Лед: другие произведения.

Пираты острова Крит

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
  • Аннотация:
    Приключения продолжаются Вторая книга о Синдбаде

*Пираты острова Крит*

   <

Пролог

   Сегодня ночью Али мучили кошмары. Проснувшись под утро в холодном поту, он пытался вспомнить, что же ему такое приснилось. Для него это было очень важно - ведь, как известно, во снах Аллах посылает видения из будущего. Но почему-то, кроме птицы, улетающей в небо, ничего припомнить не мог. И чем настойчивее эмир Крита пытался вспомнить свои ведения, тем сильнее те затягивались дымкой забвения.
  
   АлиI был шестым эмиром Крита, и как фаната нумерологии, его это очень тяготило. Был бы пятым, или седьмым (лучше, конечно, седьмым) - в исламе число семь имеет особенный смысл.
   Согласно исламу имеется семь небес, а попадающие на седьмое небо испытывают высшее блаженство, поэтому число семь - это священное число. И будь он седьмым - несомненно, доля его удачи была несравненно выше. Но даже будучи шестым, до недавних пор его дела вряд ли кто-то мог охарактеризовать как неуспешные. Скорее наоборот! Тридцатитрехлетний (опять шесть) правитель Крита был умен и смел, легок на подъем, скор в решениях, а еще он был отменным воином. Шесть (ШЕСТЬ) лет назад он, как старший сын эмира Юсуфа, занял освободившийся трон. Отец пришел к власти в почтенном возрасте, и правил всего четыре с небольшим года. За это время стотысячная вольница пиратов, контрабандистов и купцов, объединяющих в себе первых двух, хоть и продолжала отстегивать эмиру его долю, но потеряв должный надзор, полностью отбилась от рук. Когда пришел к власти молодой эмир, многие буйные головы решили проверить власть на прочность, вовсе отказавшись платить эмиру. Власть оказалась прочней! Часть буйных голов рассталась с телами на плахе, часть пропала или лишилась жизни в случайной поножовщине. Остальные, лишившись поддержки и друзей - стали никем, и исчезли с политической сцены. Вернулся принцип единоначалия, казна стала регулярно пополняться. Неприятное известие, что императором Византии станет сильный басилевс и фанат флота - Роман - сменились благоприятными. Роман свергнут и бежал, к власти возвратилась регентша, а самое главное - новый флот империи, сошедший с Атталийских стапелей - сгорел! Одновременно с этой новостью пришла другая, в устах докладчика выглядевшая курьезной. Раджа - один из наиболее удачливых молодых капитанов Крита - атаковал караван франкских купцов. Уничтожив боевой дромон сопровождения, легко взял добычу. И тут вдруг к охотнику подошла новая, как он думал, удача, состоявшая из двух призов. Одна явно шебека, только с непомерно длинными мачтами, вторая с узким длинным корпусом, а паруса и вовсе невиданной конструкции. Длительная погоня вот-вот должна была принести новый приз, но добыча вдруг легко ушла в отрыв, и что характерно - с такой же невероятной скоростью развернулась и пошла обратно, практически против ветра. Призовые франкские суда были атакованы вернувшимися 'купцами' сходу, и в одно касание выбросили абордажные команды. Доспешные войны в мгновение ока порубили тех, кто встретил их с оружием, остальных просто выкинули за борт. Единицы добравшиеся до берега утверждали, что нашим абордажникам до боевитости, выучки и оснащенности чужаков как до неба. Али воспринял сообщение тоже весело - уж о преувеличениях моряков он знал не понаслышке, и предпочитал все, что не связано с захватом добычи, где имелась его часть, делить как минимум на два. Но событие запомнилось, и неприятный звоночек в голове прозвучал. Спустя полтора месяца посол из Кордовы в приватной беседе посетовал, что пара его галер, имея на борту почти шестьсот воинов, возвращаясь из Магриба атаковала двух купцов непонятной принадлежности. И когда измученные долгой погоней моряки наконец высадили абордажные команды, на купцах их ждал неприятный сюрприз. Абордажников встретили не ползающие на брюхе перепуганные матросы, а строй одетых в непробиваемую сталь опытных воинов, который перемалывал в мясо наступавших, едва они достигали зоны поражения. Одновременно открыли огонь вражеские лучники, и какие-то мощные катапульты, метавшие множество свинцовых шариков, калечивших и убивающих тех абордажников, что застряли в 'пробке', и всех остальных, находящихся на борту галер. Быстро уничтожив чужаков на своей палубе, 'купцы' пошли в контратаку и легко взяли атаковавшие их суда. Это удалось узнать у случайно выкупленных на Сицилийском рабском рынке членов экипажа. Чужие неудачи - даже друзей, ну почти друзей - в радость. Али, хотел было изобразить на лице скорбь и негодование, как почти забытый звоночек вновь дал о себе знать. Пара наводящих вопросов - и оказалось, что купцы те же самые, что перехватили добычу Раджи.
   Экстренный совет капитанов, возглавляемый эмиром, постановил объявить охоту на непонятных конкурентов, и в случае встречи ни в коем случае не пытаться захватить вражеские суда - что может плохо кончиться (полный стальной доспех, лучники, непонятные баллисты) - а сразу таранить и топить. Вознаграждение за потопленных конкурентов потрясало воображение, и следующие пару месяцев охотники бороздили просторы торговых путей средиземки, высматривая подходящие под описания суда. Сначала результаты были отрицательными (то есть не было результатов) затем результаты стали еще больше отрицательными - регулярно из рейдов перестали возвращаться охотники. Притом пропадали как одиночки, так и почти флотилии, состоящие аж из четырех галер. Пропажи можно было списать на все что угодно, но Али понимал, что таких массовых случайностей не бывает, и отозвал охотников до получения более полных сведений о противниках.
  
  Сведения о противниках были сногсшибательными - десяток судов, среди которых были галеры, ранее принадлежавшие береговому братству, атаковали Тарабулусу (Триполи). Ранним утром к нескольким причалам порта подошли четыре крупных купеческих судна. Двинувшая навстречу таможенная служба была сметена хлынувшим с купцов многотысячным десантом. Не прошло и полчаса с момента вторжения, как пять десятков купеческих и военных судов, стоявших у причалов, были захвачены, а их команды нейтрализованы. Еще час спустя все предместье Тарабулуса со стороны моря было оккупировано непонятными захватчиками, чьи суда продолжали прибывать из предрассветной дымки, и еще толком не отшвартовавшись, выбрасывали все новые порции десанта, которые ни на что не отвлекаясь, сразу ускоренным маршем двинули к стенам города. Что странно, штурмовых лестниц при них было мало, не более пяти десятков, а из всей осадной техники присутствовали только стрелометы. Да и воинов, несущих фашины (связка прутьев, пучок хвороста, для заполнения рвов), было немного - в самый раз для заполнения давно не чищеных рвов, почти полностью заполненных всяким мусором. В сотне метров от стены затормозили воины, вооруженные ростовыми щитами, за ними выстроились, натянув луки, лучники. Но прикрывать своих штурмовиков было практически не от кого. Когда штурмовики уже взбегали на стены, мало кто из горожан успел добежать до своего арсенала, и начал получать оружие и снаряжение. Город пал! Разграбление продолжалось семь суток (CЕМЬ)!
   К жителям города захватчики отнеслись лояльно - грабили, конечно всех имущих, не без этого. Но убивали только тех, кто оказывал вооруженное сопротивление. Чтоб этого сопротивления было поменьше, специальные глашатые оповещали народ - что это всего лишь грабеж, насиловать, брать в рабы, убивать и жечь жилища никто не собирается. И что если вдруг такое случится, то любой может напрямую обратится к одной из трех komisarsh, что командовали трофейными бригадами и комендантскими отрядами в войсках вторжения. Тут наконец-то и было раскрыто инкогнито конкурентов - комисаршами оказались, беглая принцесса амазонок имошаг, принцесса воинственного народа, что жил на краю земли, аж за Фракией, - Ингрид, и Графиня Ариентойская - Делия. Те самые, что освободили регентшу Византии. Все они оказались наложницами якобы купца, а на самом деле колдуна, или даже самого шайтана. А еще многие утверждали, что воин в черных как уголь доспехах, с красным плюмажем на шлеме, первым влетевший на стену города - это он и есть. Добыча, доставшаяся конкурентам, была потрясающей! Только на то, чтобы вывезти самое ценное, пришлось задействовать все свои и конфискованные суда, и не один раз. По разным данным, чтобы вывезти всю добычу, пришлось использовать от двухсот до четырехсот судов. И это при том, что рабов не брали! То есть получается, Александр, Синдбад или как его еще там - взял хабара больше, чем Лев Триполийский шестнадцать лет назад, при взятии Фессалоник.
  
  Это известие вызвало у Али целую гамму чувств! Первое, безусловно, было радостным! Наконец-то этому выскочке Убайдаллаху, объявившему себя после изгнания последнего из Аглабидов халифом Фатамидского халифата, достался хороший щелчок по задранному носу. А то видали - мало ему Магриба, направил своего сына Аль-Каима отнять у Аббасидов Египет, и еще хватило наглости заявить, что Фатимиды будут в ближайшее время сильнейшей морской державой. А это уже прямая угроза Криту. Второе чувство, что его посетило - была зависть! Ведь так не должно быть, чтоб еще год назад, никому не известный купец, становится центром внимания, и любой его шаг ведет к эпическим победам и сказочным обогащениям. Ну и конечно, чувство опасения тоже присутствовало. Эмир сразу приказал вычистить от мусора крепостные рвы, которые вкупе с пятнадцатиметровыми стенами, были поистине неприступны. Недаром Хандак на арабском означает 'ров'. Этими полумерами Али не ограничился, и приказал подчистую снести все строения между побережья и городскими стенами, и сжечь или утопить в море весь строительный мусор, которым захватчики могли заполнить рвы. Стены и башни обзавелись дополнительными баллистами и катапультами. Чтоб не потерять лицо и не прослыть паникером и трусом, все эти приготовления были объявлены мерами предосторожности, против экспансии Фатамидов. Результатами своей работы эмир остался доволен, и ложные страхи понемногу развеялись. Но временами, как сегодня, подступала безотчетная тревога, сжимавшая грудь, рационального объяснения которой не было, и тогда Али обращался к цифрам. Только напрасно сейчас он это сделал, потому, как сразу вспомнил, что уже вступил в силу - ШЕСТОЙ день Джумада аль-ахира - ШЕСТОГО месяца! Готовые вырвется проклятия оборвал шум у двери его опочивальни. Когда двери распахнулись, Али уже стоял напротив входа - не одетый, но обе руки были вооружены саблями из доброго дамаска, на лице ничего общего с испугом, скорее злость и азарт. Только на этот раз тревога была ложной. Перед ним сразу склонил колено начальник его охраны - Рашид.
  
   - Вали (покровитель)! Прости недостойного, но ты сам приказал немедленно докладывать о всех непонятных и странных событиях, произошедших вблизи крепости. - при этих словах главный телохранитель опустил взгляд, и продолжил, - К цепи, перегораживающей бухту, подошли две галеры, встали вдоль ее, и почти сразу затонули, перекрыв выход из бухты.
  
  
   - А где были охрана, дозорные, смотрители...?
  
   - Все на местах, и все мертвы.
  
   - Немедленно поднимай гарнизон, все мосты через рвы обильно полить маслом. Подъемные механизмы ворот вывести из строя...
   Ну вот, наконец-то неизбежное свершилось! То, что в ближайшее время объявится проклятый колдун, Али не сомневался, и даже не боялся, а скорей жаждал этого. Наконец-то появилась возможность встретиться со своим страхом лицом к лицу. Эмир не спеша облачился в доспех, в сопровождении сотни охраны объехал районы города, куда могли долететь зажигательные снаряды вражеских катапульт. Отдал последние распоряжения пожарным командам и поднялся на стену. Как раз вовремя. Четыре необычных, грациозных судна, от которых просто разило опасностью, в сопровождении десятка галер, встали на якоря в трех десятках метров от берега. От самого большего корабля отделилась необычная шлюпка - больше похожая на черное бревно, и сама, без помощи весел, поплыла к берегу. На носу шлюпки стоял только один воин, в черных как ночь доспехах. Гребень его шлема украшал красный как кровь плюмаж, в руке колдун - а это был, безусловно, он - держал копье, древко которого венчал белый флаг. Парламентер легко спрыгнул на берег, и уверенной походкой направился к тому участку стены, где находился в этот момент эмир. В десяти шагах ото рва он остановился, воткнул копье в землю, и с ухмылкой взглянул, как показалось Али, прямо ему в глаза. Несмотря на частично закрывающий лицо шлем, было сразу видно, что Александр совсем молодой парень - как минимум, на десять лет моложе эмира. А ведь поговаривали, что ему больше тысячи лет!
  
   - Али, я пришел сказать, что твоя власть над островом подошла к концу. - пришелец говорил на чистом арабском, и его голос звучал более чем уверенно, - Собирай свои пожитки, и отправляйся на все четыре стороны. Даю слово - тебе и твоим людям в течении трех дней препятствовать не буду.
  
   - Я слышал, что ты наглец. - со смешком ответил эмир, - Но ты просто безумец! Чтобы взять приступом Хандак, нужен настоящий лев с войском втрое больше твоего, и не один месяц осады. Ты слишком мелкая рыбешка, купец, чтобы претендовать на Крит.
  
   - Любой ребенок знает, - смешком ответил переговорщик, - что мелкая рыбешка зубастей, чем большой таракан!
   Али, как и его отец, носил роскошные длинные усы, которыми он гордился, и в отличие от черных как смоль волос на голове, они были бурого цвета. Так что намек, который взбесил главнокомандующего, понял каждый.
  
   - Тебе в любом случае предстоит покинуть остров, законный хозяин здесь только я. - продолжил колдун уже серьезно, - Императрица Византии даровала мне эти земли...
  
   - А Мегриб, Кордову, Фракию, Индию она тебе не даровала?! Если нет, то я тебе могу их подарить - иди, забирай! - ехидно ответил эмир, и с нарастающей злостью в голосе добавил, - С каких это пор византийская сучка может распоряжаться землями, принадлежащими другим?!
  
   - А с каких пор вор и грабитель, тайком забравшийся в дом, становятся владельцем этого дома?! Кого ты хочешь обмануть, Али?! Твой безродный предок, Умар Абу-Хафс, как бунтовщик под страхом распятия бежал из Кордовы, его пригрела Александрия, где он через три года снова устроил бунт, но опять получив пинка и спасая свою шкуру, тайком высадился на Крите. Дважды испачкав от страха штаны, он начал строить на чужой земле неприступную крепость, а затем три его потомка продолжали его дело. Сорок пять лет твой род сидел тихо как мышь под веником, и лишь убедившись, что никому до них нет дела, осмелели и вновь занялись разбоем. Эти земли всегда принадлежали Византии, и твои предки, воздвигая неприступную твердыню, всегда помнили об этом.
  
   Такого оскорбления Али стерпеть не смог - точнее, яркая вспышка ярости затмила его разум, и побудила к действиям. Мгновение - и его верный лук, со взведенной стрелой, в руках. Еще мгновение - и стрела отправлена точно в цель. Но случилось непредвиденное! Не долетев пару пядей до глаза колдуна, она оказалось в его руке. В то же самое мгновение с четырех ведущих кораблей захватчиков стартовали восемь стрел переростков, видимо из стрелометов, но полетели не в сторону крепости, а вдоль побережья, оставляя за собой дымные хвосты. Их целью был ничем непримечательный холм. Али зачарованно смотрел, как с громкими хлопками, озаряя все вокруг яркими вспышками, стрелы подожгли траву и кустарник, а затем, извергая клубы черного дыма, загорелась сама земля, и даже камни. Не надо было обладать, особым глазомером, чтоб понять, что эти адские стрелы легко достигнут не только окраины, но и центр города. И тогда все поглотит огонь.
  
   - Там не на что больше смотреть. - раздался как из тумана голос колдуна. - Что не сгорит - то обуглится. А вот ты уже проиграл. Ненависть сжигает ум и застилает взгляд. Отныне ты не сможешь принять ни одного верного решения, а твой взгляд будет показывать только ложную цель. Вот ты думаешь, что выпустил стрелу - на самом деле ты выпустил удачу.
  
  
   С этими словами пришелец аккуратно снял оперение со стрелы эмира, отбросил ее в сторону, а сами перья, лежавшие в его ладошке, накрыл другой, поднес к губам и что-то прошептал. Поднял руки сложенные лодочкой вверх и разомкнул их. Над крепостными стенами раздался громкий вздох! Из рук колдуна вспорхнула птица и унеслась в небо. Али тут же вспомнил свой сон - именно эту птицу, улетающую в небеса, он видел. Впущенные вслед удаляющемуся колдуну стрелы эмира не достигли цели.

Часть первая

Утро не было добрым! Все, что я смог сделать с первой попытки - это ненадолго разомкнуть один глаз. Было уже совсем светло, а отсутствие лучей света из окон однозначно говорило, что солнце как минимум уже в зените, и время перевалило уже за полдень. Первое, что потребовал организм - это пить! На прикроватной тумбочке, обычно стоял кубок с ягодным напитком. Потянувшись за ним, моя рука натолкнулась на препятствие в виде чьей-то головы с длинными волосами. Снова приоткрыв глаз, я заметил, что волосы темного цвета.
  
   - Бранка?!
  
   - Саня, я не Бранка! И ты уже достал меня, с этим именем! Еще раз так меня назовешь - и я не знаю, что с тобой сделаю! - голосом синеглазки, и явно спросонья пробурчала брюнетка, - В лоб ты получишь точно...
  
   - Делика?!
  
   - Нет! Папа Римский! Ты чего, совсем не помнишь, кого вчера затащил в свою постель?!
  
   - О боги! Неужто я так низко пал, что даже позарился на побитую молью вдову!
   Поскольку реакция графини была предсказуема, легко блокировал удар ее локтя, и тут же вскрикнул от боли в правой кисти.
  
   - Блин! А чего рука опухшая? Я что, с кем-то подрался?
  
   - Ты вчера устроил показательное выступление spetsnaza, и бил рукой черепицу, снятую с дома. Потом стал соревноваться с Касимом, кто из вас сломает больше штук за раз, притом ты бил рукой, а он лопатой...
  
   - И кто победил? Постой, дай сначала кубок - пить хочу - не могу.
   Получив требуемое, и наслаждаясь вожделенной влагой, пропустил мимо ушей ворчание Делики на тему 'приехала, называется, в гости, чтобы прислуживать пьянице'. Содержимое кубка и недовольное бурчание графини иссякло одновременно, и я без помех дослушал продолжение истории.
  
   Как оказалось, победил все же я, но победа была технической. У Касима сломалось лопата. И когда он с андоррцем пошли за новой, на свою беду приятели нарвались на Салеха. Конфисковав лопату, управдом прочел пятьдесят пунктов обвинительного заключения, затем капитаны были приговорены к исправительным работам в виде починки всего испорченного инвентаря и восстановлении кровли дома. Я хотел было пойти и отмазать своих друзей, но Дед сказал, что раз попались - то виноваты, а отмазывать залетчиков - значит поощрять залеты. Дальше мы с Дедом начали спорить, что лучше - захватить весь Магриб и Крит, или, как я настаивал - сразу всю Америку. Синеглазка заинтересовалась - что это за такие неизвестные земли, до которых люди смогут добраться только через пять веков. Я естественно сказал, что это закрытая информация. Но Делика проявила настойчивость - а как известно, любопытство сгубило
  кошку.
   Так прилично подвыпившая графиня оказалась в спальне пьяного графа. Об Америке она ничего не узнала, зато существенно пополнила, в основном на практике, знания, недополученные в храме жриц любви. В моей постели Делика оказаться не планировала, и каково же было ее изумление, когда она осознала, что еще минуту назад она выла, царапалась, выгибалась и неистово на мне прыгала, рискуя поломать кровать. Еще не справившись с потрясением, и не успев выровнять дыхание, синеглазка подверглась новому вторжению.... Сил после этого осталось только на то, чтобы заснуть.
  
   - Так что, Саня, или женись, или выкладывай что это за Америка такая, и как найти это Эльдорадо, где золота больше, чем камней.
  
   - Где Эльдорадо - точно не знаю, только примерно. Это при том, что земли настолько обширны и непроходимы, что твои горы покажутся райскими лугами. Эльдорадо можно искать сто лет, и не найти. Населяют эти земли дикари - еще большие дикари, чем африканцы, только бронзовокожие, и очень кровожадные. Собрать войско в сто и более тысяч воинов для них проще простого. То есть, чтобы просто выжить, туда необходимо доставить целое войско. Но все это только цветочки! Америка находится далеко, очень далеко за Гераковыми столбами, и путь к ней лежит через бездонную и опасную пучину. Из всех кораблей, которые ты знаешь, одолеть ее может только 'Артемида', да и то не факт. Дикие ураганы, волны-убийцы, сменяющиеся полным штилем, который длится бесконечно долго - и в это время течения могут отнести вас куда угодно, и экипаж начинает от жажды пить соленую воду, а от голода пожирать друг друга...
  
   - Да что ты за ужасы такие рассказываешь?! Почему же ты тогда спорил с Дедом?
  
   - Если б я помнил! Возможно потому, что хотел увековечить свое имя, как первооткрывателя нового континента, или потому что пьяным - море по колено.
  
   На мое предложение разделить со мной зарядку и заплыв, девушка отказалась наотрез. Заявив, что ночная зарядка и так превысила ее суточную норму расхода энергии, и предупредила, что если кто-то попробует разбудить ее до ужина - просто умрет, а если разбудит, то умрет мучительно.
  
   После заплыва пробежки и душа, гармония понемногу начала вытеснять раздрай из моего организма, и я снова смог здраво мыслить. ' - Итак, с Деликой разберусь позже. Пока нужно решить, что делать со свалившимся на мою голову графством? '. Отроки-иконописцы, которых я прихватил с собой из Константинополя, кроме своих основных обязанностей по художественной части, за счет своей грамотности и сообразительности, стали моими секретарями, курьерами, и слугами, посуточно меняя друг друга. Вот одного из них - Иовиана, просто Ивана - я послал за Дедом, и чтобы забежал на кухню - пусть там организуют легкий перекус с учетом вкуса птица, и несут все в восточную беседку. Деда уже думал не дождусь - но, видимо, недооценил настойчивость Вани. Нахохленный и сердитый птиц сначала обследовал содержимое стола, и когда не нашел к чему придраться, наехал на меня.
  
   - Саня, какого хрена тебе еще надо?! Я тебе уже вчера все растолковал! Но раз ты такой дубовый, то поступай как хочешь!
  
   - Дед, ну чего ты сразу лезешь в бутылку? Смотри, какой прекрасный день! И если б я помнил, что ты мне вчера растолковал, благодаря твоим тостам, между прочим, то по любому не стал бы тебя тревожить. Дед еще немного поворчал, прерываясь на поздний завтрак, но понемногу отошел, и начал говорить по делу.
  
   - Углеокая знала наверняка, что прочтя ее бумажку, ты возьмешь Крит, и оградишь Византию от вторжений с моря. Но она должна была брать в расчет вариант, что ты можешь и не вскрыть ее указ. Поэтому делаем все так, будто туба осталась, не тронута. То есть, парням скажи, чтоб не болтали.
  
   - Но если Крит все равно будем брать, зачем нужна эта секретность?
  
   - То, что ты стал графом - даже без графства - уже хорошо. Пусть августа какое-то время понервничает. Зато когда получит от тебя вежливое письмо, скажем, через полгода, где ты горячо благодаришь за оказанную честь - но в данный момент, в связи с нехваткой транспорта, провианта, солдат, обмундирования, денег, да всего чего угодно, ты не в состоянии взять остров. Поверь - после того, как она наконец узнает цену, которую предстоит заплатить за полную безопасность трети ее территории, то приложит все усилия, чтоб ты получил все и сразу. Думаю, десяток галер, и десять тысяч войска - небольшая цена за безопасность. А если учесть, что все это берется только на время - то, считай, почти даром. А если ты, сейчас, прямо с ходу рванешь штурмовать Крит - то ничего не получишь, будешь зачислен в должники, и отношение будет к тебе соответствующее. Так что ничего не меняем! Цели определены, Считай, почти восемьсот гулямов и руссов, уже есть. Думаю, в ближайшее время будет полная тысяча - это твоя гвардия. Принцессы подтянут тысячи четыре бойцов по любому, и Делика со своими пятью тысячами горцев. Итого, уже десять тысяч воинов у нас есть. Но транспорта для них явно недостаточно. Поэтому предлагаю объединить полезное с полезным, а именно экспроприировать галеры у критских пиратов. Думаю, Мутный поделится информацией - а то, что у него есть свои люди на Крите, - это стопудово. Так что наверняка порожняком гонять не будем. Да и для ребятишек тренировка. Только вот еще одна мысль мне не дает покоя, - раз о каждом твоем шаге знает мафия - то и 'почтовики' халифата знают, у них наверняка в каждом преступном сообществе есть свои агенты. То, что тебя пока не трогают - понятно. Думаю, ты у них считаешься невероятно везучим и успешным авантюристом, который своими действиями ни разу не навредил халифату, а напротив - хоть и косвенно, но помогал. Думаю, в ближайшем будущем, что бы ты ни сделал - не во вред Аббасидам разумеется - на все глаза властей будут закрыты.
  
   - С чего это такая честь?
  
   - С того, Саня, что ты пользуешься большим доверием императрицы Византии, и в случае чего им лучшего переговорщика не найти. Да, пожалуй, за всю историю противостояния, которое длится уже более семи веков, не было такого. А ведь Багдаду сейчас несладко. С северо-востока давят шииты, с Каспия радикально настроенные персы, с северо-запада - армяне. На юге Египта нубийцы снюхались с берберами, и вообще страх потеряли. А тут еще на смену лояльно настроенной к Багдаду династии Аглабидов, пришли фанатики шиитского ислама - Фатимиды. И их цель - Мекка и Багдад. Пока что они с переменным успехом уже второй год пытаются взять Египет, и уже по слухам штурмуют Фустат (Каир).
  
   - Ну ты, Дед, даешь! Чешешь, прям, как замполит на политинформации. Все! Молчу, молчу!
  
   - Короче, Багдаду перемирие с Византией нужно как воздух, хотя бы лет на десять. Но на открытые переговоры Аббасиды не пойдут, для них это неминуемый политический крах. А тайные переговоры без гаранта надежности - потеря лица и пустые хлопоты.
  
   - А Зое эти десять лет нужны как воздух, - это я уже подложил мысль, - чтобы укрепить свою власть, накопить жирок, и разобраться с болгарами, уграми и прочими воинственными кочевниками с северо-востока.
  
  - Ну, если совсем примитивно - то вроде того. - со смешком снизошел ответом птиц. - Да, кстати - думаю, с тобой в ближайшее время свяжется кто-то из военных шишек Халифата, чтобы предложить тебе военную помощь для взятия городов Магриба.
  
   - ???
  
   - Ты же сам рассказывал, что понаблюдав, как твои бойцы ежедневно и сноровисто берут крепость на Кипре, и с каждым днем их количество возрастает, с ближайших крепостей Халифата началось массовое дезертирство обслуги.
  
   - А это тут причем? Тем более, что мы их успокоили, и все вскоре вернулись.
  
   - Да, шухер на Кипре поднялся нешуточный, и встревоженная разведка 'почтовиков' наверняка враз вычислила главнокомандующего штурмовиками, и его цели. Багдад спит и видит, как бы отомстить фатемидам за свой позор - а тут такая удача! Они запросто под твое слово снимут с Кипра тысяч десять своих войск, если ты, используя свое кольцо, снимешь столько же с византийской стороны. То есть, по самым скромным подсчетам тридцать тысяч войск вторжения у нас теоретически есть. И это не наемники, а союзники, и при том под твоим командованием. Конечно, человеческий фактор исключить нельзя, и возможно, по закону подлости, все эти сведения попадут на стол какому-нибудь тормозу, но это маловероятно. Да, еще тут сидел, думал, как сократить потери штурмовиков при преодолении крепостной стены. Лучники и картечь аркбалисты неплохо могут прикрыть наших бойцов на стадии финального сближения со стеной и установкой лестниц. Но как только штурмующие достигают верха стены, они остаются один на один - точнее, один на десяток защитников, вооруженных копьями, баграми, молотами... про лучников и вовсе молчу. Самое лучшее, что пришло в голову - вьетнамская 'кочерга'.
  
   Молчи! Это длинный бамбуковый шест с перекладиной, напоминающий кочергу, на конце граната, к кольцу которой привязан шнур. Во Вьетнаме такое приспособление стали использовать, чтобы засунуть гранату в амбразуру дзота, и гарантированно подавить пулеметную точку. Мы же можем, преодолев три четверти лестницы, сунуть такую 'кочергу' между зубцов стены или в бойницу. Эффект как поражающий, так и шокирующий. После взрыва гранаты большинство защитников будут убиты, ранены, контужены, или в шоке - короче, не способны оказать сопротивление.
  
   - А насчет надежного запала гранат ты подумал?
  
   - Да без проблем! Пока можно использовать тлеющий шнур нужной длины. Пропускаем его сквозь тело гранаты, и в нужный момент достаточно дернуть. Минус есть - дождливая погода, но такое в северной Африке редкость. А позже можно будем использовать терочный запал - выпарить фосфор из мочи не проблема, или капсульный - с гремучей ртутью уже работаем. И еще есть соображения по поводу...
  
   Надо признать, своей речью Дед загрузил меня по полной. Вернувшись в свои апартаменты, я даже не сразу отреагировал на вопрос.
  
   - Саня, ты что, глухой?
  
   - Что?
  
   - Я спросила, как ты считаешь - я красивая?
   Делика сидела в кресле перед зеркалом, самым большим из тех, что у нас получались без изъяна, и расчесывала свою темно-каштановую гриву.
  
   - Для вдовушки с графским титулом и с землями, ты безусловно привлекательная особа.
  
   - Саня! Ну правда?!
  
   - После нашей драки в доме раджи, я тебя часто вспоминал. И не из-за твоих бойцовских качеств. Да, ты красивая, и я так не считаю - я это просто вижу.
  
   - Но я же тощая ( это почти метр семьдесят роста, и под шестьдесят кило веса) - разве тощие девушки красивы? - капризно, со вздохом произнесла синеглазка, - А эта Бранка... кто она?
  
   - Ты когда нибудь видела толстую львицу, или пантеру?.. Но наверняка видела толстую овцу, корову и свинью. На кого ты хочешь быть похожа?.. А Бранка - девушка из борделя, которую я не даю обижать, а она иногда скрашивает мои одинокие вечера.
  
   Мой ответ, судя по довольному выражению лица, полностью удовлетворил индуску. На толстую овцу, или свинью она походить явно не хотела. А ревновать к девушке из борделя, - это все равно, что ревновать к банщику, или цирюльнику. Довольное выражение лица индуски продержалось недолго, уступив место унынию.
  
   - Кроме графского титула и земель, от моего покойного супруга мне достались одни долги. Обслуге замка задолжала за три года. Процентщикам должна чуть ли не двадцать тысяч - хорошо хоть серебром. Вассалы тоже показали долговые расписки графа. Так что денег от них в ближайшие пару лет ждать не приходится. Вчера, когда прошлась по твоему поместью - чуть не прослезилась. А когда мне накрыли стол, реально поняла, что самая последняя твоя наложница будет жить сытнее, комфортнее, лучше и беззаботней, чем графиня Ариентойская. Саня, ну ты же Ангел! Ну наколдуй мне немного счастья и денег.
  
   - Делика, но ты же знаешь, что я не колдун. - унылый кивок подтвердил мою фразу, - Я Ангел, и понемногу колдовать не умею - или все, или ничего. Для начала, давай наколдую тебе тридцать тысяч солидов, которые ты получишь в течение полугода - ты согласна?
  
   - А? Что ты сказал? Сколько? ЭТО... почти по таланту (26,2 кг.) золота в месяц?!
  
   - Сколько сказал, столько получишь. И пока я не закончу говорить - ты молчишь. Что говорю делать - ты делаешь, если даже очень захочется пи-пи - терпишь, поняла?!
  
   - Поняла! А если не пи-пи?... Не, я это так. Я все поняла.
  
   - Сейчас разворачиваешь кресло спинкой к зеркалу садишься и замираешь с закрытыми глазами.
  
   Пока синеглазка выполняла мои распоряжения, сгонял Ваню за большим косметическим набором и ножницами, и попросил подготовить жаровню, от которой за неимением электричества, работала плойка. На все приготовления ушло не менее получаса, но выдержки у индуски не занимать, и та даже не пошевелилась.
  
   - Итак, начнем. За всю многотысячную историю, человечество не знало ни одного колдуна, обладающего властью и богатством. В основном - голь перекатная. Следовательно, просто наколдовать себе денег - невозможно. Но та же история сохранила имена мудрых правителей, которые обладали неслыханным богатствам и утопали в роскоши. На самом деле, эти несметные богатства, как правило, результат экономических реформ и перспективных проектов, начатых его предком, и на его же деньги. Отдача от которых стала действительно ощутимой уже после воцарения его отпрыска. И вот тут мы подходим к самому интересному - ОТКУДА у папаши такая куча денег, которых хватило не только на создание долгосрочных проектов, сильной инфраструктуры, способной противостоять любым проискам извне, но и еще оставить приличный капитал наследнику?! Оказывается, все просто! В результате успешных наступательных войн, материальные ценности, технологии и ресурсы соседей стали его собственностью. Кстати, тех самых соседей, что проводили экономические реформы и перспективные проекты, а в настоящее время пожинали плоды своих усилий, находились на вершине благосостояния - но не смогли ничего противопоставить умному, дерзкому и везучему захватчику. И вот тут мы подходим к самому главному - ОТКУДА у молодого парнишки такой ум, военные таланты, дерзость - вроде как не совместимая с рассудительность - и везучесть? Самое простое объяснение этому феномену - он, или его советник, такого же божественного происхождения, как и я.
  
  Это я вспомнил, как мы дискутировали с Дедом на тему - единственные ли мы с ним попаданцы, или были еще и другие. Вот он и выстроил теорию, что крайне быстрый взлет отдельных государств, сопровождаемый небывалыми военными победами, экономическим ростом и научно-техническим прогрессом, практически однозначно указывает на это.
  
   - И так мы подошли к тому, что у тебя появился советник. Теперь посмотрим, что имеешь ты?! Полностью разоренное графство, и два полка неприхотливых и сносно вооруженных горцев. В настоящий момент только этот свой ресурс ты сможешь обратить в звонкую монету, поскольку другого просто нет. А сейчас слушай внимательно - совет! Берешь у меня сотню инструкторов, и в течение двух месяцев они с твоей помощью превращают этот сброд в боеспособное подразделение. Если это удается, я нанимаю твое войско - с выплатой, естественно, тебе, по солиду за каждого воина в месяц. Главное, ты должна понимать - чем выше выучка и дисциплина твоих воинов - тем меньше потерь и больше трофеев. А сумма, полученная за трофеи, может в разы превышать выплаты за найм. Много трофеев, мало потерь - твои люди сыты довольны, а ты для них и царица и богиня...
  
   Уже не раз за собой замечал, что после, эпохальных бесед с Дедом, которые предрекали новые авантюры - как правило сложные и опасные - моя психика нуждалась в каком-нибудь спокойном творчестве. Лучше всего помогало рисование. Я рисовал - не важно что, лишь бы красивое, будь то эфес для абордажной сабли, предметы одежды и украшения, фигуры богинь украшающие бушприт будущих кораблей... и это помогало. Разрозненные, непонятные фигурки мыслей укладывались в компактные и знакомые фигуры, вытесняя тревожный сумбур из головы. В данном случае захотелось поработать над образом Делики, из которой я решил сделать надменную аристократку в агрессивном стиле вамп. Не останавливая беседу, я стянул шнурком волосы на затылке синеглазки, и стал накладывать макияж. Который затем снимал ватным шариком, и начинал заново. Так повторялось несколько раз, пока результат меня полностью не удовлетворил. Затем занялся ее прической. Тут пришлось действовать куда более осторожней - отрезанные локоны ватным шариком не приклеишь. Во время процедуры приходилось прерывать свою беседу на краткие команды - 'подбородок выше, широко открыла глаза, наклонила голову'. Завершило визаж колье из насыщенного синего цвета сапфиров, которое и так было мной отложено, как подарок синеглазке, из-за удивительного сходства цвета камней с глазами Делики. Одним движением поднимаю кресло с индуской, и разворачиваю его к зеркалу.
  
   - Открывай глаза!
   Однако реакция синеглазки на увиденное меня озадачила. Мертвую тишину вдруг прервали всхлипы.
  
   - Саня, ты точно гад! Ты же меня такой красивой мог сделать еще в Константинополе. А сейчас мне даже нечего надеть, чтобы соответствовать образу... Уу- у...
  
   - Фигня вопрос! Завтра нарисую костюмы под твой образ, и через неделю наряды будут готовы.
  
   - А чего так долго?! - всхлипы прекратились, но капризные интонации в голосе остались, - Неужели нельзя пораньше?
  
   - Пораньше тебе без надобности. - как отрубил я, - Завтра вечером мы отправляемся на Кипр. И уж поверь мне на слово- там тебе будет не до нарядов.
  
  
***
Появление Делики в обеденном зале было триумфальным, - иначе не назвать. Первым индуску увидел андоррец - и почему-то сразу вскочил, чуть не опрокинув стул. Касим, удивленный поведением Фараха, повернулся в направлении его взгляда - и так и застыл с приоткрытым ртом.
  
   - Закрой рот, деревня. - немедленно отреагировала синеглазка, согласно отведенной ей роли надменной аристократки, - А то ворона залетит.
   Надо отдать должное скорости реакции друга - ошарашенное выражение лица тут же сменилось на скучающе-ироничное. Вот только прихваченный до этого кусок дичи с общего блюда он аккуратно положил не в тарелку, а в кубок с вином. Похоже, кроме меня этого никто не заметил. Ближники прибывали в культурном шоке, а Делика купалась в лучах славы. Выдержав паузу, синеглазка достала из рукава платок, протерла им лысину Касима и чмокнула его в макушку. Касим вроде как возмущенно протер голову салфеткой, а Делика вроде как возмущенно наградила его за это подзатыльником. Друзья утолили первый аппетит, и поделись свежими новостями. В частности, как Андоррец с Касимом были засветло подняты Салехом , и под его присмотром ремонтировали сельхозинвентарь, а после того, как с рынка доставили черепицу - загнал невинно осужденных каторжан на крышу. Обливаясь потом, капитаны костерили на все лады Салеха, меня, жару, черепицу, сломанную лопату, вино, судьбу, но дело все же сделали. После того, как новости иссякли, все взоры скрестились на мне. Я не заставил себя долго ждать, отодвинул пустую тарелку, и окинув взглядом присутствующих, заговорил.
  
   - Фарах! Завтра вечером на твоей 'Астере' выходим на Кипр. 'Астера' уже прошла ходовые испытания, и ее капитаном стал андоррец. 'Адрастея' (богиня справедливости и наказания) - четвертая боевая единица моего флота, родная сестричка 'Астеры', уже сошла со стапеля, и обрастала такелажем. А стапель уже готовили под флагман моего флота - 'Афину'.
  
   - Касим - ты связываешься с Мутным, делай что хочешь, но вся его агентура на Крите должна работать на нас - подробности у Деда. Дед - общее руководство, и с Вовой ( Волдо - второй из парнишек художников) рисуете компоновку 'Афины'...
  
   - Без сопливых скользко! - беззлобно отреагировал Дед, - Ты главное не забудь там встретиться с Платоном, и переговорить о возможном временном снятии части его гарнизона с Кипра. И еще - подыщи броньку для графини.
  
   - А это еще зачем? - тут же вскинулась синеглазка, - Мы что, по дороге на Кипр собрались с кем-то повоевать?!
  
   - Нет! - скрипуче рассмеялся Дед, - На ближайшие полгода - это твоя повседневная форма одежды. Даже не так - это твоя вторая кожа, которую ты должна носить, как будто в ней родилась.
  
   - Ты хочешь сказать, что графиня, и при том главнокомандующая, должна самолично штурмовать стены?
  
   - При определенных обстоятельствах - и такое вполне возможно. Но я пока про подготовку и выучку твоей деревенщины. Чтоб добиться полного подчинения своего войска, ты должна стать личным примером. Всегда бодрая и аккуратная, твой доспех сверкает. Ты первая, в полном доспехе, груженая фашинами добегаешь до рва. Быстрее всех взбегаешь по штурмовой лестнице на стену. И основная твоя команда - делай как я! Ты должна понимать, что как клисуарха тебя никто воспринимать не будет - подстилка из метрополии, со связями - да, властная и жестокая - да, военноначальник и командир - никогда! Хуже всего, что к переменам, рушившим вековой уклад плохо относятся 'лесники' и 'пустынники' - горцы следующие, они хоть и менее консервативны, но зато гораздо патриархальней. Поэтому ты должна рвать жилы, чтоб сломать шаблоны. Саня подберет тебе инструкторов, которые враз уважать себя заставят, а ты должна заставить их признать тебя за командира.
  
   Добившись полной загрузки индуски, Дед переключился на меня, вводя в курс всех дел, и всего, что произошло в городке за время моего 'отдыха' на стрелковом полигоне. Мои возмущения Дед пропустил мимо ушей.
  
   Добравшись до спальни, сразу заметил, что половину территории кровати занимает женская фигура. Разделся, и нырнув в постель, сразу облапал и прижал к себе знойную красотку.
  
   - Саня! Даже не думай! Я легла сюда только потому, что раньше никогда не спала на таких мягких постелях.
  
   - А, это ты... - напустив в голос разочарования, произнес я, - Извини! И тут же, разорвав объятья, повернулся спиной к синеглазке.
  
   - Что?! А кого ты ожидал здесь встретить?! - а в ответ тишина, - И не смей ко мне поворачиваться спиной! Ты вообще слышишь, что я говорю?!
  
   - Я всегда сплю на правом боку. И если тебе важно, чтоб я спал к тебе лицом, можешь перелечь на другую сторону.
   После минутной паузы последовали чертыханья, и синеглазка перекинула через меня ногу. Когда ее тельце переваливалось через мою тушку, последовал жесткий захват. Графиня, конечно, попыталась было освободиться, но не успевала за моими руками. В результате - кроме того, что освободиться ей не удалось, она еще и лишилась всего нижнего белья. Делику в ярости, я уже видел, но Делика в любви - это нечто! Я почувствовал себя робким гимназистом, которым овладела слетевшая с катушек нимфоманка. Не люблю, когда женщины доминируют в постели, но тут было совсем другое - будто, выкладываешь на прилавок пятак, а вместо двух ирисок получаешь два торта. Наконец, вздрагивающая всем телом, синеглазка рухнула на постель уже справа от меня. Постепенно глубокое и частое дыхание стало тихим и размеренным. Я уж думал, что она заснула, когда раздалась ее речь.
  
   - Ты мне должен за порванное белье, шелковое, между прочим.
  
   - Между прочим, Дед говорил, что второй твоей кожей должен быть доспех, а не шелковое белье - так что сама виновата. - проведя рукой по соблазнительным окружностям, ответил я, - Да и относиться потребительски к хозяину, который пустил гостью в свою постель...
   Но, похоже, меня уже никто не слушал - Делика спала. На зарядку индуску решил не будить, но сразу по ее окончании вернулся в спальню, подхватил с кровати упирающееся чудо, и понес его в душ. За завтраком синеглазка пробовала было побурчать, но зверский аппетит и обилье яств быстро заставили переключиться жрицу на более актуальные проблемы, да и с набитым ртом не очень-то побурчишь. Сразу после завтрака отвел разомлевшую графиню к кузнецам, чтоб подобрали ей бронь получше и подогнали по фигуре. Все! Делика до обеда нейтрализована, а у меня есть время оббежать городок мастеров. Первым делом посетил 'слесарку' - так Дед прозвал цех технических ювелиров. Птиц уже был на месте.
  
   - А ну глянь, Саня, на это. - кивок в столону верстака, - Что скажешь?
   На верстаке лежал двуствольный пистоль, похожий на короткий обрез вертикали. От экземпляров, что сохранила моя память о старинных пистолях, этот образец отличался удобной анатомической рукоятью и вентилируемой прицельной планкой на стволе. В руке, несмотря на тяжесть, лежал как влитой, а цель благодаря планке легко ловилась и сопровождалась.
  
   - Вижу, что пистоль тебе понравился. - с усмешкой произнес Дед, - Это всего лишь прототип, и притом под капсюль. Внешне я его содрал с Beretta Silver - очень удобное, и изящное ружьецо. Не буду загадывать, но надеюсь через месяц-полтора ты получишь новую убийственную игрушку.
  
   Утро следующего дня меня встретило морской свежестью, легкой качкой, и забористым матом боцмана. Капитанская каюта на 'Астере' была чуть ли не вдвое больше чем на 'Авроре', но двухуровневая койка осталась. Делика накануне, перед сном, стягивая с себя броню, заявила, что спать будет внизу, я сказал, что если она не будет сильно ворочаться во сне, то я не возражаю. Графиня нахмурилась, и категоричным тоном потребовала, чтоб ЭТОГО - показывая пальчиком на постель - сегодня не было. А то, дескать, я ее совсем заездил, и она не высыпается. Я конечно признал правоту ее слов, и приготовился ко сну. Но не тут-то было! Синеглазка, как назло, вместо того, чтобы заснуть, стала ворочаться и шумно вздыхать. Я уже собирался перебраться на верхний ярус, когда услышал.
  
   - Саня, ты гад! Ты специально сказал, чтоб я не ворочалась! Я теперь не могу найти места, чтоб заснуть.
   '- Ну нифига себе заявочки!'
  
   - Ладно, - со вздохом произнес я, - ухожу на верхний ярус. Спокойной ночи!
  
   - Ну уж нет! Ты там будешь дрыхнуть, а я ворочайся всю ночь! С этими словами Делика оседлала меня и впилась своими губами в мои...
   Боцман костерил вахту руссов за то, что они тупые неучи, не понимают команды на человеческом - читай - греческом, языке. Я в воспитательный процесс лезть не стал. Немного размялся, помахал саблей, поползал на скорость по вантам и реям. Хорошенько взмокнув, сиганул за борт, догоняя сбросившую ход 'Астеру'. За завтраком меня развеселил Фарах. Оказалось, что когда я плыл за судном, на палубу выбралась Делика, и поинтересовалась у андоррца, где я. Фарах на чистом глазу поведал графине, что я во время зарядки свалился за борт, и показал плывущею в метрах семидесяти за кормой мою тушку. На возмущенный приказ графини - немедленно остановиться и подобрать Саню, невозмутимо ответил, что остановиться может только по приказу главнокомандующего, то есть меня. А раз такого приказа не было, то и остановки быть не может. Синеглазка, недолго думая, уперла свой стилет в горло андоррца и потребовала немедленно остановиться. Смеялись все кроме Делики, та только пристально посмотрела на андоррца, и пообещала вернуть шутку, но если Фарах плавает хуже, чем я, то ее это не касается. То, что индуска не бросает слова на ветер и быстра на расправу, Фарах, как посвященный во многие наши тайны, знал - и осторожно посоветовал графине отвечать на шутку шуткой, а не смертоубийством. На что та удивленно спросила, а в чем разница. Тетерь смеялись все, кроме андоррца. В облюбованной нами бухте на Кипре было уже тесновато. Кроме 'Авроры' и 'Толстяка', там расположился когг 'Арсенал' - приз, отбитый у пиратов, неизвестная мне шебека, и пара галер. Втиснувшись в узкую горловину и аккуратно лавируя, пришвартовались лагом к 'Толстяку'. К арендованной крепости подошли с синеглазкой налегке - все наши шмотки принесут матросы с 'Астеры', как только закончат со швартовкой и прочими необходимыми работами, связанными с переходом парусного судна на продолжительную стоянку. У подножья холма, на котором располагалась крепость, на полуденную тренировку уже собиралась штурмовая команда. Тренировки по взятию крепости, решено было проводить два раза в день. Сразу после завтрака и до обеда проводилась отработка навыков работы со штурмовым оборудованием. После обеда часовой отдых, затем пара часов на разбор полетов с каждым десятником, затем сбор, новые вводные - и очередной штурм. Мы с Деликой подошли в тот момент, когда команды штурмующих уже собрались, и ожидали появления начальства. Вид у нас, надо сказать, был не шибко презентабельный. Я в хлопчатых штанах цвета беж, и такой же рубахе на выпуск. На голове куфья (мужской головной платок) того же цвета. Делика в абае (накидка, носимая поверх платья, которая надевается от макушки головы) из серой шерсти, под которой можно было разглядеть только женское лицо и остроносые сапожки красного сафьяна. Когда проходили мимо нового пополнения из числа руссов, раздался задорный свист, улюлюкание, и соленые шуточки из тех, что ниже пояса. Парней, конечно, можно понять - с учетом дороги, молодых женщин они не видели уже больше трех месяцев. В ближайших окрестностях крепости, когда стали прибывать непонятные дерзкие воины - которым закон не закон - молодух как ветром сдуло. Местные мужички отправили своих молодых жен и девок на выданье от греха подальше. Больше всех острил рыжебородый верзила по имени Ахмыл, предлагая поспорить на серебруху со всеми, что еще до вечера подергает эту молодуху за вымя. Руссы ржали как кони, но пари принимать не спешили - скорее всего, из-за отсутствия этой самой серебрухи. Мое знание языка руссов было далеко до совершенства, но те уроки разговорного, что преподал мне Яр, я запомнил, и если не касаться высших материй, то на бытовом уровне понимать и общаться я мог.
  
   - Ставлю серебуху! - уверенно произнес я, - ты хватаешь мою наложницу за сиську - и деньги твои. Не получится - мои!
  
   - А ты еще что за пень с горы? - разглядывая меня как жука, подал голос спорщик. - И откуда по нашему знаешь?!
  
   - Дык, знамо дело - купцы мы! С вашими имел дела в Царьграде, вот и поднаторел. - со слащавой улыбкой ответил я. - А-то спускать деньги на толмача, - расход один получается!
  
   - И какие условия ты, купец, предлагаешь? - подозрительно прищурился спорщик. - Если даст деру - то я не согласен. Бегать за девками мне невместно. Не отрок уже.
  
   - Да что ты! - я даже замахал руками. - Бегать она точно не будет! Не бегунья, - драчунья! Поколотит тебя - и всех делов. И если проиграешь - вместо денег могу взять твоим оружием или бронькой. Видя, как полыхнули угрозой глаза Ахмыла, испуганно добавил: - Но деньги мне не к спеху, можешь отдать с первого приза - но тогда уже будет две серебрухи.
   Судя по тому, как обычная ухмылка спорщика вновь проступила на его лице, стало понятно, что серебра у него не водилось, и на кредит под доверие клюнул с удовольствием.
   Тут все чуть было не испортил Яр. Подойдя к своему воинству, сходу выявил беспорядок, и центр его кристаллизации, и напрямую двинул к нам с Ахмылом. Когда до нас осталось метров пять, наконец-то меня узнал. Узнать меня в самом деле было непросто - полигон дал о себе знать. Нетипичная для меня одежда, похудевший, и черный как уголек. То, что узнал, было видно по округлившимся глазам, и расползающейся улыбке. Я ему незаметно мигнул, и равнодушно отвел взгляд. Хоть Яр и сбился с шага, но в остальном отработал нормально. Больше не обращая на меня никакого внимания, подошел к Ахмылу, и выслушав его рассказ, только нахмурил брови, и дал распоряжение спорщику назначить на ближайшую седмицу вместо себя другого десятника. После чего отошел, но недалеко - видимо, самому было интересно понаблюдать за развитием ситуации. Между тем непонятный интерес руссов стал привлекать все новых и новых зевак из числа собравшихся на штурм. Посмурневшая синеглазка, не понимая о чем речь, но сообразившая, что все происходящее касается ее на прямую, потребовала у меня разъяснений.
  
   - Саня, иди ты нафиг! - возмущенно отреагировала индуска на мой ответ, - Я графиня - или циркачка с рынка?! Сам дерись с этой деревенщиной...
  
   - Делика. Мне не надо зарабатывать авторитет, я сам авторитет - это надо тебе. Если и дальше собираешься спорить, то тебя сейчас проводят до гавани, и наши пути расходятся.
   Синеглазка молча сверкнула враз потемневшими глазищами, резким движением сдернула с себя абаю и бросила ее мне. Со стороны руссов послышались возгласы удивления, и еще я отчетливо услышал - княжна! Под сброшенной накидкой обнажилась красная шелковая блузка навыпуск, до бедер, перетянутая в талии поясом - сетью жриц. Черные зауженные шаровары украшали красные лампасы. Образ дополняла золотая цепь на шее, такого же металла кольца в ушах, и перстни с крупными самоцветами, унизывающие почти все пальцы. Тут уже интерес толпы перерос в крайнее возбуждение. Кое-где даже послышалось имя Делики. Индуска изначально была персоной не публичной, и даже Яр только слышал о ней. Значит ее узнали те из гулямов, кто входил в ее группу по 'хлебному бунту' в Константинополе. И сейчас взахлеб рассказывали своим товарищам, какого следует ждать зрелища. Поскольку толпа была с серьезными задатками дисциплины, довольно быстро хаотическое брожение прекратилось, и образовалась арена, метров сорок в диаметре, в центре которой оказались Ахмыл с Деликой. Было видно, что Ахмыл сильно заробел от преобразившейся поединщинцы. Да и повышенное внимание к его особе накладывало определенные рамки на его поведение. Но вида старался не подать. Когда стало ясно, что команды к началу не будет, подошел почти вплотную к синеглазке и протянул руку. Делика просто сделала полшага назад и застыла. Ахмыл повторил попытку уже более целенаправленно - Делика сделала еще шаг назад. Третья попытка осмелевшего парня была гораздо быстрее и решительней. Было непонятно, хотел он ухватить девушку за плечо или за ворот блузки, а может за шею..., но дамочка не стала больше пятиться. Ее левая кисть перехватывает запястье агрессора, и тянет на себя. Моментальный подворот корпуса вправо, и ее плече оказывается подмышкой парня. Правая рука удерживает его локтевой сгиб, резкий наклон тела вперед, и тушка Ахмыла, описывая дугу в воздухе, встречается с земной твердью. Классически проведенный бросок через плечо вышибает воздух из легких приземлившегося. Пока поверженный противник пытается глотнуть воздуха и настроить сбитые координаты, наносит ему сдвоенный удар локтем в челюсть.
  
   - Делика, стой! - выкрикиваю я - Лежачих не бьют!
   Синеглазка с досадным рыком вскакивает с колена отходит на пару шагов от неуверенно встающего парня. Пока тот, пошатываясь, удивленными глазами рассматривает окружающий мир, графиня собирает растрепавшуюся гриву в тугой хвост, и перевязывает его бичевой. Закончив с прической, тут же без всякой паузы сама бросается в атаку. Еще толком не пришедший в себя Ахмыл реагирует недостаточно быстро, и пропускает сильный, а главное точный удар ногой в 'солнышко'. Далее без остановки хватает левой рукой правый рукав противника в районе локтя. Резко сближается, и надежно ухватившись за его пояс, закручивая свой корпус вправо, подныривает под полусогнутую фигуру соперника, и с громким хеканьем бросает его безвольную тушку, через бедро. В этот раз амплитуда броска вышла гораздо круче, а тело врезалось в поверхность земли весьма конкретно - нокаут, и похоже, глубокий. Но жрица на этом не успокоилась. Уперев колено в грудь поверженному воину, с силой рванула ворот его кольчуги на себя, и сквозь нее вонзила по самую рукоять, неизвестно как очутившийся в ее руке стилет под подбородок бездыханного противника. Точнее так мне показалось, - на самом деле стилет прошел сквозь бороду Ахмыла впритирку с его шеей. Тяжелое 'Ооох' вырвалось из сотен глоток, и наступила мертвая тишина, был даже слышен тихий шелест листьев чахлого кустарника в паре сотен метров отсюда. Синеглазка рывком вырвала стилет из 'горла трупа', и оттолкнувшись коленом от груди 'усопшего', пружинно вскочила на ноги. Тут 'труп' вдруг глубоко вздохнул, надсадно закашлялся и сплюнул тягучую слюну на собственную бороду. Полное оцепенение зевак сменилось бескрайным, почти благоговейным изумлением, после чего притихшие воины враз возбужденно заговорили, отчаянно жестикулируя, хлопая от переполняющих эмоций друг друга по плечам, и откровенно ржа. Возникшую ситуацию Яр решил использовать в воспитательных целях. Он вплотную подошел ко все еще пытавшемуся встать Ахмылу, и зычным голосом гаркнул.
  
   - А ну все замолчали! Замолчали, я сказал! - когда большая часть руссов утихла, и стала одергивать своих не успокоившихся соплеменников, Яр продолжил. - Над кем смеетесь?! Над собой смеетесь! Вы все знаете Ахмыла, и знаете, что каждый второй из вас не устоит против него, хоть оружним, хоть в кулачке. А местная девчонка игралась с ним, как с кутенком. Вот вы бузите и кричите - мы все можем и умеем, тренировки и инструкторы вам не нужны - дескать, и сами с усами. А что будет с вами, если на стенах вас встретят такие же оторвы?!
  
   - Дык мы будем оружны... - высказался, видимо, один из опытных и авторитетных воинов. - Руками и ногами против меча не помашешь. Многие из руссов согласно покивали на высказывание сородича.
  
   - А кто им запретит взять в руки оружие?! Скажи, купец, - это уже мне. - твоя наложница сражалась оружняя против оружних?
  
   - Да, было такое. Выходила с глефой против десятка опытных мечников. Она, как видите - жива.
  
   - А что с мечниками? - с ухмылкой спросил авторитет. - С визгом разбежались, или умерли со смеху?
  
   - Нет, умерли они не от смеха. - спокойно ответил я на подначку. - Их тела собрали по частям, и передали родственникам для погребения.
  
   - Врешь! - зло отреагировал авторитет, - Такого не может быть!
  
   - Как можно? - с улыбкой ответил я, - Наложница здесь! Желаешь проверить?! Доставай меч и выкладывай серебруху. Только в долг в этот раз не получится - просто отдавать будет некому.
   Наблюдавший минуту назад позорный разгром своего товарища, авторитет, хоть и выразил всем своим видом скепсис, все же решил воздержаться от рискового эксперимента.
  
   - Дык вот! - как будто не было паузы, продолжил Яр. - Все знают, сколько денег и другого добра я и мои воины привезли своим родичам. - после паузы, заполненной согласными кивками руссов, продолжил. - Вы же, если будете как прежде отлынивать от тренировок - сможете поддержать свою родню только изрубленными доспехами, снятыми с ваших тел, после первого же штурма.
  
   - А что? - подал голос совсем молодой парень с пегой бородкой, - У них все девки такие боевитые, как эта?
  
   - Нет, не все. - уверенно ответил Яр, но после небольшой паузы как будто что-то припомнив, добавил, - Встречаются еще и рыжие, вот те - просто беда.
  
   - И как же местные мужики с такими живут? Ведь им и слово поперек сказать нельзя - вишь, как глазищами зыркает. - еще более удивленно спросил тот же парнишка, - Чуть что не так - и ты калека увечный.
  
   И действительно, весь вид графини выражал вызов и агрессию. Прям живая иллюстрация к фразе '- кто еще хочет попробовать комиссарского тела...'. '- А ведь это мысль - пусть будут в моем войске не командирши, а комиссарши, как и положено - с широким арсеналом полномочий'.
  
   - Местные мужики под стать своим бабам, и всегда смогут дать им укорот и поколотить, если нужно. - на откровенные смешки и высказывания в стиле '- ну ты врать' Яр вроде как обиделся, и ни слова не говоря, достал из клочена лук и стрелу. Когда тетива была натянута, до меня наконец дошло, кто мишень. Вот же гад - я конечно сам виноват, сказал как-то Яру, что кольчугу снимаю только во время сна, и это закон. А сам на полигоне расслабился, и сейчас этот манипулятор со всей дури влепит в меня стрелу, полностью уверенный, что самое страшное, что мне грозит - это синяк. Размытая в старте стрела вдруг через мгновение замедлила свое движение - я вошел в боевой транс. Перехватываю ее левой рукой в пяди от сердца. Тут же повинуясь какому-то чувству, резко оборачиваюсь - рука Делики уже в движении, пальцы вот-вот разомкнутся, отправляя отравленную стрелку в цель. На гране возможности успеваю выхватить дротик из почти разомкнутых пальцев жрицы. Запоздало кричу ей
  
   - Стой! С ума сошла?! Он просто продемонстрировал всем мою ловкость.
  
   - Да откуда я знала! Он же по-людски не говорил! Я как увидела нацеленный на тебя лук, подумала, что нас приговорили к смерти... а дальше все само получилось...
   Всеобщее оцепенение прерывал бодрый голос Яра рассматривавшего стрелку в моей руке.
  
   - Отравленная? - обратился он ко мне. Я лишь кивнул головой, после чего немного побледневший атаман обернулся к своему воинству.
  
   - Да уведите уже с глаз долой этого бабника недоделанного! - Ткнул он пальцем в сторону Ахмыла. - Глаза бы мои на него не глядели!
  
   'Бабник' уже стоял на ногах, но штормило его еще крепко. Почувствовав к себе повышенное внимание, он приосанился, насколько смог, подкрутил ус, и выдал.
  
   - Пока она меня крутила и швыряла, я два раза успел ущипнуть ее за ляжку! Нет, ну вы видели?!...
   Дальнейшую речь Ахмыла поглотил шквал гогота. Яру в этот раз пришлось долго урезонивать свое воинство, и когда у смеющихся наконец иссякли силы, продолжил.
  
   - Как все видели - местные мужики тоже не лыком шиты. И если их женкам вы на один зубок...
  
   Мое официальное представление войску прошло следующим утром. Разодетый в самый пафосный из камзолов малинового цвета, где одного золотого шитья пуд, и белоснежную сорочку с кружевным воротом жабо. Черные тончайшей шерсти брюки-галифе, с генеральскими лампасами, в меру раздутые на бедрах и не сильно зауженные на голени. Ну и, конечно, ботфорты с золотой пряжкой на взъеме. Делика, в полной броне, но без шлема, зато в агрессивном макияже, как сопровождающая телохранительница. Кто я - уже все знали, ну и что Делика - 'графиня-демоница', знал тоже каждый, и кажется, это даже все одобрили. Слушателям 'академии', как я назвал нашу тренировочную площадку, я задвинул речугу в стиле - тяжело в учении - легко в бою. В конце речи подсластил пилюлю, пообещав по результатам недельного обучения выбирать три лучшие сотни, которые пройдя недельные тренировки абордажа, проведут между собой соревнования, и две лучшие из них, выйдут на двухнедельную охоту. Первый приз будет принадлежать им целиком. Найдя взглядом Ахыла, подмигнул ему, и напомнил что две серебрухи за ним. На что тот, не смутившись, ответил.
  
   - Не сомневайся, атаман - наша сотня будет первой , в должниках Ахмыл долго не останется. - и повернувшись к своим, добавил, - Сразу уговор - если попадется не шибко драчливая княжна - беру себе.
   Взрыв хохота был ему ответом.
   Неделю я и синеглазка, как прилежные школяры, постигали теорию и практику, бегали с фашинами, учились как правильно и легче их нести, чтоб они выполняли роль щита, куда их бросать, как после этого отходить... Карабкались по лестницам, падали с десятиметровой высоты на эти самые фашины. Снова карабкались и снова падали. Как самые тренированные и мотивированные, стали одними из лучших - впрочем, это воспринялось всеми как должное. Да, встретился с наместником Платоном - мой вариант паритета в виде снятия с острова равного количества войск как со стороны Халифата, так и с Византии, ему понравился - естественно, решение за императрицей, которой он обещал отписать немедля. На моем причале в Александрии нас как всегда встречал смотритель, и еще пара крепких парней при оружии. Их красно-синие одежды однозначно говорили о принадлежности воинов к гвардии Халифата. Такое количество встречающих говорило об отсутствии агрессивных намерений - скорее приглашение к разговору. Дед, гад, накаркал...
***
Особым шиком на флоте считается швартовка в одно касание. Однако в этом маневре не все так просто. Корабль должен приближаться к причалу на максимально возможной скорости. Подойдя на точно выверенное расстояние к причалу, капитан покидает мостик, и четким ускоренным шагом направляется к трапу-сходне. И тут ОДНОВРЕМЕННО должны произойти четыре события: - касание причала, полная остановка судна, касание трапом палубы причала, нога капитана встает на первую ступень трапа. Немаловажная деталь - капитан на протяжении всего пути не должен ни притормаживать, ни ускоряться, а идти с постоянной скоростью. Если все выполнено четко, то зрелище просто завораживающее. На паруснике такой маневр выполнить невероятно сложно, но ребятишки в этот раз не подкачали, и я не дал маху. Гвардейцы, наверняка не раз наблюдавшие процедуру швартовки, были реально огорошены таким зрелищем. Так что когда я подошел к ним вплотную, они смотрели на меня, как на призрака. А тут еще одно чудо - Делика, в полном боевом облачении, застывшая за моим правым плечом.
   Когда посланникам наконец удалось придти в чувство и сконцентрироваться на мне, прошла как минимум минута.
  
   - Абу Али Аббас ибн Искандер? - наконец разродился речью старший из пары, впрочем, продолжая косить на синеглазку. Дождавшись моего утвердительного кивка, продолжил, точнее отбарабанил, - Наместник Египта и командующий армией Такин ибн Абдалла аль-Харби аль-Хазари, властью данной ему светлейшим халифом - Абуль-Фадль Джафар ибн Абдуллах аль-Муктадир Биллахом, приглашает тебя после дхухра (утренняя молитва) в аль-Хамис (четверг) на беседу.
  
   - Передайте, - имя наместника тоже отбарабанил без ошибки, - что моя душа возликовала от вести, что величайший полководец всех времен и народов обратил свое внимание на столь недостойного почитателя его талантов. И что я буду славить Аллаха, пославшего мне эту счастливую весть, и просить его приблизить столь желанный для меня день. - судя по разинутым ртам, и по тому, что парни перестали косить на Делику, я понял, что слегка переборщил - но, как говорится, кашу маслом... Поэтому продолжил что-то в том же духе, в конце добавив, - Ну все, парни, мне пора - встретимся в четверг.
  
   Обогнув застывших в ступоре гвардейцев, направился к выходу с пирса, где меня перехватил Вова - второй из моих художников-секретарей. Едва поздоровавшись, скороговоркой выдал мне последние новости, ради которых по заданию Деда уже второй день караулил меня на причале. Первая - приехала Инга с двумя десятками своих дворян. То, что она приехала, то есть приплыла, на неделю раньше срока, с учетом не регулярности рейсов местных перевозчиков - норма. НО - двадцать баронов в придачу!.. Но и это оказалось только цветочки! Приехала моя родня из Багдада - дядя, два его племянника с тремя дочерьми на выданье, и мама Аиша, тоже с родней по своей линии. При упоминании про взвод швабских дворян, я сбился с шага, а когда узнал про заезд многочисленной родни - и вовсе остановился. Я ведь рассчитывал на неделю полной расслабухи! И что теперь - мало мне приема у наместника, так еще, блин, такая толпа, жаждущая моего внимания и общения. Пришла даже мысль вернуться на Кипр, как будто и не было меня здесь, но тут же с досадой была отброшена.
  
   - Делика, дуй обратно на 'Астеру'! Скажи Фараху, пусть оденется побогаче, и летит на виллу - врет что угодно, но под любым предлогом уводит этих Фрицев, в смысле - швабов - в заведение Кира. Вова! Сам дуй к Киру - пусть гонит всю шушеру вон, и немедленно готовится к приему двадцати гостей от меня. И еще скажи, пусть хоть сам под них ложится, но если кто-то из гостей покинет его заведение раньше пятницы - я обижусь.
  
   Так - надеюсь, халява сработает, и с учетом похмелья, рыцарям до субботнего вечера я буду не нужен. Родню мужского пола поручу Усману. Пусть водит парней с дядей по нашему городку и верфи, как Моисей сынов израилевых по пустыне, показывает все наши постройки, новшества и наработки. Инга с Деликой возьмут в оборот женскую половину родни. Обзорная экскурсия виллы, александрийского рынка, женские сплетни, разговоры о шмотках и побрякушках... Если все пойдет нормально, то до субботы я почти свободен. А там, глядишь, еще что нибудь придумаю.
  
   Чтоб не разочаровать родню, вышел к ужину разодетый в пух и прах - впрочем, сопровождающая меня индуска мало чем от меня отставала. Возникшее напряжение разрядила Инга. Она первой вскочив из-за стола, бросилась на нас с Деликой с обнимашками. Я, перед тем как усесться во главе стола, обнялся с дядей, взял руку матери, и коснулся ее губами. Аиша погладила меня по щеке и ласково улыбнулась. Проявление более открытых и эмоциональных чувств среди близкой родни при чужих считалось дурным тоном. Ужин прошел в теплой и дружественной атмосфере. Мне были представлены мои дальние родственники, я представил своих друзей. И поинтересовался, как прошло их путешествие в Александрию. После пошли рассказы о родственниках и соседях из Багдада в стиле 'А помнишь Рашида, ну, мужа твоей сестры - Зухры, дык вот, его младший сын назвал своего первенца Искандером...' Мои ближники и наложницы тупостью не страдали, и едва утолив аппетит, один за другим спешно откланялись, сославшись на дела. Когда за последним из них закрылась дверь, дядя сразу прервал свой рассказ об Омаре, которого послал в Индию за...
  
   - А теперь, дорогой племянник, расскажи своей родне, почему мы от чужих людей узнаем, что ты стал визирем у самой императрицы Византии?! Врать и запираться смысла не было. Хотя дяде вряд ли известно все, так что все недомолвки решил декорировать мистикой. В конце концов, секрет 'великого рассказчика' не в деталях, а в том, чтобы донести до слушателей все простым, но удивительно красивым языком.
  
   - Все вышло случайно. Я просто хотел открыть свою факторию в Константинополе... Далее последовал рассказ со многими недоговорками и купюрами, но и описывающий невероятные приключения, мое эпическое везение, лихость и смекалку. Про моих верных наложниц - непобедимых дев-воительниц, про всесильного злого колдуна - Клеарха.... Когда рассказ закончился, повисла долгая пауза. Глаза младшего поколения моих родичей были широко открыты, и блестели как бриллианты. Но по поджатым губам дяди было видно, что он чем-то сильно недоволен, он и нарушил паузу.
  
   - Ну все, на сегодня довольно рассказов! Время позднее. Всем давно пора спать. - и повернувшись ко мне, продолжил, - Искандер, скажи своим слугам, пусть проводят твоих родственников в их спальни. Когда мы остались втроем, считая Аишу, дядя, надо сказать довольно резко, заговорил.
  
   - Зачем ты обрушил на наши уши столько вранья?! Ты понимаешь, что порочишь имя своего отца, который за всю свою жизнь ни разу не соврал! Я ожидал всего чего угодно, но не такой отповеди, меня реально взяла злость.
  
   - Дядя, ты находишься в моем доме, который достался мне от отца, от твоего старшего брата, и смеешь обвинять меня во лжи?! Немедленно объяснись, где в моем рассказе прозвучала ложь?!
  
   - Да во всем! - тоже вошел в раж дядя, - Что твои наложницы амиры (княжны, принцессы), что ты был визирем у императрицы...
  
   - Да ты же сам сказал, что я был визирем в Византии! Ты вообще откуда это узнал?!
   Оказалось, имам мечети, львиную долю на постройку которой вложил отец Искандера, пригласил дядю на приватную беседу. Во время богоугодной дискуссии намекнул ему, что прихожане молятся усердно за тех, благодаря кому появилась мечеть, и раз уж Аллах услышал их молитвы, и по царски одарил Искандера, то взносы благодарной родни могли бы быть щедрее. Дядя, не привыкший бросать деньги на ветер, начал уточнять, о чем речь. Почему-то святоша в ответ рассердился, и посоветовал не гневить Аллаха и не делать вид, будто он не знает, что его племянник стал чуть ли не визирем в Византии. Гуфар был потрясен. А когда немного пришел в себя, буквально набросился на собеседника, требуя пояснить, откуда такие вести. Имам понял, что сболтнул лишнего (все знали, что его брат занимает какую-то должность в диване аль-барида), витиевато сославшись на Аллаха, которому все ведомо, быстро свернул беседу и выпроводил гостя. Всю ночь дядя не сомкнул глаз, обдумывая новость. Слово 'визирь' он естественно воспринял как фигуру речи, подчеркивающую важность и прибыльность занимаемой племянником должности. В своих самых дерзких фантазиях он пришел к выводу, что молодому пройдохе безумно повезло, и он стал крупным (раз об этом прознала разведка) поставщиком товаров императорскому двору, с проистекающими из этого почетом и богатством. Рано утром велел будить Аишу, и поделился с ней своим открытием. Когда на глазах матери высохли слезы радости, родственники немного поругали негодника-мальчишку за скрытность, и решили немедля собираться в Константинополь. Чуть позже все же посчитали правильным держать путь через Александрию. Выслушав дядю, обматерил себя за то, что в самом начале разговора, не задал этот вопрос. Ведь тогда было бы достаточно рассказать про мою процветающею факторию в Константинополе, ну и там приврать что-то по мелочи. Но слово не воробей... Поэтому попросил Гуфара помолчать десять минут - пока мы совсем не разругались - и вызвал наложниц. Когда недовольные девушки - видимо, их оторвали от важной болтовни - предстали пред наши очи, учинил им форменный допрос.
  
   - Инга, скажи, кто освободил августу из монастыря?
  
   - Мы с Марго... - удивленно произнесла фройляйн. - Ты что, потерял память?
  
   - Нет! С памятью у меня все хорошо, проверяю твою. На чем доставили императрицу в Константинополь, была ли погоня, и что с ней случилось?
  
   - На твоей 'Авроре', преследовал нас дромон, который ты утопил...
   Так я уточнил все ключевые моменты, которые присутствовали в моем вольном повествовании, которое ранее услышали родственники. И когда девчонки уже направились к выходу, вдруг вспомнил еще одну деталь.
  
   - Стойте! Вы забыли представиться моей родне своими полными именами и титулами!
  
   - Ингрид - пфальц графиня Швабии... - уже не скрывая раздражения, чеканя слова произнесла Инга. Под стать подруге ответила Делика.
  
   - Делия, графиня...
  
   - Поскольку Марго подъедет несколько позже, не сочтите за труд, представьте и ее....
   После того, как немного не доведенные до точки кипения дворянки удалились из гостиной, дядя еще с минуту держал себя за бороду изучая узоры ковра на полу, после чего выдал, будто хватаясь за последнюю соломинку.
  
   - Имам сказал - визирь, а ты говоришь - секретарь.
  
   - Секретарь - самое доверенное лицо императора, носит его золотую печать, распоряжается от его лица, не подсуден никому, кроме императора. - поведя плечами, примирительно проговорил я. - Разве у визиря другие полномочия?
  
   - Значит, все же визирь! - как-то обреченно проговорил дядя, и добавил, - Мой племянник - визирь!
  
   - Дядя! Да что не так?! - в полном недоумении произнес я, - Тебе же подтвердили настоящие амиры, что я не вру!
  
   - Все так, мой мальчик! Мое сердце переполнено гордостью и радостью - но если я поделюсь этой новостью со своими друзьями, все решат, что Гуфар сошел с ума, перестанут здороваться, и будут меня сторониться.
   Тут подключилась мама.
  
   - А ты представь сынок, что я расскажу это кому-то из своих подруг - кто мне поверит?! Вся улица в открытую будет называть меня лгуньей. Да мне даже на рынок не выйти, все будут надо мной смеяться. Да и как угораздило тебя взять в наложницы великих амир? Я мечтала, что у тебя будут, как у нормальных людей, жены и наложницы, которые если что плохо сделают по дому - я могу и побранить, и даже оттаскать за космы.... А перед амирой я должна стоять на коленях, и без ее позволения не могу не только слова сказать, но и взгляда поднять.
  
   - Ну, об этом, ма, ты можешь не переживать. Мои наложницы по дому ничего не делают, так что и ругать их не за что. - тяжелый вздох Аиши был ответом, - Да и кланяться тебе не придется. Мать эмира старше его жен.
   Видя непонимание в глазах родни, подошел к комоду, открыл инкрустированную золотом резную шкатулку, и вручил дяде тубус
  
   - Читай! Нет, стой, забыл сказать! При дворе императрицы все знают меня по имени Александр Калиостро.
   Дядя свободно читал на арабском, с латынью тоже справлялся, но несколько хуже, поэтому чтение перевод и осмысление заняло некоторое время. Напоследок окинув взглядом документ целиком, он очень бережно свернул его, и вложил обратно в тубу.
  
   - Да, Аиша, - сказал он без интонации, - наш мальчик самый настоящий эмир.
   Наверное, эмоции и чувства родственников на сегодня были уже исчерпаны, поэтому оба молча смотрели на меня, пока дядя не заговорил.
  
   - Искандер, мальчик мой, прости старого дуралея за то, что накричал на тебя. Видимо, к старости мой ум стал ослабевать. Твой отец говорил - чтобы добыть крупицу золота, надо на собственном горбу перетаскать гору пустой земли, так что могу представить, через что тебе пришлось пройти. И я только сейчас понял, что ты своим веселым рассказом скрыл от нас ту смертельную опасность, которая поджидала тебя на каждом шагу, и тем самым уберег наш разум от переживаний.
  
   - Это вы простите своего негодника-мальчишку за то, что редко и мало вам пишу, и бывает, скрываю правду.
  
   - Ну, на счет правды и впредь будь сдержанней. - с мягкой улыбкой ответил Гуфар, - А то прочел бы я письмо, где племянник пишет, что спас императрицу и стал визирем. Представляешь, что бы я подумал...
   В спальне меня ждало мерное посапывание. Дворянки, раскинув руки и ноги, почивали в хозяйской кровати. Недолго думая, расчистил от конечностей достаточное для моего тельца пространство - дамочки даже не проснулись - и завалился спать.
   Проснулся от дискомфорта - кто-то оттягивал мои уши.
  
   - Правда он смешной с оттопыренными ушами? - Голосом Делики промурлыкала мучительница. В ответ смешок, и голос Инги,
  
   - Ты не представляешь, как смешно он морщит нос, если его пощекотать перышком. Мы с Марго как-то чуть не уписались со смеха.
  
   - А ну отставить издевается над адмиралом! - командным голосом прорычал я - в ответ испуганный визг, и заходившая ходуном кровать, - Кто-то сейчас уписается от зарядки по четвертому варианту.
  
   - Саня, ты гад! Зачем так пугать бедных сирот?! - первой оправилась от испуга Инга, - Да и проспал ты свою зарядку - до завтрака бы успеть умыться и одеться.
  
   - Лучше бы сказал нам спасибо, что оберегали твой сон! - подключилась к подруге синеглазка. - Вон твой Вова прибежал уже спозаранку, и пока не получил по башке подушкой, нудил под дверью, что птицу надо с тобой срочно поговорить.
   Резко срываюсь с постели, лечу в ванную комнату. Наспех умываюсь, накидываю халат, и спешу в бельведер (надстройка над зданием) облюбованный Дедом. Навстречу звучит хриплый голос
  
   - Ну наконец-то! Явился, не запылился!
  
   - Дед, что-то случилось? - с порога спросил птица, - В чем срочность?!
  
   - Дык, Саня, ты у нас сейчас фигура, и любое официальное обращение к тебе требует срочного рассмотрения и моментальной реакции. Вова вот мне сказал, что на пирсе тебя поджидали жандармы, и у вас состоялась беседа, в результате которой ты ушел без сопровождения - и это уже интересно.
  
   - Да все штатно - как ты и предполагал, наместник меня пригласил для беседы. Так что пока не выясню, что он хочет, информации для нас никакой.
  
   - А когда он тебя приглашает, и во сколько, ты хоть запомнил?
  
   - Дед, ну ты что, меня совсем за придурка держишь - конечно запомнил. И ты хотел поднять меня спозаранку, чтобы это узнать?! Это будет завтра, после утренней молитвы. Надеюсь, это тебе о многом сказало. - с ухмылкой произнес я, - Если это все, то я пошел.
  
   - Аль-Хамис - четверг! - словно не услышав меня, проговорил птиц. - Постный день! Наместник принимает постных гостей, то есть всякую безродную шваль - жалобщиков и просителей. Единственный плюс - до дневной молитвы он принимает гостей лично, а после только его замы.
  
   - Дед, я чего-то не понял? Ты же сказал, что я вроде значимая фигура? Как же я тогда попал в разряд швали?!
   - Вот только не с ночи же к нему живая очередь выстраивается, - Снова не услышал меня птиц. - Скорей всего существует запись. Надо будет уточнить у Салеха. Ладно, вводные понятны - буду думать. Что с родственниками?
  
   Я вкратце передал наш вчерашний разговор, почему-то рассмешивший Деда.
  
   - Дед, я понимаю, мои родственники тебе до фонаря, но я реально чувствую любовь и заботу этих людей. Да и заняв тело Искандера, считаю обязанным взять на себя его долги, в первую очередь перед его близкими.
  
   - Саня, я смеюсь не над твоими чувствами, а над тобой! Точнее над твоей узколобостью! Дядя подсказал тебе отличную идею - стать главным поставщиком императорского двора. И родня будет счастлива, и тебе лишняя копеечка не повредит.
  
   - Ты что предлагаешь идти на поклон к Зое?
  
   - Ну, ты и тупишь! Просто слов нет! Мне кажется, не будь меня, ты бы даже до Александрии не добрался. Отравился бы по дороге чернилами, или заснул на толчке, и провалился в дырку.
  
   - И это говорит мне нахлебник, которого я вытащил из клетки - С ухмылкой сказал я, и добавил. - И пока не научил его летать, бродил по палубе, как курица.
  
   - Ну, хоть за словом в карман не лезешь. - Хмыкнул пернатый. - Зоя понятия не имеет, откуда и что берется во дворце! Всеми поставками заведует твой кореш - Моисей. Ты уже имел с ним дела, и вроде он остался доволен сделкой с твоими лошадками. Все что требуется - договорится с ним об откате! Вуаля, и ты главный поставщик двора ее величества императрицы византийской! А что ты будешь поставлять - это не важно. Конечно, в первую очередь, нашу продукцию - зеркала, украшения, косметику, а для массовки все что угодно. Не, ну специи обязательно, с них пойдет основной барыш, а там уже все что угодно - хоть дрова.
  
   - Ну, это ясно. Уверен, с Моисеем я договорюсь, но не понял, куда надо сделать откат?
  
   - Саня! Совок ты дремучий! Откат измеряется не вектором, а суммой, и желательно в золоте. Для совсем тупых поясняю, откат - это взятка! В данном случае, надо договориться на процент от каждой поставки. Тогда мы крепко подсадим его на деньги, и в его интересах будет увеличивать объемы поставки и номенклатуру товаров. А уж выправить тебе бумагу с вензелями и печатями, для него не вопрос. Можно в ней даже упомянуть твоего дядю, как доверенное лицо, имеющее право подписи и получателя денег. Да и как легализовать то, что твои наложницы амиры, тоже есть идея...
  
   На завтрак я чуток запоздал, и при входе в обеденный зал хотел было извиниться за опоздание, но мое появление осталось незамеченным. Всеобщим вниманием владел Усман. Управленец заливался соловьем, рассказывая присутствующим о полезных новшествах и новинках, которые он ввел, конечно не без помощи и доверия молодого хозяина. Перед женской половиной стола лежали зеркальца, косметические и маникюрные наборы. Перед мужской, лежали счеты, наборы для письма с чернильницами. Под обаяние управляющего попали не только члены моей семьи, но и друзья. Даже девочки не торопились приступать к завтраку, внимательно слушая, почему чернильница именно такой формы. Мне уже невтерпеж хотелось есть, поэтому я громко похлопал в ладоши, привлекая к себе внимание, и пригласил присутствующих отдать должное столу, после чего часовой отдых, и все собираются у ворот виллы. Усман устроит интересную экскурсию для мужчин, а женщин ожидает увлекательное путешествие по александрийскому рынку, и не только. Провожатыми будут амиры Ингрид и Делия. Кислые выражения лиц моих девчонок пропали, после того, как я пояснил что экскурсия начнется с лучших портных, где уже должны быть готовы новые наряды для амиры Делии. И закончится знакомством с последними изделиями моих ювелиров.
  
   - То, что никому не будет скучно - обещаю. Дядя, а тебя после завтрака, попрошу остаться.
  
   Утро уступало свои позиции дню. Пока что лучи солнца едва пробивалось сквозь густую зелень крон. Но день в Александрии обещал быть жарким и удушливым, в прочем - это в городе. На вилле же, утопающей в зелени, зной присутствовал, но душно от него не было. А набирающий силу, бриз источал легкую свежесть, и ласковым дуновением шелестел в листве.
   После завтрака мы с дядей уединились в центральной беседке. От вчерашнего подозрительно-недоверчивого настроя Гуфара не осталось и следа. Дождавшись когда слуги, принесшие подушки напитки и фрукты, удалятся, я не торопясь принял удобную позу и заговорил.
  
   - Дядя, не смотря на все мои успехи, ты вчера легко доказал, что мне с тобой пока еще рано тягается. - Гуфар было раскрыл рот, видимо, чтоб возразить, но я спешно продолжил. - Препозит ее величества императрицы Византии - Моисей, мой хороший приятель. И именно он занимается, не лично конечно, закупками всего необходимого для дворца. А мне без тебя в голову не могла придти такая простая и удачная мысль - стать главным его поставщиком. Так что благодаря твоей подсказке, надеюсь свою оплошность исправить. Но есть сложности. Самая главная - я лично не могу этим заниматься. Понимаешь, на ближайшее год-два я уже навешал на себя столько обязательств, что заниматься поставками императорскому двору мне просто некогда.
  
   - Ты знаешь, что своих детей у меня нет! Зато прочей родней Аллах не обидел. - С легкой усмешкой сказал Гуфар. - Бурхан и Закирия - твои шурины по отцу, которых я выбрал именно для ответственной работы я Константинополе. Можешь, не сомневается, я очень тщательно подходил к своему выбору - эти не подведут.
  
   - А как на счет того, что их начальником будет родственник, чуть не вдвое моложе? И главное - через их руки будут проходить запредельные по их понятиям деньги...
  
   - Главным в нашей семье был Али, а ты его преемник. Все знают про твое похищение, и про то, что ты вернулся сказочно богатым. Утопил боевой корабль Византии, расправился с пиратами. А уж теперь, когда всем известно, какую должность ты занимал..., вопрос старшинства отпадает сам собой. А по поводу соблазна присвоить чужие деньги - такого в нашей семье не водилось, а уж за этих парней готов поручиться.
  
   - Дядя, ни за кого не надо ручаться. Просто пойми и передай ребятам, в случае воровства родственными разборками вопрос не ограничится. Ведь дело придется иметь напрямую с императорской казной, а казнокрадство в Византии расценивается как преступление против империи, и наказание за это одно - смерть. Так что любая 'случайно' прилипшая к руке серебруха, - это пыточная, а затем и плаха. - Понятно я нагонял жути, но лучше, как говорится перебдеть... - И кроме того если они надеются обложившись бумагами, сидеть в моем особняке в центре Константинополя, то об этом могут даже не мечтать. Придется исколесить все Средиземноморье, просолиться до костей, принимая вместо ванны штормовые волны, а хорошая броня и верная сабля, заменит им на это время стило и бумагу.
   Лицо Гуфара посерело, но взгляд остался тверд.
  
   - Я обязательно поговорю с племянниками, и думаю, от своего намерения они не отступят. Но и ты скажи мне, не слишком ли ты сгущаешь краски.
  
   - Дядя, суди сам. Ты же знаешь Фараха и Касима. Так вот, за последние полгода они пережили ПЯТЬ абордажей. А то, что Зоя за казнокрадство подвергла чудовищным пыткам десяток высших иерархов церкви, то есть не какого-то там муллу, а именно шейхов и имамов. Это тоже, ни для кого не секрет. Ну ладно с твоими племянниками и их семьями все понятно. Что можешь сказать о племянниках Аиши?
  
   - Это дети твоего дяди Зейба, брата Аиши, погибшего в Индии. Джаз пошел по стопам отца, и стал воином, только выбрал не легкую конницу, а военный флот. Дослужился до ракиба (сержант досл. - смотрящий), дальше дело не пошло - без влиятельных родственников и крупной взятки офицером не стать. Иная, твоя одногодка - четыре года назад вышла замуж за приятеля Джаза, но уже три года как вдова, детей нет. Оставаться с родней покойного мужа не пожелала. Перебивались с братом на его и без того нищенское жалованье. А когда выплаты стали не регулярными, Аиша забрала племянницу к себе. Что еще сказать? Джаз весь в отца, храбрец и рубака. А еще он очень гордый. Аиша с племянницей едва уговорили съездить, навестить тебя. Да согласился он скорее, потому что в дороге всякое может случиться, а сестрой он дорожит.
  
   - Хорошо, дядя, я все понял. Скажи Джазу, что я хочу с ним поговорить. Пусть сразу идет сюда - Вова его проводит.
   Видимо кровь моих предков по материнской линии была сильна. Джаз и Иная были светло-русы и сероглазы. Вчера за столом парень вел себя сдержанно, мне даже показалось, что мой рассказ его слегка утомил, и покинул гостиную в отличие от остальных он с облечением.
  
   - Присаживайся, брат, - Я широко улыбнулся подошедшему в сопровождении Вовы Джазу. - Есть разговор, и не стесняйся, все что на столе, все для тебя.
   Брат - само спокойствие и безразличие, даже не взглянув на стол, молча, уселся на скамью напротив.
  
   - Знаешь, мне показалось, что у тебя есть ко мне претензии. Возможно, мне это показалось, но в любом случае между братьями не должно быть недомолвок.
  
   - Нет у меня к тебе претензий, - Так же спокойно и безразлично ответил Джаз. - Но и теплых чувств я к тебе 'брат' не испытываю. Ты прав, недомолвок быть не должно. Мой отец, опекая богатенького племянника, погиб в чужой стране. Когда последние надежды иссякли, и без того больная мать слегла. Дядя Али впал в прострацию, тетя Аиша была убита горем, и мало чем отличалась от Али. Гуфар искал тебя в Индии. А всем остальным было на нас наплевать. А у нас с сестрой не было денег на лекаря, да что там говорить, на еду и то не было. Мама умерла. А ты вдруг вернулся, весь в золоте, и каменьях. А твой конь был дороже, чем весь мой дом. Я как раз был в доме Али и радовался со всеми. Я еще спросил тебя про Зейба, - а ты, торопясь к отцу даже не ответил. Только не вздумай сочувствовать и жалеть, я этого терпеть не могу.
  
   - Зейб погиб у меня на глазах, и я, двенадцатилетний пацан, не смог помешать этому. И с чего ты взял, что я собираюсь жалеть крепкого парня, у которого вся жизнь впереди. Инаю конечно жалко. Как бы не был хорош брат, но мужа молодой женщине ему не заменить. Слышал, ее муж был твоим приятелем. - Джаз промолчал, но желваки на его скулах заиграли. - Видишь ли, судьба может одарить по царски, а может и отнять самое дорогое. К людским мольбам и слезам она равнодушна, и не знает жалости...
  
   - Искандер, ты позвал меня, чтоб бередить мне душу и читать проповеди? - Резко и зло прервал меня родич - Если собираешься продолжать в том же духе, то я пойду...
  
   - Нет, я собираюсь всего лишь кое-что тебе предложить, но сначала будь добр, брат, дослушай меня до конца. Так вот, если ты смел, то ты можешь менять судьбу, которая тебе не по душе. Но ты должен быть готов к этому, потому что, меняя свою судьбу, ты изменишь судьбу других людей. Я отчетливо это понял, когда отправил на дно дромон вместе с экипажем. Я изменил судьбу, притом в худшую сторону, сотен их близких, которые лишились кормильцев, сыновей, отцов, мужей...
  
   - Ты, наверно, знаешь, что я военный моряк и имею понятие, что из себя представляет боевая галера империи. - Криво усмехнулся мореман.- Неужели ты думаешь, что я поверю твоим байкам о двух якобы утопленных тобой дромонах.
  
   - Да, признаю, соврал! - При этом я изобразил лукавую улыбку, и подмигнул брату. - Но сам посуди, если бы я поведал всю правду, и заявил бы, что мной утоплено несколько десятков дромонов, то даже Камира - младшая из моих племянниц, рассмеялась бы мне в лицо.
   Джаз был в глубоком ступоре. Наверно, он не мог решить для себя - брат пошутил или он просто чокнутый, и видимо близкий к нулю процент вероятности говорил, что это правда, что тоже сбивало его с толка. В любом случае он не уловил даже намека на насмешку.
  
   - Ну, все. Хорош жрать, - Глаза брата стали еще шире от такой наглости, ведь к еде он даже не притронулся. - Пойдем, покажу тебе что-то интересное.
   Буквально силком выдернул Джаза из-за стола и повел растерянного родственника в сторону причала. Когда он остановился в пятидесяти шагах от 'Астеры', на смену растерянности, пришло потрясение. Я как-то уже привык к той грации, и красоте форм, чем отличались суда новой постройки, но у настоящего моряка впервые увидав такое чудо, реально перехватывало дух. Вахтенный у трапа заметив меня отсалютовал и ударил в рынду вызывая боцмана.
  
   - Боцман! Свистать всех наверх! Боевая тревога!
   Послышался переливистый звук боцманского свистка, отчетливо почувствовалась вибрация корпуса, вызванная топотом команды. Пока поднимались с братом на квартердек, две шеренги по полсотни воинов выстроились на главной палубе вдоль борта.
  
   - Слушай боевую задачу! Выдвигаетесь на рубеж десяти миль, курс северо-запад. Проводите там учебные стрельбы из аркбалист по плавучим мишеням, - Приспособили для этой цели небольшую шлюпку, непотопляемость обеспечивалась пробковой набивкой. - Далее походный обед. Потом под разными галсами выжимаете все, на что способна 'Астера'. Ну и в заключение маневры и развороты. Показательные учения принимает специальный представитель военного флота Халифата и мой брат - абу Зейб ибн Джаз. Раздача 'слонов' будет проводиться согласно его доклада. На причале быть за два часа до ужина. Боцман! Командуй!
   Зейб был правильным мужиком, честный смелый и рубака отменный. Если Джаз пошел в него, то такой капитан мне не помешает, тем более, учитывая его пятилетний опыт пребывания в ВМФ Халифата. Иная мне тоже понравилась. Чем-то сразу напомнила Грацию, моего администратора при дворе императрицы. Тот же умный и цепкий взгляд, минимум эмоций, уверенные движения. Ладно, время присмотреться еще есть, а пока надо решать насущные проблемы, первая из которых, завтрашнее посещение наместника.
  
   Дед меня явно ждал, значит уже, что-то узнал и надумал. На мой вопросительный взгляд указал мне клювом на кресло. Я немного поерзал, и найдя удобную позу замер, выражая внимание, после чего он заговорил.
  
   - Этот твой губернатор как оказалось личность не простая и многогранная. В уме ему точно не откажешь. Оказывается, он с 910 по 915 годы уже был наместником Египта. Тогда он искоренял тулунидский сепаратизм, и понятно куча чиновников лишилась не только своих теплых мест, но и жизней. В 915 году случилось нашествие фатимидов ( династия мусульманских халифов, правившая в Фатимидском халифате с 909 по 1171 г. Фатимиды считали себя потомками дочери пророка Мухаммеда Фатимы.). Первым делом они высадили десант и обложили Александрию. Силы были семь к одному, притом половина войска Абдаллы состояла из конницы, что бесполезна при защите города. Поэтому он сдал Александрию без боя, на условиях не трогать жителей и их жилищ. Зато за последующие пять месяцев, пока ожидал подкрепления из Халифата, успешно пресекал экспансию врага на все остальные территории Египта. Подмога пришла в лице главнокомандующего сил Халифата - Мунисома-кастрата со стотысячным войском. Тот не ударив пальца о палец, провозгласил себя победителем фатимидов и освободителем Египта. А в сдаче Александрии назначил виновного - Абдаллу, снял его с должности и с позором отправил в Багдад. Когда в 919 году началось новое нашествие фатимидов при поддержке орд нубийцев и берберов, Абдаллу разыскали, сняли с него опалу, обласкали и восстановили в должности. И вот, самое интересное - когда он отбил Фустат и развеял последние полки противника по пустыне, в дельту Нила вошло десяток галер противника для поддержки основных сил фатимидов. Но толи из-за незнания фарватера или из-за сильного ветра, сели на мель, и были сожжены флотом Халифата под командованием адмирала Тамала. То есть, согласно официальной версии, основные победители фатимидов, опять Мунисом, и адмирал его флота - Тамал. А Абдалла со своим войском всего лишь бестолково гонял дикарей по пустыне. То есть мы имеем умного стратега и тактика, и бескомпромиссного военноначальника, которого активно затирают, после того как он сделал свое дело. Думаю, мужику под полтинник уже надоело 'таскать каштаны из огня' для других, и пока его армия в полной силе, а враг рассеян, он задумал такую военную аферу, успех которой прославит его в веках или что-то типа того. Насчет этого, тоже есть соображения, но позже. По поводу постного четверга... Есть что-то вроде общественной приемной, где любой желающий, всего за пяток серебрух с помощью писаря, может составить жалобу или там прошение какое-то. Сумма как видишь приличная, а гарантий никаких. Так что особого ажиотажа нет. Обращение будет прочитано одним из его секретарей. Если оно заслуживает рассмотрения самого наместника, то записываеться к нему очередь, если нет то к секретарям. Соискатели ставятся в очередь и оповещаются заранее. Я уверен, что тебя пригласили в четверг, чтоб не привлекать внимания к вашей встрече. И даже думаю, что тебя вызовут на аудиенцию ближе к концу первого десятка. Может даже особого разговора не будет, просто посмотрят на тебя, проверят твою сообразительность. Это уже зависит от тебя. Восток дело тонкое. Какая на тебе одежда, какой подарок, ты преподнесешь Абдалле, как поклонишься - все имеет значение...
  
  
   Ужин в отличие от вчерашнего, проходил более неформально. Мужская половина в лице дяди и братьев, горячо обсуждала, какие цены можно заломить, за увиденные новинки, и где их выгоднее всего продать. Синеглазка же, сверкая в новом колете светло-коричневой лайки, и белоснежной шелковой блузке с отложным воротом, и широким рукавом с зауженными манжетами, рассказывала о правилах поведения благородных дам при византийском дворе. Племянницы и Аиша с горящими глазами, впитывали каждое ее слово, видимо уже представляя себя среди тех благородных дам. Иная о чем-то вполголоса говорила с фройлян, время от времени бросая взгляд на меня. А Джаз зацепился языком с Касимом, который жестикулируя, что-то объяснял моему родственнику. Короче, все было чинно и гладко. Под конец ужина Джаз порывался пару раз что-то мне сказать, но как-то сдержался. Я не стал торопить события - пусть созреет.
  
   Утром, осторожно разбуженный Ваней, уже знакомым с крутым нравом амир, умылся, привел себя в порядок после ночных 'скачек', и начал готовиться к встрече с наместником. Первым делом зашел к отцу Касима и попросил у него на день халат. Судя по всему подаренный ему отцом Искандера еще в незапамятные времена, который он одевал только на праздники. Одежка была богато вышита шелком, и когда-то действительно выглядела дорого. Но порядком засаленная и украшенная множеством заплат, могла своим видом украшать разве что мелкого купца. Под стать халату подобрал стоптанные кособокие сапоги, приказав Ване начистить их до 'поросячьего визга'. Когда вернулся в спальню за подарком наместнику, невольно загляделся на себя в зеркало. На меня смотрел классический младший сын купца, которому в наследство досталась старая одежда отца, и мелкая лавка на окраине.
  
   - Саня! Ты что, собрался идти к мечети, просить милостыню? - Раздался полусонный голос фройляйн. Тут же к нему присоединился голос графини. - Возьми с собой Фараха, у него такой видок, что вам вдвое больше подадут.
  
   По поводу андоррца - согласен. Заявился он вчера после ужина - пьяней вина. На лбу и подбородке обширные ссадины, которые принято называть 'асфальтной болезнью', левый глаз заплыл ('фонарь' будет знатный), но довольный как слон. Оказалось, господа бороны устроили шутейный рыцарский турнир - стенка на стенку, вместо оружия используя метлы. Команда Фараха одержала убедительную победу. После чего обе стороны хорошенько отметили это событие.
  
   - Я собрался идти в резиденцию губернатора, - Продолжая вертеться у зеркала, невозмутимо ответил на подначку наложниц. Удовлетворенный своим видом, повернулся в сторону девчонок и продолжил. - И просить собираюсь не милостыню, а двадцать тысяч сабель.
   Вид у меня был целеустремленный, а тон предельно серьезный.
  
   - А зачем тебе двадцать тысяч сабель?
   Инга спросила это с очумевшим видом, да и вытянутое лицо индуски выглядело не менее красноречиво - просто умора. Я не выдержал и заржал. Огорошенные лица девиц моментально приняли оскорблено- злобный вид, и под гневные выкрики '- обманщик проклятый ' на меня обрушился шквал подушек. Отбив последний снаряд, я нравоучительно сказал.
  
   - Темнота! Двадцать тысяч сабель - это означает двадцать тысяч воинов! - И в полной тишине покинул спальню.
  
   После роскоши Византийского двора, резиденция наместника Египта, мягко выражаясь, не впечатляла. Однако, я подражая собратьям, наполнившим обширную приемную, с открытым ртом осматривал предметы обстановки и 'роскошь' отделки особняка. С одежкой я тоже угадал, внешним видом мало чем отличаясь от середнячков. Да и Дед не ошибся - вызвали меня седьмым. Следуя за секретарем, на ходу, скороговоркой пояснявшему как надо себя вести, представ пред ясные очи наместника, я оказался в достаточно большем и светлом помещении. Внутри, у дверей скучали двое гвардейцев, еще пара изнывала от скуки в пяти шагах от трона, на котором восседал крупный мужик. Разодет он был как попугай, что совсем не вязалось с его умным и властным взглядом. Справа от трона стоял юноша приблизительно моего возраста. А слева какой-то непонятный тип, в дорогой, но непримечательной одежде. Сам он тоже был непримечателен, если не считать его пронзительных водянистых глаз. Прям копия майора Платонова - нашего особиста из 'джержинки'. Еще один персонаж - видимо начальник охраны наместника, сопроводил меня от входа до стола, куда положено было возлагать дары. А затем и к потертому ковру, на который проситель должен бухнутся на четыре кости, воздать хвалу наместнику, и излагать свою просьбу. Я на колени падать не стал, а лишь слегка поклонился. Тут же шеф охраны, ухватив меня сзади за ворот халата с силой надавил, одновременно прошипев мне в ухо.
  
   - На колени!
   Падать на четвереньки я не стал, а крепко захватил кисть удерживающею мой ворот, правой рукой. В это же время левой ухватил блюстителя порядка за пояс и потянул за собой, делая шаг вперед, немного закручиваясь вправо и наклоняя корпус. Мой оппонент невольно стал повторять мои движения, но запнувшись обеими ногами за выставленную мной подножку, с бряцаньем, всем телом загремел об пол. Все произошло моментально, он еще не закончил своей фразы, а его ноги уже оторвались от пола. Уверен, большинству присутствующих показалось, что неловкий гвардеец, пытаясь меня наклонить, запнулся об собственные ноги. Я тут же с озабоченным выражением на лице, принялся суетливо помогать подняться упавшему. Бормоча под нос '- Ах! как же так ... как неловко-то ...'. Одновременно срисовывая обстановку. На удивление никто из присутствующих не дернулся. Хотя нет - юноша вцепился в рукоять сабли, вон, аж костяшки побелели. Остальные отреагировали так, будто я сделал все по этикету, ну может быть чуть иначе, чем вызвал слабый интерес присутствующих. Еще заметил, как едва колыхнулась одна из шпалер (безворсовый ковер, которыми оформляли стены) вышитая изящными орнаментальными композициями. Пострадавший между тем отрицающим жестом отверг мою помощь, ловко поднялся на ноги, поправил пояс, перекошенную перевязь, и повернувшись к наместнику по военному четко доложил.
  
   - Вали! На нем кольчуга и наверняка вооружен.
  
   - Как?! - В притворном ужасе воскликнул губернатор. - Ты пришел вооруженным в мою резиденцию? Ты что, мне не доверяешь?!
  
   - Как можно Вали?! Тебе, конечно же, доверяю! А вот тем, кто спрятался в нише за шпалерой, - кивком, уточнил за какой, - доверия не испытываю. Кто знает, что у них на уме? Кольчугу же ношу постоянно, даже дома. Меня так учили - доверяй, но проверяй, то есть я хотел сказать - береженого Аллах бережет...
  
   - Ладно, с этим закончили. Может, тогда объяснишь мне, Искандер, зачем ко мне на прием заявился в обносках? Я слышал, что ты сказочно богат, и даже великие амиры едят с твоих рук!? Это что неуважение? Надеюсь, твой подарок в отличие от твоего облачения окажется царским.
  
   - Как можно, Вали?! Просто я скромен! Ведь известно, что встречают по одежке, а провожают по уму. Кроме того, умные люди говорят - если ты велик - будь скромен, под скромностью золото лежит. А подарок действительно царский, от самого царевича Византии. - Тут я не лукавил, в качестве подарка преподнес Абдалле одну из двух книг - дар Багрянородного. - А вот кормить великих амир с рук не советую. И оглянуться не успеешь, как останешься без рук.
  
   - Это ты очень правильно про амир сказал, и мой опыт говорит, что остаться можно не только без рук, но и без штанов! - Он заливисто рассмеялся и тут же посерьезнел. - А можно и с головой расстаться. И хорошо, что про золото напомнил. Я благодаря тебе обеднел на пять золотых. - Видя мой непонимающий взгляд, пояснил. - Галиб, - Кивнул он на 'осабиста', - сказал, что на колени ты не встанешь, а если кто-то попытается тебя на них поставить, то ты протрешь его телом пол в резиденции. Вот я и поспорил с ним. А Адиля, моего начальника охраны, который и так отменный борец, я предупредил. Ожидал схватки двух силачей, а тут даже не понял, как Адиль оказался на полу. Наверно, это и есть мастерство.
  
   - Это ты, Вали, напрасно. Спорить с аль-баридом себе дороже. - Улыбку превосходства с губ 'особиста' как ветром сдуло. - Тебе надо было выслушать Галиба, а спорить уже со своим шефом охраны, и двумя своими советниками, - Указал я на гвардейцев перед троном. - Тогда бы оказался в прибытке.
  
   - Ты все же купец! - С торжеством в голосе сказал Аблалла. - Быстрый и сильный, умный и наблюдательный, смелый и везучий, но все же купец! Значит, мы с тобой договоримся.
   Тут в диалог вклинился юноша.
   - Отец! Да как ты можешь о чем-то договариваться с купчишкой, который откровенно дерзит и издевается над нами? Его немедленно надо арестовать, место, таких как он на плахе! И вообще, кто это такой?
   Один из 'гвардейцев' скинул видимо давно опостылевший ему шлем и с укором обратился к юнцу.
  
   - Ты позоришь мои седины воспитанник. Твой вопрос должен был начаться со слов КТО ОН! Галиб, расскажи племяннику, кто на самом деле этот купец.
   'Особист' не стал рядиться, и тяжело вздохнув, ответил на вопрос.
   - Это черный визирь императрицы Византии Изначально его так прозвали за черный цвет одежд. До него в Христотриклине ни один сановник не появлялся в черном. Позже, когда один за другим стали исчезать недруги Зои и люди верные свергнутому Роману, прозвище 'черный секретарь' приобрело зловещий смысл. В ближнем окруженье Углеокой не произошло никаких изменений, все кто был до ее опалы, тот и остался, да и всем было известно кто чего стоит. Кроме его, на такие кардинальные шаги никто не был способен. Еще доподлинно известно, что он истребил всю семью Лакапиных, включая невестку императрицы Елену, а недавно и самого Романа с его старшим сыном Христофором. Пытавшийся остановить его верховный Кади (судья) Византии умер в ужасных муках, как позже и его брат. Его наложниц-амир пытались арестовать лучшие головорезы из 'ночной сотни'. На амирах ни царапинки, а головорезов собирали по кусочкам со стен и потолка. Его шебеку 'Аврору' пытались захватить два лучших дромона и оказались на дне. Он уже как полгода покинул свой пост, но стоит Зое упомянуть его имя, как несговорчивые дворяне сразу идут на попятную. Весь императорский двор его ненавидит и боится, и считает то ли ангелом мщения, толи демоном...
  
   ' - Ну, Зоя! Ну, зараза! Значит я в Византии теперь что-то типа Берии, даже страшнее - безжалостный черный демон, палач и убийца. А она вся такая, белая и пушистая! Понятно, что это общедоступные сведения, ведь из высших эшелонов власти я всех шпионов, включая 'почтовиков' выкурил. Но от этого не легче. Выходит, услугами туга августа воспользовалась, раз Маркиан умер, как его брат.' Какую-то часть речи 'особиста' я пропустил думая о своем и включился когда заговорил юноша.
   - И зачем нам нужен этот... убийца?
  
   - Ты меня не внимательно слушал. Императрица наняла его, находясь в окружении врагов, по сути, в безвыходном положении, и не прогадала. И трех месяцев не прошло, как все ее враги и угрозы превратились в прах. И убийца он только для тех, кто представляет угрозу Углеокой, и ему лично, включая его близких. А зачем нам нужен черный визирь, может он сам скажет, раз он такой умный.
  
   - Наверно, для того чтоб прославить имя и так великого Абдаллаха и его сына в веках. - С улыбкой произнес я. - До сих пор Абдаллах только защищал Египет от нашествий фатамидов. Но любому полководцу известно, что защищаясь, войну не выиграть. Сейчас, когда войска противника рассеяны, самое время предпринять контрмеры. Но гонять по пустыне бедуинов - пустое дело, себе дороже. Самое дерзкое и невозможное - это взять и уничтожить новую, еще строящуюся столицу фатамидов - Махдию - будущую жемчужину средиземноморья. - При упоминание мной Махдии советники и 'особист' оглянулись на наместника, и увидав его ошарашенный взгляд вновь повернулись ко мне. - Где недостроенный дворец будущего халифа уже превосходит по великолепью дворец Аббасидов в Багдаде. Но по суше с войском туда не добраться, только по морю. Идти на поклон к Мунисому-кастрату и просить у него флот - не вариант, даже если все сложится удачно, победу он присвоит себе. Да и не согласится он. Эскадра фатамидов к Махдии подойти не даст, протаранив и утопив первым делом десантные суда. А если б ее не было, штурмовать отлично защищенные десятиметровые стены, можно только преодолев сорока-пятидесяти метровые отвесные скалы побережья.
  
   После решения пощипать наиболее богатые города побережья северной Африки Махдия, как лакомый кусочек тоже была в нашей разработке, но из-за скопления поблизости наиболее подготовленных войск, что и понятно, была отодвинута на второй план.
  
   - Как я понимаю, мне предлагается сделать самую малость. Захватить Триполи и удерживать город до тех пор, пока большая часть воинов из гарнизонов Махдии не двинутся в сторону Триполи и отойдет достаточно далеко. В это же время топить флот фатамидов подходящий с десантом к Триполи. После чего быстро и тайно перебросить твои войска в район вторжения. С ночи занять участок стены, скинуть с него веревочные лестницы. А пока твои воины высаживаются на берег и ползут по лестницам, я буду удерживать стену, и топить эскадру охраняющую подходы к городу. Я ничего не забыл? А да, еще удерживаю побережье с моря, пока твои ребятишки грабят и рушат Махдию, а потом войско победителей, нагруженное славной добычей, доставляю в Александрию. Вот теперь, похоже, все. По мере звучания моей речи, эмоции как картинки в калейдоскопе менялись на лицах присутствующих. Когда я замолчал, гнетущая тишина окутала приемную. Первым заговорил 'особист'.
  
   - Сколько может быть вражеских галер в районе столкновения?
  
  ' - Вот не хрена себе заявочки! Кто из нас аль-барид?! Или проверяет?' Но ответил без эмоций.
  
   - У противника не менее шести десятков боевых галер класса византийского дромона, наверняка боевитой мелочевки еще два раза по столько. Но если вопрос в том, сколько кораблей будет в районе боевых действий (еще вопрос, когда эти действия будут?), то это только Аллаху известно. Я предпочитаю в таких случаях, чтоб не быть в проигрыше, предполагать что столько и будет.
  
   - Ты признаюсь, меня удивил, и даже больше чем мой брат, когда рассказывал про твои возможности. - Приходя в себя, после потрясения медленно проговорил Абдаллах. - Но по твоему тону я понял, что задача не кажется тебе не выполнимой.
  
   - На все воля Аллаха! В любом случае раньше начала шавваля (октября), когда начнутся шторма, особых преимуществ у моих кораблей перед галерами не будет. А сказать точно, смогу ли я тебе Абдалла помочь, в том, что ты задумал, я буду готов не раньше чем через месяц. А пока что есть время, пусть твои военачальники отберут тысячу самых отменных рубак, и сотни две лучников, это будет первый штурмовой отряд. И еще, через три месяца, они должны взбираться по веревочным лестницам быстрее кошек...
  
   У входа на виллу караул, который с недоумением из-за моего прикида провожал меня за ворота, уже сменился. Смену они не предупредили, возможно, из желания поржать, если случится какой-нибудь казус из-за моего маскарада. Казус случился - я весь ушедший в свои мысли, преодолевая черту ворот, был схвачен за шиворот, и прилично приложен дубинкой по мягкому месту. После чего меня встряхнули, и почти что уважительный голос охранника осведомился, не ошибся ли адресом почтенный попрошайка. Пока я набирал воздух для гневной отповеди, караульный меня узнал - это было видно по буквально вылезшим из глазниц глазам.
  
   - Ты что, военный, давно в рыло не получал. - На автомате выдал я. Но сразу сообразил, что дело в моей одежке. Можно было, конечно, спустить все на тормозах, но блин статус не тот, народ не поймет. - Начкара ко мне - бегом марш.
  
   Бренчание предметов экипировки я услышал раньше, чем показались бегущие начальник караула и его подчиненный - еще один косяк значит. После доклада запыхавшегося шефа охраны, я выдержал необходимую паузу, и сверля глазами подчиненных, огласил решение.
  
   - Невнимательность во время несения караульной службы недопустима! Сегодня вы не узнали своего командира, а завтра не заметили врага! Еще хуже невнимания, сокрытье информации по основному охраняемому объекту - то есть мне. Недооценка маскировки и перевоплощения тоже на лицо. Ну и последнее - подгонке снаряжения не уделяется должного внимания - громыхание при беге слышно за фарсах (фарсах ок. 6 км). Итак, первое! Развод караульных по объектам проводится бегом. Если при передвижении будут выявлены посторонние звуки, делается круг по территории, последующая подгонка амуниции и следующий заход. Второе! Смена, которая проявила вопиющее невнимание, передается в распоряжение Салеха. Он два раза не повторяет, и если вы внимательно отнеслись к его распоряжениям по чистке коровников и нужников, он мне доложит, и взыскание будет снято. Ну и последнее, утренняя смена охраны, которая с пренебрежением отнеслась к маскировке, и не предупредила смену, должна в свободное от службы время переодеться в рванье и изображать нищенок у моих ворот. Сидеть будут до тех пор, пока в качестве подаяний, каждый из них не получит по два медяка.
   Салеху, так и быть скажу, чтоб сильно не злобствовал. А племяшек попрошу раз в день бросать по медяку мордоворотам-нищенкам, иначе будут они там седеть до второго пришествия.
   Закончив с взысканиями, пошел дальше. Подходило время обеда, а еще надо заглянуть к Деду и переодеться. Подходя к восточной беседке, остановился и прямо заслушался лекцией на тему об изменении парусности судна в зависимости от силы ветра. Андоррец строчил как по бумажке
  
   -...Марсовые поднимаются на марсы по наветренным вантам, становятся на эзельгофты и выбленки стень-вант, внизу вытягивают и завертывают брам-гитовы, берут на руки брам-шкоты...
  
   - Только надо помнить, - Подключился еще один 'морской волк' Касим, - во время взятия рифов брам-шкоты должны быть туго вытянуты, чтобы брамсели не трепало и шкотами не било штык-болтных....
   У меня, конечно, были соображения кого инструктируют мои капитаны, но все равно решил воочию убедиться в своей правоте. Мое появление в беседке заметили, но узнали не сразу. Когда прошел шок, первым заговорил Фарах.
  
   - Командир, ты что, ходил к мечети разжиться парой медяков?
  
   - Нет! Ходил знакомиться с губернатором Египта! - Мой тон был предельно серьезен. - Кажется, мы подружились.
  
   Еще один шок, но менее продолжительный, и громкий гогот, наверняка вспугнувший чаек на побережье. Даже Джаз, а именно ему, как я и предположил, читали лекцию, криво улыбнулся. Когда смех утих, брат, глядя прямо мне в глаза, произнес.
  
   - Искандер, я хочу стать твоим капитаном, таким же, как Касим и Фарах. - Тут же, видимо, боясь, что его прервут, спешно продолжил. - Я понимаю, чтоб разобраться в управлении кораблем мне предстоит полгода отслужить матросом, возможно год походить в помощниках боцмана. Думаю года через три-четыре, взяв меня в капитаны, ты не пожалеешь.
  
   - Разобраться с кораблем я тебе помогу быстро, но для закрепления теории месяц в матросах побыть придется. Два месяца в помощниках боцмана, учитывая твой пятилетний опыт, тоже, думаю, будет достаточно. А что не спрашиваешь о денежном довольствии?
  
   - Ну, твою матросскую кашу я уже отведал, сержант халифата в море, такой и не пробовал. Опять же форма, оружье и броня, все отменного качества - у тебя бесплатно. А уж как капитаны деньгами бросаются...! Вон Фарах вернулся с гулянки - наряд, который стоит целое состояние, порван, половины серебряных пуговиц нет! Дык он просто утром одел другой, еще дороже прежнего. Так что о деньгах спрашивать не буду. Сестру, надеюсь, голодной не оставишь?
  
   - С Инаей сложней. На Салехе все поместье и следить за чистотой помещений, посуды, поставкой продуктов к моему столу, за поварами, за моим гардеробом, и еще много зачем, он не может, не успевает. Думал поставить ее управляющей виллой. Но...
  
   - Она справится! - Не дал договорить мне Джаз. - Мы долго жили вдвоем. В доме всегда была чистота и порядок. На рынке, когда туда приходила сестра за продуктами, лавочники готовы были продать ей все с убытком - лишь бы поскорее от нее отделаться.
  
   - Но я заметил, что Иная как-то быстро поладила с амирой Ингрид. - Продолжил я, как только высказался кузен. - Если она станет ее фрейлиной, то Инга найдет ей мужа-дворянина, и Иная тоже станет дворянкой, как и ее дети. Только она будет очень далеко от тебя, и маловероятно, чтоб вы еще встретились. Так что поговори с сестрой, торопиться не надо, пусть хорошенько все обдумает. Сколько бы она не гостила у меня, у нее всегда будет что одеть, свой угол, и стол. А ты после обеда поступаешь в распоряжение Фараха - матросом на 'Астеру'. Фарах, Касим, готовить суда к походу! Выход в течении трех дней. Пока цель Кипр, там погостим пару деньков, высадим пассажиров, прихватим 'Аврору' и на Константинополь, дальше будет видно. Чего стоим джентльмены?! У всех есть дела, ни так ли?! Все, вперед!
  
   Дед внимательно выслушал доклад о моем знакомстве с наместником. Задал с десяток дополнительных вопросов. Комментариев я так и не дождался
  
   - Вижу, Дед, ты чем-то недоволен! Что не так?
  
   - Ты тут не причем. - Задумчиво отреагировал птиц. - С одной стороны все вроде отлично. Только похоже информация о тебе попала к заинтересованному лицу, которое пока не получит материальных дивидендов, не даст ей распространится выше. Думаю это Галиб. Через него, похоже, проходят все донесения по Византии, а он проверяет их и отправляет дальше. Тут он сложил два плюс два и подсуетился. Разработанная им с шурином операция, в случае успеха, гарантирует одному бессмертную славу, а другому бесчисленные богатства. Ведь один только купол дворца в Махдии - это как минимум полторы тонны золота - более ста тысяч динаров. И это только крыша дворца, а все остальное, те же мечети богатством отделки мало чем уступают дворцу... После этой акции, далее скрывать информацию о тебе будет не возможно. Так что задержка будет для нас не особо критична, тем более что мы ее компенсируем деньгами. Можно с Абдаллаха запросить процент от добычи, наверняка он этого от тебя ожидает. И дополнительно 'утопить' один из транспортов с добычей. Устроить инсценировку, с потоплением транспорта на глазах сотен свидетелей, для нас посильная задача. А перед этим, незаметно вывести с него ценности с помощью диверов и твоего гипноза, и вовсе плевое дело. Думаю, даже упреков от губернатора ждать не стоит. Наверняка, процентов двадцать-тридцать от захваченного хабара заранее будет списано на неизбежные потери...
  
   Обед проходил весело. На расспросы, точнее подначки, моих девиц, типа: ' как прошло знакомство оборванца с наместником Египта'? Я просто ответил, что нормально, и добавил.
  
   - Он мне только посоветовал - впредь не потакать аппетитам своих амир. - При этом я красноречиво посмотрел на этих самых амир. - Иначе на следующий прием рискую прийти вообще без штанов.
   Дядя спрятал улыбку в бороду, Иная с Джазом пряча свои, склонились над тарелками, Аиша посмотрела на девочек неодобрительно, ближники, давясь едой, начали вздрагивать, удерживая рот двумя руками. Сами 'амиры' почему-то покраснели, как раки. Тут я решил было разрядить обстановку, но этого не потребовалось. В обеденный зал ворвался смерч, в лице рыжей.
  
   - Саня -ааа! - Рыжая молния рывком вытащила меня из-за стола и стала душить в объятьях, и поцелуях. - Бедненький! Как ты исхудал! А черный, как нубиец! Что с тобой сделали?!
   Тисканье и сюсюканье прекратилось, только после щипка за зад принцессы.
  
   - Ай! - Вздрогнула рыжая. - Ты чего?!
  
   - Мама, дорогие мои родственники! Разрешите представить вам амиру Марго - принцессу Африки, и мою головную боль. - После первого слова моей фразы, рыжая подобралась и моментально вычислила мою мать, располагающе улыбаясь, кивнула Аише, и приветливо оглядела моих родичей. После упоминания про головную боль, я почувствовал довольно сильный щипок уже на моей... филейной мышце. - Дядя, ты уже знаком с Марго, может, представишь ей нашу родню.
  
   Дядя, разыгрывая из себя опытного царедворца, красуясь перед родней личным знакомством с великой амирой, задвинул слащаво-пафосную речь. Если в двух словах, то он и не смел и мечтать, что его счастливая звезда, вновь позволит возликовать его разуму... созерцая неземную красоту.... Глаза, как брильянты, и губы как кораллы прилагались. Пока дядя поливал 'медом' амазонку, а затем представлял мою родню, я снова принялся за обед. Надо отдать должное рыжей - наверняка голодная, как волк принцесса, с великодушной улыбкой, не шелохнувшись, выслушала дядину речь, и задвинула свою, не менее витиеватую. Выражая свою радость, что родня ее кх... единомышленника, такие достойные люди. Закончив с официалом, Марго ввинтилась со своим стулом справа от меня, потеснив фройляйн. Когда ее взгляд посоловел от принятой пищи, тоскливо окинула стол, на котором изобилие яств и не думало уменьшаться, лениво произнесла.
  
   - Да, Саня, я забыла тебе сказать, со мной еще охрана, которую тоже надо как-то разместить.
  
   - Да не вопрос! Левое крыло виллы практически пустое. Сейчас позову Вову, он все устроит.
  
   - Левого крыла не хватит. - Каким-то довольно-насмешливым тоном ответила рыжая.
  
   - Со мной прибыла сотня амазонок.
  
   - ...?
  
   - Это минимум на что согласились инеслемены, (духовные наставники) отпуская меня в путешествие. - Видя мою отвисшую челюсть, с довольной улыбкой пояснила. - На Сицилии я официально признанная царица народа имошаг - королева Марго. - При этом она стрельнула взглядом на прислушивающихся к нашему разговору подруг. - Ну же, улыбнись, не будь букой. Только представь, завтра утром ты выбегаешь на зарядку, а тебя сопровождает сотня полуголых красавиц!
   Я представил это зрелище, только почему-то вместо счастливого выражения лица, проступила гримаса ужаса.
  
   - Ты представляешь, Саня, какие пойдут по городу сплетни! - Нагоняя притворной жути, шепотом, который наверняка был слышен на кухне, проговорила фройляйн. - Купец завел себе сотню молодых наложниц, но не рассчитал свою мужскую силу. И теперь каждое утро, чтоб избежать побоев, вынужден убегать от неудовлетворенных дам.
  
   - Да что там Александрия! - Уверенным тоном подлила масла в огонь Делика. - Через седмицу весь императорский дворец в Константинополе будет судачить только о том - до чего докатился Александр Калеостро.
   В каждой шутке есть доля шутки, и я отчетливо понимал, что именно такие, и подобные сплетни, достигнут ушей горожан. Да что там горожан, и мафия, и мои воины, и Углеокая наконец, услышат нечто подобное. Смех смехом, но если б завтра утром к моей пробежке присоединилось женское воинство, я бы не возражал, и с небольшим отрывом, задавая темп, бежал впереди.... '- Нет уж, дудки, никаких зарядок с амазонками от меня не дождетесь'. Пока я думал свою думку, наложницы и ближники дружно ржали, я тоже хохотнул разок, но уже от понимания какой участи я избежал.
  
   - Саня, я тут подумала - зря ты раскатал губу на зарядку. Завтра утром мы будем спать как убитые. Хорошо бы к обеду проснуться. Ночью у нас будут неотложные дела. - И тут же оглядев товарок, дополнила. - Девочки, сегодня ночью вы в пролете. Те, не сопротивляясь напору подруги, только ехидно улыбнулись. А Инга ухмыльнувшись, тихо прокомментировала.
  
   - Если ты собираешься устраивать свои кошачьи концерты на вилле, то помни, что тут полно Саниных родственников.
   Что, правда, то, правда. Марго выражала сексуальные эмоции по большей части голосом в очень широком диапазоне, от почти басовитого рыка, до срезающего уши фальцета. Надо добавить, с громкостью тоже было все в норме, если считать нормой вой стаи волков, слышный за десяток километров. Амазонка прикусила губу и с надеждой уставилась на меня.
  
   - Ну, э... - Промямлил я. - Хотя нет, стой! Я же после обеда собирался ознакомить Джаза с управлением 'Астерой' на ходу. Мы можем продолжить обучения и в ночное время. Заодно и спрыснем встречу хорошим вином. А-то пока дядя здесь, у нас сухой закон. После обеда у вас будет пара-тройка часов посплетничать, а я пока накормлю и устрою твое сарафанное воинство, за час до ужина встречаемся на 'Астере'.
  
   'Астера' плавно покачивалась на волнах. Ощутимый бриз, дувший чуть позади правого траверза, обещал приятную прогулку. Я не спеша подошел к трапу. Как только моя нога коснулась первой балясины, прозвучала команда вахтенного.
  
  - Адмирал на борту! Тут же ему вторил голос Фараха
  
   - Боцман свистать всех наверх. Приготовится к отплытью. Поднявшись на палубу, я опешил. На главной палубе, сидя по-турецки, расположилась сотня гражданочек в полном вооружении, которых я пару часов назад расквартировал в освобожденную караулом казарму. Не подавая виду - будто все так и задумано, поднялся на квартердек. И резко скомандовал.
  
   - Всем наверх! По реям. Поднять паруса! - Послышались дублирующие команды Фараха, и марсовые побежали по реям.. - Выбрать шкоты!.. Поднять паруса!.. Наверху, не спать!.. Взять паруса на гитовы!.. Навалиться на шкоты!..
   Порыв ветра, наполнивший верхние паруса, слегка накренил " Астеру", затем еще и еще, всякий раз все настойчивей, за бортом заструилась вода. 'Астера' расправила крылья.
  
   - Держать судно как можно ближе к ветру...
   Я видел как Джаз, сжимая рукояти штурвала, почувствовал связь с "Астерой". Я помню это опьяняющее чувство единения с кораблем, дрожь, которая тебе передается от пера руля, поскрипывание, гул корпуса и рангоута, завывание ветра в такелаже.
  
   - Полрумба к норду! Так держать!
   Когда он навалился на руль, то "Астера" тотчас отозвалась - было видно, что гораздо быстрее, чем он ожидал. Она шла левым галсом в открытое море. За кормой оставался, прямой, как стрела белый след кильватерной струи, видно, что судном управляет твердая рука. Полюбовавшись пару минут с каким упоением и азартом кузен управляет"Астерой", скомандовал.
  
   - Рулевой! Принять у Джаза штурвал! - У парня на лице проявилось разочарование, даже скорее обида, будто у малыша отняли новую игрушку. Но тут же справившись с собой, Джаз покинул место рулевого. - Капитан! Командуй! - А ты, брат, следуй за мной.
   В капитанской каюте разложил на откидном столе чертежи корабля, вместо указки взял серебряное стило.
  
   - Джаз, я сейчас тебя ознакомлю с основами - теорий устройства парусного судна, и движения парусника. А так же научу тебя пользоваться картой, компасом, и пока что расскажу о методах определения местоположения в пространстве. - Во время вступительной речи ввел парня в неглубокий гипноз, а себя в легкий транс, позволяющий говорить очень быстро и без остановки. Метода была уже опробована на ближниках, и хорошо себя зарекомендовала. - Те знания, что ты получишь сейчас, будешь закреплять во время месячной морской практики. После чего двинемся дальше. Итак - корпус судна....
  
   На квартердеке Ваня уже заканчивал с сервировкой стола. На белоснежной, мокрой скатерти (во время волнения на судах скатерти смачивают водой, чтоб тарелки и фраже при крене не съезжали со стола) были аккуратно расставлены приборы, соусницы, бокалы, и прочие фраже на четыре персоны. Сами приглашенные персоны расположились у левого борта. Облокотившись на планширь, они смотрели куда-то вдаль. Подойдя сзади, приобнял сразу всех троих, и сам невольно залюбовался в принципе заурядным зрелищем, если б не его масштаб. "Астеру" сопровождали сотни или даже тысячи дельфинов! Все пространство моря до горизонта было заполнено, грациозно выскакивающими из воды дельфинами. Первой на мое появление отреагировала Марго.
  
   - Саня, у нас есть поверье, что дельфины всегда сопровождают богов.
  
   - Возможно, в этот раз они что-то перепутали. - Положив подбородок на плече амазонки отшутился я. - Лично я слышал, что дельфины помогли возродится из морской пены Афродите - богине красоты, и с тех пор преследуют всех красавиц, которые путешествуют по морю. - Поощрительные улыбки были наградой за мой незатейливый комплимент. - А теперь красавицы прошу всех к столу.
  
   Тост за встречу, мясные холодные закуски, причудливых форм нарезка овощей, сырные блюда. Тост за тех кто в море, морские деликатесы, тушеные и приготовленные на гриле овощи, зелень. Тост за будущие победы, сладкая выпечка, нарезка фруктов, засахаренные орешки, халва, соки в ассортименте. Девочки слегка поплыли и разоткровенничались. Первой высказала претензии Инга.
   - Саня ну почему у тебя все не по-человечьи!? Тарелки скатерти, соусницы, вилки, даже хлебницы. Как-то на охоте, у одного швабского барона, из состоятельных, подстрелила глухаря, и попросила приготовить его по местному рецепту. Представляешь, его просто разрубили на четыре части и сварили в котле, толком не ощипав. Из столовых приборов - деревянная миска и нож. Я промолчала, еще не в том положении была, чтоб права качать. И что ты думаешь? Мне оказали неслыханную честь, добавив в котел соль и даже щепотку специй.
   Тут же подобными историями поделились Делика и Марго.
  
   - А как твоя "Астера" несется ммм! - Неожиданно перевела тему рыжая. - Я только что вернулась с бака, там полчаса простояла на бушприте, я чувствовала себя чайкой, это просто восторг. Ты помнишь что это моя богиня, и ты обещал, подарить мне ее.
  
   - Богинь не дарят! - Улыбнувшись на очередной подход хитрюги, тоже перевел тему. - И как тебе удалось устоять на скользком от брызг бушприте?
  
   - Да просто держась за шкаторину кливера. - Блин, надо же, даже без гипноза запомнила названия парусов. - Саня, свои уловки прибереги для дурочек из борделя! Мне, правда, нужна "Астера"! На моей самой быстрой галере мы ползли до Александрии почти месяц. Саня, МЕСЯЦ! Я чуть не покалечила капитана, пока не убедилась, что он и вправду выжимает из гребцов и судна все, на что они способны. А Дед мне сказал, что "Астера" до Сицилии долетит за пять-шесть дней! А эта вонь! Этот постоянный бум в барабан, для слаженности гребцов! Ну не будь гадом, отдай кораблик!
   По тому, как заблестели глазки у остальных наложниц, стало понятно, что и они не прочь отжать у меня по кораблику.
  
   - Марго, пойми, у тебя нет людей, способных управлять этим корабликом. Они просто утопят его, не выходя из бухты. Это все равно, что дать самый дальнобойный лук ребенку, который, не то, что натянуть, поднять его толком не сможет. И кстати, о твоих людях! Пока мы идем практически по ветру, но как только развернемся, брызг им не избежать. То есть, через час после разворота, твои амазонки промокнут до костей, а впереди холодная ночь. Так что, если не хочешь, чтоб твои охранницы слегли с простудой, проводи их в десантное отделение трюма. Там есть подвесные койки - Фарах покажет. Опускаясь все ниже, слепящий диск солнца постепенно увеличился и набирал оранжевые оттенки. Над линией горизонта небо окрасилось в нежно-розовый цвет. Затем солнце коснулось своим краем моря, и вдруг стало огромным и алым. Нежно-розовые оттенки неба заиграли багрянцем, плавно превращаясь в насыщенно-голубой, постепенно набирая глубину переходя в темно-фиолетовый. Закат светила всегда завораживающие зрелище, но закат летом в субтропиках на море, просто фееричен. Море словно горит в окружении плавных и одновременно ярких красок...
  
   - Блин! Саня, что это за хрень! Я об нее чуть ноги не обломала! - Волшебное очарование вечера вмиг было разрушено возмущенным восклицанием Марго. - И какому придурку пришла мысль поставить ее на проходе?!
   Рыжая возвращаясь на квартердек, видимо, тоже залюбовалась на закат и налетела на зачехленную пятифунтовую бомбарду. Кто не в курсе - это орудие всего чуть больше метра длинны, при этом калибр имеет 350 мм, при весе с лафетом около двух тонн. Навеска пороха шесть кг. Вес поражающих элементов - картечь и книппеля (два ядра или полуядра, соединённые вместе цепью, длина которой могла доходить до 3-4 метров) - восемьдесят килограмм (почти как в ШЕСТИДЕСЯТИ минных мон-50). Как сказал Дед, ее еще называли 'очистителем палубы', потому как после ее залпа, никого живого на палубе противника не оставалось. И использовать ее предполагалось только в крайнем случае. При нападении превосходящих сил неприятеля, и в условиях обездвиживания судна, в результате поломки или штиля.
  
   - Эта 'хрень' называется шайтан-труба. В ней спит шайтан, но стоит вставить в трубу раскаленный стержень, как он проснется, и со страшным громом вылетит оттуда. И всех кто окажется на его пути ждет неминуемая смерть.
   Амазонка застыла как вкопанная, затем сделала приличный шаг в сторону и только после этого продолжила движение.
  
   - Саня! Ты, гад! Ну почему я никогда не могу понять, шутишь ты, или говоришь правду!
  
   - Ты права, подруга. - Подхватила тему Инга. - Ты можешь себе представить: сегодня утром он обрядился, как последний базарный зазывала, и сказал, что пошел знакомиться с наместником халифа! Мы с Деликой естественно рассмеялись и не поверили. А ведь он, действительно, пошел и познакомился! Саня, там правда спит шайтан?!
  
   - У смерти сотни имен. И то, что она спит в этой трубе - правда. Только не стоит на ночь глядя о ней упоминать. Перед сном надо думать, о чем-нибудь вечном...
  
   - И, что же, по-твоему, более вечно, - подключилась индуска, - чем смерть?
  
   - Посмотрите на звезды! Они возникли задолго до того как появилась смерть. - Девушки синхронно обернулись на звездное небо. Солнце к этому времени уже утонуло в море, прихватив с собой все краски. Небосклон превратился в темно-фиолетовый бархат, на котором, подобно рассыпанному жемчугу, засияли мириады звезд. - Когда-то люди и боги покидая землю, становились звездами и созвездиями. Девчонки, оторвав взгляд от звездного неба, почувствовав нечто интересное, затаили дыхание, и во все глаза уставились на меня. - Вон там, видите пять ярких звезд, напоминающих перевернутую латинскую эм. - Я подошел вплотную и указал рукой, куда следует смотреть. - В-о-он там. Это созвездие Кассиопеи, некогда царицы африканского государства. Сейчас на его территории расположено Аксумское царство (Эфиопия)
  
   - Это как? - Прервала меня рыжая. - Простая царица превратилась в созвездие?!
  
   - Ну, не совсем простая, все же как-никак внучка Гермеса - бога торговли.
  
   - Понятно, - немного разочарованно отозвалась Марго - Полубогиня значит.
  
   - Полубогиня. - Подтвердил я очевидное. - А правее и чуть выше, видите семь ярких звезд, напоминающих кривоватый домик? Созвездие царя Кефея - ее мужа. Тоже не прост - сын самого Феникса. Немного ниже застыла в созвездии их дочь - Андромеда. А левей, вон смотрите, шесть ярких звезд слегка напоминающих верблюда. Это ее спаситель и возлюбленный - Персей - сын аж главы пантеона богов - Зевса. Существует легенда о том, как эта семейка попала на небо. Рассказать?
   Энергичные кивки, горящие глаза, и воодушевленные лица. Я не торопясь сел за стол, разлил вино в опустевшие бокалы, не спеша сделал глоток, устроился поудобней и начал.
  
   - Случилось это еще в те незапамятные времена, когда встреча людей и богов была не редкость. Началось все с того, что Кассиопея, повздорив с морскими нимфами, объявила им, что ее дочь Андромеда прекрасней их всех, вместе взятых. Нимфы славившиеся своей красотой, понятно обиделись и потребовали у Посейдона наказать обидчицу. Бог морей, конечно, мог послать надоед подальше, если б не был женат на одной из них - Амфитрите. Тут ему пришлось выказать гнев, и наслать на земли хулительницы - Цетуса - титаническое морское чудовище способное разрушить царство до основания. Цефей, узнав об этом, обратился к оракулу. Тот посоветовал царю, отдать на съедение чудищу дочь. Дескать, тогда исчезнет предмет раздора, и Цетус вернется в море.
  
   И далее придерживаясь мифа, красочно описал, прикованную к скале красавицу, и как легендарный герой - Персей добыл голову Медузы Горгоны, которая своим мертвым взглядом обращала в камень всех, кто на нее взглянет. Как с ее помощью герой победил чудовище, превратив его в скалу, и освободил любимую. Тут я прервался, основательно смочив пересохшее от длительного рассказа горло.
  
   - А почему они оказались на небе? - Не выдержав паузы, спросила Инга.
  
   - Ну, это уже другая история! В прочем тоже поучительная. Когда родители Андромеды устроили в своем дворце великолепную свадьбу - были сотни приглашенных. Среди гостей оказался один из поклонников Андромеды - Финеус, который обвинил ее в измене, так как лишь он имел право взять ее в жены. Произошел бой, в котором Персей использовал голову Медузы Горгоны. Кроме Андромеды никто не спрятал взгляд. И соответственно Финеус, все гости, включая родителей невесты, превратились в камень. Посейдон, поскольку сам был виноват в случившемся, оживил Кассиопею и Цефея, но не оставил их на земле, а отправил на небо в виде созвездий. Персей и Андромеда чтоб избежать позора последовали за ними.
   К концу повествования, второй двухлитровый кувшин с вином опустел, мои слушательницы, с трудом, но еще улавливали кто, почему и зачем, и на бис потребовали продолжения банкета, в смысле рассказа. Я предложил перенести 'банкет' в капитанскую каюту, где гораздо комфортней, и нет риска промокнуть, во время смены курса. Возражений не последовало, и наша компания перекочевала в каюту Фараха. Там Марго напомнила своим товаркам, что те сегодня в пролете и их ярус верхний. Зевая во весь рот, жрицы и не думая спорить, скинули одежду и заняли вторую полку. Марго раздевшись, грациозно соскользнула на нижнюю койку и, огладив себя по притягательным выпуклостям, призывно поманила пальчиком. Я моментально скинул рубаху и кольчугу, но тут вдруг вспомнил, что не сказал Фараху о времени разворота.
  
   - Я сейчас!
   С этими словами, в чем был, выскочил из каюты. На квартердеке андоррца не было, зато был Джаз, с которым зацепились языками по поводу компаса. Потом появился Фаррах... Убедившись что все всё поняли, вернулся в каюту. Там меня ожидало только мерное посапованье в три носика. Не спеша разделся, прилег рядом с обнаженной Марго. За тот год, что я ее знал, девочка заметно похорошела. Исчезла юношеская худоба и угловатость, налилась грудь. Но на алых губах по-прежнему играла детская улыбка. Не зная, как себя вести погладил рассыпанные по подушке рыжие волосы и нежно поцеловал в губы. Улыбка стала еще ярче, и глубоко вздохнув амазонка положила свою голову на мое плечо, и опутав меня своими конечностями, снова затихла. Мне показалось, что Марго проснулась, но нет, все тоже мерное дыхание. Тихо произнес:
  
   - Эй! - И легонько потеребил царицу за ушко. - Ты спишь?
   А в ответ - тишина. Укатали все-таки сивку крутые горки.
  
  Утро заглянуло в каюту через кормовой, даже язык не поворачивается назвать это панорамное трехстворчатое чудо - иллюминатор. Аккуратно, чтоб не разбудить, сладко спящие, рыже чудо, покинул кровать, надел штаны, и босоногим и с обнаженным торсом, просто сильно приспичило, покинул каюту, налетев по дороге на группу амазонок. Быстро сделав свои дела, перекинулся парой фраз с Фаррахом, взглянул на горизонт. До швартовки оставалось не более часа, не смотря на черепаший ход. Дед ввел понятие 'экономия ресурса движителя', то есть, если паруса и оснастку использовать сообразно цели, то они прослужат несоизмеримо дольше. Поэтому, когда не требовалось скорости, переходили на эконом-ход. Вот и сейчас шли на кливерах и стакселях, удерживая, тем не менее, узла три-четыре. Составляя в уме расписание сегодняшнего дня, подошел к каюте. И когда протянул руку к ручке двери, чувствительный толчок в грудь откинул меня на пару шагов назад. Обескуражено поднял взгляд на неожиданное препятствие, им оказалась группа амазонок, с которыми я столкнулся, выходя из каюты.
  
   - Девчонки, я свой! - Подняв руки в примирительном жесте, сказал я, - Вы чего? Не помните? Я всего десять минут назад вышел из этой каюты. - И повторил попытку.
  
   - Назад! - С шипящими тонами, проговорила старшая, на этот раз упирая наконечник своего копья в мою грудь. - Я сказала, назад!
   Симпатная такая стервачка-блондинка, как и большинство, но необычная своей гетерохромией (глаза разного цвета). Правый глаз ярко-медовый, а левый небесно-голубой. Насколько помню, в средневековье это было основным признаком ведьмы.
   Я по природе очень терпелив, и вывести меня из равновесия, задача еще та. Но всему бывает придел. Вырываю из рук амазонки нацеленное в меня копье, та оказавшись на редкость быстрой - выхватывает из ножен меч, и тут же теряет его, получив древком копья по запястью - фишка жриц, как всегда сработала. После чего я выпустил из руки копье и сделал шаг назад. Тут включились в дело ее товарки, два копья застыли в опасной близости от моего лица и живота.
  
   - Э-э! Полегче, дамочки! - Наглая улыбочка, примирительный жест, демонстрация пустых ладоней. - Вы сказали назад! Я сдал назад, мне, что до бака пятится?!
  
   - Ты выхватил мое копье! - Видимо не зная, как реагировать на мое поведение и слова ответила потерпевшая. - И выбил меч!
  
   - Ну, да! Я действовал согласно заветам моих предков. - Тоном был безапелляционный, словно после этих слов и тупому, будет понятна причина моих действий. - Надеюсь, они довольны!
   Молоденькая амазонка видимо только что пережила сильнейшее потрясение, что какой-то полуголый мужик в мгновения ока разоружил ее и, кажется, готова была расплакаться, а после моих слов вообще впала в ступор.
  
   - Еще раз выкинешь нечто подобное, сам предков обо всем расспросишь!
   Владелица уверенного чуть с хрипотцой голоса, как я и предположил, была начальницей стражи амазонок. Крупная, нет скорее рослая и спортивная блондинка под тридцать. Правый профиль лица слегка обезображен глубоким шрамом от брови до скулы. Выражение лица повелевающее и чуть брезгливое. Самое то, чтоб развлечься. Тем более, что к скучающей вахте в ожидании скорой швартовки присоединилась остальная команда. Пара минут и смешенная аудитория, не менее двухсот человек, с пристальным вниманием наблюдает за развитием событий.
  
   - В следующий раз, если такое случится, я лишу твоих подопечных не только оружья, но и одежды! И прикажу их выпороть линьком. А потом еще заставлю драить палубы. Слыханное ли дело, чтоб в адмирала на собственном корабле тыкали оружьем! Да ни будь они сопливыми девчонками, висели бы уже на рее.
   По гневным взглядам воительниц я видел, что наговорил, как минимум, на десяток смертных приговоров, но центурионша пока не велась на мои подначки. Тишина затянулась. Окинув взглядом амазонок вновь, остановился на их начальнице.
  
   - И не надо смотреть на меня такими преданными глазами! На первый раз так и быть прощаю.
  
   - Если у твоих людей такие же преданные взгляды как у нас, - Доведенная до белого каления, прошипела шефиня, - то долго ты не проживешь. Но я не намерена ждать этого момента, у тебя есть минута, чтоб вооружится, после чего я тебя убью.
  
   - Если это вызов, то давай определим, что достанется победителю. Мне твои дешевые доспехи и выпущенные кишки не нужны. Предлагаю - ты победила - корабль с командой и я, если останусь жив, семь дней подчиняемся тебе. Я победил - твоя сотня на седмицу переходит под мое командование. Если останешься жива то и ты тоже. По-моему все справедливо.
   Опытная амазонка наверняка поставила в охрану царицы хорошо обученных воинов, немногим ей уступающих. И если я так легко обезоружил одну из них, притом голыми руками - значит я опасен, и рисковать честью сотни она не может, не имеет права. Видя сомнения в ее глазах, обращаясь сразу ко всей аудитории, подлил масла в огонь.
  
   - Какой ужас! Царицу Африки, охраняют трусихи! Ну же, не позорьте свою королеву. Делаю последнее предложение, условия те же. Но я без ружья, против меня можешь выставить лучший свой десяток. Если я получу от одной из вас, хоть царапину, до того как судно пришвартуется - то я проиграл. Торопись с решением, берег приближается.
   Доведенные до белого каления, амазонки жаждали крови. Моей крови. И уже с открытым неудовольствием и недоумением, поглядывали на свою начальницу, которая вместо того чтоб дать укорот насмешнику, продолжает выслушивать его оскорбления.
  
   - Я согласна! - Не выдержав напора подчиненных и собственной ярости, прорычала амазонка. - И мне хватит и полдесятка, чтоб раскрасить тебя не только царапинами. Тут уж как получится.
  
   - Итак - Положил я руку на планширь, как на библию. - Все вы были свидетелями ...
   Натиск, ринувшейся в атаку сотницы, был молниеносен и опасен. Думаю, если бы не десятки спаррингов с Марго, то ранений бы мне не избежать, хотя до рыжей ей далеко. Подловив агрессоршу на знакомой связке, перехватываю ее копье, и когда она стандартным приемом пытается его освободить, пробиваю ногой ей в солнышко. Копье мое, амазонка, лежа на спине, пытается глотнуть хоть капельку воздуха. Инициатива переходит к пятерке, трое из которых мне уже знакомы по конфликту у капитанской каюты. Верчусь как уж на сковородке, используя рельеф палубы и лабиринты из рангоута и такелажа, который мне знаком до последнего бензеля (перевязка двух тросов тонким тросом или линем). Пока веду с крупным счетом, неизменно выводя большую часть атакующих на препятствия, заставляющие их делать лишние движения, а то и вовсе путаться в снастях и терять меня из вида. Наиболее быстрых и 'удачливых' способных приблизится на дистанцию удара, 'награждаю' не опасными, но чувствительными ударами по конечностям древком трофейного копья. Буффонада, судя, по гоготу команды, удалась. Делаю что-то типа поклона благодарным зрителям, и чуть было не пропускаю укол мечем, от очухавшейся сотницы. Тут я понимаю, что немного заигрался, и растерял из вида остальных участниц дуэли, которые хоть и относительно не боеспособны, но ткнуть железкой в спину, ногу и т.д. очень даже могут. Да и взмок я прилично от этих скачек, - чем не зарядка. Пора переходить к водным процедурам. Ухожу еще от одного укола. Меч точно не фишка амазонок. От следующей связки секущих ударов отскакиваю назад, и, якобы зацепившись ногой за бухту троса, отлетаю к борту. Судорожный взмах рук, я за бортом, водная стихия принимает родившегося под знаком рыбы. Ну, наконец-то! Вода, как парное молоко, смывает липкий пот, и приятно охлаждает. Насладившись лаской моря, не всплывая, плыву в сторону берега и подальше от кильватерного следа. Минуты полторы, что мне удалось находиться под водой, хватило чтоб 'Астера' удалилась от точки моего падения метров на триста. При мелкой волне, бликующей лучами утреннего солнца, на таком расстояние и ялик рассмотреть проблема, а уж голову одинокого пловца и вовсе невозможно. Не спеша, в собственное удовольствие доплыл до верфи. Там узнавшие меня корабелы окатили пресной водой, дали чистую холстину вытереться, после чего в приподнятом настроении направился на виллу. Думал сходить на пристань, встретить 'Астеру' на пирсе, и полюбоваться на перекошенные, от удивления и злости личики амазонок, но передумал, как-то мелко, не по адмиральский.
  
  На завтрак немного запоздал, зацепившись языками с Дедом по поводу того, кого мне еще необходимо посетить в Константинополе, раз уж все ровно туда направляюсь. Когда, наконец-то появился в гостиной, взгляды присутствующих, оторвались от своих тарелок, и с разной степенью интереса скрестились на мне. Первым высказался Фарах!
  
   - Ну, наконец-то, я забился с Джазом, что если ты не появишься на завтраке, то отдам ему свой лучший камзол. А то он, чуть не вцепился мне в глотку, заставляя развернуть судно. - При этих словах он схватил себя за горло, выкатил глаза, высунул язык и засипел. Джаз красный как рак, молчал, уткнувшись в свою тарелку. - А что было дальше...! Видел бы как радовались амазонки, когда ты утонул. Но я намного подпортил им праздник....
  
   - Позер! - Подхватила разговор фройлян. - А если б утонул взаправду!
  
   - Помнишь при нашем знакомстве ты сказала, что я уже должен быть мертв три раза. На самом деле к тому времени я должен быть мертв раз девять, но как-то обошлось. А уж проплыть расстояние на треть меньше моей ежедневной нормы...
  
   - Саня, ты же мог бы просто позвать меня. - подключилась к разговору Марго. - Я бы быстро навела порядок. Но признайся, тебе просто захотелось покуражиться над моей охраной.
  
   - Да как вы не понимаете?! Капитан на корабле царь и бог! И это основной закон живучести судна! Джаз! Скажи, что бы сделали на корабле халифата с тем, кто обнажил оружие против капитана? - Брат, был несколько удивлен глупому вопросу, но оторвался от тарелки, и просто провел указательным пальцем по горлу. - Касим, что гласит наш устав?
  
   - Если кто-то из офицеров, матросов, солдат, или иное лицо на флоте ударит кого-то из своих начальников, обнажит или же попытается обнажить или поднять на него оружие... - Что характерно строки из устава Касим произносил серьезно, без обычной своей иронии, даже скорее торжественно, как присягу, - тот будет приговорен к смерти....
  
   - У меня был единственный вариант, не нарушая устав обойтись без казней - это перевести все в шутку. Я дам задание писарям, сделать копии устава для каждой из вас. Выучить наизусть, в обязательном порядке! Вы или ваши командиры, должны будут зачитывать его на каждом утреннем построении. Не боевые потери позор для командира! А каждая казнь позор вдвойне. Как, кстати, экипаж отреагировал на это событие? - Обратившись к андоррцу, спросил я. - Не переживали, когда я свалился за борт?
  
   - Скажешь тоже! Всем было понятно, что ты играл с ними, как с котятами! Наверняка многие от смеха замочили штаны. А когда ты, нелепо махая руками, свалился за борт, народ просто взвыл. Я уж думал, что ребят придется отливать водой, ведь швартовка на носу...
   Родственники, хоть и не понимали о чем речь, но следили за каждым словом, с большим интересом. Думаю Джазу, после завтрака не отмолчаться. Сразу за дверями виллы, нос к носу столкнулся с все той же пятеркой амазонок, что сегодня уже измозолили мне все глаза. Хотя, если бы они меня увидели первыми, вряд ли я их узнал - глаза навыкате, лица вытянуты, рты открыты.
  
   - Привет девчонки, давно не виделись! Вас что не меняют?! Или только ваша пятерка умеет драться?
  
   - Мы сестры утреннего солнца! - Как будто, это что-то мне объясняло. - В обед нас заменят... - Ну теперь понятно - шестичасовая вахта. Тут девочка, ответив на простой вопрос, наконец-то вышла из шока - Ты нас обманул!
  
   - Э-э ты не путай! Если б я на рынке всучил вам негодный товар, или не додал сдачи - то обманул! А когда я защищаю свою жизнь, сражаясь с вооруженным противником, то - это военная хитрость! Да и скажи, если б я по честному, бил вас не тупым концом копья, а острием, тебе бы в могиле от этого легче стало?
  
   - Я не про то! - С каким-то отчаяньем ответила амазонка. - Твой капитан, когда мы искали тебя, проговорился! Он сказал, что ты знаком с Посейдоном и наверняка уже договариваешься с ним обменять свою жизнь на жизнь сотни амазонок. И если Бог морей отпустит тебя, и даст свою колесницу, запряженную сотней дельфинов, то значит - вы договорились. И как только мы окажемся в открытом море, налетит волна размером с гору, а когда сойдет, нас как небывало.
   "- Ну Фарах, ну пройдоха! Вот что значит он имел ввиду когда сказал что подпортил им праздник!"
  
   - Как тебя зовут ?
  
   - Ваор ....ва.... а - Да даже в уме такое не произнести. - Десятница ... .
  
   - Варвара, давай отойдем. - Взяв под локоток, потянул я в сторону не сильно упиравшуюся амазонку. - В общем, есть выход, только пообещай, что ни с кем, кроме лучших подруг ты не поделишься. - Дождавшись утвердительного кивка, продолжил. - Посейдон терпеть не может нерях и грязнуль. И если ты вымажешь лицо сажей, бояться тебе и твоим подругам нечего. И еще, вы должны делать вид, что с капитаном, который вам все рассказал, вы не знакомы. А если он обратится к вам, или даже посмотрит, показывать ему знак отрицания, - тут я, не мудря, свернул простую дулю, - и направить его в сторону его правого глаза.
   Я с трудом удержался от хохота, когда представил, как Фарах офигеет, когда чумазые амазонки будут показывать ему фиги.
   Культурной программы на сегодня запланировано не было, поэтому все гости были предоставлены сами себе. Я прихватил с собой Ваню решив надиктовать ему под запись, все мои указания на ближайшее время. Так гораздо удобней. Перечитав все заново, в спокойной атмосфере, можно дополнить упущенное. Для такой цели наиболее подходили, уединенные, ближайшие к морю беседки. Только в этот раз номер не прошел. Территория моей виллы напоминала цыганский табор, или провинциальную ярмарку. Два десятка швабских баронов, и сотня амазонок, кроме того что и сами по себе - приличная толпа, так еще как магнитом притянули ротозеев из числа охраны, обслуги, рабочих верфи, мастеровых городка мастеров. Вряд ли сюда могли попасть посторонние, но Усман и Салех, запросто могли, используя свое влияние протащить сюда своих любопытных протеже. Команды 'Астеры' и 'Артемиды' наверняка тоже здесь. Короче, что называется - яблоку плюнуть некуда!
  
   - Ваня! Писанина отменяется! Просто предупреди прямо сейчас, капитанов, наложниц и родню. Отплытие завтра, после обеда!
   - Стой! Нет, не так! Завтра отплывает 'Астера', с ней я с наложницами бароны, амазонки, и Вова. Вот их и оповести. Затем Дед продиктует тебе список и количество груза для Константинополя, - 'Артемида' должна быть загружена полностью. С этим списком бежишь к Усману! Скажешь ему, чтоб не мешкал, 'Артемида' с грузом и моими родственниками, должна быть на Кипре через седмицу, после нашего отплытия. Ты с Дедом тоже! Напомни ему, что он обещал подумать о подарках для всех, с кем придется встречаться в Византии, и лучше с запасом. Все, вперед!
  
   Сам вернулся на виллу. Дед опять надавал чертежной работы, надо было разгребать. В левом крыле виллы, светлую и просторную комнату, приспособили под 'конструкторское бюро'. Предельно деловая атмосфера, три кульмана, два стола и стеллажи у стен. Один стол, кульман и стеллаж принадлежали Вове с Ваней, чем они несказанно гордились. Ведь вход в эту комнату, без меня, был запрещен даже принцессам и ближникам. Первым делом приступил к компоновке крюйт-камеры на 'Афине'. Но работа что-то не шла. Скомкав несколько листов, сел за стол, и как-то само собой получилось, нарисовал Варину (амазонка из караула) мордашку, измазанную сажей. Хохотнул от получавшегося результата, но тут в голову пришла мысль. Боясь ее вспугнуть, снова нарисовал Варвару и стал наносить 'сажу' выборочно - не получилось. Попробовал еще - ближе, но чего-то не хватало. Поднял волосы на макушке, а у висков заплел в косицы. Еще немного поработал над деталями - теперь то, что надо. Обычное девичье лицо приобрело ярко выраженные, агрессивные тона. Женственность и красота остались, но приобрели оттенки опасной хищницы готовой к броску. Хотел было послать вернувшегося Ваню за Варей, но вовремя понял что и она его пошлет... Пошел сам. Как и предполагал меня, сославшись на занятость, тоже послали. С невозмутимым видом выслушал отказ, затем как гаркнул:
  
   - А ну, молчать! Молчать, я сказал! - Увидав приоткрытые рты, задавил пререкания в зародыше. - Я ваш командир на неделю, каждая из вас слышала условия поединка! Хотите отречься от своей богини, чьим именем был подтвержден договор?! - Молчание! Еще бы, не забыли наверно своего ликования, когда их старшая приняла поединок. - Варвара, за мной!
   По дороге в бюро повел Варю к входу на кухню. Там была мини-купальня (душевая), которую проходили все повара перед началом смены. Шеф-повар, давно привыкший к моим чудачествам, тут же выделил женщину покрепче, для приведения Вари в нужную мне кондицию. Визг и ругательства, наверно, нормальная реакция пустынницы на воду и мыло, раз кроме меня на это не обратили внимания. Чудо, которое появилось с черного входа кухни, больше напоминало не амазонку, а рассерженную фурию завернутую в холстину, впрочем, на ее недовольства всем было наплевать. Пока сопровождал девушку в бюро, было видно, как ее потряхивает от страха. Понятно, что она подумала, но объяснять, что к чему я не стал - пусть помандражит. Усадил девушку на стул и занялся ее волосами. Около часа пришлось выслушивать шипения, охи и ругательства, но было видно, что амазонка расслабилась, и больше меня не боится. Когда прическа меня удовлетворила, принялся за макияж. Несколько раз гонял Ваню за предметами экипировки. В конце концов, остановился на первом варианте доспеха рыжей, который не подошел Делике по росту, а на Варе сидел как влитой. Зеркала в 'бюро' не было, пришлось идти в гостиную, чтоб продемонстрировать амазонке ее новый образ. Просторная гостиная была наполнена народом. За столом сидели дядя, кузены и Усман. Наверняка обсуждали номенклатуру и количество товара, а Вова, как положено, вел протокол собрания. Девчонки сидели на диванах в одном из альковов, и видимо щебетали о своем, о девичьем. Комфорт им обеспечивал десертный столик с напитками и сладостями. Четвертой в этой компании была Иная. Сестра, видимо, приодетая из запаса дворянок, ничуть не комплектовала, и весьма органично влилась в сообщество амир. На входе Варвара застыла как вкопанная, пришлось дать ей шлепка. Наше появление было наконец замечено, и разговоры, утихли сами собой. Подвел амазонку к зеркалу, а на разинутые рты присутствующих отреагировал виноватой улыбкой.
  
   - Прошу прощения, если кому-то помешал, но мы сейчас уже уходим.
  
   - Э - э! А ты не хочешь представить нам свою спутницу? - Несколько нервно отреагировала рыжая. - У тебя что завелись новые наложницы?
  
   - Это Варя! Варвара - десятница твоей сотни. Успокойся! - прервал я готовые сорваться с губ царицы ругательства. - Вилла переполнена зеваками, которые хотят посмотреть на легендарных воительниц, а видят обычных девиц, которым сунули в руки копья. Вон спроси у Инги, что делают их девицы, когда вместе с мужьями берут в руки копья, чтоб оборонять свои города от врага.
  
   - Они, - немного помедлила с ответом фрояляйн, - подвязывают свои волосы под подбородком, чтоб сойти за бородатых мужиков.
  
   - Но вы все понимаете, что это иллюзия, чтоб ввести в заблуждение нападающих. Я же попытался на примере Вари объединить форму и содержание, и визуально создать им облик соответствующий охране царицы Африки. Но если ваше величество несогласно, то и десяти минут не пройдет, как я верну Варе ее прежний вид. Варвара! За мной!
  
   - Вао... Стой - Запросто произнесла рыжая, не произносимое имя Вари. Та замерла на месте. - Саня, ну почему ты всегда такой резкий, как понос. Кхмм! Я хотела сказать, что очень быстрый, не дашь даже подумать. - Вспомнив о присутствующих мужчинах, добавила рыжая. - Иди сюда, присядь. Ведь это все же важное решение.
   Я присел - мне не трудно. Марго еще несколько секунд сверлила Варю взглядом, затем последовали гортанные команды. В отличие от многосложных имен команды, содержали не более трех звуков, как - раз, два, три. Подчиняясь командам, Варя выполняла сложные экзерсисы и элементарные стойки. Смотрелось все шикарно, новый облик амазонки вызывал неоформленную тревогу даже у меня, и предавал каждому движению дополнительную угрозу. Скосив взгляд на Марго, я ее просто не узнал. Мне даже на миг показалось, что я смотрю на углеокую! Каждая частичка лица, выражала властность. Величественная поза, ледяной спокойный взгляд и голос. Я даже растерялся, ведь реально я созерцал великую царицу, которая в общении со мной предпочитала изображать из себя хоть и взбалмошную, но послушную и любящую подругу. Еще одна короткая команда и Варя, поклонившись царице исчезает. Вся аудитория, молча переваривая увиденное, еще поглядывает на то место где только что происходило феерическое действие, а я уже предвидя требования рыжей, заявляю:
  
   - Ваня в курсе, как делать нужную прическу, и накладывать марьяж. Могу одолжить его до вечера, чтоб обучил пару твоих дамочек. А если хочешь, сам их обучу. И лукаво подмигнул.
  
   - Ох, Саня, смотри... - Тоже лукаво улыбнулась мне рыжая. - Сбудется твое желание, и у моей сотни появится второй евнух!
  
   - Э э э! Беру свои слова назад! - Я протестующе поднял руку. - Вторым я быть не согласен!
   После того как все отсмеялись, Марго заметила что узнала свой первый доспех на Варе, и что он не идет ни в какое сравнение с тем во что сейчас одеты ее 'сестры'. И еще больше погрустнев, пожаловалась, что августа, согласно договора, поставила три тысячи комплектов вооружения, но все это хлам, из старинных арсеналов. А подогнать, перековать просто починить, такое количество хлама, теми кузнецами, что есть у нее на Сицилии просто не реально. На один комплект кузнец тратит больше недели. Да и то, что получается, далеко до совершенства, поскольку настоящих, классных оружейников у нее нет, просто нет. Конечно, трудно было представить, что августа выдаст рыжей что-то из вооружения сродни арсенала ее гвардии, но столь сквалыжное отношение к будущим союзникам напрягало, надо взять на заметку.
   До обеда оставалась еще уйма времени, и я поспешил в 'бюро' к своим 'баранам'. Компоновка крюйт-камеры была уже почти готова, когда прибежал посыльный с ворот, и доложил что некто Хафаджа и Ибрахим с которыми я общался вчера утром, снова хотят со мной встретиться. Видя мое непонимание, добавил, что хоть и одеты скромно, но почти до самых ворот их сопровождал десяток охраны, явно военных. Тут, наконец я вспомнил - единственный Ибрахим, с которым вчера я встречался, ни кто иной, как сын губернатора, а Хафаджа - его наставник.
  
   - Быстро! Нет, бегом! Найди Усмана, он, скорее всего в гостиной. Скажешь ему, что прибыл советник наместника с его сыном. Скажи, чтоб вел их в гостиную, но не напрямую, а через причал. Пусть покажет им наши корабли, наш стапель, что-то расскажет. Короче поводит их с полчаса.
   Сам спустился в гостиную. Вся честная компания девушек была еще там.
  
   - Дамы! На обеде будут присутствовать очень важные гости от губернатора. Вам двадцать минут времени, чтоб облачиться в свои самые пафосные наряды, раскраситься и навешать на себя все побрякушки - все!
  
   - Саня, а ты помнишь, где сейчас находишься? - Сузив глаза, спросила Делика. - Если думаешь что ты в заведении Кира, и перед тобой Бранка с подругами, то ты ошибаешься...
  
   - Точно! Чего это я вас уговариваю?! Сейчас сосчитаю до трех, и вы сами поймете, что самый удобный способ зарабатывать деньги - это лежа в мягкой постели на спине... Раз!
  
   - Саня, гад, стой! - С широко раскрытыми глазами вскрикнула индуска. - Я же пошутила! Неужели не понятно!
  
   - Дык и я пошутил. - Улыбка во все тридцать два, и тут же серьезно. - Девчонки - это важно! С помощью этих людей я надеюсь получить от двадцати до пятидесяти тысяч сабель, тьфу - воинов. Которые помогут нам штурмовать города!
  
   - Что!? Делить добычу еще и с этими?! - Возмущенно проговорила фройляйн. - Самим мало! Или придумывай еще что-нибудь или считай до трех!
  
   - Два! - Проговорил я как можно серьезней. В ответ только три ироничные гримасы, и поднятые кисти рук сжатые в кулаке, с оттопыренными средними пальцами. '- Вот заразы - налицо бунт группы лиц, с использованием моих же приемов и жестов, возможно по предварительному сговору.' - Ладно, сдаюсь! Я с Дедом придумал вариант, согласно которому мы возьмем намеченные города, существенно уменьшив наши потери, а местное население и власти будут более сговорчивыми. И все благодаря этому войску, которое, не смотря на помощь, не примет участья в дележе добычи.
  
   - Это точно?! - Опять прищурив глаза, спросила Делика. - А-то у меня уже каждая серебруха рассчитана на год вперед.
  
   - Делика! Ты что?! - Возмущенно высказалась Марго. Когда Саня врал... Не, ну нам он врет постоянно, и то никогда непонятно врет ли. А в таких делах точно не выдумывает....
  
   - Время идет, а вы по-прежнему здесь. Может, уже закончим базар? - Насколько смог сердито сказал я. - Итак, два с половиной!
   Девчонки в притворном ужасе взвизгнули и бросились к выходу, но как-то по дуге, которая проходила через меня. Мои волосы растрепали, я был укушен за ухо, и даже подпрыгнул от сильного щипка пониже спины. Сам тоже приоделся, сходил к Деду, поделившись с ним последними новостями. Дед проявил интерес к встрече, и предложил свой регламент.
   Гостей я встретил на крыльце виллы. Мы раскланялись как старые знакомые, после чего я произнес небольшую речь с незамысловатым смыслом, что моя счастливая звезда наверняка засияет ярче, после посещения моего дома столь дорогими гостями. Хафаджа ответил витиеватой речью, в смысле, что даже в самых смелых мечтах не рассчитывал на столь радушный прием, что делает честь, хозяину этого дома итак перегруженного гостями.
  
   - Гости в дом - аллах в дом! Прошу! - Слегка поклонившись, указал гостям жестом на открытую дверь. - Не ожидал право-слово столь почетных гостей, поэтому надеюсь не будите излишне взыскательны к простому купеческому обеду.
  
   - Помнится, вы дорогой хозяин недавно говорили о скромности, - не удержался советник от шпильки. - А теперь получается ваши гости, будут чувствовать себя неловко, невольно сравнивая свои наряды с вашими.
   На мне был франтоватый камзол черной шерсти с позументами, шитьем и пуговицами из серебра и лишь кружевной ворот-жабо украшал крупный брильянт.
  
   - Хм. Я просто оделся по-домашнему, и не подумал что мой наряд, выглядит не скромно, - С этими словами спрятал брильянт под ворот. - Вот так думаю, будет в самый раз. Но согласитесь, дорогой Хафаджа, принимать дорогих гостей обрядившись в обноски - это уже не скромность, а нечто другое. Прошу в дом, вы подоспели к самому обеду. Заранее прошу извинить - трапезничаем мы по имперскому этикету, но каждый гость волен принимать пищу, как он привык - так что прошу не чинится.
   Стол в гостиной был уже сервирован - белоснежная скатерть, салфетки, тарелки, подтарельники, бокалы, приборы и остальное фраже. Слегка растерявшись, представители власти опустились на места справа от меня и застыли в нерешительности.
  
   - Пока остальные участники застолья на подходе, смею предложить вам легкий аперитив - то есть немного хорошего вина, которое вызовет аппетит и улучшит пищеварение.
   Гости пригубили вино, прислушались к своим ощущениям, пригубили еще. И тут подал голос Ибрахим.
  
   - А почему вино подают не в кубках, а в хрупких стеклянных бокалах?
  
   - Вино - благородный напиток и кроме вкуса и аромата имеет свой неподражаемый цвет. Например, белые вина могут быть желтыми или зеленоватыми. В красных - цвет кирпича, пурпур, коричневые и оранжевые оттенки различной интенсивности. Взгляни на свой бокал! Будто держишь в руке бесценный самоцвет насыщенного рубинового оттенка, которым невозможно не любоваться. Я считаю, что пить вино можно и из кубка, только удовольствия от этого ты получишь много меньше.
  
   Как оказалось, речь 'ценителя' вин слушал и дядя, и если б не столь именитые гости, то выволочки бы мне не миновать. Гуфар был предупрежден о статусе гостей, поэтому оделся подобающе. Халат золотого шитья, который он, наступив на собственное горло, приобрел за бешеные деньги в Багдаде, на случай если вдруг придется посетить константинопольский дворец. На шее массивная золотая цепь немногим уступающая якорной. Пока я знакомил гостей с дядей, подошли Фарах с Касимом. Камзолы капитанов кроем были сродни моему, только малинового оттенка и с золотым шитьем. Само собой, золотые цепей на шеях, и крупные самоцветы, в рукоятях их сабель. Представленные судоводители коротко по-военному кивнули, и заняли свои места. Но это была только прелюдия разыгранного мной 'мерлизонского балета'. Наконец с некоторым опозданием в гостиную вошли великие амиры, и царица Африки, обвешенные драгоценностями как новогодние елки. Все цацки, украшающие присутствующих мужчин, стали незначительными, и неподдающимся сравнению, как огонек от свечи, невозможно сравнить с пламенем лесного пожара. Во время представления дамы не посчитали нужным прерывать своего размещения за столом, разве что, услышав свое имя, изображали, дежурную улыбку в сторону гостей, даже не потрудившись остановить на них взгляд. Заняв свои места, вполголоса продолжили обсуждать что-то свое девичье, совершенно не обращая внимания на других участников застолья. Капитаны так же приступили к обсуждению каких-то своих проблем. Дядя поинтересовался у Хафаджи снабжением войска наместника, и с ходу предложил свои услуги, перечислив каких-то сановников, которые могут дать ему только самые лестные рекомендации. Советник посоветовал с этим вопросом обратится к некому Суфайну, который занимается поставками. А он Хафаджа, по стратегической части. Купец поблагодарил гостя за информацию и сразу утратил интерес к сановникам, переключившись на еду. Далее не торопясь, отдавая должное яствам, Ибрахим горячо поблагодарил меня за подарок - книгу Багрянородного, которую вчера читал до поздней ночи, и во сне продолжал видеть страшные шторма, ужасных чудовищ, и прекрасных воительниц.
  
   - Константин написал, что все истории написаны со слов Александра Калеостро, а ведь это ты! Ты и в правду видел всех этих чудовищ?! Ведь придумать такое невозможно!
  
   - Я видел всяких чудищ! ' - Голливуд мне в помощь' Только это было как во сне. - Я загадочно улыбнулся. - Может это и был сон.
  
   - Людям снятся порой удивительные сны, - Поддержал разговор наставник, - только я ни разу не слышал, чтоб человек захватил из сна мешок самоцветов. - Явный намек на мое неожиданное обогащение после нескольких лет скитаний. - Да, еще вынужден признать Искандер, что напрасно обвинил тебя в не скромности. В своем окружении ты выглядишь самым скромным.
  
   - А еще у тебя есть еще, что-нибудь интересное? - Ибрахим не стал развивать поднятую наставникам тему, а продолжил свою. - Ну, как та книга?
   Я подозвал Ваню, и уже через пару минут передал юноше комикс посвященный приключениям рыжих. Парень тут же открыл первую страничку, просмотрев две, стал сначала украдкой, а потом и вовсе во все глаза рассматривать Марго с Ингой, пока не получил в ответ, удивленные, а затем и возмущенные взгляды дам. Устыдившись своих порывов, он отложил брошюрку в сторону, и вновь приступил к трапезе. Оставленный комикс как бы нехотя перелистал советник, но я видел чего ему стоило, удержатся и не уставится во все глаза на рыжих.
  
   После обеда я, как вежливый хозяин, вызвался проводить представителей власти. По дороге осведомился, всем ли довольны дорогие гости, и есть ли какие вопросы и пожелания. Ибрахим застыл на мгновение, и видимо решился.
  
   - Я случайно узнал, что у тебя на вилле разместилась сотня амазонок, со своей царицей, и упросил наставника организовать это посещение. Я уже два года как командую тысячей конницы, и не раз приходилось в первых рядах лавы врубаться в конный строй бедуинов. Сильные, отважные и даже бесшабашные противники. Однажды допрашивая пленных, спросил об амазонках. Оказалось, что такие существуют, только никто их не видел, точнее кто их видел, тот про них рассказать не может, по причине смерти. То есть увидеть амазонок возможно, но выжить после этого - вряд ли. Про их царицу дядя тоже говорил, что лучший мечник империи продержался против нее в равном поединке всего два удара сердца. Вот и захотелось взглянуть лично, и главное, после этого уйти живьем.
  
   - Да не вопрос, живьем вы уйдете непременно, но чем-то пожертвовать, поверьте моему опыту, вам придется. - С этими словами развернул процессию к ближайшей беседке, и послал Ваню за Марго. Ожидая, явно не спешившую царицу, прокомментировал добрую половину комикса. Марго появилась спустя минут двадцать. В сопровождении двух эффектных амазонок раскрашенных Вовой в агрессивный вид по моему шаблону.
  
   - Советник! У вас более чем семидесятитысячная армия. - Вот так не со здрасьте, а сразу в лоб, начала рыжая. - Как вам удается поддерживать доспех и оружье такой прорвы воинов в порядке?
   Явно ожидавший, всего чего угодно, но только не этого, Хафаджа немного затормозил, но тут же ответил.
  
   - У каждой тысячи своя передвижная кузня с опытным кузнецом оружейником и хорошими подмастерьями.
  
   - Мне нужно привести в боеспособное состояние две тысячи комплектов вооружения. Срочно!
  
   - Но я не уполномочен вести с вами переговоры, тем более срочные - Парировал советник. - Вам надо встретиться с наместником..., осудить все вопросы, ну и договорится по цене...
  
   - О! Быть в хороших отношениях с царицей имошаг - это очень достойная для вас цена! Мне ведь не надо вам рассказывать что большую часть войска фатимидов, составляют бедуины. Очень бедный, но плодовитый и боевитый народец. Для их воина, привезти из похода, отрез ткани, пару серебрух, старый топор, это уже удача. Сейчас вы их рассеяли по пустыне, но они вернутся, и еще большим числом. И так будет до тех пор, пока Египет не падет. Нас же бедуины боятся. Пятисотлетнее соседство приучило их, что любое посягательство на мой народ смертелен. Нарушитель наших законов будет выслежен и убит. Его становище будет найдено и разорено, а люди убиты. - Оттого , что Марго говорила без выражения , скучающе глядя на цветущую клумбу, слова ее прозвучали тем более веско - Так было всегда, так будет впредь. А если ваш губернатор будет думать дольше, чем до завтрашнего утра, то его услуга мне без надобности.
  
   - Ваше величество! - встал и сделал поклон Ибрахим, - Я всего лишь тысячник, но прошу принять как знак моего уважения, моих оружейников. И обещаю сделать все возможное, чтобы ваше желание было удовлетворено.
   Марго без эмоций выслушала речь парня, молча поднялась из-за стола, и уже покидая беседку, произнесла.
  
   - Я запомнила тебя, Ибрахим. Береги себя, и глядишь, через пару лет мы с тобой выкинем фатимидов из Ифрики и перекроим весь Магриб. - весело рассмеявшись над ошарашенным юношей, царица покинула беседку.
  
   - Надменная и сумасбродная особа... - прокомментировал поведение рыжей недовольный советник. - Младшая принцесса в изгнании - а апломба, как у правящей императрицы.
  
   - Тем не менее, у нее есть поддержка правящей императрицы Византии, чего нет ни у одного правителя христианского мира. Кроме того, у Марго есть поддержка ее народа и духовенства, а подданных у нее, по скромным подсчетам, около миллиона. Ее подруги обладают властью, влиянием и военной силой. Ингрид, например, является родственницей половины франкских королей. Ее герцогство, по территории, не меньше Египта, если конечно не считать безжизненных пустынь. Та же графиня Делия, самая скромная из ее подруг, по статусу равна губернатору Египта, а по ряду полномочий даже превосходит его. Она полновластная правительница своей фемы, не платит налогов и не может быть снята даже императором. Кроме того, все трое отменные бойцы. То, что амазонка играючи справилась с одним из лучших мечников империи, вам известно, но мало кто знает, что остальные двое ей в этом не уступят. Все, что я рассказал - общедоступная информация, еще есть информация закрытая. Я, понятно, озвучить ее не могу, но мое зловещие прозвище - 'черный визирь', закрепилось за мной во многом благодаря их действиям.
  
   - Хафаджа, ты должен убедить отца помочь царице с оружейниками! - эмоционально высказался парень, - Ты же понимаешь - откажем мы, с радостью согласятся те же 'кордовцы' (Кордовский эмират), или 'хандакцы' (Критский эмират). У них тоже большей зуб на фатимидов.
  
   - Эх! - тяжело вздохнул наставник, - Она нам не оставила выбора. Женщин нельзя игнорировать, иначе станешь ее врагом. И не важно, - царица она или рабыня. Просто одна плюнет в твой кубок, а другая сварит в кипятке. А тут все гораздо серьезней. Конечно, выкинуть наших врагов из Ифрики она не сможет, но обломать им зубы с нашей, твоей помощью, и умерить их аппетит - вполне.
   Удовлетворенный ответом, юноша повернулся ко мне.
  
   - Искандер, я видел много эмир, в том числе чужестранок - но те наряды, которые на твоих... - тут он замешкался - видимо, не смог сказать 'наложницах', - э, знакомых, ни на что не похожи, и даже не походят на женские.
  
   - Поверь на слово, Ибрахим - одежды у этих девиц, всякой и разной, достаточно. А этот наряд рассчитан на тех дам, что ведут активный образ жизни, и не намерены заключать себя в рамки традиций. Я бы назвал это раскованным и энергичным стилем...
  
   То, что 'Астера' без меня не уйдет, понятно. Но и заставлять себя ждать не хотелось. Поэтому Вова прибежал за мной сразу после того, как последний пассажир ступил на ее борт. Мое появление на корабле прошло ординарно. Вахтенный оповестил команду, что адмирал на борту. Капитан сделал короткий доклад, и продублировал мою команду к отплытию. И уже на квартердеке Фарах вполголоса доложил.
  
   - Искандер, приглядись к амазонкам, с ними что-то не так. Как будто все тронулись умом!
  
   - Фарах, заканчивай говорить загадками! - немного раздраженно отреагировал я на непонятный доклад капитана, - Ты можешь внятно сказать, что с ними не так!?
  
   - Они вымазали свои лица сажей, и, на кого бы я не взглянул, скручивают непонятную фигуру из перстов и направляют ее мне в лицо.
  
   Тут до меня наконец дошло, что Варя всерьез озаботилась выживанием своих подруг, и все происходящие результат моего розыгрыша. Но вместо того, чтоб успокоить друга, как-то сама собой вылетела фраза.
  
   - Так сейчас новолуние. То есть луна не видна. По их поверьям она закрасила свое лицо сажей, и может сейчас колдовать незаметно и в полную силу. Еще раз покажи, какую фигуру они сложили из своих перстов... - андоррец сосредоточенно продемонстрировал фигу, - Вот оно что! Понятно! Еще вчера от Марго мельком слышал, что ее сотне нужен второй евнух. Ты, видать, им чем-то понравился, и они решили сделать из тебя своего второго евнуха. Но не оскоплением, а колдовством.
  
   В туго натянутых снастях слышалось ровное пение ветра, Фарах с минуту молчал. Постепенно удивленное выражение лица андоррца сменилось на жесткое и решительное.
  
   - Адмирал, предупреди Марго, чтоб без обид! Но как только я еще раз замечу этот знак, сразу срублю руку любой колдунье по локоть.
  
   - Ну-ну! И сразу получишь десяток копий в брюхо от ее подруг. - в ответ - непреклонный взгляд капитана, - Да не дергайся ты! Они же пустынницы, и все их колдовство рассчитано на пустыню - ну, типа все, что у тебя между ног - засохнет. А ведь вокруг целое море воды! Так что ни хрена их колдовство не сработает. - появившуюся надежду в глазах друга решил стимулировать дополнительно. Можешь мне поверить - я бы почувствовал. Но на всякий случай плесни себе в штаны немного забортной воды, а как станет подсыхать, плесни еще. Сам же знаешь - береженого... А завтра колдовать будет уже поздно - луна обновит свой лик.
   Просветлевший Фаррах задорно выкрикнул пару команд боцману, и спешно покинул мостик. Спустившись на главную палубу, он столкнулся с группой амазонок и на привычные 'фиги' в ответ продемонстрировал кулак с оттопыренным средним пальцем, и с улыбкой превосходства последовал дальше.
   Даже не знаю, сколько сил пришлось приложить, чтоб не заржать в голос. Спазмы, сотрясающие организм, и готовые хлынуть из глаз слезы, пришлось удерживать невероятным усилием воли. Спустившись с квартердека, быстро нырнул в свою каюту, присел возле кровати, нарыл лицо подушкой, и наконец заржал во весь голос. Когда корчи немного отпустили, убрал подушку. Надо мной, уперев руки в боки, возвышалось три фигуры.
  
   - Признавайся, Саня, какую еще пакость ты учинил! - поджав губы и сощурив глаза, произнесла Делика, - А ну, рассказывай! Или тебе не поздоровится!
  
   - Да нет, ничего такого. - утирая слезы и восстанавливая дыхание, ответил я, - Просто немного пошутил...
  
   - Нет уж, давай говори! - поддержала подругу рыжая. И сразу приступила к карательным мерам, запустив свои пальчики в мои ребра - самое щекотное мое место. Мои отбрыкивания привили к тому, что все три мучительницы принялись за дело.
  
   - Пощады! Все расскажу! А-ха-ха! Прекратите !
   Мой рассказ, сопровождаемый моими же смешками, был воспринят серьезно - хоть бы кто улыбнулся. Итог подвела фройляйн.
  
   - Ну ты, Саня, и гад! Разве можно так шутить над людьми?! Они же тебе верят!
  
   - Ну вы даете! - в легком офигении ответил я, - Если б мне не верили, никакого бы розыгрыша не получилось! Да и как над ними не подшучивать, когда верят всему, прям как дети малые.
  
   - А как прикажешь тебе не верить, - вскинулась Марго, - когда все твое вранье оказывается правдой?! Вот скажи честно, твоя последняя придумка про шайтан-трубу - правда?! - дождавшись моего утвердительного кивка, рыжая продолжила, - Так что я тоже, не задумываясь, вымазалась бы в саже!
  
   - И я. - подала голос индуска.
  
   - И я. - присоединилась фройляйн, и тут же добавила, - И ходила бы, как дура, с измазанной рожей, на радость Сане.
   И осмотрев своих товарок, начала хихикать. Смех оказался заразителен - не прошло и минуты, как все девчонки рыдали от смеха, ну и я присоединился. Минут пятнадцать понадобилось всем, чтоб успокоится, и повернуть разговор в деловое русло. Инга доложила, что ее рыцари просто в восторге. Трое из них были в Риме, и думали, что все богатство мира сосредоточено в нем, но Александрия их потрясла! По их заверениям, две-три ювелирные лавки, коих в городе без счета, обеспечили бы всех присутствующих и их родню безбедной жизнью лет на двадцать.
  
   - Думаю, тысячи три отменных воинов я приведу. - подытожила Инга, - При том, настоящих рубак - мастеров строя, учувствовавших в войнах и осадах. До побережья Адриатического моря километров четыреста, так что доберемся за полмесяца. На уговоры-сборы - месяца полтора, край - два. То есть, через три месяца после того, как ты высадишь нас в Венеции, я буду готова со своей армией грузиться на твои корабли.
  
   - Нет, это долго! Сократи время на уговоры до месяца. Сомневающиеся нам не нужны. Кто врубится позже - пусть догоняют или кусают локти. У тех, у кого проблемы с доспехами и оружием - пусть не лезут в бутылку - дадим в долг. Делика - понятно. через два месяца, как вернешься в Ариентою, все твое войско должно стоять у причала. Марго - к этому времени у тебя на Сицилии должен быть готов лагерь, рядом с укромной бухтой на два десятка судов. Лагерь нужен вместительный, для комфортного размещения десяти тысяч воинов, не считая твоих.
  
   - Э-э! Где деньги, Саня?! - вскинулась амазонка, - Да и три плюс пять - восемь, а не десять тысяч.
  
   - Не дело - спрашивать царице у купца про деньги... - назидательно произнес я, - И не забывай про мою тысячу руссов и гулямов, плюс экипажи судов.
  
   Далее пошли вопросы по взаимодействую командиров подразделений, голубиной почте и других средствах связи. Утомленные более чем двухчасовым разговором, девушки взяли паузу для посещения гальюна, как говорится - припудрить носик. Вернулась троица деморализованная - держась друг друга и всхлипывая от смеха. Как оказалось, все встреченные по дороге матросы, и другие члены команды имели характерное мокрое пятно на штанах. Видимо Фарах, позаботился о своей команде, и во избежание не боевых потерь, поделился способом противодействия коварному амазонскому колдовству. А скорее всего решил, что негоже капитану одному ходить в мокрых штанах.
  К вечеру погода резко поменялась. Жара стала какой-то липкой и удушливой, поднялась длинная зыбь, идущая с востока, а поверхность моря стала похожа на разлитое стекло. Все говорило о том, что ночь предстоит не из легких. Внезапно налетевший, шквалистый ветер, уже через минуту превратился в ревущие потоки воздуха, сопровождаемые мощным ливнем, настолько сильным, что приходилось пригибаться и прикрывать ладонью рот, чтобы нормально дышать. Поднявшаяся волна не достигала размерами исполинских океанских валов, но за счет крутизны была не менее опасной. Бушприт срывал пенные гребни волн, и они проносились над палубой, обдавая хлесткими зарядами брызг снующих матросов. Разыгравшаяся стихия заставила убрать все паруса, кроме штормовых стакселей. 'Астера' легко карабкалась по пенистому склону волны, смело рассекая носом ревущий гребень, а затем плавно скользила вниз. Мореходные качества корабля не только оправдали, но даже превзошли самые смелые наши с Дедом надежды. 'Астера' выдерживала разбушевавшуюся стихию выше всяких похвал.
  
   Девчонки, попавшие в первый раз в шторм, притихли, слегка сбледнули с лица, и даже отказались от предложенного ужина. У меня же аппетит был зверским, но наблюдая за моим поглощением пищи, аппетита у девиц не прибавилось, а бледность стала еще контрастней. Я решил как-то подбодрить подруг, и приобняв всех троих, начал свой сказ, сам еще не зная о чем. Такое со мной случается - начинаю что-то рассказывать, и сам себя с интересом слушаю. Главное, чтобы было вдохновение.
  
   - Вот вы думаете, что попали в шторм - но это всего лишь легкая зыбь. Да и шторма бывают разными. Бывают обычными, средними, сильными, очень сильными, бывают ураганными. Это когда мачты гнутся как тростиночки, а волны, величиной с гору, превращают боцманский рундук, окованный бронзой, в щепу, обрывают лини, которыми привязались моряки к мачтам, и уносят их с собой в пучину. Все это Синдбаду удавалось пережить, и неоднократно. Но тут налетел шторм такой непреодолимой силы, что его корабль буквально разорвало волнами, и сколько бы он отчаянно не цеплялся за жизнь, все равно пошел ко дну. Но его спасла молодая морская нимфа. Нимфам разрешено всплывать на поверхность только после того, как им исполнится семнадцать лет. Этой как раз только исполнилось семнадцать. Она сразу влюбилась в спасенного юношу, и доставила его на берег... Звали нимфу Русалочка. Далее последовала одноименная сказка, хорошо известная поклонникам творчества Ганса Кристиана Андерсена. Под конец сказки рыжие захлюпали носиками, и даже у непробиваемой на эмоции синеглазки глаза были на 'мокром месте'. Видимо, не зря говорят - смех к слезам. Но, тем не менее, страх перед разыгравшейся стихией, и вместе с ним симптомы морской болезни, остались в прошлом. Мясные блюда, правда, осталась нетронутыми, но выпечка, захваченная с виллы, сладости, фрукты и напитки ушли на ура.
  
  Утро было солнечным и почти безветренным, взошедшее солнце поглотило ветер. Небо было невероятно чистое, а воздух абсолютно прозрачен. От шторма осталась только зыбь, и облака, низко нависшие над далекой северо-западной частью горизонта... Дамы, прошлой ночью, видимо, наполнив свои души романтикой, щедро делились со мной, почти до полуночи, своими... эмоциями. Так что на мою побудку 'ни свет, ни заря' отреагировали негативно. Пришлось на утреннюю зарядку, в качестве спарринг-партнеров, брать десяток Вари, переживших наверняка самую страшную ночь в своей жизни. Десятница уже меня не дичилась, и похоже свыклась с мыслью, что неделю, точнее, оставшиеся три дня, можно потерпеть мое командование. Повалял я девчонок знатно и с удовольствием. Чувствовал при этом себя, наверное, как физрук пединститута, проводящий занятие по самообороне с первокурсницами. Зарядку закончил, как всегда - сиганув за борт.
  
   В знакомую бухту вошли примерно в то же время, как и в прошлый раз. Нас встретила представительная делегация - голубиная почта, наконец, заработала и здесь. Агапит - начальник лагеря, Азим - командир гулямов, и конечно - Яр. Из-за тесноты в гавани причалить четко, в одно касание, не получилось - тем не менее, последний аккорд с моим выходом на причал прошел успешно. Встречающая сторона, незнакомая с политесами, сгребла меня в переходящих объятьях. При том, каждый считал своим долгом выбить своими хлопками из моего камзола как можно больше пыли. Тем временем на причал вышли рыцари Инги, и необыкновенно радостные амазонки - наверное, ступив на прочную землю, окончательно поверившие в свое счастливое спасение от неминуемой погибели в пучине морской. На вопросы друзей - что нового, что привез, кто это, и кучу других, сыпавшие как горох - пообещал ответить за ужином. А пока попросил расквартировать союзников, и поставить их на недельное довольствие. Наша процессия поднялась на подножье холма как раз когда выстраивались войска для очередного учебного штурма. Ажиотаж среди штурмующих, в связи с появлением сотни молодых девиц, стоял необыкновенный. Я даже думал, что меня в этой суматохе не заметят. Наверное, так бы и случилось, если бы не окружавшие меня, во всем своем великолепии, мои дамы.
  
   - Здоров будешь, атаман! - раздалось из строя руссов. Поскольку я следовал практически замыкающим, то и слова наверняка были обращены мне. Обернувшись на голос, сразу узнал рыжебородого верзилу с лукавым взглядом, - Не забываешь, значит, свое войско!
  
   - И тебе не хворать Ахмыл. - так же лукаво улыбнулся я в ответ, - Как таких молодцов можно забыть?! К тому же, ты же знаешь, что у купцов память хорошая! - как бы намекнул я на две проигранные им серебрухи, - Вот и решил проверить, как вы здесь...
  
   - Да все твоими молитвами, атаман, только робята ропщут - не нравятся им твои рыбные четверги. - явно переводя тему, вывернулся хитрован. В толпе послышались одобрительные возгласы, - Аль мяса на всю неделю жалеешь?
  
   - Мясо надобно для силы, а рыба - для ловкости и ума нужна! Или забыл, как тебя такого сильного, ловкая княжна вывалила в грязи?
  
   - Ну дык, тож княжна! - отговорился русс - как будто это все объясняло, - А эти, которых ты привез, как я понял, тоже дюже драчливые?!
  
   - Это да! Даже на меня в драку бросились, убить попытались - за то, что слово против сказал. Так что если в этот раз полезешь, рваной кольчугой и двумя серебрухами не отделаешься.
  
   - Эх, атаман! Не понимаешь ты душу воина! - с придыхом, чувственно посетовал страдалец.
  
   - Это легко исправить, Ахмыл. - уверенно сказал я, - В следующий раз привезу тебе... попа. Вот он в душах разбирается хорошо, и у вас будет о чем поговорить. Только вот... - замолк я на секунду, - Надо подыскать батюшку с окладистой бородой и большими усами.
  
   - А это еще зачем?! - купился воин.
  
   - Ну, вдруг ты в сумерках примешь его рясу за девичий сарафан, а когда полезешь целоваться - то сразу поймешь свою ошибку.
   Под оглушительный хохот руссов, хлопнул обескураженного воина по плечу, подмигнул и пошел догонять своих. За время моего отсутствия парни существенно поднаторели в искусстве взятия стен. Очередной штурм больше походил на хорошо поставленное, театрализованное представление. Из ближайшего леска выходит строй воинов, плотно закрытых ростовыми щитами, и размеренным шагом движется к крепости. За ними следует строй лучников, с некоторым отставанием двигается внушительная группа солдат, несущая фашины, габаритами больше самого воина. Ну и замыкающими следуют многоножки со штурмовыми лестницами. Едва только первый ряд щитоносцев достигает рубежа поражения стрелами противника, как движение их в разы ускоряются. Десять-двадцать секунд - и лучники под прикрытием щитов начинают осыпать градом стрел зубцы крепости. В это же время солдаты с фашинами наращивают темп до предела, и сквозь бреши, оставленные для них лучниками, летят ко рву... Многоножки с лестницами отстают от них, но ровно на столько, чтоб установить лестницы уже на заполненный ров. Далее мечники, сбросившие фашины, взбегают по лестницам вверх, то же самое вслед за ними делают воины, несшие ростовые щиты, ну и за ними карабкаются на стены лучники. Весь штурм за тридцать минут - просто фантастика! Почему же тогда в известной мне истории города брали месяцами и годами, а некоторые крепости и десяток лет осаждали? Своими сомнениями поделился с Агапитом.
  
   - Тут понимаешь, Александр, в любом войске основное количество солдат, и даже командиров, по сути - балласт, чего тебе удалось избежать. У меня из пятиста бойцов, всегда более половины были туповатые, трусоватые пахари, которые учились военному делу из-под плетки. Но даже то, что удавалось вбить в их тупые головы, они напрочь забывали, едва противник бросался в атаку. В результате почти поголовно ложились в землю, Тем, кому удалось выжить, становились ветеранами, и пополняли ряды опытных воинов - относительно опытных. Твои же гулямы и руссы взяли в руки меч гораздо раньше, чем начали носить штаны. А к тому времени, когда под носом появился первый пушок, успели сломать сотню копий, поменять десяток изрубленных щитов, пролить реки крови - и остаться в живых. Да и твои военачальники заняли свои должности благодаря своему опыту, и десятку шрамов на своей шкуре, а не протекции богатеньких родственников...
  
   Неделя пребывания в лагере пролетела моментально. Два дня амазонки и рыцари наравне со всеми штурмовали стены. Разборы полетов неизменно проходили со скандалами, чуть не доходившими до драк. Приходилось применять и мне, и Марго, и Инге, все свое влияние, чтобы дело не дошло до смертоубийства. Непримиримые разногласия удалось уладить методом введения мастер-классов, проводимых каждой стороной перед началом учебного штурма. Амазонки, рыцари, руссы и гулямы поясняли, почему экипировка, тактика и все прочее действия должны быть именно такими, и не иначе, и в чем плюс. В общем-то, все по мелочи - чем натереть ладони, чтобы не потели, с какой ноги надо отталкиваться, в какой момент доставать щит, с какой стороны зубца атаковать, в зависимости от нахождения солнца, и т.д.... Несмотря на амбициозность каждой из групп, включая советников, лучшие приемы и ухищрения были приняты во внимание. Опытный воин не будет разбрасываться шансами, повышающими его выживаемость. Поначалу после дневных тренировок утомленные воины ужинали, и сразу отправлялись в свои казармы, приводили в порядок оружие, доспех, и обессиленные валились на нары. Теперь, втянувшись в службу, и привыкнув к нагрузкам, парней после ужина тянуло на развлечения. Начальство, хорошо понимая, к чему может привести неорганизованный досуг молодых людей, взяло его под свою опеку. Сегодня вечернее свободное время было посвящено финалу чемпионата борцов. Я естественно болел за Агапита , но он занял только третье место, уступив двум руссам. Когда чемпиону вручили оговоренный золотой за победу, на импровизированный ринг выскочил Фарах, и вручил еще один золотой победителю.
  
   - Баян! - так звали чемпиона, - Этот динар твой, если вызовешь на ристалище атамана. А то он считает себя лучшим борцом в мире... Наши ребята и вправду не смогли его одолеть, отчего он зазнался еще больше. Согласен?
  
   - Баян! - это уже я, - Предлагаю тебе два золотых, если ты вызовешь этого капитанишку, и хорошенько намнешь ему бока, чтоб впредь не упоминал всуе командира своего.
  
   - Даю три! ТРИ золотых! - доставая еще два, задорно проорал Фарах, и не понижая голоса, обратился е гулямам, - Поддержим, братья, своего командира!
   Публика, разогретая предыдущими поединками, вспыхнула как порох! Буйство эмоций просто неописуемое - крики, свисты, сопровождаемые всевозможной жестикуляцией, и чуть ли не плясками. Даже невозмутимые амазонки начали скандировать мое имя.
   ' - Этим то что надо?! Хотят, чтоб я наконец обмишурился?...' Под общий психоз, похоже, попали и мои дамы, которые приговаривая ' - Саня ну давай! Покажи себя! Он же тебе на один зубок...' - мягко выдавливали меня на арену. Короче, я сам не заметил, как оказался в центре арены, напротив великана. Гигант протянул свою ладонь-лопату, и принял еще пару золотых от андоррца, ухмыльнулся с прищуром, и сделал приглашающий жест рукой. Когда я снял свой камзол, услужливо принятый Деликой, и повторил жест Баяна, 'трибуны' умолкли. Русс не отличался атлетической фигурой и выпирающими мышцами. Скорей его фигуру можно было назвать средней и немного мосластой, если бы не ее размеры. Хорошая скорость и реакция у парня на уровне, а вот физическая сила просто запредельная. Соперники, попавшие в его мертвый захват, были обречены. Атаку Баян начал не спеша, протянув в сторону моего правого плеча свою лопату, в смысле - руку. Я, ухмыльнувшись, ударил по его ладони своей левой пятерней, вроде как в панибратском приветствии, тут же захватил правой его мизинец и безымянные пальцы, выкрутил их вверх и потянул за собой, закручиваясь влево. Болевой порог не зависит ни от массы тела, ни от его габаритов - поэтому гигант послушно, как Тузик на поводке, последовал за мной, и споткнувшись об выставленную мной ногу, пропахал лицом арену.
  
   - Бросок не засчитан! - это Агапит взял на себя бремя судьи. Его слова были освистаны, послышались возмущенные возгласы части публики, но арбитр был непреклонен, - Выламывать персты не по правилам! Борцы на середину!
   Поднялся Баян не спеша, с достоинством. Весь его вид излучал спокойствие. Только взгляд, которым он сверлил меня, встав в стойку, был зол и напряжен. Вторую атаку борец начал, резко сорвавшись с места, и сходу попытался заключить меня в свой железный захват. Я, ожидая чего-то подобного, подался назад, но недостаточно быстро, давая ему возможность сблизиться настолько, чтобы захватить рукава его хитона выше локтей, и провел бросок через голову, с упором стопы в живот. Довольно эффектный бросок - ты делаешь кувырок назад, увлекая за собой соперника, а чтоб он не рухнул на тебя, упираешься стопой в его живот. В результате, пролетев над тобой по большей дуге, противник падает на спину, а ты, используя свою инерцию, приземляешься ему на грудь в позе наездника. Трибуны взревели! Но невозмутимый судья развел руками, что означало 'не зачет'. Дождавшись спада эмоций, Агапит обосновал свое решение.
  
   - Оба соперника коснулись земли! - и повернувшись к нам, прокричал, - Борцы на середину! В этот раз я не стал ждать атаки, а сам перешел в наступление. Хотел провести бросок через спину, но уже проведя захват, изменил свое решение. Что-то менять на ринге, когда имеешь дело с сильным соперником, уже изготовившись к броску, просто опасно, но так захотелось. На ходу поменял хват, поднырнул головой под его правую подмышку, продолжая движение вперед, подхватил его левую ногу ниже бедра. Классический выход на 'мельницу'. Мгновение - и великан, лишившись точек опоры, становится неким инертным телом, весящим на моем плече, и от желаний которого уже ничто не зависит. Продолжая движение вперед, делаю резкие полтора оборота вправо, которые окончательно лишают Баяна ориентации, бросок, жесткое падение. Тело приземлилось возле 'трибуны' амазонок. Визг подскочивших девиц, рев трибун! На мне повисает с радостным визгом фройляйн и Марго, индуска более сдержана - наклонив мою голову за шевелюру, впивается поцелуем в мои губы. Но тут громовой голос судьи, превосходящий по децибелам ор толпы, объявляет.
  
   - Бросок был проведен за пределами круга! Не зачет!
   Его речь утонула в оре сотен возмущенных глоток - даже рыжие слезли с меня, и развернулись в сторону арбитра. Взгляды подруг не предвещали Агапиту ни долгой жизни, ни безболезненной смерти. Да и большинство зрителей были настроены не менее радикально. Спасло главного инструктора то, что Баян, еле поднявшись, сам отказался от продолжения поединка.
  
   - Ну Саня, ты дал! - восторженно проговорила Делика, - Так долбанул его о землю, что у нас аж лавка подпрыгнула...
  
   - А ты бы мог победить Голиафа или Геркулеса? - лукаво глядя в глаза, и сжимая мой бицепс, проворковала Марго, - Или слабо?!
  
   - Победил бы, конечно... - уверенно ответил я, - А если б они были рыжими - то просто бы порвал от злости.
  
   - Ой-ой-ой - какие мы злые! - в тон рыжей проворковала фройляйн, - Как мы можем задобрить своего господина?
  
   - М-м-м, я из-за вас извалял в земле свою рубаху и штаны. И, для начала, было бы неплохо вам их простирнуть....
  
   - Фи, фи... - скорчили рожицы и сморщили носики мои дамы, - Какой ты, Саня, примитивный... - поддержала подругу Марго, - Королевы предлагают тебе море наслаждения - а ты просишь корыто мыльной воды, и прачку в придачу.
  
   - Ну, королевы и так от меня никуда не денутся! И кто кому подарит море наслаждения - вопрос спорный! А вот где здесь взять прачку....
  
   Победитель получает все! Именно так и случилось! Море наслаждения от наложниц было ласковым и бескрайным, а грязный комплект одежды сиял чистотой. Только я сомневаюсь, что кто-то из утомленных девчонок поднялся за полночь, чтобы приняться за стирку. Скорее всего, Марго припахала кого-то из своих амазонок. Но что-то сомнительно, чтобы те стирали мужские штаны. Вариант один - евнух, блин!
  
   Утро, кстати, началось паршиво! Не с поцелуя в ушко, как ожидалось, а с хриплого крика Деда.
  
   - Саня, подъем! Я смотрю, ты вообще тут расслабился, со своими девахами!
  
   - Дед, иди в задницу! Дай поспать! - вместо меня ответила рассерженная Делика, - Что за срочность?! За завтраком все расскажешь...
  
   - Да какой завтрак?! - возмущенно ответил птиц, - Через час уже обед!
  
   - Да какая разница! - как ни в чем не бывало, ответила индуска, - У тебя что, горит? Расскажешь за обедом! - и снова откинувшись на подушку, пробурчала, - И лучше не зли безутешную вдову!
   Птиц только фыркнул в ответ. Мне же все равно пришлось подниматься: игнорировать Деда - себе дороже. Да и дел невпроворот! Раз птиц здесь, то и 'Артемида' на подходе. Так и оказалось - Дед просто решил ранним утром размяться, что для него нетипично, и оставив судно, полетел на Кипр - до острова оставалось километров сорок. Из основных вестей - все идет по плану. 'Артемида' загружена по ватерлинию товарами для Константинополя. Губернатор Египта направил царице Африки двенадцать лучших мастеров-оружейников по ремонту оружия и доспехов, и еще шестерых шорников для ремонта предметов амуниции и конской упряжи. А на десерт презентовал огненно-рыжую кобылку-иноходца чистых арабских кровей, с белым полумесяцем во лбу (молодая лошадка привела рыжую в дикий восторг - мало того, что ее масть практически совпала с цветом волос Марго - еще и полумесяц совпадал по форме с родинкой амазонки). Ну и не обошлось без ложки дегтя. Вручать дары лично прибыли Ибрахим - сын наместника, и его наставник, и советник губернатора - Хафаджа.
  
   - И еще, на сладенькое! - добавил Дед, - У Касима для тебя передачка - шкатулка с двумя двуствольными пистолями. Капсюли работают исправно. Из тридцати пробных выстрелов только одна осечка. Убойность на уровне - с пяти шагов пробивает кольчугу и трехдюймовый брус навылет. В упор прошьет любой доспех.
  
   Обед прошел без гостей - еще не подошли. С Агапитом обсуждали четыре сотни претендентов на первый пиратский - то есть, сейчас уже каперский - рейс. Необходимую бумагу я выправил у Платона, наместника Кипра. Он долго не мог взять в толк, зачем мне его указ - выходи в море и грабь кого хочешь, только не византийцев - и претензий у империи ко мне не будет. Тем более, что я его клятвенно заверил, что грабить мы будем исключительно явных врагов Византии, а также пиратов и контрабандистов.
  
   - Да что тебе стоит подписать бумагу, где ты, с целью борьбы с контрабандой и пиратством, наносящими сильнейший урон экономике Кипра, и бла-бла-бла, уполномочиваешь Александра Калиостро - бла-бла... - при этих словах, на стол наместника лег увесистый кошель с золотом, - Во благо империи, и так далее... Ты же каждую неделю десяток таких подписываешь! Платон высыпал из кошеля золото на стол, и немного полюбовавшись блестящими круглышами, решительным движением подвинул их мне.
  
   - Указ я подпишу, а деньги забери - я уверен, что все твои действия будут во благо Византии.
  
   - Деньги твои. - так же решительно подвинул я кругляши обратно, - Просто я еще не сказал, что в своем указе ты упомянешь, что с момента издания указа с меня снимается арендная плата за занимаемую крепость, а также пошлина на ввозимый мной товар...
  
   - Нет! - поднял ладонь в отрицающем жесте наместник, - Это неприемлемо!
  
   - Да, забыл сказать, Платон, что эта сумма не окончательна, а ежемесячная...
  
   - Петр! - вызвал своего охранника наместник, продолжая сверлить меня взглядом. Я даже напрягся, - Принеси кувшинчик вина, но не той кислятины, что для гостей, а мое...
  
   Так что теперь я не бандит, а борец со злом, уважаемый служащий, творящий добро во благо Византии, и ее величества императрицы.
   И так на 'Астере', кроме команды, сотня амазонок, рыцари, два десятка мастеровых мы с принцессами, и кобылка с дарителями в придачу (они выразили горячее желание посетить вместе с нами Константинополь). На 'Артемиде' только моя семейка, но трюма и твиндеки забиты под завязку. 'Аврора' - пустая. Придется перегрузить часть товаров с твиндеков 'Артемиды' в трюма 'Авроры', чтобы разместить на каждом корабле по двести штурмовиков абордажной команды, по совместительству выполняющих роль юнг.
   Через день после прихода 'Артемиды' конвой в полном составе выдвинулся в сторону Византии. Выйдя на траверз Родоса по правому борту, конвой распался. Выстроились в ряд с интервалом в двадцать миль. Таким образом, наш 'гребень' мог прочесывать по фронту восемьдесят миль морского пространства. В светлое время суток, не оставляя без внимания все средние и крупные плавсредства, попавшие в нашу гребенку. Общую координацию и разведку осуществлял Дед. 'Астера' шла левофланговой. И вот когда уже миновали восточную оконечность Крита, на северо-западе, два румба левей курса, (румб - 11,25 градуса) марсовый разглядел паруса.
  Сразу лететь наперехват не имело смысла, возможно, это вообще рыболовецкая лохань, и соответственно одни пустые хлопоты. Марсовому велел продолжать наблюдения, а сам решил двигаться прежним курсом. Где-то к обеду должен прилететь птиц - дождемся его разведданных. Через полчаса марсовый доложил, что замеченное им плавсредство движется курсом на юг, то есть на Крит. Еще через четверть часа доложил, что неопознанная галера почти достигнув нашего траверза, резко сменила направление, и легла на курс пересекающий наш. ' - Вот и прекрасно нет нужды ни за кем гоняться, рыбка сама плывет в наши сети'.
  
   - Капитан! Свистать всех наверх! - Проорал я. - Боевая тревога! Арсенал открыть. Всем по местам. Тут же послышались дублирующие команды андоррца, свистки боцмана, крики его помощников, топот ног команды. - Марго! Все амазонки по-боевому - полный доспех и щиты. Инга! Поднимай рыцарей! Скажи, что ожидается хорошая нажива. Только уж больно кусачая, так что пусть подготовятся, чтоб их доля досталась им, а не их родственникам.
  
   Встревоженные резкими командами и беготней, на мостик поднялись мои гости от губернатора Египта. Вкратце пояснил им ситуацию и предложил два варианта. Либо спрятаться в трюме и переждать там заваруху, вместе со своими оружейниками, и в этом случае я гарантирую им жизнь. Либо вооружаться и поступать в мое распоряжение. В итоге у меня в подчинении оказалась Марго с сотней амазонок, Инга с взводом рыцарей, Фарах с шестью десятками команды. Я же обзавелся отделением, состоящим из индуски, представителями руководства Египта с четырьмя охранниками, и Вовы с Ваней, в качестве оруженосцев и посыльных. Андоррцу велел установить три аркбалисты на корму, и две на бак. Все зарядить картечью. Вооруженному народу было велено спрятаться в кубриках, за фальшбортами и за комингсами трюмов. Когда галера - все сомнения в этом уже отпали - подошла на дистанцию полумили, всё что пираты могли наблюдать - бестолковую беготню матросов. В это же время марсовый доложил, что вслед за приближающейся галерой следует еще одна. Видимо придуманная нами с Дедом тактика прочесывания водного пространства, для местных джентльменов удачи не новость. Следующие полчаса прошли в утомительном ожидании. Галера пересекла наш курс по корме, и уже нагоняла с правого борта, надеясь при приближении забрать у нас ветер и лишить 'Астеру' скорости и маневренности. Только почему-то пират не спешил с нами сближаться, а наоборот, несколько отдалившись, начал опережать нас. Объяснение могло быть только одно. Он боится в одиночку брать на абордаж наше судно, а пока, лишая нас маневра ждет подхода напарника.
  
   - Командир! Они собрались нас таранить! - Я увлеченный своими наблюдениями, не сразу понял смысл слов Джаза стоящего на руле. - Я хорошо знаю этот маневр!
  
   - Нет, брат! Это не военный флот! Ты ошибаешься. Пират не будет часами преследовать добычу, чтоб ее топить. Он просто опасается в одиночку идти на абордаж, а сейчас, лишая нас ветра ждет подхода напарника.
  
   - Послушай меня, Искандер! Они выходят на таран! Сейчас гребцы левого борта начнут табанить, а правого удвоят усилия. Галера быстро развернется, ее полощущие сейчас паруса получат полный ветер. Десяток мощных гребков, и ее таран врежется в наш борт...
   Я хотел было успокоить моего брата-паникера, и даже открыл рот, как вдруг удары весел пирата прекратились, галера стала поворачивать влево. Брат не ошибался! Пираты выполняли поворот фордевинд. Я продолжал зачарованно смотреть, как резко перекинутый с борта на борт парус галеры наполнился ветром, как весящие в воздухе весла левого борта синхронно ударили по воде. Вывели меня из ступора резкие движения Джаза, отчаянно вращающего штурвал вправо.
  
   - Э-ээ! Право не ходить! - Заорал я. - Лево руля! Джаз! Лево руля!
  
   - Лево нельзя, брат! - Спокойно сказал джаз. Да и уже поздно было командовать - штурвал остановился в крайней правой точке. - На повороте лишимся скорости - протаранят корму. Если не потонем сразу, то потеряем руль и управление, тогда утопить нас будет проще, чем котят.
   Тем временем галера, набирая ход, сблизилась с 'Астерой' настолько, что можно было рассмотреть эмоции на лицах пиратов заполнивших бак, и площадку для стрелков. Торжествующе-ожидающие выражение лиц агрессоров сменило легкое недоумение, когда обреченный, по их мнению корабль, взбираясь на очередной гребень волны вдруг накренился, и ныряя в очередную ложбину стал резко менять курс. Послушная рулю, умничка 'Астера' невероятно быстро преодолела силу инерции, скрипя рангоутом и ускоряясь, с каждой секундой поворачивала вправо. Резкие команды на галере уже ничего не могли изменить, до столкновения оставались секунды. В результате, встреча тарана галеры и борта 'Астеры' произошла не под прямым углом, а градусов под сорок. Резкий толчок палубы под ногами, чуть не сбил меня с ног, за которым последовал натужный стон вминаемого борта, сопровождаемый глухим хлопком не выдержавшего нагрузки шпангоута. Но видимо благодаря покрытью медными листами, нагрузка от удара распределилась равномерно и бортовая обшивка выдержала. Удар тарана в заднюю треть 'Астеры' еще больше развернул ее вправо, и теперь суда двигались встречным курсом, практически соприкасаясь бортами. Раздался новый нарастающий треск древесины - это уже 'Астера' утюжила своим бортом весла галеры. К такому развитию событий никто не был готов, и вероятно если бы реек галеры не зацепил ванты нашего грота то мы бы уже прошли мимо. Но случилось то что случилось, и ситуация стала не управляемой. Для тех, кто не в курсе, поясню - реек это, не какая-то мелкая деталь рангоута, а наклонная рея, к которой крепится латинский парус галеры. И вот, передняя наклонная часть этого бревна, с полметра толщиной, а общая длинна под тридцать метров (высота девятиэтажного здания), пролетев над бортом, сметая своей массой бегучий такелаж моей 'Астеры', поднырнула под ванты грота правого борта. Тут, как говорится - 'коса нашла на камень'. Парусное вооружение грота и его высота требовали невероятной по местным меркам прочности и устойчивости мачты, что, обеспечивалось в первую очередь сверхнадежностью вант. В общем, ванты выдержали, хоть рывок был - мама не горюй. Все судно содрогнулось, и остаточная инерция судов была погашена. что-то cломаться все равно было должно, и этим слабым звеном оказался пояс, образованный несколькими шлагами троса, удерживающий реек на мачте галеры, обеспечивающий его свободный поворот. Вырванный из крепления реек, под собственной тяжестью осел метров на десять и там застрял, запутавшись в такелаже. Парус галеры соответственно тоже опустился ниже, сложившись гармошкой, и между двух соприкасающихся бортов опустился занавес, из прочной трехслойной парусиной. Вывела меня из ступора стрела, ударившая в грудь Джаза, в след за ней еще две воткнулись в штурвал.
  
   - Джаз! Ложись! - Проорал я. Впрочем, с опозданием, брата возле руля уже не было. Его кольчуга выдержала попадание пиратской стрелы, после чего он тенью нырнул за массивный нактоуз (подставка в виде шкафчика для установки магнитного компаса на судне). - Всем покинуть корму.
   Площадка для стрелков на галере оказалась практически на одной высоте с квартердеком, и сектор обстрела вражеских лучников охватывал две трети нашей кормы. К счастью лучники после незапланированного контакта очухались не сразу и сосредоточились на рулевом. Прикрывая лицо латной перчаткой, я бросился к ближайшей аркбалисте, получив по пути несколько стрел. Вреда они мне причинить не могли, но пара попаданий была весьма болезненной. Разлет картечи на пятнадцатиметровой дистанции был не более трех метров, зато убойность соответственно выше. Отметил, что центральную группу стрелков из пяти человек, как ветром сдуло, решил больше не испытывать судьбу и вернулся под прикрытие надстройки. Тем временем остальные благополучно покинули опасную зону. Замешкавшихся было Вову и Ваню, из под обстрела вытащил за шиворот Ибрахим, при этом его взгляд был весел и азартен. Синеглазка корму покинула не спеша, по пути лениво соединяя короткий меч со своим шестом. Лучники выстроились вдоль планшира левого борта, при этом вели себя довольно расслаблено, это было видно по опущенным лукам. Амазонки собравшиеся на главной палубе, спокойно внимали речи своей королевы. Рыцари, хоть и обнажили свои мечи и создали что-то похожее на строй, но находились как бы на перекуре, слушая наставления или байки своих старших товарищей. '- Я, вообще что, только один дергаюсь и психую, а остальным все по барабану? ' Добил меня Фарах:
  
   - Адмирал! Боцман доложил - в льялах воды около метра, правый борт во многих местах плачет, но сильных течей нет. Оружейников поставил на помпы, команда плотника конопатит щели. Опасности для корабля нет! Какие будут приказания?! '- Блин! А ведь я прощелкал этот момент! Ведь первым делом должен был не палить по врагам из аркбалисты, а узнать результаты тарана, и позаботится, о плавучести судна. Адмирал - блин!'
  
   - Хорошо, Фарах. - Невозмутимо ответил я. - Назначь смотрящего за второй галерой. Доклад мне напрямую! И направь на корму ребят с ростовыми щитами - надо зачистить бак галеры. Мне там их лучники на фиг не нужны!
   Тут я и сам успокоился - чего психовать, если тонуть и атаковать мы пока не собираемся, к обороне готовы - остается только ждать. Ждать пришлось недолго, противник решил атаковать сверху, через реек застрявший на пятиметровой высоте над палубой. Не знаю, чего они на него забрались, но прыгать с такой высоты на копья амазонок - чистое безумие, тем более что до их копий долетали только мертвые тела истыканные стрелами. Атака, как и следовало ожидать, закончилась быстро, вместе с десятком буйных психов, решившихся на такую авантюру. На корме затихли щелчки аркбалист - значит стрелять больше не в кого. Решил сбегать, глянуть, хватит ли длинны наших мостиков, чтоб с квартердека под прикрытием стрелков, атаковать вражеское судно? Площадка для стрелков на галере, как плацдарм подходила для нас идеально. Но нет, не хватало пару метров, а что-то придумывать и 'городить огород' не имело смысла - вторая галера на подходе. Вернувшись, наблюдаю интересную картину - амазонка, изготовившись для удара, застыла у парусиновой стены. Пригляделся - из парусины выглядывал, периодически исчезая, кончик клинка. Кто-то с той стороны резал парус, толи для проникновения десанта, толи для организации стрелковой точки. Дождавшись прорехи нужного размера, и окончательно определив местоположение диверсанта, воительница резко всадила копье в образовавшуюся брешь. Кажется, я услышал вскрик, довольная физиономия охотницы подтверждала, что цель уничтожена. Была предпринята еще пара подобных попыток проникновения, но амазонки были на высоте. У одной, после удара, ухватили копье и потянули в свою сторону, но ее товарка была на чеку, и как только началось притягивание копья, вонзила в брешь свое. После нанесения нескольких ударов со скоростью швейной машинки, копье с той стороны отпустили. И вот предварительные игры закончились, видимо капитан пиратов, после неудачного тарана, наконец вышел из ступора и взял командование в свои руки. Послышались команды и беготня. На корме вновь заработали аркбалисты, но били уже не картечью, а тяжелыми дротиками, вышибая нападающих, которые под прикрытием тяжелых щитов попытались вернуть утерянные позиции. Парус, ставший непреодолимой занавесью между кораблями, вдруг начал оседать - пираты, наконец, сообразили срезать с рейка слаблинь (бегущий конец, удерживающий парус на рее). Еще минута и он оседает на обе палубы, похожий на грязный сугроб.
   На подготовку к схватке времени было предостаточно, так что едва занавес упал, с бака ударили аркбалисты, а лучники дали дружный залп. Вот только и соперники успели подготовиться - вся абордажная команда (как знали) плотно укрылась щитами. Упреждающий удар не возымел должного эффекта. Более того едва последняя стрела оторвалась от тетивы, как последовал ответный залп, и пираты с диким ревом ринулись в атаку. Б...ь! Сколько же их!? Примерно знаю, что в обороне у меня около полутора сотен бойцов, но атакующих было как минимум вдвое больше. От бака, в сторону кормы, выстроились двумя шеренгами рыцари. Так же в два ряда, плотным строем, прикрывшись щитами и ощетинившись копьями, к ним примыкали амазонки. Ну и на корме, не считая обслугу аркбалист, я Делика, Джаз, шестеро гостей, ну и мои секретари. Атакующие с ходу ударили всей массой, в надежде смять строй и лишить его маневра. С рыцарями у них это не прошло. Те стояли как утес, не уступив не миллиметра палубы. Когда натиск атакующих достиг высшей точки, и наступил пат, подопечные фройляйн, вдруг неожиданно для противника отступили на шаг назад, и пустили в дело мечи, которые тут же обагрились кровью. Амазонки встретили атаку дружным ударом копий, и смерть настигла каждого второго из атакующих. Но атака не прекратилась и пускать в ход копья, когда схватка перешла в свалку, не было никакой возможности. Еще некоторое время второй ряд воительниц мог бить копьями через головы вступивших в рукопашную подруг, но скоро и это прекратилось. И тут вдруг с диким рыком в свалку вклинилась рыжая. Копье в ее руках мелькало со скоростью молнии, а его удары были поразительной точности. По дорожке из трупов, за ней, в прорыв бросились девчонки из ее охраны, расширяя клин, вбитый своей королевой. Рывок Марго был настолько силен, что она видимо сама не заметила, как оказалась на борту галеры в отрыве от основных сил при поддержке пяти девочек ... и со сломанным копьем. Видимо у пиратов была хорошо отработана тактика проведения абордажей, в том числе был предусмотрен вариант внезапного прорыва противника, потому как на вражеском борту девчонок тут же окружили два десятка хорошо экипированных здоровяков.
   ' - Все, хана королеве!' промелькнула у меня мысль. Но быстрее мысли сработали рефлексы или еще что-то, потому как я в этот момент уже бежал по наклонному рейку, который нижним концом, пройдя за вантами, уперся в трап, ведущий на квартердек. Прыжок с трехметровой высоты пришелся на осевшую кучей парусину - я на галере. Едва сделал пару шагов, сзади раздалось какое-то бряцание, и парусина под ногами дернулась. Не прекращая движение, на долю секунды, бросил взгляд назад. Этого, при моем ускоренном восприятии хватило, чтоб опознать Делику с глефой. А также уже изготовившего к прыжку Джаза, за ним тянулась цепочка - Ибрахим с охраной и наставником, мои парни, те что стреляли из аркбалист.... Прям как в сказке, бабка за дедкой, внучка за бабкой, Жучка за внучкой, или как там... Тем временем пятерка амазонок, окружив королеву, прикрыли ее своими телами и щитами. Залп вражеских лучников в основном пришелся на щиты, шлемы и доспех амазонок. Но несколько стрел нашли слабые места, хоть и не глубоко, но вонзились в тела охранниц. Вот тут наконец подоспел и я. Врезавшись торпедой больше центнера весом (мои девяносто плюс тридцать кило доспеха) в строй лучников, достающих новые стрелы из колчанов, сходу опрокинул троих, и по принципу домино, сбил с такта всю шеренгу. Тут же пистоль в моей руке дергается, и у громилы поднявшего увесистый топор, нацеленный на раненную амазонку, срывает шлем вместе с верхней частью черепа. Курок нажат второй раз - правофланговый товарищ поверженного, получив пулю в рот, орошает своей кровью и мозгами вторую шеренгу, падающее тело демонстрирует всем дыру в затылке размером с пирожковую тарелку. И свои и чужие - все, округлив глаза замирают. И не только на галере. Пистоль долбанул что надо, даже я вздрогнул, остальные были просто в шоке. Всегда невозмутимая синеглазка застыла с занесенной для удара глефой.
  
   -Чего стоим!? - Окинул удивленным взглядом своих соратников. - Вперед!
   Первой из шока вышла рыжая. Подхватив копье из рук оседающей охранницы, вонзила его в шею супостата. Глефа, застывшая в руках синеглазки вновь пришла в движение и смахнула голову ближайшему к ней пирату. Джаз взбешенным львом накинулся на замешкавшихся лучников, к нему присоединился Ибрахим, думаю, предыдущий залп был для них последним. Остальная десантируемая братия с ходу подключилась к уничтожению деморализованного противника. Пока я прятал разряженный пистоль и доставал саблю и стилет, живые противники закончились.
  
   - Джаз! Принимай команду над нашими ребятишками, вам зачистить галеру! Кто бросит оружье не убивать! А-то самим придется грести.
  
   - Да, адмирал!
   Деморализованы были и пираты, вторгшиеся на борт 'Астеры'. То, что они увидели, невозможно было классифицировать иначе, чем колдовство. В это время над 'Астерой' прозвучало дружное 'Ура'. У лучников, наконец, отпала необходимость стрелять из-за укрытия, и они взобравшись на крышку трюма, открыли, практически в упор, ураганный огонь по противнику. Марго, Делика, три амазонки, оставшиеся в строю, и гости от наместника Египта, ударили в тыл абордажникам, и резвились там, как лисы в курятнике. Положение пиратов стало критическим, а с учетом того что отступать им стало некуда, то и вовсе безнадежным. Во вражеских рядах началось судорожное метание, сводившее на нет усилие тех, кто предпочел биться до конца, а затем и поголовная сдача - ВИКТОРИЯ!
  
   - Фарах! Всех сдавшихся раздеть, связать и под охрану в трюм галеры. - Озадачил я подбежавшего андоррца. - Трупы - наши на бак, остальные за борт. Узнай, что там у нас в трюме, через десять минут доклад.
  
   - Обижаешь, командир! - Нисколько не обижаясь, с улыбкой во весь рот ответил капитан. - Все приказы уже розданы. Сильных протечек нет, щели в основном законопачены, борт, конечно, плачет, но не критично, до Константинополя дойдем без проблем, ну если только, не такой же штормяга, как недавно, или еще один таран. - При упоминании о таране я невольно посмотрел в сторону марсового, который должен оповещать меня о подходящей галере. Отследив мой взгляд, Фарах продолжил. - Галера в восьми милях, около полутора часов у нас есть - уже готовимся. Да, тяжелораненых собрали на квартердеке, все твои снадобья и инструменты тоже там, воду на камбузе уже кипятят. Легко раненные - у левого борта.
  
   - Хорошо! Я на квартердек. Принцесс и Ваню с Вовой ко мне.
   Зрелище, увиденное мной на корме, повергло меня в глубокое уныние. Я ожидал увидеть пять-семь тяжелораненых, но их было много больше. Весь квартердек был заполнен лежачими бойцами - не меньше двадцати. Пара тяжелых черепно-мозговых - трупы без вариантов. Пятеро с открытыми травмами живота. У двоих сильное кровотечение и явно Гиповолемический шок (патологическое состояние, обусловленное быстрым уменьшением объема циркулирующей крови) - скоро отойдут. Остальные, судя по выделениям из ран с повреждениями желудка и кишечника - тоже не жильцы. Еще двое с ранениями в область груди. У одного из них кровь в ране алая и пузырится - Гемопневмоторакс (попадание крови и воздуха в плевральную полость) - этому тоже недолго осталось. Остальные с колото-резанными ранами, и глубоко засевшими стрелами. Раны не смертельные, если вовремя заштопать - прекратить кровопотерю, и правильно обработать. Пока проводил предварительную диагностику, подтянулись секретари с девчонками.
  
   - Вова, бегом на камбуз, пусть вскипятят котелок забортной воды. А ту пресную, что вскипела, бегом сюда. Девчонки, долой доспех, сейчас я научу вас по-быстрому вытаскивать стелы, обрабатывать и зашивать раны, накладывать повязки. До новой атаки час, всех раненых починить не успею, так что за вами - легкие.
  
   - Ты хочешь, чтобы герцогиня роняла свое достоинство, копаясь в ранах смердов?! - Брезгливо сморщив носик, ответила фройляйн, и добавила. - Чтоб меня прозвали Ингрид-коновал?!
  
   - Да нет, наоборот! Ты будешь не только смелой воительницей и мудрой правительницей, но и матерью родной для своего народа. Только за это тебя могут канонизировать еще при жизни, и назвать Великой! Постой! Ты что...
   Противные холодные мурашки, предвестницы бешенства, пробежали по моему телу, полутона исчезли, все стало абсолютно контрастным и черно-белым.
  
   - Что ты сказала?! Смерды?! Ты, боевых друзей, которые пролили свою кровь за тебя, назвала смердами...
  
   - Саня! Стой! Я не права! - В глазах фройляйн отражался неподдельный ужас. - Только ничего не говори! Я все сделаю, что ты скажешь! Не знаю, что на меня нашло, я...
   Стараясь успокоиться, перевел взгляд на Марго, та была такая же испуганная. Вдруг подумал, что видел рыжих веселых и грустных, спокойных и возбужденных, даже в ярости - всяких, но вот испуганных не видел. Потом Марго мне сказала, что лицо у меня вдруг стало мертвенно серым и безжизненным, серая радужка стала огромной, а зрачок превратился в точку, и что она до этого не видела меня в гневе, и это было страшно. На примере раненого с колотыми и резаными ранами, в том числе от стрел провел экспресс-учебу 'сестер милосердия'. Пошагово показал, как обеззараживается и чистится рана, извлекается стрела, как накладывать швы, ... как накладывать повязку. Дал каждой попробовать шить рану, завязывать узлы, снабдил скальпелями, шовным материалом, бинтами, и отправил к легко раненным. Режу, штопаю, подбадриваю, шучу. Безнадежных, кто в сознании, накачал обезболивающим, Вова и Ваня ассистируют. Пока не знаю, как там с врачеванием у 'сестер милосердия' но монолог от 'сестры' Делики обнадеживал.
  
   - Бля!... Терпи! Еще дернешься - отверну твою бестолковую голову! Или пришью к ней твою задницу! Замри, я сказала! ...
   Следующим пациентом была амазонка Варя. Раны у нее были в основном незначительными - пара гематом, три царапины. Но обломанная стрела в бедре видимо повредила вену, и кровопотеря, судя по учащенному и нитевидному пульсу, бледности, полуобморочному состоянию, была значительной. Даже глаза как-то потемнели - голубой стал синим, а желтый приобрел невероятный оранжевый оттенок. Хорошо хоть одышки пока не было, иначе ситуация была бы критичной.
  
   - Варя! Как-то часто мы с тобой встречаемся в последнее время. Признайся, ты специально прикинулась больной, чтоб опять обратить мое внимание на себя. - Амазонка что-то пробурчала в ответ. - Что?
  
   - Ты еще и целитель, говорю. Дай воды. - Мой кивок и Вова подносит флягу с разбавленным вином к губам пациентки. Напившись, блондинка впивается в меня взглядом. - А еще ты оказывается повелитель молний!
  
   - Мы все учились понемногу, чему-нибудь, и как-нибудь. - С улыбкой ответил я фразой Пушкина. - Варя потерпи чуток, сейчас будет больно. - Проталкиваю обломанную стрелу дальше, извлекаю ее с другой стороны бедра, зондом с тканью пропитанной антисептиком чищу рану, накладываю швы. - Все, расслабься, больше больно не будет, сейчас волью в тебя кровь Посейдона и будешь как новенькая.
  
   - Я разбираюсь в ранениях и знаю, я должна умереть, если выживу - это будет чудо. Я раньше думала, что чудеса бывают очень редко. А вот ты состоишь только из чудес. Непобедимый воин, и военачальник, богат как царь, смел до безрассудства, при этом скромен как монах. Плаваешь, как рыба, все знаешь, все умеешь. Королева ловит каждое твое слово. Девочки еще узнали, что и императрица Византии бегала за тобой, как собачка и заглядывала в рот.
  
   - Давай продолжай! - С улыбкой подбодрил я амазонку. - Люблю, когда правду говорят прямо в лицо.
  
   - К тому же ты шутник! - Немного обиженно сказала Варя, и тут же продолжила. - Еще говорят, что ты говоришь с птицами, и тебе тысяча лет. Ты колдун!?
   Во время монолога Вари готовил капельницу. Залил в нее кипяченую пресную и профильтрованную морскую воду, в соотношении три к одному. Фармаколог в меде, уже пенсионер, рассказал, что так наши медики во время войны восполняли запасы физраствора, и тем самым спасли тысячи жизней. Физраствор, конечно, кровяных телец не добавит, но хоть будет что гонять сердцу по венам. Организм молодой, выброс адреналина чувствуется не шутейный, так что и кроветворные органы должны работать как бешеные.
  
   - Я не колдун Варя, я приемный сын богини. И чтоб не опозорить свою матушку мне приходится стараться. Та-акс с тобой я закончил, сейчас поспишь пару часов, и будешь жить долго и, надеюсь, счастливо.
  
   - Ты сам об этом узнаешь. - На мой удивленный взгляд она улыбнулась и пояснила. - Ты сегодня спас меня от смерти два раза, и пока я не отдам тебе долг, буду находиться рядом.
  
   - Кто-то недавно говорил, что я непобедимый воин, так что ты будешь мне только в тягость. Хотя... - Как бы задумавшись, подергал я себя за ухо. - Ты умеешь рисовать?
  
   - Научусь! - С готовностью ответила Варя. - Глаз у меня верный.
  
   - Ну, вот и отлично! - Обрадовался я. - Будешь у меня в гончарке горшки расписывать. А пока спать!
   Так и оставил блондинку с открытым ртом.
   Когда штопал последнего раненого, прилетел Дед.
  
   - Дед, ты офанарел! Ты должен был быть здесь три часа назад! - С ходу я накинулся на пернатого. - Что опять бухал?!
  
   - Саня, не морщи так лоб, и не выкатывай глаза - тебе не идет. Я был здесь три часа назад. И видел, что вас собираются атаковать. Соответственно сразу полетел на 'Аврору', а затем на 'Артемиду'. Они на подходе, через час с небольшим будут здесь.
  
   - Дед! Через десять минут меня будет брать на абордаж вторая галера! Я обездвижен, у меня в строю осталось сто сорок усталых бойцов, против четырех сотен свежих нападающих.
  
   - Саня! Ну что ты орешь как потерпевший?! Иди, успокойся и расчехляй пушку, не зря же мы ее ставили.
  
   - Э..э. Ты что предлагаешь ....
  
   - А что тут удивительного? Месяцем раньше, месяцем позже. Судя по тому, как от тебя разит порохом, пистоль ты сегодня уже применял. Так что одно к одному.
  
   - Ну, мы же хотели это как-то залегендировать, чтоб не поползли ненужные слухи. А у меня, к тому же, на борту сборная солянка со всего света.
  
   - Да чего тут легендировать?! Скажешь, что среди амазонок есть шаманка... вот она по врагам молнией и жахнула. Деталей не надо, сами все додумают. Вон глянь на ту Муиззу (кошка пророка Мухаммеда - Муизза имела глаза разного цвета) - Дед клювом указал на Варю. - Ну прямо классическая ведьма! А сколько экспрессии во взгляде! ' - Еще бы! Предложить воительнице расписывать горшки ...' - Специально будешь такую искать - не найдешь.
  
   До времени 'Ч' остались считанные минуты. На палубе четыре десятка, якобы израненных воинов, в окружении завалов из трупов, из числа наших, и из чужаков, кого не успели выбросить за борт. Остальные набились в помещения бака и кормы, готовые по первой команде ринуться в бой. Все на палубе были предупреждены: по команде 'Вспышка!' падать на палубу лицом вниз и закрывать уши ладонями. Я между тем с Фарахом расчехлил бомбарду, при помощи ломов передвинули лафет, и развернули ствол под минимальным углом к борту, с помощью вбитых клиньев под казенную часть установил вертикальную наводку. Вынул пробку, обмотанную провощенной тканью, из дула и такую же, только маленькую залитую воском, из запального отверстия. Вставил запал - полое гусиное перо заполненное порохом. Набил (натянул) найтовы, удерживающие лафет, еще раз все проверил, осталось только ждать.
  
  Галера подходила не торопясь. Ее капитану было ясно, что добыча некуда не убежит. А вот на счет кусачести непонятного врага, полной ясности не было. Поэтому пират не спеша приближался к жертве со стороны носа. Открывшаяся картина, его неприятно поразила. Завалы из трупов, и малочисленные противники, недвусмысленно говорили, что битва была жаркая, а почти полутысячный экипаж 'Везунчика' мертв. Ну что ж, рассудил капитан, значит и делится призом ни с кем не придется. И дал команду на сближение.
  
   Ну, все пора! Подношу к запалу огонь, и отскакиваю в сторону, зажав ладонями уши и широко открыв рот. Страшный утробный грохот, двухтонная бомбарда подскакивает на полметра вверх, чудом не оборвав найтовы. Мое ускоренное восприятие сыграло со мною жуткую шутку. Я словно в замедленной съемке наблюдал, как люди превращаются в алые брызги. Вверх и в стороны взвился вихрь острых обломков дерева, окрашиваясь в алый цвет. Пронесшись по полной людей палубе, обломки сделали то, что не успела сделать картечь и книппиля. Мучительные стоны немногих оставшихся в живых, только подчеркивали мертвую тишину, опустившуюся на корабли. Как-то в прошлой жизни читал, что после авиакатастрофы сотню пассажиров собирали более чем из двух тысяч фрагментов. В данном случае фрагментов тел было на порядок больше. Мешанина из костей и мяса на палубе. Все предметы такелажа и рангоута, увешаны частями тел, - скальпами, внутренними органами, вперемешку с одеждой и экипировкой.
  
   - Мамочка! - Узнал я голос синеглазки. - Их сейчас только ложкой собрать.
  - Я туда не полезу! - тут же раздался категоричное возмущение фройлян. - Не, ну, рыцарей, конечно, отправлю, если потребуется, - быстро добавила она. - Но сама не пойду. Саня! что это было? И вообще мы хоть не превратимся в соленые столбы? А-то серой как-то попахивает. (И пролил Господь на Содом и Гоморру дождем серу и огонь от Господа с неба... В библии, когда был уничтожен Садом, Бог сказал не оглядываться на то, что произошло с городом, но жена Лота ослушалась запрета, и превратилась в соляной столб).
  
   - Саня, неужели ангелы могут и такое? - С опаской и удавлением в глазах произнесла Марго, усильем воли оторвав взгляд от жуткого натюрморта. - У меня до сих пор в ушах звон.
  
   - Нет, я тут не причем. Ну, почти. Это Дед среди амазонок заметил сильную шаманку - повелительницу молний. А я ей немного помог - влив в ее кровь силу Посейдона. Но видимо она не рассчитала свою силу и сейчас находится между жизнью и смертью. На Марго сосредоточились осуждающие взгляды ее товарок, жаждущие объяснений.
  
   - Что!? - Обескуражено отреагировала рыжая на немой наезд подруг. - Я сама только что об этом узнала! - И уже обращаясь ко мне. - Варя?! Ну, конечно, Варя! Не зря же ты с ней так носишься! Только, Саня, без обид. Она мне самой нужна, так что закатай губу! Ты и так всесильный, а мне такой козырь в рукаве не повредит.
  
   - Девчонки, простите подлеца, но я на вас опробовал слух, который с вашей помощью собираюсь распространить. На самом деле то, что вы видите, сделала шайтан-труба, о которой я вам уже рассказывал. - Кивнул я головой на поспешно зачехленную бомбарду. - Только это секрет! Скоро предстоят морские сражения, и мне бы не хотелось, чтоб противник заранее знал о моих возможностях. А так вроде есть ведьма, которая может жахнуть разок молнией, а потом неделю в отключке.
  
   - Саня! Но как ты мог! - Чуть не заламывая руки, в отчаянье простонала королева. Я же верю каждому твоему слову,- но тут же подобралась. - Мне тоже нужны такие шайтан-трубы.
  
   - Да забирай, не жалко. Только весит такая дура, как осадная башня. Интересно, как твои воительницы будут таскать такую тяжесть по пустыне. Да и управлять ей кроме меня никто не сможет. В лучшем случае, стрельба окажется столь же опасной для противника, как и для вас самих.
  
   Сначала медленно, затем все быстрее, под туго натянутыми передними парусами, наполненными ветром, 'Астера' ложилась на новый галс. Теперь ветер дул с траверза правого борта. Мы вышли в Мраморное море. От Константинополя нас отделял дневной переход. Зачистка второго приза, оказалась с одной стороны легкой, сопротивления мы там не встретили. Перепуганным, контуженным и израненным пиратам и в голову не приходило обнажать оружие. Но многие из наших, когда оказались на палубе противника опорожнили свои желудки, - что не удивительно, местами палубу сплошь покрывала жижа, состоящая из крови, содержимого кишечников, и ошметков плоти. Я думаю потрясение от Хиросимы в двадцатом веке, когда уже народ был знаком с результатами массированных артобстрелов и бомбардировок, было гораздо меньше, чем от залпа бомбарды в десятом. Хорошо что 'Артемида' (перед предстоящим сражением было решено, пересадить мою родню на 'Астеру') пришвартовалась к нашей сцепке со стороны 'Везунчика', который, кстати, тоже был порядком залит кровью. Родня была в диком шоке от увиденного. Представляю, что с ними было бы, пришвартуйся они к 'Соколу' - второй галере пиратов. Моих родичей сопровождал десяток руссов во главе с Ахмылом. Тот, по-хозяйски быстро обежав призы, остался доволен. - Отличная добыча, Атаман! - Только скосив глаза на 'Сокола' заметил - А этих вы что, в ступе перемололи?! То, что осталось от супостатов, только ложкой собирать. - Да нет, королеву амазонок чуть было не убили, вот ее шаманка и осерчала - долбанула молнией, чтоб неповадно было.
  
  - Чудеса! - Почесав затылок, ответил русс. - Только после молнии все в головешку обращается, а тут фарш.
  
  - Дык, че ты хочешь?! Они же неруси - Как само собой разумеющееся ответил я. - Перуна не чтут, вот и молнии у них неправильные.
  
  - Ну, да. Тогда понятно. А ты сам случаем не русс?! - С прищуром глядя мне в глаза, спросил Ахмыл. - А-то твоя мать, похожа на мою мачеху, только моложе.
  
  - Матушка у меня с Херсона. Так что возможно в ней есть кровь руссов.
  
  - Теперь все ясно, атаман - я так и думал - ты русс. - Убежденно, сказал десятник. - А кровь наша сильная! Всегда себя проявит. Ну, я побежал! Надо готовить своих к бою.
   Последние слова Ахмыл действительно сказал, срываясь с места. Парня просто распирало от полученных сенсационных известий. Теперь главное довести новости до благодарных ушей первым. Не сомневаюсь - деза с шаманкой пройдет 'на ура', обрастет подробностями, и задавит все остальные версии в зародыше. А еще я нисколько не удивлюсь, если узнаю, что половина руссов окажется моими кровными родственниками, а Ахмыл, как минимум моим троюродным дядей.
   Оставшиеся пиратские галеры тоже стали нашими призами, и обошлось почти без потерь. Многочисленным командам кандакцев, заточенным на атаку, пришлось впервые защищаться. А как это делать, если подошедшие с кормы 'купцы' атаковали сразу с двух бортов, и буквально засыпали смертоносными стрелами всю палубу, бак, корму и площадки для стрелков? Не скажу, что руссы поголовно были виртуозами лучного боя, но шесть-семь стрел в минуту мог выпустить каждый. А с дистанции десять-тридцать метров, все без исключения попадали в цель размером с голову. То есть, в течение пяти минут по вражеским целям не считая залпов аркбалист, могло быть выпущено полторы тысячи стрел, по пять на каждого защитника.
   Утром следующего дня, наконец, удалось освободить 'Астеру' от реи 'Везунчика' и восстановить порванный такелаж. В это же время подошли 'Артемида' с 'Авророй' Пока выслушивал доклад капитанов и оказывал первую помощь раненым, подошли призовые галеры. Вчера обошел пленных, с пришвартованных к нам призов - был немного разочарован. Выжили в основном мелочь, тупая уголовная братия - шакалье одним словом. На оставшихся пленников, с подошедших галер смотреть не планировал, но совесть нудила и пришлось идти. Все-таки, по уговору с Платоном, всех захваченных пиратов, я отправлял на Кипр, а там после 'разговора' с дознавателями, им, в лучшем случае светила бессрочная каторга на каменоломнях, где долго не живут.
   Уже заканчивая осмотр заметил удивленный взгляд молодого парнишки, разглядывающего мою левую кисть. Я тоже взглянул на нее, и нечего примечательного, кроме кольца Мутного, там не обнаружил. - Встречал раньше такие колечки? - Добродушно улыбаясь, спросил я. - Может, знаешь, что оно означает? - И только он собрался ответить, сразу перебил его. - Ну, об этом потом. Для начала скажи кем ты здесь, и как сюда попал. Оказалось, что Артавазд (так звали парня), не смотря на свой юный возраст, был на галере лекарем. А до этого был рабом и лучшим учеником самого прославленного на Крите лекаря - Гаданфара Кандакского. При всех своих достоинствах учитель имел одну слабость - азартные игры! Вот и случилось, что проиграв всю свою наличность, гранд-лекарь поставил на кон своего лучшего ученика. Отыграться не получилось. Кольцо парень запомнил, потому что как-то учитель лично врачевал одного 'оборванца' с вывихом руки, и оказывал ему особое внимание. На недоуменный вопрос ученика, он пояснил, что если на море законы не писаны для таких людей как Раджа... и там они вершат закон по своему разумению. То на суше обладатели таких колец не менее влиятельны, и имеют тайной власти не меньше, чем эмир. Вот тут, как оказалось, я несколько поломал парню шаблоны, доказав что и на море владельцы кольца главнее.
   Немного погоняв целителя по основам врачевания, и устроив ему практические экзамены на раненных, я предложил ему на выбор каменоломни Кипра или вакансию доктора на моем корабле. Молодой человек, как и ожидалось, выбрал работу по специальности. Меня это очень устраивало. Из лечащего врача я переходил в разряд начальника медслужбы со своим штатом. И четырем десяткам раненых процедуры я уже не проводил, а только назначал.
  
  - И еще! Раз ты начинаешь новую жизнь... - Тут мне почему-то захотелось схулиганить. - Вместо твоего зубодробительного имени - Артавазд, ты отныне будешь носить имя - Айболит.
  
   Призы под конвоем 'Авроры', вместе с большей частью руссов и тремя рыцарями, (наблюдателями за дележкой хабара) отправился на Кипр, а 'Астера' и 'Артемида' взяли курс на Константинополь.
  
  Мой управляющий честно отрабатывал свой хлеб - причал был забит судами под завязку. Немаловажную роль в этом, конечно, сыграло льготное налогообложение, и то, что таможенное начальство, мой терминал обходило десятой дорогой (видно свежи еще в памяти воспоминания о жуткой кончине Маркиана - бывшего шефа таможни, и его брата - клеарха). Рядовым мытарям, все равно приходилось выполнять свой долг, но придя на причал, говорили тихо, просили мало, уходили быстро.
   Особняк, сверкающей после недавнего ремонта,встреил нас мраморными скульптурами в окружении цветников и фонтанов, пафосной мебелью с позолотой, вышколенной прислугой и богатым столом. Дядя с братьями после того когда увидели горы трупов, и палубу скользкую от крови,впали в ступор, а теперь кажется, начали приходить в себя. Они думали, что я преувеличиваю опасность и сгущаю краски, а реале все оказалось гораздо страшнее. Но шикарное поместье в центре столицы развеяло страхи и сомнения, как порыв свежего ветра - удушливый туман. Тут я подлил масла в огонь, заявив, что возможно братьям придется ютиться год-два в этом скромном жилище, пока они не купят себе по-настоящему достойные дома. Поздний обед прошел на позитивной ноте, после чего я предложил семье воспользоваться услугами гидов из числа дворни и прогуляться по столице империи. После чего заняться подготовкой к презентации товаров, с которыми мы должны вклиниться в ряды поставщиков императорского дворца. Сам же, сославшись на важную встречу, покинул особняк.
  
   В общем-то, никаких акций на сегодня запланировано не было, просто прогулялись с друзьями по городу, зашли на рынок, накупили там всякой снеди, вина и отправились в особняк Делики - расслабиться и заодно и отпраздновать победу. Ближе к полуночи мои капитаны, подогретые спиртным, вдруг засобирались по неотложным делам. Мне эти дела были понятны, и я, придержав друзей, написал послание Клеопатре, где попросил 'Мадам' ни в чем моим соратникам не отказывать, но чтоб завтра к обеду они были как огурчики. Ну и передал ей в подарок набор косметики и зеркальце - думаю молодящаяся дама это оценит. У меня же ночка была не простая - девчонки как с цепи сорвались, будто соревновались, кто быстрей выпустит из меня 'пар'. Потом все проголодались, и пошли нагишом на кухню, восполнить утраченные калории. Забавно было наблюдать, как голая королева, герцогиня и графиня при свете свечи ели из одной миски, запивая из одного кувшина. Я, впрочем, от них не отставал. Затем слово за слово, шутейная заваруха, и дикое безумство повторилось вновь. Не знаю во сколько мы заснули, но за окнами уже рассвело.
  
   Утром, хм... то есть в обед нас разбудил Фарах, свеженький, как огурчик и злой, как собака. Точнее, злым он стал, когда Марго в ответ на побудку послала его куда подальше, а синеглазка заявила, что если она встанет, то Фарах ляжет. Как оказалось, спозаранку из заведения Клео, еле тепленьких парней, жрицы любви, почти волоком доставили в термы. Там их парили, макали в ледяную воду, поили какой-то гадостью, массировали до хруста в костях, растирали вонючими мазями, затем снова парили.... И вот пройдя все эти круги ада, капитаны чуть не бегом прибывают в указанное время и место, ... а тут их посылают. Любой бы взъярился. Я, чертыхаясь натянул штаны, и босым вышел в гостиную успокоить парней. В ответ на мою улыбку послышались упреки от обиженных капитанов, которым без надобности не дали нормально отдохнуть, да еще и оскорбили. Сначала я выслушивал претензии друзей спокойно, потом начал закипать.
  
  - Стоп! - Резко остановил я недовольных мореманов. - Я не услышал доклад капитанов, находящихся на условно враждебной территории!? Ну же! Сколько человек на борту, сколько в увольнении, Список расходного вооружения, продуктов, предметов такелажа и рангоута, которое необходимо пополнить? Сколько на борту раненных, и как их состояние? Как идет разгрузка товара и кто ответственный? Слушаю!?
  
  -Командир, но ведь ты же сам позвал нас с собой и...
  
  - И что я при этом сказал? - Перебил я друга.- Что пока вы развлекаетесь, сам буду выполнять ваши обязанности?! ... За свою халатность на ближайший месяц ваша доля в добыче снижена наполовину. А теперь бегом марш на причал, доклад через час! Стоять! У вас, что со слухом проблемы! Я сказал не ползком, а бегом! Кому не нравятся мои приказы - держать не буду. Еще раз - бегом марш!
   На этот раз приятели, сшибая мебель, ломанулись на выход. Тут же приоткрыв дверь в гостиную, показались две рыжие головки.
  
  - А ты, Саня, не слишком перегнул палку? - Поинтересовалась головка Фройдяйн. - Парни немного расслабились, а ты сразу - наказывать и бегом марш!
  
  - Инга, блин! Ты не читала устав?! - Избавила меня от ответа Марго. - Ничего Саня не перегнул, и территория условно враждебная - забыла что ли, как в прошлый раз с боем уходили.
   Тут дверь открылась полностью и на пороге появилась зевающая индуска.
  
  - Ааааа - аа! А деньги, на которые ты парней оштрафовал, куда денешь? - Наконец справившись с зевотой, спросила Делика. - Себе заберешь.
  
  - А нет! Бедным раздам! - Хохотнул я. - Конечно, себе!
  
  - Ну, тогда я поддерживаю Саню, - одобрительно взглянув на меня, сказала синеглазка, и задумчиво добавила - Кого бы мне оштрафовать? Наверно, я никогда не пойму когда Делика шутит, а когда говорит серьезно.
   За поздним обедом, само собой преобладала тема налогов и штрафов. Каждая из помещиц делилась с другими множеством ухищрений, как выжать из трудового крестьянства лишний медяк. Лидировала с заметным отрывом фройляйн. Разговор я слушал вполуха, но интересные детали старался запомнить. Когда, наконец, подали десерт, тема была исчерпана, или скорее полные желудки потребовали себе усиленного кровообращения, отняв его от мозга. И тут слуга, пополняющий опустевшие кубки, доложил, что богато одетый вельможа, не желающей назвать свое имя, но он заявивший, что знает меня лично, желает видеть Александра Калеостро. Дескать, у него срочное послание от очень важной особы. То, что важная особа - августа, понятно. Что же ее приперло, раз решилась первой пойти на контакт? Еще десяток секунд думал, стоит ли подержать ее посыльного некоторое время в дверях или звать сразу. Все же решил звать - пойти на обострение я всегда успею.
  
  - Зови!
   Я едва смог скрыть удивление! Посыльным оказался Моисей!
  
  - Привет, дружище! - Едва он переступил через порог, я встал из-за стола, и поспешил навстречу гостю. - Ты не представляешь, как я рад тебя видеть!
  
  - Наверно, императрица знала это, раз послала на встречу меня. - Ответил довольный препозит.
  
  - И если ты хотел напомнить мне про долг за твоих лошадок, то я принес все сполна.
   При этих словах Моисей выложил на стол увесистый кошель. Опытный царедворец продолжал довольно улыбаться, но тяжелый вздох сдержать не смог.
  
  - Вот это очень кстати! - Отреагируй я иначе, меня бы просто не поняли, и предстоящая торговля за процент отката, могла для меня сильно осложниться. - А-то я сильно поистратился на наем охраны для моего конвоя - груз слишком ценный.
  
  - А я слышал наоборот, что твоя охрана сказочно обогатила тебя, захватив, в качестве приза четыре превосходные галеры.
  
  - Ну, надо же - превосходные!? Да на ремонт этой рухляди и оснастку, уйдет столько денег, что знай я заранее, сколько это будет стоить - просто бы все утопил.
  
  - Ну да, ну да. Говорят твоя шаманка - Муизза немного перестаралась, превратив паруса и канаты в пыль, рангоут в щепу, а людей в фарш... ' - Это ж надо! Всего сутки как отшвартовались, а углеокая уже в курсе всего! Ну не сам же Моисей отслеживает мои телодвижения '
  
  - Наверно, мне тоже следовало послушать пьяные небылицы моей матросни. Тогда я бы я тебе такого рассказал, что ты, дружище, до ужина ходил бы с открытым от удивления ртом.
  
  - Пока тебя искал, пришлось исколесить и припортовые харчевни и даже заведение мадам Клео, - Скользнув взглядом по моему криминальному перстню, ухмыльнулся Моисей. - И ты прав - несмотря на огромные усилия с моей стороны, рот постоянно сам собой открывался.
   Вместе посмеялись, потом я резко перевел русло разговора на коммерческую тему. Сначала взгляд препозита выражал вежливый интерес, затем интерес стал неподдельным и наконец прозвучал вопрос.
  
  - Александр, когда я смогу посмотреть на товар?
  
  - Если не возражаешь, то завтра я приглашу тебя на ужин в свою резиденцию. К тому времени туда доставят и распакуют все образцы. Если придем к согласию, то сразу познакомлю тебя с доверенными людьми, кто в мое отсутствие будет вести дела. И чуть не забыл, у меня к тебе небольшая просьба - мне нужна моя бывшая управляющая - Грация. - Видя удивление в глазах препозита, я быстро продолжил. - Только на неделю! Поднатаскать мою сестру в управлении хозяйством, делопроизводству и всем другим фишкам, создающим комфорт, и облегчающим мою жизнь. Я заплачу, сколько скажет!
  
  - М-мм. Видишь ли, Александр, боюсь, что даже месяц обучения твоей сестры мало что даст, а уж неделя - деньги на ветер.
  
  - Ну, я попрошу шаманку, чтоб помогла Инае внимательно слушать и все запомнить. В любом случае ни к тебе, ни к Грации претензий не будет, разве что к Муиззе.
   Снова вместе посмеялись. Моисей, собравшись уже уходить, резко притормозил.
   - Чуть не забыл! Августа просила завтра присутствовать тебя на утреннем приеме в Христотриклене. Еще сказала, можешь взять с собой наложниц и шаманку. Своих бандитов (то есть, капитанов) брать не обязательно. Так же не обязательно подходить к началу, если опоздаешь на пару часов не страшно. - То есть подойти надо, насколько я помню, к выступлению клераха. - Встретит вас у ворот халки, начальник охраны Константина, твой старый знакомец - Леонид. Что передать императрице?
  
  - Передай, что буду непременно, я соскучился по императорской кухне, надеюсь, что она не оскудела...
   Дождавшись окончания встречи с препозитом, в гостиную вошли капитаны. Согласно докладу, к вечеру разгрузку судов планируют закончить. Для раненных сняли полдома на побережье, сейчас они уже там, и с ними Айболит и мои секретари. Для 'Астеры' нашли верфь, которая готова быстро ликвидировать последствия тарана. Списки всего необходимого переданы моему управляющему, и согласно его заверениям в течение завтрашнего дня львиная доля заказов будет доставлена на суда. Остальное доставят в течение двух-трех суток. Увольнения экипажей в город прекращено, служба ведется по варианту повышенной боеготовности. На мой вопрос как там Варя, к моему удивлению был дан исчерпывающий ответ. Злая как шайтан, и здоровая как лошадь, В отсутствии меня и королевы, слушает только лекаря. Сказал парням, что доклад принят, и попросил доставить шаманку и Вову сюда и чтоб прихватил мои солнцезащитные очки, и чем скорей, тем лучше. А еще предупредить дядю, что препозит императрицы будет в резиденции завтра к ужину, товар должен быть готов к презентации, ну и все остальное должно быть на уровне.
   Девчонкам, изнывающим от любопытства, сообщил все новости, и порекомендовал подготовиться к завтрашнему приему. Еще попросил их одеть Варю так, чтоб была ни на кого не похожа, но дорого и сердито. К крайнему неудовольствию Делики ей пришлось расстаться со своим новым колетом и дополняющим его комплектом одежды. Синеглазка согласилась на уговоры только после моих обещаний пополнить ее гардероб новыми сногсшибательными нарядами. На что тотчас подорвались рыжие, потребовав справедливости. Чуть не со слезами на глазах, ссылаясь на то, что синеглазке за месяц светит уже второй комплект нарядов, а они почти полгода носят старые, потребовали себе тоже обновок. Пришлось скрипя зубами пообещать обновить гардероб всем, но только при условии, что они уже не будут сегодня меня бесить. Девочки сразу стали паиньками, чуть не сюсюкая обряжали Варю, охотно делились с ней своими драгоценностями, на время, конечно. Когда с нарядом все было решено, я занялся ее прической и макияжем. К воротам халки подошли около восьми утра. Я оделся достаточно скромно, если в двух словах, то в черное с серебром, Дамочки же, напротив, все в золоте и в каменьях, с ярко подведенными губами и глазами. Варя в своем колете цвета кофе с молоком, и таких же ботфортах. Шелковая белая блуза с отложным воротом, просторные рукава с сужающими к кисти обшлагами, беспалые перчатки. Голову венчала кофейного цвета бандана, такого же цвета перевязь и кобура с пистолем. Пистоль решил повесить на Варю. Мне как-то несподручно таскать на себе такой необычный предмет - привлекает внимание. А шаманка может таскать с собой все что угодно, хоть скелет своей бабушки, никто и ухом не поведет. Но самая стильная и необычная деталь ее образа - солнцезащитные очки 'а-ля' Джон Ленон. Этот аксессуар я завел себе уже давненько, но как-то не прижились. Во-первых, привлекали массу внимания - пройди я по улице без головы, и то бы народ не так бурно реагировал. Ну и неудобств от них было, все же больше, чем от яркого солнца. Мой череп несколько шире Вариного, но и золотая оправа гнулась без проблем. В конце концов, результатом выбранного образа я остался доволен.
  
  Леонид, как и было оговорено, дожидался нас у ворот халки. Приветственные объятья старых друзей! Насмешливые замечания - мои, что отьел морду, его что наоборот - исхудал и почернел, будто только с каторги. Караул, отдавая честь, ударил кулаками в щиты. Я снова во дворце. Пока добирались до Христотриклина, Леонид рассказал, что Константин частенько меня вспоминает и будет безумно рад встрече. На счет радости остальных, он сильно сомневается. Ну и шепотом поинтересовался - что за чудо со мной? Леонид, когда увидел среди моих сопровождающих, необычную женщину, у которой вместо глаз черные провалы, - 'словно череп с заполненными землей глазницами', реально вздрогнул. Я посоветовал ему не обращать на нее внимания, она этого сильно не любит, а предмет, что закрывает ее глаза, избавляет людей от порчи. Шеф охраны наследника недоверчиво улыбнулся, но после этого старался избегать взглядом Варю.
   Перед входом в Христотриклин девчонки повстречали знакомых фрейлин и зацепились с ними языками. Стоять рядом болванчиком и слушать женский треп, не было ни какого желания, и мы с Леонидом и Варей зашли внутрь. У дверей в золотую палату дворца, где проходил прием, я остановился дожидаться своего эскорта, а сопровождающий побежал докладывать о моем прибытии. От нечего делать стал разглядывать мозаики и роспись на потолке - раньше как-то не останавливался в холле, преодолевая его с ходу, и не замечал этого великолепия. Мое приятное созерцание было прервано самым наглым образом. Какой-то, судя по одежде, знатный вельможа, пихнул меня плечом, и разразился бранью. Меня обозвали придурком, ротозеем и чучелом, и оказывается я своей смердящей тушей загородил весь проход. Проход, кстати, был свободен, а если сравнивать наши фигуры, то, как раз его, походила на жирную тушу. На подставу столкновение не походило, скорее жирдяй загляделся на амазонку в очках, и случайно налетел на меня. Я не стал отвечать на ругательства, а вежливо послал его в задницу. Оппонент, от такой неслыханной наглости, приобрел темно-красный цвет лица, видимо он ожидал услышать извинения, и разразился новой порцией ругательств. И пообещал мне, чьей бы я не пользовался протекцией, единственная вакансия, на которую я могу рассчитывать в Константинополе - это место золотаря. Неожиданно для себя я заржал, от пришедшей в голову мысли.
  
  - А ведь ты прав! Я и есть золотарь! У меня и правда хорошо получается, выгребать дерьмо из императорского дворца.
   Жиртрест, от такого заявления впал в ступор, и когда собрался что-то ответить, между нами встала Варя. Ее позу, даже самый тупой, воспринял бы угрожающей. Но больше всего вельможу напугал яростный взгляд разноцветных глаз, поверх опустившихся на кончик носа очков. Не смотря, на грузную фигуру, сановник моментально преодолел пару метров до спасительной двери, и тут же за ней скрылся. На мое поощрительное подмигивание, Варя только фыркнула, но было видно, что похвала пришлась ей по вкусу. Тут, наконец, подтянулись принцессы, пропустив дам вперед, следом зашел в золотую палату.
  Ничего не изменилось, утренний прием проходил как обычно - скучно. Высшая знать к этому времени уже исчерпала запас вчерашних сплетен, перемыла косточки друзей и недругов, и находилась в состоянии полудремы. Хотя, нет, что-то все же изменилось. Продолжая рассматривать публику, заметил - часть присутствующих изменила фасон одежды, и щеголяла в камзолах, а у дам появились кольца с каменьями. Тем временем нашу компанию начали узнавать. Сначала на звук закрываемой двери обернулся один из замов Моисея, окинул меня ленивым взглядом, и тут же отвернулся. Секунду спустя его шея напряглась, и повторный поворот головы был осторожным, будто боялся спугнуть видение. Тут же он что-то прошептал в ухо рядом стоящей даме. Та тревожно заозиралась, и понеслось - цепная реакция в действии. Притом каждый, до кого дошла новость, обернулся несколько раз. Видимо, чтобы убедится, что это на самом деле я, со мной ли моя свита, во что одета моя свита, и кто эта новенькая. После чего сонливое настроение присутствующих переросло в крайнее возбуждение - Христотриклин загудел как улей. Тот самый жиртрест, с кем мы столкнулись в холле, продолжал что-то бубнить с трибуны про крайнюю необходимость увеличить вливание средств в инфраструктуры города..., но его уже никто не слушал - собрание пошло в разнос. Тут до меня дошло, что жирдяй - это новый клеарх, и мы опять в контрах. Градоначальник, наконец, понял, что его красноречие никого не интересует, и сделав небольшую паузу, перекинулся парой фраз с логофетом. Логофет что-то объясняя вельможе, кивнул в мою сторону. И тут наши взгляды встретились. Сам не знаю зачем, скопировал взгляд бывшего клеарха после нашего первого 'знакомства' - тяжелый и обрекающий. Мужик реально обделался. Наверно такое выражение лица может быть у недоросля, который сквозь прутья клетки плюнул в тигра, кинул в него огрызком яблока, и вдруг обнаружил, что клетка не заперта. Собрав всю волю в кулак, вельможа стер испуг со своего лица, отвел взгляд, и на плохо гнущихся ногах покинул подиум. Далее последовало представление соискателей освободившихся и новых вакансий. Соискатели заметно мандражировали, ожидая каверзных вопросов, но вопросы поступали только от логофета и старичка - герольда, остальная публика новичков, похоже, не заметила вовсе. Ловить здесь больше нечего, пора валить из дворца. И уже собравшись двинуть на выход, решил подойти к занавеси, за которой обитала августа. Гвардейцы, кстати знакомые, и не думали преграждать путь, напротив четко отодвинувшись в сторону, отдали честь. Варю, увязавшуюся за мной, правда не пропустили, вновь сдвинув строй. На что я сказал амазонке: находится возле своей королевы, и та подскажет, что делать, если что.
  
  Мягкий полумрак алькова был наполнен ароматами благовоний - мирта, сандала, камфары, ну и конечно ладана. К букету благоуханий присоединились запахи кулинарных специй, свежеиспеченного хлеба, сыра и меда. Бросил беглый взгляд на столик с закусками, аж в животе заурчало - яства выглядели еще более соблазнительными, чем исходящий от них аромат. Беглый взгляд немного затянулся, но я собрал всю волю в кулак, изменил выражение лица на счастливо-подобострастное, и чуть не на полусогнутых, устремился к величественной фигуре восседающей на троне.
  
  - Неужели боги на небесах услышали мои молитвы и дозволили недостойному, вновь лицезреть ту, что на веки отняла сердце мое и душу. В безутешных муках, бессонными ночами, мой взор был всегда обращен к звездам, в надежде рассмотреть в них отражение прекрасных глаз твоих ...
  
  - Ну как ты, Саня, можешь так беззастенчиво врать императрице?! - Глаза углеокой были ироничны и слегка прищурены, но улыбалось она довольно и от души. - Я бы может тебе и поверила, если б лично не видела, что твой первый влюбленный взгляд, был устремлен не на меня, а на столик с закусками! И вообще удивительно, что ты подошел ко мне с не набитым ртом.
  
  - О, услада очей моих! Единственная звезда способная затмевать свет миллиона солнц! Я сразу хотел ринуться к трону, но в полумраке побоялся опрокинуть этот столик, поэтому всего лишь посмотрел там ли он где и всегда. И как ты меня можешь обвинять в грехе чревоугодия, когда я буквально высох и почернел от тоски и безнадеги...
   Августа отреагировала на мое последнее заявление откровенным смехом.
  
  - Ты побоялся?... - Смех августы бархатистый и приятный, с чуть заметной хрипотцой, искренний. - Ты не превзойденный врун! Врун, которого ни разу не ловили на вранье! - Наверно, чтоб я не подумал, что обвинение во вранье углеокая адресовала кому-то другому, свои слова она сопровождала указательным пальчиком, направленным в мою грудь. - А почернел ты и похудел, говорят, от того, что три месяца что-то искал в магрибских пустынях - это случайно была не Муизза?! '- Вот это подсказка, и действительно, а что я еще мог делать в пустыне' - И поговаривают, от тебя так же разило серой, как после молнии поразившей пиратскую галеру.
  
   Ну, такие шпионы меня устраивают, видят как раз то, что Дед классифицировал как условно секретную информацию и в некотором роде даже полезную к распространению. Не стал развивать скользкую тему. Вместо этого взмахнул рукой, в которой появился веер, собранный из тончайших пластин слоновой кости, богато украшенной резьбой, перламутром и золотой нитью. Расправил, продемонстрировал несколько эффектных движений, свернул и неуловимым движением спрятал в рукав. Открытый рот, и удивленные глаза императрицы заменили мне овации.
  
  - Александр, что за фокусы, ты меня напугал! - Еще не отойдя от стресса, растерянно произнесла августа. - Что это было?!
  
  - Это мой скромный подарок императрице! - Я вновь достал веер. - Когда-то для самых знатных дам считалось не достойным пользоваться жестикуляцией, произносить банальности, и выражать эмоции. Для этого служил этот многофункциональный предмет. Все просто! В обычной обстановке он заменяет раба с опахалом. Если вам нужно указать на что-то или задать направление, не надо пользоваться перстом, как простолюдин. Вам интересен собеседник - движения веера плавные. Не интересен или надоел - резкие. И еще масса условных движений, всех и не упомню. Собранный веер подобен дубинке, и его можно использовать, чтоб проучить нерадивых подчиненных, не пачкая о них свои царственные ручки. Ну, и если просто захотелось зевнуть - пожалуйста, прикрыли лицо веером и зевайте в свое удовольствие.
   Свои слова сопровождал движениями веера. Как бы сурдоперевод, но наоборот. Глазки углеокой забегали, и когда я вручил дар, как и положено с поклоном. Зоя буквально выхватила подарок из моих рук. Немного поигравшись, августа уперла сложенный веер в мою грудь и с прищуром поинтересовалась:
  
  - А какой дар будет не скромным?
  
  - Зеркало! В него вы можете ясно рассмотреть каждую ресничку на своем веке, каждую ниточку на своем наряде. А главное - оно настолько большое, что позволит рассмотреть себя целиком.
  
  - Действительно царский подарок! Надеюсь, я буду единственная, у кого будет такое чудо?! - Дождавшись моего утвердительного кивка, августа поинтересовалась. - И чем же могу отдариться?
  
  - Ну, если ваше императорское величество позволит посетить вновь ваши термы, - Максимально приблизившись к августе, хрипловатым шепотом я проворковал я. - То мы будем в расчете.
  
  - Всего-то?! - Вроде как не принужденно усмехнулась императрица... Но ее щеки и шею покрыл яркий румянец, заметный даже при слабом освещении алькова. - Я предупрежу препозита, а по времени посещений уже договаривайся сам. - И сразу, как бы забыв о незначительной просьбе, с ухмылкой продолжила. - Своим появлением ты создал совершенно нерабочую атмосферу собрания, так что делать мне здесь, больше нечего. Я почти не завтракала, если ты тоже не прочь перекусить, предлагаю перейти к десертному столу.
   Едва мы уселись за столом, как фрейлины и прислуга, ожидая приказаний, выстроились в ряд. Зоя не глядя махнула в их сторону веером - все разом, поклонившись, удалились на прежние позиции.
  
  - Вот видишь, - Кивнул я в сторону веера, - работает!
   Зоя не ответила, и не спеша положила в свою тарелку какие-то сладости. Затем указав на кувшин, протянула в мою сторону золотой кубок украшенный рубинами. Я налил августе вина, и поскольку указаний больше не последовало, стал наполнять свою тарелку. Пригубив вина, углеокая внимательно разглядывая мое лицо, коротко спросила:
  
   - Саня, зачем ты здесь?
  
   - По торговым делам, разумеется, - уже поднеся вилку ко рту, ответил я. - Если помнишь, я все-таки в первую очередь купец.
  
  - И только?! - после продолжительной паузы отозвалась Императрица. - И даже ничего не попросишь?
  
  - До сих пор никого ни о чем не просил, всегда просили меня! - Тонко намекаю на толстые обстоятельства. - Не вижу надобности изменять своим принципам. Зоя, я понимаю, ты считаешь меня непредсказуемым и очень опасным, поэтому давай без политесов! Пока ты не проявляешь враждебности ко мне и моим близким, считай меня своим ярым сторонником.
  
  - Ну, нет, мне такого опасного врага не надо! - Ухмыльнулась августа. И тут же, довольная, переключилась на другую тему. - Что думаешь по Криту?!
  
  - Думаю!
  
  - Мне уже доложили, что твои воины взлетают на крепостные стены как ветер, и что интересно ты со своими приживалками задаете тон.
  
  - Делай как я! - такая команда уместна в опасных ситуациях...
  
  - Делай как я! Следуй за мной! За мной в атаку вперед! Александр, ты что? Не нормальный? Зачем это тебе все нужно?! Я что-то ни разу от тебя не слышала, что ты бессмертен. Тебе не страшно?
  
   - До того, и после того - страшно, а во время того - не помню. На счет бессмертен - не знаю, но умирать приходилось - впечатление не из приятных. - Дурашливо произнес я, и после паузы уже серьезно добавил. - Вот ты говоришь я ненормальный, и зачем мне это нужно. А ты задай себе вопрос - если б я был другим - я бы был тебе нужен?
  
   - Но ведь ты уже всем все доказал! - С чувством воскликнула Зоя. И не дождавшись реакции, решительно продолжила. - Друзья на тебя молятся, враги впадают в ужас от одного только твоего вида. Вон новый клеах, как взглянул на тебя - побледнел так, словно смерть свою увидел. Может пора остепениться?! Я не понимаю, чем тебе у меня не нравится?! Необременительная спокойная работа, а взамен ВСЕ, все что пожелаешь - деньги, власть, почет, уважение!...
  
  - Все так, августа, но пойми - у меня другой склад характера. И я провел во дворце достаточно времени, чтоб понять, что мне здесь не комфортно....
  
  - Что-о?! - Не дала мне договорить углеокая. - Значит карабкаться первым на стены крепостей, прыгать в одиночку на полный вооруженных противников корабль, есть еду, приготовленную матросом на коленке, мыться холодной водой - тебе комфортно, - прищурившись, с нотками обиды в голосе, возмущенно проговорила Зоя. - А жить во дворце, под моим крылышком, значит, нет! - И тут же примирительно добавила. - Хочешь, давай построим рядом и тебе дворец! Любой, какой пожелаешь!
  
  - Извини, императрица, что сбил тебя с толку словом комфорт. Ведь в обыденном понимании это слово означает удобство, что-то приятное. Я же имел ввиду другое. На самом деле 'зона комфорта' означает привычную для меня ситуацию, в которой я знаю, что делать. Что совершенно не означает, что в моей зоне комфорта должно быть хорошо и реально комфортно. Мне должно быть привычно, понимаешь! А для многих привычно вовсе не означает приятно, скорее наоборот. Кто-кто, а ты должна меня понять. - Тут я прервался на глоток вина. - Помнишь, после смерти твоего супруга императорским престолом завладел его брат - Александр, а ты стала опальной. Тебя не ограничили в средствах! Свобода перемещений - полная! Вся твоя прислуга осталась при тебе, и предвосхищала все твои желания. Ты мягко спала, красиво одевалась, вкусно ела! Тебе лишь запретили лезть в политику. Зато не надо было вставать в пять утра, десять раз на день переодеваться и таскать на себе пуд украшений, выслушивать всяких болванов. Тащить на себе неподъемное бремя империи, и с тяжелыми думами, ложиться спать за полночь. Спроси любого, и все скажут, что это воплощение райской жизни на земле. Но по твоим рассказам, в это время, ты ночи напролет выла от горя и безнадеги.
  
   - Довольно! Даже не хочу вспоминать об этом. Но я тебя поняла.
  
   - А раз так, то давай уже рассказывай, зачем я тебе понадобился, а то я до сих пор только говорю, ничего не съев.
  
   - Давай об этом поговорим за ужином...
  
   - Извини, вечер занят, давай сейчас...
  
   - Ну да, у тебя появилась новая фаворитка, как же понимаю. - Язвительно произнесла августа. - Новая игрушка, и приятная и полезная.
  
   - Нет, вечером деловая встреча, ради которой я притащил своих родственников из Багдада. И чем раньше я услышу о твоих проблемах, тем раньше я смогу их обдумать и решить. И еще, я не понял - императрица ревнует?!
  
   - Пфф, очень надо! От меня, улыбка в тридцать два, ехидный взгляд, глаза в глаза, который я перевел на яства, расставленные на столе, и не спеша стал нагружать свою тарелку деликатесами. Первой не выдержала августа.
  
   - Ну, хорошо! Проблемы пока в зачатии, но опыт мне подсказывает, если их не решить сейчас, то в дальнейшем они могут перерасти в угрозу. Начну по возрастающей. Новый клеарх, бывший стратег Македонской фемы, являющейся основным поставщиком мяса и зерна Константинополя....
  
   Короче, опытный и лояльный Зое управленец, назначенный на должность клеарха четыре месяца тому назад, недавно вдруг стал неуправляемым. До прямого столкновения с императрицей дело еще не дошло, но все ее указы и распоряжения саботировались. Нужные люди уже предупредили сановника, что его предшественник был фигурой, куда как более влиятельной, но как только вздумал спорить с Зоей, умер мучительной смертью. Но с того как с гуся вода!
  
   - И вот только появился ты, и неустрашимый клеарх покинул подиум на негнущихся ногах, словно в штаны навалил. - Со смехом сказала углеокая, но продолжила уже серьезно. - Но проблема не решена. Ты своим появлением всего лишь загнал ее вглубь.
  
   Вторая проблема - отец Дионисий, точнее уже патриарх Дионисий. Новый кормчий бога, решительно избавился от последователей Мистика, и поставил на все значимые места своих раскольников, которых повытаскивал из разных дыр. Новый викариат свято верит болтуну, что народное восстание, изгнание узурпатора, освобождение августы, и восхождение ее на престол - его рук дело. Вот и решили святоши, что императрица должна церкви (то есть им), по гроб жизни. И первым делом потребовали для себя, ни много ни мало - неподсудности и неприкосновенности со стороны светских властей, которую может снять только патриарх, и Папа Римский. Августа, не желая обострения, бесстрастно выслушала претензии, и обещала обсудить этот вопрос с компетентными товарищами. Ситуация, опять же пока терпимая, но накаляется с каждым днем. И третья проблема - опять зашевелились болгары. Симион I решил тряхнуть стариной и собрал войско, точнее два, которые собираются вторгнутся в Византию на востоке через Дарденелы, и на западе через Коринфийский перешейк. Ну и конечно, через провинции - Фракию и Македонию, чтоб между делом осадить Константинополь. Без мощной поддержки флота, которого у него нет, взять город - пустая затея. Но это ему и не нужно. Во время осады, в столице осядут крупные военные группировки и элитные подразделения, которые невозможно будет использовать в других местах, что тоже окажет негативные последствия на общем театре военных действий. И последнее - общий политический настрой населения может измениться не в пользу действующей власти.
  
   - Хорошо - буду думать! - беспечно отреагировал я. - Только мне нужны твои советники, которые могут ответить на любой вопрос по клеарху, новому викариату, и полностью владеть информацией по Симиону! Вплоть до того, кто и где его родственники, какие у них отношения, что он предпочитает на обед и все остальное - ВСЕ!..
  
   - Хорошо, будут тебе советники! - И тут же новый вопрос. - На литургию пойдешь? - Не дождавшись моего ответа, но поняв его по моей кислой физиономии, продолжила. - Тогда к обеду жду от тебя подарок! Зеркало можно доставить прямо в обеденный зал - пусть все мои приближенные увидят себя как есть, - Злорадно проворковала августа. - А то нашили себе нарядов, и думают, что и корова в камзоле - красавица.
   Сославшись на хрупкость подарка, выторговал у императрицы паланкин, на том и разошлись.
  
   Когда паланкин с гербами императорского дома подошел к моему особняку, там начался страшный переполох. Едва открылась его дверца, дядя с братьями опустились в низком поклоне. Я выйдя наружу немного изменив голос, посетовал на то что багдадская деревенщина могла бы ниже склонить головы - небось спина не переломится. Братья поклонились еще ниже, а дядя чуть дернулся, но положения тела не изменил. Мне было смешно, дяде не очень - обиделся. Правда, выслушав последние новости, и узнав, что с препозитом все на мази, перестал дуться, и заверил меня что, к презентации почти все готово, осталось только надеяться, что повара с ужином не подведут. Зеркало установили в трапезной незадолго до обеда. Моисей приставал к нему человека, который должен следить, чтоб к нему не прикасались. Первой в зал, как и всегда, зашла императрица. Полюбовавшись на свое отражение, она вдруг неожиданно рассмеялась.
  
   - Действительно видна каждая ресничка...
  
   - Вот вам еще одно зеркальце - Подал я углеокой зеркальце с ручкой, размером с блюдце. - С его помощью вы можете рассмотреть себя с боку и даже сзади.
   Я продемонстрировал, как нужно держать и поворачивать зеркало. Покрутившись у зеркала, еще минуту августа отдала зеркальце слуге и заняла свое законное место за столом. Далее началось столпотворение - фрейлины и кавалеры толкая друг друга, ловили свое отражения в разных ракурсах, начисто игнорируя регламент проведения трапезы. Надо сказать, что мои дамы проходя мимо этого развлечения, разве что не фыркали, снисходительно взглянув на византийских дикарей. С удовольствием наблюдая за произведенным мной фурором, пропустил новую персону, заключившую меня в объятья.
  
   - Александр! Ну, наконец-то ты приехал! - В голосе Константина появились басовитые нотки, да и вверх парень заметно вытянулся. - Я уже начал писать тебе письмо...
  
   - А-ай! Кто нибудь, уберите от меня этого медведя. - С притворной надсадой в голосе прохрипел я. - А-то он мне все ребра переломает!
  
   - Константин! - Тут же сердито отреагировала императрица. - Это что за выходки! Изволь вести себя подобающе.
   В ответ Багрянородный лишь широко улыбнулся матери, но меня отпустил. Я же сделал потрясенное лицо и удивленно произнес.
  
   - Константин?! Не может быть! Неужели ты? А как вырос, ну просто богатырь! - Чуть было не брякнул, что видно холостая жизнь пошла ему на пользу, но вовремя одумался. В место этого повернулся к Зое. - Ваше Императорское Величество, чем вы его кормите? Если можно, пусть мне этого, тоже положат в тарелку.
   Мой незамысловатый комплимент обоим пришелся по душе - у августы потеплел взгляд, а наследник слегка порозовел.
  
   Поскольку место супруги будущего императора пустовало, за столом мы сидели рядом. Константин, как бы 'между делом', рассказал какой бешенной популярностью пользуется его книга, и причем не только во дворце и в Константинополе, а даже за пределами империи. Писцы работают не покладая рук, а спрос все сильнее опережает предложение. Было видно, что парня переполняет гордость. Я в свою очередь поблагодарил наследника за ценный подарок и рассказал ему, что один экземпляр его книги преподнес в дар наместнику Египта. А его наследник при следующей встрече сказал, что пока не прочли книгу целиком, никто во дворце не лег спать...
  
   - Александр! - Наконец парень решился сказать то, ради чего затевался разговор. - Я очень надеюсь на продолжение твоих... то есть приключений Синдбада сегодня после ужина.
  
   - Сожалею, Константин, но сегодняшний ужин у меня занят... - После этих слов наследник как-то разом сник, но я продолжал. - Но во время утреннего приема я сильно переусердствовал с закусками, и поэтому боюсь что сейчас, кроме десерта в меня ничего не влезет. Так что если ты готов слушать, то я могу поведать тебе новую историю о Синдбаде. Энергичные кивки от Константина, и заинтересованные взгляды присутствующих придали мне куража и я начал.
  
   - Однажды по торговым делам, караван Синдбада оказался в одном из городов Персии. И как всегда он устроился в хорошем караван-сарае неподалеку от рынка. Едва купец смыл с себя пыль дорог, как сразу направился в ближайшую корчму утолить голод. Но этому желанию не суждено было сбыться. У самых дверей караван-сарая его уже поджидали гвардейцы султана, в парадных мундирах с саблями в золоченых ножнах. Как выяснилось - это был почетный эскорт, который послал за Синдбадом сам султан, чтоб пригласить его во дворец на совместный обед.
  
   Правитель города был в молодости большим любителем приключений, а ныне находясь уже в весьма преклонном возрасте, любил послушать интересные рассказы заезжих купцов. Когда званый обед подошел к концу, хозяин дворца подал знак, все присутствующие слуги, охрана и даже рабы с опахалами покинули зал. Осталась только одна женщина, в черной, как ночь абае, испещренной непонятными символами, и скрывающим лицо чиммете (сетка из конского волоса, закрывающая лицо женщины). Когда последний из слуг покинул помещение, султан заговорил.
  
   - Ну, здравствуй, Синдбад! Мы с тобой раньше не встречались, но я слежу за твоими приключениями. И уже давно собирался послать тебе приглашение, чтоб услышать твои правдивые истории из первых рук. Но так случилось, что счастливая звезда свела нас именно сейчас. Сегодня я не буду слушать твои истории. Я расскажу свою.
  
   - Случилось это очень давно. Было мне тогда пятнадцать лет. В ту пору я слыл бездельником и лентяем, все свое время тратил на шалости и веселья, как и большинство соседских мальчишек. И вот однажды подошел ко мне дервиш, и спросил.
  
   - Не ты ли Аладдин, сын портного Хасана...
  
   Далее последовала всем известная сказка - 'Волшебная лампа Аладдина'. Изменил я всего ничего - перенес гробницу с сокровищами в Магриб. Ну и, конечно, концовку истории поменял, точнее дополнил.
  
   - ... С тех пор прошло тридцать три года. Детей нам с Будур, бог так и не дал. И чтоб лампа не попала в руки злым людям, решил спрятать ее на веки, там, где ей и положено быть. После долгих скитаний в магрибских пустынях, мне удалось отыскать ту гору и усыпальницу. Я вернул лампу на место, и запечатал вход заветным кольцом. Само кольцо спрятал в своей сокровищнице, которую круглосуточно охраняли мои верные воины. И вот неделю назад кольцо было похищено. Больше из сокровищницы ничего не пропало, замок не взломан, а охранники превратились в камень. Кольцо похитил магрибский колдун. Так сделать мог только он. Если лампа попадет в руки колдуна, то он разрушит этот мир, а оставшихся в живых людей сделает своими рабами. - Утомленный долгим рассказом султан глотнул из кубка и продолжил. - Одолеть злого колдуна сможет только чародейка Муизза, и только до тех пор, пока магрибец не овладеет лампой.
  
   Как правильно понял купец, женщина, оставшаяся в трапезной, и есть волшебница.
  
   - Ты смелый и удачливый войн Синдбад! Твоя 'Жемчужина' самый быстрый корабль! Ты единственный кто может вовремя доставить Муиззу к усыпальнице, и защитить ее, пока она творит волшебу...
  
   Когда до берегов Магриба оставался дневной переход, небо начало темнеть, затем темнота стала сгущаться, превращаясь в грозовые облака. Свежий попутный ветер, резко изменил направление, и стал встречным. Надвигался шторм невиданной силы! Ветер не постепенно наращивал свою мощь, а ударил сразу, и в полную силу. Несколько мгновений, и грот мачта изогнувшись дугой, со страшным грохотом переламывается пополам. Еще мгновение, и паруса на безани превращаются в лохмотья. И в этот момент на палубе появилась Муизза. Синдбад прокричал ей, чтоб безумица вернулась в надстройку. Но все было тщетно, вой ветра и раскаты грома невозможно было перекричать. Тем временем чародейка вышла на бак, неуловимым движением скинула с себя абаю и осталась только в одной короткой тунике и босиком. И только сейчас Синдбад увидел, что Муизза еще совсем юная дева. Ветер мгновенно спутал ее длинные волосы цвета спелой пшеницы, а брызги волн и ливень промочили ее насквозь.
  
  
  '- Разве можно в таком возрасте быть сильной волшебницей, и вообще что она делает на палубе в такой шторм' - Подумал купец. И словно отвечая на его немой вопрос, Муизза простерла руки к небу, устремила взгляд ввысь, и запела на незнакомом гортанном языке. Слова были непонятны, да и были ли это слова?! Может, так меж собой разговаривают боги и звезды. Но в этих словах чувствовался ритм, мотив и нарастающая сила. Когда слова колдуньи заглушили вой ветра, она начала двигаться в ритм своих слов, ее движения превратились в танец. Танец имеет разные средства выразительности: движение тела, позиции, жестикуляция и движение рук.. Самым основным фактором является степень владения телом и мастерство. Своим телом и всем остальным чародейка владела в совершенстве.
   Синдбад не раз наблюдал, когда деревенские колдуны в танце выражали моления о дожде, о солнечном свете, о плодородии, о защите и прощении, но чтоб танцем взывали к молниям, он видел впервые. Внезапно раздался оглушительный раскат грома, и одновременно ярчайшая вспышка молнии опутала фигуру чародейки своими ослепительными нитями. Когда в глазах Синдбада перестали играть всполохи, и вернулось зрение, он увидел не обугленный труп, как ожидал, а все так же танцующую девушку. Только танец Муиззы ускорился, а на лице сияла счастливая улыбка. Она вновь что-то прокричала в небеса, и молнии одна за другой устремились ей на встречу, оплетая своими росчерками ее стан, закручиваясь вместе с ней в причудливом, завораживающем танце. Капли дождя и брызги волн, касаясь ее, превращались в пар, обволакивая ее тело светящийся дымкой. Эта феерия длилась не долго. Постепенно грозовые тучи исчерпали запас молний, небо стало светлеть, ветер стих, а волны утратили свои гребни и понемногу стали успокаивается. Чародейка, подхватив с палубы абаю, легкой, пружинистой походкой направилась в свою каюту. Проходя мимо капитана, улыбнулась ему лучезарной улыбкой и подмигнула. И лишь теперь Синдбад заметил, что глаза у Муиззы разные - один насыщенного янтарного цвета, а другой темно-голубого...
  
  
   Карта, составленная Аладдином, не подвела. Экспедиционный отряд, высадившись в обозначенной бухте, взял курс строго на юг. Через два дня ускоренного марша показалась гора, у подножья которой и располагался вход в усыпальницу. Кода до заветной цели осталось не более часа пути, Муизза, шедшая во главе отряда, подняла руку.
  
   - Стойте! Я чувствую волшебу! Он уже там. - Протянув руку в направлении горы, продолжила. - Нас заметили, и около сотни воинов спешно направляются в нашу сторону. Вы должны не позволить им добраться до меня. Пока я колдую, я беззащитна.
  
   Войнами колдуна оказались черные как смоль нубийцы. Все как на подбор великаны, вооруженные копьями и огромными секирами. Команда Синдбада встречалась с чудищами гораздо страшнее чернокожих великанов. Несмотря на то, что враг превосходил пятикратно, без всяких признаков страха опустошила свои колчаны, сократив врагов более чем наполовину. Отбросив луки в сторону, бесстрашные войны бросились в атаку. Синдбад, как и положено командиру, был на острие. Отразив щитом страшный удар предводителя нубийцев, подрубил его опорную ногу, Крик боли великана тут же был прерван саблей соратника капитана, срубившей его голову. А Синдбад, не останавливаясь, врубился в основную группу врага, его сабля рубила, резала, колола без остановки. Как говорится - ударил - забыл. Шлем потерян, щит изрублен в щепу, но и живые соперники закончились. Славная была битва, хоть и скоротечная. Повсюду вокруг лежали черные тела, орошая красной кровью серый песок пустыни. И тут вдруг прозвучал резкий голос чародейки.
  
   - Уходите! Уходите немедленно! Если я сейчас убью колдуна, то вас накроет его посмертное проклятие, и вы обратитесь в камень! Если он останется жив, и завладеет лампой, то вы умрете наверняка!
  
   - А как же ты? - Спросил купец. - Ведь посмертное проклятие очень сильная волшеба. А ты будешь магически истощена...
  
   - За меня не волнуйся! - С этими словами Муизза оттянула ворот туники, и Синдбад увидел странный золотой крест, который выше перекладины венчала петля, украшенная тремя рубинами. - Это Анх богини Сехмет! Он отведет любое проклятие от того кто им владеет.
  
   Сомнений в словах чародейки не было, и войны Синдбада, подгоняемые своим командиром, ускоренным маршем двинулись на север. Удалившись достаточно далеко, купец назначил старшего, и велел продолжать марш. А сам решил вернуться - вдруг Муиззе потребуется помощь. Команда, подчиняясь приказу, неохотно покинула своего командира, а Синдбад, преодолев половину только что пройденного расстояния, повинуясь какому-то предчувствию, остановился и огляделся. В дали, на грани восприятия, он разглядел темное пятнышко - это тела нубийцев, а немного ближе крохотная черная точка - Муизза. И вроде ей ничего не угрожает. Дальше Синдбад решил пока не ходить.
   Вдруг с неба сорвался нестерпимо яркий луч света, ярче сотни солнц - это была молния, точнее исполинская МОЛНИЯ, ударившая в вершину горы. Гора тот час от вершины до подножья раскалилась добела, вслед за ней раскалился воздух, и на купце загорелась одежда. Вслед за этим последовал мощный удар, отбросавший Синдбада на сотню шагов назад. Еще пытаясь сбить со своей одежды пламя, он видел, как вокруг падают раскаленные камни, иные были размером с сундук, и тут сознание покинуло его.
  
  
   Пришел в себя Синдбад на борту своей 'Жемчужины'. Когда все стихло, его бойцы вернулись чтоб предать земле обугленные и расплющенные останки капитана. И каково же было их удивление, когда они нашли тело своего командира, в обществе кошки с разноцветными глазами, вылизывающей раны их предводителю. При приближении людей кошка убежала, а страшные ожоги начали заживать на глазах, не оставляя шрамов.
   Когда Синдбад вернулся в Персию за обещанной наградой, Аладдин разъяснил случившееся. Оказалось, что богиня-кошка Сехмет - защитница людей, и является покровительницей волшебства и медицины. А артефакт, который показала чародейка, действительно Анх когда-то принадлежащий богине. Этим и объясняется чудесное исцеление купца. Проклятие же черного колдуна оказалось невероятной силы, и развеется только через тысячу лет. И все это тысячелетие Анх будет оберегать Муиззу, удерживая ее в теле кошки.
   Аладдин не поскупился, - 'Жемчужина' отремонтированная, как новая, груженная товаром по самую ватерлинию, покинула берега Персии, навстречу новым приключениям.
  
  
   Тут я взял небольшой перерыв, смочил горло и оглядел присутствующих. С удовольствием отметил, что на тарелках большинства гостей еда осталась нетронута, и неспешно продолжил.
  
   - Недавно я вспомнил эту историю, и решил выяснить, что же стало с чародейкой. В летописях многих народов были упоминания о разноглазой кошке, которая приносила удачу своему хозяину. Последнее упоминание о ней было триста лет назад. У пророка Мухаммеда была любимая кошка - Муизза и она имела глаза разного цвета. Несложные расчеты показали, что при любом раскладе тысяча лет уже прошло, и срок проклятия истек. Срочных дел у меня не было, и я отправился на поиски того места, где была усыпальница. Надо сказать наудачу я особо не рассчитывал. Карты у меня не было, гора еще тогда превратилась в озеро лавы. Да и вряд ли Муизза, найди я ее, вспомнит хоть что-то из того что было ТЫСЯЧУ лет назад. Лично я уже не помню, что ел позавчера на обед. Но отбросив сомнения, три месяца честно провел в поисках, под палящим солнцем пустыни.
  
   - Ну, давай же, не томи Александр! - Подала голос сама императрица. - Ты нашел чародейку?
  
   - Нет, не нашел.
   Реакция слушателей была разная. Кто-то, как Константин, был явно раздосадован. Но основная масса слушателей, переглядываясь с улыбками как бы говорила - ну а что вы хотите - это же сказка.
  
   - Я ее не нашел. - Повторился я. - Она меня нашла! - и, повернувшись к амазонке произнес. - Варя, сними очки. Амазонка не торопясь сняла очки и в полной тишине, равнодушным взором оглядела присутствующих. Кто-то из обслуги уронил металлический поднос. В полной тишине звук падающей железяки прозвучал подобно грому. Не вскрикнули и не подскочили со своих мест единицы, но и те ощутимо вздрогнули. Варя никак не отреагировала на застывший в испуге истеблишмент. Дождавшись моего кивка, надела очки, и вновь переключила внимание на свою тарелку.
  
   - Вот такая история, Константин. - Как ни в чем небывало подвел я итог, подвигая к себе тарелку с десертом. - Надеюсь, в твоем изложении она станет гораздо интересней, и твои почитатели останутся довольны.
  
   - Ух ты! - Наконец отмер наследник. - Да! Такое приключение никого не оставит равнодушным!
  
   - А я слышала, - с некоторым напрягом в голосе произнесла углеокая. - Кто посмотрит в глаза Муиззе, на того падёт порча.
   Ага, уже Леонид напел.
  
   - Ну что вы, Ваше Императорское Величество!Порча падет только на тех, в чьих глазах она прочтет злобу к ней или ко мне.
  
   - То есть, - не отступала Зоя, - если человек всего-лишь поддался моменту, и зло посмотрел на вас, то и на него падет порча?!
  
   - Да не... - Тут я закашлялся, и, прочистив горло глотком вина, продолжил. - Да не дай бог ему, поддаться моменту... От моего ответа августа застыла немой статуей, а Константин как ни в чем не бывало продолжил.
  
   - А что это за порча? Недоброжелателя накроет молнией?
  
   - Нет! Совсем простенькая порча. - Лениво ответил я. - У человека начинает чесаться кожа, и он чешется, пока не сдерет ее до мяса. Но если преодолеть первые позывы и покаяться чародейке, то она снимет проклятие. По-моему это стоило всего сто солидов.
   Варя, следящая за моей речью, устремила на меня удавленный взор. Она была не очень сильна в счете, и сколько это сотня солидов в переводе на привычные ей серебряные дерхемы, сосчитать не смогла.
  
   - Извини, дорогая, - Обратился я к Варе, - перепутал с порчей на хромоту! То есть слепота получается за двести, а чесотка за триста...
   При этом подмигнул императрице. В ответ получил возмущенный взгляд, который я видел сто раз и в устном изложении он звучал как:' Саня, ты гад! Разве можно так пугать'. Мой ответный взгляд: 'Так надо!'. Зоя поняла и успокоилась.
  
   Когда возвращались в особняк, Варя всю дорогу задумчиво молчала, и уже на подходе все же спросила.
  
   - То, что ты рассказал за обедом - правда?!
  
   - Что за странный вопрос? Это сказка - выдумка!
  
   - Не знаю, наверно так и есть. Но я спросила потому, что я сирота. Охотники, вдали от становищ и караванных путей нашли девочку истощенную и умирающею от жажды. А вывела их на нее - львица. Так на свет появилась я. Охотники передали меня инеслемену, он и выходил меня.- Говоря это, Варя сняла очки и очень внимательно смотрела в мои глаза. - До того как я попала к монаху я ничего не помню. Понимаешь? Ничего! Найти моих родных не удалось, и это притом, что такие глаза как у меня запомнил бы любой, хоть раз их увидавший. Потом инеслемен отдал меня на воспитание амазонкам. И я не то что бы забыла все это, просто эти воспоминания стерлись, как неважные, а сегодня ты своей сказкой мне это напомнил...
   Правдивость рассказа не вызывала сомнений. С другой стороны действительно странно, что с такой редкой приметой как разноцветные глаза, реже встречаются разве что двухголовые, девочка была никому не знакома.
  
   - Ну, раз так сложилось, значит, будем делать из тебя повелительницу молний, телохранителя-шаманку и секретаря. - Варя мало что поняла из моей фразы и обратилась в слух. - Та штука, что весит у тебя на боку - извергает молнии. Не сильные, но способные при должной выучке убить любого с двадцати шагов. Когда в совершенстве овладеешь этой наукой, займемся артиллерией - будешь главным канониром на моем флоте. И еще, сегодня к ужину подойдет Грация - женщина, которая неделю будет учить вас с Инаей искусству секретаря.
  
   - А что делает секретарь?
  
   - Мм..., да все! Секретарь - это по сути человек способный заменить любого слугу, при этом все сделать быстрей и лучше.
  
   - В слуги не нанималась! - Сверкнув разноцветными глазами, выдала амазонка. - И наниматься не собираюсь!
  
   - Да без проблем! Тогда приставлю к тебе Вову. Он тебя за неделю научит рисовать узоры на горшках, и будешь ты не какая-то слуга, а свободная мастеровая. Если и это тебе не подходит, то вали на все четыре стороны. Вон видишь калитку, до нее десять шагов - пока не дошли, решай.
  
   - И что? Ты готов потерять 'повелительницу молний', которую уже представил византийскому двору?
  
   - Повелительницу молнии любой царедворец опознает по очкам и одежде - так что замену найду легко. А у тебя, осталось три шага.
  
   - Стой! Стой. - Варя забежала вперед, и, останавливая меня, уперлась руками в мою грудь. - А что должна делать секретарь?
  
   - Все что я скажу! Принести завтрак, подготовить мой наряд... Все. И притом быстро!
  
   - Ну, так бы сразу и сказал.... А-то слуга!
  
  Моисей, как и ожидалось, на ужин пожаловал с сыном. Мы горячо поприветствовали друг друга. Затем в обеденном зале я представил дорогим гостям членов моей семьи, и всех пригласил к столу. Во время замены блюд я кратко описал своей семье, какого сильного и полезного союзника я приобрел в лице припозита. А Моисею поведал, какой у меня замечательный дядюшка. За десертом дядя рассказал о наших злоключениях, и как благодаря мне удалось избежать смерти от рук пиратов. Препозит не остался в долгу, и тут же выдал, чем я прославился при взятии дворца и о моих невероятных успехах в качестве секретаря императрицы. 'Мой косяк! Надо было предупредить Моисея, чтоб не распространялся о моих похождениях.' Дяде как-то еще удавалось держать лицо, что не скажешь об остальной родне. Даже Джаз, внимая россказням Моисея, проносил ложку мимо рта...
   Когда по сигналу дяди мы пошли якобы посетить удобства во дворе, я был во все оружье. Еще только Гуфар набирал полную грудь воздуха, видимо для длительной отповеди, как я уже выдал упреждающую тираду.
  
   - Моисею интересны наши товары в первую очередь тем, что он может на них сказочно обогатится. Вот он и собрал все дворцовые сплетни, мной же и распущенные, приукрасил их, как мог, и льет на ваши уши, чтоб в торге вы были уступчивее. Неужели не понятно?!
   Выпустив половину воздуха в пустую, и вместе с ним боевой задор, дядя все равно упрямо сверлил меня глазами.
  
   - Раньше ты таким не был - Упрямо сказал он. - Откуда что взялось...
  
   - Что?! То, что украденный бандитами ребенок возвращается домой сам, и богаче султана - это нормально!? То, что купеческая шебека с экипажем тридцать человек и вооруженная дедовским стрелометом, дает бой двум дромонам, один из них топит, а за каждого своего убитого берет по пятьдесят вражеских жизней - это в порядке вещей?! А может у каждого десятого, или пусть тысячного купца в Халифате в наложницах три великие амиры, со своей землей замками и армией.
   Дядя в ответ только хмыкает и добавляет.
  
   - Ты забыл про пиратов! Про то, что пленный юнец в одиночку поднял бунт на пиратском корабле, отбил свой корабль, а вражеский сжег - такого тоже не бывало.
   Взаимопонимание было восстановлено, и мы вернулись в гостиную. Я еще некоторое время покрутился на презентации, но уже на этом этапе было видно, что сделка состоится, а я здесь уже не очень-то и нужен. Перед тем как слинять, поинтересовался у Моисея, когда ждать обещанную Грацию. Тот некоторое время соображал, о чем речь, а когда вспомнил, заверил меня что завтра после обеда, как договорились, она на неделю в моем распоряжении.
  
   В сопровождении Вари, вернулся в особняк Делики. Там меня уже поджидало девичье трио перегруженное новостями, или скорее сплетнями. Первая - двор в шоке! Только начали забывать о кровавом палаче - Александре, как он снова здесь. О префекте уже говорят в бывшем времени, как о покойнике. Следующие по списку, кандидаты в загробную жизнь - члены нового викариата. На счет Дионисия многие не уверены. Вторая интрига - все в недоумении от моей новой фаворитки. Строятся всевозможные версии вплоть до того, что она оживленная мной - царица Савская, которая дочь демона, к тому же при жизни, была богаче Соломона, с его копями. Или даже Юдифь, которой смахнуть голову, вообще раз плюнуть. Завтра, когда дойдет версия оглашенная мной на императорском обеде - это вообще будет громом среди ясного неба. В спальне девчонки попинали мне, что они как самые близкие, ну самые, самые близкие - все увлекательные истории должны слушать первыми. И тут же потребовали от меня новой сказки. Я ответил, что сегодня мной столько было сказано, что язык распух. И попросил у девчонок поделиться своими сказаньями. Дамы долго отнекивались, в конце концов бросили жребий - первой в качестве сказительницы выпало быть фройляйн. Из короткого предисловиия мы узнали, что в семье ее матери был штатный скальд, чьими сагами Инга заслушивалась в детстве и многие запомнила на зубок. Сразу предупредила, что в ее вольном переводе на арабский или латынь саги могут выглядеть несколько не лаконично, не по песенному, как они звучат на старо норвежском. Сразу скажу, саги напоминали детскую сказку - сюжет и мотивация практически отсутствовали, зато содержание было далеко не детское. В изобилии присутствовали сцены братоубийства, измен, кровосмешения, и предательства. Я прервал повествование фройлян на середине, и попросил зачитать кусок саги на родном языке, чтоб почувствовать ее энергетику и звучание. На уши обрушилось нечто похожее на - 'Нихт арбайтн шлюзр Сигурд бредхерн абн ихт мутер шлоссер...' 'Нда, энергетики - море. После такой песни, набить кому ни будь морду - в самый раз. ' После чего извинился за вмешательство в повествование и попросил продолжать, и тут же спохватился.
  
   - А про Одина саги знаешь?
  
   - Ну, да.'Хавамал' - Королевский кодекс. Где бог Один, рассказывает смертным о том, как достойно прожить жизнь. Там есть про божественные умения, что доступны и тебе. Вот послушай...
  
  - Заклинанье мне ведомо, избавит оно от болезней и горестей, скорбь изымет из сердца скорбящего. Заклинанье второе мне ведомо, помогает оно врачеванью. Ведомо третье мне заклинание, отвратит оно в битве клинки противника. От четвертого отворятся запоры, распадутся узы, меня сковавшие. Ведаю пятое заклинание, чтобы поймать на лету стрелу смертельную. Шестое ведаю заклинание: кто нашлет на меня проклятье, тот сам от него сгинет (приблизительное изложение ' Речи Высокого' из ' Старшей Эдды').
  
   Тут между наложницами, слегка подогретыми вином, разразился спор - нужны ли вообще заклинания ангелам и богам. Как и все теологические споры между разными верованиями - этот был бесконечен. Осложнялось все еще тем, что две рыжие были язычницы, притом одна, как и индуистка Делика, еще и жрицы Иштар. Притом все в равной степени христианки и мусульманки. Пока суры, строфы, веды и шрути сыпались из уст религиозно подкованных дамочек, я пару раз ненадолго покидал спорщиц. Убедившись, что этого никто не заметил, не прощаясь, отправился спать.
  
   Не знаю, во сколько ко мне присоединились дамы, но утром на мои действия никто не отреагировал, сон оказался прочней. Хотел было пальнуть из пистоля, но тут в голову пришла отличная идея - научить стрельбе Варю. Самое близкое место, которое можно под это использовать без лишних свидетелей - рыбацкий причал, до которого через Босфорский пролив около двух километров. Тот самый, где разразилась баталия между рыжими и ряженными Дионисия. С учетом завтрака и сборов добрались до места часа через три. В дальнейшем это время можно сократить на половину, но как обычно, первый блин - комом. Хаотичные сборы - послал Варю на кухню за старыми и негодными горшками. Та сначала подумала, что ее сейчас будут учить, как их расписывать, и обиделась. Когда гаркнул на нее, побежала, конечно, но вернулась ни с чем. Ия выпроводила ее с кухни, заявив, что в старых и треснутых горшках хранятся сыпучие продукты от специй до круп и соли. Пришлось самому идти на кухню и вручать Ие пять серебрух на новые горшки взамен старых. Стрельбище я устроил в тридцати метрах от берега. Как раз закончилась полоса кустарника, и образовалась полянка тридцати метров в длину и не менее десяти в поперечнике. Срезал крону нескольких чахлых деревцев на высоте своего роста и водрузил горшки на стволы. Отошел на двадцать шагов, прицелился, выстрелил. Амазонка от неожиданности присела, и запоздало прикрыла уши руками. Второй выстрел, Варя восприняла более спокойно, только заранее зажала уши, и я приступил к обучению.
  
  - Слушай внимательно! То, что я сейчас тебе расскажу, не знает ни один человек на земле, и ты должна хранить эту тайну. Варя, ты сейчас видела ни какое не колдовство, а всего лишь выстрел из пистоля. Объясняю! Пистоль это та штука, которая у меня в руке. Слово выстрел происходит от слова 'стрела', только роль стрелы выполняет вот эта штуковина, - показываю ей свинцовый шарик, - которая называется пуля. А сам пистоль выполняет роль баллисты, то есть метает пулю в цель. Для того чтоб попасть в цель, используется прицельная планка. Сейчас смотри внимательно, как я это делаю....
   Расколотил третий и четвертый горшок. В этот раз Варя не дергалась, и даже не зажимала уши. Далее все как учили - инструктаж по технике безопасности, разборка, чистка и сборка оружья, учебные стрельбы. Результат после первого занятия особо не впечатлял, но с учетом пола обучаемой, и эпохи - твердая четверка. Главное, Варе все это пришлось в кайф! Всю обратную дорогу она с маниакальным упорством пыталась быстро достать пистоль, направить его в цель и нажать на курок. Я, когда ей это демонстрировал, использовал свое ускорение. Получалось, пока она доставала пистоль, я успевал достать свой, щелкнуть, нажав на спуск, и вложить его в кобуру.
  
   После обеда слуга доложил, что господа советники и некая Грация дожидаются моего приема. Первой принял Грацию. Тепло ее поприветствовал, вручил подарки в виде зеркала на ручке, косметики, и перекладной блокнот со стильным свинцовым стилом для письма. Кратко разъяснил ей, что от нее требуется и представил учениц. С Инаей проблем не было, а когда представлял Варю, встретившись с ней взглядом, Грация ахнула и прикрыла глаза ладонью. ' - Понятно, по дворцу уже разошлись сплетни, и про Муиззу знают все '
  
  - Можешь не прятать глаза. - С доброй улыбкой обратился я к испуганной женщине. - Моим друзьям взгляд Муиззы не навредит, наоборот, после его не страшен сглаз от других колдуний. Так что работай спокойно, у тебя будет все хорошо.
   Тут же пояснил, что Иная будет полностью заправлять моим домом, замком, дворцом. А Муизза должна создавать мне комфортные условия во время путешествий. И с учетом этой специфики, попросил Грацию организовать обучение. Таким образом, с утра до обеда ее лекции были актуальны только для Инаи, а с обеда для двоих.
  
   Советниками оказались серьезные немногословные дядьки, незапоминающейся наружности. Сразу вспомнился дядя Ибрахима - Галиб из аль-барида. Оперативка проходила в комнате на втором этаже, переоборудованной под кабинет. Консультанты входили по одному, в случае с Симионом сразу вдвоем, без лишней болтовни кратко описывали интересующий меня объект и отвечали на вопросы. Дед находился тут же, в клетке, и, маскируя свои вопросы под бессвязное курлыкание, вой и клекот, задавал их на русском, а я уже озвучивал как свои. Вызывающее поведение птица и мое бездействие по этому поводу, жутко раздражало советников - это было видно по быстрым движениям глаз, постукиванием пальцами по подлокотнику, покачиванием ноги. Но выражение лица оставалось сосредоточенным, а голос ровным. Проводив гостей до двери, вернулся в кабинет.
  
   - Ну что, Дед, думаешь? - обратился я к задумчивому птицу. - Или еще думаешь?
  
  - Да чо тут думать, все и так понятно. Внешне, самая мелкая проблема - клеарх. Бывший стратег Македонской фемы, по умолчанию человек умный и смелый, круто берется за восстановление служб городского управления, восстанавливает практически уничтоженную службу судейских. Во всех районах столицы устанавливается хоть хрупкий, но порядок. Проблемы со снабжением тоже вроде решаются. Но тут вдруг все распоряжения августы перестают выполняться, притом показательно. На ее распоряжение обновить ипподром, Клеарх заявляет, что основная проблема ипподрома это не неудобные скамьи, а вонь от примыкающей к нему помойки. И так во всем. То есть вероятнее всего все его действия направлены на получение отставки. И это загадка, которую предстоит разгадать тебе. Мысли как это осуществить есть.
  
   По поводу распустившегося викариата соображения тоже имеются. Позже получишь сценарий для углеокой - как правильно построить взаимоотношения с пастырями божиими.
   С болгарским вторжением конечно сложнее, но варианты есть. Симион всегда и везде громил византийцев, когда те прибегали к решительным атакам в чистом поле. С осадами у болгар сложнее, обложив город, те, как правило, вынуждали осажденных откупиться. Самое удивительное, что сами Византийцы, ни разу не атаковали крепостей болгар. Да и их союзники тоже, предпочитая порезвиться на приграничной территории. А что если взять Варну? До нее вплавь, от Константинополя - день перехода. А от Варны до Переслава - столицы Болгарии, всего семьдесят километров!
  
  - Дед, ты чем слушал?! Советники же сказали, с моря туда соваться бесполезно. Цепь перекрывающая бухту. На молах мощные катапульты, Но, даже преодолев это, наступающие высадятся на площадку в сто метров! Впереди неприступные стены с лучниками, баллистами, летящими сверху валунами размером с сундук....
  
  - Саня, чем ТЫ слушал?! Варна самый крупный торговый порт Болгарии. Конечно, не Константинополь... Но вряд ли кто-то удивится, если туда придут купцы руссов с полусотней молодых рабынь на продажу. Опять же, франкские рыцари возвращающиеся из Византии домой, запросто могут везти с собой купленных для себя рабынь. Греческие купцы на галерах привезут свой традиционный товар, а арабы свой. Гребцы на всех галерах невольники, прикованные цепью. Надеюсь не надо разжевывать что рабыни - это амазонки, а рабы, купцы, гребцы, моряки и все остальные - твои бойцы. То есть практически легально в тыл врага мы можем внедрить обученных штурмовиков в количестве практически равном местному гарнизону, городская стража не в счет. Наша задача дать беспрепятственно, желательно без потерь проникнуть в город войску вторжения. Думаю, тысяч тридцать тяжелой пехоты и гвардии будет достаточно. И после этого сразу надо валить.
  
  - Э- ээ! Как валить, а трофеи?! ....
  
  
  
  - Что?! Половину всех трофеев тебе?! - Глаза Углеокой, и так не узкие, казалось сейчас выпадут из глазниц. - Саня! Ты в своем уме?!
  
   Этот разговор, проходил между нами следующим вечером, когда утомленные страстной любовью в термах, мы расположились в будуаре императрицы, и неспешно потягивали аперитив в ожидании ужина.
  
  - Не, ну есть другой вариант. - Лениво откликнулся я. - Я открываю для тебя ворота Варны, а ты штурмуешь для меня Хандак! И никаких денег не надо - будем в расчете.
  
  - Ну ты и наглец!...
  
  - Знаю, - Я с вожделением взглянул на августу, и добавил хрипотцы в голос, - но это не самая сильная черта, за которую меня так любят дамы.
  
  - Да ты хоть представляешь, - Зоя никак не отреагировала на мою шутку, - насколько не сопоставимы Варна и Кандак?!
  
  - Да что ты со мной как с деревенским дурачком разговариваешь! - Меня начало брать зло. - Конечно, понимаю! Но, если я не завладею Критом, то для меня ничего не изменится! НИЧЕГО! Если ты не возьмешь Варну, ты потеряешь треть своей территории, если не навсегда, то, как плательщиков налогов, на пару лет наверняка. Взамен получишь голодные бунты на этих территориях. Осаду Константинополя, и уже голодные бунты в столице. А после этого, будешь выплачивать дань Симиону. - Несколько успокоившись заговорил более размеренно. - Может, я невнятно говорю, давай повторю. Твои войска ничем не рискуют, они входят в гавань, только если цепь опущена, катапульты и баллисты молчат, городские ворота открыты. Это означает, что гарнизон крепости уничтожен и твоим центуриям, входящим походным маршем в город могут противостоять только мирные жители. Если же ворота не откроются, значит, мои воины погибли, а твое войско, развернув дромоны, на следующий день вернется в казармы. Так что я отлично понимаю, насколько занижена стоимость моей услуги. И еще - меня реально бесит, что ты считаешь, раз мои люди, более привычны умирать - то и цена их жизни - медяк.
  
  - Хорошо! Я согласна. - Выдавила из себя углеокая. - Половина твоя.
  
  - А знаешь, кто будет командовать войсками вторжения, проведет несколько блестящих рейдов по болгарским провинциям, и прибьет свой щит к воротам Переславля?!
  
  - Конечно ты! - Императрица разразилась бархатным смехом. - Решил прибавить ко всем своим титулам, еще и титул победоносного полководца?!
  
   - Нет! - Тут и я рассмеялся, - Не угадала! Им будет Константин Багрянородный - твой сын!
  
  - Что?! - Тут Зоя закашлялась, подавившись вином. - Что ты сказал? Константин?!
  
  - Ну а что. Надо же когда-то показать народу, да и соседям, наследника во всей красе. Вот он будущий император Византии, уже в юном возрасте показавший зубы. Да так, что вражеские армии от страха испачкали подштанники. Неизбежно все заговорят о новом Александре Македонском. Такой шанс как сейчас вряд ли еще представится. Прошла, наверное, минута, пока лицо Зои приобрело осмысленное выражение.
  
  - Ну не знаю. Точнее знаю, как поведут себя стратеги на военном совете - они камня на камне не оставят от твоего плана...
  
  - Во первых, в свои планы вмешиваться никому не дам. А для них план простой - постараться не облажатся, когда будут заводить свое войско в открытые ворота.
   Во вторых - никаких военных советов! Что известно троим - то известно и гх... и Симиону. Операция совершенно секретна! Стратегом, возглавляющим войско, будет Платон Славянин - нынешний наместник Кипра. Умелый стратег привыкший побеждать. Возглавлять гвардию, и осуществлять охрану наследника, будет Леонид. Этим парням я доверяю.
   Ну и твое заявление о критике моих планов, я вообще не понимаю! Не ты ли говорила, что критики легко избежать, если ничего не делать, и быть ничем!
  
  - Это Аристотель сказал. - Как-то отстраненно произнесла августа. И тяжело вздохнув, продолжила. - Последние три с половиной века Византия медленно но верно теряла свои земли. То что ты предлагаешь, скорее всего сработает, и это настолько нехарактерно для Византии, что боюсь, вызовет кардинальные изменение во всем что нас окружает. Даже не знаю что лучше - потерять треть своей территории, или ввергнуть державу в хаос грядущих перемен.
  Своим вмешательством в твою судьбу, я уже изменил установившийся миропорядок безвозвратно. У тебя был выбор - безымянная могилка на монастырском погосте, или престол. То есть или смерть, или мир меняется. Ты выбрала престол. Ты выбрала активную позицию! Тебе ли после этого бояться перемен?! Тем более что ты и есть перемены.
  
  - Как ты все красиво можешь вывернуть! - Тон императрицы стал более позитивным. - Единственное, что я не поняла - с чего мне ждать голодных бунтов в столице? Насколько я знаю - стратегический запас зерна из западных провинций уже оплачен, и по мере сбора урожая будет доставлен в зернохранилища Константинополя. То же самое и по скоту и птице.
  
  - Нет! Твои стратегические запасы станут стратегическими запасами армии Симиона. А еще ему поднесут ключи от твоих крепостей - Акрадиополя и Адрианополя. И это заслуга твоего клеарха. За предательство ему обещано, что провинции Македония и Фракия не будут разорены и полностью перейдут под его управление, правда, в составе Болгарского царства.
  
  - Вот же сволочь! - Переполняющие углеокую эмоции трудно было не заметить. - Сегодня же эту скотину вытащат из постели и подвесят на дыбе...
  
  - Не, не, не! Ни в коем случае! Ты должна ближе к концу недели дать ему отставку, чего он и добивается. А когда он покинет Константинополь брать его, а дальше твое дело. Хоть на дыбу, хоть на плаху. А за это время подготовить его двойника, который вернется в Македонию. Зерно, не все конечно, но приличную его часть Болгары должны захватить. У тебя есть специалист по ядам, пусть приготовит в достаточном количестве снадобье, чтоб хватило протравить оставленное врагу зерно. И еще надо отравить колодцы, что будут на пути армии Симиона. В идеале получится, когда его армия подойдет к Акрадиополю, ворота города будут закрыты, от отравы сляжет четверть его армии и конницы, а утроенный гарнизон крепости готов к сражению. На осаду города и приготовлению к штурму уйдет недели две. И вот, в это время болгарский царь должен узнать, что Варна захвачена, а византийские войска разоряют предместья его столицы. Еще спустя пару дней должно прийти сообщение от его сына Петра - второго сына царя, который и будет его приемником. Сын отцу должен написать, что обнаружил у себя в спальне под подушкой послание от императрицы Византии. - Тут я прервался на очередной глоток, после чего продолжил. - Ты пишешь, что хоть и терпелива, но всему есть предел. Далее ты предупреждаешь Симиона, что если он не покинет пределов твоей державы, то следующее послание будет уже другим. Для умного достаточно, и нет повода закусывать удила и идти на обострение, потому как прямых угроз, и оскорблений нет. Ты в курсе - Симеон лишил своего старшего сына Михаила прав на престол и отправил его в монастырь. Зато в Пете души не чает. Парень мой одногодка, но в поход с собой не взял - оберегает от случайностей....
  
  - И ты сможешь пробраться в спальню наследника, - недоверчиво скривила губки августа, - оставить послание и незамеченным покинуть дворец полный охраны?
  
  - Смогу, конечно, но почему ты думаешь, что это должен быть я? У меня же есть две змеи - Делика и Инга, из гадюшника Иштар - как ты его назвала. '- То что почтальоном, сам того не зная, может стать кто-то из постельничих Петра - Зое знать не обязательно' - Им вполне это по силам.
   Зоя передернула плечами, как будто ей стало зябко. Видимо представила себя на месте Симиона. А может, подумала что несмотря на все предосторожности, она и Константин так же беззащитны против меня, как и Петр. Еще момент и оцепенения как небывало. Снова улыбка, ироничный, с легким прищуром взгляд.
  
  - Даже боюсь спросить, что ты надумал по мятежному викариату.
   Я ответил тем же ленивым взглядом и положил перед углеокой с десяток исписанных листов бумаги....
  
  На следующий день, сразу после дневной мессы, августа с десятком безоружной охраны зайдя за кулисы Софийской кафедры, направилась приямком в зал, где заседал викариат патриарха. Я со своими девочками направился туда же, только со стороны хоздвора. Время было предобеденное, и редким встречным монахам было не до нас, по крайней мере, нас никто не остановил. Первым кто это сделал, был здоровенный детина в рясе, уже непосредственно перед дверями зала. Возле дверей стояло еще два брата такой же комплекции. Я сказал, что я секретарь августы, и сунул ему под нос золотую буллу, которая доказывала, что я секретарь, или что я только что убил и ограбил секретаря. Тем не менее, он сделал шаг в сторону, его подчиненные повторили маневр начальника, и мы оказались в зале.
   Видимо действие только началось, и шесть десятков глаз пытались просверлить дырку во лбу углеокой. Нас заметили - на лицах возмущение. Кроме Дионисия никого не знаю. Патриарх тоже меня узнал, и отвел взгляд, но сбледнул с лица конкретно. Сразу понял мерзавец, что сейчас запахнет жаренным. Один из святош озвучил общую претензию.
  
  - Что делают на собрание викариата, в священном месте, нехристи?! Это же ...
  
  - Дионисий, из какой дыры ты вытащил эту деревенщину, он даже не знает, что храм и есть священное место! - С ухмылкой обратилась императрица к патриарху. - Как может быть священное место, внутри священного места? И что значит - НЕХРИСТИ?! Вон Папа Римский, всем в пример ставит патриарха Александрийского - Христодула. Он почему-то не гнушается, и своему викариату велит, заводить людей другой веры в свою церковь, и обращать их в веру истинную, что и должно делать пастырю божьему. А у нас что? Собранный тобой викариат слаб верой?! Умом?! Или во всем слаб?
   Монахи скривились так, будто у них заболели зубы, притом все разом. М-да, нелюбим значит критику, и когда кого-то со стороны ставят в пример.
  
  - Твоя недоработка, патриарх. - Набирая силы в голос, императрица продолжала. - Ведомо мне, что викариат свой ты набрал из раскольников и бунтарей, несогласных с действиями Мистика и софийской кафедры. Но ведь патриарха Николая нет уже полгода, а они у тебя до сих пор, раскольничают и бунтуют. Почему ты, Дионисий, не можешь растолковать своим людям, что, враги кончились, кафедра принадлежит им, и давно уже пора начинать работать не покладая рук, - а не бунтовать!
  
  - Мы уже наработали на сто лет вперед! - Опять подал голос неугомонный монах. Тут я узнал его, по описанию советников - отец Павел из Агафонова монастыря, где он и познакомился с Дионисием. Хитрая и подлая натура, помогала ему быть на плаву при любой власти, а благодаря знакомству с патриархом влезть на ее вершину. А рядом его младший брат с посохом - Иоан Хромой. Фанатичный догматик и аскет, борода лопатой, ужасно неряшлив и выглядит гораздо старше своего брата. А еще он туп, вспыльчив, и боготворит Павла. - Кто тебя освободил из узилища?! Кто изгнал узурпатора!? Кто поднял народ на восстание и посадил тебя на трон?! Все это заслуга церкви - наша заслуга! ...
  
  - А Дионисий точно не твой родственник? - Шепнула мне на ухо рыжая. - Врет не хуже тебя.
   Я перевел взгляд на патриарха, цвет лица которого изменился на свекольный, и прошептал в ответ:
  
  - Нет, не родственник! И я вру ради удовольствия, а ему положено по должности. ' - Да уж, хоть и говорила Зоя, что святоша приписал себе наши заслуги - ну чтоб настолько нагло и цинично ...'
  
  - ... И мы своим делом и кровью заслужили, - все продолжал вошедший в раж клирик, - чтоб в дела церкви не совали свой нос, те, кто в этом ничего не понимает...
  
  - Довольно! Я услышала достаточно. - На лице углеокой брезгливая гримаса. - Послушайте сейчас меня! Не было заслуг церкви ни в моем освобождении, ни во всем остальном, о чем ты монах столько времени распинался. Были непростые времена, и я была вынуждена запретить Дионисию рассказывать правду о тех событьях. Сегодня я свой запрет снимаю, и вы, наконец, узнаете, как развивались события на самом деле.
  
  '- Этого в сценарии не было. Но со стороны Зои - сильный ход, позволяющий дать патриарху второй шанс. И главное - позволить ему, сохранить свое лицо '
  
  - Принять решение о неподсудности викариата и о его самостийности было не просто. Не одну ночь я провела в молитвах, чтоб господь, во благо его и Византии послал мне озарение. И сегодня ночью, оно пришло.
   Ироничные взгляды рыжих и Делики тут же сошлись на мне, а их ехидные улыбки как бы говорили: ' и мы испытывали подобное озарение, и притом не раз'. Я в ответ скромно потупил взгляд, и с интересом стал рассматривать носки своих сапог.
  
  
  - Вы, рабы божьи, - Между тем продолжала императрица. Ее голос обрел полную силу, - истинно уверовав в единого господа нашего, положили свои жизни на алтарь служения ему. Вы сами, по велению сердца, выбрали себе ношу! Я же от Бога пришла, и будь на то господня воля, к богу и уйду. Но пока он меня оберегает и шлет мне знамения свои.
  
  Для вас я, ГЛАС его - чтоб знали вы волю его! Я ПЕРСТ его - чтоб указывать вам путь истинный! Я ОКО его - чтоб наблюдать за вами, слугами его. Так было и так будет во веки вечные. 'Во имя Отца и Сына, и Святого Духа, слово тебя мое от Бога царство' - Закончила она традиционно. Но тут тон ее стал резок, глаза налились чернотой, а взгляд обратился к монаху выскочке - Викарий Павел! Смута, посеянная тобой в церкви, приравнена к государственной измене! Ты будешь доставлен в халку, лишен глаз, правой руки и левой ноги. Взять!
  
  Это она уже обратилась к своим легионерам. Те не мешкая, сноровисто выволокли упирающегося и скулящего монаха из общей толпы, дав пинка вставшему на его защиту брату, и скрылись с ним за дверью. Пока все провожали взглядом извивающегося в руках крепких парней, и молящего о пощаде викария, никто не заметил, как его брат вплотную подобрался к августе, и с криком - 'Умри сатана' - занес свой тяжелый посох для удара. Его крик прервал удар грома и вспышка молнии. Именно так! Акустика помещения была изумительной и грохот выстрела из пистоля, прозвучал как гром, а отсутствие пламегасителя, в скудно освещенном помещении позволило всем созерцать яркий росчерк пламени. Тело с отсутствовавшей верхней половиной черепа, только начало заваливаться назад, а Варя уже делала шаг назад, отмахиваясь от облака едкого дыма. В руках у нее ничего не было. Гвардейцы, поначалу замешкав, выбежали вперед и прикрыли императрицу щитами. Августа жестом отрицания остановила охрану, те нерешительно отступили, сосредоточив все внимание на святой братии.
  
  - А тебе, патриарх, своих помощников должно проверить в деле. - Если не считать мертвенной бледности, на лице августы не дрогнул ни один мускул, разве что говорить стала громче. - Вскоре войско Симиона вторгнется в Македонию и Фракию. Я не настаиваю на том, чтоб твои люди повторили подвиг Николая Мистика и вышли в одиночку против орд врага. Они должны присутствовать в Акрадиополе и Адрианополе, и в каждой крепости поднимать боевой дух и воинства и простого народа. Все должны знать, что если пала крепость - значит смертью храбрых пал закрепленный за ней викарий....
  
  - Саня, ты гад! - До сих пор молчавшая Зоя заговорила только в паланкине, уносящем нас от Софийского собора в сторону дворца. - Почему не предупредил, что будет так громко, - я чуть не описалась от страха! А если бы твоя Муизза не успела с молнией, в моей голове была бы сейчас, вмятина с кулак.
  
  - Ну ты, Ваше Императорское Величество, даешь - высказываешь претензии вместо благодарности, и это после того как все прошло как нельзя лучше. Муизза не могла ни успеть! А если б она не успела, я бы успел вырвать посох из рук засранца и засунуть его ему в задницу. Хотя нет, это, наверно, повредило бы вашей тонкой душевной организации.
  
  - После того что ты выделывал со мной в термах и в спальне?! - Ироничная пауза. - Ну, нет! Я бы даже глазом не моргнула!
  
  - Мне нравится ход твоих мыслей! Может, скажешь, чтоб нас везли сразу в термы?!
  
  - Ты невыносим! - С притворной строгостью сказала августа. - Саня, ты можешь думать о чем-нибудь еще кроме ЭТОГО. - Сурово спросила она.
  
  - Я не знаю. - Признался я. - Никогда не пробовал.
  
  - Вот и я тоже думаю, откуда что берется?! Мои советники и стратеги, умудренные опытом мужи, думают над проблемой долго, строят многоходовые комбинации, дают рекомендации. А в результате, как правило, очень умно и аргументировано рассказывают, почему все пошло не так, как они задумали и предсказали. Ты же просто сразу отмахиваешься от проблемы как от надоедливой мухи, раз и все, - проблемы нет.
  
  - Я не из тех, кто рассчитывает на много ходов вперед, просто по складу характера. Мне нравится находить в нужный момент единственно правильное решение. А еще, открою тебе один секрет, я очень ленив... И поэтому долго думать, мне вдвойне лениво.
  
  - Что! Секрет?! - Зоя расхохоталась искренне, и в голос. - Да у тебя на лбу заглавными буквами написано, что ты лентяй. И лентяй ты эпический. Бахус, которому посвящена не одна ода о праздности и лени, приклонив колени, попросился бы к тебе в ученики.
  
  - Ну, поспорить с тобой трудно! Только тогда записывай ко мне в ученики еще Эроса, Гермеса, Аполлона... Не будь я таким скромным от рождения, то перечислил бы весь пантеон...
  
  - Ты скромный?! - Только и смогла произнести Зоя, вновь захлебнувшись смехом. Отсмеявшись, добавила уже серьезно. - Ты вроде как скромный, оказываешь почтение мне и сановникам, но последнему царедворцу видна фальшь. На самом деде ты никого ни во что не ставишь Ты самый наглый, дерзкий, бесстыдный и бесцеремонный из всех кого я знаю.
  
  - Все свои эпитеты ты могла выразить одним словом - раскрепощенный! И это так! При этом мне не мешает быть умеренным во всех требованиях, оставаться равнодушным к власти и излишествам, соблюдать приличия и порядочность по отношению к людям - то есть быть - скромным. -Тут меня что-то понесло в сторону Максисско-Ленинской теории - Однако правящей элите этого мало. Для вас скромность должна выражаться в смирении и послушании - непротивлении указаниям представителей власти...
  
  - Саня! Ты к тому же еще и философ-бунтарь!? - Беспардонно прервала меня августа, в притворном изумлении округлив глаза. - С Диогеном случайно не знаком? То-то я думаю, как ты мог отказаться от дворца?! А мне всего-то следовало поставить на площади пифос (Большей глиняный сосуд который служил Диогену жилищем) и ты бы с радостью остался. - Видя мое недовольство, тут же поправилась. - Нет не на площади, а рядом с термами! - и снова расхохоталась.
   Хотел было ответить что-то резкое, но вовремя одумался - понял, что у углеокой - отходняк. Напряжение последних дней отступило, теперь как может, спускает пар.
  
  - Я рад, что тебе весело! Только ты давай, как-то поосторожней со смехом! - На непонимающий взгляд Зои, я с убеждением ответил. - Ну, ты сказала, что час назад, чуть не описалась! Вот я и говорю - нехорошо будет, если за паланкином императрицы будет тянуться мокрый след.
   Веселости как не бывало - встревоженный взгляд, ноги моментально принимают форму крест.
  
  - Саня, ну ты гад! Зачем ты об этом напомнил!?
  
  - Ну как? - С довольной физиономией, как у кота объевшегося сметаной, ответил напряженной Зое. - Я подумал, как бы не случилось конфуза!
  
   Остаток дороги я улыбался явно напряженной императрице, которую моя очаровательная улыбка, почему-то не трогала. **************************************************************************************************
   Неделя моего пребывания в Константинополе подошла к концу. Все запланированные дела сделаны. Я генеральный поставщик императорского двора, дядя с племянниками мои полноправные заместители. Все официально прописано зеленым по белому в булле. Красный росчерк императрицы присутствует. Самое смешное, я среди прочего еще и генеральный поставщик дров во дворец, - Моисей подсуетился. А чего, копеечка ему, гривенник мне. Дам Яру, какую ни будь посудину, пусть его родня тоже подзаработает на заготовках дров, - в низовьях Днепра чащи непроходимые, леса немеряно. Дед подсказал, поставить им лесопилки, тогда торгуя деловой древесиной, - досками, брусом, прибыль возрастет в разы.
  
   Грация закончила обучение моих секретарш, а я постарался, чтоб ни одно ее слово не стерлось из памяти обучаемых. Теперь каждое утро, Иная с Варей зачитывают расписание дня, меню на завтрак обед и ужин. Вносят поправки, если такие появляются. Следят за тем, чтоб после душа всегда была смена нижнего белья, а выбранные мной наряды, были в идеальном состоянии.
  
   После того как я поделился с девчонками, решением взять Варну и пограбить зажиточные окрестности, все наотрез отказались ехать домой, и потребовали личного участия, в операции и соответствующей доли в грабеже. Пришлось растолковывать, что сокровищ в Варне меньше чем в самом бедном районе Триполи. И если пустоголовые дамочки готовы рисковать своей головой ради пары серебрух, то я не против.
  
   - Подумайте сами, если вы в течении пары месяцев не подготовите боеспособные силы, то и рассчитывать на вас, как на партнеров, при захвате магрибских городов не имеет смысла. Если кто не понял, - счет пошел на дни. И не просто на дни, а на дни и ночи. Вам надо очень многое успеть, и реально рвать жилы! А как вы сможете это сделать, шаря по карманам болгарской бедноты? Впрочем, - решил я подсластить конфетку, - Марго мне пригодятся твои амазонки, и твои рыцари Инга, тоже, так что ваша доля, тоже будет учтена, если они согласятся.
  
  
   - А я значит, - с обидой в голосе обратилась ко мне Делика, - одна остаюсь в пролете?!
  
   - Ну, как сказать, - лукаво прищурившись, хохотнул я. - Если не будешь ловить ворон то ... - мечтательно поднимаю взгляд кверху.
  
   - Саня, давай говори уже, не заставляй волноваться бедную вдову!
  
   - Ну ладно, слушай, - не стал больше нагнетать. - Ты получаешь голубиную почту, что Варна пала, и выдвигаешься со своим войском к границе Болгарии. Что-то, около двухсот километров через земли диоклейской фемы. Тебя с войском пропускают снабжают проводниками и провиантом, делятся разведданными, - указ с полномочиями от августы получишь. Штурмуешь с хода пару крепостей, - согласись, хорошая тренировка для личного состава, и грабишь всю округу. Главное, быстро взять крепости, после чего не заиграться и вовремя унести ноги. Твой отход прикроют диоклейцы, занявшие взятые тобой крепости. Половина хабара моя. Округлившиеся глаза индуски, наверное, выпали бы из орбит, если б я во время не сказал: - Шучу! Десятая часть!
   Глаза Делики приобрели обычные размеры, а из уст полились причитания:
  
  - Девочки посмотрите на этого Ирода, - мало того, что он загубил всю мою молодость, сделал несчастной вдовой, а теперь и вовсе собрался бедную сироту по миру пустить! - И уже игриво, послала мне воздушный поцелуй и добавила: - Обойдешься! Сам говорил, что к друзьям нельзя относится потребительски. Тем более я рискую навлечь на себя гнев болгар. Для них мое пятитысячное войско на один зубок, что комара прихлопнуть.
  
   - Вот скажи мне вдовствующая сирота, ты бы стала гонятся по болотам, за укусившим тебя комаром?!
  
   - Дык, тож болото! - неопределенно ответила синеглазка. - Кто ж в него полезет?
  
   - Ага! Значит гонятся за горцами по горам решится каждый?! Ну да, ведь никто не знает про камнепады, лавины, оползни, которых и так хватает, а можно и дополнительно подстроить... Тем более никто не знает, что расстояние, которое на равнине можно пройти за час, в горах не пройти и за целый световой день...
  
   - О боже! - С надрывом произнесла индуска. - Саня! Зачем ты мне напомнил это! Я только начала забывать тот кошмар... Да ты еще должен доплатить мне за душевные терзания, а не требовать проценты!..
   Еще наверно стоит упомянуть обед, на который мы с августой явились после происшествия в викариате. На обед мы несколько опоздали, но всем понятно, - императрица не опаздывает, а ее задерживают государственные дела. Обед прошел как обычно. Я рассказал историю про Синдбада и русалочку. Хорошо что к окончанию истории все дамы хлюпали носиками, и утирали глаза, иначе бы заметили что и Муизза тоже стирает слезы со щек. После обеда в трапезной остались я, и углеокая. Первым пришлось заговорить мне.
  
   - Пока я не вмешался, в ход истории. Я знал будущее. В том будущем Константин стал басилевсом уже стариком, ненадолго конечно, но и за это время он умудрился проиграть все начатые войны. Постой! - остановил я готовую взорваться августу, - то не его вина. Лакапины за время своего правления просто изолировали твоего сына, начисто лишив его возможностью управлять, хоть чем ни будь, кроме своих слуг. Я понимаю, пока ты находишься у власти, такого не допустишь. Только твоя беда в том, что ты молода, умна и имеешь огромный опыт в дворцовых интригах. И еще долго сможешь своей властью оберегать сына от любых неприятностей! По сути, точно также изолируя его от власти как Лакапины, только из лучших побуждений.
  
   - Ты хочешь сказать, что если я соглашусь на авантюру - где мой сын будет подвергать себя, смертельному риску то что-то изменится?
  
   - Не знаю. Возможно нет. Но другого способа, воспитать воина, я не знаю. Слушай у тебя два варианта - доверится моему чутью, или послать меня куда подальше, - тебе решать.
  
   - Саня я тебя уже неплохо узнала. И хоть в твоих действиях нормальный человек не сможет уловить последовательности и расчета, но тот, кто тебя знает, поймет, что какой-то расчет все же есть.
  
   - Да нет у меня никакого расчета. Есть небольшой народец огузы. Среди них есть мастер Токак, из племени Кынык который сейчас живет на берегу реки Джейхун (Сырдарья) рядом с Хорезмским морем (Аральское море) у него уже родился сын по имени Сельджук, который объединит орды кочевников и покорит полмира. Падет Персия, Иран, почти весь Халифат, Палестина, Армения.... От Византии останется только Константинополь и то, что западнее. Потом Сельджуки уйдут в небытие, но одна из их ветвей уцелеет, и будут они называться Османы. Вот эти самые Османы и сотрут Византию с лица земли, а позже будут диктовать свои условия и востоку и западу.
   Достаточно было взгляда на императрицу, чтоб понять, что она мне поверила. Мертвенно бледное лицо, бескровные губы - черточки.
  
   - Причем здесь Константин?!
  
   - Притом что пора заканчивать более чем пятисотлетнюю войну с Халифатом, которая никому не приносит пользы, но ослабляет обе державы. Нужен договор сторон о паритете, что может означать состояние относительного равновесия сил, равноценности целей. Сейчас такое невозможно! Партия войны в Халифате очень сильна. Какой может быть договор с почти ребенком, а уж регентшей, его матерью... Тем более Болгары вот-вот, займут всю западную Византию. Тут и нужен Константин! Наследник престола делает дерзкую вылазку, и штурмует неприступную Варну почти без потерь. Опустошает провинции, и прибивает свой щит на ворота его столицы. В это время основное войско империи успешно обороняет свои крепости на западе, а её флот и наемники топят пиратские флотилии Крита. То есть, благодаря неординарным действиям твоего сына, империя, находясь в критическом состоянии, выходит победительницей! В это же время мать басилевса успешно проводит экономические реформы, и безжалостно давит последнею оппозицию. Воевать с государством, достигшим пика формы и оседлавшим удачу ...
  
   - Саня, не надо мне разжевывать то, что мне и так ясно! У нас разговор на чистоту. Давай выкладывай, в чем твоя корысть.
  
   - Даже не знаю, корысть ли это суди сама. Приаралье станет на ближайшие триста-четыреста лет точкой кристаллизации тюркских племен. Там встретятся кочевники с Алтая, Урала Монголии, которые смешаются между собой, и с иранскими народами. Поработив полмира, они уничтожат культуру и науку покоренных народов, отбросив цивилизацию на столетия назад. Кроме Византии и Халифата, существенно пострадают Персы, Армяне, Русы.
   До точки невозврата - тридцать лет. С одной стороны время еще есть, но только в том случае если в это время, усиленно работать над решением проблемы. Понимаешь, пока не соберется непобедимая орда, воевать с племенами разрозненных кочевников не имеет смысла. Догнал и разорил одно становище, еще десять разбежались по необъятной степи. Твои потери превосходят число захваченных в плен стариков, твои призы стадо зарезанного скота и нахрен не нужных тебе, - разбитых кибиток. Тут нужны совершенно новые приемы ведения войны. Войны партизанской. Захват высокопоставленных заложников. Ликвидация непреклонных, подкуп алчных. Создание своей орды, которая будет регулярно уничтожать новых пришлых.
  
   Если пришлые попались кусачие, оказывать военную помощь. Но до всего этого надо еще дожить. А сейчас получается мой интерес в том, чтоб усилить империю, и чтоб Константин в ближайшие десять лет достиг заметного влияния в мире. Первый шаг к этому взятие Варны и прибитый щит на ворота Преслава. Безусловно, риск хоть и минимальный, но присутствует. Только вот если упустить этот шанс, то в будущем рискуй не рискуй, но второго такого не будет...
  
   Мраморное море осталось за кормой еще вчера. 'Аврора' и 'Артемида' взяли чуть западней, и их силуэты исчезли в предрассветной дымке, унося моих подруг в родные пенаты. На борту 'Астеры' кроме команды, Ибрахим с наставником и охраной, шесть десятков амазонок, полтора десятка рыцарей и царевич Константин. Ну и конечно полсотни его охраны под предводительством Леонида. У нас конспирация, - Константин числится на корабле как плотник Петр, (это я придумал, вспомнив как молодой царь ПетрI инкогнито ездил в Голландию) а Леонид и его гвардейцы просто наемники. Сегодня зарядке уделил времени всего нечего, просто слегка разогрелся. Причиной тому - амазонки. Из бесстрашных воительниц, мне предстояло сделать коварных диверсанток. Собрав на главной палубе девушек начал обучение с лекции.
  
  
   - Мне очень льстит что непобедимые воительницы нашли время послушать простого парня, - тут я окинул взглядом роту и остановил его на Боре, - командирше амазонок. - Долго собираемся дамочки, очень долго! Бора! После занятий и до ужина тренируешь свое подразделение. После подачи команды 'Стройся!', к сотому удару сердца все должны быть в строю. Этого время достаточно, чтоб не напрягаясь пробежать треть римской мили. - дождавшись кивка командирши продолжил. - Давайте перейдем к делу. Вам в ближайшее время предстоит стать передовым отрядом, цель которого проникнуть в сторожевые башни крепости, быстро и тихо ликвидировать личный состав караула. После чего, возможно некоторое время удерживать башни, и не допустить закрытие городских ворот. Вы смелые воины, убивать и умирать вам не впервой. Сразу скажу, если к моим занятиям вы отнесетесь без должного внимания, убивать у вас не получится, вы будете только умирать. - Непонимающие и недоверчивые взгляды в ответ, некоторые даже ехидно улыбаются. Я смотрю на лыбящихся девиц и спокойно продолжаю: - Дело в том, что попасть в башни у вас получится только в том случае, если при вас не будет оружия. Ни копий, ни мечей ничего, даже кольчуги и кинжала не будет. А вражеские солдаты будут доспешны и при оружии.
   Улыбки исчезли, лица воительниц стали серьезны. Вижу девочки созрели для делового разговора.
  
   - Цель моих занятий научить вас быстро убивать, более сильного противника голыми руками, и с помощью подручных средств. Но начну я все-таки с оружья. - открываю ладонь и демонстрирую совсем маленький ножичек, вид которого вызывает у учениц только скепсис. - Это тычковый нож, - Пуш-даггер. Благодаря малым размерам его легко носить скрытно, в потайных карманах, складках одежды, в виде пряжки ремня. Рукоятка плотно удерживается между пальцев и расположена перпендикулярно лезвию, что позволяет наносить серьезные увечья даже без сильного размаха. При этом может использоваться, хорошо известная вам, ударная техника, как в кулачном бою. Даже если исходить из того, что у противника будет открыто только лицо часть шеи...
   (https://cdn.trinixy.ru/pics5/20160104/push_daggers_21.jpg)
   Пока нож ходил по рукам амазонок, Иная принесла кувшин с каким-то кисловатым напитком, наполнила серебряный кубок. Не спеша напился, достал румалу и громкими хлопками привлек внимание заигравшихся новой игрушкой девиц.
  
   - Это как вы видите обычный головной платок. Необычен он только тем, что изготовлен из очень прочной ткани и в его уголках имеются кармашки. Если в один из кармашков вложить несколько монет, то он превращается в кистень. - При этих словах не спеша вложил пять золотых в кармашек платка, и сделал почти неуловимое для глаз девиц движение, кувшин брызнул в разные стороны черепками, и остатками напитка. Не успели девхи вздрогнуть, как обратным движением румала оборачивается вокруг кубка. Завершаю прием, резко дергая платок за свободный конец. Шестьдесят пар округлившихся глаз наблюдают смятый серебряный кубок в моей руке. Я спокойно продолжаю. - Также, его можно использовать как удавку. Если бы вместо кубка была шея, то хрящи гортани превратились бы в месиво, а это гарантированная смерть. Когда глаза учениц пришли в норму, а их челюсти встали на место одна из амазонок, Юла, (всех кого я запоминал визуально, взамен зубодробительного имени давал характерную кличку, эта отличалась чрезвычайной подвижностью.) задала вопрос.
  
   - Александр, а если в вашем распоряжении всего лишь медная монета, вы бы и ей смогли убить?
  
   - Ну если наточить половину канта до бритвенной остроты, то лишить противника зрения, перерезать горло, вскрыть брюшину - дело техники. Еще вопросы есть?
   Константин обладал покладистым характером, вел себя скромно и приветливо. Без всяких отговорок брался за любое поручение боцмана, научился держать рубанок и пилу. О том, что он царевич, кроме охраны Леонида знали только Фарах с Варей. Возможно догадывались Ибрахим с наставником, остальные, по тому, как он неформально общался со мной и капитаном, скорей всего предполагали, что он мой близкий родственник.
  
   В свободное время принц резался с андоррцем в кости, на интерес или на задания. Я об этом узнал только после того как заметил бланш под глазом царевича. Впрочем, сам Константин ушел от ответа, детали раскрыл Леонид. Царевич, как оказалось, проиграл Фарраху задание - ущипнуть Варю за сиську. Костя рассчитал все правильно и реализовал задание, когда Варя была в душе с намыленными волосами и лицом. Но увидев во всей красе, два наполненных жизненными соками полушария, замешкался. Реакция амазонки была молниеносной, а удар точным.
   В прочем Костя смог меня удивить. Докладывая кредитору о погашении долга, на язвительный вопрос андоррца, чем вызвано изменение симметрии лица уважаемого плотника, на чистом глазу ответил, что засмотрелся на чудесные перси, которые кроме того что имеют идеальную форму, еще и соски разного цвета. Один - небесно-голубого, а второй оранжевого, как глаза.
  
   - Просто восьмое чудо света! - восхищенно закончил свой рассказ царевич.
   Я точно знаю, видел, когда она переодевалась - грудь где-то второго размера, ареолы нежно-розового цвета, с дерзкими сосками, вызывающе торчащими в стороны. То, что это не вранье, а подстава, стало ясно на следующее утро. Сердитый вид Вари и наливающийся фонарь, у хмурого андоррца, красноречиво говорили, что желающие взглянуть на восьмое чудо света появились. Вот уж не ожидал от такого маменького сыночка как Костя, столько коварства! Нет ну понятно, дворец - клубок змей, но все равно молодец. Царевичу жирный плюс!
  
   Константина я взял его с собой по ряду причин. Первая - парню нужен непробиваемый, удобный и легкий доспех а такой можно сделать только в городке мастеров. Вторая - он и его охрана должны обладать хорошей мобильностью, - быстрее чем болгарские посыльные домчатся от Варны до Преслава, и при надобности легко оторваться от погони. Сам царевич, и парни Леонида были неплохими наездниками, но и только. Паркетчики для парада, одним словом. Тут надо эту братию пересадить на тонконогих арабских жеребцов, да и без инструкторов не обойтись. Вовремя вспомнил, что Ибрахим боевой командир летучей тысячи. Летучей - потому что в скорости ей нет равных. А если попросить сына наместника предоставить, скажем две сотни самых отчаянных, и быстрых рубак для совместного рейда? Так сказать для притирки и отработки совместных действий в будущих операциях, против Фатемидов. Своими соображениями поделился с Дедом.
  
   - Ну ты Саня голова! - хрипло рассмеялся птиц. - Ты хоть понимаешь что Халифат и Византия за время полувековой войны, положила каждая в этом противостоянии не один миллион. И наиболее удачливые были вписаны золотыми буквами в историю государств. Вот и представь - кто-то из летучей сотни узнает кого они охраняют... Сколько после этого жить Багрянородному?!... Но ты прав! - неожиданно сказал Дед. - Летучая конница это то, чего нам не хватает. Тем более, ты запросто проведешь собеседование с каждым бойцом, и используя гипноз, сможешь внушить ему нужные приоритеты.
   Царевич задержался в Александрии ровно сутки. За это время, оружейники сделали тщательные замеры парня и пообещали в течении двух недель выдать готовый доспех. Заняться подгонкой можно уже на Кипре.
  
   На следующий день с утра к моему причалу подошел табун тонконогих скакунов в сопровождении пары инструкторов (один непосредственно для царевича) и шорник с двумя подмастерьями, - комплимент от Ибрахима. Эти парни тоже отправятся на Кипр. Шорники, чтоб подогнать конную упряжь под скоростную езду. Инструкторы соответственно чтоб обучить правильно держатся на лошади и управлять ей. Ибрахим много рассказывал о лошадях, - оказывается, быстро сорвать скакуна с рыси в галоп, а тем более с галопа в карьер, способны не многие наездники. Шенкеля на таких скоростях не всегда работают. Голосовая команда или свист, особенно свист, действует на скакуна куда как быстрее... С табуном еще прибыл посыльный, с приглашением на званный обед в резиденцию губернатора, в пятницу.
  
   - Растешь Саня, - ухмыльнулся Дед. - Пятница это уже день приема для родственников и ровни.
   До пятницы еще два дня использовал их для знакомства амазонок с заведением Кира. Так сказать, чтоб воительницы воочию увидели представительниц древнейшей профессии, которых им предстоит сыграть в ближайшем будущем, в естественной среде. Отобрал самых боевитых и сообразительных, все равно получилось много. Когда завел дюжину амазонок в знакомый бордель, там уже дым стоял коромыслом! Подвыпившие гости восприняли появление такой кучи девочек как новый рекламный ход заведения, и не замедлили выразить свой восторг солеными восклицаниями, и хлопками по мягким местам воительниц. Ответка последовала незамедлительно. Чтоб не доводить ситуацию до смертоубийства, использование холодняка строго запретил, но боевитость, мощную ударную технику, и слаженность действий не отнимешь. Не прошло и пары минут как элитное заведение превратилось в сарай захламленный поломанной мебелью, битой посудой, вигами девиц, и спешно покидающими заведение, кто еще оставался на ногах, клиентов. Через какое-то время из подсобки вышла привлекательная брюнетка, и уперев руки в боки оглядела разрушения в зале.
  
   - И кто будет оплачивать убытки? - казалось то, что произошло в зале, ее совершенно не беспокоит. - С вас двадцать динаров, и валите! Иначе будут проблемы! И наши, и стража уже рядом! Разойдемся миром? Взгляд брюнетки окинул присутствующих, скользнул по мне и тут же вернулся.
  
   - Саня?! Аааа! - с этими словами невозмутимая дама бросилась мне на шею. Бранка, а это была она, из угловатой и запуганной девочки привалилась в красивую и уверенную в себе девушку. - Ну ты тут устроил! Ладно, это уже с Киром решишь. Сейчас организую, чтоб по быстрому тут прибрались, и приняли заказ. И нашу комнату приготовлю. А твоих девочек я беру, хоть и задницы у них тощие, зато на вышибал тратится не надо!
  
   Она задорно расхохоталась, и скрылась в подсобке. Едва она ушла, как двери в заведение распахнулись и в зал вломились дюжина парней. Обычные торпеды преступного мира, которые в любом веке можно распознать по наглости, и понтам. Старшего, я определил сразу - высокий чернявый в меру, мускулистый парень лет двадцати пяти. Его бы можно было назвать красавчиком, если б не слишком тонкие губы, и глаза дохлой рыбы. Но заговорил дылда, с глазами навыкате, и сломанным носом, видимо зам.
  
   - Че?! Значит беспридельничаем, да!? - голос бандюка был гнусавый, и прозвучал на два тона выше и громче чем ожидалось. - Да вы хоть знаете чье это заведение, и какую кучу денег вы задолжали?
  
   - Э! Зачем твой человек так громко кричит!? Или он думает я плохо слышу? - обратился я непосредственно к тонкогубому. - Хозяйка уже сказала сколько мы должны, деньги есть! - с этими словами продемонстрировал пухлый кошель, и добавил дружелюбно: - Присаживайся уважаемый! За то что тебя потревожили, угощу тебя и твоих парней хорошим вином.
  
   - Некогда нам рассиживать, - еле шевеля языком ответил босс, и мрачно добавил: - Мы по ночам работаем, - крабов под пристанью кем-то надо кормить.
   В ответ на незатейливою шутку босса, торпеды угодливо ощерили рты в улыбках.
  
   - Гнусавый с Клювом тащите эту падаль, - короткий кивок в мою сторону, - к нам. Сдается мне, денег в его кошеле не хватит рассчитаться с ущербом, надо будет его поспрошать, где взять остаток.
  
   - Красавчик! - откликнулся зам, на кличку Гнусавый, а подорвавшийся на команду Клюв - парень с таким носярой, что я бы дал ему кличку "хобот" - А что с девчонками?
  
   - Не твоя забота, - сальная улыба на ниточках губах. - Не будешь жевать сопли Гнусавый, и тебе обломится.
   Дылда тут же развернулся и уверенно двинулся в мою сторону, Клюв поспешил за ним. На полдороге путь Гнусавому перегородила Юла, на лице улыбка Зам от неожиданности резко притормозил, догнавший его Клюв, врезался своим шнобелем в спину ведущего. Гнусавый только еще начал в изумлении открывать рот, как кулак амазонки, скользящим движением касается шеи дылды и проносится дальше. Со стороны могло показаться, что Юла немного не рассчитала с дистанцией, если бы ударившая фонтаном кровь из шеи бандюка. Заточенный до бритвенной остроты Пуш-даггер в одно касание вскрыл и артерию и горло Гнусавого. Издав сдавленное бульканье, зам выронил дубинку и попытался закрыть руками рану. Тщетные усилья, закончились падением и агонией. Не веря своим глазам банда, не отрываясь смотрела на труп. И тут прозвучала команда Красавчика.
  
   - Убить! Убить всех!
   В этот момент в дверях появилось Бранка.
  
   - Назад! Всем назад! - с шипящими нотками в голосе рявкнула она.
  
   - Молчи дрянь! Не слушать шлюху! - заорал в бешенстве пошедший красными пятнами Красавчик.
   Не знаю, что остановило торпед, авторитет Бранки или вставшие со своих мест амазонки, оскалы которых не принял бы за улыбку даже самый убежденный оптимист. Все бы хорошо, если б не последний выкрик Красавчика, теперь замять инцидент не получится. Всем известно, что Бранка находится под покровительством Багдадца, - то есть меня. А Багдадец таких оскорблений простить не мог - братва не поймет. Не торопясь встаю со скамьи. Немного отодвигаю в стороны прикрывающих меня Варю с Юлой, выхожу вперед.
  
   - Красавчик, ты понимаешь, что сейчас ты оскорбил девушку Багдадца?
  
   - А тебе падаль, - сказал как выплюнул - какое до этого дело?!
  
   - Потому что Багдадец - это я! А падаль - это ты!
   Дальше событья понеслись вскачь. Я сделал шаг вперед, так же поступил Красавчик. Боковым зрением заметил, что братва расслабилась, - когда рамсят паханы - их дело сторона. Между тем их босс попытался резким ударом снизу вогнать заточку в мой живот. Шагом левой ноги ухожу с линии атаки, поворачиваясь при этом к противнику левым плечом. Предплечьем левой руки подбиваю руку с ножом вправо-вверх. Правой рукой захватываю кисть, а левой - локоть противника и провожу болевой прием одновременно на кисть и на локоть. Перевожу его руку за спину и поднимаю выше. Хрипящий противник нагибается вперед. Хватаю Красавчика за подбородок, придаю ему вертикальное положение, одновременно заворачиваю его голову до упора вправо и резко дергаю дальше. Слышится утробный рык, хруст позвонков, заточка выпадает из руки на пол, вслед за ней падает мертвое тело.
   Казнь состоялось! Не драка, не поединок, а именно казнь накосячившего ублюдка.
   В полной тишине подала голос Бранка.
  
   - Ребятишки! - обратилась она к растерянным бандюкам. - Багдадец обещал вас угостить хорошим вином за его счет. Так что присаживайтесь! Клюв вынеси трупы пока во двор, а то ночная стража вряд ли мне поверит, если я скажу что у нас поминки.
  
   - А че я?! - скорей для проформы вскинулся братан.
  
   - Так ты же мне по гроб жизни обязан! - весело ответила управляющая. - Не останови я вас, амазонки тебя бы первого порезали на ремни.
  
   - Какие амазонки? - затупил бандюк. - Почему меня?
  
   - Ну ты тупой! - в обалдении выдохнула Бранка. - Если возле Багдадца женщины, то они либо великие амиры, либо страшные колдуньи, а эти красавицы - амазонки...
   После того как зал привели в приличное состояние, и накрыли столы, я вызвал полдюжины девочек и заплатил им за ночь. К каждой из них прикрепил по паре обучаемых амазонок. Одна из девочек заведения, сделала замечание, что наряды амазонок совсем не подходят на одежду куртизанок, но если всем пошить новые, то это будет бросаться в глаза. Действительно дельное замечание. На что я предложил девочкам из заведения, продать свои поношенные наряды, а на вырученные деньги пошить себе новые. Сами понимаете от такого предложения, ни одна женщина не откажется. А уж купленное тряпье, простирнуть и подогнать по фигуре - не вопрос.
  
   В эту ночь Бранка предвосхищала все мои желания, была особо податлива и ласкова. А стража так и не пришла. То есть, как я узнал утром, пришла, но из мрака соседней подворотни им навстречу вышла некая личность, коротко переговорив с которой, начальник стражи быстро развернул свое воинство. Опека от губернатора, или от Аль Барида? Впрочем какая разница? Пятница - послезавтра, э-э, точнее уже завтра, вот и узнаю. Главное выспаться, перед тем, как Дед мне все мозги выклюет.
  Дед меня пощадил, не стал капать на мозги, просто напомнил каких тем надо избегать, а на каких акцентировать внимание.
  
  В приемной наместника меня ожидал Ибрахим. Обменялись крепкими рукопожатиями, приязненными улыбками и приветствиями. В резиденцию мы не пошли, а обогнув здание, оказались в ухоженном саду, с мозаичными дорожками между высокими кустарниками и цветниками, образующими замысловатый лабиринт. Неожиданно наше путешествие закончилось на небольшой поляне, центром которой была беседка. Как и ожидалось, стол в беседке был накрыт на шесть персон, четыре из которых уже присутствовали. Все персоны были мне знакомы по предыдущему визиту - губернатор с братом, и оба его советника. На всех лицах хоть и сдержанная, но приветливая улыбка. Первым как и положено заговорил наместник:
  
   - Ну хоть в этот раз нарядился не в обноски. Значит, зря я предупредил охрану, что когда появится оборванец и скажет что его ждет губернатор, чтоб не дали ему плетей, и даже выслал на встречу сына. Проходи, садись гость, раздели нашу трапезу, и поведай нам о своих приключениях.
  
   - Сожалею, что не оправдал ваших ожиданий по поводу одежды. Да и думаю, что ваш сын уже рассказал вам о наших приключениях. И вряд ли я расскажу что-то нового! Повторять рассказ - утомлять слушателя.
  
   - Ну нет, - с усмешкой сказал наместник, - просто рассказывай как было. В то, что рассказал Ибрахим, невозможно поверить, если б не полный кошель золота - его доля за взятие четырех пиратских галер, я бы не знал что и думать.
   Не уважить просьбу хозяина застолья я не мог. Говорить правду понятно нельзя. Ладно, канва повествования уже есть, осталось ее приукрасить деталями. Понятно все правильные решения и подвиги надо приписать себе, скромность еще долго будет не в почете.
  
   - Ну ладно слушайте!
   Врал я самозабвенно, и с душой, в разы преувеличивая опасность, и свой личный героизм. В критические моменты я вовремя оказывался в нужном месте, а мои действия и команды, были всегда своевременные и единственно верные. Когда дошел до момента, прорыва королевы амазонок и ее охраны в количестве пяти девиц на вражеский корабль, слушатели, включая Ибрахима, перестали дышать. Я продолжал нагнетать, рассказывая о том, что вместо безоружных гребцов и бездоспешных лучников, как ожидала королева, их ожидала засада из трех десятков самых опытных воинов...
  
  - Но Ибрахимом я остался сильно недоволен, - закончил я свой рассказ, и добавил. - Скромнее надо быть.
   Мое последнее высказывание подействовало на присутствующих, как ушат холодной воды.
  
  - Нет, ну то, что Ибрахим дрался как лев, этого не отнять! Но ведь он посек, в два раза противников больше чем я! И мои амиры и амазонки перестали меня замечать, и только и делали, что стреляли глазками в его сторону. - Я постарался сделать раздосадованное лицо, но не смог сдержать улыбку и подмигнул Ибрахиму. Парень покрылся смущенным румянцем, а все остальные отмерли, и растянули губы в улыбках. Слово взял губернатор. Нахмурив брови, он строго обратился к сыну.
  
  - Ибрахим! Ты представляешь, чтоб содержать великих амир, твоего кошеля с золотом хватит ровно на неделю! Я даже не говорю про сотню амазонок! Через месяц нам придется распустить слуг и охрану, продать резиденцию, а наших воинов придется отправить попрошайничать на базар! Ты уж постарайся вести себя в окружении Искандера скромнее, чтоб твой отец, под старость лет не просил милостыню у мечети.
   Тут он не выдержал и расхохотался. Хохотали все, действительно смешную картину нарисовал наместник. Я тоже хихикал, но скорее нервно, ведь так и есть - если б я использовал для личного обогащения те силы и средства, что приходится вбухивать в принцесс, то реально бы мог входить в список богатейших людей планеты. Ну ладно, как говорится - да не оскудеет рука дающего, или даже - 'Кто сеет скупо, тот скупо и пожнет; а кто сеет щедро, тот щедро и пожнет'. Короче, когда настанет время 'собирать камни', тогда и посмотрим - каждый ли поступок влечет за собой 'воздаяние'.
   Далее разговор перешел в практическую плоскость. Поскольку наиболее слабое звено в нашей совместной операции, это безопасная доставка морем десанта к цели, и последующая эвакуация этого десанта. Галиб затронул тему готовности моего флота к надежной защите этого десанта, в чем он пока сомневается.
  
  - Но согласись Искандер, при нападении вражеской галеры избежать гибели вам удалось только чудом! Ну и в остальном, все больше похоже на случайность. Тем более что вам противостояли не регулярные военные, а бандиты.
  
  - То что мы отбились двумя сотнями от пятисот атакующих, это случайность, согласен! Ведь на 'Астере' кроме матросов были просто гости - амазонки, рыцари, амиры, и твой племянник с советником и охраной. Тем не менее мы не просто отбились, но и уничтожили более трехсот противников, потеряв всего тридцать человек. Ну а что касается двух моих кораблей, полностью укомплектованных боевыми командами, то они взяли на абордаж две вражеских галеры, с превосходящими силами противника и вовсе без потерь, - ровным тоном произнес я. - В Константинополе я имел редкую возможность, ознакомится с архивами. Оказалось, кандакские бандиты последние двести лет неизменно одерживали победы, над флотами империи. За те же годы империя на море неизменно била Халифат, притом с разгромным счетом. Ну а Халифат, два года тому назад, потопил флот Фатамидов на Ниле. То есть дорогой Галиб, до появления моих кораблей бандиты Крита были непобедимой силой на средиземноморье. Что же касается Фатимидов, то их флот - это Колосс на глиняных ногах. Судите сами где взять опытных флотоводцев, капитанов, штурманов, корабелов, матросов наконец, если самому государству двенадцать лет? Все чем могут они похвастать - это вместительные корыта способные перевозить вдоль побережья десант. Ну и еще куча быстроходной мелочи на гребной тяге, с абордажными командами.
  
  - Почему же тогда Мунисом, кастрат, доложил Халифу что флот фатимидов уже сейчас серьезный противник? - спросил меня разведчик, с изрядной долей скепсиса. - И в ближайшее годы может стать в разы сильнее?
  
  - Твой кастрат, точнее его адмирал Тамал, догнал флот неприятеля, когда тот уже надежно стоял на мели. Все что ему осталось сделать - это дать залп зажигательными, по обездвиженным кораблям. - Я пожал плечами. - Почему он неумех назвал серьезными противниками? Ну, не знаю, наверно посчитал, что чем якобы серьезней противник, то и за победу над ним больше почета и наград.
  
  - Ты угадал Искандер! - Абдалла неохотно скривил губы, но видимо наболело. - И есть еще одна причина. Когда заполыхал флот фатимидов, до берега Нила, миновав топкие берега, добрались не многие. Не более тысячи. И этот осел, Тамал, отдал приказ уничтожить спасшихся врагов. Был высажен десант, но тут фортуна отвернулась от него. Выжившие фатимиды оказались наиболее умелыми воинами, и на суше легко уничтожили почти три тысячи его косолапых моряков, завладели их плавсредствами и даже попытались атаковать одну из галер. Вот так и получилось, что глупые потери Тамала, возвысили его врага и придали его победе дополнительный героизм. А мне потом пришлось за ним подчищать. Снимая сотни воинов с тех направлений, которым наоборот требовалась подмога.
   Тут снова заговорил Галиб.
  
   - Ну хорошо, в любом случае ты, как командующий своим флотом, должен разбираться в этих вопросах лучше меня. Но постарайся не ошибиться. При благоприятном исходе операции, ты можешь быть приглашен в Багдад, и твой статус в Халифате может возрасти до уровня высшей знати. Со временем ты даже можешь стать эмиром!
  
  - Галиб, ты же должен знать, что с черным визирем хитрить бесполезно, и порой опасно. Неужели ты думаешь, что я не понимаю, раз меня так быстро пригласили на беседу к наместнику Египта, то с не большей задержкой должны были пригласить и в Багдад? Но кто-то сделал так, что информация обо мне где-то затерялась и не попала в столицу. - Доброжелательный взгляд Галиба превратился в прищур. - Видимо этот кто-то знал что, поделившись этой информацией с центром, сразу остается не у дел, и упустит шанс, сказочно обогатиться. Но я не в обиде! Скорей наоборот - своих дел навалом, некогда мотаться в Багдад. И притом, - я уже эмир.
   Открытых в изумлении ртов я не дождался, все-таки публика подготовленная, но впечатление произвел.
  
   - И раз уж мы перешли к делу, то сразу скажу, что мне на пару месяцев потребуется три сотни летучей конницы. - Вопросов и возражений не последовало, только внимательные взгляды. - Задача - перехват посыльных неприятеля, разведка, и соответственно рейды в глубокий тыл противника. Сопровождение и охрана высших военноначальников, безукоризненное выполнение их приказов. Со своей стороны обещаю исключить их использование в крупных боевых действиях, и в рискованных операциях.
   Наместника, понятно заинтересовало - за кого, против кого, и где я собираюсь использовать его конницу?
  
   - Операция совершенно секретная, не менее секретная, чем наша. Но вам я могу открыться потому, как если кто-то из нашей компании распустит язык, то и с фатимидами вам предстоит разбираться самостоятельно. Вашей коннице предстоит повоевать в Болгарии, в числе моих наемников.
   Взгляды такие, будто, я сказал что воевать будем против пингвинов в Антарктиде. Первым отмер разведчик.
  
   - В таком случае думаю, что тебя должны заинтересовать наиболее богатые города, а их три. Прислав, Плиска, Варна! Прислав и Варна больно зубастые, остается Плиска!
   ' - Вот это поворот, Плиски не было в разработке Деда. Как сейчас помню, а по карте она даже ближе от Варны чем, Прислав! Спасибо Галиб, удружил! Не все Деду выносить мне мозг, ...' Я в ответ лишь улыбнулся. Тут слово взял наместник.
   - Но у Халифата с Симионом давние отношения, а военные действия против союзника ... - задумался Абдалла.
  
   - В составе наемников будут франки, росы, да много кто. А ваша конница может сойти за хазаров, печенегов, да хоть за угров. Главное поверх броньки их халаты накинуть. На Египетский эмират Халифата, уж точно никто не подумает, - и со смешком добавил. - Уж слишком далеко!
   Тут все крепко задумались, а когда беседа возобновилась, о делах больше не было сказано ни слова.
  
   Дед некоторое время юлил, но все же признал что с Плиской - 'дал маху'.
  
   - Твоя правда Саня! Ведь она совсем недавно была столицей Болгарии, и в ее храмах и дворцах наверняка ценностей немеряно...
   Боевая подготовка амазонок вселяла оптимизм, чего не сказать об их актерской подготовке. Несмотря на правильную одежду, дежурная фраза - 'не желает ли господин развлечься' - могла вызвать панику у любого господина. Жесты, взгляды, мимика, поза, - все выражало угрозу! Пока не понял что вбитый в подкорку шаблон поведения с иноземцем, без внушения исправить не получится, с мертвой точки дело не двигалось.
  
   Между тем меня посетил Ибрахим с дядей. Вести были хорошие - мне выделено две сотни летучей конницы, плюс Ибрахим с полусотней охраны. В настоящее время наемники уже в Александрии, они в полной боевой, и готовы грузиться на суда в любое время. Галиб обратился с просьбой, о доставке пассажира до Плиски, раз уж такая оказия представляется. Как выяснилось позже, пассажир оказался женского пола по имени Рагда, и она подойдет к отплытию.
  
   Пару дней спустя пришло сообщение от августы. Голубиная почта сообщила что 'медведь вышел из берлоги', - это означало, что Симион покинул столицу, и двинулся к границе. Согласно разработанного трафика, мы, получив это сообщение, должны срочно следовать на Кипр, и с сформированной там эскадрой выдвигаться в направлении Черного моря. День отплытия выдался суматошным. Ибрахима с конницей загрузили на 'Толстяка' еще утром, но корм лошадям и разную мелочевку не подвезли. На 'Астеру' не доставили продукты, новые канаты для станового и плавучего якорей, крепеж и снасти для палубного груза. Вздохнул свободно и полной грудью, только после того, как корабль полными парусами захватил ветер. Возле камбуза стояли корзины с продуктами одна из них была наполнена каротой - так здесь звали морковь. Соблазнившись видом спелых желто-оранжевых корнеплодов, сунул парочку морковок в карман, и направился на корму, чтоб в спокойной обстановке похрустеть каротинкой, и поболтать с Фарахом. Но и там расслабиться не получилось, - андоррец сообщил что возле моей каюты меня ожидает дамочка о которой я его предупреждал. Сплюнув с досады спустился с квартердека. Действительно возле моей каюты стояла женская фигура.
  
   -Ты Рагда? От Галиба?
   Она медленно повернулась и посмотрела на меня. Первое что бросилось в глаза ее светлые локоны, если они и встречались с гребнем, то, наверное, это было до потопа, но с таким лицом можно было себе это позволить. Безукоризненный овал, высокий лоб, прямой нос и кожа гладкая как мрамор. Затем я вижу ее глаза! Громадные, кобальтовой синевы, жесткие, надменные и плотоядные. На секунду мне показалось, что передо мной Углеокая, непостижимым образом сменившая масть. Этакая Снежная Королева, вышедшая с изнанки ада, во всей своей ледяной красоте. Мгновение, и наваждение исчезает, жесткие нотки покидают ее взгляд, уступая место задорным и насмешливым огонькам.
  
  - Ну да! Она самая! - одарила меня обвораживающей улыбкой попутчица, - но ты можешь звать меня Рода или Рогнеда. А ты Искандер?!
  
  - Ну да! Собственной персоной! - Растянул я губы от уха до уха, - но ты можешь звать меня - Князь Владимир! А это что, все твои вещи? - на палубе у надстройки лежал небольшой узелок и посох. - Не богато для княжны.
   Я нагнулся и подхватил вещички, Рода не ожидая от меня такой галантности, тоже было дернулась, но ее багаж был уже у меня в руках. Посох, несмотря на кажущеюся хрупкость, оказался неожиданно тяжелым, и как две капли походил на шесты Инги и Делики. - 'Однако'. Настороженный взгляд жрицы будто не заметил и сказал очевидное.
  
  - Ух, какой он тяжелый! Я скажу плотнику, чтоб он сделал тебе легкий, а этот выброшу.
   Едва я приподнял руку с шестом, словно собрался метнуть его за борт, Рода взвизгнув вцепилась в него двумя руками.
  
  - Не смей! - запоздало крикнула она на лице паника граничащая с ужасом. Немного успокоившись добавила, - я к нему привыкла.
   Недоуменно пожав плечами, открыл каюту.
  
   - Заходи, располагайся. - Пропустил пассажирку вперед, зашел следом, плотно прикрыл дверь, и запер ее на замок.
  
   - Князь!? - Рода посмотрела на меня так, словно спрашивала '- Ты уверен?'
  
  - Нет, не князь! Но благодаря тебе я стану богат как князь. - Тут я плотоядно оскалился. - На Кипр ты прибудешь в кандалах, я сдам тебя наместнику, а взамен получу десять тысяч полновесных солидов.
  
  - Искандер, ты переутомился, - капризным голосом проворковала попутчица. - Ну подумай сам, неужели в Византии золото столь дешево, что за каждую девушку там кошель продавца наполняют лопатой?
   Владеет собой мастерский, но чувствую нервы натянуты до предела.
  
  - Не за каждую! Только за живую жрицу Иштар! - Я безбожно врал, но чем фантастичней ложь, тем легче в нее поверить. - Но ты держишься хорошо! Мать Иная могла бы гордится тобой!
   Ну все, я перешел дозволенную грань, - это было бы понятно самому тупому. У моего горла появился давно знакомый стилет, а глаза пассажирки вновь становятся ледяными, жесткими и плотоядными. Маски сброшены.
  
  - Откуда ты знаешь имя настоятельницы?! - В голосе угроза. - Даже Галиб этого не знает. Не дергайся, дверь закрыта, - добавила она. - Отвечай!
  
  - Мой отец, умнейший был человек. В память о нем ношу этот брильянт, - осторожно достаю кулон из-за ворота. - Земля ему пухом! Он говорил - если хочешь заглянуть в душу человека - внимательно взгляни в его глаза...
  
  Дед сидел в в своем углу с остекленевшим взглядом так что в первую очередь занялся им. Затем, освободил гостью от всех смертельных штучек. Убрал отравленные дротики, снял пояс-сеть заменив его на обычный линек. Вместо шеста положил сучковатую жердь, взятую с камбуза. А вместо стилета вставил в руку морковку, после чего 'оживил' Рогнеду. Для нее стало неожиданностью, что на середине повествования, я вдруг перехватил ее руку со стилетом, сунул его себе в рот, и откусил половину, смачно захрустев сталью. Насладившись потрясением разведчицы, вынул из ее ослабевшей кисти огрызок моркови, и протянув его жрице сказал с полным ртом.
  
  - Попобуй! Вооде непоохо поучиось. - Девушка резко дернулась назад, а я прожевав продолжил. - Ну да, немного горчит, но совсем чуть-чуть.
   Пока доедал морковку, девушка лихорадочно проверяла свой арсенал. Результат экстренной инвентаризации поверг ее в шок. Она даже не заметила как села мимо банкетки, и так и осталась сидеть на палубе, пустым взглядом уставившись на сучковатую жердь, которая недавно была ее боевым шестом.
  
  - Значит точно колдун! - самой себе сообщила жрица, и тяжело вздохнула, затем с прищуром посмотрела на меня. - Александр! никуда ты меня не сдашь. Десять тысяч желтых кругляшек, для тебя мелочь не заслуживающая внимания. И для тебя я важней. Будь добр, верни мои вещи!
  
  - На сегодня Рода, я свой потенциал колдовства исчерпал полностью, - устало произнес я. - Все, что я могу сейчас сделать - это обезвредить ядовитые дротики. Их я превратил в твои волосы, но яд остался. Поэтому его надо срочно нейтрализовать. "- Смотреть на эту ее прическу - с души воротит. "
   С этими словами вынул пробку их бурдюка с жидким, вонючим мылом, - гель для душа как назвал его Дед. Очень удобно - выдавил на мочалку, и в душ. Набрал приличную порцию мыла себе в ладонь и стал втирать его в шевелюру попутчицы, приговаривая на русском, вроде как заклинания.
  
  - Моем, моем трубочиста, - чисто-чисто, чисто-чисто, конкретно! Ну все, теперь осталось смыть снадобье и тщательно вычесать волосы гребнем. Гребень с волосами, что на нем останутся, отдашь мне. Все, иди! Найдешь Варю, скажешь чтоб проводила тебя в душ, и дала гребень.
  
  
  - Ну че Дед думаешь? - спросил я пернатого, едва за Рогнедой закрылась дверь.
  
   - А че тут думать? - тут же ответил птиц. - Многоцелевая бомбочка! Глубоко законспирированная одиночка, подчиняется только Галибу. Плиска - повод, прикрытие, основная цель - Константин. Задача минимум - добиться его симпатии и доверия, максимум - влияния. Как сопутствующие задачи - твоя негласная охрана, пока ты нужен Галибу, ну и сбор более полной информации о тебе, твоих девицах, друзьях, врагах, целях. Сама, безусловно ликвидатор, и притом опытный. Умна, психолог-физиономист, легко входит в доверие, стрессоустойчива.
  
  - А моих врагов ей знать зачем?
  
  - Ну пока ты нужен и лоялен Галибу, то на всякий случай! А вот если между вами возникнут неразрешимые противоречия, тогда твои враги могут узнать, где и когда твоя ликвидация наиболее вероятна. А Галиб как бы, не при чём.
  
   - Может тогда снова вогнать ее в транс и подробно обо всем расспросить?
  
   - Пока не горит! Скажем, неделя терпит, - задумчиво произнес Дед. - Тем более, что надо дать ей время самой разобраться в ситуации. Девочка умная, глядишь, сама обо всем расскажет, тогда и можно будет поговорить с ней под гипнозом, чтоб понять, насколько она искренна...
   Через минут сорок жрица вернулась в каюту, первым делом передала мне гребень, а затем, без всякого стеснения, стала снимать с себя намокшую одежду и развешивать куда придется. Все что она на себе оставила - это нижнюю юбку.
  
   - Твоя Варя сказала, что надо потянуть за шнур, а то, что вода польется с потолка, не сказала, змея! - объяснила она свои действия.
   Волосы после мытья и расчесывания обрели цвет спелой пшеницы с золотистыми искрами, и легкую волнистость. О волосах я так, для информации. На самом же деле, как я не старался не опускать свой взгляд, но он постоянно срывался на полновесную грудь третьего размера, которая своей идеальной формой могла изменить представление о женской красоте даже Рубенса и Ренуара, будь у них такая натурщица, и перекроить каноны классической живописи.
  
  На Кипре уже было все готово. Пятнадцать тысяч наиболее боеспособных воинов Платона ожидали погрузки на галеры, которые освобождали воины прибывшие из метрополии. Вроде как обычная ротация кадров, только галеры покидали не "нюхавшие пороха" новички, а готовились к погрузке опытные ветераны. Вручил Константину новые доспехи украшенные гербами из позолоты, а островерхий шлем наследника венчала золотая корона. В течения дня разделил экипажи соответствующие их назначению, вроде ничего не забыл.
  
  Следующая точка сбора, запланирована через четверо суток, в небольшой рыбацкой деревне Хиле, расположенной в удобной вместительной бухте. Всего в сорока километрах восточнее Константинополя, и в трехстах километрах от Варны, что менее суток бодрого хода галеры.
   В Хиле нас ожидала отличная солнечная погода, великолепный песчаный пляж, чистейшее море, красивейшие горы вокруг, и полностью обустроенный лагерь на сорок тысяч воинов. Расслабиться на пляже к сожалению не удалось, едва разместил своих людей, как прибыл посыльный...
  
   В штабной палатке присутствовали Константин, Леонид и Платон со своими тысячниками. Все кроме меня были облачены в броню. Еще в палатке присутствовало пятеро серьезных дядек, двоих из которых я знал как экспертов по Симиону. Остальные оказались экспертами по городам Болгарии. Пауза несколько затянулась, присутствующие косились на Константина и Платона, заговорить пришлось мне.
  
  - Меня зовут Александр Калиостро, надеюсь присутствующие слышали обо мне. Пришло время огласить цель, ради которой здесь собрались самые боеспособные части империи. Я разработал операцию, в которой вам предстоит сыграть свою героическую роль. Цель операции - захват Варны, и если у кого-то появятся замечания, оставите их при себе. А вас я попрошу, - обратился я к приглашенным экспертам, - не рассказывать мне, что Варна практически непреступна. Я в курсе, что вход в бухту по сигналу дозорного перекрывается цепью. А катапульты на моле легко и быстро потопят малые десантные суда. Если кто и доберется до берега, то это самоубийцы, не имеющие ни осадной техники, ни тарана, попавшие под обстрел лучников со стен крепости.
  
   Поначалу, недоуменные шепотки военноначальников и экспертов переросли в недовольные возгласы. Дал время ребятам выплеснуть негатив, даже пропустил мимо ушей оскорбительные эпитеты в мой адрес, после чего продолжил.
  
   - Филипп II Македонский, отец непобедимого Александра, сказал: - "Осел, груженый золотом, возьмёт любую крепость." - Как я буду брать города, присутствующим знать не обязательно! Пусть думают, что хитрован вывалил кучу золота и подкупил кого надо. Да и мои притязания на половину добычи будут выглядеть обоснованно. - Вам не надо штурмовать Варну! Вы господа военные, спокойно высадитесь на причале, и строем войдете в открытые городские ворота. А вам господа эксперты, следует детально ознакомить первую тысячу вторжения, где находятся городские арсеналы, казармы стражи, и где сосредоточены основные ценности города. Эти цели должны быть взяты в первую очередь и незамедлительно. Какое-то время я буду удерживать все выходы из города, но и туда необходимо сразу направить войсковые подразделения, способные погасить панику, и надежно запечатать сквозняки...
   Военные некоторое время спокойно внимали двум парням, которые, судя по всему, Варну знали как свои пять пальцев, и быстро пометили на схеме, все интересующие нас объекты. Потом бодро отвечали на вопросы, уточняли детали. Когда вопросы иссякли и командиры переварили полученную информацию, я снова взял слово.
  
   - Варна, - это наш плацдарм, ворота, которые откроют нам доступ к другим городам врага. Следующим городом будет Плиска! Мы ее возьмем! Ну и на десерт - Прислав! Его брать не надо, просто нагоним жути на горожан. Как сопутствующая задача, - опустошение всех прилегающих провинций. Это будет не сложно сделать, учитывая, что продуктового обоза не будет. К суточному запасу провианта, имеющемуся у каждого воина, не прикасаться! Кроме того каждому подразделению предстоит преодолевать не менее двадцати римских миль в день (Учитывая что в дзержинке, мы в полной выкладке бегали из Реутово на Ногинский полигон, а это сорок римских миль, задание не сложное). Попутно расставлять секреты и кордоны, которые должны будут пропускать только тех, кто знает пароль.
   Вот тут началась жесть. Мертвая тишина, продержавшаяся с минуту, буквально взорвалась возгласами! Военноначальники перекрикивая друг друга обвиняли меня в прожектерстве, что у меня ампутирована функция разума, отвечающая за здравомыслие. Что, подобная операция может быть реализована, при силах в пять-семь раз превосходящих наши. Что подразделение после длительного марша теряет боеспособность минимум наполовину. Что моя авантюра обернется позором и катастрофой для всей империи.
   Ор продолжался недолго, и прекратился сразу после того как Константин встал со своего кресла. Крикуны замолкли, пожирая глазами начальство.
  
   - Итак, чтоб всем все было ясно, тех кто не согласен с планом Александра попрошу встать.
   Вставших, на удивление было не больше четверти, а шуму-то было...
  
  - Вы разжалованы до центурионов! Платон поставишь их командовать самыми отсталыми сотнями, и понаблюдай, - проявят себя с лучшей стороны, значит, достойны большего, если нет, - переведешь в десятники... Продолжать совещание, пока разжалованным командирам не выставили замену, не имело смысла, и его перенесли на вечер.
   На выходе из палатки меня догнал Багрянородный.
  
  - Хочу тебя спросить... - несколько замешкался Константин.
  
  - Всё ли ты сделал правильно? - попытался помочь я смутившемуся принцу.
  
  
  - Нет! Что ты! - округлив глаза, ответил Константин. - Если ты все рассчитал верно, а я в этом не сомневаюсь, то и у меня не было выбора. Я давно собирался тебя спросить, но как-то забывалось. А сегодня ты напомнил! Почему твое второе имя - Калиостро? Вот это вопрос! Но ведь не скажешь, что так звали одного успешного авантюриста в будущем.
  
  - А ты как думаешь, царевич? - вопросом на вопрос ответил я, собираясь с мыслями, и выигрывая время.
  
  - Кали - это понятно, имя твоей богини, а остальное... не знаю.
   Ну спасибо! Шикарная подсказка Костя, сам бы не додумался!
  
  - Первую часть имени ты угадал! - сделав торжественное лицо, откликнулся я. - Вторая не так значима, но не сомневаюсь, что поразмыслив на досуге, ты угадаешь и ее. - "Надо сказать Деду - раз придумал мне такое имечко пусть сам и выдумывает, что оно означает." - Не сомневаюсь, что у тебя получится.
   А ведь Костя молодец! Конечно, спорить с сыном углеокой - дурных нет, но парень, в любом случае далеко пойдет. Совершенно спокойно, снял с должностей четверть командного состава армии, и сделал это обыденно, не повышая голоса, притом оставил им надежду вернуть свой статус, если конечно будут рвать жилы. А что им остается?..
  
  До обеда было еще далеко, а пропущенный завтрак давал о себе знать. В надежде чего-нибудь перекусить пошел в свое расположение. Не дойдя метров пятьдесят, присоединился к зевакам, наблюдавшим спарринг двух подруг - Роды и Вари.
   Еще на "Астере," на следующее утро после отплытия, жрица наблюдала, как я учу Варю захватам для проведения броска. Показывал я естественно все пошагово и медленно, не доводя до самого броска. Когда тренировка закончилась, Варя уже давно заметившая жрицу, язвительно ей сказала:
  
  - Все, можешь зарыть рот, представление закончилось.
  
   - Ты не представляешь, как я рада, что оно закончилось! - радостно ответила жрица. - Более унылого зрелища не наблюдал сам господь, со времен сотворения мира.
   - Тогда чего же ты корова сюда приперлась, время дойки еще не наступило! А если нетерпеж, спустись в кубрик к матросам!
  
  - Если ты змея не засунешь свой ядовитый язык себе в задницу, - глаза Роды превратились в льдинки, а в ее руке появился стилет направленный в грудь амазонки, - то я тебе его подрежу.
   Оглушительный смех амазонки неожиданно оборвался, в это же время она делает полуоборот влево, и одновременно фиксирует кисть вооруженной руки соперницы, крепким хватом. Как только кисть со стилетом оказалась прижата к груди Вари, она начала закручиваться влево. Стилет развернулся на угол более девяноста градусов относительно предплечья Роды, ее пальчики разжались, и оружие оказалось на палубе. Амазонка не останавливая круговое движение, правой рукой подхватывает противницу под левое плечо, и проводит классическую переднюю подножку. Удар о палубу вышибает у жрицы дух.
   У Вари все движения, даже в борьбе отличаются каким-то утонченным артистизмом, наверно это врожденное. Вот и в этот раз я словно наблюдал какой-то диковинный посодобль с пируэтами и поддержками. Движения не были рваными, а наоборот, плавно перетекали из одного в другое, подчиняясь строгому ритму.
  
  - Если не хочешь к матросам, так бы и сказала, - с кривой ухмылкой произнесла Варя. - Но в любом случае коровам на палубе не место, сама видишь, копыта разъезжаются, можно и упасть...
   Договорить она не успела. Резкий рывок казалось бы нокаутированной жрицы сбивает амазонку с ног, и борьба продолжается в партере. Варя более верткая и легко переходит от ударной техники к приемам. Рода физически сильнее, и имеет запредельно высокий уровень болевого порога. Чтоб девчонки не нанесли друг другу серьезных травм, пришлось вмешаться. Вылил целую бадью забортной воды прямо на головы дерущихся девиц. Пока они прокашливались и судорожно вдыхали воздух, поднял обоих за шкварник и хорошенько встряхнул. Когда взгляды девиц прояснились, сказал:
  
  - Извиняюсь дамы! Забыл вас представить! Рода! - это Варя, мой личный секретарь. А так же мой друг и телохранитель. Варя! - это Рогнеда - моя гостья, и на время акции, и я отвечаю за ее безопасность. Вы устроили драку во время боевого рейса, что недопустимо. До прихода на Хиле вы будете находится под арестом и привлекаться к исправительным работам, на усмотрения боцмана. - Боцман отлично слышавший мой приговор, от такого усиления своей службы побледнел лицом, и сплюнул с досады, будто это он получил срок. А возмущенные до крайности дамочки набрали полные легкие воздуха. Но озвучить им своих претензий я не дал. - Каждая из вас может отказаться от принудительных работ. В этом случае капитан вычеркивает вас из судовой роли, и снимет с довольствия, а по прибытии в порт, вас выдворяют с судна без права возврата. - После такого заявления дамочки сразу сдулись. - Фарах! Взять нарушителей под стражу, и проводить в канатный ящик.
   Канатный ящик - помещение метр на полтора, под носовым кубриком, издревле служившие на кораблях местом заключения нарушителей. Тесно, душно, темно, - контакта не избежать. Мой расчет был на то, что ничто не сравнится с общей бедой в способности объединять, ну разве что еще общая обида, и общая работа... У девчонок все условия для сближения присутствовали. Тем более, что после того, как Варя перешла ко мне, остальные амазонки стали избегать свою бывшую подругу, а у Роды и вовсе не было никого, с кем можно перекинуться словом. Так что, я не удивился, когда после выхода с Кипра увидел смеющихся над какой-то шуткой дамочек, отмывающих камбузный инвентарь. Боцман, жучила, нашел способ отделаться от арестанток, отдав их на постоянной основе в помощь коку. Заметив мой ироничный взгляд дамы перестали смеяться и отвернулись, демонстрируя полный игнор. Срок наказания закончился с прибытьем на Хиле, о чем капитан официально оповестил арестанток. И вот получив возможность порезвится и размяться, дамочки устроили спарринг.
   Поскольку спецсредства и оружие не применялись, с небольшим счетом вела более юркая Варя.
  
   Пока жевал бутерброд, из свежевыпеченного хлеба, нежнейшего сыра, и копченных утиных грудок, запивая сладким ягодным напитком, примчался посыльный от Константина - прибыл фельдъегерь от Императрицы. Симион перешел границу! Авангард двухсоттысячного войска не встретив сопротивления, движется в сторону Адрианополя. В то же время восточнее, границу продолжают переходить его части, с явным намерением двинутся на Аркадиополь.
  
   Вечернее совещание штаба прошло в деловой атмосфере. Гипотетическое вторжение врага произошло, и это сразу поменяло акценты. Моя самоубийственная авантюра обрела черты реального плана, пусть дерзкого, но имеющего шансы на успех. Теперь последнему десятнику было ясно, что на вражеской территории им будут противостоять не обученные и закаленные в боях ветераны, а ополченцы, вооруженные чем придется. Учитывая, что донесение о дислокации войск Симиона были двухдневной давности, то выходило, что к Адрианополю болгары уже подошли, а до Аркадиополя доберутся не позднее послезавтрашнего дня.
  
   - Надеюсь, в общем и целом всем все ясно! - взял я заключительное слово. - Погостить в Хиле не вышло! Завтра выходим! Погрузка войск на галеры после завтрака. Отбытие по готовности. Двигаемся вдоль берега но на максимальном удалении, подальше от глаз наблюдателей. Сбор флота на траверзе устья Салмидесс, в бухте Мидии (совр. Кыйыкёй ). Это примерно сто римских миль от Хиле, и половина расстояния до Варны. Личному составу на берег не сходить! Соблюдаем режим секретности и полной боевой готовности, и ждем сигнала. Вопросы?!
  
   - Какая же получится секретность, - подал голос кто-то с задних рядов, - если флот, и так будет у всех на виду?
  
   - Платон, ты как опытный стратег, скажи, что бы ты подумал на месте болгар, обнаружив данный флот в этом месте?
  
   - А чего ж тут думать?! Советник же сказал, что в ближайшем к империи болгарском порту, Месемврии, который всего в шестидесяти милях от границы, последнее время наблюдается скопление боевого и транспортного флота болгар. Тут и тупому станет ясно, что Империя стянула к границе боевой флот для перехвата транспортов болгар с десантом, осадной и стенобойной техникой. Конечно если они не узнают, что кроме обычной команды на дромонах, еще тридцать тысяч десанта. И у меня к тебе тоже вопрос. Что если эти силы сразу после нашего наступления на Плиску, атакуют Варну и отрежут пути эвакуации нашего войска?
  
   - Это маловероятно, - с улыбкой парировал я. - У них есть определенный приказ из ставки, нарушить который не осмелится ни один командующий. А когда придет приказ от Симиона, которого ты опасаешься, операция уже закончится, и твои солдаты уже пропьют половину наградных. Но даже если предположить что армия Месемврии моментально среагирует на падение Варны то для того чтоб ей добраться до павшего города, придется преодолеть две быстрые и полноводные реки и горный массив. Флот не в счет, к тому времени его не станет.
  
   - Ты хочешь сказать, Александр, - наградил меня недоверчивой улыбкой Платон, - что осел груженый золотом, способен не только брать крепости, но и утопить флот врага?!
  
   - Я хочу сказать - загадочно улыбаюсь - только то что я самостоятельно разберусь с этой приблемой...
   Совет своих командиров проводил во время ужина.
  
   - Касим, Фарах, диспозиция несколько изменилась! 'Астере' и 'Артемиде' предстоит уничтожить флот болгар сосредоточенный в районе Месемврии. Задача не простая, но легче чем мы с вами провернули в Атталии...
  
   Амазонки ужинали на свежем воздухе, мое появление сулившее новости, вызвало некоторое оживление, но сразу было видно, что девчонки не в своей тарелке. Нет, страха в их газах не было, просто нервы напряжены. Уселся посреди сарафанного воинства, несмотря на возмущенный взгляд Юлы, опустошил ее кубок с компотом, довольно улыбнулся и заговорил.
  
   - Завтра выходим, - первым делом ответил на не высказанный вопрос. - Все в силе и без изменений. Вам всего лишь надо захватить башни сторожевых ворот. Задание, если брать в расчет вашу подготовку, плевое, думаю вряд ли кто из вас получит хотя бы царапину.
  
   - У тебя все всегда просто, - вскинулась Юла, видимо из-за выпитого компота. - А ты сам крепости брал?
  
   - Нет не приходилось. Зато в одиночку брал замок одного князя. Его охраняла армия опытных бойцов. Все подходы к замку были перекрыты. Сотня самых метких лучников была всегда наготове. А город окружала целая армия. Проникнуть в замок было невозможно! А убить князя и покинуть город живым не смог бы даже шайтан. Но мне тогда было всего шестнадцать лет, и я не знал сомнений! Проникнув в замок, бесшумно ликвидировал охрану, пробрался в апартаменты князя и покончил с ним и родственником короля, который оказался там случайно. Самое тяжелое в этой истории, оказалось, - отбиться от его личной телохранительницы, Делики, вы ее знаете. Зато уходить от погони пришлось почти год. Не понимаю, что вы трясетесь! Ваша подготовка почти такая же что моя в то время. Ваши противники не отъявленные головорезы, а ожиревшие резервисты, не обнажавшие оружие добрый десяток лет. Ваша беда в своей заниженной самооценке.
   Обдумывая мои слова, девицы даже перестали жевать.
  
   - Вы жуйте, жуйте! Обожаю, когда девушки жуют! В это время они ничего не просят, и не задают вопросов. И вообще обожаю, когда рот девушки занят... - последнее мое высказывание вырвалось само собой, но к счастью никто из дам не придал ему того значения, о котором подумал я. Разве только Рогнеда приподняла брови, или мне показалось. - Давайте я расскажу историю о том, как простой парень, поверивший в свои силы, женился на принцессе и стал королем. Случилось это в стародавние времена, когда в лесах еще свободно ходили единороги, а великаны ростом выше сосен, встречались чаще, чем тридцатилетние девственницы. Жил-был портной...
   Сказка про храброго портняжку, который семерых одним ударом, имела успех просто сногсшибательный, пока не сказал, что тут и сказки конец, ни одна амазонка не притронулась к еде.
  
   Уже в каюте Рода уперев палец в мою грудь, сверля меня своим кобальтовым взглядом, спросила:
  
   - Тот замок, который ты штурмовал в одиночку, был в Индии? Ты знаешь Делику?
   Я только улыбнулся, вместо меня ответила Варя.
  
   - Я правильно поняла? - вмешалась она, - что графиня Делия и Рогнеда, кобылки из одной конюшни?
  
   -Что? - округлила глаза Рода. - Делика графиня???
  
   Утро добрым не бывает! Особенно если ты утрясаешь сотню проблем, о которых вчера никто не знал. Все мое воинство вторжения загрузилось на две трофейные галеры, 'Толстяка', 'Астеру' и 'Артемиду'. Галеры и 'Толстяк' взяли курс на Варну, а 'Астера' с 'Артемидой' двинули к Месемврии, топить флот супостата. Фарах с Касимом после получения боевого приказа, долго смотрели мне в рот, и не дождавшись продолжения, накинулись с вопросами.
  
   - Да я что, до старости буду у вас в няньках ходить?! - вспыхнул я. - Что здесь непонятного?! Проходите в сумерках вдоль порта, срисовываете местоположение объектов. С наступлением темноты с помощью 'диверов' поджигаете пару-тройку судов, неважно каких, лишь бы хорошо осветить акваторию порта. После этого подходите на максимально близкое расстояние и методично расстреливаете зажигательными все остальные суда. Если останутся заряды жгете портовые постройки, что покрупнее.
  
   Первой к Варне должна подойти греческая галера от руссов, груженная лесом, медом, пенькой, и четырьмя сотнями наемников, которых якобы завербовал представитель Симиона, для похода на Византию, но вот сборы и подходящий транспорт несколько подзадержали наемников. Следом за ней должен подойти франкский 'Толстяк', под завязку груженый тонконогими арабскими жеребцами. Ну и ближе к вечеру должна подойти моя галера, якобы с Кипра груженая товаром из Индии и Африки. Гребцы на галерах - кавалеристы летучей тысячи Ибрахима.
  
   Не скажу, что путешествие было из легких! Из кавалеристов гребцы никакие, рыскающие судно вымотало палубную команду и кормчих до предела, но всему приходит конец, и мы точно по расписанию прибыли в Варну. С запада дул ветер, несший с собой зловоние кожевенных мануфактур, да и нечистоты города сливаемые в варнинское озеро тоже воздух не озонировали. С трудом втиснулись в тесную гавань, забитую в основном всякой мелочевкой.
  
   У причала нас уже ждал таможник. Мытарь не стал утруждать себя изучением судовой роли и перечня груза, а просто прошелся по палубе и потребовал двадцать солидов мыта. На мой возмущенный возглас:
  
  - Да этож грабеж! - лениво ответил, -- В самый раз! - Вон у твоей матросни морды какие бандитские, да и глаза отводят. Сразу видно, припрятали что-то. Если поискать, то по деньгам так и выйдет, да еще и на штраф нарвешься.
  
  '- Да блин! Палево конкретное! Действительно мои ребятишки мало чем напоминают матросов, перед увольнением на берег. Хорошо еще, что чиновник заподозрил их, только в мелкой контрабанде.'
   Таможник тем временем пренебрежительно протянул мне ладонь, едва оторвав ее от увесистого живота.
  
  - Держи душегуб! - Изображая чрезмерное огорчение, порывисто сую в ладонь мытаря двадцать кругляшей. - Креста на тебе нет!
   'Душегуб' расстегивает щербатый рот в довольной улыбке, и оттянув ворот рубахи демонстрирует медный крестик на волосатой груди, и уже поворачивая к сходням замечает:
  
   - А чего у тебя купец, гребцы такие щуплые, наверно полгода с Кипра шел?
  
   - Не богатыри конечно, - хмуро отвечаю на подначку, - зато жилистые и едят мало. - 'А таких жирдяев как ты, с одного удара разваливают до седла.' - это я уже про себя.
  
   - Ты моей теще это расскажи, - хрюкнув в кулак отвечает мытарь и со вздохом добавляет. - Худая как щепка, а жрет за троих.
   Когда я с Агапитом - типа вышибала, и двумя десятками ряженных амазонок подошел к городским воротам, стражи с преувеличенным интересом слушали рассказ, судя по всему рыбака из местных.
  
  - ... Я точно говорю, - выпучив глаза и брызжа слюной хрипло басил рыбак. - Зарево на полнеба в той стороне где Месемврия, будто весь город пылает!...
  
   - Я думаю Маломир, - это твой чудо-кит с огненными глазами и размером с гору, - серьезно сказал один из стражей. - Про которого ты рассказывал неделю назад, он и устроил там пожар! - После чего все стражники заржали в голос, а рыбак смачно сплюнув, гордо подняв голову, чуть ли не строевым двинул дальше, чем вызвал новый приступ смеха. Старший наряда, стоящий в тени вдруг неожиданно перестал смеяться, глянул в след удаляющемуся рыбаку, и тоже смачно сплюнул.
  
   - Че ржете дебилы?! Он же сейчас пойдет в магистрат всполошит там всех яйцеголовых, и те введут осадное положение. Пока не выяснят что с Месемврией, порт закроют, все смены стражи будут безвылазно торчать на стенах. И это минимум на двое суток.
   Парни замерли, им явно не улыбалось торчать на работе еще двое суток, да и нажитые сегодня деньжата жгли карман.
  
  - Звиница! - обратился он к молодому стражнику, - догони его! Только не здесь, а возле корчмы Бояна!
  
  - И чего? - прервал командира парень. - Поколотить его что ли?
  
  - Да слушай ты, не перебивай! Остановишь его и скажешь, что старший послал тебя поподробней расспросить его о зареве, заведешь его в корчму и угостишь вином. Маломир от выпивки еще не отказывался, а ты слушай его вранье и не забывай пополнять его кружку, чтоб через час он ни петь, ни свистеть...
  
  " - Фуххх! Я уже думал трындец! Не видать нам Варны! Но в любом случае планы меняются. Не ровен час подойдут еще рыбаки подтверждающие рассказ Маломира." - Пока додумывал мысль раздался раздраженный голос старшего:
  
  - Ты что спишь!? Или глухой? Повторяю! Цель прибытия? Сколько человек?
  
   - Эээ... привез девственниц, в монастырь пресвятой Марии, что при базилике Плиской!
   Стражник, задавший вопрос на некоторое время потерял дар речи. Затем неуверенно улыбнулся и заржал, привлекая внимание остальных. Отсмеявшись с трудом проговорил:
  
  - Ну тогда с каждой послушницы по три медяка, и с этой бородатой малышки, - указал пальцем на Агапита, - и с тебя тоже.
   Весь десяток стражников, и до этого с интересом поглядывавших в нашу сторону, сосредоточил все внимание на нашей компании. Яркие наряды девиц, подведенные глазки, подкладками из ваты в нужных местах, - просто конфетки. Или как сказал Дед - сексибеби на миллион.
  
  - Слушай командир, я же не талант золота провожу! Откуда такие расценки? - пресная мина охранника в ответ. - Слышь служивый, я серьезно поистратился, и у меня каждый медяк на счету. А что если рассчитаюсь натурой? Десять красавиц оставляю вам на пару часов... и мы все проходим в город. Тем более что за нами в город собираются войти франки с целым табуном коней. И мзда с этих жирных гусей с лихвой покроет все потери.
  
  -- Вон наш старший, - кивок в сторону десятника, - говори с ним. Блин бюрократия, старший хоть и облизывался при каждом взгляде на девиц, сказал, что он не старший, а старший на верху, и он не в том возрасте чтоб менять деньги на юбки.
   - Это можно легко проверить, - не уступал я. - Давай ты прихватишь с собой троих, самых сладких девиц. Смотри! - добавил я силы в голос - Та что постарше, способна глину превратить в камень, а из камня выдавить влагу. Молодая разожжет пламя даже в в давно потухшем очаге! И готов пожертвовать своей лучшей! Красива как богиня, кожа нежнее шелка, сама слаще меда! Если надо, за мгновение растопит вековой лед.
  
  
  - Ладно, - сдался командир. - Давай своих девиц.
  
  - Бора, Юла, Рогнеда! Кажется у вас появилась работа!.. ************************************************************************************************* На условный стук дверь в башню открылась, пропуская необычных визитеров. После того как четверо персон вошли, караульный не захлопнул калитку, а вытаращился на толпу разбитных девиц обступивших стражей. Не успел он еще закрыть рот от удивления, как сразу две дамочки, оказались возле него и стали мурлыкать ему что-то на ушко, прижимая его руки к своей груди. Остальные дамы хоть и с меньшим натиском, но тоже обступили зардевшихся от такого внимания парней.
  
  - Поехали! - Впечатав кулак в 'солнышко', ближайшего ко мне стражника скомандовал я барышням.
   Амазонки были готовы и не подвели. Приемы тугов органично легли на благодатную почву убийц пустыни. Вся доступная стража полегла в ту же минуту. Дальше событья понеслись вскачь, и по нарастающей. Бароны краем глаза следившие за нами предприняли все, чтоб предотвратить возникновение паники. Просто сразу, аккуратно прирезали всех оказавшихся вблизи свидетелей расправы, и почему-то подкатили телегу под арку ворот, и перевернули ее на бок. Оказалось, они подстраховались - если супостатам удастся опустить решетку, то она, не сможет полностью перекрыть проход. Крутившийся рядом десяток руссов бодро вынесли трупы охранников с прохода, сноровисто стягивали с них одежду, и облачались в их шмотки.
   'Гребцы' Ибрахима начали седлать скакунов, успокаивая боевых товарищей, переживших шок от морского перехода. Мои гулямы, одетые в броню, компактными группами спешили к сходням пришвартованных в порту судов, и пинками сгоняли в загон скотного двора праздно шатающихся граждан. Позже туда согнали и все экипажи судов находящиеся в акватории порта. Русы переодевшись в стражников, равнодушно пропускали всех желающих выти из города на пристань. Тех, кто туда попадал, тут же вежливыми пинками отправляли за изгородь. Но это все сдучилось несколько позже, а пока Амазонки весело переговариваясь входили в открытую калитку башни. Недолго понаблюдав за развитьем событий поспешил в след за амазонками в открытую дверь башни.
  
   В тамбуре два трупа - охрана. Первый пролет лестницы чист. У входа на второй этаж труп стражника. Коридор - два трупа. Первая дверь - казарма. На койках и в проходах с десяток мертвыхтел, все в нижних рубахах и без оружья, - отдыхающая смена. У стены прижав к груди окровавленную тряпицу сидит амазонка. Рву декольте платья, осматриваю рану. Кровь венозная, пузырей нет, дыхание нормальное.
  
  - Фигня! - делаю я заключение, - жить будешь! Щас почистим башни, заштопаю тебя, и через неделю будешь как новенькая. А пока хорошо прижми и держи тряпицу...
   -- Следующая дверь - три тела на полу, - знакомый десятник, седовласый крепыш в дорогом доспехе, и еще один воин, - все мертвы. Еще один марш вверх, - высокий и крутой. Узкий коридор, приоткрытая калитка, слышится приглушенный шум схватки, вдруг заглушенный мощными ударами, которые казалось сотрясали саму башню. Вслед за ударами послышался продолжительный грохот, сопровождаемый металлическим лязгом. Первое что пришло на ум - это обрушавшегося перекрытия, а ударами вышибли его подпорки. Ракетой рванул вперед извлекать девчонок из под обвала. Увиденное меня обескуражило, - перекрытие и не думало падать, колонны стояли на месте. Четверо стражников пытались отбиться мечами от пятерых фурий вооруженных копьями ' видимо взяли их из пирамиды в казарме', но безуспешно. Три удара сердца и на ногах остается один защитник.
  
   До меня наконец дошло, что мы находимся в машинном зале где стоит механизм управляющей подъемом решетки, и судя по всему ее успели закрыть. Почти! Добрые полтора метра, этой самой решетки весели на ослабших цепях. Франки знали что делали, подставив под нее крепкую телегу. Мои размышления прервал звериный рык, и на помощь, оставшемуся в живых стражу выскочил двухметровый громила весом под два центнера, с огромным молотом в руках. Боек молота хоть и деревянный, но размером с хорошее полено, окованный по краям бронзовым обручем. Наверняка верзила выбивал им клинья удерживающие решетку. Он подоспел к своему товарищу как раз в тот момент, когда жало копья одной из амазонок по самое древко зашло в рот защитнику. Зрелище схватки было завораживающие, кувалда мелькала с бешенной скоростью, но рассекала только воздух. Копья амазонок жалили в ответ но пока не смертельно. Еще мгновение и наступил пат. Обе стороны тяжело дыша изготавливались к следующему рывку. Болгарин представлял из себя страшное зрелище: - правая щека разрезана от губы до уха, и весит, обнажая зубы. Левая бровь глубоко рассечена, и свисает вместе с веком на глаз. Все лицо залито кровью. Зато правый глаз налит лютой злобой, и решительностью. Рывок великана и взмах кувалды сносит нацеленные на него копья, но не достает амазонок, одной из которых удается в этот момент ударить великана прямо в сердце. Но слабая закалка наконечника не позволяет пробить добротную кольчугу, застряв в паре сантиметров от сердца. Ответный удар гиганта ломает древко копья и отбрасывает воительницу к стене, где та и остается лежать сломанной куклой.
  
  - Назад! - приказываю я амазонкам, одновременно доставая стилет. - Всем назад!
   Великан поворачивается на голос и удобнее перехватывает молот. Едва я собираюсь рвануть в атаку как буквально глохну от грохота, рефлекторно пригибаясь, вижу заваливающееся назад тело молотобойца. Со страшным звоном в левом ухе оборачиваюсь, уже зная, что увижу там Варю невозмутимо разгоняющею ладошкой облако порохового дыма.
  
  - Предупреждать же надо! - Ворчливо выговариваю я своей секретарше. - Ты мне чуть ухо не отстрелила!
  
  - Все было под контролем командир! - невозмутимо отвечает мне милашка. - А отсутствие уха, не так опасно, как смятая в лепешку голова.
  
  - А дура с инициативой, - переступаю труп переростка и подхожу к следующей двери, - опасней обычной дуры!
   Сморщенный носик в ответ, и никакого раскаянья. Едва протягиваю руку к двери, она резко распахивается, больно ударяя по пальцам левой руки.
  
  - Почему опустили решетку!? - орет мне в правое ухо, влетевший, ' - Да вы что сегодня все, заговорились что ли?! '
   Морщась от боли в пальцах и звона в ушах, бью с правой крикуну в подбородок. Закатив выпученные глаза, десятник оседает на пол - нокаут. Заглядываю в приоткрытую дверь, за ней тамбур заканчивающийся дверью с мощными запорами - видимо выход на стену и крутая лестница вверх.
  
  - Что там? - шепчет Варя.
  
  - Любопытной Варваре нос оторвали, - ворчу я в ответ. - Давай сюда Асгрима, Яра, Ибрахима и Айболита. Гони сюда Вову с моей броней и оружьем. Сама тоже переоденься по-боевому. Бора! - поворачиваясь к застывшим амазонкам. Оставь пару девиц в маскараде, остальные по полной боевой. Ты не уходи! И да, пусть дамочки принесут твой доспех. Все вперёд!
   Подхожу к амазонке попавшей под удар молота. Мурка - такое имя я дал девице за ее авантюрный и безбашенный характер, да и реагировала она на меня не как на командира, а, как на атамана бандитской шайки. От такого удара отдал бы концы даже богатырь. Но эта нет - жива и относительно здорова. Осмотр выявил ушибы предплечья, плеча, грудной клетки. Возможно трещины в паре ребер... Ватные подкладки, создающие иллюзию большей груди, древко копья и малый вес тела, уберегли амазонку от серьезных последствий. Когда закончил осмотр, Мурка посмотрела на меня взглядом утопленницы, и слабым голосом спросила:
  
   - Саня я умираю?
  
   - Да! Твои жизненные силы на исходе! - скорбно сказал я симулянтке. - Но если я сейчас отрежу тебе руку, а лучше ногу, то сил должно хватить на оздоровление остального организма. Девочки, - достаю стилет и обращаюсь к оставшимся Боре и Роде, - держите ее крепче.
   Умирающая резко сфокусировала взгляд, и приняла сидячее положение.
  
   - Э-э не надо ничего резать! Мне уже легче!
  
   - Ну не знаю, - с сомнением произнес я. - Айболит сделает примочки, и даст снадобье, но если не поможет...
  
  - Агапит! Надевай шлем, и накидку переростка, я нацеплю шмотки десятника. Пойдем брать портик (крытая галерея, расположенная над воротами), Там било! Если парни успеют ударить в набат, к арсеналу сбежится весь город, и малыми потерями мы уже не отделаемся.
  
   Портик взяли без проблем. Я поднялся по лестнице, и когда мой шлем выглянул из люка, наклонил голову, и прикрывая лицо рукой как бы чихнул, продолжая подниматься. Стражи услышав скрип лестницы подошли почти вплотную к люку, встречая свою смерть. Последнее что они увидели - обоюдоострый необычно тонкий клинок. Помощь Агапита не потребовалась
  
   - И так дамы и господа, подвеем первые итоги вторжения. Могу сказать только, что оно произошло преждевременно, но выбора не было. До прихода основных сил как минимум сутки. Даже 'Астера' и 'Артемида', раньше чем к ночи сюда не доберутся. То, что мы уже сделали не идет не в какое сравнение с тем, что нам предстоит сделать в ближайшие сутки.
   Совещание я решил провести, в казарме башни, один угол помещения был завален трупами, но в остальном помещение было наиболее подходящим.
  
  - Буду краток, и попрошу меня не перебивать. Тем, кто получил задание, немедленно приступать к его исполнению. Асгрим! Со своими рыцарями берешь под опеку эту башню, ворота, молл с баллистами, и помещение где находится механизм запирания бухты цепью. А так же участки стен и башни, граничащие с воротами. Для нас сейчас нет важнее объекта, чем твой! Если что-то пойдет не так, то это единственная лазейка через которую мы сможем унести ноги. Выполнять! - Швабский барон едва заметно кивнул, и покинул собрание. - Айболит! В этом помещении разворачиваешь госпиталь! Все медикаменты и помощников сюда. Кухня есть, на счет продуктов уточнишь.
  
  - А куда девать трупы? - эскулап кивнул подбородком в угол.
  
   - Они совсем свежие! - серьезно ответил я. - Скормишь раненным.
   У парня, и у некоторых присутствующих, чуть глаза из орбит не выпали. Только Агапит и Варя оценили шутку, прикрыв ладонью улыбки.
  
  - Айболит не тупи! Санитары ночью вынесут их к воротам, а там горожане сами разберутся. Все вперед! -- Бора! За вами таможня и арсенал! Их здания в пяти минутах ходьбы и примыкают друг к другу. Ряженные ликвидируют наружную стражу арсенала ключи наверняка в караулке... Остальные пусть спокойно входят в таможню. Таможня не такой уж стратегический объект, но если мы его сразу не возьмем, то плакали наши денежки! Завтра уже будет поздно - возьмем только пустые сейфы, если и их не упрут. Яр! Дашь амазонкам пару толковых парней, тех, кто разбирается в оружии, и десяток кто организует его вывоз из арсенала. Всякую рухлядь не брать, и так будет чем заполнить трюмы. Вам минуту на согласование деталей!
  
  -- Агапит! За тобой южные ворота! Мой боцман с двумя десятками гулямов, должен подобрать самую быстроходную фелюгу и подойти к воротам со стороны озера. Ты с полусотней подходишь к воротам со стороны города... Любая лодка пытающаяся отойти от берега, должна быть перехвачена! Я беру на себя магистрат и городскую тюрьму. Доклады от всех жду в магистрате каждый час. Если что-то пойдет не так, то докладывать немедленно.
  
  -- Ибрахим! Ты со своими бойцами должен прорваться через западные ворота за пределы города, и до темноты удалиться миль на двадцать. По дороге уничтожая всех, кто может разнести весть о захвате Варны. Через каждые пять миль ставишь кордоны, с этой же целью. Дорога одна, справа горы слева - река и болота. Твоя задача - как минимум сутки перехватывать всех гонцов, иначе Плиски, с ее золотом, нам не видать.
  
  -- Яр! За тобой западные ворота, - сажай на круп лошадей Ибрахима свою сотню. Западные ворота должны быть взяты в ближайшее время. Затем берешь под свой контроль всю стену и башни....
  
  
  Здание магистрата Варны, венчала башня, с куполом облицованным медью. Десять ступеней белого мрамора, со стороны площади, вели к мраморной колоннаде поддерживающей фасад кровли. Сам портик украшен барельефами исторических знаменитостей, местного разлива. Скульпторы, воссоздали лица персонажей в стиле сезанновского кубизма. Барельеф Квазимодо, весьма органично бы вписался в этот ансамбль. Короче провинциальный блеск во всей красе. У арки входа лениво несли службу двое гвардейцев, утомленных солнцем, и самой службой. Я с сотней гулямов расположился в тени одного из ближайших проулков. А Рода в платье простолюдинки и Рис, двадцатишестилетний мечник в форме стража, подошли к гвардейцам. Рис, эмоционально жестикулируя, что-то объяснял страже. Я буквально на пару секунд отвлекся, прикидывая, сколько в таком здании, может находиться служащих. Выходило что не меньше полусотни, плюс столько же если не больше посетителей. Тем временем картина у входа в магистрат кардинально изменилась. У входа стояла только Жрица, вопросительно гладящая в нашу сторону, и Рис волокущий тело гвардейца за колонну.
  
  - Вперед! - скомандовал я. - Идем не спеша, оружьем не гремим. Последние два десятка окружают здание, не одна сволочь не должна сбежать.
   Сразу за входом начинался холл, невысокая ажурная перегородка отделяющая общий зал от пары столов, за которыми восседали секретари, и лестница на второй этаж. У перегородки еще два гвардейца. В зале не более десятка просителей, все стоят, - сидячих мест для очередников не предусмотрено. Мои парни, игнорируя посетителей, подошли сразу к гвардейцем, один из которых даже успел потянутся к сабле, за что сразу получил удар мечом по руке, правда плашмя. Стражей мгновенно спеленали и уложили.
   Останавливаюсь в центре холла, хлопая в ладоши, привлекаю внимание публики.
  
  - Господа посетители! Прошу прощения, но магистрат, в связи с захватом города, на ближайшее время, закрыт. Вам следует покинуть помещение. Перед выходом не забудете добровольно, выложить деньги, оружие и драгоценности. Всякий оказывающий противодействия новой власти, будет убит. Остальным ничего не угрожает.
  
   Хоть какая-то ясность, расслабила напряженные лица посетителей, и те развернувшись к выходу, пережидали прибытие все новых и новых воинов, прекрасно вооруженных и закованных в дорогую броню. Захватчики не останавливаясь стремительно двигались к лестнице и далее, занимая здание целиком. Один из посетителей - молодой неопрятный мужчина с глазами навыкате и куцей бороденкой, обратился ко мне с вопросом.
  
  - А что мне делать? У меня нет денег?
  
   - На нет, и суда нет, - пропустят и так! Когда накопишь, отдашь.
  
   - А кому отдавать? ' - Не понял, он меня троллит, или реально местный придурок '
  
  - К тебе подойдет лысая женщина с кучерявой бородой, и скажет, что она от главаря. Вот ей и отдашь. - И строго добавил: - Уяснил?! - Частые кивки в ответ.
   Наш диалог развеселил не только моих парней, но и на губах некоторых посетителей появилась кривая улыбка. Тем временем ко мне приволокли, перепуганных секретарей. Те не думали запираться, опережая друг друга, исчерпывающе отвечали на все вопросы. А когда вопросы иссякли, сказал:
  
  - А сейчас главное, - о чем, по вашему мнению, я вас не спросил? Подумайте хорошенько! Если ответ мне понравится, то свободны.
   Тут на меня обрушился вал информации - у кого сколько и где, и кого и за сколько может выкупить родня, и еще много чего.
  
  Пока на верхних этажах, проходила экспроприация экспроприаторов, надо сказать весьма успешная, - казна города приятно удивила своей наполненностью, деньги выносили сундуками, точнее сундучками, я спустился в подвальное помещение, где располагалась городская тюрьма. Всех надзирателей мои парни заперли в караулке, и экскурсию привадил сам кум (начальник тюрьмы). Крепкий, словоохотливый старичок рассказал, что в настоящее время за решеткой находится пять десятков арестантов. Из них около трех десятков уголовники - воры, жулики бандиты. Полтора десятка должников, и шестеро 'политических' - еретиков. Оказалось тюрьма не предназначена для отбывания определенного срока наказания, а использовалась как место задержания, и для каждой категории узников по-разному. Те же еретики находились за решеткой до смерти, или до тех пор, пока не откажутся от своих взглядов. Впрочем, больше года никто не протянул, - миска жидкой каши раз в сутки... Должники содержались до тех пор, пока родственники или знакомые не погашали треть долга. А кроме двух мисок каши они имели право на продуктовые передачи от родственников. Самое привилегированное положение занимали уголовники. В их продуктовую корзину каждый день входил хлеб, и даже раз в неделю рыба. Сидели они в тюрьме, как правило не долго, - ожидая приговора, а затем наказания. Должников и 'политических' я амнистировал сразу, хотя двоим еретикам, недолго осталось наслаждается свободой. Длительное голодание необратимо повлияло на множество функций организма, и держались они разве что на упрямстве. С уголовниками сложней. Ворье, жулье, убийцы, теплых чувств у меня никогда не вызывали, так что сидите парни, где сидели. Но камеры все же обошел. Подойдя к последней двери, дедок гордо сказал:
  
  - А здесь самый опасный, один из главарей ночной гильдии. Что-то не поделили они с судьей, и тот назначил за поимку Красса пятьдесят золотых. А тот не будь дурак, назначил сто золотых за голову судьи. Не прошло и недели как тело судьи нашли обезглавленным, в собственном доме...
   Красс, если коротко описывать, вполне мог быть младшим братом Агапита, - атлет с окладисто черной бородой и презрительным взглядом. Недовольно прищурившись на свет факела, выругался и поинтересовался - какого хрена его беспокоят, если до ужина еще далеко. Кум невозмутимо ответил, что новый глава города инспектирует заведение и знакомится с заключенными. Бандит в ответ только презрительно сплюнул, и открыл было рот, чтоб в красках рассказать где он видел нового главу, но вместо этого округлил глаза уставившись на мою левую кисть.
  
  - Откуда кольцо?!
  
   - В кости выиграл! - с ухмылкой ответил я.
  
   - Э... кхм, - смутился верзила, - как тебя звать?
  
   - Ваши Багдадцем зовут.
  
   - Тот самый Багдадец!? - еще больше округлил глаза Красс, - Палач Углеокой?..
  
   - Можно и так, но мне больше нравится называться секретарем императрицы, или ее ангелом хранителем. А сегодня получается, я и твой хранитель - ты свободен!
  
  - Да меня бы освободили, и без твоей помощи! - Наглая, снисходительная улыбка. - Кому надо уже заплатили. Так что на особую благодарность не рассчитывай.
   В ответ я безразлично дернул плечом, и перевел взгляд на начальника тюрьмы, который все это время грел уши, и кажется перестал дышать, боясь пропустить хоть слово из нашего диалога. Почувствовав мой пристальный взгляд, Кум втянул голову в плечи, и постарался стать незаметным.
  
   - Слушай Багдадец, тут про тебя такие слухи ходят! - без перехода продолжил Красс. - Будто твои наложницы исключительно принцессы и королевы! А твоя служанка - ведьма - вместо глаз у которой, горящие угли! И она своими молниями может косить людей сотнями, и ей все равно грешник ты или святой отец, да хоть викарий!
  
   - Ну да! - улыбаясь ответил я. - Все так и есть!
   Бандит хрюкнул, давясь от смеха, затем хлопнул себя по ляжке, и заржал в голос. Внезапно смех резко оборвался. словно выключили звук, а его застывший взгляд смотрел куда-то за мое плечо. Обернувшись, увидел Варю, и сам едва не вздрогнул. Худощавое бледное лицо и стянутые в хвост белые волосы амазонки в причудливой игре света от горящего факела, напоминало череп. Многократно усиливали это сходство черные очки, в которых отражались блики огня. Действительно похоже на горящие угли в глазницах. Не обращая внимания на онемевших в ужасе чужаков, Секретарь сообщила, о прибытии посыльных, и прикрывая носик платочком - вонь в тюряге еще та, - исчезла, будто ее и не было.
  
   - ... И передай своим, - перед тем как покинуть камеру Красса, напутствовал я зека. - Чтоб не нарывались, будут бузить, хватится за оружие - и сами сдохнут, и спровоцируют имперцев. А их злить не стоит, иначе все пострадают, а от города камня на камне не останется. И другим порекомендуйте, чтоб тихо сидели по домам....
  
  Посыльные доложили, что все идет по плану, все ворота, стены, башни, таможня и арсенал, под нашим контролем. Пришлось повозиться с западными воротами, и с помещением, где находится механизм запирания бухты цепью. В обоих случаях стражники успели запереть массивные двери, но и мои парни не сплоховали. Яр решил проблему тем, что воспользовался серными шашками, которые забросили в бойницы башни. Интенсивное выделение ядовитого дыма, которого достаточно вдохнуть совсем незначительное количество, чтоб бежать куда угодно, но подальше, позволило беспрепятственно изрубить дверь и занять башни. Асгрим поступил более кардинально - развернул мощную катапульту с мола, и первый же снаряд весом в под центнер превратил неприступную дубовую дверь в мелкую щепу. Еще одна хорошая весть - 'Астера' и 'Артемида' в течении часа войдут в бухту Варны.
  
  Вечер вдался шикарный, свежий ветер с моря разогнал августовский зной и вонь от стоков города. Положительных эмоций прибавляло то, что благодаря мне, город спустя четыре столетья вновь стал византийским. Мы сидим на веранде ухоженной виллы. В центре двора, - бассейн. Патио - так через тысячу лет, назовут внутренний дворик - окруженный высокими стенами и обсаженный для красоты пальмами и цветниками. Ранее дом принадлежал кому-то из важных чиновников, сейчас он занимает одну из камер тюрьмы магистрата. Мы - это я, Касим, андоррец, Джаз, ну и дамы - Иная и Варя с Родой. Стол ломится от яств - Вова подобрал дом, а Иная обеспечила все остальные удобства, включая угощение - растут ребята. Дед, после того как оповестил Касима о взятие города, полетел с этой вестью к основным силам вторжения. Надеюсь сейчас, он уже рядом с Константином, на полпути к Варне. Сегодня все именинники - одни, город захватили, а другие - спалили. До того как собрались, Фарах с Касимом уже были в курсе наших дел, и сейчас утолив голод, как бы неохотно и с ленцой рассказывали о своих подвигах.
  
   Проходя мимо Месемврии, парни срисовали все вражеские суда на рейде и у причалов. А с наступлением темноты вернулись. Командам диверов, было приказано поджечь два ближайших к берегу корабля, в противоположных сторонах бухты, чкм они сразу же занялись. Джаз внес рацпредложение - не обрабатывать борта коктейлем, а забравшись по якорь-канату просунуть бурдюк с зажигательной смесью в клюз, и сделать в нем надрез. В этом случае коктейль разольется по палубе бака, а учитывая, что судно на якоре всегда развернуто носом к ветру, то пламя должно быстро распространится по всему судну. Расчет Джаза подтвердился - диверы еще не подошли к своим маткам, а акватория порта, уже была как на ладони. Коктейль Молотова, легко поджигающий танки, - это вам не греческий огонь, на растительном масле. Так что запалить два десятка вражеских судов, было делом времени. И когда весь крупнотоннажный флот неприятеля запылал, Касим перенес огонь на ангары, где по предположению Деда, хранилась осадная техника и возможно остальной арсенал для вооружения судов. Фарах же, оставшись не у дел, не придумал ничего лучшего, чем подойти поближе к берегу и вдарить зажигательными по городу. Касим не понял, чем вызван обстрел города, но на всякий случай поддержал Фараха огнем. В результате чего, к утру весь город пылал. Делать там было больше нечего, и отойдя мористей, суда малым ходом двинули на север. Когда прилетел Дед, с донесением, был объявлен аврал, и впервые после ходовых испытаний были подняты все паруса.
  
   За успех операции наполнили кубки, я правда тут же предупредил, что продолжения банкета не будет, и до конца акции наступает сухой закон. Когда кубки опустели, парни потребовали от меня рассказать что ни будь новенькое. Я открестился тем, что мои рассказы длинные, а я уже сегодня затемно должен вести передовой отряд на Плиску. Неожиданно встряла Рода:
  
   - Расскажи, как Делика стала графиней!
  
   - Это закрытая информация, - ответил я. Но видя разочарование в глазах девушки продолжил. - Могу лишь сказать что Делика осознано выбрала себе цель, и знала что ее ожидает. Она год провела во дворце Махараджи, а это практически, то же самое что при дворце халифа. А потом еще три месяца, была фрейлиной при императрице Византии. А что знаешь о жизни высокого дворянства ты? Ну, за исключением, что у них много денег?
  
  - Я тоже княжеского рода, и ты об этом отлично знаешь!
  
  - С чего ты это взяла? - Обескуражено проговорил я.
  
   - Саня не надо прикидываться дурачком! Первое что ты мне сказал, когда увидел мои вещи - 'небогато для княжны! '
  
  ' - Ну да что-то вроде припоминаю, - брякнул не подумавши. ' А вслух сказал:
  
  - Дык, это - я, сколько княжон знал, у всех нос крючком! Вот когда тебя увидел, сразу подумал, что тоже княжна...
   Рода сначала опешила, потом изобразив злобную улыбку, накинулась на меня с кулаками.
  
   - Это у меня нос крючком?! - оседлав меня и награждая игривыми, но весьма чувствительными ударами под ребра, приговаривала она. - Это у тебя сейчас все станет крючком!...
   Я уже неоднократно подвергался такого вида агрессии от своих девиц, и уже знал контрприем! Увесистый шлепок по заднице, заставил Бору удивленно вскрикнуть и перейти к защите своих тылов. В это время перехватываю инициативу и перехожу к щекотке. В ответ визг, судорожные извивания тела, и позорное бегство, точнее сползание под стол. Народ знатно повеселился, наблюдая веселую клоунаду, но показавшаяся, из под стола Рода вновь серьезно сказала:
  
   - Мне не нужны секреты! Просто скажи, благодаря чему Делика стала дворянкой?
  
  - Ну, тут особой тайны нет, - тоже серьезно ответил я. - Августа предложила мне невыполнимое задание, и за его выполнение пообещала любую награду на выбор! По ее рассуждением, кроме меня, с ним никто бы не справился. Задание было действительно трудным и долгим, - я отказался. И предложил вместо себя Делику. Индуска буквально вылезла из кожи, но задание выполнила...
  
  - Саня я не была тесно знакома с Деликой, она дружила только с Гердой, ныне покойной, но ее качества мне известны. И могу сказать точно, - раз это задание было ей по плечу, то и я бы с ним справилась.
  
  -Герда жива! - Влез в разговор, слегка опьяневший андоррец. - Только зовут ее сейчас - Инга.
  
   - Это вы про герцогиню Ингрид, что ли говорите? - добавила масла в огонь Варя. - Не знала, что ее раньше Гердой звали.
  
   - ЧТО?! ... - На Рогнеду было жалко смотреть...

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  А.Емельянов "Мир обмана. Вспомнить все" (ЛитРПГ) | | А.Емельянов "Последняя петля" (ЛитРПГ) | | Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих" (ЛитРПГ) | | В.Проняев "Второй смартфон в подарок" (Научная фантастика) | | Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 1" (Киберпанк) | | А.Лоев "Игра на Земле. Книга 3." (Научная фантастика) | | Т.Урсова "Искательница" (Боевое фэнтези) | | Н.Самсонова "Мой (не) властный демон" (Любовное фэнтези) | | В.Прекрасная "Говорящая с драконами" (Любовное фэнтези) | | Д.Гримм "Ареал X" (Антиутопия) | |

Хиты на ProdaMan.ru Я хочу тебя трогать. Виолетта РоманТитул не помеха. Сезон 1. Olie-Снежный тайфун. Александр МихайловскийПодари мне чешуйку. Гаврилова АннаШерлин. Гринь АннаВолчий лог. Сезон 1. Две судьбы. Делия РоссиВедьма и ее мужчины. Лариса ЧайкаОтборные невесты для Властелина. Эрато НуарОфисные записки. КьязаИЗГНАННЫЕ. Сезон 1. Ульяна Соболева
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "То,что делает меня" И.Шевченко "Осторожно,женское фэнтези!" С.Лысак "Характерник" Д.Смекалин "Лишний на Земле лишних" С.Давыдов "Один из Рода" В.Неклюдов "Дорогами миров" С.Бакшеев "Формула убийства" Т.Сотер "Птица в клетке" Б.Кригер "В бездне"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"