Лесная Алина: другие произведения.

Книга 4. Оборотни Его Величества. Полнокружье. Файл П/о

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Peклaмa:


Оценка: 7.65*32  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Для удобства скачивания завожу отдельный файл с обновлениями.
    ЧАСТЬ 2. П/О от 1.04.2016.
    УВАЖАЕМЫЕ ЧИТАТЕЛИ! Обратите внимание на пост 193. Спасибо.
    Общий файл здесь: http://samlib.ru/l/lesnaja_alina/werewolves-b4-1.shtml
    Счетчик посещений Counter.CO.KZ

  ЧАСТЬ 2. ЛЁД В ОГНЕ
  
  ГЛАВА 1
  
   Лёд... Холодный, бесцветный, равнодушный. Он повсюду - в природе, в умах, в сердцах.
   На что рассчитывала скадарская принцесса, когда бежала из дворца? На удачу? Улыбку Богов? Благодарность полукровки? Или на его соотечественников?
   Нет. Только на себя.
   Так чего теперь жаловаться?
   Всё равно некому.
   Вокруг только лёд.
   Сарай, в котором заперли Ирэн, изнутри покрывала изморозь, по углам скопившаяся целыми сугробами. В щели нещадно дуло, и южанка с трудом нашла относительно спокойное место. Вряд ли аватары хотели поиздеваться над пленницей, они просто не понимали, каково это - мёрзнуть. Ирэн мало что успела разглядеть, когда её гнали по селу, но все встреченные оборотни одеты были чересчур легко, а высокая крепкая девушка с толстыми косами, указавшая соплеменникам на сарай, и вовсе ходила в одной безрукавке поверх шерстяной рубахи.
   Тик-так, тик-так...
   Время шло, а часов не было. Забрали.
   И мешок, где лежал Венец Стихий, и либр.
   Даже Бантика.
   Оставили дублёнку, мало спасающую во льдах, и нелестное впечатление об аватарах. Этих смердами не назовёшь, но и воспитанности в них не больше, чем в полярных волках, гуляющих по селению, как у себя дома. То есть, на своей территории. Один даже пытался укусить Ирэн, когда кэссиди отпихнула излишне любопытную морду, назойливо лезшую под полу дублёнки. А конвоиры захохотали. Уроды.
   Иней тяжелил ресницы. Ноги, поначалу бойко отбивающие ритм таларики, а затем - просто друг о друга как попало, больше не слушались, и девушка привалилась спиной к поленнице. Её тоже покрывала хрустящая морозь, но немножко грела мысль о том, что дрова не просто так сложены. В очаг бы их, а в ладони - чашку горячего вина. И Бантика у ног. А ещё лучше...
   Не лучше. Потому что он не пришёл на помощь, когда звали, позволил чужакам улететь с кэссиди. Мантикэра тащили в зубах, предварительно оглушив. Он-то вступился за хозяйку.
   И всё же Ирэн удалось удивить эти ходячие ледяные статуи. Не кричала, пощады не просила, держалась достойно. А девушка с косами, вроде бы, поняла фразу: "Я хочу говорить с вашим вождём." К этой крепышке конвоиры отнеслись с особым почтением, наверное, она вроде местной знати, хотя телосложением больше годится для работы в поле. Вместо вола можно впрягать.
   Аватары не знают волов, только северных оленей. Каким-то чудом уцелели в резне, почти полтора десятка лет жили в полной изоляции, отрезанные от всего мира, и оттого возомнили себя особенными? Ограниченные, бездушные твари, законсервированные во льдах!
   Лёд...
   Они не видели, как цветёт миндаль в горах, не ходили по апельсиновым рощам, не пробовали молодое вино, не слышали запаха зелёных южных волн, не падали на разгорячённый солнцем песок.
   Тепло...
   ...Холода редко приходят из-за гор. От изнуряющей жары можно укрыться под сенью финиковых деревьев, запретить собирателям показываться на глаза, прогнать слуг, привалиться спиной к шершавому стволу. Во дворце муж гремит своими машинами, капризничает полугодовалая дочь, Одарённые лгут в глаза даже своей кэссарице, от холуев не скрыться... Хлоя Рина так ценила редкие минуты уединения в загородных прогулках. Обросший смерд неопрятного вида её не напугал. А тот попятился, из выпавшего узелка покатились финики - недозрелые, гнилые. Правительница могла прогнать его или кликнуть слуг, чтобы вора высекли, хотя паданцы шли только на корм свиньям. Но внимание Хлои привлёк браслет мужчины: круглая бляха на чёрном ремешке. Живой. В полуденной тишине кэссарица слышала биение его сердца: тик-так, тик-так, тик-так...
   Позже она узнает, что часы швейцарской фирмы "Lacо" дедушка Володи привёз с войны, сняв с руки сбитого им фашистского пилота.
   Кэссарица помогла землянину устроиться, обучила языку, а в благодарность тот рассказал множество историй далёкого мира и поклялся быть опорой для её дочери.
   Мама умерла, когда Ирэн была ещё малышкой. А Володя остался. Из всех его историй - правдивых и выдуманных - больше всего юная кэссиди любила слушать про императрицу Екатерину Великую. Родоначальницу династии Нэвемар тоже звали Катариной. И мама, и Володя говорили, что такие совпадения не бывают случайными. Иномирянин рассказывал, как преданные солдаты вознесли свою императрицу на престол, как вершила она правосудие, строила города, несла стране культуру и процветание, как подданные обожали её. С детства Ирэн знала, что должна стать Екатериной своего государства - грозной, но мудрой и справедливой. Даже личный корабль назвала в честь иномирной правительницы. Екатерина Великая...
   - Человек и пароход! - смеялся Володя.
   - Теплоход, - строго поправляла Ирэн, хотя ей нравилась эта шутка.
   Они стояли на разогретой корме, а о борта плескались зелёные тёплые волны.
   Тепло...
   "Ненавижу море ― за сотни верст окрест взорвать нечего!" - в глубине сознания царапнулся противный голос придурочного алхимика Лиса.
   Смерд.
   Мышцы ломило - хоть волком вой. Пошевелив рукой, Ирэн смяла в кулак ткань, грубую и колючую, зато тёплую. Даже жаркую! Плавающие в темноте пятна постепенно сложились в комнату, обставленную аскетично, но со вкусом, с поправкой на слово "местный". Немногочисленная мебель бросалась в глаза поистине филигранной резьбой и редким цветом древесины, добываемой только в Сумеречном лесу. Плеск волн из сна оказался шёпотом пламени в очаге, над которым висел котелок, исходящий сладковатым паром. На полочке стояли стилизованные фигурки волков, медведей, китов. Под самым потолком висели бычьи рога, но крепились они не к щитку, а к шлему.
   А тот сидел на черепе. Человеческом.
   Суровый стиль.
   Уютно лежать в постели под тёплыми пледами, но хорошо бы размяться, пока хозяев нет, а то рухнет кэссиди Иллада Рэя прямо в ноги аватарьему вождю и выглядеть будет глупо. Кряхтя, Ирэн поднялась на локтях. И насторожилась.
   В тёмном углу она не заметила давешнюю девушку с косами, сидящую неподвижно и тихо, будто мышь. Та, похоже, вообще не спускала глаз с... пленницы? Гостьи? Не убили, согрели, кормить собираются - с врагами иначе поступают.
   - Очнуться?
   - Да, - Ирэн решила предоставить инициативу аватарке. Или как их женщины называются?
   Удовлетворённо кивнув, девушка подошла к очагу, длинным черпаком помешала варево, попробовала, мотнула головой и бросила в котелок комок чего-то тёмного. Затем обернулась к кэссиди.
   - Ты спать в сарай, и я не хотеть будить, но Кэйларрэн говорить, что так ты совсем помирать, и назвать меня без ум. Он принесть тебя в мой дом, - девушка сильно коверкала слова, вдобавок, растягивала гласные, твёрдые согласные смягчала, а "р", напротив, раскатывала, но понять её было нетрудно. - Нэйдэ.
   - БуРДА, - спросонья машинально ответила кэссиди. - То есть, Ирэн. Где мантикэр? Зверь, который был со мной.
   - Твой зверь? Его создать не природа, а маг. Он неправильный, и его за то надо убивать...
   - Что?! Ах, вы... - Ирэн подскочила как ужаленная, запутавшись ногами в пледе.
   - Не кричай! - бросив черпак, хозяйка подхватила гостью прежде, чем та сверзится на пол. - Племя хотеть убивать, но я сказать "нет". Меня все слушать, я - кузнечик.
   - Кто?
   - Кузнечик, Нэйдэ. Я! - девица гордо ударила себя в грудь. Вблизи оказалось, что глаза у неё двуцветные: серые по краю радужки, к зрачку они наливались медовой желтизной.
   "То ли малохольная, то ли придуривается", - подумалось кэссиди.
   Из котла полезла пена, и Нэйдэ, спохватившись, сняла его с огня на стол.
   - У тебя необычный волос - как пламя. Я взять их на память.
   Ирэн запустила руку в гриву, но катастрофической потери не нащупала.
   Почему Нэйдэ не задаёт вопросы? То ли аватары по природе не любопытны, то ли ей приказано этого не делать, то ли... Дана поймали, и он рассказал об их с Ирэн злоключениях.
   Если последнее, очень хотелось бы верить, что аватары не настолько помешаны на чистоте собственной крови, как Вилль говорил, и с "неправильным" сородичем не обошлись, как хотели поступить с Бантиком.
   Если Дан на свободе, племени о нём знать не надо, пока ситуация не прояснится.
   - Где мой зверь? - повторила Ирэн.
   - Там. Вы оба засыпать днём. Теперь ночь, - Нэйдэ указала черпаком за спину кэссиди.
   Та перегнулась через подушки и увидела, что кис преспокойно дрыхнет, свернувшись клубком на сундуке, обняв лапами сапоги хозяйки и даже ухом не ведя на её голос. Над сундуком висел гобелен. Будь содержание более поэтичным, столь тонкую - нитки в волосок, стежок лежит к стежку - работу не зазорно и в тронном зале повесить. Но на полотне напружинилось в боевой стойке чудище, с головы до пят облачённое в броню, а каждая из четырёх рук оканчивалась кривым клинком, продолжающим локоть. Непропорционально длинные ноги выгибались коленями назад; голени поросли шипами. Насмотришься на такого урода - месяц будешь маяться кошмарами.
   - Похожий? - спросила аватарка, гордая за своё, видимо, творение.
   - Точь-в-точь, - на всякий случай заверила Ирэн.
   Сверкая белоснежными заострёнными клыками, загордившаяся пуще прежнего хозяйка налила в плошку бело-розовой жидкости и, обернув полотенцем, подала Ирэн.
   - Пей, пока горячий.
   - Что это?
   - Олений молоко, чтобы стать здоровый. Твой зверь пить его много, не хотеть тебе оставить. Но я хотеть забирать, и мы сражаться!
   Ирэн, сунувшая в чашку язык проверить, насколько горячо, невольно фыркнула, запузырив молоко. Нэйдэ, довольная, что северный юмор оценили, рассмеялась в голос.
   - Почему оно красноватое? - кэссиди подула и отпила. Молоко оказалось недурным на вкус, терпким и жирным, так что могло сойти за еду.
   - Олений кровь, чтобы стать сильный.
   Ирэн покатала молоко на языке, прежде чем проглотить. Она знала вкус крови. И своей, хлеставшей горлом во время приступов. И телячьей, по заверениям целителей должной укрепить ослабленный болезнью организм.
   - И олений, - Нэйдэ наморщила лоб, подбирая слово, - ка...кашка, чтобы...
   Таким наследницу престола не кормили.
   ***
   - Ты совсем без ум! Мы же не звери, чтобы есть то, что ты думать! - сокрушалась северянка, подбирая с пола осколки. Проснувшийся мантикэр в два счёта расправился с лужей и теперь сыто урчал в ногах хозяйки.
   - Да кто вас знает, - огрызнулась Ирэн, допивая новую порцию.
   - Я совсем не знать тебя, но я не говорить, что ты такое есть! Я варить трава, очень полезный, а не то, что ты думать!
   - И называется она кашкой, а не тем, что ты "говорить".
   Нэйдэ бросила осколки в ведро - сердито и быстро, чтобы не задерживались в руках. Не молока было жаль северянке, а плошки. Глиняные предметы ценились во льдах как золотые. Ирэн задумалась, как поступила бы сама, если бы гостья расколотила о стену дорогую кэссиди вещь, и ей стало неловко, что прежде редко случалось.
   - Извини, я не нарочно, - вздохнула скадарчанка, вспомнив, что в её вещевом мешке как раз лежит подходящая плошка, расписанная эмалевым виноградом. Ещё бы мешок вернуть.
   - И ты извини. Я не нарочно кричать.
   Девушки улыбнулись друг другу. Сразу полегчало.
   За месяцы, проведённые в Неверре, методом проб и ошибок Ирэн выяснила, что лучше всего с молоком идёт ломоть свежего каравая. Аватары не пекли хлеб: муку достать неоткуда. Недурной альтернативой стало мясо, естественно, оленье, утушенное хозяйкой до нежности, каковой дворцовые повара и от молодой телятины не добивались. Единственное "но" - кое-чего явно не хватало.
   - А соль вы совсем не используете?
   - Соль? - хозяйка вскинула тёмные брови - довольно широкие, но так красиво очерченные, что было бы кощунством сунуться к ним с пинцетом.
   - Такая приправа к еде. От неё вода в море солёная, - попыталась объяснить кэссиди.
   - Тебе приносить вода из моря?
   - Нет, не надо. Всё очень вкусно, - Ирэн вгрызлась в мясо, управляясь с ним без ножа - само распадалось на ломтики. Чего сейчас ни отдашь за щепоть соли! А ещё лучше - за тот огурчик из кадушки, эксперимента ради съеденный как-то с молоком. Или помидорчик. Да хоть капусты холопской горсть, лишь бы солёной.
   За ставнями Ирэн не видела ночи, но прекрасно её слышала. Сама она выспалась днём, а племя, включая детей, не думало ложиться. За бревенчатыми стенами бряцало оружие, кто-то одобрительно кричал, рычал, даже выл по-волчьи - похоже, началась заварушка. А Вилль врал, будто аватар не поднимет руку на соплеменника!
   - Там драка?
   - Нет, мы не драться друг с другом, как люди. Это... как тебе объяснять...
   - Состязание? Тренировка?
   - Нет, - мотнула косами хозяйка. - Когда гость приходить в дом, хозяин его кормить. Если кормить хорошо, и гость быть довольный, он говорить "спасибо". Гость приглашать хозяин на бой и тоже делать его довольный. Ты хорошо кушать?
   - Да, но я не владею клинками. Только стреляю.
   - Жаль, гость редко ходить ко мне.
   - Почему?
   - Я хорошо кормить, а сражаться - ещё лучше. Никто не хотеть проиграть, особенно, мужчина. Таким его делать Mirabelle Daenna, - философски вздохнула Нэйдэ.
   - А у тебя уже есть настоящие Тай-Кхаэ"лисс? Я немного слышала об аватарах, - пояснила Ирэн, заметив, что хозяйка насторожилась.
   - Есть. Что ты о нас слышать?
   - Спасибо, - Ирэн отдала пустую тарелку. - Слышала, будто вас перебили берберианцы, всех до единого. Как спаслось твоё племя?
   - Спасаться?! Мы не хотеть спасаться, мы хотеть сражаться! - в глазах девушки вспыхнули огоньки, красные, как отблески пламени, хотя у обоих братьев они светились жёлтым.
   - Все, кто сражался, погиб, - возразила Ирэн. Давай, северная воительница, сердись, может, что интересное из тебя с гневом выплеснется.
   Но Нэйдэ, не распалившись, склонила голову к плечу. Острое ухо развернулось к двери.
   - Я не задавать тебе вопрос, почему ты меня спрашивать? Все человек такой любопытный?
   - Такими нас сделал Ильшиур, - развела руками Ирэн.
   Аватарка засмеялась, громко и коротко, как в прошлый раз. Кэссиди стало немного не по себе. На какой-то момент показалось, что все эмоции Нэйдэ не настоящие, а подсмотренные у кого-то, и хозяйка просто старается для гостьи быть более человечной, чем на самом деле.
   - Ты хотеть говорить с наш старейшина? Готов?
   - Да!
   - Тогда идти сейчас, - оборотниха крадучись попятилась от кровати, на губах заиграла ухмылка. К чему бы это?..
   - Ночью?!
   - Кэйларрэн всегда говорить с тем, кто готов. Ага!
   Нэйдэ распахнула дверь внезапно, так что вскрикнула и Ирэн, и тот, кто подслушивал снаружи, вдобавок, второй ещё ручкой получил.
   Взгляды пересеклись, одинаково обескураженные. За порогом в снегу сидел подросток лет четырнадцати и тёр лоб. Длинные светлые волосы, перехваченные тонким серебряным обручем, рассыпались по плечам. Из распахнутого ворота куртки вывалилось кольцо на цепочке. Черты лица правильные, но ещё не жёсткие, как у взрослых аватар, и с губ не сошла детская пухлость. Хорошенький, точно картинка. И уже воин - вскочил одним гибким движением, брови сдвинул, глядит сурово. На лбу расцветает синяк.
   От Дана тоже будет красивый и сильный ребёнок, может, не один. Когда найдётся, когда наденет корону. Аватар ещё не ответил на вопрос, согласен ли стать кэссарем, да разве от такого отказываются?
   К вопросу деторождения Ирэн относилась очень серьёзно. А как иначе, если ты не знаешь, когда Хекта явится за тобой? Через десяток лет, год или всего пару месяцев?
   Мама умерла, не дожив до тридцати лет. Не от руки убийцы, не от укуса ядовитого гада. Хворь досталась от Клео, вошедшей в историю как талантливый алхимик и величайшая отравительница всех времён. Может быть, в своё время что-то перемудрила с химикатами, а, может, Лары прокляли её за многочисленные злодеяния. Клео казнили, когда ей не было сорока, но женщина успела втайне ото всех выносить ребёнка и отдать на воспитание сестре. Уже тогда она кашляла кровью и вряд ли протянула бы долго.
   Мама родилась больной. Её дочь тоже. Вместе с любовью к власти и умением разбираться в алхимических составах по наследству перешла смертельная болезнь, побороть которую не могут ни зелья, ни чары. Только кровь аватара.
   Тик-так, тик-так - время бежит, летит.
   А этого волчищу где-то демоны носят!
   Между тем, мальчишка закончил оценивать Ирэн, сам себе удовлетворённо кивнул и перевёл взгляд на Нэйдэ. Кузнечик скрестила руки на груди.
   - Подслушивать за старший плохо.
   - Я не подслушивал. Я следил, чтобы гостья не подожгла твой дом своими огненными волосами, - подросток тоже говорил одновременно певуче и гортанно, но гораздо чище Нэйдэ. - Мой долг - защищать клан.
   Сказав это, он важно развернулся и зашагал восвояси, будто невзначай положив руки на эфесы сабель. В спину полетел дружный хохот, но мальчишка даже ухом не дрогнул.
   - Что это было за чудо? - утерев слёзы, поинтересовалась Ирэн.
   - Тэниэль есть не чудо, а беда, - махнула рукой хозяйка. - Ты одеваться?
   ...Ночью похолодало, хотя казалось бы - куда больше! Нэйдэ была одного роста с Ирэн, правда, сбитой покрепче, так что хозяйская медвежья доха пришлась гостье почти впору. Увязавшийся следом Бантик на пороге раздумал и прыгнул обратно в тёплую постель.
   Мороз оголодавшим псом вцепился в щёки и нос. Видимо, гость остался очень доволен угощением: бой продолжался до сих пор. Но заворожили не аватары.
   Звёзды густо запорошили небо. На крыши намело высокие шапки, над которыми, точно перья на ветру, колыхался дымок. А между звёздами, сугробами и белесыми струями неспешно и величаво плыл небесный змей. Он переливался всеми оттенками перламутра, извиваясь лентой, двигался вперёд, и при этом оставался на месте.
   - Я никогда не видела северное сияние.
   - Это духи мёртвых танцевать для нас, - благоговейно шепнула Кузнечик.
   Кабы не важность предстоящей беседы, Ирэн ещё долго созерцала бы волшебное зрелище. Дан тоже сейчас наблюдает за пляской духов. Там, среди них, и мама.
   В племени плясали по-своему, с саблями возле костра. Двое мужчин, обнажённые по пояс, сшибались и расходились, не уступая друг другу в силе и ловкости. Ирэн сравнила их с братьями Винтерфелл. Дан был шире в кости, а у Вилля черты лица мягче, эти же сами походили на острые гибкие клинки. Посмотреть бой собралось десятка два аватар, включая троих крылатых волков, затесавшихся среди обычных - они-то и выли. Даже на лицах подростков читался оценивающий чисто профессиональный интерес; некоторые повторяли движения старших, запоминая. Шла не молодецкая показуха, а развлечение и урок одновременно.
   В поселении было две широкие улицы накрест, дома, не загороженные заборами, стояли далеко друг от друга, и оттого казалось, что племя велико. Хотя полторы сотни аватар - и так немало. Учитывая, что взрослый стоит десятерых, а девчонка лет тринадцати на глазах Ирэн без видимых усилий тащила на плече сосновое бревно в обхват толщиной, набиралось небольшое войско. Эту бы мощь да на правое дело...
   - Почему ты назвала Тэниэля бедой?
   - Он любопытный, как человек, и не слушать старший.
   - Может, у него в роду были люди? - в шутку предположила Ирэн, прощупывая почву.
   - Нет! - отрубила Нэйдэ.
   - Почему?
   - Аватар никогда не быть с человек. Это против закон природы и Mirabelle Daenna. Против Нерушимые Правила.
   - В Империи немало полуэльфов, так почему среди вас не может быть полукровок?
   - Не надо говорить так! - Кузнечик встала сама и остановила Ирэн, развернув лицом к себе; в глазах снова полыхнули огни. - Если волк быть с крыса, что от них родится? Ничего.
   Кэссиди мило улыбнулась.
   - Вот кем вы нас считаете? Крысами?
   Нэйдэ сильнее сжала плечи спутницы.
   - Я не хотеть обидеть тебя. - Ни тени раскаяния: северянка просто назвала вещи своими именами. - Я хотеть сказать, что аватар сильный, а человек очень слабый. Аватар не выживать в человек, уходить из него.
   - Ничего не имею против крыс. Они умные, хитрые, живучие, и к переменам приспосабливаются гораздо лучше волков. В любом случае, у них ничего не вышло бы по причине несоразмерности. Но аватары и люди друг другу подходят, а в природе часто бывают исключения из правил.
   - Даже если так, племя не принимать это. Наполовину аватар - выродок.
   - А, может быть, единственный шанс не выродиться?! - рассердившись за мерзкое слово, Ирэн сбросила руки упёртой девицы. - Вас осталось слишком мало, скоро родня начнёт жениться друг на друге.
   - Все аватары - родня.
   - Очень дальняя. Ты бы вышла замуж за дядю? Или брата?
   - Я ни за кого не выходить замуж. Я Нэйдэ, Кузнечик.
   Ах, вот оно что! Кэссиди осенила внезапная догадка, даже сердиться раздумала. Вилль рассказывал об избранной касте аватар, у которых не было ни имён, ни пары. Очень уважаемой. И обречённой вечно принадлежать одной лишь эгоистичной Богине.
   Хотя Вилль не упоминал о женщинах-кузнецах, вроде, это мужское призвание.
   - Значит, Нэйдэ - не имя?
   - Нет, это судьба, - Кузнечик сделала шаг, приглашая идти дальше. К девушкам подстроился крылатый волчонок, но Нэйдэ его не прогнала, а Ирэн и подавно рисковать не стала. - Когда-нибудь я стать настоящий Кэйларрэн.
   - Это значит "кузнец"?
   То есть, идём к местному изготовителю живых клинков и шаману, которого даже вожди слушают. Очень хорошо.
   - Да, кузнец. А я пока - ма-аленький кузнец. Меня называть Кэйларрэн"солэй - помощник. Когда я стать им, мой имя забирать. Я очень грустить, и Кэйларрэн рассказать о нэйдэ. На юг жить маленький, но очень гордый и сильный народ. Когда нэйдэ хорошо, он сидеть в высокий трава и петь: нэйдэ-нэйдэ-нэйдэ. Потому мы звать их так. А вы говорить - кузнечик, маленький кузнец. Кэйларрэн называть меня так, и всё племя тоже называть. Кузнечик - это очень хорошо. Ты их видеть живой?
   - Каждый день, - Ирэн не стала упоминать, что и сачком в детстве ловила: "тёзка" оскорбится.
   - Я хорошо вышивать?
   - Замечательно! - кэссиди отвернулась, скрывая улыбку. Если бы в Скадаре обитали такие кузнечики, работа в поле шла бы под конвоем - и для охраны от оных, и чтобы землепашцы не сбегали.
   - Эх, Нэйдэ, лучше бы ты у меня книгу попросила! - голосом Тэниэля хмыкнул волчонок.
   - Я не уметь читать человечий язык, - Кузнечик поджала губы.
   - Я бы дал с картинками. Но теперь не дам: это тебя убьёт.
   Было бы любопытно увидеть кузнеца за работой, однако, дым шёл только из дома, к которому вплотную прилегала мастерская. И, кстати, откуда аватары берут металл? До нашествия берберианцев они с гномами вели натуральный обмен, предлагая дары моря и северную пушнину. А теперь? Если бы уцелевшие поселенцы продолжали летать в Рудный Мыс, их заметили бы за столько-то лет. Можно предположить, что материал остался в запасе... но надолго ли его хватит? Поблизости только в Сумеречном лесу можно найти дрянное болотное железо.
   Тэниэль и Нэйдэ проводили кэссиди до двери, а сами остались снаружи, заверив, что обязательно дождутся. Ирэн вдруг заробела. По дороге выяснилось, что мальчишке четырнадцать с половиной лет, Кузнечику скоро будет восемнадцать, а Кэйларрэну исполнилось много, очень много. В компании молодёжи, пусть и нелюдей, Ирэн чувствовала себя свободно, но чего ждать от взрослого незнакомого аватара, вдобавок, занимающего высокую должность? Те двое, что притащили её в селение, не больно-то церемонились с девушкой.
   - Не надо бояться. Мы только варвар убивать без вопрос, другой человек всегда давать шанс, - "успокоила" подмастерье. Судя по тому, что людей в поселении не было, свой шанс они поголовно теряли. Вместе с головами.
   - Главное, не лги Кэйларрэну, и всё будет хорошо, - подтвердил Тэниэль.
   Значит, всё закончится хреново. Потому что лгать придётся.
   Вдох-выдох. И - собраться, будущая Екатерина! Как говорят имперцы, волков бояться - в лес не ходить.
   Хотя от таких и за стенами спасу не будет.
   Постучав, Ирэн зашла в дом. В лицо дохнуло теплом, особенно уютным после уличной стужи. Пахло мясом, травами и немного зверем. Жилище кузнеца, следующего по значимости после Вождей, не слишком отличалось от дома подмастерья, да и всех, что удалось рассмотреть в окна по дороге сюда. Деревянная мебель, простая, удобная и, вместе с тем, изящная: в Скадаре за подставку для ног платили бы золотом за материал и работу. Узорчатое серебряное блюдо, кажется, сплетённое паучком, выложенное крупными тёмными горошинами - только на северном побережье обитают ледяные моллюски, из чьих раковин добывают синий жемчуг. Чёрная морёная коряга на каминной полке, причудливо искривлённая природой, слегка подправленная руками резчика, и в итоге получился крагги с янтарными глазами. Роза как живая, даром что из чугунины, на лепестках блестит серебряная роса. Костяные статуэтки, чудесные ножи, драгоценная шкура карсы валяется на полу. Да, у аватар были прекрасные и очень дорогие вещи, но они не давили, как дворцовая роскошь, и не казались музейными экспонатами, а говорили за своих хозяев: "Нас здесь ценят не за рыночную стоимость, а за природную красоту и искусность мастера."
   Кузнец сидел за столом, небрежно попирая сапогом дорогущую подставку. Лицо и поза расслабленные, рубашка расстёгнута, возле сжатого кулака лежит трёхзарядный арбалет.
   - Доброй ночи, - опомнилась Ирэн, с трудом оторвав взгляд от своего самострела.
   - Почему ты не пожелала здравия, как у вас принято? - аватар слегка приподнял высветленную горнилом бровь, выделяющуюся на загорелой от постоянного жара коже. Седина не тронула волос, подхваченных кожаным ремешком, а морщины - лица, но Ирэн видела, что кузнец - глубокий старик.
   - Вам здоровья от природы не занимать, а хорошая ночь сеет зёрна для успешного дня.
   - Что ж, тогда я пожелаю здоровья тебе, чужестранка. Пройди и сядь, - Кэйларрэн говорил на имперском почти без акцента. Судя по смягчившемуся лицу, ответ ему понравился. - Если беседа сложится, ты станешь моей гостьей.
   Девушка села на табурет против мужчины, украдкой покосившись в сторону котелка и второй раз мысленно возблагодарив Ларов за то, что обделили талантом к фехтованию. Нет, учителя были, а к ним, увы, прилагались уроки, но "отскакав" и "отмахав" положенное время, кэссиди бросала саблю и сбегала стрелять по воронам.
   - Меня зовут Ирэн.
   - Кто я, ты уже знаешь. У тебя хороший арбалет, Ирэн, пожалуй, один из лучших, что я видел. Чья это работа?
   - Его сделали в Катарине-Дей. Я родом из Скадара.
   На бесстрастном лице и мускул не дрогнул.
   - Значит, потомок людей, по вине которых Альтея скрылась ото всех нас? Тогда мы вправе казнить тебя за их преступление, ведь ты - Одарённая, - из разжатого кулака обличительно выкатился либр.
   Мужчина подтолкнул его к Ирэн. Даже тянуться не надо, только в горсти сжать.
   Одарённые... Попытки скрещивать зверей и нежить. Чудовищные эксперименты над людьми. Окна в Бездну, открытые магами. Альтея подумала, что мир людей сошёл с ума. Одарённые, будь они прокляты...
   До сего момента Ирэн робела откровенно глядеть в лицо древнему существу, но тут взяла не злость даже, а такая холодная ярость, что посмотрела прямо в глаза, янтарные и горячие, как пламя в горниле. Как у тех, кто во снах называл кэссиди "Владычицей".
   И у Кузнечика станут такие же.
   - Вы всё из моего мешка вытряхнули?
   - Абсолютно, - подтвердил аватар. Он и не думал оправдываться: хозяева в своём праве досматривать чужака так тщательно, как считают нужным.
   - Тогда вы видели венец, созданный без магии и инструментов. Его сотворила сама Альтея, и уже несколько веков он хранится в моей семье, - триста лет назад, когда аватары воевали за Империю, скадарские правители ещё не носили Венец Стихий, а после добровольные отшельники просто не могли его увидеть. - Я - жрица Иллады, Великой Кружевницы. Одарённые погубили мою семью, мой дом, моё детство, а теперь пытаются сгубить мою страну. Геллера Таннаис, Элдин Браасс, Таурин Дэхим... я ненавижу весь Совет Семерых. Этот либр дала мне хорошая знакомая, чтобы я смогла покинуть страну. В начале пути нас было десять, остались только я и мой зверь.
   - Твои спутники погибли?
   - Нет, нам пришлось разделиться. Надеюсь, остальные живы.
   - Беспокоишься за них? - с голосе аватара мелькнуло участие, но Ирэн не поверила. Методики допроса она и сама знала.
   - Только за некоторых. - За Володю, чудаковатую демоницу, внезапно появившуюся прошлой весной, за Дана. Остальные пусть катятся своей дорогой. - Но цель у всех нас была общая - найти помощь, чтобы покончить с Советом Семерых.
   Вроде бы, тактика правильная. Отношение к магам обозначено, намёк на сотрудничество закинут, но не слишком прямой. Если кузнец начнёт допытываться о спутниках, просто отказаться отвечать - доверие в обмен на доверие, знаете ли, мы на север с миссией прибыли, а не снежных баб катать.
   - Ты сама нашла нас или тебя подослали?
   - Ни то, ни другое. Либр зачарован таким образом, что я могу перемещаться сквозь пространство на большие расстояния. Но он дал сбой, и я оказалась здесь.
   - Колдуны и до такого додумались? - усмехнулся кузнец.
   - Вы не представляете, до чего они додумались с тех пор, как вы с ними воевали. И не только в магии, но и в вооружении. Вы бы видели стальные корабли, дымящие, будто печка, и способные разнести в клочья что судно, что крепостную стену.
   - Это впечатляет, - глаза мужчины будто дымной поволокой подёрнулись. Он встал, скрестив руки, задумчиво прошёлся по комнате. Либр остался на столе, никем не тронутый. - Если ты не Одарённая, зачем тебе магический зверь?
   - Бантик не был виноват в том, что его изменили. И отомстил, убив дочь той, кто сделал его таким... неправильным.
   Кэйлларэн вернулся за стол, и кэссиди глазам не поверила - ледяной оборотень улыбался! По-настоящему, а не просто губы кривил.
   - Я тебе верю. Настоящий маг на твоём месте попытался бы убить меня.
   - И убил бы, - слегка расслабившись, хмыкнула Ирэн. - Вы далеко отошли, а либр лежал под рукой.
   - Попытался, - повторил аватар, всё с той же улыбкой указав на стену за спиной: на уровне двух третей роста её покрывали жжёные пятна, десяток, не меньше.
   - Это впечатляет...
   - Ты свободна, жрица Иллады. Завтра ты уйдёшь, чтобы продолжить свою достойную миссию.
   - То есть, как уйду?! - опешила Ирэн. - Вы хотите, чтобы я погибла во льдах?
   - Я верну тебе вещи прямо сейчас.
   Казалось, что либр, как ядовитый паук, сжался перед броском. Девушка с отвращением пошевелили тварь пальцем. И отдёрнула.
   - Я не могу уйти.
   - Почему?
   - Потому что... просто не могу.
   - Тогда ступай, - спокойно и властно приказал Кэйларрэн. Кузнец, он же шаман и советник Вождей - мужчина, которому невозможно сказать "нет".
   - Куда?
   - В дом Нэйдэ, ведь она согласилась принять тебя гостем.
   - Наш разговор ещё не окончен.
   - Окончен, ведь ты хотела мне солгать. Приходи, когда будешь готова.
   Вот так. И своей гостьей не назвал.
   Оставив либр, где валяется, Ирэн поплелась к выходу. На улице её сразу взяли в клещи новые знакомцы.
   - Ты хотеть лгать, да? - посочувствовала Кузнечик.
   Кэссиди уныло вздохнула. А что могла она ответить на последний вопрос?
   Что, если уйдёт сейчас, навсегда потеряет своего аватара?
   - Не переживай, - сменивший ипостась Таниэль покровительственно похлопал её по руке. - Раньше я к нему в гости с пятого раза попадал. Теперь - с третьего.
  
  ГЛАВА 2
  
   - Да-ан! Да-ан!
   Белое безмолвие. Пустыня холодных барханов, ветер лениво гоняет позёмку. Ни зверя, ни птицы далеко окрест. Вообще никого. Лишь две цепочки следов - человеческих да кошачьих, почти заметённых снегом.
   - Да-а-ан!
   - Чего ты кричишь?
   Ирэн запрокинула голову. Против солнца колебалась крылатая тень, почти чёрная на фоне слепящего неба.
   Да чтоб его, шпиона малолетнего! Нарочно ведь ушла как можно дальше от селения.
   - А ты чего за мной следишь?
   - Пфф, очень надо! - заложив лихой вираж, волчонок мягко спланировал к Ирэн. Оборотился прямо на лету, приземлившись уже на две ноги. И со сладким зевком потянулся руками и крыльями, зная, какое впечатление широченные перепончатые полотнища производят на человеческую девушку. - Ты с утра пропадаешь, а Нэйдэ за свою гостью в ответе перед всем кланом. Пока она обед доваривает, я вызвался тебя найти. Или притащить, что осталось.
   - На обед, - съехидничала Ирэн.
   - Волкам, - отбрил мальчишка. - Так чего кричала? Заблудилась? Или звала кого?
   - С Бантиком не заблужусь - у него нюх не хуже твоего, - кэссиди намеренно уязвила аватарью гордость, - а звать мне некого. Любопытно стало, далеко ли эхо разносится.
   - И как?
   - Прилично.
   - Почему "дан"?
   - По-твоему, лучше орать "а-а-а"?!
   - Не лучше, - прочистив уши, признал Тэниэль. - Давай вместе покричим?
   Ирэн покрутила рубиновый перстень: в последнее время это стало привычкой. По примеру Алессы она носила его на безымянном пальце правой руки. От этого подарок Дана не стал свадебным аватарьим кольцом, а сама кэссиди - Тай-Линн аватара, и, тем не менее, девушка ощущала перстень как часть самой себя. Даже странно подумать, что прежде его место занимали другие украшения.
   - Ну, давай.
   Всё равно не откликнется.
   - Да-а-ан!!!
   И вновь возвращаться ни с чем.
   ...Две недели Ирэн жила в поселении. За это время она решилась признаться себе и даже свыклась с мыслью, что здоровье - не единственная её слабость. Вторая носила имя собственное. Чудно, однако, и эта новая слабость делала кэссиди только сильнее. Дурная наследственность бабули вынудила её укреплять тело, а привязанность (теперь Ирэн не стыдилась этого слова) к Дану закаляла дух. Каждый день она уходила из поселения выгуливать Бантика и звала. Дан не откликался.
   Однако, кэссиди чувствовала его присутствие. Не надеялась или предполагала, а была уверена. Так пловец, забравшийся слишком далеко в Океан, ещё не видя плавника, знает, что рядом кружит акула. Из схватки лишь один выйдет победителем.
   Только в их с Даном случае это будет поединок двух акул.
   Аватар нарочно изводит терпение своей... кого бы там ни было.
   Будь он просто зверем, инстинкты бросили бы его прямиком к сородичам. Но полукровка искусно прятался, украдкой присматривая за кэссиди.
   А та использовала уникальный шанс, выпадающий только избранным, да и то по редкостному везению. Шанс познакомиться с якобы сгинувшим племенем лучших на свете воинов, узнать его изнутри, чего никогда прежде никому не доводилось. В целом, Ирэн не на что было жаловаться. Вождей она ещё не видела, взрослые аватары с ней не общались, только Кэйларрэн молча кивал вместо приветствия. Зато молодёжь (детей младше тринадцати в поселении не было) очень скоро перестала задирать нос при встрече, подражая старшим, чтобы тишком подглядывать из-за углов. Вещи Ирэн вернули сразу же, и волчата, конечно, заинтересовались необычным самострелом, из которого владелица ловко сбивает чаек, на чьё мясо Нэйдэ ловила рыбу. Гостья дала пострелять храбрецу, наступившему на горло собственной гордости и, вероятно, родительскому запрету заговаривать с чужачкой. Попутно вспомнила, как охотилась на павлинов.
   "А кто это?"
   Следом были верблюды, львы, финиковые пальмы, ананасы, словно покрытые драконьей бронёй. Юных аватар пленяли диковинки дальнего юга, а Ирэн в те минуты хотя бы мысленно переносилась домой...
   - Уа-а-ау!!! - размышления прервал негодующий вопль уносимого в небо киса.
   - А ну пусти его! - приказала наследница.
   - Как хочешь! - мальчишка разжал руки.
   Кот, неуклюже планируя крыльями, плюхнулся вниз и вздыбился, нацелив клыки и ядовитый хвост на мальчишку, который перед приземлением завернул такое сальто, что у Ирэн свело зубы.
   - Кххх!
   - Арр!
   Как говорится, взаимная приязнь налицо.
   - Оба - смерды, - подытожила Ирэн. Тэниэль этого слова не знал, Бантик не понимал, и все остались довольны.
   Кузнечик называла мальчишку бедой племени, но, похоже, беда была с самим Тэниэлем. У него совсем не было друзей. Нет, на улицах с мальчиком здоровались подчёркнуто вежливо, словно почему-то боялись обидеть ненароком. Но ему не бросали вызов помериться силой, не звали в суровые аватарьи игры, так или иначе замешанные на оттачивании мастерства, а если затевалась стайная охота, приглашали из вежливости. Тот отказывался, и подростки улетали с видимым облегчением. Только с Нэйдэ у Тэниэля теплились более-менее приятельские отношения.
   Ирэн тоже росла одиночкой. Но у неё были Володя и нянюшка Лемма, крокодильчик Коша, наконец. Поэтому девушка совсем не возражала против компании мальчика, а Бантику приходилось мириться и терпеть.
   - Отстань ты от него наконец. Не хочет он летать или не может, - Ирэн погладила ворчащего киса, успокаивая. Рельеф уводил в ложбину, где раскинулось поселение, значит, Бантику недолго осталось мучиться. Прогулка заканчивалась, и вместе с ней ещё один день бесплодных поисков.
   - Все, у кого есть крылья, могут летать!
   - А гагарки? (1)
   Тэниэль посмотрел на спутницу с оттенком превосходства.
   - Гагарки наказаны. Давным-давно, ещё на Заре Мира, они все умели летать и поднимались в небо выше прочих птиц. Гагарки этим возгордились и сказали Альтее, что её земля с высоты их полёта мала и ничтожна, так что впредь они будут жить на бескрайних Небесах. Но некоторые гагарки побоялись гневить создательницу и остались. Они летают до сих пор, хотя и невысоко. А отступниц за гордыню сбросили вниз мудрые Созидатели, велев солнцу опалить им крылья. С тех пор половина гагарок только бегает, да и то медленно, ведь при падении их предки отшибли себе лапы.
   Исчерпывающая версия, наверняка самим Таниэлем только что и придуманная. Но оригинальность не заслонила от Ирэн главное.
   - Мудрые Созидатели? Ты почитаешь не только Пресветлую? - буднично спросила кэссиди, чтобы не вспугнуть мальчишку.
   А тот и не занервничал, прекрасно отдавая себе отчёт в том, какую ересь для аватара сказал только что.
   - Скажем так, я их не отрицаю, - мальчик улыбнулся уголком губ, изогнутых луком. За две недели Ирэн поняла, что эти моменты серьёзности - не ребяческая показуха в подражание взрослым, а осознание самого себя мужчиной, защитником племени. И на то была весомая причина. - Но если Нэйдэ узнает об этом, у меня будут неприятности.
   Эге-э-э... Да в аватарьем стане, кажется, вызревает бунтарь! И уже почти дозрел.
   Вот почему с ним не хотят общаться.
   - Я не расскажу ей, зуб даю, - вспомнила кэссиди одну из Дановых присказок.
   - Зачем?.. - внезапно разволновавшись, Тэниэль с недетской силищей развернул кэссиди спиной к домам, лицом - в поле. - Смотри, идут! Похожи на ваших?
   - О-о... отдалённо, - Ирэн задохнулась, прижав руки к груди. Озадаченно мрякнул Бантик.
   Стало ясно, отчего слонами пришелица никого не удивила.
   Всю свою жизнь кэссиди любила животных гораздо больше, чем людей. Они не строят козни, не лгут, нагло улыбаясь в глаза, не сплетничают, а если и дождёшься удара в спину, то только заслуженного. Ирэн восхищалась слонами, умными, послушными, терпеливыми, сильными и вместе с тем смертельно опасными, способными одним ударом превратить тебя в груду костей.
   Совсем неподалёку от поселения двигалось небольшое стадо животных. Огромные точно холмы, поросшие косматой бурой шерстью, они втрое превосходили южных собратьев. Мощные бивни по размеру могли пойти на рёбра для корпуса шхуны. Шедший впереди вожак заревел, вскинув змеевидный хобот, и тяжёлое эхо долго ещё плыло над безжизненными, с точки зрения скадарцев, мёрзлыми землями севера.
   На мгновение Ирэн почудилось, будто с противоположной стороны за стадом наблюдает белый волк. Прищурилась, сделав ладонь козырьком.
   Нет, просто снежный вихрь.
   - Вы и на них охотитесь?
   - Их осталось слишком мало, нет. Ирэн, мне не нужен твой зуб. Достаточно простого обещания.
   - Обещаю, - кивнула девушка, ещё не отошедшая от потрясения.
   Если бы об этой встрече рассказал кто-нибудь, кэссиди - прежняя кэссиди - велела бы отрезать язык лжецу. Мамонтов считали давно вымершими. Как, впрочем, и аватар.
   Да и весь север описывали ледяной пустыней, непригодной для жизни. Однако, её нашли здесь те, кто предпочёл вымереть для прочего мира...
   ***
   Тэниэль убежал домой (Ирэн до сих пор не знала, где и с кем он живёт), а кэссиди направилась в своё временное пристанище. Аватары занимались своими делами, не обращая на девушку внимания, словно её тут и не было. Это вполне устраивало, но не переставало удивлять. Да, либр остался у Кэйларрэна как залог того, что его владелица не натворит что-нибудь, после чего сбежит в неизвестность. И, тем не менее, оборотни позволяли чужачке свободно разгуливать по селению, общаться с их детьми. Неужели только из уважения к Нэйдэ? В чём подвох?!
   И ещё один вопрос волновал наследницу...
   ...- Зачем обучать детей имперскому, если вы не собираетесь покидать север? - поинтересовалась Ирэн, помогая накрывать на стол. Получив обратно свои вещи, кэссиди сразу же подарила плошку с виноградом, и теперь она красовалась в центре стола, наполненная какими-то кореньями, оттеняющими пресный вкус несолёной рыбы.
   - Нас учит Кэйларрэрн, - за время их общения речь северянки стала гораздо чище. - Он говорит, мы должны знать язык своего врага, чтобы уметь развязать его, прежде чем отрезать.
   - Нэйдэ, я серьёзно!
   - Я тоже серьёзно, - продолжала издеваться Кузнечик.
   Оставалось только рукой махнуть. Развязать язык аватару вообще невозможно.
   - Баум! Баум! - басисто захныкал мантикэр, обтирая спиной сапоги северянки.
   - Бедный голодный кисонька! - приличный кусок варёного омуля шлёпнулся в алчно разинутую пасть.
   - Бедная голодная кисонька только что целую рыбину спорола! Будешь так жрать - никогда не взлетишь!
   - Воин должен хорошо кушать, чтобы быть сильным. Ты и сама стала есть больше, - Нэйдэ почесала за ухом заурчавшего мантикэра.
   Ирэн хотела возмутиться, да передумала. А ведь правда, пресловутый "жор" нападал внезапно и неотвратимо, как прежде - приступы болезни. Которые, кстати, прекратились, и уже давно: последний случился в доме лесной ведуньи Армалины, когда кэссиди проводила обряд над умирающим Даном.
   Ну, ладно, неуёмный аппетит можно списать на то, что при таком морозище тело требует дополнительной подпитки. Но почему отступила болезнь? Как бы потом с лихвой не окупила эти три месяца здоровья...
   Ирэн очнулась от того, что Нэйдэ буквально сверлит её взглядом, кривясь и часто сглатывая.
   - Тебе вкусно?
   - Очень, - наследница облизнула с корешка маринад.
   - Он же - кислятина!
   Кэссиди жадно вгрызлась в сочную терпкую мякоть.
   - Это ты лимонов не пробовала.
   Дико кося глазом, Нэйдэ разлила напиток из морошки, когда негромкий стук оповестил, что без третьей чашки не обойтись.
   - Беда пришла в мой дом, - усмехнулась хозяйка.
   Когда Тэниэль в первый раз пришёл, Ирэн подумала, что из-за неё, но Кузнечик сказала, дескать, он и раньше наведывался. Забавно это и немного грустно. К Нэйдэ больше никто в гости ходить не хочет, а парнишку - принимать, так и нашли друг друга два одиночества. Правда, благодарственный вызов мальчик хозяйке ни разу не бросил, хотя по обычаям клана имел на то полное право, уже не являясь ребёнком.
   Смешно всё-таки. По аватарьим меркам пятидесятидвухлетний Дан ещё считается щенком, который должен слушаться "взрослых", в том числе Тэниэля, ставшего мужчиной в двенадцать лет, когда получил говорящие сабли. И, похоже, бедному полукровке так и оставаться до конца жизни мальчишкой.
   - Смотрите, сколько насобирал! - похвастал Тэниэль, прямо из рубашки вывалив на стол крупные двустворчатые раковины, сизые, в ярко-оранжевых разводах.
   - О-о, это редкий кушанье! - оценила Нэйдэ, и синие глаза добытчика вспыхнули.
   - Деликатес, - подсказала Ирэн.
   Сияя, как айсберг под солнцем, паренёк отжал над кадушкой насквозь промокшую рубаху. Несмотря на юный возраст, Тэниэль лишь на полпальца был ниже их с Нэйдэ, да и мускулатура вполне сформировалась. А сколько человек он сможет завалить в одиночку?..
   Потрусив рубаху перед очагом, мальчишка решил, что на теле быстрее высохнет, но Кузнечик строго приказала сушить как положено и дала свою.
   - Скоро мне мало будет, - заметил аватар, заправляя в воротник кольцо с ярким лазуритом.
   - Лет через двести, - фыркнула крепышка-кузнец.
   - Гора-а-аздо раньше, - во все клыки многозначительно заулыбался Тэниэль, и Ирэн поняла, что этот спор не вчера родился. Гора-а-аздо раньше.
   Ракушек было двенадцать, не иначе, аватар специально набрал столько, чтобы можно было разделить поровну.
   - Посмотрим, кому Океан поднёс дары, - Тэниэль подцепил створку специальным ножом, широким и зубчатым. Ирэн, имевшая немалый опыт в разделке устриц, ловко расправилась с первой своей ракушкой.
   Увы, пусто. Зато вкусно! Особенно, вприкуску с корешком.
   Несколько минут за столом раздавалось деловитое сопение да сочное хлюпанье, когда очередная устрица прощалась с панцирем. Из-под кровати тоскливо выл Бантик, не рискуя приближаться туда, где сидит крылатый мучитель. Ракушки Тэниэля и Ирэн оказались пустыми, зато Кузнечику повезло за обоих разом.
   - Сделаю серьги себе и Ирэн, - северянка любовно пересыпала из ладони в ладонь крупные тёмно-синие жемчужины.
   - Вам обеим пойдёт, - без оттенка лести согласился мальчик, совсем не расстроенный неудачей, а, напротив, жутко довольный.
   А наследница... Впервые за долгие годы ей захотелось кого-то обнять просто так, безо всякого умысла.
   "Что-то я в последнее время стала сентиментальной", - проворчала Ирэн про себя. Её по-прежнему грела мысль о мести Одарённым, и кэссиди знала, что убьёт любого, кто выступит против неё, но ведь разгромом ордена магов дело не кончится. Придётся отобрать престол у родного отца, по-своему, но искренне любящего дочь. А она сможет ли предать его доверие?
   - Тэниэль, у тебя есть семья?
   - Конечно, отец, мама и дед с дядей. Ты с ними ещё познакомишься, - ответил волчонок, уписывая рыбу так, будто родители совсем не кормят единственное чадо.
   - А у тебя? - обратилась кэссиди к Нэйдэ.
   - Да. Когда погиб мой отец, вожаком семьи стал брат моей матери. Потом он нашёл свою Тай-Линн, и они выстроили свой дом, а главным остался мой брат. Ты с ними знакома, это они тебя нашли.
   - Точнее, схватили и приволокли против воли, - ядовито хмыкнула Ирэн, на что Нэйдэ философски пожала плечами. - Почему ты живёшь не с семьёй?
   Тэниэль, разделываясь с угощением, навострил острое ухо, которое так и манило почесать.
   - Я - Кэйларрэн"солэй, я не могу принадлежать одной семье. Когда мой брат найдёт свою Тай-Линн, она будет жить в его доме, и семья снова станет большой.
   - Долго же ему придётся ждать, учитывая, что в клане девушек вдвое меньше, чем парней.
   - Аватары могут ждать веками.
   - Да ещё сестричка чудит.
   - "Чудит"?
   - Ты ведь замуж не собираешься? Тебе как будто наплевать на то, что раса вымирает.
   - Я не могу принадлежать одному мужчине. Кэйларрэн"солэй принадлежит всему клану и Пресветлой Богине, таковы Нерушимые Правила - законы аватар, - голос северянки звучал по-прежнему ровно, но в глазах мелькнули недобрые огоньки.
   - Нерушимыми могут быть только законы совести. Все прочие - самообман.
   -Тэниэль! - Нэйдэ выронила вилку.
   Мальчик поймал её у самого пола и положил рядом со своей.
   - Что такого я сказал?
   - Тэниэль прав, - подхватила кэссиди, прежде чем хозяйка опомнится. Если удастся вдвоём переупрямить помощницу Кэйларрэна... - Вот смотри. Ты сама говорила, что прежде в кланах кузнецами становились только мужчины, а ты - женщина.
   - Такова воля Пресветлой Богини, - процедила Нэйдэ.
   - И ты говорила, что кузнец, в некотором роде, возлюбленный Богини. У вашей Саттары вдруг крышу снесло?
   Волчонок хрюкнул в морс и закашлялся; из-под кровати заорал Бантик, как бы намекая, что привычная размеренная жизнь в этом доме закончилась. Похоже, Нэйдэ боролась с желанием вышвырнуть чужачку, тем самым нарушив пресловутые Нерушимые Правила гостеприимства. С другой стороны, таких наглых гостей у аватар не бывает.
   - Немедленно прекратите, оба, - по лицу было видно, каких усилий стоило хозяйке взять себя в руки. - Ирэн, ты вольна чтить своих Богов, но в моём доме не смей оскорблять мою. Тэниэль, ты должен молить Богиню о прощении, если не хочешь навлечь беду на весь клан.
   - Я извинюсь перед Богиней, но я не намерен жертвовать ей ни тебя, ни кого-либо ещё.
   Нэйдэ резко выпрямилась, сжимая кулаки. Взгляды скрестились как сабли, холодные, острые, неуступчивые, и в этот момент кэссиди отчётливо прочувствовала, насколько эти двое - не люди.
   - Я не хотела оскорбить вашу Богиню, - примирительно сказала Ирэн. - Напротив, я имела в виду, что ты неслучайно стала подмастерьем Кэйларрэна. И Пресветлая неслучайно уберегла от берберианцев именно ваш клан.
   - Это была не она.
   - Ч-что? - опешила кэссиди.
   - Нас спасла не Саттара.
   - Tanielle! - из последующей гневной тирады Ирэн разобрала только своё имя.
   - Как раз при ней говорить нужно, - спокойно возразил волчонок. - Ты сама напророчила, а теперь - на попятную?..
   Кэссиди затаилась. Когда спор набирает такие обороты, его уже невозможно остановить, как нельзя сдержать оползень. Нэйдэ смогла.
   - Ты хорошо кушал, Тэниэль? - по тону хозяйки скорее, предполагалась фраза в духе: "Пожрал? А теперь вымётывайся отсюда!"
   Аватар вскинул брови, как и Ирэн, явно ожидавший другой реакции.
   - Очень хорошо, Нэйдэ. И в благодарность за гостеприимство я вызываю тебя на поединок.
   - Venne!
   Слово "нет" южанка поняла. Но не поняла причины, по которой Кузнечик так ответила, хотя сама мечтала о поединке. Все доводы подмастерье горячо изложила на эльфийском, однако, мальчик упрямо мотнул головой:
   - Можно, если я сам об этом прошу. Или ты хочешь оскорбить меня, Кэйларрэн"солэй?
   Закусив губу, Нэйдэ поплелась доставать из сундука сабли. Ирэн, понимая, что эту кашу заварила она, мрачно катала по столу жемчужины. Как славно всё начиналось...
   - Хочешь посмотреть? - предложил Тэниэль, довольный невесть чем.
   ***
   Аватары устраивали поединки ради своего удовольствия и развлечения соплеменников, поэтому Ирэн очень удивилась, когда Тэниэль и Нэйдэ сговорились выбираться из поселения порознь. Кэссиди держала нейтралитет, так что в условленное место отправилась сама по себе, прихватив Бантика и арбалет. Без оружия здесь долго не протянешь, к тому же, небо окрасилось закатными тонами, а, когда доберётся до места, совсем стемнеет.
   Ирэн беспокоилась напрасно: сразу за околицей её ждал Тэниэль.
   - Если ты считаешь, будто это твоя заслуга, не обольщайся, - без предисловий заявил волчонок, подстраиваясь в шаг. - Но за идею спасибо.
   - В каком смысле? - Кажется, сегодня мальчишка задался целью хорошенько взболтать человечке мозги.
   - Нас обоих тренировал Кэйларрэн. Когда мы были детьми, Нэйдэ не смущало, кто - она, а кто - я. Тай-Кхаэ"лисс мы получили одновременно. И всё закончилось.
   В Скадаре чёткая сословная градация. Есть чернь, средний класс, воины, знать и есть она - единственная неповторимая кэссиди, вольная выбрать себе в компаньоны любого, хоть распоследнюю шваль с помойки, а уважаемого саара бросить тиграм на растерзание. Ирэн не ожидала, что аватары заморочены сословностями, как люди.
   - Иногда Нэйдэ становится прежней, но от этого мне только хуже, - продолжал Тэниэль. - Я скучаю по тем временам, когда мы были равные, по нашему соперничеству.
   - Так скажи ей об этом.
   - Толку-то! - горько фыркнул мальчик. - В Нерушимых Правилах чётко указано, как Кэйларрэн"солэй должны держаться с такими, как я, а Нэйдэ свод наизусть знает. Я уже пытался вызвать её наедине, но она отказывалась, а при соплеменниках я этого сделать не могу.
   - Почему?
   - Потому что она не посмеет отказаться, чтобы не оскорбить меня и мою семью, а я её сильно... ммм...
   - Подставишь?
   - Вот именно, подставлю. Ты не из нашего племени, но уже и не посторонняя. Я знал, что при тебе Нэйдэ не пошлёт меня подальше, а тебе очень нужен наш клан. Ещё не понял, зачем, но мне кажется, у тебя благие помыслы. Извини, что использовал это в своих целях.
   - Ах, ты интриган доморощенный!
   - Жизнь такая, - пожал плечами мальчишка. - Но ты мне нравишься, поэтому я сразу признался!
   - Легче просить прощение, чем разрешение?
   - Намного.
   С этим Ирэн была полностью согласна.
   А парень молодец, раскусил её в два счёта. При таких талантах далеко пошёл бы в Скадаре, но на побережье Себерского перелива ему светит разве что северное сияние.
   Оно здесь было всегда, то бледнея, то разгораясь, распадаясь отдельными переливчатыми лепестками или заполняя всё небо единым сполохом. Сейчас на его фоне ярко выделялся круг из льдин - природный кромлех, выбранный для боя.
   - Ты хотел бы покинуть север со мной?
   - Смотря, что ты можешь мне предложить.
   Ирэн изумлённо воззрилась на собеседника. Кабы не волосы, серебристо-белые в сгущающейся тьме, кэссиди решила бы, что рядом идёт Дан.
   - Жизнь. Такую, какую сам себе выберешь.
   Мальчик едва заметно улыбнулся.
   - Я обещаю подумать.
   - Что напророчила Нэйдэ? Это как-то связано со мной?
   Вопрос не застал Тэниэля врасплох. Он посмотрел на сияние, подбирая слова - правильные слова.
   - Кэйларрэн и Кэйларрэн"солэй не видят будущее, как ваши предсказатели. Но они говорят с силами Природы...
   - ...которые подсказывают, что вас ни на минуту нельзя оставить вдвоём, - из-за льдины вышла хмурая Нэйдэ, похлопывая клинком по бедру. Второй она держала на отлёте, уже готовая к схватке. - Всему должно быть своё время и место, Тэниэль, и не тебе их назначать.
   Мальчик сжал губы, став старше и жёстче. Он ответил на эльфийском что-то саркастически-злое, и Нэйдэ, переменившись в лице... извинилась?
   - Подержи, пожалуйста, - Тэниэль снял обруч и отдал Ирэн. - Так-то лучше.
   Оба сняли меховые куртки, оставшись в рубахах, мальчик заплёл косу, и противники сошлись в кругу. Ирэн осталась за его пределом. В Скадаре у кэссиди были фавориты среди гладиаторов, а теперь она просто не могла выбрать сторону. Сейчас они казались похожими, как отражения, эти друзья и соперники. Оба стояли в расслабленных, даже скучающих позах, опустив клинки остриём книзу, но наследница не сомневалась, что им и доли секунды не понадобится на перемену стойки.
   - Дай нам знак, - попросила Нэйдэ.
   Ирэн прикинула, уместно ли махнуть варежкой вместо платка, но тут мантикэр открыл пасть.
   Этого было достаточно. Противники развернулись друг к другу полубоком, иначе перехватив Тай-Кхаэ"лисс - на одно мгновение, только чтобы отметить начало поединка. И сплелись в единый вихрь клинков и крыльев, в котором невозможно было разобрать, где что и чьё оно. Казалось, кто-то запустил световой волчок кружиться по арене, отталкиваясь от льдин. Ирэн дорого заплатила бы за возможность наблюдать поединок глазами аватара, но, увы, в её арсенале было только человеческое воображение.
   А сколько человек они смогут завалить вдвоём?..
   Сабли режут тишину соколиным клёкотом. Шипастое крыло зацепило льдину, сбрив верхушку. Почудился чей-то негромкий смешок.
   Клубок распался на две половины. Противники даже не запыхались, насмешливо щеря друг на друга клыки без оттенка враждебности. Волки просто резвились. После первого раунда игрищ Тэниэль обзавёлся косым порезом поперёк груди, а у Нэйдэ потемнел рукав ниже локтя. Один-один.
   - Неплохо, - одобрила Кузнечик.
   - Взаимно.
   Более не размениваясь на комплименты, Нэйдэ пошла теснить соперника. Теперь они двигались медленней, и стало очевидно, что Тэниэль самую малость, но уступает девушке. Больше манёвров в её запасе, движения выверены, ни одного лишнего. Правый удар сверху мальчик принял на скрещённые сабли, и допустил ошибку, на долю секунды оставшись безоружным - этого противнице хватило, чтобы левым клинком подрезать ему колено. Ирэн скрипнула зубами, как будто её саму ранили. Порез, судя по всему, глубокий, но на лице Тэниэля ничего не отразилось.
   Нэйдэ поняла, что несколько увлеклась, застопорилась... И тут же оказалась лопатками на снегу. Вскочила через перекат, не позволив сопернику оседлать себя, с лёту парировала выпад. И с трудом удержалась на ногах. Мальчик вложил в удар столько силы, что обоих осыпало искрами точно снегом. Две пары Тай-Кхаэ"лисс утробно гудели и вибрировали, ярко серебрясь гравировкой, довольные возможностью наконец-то помериться силой.
   Кузнечник хотела что-то сказать, да пришлось блокировать удар за ударом, и стало не до болтовни. Вновь завертелся бешеный волчок. В какой-то момент его пронесло мимо Ирэн, вспоров крылом снег прямо у ног, и кэссиди отошла от греха подальше.
   И снова противники разделились, только на сей раз отступала девушка, а Тэниэль уверенно выжимал её из круга. Он не был слабее. Просто решил приберечь для дам сюрприз. Тай-Кхаэ"лисс сшибались, задавая владельцам ритм для смертельного танца. С разворота - и наискось, текучее движение вбок, переход и - снизу вверх, крылья помогают держать баланс. Нэйдэ удалось затормозить на самой границе арены, упираясь пяткой в льдину. Красноватые и жёлтые глаза смотрят в упор, четыре сабли сцепились крест-накрест...
   ...И отскочили вместе с хозяевами, все одинаково огорошенные.
   - Эй, всё нормально? - всерьёз обеспокоилась Ирэн: уж больно странными были лица аватар.
   Задвинув Тай-Кхаэ"лисс в ножны, Тэниэль стиснул воротник, словно его душило.
   - Ничья, - глухо обронил мальчик и, на бегу обернувшись волком, взлетел.
   Ирэн поспешила к Нэйдэ, неподвижно глядевшей ему вслед.
   - Что случилось?
   Кузнечик молчала, подавленная настолько, что не замечала лижущего руку Бантика.
   - Нэйдэ?!
   - Тэниэль навлёк беду на клан.
  
  ГЛАВА 3
  
   С того поединка прошла неделя. Ирэн то и дело дёргала себя за уши, проверяя, не потерялись ли серёжки из редчайшего жемчуга, сделанные руками аватара-кузнеца, да ещё и своей, можно сказать, приятельницы, и видела в зеркале отражение собственной избранности. Отношения в их маленькой компании почти восстановились, и, надо думать, в том была заслуга Кэйларрэна, выполнявшего для клана не только прямые обязанности, но и функции исповедника и психолога - весьма недурного, судя по заметно посветлевшим лицам оборотней, сходивших к нему по очереди. Ирэн сама набралась решимости побеседовать с кузнецом начистоту, но события повернулись так круто, что иного варианта у неё всё равно не осталось бы.
   В поселении принято ложиться поздно, а вставать рано, и Тэниэль застал в постели только Ирэн, ещё не привыкшую к безумному распорядку. Даже Бантик уже позавтракал и ловил на полу отблески очага.
   - Шесть пятнадцать, - зевнула из-под одеяла Ирэн, взглянув на часы. - Моей смерти хочешь?
   - Плывёт! - с порога выпалил волчонок.
   Нэйдэ звучно ударила кулаком в ладонь. Такой радостной кэссиди её ещё не видела.
   - Кто плывёт? - Ирэн подняла над подушкой всклокоченную спросонья голову.
   - Добыча. Я помню, ты хотела пойти на охоту со мной. Не передумала?
   - Ни за что, - кэссиди вскочила с кровати, махом натягивая штаны.
   ***
   - Большой? - за порогом поинтересовалась Нэйдэ.
   - Дозорный говорит, что нам всем хватит, - Тэниэль, тоже весёлый, сделал сальто назад, приземлившись уже на четыре лапы. - Ирэн, садись.
   - Я сама понесу свою гостью, - Нэйдэ перешла на эльфийский, и кэссиди разобрала только "позориться" и "клан".
   Ирэн было всё равно, на ком лететь, главное - мечта исполнялась! Даже две, учитывая, что прежде на охоту её не брали. Наверняка это будет косатка или даже синий кит. По словам Вилля, аватары выходили в море только на небольших ялах, а с такого добыть морского исполина можно, только если он зайдёт в бухту или на относительное мелководье, да и то очень-очень непросто. Поэтому удачливых китобоев соплеменники встречали с почестями.
   Селение клана Фелленайр - кэссиди наконец узнала имя Вождей - располагалось довольно далеко от Перелива, защищённое прибрежными скалами, так что с моря не был виден даже дым из труб. Ирэн подозревала, именно это в своё время уберегло его от берберианцев. Для аватар скалы помехой не были, и рыба исправно поступала к столу.
   - На шею не дави и шерсть не дёргай, - строго предупредила волчица.
   - Куда мне садиться? - озадачилась Ирэн. Наследница ездила верхом и на лошадях, и на мулах, и на верблюдах, и на слоне, даже без седла. Когда она наблюдала за эльфами-оборотнями, всё казалось предельно просто. Но крылья у них крепились к лопаткам, а мускулистая спина скатывалась от загривка к крестцу, так не на шею же впрямь залезать?
   - Между крыльями и хвостом.
   - На талию, - подсказал начитанный Тэниэль, давясь смехом в лапу. Положив морду на подоконник, Бантик наблюдал за ними из избы.
   Подозрительно косясь на шипы, Ирэн залезла, куда сказали. Не очень-то удобно. Ощущение такое, словно сидишь на живом дышащем бревне, норовящем из-под тебя выпрыгнуть.
   - Может, у кого-нибудь найдётся седло?
   - Ты так пошутила? - Нэйдэ выразительно посмотрела на седока красными как у вурдалака глазами.
   - Ну, конечно, пошутила!
   Пока волчица, взмахивая крыльями, брала разбег, давая наезднице время свыкнуться с темпом и работой мышц, Ирэн ещё как-то держалась. Но вот лапы оторвались от земли...
   ...Кэссиди лежала на спине, благодаря Ларов за сугробы. Перед глазами множились звёзды и волчьи морды.
   - Ты цела? - участливо спросила одна из них голосом Нэйдэ.
   - Д-да, - кое-как Ирэн поднялась на локтях и обнаружила, что спектаклем наслаждается уже не только Бантик.
   - Ляг животом ей на спину и держись за шею. Крылом тебя не зацепит, не бойся, - посоветовал Тэниэль.
   Он оказался прав. Не с первой попытки, но Ирэн смогла удержаться даже когда волчица взлетела. Ветер бил в лицо, и кэссиди прижалась щекой к загривку, позволив воздушным потокам трепать косы. Арбалет, закреплённый, казалось, намертво, слегка похлопывал по спине, как бы ободряя. Набравшись храбрости, Ирэн посмотрела вниз. Поселение выглядело совсем игрушечным, затерянным среди бескрайних белых полей, словно кто-то затеял смастерить большую панораму, склеил домики и горы, а затем фантазия иссякла, и он просто засыпал макет пухом. И было в этом нечто печальное.
   Неожиданно быстро Ирэн втянулась в полёт. Привыкла к встречному ветру, к ритмичному ходу мышц, к тому, как крылья взметаются и опадают, со свистом рассекая воздух шипами. Девушке казалось, что аватарья магия не даёт ей упасть - вроде, Вилль такое говорил. Когда приблизились скалы, и Нэйдэ начала маневрировать между уступами, пару раз закрутившись мельницей, даже повизжала от восторга, наплевав на благородное воспитание. Упоительно и волшебно. Такого не испытаешь, даже если во весь опор мчать на горячем скакуне. Счастливы те, кто одарён крыльями.
   Аватары опустились на небольшую утоптанную площадку, окольцованную высокими ледяными зубьями; с поморской стороны в скалах были проделаны смотровые щели. Посередине находилось любопытное сооружение полусферической формы, собранное из снежных блоков, в ямке подле него чернели остатки костра, прикрытого навесом так, чтобы дым не валил тугой струёй вверх, а успевал рассеиваться. Кроме Нэйдэ и Тэниэля, здесь собралось ещё четверо аватар: двое дозорных, безошибочно узнаваемых по белой маскировочной одежде, брат и дядя Кузнечика. Старший кивнул новоприбывшим - всем троим! - и это уже был огромный прогресс.
   - Причалил, - переговорив с дозорным, довольно сообщила Нэйдэ. - На суше будет проще убить.
   Кто причалил? Кит?!!
   Ирэн выглянула из бойницы и почувствовала, как челюсть сама собой падает.
   То был не кит.
   А драккар.
   Берберианский корабль стал на якорь между двумя береговыми отрогами. Удлинённое крутобокое судно из чёрной сумеречной орцойи, увенчанное рогатой головой, действительно походило на дракона, покрытого чешуёй разноцветных щитов, сложившего крылья-парус, чтобы отдохнуть после долгого пути. Кочевники готовили над костром последний в своей жизни завтрак, не подозревая, что сверху на них глядит смерть. Неполных четыре десятка человек - не сила против шестерых аватар, Ирэн даже свой арбалет в расчёт не брала.
   - Хороша же у вас "добыча"...
   - Очень хорошая! Драккар большой, железа на нём много, - подтвердила Нэйдэ.
   Ирэн расхохоталась.
   - Вот где вы достаёте металл! Грабите берберианские корабли!
   - Грабим?! - праведно возмутился Тэниэль. - Мы берём трофеи в честном бою!
   - И часто берёте?
   - Раньше - не очень, но в последние годы корабли зачастили, - сказал дядя Нэйдэ, изумив наследницу не только ответом, но и отменным имперским почти без акцента. - Мы затапливаем их выборочно, чтобы не вызвать лишних подозрений.
   Ирэн подобралась как рысь перед броском.
   - Вы знаете, куда они ходят?
   - Да, - кивнул мужчина. Нэйдэ только раз упоминала дядино имя, этим как бы подчёркивая отречение от семьи, но Ирэн запомнила - Вэльран. - В северо-восточных водах лежит архипелаг, мы называем его Fell-Sollar, Солнечный Страж.
   - Фельсор? - кэссиди знала о нём не только из уроков географии.
   - Люди исказили имя того, кто первым в Нэа Веррэа встречает рассвет. Прежде там никто не жил, кроме птиц и зверья, но несколько лет назад берберианцы выстроили на главном острове форт.
   - В тысяча четыреста... кажется, тридцатом году Неверра заключила с берберианцами мирный союз, - историю Ирэн любила, в основном, благодаря влиянию Володи. - Тогда же император Аристан подарил морским кочевникам Фельсорский архипелаг, и ничего удивительного, что они там осели.
   - Империя в союзе с варварами? Позор, - презрительно сплюнула Нэйдэ.
   - Ненадёжны те союзники, что ходят под чужим флагом, - покачал головой второй дозорный, до сих пор молчавший.
   - Чьим флагом? - вопрос был риторический, Ирэн знала ответ. Берберианская нация состоит из семейных общин, так называемых фьёльке, под предводительством главы рода, ярла. Флагов у морских кочевников нет, фьёльке различаются цветом паруса драккаров, зачастую служащих общине плавучим домом, и родовой руной либо символом. Иногда племена объединяются под знаменем очередного конунга - единого правителя - и можно, конечно, предположить, что его клановый знак реет над фортом... но как-то не верилось. А имперского грифона аватары должны знать.
   - Морской рачок на синем поле, - пояснил брат Нэйдэ, уступая Тэниэлю место у бойницы.
   - Это скорпион, Тириэль. Паук, а не рак, - снисходительно фыркнул мальчик. - Красный скорпион держит в клешнях звезду о семи лучах. Когда мы осенью летали с разведкой, там было около двадцати больших кораблей, не считая драккары.
   Скорпион, доставший с неба звезду. Герб Одарённых, Совета Семерых. Неверрийцы, бежавшие с кэссиди на её теплоходе, утверждали, что скадарские маги в сговоре с берберианцами, и были правы.
   - Вы летали так далеко? - Ирэн высунулась из бойницы и отпрянула: кочевники смотрели вверх, видимо, сверяясь со звёздами. Флага Одарённых девушка не увидела, так оно и понятно, драккар мог столкнуться с имперским судном. Но у себя на варварских Фельсорах, куда не спешат соваться неверрийские дипломаты...
   - Не так уж и... - начал Тэниэль, да Нэйдэ пихнула его локтем в бок, и мальчик отошёл к "стене".
   - Летали.
   Даже если они находятся на самой границе Империи, до Фельсора через Орканские земли не менее трёх недель лёту. Впрочем, важно другое.
   - Среди больших кораблей вы не видели... ммм... необычные?
   - Корабли из стали? - уточнил Вэльран. - Они и здесь изредка ходят, но мы не знаем, как такой затопить.
   Ирэн захотелось придушить кузнеца. "Это впечатляет", - ответил он на заявление о пароходах. Впечатляет, значит! Особенно, если сам их видел! И это кэссиди была неоткровенна?!!
   - Магией либо из пушки, - буркнула Ирэн.
   - Из пушки? - переспросил дозорный.
   - У Фелл-Соллар стояло восемь стальных кораблей, - сказал Вэльран. - Остальные выглядели обычными, только вместо вёсел торчали какие-то трубы.
   - Вот это пушки и есть. В крепости много людей?
   - Тысячи две берберианцев, десятка три магов.
   - Слишком мало, - пробормотала Ирэн.
   - Мало для чего? Что это значит?
   Основной союзник Неверры - Оркан. Степняки не заходят в море далеко и понятия не имеют, что творится на восточных островах. Однако, их немногочисленные города, включая формальную столицу, находятся на побережье. По ним и придётся первый удар. Затем кланы, учитывая орочий характер, соберутся вместе, чтобы отомстить обидчикам, и сами выйдут из степей к морю...
   Сейчас нет смысла размещать на островах всё войско, основные силы перебросят из Скадара весной.
   - Это значит, что будет вторая война юга и севера.
   Реакция, мягко говоря, удивила. Дозорные насмешливо переглянулись, Нэйдэ закатила глаза, мол, достали уже со своими проблемами. Вэльран безразлично пожал плечами.
   - Нас не касаются распри недолгоживущих.
   - Эта война коснётся всех, - Ирэн повернулась за поддержкой к Тэниэлю, но мальчик, такой понятливый и проницательный, тупо смотрел в бойницу. А кэссиди почувствовала себя преданной. - Зря вы надеетесь отсидеться во льдах! Рано или поздно вас найдут, и к побережью подойдёт стальной корабль! Пары пушечных залпов хватит, чтобы разнести эти горы вдребезги, а потом...
   - Если будем медлить, они отчалят, - жёстко перебил Тэниэль. Кэссиди закрыла рот, чувствуя, как жар приливает к щекам.
   - Может, отсюда хочешь посмотреть? Здесь безопасно, - предложила Нэйдэ так любезно, что южанке захотелось придушить и её в компании с кузнецом и мальчишкой.
   - Отсюда я не попаду, я же не эльф. Так что - с вами.
   - Очень хорошо! - просияла Кузнечик.
   Из дозорной площадки не вела ни тропка, ни лестница, да и не нужны они аватарам. Дозорные спускались первыми, перелетая или ловко спрыгивая с уступа на уступ, за ними последовали родичи Нэйдэ. Вдоволь налюбовавшись на перекошенное лицо Ирэн, северянка вновь оборотилась волчицей. Кэссиди решила сразу зарядить арбалет - мало ли, что. Она вставляла третий болт, когда на руку легла узкая тёплая ладонь.
   - Всему должно быть своё время и место, Ирэн.
   Тэниэль спрыгнул вниз, притом, спиной вперёд.
   Хвала Ларам, волчица спустилась без выкрутасов. Налётчики притаились за льдинами в паре десятков шагов от берберианцев - буквально перед самым носом, а те и не заметили. Вряд ли у аватар был тактический план. Им подали развлечение на праздничном блюде, то бишь, на драккаре, и, судя по шальным физиономиям Тэниэля и Нэйдэ, засевших в одном укрытии с Ирэн, будет конкурс на количество трупов.
   - Отсюда попадёшь? - Кузнечик потёрла ладони: некоторые человеческие жесты пришлись ей по вкусу.
   - Да, - несмотря на браваду, кэссиди слегка потряхивало. Она ещё не убивала людей своими руками, даже мерзавку Летти прикончил мантикэр. - Вы допрашивали берберианцев об островах?
   - Варвара трудно разговорить, даже если спустить с него шкуру живьём и вытянуть все жилы, - с видом знатока заявил Тэниэль.
   Не подозревая о кровожадных оборотнях прямо под боком, берберианцы пели, аккомпанируя себе щитами и подобием гитары. Песня Ирэн понравилась - громкая, боевая, могла бы подойти в качестве гимна для нового скадарского флота под предводительством кэссарицы Иллады Рэи Нэвемар... Жаль, языка она не знала.
   - О чём они поют?
   - Если вкратце, это песня морских завоевателей, которые куда-то плыли в шторм... - волчонок зловеще оскалил клыки. - Но не доплыли.
   - Эти тоже не доплывут, - пообещала Нэйдэ.
   Ирэн погладила верный арбалет. И прежде человеколюбием не страдала, а с этими волками совсем озвереет.
   - Тогда чего мы ждём?
   - И правда, чего?
   С боевым кличем Тэниэль и Нэйдэ первыми выскочили из укрытия.
   К чести берберианцев, они не растерялись при виде парочки "вымерших" подростков и схватились за оружие. Сталь зазвенела о сталь. Прочие аватары тоже не задержались, видимо, опасаясь, что на их долю врагов может не достаться - Тэниэль с Нэйдэ косили одного за другим.
   Только сейчас Ирэн увидела огромную разницу между поединком и настоящим боем. Сражаясь друг с другом, даже нанося раны, аватары тонко рассчитывали силу, чтобы не причинить соплеменнику вреда. А теперь замечательный мальчик Тэниэль безжалостно резал людей как скот, и подружка от него не отставала.
   Ирэн осталась в укрытии. Лезть в эту свалку - не храбрость, а глупость, у арбалетчиков свои правила и своя тактика. Берберианец с рыжими косами рванул к драккару за щитом, ловко увёртываясь от чужих и своих клинков. Кэссиди прицелилась. Лёгкая мишень... но стрелять в спину? Дан осудил бы.
   Лучше подстрелить вон того высокого варвара, одного из семерых, окруживших Вэльрана. Аватар и сам прекрасно справлялся - противников стало пятеро - но нужно же внести хоть какую-то лепту? Эта мишень посложнее, не стоит на месте, нападая и одновременно обороняясь щитом, на котором недавно выбивал ритм песни. Видный мужчина. Пару раз драккары причаливали к Катарине-Дей, и кэссиди сделала вывод, что берберианская нация очень красива. У этого, вдобавок, голос приятный. Но он - враг, а враг всегда остаётся врагом.
   Палец словно прилип к спусковому крючку. В чём дело, кэссиди? Ты убивала нежить в лабиринтах Тёмного города и волкодлаков. В конце концов, чем варвары лучше селян-кровопийц, чью деревню ты сожгла? Наверняка кто-то погиб при пожаре. А значит - убивала и людей, пусть не собственными руками. Так почему же медлишь?..
   Вэльран крутанулся волчком. Казалось, крылья никого не зацепили, но один из варваров вдруг схватился за горло, выронив меч. Сквозь пальцы потекла кровь, заливая кожаный нагрудник с родовой руной у сердца. Сабля описала низкую дугу, и красивый берберианец упал навзничь. А ноги остались стоять.
   Не мигая, Ирэн смотрела, как человек кричит и корчится в окровавленном снегу. Наверняка у него дома осталась семья, которая не дождётся возвращения мужа и отца. Если стрелять сейчас, это будет не убийство, а милосердие. Он уже не жилец. Ирэн понимала, что должна прекратить мучения умирающего. Но не могла.
   Аватарья сабля вонзилась в грудь, и, конвульсивно выгнувшись, человек затих.
   Хвала Ларам!
   Разделавшись со своими противниками, Вэльран поспешил на выручку племяннику, затерянному в кругу наседающих людей.
   Ирэн спряталась за льдину, привалилась к ней спиной. До ломоты в пальцах сжав арбалет, зло ударилась затылком. Проклятье, больно! А с каких это пор тебя цепляет чужая боль, кэссиди?! С детства приучали спокойно относиться к своим и чужим страданиям, в пыточные "муравейника" на экскурсии водили, десятки казней повидала, гладиаторских боёв насмотрелась. Даже Дана не пожалела, позволила замучить почти до смерти, хотя могла вытащить из тюрьмы раньше. Что теперь изменилось?!
   Ничего. Нечего сопли распускать. Иначе трона не видать как своих ушей.
   Собравшись, как ей показалось, с духом, Ирэн выглянула из укрытия.
   Битва кипела, воздух дрожал от криков и лязга стали. Повсюду лежали мертвецы, путаясь в ногах у живых. Потеряв половину своих, берберианцы и не подумали отступать, напротив, озлились ещё сильнее. Ирэн слыхала о берсерках, но увидела впервые. Бешено вращая налитыми кровью глазами, невысокий плечистый варвар понёсся на Тэниэля, отшвырнув с дороги своего же соплеменника, и плевать ему было, что тот уже не поднимется. Закованный в железо берсерк походил на пароход, идущий полной скоростью, разве что дым из ноздрей не валил. Мальчишка не видел, спиной к нему тесня троих противников... Опс! Уже двоих.
   Арбалет дёрнулся. Ирэн сообразила, что случилось, только увидев пустой паз. Болт засел в груди берсерка, но тот даже не заметил. Следующий распорол щёку, третий попал в живот. Последний.
   - Проклятье! - Ирэн торопливо заряжала, понимая, что не успевает, и Нэйдэ сражалась слишком далеко.
   Почуяв за спиной дыхание, мальчик обернулся. Обе сабли прошили берсерка насквозь, а тот, казалось, совсем не чувствовал боли. Если бы чудовищный удар достался человеку, рёбра вышли бы из спины. Аватар, отлетев на несколько шагов, даже сумел сгруппироваться и приземлился на четыре конечности, правда, мотало его изрядно. Тай-Кхаэ"лисс прочно застряли в чужом теле, которому полагалось быть мёртвым. Но каким-то чудом оно стояло на ногах, по-медвежьи ревело, драло рукояти из груди.
   - Эй! - клинок Нэйдэ серебристой молнией пронёсся мимо людей, никого не задев.
   Девушка не промахнулась. Она завалила бы варвара, но лишь одного, в то время, как оставшиеся двое бросились бы на безоружного мальчишку. Поэтому целилась не в человека.
   Лезвие Тай-Кхаэ"лисс послушно легло в чужую ладонь. Размахнувшись саблей, аватар с гиканьем шарахнул рукоятью по лбу того, кто первым подвернулся, и перехватил клинок по нормальному. Не успел труп осесть на землю, как к нему присоединились ещё два обезглавленных.
   Прежде чем метнуть клинок хозяйке, мальчишка им отсалютовал, ухмыляясь красными губами. На рубашке расплылось пятно, но аватары в бою ещё хуже берсерков. Подошёл и рывком выдернул свои Тай-Кхаэ"лисс - будто из снега, а не из плоти.
   Дозорные в волчьем обличии бились хвостом к хвосту, морды у обоих были зверские, а число противников вокруг них таяло...
   ...Неведомая сила вздёрнула Ирэн за шиворот. Вырвала арбалет чудом, что не с рукой. Перевернула и приложила лопатками так, что небо, скалы и нападавший сплылись в бело-бурую кляксу. Во рту стало солоно. Однако Ирэн не торопились убивать сразу, позволив сползти по льдине в снег.
   - Волчья с...ка! - видимо, берберианцы считали это гнусным оскорблением. А, по сути, чем самка волка хуже самки человека?
   - Козёл! - кое-как фокусируя зрение, прохрипела Ирэн, и попала в точку: по словам Вилля варвары считают коз нечистым животным.
   Берберианец глухо зарычал сквозь оскаленные зубы. Тот рыжий мужик, которого кэссиди пощадила, подобрался к ней со спины. Щёку залила кровь из разбитой брови, меч и щит он где-то оставил, но серповидного ножа достаточно, чтобы перерезать горло. Ирэн прикинула, успеет ли метнуться за арбалетом или сразу звать на помощь?
   Звать не пришлось. Аватар налетел сзади, впился в шею клыками, в клочья раздирая доспех: под тяжестью зверя варвар упал, а Ирэн, увернувшись от шипастого крыла, поползла к арбалету. Ползлось с трудом, самострел валялся далеко, и, когда наследница наконец взяла его в неверные руки, убивать стало некого. И благодарить - тоже. Волк вернулся к своим, оставив труп с неестественно вывернутой головой.
   Держась за грудь, Ирэн привалилась к ледяному клыку. Всё-таки славные ребята эти аватары. Дозорный, спасший кэссиди жизнь, был не обязан приглядывать за человечкой, по собственной воле сунувшейся в чужую битву.
   Вопли на побережье стихли, боль в спине и груди умерилась. Держась за льдину, Ирэн встала проверить, как там дела.
   Тэниэль и Нэйдэ с братом обшаривали трупы, да вдруг отвлеклись. Вэльран выдернул дротик из плеча, отломив железный наконечник, деловито сунул добычу в карман, и уставился на волков. Двое из них подозрительно принюхивались к третьему, а тот в ответ показывал зубы.
   Хвала Ларам, целы, все... семеро?!!
   - Он не из нашей стаи, - озвучил Тэниэль общее замешательство.
   Ирэн показалось, что её сейчас разорвёт изнутри.
   - Он из моей стаи.
  
  ГЛАВА 4
  
   - Я думать, ты доверять мне, а ты мне врать! - от волнения и обиды Кузнечик коверкала речь.
   - Ты сама не больно со мной откровенничала, - огрызнулась Ирэн.
   - Это - не то, о чём можно молчать!
   - Как я могла о нём рассказать, если ты называешь полукровок выродками?
   - Он - полукровка?!! - Нэйдэ разжала руки, и покойник, которого они с Ирэн тащили вместе, рухнул. Кэссиди с воем схватилась за ушибленную сапогом ногу.
   - По нему что - не видно?!!
   Дан держался в стороне, ни с кем не "разговаривал", но и не убегал.
   - Я думать, полукровка быть без крылья, без хвост и совсем без ум!
   - Сама ты "без ум"! И кончай кривляться, ты нормально говоришь на имперском!
   Труп снова подняли и затащили по сходням на драккар. Нэйдэ и сама прекрасно справилась бы, но Ирэн вызвалась помочь, а нести покойника в одиночку ей было не под силу. Мужчины таскали сразу по двое, забросив на плечи.
   - Это ты без ума, раз спуталась с выродком! - глаза у Кузнечика светились красным и сереть не спешили.
   - Обзовёшь Дана ещё раз, и я отблагодарю тебя за все ужины разом!
   - Что за кличка дурная "Дан"?!
   - Уж получше, чем зваться насекомым!
   - А ну обе - цыц! - рявкнул Тэниэль, сосредоточенно ковыряющий клинком дыру в днище. Откинув волосы со лба, обвёл суровым взглядом притихших девушек и уже спокойней добавил. - От ваших воплей мертвяки подымутся.
   - Ты чего раскомандовался, малявка?! - опять начала закипать кэссиди. Тэниэль встал, медленно отряхивая колени. Ничего угрожающего в этом не было, но Ирэн резко захотелось, чтобы под рукой оказался не труп, а самострел.
   - Пойдём за следующим, - отмершая Нэйдэ подхватила напарницу под руку и повлекла на берег, жарко шепча в ухо.: - Не серди его сейчас, иначе худо будет и тебе, и твоему... полукровке.
   Ирэн оглянулась на мальчишку и также понизила голос:
   - Что с нами будет?
   - Это решать Совету племени. Я тоже в него вхожу.
   - Так это же здорово!
   - Наверное, - Нэйдэ скривилась, будто куснув кислый корешок. - Меня, конечно, слушают, но решение принимают Вождь Бриэллан и его наследник.
   Ирэн развернула подругу лицом к себе.
   - Тогда ты должна говорить так, чтобы тебя не только послушали, но и услышали. Кузнечик, Дан мне дорог не только крыльями и умом.
   Услышав своё имя, волк слабо вильнул хвостом, и этот жест ободрил лучше любых слов. Ничего, теперь будет время выяснить все недомолвки.
   Тела перетаскали довольно быстро, на берегу остался только сваленный в кучу металл: оружие, доспех, украшения. Дозорные и родичи Нэйдэ в четыре весла отогнали драккар на глубину. Весь маленький отряд, включая Дана, выстроился у кромки воды, наблюдая, как волны облизывают корабль мертвецов, неспешно заглатывая в чрево Бескрайнего Океана. А сколько их там, на дне у северного побережья, навеки потерянных для соплеменников и родни?
   - Прощайте, гости дорогие! Жили вы скотами, как скотина и подохли! - попрощавшись с тонущим драккаром, мальчик перевёл взгляд на Ирэн. - Ты и твой полукровка должны явиться в Чертоги к полудню. Я слетаю предупредить, заодно пришлю аватар за металлом, а вы пока увяжите его, чтобы тащить было удобнее. И возвращайтесь в селение.
   - Дан не умеет летать.
   - Что? - глаза округлились не только у паренька.
   - Дан не умеет летать, - сквозь нарастающий ропот терпеливо повторила Ирэн.
   Ох, с каким же презрением Тэниэль рассказывал о бескрылых гагарках! Но в стократ большее читалось на его лице сейчас.
   - Что ж... Тогда пусть сменит ипостась и летит верхом, если кто-нибудь согласится его везти.
   - Он не может изменить ипостась.
   Аватары просто не поверили. Тириэль решил убедиться лично и обратился к волку.
   - Эй, ты! Измени облик сейчас же, я хочу видеть твоё лицо.
   - Ар-рра... - вздыбив шерсть, волк прижал уши. Тириэль отдёрнул палец, коим опрометчиво тыкал сородичу в нос.
   - Тяжёлый случай, - вздохнул Тэниэль.
   - Он безнадёжный. Как эта тварь вообще могла появиться на свет? - процедил Вэльран.
   - Так же, как и вы все! - обняв глухо ворчащего зверя, набычилась Ирэн. Сама она могла попрекать Дана когда угодно и чем угодно, но пусть кто другой посмеет!
   - Тихо! - повысил голос мальчишка. - Не теряйте времени и идите по тропе, через пару часов доберётесь.
   - А добыча? - напомнила кэссиди.
   - Без твоей "стаи" разберёмся.
   Аватары с оттенком зависти проводили улетающего соплеменника и, перекинувшись волками, потрусили к скалам. Дану и Ирэн выделили место в центре, видимо, чтобы не сбежали. Как оказалось, через гряду вела сквозная пещера, но посторонний нипочём не нашёл бы её, скрытую от глаз полукругом клыкастых глыб. Естественно, и свод и пол покрывал лёд.
   Лёд... Холодный, равнодушный, бесцветный.
   - Мы выкрутимся, Дан, у нас вдвоём это хорошо получается, - наклонившись, шепнула Ирэн.
   Волк ничего не ответил, даже головы не повернул. Только дёрнулось острое ухо. Да хвост чуть заметно - вжик в сторону.
   Ирэн думала, всё племя выползет потаращиться на "выродка", но Тэниэль не стал поднимать шумиху. Часы показывали без четверти двенадцать, и не оставалось времени даже кусок рыбы перехватить, хотя в не завтракавшем желудке грустно мычало. Косы Ирэн распустила на ходу, худо-бедно расчесав пальцами. С кэссиди и Даном осталась только Нэйдэ, вновь обернувшаяся девушкой.
   Дом Вождей был единственным двухэтажным зданием в поселении и походил на терем. Второй ярус опоясывал балкон с резной балюстрадой, высокие стрельчатые окна забраны витражным стеклом. Охраны у дверей не наблюдалось, и Нэйдэ по-простому вошла без стука, как к себе. Прямо от порога начинался зал, отнюдь не роскошный, как дворцовые. В убранстве преобладали синие и алые тона, даже канелюры колонн отливали розовым, а круглые постаменты и капители серо-голубым; пол также выстилали мраморные плиты, а стены покрывали изразцы, на уровне роста переходящие в деревянную резьбу. Затемнённые стёкла пропускали мало света, и в зале стоял загадочный полумрак, скрывающий сидящих у колонн советников. Лучи сходились под ногами Вождей. Прежде чем занять своё место в Совете, Нэйдэ поклонилась всем троим.
   Правители восседали на деревянных стульях с высокими спинками. Бриэллан Фелленайр выглядел лет на двадцать пять, но мог быть и в десять, и в пятьдесят раз старше. Молочно-белые волосы падали на грудь, складки длинных свободных одежд перекликались синим и красным. По левую руку от мужа сидела удивительной красоты женщина, с которой общепризнанная придворная дива Геллера Таннаис не то что тягаться, даже стоять рядом не посмела бы. Взгляд прямой и спокойный, под левым глазом родинка. Похожее украшение перешло от матери наследнику, барабанившему пальцами по подлокотнику справа от Вождя. Одет в точно такую же двуцветную хламиду, тщетно прикрывает подолом мокрые носки сапог. Не успел просушить, бедолажка, а переобуть ума не хватило!
   - Тэниэль! - вне себя прорычала кэссиди.
   - В Чертогах не принято кричать, чужестранка, - холодно осадил её мальчик.
   Вождь бросил советникам нечто саркастическое, Ирэн узнала эльфийские "вожак" и "говорить". Аватары одобрительно закивали. Ах, вот как?!
   - Synnomy mai. Chairеde seys, espoudaes basylades, - наследница слегка наклонила голову в знак почтения равному, но Бриэллану, судя по нахмуренной физиономии, пришёлся не по вкусу придворный этикет.
   - Что ты сказала?
   - Принесла извинения и поприветствовала Вождей, - честно ответила кэссиди, зато с таким лицом, как если бы сообщила, что притащила в кармане взрывчатку.
   - Прошу тебя, дитя, говори на понятном для нас языке, - голос местной правительницы звучал куда мягче, даже нежнее, и улыбка вышла искренней. Ирэн с отцом тоже любили игру в доброго и злого господина, если приходилось лично допрашивать в "муравейнике" кого-то из высокородных.
   - Тогда и я прошу вас о том же.
   Вождь спесиво поджал губы.
   - Не забывайся, чужестранка. Ты находишься в нашем доме, не мы в твоём. Мы подобрали тебя во льдах и дали приют. Накормили и обогрели, не ограничивали твою свободу, позволили тебе говорить с нашими детьми. А в благодарность ты нам лгала.
   - Она не лгала. Она утаила правду, - поправил Кэйларрэн.
   - Пусть так, однако, это уже проступок. Но настоящее преступление в том, что ты не сказала о выродке, пришедшем с тобой. Как давно вы, люди, поработили наших сородичей? Как смели принуждать к такому... к такой мерзости?! - сказал, как в лицо плюнул.
   Вдох-выдох. Спокойно. Теперь хотя бы понятно, почему даже Тэниэль с Нэйдэ обозлились. Этим закоснелым расистам просто невдомёк, что подобное зачастую случается по доброй воле и взаимному согласию. Дан, по крайней мере, о попранной чести совсем не страдал. Ирэн потрепала зверя по холке.
   - Мы пришли в Чертоги не для того, чтобы нести ответ за надуманные проступки, а с дипломатической миссией. Моё настоящие имя - Иллада Рэя Нэвемар, я наследница правящей династии Скадара. Эданэль - мой телохранитель, соратник и проводник в северном государстве...
   Как говорится, настал момент истины. И Ирэн рассказала всё.
   Двадцать лет назад в роду Нэвемар появилась наследница. У неё было всё, что она могла бы пожелать, кроме одного - детства. Мама и Володя воспитывали в Ирэн будущего реформатора, готовили спасительницу собственного государства от Одарённых, ставя в пример сильнейших правительниц Неверрийского и параллельного миров. Святую Катарину, родоначальницу династии Нэвемар и основательницу столицы Катарины-Дей. Её иномирную тёзку Екатерину Великую, влюбившую в себя и армию, и знать, и простых людей. Наконец, кэссарицу Иссолину, спасшую страну от гибели.
   Больше трёх столетий минуло с той поры, как Альтея по вине Одарённых ушла. В Скадаре началась засуха, падёж скота, страшные эпидемии. Люди думали, что магия навсегда отвернулась от них, но это было не так. Год спустя Душа Мира явилась к кэссарице Иссолине, дочери правителя, сложившего голову на войне с севером, им же самим развязанной, и предложила такой уговор. Впредь наследник престола не должен зависеть от магов. Маги не должны влиять на наследника. И в правящем роду никогда не должен родиться маг. Пока условия будут соблюдаться, скадарские чародеи вновь смогут колдовать. Сын Иссолины стал первым, на кого надели Венец Стихий, сплетённый самой Альтеей из воды, земли, ветра и пламени, и коронация состоялась в храме Иллады - богини судьбы, где проклюнулся новый Колодец магии. При этом событии присутствовало несколько избранных Одарённых. Когда Ирэн исполнилось семь, её впервые привели к источнику, как и было заведено. И девушка до сих пор помнила, каково то чувство, когда твоего сердца касается Душа Мира.
   С тех пор Ирэн раз в год ходила в храм и оставалась внутри ровно неделю. Скадарцы были уверены, что наследники правящей династии молятся Ларам за подданных, за землю, и именно поэтому страна процветает. Будущие кэссари действительно молились, но Альтее, а та, в свою очередь, смотрела, достоин ли наследник престола. Триста лет уговор строго соблюдался, пока Геллера не открыла портал на Землю. Магичка, знавшая об уговоре с Альтеей, подумала так: зачем подчиняться чьим-то условиям, когда с помощью иномирного вооружения можно захватить неверрийский Колодец и черпать магическую силу из него? А потом - вперёд, в чужие неизведанные миры! Начинается подготовка к войне, строятся стальные корабли, создаётся огнестрельное оружие.
   А годы идут. Мама умерла, Ирэн делилась планами с Володей. Кэссарь, попавший под влияние магов, уже не мог носить Венец Стихий, но передавать власть дочери не спешил. Тогда Ирэн решила выкрасть регалию и бежать на север. По уговору с Альтеей короновать её мог только действующий правитель, правда, не уточнялось, какой страны. Кэссиди была уверена, что император Аристан даст ей и власть, и укрытие от Одарённых до подходящей поры.
   В начале осени в Катарину-Дей прибыла неверрийская делегация. Озабоченная поиском союзников и одновременно никому не доверяющая, Ирэн почему-то сразу положила глаз на эльфа-полукровку, представившегося денщиком гвардейца Арвиэля.
   Совершенно внезапно в посольском доме произошла перестрелка. Погибли почти все. Уцелевший Дан попал в "муравейник" якобы по обвинению в организации заговора - Одарённым были не нужны преждевременные усобицы с северным соседом. Но Ирэн не привыкла уступать и отбила его из лап тюремщиков и магов. Вот тогда-то и открылась тайна полукровки. Дан обратился волком неосознанно и наутро этого не помнил, зато кэссиди, выстроив цепочку умозаключений, поняла, что и Вилль не простой эльф, стало быть, ценный экспонат находится в лаборатории зоомага Геллеры. Наследница и аватар-полукровка заключили сделку: девушка поможет парню спасти брата, а тот взамен - добраться, куда надо. К ним присоединились Володя и его знакомая Веррея (Ирэн благоразумно не стала упоминать о природе красноволосой женщины), затем компания увеличилась за счёт четверых неверрийских террористов, Вилля и Алессы. Теплоход "Екатерина" отплыл на север, с боем вырвавшись из бухты.
   К исходу осени добрались до Равенны, но оказалось, что за прошедшие месяцы в столице многое произошло. Ирэн и охранявшему её Дану пришлось спешно телепортироваться с помощью либра. Амулет зачаровывала водница, ужасно разбиравшаяся в этом виде волшбы, так что беглецов помотало по всей Неверре.
   Потом было то, о чём сама Ирэн некогда любила мечтать. Приключения.
   Брошенный умирать миелл-тьярр, одичавший от голода и одиночества, отравивший своим ядом кровь Дана.
   Село кровопийц, и не вампиров, а обыкновенных людей. Умирающий Дан и обряд, вернувший его к жизни.
   Сторожка лесной ведуньи Армалины. Семейка вурдалаков, от которых аватар и будущая кэссарица защищали простолюдин.
   Дан обернулся волком уже по собственной воле...
   Из-за рокового недоразумения Ирэн обидела своего зверя, и тот сбежал. Кэссиди нашла его, но оба попали к Одарённым. Бежать им помог неверриец Хорэй Шумор, некогда предавший своих ради Геллеры. Ирэн было всё равно, по какой причине ренегат вдруг одумался, главное - снова свободны. Шумор попросил захватить с собой "забавную зверушку" Бантика.
   Кэссиди пожелала оказаться как можно дальше от корабля, плывущего в Скадар.
   И троица очутилась на севере.
   Теперь Ирэн понимала, насколько ненадёжен был её первоначальный план - просто выйти в Венце Стихий навстречу скадарской армаде. Да, люди, лишённые магического дара, в том числе, воины, хранят верность правящей династии, а не Одарённым, против воли своей государыни они не пойдут. Но, как выяснилось, в самой Неверре смута, и берберианцы перешли на сторону Одарённых. Чтобы предотвратить войну, нужно гораздо большее, чем одинокая фигурка кэссарицы на крепостной стене.
   - Мы не искали вас нарочно, но уж если так сложилось, это - судьба, - закончила кэссиди.
   - Она говорит правду, - негромко подтвердил Кэйларрэн.
   - У людей нет рабов-аватар. Пока нет. Но если Одарённые победят, непременно будут. И рабы, и двойники-доппели, и межрасовое скрещивание. Я же хочу предложить вам добровольное содружество. Выступите со мной против Одарённых.
   Ирэн ошиблась, думая, что аватары не умеют смеяться искренне, и оттого было вдвойне удивительно, будто речь шла не о войне, а о бытовой ерунде вроде травли крыс. Вдоволь наглумившись, Бриэллан небрежно забросил руки на поручни, поигрывая тонкими пальцами, способными сломать шею медведю. Такая силища - и просиживает зад на дурацком престоле, задавая дурацкий пример подданным.
   - Не нами развязана эта война, человечка, и не нам в неё вмешиваться.
   - Вы уже вмешаны с того момента, как я здесь появилась, - ровно ответила Ирэн, и перевела взгляд на мальчика - единственного, кто не ржал конём, а только усмехнулся, поддерживая свою стаю. - Тэниэль, ты спрашивал, что я могу предложить? Горы, богатые превосходных металлом. Море, полное рыбы. Охотничьи угодья, где зверь плодится быстрее, чем успеваешь его бить. Землю, которая будет принадлежать только вам. Любовь и уважение целой страны. И, если вам будет угодно, то, в чём состоит ваше призвание - почётное место в королевской армии.
   - Прислуживать человечке?! Да как ты смеешь даже мыслить об этом! - так и подскочил советник, сидевший третьим от Вождей после кузнецов. Глаза привыкли к полумраку, и кэссиди сумела рассмотреть чёрную точку под его левым глазом - видимо, это наследственное по родовой линии правительницы, которая переглянулась с Нэйдэ. Коротко, украдкой от мужа.
   - Не прислуживать. Быть опорой, - возразила ободрённая кэссиди. Похоже, и эти две аватарши потешались вовсе не над её предложением. - Ни я, ни мои потомки не будут обращаться с вами так, как ваши Короли. Но я не настаиваю, и обещанный надел станет вашим в любом случае.
   - У нас есть территория и призвание, - пожал плечами Вождь.
   - Ледяная пустыня и грабёж берберианских кораблей. Очень достойно для лучших в мире воинов.
   - Не тебе осуждать нас, дитя, - покачала головой правительница. - Именно люди стали причиной того, что кланам аватар пришлось искать приют вдали ото всех.
   - Я знаю. Ради человеческого рода аватары дважды пошли против воли Королей. В первый раз, когда помогли имперцам отстоять Равенну. Во второй - уже после войны. Ваши повелители хотели отбить приречье, но вы отказались воспользоваться тем, что Неверра ослаблена, и воевать с людьми. Тогда Короли изгнали аватар из Вековечного леса, объявив предателями - ashvett theare. Триста лет назад ваши предки не побоялись вмешаться в наши распри, так что же произошло с их потомками?
   - Человечка нарочно дерзит нам, Адэль! Аватары ничего не боятся! - надменно фыркнул парень с мушкой. По поведению видно, что он гораздо младше родственницы - вернее всего, сестры. В Совет попал недавно, чем невероятно горд... ах-ха, небось, приняли по её же рекомендации, когда получил Тай-Кхаэ"лисс.
   - Дело не в страхе, дитя, - подтвердила Адэль. - Аватары давно принадлежат сами себе, и нет такого Повелителя, под чьи знамёна мы захотели бы встать. Мы видим, что тобой движут благие намерения, но мой муж, сын и я защищаем клан, и для всех нас будет лучше, если мы уничтожим угрозу. Тебя.
   - Но тогда мы навлечём на клан гнев Альтеи, - вновь переглянувшись с правительницей, подхватила Нэйдэ. - Чужестранка знает об этом, потому и ведёт себя так... кхм, уверенно. Пусть лучше уходит из клана.
   - Однако, мы не можем отпустить полукровку, - Тэниэль ловко влился в этот ручей-монолог, разделённый на троих. - Если от него в мире людей появятся новые выродки, это будет наша вина, и тем самым мы навлечём на себя гнев Пресветлой Богини. И убить сородича, пусть даже наполовину, мы не можем. Что скажешь ты, Кэйларрэн?
   Нэйдэ точно на стороне кэссиди, Тэниэль и его мать, кажется, тоже. Вождь и трое из пятерых советников пока перевешивают количеством.
   Когда кузнец поднялся со своего места, всё внутри Ирэн похолодело, даже сердце застучало звонче, словно превратившись в ледяной ком. Мужчина подошёл вплотную. Кабы не ступор, кэсииди вряд ли выдержала бы его взгляд - как крючьями залезли в самую душу, поковырялись там и вытащили наружу нечто очень важное. Дан, чихнув, отвернулся.
   - Я скажу, что мы достаточно насмотрелись на своего наполовину сородича, а он выслушал всё, что ему положено знать, - заключил кузнец, "отпустив" обоих. - Пусть покинет Чертоги.
   Волк ощерился, сквозь зубы выдохнув выразительный низкий рык. Не осталось сомнений, что Дан понимает разумную речь. Опустившись на корточки, Ирэн почесала пушистые баки.
   - Делай, как говорит Кэйларрэн, не упрямься. Всё будет хорошо, я справлюсь.
   "Ой ли, барынька?" - обеспокоенно, и вместе с тем не потеряв привычной насмешливости, осведомились жёлтые глазищи.
   - Обещаю.
   "Если что - почую."
   Волк ещё поворчал для острастки, никого, впрочем, не впечатлив, и выскользнул вон за дверь, неся задранный хвост, как знамя.
   - Теперь поговорим на равных, - кузнец указал на пустой стул напротив Совета. Светлое дерево как будто полыхало рыже-золотой пестрянкой отблесков. Ирэн захотелось протереть глаза: лишнее сидение она увидела только что. То ли витраж причудливо преломил лучи поднявшегося солнца, осветив тёмную нишу между колоннами, то ли шаманские способности Кэйларрэна не ограничивались общением с духами.
   Кузнец не опустил руку, и кэссиди машинально вложила кончики пальцев в подставленную ладонь. "Поговорим на равных..." Если бы кто другой посмел заявить принцессе такое! Но сейчас она, можно сказать, была польщена.
   Кэйларрэн усадил Ирэн и занял своё место.
   - Ты сказала, что единокровного брата Эданэля зовут Арвиэль. Опиши-ка его.
   - Аватар как аватар, только волосы вьются, а глаза зелёные. В вашем клане я такого не видела.
   - Ты вновь говоришь правду, - удовлетворённо кивнул кузнец. - Я знал семью Винтерфелл и рад, что их род не пресёкся. Но ты утверждаешь, будто в жёны он выбрал человека?
   - Не Вилль, а кольцо. Хотя сама не понимаю, чем им обоим так глянулась эта голодранка, - пожала плечами Ирэн. Она не выдала вторую ипостась Алессы, чтобы окончательно не испортить репутацию братьев Винтерфелл, но действительно недоумевала, почему волшебная вещь, да и сам аватар польстились на безродную необразованную девку с поганым языком.
   - Это скорбное предзнаменование, - аватар, выглядевший старше даже Кэйларрэна, задумчиво оперся подбородком о жезл с набалдашником в виде волчьей головы. Длинные серебристые волосы при этом свесились до пола.
   - Да, отец, - печально согласился Вождь. - Если кольца начали выбирать Тай-Линн среди слабой расы, значит, выбора просто не осталось.
   - Выбор был - ждать встречи с волчицей из нашего клана, - возразила Адэль.
   - И я бы не назвала Алессу слабачкой, - при всей антипатии к знахарке Ирэн признавала, что упорства и находчивости ей не занимать.
   - Речь сейчас не об Арвиэле, а о его брате, - напомнил Тэниэль. - По отцу он носит имя Винтерфелл, значит, наш клан в ответе за дальнего родича.
   - Он - вырожденец, испорченный слабой кровью. Ему не место среди истинных волков! - безапелляционно заявил брат Адэли.
   - Нельзя быть аватаром отчасти, Аэллен, - мягко осадила его сестра. - Дух волка либо живёт в тебе, либо нет. В Эданэле я вижу наше начало, начало avatte d"Shaattar - Отмеченных Саттарой.
   - То, что выродок принял боевой облик, ничего не значит. Он даже не способен управлять даром Богини.
   - Так научите его! - воскликнула Ирэн.
   - Не всё так просто, дитя. Мы с ранних лет познаём дар Пресветлой, когда любое обучение даётся легко. Эданэль вырос неполноценным. До сих пор его волк спал, а теперь превратился в самостоятельную сущность, которой чужды обычные для эльфа или человека эмоции, и ему это нравится. Полукровка может остаться зверем навсегда.
   - Ему могли бы помочь Тай-Кхаэ"лисс, - негромко заметила Нэйдэ.
   - Которые никто никогда не выкует для выродка, - отрезал молчавший доселе пятый советник.
   - Я выкую.
   Все, не сговариваясь, уставились на Кэйларрэна.
   - Я выкую, - повторил кузнец. - Я увидел, что он давно прошёл испытание и достоин обрести Тай-Кхаэ"лисс.
   - Давно? - удивлённо переспросил Вождь.
   - Вурдалаки! - догадалась Ирэн.
   - Да, кэссиди. Он принял боевой облик, чтобы защитить своё логово, пусть даже временное, и свою стаю. Аватар исполнил своё предназначение.
   - Ну так куйте скорее!
   - У меня нет металла.
   - Как нет?! - Ирэн всплеснула руками. - Мы только что целый драккар ограбили... то есть, захватили!
   - Тот металл - для нашего клана. Твой аватар пока что чужак здесь, как и ты. Если волк не может добыть металл для своих именных сабель, это должна сделать его стая - ты.
   - Я его под снегом накопаю, что ли? - хмыкнула кэссиди, думая, что над ней шутят, но аватары были сама серьёзность, и вместе с усмешкой потухла накатившая эйфория.
   - Здесь нет металла. Тебе придётся использовать магический амулет. Найди, отбей, купи, выменяй, но добудь сама.
   - А если украсть? - кисло съязвила кэссиди.
   - Кради, но учти, что характер говорящих сабель зависит от того, как они создавались. Не подведи свою стаю. Ступай, и пусть Волчье Солнце осветит твой путь.
   - Совет окончен, - торжественно объявил Бриэллан. Вслед за Вождём поднялись остальные, с ворчанием растирая затёкшие места, на все лады костеря жёсткие сиденья. Аэллен вслух возмечтал о копчёной кабанине вприкуску к местному аналогу вина из ягод, кореньев и даже водорослей.
   Ирэн вскочила, с грохотом опрокинув стул.
   - Да вы издеваетесь! Я зову вас воевать против узурпаторов, а вы гоните меня неизвестно куда и непонятно за чем! И потом, как я вернусь обратно?!
   - Ты утверждаешь, что твоё появление здесь не случайно, - Бриэллан безразлично дёрнул плечом. - Если это так, значит, найдёшь обратную дорогу, если нет - нам с тобой не по пути.
   - Альтея дала тебе амулет, чтобы направлять тебя. Доверься ей и ничего не страшись, - посоветовал Кэйларрэн. - Идём в кузню, кэссиди.
   Оставалось только подчиниться.
   - Где Дан?! - всполошилась Ирэн, не обнаружив волка за дверью. Возле стены на нерасчищенном снегу отпечатались лапы и сапоги, но крови не было.
   - Волк останется в племени, - непреклонно сказал старейшина. Его жезл оказался раздвижным, и аватар воспользовался им как посохом, компенсируя хромоту. Видимо, старая травма была настолько серьёзной, что даже регенерация не справилась.
   - Никто из нас не примет его своим гостем. Он будет ждать твоего возвращения в сарае!
   Настроение у Ирэн было паршивым, так что она охотно поделилась с самодовольно ухмыляющимся Аэлленом, и парень тоже скислился, прикусив язык.
   - Нэйдэ примет, - уверенно сказал Тэниэль.
   - Я?! - вскинулась девушка. - Но... Как ты прикажешь.
   - Не приказываю, а прошу.
   Кузнечик молча кивнула, отводя от мальчишки взгляд.
   В кузню шли всем Советом, вызывая сдержанное любопытство племени. Ирэн не покидала шалая надежда, что дурацкий розыгрыш вот-вот закончится, все аватары обступят её кругом, а в центр выскочит Дан - на двух ногах - и завопит: "Сюрпри-из!"
   Кэйларрэн сходил в дом один, а вернулся, держа в руках либр и длинный охотничий нож, который протянул Ирэн вперёд костяной рукоятью. Девушка вцепилась в неё, ожидая, что та испарится в воздухе.
   - Я вижу в тебе силу, кэссиди Ирэн. Огромную силу, способную обратить лёд в огонь, - кузнец сжал руки Ирэн в своих ладонях. Рубиновый перстень запульсировал как живой. А, может, только показалось.
   - Мне прямо сейчас телепортироваться?! Без провианта, без сменной одежды?! Хотя бы позавтракать дайте!
   - У тебя есть арбалет и нож.
   - Я хочу попрощаться с Даном.
   - Ты передумала возвращаться?
   - Нет, просто...
   - Тогда это лишнее.
   - Но он будет волноваться!
   - Он и должен за тебя волноваться.
   Надев либр, Ирэн очертила решительный прямоугольник, ровно вспыхнувший зелёным. Но, прежде чем водоворот портала затянул кэссиди, крепкие пальцы вцепились ей в локоть, а уши резанул вопль:
   - Тэниэль!
  
  ГЛАВА 5
  
   Ирэн уже начала забывать, каково это, когда тебя выкручивает наизнанку, вдобавок, внизу живота как будто ворочался ёж. Хотя на обычный приступ было не похоже: они продолжались дольше и мучительней, а тут прихватило всего на несколько минут сразу после телепортации.
   - Ирэн? Ирэн, что с тобой? -Тэниэль поддерживал девушку за плечи, иначе упала бы.
   - Не знаю, прежде такого не было. Может, это из-за того, что я не завтракала?
   - Колбасу будешь? - мальчишка виновато вытащил из складок балахона сильно потрёпанный огрызок сомнительной свежести.
   - Да ваш Совет просто чокнутый! - вызверилась Ирэн на обоих. - Послали бедную девушку пёс знает куда, одну, к тому же иностранку!
   - Поэтому я пошёл с тобой!
   В животе ещё разик кольнуло, и боль отступила. Сплюнув, Ирэн бросилась на мальчишку. Сыграл эффект неожиданности, и аватар оказался под ней лопатками в снегу.
   - Почему не сказал, что ты - местный принц?!
   - Не хотел портить отношения! На меня и так все в клане смотрят как на хрустального! На охоту не зовут, даже побороться не с кем! - парень извернулся угрём, и драчуны поменялись местами.
   - Они тупые?! Дружить с тобой почётно!
   - Нет, умные! У папы с мамой я единственный и неповторимый наследник! Случись со мной что, кому охота отвечать?!
   - Мне тоже неохота! Навязался тут на мою голову!
   Сжав губы, мальчишка поднялся. Потянул балахон через голову, небрежно смотал в узел и бросил в снег. Под парадной одеждой оказалась куртка, заляпанная берберианской кровью, и неизменные Тай-Кхаэ"лисс.
   - А я, дурак, думал, что помогаю бедной чужестранке, которая, к слову, тоже не сразу призналась, что она - принцесса.
   У парня был такой расстроенный вид, что кэссиди поостыла. К тому же, неизвестно ещё, кому за кого и перед кем придётся отвечать.
   Ирэн села на балахон, подняла колбасу, понюхала, обдула от снега и сунула в рот.
   - Ты за мной шпионил!
   - Присматривал и присматривался. Иначе тебя вообще не выпустили бы из дома Нэйдэ.
   Это принцесса оценила. Волчонок стоял к ней в профиль, скрестив руки на груди, и девушка невольно им залюбовалась. Да и колбаса оказалась хороша.
   - Кажется, нас отнесло куда-то на запад, - заключил парень, глядя на ещё низкое солнце.
   - Знать бы, откуда.
   - Из Оркана. Поселение находится на севере их земель.
   Эк куда занесло! А Ирэн была уверена, что находится в Империи.
   - Так вам до Фельсор крылом подать. А я-то вас, разведчиков, в герои записала!
   - Всего четыре дня лёта, - улыбнулся волчонок.
   Аватары ничем не рисковали, отпуская Ирэн. Даже если она кому-нибудь сказала об уцелевших оборотнях, их не додумались бы искать в Оркане.
   - Значит, сейчас мы в Империи?
   - Нет, ещё в Оркане. В Сумеречном лесу, если быть точнее, - мальчик указал за спину кэссиди.
   Чёрный тигр среди чёрных же ёлок замаскировался идеально. Увидев, что засада раскрыта, карса обнажила контрастно светлые клыки. И взвыла, но не от ярости, а от боли, объятая пламенем.
   На какое-то время Ирэн ослепла, однако, даже не видя нежданных "спасителей", отчего-то ни на секунду не усомнилась, что их жест был продиктован не доброй волей. Хрипловатый вкрадчивый голос это лишний раз подтвердил.
   - Лучше отдайте либр по-хорошему... - интонация изменилась на восхищённо- присвистывающую. - Ба-а, ребята, гляньте-ка, кто у нас тут!
   Смахнув слёзы, Ирэн подняла глаза на силуэт, закрывающий её от солнца и людей. Мальчишка стоял спиной с саблями наголо, широко раскинув крылья.
   Идиот.
   ***
   Дрова ещё хранили запах её рук. Дан положил голову на поленницу и прижмурился, держа уши торчком. Хлипкая с виду постройка добросовестно выдерживала волчьи атаки, пока полукровка не устал.
   Ирэн просила не упрямиться, поэтому Дан позволил себя увести от этих Чертогов. В сарай его запихивали вчетвером.
   Узкая полоса света легла на нос, поползла вширь и затемнилась. А-а, девчонка...
   - Я приглашаю тебя гостем в мой дом.
   - Где... Ир-рэн? - волчья глотка, плохо приспособленная к речи, нехотя выталкивала искажённые слова. Но три недели болтовни с собственными тараканами и голодно бурчащим желудком дали хоть какой-то результат.
   - Значит, ты разговариваешь? - усмехнулась крепышка с толстыми косами.
   - Где Ир-рэн?!
   - Ушла на охоту за тем, что спасёт твою шкуру. Если бы ты не притворялся неразумный, ей не пришлось бы рисковать.
   Аватарша заслоняла собой проём, но она была одна.
   Два зверя сцепились где-то посередине. Покатились клубком, расшвыривая крыльями поленья. Вилль менял ипостась очень быстро на зависть брату, но столь молниеносное превращение Дан видел впервые. И волчица оказалась намного сильнее.
   - Не делай большей беды, чем уже натворил, - прорычала она сквозь прихваченное горло противника. - Идём ко мне гостем, иначе я прокушу тебе лапы и притащу силой.
   ***
  - Тебе пригодится его амулет? - осведомился Тэниэль.
  Либр мага еле мерцал, почти выдохшийся. Помимо имперского колдуна, в отряде находилось двое берберианцев и двое южан, признавших землячку изумлённо вскинутыми бровями. Судя по низке чёрно-бурых птиц на поясе каждого, воины отправились с Фельсор в Сумеречье на промысел, оказавшийся на добычу щедрее, чем можно было мечтать. Никакая дичь не выдержит конкуренции с живым аватаром.
  - С каких это пор волки с колдунами нюхаются? - искренне удивился варвар помоложе, с ещё не очень длинной пшеничной бородкой.
  - Говорил я, что видел их в небе, а вы, чародеи, мне - "брешешь, Рорик, брешешь!" А Рорик не пёс, чтобы в ветер пустозвонить! - слово "чародеи" старший берберианец выцедил по-особому.
  Обе стороны понимали, что миром не разойтись. Когда берберианский флот двинется Себерским переливом, поселение аватар окажется пусть не преградой, но серьёзной помехой, и мальчик знает, где оно находится. Ирэн тоже нужен был "язык", желательно, разговорчивый.
  Противники медлили, принюхиваясь, с какого бочка болезненней и безопаснее грызнуть соперника. Аватар сам по себе сила немалая против пятерых людей во главе со "сдохшим" колдуном, а уж в паре с магичкой превращается в настоящий самум, ревущий сталью и заклятьями. Ирэн видела, что они с Тэниэлем не успеют телепортироваться. Арбалет за спиной, в руках только нож кузнеца, которым пользоваться она толком не умеет. В их случайном тандеме весь расчёт на то, насколько грамотным будет первый ход мальчика, а тот сомневался, понимая, что сейчас рискует не только собственной шкурой.
  - Нда, ребята, не повезло вам напороться на Северный дозор, - хмыкнула кэссиди, похлопав Тэниэля по плечу. - Хана им, верно, дружок?
  Плечо под ладонью даже не напряглось, а вот разборка потом выйдет напряжённой.
  - К-какой дозор? - даже берберианцы опешили и опустили мечи.
  - Союзные отряды скадарцев, неверрийцев и аватар, - Ирэн вполне естественно прогулялась в сторонку, оттягивая всё внимание на себя. - Война окончена, Одарённые по тюрьмам сидят, а вам ещё не сказали? Немедленно сложите оружие и магические предметы.
  - И тогда милосердная и справедливая кэссарица Иллада подвергнет вас в меру длительным пыткам и мучительной смерти, а вам, неверноподданным, прекраснейшая и многомудрая даже позволит объяснить, почему вы нюхаетесь с её врагами, - внезапно объявил Тэниэль, и было в его голосе столько обожания и пафоса, что принцессе захотелось дать мальчишке по шее.
  - Да они блефуют! - взревел маг, но уже было поздно: в отличие от Ирэн, аватар прекрасно метал ножи. Кэссиди даже не заметила, откуда и когда Тэниэль успел его достать. Труп упал быстрее, чем на мгновение выпущенная из пальцев Тай-Кхаэ"лисс. Девушка отшатнулась за ствол: сейчас она не помощь для опытного бойца, а помеха. В сучок, где только что находилась её голова, впился метательный топор.
  Перед глазами оказалась ещё дымящаяся туша карсы. Мелькнула неуместная идея надёргать клыков на колье, сшить из неповрёждённой шкуры плащ с тигриной башкой вместо шлема.
  Ирэн не рискнула высовываться, но никто не мешал ей слушать и воображать. Нейтрализовав единственного опасного соперника, мальчик заведомо выиграл бой. Сам он молчал, но по воплям людей легко угадывалось, кому и куда пришлось саблей или сапогом. Аватар развлекался, как утром на побережье, и будь рядом Нэйдэ, они бы ещё и перешучивались. Несмотря на подготовку, серьёзность и возложенную на них ответственность, эти двое ещё просто дети.
  От силы бой занял полминуты, затем всё стихло.
  - Вылезай, подруга, потолкуем с тобой... и ещё кое с кем.
  Ирэн поняла, что парень счёл её шалость отмщённой, и вышла из-за сосны. Несмотря на пропасть в возрасте и расе, их маленькая команда думала в одном направлении: аватар оставил в живых скадарца похлипче, и даже не особо его покалечил. Тэниэль стоял с видом легендарного героя, голыми руками завалившего каменного льва, припечатав трофей ногой между лопаток. А у того на губах и под носом пузырилась кровь, затрудняя и без того сдавленное мальчишкой дыхание. Скадарец боялся, очень боялся, переступая ту грань, когда вопрос "что будет" перерастает в "как".
  - Чтоб ты сдохла... Геллера, - он резко выдернул руку из-под груди.
  Тэниэль предостерегающе наступил пленнику на запястье, но у того был не нож, а шарик, покатившийся по утрамбованному в бою снегу. Всего лишь шарик с женский кулак величиной, кажется, чугунный. Человек не хотел пыток и мучительной смерти, он знал, как семья Нэвемар карает предателей.
  Оборотень с любопытством поднял предмет.
  - Это что за...
  - Брось, дурак! - завопила кэссиди.
  Аватар недоумённо и обиженно выронил шарик. Вместо того, чтобы отбросить как можно дальше. Идиот!
  "Ложись!" - успела ещё крикнуть Ирэн, увы, только мысленно.
  Два тела разметало в разные стороны, стоявшую поодаль девушку сбило с ног. Ослепшая и оглохшая, она инстинктивно заслонила лицо руками, прежде чем ослепла бы навсегда: сверху дождём посыпались сучья и шишки...
  ...Ирэн так и не поняла, потеряла она сознание или же впала в прострацию, где драконы вновь взывали к своей Повелительнице. Очнулась она головой на чём-то тёплом, воняющем палёной шерстью. С трудом повернула одеревеневшую шею. На девушку стеклянно таращились глаза, но не драконьи, и скалилась пасть. Рёв небесных змеев, пробивающийся в уши как сквозь вату, сложился в мерзкие звуки, отрывистые и визгливые. Перепуганные птицы кружили над Сумеречьем, заодно прицениваясь, можно ли начинать пирушку или ещё чуть обождать.
  На руках оказалось по десять пальцев, потом зрение более-менее сфокусировалось. Кисти были в мелких царапинах, куртка порвана, но ничего серьёзного.
  Аватар же буквально стоял на гранате.
  - Тэниэль!
  - А? - с запозданием раздался голос мальчишки, вроде, бодрый.
  С души не камень - Танатийская скала обрушилась. Испуг уступил место ярости, перед какой подбитая карса спасовала бы. Вот мелкий поганец, как несмышлёный ребёнок цапающий в руки всю дрянь, что подвернётся! И языка угробил, щенок сопливый!
  - Тэниэль, иди сюда!
  -...Лучше ты.
  "Ладно, дружок, раз мама с папой твою венценосную задницу в детстве не драли, это сделает чужая злая тётя, - предвкушала Ирэн, вставая, падая, и оттого всё пуще распаляясь. - Будешь знать, как кэссариц до инфаркта доводить!"
  На месте взрыва осталась обугленная нога до колена, опушённая птичьими ошмётками, остального скадарца куда-то унесло. Видимо, Ирэн провалялась достаточно долго, потому что дым успел рассеяться. Тэниэль прохлаждался, удобно привалившись спиной к стволу.
  - Ты совсем идиот, да?! Кретин! Какой фиги хватаешься...
  Основной удар взрыва пришёлся по ногам и животу, осколками посекло грудь, лицо и руки. Повезло, что граната оказалась маломощной, иначе аватара разнесло бы в клочья. Да уж, повезло... как утопленнику.
  Когда Ирэн нашла Дана в овине кровопийц, она думала, что хуже ран уже не увидит. Куртка, штаны, сапоги мальчишки - всё в лоскуты, перемазано кровью и копотью. Между пальцев, крепко прижатых к животу, блестит что-то вроде огромных алых червей, вырывающихся наружу.
  - Это была не разрыв-трава... Колдовством не воняло.
  Ирэн стало жарко. Тэниэль не дурак, просто не знал, чего ждать от безобидного с виду шарика. И Дан тоже представить не мог, что мирные селяне ни с того, ни с сего бросятся на одинокого путника.
  - Это не магическая взрывчатка, а механическая. На пароходах такого доб... дерьма навалом.
  - Не ругайся, я просто впервые такую вижу, - подавленно пробормотал аватар.
  - Извини, я просто за тебя испугалась, - призналась наследница, садясь рядом на корточки.
  Тэниэль улыбнулся.
  - Я гораздо крепче твоего полукровки, скоро буду, как новенький. Жаль, что рядом нет... - аватар вздохнул и замолчал.
  - Чем тебе помочь?
  - Через пару-тройку часов я смогу встать, но сам далеко не уйду. Найдём убежище от бури, иначе обоим худо придётся.
  - Бури? - Ирэн удивлённо посмотрела на безупречно голубое небо без единого облачного пятнышка.
  - Скоро её увидишь. Бури в Сумеречье даже для аватар опасны. Если убежище не найдём, выроем нору в снегу, только сугроб глубокий нужен. Переживём.
  - Обязательно. Руки убери, я посмотрю, что у тебя там.
  - Не могу, иначе рассыплюсь.
  Ирэн неловко потрепала Тэниэля по щеке и пошла резать на бинты его же парадный балахон, бросив через плечо:
  - Я рада, что ты за мной шпионишь.
  Из добычи взорвавшегося скадарца можно было разве что суп-пюре варить вместе с вывернутой требухой, палёными перьями и снегом, с которым это всё перемешалось, но прочие птички не пострадали. Ирэн насчитала почти три десятка тушек. Для двоих еды на полторы недели хватит. Ещё до превращения Дан говорил, будто регенерации чистокровных аватар способствует сырое мясо. Ирэн представила, как мальчик давится и плюётся перьями, и на пробу рванула целый пучок. Напрасно! Жёсткие перья сидели прочно, как корабельные гвозди, только ладонь обрезала, так что первый же бинт на себя саму и ушёл. Оказалось, что клювы птиц снабжены мелкими, но частыми и острыми зубами, а в крыльях спрятаны шипы. Ладно, раненого перевяжет, тогда ощипом трофейного "кура" займётся.
  - Ирэн, я тоже рад! А граи ядовитые, лучше отрежь тигрятины.
  Пока девушка готовила бинты, края страшной раны начали стягиваться, так что аватар не рассыпался, хотя даже дышал с великой осторожностью. Разодранные сапоги пришлось выбросить. Бинты же послужили и портянками; не слушая брезгливых протестов, Ирэн стащила с колдуна ботинки с высоким меховым голенищем - великовата обувка будет, зато тёплая и прочная. От плаща мальчик уже не отказывался, обречённо сдавшись на милость временно сильнейшего. Девушка отрезала тигриного филе, выбрав кусок, где шкура сгорела до мяса.
  - Обед подан, ваше высочество, - кэссиди не издевалась, наоборот, старалась подбодрить паренька с потрясающим самообладанием, какого она доселе не видала. Только вот не знала, какими словами таких подбадривают.
  - Спасибо, - оборотень взял мясо, шумно сглотнув слюну. - Отойди, пожалуйста.
  Ирэн хотела пошутить, дескать, предпочитает прожарку со специями, да передумала: лицо мальчика стало диким и злым, серые глаза вспыхнули жёлтым, а зубы - все зубы - заострились как у граи. Аватар всё понял, опустил ресницы и сжал губы.
  - Я поброжу тут рядом, поищу нам убежище.
  - Угу, - с паузой кивнул Тэниэль.
  За спиной раздалось тихое, но очень красноречивое чавканье. Ирэн подняла меховой воротник куртки, взвела арбалет и зашагала, куда ноги несут. Было, о чём поразмыслить наедине с собой.
  Раненый Дан держался великолепно, но до четырнадцатилетнего подростка ему как до звёзд. Как же надо искалечить аватара, чтобы заставить его выдать себя... Может, чистокровные вообще боли не чувствуют? От возраста это зависит, от положения в обществе? От наличия сабель? От чего?
  Девушка остановилась убедиться, что не заблудилась, но след за ней оставался глубокий, надёжный. Ирэн нашла Дана иным чутьём, как и он её.
  - Нет, не "чего", - вслух сказала кэссиди, не удивившись догадке. Потом поахает, в убежище. - Кого.
  Обретая Тай-Линн, аватар становится в разы сильнее, а, находясь рядом, единственная на всю жизнь Избранница способна даже вырвать его из когтистых лап Хекты. Как Алесса делала это для своей половинки.
  И у самой Ирэн нечто подобное получилось.
  В сотне шагов кусты сплелись шатром. Такое укрытие, пожалуй, сгодится, правда, далековато оно и может быть занято. Взяв куст на прицел, Ирэн пошла проверять.
  "Жаль, что рядом нет..."
  И не будет, если пустить дело на самотёк.
  Тот странный поединок в ледяном кромлехе, его нежеланное начало, и ещё более - финал. Ничья. Потому что ни при каких условиях Тай-Кхаэ"лисс не навредят семье своего хозяина, и их можно хватать голой рукой прямо за лезвие, если свои потеряны, а демоновы варвары так и прут со всех сторон.
  Случилось то, чего друзья детства боялись, когда стали взрослеть. Кольцо сделало выбор.
  Не Тэниэль навлёк на клан беду, просто одна божественная сука решила добить расу, трижды разочаровавшую её, великую мудрую Созидательницу. Когда против воли Королей аватары защитили грязных людишек. Когда отказались захватывать их земли, хотя после войны это было бы проще лёгкого. И когда не сдохли сразу, когтями и зубами продолжая цепляться за жизнь, там, наверху уже не нужную. Аvatte d"Shaattar стали ashvett theare.
  - Мстительная ты стерва, - кэссиди погрозила небу арбалетом. - Покончу с Геллерой, доберусь и до тебя.
  Сколько Ирэн себя помнила, её вёл образ кумира, Екатерины Второй, яркой звездой горевший впереди. Кэссиди мечтала стать такой же, думать, говорить и поступать, как эта великая женщина из чужого далёкого мира.
  Но здесь и сейчас, в Сумеречном лесу, вдруг поняла, что ничуть не хуже быть Илладой Рэей Первой. Ирэн для своих.
  Погода менялась быстрее, чем предсказывал Тэниэль. Видимо, кэссиди удалось таки достучаться до мерзкой Богини. Туч за кронами ещё не было видно, но ветер стал порывистым, сбивающим с макушек целые сугробы. Граи, роившиеся в небе, куда-то попрятались. Темнело и холодало, и от этой природной неотвратимости клацнули зубы, а вдоль позвоночника пробежал мороз. Оборотень ещё слишком плох, чтобы куда-то идти.
  Самой быстренько телепортироваться за Нэйдэ и обратно? А если промахнётся? Или, наоборот, по адресу попадёт - прямо к Вождям в лапы? То-то они новостям о сыне "обрадуются"!
  Ирэн отстранённо подумала, что она могла бы вырыть убежище для Тэниэля, помочь ему устроиться с максимальным комфортом, а потом телепортироваться в безопасное место, ведь у аватара гораздо больше шансов выжить в бурю, чем у человека. Подумала так, плюнула и сразу забыла.
  Лучше всего сделать прочный шалаш, вот берберианский топор и пригодится. Нарезать хвороста с запасом: неизвестно, сколько продлится буря, а мальчишке, как бы он ни бахвалился, переждать её надо в тепле и сухости. На одеяла снять шубы с покойников, поискать в вещевых мешках, там наверняка что-то полезное найдется. Да и пара лишних сапог про запас не помешает. Кстати, о запасах: карсятина-то не заготовлена, выкапывай её после бури. А весь металл принадлежит Тэниэлю, по справедливости это его добыча.
  Пора возвращаться, дел много, а времени в обрез.
  Девушка присвистнула и закусила губу, подозрительно оглядываясь по сторонам. Оказалось, что незаметно для самой себя она дошла до убежища, и не куст это, а изба. Глубоко вросшая в снег, а, может, уже и в землю, потемневшая от сырости и времени, но ничуть им не покорёженная. Прочная и надёжная - просто идеальный вариант.
  Дверь открыта настежь, но замок на месте и в полной исправности. Милости просим, гости дорогие, хе-хе-хе...
  Крыльцо с абсолютно целым навесом замело под порог, следов на нём не было. Дверь не царапали, косяки не грызли, ставни из окон не выносили. Бояться здесь можно разве что духов.
  - Я к вам с миром!
  Изнутри дом выглядел гораздо лучше, чем снаружи - новее. На полу обычный сор, а не плесень пополам с клочьями пыли; посуда на полках, свечной огарок не затянуты паутиной; занавеска, отгородившая кухню от комнаты, пестрит заплатами, а не дырами; бочка по края заполнена водой; печку вообще будто вчера побелили, и за ней что-то шебуршится.
  - Ты домовой? Выходи, я тебя не обижу, - позвала Ирэн, прикидывая, согласится ли дух на жареную тигрятину в уплату за постой.
  Угол занавеси приподнялся над полом, словно приглашая заглянуть.
  Копошение за печью стихло, зато половицы исправно скрипели в такт шагам.
  На полотнище Ирэн различила непонятные руны и чудную вышивку, узнав в плетении нитей только образы Ильшиура и Альтеи. Отдёрнув, попала в полутёмную комнатушку-закуток. В ней стоял гроб.
  Хороший такой, рассчитанный не менее, чем на могучего рыцаря в полном доспехе, да и кто иной сумел бы сделать резьбу по всей крышке из чёрной орцойи. Болтом её не пробьёшь, придётся снимать, прежде чем угостить почившего хозяина контрольным в сердце.
  Кэссиди уперлась спиной в стену, ногами - в крышку.
  - Уж вы... извините... велико... душно... но...
  - Ишь ты, какую девку мне Учитель послал! - некто там, в проёме, хлопнул в ладоши.
  Ирэн завизжала и взвилась на гроб, от неожиданности выпустив первый болт куда-то в угол. Самообладание вернулось, как только лоб незнакомца оказался в прицеле. Голос на замогильный не походил, угрозы в нем не слышалось.
  - Красота неписаная, сама фигуристая, грива ровно у кобылы племенной - всё, как я люблю, - продолжал глумиться хозяин.
  Стоявшему на пороге мужчине было за тридцать; русоволосый, с лукавой хитринкой в карих глазах, он улыбался в небольшую волнистую бородку. Кольчуга на статной фигуре сидела как влитая, треугольная нагрудная эмблема с орлом показалась смутной знакомой. Всё бы ничего, да только сквозь воина просвечивала вся изба.
  ***
  Никогда прежде Жаворонок-Эданэль не чувствовал себя так неуютно. Тревога, раздражение, обида, растерянность, моральная опустошённость, надежда на удачу или хотя бы на "авось" - всё сплелось в единый разношёрстный ком, из которого выпирала то одна, то другая нитка. А внутри таилось ядрышко страха. Глубоко-глубоко, опутанное и задавленное прочими эмоциями, оно зародилось там много лет назад. Его держали под контролем, не позволяя проклюнуться. Пусть окружающие считают кем угодно, но только не трусом.
  Волк лежал на тёплом пледе, под которым недавно спала Ирэн, а шерсть дыбилась от холода. В треске очага чудился скрип ветвей и подвывание ветра. И в избе отчётливо пахло снегом.
  Это были не его чувства, но Дан воспринимал их как свои. И что с этим поделать, не знал.
  Толстокосая аватарша положила кусок холодного мяса в плошку со скадарским виноградным орнаментом и поставила на коврик у очага. Эта плошка принадлежала Ирэн, и, собственно, из неё-то Дан-эльф и ел.
  - Мне велели... просили назвать тебя гостем. Ты должен съесть мой ужин, - безапелляционно заявила девушка.
  - Не то пррокусишь рра... лап-пы? - съязвил Дан.
  - Нет, я кормить твой ужин кота. А на Совете сказ...жу, что ты - неблагодарный гость. Это большой, - крепышка задумалась, посветлела лицом и нравоучительно задрала палец, - великий позор для аватара.
  - Хыр-рры-ы, - хихикнул волк. В принципе, он и не собирался отказываться: уж коли голова не хочет думать, хотя бы в неё поест.
  Девушка и впрямь оказалась хорошей хозяйкой: столь восхитительной оленины Дан прежде не ел. Правда, хотелось бы немного крови на подливу.
  Аватарше понравилось, с каким аппетитом гость уплетает угощение, и взгляд её потеплел.
  - Нэйдэ.
  - Г... где ку-узнечик? - волк удивлённо поднял морду. Аватары и на побережье поминали насекомых, но к чему, Дан так и не понял. Может, это местное ругательство?
  - Я - Кузнечик. Он тоже - кузнечик, - девушка указала на занятный гобелен.
  - Ра-а... твойоу имя, - Дан фыркнул: да хоть таракан! Внезапно его осенило. - Ты - подмастеррье Кэйрраррэна?
  - Да. Я рада, что выро... полукровка хотя бы знает наши традиции и язык.
  В её устах это звучало, как "ты не совсем пропащий отброс".
  И всё-таки волк не оскорбился, зная, что аватары не расисты даже, а убеждённые нацисты, это и у брата поначалу проскальзывало, пока они вместе не напились, и Вилль не признался, что Дан - лучший на свете аватар, хотя бы его мать была орчанкой или гномкой. Что ж, когда всё закончится, братишке будет, с кем сравнить.
  Стать гостем Кэйларрэн"солэй даже для кланника почётно, этим наслаждаться надо, а не цепляться к словам. Однако, чудно, что подмастерье - девчонка...
  ...Нэйдэ резко выпрямилась и уставилась на Дана пустым взглядом, волка тоже как обухом по голове треснуло.
  - Ир-рэн?
  - Беда.
  ***
  Вьюга распалялась, заметая след, но Ирэн чётко знала, куда бежит: запах аватара нельзя было спутать ни с ядовитой вонью дохлых грай, ни с духом попрятавшихся по дуплам зверей, ни с ароматом снега.
  - Irienne! Irienne! Mirabelle Da... Ирэ-эн!!!
  - Я здесь, - девушка вылетела прямо на спутника, сходу подхватывая его под руки: при помощи суковатой палки Тэниэль умудрился проковылять аж с десяток шагов.
  - Ты совсем без ум, тьфу, спятила?! - вместо благодарности напустился мальчишка. - Темень кругом, скоро всё заметёт, а ты не отзываешься!
  - Темень? - удивилась Ирэн. Всё же видно, как днём, разве что снег мешает.
  - О-о... - широко раскрытые глаза мальчика погасли, и в отражении девушка увидела собственные, яркие, как две луны.
  - Я нашла убежище, отличное, лучше некуда, - зачастила сбитая с толку кэссиди, - пойдём скорее.
  Дверь они захлопнули прямо перед "носом" смерча, маленького, не больше сажени высотой, но там, где он проходил, всё леденело, а ветви обламывались.
  - Чей это дом? - Тэниэль очень внимательно огляделся, поводя острыми ушами, как зверь. В печке горел огонь, разливая живительное тепло, на столе немного чадила сальная свечка. Занавеска была на своём месте.
  - Наверное, сторожка для охотников, вроде тех, которых ты убил.
  - До утра здесь точно никого не будет, - аватар начал сползать по двери.
  Девушка отвела его на топчан, помогла снять плащ и унты - так назывались меховые ботинки. Бинты промокли насквозь, но перевязка уже не понадобится.
  - Хорошо так, тепло, - оборотень с блаженным вздохом вытянулся. - И давно это с тобой?
  - Нет. Впервые... Я не знаю.
  - В тебе просыпается наша кровь, Ирэн, кровь аватар.
  - Откуда ей во мне взяться?
  - Тебе лучше знать, - Тэниэль подозрительно смотрел на кэссиди, точно ждал, что глаза у неё снова засветятся либо вылезут клыки, и Ирэн на всякий случай ощупала языком зубы.
  - Лучше водички попей, - она наполнила из бочки грубо вырезанный ковш, и мальчишка досадливо насупился, когда чуть его не выронил, так что пришлось самой отпаивать.
  - Вкусная, - волчонок облизнулся, - сладкая.
  - Это живая вода.
  - У меня им... мунитет к мирко... некро, тьфу, опять забыл!
  - В ней нет микробов, - кэссиди всё больше проникалась симпатией к юному аватару. Он не походил на своих сородичей, одурманенных предрассудками, на Вилля, в чьей голове валялся подобный же хлам, на постоянно сомневающегося Дана, который в любой момент мог отмочить дурацкую шутку, сохраняя серьёзный вид. Тэниэль был подростком, но цели перед собой ставил взрослые. Шёл, никуда не сворачивая, добивался и намечал новую. Шутил, веселил их с Нэйдэ по-детски наивными историями, вроде той, о гагарках, но даже это всегда делал с умыслом и пустых слов на ветер не бросал. Вот и сейчас невзначай напомнил, что он - не дикарь отмороженный и не беспомощный ребёнок, а сильный выносливый аватар, к тому же, хорошо образованный. А что приболел немножко - пустяк.
  Мальчик напоминал Ирэн себя саму в его возрасте. Только ей до сих пор не всегда удавалось примирить чувства с разумом, а Тэниэль уже сейчас был цельным.
  - Есть, и они неправильные, - оборотень сонно зевнул. - У меня глаза слипаются.
  - Ну так поспи.
  - Ага, а тебя кто охранять будет?
  - Здесь у нас нет врагов.
  Тэниэль ей поверил, да и сил не было противиться этому сну. Никто бы не смог.
  - Тогда ладно, - "охрана" свернулась в уютный калачик, подложив под щёку ладонь. - Но если что - сразу буди.
  Едва аватар задремал, как над ним склонился призрак. Протянул руку к голове и с горечью убрал: дотронуться всё равно не сможет, а разбудить запросто. Лицо у него было серьёзное и грустное, от недавней запальчивости не осталось и следа.
  - Маленький такой, надо же, - прошептал хозяин. - Я давным-давно не видел детей.
  Ирэн повесила пустой ковш обратно на бочку, не удержавшись, заглянула внутрь. Там, словно крохотные рыбки, мельтешили серебристо-голубые искры. Они не просто отражали свет, они действительно были живыми.
  Альтея, Природная магия, Душа Мира, святая вода из храма Иллады-Заступницы... Имён много, но цель одна - дарить жизнь.
  - Когда ты умер?
  - А какой нынче год?
  - Тысяча четыреста тридцать шестой от Слова Божия.
  Призрак тихонько присвистнул и зажал рот ладонью, когда ухо аватара развернулось к нему, даже дыхание затаил, в котором у него, собственно, нужды не было - видимо, сила привычки.
  - Выходит, давненько. Слово я хорошо помню, все вирши назубок знаю. Помню, как умер, но вот сколько мне было... Кажись, до трёх сотен я таки не дотянул.
  Ирэн успела подавить свист кулаком. В их первую встречу хозяин только представился, велел не бояться и отправил за спутником, пока тот не превратился в сосульку. А теперь знакомились заново. Кстати!
  - Ирэн.
  - Слышал уже. Что за имя такое чудное? - призрак вскинул брови и выпучил глаза - кэссиди стало смешно. Уж кому бы рассуждать об именах! У самого-то кличка до того идиотская, что и кот бродячий на такую оскорбился бы.
  - Сокращение от "Иллада Рэя", - она решила потихоньку срезать бинты, чтобы до утра не присохли, и ножом Кэйларрэна примеривалась, как бы это сделать незаметно для оборотня.
  - А-а, Скадарское царствие! Видать, твои родители шибко верующие, раз тебя именем Кружевницы назвали. А я уж решил было, что ты - кочевница из южных... то есть, это для нас южных, а для вас - Срединных степей.
  - Степей больше нет. Теперь там горы, Поднебесная цепь. Триста лет назад её сотворила Альтея, чтобы, - Ирэн запнулась, - чтобы была.
  - Нда-а, чудеса-а...
  Нет, проклятие. Ирэн распорола таки бинт и удовлетворённо хмыкнула: теперь Тэниэль не рассыплется, даже если решит сделать колесо или сальто, а к утру и шрам исчезнет. Велика сила живой воды. Настоящее чудо.
  И эта бочка очень пригодилась бы при штурме архипелага Фельсор, хозяину она уже ни к чему.
  - Тоскливо мне здесь одному, Ирэн, устал я, по Учителю и братьям соскучился. С тех пор, как умер, всё в доме застыло вместе со мной. Но в Большом Мире время не стоит на месте, и если за порог вынести мою вещь, она станет прахом, а живая вода испарится. Освободи меня, Ирэн, упокой мои кости.
  - Их прямо в гробу вытаскивать или мешок сойдёт? - съязвила кэссиди. Жаль воды, просто катастрофически жаль!
  - Гроб не рассыплется, он прочный. Но я не в нём, - призрак тяжело вздохнул и покаялся, - а в подполе. За картошкой полез, с лестницы навернулся и шею сломал, как распоследний дурак, не зря меня так лучший друг величал! Будь умнее, домового завёл бы, он бы меня водичкой окропил, и всё путём. Когда брат пришёл, некого кропить стало. Освободи, и я дам тебе то, что ты здесь ищешь. Ведь именно тебя мне велели дожидаться.
  Рука с ножом дрогнула, и Ирэн скривилась, злясь и на призрак, и на себя. Но аватар не проснулся, только дрыгнул ногой, будто сгоняя насекомое. Царапка на щиколотке засветилась и пропала. Девушка расправилась с остатками бинтов, броском отправила ком в помойное ведро, промахнулась, не поленилась сходить убрать грязь, по шею укрыла спутника пледом и только потом спросила:
  - Кто велел меня ждать?
  Мужчина принял одухотворённую позу, молитвенно переплетя пальцы, и внимание Ирэн приковал треугл на шее призрака, быть может, оттого, что деревянная подвеска вопреки здравому смыслу источала мягкий золотой свет.
  - Один из моих названных братьев. К тому времени он давно стал отшельником, но Учитель ниспослал ему откровение. Только опоздал брат, от меня остались лишь кости и душа, которую удержало в Сером Царствии незавершённое дело, хотя я о нём тогда и не подозревал. Брат сказал, что Учитель возлагает на меня последнюю миссию, самую важную в жизни и посмертии, после чего я обрету покой. Долгие века я проведу в одиночестве, но должен буду не роптать, а верить и ждать. Однажды в мой дом придёт молодая южанка с рыжими волосами и пламенем в сердце. Она понесёт свой огонь в Мир и спалит его дотла, но не ради уничтожения, а чтобы прежде уничтоженное возродить. Тьма обратится золой, и из неё взойдёт новое солнце, так было сказано. А теперь внимательно слушай и запоминай. Готова?
  
  И первый Повелитель, снявший латы,
  Дань соберёт с могущества времён.
  Из праха лет воскреснет зверь крылатый
  По воле той, кто с ним навек сплетён.
  И шесть народов, возжелавших славы,
  Начнут последний беспощадный бой.
  Но только тот, кому дано с рожденья право,
  Его исход оставит за собой.
  
  В печи трещало, словно кто-то нетерпеливо щёлкал пальцами: думай, думай, вот же оно, на поверхности! Общепризнанно, что огонь - сильнейшая из четырёх стихий, зависимая от того, чьи руки будут управлять ею, и она может как уничтожать бесследно, так согревать и освещать дорогу во тьме. Об этом и говорится в первой части пророчества, но вторая... Шесть народов - откуда, если рас всего четыре? Повелитель, идущий в бой без брони - сумасшедший, что ли? Дань времён - вообще непонятно.
  - Что это значит?
  - Пророчество для тебя написано, ты сама должна его разгадать. Если всё сделаешь правильно, оно сбудется, если нет... тогда я не знаю, - призрак глубоко, с облегчением вздохнул. - Я выполнил миссию, Учитель и братья довольны мной и уже ждут. Дай мне покой, Иллада Рэя из царствия Скадарского, и будет тебе моя благодарность.
  ...Буря стихла к ночи, накрапывал медленный снег. Ирэн не могла использовать дрова из дома, поэтому рубила и прогревала у печи обледенелые сучья, лопаты и топора хватало всего на несколько минут, потом они начинали дряхлеть, и приходилось тащить их в избу, чтобы восстановились. Кэссиди рубила и раскапывала, раскапывала и рубила. Ладони покрывались кровавыми пузырями, она омывала их живой водой и снова работала. Несколько раз готова была плюнуть на всё и сдаться, но что-то внутри заставляло упрямо сцепить зубы и мах за махом расчищать снег. Северные ночи длинны, и только по часикам Ирэн поняла, что к утру сумела-таки подготовить место для могилы. Вот тогда и пригодились сучья. Земля прогревалась плохо, заступ держался чуть дольше лопаты. Ирэн диву давалась, как Тэниэля не разбудил грохот, хлопанье двери и свет гигантского костра во дворе. Мальчишка только перевернулся на живот и вслед за рукой свесил с топчана ещё и ногу. Как бы сейчас пригодилась аватарья сила, но кэссиди знала, что всё должна сделать сама. А призрак наблюдал, просунув голову сквозь дверь, и на лице его блуждала престранная улыбка.
  За пару часов Ирэн выкопала могилу вершка в три глубиной и решила, что в бочку придётся окунаться целиком, иначе сама рассыплется.
  - Так глубже и не надо, - успокоил хозяин взмокшую как мышь могильщицу. - Главное, зачин ты дала, а дальше мать-земля меня сама примет.
  Ополоснувшись - призрак отвернулся, но кто его знает! - Ирэн полезла в подпол. Скелет лежал у лестницы, жалкий, дряхлый, местами сгнивший в труху, целым был только череп - вот всё, что осталось от легендарного воина, о котором знали все от мала до велика на обоих континентах. Призрак склонился над собственными останками.
  - Мой лучший друг уверял, дескать, мы погибнем героями в схватки с нежитью, и этот бой воспоют в веках. А оно иначе вышло, так-то.
  - Многие и в империи, и у нас думают, что ты жив-здоров, странствуешь, как и прежде, истребляешь тварей и защищаешь слабых. А другие говорят, будто в Новогоднюю ночь тебя можно призвать, если зажечь свечу перед зеркалом и трижды произнести твоё имя.
  - Чушь! Бесь тогда вылезет, вот кто!
  - Да, но ты же его убьёшь.
  Воин рассмеялся.
  - Ох, непростая ты девка! Догадалась таки, кто я.
  А кто бы не догадался? Из почтения к усопшему Ирэн старательно мастерила из трофейного плаща саван, но на выходе всё равно получился мешок.
  - А-а, и так сойдёт! - отмахнулся призрак. - С домовиной тоже не мучайся, а вот надгробие сама доработаешь: обтесать-то я обтесал, но надпись тебе резать. Я же не знал, когда помру, а без надгробия как-то...
  - Как книга без истории.
  Уже на месте, несмотря на протесты воина, девушка вновь разложила кости, свернула саван. Призрак встал в изголовье.
  - Ну что, Ирэн, будем расставаться. Спасибо тебе, - он протянул бесплотную руку, и Ирэн торжественно её "пожала".
  - Это тебе спасибо за всё, что делал.
  - Девка ты неглупая, а, пожалуй, что и умная. Так вот поделюсь я с тобой своей мудростью, слушай и запоминай. Не бывает так, что совсем нет выхода. А бывает, что человек сам не знает, чего хочет, и идёт заведомо неверной дорогой себе на погибель, или хочет недостаточно сильно, поэтому останавливается на полпути.
  - Я запомню. Прощай.
  - До встречи, - призрак ухарски подмигнул и исчез. А дальше Ирэн оставалось беспомощно топнуть ногой и выругаться, потому что из могилы стрельнули чёрные корни, в два счёта скрутили любовно спелёнутый саван бесформенным комом и всосали под землю как в питонью глотку. Два раза по сорок минут, дабы придать усопшему более-менее подобающий вид - волку под хвост!
  Плита розового мрамора, полосатая палево-белыми прожилками, стояла там же, где и гроб. Нож Кэйларрэна отлично резал камень, и сложность работы состояла в другом. Рано или поздно на могилу кто-нибудь наткнётся, и если написать истинное имя покойного, легенда развенчается, а паломники будут шляться сюда целыми лагерями и тревожить прах.
  На рассвете Ирэн из последних сил подтянула волокушу к могиле (в избе пришлось подкладывать скалки вместо колёс) и плюхнулась животом прямо поверх надписи: "Здесь покоится с миром доблестный воин, верный ученик, брат и друг".
  ***
  Необычный, но очень аппетитный запах коварно обволакивал усталую воительницу, только что в неравном бою киркой и лопатой отвоевавшую свой приз. Который Ирэн посреди избы на алом бархате не обнаружила, искать поленилась, хлебнула от души из бочки и едва успела подвалиться Тэниэлю под бочок. Приоткрыв левый глаз, кэссиди увидела его самого, деловито хлопочущего у печки. Вряд ли парня учили топить, просто он сообразительный, даже вьюшку открыть догадался. На нём была чистая рубаха с чужого, явно берберианского плеча, волосы убраны под воротник, в руке черпак. Возле стены свалены вперемешку мечи, топор и чужие вещмешки. Похоже, аватар успел наведаться к месту схватки и там основательно в прямом смысле покопаться. Поймав взгляд Ирэн, он с уморительной рожицей скрестил руки на груди.
  - Я проснулся, когда ты меня на пол спихнула, но саму тебя и взрывчаткой было не разбудить. Так охотничья сторожка, говоришь?
  - И тебя с добрым утром, - Ирэн с наслаждением потянулась и села. Тэниэль выглядел абсолютно здоровым и жизнерадостным, даже лёгкий румянец на щеках проклюнулся. Симпатяга, а если завтрак в постель подаст, так вообще будет душкой.
  - Уже добрый вечер. А самого охотника ты ночью прирезала и возле дома закопала. Хотя я за такую добычу сотню убил бы... нет, тысячу!
  - Какую добычу? Вечер?!
  Аватар всплеснул руками, разбрызгав с черпака жирные капли.
  - Как, ты в его сундук даже не заглянула?!!
  В гробу лежал полный доспех, сцепивший на груди кованые перчатки. Они надёжно фиксировали рукоять меча, похожего на полуторный фламберг, но точно им не являвшегося. Гарда была простой, без ухищрений, обвитой кручёной металлической нитью, посреди крестовины закреплён тёмно-фиолетовый камень, да и весь доспех вместе с клинком тоже имел лиловый оттенок - такой цвет стали Ирэн видела впервые. Единственным украшением лезвия стало клеймо мастера: две именные руны под треугольным щитом, где восстающий геральдический соболь держал в лапах меч, остриём нацеленный вниз.
  Кэссиди была очень рада прощальному подарку героя, но не до такой степени, как Тэниэль: у того с подбородка разве что в гроб не капало. Искоса глянув на него, кэссиди принялась изучать доспех. С ним оказалось проще: ржавое подобие висело в дворцовом музее, датированное серединой третьего века от Слова Божия, а на табличке значилось "Доспех ярла Веллига Кровавого". Историки определили это по родовому знаку, но перед латами призрака спасовали бы. Место знака на левой стороне груди занимал герб - орёл, парящий на фоне солнца, заключённого в треугл, тот же, что на кольчуге покойного и в вышивке на полотне. Явно неверрийский знак на берберианском доспехе? Ирэн вопросительно посмотрела на Тэниэля, и того прорвало:
  - Ирэн, это же диамантин, знаменитый ожегодский булат! Да из нашего клана его только мой дед и Кэйларрэн видали, и то в молодости! Целый доспех и меч в придачу, у-у-у! Поздравляю, кэссиди Иллада, ты добыла настоящее сокровище, и твоя стая должна гордиться таким вожаком! - мальчик так сжал её плечи, что Ирэн пискнула.
  - Что за булат? - вот интересно, синяки останутся или "проснувшаяся" аватарья кровь их сведёт?
  - Легендарный! Неверрийская империя образовалась из удельных княжеств, ну, да ты это лучше меня знаешь. Ожегодское по мощи не уступало никому, но войн не вело, потому что правящая княгиня была доброй волшебницей или вовсе феей. Она поощряла торговлю, охотничий промысел и кузнечное ремесло, а более всего Ожегда славилась диамантином, ковким, но очень прочным и лёгким булатом, секрет которого знали только местные мастера. Потом княгиню убили, и княжество присоединила набирающая мощь Равенна, но тайна ожегодского диамантина была утрачена навсегда. Видишь соболя с мечом - это герб Ожегды. Ярл, заказавший эти латы, был несметно богат. Затем доспех и меч попали к воину из Равенны, но он не стал их перековывать, только варварский клановый знак перебил на Равеннского орла.
  - Откуда ты столько всего знаешь? К вам сюда почтовые голуби летают, что ли?
  - Полярные совы, - фыркнул парень. - Многое рассказывали дед и Кэйларрэн, иногда на драккарах мы находим свитки и книги в драгоценном переплёте, а ещё я как-то побывал на Fell-Sollar... и-и... случа-айно заглянул в библиотеку мудреца.
  - И-и неча-аянно спёр столько книг, сколько в лапах унёс, - ехидно протянула Ирэн, и аватар взлохматил волосы, прикрыв пламенеющие уши. Душка! И завтрак, то есть, ужин приготовил. - Тэниэль, здесь этого булата навалом. Если он такой распрекрасный, возьми себе на кинжал или ещё что-нибудь.
  Столь горестный вздох растопил бы айсберг. Но голос был твёрже льда!
  - Диамантин - твоя добыча, Ирэн. Не моя.
  - Слушай меня внимательно, Тэниэль. Во-первых, если бы не ты, под снегом коченели бы не вражеские трупы, а мой. Во-вторых, если бы я и уцелела чудом, то погибла бы в бурю, я же о них ничего не знала. А в-третьих, - Ирэн в свою очередь положила руки на плечи мальчишки, - ты мой друг, а с друзьями принято делиться. Есть у людей такое Нерушимое Правило, одно из самых главных.
  - Серьёзно? Тогда спасибо! - аватар перевёл дух и, набравшись храбрости, выпалил:
  - А сундук тебе очень нужен?
  - Нет!
  - Тогда можно я его заберу под оружие, пока Нэйдэ не перехватила.
  - Владей на здоровья-а-а-а, - Ирэн повисла на спутнике, подвывая от смеха.
  Видимо, кулинарный талант был у аватар в крови, и тушёная карсятина не вызвала нареканий. К восторгу Ирэн, в подполе, помимо скелета, обнаружились повинный в смерти хозяина картофель и даже кадушка с квашеной капустой, так что завтрак-ужин получился отменный. Тэниэль "траву" не оценил, но рискнул попробовать мёд, выпил чарку и решил прихватить оставшееся, дабы задобрить родню и угостить кузнецов.
  - Ничего не выйдет. Когда мы покинем избушку, мёд... просто исчезнет, как и всё остальное, - вынужденно огорчила его кэссиди.
  - Откуда ты знаешь?
  - Просто знаю.
  - Ирэн, у вас нет такого Правила, что друзьям врать нехорошо? Я же не дурак, вроде бы. Ты не стала отрицать, что убила хозяина, но зачем-то похоронила его по чести, даже надгробие поставила. Целый вечер жду, когда сама расскажешь, что здесь творилось ночью, а ты молчишь.
  Ирэн удивило, что образованный аватар, знающий о погребальных обрядах людей, могильную плиту признал, а гроб - нет. Но сейчас была его очередь получить ответы, и девушка рассказала о призраке, его просьбе и живой воде, а настоящего имени хозяина не выдала и о пророчестве умолчала лишь потому, что во всём этом разбираться предстоит ей одной. Так хотел воин.
  - Надо было меня будить, а то всё самое интересное проспал! - подосадовал мальчишка. - Я одного только не пойму, раз этот герой был таким доблестным, почему ты его имя не вырезала?
  - Тэниэль, доблестного героя звали Лапоть!
  - По-твоему, "Кузнечик" звучит лучше? - усмехнулся аватар, но отнюдь не весело. - Значит, ты получила металл в благодарность за доброе дело. Это очень хороший металл, надёжный. Тай"кхаэ-лисс будут справедливы, рассудительны и не станут требовать лишнюю кровь.
  - А твои?
  - Мой первый драккар. Резня была страшная, двое наших погибло, но я убил ярла по имени Рагнар Горлодёр и забрал его оружие, - Тэниэль помолчал немного. - Я назвал их Mirade - Свет... нет, Свеча и Сумрак. Они злые и беспощадные, иногда в бою я сам забываюсь вместе с ними.
  - Ты - не такой.
  - Ты - мой друг.
  Вот откуда у Тэниэля отменная выдержка! Брат Дана говорил, если говорящие сабли подчинят хозяина себе, это может обернуться катастрофой и для него самого, и для окружающих, не удивительно, что парень постоянно занимается самодисциплиной. Ирэн вспомнила бой на побережье и поединок с Нэйдэ: действительно, были моменты по-настоящему пугающие. Тэниэль просёк ход её мыслей, пригорюнился, и кэссиди поспешила сменить тему.
  - Всё правильно, врага и надо угощать сталью. А друзей вот такой божественной тигрятиной.
  - Карса в ледяной вихрь попала, её теперь и Тай-Кхаэ"лисс не возьмёшь. Это грая.
  Ирэн едва поборола желание запустить в мальчишку миской.
  - Они же ядовитые!
  - Если не умеешь их готовить, - парировал аватар и посерьёзнел. - Ирэн, я пойду с тобой. На Фельсоры, в Равенну, в Катарину-Дей - куда скажешь. Ты не лгала, и Кэйларрэн был прав. Тебя ведёт Альтея.
  ***
  Под могильной плитой остались наручные часы Ирэн в память о том, кто действительно знал цену времени. Телепортировались со двора, а то мало ли, какой сбой произойти может, и правильно. Очертив зелёную дверь портала, кэссиди бросила прощальный взгляд на их спасительный приют и дёрнула спутника за рукав: на месте древнего дома остался лишь комок окровавленных бинтов. Да ещё почудились смутные фигуры... или просто лунный свет баловался.
  Переместились не просто, куда надо, а точно по адресу! Нэйдэ как раз пошла выплёскивать помои, когда прямо у порога из портала вылетел гроб с двумя наездниками, подцепил третьим ведро и с грохотом затормозил о стену.
  Во время немой паузы мальчишка явно балдел от произведённого эффекта, а Ирэн почувствовала во рту металлический привкус. Кровь запульсировала в висках, внизу живота ощетинился ёж, кэссиди приготовилась к неизбежному... и всё прошло. Из окна на неё встревожено смотрел белый волк морда к морде с мантикэром.
  - Можешь поздравить Ирэн с добычей! А сундук она мне подарила, - Тэниэль с вызовом похлопал по крышке гроба, но Нэйдэ отнюдь не "сундук" интересовал. Впрочем, подмастерье, как всегда, мгновенно взяла себя в руки, нацепив обычную маску бесстрастия.
  - Я поздравляю тебя с добычей, Ирэн. Тэниэль, Кэйларрэн ждёт тебя в гости. Тебя одного.
  - Почему одного?
  - Я рассказала ему всё, что... знаю.
  - Проще говоря, наябедничала.
  - Наяб... Что сделала?
  - Пожаловалась, настучала, сдала с потрохами. Чего же сразу к Вождям не пошла? - Тэниэль ловко соскочил с гроба сам и церемонно помог Ирэн, усвоившей, что в аватарьи свары встревать себе дороже. Хозяйственно вылил из ведра в специальную яму и подал Нэйдэ.
  Брови Кузнечика сошлись на переносице.
  - Тэниэль, ты ведёшь себя безответственно и безрассудно, и он должен об этом знать. Кэйларрэн поможет тебе исправиться.
  - Да не меня исправлять надо, как же вы все не поймёте.
  - Ты - будущий Вождь клана, Тэниэль, наше будущее. Ты не имеешь права так рисковать своей жизнью.
  - Драккары я топлю наравне с вами, как и рискую.
  - Именно, с нами. И все мы умрём, чтобы спасти тебя. Чужачка не станет. А ты не сметь брать под крыло тот, кто не твой крови! Ты постоянно нарушать Правила, но это уже всё... ступать за граница! - Нэйдэ, "сломав" язык, перешла на эльфийский, но Тэниэль перебил её, побелевший, желтоглазый и очень злой.
  - Мирадэль, Правила устарели! А ты закопалась в них, как жалкая букашка в траву! Якобы учишь, а на деле стрекочешь, стрекочешь, стрекочешь всякую чушь! Сама не знаешь, чего хочешь, зато я знаю, что нужно мне, и от своего не отступлюсь! - парень легко забросил гроб на плечо и зашагал в кузню.
  Ирэн смотрела ему в спину. И было так хорошо, что кэссиди не прятала улыбку.
  Даже взрослый аватар мог погибнуть при взрыве, от потери крови или болевого шока, но четырнадцатилетний подросток уже через час с небольшим сумел встать на ноги и пойти, и Ирэн была уверена, что у Кэйларрэн"солэй регенерация ничуть не хуже. К бедной Нэйдэ не приходят гости, потому что гордые волки не хотят нарываться на заведомо проигрышный "благодарственный" поединок. Но Тэниэль одержал бы над ней верх, не вмешайся кольцо так не вовремя. Вождь и кузнец - два сильнейших аватара племени, неустрашимые и практически неуязвимые, ведь на них, по изначальной задумке Саттары, держится весь клан, и даже она теперь этого не изменит. И какая же мощь родится, если две эти половинки слить в единое целое? Уничтожая клан Фелленайр с головы, мудрая Богиня перемудрила сама себя.
  Нэйдэ тихонько тронула подругу за локоть.
  - Так злится, потому что там очень плохо было?
  - Хуже некуда, но злится он не поэтому. Пойдём, я тебе кое-что покажу.
  ***
  Преподавательница живописи, утончённая нестареющая сури Аллира, всегда чересчур хвалила талант будущей самодержицы, и из её уроков девочка чётко усвоила только один - никогда ей не стать великой художницей, поэтому охотней отдавала время и душу мозаике и резьбе по камню. Прежде Ирэн не доводилось рисовать углём по столешнице, но "портрет" вышел на удивление похож. Нэйдэ долго разглядывала, положив руки по обе стороны картинки, но ни разу её не коснулась, словно брезговала.
  - Значит, я - всего лишь жалкий глупый букашка?
  - Нет. Это кузнечик букашка, а тебя зовут Мирадэль.
  Северянка упрямо поджала губы.
  - Я - Нэйдэ.
  
  ГЛАВА 6
  
  - Ну, здравствуй.
  - Ирр-рэн.
  Они сидели рядышком на топчане. Нэйдэ в расстроенных чувствах взялась что-то стряпать, на вопросы отвечала односложно, и её оставили в покое.
  - Я скучала.
  Волк молча положил голову на колени Ирэн. А что тут скажешь? Что три недели ошивался у поселения, лелеял старые обиды и выдумывал новые? Тайком следил, маскируясь в снегу, нюхал запах "своей", однажды с голодухи спёр подбитую кэссиди чайку, увязался за мамонтами, убеждая себя, что это не морок и не галлюцинация от одиночества. Каждую ночь решал, если завтра позовут, он обязательно вернётся, но завтра наступало, и гордость пополам с недоверием гнали зверя прочь. Постепенно это стало чем-то вроде схватки с самим собой.
  А пока волк бегал, кэссиди - это эгоистка Ирэн-то! - неплохо уживалась с племенем нелюдимых оборотней, нянчилась с аватарьей детворой и обзаводилась друзьями.
  Между тем, до нового витка Круговрата оставалось всего полмесяца. Полнокружье считалось суровым временем, и недаром: редко такой год обходился без войн, катаклизмов и глобальных перемен.
  - Если ты сам научился говорить в волчьем обличии, почему же не можешь сменить ипостась? - Ирэн почесала волка за ухом - о-о, да-а!
  - Н-не... н-не... р-р-р...
  - Не получается.
  - Угум.
  - Тай-Кхаэ"лисс помогут тебе примириться с двоим... вторым "я", - подала голос хозяйка, зловеще сверкнув алым пламенем в глазах. - Твой вожак добыла металл в страшном чёрном месте, чтобы спасти твою шкуру. Цени это добро, полукровка!
  Дан ценил, понимая, что кэссиди не на увеселительной прогулке была, да и перемещение вышло паршивым. Оборотень увидел побелевшее лицо девушки, и в тот же момент его самого скрутила жуткая боль, как будто тебя разрывает изнутри. Примерно то же он испытал, когда пришлось телепортироваться раненым. К счастью, на этот раз всё закончилось очень быстро.
  - Я сделала то, что должно истинному вожаку, - величественно изрекла Ирэн: друзья друзьями, а стерженёк-то в ней остался прежним.
  Это положило бы начало долгому разговору, но его краткий итог - некстати ввалившийся сын Вождей.
  - Ступай в кузню, Нэйдэ, и поторопись.
  Насколько Дан понял из немногословного разговора девушек, местный принц здорово проштрафился, и ждала его хоро-ошая взбучка, но мальчишка сиял и пыжился как самовар. И пафосным тоном он смог бы оплевать саму будущую кэссарицу.
  Подмастерье, видимо, считала это нормальным поведением для недоросля. Коротко, но учтиво поклонилась, надела короткую меховую куртку и пошла, куда велели. А Тэниэль сразу преобразился, подпёр кулаками бока, весьма нецарственно шмыгнув носом.
  - Ирэн. Представь себе лицо Кэйларрэна, когда я поставил перед ним гроб и похвастал, что ты мне его подарила!
  - Он велел меня убить и закопать в этом гробу!
  - Нет, он смеялся! Что на моей памяти всего несколько раз бывало.
  Ирэн вынула лицо из ладоней, в кои вознамерилась зарыдать.
  - Ты его выбросил?
  - Зачем, ящик прочный и резьба хорошая - пригодится в хозяйстве. Своих мы иначе хороним, - паренёк с усмешкой почесал затылок. - Надо же, я весьма начитан об обрядах людей, а гроб не признал. Лежал-то в нём не человек!
  - А-а!
  - Ирэн, Кэйларрэн поручил нам ответственное задание, так что я приду за тобой в пять утра.
  - В пя... - девушка машинально глянула на запястье и хмыкнула. Часы, неповторимые, великолепные, любимые часы кэссиди пропали! - Как вы определяете время?
  - По небу, по морю, по ветру, по лучине, наконец. Эти, - кивок на связку под посудной полкой, - смазаны жиром, они горят не менее получаса. Сейчас около девяти вечера.
  - А грр-где... - Дан ухитрился вклиниться в оживлённый диалог, но мальчишка перебил:
  - Молчи, беглая "стая", из-за тебя мы по всему Северу летали. Отдыхай, Ирэн, полукровка посторожит твой сон, пока меня нет рядом.
  Будь Дан в обличии эльфа, и то не смог бы сразу подобрать слов. Поэтому ограничился:
  - Ч-шшто это сейчас б-было?!
  - Бедовое чудо принц Тэниэль. Ну, и как тебе твои полу-собратья?
  Трудно сказать. Не как брат, это точно. В поселениях уважали Вождей и их отпрысков, кузнеца с подмастерьем, Вилль описывал традиции. Нэйдэ - безупречный аватар, держится, как положено. Но когда к тебе вдруг врывается встрёпанный, раскрасневшийся от бега мальчуган, недавно с гиканьем летавший на гробу, и ведёт себя так, будто он - твой родитель, повелитель и Бог, это очень, очень...
  - Стррранно. Я д-думал - дррругие.
  Ирэн за брыли развернула морду волка к себе, заглянула в глаза внимательно и тревожно.
  - Их надо спасать, Дан. Иначе аватары и впрямь сгинут на этом проклятом побережье.
  ...Разговор, не задавшийся изначально, затянулся на всю ночь. Говорила в основном Ирэн: о своих злоключениях, либо безошибочно заканчивала за собеседником оборванные из-за изменённой глотки фразы. К исходу двенадцатой лучины оба выдохлись, хоть язык за плечо забрасывай, но спать было уже поздно - через два часа всё равно вставать, только хуже будет. За них прекрасно дрых мантикэр.
  - Может, попробуешь сменить ипостась? - предложила Ирэн, почёсывая волку загривок. Там начало зудеть после трюма скадарского фрегата: то ли блох от крыс подцепил, то ли вовсе лишай.
  Аватар уныло развёл лапами:
  - Сто р-раз пр-рр...
  - В сто первый должно получиться! Закрой глаза и сконцентрируйся! - велела кэссиди, и волк подчинился, зажмурившись и даже затаив дыхание. - Так... та-ак... Дан, у тебя сейчас морда лопнет!
  Тот открыл глаза, по-щенячьи глядя снизу вверх. Ирэн сидела на топчане, закинув ногу за ногу и недовольно покусывая губы. Мантикэр, кошачьим нутром почуяв веселье, таращился со своего сундука.
  В поселении было удивительно тихо: обычно лязг клинков и вой разносились далеко окрест, вселяя в одинокого волка жгучую зависть. Похоже, таинство над новыми Тай-Кхаэ"лисс шло полным ходом, и даже подростки боялись нарушить его единичным тявком.
  А если не выйдет сменить ипостась, будет гордо таскать сабли в зубах?
  - Давай ещё разок?
  - Угум.
  Но ни эта попытка, ни следующая, ни ...цатая успехом не увенчались. Дан вспоминал самые пикантные моменты их с кэссиди приключений; представлял в руках гитару, саблю, вилку с ножом, опять же, Ирэн; думал, что не мешало бы дубовым веничком по завшивевшему загривку пройтись. Девушка поцеловала чудовище в надежде, что если на нём и не вырастет корона, то хоть хвост отпадёт, но только перемазалась в слюнях.
  Наконец волк завалился набок:
  - Всё.
  - Дан!
  - Нет, устал.
  - Дан, я тебя не узнаю, ты раньше никогда не сдавался! Тебе что, жизнь на четвереньках понравилась?! - фурией взвилась кэссиди.
  - Так пр-роще.
  - Да чем проще-то?
  - Всем. Т-ты сама хотела звер-ря.
  - Да, хотела, а теперь хочу тебя прежнего! Ты должен попытаться ещё!
  Потому и проще. Стоит сбросить шерсть, и всё вернётся на круги своя: "я - хочу", "ты - должен". Постоянное враньё, дурацкие интриги и принцип "услуга за услугу". По крайней мере, со зверями кэссиди ведёт себя честно, без недомолвок и экивоков, не пытаясь подкупить. Два месяца простой волчьей жизни, когда в первую очередь беспокоит еда и ночлег, а не перепалки с принцессой, от которых теперь легко отмолчаться, всё равно говорить толком не может.
  Ностальгировать Дану не дали, Ирэн затормошила его с удвоенным энтузиазмом:
  - Где твой оптимизм?! Без тебя я через неделю в вашей Неверре спятила бы от холода, от смердов, от дрянной трактирной жратвы! Кэссарице нужен её неунывающий Данька, а не угрюмый волчара, с которым даже поболтать не о чем! Ну же, соберись!
  - Собр-рался, - волк встряхнулся и встал, растопырив лапы. Мантикэр вопросительно мяукнул и зашипел: не пора ли выручать хозяйку или они так играют?
  - Вспомни, как ты меня из бани в сугроб выкинул.
  Действительно, принцесса очень смешно визжала и ругалась, в тот момент растеряв всю свою спесь. Неплохо бы повторить...
  - А блины меня есть учил?
  После того, как выгораживал от целой семьи корчмарей, потому что любой уважающий себя повар даст по шее за "дрянную трактирную жратву", коей место в собачьей миске. А в благодарность - "смерд" и "дурак".
  - Как от шушеля на заборе спасалась и заболела, а ты меня лечил - брр, гадость!
  Во-первых, это был барсучий жир, а не гадость. Во-вторых, нечего в одних носках по сугробам бегать. В-третьих, Ирэн была такой несчастной, что Дан забыл на неё рассердиться и нарычать. В-четвёртых, давно пора это сделать.
  Воспоминания неслись ярмарочными флажками, пока не смешались в пёстрый калейдоскоп. Он поблек и рассыпался серебристой пылью; вдоль позвоночника пробежало тепло, маслом разливаясь по мышцам. Самозабвенно голосил кот.
  - А теперь давай вставай на задние ла... ноги! - примерно тем же тоном нарывались трактирные драчуны: "Давай, попробуй врежь мне!" Извольте, барынька...
  Мне нужен... Я хочу... И Дану много, чего хотелось, и было нужно. В первую очередь, высказать всё, что давно наболело.
  Волк поднялся, глядя на Ирэн уже сверху вниз.
  Чуть ссутулился, чтобы не задеть потолок.
  Сделал пару шагов.
  И оглушительно рухнул, сбив крылом вместе с полкой её содержимое. Посуда, в основном чугунная и деревянная, с радостным туканьем заскакала по всему дому; каменная ступка грохнулась в пустое ведро, исторгнув вопль похлеще деревенского колокола. С сухим шелестом раскатились лучины.
  Напуганный кис неожиданно взвился под потолок и, извернувшись вверх тормашками, повис на грозди сушёных кореньев.
  - Он летает! - ахнула Ирэн, прежде чем гроздь оборвалась, и Бантик загремел об пол костями и корешками, чтобы через пару мгновений заорать уже из-под топчана.
  Полка пошаталась в крепежах и упала тихо и печально, как крышка гроба.
  Ирэн задумчиво хрупнула подобранным корешком.
  - Вот Нэйдэ вернётся, и будет нам троим медвежуть.
  - Это что или кто? - с неподдельным любопытством спросил Тэниэль, тишком сунувший нос в избу.
  - Это такая жуть, что даже медведи со страху дохнут, - про иномирную диковинку упоминал Володя, но, поскольку сам он изрядно набрался, в его толкованиях никто не разобрался, зато прониклись - это да. Как страшно жить на Земле! (2)
  - Хм, тогда точно будет, - согласился паренёк. - Пойдём, Ирэн. А твоя стая приберёт здесь.
  Волку аж до мурашек было интересно, что там за поручение дал сам кузнец, но оставалось только подобрать с пола челюсть и, пыхтя и ворча, разгребать кавардак.
  ***
  Небесный змей всё плыл в тишине, перламутровым хвостом разбрызгивая звёзды в ночи. Может, пройдут миллионы миллионов лет, пересохнут моря, вымрут народы, да и самого Серого Царствия не станет, а он будет также бороздить небесный океан, безмятежный и вечный дракон.
  Любоваться им с полной самоотдачей мешал продолговатый кожаный свёрток, который Тэниэль нёс подмышкой, однако на вопросы, что это и куда вообще они идут, мальчишка туманно ухмылялся: "Увидишь." Всхолмье, полукольцом огибающее село на суше, было ничем иным, как мореной, заметённой снегом. Взобравшись на гребень, Ирэн в сомнениях оглянулась. Окна Кузнечиковой избушки слабо мерцали как два грустных волчьих глаза.
  - По-моему, Дан обиделся, что мы его с собой не позвали.
  - Он должен знать своё место, - не замедляя шага, бросил Тэниэль, и спутница круто тормознула его за плечо. Перед глазами всё ещё стоял её зверь, усталый, потерянный и как будто даже испуганный.
  - Потому что Дан полукровка, да?! Хватит уже его унижать, ему и без вас паршиво!
  - Потому что щенку нечего лезть в дела старших, тем более, своего вожака, - аккуратно сняв её руку, ответил аватар. - И не шуми, иначе его Тай-Кхаэ"лисс родятся нервными.
  Левый глаз тотчас отреагировал нервным тиком.
  - Дан старше нас обоих, вместе взятых, - Ирэн набычилась, но Тэниэль не собирался спорить или ругаться.
  - Только по времени, а не по истинному возрасту. Я два с половиной года как совершеннолетний, ты тоже повзрослела и с каждым днём крепнешь, а он ещё слишком слаб, чтобы иметь право голоса в стае. Тем более, он подвёл тебя, когда бросил, и должен снова заслужить доверие.
  - Я уже объясняла, почему так вышло. К тому же, не была я никаким вожаком, да и сейчас сомневаюсь.
  Мальчик медленно покачал головой.
  - Повелитель, Тай-Линн, боевой товарищ - не важно. Он предал свою стаю, и никакая обида этого не извиняет, разве что ты сама его простишь. Тогда и мы подумаем.
  - Я и не обижалась. А теперь очень хочу ему помочь.
  - Ирэн, ты - верная и цели ты ставишь правильные. Поэтому и заслужила уважение клана, и любой дом будет рад принять тебя гостем, в том числе, Чертоги Вождей. И в знак нашей дружбы я хочу, чтобы ты приняла мой подарок.
  Лёгкость, с какой Тэниэль нёс свёрток, оказалась обманчивой. Кэссиди хотела принять дар торжественно, как и подобает в таких случаях, но локти предательски разогнулись, и сабля, выскользнув из выдубленной до гладкости коже, зарылась ножнами в снег. Чтобы вконец не испоганить момент, Ирэн торопливо сунула обмотку подмышку и, с героическим видом выпрямив спину, взялась за рукояти обоих клинков.
  - У нас принято обмениваться оружием с теми, кто тебе особенно симпатичен. У меня будет кинжал из твоего металла, а у тебя - мои последние тренировочные сабли, - Тэниэль как будто смущался, и девушка поспешила развеять его сомнения, кое-как приспособив одну саблю между колен и обнажив вторую.
  - Тренировочные?! Да они острые как бритва!
  - Кто же тренируется на тупых клинках? - неподдельно изумился аватар. - Они тебе нравятся?
  - Ещё бы - такая красота! - голубоватая кромка зеркально блестела, отражая сполохи северного сияния. Кожаная, слегка потёртая оплётка, серебряная вязь рун по клинку и атакующий саблезубый зверь, похожий на волка, но гривастый и мощный, как тигр - возле лепестков изящной гарды. Лезвия были длинны для двенадцатилетнего мальчика, но девушке, разменявшей третий десяток, они показались даже немного короче скадарских дамских сабель, а потому удобнее. Рукояти быстро потеплели, и теперь сами согревали ладони. - Что означают руны?
  - Девиз рода Фелленайр. Ммм... что-то вроде "Прирождённый воин живёт сражением".
  - Без борьбы и доблесть увядает, - вспомнила Ирэн мудрость любимого Володиного философа. (3)
  - Вот-вот, именно так! - обрадовался аватар.
  - Спасибо, Тэниэль, обещаю, что буду беречь их и любоваться ими каждый день.
  - Нет, это они будут тебя беречь, а все - любоваться. Кэйларрэн хочет, чтобы я обучил тебя нашим приёмам боя, так что мы идём во-он туда, на ристалище, - Тэниэль показал в сторону ледяного кромлеха, где сам недавно сражался с Нэйдэ.
  - Что?! - Ирэн развела руками и саблями, выронив из-под мышки кожаный рулон. - Тэниэль, я арбалетчик, а не сабельщик!
  - Всё совсем грустно?
  - Ну, вообще-то основам меня обучали, - при скадарском дворе умелые женщины-фехтовальщики пользовались большим почётом, так что единственной и неповторимой кэссиди Илладе отец просто не оставил выбора. Хочешь - стреляй на здоровье, но при этом должна знать клинок, чтобы кэссаря не позорила. - Но мне до вас как до звёзд.
  - Нам тоже никогда до звёзд не долететь, но мы же не горюем! - подмигнул мальчишка и кивком пригласил спутницу следовать - вернее, плестись - за ним.
  По пути Ирэн перестала горбится, шаг ускорился как-то сам собой, и девушка поняла, что сабли больше не оттягивают руки, а очень даже уютно в них лежат. Тот же арбалет не легче, тем более, вес клинков делился равномерно. Надо будет у Нэйдэ ремень попросить, решила кэссиди, увлечённо рассматривая петли на ножнах. Аватарьи сабли, в роли мастера будущий Вождь, один из сильнейших воинов клана - таким даже легендарные кэссарицы Катарина и Иссолина похвастать не могли! Пусть и не выйдет из неё отличной сабельщицы, но обороняться она научится, а если что, эфесом в лоб даст.
  Заметив, что Ирэн повеселела, Тэниэль подстроился рядом, превращаясь из провожатого в попутчика.
  - Жаль, что ты не обоерукая. Ну, ничего, я и одной левой заставлю расцвести твою доблесть.
  Ирэн усмехнулась, ей самой жутко нравился девиз.
  - Однажды я упала с верблюда, и он наступил мне на руку. От помощи Геллеры и её адептов я отказалась наотрез, меня лечил обычный целитель. Срасталось долго и тяжело, в общем, на то время мне пришлось стать левшой.
  - О-о, так это развязывает мне обе руки! А твой полукровка?
  - Нет, он правша.
  - Кэйларрэн знает, что для него выковать.
  Бедный Дан. Аватары мечтают об именных Тай"кхаэ-лисс, едва научившись мечтать. Полукровка даже этого не смел, но он любил свою цикату Адэланту и очень тосковал, когда саблю украли, первое время ходил чернее тучи. А теперь что? На, Данька, получи свою автарью радость, да из кузни настоящего Кэйларрэна, да из лучшего на свете металла, даже у братца твоего обычная сталь! А в ответ: "Не смей больше так р-ррисковать." И всё. Ни слов, ни эмоций, глухое безразличие. Волку просто наплевать, ему Тай"кхаэ-лисс ни к чему.
  - Как они называются?
  - Такой тип клинка мы называем ши"элси - танец феи.
  - Я имела в виду имена.
  - Никак, они же не Тай"кхаэ-лисс, - пожал плечами аватар, прибавляя ходу и тем самым подгоняя спутницу: до ледяного ристалища было рукой подать. - Но ты можешь сама дать им имена, если хочешь.
  - Тогда пусть будут Брат и Сестра, - без раздумий сказала Ирэн. В детстве она просила кого-нибудь, с кем можно поиграть и поболтать на равных, но мама из-за болезни дочь-то с трудом выносила.
  - Пусть будут. Ирэн, ты, может, и девчонка, и вообще человек, но... похоже, ты понравилась Свече и Сумраку. Так что не волнуйся, они тебя не укусят.
  На мгновение кэссиди похолодела, вспомнив, как Тэниэль расписывал скверный характер сабель. А она-то на радостях и не подумала, с чем придётся скрестить свои! По лицу прочтя её мысли, парень с ободряющей улыбкой подтолкнул девушку в круг:
  - Правило всего одно: ты меня убиваешь, я тебя - нет.
  Аватар занял своё место и, полушутливо отсалютовав "сопернице", приготовился к позиции, но вдруг застопорился и потёр лоб рукавом, словно что-то стряхивая.
  - Ирэн, мы честно не хотим обижать или унижать твоего... Дана, просто в нём одном не смогут ужиться две сущности, он должен выбрать между волком и крысой.
  - А я-то крыса натуральная.
  - Нет. Но и не волк. Кэйларрэн объяснит, кто ты есть.
  - Ну хотя бы намекни! - взмолилась донельзя заинтригованная Ирэн, как никто иной понимая и разделяя расстройство волка, но Тэниэль непреклонно покачал головой:
  - Всему своё время и место. Сейчас у тебя тренировка.
  ...Ирэн вернулась с поздним северным рассветом. Тэниэль вымотал ученицу до предела, но мышцы пока не ломило - ягодки созреют к вечеру, так что кэссиди наслаждалась цветочками в виде приятной заслуженной тяжести во всём теле, манящей свалиться на топчан, раскинуть руки-ноги и на пару часов выпасть из реальности. Есть почему-то не хотелось, зато пить - просто зверски. По пути Ирэн немного остыла, ветер обдул вспотевшее лицо, но всё равно пришла в куртке нараспашку, и в доме от неё повалило паром как из термы.
  На топчане безмятежно дрых волк. Но, стоило двери скрипнуть, моментально навострил уши и открыл глаза. Ирэн залпом выпила ковш воды, шумно выдохнула и огляделась.
  - Ты прибрался! А гвоздь лбом забивал?
  - Ст-тупку в зуб-бы - и тррр... Т-ты бы видела, ч-чем я по-ууудмет-тал, - волк вильнул пыльным хвостом.
  - Меня Тэниэль тренировал и смотри, что подарил, - воодушевившись шуткой, Ирэн плюхнулась к Дану и разложила перед его мордой свою гордость.
  - Поу-уздрравляю.
  - И наш девиз "Без борьбы и доблесть увядает", смотри!
  - У Винтер-рр... бр-рата др-ругой.
  - Какой?
  Волк дёрнул ухом и зевнул во всю пасть.
  - Дан, на твоих клинках должен быть девиз вашего рода. Давай я передам его Кэйларрэну, пока не поздно.
  - Я - р-рр... р-рри-ин... заб-был.
  - Ринвейн - фамилия твоей матери, а у всех рас она даётся по отцу, так что ты - Винтерфелл, и девиз у тебя тот же, что и у брата.
  - Хех.
  - О-о-ох! - взвыла в потолок Ирэн.
  Часом спустя пришла пунцовая от кузничного жара Нэйдэ и многозначительно изрекла:
  - Да-а, хорошо потрудились, много!
  - Готовы? - встрепенулась кэссиди, турнув локтем невозмутимого волка.
  - Всё готово.
  - Что - всё?
  - Всё, - подмастерье тряхнула головой и с неописуемым выражением добавила, - абсолютенно! Идём, клан собирается на площади у Чертогов. Обычно Тай-Кхаэ"лисс прямо из кузни вручают, но ваш случай особенный.
  - А ничего, что он - так?
  - А можно по-другому?
  - Нет.
  - Тогда - так.
  Кэссиди не напрасно спросила, все аватары шли в эльфийском обличии, не разряженные как на праздник, но совершеннолетние поголовно с Тай-Кхаэ"лисс на поясе. Единственному волку среди них уступали дорогу даже старшие, некоторые снисходительно, однако, без издёвки похмыкивали: весть о новичке облетела всё селение, и, похоже, оборотни были искренне рады за возмужание своего, пусть и наполовину, сородича. Ирэн крутила на пальце перстень, молясь всем Ларам, чтобы Дан не вытворил чего-нибудь дико зверское.
  Небольшую площадь оцепили плотным - плечо к плечу - многорядным полукольцом. Кэйларрэн ждал на ступенях Чертогов, у ног его стоял массивный сундук; выше, за спиной мужчины расположились Вожди с семьёй. Нэйдэ покинула Ирэн, чтобы присоединиться к мастеру. Кузнец неподвижно ждал, когда чужеземцы приблизятся, только чуткие ноздри раздувались, а в глазах затеплились огоньки. И Дан вдруг шумно внюхался, повизгивая, потянулся к нему навстречу. Пришлось дёрнуть за гриву, чтобы успокоился.
  С последней их встречи с правящим домом произошла разительная перемена: Бриэллан и Аэллен, даже хромой дедушка Тэниэля смотрели на девушку как на привидение, внезапно явившееся к потомкам за семейной реликвией, проданной с молотка сотню лет назад. Адэль по обыкновению мило улыбалась, наследника распирало от плохо скрываемого самодовольства.
  - Мы рады приветствовать вас, гости племени, - кашлянув, каким-то деревянным голосом начал Вождь.
  - Приветствуем! - эхом поддержал клан.
  - Chairеde seys, espoudaes basylades. Ещё раз, - кэссиди не то, чтобы боялись, скорее, тревожились за первый, не больно-то тёплый приём на Совете. Что же такого наговорил правителям Кэйларрэн?!
  Дан вопросительно опустил левое ухо: барынька и тут всех построить умудрилась?
  Уважительный тон успокоил Бриэллана, и он передал слово кузнецам.
  - Минувшим днём мне было откровение, - Кэйларрэн торжественно воздел руки. - Она явилась и сказала, что Эданэль Винтерфелл готов стать волком и брать под крыло будущих щенков стаи Иллады Рэи Нэвемар. Так ли это?
  - Д-да, готов, - почти без запинки ответил Дан. Ирэн мысленно перевела дух: аватар с открытой пастью смотрел на сундук, глаза у него горели.
  Кузнец кивнул Нэйдэ, подмастерье продолжила гладко как по писаному:
  - Ты клянёшься в верности своему Вождю?
  - Клянусь.
  - Защищать стаю Вождя до последней капли крови?
  - Клянусь.
  - Следовать девизу своего рода?
  - Д-да... - волк поперхнулся, - клянусь. Над-дежда жива, пока живёт вер-рра в неё.
  - Тогда, Эданэль Винтерфелл, прими эти клинки в знак того, что ты берёшь ответственность за своё слово и клятву.
  Аватары не любили излишне долгих пафосных речей, в Скадаре церемонию на полдня растянули бы. Короткое, но ёмкое вступление, и в тишине брякнула крышка открытого сундука. Ирэн заглянула туда вместе с Даном.
  Всё-таки клинков было два. На коже, прикрывающей нечто объёмное, поверху лежали кривая сабля и длинный копьевидный кинжал с серрейтором в корневой части; фиолетовый аметист и огненно-рыжий топаз служили украшением. Тэниэль был прав, и Кэйларрэн проницательно выковал фактически копию украденной цикаты и съерта, пропавшего ещё в Катарине-Дей - оружия, с которым Дан обращался виртуозно.
  - Твоя правая рука - это отцова рука, рука аватара, - кузнец с бережной гордостью вынул клинки из сундука. - Мать была короткоживущей, поэтому левая не развилась полностью, но это не значит, что она не сможет защитить тебя и стаю.
  - Спасибо вам обоим. Это более, чем... невер-роятно, - волк благоговейно потянулся к клинкам лапой, затем мордой, сконфузился и сел. Увы, чуда не произошло, зверь остался зверем.
  Повисла неловкая пауза. Вряд ли традициями аватар предписывалось вручать Тай-Кхаэ"лисс в зубы, а не в руки. Тэниэль скосил на клинки страшные глаза. Ах, да, конечно! Если волк чего-то не может сам, это сделает за него стая - аватарье Нерушимое правило круговой поруки. С церемонной паузой Ирэн забрала клинки. И не уронила, хотя весили они раза в полтора больше ши"элси, даже не дрогнула!
  - Я и мой волк благодарны вам.
  - И надень стальную шкуру, пока твоя собственная недостаточно прочна для клинка и, тем более, магии. Мы вплавили в неё "мёртвое" золото, - Кэйларрэн отдёрнул на крышку сундука покрывало, оказавшееся подкольчужником.
  У кэссиди даже сердце зашлось. В утопических фантазиях она видела белокрылого мужчину в сверкающем доспехе, стоящего по правую руку от неё, уже кэссарицы, а где-то в лазурной дали гудел новый флот - и было это прекрасно! И вот в сундуке лежали кираса, шлем и наручи настолько искусной ковки, что все мечты меркли перед реальностью. Панцирь впрямь походил на вторую кожу, туго облепившую мышцы; шлем был непривычной для скадарских легионов конусовидной формы со стрелкой и кольчужной бармицей; чудесные наручи на кожаном подкладе - лиловый металл удивительно гармонировал с рунической вязью из серебра и драконьего золота, и, хотя Ирэн не умела читать по-эльфийски, шестым чувством она поняла, что на клинках и нагруднике выбит девиз. Девиз рода Винтерфелл.
  - Это всё нам? - не своим голосом пискнула девушка.
  - Вам, но пока это не всё, - довольно кивнул кузнец. - Вечером, я жду тебя в гости, вождь Иллада Рэя. А ты, Эданэль, к полудню приходи на ристалище, и все мы увидим, правду ты сказал нам или же солгал.
  - Пр-риду.
  - Зачем на ристалище? - удивилась Ирэн.
  - Чтобы из поединка все мы увидели, признали Тай-Кхаэ"лисс хозяином полукровку или отвергли. А ты должна решить, простить ли беглеца и принять обратно в стаю, - Бриэллан насупил брови на опасливо съежившегося Дана.
  - Я уже решила, простила и приняла!
  Волк прикусил зубами полу куртки.
  - Ир-рэн, всё пр-авильно, это - обр-рряд.
  - А если ты не успеешь сменить ипостась? Давайте отложим поединок до лучших времён!
  - Но такого никогда не было! - точёное лицо Аэллена вытянулось как банановая кожура. В толпе зашуршал возмущённый шепоток.
  - Надежда непременно сбудется, если Винтерфелл искренне поверит в неё. Если же нет, значит, твой полукровка просто выродок без стаи, без семьи и без имени, - сказала Адэль, как ножом по сердцу полоснула, и возразить на это было нечего.
  - Увидите, - глухо проронил волк, точно конь топнув передней лапой.
  - Посмотрим, - согласился хромой старейшина.
  
  ГЛАВА 7
  
  В предвкушении потехи аватарья детвора помогла утащить сундук к дому Нэйдэ. Все убедились, что у полукровки есть и крылья, и хвост, и ум, и теперь на поверке дня стоял животрепещущий вопрос: как он выглядит в двуногом обличии, на человека больше похож или на эльфа? Ирэн хранила интригу, представляя, какой сногсшибательный эффект произведёт жгучий смуглый брюнет среди поселения блондинов. Самой ей хотелось заглянуть в чёрные глаза, услышать неискажённый бархатистый голос, прижаться всем телом, и пусть мир подождёт.
  - Не подождёт, Ир-рэн, - пробормотал волк, когда их оставили вдвоём.
  - Ты читаешь мои мысли?
  - Нет, это дррругое.
  - А клинки?
  - Молчат. Они ж-шшивы, они слыш-шшат, но не хотят мне отвечать, - Дан пошевелил когтем саблю.
  - Давай наденем тебе шлем. Может быть, это их хотя бы рассмешит?
  Лучина прогорела слишком быстро, её заменили новой. К исходу часа волком вновь начала овладевать страшная апатия, а до полудня оставалось всего ничего. Мечущаяся по избе Ирэн сама себе напоминала рычащего загнанного зверя, надеяться и верить за обоих оказалось слишком тяжко. И что делать, если обряд не будет завершён? Плюнуть на аватар, на планы, телепортироваться втроём с Даном и Бантиком и начать всё с нуля? Ни за что.
  - Даже не думай, кэссид-ди. Тебе их отр-рряд нужнее, чем я.
  - Не мели чепухи, мне нужны все вы. Тем более, кроме меня только ты сможешь управлять пароходом, а хотелось бы прихватить с Фельсор парочку, - или не парочку, если взять на буксир. Невелико подспорье для боя в заливе Трёх Ветров, но Володя рассказывал о том, как в его мире люди выиграли сражение, разгромив гораздо более мощный и вдвое превосходящий численностью флот, тем самым положив конец войне. А ведь у них не было магического Колодца под рукой. (4)
  - Пр-ррактично, - усмехнулся волк. Ирэн показалось, что не того ответа он ждал.
  - Лучше подумай, почему Тай-Кхаэ"лисс с тобой не говорят.
  - Навер-ррное, они считают меня нед-достаточно Винтер-ррфеллом.
  Ирэн налила обоим молока, по мнению Нэйдэ, укрепляющего тело и дух.
  Очередная лучина упала в миску, над водой вытянулась и растаяла дымная струйка. Почти одиннадцать. До ристалища бегом добираться не менее двадцати минут. Дан безуспешно ковырялся в доспехе. Ирэн сжала кулаки. Проклятое время! Жизнь по часам никак не хочет отпускать. Нельзя бороться с тем, что по природе неизменно.
  Кэссиди прикусила костяшку. Да, время неизменно, а аватары по природе в обеих ипостасях спокойны, даже хладнокровны, с детства приученные к гармонии внутри себя. Характер Дана больше человеческий, его можно рассердить или обрадовать, удивить, обидеть и так далее. Вместе с тем, он парень надёжный, справедливый и рассудительный. То же самое Тэниэль говорил о Тай-Кхаэ"лисс, выкованных из металла, который получен в благодарность за доброе дело. Волк - скорее, зверь, преданный хозяину, у него мало общего с клинками, а должно быть полное слияние душ. Но если выдернуть наружу хотя бы краешек истинной сущности Дана, Тай-Кхаэ"лисс за неё зацепятся и, в свою очередь, помогут эльфу подчинить волка! Это почти удалось, когда он разозлился. Злить его снова или что-то иное попробовать, более действенное?
  - Ир-рэн.
  - Ммм?
  Влажный нос ткнулся в ладони.
  - Спасибо, что не бр-рросила меня, а тепер-ррь бор-ррешься, несмотр-рря ни на что. Подданные тебя полюбят.
  - Брось, мы с тобой в одной стае. Кстати, предложение короны ещё в силе.
  - Вр-рряд ли волку пойдёт кор-ррона.
  - А ты заметил, что твоя речь стала гораздо чище?
  - Да, но вр-рремени больше нет.
  Отпихнув волка, Ирэн выглянула в окно. Две группы ребят играли в снежки: одни бросали, другие уворачивались либо ловили их на сабли. Вроде, и делом заняты, и полукровку не проворонят. Девушка запалила новую лучину.
  - У нас целый час в запасе и, если ты прекратишь ныть, мы что-нибудь обязательно придумаем.
  Дан нежно лизнул рукояти клинков и опустил крышку. Подошёл к Ирэн, припирая её к столу: девушка попробовала обойти, но волк решительно загородил дорогу.
  - Аватар-ры пр-рравы, однажды я уже подвёл тебя из-за своей гор-рдыни. Я хотел вер-ррнуть твоё р-расположение пер-ред всем кланом, но, кажется, пер-реоценил себя. Извини, я снова облажался.
  - И что ты хочешь этим сказать?
  - Послушай, Ир-рэн. Аватар-ры не знают жалости к слабакам. Ты заслужила их доверие и уваж-шшение, но клан не станет помогать Вождю, котор-рый берёт в свою стаю ненадёжных выр-рродков. Ты сама меня пр-рогонишь и с аватарьим отр-ррядом завоюешь Фелл-Соллар. Так будет пр-равильно.
  - А ты?
  - Пойду в Р-рравенну, там и встр-ретимся.
  - Один? Через Сумеречный лес?!
  Волк отвернулся.
  - Д-да. Ир-рэн, я потерял надежду. Навер-ррное, вер-рил недостаточно искренне.
  - Тогда зачем ты взял клинки?! Зачем клялся?! Зачем согласился на заведомо проигранный поединок?! - усталость, недосып и напряжение последних суток слепились в бомбу и взорвались. Ирэн кричала так, что будь в окнах стёкла, а не слюда, вылетели бы с треском.
  - Там, на площ-щщади ты сияла как настоящая кэссар-рица. Кр-расивая, сильная...
  - Что ты несёшь?! Думаешь, я искала тебя два месяца, чтобы вот так запросто потерять?! Мне нужен союзник, а ты просто трус!
  - Я не тр-рус, - начиная сердиться, волк показал зубы. Этого Ирэн и добивалась, но сейчас её просто несло по накатанной, и должно было случиться невероятное, что смогло бы остановить кэссиди, прежде чем она выпустит пар.
  - Ещё какой трус! Ты обещал быть со мной до конца!
  - Я - не тр-ррус, ясно?! Пусть они считают выродком меня, но ты будешь сиять!
  - Ах, сиять?! Сия-ать?! - орала будущая кэссарица, размахивая кулаками. - Чтобы ты в сторонке отсиделся, а потом опять к моей славе присоседился?!
  - Да на кой ляд мне твоя слава?! - по белой шерсти пробежали грозовые искры. В сундуке заворочалось, топнул обитый медью угол. Перед глазами Ирэн поплыло, в том числе, и волк.
  - Трус и слабак!
  - А ты спесивая эгоистичная барынька! И какого лешего я тебя люблю?! - аватар захрипел и схватился за горло. Яростно воззрился на сундук. - Ах, вы-ы... с-с-суфлёры...
  И замолчал, на четвереньках стоя перед кэссиди. Звериное обличье сползало с него лохмотьями и таяло на полу. Отвалились и рассыпались крылья, змеёй истончился хвост. Зрачки расширились, заполнив радужку агатовой чернотой; взгляд из бешеного стал осмысленным, потом растерянным; руки затряслись, и парень растянулся плашмя. Сразу посветлело и в избе, и в голове Ирэн.
  - Может, ты встанешь? - попросила она. - Пол холодный всё-таки.
  Дан, всегда аккуратный и ухоженный, походил на нищеброда. Видимо, в силу уникальной аватарьей физиологии волосы отросли ниже плеч, но не шелковились, как обычно, а лезли в глаза спутанными сосульками. Хорошо хоть, благодаря той же природе бородища до пупа не вымахала. Парень с отвычки неуклюже отвёл с лица патлы. Похудел. Щёки впали, заострив скулы и нос, вокруг глаз синяки. Вслепую нашарив топчан, Дан с трудом взобрался и брезгливо уставился на собственные руки. Дыры на груди, левом рукаве и бедре открывали почти зажившие багровые рубцы; правый сапог выдержал зубья капкана, но щиколотка, судя по лёгкой хромоте, спасовала.
  Ирэн села напротив оборотня на сундук, откуда доносилось то ли ехидное металлическое покряхтывание, то ли хихиканье.
  - Заговорили?
  - Они назвали меня паникёром. И правда, что на меня нашло?
  - Просто устал. Ты ведь живой аватар, а не стальной голем, но меня это устраивает, - кэссиди потрепала Дана по колену. Отчего-то после таких признаний было неловко бросаться к парню на шею, да тот и сам конфузился.
  - Зато в голема можно встроить пару пушек, - аватар с хрустом потянулся и остервенело поскрёб спину. - Давай-ка слезай, пойду отстаивать своё доброе имя.
  - Дан, да ты труп ходячий! Тебе бы в баню, поесть и выспаться как следует. Может, отложить бой до завтра?
  - Ирэн, ты шутишь? Чтобы новый волк не пришёл на свой показательный бой? Тот аватар прав, такого никогда не было. И не будет.
  - А если тебя убьют?
  - Не убьют.
  - Покалечат?
  - Может быть, я же не регенерирую так хорошо, как чистокровные. Примешь в стаю меня одноногого, одноглазого или... Нет, это я, пожалуй, поберегу для потомков.
  - Дан!
  - Её Высочество хотела меня прежнего, так чем опять недовольна?
  Кэссиди не нашлась, что ответить.
  - Баня, поесть - всё потом. Только вот ногти состригу, а то и правда на зомби похож, - парень шлепком согнал Её Высочество с сундука. Ирэн обиженно скрестила руки на груди. Вот тебе и спасибо, добрый Вождь!
  - Между прочим, у твоего братца не было показательного...
  - А вот об этом ему не вздумай напомнить, иначе я сам тебя укушу за монаршую ляжку, - полушутя-полусерьёзно пригрозил Дан.
  Более-менее аватар привёл себя в божеский вид, умывшись и забрав волосы в низкий хвостик, и стал походить на зомби социально адаптированного, хоть сейчас в Школу Одарённых лекции по некрологии читать. Подкольчужник по колено скрыл дыры, сапоги выглядели сносно. Увы, чем больше Дан двигался, тем сильнее хромал, и тугая повязка плохо спасала. Из-за паршивого смерда Мирослава, перекусившего волку крыло, в лопатке стреляло, а левая рука немела. Раны, полученные в бою с волокодлаками, не зажили, когда пришлось телепортироваться с корабля, а теперь и ипостась сменил, окончательно их разбередив.
  - Ты уверен, что готов драться? - спросила Ирэн, помогая застёгивать кирасу.
  - Готов, Тай-Кхаэ"лисс помогут, - чуть помедлив, кивнул аватар. - Знаешь, я всегда думал, что голоса в голове не шибко полезны для здоровья, а сейчас они нашёптывают, как его лучше сберечь.
  - Ты им дал имена?
  - Нам ничего не нравится. Пока что будут Правый и Левая, а там само придёт.
  Вышли с небольшим запасом, чтобы не бежать, да и от поддержки Дан отказался. Шлем нёс подмышкой, и на солнечном свету стало видно, что лицо у него совсем серое, а лоб блестит от испарины, однако парень с непроницаемой миной поводил соболиными бровями на раскрывших рты детишек, даже почти не хромал. Оставалась надежда, что аватары сами перенесут поединок, увидев, в каком плачевном состоянии находится кандидат в полноправные волки.
  Не свезло.
  Аватары разместились за границей круга, все, включая Вождей, стоя. Навстречу новоприбывшим пошли кузнец с подмастерьем и Тэниэль. Дан замедлился и сразу споткнулся, скривившись от боли, но Кэйларрэн успел подхватить его под локоть и очень внимательно, даже придирчиво вгляделся в лицо.
  - Ты вылитый Дариэль, только масть другая.
  - Говорил я тебе, что Ирэн опасна. Своими волосами она превратила его в головёшку, - со знанием дела сообщил Кузнечику принц.
  - Мой Вождь любит хорошую прожарку. И яйца всмятку, - не вырывая руки, Дан улыбнулся Кэйларрэну не то смущённо, не то польщёно.
  - Не только масть, - заключил кузнец. - Эданэль, ты готов доказать, что достоин своей стаи и клинков?
  - Готов.
  - Тогда иди и докажи, - мужчина отпустил его, как показалось Ирэн, нехотя. И, судя по изменившимся лицам, не только ей. Неужели пожалел? Но если и так, это ни на что не повлияло. И шлем Дан не стал надевать, отдал Нэйдэ, выражая полное доверие противнику.
  Аватары расступались, пропуская новичка на арену, перешёптывались, подростки откровенно таращились - эффект превзошёл ожидания, а тот ступал с гордо поднятой головой, с виду величественно, но на деле берёг ногу. С противоположной стороны к нему приближался Аэллен, которого кэссиди невзлюбила с Совета за "выродка" и заносчивость. Этот щадить не станет, спасибо, если не искалечит. Затея с поединком нравилась всё меньше, кэссиди вообще терпеть не могла ситуации, которые не в состоянии контролировать.
  - Просто верь в него, - шепнул на ухо кузнец. - Ему это сейчас нужнее опыта.
  Дерзко выгнув бровь, Аэллен обнажил только одну саблю, на что Дан медленно покачал головой, похлопав кинжалом по бедру. Противник был только "за".
  - Дурак, - процедила Ирэн.
  - Молодец, - не согласился Кэйларрэн.
  Аватары встали вполоборота друг к другу, непроницаемо спокойные, сосредоточенные. Два полноценных клинка против сабли и ножа, чистокровный аватар против "уязвимой шкуры". Да, торс у Дана прикрыт, по голове его вряд ли рубить будут, но руки и ноги оставались беззащитными. Не очень-то честно...
  - Начали! - Вождь негромко хлопнул в ладоши.
  Ирэн усердно принялась верить.
  Первый же выпад Дана был сброшен скользящим ударом, вторая сабля подрезала колено, мощный пинок в живот отшвырнул из центра почти к границе круга. Кэссиди вскрикнула, приковав общее внимание, но никто не засмеялся и не осудил. Опираясь на не-цикату, парень поднялся и вернулся к позиции, уже открыто хромая. Дядя Тэниэля даже не поморщился, словно его сапоги были из того же диамантина, что и доспех.
  Верхний рубящий увяз в "ножницах"; выбив саблю из рук соперника, Аэллен рукоятью ударил в лицо, без замаха, кажется, даже без усилий, но Дан едва устоял на ногах.
  - Сдаёшься? - с улыбочкой поинтересовался подлец.
  - Нет, - и красный плевок на белом снегу.
  Дан начал "девяткой" с разворота, одновременно обороняясь, атакуя и отвлекая внимание на длинный клинок, в то время как левым готовился нанести решающий удар. Аэллен его раскусил, отбил оба, но на сей раз прошло больше времени, прежде чем противник задохнулся на снегу, получив и под дых, и длинный порез вдоль левого плеча. С одного взгляда оценив его состояние и давая время прийти в себя, аватар, чуть ли не насвистывая, отошёл к границе и воткнул саблю в лёд.
  - Сдаёшься?
  Но Дан встал. Шатаясь, тяжело переваливаясь с ноги на ногу. С подбородка капало, колено подтекало, из плеча вообще хлестало. Из-под сведённых бровей горели жёлтые злые глаза.
  - Прекратите это, пожалуйста, - Ирэн вцепилась кузнецу в руку.
  - Ни за что, - глухо и твёрдо вымолвил Дан. - Теперь ты нападай.
  Увы, тактика обороны удавалась не лучше нападения. Раны множились, несерьёзные, но болезненные, мешали и отвлекали, да и техника Аэллена была на порядок выше. Чистокровный гадёныш издевался, получая от этого видимое удовольствие: улыбка не сползала с самоуверенной рожи. В какой-то момент он утратил бдительность и схлопотал хор-рошенького такого кулака "в бубен", причём, с раненой левой руки: по-простому, по-мужицки, по законам кабацкой драки, а не честной дуэли.
  - Бей в репу! Мочи с правой! - заорала Ирэн, и вот тут кто хохотнул, кто зашикал. Но кэссиди ликовала: в аристократичной молодости Дана так же "учили" драться на кулаках в сельской харчевне.
  Парень отвлёкся и, естественно, пропустил удар. Сердце Ирэн - сразу десяток. Ей показалось, что Дан лежит без сознания или хуже того. Но он пошевелился, закашлялся. Перевернулся со спины на живот и встал на одно колено.
  - Сдавайся, - немного удивлённым тоном посоветовал Аэллен.
  - Нет.
  - Довольно! - Бриэллан поднял руку. - Мы увидели достаточно. Поединок окончен.
  - Это всё? Конец, да? - голос Ирэн дрогнул, но не оттого, что её аватар проиграл вчистую и не смог чего-то там доказать. Наконец его перестанут бить, а весь клан пусть катится лесом.
  - Ты не сдался, значит, уже не проиграл. Хороший удар, кстати, - Аэллен подал руку поверженному сопернику. Улыбка стала шире и куда теплее, превращая взрослого волка в ровесника Дана, такого же озорного и надёжного одновременно. По челюсти расплывался бланш, из разбитой губы сочилась тонкая красная нитка, добавляя ему странного обаяния.
  - Это - только начало, - усмехнулся и Кэйларрэн. - Если Вождь простит его и примет обратно в стаю, я сам займусь обучением.
  - Промаю! Тьфу, прощаю и принимаю! - кэссиди показалось, что она либо расплачется от облегчения, либо сойдёт с ума. Эти аватары с их традициями и правилами... да чтоб их всех, поганцев крылатых!
  - Тогда забирай свою стаю. Мы будем рады видеть в Чертогах вас обоих, - просто сказала Адэль, но как же много это значило и насколько дорого досталось.
  Ирэн бросилась на арену, расталкивая не успевших подвинуться аватар. Если бы не Аэллен, Дан не удержался бы на ногах, а о том, чтобы идти самому и речи не шло. Парню было совсем худо, в груди хрипело, он безостановочно кашлял и плевался. Девушка с ходу обняла его, одновременно подхватывая подмышки. Аэллен с понятливым хмыканьем отошёл. Ирэн смотрела на него, прижимая к плечу голову Дана: они действительно ровесники, оба ещё отчасти мальчишки, в серьёзной ситуации уже мужчины. И врагов здесь нет.
  Естественно, Данька гордо отказался "висеть на барыньке".
  - Ты отвергаешь помощь своего Вождя?
  Парень скрипнул зубами, но позволил себя увести.
  ***
  Пока Дан промывал порезы и штопал подкольчужник (кэссиди помогла бы, но чему не учили, тому не учили), явился Тэниэль и вручил аватару ремень из чешуйчатой кожи с рунической пряжкой. Сказал, от дяди. Ирэн заворчала, мол, лучше бы лекарств каких послал, правда, очень тихо: зачем держать то, в чём сам не нуждаешься? Впрочем, травяной сбор и мазь из водорослей принесла Нэйдэ. От Кэйларрэна, вместе с чистой одеждой и бельём. Кэссиди удивилась, затем вспомнила, что к кузнецу иногда приводили пленных людей. В "муравейнике" Дан не раскололся и не умер, но хрупкого человечка допрашивать куда сложнее.
  Не тратя времени попусту, Кузнечик затопила баню, а Ирэн отварила сбор. Дан выпил и задремал вполглаза с компрессами на груди и животе, но сразу вскочил, едва Нэйдэ объявила:
  - Я выпустила первый пар.
  Ирэн была совсем не уверена, что парню стоит сейчас лезть в парилку, но он так выразительно скрёбся... Пришлось положиться на всемогущий неверрийский "авось"! Кузнечик отдала Дану своё самое большое полотенце. Кэссиди происходящее радовало, но и коробило одновременно: в Скадаре поверженного гладиатора добили бы в девяти случаях из десяти, а эти как будто переживают за состояние проигравшего.
  - Нечему удивляться, - пожала плечами подмастерье. - Это была победа волка над крысой.
  - Нэйдэ!
  - Спасибо, - Дан криво усмехнулся, забросил полотенце на шею и вышел вон.
  Кузнечик стушевалась, пронзённая с двух сторон гневными взглядами и, как следствие, сломала язык:
  - Вы зачем злиться? Я просто говорить, что твой волк победить крыса в себе. Он заслужить принимать помощь клана.
  - Ну, знаешь... - Ирэн похватала сменную одежду и вылетела за Даном, успев ещё услышать Тэниэля:
  - Знаешь, Нэйдэ, порой ты бываешь хуже медвежути.
  Аватарьи бани походили на неверрийские, только просторнее, потолки выше, и духи-хранители в них почему-то не водились. А в целом - тот же пятистенок с предбанником за высоким порогом и парилкой, закопчённые брёвна, объёмный котёл на каменной печи.
  Дан сидел в углу, оцепив руками подтянутые к подбородку ноги. Услышав Ирэн, настороженно уставился поверх колен, такой несчастный, что хотелось утешить и приласкать, как маленького зверька. Погладить по голове, за ушком почесать... Злой смешок отшиб желание напрочь. Ирэн аккуратно сложила вещи в предбаннике, подняла сбитое сквозняком полотенце.
  - Не обижайся, Нэйдэ, как всегда, неудачно выразилась. Она имела ввиду, что ты стал настоящим аватаром.
  - Я не обижаюсь на тех, кто не умеет топить баню, им только посочувствовать остаётся. Поддай-ка парку, а то здесь окочуриться можно.
  По мнению Ирэн, привычной к сухому воздуху дворцовой термы, и жара, и пара было хоть отбавляй, но она не стала забирать у Дана его маленькую награду. Сделала, о чём просили, подбросила ещё дров, а себе набрала снега в кадку, чтобы посидеть в талой водичке, когда станет совсем невмоготу.
  Покончив с делами, разделась сама и подсела к аватару, осторожно - на пробу - погладила по спине. Он не просто похудел, а отощал. Позвонки выпирали драконьим гребнем, рёбра можно было пересчитать. Волк не умел охотиться, как вообще добывал пищу последние три недели?
  - Отбивал у более удачливых, иногда везло с гагарками.
  Надо что-то решать с этой непонятной телепатией. Неприятно, когда из твоих мыслей выдёргивают самое сокровенное.
  - Это не телепатия, а... в общем, трудно объяснить. Больше я в твои мысли не полезу, клянусь. Я и так узнал больше, чем хотел бы.
  - Ты как?
  Дан глубоко вздохнул, прислушиваясь к самому себе.
  - Ничего, только боюсь что-нибудь выкинуть. На луну завыть, окорок зубами разодрать, обнюхать чью-нибудь метку...
  - Здесь ты этим никого не удивишь.
  - Но я же не зверь.
  - Но и не совсем эльф, как все они. Тебе не понравилось быть волком?
  - Даже и не знаю. Волк живёт инстинктами, ему проще. Пожрал, поспал, конкурентов с территории прогнал, и хорошо, хозяйку нашёл - просто замечательно. А у меня в голове столько всего варится, что иногда выкипает. Волку трудно быть мной, а мне им слишком легко, чтобы удержаться от искушения остаться зверем навсегда, - страдальчески скривившись, Дан поскрёб шею. - Посмотри-ка, что у меня там между лопаток зудит, а то я в этом обличье дотянуться не могу.
  На коже ярко выделялась вишнёвая шишка, посередине которой торчал раздутый уродливый нарост. Поднеся свечу ближе, Ирэн потыкала его пальцем.
  - Похоже на тропического клеща, и ты его расчесал. Наверное, на фрегате подцепил с подстилки.
  - Я таскал на себе вашего клеща?! Буэ-э! - парня передёрнуло. - Вынь его скорей!
  Теплолюбивое насекомое даже в волчьей шкуре не вынесло неверрийских морозов. Узнав, что паразит, ко всему прочему, катался на нём дохлым, бедный Дан исплевался: от морской губки и отвара мыльнянки ничего не осталось.
  Распаренный аватар перебрался на лавку, вслух сожалея об отсутствии веников, Ирэн полезла в кадку. Немного пьянило от запаха можжевельника и чего-то солоновато-приятного. Девушка набрала полный ковш воды и вылила на голову ничего не подозревающего Дана: проверить, правда ли он вылез из её собственной. Под торжествующий хохот шалуньи парень подскочил, сонно моргая. Отжал волосы и свесился с лавки.
  - Та-ак... мне знаком этот многообещающий взгляд.
  Ирэн откинулась на "бортик" импровизированной ванны, принимая соблазнительную позу, и пальцами ноги погладила аватара по щеке.
  - Дан, то, что ты сказал мне утром...
  - Чистая правда. Я тебя люблю, - ответил Дан спокойно, как само собой разумеющееся.
  - Значит, ты станешь моим кэссарем?
  - А ты уверена, что хочешь видеть рядом именно меня?
  Будущая кэссарица вмиг протрезвела. Зачем спрашивать то, что неоднократно предлагалось? Сам же и кочевряжился.
  - Конечно, я это решила, ещё когда мы, ну... познакомились ближе.
  По-звериному грациозно оборотень скользнул к Ирэн, поймал за ноги и прижал подбородком, мешая брыкаться. Несмотря на худобу, он по-прежнему оставался невозможно привлекательным. Её аватар, её защитник, любовник и будущий кэссарь скадарский.
  - Ирэн, первый мужчина далеко не всегда становится последним. Может быть, пройдёт пара лет, и ты встретишь того, с кем действительно захочешь провести всю жизнь, а я тебе надоем.
  - Ты? Что за глупости, ты не можешь надоесть!
  - В детстве у каждого есть любимая игрушка, самая-самая, которую хочется всем показывать. У меня был берестяной орёл, который летал очень высоко и далеко.
  Девушка неуверенно кивнула, ещё не совсем осознавая, к чему клонит Дан. Ну, была такая, да.
  - И где теперь твоя?
  Ни с кем, кроме Володи, кэссиди дружбы не водила, но были дети придворных ки"сааров и ки"сури, с которыми приходилось играть. Богато одетые куклы с фарфоровыми лицами и шарнирными руками-ногами занимали высокие стеллажи. Целый легат крохотных всадников и пехотинцев в блестящих латах расположился на стенде в детской. Мягкие звери, обтянутые нежнейшим бархатом, заводные рыбки и птички, заморские волчки... Любимой была мальчишеская деревянная лошадь-качалка в боевой сбруе, с кручёной золотой гривой и хвостом. Со временем игрушки отправились по сундукам, потом вовсе куда-то пропали, а сломанная Басиледа (5) сгорела в отцовской домне вместе с другими, истрёпанными временем и детскими забавами; их место заняли домашние питомцы, оружие, модели кораблей и наряды.
  - Ты мои мысли не слышишь, а я знаю, что нравлюсь тебе. Но мне этого мало. Пусть идёт, как идёт, там увидим, чем всё закончится, - Ирэн открыла рот, но Дан зажал его ладонью. - Не спорь. Лучше поцелуй меня, потому что я тоже соскучился.
  Порезы, закровившие во время помывки, вновь обросли корочкой, синяки почернели и начали желтеть. В бане рассиживаться не стали, в снегу купаться тоже. Ополоснулись из кадки и вернулись в дом за руку, каждый погружённые в свои, неизвестные спутнику мысли. На столе ждал ужин, Тэниэль ловко пластовал мясо. Под столом Бантик умиротворённо давился олениной. Нэйде нравоучительно подняла палец:
  - Чтобы быть сильным, мужчина должен есть много мяса и пить оленье молоко с кровью и ка...
  -...кашкой, - поддержала Ирэн. Аватары расфыркались, но кэссиди было не до смеха.
  
  ГЛАВА 8
  
  Она не стала наедаться до отвала, только перехватила ломтик оленины, ведь в гости невежливо ходить как с пустым желудком, так и с набитым. После насыщенного дня и горячего ужина Дан провалился в сон, едва коснувшись подушки головой. Бантик свернулся в его ногах, освободив место на сундуке для Нэйдэ, в последнее время привыкшей спать в волчьей ипостаси, где придётся.
  - Здесь становится тесновато, - заметил Тэниэль. - Завтра наши гости переселятся в Чертоги.
  - Но...
  - Я не собираюсь отбирать у тебя подругу, Нэйдэ. И мои двери всегда для тебя открыты.
  Подмастерье молча кивнула.
  Ирэн внимательно посмотрела на неё, на невозмутимого Тэниэля и остановила взгляд на потенциальном отце своего будущего ребёнка.
  Чем её любовь хуже его?
  Мама тоже редко говорила отцу ласковые вещи, через полсвета искать точно не побежала бы, но у них родилась дочь, и оба остались довольны друг другом. А бабушка вовсе мужа с утра антиарисом травила, а вечером давала противоядие, чтобы, если заночует в чужой постели, там и сдох. И ничего, душа в душу жили, пока дед не умер, кстати, своей смертью: упал с лестницы и сломал шею. Володя с Вереей только притворялись супругами, между ними даже близости никогда не было, но все вокруг считали их счастливой парой.
  С Даном совсем иначе. Он не просто парень для конспирации, муж, от чьего кошелька ты зависишь, или правитель, выбравший именно тебя, когда ты сделала абсолютно всё, чтобы заполучить корону и положение. Ирэн сама могла купать его в почёте и роскоши, она действительно не представляла в своей постели другого мужчину - бери же, дурачок! А ему, видишь ли, "мало".
  Чего ещё надо? Хочет тискаться по всем углам, как братец со своей деревенщиной? Выглядит глупо и пошло, должно лелеять свою гордость. Особенно, кэссарям.
  Или планировать жизнь: в который банк деньги вложить, чтобы скопить на крохотный домик лет через десять? Кэссари о подобном не думают.
  Спорить, в каком гимназиуме лучшие учителя для будущих детей? Ха, даже комментировать нечего.
  - Эй, тебя ждёт Кэйларрэн, - Тэниэль пощёлкал пальцами перед носом девушки и нахмурился. - У тебя всё хорошо?
  - Да.
  - Давай, я тебя провожу, - предложила Нэйдэ.
  - Нет, останьтесь здесь, только не спорьте, а то Дана разбудите, - кэссиди нашла в себе силы улыбнуться. Оборотни переглянулись, но настаивать не стали.
  Вот аватары ведут себя достойно, все, вне зависимости от возраста - просто загляденье. Тэниэль и Нэйдэ знают, что предназначены друг другу, и это не выбор Богини или кого-то ещё, а их собственный. Мальчик найдёт такой способ надеть кольцо на палец своей Тай-Линн, чтобы она не посмела отказаться, это лишь вопрос времени. Он - будущий Вождь, он так решил, и точка.
  Ирэн корону предлагает, а не силком натягивает, кольцо Дана надела без возражений, аватар признался ей в любви, а, раз считывал её мысли, должен был отметить реакцию. Правители принимают любовь подданных как должное, но она-то искренне обрадовалась! И ему "мало"?
  Девушка зарычала облачком пара. Впереди ждут великие свершения, битвы, реформы, а собственный телохранитель и будущий муж засоряет ерундой голову и себе, и Ирэн. Эх, разнести бы берберианский флот как лабораторию на полуострове Плит! Кэссиди даже против компании бешеного алхимика c его взрывчаткой не возражала бы, пожалуй. И, кстати, он неспроста увивался вокруг Верреи. Позволял считывать эмоции, но сам к ней не лез ни в душу, ни под юбку, даже когда ишицу эксперимента ради поцеловала оборотня, сохранил своё обычное - придурковатое - выражение лица, хотя ему-то явно было мало. Но кицунэ знает, что ничего ему не светит, поэтому не докучает демонице. Хотя, показалось что-то... Да нет, глупости, Веррея прекрасно видит, что он ей не ровня.
  "Пусть идёт как идёт, там увидим, чем всё закончится."
  Ирэн шла не быстро и не медленно, а в самый раз, чтобы успокоиться и собраться с мыслями. Дан её не оскорбил и не обидел, но почему-то его слова, сказанные таким обыденным тоном, уязвили сильнее ссоры.
  "Первый мужчина далеко не всегда становится последним."
  Басиледа была первой лошадью и последней игрушкой.
  А маленький Дан плакал, когда пришлось расстаться с орлом?
  До сих пор ведь его помнит, как и эту... рабовладелицу. О ней-то ни одного плохого слова не сказал ни разу, хотя сам был для Адэланты просто игрушкой, которую можно купить, продать или выгнать вон, когда надоест. Правда, Дан обмолвился, дескать, бэя выставила его за ворота, когда начала стесняться своего возраста, но... он ведь её мысли не читал, так откуда ему знать наверняка?
  Красивый, умный, сильный, смелый - надо быть абсолютной дурой, чтобы отказаться от такого мужчины. А как он будет смотреться на гобелене, в доспехе, с Тай-Кхаэ"лисс и парой охотничьих собак возле ног!
  Конечно, Дан одумается. Просто он очень устал, вот и...
  "В детстве у каждого есть любимая игрушка, самая-самая, которую хочется всем показывать."
  Но это вовсе не показуха, а гордость за мужа, отца своих детей, ведь, в первую очередь, браки строятся на том, чтобы супруги были друг друга достойны, особенно, правители. Иначе подданные поймут, что они - не ровня, будут шептаться за спиной...
  - Дан! - опомнившись, Ирэн поняла, что привлекла внимание, и, ускорив шаг, очень громко подумала:
  "Дан!"
  Но он спал, а, если и проснулся, то сдержал клятву больше не подглядывать за мыслями Ирэн.
  "Я и так узнал больше, чем хотел бы."
  Ну что такого страшного он там узнал? Чего ему, демоны побери, "мало"?!!
  "Дан, поговори со мной!"
  Вот бы самой узнать, чего именно не хватает Дану, и не из его недомолвок и намёков, а залезть прямиком в голову, хорошенько там покопаться и выбросить лишний хлам. Увы, Ирэн не понимала, как это сделать.
  Хотелось повернуть обратно, растормошить парня и заставить его во всём признаться начистоту. Но это будет выглядеть глупо и пошло. Будущая кэссарица не должна так себя вести.
  ***
  - Действительно, глупо, - пробормотал Дан и отвернулся лицом к стене, еле сдерживаясь, чтобы не врезать по ней кулаком.
  Вот теперь - точно отбой.
  ***
  Даже при закрытой двери от дома кузнеца веяло теплом, таким умиротворяющим, что Ирэн понемногу начала успокаиваться. Неудивительно, что к нему ходят на исповедь, как к священнику. И Кэйларрэн точно знал, чем угостить каждого гостя: на столе, кроме традиционного мяса и водорослей, было кое-что ещё.
  - Хлеб?! Соль?!
  - У людей так принято встречать, насколько я помню. Мой охотничий трофей с моря, как и это, - аватар поставил в центр стола бутылку вина со скадарской марочной этикеткой, разлил по бокалам - хрустальным, не деревянным. - Немного красного вам будет даже полезно. Осмотрись, пока я не закончил накрывать.
  Ирэн удивилась, с чего вдруг Кэйларрэн "выкнул", но виду не подала. Получив официальное разрешение, она с бокалом в руке пошла вдоль стен. Из котла валил пар со знакомым, но не вспоминаемым запахом, язычки пламени отражались в янтарных глазах оленя-коряги и рассыпались по напитку со вкусом винограда и южных фруктов. Роза из чугунины даже при ближайшем рассмотрении казалась настоящей, просто необычного цвета. В изголовье топчана висела камея размером с ладонь, незамеченная в прошлый раз. Белый мрамор, золотая и цветная смальта. Молодой остроухой женщине в центре геммы подошла бы оправа богаче, чем поделочный камень и крашеное стекло. Взгляд прямой и дерзкий, правая бровь надломлена, из высокой причёски выбился непослушный локон. Непростая девушка, должно быть, из семьи Вождей либо Королей.
  - Прошу к столу, кэссиди, - позвал Кэйларрэн, и камея вылетела из головы, как только Ирэн увидела последнее блюдо.
  - Рис?! Вы обвиняли в колдовстве меня, но настоящий кудесник здесь вы!
  - Благодарю, но это - всего лишь добыча, - мужчина разложил по тарелкам мясо, приправил рис какой-то пряной подливой. - Тебе понравилось тренироваться с Тэниэлем?
  - Очень, - прожевав, кивнула Ирэн. На парня можно положиться в трудной ситуации, подурачиться с ним или просто поболтать, притом, на равных, для кэссиди он стал лучиком тепла на севере.
  - Я рад, что вы подружились. У тебя есть ко мне вопросы?
  - Всего один. Что здесь происходит, о чём я не знаю?
  - Хороший вопрос, ёмкий. Но, прежде, чем я отвечу на него, поднимем бокалы за настоящее чудо. За тебя, кэссиди, - хрусталь мелодично зазвенел в подтверждение, что Кэйларрэн не шутит. Аватар, проживший на свете более тысячи лет, счёл за честь принимать в гостях двадцатилетнюю девчонку. - Вэльран и Тириэль нашли тебя не случайно. Незадолго до твоего появления здесь ко мне приходила она.
  - Саттара?
  - Нет, Альтея. Пресветлая Богиня давно не жалует нас вниманием, - голос бывшего служителя Двуликой даже не дрогнул, но Ирэн поняла: разлад с Богиней он проглотил, но привкус никогда не исчезнет. Ведь сама его выбрала, лишив возможности продолжить род, а потом живая игрушка посмела заартачиться, и Саттара её выбросила и забыла. - Альтея сказала, что скоро в наши земли придёт чужестранка с огненными волосами и с ней крылатый зверь. Мы должны принять их и выслушать. Наши разведчики нашли вас, но Эданэля не заметили и дальше искать не стали.
  - Они нашли, что хотели - рыжую иностранку и зверя. С Бантиком, полагаю, вам поговорить не удалось.
  - Отчего же? Удалось, правда, узнал я немного: не так просто общаться с юным животным, тем более, заколдованным. Он сказал, что вы прилетели с моря и что с вами был третий. Тэниэль сам вызвался присматривать за тобой.
  - И вам докладывать.
  - Разумеется. Он понял, что ты ищешь друга, и это подтверждало сведения от мантикэра. Я уговорил Вождей дать тебе полную свободу, и, чем дольше наблюдал за тобой, тем больше убеждался, что ты действительно, - Кэйларрэн осторожно накрыл руку Ирэн своей горячей ладонью, - берегиня. Я прошу прощения за весь наш клан, если мы чем-то тебя обидели.
  - Ой, бросьте! Я сама не всегда была вежлива! - отмахнулась кэссиди, вспомнив разбитую плошку Нэйдэ и попытку подкупа Совета.
  - Вожди, не говоря уже об остальном племени, слишком молоды, чтобы с первого взгляда узнать берегиню, а отец клана, напротив, слишком стар, чтобы вспомнить. Однако, все знают, что ссориться с вами чревато.
  - Почему?
  - За вами стоит сама Душа Мира.
  Будь кузнец человеком, Ирэн решила бы, что он пьян или спятил. Из легенд и песен Ирэн усвоила, что берегини были кем-то вроде дриад, охраняющих заповедные места, и наложить собственное "я" на образ босоногой девы, с песнями скачущей по лесу в легкомысленном платьице, никак не получалось. Да, она чувствовала свою избранность, связь с Альтеей и Илладой-Судьбой, но берегиня - это уже слишком...
  Девушка плавно качнула бокалом туда-сюда. Вино стекало по стенкам, алое, как кровь, как ярость, как предвкушение боя. Тогда в доме тоже пахло варёной олениной. Отравленной антиарисом.
  
  Вышью по снегу рябиной,
  Боги, духи, берегини ―
  Всех вплету в узор нетканый,
  Пусть хранят тебя отныне...
  
  Старинную неверрийскую песню "Ворожея" Дан пел перед схваткой с вурдалаками, и берегини в ней стояли особняком от духов-хранителей.
  - Кем были берегини?
  - Давно, ещё во времена княжеств, среди людей жили особенные женщины, избранные Душой Мира. Они были близки и к ведьмам, и к духам-хранителям, но не являлись ни теми, ни другими. Каждую берегиню Альтея наделяла собственным даром. Одни могли примирять врагов, другие исцелять, третьи понимали язык животных и растений. Кто-то оберегал деревни, кто-то - целые княжества, не пуская в них лихо и порчу. Потом Альтея решила, что люди стали достаточно рассудительными для того, чтобы самим распоряжаться силой, а не просить её, и появились либры. Одарённые начали объединяться, и вскоре магов стало в десятки раз больше, чем ведунов и берегинь, вместе взятых.
  - И маги истребили конкурентов, - как будущая кэссарица, Ирэн их понимала. Принцип меньшего зла: без крови войны не выиграть. Сама по макушку замарается, оставив позади трупы и сирот.
  - Последняя берегиня обладала секретом живой и мёртвой воды, поэтому продержалась дольше остальных. Её звали Велена Ожегодская, государыня княжества, откуда родом твоя добыча. Когда ты принесла этот металл, я окончательно убедился в том, кто ты есть. Такие подарки с неба в руки не падают, Альтея хотела, чтобы именно вы получили особую защиту. Диамантина хватило на всех вас...
  - Но Велена была феей или кем-то вроде того, а я просто человек!
  - Велена была ведьмой. Она тоже сомневалась, ошибалась и кровь проливала. Даже став берегиней, ей приходилось не только миловать, но и казнить, ведь она оставалась человеком. Сама Альтея никогда не убьёт живое существо, но мы без этого просто не можем хранить равновесие в мире. Такими нас создали, и это тоже закон мироздания.
  Ирэн почувствовала опустошённость с изрядной примесью обиды. С детства она чётко знала, что такое долг: перед государством, перед короной, перед самой Альтеей. Строила планы, просчитывая каждый день своей жизни вплоть до скорой смерти. Конец Совета Семерых, реформы, достойный муж, который вырастит нового правителя после кончины жены. Но почему Альтея сразу не предупредила, что готовиться надо к большему? Почему допустила мамину смерть? Почему позволила отцу сойти с ума? Почему сама Ирэн родилась больной и двадцать лет мучилась приступами? Душа Мира могла бы сделать поблажку для своей избранницы, и если это всё было проверкой на прочность, то... так нечестно. Жестоко. Остаётся надеяться, что награда ждёт победителя, и новый статус даст прожить хотя бы нормальный человеческий век. Только что должна делать берегиня и как себя вести? Может быть, они ели только фрукты, пили цветочный нектар и говорили стихами? Вряд ли. Едва ли та же Велена, государыня и берегиня одновременно, вела себя как полная дура, к тому же, покровительница кузнецов и охотников определённо была женщиной властной и жёсткой. Это подходило Ирэн больше образа нектарно-фруктовой феи.
  Травой не насытишься, люди едят мясо и пьют вино, чтобы быть сильными. Они такими созданы.
  - Просто будь собой и чаще слушай сердце, - проницательно шепнул Кэйларрэн.
  - В чём мой дар и что я должна беречь?
  Мужчина сплёл пальцы под подбородком. До чего же удивительные у него глаза, не просто на тебя смотрящие, а видящие вглубь, в самоё сердце, но не холодные как кинжалы, а тёплые, медовые.
  - Ты - берегиня-объединительница. Собираешь осколки старого, строишь из них новое и вдыхаешь в него свой огонь, как Альтея - жизнь. Пока ты стоишь на первой ступени, но придёт день, когда за тобой последуют миллиарды, какой бы путь ты ни выбрала.
  
  И шесть народов, возжелавших славы
  Начнут последний беспощадный бой.
  Но только тот, кому дано с рожденья право
  Его исход оставит за собой.
  
  Люди, эльфы, орки, гномы... Метаморфов сам император объявил отдельной равноправной расой, от аватар отказалась Саттара, и к нации эльфов они больше не принадлежат. Шесть народов, участвовавших в Скадаро-Неверрийской войне. Шесть народов, снова в неё втянутых.
  Значит ли это, что Ирэн решит участь их всех? Действительно ли имеет на это право? Дан, Тэниэль, Нэйдэ...
  - А что до твоего предназначения... Может быть, ты должна беречь мир и равновесие в нём. Может, наших детей, чтобы народ аватар не покинул этот мир навсегда. Может, того, кто живёт внутри тебя. Или всё вместе.
  Дан, Тэниэль, Нэйдэ, Кэйларрэн, не раздумывая, пойдут за кэссиди в последний бой - беспощадный...
  - Что? - Ирэн показалось, будто она ослышалась. - Живёт... внутри?..
  - Ты не знала? - непритворно изумился кузнец.
  - Нет, - девушка сцепила руки на плоском ещё животе.
  Она прекрасно себя чувствовала, по утрам не тошнило, а отсутствие ежемесячных женских неприятностей Ирэн списала на акклиматизацию и жизнь на оголённых нервах.
  "Воин должен хорошо кушать, чтобы быть сильным. Ты и сама стала есть больше."
  Да, и ещё тянуло на солёное и кислое. Мама, будучи на сносях, постоянно требовала солёной рыбы, а лимоны грызла прямо с кожурой.
   "В тебе просыпается наша кровь, Ирэн, кровь аватар."
   "Откуда ей во мне взяться?"
   "Тебе лучше знать."
  Но она не знала, не знала! Дура, столько намёков было, а она их не поняла!
  Вспоминая маму, Ирэн была уверена, что забеременеть удастся ещё нескоро и непросто.
  Это случилось одиннадцатого числа первого месяца зимы, что неверрийцы именуют снегоставом. Та единственная ночь в лесной сторожке, проведённая только вдвоём. Потом напали вурдалаки.
  - У тебя будет сын, берегиня.
  Сын... "Мой сын", - у этого слова был чудесный вкус цитруса и мяты, свежий, немного терпкий, как ветер с Терракотового Плато, где некогда жили драконы.
  В ту ночь над миром проезжал звёздный всадник Лучник, значит, мальчик будет рождён под знаком Мантикэра, кэссарем станет властным, но внимательным к подданным.
  А Дан - натуральный Рак. За своё любого клешнями напополам перекусит, в добычу вцепляется намертво... если назад вдруг не попятится. Вот как сейчас.
  - Откуда вы всё знаете?
  - Я начал чувствовать это, когда перестал зваться подмастерьем и занял место Кэйларрэна у своей наковальни. Жизнь, что зарождается рядом. Ведь придёт время, и я буду ковать Тай-Кхаэ"лисс для нового волка клана. Когда ты только появилась, я почуял в тебе след родового проклятья, чёрного, очень редкого и древнего: каждый последующий потомок жил меньше предка, прежде чем род не пресекался окончательно. Тебе оставалось не больше пяти лет, но кровь аватар полностью исцелила твою. Теперь ты проживёшь долгую жизнь берегини.
  Долгих лет жизни, кэссиди! Здоровья вам! И простое - здравствуйте. Раньше эти пожелания хлестали как пощёчины, теперь же...
  В глазах защипало, но Ирэн смогла сдержаться. От счастья не плачут, от счастья смеются.
  Девушка просто улыбнулась. А хотелось расхохотаться в голос и сплясать таларику Хекте назло. Вот так, получай вечно рыдающая белая богиня! Не задуть тебе свечу, не обрезать нить жизни, и пламя с фитиля разойдётся по всей Мировой Паутине - ого-го!
  "Дан, ты слышишь нас?"
  Тишина. Но теперь она никогда не будет синонимом одиночества. Потому что внутри растут крохотные ручки и ножки, которые начнут толкаться. Потом Ирэн услышит голос, заглянет в глазки. Это будет самый чудесный на свете малыш. Маленький мальчик, похожий на папу, сильный, храбрый и верный волчонок, он вырастет красавцем и умницей.
  Вот так просто завёлся в животе и сразу спас маму. А Дан не смог вылечить свою, потому что она заболела уже после рождения сына. Бедный... Но если бы он остался с матерью и не пошёл странствовать, в конечном итоге попав в опочивальню кэссиди, всё сложилось бы совершенно иначе, и Ирэн была бы обречена. Судьба это или случайность? Уже неважно.
  Важно, что род кэссарей, заклятый на вымирание, будет жить и процветать. Кем был тот или та, проклявший бабушку Клео с такой злобой, что ни целители, ни даже Одарённые не смогли обнаружить следов колдовства? Отвергнутый поклонник? Обманутая клиентка? Ребёнок, чья мать отравила отца зельем Клео и была за то казнена? Возможно, величайшая скадарская преступница действительно заслужила жестокой смерти, но спасибо Альтее, что дала потомку шанс искупить грехи предка. Это святой долг берегини.
  - Кто-то ещё знает о ребёнке?
  - Новая жизнь - счастье для каждого аватара, даже если он из другой стаи. Ты сама должна принести в клан эту весть, и все мы будем радоваться вместе с тобой.
  Ирэн помотала головой.
  Дан, такое хорошее имя... Дар, который был дан Душой мира умирающей девушке, оказался большим, чем та могла желать для себя. Долгая жизнь, здоровый ребёнок, любящий мужчина рядом... Пока рядом. Он тоже заслуживает счастья, и, если считает, что кэссарица скадарская не может дать счастье ему, пусть будет свободен от клятв. Меньше всего Ирэн хотела, чтобы аватар согласился надеть корону только из-за сына. Пусть решает, пока ещё осталось время. Тик-так, тик-так...
  - Никто не должен знать. Даже Дан.
  Аватар отшатнулся от собеседницы, словно от прокажённой. Тепло из глаз выветрилось как в дымоходную трубу, янтарное пламя обернулось ледяным осуждением - большего гнева на берегиню Кэйларрэн себе позволить не мог. Мужчина взял себя в руки - точнее, в кулаки, одним из которых сжал тонкую ножку бокала. Хрустальная крошка брызнула во все стороны. Кузнец без сожаления смахнул впившиеся в ладонь осколки. Боль его успокоила, она для аватар - дело обыденное.
  - Ирэн, он - отец...
  - А я мать, и я знаю, что будет лучше для нас троих, - девушка звонко хлопнула по столешнице опустевшим бокалом. - Вы сами сказали мне слушать сердце, а оно велит поступить именно так.
  Кэйларрэн задумчиво подцепил ногтями последний, особенно занозистый осколок.
  - Странные вы существа, люди. Впрочем, он сам всё узнает. Когда две половинки сплетаются в единое целое, они могут общаться без слов и делиться жизненной силой, даже если один из них уже ушёл за грань.
  Делиться жизненной силой... Это нелегко, если ты - всего лишь больной человек.
  Когда на Дана напал взбесившийся миелл-тьярр, Ирэн это почувствовала. Её скрутил приступ, но организм аватара хотя бы отчасти смог побороть паралитический яд. Это раз.
  В лесной сторожке Ирэн провела обряд над умирающим парнем, чтобы шагнуть вслед за ним за границу жизни. Кэссиди добровольно поделилась с Даном своей кровью и сама едва не погибла - это был самый страшный, последний приступ болезни. Два.
  Телепортация в Сумеречье... Вот дура! От Триш, настроившей либр на каскадный портал, Ирэн знала: раненых и беременных перемещать категорически НЕЛЬЗЯ. Плод стал достаточно большим, чтобы воспротивиться магии, рвущей саму материю мира, так что придётся на время забыть про кулон. К счастью, на обратном пути девушку встретил волк и уже сам поделился аватарьей жизненной силой. И три.
  - С чего вы взяли, что я - его Тай-Линн? - кузнец выразительно посмотрел на правую руку кэссиди, и та поиграла пальцами, любуясь подарком. - Ах, перстень? Но это - не кольцо аватар.
  - Откуда ты знаешь?
  - Его подарила Дану его бывшая, - признавать, что у аватара могла быть другая женщина, возможно, когда-то любимая, было неприятно, - знакомая.
  - А она где его взяла?
  Ирэн молчала. В антикварной лавке, Дан так сказал. Уж больно бэе Адэланте понравился старинный рубиновый перстень из чернёного серебра.
  - В семьях аватар как правило рождается двое детей, мальчик и девочка, так было задумано Пресветлой Богиней. Кольцо переходит по наследству от матери к сыну, но что, если он посвятит жизнь служению Саттаре, как я? Тай-Линн у Кэйларрэна никогда не будет. Кольцо уйдёт, чтобы снова вернуться в семью, когда придёт время.
  На памяти Ирэн перстень пытались похитить дважды. В первый раз атэ"сури Геллера Таннаис, когда Дана упекли в муравейник. Но его нашёл Бешеный Лис и вернул владельцу. Во второй - озверевшие селяне из деревни кровопийц. Они забрали цикату и обрезали Дану косу, однако кольцо снять не смогли, а отрубить с пальцем не успели, вмешалась Ирэн. В её руки перстень дался без проблем. И на допросе защитил мысли от неверрийского ментата.
  Сколько же сотен лет оно путешествовало, похищалось и отбиралось, покупалось и дарилось, терялось и находилось, дожидаясь момента, чтобы вернуться в семью уже навсегда?
  - Вы его выковали?
  - Уж точно не я, - кузнец кашлянул-усмехнулся.
  - А кто, знаете?
  - Конечно, но его имя ничего не скажет ни тебе, ни Эданэлю. Даже по моим меркам кольцо очень старое, Нэйдэ приняла его за простое украшение, пусть и эльфийской работы. Но я просто не мог не вспомнить его.
  - Чем оно...
  Кэйларрэн прервал её вежливым, но уверенным жестом.
  - На сегодня, пожалуй, достаточно разговоров, всем вам троим нужно отдохнуть. Всё остальное вы с Эданэлем узнаете завтра на открытом совете клана. И лучше бы ты... - аватар поднялся из-за стола. Было очевидно, что беседа, так прекрасно начатая, стала ему в тягость. Девушка знала, как эльфы-оборотни относятся к потомству, и в его глазах её решение выглядит не просто странным, а противным любым законам, устоям и моралям. А Ирэн так не хотелось и во второй раз уходить от Кэйларрэна непонятой. Однако выпроваживать её под локотки аватар не спешил. - Я сказал, что диамантина хватило на всех вас. Альтея наказала выковать это - защиту для тебя и вашего... твоего первенца.
  Латы. Ну конечно. Точная копия тех, что выковали для Дана, только подогнанные под женскую фигуру и - Ирэн навскидку примерила панцирь - облегчённые.
  У неё были доспехи, и не одни, но чисто как предмет декора и статуса будущей кэссарицы-заступницы. Она надевала их лишь по особенным праздникам, очень неохотно, считая, что броня хорошо сидит только на мужчине. Эти носила бы постоянно.
  
  И первый Повелитель, снявший латы,
  Дань соберёт с могущества времён.
  Из праха лет воскреснет зверь крылатый
  По воле той, кто с ним навек сплетён.
  
  Аватары? Аватары.
  Значит ли это, что от доспеха нужно сразу отказаться? И "дань времён" сама свалится с неба, угу. Прямо сейчас. Саттара пришлёт точно по темечку пару наколенников.
  - Спасибо. Этот доспех - как раз то, чего мне не хватало.
  - Я рад угодить берегине, - Кэйларрэн почтительно улыбнулся одними губами.
  Свёрток получился на удивление компактный и лёгкий, хотя кузнец заверял, что вес на прочность диамантина не повлиял. Аватар всё с той же бесстрастной предупредительностью помог Ирэн надеть куртку. Гордость гнала кэссиди прочь. Сердце подсказывало остаться.
  - У меня к вам один вопрос. Что, если одна из половинок не может слышать другую?
  - Среди avatte d"Shaattar такого никогда не было и не будет, - твёрдо ответил кузнец, затем пожал плечами. - Но если бы дело касалось людей, я сказал бы, что эта половинка хочет слышать только себя.
  Ирэн топталась на пороге, встряхивая куртку. Кэйларрэн не понукал, терпеливо ждал.
  И кэссиди отважилась растопить лёд.
  - У меня к вам ещё один вопрос, последний. Это касается берберианцев...
  Кэйларрэн знал достаточно о береберианских обычаях. Ирэн пришлось снова раздеться и задержаться. Они ещё немного выпили, даже поспорили, прежде чем кэссиди убедила аватара в своей правоте.
  Когда пришло время прощаться, тепло вернулось в глаза кузнеца. Ирэн вновь замешкалась у двери.
  - Ещё "всего один" последний "последний вопрос"? - оставшийся за убранным столом мужчина поднял выбеленные огнём брови, полумесяцами сияющие на загорелом лице. Уел так уел!
  - Нет, я хотела сказать спасибо за ужин, надеюсь, не последний. Хотела бы поблагодарить согласно вашим обычаям, если вам, конечно, доставит удовольствие гонять по всему побережью визжащую рыжую чужестранку.
  - Я бы не посмел обнажить клинки на берегиню... Кстати, тебе нужен сундук под доспех? - Кэларрэн выжидающе подпёр кулаком подбородок. Это выглядело столь комично, что кэссиди наконец рассмеялась в голос.
  - Нет, уверена! Ни обычный, ни, тем более, "особенный"!
  - Тогда будь предельно осторожна, берегиня.
  - Обещаю. Знаете, в книгах мудрецов древности всегда представляют немного чудаками. Теперь я убедилась, что это правда.
  - Мой род вообще славен чудаками.
  ...То ли доспех прижимался к животу, то ли живот к доспеху - им обоим было уютно. На дорогу Ирэн не смотрела, она сама ложилась под ноги быстрой уверенной змейкой. Кое-кто из старших, видимо, просвещённых, аватар склонял голову, кэссиди охотно кивала в ответ. Клан в полторы сотни воинов, дышащий как единый организм. Кто-то останется на Фелл-Соллар навсегда...
  - Мама, - Ирэн подняла лицо к небесному змею.
  А ведь Кэйларрэн с самого начала догадывался о много большем, чем раскрыл даже сейчас. Он узнал работу другого кузнеца, сделал выводы о том, кем должен быть отец ребёнка и что за друга ищет во льдах рыжая чужестранка, но ни с кем и словом не обмолвился, включая Ирэн, позволив ей самой протаптывать дорогу берегини.
  "Ты станешь моим кэссарем?"
  Именно этого оказалось мало. Не те слова были сказаны. Дан полюбил не корону, а девушку, что её наденет. Но как бы аватар ни был дорог ей, берегиня и будущая кэссарица не имела права отказаться от Венца Стихий ради него. Да и не хотела, если честно. Кэйларрэн прав, она должна оставаться собой.
  О ребёнке Дану знать незачем, и это правильно. Сперва пусть решит, действительно ли хочет видеть Ирэн своей последней женщиной и матерью первенца, или же по-прежнему считает её "спесивой эгоистичной барынькой", которую леший знает, за что полюбил.
  К тому же, начнёт опекать сверх меры, при штурме Фельсор будет нервировать и сам потеряет бдительность. Или вовсе отговаривать. А, хочешь не хочешь, но придётся лезть в самое пекло. Принцип меньшего зла должен сработать, и, демоны подери, жаль, что это зло не удастся свести к нулю.
  Крылатая волчица на сундуке в обнимку с мантикэром - за право рисовать эту картину передрались бы все прославленные скадарские живописцы. Дан настолько вымотался за прошедшие сутки, что даже ухом не повёл, зато Нэйдэ и Бантик как по команде подняли головы.
  - Ты грустная. Ужин снова не удался?
  - Наоборот, всё прошло прекрасно. Я многое выяснила... даже больше, чем хотела бы, - Ирэн почесала за ухом льнущего к ногам киса. Затем подтолкнула его к сундуку. - Иди туда. Спокойной ночи.
  Сев на топчан, девушка нежно провела ладонью по худой щеке.
  "И где теперь твоя?"
  Кручёный спиралью золотой хвост... Тонкие копытца на двух гнутых полозьях... Искры рассыпаются по белой бархатной шёрстке...
  Протянуть руку, выдернуть из огня! Но уже поздно.
  "Иллада, ты уже взрослая для игрушек. Хочешь, я подарю тебе другую, настоящую лошадь?"
  Ирэн хотела и получила её, великолепную минорскую кобылицу, тоже белую и грациозную, с волнистой бледно-жёлтой гривой. Она ржала и фыркала, ела не понарошку, её можно было расчёсывать и выезжать в парке, и девочка искренне полюбила Миралиссу.
  Но это была другая лошадь.
  Юркнув под одеяло, Ирэн перебросила руку аватара через талию. Было спокойно и тепло, но хотелось заплакать.
  
  ГЛАВА 9
  
  ...- Как... перебили?
  - Подчистую извели, и детей не пощадили... Л"лэрд, вам нехорошо?
  Не грязный пол корчмы, а весь мир ушёл из-под ног. Сердце сжалось до размеров напёрстка, дыхание перехватило, лица вокруг расплылись кляксами. Дана усадили на табурет, поднесли стакан воды, подавальщица принялась обмахивать его фартуком.
  Ну почему, почему он не раскрылся перед отцом, когда была такая возможность?..
  - Пять лет. Я искал брата пять лет.
  А до того ещё столько же - неведения. И такой же случайный разговор всё в той же "Кабаньей голове".
  - Не-э, один всё ж уцелел! Его кто-то из солдат к себе забрал.
  Солдат оказался десятником... или сотником? Да нет, вроде из вольных ополченцев был...
  В конце концов Дан узнал, что человека звали Берен, и жив ли он - неизвестно. А сколько этих Беренаров, Береников, Бербенов было в спасательном войске, отправленном на побережье Себерского перелива? Не такое уж редкое имя...
  Поиски усугублялись тем, что ребёнка видели очень немногие, после и среди них пустили шепоток, дескать, он умер от ран. Солдат отбыл в неизвестном направлении. А был ли мальчик?
  Но Дан верил всему вопреки..
  Сотни оббитых порогов, десятки взяток, пять лет поиска - всё ради записки в три слова: "Береник Грайт. Северинг." Уже в губернском центре Стрелецке Дан узнал, что капитана северингской стражи зовут Арвиэль Винтерфелл.
  - Волновался перед встречей? - Кэйларрэн подал Дану курящуюся паром плошку, участливо придержал, когда рыбная похлёбка в дрожащих руках плеснула через край. Ристалище застолбили для тренировок особы голубых кровей, так что Дан и кузнец отправились к дозорным, на скалу Эстель"гроу.
  - Да я чуть в штаны... - Дан поставил завтрак рядом на валун, помассировал правое, затем левое плечо. Деревянная миска не обжигала, но после "лёгкой разминки" жилы, казалось, выворачивали крючьями, и невольно вспоминался "муравейник". - В общем, да. Я боялся, что он не узнает меня, как отец не узнал, а потом решил - будь что будет. Если его Тай-Кхаэ"лисс примут меня, он сам всё поймёт. А если нет... значит, мы - чужие. Я вызвал брата на дуэль.
  - На благодарственный поединок? - что бы ни мнили о себе гордые оборотни, но для молодёжи вроде Тириэля, отродясь, кроме льдов, ничего не видавшей, подобные "чужеземные байки" были вроде экзотического десерта к порядком надоевшему столу. Дозорный даже приличия ради на море не смотрел, предоставив вахту дяде, а сам подсел к костру.
  - Нет, на дуэль из-за девушки, - парень тепло улыбнулся, в деталях помня тот скандал из-за пантеры на барабане. - Получилось глупо, но главное, что Лёд и Пламя меня приняли.
  - Арвиэль больше на тебя похож или на нас? Его всё же люди воспитывали, - заинтересовался и Вэльран. Поиски, взятки, дуэли, корчмы - надо же, как некоторые живут-то!
  - На себя самого. Принципиальный, честный, отчаянный, упрямый, иногда просто упёртый - столько раз мне хотелось надавать ему по шее. Вот такой он, мой брат.
  С плошкой в руках Дан подошёл к ледяному парапету. Мертвенно-чёрные воды Бескрайнего океана, казалось, сцепили небо и берег; редкие облака перекликались с островами торосов в воде, кое-где они сплывались долгими вёрстами покрова, глядящего вверх слепыми глазницами блуждающих полыней. Айсберги - не самое страшное в северном море, куда опаснее застрять в таком ледяном плену. Ирэн прекрасно управлялась с "Екатериной", но то было на юге. А покорится ли лёд?
  Рядом на парапет облокотился Кэйларрэн, в странных медовых глазах аватара застыло то непередаваемое выражение, от какого хочется завыть волком.
  - Научите меня летать. Ведь если вожак не может чего-то сам, это должна сделать его стая.
  - Напрасно ты не заговорил с отцом, он смог бы гордиться обоими сыновьями, - покачал головой кузнец. - До того, как Дариэль обзавёлся семьёй, он в земли людей часто наведывался, всё ему там было интересно. Начудил, конечно, но ведь он был сыном Россэлин. Дай-ка я посмотрю на тебя, старший внук, - и, развернув Дана за плечи лицом к себе, сказал одно-единственное слово:
  - Да.
  ***
  Правый клинок плавно упал по диагонали, описал кольцо в руке, одновременно левый пошёл вверх его зеркальным отображением, затем сабли обменялись позицией, и снова, и снова. Не прекращая вращения, аватар не глядя переступал разбросанные в снегу ледышки-"бомбы", замирал то на одной ноге, то на другой, медленно поворачиваясь вокруг своей оси, чтобы ученица могла разглядеть подробности.
  - Фактически "двойная восьмёрка" или "ножницы" больше упражнение для ловкости и координации в любом, даже самом неустойчивом положении...
  - Эквилибристика.
  - Запомнил. С другой стороны, если сделать вот так, - сабли замелькали быстро-быстро, превращаясь в размытые крылья бабочки, - никто к тебе ближе чем на пять шагов не подойдёт, а потом - ап! - молниеносный выпад, и Ирэн сама не заметила, как осталась безоружной. - Завораживает, правда?
  - Да уж.
  - Но этот фокус только с разумными существами проходит, зверью и нежити начхать на твои выкрутасы. В таком случае рассчитывать придётся на силу и точность удара и на серебряную гравировку. Поэтому хочешь, не хочешь, а - упала-отжалась!
  Вместо этого Ирэн запустила в мальчишку снежком, который он с лёгкостью отбил.
  - Эй, так нечестно! - возмутился Тэниэль. - Мы ещё не дошли до поединка с магом, а ты в меня уже огнешары метаешь!
  - При чём тут огнешары? - растерялась кэссиди. - Ты что, в снежки никогда не играл?
  - При чём тут игры? - не меньше её удивился аватар. - Снежок - это огнешар, мы так тренируемся.
  Ирэн и сама недавно прониклась этой неверрийскеой забавой, и ей стало искренне жаль парня, не понимающего вкус настоящего бесшабашного веселья. Но ничего, Тэниэль обещал пойти за ней куда угодно, а кто, как не скадарцы знают толк в развлечениях!
  - Давай, Ирэн, твоя очередь.
  Со стороны, особенно, в замедленном ритме всё выглядело если не просто, то хотя бы понятно. "Восьмёрку", правда, одной саблей, кэссиди делать учили, потому что это смотрелось эффектно, даже получалось через раз. Контролировать две сабли оказалось за гранью реальности. "Плоскость" ломалась, клинки запинались друг о друга, норовя вырваться вместе с кистью. В конце концов, кэссиди споткнулась о Брата и растянулась плашмя, а Сестра в бреющем полёте сбрила кончик косы принца, успевшего, к счастью, уклониться.
  - Ты действительно прирождённый стрелок! - вздохнул мальчик, пряча Тай-Кхаэ"лисс в ножны. - Давай покажу упражнение для запястий, а то они у тебя деревянные.
  По сравнению с текучим как вода аватаром Ирэн казалась себе слонихой на льду. Но постепенно, по чуть-чуть похожие на колдовские пассы движения обретали плавность и одновременно чёткость; девушка перестала следить за ногами, помня, где разбросаны "бомбы"; ветер взмётывал косы, будто на ушко нашёптывал, куда ступить и что сделать. Малыш чувствовал единение с северной природой, а она - с ним и с его матерью. Эта гармония зародилась в районе пупка и растеклась по всему телу, управляя мышцами вперёд мысли.
  - Совсем другое дело! - похвалил Тэниэль. - Теперь поработаем с саблями, - принц обошёл девушку со спины и обхватил её руки чуть ниже локтей. - Просто расслабься и доверься мне. Ты сама поймёшь, когда я буду не нужен.
  Тепло аватарьих ладоней чувствуется даже сквозь подкольчужник, горячее дыхание на шее вселяет уверенность, что спина закрыта надёжно хоть от меча или стрелы, хоть от магии. Доспех вибрирует точно дышит, и кажется, сабли вот-вот оживут, но Ирэн знает, что это наваждение. Она сама дрожит в предвкушении боя, и ветер поёт вместе с ней и треплет косы как стяги.
  - Теперь представь, что на тебя прёт медведь...
  - Против зверя выкрутасы не помогут.
  - Верно, - шёпот звучит одобрительно. - Тогда это твой варвар, - темп наращивается, клинки переходят из одной плоскости в другую, сбивая "противника" с толку. - Заставь его отступать. - Потому что там, сзади - бомба. Встающее солнце слепит глаза, и из бликов складывается размытый образ кого-то огромного, в рогатом шлеме. Шаг... шаг... шагшагшаг... - А теперь пошла... пошла-а... Стоп!.. Бум!!! Мы с тобой взорвались.
  - Ashvett! - девушка в сердцах пнула ледышку.
  - Осторожнее с эльфийскими проклятиями, - серьёзно сказал Тэниэль. - Касательно твоего плана, Ирэн. Мне это очень не нравится, но я с тобой. И надо больше тренироваться
  - Тогда встретимся вечером.
  - Да, - мальчик к чему-то прислушался. - А сейчас идём. Совет вот-вот начнётся.
  - Откуда ты знаешь?
  - Нэйдэ зовёт.
  ***
   "Мирадэль, иди ужинать!" А какое там ужинать, когда шерстистые слоны идут! Не каждый день увидишь, как эти громадины ползут цепочкой вдоль горизонта, словно холмы вдруг сдвинулись с места и решили прогуляться. Время от времени то один, то другой зверь зачерпывал хоботом снег и обсыпал себя с головы до ног. А как они ревут! Сотенное лежбище сивучей вот это стадо в девять голов не перекроет.
  Девочка ловко спланировала с крыши окраинной избы, хотя на крыло встала всего седмицу назад. Для своих без малого четырёх лет она вообще была чрезвычайно развитой, это даже сам Кэйларрэн отметил, а он редко кого выделяет из клана равных. А ей - не летай в Пустошь одна! Не броди за селением после заката! Не трожь Тай-Кхаэ"лисс старшего брата! Запрещают всё самое интересное, как будто она младенец пелёночный вроде принца Тэниэля...
  Мирадэль справедливо рассудила, что закат ещё не закончился, вглубь Пустоши ей и не надо, клинки при себе свои, тренировочные, и полетела смотреть слонов.
  На ристалище она выбрала самую высокую глыбу и угнездилась на макушке, для надёжности вбив в скользкий лёд укороченные ши"элси. Отсюда слоны казались ниже и больше одновременно. Зоркий глаз различал каждую шерстинку в косматой гриве, сколы и трещины на бивнях. Внезапно вожак остановился. Постоял так, хлопая ушами, точно к чему-то прислушивался, и завернул стадо в противоположную от ристалища сторону - в запретную Пустошь.
  - Аshvett, - прошипела Мирадэль и зажала ладонями рот, едва не сверзившись с насеста: вот брякнула, не подумав, небось Mirabelle Daenna теперь язык отнимет!
  Пурга поднялась так резко, что девочка уверилась в божьей каре. В считанные удары сердца вокруг стало белым-бело; пелена отсекла и мамонтов, и силуэт поселения, и оставшееся безупречно ясным оранжевое небо. Спустившись ниже на защищённый от ветра уступ, Мирадэль зажмурилась и воззвала к Пресветлой: в такую непогоду она нашла бы не дом, а смерть.
  Молитва помогла. Когда девочка открыла глаза, край солнца уже лип к горизонту, мамонты исчезли, а из дома Кэйларрэна шёл дым: кузнец готовил ужин, и Мирадэль вдруг почувствовала просто зверский голод. Она потянулась крыльями, как наяву чувствуя запах маминой стряпни, но тут увидела гуляющий в Пустоши вихрь. На первый взгляд он двигался хаотично, будто ведомый шальной рыбиной поплавок, но вместе с тем уверенно приближался к ристалищу. Рот сам собой приоткрылся, когда в пляске снежных перьев Мирадэль различила тонкую руку... длинные светло-коричневые волосы... лицо...
  Дядя Вэльран сказывал, будто по Сумеречному лесу ходит такая девица-метелица, кружится меж чёрных стволов в своей белой шубе, кого подолом накроет, тот и замёрзнет вмиг. Охотники часто обледенелых зверей там находят.
  Мирадэль стало страшно... интересно! Вот бы поближе разглядеть, а то и пощупать украдкой, из чего шубка сделана: из инея или песцового меха.
  Между тем, пока девочка размышляла, вихрь докатился до неё. Рассыпался идеально ровным снежным кругом, в центре которого стояла молодая женщина. Уши у неё были короткие и округлые, а лицо - грустное. Метелица носила не шубку вовсе, а белое платье без рукавов, к груди прижимала букет неведомых растений, на её голове пыжилась жёлтыми цветами пушистая травяная шапка без макушки. Дева протянула руку ладонью вверх.
  "Спустись ко мне, дитя, не бойся."
  Волшебная незнакомка говорила, не размыкая губ. Голос, тихий, тревожный, звучал прямо в голове, и Мирадэль вдруг поняла, что если сейчас не послушается, случится большая беда...
  ...Она летела как пущенная из лука стрела, кажется, опережая даже ветер...
  ...Сытый и довольный Кэйларрэн занимался тем, что люди называют "чаёвничать". Очень немногим аватарам пришёлся бы по вкусу горьковатый травяной сбор с мёдом, но старый кузнец прекрасно помнил те времена, когда сам покупал у людей из Гусиных Прудочков соты, пряники, сахарные леденцы для внучатой племянницы - тайком, чтобы никто не осудил избранника Пресветлой Богини за связь с семьёй. Потом девочка выросла, вышла замуж за аватара другой Ветви и улетела к нему, а Кэйларрэн по привычке продолжал брать сласти уже себе одному.
   В дверь несильно, но очень требовательно затарабанили.
  - Кэйларрэн! Кэйларрэн!
  Кузнец бросился открывать. Без весомой на то причины никто из щенят не посмел бы вот так нахрапом рваться в гости, а уж Мирадэль и испуг он считал вещами несовместимыми.
  Однако стоявшую на пороге девочку трясло до кончиков крыльев, взгляд был отсутствующий как у заворожённой.
  - Надо улетать! Она сказала! - выпалила Мирадэль, не поздоровавшись. А вот это действительно пугало. Причина для столь наглого вторжения должна быть не просто весомой, а жизненно важной.
  - Проходи, - кузнец подтолкнул девочку в дом, но та отчаянно замотала головой:
  - Нет времени! Их много! Их - тьма!
  Для серьёзного разговора всегда найдётся лишняя минутка. Пересилив упирающуюся Мирадэль, аватар усадил её на стул и налил чаю.
  - Рассказывай.
  Девочка послушно сделала глоток. Затуманенный взгляд немного прояснился.
  - Она пришла ко мне. Я посмотрела в Душу Мира...
  Рассказ и впрямь отнял всего несколько минут, зато его содержание... По хорошему, следовало звать Совет, всё с толком и расстановкой обсудить, проголосовать - да вот на это времени уже не было.
  - Надо спешить к ним на помощь, - обращаясь, скорее, к себе, пробормотал кузнец.
  - Мы должны сражаться, но у нас нет огня! У нас нет огня! Нет огня! Она сказала - лететь! Лететь прочь! - Мирадэль исступленно замолотила кулаками по столу, расплёскивая остывающий чай. Кэйларрэн прижал её к себе, успокаивая:
  - Тшш... - он и сам понял, что сморозил глупость. На помощь они не успеют, даже если полетят со всех крыльев. Берберианская армада шла с запада, с кочевниками были и маги. Они уже громили ближайшее к Фелленайр поселение. Западные кланы мертвы - все до единого. Оллеаавар, Кальмбрэй, Гроу"даритэль, Миеллривен... Винтерленн.
  - Мы предупредим остальных.
  Девочка подняла на мужчину блестящие глаза с оранжевыми искрами в глубине:
  - Почему у нас нет огня? Где он?
  - Я не знаю. Идём.
  Аватары брали только самое необходимое, без сожалений бросив варварам на поживу то, что люди считают ценностью. Осиротевший клан держал курс на восток. Пролетая над Пустошью, замыкающий Кэларрэн обернулся, чтобы увидеть, как разъярившаяся вьюга заметает их дома по самые крыши. Клан Фелленайр просто исчез.
  Он обрёл новый дом на побережье Оркана...
  ...Когда девочке исполнилось шесть лет, Альтея явилась снова и назвала её Кэйларрэн"солэй. Так Мирадэль стала Нэйдэ.
  Отношение к ней изменилось. Ещё будучи ребёнком, Нэйдэ вошла в Совет, а, научившись не только слушать, но и понимать, о чём говорят взрослые, стала участвовать в обсуждении и голосовании. В основном, дискутировали на тему того, а не пришла ли пора отомстить берберианцам за гибель сородичей, на что девочка каждый раз отрицательно мотала головой.
  - Мы полетим сражаться, когда с нами будет огонь.
  - Что это значит?
  - Не знаю. Она так сказала, - пожимала плечами девочка. Затем - уже девушка.
  В тот роковой вечер, когда Кэйларрэн сообщил о скором появлении чужестранки, Нэйдэ со стеклянными глазами поднялась со своего места и произнесла единственную фразу:
  - Лёд в огне.
  ***
  - Альтея не успела спасти западные кланы. Она до последнего ждала, что это сделает наша... Созидательница. Но Пресветлая отвернулась от нас давным-давно. Мы для неё умерли.
  На площади воцарилась гробовая тишина. Немногословной аватарше нелегко дался длительный монолог, но слушателям пришлось ещё тяжелее. Уж больно ядовита была правда, которую даже Кузнечик отказывалась принимать до последнего.
  Совет, в котором стало одним стулом больше, расположился на крыльце Чертогов. Ирэн назначили почётное место рядом с принцем, Дан стоял за спиной, и, пожалуй, кэссиди могла бы назвать себя счастливой, кабы не гнетущее молчание тех, кто был вынужден похоронить себя заживо в надежде, что когда-нибудь Богиня спустится с неба и воскресит их.
  - Значит, мы действительно прокляты, - одинокий голос прозвучал как пушечный залп. Аватары зароптали, из уст в уста передавая страшную весть. Женщины всхлипывали без слёз, прижимая к себе взволнованных, ничего не понимающих детей.
  Кэйларрэн одним жестом подавил панику в зародыше. Гомон стих, в кузнеца по-прежнему верили, ведь сабли куются, браки перед кузней заключаются, а заблудших он зовёт в гости, чтобы вывести на верный путь.
  - Богиню называют не только Пресветлой, но и Двуликой, и триста лет назад она отвернула от нас любовь и явила войну. Однако мы не прокляты, ведь нам покровительствует сама Душа Мира. Именно она прислала в клан берегиню, чтобы та своим огнём зажгла надеждой и наши сердца.
  - Надеждой на что?
  - На спасение нашего народа. Мы вернёмся в Нэа Веррэа и будем жить в гармонии с людьми. На примере Эданэля очевидно, что межрасовые браки не бесплодны, и потомки рождаются волками, а не крысами.
  - Ни одно кольцо никогда не выберет человека. Люди - самая слабая раса! - уверенно заявил высокий, крупный для аватара парень.
  - Кольца уже выбирают, - возразил Дан. - Тай-Линн моего брата Арвиэля - человек, но даже тебе я бы не советовал связываться с проф. лекарем Алессой Залеской.
  Парень запальчиво хекнул. "Да уж, - подумала кэссиди, - с таким дерьмом свяжешься, потом и в терме не отпаришься, всё равно вонять будет."
  Тэниэль, барабанивший пальцами по подлокотникам, решительно поднялся.
  - Кольца знают, что нужно нам, а не Саттаре! Мирадэль?
  Кузнечик выпрямилась на стуле, точно в спину ей воткнули кол. Игра в гляделки ни к чему не привела, и принц, потеряв терпение, подошёл сам. Вот тогда девушка встала, нарочно вытянувшись струной, чтобы казаться ещё выше мальчишки, но тот и сам умел держать осанку. Ирэн великолепно знала, что последует дальше, и расслабленно наблюдала спектакль, прочие же, включая Вождей и старейшину, с трудом сдерживали недоумение. Кэйларрэн что-то проворчал под нос, но, вроде, одобрительно.
  - Я выбираю тебя Тай-Линн, - Тэниэль не снял - сдёрнул кольцо с разорвавшейся цепочки. Нэйдэ, сопя, спрятала руки за спину. - Сама наденешь или будем следовать Нерушимым Правилам?
  Кузнечик глазами запросила поддержку у наставника, но не получила. Сопение стало громче и тяжелее. Ирэн кусала губы, сдерживая смех. "Проклятое" племя заинтересованно пожимало плечами, согласившись не вымирать хотя бы до конца представления.
  - Ты что творишь, сын? - выдавил наконец Бриэллан.
  - Сватаюсь. А эта медвежуть упрямится!
  - Сам ты ведмежуть, - по девчачьи обиделась Нэйдэ и скрестила руки на груди. Тэниэль воспользовался моментом, сунул кольцо и сжал её кулак. Аватары напряглись, точно ожидая, что обоих сейчас же на месте поразит божественной молнией.
  Ясное солнышко стрельнуло лучом, и над двумя золотистыми макушками вспыхнули нимбы.
  Раздались жидкие неуверенные хлопки. Стоявший в первых рядах Вэльран турнул локтем в бок радостного за сестру Тириэля, перекрикивая набирающие силу овации:
  - Принц, я прошу тебя, одумайся! Кэйларрэн"солэй принадлежит Богине!
  - Мирадэль принадлежит только мне и моей будущей стае. Наследником рода Фелленайр в Нэа Веррэа станет мой дядя Аэллен, а мы отправимся с кэссиди Илладой на юг, чтобы основать свой клан в Скадарском царствии. Кто захочет - присоединяйтесь, я рассмотрю все кандидатуры, - выпалив это на едином духу, мальчишка вернулся на своё место и нахохлился, ожидая волны протестов, в первую очередь, со стороны семьи.
  Но мать неожиданно его поддержала, перебив ошеломлённого отца:
  - Любезный сын, раз уж ты отказываешься соблюдать Правила Богини, чти хотя бы традиции предков. Надень кольцо на палец невесты, только тогда помолвка будет заключена.
  Тэниэль всё исправил как надо и, зажмурившись, наугад клюнул Тай-Линн, попав в нос. А колечко - дергай не дёргай, крути не крути - прилипло намертво. Свежепомолвленные расселись по местам, продолжая грызться глазами. Адэль со своей мудрой и одновременно беспечной улыбкой хлопнула в ладоши, заставив мужа вздрогнуть:
  - Ну, вот и славно, в присутствии всех собравшихся здесь и сейчас мы объявляем вас женихом и невестой. Можете отправляться куда хотите и с кем хотите.
  - А тебя, дорогой шурин, мы принимаем наследником рода, так что будь любезен озаботиться поиском Тай-Линн, - подхватил Бриэллан, потому как сказать ему больше было нечего.
  Ирэн перегнулась напополам, подвывая от смеха. Она была уверена, что мальчишка-беда и с помолвкой как-нибудь выделится, но он устроил настоящую феерию! Никто, даже Вожди, не посмели бы оспорить волю кольца, не говоря уже о простых кланниках. Этот невозможный выбор шёл вразрез с основными законами, по которым аватары жили поколениями, подрубив на корню все Нерушимые Правила разом. Пришло время наконец забыть о прошлом и взглянуть в будущее, где аватары расселяться по всему материку и перестанут звать людей крысами, научаться думать своей головой, а не тупо следовать писанине божественной стервы. Где всем будет светить одно солнце - волчье, человечье, орочье - не важно...
  "Повелительницсса-а..." - оранжевый глаз с вертикальным росчерком зрачка приближается, обращаясь крылатой тенью на фоне пламенеющего солнца...
  Из праха лет воскреснет зверь крылатый
  По воле той, кто с ним навек сплетён...
  - И первый Повелитель, снявший латы, дань соберёт с могущества времён.
  - Что ты сказала? - к кэссиди склонился чёрный хвостик - ещё короткий, зато ухоженный как в старые добрые времена.
  - Теперь я поняла.
  - Что именно?
  - Да всё. Наш мир покатился в Бездну, когда в нём нарушилось равновесие. Я знаю, как его восстановить.
  Дан хотел спросить ещё, но Кэйларрэн встал со своего места, притушив ажиотаж лишь для того, чтобы не пришлось слишком громко кричать.
  - И это ещё не все чудеса, что Душа Мира являет нам в последнее время! В Нэа Веррэа возрождается культ людей, которых они зовут староверами, служителями и Иллиатара, и Альтеи-Живицы! В их столице на западе набирает силу молодая природная ведьма! Её имя Трисса из Крутого Яра...
  - О-о-оууу!!! - возликовали волки.
  - Это же наша Триш! - ахнул Дан. - Вилль и Алесса целы?!
  - А Веррея с Володей?!
  - Значит, эта волшебница была в команде берегини? Что ж, не удивлён, - прищурился старый плут. Мог бы уже и не притворяться! Ясно же, что вести из Неверры ему не полярная сова в когтях принесла, а сама Альтея, наверняка и про Триш сказала либо сам догадался, связав похожие имена. - Судьба остальных мне неизвестна, но я уверен, что все живы-здоровы.
  Новый наследный принц решительно рубанул кулаком воздух, стремясь закрепить повышенный статус:
  - Если в Большой мир возвращаются те, кто чтит Альтею так же, как мы, я тоже готов в нём жить!
  Вожди только кивнули, но слов и не требовалось. Пришла очередь Ирэн выступить. Она готовила речь загодя, но, как всегда, получился экспромт: слезодавильный оригинал о чудовищных экспериментах Геллеры, в том числе, над Виллем, о гибнущих в угольных шахтах детях, о будущих доппелях аватар с демонами вместо души не был рассчитан на настроение бесшабашного сватовства.
  - Мир поистине огромен, его земли хватит для всех нас: неверрийцев, скадарцев и ильмарранцев, людей и иноверцев, берегинь, ведьм и, быть может, даже драконов. Но чудеса могут прекратиться, едва начавшись. Большой мир завис на краю пропасти. Армада стальных кораблей во главе с Одарёнными уже готова к отплытию из порта Катарины-Дей. Они будут истреблять неверрийцев так же, как варвары истребляли ваших братьев и сестёр, вырезать деревни вплоть до последнего младенца. Они сожгут Силль-Миеллон напалмом, забросают бомбами Рудный мыс и протравят кислотными ливнями Орканские степи. Неужели вы хотите вернуться в такой мир?
  - Не хотим!
  - Поможем имперцам!
  - Будем союзниками!
  - С нами огонь берегини! - звонко выкрикнула Нэйдэ. - Летим сражаться!
  -Да-а!
  - Мы вступим в союз с Империей, но сейчас наша цель - Фелл-Соллар. Укрепившиеся там берберианцы под знаменем Одарённых хотят напасть на Оркан - основного союзника Неверры. Мы должны одолеть их и забрать трофеи, чтобы одержать полную победу в заливе Трёх Ветров.
  Аватары задумались и притихли. Нет, они не отказывались, но только дурак без подстраховки сунет голову в пасть льва.
  - Берберианские кланы объединяются под стягом конунга, их много, и они продолжают прибывать, несмотря на наш дозор, - озвучил проблему Вэльран. - Кроме того, на Фелл-Соллар достаточно магов, а от заклятья гораздо трудней уклониться или излечиться, чем от стали.
  Кэссиди подала знак Тэниэлю, предоставив ему право забить первый гвоздь в гроб Геллеры Таннаис. С союзниками надо делиться всем.
  - Мы с берегиней Ирэн решили этот вопрос. Одарённые варваров за людей не считают, держатся обособленно. Живут они в отдельной постройке, вот гордыня-то их и сгубит. На стальных кораблях есть немагическая взрывчатка - порох. Отряд самых быстрых и ловких аватар добудет его и заложит в фундамент колдовского логова. Остальное, как говорится, дело техники, - с особой гордостью мальчик выделил последнее слово, и кэссиди сделала мысленную зарубку показать ему отцовскую мастерскую.
  Поднялся гвалт. Аватары выли и рычали, топали ногами и били по груди кулаками. Увечный старейшина взревел так, что прочие уважительно заткнулись:
  - Решено! Мы летим сражаться, и да пребудет с нами огонь! Трубим общий слёт!
  - Ву-у-у!!!
  - Какой ещё "слёт"? - Ирэн подалась к принцу. И он преподнёс последний, воистину царский сюрприз:
  - Слёт всех кланов.
  
  ГЛАВА 10
  
  Несколько дней спустя начали прибывать аватары. Кроме Фелленайр, выжило ещё три предупреждённых вовремя клана, и в каждом были серьёзные проблемы. Первый давно остался без кузнеца, трагически погибшего при обвале прибрежной скалы, так что сплошь состоял из великовозрастных "деток" с игрушечными сабельками. Маялись, бедолаги, ждали, когда Богиня ниспошлёт им нового Кэйларрэна, и не ведали, что обратиться можно к чужому, потому как Саттара на их беды плевать хотела. Трое кузнецов и два подмастерья покачали головами, поцокали языками и принялись за грандиозную работу.
  Во втором клане где-то с полвека назад перестали рождаться дети, даже у Вождей был только сын. Их Кэйларрэн чувствовал какую-то гадкую порчу, но к магам аватары не обращались - не сколько из гордости, столько из опасения подцепить какое-нибудь ещё более мерзкое проклятье. Ирэн горячо заверила, мол, знакомая ведьма вмиг разберётся, и волки воспрянули духом. Их клан был немногочисленный, но сильный.
  Третий на последней "морской охоте" изрядно покусали берберианцы. На шести драккарах с варварами плыли и маги, так что из семьи Вождей уцелела только дочь, а от всего клана осталось неполных пять десятков аватар, преимущественно, дети. Положение исправил Аэллен. Глянул на девушку искоса, потом ещё раз - внимательнее, подошёл и перебросился парой фраз. Кольцо село на палец.
  - И когда будем праздновать свадьбу? - Ирэн зажглась предвкушением праздника.
  - Сегодня вечером сходим к нашему Кэйларрэну.
  - Сегодня?! - всплеснула руками кэссиди. - Но мы не успеем накрыть столы, выбрать менестрелей, придумать развлекательные конкурсы и игры! Свадебное платье сшить, наконец!
  - Зачем?! - отшатнулся парень. - Давай мы просто пойдём домой заниматься полезными делами, а не-э-э... развлечениями.
  Но кэссиди естественно настояла на своём, поэтому гуляли все. Платье нашлось в сундуке Адэли, украшения - по её же шкатулкам; в менестрели подписали самого Дана, даже согласия не спросив; Ирэн взялась за ответственейшую роль симпосиарха и до вечера настрочила столько занимательных "развлечений", что при виде груды пергамента на огромном подносе дурно стало и молодожёнам, и гостям, и менестрелю.
  Но в конечном итоге всё прошло очень даже неплохо. Следующим утром в комнату постучался Тэниэль, и не только для того, чтобы позвать Ирэн на тренировку.
  - Мы решили, что будем справлять свадьбу в Скадаре.
  - Вот и правильно! - просияла кэссиди. - А как ты невесту-то уговорил?
  - Во-первых, я дал слово звать её Нэйдэ, ведь это имя придумал Кэйларрэн, а он ей отца заменил. Во-вторых, ей понравилось, что все сражаются за букет невесты. В-третьих, - Тэниэль понизил голос, - я обещал, что на нашей свадьбе будут петь кузнечики...
  Букет, к слову, был чугунный. Но новобрачная его таки бросила, и отменно. Девчонки всех кланов с саблями наголо гурьбой ворвались в приёмный зал, своротив троны Вождей и с десяток челюстей, а в разбитый витраж за ночь та-акой сугроб намело!
  К набору диверсантов подошли очень ответственно, устроив настоящие состязания. В итоге в команду вошли: сама Ирэн, как единственный знаток пароходов и пороха, Тэниэль с Кузнечиком, Тириэль и Аэллен, который на правах кронпринца участия в конкурсе не принимал, зато заявил, что племянника без присмотра никуда не пустит. Последней стала его новоиспечённая супруга, на десятиверстовом пролёте с отрывом сделавшая всех остальных. Недаром её звали Тиэлле - молния. Услышав имя впервые, Дан ко всеобщему изумлению захрюкал и тут же переделал его в "Тилли", дабы самому впредь не срамиться и других не смущать, на что девушка махнула рукой, мол, пёс с тобой, убогий, хоть горшком назови, только в печь не сади.
  Полукровку в отряд не взяли. Дан злился и переживал, но прекрасно понимал, что едва ли успеет хотя бы встать на крыло.
  ***
  Он сидел на парапете Эстель"гроу. У аватар начисто отсутствует страх высоты, и в детстве Дан, ещё не зная, кто его отец, на спор с ребятами лазал в барабан заброшенной ветхой церкви Страдия Знаменосца, а девочкам доставал верхнюю, самую спелую черешню - за поцелуй для смельчака, естественно. Сейчас парень уписывал шашлык из китятины, покачивая ногами над полуверстовой пропастью. Тренировки, даже увеличенные по времени, стали даваться легче, мышцы привыкли к постоянной нагрузке, а дозорные смены других кланов - к "угольку" с парой жгучих анекдотов в кармане. Дан научился менять ипостась по собственной воле, но и по прошествии полутора недель летал строго вертикально вниз. Они с Ирэн по-прежнему спали в одной постели, правда, ни о какой близости речи не шло: оба падали плахой, едва успев раздеться и малодушно отложив на утро бадейки с помывочной водой. Треклятая война жрала и время, и силы.
  - Красотища-то какая! - Дан отложил миску и с наслаждением потянулся всем телом, опасно балансируя на самом краешке парапета. Восточная половина неба уже начала темнеть, вытряхнув на Полог месяц и бледные звёзды, но запад ещё полыхал в огне столь ярком, что горел и лёд. Дан сидел посередине разделённого напополам мира, на границе света и тьмы, дня и ночи, тепла и холода. Полукровка, что тут ещё скажешь.
  - Не бояться убиваться? - на корявом межрасовом спросил дозорный из племени Тилли, вслед за вожаком перешедшего в стаю Аэллена. Клан Рэйвэндэлл перестал существовать, гобелен с родовым древом отправился в сундук, но никто не был забыт: на древе Фелленайр выросла новая ветвь.
  - А, может, взлечу!
  - "Может" быть не может. Либо ты взлетишь, либо упадёшь, - осадил кузнец, регулярно пенявший Дану за излюбленные аватарьи пороки - безответственность и безрассудство.
  - Есть такая присказка: если ты сорвался и падаешь, а зацепиться не за что, упади до самого дна, оттолкнись от него ногами и взлетай!
  Суровая рука опустилась на плечо полукровки. Третьим, его персональным пороком, было...
  - Эданэль, ты уже взрослый аватар и должен оставить баловство в щенячьем детстве...
  - Я буду стараться.
  -...А, может быть, и не должен. Тебе такое поведение к лицу.
  Дан посмотрел на аватара, пытаясь угадать, комплимент это или колкость - Кэйларрэн и сам шутник будь здоров! - но, так и не разобравшись, сменил тему:
  - Я рад, что в вашей стае прибавление. Теперь вам будет с кем вплотную заняться языком, - даже взрослые из клана Рэйвэндэлл говорили на ломаном межрасовом через одного, а малышня вообще знала только "да", "нет" и "убью".
  - Это не прибавление, а замена для тех, кто уйдёт с Тэниэлем. Равновесие должно сохраняться.
  - Зато кузнецов с запасом. На четыре клана вас теперь пятеро, - оба подмастерья заслуженно получили статус Кэйларрэна, когда последние Тай-Кхаэ"лисс осчастливили семидесятидвухлетнего "дитёныша". Тоже вот парадокс: Дан знал, как с помощью клинков превратить взрослого дядьку в мальчика, но у этих аватар всё шиворот-навыворот.
  - Ты прав, одному из нас придётся уйти.
  - Я вовсе не это имел в виду.
  Кэйларрэн не ответил, задумчиво созерцая звезду - ту, что зажглась первой. Чистокровные верили, будто это и есть врата в Хрустальные Чертоги, а Володя говорил, что в его мире её близнеца зовут Венерой как богиню любви и красоты. Дан исподволь изучал светлый профиль на фоне почерневшего неба, и отчего-то старый кузнец показался ему тем дедушкой, какой должен быть у каждого мальчишки, чтобы у него всегда находилось время пожурить и рассказать на ночь "ну последнюю-припоследнюю" сказку, кто заварит особенный чай и научит играть в домино, пока мама не видит.
  Но пропасть между шаманом и полукровкой была во сто крат больше, чем обрыв Эстель"гроу.
  - Твою младшую сестру звали Эстель.
  - Да. И это место называется "Скала из морской пены", - Дан не слышал плеска воды, но отчётливо видел, как пенные языки лижут подножие, оставляя на нём солёную наледь.
  - Хочешь, чтобы я научил тебя летать так же, как учили меня, как твой отец учил Арвиэля и Эстель?
  - Хочу.
  - Ты уверен? - рука кузнеца сползла с плеча и ободряюще похлопала между лопаток.
  - Да... а-а-а!!!
  Мощный толчок в спину раскрытой ладонью. Без подготовки и предупреждения.
  И Дан полетел - вниз. Он правда хотел, но только не этого!
  
  П/О от 1.04.
  
  Дан нёсся к смерти, а мимо неслась вся его жизнь.
  Воскресный званый ужин в особняке Ринвейн. На маме тёмно-синее плате с открытыми плечами, по мнению Дана ещё более подчёркивающее её худобу, но вслух он этого, разумеется, не говорит. В гостях родня, не видевшая мальчика с двух лет.
  - Ой, Божижмой, какой ты у нас сюсипусечка вы-ырос! Ну как карти-иночка! - ревёт тётя Мафина. - И сколько нам уже годиков, се-эмь?
  - Восемь, - отвечает Русанна, небрежно поглаживая длинную косу сына.
  - Во-осемь! Ню иди сюдя, пасилюемси!
  Мальчик прячет лицо в юбку матери: тёти слишком много. Отпустили бы лучше на улицу. Вихрастый гимназист из соседнего квартала давеча назвал Дана "маменькин сынок", когда тот захныкал, не найдя своего орла. Мальчик и сам знал, что он только мамочкин птенчик, и больше ничей, но друг сказал, что за такие слова бьют в бубен...
  ...Спрятав сбитые руки за спину, Дан колупает ботинком скадарский ковёр.
  - Какой ужас! А если шрамы останутся?!! - мама в настоящей панике, но берёт себя в руки. Сын жалобно глядит на неё из-под разбитых, вздувшихся шишаками бровей. - Не волнуйся, птенчик, я вызову мага-целителя, и он быстренько всё исправит. Но обещай мне никогда, слышишь - никогда больше не драться!
  "Сколько..."
  Дана перекувырнуло на спину и снова на живот. Казавшийся далёким берег стремительно приближался, щерясь ледяными клыками из морской пены. Глаз было не закрыть, воздуха не глотнуть, крик комом застрял в горле. В начале падения всегда бывает ступор...
  - Ты знаешь, что в поселении творится, дурак?! Кто пьет, кто лапти с голода жрет! Староста с бригадирами красильщиков лупцуют! Собирайся!
  Красильное дело, доставшееся от покойной мамы, на грани банкротства. Налоги не плачены, мастера пьют и бегут, у людей нет хлеба. Всего через год после смерти Русанны поселение превратилось в зловонное топкое болото, пока барич изволил гулять по кабакам, крутить романы и играть в домино. Из толпы, нестройным кольцом окружившей двух всадников, выходит ребёнок лет пяти. Ноги у него тонкие, живот раздутый точно шар, а взгляд голодный и такой по-взрослому тяжёлый, что Дану хочется спрятаться под мамино крыло, как в детстве.
  Но ведь он ничего плохого этим людям не сделал! Не делал совсем ничего...
  - А продай мне сестрину половину дела. Половина дохода тебе, будешь жить, как раньше, и нужды не знать. Не обману, не волнуйся. Мы же одна семья. Родная кровь.
  Ложь, не родная. Дан понял это, когда оказался на улице.
  "...мне..."
  От перепада давления грудь и голову разрывало. Слёзы мгновенно сохли, оставляя в глазах жгучую соль, уши заложило. "Хочу вверхвверхвверх... Помогите!" Дан сконцентрировался на крыльях. В лопатках защемило, аватар почувствовал, как сквозь кожу проклёвываются призрачные лепестки... И обрываются, оставив на спине кровоточащие раны.
  Потом приходит боль...
  Жизнь вольного наёмника, разгульная да разудалая. Такой с одинаковой прытью и девку к лавке прижмёт, и в морду даст, и спину прикроет тому, кто заплатит достаточно. Наёмника интересует только кошелёк и дороги.
  Верзила Раф по прозвищу Шлепок настаивает, что их отряда недостаточно для охраны обоза в Туманной лощине - местечке с дурной славой, но Дану жаль делить деньги с конкурентами. На вторую ночь - нападение.
  - Эй-эй, морду ему не трожь! - орёт бандит подельнику, скручивая оглушённого Рафа. - Ильмарранские бэйши таких любят!
  Хозяйка, ошейник и клеймо. Буквица "Т", живая собственность бэи Ольмеды Тилорн. Рабство.
  "...ещё..."
  Отвесная стена Эстель"гроу на расстоянии чуть дальше вытянутой руки. Если перевернуться к ней лицом, можно достать. Собравшись, Дан ушёл головой вниз и сделал сальто, стараясь не махать бестолково руками, крутнулся со спины на живот и потянулся... Выступ!
  Пальцы беспомощно скользнули по льду, кисть вывернуло в суставе. Дана вновь отбросило на спину - уже гораздо дальше, руку до плеча прострелило, отдача ушла в мозг. И зацепиться не за что...
  Долгожданная свобода, ветер в поле, пыль под ноги да ясное небо над головой. В Рудном мысе делегация с побережья Себерского перелива, аватары обменивают редкие североморские драгоценности на заготовки для Тай-Кхаэ"лисс. Дан смотрит на отца в первый и последний раз в жизни.
  - А у того вон, - гном показывает глазами на высокого аватара с молочными волосами, - дочке скоро три будет. Первый - сынок, как положено. Арвиэлем зовут.
  Отца зовут Дариэль Винтерфелл, это имя вырезано памятью на сердце. А он старшего сына не узнал, и имя полукровки аватару без надобности. И Дан отпустил отца к семье, не стал ворошить прошлым настоящую жизнь тех, из-за кого Дариэль ни разу не вернулся к маме. Много лет он убеждал себя, что поступил благородно.
  А на самом деле струсил. Испугался быть отвергнутым.
  "...падать..."
  Звёздный свет на холодных клыках. Сквозь гул в ушах слышно, как пенный язык с кошачьим урчанием лижет берег. Всё ближе и ближе. До чего несправедливо, что нельзя просто пожелать и взлететь...
  ...как тот орёл. Он не мог вот так исчезнуть. Его нашли, починили, и наверняка кому-то он стал ещё более дорог, чем мальчишке, у которого всё было.
  "Ты саар?" - так в Скадаре называют дворян, и новость пришлась Ирэн по вкусу.
  "Саар, саар... все, что было, по дурости просаарил."
  Нет, не всё. Дарственную на мамин особняк успел оформить в пользу сиротского приюта при храме Иллиатара. Хоть что-то сделал правильно.
  Может быть, именно за это Иллиатар ниспослал бэю Адэланту, выкупившую Дана у прежней хозяйки, подарившую не только свободу, но и любовь зрелой, дорожащей каждым прожитым годом женщины. На месте уродливого клейма от запястья до локтя простёр широкие крылья ушастый аэшур, филин-рыболов.
  Он стал сильнее и упрямей. И не важно, трусость, Бог или судьба отвели беду, не дали улететь с отцом на север. Ведь если бы Дан погиб там, брат остался бы совсем один.
  Никто не нашёл бы его, спустя годы, не вызвал бы на дуэль. Не объяснил, что оскорблять любимую девушку нельзя, даже если она в нетрезвом виде пляшет на барабане и поёт частушки. Не обучил бы правилам этикета, не поплыл с ним в Скадар на разведку, не повстречал там кэссиди Ирэн...
  "Я не хочу умирать!!!"
  За куртку дёрнули, резко оборвав падение. Дан завис в сажени от дна пропасти. Сердце бухнуло о грудную клетку и, кажется, по ней размазалось, желудок скрутило в узел. Из глаз сыпанули слёзы, барабанные перепонки вышибло напрочь. Правая рука, повреждённая об уступ, обвисла плетью, дико болела спина. Дан затрепыхался, как схваченный за шкирку котёнок.
  - Тише, не то порвёшь...
  Кэйларрэн?! Всё-таки подстраховал... изверг! Куртку порвать не жалко, коль руки... рука, точнее, чешется дать в бубен...
  - Для первого раза сносно, - аватар мягко приземлился на берег. Дан продолжал мерно покачиваться в воздухе вверх-вниз. Какого шушеля?!!
  Полукровка шлёпнулся на четвереньки, ссадив колени и ладони, походя отметил, что два ногтя он умудрился содрать, но пальцы уже не кровят. Слабо подрагивающие крылья распластались в набегающей волне. Дану всегда нравился запах моря, но сейчас оно воняло... горелой китятиной!
  Парень едва успел доползти до клыка, как его вывернуло. Рядом на одно колено опустился Кэйларрэн, без тени брезгливости убрал от лица Дана волосы, чтобы не испачкались.
  - Ничего, так в первый раз почти с каждым бывает. Не стоило прыгать на полный желудок.
  Дан очумело вытаращился на невозмутимого кузнеца.
  - В-вы... в-вы... д-да вы... - "чокнутый!", но зубы выбивали дробь, а язык заплетался. К глотке подкатил новый спазм.
  - Нет. Таков удел аватара - постоянный баланс на острие клинка между жизнью и смертью. Мы созданы дли битв, живём боем и умираем не от старости. Если тебе это не по нраву, возвращайся обратно в крысиную шкуру, холь её и лелей.
  Скрипнув зубами, Дан черпнул снег горстью и вытер лицо. Вроде бы, полегчало. Весь ужин остался в дар морю. Кэйларрэн встал первым и участливо подал руку, но, когда парень машинально ухватился тоже правой рукой, резко дёрнул на себя и в сторону. Дан с воем скрючился на берегу.
  - Вывихи лучше сразу вправлять, потом будет сложнее, - пояснил "добрый дедушка". - Пойдём ко мне в гости, умоешься и выпьешь моего особенного чаю.
  Дан покосился на кузнеца (с него станется подсыпать отраву, дабы проверить желудок полукровки на прочность), однако вслух острить не стал, согласился.
  И ничуть не пожалел. Кэйларрэн готовил изумительный чай.
  Усталость прошла точно по волшебству. Руку ещё подёргивало, но несильно, будто её трясли с излишним энтузиазмом. Поздравляем! Брависсимо!
  Дан сам себе отвесил поклон на потеху пробегавшей мимо мелюзге.
  Ирэн пребывала в более плачевном состоянии. Полностью одетая, она лежала поперёк кровати, морской звездой раскинув руки и ноги. На столе стыл чугунок с ужином, возле камина предусмотрительно повесили котёл. Вода в бадьях была чистая и ледяная.
  - Мы оттачивали комбинации... Я - труп... В обоих смыслах...
  - Подать тебе ужин в постель? - Судя по гуляющему в спальне сквозняку, труп забросили прямо в окно. Парень прихлопнул створу и задвинул шпингалет.
  - Да нет, я встану, - для начала Ирэн с кряхтением села. - А как твои успехи?
  - Я полетел, - скромно ответил Дан, хотя внутри всё ликовало.
  - Да ладно... Ты серьёзно?! - кэссиди обняла его и так душевно поцеловала, что аж голова закружилась. - Я знала, что у тебя всё получится!
  - Отметим?
  - Если только чуть-чуть, - это "чуть" между большим и указательным пальцами напоило бы разве что мышку. Дан удивился, с чего вдруг девушка, не отказывавшая себе в удовольствии пошалить под хмельком - а момент как раз выдался идеальный, - вдруг перешла в оппозицию трезвенников. Впрочем, ладно, где полбокала, там и полбутылки.
  Поставив воду кипятиться, парень пошёл за вином. Чистокровные прохладно относились к спиртному, так что в погребе скопился отменный выбор трофеев от берберианской огонь-воды до скадарских марочных напитков. Сегодня захотелось красного, крепкого, сладкого, слегка подогретого, с привкусом корицы и имбиря. Застукав гостя с бутылкой в руках, Тэниэль попытался напроситься на ужин, но был щёлкнут по носу и устрашён покалеченным пальцем.
  Пока девушка мылась, совмещая процесс с причитаниями и забористой руганью, Дан разогрел на водяной бане мясо, хвала Кружевнице, кабанье! Придвинул канделябры к столу и выложил из прихваченного у кузнеца узелка хлеб и соль.
  - Значит, ты уже поужинал? - Ирэн ревниво заглянула в чугунок.
  - Мы только чай пили! - запротестовал Дан: ей и так большая порция достанется, а кушать хотелось очень.
  Девушка строго выгнула бровь и на своё усмотрение разложила ужин по тарелкам.
  Маленькая спальня прогрелась настолько, что можно было сидеть в белье и войлочных чунях на босу ногу. Платья и камзолы будут, когда начнутся балы, а сейчас прилично всё, что удобно.
  Свой первый полёт Дан приукрасил, мысли щедро сдобрил иронией и оптимизмом, а последствия вовсе опустил. Ну не идёт бесстрашному герою китовья отрыжка.
  - Вижу, вы с Кэйларрэном очень сблизились, - Ирэн поскребла в чугунке черпаком, скуксилась и яростно затрясла солонкой над последним ломтем мяса. Сжалившись, Дан переложил ей остаток своего ужина.
  - Похоже на то. Он, конечно, чудак-аватар, зато с ним интересно. Порой мне кажется, что я могу вообще не говорить, он и так наперёд всё знает, - парень прихлёбывал вино, с умилением наблюдая, как гордая кэссиди курлычет над тарелкой.
  - М-м-м... И о чём вы говорите?
  - О разном. В основном, я учусь не быть безответственным безрассудным баловником. Пока что получается не очень.
  - Всё у тебя получается, Данька, - Ирэн со вздохом отправила мясо в рот. Осталось всего три кусочка. - Ты у меня вообще замечательный.
  - Хм.
  - Я должна сказать тебе кое-что.
  - Ну, давай.
  У "тебя"? Это чувство собственничества взыграло или что-то новенькое проснулось? Поглядеть бы мыслеобразы, но аватары просто так клятвами не разбрасываются, тем более, что Дан уже один раз её нарушил, о чём сильно пожалел.
  - Ты заметил, что я изменилась? - небрежно поинтересовалась Ирэн, явно нарываясь на комплимент. И "Данька" её не разочаровал.
  - Ну ещё бы! По-моему, ты обаватарилась ещё больше меня. Перестала истерить по любому поводу, смердами всех подряд не обзываешь, оставила свои воздушные замки и начала мыслить стратегически, стала физически сильнее. Ты теперь - просто живое воплощение победы, - Дан сделал паузу. - А ещё лопаешь за двоих. Смотри, отвоёванный трон проломишь, кэссиди!
  Ирэн не донесла вилку до открытого рта. Округлившиеся глаза сузились, от южанки повеяло холодом так, что парня невольно передёрнуло.
  - И это всё?
  - Нет. Доспех на тебе лопнет ещё раньше.
  Отброшенная вилка зазвенела об пол. Дан удивился, с чего Ирэн вдруг рассердилась на безобидную шутку. Сама доходягой дразнилась, пока он не набрал свой нормальный вес.
  - Ты - баран!
  Дан попытался спасти ситуацию испытанным методом:
  - Не-эт, я - Рак. А Баран у нас ты, вернее, симпатичная упрямая Баранесса...
  И Ирэн прыгнула. Длинным кошачьим скачком прямо через стол, сметая на пол тарелки и приборы. Полукровка легко мог увернуться, но тогда девушка здорово расшиблась бы. Они опрокинулись вместе со стулом, своротив до кучи канделябр. Ирэн действительно стала сильнее, это парень ощутил собственным затылком, коим кэссиди уже после падения ещё раз приложила его о шлифованный камень. Дан отцепил её руки от своих ушей (а казалось, вместе с ними!) и, перекатившись, подмял девушку под себя.
  - Ты напилась, что ли?! - рявкнул в рычащее лицо с горящими по-рысьи глазами.
  - Твоей крови напьюсь, кретин!
  Ирэн действительно укусила, и не понарошку, а всерьёз впилась зубами в шею. Это уже перешло все границы. Дан не на шутку испугался, что невесть с чего взбесившаяся девушка просто разорвёт ему глотку. Но она отцепилась сама... только чтобы долбануть головой в челюсть. Парень с оханьем отпрянул, ослабив хватку, и получил добавки с правой в скулу. Дан всегда презирал тех, кто бьёт женщин, но сейчас сам еле сдерживался. Ирэн понимала, что её не ударят, и окончательно распоясалась: лишь интуиция спасла от того, чтобы не превратиться из мужчины обратно в мальчика, велев подставить менее уязвимое бедро под крепкое колено. И всё равно, шушеля мать, больно!
  - Ирэн, хватит!
  - Ах, я жру много?!
  Девушка шипела и извивалась дикой кошкой, распаляясь всё сильнее, и парень сделал единственное, что оставалось - навалился всем весом и поцеловал. Попробовал, вернее: Ирэн немедля вцепилась в губу. Дан просто замер, отсчитывая глухие сдвоенные удары сердец.
  Девушка разжала зубы. Дан медленно отстранился и слизнул кровь. Ирэн машинально сделала то же самое. Её грудь тяжело поднималась, лицо было красное, а зрачки широкие, но бешенство из глаз уходило, сменяясь горечью. Губы скривились и задрожали.
  - Что дальше, кэссиди?
  А дальше было хорошо. Да, война жрёт время... и силы... и жизни... Но настоящая любовь ей не по зубам.
  ***
  Под шерстяным одеялом создался крохотный мирок, куда нет дороги бедам Большого мира. Там всегда царят уют и небольшой творческий беспорядок; там не нужны ни солнце, ни луна, ведь света и тепла достаточно от любимого, прильнувшего кожа к коже, глаза в глаза. Эти двое - начало и бесконечное продолжение друг друга, расплавленное в витках часовой стрелки. Тик-так, тик-так - до самого заката времён. Сон кружит рядом, касаясь нежными пальцами век, но закрывать их не торопится, ведь не всё ещё договорено.
  - Ешь, сколько хочется. Твою фигуру ничем не испортишь, - Дан виновато погладил стройное бедро любимой. - Так что ты хотела мне сказать?
  Ирэн потёрлась носом о шею, там, где подживал укус, и парень прижал её к себе крепче.
  - Дан, это не я сожгла свою лошадку. Она поломалась, и отец подарил мне настоящую, живую, а ту - в печку с глаз подальше. Просто он не хотел, чтобы я плакала... а я всё равно... как рёва-корова, - голос явно фальшивил, но Дан не стал уличать девушку, боясь снова спугнуть момент. Пусть всё идёт, как идёт, там будет видно...
  - Это ничего, что плакала. Плохо, когда не сожалеешь о том, чего не вернуть. Однажды мой орёл улетел, и я не смог его найти. Наверное, забрал кто-то более бережливый.
  
  КОНЕЦ ГЛАВЫ
  
  
   1. Имеется в виду бескрылый подвид, в нашем мире полностью истреблённый в 19 веке.
  2. Речь идёт о мультипликационном фильме 1988 года, и не будем осуждать бедных неверрийцев за то, что они недостаточно оценили советский сюрреализм.
  3. Луций Анней Сенека также нежно любим автором.
  Бедствие даёт повод к мужеству.(с) Глупо умирать от страха перед смертью.(с) Каждый несчастен настолько, насколько полагает себя несчастным. (с) О-о, да-а-а!!!
  4. Чесменский бой. Ирэн не волнует то, что пароходов ещё не изобрели, она считает только пушки и, само собой, Екатерину Алексеевну Великую как главную стратегическую единицу.
  5. Basylede (скад.) - хозяйка, владычица, повелительница.
Оценка: 7.65*32  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  А.Эванс "Право обреченной. Сохрани жизнь" (Любовное фэнтези) | | М.Эльденберт "Мятежница" (Приключенческое фэнтези) | | С.Шавлюк "Песня волка" (Попаданцы в другие миры) | | Б.Толорайя "Найти королеву" (ЛитРПГ) | | Л.Миленина "Полюби меня " (Любовные романы) | | А.Эванс "Право обреченной 2. Подари жизнь" (Любовное фэнтези) | | М.Кистяева "Кроша. Книга вторая" (Современный любовный роман) | | С.Елена "Невеста из мести" (Приключенческое фэнтези) | | Д.Дэвлин "Аркан душ" (Любовное фэнтези) | | CaseyLiss "Случайная ведьма или Университет Заговоров и других Пакостей" (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Атрион. Влюблен и опасен" Е.Шепельский "Пропаданец" Е.Сафонова "Риджийский гамбит. Интегрировать свет" В.Карелова "Академия Истины" С.Бакшеев "Композитор" А.Медведева "Как не везет попаданкам!" Н.Сапункова "Невеста без места" И.Котова "Королевская кровь. Медвежье солнце"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"