Либиэр Александр Евгеньевич: другие произведения.

История эзотерики.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:


АЛЕКСАНДР ЛИБИЭР

  
   Координаты в Интернете:
   адрес почты - libier@narod.ru;
   адрес рассылки "Эзотерический вестник А. Либиэра" - http://www.maillist.ru/30463

0x01 graphic

История эзотерики.

  

СОДЕРЖАНИЕ

   ПРЕДИСЛОВИЕ..........................................................................................3
   ВВЕДЕНИЕ.................................................................................................4
   ЧАСТЬ 1. КАББАЛА.....................................................................................11
   ЧАСТЬ 2. ЙОГА...........................................................................................41
   ЧАСТЬ 3. ГНОЗИС.......................................................................................56
   ЧАСТЬ 4. СУФИЗМ......................................................................................90
   ЧАСТЬ 5. ДЗЭН..........................................................................................120
   ЧАСТЬ 6. ДАО............................................................................................144
   ПОСЛЕСЛОВИЕ........................................................................................160
   ИСПОЛЬЗУЕМАЯ ЛИТЕРАТУРА.................................................................161

ПРЕДИСЛОВИЕ

   История эзотерики - это тема, для освящения которой не хватит одной книги. Не хватит, на наш взгляд и двух, и более книг. Тут вообще трудно определить необходимый объем, так как проблема упирается в суть содержания информации, которую мы хотим предоставить вниманию читателя. Каждый исследователь, который обращался к подобной тематике, понимал это. Поэтому мы имеем не столь большой выбор книг, посвященных обзору истории эзотерики. Самое большое, что может сделать автор, взявшийся за этот нелегкий труд, это сделать более или менее поверхностный обзор темы.
   Содержание книги разделено на шесть основных разделов, каждый из которых достоин отдельного глубокого исследования. Каждый из шести разделов книги посвящен той или иной эзотерической традиции. Мы не ставили перед собой цели детального освещения каждой из эзотерических традиций. Наша цель - дать краткий анализ, чтобы читатель смог иметь представление об основных отличительных признаках этих традиций.
   Сегодня книжный рынок переполнен эзотерической информацией, но, к сожалению, она далеко не вся достойного качества. Какого качества та информация, которую предлагает вниманию читателя автор этой книги, судить только читателю. Но мы искренне надеемся, что наше исследование, если и не сможет ответить всем запросам требовательного читателя, то хотя бы сможет привить интерес к изучению сакральной науки, бережно хранимой адептами Примордиальной традиции.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   ВВЕДЕНИЕ
   Что такое эзотерика?
   Термин "эзотерика" происходит от древнегреческого "esoterikos" и на русский язык переводится такими словами, как тайный, таинственный, сакральный. Уже само этимологическое значение этого термина говорит нам о многом. Данный вид знания испокон веков был предназначен для особого рода людей, достойных его. Достоинство это обусловливалось определенной мерой духовного развития человека - мерой, известной лишь самим посвященным в ту или иную эзотерическую традицию.
   Истинная эзотерика до последнего времени не была предназначена для внимания широких масс. Сакральность эзотерики была обусловлена многими причинами, но основными из них являются следующие:
-
не было разрешения свыше;
- не было необходимости для широкого распространения;
- сложность постижения для простого обывателя.
   В конце 20 века во многих эзотерических кругах (и прежде всего в каббалистической традиции), было принято решение о распространении эзотерического знания в массах. Решение это основано на созревании основных причин, перечисленных выше.
   Истинная эзотерика открывает человеку знание фундаментальных законов мироздания и устанавливает для человека нормы поведения, согласно которым человечество должно развиваться в мире и согласии. Эти нормы поведения именуются Законом Божьим (Торой - в Каббале, гнозисе, суфизме; Дхармой - в йоге, дзэне и дао), т.к. они переданы человеку от самого Творца нашего мира через его посредников.
   Два пути истинной эзотерики.
   В эзотерике необходимо различать два основных пути развития - путь Каббалы (Торы) и путь Будды (Дхармы). Путь Каббалы (или путь Торы) - это направление эзотерики, происхождение которого непосредственно связано с волеизъявлением самого Творца нашего мира. Это нисходящая линия эзотерики, которая идет от Неба к земле. Основы этого направления методично передавались Богом на землю через Его истинных пророков (начиная от Авраама и заканчивая Мухаммедом) - что касается арийского этапа истории человечества, и от самого Адама - что касается истории человечества вообще. И в этой связи необходимо сказать, что данная линия эзотерики представляет собой абсолютно завершенный вид. Т.е. можно смело утверждать, что в этом крыле эзотерики уже не стоит ожидать никаких новшеств для арийского этапа развития человеческой цивилизации, т.к. последние слова, которые Бог хотел донести до людей через Своих пророков, были высказаны еще Мухаммеду.
   Путь Будды (или путь дхармы) - это направление в эзотерике, которым идут люди, достигшие пробуждения самостоятельным путем (т.е. не придерживаясь буквы закона, изложенной в Торе). Это - восходящая линия эзотерики, которая идет от земли к Небу. Этот путь представляет собой определенную опасность, если по нему идти без Учителя. Поэтому мы видим, какую огромную роль играет авторитет Учителя в таких традициях, как дзэн и дао. Причем не следует приходить к мнению, что роль Учителя в других традициях совсем незначительна.
  
Необходимо
различать такие понятия, как эзотерика и экзотерика. Экзотерика - это род знания, который был частично унаследован из той или иной эзотерической традиции и на котором была основана та или иная религия. Необходимо обратить внимание, что именно религии развивались в русле эзотерики, но не наоборот. Несмотря на то, что большинство учебников по истории религии настаивают именно на обратной точке зрения (т.е. что эзотерика родилась в русле экзотерики) мы принципиально не принимаем этой позиции, т.к. не видим в ней достаточных оснований в отличие от той, которая была уже упомянута.
   В эзотерике упор делается на внутренней работе человека, на изменении его внутренней природы. Любой эзотерист прекрасно знает, что для того, чтобы что-нибудь изменить вокруг, необходимо, прежде всего, изменить себя самого. Высшая цель этого изменения самого себя - достижение просветления. Экзотерическое знание не ведет человека к просветлению, т.к. оно построено на внешних ритуалах и обрядах.
   Знают ли массы о существовании истинной и ложной эзотерики?
   В последнее десятилетие (может быть чуть более) российский книжный рынок наводнил огромный шквал эзотерической литературы. Глядя на этот любопытный факт, многие люди с недоумением спрашивают: может ли соответствовать действительности столь масштабная популяризация эзотерики, ведь последняя, как известно, в силу определенных причин никогда не стремилась выйти в массы? Иными словами, является ли вся эта эзотерическая литература, ставшая достоянием масс, по-настоящему эзотерической?
   Чтобы ответить на поставленные выше вопросы, необходимо разобраться в некоторых очень важных деталях.
   Во-первых, необходимо сказать, что движение эзотерики в массы вызвано к жизни самими сподвижниками эзотерических школ и традиций. Это движение обусловлено тремя основными причинами:
   1) получено разрешение из непроявленного мира на распространение некоего рода (но не всей!) эзотерической информации;
   2) человечество в своем развитии достигло той черты развития цивилизации, переступив которую, не зная основных эзотерических истин, грозит большими опасностями для нашего мира;
   3) духовное развитие определенной части людей достигло того уровня, на котором самостоятельное постижение основных эзотерических истин становится весьма возможным явлением.
   Во-вторых, необходимо понимать, что не вся эзотерическая литература, доступная массам, соответствует понятию истинная эзотерика. Необходимо различать истинную эзотерику и ложную. Истинная эзотерика своими корнями уходит в Каббалу - сакральное учение древних иудеев. По преданию Каббала была передана Богом самому Адаму. И самим Богом через пророка Исайю был установлен критерий отличия ложного учения (в том числе и эзотерического) от истинного. Этот критерий установлен для арийского этапа развития человечества. Сущность этого критерия - выявление противоречия по отношению к учению Торы: "И когда скажут вам: "обратитесь к вызывающим умерших и к чародеям, к шептунам и чревовещателям", тогда отвечайте: не должен ли народ обращаться к своему Богу? Спрашивают ли мертвых о живых? Обращайтесь к закону и откровению. Если они не говорят, как это слово, то нет в них света" (Ис.8:19-20). И я убедительным образом прошу читателя обратить свое внимание на приведенное высказывание Исайи, которое акцентирует наше внимание на авторитете Торы и откровения истинных пророков Божьих.
   Истинная эзотерика ставит перед собой главную цель - исполнение воли Творца на земле. Ложная эзотерика преследует принципиально противоположную цель - умышленное противостояние Божьему Закону и всякому волеизъявлению Творца.
   Зарабатывать на популярной теме в литературе сегодня стало также престижно, как, к примеру, в шоу-бизнесе зарабатывать на "пиаре" известных поп-звезд. "Благо", что массы, в основе своей, плохо разбираются в том, в чем им так хотелось бы разбираться. Благо это конечно существует для тех писателей, которые хотят причислить себя к разряду великих посвященных нашей планеты, но таковыми не являются. И здесь настораживает, в первую очередь, тот факт, что количество подобного рода персон в литературе становится с каждым днем все больше и больше. И это, в следующую очередь, приводит к тому факту, что массы, как таковые, получают неправильное представление об истинной эзотерике.
   Медиумы и пророки: чем они отличаются?
   Так как эзотерика распространялась по земле через медиумов и пророков, необходимо различать эти два очень важных понятия. Дело в том, что для многих людей эти два феномена представляются как тождественные, а в мышлении эти понятия трактуются как синонимичные, что, на мой взгляд, является грубой ошибкой.
   Пророчеством является всякое вещание человеком о событиях (или событии), которые должны свершиться в будущем. Следовательно, пророком является человек, который провозглашает пророчества. Согласно Торе и учению Каббалы необходимо различать истинные пророчества, а, следовательно, и истинных пророков от ложных. Истинным пророком является тот человек, которому было передано знание о будущем либо в видениях (или сновидениях), либо через Божьего посредника - ангела. Истинное пророчество обязательно должно сбыться, т.к. передача знания производится "от неба к земле". Любое пророчество, которое не сбылось, даже если информация была получена через видение или через ангела, является ложным. Дело в том, что видение в данном случае явилось проекцией собственного сознания (или скорее подсознания), а не экспликацией воли Творца. Если же пророчество давалось через ангела, и оно не сбылось, то необходимо признать, что ангел был из разряда падших, которые в библейских текстах чаще всего именуются бесами.
   Но в эзотерике существует несколько практик, с помощью которых можно добиться определенных успехов в зондировании будущего. Все эти техники направлены на то, чтобы тем или иным образом "скачать" информацию из общей информационной базы Вселенной, которую принято называть Хрониками Акаши, или Мировым Разумом. Все эти техники именуются таким термином, как ченнелинг (от английского channel - канал). В разряд ченнелинга входят такие техники, как биолокация (маятник, рамка, лоза), автописьмо, самогипноз и проч. Медиумы (от лат. medium - середина, нечто среднее, промежуточное, посредствующее) - это люди, которые освоили ту или иную эзотерическую технику, позволяющую им  подключаться к информационной базе Вселенной, т.е. быть в роли посредника (информационного канала) между небом и землей.
   Мы видим, таким образом, что и медиумы и пророки выступают в роли посредников (информационных каналов) в передаче информации от неба к земле. Но разница между ними все равно есть, причем весьма принципиальная. Разница эта заключается в том, что пророк делает вещание по воле Творца, а медиум - по собственной воле. В этой связи представляется важным обратить внимание читателя на то, что в отличие от истинных пророков Божьих, передававших информацию с коэффициентом истинности в 100%, коэффициент истинности информации переданной медиумом, как показывает практика, далеко не всегда является равным 100%. Отсюда вытекает приоритет пророческой информации перед медиумической, к которому необходимым образом приходит мое мышление. 
   Чем отличается эзотерическая наука от академической?
   Всякое знание, истинность которого можно доказать экспериментальным путем (т.е. на практике), принято называть научным. Но сама наука не имеет единства в своем развитии. Связано это с тем, что в зависимости от своего происхождения, та или иная наука принадлежит к тому или иному пути развития. Таких путей всего два: академический и эзотерический. Великий Генон определял первый путь как горизонтальный путь развития, а второй - как вертикальный. Академическая наука имеет земные корни происхождения, а ее развитие и статус существования определяются только усилиями человека. Эзотерическая наука была ниспослана человечеству небом, т.е. ее происхождение и статус существования - внеземные. По преданию считается, что это знание было передано Творцом еще Адаму как средство выживания в физическом мире, еще до того, как Адам и Ева совершили грехопадение. "И вот, сказал Господь твой ангелам: "Я установлю на земле наместника". Они сказали: "Разве Ты установишь на ней того, кто будет там производить нечестие и проливать кровь, а мы возносим хвалу Тебе и святим Тебя?" Он сказал: "Поистине, Я знаю то, чего вы не знаете!" И научил Он Адама всем именам, а потом предложил их ангелам и сказал: "Сообщите Мне имена этих, если вы правдивы". Они сказали: "Хвала Тебе! Мы знаем только то, чему Ты нас научил. Поистине, Ты - знающий, мудрый!" Он сказал: "О Адам, сообщи им имена их!" И когда он сообщил им имена их, то Он сказал: "Разве Я вам не говорил, что знаю скрытое на небесах и на земле и знаю то, что вы обнаруживаете, и то, что скрываете?" (Коран 2:30-33); "И вот, Господь твой извлек из сынов Адама, из спин их, их потомство и заставил их засвидетельствовать о самих себе: "Разве не Господь ваш Я?" Они сказали: "Да, мы свидетельствуем... " Чтобы вы не сказали в день воскресения: "Мы были небрежны к этому"" (Коран 7:172).
        Обстоятельства происхождения этих родов научного знания проливают свет на объяснительные способности академической и эзотерической наук. Если компетентность первой ограничивается ответом на вопросы "как?" и "каким образом?", то компетентность второй разрывает эту границу и дает ответ на более глубокий по своему статусу вопрос "почему?". Связано это с тем, что сакральная (эзотерическая) наука холистична по своей сути в отличие от науки академической. Причем под холизмом мы понимаем такое представление о вещи, явлении, совокупности вещей или явлений, где единое, целое предшествует составным частям. "Все, что называется "современной наукой", все, что принадлежит сфере современной науки, основано на негласном законе - на отрицании холизма, холистского мировоззрения как чего-то недонаучного, ненужного, неправильного, несуществующего. Современная наука изучает постхолистский, постсакральный мир, где каждая вещь строго равна самой себе, где А равно А, и связи между вещами надо осознавать, исходя из самих вещей, без апелляции к общему знаменателю" (А.Дугин). В эзотерической же науке все обстоит наоборот. Принцип холизма, на котором держится вся сакральная наука, предполагает возможность познания природы вещей и явлений только в контексте их принадлежности к целому, Сущему. Иными словами, академическая наука вырывает объект познания из среды сущего и познает этот объект как сумму определенных свойств и признаков, за которыми ничего нет, эзотерическая же наука познает объект как часть целого, как нечто не равное сумме всех своих свойств и признаков.
   Антихолистический метод познания начал утверждаться в академической науке во времена средневековья, когда спор между номиналистами и реалистами окончился победой первых, но последняя точка над i в этом утверждении антихолизма была поставлена в период Просвещения.
   Если мы рассмотрим анатомию академической и эзотерической наук, то основным отличием между этими родами знания станет следующее: в ядре эзотерической науки всегда лежит метафизика, в академической науке нет никакой метафизики, а в ее ядре лежит математика (сравните известное высказывание: в каждой науке столько науки, сколько в ней математики). Этот критерий был предложен еще великим Кантом, но и сегодня от него не собираются отказываться современные мужи академической науки.
   Другим критерием, отличающим эзотерическую науку от академической, является принцип авторитетности. В эзотерике всегда присутствовал авторитет Священного Писания. В академической науке признается только авторитет факта. В этом плане эзотерическая наука аристократична по духу существования, академическая наука демократична по своему духу. Имя ученого, которое в прошлом веке было у всех на устах, и мнение которого было авторитетно в свое время, сегодня может быть забыто подавляющим большинством ученых. В эзотерической науке авторитет имени никогда не проходит. Более того, умаление авторитета того или иного древнего автора, в эзотерике считается плохим тоном и подвергается жесткой критике. Так как эзотерическая наука была передана от высшего мира низшему, то и знание, в ней изложенное, со временем может только убывать, а не прибывать. Академическая же наука, наоборот, зиждется на принципе добычи знания. Знание академической науки преходяще. То, что было добыто ею вчера, сегодня может быть уже невостребованным. Знание эзотерической науки востребовано всегда, оно не может быть преходящим.
   Итак, сделаем следующие выводы:
      -- Эзотерическая наука была передана людям Творцом, академическая самопроизвольно зародилась на земле путем отпочкования от эзотерической.
      -- Холизм эзотерической науки и антихолизм академической.
      -- Признание авторитетности передачи знания от предков к потомкам в эзотерической науке и отрицание этих авторитетов и признание фактов в качестве главного авторитета в академической науке..
      -- Эзотерическая наука знает не только природу следствий, но и природу причин (возможность ответа на вопросы "как?" и "почему?"). Академическая наука ограничена лишь знанием природы следствий (отвечает только на вопрос "как?).
      -- Наличие метафизики в ядре эзотерической науки и отсутствие метафизики в ядре академической науки.

Основные теологические концепции.

   Каждого верующего человека, в зависимости от того, как он смотрит на природу мира и Бога, можно отнести к той или иной группе людей. Таких групп всего четыре - деисты, теисты, пантеисты и панентеисты. Деисты и теисты принадлежат к экзотерической линии познания, пантеисты и панентеисты - к эзотерической линии познания. Причем в эзотерической линии познания проявляется следующая закономерность: для эзотерических традиций, развивающихся по пути Будды (дзен и дао), более характерен пантеистический подход к познанию окружающей действительности; для эзотерических традиций, развивающихся по пути Торы (Каббала, йога, гнозис и суфизм), более характерен панентеистический подход. Краткие характеристики всех этих теологических концепций приводятся ниже. Если же кого-то интересует позиция автора относительно рассматриваемых ниже концепций, то сразу хочу сказать, что для меня наиболее близким по духу является панентеизм.
   ДЕИЗМ (от лат. deus -- бог), религиозно-философская доктрина, которая признает бога как мировой разум, сконструировавший целесообразную "машину" природы и давший ей законы и движение, но отвергает дальнейшее вмешательство Бога в самодвижение природы (т. е. "промысел божий", чудеса и т. п.) и не допускает иных путей к познанию бога, кроме разума. Получил распространение среди мыслителей Просвещения, сыграл значительную роль в развитии свободомыслия в 17-18 вв. Одним из главных основоположников деистической концепции считается Рене Декарт (1596-1650) - великий французский философ и ученый.
   ТЕИЗМ (от греч. theos -- бог), религиозное мировоззрение, исходящее из понимания Бога как абсолютной личности, пребывающей вне мира, свободно создавшей его и действующей в нем. Признание потусторонности Бога отличает теизм от пантеизма, признание непрерывной активности Бога -- от деизма. Наиболее характерен для генетически связанных между собой религий -- иудаизма, христианства и ислама. Термин впервые употреблен Р. Кедвортом.
   ПАНТЕИЗМ (от греч. раn - все и theos - бог) - религиозно-философская концепция, рассматривающая Бога как мировое целое. Пантеистические тенденции проявляются в еретической мистике средних веков. Характерен для натурфилософии Возрождения и материалистической системы Б. Спинозы, отождествившего понятия "Бог" и "природа". И. Г. Гердер, И. В. Гете и классический немецкий идеализм опирались на пантеизм в полемике как с ортодоксальным теизмом, так и с механицизмом французских материалистов.
   ПАНЕНТЕИЗМ ( от греч. раn - все, en -- в, theos -- бог), религиозно-философское учение, согласно которому мир пребывает в Боге; синтез теизма и некоторых идей пантеизма. От пантеизма эта концепция отличается тем, что Бог в ней рассматривается как сущность, которая существует как в мире, так и вне его. От теизма эта концепция отличается тем, что мир творится Богом не вне Его сущности, а внутри этой сущности.
   Термин панентеизм введен К. Краузе  в 1828 году, который пытался объединить идеи теизма и пантеизма. Концепция панентеизма не противоречит ни теизму, ни пантеизму: она объединяет их сильные стороны в единое мировоззренческое русло, делая картину мироздания наиболее глубокой и способной удовлетворить самые сложные запросы человеческого разума. Несмотря на то что сам термин "панентеизм" появился лишь в 19 веке, эта концепция наиболее древняя, т.к. своими корнями уходит в Каббалу.   
   Что такое эзотерическая традиция?
   Эзотерическая традиция - огромный пласт сакральной культуры человечества, переданной человечеству от высшего мира. Согласно преданию, сакральное знание было передано человеку самим Творцом как необходимое средство для выживания в нашем мире. Во многих эзотерических традициях сохранилось предание о том, что после того, как в небесном мире произошел раскол, и часть небожителей отказалась жить по закону Творца. Чтобы уберечь человечество от "опеки" падших ангелов, Творец дал людям Закон, по которому они должны жить. Исполнение этого закона ведет к всеобщему благу человечества и утверждению гармонии в земном мире.
   Каждая эзотерическая традиция имеет статус эзотерической школы, но не всякая эзотерическая школа является эзотерической традицией. В этой связи необходимо правильно понимать отличительные особенности традиции от школы. Здесь существует три основных критерия.
   1. На основе эзотерических традиций развились наиболее известные религии нашего мира. Из Каббалы вырос иудаизм, из йоги - брахманизм, из дзэна - буддизм, из дао - даосизм, из гнозиса - христианство, из суфизма - ислам. Все эти эзотерические традиции когда-то имели лишь статус школы. Сегодня они являются и школой, и традицией в одном лице. Но это совсем не означает, что каждая эзотерическая школа когда-нибудь станет эзотерической традицией.
   2. Традицию от школы отличают также и более длительные временные рамки существования. Так, к примеру, самая молодая эзотерическая традиция - суфизм - существует на земле вот уже более чем 13 веков. С ней может посоперничать только исихазм - наиболее древняя эзотерическая школа, возникшая в 4-7 вв. Большинство же эзотерических школ было организовано в 19-20 вв.
   3. Все эзотерические школы возникали в русле той или иной эзотерической традиции, но ни одна традиция не возникла из какой-либо эзотерической школы.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Часть 1. Каббала.

   Глава 1.Что такое Каббала?
  
   Каббала - древнеиудейская эзотерическая традиция, основоположником которой на гиперборейском этапе развития человечества являлся Адам, а на арийском этапе - Авраам. Эта традиция была передана непосредственно от Творца к творению.
   "Термин Каббала означает на древнееврейском не что иное, как "традиция" в самом общем смысле; и хотя чаще всего он обозначает эзотерическую традицию или традицию, связанную с посвящением, когда его используют без специальных уточнений, но иногда также бывает, что его применяют к самой экзотерической традиции. Сам по себе этот термин способен, таким образом, обозначать любую традицию; но раз он принадлежит к древнееврейскому языку, то нормально, при его использовании в других языках, относить его только к древнееврейской традиции, или (если предпочитают иной, возможно, более точный способ выражения) к специальной древнееврейской форме традиции" (Р.Генон).
   Необходимо различать Каббалу как историческое явление, как традицию и каббалу как науку, как теоретическую область знаний. Первая неотъемлемым образом связана со второй. Для того чтобы не путаться с этими двумя аспектами каббалы, условимся писать Каббалу как традицию с заглавной буквы, а каббалу как науку - с прописной.
   Цель науки каббала - развить в человеке шестой орган чувства, благодаря которому человек в полной мере сможет ощутить живого Бога. Цель самой каббалистической традиции - установить связь между земным миром и миром небесным. Эта связь должна способствовать организации общества людей согласно всевышней воле Творца, а не так, как это угодно людям.
   Изучение каббалы позволяет постичь Смысл всех смыслов, так как в ней излагается происхождение и сущность нашего мира, а также структура высшего мира. Именно Каббала является родоначальницей той ветви эзотерики, происхождение которой было вызвано волеизъявлением самого Творца. Ведь пробуждение Авраама было вызвано тем, что сам Творец вышел на контакт с ним и поведал ему тайны Каббалы. Сам термин "каббала" иногда переводится и как "воспринятое предание". И необходимо всегда помнить, что первоначально восприятие это происходило не от человека к человеку, а от Бога к человеку. Достойными наследницами Каббалы впоследствии стали такие традиции, как йога, гнозис и суфизм. Но никогда не следует делать вывода, что с рождением гнозиса завершилась традиция Каббалы, а с рождением суфизма завершилась традиция гнозиса. Все эти традиции мирно сосуществуют в настоящее время, так как в основе своей они нисколько не противоречат друг другу. Но если гнозис и суфизм стали преемственниками Каббалы на Западе, то йога - на Востоке.
   В Талмуде каббалой называются части Торы не входящие в Пятикнижие. Непосредственно в постталмудическую эпоху так обозначается вся Устная Тора. По мере кодификации и канонизации Учения, область применения термина "каббала" сужается, сдвигаясь при этом в его некодифицированную область.
Что же представляет собой каббала как учение, как тайная наука? На этот и другие вопросы, связанные с каббалой, попытаемся ответить с точки зрения самих каббалистов.
По их мнению - Каббала это методика постижения духовных миров и нашего мира, как их следствия. С одной стороны, изучение каббалы дает нам знание о духовных мирах, с другой стороны сам процесс постижения каббалы развивает в нас дополнительный орган ощущения, позволяющий нам войти в контакт с духовными мирами.
  
   Предмет изучения каббалы.
  
   Что дает человеку Каббала? Согласно Каббале есть четыре вида знания, которые может и должен постичь человек. Эти четыре вида знания и составляют канон сакральной науки каббалы - канон, который соблюдается во всякой эзотерической традиции, а не только в Каббале.
Первый вид Знания - знание о творении (учение о Десяти Сфирот). Это знание заключает в себя изучение создания и развития миров в объеме постижимом человеком, а именно: каким образом Творец путем последовательных сокращений создал миры и существа, их населяющие. Учение о творении, которое излагается в каббале в философии принято именовать панентеистической концепцией, которая представляет собой теоретический синтез теизма и пантеизма.
   Второй вид Знания - знание о функционировании (учение о карме). Изучение сущности человека, его взаимосвязи и взаимодействия с духовным миром. Законы взаимодействия духовного и материального миров и их следствия.
Третий вид знания - кругооборот душ (теория реинкарнации). Изучение сущности каждой души и ее кругообращения. Связь души с общим управлением системы миров, ее кругообороты, циклы жизни и смерти - от чего зависят все наши пути в этом мире.
Четвертый вид знания - знание об управлении. Изучение нашего мира - неживой, растительной, животной и человеческой природы, их сущность, роль и управление ими из духовного мира. Управление свыше и наше восприятие Природы, Времени, Пространства.
  
   Трудно описать весь спектр вопросов, на которые в состоянии ответить наука каббала, так как этот спектр слишком обширен. Вот лишь основные области исследования науки каббала:
   1)сотворение мироздания, включая духовные миры, наш космос, солнечную систему, неживую, растительную, животную природу и человека;
   2)течение и конечную цель процесса развития;
   3)возможность вмешательства человека в этот процесс (антропологический фактор);
   4) связь между сегодняшним состоянием и теми, в которых мы пребывали до появления на этой земле человека и общества;
   5) смысл того отрезка жизни, в течение которого мы существуем, как биологическое тело и ощущаем через него окружающий мир;
   6) состояние, в котором мы существуем до нашего рождения; наше состояние в этом мире, состояние, в котором мы пребываем после смерти;
   7) кругообороты жизни - существуют ли они, и каким образом связаны между собой;
   8) возможность включения в течение земной жизни в высшую форму, в которой мы пребываем до момента рождения и после смерти;
   9) источники наук, искусства, культуры - т.е. всего, что связано с языком, поведением человека, их корни и причины реализации именно в таком виде.
        
   Все вышеперечисленные вопросы освещает каббала, потому что она выводит общий Закон, дает суммарную формулу описания всего мироздания. Эйнштейн мечтал найти формулу, которая бы объединяла всю вселенную, со всеми ее деталями, понимая, что если такая формула истинна, то должна быть очень прозрачной: взаимодействие между несколькими параметрами путем простой функциональной зависимости. Каббала приводит нас к этой проясняющей все формуле. По крайней мере, к такому выводу пришли каббалисты в результате своих исследований, и человек, изучая каббалу, может лично убедиться в этом.
  
   Основные разделы каббалы.
         Как в любой науке, в каббале существует теоретическая и практическая сторона, куда включается собственный язык, понятийный аппарат, самостоятельные инструменты исследования, постановка экспериментов и сравнительный анализ.
   Теоретическая Каббала:
  -- Масора.
  -- Мишна.
  -- Гемара.
   Практическая Каббала:
  -- Нотарикон.
  -- Темура.
  -- Гематрия.
  -- Пневматика.
  
   ТЕОРЕТИЧЕСКАЯ КАББАЛА
  
   Масора. Свод передаваемых из поколения в поколение правил, которыми обязаны руководствоваться переписчики Свитков Торы, называется масора, что означает "традиция", "предание". В масоре учтены и изучены все без исключения особенности написания и произношения текста Танаха.
  
   Первоначально еврейская Библия была написана консонантным письмом; гласные не указывались, хотя иногда долгие гласные и дифтонги обозначались соответствующими буквами. Для семитоязычных читателей отсутствие гласных не создает затруднений, так как смысл написанного во многом ясен из контекста. Однако, с точки зрения теологии, в священных текстах крайне нежелательно оставлять "лазейки" для "еретической" интерпретации. Благодаря деятельности масоретов текст еврейской Библии снабжен знаками огласовки и кантилляции.
   Считается, что масора была завершена к 10 в. н.э., но основная работа проводилась до 7 в., поскольку Коран уже следует масоретской традиции полной огласовки. Масоретская вокализация не существовала в раннее время, что видно по Септуагинте, греческому переводу еврейской Библии (2 в. до н.э.). Например, стих Ис 24:23 гласит: "И покраснеет луна (лвн), и устыдится солнце (хм)". В Септуагинте же появились "кирпич" (евр. "левена") вместо "луны" (масоретское "левана") и "стена" (евр. "хома") вместо "солнца" (масоретское "хама"). Такое расхождение вызвано отсутствием знаков огласовки.
   Другая особенность домасоретского периода - свобода в передаче текста. В самой Библии некоторые фрагменты сохранились в двух или даже в трех вариантах. Так, десять заповедей представлены дважды (Исх 20:2-17 и Втор 5:6-18), и различия между ними нельзя свести к ошибкам переписчиков. Чтение согласно версии в Книге Исхода: "Помни (зехор) день субботний, чтобы святить его", в то время как чтение согласно версии в Книге Второзакония: "Наблюдай (шемор) день субботний, чтобы свято хранить его". Эту непоследовательность в дошедших до нас древних памятниках хорошо иллюстрирует сопоставление 2 Цар 22 и Пс 17. Очевидно, что оба фрагмента являются одним произведением, представленным в двух версиях.
   Масореты уничтожали рукописи еврейской Библии, отклонявшиеся от принятого ими варианта (Textus receptus), поэтому серьезные расхождения в библейских рукописях были неизвестны вплоть до 1947, когда в Кумране были найдены т.н. свитки Мертвого моря. Они включали тексты Книги Исайи, сильно отличавшиеся от Textus receptus и друг от друга. Их ценность в том, что они представляют домасоретский текст, который свидетельствует о непоследовательности в передаче текста священных книг. Конец этой распространенной практике положила унификация, проведенная масоретами и лидерами еврейских общин, действовавшими по их программе.
   Открытие других рукописей Мертвого моря из Вади-Мураббат, датируемых временем восстания Бар-Кохбы (132-135), показало, что Textus receptus создавался и распространялся в период между разрушением Иерусалима в 70 (тогда кумранские свитки уже были спрятаны) и 132, поскольку тексты Вади-Мураббат совпадают с Textus receptus.
   Как правило, масореты не вносили исправлений в консонантный текст. Редкие поправки переписчиков имели место, если не было иной возможности избежать чтения, противоречившего основополагающим вероучительным принципам. Например, первоначальное чтение Быт 18:22 ("Господь же еще стоял пред лицем Авраама") с теологической точки зрения кощунственно, поскольку создается впечатление, что Авраам превыше Бога. В результате исправления этот стих в Textus receptus приобрел вид: "Авраам же еще стоял пред лицем Господа". Но в большинстве случаев масореты исходили из принципа, что консонантный текст изменению не подлежит, а вмешательство должно ограничиваться исправлением огласовки и примечаниями на полях.
   Масора включала в себя также сложную систему музыкальных знаков (акцентов), которые задают правильное интонирование (распев) при чтении Библии в синагоге и одновременно интонационно членят фразы подобно современным знакам препинания.
   Существуют три масоретские системы: вавилонская, палестинская и тивериадская. Последняя стала общепринятой и теперь является стандартной для всех изучающих иврит. Хотя масора - явление позднее, она в какой-то степени отражает живой библейский язык. Невозможно провести реконструкцию библейского произношения, не взяв за основу масоретскую систему огласовки. Вокализация средневекового и современного иврита (в том числе и в Израиле) также основана на масоретской. Хотя масореты стремились, в первую очередь, представить авторитетный текст еврейской Библии, результат выполненной ими работы превзошел первоначальный замысел, так как была закреплена система гласных (а следовательно, также морфология и нормы произношения) иврита, возрожденного в 20 в. и ставшего одним из государственных языков Израиля.
   Мишна (евр. "повторение") - древнейшая часть Талмуда, в которой изложен Устный Закон, по преданию полученный Моисеем одновременно с Письменным Законом (Торой) на горе Синай. Мишна включила в себя Галаху, Аггаду и Мидраш; за исключением небольшого количества арамейских и греческих слов написана на иврите.
   Записывать Устный Закон начали в конце первого века н. э. -- после разрушения римлянами Второго храма в 70 г. В прежние времена считалось, что запись устной традиции противоречит духу еврейского Закона, но под властью Рима угроза потерять вековой опыт обострилась. Систематизация накопленных знаний стала необходимостью. Работа нескольких поколений еврейских ученых -- таннаев -- по составлению Мишны завершилась в начале 3 века. Окончательная редакция была осуществлена раввином Иегудой Ганаси.
   Мишна состоит из 63 трактатов, объединенных в 6 разделов (седеров): Зраим ("Семена") -- законы, касающиеся земледелия; Моэд ("Срок") -- законы о соблюдении праздников и постов; Нашим ("Женщины") -- законы, касающиеся брака, семейного быта и развода; Незикин ("Ущербы") -- собрание гражданского и уголовного права; Кодашим ("Святыни") -- законы относительно храмовой службы, жертвоприношений и ритуального убоя животных; Тохорот ("Чистота") -- законы о ритуальной чистоте.
   Один из трактатов Мишны -- трактат Авот ("Отцы") не содержит правовых норм, а является собранием высказываний известных еврейских мудрецов.
   Основой Мишны являются постановления, источниками которых служили галахические законы, местные правила и обычаи, конкретные судебные решения, высказывания еврейских мудрецов, а также толкования библейских текстов самими таннаями и комментарии Иегуды Ганаси. Правовые нормы приводятся, как правило, без указания источника, но иногда упоминается не только имя автора того или иного закона, но и описывается ситуация, в которой данный закон был сформулирован. Хронологическая неоднородность источников прослеживается в языке, стиле и разных способах подачи материала.
   Мишна не является сводом законов в современном понимании. Помимо конкретных постановлений, приводятся дискуссии ученых по тому или иному вопросу. В таких случаях Иегуда Ганаси либо принимает мнение одной из сторон, либо высказывает свою собственную точку зрения.
   Именно из-за такого многостороннего подхода Мишна Иегуды Ганаси стала для еврейских ученых каноническим текстом. Изучение Мишны, полемика, различные толкования и дополнения к ней стали основой для создания Иерусалимского и Вавилонского Талмудов.
   Гемара - толкование Закона божьего. Вместе с Мишной составила основу Талмуда. Гемара (от арамейского ; букв. завершение, изучение, воспринятое от учителя), свод дискуссий и анализов текста Мишны, проводившихся амораями, включающий их постановления и уточнения Закона. В обиходе термином Гемара часто обозначают Талмуд в целом, а также каждый из составляющих его трактатов в отдельности. В тексте печатных изданий Вавилонского Талмуда (а также виленского издания Иерусалимского Талмуда) Гемара отделяется от Мишны сокращением. Гемара сопровождает Мишну как в Вавилонском, так и в Иерусалимском Талмудах, хотя не все и не одни и те же трактаты.
   Всего насчитывается пять миров, пять уровней познания. Все они, как описывает "Книга Зогар" - основной каббалистический источник - присутствуют внутри человека и построены по единой схеме. Каждый из миров является следствием предыдущего. Все, что есть в нашем мире - любой атом, клетка, организм - имеет свой корень, прообраз в мирах духовных. В высших мирах нет материальных понятий, там существуют только силы, порождающие объекты нашего мира и наши ощущения.
   ПРАКТИЧЕСКАЯ КАББАЛА     
   В каббале имеется три основных раздела, и в каждом из них говорится о постижении Общего Закона мироздания. Есть раздел, изучающий нисхождение миров и импульсов поступенчато, вплоть до нашего мира. Он занимается исследованием исключительно высших миров: их функционированием, управлением, воздействием на нас; тем как мы своими поступками влияем на высшие миры, и какова их обратная реакция.
      Следующий раздел каббалы занимается методикой развития души, внутренней части человека, принадлежащей высшему миру. Эта часть не имеет ничего общего с витальной, жизненной силой нашего организма, которая не отличает человеческие тела от животных.
      Все процессы, связанные с нисхождением души в физическое тело, выходом из него после биологической смерти и нисхождением в новое тело, называются "кругооборотами души". В отношении тел такого понятия не существует.
      Раздел каббалы, в котором разработан математический (понятийный) аппарат для описания духовных процессов, позволяет каббалисту изучать их воздействие на себе, анализировать, градуировать, сопоставлять поступающие свыше сигналы с собственными реакциями на них.
      Математический аппарат каббалы состоит из:
   - гематрий - цифровых записей духовных состояний миров и души;
   - графиков состояния и зависимости взаимного влияния духовных миров и души;
   - таблиц, матриц всевозможных включений свойств миров и душ.
   Почему Каббала является самой древней эзотерической традицией?
   На каком основании необходимо считать Каббалу самой древней эзотерической традицией? Необходимо сказать, что для подобного рода вывода имеются несколько оснований:
  -- исторический ракурс возникновения традиций;
  -- содержательный аспект той или иной традиции (метафизическое знание, которое передано человечеству в той или иной традиции);
  -- преемственность самих традиций с указанием в их священных книгах на свои истоки;
  -- лингвистический аспект.
   Обоснованием этого вопроса в свое время занимался великий Генон, авторитету которого мы склонны доверять и к трудам которого призываем обратить внимание наших читателей.
  
   Основные отличия каббалы от религии.
  
   Религия считает, что Творец меняет свое отношение к человеку в зависимости от действий человека, а наука каббала считает, что высшая сила неизменна, и действия человека ее не меняют, но действия человека меняют его самого, и поэтому он уже по-иному воспринимает высшее управление: если изменяется к большему подобию Творцу - ощущает Его как более благостного к себе, а, изменяясь к большему отличию своих свойств (получения) относительно свойств Творца (отдачи), ощущает, будто Творец стал относиться к нему более негативно.
      На неизменность отношения Творца к своим созданиям указывают множество выражений из каббалистических текстов: "Я своего имени не меняю", "Добр и творит добро плохим и хорошим", "Высший свет пребывает в полном покое" и пр..
      Поэтому молитвой называется самосуд, самоанализ - когда человек не обращается к Творцу, а судит себя, анализирует себя относительно высшего неизменного Универсума, размышляет о пути к цели творения, об изменениях-исправлениях человека относительно неизменного Абсолюта Творца.
      В этом отношении к себе и к Творцу заключается все отличие каббалы от религии. Хотя религия и призывает к некоему изменению человека, но вся построена на умолении Творца. И в этом мировые религии подобны древнейшим верованиям - практикам задабривания высших сил природы.
      Причина неприятия каббалы религиями состоит в убежденности массовой религии в том, что человеку нужно только просить Творца, и все изменится свыше в его пользу, потому что Творец обратится к нему своим лицом. То есть верующий убежден, что надо верить в то, что Творец существует и всем управляет, а чтобы все изменилось к лучшему, надо просить Творца, а не меняться самому. Под изменениями в себе имеется в виду внешнее совершение благовидных поступков, в основном помощи из сострадания, но никак не изменение природы на подобие Творцу. Каббала же учит человека быть подобным Творцу и не омрачать этого образа непристойными поступками.
      При убежденности в изменении отношения Бога к человеку возникает зависть к кому Творец относится с большей любовью, кто более "избран" им. Возникает антагонизм не только между людьми, но и между религиями: членам какой конфессии Творец больше "расположен" отвечать на молитвы.
  Каббала же считает, что Творец неизменен, и только человек, по мере своего исправления, удостаивается видеть в том же неизменном отношении Творца, все более лучшее, и поэтому человек более исправленный будет больше оправдывать действия Творца. Поскольку каббала утверждает, что надо не молиться, а меняться, она вызывает к себе ненависть религиозных людей, ведь косвенно обвиняет их в ханжестве.
   Для понимания истинного отношения каббалистов к Творцу, можно рассмотреть каббалистический молитвенник, где нет обычных слов, выражающих чувства человека, а есть обозначения духовных действий, которые, исправляя себя, должен произвести человек, и тогда он получает высший свет. В этом и отличие понятий религиозного Бога и каббалистического Творца.
      Изучение в каббале строения мироздания создает у человека четкое представление о Творце, находящемся своими свойствами на вершине лестницы духовных свойств, и о самом человеке, находящемся внизу этой лестницы. Ступенями лестницы являются ступени миров. Цель сотворения - в самостоятельном подъеме: своим желанием слиться с Творцом.
      Подъем представляет собой внутреннее изменение свойств человека с эгоистического намерения во всех его мыслях и желаниях на альтруистическое. Изменение осуществляется по ступеням лестницы, каждая из которых характеризует меру подобия Творцу.
      Естественно, что изучение в таких деталях строения мироздания отдаляет человека от представления отношений с Творцом как с готовым меняться по отношению к нему в зависимости от просьб. Даже в нашем мире, если мы представим себе абсолютного родителя, станет понятно, что никаким изменением ребенок не сможет вызвать к себе большей любви - она всегда вечна и совершенна, а внешнее ее проявление, то есть ощущение низшим, зависит только от тех состояний, которые человек должен пройти, чтобы познать все мироздание, набраться опыта, стать разумом и чувствами равным Творцу.
      Из вышесказанного следует, что даже исправления, о которых говорилось выше, как о желательных, которые мы можем произвести в себе, и, таким образом, ощутить неизменное отношение Творца к нам как более благосклонное - это не непосредственное изменение, исправление себя, ведь все ступени, крайние состояния, изменения, полярные ощущения мы должны пройти, чтобы обрести опыт и возможность ощутить все мироздание от края его и до края.
      А под исправлением человека подразумевается только изменение отношения к происходящему с ним, когда человек оценивает и потому ощущает происходящее с ним как абсолютно положительное, что вызывает в нем ощущение сладости наслаждения. Вплоть до того, что человек обнаруживает, что не меняется вообще ничего, кроме его отношения к постоянному, неизменному его состоянию, в котором он создан и находится изначально и всегда.
      Безусловно, изучение науки каббала, которое приводит к такому пониманию мироздания и своего места в нем, поневоле отклоняет человека от молитвы, а ведь во всех религиозных практиках молитва - это самое важное, главное, центральное действие, вокруг которого, уже как придаток, организуется все остальное.
      Естественно, что, в таком случае, наука каббала, как ориентирующая человека только на внутреннее созерцание и изменение, отдаляет его от всех внешних отправлений и предписаний любых конфессий, и поэтому все они против науки каббала.
  
   Основные отличия каббалы от философии.
  
   Основной принцип в науке каббала гласит: "Непостигаемое не можем назвать по имени", где под именем имеется в виду начало какого-то постижения. Это железное правило строго запрещено преступать. Поэтому каббала не занимается изучением Творца, а изучает постигаемый внутри сосуда души высший свет, ощущение высшей управляющей силы (Творца), ее действий. Иными словами, каббала изучает взаимосвязь проявленного и непроявленного миров, взаимоотношения между Творцом и его творением.
  
   Подход науки каббала противоположен тому подходу, который применяется в философии, занимающейся абстрактными формами, поскольку наука каббала никогда не занимается абстрактной, отвлеченной от материала формой. Знание, которое излагается в каббале можно подтвердить экспериментальным путем. Знание, которое излагается в философии далеко не всегда можно подтвердить экспериментальным путем из-за абстрактности ее материала.
   Если начать проводить сравнительный анализ каббалы и философии, то можно сказать, что обе эти науки занимаются изучением существующей реальности. Однако наука каббала судит о той реальности, которая явно открывается, о той действительности, которую человек раскрывает в своих органах чувств - либо в уже существующих, физических органах ощущения, либо в дополнительном органе, который развивается в человеке при занятиях каббалой. То есть раскрытие происходит либо в пяти органах чувств (как у большинства людей), либо в шести (как у некоторых людей, которые смогли в себе развить этот шестой орган чувств).
   Уникальность науки каббала заключается в том, что она желает привести человека и приводит его к интегральному, неразрывно связанному и цельному восприятию всей действительности, когда не существует разделения мироздания на высший и низший мир, на скрытую и раскрытую части.
   Если до изучения каббалы мироздание представляется человеку в виде двух миров - проявленного и непроявленного, то после занятий каббалой и развития в душе шестого органа чувств мироздание представляется человеку как единое целое, в котором все части Сущего взаимосвязаны друг с другом.
   Каббала и искусство.
         В деятельности человека в нашем мире есть очень много прекрасных порывов: стремление к самовыражению, красоте, любви, гармонии, желание выразить себя через музыку, искусство, живопись. К каким желаниям это относится: к желаниям богатства, славы, знаний, власти? Это тот же эгоизм, который ищет самовыражения. Он на самом деле приятен нам.
      Мы можем восхищаться произведениями других людей, получать от этого удовлетворение, но в принципе это эгоистическое самовыражение человека, стремление к выражению своих чувств, к известности, славе, в некотором роде и стремление к власти. То есть стремление к выражению себя перед другими людьми приводит человека к искусству.
      Не надо думать, что это плохо. Наука Каббала ни в коем случае не загоняет человека в какие-либо рамки и не ограничивает его в выражении своих ощущений. Наоборот. У нас есть каббалистическая музыка. Это очень интересный раздел науки, где каббалисты вместо того, чтобы выражать свои постижения духовными словами, выражают их в виде звуков. И поскольку мелодия входит в наши чувства, в сердце, проходя сквозь разум и не затрагивая его, то такое восприятие каббалистической информации дает совершенно особый эффект.
      Это подходит даже для тех, кто совершенно ничего не понимает, не знает, не может читать каббалистические тексты в оригинале или просто ничего не читал. Это выражение восприятия, ощущения духовного мира большим каббалистом, передача этого восприятия через музыку любому человеку несет большой духовный потенциал и может помочь начинающему себя взрастить.
      Когда человек начинает заниматься поисками духовного, обычно все остальные виды самовыражения в искусстве отходят на задний план. Потому что он видит, что нашими земными средствами мы практически не в состоянии выразить то ощущение, которое он начинает воспринимать от высшей субстанции.
      Если я вижу речку, озеро, звезды, красивый объект, выражение каких-то человеческих эмоций, экспрессию, я могу выразить это своими средствами, потому что я выражаю земные чувства. Если же я ощущаю нечто духовное, то, оно не может быть выражено ни в каком земном обличии. Я практически ни во что не могу его облачить.
      Единственное, в чем каббалисты смогли каким-то образом передать свое восприятие, восхищение раскрывающимся мирозданием, это - музыка.
      Изобразить это в виде рисунка невозможно, потому что образов в духовном нет. Сразу происходит материализация духовного, и она все убивает. Запрещено даже пытаться это делать. Во-первых, это никогда не получится, во-вторых, каббалист при этом низводит себя на уровень нашего мира. Поэтому непосредственной связи науки Каббала с искусством нет, есть лишь частично с музыкой.
      Каббалисты пишут сказки, притчи, можно написать каббалистический роман. Это исходит из желания человека в нашем мире при его постижении высшего мира. Но когда он доходит до описания духовных переживаний, то описывать нечего - невозможно нашим земным языком это описать. Поэтому это делается иносказательно через притчу, сказку, метафору. Этот прием широко используется в науке Каббала.
   Глава 2. Основные этапы развития Каббалы.
  
   Так как основы науки каббала были переданы Творцом первым людям (адамову человечеству), то этапы развития Каббалы соответствуют этапам развития самого человечества. Известно, что современное человечество сейчас находится на арийском этапе развития цивилизации. Этот этап начался с библейского потопа - 11000 лет до д.э., когда воды потопа уничтожили предыдущую атлантскую цивилизацию людей. В этом контексте историю Каббалы можно условно разделить на два больших этапа - допотопный и послепотопный этапы развития.
   По традиции первым каббалистом на послепотопном этапе развития человечества был пророк Авраам. Накопленные им знания и методику их получения он передал последующим поколениям каббалистов устно и в книге "Сефер Йецира".
Каждый каббалист к накопленному им опыту добавлял свою индивидуальность, но Моисей подробно изложил все эти знания в книге названной им "Тора", от слова "ор" - свет и слова "ороа" - инструкция (т.е. постижение света).
В период между Первым и Вторым Храмом началось изучение Каббалы в организованных группах каббалистов.
Со времени разрушения Второго Храма (70г. н.э.) и до наших дней историю Каббалы можно разделить на три периода.
Первый период (3 в. н.э. - первая половина 16 в.). В начале этого периода рабби Шимон бен-Йохай, ученик рабби Акивы, записывает книгу "Сефер га-Зогар". Столетиями книгу "Зогар" изучали тайно, маленькими каббалистическими группами. Впервые она была опубликована кастильским каббалистом Моше Шем Тов де Леоном в 13 веке. Существует мнение, что большая часть книги была написана самим де Леоном между 1270 и 1305 гг., но мы более склонны принимать первую точку зрения, согласно которой автором книги "Зогар" является рабби Шимон бен-Йохай (Рашби).
Второй период (вторая половина 16 века - конец 19 века). Этот период неразрывно связан с именем рабби Ицхака Лурии (р. в 1534 г., ум. В 1572 г.) и можно условно назвать, как этап развития лурианской кабблы. Ицхак Лурия родился в Иерусалиме и в 1570 г. переезжает в Цфат, где начинает преподавать Каббалу. Он оставил нам основополагающую систему постижения Каббалы. Согласно его воле, все его труды были спрятаны, с тем чтобы раскрыться в том поколении, которое будет достойно этого.
   Затем в течение двухсот лет продолжается период активного изучения Каббалы. В 19 веке интерес к Каббале угасает.
Третий период (начало 20 века и до наших дней). Это методика рабби Йегуды Ашлага. Он родился в 1885 году в Лодзи, а в 1921 году репатриировался в Эрец-Исраэль. Некоторое время он был раввином иерусалимского района Гиват Шауль. Уже тогда он начал разрабатывать свое учение, но к комментарию на "Зогар" приступил лишь в 1943 году.
Продолжателем его дела стал рабби Барух Ашлаг, разработавший свою методику постижения Каббалы.
   На сегодняшний день приемником каббалистической традиции в мире является Михаэль Лайтман, который организовал Международную Академию Каббалы и активно распространяет каббалистические знания по всему миру.
  
   Глава 3. Учителя Каббалы и основные направления в Каббале.
  
   Авраам - первый правоприемник и основоположник Каббалы на арийском этапе развития человечества.
  
   АВРАМ (отец высокий), АВРААМ (отец множества, Бытие 11:27) сын Фарры, родился в Халдейском городе Уре (предположительно 3500-4000 лет до Р.Х.). Еще живя в доме своего отца, он получил призвание Божие оставить свою землю, родных и дом отца своего, и идти в страну, которую Господь обещал указать ему (см. Быт 12:1 и Евр. 1 1:8). Это Божие повеление сопровождалось обещанием, что его потомство сделается великим народом, и что в нем благословятся все племена земные (см. Бытие 12:3). Повинуясь Божественному призванию, Аврам с Сарою, своею женою, и Фаррою, своим отцом, и прочими родными отправился из Ура в Ханаан, но остановился на некоторое время в Харране, лежавшем на северо-востоке от Месопотамии. Здесь Фарра умер (см. Бытие 11:31, Деян.7:4). Авраму было тогда семьдесят пять лет от роду. Он продолжал свое путешествие по направлению к земле Ханаанской и.попал туда, дойдя до Сихема, одного из древнейших городов Палестины, и раскинул свой шатер в дубраве Мори, где снова было повторено ему обетование, что земля сия будет отдана его потомству (см. Быт 12:1-6). По случаю голода в земле Ханаанской, Аврам был вынужден отправиться в Египет. Опасаясь, что красота Сары может обратить на себя внимание Египтян, и что они, узнавши о том. что она жена его, могут убить его для завладения ею, он выдал ее за свою сестру. Случилось именно так, как он предполагал: - слуги Фараона, царя Египетского, так много говорили об ее красоте, что он послал за нею, и взял ее в свой дом, и осыпал Авраам знаками своей милости; но скоро Фараон узнал правду, что она не сестра, а жена Авраму и отпустил он Аврама и жену
   его, и все, что у него было (и Лота с ним; см. Быт 12:17-20). Разбогатев скотом, золотом и серебром, он возвратился из Египта в Ханаан. Лот, его племянник, был вместе с ним, и также имел мелкий и крупный скот и шатры; и между пастухами скота Аврамова и Лотова происходили нередко споры. Так как очевидно, их собственность была слишком большою для совместного жительства, то Аврам благородно предложил своему племяннику прекратить раздоры полюбовным разъединением. Не вся ли земля пред тобою? сказал он ему, - отделись же от меня. Если ты налево, то я направо, а если ты направо, то я налево (Быт 13:9). Лот согласился, и избрал себе всю окрестность Иорданскую, орошаемую водою, и цветущую, как сад Господень, на которой стояли города Содом и Гоморра. По разлучении с Лотом. Авраму явился Господь, и снова повторил ему обещание о том, что даст ему и его потомству
   на веки в наследство ту землю, которую он видит пред собою (Быт 13:15). И двинул Аврам свой шатер, и пошел, и поселился у дубравы Мамре, что в Хевроне, и создал там жертвенник Господу (ст. 18). Когда на города долины Иорданской сделали нападение некоторые мелкие царьки и все князья соседних земель, Содом был взят, а Лот и его семейство отведены в плен. Получив известие об этом событии, Аврам немедленно вооружил, рабов своих, рожденных в доме его, 318 человек, преследовал неприятелей до Дана, поразил их и возвратил все имущество, и Лота и его семейство обратно в Содом; при чем он великодушно отказался взять что-либо себе в награду за оказанную им услугу. При возвращении с победы он был встречен Мелхиседеком, царем Салимским, священником Бога Всевышнего, который вынес ему хлеб и
   вино, и благословил его. Аврам дал ему десятую часть из всего (Быт 14:18-19). Спустя два или три года после сего Господь снова явился Авраму в видении, повторил ему свои
   обетования, и сопровождал оные самым милостивым изъявлением Своего к нему благоволения. Он повелел ему принести Себе известную жертву, и, при захождении солнца, когда жертва была приготовлена, навел на него крепкий сон, и напал на него ужас и мрак великий; и вот дым как бы из печи и пламя огня прошли между рассеченными (жертвенными) животными. Во время сна Господь открыл Авраму, что потомки его будут пришельцами, в порабощении, в земле чужой, в продолжении 400 лет, что Он произведет суд над народами, у которого они будут в порабощении (Быт 15:14), после чего снова возвратятся с большим имуществом в землю Ханаанскую, которая дастся его потомству, и что сам он отойдет к отцам своим в мире, и будет погребен в старости доброй (Быт гл. 15). Все сие исполнилось в должное время с удивительною точностью. В тот же самый день, Господь подтвердил завет Свой относительно земли Обетованной; но Сара, жена Авраамова, была бездетна, и вот она предложила своему мужу взять себе в жену служанку свою, Агарь, родом Египтянку. Агарь родила ему сына, названного Измаилом (который станет родоначальником арабского народа). На девяносто девятом году от роду, Аврам удостоился получить новое, весьма замечательное, видение Господа. Всемогущий открылся ему таким образом, что Аврам, исполненный благоговейного ужаса, пал на лице свое, и Господь говорил с ним. Во время сего Богоявления было повторено в самых торжественных и ясных выражениях обещание - касательно умножения его потомства, отношений оного к Богу, равно как о даровании им во владение всей земли Ханаанской: при чем его имя было изменено из Аврама в Авраам (т.е. отец множества народов), и видимым знаком завета между ним и Богом было установлено обрезание, в восьмой день по рождении, каждого младенца мужеского пола. В то же самое время имя Сары (госпожа моя) было изменено на имя Сарры (т.е. госпожа), и Аврааму было дано обещание, что Сарра родит ему сына и сделается матерью народов и царей. Услышав это, Авраам сказал Богу: "о, хотя бы Измаил был жив пред лицом Твоим! (17:18). В ответ на это Господь подтвердил свое обетование о рождении от Сарры сына: об Измаиле же сказал: "вот я благословлю его, и возращу его, и весьма, весьма размножу; двенадцать князей родятся от него, и Я произведу от него великий народ" (Быт 17:9-20). Как скоро окончилось Богоявление, Авраам поспешил исполнить Божественное повеление, и в тот же самый день обрезал Измаила, сына своего, и всех рожденных в доме его, весь мужеский пол, равно как был обрезан и сам. Вскоре предстояло ему быть свидетелем нового Богоявления. Когда он сидел во время дневного зноя, при входе в шатер свой, к нему приблизились три мужа. Он принял их со всем радушием и гостеприимством, свойственными жителям восточных стран, и когда они ели, то спросили его о Сарре, и повторили обещание относительно рождения от нее сына. При этом случае, или в связи с означенным обстоятельствами, самим Богом был засвидетельствован патриархальный характер Авраама (Быт 18:19). За свою веру он в тот же день удостоился откровения Божия касательно судьбы нечестивых городов долины Иорданской, и при сем случае ходатайствовал за них. Несомненно, что ради Авраама, и как бы в ответ на его ходатайство, были спасены Лот и его семейство от внезапного истребления, постигшего Содом и Гоморру. После этого Авраам поселился на время в Гераре, и здесь сделал старую попытку выдать Сарру за свою сестру. Здесь также исполнилось обещание Божие касательно рождения у него сына, названного Исааком и в восьмой день обрезанного, как то было заповедано Богом. Вследствие неприятностей, происшедших в семействе Авраама от недостойного обращения сына его от Агари, Измаила, с сыном от Сарры, Исааком, Господь поддержал Авраама точным и ясным обещанием, что в Исааке наречется семя его (Быт 21:10-13). Авраам всегда удостаивался столь очевидной милости Божией и благословения Его во всем, что ни делал, что царь Авимелех решился заключить с ним союз вечной дружбы. Таким образом, дело о колодезе с водою, отнятом у Авраама насильно рабами Авимелеховыми, кончилось в его пользу (Быт 21:23-31).
   Теперь мы приступаем к одному из замечательнейших и важнейших событий в жизни патриарха. Господу угодно было испытать его, дабы он мог явить всему миру, на все последующие времена, разительнейший пример силы веры. Ему было повелено Господом взять единственного сына своего, Исаака, на котором должны были осуществиться все обетования Божии, и принести его во всесожжение Господу на отдаленной горе. Без возражений и ропота, с полною покорностью, Авраам повиновался таинственному повелению, и отправился с Исааком в трехдневный путь в землю Мориа. Все приготовления для жертвоприношения были сделаны, и он поднял уже свой жертвенный нож для заклания своего сына, но ангел Господень воззвал к нему с неба и приказал не поднимать руки на отрока: "ибо теперь Я знаю, говорил он, что боишься ты Бога, и не пожалел сына твоего, единственного твоего, для Меня" (Быт 22:12). Оглянувшись, он усмотрел овна, запутавшегося в чаще кустарника рогами, взял его, и принес во всесожжение, вместо Исаака. За этим последовало повторение обетования Божия - умножит семя его, как звезды небесные, как песок на берегу моря (Быт 22:17). Авраам возвратился со своим сыном в Вирсавию. Это великое событие в жизни патриарха
   произошло, как думают, на горе Мориа. В память сего он дал имя этому месту: Иегова-ире (т.е. Господь усмотрит), указуя, как бы в пророческом духе, на ту великую жертву, которая, по исполнении времен, должна быть принесена на том же самом месте за грехи всех людей, "Авраам отец ваш, говорил однажды Спаситель неверующим Иудеям, рад был увидеть день Мой, и увидел и возрадовался (Ин 8:56). Жизни Сарриной было 127 лет, и она умерла в Кириаф-Арбе (Хевроне). Авраам купил пещеру Махпелу, на поле Ефроновом, близ Хеврона, в собственность для погребения своего семейства, и похоронил в ней свою жену (Быт 23:19). Исаак был уже теперь в зрелом возрасте, и вот Авраам призвал одного из своих слуг, вероятно, Элиезера (Быт 15:2), и взял с него клятву, что он выберет жену Исааку не из дочерей Хананеев, среди которых они тогда жили, но со своей родины и из его собственного рода. Элиезер успешно выполнил приказание своего господина, как то увидим далее из биографического очерка Исаака. После того Авраам взял себе еще жену Хеттуру, и имел от нее несколько сыновей, но он сделал Исаака своим единственным наследником, и наконец в доброй старости, 175 лет от роду, опочил в мире, будучи погребен Исааком и Измаилом в той же самой Махпеловой пещере, в которой была погребена жена его Сарра. Авраам называется "другом Божиим," и доселе еще с его именем на всем востоке тесно связано это наименование; именно некоторые города, в которых он жил, называются по-арабски: El khulil (т.е. друг). Место погребения и память об Аврааме, как отце верующих, еще и доселе священны для каждого Еврея. "Веровал Авраам Богу, говорит апостол Иаков, и это вменилось ему в праведность, и он наречен другом Божиим" (Иак. 11:23).
  
   Моисей - получатель письменной Торы.
  
   Моисей [евр. Моше, "выводящий", "извлекающий"], величайший из пророков, которому Господь повелел вывести израильтян из Египта и при посредстве которого был заключен Синайский завет и дарованы заповеди письменной Торы.
   Моисей - сын Амрама и Иохаведы, потомок Каафа, сына Левия. Его старшей сестрой была Мирьям (в Синодальном переводе - Мариамь), а старшим братом - Аарон (Исх 6:16,18,20). Моисей родился в Египте, согласно иудейской традиции в 1393-1392 г. до Р.Х.; ряд современных исследователей относит эту дату приблизит. к 1350 г. или, по иной хронологич. методике, приблизит. к 1525 г. до Р.Х. (-> Летосчисление). На момент рождения Моисея действовал приказ фараона бросать в Нил всех новорожденных еврейских мальчиков (Исх 1:22). Мать скрывала младенца Моисея три месяца, но затем, пытаясь спасти его, положила ребенка в корзинку и оставила в тростнике на берегу Нила. Дочь фараона нашла Моисея, и Мариами родная мать стала его кормилицей. Когда Моисей подрос, мать привела его к дочери фараона, у которой он "был вместо сына" (Исх 2:1-10).
   Имя Моисей было наречено ему матерью Иохевед (в Синодальном переводе - Иохаведа, Исх 2:7-10; 6:20), которая, согласно иудейскому преданию, была пророчицей и дала сыну имя, которое указывало на его будущее призвание. Имя Моисей объясняется в самом Священном Писании исходя из значения древне-еврейского корня слова маша - "вытягивать", "вытаскивать" (Исх 2:10). По-видимому, дочери фараона мать Моисея объяснила значение данного имени тем обстоятельством, что младенца нашли в воде. В то же время в древнеегипетском языке созвучное слово мосе означает "сын", "дитя" (это слово входит составной частью в имена фараонов Тутмоса, Яхмоса, Рамсеса и др.), поэтому такое имя должно было бы понравиться дочери фараона.
   Моисей стоял у истоков рождения Израиля как самостоятельного народа. Сведения о его жизни содержатся прежде всего в четырех последних книгах Торы. В том, что Моисей - реальная историческая личность, в наше время уже практически никто не сомневается. Созвучие его имени египетскому мосе, а также соответствие данных его биографии древне-египетским реалиям лежат в основе еврейской традиции, объяснить которую можно только историческими фактами. Нет никаких оснований рассматривать Моисея как мифологическую личность: без его участия начало еврейской национальной истории объяснить невозможно. Так как именно на Торе вырос весь иудаизм. Его индивидуальность, сила его характера, его роль посредника в объявлении народу Божьей воли наложили неизгладимый отпечаток на историю и религию не только Израиля, но и всего человечества. Если же, несмотря на это, некоторые исследователи не решаются представить связную картину жизни и деятельности Моисея, то это происходит в силу того, что они пренебрегают высокой ценностью Пятикнижия Моисея как исторического источника. Исследование первоисточников у таких ученых сопровождается представлением об устной передаче исторических фактов и преданий в течение многих столетий после смерти Моисея, при отсутствии фиксированного письменного текста. Однако сегодня известно, что на Ближнем Востоке задолго до Моисея существовали глубокие традиции письменности и историографии, что позволяет противопоставить подобным теориям убедительные аргументы, свидетельствующие в пользу написания Пятикнижия именно в эпоху Моисея, и даже им самим.
  
   Ниже приводятся биографии великих каббалистов, изложенные согласно лекциям современного каббалиста М.Лайтмана.
  
  
   Акива.
   Рабби Акива бен Йосеф - величайший мудрец - каббалист, живший во времена разрушения Второго Храма. Рабби Акива - это ярчайшая фигура в еврейской истории. О нем достаточно подробно рассказывется в Талмуде. В год разрушения Второго Храма рабби Акива был еще очень молод.
Он родился в простой семье. Многие источники говорят, что он был выходцем из геров (нееврей принявший иудаизм). Невозможно с полной уверенностью утверждать так ли это, но в любом случае, известно, что у него не было родословной. Это в свое время помешало назначить его главой Санедрина вместо раббана Гамлиэля, несмотря на то, что в среде мудрецов происхождение, и уж тем более экономическое положение не имело никакого значения, и все члены Санедрина считали его лучшим из претендентов...
  
Рабби Акива был бедным, абсолютно неграмотным пастухом. К тому же, будучи воинствующим материалистом, он крайне не любил мудрецов - знатоков Торы. По его же собственным словам, когда он видел раббаним, он "готов был укусить их, как осел".
Однако, все неожиданым образом изменилось: он влюбился. Влюбился в Рахель, дочь своего работодателя Кальба Савуа. На предложение рабби Акивы выйти за него замуж, девушка ответила согласием (несмотря на то, что ее отец был категорически против и выгнал ее за это из дома), но выдвинула одно условие: он должен был изучать Тору и стать мудрецом.
   Любовь - великая вещь. В возрасте 40 лет рабби Акива отправляется в Явне изучатьТору у рабби Йоханан бен Закая.
   Проходят годы. Уже в сопровождении многочисленных учеников он возвращается домой и через дверь слышит, как соседка говорит жене: "Несчастная ты женщина, мужа твоего дома нет уже двенадцать лет. Ты вынуждена со всем справляться сама. Кто знает, когда он вернется?"
И он слышит, как она, его Рахель, отвечает, что, конечно, она скучает, но если бы она была уверена, что он хочет учиться еще столько же времени, она бы ему дала эту возможность. И, не входя в дом, Акива возвращается и учится еще двенадцать лет.
Когда же ученики его прославляли и говорили: "Великий учитель наш, все ты знаешь, все у тебя разложено по полочкам", он им говорил так: "Нет, и то, что вы знаете, и то что я знаю - это все ее".
(Трактат "Кетубот", 62.)
   Рабби Акива подарил своей жене золотое ожерелье которое назвал "Золотой Иерусалим". Существует мнение, что название знаменитой песни "Иерушалаим шель заав" ("Золотой Иерусалим") из трактата "Недарим" 50, связано с ожерельем, которое подарил рабби Акива своей жене.
Рабби Акива - величайший из мудрецов своего времени, времени, когда любой из мудрецов-раббаним, не говоря уже о членах синедрина, был в высочайших духовных постижениях, достиг такой высоты познания Творца, что и в последующих поколениях столпы мудрости Торы были его учениками или учениками его учеников.
Талмуд рассказывает, что у рабби Акива было двадцать четыре тысячи учеников, которые были разделены на пары. На арамейском языке одна такая пара называется "хеврута", от слова "хибур"(объединение), "хавер"(товарищ), "хевра"(группа, объединение единомышленников), (в Каббале, даже два человека обединенные в группу представляют собой прототип общей души- Адам аРишон. Т.е. в принципе, два человека объединившиеся ради достижения Цели творения, имеют все необходимые условия для этого). И Талмуд говорит, что все 24 тыс. учеников рабби Акивы умерли в период между Песах и Лаг ба Омер из-за "беспричинной ненависти" возникшей между ними. Т.е. находясь на определенном духовном уровне большинством учеников рабби Акива было нарушено основополагающее правило Торы утвержденное их учителем - "возлюби ближнего своего, как самого себя"... Результатом нарушения духовного закона в этом мире была эпидемия... У рабби Акивы осталось только пять учеников, рабби Шимон бар Йохай, рабби Меир, рабби Йуда, рабби Йосей и рабби Элъазар бен Шаммуа. Через них, от рабби Акива, и пришла к нам вся мудрость Торы (Каббалы)...
В труде,который был закончен сто лет сустя после смерти рабби Акивы, в Мишне, не принято упоминать его имя, поскольку и так ясно, что все передано от имени рабби Акивы. И только в случае, если Мишна сформулирована другими мудрецами, обязательно приводится и мнение рабби Акивы, но указывается, что оно не узаконено.
132-135 г.г. Примерно 55-60 лет после разрушения Второго Храма вспыхивает восстание Бар Кохбы. Рабби Акива всей душой поддержал это восстание. В "Мишнэ-Тора" (Законы о царях, гл. 11) говорится, что другой знаменитый мудрец Каббалы, живший через тысячю лет после происходящих событий, РАМБАМ, назвал рабби Акиву "оруженосцем Бар Кохбы".
   Настоящее имя Бар Кохбы - Шимон Бар Козиба. В переводе с арамейского это, в принципе можно перевести как "сын (бар) лжи (козиба)". Рабби Акива провозгласил его Машиахом и дал ему имя Бар Кохба (Сын Звезды), утверждая, что стих: "Звезда появится из семени Яакова"(БаМидбар, 24:17), пророчествует про Бар Кохбу.
- Акива, - возражали ему некоторые мудрецы, - трава будет проростать сквозь щеки твои, а сын Давида (т.е. Машиах) еще не придет.
(Иерусалимский Талмуд, трактат "Таанит", стр. 4.)
   Не все были с ним согласны, но его положение среди мудрецов и учеников было настолько центральным, что большая часть из них присоединилась к восстанию.
Рабби Акива неоднократно посещал Рим в составе делегации мудрецов, пытавшихся добиться каких-то прав для своего народа.
Римские власти знали об его участии в восстании, поэтому, когда восстание было подавлено его приговорили к смертной казни.
   На заре его вывели к смертному столбу. Ученики были неподалеку. Стояли и смотрели. Казнь была очень жестокой: крючьями из него вырывали живое мясо. Увидев первые лучи солнца рабби Акива начал читать "Крият Шма шель Шахарит", полностью, как положено еврею, когда наступает рассвет. Даже в такой ситуации он ведет себя совершенно точно и скрупулезно, по закону. Все ученики сказали ему:
- Раббейну, Ты не обязан, на Тебя уже это не распростроняется.
   И тогда ответил им рабби Акива: "Всю жизнь я не знал, когда смогу выполнить то, что сказано именно в "Крият Шма": "Возлюби Гос-да Б-га твоего всем сердцем твоим и всей душой твоей"... "Всем сердцем своим" - это обоими намерениями своими, и "хорошими" и "плохими", обоими намерениями люби Тв-рца. "Всей душой" - даже если у тебя забирают душу. И сейчас, когда у меня есть эта возможность, вы хотите меня остановить?" Он закончил: "ШМА ИСРАЭЛЬ АД-НАЙ ЭЛОКЕЙНУ АД-НАЙ ЭХАД" (СЛУШАЙ, ИЗРАИЛЬ, ГОСПОДЬ Б-Г НАШ, Б-Г ОДИН) - и умер. Это был величайший подвиг. (Трактат "Брахот", 61)
   Рашби.
  
   Раби Шимон бар Йохай (РАШБИ) родился спустя 40 лет после разрушения 2-го Храма. Прожил около 80 лет и умер в праздник ЛАГ БА ОМЭР, 18 дня месяца Яар, окруженный своими учениками и всенародным признанием.

Этот день отмечается как праздник Света. Тело раби Шимона погребено в пещере горы Мирон.

В десятке метров от него погребен его сын, раби Элиэзер.

РАШБИ был учеником самого раби Акивы, великого каббалиста, который был одним из мудрецов Синедрина. К его слову прислушивались все члены Совета (Синедрина), не смотря на то, что каждый из 70-ти мудрецов, из которых состоял Синедрин, находился на очень высокой ступени духовного постижения - постижения Творца.

В последствии, РАШБИ сам становится известнейшим из мудрецов, предводителем своего поколения. Раби Акива (Иерусалимский Талмуд, Санхэд., п.1, ч.2) сказал о РАШБ"И: "Я и Творец знаем твою силу", из чего видно, кем был РАШБ"И.

В довольно молодом возрасте раби Шимон женится на дочери таны (мудрец, предводитель поколения) раби Пинхаса бэн Яира. От нее и родился его великий сын, раби Элиэзер. О нем в Талмуде (Сукка 45,2) раби Шимон сказал: "Вижу я духовно поднимающихся, но немного их. Если тысяча их - я и сын мой из них. Если сто их - я и сын мой из них. Если двое их - я и сын мой - эти двое".

Сразу же, по окончании мишта хупа (заповедь Хупы) р. Шимон отправляется в Бней-Брак. Там, без перерыва, в течении 13 лет из уст раби Акивы он изучает Каббалу.

Особенно близок к раби Акиве, он становится после страшной эпидемии чумы, которая унесла жизни 24 000 учеников раби Акивы. В живых остались только пятеро: раби Меир, раби Иуда бар Элай, раби Нэхэмия, раби Йоси, и раби Шимон - один из них.

Сам раби Акива уполномочил раби Шимона далее передавать полученные им каббалистические знания. От этих пяти оставшихся учеников раби Акивы и продолжился великий многовековой поток Торы. В последующие годы раби Шимон занимает ведущее место среди всех мудрецов своего поколения: его имя упоминается более 350 раз в Мишне и более 2300 раз в Талмуде и в Мидраше.

Времена разрушения Второго Храма, когда жил РАШБИ, были страшным испытанием для народа Израиля. Рим пытался уничтожить евреев не только физически, Рим пытался уничтожить душу народа Израиля, его связь с Единым Творцом, постижение Величия Творца, духовный уровень народа, который осуществлялся через изучение внутренней части Торы - Каббалы.

Римские власти установили закон, запрещающий изучение Торы. Каждый, кто не подчинялся этому закону подвергался жестоким преследованиям. За распространение знаний Каббалы раби Акива был заключен в тюрьму. В страшные дни, когда опасность расправы нависла над каждым изучающим Тору, раби Шимон, рискуя жизнью, по просьбе р. Акивы проникает в тюрьму. "Сын мой - говорит р. Акива, - сильнее того, как теленку хочется есть - хочется корове насытить его. И таково желание мое передать тебе знания Торы, но опасно для жизни это...". Раби Шимон к этому времени был приговорен к смертной казни за отрицательные высказывания по поводу римской власти. Однако, опасность нависла не только над раби Шимоном, но и над его сыном, раби Элазаром, взгляды которого полностью соответствовали взглядам его отца.

Отец с сыном вынуждены скрываться у одного из своих родственников. Но преследования усилиливаются, и тогда раби Шимон вместе с сыном уходят жить в пещеру у деревни Пкиин. В течение 13 лет, живя в пещере, питаясь плодами рожкового дерева и водой из расположенного рядом источника, раби Шимон со своим сыном изучали внутреннюю частьТоры - Каббалу и постигли все 125 духовных ступеней (Гмар тикун - абсолютное сляние C Творцом).

По выходу из пещеры, раби Шимон собирает девять избранных учеников. Вот их имена: р. Элиэзер, р. Аба, р. Иуда, р. Йоси бар Яков, р. Ицхак, р. Хезкия бар Рав, р. Хайя, р. Йоси и р. Йаса. Т.е. создалась группа каббалистов, которая соответственно науке Каббала, олицетворяла собой десять сфирот (полный духовный парцуф), духовный сосуд для получения света Творца. Результатом этого Единства является появление в мире книги Зогар.

Книга Зогар повествует, что раби Шимон и его сын достигли ступени пророка Илии.

В книге "Тора РАШБИ" сказано: "Если до изучения раби Шимоном тайн Торы в пещере существовало правило по спорному вопросу выносить решение в соответствии с мнением раби Игуды, автора Талмуда, то после выхода раби Шимона из пещеры все, сказанное им в книге Зогар, считалось превосходящим все, что может быть достигнуто человеком, а сам раби Шимон был назван "буцина кадиша" - святая свеча, потому что в своем духовном постижении поднялся на уровень Моше рабейну.

О значимости книги Зогар даже в нашем материальном мире свидетельствует тот факт, что решения по законодательным и исполнительным вопросам среди простых верующих евреев выносятся по Талмуду или книге Зогар в зависимости от того, где этот вопрос рассматривается более строго. Если нет упоминания о вопросе в Талмуде или в книге Згоар, решение выносится по тому источнику, который этот вопрос освещает. Если вопрос спорный между Талмудом и законодателями, то решением является утверждение книги Зогар. Если есть спорный вопрос между самими законодателями, то решение принимается на основании мнения книги Зогар (См. "Мишна Брура", 25, 42).

После своего написания, книга Зогар в течении 800 лет была скрыта в пещере, недалеко от Мирона, пока один араб не нашел ее и не продал случайным прохожим как оберточный материал.

Часть оторванных листов попала в руки одного мудреца, который смог оценить написанное, и в итоге своих поисков отыскал много листов в мусорных ящиках или перекупил у торговцев, продававших пряности, используя страницы книги Зогар. Из найденных страниц и была собрана та книга Зогар, которая известна нам сегодня.

В течение многих веков, с того времени и до наших дней не утихают споры философов и прочих "мудрецов" об этой книге. Дело в том, что только каббалист, т.е. духовно поднявшийся на соответствующую ступень, постигает, о чем говорится в этой книге. Для остальных, посторонних, она выглядит как сборник повествований, историй древней философии и пр. О книге Зогар спорят только те, кто ничего в ней не понимает. Для каббалистов же ясно одно - книга РАШБ"И является самым великим источником высшего постижения, переданным Творцом людям в этот мир.
   Рав И.Ашлаг назвал свой комментарий "Сулам" - лестница, потому что, изучая его, человек может подниматься по духовным ступеням постижения высших миров, подобно тому, как он поднимается по лестнице в нашем мире. После выхода в свет комментария "Сулам" раби И.Ашлаг получил звание "Бааль Сулам" - среди мудрецов Торы принято называть человека не по его имени, а по наивысшему достижению.
  
   Рамбам.
   Один из величайших законоучителей всех эпох раби Моше бар Маймон (аббревиатура РАМБАМ) родился в 4895 (1135) году в испанском городе Кордове.
   Предание рассказывает, что его отец, р. Маймон, долго оставался неженатым. И вот однажды во сне к нему явился некий человек, приказавший взять в жены дочь жившего недалеко от Кордовы мясника. Сон повторялся много раз - до тех пор, пока свадьба не состоялась. Во время первых же родов эта женщина умерла, и маленький Моше - будущий РАМБАМ - сделался сиротой с момента своего рождения.
   Его отец вскоре вновь женился - от этого брака родился младший брат Моше, Давид.
   Моше и Давид изучали Тору у отца. Согласно преданию, Моше был ребенком "до крайности непонятливым" и "не проявлял к учебе ни малейшего интереса". Доведенный до отчаяния отец, побив его, прогнал из дома. Ребенок заночевал в одной из городских синагог. Пережитое им потрясение было столь велико, что он, "пробудившись утром, ощутил себя совсем иным человеком". С этого дня он начал всерьез учиться и "стал набираться мудрости" (Седер адорот).
   В 4908 (1148) году в Испанию из северной Африки вторглись воинственные племена альмохадов, которые силой обращали иноверцев в ислам. Семье р. Маймона пришлось бежать из Кордовы, и в том же году Моше отметил свою бар мицву. После многолетних скитаний по городам Андалузии, в 4920 (1160) году семья обрела временное пристанище по другую сторону Средиземного моря, в марокканском городе Фесе. Это место славилось прочными традициями еврейской учености - веком ранее там располагалась знаменитая ешива р. Альфаси (Рифа), а за два века до прибытия семьи р. Маймона раввином города был прославленный мудрец из Вавилонии р. Дунаш бен Лабрат.
   Однако теперь и в Фесе евреи находились под властью фанатиков альмохадов: в течение длительного времени беглецам пришлось выдавать себя за мусульман, втайне соблюдая законы Торы. А когда тайна семьи раскрылась, р. Маймон решил искать спасения для своей семьи на Святой Земле.
   В 4925 (1165) году беглецы взошли на корабль, отправляющийся в Землю Израиля, где они рассчитывали обосноваться навечно. Спустя месяц корабль пришвартовался в гавани Акко, чудом избежав гибели во время шторма, начавшегося на шестой день их плавания.
   Прожив в Акко несколько первых месяцев, они совершили паломничество в Иерусалим и Хеврон. Моше в течение целого дня молился в Меарат Амахпела - пещере, где похоронены праотцы.
   В Земле Израиля РАМБАМ начал изучать сокровенные разделы Торы: в одном из писем, отправленных из Иерусалима, он сообщает, что "отыскал старого мудреца, который озарил его светом каббалы" (Сефер адорот).
   Очень скоро выяснилось, что правление крестоносцев, огнем и мечом искоренявших всякое иноверие, делает существование евреев в Земле Израиля невыносимым. Превратности жизни надорвали силы р. Маймона и он умер. Оплакав его, семья покинула Святую Землю и обосновалась в Фостате (Старом Каире).
   Еще в возрасте двадцати трех лет, во время скитаний семьи по городам Андалузии, РАМБАМ приступил к работе над первым своим значительным сочинением - Комментарием на Мишну; в 4927 (1167) году, обретя спокойное пристанище в столице Египта, он завершил этот многолетний труд. В тот же период он составил комментарий на значительную часть Вавилонского Талмуда.
   Комментарий на Мишну, в оригинале написанный по-арабски, сохранился в переводе на святой язык: в классических изданиях Вавилонского Талмуда он печатается в виде приложения к каждому тому. А вот комментарий РАМБАМа на сам Талмуд до нас не дошел.
   РАМБАМ сделался раввином Фостата и главой ешивы.
   Но вскоре, когда во время кораблекрушения погиб его брат Давид, взявший на себя заботу о материальном обеспечении семьи, - а вместе с ним на дно ушло все семейное состояние, вложенное в товары, - РАМБАМу пришлось зарабатывать на жизнь искусством врачевания. Его слава быстро росла - он был приглашен ко двору и впоследствии назначен личным врачом Саладина, ставшего в 4931 (1171) году султаном Египта (а в 4947 /1187/ году, отвоевав у крестоносцев Иерусалим, Саладин распространил свою власть также на Землю Израиля и Сирию). После смерти Саладина, последовавшей в 4953 (1193) г., РАМБАМ был назначен врачом наследника.
   РАМБАМ получает также звание нагида - он становится главой еврейской общины всего Египта. В письме к одному из учеников РАМБАМ так описывает свой образ жизни в этот период: "Ежедневно по утрам я обязан являться ко двору. Если заболевает султан или кто-нибудь из его жен и детей, я остаюсь там почти целый день. Но и в те дни, когда все благополучно, я могу покинуть дворец только после полудня. У своего дома я уже застаю множество людей - магометан и евреев, важных особ и простолюдинов... дожидающихся моего возвращения. Я слезаю с осла, умываюсь и с извинением прошу их подождать, пока я что-нибудь поем. Затем я выхожу к больным, начинаю их лечить и прописываю рецепты. Одни уходят, но другие тут же приходят, - и так до вечера. Вечером я чувствую крайнюю усталость, но тем не менее занимаюсь Торой с учениками, иногда до двух часов ночи. И лишь по Субботам я могу спокойно беседовать с членами общины и наставлять их".
   И тем не менее именно в период самой напряженной врачебной практики были созданы основные произведения РАМБАМа, обессмертившие его имя. В 4950 (1190) году он завершил составление всеобъемлющего свода законов, работа над которым продолжалась более десяти лет. Книга получила название Мишнэ Тора (Повторение Торы). Второе ее название Яд ахазака (Могучая длань): числовое значение слова яд (рука, длань) - четырнадцать, по числу тематических разделов, составляющих книгу. Свод составлен на святом языке, в лаконичном стиле, близком к языку Мишны.
   В кодексе РАМБАМа законы расположены не в том порядке, как они приведены в Пятикнижии или в Талмуде, - он систематизировал весь материал по тематическому признаку. Большинство приведенных законов он сформулировал в виде окончательного алахического решения, без того чтобы приводить противоречащие мнения или ссылаться на источники.
   В предисловии к Мишнэ Тора РАМБАМ объясняет причины, побудившие его создать именно такой свод. Он пишет: "Великие беды обрушились на наш народ в последнее время, и наши мудрецы утратили свою мудрость. Поэтому те алахические сочинения и респонсы вавилонских гаонов, которые им самим казались совершенно ясными, сегодня лишь немногие способны понять. И что уж говорить о Талмуде, Вавилонском и Иерусалимском, о мидрашах Сифра и Сифри... изучение которых требует ясного ума и напряжения всех сил, - лишь после многих лет упорной учебы человек способен постичь, как ему исполнять законы Торы, что разрешено и что запрещено. И поэтому я, Моше бар Маймон, рожденный в Испании, опираясь на помощь Б-га, изучил все эти книги и счел нужным ясно и кратко изложить все законы, приведенные в них, ...чтобы сделать изучение законов доступным каждому и чтобы изучающий не нуждался ни в каких других алахических сочинениях. Иными словами, этот свод включает в себя всю Устную Тору - все законы и постановления, принятые со времен Моше Рабейну до составления Талмуда, с учетом всех комментариев, составленных по сей день. Поэтому-то я назвал свою книгу Мишнэ Тора, предполагая, что человек, изучивший Письменную Тору, сможет обратиться к моей книге и познать из нее всю Устную Тору, не прибегая при этом к иным источникам".
   Еще при жизни автора свитки Мишнэ Тора разошлись по большей части диаспоры, но особенно горячо книга была принята в общинах Египта, Йемена и Испании. Вместе с тем, подход РАМБАМа вызвал острую критику и противодействие со стороны мудрецов Франции и Германии: они утверждали, что достоинства этой книги, ее определенность и лаконичность, оборачиваются недостатками. По словам великого законоучителя Роша, "РАМБАМ написал свою книгу так, будто был пророком - не приводя доказательств; в силу этого неискушенному читателю может показаться, что он понял написанное, но на самом деле его понимание неверно, потому что все законы вырваны из талмудического контекста".
   С течением времени кодекс РАМБАМа стал одним из самых авторитетных в еврейском мире, сделавшись важной интегральной частью Устной Торы.
   Не меньшее влияние на современников РАМБАМа оказали его философские труды, в особенности трактат Море невухим (Путеводитель заблудших), обращенный, в первую очередь, к интеллектуалам, проверяющим свою веру мерками разума.
   В этой книге бесстрашно подвергаются анализу самые сложные теологические и философские категории: атрибуты Творца, свойства духовных миров и природа ангелов, сущность пророческого постижения и его ограниченность, пути Б-жественного Провидения, предопределенность и свобода человеческой воли. В каждом вопросе РАМБАМ стремился продвинуться путем разума до пределов возможного, - и лишь там, где разум оказывался беспомощным, РАМБАМ обращался к вере и откровению.
   Еще при жизни автора "Путеводитель заблудших" был дважды переведен на святой язык, - особенную популярность приобрел перевод ученика РАМБАМа р. Шмуэля Ибн Тибона.
   Книга вызвала ожесточенные споры по всему еврейскому миру: многим выдающимся знатокам Торы казалось, что своим беспощадным и бескомпромиссным рационализмом РАМБАМ противоречит прямой и бесхитростной вере, исходящей из глубины сердца.
   Дело не ограничилось полемикой - через три десятилетия после смерти РАМБАМа, в 4998 (1238) году, по решению ряда авторитетных раввинов его книги были подвергнуты публичному сожжению. Правда, вскоре организаторы этой "казни" раскаялись в содеянном, и авторитет РАМБАМа был восстановлен.
   Помимо книг по Торе и философских сочинений, РАМБАМ составил целый ряд трактатов по медицине. Написанные по-арабски они также были переведены на латынь и стали достоянием мировой медицинской науки.
   РАМБАМ умер в Фостате, 20 тевета 4965 (1204) года. Через восемь дней весть об этом достигла Иерусалима, и в святом городе был объявлен траур и пост.
   Позднее гроб с телом РАМБАМа был доставлен в Землю Израиля; РАМБАМ похоронен в Тверии рядом с могилами великих мудрецов эпохи Мишны р. Йоханана бен Закая и его учеников.
   Потрясенные уходом общепризнанного главы поколения, современники говорили: "От Моше (Рабейну) до Моше (РАМБАМа) не было подобного Моше".
   Много веков спустя Виленский Гаон указал своим ученикам, что, согласно традиции, имя РАМБАМа было изначально закодировано в самом тексте Торы: первые буквы стиха (Шмот 11:9) "Умножились Мои чудеса в земле Египта" (Работ мофтай бэрец Мицраим) составляют имя "РАМБАМ" (Сарей амеа 1:7).
   Ари и лурианская Каббала.
   Аризаль - он же Адонейну Раби Ицхак 3ихроно-ле-Bраха, он же Раби Ицхак Лурия. Его система понимания и изучения Каббалы, созданная в 1550 г. в Цфате, называется Лурианской.
   АРИ - рав Ицхак Лурия родился в 1534 году в Иерусалиме. Уже в 8 лет он был известен, как знаток Торы. В юном возрасте потерял отца и вместе с матерью переселился в Египет, где жил его дядя. Тору Ари изучал у знаменитого рава Давида бен Шломо ибн Зимры (РАДБАЗ).
   В 17 лет начал изучать Каббалу. Поводом для этого послужил следующий случай: однажды в синагоге раби Ицхак увидел древнего старика, который молился по какой-то странной книге. Приглядевшись к нему, раби Ицхак увидел, что старик не умеет читать: книга у него в руках была перевернута. Это был редкий экземпляр одного труда по Каббале. Старик согласился расстаться со своим молитвенником. Передавая Ари книгу, он сказал: "Это то, чем ты должен заниматься, великий Ари, потому что тебя ждут в Цфате..."
   В середине XVI в. в Цфате собрались ведущие каббалисты того времени. В частности, там был, например, р. Шломо hа-Леви Алькабец автор песни "Леха, доди", р. Иосиф Каро - автор "Шулхан Аруха", а также раби Моше Кордовера, Рамак, который считался лучшим, главным каббалистом в то время. И вот в этот Цфат, который был самое-самое сосредоточение каббалистической мудрости, приехал молодой человек из Египта - Ицхак Лурия. Он приехал, примерно полгода учился у тех мудрецов, которые были в Цфате. Через полгода они все решили, что он должен быть учителем, а они учениками. Все они перешли к нему в ученики и около полтора года изучали у него Каббалу. Через полтора года он умер от эпидемии в возрасте 38 лет, успев за это время обучить ведущих каббалистов. 3а эти полтора года он совершенно поменял всю Каббалу.
   B чем заключается суть влияния рава Ицхака Лурии на развитие Каббалы? Некоторые говорят, что всю ту Каббалу, которую другие изучали по книжкам, он видел напрямую. Т.е., что он мог видеть высшие миры, их соотношения, и поэтому он мог объяснить все самые сложные каббалистические понятия гораздо более простым языком, ясно, и объяснял то, что остальные постичь не могли. Это одно утверждение. Проверить его нам, конечно, не удастся. Но зато мы можем совершенно быть уверенными в другом утверждении: что он дал некий новый ключ раскрытия Каббалы. Новый ключ состоял, в частности, в том, что Каббала проектировалась на человеческую психологию, т.е. на личную психологию. Тем самым он как бы дал психологический срез Каббалы. Вследствие этого каждый мог начать изучать Каббалу через собственную душу. И вот это, безусловно, резко подвинуло все изучение Каббалы. Это первый пункт того, что сделал Аризаль. 3амечательная фраза одного из хасидских авторов XVIII в. России гласит: "Чем пялиться на небеса, лучше вглядываться в собственную душу". Это замечательное выражение как нельзя лучше подходит в данном случае. Т.е. Аризаль научил смотреть в небеса через собственную душу. И это, совершенно естественно, повлекло за собой очень сильные изменения в развитии каббалистического учения. Второе: он интерпретировал каббалистические понятия через историю, чего до него не было фактически. До него Каббала понималась в большой степени как учение о строении космоса или высших миров, но не как историческая развертка. И эта историческая развертка была дана Аризалем, и она тоже чрезвычайно повлияла на людей его времени.
   Его первый ученик, тогда еще совсем молодой, 28-летний Хаим Виталь, записал все, что услышал от Ари в течение полутора лет, и из его записей позднее было издано около 20 томов сочинений Ари, который умер в возрасте 38 лет. Основной труд Ари - книга <Эц Хаим> (иврит - <Древо жизни>). Кроме нее, наиболее изучаемыми являются книги <Шмона Шеарим> (иврит - <Восемь врат>) и <Шаар Каванот> (иврит - <Врата намерений>).
    Ари был первым каббалистом, который, благодаря своей особой душе, начал по иному излагать методику каббалы. Он обладал поистине уникальными способностями, так как его душа относилась уже к периоду окончательного развития душ. И потому, имея постижения значительно большей глубины, он смог намного точнее выразить, описать и объяснить это знание.
    От Ари исходит язык каббалы, он определил подход и порядок ее изучения. По сути, именно он раскрыл науку каббала. Во всех поколениях до Ари, сколько бы ни писали каббалисты, все это предназначалось только для тех, кто уже обладает духовным постижением. Форма изложения Ари позволяла изучать каббалу любому человеку. И неважно, сколько тот понимает в прочитанном - он получает из текстов Ари исправляющий высший свет, который поднимает человека до уровня познания и ощущения духовной реальности. В этом заключается особая сила произведений Ари. Они отличаются особым видом раскрытия, способом изложения, характером подачи материала. Форма описания устройства высшего мира, предложенная Ари, получила повсеместное распространение среди каббалистов. Ари ввел новый метод описания системы мироздания, используя графические изображения, схемы, чертежи. Метод, им разработанный, был назван
лурианским.
    Из поколения в поколение одни и те же души облачаются в новые тела, но нисходящие души сохраняют весь опыт предыдущих жизней, и поэтому каждое следующее поколение мудрее предыдущего и устремляется в своих поисках к более возвышенному. Во времена Ари общее развитие душ достигло такого уровня, когда они начинают желать приподняться духовно. Этим объясняется, в частности, начало эпохи Возрождения, эпохи реформ в культуре, религии и научном мировоззрении.
    В духовном это выражается в стремлении найти источник жизни, ответ на вопрос: <Для чего я живу?>. В душах этот вопрос начинает созревать, мешать существовать, заставляет человека заниматься поиском источника жизни, приводящим к исследованию Высшего мира. Поэтому Ари создал новую систематизированную методику каббалы, которая была предназначена не только для духовного подъема особых душ, но и для масс. В своих текстах он открыто заявляет, что, начиная с этого времени и далее, каждый желающий, независимо от возраста, пола и происхождения, может заниматься каббалой и с помощью этой науки достичь цели своего творения. Однако, какой бы ясной ни была форма этого раскрытия, известно, что он сказал своим ученикам, что будь они способны на большее, он не ушел бы из этого мира, а продолжил раскрывать все больше и больше. Но так же, как подошло его время, и возникла необходимость сделать раскрытия, так время его закончилось, и Ари ушел из этого мира.
Ари скончался 5-го ава 1572 года в возрасте 38 лет. Согласно его воле, все его труды были спрятаны, с тем, чтобы раскрыться в том поколении, которое будет достойно этого.
В книге "Шаар аГильгулим" приводятся предсмертные слова Ари о том, что он завещает заниматься Каббалой только одному из всех учеников, Хаиму Виталю, заниматься тайно, одному. Хаим Виталь записал после смерти Ари все, им услышанное, даже не систематизируя. Часть бумаг, 600 страниц, он спрятал, часть завещал похоронить с собой, а часть оставил в наследство своему сыну. Из спрятанных 600 страниц в последующем поколении его ученик, рав Цемах, собрал книгу "Древо Жизни" и другие книги. Из извлеченных из могилы листов собрали серию книг "Восемь врат". Его произведениям предстояли такие же злоключения, как когда-то Книге Зоар. Они также были скрыты в течение многих лет, пока их не начали понемногу извлекать на свет. Часть достали из могилы Ари, часть - из сундука, хранящегося у близких Хаима Виталя и передаваемого из поколения в поколение. Извлекаемое собирали в одно целое и из составленного издавали книги.
   С этого времени протянулась цепочка величайших каббалистов, развивающихся на основе учения Ари, таких как Рамхаль, Агра, Бааль Шем-Тов и все его ученики, именами которых ознаменован новый этап широкого распространения каббалы, наступивший в начале XVIII в.. В этот период появляется много книг по каббале. Часть из них была написана в скрытой манере, языком иносказания, часть была более раскрыта, но, тем не менее, все они предназначались только для обучения людей, уже обладающих духовным постижением.
  
   Бааль Сулам.
Следующий наиболее масштабный период появления нового подхода в изложении каббалы приходится на ХХ в. Методику духовного постижения для современного человека смог создать великий каббалист XX в., собственно, наш современник, рав Йегуда Ашлаг, получивший имя Бааль Сулам по названию своего комментария <Сулам> на Книгу Зогар. Его труды, помимо отражения глубочайшего духовного опыта, отличаются поистине уникальной широтой спектра обсуждаемых тем и впечатляющим набором научных фактов о строении мироздания с акцентированием на роли и назначении в нём человека. Бааль Сулам считается основоположником современной науки каббала, так как является создателем нового подхода к трудам Ари. Им написано более десятка книг.
Рав Йегуда Ашлаг (Бааль Сулам) родился в Варшаве, в 1884 году, и уже с ранних лет был отмечен учителями как человек, непрестанно стремящийся к раскрытию тайн мироздания. Он поражает своих наставников блестящим знанием всех основополагающих книг иудаизма, а также прочитывает в оригинале произведения выдающихся западных философов, среди которых Кант, Гегель, Шопенгауэр, Ницше и Маркс. Впоследствии он сравнит их взгляды с позицией науки каббала в своих статьях.
    По окончании Первой мировой войны (в 1921 г.) Бааль Сулам покидает Польшу и перевозит свою семью в Израиль (Палестину). Сразу по прибытию в Иерусалим он отправляется в древнюю каббалистическую школу <Бейт Эль>, бывшую в течение 200 лет центром изучения каббалы, но быстро разочаровывается в иерусалимских каббалистах, уровне их знаний и подходе к изучению каббалы. Видя сложившуюся ситуацию духовного падения масс и желая изменить ход исторического развития, предвещающего наступление новой катастрофы, периода тяжелых страданий и лишений, Бааль Сулам организовывает группу учеников и начинает писать книги, чтобы обучить людей методике правильного восприятия реальности и разумного существования в ней. Уже в Польше он стал известен как великий знаток каббалы, ученик мудрейших каббалистов, продолжавших цепочку передачи каббалистических знаний после Бааль Шем-Това.
    В 1926 г. Бааль Сулам уезжает в Лондон, где на протяжение двух лет работает над написанием комментария <Сияющий лик> на книгу Ари <Древо жизни>. Весь этот период он ведет тесную переписку со своими учениками, в которой объясняет им основные принципы духовной работы человека. Вернувшись в Иерусалим (1928), он продолжает преподавать каббалу и писать, и через несколько лет издает  свой монументальный труд - трактат под названием <Учение Десяти Сфирот>. Десять сфирот - это внутренняя структура мироздания, определяющая все его строение, включая духовный мир и наш мир, души и населяющие миров - все сводится к системе десяти сфирот.
    Книга <Учение Десяти Сфирот> состоит из шести томов, свыше 2 000 страниц, и включает в себя все, что было создано каббалистами на протяжении истории науки каббала. В отличие от своих предшественников, Бааль Сулам составил ее, следуя всем канонам академического учебника: в ней есть список контрольных вопросов и ответов для самопроверки, словарь определений слов и основных понятий, алфавитный указатель и сноски на литературные источники. В первой части книги Бааль Сулам пишет о ее задаче: <В этом моем анализе я приложил усилия объяснить десять сфирот, как этому научил нас божественный мудрец Аризаль, - в соответствии с их духовной чистотой, свободной от каких бы то ни было осязаемых понятий, чтобы любой начинающий мог приступить к изучению науки каббала и не потерпеть неудач по причине материализации значений слов или других ошибок, так как понимание этих десяти сфирот откроет также возможность рассмотреть и узнать, как понимат
ь остальные вопросы этой науки>. В своих работах Бааль Сулам стремился выразить внутреннюю суть каббалы, очистить ее от примитивных средневековых представлений о ней, как о мистике и магии, полной чудес и абсурдных фантасмагорий; он видел в этой науке мощное орудие для изменения и совершенствования человека.
    В 1940 г. он начинает писать комментарий на Книгу Зо
гар, под названием <Перуш а-Сулам> (иврит - букв. <комментарий лестницы>). Несмотря на тяжелое состояние здоровья, он непрестанно работает по восемнадцать часов в сутки в течение тринадцати лет. О цели создания этого фундаментального комментария Бааль Сулам пишет в <Предисловии к Книге Зогар>:
   
    <Из вышесказанного можно понять причину духовной тьмы и незнания, обнаруживаемые в нашем поколении, чего не было во всех предыдущих поколениях. И это потому, что люди перестали заниматься изучением науки каббала:
    Но знаю я, что причина этого в том, что упала вера, особенно вера в великих мудрецов поколений, а книги каббалы и Книга Зо
гар полны примеров, взятых из нашего мира. Поэтому страх возникает у каждого, что вреда будет больше, чем пользы, поскольку легко можно начать представлять себе овеществленные образы.
    И это обязало меня сделать подробные комментарии на сочинения великого Ари, а теперь и на Зо
гар, и этим я полностью ликвидировал страх, потому как прояснил все духовные понятия, отделив их от какого бы то ни было материального представления, выведя их за понятия времени и пространства, как убедятся изучающие, дабы позволить любому из масс изучать Книгу Зогар и умножать разум в ее свете.
    И назвал я этот комментарий <Сулам> [
Лестница], дабы показать, что предназначение его такое же, как у лестницы, поскольку если перед тобой прекрасная вершина, то не хватает только лестницы подняться к ней, и тогда в твоих руках все сокровища мира. Но лестница не является целью сама по себе, потому что если остановишься на ее ступенях и не будешь подниматься, то не выполнишь требуемое и задуманное.
    Так и с моим комментарием к Зо
гару: целью моей не было разъяснить всю глубину Зогара так, что невозможно было бы выразить большего, а указать путь и сделать из этого комментария руководство к действию для каждого человека, чтобы смог он с его помощью подняться, вникнуть в глубину и увидеть суть Книги Зогар. Только в этом заключается цель моего комментария>.
  
       После выхода в свет книги <Перуш а-Сулам> рав Й. Ашлаг получил имя <Бааль Сулам> (иврит - букв. <обладатель лестницы> [в духовный мир]), как принято среди мудрецов Торы называть человека не по его имени, а по его наивысшему достижению.
    Посвятив всю свою жизнь обучению и распространению науки каббала, оставив после себя драгоценный материал, в котором изложена вся современная каббалистическая методика, величайший каббалист XX в., Бааль Сулам, умер в 1954 г. Его дело продолжил старший сын - рав Барух Ашлаг.
  
   Барух Ашлаг.
   Последним звеном в цепочке великих каббалистов древности, находящимся буквально на стыке прошлого и будущего поколений, стал старший сын Бааль Сулама - рав Барух Ашлаг (сокращенно Рабаш).
    Рав Барух Ашлаг родился в 1906 г. Еще подростком он переехал с отцом из Польши в Иерусалим и всю свою жизнь учился у него. После смерти Бааль Сулама Рабаш продолжил его дело: полностью издал комментарий <Сулам> и остальные рукописи отца, а затем начал писать статьи, в которых изложил четкую методику внутренней работы человека, стремящего постичь истинную реальность, чего не сделал ни один каббалист до него. В этих статьях он дал подробное описание всех этапов духовного пути человека - от его начала и до конца. Впоследствии из них был составлен пятитомный сборник <Этапы постижения>. Кроме того, Рабаш передал нам свои уникальнейшие записи объяснений духовных состояний человека, полученных им от отца, которые он так и назвал <
Услышанное>.
    Рабаш умер в 1991 г. Его книги наряду с трудами Бааль Сулама являются самым необходимым материалом по науке каббала, изучение которого раскрывает перед человеком истинную картину окружающей действительности и выводит его на качественно иной, высокий уровень осознанного, разумного существования в гармонии с природой при полной реализации высшего предназначения человека - постижения Замысла Творения.
  
   Глава 4. Основные каббалистические тексты.
  
   "Разиэль Амалах".
   Одна из гипотез, которой придерживаются сами каббалисты, постигающие духовный мир, гласит, что каббала как наука о мироздании ведет свое начало с древнего города Месопотамии Ура Халдейского. Предание того времени (около XVIII в. до н. э.) повествует об истории жителя Междуречья, Авраама - человека, который в итоге своего исследования окружающего мира, раскрыл за множеством проявлений различных сил природы, воздействующих на этот мир, одну, единственную силу. Вначале ему казалось, что он находится под властью многих сил, но он прошел сквозь этот слой познания и постиг, что все эти силы являются частными относительно одной, единственной высшей силы. Авраам назвал ее Творцом.
   Но Авраам принадлежал к арийскому (т.е. послепотопному) этапу развития человечества. Арийской цивилизации предшествовала атлантская цивилизация. В той же Торе в Книге Бытия имеются упоминания о том, что на земле жили гиганты (нефилимы). От атлантской цивилизации, по всей видимости, досталось в наследство арийской несколько письменных источников. Каббалистическая книга "Разиэль Амалах" ("Тайный ангел") была одним из этих источников. Автором этой книги принято считать самого Адама первого человека. С другой стороны, в каббале под Адамом принято понимать не конкретного человека, а архетип - прообраз первой человеческой цивилизации. Поэтому мы не можем точно установить авторство этой книги.
   "Автор книги описывает силу, скрытую от человека, не ощущаемую в наших естественных органах чувств и не воспринимаемую посредством данных человеку методов познания, но раскрывшуюся ему в результате его исследования системы мироздания. Ангелом в каббале метафорически именуется сила природы, тайный - означает скрывающийся за картиной нашего мира, но управляющий этим миром, то есть имеется в виду общая сила, общий закон, формула, под управлением которой находится наш мир, и исследование и раскрытие которой предполагаемый автор описал в своей книге. Когда мы раскрываем эту книгу (ее легко можно найти в любом книжном магазине, она дошла до нас в своем первоначальном виде), мы видим, что ее автор был не примитивным человеком, а большим каббалистом, который поведал нам об основах мироздания. Он исследовал высший мир - все, находящееся выше нашего мира, там, где путешествует наша душа до нашего рождения, до снисхождения в этот мир, и куда она поднимается после того, как человек заканчивает свой земной путь" (М.Лайтман).
  
   "Сефер Ецира" (Книга Создания). Свидетельством первого письменного изложения науки каббала для арийского этапа развития человеческой цивилизации считают литературный источник "Сефер Ецира" (иврит - <Книга Создания>), написанный еще в XVIII в. до н. э. Изучая законы природы окружающего мира, Авраам систематизировал свои познания и на их основе разработал методику постижения единой управляющей силы, раскрытия ее сквозь множество различных сил, которые человек ощущает как воздействующие на него. Эту методику он назвал <каббала> (иврит - получение). Свои исследования Авраам изложил в книге под названием <Сефер Ецира> (иврит - <Книга Создания>). Текст книги краток, составлен из лаконичных фраз, представляющих собой заключения о духовных ступенях, раскрытых Авраамом.
    Потомки и ученики Авраама стали распространять его методику постижения законов мироздания среди других людей. С течением времени группа учеников и последователей разрослась до величины целого народа - около 3 млн. человек. Поскольку в нее входили не по происхождению, а лишь приверженцы этой методики, то назвать эту группу народом, по признакам и определениям <что такое народ>, невозможно. Это была всего лишь каббалистическая группа, то есть группа исследователей духовного мира. Они стали называть себя <народом Израиля> после того, как все члены группы одновременно получили адекватное ощущение духовного мира. Эта каббалистическая группа также и в своих детях с первых дней развивала дополнительное восприятие высшего, и они росли, воспринимая ощущаемое естественно и органично.
    Так продолжалось до определенного исторического момента, когда мгновенно во всей группе исчезло восприятие высшего. До этого момента она представляла собой сообщество людей, живущих в ощущении высшего мира. Но после утраты этого ощущения группа приняла вид обычного народа. А поскольку все ее существование оправдано только уровнем восприятия высшего, то она перестала быть особенным явлением в мире, а наоборот, немедленно обрела соответствующий ей облик - народа, рассеянного среди всех народов мира.
    Вне ощущения высшего группа не может называться <народом Израиля>, где слово <Израиль> читается как <Исра-Эль> (иврит), буквальный перевод которого означает <прямо к Творцу>. В отсутствии восприятия полного мира некогда группа каббалистов стала вместо духовных действий практиковать их физическую интерпретацию, продолжая пользоваться для этого названиями духовных действий. Это и послужило началом возникновения иудейской религии, а затем - и остальных религий.
    Именно падение людей с духовного уровня познания мира повлекло за собой возникновение различных интерпретаций каббалы. В силу названных событий каббалу стали соотносить подчас с совершенно иными духовными истоками. В то же время, на ее искаженных представлениях проросли новые религиозные, мистические и гностические учения.
   
   "Тора" (Пятикнижие Моисея). От последовавшего за Авраамом периода не осталось никаких письменных источников каббалистического знания. Возможно, его потомки - Ицхак, Яков и каббалисты периода Египетского изгнания писали, но их рукописи до нас не дошли. Поэтому Моисей, написав Тору, действительно сделал большое раскрытие. Это раскрытие не в большей доступности Торы, а в более подробном описании. Этот каббалист описал все духовные ступени и условия их постижения, весь Замысел Творца относительно творений, от начала их пути и до конца.
    Моше получил раскрытие мироздания с указанием передать это знание всему человечеству. Методика, изложенная Моше в своей книге, называется <Тора> - от ивритских слов <ор> -
свет и <ораа> - инструкция, т. е. указание, как с помощью света выйти в мир своего вечного предназначения. Эта книга рассказывает якобы о нашем мире, но на самом деле описывает скрытые духовные миры, действующие в них силы, информационные воздействия - и обо всем этом повествует, как об историческом развитии. Для не ощущающего высший мир необычайно трудно правильно представить себе, что подразумевается в тексте Торы - ведь практически невозможно за различными семейными, историческими рассказами увидеть духовный мир. В таком простом, закодированном виде (он называется простой, потому что когда человек читает, ему все кажется ясно и просто), Тора могла распространяться открыто в отличие от остальных каббалистических книг.
  
    "Зогар". Следующей монументальной книгой по каббале стала Книга Зоар (иврит - <Сияние>). Каббалисты относят дату написания этой книги ко II в. н. э. Эта книга по сей день пользуется огромной популярностью во всем мире и имеет репутацию одного из кладезей каббалистической мудрости. На титульном листе издания стоит фамилия автора - рабби Шимона бар Йохая. Тем не менее, до сих пор в философской среде нет единогласного мнения по поводу авторства и даты написания этой книги: одни считают автором книги Моше де Леона - испанского каббалиста ХIII в., другие (среди них и каббалисты-практики) убеждены, что автором этой книги явился именно рабби Шимон бар Йохай (сокращенно - Рашби), великий каббалист, ученик рабби Акивы, живший во II в. н. э. в Верхней Галилее (север Израиля).
    Эта книга написана на арамейском языке, разговорном языке того времени. В самой книге сказано, что она написана тайным языком. Ее содержание многослойно: в описании древних легенд, моральных установлений, притч существует множество скрытых пластов. Понять ее, как и книги Авраама и Моисея, может только находящийся на соответствующих духовных уровнях.
    Начиная с Книги Зоар и далее, судьбы каббалистических книг становятся необычными: они теряются, вдруг возникают, случайно печатаются, их сжигают: Книга Зоар долгое время была скрыта, раскрылась по ошибке в XIII в.: умер каббалист того времени рабби Моше де Леон, и его вдова продала издателю его рукописи, среди которых была и Книга Зоар. Издатель переписал ее и распространил.
    Книга Зоар попала в руки Моше де Леона, вследствие чего его часто считают ее автором. Согласно одной из версий, он обнаружил ее среди различных пергаментных листов, найденных неизвестным восточным торговцем, использовавшим их в качестве оберточной бумаги. Будучи большим каббалистом того периода, Моше де Леон понял, что это были непростые листы. Он собрал их и, насколько смог, привел в порядок. В общей сложности к нему попало не более 10 % от той книги, которую рабби Аба записал со слов Рашби. Моше де Леон скрыл эту книгу и учился по ней. Кроме нее, у него было еще несколько каббалистических книг. Когда-то он был богат, но потом разорился и обеднел. И когда умер, его жена продала эти книги, в том числе и Книгу Зоар. Неизвестно, продала ли она Зоар непосредственно издателю, опубликовавшему эту книгу, или Зоар прошел еще через несколько рук, но, в итоге, эта книга раскрылась.
    Первоначально Книга Зоар включала в себя комментарии на все Пятикнижие: Тору, Книгу Пророков, Писания. То, что дошло до нас от книги Рашби, является лишь небольшой ее частью. Это лишь различные фрагменты комментариев на отдельные разделы. Трудно сказать, каким был изначальный объем этой книги. Сегодня ее оригинал составляет около тысячи страниц. Можно только предположить, что в первоначальном виде она состояла из 15-20 томов такого объема.
  
   "Книга Зоар" состоит из:

1. АКДАМАТ СЭФЭР ЗОАР . "Предисловие книги Зоар". Эта часть состоит из ряда статей, наиболее полно раскрывающих внутренний смысл Торы.

2. СЭФЭР аЗОАР - "Книга Зоар" разделена на части и главы в соответствии с недельными главами Торы:

- КНИГА БЕРЕШИТ: БЕРЕЙШИТ, HOAX, ЛЕХ ЛЕХА, ВАЕРА, ХАЕЙ САРА, ТОЛДОТ, ВАЕЦЕ, ВАИШЛАХ, ВАЕШЕВ, МИКЕЦ, ВАИГАШ, ВАЕХИ.
- КНИГА ШМОТ: ШМОТ, ВАЭРА, БО, БЕШАЛАХ, ИТРО, МИШПАТИМ, ТРУМА (Сафра дэ Цниюта), ТЕЦАВЕ, ТИСА, ВАЯКХЭЛЬ, ПКУДЭЙ.
- КНИГА ВАИКРА: ВАИКРА, ЦАВ, ШМИНИ, ТАЗРИА, MEЦОPA, АХАРЕЙ, КДУШИМ, ЭМОР, БЭХАР, БЭХУКОТАЙ.
- КНИГА БАМИДБАР: БАМИДБАР, HACО (Идра раба), БААЛОТХА, ШЛАХ, КОРАХ, ХУКАТ, БАЛАК, ПИНХАС, МАТОТ, МАСЭЙ.
- КНИГА ДВАРИМ: ВАЭТХАНАН, ЭКЕВ, РЪЭ ШОФТИМ, ТИЦЭ, ТАВО, ВАЕЛЕХ, ААЗИНУ (Идра зута), ВЕ ЗОТ АБРАХА.

3. ЗОАР ХАДАШ - "Новый Зоар" - дополнения к недельным главам: БЕРЕШИТ, HOAX, ЛЕХ ЛЕХА, ВАЕРА, ВАЕЦЭ, ВАЕШЕВ, БАШАЛАХ, ИТРО, ТРУМА, ЦАВ, АХАРЭЙ, БЕХАР, НАСО, ХУКАТ, БАЛАК, МАТОТ, ВАЭТХАНАН, КИ ТИЦЭ, КИ ТАВО.

4. ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ КНИГИ В КНИГЕ ЗОАР , не являющиеся непосредственным комментарием к Пятикнижию: "Идра раба", " Идра зута", "Сафра дэ цниюта", "Раза дэ разин", "Тосэфта", "Райя миэмна", "Ашматот", "Ситрэй Тора", "Ситрэй отиет", "Тикунэй Зоар".

5. "МИДРАШ АНЭЭЛАМ" - комментарии к свиткам: ПЕСНЬ ПЕСНЕЙ, РУТ, ЭЙХА и к Пятикнижию.

Бааль Сулам прокомментировал весь Зоар, который дошел до нас. Основные его комментарии - в "Предисловии к книге Зоар" и главе "Берешит" - изложены языком духовной работы человека. Для науки Каббала основную ценность представляют статьи Зоар "Идра раба", "Идра Зута", "Сафра дэ цниюта", изложенные языком Каббалы. За исключением этих статей вся остальная книга Зоар представляет собой мидраш.

В своем изначальном виде, написанная раби Аба 16 веков назад, книга Зоар не была разделена на недельные главы, ее объем был в несколько раз больше дошедшего до нас, она излагала объяснения не только к Торе, но и к 24 книгам Танаха (книги "Пророки" и "Святые писания").

Кроме самой книги Зоар до нас дошла книга "Тикуним" раби Шимона, состоящая из 70 комментариев к слову "Берейшит" (русск. "В НАЧАЛЕ"), первому слову Торы, потому как оно включает в себя ВСЁ.

Книга Зоар, как и вся Тора, говорит только о творении - человеке, и его отношениях с Творцом. Все внутренние свойства человека Тора называет именами нашего мира: стремление к Творцу называется "Исраэль", стремление к самоудовольствиям называется "народы мира". Но нет никакой связи между этими названиями в Торе с евреями и прочими народами в нашем мире. Каббала обращается к ЧЕЛОВЕКУ!
   
   Существует мнение, что раскрытие этой книги, даже в таком виде, было ошибкой. Ведь Книга Зоар должна раскрыться в конце всех поколений, как указано в самой книге. Это раскрытие каббалистического знания в неправильной форме, в еще не пригодное для этого время, повлекло за собой возникновение многих лжеучений. С другой стороны, раскрытие каббалы даже в искаженном виде, несмотря на то, что практически никто не понял ее правильно, дало мощный толчок к развитию человеческой мысли. Неправильным это раскрытие считается, в основном, потому, что оно должно было произойти в предназначенное для этого время: при вступлении в последнюю стадию эгоистического развития человека, с возвращением народа Израиля в свою землю, с началом общего кризиса всего человечества в конце XX в.
   
   *
   Каббалистические книги, написанные в следующий после Рашби период, вплоть до эпохи Ари (XVI в.), были также непросты для восприятия. В них отсутствует причинно-следственная последовательность, общий язык. Каждый каббалист писал их в своей собственной манере, каббалисты скрывали истинный смысл, используя для этого всевозможные, отличные друг от друга способы письма. Так продолжалось до времени Рамака, который попытался навести в этом определенный порядок. Однако он многого не понял и допустил ошибки. Его объяснения не были ясными и точными. Поэтому состояние запутанности длилось до прихода Ари.
    В течение тысячелетий существования нашего мира каждое новое поколение отличается от предыдущего все более эгоистическим характером душ. Поэтому и методика постижения духовных миров в каждом поколении иная. Ведь постижение духовного происходит в самой душе, а если качественно меняется она, то, соответственно, меняется и методика. Предназначение каббалистов, находящихся в том или ином поколении, заключается в том, чтобы адаптировать, корректировать методику постижения Творца, каббалу, в соответствии с характером душ своего поколения. Авраам, Моше, Рашби - это этапы совершенствования методики каббалы и ее адаптации для развивающегося человечества. После Рашби потребность в новом изложении методики каббалы возникла лишь в XVI в. Каббалистом, который создал новую методику для нового вида душ своего поколения, был Ари.
           
   Вместо послесловия
      <Откройте эти книги, и вы найдете там все добрые пути жизни, которые раскроются в конце дней, и из этих книг получите хороший урок того, как и сегодня расставить по местам потребности, касающиеся дел этого мира. Есть возможность изучать историю прошлого,  благодаря которой мы исправляем будущую историю.
      Всё это я принимаю настолько к сердцу, что не могу больше сдерживаться, и мною принято  решение раскрыть из истории и из того, что я нашел в этих книгах, пути будущего исправления, решенного для нас. Я выйду к людям, трубя в этот рог, ибо, по моему мнению, и понятию, достаточно будет собрать всех достойных чудесного свойства, чтобы они начали изучать и усваивать эти книги и склонили бы себя и весь мир к оправданию>. (Й. Ашлаг)
  
  
  

  
  
  
  
  
  
  
  
  

Часть 2. Йога.

   Глава 1. Что такое йога?
   Йога - эзотерическая традиция, основы которой впервые были систематизированы великим гуру Патанджали, жившим во 2-м веке до н.э. Но неправильно было бы считать лишь Патанджали основоположником йоги. В самой традиции считается, что по преданию йога была передана самим Творцом через своего посланника-аватару по имени Кришна древнеиндийскому пророку Арджуне. Основы этого учения были разбросаны по всему древнеиндийскому эпосу - от Вед до Пуран. Кроме того, учение йоги прослеживается не только в древнеиндийских Ведах, но также и всех других ведах известных человечеству и принадлежащих культурному наследию различных народов. Поэтому точное выявление исторической рамки, определяющей появление йоги на земле, установить сложно. Основываясь на том, что возникновение самих Вед датируется историками приблизительно серединой 2-го тысячелетия до н.э., то и происхождение йоги приходится причислить к этому периоду исторического развития человечества.
   Многие считают, что Веды - это наследие древнеиндийского эпоса. На самом деле Веды были распространены по всему миру, а не только в Индии. Поэтому йогу не совсем правильно именовать древнеиндийской эзотерической традицией.
   Значение термина Веды - знание (отсюда "ведать" -знать). Знание Вед - сакральное знание человечества, доставшееся арийскому человечеству от предыдущей (гиперборейской, атлантской цивилизации). В этой связи саму йогу иногда именуют ведической традицией.
   Необходимо всегда помнить, что все эзотерические традиции условно можно разделить еще на две группы: первая группа - это традиции, которые признают авторитет Вед (Каббала, йога, гнозис и суфизм), вторая группа - это традиции, которые не признают авторитета Вед (дзэн и дао). К этому обстоятельству мы будем возвращаться еще не раз в нашей книге. Сейчас необходимо просто обратить внимание на то, что, несмотря на разное отношение к авторитету Вед, все эти традиции, по существу, не противоречат друг другу. Непризнание в дзэнской и даосской традициях авторитета Вед основано на высказывании Сиддхартхи Гаутамы - высказывании, которое мы условно именуем "критерием Будды": "Не верьте тому, о чем вы слышали: ни традициям, лишь потому, что они дошли до нас из древности; ни тому, что было сказано многими; ни писаниям мудрецов; ни досужим домыслам; ни тому, что представляется вам привычной истиной; не принимайте на веру голый авторитет наставников и учителей. Но вы должны верить, когда Писание, доктрина или сказание подтверждается вашим собственным разумом и сознанием и ведет ко благу всякого и всех. Лишь тогда примите все это и живите сообразно этому" (Цитата по книге: Max Miller, Three Lectures on the Vedanta Philosophy, London: Longmans, Green and Co, 1984). Исходя из этого критерия, мы видим, что Сиддхартха Гаутама не постулировал ложности Вед, но заставлял своих учеников всегда проверять истинность писания на собственном опыте, согласно следующему критерию: любое учение или Писание должно вести к благу всех людей, а не одной лишь части человечества.
   Свое максимальное распространение йога получила в Индии. И именно этим обстоятельством объясняется, что большинство людей считают йогу древнеиндийской традицией.
        Учение йоги многогранно. Хатха, Раджа, Джняна, Бхакти - это лишь наиболее известные направления в йоге. В каждом из них ставятся определенные цели, которые должен достичь практикующий йогу. Но для всех направлений йоги свойственна и одна единственная цель, к достижению которой ведут всякого адепта того или иного направления йоги. Цель эта - разрыв сансары и достижение нирваны (полное слияние творения со своим Творцом).
   Само значение санскритского термина "йога" переводится как "соединение", т.е. соединение твари со своим Творцом. И здесь прослеживается аналогия с Каббалой, которая учит постижению Творца посредством развития в человеке шестого органа чувств и единению с Ним. По существу Йога (как, впрочем, и все эзотерические традиции) учит тому же что и Каббала, но выражает это в другой терминологии. Чтобы человек смог добиться полного соединения со своим Творцом (достижение нирваны), необходимо преодолеть самого себя - побороть путы материальной природы путем самораскрытия в себе духа (атмана). То, что в Каббале называется развитием шестого органа чувств, в йоге называется самореализацией или раскрытием атмана.
  
  
   Глава 2. Восемь ступеней йоги.
   Теоретическая и практическая йога включают в себя восемь ветвей (ступеней), классификацию которых в третьем веке нашей эры разработал великий древнеиндийский мудрец Патанджали, по праву считающийся главным систематизатором учения йоги. Эти ступени включают в себя следующие методики духовного развития человека:
1) яма;
2) нияма;
3) асана;
4) пранаяма;
5) пратьяхара;
6) дхарана;
7) дхьяна;
8) самадхи.
   Учение йоги отличается цельностью, поэтому только практика всех восьми звеньев (ступеней) может привести к нужному результату - самореализации и достижению нирваны. Любая ступень йоги, будучи убранной из замкнутой цепи, нарушает сущность этой традиции.
  
   Практика ямы, ниямы, асан, пранаямы, и пратьяхары касается как тела, так и разума. Эти пять звеньев составляют внешнюю сторону йоги, направленную на развитие в человеке культуры физического тела. Три остальные ступени - дхарана, дхьяна и самадхи - представляют собой ее внутреннюю сторону и связаны с изменением состояния разума.
  
   Этическая сторона йоги выражена в первых двух ступенях - яме и нияме. Десять принципов ямы и ниямы только количественно совпадают с десятью главными заповедями Торы, поэтому не стоит их полностью отождествлять. С другой стороны необходимо всегда помнить, что учение йоги по сути своей никогда не противоречило
   каббалистическому учению, т.к. сама йога является достойной преемницей Каббалы.
   Многие из ступеней йоги являются объектом изучения различных ее направлений, с которыми мы ознакомимся в следующей главе. Так, например, асаны и пранаяма являются главными техниками в практике хатха-йоги; пратьяхара и дхьяна используются в джняна и бхакти йогах; яма и нияма - в карма и бхакти йогах. Но только самадхи является единственной целью достижения раджа-йоги. В этой связи принято считать остальные школы йоги (хатха, бхакти, джняна и карма йоги) лишь вспомогательными звеньями йоги, а раджу - главным ее звеном.
   Яма.
   Термин "яма" переводится как "самоограничение" или "сдержанность". Яма - это первая ступень йоги, которая включает в себя пять главных принципов, определяющих взаимоотношения человека с другими живыми существами:
  -- ахимса (ненасилие);
  -- сатья (правдивость);
  -- астейя (запрет воровства);
  -- брахмачарья (воздержание от случайных половых связей);
  -- апариграха (нестяжание).
   Эти требования должны выполняться постоянно, в любом месте и в любых условиях, т.к. они отражают в себе Высший Закон Вселенной - волю Творца, согласно которой все сущее сотворено во имя всеобщего блага и призвано к гармоничному существованию и духовному развитию.
   Не трудно увидеть в пяти принципах аналоги основным заповедям Торы, прописанных в десятисловном Законе: ахимса - "не убий", сатья - "не лги", астейя - "не кради", брахмачарья и апариграха - "не возжелай". Подобного рода аналогии прослеживаются и на других ступенях йоги.
   Нияма.
   Термин "нияма" переводится как "непреложность". Эта ступень йоги включает в себя пять главных принципов, регулирующих отношения человека с жизнью в целом:
  -- сауча (чистота);
  -- сантоша (довольство имеющимся, умеренность);
  -- тапас (аскетизм, подвижничество);
  -- свадхьяя (самообучение);
  -- исварапранидхана (покорность Творцу).
   Принципы саучи во многом сходны с законами о чистоте, прописанными в Торе. Основная цель этих принципов - сделать из физического тела человека достойное обиталище Духа, т.к. именно физическое тело человека является истинным храмом Божьим, обителью Творца в проявленном мире. В йоге имеется целое направление - крийя-йога, в которой имеется множество практических методик очищения физического тела.
   Принципы сантоши учат человека пониманию природы истинного счастья. Высшее счастье по йоге - результат удовлетворенности". Ведь согласно учению той же Каббалы, Творец сотворил человека, чтобы насладить его. Наполненность человека максимальным наслаждением приводит его к удовлетворению собой и окружающим миром. Поэтому в принципах сантоши отражены многие положения каббалы, которая предлагает человеку методику постижения высшего мира и уподобления человека своему Творцу. Именно в слиянии человека со своим Творцом заключено высшее наслаждение для человека.
   В йоге считается, что аскетизм (самодисциплина) уничтожает все нечистое в разуме. Разум простого человека не способен постичь законов высшего мира, пока находится во власти чувств и желаний. Практика тапаса направлена на кумуляцию в человеческом организме свободной космической энергии. Слово "тапас" дословно означает "жар, внутренний огонь". Жар, тепло - это признаки энергии. Практика тапаса делает человека способным к принятию твердых решений, помогает развить силу воли, преодолеть эгоистическую природу разума, направить телесные и интеллектуальные способности на достижение высших духовных целей.
   Свадхьяя означает изучение священных книг и погружение сознания в мудрость древних. Основу самообучения (свадхьяя) составляет сосредоточение на всех постулатах ямы и ниямы.
   Исварапранидхана означает преданность Творцу ("исвара" - верховный Властитель; "пранидхана" - абсолютная преданность, преклонение). Патанджали писал в "Йога-сутре": "Только тот, кто совершенно предан Господу, может достичь высшего звена йоги - самадхи". Практика исварапранидханы является предметом обучения в бхакти-йоге.
   Асана.
   Термин "асана" переводится как "поза". Асаны практикуются в хатха-йоге. Асаны предназначены к тому, чтобы сделать физическое тело здоровым и спокойным, т.к. физическое тело человека рассматривается в йоге как храм Божий. Эту мысль, кстати, очень часто высказывал Иисус Христос - основоположник гностической традиции. Согласно некоторым источникам известно, что Иисус был посвященным в исторически предшествующие эзотерические традиции - Каббалу и йогу.
   Пранаяма.
   Термин "пранаяма" состоит из двух санскритских слов - "прана" и "яма". "Прана" означает свободную энергию космоса, которая пронизывает все сущее. "Яма" означает практику, направленную на сбор этой энергии и контролирование ее человеком с помощью волевых усилий. Практика пранаямы, наряду с асанами, является предметом изучения хатха-йоги. В практике пранаямы используется огромное количество различных дыхательных упражнений, при помощи которых человек может забирать из космоса свободную энергию. Аккумулируя в своем организме прану, человек может развить в себе различные способности, которые в йоге именуются термином "сиддхи". Эти способности в академической науке именуются "параспособностями", к которым относятся ясновидение, яснослышание, телекинез, телепортация и многие другие способности.
  
   Пратьяхара.
   Пратьяхара - ступень йоги, при которой человек обучается достигать такого состояния, когда разум не находит для себя внешнего выражения. Суть этой практики овладение вниманием и последующее отключение его от объектов внешнего мира. Патанджали писал: "В результате сознательного обращения разума вовнутрь чувства действуют разумно и согласованно без вмешательства эго-сознания. Человек обретает полный контроль над всеми чувствами" ("Йога Сутра 2:55). Практика пратьяхары является предметом обучения в раджа и бхакти йогах.
   Дхарана.
   Термин "дхарана" происходит от санскритского слова "дхри", что означает "крепко удерживать". Концентрация внимания на внутреннем мире человека необходима для того, чтобы человек научился осознавать природу атмана и смог ощущать свою неотъемлемую сопричастность природе Творца. Объектами внутренней концентрации в дхаране являются чакры - энергетические центры в человеке, которые являются основными каналами взаимосвязи человека с Творцом. Дхарана является первым этапом медитации. Вторым этапом является дхьяна.
   Дхьяна.
   Дхьяна является седьмой ступенью йоги и означает непрерывное сосредоточение, или погруженность в себя. Дхьяна, собственно, и есть медитация. Главное отличие дхьяны от дхараны заключается в том, что при дхаране внимание концентрируется лишь на отдельной части внутреннего мира. При дхьяне объектом концентрации внимания является атман - непосредственное зерно божественной природы присутствующей в человеке. Если при дхаране возможно отвлечение внимания от объекта концентрации, то при дхьяне не может быть отвлечения внимания. Любая отвлеченность внимания при дхьяне означает переход последней в дхарану. Дхарана и дхьяна являются практиками, применяющимися в раджа, карма, джняна и бхакти йогах.
   Самадхи.
   Самадхи - высшая восьмая ступень йоги, которая является объектом практики только в раджа-йоге. Самадхи означает состояние сознания, именуемое просветлением или пробуждением. Практикуя самадхи, человек разрывает сансару (непрерывную цепь перевоплощения своей души) и достигает нирваны (максимального единения своей души с душой Творца). Достижение самадхи возможно, когда человек полностью стирает кармические зацепки (узлы) в своей душе. В этом состоянии человек перестает ощущать раздвоенность (дуальность) мира и воспринимает все сущее (в том числе и себя самого) как единое тело Творца. В раджа-йоге различают две основные ступени самадхи - сампраджната-самадхи и асампраджната-самадхи. Сампраджната-самадхи - состояние сознания, когда человек решает вернуться в физический мир (стать бодхисатвой), с целью обучения людей сакральному знанию и практической помощи людям в преодолении власти сансары. Асампраджната-самадхи состояние сознания, когда душа человека не возвращается в физический мир, а остается в вечной слиянности со своим Творцом (пребывает в постоянной нирване).
   Глава 3. Основные направления йоги.
   В йоге насчитывается много различных направлений, но основными принято считать раджа, хатха, бхакти, джняна и карма йоги.
   Раджа-йога.
   Раджа-йога - главное направление йоги, целью которого является достижение состояния самадхи. Это происходит путем воспитания человеческого сознания при помощи определенных практик. Предметом всех этих практик является сознание человека и все психические процессы, связанные с ним. Иными словами, практика раджа-йоги включает в себя работу с астральным и ментальным телами человека.
   Раджа-йога считает, что душа человека (сознание) нуждается в изменении к лучшему, что она недостаточно совершенна, но может развиваться и достигать высшего уровня совершенства. Этот уровень называется состоянием нирваны - абсолютной слиянности души с Творцом - Атмана с Брахманом. Подавляющее большинство людей не понимают необходимости развития сознания, считая, что обычное сознание вполне достаточно для человека, что он и не может иметь другого сознания. В этом заключается одна из главных иллюзий человечества - человек считает, что он знает себя, а на самом деле у большинства людей имеется ложное представление о том, кто они такие.
   Сам термин "раджа-йога" на русский язык переводится как "царская йога" (от санскритского "раджа" - "царь", "царский"). В этой связи принято считать раджа-йогу главным направлением во всей эзотерической традиции йоги. Человек, практикующий эту йогу, приобретает сознание своего Я, а вместе с ним - необыкновенные внутренние силы и способность влиять на других людей. Раджа-йога учит человека прежде всего тому, что составляет основу всей философии мира - познанию самого себя. Когда человек приходит к истинному познанию своей природы, то из его мировосприятия исчезает всякая дуальность (двойственное разделение мира на черное и белое, на хорошее и плохое и т.д. и т.п.) - неотъемлемое свойство всякого непросветленного сознания. Человек начинает воспринимать мир и себя самого как единую неразрывную систему сущего, в которой все взаимосвязано со всем.
   Хатха-йога.
   Хатха-йога - йога власти духа над телом и над физической природой человека. Правильное освоение практики хатха-йоги наделяет человека идеальным здоровьем, увеличивает продолжительность жизни и дает ему новые силы и способности (сиддхи), которыми обыкновенный человек не обладает и которые воспринимаются массами как сверхъестественные. Но сами сиддхи не являются самоцелью хатха-йоги. Главная цель хатхи - здоровое тело, которое не мешает духовному росту человека, а только помогает этому процессу. Хатха-йога по отношению к физическому миру человека представляет собой то же самое, что раджа-йога по отношению к психическому миру. В йоге считается, физическое тело человека (как и сознание человека) несовершенно и нуждается в постоянной заботе и уходе.
   Еще Иисус Христос, который был хорошо знаком с традицией йоги, учил своих учеников о том, что тело человека - это храм Бога. Каждый йог это прекрасно знает и соблюдает высокую физическую культуру на своем пути соединения с Богом.
   Практика хатха-йоги включает в себя работу с физическим и эфирным телами - самыми плотными энергетическими структурами человеческой природы. В этой практике различают 5 основных методик:
  -- шаткармы;
  -- асаны;
  -- пранаяма;
  -- бандхи;
  -- мудры.
   Об асанах и пранаяме мы уже упоминали выше. Шаткармы - это очистительные техники, применяемые в крия-йоге - неотъемлемом разделе хатха йоги. Йоги считают, что физическое тело организма нуждается в постоянном уходе - особой гигиене, которая включает в себя различные очистительные техники такие как пракшалана, наули и др.
   Бандхи (замки) - это техники, которые активизируют энергетические центры в человеке и высвобождают внутренние силы организма. Эти техники часто применяются в сочетании с пранаямой - дыхательной гимнастикой. Йоги давно заметили необыкновенную самостоятельность отдельных органов тела и отсутствие центра, управляющего жизнью организма. Наблюдая самостоятельность частей, органов и даже отдельных клеток физического тела человека, йоги пришли к заключению, что жизнь тела состоит из множества отдельных жизней. Именно так жизнь Творца состоит из множества множеств отдельных жизней, включенных в единый организм Сущего. Также, как человек может подчинить своей воле деятельность всех своих органов и систем, также и Творец подчиняет своей воле жизнь того или иного живого существа, причиняющего своими действиями вред существованию самого Творца.
   Мудры - техники якорения человеческого сознания, которые применяются в сочетании с медитацией. Термин "мудра" в переводе с санскрита означает "печать". Каждая мудра имеет свою определенную цель. В общих чертах мудра представляет собой особые движения и положения пальцев рук, которые человек применяет во время медитации. Йоги считают, что пальцы рук - это основные проводники энергии, которую человек либо отдает в мир, либо получает ее из мира. Пальцы сопоставляются с пятью элементами (земля, вода, воздух, огонь и эфир) мироздания, подчеркивая космическую значимость ладоней. Поэтому мудры помогают человеку настроить правильный энергоинформационный обмен между человеком и окружающим его миром. Наиболее известной мудрой является "мудра земли", т.к. именно ее демонстрируют руки Иисуса Христа на большинстве христианских икон. Эта мудра помогает человеку уберечься от воздействия отрицательной энергии, исходящей от других людей, и поддерживать гармонический энергообмен между человеком и той средой, в которой он находится. Кстати, тот факт, что на большинстве икон руки Иисуса сложены в виде "мудры земли", является дополнительным свидетельством в пользу того, что Иисус был знаком с йоговской традицией.
   Наивысшим результатом освоения хатха-йоги считается пробуждение кундалини - скрытой космической энергии, заложенной в человеке. Именно с пробуждением кундалини связано овладение человеком многими сиддхами (сверхъестественными способностями). Данный процесс может представлять для человека определенную опасность, если этот процесс привести в действие в неподготовленном для этого человеческом организме.
   Сам термин "хатха" состоит из двух частей: "ха" (в переводе с санскрита означает "солнце") и "тха" ("луна"). Такое сочетание слов воплощает в себе два противоположных начала, которые, сливаясь, символизируют единство противоположностей в природе. В даосской традиции аналогами этих терминов являются "инь" и "ян".
   Карма-йога.
   Карма-йога - это направление в йоге, которое учит человека правильному образу жизни. Высшая цель карма-йоги - научить человека отработке кармы, путем правильного отношения к людям и правильного действия во всех жизненных обстоятельствах.
   Карма-йога учит человека быть воином света, который всегда старается поступать по главному кармическому закону - "что посеешь, то и пожнешь".
   Карма-йога учит человека управлению своей судьбой. Согласно основной идеи этой школы йоги, материя есть отражение духа, или, иными словами, физическое проявление энергетических структур. Поэтому каждый карма-йогин прекрасно знает одну из главных истин традиции йоги: хочешь изменить свою судьбу - измени прежде всего самого себя.
   Основной задачей карма-йоги является обучение человека пониманию сути происходящих явлений в мире. Человек, практикующий карма-йогу, постигает суть своего существования - основные причины того, почему он появился в этом мире, откуда он пришел и куда ему необходимо идти. Знание своего кармического предназначения наполняет жизнь человека глубоким смыслом, ради которого человек понимает необходимость его наличного существования и неизбежность своего пути к Творцу, если он желает достичь спасения. Человек, понимающий идеи карма-йоги, постоянно ощущает свою вовлеченность в единую систему Сущего, свою сопричастность к организму Творца. Он понимает, что вся его жизнь - есть непрерывный диалог с Творцом. И если этот диалог происходит на понятном друг другу языке и приводит к взаимопониманию между человеком и Творцом, то человек становится на путь Торы, на путь получения света и любви Творца. Если же этот диалог не приводит к взаимопониманию, то человек становится на путь страданий (греха), по которому он должен идти до тех пор, пока его диалог с Творцом не придет в взаимопониманию и принятию человеком воли Творца.
   Главный принцип карма-йоги - непривязанность (отсутствие зацепок). Непривязанность не означает безразличия, это не холодность, не желание отгородиться от жизни, а признание и постоянное осознание того факта, что в мире все совершается в соответствии с определенными законами - волей Творца. Когда человек привязывается к тому или иному объекту в мире, то он порождает в своей душе зацепку - крючок, который пристегивает его к власти сансары, т.е. череде перевоплощений. Зацепка означает, что человек любит какой-то объект в мире больше, чем своего Творца, что является нарушением основной заповеди Торы: "возлюби Творца своего превыше себя самого, а ближнего своего как себя самого".
   Практика карма-йоги включает в себя работу с энергетической структурой человека, именуемой в эзотерике кармическим телом. Именно это тело является зеркалом человеческой души и именно в этой энергетической структуре сохраняется информация о прошлых жизнях человека и оказывает свое влияние в последующей его жизни.
   Без карма-йоги все другие йоги становятся бесплодными и грозят самовырождением. Так, раджа и хатха йоги вырождаются в стремление к внешним чудесам, т.е. в псевдооккультизм. Бхакти-йога вырождается в псевдомистику, суеверие и стремление к личному спасению. Джняна-йога вырождается в схоластику и бесплодную метафизику. Иными словами, карма-йога является необходимым скрепляющим элементом во всей системе йоговской традиции.
   Сам термин "карма" в переводе с санскрита означает "делать", "делание".
   Джняна-йога.
   Джняна-йога - это йога знания. Санскритский термин "джняна" переводится на русский язык как "знание".
   Джняна-йога ведет человека к истине посредством изменения его знаний относительно самого себя и окружающего мира. Эта йога освобождает человеческий ум от оков иллюзорной картины мира и направляет его к истинному знанию, раскрывая основные законы вселенной. На языке йоги это называется "сорвать покрывало майи". На языке Каббалы это называется разрушить масах (т.е. защитный экран восприятия, который можно представить как кривое зеркало, в котором отражено все сущее). Чтобы сорвать это покрывало (разрушить масах), необходима правильная постановка мыслительных процессов. Поэтому основным объектом практики джняна-йоги является ментальное тело человека.
   Джняна-йога исходит из того, что главная причина человеческих бед и несчастий заключается в авидье, или незнании. Задача джняна-йоги состоит в том, чтобы победить авидью и приблизить человека к брахмавидье, божественному знанию, знанию воли Творца, постижению Торы, высшему знанию человечества, отраженному в Ведах.
   В этой связи, высшей целью джняна-йоги является достижение состояния просветления (пробуждения). Поэтому идеи джняна-йоги нашли широкое применение в таких традициях, как дзэн, дао, гнозис и суфизм, а также во многих эзотерических школах. Целью джняна-йоги является освобождение человеческого ума от тех ограниченных условий познания, в которые он поставлен формами чувственного восприятия и логическим мышлением, основанных на противопоставлениях, т.е. на принципе дуальности. Правильное мышление и расширение идей и понятий должно привести к расширению представлений, к максимальной осознанности, а это, в свою очередь, приведет к изменению ощущений, т.е. к уничтожению ложных иллюзорных ощущений (разрушению масаха, снятию покрывала майя).
   Джняна-йога не учит человека многознайству, которое лишь отдаляет его от истинного знания. Джняна-йога обучает человека дхарме - истинному знанию мира, знанию высших законов управления и функционирования этого мира, знанию, которое в Каббале именуется светом Торы.
   Бхакти-йога.
   Бхакти-йога - это йога религиозного пути. Данное направление в йоге учит человека культуре отношений человека с Богом. Поэтому основными задачами бхакти-йоги являются:
   - богопознание;
   - постановка правильной веры в человеке;
   - искусство молитвы;
   - трансформация отрицательных эмоций и чувств, если они есть, в положительные;
   - достижение нирваны (спасения).
   Термин "бхакти" в переводе с санскрита означает "преданный". Не нужно быть великим мыслителем, чтобы догадаться о том, что речь идет о преданности Богу. Привитие этой преданности происходит путем переоценки человеком всех своих ценностей и построения им такой ценностной иерархии, в которой высшей его ценностью является Творец.
   Предметом практики бхакти-йоги является астральное тело (т.е. тело эмоций), т.к. именно эмоции и чувства являются одним из главных звеньев привязывающих человека к земле и мешающих ему слиться со своим Творцом.
   Бхакти-йога имеет очень много общего с раджа-йогой, но в отличие от последней, в которой предметом сосредоточения, медитации и созерцания является человеческое "я", в бхакти-йоге этим предметом является сам Творец (Брахман).
   Все, чего человек достигает на пути бхакти-йоги, не имеет никакой ценности с земной точки зрения и не может быть использовано для достижения личных благ. Силы, которые открываются человеку Творцом, могут быть использованы лишь на благо всего Сущего. Если человек, использует эти силы в корыстных целях, то он рано или поздно лишается их, провоцируя на себя гнев Творца. В общих чертах эта картина выглядит следующим образом: человек начинает "тянуть на себя одеяло", мнит себя большим, чем он есть на самом деле. Он начинает походить на раковую опухоль на теле Творца. Всякое проявления эгоизма является своего рода патологией в организме Творца, болезнью, которую Он не может допустить к существованию. Гнев Творца - это работа законов, которые человек запускает в действие своим неправильным поведением. Поэтому неправильно полагать, что Творец преднамеренно наказывает человека. Всякое страдание и боль - это следствие неправильных действий человека, а не самого Творца.
   Если человек практикует бхакти-йогу в отрыве от других направлений йоги, то это отрывает его от земли. Его существование на земле становится никчемным, если оно не несет блага другим людям. Еще Иисус Христос очень много говорил о том, чтобы люди не закапывали свои таланты в землю, т.к. всякий талант - это дар Творца, который ниспосылается человеку для применения его во благо всего Сущего.
   Практическое значение бхакти-йоги состоит в воспитании эмоций. Идеи ненасилия и всеобщей любви ко всему Сущему являются главными в бхакти-йоге. Именно эти идеи должен утверждать в жизнь каждый человек, посвятивший свою жизнь служению Творцу и стремящийся обрести Царствие Небесное (слиться с Творцом и достичь нирваны).
   Глава 4. Учителя йоги, основавшие различные школы, и основные теоретические источники.
   1). Йога - древнеиндийская эзотерическая традиция, основы которой впервые были систематизированы великим гуру Патанджали, жившим во 2-м в. до н.э. Но неправильно было бы считать лишь Патанджали основоположником йоги. В самой традиции считается, что по преданию йога была передана древнеиндийскому пророку Арджуне самим Творцом. Эта передача сакрального знания произошла через посланника-аватару по имени Кришна, с которым общался Арджуна. Санскритский термин "Кришна" означает то же, что и древнегреческий "Христос", или древнееврейский "мессия". Существует несколько вариантов перевода этих терминов на русский язык, но, по сути, они не противоречат сами себе, а только дополняют друг друга: "помазазанник Божий", "спаситель", "явленная любовь Бога".
   Основы этого учения йоги разбросаны по всему древнеиндийскому эпосу - от Вед до Пуран. Поэтому точное выявление исторической рамки, определяющей появление йоги на земле, установить сложно. Основываясь на том, что возникновение самих Вед датируется историками приблизительно серединой 2-го тысячелетия до н.э., то и происхождение йоги приходится причислить к этому периоду исторического развития человечества.
   2). Капила - древнеиндийский мыслитель, основатель системы Санкхья. Время жизни Капилы неизвестно, хотя нередко считают, что он жил раньше Будды, т.е. не позже VII века до н.э. Считается, что Капила был основоположником Школы Санкхья, однако ни его сочинения, ни сочинения его учеников (Асури, Панчашикха, Гаргья, Улука) до нас не дошли. Древнейший из сохранившихся источников санкхья - Санкхья-карика Ишваракришны. Из других текстов наиболее авторитетны Санкхья-карика-бхашья Гаудапады, Таттвакаумуди Вачаспати и Санкхья-сара Виджнянабхикшу.
  
   Санкхья (санскр. - число, перечисление, расчет), одна из шести древнеиндийских ортодоксальных (брахманских) философских школ, признающих авторитет Вед. Вместе с тем, Санкхья основана не на тексте Вед непосредственно, а на независимом опыте и размышлении. В этом аспекте Санкхья объединяется с ньяей, вайшешикой и противостоит веданте и мимансе.
  
   Исходный пункт метафизики Санкхья - учение о наличии следствия в причине. Следствие и причина понимаются как два состояния (выявленное и невыявленное) одной и той же субстанции. Это приводит Санкхья к поиску первопричин, не связанных непременно с Богом, и к теории эволюции - инволюции в объяснении мира. Вместе с тем в отличие от Адвайта-веданты, последователи Санкхья говорят о реальном превращении причины в следствие. Санкхья исходит из признания двух первичных реальностей - пракрити (материальная первопричина) и пуруша ("Я", дух, сознание). При соприкосновении пуруши с пракрити исконное равновесие гун нарушается; в недрах пракрити начинается волнение, гуны дифференцируются с тем, чтобы, соединяясь в разных комбинациях и пропорциях, образовать весь мир объектов.
   Первый продукт развития - махат, то есть великое, основа всего материального. Он же - буддхи, тонкая субстанция всех умственных процессов, интелелкт, сознающий различие объекта и субъекта. Из махата возникает второй продукт эволюции аханкара ("Я"). В зависимости от преобладания той или иной гуны или аханкары возникают пять органов восприятия, пять органов действия, манас, пять тонких элементов (танматры, т.е. потенции звука, осязания, цвета, вкуса и запаха), из которых в свою очередь возникают пять материальных элементов - акаша (эфир), воздух, огонь, вода, земля. Все эти начала образуют сложную цепь, в которой пракрити - причина всего, кроме пуруши; махат, аханкара и танматры - следствия одних начал и причина других; чувства и материальные элементы - только следствия.
   Особое место в процессе эволюции занимает джива - "Я";, предполагающее связь чувств с определенным телом и потому подверженное страданиям, лежащим в основе всякого телесного бытия. Освобождение от страданий достигается через возвращение к собственному "Я" из его видимого смешения с "не-Я"; (тело, чувства, ум), осознание их нетождественности, разъединение пуруши и пракрити, приводящее к прекращению эволюционной игры, к выходу из сансары. "Я" становится бесстрастным по отношению к внешнему миру и, следовательно, свободным.
   Теория познания Санкхьи признает три независимых источника достоверного познания: восприятие с помошью чувств, логическое умозаключение и свидетельство авторитетов. Санкхьи в целом свойственно убеждение в недоказуемости бытия Бога: Б ог как первопричина и первотворец только дублировал бы пракрити. Существуют, однако, и теистические интерпретации санкхьи, в которых бог рассматривается как совершенный дух, соприсутствующий миру и побуждающий материю творить.
   Санкхья оказала значительное влияние на другие философские системы. Много общего у Санкхьи с буддизмом: учение о страдании и освобождении, цепи причин и следствий, отрицание крайнего аскетизма и др. в чем мы убедимся несколько позднее.
   3). Главным систематизатором Вед считается легендарный древнеиндийский мудрец и поэт Вьяса. Ему приписывается также авторство "Махабхараты" - древнеиндийского эпоса, в котором он сам является одним из действующий лиц, "Веданта-сутры" и некоторых текстов Пуран. Он разделил Веды на четыре основные раздела - Ригведу, Самаведу, Яджурведу и Атхарваведу. Еще Е. П. Блаватская говорила, что Вьяса - достаточно популярное имя в Индии, носителем которого было много известных людей. Поэтому необходимо быть крайне осторожным, чтобы не спутать одну историческую личность с другой. Нас же сейчас интересует именно Вьяса - систематизатор Вед и автор Махабхараты.
   Годы жизни Вьясы неизвестны. Мы склонны относить эту дату к середине первого тысячелетия до н.э. По преданию, Вьяса был незаконный сын мудреца Парашара и Сатьявати. Еще при рождении прославленный Вьяса усилием воли добился возмужания своего тела, затем он досконально изучил все Веды вместе с их дополнениями и историческими сказаниями. Никто не мог превзойти его в подвижничестве, изучении Вед, соблюдении обетов и строгости поста. Он был истинным, прозревшим свою суть мудрецом, чистым духом и искренним, он был поэтом и провидцем прошлого, настоящего и будущего. Прославившись своим необычайным благочестием, для продления династии Шантану он породил Панду, Дхритараштру и Видуру.
   Шанкара говорил, что квинтессенцией всех Вед и Пуран является "Бхагавадгита" - священная книга, в которой отражены диалоги Кришны с Арджуной. Бхагавадгита являлась одной из частей шестой книги "Махабхараты". Точную датировку написания "Махабхараты" установить трудно. Большинство исследователей считает середину первого тысячелетия до н. э. - приблизительной датой написания этой священной книги. В "Махабхарате" воплощены подлинные взгляды Вьясы на происхождение и предназначение человека. Но именно "Бхагавадгита" является основным ключом к открытию тайн о смысле существования человека и всего сущего, т.к. в ней в сжатой форме представлен весь канон сакральной науки, который держится на трех доктринах - учении о перевоплощении, учении о карме и панентеистической теории. "Бхагавадгита" состоит из 18 глав, тесно связанных между собой. Первые четыре главы освящают вопросы этики, 7-12 главы - вопросы онтологии, 13-15 - космологии, 16-18 - социологии. "Бхагавадгиту можно рассматривать как речь гуру, обращенную к ученику-чела, который твердо решил отринуть все мирские желания и устремления, но никак не может избавиться от чувства отчаяния, вызванного кажущейся пустотою существования. <...> Ученик должен сначала прочитать всю Бхагавадгиту, а уже затем постараться выявить и систематизировать различные учения, изложенные в ее восемнадцати главах. Желательно, чтобы ученик заметил, как эти учения эволюционируют из единого, общего центра, примиряя тем самым всевозможные контраргументы, выдвигаемые различными философами против оккультной теории и описанного в книге пути к спасению. И если ему это удастся, Бхагавадгита раскроет перед ним подлинные воззрения оккультистов на природу Логоса и человеческой монады, ибо в ней собрано все, что есть священного в различных философских системах" (Субба Роу. Бхагавадгита).
   4). Джаймини (4 в. до н. э. - 2 в. н. э.?) - легендарный древнеиндийский мудрец, основавший школу Миманса и изложивший ее идеи в форме сутр. Его основное произведение "Миманса-сутра" состоит из двенадцати глав, из которых только первая имеет философскую ценность; так как она рассматривает вопрос об источниках познания и истинности вед. Джаймини старается обосновать истинность каждой части вед. Его "санкаршанаканда", известная под другим названием - "деватаканда", принадлежит к пурва-мимансе, так как она поддерживает упасану (поклонение), которая предписывается также Ведами.
   Миманса (санскр., буквально -- исследование, рассуждение) - школа Йоги, занимавшаяся толкованием Вед. Называется также карма-миманса ("миманса действия") и пурва-миманса ("первая миманса"), в отличие от уттара-мимансы, или Веданты.
   Точные даты жизни Джаймини неизвестны. Известно, что Джаймини был учеником Вьясы.
   Практическая сторона Мимансы сформировалась в целях упорядочения сложного ведийского ритуала. Теоретическая проблематика Мимансы сложилась в ходе кодификации текста Вед как высшего религиозного авторитета индуизма. Она сводилась к формальной верификации и смысловой интерпретации ведийских формул (мантр), к определению языковых норм, соотнесению ведических высказываний с ритуальными процедурами. Поэтому в центре внимания Мимансы оказались проблемы социальной философии и философии языка. В обоих случаях учение Мимансы развивалось на основе крайнего онтологического реализма. Утверждалась вечность, несотворённость Вед. Изменения в мире вещей объявлялись невозможными, поскольку все вещи -- лишь производные от вечных образцов ведических действий. Отсутствие проблемы творения и разрушения мира приводит Мимансу к отрицанию необходимости Бога. Тем не менее, богам следует приносить жертвы, потому что на этом строится традиционное общественное согласие. Кардинальная для индийской философской этики проблема освобождения (мокша) объявляется в Мимансе лишённой реальной социальной значимости. В теории познания Миманса были детально разработаны проблемы догматического обоснования истинности и приёмы использования авторитетного свидетельства в качестве её источника.  Отрицая необходимость религиозного освобождения и отшельничества, Миманса утверждала позитивный идеал деятельной жизни в обществе (грихастха-дхарму). Миманса, наряду с ведантой, способствовала складыванию социальной системы индуизма, где жёсткое следование ритуальной норме уживалось с самой широкой догматической терпимостью.
   5). Первым систематизатором многообразия знания в йоговской традиции является Свами Патанджали - древнеиндийский йог, врач, философ и грамматик, живший около 200 года до н. э. Он был последователем школы Санкхья, которую основал Капила.
   Основным произведением Патанджали является "Йога-сутра", в котором он описал основные ступени йоги и кратко изложил ее теоретическую и практическую доктрины, которые сложились и оформились еще задолго до него. Однако система, классификация, объяснения и сжатые определения Патанджали оказались настолько превосходными и эффективными, что с ними знакомы и ими руководствуются практически все образованные йоги. "Йога Сутра" состоит из четырех Книг, или Глав, посвященных созерцанию (самадхи), практикам йоги, психическим силам и независимости, или Освобождению (кайвалья). К труду Патанджали обращаются современные исследователи. В нем описаны способы получения достоверного знания (прама, прамана), приведены классификации видов ума (читта), методики работы с мантрами, рассуждения о психических силах и об освобождении (кайвалья). Изложены методика раджа-йоги и практика одновременного совершения трех действий: концентрации, сосредоточения и созерцания. Указаны препятствия, которые следует преодолеть на пути к высшему состоянию транса (самадхи). Приведены правила выполнения йогических поз (асана). Изложены основы дыхательных упражнений (пранаяма) и медитации (дхьяна). Представлена концепция существования множества разумов различного уровня. Перечислены сверхъестественные способности (сиддхи), которыми не рекомендуется увлекаться, так как они отвлекают человека от главной цели, освобождения души от оков материи. Отмечены достоинства позиции наблюдателя и многое другое.
   Ему же приписывается обширный комментарий к знаменитой индийской грамматике Панини, озаглавленный "Махабхашья". Правда, некоторые исследователи считают автором этого труда другого человека с таким же именем. Легенды также приписывают Патанджали наставление по музыкальным рядам и двенадцатинотной записи, так как написано оно под другим именем.
   Иногда перед именем Патанджали ставят префиксы риши (мудрец, философ), махариши (великий мудрец), Шри (великий, уважаемый), Свами (святой).
   6). Другим великим учителем йоговской традиции был индийский мудрец-гуру Шанкара. Ещё в детском возрасте в нём проявились необычайные интеллектуальные способности. В возрасте 10 лет он был полностью сведущ в Ведах и Шастрах, а в 12 уже стал автором своего первого трактата "Апа-рокша-анубхути" ("Очное постижение"), философские измышления которого стали "пищей" для ученых умов. Его гуру Говиндападачарья увидел в своём ученике величайшие силы, способные возродить Ведическую Дхарму (Традицию Вед), несправедливо попранную в те времена различными религиозными сектами, и предсказал ему великое будущее. Эти предсказания в высшей степени сбылись.
   Большинство ученых считает, что Шанкара родился в Калади, в Керале на юге Индии, около 788 г. нашей эры в семье Шивагуру и Арьямбы, принадлежащей к высшей касте брахманов. Общеизвестно также, что учителем Шанкары являлся некто Говинда. И мало кто знает, что имя Говинда и Патанджали принадлежат одному и тому же человеку. В соответствии с Примордиальной Традицией, которой следуют все посвященные, Патанджали получил новое имя - Говинда-йог - после того, как его посвятил Гаудапада. В этой связи рождение Шанкары следует отнести ко 2-му веку до н.э., а не к концу 8-го века н.э. Данная ошибка закралась в учебники истории по вине европейских ученых, которые ошибочно спутали Шанкару с другим человеком.
   С именем Шанкары связывают философскую систему адвайта-веданты, основоположником которой он по праву и является. Адвайта-веданта - теоретическое объяснение ведических книг. Более того, Адвайта стала наиболее существенным теоретическим обоснованием йоговской традиции и религии индуизма. Шанкара стал одним из первых индийских мудрецов, кто в своих трудах изложил концепцию панентеизма - теорию, по которой все сущее пребывает в Творце, но сам Творец - нечто большее, чем все сущее.
   Благодаря своей проповеднической деятельности по всей Индии вера её отцов, извечная Санатана Дхарма (индуизм), вернула своё прежнее главенствующее положение от Шри Ланки на юге Индии, до Гималаев на севере. Направив своих лучших учеников по четырём концам света: в Шрингери на юге, Дварака на западе, Пури на востоке и Бадри на севере, Шанкара образовал четыре монастыря (монашеских ордена), которые и по сей день являются столпами Ведической Дхармы, незыблемой мандалой, защищающей веру праотцов. С тех пор учение Шри Шанкары распространилось далеко за пределы Индии, а его комментарии трёх основополагающих текстов Веданты положили начало самостоятельной философской системы, известной как Адвайта-Веданта, число последователей которой с каждым годом растет. Являясь, с одной стороны, основоположником крайне монистической школы, с другой - Ади Шанкарачарья известен как учредитель (San-mata-sthapaka) шести религиозных школ, строящих свои учения на шести различных концепциях в понимании Высшего Бытия (Бога).
   Шанкара был странствующим проповедником, основателем первых индуистских монастырей, составителем мистических гимнов и толкователем всех текстов, которые были признаны ведантистами наиболее авторитетными (основные Упанишады, Бхагавадгита, сутры веданты). Из множества приписываемых Шанкаре произведений (а таковыми считаются более 30) самое значительное - комментарий к сутрам веданты - "Шарирака-миманса-сутра-бхашья" ("Комментарий на сутры о размышлении над тем, кто воплощен"). Шанкара разрабатывает самую последовательную монистическую онтологию (адвайта - букв. "недуализм"), согласно его учению, конечная реальность может быть приписана только абсолюту-Брахману (в единстве Бытия-Сознания-Блаженства), тогда как множественность феноменов мира обязана своим существованием действию Иллюзии (Майя), каким-то образом налагаемой на него, которая сама не может быть описана как сущая или не-сущая, а потому характеризуется как "неописуемая" (анирвачания). Соответственно, нет различия и между индивидуальной душой (Атман) и Вседушой (Брахман), и первая обнаруживает эту тождественность в акте особого прозрения - подобно тому как девушка вдруг обнаруживает, что у нее на шее золотое ожерелье. Поэтому адвайта-веданта еще называется и абхеда-вада ("учение о неразличности").
   7). Шри Ауробиндо (1872 - 1950) - хорошо известный и почитаемый один из величайших индийских йогинов. Родился в Калькутте, вырос и получил образование в Англии. Возвратился в Индию в возрасте 22 лет и посвятил себя движению за освобождение Индии от британского господства. Провел год в одиночном заключении в тюрьме города Алипора. В это время с ним произошла глубокая духовная трансформация, сопровождавшаяся прогрессирующими мистическими переживаниями, которые раскрыли для него новые измерения реальности и увели его в ином направлении от политической активности. С тех пор и до самой своей смерти он работал над трансформацией человеческой природы, развивая учение, которое он называл Интегральной Йогой, сочетавшей главные традиционные направления йоги с методами, более пригодными для современного человека. С 1929 году в его работе приняла участие женщина из Франции, Мира Ришар, которая приобрела известность как Мать. Центральная идея в учении Шри Ауробиндо - восхождение к Сверхразуму - концепция духовной эволюции человека, направленной на возвращение к Божественному через трансформирование повседневной жизни, а не через уход от мира. Среди его многочисленных трудов нужно отметить монументальные книги "Божественная жизнь" (The Life Divine), "Синтез Йоги" (The Synthesis of Yoga), "Очерки о Гите" (Essays on Gita), "Ум Света" (The Mind of Light) и большую поэму "Савитри".
   Принцип любой йоги - это обращение одной или всех сил нашего человеческого существа в средство достижения Всевышнего Бытия, или Творца. В различных направлениях йоги одна часть человеческого существа является средством продвижения и духовной самореализации человека. Например, в хатха-йоге таким средством является физическое тело человека, в раджа-йоге - разум, в джнана-йоге - рассудок, восприятие и ощущения, в карма-йоге - воля, а в бхакти-йоге - чувства и эмоции. Цель всех этих направлений йоги - в единении человеческой души с высшим Духом. В синтезированной йоге Шри Ауробиндо все эти части человеческого существа объединены и включены в превращающее средство. Такое объединение возможно, потому что любая из частей человеческой природы проявляет единую энергетическую сущность души по той причине, что душевная сила есть сила всего, а вселенная есть проявление мировой души, объективация мирового Духа, или проявление невидимой духовной сущности Творца.
   По мнению Ауробиндо каждое из направлений йоги ограниченно и несамодостаточно. Они дают только частичный результат. Поэтому только синтез всех направлений йоги может гарантировать человеку достижение конечной цели - достижению единения с Творцом. В этой связи Ауробиндо не создал ничего нового в йоге, кроме обоснования идеи синтеза всех ее направлений.

Часть 3. Гнозис.

   Приступаем к рассмотрению эзотерической традиции, основоположником которой был Иисус Христос - один из самых известных людей, живших на арийском этапе развития человечества. Необходимо сказать, что это наиболее сложная тема во всем нашем повествовании, т.к. волей обстоятельств вокруг личности Иисуса сложилось очень много легенд и историй, порой принципиально противоречащих друг другу. Наша задача сводится к тому, чтобы предоставить читателю информацию о гнозисе и его основоположнике с точки зрения сакральной науки, т.е. в контексте Примордиальной традиции на которой зиждется вся истинная эзотерика.
   Глава 1. Что такое гнозис?
   Основные признаки гнозиса.
   Гнозис - эзотерическая традиция, основоположником которой являлся Иисус Христос. Согласно традиции эзотерического христианства, Христос поведал своим ученикам (Иакову, Иоанну и Петру) основы гнозиса. Сам термин "гнозис" происходит от древнегреческого "gnosis", означающего - знание. Гностическое знание, переданное Христом своим ученикам, включало в себя основы кабалистического учения древних иудеев, герметические штудии и опыт просветления Будды. Несмотря на то, что в гностических источниках мы не встречаем ни каббалистической, ни дзэнской терминологии, они оперирует теми же понятиями, что Каббала и дзэн. В языке гностической традиции превалируют древнегреческие термины, но большинство из них отражает те же понятия, что встречаются в дзэне и Каббале. Необходимо заметить, что в гнозисе также много заимствований из герметизма. Если Каббала и герметизм рассматривает наш мир как лучший из всех возможных миров, то в гнозисе наш мир рассматривается несколько иначе: он был некогда лучшим из всех возможных миров, но в результате отпадения от Творца стал худшим из всех возможных миров, но рано или поздно восстановит свой прежний статус.

Несмотря на свою эклектичность, гностическая традиция безусловно имела в себе нечто новое. Новизна эта заключалась в открытии тайны духовной иерархии, богочеловеческой природы человека, пути достижения Царствия Божьего через искусство любви, утверждении истинной Церкви Божией на земле. Но самым главным отличием гнозиса явились таинства преображения и воскресения, которые показал нам Христос, а также раскрытие богочеловеческой сущности человеческой природы и пути ее реализации.
   Следующие черты можно заметить в разной степени выраженности у всех гностиков.
1. Установка на эзотеризм. Все люди делятся на "телесных", "душевных" (психики) и "духовных" (пневматики). Из них только последним доступны тайны гнозиса - высшего и подлинного мистического знания.
2. Дуалистическое объяснение мира. Весь материальный мир - зло. Это темница духа, порабощенного материей и оказавшегося в плену небытия и хаоса. Освобождение из темницы мира достигается через причастность божественному знанию (гнозису) и постижение природы собственного духа как частицы единственного истинного Бога, через просветление и реализацию своей богочеловеческой природы. .
3. Чувственный мир есть результат трагической ошибки в истории Сущего, или вторжения сил мрака в миры света. Отец Нерожденный являет себя в особых сущностях-эонах (сефироты в еврейской каббале), часто образующих пары. Завершенность этих эонов образует божественную полноту-плерому. Гордыня одного из эонов приводит к его отпаду от плеромы и к началу космогенеза, причем низший из образующихся миров - наш материальный мир.
4. Мифопоэтический язык описания. Понимая неописываемость мистического опыта, гностики в большинстве своем пошли не по пути чисто отрицательного описания Абсолюта (как Василид), а по пути метафоризации описания. В этом случае абстрактные сущности (например, эоны) персонифицируются.
5. Представление о спасении как полном избавлении от материальности. Плерома стремится восстановить свою целостность, что приводит к появлению нового эона Христа, который сходит в материальный мир, обучая избранных носителей духа высшему знанию - гнозису. Телесность Христа обычно считается призрачной (докетизм). После того, как все частицы мира вернутся в плерому, материя вновь вернется в состояние аморфного хаоса.
6. Спасение достигается через практику аскетизма (хотя известны сообщения о крайнем либертинизме у карпократиан и каинитов).
7. Существенной чертой гностицизма была мистика. Гностики занимались практикой заклинаний, участвовали в мистериальных ритуалах, предполагавших знание тайных божественных имен и формул.
8. Ведущее настроение гностицизма - чувство экзистенциальной разорванности человека, его затерянности в злом и чуждом материальном мире, которое преодолевается в вере в окончательное освобождение и возвращении в плерому божественной жизни.
   После разрушения Иерусалимского храма в 70 году центр гностической традиции как таковой перестает существовать. Гонимые Римом, первые христианские гностики находят приют в разных уголках земли. Часть из них обосновывается в Египте (Александрийская школа). Это связано, по всей видимости, с тем, что сам Иисус начинал свое образование в Египте, и у него там было много сторонников и последователей. Имеются сведения, что после обучения в ессейском братстве, он получил статус Учителя.
   Другая часть обосновывается в Европе (катары, исихасты, богомилы). По преданию, Мария Магдалина после смерти Христа нашла себе убежище в одном из тайных обществ Европы.
   Гнозис и гностицизм. В первую очередь хочу обратить внимание читателя, что понятие "гнозис" и понятие "гностицизм" - это не одно и то же. Сегодня в массовой культуре имеется много материалов, где данные понятия представлены как тождественные (синонимичные). В этой связи необходимо дать определения этих понятий, причем обращаем внимание читателя на то, что это всего лишь точка зрения автора этой книги, которое может не соответствовать мнению других исследователей данной проблемы.
   В нашем понимании, "гнозис" - это эзотерическая традиция, которая согласно преданию была передана Иисусом через своих учеников - Петра, Иакова и Иоанна. Если внимательнее прочесть хотя бы четыре канонических евангелия (от Матфея, Марка, Луки и Иоанна), то можно найти места, где Иисус пребывает только с перечисленными выше тремя апостолами, причем это пребывание ознаменовано очень таинственным событием - преображением Христа (см. напр., от Матфея - гл.17; от Марка - гл.9). Это указывает нам на то, что, по всей видимости, среди учеников Христа еще не все были готовы к тому, чтобы принять и постичь таинственные основы гнозиса. И первыми из достойных в посвящение в эту традицию явились эти трое - Иаков, Иоанн и Петр. Кроме того, мы знаем, что именно через Петра Иисус хотел основать свою церковь на земле, в связи с чем можно предположить, что слова предания не являются голословными (см.Мф.16:18-19, Ин.21:15-17). Более того, согласно гностической традиции, после своего воскресения Иисус находился со своими учениками еще некоторое время, в течение которого и передал учение гнозиса.
   Что же касается понятия "гностицизм", то этот термин, в нашем понимании, отражает весьма широкое явление, связанное с герметической школой в эзотерике, основные положения которой, как известно, были унаследованы христианским гнозисом. Поэтому в нашем понимании тождественными понятиями являются "гностицизм" и "герметизм", а понятие "гнозис" представляет собой нечто иное. Это нечто иное связано в первую очередь с тем, что в гнозисе есть некоторые положения, которые мы не встречаем в герметизме (гностицизме). Положения эти связаны с общечеловеческой миссией Иисуса Христа как Мессии (Спасителя) нашего мира и основными таинствами гностической традиции, открытыми Иисусом Христом для человечества - преображением и воскресением, а также пониманием его богочеловеческой природы и способах обретения человеком этой природы, которых мы не встречаем в герметизме или других эзотерических направлениях человеческой мысли.
   Истинный и ложный гнозис.
   Далее необходимо различать такие понятия как истинный и ложный гнозис. Главным критерием, помогающим отличить первый от второго, является признание авторитета Торы и Ветхозаветных книг. Дело в том, что в истории развития самого гнозиса еще на самых ранних этапах его развития произошел раскол. Раскол этот связан с деятельностью Павла, которого некоторые исследователи причисляют к одному из 12 апостолов Христа. Но Павел, по всей видимости, никогда не входил в ряды апостолов, если верить Матфею. Трудно сказать имел ли вообще Павел посвящение в гнозис или нет. Мое мнение сводится к тому, что, судя по некоторым из его посланий (напр., 1-е и 2-е к Коринфянам), Павел все же имел посвящение в гностическую традицию. Во втором послании к Тимофею Павел сам пишет: "По сей причине напоминаю тебе возгревать дар Божий, который в тебе через мое рукоположение" (2 Тим. 6). В Деяниях апостола говорится, что Павел получил посвящение у Ананании (Деян. 9:17).
   Но мы знаем также, что на определенном этапе миссионерской деятельности Павла он имел достаточно близкие отношения с Петром и остальными апостолами. Но этот этап был недолгим. Дело в том, что Павел не желал признавать авторитета Торы, по крайней мере, в отношении языческих народов. В этой связи его миссионерская деятельность распространялась только на языческие народы, которым он разъяснял учение Иисуса, но не разъяснял сути Торы. На этой почве у Павла и произошла ссора с Петром, который считал также необходимой и проповедь Закона. В дальнейшем на основании миссионерской деятельности Павла выросли такие отвлечения гнозиса (точнее лжегнозиса), как сирийский гнозис, основоположником которого был Кедрон, школы Карпократа, Маркиона, Валентина, Василида и др. Об этом, кстати, есть указания (правда это всего лишь обрывок фразы) в одном апокрифическом источнике под названием "Свидетельство Истины": "...он завершил путь Валентина. Он сам говорит об Огдоаде, а его ученики напоминают учеников Валентина. Они сами [...] оставляют благо [...] он говорил многие слова и написал многие книги [...] они являют себя из заблуждения, в котором они пребывают в обмане мира. Ибо они идут в это место со своим знанием, которое суетно. Также и Исидор, его сын, походил на Василида".
   Необходимо также сказать, что и экзотерическое христианство также впоследствии выросло на основании учения Павла. С другой стороны, необходимо всегда помнить, что в посланиях Павла отражено немало сакральной гностической мудрости, но наряду с ней в его посланиях встречается немало мест противоречащих высказываниям Христа, о чем мы еще поговорим несколько позже.
  
   Основные предпосылки возникновения гностической традиции.
   Учение Иисуса неотъемлемым образом явилось дополнением к учению Каббалы. Согласно Каббале, человек, исполняя заповеди Торы, учится любить. Но Иисус видел, что не всегда исполнение заповедей Торы изменяет человека, исправляет его душу и приближает к Творцу. Многие люди, неукоснительно соблюдая все заповеди Торы, так и не смогли научиться любить. Этот парадокс не смог его оставить в стороне. Номинальное исполнение Закона очень часто являлось лишь хорошей завесой человеческой преданности Творцу. На деле человек шел на компромисс со своей совестью, не меняясь внутренне. Энергетика человека оставалась на прежнем уровне. Человек продолжал испытывать ненависть к своим врагам, формально исполняя заповеди о любви и ненасилии. Проповедование этики ненасилия стало одной из важных задач, стоявших перед Иисусом. Именно этика ненасилия и проповедь о любви к врагам своим явились тем новшеством, которое было дополнено к Торе через пророка Иисуса. Его рождение было предустановленно Всевышним еще во времена Моисея, через которого было дано пророчество о рождении Мессии в еврейском народе: "Я воздвигну им Пророка из среды братьев их, такого как ты, и вложу слова Мои в уста Его, и Он будет говорить им все, что Я повелю Ему; а кто не послушает слов Моих, которые [Пророк тот] будет говорить Моим именем, с того Я взыщу; но пророка, который дерзнет говорить Моим именем то, чего Я не повелел ему говорить, и который будет говорить именем богов иных, такого пророка предайте смерти" (Втор. 18:18-19). И это не единственное пророчество, которое Творец дает о приходе Машиаха (Мессии). Вот основные ссылки Ветхого Завета о пришествии Мессии: Книга пророка Исайи - 7:14, 53 глава полностью; Книга пророка Михея 5:2; Книга пророка Захарии 11:12-13, 12:9-10; Книга пророка Даниила 7:13-14, 9:24-26.
   Таким образом, рождение приход Иисуса Христа мог состояться ни раньше, ни позже, чем это произошло, т.к. это было предначертано свыше. Таким образом, исполнение ветхозаветных пророчеств и важное дополнение к Торе, переданное через Иисуса, стали основными предпосылками, обусловившими становление новой эзотерической традиции. Можно, конечно, встать на позицию ортодоксального иудаизма и не признавать Иисуса Христа Мессией, а продолжать ждать прихода Мессии неопределенно долго, как это делает большинство иудеев, но мы не склонны этого делать, в силу тех причин, что не видим для этого достаточных оснований.
   Отменил ли Иисус Христос закон Моисея?
   В экзотерических христианских кругах часто можно услышать мысль о том, что с приходом Христа закон Моисея перестал иметь свое действие, что сам Иисус своим поведением (нарушение заповеди о соблюдении субботы и др.) показал людям, что отныне действие Закона отменяется. Насколько эти суждения имеют под собой основания, я бы и хотел сейчас выяснить. Причем необходимо всегда помнить, что под Законом подразумеваются 613 заповедей, которые Всевышний дал пророку Моисею на горе Синай. Эти заповеди делятся на две категории: 248предписывающих заповедей и 365 - запрещающих.
   В качестве главных аргументов в пользу того, что Иисус отменил Закон, ортодоксы приводят следующие цитаты из Библии:
   "От дней же Иоанна Крестителя доныне Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его, ибо все пророки и закон прорекли до Иоанна" (Матф.11:12-13).
   "Закон и пророки до Иоанна; с сего времени Царствие Божие благовествуется, и всякий усилием входит в него. (Лк.16:16).
   "Если же служение смертоносным буквам, начертанное на камнях, было так славно, что сыны Израилевы не могли смотреть на лице Моисеево по причине славы лица его преходящей, - то не гораздо ли более должно быть славно служение духа? Ибо если служение осуждения славно, то тем паче изобилует славою служение оправдания" (2-е Кор.3:7-9).
   "Смотрите, братия, чтобы кто не увлек вас философиею и пустым обольщением, по преданию человеческому, по стихиям мира, а не по Христу; ибо в Нем обитает вся полнота Божества телесно, и вы имеете полноту в Нем, Который есть глава всякого начальства и власти. В Нем вы и обрезаны обрезанием нерукотворенным, совлечением греховного тела плоти, обрезанием Христовым; быв погребены с Ним в крещении, в Нем вы и совоскресли верою в силу Бога, Который воскресил Его из мертвых, и вас, которые были мертвы во грехах и в необрезании плоти вашей, оживил вместе с Ним, простив нам все грехи, истребив учением бывшее о нас рукописание, которое было против нас, и Он взял его от среды и пригвоздил ко кресту; отняв силы у начальств и властей, властно подверг их позору, восторжествовав над ними Собою. Итак никто да не осуждает вас за пищу, или питие, или за какой-нибудь праздник, или новомесячие, или субботу: это есть тень будущего, а тело - во Христе" (Кол.2:8-17).
    "А теперь во Христе Иисусе вы, бывшие некогда далеко, стали близки Кровию Христовою. Ибо Он есть мир наш, соделавший из обоих одно и разрушивший стоявшую посреди преграду, упразднив вражду Плотию Своею, а закон заповедей учением, дабы из двух создать в Себе Самом одного нового человека, устрояя мир, и в одном теле примирить обоих с Богом посредством креста, убив вражду на нем" (Еф.2:15-16).
   "Посему [Христос], входя в мир, говорит: жертвы и приношения Ты не восхотел, но тело уготовал Мне. Всесожжения и [жертвы] за грех неугодны Тебе. Тогда Я сказал: вот, иду, [как] в начале книги написано о Мне, исполнить волю Твою, Боже. Сказав прежде, что "ни жертвы, ни приношения, ни всесожжений, ни [жертвы] за грех, - которые приносятся по закону, - Ты не восхотел и не благоизволил", потом прибавил: "вот, иду исполнить волю Твою, Боже". Отменяет первое, чтобы постановить второе" (Евр.10:5-9).
   Неискушенный в вопросах веры читатель очень легко соглашается с мыслью о том, что Иисус отменил Тору. Но тот, кто не привык верить объяснениям священников, и всегда ищет истину не в чужих высказываниях, а в собственном опыте, - тот не станет принимать за истину то, с чем нет согласия его сердца и разума. И на самом деле, если посмотреть на проблему под другим углом зрения, то мы сможем убедиться в том, что точка зрения ортодоксов, мягко говоря, недостаточно обоснована и не выдерживает элементарной критики.
   Обратим внимание, прежде всего, на то, что из приведенных выше цитат только первые две приписываются устам самого Иисуса, а остальные четыре - устам апостола Павла, причем необходимо помнить, что Павел никогда не был учеником Иисуса и авторитетность его высказываний санкционирована теми же ортодоксами, а не реальными обстоятельствами. Так, к примеру, хорошо известно, что авторитетность высказываний Павла не принималась учениками Иисуса и в особенности - Петром. Известно также, что Павел получил инициацию (посвящение) у Ананании, но в дальнейшем между Петром и Павлом произошли сильные разногласия по поводу программы деятельности Церкви и вопросов об инициации (т.е. посвящения в учение Иисуса и принятия новых адептов под покрывало Примордиальной традиции). Петр долгое время не желал посвящать в христианскую веру людей из неиудеев. Это происходило до тех пор, пока ему не было видения в Иоппии (Деян.Гл.10).Но главным камнем преткновения оставалась Тора. Павел настаивал на том, что язычникам совершенно не обязательно знать основы Торы, т.к. по его мнению основой христианской веры должен быть образ Иисуса Христа, который, как утверждал Павел, отменил Тору не только в Своих словах, но и в Своих поступках. Авторитетность своего мнения Павел основывал на своих видениях, т.к. он не имел отношений с Иисусом при жизни Учителя. Чтобы понять несостоятельность некоторых суждений Павла по поводу отмены Иисусом авторитета Торы, перейдем к анализу двух высказываний Иисуса, приведенных в Евангелиях от Матфея (Матф.11:12-13) и от Луки (Лк.16:16).
   Итак, "От дней же Иоанна Крестителя доныне Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его, ибо все пророки и закон прорекли до Иоанна" (Матф.11:12-13). "Закон и пророки до Иоанна; с сего времени Царствие Божие благовествуется, и всякий усилием входит в него. (Лк.16:16). На первый взгляд может показаться, что Иисус на самом деле говорит о том, что закон Моисея и действие Торы имели свою актуальность до Иоанна Крестителя, и что теперь это действие отменено Небом. Но если мы обратим внимание на высказывание Иисуса, которое приводит Лука сразу же после рассматриваемой нами цитаты, то мы не станем торопиться с выводами. Итак, ""Закон и пророки до Иоанна; с сего времени Царствие Божие благовествуется, и всякий усилием входит в него. Но скорее небо и земля прейдут, нежели одна черта из закона пропадет"(Лк.16:16-17). Мы видим, таким образом, что если рассматривать отдельные цитаты из Библии вне общего контекста, то, при желании, в ней можно увидеть то, что мы хотим там увидеть, но не то, что там на самом деле нам передано.
   Всякий человек, утверждающий о том, что Иисус отменил действие Закона, уподобляется книжникам и фарисеям, которые настаивали на том же, за что, собственно, они и осудили Иисуса. Но никогда не стоит забывать, что сам Иисус говорил в Нагорной проповеди, являющейся квинтессенцией всего его учения, следующее: "Не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков: не нарушить пришел Я, но исполнить. Ибо истинно говорю вам: доколе не прейдет небо и земля, ни одна иота или ни одна черта не прейдет из закона, пока не исполнится все. Итак, кто нарушит одну из заповедей сих малейших и научит так людей, тот малейшим наречется в Царстве Небесном; а кто сотворит и научит, тот великим наречется в Царстве Небесном (Мф.5:17-19). У того же Матфея мы находим следующие слова Иисуса, обращенные к своим ученикам и народу, слушающим его поучения: "Тогда Иисус начал говорить народу и ученикам Своим и сказал: на Моисеевом седалище сели книжники и фарисеи; итак все, что они велят вам соблюдать, соблюдайте и делайте; по делам же их не поступайте, ибо они говорят, и не делают" (Мф. 23:1-3). Иисус дает указание на то, чтобы народ руководствовался поучениями книжников и фарисеев, которые педантично следили за исполнением заповедей Торы.
   Идея о том, что Иисус отменил Закон, была обоснована Павлом, с целью обоснования идеи оправдания верой. Необходимо четко понимать, что эта идея (об оправдании только верой) никогда не обосновывалась в проповедях Иисуса. По крайней мере, нет ни одного письменного источника, где Иисус утверждал о состоятельности этой идеи. Ведь если признать состоятельность этой идеи, то Закон не нужен. Именно это и нужно было Павлу. Ведь иначе его проповеди язычникам не дали бы никакого плода. Неиудеи его просто не стали бы слушать, т.к. имели плохое представление о Торе и Каббале или вовсе его не имели.
   Идея о том, что вера без дел мертва (см.Иакова 2:19-21) очень четко обосновывается в Послании Иакова - брата Иисуса и одного и первых посвященных в гнозис, причем посвященных самим Иисусом. Это очень важный и принципиальный момент в истории гнозиса. Павел предлагает язычникам свой образ веры, но не образ веры Христа. Об этом есть замечательная книга нобелевского лауреата, философа и очень глубокого мыслителя, принадлежащего эзотерической школе хасидизма - Мартина Бубера. Книга эта называется "Два образа веры". Я советую прочитать эту книгу каждому человеку, у которого сложилось распространенное мнение о том, что учение Павла и учение Иисуса - это одно и то же. Это обывательское мнение является одним из наиболее распространенных стереотипов мышления, укоренившимся в сознании многих людей. В качестве дополнительной литературы, развенчивающей этот стереотип, хочу предложить вниманию читателя книгу А. Швейцера. "Мистика апостола Павла" (кстати тоже Нобелевского лакреата) и работы Э. Ренана - "Антихрист" и Апостолы".
   Некоторые "умудряются" привести в качестве аргумента, якобы доказывающего тезис о том, что Иисус отменил действие Закона, примеры, когда Иисус сам нарушал заповедь о субботе или некоторые заповеди о чистоте. В общем-то для меня все эти аргументы всегда являлись и являются яркой демонстрацией морального твердолобия и духовной тупоупертости. Я считаю, что споры с такими духовниками не имеют какого-то особого смысла. Я также считаю, что убедить таких апостолов веры в несостоятельности их позиции рано или поздно сможет сама жизнь. Так, к примеру, мне очень хотелось бы посмотреть реакцию подобного рода человека, если бы он оказался в ситуации, требующей оказания ему неотложной медицинской помощи, а врач, который должен ему оказать эту помощь, вместо того, чтобы спасать человека, сказал бы следующее: "Понимаете, сегодня суббота, а Закон не велит работать по субботам. Очевидно у вас плохая карма, раз Богу было угодно послать на вас недуг именно в субботу. Мужайтесь. Если Богу будет угодно, то Он спасет вас от этого недуга, но я сегодня не имею права вам помочь. Я должен посвятить субботу Богу, а не вам". Нарушая субботу, Иисус хотел показать людям, что исполнение закона ничего не значит, если в этом не присутствует сердце человека. А если человек исполняет законы Торы по зову сердца, то те случаи, когда обстоятельства вынуждают его нарушить заповедь Торы, не будут Богом вменены человеку на Суде. 
   Как же тогда понимать слова Иисуса о том, что "все пророки и закон прорекли до Иоанна"? А понимать это необходимо следующим образом: передача Знания от Неба земле не закончилась на ветхозаветных пророках, а продолжилась через Иоанна Крестителя и Иисуса, а затем, как мы уже знаем, через Его учеников. И закончилась эта передача на Мухаммеде, через которого Творец и уведомил человечество ("Сегодня Я завершил для вас вашу религию, и закончил для вас Мою милость, и удовлетворился для вас исламом как религией"(Коран 5:5).
   В заключение хочу сказать, что я совсем не призываю вас к огульному изучению Торы, т.к. это весьма тяжелое дело, если нет рядом Учителя. Но я хочу обратить внимание читателя на то, что если вы оказываетесь в сложных жизненных ситуациях, требующих от вас совершить какой-то поступок и не потерять при этом своего человеческого достоинства, а вы не знаете как вам лучше поступить, то ответ следует искать не у первого встречного-поперечного человека, а у истинных Учителей человечества, которые были посланы на землю Богом. Моисей, к примеру, был одним из этих людей.
  
  
   Глава 2. Теория и практика в гнозисе.
   В основе гностической концепции происхождения мира и человека лежит история падения души и ее заключения в материю. Это падение можно рассматривать в личностных рамках и в космическом масштабе, функция его заключается в том, чтобы освятить материю, сделать видимый мир чувствительным к миру невидимому. Задачу подготовки душ к познанию своих истоков, к воскрешению и берет на себя гностик. Как видим, это тот же путь, который предложен в Каббале, через свет Торы. Но гнозис добавил к свету Торы также и свет Евангелия - благой вести о том, что самый короткий путь к Богу - это истинная любовь, которая должна излучаться из сердца человека не только к ближним, но и к дальним, более того - даже к врагам.
   Вот как коротко характеризуют гностическую концепцию Ян ван Райкенборг и Катароза де Петри в книге "Универсальный гнозис": "Существует Бог. Он Ваш Отец, а все Великие - Ваши братья. Вы - Его павшее дитя. Однако это падение ни в коей мере не является реальным состоянием. Вы можете непосредственно превратить это падение в воскресение. Каким образом? - Если Вы станете так же любить, как Отец любит Вас. Если Вы это сделаете, то произойдет смена вибрации. Благодаря этому фундаментальному закону Любви в Вас восстановятся фундаментальные вибрации Вашей сущности. Если Вы это осуществите, то все снова встанет на свои места. Разве Он не сказал: "Прежде, нежели они спросят, я отвечу"? Если Вы это осуществите, то сможете ходить по воде, как Он, умножать хлеба, как Он, и лечить больных, как Он. Вы совершите все, что совершал Он, сможете исполнять все, что исполнял Он, и будете владеть всем, чем владел Он. Вы больше не умрете, ведь время и вечность слились воедино. "Тот свет" стал "этим светом", а "этот свет" - "тем светом", с какой бы стороны Вы ни посмотрели. Тогда Вы стали мастером как Дальнего Востока, так и Ближнего Запада, мастером всей Вашей сущности, самим Богом. Ведь если Бог - Ваш Отец, то Вы - Его дитя, а каждый ребенок владеет частью наследства своего отца. Каждый ребенок знает об этом. Нет ничего более простого и детского. По щучьему велению, по моему хотению! Вы ищете волшебного слова? Это слово - смена вибрации".
  
   В Евангелии от Филиппа имеется указание на основные таинства гнозиса: "Господь [создал] все в тайне: крещение,
   помазание, евхаристию, выкуп и чертог брачный" (Евангелие от Филиппа, стих 68). Это одно из немногих высказываний, имеющихся в Евангелиях, и указывающих на основы практики гностиков. Но это, по всей видимости, еще далеко не полный список гностических таинств. К примеру, в экзотерическом христианстве мы видим, что таких таинств имелось семь: крещение, миропомазание, причащение, покаяние, священство, брак и елеосвящение.
   Крещение - таинство, которое проводил посвященный с непосвященным. Гностическая традиция, как и все другие традиции, передавалась путем посвящении - от Учителя к ученику. Посвящение в гностическую традицию происходило через крещение и возложение рук Учителя на голову ученика. Крещение символизировало новое рождение человека - человека, который посвящает свою жизнь служению Богу, исполнению Его воли. Крещение водой смывало с адепта грехи, которым он был причастен. Через возложение передавалась сила Святого Духа, которой обладал каждый посвященный. Снисхождение Святого Духа на адепта гностической традиции выражалось по-разному, но суть оставалась одна и та же: адепт гностической традиции получал дары Святого Духа (знание языков, искусство врачевания наложением рук - Рэйки, ясновидение и т.д. и т.п.).
   Помазание - это таинство, с помощью которого проводился обряд водворения на престол власти. Это - обязательный обряд во всех традициях, принадлежащих Примордиальной линии. Обряд проводился Посвященным с человеком, которого Небо призывает к мирской власти - управлению народом и государством. Как правило этот обряд сводился к тому, что Посвященный лил на голову помазанника елей, что символизировало благоволение Неба и избранническую миссию помазанника.
   Евхаристия (причащение) это вкушение хлеба и испитие вина, которое происходило в кругу учеников со своим учителем. Посредством евхаристии поддерживался дух сплочения общины и энергетический обмен между учителем и учениками.
   Искупление (выкуп) это практика ненасилия, проповедуемая Христом (в особенности во время Нагорной проповеди). В экзотерическом христианстве это таинство именовалось покаянием.
   Брачный чертог - это практика сакральности брака и секса. Сакральность брачных уз служит тому, что родители производят на свет ребенка, в котором воплощается наиболее продвинутая в своем развитии и возвышенная душа. Именно в таком сакральном браке был рожден и сам Иисус.
   Существует распространенное мнение, что учение Иисуса предназначалось для каждого человека. Это не совсем правильное мнение. На самом деле Иисус излагал основы гнозиса для всех, кто к нему приходил. Но посвящения в гнозис удостоились лишь двенадцать учеников, которых он выбрал сам. А затем еще 70 человек, имена которых мы пока не можем установить. Посвящая в гнозис, Иисус всегда указывал на особый момент в этой традиции - на то, чтобы его ученики, проповедуя это учение, давали посвящение лишь достойным этого учения: "Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями, чтобы они не попрали его ногами своими и, обратившись, не растерзали вас" (Мф. 7:6). Более того, общаясь с массами, Иисус излагал основы гнозиса, как правило, в притчах. Это делалось с той целью, чтобы отделить достойных посвящения от недостойных. "Кто имеет уши слышать, да слышит! И, приступив, ученики сказали Ему: для чего притчами говоришь им? Он сказал им в ответ: для того, что вам дано знать тайны Царствия Небесного, а им не дано, ибо кто имеет, тому дано будет и приумножится, а кто не имеет, у того отнимется и то, что имеет; потому говорю им притчами, что они видя не видят, и слыша не слышат, и не разумеют; и сбывается над ними пророчество Исаии, которое говорит: слухом услышите - и не уразумеете, и глазами смотреть будете - и не увидите, ибо огрубело сердце людей сих и ушами с трудом слышат, и глаза свои сомкнули, да не увидят глазами и не услышат ушами, и не уразумеют сердцем, и да не обратятся, чтобы Я исцелил их. Ваши же блаженны очи, что видят, и уши ваши, что слышат, ибо истинно говорю вам, что многие пророки и праведники желали видеть, что вы видите, и не видели, и слышать, что вы слышите, и не слышали" (Мф. 13:9-17). Эрнест Ренан приписал Иисусу авторство метода изложения учения с помощью притч. Но Иисус не был первым иудейским учителем, излагающим учение в притчах, но не первым учителем на Земле, излагающим учение в притчах. Метод притч Иисус, по всей видимости, перенял у дзэнских мастеров, когда проходил обучение в Индии. Только на Востоке притча именуется по другому - "коаном". Более того, притча, как форма передачи знания, была известна еще древним каббалистам. С их учением Иисус познакомился, когда проходил обучение у ессеев. Но об этом мы поговорим позже.
   Для того чтобы принять посвящение, неофит должен был обладать определенными духовными качествами. Все эти качества принадлежат к области мысли и нравственности. Собственно, во всех традициях от неофита требовалось одно и то же - достижение определенного уровня духовного развития, характеризующегося обладанием некоторыми качествами характера.
   Первое из этих качеств, которым должен обладать неофит - распознавание. Это означает, что вступивший должен научиться различать вечное и временное, реальное и нереальное, истинное и ложное, небесное и земное. Видение небесного достигалось с помощью изучения Торы и постижения воли Творца.
   Вторым качеством, которым должен был обладать неофит, был - отказ от законов мирской жизни и желание служить вечной и непреходящей Истине - Творцу мира и его Закону. Эту ступень Иисус определяет такими сильными словами: "Если кто приходит ко Мне, и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть Моим учеником" (Лука, XIV, 26). Неофит брал на себя обет ненависти к греху и любви к Творцу и его Закону. "Не собирайте себе сокровищ на земле, где моль и ржа истребляют и где воры подкапывают и крадут, но собирайте себе сокровища на небе, где ни моль, ни ржа не истребляют и где воры не подкапывают и не крадут, ибо где сокровище ваше, там будет и сердце ваше" (Мф. 6:19-21); "Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом нерадеть. Не можете служить Богу и мамоне" (Мф. 6:24); "Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам" (Мф. 6:33).
   Третье качество - волевой контроль над инстинктами и эмоциями, преобладание разума над чувствами, эмоциями и инстинктами. Это качество именовалось терпением. И терпение это культивировалось в душе адепта по отношению не к греху, но к грешному человеку. Культивирование этого качества в душе человека происходило через всепрощение и этику ненасилия. "Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное. Блаженны плачущие, ибо они утешатся. Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю. Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся. Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут. Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят. Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими. Блаженны изгнанные за правду, ибо их есть Царство Небесное. Блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески неправедно злословить за Меня. Радуйтесь и веселитесь, ибо велика ваша награда на небесах: так гнали [и] пророков, бывших прежде вас" (Мф.5:3-12); "Вы слышали, что сказано: око за око и зуб за зуб. А я говорю вам: не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую; и кто захочет судиться с тобою и взять у тебя рубашку, отдай ему и верхнюю одежду; и кто принудит тебя идти с ним одно поприще, иди с ним два" (Мф. 5:38-41).
   Наконец, неофит должен обладать сильной непоколебимой верой, которая выражала его преданность и доверие Творцу. "... никто, возложивший руку свою на плуг и озирающийся назад, не благонадежен для Царствия Божия (Лк. 9:62). Это должен быть тот уровень веры, для которой нет ничего невозможного и с помощью которой человек, по словам Иисуса, мог передвигать даже горы. Это тот уровень веры, который делает человека праведным не на словах, а на деле: "Ибо, говорю вам, если праведность ваша не превзойдет праведности книжников и фарисеев, то вы не войдете в Царство Небесное" (Мф. 5:20).
   Лишь обладая этими качествами, человек мог получить право быть посвященным в гнозис.
   Неофит становился адептом сакрального гностического знания, получал новое имя и получал право на миссионерскую деятельность - подготовку других (непосвященных) людей к принятию нового учения. "Сих двенадцать послал Иисус, и заповедал им, говоря: на путь к язычникам не ходите, и в город Самарянский не входите; а идите наипаче к погибшим овцам дома Израилева; ходя же, проповедуйте, что приблизилось Царство Небесное; больных исцеляйте, прокаженных очищайте, мертвых воскрешайте, бесов изгоняйте; даром получили, даром давайте. Не берите с собою ни золота, ни серебра, ни меди в поясы свои, ни сумы на дорогу, ни двух одежд, ни обуви, ни посоха, ибо трудящийся достоин пропитания. В какой бы город или селение ни вошли вы, наведывайтесь, кто в нем достоин, и там оставайтесь, пока не выйдете; а входя в дом, приветствуйте его, говоря: мир дому сему; и если дом будет достоин, то мир ваш придет на него; если же не будет достоин, то мир ваш к вам возвратится. А если кто не примет вас и не послушает слов ваших, то, выходя из дома или из города того, отрясите прах от ног ваших; истинно говорю вам: отраднее будет земле Содомской и Гоморрской в день суда, нежели городу тому. Вот, Я посылаю вас, как овец среди волков: итак будьте мудры, как змии, и просты, как голуби. Остерегайтесь же людей: ибо они будут отдавать вас в судилища и в синагогах своих будут бить вас, и поведут вас к правителям и царям за Меня, для свидетельства перед ними и язычниками. Когда же будут предавать вас, не заботьтесь, как или что сказать; ибо в тот час дано будет вам, что сказать, ибо не вы будете говорить, но Дух Отца вашего будет говорить в вас. Предаст же брат брата на смерть, и отец - сына; и восстанут дети на родителей, и умертвят их; и будете ненавидимы всеми за имя Мое; претерпевший же до конца спасется. Когда же будут гнать вас в одном городе, бегите в другой. Ибо истинно говорю вам: не успеете обойти городов Израилевых, как приидет Сын Человеческий. Ученик не выше учителя, и слуга не выше господина своего: довольно для ученика, чтобы он был, как учитель его, и для слуги, чтобы он был, как господин его. Если хозяина дома назвали веельзевулом, не тем ли более домашних его? Итак не бойтесь их, ибо нет ничего сокровенного, что не открылось бы, и тайного, что не было бы узнано. Что говорю вам в темноте, говорите при свете; и что на ухо слышите, проповедуйте на кровлях". (Мф. 10:5-27)
   Интересен следующий момент из Евангелия от Иоанна: "Я послал вас жать то, над чем вы не трудились: другие трудились, а вы вошли в труд их" (Ин. 4: 38). Эти слова Иисус говорит своим ученикам, которых он сам избрал из пришедших к нему. И в этих словах отражена преемственная связь эзотерических традиций и общее их единство и принадлежность к Примордиальной традиции и сакральной науке. До Иисуса трудились учителя более ранних эзотерических традиций, с учениями которых Иисус был хорошо знаком. Предшествующими же традициями были Каббала, йога, дзэн и дао. О двух последних традициях разговор еще впереди.
   Основой житейской практики гностиков было уподобление образу Христа - раскрытие в себе духовного света любви ко всему сущему. "На заре христианства Христос был для своих последователей живым символом их собственной божественности, совершенным плодом того семени, который таится в их собственных сердцах. Не спасение внешним Христом, а вырастание в совершенство внутреннего Христа - вот в чём состояло учение эзотерического христианства, учение малых мистерий. Ступень ученичества переводила на ступень Сыновства. Жизнь Сына должна была протекать среди людей, пока она не заканчивалась Воскресением, когда прославленный Христос становился одним из достигших совершенства Спасителей мира. Сопоставляя этот грандиозный идеал эзотерического христианства с внешним учением церквей, становится ясно, что современное христианство, утерявшее эзотеризм, еще далеко от истинного понимания евангелия и его глубокого смысла" (А.Безант. Эзотерическое христианство).
   Если гностик с достоинством выполнял наложенные на него обязанности - претворение любви в мирских делах, то он достигал воскресения - разрыва сансары и спасения своей души от последующего воплощения в физический мир. О возможности воскресения судили по факту достижения преображения - достижения состояния сознания, именуемого в йоге термином "самадхи". Таким образом, преображение и самадхи - это два синонимических термина, используемых в разных эзотерических традициях: самадхи - в йоге, преображение - в гнозисе. То же самое можно сказать и о терминах "нирвана" и "воскресение": первый используется в йоговской и дзэнской традициях, второй - в гностической.
   Необходимо понимать, что учение Иисуса и учение Павла - это не одно и то же. Учение Иисуса - эзотерично в своей основе, учение Павла - экзотерично. Христианская религия построена на учении Павла. Имя Христа в нем номинально, т.к. в учении Павла очень мало гностических идей и много того, чего в гнозисе совсем не имеется. По Павлу Творец воплотился в Иисусе, по Иисусу Творец воплощен во всем, в том числе и в каждом человеке. Павел учил, что спасение есть благодать Творца, Иисус учил, что Царствие Небесное силою берется. Павел учил о всеобщем спасении, Иисус учил о том, что спасутся не многие. По Павлу Царствие Небесное это какой-то неведомый нам мир, далекий и запредельный, а по Иисусу - Царствие Небесное таится совсем рядом, внутри каждого человека. Павел учил, что Царствие Небесное достигается после смерти, что оно связано с волей небес, Иисус же учил тому, что Царствие Небесное можно достигнуть еще при жизни, и достижение это связано с духовной работой человека и зависит только от самого человека. Павел проповедовал буквальное воскрешение из мертвых, для Иисуса воскрешение являлось процессом просветления. Согласно гностической традиции непросветленный человек - это мертвый человек, поэтому воскресение - это процесс пробуждения (просветления) и обретения новой природы, нового преображенного тела. Воскресение из мертвых в том смысле, в каком проповедовал его Павел, возможно только для самого Творца. Это воскресение произойдет, согласно учению Примордиальной традиции, в конце времен перед последним судом Творца над своим творением, который ознаменует собой конец одной цивилизации и начало другой.
   "Вспомни, что ты сын Царя", - говорится в Евангелии от Фомы. Это принципиальное утверждение, на котором зиждется весь гнозис. Каждый человек - сын (или дочь) Творца. Для человека необходимо только научиться раскрывать в себе божественную природу, т.е. Христа в самом себе. Чему и обучали в гностической традиции.
   Глава 3. Раннехристианская литература и основные теоретические источники гностической традиции.
   Необходимо четко понимать, что те письменные источники, которые мы имеем относительно гностической традиции, не содержат в себе изложения самой доктрины, т.к. на это существовал запрет самого Иисуса. Теория гнозиса передавалась строго от Учителя к ученику из уст в уста без каких-либо записей. Ученику открывалось только то, что было ему полезно и необходимо. Поэтому те письменные источники, которые имеются в руках историков, дают нам некоторое знание о гностической традиции, но не дают нам знания самой гностической традиции. Источники эти именуются Евангелиями, что в переводе с древнегреческого означает "благая весть". Само же гностическое знание отражено в Евангелиях лишь поверхностно и в самых общих чертах.
   Подавляющее большинство людей знают лишь о четырех Евангелиях, вошедших в каноническую Библию. На самом деле существует намного больше Евангелий. Христианские писатели конца II - IV в. упоминают, цитируют, пересказывают различные евангелия: от Петра, от Андрея, от Варфоломея, два евангелия от Фомы, совершенно различные по содержанию, Евангелие от Марии. Во фрагменте письма богослова Климента Александрийского (ок. 200 г.) говорится, что имели хождение и три евангелия от Марка: каноническое (признанное), "подложное" (написанное неким проповедником по имени Карпократ) и тайное евангелие (написанное якобы самим Марком для "избранных"). Некоторые евангелия названы по тем христианским группам, среди которых они почитались (хотя, возможно, в их подлинных названиях также стояло имя какого-либо апостола), например Евангелие евреев, Евангелие египтян. "Четыре Евангелия основали фундамент христианского учения. Но апостолов было двенадцать, святой Варфоломей, святой Фома, святой Матфий заявляли, что проповедовали благую весть народам Индии, Тибета и Китая" (Н. Нотович).
   Кроме евангелий в произведениях христианских писателей упоминаются и другие, не вошедшие в Новый завет книги, которые почитались разными христианскими группами как источники вероучения: Апокалипсис Петра, Апокалипсис Павла, деяния некоторых апостолов (Павла, Филиппа, Андрея), послания, "Пастырь" Гермы и др. Археологические раскопки конца Х1Х - начала ХХ в. открыли фрагменты и целые сочинения, не признанные церковью. Самым крупным среди этих открытий была библиотека христиан-гностиков из Наг-Хаммади (Египет). Для того чтобы понять длительный и сложный процесс разделения священных книг христиан на признанные и непризнанные (канонические и апокрифические), нужно прежде всего представить себе особенности формирования раннехристианской литературы в целом.
  
   Первые христианские проповедники меньше всего думали о записи своего учения, т.к. на это имелся запрет Иисуса. Странствующие адепты гнозиса передавали то, что было известно им о спасителе, распятом в Иудее во время правления императора Тиберия (14 - 37), помазаннике Божием Иисусе Христе, в воскресение которого они уверовали. Христианские проповедники использовали в качестве образца бытовавшие в иудейской среде притчи, поучения, рассказы об отдельных эпизодах из жизни знаменитых учителей (рабби). Так создавалась устная гностическая традиция.
  
   Но вопреки запрету Иисуса, до нас дошли некоторые письменные источники, в которых отражено учение гностической традиции. Трактаты "Пистис София" и "Дидахе" - наиболее яркие примеры этого. Кроме того, многие гностические идеи остались запечатлены в Евангелиях и некоторых апокрифических книгах.
  
   Само слово "евангелие" первоначально в представлениях последователей Иисуса означало проповедь, раскрывающую смысл новой веры.
  
   Проповедники выступали прежде всего в синагогах, существовавших в городах восточных провинций, а также в частных домах, под открытым небом, в опустевших ремесленных мастерских. Такая картина вырисовывается из "Деяний апостолов" и некоторых других произведений, в том числе и антихристианских. В произведении "Дидахе" (Учение двенадцати апостолов), созданном, по всей вероятности, в начале 11 в., говорится о странствующих апостолах: "Всякий апостол, приходящий к нам, пусть будет принят как Господь. Пусть он не остается больше одного дня; а если будет надобность, то и другой (день); но если он пробудет три, то он лжепророк... Уходя пусть апостол ничего не возьмет, кроме хлеба до места ночлега" '.
  
   Устная традиция продолжала сушествовать и в тот период, когда появились первые писания. Евсевий Кесарийский (IV в.) в "Церковной истории" приводит слова христианского писателя Папия (1-я пол. 11 в.) из Гиераполя (Малая Азия), который собирал устные предания: "...если мне случалось встретить кого-либо, общавшегося со старцами, то я заботливо расспрашивал об учении старцев, например, что говорил Андрей, что - Петр, что - Филипп, что - Фома или Иаков... Ибо я полагал, что книжные сведения не столько принесут мне пользы, сколько живой и более внедряющий голос" (Евсевий. Церковная история (Historia ecclesiastica). III.39. Далее: НЕ).
  
   Вопрос об источниках новозаветных евангелий весьма сложен; первые три евангелия излагают историю и учение Иисуса близко друг к другу. Евангелие от Марка, самое краткое, вероятно, легло в основу евангелий от Матфея и от Луки; то, что выходит за рамки содержания второго евангелия,. взято, по мнению многих исследователей, из какого-то не дошедшего до нас источника (он так и называется в научной литературе - Q, от латинского Quelle - источник), состоявшего из отдельных речений ".
  
   В 1897 г. в Оксиринхе (Египет) были найдены на папирусе восемь изречений на греческом языке, каждое из которых начиналось словами: "Говорит Иисус". В 1904 г. обнаружили еще шесть изречений. Многие из речений, которые удалось прочесть, совпадают с найденным позже (уже после второй мировой войны) среди библиотеки египетских гностиков Евангелием от Фомы, сохранившимся на коптском языке; это евангелие первоначально (нач. II в.) было написано на греческом, а затем переведено на коптский. Не исключено, что логии из Оксиринха представляют собой фрагменты этого евангелия (или его варианта). Когда были записаны речения, сказать с точностью трудно, возможно, перед 1 иудейским восстанием, во всяком случае, до создания евангельских рассказов, которые были записаны уже после разгрома Иерусалима. Первые записи, поскольку они фиксировали слова Иисуса, по всей вероятности, были анонимны. Как и цитаты из ветхозаветных книг, эти речения вставлялись в устные проповеди в разный контекст и в разных вариантах.
  
   В гностических общинах существовали люди, записывавшие поучения, рассказы и объединявшие отдельные блоки традиции в единое повествование. Новозаветные евангелия в греческом подлиннике называются "по Матфею" (в значении - согласно Матфею), "по Марку" и т. д. Имя непосредственного ученика Иисуса (или другое авторитетное имя) "освящало" писаный текст. Люди, записавшие евангелия, искренне верили, что излагают учение, переданное теми, кто слышали проповеди Иисуса, а сами оставались анонимными.
  
   Возможно, первые записи, хотя и передавали "благовестие", не носили названия евангелий: так, писатель Юстин (сер. 11 в.) упоминает речения Иисуса и "воспоминания апостолов". Последние, по-видимому, означали евангелия (Апология. 1.14 - 15). Но постепенно за подобными писаниями закрепилось наименование "евангелие" - писаная;"благая весть". Наряду с евангелиями новозаветного типа существовали и такие, где не было единой канвы повествования; они содержали поучения, религиозно-философские рассуждения, речения Иисуса, связанные определенной внутренней идеей. Примером таких евангелий могут служить Евангелие от Фомы и Евангелие от Филиппа.
  
   Один из важных вопросов, стоящих перед исследователями
   истории возникновения христианской литературы, - это вопрос об абсолютной и относительной хронологии дошедших до нас писаний первых христиан, и прежде всего евангелий. Наиболее детально изучен вопрос о датировке канонических евангелий, хотя точных сведений установить не удалось.
  
   Евангелие от Марка единодушно считается в науке самым ранним из канонических евангелий, хотя церковная традиция ставит его на второе место. Предполагается, что автор третьего евангелия, начиная его словами "Как уже многие начали составлять повествование о совершенно известных между нами событиях..." (Лк. 1.1), имел в виду Евангелие от Марка, которое он хорошо знал. Согласно традиции, сохраненной у Евсевия, Марк с точностью записал то, что запомнил со слов Петра, чьим переводчиком он был.
  
   Время создания и относительная хронология двух других синоптических евангелий неясны. Можно с определенностью говорить лишь о том, что они созданы в разной этнической среде: автор Евангелия от Луки, по-видимому, образованный грек (Евсевий Кесарийский называет его врачом из Антиохии.- НЕ. III. 4); Евангелие от Матфея выявляет более тесные связи с иудейскими традициями. Среди христианских писателей II - IV вв. бытовало мнение, что Матфей написал свое евангелие по-арамейски; этим евангелием, по словам Иринея, пользовались эбиониты - древнейшая группа иудео-христиан. Иероним, переводчик Ветхого завета на латинский язык, специально занимавшийся изысканием рукописей в Палестине и Сирии, утверждал, что он перевел с еврейского (он имел в виду арамейский язык) на греческий евангелие, которое многими считается подлинным Евангелием от Матфея. Однако дошедший канонический текст, по мнению исследователей, не может быть переводом с арамейского, хотя в нем и вставлены фразы на арамейском языке - последние слова Иисуса на кресте: "Или, Или! лама савахфани? " ("Боже Мой, Боже Мой! для чего ты меня оставил?") (27.46), но эти же слова есть и в Евангелии от Марка (15.34). Евангелие от Матфея написано по-гречески, ветхозаветные цитаты приведены по Септуагинте.
  
   Сложен вопрос об относительной хронологии канонического Евангелия от Иоанна. Оно существенно отличается по содержанию и по проповеди Иисуса от синоптических писаний. Согласно церковной традиции, по времени написания Евангелие от Иоанна было последним из четырех. Евсевий Кесарийский говорит, что Иоанн проповедовал устно, а после появления трех евангелий вознамерился их "восполнить" (тем самым автор "Церковной истории" как бы объясняет расхождения между четвертым и остальными евангелиями). Само начало евангелия, где Христос назван Словом ("И Слово стало плотию и обитало с нами..."), придает особый религиозно-философский смысл всему дальнейшему повествованию. Автор этого евангелия знал первые три евангелия (или традицию, лежащую в их основе), но использовал их незначительно: в нем нет описания рождения, крещения, искушения Иисуса, нет его молений в Гефсиманском саду. В этом евангелии Иисус произносит богословские поучения, большая часть которых отсутствует в других евангелиях. Однако есть точка зрения, что оно создано одним из первых, поскольку в нем встречаются совпадения (в том числе и фразеологические) с кумранскими рукописями. Вероятнее всего, что Евангелие от Иоанна было написано в среде образованных христиан, стремившихся к созданию более развитой - по сравнению с синоптическими писаниями - теологии и христологии. Четвертое евангелие не было известно Поликарпу, автору послания к Филиппийцам, хотя, по преданию, он был учеником апостола Иоанна. Незнание это может быть объяснено не только поздней датой написания Евангелия от Иоанна, но и недостаточно широким его распространением (христианская традиция по-разному определяет место возникновения этого евангелия - Эфес, Сирия, о-в Патмос). Имеются косвенные указания на примерное время его создания. Дело в том, что в Египте был найден небольшой папирусный фрагмент (18 глав) Евангелия от Иоанна, который папирологи датируют ок. 125 - 130 гг. К этому же времени относится папирусный фрагмент неизвестного евангелия, в котором использована традиция, сохраненная в синоптических писаниях, а также в Евангелии от Иоанна. Следовательно, в первой четверти II в. существовали тексты различных евангелий, которые уже переписывались в Египте; созданы они должны быть до этого времени.
  
   Таким образом, принято считать, что евангельское творчество относится к концу I в. В этот период записываются не только евангелия, вошедшие впоследствии
   в Новый завет, но и большинство не признанных церковью евангелий, самыми ранними из которых были евангелия иудео-христиан, говоривших как по-гречески, так и по-арамейски. Существование арамеоязычной христианской традиции подтверждается наличием в евангелиях, в том числе и канонических, так называемых семитизмов - слов и оборотов, восходяших к арамейскому языку. Эти обороты были заимствованы из первых записей, сделанных в Палестине, или, как предполагает С. С. Аверинцев, из устной традиции вытверженных на память афоризмов и рассказов.
  
   Распространение христианства в разной этнической и социальной среде, влияние нехристианских верований и философских систем, знакомство с которыми шло через новообращенных, неизбежно усиливали расхождения между отдельными группами христиан и их писаниями. К прежним расхождениям в устной традиции добавились расхождения между устной и писаной традицией и между различными писаниями. Как некогда первые христианские проповедники в Палестине полемизировали с кумранитами, так теперь в сочинениях христиан появляется полемика, направленная против единоверцев. Характерно в этом отношении одно из первых речений в коптском Евангелии от Фомы: "Иисус сказал: "Если те, которые ведут вас, говорят вам: смотрите, царствие в небе! - тогда птицы небесные опередят вас. Если они говорят вам, что оно - в море, тогда рыбы опередят вас. Но царствие внутри вас и вне вас"" (Евангелие от Фомы, стих 2). Это речение одновременно полемизирует с идеей установления материального Царства Божия на земле и со складывающимся учением о "царстве небесном" (выражение это появляется уже у Матфея, заменяя в отдельных речениях словосочетание "Царство Божие") ". В Евангелии от Филиппа содержится полемика с защитниками учения о непорочном зачатии (Евангелие от Филиппа, стих 17).
  
   Постепенно выявляются наиболее почитаемые среди отдельных групп общин сочинения: прежде всего это относится к евангелиям. Из канонических евангелий на рубеже I - II вв. таковыми были евангелия от Марка и от Матфея (в греческой и арамейской версиях), а также Евангелие от Луки. Евангелие от Иоанна признавалось далеко не всеми группами, есть свидетельства, что оно было известно гностикам. Юстин использовал Евангелие от Петра, Папий ссылался на Евангелие евреев, которое, как и евангелие эбионитов, почиталось иудео-христианами Палестины и Сирии. Египетские христиане особо почитали Евангелие от Фомы и Евангелие от Филиппа, первоначально написанные по-гречески и позже переведенные на коптский.
  
   Множество вариантов "благой вести", постоянные споры между проповедниками поставили перед христианами задачу отбора из всей литературы тех книг, которые почитались бы основными источниками христианского вероучения. Так ортодоксальное христианство сделало свой выбор в пользу четырех Евангелий - от Матфея, Марка, Луки и Иоанна. Остальные Евангелия были причислены к апокрифам - текстам, которые по мнению ортодоксального христианство либо нельзя доверять, либо можно, но не всем. Сам термин "апокриф" в переводе на русский означает "тайный", "сокровенный", "сакральный". В отличие от ортодоксального христианства в гнозисе принято доверять не только текстам каноническим, но и многим апокрифическим. Причем в гнозисе принято доверять далеко не всем каноническим книгам. К примеру, послания Павла в гнозисе не являются авторитетными, несмотря на то, что Павел имел посвящение в гнозис.
  
   Процесс отбора христианских книг, которые должны образовать "новый" (по сравнению с Ветхим) завет, был процессом сложным не только потому, что отдельные группы общин почитали разные писания, но и потому, что наряду с резко расходившимися по вероучению текстами были писания, восходившие к обшей традиции, но отличавшиеся передачей отдельных эпизодов и интерпретацией отдельных речений Иисуса. Кроме того, когда сложились основные Евангелия, ставшие хорошо известными верующим, и их переработка (или, вернее, редактирование при переписке) могла сводиться только к изменениям отдельных деталей, стали создаваться самостоятельные произведения, как бы дополняющие древнюю традицию: описания детства Иисуса, жизнеописание его матери, описания деяний отдельных апостолов, упомянутых в евангелиях,- Петра, Павла, Филиппа, Андрея и др. Последние были особенно многочисленны в связи с тем, что во II в. наиболее значительные христианские общины начинают связывать свое происхождение с деятельностью непосредственных учеников Иисуса: община Рима якобы ведет свою родословную от Петра, община Эфеса - от Иоанна. Отношение к подобным произведениям было различным. Некоторые христианские теологи и апологеты христианства
   рубежа II - III вв., принимавшие в качестве основных источников вероучения четыре канонических евангелия, ссылались как на авторитет и на другие священные книги. Так, Ориген использовал Евангелие от Петра и "Книгу Иакова", содержащую историю детства и замужества Марии, цитировал Евангелие евреев и "Деяния Павла", только с оговоркой, что их нельзя ставить в ряд с четырьмя евангелиями. Встречаются цитаты из неканонических произведений и у Климента Александрийского. В то же время продолжали вызывать сомнения у ряда богословов те произведения, которые вошли впоследствии в Новый завет, прежде всего Апокалипсис Иоанна и анонимное Послание к Евреям, которое сам автор назвал "словом утешения" (или "увешевания".- 13.22). Тертуллиан не упоминал среди священных книг Второе послание Иоанна; Ириней - Послание Иуды.
  
   Принятие канона господствующей церковью было ускорено признанием христианства римским государством при императоре Константине (307 - 337 гг.). Чтобы разобраться в расхождениях христиан (а в этот период шла ожесточенная борьба между ортодоксальным течением и арианством - учением, отрицающим догмат о троице), Константин потребовал, чтобы епископы предоставили ему копии священных книг. После длительных консультаций, уже после смерти Константина, на соборе в Лаодикее в 363 г. было принято решение разослать по всем христианским церквам списки канонических произведений. Согласно Лаодикейскому канону, в состав Нового завета вошли 26 писаний - все, кроме Апокалипсиса Иоанна. В З67 г. в письме епископа Афанасия были названы уже все 27 писаний Нового завета. Но этот список не был признан повсеместно: христиане многих сирийских общин не признали Откровения Иоанна; другие сирийские христиане остались верны почитанию Диатессарона; египетские (коптские) христиане, а именно в Египет ведут следы гнозиса после разрушения иерусалимского Храма, - совсем не приняли ортодоксального учения: у них были свои священные книги; вплоть до Х в. палестино-сирийские христиане, как об этом будет сказано дальше, пользовались своим списком книг, который исключал все писания, связанные с именем Павла.
  
   Окончательно список новозаветных книг был утвержден ортодоксальной церковью на Карфагенском соборе в 419 г.
  
   В связи с утверждением списка канонических книг встал вопрос о судьбе тех писаний, которые считались спорными или подложными. В У в. исчезает понятие сомнительности отдельных христианских книг. Все писания, не вошедшие в Новый завет, стали называться апокрифическими. Но отношения к этим писаниям различались в зависимости от их содержания: были книги, которые церковь разрешала читать верующим и которые оказали существенное влияние на догматику и обрядность ортодоксальной церкви. К ним относились созданные после утверждения евангельской традиции повествования, ее дополняющие. Таковы писания, посвященные матери Иисуса: "История Иакова о рождении Марии", сочинение анонимного автора "Об успении Марии", Евангелие от Никодима (прежде всего та его часть, где рассказывалось о сошествии Христа в ад); к апокрифам относится и многочисленная раннесредневековая литература о христианских мучениках, создававшаяся по образцу деяний отдельных апостолов (некоторые из них продолжали читаться на протяжении всего средневековья, в том числе и на Руси, например "Деяния Павла и Феклы"). Все эти писания наполнены чудесами, в них используются традиционные (особенно для восточных областей) сказочные мотивы, прослеживается связь с фольклором. Как правило, они не имели догматических расхождений с церковным учением, но из-за позднего происхождения и явной фантастичности не были признаны церковью источниками вероучения. Те же книги, чье содержание существенно отличалось от канонических писаний, читать строго запрещалось. Эти книги считались не только апокрифическими, но и запрещенными, "отрешенными". Первый список "отрешенных" книг был составлен в 7 в. в Восточной Римской империи. Вошедшие в него писания подлежали уничтожению как еретические; в течение последующих веков такие списки возобновлялись, что показывает на тайное (теперь уже действительно тайное!) существование подобных писаний. Прежде всего в список "отрешенных" книг были внесены иудео-христианские, гностические и близкие им писания.
  
   Борьба церкви против этих писаний привела к тому, что большинство списков "отрешенных" книг было уничтожено, однако сохранились цитаты из них в произведениях самих же защитников ортодоксальной церкви. Благодаря успехам археологии конца Х1Х - ХХ в. стали известны многие "отрешенные" апокрифы. Что же касается не признанных священными, но разрешенных для домашнего чтения сочинений, то они дошли до нас в средневековых рукописях как на языке подлинника, так и в переводах на латинский, сирийский, арабский, армянский, грузинский и славянские языки.
   Глава 4. Основные учителя гностической традиции.
      -- Иисус Христос - основоположник гнозиса.
   Согласно евангелисту Луке, Рождество Иисуса совпало с правлением Квириния в Сирии. Квириний был легатом Сирии в первые годы н.э.; однако надписи из Тиволи и Антиохии Писидийской свидетельствуют, что он контролировал Сирию также и за несколько лет до н.э. Ввиду отсутствия в древнем мире общего календаря точная дата Рождества не была известна. В VI в. монах Дионисий Малый сделал расчеты, согласно которым Рождество приходилось на 754 г. от основания Рима. Эта дата и принята для установления "новой эры". Однако дальнейшие исследования показали, что Дионисий ошибся на несколько лет. Согласно Матфею (Мф. 2,1) и Луке (Лк. 1,5), Иисус родился незадолго до смерти Ирода Великого. Между тем астрономические вычисления показали, что затмение луны, имевшее место перед смертью этого царя, произошло в марте 4 г. до н.э. В Евангелии от Иоанна (Ин. 2,20) противники Иисуса говорят Ему, что Храм строился 46 лет. Начало же его перестройки относится к 20 г. до н.э. Следовательно, эти слова могли быть сказаны не ранее 26-27 гг. н.э. Лука (Лк. 3,23) говорит, что в это время Иисусу было "лет тридцать", а император Тиберий правил уже 15 лет (3,1). Согласно восточному счету 15 год Тиберия падал на промежуток между осенью 27 г. и осенью 28 г. По Луке (Лк. 3,2) в 15 год Тиберия тетрархом Авилы, или Авилинеи, был Лисаний. Этого правителя Штраус и другие критики спутали с другим Лисанием, современником Ирода Великого. Лука же имеет в виду Лисания, правившего при Тиберии (см.: Флавий И. Арх. XIX,5,1). Надпись, найденная Р. Пококком, свидетельствует, что он был тетрархом между 14 и 29 годами. Все эти косвенные данные приводят историков к выводу, что Иисус родился ок.7-6 г. до н.э. в Вифлееме. Следовательно, он был казнен римскими оккупационными властями около 30 н. э. в Иерусалиме.
  
   Слово "Христос" греческого происхождения и переводится на русский язык как "помазанник", "спаситель". Слово же "мессия" происходит от еврейского и означает то же самое, что и слово "Христос". Общеизвестно, что сам Иисус именовал себя Христом (т. е. мессией), за что и вызвал к себе ревностное отношение книжников и фарисеев.
  
   "Уже одно то, что перед смертью Иисус поручил Свою Мать ученику (Ин 19,25-27), свидетельствует, что Он был Ее единственным сыном" (А.Мень). Остается неясным, кто были Иаков, Иосия, Симон и Иуда, названные в Евангелии "братьями" Иисуса (Мк 6,3), - сыновьями ли сестры Марии (Ин 19,25) или детьми Иосифа от первого брака, как утверждают апокрифы (например, Книга Иосифа Плотника, II). Быть может, и те и другие назывались "Его братьями". В греческом и еврейском языках слово "брат" может означать разную степень родства. Мы все же склонны считать, что у Иисуса были сводные братья по отцовской линии.
  
   Природа Христа.
   Ортодоксальное богословие считает, что Иисус был непорочно зачат Девой Марией от Святого духа и что он был единственным Сыном Творца. Наша точка зрения несколько иная. И здесь возникает необходимость ее изложения. В общих чертах она сводится к следующему: Иисус имел земных родителей - Иосифа и Марию. Но зачатие его произошло чудесным образом, когда Мария была еще девственницей. Он был Сыном Творца, не в том смысле, что рожден от Бога, а в том, что достиг просветления и преображения своей земной природы. В этом смысле он не был единственным Сыном Творца, т.к. в мире были просветленные как до рождения Иисуса, так и после него.
   Если принимать к сведению все священные тексты, которые имеются в арсенале Примордиальной Традиции, то мы увидим, что нет достаточных оснований для ортодоксальной точки зрения на природу Иисуса.
   Богосыновская природа, согласно гностической традиции, заключается в том, что каждый человек может стать Сыном (Дочерью) Творца, если раскроет в себе природу Христа. Раскрыть природу Христа - это значит достичь просветления. Евангелия от Фомы и Филиппа дают нам достаточно материала для понимания этой мысли.
   С другой стороны, в канонических евангелиях (особенно в Евангелии от Иоанна) часто говорится о том, что Иисус был единорожденным Сыном Творца. Согласно гностической традиции, эти места в канонических евангелиях следует понимать не в смысле того, что Иисус был единственным Сыном Творца, а что душа Иисуса имела единственное воплощение в физическом мире. В этом контексте становятся понятными слова Иисуса "прежде нежели был Авраам, Я есмь" (Ин. 8:58), которые он говорит книжникам и фарисеям. Каждая душа имеет свой возраст. И этот возраст души не исчисляется только земными годами ее существования. В этом смысле душа Иисуса старше, чем душа Авраама. В Коране по этому поводу говорится следующее: "Поистине, Иса пред Аллахом подобен Адаму: Он создал его из праха, потом сказал ему: "Будь!" - и он стал" (Сура3:59).
   Наконец, что касается непорочного зачатия. В канонических евангелиях есть два места, согласно которым ортодоксия приняла догмат о непорочном зачатии Иисуса (см. Мф. 1:20-23, Лк. 1:26-38). Но Лука был учеником Павла и никогда не видел Иисуса, как собственно и Павел. Евангелие же от Матфея могло претерпеть редакцию, чтобы быть согласованным с Евангелием от Луки.
   С другой стороны в Евангелии от Филиппа имеется такой стих: "Некоторые говорили, что Мария зачала от Духа святого. Они заблуждаются. Того, что они говорят, они не знают. Когда (бывало, чтобы) женщина зачала от женщины? Мария - дева, которую сила не осквернила. Она - великая анафема для иудеев - апостолов и (мужей) апостолических. Эта дева, [которую] сила не осквернила,- [чиста], осквернились силы. И Господь не [сказал бы]: [Отец] мой, [который на] небесах,- если бы у него не было [другого] отца, но он сказал бы просто: Отец мой" (Евангелие от Филиппа, стих 17). Филипп же, как известно, также был учеником Иисуса, как и Матфей. Более того, в Коране есть такой стих: "О обладатели писания! Не излишествуйте в вашей религии и не говорите против Аллаха ничего, кроме истины. Ведь Мессия, Иса, сын Марйам, - только посланник Аллаха и Его слово, которое Он бросил Марйам, и дух Его. Веруйте же в Аллаха и его посланников и не говорите - три! Удержитесь, это - лучшее для вас. Поистине, Аллах - только единый бог. Достохвальнее Он того, чтобы у Него был ребенок. Ему - то, что в небесах, и то, что на земле. Довольно Аллаха как поручителя! Никогда не возгордится Мессия над тем, чтобы быть рабом Аллаху, ни ангелы приближенные!" (Коран 4:171-172). Мухаммед же считается последним из пророков, через которого людям дается послание Творца, а Коран - последняя священная книга Примордиальной Традиции, в которой Творцом расставлены последние точки над I, касающиеся всех священных писаний Примордиальной традиции.
  
   Но в том же Коране относительно рождения Иисуса говорится следующее: "И вспомни в писании от Марйам. Вот она удалилась от своей семьи в место восточное и устроила себе пред ними завесу. Мы отправили к ней Нашего духа, и принял он пред ней обличие совершенного человека. Она сказала: "Я ищу защиты от тебя у Милосердного, если ты богобоязнен". Он сказал: "Я только посланник Господа твоего, чтобы даровать тебе мальчика чистого". Она сказала: "Как может быть у меня мальчик? Меня не касался человек, и не была я распутницей". Он сказал: "Так сказал твой Господь: "Это для Меня - легко. И сделаем Мы его знамением для людей и Нашим милосердием". Дело это решено"" (Коран, 19:16-21).
  
   В этой связи мы склоняемся к точке зрения, которую высказали ранее в нашей книге "Сущность сатанизма". Вот суть этой точки зрения. Если предположить, что Иисус Христос был клонирован путем скрещивания клетки земного человека (девы Марии) с "клеткой" представителя иной цивилизации (например ангельской), то данное противоречие может быть легко разрешено, т.к. Христос будет являться Сыном Божиим, в зачатии Которого Бог не принимал непосредственного участия. Сама же операция по клонированию была проведена ангелами, являющимися главными помощниками Бога в управлении нашим миром. О том, что Мария имела общение с архангелом Гавриилом, повествует само Евангелие (Лк. 1:26-31). Кроме того, в Евангелиях мы находим указания на то, что истинным отцом Иисуса был Дух Святой (Мф. 1:18; Лк.1:27-35), - что также не противоречит предложенной нами гипотезе клонирования Иисуса, т.к. природа Духа Святого в Библии представлена как действие определенного рода силы (Деян.1:8). Всякая сила есть проявление действия какого-либо рода энергии. Всякая же энергия есть сущностное проявление материи. Следовательно, зачатие от Духа Святого может означать, что в чрево Марии была имплантирована особого рода материя, которая являлась клеткой неземного происхождения. Сам же Святой Дух исходит из природы Бога-Отца (Ин.15:26), но Отцом (Иеговой) не является. Следовательно, коранический текст - "Достохвальнее Он того, чтобы у Него был ребенок" - следует понимать в следующем ракурсе: Бог не может иметь детей, как люди; рождение Иисуса Христа не было вызвано обычной причиной человеческого зачатия (т.е. посредством полового акта). Как видим, эти выводы совсем не противоречат той рабочей гипотезе, которая была предложена вниманию читателя.
  
   Иисус и Иоанн Креститель.
  
   В некоторых эзотерических кругах сложилось мнение, что Иисус и Иоанн Креститель представляли собой два противостоящих друг другу идеологических центра в Иудее и что между Иисусом и Иоанном была вражда, вызванная тем, что они мешали друг другу в проповеднической деятельности и т.д. и т.п. Мы не склонны принимать эту точку зрения, так как не находим для нее достаточных оснований. Наоборот, в евангелиях (особенно в канонических) мы находим только одобрительное отношение Иисуса к Иоанну (см. напр., Мф 21,23-27,32; Мк 11,27-33; Лк 20,1-8), и наоборот.
   Есть информация о том, что Иоанн был двоюродным братом Христа. Имеется также мнение (Леви. "Евангелие эпохи водолея"), что родители Иисуса и мать Иоанна были посвящены в герметическую школу, во время их бегства в Египет. Возможно, именно там они столкнулись и с ессейскими общинами, которые жили согласно герметическому и каббалистическому уставам, хотя с учением ессеев Иисус был ознакомлен через своего отца Иосифа, который, согласно некоторым источникам (Леви "Евангелие эпохи Водолея", Э.Шюре. "Великие посвященные" и др.), принадлежал к ессейской общине. Мы не отрицаем эту точку зрения, т.к. находим в учении Христа много общего с герметизмом и Каббалой. Кроме того, в Талмуде есть указания на то, что Иисус "научился магии в Египте" (Авод-Зара, 16б-17а). Эдуард Шюре в своей культовой книге "Великие посвященные" утверждает, что в отличие от Иоанна Иисус был посвящен в братство ессеев: "Иисус прожил несколько лет у Ессеев. Он подчинялся их дисциплине, Он изучал вместе с ними тайны природы и упражнялся в оккультной терапевтике. Он победил свою земную природу и овладел своим высшим сознанием. Изо дня в день размышлял Он над судьбами человеческими и углублялся в самого себя. Важнейшим моментом Его пребывания у Ессеев была та знаменательная для всего братства ночь, когда Он в глубочайшей тайне принял высшее посвящение четвертой ступени - то, которое давалось только в случае высокой пророческой миссии, добровольно принимаемой на себя Посвященным и утверждаемой Старейшинами". И далее: "В это же время Иоанн Креститель проповедовал на берегу Иордана; он не принадлежал к Ессеям, он был народным пророком, из крепкого племени Иуды". Но по словам того же Э. Шуре Иоанн был знаком с учением ессеев: "Приняв от Ессеев обычай священных омовений и преобразовав его по своему, он придавал крещению в Иордане значению видимого символа, как бы всенародное совершение внутреннего очищения, которое он требовал от людей".
   Очевидно, в Египте пути Иисуса и Иоанна на некоторое время разошлись, т.к. согласно некоторым источникам (Евангелие эпохи водолея, Тибетское евангелие) Иисус продолжил свое обучение на Востоке, и вернулся в Галилею только через 17 лет. И, по всей видимости, именно в Египте у ессеев и Иисус, и Иоанн узнают о той миссии, которая будет возложена на Христа высшим миром. Очевидно, что ессеи научили Иоанна обряду крещения, а Иисуса - всем остальным обрядам, практикующимся в этом ордене. Им предстоит снова встретиться только через несколько лет, когда Иисусу исполнится 29 или 30 лет, и он закончит свое образование у великих посвященных Примордиальной Традиции.
   Новый Завет не дает никакой информации о странствии Святого Семейства в Египте, кроме евангелиста Матфея 2:13-15, где говорится, что Иосиф "взял младенца и матерь его ночью, и пошел в Египет, и там был до смерти Ирода". Апокрифические писания и коптские христианские предания, которые в основном совпадают, указывают многочисленные места, где проходил Иисус и его родители во время их пребывания в Египте. В преданиях указываются те же места в Нижнем и Верхнем Египте, в которых в память об их посещении выстроены церкви; к ним относятся монастыри Вади Эль Натрун, Матариа и Аль Мохаррак. Но самым известным из них является Вавилон, римская крепость в Старом Каире. Она хранит в своих стенах древнюю церковь "Абу Сарга" (святого Сергия), построенную над подземным святилищем (крипта), где жил Иисус во время его странствия по древнему еврейскому кварталу Вавилона. Предания также гласят, что прежняя церковь этой крипты была построена во времена Апостолов. Цитируя Бутчера, это был еврейский квартал Вавилона и нет оснований сомневаться в преданиях, где говорится, что Иосиф и Мария прожили здесь большую часть времени своего пребывания в Египте - периода, протяженность которого по-разному определяется западными и восточными полемистами. Некоторые сокращают его до шести месяцев, другие растягивают от двух до четырех и даже до шести лет.
   Брошюра, распространяемая египетским министерством туризма, озаглавленная "Святое Семейство в Египте", содержит более полный список церквей, построенных на местах, где по преданию проходило Святое Семейство. "Евангелие о младенчестве Иисуса Христа", апокрифический труд, датируемый около второго столетия, содержит многие моменты, встречающиеся в преданиях коптов.
  
   Согласно гностической традиции, считается, что во время крещения Иоанном Иисуса, происходит сошествие Святого Духа и в Иисусе раскрывается Христос. "И крестившись Иисус тотчас вышел из воды, - и се, отверзлись Ему небеса, и увидел Иоанн Духа Божия, Который сходил, как голубь, и ниспускался на Него. И се, глас с небес глаголющий: Сей есть Сын Мой Возлюбленный, в Котором Мое благоволение" (Мф.3:16-17). Это очень важный момент: Иисус не являлся Сыном Божьим от рождения, Он становится Сыном при крещении, когда Творец низводит на него Святой Дух и Иисус достигает просветления.
   Мы видим, таким образом, парадоксальную ситуацию: посвященный в Примордиальную Традицию Иисус крестится у непосвященного Иоанна. Но именно в этой парадоксальности заложен особый сакральный смысл, который не каждый может увидеть: Иисус получает благословение не только Неба (посвящение у Ессеев и других Учителей), но и земли (крещение у Иоанна).
   Но крещение, как известно, происходило, когда Иисусу было 29 или 30 лет. Согласно же каноническим Евангелиям Иисус и Иоанн со своими родителями покидают Галилею, когда Иисусу было 12 лет. Затем повествование продолжается, когда Иисусу уже 29 лет. У многих исследователей необходимым образом возник вопрос: чем занимался Иисус в течение такого большого промежутка своей жизни, как 17 лет? В Евангелии от Луки есть лишь один стих, относящийся к переходному периоду: "Иисус же преуспевал в премудрости и возрасте и в любви у Бога и человеков" (Лк.2:52). И все. Традиционное мнение, принятое христианскими теологами и учеными, заключается в том, что Иисус в период утерянных лет находился в Назарете и никакой летописи о нем не велось, поскольку он не делал ничего достойного упоминания. Но ряд неортодоксальных исследователей истории христианства с этим не согласны. После того, как в 1894 Николай Нотович издал свою книгу под названием "Неизвестная жизнь Иисуса Христа", в которой было опубликовано знаменитое теперь "Тибетское Евангелие", эта партия исследователей находит все больше и больше сторонников.
  
   Утерянные годы Иисуса.
  
   В ортодоксальной христианской традиции принято считать, что в период жизни с 12 до 29 лет Иисус был в Палестине, в Назарете или его окрестностях, занимаясь плотницким ремеслом. Но имеются ли факты, подтверждающие эту гипотезу? Ни одного. Более того: имеются источники (гластонберийские предания и апокрифические писания), согласно которым этот период своей жизни Иисус проводит в обучении у разных Учителей, хранящих сакральное знание Примордиальной Традиции.
  
   Существует, по крайней мере, четыре отдельных и независимых британских предания о том, что Иисус в юности совершил путешествие в Британию с Иосифом Аримафейским, который, возможно, был его двоюродным дедушкой. По преданию Иосиф был жестянщиком и брал Иисуса с собой в Гластонбери и другие близлежащие города, когда отправлялся туда по делам. В то время в Британии было сорок друидических университетов с 60 000 учеников, в число которых входила британская знать и сыновья именитых людей со всей Европы. Гластонбери был известным центром друидов. Согласно его преподобию К. Добсону, специалисту по гластонберийским преданиям, друидические верования воплощали такие понятия, как Троица, и возвещали пришествие Христа.
  
   Его преподобие К. Добсон не считает невероятным, что Иисус изучал друидизм. Он пишет: "Разве не могло случиться, что наш Господь, принеся с собой закон Моисея и изучив его вместе с передававшимися изустно тайнами друидов, приготовился явить свое откровение, которое столь восхитило иудейских старейшин?
  
   В Британии он мог быть свободен от тирании римского гнета, предрассудков неверных толкований раввинов и вульгарности языческого идолопоклонства и его зверских аморальных обычаев. В друидической Британии он мог жить среди людей, ведомых высокими и чистыми идеалами, теми самыми идеалами, которые он пришел провозгласить." (Предания об Иисусе в Гластонбери CM."Folowing The , Grail" and "Did Jesus Go to High School in Britain?" Heart: For the Coming Revolution, Winter 1985, p.4-22, 112-15: C.C. Dobson, "Did our Lord Visit Britain as They Say in Cornwall and Somerset? (London: Covenant Publishing Co., 1974); Lionel Smithett Lewis, "St. Joseph of Arimathea at Glastonbury" (Cambrige: James Clarke and Co., 1955); George F. Jowett, "The Drama of the Lost Disciples" (London: Covenant Publishing Co., 1980); E. Raymond Capt, "The Traditions of Glastonbury" (Thousand Oaks, Calif: Artisan Sales, 1983).
  
   Добсон полагает, что Иисус мог вновь вернуться в Гластонбери в возрасте 28 или 29 лет непосредственно перед своей палестинской миссией. Поскольку его возраст не указан в преданиях Гластонбери, Иисус, возможно, ездил в Британию с Иосифом Аримафейским в период утерянных лет. (См. арабское "Евангелие о младенчестве Спасителя").
  
   Согласно летописи, опубликованной Нотовичем, Иисус в 13 лет тайно покинул дом отца и отправился из Иерусалима на Восток с караваном торговцев, дабы совершенствоваться в "Слове Божьем" и изучать законы великих Будд. Говорят, что Иссе было четырнадцать лет, когда он пересек Синд, район нынешнего юго-восточного Пакистана в низовьях долины реки Инд, и жил некоторое время среди "ариев" - несомненно, относящихся к арийцам, переселившимся в долину Инда в начале второго тысячелетия до н.э. Слава юноши росла и джайны просили его остаться с ними. Но он отправился в Джаггернаут, где был радостно принят браминами, которые научили его читать и толковать Веды, а также исцелять и наставлять людей и изгонять злых духов. Исса провел шесть лет, учась сам и обучая других в Джаггернауте, Раджагрихе, Бенаресе и других святых местах. Он вступил в конфликт с браминами и кшатриями (жреческая и воинская касты) из-за того, что обучал священным писаниям низшие касты - вайшьев (земледельцев и торговцев) и шудр (крестьян и ремесленников). Брамины говорили, что вайшьям предписано слушать Веды лишь в праздник, а шудрам не положено и этого. Им не позволено даже смотреть на Веды. Вместо того чтобы придерживаться их указаний, Исса продолжил проповедовать вайшьям и шудрам, выступая против браминов и кшатриев. Узнав о его публичных обвинениях, жрецы и военные замыслили предать Иссу смерти. Предупрежденный шудрами, Исса ночью покинул Джаггернаут и вышел к подножию Гималаев в Южном Непале, месту, где пятью веками ранее родился великий Будда Шакьямуни (Гаутама), принц рода Шакья - буквально, мудрец (муни) рода Шакья. По окончании шести лет обучения Исса "стал великолепным толкователем священных текстов". Затем он покинул Гималаи и отправился на запад, по дороге проповедуя против идолопоклонства, и, в конце концов, вернулся в Палестину в возрасте двадцати девяти лет.
  
   Начало миссионерской деятельности. Избрание двенадцати учеников.
  
   Миссионерская деятельность Иисуса начинается после его крещения в водах Иордана. Первых двух учеников он находит там же на берегах Иордана. Это были Андрей и Иоанн, которые вызвались спросить у Иисуса о месте его жительства. Иисус предложил им показать. Затем к нему примыкает Симон - брат Андрея, которого Иисус наречет Петром, затем Филипп и его друг Нафанаил. Исследователи расходятся в мнениях о полном списке двенадцати учеников. Мы склонны принимать следующий список двенадцати учеников, который приводится в Евангелии от Матфея:
  
   "И призвав двенадцать учеников Своих, Он дал им власть над нечистыми духами, чтобы изгонять их и врачевать всякую болезнь и всякую немощь. Двенадцати же Апостолов имена суть сии: первый Симон, называемый Петром, и Андрей, брат его, Иаков Зеведеев и Иоанн, брат его, Филипп и Варфоломей, Фома и Матфей мытарь, Иаков Алфеев и Леввей, прозванный Фаддеем, Симон Кананит и Иуда Искариот, который и предал Его. Сих двенадцать послал Иисус, и заповедал им, говоря: на путь к язычникам не ходите, и в город Самарянский не входите; а идите наипаче к погибшим овцам дома Израилева; ходя же, проповедуйте, что приблизилось Царство Небесное; больных исцеляйте, прокаженных очищайте, мертвых воскрешайте, бесов изгоняйте; даром получили, даром давайте" (Мф. 10:1-8).
  
   Этот список отличается от списка, который приводит другой евангелист - Лука. У Луки вместо Левия (Фаддея) сына Алфеева присутствует, наряду с Иудой Искариотом, имя Иуды - сына Иакова. Но известно, что сам лука, в отличие от Матфея, не был учеником Иисуса и никогда его не видел. Лука был учеником Павла. Но мы знаем, что и Павел никогда не видел Иисуса при жизни. Поэтому авторитет Матфея для нас является намного большим, чем авторитет Луки.
  
   Число 12 выбрано не случайно. Это число имеет сакральную символику на Востоке и соотносится с двенадцатью коленами израильского народа. Но главное - это то, что Иисус в своей деятельности руководствовался Уставом ессейского ордена, в котором получил свое посвящение в Примордиальную Традицию. В частности, в этом уставе есть такое положение: "Пусть будут в совете общины двенадцать человек, а жрецов трое, совершенных во всем открытом из всего учения Торы..." (Устав общины, 7-8, 25). Трое жрецов, которых избирает Иисус - это Петр, Иаков и Иоанн. Именно этим ученикам Иисус открывает то, чего не открывал другим своим ученикам. Например, он посвящает в таинство преображения только этих троих, так как мы не находим упоминаний об этом таинстве в Евангелии от Филиппа, который также был учеником Иисуса.
   Об одних апостолах мы знаем много, о других меньше. Известно, к примеру, что братья Иаков и Левей (Иуда-Фаддей) сыновья Алфеевы приходились Иисусу двоюродными братьями, т.к. жена Алфея, Клеона, была младшей сестрой Марии - матери Иисуса Позже к двенадцати ученикам прибавятся еще 70 человек. Правда, полного списка этих имен мы не знаем. Знаем только, что одной из этих 70 учеников была Мария Магдалина.
  
   Иисус и Мария Магдалина.
  
   Известно, что Иисус разрешал своим ученикам иметь жен и дозволял жениться. Так, к примеру, Петр и Филипп были женаты и имели от своих же н детей. Апостолы отдавали все свое время служению, однако брали с собой женщин, скорее в качестве сестер, нежели жен, для того, чтобы они помогали им нести проповедь и женщинам, проникая беспрепятственно туда, куда доступ мужчинам был закрыт. Да и как мог Иисус запрещать жениться своим ученикам, когда сам учил о сакральности брака, а одним из пяти таинств гнозиса установил брачный чертог, или таинство брака.
  
   Известно также, что и сам Иисус не гнушался общением с женщинами. Мы видим, что в канонических евангелиях, он вступает в диалог с самаритянкой - представительницей этнической общины, общение с которой не дозволялось у иудеев. Он спасает от избиения камнями падшую женщину. Более того: он имеет близкие отношения (если верить Евангелию от Филиппа) с женщиной, которую ортодоксальное христианство, почему-то, причислило к падшим, - Марией Магдалиной.
  
   Слово "Магдалина", очевидно, происходит от названия города Магдала. Магдалина лишь несколько раз упоминается в текстах Нового Завета - если быть точным, то четырежды: в странствиях вместе с учениками Христа, в сцене распятия Иисуса на кресте, при погребении тела и при воскресении.
  
   Одно можно сказать наверняка: укоренившееся представление о том, что Мария Магдалина была блудницей, абсолютно ложно, ибо не соответствует истине. В 6 веке папа Григорий 1 издал энциклику, в которой говорилось, что Мария Магдалина была грешной женщиной, мерзкой блудницей. Однако скорее всего в ее образе по ошибке, в силу неверного истолкования Евангелия от Луки (7 и 8 главы), слились три совершенно разные женщины. Эту ошибку церковь, конечно же, не торопилась исправлять, по-прежнему утверждая, что Мария Магдалина была падшей женщиной, и лишь в 1969 году появилось довольно скромное опровержение.
  
   Из текстов Евангелий явствует, что Марию Магдалину вполне можно отнести к числу учеников Христа. Она была рядом с ним трижды, присутствуя при весьма важных событиях: при казни на кресте, при его погребении и при вознесении. Эти факты сами по себе выделяют Марию Магдалину среди других учеников Христа и вполне могут объяснить то, что Петр относился к ней с плохо скрываемым неодобрением.
  
   Однако есть ли доказательства близким отношениям Марии Магдалины и Христа? Новый Завет, к сожалению, не дает на этот вопрос точного ответа. Канонические Евангелия в дошедшем до нас виде не содержат даже намека на возможность брачных отношений между ними, и это молчание вызывает подозрения. Однако, заявив об этом, следует вспомнить о том, что нынешний Новый Завет претерпел в ходе веков многочисленные изменения и серьезную редактуру. Многое было изъято из текстов, а кое-что добавлено. Кроме того, при переводе с одного языка на другой в Новый Завет могли закрасться и невольные ошибки. Что же говорят о Христе и Марии Магдалине неканонические Евангелия?
  
   В Евангелии от Филиппа о возможной связи между Иисусом и Марией Магдалиной сказано еще более туманными словами. В частности, там говорится, что Иисус "любил ее более других учеников" и часто "целовал ее в губы" (63:33-36); мужчины же - ученики Христа - были недовольны его поведением. Хотя слова эти не содержат прямого указания на фактическое супружество или сожительство, Мария в коптском тексте именуется словом koinonos, который некоторые переводчики переводят как "спутница".
  
   В "Евангелии от Марии (Магдалины)" мы находим отсылку к тому факту, что Магдалина была реципиентом откровения, к великой досаде мужчин - учеников Христа. В этом Евангелии мы находим слова о том, что апостол Андрей и Петр усомнились, что Мария Магдалина действительно видела воскресение Христа, чем доводят Марию до слез. Другой же ученик Иисуса - Левий (евангелист Матфей) заступается за Марию, укоряя Петра:
  
   "Андрей же ответил и сказал братьям: <Скажите-ка, что вы можете сказать по поводу того, что она сказала. Что касается меня, я не верю, что Спаситель это сказал. Ведь эти учения суть иные мысли>. Петр ответил и сказал по поводу этих самых вещей. Он спросил их о Спасителе::<Разве говорил он с женщиной втайне от нас, неоткрыто? Должны мы обратиться и все слушать ее? Предпочел он ее более нас?> Тогда Мария расплакалась и сказала Петру: <Брат мой Петр, что же ты думаешь? Ты думаешь, что я сама это выдумала в моем уме или я лгу о Спасителе?> Левий ответил и сказал Петру: <Петр, ты вечно гневаешься. Теперь я вижу тебя состязающимся с женщиной как противники. Но если Спаситель счел ее достойной, кто же ты, чтобы отвергнуть ее? Разумеется, Спаситель знал ее очень хорошо. Вот почему он любил ее больше нас. Лучше устыдимся! И облекшись совершенным человеком, удалимся, как он велел, и проповедуем евангелие, не ставя другого предела, ни другого закона, кроме того, что сказал Спаситель> (Евангелие от Марии 17:10 - 18:1-20).
  
   Из содержания этого текста следует, что женщинам-сподвижницам Иисус придавал куда более высокий статус, чем нас в том старались уверить, однако это не проливает света на вопрос о том, были ли Иисус Христос и Мария Магдалина супругами. С другой стороны, согласно еврейским законам, Иисус, достигнув зрелого возраста, обязан был иметь жену. Более того, "Евангелие от Филиппа" дает нам указания на то, что брачный чертог является одним из таинств того учения, которое проповедует сам Иисус. Мог ли истинный Учитель проповедовать то, чего сам избегал осуществлять на практике? Каково было бы доверие к нему его учеников, если бы он говорил одно, а делал другое?
  
   В этой связи напрашивается вывод о том, что Иисус и Мария Магдалина могли состоять в законном браке, но этот вывод все же мы делаем в виде гипотезы, которую склонны отстаивать.
  
   Распятие и воскресение.
   Согласно каноническим евангелиям, Иисуса приговаривает к смерти Синедрион - еврейский верховный суд. Понтий же Пилат, согласно римскому законодательству, отдает приказ на распятие. Возникает вопрос: кто же все-таки повинен в смерти Иисуса - Синедрион или прокуратор Иудеи? Для человека, который хоть немного знаком с обычаями и законами жизни еврейского народа, этот вопрос имеет однозначный ответ? Несмотря на то, что миссионерская деятельность Христа была неугодна Синедриону, последний не приговаривал Иисуса к смертной казни, иначе распятия не было бы, а было бы избиение камнями, т.к. в еврейском законодательстве нет наказания через распятие. Сам характер казни указывает на то, что приговор был осуществлен согласно римскому (а не иудейскому) законодательству. Кстати "Тибетское Евангелие" дает нам свидетельство, подтверждающее эту точку зрения. Напрашивается вывод, что канонические евангелия не совсем соответствуют действительности. По всей видимости, они претерпели редакторскую правку, которая была угодна ортодоксальной церкви. Но не это сейчас главное.
  
   Мы подошли сейчас к вопросу, вокруг которого не утихают споры со времен смерти самого Иисуса: а было ли воскресение Иисуса? Мы видим, что Новый Завет не выдерживает определенной критики, так можем ли мы доверять этим книгам по поводу свидетельства о воскресении Иисуса?
  
   В подобного рода проблемах мы прибегаем к авторитету последней книги Примордиальной Традиции - Корану, которая призвана расставить последние точки над и, касающиеся волеизъявления Творца. Об этом мы еще поговорим отдельно в следующей главе нашей книги. Сейчас же вернемся к вопросу о том, что говорится в Коране по поводу распятия и воскресения Иисуса:
   "И за то, что они нарушили их завет, и не веровали в знамения Аллаха и избивали пророков без права, и говорили: "Сердца наши не обрезаны". (Нет! Аллах наложил печать на них за их неверие, и веруют они только мало), и за их неверие, и за то, что они изрекли на Марйам великую ложь, и за их слова: "Мы ведь убили Мессию, Ису, сына Марйам, посланника Аллаха" (а они не убили его и не распяли, но это только представилось им; и, поистине, те, которые разногласят об этом, - в сомнении о нем; нет у них об этом никакого знания, кроме следования за предложением. Они не убивали его, - наверное, нет, Аллах вознес его к Себе: ведь Аллах велик, мудр! И поистине, из людей писания нет никого, кто бы не уверовал в него до его смерти, а в день воскресения он будет свидетелем против них!) - и вот, за несправедливость тех, которые исповедуют иудейство, Мы запретили им блага, которые были им разрешены, и за отвращение ими многих от пути Аллаха, и за то, что они брали рост, хотя это было им запрещено, и пожирали имущество людей попусту, Мы и приготовили неверным из них мучительное наказание" (Коран, 4:155-161).
  
   Является ли эта цитата опровержением того, что Иисус не имел воскресения от Творца? Вовсе нет. Эта цитата дает опровержение мнения ортодоксального иудаизма, что Иисус не был Мессией, а был всего лишь человеком, который проповедовал свое учение, за что был приговорен римским прокуратором к смертной казни на кресте. Иисус для иудеев был лжепророком. Поэтому Творец, по их мнению, не мог вознести его на небо, как он вознес библейских пророков Еноха и Илию. Но цитата, которую мы только что привели, является опровержением этого мнения. Она несет в себе основную мысль о том, что жизнь Иисуса не окончилась на земле с распятием, а продолжилась на небе в другой цивилизации. Умирал ли на кресте Иисус (как считает большинство христиан) или нет (как считает большинство мусульман) - для нас сейчас не столь важно. Важно то, что Иисус был истинным пророком Примордиальной традиции, несший людям свет истины и волю небес: "Вот сказал Аллах: "О Иса! Я упокою тебя, и вознесу тебя ко Мне, и очищу тебя от тех, которые не веровали, и сделаю тех, которые последовали за тобой, выше тех, которые не веровали, до дня воскресения. Потом ко Мне будет ваше возвращение, и Я рассужу между вами относительно того, в чем вы разногласили" (Сура3:55).
   2. Александрийская гностическая школа (Филон Александрийский, Климент Александрийский и Ориген).
   После вознесения Иисуса его ученики продолжили проповедовать гнозис в Иерусалиме и его окрестностях. Но после разрушения римлянами Храма в 70 году учение Иисуса распространяется далеко за пределы Палестины. Есть информация о том, что Фома отправился на восток в Индию. Две другие ветки гнозиса ведут в Египет (в Александрию), где произрастет Александрийская школа и Европу (в Рим и Британию), где не без помощи миссионерской деятельности Павла произрастет одна из мировых религий - христианство - и гнозис приобретет экзотерическое развитие. Но неправильно считать, что с появлением христианства гнозис утратил свой эзотеризм. Катары, богомилы, исихасты - вот эзотерические школы, которые произрастут из гнозиса на европейской земле. И это еще не весь список.
   Филон Александрийский (ок.25 до н.э. -- ок. 50 н.э.) - иудейский философ, богослов и экзегет. Родился в Александрии в богатой семье, происходившей из потомственного священнического рода. Получил разностороннее классическое образование. Родным языком Филона был греческий, и греческим же было его образование. Однако он не порывал с отеческой ветхозаветной традицией, стремясь переосмыслить ее в духе эллинизма. Филон редко покидал Александрию, целиком погруженный в литературные труды, размышления и созерцание. Лишь дважды он прервал свои занятия, один раз посетив Иерусалим, где ему как наследственному иерею позволили принести жертву, и другой -- возглавив посольство к императору Калигуле с целью защитить иудеев от травли.
   У Филона, как представителя иудейской александрийской школы, были предшественники, но он является первым толкователем Библии, чьи труды дошли до нашего времени. Филон был многим обязан Платону и стоикам, которые толковали греческие мифы с помощью аллегорического метода. Филон терпимо относился к внебиблейским религиям, усматривая зерно истины в самых различных верованиях и доктринах. Но главным источником истины для него оставался Ветхий Завет, интерпретируемый им в духе александрийской эллинистической философии.
   Греческую идею Логоса (Слова) Филон соединил с библейским учением о зиждительном Слове Сущего. Логос, по Филону, это сила Божья, обращенная к миру, "первородный Сын Божий", Он "является нашим Богом, Богом несовершенных людей".
   Богословие Филона впитало в себя пантеистические тенденции. Логос он представлял как некую душу Вселенной. Филон учил, что познание Бога совершается по ступеням, ведущим к высшему созерцанию Тайны Сущего. Точно так же толкователь Писания не должен подражать "софистам буквоедства" и ограничиваться только буквальной интерпретацией Библии. Ей присущ полисемантизм.
   Глубочайший смысл Писания постигается с помощью аллегорического метода, который Филон называет "мудрым архитектором". Этот метод толкования восходит еще к каббалистической традиции. Принципы своей герменевтики Филон изложил в 3-х книгах "Правил аллегории". Он задумал дать толкование на все Пятикнижие (Тору), применяя эти принципы. Комментарий писался им в виде отдельных книг, посвященных определенным темам ("О жертве Авеля и Каина", "О смешении языков", "О переселении Авраама", "О сотворении мира"). Кроме того, он написал книги о ветхозаветном законодательстве, "Жизнь Моисея", "Вопросы и ответы на Бытие и Исход". Всего Филону принадлежит около 30 экзегетических трудов, но полностью комментария к Пятикнижию завершить ему не удалось. В экзегетике Филона историзм Священного Писания в значительной степени утрачен. События Ветхого Завета превращаются в назидательные притчи, в которых почти полностью исчезает исторический смысл. Например, явление Бога Аврааму при заходе солнца означает, по Филону, что богопознание возможно лишь тогда, когда утихают земные страсти; камень под головой Иакова означает аскезу. Обряды, предписанные Торой, Филон толкует в нравственном плане (священные хлебы -- это знак воздержания; части жертвенного животного -- добродетели). Антиисторизм Филона привел к тому, что эсхатологический и мессианский элементы в его комментариях отошли на задний план. Антично-философское отношение к обрядам Филон сочетает с учением профетизма. "Бог, -- пишет он, -- не радуется жертвам, даже если Ему приносят гекатомбы, ибо все вещи принадлежат Ему... но Он радуется, когда посредством жертвоприношений люди выражают волю любить Его". Ритуал -- лишь символ внутреннего устроения души; "истинным алтарем Божиим является благодарная душа, исполненная добродетелей". Вершиной духовной жизни Филон считал отрешенность, аскезу и мистическое созерцание, которые он нашел у египетских терапевтов.
   Филоновская экзегеза почти не получила развития в иудаизме. Зато она оказала влияние на отцов Церкви, особенно принадлежавших к александрийской школе экзегезы. Большинство из них, так или иначе, использовали труды Филона в своей экзегетике и богословии. Филон оказал большое влияние на Отцов и Учителей Церкви, особенно на Климента Александрийского, Оригена, Василия Великого, Григория Нисского.
   Теперь мы подходим к Клименту Александрийскому и его ученику Оригену, писателям второго и третьего столетий, которые сообщают нам более всех других авторов относительно мистерий первых веков. Хотя общая атмосфера их сообщений полна мистических иносказаний, эти два Отца Церкви вполне ясно и категорически утверждают, что мистерии были вполне признанным учреждением.
   Климент Александрийский Тит Флавий (ок.150-ок.215) - учитель Церкви, один из выдающихся представителей александрийской школы. Родился в языческой семье, вероятно, в Афинах. О времени и обстоятельствах его обращения ничего неизвестно. Уже, будучи христианином, Климент много путешествовал, как было тогда принято среди философов (он побывал в Италии, Сирии и Палестине). Обосновавшись в Египте, он сблизился с Пантеном, руководителем александрийской катехизической школы, а когда тот отправился миссионером в Индию, стал его преемником (ок. 200). В это время Климент принял сан пресвитера. В период гонения Септимия Севера он покинул Александрию, а затем жил в Малой Азии у своего ученика Александра (впоследствии епископа Иерусалимского).
   Климент говорит о Пантене и о двух других, по всей вероятности, о Татиане и Феодоте, как о "сохраняющих предание благословенного учения, идущего прямо от святых апостолов Петра, Иакова, Иоанна и Павла", из чего следует, что между ними и апостолами была лишь одна промежуточная ступень. Он был главой Катехизической школы в Александрии в 189 г. по Р. Х. и умер около 200 г. Ориген, родившийся приблизительно в 185 г. по Р. Х., был его учеником, и можно утверждать, что это был наиболее ученый из всех Отцов Церкви и притом человек редкой нравственной красоты. Это - свидетели, которые дают нам наиболее важные доказательства существования определенных мистерий в первые века христианства.
   Книгу "Строматы" мы берем как источник наших сведений о мистериях его времени. Он сам говорит об этом своем произведении как о "смеси гностических заметок соответственно истинной философии" и обозначает их как записи учений, которые сам он получил от Пантена. Это место очень поучительно: "Господь... позволил нам сообщать об этих божественных мистериях и об этом священном Свете тем, кто способен воспринять их. Он не раскрыл для многих то, что не принадлежит многим, но лишь немногим, которым Он знал, что они принадлежат, которые были способны воспринять и переделаться соответственно им. Но сокровенные вещи доверяются устной речи, а не писанию, как это происходит у Бога. И если кто скажет, что в писаниях нет ничего тайного, что бы не было разоблачено, и ничего скрытого, что бы не было раскрыто - пусть услышит он от нас, что тому, кто слушает сокровенно, даже это тайное будет обнаружено. Это и есть предсказанное прорицание. И тому, кто способен сокровенно видеть доверенное ему, то, что под покровом, будет раскрыто как истина, и то, что сокрыто от многих, будет проявлено для немногих... Мистерии передаются мистически, то, что говорится, может быть в устах говорящего, не столько в его голосе, сколько в его понимании... Записи этих моих заметок - я хорошо знаю, сколь они слабы по сравнению с тем духом, полным благодати, которого я удостоился слышать. Но это будет подобием, напоминающим прообраз тому, кто получил удар Тирса". Тирсом назывался жезл, который имели при себе Посвященные и которым они прикасались к ученикам во время церемонии Посвящения. Он имел мистическое значение, символизирующее спинной мозг и мозговую железу во время малых мистерий, и жезл, эмблему власти, знакомый оккультистам, во время великих мистерий. Следовательно, сказать: "тому, кто получил удар тирса" было все равно, что сказать: "тому, кто был посвящен в мистерии".
   Климент продолжает: "мы не думаем объяснять тайные вещи в достаточной мере - далеко оттого - но лишь запечатлеть их в памяти, для того ли, чтобы не забыть что-либо, или ввиду забывчивости. Многое - знаю это хорошо - ускользнуло от нас благодаря протяжению времени, которое прошло до записи... Поэтому есть вещи, о которых у нас нет воспоминаний; ибо сила, пребывающая в благословенных мужах, была велика". Это - обычное переживание тех, кто получает знание непосредственно от Великих Учителей, ибо Их присутствие вызывает к деятельности силы человека, которые в нем обыкновенно спят и которые без такого содействия не могли бы пробудиться.
   "Есть также вещи, которые долго оставались незаписанными и которые ныне изгладились, и другие, которые исчезли, поблекнув в самом уме, ибо задача эта не легка для неопытных; эти я стараюсь воскресить в моих Комментариях. Другое я намеренно пропускаю в целях мудрого выбора, боясь записывать то, о чем я остерегался говорить: не из нежелания давать - ибо это было бы неверно - но боясь за моих читателей, чтобы они не споткнулись, принимая сказанное в превратном смысле, и чтобы нас не обвиняли, что мы "протянули меч младенцу". Ибо невозможно, чтобы раз написанное не стало известным, хотя бы оно и не было обнародовано мною. Но, обдумывая вновь со всех сторон, если пользоваться одним голосом, если же пользоваться только тем, что написано - эти записи не ответят ничего тому, кто захочет вопрошать сверх того, что записано, ибо они требуют по необходимости помощи или от того, кто записывал, или от того, кто ступал по его следам. На некоторые вещи мой трактат только намекает; на некоторых он останавливается; о некоторых лишь упоминает. Он старается говорить незаметным образом, представлять сокровенно и доказывать безмолвно" ("Строматы", кн. I, гл. I).
   Одной этой цитаты достаточно, чтобы установить существование тайного учения в церкви первых веков. Но можно привести и другие. В главе XII той же I книги, озаглавленной "Мистерии веры, не могущие быть разглашенными для всех", Климент заявляет, что, так как не одни мудрые люди могут прочитать его произведение, "необходимо поэтому облечь в мистерию выраженную мудрость, которой Сын Божий поучал". Требовалось очищение речи у говорящего и очищение слуха у слушающего. "Таковы были препятствия на пути к моему писанию. И даже ныне я боюсь, как сказано, "метать бисер перед свиньями, дабы они не попрали его ногами и, обернувшись, не растерзали нас." Ибо весьма трудно предъявлять действительно чистые и прозрачные слова, относящиеся к истинному свету, свинским и невоспитанным слушателям. Ибо едва ли что либо могло быть более смехотворным для них; а с другой стороны, нет предмета более чудесного и вдохновляющего для тех, кто обладает благородной природой. Но мудрые не произносят устами того, что они обсуждают втайне. "Но что вы услышите на ухо, - говорит Господь, - то провозглашайте на крышах," повелевая им воспринимать тайные предания истинного знания и изъяснять их на открытом воздухе и с очевидностью; а то, что мы слышали на ухо, передавать тем, для которых это на потребу; но не повелевая нам сообщать всем без различия то, что им сказано в притчах. В моей же записи можно найти лишь одни очертания, в ней сеется истина; как разбрасываемые рукой семена, чтобы избежать внимания тех, кто подбирают зерна подобно галкам; если же они найдут хорошего хлебопашца, каждое из них прорастет и даст хлеб".
   Климент мог бы прибавить, что "провозглашать на крышах" означало провозглашать их в собраниях Совершенных или Посвященных, но вовсе не громко говорить первому встречному на улице.
   Из экзегетических трудов Климента сохранилось небольшое произведение "Какой богач спасется?", которое представляет собой комментарий к истории богатого юноши (Мк 10:17-31). В нем Климент развивает мысль, что не само богатство является причиной гибели души, а привязанность к нему; употребляемое во благо, оно может служить к спасению.
   В своей трилогии "Увещание к эллинам", "Педагог", , "Узорчатые ковры" Климент создал опыт апологии христианства, обращенной к образованным язычникам. Богатство содержания трилогии и ее художественно-философская форма ставят Климента, по словам Юлихера, в ряд "величайших греческих прозаиков".
   Во многом Климент опирался на Филона Александрийского; например, он принимал его теорию о том, что греческие философы заимствовали многие свои идеи у библейских пророков. Такая точка зрения позволила христианам находить ценное в античной мысли и культуре. Климент высоко ставил роль разума в осмыслении веры и полемизировал с теми, кто, прикрываясь благочестием, проповедуют невежество.
   Для истории новозаветных писаний труды Климента ценны его сведениями о Евангелиях и евангелистах. В проповеди "Какой богач спасется?" он приводит древнее предание о жизни апостола Иоанна. Есть свидетельства Евсевия Кесарийского о книге Климента "Очерки", которая содержит много библейских данных. "В "Очерках", -- пишет Евсевий, -- он, коротко говоря, дает сжатый пересказ всего Нового Завета, используя и книги оспариваемые: "Послание Иуды" и прочие Соборные Послания, "Послание Варнавы" и Откровение, приписываемое Петру. "Послание к Евреям" он считает Павловым и говорит, что написано оно было для евреев и по-еврейски, а Лука старательно перевел его для эллинов. Вот почему одинаковый стиль этого Послания и в Деяниях. Что в заглавии его не стоит "Павел апостол", это понятно: обращаясь к евреям, относившимся к нему предвзято и с подозрением, разумно было не отталкивать их сразу своим именем; несколько ниже он [Климент] добавляет: "Как сказал блаженный пресвитер: Господь, Апостол Вседержителя, был послан к евреям, а Павел, как посланный к язычникам, по скромности и не называл себя апостолом евреев, не смея равняться с Господом, а также и потому, что Послание к Евреям только добавка к его деятельности, ибо он был проповедником и апостолом язычников". В этих же книгах Климент приводит предания древних пресвитеров о возникновении Евангелий: "Первыми написаны Евангелия, где есть родословные. Евангелие от Марка возникло при таких обстоятельствах: Петр, будучи в Риме и проповедуя Христово учение, излагал, исполнившись Духа, то, что содержится в Евангелии. Слушавшие -- а их было много -- убедили Марка, как давнего Петрова спутника, помнившего все, что тот говорил, записать его слова. Марк так и сделал и вручил это Евангелие просившим. Петр, узнав об этом, не запретил Марку, но и не поощрил его. Иоанн, последний, видя, что те Евангелия возвещают земные дела Христа, написал, побуждаемый учениками и вдохновленный Духом, Евангелие духовное" (Евсевий. "Церковная История", VI,14).
   Очень важным является свидетельство Климента о еврейском "Евангелии от Матфия", которое Пантен нашел у индийских христиан (Евсевий. "Церковная История", V,10). Использование Климентом в качестве "писаний" апокрифических книг (Дидахе, Послание Варнавы, Проповедь Петра, Евангелие Матфия, "Пастырь" Гермы и др.) указывает, что в его время новозаветный канон находился еще в стадии формирования.
   Как типичный представитель александрийской школы, Климент не ограничивался разъяснением библейских антропоморфизмов, а настаивал на отыскании в священных книгах "таинственного смысла". С этой целью он даже прибегал к пифагорейской числовой символике. При этом Климент доказывал, что толкование Библии требует как чистоты духа, так и просвещенного разума, усвоившего философию, диалектику и естественные науки. "Смысл многих пророческих и учительных книг Духом, в них действовавшим, -- пишет он, -- выражен прикровенно, потому что не у всех слух одинаково развит для понимания смысла тех речений. Истолкование таких мест Писания без помощи светских наук невозможно" (Строматы,I,9). Он сам использовал данные греко-римской историографии при уточнении библейской хронологии (там же, I,21). Для истории первохристианской литературы книги Климента ценны и тем, что приводят много выдержек из утерянных гностических писаний.
   Ориген (185 - 254) - египетский грекоязычный учитель Церкви, основатель христианской философии и библейской текстуальной критики, апологет и комментатор Писания. Родился в Египте, вероятно в Александрии, в семье ревностных христиан, которые с детства внушили ему любовь к Слову Божьему. Его отец, Леонид, рано заметил удивительную одаренность сына и дал ему всестороннее образование; но, главное, он укрепил в нем пламенную веру, и, когда во время гонений (в 202 году н.э.) отец был арестован, Оригена только силой удалось удержать от следования за ним в тюрьму. Не имея возможности разделить с ним участь, он писал ему письма, убеждая стоять до конца. После казни Леонида Ориген стал зарабатывать для семьи трудом учителя, а затем посвятил себя проповеди христианства среди образованных язычников.
   Из-за гонений Александрийская огласительная школа осталась без руководства, и Ориген, несмотря на свой юный возраст, принял на себя заботу о ней. Его ум, умение найти доступ к самым взыскательным слушателям и строгий образ жизни привлекли в школу толпы слушателей. "Шли к нему в училище, -- пишет Евсевий, -- один за другим с утра до вечера, не давая передохнуть". Ориген говорил с александрийским обществом языком человека, глубоко усвоившего античную культуру и не отвергавшего ценностей, которые в ней содержались. В его школе царила атмосфера интеллектуальной свободы. "Это был поистине наш рай", -- вспоминал ученик Оригена Григорий Неокесарийский. Ориген, однако, радикально отвергал нравственный релятивизм язычества. Об аскетизме Оригена складывались легенды.
   Для более точного понимания Ветхого Завета Ориген с помощью местных иудеев быстро выучил еврейский язык и начал работу по подготовке рецензии Септуагинты - латинского перевода Библии. Слава его распространилась далеко за пределы Египта. В 212 году он посетил Рим, сблизился с Ипполитом, побывал в Заиорданье и Антиохии, где был принят матерью императора Септимия Севера как знаменитый ученый. Когда в 216 году вспыхнули гонения Каракаллы, Ориген уехал в Кесарию Палестинскую, где продолжал свои ученые занятия и проповедь. С этого времени он стал жертвой ревности и недоброжелательства епископа Дмитрия Александрийского, который считал, что Ориген превышает полномочия мирянина. Когда же в Палестине его рукоположили в иереи, Дмитрий отказался признать это рукоположение законным. Даже после смерти епископа Оригену не удалось закрепиться на родине, и он окончательно поселился в Палестине. Он продолжал усиленно работать, а о своих гонителях писал, что испытывает к ним жалость. Пребывание на Востоке немало помогло ему в розыске ценных рукописей, необходимых для его исследований. В период гонений Максимина (в 235 г. н. э.) власти искали Оригена, но им не удалось его арестовать. Тогда же Ориген написал "Увещание к мученичеству" и впоследствии своей жизнью доказал верность Христу. Репрессии против христиан, начатые императором Декием в 250 году, застали Оригена в Тире (Финикия). Он был арестован, подвергнут изощренным пыткам, но не отрекся от веры. Смерть гонителя освободила его от заточения; однако после перенесенных мук престарелый учитель жил недолго.
   Согласно Евсевию, Ориген написал около 2000, а согласно Епифанию -- около 6000 книг. Основные его труды посвящены изучению и толкованию Библии.
   1) "Экзаплы" (еврейский текст Ветхого Завета с параллельными греческими переводами.
   2) "Схолии", или "Замечания", на Исход, Левит, Исайю, Псалмы 1-15, Екклезиаст, Евангелие от Иоанна; все они сохранились не полностью.
   3) "Гомилии", или "Беседы", почти на все книги Священного Писания; сохранились лишь частично и в катенах.
   4) Толкования на Евангелия от Матфея и Иоанна.
   5) Толкования на Послание к Римлянам сохранились в фрагментах.
   6) Толкование на Песнь Песней сохранилось в латинском переводе Руфина (ок. 410).
   7) Почти полностью утрачены его толкования на Бытие, Исайю, Плач Иеремии, Евангелие от Луки, Послание к Галатам, Послание к Ефисянам.
   8) В 1941 найдены фрагменты толкования на Книгу Царств.
   9) В 40-х гг. Ориген написал апологетическое сочинение "Против Цельса", содержащее полемику с одним из противников христианства. Книга включает немало материалов по толкованию Библии.
   10) Философско-богословский труд Оригена "О началах" отражает герменевтические взгляды Оригена так же, как и
   11) письма Оригена к Григорию Неокесарийскому и Юлию Африкану.
   При отсутствии книгопечатания, в рукописях Библий к 3 веку накопилось немало разночтений; в полемике с иудаизмом выяснилось различие между Септуагинтой и еврейским текстом. Все это требовало кропотливой текстологической работы. Ориген неутомимо собирал манускрипты. Кроме общепринятых у иудеев переводов (Акилы, Симмаха, Феодотиона), ему удалось обнародовать и другие греческие переводы Ветхого Завета. Он находил их в самых различных городах Средиземноморья. Сначала Ориген переписал параллельно 4 версии: Акилы, Симмаха, Септуагинты и Феодотиона. Это издание греческой Библии, получившее название "Тетрапл", Оригена не удовлетворило. Демонстрируя многие преимущества Септуагинты, оно не соотносило ее с еврейским оригиналом. Эту задачу ученый выполнил в знаменитых Экзаплах, "шестиполосной" Библии. В первой полосе был переписан еврейский текст, затем шла его транскрипция греческими буквами, а за ней -- столбцы Тетрапл. Однако и на этом Ориген не остановил работу. Как сообщает Евсевий (Церковная История VI, 16), впоследствии он добавил к Экзаплам еще 3 анонимных греческих перевода, которые нашел в Иерихоне в огромном глиняном кувшине. Таким образом, в окончательном виде труд включал 9 столбцов. Ориген первым разделил текст Ветхого Завета на стихи (правда, без нумерации) и создал первый критический аппарат, введя условные обозначения для лакун и добавлений. Условными знаками отличалась и степень точности перевода Септуагинты. Экзаплы явились и первым критическим изданием Библии, и первой библейской полиглоттой. На этом труде строились все дальнейшие филологические изыскания экзегетов. Он потребовал огромного напряжения сил. "Я постоянно занят с манускриптами, -- писал Ориген, -- даже ночь не дается мне для покоя". Над Экзаплами он работал 28 лет. Хранились они в библиотеке Памфила. Размер рецензии (ок. 6500 стр.) затруднял ее копирование. Иероним нашел в Кесарии экземпляр, который, вероятно, был единственным. Чаще копировали из Экзапл текст Септуагинты. Вероятно, рукопись погибла после захвата Кесарии арабами. Катены позволили восстановить лишь некоторые ее части. Сирийские версии Экзапл были опубликованы аббатом Черине (1877). В 1895-96 аббат Дж. Меркати опубликовал фрагмент Экзапл, найденный им в б-ке им. св. Амвросия в Милане. Другой фрагмент отыскался в 19 в. в Каирской генизе. Хотя основной текст трудов Оригена утрачен, он тем не менее был усвоен во многих экзегетических писаниях отцов Церкви.
   Общеизвестно, что Ориген был сторонником теории реинкарнации, которая была причислена к ересям в 533 году на Константинопольском соборе, созванном императором Юстинианом. На этом же соборе Ориген был отлучен от церкви за свои взгляды. Интересно, что само это событие многими историками рассматривается не как религиозное, а как политическое мероприятие. Дело в том, что авторитет этого собора на первых порах неоднократно осуждался самими отцами Церкви, т.к. на этом соборе присутствовали в основном восточные епископы, которые были полностью подвластны императору. Большинство западных священников отказались принять участие в соборе. Саму акцию Юстиниана по анафемствованию учения о реинкарнации некоторые историки объясняют желанием императора объединить свою империю за счет объединения церквей вокруг единого учения. Отсутствие единой общепризнанной доктрины в ортодоксальном христианстве приводили к разделению. Вот почему Юстиниан собрал всех епископов, над которыми у него была власть, и оказал на них все возможное давление для того, чтобы они анафемствовали некоторые из наиболее противоречивых учений. Всего на соборе было принято пятнадцать анафем против различных учителей и их последователей. Но как видим, тенденция к упрощению христианской доктрины не смогла принести ожидаемого результата. Анафема же, наложенная на учение о реинкарнации, сделала свое пагубное дело: со временем западные церкви (католическое христианство) приняли постановления Константинопольского собора, по причине чего мы имеем сегодня такое отрицательное отношение христианской ортодоксии к теории реинкарнации.
  
  
  
  

Часть 4. СУФИЗМ.

  
   Глава 1. Что такое суфизм?
  
   Происхождение суфизма связано с людьми, которые в своем ревностном соблюдении предписаний Корана смогли достичь мистического опыта - опыта общения с живым Богом. Эта эзотерическая традиция является достойной преемницей своих предшественниц - Каббалы и гнозиса. Но суфизм вобрал в себя также опыт пробуждения, характерный для таких традиций как йога, дзэн и дао. Суфизм является последней из эзотерических традиций, зародившихся в недрах арийской цивилизации. На основе суфизма родилась одна из мировых религий - ислам.
  
   Интересно, что в Коране мы находим термин "ислам", но не находим термина "суфизм". Термин "суфизм" вошел в обиход лишь в начале 19 века благодаря британским исследователям Уильяму Джонсу и Джону Малколму. Термин "ислам" в Коране определяет группу людей, которые живут согласно закону Творца. На русский язык термин "ислам" переводится как "покорность". Люди, которые соблюдают покорность Творцу, именуются "мусульманами" или "правоверными", что, согласно Корану, является одним и тем же. Но то, что собой представляет ислам как мировая религия и ислам как ниспосланная Творцом религия, азы которой прописаны в Коране, - это различные феномены нашего мира. Ислам первого толка - это ортодоксальная мировая религия, которая выросла на основе суфизма; ислам второго толка - это и есть собственно суфизм - эзотерическая традиция, передаваемая от Учителя ученику из уст в уста.
  
   Этимологическое значение термина "суфий" - "облаченный во влясяницу" (от арабского "суф" - шерсть). Но сущностное значение термина "суфий" определяется его родством с древнегреческим термином "софос", означающим мудрость. Непреходящая мудрость и нравственная чистота - вот отличительные особенности всякого суфия. Культивированием этих качеств в человеке, собственно, и занимается суфизм. "Суфий -- это тот, кто движется к Истине посредством Любви и преданности. Он, или она, знает, что постижение Истины возможно только для совершенного человека, поскольку в состоянии несовершенства люди не способны распознать Истину. Несовершенство может быть понято как ненормальное состояние, в котором человек не способен видеть вещи такими, каковы они на самом деле. Несовершенное существо в силу своего несовершенства, даже не осознавая этого, воспринимает Истину не такой, какова она есть, и соответственно его понимание Истины бессознательно искажается. <-> Суфизм -- это путь к Истине, единственное средство передвижения на котором -- Любовь. Метод суфизма состоит в том, чтобы смотреть только в одном определенном направлении, а его единственная цель -- Бог. <-> Цель суфизма -- постижение Истины. И хотя философы полагают, что эта цель может быть достигнута посредством разума, логики и рассуждений, постижение Истины возможно лишь при помощи совести и видения сердцем, через прозрение и просветление. Суфизм, таким образом, -- это продвижение и видение, а не сидение и болтовня" (Дж. Нурбахш).
   Основываясь в первую очередь на авторитете учения Мухаммеда (текстов Корана), суфизм никогда не отрицал авторитета Торы и Евангелий. В самом Коране говорится: "Ниспослал Он тебе писание в истине, подтверждая истинность того, что ниспослано до него (т.е. Корана, - А.Л.). И ниспослал Он Тору и Евангелие раньше в руководство для людей..." (Коран 3:2).
  
   Чтобы познать Истину, необходимо быть совершенным. Коран является последней книгой Примордиальной Традиции, призванной научить человека быть совершенным. Но о самом Коране мы поговорим чуть позже.
  
   Некоторые считают, что в суфизме нет ничего нового, что суфизм представляет собой сплошную эклектику. Данное мнение не имеет под собой достаточного основания. Ведь, несмотря на определенную долю эклектики, суфизм представляет все же самостоятельную традицию, имеющую свой собственный корень существования. Этим корнем, безусловно, является Коран.
  
   Глава 2. Основной теоретический источник суфизма.
  
   Термин "Коран" в переводе на русский язык означает "чтение". Эта книга была продиктована, согласно преданию, пророку Мухаммеду Творцом через архангела Гавриила. Но в самом Коране имеется указание на то, что Коран был передан Творцом Мухаммеду из уст в уста: "Во имя Аллаха милостивого, милосердного! Клянусь звездой, когда она закатывается! Не сбился с пути ваш товарищ и не заблудился. И говорит он не по пристрастию. Это - только откровение, которое ниспосылается. Научил его сильный мощью, обладатель могущества, вот Он стал прямо на высшем горизонте, потом приблизился и спустился, и был на расстоянии двух луков или ближе, и открыл Своему рабу то, что открыл. Сердце (ему) не солгало в том, что он видел" (Коран 53:1-11). Мы склонны принимать обе точки зрения, так как известно, что Коран диктовался Мухаммеду в течение 23-х лет. Можно допустить, что в течение этого промежутка времени, Мухаммеду были даны как прямые видения, ниспосланные Творцом, так и общение с архангелом Гавриилом, через которого были посланы остальные вести с Неба.
  
   Текст Корана не имеет определенной структуры, т.к. его отдельные главы (суры) ниспосылались Мухаммеду в той последовательности, в которой это было угодно Творцу. В суфизме и исламе считается, что Коран существовал у Творца еще до пророка Мухаммеда. Эта книга только ждала своего осуществления на земле. В самом Коране говорится об авторстве этого писания следующее: "Этот Коран не мог быть выдуман никем опричь Бога, но он есть подтверждение истины того, что было до него; изъяснение писания, которое - нет сомнения в том было от Господа миров" (Коран 10:38-39).
  
   Известно, что Мухаммед не умел писать, поэтому запись Корана, согласно преданию, происходила позже его преемниками-учениками. Коран считается последней книгой, посредством которой Творцом передается арийскому человечеству необходимое знание. Мухаммед же считается последним пророком (Печать печатей), через которого арийскому человечеству было ниспослано Писание: "Сегодня Я завершил для вас вашу религию, и закончил для вас Мою милость, и удовлетворился для вас исламом как религией" (Коран 5:5); "Нет на пророке греха в том, что установил Аллах для него, согласно обычаю Аллаха, относительно тех, которые были раньше. Дело Аллаха было решением предрешенным о тех, которые передают послания Аллаха и боятся Его и не боятся никого, кроме Аллаха. Довольно счетчика в лице Аллаха! Мухаммад не был отцом кого-либо из ваших мужчин, а только - посланником Аллаха и печатью пророков" (Коран 33:38-40). Это не значит, что после Мухаммеда на земле больше не было истинных пророков Бога. Это значит, что на Мухаммеде окончено Писание и прописаны последние столпы сакральной науки.
  
   Коран был ниспослан как последнее подтверждение истинности сакральной науки, переданной человечеству через Тору и Евангелия: "Поистине, он свыше ниспослал тебе это писание в подтверждение того, что ему предшествовало: прежде ниспослал Он закон Моисея и евангелие в руководство людям, а ныне этот Коран" (Коран, 3:2). Но главная уникальность Корана сводится к тому, что именно эта книга снимает все противоречия, которые могут возникнуть при прочтении Торы и Евангелий.
  
   В Коране имеется очень много сложных мест, которые могут быть правильно поняты лишь посвященным. Об этом в самом Коране говорится следующее: "Он (т.е. Аллах, - А.Л.) - тот, кто ниспослал тебе писание; в нем есть стихи, расположенные в порядке, которые - мать книги; и другие - сходные по смыслу. Те же, в сердцах которых уклонение, - они следуют за тем, что в нем сходно, домогаясь смятения и домогаясь толкования этого. Не знает его толкования никто, кроме Аллаха. И твердые в знаниях говорят: "Мы уверовали в него; все - от нашего Господа". Вспоминают только обладатели разума!" (Коран 3:7). Эти сложные места, согласно Корану, могут правильно понять лишь те, кто обладает разумом (иными словами - просветленные), простые же смертные толкуют их неправильно - по схожему смыслу с другими местами из Корана, которые доступны в понимании каждому смертному. Эта традиция кодировки священных писаний в суфизме сохранена не только в Коране, но и у большинства суфийских учителей. И мы еще раз обращаем внимание читателя на то, что необходимо всегда помнить о существовании кодировки Священного писания (начиная с Торы и Вед и заканчивая Кораном), дешифровка которой подвластна только определенным людям - истинным учителям Примордиальной Традиции, личностям, достигшим просветления.
  
   Почему существует кодировка Священного писания? Об этом уже много было сказано основоположниками всех эзотерических традиций. Но суть всех этих ответов можно свести к следующим трем основным положениям:
      -- не было разрешения свыше, чтобы Священное писание открывать каждому человеку, так как
      -- подавляющее количество душ, воплощенных на земле, не достигли определенного уровня развития, а стало быть, и не было необходимости, чтобы дать этим душам сакральное знание,
      -- кодировка накладывается сама собой, т.к. многие истины сакральной науки можно выразить только с помощью языка самой сакральной науки (этот язык в Каббале именуется "языком ветвей"), который для непосвященного воспринимается как кодировка, а для посвященного как естественный язык.
   Иными словами, чтобы дешифровать кодировку Священного писания, необходимо иметь ключ - чистоту сердца, определенный уровень развития души, при котором сложные места Писания становятся простыми и ясными. Ключ этот обретается только силой веры - абсолютным доверием Творцу, которое продемонстрировали все Учителя Примордиальной традиции, начиная с Авраама и заканчивая Мухаммедом.
  
   Глава 3. Основные ступени суфийской практики.
   Человек, который пришел в суфийскую школу, чтобы получить необходимое сакральное знание, именуется мюридом. Отныне его практика будет находиться под зорким взглядом учителя - человека, который смог стать арифом, т.е. мистиком, достигшим непосредственного ощущения Бога и знающим по собственному опыту, кто такой Творец.
   Суфизм представляет собой три основные ступени познания Творца, в результате которого человеческая душа достигает своего окончательного воссоединения с Ним - первопричиной своего существования и вечным живым источником своего наличного бытия. Эти три ступени богопознания именуются так: Шариат, Тарикат и Хакикат. "Эти ступени таковы: 1) "уверенное знание"; объясняется путем такого сравнения: мне неоднократно объясняли, доказывали научно, что огонь жжет, и я в этом твердо уверен, хотя я этого на опыте и не испытал; это обычное логическое знание, свойственное всем, кто стоит на ступени шариата; 2) "полная уверенность" - я видел собственными глазами, что огонь жжет, видел процесс сгорания; такое опытное знание, несомненно, выше и увереннее, чем знание, полученное путем обучения, это то знание, которое путник получает во время прохождения тарика; 3) "истинная уверенность" - я сам сгорел в огне и так удостоверился в его способности жечь. Т.е., иначе говоря, это идентификация, слияние с наблюдаемым, приводящее к полному исчезновению наблюдающего. Это и есть форма познания, свойственная стадии хакика. Поскольку знание здесь интуитивно, то понятно, что высказывания человека, достигшего этой стадии, будут иметь преимущественно форму символа и станут паралогичны" (Е.Бертельц). Данное высказывание известного исследователя в области суфизма дает нам еще один ответ на вопрос: почему многие места Писания излагается кодированным языком.
   Все три ступени лаконично передаются триадой глаголов: "знать, видеть, быть". Пророку Мухаммеду приписывают следующее высказывание: "Шариат -- это мои слова, тарикат -- мои действия, хакикат -- мои состояния". Совершенный человек, по мнению суфиев, овладев знаниями, должен привести в соответствие с ними свой нравственный и житейский опыт. Более того, знание, отделенное от личной нравственности познавшего, не только бесполезно, но и губительно. Оно ведет к тому самому лицемерию, в котором погрязло казенное богословие.
   Не отрицая значения логического познания, суфии утверждают, что оно ограничено, ибо ему доступны лишь признаки, свойства, качества, иначе говоря, атрибуты, а не субстанция, не суть. При этом, если первые два этапа обозначают опосредованную языком или чувствами передачу знания, то третья - непосредственное знание, основанное на собственном опыте и переживании этого опыта. Такого рода знание приводит к полноте веры и обладает наивысшим достоинством верности, то есть истиной достоверности (хакк ал-йакин).
   Шариат - это основа, тарикат - средство, а хакикат - результат. Шариат постулирует нормы поведения для физического тела человека, тарикат культивирует особые состояния для души, а хакикат к непосредственному ощущению Бога, которое достигается лишь при условии полной слиянности человеческого духа с Духом Творца. Эти три части суфийской практики взаимодополняют друг друга. Тот, кто придерживается первой, вступает во вторую и достигает третьей. И нет между ними несоответствий или противоречий, поэтому в известных формулах суфизма сказано, что всякий хакикат, не соответствующий шариату, это ересь. Как может хакикат противоречить шариату, когда он является результатом претворения шариата?
   1. Шариат.
  
   Шариат (араб. шариа, букв. -- надлежащий путь) - это первая ступень суфийской практики. Именно эта ступень делает нечто общее между суфизмом и ортодоксальным исламом. Шариат представляет собой свод мусульманских правовых и теологических нормативов, провозглашенных исламом "вечным и неизменным" плодом божественных установлений. Иными словами, шариат - это буквальное выполнение откровенного закона. Шариат обязателен как в исламе, так и в суфизме. Не один суфий не может достичь второй ступени - тариката, не пройдя первой - шариата.
  
   Теоретическими источниками шариата являются Коран и Сунна. О Коране мы говорили выше. Сунна же означает совокупность изречений и поступков пророка Мухаммеда. В Сунне содержится разъяснение и толкование Корана, выполнение на практике, установленных Творцом законов. В Сунне заметно более подробное изъяснение приказов Творца, изложенных в Коране. Она занимает по шариату второе место после Корана.
  
   Законы шариата были установлены еще в 7 веке. Они постоянны и не подлежат изменению, т.к. сам Творец определил эти нормы.
   Исламский шариат разработан на основе Корана и хадисов (речей Пророка) и представляет собой ряд постановлений, касающихся действий и поступков людей. Шариат не оставляет возможности для совершения какого-либо недостойного поступка. Все действия людей подразделяются на 8 категорий: фарз, важиб, суннат, мустахаб, мубах, харам, макрух тахрими, мустакрух.
      -- ФАРЗ - это действие, обязывающее каждого человека в строгой форме выполнять предписания шариата. За исполнение будет вознагражден Аллахом. За невыполнение без уважительных причин - строго наказан. Кто не верит в истинность этих обязательств - переходит в категорию неверующих. Фарз разделяют на два вида: фарз айн и фарз кифая.
    Фарз айн обязан делать каждый мусульманин, например: пятикратная молитва, ураза.
    Фарз кифая - это фарз, который возлагается на мусульманскую общину. Если некоторые выполняют этот фарз, то с других снимается ответственность. За выполнение каждый состоящий в общине будет вознагражден. Если никто не выполнит этот фарз, то вся община будет грешной. Например: ответить на приветствие, участвовать в похоронах.
      -- ВАЖИБ также, как и фарз, является обязательным действием, требующим исполнения. За выполнение важибов человек будет вознагражден Аллахом, за невыполнение без уважительных причин считаться большим грешником. Кто опровергает важибы, тот большой несет грех, хотя и считается, что за это он не переходит в категорию неверных, как это было в фарзе.
      -- СУННАТ. Эти действия выполнял наш пророк; он говорил, что за выполнение их ждет вознаграждение. Мы должны стремиться к выполнению каждого сунната. Кто без причины не выполняет суннаты, тот в день суда будет спрошен об этом, хотя и не относится к категории больших грешников. Они не будут иметь в день суда заступника в лице пророка.
      -- МУСТАХАБ - это действия, часто выполняемые пророком. Выполняющие мустахаб будут вознаграждены (сауаб). Не выполняющие не будут считаться греховными и в День суда не привлекутся к ответу.
      -- МУБАХ - это такое действие, которое можно делать и не делать. За исполнение и неисполнение нет награды и нет греха. Эти действия бесчисленны. Все то, что не обязывает и не осуждается шариатом, входит в мубах.
      -- ХАРАМ - действие, категорически запрещаемое и осуждаемое исламским шариатом. Делающий харам является большим грешником. Кто, боясь греха, воздерживается от выполнения харама, тот будет вознагражден Аллахом. Опровергающий харам теряет веру и переходит в категорию неверующих. Харам различается двух видов: харам зулми и харам гайри зулми.
    Харам зулми - это такой харам, совершение которого наносит вред посторонним людям, кроме производящего. Например, кража. Совершивший харам зулми и поклявшийся впредь не совершать его, будет прощен Аллахом лишь в том случае, если простит пострадавший.
    Харам гайри зулми - харам, совершение которого приносит вред только производящему его. Например, потреблять недозволенное. Если совершивший харам гайри зулми покаялся в содеянном и зарекся не повторять - Аллах возможно простит его.
      -- МАКРУХ - это действие, которое Махаммад аляйхи-с-салям запретил совершать. Кто не делает макрух, сознательно боясь греха, тому будет награда от Аллаха - сауаб. Совершающий будет грешным. Кто опровергает и говорит, что эти действия можно делать - становится грешником, хотя и не переходит в категорию неверующего.
      -- МУСТАКРУХ - это действие, которое пророк Махаммад, аляйхи-с-салям, предпочитал совсем не совершать. Он разъяснял, что сделав мустакрух, человек получит только вред. Мустакрух, не являясь большим грехом, показывает, тем не менее, большую невоспитанность человека.
   2. Тарикат.
  
   Тарикат (букв. "дорога, путь") вторая ступень в духовной практике суфизма, которая раскрывается перед адептом этой эзотерической традиции после прохождения шариата. Сам адепт при вхождении на эту ступень именуется термином "салак" ("странник"), т.к. считается, что только теперь он вступил на Путь к Творцу. Шариат был только подготовкой. Синонимом термина "тарикат" является термин "сулук", который на русский язык переводится как "странствие". Поскольку введен образ странствия, то совершенно естественно вводится и образ стоянок на пути. Стоянки эти обозначаются термином "макам". Каждая стоянка - это духовное состояние адепта, которое он достигает на своем пути к Творцу. Поэтому Тарикат - это своего рода путеводитель для духа, ищущего Бога.
  
   У разных суфийский авторов насчитывается разное число стоянок и это весьма понятно. Ведь стоянка - это психический феномен, который каждый человек описывает так, как он ему представляется в собственных ощущениях. Но сколько бы классификаций стоянок мы не изучили, суть их одна и та же: на своем пути к Богу душа должна достичь семь состояний - покаяния, осмотрительности, воздержанности, нищеты, терпения, упования на Бога, покорности. Рассмотрим по-отдельности эти духовные состояния.
  
   Основные стоянки на суфийском пути.
  
   1. Покаяние (тауба) - первая стоянка тариката. Тауба означает решимость порвать с обычным формальным отношением к шариату и желание посвятить свою жизнь самоусовершенствованию. Если в шариате тауба означает осознание греха, раскаяние и желание не повторять этого греха, то в тарикате это понятие углубляется и означает полное обращение человека к своему Творцу. Ведь все сущее есть Творец, а, следовательно, и грех сопричастен природе Творца. Поэтому размышление о своих грехах и желание больше не совершать их - это лишь полпути. Необходимо понять, что греховный человек - это клетка в теле Бога; клетка, в которой нуждается Бог, но клетка, которая поражена недугом и которая может победить этот недуг, при условии, что сможет пройти остальные шесть ступеней тариката.
   2. Осмотрительность (вара) - это вторая ступень тариката, основной характеристикой которой является крайняя скрупулезность в различении дозволенного (халал) и запретного (харам). Халал и харам четко обозначены в Законе, который педантично прописан в Торе, Евангелиях и Коране.
   3. Воздержанность (зухд) - третья стоянка тариката, к которой естественным образом приводит вара. Воздержанность - это состояние человека, когда он не использует в своей жизни всего того, что попало в категорию харам, т. е. все то, что в Законе именуется грехом. Зухд возводит человека на следующую ступень духовного роста - нищету.
   4. Нищета (факр) - состояние незацепленности человеческого сознания за материальные блага и земные ценности. Когда Иисус утверждал, что блаженны нищие духом, он имел в виду именно это состояние души. Нищета духа - это отсутствие зацепок за земное. Зацепка - это наличие в человеческом сознании приоритета земных ценностей над небесными. Пророк Мухаммед говорил: "Нищета - моя гордость". Но хорошо известно, что после женитьбе на Хедидже, материальное положение Мухаммеда было весьма завидным для простого смертного. Пророческая же миссия Мухаммеда началась именно после женитьбы. Стало быть, его слова о нищете не относились к материальному положению, а к духовному. Осознание себя духовно нищим - это осознание того, что ничего, чем бы ни обладал человек (от материальных благ до уникальных психических способностей), не является его собственностью, т.к. все это происходит от благосклонности Творца и вменяется человеку как дар Бога.
   5. Терпение (сабр) - пятая обязательная стоянка в тарикате. Терпение - основная добродетель суфия, суть которой сводится к покорному приятию всего, что трудно переносимо. Причем это касается как положительных (напр., деньги, слава, уважении и др.), так и отрицательных (напр., нужда, болезни и др.) сторон жизни, потому что положительные стороны жизни суфием воспринимаются как благодать Бога, а отрицательные - как испытания, которые посланы Творцом и которые человеку необходимо с достоинством пройти, дабы доказать Богу свою приверженность к Нему.
   6. Упование на Бога (таваккул) - это шестая обязательная стоянка суфия. Чтобы правильно ее понять, необходимо вспомнить высказывания Иисуса о том, чтобы человек оставил свои заботы о завтрашнем дне и уподобился птицам небесным. Истинный суфий воспринимает время не как бесконечность, поделенную на прошлое, сейчас и будущее. Истинный суфий воспринимает время как вечное сейчас, потому что прошлое уже не существует, а будущее еще не наступило, и в этой связи они не являются чем-то реальным. Суфий остро ощущает свою вовлеченность в историю мира и в непрекращающийся диалог со своим Творцом. Поэтому для суфия не столь важно каким он был раньше или каким он будет в будущем, для него важно каков он здесь и сейчас. Поэтому во всех своих начинаниях суфий всегда уповает только на Бога.
   7. Покорность (рида) - последняя обязательная стоянка в тарикате. Рида - это спокойствие сердца в отношении течения предопределения. У каждого человека имеется свое предопределение, которое дано ему Творцом. Это предопределение складывается в согласии с тем, как жил человек в прошлых жизнях. То есть человек в любом случае пожинает то, что посеял. Это никем и ничем неустранимый закон кармы. Поэтому все, что происходит с человеком в его сегодняшней жизни, есть результат всего опыта его души, прошедшей долгий путь бесчисленных инкарнаций.
  
   Таваккул и рида - это состояния, которые культивируются целым направлением в йоге - бхакти-йогой. В этой связи мы в очередной раз видим как много общего в разных эзотерических традициях и что суть их всегда одна и та же - передать человеку самое необходимое знание, которое поможет человеку обрести истинное счастье в слиянии со своим Творцом.
   Последние две стоянки подводят путника к концу пути. Здесь начинается последняя стадия совершенствования. т.е. реальное, подлинное бытие. Достигнув ее, суфий именуется ариф - познавший. Он постигает интуитивно самую суть Истины.
   3. Хакикат.
  
   Наивысшая ступень духовного восхождения в суфизме - это Хакикат. На этой ступени человек поклоняется Богу так, как будто он видит Его, ведь если человек не видит Бога, то Бог все равно видит человека. Эта форма поклонения именуется "ихсан" ("чистосердечие"). Внутреннее сосредоточение на Создателе, ощущение Его взора и наблюдения представляют собой суть хакиката. На этой ступени человек имеет непосредственное ощущение Творца, становится мистиком, имеющим знание о том, кто такой Творец.
  
   На уровне хакиката человек достигает определенных психических состояний, именуемых термином "хал". Хал, в противоположность макаму, собственными усилиями путника достигнут быть не может, т.к. хал - это божественная милость, ниспосланная свыше и исчезающая также мгновенно, как возникла. По вопросу о длительности хала у теоретиков единого мнения не выработано, как нет его и по вопросу о классификации хала.
  
   Вот основные разновидности хала:
      -- курб ("близость") - такое состояние, при котором человек ощущает себя как бы стоящим в непосредственной близости к Богу, ощущает устремленные на него взоры Божества;
      -- махабба ("любовь") - волна горячей любви к Богу, подателю всех благ;
      -- хауф ("страх") - припадок ужаса, сознания греховности и неспособности хотя бы в малейшей мере выполнять свои обязанности перед Богом;
      -- раджа ("надежда") - проблеск утешения при мысли о милосердии и всепрощении Бога;
      -- шаук ("страсть");
      -- унс ("дружба");
      -- итманина ("душевное спокойствие") - состояние блаженной уверенности в милости Бога;
      -- мушахада ("созерцание") - состояние, в котором человек не только ощущает близость Бога, но как бы и видит Его;
      -- йакин ("уверенность") - высшая степень сознания реальности духовного мира, ничем не поколебимая.
      -- фана - ощущение вечности и бесконечности, нераздельной слиянности с Творцом.
  
   Роль музыки и танца в суфийской практике.
  
   Большое значение в суфийской практике придается достижению экстатического состояния, считавшегося особой милостью, ниспосылаемой Творцом. Поэтому неудивительно, что в суфийских кругах уже в раннюю эпоху усиленно искали средства, которые могли бы способствовать вызыванию экстаза. Такие средства были быстро найдены. Ими стали музыка, танец и поэзия.
  
   Слушание музыки было введено в обычай у целого ряда шейхов и получило техническое наименование "сама" (буквально "слушание"). По поводу практики сама в среде суфиев некоторое время велись ожесточенные споры, которые в конечном итоге свелись к признанию того, что сама не противоречит сунне и шариату. Особую роль в этом признании сыграл Газали, который считал, что именно музыка способствует обострению восприятий человека.
  
   "Согласно известному арабскому изречению, музыку следует воспринимать в зависимости от того, кто, когда и где. Ее не следует исполнять по некоему заведенному порядку, она не должна быть доступна духовно незрелым, ее также не следует исполнять в неподвластных управлению общественных местах. Поэтому к слушанию музыки относились крайне серьезно. Сначала следовало, как и при молитве, совершить омовение и облечься в чистые одежды. Поскольку декламируемые на этих собраниях стихи могут истолковываться попросту, на мирской манер, новообращенным указывают сосредоточить свое внимание на духовном их понимании. Важно также не отвлекаться на голос и внешний вид певца, поскольку физическая красота может легко пересилить поиски Божественной красоты. Восприятие музыки оценивалось прежде всего по тому, как внимает человек музыке: из-за чувственного желания или по причине томления по Богу. Музыка не в состоянии оказать духовного воздействия в отсутствие нравственного очищения". (Карл В. Эрнст "Суфизм").
  
   Суфии используют музыку не для того, чтобы вызвать обычные эмоции. Прежде чем ученик сможет принять участие в упражнениях, связанных с прослушиванием музыки его учитель должен убедиться, получит ли он пользу от этого.
  
   Газали приводит рассказ, в котором говорится о том, как суфийский учитель (шейх Гурджаани) объяснял, что один из его учеников еще не готов к слушанию музыки в суфийском смысле слова. В ответ на настойчивые просьбы этого ученика шейх сказал: "Постись неделю, а потом пусть для тебя приготовят вкусной еды. Если ты и тогда выберешь музыку, можешь посещать прослушивания".
  
   Участие в танцах и прослушиваниях при любых других обстоятельствах, не только запрещено, но и чрезвычайно вредно для искателя. Современная психология еще не знает о том, что звуки обладают особой функцией возбуждения сознания.
  
   Суфии разделяют всю музыку на три главных разновидности: 1) положительная музыка, которую необходимо слушать, т.к. она способствует сближению с Творцом); 2) нейтральная музыка, которую можно слушать, а можно и не слушать, т.к. она не способствует сближению с Творцом, но и не отдаляет от Него; 3) отрицательная музыка, которую нельзя слушать, т.к. она отдаляет человека от Творца. Суфии считают, что помимо самой музыки важное значение имеет то, кто является ее исполнителем. Если духовный уровень исполнителя музыкального произведения невысок, то он не сможет вызвать в слушающем экстаз, даже если его техническое исполнение будет на высоком уровне.
  
   Что касается суфийского танца, то самой распространенной его разновидностью является кружение, которое было введено в суфийскую практику еще Джалал ад-дином Руми. Считается, что ритмического кружение, согласованное с направлением торсионных полей Земли, вызывает огромную энергетическую подзарядку в человеке. Если же это сопровождается исполнением суфийской музыки, то вероятность достижения экстаза вырастает на порядок.
  
   Суфийская поэзия - это тема отдельного разговора. Мы ее рассмотрим в следующей главе, посвященной жизнеописаниям наиболее известных суфиев.
  
   Глава 4. Основные учителя суфийской традиции.
  
   1.Мухаммед - основоположник суфийской традиции.
   Основателем суфийской традиции является пророк Мухаммед. На основании его откровений впоследствии выросла одна из мировых религий - ислам.
  
   Историки не знают точной даты рождения Пророка. По одной из версий Мухаммед родился 20 апреля 671 года, по другой - 28 августа 670 года. Но точно известно, что его родиной является Мекка. Он был по происхождению корейшит, из рода, быть может, и знатного, но крайне бедного и далеко не могущественного. Отец его Абдоллах, внук Хашима, был мелкий купец и умер до рождения сына. Через шесть лет умерла и мать Мухаммеда -- Эмина, родом из Медины; она отличалась, по-видимому, чувствительным и нервным темпераментом; сына своего она отдавала на некоторое время в пустыню, на воспитание к бедуинке Халиме
  
   Сироту принял к себе сперва дед Абдоль-Мотталиб, потом дядя Абу-Талиб, человек великодушный и добрый, но чрезвычайно бедный. Мальчик вскоре принужден был сам себе зарабатывать хлеб: за скудную плату он нанялся пасти коз и овец мекканцев (занятие, считавшееся низким), да собирал ягоды в пустыне; по целым дням он не видал человеческого лица.
  
   На 24-м году жизни Мухаммед поступил на службу к богатой, знатной вдове Хедидже и путешествовал, по ее торговым делам, с караваном в Сирию, сперва погонщиком, потом приказчиком. Пожилой Хедидже юноша понравился до того, что она, даже против воли своего отца, предложила ему свою руку. Брак этот (богатый детьми, из которых сыновья скоро умерли) дал Мухаммеду известный вес в корейшитском обществе и вряд ли был заключен по корыстным расчетам: молодой Мухаммед искренно любил свою жену, которая была старше его на 15 лет (когда впоследствии, по смерти Хедиджи, у Мухаммеда было уж много жен, наиболее любимая из них Аиша ни к одной из живых соперниц не ревновала мужа столько, сколько к покойной "беззубой бабе"). Хедиджа окружила мужа чисто материнским попечением.
  
   Освободившись от забот о хлебе насущном, Мухаммед вскоре начал тревожиться иными вопросами -- религиозными. Его соплеменники были, собственно, язычниками; они населяли всю природу, отдельные местности и дома невидимыми духами, добрыми и злыми, имели идолов, племенных и семейных, с которыми обращались очень фамильярно и чтили их больше по привычке; род арабского пантеона был в храме Мекки. В городах вырабатывали много идолов и продавали бедуинам, но для тех часто было достаточно и простого камня; современник Мухаммеда, эль-Отаридий, говорит, что в крайнем случае бедуины нагромождали кучу песку, выдаивали на него верблюдицу, и это был уж идол. Над всеми богами и богинями до-исламские арабы признавали одного Бога, под именем "всевышнего Бога" ("Аллах Теаля"). Мелкие боги назывались его детьми. Этим Богом клялись, в начале договоров писалась формула: "во имя твое, Аллах!", злых людей называли "врагами Аллаха", но Бог этот не имел никакого культа, и самые представления арабов о нем были крайне сбивчивы (меньшинство исследователей, в том числе Ренан, думает, что единобожие у до-исламских арабов есть черта древнейшая, а большинство, в особенности этнографы -- что новейшая). Религиозным фанатизмом арабы вообще не отличались ни до ислама, ни после ислама, и потому среди них издавна могли спокойно распространяться и другие религии: сабеизм, персидский магизм и, больше всего, христианство и иудейство. Но ни та, ни другая религия не могла вполне удовлетворить арабов: христианство было для них слишком догматично, а иудейство -- слишком национально. Поэтому рядом выработалась новая (впрочем, мало или вовсе неорганизованная) секта "ханифов"; они проповедовали практическую (этическую) религию -- веру в единого Аллаха (без догматов) и учение о воздаянии. Вера в единого Аллаха была у ханифов тождественна с "вручением" себя Его воле (по-арабски "ислам"), а так как впоследствии ханифом называл себя сам Мухаммед, то Шпренгер с известным правом говорит, что ислам проповедовался в Аравии еще до Мухаммеда. Ханифов больше всего было в Медине. В Мекке ко времени Мухаммеда прославился Зейд, сын Амра, открыто восставший против идолопоклонства сограждан и живший в изгнании неподалеку от Мекки; ханифом был и двоюродный брат Хедиджи -- Варака. Ханифы отличались теплой верой и, судя по Зейду, даже наклонностью к прозелитизму; однако, громадное скептическое большинство арабов (как и теперь бедуины) поразительно мало интересовалось умозрениями о Боге и будущей жизни и не чувствовали ни малейшей потребности искать новой религии и расставаться с религией славных предков, которая, к тому же, мало их связывала. В городах, вероятно, вера была сильнее, чем в пустыне у бедуинов, у которых, да и вообще у большинства трезвой, скептической и расчетливой арабской расы, европейские исследователи (Дози, Велльгаузен, Мюллер) склонны вовсе отрицать богопочитание.
  
   Мухаммед во многих отношениях не походил на своих соотечественников. Это был мечтательный, задумчивый человек, крайне нервного темперамента. Обыкновенно он был в меланхолическом настроении, говорил мало. Неприятные запахи были для него невыносимы. Ему было тягостно оставаться в темноте. Когда он бывал болен, то плакал и рыдал как дитя. Воображение он имел живое и поэтическое; в обращении с другими был кроток, нежен и даже вкрадчив до обаяния. Он любил беседовать о религии, охотно вступал в рассуждения по религиозным вопросам с христианами, с евреями, с ханифами. Христиане, жившие в Аравии, были еретики -- ариане и несториане. От ариан Мухаммед научился считать Иисуса Христа только богоподобным человеком, пророком, который был убит Иудеями, как и многие из предыдущих пророков; враги ариан, несториане, внушили Мухаммеду мысль о призрачности страданий Христовых. Самое знакомство с ересями навело Мухаммеда на мысль, что многие места Евангелия искажены. Ханифы произвели на Мухаммеда наиболее сильное и неотразимое влияние, особенно Зейд и Варака; их обоих Мухаммед до конца своей жизни считал святейшими людьми.
  
   Как известно, Мухаммед страдал мускульной истерией. Люди, страдающие мускульной истерией, очень склонны к самообману, склонны считать за истину плод своей фантазии, склонны также к видениям, галлюцинациям и экстазам. Мухаммед особенно предавался религиозным размышлениям в священные месяцы, когда он, по примеру ханифов, уединялся, вместе со своей семьей, на пустынной, дикой горе Хира, по близости Мекки. Здесь он в пещере одиноко постился, молился и тосковал; и вот однажды ему во сне представилось небесное существо (архангел Гавриил, по мнению мусульман), которое велело ему выступить в качестве пророка-проповедника. Это случилось в 610 году в священный месяц Рамадан.
  
   Мухаммед не сразу уверовал: сперва, несмотря на утешения Хедиджи и Вараки, ему казалось, что он одержим нечистым духом (джинном); терзаясь ужасными сомнениями и подозревая в себе сумасшествие, он страстно желал, чтобы неземное существо явилось ему вторично. Новое видение, сопровождавшееся истеричным припадком, рассеяло его сомнения, и Мухаммед с того времени почувствовал себя пророком ислама; с этих пор припадочные откровения пошли одно за другим и нередко захватывали его среди общества. Первыми последователями нового ислама оказались те лица, которые близко знали и нежно любили Мухаммеда: Хедиджа, дочери ее от брака с Мухаммедом, Алий (десятилетний мальчик, сын Абу-Талиба, принятый Мухаммедом в члены семьи во время голода), вольноотпущенник и приемный сын Мухаммеда Зейд и задушевный приятель пророка -- богатый купец Абу-Бекр, человек умный, спокойный, кроткий, но твердый. Под влиянием Абу-Бекра обратилось в ислам еще несколько родственников и купец Осман (впоследствии 3-й халиф), который без этого не мог бы жениться на дочери Мухаммеда, красавице Рокае.
  
   Так как учение Мухаммеда, направленное против идолопоклонства, тем самым направлялось и против богатой мекканской аристократии, торговые интересы и благосостояние которой были тесно связаны с пилигримскими ярмарками, то к новому пророку обратилось также некоторое количество бедняков и рабов, быть может около 40; но вообще обращения совершались крайне медленно. С 614 г. проповедь пророка выходит за пределы Хашимова рода и делается публичной, но число верующих продолжает возрастать в очень слабой степени. Учение Мухаммеда не было для корейшитов чем-нибудь новым (да и Мухаммед считал его очень старым, неоригинальным).
  
   Горячий энтузиазм Мухаммеда был встречен не равнодушием, а насмешками: находили, что он или сумасшедший, или поэт; его проповедь среди рабов также дискредитировала его в глазах аристократов. Когда Мухаммед, раздраженный насмешками, стал грозить Божьим судом и адскими муками, то началась против него и неприязнь.
  
   Счастливый случай внезапно доставил Мухаммеду нового союзника: знатный мекканец, известный под насмешливым прозвищем Абу-Джехль ("отец невежества", т. е. "осел"); издеваясь над Мухаммедом в присутствии его дяди Хамзы, отпустил несколько таких замечаний, которые Хамза счел за оскорбление семейной чести; в негодовании он объявил себя последователем пророка. Еще важнее было обращение Омара, напоминающее во многих отношениях обращение Савла в христианство. Это был человек 26 лет, не богатый и не знатный, но непомерной силы, огромного роста, пылкий, решительный, в то же время чрезвычайно добрый и даже склонный к сентиментальности. Быть может, современные историки впадают в крайность, признавая Омара настоящим основателем ислама, но нельзя отрицать, что именно он внес движущий, побуждающий элемент в учение Мухаммеда: без Омара, как заключают европейские исследователи на основании истории предыдущих пяти лет и на основании последующей его роли, исламу нечего было ждать успеха. Мухаммед был вдохновенный человек, но вовсе не имел практического смысла и энергии: первое из этих качеств было у Абу-Бекра, второе -- у Омара. Абу-Бекра восхищала оригинальность Мухаммеда и его энтузиазм, Омара -- слабость пророка и потребность в помощи его, Омара. Абу-Бекр регулировал непостоянный дух Мухаммеда, давал его идеям нравственное скрепление, выступал с речью перед другими в тех случаях, где нужна была известная дипломатическая тонкость; Омар выдвигался в тех случаях, где требовалась его сила и энергия. Таким образом триумвират был полный: Мухаммед думал, Абу-Бекр говорил, Омар действовал. Присоединение Омара сильно подняло вес пророка: с этого времени мусульмане, по настоянию Омара, стали отправлять свои молитвы уже не в частном доме, а публично, у Каабы.
  
   Из числа мекканцев особенно выделялся своею враждою к исламу Абу-Софъян, родоначальник будущей династии Омейядов. Решено было прекратить всякие сношения с родом Хашима. Два года длился интердикт, устранивший род Хашима (кроме Абу-Лехеба) от участия в караванной торговле, но, наконец, враждующие стороны помирились; так как после того мы не видим новых обращений в ислам, то нужно думать, что родственники Мухаммеда приняли обязательство не допускать Мухаммеда до приобретения новых адептов.
  
   В 619 г. умирают Хедиджа, бывшая ангелом-хранителем мужа в минуты его сомнений, и Абу-Талиб, не веровавший в племянника, но мужественно его охранявший. Родоначальником сделался враг Мухаммеда, Абу-Лехеб. Сначала он, держась родовых обычаев, обещал племяннику такую же охрану, какую тот имел от Абу-Талиба; но затем враги Мухаммеда подучили Абу-Лехеба справиться у племянника, в раю или в аду будут его предки -- язычники. Мухаммед имел мужество ответить: "в аду", и таким образом лишился последнего покровителя. Он обратил взоры на Таиф, маленький городок вблизи Мекки; но там его встретили насмешками, уверяя, что Аллах для посольства избрал бы кого-нибудь получше, чем он, и даже осыпали градом камней. Тогда (в 620 г.) Мухаммед решился вступить в сношения с старинными врагами мекканцев -- жителями Ятриба, которые пришли к Каабе на ежегодную ярмарку и богомолье. В Ятрибе жили арабские племена аусов и хезреджей, которые в конце V в. отняли власть у населявших Ятриб евреев, подчинили большинство их себе, но постоянно ослабляли себя взаимными междоусобиями. С 583 г. распря аусов и хезреджей стала нескончаемой. Мекканцы относились пренебрежительно к жителям Ятриба, как потому, что там процветало земледелие, а не торговля, так и потому, что победители-арабы приняли религию подчиненных иудеев (далеко, впрочем, не все: кроме иудейства там были распространены и другие вероучения, между прочим ханифизм и отчасти идеи христианские). Мухаммед разделял предрассудки своих сограждан против ятрибцев, но он видел безнадежность своего положения в Мекке и принужден был согласиться на помощь, предложенную ятрибцами. Последние руководились на первое время видами не столько религиозными, сколько политическими. Еврейские их сограждане и подданные не раз грозили им приходом Мессии; Мухаммед -- последний пророк Божий -- очень напоминал собой Мессию, и в расчете арабов было привлечь его на свою сторону. Кроме того (и это было важнейшим соображением) беспрестанные раздоры утомили всех, а новая религия могла примирить враждующие партии; наконец, старинное соперничество Ятриба с Меккой также сыграло свою роль. И вот, в Ятриб был послан мекканский миссионер Мосъаб, сын Омейра. В 622 г., в марте; состоялись окончательные переговоры ("вторая Акаба"), которые вел дядя Мухаммеда, Аббас (пронырливый родоначальник династии Аббасидов); в пророческую миссию Мухаммеда он не верил, но держал его сторону из расчета. Корейшитам удалось проведать обо всем, но они не могли или не сумели воспрепятствовать мусульманам открыто уезжать в Ятриб маленькими группами; с апреля в течение двух месяцев уехало 150 человек и, кроме рабов, мало кто из мусульман остался в Мекке. Мухаммед, с Абу-Бекром и Алием, оставался там до конца. Когда и он должен был уехать, корейшиты, по преданию, решили избрать по одному представителю из каждого рода, которые убили бы пророка все сообща: тогда родственники Мухаммеда не в силах были бы поднять войны, а поневоле удовольствовались бы вирою. Благодаря Алию, Мухаммеду удалось ускользнуть из города; он некоторое время скрывался в окрестных горах и затем с маленькой свитой пробирался к Ятрибу, который с того времени носит название "Медина" ("Мединет-он небиййи = "город пророка"). Бегство Мухаммеда в Медину (хиджра или геджра, гиджра) является со времен Омара эрой летосчисления мусульман и обыкновенно относится к 16 июля 622 г. Мухаммеду было в то время 52 года. До сих пор Мухаммед распространял свою религию единственным путем - проповедью и убеждением. Но теперь, вероломно изгнанный из своей родной страны и преследуемый недоброжелателями, Мухаммед решился взяться за меч.
  
   Вступление пророка в Медину было торжественное. Он был признан верховным главой значительной общины, вскоре обнявшей собою большинство жителей города, и начал производить свои реформы. Междоусобия аусов и хезреджей прекратились: обе партии вскоре слились под общим именем "ансаров" ("помощников"). Чтобы слить ансаров с мохаджирами ("участниками хиджры", т. е. мусульманами-мекканцами), пророк велел каждому мохеджиру избрать себе ансара и считать его ближайшим родственником и наследником: таким образом в основу общественных отношений была положена религия вместо прежнего начала племенного. Правда, вскоре в исламе и при исламе были признаны также и племенные отношения, так что в теории проповедовался новый принцип общественного устройства, а на практике сохранялся старый (отсюда раздоры при Омейядах); тем не менее новый принцип сыграл важную роль и ввел в ислам дисциплину, вещь неслыханную до тех пор для арабов. Совершалась и религиозная организация общины: была построена мечеть (с ней было соединено также жилище пророка и, впоследствии, его жен), при мечети назначен был моэззин, определены были некоторые формулы богослужения, установлена ежегодная подать (десятина доходов), известная под именем "закят" и предназначенная на религиозные цели.
   Пользуясь авторитетом религиозным, Мухаммед постепенно регулировал и гражданские отношения мусульман между собою и мусульман к немусульманам; к нему обращались за судом, его решения бывали очень удачны, и таким образом его власть в Медине постепенно делалась и светской -- очевидно, благодаря его личным качествам. Решения, данные Мухаммедом, стали впоследствии основами мусульманского права; они редко оригинальны, часто совпадают с обычаями древних арабов и с установлениями еврейскими, особенно о браке. Мухаммед всячески старался привлечь к себе и мединских евреев, делая большие уступки их религии; но они вскоре убедились, что учение нового пророка не тожественно с Моисеевым, и явились главными противниками Мухаммеда, ловя его на слабом знании Библии и талмуда. В негодовании на их упорство и насмешки, Мухаммед объявил, что они извратили Священное Писание. В 623 г. он изменил киблу, приказав мусульманам обращаться на молитве лицом к Мекке, а не к Иерусалиму; вместо еврейских постов назначен был мусульманский пост Рамадан (пятница, вместо субботы, была назначена праздничным днем еще до ссор с иудеями). Вторая сура Корана содержит длинные нападки на иудеев. Еще больше, чем на них, пророк негодовал на "менафиков" (букв. "притворяющихся"), т. е. на тех мединцев, которые, видя увлечение своих молодых сограждан, явно признавали авторитет Мухаммеда, а тайно замышляли против него козни, так как чрезвычайно тяготились религиозной дисциплиной ислама (она вообще для большинства арабов была невыносима). Вождем монафиков (это были люди старые, главы семейств) был Абдоллах ибн-Обейи, которого хезреджи, до прихода Мухаммеда, собирались было сделать царем. Недовольные мединцы завели сношения с мекканцами и стали подстрекать их к войне с Мухаммедом, но тот и сам уж думал об этом. Переменой киблы Мекка была признана за святыню, к которой нужно было иметь доступ для хаджжа; кроме того, пророку нужны были деньги для содержания массы бедняков, которым он дал приют в мечети. Раздор между обоими городами сеяли и поэты, влияние которых можно сравнить с нынешним влиянием журнальной полемики; чтобы отражать стихотворные едкие насмешки противников, Мухаммед поручил трем мединским поэтам составлять ответные сатиры. В 623 г. Мухаммед приказал своему полководцу, Абдоллаху ибн-Джехшу, в священный месяц реджеб (treuga Dei) разграбить мекканский караван, безмятежно шедший с кожами, вином и изюмом в Сирию. Всеобщее неодобрение, которым было встречено такое кощунственное коварство, заставило Мухаммеда свалить всю свою вину на мнимое своеволие Абдоллаха. Впрочем, добыча была разделена между правоверными. К этому-то времени, может быть, и относится откровение, по которому богоугодным делом признана война с неверными в любое время года (наступательная -- по толкованию школы Абу-Ханифы, оборонительная -- по мнению других мусульман). В декабре 623 г. или в начале 624 г. мекканский караван возвращался из Сирии домой, нагруженный товарами; Мухаммед решил остановить его. Абу-Софъян, стоявший во главе путешественников, заранее проведал о замысле и послал вестника в Мекку с просьбой о помощи. Так как каждый мекканец из более видных имел свою долю в караване, то быстро составился большой отряд и поспешил на встречу Абу-Софъяну. Соединенные силы мекканцев, в числе около 600 человек (Кор. III, 12 -- 13), встретились, у колодцев долины Бедр, с Мухаммедом, который, не зная о их соединении, выступил в поход только с 314 человеками. Обстоятельства, однако, благоприятствовали Мухаммеду: корейшиты разместились на вязкой почве, размытой накануне выпавшим дождем, и вдобавок солнце утром в день сражения било им прямо в глаза. Эти обстоятельства, в связи с тем увлечением, которое удалось возбудить Мухаммеду в своем отряде перед сражением (сам он не сражался, а молился), дали мусульманам решительную победу: когда пало много старейших и знатнейших мекканцев, то остальные обратились в бегство (начало 624 г.). Для торжества ислама победа при Бедре сделала больше, чем самые красноречивые проповеди: верующие были укреплены в своей вере и получили надежду на материальные выгоды, сомневающиеся уверовали, неверующие поколебались, и вообще все поняли, что Мухаммед есть политическая сила, с которой нужно считаться.
   В 628 г. Мухаммедом были разосланы письма к соседним государям с предложением принять ислам и покорены последние опасные для пророка богатые евреи хейберские (между ними находились и изгнанные бени-недыр), при чем одна еврейка, по имени Зейнеб, едва не отравила Мухаммеда. Не бывшие при Ходейбии не участвовали в дележе богатой добычи хейберской. При разделе добычи было установлено, что 1/5 часть ее принадлежит пророку. В феврале 629 г. Мухаммед, во главе 2000 человек, отправился в Мекку и торжественно совершил все обряды, бывшие в обычае при хадже у до-исламских пилигримов; хаджж пророка очень важен, как санкция до-исламского, языческого обычая и как пример для последующих поколений. В течение трех дней, проведенных пророком в Мекке, он успел приобрести несколько важных приверженцев, а его дядя Аббас, оставшийся язычником, но действовавший в пользу племянника, сосватал ему влиятельную вдову-мекканку Меймуну. В сентябре того же 629 г. 3000 мусульман, вторгнувшихся в Сирию разбиты были на голову арабами, находившимися в подданстве Византии, при Муте, у Мертвого моря. В декабре 629 г. мелкое бедуинское племя хозеытов, жившее под Меккой и стоявшее на стороне Мухаммеда, подверглось нападению другого маленького племени -- бекритов, союзного мекканцам. Получив это известие, пророк отклонил мирные предложения мекканцев, пославших в Медину Абу-Софъяна, и, не говоря никому о цели похода, поспешно собрал войско из мединцев и союзных бедуинских племен. Только в последнюю минуту он сообщил своему десятитысячному войску, что идет на Мекку, к которой ему удалось подступить совершенно неожиданно для корейшитов. Дядя Мухаммеда, Аббас, соединился с племянником в пути, принял ислам и вступил в тайные переговоры с Абу-Софъяном. Не видя другого исхода, Абу-Софъян принял ислам и больше всех других аристократов содействовал тому, что Мекка сдалась почти без пролития крови (в начале января 630 г.). Водворившись в священном городе арабов, Мухаммед уничтожил там всех идолов Каабы, а затем и идолов домашних, но к самой Каабе и к Черному камню отнесся с величайшим почтением. Жителям была объявлена амнистия, важнейшим лицам города были разосланы подарки; казнены были только четыре лица, среди которых была певица, слагавшая стихи в осмеяние пророка. Все мекканцы принуждены были принять ислам. Новая религия не только не уменьшила значения их города но, наоборот, укрепила перевес за Меккой (все прочие святые места языческой Аравии были упразднены) и дала ей гегемонию над всей Аравией; с этих пор мекканцы усердно помогают пророку обращать к исламу прочие аравийские племена. Покорив Мекку, Мухаммеду было уже не очень трудно водворить свою религию, или, вернее, свое господство в остальных местах самостоятельной Аравии (те арабские области которые находились под властью или влиянием Византии и персов, подчинились исламу уже при халифах). Сильное сопротивление, сейчас же после взятия Мекки, оказали Мухаммеду хевазинцы и дали ему битву при Хонейне. Она кончилась победой мусульман и дала им богатейшую добычу. При разделе было оказано мекканцам несправедливое преимущество перед мединцами (Кор. IX, 60); мединцы роптали, но и мекканцы считали себя обиженными, и раздражение дошло до того, что с самого пророка был сорван плащ. Он, держа успокоительную речь к мединцам, говорил им, что они ведь и так тверды в вере, а сердца мекканцев нужно привлечь к вере мирскими благами. Побежденные и ограбленные хевазинцы должны были принять ислам, после чего им были возвращены из плена их жены и дети. Одно арабское племя за другим приносило покорность Мухаммеду или по своему почину, или по его приказу.
  
   Летом 630 г. Мухаммед собрал войско в 30000 человек пехоты и 10000 всадников и сам отправился в Сирию. Воинам Мухаммеда тяжело было двигаться по знойной пустыне, при жгучем ветре, и они потребовали отступления. Напрасно пророк увещевал их, говоря, что огонь ада будет жечь сильнее, чем летний зной: увещания не подействовали на хищных бедуинов, и войско возвратилось домой с полудороги. Лежа уж на смертном одре, Мухаммед готовился к новому походу на Сирию, но ему не пришлось видеть его окончания. Приближение смерти Мухаммед сам сознавал. В марте 632 года он совершил торжественный (со всеми обрядами) хадж в Мекку, в сопровождении 14000 мусульман, и, произнося проповедь, громко заявил, что сознает свою пророческую задачу перед Богом оконченной. Возвратясь в Медину, Мухаммед совершил ряд добрых дел. От перемежающейся лихорадки силы его ежедневно ослабевали, но он отказывался от лекарств. Жены однажды воспользовались бесчувственным положением пророка и напоили его каким-то горьким напитком; очнувшись, пророк заставил все свое семейство выпить это лекарство. 7 июня 632 г. он потребовал чернил и бумаги, чтоб написать книгу, которая навсегда предохранит его последователей от заблуждения. "Пророк бредит", сказал Омар, удерживая тех, которые хотели исполнить требование Мухаммеда: "ведь у нас есть Коран, слово Божие" (по мнению Вейля, Омар боялся, как бы Мухаммед не назначил Алия своим наследником). Поднялись споры: одни хотели исполнить волю Мухаммеда, другие сопротивлялись. Очнувшись, Мухаммед велел всем уйти: "удалитесь! не подобает спорить в доме посланника Божия". 8-го июня он, собравшись с силами, неожиданно прошел в мечеть (непосредственно соединенную с его домом) и трогательно простился с молящимися. Через несколько часов Мухаммед уж умирал на руках своей любимой жены Аиши, дочери Абу-Бекра.
  
   Похоронили его в Медине, и теперь его гробница -- место поклонения пилигримов. Аравия после смерти Мухаммеда почти поголовно отреклась от ислама, но Абу-Бекру и Омару вновь удалось утвердить ислам и распространить его в других странах, где он попал на плодотворную почву и получил развитие.
   2). Омар Хайям (1048-?) родился в Хорасане, в древнем городе Нишапуре, в семье зажиточного ремесленника, быть может, старейшины цеха ткачей, изготовлявших ткани для шатров и палаток. Очевидно, ремесло его предков было почетным, ибо Хайям - псевдоним поэта - происходит от слова "хайма" (шатер, палатка).
   Получив первоначальное образование в родном городе, Хайям переезжает учиться в Балх. Для дальнейшего усовершенствования своих познаний в 70-х годах XI века Хайям поселяется в Самарканде - крупнейшем научном центре того времени.
   Из всех наук молодого Хайяма сильнее всего увлекала математика. Славу ему принес не дошедший до нас трактат "Трудные вопросы математики" и последовавший за ним - "Объяснения трудного в заключениях Эвклида". Вскоре Хайям переезжает в Бухару по приглашению правителя, принца из рода Караханидов. Там он принят был с большими почестями. Правитель Бухары, беседуя с Хайямом, "сажал его с собой рядом на престол в знак наивысшего уважения".
   К этому времени стремительно выросла и утвердилась огромная империя Великих сельджуков - выходцев из кочевого туркменского племени Огузов. В 1055 г. сельджукский султан Тогрул-бек завоевал Багдад и объявил себя духовным главою всех мусульман.
   Халиф окончательно утратил всякую власть, что имело большое благотворное влияние на культурное развитие народов, населявших обширные страны Ближнего Востока.
   При султане Малик-шахе империя Великих сельджуков простиралась от границ Китая до Средиземного моря, от Индии до Византии. Главою нового государства стал известный Низам-ул-мульк, образованнейший человек своего века, обладавший большим государственным талантом. При нем расцвели промышленность и торговля. Он покровительствовал наукам, учреждал в больших городах учебные заведения-медресе и восстановил Багдадскую академию "Низамийе".
   По его приглашению Омар Хайям переселяется в столицу нового государства Исфахан и становится почетным приближенным султана.
   Легенда говорит, что Низам-уд-мульк предложил Хайяму управлять городом Нишапуром и всей прилегающей областью. Хайям ответил: "Не хочу управлять людьми, приказывать и запрещать, а хочу весь свой разум посвятить науке на пользу людям!"
   К этому времени Хайям известен как величайший астроном своего века. Ему поручено строительство крупнейшей в мире обсерватории. В результате его многолетних наблюдений за звездным небом, им была совершена реформа календаря за пятьсот лет до реформы папы Григория XIII.
   Когда создавал Хайям свои четверостишия? Очевидно, в течение всей жизни, до глубокой старости. Он никогда не писал хвалебных од правителям, никогда не был придворным льстецом, ожидающим милостей и подачек. Мы представляем себе его человеком гордым и независимым, исполненным достоинства.
   Его четверостишия - рубаи - пробились, как родники, из глубин народного творчества. Каждое четверостишие Хайяма - это маленькая поэма. Хайям выгранил форму четверостишия, как драгоценный камень, утвердил внутренние законы рубаи, и в этой области нет ему равных.
   Великий гуманист и жизнелюбец Хайям утверждает жизнь, прославляет красоту и духовное величие человека. Он прославляет пир, но это пир высоких мыслей и благородных чувств - пир Платона. Чаша вина - это волшебная чаша Джамшида, чаша человеческого разума, объемлющего весь мир. Сборище пьяных гуляк оказывается кругом избранных мудрецов.
   В некоторых четверостишиях возникают пейзажи, изумительные по чистоте и прозрачности красок. Хайям, столь много сказавший о кувшине, чаше и вине, не был ни пьяницей, ни гулякой. Великому мудрецу, ученому, трудившемуся весь свой долгий век до последнего часа, едва ли могло прийти в голову предаваться разгулу.
   О Хайяме - ученом, философе - сказано много. До нас дошло восемь его ученых трудов - математических, астрономических, философских и медицинских. Это далеко не все его наследие. Многое или погибло, или еще не найдено. В одном четверостишии он говорит:
   "Тайны мира, что я заключил в сокровенной тетради,
   От людей утаил я, своей безопасности ради".
   Эта сокровенная тетрадь Хайяма приоткрывается нам в его великолепных четверостишиях, где он, с необыкновенной силой, глубоко и полно высказывает то, чего не мог сказать в своих научных трудах из-за суровых условий своего времени, из-за тяготевшего над ним гнета религии. Как язвительно издевается он в своих стихах над показной святостью, над установлениями шариата, которые он считает бессмысленными, если они гнетут и давят душу человека. Он отрицает ортодоксальные установления ислама, так как не видит в них проявления мистического опыта общения с Творцом.
   Восемнадцатилетний период жизни Хайяма в Исфахане был самым счастливым и творчески плодотворным временем его жизни под защитой могущественных покровителей.
   В 1092 году заговорщиками был убит Низам-ул-мульк. Через месяц в расцвете сил умер Малик-шах. Началась ожесточенная борьба за власть. Империя стала разваливаться на отдельные феодальные государства. Средства на обсерваторию перестали отпускать. Положение Хайяма становилось опасным. Его враги и гонители подняли головы. Историк пишет: "Чтобы сохранить глаза, уши и голову, шейх Омар Хайям предпринял хадж (паломничество в Мекку)". Путешествие к святым местам в ту эпоху длилось иногда годами... Возвратившись из хаджа, Омар Хайям поселился в Багдаде, где продолжил свою ученую деятельность в академии Низамийе. Нрав его изменился. Он стал суровым, замкнутым и "захлопнул дверь своего дома перед прежними друзьями и единомышленниками". Прошли годы, в стране установился сравнительный порядок. К власти пришел сын Низам-ул-мулька, стремившийся продолжать политику своего отца. Овеянный славою, великий ученый Омар Хайям вернулся в родной Нишапур. Ему к тому времени было, очевидно, более 70 лет. Последние годы жизни он провел на родине, в благословенном Хорасане, окруженный почетом и уважением лучших людей своего времени. Его гонители не осмеливались расправиться с ним.
   Долгое время самой вероятной датой смерти Омара Хайяма считался 1123 год. Имеется несколько дошедших до нас источников, частично противоречащих друг другу. Д Низами Самарканди рассказывает о посещении им могилы Хайяма через четыре года после смерти, из чего следует, что ученый умер в 1131-32г. С другой стороны в рукописи писателя Яр-Ахмеда Табризи "Дом радости" есть два указания на возможную дату смерти. "Продолжительность его жизни "ab" солнечных года. "ab" - две цифры, написанные неразборчиво, но первая из них выглядит как 7 или 8, а вторая как 2 или 3. Вторая фраза, по-видимому, относящаяся к Хайяму: он умер в "четверг 12 мухаррама 555 года в деревушке одной из волостей округа Фирузгонд близ Астрабада". Этот ребус еще более осложняется вероятными ошибками в приведенных источниках. Возможны два решения, в зависимости от использования астрономических таблиц. Если принять первый вариант - 23 марта 1122 г., то приходится допустить наличие ошибок в первых двух источниках. Другой вариант 4 декабря 1131 г. - не противоречит ни одному из документов, и именно его, по-видимому, следует считать наиболее вероятной датой кончины.
   3). Газали (1058-1111).
   Великий мыслитель и богослов Абу Хамид ал-Газали родился в 1058 году в городе Тусе (ныне город в Иране). Его отец был бедным и благочестивым человеком, жил только на то, что зарабатывал своими руками, прял шерсть и продавал ее в своей лавке. Очевидно с этим фактом связан выбор псевдонима. Дословный перевод термина "Газали" означает "прядильщик". С другой стороны этот псевдоним отражает в себе кодовое обозначение каждого суфия - человека, который ведет постоянную работу над самим собой, прядет себя самого. О его матери, к сожалению, не сохранилось никакой информации, кроме того, что она оставила его сиротой, когда он был еще младенцем.
  
   Аль-Газали (полное имя Мухаммад ибн Мухаммад ибн Мухаммад ат-Туси аш-Шафии) является шейхом, имамом, редкой личностью своего времени, большим авторитетом в Исламе. Он является автором многих полезных изданий, искусно разбирающийся в мазхабах, основах Ислама, разногласиях и спорах и логике. Обладая глубоким аналитическим умом, он в совершенстве изучил философию.
  
   Когда ему еще не исполнилось и 20 лет, в поисках знаний он отправился в Горгон. Он взял с собой книгу "Комментарии по вопросам мусульманского права" в нескольких томах, автором которой является Абу Наср Аль-Йсмаили. Эту книгу он впоследствии выучил наизусть. Приобретенные в Горгоне знания не могли удовлетворить его, ибо он жаждал большего. И поэтому он отправился в Нисабур и довольно серьезно взялся за учебу, а впоследствии и сам писал книги. В это время он был женатым человеком в возрасте 28 лет.
  
   Из Нисабура он отправился в Аль-Муаскар, где познакомился с главой министров Низамом аль-Мульком, и тот приблизил его к себе в виду его знаний, авторитета, высокой степени перед Аллахом и умения дискутировать, и вскоре он занял высокое положение в Совете министров. Всего в Аль-Мусакаре он пробыл 5 лет.
  
   Затем в 1091 году Низам аль-Мульк назначил Аль-Газали на должность главного учителя медресе "Ан-Низамия" в Багдаде. У него было 300 своих учеников. Тогда ему было 43 года. Он удивлял людей своим характером, красноречием, благородством, и все очень полюбили его. Они чаще стали посещать его и получать исчерпывающие ответы на интересующие их вопросы. Так продолжалось до тех пор, пока он не отрекся от мирской суеты, отказавшись от своей славы и высокой должности.
  
   Пробыв в Багдаде всего 4 года, он в 1095 г., назначив родного брата своим заместителем и оставив все, что имел, покинул город. Взяв с собой только самое необходимое для себя и семьи, он прибыл в Дамаск. Там он всерьез занимался (приблизительно в течение двух лет) уединением (халват), внутренними упражнениями (риязат), духовным старанием (муджахадат). Он погрузился также в самоочищение, избавляясь от дурных качеств и приобретая благие, а также очищением сердца от любви к земной мимолетной жизни, чтобы оно в каждый миг поминало Всевышнего Аллаха. Обо всем этом он узнал из науки о суфизме ("ат-тасаввуф", то есть "тарикат" - исламская наука о постижении Истины на Пути к Аллаху посредством внутреннего очищения и постоянного ощущения на себе взора Аллаха).
  
   Газали совершает большое путешествие, посещает Мекку, Дамаск, Иерусалим, Александрию, всюду беседует с крупнейшими учеными, работает в библиотеках. Основная проблема, разрешения которой он хочет добиться, - устранение противоречий между наукой и религией. В этот период усиленных исканий он сталкивается с представителями суфизма и решает, что противоречие может быть устранено именно на этой базе. Он возвращается на родину в Тус и там создает целый ряд книг, так или иначе связанных с этой основной проблемой.
  
   Главный труд Газали - "Воскрешение богословских наук" - четырехтомная книга, популярность которой была исключительно велика и остается таковой вплоть до наших дней. Газали признавал, что ортодоксальное богословие настолько сухо, формально, сводит все обязанности верующего к механическому выполнению обрядов и не оставляет никакого места для чувств, что мириться с ним могут лишь весьма ограниченные люди. Он ввел в правоверие ряд мистических элементов, чем и оживил закостенелый формализм исламской веры.
  
   Менее чем через 50 лет после появления его трудов они уже оказали огромное влияние на иудейскую и христианскую схоластическую мысль. Идеи Газали по-разному воздействовали на Фому Аквинского и Франциска Ассизского и в этой связи оказали огромное влияние на доминиканцев и францисканцев - главные христианские ордена, с деятельностью которых связано формирование христианской доктрины. Об этом факте знают очень немногие. Но каждый Посвященный прекрасно знает о существовании глубокой связи между эзотерическими традициями, выросшими из единого метафизического зерна.
  
   Как и другие дервишские учителя, Газали считал, что суфизм является внутренним учением всех религий, и приводил множество цитат из Библии и апокрифов, чтобы доказать свою точку зрения.
  
   Газали построил рядом со своим домом медресе и обитель для суфиев. Строго распределив свое время, он преуспевал в богоугодных делах: обучении Корану, общении с суфиями, преподавании исламских наук. Ни одно мгновение он не проводил без пользы. Каждый свой день он завершал чтением хадисов и общением с семьей.
  
   Газали умер 19 декабря 1111 года, прожив всего 55 лет.
  
   Он был человеком редчайшей простоты, скромности и умеренности. Ему не раз предлагали богатство, деньги, но он каждый раз отказывался от них. Он располагал достаточными средствами для содержания семьи, заработанными честным трудом. Он всегда довольствовался тем, что имел и никогда не просил у кого бы то ни было материальной помощи.
  
   4). Санайи (1080-1140).
   Великий суфийский поэт Абул-Маджд Санайи, младший современник Хайяма и Газали, родился в 1080 году в городе Газне.
  
   Существует легенда о том, что еще в молодые годы Санаи стал придворным поэтом у шаха Махсуда Третьего. Высокое положение при дворе шаха, сделало Санайи богатым. Но однажды Санаи услышал слова юродивого, с презрением говорившего о грабительских походах шаха в Индию, о ничтожестве его окружения, в том числе и самого Санайи. Эти слова вызвали в нем просветление, и он отказался от своего прошлого образа жизни, вступив на суфийский Путь. Его наставником на этом Пути называют известного суфийского шейха Йусуфа Хамадани.
  
   Из биографий Санайи известно, что он много странствовал - бывал в Балхе, Серахсе, Герате, Нишапуре, Хорезме, Багдаде и он совершил паломничество в Мекку. В последние годы жизни Санайи вернулся в родной город Газну, где и жил до своей смерти. Он умер в 1140 году со словами, обращенными к Творцу: "Твое милосердие вынесет мне приговор".
  
   Некоторые ученые высказывают сомнение о принадлежности Санайи, как и Хайяма, к суфиям. Но суфийская традиция не исключает возможности того, что человек может быть великим суфии в своих деяниях, будучи, не имея посвящения в Традицию. Решающую роль в оценке суфийского наследия той или иной личности играет мнение потомков. Потомками же главный труд Санайи "Сад истин" признан "энциклопедией суфизма". Его могила в Газне окружена почетом и уважением по сей день и является местом паломничества у суфиев.
  
   Прижизненную славу Санайи принесли несколько поэм ("Книга любви", "Книга разума" и др.) и лирические стихотворения. На поэзию Санайи, несомненно, большое влияние оказало творчество Омара Хайяма. В свою очередь, сам Санайи стал примером для подражания многим поэтам, среди которых был великий Данте, чья "Божественная комедия" имеет удивительное сходство с поэмой Санайи "Странствие рабов Божьих к месту возврата".
  
   Но самой известной книгой Санайи, несомненно, стала книга "Сад истин". Именно эта книга принесла ему авторитет в суфийских кругах. Он написал ее в Газне в последние годы своей жизни и заканчивал ее, будучи тяжело больным.
  
   Работая над этой книгой, он получил приглашение ко двору от шейха Бахрамшаха. Санайи отказался от этого приглашения, чем вызвал огромное недовольство шейха и нажил себе могущественного врага. Санайи был вынужден обратиться за защитой от идеологических преследований шейха к одному из верховных исламских авторитетов того времени ходже имаму Бурхан-ад-Дину Махуммаду ибн Абул-Фазлю из Багдада, который дал ему охранную грамоту ("фетву"), объявив на весь мусульманский мир, что "Сад истин" ни в чем не противоречит исламу и шариату.
  
   Постепенно "Сад истин" занял настолько высокое место в духовной жизни исламского Востока, что иногда эту поэму называли даже "персидским Кораном". Эта книга состоит из рассуждений и притч. Она стала прообразом для некоторых суфийских поэм Аттара, Руми и многих других знаменитых поэтов и суфиев Ирана.
  
   Творчество Санаи является предметом изучения во многих суфийских школах и орденах.
  
   5). Аттар (1150-1230).
   Великий суфийский поэт Ирана Фарид ад-Дин Аттар родился в Нишапуре в 1150 году. Эта дата считается спорной, и некоторые его биографы считают годом его рождения 1119 или 1136. Он был сыном аптекаря, и в молодости, пока был жив его отец, он много странствовал, бывал даже в Египте и Индии.
  
   После этих странствий он возвратился в Нишапур и, получив в наследство от отца аптеку, продолжил его дело, - и само его имя - Аттар - означает "аптекарь" или "химик". Большинство историков считает, что он избрал это имя потому, что его отец владел аптекой, но суфийская традиция гласит, что в этом слове скрыт тайный смысл. Дальнейшие его странствия в течение многих лет были исключительно духовными, и он не только сам прошел весь суфийский Путь, но и указал другим его главные этапы - об этом его знаменитое учение о "семи долинах" - главных стоянках суфийского Пути, которые мы рассмотрели несколько ранее.
  
   Многие свои сочинения он создавал в аптеке, и нередко там собирались за советом и лекарством сотни людей, которые смиренно ожидали момента, когда вдохновение и творческий экстаз позволят Аттару отвлечься на мирские дела.
  
   Аттар написал 140 работ, предназначенных для суфиев, важнейшей из которых, несомненно, является поэма "Парламент птиц", в которой описываются главные стоянки на суфийском Пути.
  
   Аттар был одним из лучших знатоков биографий ранних исторических суфиев, и его единственное прозаическое произведение "Биографии друзей" (или "Описание святых") посвящено их жизнеописанию. Он решил составить эти жизнеописания во время своих путешествий в Мекку и другие места после того, как он оставил аптекарское дело и покинул свой дом.
  
   Легенда гласит, что как-то раз Аттар сидел в своей лавке, окруженный многочисленными товарами. Вдруг у дверей появился странствующий суфий и стал пристально смотреть на него полными слез глазами. Аттар приказал ему уйти. "Мне это не трудно, - сказал путешественник, - я ничего не имею, кроме этой рубахи. А вот как уйдешь ты со своими дорогими товарами? Ты бы лучше позаботился о том, чтобы приготовиться к своему пути". Это так подействовало на Аттара, что он бросил лавку и удалился в суфийскую общину на период подготовки под руководством шейха Рукн ад-дина. Позже Аттар сам организует суфийский Орден святого Георгия, который сегодня именуется Орденом Подвязки. Известно, что святой Георгий именуется у суфиев Хызром. Он отождествляется с пророком Илией и считается духовным покровителем всех суфиев.
  
   Аттар не был воинствующим шиитом, но одну из своих поздних поэм - "Проявление чудес" - он посвятил прославлению четвертого праведного халифа Али, и за это его осудили, конфисковали имущество и изгнали из Нишапура. Аттар ни разу в своей жизни не осквернил свое перо славословием по адресу власть имущих, и у него не нашлось защитника среди правителей. На старости лет он был вынужден снова превратиться в бездомного странника.
  
   На склоне лет Аттара посетил маленький Джалал ад-дин Руми. Аттар подарил ему одну из своих книг. Позднее Руми сделает более доступными тайные аспекты суфийского учения. Аттар будет для него образцом настоящего Учителя.
  
   Аттар погиб в 1230 году во время монгольского нашествия от руки одного из завоевателей. Его смерть, как и жизнь, стала частью его учения. Последний его поступок был совершен специально для того, чтобы заставить человека подумать о себе. Когда орды Чингисхана завоевали Персию и Аттар попал в плен, ему было уже 110 лет. Один из монголов сказал: "Не убивайте этого старика, я выкуплю его за 1000 серебряных монет". Аттар посоветовал своему хозяину повременить, т.к. другой человек якобы даст за него еще больше. Чуть позже кто-то предложил за него всего лишь охапку сена. Аттар сказал: "Отдай меня за это сено, потому что большего я и не стою". За это взбешенный монгол и убил его.
  
   Поэтическое наследие Аттара огромно. Им написаны десятки поэм и множество лирических стихотворений, составивших "Диван", однако переводы его произведений на русский язык практически отсутствуют, и ни в одну из антологий иранских (в советской терминологии они именовались "ирано-таджикскими") поэтов он никогда не включался. Причиной этому, возможно, был мистический ореол вокруг его имени, поскольку в советские времена ценилось поэтическое "свободолюбие", "богоборчество" и прочие добродетели, коими, по мнению тогдашних идеологов, Аттар не обладал.
  
   Его огромное влияние сказалось не только в суфийских кругах, но и в мировой литературе. Известно, что основоположник английской классической литературы - Чосер во многом подражал Аттару.
   6). Саади (1205?-1292).
   Саади родился около 1205 года в городе Шираз в семье муллы. Полное имя - Муслихаддин Абу Мухаммед Абдаллах ибн Мушрифаддин, а Саади - самостоятельно выбранный им псевдоним.
  
   В середине 1220-х годов учился в высшей духовной академии "Низамия" в Багдаде. В 30-х годах совершил хадж в Мекку. Саади был странствующим дервишем и копал рвы в плену у крестоносцев, он посещал центры обучения Востока и создал непревзойденные прозаические и поэтические произведения.
  
   В 1257 году в Дамаске создал поэму "Бустан", которую преподнес правителю Шираза Абу Бенру ибн Сааду. Ему же Саади посвятил поэму "Гулистан", написанную в 1258 году. "Гулистан" ("Розовый сад") и "Бустан" ("Фруктовый сад") представляют собой два классических суфийских произведения, формировавших и формирующих моральные и этические воззрения миллионов людей в Индии, Персии, Пакистане, Афганистане и Центральной Азии.
   Саади также является автором религиозно-философских наставлений и поучений "Пять межлисов", "Сахиба", "Тарджибанда" (цикл из 22 любовных газелей, соединенных рефреном) и четырех сборников газелей - лирико-нравоучительных стихов.
   Саади был членом суфийского ордена Накшбандийя, он поддерживал тесную связь с шейхом Шахбуддином Сухраварди, основателем школы Сухравардийя, со "Столпом Века" и одним из величайших суфиев всех времен Наджмуддином Кубра.
   Его учение о самоизучении имеет отношение не только к обычной потребности практиковать то, что проповедуют. Суфийский путь требует самоизучения особого рода. Это приходит раньше, чем человек начинает понимать наставления учителя. Саади говорит:
   "Если вы сами не будете порицать себя, то не сможете принять порицаний от других".
   Сила механического преклонения перед уединенной жизнью столь велика, что кандидату в суфии прежде всего необходимо указать, какие именно формы должно принять это уединение. "Связанные ноги в присутствии друзей лучше, чем жизнь в саду с посторонними", - замечает Саади. Уход от мира требуется лишь при особых обстоятельствах. Отшельники, являющиеся всего лишь профессиональными надоедалами, всем внушили мысль о том, что мистики всю свою жизнь должны проводить в горах или пустынях. Они приняли одну единственную нить за целый ковер.
   Важность времени и места суфийских упражнений - еще один пункт, выделяемый Саади. Обычные интеллектуалы едва ли смогут поверить, что качества и эффективность мышления могут меняться в зависимости от обстоятельств. Они могут назначить встречу в определенное время и в определенном месте, могут начать ученую беседу и продолжать ее при любых обстоятельствах, не обращая внимания на точку зрения суфиев о том, что человеческий ум только "по случаю" может освободиться от той механичности, под влиянием которой он действует.
   В рассказах и стихах "Гулистана" Саади часто порицает тех, кто спешит как можно быстрее начать учиться, не понимая того, что в данный момент их грубое состояние не позволит им изучать суфизм. "Как может спящий разбудить спящего?" - задает Саади известный суфийский вопрос. Если верно, что слова человека должны соответствовать его делам, то тем более верно, что наблюдатель должен уметь оценивать эти дела. Большинство людей этого не умеет.
   Суфии отмечают также эгоистичность, проявляемую предполагаемыми учениками в поисках собственного развития и удовлетворения своих потребностей. Необходимо добиться гармонического сочетания личных желаний с потребностями всего общества. В той части своей книги, которая касается этой проблемы, Саади подчеркивает связь суфиев с "Братьями чистоты", которая остается почти незамеченной для посторонних наблюдателей. "Братьями чистоты" называло себя общество ученых, подготовивших и анонимно опубликовавших энциклопедию, содержавшую все доступные в то время виды научного знания. Это было сделано ими для развития культуры, а не из желания увеличить свой собственный авторитет. "Братья" были тайным обществом, и поэтому о них мало что известно, но т. к. слово "чистота" в арабском языке ассоциируется со словом "суфий", суфийских учителей часто спрашивали о них. Вот что пишет Саади об этом таинственном братстве в сорок третьем рассказе своей книги:
   "Одного мудреца спросили о "Братьях чистоты". Он сказал: "Даже самый ничтожный из них считается с желаниями своих товарищей больше, чем со своими собственными".
   Мудрец сказал: "Человек, занятый лишь собой, не может быть ни братом, ни родственником".
   Благодаря своему авторитету "Гулистан" создавал не только свод моральных установлений, с которыми обязательно должен был ознакомиться любой грамотный молодой человек, но и начальный суфийский потенциал в умах своих читателей. Саади читают и наслаждаются его мыслями, стихами и развлекательной стороной его произведений. Позднее, когда искатель будет проходить подготовку в суфийской школе, ему могут помочь понять внутренний смысл рассказов Саади, и он получит определенную основу для дальнейшего пути. В других культурах подобный подготовительный материал практически отсутствует.
   Преждевременно раскрытые тайны, - а в суфизме есть некоторые тайны, которые можно узнать в отрыве от всего учения, - могут принести больше вреда, чем пользы. Неподготовленный человек может неправильно распорядиться энергией, хранителями которой являются суфии.
   Если энергично и правильно пользоваться щедростью и великодушием, они могут стать двумя важными факторами в подготовке человека к восприятию суфизма. Когда говорят: "Ничто не дается даром", - имеют в виду не только это. Способ давать то, что дают, влияние того, что дают, на человека - вот факторы, определяющие собой прогресс суфия. Существует тесная взаимосвязь между понятиями настойчивости и мужества, с одной стороны, и щедрости - с другой. В других системах, где внутреннее понимание механизма развития оставляет желать много лучшего, ученики будут размышлять обо всем в терминах борьбы. Они думают, что ничего не смогут получить без борьбы, и их поощряют думать таким образом.
   Саади заостряет внимание на этой проблеме в одном из своих небольших афоризмов: один человек пришел к мудрецу и спросил его, что лучше: доблесть или щедрость. Мудрец сказал: "Щедрому не обязательно быть доблестным". Это один из важнейших аспектов суфийской подготовки. Необходимо также отметить, что форма, в которой происходит обучение, дает Саади прекрасную возможность устами мудреца указать, что на вопросы, поставленные "или-или", не обязательно отвечать, пользуясь этим же принципом.
   В главе, посвященной преимуществам удовлетворенности, Саади передает элементы суфийского учения в нескольких рассказах, на первый взгляд предназначенных для тех, кто игнорирует правила поведения в обществе. Несколько дервишей, доведенных до крайности голодом, решили принять еду из рук злого, но щедрого человека. Саади обращается к ним в известном стихотворении:
   "Лев не станет есть собачье дерьмо, Даже если умрет с голода в своем логове. Пусть ваши тела голодают, но не просите ни у кого покровительства".
   Способ передачи этого рассказа и контекст, которым он окружен, говорят суфию о том, что Саади предостерегает дервишей от увлечения любым другим привлекательным учением, кроме суфизма, в тот период, когда он проходит испытания, связанные с посвящением.
   Настоящий суфий обладает определенными внутренними качествами, ценность которых не может уменьшиться под влиянием контактов с более низкими людьми. Саади особо выделяет эту мысль в одном из своих отточенных нравоучительных рассказов, показывающих, в чем заключается настоящее достоинство:
   "Король с несколькими придворными охотился в пустыне, когда внезапно резко похолодало. Он объявил, что ночь они проведут в лачуге крестьянина. Придворные стали утверждать, что достоинство монарха пострадает, если он переночует в таком месте. Крестьянин в ответ на это сказал:
   "Достоинство его величества не пострадает от этого, а мое достоинство намного увеличится, если я буду удостоен такой чести".
   За это крестьянин был награжден почетной одеждой".
   Сильное влияние Саади на европейскую литературу является общепризнанным фактом. Он был одним из авторов, чьи произведения послужили основой для Gesta Romanorum, источником многих западных легенд и аллегорий. Например, исследователи обнаружили многочисленные следы влияния Саади в немецкой литературе. Переводы его работ впервые появились в Европе в XVII веке. Творчеством Саади восхищались Пушкин и Есенин. Имя Саади и по сей день является авторитетным в духовных исканиях многих людей.
   7). Руми (1207-1273).
   Величайший суфийский поэт Ирана, классик мировой литературы Джалал ал-Дин Мухаммад Руми родился в сентябре 1207 года в городе Балхе в Хоросане в семье выдающегося богослова Мухаммада ибн Хусайна ал-Хатаби ал-Балхи, проповедовавшего под именем Баха ад-Дина Валада, считавшего себя идейным и духовным наследником великого суфия-интеллектуала ал-Газали.
  
   Когда Джалал ад-Дин был еще ребенком, у его отца возникли осложнения в отношениях с мстительным придворным богословом Фахрад ад-Дином Рази, причастным к убийству маджд ад-Дина Багдади, утопленного в Аму-Дарье. Отец Джалал ад-Дина, почувствовав смертельную опасность, нависшую над ним и его семьей, решил под предлогом паломничества в Мекку покинуть Хорасан.
  
   Примерно в 1215 году Валад с семьей и сорока учениками и последователями отправился в странствие. Их путь лежал через город Хайяма Нишапур, где состоялась его встреча с Фарид ад-Дином Аттаром. В конце своей беседы Аттар, указав на Джалал ад-Дина, сказал: "Не за горами то время, когда твой сын возожжет огонь в сердцах, скорбящий в мире". С подаренной Аттаром "Книгой тайн"Джалал ад-Дин не расставался всю свою жизнь, постоянно перечитывая ее, обращался к ней в минуты радости и скорби, находя в ней ответы на терзавшие его сомнения и утешение в печали.
  
   Семья Валада обосновалась в Руме - западном селюджукском султанате, контролировавшем в те времена почти всю малую Азию. Она жила сначала в Малатве, потом в Сивасе, Акшехире и в Ларенде. В Ларенде в 1225 году Руми женился на Джаухар-Хатун Самарканди. Там же родился его первенец Султан-Велед, который впоследствии биографическую поэму "Валад-Наме" - о жизни своего деда и отца, а также собрал наставления и изречения Руми и издал их отдельной книгой под названием "В нем то, что в нем".
  
   В 1228 году отец Руми получил приглашение занять место преподавателя в медресе в Конье и переехал туда, но вскоре, в 1231 году умер, и его место в медресе занял Руми. Через год Руми, оставаясь преподавателем медресе, становится учеником единомышленника своего отца шейха Бархун ад-Дина Мухаккика. Это духовное воспитание продлилось почти десять лет, но жизнь Руми оно не изменило: он остается всеми уважаемым преподавателем в медресе и проповедником в мечети и живет со своей семьей в довольстве и благополучии.
  
   Вступление Джалал ад-Дина на суфийский Путь связано с именем бродячего суфийского проповедника Шамс ад-Дина Табризи. Проповеди этого дервиша и личное общение с ним, а потом его таинственное исчезновение перевернули душу Руми, и, пережив радость встречи, всеобъемлющую любовь к другу и трагедию потери, он стал тем гениальным поэтом, которого знает мир.
  
   Но Руми не мог жить и творить без кумира, напоминающего ему своими душевными качествами исчезнувшего в 1247 году Шамс ад-Дина. Таким кумиром стал для него молодой ювелир Салах ад-Дин Заркуб, а когда тот в 1258 году умер, его место занял Хусам ад-Дин Хасан, возглавивший учеников поэта и суфийского шейха, каким теперь был Руми.
  
   Именно Хусам ад-Дину мир обязан тем, что большинство поэтических произведений Руми были записаны и сохранены для человечества, так как поэт обычно их только декламировал или напевал. По его же предложению и при его помощи было создано главное произведение Руми - шеститомная поэма "Маснави" ("Поэма о скрытом смысле"). В своем скрытом смысле эта поэма является своего рода энциклопедией суфизма, но эту ее сторону могут оценить лишь те, кто вступил на суфийский Путь и сумеет разглядеть в ней развитие идей Газали, Санайи, Аттара и других суфийских авторитетов того времени. О связи "Маснави" с поэзией Санайи и Аттара сказал сам Руми:
  

Аттар был духом, а Санайи - двумя очами его,

А я пришел следом за Санайи и Аттаром.

   Люди же далекие от суфийской мистики могут насладиться "Маснави" как совершенным поэтическим произведением, отразившим все стороны жизни средневекового исламского Востока, и убедиться в том, что годы не властны над вечным стремлением человека к счастью и справедливости, убедиться в бессмертии человеческой надежды на лучшее.
  
   Джалал ад-Дин подписывал свои произведения разными псевдонимами: "Балхи" - по месту своего рождения, "Шамс Табризи" - именем друга и духовного учителя, но наибольшей известностью пользовался его псевдоним "Руми" - по названию страны, где он и его близкие обрели вторую родину.
  
   Руми основал братство Маулавийа (Орден крутящихся дервишей) - суфийский орден, устав которого впоследствии станет примером для подражания в других суфийских братствах, например, в ордене Накшбандийа.
  
   Джалал ад-Дин Руми умер в Конье в декабре 1273 года и покоится в мавзолее рядом с отцом. Их могила является объектом паломничества и почитания по сей день.
  
   8). Накшбанд (1318-1389).
   Баха ад-Дин Накшбанд родился в 1318 году в селении Каср-и-Хиндуван ("Индийская крепость") вблизи Бухары в семье ремесленника-чеканщика и ткача. Баха ад-Дин унаследовал профессию отца и сам с детства занимался чеканкой -- отсюда его прозвище Накшбанд ("чеканщик"), давшее название одному из самых известных суфийских братств.
  
   Интерес к суфийскому Пути в нем пробудил дед, имевший связи с основанной знаменитым бухарским мистиком ал-Хамадани (умер в 1140 г.) и ал-Гиджувани (умер между 1180 и 1220 годами) суфийской школой ходжаган. Представители этой школы Мухаммад Симаси и Сайид Кулал были первыми наставниками Баха ад-Дина на суфийском Пути. При этом к Кулалу он уже пришел как мистик, постигший истину Пути без наставника. Тем не менее, еще двенадцать лет Баха ад-Дин проводит в учениях и совершенствовании своего суфийского мировосприятия и дважды совершает паломничество в Мекку.
  
   Всю свою жизнь, кроме этих путешествий к Святым местам, Баха ад-Дин проводит в Бухаре и ее окрестностях. Слава его растет, и многочисленные его ученики и последователи застают его в добровольной бедности: разбитый кувшин и циновка составляют все его имущество. Беспрекословный духовный авторитет Баха ад-Дина поставил его во главе школы Ходжаган, которая при нем приняла организационные формы, присущие суфийским братствам, и это братство было названо его именем Накшбандийа, хотя он после создателей этой школы ал-Хамадани и ал-Гиджувани был пятым ее руководителем.
  
   Баха ад-Дин сформулировал одиннадцать принципов братства Накшбандийа, из которых восемь были разработаны еще ал-Гиджувани, а три -- самим Баха ад-Дином.
  
   Эти принципы или правила, а вернее, ступени суфийского Пути Накшбандийа выглядят так:
  
   -- "Поминовение", или тихая медитация, обращенная к Богу. Цель этой медитации, по словам Баха ад-Дина, добиться того, чтобы сердце всегда ощущало присутствие Бога, так как практика медитации сама по себе исключает невнимание;
  
   -- "стеснение", цель которого -- не дать рассеиваться мыслям во время медитации. Баха ад-Дин для достижения этой цели рекомендовал чередовать повторение основной формулы медитации повторением "вспомогательной фразы", например: "Господь мой! Все мои стремления направлены к Тебе!";
  
   -- "бдительность". Ее цель в защите медитации от случайных блуждающих мыслей;
  
   -- "воспоминание", или концентрация внимания на присутствии Бога, открывающая путь к предвидению и интуитивным предчувствиям;
  
   -- "контроль дыхания". Баха ад-Дин, следуя, по-видимому, индийским влияниям, считал дыхание внешней основой медитации;
  
   -- "путешествие по своей стране" -- внутреннее странствование от Зла к Добру, содержащимся в собственной душе, самоанализ;
  
   -- "наблюдение за шагами" -- стремление к тому, чтобы во время любых внешних и внутренних странствий на суфийском Пути ничто не отвлекало от цели этого движения.
  
   -- "одиночество на людях" -- преодоление суфийского Пути лишь внешне свершается в мире, а его внутренняя сущность -- движение с Богом и к Богу;
  
   -- "остановка на времени". Этой и двумя последующими остановками Баха ад-Дин дополнил правила суфийского Пути ходжаган. Суть же этой "остановки" состоит в необходимости автоконтроля за тем, как суфий проводит время, -- праведно или неправедно, с учетом высокой требовательности, предъявляемой к людям Пути;
  
   -- "остановка для исчисления" предназначена для определения степени сосредоточенности на медитации путем контрольных подсчетов числа повторения медитационных формул.
  
   -- "остановка на сердце" -- остановка для воспроизведения мысленной картины человеческого (собственного) сердца с запечатленным на нем именем Бога.
  
   Баха ад-Дином была также разработана духовная генеалогия братства Накшбандийа -- так называемая "золотая цепь", в соответствии с которой духовная преемственность в братстве восходит к Пророку духовно через первого праведного халифа Абу Бакра и физически -- через четвертого праведного халифа Али, родственника Мухаммада. Благодаря этому братство Накшбандийа, возникшее как чисто суннитское объединение, завоевало высокий авторитет и в шиитской среде, и в его структуре возникли даже шиитские группы (в Иране), действующие и поныне.
  
   Лишь одно из положений братства Накшбандийа, высказанное Баха ад-Дином, а именно -- о недопущении контактов с властями, было впоследствии скорректировано лидером этого братства в XV в. ходжой Ахраром, и с этого момента Накшбандийа становится активным участником многих политических событий на Ближнем и Среднем Востоке, что автоматически привело к отмене аскетизма в быту членов братства, состоящего из внешне обычных мирян.
  
   Творчество великих суфийских философов и поэтов Хорасана -- ал Газали, Санайи, Аттара и ставшего лидером родственного братства Маулавийа Джалал ад-Дина Руми -- было как бы мозаикой суфийских мыслей и образов, из которой шейх Баха ад-Дин сложил свое весьма совершенное и долговечное мистическое учение, и это учение, в свою очередь, питало суфийское творчество Джами, Навои и многих других поэтов и философов.
  
   Умер шейх Баха ад-Дин в 1389 году в родном селении, переименованном в его честь еще при его жизни в Каср-и-Арифан ("Крепость познавших Божественную Истину"). После смерти он был признан святым и покровителем Бухары. Он был канонизирован, и его культ был распространен далеко за пределами Туркестана, а воздвигнутый в 1544 году над его могилой мавзолей стал популярным местом массового поклонения, и, по преданию, трехкратное посещение могилы Баха ад-Дина заменяло паломничество в Мекку и Медину.
  
  
  
   9). Джами (1414-1492).
   Великий персидский поэт, мыслитель и суфийский учитель Абд ар-Рахман Джами родился в селении Харджард в области Джам, расположенной между Гератом и Мешхедом в Хорасане, в ноябре 1414 года в семье чиновника. Его учебой с четырех лет руководил отец - весьма образованный и просвещенный человек своего времени.
  
   В 1425 году Джами с семьей переезжает в Герат - столицу одного из государств, образовавшихся после смерти Тимура, насчитывавшую в те годы около миллиона жителей и имевшую одну из крупнейших библиотек того времени, где были собраны сочинения корифеев персидской классической поэзии. Последним из них было суждено стать юному Абд ар-Рахману.
  
   В Герате Джами учился в медресе Низамийе и Дилкаш. В двадцать лет он пишет астрономический трактат, посылает его в Самарканд и получает приглашение в этот крупнейший научный центр, где Джами продолжает учебу в медресе Улугбека. О том, каким он был тогда, говорят следующие слова одного из его учителей: "С тех пор, как существует Самарканд, еще не переправлялся к нам через воды реки Аму человек, равный по уму, благородству и находчивости этому юноше из Джама".
  
   В Самарканде в те годы усиливалось влияние суфийского братства Накшбандийа. Джами общался с его главой - шейхом Ахраром и вступил на суфийский Путь. Вернувшись в 1451 году в Герат, он сближается с главой гератской общины этого ордена Саад ад-Дином Кашгари, а после его смерти становится духовным руководителем - шейхом - этого братства. Однако вокруг Джами группируются не только его духовные ученики, но и вся светская творческая интеллигенция Герата. С 1459 года в окружение Джами входит и становится его учеником - и в поэзии, и в суфизме - Али Шир Навои.
  
   Несмотря на то, что высоким поэтическим даром Джами владел с юных лет, свои крупные литературные произведения он создал уже к концу жизни. В числе этих шедевров поэмы "Золотая цепь", перекликающаяся с "Садом истин" Санайи, "Саламан и Абсаль" и "Пятерица". Завершается этот самый плодотворный творческий период "Весенним садом" - поэмой в прозе со стихотворными вставками, перекликающейся и с "Воскресением богословских наук" Газали, и с "Розовым садом" Саади.
  
   Огромный духовный авторитет Джами неоднократно привлекал к нему внимание правителей, но он отклонял все их предложения, предпочитая дворцовому великолепию скромный путь наставника, искателя истины и справедливости.
  
   Умер Джами в ноябре 1492 года в Герате, где прошла большая часть его жизни. После смерти он был признан святым, и его мавзолей был и остается объектом поклонения верующих паломников, а жители Герата по сей день, по нерушимой традиции, приходят поклониться его праху каждый четверг.
  
   Сущность суфийского учения в традиции братства Накшбандийа изложена Джами во фрагментах поэм "Золотая цепь", "Саламан и Абсаль", "Дар благородных", "Четки праведников", "Книга мудрости Искандара", "Весенний сад". Как это принято у суфийских авторов, черты и положения суфийского мировосприятия Джами передает иносказаниями, зашифровывая их в притчах, рассказах, рассуждениях о ситуациях бытия и отдельных афоризмах, приглашая читателей к беседе и размышлениям.
   Поэтому простой обыватель воспринимает эти поэмы как образец поэтического слога, посвященный же в Традицию - как образец высокой мудрости.
  
   10). Навои (1441-1501).
   Великий поэт и мыслитель Низам ад-Дин Мир Али Шир, писавший под псевдонимами Навои и Фани, родился в Герате в феврале1441 года в семье крупного чиновника. Еще в юношеском возрасте он стал известен как поэт, слагающий стихи на тюркском и персидском языках. Когда его школьный друг принц Хусейн Байкара вступил на престол Навои-Фани был им возвышен и, получив титул эмира, занимал высшие посты в его государстве, оказывая постоянную помощь литераторам, деятелям искусства представителям творческой интеллигенции. Как борец против коррупции и блюститель справедливости Навои-Фани заслужил стойкую ненависть чиновников и придворных, которые добились его высылки в Астрабад в качестве правителя этой бедной и удаленной провинции на восточном берегу Каспийского моря, и там пытались организовать на него покушение. Пробыв в Астрабаде около года, Навои-Фани оставил государственную службу и, вернувшись в 1488 году в Герат, посвятил себя исключительно творческой работе. Умер Навои в Герате в январе 1501 года.
  
   Огромное влияние на взгляды и творчество Навои-Фани оказала его многолетняя дружба с жившим в Герате великим персидским суфийским поэтом и философом Джами. Джами обратился к суфизму в юности, когда он был учеником шейха Ахрара - главы суфийского братства Накшбандийа. Когда же Джами стал шейхом, он приобщил к суфийскому мировоззрению и своего ученика Али Шира Навои-Фани.
  
   Псевдонимом Навои ("мелодичный") Али Шир подписывал свои стихи, написанные на тюркском языке. В персидских же стихах он назвал себя Фани ("отрешенный") - словом, означавшим высшую ступень суфийского самосовершенствования.
  
   Суфийские мотивы и черты суфийского мировосприятия отразились во многих его произведениях, внешне носивших вполне светский характер, и лишь в преклонные годы, незадолго до своей смерти Али Шир Навои-Фани счел себя достойным последовательно изложить свои суфийские взгляды как ученик Джами и великого бухарского шейха Баха ад-Дина Накшбанди, чье имя было присвоено одному из старейших суфийских братств в Хорасане и Маверранахре. В числе своих предшественников, связанных с ним цепью духовной преемственности, Али Шир, наряду с Джами и Накшбанди, называет Аттара и Руми.
  
   Суфийское миропонимание Али Шира изложено им в поэме "Язык птиц". Несмотря на то, что эта поэма написана на тюркском языке, Али Шир выступил под псевдонимом Фани, прямо объясняя в тексте поэмы этот свой выбор ее суфийским характером. Другим поздним суфийским произведением Али Шира является уникальный текст под названием "Возлюбленный сердец", где рифмованная ритмическая проза чередуется со стихотворными вставками.

Часть 5. ДЗЭН.

  
   Глава 1. Что такое "дзэн".
  
   Термин "дзэн" представляет собой японскую транскрипцию санскритского термина "дхьяна", что на русский язык переводится как "медитация". В китайском языке термину "дзэн" соответствует слово "чань", которое означает то же самое. Поэтому не следует путать китайские термины "чань" и "дао", т.к. они означают совершенно разные вещи: чань - медитация, дао - путь.
   Основоположником дзэнской традиции считается Сиддхартха Гаутама, который жил в шестом веке до рождения Иисуса Христа и смог впервые достичь самостоятельного просветления на арийском этапе развития человечества. С именем Сиддхартхи Гаутамы связано огромное направление эзотерики, которое условно можно назвать путем Будды. Суть всего этого направления сводится к тому, что постулируется возможность самостоятельного (без помощи Творца) пробуждения (и спасения) в отличие от пути Торы - направления в эзотерике, в котором постулируется возможность пробуждения (и спасения) только с помощью получения света Творца, который открывается через священные писания Примордиальной Традиции.
   Считается, что до Сиддхартхи Гаутамы на земле было много Будд, но учение Будды Шакьямуни (Гаутамы) представляет собой сочетание сутры и Тантры, в то время как другие учения не имеют Тантры. Тантра есть свод практических методов, предназначенных для духовной практики людей родившихся в век Кали-Юги, или в последние времена, о которых упоминается в Библии.
   На основании дзэнской традиции выросла первая из трех мировых религий, которая получила название "буддизм". Двумя другими мировыми религиями, как известно, являются христианство и ислам. Буддизм возник за шесть веков до рождения Иисуса Христа и является самой многочисленной по количеству сторонников.
  
   Природа Будды.
   "Каждый Будда является также и Христом, но не каждый Христос - Будда. Любой человек может стать Христом, отождествив себя с ним, но не всякий может эволюционировать до состояния Будды. Настоящий каббалист знает, что Христос - сын человека, а не Эннойя - первозданный человек; или, излагая то же самое с помощью буддийской фразеологии, Христос - это бодхисатва, а не будда.<...>В каждом человеке есть семя бодхисатвы, но не семя будды. А потому, когда человечество в процессе своего эволюционного продвижения рождает Будду, его появление становится историческим событием особой важности". (Субба Роу. "Дева мира".) Иными словами, Путь Торы - Учение Примордиальной Традиции, которое учит человека раскрыть в себе природу Христа (как стать бодхисатвой), Путь Будды - Учение Примордиальной Традиции, которое учит человека не только раскрытию в себе природы Христа, но также учит человека, как стать Буддой. Таким образом, термины Машиах (мессия) у каббалистов, Христос - у гностиков и Бодхисатва - у дзэн-буддистов имеют синонимичное значение. Этот термин означает существо, достигшего спасения - спасителя. Если Будда - это непроявленная природа Творца, то Христос, Бодхисатва, Машиах - это проявленная природа Творца, которой обладает каждый человек в большей или меньшей степени.
   Этот отличительный критерий не столь существенен, но тем не менее он имеет свойство быть.
  
   Путь Торы - это путь нисхождения света Творца к творению, путь Будды - это путь восхождения творения к свету Творца. Первый путь - пассивный и менее опасный, второй - активный и более опасный. Возможно именно этим обстоятельством, в свое время, было вызвано решение Иисуса пройти обучение в Тибете.
  
   Термин "Будда" в переводе с санскритского означает просветленный и обозначает существо, достигшее высшего совершенства.
  
   Многие Учителя дзэн утверждают, что человек не может выразить в словах суть учения дзэн, несмотря на то, что сам основоположник этой традиции утверждал следующее: "Оставление всех грехов, делание всякого добра, очищение сердца - вот закон Будды" (Дхаммапада).
  
   Три драгоценности.
   Вся дзэнская традиция держится на трех китах, которые сами буддисты называют драгоценностями. Эти драгоценности, обязуется свято хранить каждый адепт дзэна - Будду, Дхарму и сангху.
  
   Будда --просветленное, всеведущее существо, достигшее духовных вершин естественным образом через развитие ума и сердца в длинной последовательности перерождений (сансара). Главными из этих вершин являются Просветление (бодхи) и Успокоение (нирвана), которые знаменуют окончательное освобождение (мокша) и достижение высшей цели духовных устремлений в индийской и других восточных культурах, что недоступно ни богам, ни святым других религий. Каждый из людей изначально имеет все необходимое для того, чтобы стать буддой. Это наши неотъемлемые составляющие - сущностные элементы тела, речи и ума, благодаря которым мы способны обрести совершенные тело, речь и ум, т.е. достичь вершины духовного пути.
  
   Дхарма -- Закон, открытый Просветленным, смысловое ядро Вселенной, определяющее все процессы, происходящие в мире, взаимосцепленность и взаимозависимость всего. Этот Закон Будда постиг и сообщил ученикам в виде Слова, текста сутр (проповедей, бесед). Тексты Закона Будды несколько столетий передавались изустно. В 80 до н. э. они были впервые записаны на пали, специально созданном буддийскими монахами языке индоевропейской группы (близком санскриту). Эти писания составили канон школы тхеравадинов (старейшин) и назывались Три корзины (Трипитака, на языке пали -- Типитака): Корзина устава, правил поведения (Виная-питака), Корзина бесед, проповедей (Сутра-питака, на пали -- Сутта-питака) и Корзина учений Закона (Абхидхарма-питака, на пали -- Абхидхамма-питака). Именно в корзинах, плетеных коробах хранились пальмовые листы записей текстов, распределенных по отделам.
  
   Драгоценность дхармы двояка и делится на Истину пресечения и Истину пути. Истина пресечения - это подлинное прибежище: будучи состоянием отделенности от страданий и их причин, оно защищает нас от нежелательного. Истина Пути - это средство, позволяющее непосредственно достичь такого состояния.
  
   Дхарма делится на устные объяснения и средства практического осуществления, причем к последним относятся Истина пресечения и Истина пути. Это и есть практическое осуществление Учения. К Истине пути относятся прежде всего те методы, которые позволяют одержать реальную победу над омрачениями. Это главным образом - развитие мудрости, но также и развитие сосредоточения - основа мудрости, и развитие нравственности - основа сосредоточения. Эти три вида обучения - нравственности, сосредоточению и мудрости - составляют практическую Дхарму, а тексты, посвященные этим трем видам обучения, составляют устную Дхарму, т.е. способ выражения этих тем. Собственно, мы наблюдает аналогию каббалистической традиции, в которой также разделяют устную и письменную (Пятикнижие Моисея) Торы.
  
   Сангха -- община равных, не имеющих никакой собственности, нищенствующих (бхикху, на пали: бхиккху), сообщество носителей Закона, хранителей знаний и мастерства, которые из поколения в поколение следуют путем Будды. Она слагается из Бодхисаттв, шраваков и пратьекабудд, которые достигли в своем духовном развитии как минимум видения. Всего же различают десять уровней развития, или бхуми.
  
   Страдание и освобождение -- субъективные состояния и одновременно некая космическая реальность: страдание -- состояние беспокойства, напряженности, эквивалентное желанию, и одновременно пульсация дхарм; освобождение (нирвана) -- состояние несвязанности личности внешним миром и одновременно прекращение волнения дхарм. Буддизм отрицает потусторонность освобождения; в буддизме нет души как неизменной субстанции -- человеческое "я" отождествляется с совокупным функционированием определенного набора дхарм, нет противопоставления субъекта и объекта, духа и материи, нет бога как творца и безусловно высшего существа. В ходе развития буддизма в нем постепенно сложились культ Будды и бодхисатв, ритуал, появились сангхи (монашеские общины) и т. д.
  
  
   Космология.
  
   Уже самые ранние палийские тексты представляли мироздание постоянно меняющимся циклическим процессом. В каждом цикле (кальпа) выделяются четыре последовательные временные стадии (юга): созидание мира, его становление, убыль и распад (пралая), длящиеся многие тысячи земных лет, а затем повторяющиеся в очередном цикле. Вселенная описывается в виде вертикали 32-х миров, или уровней сознания пребывающих на них существ: от тварей ада (нарака) до неких недоступных нирванических обитаний просветленных умов в нирване. Все 32 уровня существования сознания подразделяются на три сферы (дхату или авачара).
  
   Нижняя сфера страстей (кама-дхату) состоит из 10 уровней (в некоторых школах -- 11): ад, животный уровень, преты (голодные духи), человеческий уровень, а также 6 видов божественного. Каждый из них имеет свои подуровни, например, на уровне ада как минимум 8 холодных и 8 горячих адов; классификации человеческого уровня сознания строятся на возможности изучать и практиковать Закон Будды.
  
   Средняя сфера -- сфера форм и цветов (рупа-дхату), представлена 18 небесными мирами, населенными богами, святыми, бодхисаттвами и даже буддами. Эти небеса являются объектами медитации (дхьяна), во время которой адепты могут духовно посещать их и получать наставления от их обитателей.
  
   Верхняя -- сфера -- вне форм и цветов (арупа-дхату), состоит из 4 нирванических "пребываний сознания", доступных тем, кто обрел Просветление и может обитать в бесконечном пространстве, в бесконечном сознании, в абсолютном ничто и в состоянии вне сознания и вне его отсутствия. Эти четыре уровня являются и четырьмя видами наивысшей медитации, которые Будда Шакьямуни освоил в состоянии Просветления.
  
   Циклы космических катаклизмов охватывают лишь 16 нижних миров (10 из сферы страстей и 6 из рупа-дхату). Каждый из них в период гибели распадается вплоть до хаоса первостихий (земли, воды, ветра, огня), в то время как обитатели этих миров с присущим им уровнем сознания и кармы в виде "самоблестящих и самодвижущихся" мельчайших "светлячков" переселяются на небо света Абхасвара. (17-й мир, не подвержен вселенскому распаду) и пребывают там вплоть до восстановления космических и земных условий, годящихся для возвращения на их уровень. При возвращении они проходят долгую биологическую и социально-историческую эволюцию, прежде чем станут такими, какими были до переселения на Абхасвару. Движущей причиной этих изменений (как и всего космического цикла) является совокупная карма существ.
  
   В буддизме, особенно в махаяне, развивается традиция опровержения идеи Бога-творца (ниришвара-вада) логическими средствами; сама эта идея считается допустимой лишь на обыденном уровне сознания. Буддисты приняли и "расселили" на нижних небесах своей вселенной всех богов индуизма, а также и других религий, в частности, в 20 в. -- христианства: Иисуса Христа назвали великим небесным бодхисаттвой, воплощавшимся на земле. Некоторые национальные школы буддизма отождествляют высших будд поздней махаяны и ваджраяны с главными местными богами. Например, в японской школе сингон будда Вайрочана отождествлен с главной богиней-прародительницей синтоизма Аматэрасу. Тем самым сохраняются обе культовые системы и устраняется раздор между религиозными общинами.
  
   Буддийские представления о земном мире (горизонтальная космология 6 нижних уровней сферы страстей) весьма мифологичны. В центре земли возвышается огромная четырехгранная гора Меру (Сумеру), окруженная океанами, горными цепями с четырьмя материками (по сторонам света) и островами за ними. Южный материк -- это Джамбудвипа, или Индостан, с прилегающими землями, известными древним индийцам. Ниже поверхности океанов располагались 7 подземно-подводных миров, самый нижний из которых -- ад. Выше поверхности, на горе Меру живут божества, на ее вершине -- небесные дворцы 33-х ведических богов во главе с Индрой.
  
   Длительность жизни на каждом уровне вселенной различна: самая короткая жизнь у людей и животных, а выше и ниже она удлиняется, время как бы замедляет свой бег. Например, 50 человеческих лет -- это одни сутки богов сферы страстей, голодные же духи (преты) живут 500 земных лет.
  
   Глава 2. Теория и практика дзэн.
  
   Четыре печати.
   Квинтэссенция дзэнского мировоззрения заключена в четырех печатях - теоретических принципах, которые имеют свое обоснование, но зачастую принимаются как аксиомы. Эти четыре принципа следующие:
      -- Все составное непостоянно;
      -- Все загрязненные объекты есть страдание;
      -- Все явления пусты и не имеют самости;
      -- Нирвана есть покой.
   Только не стоит путать четыре печати с четырьмя благородными истинами. Печати - это всего лишь теоретические основоположения дзэнской доктрины. Они сформулированы Сиддхартхой как суть его мировоззрения. В центре же дзэн-буддизма стоит учение о "4 благородных истинах". Эти истины были восприняты Сиддхартхой как результат просветления.
  
   Критерий истины в дзэне и принцип четырех опор.
   Несмотря на то, что многие адепты дзэнской традиции принимают четыре печати как аксиомы, эти мировоззренческие суждения проверяются логикой и подтверждаются практикой. Сам Гаутама по этому поводу говорил следующее: "Как проверяя золото, его плавят, режут и трут, так и монахи и пандиты должны принять мои слова не из почтенья ко мне, но после тщательного анализа". Поэтому в дзэне считается, что если человек принимает положение, противоречащее логике, то его нельзя считать ни компетентным, ни авторитетным в данной области.
  
   В этой связи у буддистов имеется свой критерий истины, которым пользуются адепты, при получении нового знания. Этот критерий мы условно называем критерием Будды и выглядит он следующим образом: "Не верьте тому, о чем вы слышали: ни традициям, лишь потому, что они дошли до нас из древности; ни тому, что было сказано многими; ни писаниям мудрецов; ни досужим домыслам; ни тому, что представляется вам привычной истиной; не принимайте на веру голый авторитет наставников и учителей. Но вы должны верить, когда Писание, доктрина или сказание подтверждается вашим собственным разумом и сознанием и ведет ко благу всякого и всех. Лишь тогда примите все это и живите сообразно этому" (Цитата по книге: Max Miller, Three Lectures on the Vedanta Philosophy, London: Longmans, Green and Co, 1984).
  
   Таким образом, мы видим, что именно логическое рассуждение признано в дзэне основным методом, позволяющим различать что является определенным, а что требует толкования.
  
   Как именно следует проводить анализ в поиске истины? Для этого Сиддхартха установил принцип четырех опор, который является неизменным дополнением критерия Будды. Эти четыре опоры, которыми следует всегда пользоваться в отыскании истины, следующие:
      -- Не опирайтесь на личность, опирайтесь на учение;
      -- В учении же не опирайтесь на слова, опирайтесь на их смысл;
      -- Что же касается смысла, опирайтесь не на истолкованный смысл, а на точный;
      -- Что же касается точного смысла, опирайтесь не на обычное сознание, а на высшую мудрость.
   Таким образом, необходимо отметить, что в дзэнской, как, впрочем, и во всех остальных традициях, огромное внимание уделяется развитию в человеке способностей разума. Несмотря на то, что первенство все же отдается интуиции, разум и развитие его способностей никогда не оставался забытым в Традиции.
  
   Четыре благородные истины.
   Сущность пробуждения Гаутамы заключалась в открытии им четырех истин, которые теперь принято называть благородными. Вот эти основные истины:
      -- все сущее в нашем мире преисполнено страдания;
      -- у всякого страдания есть причина;
      -- всякому страданию можно положить конец;
      -- существует путь, ведущий к прекращению страданию.
   Сиддхартха говорил:
   "Это - истинные страдания, это - истинные источники, это - истинные пресечения, это - истинные пути.
   Страдания следует познать, источники их - устранить, пресечение страданий - осуществить, пути к освобождению следует пройти.
   Страдание следует познать - тогда не останется страданий, которые следовало бы познать. Источники страданий следует устранить - тогда не останется источников, которые следовало бы устранять. Пресечения страданий следует осуществить - тогда не останется пресечений, которые следовало бы осуществлять. Пути следует пройти и тогда не останется путей, которые следовало бы проходить".
   Таковы четыре благородные истины с точки зрения их сущности и необходимых действий, с ними связанных. Рассмотрим теперь аспекты этих четырех благородных истин. Всего этих аспектов шестнадцать. Они устанавливаются в противовес шестнадцати связанных с ними заблуждениями. Каждой из четырех благородных истин соответствует четыре аспекта.
  
   Истина страдания.
   Истина страдания характеризуется такими качествами, как непостоянство, страдание, пустота и бессамостность. Постижение этих четырех качеств противостоит четырем свойственным нам заблуждениям относительно того, что действительно является страданием, несчастьем. Эти заблуждения состоят в том, что страдания якобы чисты, приносят наслаждение, непреходящи и обладают собственной сущностью.
  
   Тот факт, что психофизические совокупности, или скандхи, имеют изменчивую природу, позволяет установить, что они непостоянны. Поскольку же эти скандхи находятся под властью иной силы, а именно силы загрязненных действий, они по своей сути также являются страданием. Таким образом, в данном случае страдание означает пребывание под властью иного.
  
   Так как скандхи лишены собственной независимой сущности, говорят, что они пусты от постоянного, неподверженного рождению и разрушению "я". Поскольку наше "я" не имеет собственной фактической основы, отдельной от пяти скандх, то, когда скандхи возникают и разрушаются, "я" тоже должно возникать и разрушаться вместе с ними. Следовательно, постоянного "я" не существует. К тому же скандхи бессамостны в том смысле, что они не являются неким самодостаточным "я".
  
   Истина источника страдания.
   К четырем аспектам Истины источника страдания относятся причина, источник, условие и сильное порождение. Им соответствуют следующие четыре заблуждения: страдание беспричинно; источник страдания коренится в одной-единственной причине; страдание порождается по воле Бога; состояния страдания непостоянны, но природа их постоянна. Четыре аспекта источника страдания служат противоядием от этих заблуждений.
  
   Страдание берет начало в привязанности, следовательно, привязанность является причиной страдания. А поскольку привязанность, к примеру, снова и снова порождает страдание как свое собственное следствие, она является источником (подразумевается, что у страдания не одна, а множество причин). Далее, так как привязанность порождает сильное страдание как свое собственное следствие, она является сильным порождением. Более того, привязанность к сансаре служит вспомогательным условием для порождения страдания и, следовательно, характеризуется как условие.
  
   Истина пресечения страдания.
   К четырем аспектам Истины пресечения страдания относятся: пресечение, умиротворение, высшее благоприятствование и бесповоротный выход. Соответствующие им заблуждения сводятся к следующему: освобождения вовсе не существует; освобождение есть некое загрязненное состояние; освобождение есть то, что в действительности является состоянием страдания; освобождение существует, но оно обратимо. В качестве противоядия от этих заблуждений необходимо осознать, что Истина пресечения страдания - подлинное пресечение в том смысле, что любые устраненные страдания устранены окончательно и бесповоротно. Следует также усвоить, что Истина пресечения страдания является умиротворением, поскольку любые умиротворенные клеши умиротворены окончательно и бесповоротно. Истина пресечения страдания считается высшим благоприятствованием, так как пресечение - это состояние отделения от клеш, которое по своей сути благотворно и приносит счастье. Более того, истина пресечения страдания обусловливает бесповоротный выход из состояния страдания, потому что любой преодоленный уровень страдания преодолен полностью и бесповоротно.
  
   Истина пути.
   Истина Пути характеризуется как путь, пригодность, достижение и полное избавление. Этим четырем аспектам соответствуют четыре заблуждения: пути к освобождению не существует вовсе; мудрость, постигающая бессамостность, не есть путь к освобождению; путь к освобождению есть некий вид сосредоточения; ни один путь не избавляет от страдания навсегда. Каким образом постижение четырех аспектов истинных путей может противостоять этим четырем заблуждениям? Поскольку мудрость, постигающая бессамостность, способна достичь освобождения, она есть путь. Поскольку клеши действительно непригодны, путь, порождающий мудрость, постигающую пустоту, является пригодным, подходящим. Поскольку этот путь непосредственно и безошибочно постигает истинный способ существования вещей, он является достижением. А также, поскольку мудрость, постигающая бессамостность, полностью искореняет сансару, она есть полное избавление.
  
   Двенадцатичленная цепь взаимозависимого происхождения.
   Клеши порождают карму и удерживают душу в сансаре. Весь этот механизм удержания в сансаре держится на двенадцати звеньях.
  
   Первое звено двенадцатичленной цепи - безначальное неведение - это сознание, воображающее самобытие. Есть, однако, и вторичный тип неведения - заблуждение в отношении кармы, то есть действий и их последствий.
  
   Второе звено - это составное действие, или карма. Действия бывают трех видов: благие, неблагие и нейтральные.
  
   Третье звено - сознание, которое в своем причинном аспекте является сознанием, служащим основой для кармических отпечатков. Когда мы под влиянием неведения накапливаем неблагую карму, причинным фактором намерения является неведение относительно отсутствия самобытия, а фактором намерения во время совершения самого действия служит неведение относительно результатов этого действия. С таким неведением мы совершаем действие, которое, в свою очередь, откладывает в сознании семя, или отпечаток. При благой карме причинным фактором намерения также является неведение относительно отсутствия самобытия, и в таком случае мы совершаем благое действие, которое откладывает отпечаток в сознании. Сознание, в котором остается отпечаток, называется "сознанием-причиной". А "сознание-результат" есть первый момент сознания в новом воплощении.
  
   Посредством этих трех факторов - неведения, побуждаемого им действия и сознания, в которое закладывается семя кармы, - создаются имя и форма существа в новой жизни. Посему к четвертому звену цепи взаимозависимого происхождения относятся имя и форма. "Форма" здесь - это скандха формы, а "имя" - остальные четыре скандхи ума: ощущение, различение, волевые импульсы и сознание.
  
   В результате возникновения имени и формы возникают шесть опор чувственного восприятия - чувственные силы зрения, слуха и прочего. Это - пятое звено.
  
   Затем, в связи с порождением шести опор чувственного восприятия, появляется соприкосновение, различающее привлекательные, непривлекательные и нейтральные объекты при соединении чувственной силы, сознания и соответствующего объекта. Это и есть шестое звено.
  
   В результате соприкосновения - восприятия объекта как привлекательного, непривлекательного или нейтрального в момент соединения чувственной силы, сознания и соответствующего объекта - возникают ощущения, приятные, неприятные или нейтральные. Это седьмое звено.
  
   Вследствие этих ощущений возникает влечение - нежелание расставаться с удовольствием и желание избавиться от страдания. Это восьмое звено.
  
   Затем, из-за влечения, или привязанности, к четырем видам объектов, возникает девятое звено - цепляние, которое бывает четырех видов:
   1). Страстное цепляние, то есть желание, предполагающее сильную привязанность к образам, звукам, запахам, вкусовым ощущениям и объектам осязания.
   2). Цепляние за ложные взгляды, то есть желание, предполагающее сильную привязанность к омрачающим воззрениям, за исключением ложного воззрения на преходящее собрание (скандхи) как на самосущие "я" и "мое".
   3). Цепляние за порочную этику и порочное поведение, то есть желание, предполагающее сильную привязанность к неподобающей этической системе или неподобающему поведению, которые человек считает превосходными.
   4). Цепляние за "я", то есть желание, предполагающее сильную привязанность к ложному воззрению, рассматривающее преходящее собрание как самосущие "я" и "мое".
  
   Итак, влечение является причиной возникновения цепляния, и порождение любого из этих четырех видов цепляния "питает" семена, заложенные в причинное сознание совершенными прежде действиями. Тем самым карма обретает силу, необходимую для возникновения следующей жизни. Полностью насыщенная такими семенами карма составляет десятое звено взаимозависимого происхождения - существование.
  
   В этом случае причина - карма, полностью насыщенная семенами - носит название ее следствия, то есть существования в следующей жизни. Таким образом, цепляние подпитывает или взращивает карму, так что она обретает готовность ввергнуть существо в следующую жизнь. Затем, после смерти, начинается промежуточное состояние между жизнями, после чего возникает рождение, или зачатие, - одиннадцатое звено цепи взаимозависимого происхождения.
  
   Рождение предопределяет последующие старение и умирание, или двенадцатое звено.
  
   Прекращение последующих звеньев двенадцатичленной цепи возможно лишь при условии прекращения предыдущих. Поэтому, если вы хотите избавиться от страдания, сопровождающего старость и смерть, вам придется избавиться от неведения. Итак, существованию этих скандх, обусловленных загрязненными действиями и клешами и имеющих природу одного лишь страдания, можно положить конец, если избавиться от неведения.
  
   Ступени дзэн (восьмеричный путь).
   Четвертая благородная истина, или Истина пути, декларирует о том, что есть путь, ведущий к спасению. Этот путь состоит из восьми ступеней, или звеньев, осуществляя которые человек разрушает двенадцатичленную цепь взаимозависимого происхождения, достигает разрыва сансары и спасения. Эти ступени восьмеричного пути следующие: 1) праведное воззрение, 2) праведное стремление, 3) праведная речь, 4) правильное поведение, 5) праведная жизнь, 6) праведное усилие, 7) праведное созерцание, 8) праведное размышление.
  
   Под "праведным воззрением" понимается знание "четырех благородных истин", "праведное стремление" - это решимость усвоившего "четыре благородные истины" воплотить их в собственную жизнь; "праведная речь" - это речь, в которой отсутствуют грубость, ложь, клевета; "правильным поведением" следует считать прежде всего соблюдение пяти моральных заповедей ("панча-шила"): отказ от убийства любого живого существа, отказ от воровства, от лжи, от супружеской измены, от употребления алкоголя; "праведная жизнь" предполагает существование только на средства, добытые честным трудом; "праведное усилие" трактуется как направленность воли на преодоление всего того, что привязывает сознание к жизни; "праведное созерцание" - постоянная сосредоточенность сознания на способах преодоления земных привязанностей, на том, что уже достигнуто и осмыслено на пути к спасению; "праведным размышлением" следует считать путь постепенного совершенствования собственного духа, достижение большей независимости от мирской жизни. Последнее звено является главнейшим и решающим во всем "благородном срединном пути", его итогом и сущностью, высшей и наиважнейшей задачей, принципиальной ступенью, ведущей к достижению нирваны.
  
   Далее, необходимо сделать замечание о том, что основы "срединного пути спасения" были открыты Богом еще Моисею. Так мы находим в некоторых из десяти священных заповедей, данных Богом пророку Моисею на горе Синай, поразительное сходство с основными заповедями буддийского вероучения. Для большей наглядности приведем цитату из Торы: "Изрек Бог все слова, говоря: Я Господь, Бог твой, который вывел тебя из земли Египетской, из дома рабства. Да не будет у тебя других богов пред лицем Моим. Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в воде ниже земли. Не поклоняйся им и не служи им; ибо Я Господь, Бог твой, Бог ревнитель, наказывающей детей за вину отцов до третьего и четвертого рода, ненавидящих Меня, и творящий милость до тысячи родов любящим Меня и соблюдающим заповеди Мои. Не произноси имени Господа Бога, твоего, напрасно; ибо Господь не оставит без наказания того, кто произносит имя Его напрасно. Помни день субботний, чтобы святить его. Шесть дней работай, и делай всякие дела твои; а день седьмой - суббота Господу Богу твоему: не делай в оный никакого дела ни ты, ни сын твой, ни дочь твоя, ни раб твой, ни рабыня твоя, ни скот твой, ни пришлец, который в жилищах твоих. Ибо в шесть дней создал Господь небо и землю, море и все, что в них; а в день седьмый почил. Посему благословил Господь день субботний и освятил его. Почитай отца твоего и мать твою, чтобы продлились дни твои на земле, которую Господь, Бог твой, дает тебе. Не убивай. Не прелюбодействуй. Не кради. Не произноси ложного свидетельства на ближнего твоего. Не желай дома ближнего твоего; не желай жены ближнего твоего, ни раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, ничего, что у ближнего твоего" (Исход, 20:1-17).
  
   Мы видим, таким образом, что эти заповеди хоть и не столь широко раскрывают "срединный путь спасения", как это имеет место в пророчествах Будды, но они, по крайней мере, и не противоречат им. Вся сущность их сводится к напутствию человека к тому, чтобы он учился любить Бога превыше себя самого (первые 4 заповеди), а ближнего своего (т.е. другого человека) - как себя самого (остальные 6 заповедей). Но мы видим также, что, в отличии от буддийских заповедей, в Моисеевых присутствуют те, которые регулируют отношения человека к Богу (первые 4 заповеди). В буддийском вероучении, как это ни парадоксально, мы вообще не находим понятия Бога, т.к. в отличие от Моисея, пророчества которого основывались на непосредственном контакте его с Богом и тех откровениях, которые Бог передал ему из уст в уста, Будда пророчествовал, основываясь на тех "четырех благородных истинах", прозрение которых осветило всю его жизнь, наполнив ее единым смыслом, сущность которого сводилась к следующему: жизнь человека должна быть подчинена спасению его души, т.е. достижению состояния нирваны, - что приводит к разрыву колеса сансары и освобождению от последующей инкарнации в нашем грешном мире.
  
   Мы вправе, таким образом сделать вывод о том, что учение Будды и учение Моисея, дополняя друг друга, представляют собой, в сущности, одно и то же учение. Только Будда постиг азы этого учения самостоятельно, а Моисей получил эти азы при передаче Писания на горе Синай.
  
   Глава 3. Основные этапы развиитя дзэнской традиции.
  
   История распространения.
   Уже первые документальные сведения о буддизме, которыми стали выбитые в камне указы императора Ашоки (268-231 до н. э.), объединившего северо-восточную, северную и центральную Индию, свидетельствовали об огромном влиянии Закона Будды на политику государства. Ашока стремился воздействовать и на соседние страны, посылая туда буддийские миссии, в том числе и на далекую Шри Ланку. Этим же временем датируются и наиболее ранние памятники культового зодчества в буддизме, прежде всего ступы -- курганы над останками Будды Шакьямуни, которые раскопаны на территории от долины Ганга до северной окраины империи в Гандхаре (восточная часть современного Афганистана) и которые сохранились благодаря тому, что примерно со 2 в. украшались каменными пьедесталами, барельефами, оградами и становились центрами строительства храмово-монастырских комплексов.
  
   Очевидно, что сохранившиеся материальные памятники создавались значительно позднее прихода буддийских миссионеров в возникающие государства. Так, в странах Юго-Восточной Азии от Мьянмы (Бирмы) до Вьетнама буддизм закрепился постепенно в 1-3 вв. (в Лаосе лишь в 16 в.). На острова Малайского архипелага (прежде всего Яву и Суматру) буддизм проник в конце 7 в.
  
   В страны Средней Азии буддисты пришли в 1 в. во времена великой империи Кушан, покровительствовавшей буддизму. Отсюда в этом же веке по двум основным караванным тропам Великого шелкового пути буддисты прибыли в города-государства на территории современного Синьцзяна (Восточный Туркестан) и в китайскую столицу Лоян. Из Китая буддизм проникает во второй половине 4 в. на Корейский полуостров, а оттуда в середине 6 в. в Японию.
  
   В Тибете буддизм распространялся преимущественно из Индии с середины 7 в. Он стал государственной религией в Тибете со второй половины 8 в., в Тангутском государстве 9-13 вв. (северо-западная часть современного Китая) -- в 10 в., в Монголии во второй половине 16 в.; с этого времени его приняли и ойраты (западные монголы), сформировавшие в 17-18 вв. огромное Джунгарское ханство (простиралось от Семипалатинска и степного Алтая до Тибета на юге и Тувы на востоке), а также Калмыцкое ханство, вошедшее в середине 17 в. в Московское царство. Тогда же в него вошло Забайкалье, которое одновременно с русскими заселялось бурятами, уже исповедовавшими тибетский буддизм. В 1741 императрица Елизавета Петровна узаконила буддизм и его монастыри в России (в 1991 праздновалось его 250-летие в нашей стране).
  
   Одновременно с распространением буддизма на Север и Восток с 8 в. начинается постепенный упадок буддизма на западе и юге Индийского субконтинента, а также изгнание монахов воинами ислама с земель современных Афганистана, республик Средней Азии, Пакистана.
  
   Глава 4. Основные направления дзэнской традиции.
  
   Многочисленные формы современного буддизма можно разделить на три основные направления, отличающиеся сводами канонической литературы, культовыми, поведенческими и другими особенностями -- хинаяну, махаяну и ваджраяну. Все три направления сходятся в том, что существует главная проблема - страдание, но каждая из них предлагает свой метод ее решения, чтобы вернуть человека к переживанию изначального единства. Этих методов всего два - путь отречения и путь преображения. Хинаяна и Махаяна предлагают путь отречения, ваджраяна - путь преображения.
  
   Хинаяна (Малая колесница).
   Традиция Хинаяны придерживается Пути Отречения, который проповедовал Будда в облике человека. Позднее его слова были записаны в так называемых сутрах. В Хинаяне эго сравнивается с ядовитым деревом, а применяемый метод подобен последовательному выкапыванию корней этого дерева. Согласно этому пути, следует преодолеть все привычки и склонности, которые считаются препятствиями к освобождению. И потому на этом уровне существует множество связанных с обетами правил поведения, которые регулируют все наши действия. Идеалом считается монах, принявший максимальное число обетов, - во всяком случае, как среди монашества, так и среди верующих мирян, обычная жизнь считается нечистой и ее надлежит отвергнуть, чтобы, применяя различные способы медитации, превратиться в чистое существо, вышедшее за пределы причин страдания, - стать архатом, который больше не возвращается в круговорот рождения и смерти зависимого существования.
  
   Среди последователей Хинаяны различаются слушающие (шраваки) и единолично-пробужденные (пратьекабудды).
  
   Шраваки постигают, что страдание неотъемлемо от сансары, и сосредоточиваются на понимании отсутствия независимого "я". Победив беспокоящие эмоции, они освобождаются, достигая сначала первой ступени на пути видения - стадии "вошедшего в поток", за которой следуют стадии "единожды возвращающегося" - того, кто родится еще только раз, и "невозвращающегося", который больше не родится в сансаре. Их конечная цель - стать архатом, или невозвращающимся.
  
   Пратьекабудды - это архаты Хинаяны, вошедшие в нирвану главным образом благодаря размышлению о двенадцати звеньях зависимого возникновения в обратном порядке. Они не нуждаются в учениях в этой жизни, но не обретают полной реализации Будды и поэтому не могут приносить пользу бесчисленным живым существам, как это делает Будда.
  
   И у шраваков, и у пратьекабудд имеется по пять путей, что вместе составляет десять путей Хинаяны. Хотя слушающие (шраваки) - ниже, а единолично-пробужденные (пратьекабудды) выше, основа у них одна. И те и другие следуют учению пути хинаяны, которое служит методом лишь индивидуального освобождения от круговорота бытия. Кратко говоря, они берут за основу свод этических правил в сочетании с твердым намерением выйти из круговорота бытия и на основе этого вырабатывают единство безмятежности (шаматха) и особого постижения (випашьяна), устремленного к пустоте. Тем самым они избавляются от скверн и от их семян, так что скверны не могут произрасти вновь. Действуя так, они достигают освобождения.
  
   И шраваки, и пратьекабудды должны последовательно пройти пять путей: путь накопления, применения, видения, медитации и не-учения-более. Тот, кто идет этими путями, называется последователем хинаяны.
  
   Среди крупнейших представителей хинаяны -- мыслители 5 в. Буддхагхоша и Васубандху.
  
   Махаяна (Великая колесница).
  
   Последователи Махаяны прежде всего стремятся достичь состояния просветления и высшего освобождения не ради спасения себя, но ради спасения других. В соответствии с этим устремлением к высшему просветлению ради блага всех живых существ, они практикуют те же самые пути, что и в Хинаяне. Однако эти пути более возвышенны и действенны из-за иных движущих мотивов. К тому же эти пути дополняются специальными методами, основные из которых - шесть совершенствований и четыре способа обращения учеников. Опираясь на них последователи Махаяны полностью и навсегда преодолевают не только препятствия скверн, но и препятствия на пути к всеведению. Когда оба типа препятствий преодолены, достигается состояние Будды. В махаяне также как и в Хинаяне имеется пять путей: путь накопления, применения, видения, медитации и не-учения-более. Хотя они называются так же, как пути Хинаяны, в действительности между ними огромная разница. Кратко говоря, разница между двумя колесницами (Хинаяной и Махаяной) кроется в их исходных мотивах. В этой связи возникли расхождения и в основной структуре путей, и особенно в их методах и приемах. Поэтому и результаты их в значительной мере отличаются друг от друга, как низшее от высшего.
  
   С точки зрения Махаяны, стремиться только к своему собственному спасению и уходить от страдания, когда другие продолжают страдать, - далеко не идеал. В Махаяне считается, что следует трудиться для достижения более высокого блага, ставя желания освободить всех существ выше собственного спасения и, постоянно возвращаясь в круговорот страдания, помогать другим из него выбраться. Тот, кто идет таким путем, называется Бодхисаттвой. Бодхисаттва - это человек, который достиг наивысшего состояния, но добровольно не покинул сансару, а остался в нашем мире, чтобы указывать другим существам путь к спасению. Бодхисаттвы представляют собой просветленный ум, действующий в жизни. В санскрите этому термину есть аналог - Кришна, в иврите - Машиах (мессия), в греческом - Христос.
  
   Самые ранние тексты махаяны -- сутры Совершенствования мудрости (Праджня-парамиты, 1 в. до н. э. -- 1 в. н. э.; уже со второй половины 2 в. переводились на китайский язык). Согласно легенде, их тоже произнес Будда Шакьямуни, но смысл их не был понят людьми, и поэтому эти сутры 500 лет хранили наги (змеи-драконы) и боги, пока не пришел Нагарджуна (историки датируют его жизнь 2-3 вв.), которого махаянисты именуют Вторым Буддой, и не возвестил их вновь, дав подробные комментарии. То же произошло и с махаянскими сутрами второго поколения, которые были объяснены людям Майтреей (или Майтреянатхой) и Асангой в 4-5 вв. Тексты махаяны записывались на санскрите; со 2 по 11 вв. они активно переводились на китайский язык и были собраны в единую колоссальную Трипитаку; с 8 в. переводились на тибетский язык и в 14 в. были упорядочены в едином каноне, состоящем из двух собраний: Ганджур (Слово Будды в 108 томах энциклопедического формата) и Данджур (Толкования Закона индийскими мастерами в 225 томах). Китайский и тибетский каноны не совпадают и включают в себя также сутры хинаяны и тантры ваджраяны, поскольку махаяна признает бесконечное многообразие путей и способов освобождения.
  
   В центре доктрины махаяны -- учение о небесных и земных бодхисаттвах. Первые -- это существа, уже обретшие Просветление (бодхи), но давшие обет остаться в кругу перерождений, чтобы помогать другим существам достичь этого состояния и нирваны. Земные бодхисаттвы -- это монахи и миряне махаяны, стремящиеся к Просветлению из сострадания к мукам ближнего. Делать это нужно с любовью, но без привязанности, чему можно обучиться с помощью 10 (в ранней махаяне -- 6) видов совершенствования: даяния, нравственности, терпимости, решимости, сосредоточенного созерцания (медитации), проникновенной мудрости, способа, молитвы, силы и знания. Обретаемое совершенство характеризуется, в частности, свехъестественными способностями адепта: ясновидением, яснослышанием, чтением чужих мыслей, памятью о прошлых перерождениях, чудесной силой. Бодхисаттва постоянно в пути, накапливая добродетели и знания, постигая таинство "пустотности" (шуньята).
  
   Эта великая Пустота (шунья), которую можно созерцать, и есть единственно подлинная реальность. В ней пребывает Будда -- абсолютное единство сущего, неотличимое от Пустоты и неохватимое мыслью (ачинтья). Все остальное, начиная с сансары и нирваны, является Иллюзией (майя), обманом, игрой сознания. Избавление от Иллюзии -- это достижение состояния буддства, которое есть всегда, везде и во всем, в том числе в нас. Все мироздание можно уподобить Телу (кайя) Будды. Дхарма-кайя -- Тело Закона, которое есть Будда и Пустота.
  
   Главными школами махаяны стали школа срединников (мадхьямика) и школа йоги сознания (йогачара, виджнянавада), имевшие несколько подшкол в Индии, а ныне существующие среди тибетцев, китайцев, японцев и др. буддистов махаяны.
  
   Ваджраяна (Алмазная колесница, буддийский тантризм).
  
   Самые ранние тексты (тантры) Алмазной колесницы ученые относят к 5-6 вв. Тантры учат только посвященных (огромное значение здесь придается ритуалу) бесчисленным способам йогической практики. Все практики Тантры являются "скрытыми" учениями, предаваемыми и применяемыми тайно, только имея соответствующую "передачу" от компетентного учителя, входящего в непрерывную цепь преемственности.
  
   В отличие от Хинаяны и Махаяны, Тантра работает на уровне энергии. Разумеется, энергия менее осязаема, чем тело. Понять, что такое энергия и как она действует, труднее, нежели осознать простой факт страдания. Поэтому, чтобы практиковать Тантру, требуются более высокие способности.
  
   Хотя термин "Тантра" стал употребляться для обозначения текста, который содержит тантрическое учение, истинное значение этого слова - "непрерывность", в том смысле, что, хотя все феномены (дхармы) пустотны, тем не менее, они непрерывно проявляются. Все тантрические методы работают с этой непрерывностью, принимая выдвинутый Сутрой постулат о пустоте всех дхарм.
  
   В своем учении ваджраяна почти идентична махаяне, однако считает возможным обрести Просветление именно в этой жизни; разработала многоуровневую систему йоги. Существуют три внешние системы тантризма: 1) Крийя-тантра, или тантра действа, ритуализма тела и речи, 2) Чарья-тантра, или тантра простой йоги ума, 3) Йога-тантра, или тантра сложной йоги ума, и три внутренние системы тантризма: 1) Маха-йога, или великая отцовская йога по созерцанию Иллюзорного тела, 2) Ану-йога, или материнская йога по созерцанию Пустоты, 3) Ати-йога, или йога Великой полноты (дзогчен) как состояние совершенства Изначального Будды.
  
   Более ранние внешние системы тантризма распространились в Китае и Японии. Обе системы тантризма практиковались только в Индии, Гималаях, Тибете и среди монгольских народов, ныне этот тантризм (особенно дзогчен) популярен на Западе и в России.
  
   Глава 5. Основные учителя дзенской традиции.
  
   В дзэнской традиции первые 28 Учителей именуются патриархами. Приведем полностью этот список патриархов:
      -- Шакьямуни (Сиддхартха Гаутама),
      -- Махакашьяна,
      -- Ананда,
      -- Шанавада,
      -- Упагупта,
      -- Дхритика,
      -- Миччака,
      -- Буддхананда,
      -- Буддхамитра,
      -- Бхикшу Паршва,
      -- Пуняяшас,
      -- Ашвагхоша,
      -- Бхикшу Капимала,
      -- Нагарджуна,
      -- Кандэва,
      -- Арья Рахула,
      -- Самгхананди,
      -- Самгхаяшас,
      -- Кумаралата,
      -- Джаята,
      -- Васубандху,
      -- Манура,
      -- Хамлекаяшас,
      -- Бхикшу Шимха,
      -- Башасита,
      -- Пунямитра,
      -- Праджнятара,
      -- Бодхидхарма.
   Следует отметить, что Бодхидхарма, числящийся в этом списке двадцать восьмым патриархом в Индии, считается Первым патриархом в Китае.
  
   1). Сиддхартха Гаутама (Будда Шакьямуни).
   Относительно земной жизни Будды, которая длилась 80 лет, древние источники дают противоречивые сведения. Южная палийская традиция полагает, что он жил в 623-544 до н. э., и соответственно в 1956 отмечалось 2500-летие нирваны Будды, от дня которой ведется буддийское летосчисление. Северная махаянская традиция датирует нирвану от 2420 до 290 до н. э., но большинство школ соглашаются на 380 до н. э. Европейские ученые придерживаются двух основных концепций датировки: исправленной долгой -- 483 (+ 3) до н. э. и короткой -- 380 (+ 30) до н. э. Последняя более обоснована археологически и культурно-исторически.
   Жизнь.
   Жизнеописания Будды составлялись несколько столетий спустя; они сообщают, что он родился в царской семье племени шакьев в предгорьях Гималаев (местечко Лумбини на юге современного Непала) и получил имя Сиддхартха (на пали Сиддхаттха, буквально -- Достигающий цели, Преуспевающий). Отца звали Шуддходана (на пали Суддходана, буквально -- Имеющий рис), мать -- Майя (Иллюзия). Царевич жил во дворцах столицы шакьев Капилавасту (на языке пали -- Капилаваттху) до 29 лет, успел жениться на царевне Яшодхаре (Хранительница славы), и у них родился сын Рахула (Схватывающий на лету). На улицах столицы Сиддхартхе встретились старик, прокаженный, похоронная процессия и отшельник. Эти четыре встречи оказали огромное влияние на царевича, жившего без забот и тревог. Он решается оставить сан, покинуть семью и стать отшельником под своим родовым именем Гаутама (на пали Готама, буквально -- Лучший из пастухов; так звали ведийского мудреца, от которого производили свой род цари шакьев). В обителях аскетов Гаутама провел 6 лет, обучаясь духовным наукам и подвижничеству, он превзошел в познаниях и способностях своих учителей, после чего приступил к собственным поискам освобождения, вершиной которых стало Просветление (бодхи).
   Просветление.
   В результате последнего он познал, что бытие есть страдание, безначальная череда рождений и смертей каждого существа, но от нее можно избавиться; он вспомнил все свои предыдущие перерождения в качестве бодхисаттвы (существа, стремящегося к Просветлению); стал Всеведущим и узнал, что достиг Освобождения (мокша) от цепи перерождений (сансара), что пребывает в этом мире только из сострадания (каруна) к существам, проповедуя открывшиеся ему истины и Срединный путь спасения, пролегающий между крайностями наслаждения и самоистязания, что он безжеланным шествует (в этом важном качестве его эпитет Татхагата, буквально Просто Прохожий) в мир покоя, нирваны (буквально недуновение). Именно после Просветления Шакьямуни становится Буддой, Просветленным. Произошло это событие близ местечка Гайя (Бодх-гая в современном индийском штате Бихар).
   Проповедь.
   Следующие 45 лет жизни Будда проповедовал установленный им в состоянии Просветления Закон, Дхарму (на пали дхамма, тибет. chos). Все эти годы Будда с учениками шествовал (практически по кругу) по городам 6 государств среднего течения долины Ганга. Первую проповедь он произнес в Сарнатхе близ Варанаси, последнюю в Кушинагаре. Места рождения, Просветления, первой и последней проповедей -- это четыре святыни, наиболее почитаемые всеми буддистами мира. Будда не оставил после себя преемника, а объявил таковым Закон, следовать которому каждый вправе в силу собственного разумения. Дхарма Будды --одно из начал, объединяющих буддизм.
  
   2). Нагарджуна.
   Нагарджуна (около 2 в.), индийский мыслитель, влиянием которого отмечено 2-е пятисотлетие религиозной и философской истории буддизма. С именем Нагарджуны связано рождение махаяны - одного из трех главных направлений в дзэн-буддизме.
  
   В буддизме Нагарджуна является Архатом (человек, достигший нирваны), 14-м Патриархом и считается Бодхисаттвой. Ему воздаются почести как "Второму Будде". Он проповедовал в Наланде (Западная Индия). Путешествовал в Китай, много сделал для обращения в буддизм народов этой страны.
  
   Нагарджуне приписывается около 200 трудов. Основной из них: трактат "Карики срединного учения" ("Mylamadhyma Ka-Karikas") известное как "Сутры Нагарджуны" или "Нагарджуна-шастра".
  
   Основу философии Нагарджуны составляет учение о "пустотности" (шуньяте), т.е. о нереальности, иллюзорности окружающего мира. Нагарджуна выступает с критикой учений вайбхашики, ньяи, санкхьи и других, используя метод сведения к абсурду философских положений противника. Он показывает односторонность и противоречивость главных категорий философских систем его времени: объекта и субъекта, бытия и небытия, движения и времени. Называя свое учение "средним путем", Нагарджуна отрицает как тезис, так и антитезис, как единую Субстанцию, так и отдельные драхмы. Указывая на иллюзорность реального мира, Нагарджуна развил учение об интуитивном сверхразумном знании, и явился основоположником так называемого буддистского интуитивизма. Нагарджуна знаменит своей диалектической тонкостью в метафизических спорах. Диалектика Нагарджуны близка диалектике элеатов и скептиков. Если у элеатов Единое постигается разумом, то Нагарджуна отвергает роль разума в познании, т.к. разум, по его мнению, приводит к неразрешимым противоречиям. В настоящее время существует целая отрасль буддологии - Нагарджуноведение.
  
   В трактате "Муламадхьямикакарика" ["Изложение (учения) об исконной срединности"] Нагарджуна на примере анализа философских учений своего времени дал образцы диалектического метода, который имел теоретико-познавательную направленность. Принципиально отказываясь фиксировать собственную философскую позицию, Нагарджуна предложил приёмы негативной критики любых концепций -- так называемое шуньяваду, или "учение о пустоте (всех точек зрения)", следуя которому может быть доказана противоречивость категорий и понятий любой философской системы. Согласно Нагарджуне, каждое утверждение о природе действительности и о существовании объектов опыта или его субъекта является недоказуемым. Основанная Нагарджуной школа мадхьямики явилась наиболее ранним в истории философии случаем выделения методологии как специального предмета, поскольку в поле её рассмотрения находилась не сама действительность, а разные теории действительности. Диалектическая методология Нагарджуны дала мощный толчок философской и научной мысли в Индии. В частности, под её влиянием в математике было впервые определено понятие нуля как разницы точек зрения с абсолютной точки зрения. Методологическая установка Нагарджуны получила дальнейшее развитие в так называемых "Праджняпарамитских сутрах" (учение о пустоте как месте, абсолютно свободном от сознания), а заложенные Нагарджуной основы релятивистской этики позднее были обстоятельно разработаны в тантризме и дзен-буддизме.
  
   3). Бодхидхарма (440?-528).
   Напомним, что Бодхидхарма, является двадцать восьмым патриархом в Индии, и считается Первым патриархом в Китае.
  
   0x08 graphic
Бодхидхарма является основателем школы чань, которая стала ведущим направлением дальневосточного буддизма. Даже в китайской культуре, богатой выдающимися деятелями, трудно найти другую, столь впечатляющую, обаятельную и загадочную личность. Несмотря на то, что при жизни он не был известен кому-либо, кроме узкого круга учеников, позже он стал героем множества легенд, почитаемым миллионами последователей чань во всем мире почти наравне с Буддой.
  
   Бодхидхарма родился около 440 г. в Канчи, столице Южно-Индийского царства Паллава. Он был брамином по происхождению и третьим сыном короля Симхавармана. Еще в молодости он обратился в буддизм и позднее получил наставления от Праджнятары, которого отец пригласил из древнего центра буддизма Магадхи. Именно Праджнятара велел Бодхидхарме отправиться в Китай. Поскольку традиционный наземный путь был перекрыт гуннами, и поскольку Паллава имела торговый связи со всей Восточной Азией, Бодхидхарма отплыл на корабле из ближайшего порта Махабаллипурам. После трехлетнего путешествия по берегам Индии и Малайского полуострова, он в конце концов прибыл в Китай в 475 году и начал проповедовать своё учение. Затем он поселился в незадолго до этого основанном монастыре Шао-линь, где основал первые школы чань-буддизма, практиковавших оздоровительной гимнастики тайцзицюань и боевых искусств кунг-фу.
   После прибытия в порт Нахай, Бодхидхарма, вероятно, посетил буддистские центры на Юге и начал учить Китайский язык, если, конечно, он не сделал этого ранее по пути из Индии. Согласно книге Тао-Юаня "Трансмиссия Лампы", законченной в 1002 г., Бодхидхарма прибыл на Юг в конце 520 годов и был приглашен в столицу Ченьканг на аудиенцию к императору Ву из династии Лянг, преемника Лю Сунга. Во время этой беседы император спросил о заслугах получаемых за выполнение религиозных работ и Бодхидхарма ответил доктриной пустоты. Император не понял ответа и Бодхидхарма ушел. Однако самые ранние источники не упоминают о такой встрече.
   Во всяком случае Бодхидхарма переправился через Янцзы, согласно легенде - на пустом тростнике, и поселился на Севере. Сначала он остановился неподалеку от столицы Северного Вэя, Пингченя. В 494 г., когда император Хсяо-Вэн перенес свою столицу на Юг, в Лоянь на северном берегу реки Ло, большинство монахов, живших в окрестностях Пингченя, переехали тоже, и Бодхидхарма, возможно был среди них. Согласно книге Тао-Хсуяня "Жизнеописания примерных монахов", первая часть которой была написана в 645 г., Бодхидхарма принял монашество под именем Шень-Фу. Когда столица переместилась в Лоянь, Бодхидхарма переехал на Юг. Поскольку для посвящения требуется трехлетнее послушничество, Бодхидхарма, видимо уже находился на Севере к 490 г. и достаточно хорошо к тому времени говорил на китайском.
   Несколько лет спустя, в 496 г., император распорядился построить храм Шаолинь на горе Сунг, в провинции Хонанг, на юго-восток от Лояня - храм, который существует и сейчас (хотя, в основном, как объект туризма), был построен не для Бодхидхармы, а для другого мастера медитации из Индии. Но, несмотря на то, что дзэн-мастера приходили и уходили в храме, за последние 1500 лет, Бодхидхарма является единственным монахом, имя которого все, за исключением разве что историков буддизма, связывают с храмом Шаолинь. Именно здесь, на западном Шаолиньском пике горы Сунг, Бодхидхарма, говорят, провел девять лет в медитации, сидя лицом к стене пещеры в миле от храма. Позднее Шаолинь прославился обучением монахов кунг-фу, и Бодхидхарма знаменит тем, что он положил начало этому искусству. Выходец из Индии, он, несомненно, обучал учеников какой-нибудь форме йоги, однако ни один из ранних источников не упоминает о том, что он обучал каким0нибудь упражнениям или боевым искусствам.
   К 500 г. Лоянь был одним из крупнейших городов мира с более чем полумиллионным населением. Когда умер император Хсунь-ву и в 516 г. правление перешло к императрице Доуаджер Линг, то одним из ее первых актов был приказ построить храм Юнь-Нинг. Сооружение этого храма и его пагоды высотой 120 метров, почти опустошило императорскую казну. Согласно запискам Лояньских храмов, составленных в 547 г. Янг Хсуан-Чихом, звучание золотых ветровых труб, развешенных по карнизам храма, можно было слышать на расстоянии трех миль, а верхушка пагоды была видна на расстоянии свыше тридцати миль. В отчете Янга есть и заметки о монахе с Запада по имени Бодхидхарма, который назвал храм самой внушительно постройкой, какую он когда либо видел. Поскольку храм был построен до 516 г. и был уничтожен огнем в 534 г., Бодхидхарма должно быть был в столице около 520 г. В ранних источниках говорится, что он путешествовал по всей территории Лоянь, перемещаясь со сменой сезонов. В столице, однако, он должен был останавливаться в храме Юнь Минг. Не следует путать его с храмом Юнь-Нинг. Храм Юнь Минг был построен на несколько лет раньше как центр для монахов-иностранцев. До начала массовой эвакуации города во время крушения Северного Вэя в 534 г., в храме проживало 3 000 монахов даже из столь отдаленных храмов как Сирия.
   Несмотря на вспышку популярности Буддизма в Китае, Бодхидхарма нашел лишь несколько учеников. Помимо Шень-Фу, который переехал на Юг вскоре после посвящения в монахи, упоминаются лишь ученики Тао-ю и Хуи-к'о, которые, судя по источникам, обучались у Бодхидхармы от пяти до шести лет. О Тао-ю говорится, что он понял Путь, но никогда не учил никого. Именно Хуи-к'о доверил Бодхидхарма свою рясу и чашу, и согласно Тао-Хсуяню, экземпляр "Ланкаватара Сутры" в переводе Гунабхадры. Однако в проповедях, приводимых здесь, Бодхидхарма цитирует преимущественно "Нирвана Сутру", "Аватамсака Сутру", и "Вимилакирти Сутру", не используя терминологии, характерной для "Ланкаватара Сутры". В своей "Трансмиссии Лампы" Тао-юань пишет, что Бодхидхарма, вскоре после того как он передал патриаршество своей линии Хуи-к'о, умер в 528 г. на пятый день десятого месяца, отравленный ревнивым монахом. Биография Бодхидхармы, написанная Тао-хсуянем ранее, говорит лишь, что он умер на берегу реки Ло, и не упоминает ни даты, ни причины его смерти. Согласно Тао-юаню, останки были погребены вблизи Лояня, в храме Тинглин на горе Медвежье Ухо. Тал-юань добавляет, что три года спустя государственный чиновник встретил Бодхидхарму идущего в горах Центральной Азии. Он нес посох, на котором висела единственная сандалия и сказал чиновнику, что возвращается в Индию. Сообщение об этой встрече побудило в других монахах любопытство, и они решились вскрыть могилу Бодхидхармы. Внутри могилы они обнаружили только единственный сандалий, и с тех пор Бодхидхарму всегда изображают несущим посох, с которого свисает недостающая сандалия.
   Если это все, что мы знаем о Бодхидхарме, то почему же тогда он наиболее знаменит из всех тех миллионов монахов, которые изучали Дхарму в Китае и учили ей? Причина в том, что лишь он, считается, принес Дзэн в Китай. Конечно, дзэн, как медитация, проповедовался и практиковался в течение нескольких столетий до того, как пришел Бодхидхарма. И многое из того, что он смог сказать относительно доктрины, было сказано ранее - например, Тао-шень говорил об этом на много сотен лет раньше. Но у Бодхидхармы подход к Дзэн уникален. Как он говорит в этих проповедях: "Видеть свою природу - это дзэн... Ни о чем не думать - это дзэн... Все, что выделаете - это дзэн." В то время как другие рассматривали Дзэн как очищение ума иди как ступеньку на пути к состоянию Будды, Бодхидхарма уравнял Дзэн с состоянием Будды, а состояние Будды с умом, с повседневным умом. Вместо того, что бы говорить своим ученикам, что бы они очищали свои умы, он указал им на каменные стены, на движения тигров и журавлей, на пустой тростник плывущий через Янцзы, на единственную сандалию. Дзэн Бодхидхармы был Дзэном Махаяны, а не Хинаяны, мечом мудрости, а не подушкой для медитаций. Как и другие мастера, он несомненно наставлял своих учеников в буддистских дисциплинах, медитации и доктрине, но он использовал данный ему меч Праджнятары, что бы освободить их умы, отсекая их от правил, трансов и священных писаний. Однако, такой меч трудно взять в руку и трудно им пользоваться. Неудивительно, что его единственный преемник Хуи-к'о был одноруким.
   Однако такое радикальное понимание Дзэн начинается не с Бодхидхармы и не с Праджнятары. Говорят, что однажды Брахма, господин творения, преподнес Будде цветок и попросил его проповедовать Дхарму. Когда Будда поднял цветок, его слушатели были озадачены, все кроме Кашьяпы, который улыбнулся. Так начался Дзэн. И так он передается: при помощи цветка, каменной стены, крика. Такой подход, когда он стал известен Бодхидхарме и его последователям, произвел революцию в понимании и практике Буддизма в Китае.
   У Бодхидхармы было мало учеников и та традиция Дзэн, которая восходит к нему, не начинала своего расцвета в течение почти двухсот лет после его смерти. Учитывая спонтанность и отрешенность, которых требовал подход Бодхидхармы к Дзэн, легко понять, почему этим проповедям предпочитались учения местных китайских дзэн-мастеров. В сравнении с их проповедями, проповеди Бодхидхармы кажутся чужеродными и обнаженными.
  
   4). Эка (487-593).
   Однажды монах Синко (позже -- Эка) пришел к Бодхидхарме и стал умолять его всей душой, чтобы он раскрыл ему истину дзэна, но Бодхидхарма не обратил на его просьбу никакого внимания. Однако Синко не стал расстраиваться, так как знал, что все великие духовные вожди прошлого проходили немало тяжелых испытаний во имя достижения своей цели... Однажды в ожидании того, что Бодхидхарма обратит на него внимание, ему пришлось весь вечер простоять на снегу, пока его не замело по колено. Наконец учитель обратил на него внимание и спросил: "Чем я могу тебе помочь?"
   Синко сказал: "Я пришел к тебе за мудрыми наставлениями. Умоляю тебя, сжалься надо мною, спаси несчастного смертного".
   "Ни с чем не сравнимая доктрина буддизма, -- ответил Бодхидхарма, -- может быть понята только после долгих лет суровой дисциплины, когда человек выносит невыносимое и практикует то, что труднее всего. Люди недостаточно добродетельные и мудрые не в состоянии что-либо понять, и все их усилия будут напрасны".
   Синко взял тогда и отрубил себе левую руку саблей, которая была при нем, а потом протянул эту руку учителю в знак своего искреннего желания получить от него наставления, касающиеся доктрины всех Будд. Бодхидхарма сказал: "Это нужно искать самому, другие не помогут".
   "Моя душа не знает покоя, умоляю тебя, учитель, успокой ее".
   "Принеси свою душу сюда, и я ее успокою".
   Синко помолчал немного в нерешительности, а потом наконец, сказал: "Я искал ее все эти долгие годы, и все еще не могу ухватиться за нее".
   "Ну, вот. Теперь она успокоена раз и навсегда", -- заявил Бодхидхарма. Позже Бодхидхарма назвал этого человека Экой. Он стал главой дзэн-буддийского движения после Бодхидхармы. Предание хранит следующую историю о том, как после девятилетнего проповедования в Китае, Бодхидхарма решил вернуться на родину в Индию.
   Он собрал всех своих учеников и сказал: "Настало время мне покинуть вас, и я хочу посмотреть чего вы достигли".
   "Насколько я понимаю, -- сказал Дофуку, -- истина выше утверждения или отрицания, так как она не есть что-то неподвижное".
   Бодхидхарма сказал: "Ты затронул мою кожу".
   Затем слово взяла монахиня Содзи: "В моем понимании, это походит на видение Ананды, страны Будды Акшобхьи: ее можно увидеть лишь раз и никогда больше".
   Бодхидхарма сказал: "Ты добралась до моей плоти".
   Следующий ученик, Дойку, выразил свои взгляды следующим образом: "Пусты четыре элемента, и не существует пяти скандх. По-моему, не существует ничего такого, что можно было бы постичь, как реальное".
   Бодхидхарма сказал: "Ты прикоснулся к моим костям".
   Наконец очередь дошла до Эки, то есть Синко, который продолжал стоять на своем месте, ничего не говоря. Он только с почтением поклонился учителю.
   Видя это, Бодхидхарма объявил: "Ты поразил мое сердце". Согласно Кэйсо, автору "Точного изложения закона", Бодхидхарма последовал примеру Нагарджуны в анатомии понимания дзэна.
   В своих известных комментариях к Праджняпарамита-сутре Нагарджуна говорит: "Праведное поведение - это кожа, медитация -- плоть, высшее понимание - кости, а высший ум -- это сердце".
   "Этот высший или утонченный ум, -- говорит Кэйсо, -- и есть то, что было тайно передано Буддой его последователям". Затем он упоминает Чиги из династии Суй, который считает ум убежищем всех Будд, а также средним путем, в котором отсутствует единство и множество и который нельзя описать словами.
   Еще до того, как Эка пришел к Бодхидхарме за наставлением, он был эрудированным ученым, знакомым не только с китайской классикой, но и с буддийским учением. Однако никакое знание не удовлетворяло его. Ему казалось, что он уже достиг своего рода просветления на своем пути и хотел, чтобы Бодхидхарма подтвердил его достижение. После того, как он покинул учителя, он не сразу стал проповедовать, а скрывался сначала в низших слоях общества. Он, очевидно, не хотел чтобы люди видели в нем великого и мудрого жреца. Однако при всяком удобном случае он не отказывался от скромной проповеди доктрины дхарма. Он отличался спокойствием, скромностью и отсутствием желания показать себя. Но однажды он вел беседу о дхарме у ворот храма, в котором в то же самое время проповедовал местный священнослужитель, ученый и всеми почитаемый. Однако народ покинул почтенного проповедника и окружил ученого монаха в лохмотьях и без каких-либо внешних признаков принадлежности к духовному сану. Это вызвало гнев высокого священника, и он обвинил нищего монаха перед властями в том, что он проповедует ложную доктрину. После этого Эку арестовали и казнили. Он не стал отрицать своей вины, а спокойно признал ее, сказав, что он должен был уплатить долг по закону кармы. Это произошло в 593 году, и ему было тогда сто шесть лет.
   Подобно Бодхидхарме, Эка не оставил никаких письменных трудов, хотя нам известно из биографий этих двух учителей, что они оба составили сборник из своих проповедей, а Эка даже привел их в какую-то "систему". В связи с этим следует отметить, что, вероятно, существовал особый сборник проповедей и писем Эки, которые, очевидно, были составлены его учениками и приверженцами до того, как они были записаны и тщательно проверены самим автором.
   Всего в Китае дзенская традиция насчитывает шесть патриархов. Вот этот список:
      -- Бодхидхарма (440?-528);
      -- Эка (487-593),
      -- Сосан (? - 606),
      -- Досин (580 - 651),
      -- Гунин (602-675),
      -- Эно (638 - 713).
  
   5). Эно (638 - 713).
   Эпоха Пятого патриарха (Гунин) считается поворотным пунктом в истории дзэна, который полностью раскрылся при Шестом патриархе Эно. До этого исследователи дзэна ничем о себе не заявляли, хотя и не прекращали трудиться. Учителя дзэна либо уходили в горы, либо погружались в шумный водоворот жизни, никто не видел плодов их работы. Но вот настало время открыто провозгласить это учение, и Гунин был первым, кто подготовил для этого почву, а Эно совершил это.
  
   Эно был родом из Синь-чжоу на юге Китая. Он потерял отца, будучи еще подростком, и содержал мать, занимаясь продажей древесины в городе. Однажды, выйдя из дома, в который он приносил дрова для продажи, он услышал, как какой-то человек читает буддийскую сутру. То, что он услышал, тронуло его до глубины души. Узнав название сутры, а также где ее можно достать, он испытал страстное желание изучить ее под руководством учителя. Это была "Бриллиантовая сутра" (Ваджракчедика-сутра), а учителем был Пятый патриарх, живший у горы Желтая Олива в Ци-чжоу. Он с трудом достал денег для престарелой матери, чтобы обеспечить ее материально на время своего отсутствия.
   Ему понадобился целый месяц, чтобы добраться до места, где он, наконец, познакомился с Гунином, наставником монастыря, насчитывавшего пятьсот монахов (некоторые даже утверждают, что их было семьсот или даже тысяча).
   При первой же встрече Патриарх спросил:
   "Откуда ты и зачем сюда пришел?"
   "Я крестьянин из Синь-чжоу. Я хочу стать Буддой".
   "Так, значит, ты южанин, а южане лишены природы Будды: и как ты только мог надеяться достичь совершенства Будды?"
   Это, однако, не обескуражило смелого искателя истины, и он, не долго думая, ответил: "Человек может быть с юга или с севера, но что касается природы Будды, то как же вы можете различать людей в этом отношении".
   Это очень понравилось учителю, Эно был принят в братство и получил назначение молоть рис. Говорят, что он трудился таким образом более восьми месяцев. Но вот настало время, когда Пятый патриарх пожелал выбрать из учеников человека, который мог бы стать его духовным преемником. Однажды он объявил, что тот, кто сможет доказать свое глубокое понимание их религии, получит рясу патриарха и станет его законным наследником. Дзинсю (706 г.), самый ученый из всех учеников и обладавший глубокими познаниями в области религии и потому считавшийся своими собратьями, несомненно, достойным такой великой чести, сочинил четверостишие, в котором он выразил свое мировоззрение, и повесил его на стене в зале для медитации. Оно гласило:
   Древо мудрости есть тело.
   А гладь зеркальная -- душа.
   Держи их в чистоте всегда,
   Смотри, чтоб пыль на них не села.
   Эти строки произвели на всех большое впечатление, и никто не сомневался в том, что автору этой гатхи будет отдано предпочтение. Но когда они проснулись на следующее утро, они с удивлением увидели, что рядом появилось другое четверостишие:
   Нет древа мудрости (бодхи),
   И нет зеркальной глади;
   С начала самого нет ничего --
   Так что же может пылью покрываться?
   Автором этих строк был незаметный мирянин, служивший в монастыре и проводивший большую часть своего времени за работой. Он перемалывал рис и рубил дрова для братства. У него был такой скромный вид, что никто никогда не обращал на него внимания, и его вызов признанному авторитету произвел в монастыре сенсацию. Но Пятый патриарх увидел в этом скромном человеке будущего духовного вождя и решил назначить его своим преемником. Но у него были, однако, в связи с этим некоторые опасения, так как большинство учеников не было развито настолько, чтобы увидеть какую-либо религиозную интуицию в четверостишии Эно, и если бы он открыто провозгласил его своим преемником, то Эно мог бы от этого пострадать. В связи с этим Пятый патриарх тайком от всех сказал Эно зайти к нему в полночь, когда все уснут. Когда Эно явился к нему, он передал ему свою рясу -- символ власти и непревзойденного духовного достижения, а также уверил его в том, что в будущем их религия достигнет небывалого расцвета. Однако он посоветовал Эно скрывать свои духовные достижения, пока не настанет время, когда он сможет появиться в народе и начать активную пропаганду. Он сказал также, чтобы Эно не передавал своим последователям рясу Бодхидхармы, служившую символом веры, так как дзэн уже был в то время полностью признан внешним миром в целом, и поэтому отпала необходимость символической передачи истины. В ту же ночь Эно покинул монастырь.
  
   Через три дня после того, как Эно покинул гору Желтая Олива, известие о том, что произошло, разнеслось по всему монастырю и наделало немало шума. Группа возмущенных монахов, возглавляемая Ме-дзедзой, отправилась вслед за беглецом Эно, который по совету учителя покинул братство, никому об этом не сообщив. Когда его настигли на горном перевале вдали от монастыря, он положил свою рясу на камни и сказал монаху Ме-дзедзе: "Эта ряса символизирует нашу патриархальную веру, ее нельзя насильно отбирать. Возьми ее себе, однако, если ты так этого хочешь". Ме-дзедзе попытался поднять ее, но она была тяжела, как гора. Он пришел в недоумение, замешательство и затрепетал в благоговейном страхе. Наконец он промолвил: "Я пришел сюда, чтобы получить веру, а не рясу. О, брат мой, умоляю тебя, рассей мое неведение". И сказал Шестой патриарх: "Если ты пришел за верой, оставь все свои страстные стремления. Не думай ни о добре, ни о зле, но посмотри, каков в данный момент твой первозданный лик, который ты носил еще до рождения своего". Получив такое указание, Ме-дзедза сразу постиг истинную основу вещей, которую он раньше искал во внешнем. Теперь он понял все: он будто выпил полную чашу холодной воды и утолил жажду. Испытанное было так грандиозно, что он буквально обливался потом и слезами. С глубоким чувством почтения он подошел к патриарху, приветствовал его и спросил: "Кроме того скрытого смысла, который заключается в этих важных словах, есть ли еще что-нибудь тайное?"
   Патриарх ответил: "В том, что я тебе показал, нет ничего скрытого. Если ты размышляешь в себе и узнаешь свой лик; который был твоим до сотворения мира, то тайна -- в тебе".
   "Каковы бы ни были исторические условия, окружавшие Эно в те далекие времена, нет сомнения в том, что в его утверждении "узреть свой собственный лик, который мы имеем еще до рождения" мы находим впервые провозглашенное новое послание, которому было суждено открыть первую страницу истории дзэна и доказать, что Эно был действительно достоин рясы патриарха. Мы видим здесь, в каком новом ракурсе Эно удалось осветить традиционный индийский дзэн. Его терминология не имеет ничего общего с буддийской. Он открыл свой собственный способ взращения истины дзэна, основывая его на своем первоначальном творческом опыте. До него для выражения внутреннего опыта в дзэне использовались заимствования либо словесные, либо методические. Сказать "Вы -- Будда", "Вы и Будда -- одно" или "Будда живет в Вас" -- это слишком банально и плоско, так как это слишком абстрактно и слишком концептуально. Эти слова содержат глубокую истину, но они отвлечены, они не оживляют нашу душу, не пробуждают ее от бесчувственного сна. Они слишком абстрактны и научны. Эно в простоте ума своего, не испорченного ученостью и философствованием, смог постичь истину в чистом виде. Отсюда та необыкновенная новизна в решении этой проблемы". (Д.Т.Судзуки. Основы дзэн-буддизма.)
  
   Гунин умер в 675 г., через четыре года (различные авторы, однако, по-разному определяют этот срок -- от пяти до пятнадцати лет) после того, как дхарма была передана Эно. Но Эно не приступал к выполнению своей миссии, пока не прошло несколько лет, так как по совету своего учителя он жил в горах жизнью отшельника. И вот однажды он решил, что настало время появиться в миру. Ему было тогда тридцать девять лет, и это было на первом году И-фэна (676 г.) во времена династии Тан. Он пришел в храм Фа-син в провинции Гуан, где ученый священник Инею комментировал Нирвану-сутру. Он увидел, как несколько монахов спорили, собравшись у трепещущего флага. Один из них сказал: "Флаг является неодушевленным предметом, и не что иное, как ветер заставляет его колыхаться". На это другой монах возразил, что "и флаг и ветер -- неодушевленные вещи, а колыхание вообще невозможно". Третий протестовал: "Колыхание вызвано определенным сочетанием причин и следствий", -в то время как четвертый предложил следующую версию: "В конце, концов, нет колышущегося флага, это просто ветер сам собою движется". Спор разгорался, но Эно прервал его замечанием: "Ни ветер, ни флаг, а ваш разум колышется". Горячий спор моментально прекратился. Ученый священник Инею был потрясен утверждением Эно, таким убедительным и авторитетным. Выяснив вскоре, кто был этот Эно, Инею попросил его поведать ему об учении учителя с горы Желтая Олива. Суть ответа Эно состояла в следующем: "Мой учитель не давал никаких особых указаний: он просто настаивал на необходимости узреть нашу собственную Природу при помощи наших собственных усилий, он не имел ничего общего с медитацией или с освобождением. Это объясняется тем, что все, что может быть названо, ведет к двойственности, а буддизму чужда двойственность. Ухватить эту не-двойственность истины -- цель дзэна. Природа Будды, которой все мы обладаем и постижение которой составляет дзэн, не может быть разделена на такие противоположности, как добро и зло, вечное и преходящее, материальное и духовное. Человек видит двойственность в жизни вследствие помутнения разума: мудрый, просветленный видит реальность вещей, не затемненную ложными идеями".
   Это было для Эно началом карьеры учителя дзэна. Его влияние было, по-видимому, непосредственным и очень сильным. У него были тысячи учеников. Но он, однако, не пошел проповедовать и обращать людей в свою веру. Его деятельность ограничивалась своей собственной провинцией на Юге, а монастырь Бао-линь в Цао-ци стал его штаб-квартирой. Когда император узнал, что Эно стал преемником Гунина, продолжив духовную родословную Бодхидхармы по линии дзэна, он послал к нему одного из своих придворных с государственным посланием, но Эно отказался приехать в столицу и предпочел остаться в горах.
   Эно умер в 713 году, в то время, когда династия Тан переживала свои счастливые дни, а китайская культура была на вершине своего исторического развития. Немногим более ста лет после смерти Шестого патриарха Рю Соган, один из самых блестящих ученых в истории китайской литературы, оставил памятную надпись на его надгробии, после того как император Сиен-цун посмертно присудил Эно титул "Большого Зеркала" (дай-чень). Эта надпись гласит: "Шестым патриархом после Бодхидхармы был Дай-чень. Сначала он работал в качестве слуги. Нескольких слов учителя было достаточно, и он моментально понимал глубочайший смысл, содержащийся в них. Он произвел на учителя очень большое впечатление и в конце концов получил от него символ веры. После этого он скрывался в южных областях, и в течение шестнадцати лет никто ничего не знал о нем. Наконец, он решил, что пришло время отправиться в мир. Он обосновался в Цао-цих (это название места, которое Эно сделал центром дзэн-буддийской веры) и начал проповедовать". Говорят, что число учеников достигало в определенный период нескольких тысяч.
   Согласно его доктрине, реальность -- это отсутствие действия, пустота -- это истина, а высший смысл всего -- это нечто грандиозное и неподвижное.
   Он учил, что человеческая природа от начала до конца абсолютно совершенна и не требует никакого искусственного очищения, так как она в корне связана с тем, что безупречно. Император Чун-цун услышал о нем и дважды присылал своего сановника с просьбой нанести ему визит, но из этого ничего не вышло. Тогда императору пришлось довольствоваться переданными ему словами, которые он принял как духовное руководство. Учение Шестого патриарха во всех своих деталях актуально по сегодняшний день: все, кто вообще интересуется дзэном, получают все нужные сведения в "Цао-ци".
   После Эно дзэн раскололся на несколько школ, две из которых существуют даже по сегодняшний день в Китае, а также и в Японии. Одна из них, основанная Геси из Сайгэна (740 г.) продолжает существовать теперь в виде школы Сото, а другая, основанная Эдзе из Нангаку (677-- 744), сейчас представлена школой Ринзая. Несмотря на многочисленные видоизменения, во многих отношениях принцип и дух дзэн-буддизма сейчас так же живы, как и во времена Шестого патриарха, и как огромное духовное наследие Востока они продолжают пользоваться исключительным влиянием, в особенности среди интеллигенции Японии.

Часть 6. Дао.

  
   Глава 1. Что такое "дао".
   Дао - древнекитайская эзотерическая традиция, выросшая на основании учения Лао Цзы, жившего в Китае на рубеже 6-5 вв. до н. э. Лао Цзы, как и Сиддхарха Гаутама, является одним из величайших пробужденных людей (будд) в истории арийского периода развития человечества. На основании этой традиции (в 3-4 веках н.э.) выросла ортодоксальная религия Китая - даосизм.
  
   В переводе с китайского термин "дао" означает "путь". Но уже с отдаленной древности это понятие стало употребляться и в переносном смысле, в значении "пути человеческого". Именно в этом смысле "дао" часто встречается в "Лунь-юй". Философы-даосы придали термину еще один, общефилософский смысл. В даосских трактатах он обозначает путь, которым следует вселенная, и вместе с тем то невидимое и непостигаемое ни ощущениями, ни интеллектом начало, в силу которого вселенная появилась и развивается. В приписываемой Лао-цзы книге "Дао-дэ-цзин" ("Книга пути и благодати") говорится: "Есть нечто хаотическое, но завершенное, существовавшее уже до рождения неба и земли, беззвучное и бесформенное. Неизменное и ни от чего не зависящее, оно без устали вращается по кругу. Его можно считать матерью Поднебесной. Имени его я не знаю, но называю его "дао"". Начало дао, как бы воплощающее в себе целостность мироздания, противопоставляется даосами суетным людским делам и стремлениям. Целью того, кто осознал ничтожество всего  мирского, должно быть слияние с дао с помощью мистического просветления. Таким образом, до времени философской деятельности Лао Цзы слово Дао употреблялось только в двух смыслах: 1) дорога, или путь; 2) императивный долг человека. Лао Цзы впервые обозначил этим словом сверхчувственное существо и положил его в основание своей системы, где нет ни одной мысли, которая не была бы так или иначе связана с учением о Дао. Можно, таким образом, провести аналогию с санскритским термином "Дхарма", с которым китайский термин "Дао" имеет синонимическое родство.
  
Даосская традиция представляет собой огромный опыт людей, достигших просветления самостоятельным путем. Она, как и дзэнская традиция, принадлежит к линии развития, которую условно можно назвать "путь просветления, или пробуждения" (путь Будды).
  
   В даосизме есть много сходного с дзэном и йогой. Но дао отличают и свои особые черты. Постижение гармонии мира и обретение внутренней гармонии с помощью естественных сил природы - наиболее важные особенности даосской традиции, на основании которых выросла современная альтернативная медицина. Такие известные оздоровительные техники, как цигун, тайцзы, акупрессура, рэйки и др. также выросли не без помощи дао. Но неверно считать, что альтернативная медицина развивалась только на основании даосской традиции. Ведь огромный багаж медицинских знаний мы также находим и в йоге.
  
   Дао и основные китайские доктрины.
   Синологи считают даосскую традицию корнем китайской духовной культуры, а конфуцианство - ее ветвями. Конфуцианство, моизм и легизм исходят из того, что человек - существо общественное. Конфуций не мыслит послушного сына вне семьи. Мо-цзы и легисты на первое место выдвигают государство. Представители этих школ никогда не выражали сомнения в том, что место человека - в обществе, среди ему подобных, и по отношению к обществу он должен выполнять определенные обязанности. Но именно этот тезис полностью отвергают даосы, которые смотрят на общество как на зло и призывают человека, вырвавшись из его цепких объятий и стряхнув с себя оковы ложных обязанностей и долга, вернуться к природе и слиться с потоком незамутненной, безыскусственной и истинной вселенской жизни. Девиз "Назад к природе", который так рьяно проповедовал Руссо в своих работах, был заимствован великим французским философом у даосов. 
   Даосизм резко отличается от конфуцианской религии. Даосская религия имеет свои храмы, свои священные книги, своих служителей-жрецов. Даосские жрецы разделяются на монашествующих и семейных. Во главе даосской иерархии стоит верховный жрец, или патриарх, называемый тянь-ши ("небесный учитель"). Династия его восходит ко II в. н. э. Он, подобно большинству даосов, вел семейную жизнь, но пользовался среди верующих большим уважением. Считалось, что он господствует не только над жрецами, но и над духами, и последние будто бы, как и подчиненные ему жрецы, посещали его в патриаршей резеденции. Резеденция тянь-ши находилась в горах "Дракона-тигра" (провинция Цзянси). Даосский жрец представляет собой, в сущности, гадателя, предсказателя, продавца священных реликвий, исполнителя магических обрядов. В отличие от конфуцианских обрядов, смысл которых состоит в поклонении предкам, поклонении умершим императорам и т. д., главное занятие даосских жрецов и монахов - это магические заклинания и обряды, мантика. Даосская религия впитала в себя чрезвычайно много народных религиозных верований. Даосы практикуют и обряды шаманского типа. Очень крупную роль среди магическо-религиозных обрядов, связанных с даосизмом, играла система так называемой геомантики - гадания о свойствах земли, вернее о свойствах местности: по-китайски фэн-шуй ("ветер и вода"). Помимо системы фен-шуй применяются и различные другие виды мантики. Есть различные способы гадания. В даосском культе крупную роль играют представления о загробной жизни, не всегда связанные с культом предков. Согласно религиозным представлениям даосов, у каждого человека есть две души: ци - жизнь, неотделимая от тела, и лин - душа, отделимая от тела. По смерти лин превращается либо в гуй (черта), если человек был ни чем не выдающейся личностью, либо в шэнь (божество), если человек этот был значительный, всеми уважаемый. Души богатых, знатных и образованных людей становятся шэнь. Души умерших выдающихся людей и в конфуцианском и в даосском культе играли крупную роль. Им так же, как и душам предков, полагалось приносить жертвы.
  
   Глава 2. Теория и практика Дао.
  
   Ниже приводится материал, составленный на основании работ известного исследователя даосской традиции Е.А.Торчинова.
  
   Даосизм возник в чжоуском Китае практически почти одновременно с учением Конфуция в виде самостоятельной философской доктрины.
  
В трактате Дао дэ цзин (IV-III в. до н. э.) излагаются основы даосизма, философии Лао-цзы. В центре доктрины - учение о великом Дао, всеобщем Законе и Абсолюте. Дао господствует везде и во всем, всегда и безгранично. Его никто не создал, но все происходит от него. Невидимое и неслышимое, недоступное органам чувств, постоянное и неисчерпаемое, безымянное и бесформенное, оно дает начало, имя и форму всему на свете. Даже великое Небо следует Дао. Познать Дао, следовать ему, слиться с ним - в этом смысл, цель и счастье жизни. Проявляется же Дао через свою эманацию - через дэ, и если Дао все порождает, то дэ все вскармливает.
  
   "Дао, -- учит Лао-Цзы, -- которое должно быть действительным, не есть обыкновенное Дао". "Дао пусто", т.е. оно -- "чистейший дух", в котором отсутствует всякая материальность. Оно -- "бесконечная глубина", поэтому "неуловимо, как блеск света".
  
   Признавая Дао бесконечным и чистейшим духом, Лао-Цзы приходит к логически необходимому выводу, что оно существо высочайшее и абсолютное. Это свое торжественное исповедание он излагает следующими словами: "Невозможно даже вообразить, что существует что-нибудь выше его (Дао)".
   Если Дао -- существо абсолютное, то оно должно быть единым и кроме него не может быть другого. Эту мысль Лао-Цзы доказывает тем, что по существу своему Дао -- чистейший дух, который имеет внутреннее единство и не делим.
       О непостижимости Дао Лао-Цзы образно выражается следующим образом: встречаясь с ним (Дао), не видать лица его; следуя за ним, не видать его спины.
   Хотя Дао невидимо для наших очей и непостижимо для нашего ума, но великие дела его видны и осязательны для нас. "О, беспредельно великое Дао! -- пишет Лао-Цзы, - ты и справа, и слева". "Оно как будто не действует, но действует лучше всех".
   Правда, видимая природа (т.е. великие дела Дао) провозглашает о существовании Дао, но это не существенно, ибо наш омраченный многими заблуждениями разум мог бы не заметить этого. Гораздо существеннее и сильнее проповедь о Дао нашей души, чем видимой природы. Отсюда Лао-Цзы твердо признает врожденность в человеке идеи о Дао. Он думает, что эта врожденная душе идея так ясно говорит каждому из нас о величии Дао, что будет излишне вновь проповедовать о нем. Никогда не проповедовалось, учит наш философ, что надо почитать и уважать Дао, но это совершалось и совершается само собой.
   Определивши, таким образом, существо Дао, насколько разуму дано его знать, Лао-Цзы идет дальше: он определяет атрибуты Дао.
   Абсолютное Дао не может быть существом зависимым от других: оно, уже как таковое, должно существовать от самого себя. Если б оно было не самобытным существом, то оно не было бы абсолютным бытием. "Дао самобытно" есть строго логический вывод из признания абсолютности его.
   Абсолютное и самобытное Дао, по мнению Лао-Цзы, не может быть существом ограниченным и конечным. Это привело его к признанию бесконечности и беспредельности Дао. "О, беспредельно великое Дао". "Оно идет, совершая бесконечный круг, и не знает предела".
       Лао-Цзы допускает третий атрибут Дао -- всемогущество. Хотя Дао, по Лао-Цзы, кажется существом слабым и нежным, так как оно бестелесный дух, но слабость и нежность его сильнее могущественнейших сил мира сего.
   Признав Дао существом беспредельным, т.е. стоящим выше условия пространственности, Лао-Цзы не мог думать, что Дао подлежит условию времени. И действительно, он в одном из афоризмов ясно учит, что Дао -- вечное бытие и поэтому не знает ни изменения, ни переворота. Великое и бесконечное Дао, пишет он, следует признать вечным. Дао "слабо и нежно", а "слабое и нежное живет". "Дао самобытно, поэтому не знает переворота".
  
   Трудно отделаться от впечатления, что концепция Дао во многом, вплоть до второстепенных деталей, напоминает многократно зафиксированную в упанишадах индо-арийскую концепцию великого Брахмана, безликого Абсолюта, эманация которого сотворила видимый феноменальный мир и слиться с которым (уйти от феноменального мира) было целью древнеиндийских философов, брахманов, отшельников и аскетов. Если прибавить к этому, что и высшей целью древнекитайских даосов-философов было уйти от страстей и суетности жизни к первобытности прошлого, к простоте и естественности, что именно среди даосов были первые в древнем Китае отшельники-аскеты, о чьем подвижничестве с уважением отзывался и сам Конфуций, то сходство покажется еще более очевидным и загадочным. Чем объяснить его? На этот вопрос ответить нелегко. О прямом заимствовании говорить трудно, ибо,  для этого нет документальных оснований, кроме разве что легенды о путешествии Лао-цзы на запад. Но и эта легенда не объясняет, а лишь запутывает проблему.

Лао-цзы не мог принести в Индию философию, с которой там были знакомы не менее чем за полтысячелетия до его рождения. Можно лишь предположить, что сам факт путешествий показывает, что и в то отдаленное время они не были невозможными и что, следовательно, не только из Китая на запад, но и с запада (в том числе и из Индии) в Китай могли перемещаться люди и их идеи.

В своей конкретной практической деятельности даосизм в Китае, однако, мало чем напоминал практику брахманизма. На китайской почве рационализм одолевал любую мистику, заставляя ее уходить в сторону, забиваться в углы, где она только и могла сохраняться. Так случилось, и с даосизмом. Хотя в даосском трактате "Чжуан-цзы" (IV-III вв. до н. э.) и говорилось о том, что жизнь и смерть - понятия относительные, акцент явно был сделан на жизнь, на том, как ее следует организовать. Мистические же уклоны в этом трактате, выражавшиеся, в частности, в упоминаниях о фантастическом долголетии (800, 1200 лет) и даже бессмертии, которых могут достичь праведные отшельники, приблизившиеся к Дао, сыграли немаловажную роль в трансформации философского даосизма в даосизм религиозный.
  
   Вопрос о том, что такое даосизм продолжает волновать умы специалистов в области изучения этой религии Китая (даологов), буддологи, изучая явление не менее полиморфное и многоаспектное, чем даосизм, давно уже молчаливо согласились считать буддизмом все то, что сама буддийская традиция считает таковым и не терзаться безответными вопросами и изощренными дефинициями. И тем не менее, современное состояние изучения даосизма все же предоставляет возможность предложить новую модель этой религии в ее историческом развитии.
   Даосизм есть как бы цветок на древе китайской религиозности, ее мыслящее сердце (синь) и ее высшая форма в аристотелевском смысле, ее душа, энтелехия. Поэтому именно понимание даосизма есть путь к пониманию китайской религиозности, а через нее -- и всей духовной жизни и духовных ценностей китайского народа. Поэтому для культурологического китаеведения изучение даосизма актуально и важно как может быть, ни что другое.

О так называемой "даосской философии" следует сказать дополнительно несколько слов. В результате исследования мавандуйских текстов, самой ранней "годяньской" версии "Дао- дэ цзина" ("Лао-цзы") была во-первых, выявлена их родственность с доктриной даосских глав философской антологии "Гуань-цзы" (особенно, "Внутреннее делание"/"Нэй е" и "Искусства сердца-ума"/"Синь шу"), авторами которых обычно считаются Инь Вэнь и Сун Цзянь, причем родственность большая, нежели с канонической версией "Дао- дэ цзина" ("редакция Ван Би") или с "Чжуан-цзы". Во-вторых, оказалось, что медитативная созерцательная практика (психопрактика, психотехника) раннего даосизма по существу играла роль источника теоретического дискурса, именно рефлексия о ней оказалась формообразующим принципом ранней даосской мысли. Точнее, сам первоначальный даосский дискурс был ориентирован на психопрактику, был "психопрактическим" дискурсом. Это отличительная черта всех эзотерических традиций, развивающихся по Пути Будды.
  
   Важно отметить, что в реальном историческом бытии все формы и структуры даосской деятельности и даосской традиции не только никогда не существовали обособленно, вне связи с другими, но и всегда активно взаимодействовали. Поэтому можно лишь утверждать, что те или иные формы практики преобладали в тот или иной период или в той или иной школе, но было бы неправильным рассматривать их в качестве взаимоисключающих. Так, К.М. Скиппер и Дж. Лагеруэй показали в своих исследованиях, что практика визуализации была непременной и базовой составляющей даосской литургии; с другой стороны, можно утверждать, что ритуальный аспект играл существенную роль в традициях лабораторной алхимии. Поэтому можно лишь утверждать, например, что для школы Небесных Наставников характерно преобладание литургического аспекта, а в практике внутренней алхимии школы Совершенной Истины преобладают техники медитации и визуализации, в то время, как Гэ Хун или Сунь Сымяо отдают предпочтение лабораторной алхимии и изготовлению "эликсира бессмертия".
  
   Огромное значение для сведения всех гетерогенных аспектов даосизма в некое единое целое, для подведения под ними, выражаясь метафорически, некоего общего знаменателя сыграло наличие Дао цзана (Даосского Канона), первый вариант которого был создан даосом школы Линбао Лу Сюцзином; столетием позже он приобрел свою окончательную семичленную (три основных раздела и четыре дополнительных) структуру.
  
   Из вышесказанного следует, что тремя основными составляющими даосской традиции являются психофизиологические методы трансформации сознания и "пестования жизненности" (медитация, визуализация, гимнастика, дыхательные упражнения и сексуальная практика), алхимия и ритуально-литургическая деятельность. Другие формы даосской практики легко могут быть сведены к этим трем типам: так, внутренняя алхимия (нэй дань) по существу сводится к комбинации практик первого типа, а оккультно-магические методы ко второму. Исходя из этой классификации представляется возможным выяснить, какие из этих элементов преобладали в те или иные эпохи развития даосизма, вычленяя магистральную линию эволюции даосизма.

Думается, что именно практика внутреннего делания, прежде всего -- созерцания и визуализации вкупе с дыхательными упражнениями -- образует стержень даосизма, а его эволюция -- магистральную линию становления даосской традиции. В ходе этой эволюции исходные практики претерпели существенную трансформацию, обретя систематичность и когерентность, но и утратив некоторые существенные аспекты: так к эпохе Мин (1368-1644) даосизм фактически отказался от своей сексуальной практики, существовавшей в нем с глубочайшей древности и процветавшей в мистических ритуалах ранних Небесных Наставников. Однако под влиянием буддийского монашеского идеала и неоконфуцианского морализаторского пуританства они постепенно маргинализировались, а описывающие их тексты за редким исключением были изъяты из окончательной минской редакции Дао цзана (Чжэнтун Дао цзан, 1445-1447). Истоки внешней лабораторной алхимии также восходят к эпохе Чжань-го и к поискам долголетия и бессмертия ханьского времени. Ее расцвет приходится на период Шести династий (Лю-чао, III-VI вв.) и первую половину танской эпохи, после чего она постепенно приходит в упадок и исчезает,
уступив место своему психопрактическому двойнику -- "даосской йоге", внутренней алхимии, имевшей более древние корни, но обретшей систематичность и терминологичность именно благодаря лабораторной практике искателей эликсира бессмертия. Мода на лабораторную алхимию вернулась при династии Мин (XVI в., особенно в правление "даосского императора" Цзяцзина / Ши-цзуна, 1521-1566), но это была уже именно мода, имевшая поверхностный и достаточно дилетантский характер, да и оказавшаяся к тому же весьма эфемерной. Многие алхимики и в период расцвета своей традиции практиковали "внутренние" методы "хранения Одного", по существу готовя окончательный переход от лабораторного делания к духовной трансмутации.
  
   Литургическое направление даосизма тоже весьма архаично по своим корням и восходит, видимо, к шаманистским ритуалам южного и юго-западного Китая. Уже в эпоху Ранней Хань (207 г. до н.э. -- 7 г. н.э.) "Дао-Дэ цзин" активно использовался в ритуалах и его рецитация имела сакральный характер и считалась способствующей обретению бессмертия. Но своего расцвета даосский ритуализм достиг в школе Небесных Наставников (современное официальное название -- Путь Истинного Единства, чжэн и дао), возникшей в середине II в. н.э. Сложнейший символизм ритуалов--цзяо этой школы был теснейшим образом связан с символизмом даосской алхимии и техникой визуализаций. Однако ритуал играл важную роль как в практике внешней алхимии, так и внутренней, поскольку начиная с Бо Юйчаня (XIII в.) ее адепты активно практиковали ритуалы "громового" (лэй фа) цикла. С даосским ритуалом тесно связана магия талисманов (фу) и реестров божеств (лу), игравшая одну из центральных ролей в практике Небесных Наставников.

На протяжении тысячелетий своей истории даосизм был теснейшим образом связан с народными религиозными верованиями и культами. Если даологические исследования 70-х -- 80-х годов прошлого века были склонны обособлять даосизм от них или даже противопоставлять их друг другу (впрочем, такая позиция всегда была чужда японским ученым, то в современной даологии возобладала тенденция более комплексного и целостного рассмотрения даосизма и народной религии как единой системы взаимодействующих компонентов, что, видимо, является более адекватной моделью как по сравнению с растворением даосизма в народных верованиях, что было характерно для синологии первой половины XX века, так и с полным выведением даосизма за пределы автохтонных китайских верований и культов, существующих вне письменной традиции, фиксированной системы ее транслирования (передачи) и институциализации.

Таким образом, даосизм предстает перед нами как полиморфная, многоаспектная и многоуровневая религия (полиструктурная традиция, точнее, набор объединенных общими базовыми принципами и единым скриптуральным кодексов традиций), опредяляющими принципами которой являются:

1)._Натуралистическая картина мира. Признание квазиматериальной энергийной субстанции "ци" единой основой универсума, источником и носителем жизненности и жизненной силы. На этой основе признание единства мира и всего сущего. Вера в то, что овладение "ци" дает способность управлять как силами универсума (отсюда проистекают как даосская магия, так и литургическая практика), так и собственного организма адепта, продлевать жизнь и даже обретать бессмертие.
Признание существования универсальных циклических трансформаций и метаморфоз сущего (и) и регулирующего их абсолютного принципа (Дао); вера в возможность постигать закономерности (Дао) этих метаморфоз и управлять ими для достижения бессмертия и совершенства.
Использование принципов коррелятивного мышления, то есть признание наличия универсальной симпатии по модели "подобное тяготеет к подобному" (тун лэй) и построения вселенной в целом и всех ее аспектов и компонентов по единому паттерну. Отсюда доктрины гомоморфизма микро- и макрокосма, соответствий между событиями и процессами в природе, обществе и микрокосме.

2). Космология, основанная на восходящих к натурфилософской школе Цзоу Яня и традиции магов ("мужей методов", фанши) концепциям пяти первоэлементов (у син) и начал инь-ян как модусов витальной силы ци, дополненным нумерологией "И цзина" (универсальная методология традиционной китайской науки) и мантико-магических апокрифов (чань-вэй) эпохи Хань.
3). Признание высшей ценности жизни. Вера в возможность обретения долголетия и бессмертия через преображение и превраще ния в бессмертное совершенное существо (сянь; шэнь-сянь).
4). Признание Лао-цзы (как Лао-цзюня, Господа Лао) воплощенным Дао и источником всех форм даосского откровения.
5). Большинство иных принципов, обычно считающихся универсально даосскими (уравнительно утопическая социальная доктрина, стремление к опрощению, теория управления государством на основе "недеяния" и т.п.) характерны лишь для отдельных текстов, направлений или движений даосизма.

Если говорить о структуре полиморфного и многоуровневого целого даосской традиции, то в ней можно выделить несколько основных составляющих:
   - Различные формы "внутреннего делания" (медитация, визуализации и т.п.); психопратические "техники экстаза";
- Психофизиологические упражнения: двигательная и дыхательная гимнастика, сексуальная практика;
   - Ритуально-литургическая деятельность;
   - Лабораторная алхимия;
   - Оккультно-магическая деятельность;
   - Мыслительные техники;
   - "философский" дискурс.
   Магистральной же линией развития даосизма была эволюция возникших еще в глубокой древности методов духовного делания и психофизической саморегуляции: различных приемов созерцания и визуализаций, макробиотических техник, дыхательных упражнений, двигательной гимнастики и сексуальной практики, образовавших в начале II тысячелетия нашей эры целостную (хотя и представленную различными традициями и линиями преемственности) систему внутренней алхимии, являющейся и в настоящее время центром религиозной жизни даосских сообществ и индивидуальных последователей даосизма.
  
   Глава 3. Основные этапы развития даосской традиции.
  
   Обращаясь к проблеме периодизации истории даосской традиции, следует сразу же выделить два основных ее этапа: 1) Период формирования целостной даосской традиции, завершение которой маркируется началом институциализации даосизма (создание школы "Небесных наставников" во II в. н. э.) и 2) Период эволюции собственно даосизма. Эти два больших периода делятся на ряд промежуточных.
   I Период формирования целостной даосской традиции делится на следующие этапы:
   1. Период древних до-даосских религиозных верований шаманского типа (до IV--III вв. до н. э.).
   2. Период "рационализации" этих верований как выражение кризиса архаической религиозности.
   Возникновение на этой основе философских направлений, имеющих родственные черты и стремящихся к синтезу (III в. до д. э. -- II--I вв. до н. э.).
   3. Синтез направлений, сложившихся в предыдущий период, письменная фиксация древних методов религиозной практики как результат ее рефлективного освоения. Завершение складывания даосизма как полиморфного идеологического образования. Этот процесс находит свою кульминацию в появлении первого даосского институциолизированного направления (II в. н. э.).
   II. Период эволюции даосизма как развитой религии включает следующие этапы развития:
   1. Период бурной институциализации и формирования различных школ даосизма. Окончательное завершение формативного периода (II--V вв.). В это же время под воздействием катализирующего влияния буддизма как инокультурной традиции происходит консолидация даосских направлений и рост их самосознания и самоотождествления как даосских.
   Окончательное формирование традиции маркируется появлением первых редакций "Дао цзана" (V в.). Расцвет "внешней алхимии".
   2. Период синтеза даосских направлений эпохи раздробленности и развитие тенденций предыдущего этапа. Усиление буддийского влияния, укрепление института монашества. Новый подъем философского дискурса (VII--VIII вв.).
   3. Формирование предпосылок для появления "новых школ". Рост стремления к индивидуальному совершенствованию, реализуемому через медитативную практику "внутренней алхимии". Спиритуализация даосских религиозных ценностей (IX--XI вв.).
   4. Период появления "новых школ". Резкий подъем идеологической активности даосизма. Конец этого периода маркирует окончание поступательного ("творческого") развития даосской традиции (XII--XIII вв.). За этим периодом следует эпоха идеологической стагнации и торжества религиозного синкретизма, формообразующим принципом которого явился даосизм.
   5. Период активного формирования синкретизма и "популяризации" даосской этики через "благие книги" (шань шу). Складывание сектантских традиций с сильным даосским элементом (XIV--XVI вв.). В этот период полностью завершается поступательное развитие даосизма, что маркируется окончательным оформлением "Дао цзана" (1445; 1607 гг.), переставшего пополняться новыми сочинениями.
   6. Период полного торжества религиозного синкретизма, стагнации и полу подпольного положения даосизма (ок. XVII-- нач. XX вв.), связанный с нарастанием сектантской замкнутости даосских общин и едва терпимым отношением властей.
   7. Современный период, связанный с трансформацией даосизма в условиях революционного преобразования традиционного китайского общества:
   а) 1911--1949 гг. -- период функционирования даосизма в условиях полуфеодального общества после свержения монархии;
   б) 1949--1966 гг. -- приспособление даосизма к обществу "народной демократии" КНР; создание Всекитайской Ассоциации последователей даосизма (1953 г.);
   в) 1966--1976 гг. -- период так называемой "культурной революции" с насильственным подавлением религиозных организаций в КНР и попранием демократических норм отношения к религии;
   г) период после 1978 г., отмеченный проведением политики "четырех модернизаций". Восстановление с 1980 г. даосской Ассоциации.
   Таким образом, поворотными пунктами в истории даосизма являются: 1) IV--III вв. до н. э.-- период появления философии Лао-цзы и Чжуан-цзы и выделение протодаосской традиции из стихии архаической религиозности; 2) II в. н. э. -- период оформления даосизма как целостной организованной религии, пик этого процесса в V в., когда появляется "Дао цзан"; 3) XII в. --период появления "новых школ" в результате "реформаторского" движения; 4) XV в., когда завершение пополнения "Дао цзана" формально знаменует окончание творческого этапа эволюции и вступление в период стагнации (реально начавшегося с XIV в.); 5) XX в. -- время ломки всей системы традиционных отношений и период революционных преобразований китайского общества.
   Глава 4. Основные теоретические источники даосской традиции.
   1. "Дао де цзин" - основной теоретический источник даосской традиции. По объему маленький - всего 5296 слов, но по содержанию - неисчерпаем, так как включает в себя основные принципы сакральной мудрости.
   Учение Лао-Цзы составляет диаметральную противоположность нравственному настроению тогдашнего общества. Он нашел, что причина всех бед заключается в излишнем мудрствовании людей, в отсутствии в них смирения и человеколюбия и в непреодолимом стремлении их к богатству, власти и почестям. Поэтому он, прежде всего, учит об отречении от всякого рода умствования, от богатства, власти и почестей; он проповедует человеколюбие и смирение в Дао.
   Когда люди перестанут умствовать, то будут благоденствовать; когда богатство потеряет смысл, то не будет воров; когда почести потеряют всякое значение, то люди перестанут ненавидеть друг друга; когда власть будет уничтожена, то не будет ссор между людьми.
       Это учение Лао-Цзы выводит из понятия Дао. Дао потому выше всех существ и господин всего бытия, что стоит ниже их. "Причина того, что море есть царь многочисленных рек и речек, заключается в том, -- пишет Лао Цзы, -- что оно находится ниже последних". Оно (т.е. Дао) потому блаженно, что не умствует, не стремится к богатству, к почестям и к власти.
   Дао не умствует, по Лао-Цзы, и потому умнее всех умных; не ищет богатства, и поэтому богаче всех богатых; не ищет почестей, и потому славой его полна вся вселенная; оно не стремится к власти, и потому оно царь всех царей.
       "Большая дорога, - пишет он, - гладка и ровна, но люди любят ходить по тропинкам". Большая дорога - это Дао (Дхарма), основы сакральной науки, призванной научить человечество жить в мире, согласии и гармоничном благоденствии. Тропинки - это умствования людей, предпочитающих изобретать велосипед, когда он давно уже изобретен до них. Эти тропинки представляют собой поверхностное знание, которое неспособно удовлетворить алчущий истины ум человека.
   Дао - это также и высшее существо, само Сущее, в системе которого человек призван жить как неотъемлемый элемент этого Сущего. Поэтому Дао должно быть идеалом нашей нравственной жизни. Лао-Цзы пишет: "Живущий по Дао - равен Дао". Тут напрашивается аналогия высказывания Иисуса Христа, которую последний выскажет шестью веками позже: "Будьте совершенны, как Отец ваш небесный" (Мф. 5:48).
   Определив так нравственный идеал, Лао Цзы указал людям на путь бесконечного нравственного усовершенствования и духовного развития: как бы высока ни была достигнутая нами ступень духовного развития, каждому из нас всегда остается желать еще лучшего и постоянно стремиться к нему. Эту мысль хорошо выражает следующий афоризм Лао Цзы: "Исполняющий Дао никогда не бывает доволен собой".
   По Лао Цзы только Дао может быть критерием истины, а исполнение воли Дао - высшая цель человеческих устремлений: "Высоконравственный повинуется только одному Дао".
   В чем же фиксирована эта воля Дао (или Сущего)? По мнению Лао Цзы эта воля фиксирована как во внешнем, так и внутреннем мире человека. Фиксация эта определяет внутренний гармоничный строй Вселенной. В человеке эта фиксация определена таким духовным органом человека, как совесть, т.к. совесть (со-весть) - это весть высшего мира низшему, которая передается по определенным энергоинформационным каналам, соединяющим человека с Вселенной. Йоги называют эти каналы чакрами.
   Но как быть тем, кто не слышит голоса совести и не видит установлений Дао в окружающем нас мире? Для этого необходимо победить свои страсти: "Свободный от страстей, - пишет Лао Цзы, - видит величественное проявление Дао, а находящийся под влиянием какой-нибудь страсти видит только незначительное проявление его". В даосской традиции существует огромное множество различных психотехник, направленных на работу со страстями. Суть всех этих практик - достичь того или иного рода воздержания и уберечься от того или иного рода излишеств (в пище, мыслях, сексе и т.д.).
   Лао-Цзы считает высоким нравственным достоинством человека простоту сердца. Простота сердца потому есть высшая добродетель, что очень близко стоит к Дао, к естественности. Без простоты сердца, по учению Лао-Цзы, никто не может достигнуть нравственного совершенства. Человек высокой нравственности, -- учит Лао-Цзы, -- "возвратится к совершенной простоте". Эта простота сердца, впрочем, не есть грубое невежество, а, напротив, блаженная и невинная простота. "Кто вполне духовен, -- учит Лао-Цзы, -- тот бывает смирен, как младенец". "Достигший высокой нравственности, говорит он в другом афоризме, -- похож на младенца". Такой человек не только похож на младенца, но "возвратится в состояние младенца". Опять нельзя не вспомнить изречений Иисуса, касающихся детей.
Лао-Цзы провозглашает великое нравственное значение смирения, которое находится в органической связи с простотою сердца, составляя ее естественное последствие.
     Сущность этого учения очень ясно выражена в одном из афоризмов Лао-Цзы: "Мир смирен, -- пишет он, -- все люди ездят и бегают над его твердыней". Другими словами, мир охотно стоит ниже всех существ, но никогда не жалуется на это. Такому смирению мира мы должны подражать, потому что "кто желает быть великим, тот должен быть ниже всех". И опять в голову приходит аналогия из изречений Иисуса о том, что кто хочет быть первым - тот должен стать последним.
       Эту мысль Лао-Цзы объясняет метафорически: "причина того, что реки и моря суть цари многочисленных долин, заключается в том, что первые находятся ниже последних". Лао-Цзы указывает на Дао, как на пример смирения. Дао, по учению его, совершает великие дела, но оно не выставляет себя. "Не хвалиться тем, что сделано, -- говорит он, -- не начальствовать над другими, превосходя их, -- небесная добродетель". Как пример или образец смирения Лао-Цзы выставляет воду. "Вода, -- пишет он, -- давая всем существам обильную пользу, не сопротивляется ничему".
       Наихудшим пороком Лао-Цзы считает гордость, противоположную по своему существу смирению. Гордость в гностической традиции также считается одним из первых и самых опасных грехов. Свое отвращение к этому пороку Лао-Цзы выражает следующей метафорой: "Я не желаю быть гордым, как драгоценный камень". Чтобы преодолеть этот порок, прежде всего, нужно не выставлять себя, признавая достоинства других. "Кто делает вид, будто много знает, -- пишет Лао-Цзы, -- и ко всему способен, тот ничего не знает". "Зная много, -- пишет он в другом афоризме, -- жить, будто ничего не знаешь -- верх совершенства". Как средство предотвращения гордости, Лао-Цзы предлагает знать свое место.
  
Рассуждение Лао-Цзы о почести и славе находится в тесной связи с учением его о простоте сердца и смирении. Знатность, известность и величие этого мира, по мнению Лао-Цзы, не суть истинные почесть и слава, ибо они противоречат смирению Дао. Почесть и слава этого мира слишком непостоянны и неопределенны; в них нет ничего существенного, поэтому они противоестественны, а, следовательно, греховны. Этот взгляд и служил исходною точкой мнения Лао-Цзы, что незнатность и неизвестность есть истинная почесть и слава человека.
       С другой стороны, позор и оскорбление в этом мире не есть действительный позор и оскорбление. Поэтому Лао-Цзы относится к ним как к чему-то крайне призрачному: "почесть и позор, -- пишет он, -- одинаково странны для мудреца".
   Лао-Цзы не только проповедник простоты и смирения, но и провозвестник самоотверженного человеколюбия. Основанием этого учения служит Дао, которое не заботится о самом себе, а только о других. Дао сотворило все существа, а добродетель (его) кормит их; они дают им вещественную форму, а могущество (их) совершенствует вещи".
     Эта любовь Дао ко всем существам должна быть образцом нашего человеколюбия, которое Лао-Цзы называет человеколюбием Дао.
   Истинное человеколюбие должно быть самоотверженной любовью. "Святой заботится о себе после других". Такое человеколюбие должно быть, по своему существу, всеобъемлющим и не должно знать границ. Эта идея выражена в следующем сравнении. "Небесное Дао, -- пишет он, -- не имеет родственников (которым оно могло бы оказывать преимущество перед другими): оно всегда склоняется к добрым людям". Значит, Дао чуждо несправедливости: оно ко всем относится одинаково.
       Самое высокое человеколюбие -- это любовь к врагам. Истинно любящий не должен исключать из своей любви даже ненавидящих его самого. "За ненависть, -- учит Лао-Цзы, -- платите добром", -- учение, очень напоминающее христианскую заповедь о любви к врагам.
   Наблюдая столько аналогий в речениях Иисуса Христа, напрашивается вывод о том, что возможно Иисус был также знаком и с учением Лао-Цзы. Знакомство это, по всей видимости, произошло, когда Иисус проходил обучение в Тибете.
   Лао-Цзы считал монархию самым совершенным политическим строем, т.к. именно монархия более других форм правления способна привести людей к единству, которое и есть мировой закон. Другими словами: как единое Дао приводит в порядок все существа, так и на земле единое управление должно приводить всех людей в единство. Царь, по мнению Лао-Цзы, стоит на недосягаемой для нас высоте. "Четыре величия в мире, -- пишет он, -- Тао, небо, земля и царь".
       Это мнение Лао-Цзы основано на том, что царь, стоя во главе народа и будучи повелителем его, мог бы нравственно повлиять на своих подданных; слова и дела его могли бы быть примером и образцом для всех. Поэтому он предлагает царю быть особенно внимательным к себе и преподает целую систему о морали царя.
  
   Таким образом, мы видим, что "Книга Пути и благодати" Лао-Цзы есть, по существу, краткое изложение основ сакральной науки, бережно хранимой в священных писаниях Примордиальной Традиции.
  
   2. "Чжуан-цзы", наряду с "Дао де цзин", принимают за основу изложения даосского учения. Этот трактат приписывают древнекитайскому мудрецу Чжуан Цзы, который собрал различные даосские притчи и афоризмы в один сборник. Поэтому далеко не все главы трактата принадлежат перу Чжуан-цзы.
   В настоящей своей форме "Чжуан-цзы" содержит тридцать три главы, разделенные на три части: так называемую внутреннюю (первые семь глав) - основную теоретическую часть, самую аутентичную и близкую самому Чжуан-цзы; внешнюю (следующие пятнадцать глав) - поясняющую положения первой части; смешанную (последние одиннадцать глав) - разъясняющую на конкретных примерах содержание предыдущих частей. Конечно, подобное разделение является условным, так как и в первой части имеется обилие притч, аллегорий, примеров, и во второй и третьей частях есть главы очень важные в теоретическом плане. Можно, однако, отметить, что именно здесь имеются фрагменты, написанные позже, чем основная часть. К ним относятся, в частности, глава тридцать третья - обзор древнекитайской философии и философов, в том числе самого Чжуан Цзы, написанная, по-видимому, вскоре после его смерти.
   Весь трактат представляет собой высокохудожественное произведение, довольно необычное среди других философских текстов того периода и особенно резко отличающееся от сухого и сжатого до грани возможного "Дао де цзин". Это произведение сыграло большую роль не только в развитии раннего даосизма, но и оставило значительный след во всей китайской культуре. Ниже мы приводим несколько характерных цитат из "Чжуан-цзы", позволяющих дать беглое представление об учении великого даосского мастера:
  
   *
   "Тот, кто познал дао, непременно постигнет закон природы; постигший закон природы непременно овладеет умением соответствовать положению [вещей]; овладевший умением соответствовать положению [вещей] не станет вредить себе из-за вещей, человека совершенных моральных качеств огонь не может обжечь, вода - утопить; ни холод, ни жара не могут причинить ему вреда; ни птицы, ни звери не могут его погубить".
  
   *
   "Насколько в людях проступает полнота свойств, настолько же забывается их телесный облик. Когда люди не забывают то, что обычно забывается, и забывают то, что обычно не забывается, это называется настоящим забвением.
   Вот почему, где бы ни пребывал мудрец, для него знание -- это беда, а обещание -- клей, добродетель -- как раздача милостыни, ремесло -- как рыночный торг. Коль скоро мудрый не строит планов, зачем ему знание? Коль скоро он не делает заметок, зачем ему склеивать расписки? Коль скоро он ничего не лишается, зачем ему требовать уплаты долга? Коль скоро он ничего не продает, зачем ему доходы? Все, что ему нужно, он приобретает на Небесном торжище. Приобретать на Небесном торжище -- значит кормиться от Неба. И если он кормится от Неба, для чего ему люди? Он обладает человеческим обликом, но в нем нет человеческой сути. Обладая человеческим обликом, он живет среди людей. Не обладая человеческими наклонностями, он стоит в стороне от "истинного" и "ложного". Неразличимо мало то, что связывает его с людьми. Необозримо велико -- таково небесное в нем, он в одиночестве претворяет его!"
  
   *
   "Дунго-цзы спросил у Чжуан-цзы: "Где находится то, что мы называем Путем?"
   -- Нет такого места, где бы его не было, -- ответил Чжуан-цзы.
   -- А вы все-таки скажите, и тогда я смогу понять.
   -- Ну, скажем, в муравьях.
   -- А есть ли он в чем-нибудь еще ниже этого?
   -- В сорняках и в мякине.
   -- А еще ниже?
   -- В черепице и кирпиче.
   -- Ну, а в чем-нибудь настолько низком, что дальше некуда?
   -- В кале и моче!
   Дунго-цзы обиженно промолчал, и тогда Чжуан-цзы сказал ему: "Ваши вопросы, уважаемый, совершенно не касались существа дела. Вот так же управляющий рынком Хо определял, насколько жирна свинья, надавливая на нее ногой: чем сильнее надавишь, тем точнее определишь.
   У вас не было необходимости спрашивать о местопребывании Пути, ибо Путь не отделен от вещей. Таков верховный Путь, такова же и великая речь.
   А уж лучше нам отправиться на прогулку по Дворцу Отсутствующего, соединяясь со всеобщим согласованием и вовеки не зная границ и пределов! Почему бы нам не быть заодно в Недеянии? Не быть безмятежными, чистыми, праздными? Рассеем же наши помыслы, не будем никуда направляться и не будем знать, куда придем мы, будем приходить и уходить, не зная, где остановиться. Я уже пускался в такие странствия и возвращался назад, но все еще не знаю, где положен им предел. Я блуждал в тех безбрежных просторах, но великое знание, там гнездящееся, не имеет границ".
   Глава 5. Основные учителя даосской драдиции.
   1. Лао-Цзы (604? -?).
   Жизнеописание Лао-Цзы может занять несколько томов или уместиться в нескольких строках, смотря по тому, примем ли мы за жизнеописание народный миф о Лао Цзы или те несколько сухих и отрывочных сведений, с великим трудом добытых синологами, да и то не совершенно достоверных. Если мы примем последнее, из огромной народной книги о Лао Цзы для нас останется одна страница; при более строгом отношении - одна строка из страницы, при еще более строгом - одно слово из строки - имя Лао Цзы. Но и это имя окажется не именем: Лао Цзы - значит "престарелый философ" - следовательно, есть только прозвище, данное Лао Цзы. Следующее прозвище Лао Цзы - "Хакуян" - также не имя: это только псевдоним философа, принятый им по обычаю китайских ученых: наконец, мы узнаем, что фамилия его была Ли, а имя - Зи.
   Объем наименее оспариваемых и наиболее научно-устойчивых сведений о Лао Цзы крайне невелик.
   Главным и единственным по достоверности источником для жизнеописания Лао Цзы является китайский историк Сыма Цянь и его труд "Историческое повествование", состоящий из 126 книг.
   Год рождения Лао Цзы неизвестен; его относят к началу 6 века до Р.Х. Но согласно одному из апокрифических источников даосизма, Лао Цзы родился в 604 году до н. э. Родители Лао Цзы жили в селе Кеку_Зин, уезда Лей, провинции Ку, в королевстве Со, лежавшем близ современного Пекина. Ремесло родителей Лао Цзы неизвестно. Его имя - Зи, фамилия - Ли. Есть известие, что фамилию Ли философ носил по матери, а свой псевдоним Хакуян - по отцу. Неизвестно, какое образование получил Лао Цзы, но тот факт, что в дальнейшем Лао Цзы был на государственной службе, для поступления на которую необходимо было сдать трудные экзамены, показывает, что Лао Цзы и в детстве получил некоторое образование.
   Занимая официальное место, он имел лишь самое необходимое для жизни, был небогат, прост, скромен и нетребователен. Он был начальником императорского книгохранилища и имел доступ к архивам самой крупной библиотеки Китая. А если принять во внимание, какой пост он занимал в период своей государственной деятельности, то нельзя предполагать, что он был совсем не обеспечен. Очевидно, он раздавал бедным все, что имел, делая это втайне от всех. "Я раздаю милостыню в великом страхе", - пишет он в LXVI главе "Дао де цзина".
   Лао Цзы был женат и имел сына, который состоял на военной службе. Известно, что сам Лао Цзы был пацифистом и отрицательно относился к военному делу.
    В одном примечании в истории Сыма Цяня приводятся слова апокрифа: "Лаоси был (человек) высокого роста; цвет лица у него желтый, красивые брови, длинные уши, широкий лоб, редкие и некрасивые зубы, четырехугольный лоб с толстыми и безобразными губами" (Сыма Цянь. Историческое повествование. Кн.63). Он очень рано стал чувствовать склонность к аскетической жизни. Он был очень рассудителен; ему были чужды всякого рода порывы чувств и экстазы. В его общественной и частной жизни не имели места никакие страсти.
   Неизвестно ничего более о служебной деятельности философа. Мы даже не знаем как долго он находился на этой должности. Несомненно лишь то, что этот постоянно свободный доступ в величайшее книгохранилище в Китае дал Лао-Цзы возможность узнать всю письменность Китая. По всей видимости, недовольство философа практической мудростью своего народа было порождено именно совершенным знанием этой мудрости. С другой стороны, пребывание в самом центре политической жизни страны внушило Лао-Цзы критическое отношение к тем ее формам, в которые она выливалась в современном ему Китае.
   Лао-Цзы был очень недоволен современными ему общественными и политическими делами. Это недовольство было до того сильно, что он, оставивши свою государственную службу, удалился в уединение. Желая жить вне той страны, беспорядок и нравственное падение которой его возмущали, он хотел уйти через западную границу в страны варваров. Но тут случилось нечто неожиданное для него. Увидев, что этот знаменитый муж удаляется из империи, начальник пограничной стражи, Ин-ки, сказал ему: "Философ! ужели ты думаешь скрыться? Если так, то прошу -- изложи сначала свое учение для нашего наставления". В ответ Лао-Цзы предоставил сборник своих афоризмов - "Книгу пути и благодати".
   Как жил Лаоси после того, как удалился в уединение, об этом решительно ничего не известно. "Некоторые думают, -- пишет историк Сыма Цянь, -- что Лаоси жил до 160 лет от роду, другие -- до 200 лет, благодаря своей святой жизни, согласной с Дао" (Сыма Цянь. Историческое повествование. Кн. 6).
  
   2. Чжуан Цзы (ок. 369?-286 до н. э).
   О жизни Чжуан Чжоу, по китайскому обычаю обычно именуемого "учитель Чжуан" (Чжуан-цзы), известно немного. Приблизительными датами его жизни считаются 369-286 гг. до н.э. Основным источником знания о нем является его краткая биография, находящаяся в "Ши цзи" ("Исторические записки", 2 в. до н.э.).
   "Его учение, - говорится в "Ши цзи", - не знало пределов, однако в главном и основном он возвращался к словам Лао-цзы, поэтому его письмена, сто с лишним тысяч иероглифов, - это большей частью одни иносказания... Свое мастерство в сочинении письмен и толковании выражений, в определении смысла фактов и классификации событий он использовал для сокрушительных атак на Кун-цзы и Мо ди, хотя и другие тогдашние ученые-эрудиты не могли защитить себя [от его критики]. Его слова безбрежны, как океан; чтобы быть верным себе, он себя ничем не стеснял, поэтому правители и сановники не могли его использовать..."
  
   О жизни Чжуан-цзы сложилось много легенд. Несколько из них мы хотим предоставить вниманию читателя, чтобы создать некий образ этого великого даосского мастера.
    
   *
   Как-то Чжуан-цзы удил рыбу в реке Пушуй, а правитель Чу прислал к нему двух своих сановников с посланием, и в том послании говорилось: "Желаю возложить на Вас бремя государственных дел".
   Чжуан-цзы даже удочку из рук не выпустил и головы не повернул, а только сказал в ответ:
   -- Я слыхал, что в Чу есть священная черепаха, которая умерла три тысячи лет тому назад. Правитель завернул ее в тонкий шелк, спрятал в ларец, а ларец тот поставил в своем храме предков. Что бы предпочла эта черепаха: быть мертвой, но чтобы поклонялись ее костям, или быть живой, даже если ей пришлось бы волочить свой хвост по грязи?
   Оба сановника ответили:
   -- Конечно, она предпочла бы быть живой, даже если ей пришлось волочить свой хвост по грязи.
   -- Уходите прочь! -- воскликнул Чжуан-цзы. -- Я тоже буду волочить хвост по грязи!
  
  
   Хуэй-цзы был первым советником в царстве Лян, а Чжуан-цзы захотел навестить его. Кто-то сказал Хуэй-цзы: "К вам едет Чжуан-цзы. Он хочет сменить вас на посту первого советника". Хуэй-цзы очень испугался и приказал искать Чжуан-цзы по всему царству. И Чжуан-цзы искали три дня и три ночи. Чжуан-цзы приехал к Хуэй-цзы и сказал: "На юге живет птица, которую зовут Юаньчу. Ты знаешь об этом? Она взмывает ввысь в Южном Океане и летит в Северный Океан. Она отдыхает только на вершинах платанов, питается только плодами бамбука и пьет только ключевую воду. Однажды некая сова нашла дохлую крысу. Когда птица Юаньчу пролетала над ней, сова подняла голову и угрожающе заухала. Не хочешь ли и ты погрозить мне своим царством?"
    
   *
    Чжуан-цзы, одетый в залатанный полотняный халат, в сандалиях, обвязанных веревками, проходил мимо правителя царства Вэй.
   -- Как плохо вам живется, уважаемый! -- воскликнул царь.
   -- Я живу бедно, но не плохо, -- ответил Чжуан-цзы. -- Иметь путь и его силу и не претворять их в жизни -- вот что значит жить плохо. Одеваться в залатанный халат и носить дырявые сандалии -- это значит жить бедно, но не плохо. Вот что называется "родиться в недобрый час". Не приходилось ли вам видеть, ваше величество, как лазает по деревьям большая обезьяна? Она без труда влезает на катальпу, кедр или камфорное дерево, проворно прыгает с ветки на ветку так проворно, что сам лучник И не успевает прицелиться в нее. Попав же в заросли мелкого да колючего кустарника, она ступает боком, неуклюже и озирается по сторонам, то и дело оступаясь и теряя равновесие. И не в том дело, что ей приходится делать больше усилий или мускулы ее ослабели. Просто она попала в неподходящую для нее обстановку и не имеет возможности показать, на что она способна. Так и человек: стоит ему оказаться в обществе дурного государя и чиновников-плутов, то даже если он хочет жить по-доброму, сможет ли он добиться желаемого?
    
   *
   Когда Иляо из Шинани повстречался с правителем Лу, тот выглядел очень утомленным.
   -- Отчего у вас такой утомленный вид? -- спросил Шинаньский учитель.
   -- Я изучил путь прежних царей и готовился продолжать дело моих предков, -- ответил правитель Лу. -- Я чту духов и оказываю уважение достойным мужам. Я все делаю сам и не имею ни мгновения отдыха, однако так и не могу избавиться от забот. Вот почему я выгляжу таким утомленным.
   -- Ваш способ избавления от забот, мой господин, никуда не годится, -- сказал Шинаньский учитель. -- Лиса с ее пышным мехом и леопард с его пятнистой шкурой скрываются в лесах и горных пещерах, чтобы иметь покой. Они выходят наружу по ночам и отдыхают днем -- настолько они осторожны. Даже когда им приходится терпеть голод и жажду, они позволяют себе лишь единожды выйти за добычей или на водопой -- настолько они сдержанны. И если даже при их осторожности и сдержанности им порой не удается избежать капкана или сети, то разве это их вина? Их мех и шкура -- вот источник их несчастий. А разве царство Лу не является для вас такой же шкурой? Я бы посоветовал вам, мой господин, содрать с себя шкуру, очистить сердце, прогнать прочь желания и странствовать привольно в Безлюдном Просторе.
    
   *
   Чжуан-цзы лежал на смертном одре, и ученики собирались устроить ему пышные похороны. Чжуан-цзы сказал: "Небо и Земля будут мне внутренним и внешним гробом, солнце и луна -- парой нефритовых дисков, звезды жемчужинами, а вся тьма вещей -- посмертными подношениями. Разве чего-то не хватает для моих похорон? Что можно к этому добавить?"
   -- Но мы боимся, -- ответили ученики, -- что вас, учитель, склюют вороны и коршуны.
   Чжуан-цзы сказал: "На земле я достанусь воронам и коршунам, под землей пойду на корм муравьям. У одних отнимут, а другим дадут. За что же муравьям такое предпочтение?"
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Послесловие.

   Уважаемые читатели! Всем, кого заинтересовала эта книга, и кто хотел бы еще больше узнать об эзотерике, оставляю свои электронные координаты:
   адрес почты - libier@narod.ru;
   адрес рассылки "Эзотерический вестник А. Либиэра" - http://www.maillist.ru/30463.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Используемая литература:
      -- А.Безант. Эзотерическое христианство.
      -- Библия.
      -- Буддизм. "Эксмо", 2002.
      -- Евсевий. "Церковная история".
      -- Климент Александрийский. "Строматы".
      -- Коран.
      -- Лао Цзы. Дао де цзын.
      -- Мизун Ю.В., Мизун Ю.Г. Тайны богов и религий. "Вече", 1999.
      -- Т. Субба Роу. Оккультная философия. М., "Сфера", 2001.
      -- Эдуард Шюре. Великие посвященные.
  

1

  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"