Ландарь Юрий Викторович: другие произведения.

1-12 главы "Хранитель трона и Черный Легион" вторая книга цикла Бродяги измерений

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
📕 Книги и стихи Surgebook на Android
Peклaмa
Оценка: 5.16*12  Ваша оценка:

   I
   Через несколько минут по прибытии, Гартоша дружно била добрая половина штаба лугарского гарнизона. Хотя сказать, что "била", это будет все-таки преувеличением. Оскол активно отбивался, и не один штабист уже отвалил в сторону с разукрашенной физиономией. Но обо всем по-порядку.
   После выбора своего места службы, новоиспеченному десятнику дали неделю отпуска, по истечении которого он должен был отправиться в Болотный Легион. Точное место службы, ему должны были указать в штабе данного легиона, который находился в Регесте, столице одноименного графства. Гартош с трудом смог высидеть эту неделю дома в родовом замке в Риглисе. Чем он только не пытался себя занять, все бесполезно, мысли все одно возвращались к болотам растов. Единственное, что смогло отвлечь младшего Оскола от тягостных дум, это появление лордов Руткера и Гнивера. Более сведущие в магии родственники, старались помочь ему в скорейшем освоении и развитии очень важного навыка: умения чувствовать опасность. Как - опасность вообще, так и конкретную опасность, направленную на младшего Оскола.
  Конечно, неделя очень небольшой срок, чтобы по- настоящему обострить нужное чувство, да и сам Гартош был слишком взволнован предстоящей службой, но кое-что он освоить успел, - самые важные основы. Ну, а дальше все зависело от него самого.
  В Регест Гартош попал вместе с командой новобранцев, и тех, кто был переведен туда из других, более благополучных частей. Нужно объяснить, - что представлял собой Болотный Легион. Входил он в состав Северной Армии, и служил местом ссылки для провинившихся, а так-же неудачников всей виктанийской армии. В его задачу входило защищать населенные пункты, находящиеся возле болота, и контролировать его границы , слишком уж много всякой мерзости оттуда вылезало. Само собой, служба была очень опасной и тяжелой - одни расты чего стоили, - но еще хуже было то, что Болотный Легион служил помойной ямой для всей армии. Сюда отправляли всякое отребье, поэтому нравы в нем царили хуже некуда. И это было пострашнее болотных тварей.
  Из Регеста два десятка назначенцев, не торопясь, отправились в Лугар, - ставку четвертого полка. Но Гартошу двухдневное путешествие показалось слишком долгим, и он, опережая всех, отправился в Лугар магическим путем. Вот тут-то все и началось....
   * * *
   Получив от Первого мага легиона магический мыслеобраз нужного места, Гартош уже через несколько секунд оказался в одной из комнат штаба гарнизона, ошеломив своим появлением собравшуюся там компанию из десятка штабистов, убивавших время распиванием дешевого вина и игрой в кости. Несколько секунд вновь прибывший и штабисты недоуменно рассматривали друг друга. Первым пришел в себя один из штабистов. Он поспешно вскочил, вытянул руки по швам и начал рапортовать.
  - Личный состав штаба в свободное время...
  - Заткнись, Лузарк! - гаркнул широкоплечий гладко выбритый штабист. - Не видишь, - это не проверяющий, и не из Тайного Легиона. Сосунок какой-то.
  Само собой, вновьприбывший не сдержался и нашел, что ответить на "сосунка". И не просто ответить, а дать подробную характеристику всем присутствующим, особенно лысому здоровяку. И через несколько секунд его уже били. Видимо, у них имелся уже немалый опыт избиения толпой, особенно неподготовленных к этому новобранцев. Кто-то незаметно подкатился сзади под ноги, и тут же атака спереди. Рефлекторно уходя от удара, Гартош споткнулся об живое препятствие и упал. Сразу же заработал несколько ударов ногами. Ему пришлось крутиться ужом, группироваться и не давать себя искалечить.
  Но штабисты недолго наслаждались беззащитностью жертвы. Быстро оценив ситуацию, выпускник высшей военной академии сумел сгруппироваться и прикрывая самые уязвимые места, ужом заползти в угол и подняться на ноги. Вместе с возможностью отвечать на удары появилась и злость - как эти штабные ублюдки посмели поднять руку на него, одного из Осколов, геройского, можно сказать, парня?! Его скупые, но точные удары открыли счет выбитым зубам и сломанным носам. Самого Гартоша сейчас тоже вряд ли можно было назвать красавцем: под глазами вспухали синяки, кровотечение с разбитых губ и носа удавалось останавливать с трудом. И все больше накапливалась злость и раздражение. Гартош с трудом удерживал рвущуюся наружу ярость, понимая, еще немного, и все не обойдется простыми синяками и даже переломами - либо он сейчас кого-то прибьет, либо его забьют озверевшие штабисты.
  - А ну, всем стоять! - как нельзя вовремя прозвучал резкий приказ. - В стороны!
  Штабисты, утирая кровь и тяжело дыша, разошлись, открыв взору новобранца немолодого уже полковника, крепко державшего за горлышко бутылку с вином. Гартош обвел взглядом потрепанное войско, никто не спешил отчитаться перед командиром, тогда он сделал шаг вперед.
  -Десятник Гартош! Прибыл для прохождения службы в лугарском гарнизоне!
  - Ишь ты. Десятник Гартош. - полковник осмотрел своих подчиненных и сделал из бутылки хороший глоток. - Прибыл он. Чего один прибыл, где остальные?
  -Через пару дней будут. А я решил побыстрей, через подпространство.
  - Это ты хорошо решил, как раз вовремя. - полковник снова, теперь уже насмешливо, осмотрел побитые лица. - Меня зовут Реарт Коргунье. Я командую этим человеческим мусором в этой отхожей яме империи. Добро пожаловать сынок. За что тебя сюда?
  Открывать истинную причину "сынку" не очень хотелось, засмеют. Он ответил:
  - За излишнюю гордость. И чтобы не был слишком умным.
  - А, - понятливо кивнул Реарт, - за это у нас здесь половина. Куда же тебя определить такого прыткого?
  - В сотню Волия, - подсказал лысый, при этом злорадно улыбаясь.
  - Пожалуй, да, у него недавно большие потери были, - после недолгих раздумий согласился полковник.
  - У него всегда потери, - пробормотал кто-то из штабистов.
  И Гартош понял, он вляпался в очередную дурнопахнущую кучу.
  - Сдашь документы и марш в сотню, - распорядился Реарт, потеряв к молодому десятнику всякий интерес. Он сделал еще пару глотков из бутылки и удалился по своим делам.
  Полковник ушел и Гартош снова остался один на один со своими новыми "приятелями". Они хмуро смотрели друг на друга. Наконец лысый крепыш отвернулся, и, прихрамывая, вернулся к столу. Бросив на ходу:
  -Лизарк, проведи своего кореша.
  Шустрый штабист не стал спорить, а весело улыбаясь подбитой губой, словно ничего и не случилось, повел "кореша", сначала в канцелярию, затем в сотню по пути вводя новичка в курс дела:
  - Гарнизон Лугары состоит из десяти сотен и пополняется почти каждую неделю. Что делать, - он пожал плечами, - людей постоянно не хватает. То расты порвут, то соседи по казарме. Кроме солдат есть еще три сотни наемников, но они участия в патрулировании не принимают. Да и на стены выходят лишь в крайних случаях.
  - А что же они здесь делают? - полюбопытствовал Гартош.
  - В основном охраняют сборщиков вимолии. Иногда охотятся на растов, если сумеют загнать одного - двух поближе к крепости.
  - Охотятся ради развлечения или по другой причине?
  - Ты что, какое развлечение? Раст не менее ценная добыча, чем вимолия. В нем все ценится - и яд, и шкура, а мясо такое - пальчики оближешь.
  - Не знал, не знал...
  - А для удовольствий у нас другие места имеются. Кабаков и храмов Фриты в Лугаре не меньше, чем в Тороне. Правда, дорого все до невозможности. Но наемники, в отличие от нас, зарабатывают хорошо. Не зря они сюда съезжаются со всего Иктива. А это наша гордость, - штабист широким жестом указал на лево, - крепостные стены. Они такие толстенные, что в них умещаются, и казармы, и арсенал, и еще много всего.
  Штаб гарнизона находился неподалеку от нужного участка крепостной стены, так что рассмотреть город толком не удалось. Но ничего, за те полгода, что Гартошу предстояло здесь провести, можно изучить все более детально.
  * * *
  Казарма располагалась на втором этаже крепостной стены и представляла собой сквозной, на всю длину стены, коридор, от которого отходили ответвления в небольшие комнаты, где и проживали солдаты.
  В казарме было многолюдно. Обитатели, не зная чем себя занять вне дежурства, собирались в комнатах, слонялись по коридору, и, конечно же, обратили внимание на новенького. Послышались реплики, в основном оскорбительные, но Гартош не спешил отвечать - успеется, достаточно с него и штабистов.
  - Эй, Лизарк! -из комнаты выглядывали два веселых десятника: - Куда ты ведешь этого красавчика?
  - К Волию.
  - Опять мясо скотине?
  - Ему.
  - Скотине? - переспросил Гартош.
  - Это кличка Волия, - охотно объяснил Лизарк.
  - Понятно, куда меня сунули, - сквозь зубы процедил Гартош.
  Тем временем они дошли до нужной комнаты и Лизарк вошел первым:
  - Привет Волий. Вот, нового десятника тебе привел.
  В комнате на кроватях развалились несколько болотников. Один из них поднялся и, не обращая внимания на штабиста, цепко осмотрел своего нового подчиненного. Один из десятников подал голос с соседней кровати.
  - Молоденький, симпатичный.
  - Ага, как раз то, что нам нужно, - согласился другой десятник, - сэкономим на храме Фриты.
  Все присутствующие заржали, включая и Лизарка. Сотник лишь усмехнулся. Оскол снова сдержался, не зная, насколько хватит его терпения.
  - Кто такой, откуда, и за что отправили сюда? - наконец спросил Волий.
  - Десятник Гартош, из Высшей Южной Академии. По распределению.
  - Что ж ты успел натворить?
  - Да язык кой-кому отрезал, чтобы не трепал лишнего, да засунул ему же в задницу, - многообещающе ответил Гартош.
  - За такое трибунал положен, - не поверил похотливый десятник. - И каторга.
  - А у меня связи хорошие, отделался легким испугом. Полгода на вашем курорте.
  - Тебе здесь понравится, - пообещал сотник и повернулся к своим шестеркам. - Насчет языка, конечно, соврал. Ну ничего, он попал в лучшее на Иктиве место, где учат правдивости и хорошим манерам, - десятники снова загоготали. - Штаб свободен. Да, кстати,Лизарк, кто тебя так отделал?
  - Он, - честно ответил штабист. - И там не одному мне досталось.
  - Ясно, - без всякого выражения сказал Волий.
  Лизарк немного потоптался и ушел.
  - Тимали, сопроводи нашего нового друга в его десяток.
  - С удовольствием, - сорвался с места невысокий десятник.
  - Хотя подожди, я сам. Надо размяться, прогуляться.
  - Это такая честь для меня, - чуть ли не раскланялся Гартош.
  - Ничего, обломаем, - заверил своего сотника Тимали. - И не такие молодцы на коленях ползали. А что это у тебя такое? - он потянулся к мечу нового десятника.
  Гартош убрал его руку и демонстративно медленно потянул меч. Меч покинул ножны со зловещим шелестом, дав возможность вдоволь собой налюбоваться и оценить.
  - Из богатеньких? - процедил Тимали и вновь потянулся к мечу.
  Гартош сделал неуловимое движение, и острие меча уткнулось наглецу под кадык:
  - Из них. Имеешь что-нибудь против?
  - Если твои родственники будут регулярно присылать тебе денюжку, а ты будешь с нами делиться, то - нет, - не струсил десятник и отвел лезвие от горла.
  Гартош бросил меч в ножны:
  - Морда треснет.
  - Хватит трепаться! - остановил зарождающуюся дискуссию Волий. - А то я сам сейчас отрежу кой-кому язык и засуну в интересное место. Топай за мной! И вы тоже, - бросил он десятникам.
  Волий быстрым уверенным шагом пошел по коридору. Гартош, почти нагнал его, когда возле очередной двери сотник резко остановился. Наткнувшись на его спину остановился и новый десятник.
  - Вот твои апартаменты, - насмешливо бросил Волий.
  - Понятно, - кивнул Гартош, и, отодвинув своего командира в сторону, протиснулся в комнату.
  В комнате находились двое, чем-то неуловимо похожие друг на друга. Чем, новый десятник понял чуть позже - у этих двоих был одинаково затравленный взгляд. Они быстро вскочили и отступили назад, не понимая, чего можно ожидать от так неожиданно появившегося начальства. А судя по выражению лиц, рядовые не ожидали от этого визита ничего хорошего.
  - Это ваш новый десятник, - проинформировал солдат Волий.
  Те торопливо кивнули. Вперед вышел Тимали.
  - Вы что, куски дерьма! Не знаете как отвечать господину сотнику?!
  - Тихо Тимали, поорешь на свой десяток, а здесь я орать буду.
  Гартош решил, что пришло время все расставить на свои места и выяснить отношения со всеми сразу, не откладывая на потом. Похоже, что к такому же выводу пришли и старожилы.
  Взглянув на сотника и получив молчаливую поддержку, Тимали начал:
  - Щенок решил показать свои клыки? - и он потянул из ножен меч, а затем кинжал.
  Из-за спины Волия вышли еще два десятника с обнаженным оружием. Становилось понятно, негласный воинский кодекс соблюдать здесь никто не собирался, и обычной дракой конфликт не разрешиться. Также стало понятно, откуда на стенах подозрительные пятна, которые явно пытались отскрести и забелить, видимо оружие в этой комнате обнажалось не раз. Гартош ожидал подобных разборок, хотя и без оружия. Но и вид крови его не пугал - навидался. Молодой десятник обнажил оружие. Хорошо еще, что ширина комнаты не позволяла выставить против него более трех противников.
  Двое десятников запрыгнули на кровати, Тимали пошел по проходу. Естественно Гартош не стал дожидаться, пока на него нападут все трое. Выпад вперед, и Тимали с кроткой колотой раной на плече с проклятиями отскочил назад, выронив при этом меч. Затем - бросок к противнику справа. Пустить сильный удар сверху вскользь и рубануть по ногам - вот так и появляется кровь на стенах. Десятник завалился на спину, и закачался, зажимая рану. Третий соперник понимая, что на кровати особо не пофехтуеш, успел соскочить, но не успел закрыться. Еще один укол и последний противник оказался обезврежен.
  Гартош быстро повернулся к дверям, он даже не успел запыхаться. Если это самые сильные бойцы, то жить здесь можно, главное не пропустить удар в спину. Сотник стоял не изменив позы. Он внимательно наблюдал за происходящим, суммируя увиденное сейчас, со словами Лизарка, и постепенно понимал - какую занозу в задницу прислали ему начальство и боги. Нужно срочно принимать меры. Он спросил:
  - И после этого ты надеешься долго жить?
  - Во всяком случае, собираюсь пережить тебя, - в тон ему ответил Гартош.
  - Ты очень самонадеян.
  - Я очень внимателен. К тому же, у меня есть глаза на затылке и я очень чутко сплю. А если кто меня ночью потревожит, сразу заработает еще один рот под подбородком.
  - Ну-ну, посмотрим... - сотник повернулся к столпившимся в коридоре зевакам: - Быстро отнести этих страдальцев в лазарет. - И не дожидаясь выполнения приказа, быстро вышел прочь.
  Гартош дождался, когда комната освободиться и со вздохом сел.
  - Уберите здесь, - обернулся он к застывшим в углу подчиненным, и сам завалился на кровать.
  Те быстро бросились исполнять приказ.
  - Господин десятник, - робко позвал один из солдат.
  - Ну?
  - Вы сказали, что зарежете любого, кто посмеет вас разбудить.
  - И что?
  - А как же будить вас во время тревоги?
  "Логичный вопрос", - ухмыльнувшись, подумал Гартош.
  - Будете будить от двери. Крикнул, и сразу за угол, пока я нож не успел метнуть.
  - Ага, - понятливо кивнул боец.
  - И не называйте меня господином десятником.
  - Но...
  - Можно просто Гартошем.
  - Понятно, господин десятник.
  Гартош безнадежно махнул рукой - пусть называют, как хотят:
  - Как зовут?
  - Меня Хролис, а это Флест.
  Через несколько минут тревожные размышления молодого десятника прервало появление новых действующих лиц:
  - Ну, и чего ты там разлегся?
  Повернув голову на незнакомый голос, Гартош вновь увидел двух веселых десятников.
  - Господин десятник отдыхает, - важно сообщил Хролис.
  - Ничего, потом отдохнет. Он знакомиться думает?
  Гартош рывком поднялся:
  - Думает. Заходите.
  Переступая через характерные пятна, десятники вошли в комнату.
  - Гартош, - коротко представился новенький.
  - Загнат.
  - Коржаско.
  - Ну и натворил ты здесь делов! - восторженно, хотя и без одобрения сказал Загнат.
  - А что, не надо было?
  - Дело, конечно, твое. Но лучше бы ты этого не делал. Теперь будешь постоянно оглядываться.
  - Мне не привыкать.
  - Ну, смотри, твоя жизнь, учить тебя никто не будет. Лучше вот что скажи. Как в коллектив вливаться собираешься?
  Ответ пришел сам собой:
  - Через ближайший кабак.
  - Молодец, мыслишь в правильном направлении. Но через кабак накладно будет. Здесь цены такие, что ахнешь. Лучше пошли своих бойцов, они принесут пару бурдюков вина и чего-нибудь закусить.
  Гартош так и сделал. Похоже, несмотря ни на что, жизнь на новом месте стала налаживаться.
   * * *
   Пришло время десятку Гартоша нести дежурство на крепостных стенах. Оскол горько усмехнулся: - "десяток" - он, да еще двое перепуганных - смех один. Хорошо еще, что к дежурствам на болотах относились со всей серьезностью и ослабленные команды на стены не выпускали. Десяток Гатроша дежурил вместе с десятком Коржаско.
  Кутаясь в плотные плащи, десятники выглядывали из-за зубцов и рассматривали бескрайнее болото. Время от времени зябко поеживаясь от сырого утреннего тумана, старший и более опытный товарищ, объяснял молодому коллеге особенности и специфику их службы.
  - Самое страшное на этих проклятых болотах, вот этот туман. Он в могилу людей больше загнал, чем расты. Чем больше ты здесь находишься, тем больше туман заползает в твои кости, разъедая их изнутри. Больше трех - пяти лет в Лугаре никто не задерживается. Я имею в виду гражданских. Военные здесь так долго не живут. Либо на большую землю, либо в могилу. Лучше всего от болотной болезни помогает яд растов. Но это очень дорогая вещь, даже на болоте, где и добывается. А жить здесь только ради того, чтобы тратиться на лечебное снадобье никто не будет. Вот и живут в крепости не больше года. Даже барон появляется лишь раз в месяц, когда уходит большой караван с товаром.
  - А полковник?
  - Что полковник?
  - Он давно на болотах служит?
  - Каргунье на болотах давно. Вот он - то почти весь свой оклад на лечение да на выпивку и спускает. Но ему некуда деваться - родни нет, земель не заслужил. Прозябать где-нибудь в глуши на мизерное содержание? Если он уйдет в отставку, то сразу станет никем. А здесь он - командир гарнизона.
  - За что его сюда?
  - За то, что никто не любит слушать о себе правду. А Каргунье как выпьет, так и давай выводить всех на чистую воду. А выпивает он часто. Почти всегда.
  - Ясно... Расскажи про растов.
  Коржаско зло сплюнул:
  - Ох, и подлые твари! Не знаю, сколько в их мозгах разума, но хитрости и коварства побольше, чем у человека будет. Как они организовывают атаки и засады, любой стратег обзавидуется. Никогда не предугадаешь их действий. Нападают в основном на сборщиков вимолии. Иногда выходят на сушу и шалят на дороге. Еще реже нападают на крепость. На моей памяти, а я здесь скоро год буду, такое нападение случилось только раз. Народу тогда полегло, чуть ли не треть гарнизона. А сколько сборщиков они тогда в болоте порвали... - Коржаско тяжело вздохнул и умолк.
  - Не понимаю, как можно взобраться по этим стенам? Здесь гладкий камень, почти без швов, да и высота шетов пятнадцать, не меньше.
  - О, ты не знаешь их возможностей! У этих тварей вот такие когти в-пол ладони. Острые и крепкие. Под ними даже камень крошится. Взбираются на стены в течение нескольких минут. Если прозевать, они такую бойню на стенах устроят, небо содрогнется. Одно хорошо, скрежет по камню далеко слышно, если не спать, обязательно услышишь. А если их вовремя заметить, отбиться не сложно. Видишь эти тросы? Ими мы подтягиваем цепи. Вот они. Когда начинается штурм, трос отпускается, и цепь начинает качаться вдоль стены словно маятник, сбивая всех, кто пытается влезть. Это наша придумка, болотная! - в голосе Коржаско слышалась явная гордость за своих.
  Да, о таком способе защиты крепостных стен, Гартош еще не слышал. А ведь действительно эффективно должно получаться.
  - Как же расты сумели взобраться на стены в тот раз, проспали что ли?
  - Да нет, не проспали... Они нас тогда массой задавили. Навалилось столько, что мы не успевали цепи подымать. Вот многие и сумели вскарабкаться наверх.
  - Много, говоришь, было?
  - Не то слово. Я столько еще никогда не видел. Те из нас, кто выжил, потом озолотились. Расты своих погибших с собой в болото утаскивали, но нам хватило и тех, что остались на стенах.
  - Ни разу не видел раста.
  - Еще насмотришься... Ты варана видел?
  - Конечно. На юге их полно.
  - Ну, вот увеличь самого большого варана в три - четыре раза, удлини ему хвост и загни крючком. Добавь скорпионье жало и еще одну пару ног, и набей полон рот зубов длиной в палец. Вот так получишь нашу главную достопримечательность.
  - Да как он выглядит, я знаю. И по рисункам, и чучело видел. Я имею в виду, живого ни разу не видел.
  - Вот я и говорю, еще насмотришься. Они, конечно, к стенам редко подходят - опасаются. Но в шетах пятистах... А вон, смотри!
  В разрывах между космами тумана мелькнула чья-то тень. Гартош жадно всматривался в болото, надеясь рассмотреть существо, которое наводило ужас на весь северо-восток империи. Но раст вел себя предельно осторожно, не подходя на расстояние выстрела. Его серо-зеленая шкура служила прекрасной маскировкой. Наконец, полотно тумана закрыло хозяина здешних мест совсем, и Гартош разочаровано вздохнул.
  - А как они зимой, в спячку не впадают?
  - Да какой там. Эти болота ведь никогда не замерзают, их питают горячие ключи. Даже в самые сильный морозы снег тает на расстоянии двух - трех латонов от болота. Так что расслабляться некогда. В этих местах, каждая пора года несет с собой какую - нибудь неприятность.
  - Что же здесь местных держит?
  - Деньги. Возможность заработать хорошие деньги за короткий срок. Больше всего платят сборщикам вимолии. Почти столько же получают и наемники, которые их охраняют. Ну, и ремесленники, особенно те, что заняты на переработке вимолии, шкур и яда растов, на бедность не жалуются. Высокие заработки привлекают сюда и остальных: жриц Фриты, трактирщиков, купцов. Надолго конечно никто не задерживается, но сезон два отрабатывают.
  - С этим ясно. Ты мне вот что объясни. Сколько в гарнизоне магов?
  - Магов? Есть один. Очень даже неплохой маг. Жулик, правда, за что сюда и попал, но при нападении растов помогает здорово. Есть еще несколько стихийных магов, но они слабоваты. Так умеют кой - чего по малости, но ничего серьезного. Пара неплохих магов есть в городе, но они к нам не суются. У них коммерческие дела: связаться с кем - нибудь или перебросить сюда - туда того, кто сумеет заплатить. А зачем тебе?
  - Да вот чувствую, не все с этим болотом так просто. Висит над ним нечто - магическое облако что ли. То ли болото из этого облака питается, то ли облако из болота. Не пойму. Но связь между ними есть.
  - Магию чувствуешь?
  - Чувствую. И как ты говоришь, умею кой - чего по малости.
  - Это хорошо. Ты ведь знаешь, и сами расты не чужды магии?
  - Нет, не слышал.
  - Многие не верят, что расты применяют магию. Но те, кто пережил несколько атак этих ящеров, знают, расты применяют магию страха. Они пытаются запугать противника. Некоторые относят это к обычному страху. Но я уверен, умеют эти гады страх нагонять не только своим видом, репутацией или чем- то там еще, но и магией. Вот полковой маг нас от этого и прикрывает. А когда далеко в болото заберешься и остаешься без прикрытия, поджилки трясутся так, что ноги подкашиваются. Так что, если ты действительно кой - чего умеешь, то нам с тобой очень повезло.
  Проверив еще раз караульных, десятники взобрались на ближайшую башню. Болото тянулось от горизонта до горизонта, бескрайнее и, казалось безжизненное. Но люди знали, сколько смертельно опасных существ в нем таится. Про последних Гартош и хотел уточнить.
  - Много в болоте разной гадости, кроме растов?
  - Хватает.
  - Про каких я должен знать в первую очередь?
  - В первую очередь про растов - они наша основная головная боль. Остальные твари опасны в основном сборщикам вимолии, - Коржаско немного помолчал. - Болотный удав бывает нападает, но не часто, они с растами редко уживаются на одной территории. Из крупных это, в общем - то все. А вот мелочи больше чем достаточно. Змей, гадюк разных. Пиявки всякие, в том числе и ядовитые. Ну, а самую вредоносную мелочь ты сейчас увидишь, услышишь и прочувствуешь на себе. Смотри на болото.
  По мере того, как солнце поднималось все выше, туман оседал, но вверх устремилось другое облако, гудящее и жалящее. Москиты. Гартош хлопнул несколько раз по щеке и шее, размазав по лицу передовой дозор гигантской армии. А потом началось вторжение. Коржаско с улыбкой смотрел на машущего руками младшего товарища, но потом сжалился и достал из кармана небольшой флакон.
  - На, помажься. Только это и помогает. Иначе сожрут.
  Гартош не стал уточнять, что это за хрень, а щедро плеснул на ладонь и намазал открытые места. Жидкость обладала резким и вонючим запахом, запахом, который исходил от любого обитателя гарнизона, и про который Гартош все не решался спросить. Вот теперь он первый раз и пожалел о своем решении - на ближайшие полгода связать свою судьбу с этим чертовым болотом.
  - Ничего, скоро так принюхаешься, что и замечать не будешь. Добро пожаловать на болото растов.
   * * *
  
  
  - Гартош! Дружище! Неужели глаза меня не обманывают?
  Знакомый рев заставил Гартоша остановиться посреди казармы. Оттирая к стенам тесного коридора недовольно ворчащих обитателей и не обращая на них ни малейшего внимания, к Осколу спешил ни кто иной, как Зигул. Гартош и сам неверяще потер глаза. Точно, Зигул! Взвизгнув, будто несмышленый щенок, он бросился навстречу своему боевому товарищу. Словно в кавалерийской атаке столкнулись они посреди коридора, став усердно друг друга мять, и орать что-то про дружбу, судьбу, демонов и прочую, не столь важную хрень.
  Через пару минут они, наконец, ослабили объятья, освободив для прохода коридор, и стали с интересом друг друга рассматривать. Сразу видать, Зигул находился здесь не первый день - знаменитый реатский загар сошел, и сейчас реатец выглядел бледнее самого Гартоша.
  - Вырос, возмужал, взматерел, - пришел к своим выводам и Зигул. - Тебя-то как занесло в эту дыру?
  Немного помявшись - все-таки не хотелось врать другу - Гартош признался:
  - Сам напросился.
  - Да какого...! - воскликнул было реатец, и, поняв все, тяжело вздохнул. - Опять нужно было что-то кому-то доказывать?
  - Вроде того.
  - И не нашлось дыры почище?
  Гартош улыбнулся:
  - Это как раз по мне. Я уже и обживаться здесь начал.
  - Наслышан, наслышан, как ты со Скотиной познакомился. Я когда узнал о том случае, и что десятника зовут Гартошем, сразу подумал про тебя, но не мог поверить. Дай, думаю, на всякий случай схожу.
  - Молодец, что пришел. Теперь рассказывай, тебя-то каким ветром сюда занесло?
  - Самым обычным. В Ларф я больше не ходок, сам понимаешь. А жить на что-то нужно. Я ведь не из богатой семьи, надеяться не на кого. Помыкался по наемническим отрядам в Реате, но там особо не заработаешь. Таких как я много, платят мало, а голову сложить можно запросто - владетельные лорды в очередной раз вцепились друг другу в горло. Услышал я, что набирают команду на север Виктании, в болото растов, и решил попытать удачу здесь.
  - Давно ты в Лугаре?
  - Еще и полгода нет. Хотя для этих мест немалый срок. Полгода побыл наемником, собрал кое-каких деньжат, и решил осесть в Виктании - ваша империя не в пример спокойней нашей. Но для полного счастья мне не хватает ветеранского статуса, а служба в наемных отрядах этого не дает. И я записался в вашу армию. Это даст мне и ваше гражданство, и нужный статус.
  - Это же здорово! Будем служить рядом!
  - Да, я - десятник третьей сотни. Так что, если понадобится помощь...
  - Спасибо конечно, но я пока справляюсь сам.
  - Это хорошо, что ты справляешься сам, но не стоит отказываться от моей помощи. Пойдем, сходим к Скотине. Меня здесь уже знают и стараются не связываться.
  - Не надо, Зигул. Я тоже хочу сделать так, чтобы со мной побаивались связываться. И это я должен сделать сам.
  - Тебе видней. Но учти, это тебе не Ларф, здесь гораздо хуже. По большому счету, тут нему прикрыть тебе спину.
  - Я учту это.
   * * *
  Шла третья неделя пребывания Гартоша в Лугаре, и за это время не случилось ничего существенного, ничего такого, что вышло бы за рамки обычной службы в этом необычном месте. По-прежнему выходили в болото сборщики вимолии, по-прежнему их сопровождали наемники, по-прежнему каждый поход вглубь болота забирал одного - двух человек. Но к этому все привыкли и новые жертвы никого не будоражили, люди знали на что шли, риск оплачивался щедро.
  Начавший осваиваться Гартош, постепенно обзаводился новыми знакомствами, новыми приятелями, хотя, конечно, настоящий друг у него здесь оставался один - Зигул. И Гартоша, привыкшего к окружению друзей, такое положение тяготило. Но насильно в друзья не затащишь, здешние обитатели предпочитали отвечать, прежде всего за себя, так уж была построена система.
  - Тревога! - нарушил покой казармы громкий крик. - Все на стену!
  В нехороших предчувствиях, Гартош повел свое маленькое подразделение наверх. Его подчиненных стало на два больше, хотя их по-прежнему не хватало на полноценный десяток. Они заняли свое место рядом с десятком Коржаско, и Гартош тут же поспешил к соседу:
  - Что там?
  - Да ничего особенного. Несколько растов подошло слишком близко к стенам, и на всякий случай подняли тревогу.
  - Я так понимаю, для нас опасности нет никакой?
  - Для нас - нет, а вот сборщики выйти побоятся. Как бы нас не погнали расчищать им дорогу.
  - Это ведь работа наемников! - возмутился Гартош.
  - Рядом со стенами мы должны им помогать.
  Ветеран болот как на картах раскинул. Не прошло и пары минут, как прозвучала команда спускаться к калитке, которая выходила на болота. Перед калиткой Волий пересмотрел порядок построения сотни.
  - Десяток Гартоша в авангард, - с неизменной усмешкой сказал сотник. - Посмотрим, на что годится сын генерала.
  Гартош, пытавшийся сохранить свое происхождение в тайне, скривился, правда все-таки вылезла.
  - Я первый, - начал он давать распоряжения, - за мной быстро...
  И не успел он высунуть наружу голову, как получил сильный пинок под зад и вылетел наружу. Не удержавшись на ногах, Гартош зарылся носом в толстый мох. За его спиной громко и злорадно лязгнула тяжелая железная дверь.
  Все-таки Волий уличил момент и ударил почти в спину. Быстро вскочив, Гартош вытащил меч. Растов не было видно, хотя это не означало, что их по близость нет. Этих мастеров маскировки не так-то легко рассмотреть - спрячутся за кочку и все тут.
  Раздавшийся за дверью смех и топот - доказал, оттуда помощи ждать нечего, наоборот, все побежали наверх, наблюдать за бесплатным представлением. До ближайшей калитки шетов сто пятьдесят, еще столько же до следующей, где располагалась сотня Зигула. На помощь можно рассчитывать только там. И Гартош рванул.
  По мягкому мху бежать тяжело и непривычно, а он доходил, практически до самых стен, и Гартош выбирал наиболее удобный путь, где почва тверже, иногда отдаляясь от стены на пару десятков шетов. Он уже миновал первую дверь, даже не останавливаясь постучать в нее, когда почувствовал опасность за спиной. Быстрый разворот. До раста оставалось еще шетов двадцать пять, но двигался он не в пример быстрей Гартоша - шесть лап давали преимущество для бега по болоту.
  Гартош бросился к спасительной калитке, желая выиграть хотя бы десяток шетов. Но на полпути вынужден был остановиться - раст подобрался слишком близко. Об этом не только кричало чувство опасности, но и резал слух все нарастающий шелест чешуи. Что ж, раст, конечно, сильный противник, но не непобедимый. Чуть успокоившись, Гартош встал в стойку, и встретил ящера несколькими упреждающими взмахами меча. Раст оказался не дурак и на рожон лезть не стал. Он остановился в трех шетах, и, покачивая жалом над головой, стал медленно обходить свою жертву. Так он, наверное, думал.
  Жертвой Гартош никогда не был и не собирался ею становиться. Он не стал ждать, пока его оттеснят от стены, а сам напал на раста. Если бы не жало, то победить ящера не было бы сверхзадачей, но вот постоянное ожидание удара сверху... После нескольких обменов угрожающими взмахами, Гартошу удалось оставить на морде болотного шестинога небольшую отметину, что впрочем не разозлило того, а наоборот, сделало еще осторожней. Неглупая скотинка, неглупая...
  Причину такой осторожности Гартош понял несколькими секундами позже, когда, сперва почувствовал, а затем увидел еще двух приближающихся ящеров. Нет, ребята, так дело не пойдет - один против троих Гартош сражаться не собирался. Резкий рывок вперед, на расстояние верного удара, взмах меча снизу в верх, навстречу жалу, и меч, через вытянутую морду ящера, почти не почувствовав сопротивления, отсек метнувшееся на человека жало.
  Уже не опасаясь обезвреженного хвоста, Гартош двумя ударами прикончил раста и приготовился встретить еще пару. Впрочем он был уже не одинок. Калитка, к которой так стремился Оскол, распахнулась, и оттуда выбежало два десятка бойцов. Возглавляемых, конечно, Зигулом. Одного из растов истыкали арбалетными болтами, и он утащился в болото. А с другим Гартош начал схватку в одиночестве, а закончил вместе с другом. Десятник, прибывший вместе с Зигулом, с тревогой поглядывая на болото, спросил:
  - Сам со своим трофеем справишься, или помочь за долю?
  Зигул объяснил:
  - Если ты в одиночку добыл раста, то три четверти твоих, а четверть идет гарнизону. Но можешь поделиться: четверть твоя, четверть десятку, который тебе помог, четверть сотне этого десятка, и четверть, соответственно, гарнизону.
  - Делюсь, - не раздумывая ответил Гартош.
  Солдаты сноровисто разделали одного раста и принялись за второго. В течение минуты они содрали шкуру, вырезали пузырь с оставшимся ядом, а туши разделили на четыре части. Открылась еще одна калитка.
  - Давай сюда! - поманили из нее. - Поможем!
  Пришедший с Зигулом десятник, молча показал нахлебникам почти волшебный жест, которым Гартош когда-то дразнил Листира и подземного демона, и добычу затащили в свою калитку. Оглянувшись на входе, Гартош почувствовал враждебный взгляд, похоже болото его запомнило. Да, не получилось подружиться.
  Перед тем, как Гартош возвратился свою сотню, его остановил Зигул:
  - Это все Скотина организовал?
  - Он.
  - И сейчас сам справишься?
  - Справлюсь.
  - Смотри, ты знаешь, где меня искать.
  Волий находился в своей комнате в окружении лакеев. У каждого на коленях лежал заряженный арбалет.
  - У тебя ко мне какие-то вопросы, десятник?
  Гартош покачал головой:
  - Вопросов нет, мне все ясно. Я просто счел за нужное сказать, ты сегодня подписал себе смертный приговор.
  Волий рассмеялся:
  - Ты даже не представляешь, как я испугался!
  - Представляю, - кивнул Гартош, и вышел из комнаты.
  До последнего момента он лопатками чувствовал острия арбалетных болтов. Но Волий почему-то не отдал приказ.
  * * *
  С чем Гартош боролся больше всего, так это с намерениями сотника отправить десяток Оскола в болото на сопровождение сборщиков вимолии. Волий часто посылал своих солдат в смертельно опасные вояжи вглубь болота, подменяя ими наемников и беря за услуги намного меньше профессионалов. Он наживал на этом огромные деньги, не спеша делиться со своими подопечными, особенно рядовыми. Теперь молодому десятнику стало понятно, откуда в сотне такие потери.
  Гартош уже отчаялся искать правды у командования гарнизона - Каргунье было на все наплевать. Нужно бороться своими силами. Прежде всего, Гартош провел короткую разъяснительную беседу в своем неполном десятке.
  - Жить хотите?
  - Хотим, - нестройно ответили бойцы.
  - Тогда слушаться только меня.
  - А как же... - начал Хролис.
  - Ни Волий, ни Каргунье не имеют права приказывать вам, минуя меня. Они должны отдать приказ мне, а уже я отдаю его вам. Понятно?
  Переглянувшись, солдаты неуверенно подтвердили, что поняли.
  - Ну, а я буду думать, что следует выполнять, а что нет.
  И Гартош действительно игнорировал приказы Волия сопровождать сборщиков вимолии. Сотник пока не торопился наказывать строптивого десятника. Наверняка готовил особо изуверскую месть.
  Словно в отместку за отказ Гартоша, Волий стал гонять остальные десятки еще чаще. Десятники и рядовые бойцы роптали, но Гартошу так и не удалось подбить их на открытое неповиновение сотнику, слишком его боялись.
  Скотина, он и есть Скотина. Мог бы и получше снарядить своих солдат. Хотя бы так, как снаряжаются наемники. Высокие кожаные сапоги - спасающие от пиявок и прочей мелочи -больше болтов к арбалетам и так далее. Хорошее снаряжение спасло не одну жизнь. Но Волий не собирался тратиться, безмолвные солдаты будут сражаться и так.
  Правда иногда и десятку Гартоша приходилось вступать в бой. Такое случалось, когда бригады сборщиков и их охрана, возвращались в плотном окружении растов. В одном из таких боев Гартош вновь вступил в конфликт с Волием.
  Это был как раз тот случай, когда сборщиков сопровождали два десятка из шестой сотни. Воины как всегда вышли в болото, не особо подготовившись. Первым делом нарвались на гнездо игольчатых червей, откладывающих яйца в тело жертвы. Здесь помощь понадобилась немедленно, и часть охраны сопроводила своих пострадавших товарищей в крепость. А затем навалились расты.
  К тревоге Гартош уже подготовился. Когда вернулись пострадавшие от червей, многие поняли, это только начало.
  И действительно, наблюдатели на вышках и стенах докладывали, в какую опасную ситуацию попали их товарищи по оружию. Как минимум трое уже стали жертвами растов. Не могло быть и речи о продолжении сбора вимолии. Сборщики сбились в кучу, выставив наружу серпы для жатвы, и прикрываемые солдатами, медленно отступали к крепости.
  - Все на выручку товарищам! - орал Волий и, вторившие ему, десятники-шестерки.
  Гартош поймал одного из них и отобрал арбалет, с которыми приближенные Волия с некоторых пор не расставались. Чуть опустив заряженное оружие, он приблизился к сотнику:
  - А ты как всегда будешь отсиживаться на стенах, или поможешь своими арбалетами тем, кого послал в болото.
  Волий хотел было объяснить наглому десятнику, где его место, но увидел, что их разговор внимательно слушают слишком много людей, да и арбалеты были не только у его шестерок. И кое-кто даже посмел направить оружие в сторону сотника. Все-таки сказывается дурное влияние молодого десятника.
  - Все пойдем, - прошипел сотник, и первым спустился к калитке.
  В этот раз сотня вышла на удивление слаженно, хотя дальнейшие действия сотника, Гартоша удивили, а затем возмутили. Волий погнал своих людей почти беспорядочной толпой. Возмущенный десятник схватил своего командира за рукав:
  - Ты что творишь, гад?! Всех здесь положить хочешь?!
  - Не лезь не в свое дело, сопляк! Я здесь командир!
  - Дерьмо ты, а не командир! Где боевое построение? Почему солдаты идут, как стадо баранов? Расты рассекут нас на части, и половина в казармы не вернется!
  - Да пошел ты!
  - Сам пошел!
  И оттолкнув сотника, Гартош начал наводить порядок:
  - Слушать сюда! И выполнять, если живыми вернуться хотите!
  Слушали Гартоша сначала недоверчиво. Но команды он отдавал толковые, и кое-кто начал их выполнять. А после того, как Волий, плюнув, вернулся в крепость, молодому десятнику стали подчиняться все. Гартош построил сотню в две боевые колоны и повел их на помощь попавшим в беду товарищам. А помощь была ой как необходима. Расты разорвали жидкое кольцо охраны и добрались до простых сборщиков, а у тех кроме серпов ничего не было. Сразу полегло четверо.
  - Действовать парами! - орал Гартош. - На каждого раста, не меньше двух человек!
  Колоны ворвались в гущу боя и отсекли растов в стороны. Начался спешный отход. Гартош носился из одного конца строя в другой, неизменно оказываясь на самых опасных участках. Его Гариант окрасился во все цвета радуги. Кровь, яд, сок растений, болотная грязь сделали из великолепного оружия неприглядное зрелище. Но это не умалило его боевых возможностей. Хватало одного удара, что бы отсечь то, что попадало под лезвие.
  Расты оценили опасного противника, на него нападали не меньше, чем втроем. Но шустрый Оскол научился ловко уходить от атак, заводя в ловушку самих растов, а троих зарубил самолично.
  Грамотно построенная вылазка вызвала одобрение и на стенах. В растов полетели длинные стрелы из сверхмощных арбалетов - степронов. И шестой сотне, вместе со сборщиками, стало немного легче. Гартош отдал команду, и бойцы с радостными возгласами затащили в калитку нескольких порубленных ящеров, что подняло авторитет молодого десятника еще выше.
  Волий встретил Гартоша хмурым взглядом, и без своей неизменной улыбки. Он понимал - какой удар этот щенок нанес его авторитету.
  - Еще раз так сделаешь...
  - И что? - не испугался наведенных не него арбалетов Гартош, ведь за ним толпилась вся сотня.
  Поиграв желваками, Волий отвернулся, и быстрым шагом удалился в свою комнату.
  Этой победе Гартош радовался не меньше, чем победе над растами.
  * * *
  Гартош в компании Зигула, знакомых десятников и одного сотника пропивал в трактире добычу еще одной удачной вылазки. Нужно сказать, Лугар, несмотря на свою отдаленность от больших центров, не являлся захолустьем. Выпивку, жриц Фриты, еду и все остальное в городе можно было найти самого отменного качества. Драли за все, конечно, втридорога, но работающие, живущие и служащие в этих суровых местах зарабатывали столько, что могли себе позволить многое. Одним из таких везунчиков вчера оказался десяток Гартоша. Вместе с еще двумя десятками, он прикрывал отход сборщиков и сумел добыть двух растов, которые последнее время активизировались не на шутку.
  Веселье было в самом разгаре, когда в трактир вбежал запыхавшийся Хролис:
  - Господин десятник! Господин десятник!
  - Чего орешь, боец? Успокойся, за тобой будто расты гнались. Что случилось?
  - Там в наш десяток пополнение прибыло, шесть человек.
  - Пополнение - это хорошо. Но можно было не бежать, я скоро и сам пришел бы, и встретился с ними.
  - Дело в том, что с ними первым встретился сотник Волий.
  Гартош начал понимать:
  - И что?
  - Он захотел сразу посмотреть - каковы они в бою.
  - Дальше.
  - И выгнал их на болото...
  Багровея, Гартош медленно встал.
  - А там одни сосунки, - продолжал Хролис, - добровольцы, так же как и вы. Говорят, мы ничем не хуже сына главнокомандующего и тоже хотим начинать службу в самых тяжелых местах. Волий как услышал, чуть пеной от злости не захлебнулся.
  - Убью гада, - процедил Гартош.
  Он почти бежал к казарме. Но поняв, что там делать нечего, буквально влетел на стену, где на их участке, столпилась не только шестая сотня, но и две соседних. Слышался смех, насмешливые и издевательские крики, азартные возгласы. Гартошу хватило секунды, чтобы осознать ситуацию. Внизу пятеро молодых людей спина к спине защищались от четырех растов. Пятеро! Шестого два раста тащили вглубь болота. И еще несколько ящеров спешили к месту схватки. Гартоша чуть не скрутило от ярости и ненависти. Мир моментально принял багровый оттенок. Казалось, еще немного, и из глаз полетят искры.
  - А ну, все вниз! - хрипло выдавил он.
  - Ты что-то сказал, щенок?
  Волий хорошо подготовился к встрече с десятником-бунтарем. Четверо арбалетчиков с нетерпением ждали от Гартоша дальнейших действий.
  - Все вниз!!! - что есть мочи рявкнул командир убиваемого сейчас десятка.
  Кто-то из десятников не выдержал и нажал на спуск. Гартош чуть отклонился, и болт прошел рядом. Гариант моментально оказался в руках. Еще один болт был разрублен и два сожжены в воздухе. Гартош подлетел к теряющему улыбку Волию, так и не успевшему достать свой меч. Гариант с шипением рассек воздух и подлеца, раскроив его пополам - отделив голову вместе с левой рукой от остального тела. Еще один взмах, и рядом с сотником лег его шестерка - Тимали.
  - Вниз!!! - бешено вращая глазами и мечем, орал Гартош.
  Его вид был страшен. Весь забрызганный кровью, с выпученными глазами он внушал неподдельный ужас.
  - Вниз! Порублю всех нахрен!
  Вначале подались назад находившиеся ближе всех к Гартошу, но потом паника и страх перед бешеным десятником охватила всех и погнала вниз. Причем не только шестую сотню. Бойцы соседних сотен так-же стремились держаться подальше от этого сумасшедшего - уж лучше расты, чем он. В калитке возникла давка. Лезли по головам, вываливаясь из калитки целыми толпами. А Гартош все бесновался на стене, сгоняя вниз тех, кто еще остался наверху. Вскоре три сотни почти в полном составе выскочили на болото, практически втоптав при этом растов в грязь.
  Гартош вылетел последним, и не успокоился до тех пор, пока не загнал последнего ящера шетов на сто вглубь болота. Расты дураками небыли, им хватило мозгов понять - сегодня с этим сумасшедшим лучше не связываться. Лишь когда на горизонте исчез последний раст, Гартош немного угомонился и позволил защитникам крепости вернуться на свои места.
  Мало что соображающих новобранцев Флест и Хролис затащили наверх и поставили пред ясные очи чуть успокоившегося десятника.
  - Ну что соколики, вляпались? - участливо спросил Гартош.
  Непонимающие взгляды и нестройное мычание были ему ответом.
  - Во что вляпались? - сам спросил за своих новых подчиненных десятник. И сам же ответил: - В дерьмо.
  Один из новеньких сумел произнести почти внятно.
  - Но ведь Гартош Оскол...
  - То Оскол, а то вы, - перебил его Гартош. - Какого духа вас сюда понесло?
  - Дорогу господину полковнику! - раздалось за спиной.
  Расталкивая плотную толпу, к центру событий пробирался Реарт Каргунье, сопровождаемый помощником, несколькими арбалетчиками и лакеем покойного Волия.
  - Вот он, господин полковник! Он зарубил своего сотника и еще десятника.
  Полковник хмуро осмотрел расчлененные тела:
  - Ты их?
  - Я.
  - За что?
  - Этот урод выгнал моих новобранцев на болото, на верную смерть. Просто ради потехи.
  - А людей на помощь кто вывел?
  - Тоже я.
  - Вывел! - хмыкнул сотник седьмой сотни. - Точнее сказать, согнал всех вниз. Причем не только шестую сотню, но и мою, и пятую. Вместе с сотниками...
  - Я же говорил господин полковник, он сумасшедший. За убийство своего командира его повесить нужно, - высунувшись из-за спины Каргунье, скороговоркой проговорил лакей покойного сотнико.
  - Я своих в беде не бросаю, - насупившись, сказал Гартош.
  Полковник еще раз посмотрел на порубанные тела, на сбившихся в кучку новобранцев, на столпившихся бойцов. Затем достал из-за пояса фляжку, взболтнул ее и приложился.
  - Я так понимаю, сотня осталась без командования? - он кивнул на тело Волия.
  Помощник, взглянув на тело, утвердительно кивнул.
  - Шестой сотне нужен новый сотник, - задумчиво протянул Каргунье. - Я назначаю десятника Гартоша. Отныне - сотника Гартоша.
  - А как же эти трупы? - спросил помощник.
  - Как обычно, спишем на текущие потери, - разворачиваясь, равнодушно ответил полковник. - Или на несчастный случай. Косточкой там подавились, или порезались при бритье.
  - Вот-вот, именно порезались... при бритье, - бросив последний взгляд на расчлененные трупы, пробормотал помощник.
  
   II
  Нельзя сказать, что Гартош не ожидал назначения на должность сотника, за этим он и шел служить в армию - сделать карьеру. Нельзя сказать, что Гартош не мечтал убрать со своего пути Волия - мечты были, планы строились. Но Оскол никак не думал, что все произойдет именно так, как произошло. Но, тем не менее, убиваться по поводу смерти двух мерзавцев, и отказываться от нового звания и должности он не собирался.
  После проявлений бурных эмоций со стороны Зигула, нескольких приятелей и быстро сообразивших подхалимов Гартош тут же взялся наводить новый порядок в сотне. Опыт командования у него уже имелся - одни Трольи горы чего стоят - сил и желания тоже хоть отбавляй, и вскоре шестая сотня почувствовала тяжелую руку нового командира.
  Гартош устроил муштру не хуже, чем в академии. Постоянные изнурительные учения и тренировки вызвали в сотне ропот. Но новый сотник, вспомнив уроки покойного предшественника, быстро навел порядок. Он выгнал недовольных на болото, пободаться с растами, и это сразу уменьшило количество умников.
  Первое время к молодому сотнику неоднократно подкатывали скользкие типы с предложениями заработать. Как заработать понятно - выгнать на охрану сборщиков вимолии не наемников, а простых солдат. У Гартоша подобные предложения вызывали бурю негативных эмоций, и дело нередко заканчивалось мордобоем или все тем же посещением болота. И его быстро оставили в покое.
  Смотря на то, как шестая сотня играется в "войнушку", остальные воины сперва посмеивались, а потом и сами взвыли. Командование гарнизона, в виде полковника Каргунье и не самых глупых сотников, сумело заставить последовать примеру шестой сотни и остальных. Тем более что причин для этого хватало с избытком. Расты в последнее время резко активизировались, и сбор вимолии, соответственно, упал. Зато увеличилась добыча яда растов, их шкур, мяса и зубов. Хотя это давалось все большей кровью.
  * * *
  Шел шестой, последний месяц пребывания Гартоша на этих болотах. Уже несколько дней на душе у сотника было муторно, и предчувствие опасности, идущее со стороны болот, усилилось, а своим предчувствиям Оскол привык доверять.
  Ночью его буквально подбросило - за стенами крепости творилось что-то невообразимое. Гартош оделся и поднялся наверх. Болото пряталось под покрывалом тумана, на первый взгляд все как обычно. Но почему так учащенно бьется сердце, почему хочется убежать как можно дальше, почему караульные вздрагивают от каждого шороха и боятся подходить к краю стены?
  "Расты, много растов": понял сотник. И они уже начали атаку, пока только магическо-ментальную. Страх, который они пытались передать людям, начал заполнять крепость.
  - Поднять сотню, - негромко скомандовал Гартош.
  Он дождался, пока зевающие бойцы займут свои места. Лично проверил готовность каждого, подбодрил, что сейчас было просто необходимо, и поспешил в штаб. Там тоже не спали. Полковой маг Гайстаф также почувствовал недобрую силу, идущую с болота, и уведомил полковника.
  - И ты почуял? - обрадовался маг. - А то тут некоторые недоверчиво хмыкают. Говорят - паникер. Нюх потерял.
  Несмотря на появление еще одного "паникера", Каргунье продолжал недоверчиво хмыкать, хотя и послал вестовых в сотни. Вскоре в штабе собрались все сотники, но еще до их прибытия стало ясно, готовится что-то нерядовое.
  - Нужно сообщить в штаб легиона, - заявил один из сотников.
  - О чем сообщать? - буркнул полковник. - О том, что нам плохо спится?
  - Именно об этом, - не сдавался сотник.
  - Да я уже пытался связаться с Регестом, не получается, - нехотя признался Гайстаф. - Видать, обложили нас по всем правилам.
  Каргунье посерьёзнел:
  - Как только рассветет, отправим конных вестовых.
  - До утра еще дожить нужно, - тихо сказал Гартош.
  От его слов по коже поползли холодные мурашки, не хуже чем от магии растов. Полковник поднялся:
  - Ты прав, Гартош, хватит рассиживаться, нового мы ничего не придумаем. И нечего плакаться, мы здесь для того и находимся, чтобы сдерживать ящеров. А это не первая массированная атака на крепость, и ничего, все отбили. Такое случается почти каждый год, может у них миграция какая-нибудь. Разойтись по сотням и быть готовыми ко всему.
   * * *
  Расты полезли на стены еще в предрассветных сумерках, когда факелы уже не помогали, а солнце еще не показалось. В крепости никто не спал, даже гражданские с тревогой и нетерпением ожидали окончания ночи. И когда когти первых ящеров заскребли по камню, все в городке поняли - расты начали атаку.
  Ожидание событий порой хуже самых событий, поэтому после начала атаки Гартош тут же успокоился, все стало на свои места. Он нетерпеливо прошелся вдоль стены, лишних мыслей не было - только бой, тело наполнилось горячей кровью, а руки сами тянулись к мечу. Он весело заорал:
  - Ну что, орлы, радуйтесь! Эти шкуры болотные сами к нам ползут! Это ваша обеспеченная старость! И не дрожать, мать вашу! Не дрожать!
  Воины зашевелились, бесшабашное настроение командира немного разогнало скованность и страх, добавило уверенности.
  Когда первые расты достигли давно отмеченной черты, бойцы отпустили тяжелые цепи, которые, качаясь словно маятники, посшибали большую часть ящеров. Там, где им все же удалось добраться до верха стены, в ход пошли копья и рогатины - время мечей и топоров еще не пришло. Гартош носился вдоль стены, стараясь быть везде, но его подопечные действовали грамотно и слаженно, и первая атака растов захлебнулась. Впрочем, как и на участках соседних сотен, где нескольких ящеров, сумевших пробраться между зубцами стены, порубили почти без потерь.
  Гартош недовольно отметил,что большая часть сбитых со стен растов недолго валялась без движения. Мягкий мох смягчал падения, да и твари оказались живучими, поэтому вскоре они были готовы к новой атаке. В голову сразу стали приходить мысли об усовершенствовании одного из основных защитных устройств крепости. К цепям нужно привязать бревна, в бревна набить побольше колюще-режущих предметов, тогда и результат получится другой - мало кто из растов смог бы вновь полезть на стену.
  Новую атаку встретили так же результативно, как и первую. Вновь подтянутые цепи сбили самых проворных болотных тварей - самых проворных, да не самых умных. Следующая волна наступающих успела добраться до зубцов еще до того, как подтянули цепи. Часть растов сбросили вниз копьями, но потом началась настоящая схватка. Гартош успевал везде: полосонуть ящера по боку, и, оставив его добивать бойцам, отрубить другому ядовитый хвост. Помогал сбросить вылезающего меж зубцов шестинога, а затем подтянуть цепь. Бросал в гущу копошащихся внизу ящеров несколько тяжелых булыжников, а затем спешил располосовать еще одну пару ядовитых гостей.
  Эта атака уже не прошла бесследно - только в шестой сотне семеро убитых и раненых. Если так будет идти и дальше... Боевой азарт Гартоша стал уступать место мрачному пониманию всей тяжести ситуации. А когда солнце разогнало туман, стало понятно, насколько ситуация тяжела. Под стенами собрались не сотни ящеров, а тысячи, болото буквально кишело ими, и все больше их стягивалось к крепости. Но и это было еще не все.
  - Что это? - Загнат указал почти не дрожащим пальцем вглубь болота.
  Гартош пожалел, что у него не было с собой подзорной трубы. Но подзорные трубы имелись у дозорных на башнях:
  - Огры! Горные огры!
  - Огры!.. - пронеслась по стене тревожная весть.
  - Вот и опять свиделись, - пробормотал Оскол, вспоминая свою первую встречу с горными великанами в Трольих горах.
  Огров насчитали три десятка, что казалось не так уж и много, но они гнали перед собой целое стадо растов. Именно гнали! В руках у огров змеились огромные огненные бичи - щелкали магические плети и ящеры, раздражено шипя, двигались в сторону крепости. И таких подневольных шло несколько тысяч.
  - Боги всемогущи... - прошептал Загнат.
  В тревожном оцепенении застыла вся крепость. Такой навалы болота им не выдержать. Но не сдаваться же! Сотник шестой сотни вновь прошелся вдоль стены:
  - А ну, поднять носы! Кто хочет жить, будет драться до последнего! Не может быть, что бы Рафа приготовил нам такую судьбу! Это - испытание, испытание нас на прочность! Кто сильнее: мы или это чертово болото?
  - Мы... - раздалось нестройное.
  - Не слышу!
  - Мы! - подтвердили уже более дружно.
  - Так-то лучше.-! Прорвемся, не таких сусликов выливали.
  Оптимизм командира передавался подчиненным. Где бы он ни проходил, везде начинались оживленные разговоры, бойцы подбадривали друг друга и отвешивали шуточки в сторону растов и огров. Послышались похабные версии об их совместной жизни. И это в какой-то мере отгоняло насланный болотом страх, так как усилий полкового мага для отражения ментальной атаки явно не хватало. Чуть успокоив своих подопечных, Гартош направился в командирскую башню, узнать, как сложилась обстановка на участках других сотен и вокруг крепости.
  - Молодец, что пришел, - обрадовался Гайстаф, - я как раз собирался за тобой посылать.
  - И зачем я понадобился полковому магу?
  - Я слышал, ты хорошо владеешь магией подпространственного перехода?
  - Есть такое.
  - Это хорошо. Мне нужна помощь всех, кто хоть в какой-то мере владеет магией.
  - Помогу, конечно. Что от меня требуется?
  - Поделиться энергией. Я до сих пор не могу связаться ни с Регестом, ни со штабом Северной армии, ни с Тороной.
  - Знакомая ситуация. Нас в Трольих горах также блокировали. Мы тогда попали слишком близко к Волшебному королевству и не смогли связаться со своими, очень уж мощные стояли заслоны.
  - А у меня такая ситуация впервые.
  - Так может я и попробую связаться?
  - Я не против. Только давай дождемся помощников.
  - Хорошо, подождем. А что там с конными вестовыми?
  - Не смогли прорваться, все дороги заполнены растами.
  - Понятно, я так и думал. Что скажешь про огров, часто они появляются возле крепости?
  Маг на пару секунд задумался.
  - На моей памяти ни разу, хотя я здесь меньше двух лет. Судя по записям, раньше подходили - иногда с растами, иногда без них. Бывало, что пытались нападать. Но такой массированной атаки еще не было ни разу. Хоть Межевые горы и рядом - где огры в основном и обитают - но на болотах они гости не частые.
  "Зато они частые гости там, где появляюсь я", подумал Гартош, но придержал эти догадки при себе. А то, как бы кой-кому не пришла в голову мысль сделать командира шестой сотни виновным за это массированное вторжение. Что, в общем-то, не было таким уж далеким от истины.
  Как только собрались все участники магического круга, Гартош взял на себя роль проводника. Мысль, материализованная и подпитанная магией, устремилась на юго-запад. Точнее, хотела устремиться. Барьер - чем-то схожий с тем, что был в Трольих горах - плотно обхватил Лугар, не давая возможности магии вырваться наружу. Хорошо, это уже было. Гартош создал магический таран и, напитав его под завязку энергией, вогнал в серо-зеленую муть барьера. Хрясь!!! Казалось, звук от столкновений двух враждебных энергий, можно было услышать и не магическим слухом. В окружающей стене появилась приличная пробоина, и мысль-зов ушла в нужном направлении.
  - (Гартош?) - почти сразу отозвался Гнивер.
  - (Да, слушай, у меня мало времени. На Лугар напали расты, тысячи растов. Их пригнали огры. Вокруг крепости создан магический барьер, нам с трудом удалось его пробить. Мы долго не продержимся, срочно нужна помощь.)
  - (Я все понял, помощь...)
  Дальнейший разговор братьев был прерван самым наглым образом. Гартош открыл глаза.
  - Я держал пробоину, сколько мог, - виновато развел руками Гайстаф, - но надолго меня не хватило.
  - Ничего, - успокоил его Гартош, - главного мы добились, в Тороне знают о нашей беде.
  - Ты связался с братом?
  - Да.
  - Отлично! Если бы со штабом, то пока нашли бы командиров, пока связались по инстанциям, потеряли бы драгоценное время. Надеюсь, твой брат будет действовать быстрей.
  - Смеешься? Будет сделано все возможное! Ну, а я тоже сделал все что мог, пора возвращаться в сотню, похоже, начинается новая атака.
   * * *
  Свежая, подогнанная ограми волна растов, хлынула на штурм крепости. Их встретили стрелами, арбалетными болтами, а затем и камнями. От тяжелых булыжников была двойная польза: бросаемые сверху, они наносили растам серьезные травмы, и те уползали назад, в болото, если были в состоянии конечно. И чем больше камней собиралось под стенами, тем менее комфортно на них было падать ящерам.
  Свои именные стрелы, сделанные гномами, Гартош пока берег - стрелял простыми. Но так как стрелком он всегда был отменным, результат радовал: в ящера попадала каждая вторая стрела. Одной стрелой раста конечно не убьешь, но и на стену он больше не влезет. Но как ни старались стрелки, как ни пыхтели метатели камней, атаку остановить не удалось. Вновь застучали по стенам цепи-маятники, оттягивая неизбежную ближнюю схватку, и вот уже копейщики приняли нападающих на острия.
  То тут, то там происходил прорыв, Гартош носился как сумасшедший, пытаясь ликвидировать каждый, но все больше растов оказывалось на стене. Вскоре безвольно повисли цепи, некому стало их подтягивать, и вся надежда ложилась на мечи, топоры и копья. Теперь главное организовать грамотный отпор, что молодой сотник и пытался сделать. Задача стояла очень сложная, не только удержать стены от взбирающихся растов, но и освободить уже захваченные ними участки.
  Воины уже выбились из сил, а поток ящеров казался неиссякаем. И не известно, чем бы закончилась эта атака, не вступи в бой наемники и горожане. Уже всем стало понятно, силами одного гарнизона растов не удержать, отсидеться не удастся. Первых на оборону организовали три сотни наемников, сотню стражников, и сотню свободных охотников. Они-то и решили исход этой схватки, активно помогая солдатам сбросить захватчиков со стен. Ценой немалых потерь это удалось.
  Гарнизон потерял примерно половину состава, еще погибли две сотни горожан. Стало ясно, пришло время выводить на стены всех способных держать оружие.
  А внизу творилось что-то невообразимое. Расты, также понесшие огромные потери, ни в какую не желали больше лезть на убой, и часть их попыталась вырваться за цепь огров. Но горные великаны владели чем-то таким, чему болотные обитатели не могли ничего противопоставить. И огненные бичи вновь гнали их на стены. Прижимая ящеров к крепости, огры и сами приблизились к ней довольно близко. Вот тут-то Оскол и вспомнил о своих заветных стрелах.
  Не имея в запасе никаких смертельных заклинаний, Гартошу не оставалось ничего другого, как напичкать стрелу чистой энергией и отправить все это добро прямо в глаз огру. Результат порадовал не только стрелка, но и тех защитников крепости, кто это увидел. Напичканная и направляемая магией стрела, вошла в глазницу по самое оперение. Схватившись за глаз, горный великан зашатался и рухнул на спину. Среди поднявшегося гвалта особенно выделялся крик Коржаско:
  - А ну, жабьи выкормыши! Подходи поближе! Открывай глазки пошире!
  В образовавшуюся прореху самые сообразительные ящеры собирались дать деру, но огры, немного растянув цепь, быстро закрыли пробоину. Гартош отдышался, собрался с силами и выпустил стрелу с такой магической подпиткой, какую только ему удалось собрать. Еще один великан затопал на месте и упал прямиком в небольшое озерцо. Его стало быстро засасывать.
  Огров охватило смятение, они недоуменно переглядывались и переговаривались - их продвижение вперед прекратилось. Один из огров, судя по всему, предводитель, отдал приказ и два великана попытались выловить утопленника. Гартош тут же их обстрелял. Наученные горьким опытом, горцы прятали глаза, и стрелять приходилось во все, что подвернется: бока, спину, грудь, живот. Смертельных ран стрелы уже не наносили, но оба утыканных ими огра вынужденно отступили вглубь болота. Подбадриваемый криками товарищей, Гартош перенес обстрел на вожака, но здесь его ждала неудача. Вождь оказался хитер и силен. Он ловко сбивал все выпущенные в него стрелы, и обстрел пришлось прекратить.
  Несколько десятков растов, воспользовавшись заминкой среди огров, сумели-таки бежать, но остальных горцы удержали. Более того, ящеры вновь пошли на приступ, видимо, имелась у горных обитателей немалая власть над обитателями болотными, если последние предпочитали смерть под стенами, возможност вырваться. А горные великаны, больше не приближаясь к крепости, снова погнали свое войско вперед.
  Гартош с тоской посмотрел по сторонам. Его наполовину поредевшее войско пополнилось разношерстной компанией: наемники, стражники, кузнецы, сборщики вимолии, купцы. Взгляд наткнулся даже на нескольких крепких женщин. Что ж, ситуация складывалась таким образом, что женщин на стенах скоро окажется еще больше...
  И снова начался ад. Гартош стрелял, бросал камни, рубил мечем, что-то кричал, и казалось, эта битва никогда не закончиться. Расты вновь ворвались на стены, причем сразу в нескольких местах. Вновь сотня оказалась разбита на части и командовать он мог только одной. Впрочем, какое сейчас командование - приходилось просто биться в строю, так же как и всем. На стены лезли с двух сторон: со стороны болота - расты, со стороны города - простые горожане, вооруженные кто чем. Но дело было даже не в оружии. Даже тем, кому посчастливилось получить в арсенале гарнизона серьезное оружие, не могли по-настоящему им пользоваться. И размен сейчас шел в пользу растов. Лестницы, ведущие вниз, постепенно пустели, и ящерам кое где удалось прорваться в город.
  Группу Гартоша теснили в сторону одной из башен, и сотник понял - до вечера город падет. Внезапно он почувствовал магическое касание:
  - (Кто?)
  - (Гнивер. Как вы там?)
  - (Через час, максимум два, спрашивать будет некого).
  - (Понял, держитесь, кавалерия уже на подходе).
  Гартош ничего не ответил, на него насели сразу два раста и приходилось буквально выворачивать руки из суставов, что бы не дать поразить себя ядовитому хвосту.
  - (Брат, что там, почему молчишь?)
  Сотнику пришли на помощь, одного раста зарубили, другого отогнали, и появилась возможность ответить брату.
  - (Боюсь, Гнивер, вашей помощи придется брать город приступом.)
  - (Хорошо, я все понял, кое-чем могу помочь прямо сейчас. Держи связь.)
  Противодействие нарастало, и Гартош с трудом удерживал канал связи. Он почувствовал, что за спиной что-то творится, но оглянуться возможности не было. Вылетевшая из-за спины молния сожгла сразу нескольких ящеров. Гартош обернулся и облегчено опустил меч - позади стоял Гнивер. Удерживая небольшой портал, он выпустил еще одну молнию, и еще два болотных чудовища сгорели заживо. Из портала вышли пятеро магов - их ни с кем не спутаешь, а следом два десятка закованных в чешуйчатую броню воинов.
  * * *
  - Ты вовремя, брат.
  - Вижу.
  - Это все, кого ты сумел привести?
  - Пока да.
  - Негусто, - покачал головой младший брат.
  - Зато они лучшие, - возразил старший. Со мной пришли одни из сильнейших боевых магов. Ну, а об этой группе воинов ты вряд ли слышал. Они из Тайного Легиона, лучшие бойцы - элита элит.
  - Маловато их, нам бы таких сотни полторы, две.
  - Все кого сумел собрать и привести сюда.
  Гартош глубоко вздохнул, он надеялся на большее. Но хоть что-то. А то, что он увидел дальше, еще сильнее подняло его настроение. Вновь прибывшие воины быстро оценили ситуацию, разбились на две части и разошлись в разные стороны. Ближний к Осколам десяток построился клином и ровным шагом пошел по стене. Ровным, не сбивающимся шагом, не смотря на то, сколько бы растов перед ними не находилось. Такого взаимодействия, такой слаженности Гартош еще не видел. Десяток действовал как единый двадцатирукий организм. Каждый из бойцов знал, куда ударит его товарищ, чем ему нужно помочь, куда ударить самому, чтобы этот удар оказался наиболее эффективен. Время от времени воины менялись местами, задние выходили вперед, давая своим товарищам возможность отдохнуть. Расты безуспешно наваливались на десяток, но, спустя мгновение, изрубленные агонизировали под их ногами. Иногда бойцы Тайного Легиона намеренно пропускали удар хвостом, но ядовитое жало бессильно скользило по чешуйчатой броне - наверняка сработанной ховарами - и вскоре хозяин хвоста пополнял компанию изрубленных и сброшенных со стены.
  Ошеломленный увиденным, Гартош провел удаляющуюся десятку влюбленно-завистливым взглядом. О такой команде ему можно было только мечтать. И хотя за спиной у великолепной десятки на стены влезали новые расты, свою работу они сделали, помогли отбросить ящеров и вновь объединиться защитникам. И самое главное: они дали надежду.
  - Так говоришь, огры... - спокойный и рассудительный голос Гнивера отвлек Гартоша от любования вновь прибывшими.
  - Да-да, огры. Они и пригнали сюда большую часть растов. Я парочку горцев подстрелил, еще двоих отогнал подальше в болото, но на вот том здоровом споткнулся. Он у них за главного - вождь.
  - Не вождь, а шаман, - поправил Гнивер.
  - Шаман?
  - Да. И он обладает как минимум двумя мощными магическими артефактами. Один из них накопитель энергии, другой помогает управлять ящерами.
  - Тот, который для управления, атрат, - подал голос один из пришедших магов.
  - Я тоже так думаю, - кивнул Гнивер.
  - Ого, целый атрат! Нейтрализовать сможете?
  - Попробуем. Далековато, правда, да ничего. У тебя стрелы еще остались?
  Гартош заглянул в колчан, там сиротливо застыли четыре последние стрелы:
  - Вот, все что осталось.
  - Должно хватить, - сказал Гнивер. - Но лучше убить шамана с первого выстрела.
  - Ага, он знаешь какой проворный. Как щелкнет бичом, и нет моей стрелы, - пожаловался Гартош.
  - Ничего, мы его отвлечем. Работать будем так: мои ребята наносят по ограм, в особенности по шаману, магический удар - это их должно занять. В это время я заряжаю твою стрелу заклинанием смерти. Твоя стрела выступит носителем, главное, дотронуться до тела огра, это должно его убить.
  - Хорошо, я постараюсь.
  Гнивер взял стрелу, и она засветилась у него в руках. Несколько резких отрывистых слов заставили стрелу потемнеть, и она вновь приобрела свой прежний вид.
  - Держи, - Гнивер бережно передал стрелу брату. - Не касайся наконечника.
  Гартош осторожно принял подарок шаману:
  - Я готов.
  Все маги дружно ударили боевыми заклинаниями по ограм. На всех горных великанов магов, конечно, не хватило, досталось только окружению шамана, а Гнивер уделил внимание непосредственно главному горцу. Этого оказалось достаточно, чтобы магические бичи перестали щелкать, и давление на растов, а соответственно и на крепость, ослабло.
  Шаман оказался крепким орешком. Несмотря на всю силу и мастерство Гнивера, огру удавалось частично блокировать враждебную магию, частично отклонять ее. Но теперь он больше был не в состоянии помогать своим сородичам, а это огромный плюс. Гартош выждал момент и выпустил стрелу. Мелькнуло оперение, и стрела устремилась к горному великану. Все-таки огр был не только выдающимся шаманом, но и опытным воином - он заметил стрелу и даже успел немного отклониться в сторону. Но смертельная конструкция братьев, летящая прямо в голову чудовищу, в последний момент изменила направление и под острым углом вошла в грудь мишени.
  Полный страдания крик буквально затопил болото. Шаман сломал оперение, но вытащить стрелу ему не удалось. Тяжело шатаясь, он побрел вглубь болота и через десяток шагов рухнул. Новый крик разнесся над болотом - воедино слился крик боли, скорби и разочарования огров с криком радости и торжества людей. Огры больше не думали об управлении ящерами, собрав погибших и обходя наиболее топкие места, они удалились вглубь болота. Несколько десятков растов даже было вознамерились напасть на своих мучителей, но затем передумали и благоразумно разбежались.
  И хотя атака прекратилась, еще немало ящеров осталось на стенах и в самом городе. Вскоре с юга подошли три конных сотни и с ходу взяли, хозяйничавших на дорогах растов, на пики. Блокаду прорвали, и часть мирных жителей сумела покинуть Лугар. Зачистка города длилась всю ночь, и только утром, когда из Регеста подтянулись пять сотен подкрепления, болотных агрессоров удалось уничтожить полностью.
  * * *
   - Жаль, что не удалось захватить атрат, - сокрушался Гнивер. - Мощная штука, хотелось бы познакомиться с ней поближе. Возможно, удалось бы решить проблему с растами раз и навсегда.
  - Да, огры быстро поняли - без шамана у них нет шансов, и вовремя смылись, - согласился Гартош. - А гоняться за ними по болоту себе дороже, похоже, они себя здесь чувствуют не хуже, чем в Межевых горах.
  - С атратом, конечно, можно чувствовать... - Гнивет немного помолчал. - Долго ты еще думаешь это болото месить? После сегодняшней мясорубки все, кто выжил, получат возможность покинуть Лугар. Так что и тебе не обязательно задерживаться на болоте. Звание сотника ты получил и доказал, что достоин его. А также за тобой сохранилось право выбрать для службы любой род войск и любой легион. Решил уже, где продолжишь службу?
  - Есть одна задумка, но это потом. А пока я останусь. Кому-то же нужно ввести новичков в курс дела и подстраховать первое время. А там и закончится последний месяц моего пребывания на болоте.
  - Как знаешь. Тогда встретимся через месяц, больше мне здесь делать нечего.
  Гнивер обнял брата и, укутавшись в магическое покрывало, исчез в подпространстве.
  Гартош забрался на самую высокую башню и осмотрелся. В городе царила деловая суета. Собирали погибших людей, грузили на телеги и вывозили хоронить за город, где территория кладбища уже превзошла размеры Лугара. Ящеров собирали гораздо бережней, чем людей - вскоре ими займутся ремесленники. То здесь, то там мелькавший барон Лугара, за внешней скорбью с трудом скрывал радость - последние события принесли ему баснословную выгоду. Скупать и переправлять шкуры и яд растов имели право только его купцы, так что горы мертвых ящеров уже обратились в его глазах в горы золота. А то, что сбор вимолии сократится, так это поправимо, на место погибших рабочих быстро найдется замена, высокая оплата послужит хорошей приманкой. К тому же ящеры понесли такие тяжелые потери, что в ближайшее время можно уменьшить охрану и сэкономить на наемниках.
  Презрительно хмыкнув, Гартош повернулся к болоту. Вот, где простор! И Оскол с удивлением поймал себя на том, что любуется этим местом, что у него появилось понимание этого непокорного края и уважение к нему. И что в его жизни полгода пребывания на болоте растов оставят неизгладимый след.
   III
  Геройскому младшему Осколу император возжелал лично сообщить, что ему присвоен первый дворянский титул - лорд. Многие прекрасно понимали, чем была вызвана такая блажь императора - Осколы занимали не последнее место при дворе, а отец Гартоша, вот уже несколько лет являлся главнокомандующим Армией Виктании. Так что было неудивительным желание императора сделать другу приятное.
  Все происходило в кабинете Лориана. Император восседал за широким столом, сбоку и чуть позади стоял главнокомандующий, перед столом скромно пристроился сам виновник торжества. Разговор естественно начал император:
  - Ну что ж, Гартош, как настоящий Оскол ты проявил себя с наилучшей стороны. Я рад за тебя, за твоего отца, за всю вашу семью. Совсем недавно ты вместе с Витаном бегал по дворцу, пыль по дальним углам собирал, и вот теперь - лорд, сотник. Как сам себя осознаешь, готов к таким переменам?
  - Готов, ваше величество!
  - Это хорошо. Ну и что дальше, какой род войск ты выбрал? Ты ведь до сих пор вправе выбрать себе и род войск и легион. Я, конечно, догадываюсь, куда ты направишь свои стопы, скорей всего это будет где-то неподалеку, либо дриад, либо сирен. Или я не прав?
  - Неправы, ваше величество.
  - Вот как! Ты вновь собираешься нас удивить?
  - Надеюсь.
  Император недоуменно посмотрел на своего главнокомандующего, тот недоуменно пожал плечами: сам не в курсе.
  - Ну-ну, мы слушаем.
  - Я долго обдумывал ситуацию, в которую попал наш гарнизон в Лугаре.
  Император с герцогом вновь переглянулись.
  - И каковы результаты твоих размышлений?
  - Неутешительные, ваше величество. Во-первых, гарнизонам на болоте не уделяется должного внимания.
  - Даже так?
  - Именно так. За полгода службы я понял, болото не является непроходимым - если сумели пройти огры, сумеют и другие. А это значит нужно более плотное кольцо окружающих болото крепостей, и более способные гарнизоны.
  - Ну, в общем, это разумно, - после недолгих колебаний согласился Лориан. - Что, во-вторых?
  - Во-вторых, в империи нет частей быстрой поддержки.
  - Что ты имеешь в виду?
  - Я имею в виду, что два десятка подмоги, которые сумел привести Гнивер, было явно недостаточно. Нужны подобные, но более многочисленные и не менее подготовленные части.
  - Но ты ведь знаешь, как непроста магия подпространственного перехода. И если ты лично очень хорошо нею владеешь, то это не значит, что так же хорошо нею будут владеть и остальные. Ты уже, наверное, понял, магия и солдаты, вещи часто несовместимые - одни хорошо владею магией, другие мечем.
  - Я понимаю, но есть выход.
  - У тебя есть решение проблемы, над которой безуспешно бьется уже не одно поколение магов и военных?
  - Есть.
  Император недоверчиво хмыкнул:
  - Рассказывай.
  - Впервые я об этом подумал во время последнего шерамского конфликта. Когда мы гонялись за лазутчиками из Гроброса. Нас, с помощью магов, перебросили в нужное место вместе с лошадьми и не все лошади выдержали этот переход.
  - Да, я помню этот случай. Ты ведь тогда тоже отличился?
  Гартош скромно не ответил, и продолжил излагать свою мысль.
  - Я знаю, кем можно заменить лошадей.
  - Ого! А ну, просвети нас, кем можно заменить лошадей, причем так, чтобы это помогло подпространственному переходу, да еще не потерялась боеспособность подразделения?
  Опустив взгляд в пол, Гартош выпалил:
  - Единорогами. Черными боевыми единорогами.
  Дождавшись, когда тишина уже начала резать уши, он поднял голову и встретил задумчиво-изучающий взгляд императора. Взгляд отца также не излучал ничего, кроме беспокойства за здоровье сына. Видя, что понимания нет, Гартош бросился горячо доказывать свою правоту:
  - Вы ведь знаете, единороги могут перемещаться через подпространство, им нужно только, чтобы всадник указал, куда следует попасть. Пока их использует только Волшебное королевство, да и то в единичных случаях. А вы представьте, какой эффект произведет одно появление из ниоткуда подразделения, целиком состоящего из единорогов?
  Император пришел в себя и задал встречный вопрос:
  - А ты знаешь, сколько стоит один такой единорог? - Гартош промолчал. - Любите же вы, Осколы, находить легкие пути. Ты понимаешь, сколько сдерут с нас в Волшебном королевстве за своих единорогов, если они сами используют их - как ты правильно заметил - только в единичных случаях. У меня есть несколько десятков белых единорогов, для парадных выездов, так их покупка стала таким ударом для казны, что главного казначея чуть удар не схватил.
  - Но дело то стоящее, ваше величество. Черные единороги нужны не для парадов, а для безопасности империи.
  Император застонал:
  - Я вижу, ты всерьез вознамерился разорить империю - вот это будет настоящим ударом по безопасности.
  - Вы неправы, ваше величество.
  - Да, дожили, император не прав, а прав только что вылупившийся лорд. Ох уж эти мне Осколы, никакого уважения к верховной власти.
  - Я очень уважаю верховную власть.
  - Я вижу, как ты уважаешь. - Лориан повернулся к Дангалу. - Ты то, чего молчишь? Твой сын только что выдумал новый род войск, попутно разорив казну, а ты молчишь.
  - А что, неплохая идея, стоит обдумать.
  - Сговорились уже?
  - Нет, я, так же как и вы, слышу об этом впервые.
  - Так я и поверил... Ладно, вынужден признать, идея и впрямь неплохая, над ней нужно хорошенько поработать, и все обдумать.
  - Да что здесь думать! И так же понятно, части быстрой поддержки нужны как воздух!
  - Нет, ты видел? Нам уже и подумать не дают! Он уже все обдумал!
  - Извините, ваше величество, просто решение лежит на поверхности и мы, виктанийцы, должны прийти к этому первыми, пока до этого же не додумался кто-нибудь другой.
  Император снова тяжело вздохнул и в задумчивость забарабанил пальцами по столу. Наконец он взял перо и бумагу.
  - Ладно, убедил. Действительно не стоит откладывать нужное дело в долгий ящик. Раз идея твоя, тебе ее и воплощать. Я выпишу распоряжение на твое имя, на создание новой части. Обратишься в Верховный штаб, затем в канцелярию, затем в казначейство. Обсчитаете, во что обойдется создание новой полусотни.
  - Сотни, ваше величество, - не растерялся Гартош.
  Император в сердцах отбросил перо.
  - Нет, ну не наглец?!
  - Наглец, - гордо подтвердил Дангал.
  У Лориана больше не нашлось слов, он несколько раз вскакивал и нервно ходил по кабинету, затем снова садился и задумчиво смотрел куда-то в угол. Наконец он схватил перо, и со словами, - Вымогатели, - начал что-то быстро писать.
  - Держи! - он протянул листок Гартошу. - И смотри, не разочаруй меня!
  Осчастливленный Оскол бухнул себя кулаком в грудь:
  - Служу империи!
  И весь сияющий, выскочил в дверь.
  Как только дверь за ним захлопнулась, император медленно выдохнул:
  - Не знаю, как ему не удалось убедить меня создать новую тысячу, или даже легион.
  - Потому, что он у меня скромный.
  - Это я заметил.
  Друзья рассмеялись.
  - А мальчик то вырос, - заметил Лориан.
  - Это точно.
  - И все-таки, Дангал, что ты обо всем этом думаешь?
  - Прекрасная идея. Я удивляюсь, что никто раньше до этого не додумался.
  - Да, ведь решение действительно лежало на поверхности.
  - Вот, вот. Мне, конечно, очень хочется, чтобы у Гартоша все получилось, но даже ели у него не выйдет, нельзя забрасывать отличную идею.
  - Выдели ему в помощь кого-нибудь поопытней.
  - И насчет непроходимости болота он тоже прав. Здесь есть над чем подумать.
   * * *
  Три недели Гартош словно ужаленный шершнем носился между Верховным штабом, имперской канцелярией и казначейством - проклиная по десять раз на дню, эту громадную бюрократическую машину. В один из дней, в длинных коридорах Верховного штаба, ему встретилось знакомое лицо (хотя за эти недели знакомых лиц появилось больше, чем хотелось бы).
  - Гартош!
  - Сирел! Вот уж не думал тебя здесь встретить.
  - И не встретил бы, если бы не одно обстоятельство.
  - Какое?
  - Я слышал, ты создаешь новую часть, можно сказать, новый род войск?
  - Ты правильно слышал.
  - Отлично! А тебе новые бойцы не нужны?
  Гартош внимательно посмотрел на своего старого знакомого.
  - Отец подсуетился?
  - В общем-то, да. Но я, как только узнал о твоей задумке и о том, что она одобрена императором, сам загорелся этой идеей. Конечно, из Тайного Легиона меня никто не отпустил бы, поэтому я очень обрадовался, когда твой отец сам попросил меня помочь тебе в нужном деле.
  - Сирел.
  - Да.
  - У тебя какое звание?
  Сирел широко улыбнулся:
  - Оно соответствует общевойсковому полковнику.
  - И ты ведь понимаешь, что должность выше десятника тебе пообещать не смогу?
  - Прекрасно понимаю. И я тебе вот что скажу. Здесь ведь дело не только в должностях и званиях. Стоять у истоков чего-то большого, нового, творить, можно сказать, историю, выпадает не каждому. И мне очень хотелось бы в этом поучаствовать.
  - Тогда добро пожаловать полковник Сирел. С этого момента ты первый десятник.
  С приходом Сирела дело действительно пошло быстрей. Чиновники разных ведомств и рангов, испытывали перед представителем Тайного Легиона - не последним нужно сказать представителем - гораздо больший трепет, чем перед молодым сотником, пусть и с громким родовым именем.
  Следующим и одним из важнейших этапов, стал подбор кандидатов для новой сотни. И естественно Гартош первым делом направился к своим друзьям, с которыми не виделся вот уже больше полугода.
  Дебора Гартош отыскал с трудом. Он исходил весь третий полк легиона "Драконы", пока, наконец, отыскал своего друга, ругающегося с немолодым уже десятником. Дебор совал в лицо десятнику измятый листок, на что тот отрицательно мотал головой.
  - Дебор! - заорал что есть мочи Оскол.
  Дебор отвлекся от коллеги и, заметив друга, расплылся в широкой улыбке. Собеседник воспользовался моментом и смылся. Друзья обнялись, похлопали друг друга по плечам и стали обмениваться новостями. Гартош уступил первенство Дебору. Тот с жадностью набросился на новые уши, детально объясняя и описывая новую систему взвода малой полевой катапульты в боевое положение. Гартош вежливо выслушивал небывалое красноречие друга - в основном ничего не понимая и не особо стараясь вникать во все тонкости службы драконов. Наконец Дебор заметил, особого интереса его рассказ не вызвал и с трудом прервавшись, задал встречный вопрос:
  - Так куда же ты решил податься после болот?
  Гартош с гордостью, хотя и вкратце, рассказал другу о своей придумке и о цели своего визита. Дебор задумался, задумался надолго. Размышления такого умника, как Дебор были очень важны для Оскола, но когда он проследил за взглядом своего друга-дракона, надежды рухнули. Дебор внимательно следил за действиями расчета катапульты, и, судя по всему, его мысли кружились очень далеко от новой сотни. Да, человек явно нашел свое место, и было бы нечестно его оттуда выдергивать. С сожалением вздохнув, Гартош отпустил друга наводить порядок среди подчиненных, пообещав держать его в курсе дела.
  На встречу с Тересом и Альконом - которые служили в одном легионе - создатель новой сотни надеялся гораздо больше. И не напрасно. Едва услышав о планах Гартоша, и о его предложении принять в этих планах непосредственное участие, друзья чуть не задавили своего заводилу в радостных объятьях. О таком они могли только мечтать.
  Не возникло проблем и с Вироном. Гнивер не стал задерживать своего подчиненного, а тот не стал отказываться от такого приключения.
  Лери Крона Гартош решил не тревожить. Для кавалериста необходима определенная масса, а Лери, несмотря на свою небывалую отвагу, слишком мал ростом. Так что в горном легионе он был на своем месте.
  Неожиданным для всех оказался ход, когда Гартош пригласил в сотню Зигула, но никто не возражал. Зигула Гартош нашел на юге Виктании, где тот подыскивал место для небольшого конезавода, который собирался построить на заработанные на болоте деньги. Узнав про задумку своего младшего товарища, Зигул в сомненье покачал головой, уж больно она казалась неправдоподобной. Но предложение принял без колебаний - мирная гражданская жизнь его самого не очень привлекала.
  Итак, костяк новой сотни собран. В одном из тихих трактиров Тороны, Гартош с подчиненными спокойно отметили это событие и принялись спорить, какой именно должна быть новая сотня. Терес с Альконом доказывали, подразделение нужно создавать исключительно кавалерийским и не распылятся больше ни на что. Сирел твердил, что не всегда кавалерия решает все вопросы, часто без пехоты или стрелковых подразделений не обойтись. Вирон был уверен, что сотня должна состоять из отличных магов, ведь маг, в сочетании с боевым единорогом, представлял серьезную силу. Зигул, подумав, принял сторону Сирела, приведя пример Лугара, где пехота Тайного Легиона здорово выручила гарнизон. Вирон возразил - без магов это было бы не возможно. А Терес добавил, что именно конница разорвала кольцо блокады.
  Гартош выслушал всех внимательно, ни разу не перебив, и в конце сделал вывод - правы все. Сотня естественно будет кавалерийской, но уметь ее бойцы должны все: и в уличных боях быть на своем месте, и в лесу, и в горах. И магически сотня должна быть сильной, иначе с единорогами не совладать. Что, в общем-то, возражений не вызвало.
  Следующим этапом стал набор личного состава для сотни, и вот здесь дело застопорилось. Несмотря на то, что Гартош имел право отбирать людей из любых родов войск, из любых легионов, включая элитные - кроме Тайного и Первого легионов - бойцы в создаваемую сотню шли неохотно. В отличие от тех, кто знал Оскола лично и безгранично ему верил, незнакомые с молодым сотником не доверяли новой затее. Тем более те, кто нужен был больше всего - бойцы высочайшего класса. Они занимали в своих подразделениях не последние места и не спешили стремглав менять место службы.
  Неожиданную помощь в этой ситуации оказал лорд Руткер. Он предложил начать набирать личный состав не с двуногого, с четвероногого воинства. Руткер связался со своими друзьями в Волшебном королевстве и вскоре Гартош с друзьями, в сопровождении Первого Мага Виктании вышагивал по дворцу короля Лямира - владыки Волшебного королевства.
  * * *
  Красиво, хотя довольно таки скромно - это было первое впечатление о дворце короля Лямира. Пока ничего по-настоящему волшебного гости из Виктании не увидели. Немного разочарованные, они вошли в зал для приемов.
  Пара высоких стражников с каменными лицами, встретили виктанийцев на входе, столько же притворялись статуями по бокам от трона. На троне, в окружении двух десятков вельмож, восседал молодой - на вид, лет тридцать - король. Церемонейстер громко объявил имена гостей, и король сам поспешил им на встречу, еще за три шета протягивая руку Руткеру:
  - Лорд Руткет, нечасто же вы балуете нас своим присутствием!
  - К вам не так уж легко добраться, ваше величество, - с легким поклоном ответил Первый Маг Виктании.
  - Для вас никаких препятствий нет, и я надеюсь не будет.
  - Я тоже на это надеюсь.
  - Ну, что ж, знакомь меня со своими спутниками.
  Руткер коротко представил виктанийцев. Лямир легким кивком поприветствовал каждого и вернулся к Гартошу:
  - А вот о вас, молодой человек, я очень даже наслышан.
  - Надеюсь вы слышали только хорошее, ваше величество, - вежливо ответил молодой Оскол.
  Король рассмеялся, но не стал уточнять, что именно он слышал. Вместо ответа он подозвал Гларию, которую Гартош давно заметил в свите короля. Всадница белой единорожихи приблизились к гостям:
  - Я рада вновь встретиться с вами, - пропела она. - Особенно с тобой, Гартош.
  Легкую натянутость в ее голосе заметил только такой опытный политик, как лорд Руткер, да еще Сирел. Остальным приветствие Гларии показалось вполне искренним и дружелюбным.
  - Я тоже рад нашей встрече. Хотя надеюсь, обойдется без прошлых недоразумений. - Гартош выразительно потер виски.
  Даже неопытные в переговорах молодые офицеры, почувствовали, как моментально накалилась обстановка в зале. Быстрый, словно молнии, обмен взглядами, и король на правах хозяина разрядил ситуацию:
  - Ты прав, молодой Оскол, то действительно было недоразумение, и оно больше не повторится. А теперь давайте займемся нашим общим делом, ради которого, собственно говоря, здесь и находимся.
  Никто из виктанийцев также не рвался и дальше обострять обстановку, и выяснять отношения, беседа приняла деловой оборот. Общая договоренность о покупке сто единорогов была достигнута ранее, оставалось уточнить кой-какие детали. Через пару часов группа виктанийцев в сопровождении Жерлена отправилась на один из горных лугов, где выпасались подготовленные гостям единороги.
  За очередным поворотом открылся прекрасный вид на живописную долину и виктанийцы с замиранием сердца остановились. По ярко зеленой траве носились угльно черные единороги, резвясь словно жеребята. Увидев людей, жеребцы застыли, в свою очередь пристально рассматривая незнакомцев. Дав и тем, и другим вдоволь налюбоваться друг другом, Жерлен двинулся вперед, давая виктанийцам последние наставления:
  - Помните, черный единорог это не лошадь, не средство передвижения, он такой же воин как и вы, а может и больший. Он создан для сражений. Сейчас вы подойдете и будете выбирать друг друга, постарайтесь внушить им доверие. После того, как вы изберете боевого товарища, вы практически станете единым целым. Не вздумайте предать своего друга, иначе ни один единорог не подпустит вас больше к себе. Будьте достойны их! А теперь вперед!
  Гартош спешился неподалеку от табуна. Он не торопясь двинулся в сторону настороженно следящих за ним единорогов и не дойдя шетов десять остановился. Спустя несколько секунд, навстречу человеку вышел мощный единорог. Они смотрели друг на друга недолго, оба уже все поняли.
  - Ну здравствуй, меня зовут Гартош.
  Жеребец в ответ заржал так, что заложило уши. Тряхнув головой, Гартош россмеялся:
  - Понял я, понял. Твое имя будет, Агаральд, что на древнем языке означает: громогласный.
  Единорог согласно качнул огромным рогом - имя он принял. Примерно таким же образом произошли знакомства и остальных виктанийцев с четвероногими воинами. Затем Жерлен провел краткий инструктаж. Он показал, как всадник взаимодействует с единорогом, каким образом они обмениваются информацией. А так же, как единороги обмениваются информацией между собой. Затем, с помощью Жерлена, все переместились к дворцу короля Лямира. Это вызвало у виктанийцев бурю восторга. То, с какой легкостью единороги перемещались подпространством, просто удивляло - вот что значит волшебные существа.
  В честь гостей из Виктании король Лямир дал большой бал. И хоть молодым всадникам очень хотелось поскорей вернуться домой, чтобы как можно больше времени проводить со своими новыми любимцами, отказать они не могли. Видимо гости в Волшебном королевстве действительно были большой редкостью. Такого внимания, искреннего интереса к своим персонам они не ожидали. Местная молодежь обступила молодых виктанийцев и с жадностью набросилась с вопросами. Гартош вспомнил Зачарованый лес, ситуация явно повторялась. Да, тихая размеренная жизнь имела свои минусы.
  Воспоминание про дриад направило мысли Гартоша в нужном направлении: в этом горном королевстве, в этом дворце, так же должны быть девушки - и они законная его добыча. Быстрый осмотр показал, девушек действительно было предостаточно, но они не могли прорваться сквозь плотное мужское кольцо. Пришлось продвигаться в нужном направлении самому, тем более что Оскол уже наметил себе определенную цель. Неподалеку терпеливо ждала своего часа Глария, в компании молоденькой симпатичной брюнетки, и терпение девушки, судя по всему, заканчивалось. Приближение Гартоша обе восприняли с нескрываемым воодушевлением и сами двинулись навстречу молодому Осколу, отрезая всевозможных конкуренток.
  - Наконец ты обратил свое внимание на нас, - промурлыкала Глария.
  - Внимание я обратил уже давно, но уж больно молодежь у вас любопытная, сами видели, ели вырвался.
  - Видели, потому и прощаем. Познакомься с моей подругой.
  - С удовольствием познакомлюсь. Надеюсь здесь будет не хуже, чем у стражей?
  Поняв на что намекает нагловатый виктаниец, Глария возмущенно вспыхнула, но вслух свое возмущение не озвучила. Ее подруга переводила недоуменный взгляд с Гартоша на Гларию, ожидая пояснений, но никто ничего объяснять ей не стал.
  - Это будет зависеть от тебя, - выдавила наконец Глария.
  - Меня кто-нибудь представит или нет! - нетерпеливо топнула ножкой брюнетка.
  - Извини Эли. Итак, Гартош, эту красавицу зовут Эленера. Ну, а ты про молодого человека уже наслышана.
  Новые знакомые обменялись взглядами, и Гартош сразу понял, здесь будет лучше чем у стражей, гораздо лучше. Глария так же поняла, она может удалиться за ненадобностью, что как-то незаметно и сделала.
  Гартош поймал завистливые взгляды друзей, которые так и не смогли вырваться из окружения любопытствующих юнцов, и повел Эленеру в круг танцующих. Они кружились в вихре танца, иногда соприкасались телами, и от этих прикосновений Гартош вспыхивал, как стог сена после удара молнии. Эленера что-то спрашивала, ее кавалер не задумываясь отвечал, мечтая побыстрее оказаться в спальне этой красотки. К счастью для него, красотка помышляла о том же и по прошествии нескольких танцев они убежали из дворца. Дом девушки находился совсем рядом от королевского дворца и вскоре они страстно целовались на шикарном ложе. Даже в постели Эленору не покидало любопытство, но Гартош отвечал лишь невнятным мычанием - он был поглощен лобызанием этого роскошного тела. И девушке приходилось со смехом отнимать свои соски от его губ, чтобы услышать ответ. И эта игра в вопросы и ответы длилась целую ночь.
  * * *
  - Судя по твоей довольной роже, ночь у тебя прошла на славу, - сделал поутру предположение Алькон.
  - Не буду отрицать, - расплылся в улыбке Гартош. - Надеюсь, вас здесь тоже не обидели?
  - Ну что ты, все прошло на высшем уровне. Наших красоток с твоей конечно не сравнить, но жаловаться грех.
  - Да, внучек, - вмешался в разговор лорд Руткер, - мне тоже интересно, как ты провел время с сестрой короля?
  Улыбка очень медленно покидала лицо Гартоша.
  - С кем?
  - С сестрой Лямира. Разве не знал?
  Весь вид Гартоша говорил, это для него новость, причем сногсшибательная. Алькон сокрушенно покачал головой:
  - Да, Гартош, с тобой не соскучишься. То с паучихой переспишь, то дриаду отымеешь не заметив, то сестру короля. Безжалостный ты человек!
  - Помолчи! - цыкнул на него Руткер. - А ты расскажи, про что говорил с Эленерой, как она себя вела, что спрашивала, что рассказывала?
  Гартош задумался. Эленера практически ничего про себя не рассказывала, а из своего любовника вытянула все, что можно было вытянуть, причем без особых усилий. Получалось, что его поимели как хотели, а он глупенький думал, что было наоборот. Пришлось в этом признаться.
  - Не казни себя, - успокоил своего командира Сирел. - У тебя против Эленеры не было никаких шансов. Насколько я знаю, она возглавляет службу дознавания королевства. Можно сказать, профессионал высочайшего класса.
  Смотря на отрешенное лицо друга, Алькон попытался его успокоить. По своему, конечно:
  - Зато ты теперь почти родственник короля. Может когда подменить придется.
  - Ну это вряд ли, - с улыбкой отсек предположение Алькона лорд Руткер. - Лямир на престоле вот уде шестьдесят лет, но я не заметил, что бы он устал. Он никому не даст умостить свой зад на королевском троне.
  - Шестьдесят лет на престоле? - Алькон неподдельно удивился. - А на вид совсем молодой.
  - Ему почти триста лет, - сказал Руткер.
  - А сколько лет Эленере? - затаив дыхание спросил Гартош.
  - Она моложе своего брата на сто лет.
   * * *
  По возвращению виктанийцев на родину, набор в новую сотню пошел гораздо быстрей. Стоило в расположении той или иной части появиться всадникам на черных единорогах, и даже у самых больших пессимистов отпадали всякие сомнения. За правом служить в новом роде войск выстраивались целые очереди. Но теперь это право следовало заслужить. Гартош с компанией устроил жесткий отбор в свою команду. Принимаемые бойцы должны были быть не только прекрасными кавалеристами, но и хорошими стрелками, пехотинцами, магами. Друзья старались отобрать лучших из лучших и, в общем, это им удалось.
  После того, как набрали нужное количество людей и единороги их приняли, встал вопрос о названии нового подразделения. Само собой напрашивалось название: Единороги - по тому же принципу, как назывались и другие элитные части. Но дело в том, что составе тех частей не было первоосновы названия: у вепрей не было вепрей, мамонты видели своих соименников только издалека, и так далее. В новой сотне все было слишком очевидно. Поэтому Гартош предложил назвать новую часть - Черной Сотней, по цвету масти и цвету брони, которую заказали ховарам. После бурных обсуждений предложение сотника приняли, и в армии Виктании появилось новое подразделение - Черная Сотня.
  Принципиальных отличий Черной Сотни от других кавалерийских подразделений не было, за исключением одного - она могла в любой момент оказаться в любой точке Иктива.
  Чтобы не привлекать к новой части лишнего внимания ее ставку решили разместить в малозаселенных степях южной Виктании. Там же проводили и первые учения. Гартош, в составе сотни, провел несколько прыжков в разные концы Виктании. Никаких сложностей не намечалось - единороги прекрасно принимали от своих всадников образ нужного места и без особых усилий совершали переход. Вирон первый ощутил на себе эффект появления сотни из подпространства и уговорил Гартоша посмотреть на это со стороны.
  В ожидании обещанного Вироном чуда, руководящий состав сотни расположился на небольшом пригорке. Появлению сотни предшествовало предчувствие чего-то необычного, об этом говорило чувство магии, которое, как и чувство опасности было развито у Гартоша довольно неплохо. Над высохшей травой колыхнулось марево, и из возникших ниоткуда клубов пыли вырвались черные тела единорогов. Закованные в черную броню всадники казались с ними одним целым и производили весьма жуткое впечатление. Тяжелый топот тут же заполнил выжженную степь, и лица сотника и десятников озарились восторженными улыбками. Да, одно появление черных бойцов, могло надолго выбить неприятеля из колеи.
  Одним из самых важных достоинств черной сотни являлось то, что на месте схватки они возникали не измученные долгими переходами и маршами, а полные сил, в полной готовности и во всеоружии.
  Для вооружения сотни заказали несколько видов брони: тяжелая, средняя и легкая, набор копий и пик, различное стрелковое оружие, а так же легкие и тяжелые мечи и сабли. Гартош понимал, насколько разорительными для казны являлись эти обновки, но дело того стоило, ведь перед сотней будут ставить различные задачи и она должна быть готова к ним, как можно лучше.
  * * *
  После месяца упорных тренировок и учений, Гартоша вызвали в Верховный штаб. В своем кабинете его встретил сам лорд Дангал. Значит случилось что-то необычное, ведь отец старался избегать встреч с сыном вне домашней обстановки, стремясь не давать поводов для слухов и сплетен. Но в этот раз он изменил правилам.
  - Здравствуй сынок.
  - Доброго здравия господин генерал!
  - О, какие мы официальные.
  - Извини, отец, но я подумал, если меня вызвали в штаб, а не на ужин, то это официально.
  - Да, ты конечно прав. Как обстоят дела в сотне?
  - Неплохо. Мы добились хорошего взаимодействия между единорогами и людьми, это для нас сейчас главное, ведь в остальном мои люди далеко не новички. А что, для нас есть работа?
  - Угадал. Есть работа, есть. Да ты садись, наш разговор коротким не назовешь.
  Усевшись на указанный стул, Гартош с интересом приготовился слушать, похоже дело предстояло интересное.
  - Что бы ты понял, насколько важная и в тоже время специфическая перед вами стоит задача, я введу тебя в курс нашей внешней политики. В частности политики в отношении Реата. Как ты знаешь, у нас на Иктиве шесть больших государств. Шесть государств, которые формируют большую политическую жизнь на континенте, а если считать сконьеров, то семь. Все мы ведем негласную борьбу друг с другом, а иногда и гласную, как недавно с Гробросом. Так вот, в последние десятилетия, или даже столетия, местом, где наши интересы пересекаются наибольшим образом, является Реат.
  - Почему именно Реат?
  - Там власть наименее стабильна и централизована, есть возможность влиять на группировки и кланы, для того чтобы Реат был наиболее лоялен именно к нам.
  - А разве в Тарте не так?
  - Нет. С Тартом все гораздо сложнее. Их князья понимают важность стабильности, поэтому там нет такой грызни, как в Реате. Полномочия их Верховного Князя четко определены, и вряд ли кому-то удастся их нарушить, или на них посягнуть. Поэтому насчет Тарта у нас другая политика. Вернемся к Реату. У них четыре королевства, полтора десятка герцогств и княжеств, более полусотни графств и баронств. И все это в постоянном движении, в постоянном соперничестве. У них четко выражены четыре группы, четыре клана - по количеству королевств. Каждая из групп стремится посадить на трон именно своего императора, чтобы через него влиять на политику всего Реата, в основном это касается торговли и налогов. Каждую из групп поддерживает одно из больших государств.
  - Не сходится.
  - Что не сходится?
  - Кланов в Реате четыре, а государств больше.
  - А, вот ты т чем. Да, действительно, не все большие страны участвуют в этой возне. Здесь в деле мы, Тарт, Жеран и Сконьеры.
  - А Ларф?
  - У них хватает своих, внутренних проблем.
  - Гроброс?
  - Слишком далеко.
  - И что требуется от нас? - Гартоша вдруг осенило. - Неужели мы должны помочь нашим протеже непосредственно там, в Реате?
  Дангал усмехнулся:
  - Нет, конечно. Если мы пойдем на такое прямое вмешательство, то на нас ополчится весь Иктив, и в конечном итоге мы проиграем. Здесь дело другого рода. Наш клан, или если тебе угодно, наши протеже, заказали через нас у ховаров партию оружия. Большую партию. Оружие должно быть доправленно до Ашуры, а дальше нашим каботажным флотом в Реат. Эта сделка держалась в тайне, наши друзья в Реате не хотели огласки. Но случилось непредвиденное. На полдороге между Ховарскими горами и Ашурой, караван с оружием пропал.
  Гартош опешил:
  - То есть, как пропал?
  - Вот так, взял и пропал. Точнее, сначала был захвачен, а затем пропал.
  - Захвачен? На нашей территории?
  - Вот именно.
  - Как это могло произойти?
  - В целях конспирации караван с оружием маскировали под сельскохозяйственный инвентарь. Плуги там всякие, бороны.
  - Понятно, что дальше?
  Дангал лаконично продолжил:
  - Охраны выделили всего два десятка. Караван двигался не самыми населенными местами, но и не захолустьями. Два дня назад маги, которые были в сопровождении каравана, не вышли на ежедневную связь. Мы сразу послали туда поисковую группу. Искали два дня. Нашли перебитую охрану и одного мага. След каравана уходил в дикие леса средней Виктании и там терялся. Что там за леса ты знаешь, не одну армию можно спрятать, не то что сравнительно небольшой обоз.
  - Сколько телег в обозе?
  - Двадцать.
  Гартош в сомнении покачал головой:
  - Столько бесследно спрятать тяжело даже в тамошних дебрях.
  - Дело осложняется тем, что в той местности у нас совсем нет частей способных заняться подобной проблемой. Ведь нужно не просто найти оружие и наказать виновных, но так же избежать огласки. Ты ведь понимаешь, могут испортиться наши отношения с партнерами из Реата, и пострадать наша репутация - дескать, мы не можем навести порядок на своей территории. Представляю, как обрадуются наши соседи - такая возможность всадить нам иглу в задницу.
  - Как ты думаешь, чья это работа?
  - Думаю, Жерана. Скорей всего именно их шпионы пронюхали про сделку и караван. Через Трольи горы их небольшой отряд, или несколько отрядов, вполне могли проникнуть на нашу территорию, здесь связаться с местными разбойниками и провернуть всю операцию. И наверное не обошлось без предательства, куда-то же исчез один маг из обоза.
  - Да, неприятная ситуация.
  - И не говори. Мы так тщательно прокладывали маршрут, учитывали в том числе и разбойников, и все равно просчитались.
  - Но куда они могут деться с такой партией оружия, это ведь не иголка?
  - Возможно попытаются пробиться назад, в Трольи горы, но это вряд ли, на границе все настороже. Наибольшая вероятность, что они разобьют партию на несколько частей. Часть оружия отдадут разбойникам, а остальное спрячут до лучших времен - во всяком случае я бы так и сделал.
  - Что требуется от нас?
  - В идеале: найти оружие, захватить или уничтожить тех, кто причастен к его исчезновению. Ну, а по минимуму: хотя бы не дать разворовать оружие, связать засранцев постоянными нападениями, не дать возможности надежно его спрятать. А когда подойдут выделенные части, помочь им решить задачу полностью. То есть, кого нужно захватить, кого можно уничтожить.
  - Для этого их нужно сначала найти...
  - Найдете, - улыбнулся Дангал, - не впервой. Ты теперь в лесу, как у себя дома. Да и не сами вы пойдете. Единорог сможет взять пассажира?
  - Да.
  - Хорошо. К каждому всаднику присоединится росомаха, так что обязаны найти.
   IV
  Гартош собрал десятников:
  - Ну что ребята, дождались! Нам поставлено первое задание. Это задание не простое, хотя кое-кто из нас с подобным уже сталкивался. На среднем западе страны пропал караван с ховарским оружием. Оружие не наше, оно предназначено для одной из стран, поэтому сами понимаете, возможен международный скандал. Дело осложняется тем, что большое количество войск - как это было возле Межевых гор - направлять на поиски оружия нельзя, нужно соблюдать секретность. Поэтому вся надежда на нас, росомах, которых мы возьмем с собой, и, возможно, на егерей из внутреннего легиона, если к их подходу мы не справимся сами. Вопросы?
  Вопросов возникло много. Быстрей всего осознал ситуацию, конечно, Сирел. Он и вопросы задавал самые точные, и советы давал самые толковые. Но и остальные не остались в стороне. Гартош порадовался, все-таки повезло ему с помощниками.
  Сотня не мешкая собралась в дорогу. Тяжелое оружие решили не брать, в лесу от него толку мало - взяли чешуйчатую среднюю броню, средние мечи и сабли, короткие кавалерийские луки, да еще арбалеты. И после визита в Тайринские леса, захватив с собой росомах, сотня оказалась на месте исчезновения обоза.
  * * *
  Эффект, который Черная Сотня вызвала своим появлением на лесной дороге, был именно таким, на который и рассчитывал Гартош. Три мага, которые были в составе поисковой группы, еще пытались сохранить лицо, а вот остальные не сумели себя сдержать. Два десятка человек, с криками:
  - Демоны! - убежали в лес. Некоторые даже побросав оружие.
  Лошади и собаки рванули туда же. Остальные остались на месте, разве что на задницу попадали.
  "Демоны" довольно лыбылись, и вместе с росомахами пренебрежительно перешучивались (сами росомахи пережили подобный шок несколько раньше, но предпочли об этом забыть).
  После того как страсти улеглись, сразу взялись за дело - дорога была каждая минута. Сборный отряд, разбившись на десять поисковых групп, и не опасаясь за малое количество людей - благодаря единорогам помощь любой группе могла прийти практически мгновенно - веером разошлись по разным направлениям.
  Гартош вместе с десятком Алькона и сопровождением долго двигался по старой дороге вглубь леса. Следопыты и росомахи быстро установили, что по этой дороге сравнительно недавно прошел небольшой отряд: конные и пешие. Следов от телег не нашли. Обычных следов. Но нашлись следы весьма необычные, не похожие ни на что. Долго спорили, пытаясь выяснить происхождение следов, и если бы не подсказка, спорили бы еще больше. В стороне от дороги обнаружили еще один странный след, но его довольно быстро расшифровали, как лошадиный - просто лошади обмотали копыта тряпками. Такой способ маскировки применялся, как для бесшумного передвижения, так и для сокрытия следов. Наверняка тот же прием применили и в отношении телег - обмотали колеса тряпками или лоскутами кожи, и пустили за ними конно-пеший отряд, попробуй, догадайся.
  Дело принимало совсем другой оборот - небольшой отряд, прошедший по этой дороге, превращался в довольно таки внушительную группу. Срочно вызвали подмогу и стали более тщательно осматривать не только дорогу, но и близлежащий лес. Гартошу пока не удавалось установить с лесом доверительные отношения, поэтому упор делался на росомах и местных следопытов. Сложность состояла в том, что следов было слишком много, налетчики намеренно их запутывали. Проверка всех ответвлений отнимала слишком много времени и добавляла его противнику.
  Гартош сам пошел по одному их следов. Сам, в смысле, в одиночку, без сопровождения. Пройдя почти сотню шетов, он остановился, осмотрелся и, выбрав место под разлапистой елью, уселся на сухую хвою. Лес шумел верхушками высоких деревьев и сотник единорогов постепенно вникал в эти разговоры. Речь шла о людях, нарушивших покой старого леса, о том, как хорошо было, когда здесь ходили лишь одинокие охотники, знавшие как нужно себя вести, и о том, как хорошо будет, когда шумные людишки уйдут.
  - (Если ты мне поможешь, люди оставят тебя в покое намного быстрей), - послал Гартош посыл к верхушкам.
  Но лес остался безучастным и проигнорировал человека. Гартош вздохнул, успокоился и стал ждать. Ждать пришлось недолго. Сначала он почувствовал чей-то пристальный взгляд. Взгляд не был враждебный, Оскол бы это учуял, скорее изучающий. Владельца взгляда обнаружить пока не удалось, даже направление не совсем понятное. Кажется вон с того дерева. Точно! Из дупла выглядывала любопытная мордочка. Затем взглядов прибавилось. Вон из-за того дерева, с того пригорка, кто-то пытался заглянуть из-за спины. В шетах десяти бесшумно приподнялся слой опавшей хвои, и в щели появились два голубых огонька. Через минуту хвоя так же бесшумно опустилась на место.
  Крупный заяц бесстрашно приблизился к человеку почти вплотную и уставился на него вполне осмысленным взглядом. Магическим зрением Гартош увидел, как из трухлявого пня появился лесной дух, взлетел на ближайшую ветку, и, раскачиваясь на ней словно на качелях, затянул унылую песню. С трудом дождавшись конца песни, командир Черной Сотни поднялся - что ж смотрины состоялись, теперь придется ждать результата. Помогут хозяева леса или нет, а продолжать поиски необходимо. Он вернулся к своему небольшому отряду. Агаральд ревниво обнюхал своего наездника: где это его носило? Гартош успокаивающе похлопал единорога по морде, почесал возле рога и нашел взглядом Алькона, что-то горячо обсуждающего с росомахами.
  - Иди сюда! - помахал рукой командир второго десятка.
  Гартош приблизился.
  - Росомахи говорят, что нашли верный след.
  - Точно?
  Десятник росомах развел руками:
  - Скорей всего. По-моему нам удалось расшифровать некоторые следы. Часть общего отряда отделилась и ушла в лес под прямым углом. Они тоже пытались запутать следы, то разделялись, то сходились, возвращались назад, делали петли, но след все одно возвращался на юг. Около двух десятков тяжелогруженых лошадей и столько же пеших.
  - А вторая часть?
  - Вторая часть пошла по дороге дальше.
  - Как давно они прошли?
  - Примерно двое суток назад.
  - Черт! Очень давно. Боюсь, нам очень долго придется за ними гоняться.
  - Все что мы можем, это идти по их следам, - росомаха невесело усмехнулся. - А ходить нам придется долго, в этом ты сотник прав. И наперерез не пойдешь, не знаем мы, где их перехватывать.
  - Ладно, хватит убиваться, надо работать. Давайте еще раз взглянем на карту. - Гартош развернул кожаный прямоугольник. - Двое суток... - Он очертил пальцем круг. - Дальше этого участка они уйти не могли. На юге мы имеем реку Рату, довольно таки широкая река. И приток у нее имеется - Грата. До реки полтора дня ходу, до притока два. На их берегах следы должны остаться обязательно.
  - Если они туда пошли и дошли, - заметил росомаха.
  - А вот это мы и проверим. Два десятка оставляем здесь, пусть ищут, а два других десятка отправим на берега рек. Если налетчики дошли, то на берегу должны найтись следы. А если не дошли, значит там необходимо оставить засаду.
  - А ты куда? - полюбопытствовал Алькон. - На реки подашься?
  - Нет, я как раз останусь. Попробую наладить сотрудничество, - Гартош махнул в сторону чащи.
  Сказалась ли дружба с Зачарованным лесом, либо нашлись другие причины, но сотрудничество наметилось. Не прошло и получаса после этого разговора, как к группе Гартоша вышел огромный благородный олень. Вышел, не боясь и не таясь.
  - Не стрелять! - успел крикнуть Гартош, прежде хоть одна стрела устремилась к красавцу.
  Олень не спеша вышел на средину дороги, дал вдоволь собой налюбоваться, и, развернувшись, потрусил по дороге на юго-восток.
  - Всем собраться! - скомандовал Гартош и, усадив кого можно на лошадей и единорогов, последовал за провожатым.
  Оглянувшись и проверив, что его поняли правильно, олень прибавил скорости, и почти через час небыстрой скачки свернул в лес. Очень вовремя, нужно сказать, свернул, так как лошади и единороги устали. Особенно единороги, непривычно им было скакать так долго, да еще с двойной ношей.
  Через лес двигались в основном пешком, хотя часто бегом. Олень вел одному ему известным путем. Никаких следов, говорящих о том, что здесь кто-то проходил, не было, но решили довериться лесному провожатому - и не зря. Ближе к вечеру олень вывел группу к дубовой роще, и здесь, между тремя великанами остановился. Дождался когда люди подойдут поближе, недвусмысленно ударил копытом, и, сделав огромный прыжок, скрылся за деревьями.
  - Копать! - сразу все понял Гартош.
  После получаса упорного труда, свежеоборудованый тайник был вскрыт и оружие вытащено. Что ж, начало положено. Гартош отошел подальше в лес и отвесил ему глубокий поклон. Если бы не помощь леса, неизвестно, сколько сыскари еще тыкались бы носом. Но хорошо бы, чтобы это оказалось только началом сотрудничества.
  * * *
  А с утра все завертелось с быстротой калейдоскопа. Не успели позавтракать, как вновь появился вчерашний олень. На сей раз, он был более беспокоен. Его беспокойство передалось и людям. И не зря. Примерно через час блужданий олень застыл на месте, скосив глаза, он выразительно указал подъехавшему Гартошу нужное направление. И осторожно сдав назад, лесной проводник оставил людей один на один с их проблемами. Гартош подозвал росомах:
  - А ну-ка, лесные воины, проверьте, что там впереди. Надеюсь про осторожность не нужно напоминать? Если там лагерь, значит должно быть и охранение. Охранение нужно снять и разведать сколько людей. После мы вызываем подмогу и бьем с разных сторон, чтобы наверняка. Все всем понятно? Тогда вперед!
  Десяток росомах бесшумно скрылся за деревьями. Через полчаса один вернулся:
  - Лагерь в трехстах шетах. Двадцать три человека.
  - Оружие?
  - Судя по всему, на вьючных лошадях.
  - Охранение?
  - Сняли всех, кого нашли, а нашли восьмерых.
  - Итого, было три десятка, - быстро посчитал сотник. - Ну что ж, думаю, что с остальными справимся и без подмоги.
  Отряд разделился на две части: лучники под командой Гартоша должны были начать первыми, а затем в дело вступят мечники. Пробираясь по густым зарослям, Оскол порадовался, что с ними есть росомахи, без их опыта воевать в лесу было бы непросто. Даже с активной помощью самого леса.
  Лагерь лесные разбойники расположили грамотно - никаких полян, никаких открытых мест. Убежищем для них послужил густой ельник, что делало невозможным полноценное применение лучников. Но у этой медали оказалась и другая сторона. Когда лучники начали обстрел, на другом конце лагеря не сразу поняли, что случилось, и несколько самых любопытных, выбежавших на шум и крики, заслужено схлопотали по стреле.
  Ну, а дальше все пошло как по писаному. Поняв, что дело дрянь, разбойнички бросились в рассыпную, даже не пытаясь защитить добытое тяжким трудом оружие. В лесу они столкнулись с засадой и вновь проявили завидное благоразумие. Большая часть побросала оружие, кое-кто сумел прорваться в лес, и только трое попытались оказать сопротивление. Следуя приказу убивать их не стали, быстро повалили и связали. Убедившись, что за беглецами ушла надежная погоня, Гартош подошел к драчунам, логично решив, что среди них и должен находиться предводитель.
  - Ну, и кто здесь был главный?
  Ответом ему была тишина. И только быстрые взгляды двоих, дружно указали на третьего. Тот заметил эти взгляды и криво ухмыльнулся.
  Гартош беззлобно пнул его под ребра:
  - Как зовут?
  - Ромер, - выдохнул тот.
  - Значит так, Ромер, я сегодня добрый, так как не потерял никого из своих людей, но вообще-то я тороплюсь и могу разозлиться. Давай так, ты быстро ответишь на все мои вопросы, и мы обойдемся без всех этих крайностей, вроде запихивания елочных шишек в задницу. Договорились?
  - А не пошел бы ты, щенок, - презрительно бросил разбойник.
  - Ладно, я вижу, шишками тебя не напугаешь. Придется звать Сирела...
  Через несколько минут Сирел возник на единороге прямо среди деревьев. Это зрелище произвело впечатление на всех, даже на Ромера.
  - Вот, - Гартош кивнул на вожака, - не хочет говорить. Я его тут шишками припугнул - не боится. У тебя в арсенале нет ничего эффективного, чтобы язык быстро развязать?
  - Есть, конечно! Как не быть. Но зря ты от шишек отказался, верная вещь. Парочку затолкал бы и услышал бы такие песни. Сейчас сам увидишь.
  Сирел подхватил Ромера под руку и потащил к ближайшему пню.
  - Да ладно вам! И так все расскажу! - закричал разбойник. - Своя задница дороже.
  - Вот видишь, - чуть разочарованно сказал Сирел и начал допрос. - Отвечать быстро! Некогда нам с тобой возиться! Сколько человек участвовало в нападении на обоз?
  - Полторы сотни.
  Гартош с Сирелом переглянулись - полторы сотни, это серьезно. Хотя если отнять этот отряд...
  - Сколько погибло при нападении?
  - Два десятка.
  - Да минус ваши три десятка, итого сотня где-то бродит. Та сотня, это единый отряд?
  - Нет. Там четыре десятка Кильтака одноглазого, остальные пришлые.
  -Вот вот, о пришлых поподробней! - оживился Сирел.
  Вожак стал послушно рассказывать:
  - Они пришли две недели назад, предложили поучаствовать в деле.
  - Кто они и в каком деле?
  - Золтос и Аратик. Аратик у них командиром, А Золтос колдун.
  - Они такие же разбойники, как и вы?
  - Подстраиваются под разбойников, но выправка военная.
  - В разговоре не упоминали, откуда они?
  - Нет. Они вообще старались не слишком сближать наши отряды. Сделали дело и разошлись.
  - Хорошо, вернемся назад. Они предложили вам поучаствовать в деле. Что за дело, что пообещали, откуда у них сведенья?
  - Сказали, что нужно помочь справиться с купеческим караваном. Дескать, много оружия ховарского везут, добыча очень большая. Долю нам пообещали неплохую.
  - Откуда они узнали о караване?
  - Человек у них там свой был. Как потом оказалось - колдун.
  Сирел отвел Гартоша в сторону:
  - Это многое ставит на свои места. Из двух магов один работал на чужих. Они знали о каждом шаге каравана.
  - Я не понимаю, зачем они привлекли разбойников? - недоумевал Гартош. - С их силами могли справиться и сами.
  - Во-первых, сейчас разбойники отвлекают на себя наши силы и дают им возможность уйти подальше. А во-вторых, такую прорву оружия им просто не утащить, и спрятать побоялись - решили раздать. Ведь главная их задача, чтобы караван не прибыл по месту назначения.
  - Ясно.
  Единороги вернулись к разбойнику.
  - Давай Ромер дальше. Кто куда ушел?
  - А кто ж их знает, мне не докладывали.
  - Ну, а сам как думаешь?
  - Одноглазый наверняка на восток пошел, за Грату. Там вы его годами искать будете, не найдете. Мы сами туда хотели, не успели.
  - А чужие?
  - Те, скорей всего на юг ушли, через Рату. Но не уверен.
  - Ладно, молодец. Считай от смертного приговора ты себя только что спас. - Сирел вновь отвел Гартоша в сторону. - Тебе необходимо связаться с Гнивером. Там у них, как минимум два мага имеется, необходимо магический эфир слушать, может, чужие себя и обнаружат.
  - Сделаю.
  Сотник тут же вызвал брата и подробно рассказал ему все то, что им удалось узнать и что сделать. Гнивер все понял и в случае необходимости обещал выслать помощь.
  Гартош поделился своими соображениями с десятниками:
  - Думаю, основные силы нужно выдвинуть к рекам. Если одноглазый и пришлые перешли на другой берег, искать там свежие следы и организовывать по ним погоню. А ели они до сих пор здесь, нужно встретить их на переправе.
  Сирел поправил командира:
  - С реками это конечно самый верный вариант, но полностью бросать поиски в этих местах я бы не стал.
  - Твоя, правда. Сделаем так: наши два десятка, два десятка росомах и следопытов оставим здесь, пусть и дальше следы распутывают, а остальные на реки.
  Так и сделали. Разбойников крепко связали между собой и под небольшим конвоем арбалетчиков отправили в ближайшее село. А остальные разбились на группы и продолжили поиски.
  * * *
  Тактику выбрали простую, но эффективную. Пока росомахи исследовали берега рек и чащобы, разыскивая хоть какие-нибудь следы, бойцы черной сотни расположились на ключевых местах вдоль берега, стараясь охватить своим вниманием, как можно большую площадь. Оставалось только молить богов, чтобы противник не проскочил незамеченным сквозь этот, довольно таки жиденький заслон. Или не обошел его стороной.
  Гартош оставил Агаральда пастись далеко за спиной, чтобы не доведи дух, никого не спугнул. А сам, вооружившись верным луком, влез на высокое дерево, с которого река видна, как на ладони. Стояла удивительная тишина, ранняя осень кое-где успела позолотить деревья, хотя до полной желтизны, и тем более опадания листвы, было ой как далеко. На противоположном берегу к воде спустилось небольшое стадо косуль, значит можно расслабиться, чужих поблизости нет.
  Косули вдруг насторожились и тут же умчались в чащу. Гартош подобрался. Долгое время ничего не происходило. Наконец, наискосок, шетах в трехстах, прибрежные заросли раздвинулись и из них вышли двое неизвестных. Внимательно осмотревшись, они отступили назад. Вскоре они вернулись вшестером, да еще с лошадьми. Двое вошли в воду и вместе с лошадьми поплыли к противоположному берегу. Понятно, разведка. Гартош очень надеялся, что боец-единорог справа тоже заметил пришельцев. А ведь и не подашь никакого сигнала, чужих нельзя спугнуть ни в коем случае.
  Оскол потихоньку спустился с дерева и осторожно двинулся к месту намечаемой переправы. По пути он встретил росомаху и отправил его за подмогой, влево от засады. Хорошо бы, чтобы так же поступили бойцы справа, тогда чужих можно положить намного больше в самом начале, когда еще действовал фактор внезапности. Но хорошо было уже то, что удалось верно вычислить место перехода противника через Рату.
  Чужаки вышли на берег шетах в сорока от Гартоша. Сотник побоялся подойти ближе, все-таки он не росомаха, так маскироваться не умеет. И не зря он так осторожничал. Переправившиеся разведчики тщательно обследовали берег, и, не дойдя до замершего Оскола десяток шетов, углубились в лес. Их не было видно около получаса. Наконец они вернулись к воде и подали условный сигнал. Через реку переправились еще четверо разведчиков. Ох, и осторожны черти!
  Дождавшись, когда новая группа переправится на этот берег, сотник единорогов и сам подобрался к переправе как можно ближе, на более удобное для стрельбы место. Так конечно больше вероятность нарваться на их боевое охранение, но Гартош надеялся, что чувство опасности его предупредит. И оно предупредило. Не успел сотник занять облюбованное место, как туда же устремились и двое переправившихся бойцов. Вот демоны! Им что, нужно крикнуть, что за этими кустами занято?! Но все решилось проще. Из-за спины Гартоша вылетела арбалетная стрела, затем арбалетный болт. Боевое охранение молча повалилось на траву. Молодцы росомахи, вовремя! Двое лесных воинов бесшумно скользнули к поверженному противнику и быстро втащили их в кусты. Оба оказались мертвы - отличные выстрелы.
  Поверхностный обыск не дал ничего особенного, никаких зацепок, которые помогли бы разгадать, откуда прибыли чужаки - сразу видно, настоящие профессионалы. От обыска Гартоша и компанию отвлекла начавшаяся переправа. Выждав, когда в воду войдет, как можно большее количество вражеских бойцов, а некоторые даже успели ступить на противоположный берег, виктанийцы открыли стрельбу. Сам сотник брал дальние цели, все-таки у него лук дальнобойный, да и стрелок он не из последних.
  С первыми стрелами и болтами, попавшими в цель, лес и река словно взорвались криками, и необходимость в маскировке отпала. Часть лошадей, лишившись седоков, поплыли за трупами вдоль реки, не веря, что их хозяева уже мертвы. Полтора десятка чужаков удалось застрелить в воде - вовремя подключились росомахи и черносотенцы справа - десяток сумел переправиться, остальные вернулись назад.
  Так как скрываться больше не было смысла, Гартош отдал через Агаральда приказ, и вскоре лес заполнился людьми и единорогами. С переправившимся десятком справились быстро, хотя и не без потерь - не с детьми сцепились.
  Как только на берегу собрались три десятка единорогов с наездниками и столько же росомах, Гартош отдал новый приказ, и вся команда перенеслась на другой берег, ошеломив своим появлением оставшихся в заслоне чужаков. Заслон удалось снять практически без боя, и началась погоня. Крупному единорогу, с почти шетовым рогом между ушей, не самое лучшее место в лесных зарослях, поэтому, как двуногие, так четвероногие бойцы намучились, пока не нашли выход. При каждом удобном случае, в пределах прямой видимости, единорог с наездниками перемещался с помощью магии, и вскоре удалось не только догнать удирающего противника, но и опередить его.
  Гартош на Агаральде выскочил на широкую тропу и с криком атаковал скачущих по ней четырех всадников. Первого удалось ошеломить своим появлением и сразу зарубить, но остальные оправились быстро и попытались напасть на Оскола с четырех сторон. Но вовремя подоспевший Алькон не дал им такой возможности. Чужаки оказались очень прыткие, и вскоре защищались черносотенцы, и если бы не единороги, еще неизвестно, как этот поединок закончился бы. Злобные самцы угрожающе хрипели, чуть ли не рычали, и пугали лошадей до безумия. Именно непослушание лошадей и дало возможность Гартошу метнуть нож и уровнять количество соперников, а затем загнать поганцев под арбалеты росомах.
  - Ух, - вытер лоб Алькон, - не хотел бы я, еще раз схлестнуться с таким противником.
  - А придется, так же тяжело дыша, - сказал Гартош. - Слышишь, наши еще рубятся?
  - Будем надеяться, что остальные послабее будут.
  Надежды Алькона не сбылись, - на такие дела слабаков не посылали. Рассредоточившись по лесу, противник применял луки и арбалеты не мене эффективно, чем виктанийцы. И каждая победа доставалась дорогой ценой. Потери ошеломляли: только убитыми десяток бойцов. Гартош тут же запретил нападать на противника, если не было, хотя бы троекратного численного преимущества. Желательно было окружить его и расстрелять издалека - ну их, этих пленных, своя жизнь дороже. Тем более, кой кого удалось захватить живьем.
  За остатками вражеского отряда гонялись до самой ночи, и, похоже, что перебили и переловили всех. Если верить пленным, в этом отряде было сорок человек. И когда посчитали трупы - включая уплывшие по реке - и захваченных живьем, цифры совпали. Сами виктанийцы потеряли убитыми и ранеными два десятка. Серьезно оказались ранены четыре единорога, один погиб.
  Под угрозой пыток (особенно шишками) чужаки признались - они жеранцы. Что и требовалось доказать! Несмотря на потери, радости Сирела не было предела, все-таки он до сих пор оставался членом Тайного Легиона. Вскоре прибыли его сослуживцы и забрали пленных. Жаль Аратика не удалось взять живым, пришлось пристрелить, уж больно злобствовал.
  Не хватало еще отряда в два десятка. Он сразу ушел в другом направлении, а с ним и маги, включая перебежчика.
  * * *
  Все попытки выяснить, куда делись маги, не увенчались успехом, пленные о том не ведали. Вновь вставал вопрос: где искать недостающий отряд жеранцев, а так же банду Кильтака одноглазого? А еще нужно искать оружие. Пока то, что удалось найти, составляло где-то половину от похищенного. А ведь каждый день, даже каждый час, увеличивал площадь, на которой нужно искать разбойников и лазутчиков. Вновь возобновили патрулирование рек, расширив, насколько это возможно, площадь поиска. Людей катастрофически не хватало, обещанная лордом Дангалом помощь не поспевала.
  Специально выделенный десяток черной сотни, в сопровождении опытнейших росомах, мотался по самым подозрительным местам, на любой вызов, на любой чих. Там местные жители нашли какую-то подозрительную железку, то следы вдруг обнаружились неизвестно кого, то пастухам померещилось, дух его знает кто. Проверяли все, потратили еще одни драгоценные сутки, и все напрасно - ни банды, ни магов с охраной найти не удалось.
  - Может они ушли через подпространство? - уже в который раз спрашивал Гартош Вирона.
  - Вряд ли. В этом случае их уже давно отследили бы. Подпространственый переход оставляет заметный след в магическом эфире. Притом, какое внимание уделяется этой местности, тайно сделать это не возможно.
  - А Короткие Пути? - настаивал сотник.
  - Ну, ты загнул! К ним знаешь, какой доступ нужен? Кого угодно туда не пустят.
  - Нас же в Трольих горах пустили.
  - То совсем другой случай. И потом, ели у жеранцев была возможность уйти Короткими Путями, какой смысл им разделяться?
  - Я не знаю... Запутать нас, сбить со следа.
  - И дать нам в руки пленных, чтобы мы могли их допросить и выяснить, кто и откуда?
  Гартош сдался, доводы Вирона выглядели железными. Получалось, пропажа где-то недалеко, нужно продолжать тщательные поиски. И, по-видимому, без спешащей помощи не обойтись.
  Но вызов Гнивера снова всех поставил на уши.
  - (Привет братишка!)
  - (Судя по твоей сияющей роже, у тебя хорошие новости.)
  - (Угадал. Засекли выход жеранского мага в магический эфир.)
  - (Где они?)
  - (В двухдневном переходе от вас на север.)
  - (Ого!)
  - (Вот именно. Он ушли совсем в другую сторону. Точные координаты у нас есть. Более того, один их моих магов, неподалеку от беглого отряда держит в небе коршуна. Так что готовься принять образ.)
  - (Подожди пару минут, я соберу всех свободных!)
  - (Быстрей! Управлять птицей на таком расстоянии очень тяжело.)
  Гартош отдал приказ и все свободные от патрулирования Граты бойцы черной сотни, а так же находящиеся поблизости росомахи, собрались в единый кулак. Маг передал Гартошу управление над коршуном и Гартош тут же забыл, где он и что от него требуется. Он впервые наблюдал за землей глазами птицы и это завораживало.
  - (Не отвлекайся, черт тебя возьми!) - прошипел прямо в ухе раздраженный голос мага.
  Действительно, нужно заняться делом, а с птицами поиграть можно и потом. Коршун кружил несколько вдалеке от цели, чтобы не слишком привлекать к себе внимание. Но острое зрение птицы давало возможность рассмотреть все достаточно хорошо. Жеранцы собрались вокруг лесного родника. Это не лагерь - не зажгли даже костра - обычная остановка на короткий отдых, которой и воспользовался жеранский маг. Гартош увидел достаточно и через Агаральда передал увиденное другим единорогам.
  Через мгновение на небольшой поляне, находящейся рядом с ручьем, из круговерти листьев и травы вылетели черные всадники на единорогах. Из-за спин всадников посыпались непонятные существа и ближайшие жеранцы стали легкой добычей. Но нужно сказать к чести остальных, они быстро пришли в себя и оказали яростное сопротивление. В этот раз лазутчики даже не пытались уйти, они понимали, это бесполезно и просто старались дорого отдать свои жизни. И это им хорошо удавалось. Гартош уже пожалел, что повел людей в эту бесполезную атаку, нужно было окружить отряд и расстрелять его из укрытий. Но теперь применять стрелковое оружие стало невозможно, все сошлись в рукопашной схватке.
  Гартош проскочил через весь вражеский порядок и связал боем самых дальних противников. Он уже успел зарубить одного врага и ранить другого, когда кровь из раны на лбу стала заливать правый глаз. Все это грозило обернуться большими неприятностями, но к счастью для сотника, схватка подошла к своему логическому завершению - все-таки сказывалось численное преимущество виктанийцев, плюс фактор неожиданности. Гартош уже собирался спешиться, так как рубиться в лесу, верхом на крупном единороге было крайне неудобно, когда услышал крик Вирона:
  - Гартош!
  Повернувшись на крик, Оскол увидел исчезающее марево подпространственого перехода - это один из жеранских магов решился уйти, второго с трудом удерживал Вирон. Гартош бросил своего раненого противника и, не раздумывая, послал Агаральда по четкому следу. Через мгновение он оказался посреди внутреннего двора, какой-то крепости. Вокруг беглого мага уже успели собраться несколько жеранских офицеров и богато одетых господ. Все оторопело уставились на возникшего вслед за магом единорога, и на его заляпанного кровью всадника. Оскол направил Агаральда вперед, и от души, наискосок, рубанул зазевавшегося мага. Молодецкий удар, как и в случае с Волием, отделил голову вместе с рукой от остального тела.
  - Не таких сусликов выливали! - выдохнул сотник единорогов.
  И пока тело распадалось на две части, а жеренцы пытались прийти в себя, бравого рубаки уже и след простыл.
  Но через мгновение он вернулся - чем еще больше ошеломил присутствующих - бросил:
  - Еще раз!
  Погрозил кулаком, и исчез окончательно.
  На место боя Гартош вернулся спустя всего несколько секунд после своего исчезновения. За это время мало что изменилось: Вирон все так же боролся с магом предателем, все так же добивали оставшихся лазутчиков остальные воины. Сотник мечем, плашмя, ударил противника Вирона по спине и тот упал под ноги единорогу. Умный Агарольд тут же придавил засранца огромным копытом - не шелохнешься, малейшее движение и хребет проломит.
  - А ну всем стоять! - что есть мочи заорал Оскол.
  Застыли все, даже жеранцы.
  - Все закончено! Жеранцам сдать оружие! Жизнь гарантирую! Помощи вам ждать неоткуда. Вы свое дело сделали. Хватит, навоевались.
  Жеранцев, держащихся на ногах, осталось всего трое. Они переглянулись, и по молчаливому согласию бросили оружие: ведь действительно сделали все, что могли. Облегченно опустили оружие и виктанийцы - противники показали себя великолепными бойцами и вызывали невольное уважение.
  * * *
  На следующий день, согласно показаниям пленных и собственным находкам, вскрывали тайники с оружием и свозили их к месту формирования нового каравана. При этом, не прекращая поисков банды Кильтака, которая словно сквозь землю провалилась - вот что значит отличное знание местности. Росомахи сбились с ног, выискивая хоть малейшие следы. Точнее, хоть малейшие достоверные следы, так как ложных хватало с избытком. Этот Кильтак оказался ловким малым, и, похоже, что не жеранцы использовали его в качестве прикрытия, а он их.
  Было выдвинуто множество версий: бандиты могли разбиться на несколько групп и раствориться в окрестных селах и хуторах. Они вполне уже могли уйти за Рату или Грату, просто настолько тщательно замаскировали свои следы, что даже опытные росомахи не сумели их найти.
  А время шло, и близился момент, когда придется держать ответ перед реатскими "друзьями". Гартош вновь и вновь обращался за помощью к лесу, но тот равнодушно молчал, не проявляя больше к человеку никакого интереса. Правда, Оскол улови в настроении леса глубокую печаль, но отнес это непосредственно на начало осени. И только чуть позже, после одной из многочисленных просьб, он понял - лес разрывается между ним и Кильтаком. Вот ведь как, оказывается главарь банды у леса очень даже на хорошем счету! Это сразу подняло Кильтака в глазах Гартоша на ступеньку выше. А то и на две.
  После недолгого раздумья Оскол снова зашел подальше в лес:
  - Я хочу поговорить с Кильтаком. Просто поговорить, - без обиняков заявил он.
  Задумчиво шумели деревья, затеяли перекличку птицы, где-то вдалеке завыл волк. Немного постояв, Гартош вернулся к своим, дав лесу время на раздумье. Если оно ему было конечно нужно.
  И снова потянулись нудные поиски. Подошли егерские части из внутреннего легиона, и лес вокруг захваченного обоза стали прочесывать частой гребенкой, исследуя каждый куст, каждый бугорок.
  Еще через день поисков, к группе возглавляемой Гартошем, вышла молодая косуля. Пугливо поглядывая на людей, лошадей и особенно единорогов, она застыла, готовая скрыться в любую секунду. Что собственно и сделала, едва группа снова тронулась с места. Сотник остановил товарищей.
  - Постойте здесь. По-моему, это за мной.
  Он не торопясь поехал вперед, и вскоре перед ним снова появилась косуля. Маякуя своим белым хвостиком, она повела человека вглубь леса. Прогулка длилась почти три часа и, выведя единорога с всадником к небольшому лесному озеру, косуля исчезла. Гартош осмотрелся. Редколесье и отсутствие кустарника делали это место не самым лучшим для засады, но опытных лесных разбойников это могло и не остановить.
  Он спрыгнул с невысокого деревца. Как и не сломал то:
  - Ты искал со мной встречи?
  Высокий, на удивление молодой, вряд ли намного старше самого Гартоша. Левый глаз прикрывала повязка.
  - Очень.
  - Если ты начнешь говорить насчет сдачи, лучше сразу прекратить этот разговор. Мы не собираемся сдаваться в руки властей.
  - Как раз наоборот. Я совсем о другом.
  - Вот как? Очень интересно. Я слушаю.
  - Слушай, слушай. Но сперва ответь. Что ты знаешь о захваченном вами караване?
  - Вообще-то, я не отвечать сюда пришел.
  - Тебе некого больше выгораживать. Ромера мы взяли, Золтос и Аратик мертвы, их отряды частично уничтожены, частично взяты в плен. Остался только ты.
  - Почему я должен тебе верить?
  - Ладно, не буду требовать от тебя ответа, я сам тебе кое-что расскажу. Золтос и Аратик, которые подбили тебя на захват каравана, на самом деле не бандиты.
  - Да ну. И кто же они?
  - Они лазутчики, из соседней страны.
  - Зачем лазутчикам нападать на купеческий караван, пусть даже и с оружием?
  - Потому, что это не купеческий караван. Это государственный караван с государственным оружием.
  - С такой охраной? - Кильтак недоверчиво хмыкнул.
  - К этому оружию не хотели привлекать особого внимания, потому и маскировали. А раз маскировали, то оно очень ценно для страны.
  Кильтак рассмеялся:
  - Мы сорвали тайную сделку? А я-то думаю, почему на обычный, в общем-то, грабеж, отреагировали с таким масштабом. Вот каких красавцев прислали, - он кивнул на единорога. - Наконец-то мне удалось по-настоящему разворотить это осиное гнездо. Даже в самой Тороне аукнулось. Ведь аукнулось?
  - Аукнулось, - подтвердил Гартош. - Именно поэтому я и здесь. Мне поручено поиск оружия. У меня довольно большие полномочия, и я предлагаю тебе сделку.
  - Очень интересно!
  - Ты вернешь оружие, и я даю возможность уйти тебе и твоим людям. Уйти куда захотите, хоть за Рату, хоть за Грату. Обещаю, что ближайшие три дня никакой погони за вами не будет.
  - Ты с ума сошел! В кои веки мне удалось насыпать перцу под хвост императору, и ты хочешь, чтобы я от всего отказался! Ни за что!
  - Я понимаю, у тебя с императором какие-то разногласия...
  - Непримиримые разногласия!
  - Пусть даже так, непримиримые разногласия, но подумай о своих людях. Месть императора будет такой, что можно ужаснуться, уж я-то знаю.
  - Ты знаком с императором?
  - Я сын лорда Дангала, главнокомандующего армией - Гартош Оскол. Моя семья всегда была дружна с императорской.
  - Какая цаца к нам пожаловала! Мне стоит раскланяться, или упасть на колени?
  - Тебе стоит прекратить паясничать. Как тебе мое предложение? Если тебе не жалко себя, пожалей своих людей.
  - Они знали, на что шли. А теперь, когда я узнал, что в деле замешано честь императорской семьи, я тем более не отдам оружие. И вам его никогда не найти!
  - Посмотрим, - процедил Гартош. - Я хотел сэкономить свое время и спасти ваши жизни. Даже готов был не отбирать вашу свободу. Больше я ничего, никому, не буду предлагать. Вы все покойники. Зря ты влез в это.
  Гартош развернул единорога и галопом пустил его подальше от этого мстителя. Скрывшись за деревьями, он перенесся к своей команде, уже начавшей проявлять беспокойство. Прибыв на место, он снова развернул карту. Исходя из того, где происходила встреча и с какой скоростью мог передвигаться Кильтак, круг поиска сужался в несколько раз.
  * * *
  В виду важности дела и затянувшегося поиска, в район, где скрывался Кильтак, были переброшены еще три сотни росомах. Для этого черной сотне снова пришлось поработать в качестве извозчиков. Соответственно, и командование перешло к более опытным в лесных делах росомахам. Оскол с командой оставался на подхвате - для военной и транспортной поддержки.
  Несколько раз Гартош чувствовал, как лес пытается привлечь его внимание, но он демонстративно игнорировал эти попытки. Ему теперь было глубоко наплевать, что будет с лесом и бандой одноглазого. Потому что он, просто напросто обиделся, даже не так - он был зол. На Кильтака - не понимающего, какое пятно может упасть на империю и выгоды предложения Оскола; на лес - не желающий помогать только Гартошу; и, наконец, на Верховный штаб - устранивший Гартоша от командования. Так что все эти лезшие под копыта зайцы, прыгающие в седло белки и кружащие над головой стайки птиц, его теперь мало интересовали. Тем более, что дело шло к завершению, привлечение таких сил дало результаты: нашли еще два небольших тайника с оружием, принадлежащих, вероятно, банде Кильтака.
  После пересчета всего найденного оружия и сравнения со списками каравана, стало понятно, недостает только того оружия, которое, скорей всего, находилось на руках у разбойников. И разбойники, понимая что пощады ожидать им теперь не приходится, решились применить это оружие - то есть, пошли на прорыв. Банда разделилась на две группы. Одна ночью просочилась сквозь заслоны и ушла на северо-восток, рассчитывая скрыться среди многочисленных болот и озер. Другая группа, так же ночью, двинулась строго на восток, стремясь перейти Грату и раствориться в бескрайних лесах. Тут же были организованы погони, а так же, с помощью черной сотни, перехват.
  Гартош вывел отряд в тридцать своих клинков и столько же росомах на берег Граты. Неглубокая, но широкая река, сонно накатывалась на белый песок мелкими волнами, еще не зная, какой переполох люди намеренны устроить на ее берегу. Можно было выйти навстречу банде и перехватить ее на подступах к реке, но тогда возможные потери были бы намного больше. Лучше уж подождать их на переправе. То, что банда выйдет именно возле намеченной переправы, Гартош не сомневался - сбивать погоню со следа у них просто не хватало времени. Единственный шанс оторваться существовал только на левом берегу Граты, где раскинулись просто непролазные дебри. А про возможности единорогов, разбойники вряд ли догадывались.
  Кильтак (а группу вышедшую к Грате возглавлял сам главарь) оказался вполне предсказуем - он вышел точно к месту засады. Честно говоря, Гартош ожидал от главаря большей изобретательности, и думал, что он уйдет с бандой уходящей на болота. Но что-то вывело одноглазого из себя - уж не отказ ли в помощи со стороны леса - и он бросился на пролом, как раз под стрелы ожидающих его солдат.
  Половина банды полегла, не дойдя до середины реки - смели одним махом. Положили бы всех, но у кой кого из черной сотни не выдержали нервы, и арбалетный болт сорвался раньше времени. Сделав всего один выстрел, Гартош послал Агаральда вперед, хотелось лично раскроить Кильтака. Главаря он догнал всего в ста шетах от реки, тот пытался организовать оборону, но тщетно, банда есть банда, теперь каждый за себя. Многие бросали оружие и пытались сдаться, но ни черносотенцам, и росомахам пленные больше не интересовали, все равно им дорога на виселицу.
  - А ведь я тебе давал шанс, - сказал Гартош, не спеша, слезая с единорога.
  - Можно подумать, ты бы сдержал слово.
  Затравленно оглядываясь, Кильтак пятился к большому дереву.
  - Я бы, сдержал. Осколы всегда держат свое слово.
  - Так может, попробуем сейчас? Если я выиграю наш поединок, твои люди отпускают меня и моих людей. - Кильтак бросил быстрый взгляд по сторонам. - Тех, кто остался в живых.
  - Нет, дружок, время условий закончилось. Я тебя просто убью.
  - А тайники? Вам их ни за что не найти.
  - Успокойся, уже нашли.
  Гартош почувствовал удар в спину и Кильтак тут же бросился в атаку. В мастерстве ему было далеко до жеранцев, и Гартош с легкостью ушел с линии атаки. Он развернулся, и приготовился отразить нападение еще и сзади. Но сзади ни кого не было, только один их бандитов, бросив арбалет, со всех ног удирал в лес. Вот и встретилась ховарская броня с ховарским болтом. Сильной боли сотник не почувствовал, похоже наконечник застрял в самой чешуе. Ну, это терпимо.
  Одноглазый больше не спешил нападать, видимо ждал, когда Оскол упадет сам. Но Гартош такой радости бандиту не доставил. Он пошевелил лопатками и разочаровал Кильтака:
  - Щекочется.
  Кильтак не отреагировал, и пришлось атаковать самому. Несколько коротких сильных ударов, и Гартош загнал противника, чуть ли не на само дерево. Кильтак пытался оказать достойное сопротивление, но Гартош все еще был зол, а бандит не обладал теми боевыми качествами, которыми обладали жеранцы. Еще несколько ударов, и противник потерял меч, вместе с кистью правой руки. Дико заорав, Кильтак упал на колени, зажав обрубок руки между коленями.
  - Если думаешь, что я сжалюсь, то глубоко ошибаешься, ты мне без надобности, - сказал Гартош, сделав круг вокруг бандита.
  - Тогда добей, - прохрипел главарь уже не существующей банды.
  - Вот это, пожалуйста, но на всякий случай уточню. - Гартош нашел взглядом Сирела. - Сирел! Нам главарь пленный нужен?
  - Нет! Возится с ним только! Кончай его!
  - Ты все слышал, - сказал сотник и достал кинжал.
  Вторая банда попалась в ловушку на пару часов позже первой. Гартош с командой еще не закончили собирать оружие, когда получили информацию от Вирона. На месте первой схватки оставили пару десятков росомах, а остальные отправились на помощь товарищам. Подоспели они только для того, чтобы снова собирать оружие, да похоронить убитых. К счастью хоронить пришлось только бандитов, преследователи на этот раз обошлись ранениями.
  Эпопея с возвращением ховарского оружия, хоть и затянулась на неделю, но благополучно закончилась. Караван с прежними предосторожностями, но большей охраной продолжил свой путь, а участники по его возврату вернулись на места своей постоянной дислокации.
  * * *
  Через неделю после окончания операции в лесах среднего запада Виктании, Гартоша вновь вызвали в Верховный штаб, и вновь его провели к главнокомандующему. Лорд Дангал встретил сына все в том же кабинете.
  - Ну, здравствуй, герой!
  - Да какой там герой, - Гартош скорчил недовольную мину. - Задание, конечно, не провалили, но и не выполнили полностью. Пришлось все-таки привлекать дополнительные части. Да и времени потеряли уйму.
  - Самокритика, это, конечно, хорошо, - похвалил сына Дангал, - но самобичевание ни к чему. Мы прекрасно понимаем, что не с вашими силами было изловить группу, почти равную вашей по численности.
  - Да, силенок нам немного не хватило, - согласился Гартош.
  - И именно поэтому, было принято решение... - Дангал полез копаться в ящике стола.
  - Ну-ну, что за решение? - оживился черносотенец.
  - Принято решение, добавить вам силенок.
  Гартош затаил дыхание:
  - Насколько?
  - Мы - и командование, и император - прекрасно понимаем, что без участия черной сотни, не удалось бы перехватить жеранцев, да и за разбойниками гонялись бы гораздо дольше.
  - Отец, насколько вы решили увеличить нашу часть? - с нетерпением повторил сотник.
  Дангал, словно фокусник, вытащил из ящика стола свернутую в трубочку бумагу:
  - Согласно повелению императора, тебе поручено увеличить часть быстрой поддержки, до... тысячи!
  Гартош взревел не хуже раненного единорога. В дверь обеспокоено заглянул адъютант, но Дангал взмахом руки отослал его обратно.
  - Ты понимаешь, что это означает сынок?
  - Это шаг к созданию целого легиона!
  - А император прав, ты действительно наглец.
  - А кто из Осколов не наглец?
  - И то верно. Ну, на легион пока не расщитуй. Полк создать не одного года дело, а легион... Потом будет видно. Главное сынок, это большая ответственность, гораздо большая, чем тебе доводилось сталкиваться раньше. Ты поднимаешься на новую ступеньку, и с тебя будет гораздо больший спрос. Вот это главное, что ты должен понять.
  Гартош посерьезнел и встал со стула:
  - Господин генерал! Сотник Гартош из рода Осколов, задачу понял правильно! Степень ответственности осознал! И не подведет, ни императора, ни командование, ни семью!
  - Это хорошо, что осознал. Выполнять повеление императора, сотник Гартош, из рода Осколов!
  
  
   V
  - Разрешите, господин полковник! - раздалось за спиной.
  Полковник, господин полковник, как это все-таки здорово звучит, особенно когда новое звание получил всего неделю назад и еще не полностью отошел от той грандиозной попойки по этому поводу. Гартош не спеша оглянулся, в проеме походной палатки нарисовался Алькон, всем своим видом выражающий крайнее почтение.
  - Прошу вас, - так же предельно вежливо полковник указал подчиненному на стул.
  Алькон уселся и тоскливо посмотрел на полупустой графин с водой:
  - У тебя другого ничего нет?
  - Ты с ума сошел?! Пить на учениях, где присутствует сам император! Конечно, нет. Если было бы, мог и не сдержаться. Потому ничего и не брал, и тебе запрещаю.
  - Да не беспокойся ты так! Отыграем учения, как положено, здесь нам соперников нет.
  - А вепри, а гепарды? Этих ты в расчет не берешь?
  - Гартош, ты же прекрасно знаешь, никто в открытом поле не сможет за пару минут организовать эффективную оборону, против неведомо откуда взявшейся тяжелой кавалерии.
  - Ты слишком самонадеян, Алькон. Может быть, оборону в несколько эшелонов "противник" и не сможет организовать, но устроить ловушку не так уж и сложно. По-моему практика у вепрей показала, сколько у них там выдумщиков и умников. Могли бы уже что-нибудь и придумать.
  - На каждую их придумку у нас найдется своя задумка - умников и у нас хватает.
  - Вот именно, что умников.
  Гартош зря ворчал. Ведь действительно, все учения, а так же операции, где участвовали единороги (а именно это название наравне с "черным" прилипло к новой части), неизменно проходили с их значительным преимуществом над другими частями, из других родов войск. Уже забылись те времена, когда на Черную Сотню, а затем на черные сотни, смотрели как на игрушку императора и главнокомандующего - дорогую нужно сказать игрушку. За те три с лишним года, что создавался Черный Полк (или единороги, кому как больше нравится), Гартош сумел доказать, что с ним и его подчиненными нужно считаться любым силам, какими бы элитными они себя не считали.
  - Ладно, посиди. Сейчас все соберутся, подумаем, как обмануть придумки вепрей и всех остальных.
  Палатка постепенно заполнилась сотниками и членами штаба полка. После доклада разведки, принялись обсуждать дальнейшие действия.
  Гартош слушал эти обсуждения чуть отрешенно. Конечно они выиграют эти учения, обойдут все ухищрения, и неизменно ударят в самый неожиданный момент, в самое уязвимое место "противника". Так было и так будет. Пока на Иктиве еще не создали часть, столь же эффективную, как единороги.
  Лорд Дангал не зря гордился сыном...
  ...Три отменных операции по снятию блокады и оказанию помощи гарнизонам на болоте растов - черные сотни буквально втоптали в грязь вновь обнаглевших растов. Помощь внутреннему легиону по подавлению бунта на шаграмских каменоломнях. Тогда осужденные на пожизненные работы вырвались на свободу и устроили резню в ближайших селах и только появление нескольких черных сотен, в сопровождении второго внутреннего легиона, положило конец грабежам и убийствам...
  ...Отлично единороги провели и эти учения, по окончании которых была намечена охота и банкет.
  * * *
  Гартош в этот раз перемудрил самого себя. Преследуя кабана, он решил опередить остальных всадников и послал Агаральда через подпространство вперед - единорог и в охоте немалая подмога. Но, то ли он неправильно указал единорогу место перехода, то ли единорог его неправильно понял, но они с Гартошем оказались в совсем другом месте, в молодом подлеске. А здесь, судя по тишине, никакой охоты не проводилось. Рев, грохот, лай, крики, звуки охотничьих труб, слышно было много латонов впереди. Значит их забросило совсем в другую сторону.
  Вот черт! И ведь не вернешься в отправную точку, охотники оттуда давно ушли и появление Гартоша позади всех вызовет лишь ехидные смешки. Необходимо осмотреться. И Гартош направил Агаральда в сторону невысокого холма.
  Взлетев тяжелым галопом на холм, единороги увидели, что наблюдательная площадка занята. На вершине холма находилась девушка, верхом на тонконогой серой кобылке. Вот так удача! Гартош, да и, похоже, что Агарольд, тут же забыли об охоте, кабанах, загонщиках и прочей ерунде.
  Девушка заметила необычного всадника издалека, так что не испугалась, не удивилась, а смотрела на Гартоша с неподдельным интересом. Первой мыслью Оскола было, что он встретил кого-то из Лесного царства. Но присмотревшись, он понял - это обычная человеческая девушка. Точнее, очень красивая человеческая девушка. Она излучала такую чистоту и внутреннюю красоту, что Гартош заподозрил действие магии. Но его амулет и собственное обостренное чувство магии молчало. Девушка смотрела на Оскола большими миндалевидными глазами и в этих глазах отражалось все: небо, лес, целый мир.
  - Здравствуйте, - нежным голосом сказала девушка, и оцепенение с Гартоша спало, его быстро набирающая обороты влюбленность, приняла другую форму - говорливую.
  
  - Здравствуйте красавица. Неужели дриады стали жить среди людей?
  - Почему дриады? - удивилась девушка.
  - Потому, что именно дриады всегда считались эталоном красоты. Но я вижу, что все глубоко ошибались. Самая красивая девушка прячется здесь, в этом лесу.
  Девушка приняла игру. Она удивлено стала оглядываться по сторонам:
  - И где же она?
  - Да вот же, передо мной!
  - Вы льстец, господин военный. Такие комплименты, вы, должно быть, дарите всем девушкам.
  - Ну что вы! Как вы могли такое подумать. Я впервые увидел такую красивую девушку, и впервые говорю такие комплименты. Можно узнать ваше имя?
  Девушка тряхнула своей белокурой головкой на миг, обнажив слегка заостренные ушки.
  - Нет, господин военный. Знать мое имя вам совсем необязательно. И вообще, мне запрещено общаться с незнакомыми мужчинами. И наверняка меня уже ждут дома.
  Красавица бросила на Гартоша прощальный взгляд, и сердце молодого полковника готово было выскочить из груди и поскакать вслед за предметом своего обожания. Кобылка игриво фыркнула в сторону единорога и увезла свою наездницу прочь.
  Гартош и Агаральд, как завороженные смотрели им вслед.
  - Ты это видел? - спросил двуногий единорог четвероногого.
  Единорог энергично тряхнул короткой гривой.
  - Что будем делать?
  Агаральд ударил копытом.
  - Понял, догонять.
  И они понеслись вслед за мелькавшим среди деревьев голубым платьем незнакомки. Промчались через редколесье, проломились сквозь кустарник, выскочили к оврагу, и единорог, не раздумывая, бросился вниз. Вниз они спустились быстро, точнее съехали на заднице. Каждый на своей. А вот подъем занял более продолжительное время. Когда запыхавшиеся единороги выбрались из оврага, быстроногой кобылки и ее хозяйки и след простыл.
  - Ну что, толстозадый, догнали? - раздраженно буркнул Гартош влезая в седло.
  Единорог был раздражен не меньше своего наездника - кобылка тоже не оставила его равнодушным - поэтому Гартош чуть не вылетел с седла.
  - Ладно, успокойся, найдем мы этих таинственных незнакомок. Наши будут. Не в первой.
  Следующие полчаса они мотались по лесу, выискивая следы кобылки. Следов так и не нашли, но выехали к небольшой деревеньке в пару улиц. Дорогу им преградило медленно бредущее стадо коров. Оскол подозвал немолодого уже пастуха:
  - Послушай, дядя, ты не выдел, проезжала ли здесь девушка на серой кобылке?
  Пастух недоуменно уставился на полковника и его средство передвижения:
  - Девушка? На кобылке? На серой?
  Гартош вздохнул и полез в карман. Пастух поймал монету, внимательно на нее посмотрел, и взгляд его стал более осмысленным.
  - Да, кажется, девушка здесь проезжала. И как раз на серой кобыле.
  - Куда она поехала? Ты знаешь ее?
  - Куда поехала... Знаю ли я ее... Туда поехала, - пастух махнул рукой в другой конец деревни.
  - Можешь про нее что-нибудь рассказать?
  - Могу ли я про нее рассказать... - хитрец задумчиво вертел в руках монету.
  Гартош снова полез в карман и бросил кровопийце монету покрупнее.
  - О! Я могу рассказать про нее очень много, практически все! - воскликнул пастух, еще в воздухе рассмотрев золотой империал.
  За короткое время Оскол узнал, что девушку зовут Лиситой, она дочь лорда Легинера, барона Магнифа, и дилессы Азарии. Девушка очень скромная, родители ее не балуют. Живут они недалеко, их дом сразу за этим поворотом. Само баронство Магниф небольшое, всего три деревни и лес вокруг них - так что большое приданного не будет. Кроме Лиситы детей у барона с баронессой нет. Женихов пока не наблюдалось, так что благородный господин имеет все шансы, тем более не такой коняке. "Коняка" чуть не одела рассказчика на рог и на этом повествование закончилось.
  Услышав все, что ему было нужно, Оскол направился к указанному дому.
  Да, небогато живет барон. Дом на дворец совсем не тянет. Хотя, все ухоженно, клумбочки тут всякие... Стараясь направлять Агаральда строго по дорожке (одно копыто пол клумбы накроет), Гартош приблизился к крыльцу. Ему пришлось подождать, пока на встречу вышел недовольного вида слуга.
  - Я к барону Магнифа и баронессе, - не спешиваясь, уведомил слугу гость, моля богов, чтобы пастух не обманул, и здесь действительно проживают указанные вельможи.
  - По какому делу? - полюбопытствовал слуга.
  - Засвидетельствовать свое почтение, - сквозь зубы выдавил Гартош, уже начиная злится, слугами здесь, похоже, никто не занимался.
  Важно кивнув, слуга развернулся и скрылся в глубине дома. Полковник спешился. Откуда-то изнутри, стал накатываться легкий мандраж. Черт возьми, разволновался, словно сопливый мальчишка! Ведь не первый раз с девушкой знакомится и даст Фрита не последний.
  Через несколько минут нервного ожидания, к гостю вышел хозяин дома и сразу вслед за ним хозяйка. Лорд Легнер был высок, сухощав, с легкой сединой. Но гость сразу понял в кого пошла дочь. А дочь вылитая дилесса Азария, только чуть помоложе. Такая же точеная фигура, и чуть раскосые глаза, только вокруг глаз легкие морщинки, что, впрочем, совсем не портило хозяйку. Барон сухо поинтересовался:
  - Чем обязан вашему визиту, господин...
  - Лорд Гартош, командир Черного Полка. Участвовал в охоте, здесь неподалеку, и немного заплутал. Выехал вот к вашему дому и решил, что было бы невежливо не засвидетельствовать свое почтение хозяевам.
  По улыбке Азарии было видно, она сразу поняла, какое такое почтение решил засвидетельствовать молодой гость. Судя по нахмурившемуся барону, это не являлось тайной и для него, и он совсем не в восторге от этого визита - в отличие от Азарии. Баронесса опередила мужа с ответом и взяла ситуацию в свои руки:
  - Мы очень рады, что судьба занесла вас в наши края, лорд Гартош. У нас так редко бывают гости. Пожалуйста, проходите в дом.
  Не прятали бы дочь, смотри и гостей было бы побольше: заходя в дом, подумал гость.
  Как и снаружи, внутри дом не блистал роскошью, хотя выглядел довольно уютно. Несколько старых картин на стенах, пара небольших скульптур, и цветы, множество весенних цветов.
  - Извините, лорд Гартош, мы не ожидали, что у нас будут гости и не подготовились к встрече. Все что мы можем предложить, это чашечку тервана.
  - Если вас это не затруднит, я бы с удовольствием выпил с вами по чашечке.
  - Я сейчас распоряжусь. Легнер, пообщайся с гостем.
  Барон отнюдь не горел желанием общаться с нагловатого вида молодым человеком. Но ему наверняка не хотелось огорчать жену, а если еще и дочка взвоет, что единственного появившегося на пороге ухажера выдворил вон, то хоть самому с дома убегай. Хочешь не хочешь, пришлось общаться:
  - Что у вас за часть, молодой человек? Я не слышал раньше ни о каких черных полках.
  - Это новая часть, господин барон. Пока только один полк. Полк быстрой поддержки. У нас вместо лошадей, боевые единороги.
  - Угу, - буркнул барон, с надеждой смотря на дверь, за которой скрылась жена.
  Дверь не подвела. Она распахнулась и впустила баронессу с дочерью.
  - Наша дочь, лорд Гартош, Лисита, - представила Азария дочь.
  - Мы случайно встретились в лесу, правда я не знал, что это ваша дочь.
  На нежных щечках Лиситы проступил скромный румянец. По-видимому, дочь с матерью успели обменяться парой слов, так как в глазах обеих пряталась легкая хитринка. Недовольство в глазах барона даже не пыталось прятаться, но сейчас командовал парадом не он.
  Азария провела гостя в столовую и усадила напротив дочери. Завязался легкий непринужденный разговор, главной целью которого было выудить, как можно больше сведений о собеседнике. Из разговора Гартош понял - Лисита обучалась дома, со сверстниками общалась мало, и ведет образ жизни, если не затворнический, то очень близкий к нему. В свою очередь и Осколу пришлось кое-что о себе рассказать.
  - Скажите, лорд Гартош, как вы такой молодой и уже командуете полком?
  - Дело в том, госпожа баронесса, что именно я был инициатором создания новой части, и было логичным, что император мне поручил ее создать. Сперва сотни, а затем и полка. Это у нас в последнее время стало семейной традицией, мой отец так же создал часть и был первым ее командиром.
  - А из какой вы семьи и кто ваш отец? - соизволил спросить и хозяин дома.
  - Я из рода Осколов, а мой отец, лорд Дангал, герцог Торанский, нынешний главнокомандующий.
  Краем глаза Гартош увидел, как изменились в лице барон с баронессой. Теперь даже в глазах Азарии появилось беспокойство, она уточнила:
  - Соответственно ваш дед, лорд Руткер, Первый Маг империи?
  - Именно так.
  За столом незримо натянулась нить настороженности, причин которой Гартош не мог понять. Он решил рискнуть и ускорить процесс сближения с Лиситой, пока его не попросили покинуть дом.
  - Я не видел вас ни на каких балах, приемах...
  - Мы редко бываем в высшем свете, и уж тем более не вхожи ко двору, - отрезал барон.
  - Я мог бы попробовать исправить эту ситуацию. Как раз сегодня, в штабе Центральной армии состоится банкет по поводу окончания учений. Если вы позволите, то я бы хотел пригласить на него вашу дочь.
  - В качестве кого, молодой человек? - мрачно, с немалой долей враждебности спросил барон. - Молодой, порядочной, незамужней девушке неподобает появляться на подобных мероприятиях без сопровождения родителей. А мы не получали приглашений.
  Да, наскоком взять не получилось...
  Лисита, сидевшая тихо, словно мышка, бросила на родителей умоляющий взгляд, но взор барона был тверд и непреклонен, да и Азария прятала глаза.
  - Да, господин барон, я был несколько нетактичен. Надеюсь вы меня простите. - Гартош поднялся, - Мне пора идти. Охота наверняка закончилась и мое отсутствие может вызвать непонимание.
  С готовностью поднялся и Легнер:
  - Не смею вас задерживать, лорд Гартош.
  На крыльце гость остановился:
  - Надеюсь еще увидеться с вами.
  - Мы тоже на это надеемся, - мило улыбнулась баронесса.
  Обнадеживающе подмигнув Лисите, Гартош взлетел в седло, и для пущего эффекта, с места перенесся в штаб армии.
  * * *
  Поговорить с отцом Гартош смог только спустя неделю после встречи с Лиситой, а отец в плане Гартоша занимал ключевое место. Встреча состоялась в замке Риглис, куда и прибыл Дангал по просьбе сына. Лорд Руткер так же присутствовал при разговоре, чему Гартош был только рад.
  - Отец, - со всей серьезностью начал Гартош. - У меня к тебе большая просьба.
  - Какая? - с искренним интересом спросил Дангал. Сын крайне редко обращался к нему с просьбами, а тут такая серьезность.
  - Я бы хотел, что бы ты воспользовался своим служебным положением, а точней дружбой с императором.
  Дангал нахмурился:
  - И что ты хочешь от меня, точнее от императора? Если ускорить формирование легиона, то тут я тебе не помощник. Черный Полк и так обошелся империи в круглую сумму.
  - Нет, это совсем другое. Это не по службе. У меня личная просьба.
  - Ну, ну, выкладывай, какие у полковника виктанийской армии, личные просьбы к императору?
  - У молодого представителя рода Осколов, рода очень преданного и дружественного роду Гратров, такая просьба. Я бы очень просил, чтобы император, на бал весны, который состоится через две недели в Тороне, пригласил семью лорда Легнера, барона Магнифа, с женой и дочерью.
  Дангал рассмеялся:
  - Ох, ты и плут сынок! Решил с помощью императора обустроить свои любовные делишки?
  - Ну, в общем, да.
  - Весь в отца, - буркнул Руткер.
  - И в деда, - не остался в долгу Дангал. - А теперь рассказывай, что за барон? Я так понимаю, у тебя интерес к его дочери? Или к жене?
  Старшие Осколы рассмеялись.
  - К дочери, отец, к дочери.
  И Гартош вкратце рассказал историю своего знакомства с семьей лорда Легнера.
  - Постой, постой, - вдруг что-то вспомнил Руткер. - Род Злоритнов, что-то припоминаю... Дилесса Азария, не из рода Тольмаров будет?
  - А вот этого я не знаю.
  - Из него, теперь я точно вспомнил.
  - Из тех самых Тольмаров, из которых происходила Лилу? - удивленно переспросил Дангал.
  - Из них.
  - Ох, и задал ты мне задачку сынок!
  - Да в чем дело? Если она из Тольмаров, то что? И кто такая Лилу?
  - Историю нужно изучать и помнить, - наставительно сказал Руткер. - Дилесса Лилу, герцогиня Алинейская, самая известная бунтовщица в истории Виктании. Магинесса была одна из сильнейших в то время, и полководец не из последних. Ох, и попила она крови из императора! Не хотел бы я жить в то время и участвовать в усмирении Лилу. Не один сильный маг тогда голову сложил.
  - Кажется, она была полукровкой, - добавил Дангал.
  - Да, какая-то часть эльфийской крови в ней присутствовала. И судя по всему, внучек, эта Лилу, была пра, пра, пра какой-то бабкой твоей Лиситы.
  Гартош пару минут переваривал услышанное:
  - Ну и что это меняет? Ну, была какая-то прабабушка бунтовщицей, сколько поколений уже прошло. К Лисите, это не имеет ни малейшего отношения.
  - Ошибаешься сынок, очень даже имеет. У Гратров к Тольмарам особое отношение. И я не уверен, что оно поменялось, даже спустя несколько веков. Да, озадачил ты меня сынок, - вновь взялся за голову Дангал.
  - Кстати, Гартош, а ты уверен, что там обошлось без магического влияния? Тольмары очень сильный род, в магическом плане.
  - Да нет, дед. У меня амулет имеется, тобой кстати подаренный. Да и сам я магию за латон чую.
  - И все-таки, давай я проверю.
  Лорд Руткер долго ходил вокруг внука, выискивая на нем хоть малейшие следы от любовных чар.
  - Похоже, что ничего нет, хотя с Тольмарами нельзя быть абсолютно уверенным.
  - По-моему до сих пор действует запрет, на обучение и применение Тольмарами магии, - сказал Дангал.
  - Тогда это объясняет, почему Лиситу обучают дома. Практически во всех студиях и академиях хоть немного обучают магии, а они не хотели нарушить запрет.
  - А может быть наоборот? Лиситу обучали дома именно магии?
  Все Осколы многозначительно переглянулись. Гартош тяжело вздохнул:
  -Так что, на императора мне рассчитывать нечего?
  - Я думаю, что Тольмаров пора вытащить из тени. На виду гораздо тяжелей, что либо нарушить, скрывать или замышлять. Я попробую уговорить Лориана.
  - Спасибо отец!
  - Пока еще не за что. Может быть мы действительно понапридумали лишнего про Лиситу и ее семью.
  Руткер развел руками:
  - Поживем, увидим. А пока будем молить богов, чтобы так и было.
   * * *
  Весенний бал, самый любимый бал Гартоша. Еще не жарко, но уже и не холодно, воздух наполнен одуряющим ароматом цветов, и свежестью прошедшей грозы. В Весеннем зале отсутствовала передняя стена и можно было спуститься прямо в цветущий сад, прогуляться по широким аллеям, уединится в узких аллейках или уютных беседках.
  Зал постепенно наполнялся людьми, а церемониэйстер до сих пор не объявил о прибытии тех, кого Гартош ожидал больше всего. Вот-вот должен был появиться император с императрицей, и не успеть к выходу монарха считалось верхом дурного тона. Барон Магнифа с женой и дочерью успели. Увидев Лиситу, Гартош даже пропустил появление императорской семьи, но зато с ревностью отметил, как оживились дворцовые ловеласы - появление такой красотки не осталось незамеченным.
  Барон с семьей скромно расположились в самом углу огромного зала, стараясь не привлекать к себе особого внимания. Но так уж получилось, что именно эта семья для многих сейчас представляла особый интерес. Кроме молодой баронеты, которая одним своим появлением обеспечила себе успех, много пристальных взоров было приковано к ее матери, дилессе Азарии. И Азария стоила этого внимания - она почти не уступала дочери в красоте и очаровании. Оценив неувядающую красоту баронессы, лорд Руткер проверил реакцию своих сторожевых амулетов, развешенных на входе и по всему залу. Ни один амулет не зафиксировал проявления чужеродной магии.
  Лисита была в восторге. Нет, ее просто ошеломил блеск двора, количество красивых мужчин и женщин, великолепных нарядов и драгоценностей, наличие громких имен и фамилий. Азария так же впервые была на таком высоком приеме, но могла держать себя гораздо сдержанней, хотя с грустью и отметила: не так уж много она видела в своей жизни, гораздо больше прошло мимо. И только барону была не по душе вся эта суета и напыщенность. Весь этот показушный блеск, в его глазах не стоил и выеденного яйца.
  Зазвучала музыка, и Гартош с ужасом почувствовал, как его ноги буквально приросли к полу. Вместо того чтобы мчаться к предмету своего воздыхания, оказаться возле нее первым, он стоял и смотрел, как несколько щеголей ринулись на свежий лакомый кусочек.
  Но слава всем богам, на свете есть друзья. И друзья видели, что творится с Гартошем. Наперерез одному из любителей молодых неопытных девиц, уже предвкушающему очередную победу, вышел Алькон:
  - А скажите-ка господин сотник, - взял он за локоть претендента, - правду ли говорят, что в вашем полку...
  - Извините сотник, мне сейчас не до обсуждения служебных дел. Я собираюсь приятно провести вечер, а вы мне мешаете.
  - Я могу помочь тебе провести этот вечер весьма приятно, с набитой мордой.
  - Да в чем дело, сотник?!
  - А дело в том, что если ты хочешь, чтобы об этом вечере у тебя остались самые приятные воспоминания, то нужно изменить курс и топать в другом направлении. А ели господин сотник имеет ко мне претензии, - Алькон снова стал предельно вежливым, - я готов встретиться с вами в любое время. Выбор оружия за вами.
  Претендент на мгновение задумался:
  - Что такое сотник, сам глаз на малышку положил?
  - Не я, мой друг.
  - Хотел бы я, чтобы у меня были такие друзья... Хорошо, я даю вашему другу шанс - два танца. Если за это время он сам не возьмется за дело, то есть, за эту красотку, за нее возьмусь я. - И последовав совету Алькона, претендент действительно изменил курс.
  Примерно такие же беседы провели друзья Гартоша с другими желающими познакомиться с Лиситой, и близко не подпустив к ней переполненных страстью ловеласов. Как выразился Терес, - не для них вытащили из глуши этот нераспустившийся бутончик.
  Барону Магнифа этот бал нравился все меньше и меньше. Он заранее испытывал неприязнь ко всем, кто проявит к его дочери хоть малейшее внимание. Но черт возьми! Он никак не рассчитывал, что его красавица дочь останется незамеченной. Глаза Лиситы так же стали заполнятся слезами, танец уже заканчивался, а она не вызвала до сих пор ни у кого интереса. Может у нее слишком скромное платье, или не такие дорогие драгоценности? И только дилесса Азария оставалась спокойной, от ее внимательного взгляда не ускользнуло, как несколько молодых людей перехватили желающих потанцевать с ее дочерью. И на их черных парадных мундирах, на левой груди, отчетливо виднелся вышитый знак - голова черного единорога в серебряном кругу. Такой же знак имелся и у того молодого полковника, который пару недель назад неожиданно нарушил покой их семейства, и запал в сердце ее дочери.
  И только на второй танец Гартош собрался с духом и твердым шагом направился к Злоритнам. За его продвижением внимательно следили несколько десятков глаз, начиная от конкурентов и заканчивая императором - которому так же было интересно, чем же закончится эта необычная любовная история. Императору нелегко далось решение пригласить потомков Лилу во дворец. И решающую роль здесь сыграло то, что представителей этого мятежного рода все-таки лучше держать поближе, да еще под присмотром другого сильного рода. Рода преданного императору и его семье.
  - Господин барон, госпожа баронесса, - Гартош отвесил легкие поклоны, - разрешите пригласить вашу дочь на танец.
  Лорд Легнер хмуро кивнул, начиная понимать, как этот ловкач обустроил свидание с его дочерью - самого императора подключил. Дилесса Азария приветливо улыбнулась и легко подтолкнула сияющую дочь вперед.
  Конечно, весь вечер Лисита танцевала только с Гартошем. Они много говорили, еще больше молчали и под закрытие бала прогулялись по парку, само собой, с разрешения родителей.
  * * *
  Через три месяца бурного романа, тайных и явных свиданий, Гартош с Лиситой сыграли свадьбу. Свадьбу Гартоша сыграли там же, где и свадьбу Гнивера - в Риглисе. Гостей собралось еще больше, чем в прошлую свадьбу, и Хозяйке вновь пришлось потесниться.
   VI
  Не часто Гартоша вызывали к императору, но если это происходило, следовало ожидать особенного задания. Так что полковник Оскол приготовился ко всему.
  - Как идет формирование нового полка? - поинтересовался император.
  - Все идет по плану, ваше величество. Уже сформировано три новых сотни. Они готовы вместе с первым полком выполнить любое ваше задание.
  - Это хорошо, что готовы. Но новые сотни мы трогать не будем, обойдемся первым полком.
  - Что за задание, ваше величество?
  - Дело очень необычное и деликатное. - Лориан выдержал паузу. - Нужно помочь одной королевской семье удержаться на троне.
  Гартош попробовал угадать:
  - Реат?
  - Нет, не угадал.
  - Тогда где? - командир единорогов пытался судорожно вспомнить, какой королевской семье может понадобиться срочная помощь.
  - Не ломай голову, - сжалился император, - это не в нашем мире. - И предвосхищая всякие вопросы, продолжил. - В одном из миров сопутствующих Иктиву, есть небольшое королевство, король которого находится с нами Гратрами в дальнем родстве. Королевство нужно сказать захудалое, как и все в том мире, но родственникам нужно помогать. Ведь так?
  - Так, - немного ошарашено ответил Гартош.
  - Для черных единорогов межпространственные переходы не намного сложнее подпространственных, так?
  - Так, - снова повторил Оскол.
  - Вот вам и предстоит перенестись в тот мир, и научить соседей вежливому обращению с нашими родственниками. Да так, что бы этот урок запомнился как можно дольше.
  - Не маловато ли одного полка для такого задания? - засомневался единорог.
  - Достаточно. Больших армий там никогда не было, а боеспособных, подобных вашему Черному Полку, тем более.
  - Тогда мы готовы, ваше величество!
  - Вот и отлично. Через пару дней отправитесь. Так как дело предстоит деликатное, новое и сложное, я даю вам в помощь опытного мага - твоего брата, лорда Гнивера. Надеюсь, ты не против?
  - Нет, конечно.
  - Тогда действуйте.
   * * *
  Как оказалось, Гнивер уже побывал в королевстве Литерия, куда они должны были отправиться, и ввел брата в курс дела.
  - Королевство небольшое, не карликовое, конечно, но далеко не масштабы Иктива. Король Кванат, не в обиду Гратрам будет сказано, полное ничтожество. Точнее - нытик и ничтожество. А какой король, такое и королевство. Поэтому неудивительно, что соседи решили не только оттяпать у Литерии кусок территории, а присоединить к своему королевству все ее земли. Я не думаю, что у нас возникнут сложности с соседями - как ты говоришь, не таких сусликов выливали. Но мне не нравится находящееся рядом со столицей Литерии болото. Что-то там не так, с ним нужно разобраться особо.
  Гартош улыбнулся:
  - Я почти полюбил болота.
  - А я не очень. Точнее совсем не люблю.
  - Какое посоветуешь взять оружие?
  - Думаю, достаточно средней чешуйчатой брони и среднего вооружения. Вы должны выглядеть внушительно, но быть подвижными.
  - Внушительно, это мы можем.
  Полк собрался быстро. Первыми к дворцу короля Кваната отправились братья Осколы. Короткое знакомство с королем - действительно, даже на вид полное ничтожество, - принцессой Лукрен - долговязой прыщавой девицей, совсем не похожей на папашу, что наводило на размышления, - и Гартош, оставив брата общаться с королевским семейством, удалился подготавливать место для своего полка.
  Дворец, конечно, не был шедевром архитектуры, и, как все вокруг, пребывал в запустении. Казалось, сам воздух навевает уныние. Да, воздух действительно тяжелый - даже служа на болоте растов, Гартош не дышал таким зловонием. Стараясь дышать неглубоко и как можно реже, полковник обошел двор по периметру. С одной стороны двор был огорожен глухим деревянным забором.
  - Что там? - спросил Гартош у шляющегося неподалеку слуги.
  - А, - махнул слуга рукой, - пустырь. Пустырь мозолил глаза королю, и потому его закрыли забором.
  Оскол отломал некрепко держащуюся доску и заглянул на ту сторону. Действительно поросший бурьяном пустырь - то что нужно. Вполне хватит места, что бы разместить полк.
  Единороги прибывали посотенно, и, что бы не будоражить местных жителей, стазу же на пустырь. После прибытия последней сотни, Осколы и сотники собрались на совещание.
  Гнивер начал просвещать собравшихся:
  - Дело обстоит таким образом. Соседнее королевство, Заркания, обвинило Кваната в оскорблении их короля, Титара III, и требуют, либо поединка, либо добровольного сложения короны.
  - Поединок, это хорошо, - подал голос Алькон. - Почему король не согласился?
  - Ты его видел, какой он нахрен поединщик? Хотя сама идея поединка мне нравится.
  - Но ты же сам говорил, что из Кваната поединщик никакой.
  - Он, да. Но у нас найдется кому его заменить.
  - Согласиться ли Титар? - засомневался Гартош.
  - А его никто и спрашивать не будет.
  - Это как? - в один голос спросили Гартош и Алькон.
  - Я могу наложить личину, и выдать за Кваната любого нашего бойца.
  - Не разгадают?
  - У них здесь нет настолько сильных магов.
  - Тогда я готов немного побыть королем, - решил Гартош.
  - Почему ты? - возмутился Алькон.
  - Потому, что я полковник.
  - Я тоже хочу в этом участвовать!
  - К сожалению, я не смогу удерживать личину более трех личин. Сам я займу место придворного мага.
  Алькон обрадовался:
  - Но ведь еще одно место остается!
  - Да. И кем ты хочешь быть? Принцессой, или придворным шутом?
  - Почему именно ими? - недоумению и возмущению Алькона не было предела.
  - Потому, что именно принцесса имеет право присутствовать на всех мероприятиях. Ну а шуту вообще закон не писан.
  - Тогда уж лучше шутом...
  - Зря ты отказался быть принцессой, - алчно улыбнулся Терес. - Мы бы...
  - Рот закрой! Если тебе нравится принцесса, она полностью в твоем распоряжении. Думаю кроме тебя, на нее охотников не найдется. - Алькон обвел взглядом сотников. Те энергично завертели головами, подтверждая, что не претендуют на принцессу.
  Переждав, когда общее веселье утихнет, Гнивер сказал:
  - Тогда действовать будем так...
   * * *
  Король Заркании Титар III, вместе с войском в три тысячи мечей, подтянулся к столице Литерии на следующее утро. Кваната, чтобы ничего не испортил, отправили в Виктанию, и короля соседа, уже в новом образе, встречал никто иной, как Гартош.
  Соседи вошли в тронный зал как хозяева, не обращая внимания на немногочисленную стражу и собравшихся возле трона вельмож. Удостоен был вниманием, лишь трясущийся на троне король, да туповатого вида маг, с отсутствующим взглядом. Титар III представлял из себя личность колоритную - здоровый мужик с внушительным животом и окладистой бородой. Придворный дурачек карлик Хряс, увидев Титара радосно завопил и бросился дергать короля за бороду, при этом ловко уворачиваясь от пинков и оплеух.
  Наконец Хряса поймали, оттащили в сторону, надавали тумаков и отпустили. Обиженный шут отбежал подальше, и обзывая гостей грязной бранью, грозился переловить их и зверски изнасиловать. Угрозы шута вызвали у зарканийцев приступы истерического смеха, и к трону Титар подошел в приподнятом настроении.
  - Слезай! - без всяких предисловий сказал он.
  - К... как слезать? - дрожащим голосом, но все же стараясь не переиграть, спросил Гартош.
  - Как хочешь, так и слезай, - вытирая слезы повторил Титар. - Хочешь передом, хочешь задом.
  - А зачем?
  - Драться будем. Хочешь драться?
  - Нет, - замотал головой король, - не хочу.
  - Тогда собирайся и уходи без драки. Тебе не место на троне.
  - Куда же я пойду?
  - Да куда хочешь. Только что бы я тебя больше не видел. Так что, сам уйдешь, или все-таки возьмешь в руки меч, и мы решим спор так, как его решали наши предки?
  - Возьму меч, - кряхтя и стеная сказал "Кванат".
  - Хоть что-то в тебе осталось, - одобрительно прогудел Титар, принимая от своих слуг здоровенную секиру на длинной ручке.
  С уважением посмотрев на секиру, Гартош вытащил из-под трона ножны с Гариантом. Увидев шипением выходящий меч, Титар чуть не выронил секиру.
  - Ты где взял такого красавца?
  - От предков остался, - неуклюже взмахнув мечем, ответил "Кванат".
  - Меч здесь оставишь! Если живой останешься.
  И Титар первый нанес удар. "Кванат", бестолково отмахнувшись, с криком отскочил в сторону. Секира врезалась в пол, и по залу разлетелись крошки мрамора.
  - Бегай не бегай, все равно мой будешь, - процедил Титар, и вновь бросился на соседа.
  После трех, четырех богатырских замахов, Титар стал дышать с отдышкой, видимо и у короля Заркании не было в последнее время боевой практики. "Кванат" же напротив, стал оживляться. Увидев, что Титар, несмотря на свою медвежью силу, довольно таки неуклюж, невысокий и полненький король Литерии шариком покотился вокруг грозного соперника, успев кольнуть его кончиком меча в могучий зад.
   Вельможи Литерии радостно загалдели, среди спутников же Титара началось недовольное брожение.
  - Кончай его Титар! - крикнул здоровяк, чем-то неуловимо похожий на короля.
  А конфликт ширился. Зловещего вида маг Заркании решил помочь своему королю, и наслал на его соперника страшное заклинание. Которое впрочем не достигло адресата - маг Литерии оказался не так уж прост, и переправил заклинание в другого короля. Титара выгнуло дугой, и воспользовавшись ситуацией, "Кванат" ткнул мечем в его обьемистый живот. Кишки он сопернику не выпустил, но королевская кровь стала обильно заливать пол вокруг раненого.
  Озлобившийся маг Заркании напал на своего литерийского коллегу и между ними завязалась нешуточная борьба. И спутники Титара, и литерийсие вельможи, предпочли держаться подальше от летающих шаров и хлещущих молний.
  Воспользовавшись тем, что на него не обращают внимания, из коридора, в котором не горел ни один светильник, выбрался вооруженный внушительной дубиной шут Хряс, он же Алькон. Шустро подбежав к задним рядам зарканийцев, он врезал троим из них между ног, и, бросив дубинку, умчался обратно в коридор. Пострадавшие, с перекошенными от боли и злости лицами, бросились за карликом. Не успела темнота поглотить последнего из преследователей, как тут же раздались звуки схватки. Через минуту из коридора вновь появился "Хряс", со злорадным видом вытирающий окровавленный кинжал, что в его руках выглядел как меч.
  - Всех здесь положу, - зловеще пообещал он.
  На карлика набросились сразу четверо. Но странный шут оказался на удивление ловким, неизменно уходя от ударов и безжалостно полосуя соперников.
  В схватке королей удача так же не сопутствовала гостям. Достаточно поводив Титара, уже потерявшего много крови, "Кванат" подскочил и сильным ударом рассек противнику предплечье. Секира выпала из рук Титара и через секунду у его горла оказалось острие меча.
  - Как тебя убить соседушка? - елейным голосом спросил Гартош. - Быстро, или растянуть удовольствие?
  - Пощади, - прохрипел король-сосед.
  - И какая мне с этого выгода?
  - Я поклянусь на "Королевской правде" никогда не нападать на твое королевство.
  - И все? - удивился "Кванат". - Когда я тебя убью, ты в любом случае больше на меня не нападешь.
  - Я три года не буду брать дань с твоих купцов, - стараясь не смотреть на своих подданных, пообещал Титар.
  - Десять, - тут же нашелся Гартош.
  - Пять, - нашел в себе силы поторговаться поверженный король.
  - Хорошо, пять, - после недолгого раздумия согласился победитель.
  - Ты с ума сошел, братец! - заорал здоровяк, так похожий на Титара. - Ты обещал, что это королевство достанется мне!
  - Попробуй взять его сам, - мудро посоветовал Титар.
  - И возьму!
  У "Кваната" появился новый соперник, молодой и более подвижный. Переждав пару особо сильных ударов, Гартош не стал затягивать схватку, и молниеносным ударом отсек противнику кисть правой руки. Заревев словно раненый медведь, брат короля зажал обрубок и бросился из зала.
  В углу, Гнивер лупил своего соперника магическим жезлом, уже без всякой магии. Алькон зарезал троих и с идиотским, и от того жутким смехом, гонялся за остальными. Вскоре тронный зал наполовину опустел: гости покинули его, кто мог, конечно, а местные вельможи недоуменно переглядывались. Они ни как не ожидали такой прыти от своего короля, колдуна и уж тем более шута.
  Снаружи, во дворе, все больше нарастал шум. Гартош с компанией поспешили туда же. Брату короля уже перевязали руку и помогли взобраться на лошадь. Кривясь от боли и баюкая руку, здоровяк призывал воинов отомстить за те унижения, что зарканийская королевская семья потерпела в этом богами проклятом королевстве. Воины потрясали оружием и уже были готовы идти на штурм, когда на выходе из дворца показалась наша троица. Площадь потряс возмущенный рев.
  Поняв, что медлить больше нельзя, Гартош подал условный сигнал и деревянный забор, перегораживающий двор, упал. За забором, построившись для атаки, застыли сотни черных боевых единорогов с всадниками. Над площадью быстро установилась тишина, даже лошади перестали фыркать. И в этой тишине, визг короля резанул по ушам похлеще бритвы.
  - Убейте этих зарканийских ублюдков! - толстенький "Кванат" кричал, брызгал слюной и топал ногами. - Принесите мне их поганые головы!
  Передние ряды черной тысячи опустили копья и стали медленно набирать скорость. Передние же ряды зарканийцев ломанулись назад, расталкивая и пробивая себе дорогу сквозь не совсем понимающие ситуацию задние ряды.
  Наконец, до всего титаровского войска дошло, в какую мясорубку они сейчас попадут. Паника мгновенно охватила всех до единого. Давка на выходе из площади выросла в несколько этажей. Люди и лошади смешались в одну кучу, крики боли и ужаса донеслись, казалось, до самых небес. Виктанийцы не торопились, они давали возможность противнику удалиться как можно дальше - трупы на площади не нужны были никому.
  Через несколько минут, двор перед дворцом и примыкающая к нему площадь опустели. Из дворца, хромая и держась за живот, вышел Титар. Он хмуро осмотрел заваленную брошенным оружием площадь и подошел к "Кванату":
  - И как это все понимать?
  - Что именно?
  - Твое преображение и могучее войско.
  - Притворялся я, - нехотя признал "Кванат". - Такая скукотища иногда наваливает, что хоть вой. Единственный выход, это война. Но я же справедливый, поэтому не мог сам напасть первым. Мне нужен был повод. И вот дождался подарка от соседа. - Король Литерии с благодарностью посмотрел на собеседника.
  - Справедливый говоришь, - Титар иронично хмыкнул. - А обманывать соседей хорошо?
  - А нападать на соседей?
  Их беззлобную перепалку прервало появление огромного единорога, это спешил Терес. Сотник держал что-то в правой руке, и когда он подъехал поближе, стало понятно что - голову брата короля.
  - Вот, ваше величество! Как вы и приказывали, головы ваших врагов! - бодро доложил он.
  Титар побледнел еще больше и пошатнулся. "Кванат" поддержал соседа и принялся его успокаивать:
  - Не переживай ты так. Ну, перестарались ребята, с кем не бывает. Им же тоже без дела скучно. А твой братец та еще скотина, без всяких признаков чести. Наверняка он на твое место метил.
  И король Литерии, поддерживая короля Заркании, повел его назад, во дворец.
  * * *
  Одержав блестящую победу над зарканийцами, Гнивер не торопился покидать королевский дворец и отпускать единорогов.
  - Что-то со столицей Литерии, и особенно дворцом не так, - объяснял он свое решение. - Висит над ним чья-то злая сила. И не одна. Здесь замешано болото, и еще что-то есть под землей. Нужно остаться и разобраться, иначе боюсь, скоро нам снова придется идти Кванату на помощь. Если успеем.
  - Жаль, что с нами нет Сирела, - сказал Гартош. - Он человек опытный, может, чем и помог бы.
  После того, как Черный Полк был полностью сформирован, Сирел вернулся в Тайный Легион. Точнее, его туда вернули, сказав: попользовались и хватит. Опыта Сирела действительно не хватало молодой части.
  - Ничего, справимся сами, - ответил Гнивер. - Думаю, двое трое суток хватит, что бы распутать здешний клубок.
  Оказалось, что разместить целую тысячу новых постояльцев не так уж просто. Две сотни единорогов осталось в полупустом дворце, - который раньше видал времена и получше - остальных пришлось отвести в город. Многие горожане, особенно мужская половина, не испытывали восторга от соседства со своими защитниками, что вызывало недоумение, и в свою очередь недовольство у самих единорогов. Но в городе оказалось много пустующих домов, так что старались по возможности обходиться без конфликтов.
  Сам Гартош выбрал для себя конечно покои короля, на что имел полное право. Принцеса Лукрен, напуганная таким количеством чужих мужчин, почти не показывалась из своих комнат, но желающих лицезреть ее было не много, так что никто не расстроился.
  Ближе к вечеру Гнивер, Вирон, Гартош и еще несколько наиболее сведущих в магии виктанийцев, выбрались к местному болоту, почти вплотную примыкающего к городу и дворцу. Конечно с болотом растов оно не шло ни в какое сравнение - с небольшого пригорка видно другой берег, - но от него веяло таким отчаяньем, что хотелось упасть в невысокую луговую траву, и лежать без движения.
  - Наваждение, - после недолгого исследования пришел к выводу Гнивер.
  Вирон и другие сопровождающие, пришли к тому же выводу.
  - Ты хочешь сказать, что в болоте сидит какая-то хрень, и отравляет людям существование? - уточнил Гартош.
  - Именно. Точнее не скажешь.
  - Кто это может быть?
  - Скорей всего, водяной или болотник, причем не простой, а энергетический вампир. Оттого и люди здесь такие безвольные, с них легче тянуть энергию.
  - Будем выгонять или договариваться?
  - Ни то, ни другое. Пройдем ка вот туда, к реке, по-моему там кроется решение нашей проблемы.
  Группа воинов единорогов вслед за Гнивером спустилась с пригорка, и в обход болота направилась к реке. Вскоре болото оборвалось, как по приказу, и ниже тянулся обыкновенный луг. Ограничивала болото насыпная дамба, перегораживающая реку. Посреди дамбы стояли шлюзы и регулировали сток воды.
  - Странно, - пробормотал Вирон, - такое удобное место, а мельницы нет.
  - Не для того строилась эта дамба и шлюзы, - сказал Гнивер. - Они строились что бы затопить окрестности и создать болото.
  - Внушение? - сообразил Гартош.
  - Оно. Интересующее нас существо создало себе среду обитания.
  - Тогда дело упрощается. Спускаем воду и болото вскоре высохнет.
  - Так и сделаем. Завтра. Ночью я хочу кое-что проверить.
  Возвратившись во дворец, Гартош вызвал управляющего:
  - Давно здесь это болото?
  - Все время, ваше... Уважаемый господин.
  - Почему его до сих пор не осушили?
  - Вы что?! - управляющий испугано замахал руками. - Там сидит - он.
  - Кто, он?
  - Наш благодетель и покровитель Литерии. Если мы попытаемся спустить воду, он нашлет на нашу страну страшные проклятья.
  - Понятно, свободен. Дальше мы сами. Хорошо устроился, этот ваш покровитель.
  - Один из королевских магов как-то пытался спустить воду с болота, - уже уходя вспомнил управляющий.
  - И что?
  - Утром его нашли мертвым. Его лицо было искажено таким ужасом, что стало страшно даже тем, кто его нашел.
  - Понятно, - еще раз повторил Гартош.
  - И еще он постарел на несколько лет.
  - Я все понял, можешь идти, - повысил голос мнимый король.
  Перед заходом солнца Гнивер собрал командный состав полка и предупредил:
  - Этой ночью держитесь настороже. Болотный вампир наверняка чувствует в нас угрозу и попытается что-нибудь предпринять
  - Например? - уточнил Алькон.
  - Не знаю. Я не так часто сталкивался с нечистью такого уровня.
  - Может это нефрат? - предположил Гартош.
  - Вряд ли. Нефратами становятся, а этот наверняка изначально был вампиром.
  - Так может, попробуем его уничтожить?
  - Нет Гартош, пока не спустим воду с болота, сделать это будет проблематично. Внимательно следите за своими единорогами, эти изначально магические существа очень чувствительны к магии, особенно такой, направленной против их хозяев.
  - Единороги не пострадают? - обеспокоился Гартош судьбой своих боевых товарищей.
  - Нет, они ему не по зубам. Вам все понятно? Тогда идите спать. И не забудьте выставить дежурных.
   * * *
  
  На широком королевском ложе с комфортом разместились втроем: по краям Осколы, а вовнутрь запихнули Алькона. Сотник громко протестовал против сговора и произвола братьев, но другого способа оказаться в гуще событий (а где Гартош там и события) не было.
  Командир единорогов долго боролся со сном - и в потолок пялился, и пытался обдумать завтрашний день, но как-то незаметно уснул. Просыпался он тяжело. Кричало чувство опасности, и еще кто-то пытался дозваться, но все это словно сквозь толщу мутной воды. Болотной воды. Стоп! Болото! В болоте сидит ОН! И ОН хочет Гартошевой жизненной энергии. А вот хрен ему! Гартош словно утопающий выскочил на поверхность воды, и сразу же почувствовал, как липкое невидимое щупальце уползает куда-то в угол спальни. Было огромное желание ударить по нему голой силой, но Гнивер удержал:
  - (Подожди! Это еще не конец.)
  Подождать, так подождать. Свою нерастраченную злость младший Оскол приберег до следующего раза. Сон прогнало окончательно, и потянулись томительные минуты ожидания. Рядом безмятежно храпел Алькон, что вызывало зависть и раздражение. Но обостренный слух вдруг улови тихое шуршание. Гартош насторожился. Дверь в спальню бесшумно открылась и в небольшую щель кто-то проскользнул. Кто-то настолько маленький, что его не было видно из-за спинки кровати.
  Невидимый гость почти неслышно протопал к кровати и спрятался под ней. Затем, то же проделал еще один. Осколы, в отличие от Алькона даже дышать перестали, а тот выдавал трели, словно раст в брачный период. Полковник нащупал руку сотника и чуть слышно сжал ее, не хватал еще, что бы тот спросонок натворил делов. Храп на мгновение сбился. Гартош еще раз сжал руку Алькона. Убедившись, что это условный знак, а не попытка посягательства на его честь, сотник сжал руку с ответ, и вновь захрапел, причем очень достоверно.
  Долго ждать не пришлось, коротышка стал карабкаться на кровать. Сквозь полупрыкрытые веки Гартош пытался рассмотреть гостя. Гость приподнялся, и Оскола чуть не вывернуло от омерзения. Безволосая морщинистая кожа, большие круглые глаза, сплюснутый нос и широкий тонкогубый рот. Тонкогуб оскалился и показал маленькие острые зубки, и два длинный тонких клыка в придачу. Еще один вампир! Сколько же их здесь?! Этот вампир несколько походил на своего собрата из красного мира - Оритерара. Гартош с трудом удержался, что бы ни спихнуть чудовище ногой. Но любопытство победило.
  Вампир рассматривал лежащих на кровати, видимо обалдевая от обилия угощения и наконец, быстро пополз к голове Гартоша. Младший Оскол не выдержал и на полдороге схватил жаждущего его крови вампира за горло. Тот пискнул, затрепыхался и, несколько раз царапнув когтями так не вовремя проснувшуюся жертву, затих. Неверяще тряхнув безжизненно висящее тельце, Гартош чертыхнулся, похоже, что перестарался и задавил гаденыша.
  Из-под кровати к дверям метнулся собрат задушенного вампира, но тут не сплоховал Алькон. Брошенный им кинжал, буквально пригвоздил незваного гостя к дверям.
  - Вы что сволочи делаете?! - прошипел разъяренный Гнивер. - Они мне живыми были нужны!
  Алькон возмутился:
  - А если бы сбежали?
  - Ну и пусть сбежали бы. А мы бы посмотрели, откуда они приходят. Где теперь искать вход в их логово?
  Единороги виновато прятали глаза. Действительно, сорвались словно мальчишки, не сумели сдержаться.
  - Давай сюда свою добычу! - потребовал Гнивер, и Гартош с удивлением увидел, что все еще сжимает горло вампирыша.
  - Ты знаешь, что это такое?- спросил душитель, передавая тельце брату.
  - Конечно. Кретеры. Одна из разновидностей истинных вампиров. Причем, довольно неопасная. Эти, по-моему, даже магией не владели. Пользовались тем, что болотник по ночам тянул жизнь из обитателей дворца, а может и всего города, и в свою очередь сосали из беззащитных жителей кровь. Где я теперь найду живые образцы? На единорогов и их всадников они вряд ли посмеют напасть.
  Алькон с Гартошем переглянулись и разом выдали:
  - У принцессы!
  И бросились из спальни.
  - Стоять! - негромко, но внушительно рявкнул Гнивер. - Идите за мной, а то вы мне ни одного живого вампира не оставите.
  Гнивер вышел первым, за ним Алькон, Гартош немного замешкался. Он вернулся и одним ударом кинжала отсек вампирчику голову. На всякий случай.
  Они тихо крались по коридору к покоям принцессы, и хотя Гнивер надел на всех полог невидимости, старались вести себя как можно тише. И не зря. Наша тройка достигла спальни Лукрен, когда дверь распахнулась и из нее вышли еще двое кретеров. Ростом они едва достигали обычному человеку до пояса. Худощавы, одеты в серые плащи с капюшонами, которые тут же и накинули. Теперь их не отличить от карлика шута. Неплохая маскировка.
  Вампиры прошествовали мимо замерших людей ничего не заподозрив, и тихо переговариваясь, скрылись за поворотом. Со всей предосторожностью, люди последовали за ними. Перед поворотом остановились.
  Кретеры достигли конца коридора и так же остановились. Несколько минут они чего-то ждали, по-видимому, своих соплеменников. Так и не дождавшись, они подошли к большому горшку с цветком. Кряхтя и тяжело дыша, коротыши стали отодвигать горшок в сторону. Было видно, что для двоих это тяжелая работа. Наконец они отодвинули горшок, и, отдышавшись, нажали на большую квадратную плитку. Плитка бесшумно ушла вовнутрь. Еще немного подождав, вампиры нырнули в проем, и, подтянув горшок, закрыли вход.
  - Вход нашли, но займемся мы ним чуть позже, - сказал Гнивер.
  - Почему? - удивился Алькон. - Нужно сразу идти по следу.
  - Во-первых, нам нужно подготовиться, что бы не вляпаться во что ни будь дурнопахнущее. А во-вторых, следует проверить, как там принцесса.
  Лукрен разметалась на своей кровати и тяжело со стоном дышала. Видимо болотная магия продолжала на нее действовать. Гнивер подошел к хозяйке спальни и внимательно ее осмотрел. Но особого осмотра и не требовалось - на тонких запястьях отчетливо виднелись два двойных укуса.
  - Я не понимаю, - прошептал Гартош, - им что, следы от укусов ничего не говорили?
  - Возможно не говорили, - ответил Гнивер. - Посмотрите внимательно, ничего не замечаете?
  Полковник с сотником присмотрелись, но ничего такого, на что следовало обратить внимание, не заметили.
  - Вот здесь на запястьях чуть заметные точки, еще на шее, и вот еще на лодыжках. Следы от укусов зарастают почти полностью и вероятно очень быстро. Скорей всего и от этих к утру мало что останется.
  - А что вы здесь делаете? - раздалось от дверей.
  В дверях стоял Терес и с любопытством взирал, как друзья рассматривают худые ноги принцессы.
  - Смотрим, какое богатство мы тебе доверяем, - мрачно выдавил Гатрош.
  - Какое богатство, и почему мне?
  - Богатство, это принцесса Лукрен, которую ты будешь охранять до утра, пока она не придет в себя. А почему ты? Кому же мы еще можем доверить такую важную миссию?
  Терес долго не находил что ответить на такую откровенную подставу друзей, и только ехидное замечание Алькона, - Смотри, не теряйся здесь, - вывело его из себя. Вслед шутникам полетели проклятья и угрозы, но дверь уже захлопнулась.
  * * *
  Для похода по подземным ходам кретеров, отобрали самых низкорослых. Взяли нужное снаряжение, факелов, и двинулись следами вампиров.
  Полковник естественно вызвался идти первым и оспорить это право у него мог только старший брат, Гнивер.
  - Первым все-таки пойду я, - сообщил он брату.
  Гартош тут же встал в вызывающую позу:
  - Это почему?
  - Потому, что, судя по размерам ходов, мы можем там и не разминутся.
  - Ну и что?
  - А то. Если попадется магическая ловушка, кто будет ее обезвреживать, ты что ли?
  - Могу и я... А если случится другая опасность, не магическая? Тогда как?
  - Ты хочешь сказать, что я не умею владеть оружием, или не сумею справиться с парой тройкой вампиров?
  - Нет, конечно, я не это хотел сказать...
  - Ну и отлично. На том и порешим. Лучше придумай какую-нибудь очередность для своих бойцов, а то так и будут толпиться и спорить, кто пойдет вперед.
  Пока Гартош создавал подобие боевого порядка, Гнивер открыл потайной ход и на четвереньках полез в темноту. Следом нырнул младший брат. Ход был слишком низким, и даже согнувшись в три погибели на двух конечностях было не пройти. Поэтому великие воины и не менее великий маг, передвигались самым незавидным способом - на четвереньках. А в этом, кроме смеха, нашлось много сложностей. Во-первых, как нести оружие? Не у многих была возможность закрепить его на спине, как у Гартоша, поэтому приспосабливались на ходу. Вторую сложность представляли факела - их на спину не прицепишь, приходилось волочь в руках, постоянно натыкаясь на языки пламени. Про едкий дым можно промолчать. Ну и самое главное: долго такого передвижения никто не мог выдержать. Так что о преследовании можно было забыть, хотя бы логово гаденышей найти.
  Но к счастью, такой низкий тоннель, почти все время полого спускающийся вниз, тянулся всего шетов сорок, а затем пошел более высокий потолок. Воины выровнялись и зашагали бодрей, даже факела стали гореть ярче. Вскоре их тоннель соединился с более широким, в который вливались все новые ходы.
  - На центральную выбрались, - обрадовался Алькон.
  И действительно, больше всего это напоминало центральную улицу. Похоже, кретеры здесь обосновались основательно и даже создали целый подземный город. Оставалось только выяснить куда идти. Гнивер колебался недолго и махнул рукой:
  - Туда!
  И небольшой отряд двинулся вслед за магом. Сейчас оба Оскола шли впереди, благо ширина тоннеля позволяла, и именно Гартош первым услышал голоса - они доносились из одного из боковых ответвлений. Отряд остановился, и даже факела потушили, внезапность сейчас решала все, и особенно важным было захватить пленного. Голоса слышались все отчетливей, хозяевам нечего было бояться и от некого таиться.
  Первым из тоннеля вышел весело гогочущий вампирчик с небольшим фонарем в руке, видимо делившийся впечатлениями о прошедшей ночи. Он не сразу заметил замерших людей и почти налетел на них. Кретер даже не пытался бежать, а пораженно застыл. Не дав ему опомнится, Гартош аккуратно отобрал у коротыша фонарь, приподнял за шиворот и отдал Гниверу:
  - (Одного хватит?)
  - (Лучше парочку.)
  - (Как скажешь.)
  Став чуть в стороне от выхода из бокового тоннеля, Гартош хватал ничего не подозревающих кретеров, зажимал им рот и передавал по цепочке. Набралось пятеро.
  - А ну присвети, - попросил он брата.
  Гнивер запустил в тоннель светящийся шар. Как раз чтобы осветить спину улепетывающего кретера. Руки среагировали сами, и в удаляющуюся спину полетел нож. Тихо вскрикнув, вампир с разгону упал на пыльный пол.
  - Вот черт! Теперь за ножом топать.
  - Зато проверишь, нет ли кого за углом.
  - Хватит тебе пленных? - вернувшись и вытирая нож, спросил Гартош.
  - Вполне. Если твои орлы не передушат их раньше времени.
  - Бедолаг? Ты их назвал бедолагами?
  - Да. Ты посмотри на них.
  Кретеры действительно представляли из себя жалкое зрелище. Пришло понимание, в какие жуткие руки они попали, и некоторых это повергло в ступор. Хотя парочка и попыталась побороться за свою жизнь. Вскрикнул укушенный за ладонь боец, и в сердцах шлепнул вампира о стену. Тот безвольно сполз на пол. Минус один.
  - Аккуратней с пленными! - вскрикнул полковник. - Уж больно они хлипкие.
  - Ага, я своего, похоже, тоже придушил.
  Один из бойцов приподнял безвольное тельце.
  Гартош в сердцах сплюнул:
  - Руки тебе поотрывать!
  Широкоплечий единорог виновато понурил голову:
  - Я его даже не давил, так, держал только.
  - Всех вампиров к Гниверу! И понежней с ними, понежней! Как с девушкой.
  - А у меня кажись девушка и попалась! - обрадовался Алькон, что-то там нащупав.
  Вампирша пискнула и попыталась вырваться, но Алькон аккуратно прижал ее к себе, что вызвало смешки у окружающих. Заулыбался и Гартош:
  - Ты подожди ее пользовать, дай сперва Гниверу на допрос.
  Алькон хотел было обидеться, но передумал и принял игру.
  - После допроса она моя, надо же как-то мстить за выпитую кровь. Так я по своему... А после скормлю своему единорогу.
  Кретерша в ужасе запищала:
  - Не надо, я больше не буду!
  Алькон обрадовался:
  - Ты смори, она еще и разговаривает!
  - Мой отец вождь племени, он сделает все, что вы захотите!
  - Ну, парочку вождей мы прикончили в королевской спальне, - ухмыльнулся Гартош.
  - Мой отец сегодня не выходил наверх.
  -Повезло ему, - вмешался Гнивер. - А теперь рассказывай про свое племя.
  Из рассказа маленькой вампирши люди узнали, что племя кретеров большое, сотни полторы особей. Живут они под людским городом пару сотен лет, не меньше. В город выходят по очереди, по давно прорытым ходам и все время роют новые. Они чувствуют, когда болотный вампир усыпляет город или часть города, и пользуются дармовым угощеньем. На них самих магия болотника не действует, может потому, что рассчитана на людей.
  - Значит болотный вампир, может воздействовать на ту часть города, которая ему нужна? - уточнил Гнивер.
  - Да, - пропищала рассказчица, - и весь город накрывает только тогда, когда очень голоден или зол.
  - И пока люди беспомощны, вы пьете их кровь? - в свою очередь уточнил Гартош.
  Кровопийца испуганно сжалась в комок:
  - Мы совсем по чуть-чуть. Люди и не чувствовали. Мы даже больных лечили, мы умеем.
  Гнивер прервал ее.
  - Ну это понятно, смотрели чтобы стадо было здорово. Теперь показывай где ваше логово.
  - Туда, вниз.
  Бойцы двинулись в указанном направлении. По дороге наткнулись еще на несколько групп вампиров, вероятно возвращающихся с пиршества, и почти всех уничтожили. Проводница жалобно пищала, но ее мало кто слушал. Лишь Алькон что-то ласково шептал ей на ушко и она испугано умолкала. Примерно через полчаса подошли к входу в жилой комплекс. Здесь людям встретилось что-то вроде боевого охранения. Это даже нельзя было назвать схваткой. Кровопийц размазали по стенкам, и вошли в большую, довольно светлую, на удивление хорошо отделанную пещеру, из которой имелось множество выходов.
  Появление людей вызвало сначала шок, а затем ужас и панику. Пещера наполнилась воплями и топотом.
  - Перекрыть выходы! - скомандовал Гартош, и сам бросился к дальнему проему.
  Благодаря быстрым, слаженным действиям, а так же панике среди кретеров, многих из них удалось захватить. Даже вождь попался. Командир единорогов занял место возле одного из проходов и время от времени пырял туда мечем. Не то, что бы он опасался нападения коротышек, но береженного боги любят.
  Гнивер ходил вокруг сбившихся в кучу вампиров, и поигрывая длинным кинжалом, зловеще молчал. Пещеру захватили практически без сопротивления, поэтому особой ненависти эти недомерки не вызывали. И даже то, что они пили кровь у людей, говорило скорей за ущербность таких людей. Но все-таки это были вампиры. Вампиры пьющие кровь у людей, и этим все сказано.
  Гнивер остановился, и брезгливо оббежав взглядом толпу, поинтересовался:
  - Кто здесь старший?
  Старшим оказался старый сморщенный кретер. Он нехотя вышел из толпы, точнее, его почти вытолкали оттуда.
  - Я главный. Я вождь. Меня зовут...
  - Меня не интересует, как тебя зовут! - рявкнул Гнивер. - Я говорю, а ты слушай! За то, что вы делали с людьми, мы вправе всех вас уничтожить. Но у нас сегодня просто приступ доброты, и мы даем вам шанс убраться отсюда целыми.
  - Но куда же мы пойдем... повелитель?
  - Это хорошо, что ты понял, кто здесь повелитель. Куда вы пойдете, меня интересует меньше всего. Но если через два часа в подземелье останется хоть один вампир, я выжгу все вокруг.
  С поднятой руки Гнивера сорвалась толстая молния и ударившись в невысокий потолок преобразовалась в маленькое солнце. Оно выглядело как настоящее и все почувствовали его жар.
  - Два часа! - почти выкрикнул Гнивер. - И все здесь будет залито огнем. Все понятно?
  - Понятно повелитель, - залепетал вождь.
  Обведя их тяжелым взглядом Гнивер бросил:
  - Уходим.
  И первым вышел их пещеры. Гартош нагнал брата недалеко от входа:
  - Ты думаешь, их лучше отпустить?
  - А ты считаешь, лучше гоняться за коротышками по пещерам?
  - Не знаю.
  - А я уверен, лучше дать им возможность уйти самим, чем вылавливать их под землей, где кретеры как дома. За сотни лет они наделали столько ходов, что нам понадобится не один год, что бы их исследовать. И я уверен, по многим ходам мы просто не сможем пробраться. Так что будет гораздо лучше, если они уйдут сами.
  - А если не уйдут?
  - Тогда будет так, как я сказал. Я сожгу эту пещеру и ближайшие ходы. А потом мы сделаем еще кое-что.
  - Что именно?
  - Пустим воды болота в подземные ходы.
  - А вот это правильное решение! Затопим подземелья и дело с концом!
  - Мне кажется, за те пару часов, что мы им дали, они не смогут построить настоящую защиту. Не гномы все-таки.
   * * *
  Небольшой отряд охотников за вампирами выбрался на поверхность. Вышли не во дворце, а на берегу болота, куда Гнивер с помощью поискового заклинания нашел дорогу.
  - Вот сюда и пустим воду, - сказал он брату. - Распорядись, что бы копать начали немедленно. Сразу после взрыва будем затапливать.
  Внимательно осмотрев болото, Гартош отправил часть бойцов за рабочими и инструментом, остальные остались охранять ход. Сам полковник вместе с братом и Альконом вернулся во дворец.
  Не успели постучаться в спальню принцессы, как оттуда торопливо вышел, почти выскочил, Терес. Пряча глаза, он буркнул что-то неразборчивое, и, не поинтересовавшись делами, быстро зашагал прочь. Братья с Альконом многозначительно переглянулись, и снова постучали в дверь.
  - Заходи, - раздалось радостное.
  Все трое ввалились в спальню и застыли на входе, пытаясь разглядеть то, что заставило бравого сотника так поспешно бежать. В спальне ничего не изменилось, разве что Лукрен больше не спала, а натянув одеяло до подбородка, испугано смотрела на гостей. Разыгравшийся здоровый румянец на все щеки, информировал о том, что дела у принцессы налаживаются. Гнивер на всякий случай поинтересовался:
  - С вами все в порядке, принцесса?
  Принцесс коротко кивнула.
  - Тогда мы пришлем служанок.
  Гнивер сдал назад и потащил за собой друзей.
  - По моему Терес не терял времени зря и немного здесь пошалил, - поделился своими догадками Алькон.
  Гартош развил мысль:
  - Хорошо если немного. А то, как бы император, за попрание чести родственников, не поимел всех нас.
  - А вот это мы сейчас и выясним, - Алькон радостно потер руки, предвкушая потеху над другом.
  Но Тереса они так и не нашли. Тот каким-то шестым чувством чуял приближение насмешников, и успевал ускользнуть. Пришлось экзекуцию отложить на неопределенное время и заняться более важными делами.
  Перво-наперво Гартош отослал рабочих к болоту, на помощь единорогам - нужно было как можно быстрей затопить подземелья и не дать вампирам времени для создания эффективной защиты. А так же пора было заняться главным здешним злодеем - болотником. И вот здесь уже не лишней была помощь единорогов, как двуногих, так и четвероногих.
  Взяв с собой две сотни, Гартош привел их к болоту, под начало Гниверу.
  - Сперва попробуем с ним договориться, - предложил маг. - Может, сумеем обойтись без прямого столкновения.
  Младший Оскол пожал плечами, сейчас командовал его брат.
  Взобравшись на возвышенность, Гнивер оценил болото: примерно три латона в длину и латон в ширину. Имелось несколько небольших островков, поросших кустарником. Маг попытался просканировать болото и почти сразу почувствовал на себе враждебный взгляд. Выявить хозяина взгляда пока не удалось, но можно попытаться наладить контакт. Гнивер бросил в болото мысль:
  - (Ты меня слышишь?)
  Ответа не последовало.
  - (Если слышишь, то знай, пока ты не сделал нам ничего плохого, мы не враги. Но ты несешь зло людям, которых мы обязались защитить, поэтому ты должен уйти. Будет лучше если ты уйдешь сам, тогда мы так и не станем врагами.)
  И не успел Гнивер закончить свою дипломатическую речь, как на людей обрушился ментально-магический удар. Гартоша буквально согнуло от боли. Он пригнулся к гриве Агарольда и глухо застонал. Единорог угрожающе направил в сторону болота свой рог, топнул копытом и вызывающе заржал. Гартош неимоверным усилием ослабил магические путы. Быстро удалось от них избавиться и Гниверу.
  - Значит, не хотим мирно... - процедил маг и нанес болотнику ответный удар.
  Казалось, болото вскрикнуло и всколыхнулось от берега до берега. В людей полетел новый удар, но теперь болотный вампир правильно оценил свои силы и ударил только в командирскую группу. Но офицеры были начеку и отбились без особых проблем.
  - Может он не знает, что мы из другого мира? - растирая виски, спросил брата Гартош.
  - Знает он все, и кто мы, и откуда. Пободаться решил.
  - Пободаемся? - полуутвердительно спросил Гартош.
  - Пободаемся, - твердо ответил Гнивер, и добавил в сторону болота. - Ну что ж засранец, мы давали тебе возможность уйти, теперь ты здесь здохнеш.
  Гартош отдал приказ остальным сотням, и болото окружили со всех сторон, нельзя было выпустить оттуда ни единого живого существа. Не прошло и десяти минут, как болото окружили и теперь вряд ли кто сумел покинуть его незамеченным. Но хозяин болота и не собирался покидать свой дом, он явно собирался за него бороться.
  Первыми на людей напала армия мелких кусачих вампиров - с болота поднялись тучи мошкары и просто накрыли черные сотни. Враждебная мелочь не обращала внимания на шлепки и махания руками, они обсели все открытые места, и немилосердно жалили, лезли за воротник, в рукава, забивались в глаза, рот, уши. Хотелось бросить все и бежать. Но хуже всего было настоящим единорогам, открытых мест у них нашлось намного больше и мошка причиняла настоящие мучения.
  - Сделай что-нибудь! - крикнул Гартош брату.
  - Я занят, - ответил тот, - гада этого ищу.
  Но, по-видимому, что-то все-таки предпринял. Несколько сильных порывов ветра согнали мошкару в центр болота, и опустившийся сверху смерч утянул эту прорву ввысь. Но это оказалось только начало. На смену мошке пришли птицы. Много птиц. Очень много птиц. Местное болото служило домом не только болотнику, но и многочисленному пернатому братству, и они так же решили его защищать. И новая атака оказалась более опасной. Мелкие птицы не могли причинить существенного вреда двуногим и четвероногим воинам, но они отвлекали на себя внимания, и в это время кто-нибудь более крупный, пытался нанести удар в самое уязвленное место - по глазам.
  Гниверу снова пришлось отвлечься от поисков болотника. На его зов со всей округи стали слетаться хищные птицы, и нужно сказать, их тоже оказалось немало - болото и их привлекало богатой добычей, и сейчас наступил настоящий пир. В небе закружились смертельные хороводы, раздались крики тревоги и людей не некоторое время оставили в покое. Для того чтобы освободить место новой напасти.
  С трясины поползла, потянулась разная гадость. Преимущественно безвредные лягушки, но немало ползло и опасных существ - ядовитых змей. Но с ними бороться оказалось немного проще, в основном этим занимались четвероногие единороги. Они с нескрываемым удовольствием давили эту разночешуйчастую гадость, и их наездникам оставалось лишь указывать, кого давить в первую очередь.
  Освободившийся Гнивер наконец нащупал откуда идут команды, и готовился к ответной атаке. А Гартош решил заняться более быстрым осушением болота. Он проверил, как идут дела у копателей возле подземных ходов, и велел пригнать еще больше людей, чтобы разрушить дамбу - даже через открытые шлюзы вода уходила слишком медленно.
  Новых кандидатов в копачи нашли на удивление быстро. Добрая половина жителей города пришла поглазеть, как Хозяин накажет наглых пришельцев (про то, что пришельцы спасли королевство, все уже благополучно забыли.) Всадники единорогов отобрали с полторы сотни крепких мужчин и подогнали упирающуюся толпу к "королю". "Король" сидел на единороге, что должно было поднять его авторитет. Он поднялся на стременах и крикнул:
  - Вам, дети мои, выпала большая честь! Вы не только станете свидетелями того, как мы выгоним с болота то чудовище, что там обосновалось, но и примете в этом участие!
  Мужички топтались на месте и испугано переглядывались. Наконец самый смелый озвучил общую мысль:
  - Мы, ваше величество, может того?..
  - Чего, того? - начал терять терпение "монарх".
  - Пошли бы мы, - выдавил смельчак. - А то Хозяин обидится, замучает ведь потом.
  - Не замучает, - с нескрываемым гневом сказал "король". - А обидется и я могу. - И повернувшись к Алькону скомандовал, - Повесить!
  - Этого? - Алькон ткнул пальцем в оратора.
  - Нет, каждого десятого!
  - Сурово, - одобрил сотник, и быстро начал отдавать распоряжения.
  Веревки нашлись быстро и единороги споро нацепили на толстые ветви ближайших деревьев наскоро сделанные петли. Но случилась загвоздка с кандидатами на повешенье. Говоруна схватили сразу и уже накинули петлю на шею, но вот остальные... Поняв, что король не шутит, мужики похватали подвезенные лопаты и спешили к дамбе. В итоге очень сложно оказалось отыскать каждого десятого.
  Алькон вопросительно посмотрел на Гартоша и тот великодушно отпустил всех работать.
  - А с этим что? - сотник кивнул на смельчака с петлей на шее.
  - Этого повесить. Нехрен обсуждать приказы короля, саботаж устраивать.
  И вскоре саботажник, толком ничего не понявший и не успевший попросить о помиловании, поучительно закачался на старом разлапистом дереве. Берег болота тут же очистился от зевак.
  * * *
  А у Гнивера дела шли не столь успешно. Первая атака парализующими заклинаниями поглотилась самим болотом, и в ответ на мага полетел скрученный петлей жгут из водорослей. Гнивер с трудом разрубил прочные словно проволка растения и отплевываясь, освободился от ошметков. За это время болотник сменил местопребывание и его снова пришлось искать.
  Но долго прятаться хозяину болота было нельзя, слишком быстро сходила вода. И вскоре он снова дал о себе знать, теперь уже возле самой дамбы. Желая посильнее напугать копачей, из болота поднялась огромная, шетов в пять фигура, облепленная водорослями, травой и тиной, и тяжело ступая, двинулась на людей.
  Дорогу ему перекрыли с полсотни единорогов. В великана полетели копья и дротики, но это не причинило ему ни малейшего вреда - копья вязли в траве и сползали вместе с грязью.
  - Это голем! - быстро все понял Гнивер. - Нужно перерезать пуповину, связующую его с хозяином, и он станет безвредным!
  - Ну так режь! - крикнул Гартош. - Иначе он всех моих ребят передавит!
  Голем находился далеко и с-наскоку найти связующий канал Гнивер не смог, след терялся где-то в самом болоте. Предстояло более тщательно и более глубоко прозондировать это гнилое место. А времени катастрофически не хватало, голем уже выбрался на дамбу. Стараясь не отвлекаться, маг взялся за работу. След пуповины петлял и терялся, то ныряя в глубину, то выходя к самой поверхности.
  А на дамбе уже вовсю кипел бой. Рабочие разбежались сразу же, как голем поднялся во весь рост, но никто даже не думал их задерживать. На дамбе остались одни единороги и они не минуты не сомневаясь, напали на травяного великана. В этой схватке главным было не нанести чудовищу какой-либо ущерб, а не попасть под удар его чудовищных кулаков, да под ноги не свалиться. Гатрош бросился на помощь своим подчиненным, и не придумал ничего лучшего, как схватить брошенную рабочими лопату и превратить это орудие труда в настоящее оружие. Одним удачным ударом он отсек от болотного создания изрядный кусок. Ребята все хватали на лету и вскоре мечи и копья сменили на лопаты, в стороны полетели куски травы и грязи. Беспорядочно размахивающему руками голему, быстро подрубили ногу и он закачался, грозясь упасть и задавить ближайших к нему нападающих. Но вошедшие в раж виктанийцы не спешили убегать, все нападая и нападая на противника.
  Гнивер, тем временем прошел по всему энергетическому каналу. Как ни странно, он тянулся к самому Гниверу. Не успел маг задуматься над таким обстоятельством, как болото перед ним взорвалось и из него вылетел огромный змей, в мгновении ока сваливший человека вместе с конем, и обвив их смертельными кольцами.
  Гартош не увидел, а скорей почувствовал, нависшую над братом опасность. Едва взглянув в ту сторону, он тут же послал Агаральда через подпространство и с ходу вступил в бой. За пару ударов Гариант почти рассек одно из колец, но огромный змей взмахнул хвостом и сбил меньшего Оскола с единорога. Гартош покатился в одну сторону, меч в другую. Рядом вовсю хлестал здоровенный хвост и приходилось все время уворачиваться. Но Агаральд, потеряв наездника не оставил боя. Он ударил змея передними копытами и отвлек на себя внимание чудовища. У Гартоша появилась возможность схватить меч. Так змей вместо одного противника получил сразу двух. Гартош рубил змея своим волшебным мечем, а волшебное создание единорог топтал его своими огромными копытами. Да и Гнивер не собирался сдаваться. Из-под колец начал пробиваться яркий свет, и вскоре повалил вонючий дым.
  Поняв, что проигрует, слегка поджаренный болотник попытался скрыться в болоте, но так просто его не отпустили. Подоспевшие единороги взяли хозяина болота на пики и порубили, кто мечами и саблями, кто секирами, а кто уже полюбившимися лопатами. Через минуту все было закончено.
  Охая и постанывая, Гнивер поднялся с земли:
  - Ох и хитер гад оказался! Отвлекающими маневрами занял мое внимание и сумел подобраться под самый нос. Чуть все ребра не переломал.
  - А твоей лошадке повезло меньше, - заметил Гартош.
  Лошадь Гнивера действительно лежала без движения, объятья болотника для нее оказались смертельными.
  - Жалко, хорошая была лошадка.
  Гнивер подошел к истерзанному телу змея и присел рядом с его головой.
  - Сдох? - задал Алькон самый актуальный сейчас вопрос.
  - Что-то вроде того.
  - Это как? - не понял сотник.
  - Мы ведь не простого чудовища завалили. Это демон был, и не самый слабый.
  - Ого! - восхитился Алькон. - Первый раз демона прибил. - Рядом послышались возмущенные возгласы, и сотнику пришлось исправляться. - Ну, не сам конечно, вместе с боевыми товарищами.
  - Все не так просто, - остудил восторг Алькона и других единорогов маг. - Вряд ли у этого демона не было путей к отступлению. Наверняка это его не единственное тело. Обычно демоны такого уровня имеют их несколько.
  Алькон обеспокоено оглянулся:
  - Это значит он где-то рядом?
  - Нет. Наверняка основное его сознание, а так же дух и душа, находятся в другом месте, более безопасном.
  - Но тогда ладно, тогда пускай. Надеюсь он не мстительный?
  Гнивер рассмеялся:
  - А вот этого я не знаю. Возможно попозже и узнаем.
   * * *
  Во дворец возвращались как победители, таща за единорогами порубленное тело змея. Слух о том, что пришлые убили хозяина болота, больше обеспокоили горожан, чем успокоили. Всех тревожил вопрос: что будет дальше? Как пойдет жизнь без благодетеля? Ведь несколько поколений прожили рядом с болотом и Хозяином. Но Гартоша и других виктанийцев этот вопрос интересовал мало. Они свое дело сделали - защитили королевство от нападок соседа и вампиров извели. А с остальным пускай разбирается Кванат, который как раз вернулся из Иктива.
  Вернувшийся король был хмур и задумчив. Молча выслушал доклад Гнивера. Не высказал удивления, когда узнал о вампирах, подземных и болотном. И вообще не походил на того трясущегося королька, который отправлялся в Виктанию. Он внимательно посмотрел на сияющую дочь, проследив за ее влюбленным взглядом, наткнулся на Тереса, и чему-то сам себе кивнул. Взгляд короля вызвал у Тереса ели не панику, то сильное беспокойство это точно.
  Причину такой разительной перемены в поведении короля, виктанийцы узнали немного позже, когда после сдержанной благодарности и скромного вознаграждения, вернулись домой. Как выяснилось, император Виктании, не желая вытаскивать родственничка из каждой новой задницы, решил исправить положение раз и навсегда. Для этого нужно было поменять короля или изменить его. Решили остановиться на втором варианте.
  Лориан повел Кваната в Храм Всех Богов, где перед лицом главных божеств Иктива (а в обоих мирах боги были одни и те же), попросил наделить короля Литерии мудростью и мужеством, так необходимых для управления государством. И видимо просьбу Лориана услышали - характер и мышления Кваната круто изменились. И этому обстоятельству Гнивер и единороги только порадовались, не хотелось бы, чтобы их усилия пропали впустую.
  * * *
  После возвращения из Литерии, Гартоша ожидали несколько невероятно приятных новостей. Во-первых, за отлично проведенную операцию его наградили очередным титулом, и дали возможность выбрать. Так Гартош из рода Осколов стал графом. А во-вторых, у него родился сын - Мартан.
   VII
  Какое счастье держать на руках, этот посиневший от крика комочек, это маленькое создание, которое является твоим ребенком, твоей частичкой. Какая радость и наслаждение носить его на руках, что-то ему говорить, строить грандиозные планы, и очень неохотно отдавать кому либо, разве только на кормление уставшей, но счастливой мамаше. Лисита с любовью наблюдала за самыми дорогими ей людьми, и не было на свете счастливей матери. Впрочем, как и отца. Гартош сейчас понимал своего отца, да и, наверное, всех отцов мира, для которых их дети были дороже всего. И даже завистливые взгляды Катана, который до сих пор не обзавелся семьей, его совсем не раздражали.
  Первые три дня Гартош не покидал замок Риглис, в котором они с Лиситой временно обитали, и где собралась многочисленная компания родственников, в основном женского пола, во главе с дилессой Азарией и дилессой Ольвильдой, но вскоре долг позвал его на службу.
  Да какая там к черту служба! Весь первый черный полк и формируемый второй, все эти дни, активно и с готовностью отмечали радостные события в жизни их командира.
  И командир с готовностью включился во всеобщее веселье. Вместе с друзьями он посещал самые шикарные кабаки империи, причем в разных ее местах. Не обходили они своим вниманием и посещение храмов Фриты, так же не самых захудалых. Нужно сказать, что такое поведение Гартоша не было чем-то необычным - как и все Осколы Гартош не являлся образцом верности. Он довольно часто заводил интрижки на стороне, а посещение храмов Фриты и вовсе не считал за измену.
  Конечно, после всего содеянного ему было стыдно, особенно когда он видел грустные и все понимающие глаза Лиситы, которая ни словом ни жестом не упрекнула своего мужа. Гартош каялся, честно держался пару тройку недель, но на большее его не хватало. А у нынешних загулов тем более нашлось оправдание.
  Но сколь радостными событиями не являлись рождение сына и присвоение титула, скоро вновь пришлось вернуться к рутинной работе: учениям и формированию нового полка.
  * * *
  При первой же возможности Гартош навещал свою увеличившуюся семью. Сын рос, уже начал ползать и самостоятельно изучать ближние закоулки в замке. И как Гартош подозревал, скоро наступит черед дальних закоулков, а именно подземелий, и к этому нужно быть готовым. И первые шаги в этом направлении сделала ни кто иной, как Лисита. Она неоднократно посещала Хозяйку эльфийского уровня, и даже сумела с ней подружиться. По-видимому, сказались эльфийские корни самой Лиситы. Гартош часто называл жену своей маленькой эльфийкой, чем вызывал нешуточный гнев супруги, но это только раззадоривало его. Когда Лисита сердилась, она так забавно хмурилась и морщила носик, что Гартош не мог себя сдержать - он хватал жену и утаскивал ее в какой-нибудь укромный уголок. На этом, собственно говоря, гнев Лиситы и заканчивался...
  А еще через полтора года, в семье Лиситы и Гартоша родился еще один сын - Зоктер.
  * * *
  Благодаря тяжелой и упорной работе Гартоша и его подчиненных, а так же немалых финансовых вливаний из имперской казны, удалось сформировать уже три полноценный черных полка, что подняло возможности и боеспособность виктанийской армии на новый уровень.
  С помощью нового подразделения решались ранее неразрешаемые проблемы. Черные полки приходили на помощь практически мгновенно - для них не существовало расстояний и препятствий. С их помощью уничтожили немало разбойничьих банд, в зародыше задавили несколько мятежей, а так же решили много разных специфических задач. Гартош не сомневался, что император не пожалел о своем решении создать подразделение из единорогов.
  Новая задача не выглядела сложной. Нужно было подавить мятеж в одном отдаленном восточном баронстве. Местная стража и пришедшие им на помощь пехотные и кавалерийские части, а так же немногочисленные там сотни внутренних легионов, потерпели неудачу, и что бы до подхода крупных частей зараза не расползлась по окрестностям, решили послать в Гентург (столицу мятежного баронства) один из черных полков.
  В это поход Гартош отправил первый полк, под командованием Алькона. Магическая разведка показала наличие в городе сильного мага, что было неудивительным, без магической поддержки противостоять регулярным частям невозможно. Причем маг даже не скрывал своего присутствия - либо абсолютно уверовал в собственные силы, либо имел козыри в рукаве. Исходя их этого, Оскол лично решил возглавить операцию, а так же взял Вирона для магической поддержки. И он совсем не удивился, когда перед самым отправлением на подавление мятежа, его вызвали в Торону - видимо дело оказалось не рядовым и вызвало беспокойство даже в императорском дворце.
  - Тебе снова предстоит выполнить сложную задачу, - после приветствия сказал император. - Это не простое волнение крестьян, возмущенных несправедливыми, по их мнению, ценами на зерно или мясо. Не налоговый бунт. И не столкновение соседних враждующих сел или городов. Здесь нечто иное.
  Гартош внимательно слушал и вникал в проблему. Раз задачу ставит сам император, дело действительно предстоит нешуточное.
  - Недавно в Гентурге объявился оракул, женщина. Своими точными предсказаниями она быстро завоевала себе популярность и славу. К ней за советом приезжают со всей восточной Виктании и она никому не отказывает. Причем денег не берет принципиально, только еду, да и то немного. Поэтому местные принимают ее за свою святую.
  - Она быстро попала в наше поле зрения, - дополнил императора Дангал. - К ней направили надежных людей, но ничего запретного они не обнаружили. Правда, выяснили, Вензала действительно сильный оракул.
  - Вензала, это ее имя? - уточнил Гартош.
  Лориан утвердительно кивнул и продолжил:
  - Все бы ничего, пускай бы занималась своим ремеслом, но последнее время она стала вещать нечто недопустимое. То, с чем не может согласиться ни один правитель. - Лориан пристально посмотрел на командира единорогов. - Она предсказывает скорое падение династии Гратров. Нашей династии.
  Гартош шумно вздохнул. Вот так новость!
  - Сам понимаешь, как только я об этом узнал, тут же приказал местному барону заткнуть гадине рот. Но мирно решить вопрос не удалось. Старуха уперлась и молчать не собиралась. Более того, она стала призывать к скорейшему свержению нынешней правящей семейки. Вокруг этой пророчицы уже успел образоваться целый культ. Ее сторонники не дали барону решить вопрос силой. Часть стражи разогнали, часть примкнула к мятежникам. Самого барона с позором выгнали из города. Само собой он тут же бросился за помощью в Торону, и мы ему эту помощь оказали. Из соседнего княжества и графств, в Гентург выступили несколько отрядов стражи и небольшие гарнизоны. Но все они действовали разрозненно и в результате были разбиты.
  Мятежники же наоборот, очень быстро и грамотно организовались. Настолько быстро и настолько грамотно, что возникает много вопросов. Один из них: не готовился ли этот мятеж давно, и оракул в нем ключевая фигура? Кроме того, что кто-то эффективно руководит обороной Гентурга, Вензала помогает им информацией - кто, где и какими силами. А она действительно сильный оракул. Твоя задача не просто подавить бунт, этим займутся другие, а захватить вещунью. Если при этом вы сможете усмирить ее сторонников, мы не будем против. Еще нужно захватить командование, точнее командира. Мы с Дангалом думаем, что командует кто-то один, скорей всего профессионал со стороны.
  - Мы постараемся, ваше величество.
  - Постарайся, Гартош. Постарайся.
  - И до подхода основных сил, вам необходимо патрулировать окрестности, нельзя, что бы участники бунта разбежались по всей Виктании, - добавил Дангал.
   * * *
  Выход из подпространства наметили в латоне от городских стен. Появиться ближе опасались из-за большой вероятности ловушек, все-таки сильный оракул, это серьёзно.
  Гартош первым появился на зеленом лугу, и в следующие мгновения по бокам и позади возникли грозные, закованные в броню, черные фигуры. Меньше чем за минуту весь Первый Черный Полк построился для атаки. Нужно сказать Вензала знала свое дело, возле городских стен их уже ждали нестройные ряды местного ополчения.
  - Что-то мало верится, что эти молодцы разбили все окрестные войска, - не поворачивая головы, бросил Алькон Гартошу.
  - Да, не похоже на хорошо подготовленную армию, - внимательно рассматривая шеренги в подзорную трубу, согласился Гартош. - Такое впечатление, что их собрали на скорую руку и кого попало.
  - Может основные силы прячутся в городе, или в лесу, для неожиданной атаки?
  - Может быть, может быть...
  Гартош сложил трубу:
  - Медлить не будем, атакуем сейчас же. Оставим пару сотен для прикрытия нас с тылу, и дадим фланговым сотням команду, быть готовыми отразить нападения с флангов.
  Алькон передал команду своим подчиненным, и полк двинулся вперед. Пройдя половину расстояния шагом, единороги начали медленно набирать скорость. Дрожали под тяжелыми копытами земля и все быстрей приближались ряды бунтовщиков. Передние ряды единорогов стали медленно опускать длинные пики, готовясь смять жиденькие ряды защитников Гентурга. И вдруг Гартош - который конечно находился на острие атаки - увидел то, что заставило его придержать Агаральда и поднять пику вверх. То же, что увидел командир, увидели и остальные бойцы, и весь полк, без приказа, замедлил бег, а затем встал как один, не дойдя до обороняющихся каких-то десять шетов. Защита города состояла из женщин и детей.
  Воины неверяще смотрели на противника, на испуганные детские и женские лица, и начали поворачиваться к командованию - что делать дальше никто не знал. Одно они знали точно - с детьми воевать не будут. Рассматривая ближайшие лица, Гартош напряженно искал решение. Проклятая ведьма спутала все карты, атаки не будет. Ох, и хитра зараза! Он отдал пику Алькону:
  - Подержи.
  И спешившись, подошел к "противнику":
  - Кто здесь главный?
  В него нацелились несколько арбалетчиков - луков у бунтовщиков не имелось, мало кто в этих шеренгах мог натянуть настоящий боевой лук. Ближайший к Гартошу пацан, лет тринадцать, не больше, в длинной, не по его росту кольчуге, и в большом, все время сваливающемся шлеме, во все глаза смотрел на грозную, закованную в черную броню фигуру.
  - Я еще раз спрашиваю! Кто здесь главный? - рявкнул Гартош.
  Мальчонка не выдержал и от испуга нажал на спусковой крючок. В какой-то момент, почувствовав опасность со стороны недокормыша, Гартош чуть отклонился в сторону и эффектно поймал длинную арбалетную стрелу. Это произвело впечатление, увидевшие такое ахнули. Теперь главное закрепить произведенный эффект, да так, что бы никто не последовал примеру мальца.
  - Если еще кто-нибудь выстрелит, затолкаю стрелу ему в задницу! - нарочито грубо выкрикнул он, обведя бунтовщиков грозным взглядом.
  Выстреливший пацан испугался до икоты и затерялся где-то в задних рядах. Оттуда же вышла молодая высокая девушка в легкой кольчуге, за ней массивная тетка средних лет, в броне внутреннего легиона. Тетка держала в руках приличного размера боевую булаву.
  - Только не надо нас пугать! - гордо подняв голову, выкрикнула девушка. - Пуганые уже!
  - Ага, - подтвердила тетка.
  Гартош ухмыльнулся:
  - Да вас и пугать не нужно, и так коленки от страха дрожат.
  - Еще неизвестно, что у кого дрожит! - возразила молодуха. - Вы вон тоже остановились, сами боитесь попробовать наших копий и стрел.
  - Ага, - перехватив булаву поудобней, снова поддакнула тетка.
  - Да потому и остановились, что с детьми воевать не хотим.
  - Так мы вам и поверили. Вензала говорили про вас.
  - И что говорила?
  Девушка чуть помедлила и выпалила:
  - Что вы детей живыми едите!
  Позади Гартоша раздался гогот - это ближайшие бойцы расслышали слова юной воительницы. Вскоре весь полк сотрясался от смеха.
  Вытерев набежавшие слезы, Оскол спросил:
  - Так это потому ваши мужчины прячутся? Решили, что мы наедимся вашими недокормышами и взрослых не тронем?
  - Нет, - дрогнувшим голосом ответили девушка. - Наши мужчины лежат в могилах. - Она со скорбью посмотрела на опушку леса, где все было черным черно от свежей земли. - Все они защищали город и Вензалу, и полегли от рук имперских палачей.
  Тетка громко всхлипнула, но булаву не опустила, взгляд ее стал еще суровей.
  - Ну вот, что бы никто здесь больше не полег, отведи меня к этой вашей Вензале. - И предвосхищая все возражения, Оскол добавил. - Одного и без оружия.
  Но видимо даже безоружный, черный полковник внушал опасения - вон как стрелы ловит.
  - Никуда мы тебя не поведем. Все вы спите и видите, как погубить нашу святую.
  - То есть, погубить город будет лучше?
  - Мы все готовы умереть за правое дело!
  - И не жалко детишек? - Гартош ухмыльнулся. - Сожрем ведь.
  Девушка замешкалась. Воспользовавшись паузой Оскол начал дожимать:
  - Возьмете для уверенности троих или пятерых арбалетчиков, а столько стрел даже я не смогу перехватить. Как знать, может Вензала и меня сможет убедить. А целая тысяча таких молодцов как мы, вам точно не помешает. - Гартош заговорщицки подмигнул молодой предводительнице.
  Умели Осколы, когда захотят быть убедительными. После недолгого совещания с теткой, девушка озвучила их решение:
  - Хорошо, мы отведем тебя к святой. Только ты еще и броню снимешь.
  Гартош улыбнулся во весь рот:
  - Ради тебя, я готов снять все!
   * * *
  Хоть шуму Гентург поднял на всю империю, он скорей напоминал не город, а большое село. Трехшетовый бревенчатый забор отгораживал от зверья и недобрых взглядов несколько улиц, сходящихся к центральной площади. Недалеко от площади и обитала местная святая.
  Под прицелом шести арбалетчиков и боевой булавы, Гартоша завели в неприметный переулок к аккуратному домику, который так и светился благопристойностью. Ворота были распахнуты настежь, зазывая вовнутрь. Молодая провожатая первой вошла в дом, и, выйдя, скомандовала:
  - Заводите!
  Оскол хмыкнул и, не дожидаясь подталкивания, шагнул на крыльцо. Он зашел в большую светлую комнату, где на видных местах разместились символы главных правящих богов. В углу сидела немолодая уже, миловидная женщина, но и старухой ее еще не назовешь. Она первой подала голос:
  - Здравствуй Гартош Оскол, я ждала тебя.
  - Я это понял, вон, детишками отгородилась.
   Я никого ни к чему не принуждаю.
  Гартош скривился как от зубной боли:
  - Ой, не лги колдунья, ой не лги! Я ведь не эта неотесанная деревенщина. - И не дав ответить провидице начал допрос. - Где помощника своего дела?
  - Какого помощника? - почти искренне удивилась Вензала.
  - Который руководил военными операциями.
  - Трефан? - вырвалось у приведшей Оскола девушки. - Откуда он про него знает?
  Вензала бросила на девушку недовольный взгляд:
  - Ничего он не знает Герета. Догадки свои проверяет.
  - Я много чего знаю Вензала, или как тебя там. Так что Трефан, уже дал деру, или еще покажет себя?
  - Он погиб, - снова опередила провидицу Герета, и ее глаза наполнились слезами. Видно не чужой ей оказался человек.
  Гартош отметил, что у местного военачальника неплохой вкус, и быстро, не дав вмешаться Вензале, спросил:
  - Где и когда погиб?
  - В последней стычке с псами из внутреннего легиона.
  - Тело нашли?
  - Нет, псы забрали его с собой.
  Вензала недовольно переводила взгляд с Гартоша на Герету, беседа явно выходила из-под ее контроля:
  - Нечего с ним разговаривать, Герета. Он такой же верный пес империи, как и вся его семейка, та еще свора.
  - Значит, дружек ваш смылся, - не обращая внимания на Вензалу пробормотал Гартош.
  - Он не смылся, он погиб! - выкрикнула Герета.
  - Если бы он погиб и его тело захватили, я бы об этом знал точно. Вот и выходит, что ваш Трефан очень вовремя сделал ноги. А теперь очередь оракула. Или я не прав, Вензала?
  - Я не куда не собираюсь, - спокойно возразила провидица.
  - Да? А не портальный ли дитрат у тебя на руке в виде браслета?
  Вензала прикрыла браслет рукой и процедила:
  - Это подарок.
  - Чей? - живо поинтересовался Оскол. - Уж не того ли, кто послал тебя сюда?
  - Ты слишком много себе позволяешь, сын Дангала, - опасно сузив глаза сказала Вензала, и Гартош почувствовал, как комната стала наполняться магией. Враждебной магией.
  Герета недоуменно смотрела на свою святую, сейчас она мало не нее походила. А Гартош буквально всей кожей почувствовал опасность, он непроизвольно сделал шаг в сторону, затем еще два. Арбалетчики испугано попятились, оружия впрочем, не опустив. Полковник бросил взгляд на место, где только что стоял - на полу была начертана пентаграмма, смысла которой он не понимал, но которая несла явную угрозу. Внимательней нужно быть на входе. Он понимал, что сейчас произойдет: настоящий магический поединок. И если бы не присутствие шести арбалетчиков и дамы с дубиной, он бы не очень опасался исхода. Но пока расклад намечался в пользу Вензалы. Она поднялась из своего деревянного кресла:
  - Боишься, Оскол?
  - Боюсь, - признался Гартош. - Боюсь бессмысленных смертей, которых по твоей вине и так было не мало.
  - Это не бессмысленные смерти, это смерти во имя.
  - Во имя чего, или кого?
  - А вот этого тебе, наверное, уже не узнать.
  Гартош был начеку, но почти пропустил начало атаки.
  Повинуясь неслышному приказу, пальцы арбалетчиков нажали на спусковые крючки. В тот же момент Оскол буквально распластался на полу. Стрелы и болты просвистели над ним, и две нашли свои цели. Охнула и упала одна их арбалетчиц, закачалась обладательница булавы. В следующий миг Гартош отпрыгнул в сторону, кого-то сбив по дороге. В то место где он только что находился, ударила ярко белая молния. А дальше понеслось как по накатанному.
  Вырвав из ослабевших рук дубину, Гартош метнул ее в колдунью, чем на пару секунд отвлек внимание от себя любимого. Короткого времени ему хватило, что бы с помощью амулета освоить здешнюю энергию и в свою очередь ударить по Вензале концентрированным парализующим сгустком. Вензала рассеяла заклинание Гартоша, и, потянув энергию из непонятных ему источников, сплела сеть и накрыла нею противника. Сеть замедлила движения Оскола, и пока он распутывал узлы, следующий удар его чуть не оглушил. В последний момент он сумел понять, откуда Вензала черпает столь мощную энергию и потянулся к ней же - силу колдунье давали символы богов. Энергия поддалась без проблем, и теперь пришло время удивляться вещунье. Перехватив энергию, Гартош быстро освободился, и грубо ударил соперницу необработанной силой. Вензала пошатнулась и видимо решила не рисковать - она явно не была опытным бойцом.
  - А вот теперь пора уходить, - она коснулась браслета.
  - Стоять! - закричал Оскол и попытался зацепить вещунью магическим крюком.
  Вензале удалось сбросить зацепку Гартоша и она победно улыбнулась. Затем взгляд ее упал на местных жительниц, и ее лицо приняло скорбное выражение:
  - Прощайте, дети мои, и помните...
  Гартош бросил в колдунью световой клинок и та испугано заткнулась. Сработал портальный дитрат и Вензала скрылась в мерцающем сиянии. Оскол судорожно искал след ведьмы, но тот никак не давался в руки. Раздался шум и в комнату вбежали Алькон с Вироном.
  - Чего так долго?!
  Алькон виновато развел руками:
  - Да пока разгребли всех по дороге...
  - Ищи куда ушла колдунья! - бросил Гартош Вирону.
  Тот принялся помогать командиру. Они долго ворошили магический астрал, но четкого следа так и не обнаружили, зато нашли несколько, скорей всего ложных следов. Но идти по ним ни у кого желания не возникло, наверняка там ждали ловушки.
  - Придется обращаться за помощью, - нехотя признал командир единорогов.
  - И чем быстрей, тем лучше, - поддержал Вирон.
  Торона выслала не кого-нибудь, а самого лорда Гнивера. Слушая доклад брата, Гнивер осмотрел комнату. Хмурым взглядом уперся в ошеломленных свидетельниц:
  - А это кто?
  - Меня сопровождали, мы их вывести не успели.
  - В отдельную комнату, потом разберемся, что с ними делать.
  Герета все пыталась что-то сказать и вырывалась из рук Алькона, но тот бесцеремонно заломил ей руку, и, схватив за кругленький зад, буквально выволок девушку из комнаты. Остальные повиновались приказу быстро и молча.
  Выслушав доклад Гартоша и внимательно осмотрев символы богов, Гнивер так же погрузился в астрал. Он долго перебирал одному ему доступные пути, шел по ним столь долго, сколько мог, и при малейшей опасности возвращался. Но и ему эта задача оказалась не по зубам. Разочаровано вздохнув, он вышел из астрала:
  - Хорошо подготовились, сволочи, все следы запутали.
  Гартош кивнул:
  - Мы тоже, даже близко не приблизились к ее настоящему следу. Одни подозрительно доступные пути.
  - Ловушки, - подтвердил старший брат.
  - Чья работа, как думаешь? Этих, из-за гор?
  - Не знаю, но будем все валить на них - гробросцы самый понятный враг. Но здесь все не так просто, слишком много храмовой магии.
  - Жрецы подняли голову?
  - Без них не обошлось. Знать бы чьи жрецы и с кем они спелись.
  - А может быть, это тоже ложный след, - вставил Вирон. - Наверняка наши враги обрадуются, ели император сцепится со жрецами.
  - Тоже вариант, - согласился Гнивер. - Но все должны знать, особенно местные жители - бредни Вензалы, и ее подстрекательства, это все происки гроброских шпионов. Кстати, что там с местными жителями?
  Гартош кивнул Алькону:
  - Рассказывай, что случилось после моего ухода?
  - Да ничего особенного. Сначала стояли друг напротив друга молча, затем понемногу начали переговариваться, даже шутить. А затем почувствовали, что здесь началась драчка. Ну, растолкали кой кого, не без того. Но без жертв, даже тех кто начал стрелять не тронули.
  - Это хорошо, - одобрил Гнивер. - То, что обошлось без жертв, это нам большой плюс. Пойду, закреплю впечатление, расскажу про вражеских лазутчиков и их бегство. А вы здесь ничего не трогайте, я хочу все хорошо проверить. Может и оставила ведьма какую-нибудь зацепку.
   * * *
  В Торону Гнивер вернулся вместе с Гартошем, решив что императору лучше все услышать из первых уст. Таким задумчиво отрешенным, Гартош Лориана еще не видел. Он не перебивая выслушал доклад Гнивера. Затем, стараясь как можно точней передать свой разговор с Вензалой, выложил все и Гартош. Закончив, он выдавил:
  - Простите, ваше величество, я не сумел полностью решить задачу. Вещунью задержать не удалось.
  Немного помолчав, Лориан вяло махнул рукой:
  - Это не твоя вина. Теперь понятно, она была тебе не по силам. Нужно было сразу посылать с тобой Гнивера.
  - Боюсь, ваше величество, даже с моей помощью мы не смогли бы поймать Вензалу. Что бы перекрыть ей дорогу, требовалась помощь не меньше десятка сильных магов, с Первым Магом империи в придачу.
  - И то правда, - согласился император. - По всему видать, взялись за нашу империю в серьёз. Случай в Гентурге не одинок. То тут, то там, происходит что-нибудь подобное. Вроде как и не связанные друг с другом ситуации, но если все сложить и проанализировать, картина получается удручающая.
  - И кто нас так не любит? - поинтересовался Гартош.
  Император улыбнулся:
  - Ты не правильно ставишь вопрос. Правильно вопрос звучит так: Кто не любит нас настолько, что ведет против нас скрытую, но очень активную войну. А ответ такой: Я не знаю. Слишком много предположений.
  - Ясно одно, - сказал Дангал, - подобные события ведут не только к ослаблению империи, в конце концов, мы соседям тоже скучать не даем - по моему суждению, это только прелюдия. Не исключено, что нам готовят сюрпризы посерьезней. Например, нападение со всех сторон.
  - И со стороны Тарта? - не мог поверить Гартош.
  - С Тартом пока не ясно. Хотя подстрекателей там прибавилось, особенно на юге.
  - Вывод такой, - подвел черту под разговором Лориан, - в ближайшем будущем спокойной жизни нам ожидать не приходится. И следует подготовиться так, что бы любая неприятность не стала для нас нежиданостью.
  Присутствующие, молча, приняли установку императора.
   VIII
  Тридцать лет, много это или мало? С одной стороны возраст не малый, и в тоже время большая часть активной жизни еще впереди. Большинство людей к этому возрасту достигают определенных результатов, и последующие годы идут в основном на закрепление и развитие достигнутого. Бытует мнение, что если к этим годам не достиг чего-нибудь стоящего, то вряд ли стоит ожидать больших успехов в будущем - к вершине уже не пробиться. Но это утверждение не для Гартоша из рода Осколов. Для своих тридцати лет он достиг немалых высот. Во-первых, был, наконец, создан легион "Единороги", или Черный Легион. Теперь он стал полноценным легионом из пяти полков, и Гартошу заслуженно присвоили звание - командор. Что делало его одним из самых молодых командоров за всю историю Виктании. Во-вторых, за заслуги перед империей ему дали во владение графство Коньсур. Крупное и богатое графство в центре империи, чуть южнее Аргатных гор. С отличным мягким климатом, тучными полями, богатыми на охоту лесами и трудолюбивым населением. И, в-третьих, они с Лиситой наконец-то дождались рождения дочери - Милены.
  Лисита и Гартош - особенно Лисита - давно мечтали о дочери, и, наконец, богиня жизни Матана услышала их молитвы, и послала желаемое. Новый дом в Коньсуре осваивали уже увеличившейся семьей. Хотя какой там дом, целый дворец! С большими светлыми залами, многочисленными спальнями, будуарами, и прочей, не интересующей командора ерундой.
  Переезд в новый дом принес кроме приятных хлопот и беспокойство. Пока Лисита и дети проживали в Риглисе, Гартош был за них спокоен. Но теперь, с учетом сложной и напряженной обстановкой в империи, он стал опасаться за свою семью. Требовался кто-то верный и преданный, кто в отсутствие хозяина мог бы охранять Лиситу и детей. И Гартош вспомнил про каррлаков, истинных оборотней, чья сила и верность были незаменимы.
  * * *
  В это путешествие он отправился сам, точнее вдвоем с единорогом. Дело предстояло не совсем обычное, точнее сказать совсем необычное - найти, познакомиться и подружиться с оборотнями.
  Гартош настроился на мир каррлаков, и вышел из подпространства неподалеку того места, где они с дедом едва не напоролись на хозяев этого мира. Степь выглядела пустынной, не наблюдалось ни единого живого существа, но Оскол помнил, насколько мастерки каррлаки могут маскироваться. Поднявшись на холм, он более тщательно, в подзорную трубу обследовал окрестности. Пусто. И что теперь? Ждать пока хозяев сами обнаружат чужака, или проявить инициативу? Вот только где их искать?
  Подсказка не заставила себя ждать. Мощный магический импульс указал направление, где, по всей видимости, кто-то серьезно баловался боевой магией. На первый взгляд, неподалеку происходил магический бой, где-то за ближайшей цепью холмов. Не раздумывая, командор направил единорога туда же. Пользоваться подпространством не стал, боялся, что такую мощную магию заметят, а этого сейчас не хотелось.
  Агаральд проскакал пустое пространство и тяжело взобрался на самый высокий холм. Перед всадником открылась интересная, но вполне предсказуемая картина. Здесь происходило то, о чем в детстве рассказывал ему дед - охотники за каррлаками напали на местных обитателей, и пытались захватить как можно больше малышей.
  Охотники подготовились вполне основательно, в пределах видимости их насчитывалось не меньше полусотни. Среди них имелось тройка эльфов, остальные выглядели как обычные люди. Над всей этой компанией парила пара драконов с всадниками. Начало боя Гартош не застал, но обилие трупов, в основном оборотней, говорило, что драка здесь произошла страшная. Захватчики торопились, два десятка клеток уже были заполнены малышней, еще в нескольких имелись взрослые каррлаки. Правда, зачем поймали больших оборотней, Оскол понять не мог, ведь от них толку не было, если они, конечно, не пошли с иномирянином добровольно.
  Подуставшие драконы приземлились неподалеку от поля боя, и их всадники пополнили запас стрел. Гартошу это было только на руку, с воздуха они с Агаральдом более чем заметны. Удивительно, как они до сих пор не попались кому-нибудь на глаза.
  Но тому обстоятельству, что драконы оказались на земле, обрадовался не только Оскол. Воспользовавшись этим, каррлаки пошли в неожиданную и отчаянную атаку. Видимо, нападения более чем полусотни оборотней - многие из которых приняли вид огромных кошек - пришельцы уже не ожидали. Каррлаки смяли боевое охранение и прорвались к клеткам. Они успели выпустить многих малышей и взрослых, когда стрелки с драконов снова начали безнаказанный обстрел. От нападения с воздуха у хозяев эффективной защиты практически не было. Они могли одеться в панцири, но тогда становились неповоротливы и уязвимы для вражеской магии. Но хуже всего оказалось пламя драконов, против которого оборотни становились беззащитны.
  Гартош больше не мог смотреть на это безучастно. Хоть каррлаки и не были его расой, он целиком был на их стороне. Он слез с единорога и натянул свой боевой лук. Несмотря на приличное расстояние, командор первой же стрелой сбил всадника с одного из драконов, а второй с другого. Новенького тут же заметили. Один из магов бросил в Гартоша огненный шар, другой метнул молнию. Но с таким примитивом Оскол справлялся даже в студии. Агаральд так же встретил атаку человеческих магов пренебрежительным фырканьем - эльфы же пока сражались только с оборотнями. Зато оставшиеся без седоков драконы устремились к новому действующему лицу.
  А вот это уже серьезно. Командор молниеносно вытаскивал стрелы из колчана и посылал их в драконов. Он почти опустошил колчан, когда его стрельба возымела действие. Утыканные магическими стрелами драконы, так и не смогли провести на чужака огненную атаку, а этого Гартош опасался больше всего. Один за одним драконы тяжело приземлились в густую траву и к ним тут же устремились несколько рыжих теней.
  Больше уделять внимание драконам Оскол не мог, к нему спешили не мене десяти воинов, а так же возобновили атаку маги. Отбив очередное магическое нападение, командор выпустил оставшиеся стрелы в магов, и, вскочив на единорога, сам помчался навстречу солдатам. Краем глаза он успел заметить, что одна из стрел достигла цели, остальные сгорели. А дальше завертелось.
  Ворвавшись в цепь атакующих его людей, Гартош одним ударом сумел развалить одного бойца, а вторым отрубить руку другому. И тут откуда-то сбоку выметнулся огромный каррлак и с ходу врезался в ближайшего к единорогам воина. Воин с оторванной головой остался лежать, а каррлак бросился на следующего противника. За пару минут человек и оборотень уничтожили эту небольшую группу охотников за рабами и поспешили на помощь остальным каррлакам.
  С потерей драконов ситуацию удалось переломить. Каррлаки сами неплохо владели магией, поэтому человеческие, или даже эльфийские маги не являлись непобедимыми соперниками. Захватчиков стали теснить. С разных сторон подходили все новые оборотни, и стало понятным - рабозахватническая операция провалилась. Весь расчет пришельцев строился на внезапности и драконах, но сейчас не осталось ни одного, ни второго. Все больше каррлаков спешило к месту схватки, а драконам уже давно перегрызли глотки.
  Первые, как самые сообразительные, бежали эльфы, затем оставшиеся в живых человеческие маги. Ну а с оставшимися без магической поддержки воинами, оборотни расправились быстро.
  * * *
  Бой закончился неожиданно. Только что кипела схватка, умирали от клинков каррлаки, от клыков и когтей люди, и вдруг наступила тишина. Звенящая тишина, которая бывает только на поле боя. Когда ни одно насекомое, ни одна птица, ни одно животное не смеет потревожить эту тишину. Мир словно приходил в себя от ужаса.
  Приходил в себя и Гартош, вместе со своими новыми боевыми товарищами. Он почти не сомневался, что подружиться с оборотнями у него получилось. Как бы это цинично не звучало, нападение охотников за рабами, оказалось ему на руку. На некоторое время вокруг единственного оставшегося человека образовалось пустое пространство - каждый оборотень занимался своим делом. Стаскивались в кучу трупы врагов, отдельными рядами укладывались погибшие каррлаки.
  Отдавал распоряжения тот самый огромный оборотень, что бился с Гартошем плечом к плечу. Наконец старший каррлак смог уделить внимание своему неожиданному помощнику. Тяжело хромая, он подошел к человеку и единорогу:
  - Спасибо за помощь, - легким кивком поблагодарил он. - Твои стрелы оказали нам неоценимую услугу, как и твой меч.
  - Ненавижу охотников за рабами, поэтому и не смог остаться в стороне, - ответил командор.
  - Разделяю твою ненависть. За то время что я вождь, это третье нападение на наше племя. На этот раз мы потеряли особенно много, почти третью часть племени. И если бы не ты, потеряли бы намного больше. Кстати, как ты здесь оказался, что привело тебя в наш мир?
  Гартош замялся:
  - Как бы тебе объяснить...
  - Говори, если в наших силах тебе помочь, мы это сделаем.
  - Это как раз в ваших силах. Как-то я с дедом путешествовал по мирам, и побывал в вашем мире. Правда мой визит в тот раз был коротким, и с представителями вашего народа познакомиться не довелось.
  - Может оно и к лучшему, - хрипло прогаркал вождь, и Гартош понял, что каррлак смеется. - Неизвестно, как бы вас приняли в тот раз.
  - Мы тоже так подумали, поэтому быстро убрались. Но мне запомнился рассказ деда.
  - Какой? - заинтересовался каррлак.
  - Он говорил, что вы иногда нанимаетесь в телохранители, ели у вас возникает, конечно, такое желание.
  Оборотень пристально посмотрел на Оскола:
  - Ты прибыл сюда для того же, для чего здесь появились и эти, - он кивнул в сторону кучи трупов.
  - Не совсем. Мне не нужны рабы. Мне нужны друзья, соратники, которым я мог бы доверить охрану своей семьи.
  - А сам что, не справляешься?
  - Я солдат, и состою на государственной службе. Мне часто и надолго приходится покидать свой дом, а в нашем государстве сейчас неспокойно.
  - Понятно... - задумчиво протянул оборотень.
  К нему подошел еще один крупный каррлак:
  - Отец, этот человек очень помог нам. Теперь наша очередь помочь ему. Позволь мне и моей подруге отправиться с ним.
  - Заткнись Карвель, - беззлобно рыкнул сыну вождь. - Молод ты еще мне указывать.
  - Я не указываю, я всего лишь хотел посоветовать.
  - Даже советовать не созрел. Вот побудешь вождем, тогда и будешь советовать.
  - С тобой дождешься...
  - А чего ждать? С завтрашнего дня и принимай командование.
  - А ты?
  - А вот как раз я, вместе с Гвалой, отправлюсь с этим человеком, - огорошил сына, и не только его, вождь. - Кстати, - он вновь повернулся к человеку, - меня зовут Аруш.
  - Гартош, - коротко представился слегка ошарашенный гость.
  Он и не предполагал такой удачи. Его предложение принял не кто-нибудь, а сам вождь племени.
  - Значит так, - начал Аруш. - Сегодня у нас и радость, и горе. Горе, что погибло много наших соплеменников, и радость, что мы победили, и никого не отдали в рабство. Поэтому, мы скорбим до темноты, до того момента, когда отправим наших погибших в вечное странствие, а затем радуемся победе. И в честь нее, а так же нашего гостя, завтра устроим большую охоту на кзентов. Я тут как раз присмотрел одно стадо.
   * * *
  Ритуал отправки погибших соплеменников в вечное странствие, оказался прост. Тела подтащили к широкой реке, протекающей меж холмов, и под громкий вой, лай и рычание сотен глоток (провести в последний путь погибших прибыло много каррлаков из соседних племен), поочередно столкнули в воду. Тела оборотней долго не тонули и медленно плыли вдоль берега, постепенно подбираясь к стремине. Их провожали до тех пор, пока река не подхватила геройски погибших и не понесла прочь.
  Затем с обрыва в реку спихнули трупы врагов, правда, без всякой помпы.
  Ночь Гартош и Агаральда провели в компании нескольких сотен оборотней. К ним часто кто-нибудь подходил, представлялся, пытался завязать разговор, принимая даже единорога за разумное существо. Но Аруш быстро пресекал попытки разговорить его гостей, бесцеремонно отваживая любопытствующих. Причину такого поведения вождя, Оскол узнал от него самого. Оказывается вождь опасался, что каррлаки, наслушавшись захватывающих историй о других мирах, загорятся идеей эти миры посетить. И Гартошу не останется ничего другого, как доставлять оборотней в разные миры. Вот так вот. Хотя командор подозревал, что вождь попросту ревновал.
  Но любопытство самого Гартоша Аруш удовлетворил сполна, он много рассказал о своем племени и народе. Оказывается, каррлаки заселяли почти весь континент. Раса каррлаков была единственной разумной в их мире под названием Кортон, но не единственной расой оборотней. Кзенты, основной объект охоты каррлаков, так же являлись оборотнями, и так же владели магией.
  Сами каррлаки, по мнению Оскола, являлись очень интересной расой. После рождения они года три не владели оборотнечеством, и лишь становясь старше, постигали эту премудрость. Сначала их уменье было более чем скромным. Все что они умели, это менять свой цвет. Но постепенно, с возрастом, у каррлаков появлялись новые возможности. Они могли принимать форму любого собачьего вида, а затем и кошачьего, причем, кроме формы могли менять еще и размеры, впрочем, в определенных пределах. И чем старше становился каррлак, тем больше возможностей у него появлялось. Старые каррлаки могли принимать любую четвероногую форму. Но дело в том, что до старости доживали лишь немногие из оборотней, слишком уж нелегкая у них была жизнь.
  - Это я заметил, - переваривая услышанное сказал Гартош. - А могут ли каррлаки принимать облик кого-нибудь из двуногих?
  Аруш ненадолго задумался. Затем, задрав морду и рассматривая крупные звезды, сказал:
  - Сам я не встречал, но ходят легенды, что раз в тысячу лун рождается каррлак, которому суждено дожить до того возраста, когда он сможет принять любую форму, и не только двуногую. Он сможет становиться даже птицей, или рыбой.
  - Красивая легенда. Ты в нее веришь?
  - Хочется верить. Каждый каррлак мечтает обладать такими возможностями.
  - И не только каррлак... - пробормотал Оскол. - Так может этому можно научиться? Вы ведь владеете магией, и именно магия помогает вам превращаться. Ели получше этой магии научиться...
  - Ты не прав, - прервал человека оборотень. - Магия здесь совсем не причем. Способность превращаться у нас врожденная, просто она не сразу проявляется. Наши дети начинают превращаться лишь тогда, когда начинают что-нибудь соображать. И независимо от того, насколько тот или иной каррлак владеет магией, способность к превращению у него такая же, как и у остальных. Правда, у каждого есть свои пристрастия, и ели ты присмотришься, то не заметишь ни одного одинакового оборотня - все хотят быть неповторимыми.
  Гартош действительно уже давно обратил внимание, что каррлаки отличаются друг от друга, иногда даже очень. Большинство щеголяло в различных собачьих формах, но немало встречалось и кошек. Попадались даже гибриды, одна часть кошачья, другая собачья. Видимо это было верхом местной моды, потому как обладатели таких форм вышагивали с нескрываемой гордостью. А возможно это не каждому было доступно, только достигшим определенного возраста.
  - Истинные оборотни, - вспомнил командор слова деда.
  - Что? - переспросил вождь.
  - Я говорю, владеть оборотничеством без магии, могут лишь истинные оборотни, такие как вы.
  - Это, правда, мы и есть истинные оборотни.
  Ночь пролетела быстро и утром всех ждала грандиозная охота.
  Стадо, облюбованное Арушем, находилось латонах в шести от стойбища. Очень крупное, нужно сказать стадо, по дороге попадались стада и поменьше. На вопрос: почему Аруш притащил всех именно к этому стаду, тот ответил:
  - У меня с их вожаком давние счеты, напоследок хотелось бы посчитаться.
  Загонщики начали охватывать кзентов широким полумесяцем. Увидев такое количество каррлаков, кзенты стали трансформироваться. Самки и молодняк приняли длинноногую быстроходную оленью форму, и бросились прочь от охотников. Взрослые же самцы наоборот, стали превращаться в массивных быков, добавив к своим обычным рогам, длинный носорожий рог на самом носу - настоящую пику. Они развернулись в сторону врагов, и по команде вожака, сами бросились в атаку. Предстояла не охота, а настоящая битва.
  Две живые волны столкнулись, и степь огласилась предсмертным ревом и хрипом. Первыми потери понесли каррлаки, многие не сумели увернуться от острых рогов и мощных копыт. Сам Гартош, верхом на Агаральде, с трудом сумел разойтись с двумя броненосцами. Кзенты были намного массивней единорога, да и рога себе отрастили подлине, так что командор справедливо опасался прямого столкновения. Что впрочем, не помешало ему рубануть пробегающего справа быка по толстой шее. Но сколь бы не была толстой шея кзента и прочным панцирь, Гариант ее почти перерубил, и бык, перевернувшись через голову, застыл огромной тушей.
  Гартош первым открыл счет добытых кзентов. И теперь пришла очередь каррлаков. Увернувшиеся от рогов и копыт оборотни, валили кзентов кто как мог. Одни оседлали быков и вгрызались длинными клыками в шею, другие старались добраться до горла, были и такие, что стремились выпустить кишки бегущему противнику. Осколу хватило и одного экземпляра. Он остановился возле своей добычи и поискал взглядом Аруша. Но во всеобщей суматохе и свалке вождя было не отыскать. Как он там со своим давним соперником? Не хотелось бы потерять нового боевого товарища в первой же переделке.
  А битва приняла другой оборот. Кзенты построились в новый боевой порядок. Они помогли друг другу избавиться от грозных каррлаков, и встали в круг, поместив вовнутрь серьезно раненых. Подступиться к этой живой крепости стало невозможно - либо под копыта попадешь, либо на рога напорешься. Двое наиболее отчаянных каррлака попытались перепрыгнуть через частокол рог, и одному это удалось. Второй нашел славную смерть на длинных острых рогах.
  Ловкий каррлак в виде кошки прыгал по спинам кзентов, и пытался расстроить их плотный боевой порядок. Но в этой группе находились лишь самые опытные быки и каррлаку пришлось спасаться самому. Насколько Гартош смог понять, смельчаком оказался сын Аруша, Карвель.
  И тут тревожно заревели попавшие в засаду самки и молодые кзенты. Быки тут же сорвались с места и помчались на выручку более слабой половине стада. Даже сейчас они пытались держать строй, но это было не так уж просто. Каррлаки то и дело вырывали из строя то одного, то другого быка, но нередко и сами становились жертвой.
  Аруш наконец, сумел добраться до вожака стада. Он несколько раз оказывался на спине этого огромного быка, но каждый раз тот своими удлинившимися рогами сгонял со своей спины нежелательного ездока. Аруш чудом избегал встречи с копытами, и снова атаковал противника. В очередной раз с имитировав атаку на спину кзента, он вцепился ему в горло.
  Следовавший за стадом Гартош, поспешил на помощь вождю, он пожалел, что не взял с собой копья, сейчас очень пригодилось бы. Вожак, с болтающимся на шее Арушем, вывалился из общей толпы и отбежал в сторону. На пару мунут командора оттеснили, и он потерял вожаков из виду. Когда он увидел их снова, каррлак и кзент стояли друг напротив друга - кзенту все-таки удалось освободиться от смертельной хватки противника. Оба тяжело дышали и усилено заживляли многочисленные кровоточащие раны. Гартош остановился неподалеку, вмешиваться в это выяснение отношений он не имел права. Наконец Аруш вполне натурально сплюнул и произнес:
  - Ладно, везунчик, живи пока. Разберусь с тобой в другой раз, когда вернусь.
  Он повернулся и потрусил в сторону заканчивающих охоту соплеменников. Через пару секунд повернул к своим и кзент. И тут Аруш, развернувшись на месте, что есть силы гаркнул. Бык подпрыгнул словно ужаленный, и вновь встал в боевую стойку.
  - То-то же, - довольно растянул пасть в ухмылке вождь, и не спеша подошел к Гартошу. - Выберемся как-нибудь на охоту со свежими силами, вот тогда и закончим наш спор.
  - И то верно, - согласился командор. - Добычи на всех хватит. Нужно дать племени отдохнуть.
   * * *
  Пиршество каррлаков зрелище не для слабонервных, но Гартош его выдержал. Целый день и всю следующую ночь, оборотни беззаботно веселились, словно их племя и не стояло недавно на грани уничтожения. Молодые каррлаки вовсю показывали свою удаль, а пришедшие безпарные самцы и самки из соседних племен подыскивали себе пару. В племя Аруша влилось несколько новых семей - так дружественные племена поддерживали своих собратьев.
  Наутро Аруш собрал своих соплеменников, и, взобравшись на скалу вождя, произнес короткую, но проникновенную речь. Он объявил о своем решении уйти с человеком, и о том, что вместо себя оставляет своего сына - Карвеля. Для большинства это уже не было новостью. С несогласными Аруш с Карвелем предварительно провели несколько разъяснительных встреч, и не всегда такие встречи заканчивались бескровно. Но зато теперь ни у кого не возникло возражений.
  Гартош, Агаральд, Аруш и Гвала, взошли на высокий холм, и под прощальный вой племени, скрылись в межпространственном мареве.
  
   IX
  Появление оборотней в доме Гартоша стало сродни эффекту разорвавшейся шаровой молнии. Гартош никого не уведомил о том, куда он направляется, и что собирается вернуться не сам, поэтому была неудивительной шоковая реакция родственников и окружающих. К графу Коньсур зачастили посетители - поглазеть на диковинку - и каррлакам пришлось несладко. Но постепенно страсти улеглись, а природное обаяние Гвалы и непосредственность Аруша, сделали их вскоре всеобщими любимцами. Теперь Гартош мог намного спокойней покидать свою семью заниматься делами легиона и империи. А дел навалилось невпроворот.
  * * *
  Первая тревожная весть пришла из легиона "Барсы". Во время обычных учений, в которых помимо барсов участвовали и рядовые части, случился необычайно сильный обвал. Обвал произошел в Аргатных горах, вотчине барсов. Во время прохождения по одному из каньонов, четвертый полк барсов, вместе с двумя пехотными полками, попали под гигантскую лавину, похоронившую более тысячи бойцов. Беспокойство, и даже шок, вызвало не столько это неординарное событие, сколько то, что как выяснилось, эта лавина была вызвана искусственно. То есть, кто-то в самом центре империи, подстроил гибель сотен людей.
  Расследование показала, сход лавины в этом, казалось, безопасном месте готовился давно, как минимум два года. И это вызывало немалую обеспокоенность. К расследованию подключились лучшие маги и следователи империи. Они перевернули каждый камушек, проверили каждую тропу, но не нашли ни одной зацепки, которая могла бы привести к разгадке произошедшего.
  Черный Легион так же привлекался к этому делу, правда в основном в качестве перевозчиков. С их помощью перебрасывались сотни и даже тысячи нужных в расследовании людей. Несколько раз Гартош встречал отца, в сопровождении лорда Мервона. Лорда Дангал ходил мрачнее тучи: больше всего его тяготило то, что виновников произошедшего так и не обнаружили, а нет ничего худшего неизвестности. Когда знаешь, кто враг, всегда можно ему противостоять, как бы силен он не был. Но когда не знаешь, где, когда и от кого ты получишь следующий удар - это выматывает, это страшно, это вызывало самые нелепые, а порой очень опасные слухи. Тут же вспоминались пророчества Вензалы, и подобные истории.
  Единственное что показало расследование, это основательность, с которой провели операцию против барсов. Нужно было изучить все Аргатные горы, найти наиболее посещаемые элитным горным легионом места, подгадать время, что бы нанести наиболее сильный ущерб, и все это в строжайшей тайне. Список подозреваемых был невелик - Жеран и Гроброс. И судя по всему, случившимся в Аргатах это все не ограничиться...
  ...События, произошедшие в легионе "Гепарды", только подтвердило эти догадки.
  Лорда Дангал собрал командоров элитных легионов в Тороне. Совещание начал без предисловий:
  - Господа командоры, из легиона "Гепарды" пришла еще одна трагическая весть. Во всех пяти полках легиона происходят массовые случаи заболевания смертельной болезнью. Умирает каждый третий из заболевших. Причем заражаются, как люди, так и кони. Такого у нас еще не было. То, что заражение случилось во всех полках, говорит о том, что все это не случайно, это такая же диверсия, как и против "Барсов". А это значит... - Дангал обвел присутствующих пристальным взглядом.
  - Это значит, что кто-то начал войну против наших элитных легионов, - закончил за него лорд Мервон.
  - Именно так, Мервон, именно так...
  - Как дела у гепардов? - спросил командор барсов.
  - Плохо. Уже погибли несколько сотен людей и лошадей, хотя лекари и маги делают все возможное, что бы остановить эпидемию. И, похоже, это у них получается. Новых заболеваний все меньше и меньше, а все больше поправившихся.
  - Помоги им Матана...- пробормотал Мервон.
  - Будем надеяться и на ее помощь. Но я вас здесь собрал не затем, что бы молиться богам. Вы должны понять, теперь каждый из ваших легионов находится под вражеским прицелом, и вы должны сделать все, что бы ни допустить подобных трагедий. А враг хитер и чертовски опасен. Они уже поняли, что мы настороже, поэтому каждый их новый удар будет все более изобретательней. И они не остановятся.
  - Но зачем им нападать именно на элитные легионы? - спросил командор вепрей. - Ведь причинить вред простым частям намного проще.
  - Здесь дело не в простоте, - начал объяснять главнокомандующий, - все дело в психологическом эффекте. Наши враги хотят доказать, что могут достать самые боеспособные части Виктании, что спасения от них нет нигде и никому. Этим они показывают свою силу, и засевают страх и сомнения в головы людей. И нужно сказать, это им удается. Наши дознаватели приносят вести о разговорах ведущихся на рынках, тавернах, мастерских. Разговоры несут панический характер. Враги очень хотят посеять панику в Виктании, и наша задача этому помешать.
  - Снова Гроброс и Жеран? - спросил командор мамонтов.
  - Наверняка они, - ответил Дангал. - Судя по всему, наши вечные враги и недоброжелатели объединили усилия и стали действовать сообща.
  - Тарт и сконьеров вы отбрасываете? - спросил Гартош.
  - Тарт однозначно в этом не участвует. А вот сконьеры, возможно каким-то боком здесь и присутствуют.
  - А поему вы не принимаете во внимание Тарт? - полюбопытствовал мамонт. - Если им пообещали отдать наши южные провинции, это их должно заинтересовать. Тем более, что многие из них нас недолюбливают, впрочем, как и наши их.
  - Даже наши недоброжелатели в Тарте, предпочитают иметь дело с нами, чем Гробросом. Они их ненавидят еще больше, чем мы.
  - Ну, если вы так уверены... - пробормотал мамонт. - А что Волшебное королевство?
  - С Волшебным королевством ни в чем нельзя быть уверенным. Но думаю, они не пойдут с нами на конфронтацию, даже скрытую. Несмотря на то, что они со всеми стараются держаться подчеркнуто одинаково, отношения с Виктанией у них все-таки самые лучшие. Но я не удивлюсь, что в тайной войне, которая против нас объявлена, принимают участие силы не только из Иктива.
  Командоры разом загалдели. Как самый молодой и шустрый, Гартош первым успел выкрикнуть:
  - Как это?
  - А вот так. Наши маги уловили мощные отголоски межпространственной магии. И идут они из Гроброса. Так что из-за Межевых гор можно ожидать всего, чего угодно.
  Шум в кабинете главнокомандующего стих не скоро. Командоры обговаривали новости, высказывали предположения и предложения. Но нового, толкового и дельного никто так и не предложил.
  Наконец Дангал поднялся и закончил совещание:
  - Господа командоры, я скажу то, что вам и так понятно. Перед нами и перед империей лежат нелегкие времена и испытания, поэтому приложите все усилия, что бы к ним приготовиться. И надеюсь, вы понимаете, что можно говорить своим подчиненным, а что нельзя.
   * * *
  Целый месяц Гартош носился по полкам и сотням, пытаясь найти слабые места, куда мог бы ударить враг, и пока оставался доволен увиденным. В свой легион Оскол отбирал самых лучших и опытных воинов со всей Виктании и они не давали поводов для беспокойства. Все прониклись заботами командора и усиленно готовились к схватке с любым противником, регулярно проводя боевые и магические учения. Ели что и беспокоили командора Черного Легиона, так это классические единороги. В Волшебном королевстве наметилась нехватка этих магических существ и пятый полк укомплектовывался в основном молодыми единорогами, едва вступившими в зрелость. Именно этому полку Гартош и уделял наибольшее внимание, практически ежедневно гоняя их на новые и новые учения.
  О том что враг не оставил своих попыток навредить именно элитным легионам, говорили все участившиеся нападения северных племен на участки, где службу нес легион "Мамонты". Несколько раз мамонтам пытались устроить засаду, или натравить на них северных великанов, но бойцы и командиры северного легиона держались настороже, на провокации не поддавались, и даже сумели разбить одно из северных племен, захватив при этом их военного вождя. В этой операции принял участия и легион "Единороги"...
  ...Из центрального штаба прибыли два боевых мага - Гремольд и Лапога. Очень колоритная нужно сказать парочка. Гремольд - сухощавый, высокий и прямой, словно высеченный из куска старой древесины. Его лицо не выражало никаких эмоций, и глаза оставались одинаково холодны при беседе, еде, или занятий магией. Смутить, возмутить, или удивить его, было невозможно, и об этом ходили легенды в армии.
  О Лапоге, полной противоположности своего напарника, ходило не меньше легенд и слухов. Низенький и пухленький, очень веселый и подвижный, он абсолютно не походил на грозного боевого мага, особенно если учесть слухи, которые о нем ходили. А согласно слухам, был Лапога охоч до молодых розовопопых юношей, что у одних вызывало смех и веселье, а у других раздражение и даже ярость. Последние видимо всерьез опасались за свою честь.
  Но, несмотря на слухи и вид, эта необычная пара слыла одной из самых сильных связок среди боевых магов. Они отлично дополняли друг друга, и можно было только посочувствовать тем, против кого направлялась эта сила.
  Вместе с магами пришел и приказ: выделить два полка единорогов на помощь легиону "Мамонты". Гартош лично возглавил эту операцию.
  Черные полки появились вовремя. Уже знакомый Осколу четвертый полк мамонтов, вместе с пограничниками, держал оборону небольшого пограничного поселка. И то, что увидели единороги, заставило их содрогнуться. На ограждения поселка волнами накатывались объединенные стада скребов и северных бизонов. Этот поселок был намного меньше Крехнов - ставки четвертого полка, и огромное стадо грозило буквально затопить его.
  Гремольд и Лапога быстро разобрались, откуда идет наибольшая угроза. Посреди поросшей буйной растительностью тундры, расположилось войско одного из северных племен. Верхом на оленях, они ждали момента, когда придет их очередь атаковать обессиленных виктанийцев. Впереди их нестройных рядов бесновалось около полутора десятка шаманов, направляя на укрепления южан все новые и новые орды северных великанов.
  Лапога, от переполняющих его эмоций, даже затанцевал в седле, нетерпеливо указывая коротким толстым пальцем на шаманов.
  - Вот этих застанцев, разорви их задницы, нужно атаковать в первую очередь!
  Гремольд согласно кивнул и добавил:
  - Если нейтрализовать шаманов, животные быстро разбегутся, и нам придется иметь дело только с людьми.
  - Вот и займитесь шаманами. А мы, пока вы будете их удерживать, атакуем этот сброд, иначе они одумаются и перестроятся.
  И отдав приказ, Гартош двинул единорога вперед.
  - Да, да! Атакуйте их! - оживленно зажестикулировал Лапога. - И не волнуйтесь, мы побеспокоимся о ваших задницах!
  Командор остановился и развернул Агаральда:
  - Вы прикройте наши спины! А о своих задницах мы побеспокоимся сами!
  - Вот, вот! Именно это я и хотел сказать! Ваши задницы в надежных руках!
  Гартош сплюнул, развернул единорога, и, догнав строй, устремился на сшибку с врагом. Гремольд никак не отреагировал на выходку своего напарника, он к ним уже давно привык.
  Увидев несущихся на них единорогов, ряды северных племен смешались. Олени заволновались и норовили ускакать вглубь тундры, подальше от этих невиданных черных чудовищ. Шаманы оставили многострадальный поселок в покое, и попытались перенаправить скребов и бизонов в сторону новой опасности. Но тут в дело вступили Гремольд и Лапога. Они не только блокировали все попытки северных колдунов, но и сумели нанести по ним несколько магических ударов, троих при этом уничтожив.
  Освобожденные от магических уз животные, бросились в сторону от кровавой бойни, в которую их посылали. Часть из них рванула в сторону единорогов, но от черных полков веяло такой опасностью, что животные тут же повернули на своих недавних повелителей, смяв по ходу левый фланг племени.
  Северные племена воевали в основном с помощью набегов, и жесткая рубка, которая сейчас намечалась, не являлась их сильной стороной. Может они и попытались бы дать бой единорогам, но с правого фланга их неожиданно атаковал подоспевший первый верховой полк мамонтов. И племя джошаров - а именно они сейчас напали на поселок - дрогнуло. Первыми развернули оленей семьи из уже порушенного левого фланга. Правый фланг задержался ненадолго. И семьи из центра, под угрозой попасть в клещи, бросились догонять своих шустрых соплеменников.
  Единороги не могли тягаться в скорости и выносливости с оленями, поэтому они и не стали преследовать джошаров, а поступили более разумно. Черные полки, через подпространство, переместились наперед улепетывающему племени и встретили их лобовой атакой. Примерно половина северных вояк все-таки сумели увернуть от встречи с грозным противником, а остальные вовсю почувствовали на себе мощь атаки черных полков. Не умеющие хорошей брони, первые ряды джошаров были буквально нанизаны на пики единорогов, а потом началась рубка, в которой у северян не имелось ни малейшего шанса. Украшенные ветвистыми рогами олени, служили лишь средством передвижения и при верховой схватке от них мало толку. Многие из джошаров это поняли, поэтому спешились и попытались противостоять виктонийцам пешими, но времени, что бы правильно организовать оборону им не оставили. Единороги, а затем и подоспевшие мамонты, быстро подавили разрозненные очаги сопротивления.
  Недалеко ушли и отвернувшие от схватки с единорогами семьи. Два пехотных полка Северной Армии и один кавалерийский, как нельзя кстати подоспели к месту сражения и приняли северян в тесные объятья. Вырваться из этой, как потом оказалось, подготовленной мясорубки, сумел лишь каждый пятый джошарец участвующий в набеге.
  Среди пленных оказался и военный вождь племени, которого через пару недель повесили.
  * * *
  После удачно проведенной операции, командор единорогов на несколько дней вырвался домой. В последнее время, надолго оставаться с детьми и Лиситой Гартошу выпадало нечасто, даже несмотря на его отличные способности передвигаться с помощью магии. Поэтому нескольким свободным дням обрадовались все: и дети - включая малышку Милену, и жена, и каррлаки, и сам Гартош.
  Мартан стал уже совсем большой и важный, словно дед - лорд Дангал. И вскоре он займет свое место в магической группе одной из высших студий, ведь именно магический кристалл выбрал старший сын Гартоша в свой День Выбора. Понятное дело этому обстоятельству особенно порадовались лорды Руткер и Гнивер. Крепыш Зоктер продолжил дело отца и деда - ему больше по душе пришелся меч. Костяным подобием настоящего меча он вовсю махал на тренировках старшего брата, и это дало основание начать занятия с Зоктером раньше намеченного времени.
  Гартош сам провел с сыновьями пару занятий по фехтованию, но после возмущений наставника оставил это дело, тот заявил - Гартош не вписывается в его методику, а только ломает ее. Так что отцу осталось лишь с улыбкой наблюдать за занятиями сыновей со стороны.
  Малышка Милена, за время долгих отсутствий отца, успевала его забывать, но по мере роста это происходило все реже и реже. В этот приезд она признала отца практически сразу. Но главным ее кумиром оставалась, конечно, Гвала. Оборотница с первого дня привязалась к малышке, и времени с ней проводила даже больше чем Лисита. Для них соорудили специальную корзину в виде колыбели, в которой Гвала таскала Милену по всему поместью. И что самое главное, Лисита абсолютно не переживала в это время за свою дочь.
  Частым гостем в доме Гартоша бывал Катан, недавно с успехом освоивший подпространственные переходы. Своей семьей он так и не обзавелся, поэтому при каждом удобном случае появлялся в Лариэле, в гостях у Гнивера, или, что случалось гораздо чаще, в Коньсуре.
  Вот и сейчас Катан прибыл в дом Гартоша почти одновременно с хозяином. Он рассказал брату о своих успехах продвижения по службе, и с завистью выслушал о последних подвигах младшего братишки. Братья долго общались в отдельном кабинете хозяина, обсуждая в основном непростую ситуацию в империи, и выдвигая свои предположения развитии событий. А затем Катан отправился поиграть с детьми, в которых буквально не чаял души. Гартош со вздохом проводил его взглядом - так и не обзаведясь семьей, Катан забывался в семьях братьев.
  Наконец-то дождался своей очереди Аруш. Вот кто не выглядел довольным. Каррлак сразу же стал жаловаться Гартошу на скукотищу, и упрекнул, он подчеркнул - боевого товарища, что не такая жизни была ему обещана в новом мире.
  - Где приключения, где схватки?! - взывал оборотень. - От этой сытой обустроенной жизни я скоро зачахну. Ты должен взять меня с собой, в легион. Я слышал, как ты нахваливал последнее сражение, у меня аж слюнки потекли.
  - Но как же охрана детей? - пытался возразить Гартош, в глубине души понимая нового друга.
  - Гвала справится, - отмахнулся Аруш. - К тому же здесь все построено так, что при малейшей опасности ты все узнаешь и мы мгновенно сюда вернемся. Разве не так?
  - Так, - нехотя признал Гартош.
  И после недолгих уламываний, согласился брать каррлака с собой.
  На второй день отдыха, командору пришло сообщение о новом выпаде против элитных легионов. Над расположением двух полков легиона "Драконы" выпал ядовитый дождь. Об убитых не сообщалось, но сказали, что очень много покалеченных и изуродованных. А так же что уничтожены почти все боевые машины, кроме тех, что хранились в укрытии. Единственное что Оскола хоть немного успокаивало, это что беда случилась не в том полку, где служил Дебор.
  Помощь командора единорогов не требовалась и он остался дома, хотя отдых, конечно, был безнадежно испорчен. Но долго наслаждаться теплом дома и вниманием семьи ему не довелось. От отца пришла еще одна тяжелая весть о провалах агентов и шпионов на территории Жерана и Гроброса. А так как нигде не могли найти одного из помощников командора Тайного Легиона, то основной версией стало предательство. Об этом новом ударе по элите мало кто знал, но от этого не становилось легче.
  Утром третьего дня, вызов Тереса буквально выбросил графа Коньсур из кресла.
  -(Гатрош, беда! Скорей в легион!)
  Гартош даже не стал ничего переспрашивать, из-за мелочи Терес не поднял бы паники. Он попрощался с встревоженной Лиситой, поцеловал детей и помчался на конюшню, за Агарольдом, который громким ржанием подтверждал приход беды. На входе в конюшню Оскола ожидал полный решимости Аруш.
  - Ну, вот ты и дождался своего часа! - бросил ему Гартош. - Теперь позабудь о скучной и размеренной жизни!
  - Уже забыл, - коротко ответил каррлак.
   * * *
  Расположение Черного Легиона напоминало развороченный муравейник. Кто-то куда-то мчался, кричал, размахивал руками, но большинство бойцов уже сидели в седлах, полные решимости отправится к демону в зубы хоть сейчас.
  Гартош направился к штабу, где уже собрались почти все сотники и полковники. Недостающие прибывали сразу вслед за командором. Терес с ходу стал посвящать командира в суть событий:
  -Буквально полчаса назад пятый полк отправился на учения в баронство Третлад, что на границе с Жераном.
  - Я знаю, где Третлад, что случилось?
  - Люди барона должны были встретить полк и указать им место для учений, чтоб посевы не потоптать и к границе поближе.
  - Терес, я знаю все это! Что случилось?!
  - Люди барона, и сам барон действительно ждали наших, и подготовили им огненную ловушку!
  Гарош застонал. Огненная ловушка! Огонь - единственное чего боятся боевые единороги, от него они буквально сходят с ума. Теперь понятно от чего бесятся остальные единороги - они чувствуют ту боль, тот ужас, что обуял их собратьев.
  - Кто-нибудь вернулся?
  - Никого. Рестан не оставит своего полка, он только сообщил о случившемся. Ты ведь знаешь, там в основном молодые единороги, я даже не представляю что там сейчас твориться, если даже здесь единорогов тяжело контролировать.
  Дальше Оскол уже не слушал. Он выбежал из штаба и бегом направился к Агаральду. Ждавший возле штаба Аруш помчался за ним.
  - Подожди Аруш, твое время еще не пришло! - бросил ему Гартош, и, вскочив в седло наклонился к уху единорога. - Нам надо это сделать дружище, мы должны им помочь, больше некому.
  Агаральд повел налитым кровью глазом и ударил копытом.
  - Тогда вперед!
  Единорог с всадником скрылись в мерцании, и в следующем мгновении вышили посреди дыма, огня, и полных боли криков и ржания. Гартош сразу оценил обстановку. Остатки полка метались на пятачке, шетов трехсот в диаметре, а вокруг гудело подымающееся стеной пламя.
  - Круг! - крикнул командор. - Создать круг!
  И не дожидаясь реакции, он помчался посреди мечущихся единорогов. Те, кто не совсем поддался панике, и кто сохранил на четвероногих единорогов хоть какое-то влияние, пристраивались за хвостом Агаральда и следовали примеру командора и вожака. Жиденькая цепочка постепенно превращалась в цепь, которая наконец замкнулась в полноценный круг. Между скачущими всадниками проскочила зеленоватая молния и первый десяток ушел в подпространство. Гартош гнал единорога по кругу, не давая ему косится на огонь, ведь сейчас вся надежда была на Агаральда, только он мог вывести жеребцов из плена безумия и заставить их подчиниться всадникам. Понимал это и вожак единорогов, он хрипел и выплевывал целые сгустки пены, но во всю прыть мчался по кругу, вовлекая в него все новых участников и давая им шанс покинуть огненную ловушку.
  Один за одним, иногда группами до двух десятков, покидали единороги огненное кольцо, которое сжималось все плотней и плотней. Мелькали по цепи разряды энергии, и вскоре настал момент, когда хвост последнего единорога скрылся в магическом мерцании. С трудом сдерживая себя, и особенно Агаральда, Гартош сделал круг по значительно уменьшившейся площадке. Нужно убедиться, что ушли все. Да, ушли все кто мог, живых здесь больше не осталось. Магия, разбуженная единорогами, только раззадорила огонь, и разъяренные тем, что у них отняли добычу, к единорогу с всадником потянулись длинные языки пламени. И только почувствовав у себя на лице их огненное дыхание, Гартош послал уже начавшего терять рассудок единорога в подпространство.
  С тревогой ожидавшие своего командора легионеры увидели, как из магического сияния, захватив с собой клубы сизочерного дыма и вихри огня, появились похожие на демонов чудовища. Обгоревшие хвост и грива единорога, а так же волосы всадника, делали их вид особенно демоническим.
  Едва выбравшись их подпространства, командор спешился и тут же бросился к Рестану, над обожженной правой стороной которого уже колдовал лекарь.
  - Рассказывай, - распорядился командор.
  Время от времени морщась от боли, командир пятого полка поведал о случившемся.
  - Согласно составленному штабом плану, мы должны были провести учения по обнаружению и уничтожению большого отряда, ворвавшегося в Третланд со стороны Жерана. Люди барона должны были встретить нас в условленной точке и провести до места встречи с предполагаемым противником, где мы совместно его атакуем.
  Гартош молча кивал: так все и планировалось.
  - Но выйдя в нужной точке, мы не обнаружили людей барона. И едва весь наш полк собрался на опушке леса, где мы должны были встретиться, как вокруг нас вспыхнул огонь. Он вспыхнул сразу со всех сторон и заключил нас в кольцо. Я понял, что мы попали в ловушку и отдал приказ о срочном возвращении. Но первых несколько минут нас кто-то сдерживал, кто-то достаточно сильный, а затем единороги словно сошли с ума и начался настоящий ад. Я только и успел, что передать сообщение. Даже мне не удалось удержать единорога в стенах разума, что уж тут говорить за молодых жеребцов.
  - Способность единорогов обмениваться мыслями, в этом случае сыграла против них самих, - сказал Вирон. - Они поделились не только мыслями, но и болью, страхом. Это объясняет, почему панике поддался сразу весь полк. Нужно подумать, как избежать подобного в следующий раз.
  - Следует высылать разведку, - предложил самое простое решение Алькон.
  - Не пойдет, - возразил Терес. - Наше основное оружие внезапность. А появление наших разведчиков, сопровождаемое мощным магическим всплеском, вряд ли останется незамеченным. К подходу основных сил противник успеет подготовиться.
  Гартош хмуро прервал обсуждение:
  - Позже подумаем как быть. Вирон, ты смог найти, кто это сделал?
  - В общем, да. В этом замешан барон, его люди, а так же кое-кто со стороны - два, три мага. Причем, очень сильных мага. Полностью свое присутствие они не скрыли, лишь сделали его расплывчатым, размытым. Я не смогу их распознать.
  - Куда они ушли?
  - След тянется до границы с Жераном, а затем умело обрывается. Приглашающий нужно сказать след...
  - Понятно... Они впервые показали, кто за всем этим стоит. Ждите меня в полной готовности, я скоро буду.
  - Куда ты? - бросился вслед за Осколом Аруш.
  - В Верховный штаб. Может там знают больше. Побудь пока здесь.
   * * *
  Гартоша, без предупреждения появившегося возле ступеней Верховного штаба, чуть не расстреляли дежурные арбалетчики, и только то, что его сразу же узнали, избавило командора от участи подушечки для иголок.
   Он успел как раз к началу совещания, посвященного последнему нападению на элитный легион. Кроме высших чинов, на совещании присутствовало много магов, в том числе и Руткер с Гнивером.
  Гартош быстро доложили о последних событиях, и, не обращая ни на кого внимания спросил у Гнивера:
  - Ты знаешь, где они?
  - Знаю, - после секундного замешательства ответил брат. - Сейчас они уже не скрываются. Они готовы встретить Черный Легион.
  - Где они?
  - Люди Антуна, барона Третлада, находятся сейчас в Жеране, неподалеку от нашей границы. Там устроили ловушку для вашего легиона.
  - Жеранцы понимают, Черный Легион самый опасный для них. У них самих нет ничего подобного, поэтому они сделали все, что бы выманить вас в подготовленную ловушку, - поднявшись из-за стола, сказал Дангал.
  - Ты про огненную ловушку?
  - Нет. Это была попытка разозлить единорогов как следует, и оставить четкий след, куда ушли виновники, а там вас уже ждет главная ловушка - тридцать тысяч арбалетчиков, кавалеристов и пехотинцев. Жеранские собаки и предатель барон, видимо и сами не ожидали такого успеха в первом же выпаде против вас. Кстати, какие ваши потери?
  - В огне живьем сгорели около четырех сотен моих людей с единорогами, - сквозь зубы выдавил Гартош. - Половина выживших получили тяжелые ожоги.
  - Мне очень жаль Гатрош, но...
  - Покажите мне этих тварей! - прервал отца командор единорогов.
  Гнивер посмотрел на отца, тот скрипнул зубами и кивнул. Над большим столом, стоящим в совещательной комнате, по взмаху руки Гнивера, словно разлилась гладь воды, отражающая медленно проплывающую внизу местность - маги Виктании удерживали над нужным местом захваченную магией птицу. Птица летала по кругу, показывая большую крепость на берегу извилистой реки, в латоне от которой находилось несколько сотен народу. Гнивер повел рукой и изображение приблизилось. За несколькими длинными столами, пиршествовали никак не меньше шести сотен человек.
  - Празднуют гады... - процедил командор, примечая, где сидят хозяева, где гости.
  Особо он отметил местонахождения барона Третлада, который в окружении богато одетых господ, с воодушевлением произносил тост.
  - А теперь посмотри на это, - тихо сказал Гнивер.
  Сквозь серую дымку, на окружающих пиршество холмах, проступили ровные ряды нескольких тысяч арбалетчиков, сразу за которыми расположились втрое больше тяжелой пехоты. В ближайшей роще, а так же в крепости, ждала своего часа тяжелая кавалерия. Идеальная ловушка. Туда легко попасть, но очень немногие смогут оттуда выбраться.
  - То, что ты видел в первую очередь, от нас и не скрывается, - объяснил Гнивер. - А вот что бы увидеть истинное положение дел, нам пришлось очень потрудиться.
  - Сколько их?
  - Около тридцати тысяч.
  - Тридцати отборных тысяч, готовых к вашему появлению, - добавил Дангал. - При мощной поддержки магов.
  - Которые нашли способ блокировать, хоть и ненадолго, ваши переходы через подпространство, - в свою очередь вставил лорд Руткер.
  - Очень хорошо, что они собрались все вместе, гоняться не придется... - Гартош расправил плечи и бухнул себя кулаком в грудь. - Я отомщу за свой пятый полк, и за остальные легионы, ваше превосходительство!
  Дангал тяжело вздохнул и чуть заметно кивнул:
  - Иди сынок, и пусть боги будут на твоей стороне.
  Когда за Гартошем закрылась дверь, тур-генерал Авитель, командующий Центральной армией, не удержался от вопроса:
  - Дангал, ты уверен, что поступаешь правильно, дав добро на эту авантюру? Черный Легион конечно хорош, но шестикратное превосходство...
  Главнокомандующий снова тяжело вздохнул, и тяжело опустился в кресло:
  - Я его все равно не смог бы удержать. А так у него будет мое благословление, как главнокомандующего, и как отца. Надеюсь, оно поможет Гартошу. И всем нам тоже...
   * * *
  Покинув штаб, Гартош не послал Агаральда назад в легион, а направился к Дороге Храмов. Он не спеша проехал мимо храма всех богов, за громадиной которого расположились отдельные храмы. Копыта единорога стучали по мостовой, приближаясь к нужному святилищу, но в последний момент Оскол передумал и повернул от храма Терхона - бога войны, к храму Килесы - богини мести.
  Он бывал в этом храме всего пару раз, еще в студии, когда их всей группой провели Дорогой Храмов, заводя в каждое святилище, и подробно рассказывая про богов, которым посвящался тот или иной храм. Тогда Оскол не почувствовал особого превосходства всесильных сущностей над обычными смертными. Теперь же он ступал под своды храма как проситель, с пониманием того, к кому он пришел и о чем будет просить. И это повергало его в нешуточный трепет.
  В головном зале горело с десяток бездымных ламп, дающих достаточно света, что бы рассмотреть небогатое убранство центрального в Виктании храма богини мести, и саму шестирукую богиню. Килеса держала в каждой руке орудие мести - похожие на пламя кривые кинжалы. Кроме Гартоша в храме находилось еще несколько просителей, но все они не задерживались надолго - бросали в жертвенник энную сумму денег, полушепотом произносили просьбы, и, пряча друг от друга глаза, покидали здание.
  Командор дождался, когда он останется один в зале, и, подойдя к статуе богини, припал на колено:
  - Прошу о милости великая. Вся моя суть взывает к мести, мести страшной и жестокой. Враги подло погубили моих людей, и я не успокоюсь, пока не отомщу. Не отомщу так, что запомнят на века. Я принесу в твою честь богатые жертвы, пролью реки крови. Только помоги. Помоги моей мести вырваться наружу и повергнуть врагов в прах. Только на тебя вся моя надежда и стоящего за мной легиона.
  Гартош склонил голову, и всем духом, всей душой желал, что бы его молитва не пропала впустую, что бы его слова долетели до божьих чертогов и были услышаны. И видимо действительно пламенную он держал речь, и шла она от самого сердца.
  Скрипнуло над головой у просителя, и по огромному залу пробежала волна леденящего внутренности холода, прогоняя прочь смертных, направивших свои стопы в храм Килесы. Гартош медленно, всем телом чувствуя этот холод, поднял голову. Богиня смотрела на него в упор, немигающим, но отнюдь не каменным взглядом. Ее руки опустились, и кинжалы направились на Оскола. От этого взгляда застыло дыхание, и кровь окончательно застыла в жилах.
  - Давно я не слышала таких страстных речей и не чувствовала такого желания отомстить, - сказала богиня мести. - Ты просишь многого, готов ли ты столько же много отдать?
  - Готов великая! - выдохнул Гартош.
  - Меня радует твоя решимость молодой Оскол. И ты получишь мою поддержку и благословление. Я помогу тебе, Месть на твоей стороне. Но знаешь ли ты, с кем тебе придется сражаться?
  - Мои враги жеранцы, и предатели виктанийцы, которые погубили моих людей.
   - Отнюдь, это не самые опасные твои враги. Есть враги и посерьезней, я бы даже сказала, пострашней.
  - Кто они?! - казалось глаза Гартоша загорелись багровым пламенем. - Я готов сразиться с любым врагом!
  Тихий хрустальный смех, словно сорвались тысячи ледяных сосулек, прокатился по залу, и эхом затерялся где-то вверху.
  - Боюсь, что знание сейчас сыграет не в твою пользу. Лучше тебе остаться в неведении.
  У Гартоша хватило ума не спорить с богиней.
  - Я помогу тебе в борьбе с силами, что против тебя выступили. Возьми.
  С кончика одного из кинжалов сошел язык зеленого пламени, и маленьким солнцем подплыл к человеку.
  - Это мой знак, несущий мою силу. Сумеешь применить его правильно - и ты выиграешь, переусердствуешь, не сможешь остановиться - и проиграешь.
  Гартош взял сияющую жемчужину в ладонь, и не почувствовав ни холода ни жара, осторожно сжал ее в кулаке.
  - Спасибо, великая. Я сделаю все, что бы ты во мне не разочаровалась.
  - Сделай Гартош, сделай. Выполни свое обещание, пролей в мою честь море крови, и мы вместе насытимся этой местью.
  Командор встал с колена, и поклонившись принявшей прежнее положение статуе, зашагал к выходу. При свете солнца он разжал кулак, на ладони лежала зеленая жемчужина. Гартош бережно переложил ее в нагрудный карман, и скривив губы в зловещей усмешке, одним прыжком взлетел в седло.
  Как только смертный скрылся в магическом мареве, губы Килесы так же сложились в зловещую усмешку и огромным залом снова прокатился хрустальный смех.
  * * *
  В легионе нетерпеливо ждали командира - полные решимости единороги приготовились дать бой любому врагу. Лекари закончили возиться с обожженными людьми и животными, но никто, даже с трудом держащиеся на ногах, не захотели отправляться в госпиталь до возращения командора.
  Появившись возле штаба, Гартош сразу созвал совещание:
  - В общем, так ребята. Жеранцы понимают, что мы не оставим безнаказанно то, что они устроили нашему пятому полку, поэтому подготовили нам горячую встречу. К месту предполагаемого сражения они стянули тридцать тысяч бойцов.
  - Уважают, - протянул Зигул.
  - Всего-то! - фыркнул Алькон.
  Гартош обвел взглядом подчиненных, в их глазах читалось: тридцать тысяч не та цифра, что могла бы их остановить. Удовлетворенно кивнув, он набросал на столе схему расположения жеранских войск, и веселящихся в центре засранцев.
  - Первый полк, ударите с севера. Тремя сотнями по кавалерии в этом леску, остальные по пехоте и арбалетчикам. Второй полк с юга, вот сюда и сюда. Третий с запада, вот ваши цели. Четвертый с востока. Ну, а мы, - Гартош повернулся к Рестану, - с бойцами из пятого полка, которые смогут держать оружие, навестим веселящуюся компанию.
  Никто не пытался оспорить у потрепанного полка такую привилегию, она им досталась по праву. Пытаясь улыбнутся, Ристал гримасничал обожженным лицом, отчего всем присутствующим становилось немного жутко.
  - Когда выступаем? - спросил Терес.
  - Сейчас. Полчаса на сборы. И еще... Гартош обвел всех испытующим взглядом. - Многие думают, что соваться туда самоубийство. Возможно кто-то из вас думает так же. Так вот, знайте. Мы не идем умирать, мы идем мстить. Я был в храме Килесы и просил ее о помощи.
  - Я не удивлюсь, если она ее обещала лично, - пробормотал Алькон.
  - Обещала, - улыбнулся командор.
  - Ну, так как ты просишь, то куда ж денешься! - захохотал Зигул.
  В штабе разом спало напряжение, присутствующие оживленно задвигались, заулыбались, послышались комментарии близких знакомств командора с демонами и богами. И предстоящий акт возмездия теперь уже ни кому не казался безнадежным.
  * * *
  Веселье возле крепости Рузаро было в самом разгаре. Черный Легион уже никто не ждал. Раз не ударили по горячим следам, когда преобладали эмоции, значит, не ударят вовсе, благоразумие победило. А жаль. Лорд Томнар, граф Лимеро разочарованно вздохнул. Эту ловушку он готовил несколько лет, и полагал не нее большие надежды. С тех пор как он впервые столкнулся с единорогами, прошло почти десять лет, и он никогда не забудет, как из магического вихря появился, действительно страшный всадник на черном единороге, и как он зарубил бедного Золтоса.
  Мечте создать подразделение подобное виктанийским единорогам, не суждено было сбыться, Волшебное королевство отказалось продавать им черных боевых единорогов. Видите ли, они не хотят, что бы единороги хоть когда-нибудь встретились в бою. Повезло виктанийцам, им первым пришла в голову великолепная мысль, создать из черных единорогов крупное боевое подразделение, тем самым отняв эту возможность у других.
  Граф с презрением посмотрел на сидящего напротив Антуна. Предателей он никогда не любил, хотя без их услуг не обойтись. Барон много пил, запивая свой страх перед Черным Легионом, и то, что единороги не появились, являлось для него лучшей новостью. Томнар его прекрасно понимал, за то предательство, за ту подлость, что он совершил, он заслужил самую страшную кару со стороны своих соотечественников. Но все-таки нужно признать, без помощи барона и его людей, устроить огненную ловушку единорогам не удалось бы. Теперь нужно ломать голову, куда пристроить барона.
  Додумать эту мысль графу не удалось. Вдруг содрогнулся магический эфир и на ближайшем поле, казалось, лопнуло само пространство, выпуская вместе с клубами пыли, летящих во весь опор страшный черных чудовищ. Они были все так же страшны, как и десять лет тому назад. Графу Лимеро радоваться бы тому, что ловушка сработала, капкан захлопнулся, но вместо этого ему вдруг пришла обратная мысль - возможно жеранцы совершили страшную ошибку...
  ...Гартош первым влетел на поле перед празднующими, где ждали, и в то же время боялись их появления. То ли жеранцы оказались первые мгновения в шоке, то ли давали возможность всем единорогам появиться на поле, но первый залп из мощных арбалетов и баллист задержался. Пятый полк преодолел уже половину пути до столов, когда в них полетели заговоренные стрелы болты и копья. И вся эта туча смертоносных орудий, нависшая над неполным полком, сгорела, словно пылинки на раскаленной сковородке. А сделать второй залп, стрелкам не удалось.
  Появившиеся со всех сторон черные полки, прошли по рядам жеранцев, как по нежной весенней траве, практически не встретив достойного сопротивления.
  Находясь на острие атаки, командор видел перекошенные от ужаса лица, и злая радость наполнила его до предела, смешавшись с ненавистью и жаждой отомстить. Он направил Агаральда к нужному ряду столов, где до этого времени прекрасно проводили время интересующие Оскола личности. Единорог с разбегу влетел на широкий стол, разбрасывая и плюща огромными копытами блюда и тарелки. Рассекая воздух, меч Гартоша зашипел, с его кончика срывались трех, четырех шетовые ярко голубые молнии, поражая всех на своем пути. Время от времени слева от Оскола мелькал полностью забрызганный кровью Аруш, наводя своим видом ужас на жеранцев.
  Лица оцепеневших в ужасе врагов приближались с каждым взмахом меча, с каждым шагом единорога, с каждым ударом сердца. И вот тот долгожданный миг, когда Гартош ударил мечем с особым наслаждением. Полная ненависти, почти белая от переполняющей ее силы молния, с легкостью разрезала ненавистного предателя, барона Третлада, вместе с его соседями. Обратным движением Гартош хлестнул по жеранцам, сидящим напротив барона - уже пришедших в себя и пытающихся отвалить подальше от стола. Им не повезло, их ожидала та же участь, что и барона.
  И только разделавшись с этой кучкой, командор почувствовал себя почти полностью удовлетворенным. Основная цель достигнута, враги, виновные в гибели его людей, уничтожены. Осталось навести здесь как можно больше шороху, что бы в дальнейшем соседям неповадно было испытывать Виктанию на прочность. Агаральд прошел стол от начала до конца, и, соскочив с него, остановился - Гартош решил внимательно и уже спокойно осмотреть поле боя.
  Пятый полк заканчивал разгром, скорей даже уничтожение пирующих, доставая уцелевших из-под столов. Судя по наполнению эфира энергией, магов у жеранцев хватало, и они вовсю старались пустить в ход свой арсенал. Но все их попытки атаковать натыкались на непробиваемую защиту Черного Легиона. Гартош потрогал в нагрудном кармане слегка нагревшуюся жемчужину, и еще раз поблагодарил Килесу за помощь.
  На ближних холмах и за ними так же вовсю кипела битва, где жеранцы, несмотря на огромный численный перевес, терпели сокрушительное поражение.
  - (Алькон, как у тебя дела?) - запросил командор отчет у своего полковника.
  - (Как по писаному! Стрелков розсеяли и частично перебили, половина пехоты не подымется уже больше никогда, кавалерию связали боем и не даем подойти на помощь пехоте.)
  - (Не увлекайтесь, наше время уходит. Терес?)
  - (У нас почти так же как и первого полка, только мы еще и кавалерии врезали как следует. О том, чтобы атаковать, они пока и не думают.)
  - (Подумаешь! Да мы тоже!)
  - (Заткнись Алькон! Вирон, как у тебя?)
  - (Стрелков уничтожили почти полностью, пехоту разогнали, сейчас сцепились с кавалерией. И меня сильно тревожить бездействие их боевых магов.)
  - (Они не бездействуют, просто у них ничего не получается. Зигул, что там у тебя?)
  - (Нормально, давим как кузнечиков), - коротко ответил командир четвертого полка.
  - (Кому нужна помощь?)
  После недолгого молчания отозвался Вирон:
  - (Мне пожалуй не помешает.)
  - (Я могу помочь!) - сразу отреагировал Терес.
  - (Хорошо, помоги Вирону. Зигул, помощь нужна?)
  - (Пока справляемся.)
  - (Ясно, тогда мы поможем Алькону. И всем подготовиться к отходу, максимум через пять минут, нас здесь не должно быть.)
  Пятый полк развернулся на север и ударил по жеранской пехоте, так и не сумевшей восстановить правильное построение после удара первого полка. Помощь Алькону действительно не помешала. Если пехота серьезных угроз ему больше не представляла, то кавалерия желала реализовать свое численное превосходство. И возможно ей это удалось бы, если бы в дело не вмешался разгоряченный победой пятый полк. Еще не выплеснувшие всю свою ненависть и жажду мести бойцы пятого, буквально смели левый фланг жеранской пехоты и врезались в большой отряд кавалерии.
  Пожалуй их сейчас не могли остановить бы и демоны, прояви они такое желание. Виктанийцы рубили врагов, словно сухой камыш на учениях. Они стали теснить кавалерию противника с двух сторон, и наконец обратили их в бегство. Но преследовать убегающих командор не дал:
  - (Вирон, Терес, как там у вас?)
  - (Кого не убили, тех разогнали), - ответил Вирон.
  - (Зигул?)
  - (У меня так же. Но появилась проблема.)
  - (Какая?)
  - (Приближается большой отряд кавалерии из крепости.)
  - (В бой не вступать, всем домой.)
  - (Может еще задержимся?) - засомневался Терес. - (Эти жеранцы, они как дети из младшей группы студии, против выпускников академии. Их бить одно удовольствие.)
  - (Я сказал домой! Без самодеятельности! А то мы здесь можем задержаться надольше, чем нам хочется. И не оставьте здесь никого из своих.)
  Полки Черного Легиона один за другим скрывались в подпространстве, оставляя после себя только усеянные трупами врагов поля. Гартош уходил последним. Он с огромным удовлетворением осмотрел поле боя, и достал из кармана слабо светящуюся жемчужину.
  - Эта победа посвящается тебе, великая.
  Жемчужина последний раз мигнула, и превратилась в обычную горошину. Оскол обернулся на быстро приближающуюся кавалерию противника и зло сплюнул:
  - Не таких сусликов выливали.
  И со спокойной совестью вернулся домой.
  * * *
  Три тусклых силуэта, не видимых даже для сильных магов, неподвижно стояли всего в сирте от места сражения. После разгрома жеранцев, стоящий справа повернулся к остальным:
  - Интересные здесь разворачиваются дела. А ведь все уже было решено.
  - Да, - кивнул средний, - кто-то решил сыграть в свою игру. Показал и подсказал виктанийцам расположение войск Жерана. Помог защититься от магии, причем от нашей магии.
  - Интересно бы знать кто, - добавил третий.
  - Узнаем, скоро узнаем, - пообещал средний.
  И, так и не замеченная никем троица, медленно растворилась в воздухе.
   X
  Удивительное дело, но Черный Легион в вылазке в Жеран не потерял ни одного бойца, ни двуного, ни четвероногого. Раненые, конечно были, и немало, причем многие ранены тяжело, но домой вернулись все, и все живые. После успешно проведенной операции и возвращения домой, не только Гартош, но и все бойцы единороги, побывали в разных храмах Килесы, где молились своей покровительнице и приносили ей богатые жертвы. Неподалеку от своего штаба, Оскол велел построить небольшую часовню, посвященную богини мести и их общей победе.
  Через три дня после удачного разгрома жеранцев, Гартоша пригласили на совещание Совета Командоров. Совет Командоров являлся очень влиятельной в Виктании организацией, и туда входили только командиры легионов. Он делился на два совета: большой и малый. В БСК входили все командоры Виктании. В МСК входили командоры элитных легионов, и по три выборных командора от каждой из армий. Большой Совет созывался чрезвычайно редко, так как велика была опасность покушения на собранных воедино командоров. Вот и внеурочное заседание, куда в обязательном порядке пригласили и Гартоша, собиралось Малым Советом.
  Гартош прибыл на заседание точно в назначенное время, но к своему удивлению обнаружил, что весь МС уже в сборе. Едва командор единорогов вошел в зал заседаний, как председатель совета скомандовал:
  - Господа командоры!
  Все командоры встали как один. Гартош удивленно застыл на пороге, недоуменно уставившись на членов совета - стоя совет приветствовал только императора. Даже командующие армиями и главнокомандующий, не удостаивались такой чести.
  - Не стой на пороге, командор, пожалей наши ноги, некоторые из нас старше тебя почти втрое, займи свое место, - с улыбкой произнес лорд Амурей, самый старый командор, он же председатель совета.
  Еще не до конца пришедший в себя, Гартош прошагал к столу. По взмаху председателя все сели. Лорд Амурей прокашлялся и вновь обратился к Гартошу.
  - Командор Черного Легиона, лорд Гартош, встань!
  Начавший понимать, что здесь происходит, командор единорогов встал и бросил взгляд на присутствующего тут же отца - носящего звание почетного командора. Председатель продолжил:
  - Большой Совет решил, и передал свое решение малому совету, а Малый Совет уполномочил меня сообщить, - Амурей вновь прокашлялся, - За создание нового легиона, под названием Черный Легион, командору лорду Гартошу и из рода Осколов, присваивается звание - почетный командор.
  Гул одобрения пронесся по залу. Польщенный вниманием, Гартош прошел к председателю. Нужно признать, что подобному решению совета он не удивился. Его отец, лорд Дангал, получил такое же звание за создание Тайного Легиона. Поэтому Гартош давно надеялся, что удостоится подобной чести.
  - Удостоенный этим званием, получает право присутствовать на любом заседании, любого совета, даже если на тон момент, он не будет командовать легионом.
  Председатель прицепил к груди Гартоша знак почетного командора - расправившего крылья серебряного дракона, с рубиновым глазом. Новоявленный почетный командор поклонился присутствующим, отметив при этом сияющее лицо отца, и собрался было вернуться на место, но Амурей придержал его за рукав.
  - Потерпи немного, это еще не все. Большой Совет Командоров решил, и передал свое решение Малому Совету, а Малый Совет уполномочил меня сообщить, - председатель вытер выступивший пот. - За защиту чести своего легиона, и в его лице всех легионов пострадавших от предательских атак, лорд Гартош удостаивается награды - Серебряная Звезда Командора.
  А вот это уже действительно неожиданность. Такого решения Гартош никак не ожидал. Подобной награды командоры не присуждали никому, уже лет пятьдесят. Он чуть замешкался, и председателю пришлось кашлянуть, напоминая, что нужно опустить голову. На шею Осколу опустилась массивная серебряная цепь, с большой восьми лучевой звездой. Вот это действительно было признанием, такая награда дорогого стоит.
  Гартош неуверенно оббежал взглядом присутствующих, и в свою очередь, прокашлявшись, сказал:
  - Не нужно и говорить, насколько я польщен этой наградой. Вы наградили не только меня, а весь Черный Легион. И я рад, что наши действия, так высоко оценили все командоры. Я приложу все усилия, что бы и в дальнейшем Черный Легион не разочаровывал господ командоров.
  Последующая часть заседания прошла для виновника торжества словно в тумане. Он не особо вслушивался в происходящее, время от времени ощупывая знак и звезду.
  После окончания заседания, когда Гартоша лично поздравили все присутствующие командоры, пришла очередь и отца:
  - А теперь, господин почетный командор, загляни-ка ко мне.
  Кабинет главнокомандующего находился в этом же здании, но в другом крыле и этажом выше. Отец и сын молча прошагали весь этот неблизкий путь, и оба с гордостью отмечали, какое удивление было написано на лицах встречных офицеров - не каждый день увидишь сразу двух почетных командоров, которые при этом отец и сын, и один вдобавок, обладатель Серебряной Звезды Командора. Многие даже забывали поприветствовать главнокомандующего. Но лорд Дангал был сегодня необычайно добрым, и обещал сыну не посылать засранцев на болото растов.
  Едва они зашли в кабинет, как отец порывчато обнял сына:
  - Ну вот сынок, дождался я, когда твоя слава гремит по всей Виктании, да и за ее пределами тоже.
  Он отстранился, и Гартош с удивлением увидел на лице несгибаемого главнокомандующего слезы. Оказывается, есть моменты в жизни, которые могут вышибить слезу даже из такого твердокаменного человека. Впрочем, слезы у Дангала высохли так же быстро, как и появились.
  - Проходи, это нужно отметить.
  Дангал достал из шкафчика бутылку дорогого южно тартского вина и пару бокалов. Разлил вино по бокалам, и, не садясь, провозгласил тост:
  - За будущего главнокомандующего Виктании, лорда Гартоша из рода Осколов.
  - Ну, это ты отец хватанул. Слишком уж далеко заглядываешь. Я не собираюсь наступать тебе на пятки.
  - Ничего, ничего, своему сыну я готов уступить место хоть сейчас.
  - Прям таки сейчас. А сам что, готов идти на покой?
  - Почему на покой. Готов командовать армией, или вернуться в Тайный Легион.
  - Ну, раз ты так настаиваешь...
  Гартош поставил бокал и направился к креслу главнокомандующего.
  - А ну стой где стоишь! Ишь прыткий какой, из-под задницы отца кресло выхватывает!
  - Вот и верь после этого старшим, - вздохнул Гартош, и оба Оскола сдержано рассмеялись.
  - А теперь серьезно, присаживайся.
  - Значит слова про будущего главнокомандующего были шуткой?
  - Не придирайся к словам, а лучше послушай, - отмахнулся Дангал.
  - Я весь во внимании.
  - Вчера на прием к императору напросился посол Жерана.
  - Жаловался?
  - Именно. Рассказывал, как наш Черный Легион, вероломно напал на графа Лимеро, который с гостями отмечал свой юбилей. Погибло много достойных людей.
  - Да уж, достойных.
  - Погибли почти все, в том числе и сам граф.
  - Мы старались.
  - Далее. Черный Легион не ограничился нападением на мирных жителей Жерана, но и атаковал ничего не подозревающие военные части, и нанес им серьезный урон - погибло более двух тысяч человек.
  - Врут сволочи! Мы прикончили как минимум в пять раз больше!
  Дангал улыбнулся:
  - Благодаря магам Гнивера, мы видели бой. По нашим подсчетам, погибло тысяч двенадцать, пятнадцать.
  - Ну и что император?
  - Внимательно выслушал посла и заявил, что Черный Легион действовал по его личному повелению.
  - Ого! Это может послужить поводом для войны.
  - Делая такое заявление Лориан, конечно, рисковал, но мы посчитали, что здесь лучше перегнуть палку. Ты бы видел, как вытянулось лицо у посла. Он ожидал оправданий, заверений о недопустимости такого в дальнейшем, что мол молодой командор сорвался. А вместо этого услышал, что Виктания и в дальнейшем будет жестко реагировать на подобные выпады в нашу сторону.
  - Я не ожидал от императора подобной защиты, думал, получу, как минимум хороший нагоняй.
  - Ты правильно думал, получишь и нагоняй. Император поручил мне высказать тебе свое недовольство. Ты самовольно вторгся на территорию соседнего государства, и этим мог спровоцировать войну. И прощает тебе это император только потому, что операция прошла успешно, и что наглецов действительно нужно наказывать. Ты все понял?
  - Конечно отец! - ответил Гартош, на лице которого впрочем, не было видно ни малейшего раскаянья. - А что посол?
  - Потоптался немного, что-то промычал, и выскочил, словно облитый помоями.
  - Заработали гады.
  - Это точно. - Дангал разлил еще по бокалу. - Меня вот что интересует. Килеса действительно даровала тебе свое благословление на это бой?
  - Да, - оживился Гартош. - Представляешь, она снизошла до общения со мной. Личного общения. Победу над женарцами мы конечно посвятили ей.
  - Это хорошо.
  - Что хорошо? Что посвятили победу?
  - И это тоже. Но гораздо лучше, что такая важная богиня стала на твою сторону. Хотя бы в этом случае.
  - Ты все еще думаешь, что боги могут на меня ополчиться?
  - Не исключаю. Боги злопамятны, они редко что прощают. И они умеют ждать. Так что поддержка Килесы, является для тебя, и для всех нас, хорошим знаком.
   * * *
  После того знаменитого боя, авторитет Черного Легиона вознесся до небес. О них сочиняли песни и баллады самые маститые поэты, и исполняли эти песни самые знаменитые певцы. На любом приеме, на любом банкете единороги оказывались в центре внимания, становясь предметом воздыхания красавиц всех возрастов и положений, да и не красавиц тоже. Естественно бравые легионеры не упускали многочисленных шансов, и примером как всегда служил сам командор.
  Гартош был героем не знающим отказа нигде и ни от кого. Заманчивые приглашения сыпались одно за другим и он словно сорвался с цепи. В какой-то момент, в постели очередной красотки, Оскол вдруг осознал: он не был дома вот уже больше недели. А ведь доброхоты наверняка докладывают Лисите о каждом его шаге, о каждой юбке, над которой он одержал безусловную победу. Быстро собравшись, и даже не попрощавшись с хозяйкой постели, Гартош бросился домой.
  Жену он нашел в большой детской комнате. Посреди комнаты, на огромной шкуре северного медведя, Гвала возилась с Миленой, разрешая малышке таскать себя за уши и усы. Увидев вошедших Гартоша и Аруша, оборотница процедила:
  - Явились красавцы...
  Лисита сидела в глубоком кресле и улыбкой наблюдала за Катаном, расположившемся в кресле напротив и катавшем на ногах обоих племянников. Заметив мужа, Лисита быстро поднялась, и, подхватив Милену подошла к мужу:
  - А вот и наш папа приехал.
  Глаза Лиситы излучали неподдельную радость, и только в глубине, Гартош заменил затаенную боль. Он бережно принял дочь, и обняв жену прошептал:
  - Прости любимая...
  Их тут же облепили подбежавшие сыновья.
  - Папка приехал!
  Гартошу пришлось взять на руки и этих двоих, что впрочем он проделал с радостью - за детьми он соскучился не меньше, чем за женой. Подошел Катан:
  - Поздравляю, наслышан о твоих подвигах.
  Поздравив брата и не уточнив, какие подвиги он имел в виду, Катан попрощался:
  - Я наверное пойду, вам наверняка хочется побыть одним. Загляну как ни будь попозже.
  И не став слушать вялых возражений хозяев, Катан покинул комнату.
  Гартош с Лиситой долго не могли остаться одни, дети никак не желали оторваться от своего папаши. И лишь ночью, зарывшись носом в пахнущие травяным настоем волосы жены, Гартош вновь начал каяться:
  - Прости Лисита, я последняя скотина.
  - Ты мой герой, - прервала его жена. - Ты не только мой герой, ты герой всей Виктании. И вся Виктания у твоих ног, а я не могу ревновать к стране. Я все понимаю. Ты силен на поле боя, но слаб вне его, особенно если тебя атакует какая ни будь смазливая мордашка.
  Гартошу хотелось выть и плакать, так хреново он себя еще никогда не чувствовал. Он был готов убить себя, от злости на себя же самого, такого слабого вне поля боя. Он клялся себе и Лисите в том, что за латон будет обходить смазливые мордашки, и что подобная дурость больше не повторится. Лисита счастливо прижималась к мужу, и снова поверила ему...
  Гартош честно отбыл дома три дня, проводя все время с детьми и несказанно радуя жену. Затем они вместе с Арушем, Альконом и Тересом отправились в гости к Никору, где поучаствовали в охоте на сайгаков. Правда участие Тереса в этом визите было под вопросом, так как женой Никора оказалась никто иная, как Лекгарета. Но Никор предусмотрительно отправил жену к отцу в Жирт, не дав тем самым Тересу и Лекгарете встретится и освежить юношеские чувства. На том участие командира второго полка единорогов сняли.
  После охоты, глубоко в степи, у Гартоша с Никором произошел серьезный разговор.
  Алькон с Тересом разделывали добытых сайгаков, и Аруш с полной самоотдачей им помогал, дегустируя разные куски мяса и выбирая самые аппетитные. Никор же с Гартошем занялись костром. Они насобирали сухого хвороста, и едва первые языки пламени стали робко облизывать тонкие ветки, Никор завел эту беседу:
  - О твоем подвиге, или выходке в Жеране, это кто как и с какой стороны посмотрит, говорит весь Иктив.
  - Прям так и весь.
  - Мой отец встречался с несколькими князьями западного и южного Тарта, и почти все разговоры начинались с того, как твой Черный Легион раздолбил лучшие жеранские части. А те в свою очередь имели подобные беседы с уважаемыми людьми Жерана, Реата и Ларфа.
  - И как кто это воспринял?
  - Про жеранцев я думаю не стоит говорить?
  - Да, там все понятно: обижены, оскорблены и жаждут отомстить.
  Никор рассмеялся:
  - Что-то вроде того. А вот с другими интересней. Я не знаю, является для тебя новостью или нет, но последнее время по Иктиву ходят слухи о скором исчезновении Виктании как империи.
  - Вот как? Честно говоря, это для меня новость.
  - Источники слухов установить трудно, но я думаю ты понимаешь, они идут из Жерана и Гроброса. Так вот, согласно этим слухам, Виктания скоро распадется, потому что внутри империи абсолютно нет порядка, что по всей стране бушуют восстания, происходят волнения в войсках. И даже в ваших элитных войсках не все в порядке. И именно для подавления этих восстаний и создали твой Черный Легион, и он подтверждает свое название, топя в крови народные бунты, потому как внутренние легионы уже не справляются.
  - Лихо, - восхитился Гартош. - Ты смотри, ведь почти не соврали, только где нужно добавили, где нужно недоговорили, и получается прям таки удручающая картина. А мы так вообще звери какие-то! При этом все почему-то забывают, как сами у себя давят все проявления недовольства.
  - Вот-вот, говорят что нынешний император слаб и глуп, и что вся его власть держится на тирании, где ты со своим легионом стоишь на первых ролях.
  - Так что про жеранскую бойню?
  - Жеранцы все обставляют так. Некий виктанийский лорд, доведенный властью до отчаянья, бросив земли и дом бежал из страны в соседний Жеран. Лориан не смог простить этого своему бывшему подданному, и наслал на него своих цепных псов.
  - То есть меня и моих молодцов?
  - Именно. И вы не ограничились наказанием перебежчиков, а вероломно напали на отдыхающие и не готовые к атаке войска Жерана.
  - Вот сволочи! Ты знаешь как все было на самом деле?
  - Уже да. Мой отец мне все объяснил, они с твоим ведут переписку.
  - С этим понятно, продолжай про распад Виктании.
  - Все разговоры ведутся о том, как плохо у вас обстоят дела, и что скоро начнется настоящая война. Не выдержав произвола императора, восстанут не только простые люди, но и лорды. И что все соседние государства должны им в этом помочь.
  - А вот здесь поподробней.
  - Короче говоря, все сводится к тому, что как только в Виктании начнется смута, помочь всеми силами, что бы эту смуту разжечь как можно сильней. А затем воспользоваться анархией и поживиться чем можно - лучше всего территорией.
  - Ни больше ни меньше.
  - Да. Причем Гроброс и Жеран готовы сделать это хоть сейчас.
  - А Тарт? - прямиком спросил Оскол.
  - Тарт против, - без улыбки ответил Никор. - Нет, таких, которые хотят поучаствовать в разделе Виктании хватает, но их меньшинство. Подавляющее меньшинство. Так что о нападении с юга можете не беспокоиться. А вот остальные... По расчетам ваших доброжелателей, от империи нужно оставить только небольшое королевство в центре. Хотя некоторые твердят, что страну нужно разделить между соседями полностью.
  - Да Никор, интересные вещи я он тебя услышал.
  - Я решил, что должен поговорить с тобой лично. То, что наши отцы общаются, не означает, что мы все можем свалить на них.
  - Спасибо Никор, ты правильно поступил, отец действительно не всем со мной делится. Твой смотрю пооткровенней будет.
  - Может быть твоего отца есть причины придерживать информацию даже от тебя?
  - Главная причина, это его недавняя служба в Тайном Легионе, - проворчал Гартош.
  - Возможно, - улыбнулся Никор. - Наши князья пришли к мысли, что такая дружная активность Гроброса и Жерана не случайна.
  - В каком смысле?
  - Скорей всего в этой травли Виктании участвует еще кто-то, третья сила со стороны. Кто-то подталкивает ваших соседей против вас, и это не может не беспокоить Тарт.
  - Это подозрения или проверенные сведенья?
  - Скорей подозрения. Хоря отец упоминал, что кто-то их гроброских переговорщиков упоминал о помощи извне. Что некие могущественные силы изъявили желание помочь разгромить Виктанию.
  - Знать бы что это за силы и так ли они могущественны, как хотят казаться.
  - Вот этого я не знаю. О чем знал, о том рассказал.
  - Еще раз спасибо Никор. Твоя информация для меня очень важна.
  - Рад помочь другу. Ладно, хватит о серьезных вещах, пойдем поможем тем троим. А то нам грозит остаться без ужина - по-моему, твой хитрый каррлак доедает второго сайгака.
  - Этот может. Пожрать он всегда горазд.
   * * *
  Беседа с Никором не на шутку встревожила Гартоша. Вспомнилось недавнее совещание, на котором лорд Дангал предупредил командоров об угрозе нависшей над элитными легионами и о поразительной активности межпространственной магии в Гробросе. Выходило, что наибольшая опасность надвигалась из-за Межевых гор, и эта опасность незримо нависала над Виктанией. Хоть нападения на элитные легионы и прекратились, чужая, недружественная рука чувствовалась во многих событиях произошедших в последнее время в империи. Начиная от засухи в южных провинциях страны, и заканчивая массовым падежом оленей на севере. И все жители империи, от мала до велика, чувствовали - скоро грядут Большие События.
  
   XI
  Прошел почти год после нападения на пятый полк Черного Легиона, и мщения за это. За это время почти удалось восстановить пострадавший полк и добиться большей боевой готовности во всем легионе. "Единороги" были готовы встретить любые невзгоды, и они не заставили себя ждать.
  Весть о том, что гробросцы вновь перешли границу на шерамском плацдарме хоть и ожидалась, но все-таки произвела эффект падающих с неба камней - была надежда, что все может обойтись без войны. Многие услышавшие эту весть словно впадали в ступор, а затем в истерику. Видимо работа по распространению панических и антиимперских слухов не прошла безрезультатно.
  Несмотря на то, что Восточная армия ожидала нападения и была готова к нему, агрессорам из-за гор удалось прорвать хорошо укрепленную границу, что представляла из себя, почти сплошную крепостную стену с обеих сторон, а кое-где и не одну. Гроброс не зря хвалился поддержкой извне. Магических удар огромной силы буквально смел, сравнял с землей большой кусок виктанийских укреплений - не меньше семи латонов в ширину и пятнадцать в глубину. Применяемая здесь магия на порядок превосходила прежние возможности Гроброса. Наверняка этот удар готовился долгое время и можно было только догадываться, какие артефакты и какой мощи здесь задействовались. Взрывная волна прокатилась на тысячи латонов, пугая своим мощным магическим отголоском.
  В образовавшийся пролом сплошным потоком ринулись отборные войска Гроброса, стремясь расширить проход и как можно дальше углубиться на территорию Виктании.
  У виктанийцев на границе находилось немало хороших боевых магов, да и войск хватало, но первые часы остались за нападавшими. Многие маги были ошеломлены магическим тараном, других связали боем. То же самое можно сказать и о войсках: замешательства, что охватило нескольких высоких чинов на границе, хватило чтобы противник ввел в пролом почти десяток своих корпусов. Что и говорить, загорская империя подготовилась отменно.
  Вот именно для таких случаев и создавался Черный Легион. Спустя три часа после вести о прорыве, Гартош получил приказ ударить гробросцам в лоб, и остановить их продвижение.
  Приказ был не совсем понятен командору единорогов. Не были определены конкретные цели, не произведена разведка. Гробросцы успели растектись на довольно большую территорию - не менее двух десятков латонов - и даже такому мощному легиону, как "Единороги", было не под силу остановить эту махину.
  Маги легиона пытались собственными силами произвести разведку, но маги противника не зря ели свой хлеб - над их войском словно повис грязно серый клубящийся туман. Что бы не попасть в очередную ловушку, Гартош предпочел выйти на территории гарантировано не занятой противником, и уже осмотревшись, действовать по обстоятельствам.
  Одна за одной, уходили сотни первого полка. Алькон доложил:
  - (Враг находится на расстоянии двух латонов. Кавалерия и пехота на повозках в количестве трех тысяч единиц. Нас увидели и остановились.)
  - (Вот и хорошо, что остановились.) - ответил ему командор. - (Вы свою задачу выполнили - продвижение противника остановили.)
  - (Долго оставаться на месте они не будут, к ним постоянно подходит подмога. Я уверен, не больше чем через полчаса они атакуют.)
  - (Полчаса большой срок. За это время можно подготовиться к обороне. Хоть какие-то войска у нас там имеются?)
  - (Есть немного. Те что находились в неглубоком тылу и не попали под таранный удар.)
  - (Вот и помоги им организовать оборону. Наверняка неподалеку от границы еще войска найдутся, собери всех кого сможешь. И создавай видимость подготовки к атаке, не давай противнику расслабится, успокоиться и атаковать раньше времени. Но сам пока атаковать не вздумай.)
  - (Все понял, выполняю.)
  Решение созрело само собой, и подсказала его обрисованная Альконом обстановка. Нужно выходить из подпространства в прямой видимости у передовых частей Гроброса - одним своим видом единороги останавливали противника - затем организовать оборону из имеющихся под рукой сил, а дальше... А дальше по обстановке, главное охватить как можно большую территорию.
  Полковники получили краткие инструкции и увели свои полки. Сам Гартош ушел вместе с Вироном - третий полк занимал позицию посредине остальных полков и отсюда было удобней всего управлять легионом.
  Всем полкам, кроме четвертого, удалось воплотить наставления командора в жизнь: одним своим видом запугать противника до икоты, и, воспользовавшись его замешательством, организовать эффективную оборону. А вот Зигулу с ходу пришлось вступить в бой.
  Едва четвертый полк вышел из магического мерцания, как тут же попал в гущу событий. Разрозненные и изрядно потрепанные части Виктании с трудом сдерживали атаку кавалерии неприятеля, и, судя по усланному трупами полю, уже не первую.
  Зигул собрал сотников и быстро отдал приказы:
  - Первыми шестью сотнями бьем по правому флангу кавалерии, остальным четырем атаковать вон тот обоз на горизонте. Если зрение мне не изменяет, там пехота на повозках и по ней нужно ударить, пока они не организовали оборону. Но в большую драку не ввязываться: пронеслись, порубили, истоптали и назад. Все понятно? Тогда в бой!
  Полковник сам повел шесть сотен в атаку, и наверняка не одно гроброское сердце ёкнуло при виде огромного всадника закованного в черную броню, верхом на огромном черном единороге. Единороги внушали первобытный страх, и не зря. Вдобавок к своему грозному виду, они являлись магическими существами, а значит окружить себя ореолом страха для них не являлось проблемой. И только наличие у противника магов, помогло им удержаться от всеобщей паники.
  С жутким лязгом столкнулись мечи, загудели от ударов крепкие доспехи, затрещали под остриями пик кольчуги. Сейчас все решали выучка и крепость стали. Первые же минуты боя показали - выучки гробросцам не занимать, а вот ховарская сталь черных полков оказалась на порядок лучше загорской. Плюс к этому, единороги на полшета были выше обычной лошади, что давало их всадникам дополнительные преимущества.
  И вот, после пары долгих минут жестокой рубки, гроброская кавалерия дрогнула. Дрогнула, подалась назад, а за тем, теснимая с двух сторон, поспешно отступила. Преследовать их не стали, единороги не соперники лошадям на длинные дистанции - обстреляли их дальнобойных луков и арбалетов, и все. Сейчас главное подготовиться к новым атакам противника. Хотя... Судя по действиям остальных четырех сотен, следующей атаки можно не ожидать часа два, три, не меньше.
  Вернувшиеся сотники браво доложили:
  - По вражескому обозу пронеслись, порубили и истоптали, причем порубили и истоптали тысячи полторы, никак не меньше. Телеги вместе с амуницией и всем снаряжением сожгли, и, не став преследовать панически бежавшего противника и связываться с отступающей кавалерией, вернулись к остальным сотням.
   О чем Зигул не замедлил доложить командору.
  Гартош облегченно вздохнул - первый час войны для Черного Легиона прошел удачно.
  * * *
  Время быстрых побед для гробросцев закончилось. Из ближних тылов спешно подтягивались резервные части и организовывалась эффективная оборона. На все случаи в виктанийских штабах разработали тактику и стратегию, и сейчас они становились руководством к действию. Но все равно, преимущество нападающей стороны в пехоте и кавалерии - особенно в пехоте - все еще было слишком велико. А это значит, работы для Черного Легиона хватало с избытком.
  Сумев стабилизировать обстановку на довольно большом участке фронта, черные полки к концу дня получили новое задание. Ликвидировать прорыв крупной группы кавалерии, в количестве семи, восьми тысяч единиц - гробросцы сумели ввести в брешь в обороне один из своих лучших кавалерийских корпусов.
  Противник двигался тремя ровными колонами, примерно в латоне друг от друга. Присланные из Тороны маги, помогли Гартошу и его полковникам детально рассмотреть корпус. В каждой колоне по две с половиной тысячи человек - бригада, и в случае необходимости, одна бригада могла прийти на помощь другой в течение пяти, шести минут. Эффективная тактика. Помимо быстрой помощи, такое построение имело и другие преимущества. Если одна из бригад встречала сопротивление, вступала в бой и не нуждалась в срочной помощи, две другие обходили противника стороной и двигались дальше, находя новые, безопасные пути. Таким образом корпус мог продвигаться вглубь территории Виктании на максимальной скорости, ведь он имел две задачи: разгром обозов, и захват не успевших подготовиться к обороне населенных пунктов.
  Первый же городок, встреченный корпусом, подготовиться к обороне успел, а так как он, как и все приграничные населенные пункты представлял из себя целую крепость, то интереса для гробросцев не представлял - его взятие послужит задачей идущей позади пехоте. Город решили обойти стороной.
  - Вот тут мы их и возьмем, - радостно воскликнул Гартош, увидев, как корпус разделился. - Лучшей возможности мы вряд ли дождемся. Пока две северные бригады подоспеют на помощь южной, мы разделаем голубчиков.
  - Обязательно разделаем, - подтвердил Зигул. - У нас численное преимущество, плюс внезапность.
  - Плюс мы Черный Легион, - проворчал Алькон.
  - Вот, вот. Значит так. Как только бригады разойдутся на достаточное расстояние, атакуем южную с трех сторон и прижимаем к стенам крепости. - Гартош повернулся к одному и столичных магов. - Свяжись с гарнизоном города и объясни им задачу. Обстрел вражеской конницы, когда они бросятся на помощь южной бригаде, и помощь нам в уничтожении названой бригады.
  Маг кивнул и тут же отправился выполнять поручение. Остальные разошлись по полкам, ожидать команды от командора.
  Гробросцы обходили городок на почтительном расстоянии, не давая шанса для обстрела даже из дальнобойных баллист и катапульт. И это оказалось на руку Черному Легиону. Дождавшись удобного момента, Гартош отдал приказ и четыре их пяти полков одновременно ударили по южному корпусу с трех сторон. По-видимому в этом корпусе не оказалось достаточно сильных магов, способных предотвратить подобное нападение, или хотя бы предупредить о нем, а возможно они сосредоточились в двух северных бригадах (а как оказалось позже, так оно и было), но появление несущихся во весь опор черных полков, застали южную бригаду в полной растерянности.
  Гробросцы не успели перестроиться и единороги вклинились в их ряды без всяких помех, тут же разбив вражескую колону на несколько изолированных друг от друга частей. Командор единорогов, наблюдающий со стороны за этим избиением младенцев, радостно потирал руки: вот таки битвы он любил - когда противник подавлен, деморализован и не способен к эффективному сопротивлению, а не норовит огрызнуться и дать в зубы. И правда, офицеры Гроброса напрасно пытались организовать хоть какое-то сопротивление. Все произошло слишком быстро и их бойцы потеряли драгоценное время, чем вовсю пользовались единороги. Крайние ряды неприятеля снесли в первые же секунды боя, несколько групп удалось окружить полностью, остальных теснили к стенам крепости.
  Сопротивляться закованным в черную броню единорогам казалось бессмысленным, и загорская кавалерия сделала попытку оторваться от этих чудовищ, уйти вдоль стены крепости, пусть даже ценой многих и многих жизней. И вновь радовался командор - его ребятам даже не придется особенно потеть, большую часть работы взяли на себя стрелки на стенах, щедро забрасывая незваных гостей стрелами, болтами, камнями, ядрами и прочими гостинцами.
  Свою роковую ошибку уцелевшие командиры южной бригады поняли лишь тогда, когда на пути их отхода, из магического марева и клубов пыли, вырвался пятый полк единорогов. Гробросцы вспомнили, что они все-таки элитная кавалерийская часть грозного Гроброса, и с отчаяньем обреченных на смерть бросились на подчиненных Рестана.
  Снова зазвенели клинки и закричали раненые. Зажатые со всех сторон, последние загорские сотни, оказали на удивление яростное сопротивление, и трем десяткам все-таки удалось вырваться из кольца. Гартош не отдавал приказа преследовать беглецов, единороги должны оставаться свежими, ведь к месту сражения быстрым галопом приближались еще две бригады, и в их рядах явственно чувствовалась затаенная волшба.
  Вот сейчас все начнется по взрослому. Что бы сократить путь, гробросцы даже рискнули проскочить в опасной близости от стен, прикрывшись правда мощными магическими щитами. Что ж, истощение вражеских магов было только на руку единорогам. Тем более что названые щиты оказались не столь уж непробиваемыми - маги в крепости сумели накачать разрушительной силой достаточное количество метательных снарядов, чтобы поразить две, три вражеских сотни.
  В предчувствии новой схватки единороги нервно перебирали копытами и всхрапывали, всадникам с трудом удавалось удержать своих четвероногих помощников от преждевременной атаки. Но прямой сшибки так и не произошло. Поняв, что от южной бригады практически ничего не осталось и на помощь идти некому, командование корпусом решило не ввязываться в смертельную схватку, в которой корпус скорей всего потерпит поражение. В последний момент разогнавшиеся гроброские сотни отвернули вправо, уходя от прямого столкновения, лишь полутысяча продолжала безнадежную атаку на единорогов, прикрывая тем самым маневр своих товарищей.
  Отдавая должное отваге и самопожертвованию этих пяти сотен, Гартош тем не менее, приказал выдвинуть вперед лучников и расстрелять безумцев практически в упор. До полноценной рубки уцелело не больше сотни кавалеристов.
  Тем временем, значительно поредевший корпус быстро уходил на север, надеясь затеряться ночью в густых лесах предгорья. Единороги ночью чувствовали себя не менее уверенно, чем днем, но вот в леса соваться не хотелось бы - там смерть может поджидать за каждым кустом. Не кавалерийское это дело, по лесам гонять, да еще без помощи проводников и пехоты. Командору сразу вспомнились события более чем десятилетней давности, когда будучи еще академиером, пришлось вместе с гепардами гоняться за гроброскими лазутчиками. Но начальство, которому Оскол доложил об обстановке, успокоило - с севера подходили два пехотных легиона, так что встретить противника есть кому. Задачей единорогов становилось не выпустить вражескую кавалерию из этой мышеловки, перекрыв им любые пути к отступлению.
  * * *
  Спокойно переночевав под городскими стенами, отдохнувшие, залечившие, кто мог, раны, единороги утром появились на границе степи и предгорных лесов. Очень вовремя нужно сказать появились.
  Попытавшиеся затеряться в глубине леса гроброские кавалеристы, нарвались на засевшие там виктанийские легионы. Не имея представления о численности неприятеля, гробросцы сделали попытку прорваться и понесли огромные потери. Решив больше не рисковать и сохранить хотя бы остатки корпуса, командование повернуло его назад, к своим войскам. И вот тут их снова ждал неприятный сюрприз в виде Черного Легиона.
  Единороги не дали противнику выйти из леса и развернуться. Несколько атак снова загнали их под кроны деревьев, где пехота не теряла времени зря. Вообще, ели бы его воля, Гартош всю черновую работу переложил бы на рядовые части. Элитные легионы создавались, что бы помогать рядовым частям, а не брать все тяготы войны на себя. Но сейчас выхода не было, нужно добивать врага, пока он ослаблен.
  Взявший разгон боевой единорог, был подобен тартскому носорогу. Ховарская броня закрывала голову, шею, грудь и верхнюю часть корпуса единорога, ховарская же чешуйчатая броня защищала и седоков. Так что при лобовом столкновении преимущество было не на стороне легкой гроброской кавалерии - уланов. И первые же минуты боя подтвердили это.
  Гартош не выдержал, и вместе с командиром четвертого полка принял участие в рубке. И снова, как и в Ларфе, они с Зигулом рубились плечом к плечу. Только теперь на их стороне был оборотень. Аруш мелькал неподалеку от Гартоша, время от времени сбивая кого-нибудь из всадников, и тут же, коротким ударом лапы, вырывал им глотки. Оборотень часто менял форму, отчего создавалось впечатление участия в битве множества чудовищ.
  Расположившиеся в тылу виктанийские маги, успешно срывали все планы противника по уходу через подпространство хотя бы магов и командования корпуса, вынуждая всех принять бой здесь и сейчас.
  Бой кипел уже долгих три минуты, когда с тылу по гробросцам ударила подоспевшая пехота, окончательно похоронив их надежду на прорыв. Не меньше получаса понадобилось виктанийцам, что бы добить последнего сопротивляющегося, или взять в плен тех, кто выявил благоразумие и сдался, не видя другого выхода. Но нужно было признать, таких оказалось меньше сотни.
  По окончании боя Гартош хмуро осмотрел свое воинство: с начала войны легион потерял каждого пятого. Если так пойдет и дальше, то через неделю от легиона останется только память, у кого добрая, у кого нет. Мрачные размышления командора прервал Гнивер:
  - (Привет братец, как твои дела?)
  - (Не могу сказать что хорошо. Гробросцев мы, конечно, разгромили, но и своих потеряли почти тысячу, причем половину из них убитыми.)
  - (Это война Гартош, и это не последние потери. Ну, а что загорский корпус уланов разбили, так это здорово. У Гробросцев явная нехватка кавалерии, и на этот корпус они возлагали большие надежды. А насчет потерь... Я поговорю в штабе, что бы вами поменьше затыкали все дыры.)
  - (Для того и создавался наш легион, что бы дыры закрывать.)
  - (Вы слишком уникальный легион, что бы вами так рисковать. Тем более что обстановка постепенно нормализуется. Мы все еще отступаем, но каждый шаг дается врагу ценой все больших потерь. Думаю, скоро сумеем остановить их совсем.)
  - (Остановить то мы сумеем, но что бы ни получилось как с Шерамским плацдармом - потеряли кусок территории, и вот уже несколько столетий забрать не можем.)
  - (Да, обороняться гробросцы умеют лучше, чем наступать, и выбить их будет тяжелее, чем остановить.)
  - (И я о том же), - мысленно вздохнул Гартош.
  - (Отложим решение этой задачи на будущее. Ты мне лучше вот что скажи. В уничтоженном корпусе не было ничего необычного?)
  - (В каком смысле?)
  - (Не участвовали на их стороне особо сильные маги, например? Или не применялись мощные артефакты? Возможно, уловили проявление непонятной магии?)
  - (Нет, ничего такого я не заметил. Я даже удивился, думал, что у корпуса будет лучшее магическое прикрытие.)
  - (Понятно... Это все что я хотел узнать и сказать. До встречи.)
  - (До встречи.)
  После разговора Гартош задумался - слишком много Гнивер не досказал. Но если не поделился даже с братом, значит так нужно.
  После разгрома корпуса единороги привели себя в порядок, определили раненых, и снова были готовы послужить на благо империи. Но, по-видимому, империя уже не так остро нуждалась в услугах единорогов, а возможно возымело действие обещание Гнивера поспособствовать спокойствию легиона, но Черному Легиону приказали прибыть в распоряжение штаба Восточной армии, и отдыхать. Здесь Гартош более подробно узнал о последних новостях.
  Гробросцы сумели немного расширить проход в оборонных линиях Виктании и захватить территорию, где-то пятьдесят на пятьдесят латонов. Очень неплохо для двух дней войны! Становилось очевидным, с какой тщательностью готовился противник к нападению, как быстро ввел войска, и, не дав опомнится виктанийцам, захватил немалую территорию. Правда к концу второго дня ситуация стабилизировалась, и продвижение агрессора удалось замедлить.
  Сейчас каждый шет гробросцам приходилось буквально выдирать у хозяев, и делать это становилось все сложнее. На востоке страны виктанийское командование сосредоточило наибольшее количество частей, и эти части сейчас выстраивались в эффективную оборонительную линию, включающую в себя целый ряд городов-крепостей. Быстро выйти в тыл противника у гробросцев не вышло, сказалась недостача кавалерии. А вот преимущество в пехоте сказывалось, во все более медленном, но неумолимом продвижении вперед.
  * * *
  Целых два дня Черный Легион не участвовал в боевых действиях, но работы у него оказалось выше крыши. Командование "вдруг" вспомнило, что единорогов можно использовать не только в прямых военных действиях, но и как быстрое, очень быстрое средство передвижения. И началось...
  Перебросить панцирный легион из глубины страны на опасный выступ фронта. Час, полтора отдыха, и теперь уже стрелки катаются на волшебных созданиях. Потом срочно понадобились боеприпасы. Потом еще, и еще... Неудивительно, что к концу дня двуногие единороги порядком устали, а четвероногие, на которых и легла основная нагрузка, просто валились со всех четырех копыт.
  Когда на следующий день Гартошу показали список пассажиров и график их доставки, командор взмолился:
  - Отправляйте нас быстрей на фронт! Иначе к вечеру весь легион поляжет, так и не вкусивши по настоящему вражеской крови!
  - Успокойся командор! - одернул его начальник штаба Восточной армии. Вы вчера хорошо поработали и переброшенные вами войска помогли почти остановить противника. Еще один такой же ударный день, и мы окончательно остановим неприятеля. А потом еще два три дня, и можно будет думать о наступлении. Эх, если бы вы еще кавалерию могли...
  - Да поймите же вы, - перебили мечтания начальника Гартош. - Каждый переход через подпространство вызывает у единорогов усталость, а с пассажиром или грузом усталость нарастает многократно. Каждый новый переход дается все с большим трудом. Я не знаю, сколько моих подчиненных не сможет сегодня войти в подпространство. А сколько, я даже страшусь об этом подумать, не смогут из него выйти. У меня сейчас сложилось мнение, что таким изощренным способом решили избавиться от нашего легиона.
  - Но, но командор! Не забывайтесь! Каждую часть используют там, где она приносит наибольшую пользу. Вы сейчас наиболее эффективны, именно как транспортная часть. И не делайте такое лицо, в этом нет ничего постыдного. Но раз вам так тяжело, я постараюсь уменьшить нагрузку.
  - Вдвое, - попросил Гартош, еще раз взглянув на список.
  - Хорошо, вдвое, - нехотя согласился начальник штаба.
  Он со вздохом начал вычеркивать номера и названия частей и легионов, уже виденные им на фронте.
  - Возьми командор. И как хочешь, но что бы к вечеру эти части были в указанных местах.
  Гартош взял облегченный список, и довольный своей небольшой победой, хоть и не над противником, отправился его выполнять.
  ...Столько передвигаться магическим способом Черному Легиону еще не доводилось. Но к исходу второго дня грандиозной транспортной операции, никто, даже самые отъявленные скептики и противники создания такого дорогого легиона, поняли - польза от единорогов огромная. Те несколько десятков тысяч, переброшенных в Восточную армию, помогли не только остановить наступление противника, но и создали предпосылку для наступления.
  * * *
  В преддверии большого наступления, самому полезному легиону империи, дали возможность хорошо отдохнуть, выспаться и подготовиться принять непосредственное участие, теперь уже в боевых действиях.
  Командора единорогов пригласили на совещание, которое проводил сам император. В начале совещания Лориан поблагодарил Черный Легион за ту титаническую работу, что он проделал в последнее время. Гартош коротко и с достоинством поклонился и совещание началось.
  План предстоящего контрнаступления огласил лорд Дангал:
  - Верховный штаб, вместе со штабом Восточной армии разработали такой порядок наступления. Начинает наступление северная группа, состоящая из трех пехотных, одного кавалерийского легиона, и приданных стрелковых и метательных подразделений. Затем в ход идет южная группа, в таком же количественном составе, как и северная. И только тогда, когда обе эти группы оттянут на себя достаточное количество войск, в бой вступит центральная, самая мощная группа войск, состоящая из четырех пехотных легионов, в том числе "Вепрей", двух кавалерийских легионов, легиона "Шершни", и легиона тяжелых метательных орудий.
  Задачи, которые мы ставим перед этими группами, не только освобождение нашей территории, но и захват как можно большего количества пленных. Нам нужна информация - почему Гроброс начал наступление именно сейчас, и кто из нашего мира или извне, ему так здорово помогает. Для помощи войскам мы привлечем лучших магов империи, которые приготовили для врага свои сюрпризы. Надеюсь, мы заставим их пожалеть о своем опрометчивом поступке - наступать на Виктанию. Наступление начинается через час. Прошу присутствующих занять свои места.
  Пока для Черного Легиона не нашлось новых сверхсложных задач, Гартош ошивался на наблюдательном пункте северной ударной группы. Командовал этой группой лорд Зорамин, один из самых опытных командоров империи. Магическое прикрытие осуществлялось отдельным магическим полком под руководством Гнивера. Вместе с Гартошем на наблюдательном пункте собрались почти все его полковники, что, в общем-то, было правильным - в случае необходимости командиры полков должны четко представлять, какая от них потребуется помощь, какие дыры они будут затыкать в этот раз.
  Наступление северной группы началось, с самоубийственной, казалось, атаки двух пехотных легионов. Ели судить по визуальному наблюдению, то у гробросцев на этом участке собралось войск, как минимум не меньше чем у виктанийцев, а ведь в ближнем тылу наверняка затаились дополнительные части. Имелись так же, кой-какие оборонительные сооружения, пусть и возведенные наспех. Так что наступающие легионы ожидал, если не полный разгром, то сильное поражение наверняка. И в таком заблуждении враг находился до тех пор, пока не пришла пора обстреливать наступающих виктанийцев.
  Все стрелы и другие метательные орудия загорцев поглотила невидимая даже магическим зрением защитная стена. Причем стена оказалась односторонней - стрелы летевшие в обратном направлении прекрасно через нее проходили. Мало того, пролетая сквозь защитную стену, стрелы и болты напитывались убийственной энергией, и без проблем прошивали магическую защиту гробосцев вместе с доспехами, да и с телами тоже. Все попытки вражеских магов не увенчались успехом, все-таки Гнивер не зря считался одним из сильнейших магов империи, да и команда у него собралась как на подбор.
  - Твой брат выбрал простую, но очень эффективную тактику, - комментировал действия Гнивера Вирон, самый опытный маг среди полковников единорогов. - Он не стал мудрить и выдумывать что-то сверхновое, а вместо этого дал нашим солдатам сверхмощную и сверхнадежную защиту, которую гробросцам так просто не взломать. И эта защита служит еще и оружием.
  Вирон ненадолго замолчал, внимательно присматриваясь к действиям своих бывших сослуживцев по магическому полку:
  - Пожалуй я погорячился насчет простоты. Создать такое заклинание, прикрывшее два легиона, совсем непросто, да еще такой мощи.
  А на поле боя, это простое, и в тоже время сложное заклинание раскрывалось все больше и больше. Невидимая стена, катившаяся впереди пехотных шеренг, вдруг стала видимой - словно воздух потемнел, сгустился и уплотнился - и накрыла редуты противника.
  - Гнивер накачал в свое детище дополнительной энергии, - вновь первым все понял Вирон. - Смотрите! Наши взошли на передний край загорцев и их никто не встретил!
  - Да некому их встречать, - мрачно заключил Гартош. - Магия всех убила.
  - Не хотел бы я, что бы против меня применяли такую магию, - включился в обсуждение Алькон. - Простой солдат против нее бессилен, словно жук перед носорогом. Лучше уж меч против меча.
  - Гробросцы, что бы взломать нашу оборону, применили еще более убийственную магию, - возразил Вирон.
  - Вот я и говорю. Собрать всех магов...
  Договорить Алькон не успел. Из ближайшей рощи выметнулся кавалерийский легион, и помчался на помощь пехоте, которая практически без потерь преодолела передний край противника и вступила в бой с частями второй линии. Сделав свое дело и истощившись, магическая стена растаяла, но несмотря на это, пехота успешно продолжала наступление. Во второй линии, серьезных оборонительных сооружений противник построить не успел, да и численное преимущество теперь было за наступающими. Так что когда конница догнала свою пехоту, проходы через вторую оборонительную линию уже были открыты. А третьей линии обороны уже не было, одни тылы.
  Третий пехотный легион в атаках не участвовал, для него нашлась другая задача - прикрыть левый фланг от ударов с севера. Поэтому построившись в боевые колоны, полки третьего легиона спешно занимали отбитые у противника редуты, быстро перестраивая их для отражения ударов уже не с запада, а с севера. И тут оказалось, что захваченные редуты заполнены отнюдь не одними мертвецами. Магическая волна многих просто оглушила, так что еще одна задача - захват большого количества пленных - так же была успешно решена.
  А наступление между тем продолжалось. Кавалерийский легион умчался далеко на восток, круша и кромсая все, что попадалось на пути. Один из пехотных легионов стал разворачиваться на юг, готовясь отразить удар оттуда, и только центральный легион, все еще двигался на восток. Вот сейчас и начиналась настоящая битва.
  Слева и справа от прорыва, гробросцы спешно снимали передовые части и бросали их на наступающего противника. Первую атаку прогнозируемо провели на третий, северный легион, пытаясь смять виктанийцев первым же мощным ударом. Контрудар вышел не слабым - десять тысяч пехоты. Атака проходила по всем правилам - первые три ряда панцирная пехота, следом лучники, затем средняя пехота, арбалетчики, и замыкали все легкие пехотинцы.
  Двукратное преимущество давало гробросцам основания надеяться на успех, но дальнейшие события опровергли это. В передние, латные ряды наступающих, полетели камни из захваченных и подтянувшихся полевых катапульт, дротики из малых и больших баллист. Интенсивность обстрела была таковой, что всего за три минуты от стройных панцирных рядов остались только кучи шевелящегося метала. Оставшись без живого щита, гробросцы могли либо отступить, либо броситься в безрассудную атаку. Загорцы выбрали последнее.
  Навстречу наступающим взвились тучи стрел, быстро сводя на нет численное преимущество гробросцев. И снова магия сыграла в этом не последнюю роль. Вновь поднявшаяся магическая стена, закрыла виктанийцев от вражеских стрел и магии. И в то же время защитники спокойно, не таясь, расстреливали набегающего противника, абсолютно не опасаясь получить ответный подарочек.
  На невидимом для простых людей уровне, разгоралась своя, магическая битва. Подоспевшие маги Гроброса, пытались взломать защитную стену, проломить ее грубой силой. Но заклинания стены были построены так, что преобразовывали вражеские разрушительные заклинания в чистую энергию, готовую для дальнейшего использования. Гробросцам пока не удалось подыскать ключика к заклинаниям противника, и они предприняли прямую атаку на магов, стремясь, если не уничтожить их, то хотя бы отвлечь от защиты своей пехоты.
  Обладающие магическим даром видели, какие разрушительные силы задействовали противники. В магическом эфире бушевала настоящая буря, и отголоски ее разносились по всему Иктиву.
  - Заметь, - наклонившись к Гартошу, тихо сказал Вирон, - твой брат практически не участвует в этой битве магов, он чего-то ждет.
  - Ждет и ищет, - подтвердил Гатрош. - Наверняка тех, кто помогает гробросцам.
  - Я тоже так думаю. Пойду, помогу нашим, сейчас им моя помощь не помешает.
   - Смотри не выдохнись раньше времени! - крикнул вслед другу командор. - Ты еще и нашему легиону понадобишься!
  Гартош и сам был не против поучаствовать в этой битве - как магической, так и телесной. Но для первой ему не хватало знаний, а для второй еще не пришло время. Единственное что ему оставалось, это наблюдать.
  Сильно поредевшие ряды гробросцев добрались, наконец, до редутов и вступили с их защитниками в рукопашную схватку. От этого боя Гартоша отвлек новый источник опасности - с юга быстро двигались две колоны противника, в общем количестве не меньше семи, восьми тысяч. Еще пару тысяч кавалерии пытались обойти южный легион с фланга.
  Подбежал вестовой, видимо командование сейчас не очень доверяло магической связи.
  - Лорд Гартош, лорд Зорамин приказывает вам остановить кавалерийский отряд противника!
  - Приказывает, значит, остановим, - кивнул Оскол. - Алькон, Терес, Зигул, это задача для вас. Вы должны так организовать выход, что бы ударить с востока, откуда противник не ожидает атаки. Выходите как можно ближе, не нужно утомлять единорогов долгой скачкой. И больше ни во что не ввязывайтесь: мощного, но короткого напора для остановки двух кавалерийских тысяч хватит.
   * * *
  Казалось воздух вздулся огромным мыльным пузырем, и из него стремительной лавиной вывалились черные чудовища, тут же врезавшись в правый фланг гроброской кавалерии. Даже находясь далеко от места боя и наблюдая за происходящим через подзорную трубу, Гартош чувствовал благоговение от появления черных полков. Что же тогда должны чувствовать те, против кого направлялась эта невероятная сила?
  В первые же секунды единороги буквально снесли несколько тысяч вражеской кавалерии. И дальнейшее опять напоминало избиение младенцев. Гробросцы не успели опомниться, как лишились половины обходной кавалерийской группы и, не выдержав напора единорогов, повернули назад, сминая правый фланг своей же пехоты.
  И вот тут началось что-то непонятное. Вместо того что бы вернуться к своим, черные полки оставались на месте.
  - Что за черт! - вскипел Оскол. - Чего они там ждут?! Когда гробросцы опомнятся и всыпят им как следует?! (Алькон, Терес! Быстро уходите оттуда! Зигул! В чем дело?)
  От группы магов что есть духу бежал Вирон:
  - Гартош! Их не выпускают оттуда! Подпространство закрыто, это ловушка!
  - Твою мать! Только этого не хватало! Вирон, готовь свой полк, будешь нас прикрывать. Не вступай в бой, пока я не прикажу. А я с пятым полком на помощь.
  - Подожди, - остановил его Вирон, может они сумеют выбраться и без помощи магии. Всего-то проскакать латон, полтора и они соединятся с южным легионом.
  - Хорошо бы, но боюсь, им не дадут так легко уйти.
  И это была правда. Командование гробросцев посчитало черные полки большей угрозой, чем прорвавшиеся легионы, и уничтожение единорогов являлось первостепенной задачей. Спешащая с юга пехота развернулась в сторону единорогов, готовились к атаке и остатки кавалерии - видимо им приказали здохнуть, но придержать черные полки до подхода пехоты и частей с востока. Вот этого Гартош допустить не мог. Он взбежал на вершину холма:
  - Гнивер, ты сможешь обеспечить нашему пятому полку выход из подпространства?
  - Ты хочешь отправиться туда? - Гнивер указал рукой на окруженные легионы.
  - Да. Если с легионом что-нибудь случится, я должен быть с ним.
  Гнивер даже не думал отговаривать брата:
  - Хорошо. Ты где хочешь выйти?
  - Позади остатков гроброской кавалерии. Думаю, ударом с двух сторон мы их уничтожим, и пойдем на соединение со своими.
  Гнивер кивнул:
  - Я пробью их колпак, но на большее не рассчитывай, у меня другие задачи.
  - Понимаю. Мы пошли.
  Гартош перенесся к пятому полку, и через минуту полк Ристана атаковал вражескую кавалерию. Это была еще одна неожиданная атака, к которой неприятель не сумел подготовиться. Ближайших кавалеристов единороги нанизали на пики, а затем быстро завершили то, что начали три других полка. Бой закончился быстро, черные легионеры даже не успели как следует разогреться. Объединенные четыре полка двинулись на соединение со своими частями.
  - Что, не утерпел, решил лично поучаствовать? - прокричал Гартошу подскакавший Алькон.
  - Вы же не можете без папки, - ответил командор.
  - Конечно, куда ж мы без тебя.
  - Ты не торопись обижаться, лучше обрати внимание на эту подозрительную тучку, что плывет строго над нами.
  Алькон задрал голову:
  - Магия?
  - Нет, попутный ветер! Конечно магия. По-моему теперь нас попытаются задержать именно с ее помощью.
  - Ели бы мы были на обычных лошадках, я бы, наверное, испугался.
  - Ты прав, единорогам магия не так страшна, как обычным, немагическим существам. Но расслабляться не стоит, мы не знаем кто стоит за этой тучкой, каковы их силы, и какие нам приготовили сюрпризы. Поэтому всем быть готовыми отразить магическую атаку.
  Повинуясь приказу командора, единороги объединились в одну большую колону, и экономной рысью продолжили путь к своим.
  А туча темнела и разрасталась. Теперь все на нее поглядывали с опаской, и единороги сами, без приказа ускорили свой бег. Внезапно с черного брюха тучи ударили сотни, а может даже тысячи тончайших молний. Они словно паучья сеть опутали четыре черных полка, и всех пронзила жгучая боль. Принявшие на себя основной удар четвероногие единороги, буквально закричали от боли и чуть ли не посбрасывали с себя седоков.
  - Посотенно создать круги! Вместе легче отбить атаку! - выкрикнул Гартош.
  К счастью его услышали и быстро поняли, чего хочет командор. Сотни устремились за сотниками и вскоре на месте колон образовались десятки кругов, накрытых защитными колпаками. Все участившиеся удары молний бессильно растекались по куполам и больше не причиняли вреда. Туча нехотя стала светлеть, молнии почти перестали сыпать, и вдруг небо пронзила раскаленная шипящая молния и грянул оглушительный гром. Молния протянулась от командного холма на виктанийской высоте, к ничем не примечательной группе деревьев на территории занятой гробросцами. Туча рассеялась моментально, и на единорогов больше не давила чужая магия.
  - Спасибо брат, - прошептал Гартош, и уже громко передал команду. - Приготовится к подпространственому переходу! По моей команде полки возвращаются к местам дислокации! Здесь уже обойдутся и без нас.
  Гартош поднялся на командный пункт северной ударной группы и нашел брата:
  - Ты нашел кого искал?
  - Найти то нашел, только распознать не сумел.
  - Чужие, не из нашего мира там были?
  - Скорей всего да. Чувствовалось сочетание традиционной магии Гроброса и чужой магии. Есть у меня догадки, но пока придержу их при себе, нужно многое проверить. Скоро начнется наступление на юге, возможно, там прояснится больше.
  У Гартоша тоже накопилось много вопросов, которые требовали ответа, но он пока придержал их при себе.
  - Я проанализировал магию, что вас сдерживала, и думаю, что сумею расшифровать эти заклинания, - сказал Гнивер.
  - Неплохо бы. Отпадет много проблем.
  - Но расшифровкой я займусь чуть позже, сейчас помощь нужней пехоте.
  И действительно, пехотным легионам сейчас приходилось не сладко. Северный легион отбил атаку, практически уничтожив нападающую группу, но во время рукопашной схватки и он понес серьезные потери. Сейчас в бой вступал южный легион, на левый фланг которого навалилась вся гроброская пехота. Виктанийцы перебросили туда всех стрелков, и что успели из метательных орудий, но у Гартоша все равно оставались сомнения, что южный легион, точнее его левый фланг выдержит напор противника.
  Судя по всему, от магов пехота помощи сейчас не дождется, у них шла своя битва. Гробросцы перебросили к месту сражения своих сильнейших магов, и ближний магический эфир буквально кипел от боевых заклинаний. Даже Гниверу пришлось вступить в магическую схватку, причем с полной самоотдачей. И помощь Вирона снова оказалась не лишней.
  На помощь южному легиону пришел центральный, остановив свое продвижение вперед, и отрядив на помощь соседям два полка и большую часть стрелков. Славный вышел бой. Сошлись примерно равные силы, и исход боя сейчас решался выучкой, вооружением, и силой духа. Гартош с напряжением следил за полем боя. По его мнению, своей пехоте ох как не помешал бы поддерживающий удар Черного Легиона. Но Зорамин молчал, не считая, что время черных снова пришло.
  Чашу весов в битве перевесил кавалерийский легион, возвращающийся из неглубокого рейда по тылам противника. И хотя лошади и всадники порядком устали, их сил хватило на еще одну атаку. Правому флангу гробросцев, пострадавшему от собственной кавалерии, досталось еще и от кавалерии Виктании. Противник дрался до последнего, но сил, и жажды победить осталось больше у виктанийцев. Этот бой они тоже выиграли. Уцелевшие гробросцы, где организовано, где беспорядочно отступили. Их даже не преследовали - ни у пехоты, ни у кавалерии, просто не осталось на это сил.
  Закончилась и магическая битва. С командного пункта уносили пострадавших магов, некоторые дышали с трудом, им срочно требовалась помощь лекарей. А одного и вовсе укутали в белый холст - не выдержал боя бедолага...
  - Похоже, на этом участке сегодня больше ничего не произойдет, - устало сказал Гнивер. - Я здесь еще немного побуду, а ты отправляйся в южную ударную группу. Твоя помощь понадобиться там.
  - Если лорд Зорамин отпустит, отправлюсь немедленно, - ответил Гартош.
  - Твой брат прав, - сказал Зорамин, - Здесь мы справимся и без тебя. Отправляйся.
   * * *
  На командный пункт южной ударной группы, Гартош успел перед самым началом наступления. Заканчивали последние приготовления маги, выбирались из оврагов и занимали позиции, прятавшиеся там пехотные легионы. Группу боевых магов здесь возглавляла неразлучная парочка - Гремольд и Лапога. Гартош уже убеждался в эффективности действий этой связки, но сейчас ожидал чего-то необычного, превышающего увиденное на севере.
  Отдан приказ, прозвучал сигнал трубы, и два пехотных легиона стройными рядами двинулись на противника. На позициях гробросцев усилилась суета, забегали посыльные, куда-то ускакали несколько вестовых. Но через несколько минут все затихло - загорцы были готовы отразить удар.
  Опережая наступающие пехотные легионы, в сторону гробросцев потянулись невесть откуда взявшиеся тучи, странного зеленого цвета. Нападению туч не так давно подвергся и легион Гартоша, поэтому он не завидовал тем, кому придется столкнуться с этой напастью. Бег туч стал заметно замедляться, но все же не прекратился.
  - Маги вступили в противоборство, - не замедлил с комментариями Вирон.
  Но видимо не зря Гнивер остался с северной группой, оттягивая на себя сильнейших магов противника - тучи упорно тянулись на восток, и как только достигли переднего края противника, пролились ядовитым дождем. Единороги с ужасом смотрели, как забегали обжигаемые ядовитыми каплями солдаты, как пытались закрыться щитами, и, как бросив позиции и избавившись от брони, бежали что есть мочи в тыл. Но уйти удалось не многим. Посветлевшие тучи, зеленым туманом опустились на позиции и убегающих солдат, и когда порывы ветра унесли последние клочья зеленой пакости, открылась ужасная картина - полуразложившиеся трупы, изъеденные ядовитой коррозией доспехи и оружие.
  - А что они хотели?! - воскликнул Лапога, увидев на себе несколько непонимающих и даже осуждающих взглядов. - Теплого летнего дождика?
  - Да никто тебя не обвиняет, - успокоил мага командующий южной ударной группой лорд Корнель. - Просто пленных там не возьмешь.
  - Будут пленные, - буркнул Лапога. - Не все там умерли.
  Южная группа действовала так же как и северная - вслед за первыми двумя пехотными легионами двинулся третий, а затем и кавалерийский легион. Третий легион занял позицию к югу, прикрывая ударную группу от спешащей к гробросцам подмоги. Кавалеристы умчались на восток, наводить шороху в тылах. Центральный легион продвинулся на восток дальше всех, и стал спешно строить оборонительные сооружения. Северный легион только успел развернуться к северу, как тут же подвергся нападению смешанной пехотно-кавалерийской группы противника. Маги виктании успели сломать магическую защиту врага, и поставить такую же на своих, но их тут же связали боем на магически энергетическом уровне.
  Но то небольшое преимущество, что получили виктанийцы, сыграло решающую роль. Плотный обстрел наступающих порядков противника из всех видов стрелкового и метательного оружия, укоротил их численность, чуть ли не наполовину. Особо пострадала кавалерия гробросцев, принявшая на себя большую часть стрел и болтов, и выполнить свою основную задачу - разорвать оборонительные порядки противника - они уже не смогли. Не сомневаясь, что рукопашную схватку северный легион выиграет, Гартош перевел подзорную трубу на юг, где события развивались схожим образом.
  Гробросцы сняли с фронта и подтянули с ближних тылов все что могли и бросили на прорвавшихся виктанийцев. Не став в этот раз рисковать ценной кавалерией, вражеские военачальники возложили основную задачу на пехоту, над которой удалось восстановить магическую защиту. Магический эфир буквально скрипел и стонал от используемых сил и заклинаний, но сломать защиту виктанийцам в этот раз не удавалось. Не удавалось, пока не подоспел Гнивер.
  Вновь пронзила небо ярко белая молния, ударив в невидимых с наблюдательного пункта магов. Защитный полог после этого с гробросцев удалось сорвать, не потеряв при этом свой. Но противник все-таки успел подойти на расстояние последнего броска, и хотя потерял от обстрела несколько передних рядов, все еще обладал численным превосходством.
  - Гартош! - кликнул командора единорогов лорд Корнель. - Нужен удар во фланг противника. Не зарывайтесь далеко, я не хочу, чтобы вас снова блокировали. Ударь отсюда, с запада, думаю, трех полков будет достаточно.
  - Сделаем, господин командующий!
  Гартош поспешил к своим полковникам.
  - Алькон, Вирон и Рестан, задача для вас. Первый и пятый полк ударят развернутым строем во фланг противника, третий с тыла. Как всегда - быстрая напористая, но недолгая атака. Главное отвлечь, как можно больше пехоты загорцев, и дать нашим пехотинцам разобраться с ними по частям.
  - А если на нас навалится кавалерия? - спросил Вирон.
  - Не ввязывайтесь, с кавалерией разберемся позже.
  - Понятно.
  - Тогда вперед.
  Как всегда появление черных полков было эффектным и вызвало у противника легкое замешательство, а кой у кого даже панику, чем тут же воспользовались единороги. Широким строем ворвались они в ряды пехоты, и устроили там страшную мясорубку.
  Гартош снова довольно кивал головой - все-таки нет частей в Виктании, да и, пожалуй, во всем Иктиве, способных сравниться по эффективности с Черным Легионом. Вот и сейчас они в который раз это доказали. Не успевшая подготовиться пехота легкая добыча для кавалерии, тем более для ТАКОЙ кавалерии. Пока командиры сумели подавить панику и перестроить пехотные ряды, черные полки перемешали с землей несколько тысяч, и только после этого, получив приказ к отступлению, вернулись к своим. Командор удовлетворенно посмотрел на поле боя - молодцы ребята, все сделали как надо. Огорчало только одно: каждый бой, насколько победным бы он не был, собирал свою смертельную жатву и с черных полков - среди тел противника, хоть и редко, но все-таки попадались тела закованные в черную броню.
  * * *
  Все атаки гробросцев удалось успешно отбить. И хотя командование понимало - это только начало и скоро противник подтянет гораздо большие силы, первые победы были особо важны. Они доказывали: противник силен, но не всесилен. Его можно побеждать, побеждать меньшей кровью, и начинать возвращать захваченные территории.
  Легионы продолжали строить укрепления. К переднему краю и от него сновали повозки, подвозя продовольствие и оружие, и увозя убитых и раненных.
  Подняв клубы пыли, возвращался из рейда кавалерийских легион, захвативший в тылу у противника многочисленных и ценных пленников. На плечах у виктанийцев висела вражеская кавалерия, да еще и маги решили отыграться за свои сегодняшние поражения, и обрушили на легион лавину небесного огня. Все маги южной группы перенеслись на передний край центрального легиона и всеми силами пытались отвести небесно огненной стихии от попавшего под удар легиона.
  Длинные, дышащие жаром молнии хлестали по всадникам и лошадям, сбивая с седел одних и с копыт других. Лошади в ужасе становились на дыбы и отказывались повиноваться. Люди и кони гибли десятками. Похоже, что гробросцы подтянули к месту прорыва действительно сильных магов, и битва приняла новый характер.
  - Ну наконец-то, - прошептал Гнивер, и присоединился к магам на переднем крае.
  Его знаменитая направленная молния, с шипением и грохотом вновь разорвала небо и ударила в атакующих кавалерийский легион магов. При атаке многие маги не могут поддерживать собственную защиту, вот их то и нашел жаркий подарочек Гнивера, тем самым сразу ослабив магический натиск противника.
  С трудом успокоив взбесившихся лошадей, кавалеристы сумели добраться до своих, с облегчением хлынув в открытые для них проходы. Вражеская кавалерия подверглась массированному обстрелу и вынуждена была отступить. Дальше битва продолжалась только на магическом уровне. Гартош видел, как в Гнивера с разных сторон полетели направленные заклинания огня, воздуха и смерти. Гроброские маги быстро разобрались кто здесь самый сильный, и попытались уничтожить его объединенными усилиями. Гниверу пришлось забыть об атаке и направить все свои силы на защиту, слишком уж могучие удары были на него направлены.
  Брат явно нуждался в помощи, только Гартош еще не знал, как ее оказать, не настолько он великий маг. Сомнения развеял Вирон:
  - Похоже ребятам там туго. Думаю нужно помочь.
  - И я так думаю.
  Захватив с собой еще нескольких магов из своего легиона, Гартош перенесся на место битвы. Вокруг Гнивера вертелся целый смерч из смертельных заклинаний и стихийной энергии. Встав в круг, маги из Черного Легиона образовали защитный купол, и медленно подступая к связанному боем магу, с огромными усилиями, но все же отодвинули вражескую магию в сторону, заключив в купол самого Гнивера.
  - Спасибо братишка! - с облегчением выдохнул старший маг. - Давно меня так не прищучивали!
  - Всегда пожалуйста!
  - Постарайтесь продержать защиту, хотя бы полминуты, уж я то им отвечу!
  - Давай брат, покажи, кто здесь самый главный!
  Гнивер закрыл глаза, и тихо шепча, стал плести заклинание. Маги, заключившие старшего мага в кольцо, почувствовали как в их защиту ударило чем-то массивным, словно огромным валуном.
  - Держаться! - сквозь зубы прошипел Гартош.
  Маги держались, хотя некоторым это давалось с все большим трудом - у кой кого пошла кровь из носа, и даже из ушей. Казалось, вся магия мира ополчилась против этой небольшой группы.
  - А вот теперь отодвиньтесь, откройте проход.
  - Мы не можем, они нас непрерывно атакуют!
  - Не страшно, я все предусмотрел, мое заклинание поглотит их энергию.
  Маги Черного Легиона с опаской разомкнули руки и Гнивер выпустил свое создание. С его рук сорвался темно синий смерч, и поглощая попавшиеся ему на пути заклятья, расширяясь, поднялся к небу. Из его недр, одна за другой ударили три молнии, прямые словно копья, и яркие как солнце. Молнии нашли свои цели, пробив троих магов вместе с их защитой. По-видимому, именно эти маги служили основой вражеской атаки и были наиболее сильны. Остальные быстро свернули свои атакующие действия, и ушли в глухую оборону, а затем и вовсе покинули поле боя.
  - Вот так-то лучше, - удовлетворенно хмыкнул Гнивер.
  - А раньше не мог так жахнуть, - вытирая пот со лба спросил Гартош.
  - Мог, но сперва нужно было вычислить самых сильных, действительно самых сильных магов, а затем они меня здорово прижали и ваша помощь оказалась очень кстати.
  - Да, - протянул Вирон. - Серьезная здесь среди магов произошла драчка.
  - И не говори, - согласился Гнивер, - это самая крупная битва за многие годы. Представляю, какие отголоски пошли по всему Иктиву.
  - И как жадно к этим отголоскам прислушиваются маги, - подхватил Гартош,- пытаясь разобраться, что здесь произошло на самом деле. Какие силы были задействованы, каким образом?
  - И главное, кто выиграл? - добавил Вирон.
  - Пускай разбираются, - разрешил Гнивер. - Нам тоже не мешает разложить по полочкам наши действия и действия врага. И конечно в этой битве не участвовали самые сильные маги Гроброса, да и их иномирские помощники тоже. Главные битвы еще впереди.
  Пока на участке южной ударной группы наступило затишье, Осколы вместе со своими командами перенеслись на командный пункт, центральной ударной группы, куда перемещался основной интерес противоборствующих сторон.
  
  
   XII
  На центральном командном пункте царила преднаступательная суета. Отдавались последние уточняющиеся приказы, в очередной, точней, в последний раз, проверялась готовность всех участников наступления. Командовал центральной группой лорд Лайфрон, командор легиона "Вепри". Командный пункт замаскировали среди жиденького кустарника, на невысоком взгорке. Совсем недалеко, на более высоком холме, находился командный пункт легиона, занимающего оборонительные позиции на этом участке фронта. На "официальном" командном пункте все шли как обычно, буднично, никаких резких движений и намеков на будущее наступление - ни что не должно было спугнуть гробросцев и дать им возможность приготовиться.
  Но вот время пришло, лорд Лайфрон повернулся к подчиненным и коротко кивнул. Тут же убежали вестовые и через минуту фронтовое затишье нарушила мерная поступь тысяч ног. Два легиона, шестью походными колонами, обходя препятствия, начали наступление. И хотя теперь скрываться особого смысла не было, Лайфрон не спешил открывать местонахождение настоящего командного пункта, выдерживая маскировку до последней возможности.
  Марш наступающих легионов произвел тот же эффект, что случался и на других участках фронта, где происходил прорыв. Войска противника занимали временные оборонительные сооружения, и срочно посылали за помощью. Но благодаря двум предыдущим контрнаступлениям, этой помощи они вряд ли могли дождаться, все ближайшие резервы командование бросило на места прежних прорывов. Во всяком случае, виктанийцы на это очень надеялись...
  Тем временем наступающие легионы дошли до определенной точки, и из колон развернулись в шеренги. Гартош и интересом посмотрел на деда, что приготовил для противника Первый Маг империи? Лорд Руткер внимательно смотрел поле предстоящего боя и, дождавшись своего часа, повелительно указал рукой на восток, произнеся при этом ключевое слово, спуская заготовленное заклинание.
  Несколько долгих и томительных секунд ничего не происходило. Кое-кто даже занервничал - не ошибся ли в чем немолодой уже маг. Но лорд Руткер держался спокойно и уверено, заражая своей уверенностью и остальных. И вот, откуда-то издалека донесся топот. Нет, не так, ТОПОТ! Казалось, по земле несется кто-то настолько огромный, что... И тут оглянувшись, Гартош увидел кто, или что, приближается к линии фронта. На командный пункт надвигались четыре исполинских полупрозрачных коня. Своей высотой они казалось, достигали редких облаков. Лошади были разных мастей: черный, синий, красный и зеленый. Даже Гнивер удивленно открыл рот:
  - Ай да дед...
  Лорд Руткер довольно улыбался, если его создания произвели такое впечатление на своих, то, что уж тут говорить о противнике. При виде этого чуда, даже наступающие легионы начали оглядываться и сбились с шага.
  Чудесные кони с такой силой ударяли по земле, что она вздрагивала при каждом касании. Они приблизились к линии фронта, и словно взлетев, перемахнули через штабы - тайный и явный - и ждущие своего времени легионы. Еще один удар копытами, и исполинские кони перелетели через наступающие легионы, что бы после очередного скачка приземлиться посреди оборонительных редутов противника. И вот тут открылась убийственная особенность этих чудесных созданий.
  Огромное копыто синей лошади накрыло целый редут, вместе с его защитниками. С копыт лошади сорвались мелкие голубые снежинки, и окутали все и вся в радиусе нескольких десятков шетов. Через несколько секунд, все, к чему прикоснулись, казалось, безобидные снежинки, превратилось в ледяные глыбы, включая дерево и метал. А еще через пару секунд, эти глыбы рассыпались на мелкие звенящие осколки.
  Не менее быстрая смерть шла и от черной лошади. С ее копыт сорвалась серая пыль, и накрыла не меньшую площадь. От малейшего касательства этой пыли, все мгновенно темнело и превращалось в камень. Каменные люди несколько секунд постояли, таращась друг на друга округлыми глазами, затем по ним пошли трещины, а еще через несколько секунд, весь окаменевший редут рассыпался в мелкую пыль.
  Добродушием не отличалась и зеленая лошадь. С ее копыт брызнули мелкие брызги, мигом затопив все вокруг светло бирюзовым туманом. Сквозь неподвижную завесу виднелись застывшие силуэты, производя своей безмолвной всепокорностью жуткое впечатление. Но неподвижным туман оставался недолго. Повинуясь неслышному приказу, он мгновенно схлынул, обнажив голые скелеты, поржавевшие доспехи и оружие, полусгнившие деревянные детали фортикационных сооружений и метательных орудий.
  Но все это не шло ни в какое сравнение с той смертью, что несла красная лошадь. Как все уже догадались, красная лошадь олицетворяла стихию огня. С ее копыт сорвалось множество оранжевых жарких искр, и через несколько ударов сердца пламя охватило все к чему они прикоснулись. Горело все - живая плоть, метал, дерево, казалось, горела сама земля. И только сейчас, до позиций виктанийцев, ветер донес полные ужасной боли крики. Всепожирающий огонь бушевал ярко, но недолго. И вскоре на месте редутов, вставших на пути огненного коня, остались лишь обгоревшие головешки и почерневшая земля.
  Казалось время остановилось. Виктанийцы в штабах, на позициях, в наступательных шеренгах, молча смотрели на уничтоженный передний край противника, и медленно приходили в себя.
  - Вот так месть... - выдавил наконец, Алькон.
  Гартош выдохнул и начал дышать. Зашевелились и остальные. Бросив настороженный взгляд вслед удаляющимся лошадям, и дождавшись кивка от лорда Руткера, Лайфрон отдал приказ:
  - Легионам продолжить движение! По-моему, можно снова перестраиваться в колоны, вряд ли там кто сможет оказать сопротивление.
  Руткер важно подтвердил:
  - Позиции противника уничтожены полностью. Мои лошадки будут уничтожать все, что попадется им на пути, на много латонов вперед. Правда, чем дальше они будут продвигаться, тем больше будут слабеть, и, в конце концов, исчезнут. Но думаю, латонов на семь, восемь, они все подчистят основательно.
  - Вот и хорошо, - обрадовался Лайфрон. - Значит сразу можно выпускать кавалерию. Пусть, пока там пусто, захватят как можно большую территорию.
  - Пехоту так же нужно поторопить. Пока гробросцы не очухались, необходимо занять выгодные позиции на востоке, и идти на соединение с северной и южной группами, - подсказал Руткер.
  В штабе снова возобновилась деловая, суета. Сделавший свое дело Руткер подошел к внукам.
  - Ну, дед, ты выдал! - высказал общее мнение Гартош. - Так запрячь четыре стихии! Где ты такому научился?
  Лорд Руткер несколько обиженно хмыкнул:
  - А что, сам я подобное придумать не мог?
  - Навряд ли, - честно сказал внук.
  - Значит такого ты мнения о Первом Маге империи?
  - Дед, не тяни, признавайся.
  Лорд Руткер выдержал томительную паузу, и наконец, открыл страшную тайну:
  - Случается, бывает польза и от всяких там гильдий.
  - Ты все-таки вступил в гильдию боевых магов Ляурейса?
  - Да, и как видишь не зря.
  - Ты не перестаешь нас удивлять, - похвалил деда и старший внук. - Как ты это сделал? Насколько я понял, ты подчинил младших духов стихий?
  - Не столько подчинил, сколько сумел договориться.
  - Договориться? - удивился вместе с братьями Вирон.
  - Вот именно, договорится, - усмехнулся Руткер. Не скажу, что было легко отыскать духов, готовых на подобную авантюру, но все же нашлись такие. Правда над ними пришлось поработать - добавить усилюющие заклинания, заклинания стабильности, и многое другое.
  - И что они потребовали взамен?
  - Что бы я помог им стать высшими духами.
  - Ого! - ошеломленно воскликнул Гнивер. - А это в твоих силах?
  - Теперь да, - без тени улыбки сказал Руткер. - После того, как они выполнят возложенное на них задание, я дам им то, что сделает их гораздо сильнее и приблизит к высшим духам.
  - Что, если не секрет? - полюбопытствовал Гартош.
  - Сейчас секрет, - отрезал Руткер.
  - Значит они еще вернутся? - ничуть не обидевшись спросил Гартош.
  - Должны вернуться. Если им дадут это сделать.
   * * *
  После такого впечатляющего вступления в войну Первого Мага империи, несколько часов наступило затишье. Кавалерийские и пехотные легионы занимали новые территории и позиции. При этом не слишком опасаясь противодействия противника - те что уцелели, даже не помышляли о сопротивлении. И так как до ночи гробросцы вряд ли сумели бы перебросить на проблемный участок нужные силы, основные боевые действия переносились на следующий день.
  Солнце опускалось все ниже и Руткер поглядывал на восток с все нарастающим напряжением. Его волнение начало передаваться и остальным магам - уже прошло два часа, а духи все не возвращались. Гнивер, что бы как-то отвлечься самому и отвлечь деда, стал расспрашивать у него секреты сотворенного волшебства:
  - Почему нужно было именно договариваться с духами, а не попросту подчинить их?
  - Почему, почему... Подчиненные духи всего лишь выполняют приказы, и как правило не на полную силу. Их все время нужно контролировать и направлять, а вдруг что пойдет не так, можно даже ожидать удара в спину. Да и с хозяевами стихий неприятностей можно поиметь. С добровольными помощниками попроще. Им достаточно подробно объяснить задачу, и помочь выполнить ее.
  - Ты следишь за своими духами?
  - Следил, пока связь не прервалась, - нехотя признался Руткер. - Последнее что я увидел, что мои кони, уже порядком ослабленные, сцепились с кем-то достаточно сильным, что бы прервать нашу связь.
  - Смотрите, летит кто-то! - первым заметил приближение чего-то необычного Гартош.
  Со стороны далеких гор, медленно, то подымаясь вверх, то ныряя вниз, приближались две точки: бледно розовая, светящаяся, и более тусклая, светло зеленая. Вскоре стало понятно - это летят две птицы. Птица огня явно летела из последних сил, и только поддержка зеленой подружки не давала ей упасть. Руткер протянул руки, и две бледные нити устремились к птицам, подпитывая обессиленных духов.
  Подлетев ближе, уцелевшие духи чайками закружили над Руткером и так же тоскливо закричали.
  - Знаю, знаю. Теперь все знаю, и про остальных тоже, - остановил их причитания маг. - Вы славно поработали, теперь моя очередь. - Он повернулся к внукам. - Пришло время отдавать долги. Я на некоторое время отлучусь, думаю к утру управлюсь.
  И приняв птиц на ладони, Руткер шагнул в магическое марево.
  - Пожалуй на сегодня все, - после ухода деда сказал Гнивер. - Ночью вряд ли кто решится наступать, можно нарваться на такое... Так что до утра.
  И Гнивер так же растаял в свете садящегося солнца. Гартош посмотрел на своих полковников:
  - Ну, как вам сегодняшний день?
  - Скучно не было, - ответил Алькон.
  - Я за сегодняшний день по части магии узнал столько, чего узнавал, наверное, лет за десять, - поделился своими впечатлениями Вирон. - Мне таких вершин не достичь ни когда.
  - Не спеши с выводами. Война только началась, научишься всякому, - обнадежил его Зигул.
  Еще немного обсудив сегодняшний день, командиры Черного Легиона вернулись в свою часть.
  Следующий день начался на удивление спокойно. Противник так и не сумел подтянуть достаточные силы, а малыми атаковать не решился. Это вызвало легкое недоумение у лорда Лайфрана, по его сведеньям, ближайшие и дальние тылы должны просто кишеть войсками. Неужели гробросцев переоценили? Но как бы то ни было, ситуацией необходимо пользоваться. Северная, центральная и южные ударные группы, с утра двинули войска на соединение друг с другом, предварительно подвергнув обстрелу из полевых метательных орудий позиции противника.
  Несмотря на свою подозрительную малочисленность, гробросцы оказали ожесточенное сопротивление, не отдавая без боя ни единого латона. От магов большой помощи ожидать не приходилось - после того как они выложились вчера, им требовался более продолжительный отдых, чем одна ночь. Да и заготовленные заранее заклинания почти закончились. Вот и приходилось пехоте, при поддержке кавалерии, стрелков и метательных орудий, прорубывать себе путь только мечем. Но в войсках не роптали, вчерашний день обошелся без особых потерь, особенно центральной группе. Так что сегодня можно было и поднапрячься.
  После нескольких часов напряженных боев, трем группам все же удалось объединиться, освободив при этом немалую территорию. Включительно с темя селами и одним городком, который враги осадили, но взять так и не смогли. Местное население радовалось освобождению так, словно пробыли под вражеской пятой не один год. И это понятно, гробросцы были настолько ненавистны и страшны, что казалось, с их приходом жизнь закончится окончательно. Поэтому так мало местных оставалось на занятой врагом территории, и так ожесточенно они ее защищали.
  Лишь ближе к вечеру гробросцы сумели подтянуть достаточно сил, что бы нанести ответный удар, и попытаться прорваться к двум своим окруженным группировкам. Снова началась кровавая бойня, в которой обе стороны несли огромные потери. На северном участке, таранным ударом панцирной кавалерии, гробросцам почти удалось прорвать оборону виктанийцев.
  Гартош напряжено следил за второй уже атакой одетых в броню всадников. Но лорд Лайфрон, на последнюю линию обороны поставил свой легион, "Вепрей". Этих не так уж легко было напугать, сами кого хочешь напугают, причем до смерти.
  Гудела под копытами земля, с трудом выдерживая бег тяжелой кавалерии. Переднюю линию обороны вепрей так же занимала панцирная пехота, готовая принять на себя любой удар. Медленно, как во сне, приближалась кавалерия противник, все ниже опускались пики, готовые пронзить любого, кто встретится на пути. Так же медленно опускались пики им на встречу, желая насадить на свои жала зарвавшихся наездников.
  Защелкали тетивы огромных арбалетов - степронов, немногим уступающих размерами баллистам, басовито загудели спускаемые тросы на самих баллистах, выбрасывая вперед дротики и копья, и поражая несущихся всадников вместе с лошадьми. Перелетали через головы пехотинцев целые валуны, передавая врагу привет от катапульт, и одним ударом сминая в лепешку всадника и коня. То тут, то там образовывались свалки, обойти которые было не так уж легко, и после которых многие не поднимались.
  Но все же полностью остановить бронированную лавину не удалось, и ощетинившись пиками, железная стена ударила в другую железную стену, не менее щетинистую. Заржали от боли лошади, сдавлено закричали под забралами люди, но все перекрыл лязг метала, еще раз напоминая, какие силы здесь столкнулись.
  Выдержав таранный удар и остановив его, вепри лишили тяжелую кавалерию ее основного оружия - напора. В ближнем бою панцирные войска - что пехота, что кавалерия - значительно уступали в эффективности средне вооруженным воинам. Поэтому выполнив свою основную задачу - не допустив не контролированного прорыва - тяжелая пехота организовано расступилась, впуская врага вовнутрь, где их поджидали специально подготовленные бойцы. Уточнение: специально подготовленные для борьбы в тяжелой кавалерией. Такие воины действовали парами - двойками. В двойку входил боец с боевым багром, стаскивающий панцирника на землю, и боец со специальным двусторонним топором - дятлом. С одной стороны топора находилось узкое, но мощное клиновидное лезвие, могущее разрубывать сочленения на панцирях, с другой стороны расположился длинный тонкий штырь, против которого не могло устоять ни одно забрало, ни одна кольчуга. Этот штырь дал название не только топору, но и двойке воинов в целом.
  Вепри действовали точно и выверено. Панцирники разомкнули сплошную цепь, и построившись ромбом, заключили вовнутрь живого редута лучников и арбалетчиков, их время еще не пришло. Сейчас наступало время дятлов, деловито взявшихся за работу. Пока один из двойки отвлекал всадника, другой искал возможность стащить, либо спихнуть противника. Метод эффективный и проверенный веками, против такой тактики можно было противопоставить только совместные действия самих кавалеристов, прикрывающих друг друга - одиночки быстро становились жертвами ловких дятлов. Но вепри-панцирники оставили совсем небольшие проходы, сквозь которые вражеская кавалерия могла просочиться лишь небольшими группами, и это облегчало работу дятлам.
  Крики почти утихли, раздавался только лязг сталкиваемого оружия, да молодецкое: - Хак! - когда дятел находил слабое место в броне и добивал противника. Теперь тяжелая кавалерия остро нуждалась в помощи более легкой кавалерии - уланов, но как раз ее, пропускать вовнутрь своих порядков вепри не собирались. Пропустив только тех, кому было дозволено, они вновь сомкнули ряды, захлопнув мышеловку за одними, и поставив непреодолимый ряд щитов и копий перед другими. Вот теперь пришло время стрелков. Уланы, не имеющие такой мощной брони как панцирники, были очень уязвимы перед стрелками.
  Все больше росла гора человеческих и лошадиных тел перед строем вепрей, все призрачней становилась надежда на прорыв к окруженным частям, но Гроброс упорно посылал своих сыновей на смерть, не желая смирится с ролью побежденного. Жаркие бои закончились только с заходом солнца, когда невозможно было рассмотреть, где свой, а где чужой.
  За прошедший день единорогам ни разу не довелось вступить в бой, что практически ни кого не расстроило. То что виктанийская армия начала обходится без своей палочки-выручалочки, обнадеживало, и говорило о том, что ситуация на фронте действительно стабилизировалась, и все ближе подходило то время, когда главной задачей будет, не остановить врага, а выбить его из захваченных территорий. А там, чем черт не шутит, возможно и вернуть шерамский плацдарм.
  * * *
  После нескольких безуспешных попыток вернуть утраченные территории и пробиться к своим окруженным частям, гробросцы успокоились. Тем более, что прорываться больше было не к кому, виктанийцы подавили последние очаги сопротивления.
  Гартош пребывал в благодушном настроении, и уже был не прочь поучаствовать в каком-нибудь дельце, хоть с легионом, хоть без него. Так что внезапному вызову брата он даже обрадовался - раз брат вызывает, значит предстоит новая заварушка. Но тон Гнивера быстро выгнал из младшего брата легкомысленное настроение.
  - (У нас неприятности Гартош.)
  - (Какие?)
  - (Большие, брат, большие. Пока мы думали, что взяли загорцев за яйца, они схватили за это место нас самих.)
  - (Не тяни Гнивер, рассказывай!)
  - (К югу от нашего места прорыва, почти на самой границе с тартами, гробросцы вновь нанесли мощный магический удар и взломали нашу оборону.)
  - (Если удар был достаточно сильным, то почему мы не слышали отголосков от магической атаки?)
  -(В том то и дело, что отголосков не было, их погасили. У гробросцев, как ты знаешь, есть сильные союзники. И мы наконец выяснили кто это.)
  - (Кто?) - нетерпеливо спросил Гатрош.
  - (Верейнские ведьмы.)
  - (Дух их раздери! Эти-то каким боком сюда влезли!)
  - (Я не знаю всей предыстории их участия в войне против нас, но они предоставили Гробросу огромную магическую поддержку. А верейнские ведьмы очень сильные маги, и нам теперь придется вдвойне тяжело. И теперь стало понятно, почему на нашем участке прорыва у гробросцев было мало по-настоящему сильных магов - они вместе с ведьмами готовились в очередной раз окунуть нас головой в дерьмо.)
  - (Не понимаю, какой их интерес участия в этой войне? Не из простого же желания подраться.)
  - (Нет конечно. Интерес у них самый прямой. Ты ведь знаешь, с кем из нашего мира у ведьм самые близкие отношения?)
  - (Знаю, конечно, с кентаврами. Подожди, подожди. Ты хочешь сказать...)
  - (Да. Ведьмы ввязались в эту войну из-за кентавров. Во всяком случае так утверждают некоторые высокопоставленные пленные. Гробросцы пообещали ведьмам, отдать южную Виктанию под заселение кентаврам.)
  - (Отличный ход!) - восхитился Гартош. - (Одним махом прибавили себе столько магической мощи!)
  - (И не только магической. У наших врагов был недостаток в кавалерии...)
  - (О боги!)
  - (Ты все правильно понял. Тем же махом загорцы решили вопрос и с кавалерией. Причем какой! Они втянули в эту войну и самих кентавров. И не мне тебе объяснять, что это такое. Я не знаю, кто в Иктиве может с ними сравнится.)
  - (Как не знаешь?! А твой брат кем командует? Голопузыми пацанами верхом на полочках?)
  - (Извини Гатрош, но даже для Черного Легиона это более чем серьезный противник. Так же как и настоящие единороги, кентавры изначально магические существа и к магии не очень восприимчивы. Так что вопрос с ними придется решать копьем и мечем.)
  - (Решим!) - мрачно пообещал Гартош. - (Они уже вступили в бой?)
  - (Да. В образовавшийся проход гробросцы с ведьмами первым делом бросили кентавров, а затем пехоту. И ты правильно понял, вопрос с кентаврами придется решать твоему легиону.)
  - (Сколько их прорвалось?)
  - (Около семи тысяч.)
  - (Ого! Против наших неполных четырех тысяч... Почти двойной перевес.)
  - (Тебе нужно прибыть в штаб Восточной Армии. Там узнаешь все более подробно, и получишь точные указания.)
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
Оценка: 5.16*12  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Т.Мух "Падальщик 2. Сотрясая Основы"(Боевая фантастика) А.Куст "Поварёшка"(Боевик) А.Завгородняя "Невеста Напрокат"(Любовное фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Путь офицера."(Боевое фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Решение офицера."(Боевое фэнтези) А.Ефремов "История Бессмертного-4. Конец эпохи"(ЛитРПГ) В.Лесневская "Жена Командира. Непокорная"(Постапокалипсис) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) А.Найт "Наперегонки со смертью"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"