волнующая грудь возбужденно вздымалась, а сквозь белую блузку начинали проглядывать темные соски. Очевидно, что из-за сегодняшней жары девушка пренебрегла некоторыми интимными деталями одежды.
  
  Я посмотрел вниз. Доченька активно чмокала членом, помогая себе ладошкой. Я, в свою очередь, ласково поглаживал ее спинку и плечи, скрытые тонкой тканью платья.
  
  Потом мне захотелось почувствовать пальцами сокровенное местечко своей малышки. Немного подавшись вперед, я наклонился и запустил руку под короткое платьице. Отодвинув влажные трусики, я коснулся рукой ее нежных плачущих лепестков. Девочка дернулась и радостно заерзала попкой на сиденьи. Я легонько провел ладонью по гладкой ножке Марины. Она тем временем с энтузиазмом продолжала насаживаться ротиком на член. В предчувствии финиша девочка сжала пальчики на ногах и плотно стиснула коленками мою руку.
  
  И вот настал момент истины. Доченька ускорила темп, принимая уже больше половины члена в свой маленький детский ротик. Я блаженно улыбался, наслаждаясь влажным горячим пленом, в который то и дело попадал мой пенис. Мариша очень тихо постанывала, упираясь своими маленькими напряженными ладошками в ткань брюк. Незнакомка на другом ряду уже глядела на нас, не скрывая интереса. Ее изумленно распахнутые огромные глаза придавали лицу немного наивное выражение. А Марина отчаянно хлюпала и булькала членом, слюнки девочки текли по нему, отлично дополняя удивительную картину.
  
  А затем это случилось. Член задрожал и стал изливаться прямо в ротик моей милой доченьки, а та плотно сжала губки. Но нектара любви было так много, что девочка не справилась. Вязкая жидкость потекла вниз по члену, смешиваясь со слюнками дочери. Мариша с чавкающим звуком выпустила пенис и принялась собирать своими губками сок удовольствия. Она вся перепачкалась и напоминала котенка, слопавшего миску сметаны.
  
  Когда девочка оторвалась от своего занятия и выпрямилась, она была вся в вязких белых капельках. Выглядело это чертовски здорово - сок любви оказался у нее на щечках, носике, губках и подбородке. Марина смущенно улыбнулась и высунула язычок, облизнув свои пухлые губки. Вот уж действительно капля в море! Я невольно засмеялся, взглянув на это одновременно забавное и возбуждающее зрелище, смутив девочку еще больше. А когда она перевела взгляд немного левее и увидела свидетельницу наших забав, ее глаза и вовсе расширились от стыда. Мариша отвернулась к окну, занавешенному шторкой и мило покраснела.
  
  Ее маленькие ушки зарделись, а щечки, которые только что оттопыривал член, покрыл румянец. Но мои ласковые прикосновения успокоили девочку. Я легонько погладил ее восхитительную шейку, провел одной рукой по щеке, а другой принялся сжимать упругие девичьи груди поочередно - сначала левую, а потом правую. Пухлые сосочки дочери, казалось, стремились порвать тонкую ткань платья. Затем я наклонился к ее перепачканной мордашке и стал покрывать поцелуями носик, щечки и подбородок, убирая следы недавнего пиршества. От прикосновений моего языка к шейке девочка звонко засмеялась, почувствовав щекотку. Она принялась игриво отталкивать меня, а я не сдавался, проникая языком прямо в горячий ротик своей любимой доченьки.
  
  Затем мне пришлось отвлечься и застегнуть замок на брюках, после чего мы вновь продолжили целоваться. Я не мог насытиться нежным ротиком девочки, мне до жути нравился ее запах - легкий и невинный флер девичьей юности. Мы сидели, обнявшись, соприкасаясь языками и буквально ощупывали друг друга, словно не веря, что подобное возможно. А когда на миг прервались, я обернулся и лишь успел заметить промелькнувшую в дверях коротенькую юбочку любопытной попутчицы. Вновь повернувшись к дочери, я чмокнул ее в носик и мы поднялись со своих мест. На следующей остановке нам надо было выходить.
  
  Несмотря на выходной день, в парке было немноголюдно. Уютные пустующие аллеи навевали теплое чувство спокойствия и уверенности. Мариша шла чуть впереди, давая мне сполна насладиться ее стройными ножками и упругой попкой, которые так великолепно подчеркивало миниатюрное платье. Когда мы шли вдоль пруда, где плавали лебеди, моей доченьке захотелось покормить этих прекрасных созданий. Неподалеку в киоске мы обнаружили великолепный свежий батон. Он был горячим и буквально хрустел в руках. Марина тут же бросилась к пруду, и принялась кидать хлеб в воду. А птицы грациозно плавали и клевали пищу своими большими оранжевыми клювами. Когда хлеб закончился, мы с дочерью неторопливо пошли дальше по аллеям, над которыми все чаще нависали ветви платанов и кленов.
  
  Мы шли и вдыхали полной грудью чистый и свежий воздух. Лесной запах, казалось, пронизывал все вокруг. Несмотря на теплый майский денек, здесь, под сенью деревьев, было прохладно, а слепящее солнце не могло проникнуть сквозь плотные кроны. Я быстрым шагом подошел к Марине и поцеловал ее прямо в жаркие отзывчивые губки. Мои руки принялись блуждать по юному телу девочки, а члену в брюках вновь стало тесно. Мариша пылко прильнула ко мне и прижала свои маленькие ладошки к моей заднице. Она принялась мять ее, а я целовал ее милое улыбчивое личико. Внутри поднялось то самое чувство легкости, которое охватило меня еще в автобусе во время оральных ласк. Но в этот раз я захотел попробовать по-другому.
  
  Положив руки на плечи дочери, я повернул ее спиной ко мне. Девочка послушно наклонилась и подалась вперед, оттопырив попку. Ухватившись руками за спинку скамейки, которая весьма кстати оказалась рядом, Марина приняла крайне соблазнительную позу. Коротенькое платье задралось и моему взору открылся прекрасный вид на скромные белые трусики доченьки. Она обернулась и возбужденно поводила попкой из стороны в сторону. Расстегнув брюки, я пристроился сзади и вот мой член оказался точно напротив ее нежной щелки, пока скрытой тканью трусиков.
  
  Я немного приподнял платье, так, чтобы оно задержалось у нее на бедрах. После этого мои пальцы подцепили трусики и стянули их вниз, до колен. Влажные розовые лепестки так и манили меня. Наклонившись, я поцеловал Маришу прямо в раскрывшуюся щелочку. Девочка возбужденно вскрикнула и сжала ножки так, что трусики свободно упали вниз, оказавшись на босоножках. Легонько поласкав восхитительные складочки языком, я вновь выпрямился и ухватил доченьку за бедра. Та выгнулась еще сильнее, из-за чего ее лепестки раскрылись и мне просто нестерпимо захотелось вонзить пенис в манящее розовое лоно.
  
  Первое же прикосновение члена к интимному местечку дочери заставило весь мой организм запеть от радости. Доча отреагировала на этот выпад полустоном-полувсхлипом. А когда пенис начал проникать в горячее узкое пространство, девочка запрокинула головку и тихонько заскулила в предвкушении. Я взялся руками чуть выше, одновременно задирая платьице почти до уровня груди. Член вошел уже почти наполовину и я начал размеренно двигаться в жаркой обволакивающей тесноте. Мариша принялась шевелить бедрами в такт моим движениям, помогая проникнуть глубже. Она взволнованно вскрикивала каждый раз, когда пенис совершал свои рывки внутри ее ласкового лона.
  
  Постепенно мы нашли нужный ритм и раскачивались уже синхронно. Нам наконец удалось избавиться от платья, стянув его через голову Марины, немного растрепав при этом ее прическу. Так что теперь моя доченька была полностью голенькой, если конечно не считать босоножек и болтающихся на щиколотках белых трусиков.
  
  Член таранил узенькую щелочку, упираясь в упругие стенки, а Мариша то и дело издавала громкие вскрики. К счастью или к сожалению, поблизости не было никого, кто бы мог оценить эти волшебные минуты со стороны. Пенис проникал в доченьку уже на всю длину, влажно хлюпая и каждый толчок завершался очаровательным звуком, когда пенис полностью исчезал внутри и мои яички хлопали девушку по блестящей от соков промежности.
  
  Марина исступленно стонала, все тело дочери дрожало в экстазе, а я резкими движениями вгонял член в ее горячую узенькую пещерку. Девочка отчаянно сжимала пальчиками спинку скамейки, пытаясь сохранить равновесие, пока я размеренно и ритмично двигался, сдавливая пальцами ее возбужденную упругую грудь. Немного ускорившись по мере приближения к финишу, я наклонился и стал облизывать голую спинку и шейку дочери. Та стонала уже тише, иногда всхлипывая и пошатываясь. Мой член напрягся и я с влажным чавкающим звуком извлек его на свет. Одновременно мои руки подхватили Маришу, которая уже с трудом могла стоять на ногах и усадили ее на скамейку, перед этим заботливо вернув трусики на их законное место.
  
  Мариночка, оказавшись на деревянном сиденье тут же приветливо открыла ротик и я сразу воспользовался предоставленным шансом. Член привычно скользнул в удивительный чертог наслаждений и излился несколькими толчками. Обнаженная выше пояса девочка плотно сомкнула губки вокруг пениса и на этот раз проглотила весь нектар, благо его было немного. Я наклонился и поцеловал ее в пухлые губки, одновременно поглаживая сисечки. Доченька улыбнулась, после чего я помог ей облачиться в платье и присел отдохнуть рядом.
  
  После отдыха стало понятно, что уже начало смеркаться. День пролетел незаметно. Неспешно поднявшись, мы в обнимку пошли к остановке. А над нашими головами шумела листва деревьев и пели птицы.
  
  ========== Утро ==========
  
  Следующий день был воскресеньем, поэтому вставать рано никто не собирался. Девочки сладко сопели рядом со мной, едва прикрытые одеялом. Они спали в коротеньких ночных сорочках, почти не скрывавших их аппетитные формы. Вика закинула ножку на Марину, а та лежала, полуобняв сестричку. Аркаша вчера удалился к себе полностью выжатый, причем в буквальном смысле. Так что мои доченьки ложились спать с чувством выполненного долга, а я просто наслаждался прикосновениями к гладкой коже девочек, их невинными улыбками и смущенными попытками прикрыть свои прелести тканью ночных рубашек явно недостаточной длины.
  
  Как таковой близости у нас вчера вечером и не было. Вика с Мариной юркнули в постель и быстро уснули, устав от любовных приключений. Я тоже предпочел отдохнуть и мы решили отложить наши упражнения до завтра. И вот сейчас я полусидел в постели, с радостной улыбкой щурясь под лучами рассветного солнца, которое проникало сквозь щель в занавесках. Украдкой я поглядывал на девочек. Дочери выглядели просто невероятно. Их умиротворенные детские лица сильно возбуждали меня и заставляли представлять разнообразные восхитительные сцены. Вот лучик солнца упал на мордашку Марины, она мило сморщила носик и невольно заворочалась во сне. Ее пухлые губки что-то пробормотали, и вот уже, прищурившись от яркого света, Мариша приподнялась и посмотрела прямо мне в глаза. А затем немного ниже. Я был полностью обнажен, так что бугор под одеялом говорил лучше всяких слов.
  
  Чтобы не разбудить Вику, мы решили покинуть постель. Марина встала на коленки посреди комнаты. Я хотел попросить ее снять кружевную рубашку, но делать минет голенькой девочка все еще стеснялась. Мой торчащий член уже налился соками и радостно глядел в потолок. На полу в комнате лежал мягкий пушистый ковер, поэтому моей младшей восемнадцатилетней доченьке было довольно комфортно. Ее гладкие колени буквально утопали в бежевом ворсе. Немного поерзав, девочка устроилась поудобней, сев попой на свои розовые пятки. Я в нетерпении погладил ее по головке, с удовольствием ощутив мягкие шелковистые волосы. Мне захотелось зарыться в них лицом и сжать руками аккуратную грудь дочери.
  
  Девочка только возбужденно охнула, когда я наклонился к ней, чтобы приласкать. Мой член скользнул вниз, ненароком коснувшись милого личика. Я с наслаждением мял круглые груди Марины, вдыхая удивительный запах ее волос. Когда мне удалось оторваться и вновь выпрямиться, девочка подняла свою очаровательную головку и понимающе улыбнулась. Ее губки и ротик в этот момент были пределом моих мечтаний, вратами в сумасшедшее удовольствие, нежно растворяющее меня без остатка. Я не мог сдержаться и, вновь наклонившись, прильнул губами к ее приоткрытому ротику. Член уже изнывал, мотаясь в воздухе от моих телодвижений. Мы сплелись языками и я положил руки на плечи Марины, которые были едва скрыты белой тканью рубашки.
  
  Затем мы расцепили нашу связку и я вновь принял вертикальное положение. Дрожащий от возбуждения член оказался точно напротив личика дочери. Та широко открыла глаза и приоткрыла ротик, давая дорогу пенису. И вот ее кокетливо высунутый язычок соприкоснулся с багровой распухшей головкой. Меня словно пронзило электрическим током. Член немного проник в ее горячую глубину и улегся в ложбинку нежного язычка. Мариночка принялась шевелить им, одновременно крепко обнимая пенис своими пухлыми детскими губками. Я часто задышал и задергался, внезапно ощутив приближение финиша. Чтобы не совершить непоправимое, я отодвинулся назад и пенис с хлюпаньем вышел из влажного плена Мариши. Мне удалось сдержаться, я отчаянно отвернулся от такого желанного личика дочери и уставился на стену.
  
  Когда возбуждение немного схлынуло, я вновь посмотрел прямо в глаза своей доченьке. Она глядела на меня выжидающе, открыто улыбаясь и еще немного поправляя свое одеяние. Сорочка сползла и ее сисечки слишком явно выглядывали из декольте. Мне даже было видно крупные соски, но только до тех пор, пока Марина не одернула ткань, скрыв восхитительное зрелище. Она по-прежнему сидела посреди комнаты в беззащитной позе, упираясь коленями в нежное ковровое покрытие и положив свои маленькие ладошки на бедра, полускрытые белой кружевной тканью.
  
  Я вновь подался вперед и мой член закачался прямо перед вздернутым носиком Марины. Девочка сразу немного приоткрыла ротик и высунула краешек язычка. Но я не оправдал ее ожиданий. Сосредоточившись, я принялся раскачивать пенисом и с удовольствием следил за тем, как Мариночка пыталась поймать своими пухлыми губками мой непослушный член.
  
  Мариша сделала движение вперед своей прекрасной кудрявой головкой, намереваясь словить столь желанный объект, но мне удалось избежать пленения и даже легонько шлепнуть девочку членом по нежной румяной щечке. От такого обращения она возбужденно ахнула, а ее ушки стали пунцовыми и я принялся гладить их пальцами. При этом мой член продолжал несильно хлопать по личику Марины.
  
  Через некоторое время младшая доченька оправилась от потрясения и вновь продолжила ловить член своим маленьким приоткрытым ротиком. Мы вместе смеялись над ее неудачными попытками, когда наконец Марина сделала выпад и зафиксировала предмет вожделения своими великолепными губками. По всему моему телу растеклась волна наслаждения, а по спине забегали мурашки. Девочка просто сидела на коленях посреди комнаты и тесно обнимала своими жаркими губками пенис отца. Она подняла взгляд на меня, как будто чего-то ожидая. До чего же прекрасно было созерцать эту картину! Послушная дочь, получающая удовольствие от папиного члена в ее аккуратном детском ротике - что может быть прекрасней?
  
  Понять, чего хочет Мариша, было несложно. Я аккуратно положил руки на ее затылок и принялся по-немножку вгонять пенис во влажную теплоту. Милая девочка тихонько мычала, положив маленькие ладошки на мои голые ягодицы. А я потихоньку ускорялся, ощущая всем своим естеством ласковый ротик и нежный юркий язычок девочки. Дочка отчаянно смыкала губы и немножко дергала головой в такт моим движениям. Член, блестящий от слюны, то исчезал в уютном плену почти наполовину, то появлялся на свет вновь, оставляя внутри только кончик. Все это сопровождалось такими знакомыми, ставшими уже родными хлюпающими звуками. Только на этот раз Марина старалась мычать потише, чтобы не разбудить Вику.
  
  Я переместил руки с затылка дочери на ее шейку. Мои пальцы нежно касались гладенькой кожи, которая была на ощупь словно бархат. А член тем временем продолжал таранить маленький детский ротик. Мариша немного повернула голову и пенис во время движения начал упираться в упругую девичью щечку. Я видел как она оттопыривается, как будто бы Мариша жадно ест огурец. Забавное сравнение, как ни странно, еще больше меня возбудило и я уже почувствовал сладостное напряжение во всем теле, как обычно бывало перед финишем.
  
  Зашевелившись немного быстрее, я снова положил обе руки на затылок дочери и с удовольствием увидел, как Мариша открыла ротик чуть пошире и высунула язычок, так что теперь я не ощущал давления ее губок и просто размашисто загонял пенис в вожделенную пещерку. Я сделал последнее движение и член проскользнул в ротик чуть больше, чем наполовину. Девочка отчаянно замычала, но тут же сомкнула губки. Какой же она была милой и беззащитной в этот момент! Мне хотелось на радостях расцеловать ее наивное удивленное личико, которое крайне симпатично смотрелось в данной ситуации. Но перед этим предстояло закончить начатое.
  
  Я тихо охнул и принялся извергаться в глухо мычащий ротик дочери, легонько прижимая ее голову к себе. Мариша аппетитно чмокала и хлюпала членом, который наполнял прекрасные губки дочери соком любви. Нектар стекал по ее подбородку и капал прямо на рубашку. Наблюдая за этим упоительным зрелищем, я вынул пенис и опустился на колени рядом с весело улыбающейся девочкой. Ее перепачканная мордашка так и светилась от радости, когда я принялся слизывать липкие капельки с губ и щек любимой дочери, одновременно сжимая руками ее упругую юную грудь, скрытую кружевной тканью. На секунду отвлекшись, я заметил потеки в заветной ложбинке грудей, видневшейся в вырезе ночной рубашки. Наклонившись чуть ниже, мне было довольно удобно целовать Марину там. Девочка буквально таяла под прикосновениями моих ладоней и губ.
  
  После того, как мы закончили, Мариша удалилась переодеваться, а я заметил, что Вика не спит. Она возбужденно глядела на меня и совершала какие-то действия руками под одеялом. Я подошел к ней и откинул в сторону последнюю преграду. Вика лежала в постели в одной белой маечке. Я подал ей руку, и она поднялась с кровати. Моя старшая дочь лукаво посмотрела прямо мне в глаза и я невольно протянул ладони, чтобы положить их на круглые холмики, скрытые белой тканью короткой маечки. Член вновь принялся наливаться соками. Вика все поняла, но решила, что заниматься этим на кровати - слишком просто. Она улыбнулась, выскользнула из моих рук и кинулась к двери, игриво смеясь. Когда я бросился за ней, она забилась в моих объятьях, шутливо пытаясь вырваться.
  
  Рядом располагался письменный стол. Я повернул девочку спиной к себе и легонько подтолкнул к столу. Она только и успела охнуть и упереться в него руками, призывно выпятив попку, которую маечка почти не закрывала. Я провел руками по промежности Вики и с удовольствием ощутил там влагу. Очевидно, наблюдение за нашими с Мариной играми послужило необходимой прелюдией, поэтому, сразу же приставив член к узенькой норке, я со всего размаху вошел в очаровательную горячую глубину. Доченька издала протяжный возглас и нагнулась еще ниже, уже почти прижимаясь грудью к крышке стола.
  
  Мои движения становились все чаще, я с восхищением слушал чавкающие звуки, которые издавал член, тараня тесное лоно дочери. Та уже стонала, не сдерживая себя. Ее пальчики сильно стиснули столешницу, а грудь, обтянутая белой маечкой, с каждым движением все сильнее вдавливалась в твердое дерево. Мои яички шлепали Вику по влажной промежности, и соки стекали дальше вниз, по ее стройным голеньким ножкам.
  
  И вот Вика начала стонать особенно громко, практически кричать. В квартире была хорошая звукоизоляция, так что соседи нас не слышали. Мой член исступленно врывался в сочащееся убежище, я был готов излиться, когда увидел, как девочка задрожала, словно листок на ветру, и обмякла в моих руках. Ее почти не держали ноги. С хлюпаньем покинув ее горячий очаг, я повернул дочь передом и легонько надавил на плечи.
  
  Девочка охотно опустилась на колени и мой член брызнул вязкой жидкостью прямо на ее губки. Сока было немного, ведь я только что уже насладился минетом в исполнении Марины. Вика послушно слизнула брызги своим маленьким розовыми язычком. Я помог ей подняться и мы пошли на кухню, где Марина сотворила очередной кулинарный шедевр.
  
  ========== Что же было дальше ==========
  
  Следующая неделя шла как обычно. Мои дочери ходили на учебу, я - на работу, а по вечерам мы дарили удовольствие друг другу. Вика и Марина с упоением продолжали практиковать минет, но теперь уже мы не упускали возможности заняться и традиционным сексом. В свои восемнадцать лет Марина была очень ласковой и нежной девушкой, а девятнадцатилетняя Вика ни в коем случае от нее не отставала.
  
  Но девочки по-прежнему очень стеснялись и раздевались во время оральных ласк крайне неохотно. Хотя, честно говоря, водить членом по лицу дочери, одетой в коротенькую юбочку и весьма откровенный топ, было невыразимо приятно. Удовольствия было не меньше, а, возможно, даже и больше, чем если бы во время наших игр девушки были совершенно обнажены.
  
  Каждый минет девочки начинали с открытой искренней улыбки, которая буквально озаряла их милые детские лица. Я, в свою очередь, всякий раз невольно улыбался в ответ, когда пухлые губки Вики или Марины касались моего члена. По телу проходила дрожь и мне было до жути радостно наслаждаться влажными теплыми ротиками и осторожными движениями горячих девичьих ладошек. Но в то же время у нас появилась еще одна идея.
  
  Мы с Аркашей еще ни разу не пробовали одновременно проникнуть в ротик и лоно хотя бы одной из наших девочек. Когда я сообщил им об этом, поначалу Вика с Мариной восприняли такую возможность с недоверием. На их хорошеньких личиках появилось недоумение, смешанное с удивлением. Ситуация была действительно непонятная и мы с Аркашей наперебой принялись объяснять некоторые моменты.
  
  - Во-первых, как это будет... Допустим ты, Марина, станешь на кровать на четвереньки. Ну, как обычно. Выпятишь попку, я пристроюсь сзади, к твоему лону и начну. Тем временем Аркаша займет место у изголовья. Тебе будет удобно одновременно взять в ротик его член. И мы станем двигаться синхронно... Это будет потрясающе!
  
  Но девочки приняли такое описание без энтузиазма.
  
  - А что буду в таком случае делать я? - спросила Вика.
  
  - Ну, вы будете меняться... А пока Марина занята, ты сможешь ласкаться язычком, целовать меня, свою сестренку и Аркашу.
  
  Судя по всему такая перспектива не слишком обрадовала девушек. Они скептически поджали губки.
  
  - А может все-таки как раньше? - поинтересовалась Марина.
  
  Я с улыбкой посмотрел на ее нежное личико. Маленький носик, ямочки на щечках... Так и хотелось обнять и расцеловать свою доченьку! Не успев подумать об этом, я осознал, что уже сжимаю ее в своих объятиях. Девочка в ответ робко обхватила меня руками, и вот мое лицо оказалось возле ее удивительных светлых шелковистых на ощупь волос. Глубоко зарывшись в них, я всеми легкими вдыхал восхитительный родной запах... Когда я вынырнул, то не придумал ничего лучше, чем поцеловать доченьку прямо в обиженные губки.
  
  Марина ответила мне, я почувствовал движения ее язычка в своем рту, и, ухватив девочку под мышки, приподнял ее и посадил на кровать. На ходу я расстегивал ремень и вынимал из пенис из плена брюк. Когда мы оторвались от поцелуя, Мариша так и осталась сидеть на краешке постели с приоткрытым ротиком. Она приветливо улыбнулась и высунула свой остренький язычок.
  
  Меня словно пронзила молния от такого вида - миниатюрная доченька, одетая в коротенький топ с голым животиком и канареечные шорты, с нетерпеливой улыбкой ожидает то, что сейчас произойдет. Она была босиком, и переведя взгляд вниз, я увидел, как нетерпеливо шевелятся ее маленькие ступни, которые утопали в пушистом ворсе ковра..
  
  Я не стал долго дразнить Маришу и, пару раз шлепнув членом по ее милому личику, предоставил девочке возможность самой овладеть таким желанным органом. Она тут же поймала пенис призывно раскрытыми губками и положила свою горячую маленькую ладошку на мои сморщенные яички. Ее ротик тем временем все глубже пускал такого долгожданного гостя во влажную теплоту.
  
  Моя дочь возбужденно замычала и принялась чмокать папиным пенисом. А я испытывал невероятное восхищение и наслаждение этим удивительным действом. До чего же приятно было толкаться в ее маленький ротик своим членом, придерживая затылок дочери обеими руками! Я был просто в восторге. Марина также получала наслаждение от процесса, она радостно хлюпала и приглушенно мычала, одновременно лаская своей детской ладошкой основание пениса. Он входил в нее не больше, чем на половину своей длины.
  
  Немного побыв в роли ведомой стороны, дочка выпустила член из ласкового плена и улыбнулась. Я понял, чего она хочет и уступил, давая своей маленькой девочке право выбирать скорость и глубину проникновения самой. Она вновь бережно приняла пенис в ротик и стала медленно двигаться, возбужденно ерзая на краешке постели.
  
  Вика с Аркашей также не теряли времени даром. Парень улегся поперек кровати, а моя старшая доченька удобно устроилась рядом с ним. Вот она наклонилась, взяла член Аркадия в ротик и начала аппетитно причмокивать. Она стояла на четвереньках, приподняв попку так, что халатик задрался и мне открылся чудесный вид на ее сокровенное местечко. Нежные складки кожи так и притягивали взгляд, а кроме того, Вика сбросила тапочки, и я наслаждался видом ее маленьких босых ножек.
  
  Протянув руку и немного наклонившись, так, чтобы не создавать неудобств Марине, я коснулся пальцами левой пятки Вики. Она издала приглушенный недоуменный звук, не выпуская свою добычу из ласкового ротика. Щекотать я ее не стал, а лишь провел рукой по маленьким розовым пальчикам своей дочери. Но и этого хватило - Вика до визга боялась щекотки. Она недовольно замычала и отдернула ножку.
  
  Мариша же продолжала двигать головой, надевая себя на мой пенис, хотя он и изменил положение из-за наклона и теперь при каждом рывке ее светловолосой головки упирался в ее нежную щечку.
  
  Я плотно сжал руками ее затылок и приготовился финишировать. Мариночка поняла это и задвигалась быстрее, издавая громкое мычание. Влажный и блестящий от ее слюны член то появлялся наружу, то снова исчезал в маленьком детском ротике. Сосредоточившись на ощущениях я понял, что уже на грани. Мне удалось аккуратно остановить доченьку в ее ошеломляющих рывках на члене и начать задавать темп самому. Я стал двигать тазом, фактически тараня беззащитные губки дочери.
  
  Девочка сидела на самом краешке кровати, широко открыв свой еще совсем детский ротик, а мой член вовсю проникал в тесную глубину, касаясь шершавого язычка и узкого горлышка. Немного ускорившись, я невольно издал хриплый стон наслаждения, когда член принялся орошать потоками нектара влажное горячее пространство. Марина широко открыла глаза и плотно сомкнула губки, глядя на меня восхищенным взглядом. Она издавала отчаянные стоны удовольствия, но они были приглушены папиным членом, который заполнил весь ее ротик. Девочка плотно сжала коленки и зашевелила пальчиками на ногах.
  
  С громким хлюпаньем мой член покинул ласковые губки дочери и я увидел, что у нее уголок рта перепачкан моим нектаром. Указав на это Марине, я сделал очень правильную вещь, так как доченька улыбнулась и крайне возбуждающе кончиком язычка облизнула остатки. От такого зрелища у меня в голове буквально взрывались фейерверки. Я наклонился и поцеловал девочку прямо в губы, которые только что так упорно обнимали мой член. А тот даже не думал опадать.
  
  Марина все поняла и забралась на кровать с ногами. Она переместилась ближе к центру постели, почти вплотную к моей старшей дочери и Аркаше, которые как раз заканчивали сеанс орального общения. Вика приглушенно булькала, насаживая свою изящную темноволосую головку на член парня, а Аркадий только и мог хрипло стонать и дергаться от такого обращения.
  
  Я тоже забрался на кровать, благо места там было много, и принялся освобождать свою девочку от шортиков. Стянув их, моим глазам предстало удивительное зрелище упругих половинок и сочащейся щелочки дочери. Я прильнул ртом к ее юным лепесткам, вынудив Маришу тихонько вскрикнуть. Волшебный аромат и вкус буквально кружили голову. Мой язык порхал и ввинчивался в святая святых, заставляя доченьку почти непрерывно стонать и сминать своими маленькими кулачками подушку.
  
  Но мне удалось все же найти в себе силы оторваться от этого удивительно занятия, что вызвало у Марины вздох недоумения. Почти тут же это недоумение сменилось восторгом, когда мой член резко проник в истекающее влагой лоно дочери. Оказавшись в тесном раскаленном пространстве, я не смог сдержать отчаянный хриплый то ли вой, то ли рев. Мое дыхание участилось, а сердце начало скакать как сумасшедшее, пока член размашистыми рывками таранил упругую пещерку, а мои руки наминали возбужденные груди, скрытые тканью топика.
  
  Надолго нас не хватило. Словно в тумане, я услышал громкий крик дочери, которая извивалась подо мной в экстазе... Почувствовав приближение финиша, я с хлюпаньем вытащил пенис и принялся изливаться на восхитительно круглую голенькую попку Мариши.
  
  ========== Вечерние занятия ==========
  
  На следующий день я пришел с работы уставший и сразу юркнул в душ. Дочери меня даже не встретили, так как были полностью погружены в учебу. После того, как я вышел из ванной, завернутый в одно скромное полотенце, мне захотелось пойти посмотреть, чем же заняты мои малышки. Тихо зайдя в комнату, я увидел идиллическую картину. Вика лежала на диване, положив ноутбук с мультяшными наклейками себе на голенькие коленки и, высунув кончик языка, быстро набирала текст, готовясь, судя по всему, к завтрашнему семинару.
  
  Марина тем временем сидела за столом и, вооружившись линейкой и карандашом, чертила таблицу, чтобы потом занести в нее данные соцопроса. Сегодня она была в симпатичных очечках, которые делали ее мордашку еще привлекательней. Обе девочки были крайне сосредоточены на выполнении домашнего задания и заметили меня только после настойчивого покашливания.
  
  - О, привет, пап, - произнесла Вика, даже не поднимая взгляд.
  
  - Ага, привет, - добавила Марина, и повернулась на стуле, но не ко мне, а потянувшись за точилкой.
  
  - У вас сегодня забот полон рот? - игриво произнес я.
  
  Но девочки не заметили намека и тона моего голоса. Я подошел к Марине и положил руки на ее голые плечи, которые совсем не скрывала обтягивающая маечка. Потом мои руки принялись разминать их, а доченька только и делала, что своим мелким убористым почерком писала что-то в тетради.
  
  - Да уж, дел у нас по горло, - не обращая внимание на двусмысленность фразы, произнесла Мариша.
  
  Я перестал разминать плечи девочки и перешел чуть ниже, а потом, пройдя под мышками, мои руки оказались точно на восхитительно упругих крупных грудях своей прилежной дочери. Тихонько сжав их и вызвав стон у Мариночки, я услышал.
  
  - Пап, я правда сейчас немножко занята. Давай чуть позже, а?
  
  Я ласково чмокнул дочь в щечку и удалился на кухню - кушать фруктовый пирог с чаем в компании с Аркадием, который только что пришел.
  
  Аркаша принялся рассказывать об удивительной девушке на своей работе - некой милой и улыбчивой Алине, которая очень ему нравилась. Несмотря на то, что наш сосед регулярно приходил в гости к Вике и Марине отнюдь не только за чаем и сладкими булочками, попытки заговорить с другими представительницами прекрасной половины человечества заканчивались у него полным фиаско.
  
  Мои дочери нравились Аркадию и как подружки и в качестве собеседниц. Они проводили много времени вместе помимо занятий любовью. Обе девочки желали Аркаше поскорее завести романтические отношения, но пока что никакие тренировки не позволяли соседу побороть природное смущение и начать разговор с той же Алиной с работы о чем-то еще, кроме поступления новых фондов в хранилища и смены основных блюд в буфете.
  
  Это было тем более странно, учитывая поведение Аркаши при общении с девочками. Недавно он совершенно бесцеремонно во время очередного философского диспута, который устроила молодежь на выходных, подошел к Мариночке, расстегнул ширинку и прервал аргументацию девушки буквально на полуслове. Смущенным он в этот момент отнюдь не выглядел.
  
  А вот растерянная таким поворотом событий Мариша сначала нерешительно, а потом с большим удовольствием принялась принимать в ротик трепещущий ствол Аркадия, тихонько мыча и помогая себе маленькой ладошкой. Это прекрасное действо завершилось очаровательными булькающими звуками и перепачканным подбородком моей младшей дочери. Вика не осталась в стороне и слизала своим юрким розовым язычком остатки любовного пиршества, а затем Аркадий уселся на свое место и они продолжили дискутировать, как ни в чем не бывало.
  
  Закончив ужин, мы с Аркашей побрели в комнату к девочкам, особо не надеясь на расположение с их стороны. Обе дочери были полностью погружены в учебу и почти не замечали нас. Но надо отдать Аркадию должное - он все-таки попытался спасти девочек из пучины домашнего задания. Расстегнув ширинку, наш сосед по лестничной площадке подошел к Мариночке, которая как раз что-то увлеченно чертила в тетради, и легонько помахал членом возле лица. Выглядело это довольно комично, тем более что моя младшая доченька сосредоточенно работала карандашом и линейкой, высунув кончик языка и совершенно не замечала Аркашиных заигрываний.
  
  Тогда Аркадий решился на большее. Он принялся легонько тыкаться членом в Маринину щечку, словно бы намекая на что-то. Эти действия девочка игнорировать уже никак не могла и отвлеклась от учебы, чтобы поставить ладошку и преградить Аркаше путь к ее нежному маленькому ротику. Она смущенно улыбнулась и помотала головой:
  
  - Аркаш, я сейчас не могу. Давай попозже, а?
  
  - Ну мы быстренько, только один разочек!
  
  - Нет, мне надо готовиться, завтра сдавать, - нерешительно возразила Марина. Она уже принялась покрываться лихорадочным румянцем и приоткрыла пухлые губки, но все еще сопротивлялась по инерции.
  
  Аркадий положил свои ладони на голову девушки и взялся гладить ее милые светлые кудряшки. Его член тем временем наливался соками и вовсю терся о подбородок и симпатичный вздернутый носик Марины. Та окончательно отложила карандаш с линейкой и немножко поерзала в кресле, устраиваясь поудобнее.
  
  Вика тем временем бойко стучала по клавишам ноутбука. Она лежала на диване, подобрав под себя голенькие ножки. Ее коротенькая юбка не скрывала обнаженных коленок, которые так и притягивали взгляд, а маленькие пальчики на ногах дополняли очаровательное зрелище. Так и хотелось подойти к ней и сделать что-то приятное нам обоим.
  
  Я приблизился к девочке, наклонился и робко поцеловал ее в щечку. Вика улыбнулась, но продолжила набирать текст. Мои руки легли на плечи старшей девятнадцатилетней дочери и затем пошли вниз, к увесистой круглой груди, обтянутой тонкой футболкой. Вике пришлось прерваться, чтобы поставить ноутбук на тумбочку, которая стояла рядом. Потом нам уже ничего не мешало и я принялся гладить скрытые тонкой тканью восхитительно упругие Викины сисечки правой рукой, одновременно водя левой ладонью по голеньким коленкам девочки, все время порываясь уйти на верх и добраться до скромных белых трусиков.
  
  Аркаша тем временем продолжал водить своим набухшим членом по симпатичному личику восемнадцатилетней Марины. Обе руки он положил на плечи девушки, а она, в свою очередь, улыбалась, глядя прямо ему в глаза. Уже давно готовые к тому, чтобы поцеловать ствол Аркадия, губки девочки нетерпеливо подрагивали и приоткрывались в ожидании. Но Аркаша не спешил, продолжая дразнить Марину и лишь изредка позволял себе задержать пенис возле чарующего детского ротика своей маленькой подружки.
  
  Мои руки уже добрались до белой ткани, скрывающей вход в Викины чертоги наслаждения. Дочка лишь охнула и закинула свою темноволосую головку назад, обнажая нежную девичью шейку. Я не долго думая привлек ее к себе и принялся покрывать поцелуями сначала шею, а затем ключицы и вырез футболки, в котором таились удивительно крупные нежные груди. Так и хотелось сорвать ткань и обнажить, вывалить на свободу эти трепещущие полусферы, но что-то сдерживало меня.
  
  Аркадий и Марина уже прекратили изнуряющую игру без проникновения и маленький ротик моей младшей дочери все таки пустил к себе в гости не слишком большой, но очень активный член нашего соседа. С привычными хлюпающими звуками Аркаша принялся таранить сложенные буквой "о" губки девочки, а та через некоторое время стала двигаться в такт его движениям и глухо мычать от удовольствия. Было просто невероятно наблюдать за тем, как узловатый член Аркадия то исчезал в ротике Марины почти наполовину, то выходил из него практически полностью, при этом весь блестящий от слюны девочки.
  
  От такого зрелища Вика и я просто не могли прийти в себя. Я лихорадочно ухватился за трусики дочери и принялся тянуть их вниз, она в это время шевелила бедрами, помогая мне. Не снимая ни юбки, ни футболки, Вика после освобождения от наиболее интимной детали одежды наклонилась ко мне и поцеловала прямо в губы своим жарким юным ротиком. Ощутив у себя во рту ее маленький горячий язычок я весь покрылся мурашками.
  
  А Вика не теряя времени толкнула меня своей детской ладошкой на подушки дивана и начала устраиваться сверху. Я буквально ощущал ее жар и сочащееся соками лоно еще до того, как ощутил его своим членом. С тихим стоном девочка уселась на мой пенис и принялась совершать поступательные движения вверх-вниз. Ее горячее и узенькое пространство заставляло взрываться душу и тело, а прыгающие во время таких упражнений груди представляли собой волшебную картину. Мне хотелось кричать от счастья, а Вика испытывала те же эмоции.
  
  А слева от нас Аркаша уже готовился извергнуться в тихонько мычащий ротик моей младшей дочери. Мы с Викой закончили почти одновременно с ними, когда я издал отчаянный хрипящий крик, а старшая доченька надсадно взвизгнула от наслаждения и упала своими грудями на мое лицо, к счастью, не закрыв обзор, так что мне представилась отличная возможность разглядеть как от губок Марины тянется блестящая ниточка слюны к Аркашиному пенису, который только что покинул ее гостеприимные уста. Ее очки немного забрызгались, но Мариша не придала этому значения, поцеловала Аркашу напоследок в кончик члена, повернулась в кресле и, улыбнувшись, посмотрела на меня.
  
  ========== Удивительные выходные ==========
  
   Комментарий к Удивительные выходные
   Фото девочек.
  
  https://nicetits.ru/storage/tits/znamenitye-siski/krasotka-dzhenni_1.jpg
  
  http://s5d1.turboimg.net/sp/5be27d5b6773f3a62ccec955e81a3829/76vty0fe5pfu.jpg
  
  https://dl.backbook.me/full/d9babfcebd.jpg
  Эту идею впервые высказала Марина. Все остальные ее тут же поддержали, хотя и почти не представляли, как это будет выглядеть и что придется пережить. В принципе, такая игра лежала на поверхности, но именно Мариночка высказала ее вслух. Все дело было в том, что обе девочки очень стеснялись заниматься любовью полностью обнаженными. Даже когда во время минета я чересчур увлекался и буквально таранил ротики дочерей, они стыдливо придерживали бретельки халатиков (а Мариночка даже топлес прикрывала соски ладошками), хотя их губки в этот момент отчаянно сжимались вокруг моего напряженного члена.
  
  Марина предложила очень интересный выход их ситуации. Вообще-то это не было выходом, а просто иным взглядом на проблему. Ее идея заключалась в следующем - нужно выделить один день в неделе и целые сутки обеим дочерям ходить по дому абсолютно голенькими. Это помогло бы девочкам преодолеть естественное смущение и изменить положение вещей. Но Марина с Викой обозначили очень важное условие, которое поставило как девушек, так и нас с Аркашей в крайне двусмысленное положение. Они обе решили сделать этот день полностью лишенным сексуальной составляющей. То есть исключались любые контакты - минет и все другие виды интимных проникновений, дарящих наслаждение, в том числе даже простые касания членом грудей и лиц Вики и Марины.
  
  Мы с Аркадием не остались в долгу и предложили ужесточить правила, дополнив их полным запретом мастурбации и любых других видов снятия напряжения. Дочери переглянулись и прыснули, но потом все же согласились на такое изменение. Днем, которого мы все не могли дождаться, было выбрано ближайшее воскресенье, просто потому, что это был выходной и у меня, и у Аркаши, а у девочек не было домашнего задания, так как полным ходом шли каникулы в университете после сессии, поскольку практику они сдали досрочно.
  
  Первое, что я увидел в тот день - это голенькая Вика, стыдливо выглядывающая из-под одеяла. Я ободряюще улыбнулся, чтобы доченька поскорее открыла моему взору свои милые округлости. Но Вика сначала попросила задернуть шторы, а только потом нерешительно отбросила одеяло. Она тут же положила свои маленькие ладошки на крупные темные соски, застенчиво прикрыв груди от моего пристального взгляда.
  
  Глядя на такую картину, даже не верилось, что моя юная доченька еще вчера вечером восхитительно мычала, сжимая папин член своими маленькими детскими губками. Я прекрасно помнил момент, когда пенис дрогнул и принялся дергаться под напором ласк язычка моей нежной доченьки, а в уголках губ Вики показались потеки моего нектара. Эти белые струйки вчера текли по подбородку и изящной шейке девочки, а я с наслаждением насаживал милую Викину головку на свой пенис, легонько взяв ее за волосы, пока мой слух ласкали ее приглушенные стоны наслаждения и булькающие звуки в ротике. После того, как член покинул ее жаркие гостеприимные уста, девочка проглотила все и облизнулась, приведя меня в восторг.
  
  Но это было вчера, а сегодня Вика сидела в постели и по-прежнему прикрывала свои великолепные груди ладошками, пока мой красноречивый взгляд не заставил ее опустить руки и представить аппетитные мячики на всеобщее обозрение. Я буквально задохнулся от восхищения и сожаления, что сегодня мне не удастся приласкать эти юные отзывчивые прелести. Но про поцелуи в правилах ничего не говорилось, поэтому я подошел в девочке и коснулся своими губами ее приоткрытого ротика. Поскольку я был не одет, то мой уже давно принявший интересное положение член немного шевельнулся от резкого движения и прошел в опасной близости от девичьих плечей и обнаженной груди.
  
  - Целоваться можно? - спросил я.
  
  - Не знаю, наверное да. Надо спросить у Марины, - ответила смущенная доченька.
  
  Марина тем временем на кухне пыталась что-то приготовить. Поскольку по нашим воскресным правилам девочкам было запрещено надевать хоть что-то, она не могла нацепить фартук, как делала обычно, и очень боялась брызг раскаленного масла, которые неизбежны при готовке. Из-за этого голенькая Мариша смешно прыгала по кухне, а ее увесистые груди забавно раскачивались в такт движениям.
  
  Мне одеваться было можно, поэтому дочери готовку решили доверить папе. После окончания кулинарных опытов завтрак был готов и я позвал девочек на кухню. Пока мы ели, я восторженно переводил взгляд с одной голенькой девушки на другую, а сами дочери уже, кажется, потихоньку начали привыкать к такому положению вещей.
  
  После еды Мариночка прояснила ситуацию насчет поцелуев. Она сказала, что это не запрещено правилами, но усердствовать не стоит. Я тихонько подошел к Вике и коснулся ее плеча. Голенькая девочка повернулась ко мне, ее лицо озарила радостная улыбка. Мои губы нашли ее маленький ротик, который все еще пах молоком после завтрака. Но Марина заметила это, лукаво погрозила нам пальчиком и мы нехотя прекратили целоваться.
  
  А затем пришел Аркадий и выяснилось, что мы сегодня будем целый день фотографироваться, поскольку Алина с Аркашиной работы смогла одолжить ему на сутки профессиональную фотокамеру. Она должна была прийти забрать ее сегодня вечером, так что у нас было время.
  
  Первой фотографироваться решила Мариночка. Для начала она нацепила очень интересное ожерелье, которое еще мой прадед притащил из своих африканских странствий. После этого Мариша улеглась прямо перед камерой и с озорной улыбкой посмотрела в объектив. Так и получилось первое фото.
  
  На этом девушка не остановилась и следующее фото вышло уж совсем интригующим. Марина встала на цыпочки, повернулась ко мне своей обнаженной попкой, приоткрыла ротик и взяла в правую руку метелку.
  
  Еще одно фото с метелкой вышло по-детски непосредственным. Мариша буквально перевоплотилась в маленькую светловолосую ведьмочку на метле. Темные ореолы уже довольно возбужденных сосков моей дочери никого не могли оставить равнодушным.
  
  Вика смотрела на все то, что делала ее младшая сестренка, восторженно приоткрыв рот. Вдруг она игриво метнулась к Марине и ладошкой взъерошила ее волосы. Получилось очень забавно.
  
  Но и Вика не собиралась отсиживаться. Ее фото получились не менее замечательными. Для начала я выбрал крупный план.
  
  После этого мы переместились в гостиную, где Вика стеснительно сжала ножки и улеглась на диван, вполоборота к камере. Ее интимные складочки, несмотря на смущение, было видно великолепно.
  
  Затем моя старшая доченька переместилась на кресло и поджала под себя пятки, как обычно делала во время минета. Картину дополнил приоткрытый ротик и ладони, стеснительно лежащие на груди, хотя и не прикрывающие соски.
  
  Затем Вике пришла идея одеть белые туфли на высоком каблуке и занять место за столом в гостиной.
  
  После всего этого я сделал еще одно фото Марины и мы пошли обедать.
  
  В этот раз готовил Аркаша. Получилось у него на удивление неплохо, хотя в процессе готовки наш сосед разбил не только яйца, но и пару тарелок, а также довольно ощутимо ударился лбом об дверцу шкафчика на кухне. Девочки тут же утешили незадачливого кулинара, приложив лед к уже наливавшейся шишке и подарив Аркадию по утешительному поцелую.
  
  Вечером за фотокамерой зашла Алина - удивительно симпатичная девушка с Аркашиной работы, та самая, с которой наш сосед терялся и краснел. Она приняла камеру из моих рук и удалилась, а голенькие девочки тем временем скрывались в спальне.
  
  Наша игра должна была продлиться ровно сутки, мы решили, что достаточно будет дождаться полуночи, чтобы прекратить. Дочери зарядили в домашний кинотеатр триллер и мы вчетвером удобно устроились на диване. На особо щекотливых моментах Мариночка прижималась ко мне, прося обнять ее, а Вика - к Аркаше. Когда фильм закончился и пошли титры, мы посмотрели на часы и улыбнулись. Было ровно 12 часов ночи.
  
  Девочки удалились на некоторое время к себе в комнату, а появились уже одетыми - Мариша в милую ночную сорочку с Микки-Маусом, а Вика - в короткий халатик. Они забрались на диван и принялись нежно ласкать нас - Мариша легонько касалась ладошкой моего члена, а Вика улеглась грудью на промежность Аркаши. Мы переглянулись, и, не сговариваясь, поцеловали своих девочек в попки, Арадию для этого пришлось задрать халатик моей старшей дочери, а ночнушка Марины была столь короткой, что ее попка обнажилась сама, когда дочь наклонилась.
  
  Выходные определенно удались.
  
  ========== Новые впечатления ==========
  
  После обеда Мариночка пришла с учебы в приподнятом настроении. Вике нужно было уехать по делам, вернуться она должна была поздно вечером. Так что я был в полном ее распоряжении. Мариша буквально с порога бросилась целоваться, кинув сумку с конспектами на кресло. Какое же наслаждение я испытывал, когда впивался губами в маленький ротик дочери и чувствовал ее горячий шершавый язычок!
  
  Мои ладони вовсю мяли и ласкали сквозь тонкую ткань блузки крупные груди девочки с уже отвердевшими сосками. Я развернул доченьку спиной к себе и немного подтолкнул вперед. Она тут же наклонилась, оперлась руками на спинку кресла, где лежали ее тетрадки и выпятила попку. Из-под короткой бирюзовой юбочки показались скромные белые трусики. А девочка еще и призывно поводила из стороны в сторону своими аппетитными половинками, вызвав у меня то ли стон, то ли хрип восхищения.
  
  Марина довольно засмеялась, услышав эту реакцию на свои действия. Я принялся правой рукой на ощупь расстегивать пуговки на блузе дочери, положив при этом левую между ножек девочки. Она застенчиво сжала коленки так, что моя ладонь оказалась буквально зажатой там. Я немного пошевелил пальцами, от чего Мариша дернула попкой и расстегнул последнюю пуговицу на блузке. Затем провел правой рукой по ее обнажившемуся животику, ощутив приятную бархатистость нежной кожи и едва заметную дрожь от волнения.
  
  Вот моя левая рука коснулась высокой круглой груди. Приятная упругость юных холмиков вызывала очень яркое желание, я буквально трясся от возбуждения. Продолжая ласкать груди дочери одной рукой, другой я лихорадочно освобождался от брюк. Вот наконец это удалось и мой член робко ткнулся в сочные ягодицы дочери, пока что, правда, скрытые под тканью юбочки и трусиков.
  
  Убрав руки со спинки кресла, Марина решила помочь мне и принялась стягивать остатки одежды своими маленькими ладошками. Я с удовольствием наблюдал, как обнажается попка и становятся видны мелкие складочки девичьей щелки, лаская груди дочери уже обеими руками. Пенис налился соками и глядел в потолок.
  
  Ухватившись за плечи Мариши, я нежно, но настойчиво направил ее к дивану. Она хотела сделать шаг, но совсем забыла про трусики, которые болтались у нее на щиколотках. Улыбнувшись этому казусу, мы синхронно наклонились к ставшему таким лишним предмету одежды и устранили препятствие. После того, как трусики были отброшены в сторону, Марине уже ничего не мешало и она шагнула к дивану, забралась на него и приняла весьма соблазнительную позу на четвереньках, предварительно скинув тапочки и оставшись босиком.
  
  Я встал на колени и прильнул к ее ступням, целуя каждый пальчик и одновременно лаская обнаженные бедра и животик обеими руками. Мариша вытянулась вперед, прижавшись голенькой грудью к подушке и принялась тихонько стонать.
  
  В это время случилось то, что мы с Аркашей давно планировали, но никак не могли уговорить девочек на такой шаг. Сосед, ожидавший за дверью, зашел в комнату, не стесненный одеждой и принялся пристраиваться у изголовья дивана. Марина подняла голову и увидела перед собой такой знакомый ей узловатый некрупный член. Она протестующе замычала, когда Аркадий положил свою ладонь ей на затылок и вошел в открывшийся от удивления ротик девушки.
  
  Я прекратил ласкать пятки дочери и поднялся на ноги, одновременно переместив руки на груди Мариночки. Она уже перестала протестовать и в привычном ритме насаживала свою белокурую кудрявую головку на крепкий член нашего соседа. А я начал реализовывать наш план по одновременному проникновению.
  
  Приставив член к уже влажной и горячей девичьей расщелинке, я немного волновался. Как Мариша воспримет такой поворот событий? Мои руки были на ее бедрах, когда пенис прильнул к лепесткам и с усилием проскользнул в узенькое хлюпающее лоно.
  
  Марина вздрогнула от неожиданности, ритм сбился и я начал толчки в тот момент, когда она подалась назад и член Аркадия, блестящий от слюны, выскочил из плена еще совсем детских пухлых губок моей дочери. Чувствовалась, что Мариночка совсем не привыкла к таким упражнениям. Но она была исполнена решимости продолжать.
  
  Я уменьшил скорость и глубину проникновения, позволив девочке настроится на мой ритм, и с нескрываемой радостью увидел, как она осторожно берет Аркашин член ротиком. Остановившись, мы с Аркадием решили двигаться одновременно, чтобы Марише было удобнее. Она довольно мычала, дергая головой и пытаясь одновременно двигать бедрами в такт моим движениям.
  
  Надо сказать, что где-то полминуты все шло хорошо. порно рассказы Я словно растворялся в жаркой облегающей глубине дочери, сжимая ладони на ее бедрах, а Аркаша тихо постанывал, положив одну руку на грудь Марины, которая раскачивалась в такт нашим движениям, а второй продолжая прижимать ее затылок.
  
  Но недостаточный опыт сыграл злую шутку. Постепенно ритм стал рваться, я чувствовал, как девочка уже не колеблется плавно в такт, а отчаянно дергается, пытаясь поймать волну. Она вновь неуклюже подалась назад, и член Аркадия выскочил из ее ротика с явственно слышимым чмоканьем.
  
  - Может быть попробуем по-другому? - произнесла запыхавшаяся доченька.
  
  - Как? - растерялись мы с Аркашей.
  
  - Давайте я лягу на спину, а он, - она показала пальчиком на Аркашу, - будет двигаться сам, а то я не могу... так.
  
  - Ээ... А ты уверена, что так будет лучше? - нерешительно спросил Аркадий.
  
  - Не знаю. Попробуем... - жизнерадостно заявила девочка, переворачиваясь на спинку и выставляя свои голенькие прелести на всеобщее обозрение. Я потянулся и легонько ущипнул ее за сосок. Марина игриво взвизгнула, чем тут же воспользовался Аркадий, которые забрался на диван и встал на колени у изголовья, заглушив вскрик моей доченьки своим членом. Ему пришлось придерживать ее голову одной рукой, а другой в этот момент держать пенис в нужном направлении.
  
  Я же тем временем вновь пристроился к сочащемуся девичьему лону и начал двигаться. Мариша пыталась елозить своей попкой в такт моим движениям, пока Аркадий пыхтел у подушки, тараня своим членом маленький ротик девушки. Ему было очень нелегко, а я с улыбкой наблюдал, как пенис оттопыривает щечку дочери. Это зрелище всегда очень забавляло и радовало меня, ведь Марина выглядела так беззащитно и мило в такие моменты, что хотелось ласково потрепать ее волосы и сказать, какая же она умница.
  
  Но тут ритм снова начал рваться. Аркаша явно устал толкаться членом в неестественном положении, а Мариша еще и не помогала ему, так как была сосредоточена на моих движениях. Член Аркадия уже в третий раз вынужденно покинул алые губки девочки, она попыталась его поймать, но безуспешно. Тогда Аркаша просто принялся тереться своими морщинистыми яйцами о девичье личико, надавливая ими на вздернутый носик и оставляя членом влажные следы на нежной коже лба и щечек девушки. Мариша тихонько постанывала, придавленная Аркашиным пенисом - ее это вполне устраивало, да и мне доставляла наслаждение подобная картина.
  
  Тем временем мои движения стали резче, а Мариночка уперлась руками и подмахивала бедрами все активнее, пока наш сосед елозил членом по ее милому личику. Через некоторое время Аркадий не выдержал и принялся извергаться прямо на порозовевшие щечки и сморщившийся от неожиданности носик девочки.
  
  Спустя секунду я почувствовал, как Марина задрожала, словно осенний лист на ветру и яростно сжала меня своими бедрами, не выдержав наших с ней ритмичных толчков. Она принялась громко стонать, пока Аркаша брызгал в ее раскрытый ротик остатками своего нектара. Мне ничего не оставалось, кроме как с хлюпаньем вынуть пенис из раскаленной пещерки и излиться на гладенький животик своей дочери, которая в этот момент счастливо прикрыла глазки и сжала кулачки в экстазе. Ее перепачканная мордашка выражала полнейший восторг.
  
  Напоследок девочка высунула язычок и довольно облизнулась, будто котенок, наевшийся сметаны. Аркаша подал руку и помог дочери подняться, а затем привлек ее к себе и поцеловал прямо в губы, положив при этом ладони на попку Мариши и крепко сжав ее.
  
  Он остранился и спросил:
  
  - Ну как тебе сюрприз?
  
  - Понравилось! - улыбнулась девушка.
  
  - А давайте теперь устроим Вике нечто подобное! - сказал Аркадий и мы трое представили волшебную картину с моей старшей дочерью, принимающей в себя двоих любимых одновременно...
  
  ========== Обычный день ==========
  
  Голенькая грудь Марины весело прыгала у меня перед глазами. Девочка буквально недавно открыла для себя позу наездницы и последние пару дней мы занимались любовью только таким образом, если не принимать во внимание столь любимый моими доченьками минет. Брать член в ротик они были готовы хоть по десять раз на дню, а вот заниматься классическим сексом предпочитали гораздо реже.
  
  Меня вполне устраивало такое положение вещей - было просто прекрасно прийти домой после работы, поставить Вику или Марину на четвереньки и загнать пенис в узенькое раскаленное девичье лоно, а потом весь вечер наслаждаться губками и язычками дочерей, не заглядывая к ним под трусики. Так было раньше, и Вика по-прежнему следовала такому сценарию. А вот Марина почему-то перешла на постоянные занятия любовью в позе сверху, уделяя гораздо меньше внимания оральным ласкам.
  
  Сейчас она упиралась своими маленькими ладошками мне в ребра, а сама подпрыгивала на члене, который с каждым разом входил все глубже. Было невыразимо приятно наблюдать за этой картиной, одновременно ощущать ее облегающую горячую узость и с удовольствием слушать хриплые стоны.
  
  Что интересно, Мариша перед тем, как на меня запрыгнуть, так и не избавилась от коротенькой белой юбочки, и она скрывала большую часть процесса. При этом трусики девочка лишь приспустила до щиколоток, где они уже несколько минут забавно болтались, сковывая ее движения. Я сначала хотел извернуться и стянуть их полностью, чтобы доченьке было удобнее, но потом оставил эту затею.
  
  Вдруг Мариночка немножко запрокинула свою прелестную белокурую головку и перестала прыгать, плотно сев на член. Затем она стала раскачиваться на нем, издавая совсем уж неприличные звуки, похожие на крики о помощи. Я привстал на локте и сжал своей пятерней ее упругие сисечки с твердыми сосками. Мариша только беззвучно ахнула, закрыла глазки и задрожала осиновым листом на ветру, а тем временем я уже не смог сдерживаться и принялся извергаться, прижав девочку к себе так, что она буквально легла на меня своими удивительными грудями, тоненько постанывая при этом.
  
  Когда через минуту моя младшая доченька пришла в себя и с восхитительно мокрым чавканьем освободила мой пенис из плена своего лона, я тут же подобрал ноги под себя, приподнял Маришу и на коленях встал прямо перед ее милым детским личиком. Несмотря на то, что я финишировал практически только что, член под напором искренней Марининой улыбки снова глядел в потолок.
  
  Мариша стояла передо мной на четвереньках, упираясь растопыренными ладошками. Я нажал на ее плечи и доченька послушно опустилась на локти, так, чтобы мой пенис был точно напротив ее маленького ротика. Как обычно перед минетом, доченька высунула кончик языка и облизнулась, настраивая нас обоих на нужный лад. Мои руки скользнули к ее милым кудряшкам и немного поправили непослушные локоны.
  
  Сделав движение вперед, Марина обхватила своими пухлыми губками член, который только что покинул ее лоно и поэтому был еще влажным. Я с удовольствием ощутил влажный язычок девочки, она немного пошевелила им, а затем высунула и поводила им по напряженному органу.
  
  При этом ее губы продолжали сжимать головку, а Мариша подняла взгляд вверх и посмотрела на меня. Я довольно кивнул и погладил ее забавно покрасневшие ушки. Доченька в ответ на это тихонько замычала и попыталась принять член дальше, помогая себе язычком. Свои ладони она по-прежнему не пускала в ход.
  
  Надо сказать, что обычно и Вика, и Марина ограничивались неглубоким минетом, они никогда еще не пробовали взять член так глубоко, чтобы мои морщинистые яйца шлепнулись о нежный девичий подбородок. Но в этот раз было похоже, что Мариша решила испытать новый способ и принять в ротик хотя бы три четверти папиного пениса, который, кстати, был не таким уж большим, а скорее средних размеров.
  
  Она медленно и осторожно продвигалась вперед, издавая забавные булькающие звуки. Но когда я положил пятерню ей на затылок, чтобы помочь, девочка прекратила свои попытки и наоборот решила пойти назад, пытаясь преодолеть мое сопротивление. Я тут же убрал руки, давая дочери полную свободу действий.
  
  В этот момент Марина попробовала улыбнуться и что-то сказать, но это оказалось сделать довольно сложно по вполне понятным причинам. Несмотря ни на что, выпускать свой объект внимания на волю девочка наотрез отказывалась, продолжая почти безуспешные попытки полностью насадить себя на папин член и издать при этом членораздельные (да-да, именно такие) звуки. У нее получилось что-то вроде:
  
  - Пап, не помофай, я фама хофю попрофывафь!...
  
  Я невольно рассмеялся и попытался сделать дочери замечание:
  
  - Марина, веди себя прилично, не говори с полным ртом!
  
  После такого Мариша едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться, ведь в таком случае ей пришлось бы открыть ротик и упустить добычу. Она улыбалась уголками рта, а в ее глазах блестели озорные искорки.
  
  - Мариш, у тебя все получится, - сказал я. - Просто надо действовать постепенно. Давай попробуем двигаться взад-вперед, как маятник.
  
  Член был в ротике дочери уже несколько минут. Накопившиеся слюнки начали капать на простынь, пока она без особого успеха трепыхалась, елозя губами и язычком.
  
  - Уу-ууммм... - промычала Марина.
  
  Тут ко мне пришла очень интересная идея, которая должна была помочь. Я вспомнил старую считалочку.
  
  - Доча, помнишь считалку про паровозик? - спросил я.
  
  Марина издала недоуменный звук, который я принял за знак согласия.
  
  - Паровозик, чух-чух-чух! - начал я и тихонько двинул член вперед, в "депо".
  
  - Ту-тууууу! - продолжил я, двигаясь в обратном направлении.
  
  После такого Мариша уже не смогла удержаться, она сначала попыталась лишь улыбнуться, выпустила пенис, а затем закашлялась от смеха, вытираясь ладошкой. Я легонько постучал доченьку по спине, чем окончательно сбил настрой. Член обмяк, а смеющаяся мордашка дочери в данном случае никак не способствовала продолжению тренировок.
  
  Нет, мы честно попытались еще раз, но, когда Мариша снова коснулась пениса своими губками, мы вспомнили про паровозик и нас обоих опять накрыла истерика. В этот момент в комнату впорхнула Вика. Ее взору предстала изумительная картина весело хохочущих абсолютно голого отца и сестры в одной юбочке с трусиками на щиколотках.
  
  - Эй, вы чего? - спросила Вика.
  
  - Мы попытались завести поезд в депо, - ответил я, широко улыбаясь.
  
  - И как? - заинтересовалась моя старшая доченька.
  
  - Пока не вышло! Машинист выпал из кабины! - едва сдерживаясь, сказал я.
  
  - Ничего, в следующий раз обязательно получится, пап! Мы с Викой будем тренироваться по очереди, - оптимистично заметила Мариша, легко спрыгивая с постели и натягивая трусики на их законное место. Затем она радостно подбежала к своей старшей сестре и чмокнула ее прямо в губы, сжав ладошкой Викину попку, после чего ретировалась на кухню. Вика ошеломленно посмотрела на меня.
  
  - А что было-то, пап? - спросила она.
  
  - Не обращай внимания, доча! Сегодня вечером все узнаешь! - сказал я, заговорщицки подмигнув.
  
  - Нет, я хочу сейчас! - настаивала Вика.
  
  - Иди, иди, обедать пора... - я легонько шлепнул девочку по попке, разворачивая ее в направлении двери.
  
  Вика попыталась еще пораспрашивать меня, но я обогнул ее и вышел из комнаты. Но затем вернулся и поцеловал свою доченьку прямо в мягкие губы, запустив язык в ее протестующий ротик, а руками сжав такие родные милые груди, обтянутые белой маечкой. Вика перестала возмущаться и ответила на мои ласки. Впрочем, поцелуй длился недолго, я отстранился и пошел в направлении кухни, откуда уже доносились приятные запахи мясного пирога, который разогрела Марина.
  
  ========== Паровозик хочет в депо ==========
  
   Комментарий к Паровозик хочет в депо
   22 человека поставили лайк, но ни один не написал отзыв. Это я так, к слову.
  Вечером мы с Мариной решили посвятить Вику в наши тайные паровозные дела. Девочку не пришлось упрашивать, она впорхнула в спальню, где уже стояли мы с Маришей и запрыгнула на кровать, одновременно задирая юбочку одной рукой и приспуская трусики другой. А еще она сбросила тапочки и положила свои босые ступни друг на дружку, забавно шевеля пальчиками.
  
  После этого Вика приняла возбуждающую коленно-локтевую позу и игриво поводила голенькой попкой, явно ожидая от меня каких-то действий. Не знаю, что она там себе удумала, но я не стал как обычно класть руки на спинку дочери и пристраиваться к ее сочащейся щелочке. Вика недоуменно оглянулась на нас с Мариной.
  
  - Паап? - спросила она.
  
  - Избушка, избушка, повернись к лесу задом, а ко мне передом, - с улыбкой произнес я.
  
  Вика охотно приняла правила игры и начала менять позу, смешно перебираясь на четвереньках. Вот она уже сидит на краешке кровати, подобрав ножки под себя, улыбается и лукаво смотрит на меня.
  
  Я провел рукой по ее темным волосам, которые свободно спадали на плечи, нагнулся и поцеловал ее прямо в маленький вздернутый носик. Марина, в свою очередь, присела рядом с сестрой на кровать и положила свои ладошки на пуговки белой блузки, в которая скрывала крупные груди моей старшей дочери от посторонних взглядов. Юркие пальчики быстро расстегнули застежки и высвободили упругое великолепие с набухшими сосочками.
  
  Мариша наклонилась и легонько приласкала язычком сначала левую, а потом и правую сисечку своей старшей сестренки. Я тем временем перебирал ее волосы одной рукой, а другой лихорадочно расстегивал ремень и молнию на брюках.
  
  Вика пребывала в полной уверенности, что ей предстоит столь любимый в нашей семье и ставший уже привычным неглубокий минет. Она и понятия не имела, что мы с Мариной хотим устроить небольшое железнодорожное приключение.
  
  Начиналось все как обычно. Вика высунула язычок и приоткрыла ротик при виде моего обнаженного члена, который уже не скрывали упавшие на щиколотки брюки. Она подалась вперед и коснулась своими пухлыми губками раскаленной папиной плоти. Меня прошиб озноб, а у дочери покраснели ушки, когда это произошло.
  
  - Чух-чух-чух-чух! - нараспев произнесла Мариша. Это был условный сигнал. Я сделал движение тазом назад, вынуждая Вику податься вперед, чтобы не выпустить пенис из восхитительно горячего плена маленького детского ротика. А Марина тем временем положила свои ладони на обнаженные плечи сестры, успокаивающе лаская ее.
  
  В этот момент я понял, что пора переходить к решительным действиям.
  
  - Ту-тууу! - весело воскликнул я, кладя ладони на затылок дочери. А затем произошло то, что Вика никак не ожидала. Мой член преодолел половину свой длины и исчез в девичьем ротике почти на три четверти. Девочка испуганно дергалась на члене, пытаясь оттолкнуть меня своими маленькими ладошками, но я был не умолим, забыв обо всем, кроме жгучего наслаждения, которое дарило узенькое горлышко моей малышки.
  
  Мои руки прижимали голову девочки так, что она не могла вырваться. Мариша в свою очередь гладила голенькие ножки своей сестрички и шептала ей на ушко ласковые слова, пока мой член яростно таранил доселе неизведанные оральные глубины. Вика не могла кричать, и только приглушенно повизгивала, пока я насаживал доченьку почти до самого основания пениса. Вогнать его на всю длину я боялся и сдерживал себя, так как понимал, что это будет слишком для первого раза.
  
  Но даже такие движения Вика не могла воспринимать спокойно. Ее прекрасные бездонные глаза наполнились слезами. Она уже не повизгивала, а подвывала в такт моим толчкам. Потом девочка и вовсе начала всхлипывать - слезы побежали прямо по ее пухленьким щечкам.
  
  Но мой член продолжал исступленно душить уже порядком замученную дочурку. Если сначала Вика пыталась вырваться и отталкивала меня, то теперь несмотря на слезы она и сама хотела довести дело до конца. Ее губы плотнее обхватили пенис и пытались принять его глубже, но удавалось это не слишком хорошо. Мариша в это время пальчиками ласкала набухшие темные сосочки своей сестры, снимая нервное напряжение
  
  Заплаканное лицо Вики завораживало. Она мерно двигалась на члене, положив свои ладошки на мою голую задницу. Мои морщинистые яйца то и дело пребывали в непосредственной близости от зареванной девичьей мордашки, но никак не могли коснуться подбородка, хотя не только нам обоим хотелось этого, но и Мариночке, которая завороженно наблюдала за нами. Член с причмокиваньем исчезал в ротике Вики почти полностью, но преодолеть это "почти" нам было не под силу.
  
  Я сделал последнее усилие и рванулся вперед. Вика самоотверженно приняла эту попытку, не делая попытки отстраниться, но не сумела добиться полного проникновения - она закашлялась, прямо как ее сестричка сегодня, когда мы впервые попробовали завести в депо паровозик.
  
  Член выскользнул из губ изможденной, но счастливой девушки, давая наконец ей вздохнуть полной грудью. Я хотел было сделать движение вперед и снова оказаться в нежном ротике Вики, но Мариша оказалась быстрее и поймала мой пенис своими губками. Это было для меня уже слишком, я дернулся всем телом и принялся бурно орошать лица своих дочерей соком любви. Капельки брызгали на светлые кудряшки Марины и прямые волосы Вики, потеки бежали по улыбчивой мордашке младшенькой и украшали раскрасневшиеся заплаканные щеки старшей дочери. Меня переполняла радость, но одновременно просыпалось понимание того, что Вике в начале пришлось очень сложно.
  
  Я наклонился и коснулся губами зареванных щек жертвы вечернего сюрприза. Слезы дочери были солеными на вкус. Вика посмотрела на меня и вытерла лицо кулачком.
  
  - Можно было и предупредить! - звонко сказала она.
  
  - Можно, но тогда бы не получилось сюрприза, - виновато ответил я. - Мы с Мариной уже практиковались сегодня заводить в депо паровозик и решили, что тебе это тоже понравится.
  
  - Ну, до конца нам это пока не удалось, - заметила Вика.
  
  - Как и нам с Мариной. Но с тобой мы зашли гораздо дальше!
  
  Я пощекотал пальцами ее сисечки. Вика засмеялась, вырываясь - она очень боялась щекотки.
  
  - Ты молодец, сестричка! Больно было в начале? - участливо спросила Марина.
  
  - Неприятно. Как будто тебя душат... - вздохнула Вика. - Но потом хорошо, надо просто рот пошире открыть и дышать через нос, тогда даже весело!
  
  - А у меня пока не получается так глубоко! - развела руками Мариша.
  
  - Ничего, просто практика нужна, - с улыбкой заявила Вика, натягивая трусики на их законное место. Юбку она решила снять окончательно, как и блузку.
  
  - Ну а теперь умываться и спать! - скомандовал я.
  
  - Завтра еще попробуем? - спросила полуобнаженная Вика, поднимаясь с кровати, чтобы пойти в ванную.
  
  - Возможно! - сказал я, ласково шлепнув девочек чуть пониже спины. Халатик Марины распахнулся и моему взору предстали голенькие груди младшей дочери, которая за сегодняшний вечер ни разу не дала нам с Викой возможности насладиться их видом.
  
  Пока старшая дочь приводила себя в порядок в ванной комнате, я принялся восполнять это упущение, разминая круглые холмики ладонями и лаская их языком. Но когда Мариша потянулась губами вниз, к моему уже вновь воспрявшему члену, я одернул ее, придержав за плечи.
  
  - На сегодня хватит! - по-отечески произнес я. - Ты и так сегодня устала.
  
  Мы поцеловались и Мариша запахнула халат, поднимаясь с кровати, чтобы занять ванную комнату, откуда только что выпорхнула посвежевшая Вика.
  
  ========== Кофе ==========
  
  На следующий день, в субботу, у Мариночки занятий не было вовсе, а у Вики одна лабораторная. После того, как старшая доченька ранним утром упорхнула в университет, я зашел в комнату девочек проверить, спит ли Марина.
  
  Младшенькая тихонько посапывала, набирающее силу солнце не могло пробиться сквозь жалюзи, в комнате царил полумрак. Я с удовольствием посмотрел на нежную девичью мордашку, умиротворенное выражение которой заставляло меня улыбаться от радости.
  
  Первым желанием было подойти к кровати и поводить членом по симпатичному девичьему личику, оставляя влажные следы на щечках и носике девочки. Так я обычно и делал в будние дни, когда доченькам нужно было бежать на занятия, а мне - ехать на работу. Но сегодня был выходной, поэтому я лишь заботливо подоткнул одеяло и побрел на кухню готовить кофе.
  
  Ароматный горячий напиток вдохнул в меня новые силы. За окном бушевала весна, деревья зеленели листвой, а девушки на улицах были нарядно раздеты. Я зажмурился и представил, как мой член орошает лицо Мариночки, как потеки нектара разливаются по ее губкам и шейке, как я трусь пенисом о ее круглые груди с твердыми сосочками, как она берет член в свои горячие ладошки и мнет его, растирает, лаская мизинцами мои сморщенные яички. Ощущения были столь яркими, что я тяжело задышал и поставил чашку на стол.
  
  А самое приятное в таких мыслях было то, что я мог превратить эти фантазии в реальность, просто придя к Марине в комнату и попросив проделать все это. От таких соображений все буквально млело внутри. Я представил, как она скажет своим мелодичным голосочком "Конечно, пап!" и встанет на коленки, приветливо открыв ротик - и мое сердце начало буквально выскакивать из груди. Может быть, это от кофе?
  
  Я протер глаза и уставился на мерно тикающие часы, которые висели в кухне над обеденным столом. Мне до сих пор иногда казалось, что все что происходит между мной и дочерьми в последнее время лишь сон, морок, иллюзия, еще чуть-чуть - и я проснусь и все будет как прежде... Но нет. Я даже пару раз щипал себя иногда вот так по утрам перед тем, как заняться оральным сексом с Викой и Мариной, чтобы убедиться в том, что девочки действительно делают это не во сне, а наяву.
  
  В это время на кухню забежала Марина, шлепая босыми подошвами. Она была одета только в одну коротенькую маечку, которая почти не скрывала ее восхитительную грудь и упругую попку. Во мне тут же включился родительский инстинкт:
  
  - Мариша, немедленно надень тапки, а то простудишься!
  
  - Я быстро пап, только воды попью! - воскликнула Мариша, подбегая к чайнику.
  
  Тут она бросила взгляд на меня.
  
  - Паап, ну мы же договаривались! Зачем ты опять его пьешь?! - возмутилась девочка.
  
  Я не успел убрать чашку с недопитым кофе и дочь стала свидетельницей моего преступления. Мы действительно договаривались, а я и забыл. Все дело в том, что кофе довольно сильно добавлял горечи моим любовным сокам, что не слишком нравилось Вике и Марине. Они предпочитали, чтобы я сидел на яблочно-ягодной диете, тогда делать мне минет им нравилось больше всего.
  
  - Так, пап, я сейчас приду!
  
  Мариша удалилась, а я сидел, виновато отвернувшись. Остатки кофе я вылил в раковину. Я был ужасно расстроен, что подвел свою доченьку. Впрочем, она уже нашла выход из положения, притащив мне два яблока и банан на блюде. Вместе они составили весьма двусмысленную композицию.
  
  - Быстро съешь сейчас же! - строго сказала девочка.
  
  - Как скажешь, - улыбнулся я.
  
  После завтрака мы подождали полчаса, пока продукты усвоятся. Мариша в это время смотрела сериал, а я быстренько сходил в магазин у дома, закупив продуктов на обед, не забыв хорошенько затариться мультифруктовым соком. Когда я вернулся, Мариночка закрыла ноутбук, поправила маечку и присела на краешек дивана, поджав губки. Она все-таки послушалась моего совета и сидела не босиком, а в мохнатых тапочках.
  
  - Ну что? - спросил я. - Ты больше не дуешься?
  
  Мариша хмыкнула и пожала своими голенькими плечами.
  
  - Можно мне... - я подошел к девочке и положил руку на ее милые кудряшки, которые приятно щекотали ладонь. Доченька не стала изворачиваться, чтобы избежать ласки, из чего я сделал вывод, что не так уж и сильно провинился, а это значит, что ротик дочери этим утром все же подарит наслаждение нам обоим. Мариша получала не меньше удовольствия во время минета, чем я, поэтому чаще всего ее детские капризы заканчивались совсем коротким бойкотом.
  
  - Только сегодня никаких паровозиков, - поставила условие девочка.
  
  - Ладно, - согласился я и, наклонившись, чмокнул ее прямо в пухлые губки, одновременно положив ладони на упругие девичьи груди, скрытые тонкой тканью маечки.
  
  Потом я снова принял вертикальное положение и начал расстегивать брюки, чтобы насладиться восхитительно влажным девичьим ротиком, но в этот момент в замке повернулся ключ. Вика вернулась пораньше.
  
  Дочка влетела в комнату в весьма приподнятом настроении.
  
  - Ура, сдала! Мне зачет автоматом поставили!
  
  - Молодец, доча! - сказал я и, как был, со спущенными штанами, привлек старшую доченьку к себе и поцеловал ее в лоб.
  
  - А чем это вы тут занимаетесь? - Вика только сейчас обратила внимание на то, что мои брюки болтаются где-то в районе щиколоток.
  
  - Да вот... - развел я руками.
  
  - Можно мне тоже? - озорные искорки зажглись в глазах моей темноволосой малышки.
  
  - Конечно можно! - я пригласил Вику радушным жестом разделить удовольствие с сестренкой.
  
  - Только сегодня без паровозика! - добавила Мариша.
  
  - Почему? - опешила Вика.
  
  - Ну сколько раз мы говорили, что кофе плохо влияет на вкус!
  
  - Пап, ты пил кофе?! - Вика округлившимися глазами посмотрела на меня.
  
  Я виновато кивнул.
  
  - Да тут должно быть наказание пострашнее! Одними паровозиками он не отделается! - Вика была преисполнена решимости. Я понял, что дело пахнет керосином.
  
  Марина уже настроилась на минет, но сестра была неумолима. Она села на колени рядом со мной, положила руку на плечо Мариши и твердо сказала:
  
  - Сегодня будем без десерта. Вообще.
  
  А после этого она взялась своими пальчиками за брюки, подтянула их мне до пояса и попыталась застегнуть ремень. Но из-за эрекции ей это сразу сделать не удалось. Впрочем, член, почувствовав изменение обстановки, начал опадать, и старшая дочь завершила начатое.
  
  Застегнув молнию, она поднялась с колен.
  
  - Мы идем готовить обед. А ты, папа, подумай-ка над своим поведением! - грозно заявила доченька, утащив Марину на кухню. Я в подавленном настроении остался стоять в комнате девочек и уставился на милое одеяло со слонятами. Слоны махали розовыми ушами и улыбались, как мне казалось, издевательски.
  
  ========== Кофе. Часть 2 ==========
  
  Я еще постоял в спальне некоторое время, на что-то надеясь. Но надежды мои были тщетны - и Вика, и Марина твердо решили отучить меня от кофе, так что никаких оральных ласк не предвиделось. Мы сели обедать молча, сохранялась напряженная атмосфера. Тишину нарушила Марина:
  
  - Пап, мы тут подумали и решили - сегодня никаких минетов!
  
  Я аж подавился. Категоричность заявления вогнала меня в уныние. Доев ставшую безвкусной пищу, я удалился.
  
  Но это был не последний удар. Девочки решили меня добить. Спустя пару минут Вика в коротеньком халатике появилась в дверном проеме моего кабинета.
  
  - Паап?... - спросила она.
  
  - Да, доча? - с надеждой ответил я.
  
  - Это еще не все. В общем, ну... - она покраснела. - Мы решили, что этого недостаточно. Ну, запрета орального секса. Марина и я... Мы не позволим тебе заниматься с нами любовью вообще! Вот! - наконец выпалила она.
  
  Я пожал плечами. К этому я был готов.
  
  - Целый день! - добавила Вика.
  
  Видя, что это не производит на меня почти никакого впечатления, девочка смутилась.
  
  - И никакой мастурбации! - внезапно сказала доченька.
  
  - Что-о? - не поверил я своим ушам. - Но как же?... - я был просто шокирован заявлением своей старшей дочери.
  
  - А чтобы тебе было сложнее, мы будем ходить голенькие! И прямо сейчас начнем стриптиз показывать! - старшая дочь ехидно высунула язычок.
  
  - Ах ты, егоза! Ну я тебе задам! - я бросился к дочери, желая хорошенько проучить ее, но Вика звонко рассмеялась и выпорхнула из комнаты. Я кинулся за ней и сжал девочку в объятиях, да так, что мы упали прямо на мягкий ковер в коридоре. Я прекрасно знал, чего моя доченька боится больше всего.
  
  - Нет! Только не щекотка! - взвизгнула Вика, отчаянно пытаясь вырваться. Но мои пальцы уже скользили по ее голым пяточкам и щиколоткам, постепенно пробираясь вверх, к упругой попке, которую едва скрывал распахнувшийся в процессе нашей борьбы халатик.
  
  Но, почувствовав, что мои намерения заключаются не только в щекотке, Вика прекратила бесплодные попытки вырваться и позвала на помощь свою младшую сестричку. Марина незамедлительно появилась, шокировав меня своим внешним видом, да так, что я от неожиданности выпустил Вику из своих объятий. Я не воспринял угрозы дочерей в серьез, но оказалось, что они не шутили - Мариша была абсолютно голенькой, в одних тапочках.
  
  Улыбнувшись своей открытой, приветливой улыбкой она погрозила мне пальчиком. Ее груди с торчащими сосками не оставляли мне выбора, кроме как смотреть прямо на них, хотя гладенькая щелочка в промежности дочери также была невероятно привлекательна.
  
  - Никакого секса сегодня, паап! Мы же договорились!
  
  Улыбка обнаженной Марины полностью выбила меня из колеи, а уж когда девочка повернулась ко мне своей прелестной попочкой и ехидно покрутила ею, я и вовсе покраснел от переизбытка чувств. Подумать только, если бы не моя оплошность, я смог бы прямо сейчас схватить это юное чудо, поставить в позу речного животного и насладиться ее упругой горячей узостью тут же, в коридоре на ковре!
  
  Тем временем Вика воспользовалась моей слабостью, вскочила и принялась облачаться в костюм Евы. Она была чуть выше своей сестры и отличалась от нее цветом волос - у Вики они были темные, а у Мариши - светлые. Вика отбросила халатик, крутнулась на пятках и, повернувшись, послала мне воздушный поцелуй.
  
  После этого весь вечер девочки издевались - дразнили меня, бегали повсюду голенькими и даже иногда как бы невзначай терлись об меня своими прелестями, всячески провоцируя - то Вика заденет меня своей упругой грудью в коридоре, то Мариша словно случайно коснется своими ягодицами во время сервировки стола к ужину.
  
  Я держался из последних сил, чтобы не начать мастурбировать прямо у себя в комнате. Но было понятно, что мошенничать тут нельзя - уговор есть уговор. Я терпел, как мог, практически до зубовного скрежета. Даже просто голосочки дочерей вызывали у меня почти мгновенную эрекцию, весь ужин я как дурак просидел с приподнятой скатертью.
  
  В другое время Мариночка обязательно бы улучила момент, и, расправившись с пирогом, залезла бы под стол, чтобы взять в свой милый детский ротик мой изможденный член, но только не сейчас. Впрочем, под конец дня она смотрела на меня скорее сочувственно, чем ехидно. Но финальный удар дочери приберегли на вечер.
  
  Около восьми я решил отвлечься и посмотреть сериал перед сном. Но не тут-то было. Голенькие дочери ввалились в комнату и принялись заниматься тем, чем уж точно не занимаются сестры в обычных семьях.
  
  - Привет, пап, мы тебе не помешаем? - с улыбкой спросила Вика.
  
  - Нет, - угрюмо ответил я, принимая правила игры.
  
  Вика положила руки на бедра Мариши и привлекла ее к себе. Личико Марины было в непосредственной близости от Викиной мордашки, когда старшая доченька неожиданно опустила руки ниже и сжала попку своей милой сестрички. Мариша ойкнула, а Вика тут же закрыла ей губки поцелуем.
  
  Я с почти болезненным наслаждением смотрел на то, как целуются мои любимые прелестные дочери, как они ласкают друг друга ладошками, как Вика целует Марину в шейку, а та стонет от наслаждения, как Мариша руками растирает промежность Вики, доводя ту до криков исступления... Все это я видел, словно в тумане, мой член давно уже почти разрывал ткань брюк, а все тело тряслось от нетерпения. Но дочери не обращали на меня никакого внимания, они были заняты.
  
  Постепенно девочки перешли на мою кровать, последнее что я запомнил, как они устроились валетом друг на друге, Марина была сверху и орудовала своим язычком в промежности Вики, при этом разместив свои прелести прямо над личиком старшей сестры, которая, в свою очередь, ласкала младшенькую язычком. Но, приглядевшись, я увидел, что объектом Викиных ласк, были не складочки девичьих лепестков Марины, а ее попка, Вика буквально ввинчивалась в дырочку своим языком, одновременно пощипывая соски сестры.
  
  Это уже было выше моих сил, я встал с кресла, чтобы пойти на кухню попить воды. Вернувшись, я застал девочек сладко сопящими на моей кровати. Не желая прерывать их сон, я лишь прикрыл двух этих милых ангелочков одеялом и ушел спать на лоджию, благо майская погода располагала к этому.
  
  ========== Никогда больше ==========
  
  Проснулся я от нежных прикосновений. Было просто невероятно открыть глаза и увидеть, что младшая дочь уже склонилась над моим членом и легонько ласкает его своим маленьким язычком. Я потянулся рукой и погладил ее шелковистые волосы, провел пальцами по бархатным пухлым щечкам и вздернутому носику. Мариша отвлеклась от своего занятия и улыбнулась, поправив непослушную прядь волос. Она была в одной ночнушке, но не босиком, рядом с диваном стояли пушистые тапочки - девочка усвоила вчерашний урок.
  
  - Не отвлекайся, пожалуйста, - тихо попросил я.
  
  - Не буду, пап... - прошептала девочка.
  
  - Вы больше на меня не злитесь? - взволнованно спросил я.
  
  - А ты не будешь пить кофе? - Марина посмотрела на меня своими огромными глазами.
  
  Я наклонился и ласково чмокнул ее в губки, одновременно сжав руками упругие сисечки дочери.
  
  - Никогда больше, обещаю, - тихо сказал я.
  
  В приоткрытое окно лоджии ласково задувал теплый майский ветерок, пели птички, на детской площадке шумели дети, которых вывели погулять в выходной день. А моя Мариночка в это время с хлюпаньем насаживалась своим детским ротиком на отцовский член, пуская аппетитные слюнки и помогая себе ладошкой. Я немного приподнялся и коснулся рукой ее попочки, которую не могла скрыть короткая ночная рубашка. Игриво вильнув филейной частью, Мариша неразборчиво промычала:
  
  - Неф уф, папа! Фнафяла минет, а пофом вфе офтальное!
  
  - Хорошо, доча, как скажешь! - улыбнулся я.
  
  Я откинулся на подушку и принялся наслаждаться ощущением горячего дочкиного ротика и юркого язычка, который так и порхал вокруг моего пениса. Впрочем, продолжалось это недолго, так как Марина сменила тактику, выпустив член на воздух и принявшись покрывать его робкими поцелуями, а также касаясь им своего носика и щечек. Я не выдержал нежных прикосновений девочки и с тихим хрипом кончил прямо на ее лицо. Эмоции буквально захлестывали меня, после целого дня воздержания член все брызгал, и брызгал, не желая останавливаться.
  
  Мордашка дочери покрылась липкими капельками, которые она с улыбкой слизывала, но нектар продолжал извергаться, правда, уже не на ту высоту, что в начале, брызги падали на мой живот и руки. Увидев такое безобразие, девушка наклонилась, и принялась губами собирать остатки. Я восторженно гладил ее волосы и покрасневшие ушки, пока Марина увлеченно предавалась столь приятному занятию.
  
  Закончив, Мариша приподнялась на руках и поцеловала меня в губы. После этого она лукаво улыбнулась.
  
  - Ну как?
  
  - А... паровозик? - совсем уже обнаглев, сказал я.
  
  - Это потом, после завтрака! - засмеялась Мариночка, запахивая ночнушку. Напоследок я ухватился за ее голенькую грудь, но девочка решила не давать мне распускать руки и вскочила с дивана.
  
  - А Вика справится с готовкой? - встревоженно спросил я.
  
  Все-таки главным кулинаром у нас была Мариша.
  
  - Да там только пирог разогреть, - отмахнулась младшая дочь. Она наклонилась, чтобы обуть тапочки, но тут-то ее и поджидал сюрприз. Ночная рубашка задралась, явив мне и птицам за окном нежные девичьи прелести. Ухватив девушку за бедра, я притянул ее к себе и чуть наклонил вперед. А затем начал ласкать ее, но не розовые лепестки, как обычно, а маленькую дырочку, как ее сестра вчера в моем кабинете.
  
  Мариша принялась тихонечко повизгивать, когда мой язык начал ввинчиваться в ее черный ход. Мы никогда даже не заикались об анальном сексе, вполне возможно, что доченька восприняла это как к прелюдию именно к нему. Но все прервала Вика, позвав нас кушать. Я прекратил ласки, быстро поднялся с дивана, вернул ночную рубашку на место и усадил доченьку на край своей постели.
  
  Мариша волнительно открыла ротик, готовясь принять папин член. Он уже в был в восторге и глядел прямо в потолок.
  
  - Я кончу тебе в ротик, и пойдем кушать, хорошо? - спросил я.
  
  - Только в этот раз неглубоко, ладно? - попросила девочка, которая прекрасно понимала, что я хочу задавать темп сейчас, а не позволять ей делать это, как уже было сегодня утром.
  
  Я кивнул и ласково потрепал Марину по щеке, одновременно другой рукой направляя пенис в ее пухлые приоткрытые губки. Девочка даже вздохнула от волнения, когда мой член наконец коснулся язычка и она крепко сжала его своими губами.
  
  Положив обе руки на ее затылок, я принялся неспешно двигаться в хлюпающем и мычащем девичьем ротике. Восхитительные ощущения дополнялись тем, что девочка не ограничивала ход члена ладошками, наоборот, она положила руки на свои голые коленки, полностью доверившись мне. А я, в свою очередь, помнил наш уговор, и следил за тем, чтобы пенис погружался в ротик дочери не более чем на половину длины.
  
  - Ну что, покажи папочке, как ты играешь на кожаной флейте! - хрипло воскликнул я, дрожа от нетерпения.
  
  Девочка сдавленно засмеялась и отпрянула, повернув свою белокурую головку так, чтобы мой член не упирался в основание язычка, а забавно оттопыривал щечку. Затем она подняла руки к пенису и пальчиками изобразила игру на духовом музыкальном инструменте. Я не выдержал, сжал пятерней ее затылок и принялся буквально таранить беззащитный ротик доверившейся мне дочери, не забывая однако, что нельзя заходить глубоко.
  
  Волны наслаждения накатывали на меня одна за другой, Марина отчаянно мычала и стонала, не открывая рта, чтобы не выпустить мой нектар, но все же несколько белесых потеков побежали по ее подбородку прямо на шейку и грудь, скрытую полупрозрачным материалом ночнушки.
  
  Увидев такое дело, я, недолго думая, наклонился и слизнул липкие капельки с подбородка дочери. А потом подал ей руку, помогая подняться и мы поспешили на кухню, где меня ожидал просто невероятный сюрприз.
  
  Оказывается Вика вовсе не собиралась разогревать пирог, и сразу решила начать со сладкого. Она была в образе сиреневолосой девушки из японских комиксов - украшение в виде звездочки лбу отлично дополняло необычную прическу.
  
  Вика поздоровалась со мной и принялась поглощать мороженое, которое стояло прямо перед ней в вазочке на столе. Ее перепачканная мордашка выглядела до того мило, что я не удержался и сделал пару снимков.
  
  - Ух ты! - не сдержала вздоха восхищения Марина!
  
  - Здорово получилось! - сказал я, делая еще один снимок.
  
  Вика сложила губы словно для поцелуя и буквально слизывала мороженое с палочки. Это было просто удивительно!
  
  - А ты не хочешь попробовать, пап? - игриво поинтересовалась сиреневолосая красавица.
  
  - Конечно хочет! - ответила Марина за меня. Она ухватилась своей маленькой ладошкой за мои трусы и дернула их вниз. Уже переживший сегодня два приключения член, тем не менее снова окреп, глядя на то, как юная дочь поглощает мороженое. Улыбнувшись, девочка отправила в ротик новую порцию, забавно высунув язычок. Это почти добило меня, пенис так сильно напрягся, что даже болел от возбуждения.
  
  Я сделал шаг вперед, думая что доченька отставит вазочку в сторону, но не тут было. Я понял весь коварный замысел дочерей слишком поздно, уже когда Мариша зачерпнула сладкую холодную смесь ладошкой и опустила ее прямо на дрожащую от возбуждения головку отцовского пениса. Холод обрушился на все мое естество, проникая, казалось прямо в душу. Колени у меня задрожали, когда обе девочки достали откуда-то мягкие подушки и сели у моих ног, не забыв поставить вазочку с мороженым рядом.
  
  Вика снова высунула свой розовый язычок и слизнула успевшую подтаять сладкую смесь.
  
  - Вкусно... - прошептала она и пощекотала кончиком пальца основание члена. Я едва не зарычал от удовольствия, в то время как Мариша во все глаза смотрела на мою реакцию. Это было невероятно, я уже мечтал о том, как мой пенис вторгнется в горячий Викин ротик, избавившись от тягучего и щемящего ощущения холода.
  
  Но тут в дверь позвонили. Мариша нехотя встала с колен и подбежала к двери. А затем она закричала радостным голоском:
  
  - Ура! Аркаша вернулся!
   Комментарий к Никогда больше
   Вика в образе.
  
  http://s.pikabu.ru/post_img/2014/01/06/1/1388962737_16826903.jpg
  
  ========== Возвращение Аркаши ==========
  
  Почти две недели я был в командировке в соседнем городе. Жить пришлось в самой недорогой гостинице, с минимумом комфорта, вдобавок в соседнем номере остановилась влюбленная парочка, которая как назло каждую ночь очень громко занималась любовью. Я пытался затыкать уши, накрываться подушкой, но ничего не помогало - шум был просто ужасный.
  
  В такой ситуации любой нормальный человек давно бы уже пошел к соседям и попросил не шуметь. Но я был слишком мягкотелым для этого и поэтому терпел. Пожаловаться в администрацию и попросить переселить меня в другой номер я, разумеется, тоже не мог - вдруг из-за меня у парочки будут неприятности?
  
  Каждый день проходили обязательные конференции и семинары, на последние из которых я ходил уже абсолютно ничего не соображая. Две недели недосыпа почти выключили меня из реальности. Огромные синяки под глазами и шатающаяся походка стали моими постоянными спутниками, другие постояльцы наверное принимали меня за алкоголика или наркомана.
  
  А когда на четвертый день я уже почти набрался смелости пойти к соседям и прекратить эту вакханалию, мне на глаза попались сами виновники моего двухнедельного кошмара. Влюбленные выглядели невероятно поглощенными друг другом. Она - милая миниатюрная блондинка с огромными глазами и длинными ножками в мини-шортиках, он - высокорослый паренек в очках. Чтобы целоваться, девушке приходилось становиться на цыпочки. Ее возлюбленный во время поцелуя давал волю рукам, вовсю наминая аппетитную девичью попку.
  
  Они прижимались друг к друг прямо в коридоре, недалеко от дверей своего номера. Я прошел мимо, не издав ни звука, а потом тихонько шмыгнул в свою комнату и рухнул на диван. Было около шести вечера. Может быть, удастся заснуть?
  
  Но нет... Буквально через пару минут из соседней комнаты снова донеслись характерные звуки. Девушка кричала громко, ничуть не сдерживаясь. Я слышал ее стоны и ритмичный стук, и мог только догадываться - это спинка кровати стучит о стену, или ее партнер настолько вошел в раж, что в стену бьется белокурая головка самой нимфетки?
  
  Вспомнив нимфеток, я переключился на Вику и Марину. Я не видел их уже почти три дня, а предложение поехать в командировку было настолько неожиданным (сотрудник, который должен был ехать вместо меня, заболел, отказаться я не мог), что мы даже не успели это обсудить. Самое абсурдное, что у меня не было номеров телефона ни Анатолия Станиславовича, ни его дочерей, несмотря на то, что мы с девочками регулярно занимались сексом. Это было дико, но тем не менее все обстояло именно так.
  
  Возможно, это было связано с тем, что ни я, ни девочки не считали наше общение какими-то романтическими отношениями. Мы не ходили на свидания, я не признавался им в любви (да и было бы странно признаться в любви обеим одновременно), Вика и Марина все время расспрашивали меня о личной жизни и были прекрасно осведомлены, что я практически не способен общаться с противоположным полом - краснею, бледнею и падаю в обморок.
  
  Но почему же в таком случае я мог не только разговаривать с Викой и Мариной, но и в любой момент безо всякого стеснения вывалить прямо перед их личиками свой член поводить по их пухлым губкам, а они, в свою очередь, принимали это как должное? Почему?!
  
  Я терзался этим вопросом, пока за стеной разыгрывался целый звуковой спектакль - девушка сначала умоляла прекратить, потом наоборот кричала "Быстрее, быстрее!", а затем могла уже только нечленораздельно мычать. А в мою голову продолжали лезть разные мысли.
  
  Я вспомнил, что дочери Анатолия Станиславовича и он сам во время наших вечерних посиделок говорили о матери семейства. Может ли быть так, что все это поведение девочек, включая секс с собственным отцом, связано с тем, что их мама покинула семью, когда Марине было четыре годика, а Вике пять? Возможно, что у них еще тогда случилась детская психологическая травма, которая уже в подростковом возрасте привела к боязни отношений с посторонними мальчиками?
  
  А со мной девочки не опасались не только общаться, но и заниматься сексом по одной причине - я в их глазах уж точно не был объектом романтических переживаний или мечтаний. Фактически, Вика и Марина просто использовали меня в качестве источника сексуального наслаждения, я был им нужен для разнообразия, что ли.
  
  Кроме того, папа девочек работал с утра до вечера, мой рабочий день был короче - а значит, мой член можно было использовать тогда, когда Анатолий Станиславович был на службе. Честно говоря, эта мысль меня резанула. Было неприятно вдруг подумать, что тебя используют. Нет, в какой-то мере это можно было назвать сексом по дружбе, но разве можно дружить, даже не обменявшись номерами телефонов? Кроме того, до тех пор, пока девочки не пришли ко мне в один прекрасный момент, чтобы пригласить "на чай", никакой дружбой между нами и не пахло.
  
  Но, если я им нужен только для разбавления секса с папой, то как тогда объяснить тот факт, что мы часто занимались любовью вчетвером, а, точнее разбивались на пары? К примеру, я садился на краешек дивана, а Мариша делала мне минет, стоя на коленках возле постели, пока Анатолий Станиславович за моей спиной занимался классическим сексом со своей старшей дочерью, при этом я чувствовал ее жаркое дыхание на своих плечах. Иногда в момент кульминации Вика вкладывала свои маленькие ладошки в мои руки, и я сжимал их, словно не давая девочке вырваться из объятий ее отца.
  
  Кроме того, сложно было вписать в мою теорию одну попытку секса втроем с Мариной и Анатолием Станиславовичем, и поездку на озеро, и выходы в парк на прогулки и в кино, замечательный минет в автобусе... От сердца вроде бы отлегло. И тем не менее, осадок от этих мыслей остался.
  
  Тем временем крики за стеной прекратились. "Неужели уснули?" - с надеждой подумал я. Тут же сомкнув глаза, я провалился в сон. Но длился он не долго - отчаянные девичьи стоны за стенкой вытащили меня из сна, словно подцепив за загривок на крюк строительного крана. Сначала я даже не понял, что произошло, думал, что мне все еще снится кошмар, но чем-то заляпанный потолок гостиничного номера и пахнущие сыростью простыни заставили меня поверить в реальность происходящего.
  
  Влюбленные за стеной не собирались успокаиваться - девушка кричала все громче. Я посмотрел на часы - полпервого ночи. Поспать удалось всего лишь около четырех часов. Я снова зажмурился и попытался отвлечься, но дикие крики в соседнем номере били как молотком по голове. Звукоизоляция в этой гостинице отсутствовала напрочь.
  
  Неудивительно, что спустя две недели без сна я стал жутко раздражительным. Как ни удивительно, но парочка занималась любовью ночи напролет именно когда я был в соседнем номере. Когда я в последний раз спускался на первый этаж, то с досадой обнаружил, что влюбленные также съезжают - они стояли с чемоданами и мило беседовали о чем-то у стойки регистрации. У меня даже мелькнула мысль, что они так старались специально, зная, что не дают спать своем соседу. Впрочем, на деле вряд ли парочка даже догадывалась о моем существовании.
  
  Всю дорогу назад в поезде я проспал, меня будил проводник. Выйдя на перрон, я посмотрел в пасмурное небо. Блин, насколько же мне было скверно на душе. Я постоянно думал о своей теории, а внутри словно скребли кошки. Почему девочки не обменялись со мной телефонами? Скучали ли они, да что там скучали, вспомнили ли обо мне хоть раз?
  
  Вернувшись домой рано утром и приняв душ, я решил в первую очередь заглянуть к своим прекрасным подружками (а подружкам ли?) Без особой надежды я нажал на кнопку звонка двери напротив. Был выходной, девочки запросто могли уехать с папой на природой или еще куда.
  
  Но почти сразу я услышал легкие девичьи шаги за дверью. Дверь открыла Мариша. Как бы банально это не звучало, но мое сердце буквально выпрыгнуло из груди, когда я увидел радостное выражение ее лица и услышал возглас:
  
  - Ура, Аркаша вернулся!
  
  Девочка вытянула руки вперед, мы обнялись, как друзья. А потом поцеловались, уже совсем не по-дружески. И затем Мариночка уже вовсе вышла из "френд-зоны" - она опустилась на колени прямо тут, в коридоре, даже не подложив под коленки что-то мягкое и открыла ротик. А потом подняла голову и посмотрела своими большими голубыми глазами прямо на меня. И высунула язычок.
  
  Я лихорадочно расстегнул ширинку и вытащил раскаленный и до предела отвердевший член. Девочка с готовностью пошевелила своим язычком. Мой член будто сам по себе скользнул в ее влажный ротик. Мариша повернулась немного, так, чтобы пенис упирался в ее щечку, оттопыривая ее.
  
  - Марина, кто там? Ты идешь?! Мороженое же тает! - крикнула Вика откуда-то из глубины квартиры.
  
  - Ожну минуфофку... - промычала Мариша, резко насаживаясь на мой член. Мне хватило даже полминуты. Практически через два-три движения головы девочки, мой член напрягся, а не четвертый раз я не выдержал и извергся в сладко мычащий детский ротик. Девочка еще немного подержала мой член у себя за щечкой, пару раз издав хлюпающий звук, проглатывая нектар. Тоненькая струйка побежала у нее по подбородку.
  
  А потом девушка поднялась на ноги, явив мне свои покрасневшие коленки, улыбнулась и за руку потащила меня на кухню, где Вика с папой вовсю лакомились мороженым.
  
  
  ========== Папа, а ты будешь к нам приставать? ==========
  
  - Папа, а ты сегодня будешь к нам приставать? - кокетливо спросила Мариша, положив свои ладошки мне на штаны. Я сидел в кресле после тяжелого рабочего дня и чувствовал себя просто разбитым.
  
  А мои девочки напротив, вели себя весело и задорно. Они явно нуждались во внимании противоположного пола. С сегодняшнего дня у них в университете начинались каникулы перед летней практикой. Сессию обе девочки сдали на отлично автоматом, поэтому сейчас они сидели дома, страдая от безделья.
  
  - А как же Аркаша? Разве он не приходил к вам утром? - я прекрасно помнил, что около шести я позавтракал и уехал на фирму, оставив дочерей в компании соседа, недавно вернувшегося из командировки.
  
  - Так его всего на один минет хватило! Он кончил Вике в ротик и сбежал на работу! - Мариша обиженно надула губки.
  
  - Какой кошмар... - пробормотал я. Усталость по-прежнему не проходила.
  
  - Вся надежда на тебя, пап! - Вика появилась в проеме, одетая в полупрозрачный пеньюар. При этом обута она была в тапки-зайцы, что было очень контрастно по сравнению с остальным нарядом.
  
  - Как говорится, одним минетом сыт не будешь, - добавила она и пожала плечами, улыбнувшись.
  
  - А у меня во рту даже маковой росинки не было! - заявила Марина, внезапно покраснев. Уж казалось бы, не моим девочкам краснеть от таких заявлений, и тем не менее, ее щечки покрыл стыдливый румянец.
  
  - В смысле, пиццу-то мы, конечно, заказали... Я в другом смысле, - зачем-то принялась оправдываться Мариша.
  
  Мы со старшей дочерью прыснули. Я привлек к себе девочку и по-отечески потрепал ее кудряшки.
  
  - Да мы поняли, доча! - со смехом воскликнул я.
  
  Сменив гнев на милость, я поерзал в кресле и принялся расстегивать ремень.
  
  - Ладно уж... Не знаю, что получится, я слишком уставший для этого дела.
  
  - Чур я первая! - Мариша как в школе подняла руку, приставив к локтю выпрямленную ладонь.
  
  - Ох, ты моя деточка! Отличница какая! - улыбнулся я, потискав Маришину грудь.
  
  - Уступишь сестричке? - обратился я к Вике.
  
  - Вообще-то мы можем сделать это вместе, - ответила та, поправив свое одеяние, которое едва прикрывало самые сокровенные места.
  
  - Ну что ж, если Марина не против... - начал я.
  
  - Не против! Только начну я, - заявила девочка. Мы с Викой пожали плечами, а Мариша слезла с подлокотника кресла, опустилась на колени и эротично облизнула губки язычком. Несмотря на усталость, мой член поневоле начал подавать признаки жизни. Младшая доченька поправила оранжевый топ и зачем-то приспустила свои трусики перед тем, как расстегнуть мне ширинку.
  
  Вика тем временем не сидела сложа руки. Она заняла место на подлокотнике, где только что была ее сестренка. Сбросив тапочки, девушка обнажила свои миниатюрные ступни, которые так и хотелось приласкать. Я наклонился и принялся покрывать поцелуями ножки старшей дочери, пока младшенькая на коленях освобождала папин член из джинсового плена.
  
  - А он не выглядит уставшим! - воскликнула Марина, коснувшись пениса ладошкой. Он отозвался довольным дрожанием, после чего девочка высунула язычок и осторожно приласкала самый кончик. По моему телу разлилась волна блаженства. Мариша обычно не спешила брать член губами сразу, а сначала дарила эти волшебные мгновения, предвкушая как свое, так и мое удовольствие.
  
  А я вместе с тем наслаждался Викиными ножками, вдыхая нежный девичий запах, лаская каждый миллиметр ее милых ступней и миниатюрных пальчиков. Впрочем, через некоторое время до меня дошло, что я получал двойное наслаждение, Марише также нравилось ее занятие, а вот самой Вике было не слишком-то удобно в такой позе.
  
  Дело в том, что моя старшая дочь вынуждена была вытянуться фактически поперек кресла, да еще вдобавок прижиматься к моему животу, чтобы не мешать Марине делать минет. Поэтому я спросил Вику:
  
  - Может быть ты хочешь присоединиться к Марише?
  
  Вика тут же покинула подлокотник, грациозно спрыгнув с кресла и радостно покрутила попкой, разминая затекшие ножки. А Марина между тем приступила ко второму этапу - она прекратила ласки язычком и начала тихонько брать член губками, тут же выпуская его, улыбаясь реакции, которая легко читалась на моем лице.
  
  Мой член на фоне улыбчивой мордашки дочери заставлял все внутри петь и танцевать. Я ласково погладил обнаженные плечи девочки, когда она в очередной раз приняла пенис в ротик, сделав обманное движение, словно вот-вот начнет сам процесс. Но нет, и на этот раз Мариша освободила член буквально через мгновение, издевательски улыбнувшись при этом, даже не думая начинать.
  
  Я чувствовал одновременно и наслаждение, и досаду, мне уже хотелось схватить доченьку за ее косички, торчащие в разные стороны, и яростно насадить ее ротиком на член, надеть так, чтобы аж захлюпало, и потом еще придавить сверху! Да, немножко придушить это ангельское создание, чтобы она забулькала и протестующе замычала, а по ее пухлым щечкам потекли слезы!..
  
  Едва сдерживая себя, я вцепился в подлокотники и сжал зубы, пока Мариша продолжала свою изнуряющую игру, держа меня у самого обрыва в бездну удовольствия, но не давая сделать последний шаг. Вика оказалась более наблюдательной, и, опустившись на колени рядом с Маришей, что-то шепнула ей на ушко. Девочка покраснела и уступила эстафету своей старшей сестре.
  
  Та не стала долго меня мучить и приняла пенис в свой маленький ротик до половины, начав наконец движение сверху вниз, и, сделав так пару раз, она уже почти довела меня до кондиции. Затем Вика выпустила член, чтобы они с Мариной могли взяться за него уже вдвоем. Какое же это наслаждение, когда две твоих родных дочери скользят своими губками по всей длине влажного от выделений пениса!
  
  Я понял, что извержение начнется вот-вот, привстал с кресла и решил направить член в ротик Марине, поскольку Вика уже получила свою порцию от Аркаши сегодня утром. Мариша благодарно сделала губки буквой "о" и через секунду мой пенис уперся в ее маленький язычок, дрожа и заливая нектаром девичьи уста. Мои ягодицы сжались в экстазе, пока я таранил влажно хлюпающий ротик младшей дочери, а ее ладошки сжались в кулачки у меня на бедрах.
  
  Но сока было слишком много, потихоньку доченька начала выпускать его, вот уже тоненькие струйки побежали по ее подбородку и шейке... Впрочем, Вика сразу пришла на помощь сестренке, убрав потеки губами и языком. Я с упругим чмокающим звуком освободил пенис из Марининого ротика и опустился на колени рядом с девочками, положив левую ладонь на упругую Викину грудь, а правую - на дрожащие сисечки Марины и поцеловал своих крошек прямо в губы - сначала старшенькую, а потом и младшенькую.
  
  Девочки были в восторге и хотели еще...
  
  ========== Марафон перед 1 сентября ==========
  
  Перед первым сентября мы с дочерьми решили устроить небольшой марафон - я взял на работе отгул, а девочкам и так никуда не нужно было в последний день лета. Вика и Марина нарядились в короткие футболки, при чем даже без трусиков, а я остался полностью обнажен. Они уселись на диван, а я навис перед ними, мотая пенисом из стороны в сторону прямо перед их милыми детскими лицами.
  
  Первым делом я провел рукой по Марининой мордашке, запустив пальцы в ее нежный ротик. Другой рукой я тем временем приподнял майку девочке и принялся гладить ее нежные упругие груди с твердеющими сосками. Вика при этом наклонилась к нам и начала ладошками ласкать обнаженные бедра своей сестренки.
  
  При этом обе девочки первые несколько минут старательно как бы не замечали мой член - не дотрагивались до него и игнорировали все мои попытки прикоснуться пенисом к их замечательным пухлым щечкам. Мариша все эти минуты просто поглаживала мою задницу обеими руками, а Вика покрывала поцелуями ее груди и мои ладони, которыми я эти самые груди мял и теребил.
  
  Но так не могло продолжаться долго - я все же убрал руки с дочкиных грудей и вернул ей майку на место. А затем положил пятерню ей на затылок, другой рукой направляя член прямо в лицо девочке. Она дернулась и я едва не угодил ей в нос. Мариша улыбнулась, я наклонился к ней и поцеловал прямо в смеющиеся губы. А затем пощекотал дочери подбородок. Она игриво ахнула, приоткрыв ротик, чем я тут же и воспользовался.
  
  Ах, какое же наслаждение проникнуть членом в маленький горячий ротик дочери, почувствовать своей плотью ее юркий язычок, нёбо и узкое горлышко! Но с горлышком я пожалуй переборщил, Мариша отпрянула назад и немного закашлялась. Вика с готовностью приняла эстафету. Было ясно, что девочки не хотят начинать марафон с паровозика.
  
  "Что ж, кончить за щечку тоже неплохо", подумал я, пока Вика насаживалась на мой пенис своим ротиком. Мои ожидания не оправдались - старшая дочь приняла член гораздо глубже, помогая себе руками и издавая те замечательные чавкающие звуки. Это хлюпанье было чрезвычайно приятно на слух, а уж осязательные ощущения и вовсе довели меня до дрожи в коленях.
  
  Но Вика не стала идти до конца - она с чмокающим звуком сняла себя с папиного пениса, выпустив его на воздух блестящим от слюны. После чего темноволосая девочка улыбнулась, взяла член в ладошку и направила его в сторону Мариши. Та уже открывала ротик, готовясь принять подарок, но я не дал ей этого сделать. Ангельское личико младшей дочери дико привлекало меня, было стыдно испытывать такое желание, но я хотел увидеть ее рыдающей от моего члена.
  
  Поэтому я положил на ее затылок на сей раз обе руки, приставил член к губкам девочки и сделал неожиданно резкий рывок вперед. Доченька была готова пустить меня, но не настолько. Она закашлялась, замычала и принялась в легкой панике отталкивать меня руками. Вика тут же положила руки ей на плечи, успокаивая.
  
  - Прости, доча!... - выдохнул я, раз за разом вгоняя член в протестующий Маринин ротик. Девочка изгибалась в судорогах, пока мой пенис входил в нее почти полностью. Мерные движения вызывали у дочери обильное слюноотделение. Из глаз Марины через какое-то время потекли слезы. Девочка задыхалась и приглушенно подвывала в такт моим толчкам. Мне было жаль ее, но я не мог остановиться.
  
  Вика пыталась смягчить переживания сестренки - она обнажила груди Мариши и по очереди ласкала их своим нежным язычком, помогая себе пальцами. А я продолжал наслаждаться страданиями дочери, то вынимая член наружу, чтобы от него к ротику девочки тянулись тонкие ниточки слюны, то засаживая ей так, что яйца едва не хлопали по подбородку.
  
  Долго я так не выдержал, вытащил и бурно кончил прямо на зареванные щечки дочери. После этого я наклонился и принялся целовать Маришу, гладить ее по голове, приговаривая "Ну-ну, уже все, все..." А она продолжала всхлипывать...
  
  ========== Марафон перед 1 сентября. Продолжение ==========
  
  Я поцеловал Маришу в лобик напоследок, задрал ей футболку и заботливо похлопал по голенькой задничке. Девочка вздохнула, и побежала в ванную вытирать зареванное личико. Вика смотрела на меня с укоризной.
  
  - Может не надо было так, пап? - она протянула ладошку и потрогала член. Он как будто и не изливался только что на Маринину мордашку - стоял колом.
  
  - У нас вообще-то сюрприз для тебя был, - добавила она.
  
  - Эмм... Сюрприз? Слушай, а может давай я и тебе устрою сеанс глубокого проникновения? А уже потом сюрприз, Мариша как раз себя в порядок приведет? Давай, а? - я ласково провел рукой по ее щеке.
  
  - Нет, пап! - дочка испуганно посмотрела на меня. - Не надо...
  
  - Ну, пожалуйста, Вик!... Иначе перед Мариной неудобно выйдет. Мы быстренько, ага?
  
  Вика протестующе замотала головой, но мой член уже рвался в ее маленький горячий ротик. Я положил руки на затылок дочери и приставил пенис к упорно сжатым губкам. Легонько провел членом по ее подбородку и щечкам, оставляя влажные следы.
  
  - Пусти папочку, ну же, доча...
  
  Девочка высунула язычок, не разжимая губ. Я тут же уткнулся в него пенисом, плоть буквально завибрировала от напряжения и возбуждения, хотя не прошло и минуты, как я залил своим нектаром Маришу. Немного наклонившись я принялся сжимать Викину грудь обеими руками. Пульсирующая плоть все еще соприкасалась с ее маленьким язычком. И вот Вика наконец решилась и сделала губки буквой "О".
  
  Торжествуя, я рванулся вперед. Детский ротик дочери не справился с таким напором и девочка закашлялась, уклоняясь. Но я был настойчив и притянул ее к себе, надавив на затылок.
  
  - Умф-умгх... - промычала Вика, отталкивая меня руками. Я убрал ладони с ее сисечек и придержал руки дочери, пока мой член пробивал дорогу в ее хлюпающем ротике.
  
  Я совершал движения тазом, когда в комнату вошла посвежевшая Марина. Увидев, что мы делаем, она торжествующе улыбнулась и присела рядом, помогая мне бороться с Викой.
  
  - Ну что, сестренка, попробуешь, каково это! - сказала она и поцеловала Вику в уголок рта, который был занят моим узловатым членом. Он проникал во влажную глубину почти на половину, исчезая с каждым толчком все глубже. Вика только тихонько мычала.
  
  - Немножко насилия не помешает, - добавила Марина. Можно сказать, эти ее слова еще больше меня раззадорили. Я качнулся назад, чтобы пенис выскочил из сладкого плена губок Вики, а потом вонзился в нее с новой силой, да так, что девочка буквально подавилась папиным членом и испуганно застонала.
  
  Мариша сжалилась над сестрой, подняла ей футболку и начала массировать возбужденные груди одной рукой, а вторую положила на ее подбородок, по которому уже вовсю текли слюнки. Я решил сменить тактику и направил член немного в бок, за щечку девочки.
  
  До чего же приятно было чувствовать влажную горячую щеку Вики изнутри, тереться об нее головкой пениса, смотреть в ее широко раскрытые глаза. Мариночка тем временем принялась ласкать оттопыренную щечку сестры, за которой орудовал мой член. Она чуть ли не покусывала ее, поэтому я чувствовал Маришины движения даже сквозь плоть Викиной щечки.
  
  Для полноты ощущений я убрал одну руку с затылка дочери и немного сжал ее милую шейку. Вика вновь протестующе захрипела, да так, что даже Марина кинула на меня недоуменный взгляд. Но я не собирался останавливаться.
  
  Снова сменив направление члена, я сделал толчок вперед. Вика замычала:
  
  - Ааафффх-ааггшффф...
  
  - Что ты говоришь, доченька? Ничего не понятно, - игриво сказал я, вдавливаясь еще глубже. Мои морщинистые яйца почти касались влажного заслюнявленного подбородка. Убрав руку с шейки, на которой остались красные следы, я вновь прижал ее к затылку дочери, удвоив давление.
  
  - Разве можно говорить с набитым ртом, Вика? - укоризненно спросил я, наслаждаясь узеньким горлышком дочери.
  
  - Ымммпфф-фафафафррфф! - отчаянно замычала Вика. Она забила своими маленькими кулачками по моим бедрам, пытаясь вырваться. Из ее глаз брызнули слезы.
  
  Марина открыла ротик от изумления, когда впервые мои яйца все-таки стукнулись о подбородок старшей дочери.
  
  - У тебя получилось, пап! - радостно воскликнула она. Я посмотрел в ее искрящиеся глаза, и понял, что теперь она уже сама хочет еще раз принять глубоко. На этот раз без принуждения, по своему желанию! У меня стало тепло на душе, когда я понял это.
  
  - Вика, ты вела себя очень храбро! - сказал я старшей дочери, делая движение тазом назад, чтобы девочка могла вдохнуть. - Потерпи, осталось немного.
  
  Но, к моему удивлению, Вика уже почти приноровилась, и даже сама позволила мне второй раз пробиться в нее практически полностью. Правда, на последнем этапе ей вновь стало некомфортно, когда моя мошонка коснулась нежного девичьего подбородка. Она опять что-то недовольно промычала:
  
  - Умф-фафаффафррр! - это было настолько забавно, что мы с Мариной дружно засмеялись.
  
  Вика обиженно посмотрела на нас. Она все еще рефлекторно всхлипывала, хотя я решил подержать пенис на воздухе несколько секунд перед финальным рывком. Мариша воспользовалась моментом и быстро чмокнула мой блестящий от Викиной слюны член прямо в навершие. Я потрепал младшую дочь по щеке, а другой рукой погладил отчаянно хватающую воздух Вику по обнаженному плечу - оно оголилось в процессе, когда сползла футболка. Мой член завибрировал от напряжения, когда я вновь качнулся вперед.
  
  Девочка разомкнула губки и впустила меня. Я положил обе ладони на ее растрепанный затылок и надавил. Вика, давясь и всхлипывая, попыталась протиснуть член глубже. Вот, вот, еще немного!... Да! Член полностью исчез в маленьком ротике дочери. Вика восхитительно замычала, а я радостно поводил тазом из стороны в сторону, чувствуя фантастически тесное горячее горлышко своей малышки.
  
  Вид зареванной девичьей мордашки приводил меня в дикий восторг. Я убрал руки с головы дочери, давая ей самой выбор - продолжать душить себя моим членом или освободиться. Девочка выбрала продолжать, более того, она подняла свои маленькие ладошки к яичкам и попыталась заправить в свой ротик и их, изо всех сил оттопыривая нижнюю губу. Естественно, у нее ничего не вышло, но эта попытка окончательно добила меня.
  
  Я принялся извергаться прямо во влажную глубину дочкиного горлышка. Мариша поняла это, когда я охнул и изменился в лице, и, удовлетворенная, встала на коленки рядом с диваном, готовясь принимать нектар, который не сможет проглотить Вика. Было просто потрясающе видеть ее улыбчивое личико с открытым ротиком и высунутым язычком. А Вика тем временем буквально захлебывалась моим соком. Я совершал мерные фрикции в ее ротике, а по уголкам губ и подбородку у нее стекала белесая жидкость и падала на мордашку Марины, которая наклонилась еще ниже.
  
  Иногда капельки попадали на футболку младшей дочери, иногда прямо на ее гладенькие коленки. Но большая часть все же оставалась на личике Марины - ее пухлых щечках, чувственных губках и нежном подбородке. С невероятным хлюпающим звуком я вытащил член из ротика Вики. Он по-прежнему даже не думал опадать, аномально смотря на Маришу и Вику своим единственным глазом. Брызнув еще пару раз на девочек, я заставил их зажмуриться.
  
  - Только не в глаза! - отчаянно взвизгнула Вика, и так сегодня уже натерпевшаяся. Но она выглядела крайне довольной, хоть и была вся заплаканная, и вдобавок с растрепанной прической.
  
  - Прекрати, пап! Не хулигань! - сказала Мариша, улыбнувшись. Что может быть лучше детского личика, покрытого липким отцовским нектаром?! Я наклонился и поцеловал девочку прямо в губы. Она покраснела и мизинцем пощекотала мой член, который так и взвился от такой ласки.
  
  Вика тем временем убежала умыть зареванную мордашку. А Мариша забралась на диван и снова открыла свой перепачканный ротик.
  
  - Что ж ты у меня такая неугомонная? - возмутился я. Девочка только лукаво улыбнулась и высунула язычок. Мне ничего не оставалось, кроме как удовлетворить желание дочери и попытаться проделать с ней то же, что и только что получилось с Викой.
  
  - Я хочу его весь, пап! - сказала Марина, нетерпеливо перебирая пальчиками на ногах. Она сидела на своих пятках и мне просто безумно хотелось приласкать ее голенькие розовые ступни. Но нужно было заняться совсем другим.
  
  В третий раз я за наш марафон коснулся членом девичьих губ, и во второй это были именно губки Мариши. Сейчас она двигалась заметно охотнее, очень уж ей хотелось сравняться с сестрой и протолкнуть папин пенис в свое горлышко полностью.
  
  Девочка ухватилась ладошками за мои бедра и отчаянно принялась насаживаться. Пока что у нее получалось хуже, чем у Вики. Впрочем, когда нам сегодня впервые удалось глубокое проникновение, Вика не пыталась сделать все сама, это я таранил ее узкое беззащитное горлышко. А тут напротив, Мариша пыталась совершить все в одиночку. Я решил ей помочь и качнулся вперед, аккуратно положив руки на затылок.
  
  Мариша чутко восприняла эти мои движения и подняла взгляд вверх. Ее мордашка с членом во рту смотрелась одновременно до жути забавно и сексуально.
  
  - Скажи что-нибудь, милая! - воскликнул я.
  
  - Афафавфагыфгфоаоы! - пробурчала девочка, делая мощное глотательное движение. Я почувствовал, что дело пошло, моя мошонка была уже в непосредственной близости от девичьего подбородка. Щечки Марины покраснели от напряжения. Еще рывок, еще... Ухх... Я почувствовал ошеломительную разрядку, а Мариша буквально замурчала от удовольствия, когда мои морщинистые яйца шлепнулись о ее нижнюю губу и одновременно я принялся кончать в узкое горячее горлышко моей младшей дочери.
  
  Тут из ванной как раз появилась посвежевшая Вика, которая стала свидетельницей Марининого успеха. Она уже была готова прийти своей младшей сестренке на помощь. Но помощь не понадобилась - нектара у меня было мало, все-таки третий раз за несколько минут. С замечательным чвякающим звуком член покинул гостеприимный ротик Марины.
  
  - Какие же вы у меня отважные, девочки! - произнес я.
  
  Видя, что я начал выдыхаться, мои дочери решили предпринять меры. Раздевшись донага, Вика улеглась на кровать, а такая же голенькая Мариша села сверху на ее лицо и, наклонившись, принялась пальчиками ласкать промежность старшей сестренки, которая, в свою очередь, вылизывала своим язычком Маринину попку и щелочку. Я еще не видел, как девочки забавляются в такой позе, поэтому с интересом смотрел на то, как мои дочери удовлетворяют друг друга, украдкой бросая игривые взгляды на меня. Через несколько минут сначала волна удовольствия прошла по стройному телу Марины, а потом и Вика принялась дергаться в конвульсиях экстаза. Но я не оправдал ожиданий дочерей и растерянно теребил свой член в руках.
  
  Тогда дочери решились на крайние методы. Вытерев ротики, они поднялись и убежали в свою комнату. У меня мелькнула мысль про сюрприз, о котором говорила Вика. И буквально тут же мне на телефон от старшенькой пришла вот такая фотография в восхитительной школьной форме с белым передничком. Что ж, логичный наряд, ведь завтра День Знаний! Мой член, который едва начал опадать, снова принялся набирать кондиции.
  
   Комментарий к Марафон перед 1 сентября. Продолжение
   Фото дочери в школьной форме. Узнали :) ?
  
  https://pp.userapi.com/c638430/v638430212/43b6a/k4cBz9Gfitg.jpg
  
  ========== Марафон перед 1 сентября. Окончание ==========
  
  Войдя в комнату девочек, я увидел просто волшебную картину. Как выяснилось, школьную форму надела не только Вика, но и Марина. И теперь обе милые распутницы в великолепных белых гольфиках и передничках стояли на четвереньках на диване лицом друг к другу. Мариша была развернута ко мне филейной частью - ее коротенькая черная юбочка открывала отличный вид на тонкую полоску скромных трусиков, которые обтягивали восхитительную промежность дочурки. Вика же была ближе к изголовью - я видел ее улыбчивую мордашку, когда она подняла взгляд на меня.
  
  Марина посмотрела на меня через плечо и игриво поводила попкой из стороны в сторону. Я подошел и провел рукой по влажной белой ткани трусиков. Младшая доченька и ахнуть не успела, как моя правая рука задрала юбку ей на спинку, а левая принялась стягивать нижнее белье к прелестным щиколоткам юной студентки.
  
  Из-за стягивания трусиков немного сползли гольфы. Это заметила Вика и тут же поправила их своими маленькими пальчиками, а затем наклонилась к попке сестренки и поцеловала ее булочки - сначала левую, потом правую. Я потрепал ее по голове, встал на колени в ногах кровати и прижался бедрами к обнаженной девичьей попке. Член я вставил между милых Марининых ножек. Она тут же сжала их, подарив мне восхитительный заряд блаженства. Я наклонился вперед, взял в руки сисечки дочери и принялся мять и терзать их, не снимая с нее ни блузку, ни лиф.
  
  Вика тем временем вновь переползла к изголовью, наклонилась к Марише и что-то шепнула ей на ушко. Девочки рассмеялись и оглянулись на меня. Я отвлекся от грудей дочки и вопросительно посмотрел на них.
  
  - Может ты все таки разденешь нас полностью? - игриво спросила Мариша.
  
  - Мне и так неплохо, - буркнул я, поглаживая голенькую попку младшей дочери.
  
  Вика, услышав такое, совсем отчаялась и решила раздеваться сама. Она встала на колени, повернулась ко мне и принялась развязывать передничек. Я протянул руку и начал гладить ее голенькие бедра. Нежная кожа Вики ощущалась бархатом. Почувствовав, что я отвлекся, Марина нетерпеливо сжала колени, от чего мой член так и взвился в тесном плену ее промежности. Я чувствовал, как раскалено лоно девочки, но мой член находился чуть ниже, в полной власти девичьих бедер.
  
  Вика же продолжила свое увлекательное занятие. Она по одной пуговичке расстегивала свою школьную блузку, пока полы одеяния не разошлись и не явили мне упругую грудь, спрятанную в чашечках лифа. Вика томно приоткрыла ротик и завела руки за спинку, чтобы расстегнуть замочек. И вот чашечки пали.
  
  Я, открыв рот, смотрел на это великолепие, пока младшая дочь старательно шевелилась взад-вперед, сжимая своими ножками папин член. Моя левая рука по прежнему тискала груди Марины поочередно - то левую, то правую, а правая поглаживала обнаженные бедра Вики, то и дело норовя заглянуть ей под юбку.
  
  Но взгляд мой был прикован к Викиным сисечкам, которые волнительно выглядывали из-за едва прикрывавших их половинок расстегнутой блузки. Мне хотелось впиться губами в сосочки, обнять ртом ее пухлые ареолы и вылизывать языком нежные девичьи холмики до тех пор, пока не онемеет челюсть. И я уже потянулся было к Вике, но она оттолкнула меня, давая понять, что сначала мне нужно закончить с Маришей, которая уже прекратила сдавливать член бедрами.
  
  Я вновь посмотрел вниз, на попку и спинку младшей дочери. И не спеша принялся касаться членом раскаленной девичьей плоти. Почувствовав это девочка ахнула, и начала руками прижимать мой член к своим лепесткам. Я аккуратно отстранился, взял дочь за руки и упер их в покрывало. Теперь она стояла в удобной коленно-локтевой позе. А я продолжил потихоньку продвигаться.
  
  Вот я уже в преддверьи наслаждения - член вот-вот войдет во влажную горячую пещерку дочери. Я немного придавил ее плечи, чтобы она прогнулась, принимая более комфортное положение. Сняв руки с плеч доченьки, я положил их ей на икры, все еще обтянутые белыми гольфиками. Эта деталь одежды делала ее настолько милой и невинной, что я какое-то время не решался нарушить ангельскую ауру своим пенисом.
  
  Но тут уже Мариша нетерпеливо воскликнула:
  
  - Ну же, пап! - и дернула своим тазом, насаживаясь на мой средних размеров узловатый член. Оказавшись в узком, горячем блаженстве, я даже закрыл глаза от удовольствия. Казалось, лучше не может быть, но тут Мариша начала дергаться взад-вперед, повергая меня в настоящую пучину наслаждения. Спустя некоторое время Вика похлопала меня по плечу, напоминая, что я и сам должен двигаться.
  
  Вспомнив об этом, я принялся неистово долбить нежную раскаленную дырочку дочери, убыстряясь с каждой секундой. Мои морщинистые яйца только и успевали шлепать по гладкой девичьей коже. Мариша постанывала все громче с каждым разом, пока мы с ней вместе не достигли кульминации. Я предпочел не кончать внутрь, вынул и излился на симпатичную голенькую попу дочери.
  
  Вика была тут как тут - она наклонилась, из-за чего ее расстегнутая блузка перестала скрывать напряженные сосочки, и принялась слизывать потоки моего нектара с Марининых ножек и ягодиц. Восхитительное зрелище заставило меня снова возбудиться, уже который раз за последний час. Я смотрел, как милая мордашка Вики буквально зарывается в попку сестренки и не мог себя сдерживать.
  
  Пока Мариша стонала от действий Вики, я пристроился сзади старшей дочери и положил одну руку ей на грудь, которая уже покинула плен блузки и распустилась во всю свою силу. Другой пятерней я взялся за Викины влажные трусики, которые мы до сих пор не удосужились снять. Эту ошибку нужно было срочно исправить, но Вика была слишком увлечена вкусными дырочками Марины.
  
  Симфония звуков, состоявшая из постанывания младшей дочери и хлюпающих звуков, которые издавала Вика и объект ее ласк, так и нежила мои уши. Хотелось просто взлететь от восторга, закричать от радости, ущипнуть себя, в который раз заподозрив, что все это лишь сон, наваждение, безумная фантазия...
  
  Но нет - вот же она, милая нежная попка Вики, изогнутая голенькая спинка, длинные прямые темные волосы, симпатичное личико в профиль, раскрасневшиеся щечки и ее язычок, исчезающий в пещерке Мариши. Я не мог ущипнуть себя, руки были заняты лаской Викиных сисечек и попытками стянуть с нее намокшие трусики.
  
  Наконец Вика довела сестричку до того, что ее скрутило в экстазе и отвлеклась на секунду, выгнувшись для того, чтобы я мог наконец освободить ее от столь ненужного сейчас предмета одежды. Старшая доченька осталась в одних гольфиках - трусики упали на пол, к уже лежавшему там лифу и блузке. Юбочка лежала чуть поодаль.
  
  А вот Марина все еще была в блузке и лифе. Эту несправедливость взялась исправлять сама Вика, расстегивая одну пуговичку за другой. Мариша, которая еще не отошла от бурного выражения эмоций, не сопротивлялась и вскоре передо мной были две абсолютно голенькие девочки - лишь их ступни и икры до колен прикрывали белые хлопковые гольфы.
  
  Когда девушки освободились от одежды, я понял, чем следует заняться - ласками их анальных отверстий. Тут следует оговориться - мы ни разу не обсуждали возможность анального проникновения - возможно, девочкам казалось это слишком постыдным, возможно, они боялись, что будет больно. Но, так или иначе, и Вика, и Марина часто намекали на такое развитие событий, не говоря о нем прямо. С недавних пор я начал дразнить их попки своим язычком, в какой-то мере рассчитывая, что одна из них (или обе вместе) наконец изъявят желание попробовать третий, доселе неизведанный нами способ секса.
  
  Вот Мариша и Вика устроились рядышком. Их попки глядели прямо на меня. Чтобы было удобнее, девочки руками раздвинули свои половинки, а я приступил к ласкам. Мой язык так и ввинчивался в розовую тесноту, а ладони яростно массировали аппетитные ягодицы. Я уделял не больше полминуты каждой дочери и потом переключался на другую, чтобы девочки не успевали успокоиться.
  
  Процесс продолжался недолго, мне захотелось вновь испытать влажную горячую тесноту дочерей своим членом. Бросив анальные дырочки, я выпрямился, ухватил Вику за бедра и прижал ее к себе. Девушка не успела даже охнуть, как мой член проник в ее раскаленный узкий чертог. С удовольствием я заметил, как шевелятся пальчики на ногах дочери, обтянутые хлопковой тканью гольфов.
  
  Восхитительное занятие завершилось довольно скоро, на сей раз я не стал кончать на попку дочери, а извергся на подоспевшую как раз вовремя Маринину мордашку. Нектара было совсем чуть-чуть, ведь я уже начал иссякать, поэтому лишь тонкие струйки легли на носик и щечки младшей дочери.
  
  Нужно было сделать перерыв. Я пошел на кухню попить сока и открыл окно. В последний августовский день солнце словно отдавало всю энергию, не растраченную в первые летние месяцы - жара была просто ошеломительная. Нас спасал кондиционер, поэтому я тут же пожалел, что распахнул форточку.
  
  Вернувшись, я застал девочек за ставшими уже привычными поцелуями. Марина и Вика делали это фантастически сексуально - по-французски, то одна, то другая девочка принимали на себя роль ведущей - то Вика пускала в свой ротик нетерпеливый язычок Марины, то младшая сестренка уступала старшей. Я тут же встал рядом с диваном и ткнулся членом в это великолепие.
  
  Девочки прервались, обхватили своими губами пенис с двух сторон и принялись скользить взад-вперед. Я смог только хрипло охнуть от удовольствия, то и дело чувствуя, как они по очереди берут за щечку, мило оттопыривая ее моим членом. Столь яркие ощущения немедленно привели к тому, что пенис запульсировал и излился. Я аж привстал на цыпочки от наслаждения.
  
  В этот момент навершие было в ротике Вики, поэтому именно она приняла большую часть нектара, закашлялась и ей тут же на помощь пришла Мариша, которая с причмокиваньем принялась ласкать только что достигший пика наслаждения пенис.
  
  В тот день мы занимались любовью до вечера. Я кончил наверное еще раз шесть. Мы попеременно практиковали традиционный секс в позе по-собачьи, позу наездницы, и, конечно, двойной минет. Под конец девочки, а они у меня выдумщицы, и вовсе придумали что-то невероятное.
  
  Мариша села мне на лицо, точно на рот своими сочащимися лепестками, а Вика обняла меня коленями и заправила член в свое лоно, оказавшись лицом к лицу со своей сестренкой. А потом Мариша вытянула ладошки вперед и положила их на груди Вики. Старшая доченька сделала то же самое. Затем девочки принялись подскакивать - пещерка Марины с хлюпаньем опускалась мне на лицо, а Викино лоно с чавкающим звуком поглощало член. Я только и успевал лихорадочно хватать воздух в те моменты, когда Мариша давала мне секундную передышку.
  
  Кончили мы с Мариной почти одновременно - младшая доченька при этом забрызгала мне лицо своим восхитительно вкусным соком, а вот Вику нам пришлось доводить до кондиции языками и пальцами уже после - старшенькая привыкла в позе наездницы ложиться на меня так, чтобы ее груди терлись о мои соски.
  
  В данном же случае это было невозможно, ведь в изголовье терлась о мое лицо Марина. Поэтому Вика достигла оргазма уже потом - лишь когда Мариша покинула мой гостеприимный рот и принялась своим языком дразнить ее горошинку. Я в это время пальцами поглаживал заднюю дырочку старшей дочурки, но, конечно, не входил в эту так и оставшуюся запретной даже сегодня дверь.
  
  Глубокий горловой минет сегодня девочки больше не практиковали. Но мы еще вернулись к нему, когда началась учеба. А на следующий день, 1 сентября, у меня дико болели яйца. И еще больше они начинали болеть, когда я вспоминал милые мордашки дочерей, перемазанные спермой. Я снова начинал думать, что это все было не наяву. Но, когда я вернулся с работы, меня вновь ждали их нежные прикосновения, томно открытые ротики, а затем приглушенное мычание, пока некрупный узловатый член заполнял их почти до конца, упираясь в узкое горячее горлышко - сначала одной доченьки, а потом другой...
  
  ========== Диалоги ==========
  
  - Пап, а тебе как больше нравится - когда мы с Викой в коротких шортиках или мини-юбках?
  
  - И то, и другое, - улыбаюсь я, обнимая Маришу. Она только что получила порцию отцовского нектара на свои щечки и носик, собрала все ладошками и теперь слизывала с пальчиков липкие капельки.
  
  - А голенькие?
  
  - И голенькие тоже, - кивнул я, сжимая увесистую упругую дочкину грудь.
  
  - А еще в халатиках нравитесь, - добавил я. - Но без трусиков.
  
  Девочка мило покраснела, а я тут же привлек ее к себе и чмокнул в щечку, которую только что оттопыривал своим членом. Юное тело дочери так и манило, жаждало отцовских рук...
  
  ***
  - Мариша, завтрак готов?
  
  - Да, папочка!
  
  - А ты сама, доченька?
  
  - И я готова, пап!
  
  Мариша стояла на коленках прямо на полу кухни, когда я зашел. Она лукаво улыбнулась, открыла ротик и высунула язычок. Из одежды на ней был только фартук и милые тапочки-слонята. Я тут же вложил свой пенис в приветливо открытые губки дочери.
  
  - Фолько фюр фвигафься буфу я! - неразборчиво промычала Мариночка.
  
  - Конечно, доча-ааа!... - последнее слово я произнес со стоном в конце, поскольку доченька пустила в ход зубки. В последнее время такой прием вошел у нее в привычку, и мне это очень нравилось.
  
  ***
  
  - А давай поиграем в игру! - видя, что я на грани, Марина с хлюпающим звуком освободила мой член из плена горячего влажного ротика. Она немного отпрянула и посмотрела на меня с искоркой в глазах. Мы находились в моей спальне и в этот раз девочка не была голенькой - не просто в трусиках, а еще и ее восхитительно милая грудь надежно скрывалась под блузкой на завязках. Лишь потянуть за узел и...
  
  - Ты станешь в ногах, а я буду у изголовья! - продолжила младшая доченька.
  
  - И ты должен своим соком попасть мне в ротик! Я открою его как можно шире, - добавила девочка.
  
  - Сложная задача... - сказал я. - А какой приз?
  
  - Глубокий горловой! - выпалила девочка и на ее щеках выступил стыдливый румянец. Это было настолько мило, что мне захотелось расцеловать малышку.
  
  - А если проиграю?
  
  Я был готов согласиться. С момента марафона на День Знаний девочки ни разу не приняли мой член глубоко - только за щечку, или до основания язычка, не дальше.
  
  - В случае проигрыша никакого секса и мастурбации для тебя целые сутки! - доча ехидно улыбнулась.
  
  - Ах вы маленькие бестии!
  
  Ставки были высоки. Но времени на раздумья не было, член жаждал извергнуться.
  
  - Я согласен!
  
  - Ура! Вика, иди сюда!
  
  Старшая доченька в это время делала домашнее задание в своей комнате. Услышав зов сестренки, она буквально через минуту грациозно вошла в комнату и опустилась на коленки рядом со мной. А Марина поднялась на ноги, отошла к изголовью и приняла такую же позу, что и Вика. Вдобавок она развязала блузку и принялась мять ладошками свои аппетитные сисечки.
  
  - Так вы давно уже сговорились, да? - спросил я.
  
  - Пап, ты ведь очень хочешь этого, верно? - спросила Вика, кладя свою ладонь мне на яички.
  
  - А вы обе сделаете паровозик? - набрался духу я.
  
  Девочки переглянулись.
  
  - Ладно, так и быть, обе, - ответила Вика. Мариша кивнула в подтверждение.
  
  - Только чур не уклоняться! - сказал я.
  
  Вика наклонилась вперед и коснулась своим язычком кончика пениса. Тот взлетел к потолку. Я едва не выпустил свой запас в "молоко".
  
  - Вика, пригнись!
  
  Девочка послушно нырнула мне в район паха. А Мариша положила руки на бедра и замерла в великолепной ожидающей позе.
  
  И вот я дал залп. Мариночка сидела неподвижно, как статуя, затаив дыхание. Белые капельки упали на кровать, ковер, часть долетела до милого родного личика. Вика тут же подскочила к сестре, зафиксировать попадание.
  
  - Пап, у меня для тебя плохие новости! - не стала тянуть Вика.
  
  Я грустно подошел к Марише. Мой нектар был на ее щечках, волосах, даже пара капель на подбородке. Но ни одной на губах и язычке. Это было фиаско.
  
  Мариша спрятала язык и причмокнула.
  
  - Нет... Пап, если бы была хоть капля, я бы почувствовала твой вкус. Но увы... - девочка развела руками, отчего ее груди забавно дернулись.
  
  - Прости, пап... Но все было честно, ведь так? - она посмотрела на меня, словно уже жалея о пари и надеясь, что я найду лазейку.
  
  - Честно... - пробурчал я. - Когда начнется срок наказания за проигрыш?
  
  - Только с завтрашнего утра! - воскликнула Вика.
  
  - То есть пока мы можем?..
  
  - Ага! - радостно подтвердила Мариша, стягивая свои скромные белые трусики...
  
  ========== Осень ==========
  
  Осенние дожди во второй половине сентября зарядили с жуткой регулярностью. Слякоть и смена погоды не прошли незамеченными для нашей семьи - Вика и Марина слегли с температурой. Главным залогом выздоровления был дневной сон, теплые отвары с медом, таблетки, и, конечно, полный отказ от любых видов секса.
  
  Придя с работы в один такой ненастный день, я зашел в комнату девочек. Обе малышки хрипло сопели красными от частого сморкания носиками. На учебу они не ходили уже третий день. Я посмотрел на их румяные от простуды щечки и пухлые губки и представил, как мой нектар покрывает нежные черты детских лиц. Но укутанные теплым пледом девочки были так беззащитны, что я не решился реализовать свои извращенные фантазии.
  
  Оставив дочерей в покое, я вышел на балкон. Дождь тем временем зарядил как из ведра. Небо было темным от туч, редкие прохожие спешили домой, пытаясь укрыться за зонтами, но у них ничего не выходило - резкие порывы ветра выворачивали спицы и даже выбивали зонтики из рук.
  
  Я закрыл глаза и вспомнил наш первый раз, как я зашел к девочкам в комнату, а там Марина, удобно устроившись между ножек Вики, ласкала сестренку губками и язычком. Вспомнил я и свой шок от увиденного и еще большее смятение, когда девочки предложили сделать мне минет. А я ведь даже хотел уйти тогда, настолько диким мне показалось такое предложение.
  
  Сердце запрыгало в груди от воспоминаний. Первое прикосновение язычка Мариши к моему члену я запомнил навсегда, также как и первый поцелуй в губы с Викой, который случился минутой ранее. В тот первый раз Вика была совершенно голенькой, а Марина в одной футболке.
  
  Весь пунцовый сидел я тогда на кровати дочерей, пока Мариша делала мне свой первый в жизни минет. Я кончил ей в ротик, и нектар лился по ее подбородку и капал на футболку. Но Мариша лишь улыбнулась тогда перепачканными губками и уступила член отца своей старшей сестренке...
  
  Я предавался воспоминаниям недолго - нужно было ехать на работу. А вернувшись к вечеру, я увидел, что девочкам намного лучше, температура спала, носики разложило, а болезненный румянец на щеках почти исчез. Конечно, ни о каком сексе все еще не могло идти и речи, но малышки уже выздоравливали. На следующий день больничный еще не заканчивался, то есть девочкам не нужно было идти на учебу, поэтому мы решили посвятить его любовным утехам, благо на работе у меня был выходной.
  
  ========== Результат на лицо ==========
  
  Утро следующего дня все целиком мы решили посвятить минету. При чем это была идея девочек, я сам был не против начать с традиционного проникновения, но дочери решили иначе. Пока Марина готовила нам завтрак, мы с Викой решили начать.
  
  Лучезарная улыбка Вики перед началом очередного сеанса орального секса всегда поражала меня до глубины души. От улыбки девочки щемило сердце, весь мой организм сжимался, чувствуя предстоящее фантастическое удовольствие, которое подарит ротик дочери. Впечатление усиливалось еще и тем, что Вика сегодня решила заняться этим в косплэе крольчихи Джуди Хопс из мультика "Зверополис". Она даже морковку приготовила для аутентичности. А вот уши в кадр не влезли, их пришлось снять.
  
  - Пап, в знак того, что я полный нуб в горловом минете, я решила надеть шапочку краба!
  
  - Доча, я не понимаю ваш молодежный жаргон.
  
  - Ну, нуб - это значит "новичок", "дилетант". А краб, рак - это неумеха, неуклюжий игрок.
  
  - Так, доча, раком ты у меня станешь потом! - улыбнулся я, поглаживая пальцами щечки девочки. - А пока становись-ка на коленки!
  
  https://i.imgur.com/BNrVzEm.jpg
  
  Вика послушно встала из-за стола, положила морковку и уперлась своими нежными коленями в ворс ковра, раскрыв ротик и высунув язычок в ожидании уже совсем другой морковки. Я пощекотал пальцами ее носик и расстегнул свою ширинку. Член выскочил перед личиком дочери, как черт из табакерки. Вика улыбнулась и протянула ладошку, чтобы схватить его, но я уклонился. Мне хотелось самому задавать темп на этот раз.
  
  - Только не глубоко, ладно? - обеспокоенно попросила девочка.
  
  - Нет уж, ты ведь сама сказала, что нуб. Пока ты в шапочке краба, мы будем практиковаться именно в глубоком минете. И никак иначе, - заявил я.
  
  - Но пап... - Вика уже было потянулась снять шапку крабика, но я успел сжать своими руками ее запястья. Девочка испуганно сжала губки и замотала головой, уклоняясь от моего пениса. Но я настойчиво тыкался в ее милое невинное личико. Немного попротестовав, девочка все же приоткрыла ротик. Я тут же воспользовался этим и вот мой член оказался в сладостном влажном плену.
  
  Вика очень забавно замычала и прекратила пытаться вырваться, дав мне возможность отпустить ее запястья и положить руки на ее затылок. Я не стал атаковать с места в карьер, первые движения отнюдь не причиняли неудобств доченьке. Член восхитительно елозил в полном слюны девичьем ротике, Вика успокоилась и, как обычно, принялась в такт шевелить своим маленьким язычком. Поступательные движения головой ей не приходилось совершать, поскольку вся инициатива была отдана мне.
  
  Со стороны наверное это выглядело дико - весь красный от напряжения отец с голой задницей мерно таранит ротик своей юной дочери. Но Вика не замечала неординарность ситуации - для нее и Мариши подобные сцены стали очень приятной и волнующей, но все же обыденностью.
  
  Но я не собирался переводить все в обычное русло. Мне хотелось сегодня чего-то особенного, чего-то, что мы не делали уже очень давно. С того приснопамятного пари, когда я не сумел попасть своим нектаром в ротик Мариши, прошло уже больше двух недель, и девочки твердо держали слово, даже не заикаясь о глубоком проникновении, как мы его называли, "паровозике".
  
  Чаще всего одна из дочерей просто снимала трусики, садилась мне на лицо и брала своими нежными детскими губками член. Из-за обоюдных ласк девочки иногда уже в самом конце просто дрожали от наслаждения и выпускали пенис, которому приходилось салютовать на щечки, носик и плечи моих малышек.
  
  Мне нравилось как зрелище измазанных девичьих мордашек, так и ощущение влажной окутывающей нежности наполняемого моим нектаром ротика. Но если доченьки принимались размазывать сок уже после окончания, то терялась половина удовольствия. Так что приходилось выбирать.
  
  На этот раз я твердо решил, что мои морщинистые яйца должны стукнуться о нежный подбородок Вики. Поэтому неглубокие толчки постепенно сменились более мощными и долгими, я перемещал таз вперед, одновременно удерживая руками затылок дочери, чтобы она могла принять папин пенис более, чем наполовину.
  
  Вика все еще думала, что я отказался от своей затеи, поэтому спокойно подчинилась моему ритму, даже когда я стал входить в ее ротик почти не три четверти. Это приводило к просто восхитительным хлюпающим звукам, которые буквально доводили меня до блаженства, а уж ощущения влажного нежного язычка просто сводили с ума. написано для sexytal.com Но даже в этой пелене электризующих волн наслаждения я не забывал о своем плане - усыпить бдительность моей маленькой любовницы и добраться до ее узенького горлышка.
  
  Ушки Вики мило покраснели, а я еще больше расслабил ее, изменив угол проникновения и пару раз оттопырив сначала левую, а потом и правую щечку. Вика знала, что выглядит очень забавно с таким багажом за щекой, поэтому не смогла сдержать улыбки. Впрочем, улыбаться за таким занятием ей было весьма сложно.
  И тут я совершенно внезапно для девочки сцепил ладони в замок на ее затылке, растрепав прелестные волосы дочери. Вика протестующе взмукнула, попытавшись податься назад. Она сразу поняла, что я собираюсь делать. И ожидания ее не подвели.
  
  - Прости, доча... - прошептал я, делая резкий рывок вперед.
  
  Из прекрасных Викиных глаз хлынули слезы, а я, еле сдерживаясь, принялся ловить острые моменты наслаждения, пока доченька буквально трепетала на моем члене, мыча, рыдая и задыхаясь. Мне было жутко стыдно за свое поведение, но я не мог иначе. Вы только посмотрите на это прелестное создание! А как на ее личике смотрятся капельки моего нектара - это же просто фантастика!
  
  https://pp.userapi.com/c639227/v639227914/5611b/sMXmfHGWwLk.jpg
  
  А от зрелища Викиных ступней, да еще в желтых носочках, я мог кончить безо всякого физического контакта с нежными девичьими прелестями. Так что выбора у меня не было...
   http://mix.tj/img/b/6/75/38633.jpg
 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  А.Ардова "Господин моих ночей" (Любовное фэнтези) | | Д.Деев "Я – другой" (ЛитРПГ) | | Д.Сугралинов "Дисгардиум. Угроза А-класса" (ЛитРПГ) | | В.Фарг "Кровь Дракона. Новый рассвет" (Боевое фэнтези) | | П.Эдуард "Кибер I. Гражданин" (ЛитРПГ) | | Ф.Вудворт "Замуж второй раз, или Ещё посмотрим, кто из нас попал!" (Любовное фэнтези) | | П.Эдуард "Квази Эпсилон 5. Хищник" (ЛитРПГ) | | В.Василенко "Стальные псы 3: Лазурный дракон" (ЛитРПГ) | | Е.Сволота "Механическое Диво" (Киберпанк) | | Л.Брус "Код Гериона: Осиротевшая Земля" (Научная фантастика) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
П.Керлис "Антилия.Охота за неприятностями" С.Лыжина "Время дракона" А.Вильгоцкий "Пастырь мертвецов" И.Шевченко "Демоны ее прошлого" Н.Капитонов "Шлак" Б.Кригер "В бездне"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"