Лешева Мила: другие произведения.

Прода

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
Реклама:
Читай на КНИГОМАН

Издавай на SelfPub

Читай и публикуй на Author.Today
  • Аннотация:
    Прода от 20.02.2017. Эпилог.

  
  
  Эпилог.
  
  Пять лет спустя.
  
  Молодая женщина в элегантном домашнем платье замолчала, с любовью глядя на заснувшего мальчика - на вид ему было года четыре-пять. Улыбнувшись, она поправила одеяло, ласково погладила малыша по растрепавшимся черным волосам, коснулась поцелуем розовой щечки, а затем встала с кресла и направилась к двери. Выражение ее лица изменилось: только что оно светилось нежностью и любовью, а сейчас стало холодным и слегка надменным. За дверью ее встретила женщина лет сорока, в пухлых руках она держала поднос, на котором стоял стакан с молоком и тарелка со сдобными булочками. Присев, женщина почтительно склонила голову:
  - Миледи...
  - Тирван заснул, Рисса, не будите его. Если его вдруг снова начнет лихорадить, позовите меня, даже если это произойдет посреди ночи.
  - Слушаюсь, леди Элира, - ответила та.
  Войдя в кабинет, Эли щелчком пальцев зажгла магические шары, ярко осветившие комнату, и села за стол, на котором аккуратными стопками были сложены кипы бумаг и какие-то книги. Со вздохом оглядев их, она тяжело вздохнула и принялась за работу.
  Часа через два она раздраженно отодвинула записи и поднялась, помассировав поясницу. Позвонив, велела служанке принести сок и снова опустилась в кресло, чуть прикрыв глаза и вспоминая сказанные Реном пять лет назад слова о скуке. Да уж, те, кто считают, что жизнь после свадьбы скучна, явно не жили так, как они! Какая тут скука?! Эли все время казалось, что она бежит изо всех сил, пытаясь объять необъятное, а в сутках слишком мало часов...
  Первые месяцы после возвращения в Торен остались в памяти Эли как нескончаемый круговорот лиц и событий. То, что Рен согласился на пост канцлера, не удивило ее: он никак не мог отказать Нарвену в помощи в то время как в стране творится полный кавардак. А вот старая традиция вертанского Двора, согласно которой именно супруга канцлера являлась старшей придворной дамой, имея власть едва ли не равную (а порой и большую) власти королевы... да, эта традиция оказалась для нее сюрпризом! Впрочем, ей достаточно давно не пользовались, так что Рен, по его словам, даже и не вспомнил о ней, давая согласие Нарвену на свое назначение. Рассказывая Эли об этом и о своей беседе с королем, натолкнувшей того на это решение, Рен мялся и бросал настолько виноватые взгляды... Словом, ей оставалось только слегка подуться, вздохнуть, взлохматить волосы мужа, получив в ответ его влюбленный взгляд... и принять назначение! По здравом размышлении она решила, что все не так уж и плохо, не зря же ее столько лет муштровали в Школе? А новое положение поможет уберечь их семью, да и лениться она не привыкла, так что уже через пару дней после возвращения изнывала от жажды деятельности, рьяно копаясь в приносимых Реном докладах наместников...
  Порыв ветра ударил в окно, заставив стекла задрожать. Эли поднялась и подошла к окну, за которым свирепствовала настоящая буря, столь редкая в Торене: ветер завывал и гнул деревья, а дождь заливал все вокруг косыми струями. Совсем как тогда, пять лет назад! Поежившись, Эли присела на подоконник (одна из маленьких странных привычек, как называл это Рен) и невидящим взглядом уставилась в окно. Однако перед глазами ее явственно встала совсем иная картина...
  Просторная комната скупо освещалась несколькими свечами, и стоявшая у окна фигура могла бы показаться лишь тенью среди теней. Промолчи, и она скользнет в сторону, растворяясь во мгле... Эли на миг замешкалась, прогоняя странное настроение, присела в реверансе, почтительно склонив голову, и негромко произнесла:
  - Добрый вечер, Ваше Величество.
  Стоявшая у окна тень повернулась, сделала шаг вперед, обретая плотность, взглянула на Эли и каким-то ломким голосом ответила:
  - Герцогиня эн Арвиэр... Вас прислали сообщить мне приговор? И чего же желает мой супруг, что меня ждет? Развод, заточение... Что? И да, вы можете сесть.
  Обождав, пока королева не опустилась в кресло, Эли заняла соседнее. Даже в полумраке было заметно, насколько плохо выглядела Лиена: лицо утратило краски, под глазами темные круги, сухие, точно обметанные лихорадкой губы... Несмотря на то, что в комнате было тепло, королева судорожно куталась в шаль, демонстрируя растерянность и неуверенность в себе, а пальцы странным, каким-то старушечьим движением обирали длинную бахрому. Подавив в себе невольную жалость, Эли спокойно ответила:
  - Его Величество гневается на Вас, в этом Вы правы, однако столь серьезных мер он принимать не собирается.
  Королева недоверчиво взглянула на нее и уточнила:
  - Что, ни развода, ни ссылки в какой-нибудь замок в глуши, где на день пути не встретишь ни одного путника?
  Эли невольно подумала, что у нее самой подобный вопрос прозвучал бы язвительно, в то время как ее собеседница задала его робко, точно боясь услышать ответ. Стараясь говорить всё так же ровно, ответила:
  - Нет, Ваше Величество. Однако Ваши передвижения по дворцу пока ограничены для Вашей же безопасности, сейчас в Торене слишком неспокойно.
  - Это очень... милосердно со стороны Его Величества... - облегчение на лице Лиены не увидеть мог лишь слепой, - лед Элира, я хотела узнать... Правда ли, что в покушении на Нарвена замешан мой покойный дядя? Или вы не можете об этом говорить?
  - В этом нет тайны, Ваше Величество. Сожалею, но многие факты действительно свидетельствуют в пользу того, что именно герцог эн Врис организовал состоявшееся пять дней назад покушение. Конечно, всей правды теперь, после его скоропостижной кончины, мы уже не узнаем...
  Губы королевы исказила усмешка, полная горечи и отвращения. Похоже, даже она не верила в то, что смерть дяди, столь неудачно подавившегося рыбной косточкой, была лишь несчастным случаем. Особенно с учетом того, как вовремя она произошла - теперь король не мог ни в чем обвинить своего тестя напрямую иначе как давая тому повод к войне.
  - Вокруг меня одни предатели, - Лиена почти шептала, - сначала лорд Морвин, затем мои придворные, теперь дядя... Нарвен меня теперь ненавидит? А ваш супруг, леди Элира?
  - Ваше Величество...
  - Скажите честно! Я знаю, что не нравлюсь вам, так не лгите...
  Эли вздохнула:
  - Ваше Величество, никто из них не испытывает к Вам ненависти, даже мой супруг, пусть Вы и обвинили его в немыслимом преступлении.
  - А вы? - глаза королевы лихорадочно блеснули, - нет, вы меня не ненавидите, не считаете достойной... А может, даже жалеете? Мне не нужна ничья жалость!
  Последние слова она почти выкрикнула. Эли вздохнула, жалея, что не запаслась перед посещением королевы успокоительным отваром, и не зная, что ответить. Вернее, знала, но сказать это вслух... Хотя... Право ей такое дали, и может, в самом деле пришло время для самого горького в мире лекарства - правды?
  - Вам действительно вряд ли нужна чужая жалость, довольно и своей. Вы купаетесь в жалости к себе, упиваетесь ею... Вместо того чтобы сражаться за свое счастье!
  Впервые за время их разговора перед Эли была королева. Вскинув голову, она отчеканила:
  - Вы забываетесь!
  - Как Вам будет угодно, Ваше Величество, - Эли церемонно склонила голову и поднялась, - простите, я не смею более навязывать Вам свое общество. Но прежде я позволю себе сделать небольшое замечание. Знаете, почему часто говорят, что у королей не бывает друзей? Причина проста - мало кто из правителей готов выслушивать неприятную правду хоть от кого-либо. Вы просили не лгать Вам, и я всего лишь выполнила Вашу просьбу, но увы...
  - Сядьте, леди Элира, - приказала королева. Какое-то время она сидела молча, ломая тонкие пальцы, а затем тихо произнесла, - продолжайте.
  - Если Вы этого хотите... Мы говорили о жалости... С моей стороны это не жалость, скорее сочувствие. Я сочувствую Вам, поскольку понимаю Ваши чувства к королю, однако повторюсь: у Вас есть еще шанс наладить взаимопонимание с венценосным супругом. Но для этого Вам придется осознать свои ошибки, принять их и двинуться дальше.
  - А вы будете меня направлять? - скривила губы королева.
  - Я не претендую на роль Вашей наперсницы, - мягко ответила Эли, - однако обязана сообщить Вам, что как супруге канцлера мне пришлось занять место старшей придворной дамы. В связи с этим нам придется проводить немало времени вместе, и враждебные отношения между нами не помогут Вам вернуть благоволение короля. Особенно с учетом того, что все мужчины, независимо от их ранга, терпеть не могут женские склоки!
  После этих слов в комнате воцарилось напряженное молчание, прерванное осторожными словами королевы:
  - Скажите, леди Элира... Вы уверили меня, что ни мой, ни ваш супруг не испытывают ко мне ненависти, однако что все-таки насчет вас? Вы же... В ту ночь, когда исцелили короля, я не узнала вас, и только потом поняла, откуда мне знакомо Ваше лицо...
  - Вы говорите о том, что я одаренная? - уточнила та и, получив кивок королевы, чуть улыбнулась, - ни о какой ненависти речи не идет. И, Ваше Величество... Не уверена, что Вы понимаете, что делаете, однако позволю себе дать Вам совет на будущее: не стоит так отчаянно искать оправдания своим действиям, заставляя себя поверить в ненависть всех тех, кто имеет с Вами дело. Когда я говорила, что сочувствую Вам, то ни капли не лгала: многое из случившегося - Ваша беда, а не вина. И даже Его Величество признал: Вы с честью выдержали испытания, к которым Вас совершенно не готовили, удержав страну от развала. И я убеждена: когда король немного успокоится, именно эти соображения выйдут на первый план.
  Королева, внимательно вглядывающаяся в лицо Эли все время этой краткой речи, как-то растерянно проговорила:
  - Вы действительно не лжете... Но тогда... Я не понимаю, почему Нарвен так сильно сердится на мои поступки? Да, я не должна была обвинять герцога в покушении, но...
  Та вздохнула:
  - Простите, Ваше Величество, но неужели Вы действительно не понимаете? Нет? Все просто: движимая выпестованным вашими родными и воспитателями предубеждением, Вы решили, что лучше поняли мотивы герцога, нежели Его Величество. Вы сочли, что знаете лорда Ренальда лучше, чем тот, кто был ему другом три десятка лет, и тем самым выказали пренебрежение к Вашему супругу как к человеку и как к королю. Только глупец либо наивный слепец не смог бы за такое длительное время понять, что из себя представляет самый близкий ему человек, а это явно не качества хорошего правителя!
  - Я и не думала, что это может быть так воспринято, - пролепетала откровенно несчастная Лиена, - я просто... Да, вы правы, я действительно была предубеждена...
  - И вдобавок ревновали к тому влиянию, которое герцог оказывал на решения Вашего супруга, - безжалостно закончила Эли, - и то, что он маг, только добавляло Вам внутренней убежденности! Могу я спросить? Вы до сих пор считаете магов чудовищами, даже несмотря на то, что именно магия спасла жизнь Вашему мужу и сыну?
  - Но именно из-за магического артефакта Нарвен и оказался в таком состоянии, - возразила королева и добавила, передернув плечами и плотнее закутавшись в шаль, - однако у меня было время подумать, и я... нет, я не считаю магов чудовищами, хотя мне это и тяжело признать, ведь жрецы... - и осеклась.
  - Да, жрецы, один из которых чуть не стал причиной смерти короля, который готов был уничтожить каждого одаренного... Полагаю, теперь Вы прекрасно понимаете, что сан жреца не гарантирует святости... да что там, даже самой обыкновенной порядочности! Увы, но только редкой души человек может выдержать искушение властью, только тот, чье призвание - наполнять душу Светом и стремлением в небеса... Жрец, что венчал нас, из таких людей, и он сказала мне, - Эли тепло улыбнулась, отмечая, с каким искренним интересом и даже удивлением слушает ее собеседница, - что только глупцы считают, что магия противна воле Богов, забывая о том, что все происходит лишь по Их воле. И что те, кто утверждает иначе, забывают о том, что призвание жрецов - служить людям, а не вести их... Удивительный человек, после встречи с которым уж меня было ощущение, что мою душу омыли в кристально чистой воде...
  Раскат грома, раздавшийся совсем близко, заставил Эли вздрогнуть и вернуться в настоящее. Да, именно этот довод окончательно разрушил барьеры, которыми огородилась отчаянно державшаяся за остатки прежних убеждений Лиена. В тот вечер они еще долго говорили, много было разговоров и потом - разговоров, в которых Эли явно или исподволь пыталась повлиять на королеву, показав ей другую сторону людей и событий. Нередко она казалась себе чем-то средним между надзирательницей и воспитательницей, вспоминая тихим "добрым" словом короля и Рена. Впрочем, надо отдать Лиене должное: та не только не мешала, но и поддержала Эли в то время, которое Рен назвал "Великая чистка". Состав придворных дам сменился практически полностью, а герцогиню эн Арвиэр кто-то впервые назвал прижившимся впоследствии прозвищем "Железная герцогиня"... Королева же полностью отстранилась от дел правления, занимаясь семьей, беседами с тем самым жрецом, ставшим ее духовным наставником, и благотворительностью. Король через некоторое время сменил гнев на милость, и Лиена наслаждалась тихим счастьем, ставшим еще сильнее после рождения второго сына полгода тому назад. Подругами с Эли они так и не стали, будучи слишком разными, но отношения между ними стали ровными, а после того, как стала заметна беременность Эли, и вовсе доброжелательными.
  На губах отошедшей от окна Эли показалась нежная улыбка - как и всегда, стоило ей подумать о сыне. Как оказалось, Рен был прав в своих опасениях пятилетней давности: расчеты показали, что Эли понесла в их первую ночь, ту самую, что они провели в Башне Заката. Осознав это, будущая мать некоторое время предавалась панике, ведь получалось, что все те изматывающие и опасные ритуалы она проходила, будучи в тягости! Полностью успокоилась она только тогда, когда лорд Дэртарр уверил ее, что тем самым она никак не могла навредить ребенку. Впрочем, разговор этот состоялся только на четвертом месяце, и примерно тогда же магия полностью вернулась к ней...
  Даже сейчас, пять лет спустя, Эли с щемящей нежностью вспоминала растерянно-счастливое лицо Рена в тот момент, когда он узнал, что скоро станет отцом. А потом ей пришлось выдержать целое сражение, настаивая на том, что беременность - не болезнь, и что она достаточно разумна для того, чтобы не рваться на подвиги в подобном состоянии, оставляя их доблестным мужчинам. Благо, беременность у нее протекала на удивление легко: магия убирала все неприятные симптомы. Их с Реном совместимость оказалась кстати и здесь, сплетая магические потоки супругов в нечто невообразимо прекрасное и подпитывая плод. Наверное, именно поэтому первые магические проявления у Тирвана, названного так в честь отца Рена, случились уже в три года - невероятно рано даже теперь, после пробуждения Источника, когда привычная граница выявления способностей сдвинулась с двенадцати до шести-семи лет. А с учетом невероятной любознательности и непоседливости Тири это действительно превращалось в проблему...
  "Рано, и всё же придется начинать учить, - подумала Эли, тяжело вздохнув, - иначе это маленькое стихийное бедствие точно что-нибудь натворит!"
  Потерев занывшие виски, Эли привычно скользнула в состояние полутранса и потянулась к Силе, тут же укутавшей ее теплым коконом и ласково устранившей легкое недомогание. Только после пробуждения Источника Эли поняла, как необходима была его Сила миру: казалось, что из тесной вонючей клетушки открылась дверь в мир, напоённый звуками, светом и ароматами луговых трав. Хотя не для всех это оказалось благом...
  На следующий же день после разговора лорда Дэртарра и короля последний отдал приказ усилить гарнизоны на границе с Эльтарраном, а через неделю был подписан договор между Вертаном и Артиаром. И примерно через два месяца после выздоровления Нарвена армия Вертана в сопровождении нескольких сотен магов-артиарцев вошла в Эльтарран.
  О том, что они увидели там, очевидцы до сих пор упоминали крайне неохотно. Чего стоил только мертвый Лес, от которого тянуло потусторонней жутью и рядом с которым, казалось, умирала вся радость бытия, а Нити Силы распадались, точно стремясь избегнуть проклятого места... Когда Эли впервые услышала рассказ о том, что произошло с эльфами, она невольно подумала, что магия порой кажется не только живой, но и разумной. Магический откат ударил по всем с разной силой: больше всех пострадал Владыка, его семья и наиболее приближенные к нему эльфы - они попросту скончались в муках, многие не столь близкие Владыке напрочь утратили магию, став смертными - по мнению лорда Дэртарра, никто из последних не проживет дольше десятка лет. Но были и те, кого откат не затронул или затронул лишь в незначительной степени: молодые, незнатные, неамбициозные или те немногие, кто находил в себе силы плыть против течения, считая использование смертей других разумных для пополнения собственной Силы недостойным. После некоторых ритуалов, присоветованных лордом Дэртарром, они смогли обращаться к Силе Источника, однако даже Старейший не мог точно сказать о том, что ждет их, лишь предполагая, что срок жизни этих эльфов сократится, по-прежнему оставаясь недосягаемой мечтой для людей. Безусловно, гибель правителя и многих высокородных эльфов едва не разрушила страну, однако нашлись те, кто в тяжелый момент решился взять на себя ответственность за проблемы Эльтаррана. Так что к тому времени, как экспедиционный корпус пересек границы Эльтаррана, жизнь там только-только начала налаживаться.
  В результате вместо ожидаемых сражений вертанцам и артиарцам пришлось помогать остроухим в наведении порядка... Пожалуй, только непререкаемый авторитет лорда Деррика, лично возглавившего артиарских магов, удержал последних от возмущенных выступлений. Авторитет и его слова, сказанные на совете: "Тот Эльтарран, что есть сейчас - язва на теле Итравы, и ее нужно выжечь каленым железом." Мертвый Лес эльфам уничтожить не удалось, никто из них попросту не мог подойти к нему - на расстоянии пары десятков шагов они начинали кричать и корчиться от наведенной боли. Попытки сжечь Лес, предпринятые остроухими, также оказались безуспешными: ни обычный, ни магический огонь попросту не оказывал никакого влияния на мертвые деревья. Единственным способом уничтожения этого кошмарного порождения извращенной магии оказался сложный ритуал, разработанный совместно лордом Дерриком и Старейшим и потребовавший участия и магов-людей, и эльфов.
  Потом Эли красочно описали то, что происходило во время ритуала: окружившая лес стена пламени, сначала призрачно-серого, но постепенно наливающегося алым; вихрь, сбивающий с ног; купол, простреливаемый радужными всполохами; завывание ветра; молнии, бьющие с чистого неба... И ощущение захлопнувшейся двери, ведущей куда-то в неведомую и жуткую бездну. На том месте, где когда-то росли прекрасные деревья, уничтоженные жадными и недальновидными правителями, остался лишь огромный пустырь - уродливый шрам на теле Итравы...
  Пожалуй, эльфам крайне повезло, что король Нарвен прислушался к лорду Дэртарру. Эльтарран отделался крупной денежной контрибуцией обеим странам-союзницам, открытием границ - вот уже больше четырех лет в эльфийской столице открыты посольства Вертана и Артиара, и кое-какими торговыми соглашениями - читая их условия, Эли мало что не повизгивала от восторга. Нет, они не разорят Эльтарран, но и никогда не позволят остроухим лелеять свою исключительность, есть-то всем хочется! Впрочем, новый правитель эльфов и его советники приняли условия мира с облегчением, прекрасно понимая, что война в сложившихся условиях окончательно погубит их страну. За рамками договора осталось еще одно условие, которое даже не обсуждалось, настолько оно было само собой разумеющимся - возврат в Артиар выпускниц Школы.
  Как выяснилось, Эли могла гордиться собой: ее идея относительно судьбы девушек была верна. Вырванная болью и смертью Сила не подходила для беременных, убивая плод, так что из прибывших в Эльтарран девушек в первое же полнолуние аккуратно вытянули Силу при помощи специального ритуала - ведь дав согласие на приезд в Эльтарран, они фактически дали его и на ритуал. А после... Нет, их не мучили, не морили голодом, не заставляли работать - просто держали взаперти. Герцогине эн Арвиэр довелось встретиться с девушками, когда союзники вернулись в Торен: кто-то исходил черной ненавистью ко всему окружающему, кто-то смирился и замкнулся в себе, а кто-то строил планы, глядя по сторонам оценивающим взглядом. И почти каждая из них бросала на Эли взгляды, полные черной зависти и негодования, заставляя ту злиться: в конце концов, их же предупреждали! Пожалуй, только Катина воспринимала все происходящее спокойно, а после приема во дворце подошла к Эли и почтительно попросила ее покровительства - сблизившись во время дороги с одним из вертанских офицеров, она не желала возвращаться в Артиар, но и оставаться совсем без защиты боялась. Эли согласилась, и ни разу не пожалела об этом: спокойная, практичная, хваткая и неглупая Катина в конечном итоге оказалась ей очень полезна. Впрочем, и остальным выпускницам Школы повезло - если, конечно, в их ситуации можно говорить о везении: благодаря пробуждению Источника для одаренных изменилось многое. Помимо того, что рождение одаренного ребенка больше не вело к утрате Дара матерью, оказалось, что такой ребенок может родиться и в том случае, если Силой наделен лишь один из родителей. И к тому же вероятность такого исхода в случае, когда матерью является утратившая Дар, куда выше, чем при браке с изначально неодаренной! А с учетом того, что в последние десятилетия девочек с Даром рождалось куда меньше, чем мальчиков... Словом, брачные перспективы вернувшихся в Артиар девушек оказались совсем недурны! Правда, Эли это не интересовало - бывшие соученицы стали ей безразличны, даже столь донимавшая ее во время учебы Ирана. Другое дело - расчеты, позволившие все это вычислить! Помнится, после этого она прониклась поистине благоговейным уважением к магам-исследователям...
  Выйдя из транса, Эли улыбнулась: сейчас она чувствовала себя здоровой и даже отдохнувшей. Решив сделать перерыв, она взяла лежащий на серебряном подносе конверт со знакомым гербом. Вскрыв его, она пробежалась взглядом по первым строчкам заполненного изящным летящим почерком листка, и погрузилась в чтение. Эта переписка доставляла ей искренне удовольствие: остроумная язвительность автора будоражила чувства, заставляя изощряться в поисках столь же интересных ответов.
  "Леди Элана по-прежнему неподражаема, - усмехнулась Эли, откладывая письмо, - только она умеет придать обсуждению серьезных вопросов вид праздной болтовни! Как же хорошо, что именно она стала директором Школы, все-таки леди Нирана оказалась слишком нетерпима ко всему новому, и к тому же эта ее неспособность или нежелание отринуть личную вражду с лордом Дерриком... Хотя, пожалуй, сломило ее разочарование, особенно в нашей четверке - как же, ее любимые куклы обрели собственную волю, решили жить своим умом и не воспринимать наставницу как глас небес. Любопытно, неужели она действительно рассчитывала управлять нами? Зачем тогда было подбирать себе в ученицы тех, кто способен думать? Хотя она не могла знать, как все обернется... Неудивительно, что она так восприняла наш выбор - мой, Риа и Даны - спутников жизни, а уж брак Ларики и принца Адриена ее добил - такой сладкий кусок, и не дотянуться..."
  Да, именно Ларика в конце концов стала супругой принца - по здравом размышлении тот решил, что не слишком длинная родословная будущей жены вполне искупается ее умом, трезвостью суждений и отсутствием множества жадных до власти родственников. Да и пример Нарвена оказался не лишним, побудив наследника престола предпочесть восторженной и наивной Тине рассудительную Ларику, ставшую ему не только женой, но и соратницей. Кстати, Эли здорово повеселилась, узнав, что на роль принцессы прочили ее, и что не последнюю роль в решении принца сыграла дружба будущей королевы с супругой канцлера Вертана. Повеселилась - и искренне порадовалась, что ее миновала эта чаша: она чувствовала себя совершенно счастливой на своем месте, что и сказала Рену и рассказавшему ей эту историю отцу. Да-да, отцу: он и оба брата участвовали в походе на Эльтарран, и с радостью приняли приглашение немного погостить в Торене. Тогда-то Эли и довелось узнать многое доселе ей неизвестное...
  Именно попытка повлиять на Ларику и стала последней ошибкой леди Нираны, приведшей ту к отставке: за годы своего безраздельного правления в Школе директор отдавила немало мозолей! К тому же она оказалась неспособной принять жизненно необходимые Школе изменения, и в результате через месяц после пробуждения Источника леди Нирана была смещена со своего поста единогласным решением Совета Магов. Король поддержал лорда Деррика, и очень скоро о леди Ниране попросту забыли - слишком многое пришлось менять. Какое-то время на волоске висела и судьба Школы: раздавались резонные вопросы о целесообразности ее существования после того, как рождение одаренного ребенка перестало лишать Силы мать. Именно тогда от леди Эланы пришло первое письмо и переговорный амулет для обмена срочными сообщениями - новый директор заподозрила, что бывшая ученица знает об Источнике едва ли не больше всех. Для самой Эли письмо не стало сюрпризом, и она с удовольствием вступила в переписку, порой напоминавшую собой самую настоящую дуэль.
  В результате долгих обсуждений Школу решили-таки не закрывать, ведь она действительно давала превосходное образование, по крайней мере тем, кто не ленился учиться. Однако изменения в правилах и работе Школы оказались весьма существенными, и первым делом был отменен ритуал, рвущий связи с семьями учениц. К сожалению, для прошедших его обратной дороги не было... Следующим шагом стало обучение девушек магии: сначала теория, а затем практика - с упором на бытовую магию и целительство для немногих обладающих таким даром. Но самое большое нововведение появилось два года назад, и теперь в Школе было два вида учениц. Нет, в нее не начали принимать простолюдинок - прежде всего из выпускниц воспитывали леди, способных достойно нести имя любого, даже самого знаменитого рода. Дело было в другом: ученицы делились в зависимости от того, кто оплачивал их обучение, а оно оставалось по-прежнему обязательным для всех одаренных. Те семьи, кто мог позволить себе оплатить весьма дорогое обучение своих дочерей, сохраняли на них свои права - по окончании Школы девушки возвращались в лоно семьи. За тех же, кому это было не по карману, платила казна, но при этом дальнейшая судьба - точнее, выбор мужа для этих девушек находилась в руках директора и Совета Магов. Правда, теперь в выборе принимали участие и сами выпускницы: в течение трех лет после окончания они должны были избрать одного из предложенных магов-холостяков. Если же кто-то из девушек оказался бы настолько глуп, чтобы не использовать эту возможность... что ж, у директора всегда оставалось право решить самой. Браслеты-ограничители также отошли в прошлое, хотя порой все еще применялись, правда, исключительно с добровольного согласия как жениха, так и опекунов невесты.
  С силой потерев висок, Эли бросила взгляд на часы, скорчила выразительную гримасу и вернулась к работе - ничто не способно так унять тревогу, отдающуюся странным, вяжущим ощущением в животе, как занятие, целиком занимающее разум. И у нее такое занятие было: соглашаясь занять пост канцлера, Рен и не предполагал, насколько ухудшилась ситуация в стране и сколько работы на него навалится. Одним из последствий его согласия стала катастрофическая, особенно в первые месяцы, нехватка времени для занятия делами герцогства. А дела эти пребывали в прискорбном состоянии: после объявления герцога эн Арвиэр преступником его домен отошел короне, и в герцогство тут же были назначены новые управляющие... Так что Рен взялся и за это, отнимая время у сна - и так было, пока Эли не взбунтовалась. Ехидно заявив, что не собирается пока становиться вдовой, она попросту отобрала у него приходные книги... Вот когда она в полной мере оценила казавшиеся некогда скучными уроки! Рен, разумеется, пытался возражать, заявляя, что справится и сам - при этом глаза его казались темными провалами на сером от усталости лице. Впрочем, тогда и Нарвен выглядел немногим лучше: за два месяца его пребывания в коме страна чуть не оказалась растащенной жадными стервятниками на куски. Со временем, конечно, все наладилось, но Эли по-прежнему помогала мужу в управлении, и прежде всего - жестко контролируя доходы и расходы. У нее оказалось подлинное чутье на различные аферы, так что управляющие боялись ее как огня. Да, Железной герцогиней ее давно уже звали не только придворные...
  Нарвена, кстати, это прозвище всегда забавляло, вызывая его дружеское подтрунивание. Кстати, король Вертана был одним из тех немногих, кто знал, какие пылкие чувства связывают супругов эн Арвиэр. Нельзя сказать, что Рен и Эли нарочно вводили кого-то в заблуждение, всего лишь не афишировали свои чувства на людях, считая, что это касается только их. Так что для тех, кто не входил в довольно узкий семейно-дружеский круг, союз эн Арвиэров выглядел обычным браком по расчету. Может, поэтому "атаки на добродетель Рена" - так, подсмеиваясь, называл их Нарвен - возобновились уже через полгода после их возвращения в Торен? Неуклюжие попытки даже не будили в Эли ревность - Рену она доверяла, так что поползновения соблазнительниц вызывали у нее лишь усталое и полупрезрительные раздражение. Глупые, пусть и привлекательные курицы не понимали, что на самом деле связывает мужа с ней...
  Правда, был один эпизод, который мог бы вызвать в ней ревность, уж больно хорошо все было рассчитано и именно на это нацелено. Точнее, не только на это... Вот когда Эли порадовалась, что Рен не стал скрывать от нее свое прошлое! Кто знает, как бы иначе она восприняла визит чернокосой красавицы, похожей на приснопамятную Фарису как старшая сестра? А особенно с учетом того, что та утверждала, что является Рену тайной женой, что у нее есть ребенок от него, и продемонстрировала в качестве доказательства их связи старинный артефакт с гербом эн Арвиэров... Нет, Эли надеялась, что она не была бы столь глупой, чтоб хоть на миг усомниться в муже, но кто знает? Особенно с учетом того, что она тогда была беременна, и настроение у нее скакало, как белка по дереву... Реакция могла быть неадекватной... А уж с учетом того, что в то же время ее начал буквально преследовать взглядами и вздохами первый секретарь торланского посольства...
  Рен до сих пор злобно ощеривался, стоило вспомнить тот случай. Задумано было неглупо: вывести Эли из себя, получить компрометирующие ее свидетельства и шантажировать, требуя оказывать на супруга и короля необходимое влияние... Вот только она превосходно помнила столь тяжело давшийся мужу рассказ о прошлом, так что в результате пришедшего на "свидание" напарника брюнетки ждала не герцогиня эн Арвиэр, а несколько дюжих агентов Тайной службы, а впоследствии - палач. Как и саму брюнетку... На это известие Эли только одобрительно хмыкнула, а на слова Нарвена "леди Элира, а вы жестоки" усмехнулась:
  - Милосердие к врагам есть глупость и жестокость к близким. Да и эти двое сами выбрали путь лжи и шантажа, а значит, им одна дорога - на виселицу. А обвинений в жестокости мы все наслушались немало, особенно после казни жрецов!
  - И вы? - удивленно уточнил король.
  - Да, после того как я наотрез отказалась просить Вас или Рена проявить милость к обвиняемым, более того, заявила, что повешение для них слишком мягкое наказание, уж больно быстрая и милосердная смерть.
  Нарвен тогда только криво улыбнулся: даже его потряс масштаб злодеяний бывшего Верховного жреца и абсолютное отсутствие у того угрызений совести - после пыток тот признался в содеянном и жалел лишь о том, что не был осмотрительнее...
  - Ваша Светлость, - голос служанки прервал воспоминания, - леди Катина просит принять ее.
  - Пригласите ее.
  - Миледи, - вошедшая в кабинет Катина присела в реверансе, - добрый вечер. Прошу прощения, что так поздно, но это не совсем светский визит.
  - Добрый вечер, Катина, - Эли слегка склонила голову, приветствуя бывшую однокашницу, - садитесь. Что случилось?
  - Пока не случилось, но может случиться. Один мальчик из числа последних доставленных в приют... Таких маленьких у нас еще не было - ему всего четыре, и он слишком запуган, но при этом у него уже появилось то, что вы называете магическими выбросами. Не знаю, откуда его вытащили, но стоит хоть немного повысить рядом с ним голос, как его начинает трясти, и результат может быть непредсказуем. Он уже разбил окно и ударил воздухом одну из нянь, после чего рыдал целый час...
  - И что вы предлагаете?
  - Ограничители. Я знаю, что вы против, но это единственный выход.
  Эли холодно кивнула:
  - Я подумаю. Надевать ограничители магии на такого малыша... Это может ему повредить!
  - Я понимаю ваши чувства, особенно с учетом того, что мальчик ровесник лорда Тирвана, но мы не можем уделять каждому ребенку в приюте столько же внимания, сколько сыну герцога.
  - Как я уже сказала - я подумаю. Возможно, сможет помочь лорд Деррик, он пытается создать амулет, способный собирать энергию подобных выбросов или же перенаправлять ее во что-то менее... разрушительное. Он говорил, что его работа близится к завершению, и если она будет удачной, то мы закупим такие амулеты для всех воспитанников младше... мм, лет семи?
  - На первое время - да, потом я бы надела такие всем младше девяти.
  - Хорошо хоть не двенадцати, как было у нас, - усмехнулась Эли, - кстати, леди Элана пишет, что из-за более раннего проявления Дара в Школу пытаются пропихнуть девочек лет с десяти.
  - Они бы еще семилеток туда пихали! - взвилась Катина, - мне лично и в двенадцать наши уроки тяжело давались! Тем более что речь не о сиротах или тех, кого из-за дара едва ли не воплощением зла считают, как у нас в приюте, а о дочерях аристократов, причем обладающих даром! Что, неужто со своими детьми справиться не могут?!
  Эли мягко улыбнулась. Спокойная и сдержанная Катина становилась настоящей львицей, когда речь шла о детях, и за это Эли ее по-настоящему уважала. К тому же вряд ли бы даже после долгих поисков она смогла отыскать кого-либо столь подходящего на должность директора приюта для малышей с магическими способностями...
  Примерно через год после выздоровления Нарвена лорд Дэртарр напомнил Рену и Эли о данном ими обещании, впрочем, они и без того задумывались о том, что можно сделать для поисков наделенных способностями детей. Да и потом... Найти одаренных - только начало, их нужно воспитывать, растить, обучать, а в Вертане практически не осталось магов: далеко не все из покинувших Торен одаренных решились вернуться на родину. Идею предложил Нарвен, затем последовали долгие переговоры между ним и Ретларом. Однако они бы могли не возыметь успеха, если бы не лорд Деррик, сумевший убедить своего короля согласиться на предложение Вертана.
  Между двумя странами был заключен беспрецедентный союз, являющийся одновременно политическим, экономическим, военным и магическим. В течение двадцати лет страны обязались действовать сообща во всем, что не касается внутренней политики, а в случае рождения у короля Нарвена и принца Адриена разнополых детей - заключить между ними помолвку, причем магическую, сразу после рождения. В обмен на это артиарским магам, не являющимся наследниками титулов, давалось право отказаться от присяги короне Артиара и принести ее Вертану. Для многих вторых сыновей это оказалось прекрасной идеей: они получали земли и титул - после проведенной Нарвеном и Реном чистки немало земель отошли короне - а значит, и возможность основать свой род. Вертан приобретал магов - в обмен на земли и титул те должны были служить короне не менее пяти лет, а Артиар - весьма выгодные торговые преференции. К тому же, как удалось узнать Эли, Ретлар прекрасно понимал, что с пробуждением Источника преимущество Артиара в виде магов скоро сойдет на нет, и поэтому решил использовать его, пока это было возможно.
  После заключения союза дело пошло на лад - среди принявших подданство Вертана магов нашлось немало молодых и жаждущих деятельности. Идея поиска одаренных детей из всех слоев общества пришлась им по вкусу, а то, что такой поиск велся не только на территории Вертана... Что ж, это щекотало нервы и служило лишним мотивом попробовать, хотя подобные мотивы отходили на второй план, стоило лишь столкнуться с суровой правдой жизни. Эли и Рену пришлось выслушать немало холодящих кровь рассказов о детях, которых в том же Торлане собственные родители считали чудовищами и вышвыривали из дома, о сиротах, оплевываемых и беспомощных... И если сначала они планировали собирать под свое крыло детей лет с двенадцати и обучать их примерно так, как это было принято в Магических Школах Артиара, то после первой такой истории было решено дополнительно организовать приют для детей с Даром - сирот или тех, от кого отказались их родители. Директором такого приюта и стала Катина, а содержание его, первоначально полностью легшее на эн Арвиэров, полтора года назад взяла на себя корона. Один раз побывавшая в приюте и послушавшая рассказы воспитанников королева долго не могла прийти в себя, а затем стала его покровительницей, окончательно отбросив последние сомнения относительно магов и магии...
  - Вы же прекрасно знаете, что отнюдь не всем бывшим выпускницам Школы везло с замужеством, - вздохнула Эли, - так чему удивляться, что многие до сих пор не воспринимают своих одаренных дочерей как кого-то, требующего подлинной заботы и внимания. Надеюсь, сейчас это исправится...
  - Столь многое изменилось, - Катина покачала головой, - я до сих пор не могу к этому привыкнуть.
  - Катина, я давно хотела спросить, - Эли внимательно посмотрела на собеседницу, - вы не жалеете, что тогда, в разговоре с лордом Итором, выбрали Эльтарран?
  Та задумчиво пожала плечами:
  - Нет, пожалуй. Я хотела получить свободу действий, и я ее получила, причем неожиданно много. Дар... я никогда не мечтала стать магом, для этого я слишком... приземленная, пожалуй. К тому же благодаря всему случившемуся я встретила Эверта, а ведь мы никак не могли бы пожениться, оставайся я одаренной. К тому же быть директором приюта мне нравится, это так замечательно - быть причастной к тому, как эти малыши превращаются из запуганных зверенышей в любознательных и счастливых детей. Да вы и сами меня понимаете, леди Элира, иначе бы не отдавали приюту столько времени! И кстати, что насчет моей просьбы относительно дополнительных учителей для детей постарше?
  - Вы же знаете, как мало у нас еще магов: Школа только начала работу, а с учетом того, что уровень у учеников очень разный... Словом, непонятно, когда вообще будет первый выпуск и не проклянет ли меня лорд Бриарн!
  - Не проклянет, - глаза Катины заискрились смехом, - он к вам неравнодушен едва ли не с момента знакомства! Я до сих пор удивляюсь, что вам удалось убедить его переехать в Вертан и занять место директора! Кстати, а вы знаете, что баронесса эн Роис к нему весьма неравнодушна?
  - Я замечала кое-какие признаки, но не знала, не является ли это лишь игрой, - медленно проговорила Эли, вспоминая баронессу - довольно симпатичную вдову лет тридцати с небольшим, - значит, там подлинное чувство?
  - Да, и я думаю...
  - Что лорд Бриарн отнюдь не стар для мага и заслуживает счастья, так? - женщины заговорщически улыбнулись друг другу, - согласна. Поможем?
  - С удовольствием, - лукаво улыбающаяся Катина казалась девчонкой, - и было бы неплохо посвятить в наш заговор еще кое-кого!
  - Непременно, - кивнула Эли, - спасибо за интересную новость. Вернемся к делам? Я подумала, что стоит всё же расспросить лорда Бриарна относительно старших учеников - возможно, кто-то из них сможет помочь малышам в освоении контроля, попутно заработав. Кстати, что с закупкой зимней одежды для воспитанников?
  - Пока денег хватает, я прихватила с собой отчеты... - Катина достала из принесенной с собой папки бумаги, и собеседницы склонили головы над отчетами.
  Через полчаса Катина распрощалась и ушла, получив заверения Эли, что та как можно скорее свяжется с лордом Дерриком и навестит приют в ближайшие дни. Оставшись в одиночестве, Эли взглянула на часы и зевнула - было уже очень поздно. Встав, она одним взглядом погасила магические светильники и вышла из комнаты.
  При ее появлении отчаянно зевающая камеристка вскочила и залилась краской. Эли покачала головой:
  - Тания, вы же знаете, что можете не ждать меня, если время перевалило за десять вечера!
  - Это моя обязанность, миледи, - возразила та, - и я приготовила вам ванну, она еще не должна была остыть.
  - Отлично, мне это необходимо. Вы не знаете, с лордом Тирваном все хорошо?
  - Да, я узнавала: юный лорд спит, лихорадка прошла, - доложила явно довольная своей предусмотрительностью девушка.
  - Вы молодец, Тания, - благосклонно кивнула Эли.
  Через полчаса она опустилась на постель и вздохнула, уставившись невидящим взглядом в никуда. Забытая за делами тревога снова охватила ее, заставляя неосознанно терзать край одеяла. Слишком долго...
  Шум заставил ее вскинуть голову и прислушаться. Неужели... Закутавшись в длинный халат, она буквально вылетела из комнаты и застыла, глядя на стоявших у лестнице мужчин. А потом птицей слетела вниз и обняла одного из них, утыкаясь ему в грудь.
  - Все хорошо, радость моя, - хриплым голосом прошептал Рен, прижимая к себе жену, - нам все удалось.
  - С вашего позволения я - отдыхать, - негромко произнес лорд Дэртарр, подмигивая Рену.
  - Конечно, комнаты в вашем распоряжении, - ответил тот.
  - Хм, а мне поцелуй не подарят? - третий мужчина тряхнул светлыми волосами, зеленые глаза его весело блестели, - а, колючка моя?
  - Подарят, - фыркнула Эли, разворачиваясь в руках мужа и целуя брата в щеку, - Дор, ты у нас на ночь останешься?
  - Неужто тебе меня совсем не жаль? - тот скорчил скорбную рожу, - Риа меня убьет, если ей придется волноваться на одну ночь дольше из-за того, что мне было лень доехать до дома. Рен, одолжишь коня?
  - Конечно, мог бы и не спрашивать, - кивнул тот, - как отдохнешь, приезжай в гости.
  - Непременно. Сладких снов, младшенькая, - он подмигнул Эли и направился к двери.
  - Идем? - голос Рена выдавал его усталость, - я понимаю, что ты можешь на меня злиться, но давай все завтра? Сейчас я хочу только вымыться, поесть и упасть в постель.
  - Хорошо, - кивнула Эли, - оставим допрос на завтра. Идем!
  
  Следующее утро.
  
  Эли проснулась и улыбнулась: Рен притянул ее к себе и сейчас спал, привычно уткнувшись носом в ее волосы и положив ладонь ей на живот. Осторожно развернувшись в его объятиях, она принялась изучать знакомое до последней черточки лицо. Пять прошедших лет почти не оставили на нем следа, разве что чуть резче стали очертания скул да появились крохотные лучики морщинок в уголках глаз. Сама Эли изменилась куда сильнее, впрочем, ее это только радовало - после рождения Тирвана она слегка округлилась в нужных местах. Коснувшись невесомым поцелуем плеча мужа, она вдохнула ставший столь привычным и любимым запах его тела и блаженно прижмурила глаза - снедавшая ее столько дней тревога бесследно исчезла, уступив место любопытству.
  - С добрым утром, сокровище мое, - тихий шепот Рена вызвал привычное ощущение огненной волны вдоль позвоночника, заставляя Эли прогнуться в пояснице, - как же хорошо дома. Эли...
  Только спустя час раскрасневшиеся и задыхающиеся супруги оторвались друг от друга, на губах их играли одинаково шальные улыбки, а в спальне все еще чувствовались отголоски их магии. Рен глубоко вздохнул, лег на спину, заложив руки за голову, и произнес, блестя глазами:
  - Я в полном вашем распоряжении, моя леди, можете приступать к допросу.
  - Рен, - с укоризной покачала головой Эли, ее глаза смеялись, - так нечестно, ты же знаешь, как на меня действуют эти твои приемы. Не кажется ли тебе, что спальня - не место для подобного разговора? Или ты надеялся, что я позабуду о твоем коварстве?
  Тот постарался придать себе виноватый вид - неубедительно, судя по вырвавшемуся у Эли смешку, и признался:
  - Разве что чуть-чуть. Хотя я всё равно утверждаю, что твои обвинения не имеют под собой почвы!
  - Да? То есть то, что я так вовремя забеременела, чистая случайность? А как же твоя прочувствованная речь, что беременная я не имею права рисковать собой?
  Рен хмыкнул и повернулся на бок, смотря на жену совершенно серьезно:
  - Эли, даже если бы ты не была в тягости, - ладонь его бережно и нежно погладила чуть округлившийся животик жены, - неужели бы ты пошла с нами, рискуя в случае неудачи оставить Тирвана сиротой? И неужели ты не рада, что у нас появится еще один малыш?
  Та некоторое время молчала, потом со вздохом признала:
  - С годами твои аргументы приобретают все большую убедительность. Да, я бы не рискнула оставить нашего сына одного и очень рада, что у нас будет еще ребенок. Надеюсь, это будет дочка...
  - Я тоже, - Рен ласково провел ладонью по животу Эли, - я тоже... Ну что, встаем? Я хочу увидеть сына, очень соскучился!
  - Встаем, но рассказ с тебя. Или ты хочешь рассказать об этом вместе со Старейшим?
  - Не думаю, что он захочет это обсуждать, не сейчас, - как-то резко помрачнел Рен, поднимаясь с кровати, - все это его больно задело.
  - Но вы же справились, ты сам сказал!
  - Да, но... в общем, это действительно долгий разговор! Честно говоря, нам повезло, что удалось вернуться без потерь... Хорошо, что ты уговорила Дора переехать в Торен, без его помощи и вашей связи как близнецов у нас могло бы и не получиться.
  - Ну, это надо еще сказать спасибо Нарву за графский титул для Дора. Кстати, у Эннеи два дня назад был первый магический выброс, Риа и счастлива, и хватается за голову - насмотрелась на Тири... - ответила Эли, одеваясь.
  - Ну, если лорд Деррик преуспеет в своих изысканиях, то эта проблема скоро будет решена. Замечательно, что у тебя такой родственник, - Рен весело ухмыльнулся, - мне досталась во всех отношениях выгодная жена!
  - Цени это, несчастный! - пафосно заявила Эли, с трудом сдерживая смех - сегодня ей все казалось радостным.
  - Ценю, о великолепнейшая, - склонился в церемонном поклоне тот, подавая руку жене.
  Стоило им спуститься по лестнице вниз, как их чуть не сбил с ног черноголовый вихрь:
  - Папа вернулся!
  - Лорд Тирван, как вы... - растерянная Рисса спешила за ним, - милорд, миледи, простите, я не смогла его удержать!
  - Ничего, - Рен подхватил на руки мальчика, тут же обвившего руками его шею, - здравствуй, хороший мой.
  Тот поднял на него такие же синие, как у отца, глаза, и прошептал:
  - Я соскучился, и мама тоже. Ты же расскажешь мне сегодня сказку?
  - Конечно, Тири. Думаю, мама тоже будет не прочь послушать, как ты считаешь?
  - Да, - тот одарил Эли лучистой улыбкой, - ты нам двоим ее расскажешь.
  - Вот и хорошо. А теперь, молодой человек, вам пора на занятия. И не стоит больше пугать Риссу, хорошо?
  - Да, папочка, - ответил тот, невинно хлопая длинными ресницами.
  Рен чмокнул сына в щеку, поставил его на пол, подтолкнул к няне, с трудом сдерживая смех, и едва слышно шепнул улыбающейся жене:
  - Такой маленький, а уже манипулирует!
  - Вряд ли можно было ждать другого от нашего сына, - ответила та, беря мужа под руку.
  После завтрака они уединились в одном из любимых обоими мест особняка: небольшой комнате с камином и тремя стоящими перед ним уютными креслами. Опустившись в одно из них, Эли бросила на мужа строгий взгляд и произнесла:
  - Рассказывай! То, что проход на Деитраву удалось открыть, я поняла уже давно - потоки Силы тогда здорово исказились. Как все вышло? И что вы там делали целый месяц?
  - Проход открывал лорд Дэртарр, мы с Дором только присутствовали, не вмешиваясь. А почему так долго... - Рен вздохнул, глядя на языки пламени, - потому что там время течет несколько по-иному и потому что мы нашли там лишь жалкие остатки тех, за кем пришли. И заодно узнали ответ на мучивший нас вопрос: почему Хранители не вернулись на Итраву? Ответ прост и ужасен: Хранителей осталась лишь жалкая горстка, хотя драконов - нет... Не знаю, то ли это наказание Высших за попрание своего долга, то ли жизнь в мире, где у драконов не было ни единого врага и как следствие - борьбы и стремлений... Словом, среди тысяч драконов Деитравы разумными остались не более трех десятков, остальные превратились в ведомых инстинктами кровожадных тварей, способных только убивать, жрать да спариваться. Хорошо еще, что они не могут использовать магию иначе как неосознанно, для полета и выдыхания огня...
  Эли поежилась, обняла себя руками за плечи и тихо спросила:
  - И что вы решили?
  - Те, кто сохранили разум - вернулись с нами, остальные... Дверь на Деитраву закрыта, закрыта навсегда...
  - Если это наказание, то оно слишком жестоко, - наконец смогла выговорить Эли, - бедный лорд Дэртарр...
  - Ему действительно очень плохо, он... словно потерял себя...
  - Ничего, - вскинув голову, отчеканила Эли, - мы поможем ему вернуться. Знаешь, ничто так не помогает избавиться от бесполезного самокопания, как забота о ком-то, а у Хранителей для этого есть целый мир!
  Рен улыбнулся и сжал ее пальцы:
  - Знаешь, ты действительно сокровище. И еще... Может, драконы и назначенные Богами Хранители, но ты сделала для этого мира ничуть не меньше.
  - Иногда мне кажется, что все очень просто: каждый, кто думает о будущем не только для себя, хранит часть нашего мира, пусть и крохотную, - она устремила на мужа полный любви взгляд, - магию, знания, души... Мы передаем это нашим детям, и это мы все - хранители, хранители мира и будущего...
  
  Двести лет спустя.
  
  Молоденькая черноволосая девушка бережно закрыла потрепанную книжку, положила ее на стол и уставилась куда-то в пространство. Она так глубоко задумалась, что не услышала тихих шагов и встрепенулась, только когда вошедший негромко произнес:
  - Добрый вечер, Элира.
  Девушка вскочила и присела в реверансе перед высоким мужчиной с белыми волосами:
  - Добрый вечер, лорд Дэртарр.
  - Я помешал вам, дитя мое?
  - Нет, я уже закончила читать, просто размышляла, - девушка пожала плечами и подняла на собеседника глаза удивительно яркого синего цвета.
  - И что же заставило вас так задуматься? - голос мужчины был полон интереса и доброжелательности.
  - Это, - Элира кивнула на книгу, - записки моей прапрабабушки, в честь которой меня назвали. Вы же знали ее, какой она была?
  Лорд Дэртарр поднял глаза, с какой-то печальной улыбкой взглянув на висящий на стене портрет, изображавший статную женщину средних лет с серыми глазами, вьющимися каштановыми волосами и взглядом, полным тепла и скрытого лукавства. Некоторое время он смотрел на портрет, а потом ответил, переведя взгляд на собеседницу:
  - Она была удивительной: умной, талантливой, доброй к друзьям и непримиримой к врагам, любящей, понимающей... Одной из тех, с чьим уходом так трудно смириться...
  - Я прочла, что вы предлагали ей крылья, но она отказалась. Скажите, а она когда-нибудь сожалела об этом?
  - Нет, - лорд Дэртарр улыбнулся, - однажды она сказала мне, что если бы ей довелось прожить жизнь во второй раз, она выбрала бы те же самые дороги. И что не стоит сожалеть о смертности, ведь частичка души ее и ее возлюбленного будет жить в их потомках, храня их от бед. И кто знает, возможно, однажды они снова придут в мир - этот или иной - чтобы снова пройти тропами судьбы...
  Юная Элира эн Арвиэр тихонько вздохнула и улыбнулась, поднимая глаза на портрет. Почему-то ей верилось, что Старейший из драконов прав, и однажды Элира и Ренальд вернутся, чтобы вновь найти друг друга и пройти рука об руку всю свою жизнь...
  
  Конец.

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  А.Олефир "Знак змея" (Любовное фэнтези) | | А.Кувайкова "Коротышка или Байкер для графа Дракулы" (Современный любовный роман) | | Ф.Клевер "Он рядом" (Современный любовный роман) | | Д.Данберг "Элитная школа магии. Чем дальше, тем страшнее..." (Попаданцы в другие миры) | | E.Maze "Секретарь для дракона" (Приключенческий роман) | | LitaWolf "Проданная невеста" (Любовное фэнтези) | | А.Хоуп "Тайна Чёрного дракона" (Любовная фантастика) | | О.Герр "История (не)любви" (Любовные романы) | | Н.Романова "Ступая по шёлку" (Любовное фэнтези) | | П.Роман "Игра. Темный" (ЛитРПГ) | |
Связаться с программистом сайта.
Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
М.Эльденберт "Заклятые супруги.Золотая мгла" Г.Гончарова "Тайяна.Раскрыть крылья" И.Арьяр "Лорды гор.Белое пламя" В.Шихарева "Чертополох.Излом" М.Лазарева "Фрейлина королевской безопасности" С.Бакшеев "Похищение со многими неизвестными" Л.Каури "Золушка вне закона" А.Лисина "Профессиональный некромант.Мэтр на охоте" Б.Вонсович "Эрна Штерн и два ее брака" А.Лис "Маг и его кошка"
Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"