Лазаров Сергей Атанасович: другие произведения.

2.5. Голем раздвинул ноги

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:

   На рассвете над городом гудели заводские гудки. В переулках тащилась серая муть туманов… Шучу-шучу! В полдень за городом гудела пробка на шоссе, стояли праздничные дни; и поблизости хорошо было прогуливаться по большому торгово-развлекательному центру, по бывшему заводскому цеху советских годов. Иногда ведь бывает очень даже хорошо: когда у одного нет никаких дел, а у другого есть дело до всего; и бывает так не только в праздничные дни, бывает так и в будень, и в траурную пору, и при любой погоде. Происходит это систематически.
   Человек в торгово-развлекательном центре достаточно интересен и довольно скучен; он идёт то быстро, если это галерея-едальня, то медленно, если это лавки с эксклюзивными одеждами из вторсырья; он смотрит по верхам, если мыслит о большом, или зрит вглубь, мысля приземлённо; в его уникальных мыслях есть целые куски из памяти культуры, а сам синтаксис их склеен из осколков школьной программы. Немного лирики – и проза жизни бьёт ключом. И в чём, казалось бы, соль? Иногда ведь так хочется уловить наружную причину того, что переменно опускает и возвышает человека, и так не хочется верить в то, что настоящая причина всегда внутри. Человек в порядке.
   – Никакого порядка нет, и никогда не будет, – отрешённо сказал Марсель.
   – Что? – удивился Роман.
   – Вон написано, – Марсель указал на граффити.
   Рядом на стене были слова про порядок и портрет Сталина. И непонятно, кто это намалевал, – может администрация центра, а может – вандалы. Роман оглянулся вокруг, тряхнул головой и начал радостно:
   – Марсель, жить стало лучше, жить стало веселей! – он подмигнул Сталину в ответ и тут же набрёл взглядом на привлекательную женщину 35-45 лет. Еле уловимо указал на неё Марселю и страстно прошептал: – Посмотри хотя бы на эту мамочку!
   Женщина была одета так же, как её спутница, кажется, старшеклассница, по всей видимости, дочь. Роман на миг встретил взгляд женщины, улыбнулся, отвёл глаза в сторону, подождал смены картины и продолжил уже обычно:
   – Разве не девочка? Вспомни мамочек прошлых лет…
   – Меня другое настораживает, – ответил сухо Марсель. Он старался подстроить Романа под свой шаг, под ватную развалочку. Таким же образом и говорил: – Что это за мода пошла? Красавицы одеваются как бомжихи…
   И правда, вереницей тел из галереи в галерею проходили плащи застойных инженеров, безразмерные варёнки комсомольцев, растянутые и мятые кофты бичей. И трудно было отличить "старух" от "молодух". Приметишь грязно-розовое каре издали, оценишь гармонию форм и наряда сзади, обгонишь походя, заглянешь спереди… Другой случай: если лицо и молодо – то зелено. В прямом смысле. И волосы искусственно загрязнены, и грубы манеры…
   – Это шарм городского убожества! – воскликнул Роман. Он был доволен поднятой темой, он уловил суть. Его мысль скользила по льду, а не растекалась по древу. Роман говорил убеждённо: – Тренды задают сетевые инфлюенсерки. Да, феминативы я употребляю иронично. Короче, модели, диджейки, девушки рэперов и проч. Вроде Арины Онегиной – ты видел вчера в ленте её историю. Все 30 секунд. Так вот, в привычном для них – инфлюенсерок – ритме жизни, обусловленным систематическим принятием веществ, – того же мимидрона, – они не всегда успевают помыться, причесаться и одеться в постиранное и поглаженное. При этом у них остаётся постоянная потребность поделиться своим здесь-бытием с сетевым окружением; и они выставляют себя именно в таком виде: а-ля "светка из притона в порванном гуччи". А девицы – они та то и девицы – не понимают контекста и думают, что так надо… О, эта примативная способность к слепому подражанию, эта примитивная идентификация… Что говорить, так и задаются новые тренды в городской моде. Как тут не вспомнить слова академика Павлова:
  
"Русский человек не стремится понять то, что он видит…"
  
   Не успел Роман договорить, как злобный старик в ватнике, с перекошенной бородой, пробёг прямо, оттолкнув Марселя с пути. Тот, по счастью, не обратил на это должного внимания и продолжил свой путь всё той же ватной развалочкой. Таким же манером он говорил:
   – Это ужасно, Роман. Тебе легко, для тебя эти девочки-мамочки лишь повод разложить по полочкам, да привести пример. У меня же другой интерес! – Тут он приободрился, и изменившимся голосом сказал: – Смотри, какая фемина! Какое исключение из модных правил.
   Марсель имел в виду госпожу Сермягину. Авдотья прошла мимо, пересекла обширный зал и присела на пуфик, озабоченно уставясь в смартфон. Присаживаясь неподалёку, Марсель продолжил:
   – Какая редкая буржуазная милота. А? – помолчал, воскликнул: – Нет! Не мещанская… – помолчал, добавил: – Скромное обаяние при нескромных прочих. Да…
   Роман же не обращал внимания на Авдотью. Он развивал прежнюю мысль:
   – Кладовка памяти, хранилище впечатлений таит ещё и нечто большее…
   – Про кладовку, это из беседы Вани с психоаналитиком? – спросил как бы невзначай Марсель, а сам продолжил наблюдать за Авдотьей. И не дожидаясь ответа на первый вопрос, как будто зная ответ на него, задал следующий: – Как там Ваня, кстати?
   – Ваня в Таиланде. Клуб открылся у Вани. Но об этом в другой раз. Мне нужно добавить про кладовку…
   Марсель уже не слушал Романа; он удалился от коллеги, бросив ему напоследок:
   – Ну, будь, Роман!
   Марсель пошёл знакомиться с Авдотьей, твёрдо ступая шаг за шагом. Роман же про себя успел отметить: "Марсель, что делает с тобой лирика! Вот что значит лирический настрой. В обычный день ты бы не решился на такой поступок. Ах, какая драматургия! В ней вся соль…".
  
   Мысль Романа осталась позади Марселя. Впереди его ждали приключения с успешной девушкой. Удачной и удачливой. За тот короткий срок, что прошёл с момента обновления Авдотьи (или "обнуления", как едко пошутил Яша), она успела: получить повышение на работе, оборвать лишние связи, восстановить старые, устроить и наладить новые. Выросло положение Авдотьи Сермягиной; то, что раньше считалось ей непреодолимым, стало пустяковым, тяжелое – лёгким, необъятное – мелким, в скучное – занимательным. От прежней Дуни остались только вопросы: "Отчего раньше так пугала меня работа? Откуда бралась злость на мужчин? Почему притягивали всякого рода фрики? Когда Яша съедет с квартиры? Уж не из-за отсутствия ли мяса в рационе всё это происходило? А может из-за периоически-постоянного приёма фуксипутина?".
   Вопросы вопросами, а дела никто не отменял. Не успел Марсель подладиться под нечаянный разговор, как Авдотья огорошила его ещё одним:
   – Машина есть?
   – Есть, – недоуменно ответил Марсель. – Лада.
   – Главное, чтобы на ходу, – снисходительно продолжила Авдотья. – Мне нужно срочно отвезти 3D-принтер в клуб юных робототехников ДОСААФ. Слышал про такой?
   – 3Д? Клуб?
   – Этот клуб организовал мой оппонент на партийных праймериз – офицер и учёный, большой патриот. Он победил, кстати. Интересно?
   – Очень!
   – Его ребята конструируют ударные беспилотники с искусственным интеллектом. Учатся!
   – Ого!
   – Так получилось, что у меня есть 3D-принтер – и не абы какой! То, что нужно этим ребятам.
   – А тебе-то что?
   – А я оказываю спонсорскую помощь. Ну или, вернее, помогаю на партнёрских началах. У меня свой проект. Да и Игорь Владимирович пообещал, что поддержит мою кандидатуру на следующих праймериз.
   – Праймериз… Ого.
   – Да, я считаю, что если хочешь что-то изменить, то надо играть по правилам. Вопросы?
   У Марселя не было вопросов.
   Уже в машине Авдотья разоткровенничалась пуще прежнего:
   – Я бы попросила Елисея. Но тут такой случай – ты сам напросился! – Авдотья заглянула Марселю в лицо, улыбнулась и продолжила: – Я тебя совершенно не боюсь.
   – Что за Елисей?
   – Молодой человек. Красивый, умный. Возможно, я выйду за него замуж.
   – Как он отнесётся к тому, что я… хм… помогаю тебе…
   – Никак. У нас ничего нет. Но я знаю, что нравлюсь ему, и он догадывается, что нравится мне. Мы подходим друг другу. Но я не хочу форсировать. Я отложила начало отношений на пару месяцев.
   – Ничего себе. Ну, и такое бывает. А чего ты ждёшь?
   – Дело в моём прежнем… э… нынешнем парне. Его зовут Яша.
   – Боже…
   – У нас с ним уже всё, но я никак не могу поставить точку. Да и Яша не спешит уйти. Всё сложно.
  
   Марсель был на взводе. Эта девушка пробудила в нём не только лишь низменную страсть, а что-то ещё. Его по-настоящему заинтересовала её парадоксальность. Это юное создание производило впечатление зрелой (именно что) женщины, её прямолинейность запутывала; в путах этих хотелось пропасть. Ненадолго. Марсель решился нырнуть в прореху интимной жизни Авдотьи, – между прошлым с Яшей и будущим с Елисеем, – в зияющую пустоту, будто нарочно обозначенную ею самой во время поездки. Если бы Роман был рядом, то обязательно бы заметил: "Подумай только, Марсель, она 1999 года рождения. Она пошла в школу, когда начался бум широкополосного интернета и соцсетей, и контент-разнообразие заполонило массовое сознание. Ты пошёл в школу в 1992 году, когда единственным средством дальней коммуникации был стационарный телефон, а контент состоял из 3 каналов ТВ, и только к старшим классам появились журналы Cool и Игромания. Ах, ещё был лоток с пиратскими кассетами и дисками на рынке. Марсель, у вас разница не 13 лет, а 130. Она прямолинейна и откровенна с тобой, потому что разговаривает с пустотой!". Марсель не чувствовал разницы. Он ответил бы Роману: "О чём ты вообще, педрилло, пьетра-митра? Причём тут возраст? Ты гонишь!".
   Быстро разделавшись со всеми делами, – 3D-принтер был презентован почти торжественно, но быстро, – Марсель и Авдотья решили прогуляться по парку культуры и отдыха.
   Это была, поистине, странная пара: деловая барышня и куртуазный обрыган. Госпожу Сермягину привлекало то, что должно было отталкивать: и замутнённый красноватый взгляд сквозь полуприкрытые веки, и шрамы, переходящие в вены, и небрежность во всём, и пиджак Hugo Boss, прожжённый в двух местах, пахнущий истоптанной травой, и да – весьма слышимый концерт ароматов, в котором нотки духов, тоже, кажется, Hugo Boss, резонировали с запахом аптеки или травмпункта, и что-то ещё. Что-то ещё неуловимое заставляло Авдотью быть открытой и откровенной с Марселем.
   Марсель решил показать фокус. Он указал Авдотье на богомолку, что милосердно подкармливала несчастного клошара. И начал рассуждать:
   – Как обманчиво бывает первое впечатление. Вон бабушка в платочке совершает богоугодный поступок. Божий одуванчик! Но присмотрись, Дуня, одуванчику-то лет 45 с хвостиком; а старо выглядит она потому, что сама квасит; а в платочке потому, что вокруг церкви вращается для прокорма; а кормит его, чтобы в халупу свою затащить…
   И в этот момент "одуванчик" достала из кулька чекушку, переложила её в котомку, и направилась к выходу из парка. Клошар оживился и поплёлся за ней следом.
   – И правда! – удивилась Авдотья. – Ты такой проницательный, Марсель.
   Не таким уж проницательным был Марсель. И про молодую бабку эту знал со слов той старушки, у которой снимал комнату в коммуналке для своих тёмных дел.
  
   И вдруг со всей силы стало ясно Авдотье, что критика фаллоцентризма в работах сексологинь – это лишь высосанная из пальца ерунда, а то и идеологическая диверсия. "Да! Ни больше ни меньше, – рассуждала про себя Авдотья, пока беседовала с Марселем. – Как много я прежде читала о женской сексуальности, и только авторок притом – никаких мужчин. Но как это можно исключить фаллоцентризм, когда у всего должна быть своя ось? Что за слово?! Об ось тереться… Нанизываться… Такое простое ощущение… Вагиноцентризм…" Мысли Авдотьи путались и обрывались, а понятия растягивались. Не могло быть и речи о самовозражении. "Какая пошлость писать о сексе, – вновь посыпались мысли. – Им нужно заниматься… Теоретизация… Проклятые слова… Весь этот фемактивизм… Ох! Да это же плебейство! Звенящая пошлость. Покушение на порядок вещей, на природу порядка, на идею природы. А идея проста – любовь!" Авдотья распалялась, мысли сыпались и сыпались, но при этом она успевала ловить каждое слово Марселя, каждый взгляд и движение куцей брови. "Да, чёрт возьми! – мысли собирались в кучку. – Мужчины – наше всё… Моё всё. Люблю мужчин. Хочу-хочу! Фемки – мрази. Раздули истерию с харрасментом и прочим. На словах за женщин, а на деле – любая красивая и успешная девушка рассматривается нынче как давалка, насосавшая…"
   Это была страстная любовь: резонанс гормонов и впечатлений, торжество социальной химии. И забыла она про Елисея. Только Марсель. Здесь и сейчас. Госпожа Сермягина – раба любви.
  
   В тот же вечер Авдотья решилась реализовать сценарий из категории cuckold. Она привела домой Марселя. И неизвестно, видел ли Яша саму измену, или только слышал. А может и не слышал, так как последний месяц лишь изредка снимал свои игровые наушники. Известно только, что складывая брюки Марселя, – не мяться же им, – Яша нечаянно попал рукой в карман и нашёл там прозрачный пакетик; а внутри пакетика – крупицы, типа кристаллы, вроде осколки, чёрт-те что, но без запаха и цвета. Яша вдруг улыбнулся. Заговорщицки, несколько театрально (Яков смотрел на своё отражение в зеркале), он спрятал пакетик за плинтусом. В укромное местечко, о котором было известно только ему.
  
2.6. Месть куколда

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Т.Ильясов "Знамение. Начало"(Постапокалипсис) А.Субботина "Проклятие для Обреченного"(Любовное фэнтези) О.Миронова "Межгалактическая любовь"(Постапокалипсис) Л.Джонсон "Колдунья"(Боевое фэнтези) В.Кей "У Безумия тоже есть цвет "(Научная фантастика) Т.Ильясов "Знамение. Час Икс"(Постапокалипсис) Д.Сугралинов "Дисгардиум 6. Демонические игры"(ЛитРПГ) Ю.Резник "Семь"(Киберпанк) Э.Моргот "Злодейский путь!.. [том 7-8]"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

НОВЫЕ КНИГИ АВТОРОВ СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Сирена иной реальности", И.Мартин "Твой последний шазам", С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"