# История Синего Замка, книга вторая, часть 5

Винтер, Гульнара Леокалиос

Святая Мария и Василий

Любые совпадения с реальными людьми или событиями являются ложными.

Осторожно, могут присутствовать сцены насилия!


Желаем приятного прочтения!


Книга 2, часть 5. ②⑥-②⑧ конец


②⑥ глава

-Есть ли доказательства, что он оскверняет моё имя?

-Есть.-Девушка нервно посмотрела на меня. Я встал со стула и направился к столу.

Думаю у дворника челюсть вывалилась от такого поворота.

-Приветствую Святую Марию.- я поклонился для поднятия её настроения.

Из Кормана на груди я достал диктофон с завернутой скией. Я всегда держал его в руках для лучшего распознания голоса.-Прошу вас. - я отдал его Святой.

{-Вот же-ж... Послушай меня, я не хочу вредить вашей Матери. Я считаю что она не заслуживает обычной службы в роли Матери, она достойна быть святой. Понимаешь, да?

-Что вы такое говорите?

-Я считаю, что эта старая Мария не заслуживает место Святой. Пора бы этой старухе на пенсию.

-Но я не заслуживаю большего.

-Да что вы такое говорите? Вы заслуживаете намного больше чем имеете. А эта дряхлая старуха просто-напросто завидует вашей красоте, а сама страшная, как ведьма.}

-Есть ещё, но на другую тему.

{-Всё правда в порядке? Я очень беспокоюсь о вас! Вы очень стары поэтому любое ранение может стать для вас последним...

-Не стоит говорить такие вещи, я ведь не настолько стар как вы думаете.}

-Этого достаточно. -Святая остановила меня.

Дворник смотрел на всё это со спокойствием, похоже это наказание не страшило его.

Но он всё равно, презрительно смотрел на меня.

-Я прошу подойти монахиню, которая сегодня проводила экскурсию по храму для дворника. В качестве свидетеля.

Монахиня встревоженная встала со стула и направилась к Святой.

-Хах, снова ты.-её слова были полны презрения.

Подойдя к столу, монахиня ужаснувшись начала играть спектакль,-Простите его, эта жалкая монахиня, случайно вынудила сказать это...

-Нет прощения преступникам, оскверняющим имя Святой!-вся толпа начала заступаться за Святую.

И в дополнение священник ответил,-Не нужно боятся за преступника, Мать!

-Да, не волнуйтесь! Он не достоин вашего переживания!-подхватили священнослужители.

Монахиня встала передо мной на колени,-Зачем же ты так с ним поступил, Брат? Он ведь нечего тебе не сделал! Ответь! - она жалко взялась за мои запачканные землёй штаны.


Делая вид что я сожалению о содеянном, я опустился на корты,-Мать, прошу вас простите меня, но я не мог сделать по-другому. Преступники должны сидеть в тюрьме.

-Брат прав!

Святая же наблюдая за этой игрой, потёрла оба виска и глубоко вздохнула. Только я и монахиня могли услышать её тихие слова:

-О Боже!

Если честно я сделал бы тоже самое на её месте, этот бред сильно выматывает, особенно когда плохое настроение.

-Уведите её.-Видимо она устала от этого скандала.

Этот разговор и в правду был похож на дешёвую драмму, но всё же учитывая что мы всё сочиняли на ходу сойдёт.

-Дворник получит наказание в четверг, так как, у храма завтра выходной к празднику "Ивана Купалы".

-Так и надо этому дворнику.

-Да-да лучше бы вызвали милицию.

-Не найдешь на него управы.

-А вдруг он сам убивал те тела?

-Возможн-возможно!

-Тихо! Всем уйти в общежитие! Дворник должен остаться!

-Досвидания!-все желающие угодить Святой кланялись. Но я уверен, её ненависть от задержки только усиливалась.

Выйдя из комнаты, я забрёл в коридор и у окна увидел Еленику, ждущую кого-то.

Еë небесно-голубые глаза сверкали при виде солнца из окна, было видно что она глубоко задумалась, но я ошибся, она всё время наблюдала над ходящими по коридору. Я её совсем не знал. Если сказать честно мы почти не сталкивались раннее. Как я узнал она была моей ровесницей, ей тоже было пятнадцать, и это всё.

-Кого-то ждешь?

-Да! Я ждала тебя. Можно тебя задержать?

-Угу.

-Я хотела тебя поблагодарить за помощь, но вижу тебе всё равно на это.

-...

-Тогда просто благодарю.

-...

-...

-Это всё? Ты меня ждала ради этого?

-Да.

-Ладно, тогда прощай.

-Подожди. Я хотела бы исполнить любую твою просьбу.

-Хорошо, но в другой раз. Прощай.

Мне нужно немедленно идти к монахине.

И куда же мне идти? Может спросить у Еленики? Мне лень, просто пойду к лекарю в женском общежитии. Как бы смешно это не звучало, не исключено что она у врача.


▦▦▦


Охранник стоял у входа.

-Молодой человек, что вам здесь нужно?

-Я хотел бы навестить своего учителя.

-Предъявите пропуск и можете проходить.

Я достав из сумки деревянную медаль, отдал её в руки охранника.

-...

-...

-ФИО: Шашашишашин Алексей ?

Возвраст: 𝟷𝟻 лет

Дата рождения: 𝟷𝟺 месяц 𝟹𝟻 число 𝟷𝟺𝟷𝟶

Вера: Простолюдинов

Раса: обезьяна (?)

Вид: лысая

Питание: всеядное

Группа крови: 𝟺 редкая

Приспособление: быстрое

Место учёбы: Военная Академия

Родитель: Пичупидо

Должность: Брат

Дата регистрации: 𝟷𝟺𝟸𝟻г. 𝟼 июля

Поручитель: Монахиня

Верно?

-Верно.

-Проходите, у вас пятый подъезд, шестьдесят первая квартира, первый этаж.

-Скажите, где находится медпункт?

-Первый подъезд, первая квартира и первый этаж.

-Спасибо. Скажите, сколько времени?

-Девять часов вечера.

Уже? Мне нужно быстрее в общежитие. Поверить не могу, я встал в четыре часа, а в храме оказался только в пять, что сегодня за сложный день?

-Благодарю.

Я быстро свернул в первый подъезд и постучался в приоткрытую дверь.

-Входи.-как ни странно это был голос монахини, но не врача.

Открыв тяжёлую железнную дверь, я увидел дворника, сидящего рядом с ней.

-Я пойду, выздоравливай!

-Досвидания.

Дворник подошёл ко мне,-Щенок!-и ушёл.

-И вам того-же.

-Привет, я уже заждалась.

-...

-Ну и когда же его посадят?

-Разве он вам не рассказал?

Монахиня терпела, даже если я обращался к ней официально.-Верно, просто хотела удостоверится, что именно восьмого числа.


-...-Я кивнул ей.

-В любом случае я и вправду думаю что он мне почти не врёт, но думаю это абсурд.

-Думаю он бы не стал вам врать.

-Тебя поблагодарила Еленика?

-Да.

-Отлично.

-Можете ответить на мой вопрос: кто управлял этой избой до дворника?

-Этой избы не было до его появления.

-Неужели сам дворник её построил?

-Это не так, на самом деле её построили по приказу Святой, а уж потом он туда заселися.

-Святая тоже...

Постоянно там ранит руку.

-Что?

-Нет, ничего. Святая часто бывает там?

-При мне она туда ни шагу не ступала.

-...

Значит ли это что они не общаются? И кровь точно не её?

-Почему тебе они так интересны?

-Нечего.

-...

-Что за железная дверь у дворника в мастерской?

-О? Даже не знала о её существовании.

-Тогда я возвращаюсь обратно?

-Подожди. Ты же знаешь что к дворнику приставили наблюдателя?

-Э? Нет.

-За ним заставили следить одного рыцаря, по имени Питер.

-Питер? Не знал.

-Ты наверное слышал что храму пожертвовала много денег одна аристократка?

Всё же мой мозг меня не обманул, вот откуда дорогущий шёлк.

-Нет, я здесь первый день.

-Точно, как будто мы уже сто лет знакомы, вот я и ошиблась. Так вот, её рыцаря приставили к дворнику в качестве наблюдателя, это и есть Питер.

-Понял. До свидания.

-Пока.


②⑦ глава


Солнце светило мне прямо в глаза.


Снова это утро, такое чувство будто в храме я уже несколько недель.


До будильника оставалось около пятнадцати минут, но я уже прекрасно понимал, что уснуть я больше не смогу.


Голова невозможно болела от недосыпа, всё же вчерашний инцидент не очень хорошо сказался на моём сне, и в конечном итоге я лёг спать в двенадцать часов ночи. И того я спал... Где-то пять часов? Нужно найти способ прийти в себя.


Я пошёл принимать холодный душ.

Это никак не помогло, но идти в храм было необходимо.


Выход из общежития открывается без десяти шесть. Это правило было неизменяемо, ровно в шесть ворота закрывались. В следующий раз ворота откроются только без двадцати минут восеми для учеников, без пятнадцати десять для молитвы и служителей, без пятнадцати четыре для вечерней молитвы, без пятнадцати пять для прислужников в огороде. Поэтому, быстро одевшись я сел на деревянный стул, времени было ещё много, поэтому я мог со спокойной душой заниматься своими делами. И одним из этих дел было чтение книги про Манчичу.

Как бы я не пытался забыть её вчерашние изменения, мне всё равно было сильно беспокойно и непривычно, что одна из её страниц была стёрта из-за воздействия воды.


Я ещё не прочитал все страницы до последней, но половину я всё же прочитал, и именно это страница и являлась продолжением середины. Я ещё не успел до неё дойти, теперь можно только предположить, что там было написано.


Я прочитал историю ещё не полностью, но знаю точно, автора этой информации, уже давным-давно не существует.


Всё же я был удивлён, когда прочитал что в королевстве Норт существует одно племя, которое может рассказать много полезной информации, к тому же туда нам всё равно нужно. Подробностей об этом племени не было написано, но всё же не мешало бы с ними встретится.


Уже без пятнадцати шесть, пора идти. По утрам, именно в такое время, рядом с воротами всегда была толпа. Я был уверен в этом, после сегодняшнего дня.


Возле ворот был охранник, мимо которого могли пройти лишь прислужники, других всегда не пропускают и отправляют назад, в основном такие попадаются только новенькие.


Спокойно пройдя через охранника, мне предстояла дорога, в течении десяти минут. Я шёл быстро, по одной простой причине, я всевозможно избегаю наказаний от служителей храма. Пусть лучше считают меня ответственным прислужником и не обращают внимание, нежели грубияном, который всевозможно отторгает своими глупостями.


День мне предстоял не долгий, туда-сюда и к дворнику.


Войдя через центральный вход, я увидел несколько старушек всячески обременяющих служителей церкви. Я говорю так, из-за черты проведённой мной и между другими людьми, но думаю служителям и вправду это приносило ничего кроме удовольствия, от их пожертвований и ничего личного. Никто из них не сторонился людей, а даже наоборот всячески пытались с ними заговорить.


Священник увидев миня кивнул, я ответил ему тем-же.


Монахини сегодня не было, Святая дала ей больничный, видимо чтобы над ней посмеяться. Возможно это и было по-детски, но всё же не было лишено здравого смысла.


-Приветик.

Снова Еленика.

-Что тебе от меня нужно?

-Ничего, просто пришла напомнить что сегодня состоится пение молитвы в десять часов.

-В десять не смогу, у меня работа в огороде.

-Хорошо, я передам. В четыре часа тоже состоится молитва. На неё обязанны прийти все.

-Приду обязательно.

-Чуть не забыла, Монахиня сказала тебе прийти в её комнату, сразу после второй молитвы.

Кажется я слышал в какой комнате она живёт, но уже ничего не помню.-Какая комната?

-Пятый подъезд, шестьдесят первая квартира, первый этаж.

-Понял.

Я отошёл подальше от неё, нужно идти работать.

Моя работа заключалась в стирке белья, почему-то прачек здесь не было. Кажется это сделала сама Святая, что бы сэкономить денег.

Таким образом, я держал свой путь в уборную, чтобы занятся стиркой. Передо мной стояла башня из белых одежд. Почти все они были белыми, но некоторые были и чёрными.


Есть несколько причин из-за которых прислужники были обязаны заниматься такого рода вещами, и одной из этих причин являлись священники и Братья, которые были или ленивы, или беспомощны. В то время, как, Сестры, Монахини и Святая, были просто обязаны стирать свою одежду самостоятельно.


"-Они же не воевали!", а вы не рожали! Какая ещё стирка для мужчины?"

Воистину глупые люди, но всё же это шло мне на руку, нет нужды стирать за них.

Достав большой тазик и налив туда холодной воды из крана, я разделил одежду на чёрное и белое, получилось где-то пять тазиков. Далее я посыпал туда порошка. До её здачи остовалось достаточно много времени, поэтому я направился в столовую.

Помещение столовой было таким себе, обычный пол, белый потолок и огроменные окна, расположенные прямо под потолком, а пахло складом. Ничего интересного не было.


Еду здесь давали бесплатно, но в основном что-то на подобии еды на диете. Какие-то салаты без мяса, кусок хлеба и крупы на выбор, вода и чай. Ещё мог попасться картофель. Изредко были сосиски, котлеты, кисель, рыба и пельмени. Остальное нужно было покупать самостоятельно, но и там выбор не слишком отличался.


Нечего вкусного здесь и подавно не давали, всё было совершенно безвкусно, кроме напитков. Видимо что выращивали, то и было. Впрочем не удивительно.

Безвкусно поев, я отправился достирывать бельё.


Намылив всю одежду и потерев её, я справился за полчаса. Это было тяжело, но всё же терпимо.

-Я постирал.

Женщина ответственная за это начала тщательно рассматривать одежду.

-Вроде как хорошо, ладно.


На этом меня отпустили.


Уже без семнадцати три я закончил свои дела.


Посижу около двадцати семи минут здесь и пойду на молитву.


◆◇◆


По дороге в храм я снова встретил Еленику.

-Уже здесь?

-Смотрю ты тоже пораньше закончила.

-Так и есть, тоже занимался стиркой?

-Угу.

-Ещё что сделал?

-Поел и отдохнул.

-Чего это ты так мало?

-Нормально. А ты что сделала?

-Я ещё сходила на молитву.

-...

-Ну ладно, всё равно ты новенький.


Звучит как оскорбление. Мне стало обидно, поэтому я возмутился,-Сама то ты здесь сколько?

-Ну вообще, я здесь училась довольно долго, и к следующему году меня хотят сделать одной из монахинь❀(*´▽`*)❀! - похоже Еленика была очень рада становлению монахиней.


В то время как мне, было совершено всё равно кем я стану в будущем.


◆◇◆


Молитва не была чем-то особенным, просто заставляли садиться по номеру квартиры и молчать, пока зал наполняется молитвами, так как я новенький.

Что это была за молитва я так и не понял, но наверника я подойду к Святой, за этой книгой и Библией. Но проходило время и ничего не происходило. Святая так и не появилась.

Так и закончилась молитва. Завтра мне опять придётся тихо сидеть.

После молитвы я подошёл к Еленике,-Ты знаешь почему Святая отсутствовала?

-Ей вроде как нездаровилось.


Но ведь даже когда её голова болела, она присутствовала? Неужели произошло что-то настолько плохое?

-Мне нужно идти к дворнику.

-Даже есть не будешь?

-...

-Пока-пока, не забудь про Монахиню.


◇◆◇


Уже был яркий солнечный закат, осветивший жёлтым светом всю округу, благодаря чему было очень тоскливо. Розовые облака уже появились, под розовато-ораньжевым небом.


И эта черная, как смерть изба, придавала телу холод, несмотря на лето. Одного взгляда хватало на неё, чтобы понять насколько она старая, и к тому-же дремучая, как лес.


Только-только постучавшись я почувствовал некоторое удовлетворение и успокоение, это было просто смешно, но всё же придавало мне некоторой храбрости. Тёплый ветер ласково сдувал волосы с моего лица. Не успел я достаточно успокоиться, как чья-то огромная рука схватила мою шею. Это было до невозможности больно, она зажимала моё горло. Сердце постепенно уходило в пятки.


Меня заволокли в комнату, в которой, как оказалось был ещё один человек, но какого было моё удивление, когда я узнал в человеческой фигуре женщину присвоенной к лику святых.


Тело Святой Марии было сплошь перевязано серыми грязными верёвками до синевы. Тело её было... Ах Боже, фары слепят! Она была совершенно голой, а глаза её были перевязанны перчатками. Мне конец.

-Слышишь меня? Ты, ублюдок, будешь смотреть на смерть Святой. Потому что это ты! -Ты пожаловался! Теперь ты будешь убивать, так же, как и я! Я научу тебя этому собственноручно! Я покажу тебе что, да как!


Это конец, меня больше не спасти. Сердце моё билось, как сумашедшее, меня тошнило. Внутри была тревога, но я уверен он её не убьёт.

-Ты не сможешь.

-Это не так, она мне крупно задолжала. Я чуть не умер по её вине! Эта помойная *****, просто взяла и изменила мне, а затем, затем... Шантажировала меня вместе с этим церковным Братом! Этот придурок в свои шестьдесят добился только этого! Ты безжалостно мне изменяла! Ты заставляла меня убивать! А теперь ещё и ты примкнул к её стороне. Ты... Да ты знаешь кто ты...


Дворник безжалостно разорвал повязку на Святой.

Святая не шелохнувшись смотрела на меня.-Беги Обртыш, беги!-Это были последние её внятные слова. Дворник вставил ей в рот перчатки.


②⑧ глава

-Ах!-Святая вскинула голову вверх. Издав последние слова в своей жизни, её бренное тело, наколившись до изнеможения, рухнуло прямо на красный ковёр с вышитыми чёрными цветами.

Раскалённая кочерга, выволившись из непорочной, частями опалила ковёр.

На мой великий ужас, кочерга не просто подожгла ворсистый ковёр, но и оставила следы багровой крови на нём. Да, этот железный предмет, воткнувшись в её тело, проткнул её кишки. Но ситуация не была настолько легкой, кровь безудержно текла из её носа. Можно было подумать что это вовсе не кровь, а кофейная гуща вышедшая из Святой, но и это было просто невозможно. Но если всё же предположить такой "фантастический" исход событий, то даже так, это было невозможно.


Кофе может вызвать повышение артериального давления, поэтому людям с заболеванием сердца употреблять его противопоказано, Святая имела именно такой недостаток, под названием гипертония. Конечно же она воздерживалась от его употребления, да бы не вызвать инсульт. Даже если она не могла выспаться, её возраст говорил сам по себе.


Но ведь та же самая кровь не могла быть такого цвета? На этот вопрос есть очень даже простой ответ, способный повергнуть в ужас. Эта кровь означала кровотечение желудка, должно быть кочерга задела его.


Всё уже кончено. До того румянные щеки святой побелели, что казалось она стала частью воды вытекающей сквозь пальцы. Её тусклые мёртвые глаза так и остались полуоткрыты, даже после смерти. Губы посинели. Лёгкие перестали очищать воздух, как и тело перестало вдыхать аромат смерти. Святая стала камнем, простым камнем, похожий на блестящий вечерний снег, только больше не представляла собой свет во мгле.


Издаваемый храп, в последний момент её мерской жизни, до жути напугал даже дворника.


Ни неизвестность, ни Бездна, не были так сильно страшны, как дыхание мертвеца. Само воспоминание о существовании мёртвого человека, просто-напросто стирались в последние минуты его жизни. Само его существование и характер напоминали нам хорошо прописанного персонажа нашего сна, но факт того, что этот человек очень теплый до, находился прямо перед тобой чуть в теплом состоянии после, необычайно пугал меня. Прямо сейчас меня убивало именно то, что этот человек был похож на Святую, которая была жива. Мое сознание отказывалось осозновать, что человек может так просто исчезнуть прямо на твоих глазах. Само рождение человека: его вынашивание, его шаги, его первое слово, его зубы, его волосы, да и вообще превращение лысого младенца в личность, занимало неминуемое количество времени. Как его зачатие и процесс рождения. В то время как, преобретение возможных причин смерти и сама смерть, не занимало большого количества времени. Она была холадна словна зима, дававшая лишь убытки для жизни человека, в то время как он был жарким пламенем, что имело право спасти человека - это делало тело ничтожным перед дворником, как и дворника перед смертью.


Я в ужасе отвел от неё глаза на дворника, его лицо выказывало лишь элементарное наслаждение, которое было присуще убийце. Однако, всё же и его лицо было слегка позеленевшим, эта вещь и делала его живым.

-Фу... Закопаю её прямо под моей кроватью, она для меня "особенная" баба. -Слова дворника были достаточно ласковы по отношению к покойнице, чьe тело было проткнуто раскалённой кочергой. Но эти слова не могли дойти, до души, провалившуюся в бездну.


Прийдя в себя немного, я заметил что за окном розовые облака уже исчезли, посмотрев на часы, я ужаснулся, было уже восемь часов вечера, никто так и не пришёл к нам на помощь. Храм, по-крайней мере свет, виденный из окна, был потушен.


Я был убежден, Святая в могиле, дворник мёртв, как и мои надежды на будущую жизнь. Остались лишь грёзы напоминавшие о моей жизни. Жизни, которая была очень строга со мной.


Тело вовсе не покрывалось мурашками от страха, лицо не побелело, меня целиком и полностью обхватила апатия. Я больше ничего не чувствовал, я был заперт в тени избы.


В то время, как я представлял свою мучительную смерть, дворник быстро отодвигал деревянную кровать.


-Ты помнишь? Помнишь как мы познакомились с тобой? Помнишь своё невинное лицо? А своего мужа помнишь? Помнишь как ты меня бросила? Помнишь? Теперь забудь, дура, помни что любишь меня! Еще помни что ты дура и грешница! Помнишь? Теперь ты навсегда будешь со мной! Помни что мы стоим друг-друга! Помни что... Что ты единственная, кого я любил, а я единственный кто мог терпеть такую мразь, как ты! Помни, а теперь заткнись! - диалог дворника с мертвецом был своеобразным. Он был полон нецензурной лексики и сумасшествия завистника, одержимого мёртвой.


Делал он процедуру похорон долго, из-за огромного железного сундука прибитому к полу гвоздями.

-Твою мать!-от злости дворник ударил ногой прямо по сундуку.- сундук был невредим, но зато однин из пальцев на старой ноге был безбожно поломан.

-Вот тварь, чем плох недостаток кальция!-было смешно, но не нам с дворником, посмеялся бы только Пичупидо и не на месте жертвы, а охотника. Да, будь он на месте жертвы, всё равно бы посмеялся.


Вспомнив Пичупидо я вдруг понял что умираю не просто так.


Дворник наконец-то с большим усилием, отодвинул сундук руками.


Я не спрашивал у него ничего, всё и так было понятно. Как бы я не хотел спросить, рот не открывался, было совершено всё равно. Я был готов совершить самоубийство по просьбе дворника, мне без разницы, главное больше не видеть человечество. Я мог взять в руки скорпиона, съесть живую змею, отчаяние было настолько большим, что мне было всё равно. Я уже упал в колодец, лишь книга хоть как-то держала меня здесь. Ещё не дочитанная книга, она мне нужна прямо сейчас.


Дворник начал копать яму, попутно находя какие-то предметы случайно потерянные им, и не им.

-Надо же! Это кольцо принадлежало твоему глупому священнику и по-совместительству мужу! Ой, забыл! Что ты его не помнишь!


И так, прошло около часа. Дворник уже погружал святую в вырытую яму.


Я глупо уставился в окно, закрытое ветвями деревьев. Свобода, как и жизнь покинули меня. Каким бы я не был неразговорчивым, всё скрытое в пространстве наблюдалось в моей голове. Куча мыслей заполняли мою уставшую голову. Я слегка наклонил её, как бы сильно я не хотел спать, я не мог это сделать в присутствии дворника. Пока не появилось подходящее время для сна.


Дворник быстро встрепенулся и побежал к двери, но затем посмотрев на меня пошёл в комнату с железной дверью. Эта комната была заперта на ключ, весевший на его скукоженной шеи на серой нитке. Растегнув верхнюю пуговицу рубашки, он оголил похожую на дьявола, опиумную птицу, начертанную на его груди.


Сняв с шеи нитку и выбрав подходящий ключ, он стал бороться с дверью. Это не заняло особого времени и дворник уже открыл дверь. Быстро найдя что ему нужно, он закрыл дверь обратно и застегнув рубашку направился ко мне. В его руках зловеще блестела цепь с наручниками. Меня ни чуть не волновало куда он направлялся, я независимо следил за ним.


Подойдя ко мне он схватил меня за кисти рук и закрыл ключом. Ключ он спрятал в карман, а цепь, прикрепленную к наручникам, с замком с противоположной стороны, он прикрепил к заложенной кирпичами печке.


Затем, достав из кармана кляп, он долго возился над его закреплением. Наконец сделав всё он пошёл к двери.

-Я делаю это не со зла. Тебе просто не повезло, щенок.- И продолжая бубнить, закрыв за собой дверь на две ставни, он ушёл, захватив керосиновый фонарь.


Время шло, но я ничего не слышал. На улице уже была глубокая темень, прекрытая серыми облаками. Ночной воздух, пробравшийся сквозь щели избы, морозил душу, заставляя моё тело сковываться. Этот запах я запомню навсегда.


В дали послышался шорох и я увидел свет фонаря. Мои глаза распахнулись, а душа зацвела, я почувствовал себя живым, это была жажда жизни. Жизнь, приносящая столько неудач и страховстрахов, раньше, превратилась для меня в сладкий мёд, давающий надежды на жизнь. Эта надежда не смогла уйти даже в минуту осознания.


Две вставни отварились, на пороге стоял дворник с букетом белых лилий в руках.


Белый цвет означает истину и невинность, подобную девственнице. В то время как, лилия, символизирует непорочность и изящество, смешанное с покоем. В совокупности же всё значило перерождение на колесе сансары и святость.


Глаза дворника были опущены вниз, он смотрел лишь на эту женщину, казалось он так злорадно её убивал, но этого не было в нём сейчас. Он утратил беспечность на лице, его бесстрашие сошло на нет.


Я спокойно смотрел, как дворник осторожно отрывает стебельки от лилий. Казалось что проходила вечность.


На удивление, дворник молчал, хотя был так разговорчив раньше.


Похоже я был заперт вместе с двумя гниющими мертвецами.


Была мёртвая тишина.


Наконец, тишину нарушил гром, за окном пошёл сильный дождь. Ветер заставлял ели в окне преклонятся перед смертью. Всё небо заволокло тучами. В доме запахло сыростью и смертью. Железный сток дребезжал, под пронзительными каплями дождя.


Далёкая звезда светилась прямо за елями. Хах, похоже на спасение от покоя. Покоя больше не будет, как и святой.


-$¢£┬ь!

Я вздрогнул. Что-то не объяснимое заставило дворника колебаться. Что даже вымолвило из этого молчуна слово.


Кажется я спал.


Дворник что-то зашипел. Я оглянулся на него. Необъятнач фигура ночи, стала моим благодетелем. Что это за благодетель? Как он мог заставить дворника заговорить? Я ничего не понимал.


Чья-то рука схватила меня за шиворот и понесла к выходу. Похоже дворник победил. Дворник хранил молчание, в то время как я, просто спал на ходу. Я чувствовал как мои ноги безостановочно бежали, под натиском, со стороны воротника. Кругом сверкали молнии, ничего не было видно под густыми зарослями дубов. Как и капли дождя, деревья скрывали лицо дворника. Единственное что освещало нам путь, были молнии и его керосиновый фонарь. Остальное было всячески против нас. Ну, а как иначе? Дворник был злодеем, в то время как я бежал вместе с ним. Дворник на удивление быстро бежал, видимо жить он хотел и у него появилось второе дыхание.


Нам повезёт если встретим избу отшельника в гуще леса. Однако, никакой гущи леса не было. Как бы это обсурдно не звучало, казалось я выпил галлюциноген.


Леса не было. Мы бежали к храму...

-??? - Меня пробило на небывалые эмоции, я широко раскрыл глаза.


Одно упоминание, что дворник бежал к храму было полным обсурдом. Это определённо была сторона храма но... Храма не было? На месте храма распологались лишь остатки камня, похожие на угольки. Ну как-бы сказать, храм был чёрным и обрезанным. От золотых куполов храма не осталось и следа.


Рядом с храмом было много людей и мы бежали именно к ним.


Я нечего не понимал, пока не увидел знакомое лицо монахини. Она была одета в синий плащ с капешоном на голове. Апостольника не было, поэтому, золотые волосы развевались по ветру, казалось они были русого оттенка, голубые глаза казались чёрными в темноте и издали, вот что делала темнота с солнцем. С кончиков плаща скапывали капли воды.


Он что, хочет чтобы его считали моим спасителем?

-Брат, сюда!-было не понятно к кому она обращается, но по крайней мере монахиня смотрела на меня.


Наконец дворник отпустил меня. Я посмотрел на монахиню. Она радостно подбежала ко мне и приобняла. И быстро отпустив спросила,-Как ты мог и вправду пойти туда? Оболтус, тебя же могли убить!


Я не понимающе посмотрел на неё,-А?

-Ты же прекрасно знал, что этот недоумок мог тебя убить! Тебе повезло что тебя спас Питер... Если бы не он... Питер да благословит вас Бог!


Позади послышался низкий голос,-Не беспокойтесь, я не мог ослушаться приказа своей госпожи.


Я удивлённо повернулся к нему лицом.

-Вы кто?

-...

-Брат, это Питер-человек, который спас тебя.


Я подошёл к его лицу поближе и заметил что оно и вправду было молодым. Это был точно не дворник.


-Мне кажется нам стоит идти в убежище.

-Только не в избу! -умоляюще посмотрел я, на неё.


Монахиня заметила что я дрожал.

-Да нет же, я говорю про общежитие. Его к счастью не подожгли.


Из моих глаз побежали слезы. Я опустил голову.

-Филь, я хочу в комнату. Я не смогу уснуть.


Монахиня взглянула на меня,-Хорошо, но с одним условием, я посижу с тобой!

-Угу.

-Не заставляйте его есть. Ему нужно помыться в тёплой воде, иначе его психика не переживёт эту ночь. Если ты полежишь, ты автоматически заснёшь.

-Благодарю, за совет, мистер Питер.

Мои эмоции смешались и я горько улыбнулся,-Что произошло с храмом?

-Его подожгли люди, в сговоре с дворником, против храма. -  Монахиня не напоминала мне о произошедшем, я был несказанно рад этому.


Эта ночь прошла успешно. Я быстро уснул. И уже на следующий день меня ждала бытовая жизнь. Никто ничего не говорил про то, что было вчера, а для меня это был просто сон. Я был несказанно рад что забыл детали вчерашнего дня.


Конец второй книги.

Благодарим за прочтение!