Грейс Диана: другие произведения.

Не верь мне

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa
Оценка: 9.00*4  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Мало того, что судьба посмеялась над ней, наградив глупым мужским именем, так теперь еще и благодаря стараниям лучшей подруги ей приходится терпеть новый образ, из-за которого Миша наживает себе новых врагов, и нежеланного друга, в лице нахального красавчика, в придачу с которым идет куча его разъяренных девиц-фанаток. И все бы ничего, да вот беды на этом не закончились, и теперь Мише придется смириться с тем, что у нее есть еще и собственный маньяк.


Часть первая. Deja vu.

Пролог.

   Он появился словно неоткуда. Казалось, три секунды назад его не было, а теперь я отчетливо видела темный силуэт мужской фигуры. А может просто не заметила, так как часть автостоянки была плохо освещена из-за нерабочего состояния одного из фонарей. Лица его разглядеть я не смогла, поскольку сидел он оперевшись локтями на колени, и, соответственно, освещение шло ему на затылок. Все, что открывалось моему взору это черная кожаная куртка, синие потертые джинсы и иссиня черные волосы. Странно было видеть мужчину одиноко сидящего на лавочке автомобильной стоянки супермаркета и тупо уставившегося в землю перед собой.
   - Хотя, кто бы удивлялся, - усмехнулась. Единственная девушка, сидящая в одной из стоящих там машин. А все дело в том, что я просто не захотела ходить среди многочисленных стеллажей с продуктами и решила подождать здесь, пока подруги сделают это сами. И сейчас уже минут десять сижу, глядя на неизвестного мне человека, который в течение всего этого времени не сменил своей позиции, в том время как я уже успела поменять позы три. Понимала, что это кажется глупым, но мой взгляд то и дело притягивался к темной фигуре, и во мне проснулось маленькое любопытство. Хотелось почему-то увидеть этого... Мужчину? Парня? Пока не могла определить возраст.
   - Бред, - прошептала, собираясь отодвинуться от окна, но уловив краем зрения какое-то действие, остановилась. Словно услышав меня, мужчина, проведя рукой по волосам, встал. Глядя на то, как он наклоняет голову в стороны, можно было понять, что он попросту разминает затекшую шею. Решив воспользоваться возможностью разглядеть его, я все-таки это сделала. На мгновение ощутила себя маленькой девочкой, подглядывающей за чем-то запрещенным.
   Мужчина как мужчина, - сделала заключение. Обычная, ничем не примечательная внешность. Квадратный подбородок покрывала темная поросль, которая не дала мне сделать точную оценку его образу. Слегка крючковатый нос, и, если приглядеться, то можно разглядеть небольшую горбинку. Нахмуренные темные брови, а плоские губы плотно сжаты. Интересно, каким цветом его глаза? К сожалению, их разглядеть я не могла.
   Тем временем, объект моего наблюдения, встав с лавочки, и, слегка потянувшись, выпрямился. Теперь он находился не вполоборота ко мне, а напрямую, так, что я могла еще лучше его разглядеть.
   Какого-то актера он мне напоминает, - мелькнуло в голове. Но вот какого, вспомнить я не могла.
   - Бред, - повторяюсь. Испустив вздох, прикрыла веки, перебирая в памяти все просмотренные мною фильмы, но, так и не обнаружив там ничего нужного. Открыв глаза, поднимаю взгляд на мужчину и... Замираю.
   Он смотрел прямо на меня.
   Даже не видя его глаз, знала, что взор его устремлен на меня, отчего внутри все напряглось. Словно приросла к сиденью. Мы смотрели друг на друга не отрываясь. Наблюдая, как его губы растягиваются в улыбке, почувствовала, как биение моего сердца начинает ускоряться. Это скорее было похоже на усмешку. Плотоядную. Обнажающую кончики зубов.
   Господи, не смотри так. Иди, куда нужно было.
   Но, вопреки моим молитвам, он продолжал смотреть на меня, не отрываясь, чем зарождал мой внутренний страх, который стал еще сильнее, стоило ему сделать шаг по направлению ко мне. Все тело сковал холод, а частое сердцебиение отдавало громким гулом в ушах. Не дыша, чувствовала, как на голове шевелятся волосы.
   Он сделал второй шаг.
   Нет!
   - Бу! - фигура мужчины в окне сменилась чьим-то лицом. От окатившего страха и неожиданности я резко отпрянула к другой стороне сидения, со звуком ударившись о дверцу машины. Издав негромкий вопль, инстинктивно закрыла рот рукой.
   - Блин, я не думала, что ты так сильно испугаешься, - дверца машины открылась. - Лина, прости!
   Некоторое время я еще находилась в прострации, тупо смотря на девушку передо мной, и, спустя несколько секунд, осознала, что это была моя подруга.
   - Женя,- с выдохом ответила. Голос дрогнул.
   - По правде сказать, я хотела тебя немного напугать, - говорила она, садясь на переднее сидение, - но не до инфаркта, прости, - посмотрела на меня. Беспокойство мелькнуло в карих глазах.
   - Я говорила, - рядом с Женей, на пассажирское сидение села Василиса. - Что не надо этого делать.
   - Ничего страшного, - заверила их. Дрожь в голосе удалось унять, но внутри все равно колотило. Сцепив дрожащие руки в замок, сжала их между колен, после чего посмотрела в окно.
   Его нет.
   От движения машины, меня слегка качнуло в бок на что-то холодное. Посмотрев, поняла, что это был пакет с продуктами. Как он оказался рядом, я и не заметила.
   - Все нормально? - переспросила Вася, внимательно глянув на меня.
   - Все хорошо, - соврала. Даже, когда мы уже выехали со стоянки, я все равно всматривалась во все видимые уголки. Страх не ушел. И вместе с ним появилось другое чувство. Неприятное. Липкое. - Все хорошо.
  

Глава первая

   Больше не буду пить. Никогда. Это умозаключение пришло ко мне минуты две назад. И чем дольше я смотрела на сидящую передо мной девушку, тем больше оно крепло. Уже минут пять я сидела молча и рассматривала ее, не отрываясь. Что же было в ней такого? Да сама не понимаю. Темные, как смола волосы никак не сочетались с бледным, смертельно я бы сказала, лицом, на котором четко выделялся толстый слой карандаша, которым были подведены ее глаза. Глаза, кстати, это была единственная наша схожесть, светло зеленые, рассматривали меня так же в упор из под темных крашенных бровей. Одна, кстати, тоже привлекала мое внимание серебристым пирсингом. Вздохнула. Обычная неформалка, каких много. Встретив бы такую на улице, я бы просто прошла мимо, не обращая внимания. Но эта была особенная неформалка. С силой вцепилась в подлокотники кресла. Вся хмель моментально выветрилась.
   - Ну как? - вторгся в мои мысли звонкий женский голос.
   - Нет, - только и сказала, переведя взгляд выше, на стоящую за ее спиной шатенку.
   - Я тоже потрясена таким зрелищем, - начала радостно причитать Женя, захлопав в ладоши. - Это мое лучшее творение!
   Неформалка нахмурилась.
   - Просто чудо как хороша...
   - Женя.
   - ... кто же мог подумать...
   - Женя!
   - ... что я такая умница...
   - Твою мать, Силантьева! - не выдержала, сорвавшись на крик. Сделав глубокий вздох, снова посмотрела на брюнетку. - Ты дура?! Хотя, что я спрашиваю, если это и так понятно.
   Помимо клятвы о трезвой жизни, я зареклась больше никогда не играть на что-либо с Женькой. Придурочным идеям этой девицы мог позавидовать любой писатель фантастики. И сейчас, осознание того, что я просто дура, раз согласилась на ее глупые пьяные "игры на желания", приходило по мере моего разглядывания неформалки напротив. Что же здесь было такого? Да, в принципе, ничего, если бы этой самой девчонкой не была я сама. Я. До сих пор находясь в немом шоке, рассматривала свои черные волосы, которые, буквально полчаса назад имели роскошный рыжевато-коричневый цвет, а персиковый тон кожи сменился на почти белый. Глаза. Единственное, что было на лице неизменяемо. И то, казалось, что даже их цвет поблек на фоне лица.
   - Это что?! - указала на свои волосы. Брюнетка в зеркале скопировала мой жест.
   - Не бойся, Миша, это временная краска, в скором времени она смоется, - поспешила заверить меня Евгения, видя мой негодующий взгляд.
   - Смоется?
   - Да, да, - кивнула она. - Она продержится не больше пары недель...
   - Пары недель?!
   - ... и очень скоро тебе вернется твой цвет.
   - ДВЕ НЕДЕЛИ?!
   - Миша... - тихо подала голос стоявшая неподалеку Василиса, но мои, ярко полыхавшие зеленым огнем гнева, глаза заставили ее замолчать. Я чувствовала, как правая бровь, на которой были липовая сережка, начинает жутко чесаться.
   - Миш, - заговорила Женя, - подумаешь, это всего лишь на две недельки. К тому же, - подняв внезапно появившийся неоткуда листок, она потрясла им. - Ты письменно заверила свое согласие.
   - Я была пьяная! - попыталась оправдаться, но это не помогло. В отчаянной безысходности снова взглянула на брюнетку в зеркале, с которой мне теперь придется жить какое-то время и которую я уже ненавидела. Попытки урезонить Евгению были провальны.
   - Ну-у-у, - протянула Силантьева, сверкая своими ореховыми глазищами. - Михайлина! - нарочито медленно проговорила она мое полное имя, отчего я поморщилась. Терпеть не могу, когда меня так называют. Спасибо, любимому папочке.
   - Ненавижу тебя, - только и выдохнула, подтверждая свое поражение. - Господи, моя подруга полоумная.
   - Я тебя тоже люблю, - пискнула радостно шатенка, кинувшись обнимать меня. - А вещи для твоего нового имиджа я с собой прихватила, - ее слова снова лишили меня дара речи.
   - Вещи? - недоверчиво прошептала. Как оказалось, это еще не весь комплект сюрпризов, что подготовила моя ненормальная подруга. Ей нужно точно проверится у психиатра.
   - А ты как думала, - подмигнула она. - Одним лицом не отделаешься! - ее хитрая улыбка начала наталкивать меня на мысль, что Силантьева свихнулась. Встретившись в зеркале взглядом с Василисой, я поняла, что она такого же мнения. Сочувственно улыбнувшись, Вася пожала плечами.
   У меня вырвался вымученный вздох. Больше никогда не буду пить. Никогда.
  
  
   Звук. Странный и пугающий. Больше напоминавший шум. И с каждой секундой он нарастал. И по мере увеличения этого шума я понимала, что что-то приближается. Сердце гулко застучало, и я рванула вперед, еще толком не осознавая, куда и от чего бегу. Но я убегала, а звук никак не желал умалкивать.
   "Не успеешь" - словно со стороны услышала шепот. - "Не убежишь".
   "Уйди!" - из груди вырвался всхлип. Я бежала вперед. По старой железной дороге. Но мои движения как назло были медленными.
   "Не успеешь".
   Вокруг был туман. Белый. Все что я видела, это были только лишь рельсы, по которым я отчаянно неслась вперед. Дорога, дорога, дорога. Где деревья? Где небо? Где все? Почему я бегу по дороге?
   "Не успеешь".
   Вздохи превратились во всхлипы, а в глазах защипало. Я чувствовала этот шум. Он был позади меня. Я ощущала приближение того, от чего я бегу, но упорно не желала оглядываться назад.
   "Не успеешь".
   Мое дыхание прервалось на резкой остановке. Дорога прерывалось огромной ямой. Нет. Нет!
   "Не успела".
   Крик застрял у меня в горле. Резко распахнула глаза, после чего обрывисто выдохнула. Зажмурилась, чувствуя, как по вискам скатываются слезы, теряясь где-то в волосах. Ненавижу этот дебильный сон, ставший очень частым моим ночным явлением. Ночным кошмаром. И просыпаюсь я на одном и том же моменте - когда падаю в эту яму. Вздохнула. Открыв глаза, уставилась в хорошо знакомый мне потолок. Ровный, белый, и лишь одна трещинка виднелась в углу. Солнечный свет пробивался сквозь шторы и освещал лишь небольшую часть комнаты. Было тихо. Очень. Вздохнув еще раз, закрыла глаза. Даже не смотря на будильник, я знала, что до его звонка оставалось минут пять-семь. Казалось, мой внутренний таймер жестко настроен будить меня каждый день до положенного времени. Но, все же, я часто, наперекор ему, проводила это время с закрытыми глазами, как и сейчас.
   - Ммм... - рядом со мной с тихим стоном поворочалась Женька. Женька. Точно. Поморщилась, вспоминая все события вчерашнего дня. Как глупо было надеяться, что все это окажется сном. А может... Все-таки?
   Плюнув на свою затею проваляться в ожидании подъема, решительно встала с кровати и поплелась в ванную.
   - Дерьмо, - не сдержалась, посмотрев в зеркало. Ничего не исчезло, и сейчас на меня глядела зеленоглазая брюнетка. Только, в отличие от вчерашнего дня, она не имела схожести с представительницей неформальной молодежи. Тонны тонального крема были смыты еще вчера, как и остальная косметика. Правда, очевидно, я не так хорошо смыла тушь с ресниц, так как виднелись темные подтеки, приобретенные за ночь. Хотя, если протереть ватной палочкой под глазами, то будет легкое подобие смоки-айса. - Так, - взяв палочку, воплотила в действие свои мысли, после чего снова вперилась взглядом в свое отражение. Повертела головой в разные стороны. Неплохо.
   - Блин, - с тихим стоном опустила голову вниз, прислонившись к зеркалу. Кого я обманываю? Это полный идиотизм. А все благодаря Женькиной затее отметить первое сентября. И потом же ее гению за то, что подтолкнула нас сыграть в "картишки на желание". Еще тогда заподозрила что-то неладное, глядя на ее ухмылочку, но, все же, решилась. Сыграла. И проиграла. И тут загадочная улыбочка превратилась в злорадный пьяный и идиотский гогот. До сих пор в ушах стоит.
   - Ура! - вопила Силантьева, посвящая себе бурные аплодисменты. Свой тайный умысел она готовила месяц, как потом раскрылась мне. А тут и так удачно попалось мое поступление в новый университет, где меня толком еще никто и не знал, что играло ей на руку. - Вот повеселимся, - проговаривала Евгения, злорадно потирая ладошки. Честно, почувствовала себя героиней детской сказки, где я принцесса, заколдованная злой ведьмой Евгенией. Хмыкнула.
   - Бугагашеньки, - противно хихикала шатенка, колдуя над моим внешним видом, а рядом стояла Вася, улыбка которой пропадала по мере расширения ее голубых глаз. Повезло девчонке, она отделалась лишь двухнедельным молчанием, когда тоже проиграла.
   - Уж лучше бы я разыгрывала из себя немую, нежели неформалку, - фыркнула.
   - Зато представь, как это будет весело, - Женя улыбнулась.
   - Меня угробят еще раньше, чем я дойду до дома, - заключила мрачно. - Женя, ты хоть представляешь, как большинство людей относятся к таким субкультурам?
   - Но пасаран, прорвемся! - мне кажется, что Женька точно уверена, что поддержала меня этой фразой. Но, увы, лучше мне от этого не стало. И на все мои мольбы, требования, аргументы и предположения на тему "а что, если..." она упорно отвергала. Ну и хрен с ней. Жалко было одно.
   Подняв руку, в привычном жесте провела по волосам. Таким чужим. Я очень любила свой цвет волос. Светло каштановый, на солнце он приобретал рыжий оттенок, благодаря которому папа любил называть меня "Рыжёнок". За что еще любила свои гены, так это за то, что они не наградили меня всеми ненавистными веснушками, которые всегда прилагались в комплекте с рыжим цветом волос. Вот, допустим, папа мой, Сергей, хоть и был блондином с тем же рыжеватым оттенком, но веснушки у него имелись. Забавные, кстати. Они пришли к нему еще от его матери. Та была сущая рыжая бестия, судя по редким цветным фотографиям, что хранились в фотоальбоме.
   Оторвавшись от размышлений, краем уха уловила тихий мелодичный звук, который становился все громче. Затем тихий стон. И только зеркало видело мою горестную гримасу, появившуюся после того, как я осознала, что это была за музыка.
   Играл будильник. А это означало, что пора вставать. Ну, вот и все. С сегодняшнего дня начался мой персональный Ад.
  

Глава вторая

  
   - Ну, а после того, как первые курсы уже все... Ох, Боже мой! - оторопело воскликнула женщина, прервав свой монолог.
   Поморщилась. Да, примерно так я представляла свой первый день учебы. Сразу вспомнился концерт в пятом классе, когда я, выйдя на сцену, напрочь забыла все слова сценария из детской сказки. Все дети и их родители смотрели на меня в упор, ожидая хоть что-то, в то время как я тупо хлопала глазенками. Вот, что значит ситуация "ни бэ, ни мэ". Внезапно захотелось очутиться в детстве, так как нынешняя ситуация меня напрягала еще больше, нежели тогда, когда я была школьницей. Вместо непонятливых взглядов детишек на меня обалдело уставилась группа, человек в двадцать. Ах, и да, вместе с ними еще взрослая тетенька. Марья Ивановна, что ли. Мысленно усмехнулась. Прямо как в старых анекдотах.
   - Ты... - решила она начать свою речь. И с успехом закончила. Она напоминала выловленную рыбу, открывающую и закрывающую рот. И глаза такие же. Вытаращенные. Очевидно, произведенное мною впечатление, напрочь отшибло весь речевой состав преподавателя.
   - Климова, - подсказала ей.
   - А...
   - Новенькая, - с натугой произнесла я. Решив отбросить все формальности, сразу же прошагала к одиноко стоящей парте.
   - Новенькая? - наконец-то опомнилась женщина, нахмурившись. - Но, я думала, что у нас новенький. - У нее получился слегка обвиняющий тон.
   - Индюк тоже думал, - буркнула я, садясь на место.
   - Вот, - не услышав мои слова, преподавательница, порывшись в журнале, достала оттуда так долгоискаемый ею листок. - Климов Михаил!
   Скрипнула зубами. Нонсенс. И так всегда.
   - Михайлина.
   - Что? - не расслышав, переспросила она.
   - Михайлина. Меня зовут Климова Михайлина.
   Не обращая внимания на дальнейшие бормотания Марьи Ивановны, я, натянув один наушник на ухо, облокотилась на свою сумку, слегка прикрыв глаза.
   Если честно, я была и остаюсь по жизни невезучим человеком. А все мои везения, пожалуй, начались с самого ответственного момента - нареканием меня идиотским, и просто прелестным, по мнению папочки, именем - Михайлина. Он с детства вырос на стереотипе "не будь как все" и, смирившись со своим обычным всемирно приминяемым именем "Сережа", он решил отыграться на мне. Над ним и друзья подшучивали, мол, назвал сына Мишей, да не сын оказалось, а я. Девочка. И с тех пор живу на свете белом, вот уже годков как двадцать, и терплю вечные усмешки в свой адрес. Зато папа доволен.
   Вот и сейчас, словно в отместку моим мыслям, я услышала ехидный смешок.
   - А может это трансвестит который не успел поменять документы?
   Один смешок превратился в несколько и по группе пошел тихий гул. Выражение моего лица сохраняло безразличие. Знаем. Таких шуток я уже наслушалась за свою жизнь энное количество раз. Складывалось ощущение, что взял один человек, написал шутку и размножил для всего стада.
   Слегка сжала пальцы на ногах. Черт. И где же Женька умудрилась достать эти проклятые ботинки. Мало того, что тяжелые, так и еще на один размер больше, хотя мне казалось, что на все десять. Гребанные лыжи, весившие тонну, вдобавок еще каждый мой шаг озвучивался глухим замогильным стуком.
   Моя подруга всегда добивалась того, чего хотела. Любым способом. Эта черта похвальна и достойна восхищения, но, увы, отнюдь, его я не испытывала на данный момент, так как стала жертвой ее "гения". Хотя, чему удивляться? Мы часто подталкивали друг друга на разного рода действия, стараясь таким образом развлечь свою короткую подростковую жизнь и насытить ее всеми красками подобной развлекухи. И ведь никто не мог поверить, что наша школьная вражда, начавшаяся царапинами, синяками, и вырванными клочками волос, закончиться крепкой что ни на есть женской дружбой. "Атомная смесь" - как, вздыхая, назвали нас учителя. А вскоре, наш атомный состав разбавился новой персоной - Василисой. Она явно отличалась от нас двоих. Если мы с Женькой выделяли кучу энергии, то Вася же наоборот - пыталась сдерживать ее, дабы она не проявилась в разрушающих последствиях. Свела же нас судьба, наделив общей чертой, маленькой, но характерной, за что нас назвали бандой. Женя, Вася и я - Миша. Все мы были жертвы наших родителей, а точнее - их фантазий.
   Остаток пары прошли на удивление тихо. Больше шуток я не слышала, но это не значило, что взгляды в мою сторону прекратились. Нет. Даже наш пожилой куратор Марья Ивановна частенько косилась на меня, но заговорить со мной не пыталась. Вот и славненько. Чувствую, на следующих занятиях этот кабинет будет полностью обвешан крестами и иконами.
  
   - Ты пожалеешь об этом, - с громким звуком опустила свою сумку на стол. Оторвавшись от своей тарелки, Евгения с интересом посмотрела на меня. Я сказала это с улыбкой и многообещающе.
   - Отнюдь, - ухмыляясь парировала.
   - Эти дегенераты называют меня "готическая чмошница", - возмутилась, усаживаясь на стул рядом с ней и ощущая, как взгляды многих в столовой были прикованы к моей персоне. - И это из кучи названий, что мне дали.
   - Ну, ведь не все же так плохо, - Силантьева закусила губу. Было видно, что сдерживает смешок.
   - У меня нет, у них - да, - злобно фыркнула на проходящих мимо девушек, которые тут же отшатнулись, увидев мой оскал. Их реакция доставила мне удовольствие и мое настроение слегка повысилось. Слегка.
   - Поверь, все не так уж и плохо, верно ведь, Вась? - обратилась подруга к рядом сидящей девушке. Та сердито уставилась в ответ, но промолчала. - Вот видишь, даже Васька согласна, - хмыкнула.
   - Думаю, у нее нет выбора.
   - Как и у тебя, Линочка, - тоном школьной учительницы заговорила Женя. - Так что привыкай к своему новому образу. Будешь хандрить - продлю наказание.
   - Чего? - возмутилась.
   - Ты же не хочешь сдуться, - прищурив карие глаза, спросила шатенка. Так и подмывало свернуть ее шейку. Я не сдавалась. Нет. И трусихой тоже не была. И Женя это знала.
   - Хрен.
   - Ну, вот и ладушки, - хлопнув в ладоши, Женька встала. - Вы как хотите, а мне пора, - с этими словами она испарилась, и теперь мы сидели с Василисой, смотря каждая в свою точку.
   - Ладно, - вздохнула. Голубые глаза вопросительно посмотрели на меня. - Я тоже пойду. Прости, но вынуждена оставить тебя одну.
   Вася понимающе улыбнулась и я, улыбнувшись в ответ, отправилась на следующую пару. История, как было написано в расписании. Прибыв в аудиторию, я убедилась, что там сидит моя группа и так же, уселась за пустующую парту. Мой внешний вид произвел и на эту преподавательницу довольно ожидаемое впечатление, вызвав немой шок.
   - П-посмотрим, что вы помните об истории из школьных тем, - с запинкой начала она, все так же покосившись на меня. Последующие полчаса она спрашивала многих, но не меня. Мои губы растянулись в довольной улыбке. Мне определенно нравились некоторые заслуги моей роли. Никто не хотел общаться со мной, а поскольку большая часть группы были девочками, то это было мне на руку. Заводить подружек не хотелось. Что же касалось мужской половины, то с ними я явно не сдружусь.
   - Мишутка, - послышалось сзади.
   Почему не сдружусь? Очевидно, поэтому.
   - Ми-ишка-а-а, - протяжно завыли. - Баба с членом в штанишках.
   - Заткнитесь уже, - повернулась к воющим одногруппникам.
  

Ты весь день сегодня ходишь дутый,

даже глаз не хочешь поднимать.

Мишка, в эту грустную минуту,

Так тебе мне хочется сказать:

  
   Это было мне ответом. Эти дебилы не придумали ничего лучше, как включить какую-то идиотскую песню. Черт, меня еще в школе ей дразнили.

Мишка, Мишка, где твоя улыбка

Полная задора и огня?

  
   Они радостно улюкали, подпевая, наивно полагая, что это очень смешно. Мое настроение смело к чертям собачьим.
   - Ну что же ты, улыбнись, страшилище, - гнусненько хихикал один из парней. Как их звать не помнила, да и не напрягалась запоминать, честно говоря.
   - И полетят сейчас головы, - прошептала, прикрывая глаза. Отвернувшись от них, я постаралась не обращать внимания.
   - Чего бубнишь, Мишаня? Для тебя, чудища, тут песню исполняют, стараются. Вот уж точно неблагодарное сатанинское отродье.
   Вздохнув, начала считать до десяти.
   - Эй, ты там не плачешь от счастья? Растрогалась, чмошница? - с соседних парт послышались смешки.
   - Не поверишь, но да, - ответила, не поворачиваясь. - Может еще раз, на бис?
   Очевидно, парнишка не уловил моего злорадного тона и сарказма, сочившегося в нем, продолжая завывать. Друг же его, напротив, уловил в моих словах прозрачную угрозу и хотел ему уже что-то сказать, но его опередили. Точнее опередил мой учебник по истории. Знала же, что пригодится книжечка когда-нибудь. Старенькая была и толстенная. Через секунду все замолкли. Озадаченный одногруппник смотрел на своего друга, в которого была кинута мною книга. На его лбу красовалось розоватое пятно, набиравшее ясность. Кажется, будет синяк.
   - Певец из тебя не важный, - бросила, повернувшись, но долго мне просидеть спокойно не дали.
   - Что ты сейчас сделала? - меня схватили за футболку и грубо потянули на себя.
   - Пыталась вбить в тебя знания о эпохе революции, поскольку ты производишь впечатления человека, которому только такой педагогикой можно хоть что-то объяснить. Повторить? - подняв бровь, уставилась на покалеченное "историей" лицо. Мысленно усмехнулась, поставив пять себе за меткость. Очевидно, уголок книги прошелся по щеке нерадивого певца.
   - Гадина готическая, - прошипел он, хватая меня за волосы.
   - А ну успокойтесь! - раздался возглас преподавательницы.
   - А я думала, что за волосы при драке хватаются только бабы, - поморщилась от боли и, не желая тянуть время, что есть силы, ударила парню под дых. Я упоминала, что в детстве мы с Женькой часто дрались во дворе, и поэтому у меня уже имелся опыт "отдирать" свои волосы из рук противника. Ловко извернувшись, обхватила его руку ладонями и повернула в разные стороны с силой, от чего у парня издался еще один выдох. Волосы мои он все же выпустил, но, недолго прибывая в "ауте", начал надвигаться на меня.
   - Бегом! - услышала запыхавшийся голос преподши только тогда, когда нас разнимали одногруппники.
   - Сука! - шипел мой противник.
   - А ну-ка, спой еще раз, - рычала, вися у кого-то на руках. - Коз-зел!
   Да, вот так и познакомилась с некоторой частью группы и, чувствует моя пятая точка, - не влилась я в коллектив студенческий.
  
   - Этого больше не повториться, - пробормотала, опустив голову.
   Евгения Вячеславовна, а так звали нашу историчку, с гневом взирала на меня сверху вниз.
   - Ты хоть понимаешь, чем может закончиться для тебя это?
   - Понимаю.
   - Тебя могут отчислить за это!
   - Но он сам начал, - попыталась оправдаться.
   - Это не повод начинать драку. Ты же девочка! - это утверждение больше походило на вопрос.
   - Он тоже мальчик, но ему это не дает никакого преимущества оскорблять...
   - Хватит! Он тоже получит по заслугам, - по голосу было похоже, что она устала.
   - Я больше так не буду, - мямлила я. Черт, сразу вспомнилась школа.
   - Здесь тебе не школа! - отрезала женщина, словно читая мои мысли. Я ожидала что-то еще, наподобие гневной учительской рацеи на тему "что такое хорошо и что такое плохо", но ничего не услышала. С удивлением посмотрела на молодую историчку, которая что-то обдумывала. Так. Это уже ни есть хорошо.
   - Будешь отрабатывать, - на ее губах сверкнула победная улыбка.
  
   Да, определенно не так я планировала провести первый учебный день в новом университете.
   - Больше не буду пить. Не буду пить. И играть тоже. Не буду, - как мантру повторяла, скобля щеткой шкафчики в раздевалке. После всех пар, меня оставили наедине с мужской раздевалкой, щеткой, чистящим средством и ведром с водой. - Швабру еще зажала, - с остервенением оттирала черную надпись от шкафчика. Женскую я уже помыла, теперь мучилась, драя мужскую. Идиотская надпись не поддавалась мне, и, обессилено зарычав, вскочила с колен.
   - Твою мать, - ругалась, опрокинув ведро. Сегодня, очевидно, день-неудача, так как, сделав шаг, тут же поскользнулась и плюхнулась на пол. - Ненавижу этот университет! - отчаянно завыла, лежа на полу в грязной луже. Для полной картины осталось только ручками по воде пошлепать. От души надеялась, что моему "певцу", как я прозвала его про себя, повезло не меньше.
   - Гандон, - обозвала его. Да, увы, красноречием я не блистала, зато отборный русский мат знала в совершенстве и сейчас, половина моего словарного запаса, из этих знаний, обрушился на голову этого брюнета. Пусть знает Климову. Думаю, если бы у стен были уши, то они давно бы уже отвалились, так как от накипевших эмоций я не могла остановиться. Сняв свою футболку, начала выжимать ее, после чего бросила на стоявшую рядом скамейку, на этот раз моя меткость подвела меня, и футболка угодила прямо в лужу. Это было последней каплей.
   - Ненавижу, - яростно принялась пинать несчастный шкафчик, отчего на том появилась вмятина. - Все козлы. Свиньи! Так засрать раздевалку возможно только отборным свиньям!
   Дверца недолго выдерживала мой напор и со скрежетом открылась. Остановившись, посмотрела внутрь. Пусто. Ничего не лежит, не сломано. Вот только когда посмотрела вниз, мой взгляд натолкнулся на белое блеснувшее пятно внизу, привлекшее внимание. Присмотревшись, разозлилась еще больше, осознав, что это был использованный презерватив.
   - Охренеть, - поняв, что это, рычала, взмахнув руками. - Драться здесь, значит, нельзя, а трахаться - можно! - психология твердит: "чтобы выбросить гнев, накопившийся внутри, просто можно покричать или же потопать ногами". Поскольку первый пункт был исполнен, я яростно начала топать берцами на месте, извлекая громогласные звуки ударов. - Ненавижу!
   Спустя минут пять мое топанье прекратилось, а я просто стояла, сжимая кулаки, и глядя на злополучный шкафчик. Точнее на содержимое. Ну, уж нет, здесь я чистить не буду. Раздраженно выдохнув, закрыла лицо руками. Так простояла еще минут пять, потихоньку остывая. Звук, похожий на свист, заставил меня замереть.
   - Неплохой вкус, - услышала насмешливый голос. - Мне тоже нравится черное бельишько. Особенно кружевное.
   "Божечка милосердный, пусть это будет Евгения Вячеславовна", - молилась я, не желая открывать лицо. Хотя это маловероятно, что моя преподавательница по истории внезапно охрипла до мужского баритона и стала разговаривать вальяжно, применяя слова из молодежного сленга. И свистеть она бы явно не стала. Увы, все мои вознесении к Всевышнему были им же и отметены. Ибо стоило мне убрать руки, как я наткнулась на взгляд карих насмешливых глаз. Передо мной стоял незнакомый мне парень, который явно забавлялся представшей ему картиной.
   Красивый, подметила я, оглядывая высокого брюнета, лениво облокотившегося плечом о стенку. Руки были его сложены на груди и, глядя на них, было понятно, что этот человек регулярно посещает спортзал.
   - И размер неплохой, - он склонил голову, словно оценивая. Только сейчас я обратила внимание на то, что стою перед ним в одном лифчике.
   - Черт, - опомнилась, прикрываясь руками. Поздно, как поняла я, по его лицу. И увиденное явно удовлетворило его. Но вскоре выражение восхищения быстро испарилось с его лица. Все впечатление, построенное на внешнем облике красавца, быстро рассеялось, стоило только ему раскрыть рот.
   - Страшная только.
   - Что? - опешив переспросила.
   - Мне кажется, ты с макияжем переборщила, - поморщился брюнет. - Хотя, мне никогда не было понять фанатов металла или же тяжелого рока, - пожал плечами. - Ну, или чему ты там поклоняешься.
   - Мне кажется, - передразнила его, хватая со скамейки мокрую футболку. - Твоего мнения никто не спрашивал, иди куда шёл.
   - Мне кажется, - он повернул голову набок, рассматривая меня. - Что кто-то тебе должен его был высказать. Не я, так кто-нибудь другой.
   - Когда оно мне понадобится, обязательно спрошу, - буркнула, натягивая мокрую вещь, которая неприятно холодила тело. Посмотрев на огромный белый череп, изображенный на футболке, в окружении дыма, скривилась на мгновение. Посмотрела на парня, который продолжал пялиться на меня. - Тебя не учили, что таращиться на людей не прилично? - проведя с ним от силы минуту, уже чувствовала нарастающее раздражение.
   - Так же, как и громить имущество университета, - он слегка улыбнулся, обнажая ряд белых и ровных зубов.
   - Что ты сказал? - повторилась.
   - Ну, судя по недавнему звуку и мятой дверце, - кивком указал на битый мною шкафчик за моей спиной. - Это явный вандализм. А еще и потоп хотела устроить.
   - Не твоего ума дело! - перебила я этого хама, начиная смиряться с мыслью о том, что раздевалки, теперь, мыть я буду вечно.
   - Да, ладно тебе, - брюнет поднял руки в примиряющем жесте. - Я же шучу. И я никому не скажу, не бойся.
   - Юмор у тебя плоский, - сложила руки на груди. - Топай лучше-ка отсюда.
   - Я бы с радостью, да...
   - Данил, хватит бегать! - раздался громкий женский крик, от которого парень замер.
   - Блин, - всего за секунду я увидела, как тысяча эмоций сменяет друг друга на его лице. И вызваны они отнюдь не радостью. - Блин, блин, блин. - Зашептал он, морщась, как будто проглотил целый лимон.
   - Прячемся, значит, - злобно оскалилась, от чего парняга посмотрел на меня с подозрением.
   - Даня! - снова заверещала хозяйка противно режущего голоса.
   - Вы кого-то... - договорить не смогла, потому, как огромная мужская ладонь закрыла мне рот.
   "Убью", - даже не видя себя, я знала, что в моем взгляде читалось именно это, но, увы, мои молчаливые угрозы не действовали на красавчика, заставляя его держать мой рот закрытым и, в придачу, обхватил меня своей ручищей. От проваленной попытки вырваться я злобно зарычала.
   - Тихо, - шикнул брюнет, хмуря брови и сильнее прижимая к себе.
   - Данил! - по уровню громкости звука, было ясно, что зовущая была недалеко. В последний раз, тихо рыкнув, с силой укусила за ладонь парня, отчего тот приглушенно застонал.
   - Здесь он! - закричала я, воспользовавшись ситуацией, но было это ненадолго, так как рот мой снова был залеплен.
   - Твою дивизию! - тихо взвыл Данил, как я поняла, после того, как на его ногу со всего размаху обрушилась моя нога. Увесисто огромный и тяжелый ботинок, добытый Женькой, внезапно стал импонировать мне. Неплохая обувь, однако. - Да можешь ты успокоиться! - взмолился Даня. - Пожалуйста, - сквозь зубы.
   - Что здесь происходит?! - теперь пришла моя очередь морщиться, так как, находясь вблизи источника визгливого голоска, я стала беспокоиться о своих перепонках. В проходе стояла женская фигура девушки, от которой так пытался скрыться мой новый знакомый. Поставив руки на бока, миниатюрная блондинка гневно смотрела нашу потасовку.
   - Э... Да так, разногласия, - промолвил парень, все так же держа меня.
   - Не потрудишься ли объяснить, кто это такая? - возмущенный взор девушки перебрался с Данила на меня. Даже лампочка не излучала такой свет, как ее глаза, в которых прямо таки полыхали лучами гнева и упрека.
   - Это... Эм... - мой мучитель запнулся.
   - Если бы я не знала тебя, то подумала бы, что ты откопал это чудище на помойке. Господи, Даня, это вы со своими друзьями в игры такие играете? "Найди лохудру и отмой"? Поэтому вы в раздевалке и она мокрая? - логике этой особы просто позавидуешь. Даже не раскрывая рот, брюнет сам получил себе оправдание за нелепую ситуацию. Правда, теперь начала жалеть о том, что выдала его, а точнее наше, местонахождение. Эта орливая бабенка меня разозлила.
   - Ужас, - верещала блондинка. - Здесь воняет, - наманикюренная ручка зажала маленький носик. - Боже, Даня, это от нее!
   Учитывая то, что находились мы в мужской раздевалке, в которой витали мужские запахи пота и грязи, то обвинение было неуместное.
   - Брось ее! Кошмар, и все-таки, - не унималась она. - Что ты с ней еще здесь делаешь? С этой чмошницей.
   - Это моя сестра, - нашелся Даня, но я его уже не слышала. Предел моего терпения просто иссяк, благодаря неугомонной блондинке с мутанскими связками. Во мне вскипел гнев, который грозился обрушиться на платиновую голову стоит ей вымолвить еще словечко. - Прошу любить и жаловать.
   - Что? - оторопела она.
   - Что?! - в один голос с ней изумилась и я. Вот только реакция скорее была не на слова парня, а на все вышесказанное блондой. Воспользовавшись небольшой заминкой этого красавчика, вырвалась. - А ну, иди сюда и повтори.
- Се-сестра? - икнув, проблеяла девушка. В ее карих глазах появился страх, когда она посмотрела на надвигающуюся меня. - Ты шутишь? Н-но ты... Но она... - блонда не находила слов, просто открывая рот и выдавая какие-то звуки. Надо же, быстро децибелы понизила.
   - Лучше беги, - со смешком выдал Данил, опомнившись. Обратно хватать он меня не стал.
   - Стой! - девчонка отступила на несколько шагов назад, но не успела поступить, как советовал парень. Схватив ее за руку, потянула к себе.
   - На помойке, говоришь? - зловеще спросила я, больно сжимая ее предплечье. - А знаешь ли ты, что такие, как я, делают с такими визгливыми особами? Слышала про культы жертвоприношения? - мой зловещий тон не предвещал ничего хорошего, а злодейский оскал и вовсе утверждал о моей решимости выполнить свою угрозу. Представляя, как в своем боевом раскрасе сейчас выгляжу, мысленно угорала.
   - Прости, - пропищала та, перейдя на низкую тональность. - Я не хотела...
   - Пошла вон, - грозно прошипела я, сдерживаясь, чтобы не заржать. Дикий испуг в оленьих глазах малость позабавил меня и, решив, что на данный момент моей физиономии достаточно, чтобы блондинка запомнила, что обзывать меня не стоит, я отпустила ее, разжав пальцы.
   - Ну, нифига себе! - присвистнул брюнет, как только блондинка, извинившись, скрылась за углом. - Слушай, да я теперь твой фанат!
   Скрипнув зубами, повернулась к нему.
- Сестра?
   Если же глядя на девчонку, желание кровожадничать ушло, то при взгляде на парня, снова захотелось потоптать ногами. По нему.
   - Ну, я растерялся, не знал, что сказать, - в наигранном смущении почесал черепушку.
   - А меня это не колышет! Сестра! - в возмущении всплеснула руками.
   - Да и не мог я сказать, что ты моя девушка.
   - Сестре больше почестей? - фыркнула. - Ты идиот.
   - Просто тот факт, что моей девушкой является Мэрлин Мэнсон женского рода, будет показывать меня не с самой разумной стороны. Проще говоря, меня засмеют.
   - Как же ты меня бесишь, - подойдя к нему, впилась ногтями в его плечи, начала трясти их. - Ненавижу этот универ! Ту что, все парни ущербные или мне только так везет? К-козел!
   - Климова, мы, вроде бы, с вами договаривались, - словно громом прозвенел звонкий голос преподавателя, резко заставив меня остановиться. Кажется, на сегодня одной раздевалкой я не отделаюсь. Уже затылком ощущала осуждающий взгляд Евгении Вячеславовны.
   - Я...
   - Все в порядке, Евгения Вячеславовна, - весело отозвался Данил, перебив меня. Тяжелая рука легла мне на плечи и нахально притянула меня к мужской груди.
   - Вы знаете друг друга? - в ее голосе явно послышалось облегчение. - И почему Катина так неслась отсюда словно ураган?
   - Она, скорее всего, опаздывала на репетицию, а мы здесь просто болтаем. Знаете, просто так давно не виделись. Лето прошло, а я как раз уезжал на каникулах... - пока парень весело трещал, заговаривая язык преподавательнице, я стояла, уткнувшись ему носом в грудь, дыша запахом его одеколона. Приятный такой. С бергамотом.
   - Теперь мы квиты, - впав в легкую эйфорию, вызванную приятным мужским ароматом, и вибрирующим тембром голоса Дана, я даже не заметила, как стало тихо, и вздрогнула. Прикрыв глаза, глубоко вздохнула. Оказывается, что историчка уже ушла и теперь мы снова остались одни в мужской раздевалке.
   - Нет.
   - Чего... Твою... Ты чего творишь?! - взвыл брюнетик, хватаясь за ногу, которую я только что с большим злорадством пнула, в который раз хваля выбранные Женей ботинки.
   - Теперь квиты.
   - Чокнутая!
   - Кретин.
- И вообще, что за гадость? - он выставил руки вперед ладонями и на одной красовались части моего чертового макияжа. - Ведьма, мне кажется, ты таешь, - он усмехнулся своей шутке.
   Оставив его реплику без ответа, перевела взгляд с его ладоней на пол, и, посмотрев на небольшую лужу на полу, решила, что сегодня с меня хватит. Даже притрагиваться ни к чему не хочется. И пусть весь мир треснет, но на сегодня с меня хватит. Впечатлений хватило по горло.
   - Слушай, у меня к тебе...
   - Пол домоешь сам, - сказав это, развернулась к нему спиной и, схватив с вешалки свой рюкзак, быстрым шагом пошла к выходу. - Пока!
   - Что?! Стой, дура! Блин, нога болит. Кретинка полная! А ну, стоять!
   - Катись к чертям, - кинула ему на прощание, не слушая его стенания, после чего побежала по коридору к лестнице, ведущей в холл и на выход. Да, определенно, этот день заслуживает победы нам мировым рекордом самых неудачных дней.
   Придя домой, с радостью скинула обувку в угол. После, пройдя в комнату, на ходу скидывая вещи, швырнула их на кровать, не заботясь о том, смогут они помяться или нет.
   - М-м-м, - блаженно промычала, растянувшись на кровати, раскинувшись звездой. Да, Миша, и пусть сегодня ты не была умничкой, но отдых заслужила. Закрывая глаза, обняла подушку. Последнее, что промелькнуло в моей голове, перед тем как уснуть, так это образ симпатичного парня, держащегося за ногу.
  
   - По-моему, тебе лучше идти раздельно, - пробормотала я идущей рядом Васе, на что она ответила непонимающим взглядом. Следующий день в университет не отличался ничем от предыдущего. Ощущала себя рождественской елкой в августе, на которую все пялятся как на восьмое чудо света неудачного открытия.
   - Просто идиоткой теперь считают еще и тебя, - по надсмехающимися взглядам, что кидали на нас все проходящие мимо студенты, было понятно, что они думают. - Ты ведь общаешься со мной.
   Укор в голубых глазах был мне ответом. Широко улыбнувшись, Василиса взяла меня за руку, отчего я хихикнула. За что и любила ее, так за то, что она была настоящей подругой.
   - Девчонки, это нечто! - раздался веселый звонки голос Женьки, которая, вклинилась между нами, обнимая нас за плечи.
   - Ты о чем?
   - Смотрите, что нашла, - протиснувшись, выбежала вперед, после чего, повернувшись к нам, принялась рыться в своей огромной сумке. - Вот! - Женя вытащила небольшой глянцевый кусок бумаги.
   - И?
   - Блин, тупица, - усмехнулась Силантьева, сообразив, что лицевая сторона плаката обращена к ней. - Смотрите! - воскликнула она, перевернув его к нам.
   - И? - снова спросила я, глядя на картинку, где, по всей видимости, был изображен средневековый бал. На фоне старинного зала и танцующих вдалеке людей, была изображена пара, одетая так же по моде, что была в восемнадцатом веке. Девушка обнимала парня за плечи, смотря куда-то вниз. Лицо ее, так же, как у ее партнера, скрывала маска.
   - И? - переспросила шатенка. - Ты что?! Это же событие раз на сто лет! А здесь ведущим действием будет флешмоб! Ты только посмотри! Желающих все больше, - от нахлынувших эмоций девушка слегка запиналась. А понять ее я могла. Сама обожала танцы, правда, не группового варианта, такие как этот самый флешмоб.
   - Занятно, - пробормотала, теряя интерес.
   - Миша, это не просто занятно! - воскликнула Женька, возмутившаяся моим скептическим тоном. - Наш университет наконец-то занялся чем-то нормальным и это будет нехилое развлекалово.
   - По случаю чего же такое торжество? - теперь разглядывала парня в маске. Картинка явно была содрана с интернета, но сама реклама уже заманивала своими обещаниями отличного времяпрепровождения.
   - В честь благотворительности. К тому же сюда приедут с другого города какие-то важные дяденьки, для которых, собственно говоря, и будет это представление.
   - Мое мнение, что конкурс "Мисс универ" обошелся бы им дешевле.
   - Ну, сомневаюсь, да и "Мисс универ" проходит и так каждый год, а здесь вот! - она снова потрясла плакатом. - Пошли, а?
   - Жень, если ты хочешь, то иди, я же постараюсь не позорить никого. Меня же сразу выкинут, как только увидят.
- Репетиции будут проходить после занятий в зале, так что твоего преображения никто и не заметит, - шепотом поведала мне подруга. - Да и будет представление уже после смены твоего "имиджа". Вась? - карие глазенки вопросительно стрельнули на Василису. Та, видимо, нахмуренно обдумывала. - Ну вот, с той стороны отказа нет, - заключила Евгения, теперь уже смотря на меня. Василиса же что-то возмущенно в ответ промычала. Я же, глядя на плакат, разрывалась желанием пойти и отказать. - Ну, - подначивала она.
   - Там еще и платье нужно...
   - Климова, платья нам будут предоставлены на прокат. Об этом позаботятся. Недаром "дворец школьников" устраивает. Плюс нам это еще неплохо зачтется, так как преподы любят активистов.
   - Прическа...
   - Я сделаю тебе прическу, - раздраженно добавила Женька, закатывая глаза.
   - Вася! - посмотрела на блондинку, ожидая поддержки, но она только хихикнула. Очевидно, ей тоже хотелось поучаствовать в этом шоу.
   - Ну-у-у! - на нашу троицу, стоявшую посреди коридора, кидали заинтересованные взгляды.
   - Хорошо, - выдохнула.
   - Замечательно! - подруга, шагнув вперед, снова обняла нас, чуть ли не душа своими объятиями. - Ой, как я вас обожаю.
   - Эй, лягушка, привет! - раздалось откуда-то сбоку. Посмотрев в сторону, откуда был возглас, я увидела группу парней возле окна. Кто именно сказал, не поняла, но так как внимание всей группы было обращено на нас, то, следственно, недавнее высказывание было посвящено кому-то из нас.
   - Дебил, - завершила мою догадку Женя, нахмурившись. Она не смотрела на парней, но по ее лицу было не сложно догадаться, что обращались к ней. Василиса тоже удивленно смотрела на нашу общую подругу, которая в мгновение ока переменилась в лице. Только пару секунд она блистала радужной улыбкой, теперь как сейчас глаза ее сверкали гневом.
   - Ты кого-то знаешь из них? - решила разузнать.
   - Нет, - слишком поспешно ответила шатенка. Отпустив нас из объятий своих, она, быстро всучила плакат мне в руки. - Встретимся после пар, съездим во дворец. Сообщите мне, когда закончатся занятия, - протараторив это на одном дыхании. Нам с Василисой оставалось только растерянно хлопать глазами, смотря на угол, за которым только что скрылась Женька.
   - Кажется, с того вечера она онемела, - услышала ехидный смешок одного из той толпы. - А так задорно квакала... - дальше уже не слышала ничего.
   - Квакала? - повторила я. В следующее мгновение на наших с Васей лицах появились веселые улыбки. - Так ей и надо, - выдала, хохотнув. - Не одним же нам страдать.
   - С дороги, чучело, - а это, нисколько не сомневалась, было обращение уже ко мне. Засунув руки в карманы, мой одногруппник проходил мимо меня, не забыв злобно оскалиться в мою сторону.
   - Ну, вот так вот и живем, - шумно выдохнула. - Ладно, пора мне, до встречи, - улыбнувшись Васе, двинулась вслед за парнем.
   - Не таскайся за мной, чмошница, - зашипел он, когда заметил, что я иду за ним.
   - Идиот, вообще-то у нас пары в одной аудитории, - закатила глаза.
   - Обходом топай.
   - Может, мне еще по крыше добираться, ваше величество? - фыркнула я.
   - Можешь и так, - не оборачиваясь пробормотал этот нерадивый певец. Больше он не говорил ни слова, и мы шли, молча, до кабинета. Добравшись до нужного места, как будто не зная друг друга, и расселись каждый по своим партам. Следующие пятьдесят минут, как ни странно, прошли тихо. Преподаватель монотонно читал лекцию. Он даже не подал вида, что удивился при виде меня, чем я была ему благодарна, так как охающий и бурно реагирующий на мой внешний вид персонал нашего универа меня порядком задолбал. Время от времени я ловила на себе злобный взгляд своего одногруппника. Карие глаза злобно косились на меня, и даже темная челка, падающая на лоб, не смогла скрыть нахмуренных бровей. На правой щеке виднелся небольшой синяк, поставленный мною. Заметив, что я смотрю на него, Антон, а так звали моего, теперь, врага, отвернулся.
   "Надеюсь, количество моих врагом не возрастет за эти две недели", - взмолилась я про себя. Проблем мне и так хватало. Рука по привычке потянулась к волосам, которые чуть достигали плеч. Даже спустя уже долгое время, до сих пор не могу привыкнуть к тому, что мои волосы не такие длинные, как раньше. До носа донесся едва уловимый запах краски. Непривычный. Сейчас же сама себе кажусь чужой. Даже смывая чертов макияж и смотря в зеркало, не могу свыкнуться.


Глава третья

  
   "У меня еще одна пара=("
   Телефон тихо завибрировал, показывая уведомление о новом сообщение от Василисы. Текст я увидела, даже не взяв его в руки и выключая блокировки. Сотовый располагался рядом со мной на подоконнике. Он был на беззвучном, а мягкая ткань сумки, на которой он лежал, заглушала вибрацию, но я все равно услышала его. Оторвавшись от созерцания плаката, кинула взгляд на аппарат, после чего снова принялась рассматривать афишу. Насекунду даже представила себя кружащей по огромному залу в длинном платье с оборочками. Хмыкнула.
   Мимо проходили студенты, на которых я не обращала внимание. Поскольку сейчас еще тепло, то многие предпочитали проводить время на улице, близ крыльца, где имелся мини парк с удобно поставленными лавочками. Конечно, было бы удобнее подождать девчонок на этих самых лавочках, но нарываться на глупые шуточки гуляющих в этом самом парке людей не особо хотелось. Так что я предпочла тихий подоконник. Пусть уж лучше просто глазеют. Из-за огромного плаката я видела только ноги мимо проходящих. Одни, кстати, привлекли мое внимание, так как одеты они были в черные "рибоки". С завистью провожала их взглядом, а хозяин темной обувки нарочито медленно двигался мимо меня, после чего исчез, оставив меня вздыхая. Да, в отличие от Васи, которая из нашей "банды" отличалась не только трезвым умом, но и женственностью, как во внешности, так и в выборе одежды, мы с Женькой полностью соответствовали своим "мужским" именам, предпочитая носить удобные джинсы и кроссовки, чем ходить на каблуках и таскать платья. Выпускной был исключением, когда, скинув свое мужское одеяние, мы все-таки оделись подобающе. Наши с Женькой отцы даже слегка прослезились, увидев занятную картину. А мамы...
   Сердце сцепило грустью при воспоминании о красивой женщине со светло русыми волосами и карими глазами. Клацнув зубами, снова посмотрела на плакат, в надежде отвлечься. И у меня получилось. Только это было не благодаря плакату, а недавно увиденным мною рибокам, что теперь стояли напротив меня. В который раз пожалела, что не имею возможность надеть свою любимую обувь.
   Телефон снова издал тихий звук, отвлекая меня от черных кроссовок.
   "Жди меня, я скоро буду".
   Закатила глаза. Нет ничего удивительного, так как Женька была абсолютно не пунктуальной особой. Боковым зрением уловила движение возле себя и, посмотрев вниз, удивилась, так как теперь мне была предоставлена возможность разглядеть черные кроссовки намного ближе. По хорошему материалу и идеальным швам было понятно, что обувка дорогая. Взгляд мой переместился вверх на темную макушку, которая выглядывала из-за плаката. Нахмурившись, решила не отвлекаться на хозяина дорогой обуви, продолжая изучать бумагу в своих руках, надеясь, что он уйдет сам. Но, по всей видимости, человек не совсем доходящий, так как моего нежелания заводить разговор не понял, и, к моему раздражению, поднялся на носочки. Теперь, выглядывала не только макушка, но и задорно блестящие карие глаза. В надежде, что на этот раз он поймет, подняла лист с афишей повыше, скрываясь от любопытных глазенок.
   - Может, отстанешь? - не выдержала, так как кареглазый все равно продолжал выглядывать над краем плаката, как бы высоко я его не поднимала. - Чего надо?
   - Как дела? - спросил веселый голос из-за бумаги.
   - Чего надо? - не ответив, буркнула я, убирая лист и складывая его в сумку. Лицевой стороной старалась не светить.
   - На танцульки собралась? - весело поинтересовался Данил, кивая на сумку. Черт, заметил.
   - Нет.
- А зачем тогда...
   - Нет, - оборвала его. Парень, казалось, не замечал моего угрюмого настроения, явно направленного на него. Нагло сдвинув мою сумку в бок, уселся рядом со мной.
   - Как дела у тебя? - снова переспросил он, широко улыбаясь. В карих глазах светился неподдельный интерес.
   - Замечательно.
   - Кстати, симпатичная сережка, - добавил он, смотря на мой липовый пирсинг. - Мне нравится.
   - Да что ты прицепился как банный лист к заднице?! - не выдержала. - Пошел отсюда. Ну-ка, ну-ка, - начала толкать его в бок, принуждая его тем самым слезть с моего подоконника. Моего потому, что я заняла его первой. Но все мои попытки были тщетны. Исходя из огромной разницы в весовой категории, скинуть парня мне не удалось. Да что там, он даже на сантиметр не сдвинулся, восседая, словно нерушимая гора.
   - Смешная ты, - хихикнул, наблюдая за моими манипуляциями и возмущенными фырканьями.
   - Оборжаться просто.
   - А еще грубиянка.
- Охренеть какая еще, - да, не зря Женька называла меня "хреноязычной". А все из-за моей тяги применять данное слово в любых ругательствах и обстоятельствах.
   - Вандалка еще.
   - Мне пнуть снова? - невозмутимо заметила я, отчего брюнет замолчал. Сморщившаяся моська была явным доказательством того, что заработать еще один синяк ему не хотелось. А то, что синяк у него с первого раза был, я просто уверена.
   - Да ладно тебе, - состроил он обиженную мину. - Я пол помыл, между прочим.
   Несколько секунд обмозговывала сказанное им, а после чего, откинувшись, расхохоталась, представляя, как хромой парень орудует половой тряпкой.
   - Ух, - проговорила, отсмеявшись. - Так ты пришел за похвалой? Молоде-е-ец! - хлопнула его по плечу. При этом силы я не рассчитала. В душе мелькнуло сожаление, когда моя ладонь со звоном приземлилась о его лопатку.
   - Странные у тебя проявления одобрения, - поморщился он.
   - Сам нарвался, - теперь улыбалась я, заметив, что на нас смотрел каждый проходящий мимо. - Так чего тебе?
   - Я это, дружить хочу... - выдал этот ненормальный.
   - Чего? - снова рассмеялась. - Жить?
   - Ага, и не тужить, - кивнул. - Нет, я серьезно, давай будем друзьями? - он смотрела на меня вполне серьезно, отчего ситуация перестала казаться смешной. Ну, почти.
   - Друзьями? - переспросила. - Ты чокнутый?
   - Не совсем, - снова эта милая улыбка, от которой начинало сводить скулы. - Но иногда меня так называют.
   - А ну послушай меня, мальчик-улыбочка, - язвила, стараясь сдержать ухмылку. - Во-первых, на коих чертях сдался ты мне в друзьях, во-вторых: что бы ты там не сказал, ответ - нет.
   - Но почему?
   - Не хочу, - решив, что подожду подруг в другом месте, спрыгнула с подоконника. Быстро схватив свою сумку, пошла в сторону холла, где рассчитывала подождать девчонок там.
   - Да почему же, Миша? - раздалось мне в спину. Остановилась и обернулась в сторону парня, который стоял, смотря на меня в ожидании, засунув руки в карманы голубых потертых джинс. Светлая футболка выгодно обтягивала натренированное тело. Симпатичный, - оценило мое женское существо.
   - Бесишь ты меня, - только и ответила, после чего, поспешно отвернувшись, скрылась за поворотом. Но стоило мне ступить за него, как я чуть не впечаталась в шагающую в мою сторону Женьку. Столкнувшись, нос к носу, мы несколько секунд стояли, смотря друг на друга.
   - Вот блин, - вырвалось у нее. - Представляешь, еще не привыкла к твоему образу, - и тут же хохотнула, а мне осталось только молча закатить глаза. Дойдя до холла, мы увидели сидящую в углу Василису. Закусив губу, она озадаченно нахмуривалась, читая книгу. Очевидно, в читаемом ею сюжете был какой-то напряженный момент, так как одетая в голубоватый балеток нога часто покачивалась, а рука нервно сжимала светлую косу, теребя ее.
   - Васичка, прием, пора возвращаться на планету Земля! - было видно, как вздрогнула подруга. Оторвавшись от книги, она подняла свои голубые глаза на нас, и первое время смотрела как на незнакомцев, еще полностью не отойдя от прочитанного. - Я уже как-то говорила тебе, чтобы ты не читала так много? Твоя фантастика не доведет до добра, - скептически заметила Евгения, отбирая у Васи книжку и вертя ее в руках. - "Ведьма"? - озвучила название. - Надо же, - хихикнула. - У меня одна из подруг похожа на страшную ведьму, вторая хочет ей стать. Куда я попала?
   - Смею заметить, что ты ею как раз-таки и являешься, - на меня с удивлением глянули ореховые глазенки. - Да, да, - поддакнула. - Только такая гадюка как ты могла сотворить со мной такое, - указала на себя, после чего Женька рассмеялась. Когда мы почти выходили уже из территории университета, я, оглянувшись к зданию, кинула взгляд на одно из окон, где по моим подсчетам недавно сидела. За ним не было никого видно. Лишь мелькающие тени проходящих мимо людей.
   - Пришли, - оповестила подруга, когда мы стояли на крыльце большого строения. "Дворец пионеров", как называлось здание, недавно пережил небольшой ремонт, отчего теперь его стены, которые ранее могли похвастаться лишь обшарпанной краской, были покрыты стеклянным фасадом. А бесцветные колонны покрыты незатейливыми синеватыми узорами, в цвет стекла на стенах.
   - Круто, - вздохнула, поднимаясь по лестнице к выходу. Замедлив шаг, оглянулась, просматривая небольшой фонтан, который тоже пережил реставрацию, и струйки воды теперь возвышались над землей гораздо выше и, вычерчивая в воздухе незатейливые узоры в сопровождении музыки, чего не было раньше. Взглядом быстро окинула парк, что был рядом, и небольшую парковку, на которой стояло небольшое количество иномарок, за одну из которых зацепился мой взгляд. В марках я не особо разбиралась, но то, что это был "Лексус", догадалась. Черный джип гордо стоял, возвышаясь над остальными машинами. Но не это привлекло меня. По всей его стороне был выведен красивый узор в виде крыла. Белая линия красиво смотрелась на черном фоне. Было ощущение, что машина имела свое крыло. Или крылья? Есть ли такой же узор на другой стороне, я не знала, так как могла видеть только правую часть иномарки. Клевая тачка.
   - Миша, пошли! - голос Жени заставил отвести меня завистливый взгляд от "Лексуса". Как бы я не хотела иметь машину, отец запретил мне садиться за руль.
   Войдя в здание, мы подошли на ресепшн, чтобы узнать, где находится отдел занятости студенческой молодежи. Получив точное указание куда идти, мы отправились вверх по витиеватым лестницам, ведущим на второй этаж. Проходя по коридорам, мы останавливались возле небольших тумбочек, больше напоминавших витрины. Там находились разного рода подделки, сделанные школьниками и, очевидно, выставленные на продажу. Там было все: от простых картин, нарисованных детской рукой, до небольших сборников стихов, глиняные статуэтки, вышивки. Медленным шагом, рассматривая все на своем пути, мы, наконец-то, дошли до актового зала, который, зайдя внутрь, заставил нас восхищенно замереть, поразив своими размерами и интерьером.
   - Здравствуйте, чем могу помочь? - раздался женский голос из дверцы кабинета, которого мы поначалу не заметили. Оттуда сразу же вышла высокая брюнетка средних лет. Она была одета в черный строгий костюм, а волосы собраны в тугой узел.
   - Да, можно с вами поговорить насчет бала? Вы же организатор? - заговорила Женя. Кивнув, женщина кивком указала ей внутрь кабинета, после чего они скрылись за массивной дверью. Пока Женя разговаривала с организатором, я разглядывала огромный зал, чуть ли не с разинутым ртом. Я была здесь всего раз, и то, в школе на каком-то спектакле, но находясь здесь теперь, после стольких лет и недавно перенесенного ремонта, я просто не могла восхититься. Да, размеры были огромны, а учитывая то, что все сидения были отодвинуты к стене, то это зрительно придавало помещению больше размеров. На начищенном паркете красовалась огромная белая чайка, как я поняла, эмблема здания. Сам же зал был отделан в викторианском стиле. Высокий потолок, отделанный красивыми узорами, но что больше привлекало внимание, так это огромная хрустальная люстра, свисавшая вниз на несколько метров. Несомненно, она была гордостью помещения. Стены были окрашены в светло-бежевый цвет, вперемешку сочетавшийся с деревянными панелями. На них висело множество картин, на которых были изображены люди и здания не нашего времени, а века восемнадцатого или еще ранее. Здесь даже висели подсвечники.
   - Красиво, да? - внезапно шепнула рядом Женька, как видимо, уже поговорившая с организатором.
   - Не то слово, - кивнула, все еще рассматривая причудливые картины, на которых так же изображались средневековые балы.
   - Я записала, по каким дням и во сколько будут идти репетиции, - сказала Женя, когда мы уже вышли из здания и шли по улице. Так как погода была хорошая, мы решили просто пройтись. - Мы вовремя успели, - улыбнулась она. - Мест осталось всего четыре и больше набора не будет. Как сказала мне эта женщина, то будет вестись съемка и нас, возможно, покажут по телевизору, представляете? - Мы шли по главной улице, мимо кучей магазинов и кафешек. Очевидно, погода нравилась не только нам, так на улице было много людей так же наслаждавшихся теплым солнышком. Внезапно Силантьева выскочила вперед, повернувшись к нам. - Черт, мне даже плевать, что я буду танцевать в длинном, неудобном и мешковатом платье! Я хочу в нем танцевать, - подруга изящно изобразила книксен, после чего покружилась, весело хмыкнув. - Па! - она сделала несколько пируэтов, держась за воображаемое платье. - Ништяк!
   Мы с Васей, поддавшись ее настроению, начали весело хихикать, после чего и вовсе смеялись, смотря на танцующую Женьку.
   - А представляете, если я там еще зацеплю какого-нибудь прекра... - Договорить она не смогла. В следующее мгновение, мы, как в замедленной съемке, наблюдали за тем, что стало происходить. Вот Женя танцует, лицом к нам, но, повернувшись, оступается, и на нее, чуть было не налетает проезжавший мимо велосипедист. Но не это заставило нас с Васей потрясенно заткнуться. Женя вовремя увернулась от наездника, но, потеряв равновесие, упала. И не просто упала, а свалилась. Громко и тяжело. И не просто на землю, а на табличку. Огромную деревянную табличку. И тут просто сыграл принцип падающих фишек домино. Женя упала на деревянную табличку с вывеской, извещающем, что в баре "West" самый вкусный кофе. Табличка старая, не выдержав веса и силы падения, рушиться на...
   Я зажмурилась, в надежде, что это просто глюк. Но надежды с крахом рухнули, стоило мне снова посмотреть на картину, что открылась нам: Валяющаяся Силантьева на стволе, который рухнул на черный огромный байк. Но железный конь лишь слегка накренился. Нас словно оглушило звонкой сигнализацией, исходившей от черного хаммера. Почему хаммера? После этого случая, я еще не раз мучила себя, задаваясь вопросом "почему возле байка стоял именно этот черный хаммер?". И, наверное, не раз в моей, и не только моей, памяти будет всплывать огромная полоса, проделанная на дверце ручкой байка, который падал. Огромная царапина. Огромная, мать вашу, царапина! И почему хаммер?
   - Пи*дец, - подумала я, но только потом, поняла, что это вслух озвучила Вася мои мысли, стоявшая рядом. Приглушенный голос подруги вернул меня к реальности. Где-то внутри щелкнул переключатель, отвечающий за действия, и, схватив ошалелую Женю за руку, я так же взяла Ваську и, кинув им "бежим", сорвалась с места.
   - Пиздец, - вторил моей мысли и слову Васи чей-то мужской голос. Судя по децибелам визга, очевидно, хозяин. Далее последовали более отборные маты и к голосу владельца машины присоединились еще пара голосов. Но все, после пары нецензурных ругательств, резко замолкли.
   - Эй, а ну стоять! Это они! - далее послышался топот. Видимо ног. Видимо топали за нами. И видимо, не с самыми хорошими намерениями.
   И почему именно хаммер? С этих самых пор я возненавидела этот вид машин.
   - За угол! - очевидно, пришедшая в себя от шока столкновения, Женя уже осознала всю ситуацию. Крепко вцепившись в локоть Васи, она прибавила скорости, ведя нас во дворы. В нас просыпалось не то, что уже второе дыхание, а уже чуть ли не десятое, пока мы елозили по всем улицам, скрываясь от догонявших нас мужчин, а их сбивчивые угрозы, обещавшие нам жестокую расправу, только подстегивали нас бежать еще быстрее. В груди нещадно рвало от боли, но я знала, что если остановлюсь, то будет еще хуже. Послышался всхлип Василисы.
   - Я не могу, - хриплым голосом сказала она, когда мы заворачивали в очередной двор.
   - Не разговаривай, - кинула ей Женька. - Потерпи.
   Мельком взглянув на Васю, увидела, что та закусила губу.
   - Есть! - прохрипела Женя. - Вперед!
   Посмотрев туда, куда она нас вела, я ничего не увидела.
   - Куда? - с выдохом спросила я, горло першило. Я ничего не видела кроме... - Нет! - Женькин ответ не понадобился, когда я поняла, КУДА нам придется прыгать. - Туда?! Нет!
   - Вас и не спрашивали, - прорычала Силантьева, хватая мой рюкзак и закидывая его в мусорный бак. - Прыгаем!
  

Глава Четвертая

   Зажмурившись, я с головой нырнула под воду и через секунду вынырнула, чем образовала в ванной небольшую волну, от чего вода с брызгами пролилась через край. Проведя руками по лицу, уткнулась носом в предплечье. Проклятье. Схватив губку и щедро вылив густой гель на нее, начала интенсивно втирать в тело, пытаясь избавиться от неприятного запаха. В памяти всплыл сегодняшний день, точнее то, как мы скрывались от наших погонщиков. Жене в голову не пришло ничего лучше, как спрятаться в дворовских помойках. Нам еще повезло, что они оказались пустые. Дорога назад была еще прекраснее, учитывая то, что ехали мы в автобусе. Ну что ж, единственный плюс был в том, что половина автобуса была освобождена специально для наших персон, так как пассажиры попросту сгруппировались в противоположной части, не желая вдыхать наш "аромат".
   - А было весело! - хохотнув, проговорила Евгения, хлопнув Ваську и меня по плечу. Будучи каждая в своем пространстве, мы слегка вздрогнули, после чего покосились на подругу, которая улыбалась во весь рот. - Подумаешь, мусорка - это еще не предел плохой жизни. Мы выжили и вряд ли этому научат в Дискавери, - она подмигнула мне, затем весело расхохоталась. Не выдержав нашего присутствия, тучная кондукторша попросила нашу троицу покинуть автобус. Ну, как попросила. Проще говоря, нас выперли из машины, после чего мы шли по улицам, ловя настороженные и насмешливые взгляды прохожих.
   - Ни слова больше, - меня передернуло от воспоминаний о мусорном баке, в котором я пробыла минут пятнадцать. Хотя, эти пятнадцать минут длились для меня словно час. Нервное ожидание и нахождение в вонючей мусорке сделали этот день. Определенно. Просидев в ванне еще полчаса, все-таки решила, что пора выбираться. Нежная кожа на руках и ногах сморщилась от воды. Выйдя с ванны и встав возле зеркала, посмотрела на себя. Кожа лица была красной, на которой выделялись два белых пятнышка. Небольшие шрамы, которые украшали скулу и подбородок. Обычно они были не сильно заметны, но сейчас сверкали словно фонарики. Вздохнув, поплелась в комнату.
   - Солнышко, пошли кушать - раздался с коридора голос отца. Уже одевшись в домашние шорты и майку, я расчесывала мокрые волосы, стоя перед зеркалом. - Ой, а ты кто? - нахмурившись, спросил он, зайдя в мою комнату. - И где моя дочь?
   Закатив глаза, усмехнулась. С тех пор, как папа увидел мой новый цвет волос, он вечно докучал меня глупыми вопросами на тему: "кто ты?" и "куда делась моя рыжая дочь?". Ему повезло, что он меня еще в макияже не видел, а того и вовсе, боюсь, из дома бы выкинул.
   - Папа хватит!
   - И почему ты называешь меня папой? - в его голосе слышалось веселье. Возмущенно фыркнув, прошла мимо отца, так ничего ему и не ответив.
   - Странно, - бормотал он, идя следом за мной. - Я точно помню, что забирал из роддома рыженькую.
   Когда мы наконец-то уселись за стол, папа снова начал свою беседу, поедая приготовленные мною макароны.
   - Знаешь, если бы ты была моей дочерью, я бы спросил, как ты провела первые дни в новом университете?
   - Замечательно, подралась с одногруппником, - обыденным тоном произнесла я, как словно бы это прозвучало "подайте мне сахар".
- Странно, - папка почесал заросший щетиной подбородок. - По описанию вроде бы моя дочь.
   - Меня чуть не исключили, - продолжала.
   - Корни Климовых, - казалось, он произнес это с гордостью.
   - Чуть не подралась с каким-то парнем, испугала девицу, - перечисляла я, загибая пальцы.
   - Ага...
   - Мыла две раздевалки в наказание.
   - Прямо узнаю свою непутевую дочу, - улыбаясь в тридцать два зуба, говорил папашка. - И где ж осечка-то вышла?
   - Там были свидетели, - мрачно поведала ему.
   - Да, свидетели это плохо, - по привычке почесывая свою щетину, протянул он. - А знаешь, как избавляться от ненужных очевидцев? - заговорщически подмигнул мне.
   - Как?
   - Накорми их ужином. Моя девочка, ты же просто оружие массового поражения!
   - Что?!
   - А макароны, это целый катаклизм для желудков врагов.
   - ЧТО?! Папа! - возмущенно воскликнула я, после чего тот рассмеялся. Да, врачи с хорошим юмором это страшно, вдвойне страшно, если это хирурги. Но по страшному стечению обстоятельств я отгребаю тройную долю этой участи, так как прихожусь дочерью этого врача-юмориста.
   - Как ты смеешь? - нарочито громко причитала. Да, готовка была моей не самой лучшей чертой, но я же все-таки старалась!
   - Не, ну если бы ты была моей дочерью, я бы, конечно, похвалил тебя, - смеялся он.
   - Папа!
   - Я уже двадцать лет папа, - улыбался мужчина. - Дай пожурить дочурку.
- Ха, признал наконец-то.
   - Эх, почернела только, - вздохнул отец. - Поумнела лучше б.
   - Это только цвет волос, - нужно как-то постараться, чтобы он не видел мой новый образ.
   - А рыжий тебе больше шел. Ведь и так красиво было.
   - Новация. Надо что-то менять, - пожала плечами. - Меняться. Улучшаться.
- Улучшаться? - родитель сощурил карие глаза. - В плане чего?
   - Ну, в плане образа. Стиля.
- А в плане готовки не хочешь? - вкрадчиво поинтересовался он, посмеиваясь, чем заслужил шутливый удар в плечо.
   - Нет, - провозгласила я, вставая со стола и убирая свою тарелку. Да, пришлось признать, макароны были и впрямь не пределом совершенства кулинарии, но съедобные, как-никак. - Всего помаленьку.
   - А замуж выйдешь, как будешь? Есть то мужчина твой по-любому хотеть будет.
   - За военного выйду, - отрезала, моя посуду. - Они привыкли есть гадость.
   - Ох, милая, пожалей служивцев, - театрально схватился за сердце папа. - Они ж за родину, за нас, а ты их так...
   - Ну-ка, хватит! - тихо стукнула кулаком по столешнице, отчего родитель снова прыснул. - Все равно мне еще рано выходить замуж.
   - Да и жениться на тебе всем тоже еще рано.
   - Не то слово, - усмехнулась я. Да, умеет папочка обласкать, но как-никак я люблю своего отца. - Ты просто король поддержки.
   - Эх, - протянул Сергей Александрович, мой отец. - Да ладно, расслабься, нормальные макароны. С каждым разом у тебя получается все лучше.
   - Я знаю, - самоуверенно хмыкнула, сложив руки на груди. - Стараюсь, - наклонившись, крепко обняла родителя, чего тот явно не ожидал.
   - Вот если бы ты была моей дочерью, - услышала я и снова закатила глаза. Да, мой отец неисправимый юморист. - Я бы сказал, что люблю тебя.
   - Я тоже, пап, - крепкие руки отца сомкнулись вокруг меня.
   - Все, беги, - слегка смущенно пробормотал он, - а я пока пойду, поработаю.
   Уже спустя долгое время, лежа в своей комнате на кровати, я задумчиво глядела в потолок. С моего ноутбука доносилась тихий и мелодичный голос певца. Закрыла глаза. Моя любимая группа и пусть все песни пробуждали во мне депрессивно-лирическое настроение, но мне нравилось. Иногда.

Как мы хотели чувствовать сквозь песни,

Но наша молодость только шумы.

Выбрав одну из миллионов ординарных версий,

Не подражая одинаковым!

   Закрыла глаза. Кажется, таким темпом я скоро усну.

Я не один, ты где-то есть;

Рвутся сирены вслед за тобою.

Солнечный зайчик, как искренний блеск -

Он исчезает на твоих ладонях.*

   Улетая далеко в сон, мое подсознание зацепилось за одно словечко. Сирены. Внезапно перед глазами встала стайка белых машин, гудящих в разнобой одним и тем же звуком. И он словно нарастал и нарастал. Мигалки. Синий цвет, красный...
   "Миша!".
   Вздрогнув, резко распахнула глаза. Толпа мурашек пробежали по коже спины и рук. Сев на месте, начала оглядываться. Кто меня звал? Папа? Но его нет и он, скорее всего, спит, так как в коридоре уже не горит свет и не слышен звук компьютера. Подойдя к окну, я глянула на улицу, но моему взору был представлен только пустой двор. Черт. А голос был такой реальный. Словно кто-то стоял рядом и звал меня.
   - Спать, нужно спать, - пробормотала, тряхнув головой. Выключив ноутбук, легла в кровать. Но уснуть еще долго не могла. В голове проносились расплывчатые картинки фонариков и тихий мужской голос с хрипотцой, пытающийся меня позвать.
   Утром, следующего дня я, поворачиваясь перед зеркалом, и окидывая себя оценивающим взглядом, осталась довольна. Да, представителей таких субкультур тоже может быть вкус и я этому явное доказательство. Черная юбка клеш едва доходила мне до колен, открывая взору мои ноги, которые были одеты в черные чулки. Сверху была одета тоненькая темно-бордовая кофточка. Конечно, если бы не тяжелые цепи, украшавшие мою шею и кожаные с шипами браслеты на запястьях, то, возможно, мне бы понравился мой внешний вид. Кинув взгляд в сторону коридора, поморщилась. И если бы еще не эти ужасные берцы. Ужасная обувь. Посмотрела на себя в зеркало, критически оглядев снова. Так, кошмарный макияж? Готов. Идиотский липовый пирсинг? Тоже есть. Жуткие бижутерные погремушки? Надеты. Снова посмотрела на свои волосы, корни которых начали заметно светлеть. Пришлось волосы выпрямлять утюжком, и теперь они слегка достигали лопаток. Мне нравилось, какие они были волнистые от природы, но быть кучерявым неформалом мне не хочется. Да и лишнего внимания привлекать тоже не особого желания не было.
   - Кошмарно замечательна! - увидев меня в универе, прокомментировала мой внешний вид Евгения, хлопнув в ладошки. - Жуть как хороша! Ты такая няшка.
   Женька просто излучала детский восторг.
   - Митенки. Ты забыла их надеть, - хмуро напомнила мне она. С обреченным вздохом, закатив глаза, вытащила из рюкзака черные перчатки без пальцев и натянула их на руки. - Вот, так-то лучше, - одобрительно закивала подруга головой.
   - Ты делаешь из меня посмешище, - вздохнула. Ответить ей не дал звонок, который оповещал о начале пар. Узрев в студенческой толпе кого-то знакомого, она, показав мне язык, метнулась в сторону, хватая одногруппника под локоть и скрываясь с ним за углом. А мне ничего не оставалось делать, как топать на свои пары. И как я и ожидала, мое появление было сопровождено тихими хмыканиями и усмешками. Не обращая внимания на язвительные звуки, что издавало пол группы, прошла к своему месту, но, не успев сесть, заметила лежащую на стуле кнопку. Что за детский сад, черт подери?! Вздохнув, и, стараясь не поддаваться внутренним эмоциям, закрыла глаза. Досчитала до десяти. Открыла. Вздохнула. Смахнула несчастную кнопку и спокойно села на стул. В следующее мгновение мне показалось, будто рухнул мир и полетел куда-то вдаль. Но с рухнувшим миром я поторопилась, и, глядя на пол, на котором валялась, поняла - это был всего лишь стул. В одно мгновение в аудитории воцарилась тишина. Мне даже почудилось, что я слышу, как раздается эхо от моего приземления на землю. Но это длилось не долго, и громкий гул смеха затопил всю тишину кабинета.
   - Я же говорил... - услышала тихий шепот, наполненный весельем. Посмотрев в сторону, увидела своего "любимого" одногруппничка. Как ни удивительно, что смеялся он больше всех.
   - Сукин сын, - прошипела, вставая и идя по направлению к нему. Это возымело некоторый эффект - ржать он перестал и теперь с долей опаски глядел на меня. - Я тебя сейчас на кучу маленьких гавнюков покромсаю.
   - Дорогая! Утихомирьте свой пыл! - пресек мои планы строгий голос преподавателя, когда я схватила Антона за грудки. - Кровожадничайте вне моего кабинета.
   - Надеюсь, прятаться ты здесь не будешь, а то мне сейчас дали свободу действий.
   - Посмотрим, чучело, - злобно проговорил парень, смотря на меня снизу вверх.
   Ну, все. Началась война.
   - Девушка, либо вы сядете, либо продолжаете стоять, но за дверью. Сию же минуту, - отрезал преподаватель.
   - Да, - осмотревшись, поняла, что была еще одна свободная парта, но что-то мне подсказывало, что Антон не специально прогадал место, где я сяду, и, возможно, сделал с другими стульями то же самое. Фыркнув, направилась на первое попавшееся на глаза свободное место рядом с одиноко сидящей брюнеткой. Лица ее видно не было, так как оно было опущено вниз, а темные волосы каскадом спадали на ее, сложенные на столе, руки, закрывая мне обзор на ее внешность. - Надеюсь не занято, - буркнула я, забрав со своей парты свой рюкзак и усевшись рядом с ней.
   - Нет, - послышался мне тихий ответ. - Свободно.
   Только сейчас я заметила, что под темной густой челкой проблескивает тоненькая железная оправа очков.
   - Мне кажется, нефорка нашла себе подходящую компанию, - услышала я насмешливо презрительный шепот сидящих за спиной. - Машка, смотри, у тебя теперь есть новая подружка, - послышались тихие смешки.
   - Ага, и теперь променяет всех своих кроликов на черепа, - смешки превратились в хохот.
   - Ну что ж, господин Мельников, смотрю, у нас доброволец, - преподаватель решил вмешаться. - Прошу к доске.
   - Я? Почему это я? - спохватился Антон. - Виктор Алексеевич!
   - Потому что я так решил, - сердито отрезал мужчина. Посмотрев на него внимательней, я начала понимать, что мне почему-то импонирует этот препод. Даже не могу сказать, но бывает такое - посмотрел на человека и этого достаточно, чтобы он тебе начал нравиться.
   - Но я не вызывался, - начал возражать Антон. - И можно я немного подготовлюсь? Пожалуйста, - начал он клянчить.
   - Ну, хорошо, - было ощущение, что препод хочет скривиться, но не стал.
   - А вон, Степанова тоже хочет... - Мельников запнулся. Обдумал. - Поучаствовать с вами в беседе, - ухмыльнулся. - И выйти к доске.
   - Степанова, говоришь?
   После его слов наступила тишина, но это было лишь на мгновение, после чего послышались тихие перешептывания. Среди тихих переговоров были слышны обрывки фраз, одна из которых была обращена к той самой Степановой: "отлипни от телефона, курица, тебя спрашивают"
- Что? - наконец-то сообразив, что речь идет о ней, воскликнула вышеупомянутая девушка с первого ряда. Одного взгляда на эту особу хватало, чтобы оценить всю ее готовность к учебе. Судя по ее наряду, девице явно не были знакомы такие понятия как "скромность украшает", так как украшали ее отнюдь не скромные шмотки. Огромный бюст почти вываливался из гламурной кофточки, а длина ее юбки была скорее под стать длиной трусов, которые у нее при большом желании тоже можно увидеть. - Но я... Я тоже отвечу позже, - запинаясь говорила девушка.
   - Действительно? - темно русая бровь взметнулась вверх. - Да ладно, можешь не отвечать, Степанова.
   - Правда? - Если она так часто будет хлопать ресницами, то они у нее отвалятся под весом нанесенной килограммовой кучи туши. Господи, да там целый копоть краски.
   - Ага, - кивнул мужчина. - А то, смотрю, ты так упорно готовилась, что штаны надеть забыла. Ты это, если хочешь, пиджак мой возьми. Срамоту прикроешь.
   Тишина разорвалась бурным смехом.
   - Нет, не забыла, - натянуто улыбаясь, ответила девица, краснея как рак. Вторя всем, я тоже тихо усмехнулась. Теперь я определенно уверена, что мне нравится этот Виктор Алексеевич. Услышав тихий смешок, посмотрела на свою соседку, что сидела слева от меня. Плечи ее слегка вздрогнули от сдерживаемого смеха. Теперь она смотрела прямо на нашего преподавателя, что дало мне возможность рассмотреть ее. Обычная внешность. Худоватая, бледная. И огромные серые глаза, которые под толстыми линзами очков казались еще больше. Она не была красавицей, но ее можно назвать было миловидной. А растрепанные волосы делали ее похожей на маленькую девочку. Она мне внезапно напомнила Гарри Поттера в первой части. Даже очки у нее были круглыми. Одета она была в мешковатую толстовку светло-зеленого цвета, на которой было изображено... Пригляделась. Кролик что ли? Так вот что имели в виду эти дегенераты.
   - Кроликов любишь? - соседка застыла, услышав мои слова.
   - Да, - ответила она, спустя некоторое время.
   - Почему?
   - Не знаю. Просто люблю, - выдохнула девушка.
   - Ну, да, кролики это мило, - промямлила, почесывая макушку. На меня тут же с интересом уставились огромные серые глаза. - У меня папа недавно принес парочку. Маленькие такие, серенькие.
   - У тебя дома кролики? - даже не думала, что эти огромные глаза могут быть еще больше, но она меня в этом разубедила и теперь на меня смотрели не просто огромные глаза. Глазища.
   - Да. Жаренные.
   У соседки отвисла челюсть, и эта картина очень позабавила меня.
   - Расслабься, - рассмеялась. - Я шучу. Вареные только.
   - В-вареные? - пискнула девчушка. Мне кажется, она даже побледнела. Юоже, с какого детского сада ее забрали, она же еще дитё дитём.
   - У-у, плохо дело. Успокойся. У меня макароны только. Вареные макароны, - поспешила ее успокоить. - Не ем я крольчатину.
   - Макароны? - попугаем переспросила соседка.
   - Желаешь прийти ко мне и убедиться?
   - Нет. Ты шутила.
   - Да.
   - Все вы шутите, - в ее голосе прозвучала обида. - Глупо.
   Ну вот, теперь эта крольчатница тоже меня ненавидит. Я умею находить подход к людям, черт возьми. Обреченно вздохнув, облокотилась о руку. И черт меня надоумил выбрать именно этот университет? Хотя, мне было лучше в плане того, что здесь учились Васька и Женя, но плюс от этого маленький, и это дело было не в разных профессиях. Просто девчонки учились на третьем курсе, в то время как я была на втором.
   Решив отвлечься от своих мыслей, начала слушать своего преподавателя по правоведению, который рассказывал какую-то ситуацию, а студенты разбирали ее по всем статьям, дискуссируя. Мне было интересно, но участвовать не желала, решив остаться просто сторонним наблюдателем.
   - Ну, что ж, всего доброго, дети, до следующего занятия, - проговорил Виктор Алексеевич, после того, как прозвенел звонок. Пока все уже выдвигались с кабинета, я лениво складывала тетрадки и ручки с карандашом в сумку, после чего вышла из аудитории. Народу в коридоре было много. Казалось бы, вроде университет небольшой, а людей здесь как тараканов. Медленно и не спеша брела на следующий предмет, на который не сильно торопилась попасть. По правде говоря, спорт я любила, но в другом его направлении. Когда-то увлекалась танцами. Но отжимания, приседания, потягивания и нормативы по забегу просто ненавидела. Я терпеть не могла физкультуру, а физкультура ненавидела меня. Во внимании можно было еще учесть то, что мне просто кармически не везло с тренерами. Как будто кто-то наслал заклятье на мое имя, что все физруки ополчались на меня, отрываясь по полной, гоняя по гребанному стадиону.
   Наконец, дойдя до кафедры, обреченно вздохнула. Стоя перед дверью раздевалки, смотрела на белую деревянную дверь, с которой уже местами обваливалась краска. Может, сказать, что забыла форму? Но это будет глупо, да и даже в школе это не проканывало. Бегала в школьной классике и носках. Заболела? Нет, меня же вся группа сдаст, что я на первой паре и здорова как бык. Семейные дела? Чушь собачья.
   Пока я размышляла "идти или не идти", до меня донесся звук девичьего хохота. Но не это привлекло мое внимание: среди них я услышала знакомый голос соседки, но он, отнюдь, не искрился весельем. Он был тихий, но в нем расслышала панику.
   - Кроличьи трусы, лови! Ну, давай же, прыгай, как кролик!
   Не раздумывая, распахнула дверь и мне предстала такая картина: хохочущая Степанова стояла на скамейке, держа что-то в руках, рядом заливисто смеялись две другие ее подружки, а моя соседка стояла на носочках в одних трусах и майке, стараясь достать то, что держала эта густо зашпаклеванная девица. Ни слова не говоря, подошла к скамейке, на которой стояла эта особа и со всей силы пихнула ее, отчего брюнетка, не удержавшись, свалилась на пол.
   - Тебе давно пора школьные годы из жопы выгнать, - зло проговорила, смотря на девушку сверху вниз. - На тебя они плохо влияют. Лучше бы училась.
Две ее подруги молча смотрели на меня разинув рты, как и крольчатница. Наклонившись, подняла с пола маленького игрушечного кролика, которого уронила Степанова и отдала его хозяйке.
   - Ах ты, гадина! - очнулась лежавшая на полу девица. - Ты что о себе возомнила?! Ай! - воскликнула она, вставая. - Сука! Думаешь, всемогущая? - Все-таки встав, она схватила меня за руку, крепко впившись ногтями мне в руку. - Уродина! - второй рукой она попыталась вцепиться мне в волосы, но, уже предвидев это, я перехватила ее руку, начиная выкручивать. Выпустив меня, девчонка резко замахнулась и, с неожиданной силой, влепила мне пощечину, чего я не ожидала. В глазах внезапно помутнело. Стиснув зубы, схватила девушку за волосы и с силой припечатала к шкафчику лицом.
   - Я не думаю. Я знаю, - начала снова скручивать ей руку, отчего та вскрикнула от боли.
- Ты еще пожалеешь об этом, маленькая маромойка. Отпусти меня живо!
   - Сильно сомневаюсь, что я буду жалеть об этом.
- Отпусти меня!
   - Отпусти ее, хватит. Ей же больно, - послышался за спиной голос одной из двоих.
   - Вас еще не спрашивала, - рыкнула я, обернувшись. Улучив момент, Степанова пнула меня ногой в голень, отчего я немного отступила, ослабив хватку. Воспользовавшись этим, она резко выдернулась и, повернувшись ко мне, ударила кулаком по лицу. Ответ не заставил себя ждать, и я с размаху врезала ей в нос.
   - СУКА! - взревела, брюнетка. Внезапно, все трое, наблюдавшие за всей нашей потасовкой, вздрогнув, как по команде ринулись к нам.
   - Ничего. Нос вправить можно, в отличие от мозгов! - меня крепко обняли женские руки одной из двух, не давая мне снова идти в бой. Мою противницу так же обхватили, оттаскивая от меня.
   - Карина, успокойся! - вот, значит, как зовут ее.
   - Что здесь происходит?! - раздался властный женский голос. - Что за крики?!
   Судя по спортивному костюму, это был преподаватель физкультуры.
   - Марина Алексеевна, мы сейчас все объясним! - начали тараторить в запой девчонки. Голубые гневные глаза впились в меня, отчего я мысленно поморщилась. Исходя из того, что эти девчонки знают эту женщину, было понятно, что этот преподаватель наш.
   - Климова! Степанова! Наказаны! Бегом в спортзал!
   Ну, вот так и произошло мое первое знакомство с новым тренером, которое предвещает кучу огромных нормативов. Здравствуй, Ад.
   "Несправедливость".
   Правильно ли это понятие описывают данную ситуацию? Или точнее это будет описание моей судьбы? Не знаю. Но пробегая уже десятый круг по залу, я уже который раз задумываюсь над этим вопросом. Может это урок на будущее, что не нужно лезть не в свое дело и тем более вступаться за незнакомых девчонок? Помогла крольчихе, получив выговор, став теперь просто героем в ее серых глазищах, которые неотрывно смотрели на меня на протяжении всей пары. Но помимо выговора, я получила вдобавок еще и два дополнительных бесплатных часа физкультуры сверху. Поскольку физ-ра была у нас последней, то переодеться, чтобы уйти, я не имела права и теперь ощущала, как горят ступни моих непривыкших бегать ног. Черт. Это действительно была несправедливость. Но, с небольшим удовлетворением для себя, должна была заметить, что несправедливость была компромиссная. Посмотрев в угол спортзала, усмехнулась, увидев, как злобно пыхтит Карина, вися на турнике. Она забавно болтала ногами в воздухе, но все ее попытки подтянуться были тщетны.
   - Климова, не отвлекаемся! Иначе я тоже смогу отвлечься и нечаянно сбиться со счета, - прогремела Марина Алексеевна. - И будешь бегать по-новой. Пять раз, Степанова, и это все? Как размахивать кулаками, так руки сильные?
   Черт. Осталось всего сорок минут. Надо как-то продержаться. Внезапно послышались мужские голоса и через несколько секунд дверь спортзала распахнулось.
   - Ой, мальчики, а у вас разве сегодня занятие? - неожиданно тепло обратилась преподавательница к появившейся в зале группе парней.
   - Конечно, сегодня же четверг, - сказал невысокого роста седовласый мужчина, вставший впереди. - Вы, что, забыли, Марина? Надеюсь, - ухмыльнулся. - Мы вам не помешаем.
   - Да запамятовала немного, - отмахнулась женщина. - Проходите, что бы вы нам мешали. Позанимаемся вместе.
Черт. Дважды черт. Я теперь должна бегать перед этими парнями? Господи, это же позор! В следующую секунду, запнувшись, чуть не упала, впечатавшись лицом в деревянный пол, но, чудом устояв на ногах, побежала чуть медленнее. Голова моя была опущена вниз. Я проклинала все: судьбу, физкультуру, Марину Алексеевну с ее командирскими замашками, крольчиху, Женьку, этот гребаный универ, придурков одногруппников, и того ненормального парня. Того самого ненормального парня с насмешливыми карими глазами, которые сейчас с любопытным весельем взирали на меня.
  

Глава пятая

  
   Кряхтя и сопя, я, поставив на стол поднос с едой, кое-как села на стул. Каждая моя мышца не просто ныла, а вопила от боли. Только великая сила голода заставила меня пойти в столовую, иначе бы я так и прирастала б дальше к своей парте. Мне даже сидеть было больно. Поморщившись, вспомнила, как вчера я не только бегала, но и прыгала, отжималась и подтягивалась. Это было унизительно. И тот факт, что за мной наблюдал тот кареглазый красавчик, выводил меня из себя. Он не подходил ко мне, даже не поздоровался, но одного факта, что он насмешливо пялился, хватает, чтобы вызвать во мне раздражение. Как только прозвенел звонок, я пулей вылетела из спортзала, не желая больше быть объектом любопытных коричневых глазенок. Вздохнув, посмотрела на свой обед, после чего принялась его поглощать.
- Привет, - это было произнесено не громко. Подняв глаза, увидела, как возле стола стоит моя соседка по парте.
   - Привет, - вопросительно подняла бровь, взглядом указывая на стул. Застенчиво улыбнувшись, девушка села напротив меня.
   - Я... Я хотела поблагодарить тебя, - тихо сказала Маша. - Ты храбрая очень, - розовые губки растянулись в широкой улыбке.
   - Не за что, - пробубнила, возвращаясь к тарелке.
   - Этот кролик, - начала она немного смущенно. - Его подарил папа. И мне он был дорог. Спасибо тебе.
   - Не за что.
   - Тебе пришлось отрабатывать и все из-за меня, - серые глаза виновато посмотрели на меня. - Прости, я...
   - Да хватит, - перебила ее. - Все нормально.
   - Ты думаешь? - неуверенно спросила девушка.
- Я знаю. Да и это было мое желание - задать трепку этой девице, - пожала плечами. - Не люблю таких.
   Внезапно, возле моей тарелки появилась плитка шоколада.
   - Это тебе, - посмотрев на свою соседку, увидела, как на ее бледных щеках появляется мягкий розовый румянец. - Это, конечно, глупо, но мне захотелось купить ее тебе. Она вкусная.
   - Я верю тебе, но, все же, это было ни к чему.
   Что-то подсказывало, что теперь у меня появилась поклонница. Об этом говорил добродушный щенячий взгляд, которым смотрела на меня эта Маша. Спустя некоторое время я в этом убедилась: Мария преданно ждала меня, пока я поем, после чего пошла со мной вместе на пары, потом на следующие. Она следовала за мной словно хвостик. Маленький кроличий хвостик.
   - А почему ты так сильно красишься? - внезапно задала она мне вопрос, когда мы пробирались сквозь толпу студентов на следующее занятие.
   - Чтобы всех впечатлять силой макияжа, - с сарказмом ответила я.
   - Но ты ведь и так красивая, - на мой удивленный взгляд она пояснила. - У тебя красивые черты лица и глаза такие... - Маша замолчала, задумываясь. Потом, вдруг, приблизила ко мне свое лицо, что-то внимательно там разглядывая. - Лайм. Точно, как лайм. Светло-зеленые. Красивые, - улыбнулась.
   - Да знаю, что я красивая, - самоуверенно заявила, скрывая за ухмылкой свое смущение. - Но спасибо.
- Тогда зачем так красишься? - повторила свой вопрос эта любопытная особа.
   - Надо.
   - А мне наоборот, кажется, не надо, - внезапно вторгся между нами Данил, положив свою руку мне на плечо. - Вот правильный вопрос. Здравствуй, - улыбнулся он идущей рядом Маше, после чего повернулся ко мне. - Тебе нужно научиться пользоваться косметикой.
   - Твоего мнения не спрашивали.
   - Да, да, точно, забыл, как нужно будет - спросишь, - перебил он меня, кривляясь, когда я спихнула его лапищу.
   - Именно, - буркнула, нахмуриваясь.
- Ты такая милая, когда сердишься, - просюсюкал парень, цапая меня за щеку. - И грязная, - он посмотрел на свои пальцы, на которых осталась тоналка.
   - Иди на хрен.
   - Эх, мыла тебе на язык надо.
   - А тебе надо свалить из моего личного пространства!
   - Грубиянко! - нарочито визгливо произнес он, прикладывая ладонь ко рту.
   - Отстань от меня, - осмотревшись, поняла, что Маша куда-то пропала. Ну вот, теперь осталась в компании с этим ненормальным. - Слушай, - резко остановилась. - У тебя что, друзей нет?
Остановившийся рядом со мной парень внезапно сделался серьезным. Мы стояли друг напротив друга так близко, что я видела, как нахмуриваются его брови, а в карих глазах появился какой-то странный блеск.
   - Нет, - тихо ответил он, опустив взгляд вниз. Вот этого я ожидать никак не могла.
   - Нет? - недоверчиво переспросила я.
   - Нет, - вдруг каким-то хриплым голосом сказал парень.
   - Нет, - эхом повторила я. - Не могу в это поверить.
- Просто все видят во мне выгоду. Только ее. Ты не представляешь, что это такое, когда в тебе видят лишь деньги, - шумно выдохнув, зажмурил глаза. - А я ведь человек.
   - Сочувствую, - оторопело проговорила, не зная, что еще сказать.
   - Вот... Вот... - теперь он говорил совсем тихо. Так тихо, что мне пришлось слегка наклониться к нему, чтобы расслышать то, о чем он говорил. - Вот ты дура! - теперь уже слишком громко произнес парень, после чего, опрокинув голову, расхохотался. По мере его продолжительного смеха, я чувствовала, как моя отвисшая челюсть уже возвращается обратно на свое место.
   - Ты такая наивная, - ржал этот конь. - Очаровашка просто.
   - Наивная? - тихо переспросила, сжав кулаки. Ну, держись! Подняв ногу, резко опустила ее на черный кроссовок парня. Смех прекратилась. Теперь я наслаждалась другими звуками, которые издавал он.
- Да, блин, - завыл Данил, сгиная ногу в колене и хватаясь за ушибленное место. - Я же пошутил.
   - Гаденькие шуточки, - сощурив глаза, прошипела я. - И гаденький ты. Все, отвали от меня! - развернувшись, направилась в стороны лестнице, придав себе ускорение, и на ходу замечая, что все находившиеся в коридоре глазели на нас с нескрываемым любопытством. Вскоре, уже сидела на своей парте рядом с крольчатницей, но облегчения не испытывала. На протяжении всей пары я ждала, что вот-вот в кабинет ворвется мой раненый мститель, извергая пар из ноздрей, и утащит меня в свое логово, дабы жила я в вечных муках за то, что оттоптала ногу в дорогущих ботинках его Величества, да еще и на глазах у всего народа. Но, как ни странно, этого не произошло. И на следующей паре тоже. Никто не врывался и не задавал мне трепку за покалеченную конечность. Осторожно выглянув в коридор, я огляделась по сторонам, но и там никого не было. Варианта два: либо он перенес свою месть, либо в силу боли от моего удара, он медленно ползет ко мне. Выйдя с кабинета, я быстрым шагом направилась к лестнице, ступая на первый этаж. Далее следовал холл, который я благополучно миновала, не столкнувшись с ненормальным брюнетом. Но стоило мне взяться за ручку двери, как я услышала громкий Женькин окрик, который заставил меня остановиться.
   - НЕТ!
   Я замерла на месте. В следующую секунду Женя, схватив меня, потащила обратно, подальше от двери в коридор.
- Ты чего? - опомнилась, когда мы встали возле лестницы. - Сбрендила?
   - Мы влипли, - донесся до меня гробовой голос моей подруги.
   - В каком смысле? - не поняла я. Ни слова не говоря, Женька осторожно подтолкнула меня к окну, из которого выходил вид на студенческую стоянку.
   - И что? Не вижу ни... - и тут я запнулась, почувствовав, как словно тысяча маленьких муравьев пробежалось по моей спине и плечам, достигнув затылка. Черт. Дважды черт. Трижды!
   На стоянке стоял черный хаммер. Пару раз моргнув, убедилась, что это не галлюцинация. Черная машина все так же стояла на своем месте.
   - Много ли по городу бывает хаммеров? Может...
   - Присмотрись, Лина, - перебила меня Женя. Брови ее были нахмуренны, а губы поджаты, что выдавало ее внутреннее напряжение.
   - Черт, - вслух выговорилась. После недлительного осмотра хаммера, на котором виднелась белая отметина. Большая такая царапина, которую можно было разглядеть даже отсюда. - Как они нас нашли? Или... - я задумалась. - Или это просто совпадение и они здесь не из-за нас.
   - Не думаю... - закусив губу, проговорила Силантьева.
   - Что? - посмотрела на подругу. - Говори, - потребовала я, поняв, что что-то здесь не так.
   - Мой пропуск... - на выдохе произнесла она. - Я потеряла его.
   - И? - подначивала я ее. Обычно разговорчивая, Женя сейчас молча пялилась в пол.
   - Мне кажется, что я оборонила его, когда упала...
   - Оборонила?
- Знаю, ты говорила... - она зажмурилась.
- А ты как всегда таскала его в заднем кармане? - повысила я тон.
- Да.
- Дура! - прошипела, возвращаясь к окну. Черный хаммер по прежнему стоял на месте. Приглядевшись, я посмотрела на водительское место, но из-за темного стекла мне было не видно, есть ли в машине кто-нибудь, или нет. - Блин, я не вижу водителя.
   - Он, скорее всего, где-то возле крыльца, в мини-парке или курилке, - предположила Женя. - Я видела их.
   - Видела?
   - Да, их не пустили через проходную, так как они не могли предъявить пропуски, но они спрашивали кого-то на улице обо мне, - Женька снова сильно закусила губу. - Мне сказали, что кто-то меня ищет. Поначалу я подумала, что это просто прикалываются, но, увидев их на первом этаже, поняла, что мы влипли. По крайней мере я.
   - Они видели тебя? - посмотрела на подругу, которая напряженно смотрела на стоянку. В ответ она отрицательно покачала головой.
   - Они как раз выходили, когда я спускалась. Хорошо что в окно посмотрела. Черт, - сразу понятно, от кого научилась Женька применять это ругательное слово.
   - А где Вася? - внезапно вспомнила я о подруге.
   - Черт! - снова воспользовалась Евгения одним из моих любимых ругательств. - У нее уже должны были закончиться пары. Порывшись в кармане джинс, Женька вытащила свой старенький мобильник, принявшись быстро набирать номер Васи. Затаив дыхание мы обе ждали, вслушиваясь в равномерные гудки.
   - Да? - услышали мы удивленный голос подруги и облегченно вздохнули.
   - Вась, ты где? - спросила Женя.
- На остановке сижу, жду автобус, - в трубке был слышен шум проезжающих машин. - Что-то нужно?
   - Нет, просто, ладно, пока, - сбросив трубку, Силантьева посмотрела на меня.
   - Они, скорее всего, не узнали ее, - предположила я. - Ведь они видели ее со спины, а блондинок у нас полно в универе.
- Ну, хоть кто-то выживет, - саркастично хмыкнула.
   - Нужно что-то делать, - на меня уставились ореховые глаза.
   - Где здесь есть другой выход? - спросила я у подруги.
   - Выход, - на лбу девушки появилась складка. - Да, точно! - в ее глазах появился блеск. - Кафедра искусств.
   - В подвале которая?
   - Ага, - кивнула. - Там есть выход, - больше не говоря ни слова, она, схватив меня за руку, потащила меня по коридору. Дойдя до лестницы, ведущей вниз, мы спустились в кафедру.
   - Черт, - теперь уже ругалась я, дергая за ручку двери. - Закрыто. Где еще? - обернувшись, спросила у Жени, которая просто пялилась на закрытую дверь, кусая губу. - Силантьева, думай быстрее!
   - Я не знаю... - промямлила девушка. - Я больше не зна... - теперь уже тащила ее я. - Куда ты? - оторопев, спросила подруга.
   - В туалет, - это первое, что пришло мне на ум, так как топография нашего университета была мне плохо знакома. Забежав в первый туалет, первым делом подошла к окну.
   - Ты уверена? - недоверчиво поинтересовалась Силантьева, глядя на то, как я, стоя на подоконнике, пытаясь открыть форточку.
   - У тебя есть другие варианты? - сквозь зубы проговорила я, крутя ручку в разные стороны и, наконец-то, она мне поддалась, и форточка была успешно открыта. - Есть! - воскликнула, обрадовавшись. Проем был небольшой, но поскольку я не страдала излишними тоннами веса и двойной талией, то легко смогла пролезть через окно. Но это было одно дело, а вот спрыгнуть - другое. И хотя это был всего лишь первый этаж, но смотря вниз было страшно.
   - Прыгай, давай, Климова! - кряхтела за моей спиной Женька. Она уже забралась на подоконник и держала в руках мою и свою сумки.
   - Да, - выдохнула, смотря вниз и, слегка подтолкнувшись, прыгнула. Внутри все словно сковало холодом, а сердце бешено стучало. Приземлившись, я еще какое-то время стояла на корточках, уперевшись ладонями в землю, пока на меня не упал Женькин рюкзак.
   - Если ты решила отдохнуть, то предупреждаю, что я намного тяжелее своей сумки, - крикнула сверху Женя. Взяв свой и ее рюкзаки с земли, отошла в сторону, дожидаясь, когда спрыгнет Женя. Ноги все еще дрожали, а пульс не мог прийти в нормальное состояние. Посмотрела на свои ладони, которые были оцарапаны при приземлении. Среди песка можно было разглядеть тоненькие красные следы, которые сейчас только начинали щипать.
   - Пошли, - дернула меня Силантьева, схватив за предплечье. Очнувшись от разглядывания своих дрожащих рук, я поспешно пошла за Женей.
   - Твою мать! - воскликнула Женька, увидев, что территория огражденная забором выхода не имеет, кроме как возле стоянки и главного.
   - Да что же это за университет такой?! - взорвалась я. - Что, больше нет...
   - Эй, а ну-ка стойте! - прервал мой монолог строгий мужской окрик. Мы с подругой синхронно оглянулись. К нам надвигались две особы мужского пола, и по внешнему виду было явно видно, что они отнюдь не студенты. Одетые во все черное они скорее напоминали секьюрити ночных клубов. Один из них был лысый.
   - Это они, - запинаясь, пролепетала Силантьева. - Нам конец. Да, я подумала то же самое, так как выглядели эти двое весьма устрашающе. Широкие накачанные плечи, видневшиеся даже из далека, придавали им устрашающий вид. Да типчики эти явно не скупаются на протеинах.
   - Не сегодня, - забрав у Жени рюкзак, я вместе со своим перекинула их через забор. - Перелезай!
   Недолго думая, подруга, повернувшись, подскочила к забору и принялась залазить на него.
   - Сучки мелкие, стойте, кому сказали, - ожидая, что их слова возымеют свой эффект, они явно не подумали, что это как раз и подстегнет нас карабкаться быстрее. Двое качков перешли в бег и уже были рядом с забором, когда мы, спрыгнув, уже удирали в неизвестную нам сторону. Но эта парочка оказалась явно не из простых. Быстро перепрыгнув через забор, преодоление которого дался нам в несколько раз сложнее, чем им, погналась за нами. Подстегиваемые грубой цензурой, что выкрикивали в нашу сторону колоритные дядьки, мы не разбирая дороги, неслись по дворам, заворачивая в разные закоулки в попытке избавиться от преследователей. Адреналин зашкаливал, пробиваясь по жилам и отдаваясь гулким стуком в ушах. Знакомо выражение "смерть гонится по пятам"? Так вот, мы сейчас с Женькой убегали от нашей. Но, к сожалению, она настигла нас раньше, чем мы успели добежать еще до одного квартала.
   - Нет! - рвано крикнула Женя, оказавшись в крепких объятиях поднятой в воздух. Запнувшись, оглянулась назад, и в эту же секунду грубые мужские руки сковали меня, словно тяжелые канаты. На мгновение показалось, что мои ребра вот-вот треснут.
   - Попались, рыбки, - зарычал мне в ухо глухой мужской голос. Кто сказал, что смерть - это костлявая старуха с косой? Нет, это перекачанный лысый мудак, у которого вместо косы есть свой преиспешник. И голос у него неприятный. - И что же мы будет делать с вами? - мерзко зашептали мне, где-то возле виска. Внутри все похолодело. Оглядевшись вокруг, почувствовала, как малейшие надежды на выживание падают. Поблизости не было никого. Ни одной души. Страх начал медленно окутывать меня.
   - Красивая, - услышала голос второго. Женя была так же скована и прижата спиной к мужской груди. Одной руки этого типа было вполне достаточно, чтобы удерживать Женьку и не дать ей вырваться. Я замерла, когда вторую руку он положил ей на горло. - Как будем расплачиваться?
   - Отпусти, говнюк, - попыталась вырваться Женька, но в следующую секунду стихла, заметно поморщившись, отчего я сделала вывод, что ее сжали еще сильнее. Страх медленно начал заполнять все мое существо.
   - Смотри-ка, они повышают цену расплаты, - хохотнул лысый мне в ухо.
   - Тебя же Женей звать, - рука того типа начала гладить ее горло. - Да, Женя, - ответил он сам на свой вопрос. - Хочу тебя.
   - Слишком много хочешь, - прошипела Женька. Даже со своего расстояния я могла заметить, как она побледнела.
   - Кость, может готичку? - меня грубо встряхнули, словно мешок с картошкой.
   - Не-а, - покачал головой тот. - Эту хочу.
   - А в зубы не хочешь? - рыкнула Силантьева, дернувшись. Рука, лежащая на ее горле, тут же перешла на рот, закрывая его.
   - Какая дерзкая. Ты мой crazy десерт, - ласково пропел этот Костя. - Олег, как хорошо, что мы послушались тебя и пошли в обход университета. А то так бы и поджидали этих пташек дальше, а тут сами попались.
   - Не говори, - самодовольно хмыкнул Олег. - Ар-р-р, - прорычал он мне в ухо, отчего я поежилась. - Правда, трое было девок, но ничего, нам и двоих хватит.
   - Мы заплатим, - четко проговорила я, скрывая в голосе страх. - Отпустите.
   - Мы знаем, что вы заплатите. Прям вот сейчас и поедем откупаться, милая, - я задохнулась от боли, когда меня сжали еще сильнее. - Умненькая, не орешь. Люблю таких. Но пикнешь - подружке конец, - тихо прозвучавшая угроза отозвалась холодом по всему позвоночнику. Я снова начала оглядываться, но, как назло, мы были в глухом квартале. - Смотри, - раздалось шипяще мне в шею. Во мне поднялась волна неприязни и отвращения. Глянула в сторону Женьки и держащего ее быдла. Лысый кивнул тому, отчего тот растянулся в широкой улыбке. В следующее мгновение я в страхе застыла, ощущая, как волосы на затылке начали шевелиться. Убрав свою кисть со рта Силантьевой, этот верзила быстрым движением потянулся к карману, и, уже через секунду, у ее бока сверкал небольших размеров складной нож-бабочка.
   - Нет! - воскликнула я, но голос мой был рваным и тихим, так как тяжелая рука неимоверно давила на грудную клетку, отчего даже дышать становилось тяжело, не то, что кричать.
   - Ты поняла, что к машине нужно идти тихо? - горячее дыхание противно жгло щеку.
   - Д-да, - кивнула, все еще не отводя взгляд от подруги. Мне страшно, - вот что говорил ее взгляд. Мне тоже. Я отвечала ей молча. Глазами. Черт, мне никогда не было так страшно. Пульс тяжело бил в голове, ускоряя ритм. Закусила губу до крови, ступая вместе с лысым качком. Со стороны смотрелось так, как будто он обнимает меня, но будь все проклято, если это были просто крепкие объятия.
   Господи, пожалуйста, помоги нам.
И Господь, очевидно, сжалился над нами, так как сзади я услышала лязг тормозов, а после звук хлопающейся дверцы.
   - Куда это вы мою лягушку тащите? - голос Бога оказался такой приятный и слегка хрипловатый. Где-то я его уже слышала.
   - Господа, мы бы хотели поинтересоваться, куда вы несете наших девушек? - а вот этого парня с недавних пор я смогу узнать уже везде. Не думала, что буду радоваться появлению этого типа, но сердце подскочило в радостном ритме, стоило мне услышать Данила. Это же Данил! Мой чокнутый знакомый Данил! Моя ненормальная заноза в заднице.
   - Мы старые знакомые, - начал говорить лысый, обернувшись так, что я могла теперь видеть парней. - Вот, увиделись, решили вспомнить старое и пообщаться.
   Засунув руки в кармане, Данил с веселой улыбкой смотрел на нас, но, даже не смотря на его смеющуюся гримасу, я заметила, что взгляд его карих глаз был серьезен. Позади него стоял парень, так же сосредоточенно смотря, но не на меня, а на Женьку. Лицо его было мне знакомо, и, порывшись в памяти, я вспомнила, что видела его на занятии физкультурой, когда отрабатывала лишние часы у Марины Алексеевны. И хоть тогда мое внимание было обращено на Данила, стройного и высокого блондина не приметить я тоже не смогла, особенно учитывая то, что они частенько стояли вместе о чем-то разговаривая. Блондин пару раз тогда лишь глянул на меня, широко улыбнувшись, но и этого было достаточно, чтобы я сделала вывод, что в его шкафу уже есть еще целый шлейф из разбитых девичьих сердечек.
   - Не похоже на дружеские обнимашки старых друзей, - рычащее произнес блондин, все так же не сводя глаз с Евгении.
   - Да ладно, Тем,- похлопал друга по плечу Данил, - друзья наших друзей - наши друзья. Давайте знакомиться, я, - он указал пальцем на себя. - Данил, тот хмурый весельчак, - Даня показал на блондина. - Артем. Вот эти, - внезапно, повернувшись к машине, сделал знак рукой. - Никита и Станислав.
   Дверцы машины открылись и оттуда выбрались еще двое ребят. Нехилых таких ребят.
   - Друзья, - театрально развел руками парень. - Как же зовут вас?
   - Костян, - внезапно выдал типан, держащий Женьку. Если бы не серьезность ситуации, я бы посмеялась над выражением лица, которым лысый наградил своего дружка.
   - Заткнись, идиот, - прошипел он. - Мы сюда не дружить пришли. Пошли, - этот Олег, снова грубо дернув меня, зашагал в сторону универа.
   - Да ладно вам, нормально же общались, - весело начал Даня.
   - Мне кажется, на общение они не настроены, - слышала я за спиной тихий голос блондинчика. Артема.
   - Почему все со мной не хотят дружить? - обидчиво и слегка возмущенно произнес Данил. - Эй, ребят! - позвал он. Двое типов замерли, с подозрением покосившись на мальчика-брюнета, который всем своим видом источал просто нечеловеческое дружелюбие.
- Чего тебе?
   - Давайте, вы хоть светленькую отдадите, а то мой друг, - он кивнул на стоящего позади Артема. - Ревнивый парень. А страшненькую себе оставить можете.
   Мне показалось или я слышала звук удара своей отвисшей челюсти о землю? Не нужно иметь и семи пядей во лбу, чтобы не понять, что меня только что отдали в вольное распоряжение двум бандюгам. И кто? Этот смазливый говнюк!
   - Может, еще девчонками поторгуемся? - разозлился лысый, чем поплатилась я, так как меня сжали еще сильнее.
   - Можно, - подобно болванчику закивал темноволосый.
   Олег и Константин напоминали двух рыб, выброшенных на берег. Они, поочередно, то открывая, то захлопывая рты, с вылупившимися глазами наблюдали, как этот гаденыш достает из своих потертых джинс кошелек, начиная отсчитывать находящиеся там купюры.
   - Сколько? - прервал наше молчание Данил.
   - Ха, - рассмеялся Олег, отчего я поморщилась, так как любое его движение было болезненным для меня, но вклиниваться в разговор я не решалась, ибо находилась в не самом лучшем положении. - Думаете, соплячки, ваших карманных денег хватит?
   - Думаешь - нет? - оскалившись, спросил Артем.
   - Олег, смотри, а ведь тачка у них неплохая, - прервал друга второй тип. Лысый смеяться перестал. И только теперь я обратила внимание на дорогую иномарку, на которой приехали парни. Стоявшая позади Бэха сверкала темно-синим перламутром, отражая солнечные лучи.
   - Явно папенькины сынки, - предположила державшая меня годзилла, усмехнувшись.
   - Ну, так как? - нетерпеливо поинтересовался Данил. Улыбка сошла с его губ, а лицо приняло сосредоточенное выражение.
   - Идет, - гаденько улыбнулся Костян. - Мы хотим взамен тачку.
   - Чего? - опешил Артем. Очевидно, владелец.
   - Мы согласны, - прервал его Даня.
   - ТЫ СЕРЬЕЗНО?! - хором воскликнули три голоса, но самый громкий был голос обалдевшего Артема. Теперь я даже смогла разглядеть голубоватый цвет глаз блондина, которые внезапно стали в несколько раз шире.
   - Черт, Тема, ты прав! - внезапно пробормотал Данил, хлопнув себя по бедру. - Дипломат из меня никакой, - громко вздохнув, он, ссутулившись, повернулся к машине. - Забирайте их обеих, - махнул он рукой, чем поставил в ступор всех находившихся здесь. Сейчас ему в спину пялилось пять человек с разинутыми ртами. Даже два амбала, казалось, ничему не удивлявшиеся в своей жизни ошалело глядели на этого мальчика-кретина.
- Да он шизофреник, - высказался Костя и, черт возьми, я была с ним согласна и если бы не сковавшие меня объятия, то Данил давно бы уже корчился от боли под моими тяжелыми башмаками, так как именно сейчас у меня было неимоверно сильное желание прибить красавчика. Догнать и выпотрошить из него жизнь.
   - Дан, - слегка шокированный друг, очнувшись, шагнул вперед и схватил Данила за плечо. Тот же застыл на месте, лишь слегка повернувшись к блондину. Что между ними происходило, сказать никто не мог. Они вели молчаливый диалог глазами, который длился секунд двадцать, после чего не выдержавший Костя со словами "к черту вас" решил, что делать им здесь больше нечего и пора удаляться.
   - Стойте! - внезапный окрик Артема заставил этих двух застыть на месте.
   - Твою мать, детки, мы что здесь, играться пришли? - зарычал лысый. - Либо говорим, что надо, либо проваливаем. Девки виноваты перед нами и ни ты, ни ваша команда бойскаутов, ни этот, - кивнул на Данила, теперь уже полностью повернутого к нам. - Чудила, не заставят нас разжалобиться и отпустить этих пташек.
   - Мы согласны, - теперь уже говорил Тема. - Берите тачку и отдайте нам девчонок.
   - А вот такой поворот дела мне нравится, - оскалился в улыбке Костик. Артем лишь загадочно смотрел на Женю, после чего подмигнул ей, отчего моя подруга слабо улыбнулась ему. Эти двое явно знакомы друг с другом.
   - Лови, - бросил блондинчик, кидая ключи от машины Косте. Следующие действия я наблюдала как в замедленной съемке. Сосредоточившись на ключах, амбал вскинул одну руку, чтобы словить их, расслабив вторую, чем и воспользовалась Женя. Резко наклонившись, она поддалась вперед. Тут же и подлетел Артем, и, не медля не секунды, со всего размаху впечатал ногу в лицо Костика. Черт возьми, будь я сторонним наблюдателем, то сейчас бы восхищенно хлопала в ладоши, громко присвистывая Артему, который сейчас нравился мне больше, чем говнюк Данил. Кстати о нем. Посмотрев на то место, где он несколько секунд назад стоял. Увидев, что его там нет, принялась искать глазами брюнета. Из-за вынужденного заточения мой обзор ограничивался, так как головой поворачивать было трудно.
   - Ах вы, твари малолетние, - смачно ругался противный голосок над моим ухом, но не это меня волновало на данный момент. У меня вырвался короткий вздох сопровождавшийся болью в ребрах, которые кольцевала огромная накачанная рука.
   - Отпусти, - сипела я, но, боюсь, меня эта горилла не слышала. Дышать становилось все тяжелее и тяжелее. Бросив взгляд на сидящую на земле подругу, ощутила облегчение от того, что с ней все в порядке.
- Миша!
   Я слышала ее, но откликнуться не было сил, и даже желания. Все что я смогла, это лишь выдавить из себя блеклое подобие улыбки, прежде чем образ Женьки и всех, кто стоял рядом, поплыл у меня перед глазами. Тело внезапно обрело неведомую легкость, и меня с головой окутала тьма.
   - Думаешь, сейчас это проканает?
   Сквозь тонкую пелену сна, я чувствовала, как кто-то смачно ругается.
- Миша! Сукин сын, ты что, не видишь, что ей плохо?! - кричал до жути знакомый голос.
   - Да она притворяется, - и тут мою щеку словно обожгло. Может это, а может и то, что ослабив хватку для удара, этот лысый амбал дал возможность мне вздохнуть нормально. - Видишь, думала, что я поведусь на это.
   Открыла глаза я давно, но еще некоторое время старалась сфокусировать взгляд на стоящих передо мной людях и спустя минуту или же две, мне это удалось. И вместе с прояснившимся взглядом, в моем мозгу началось проявляться осознание нынешней ситуации. Недавнишние события всплыли в моей памяти подобно яркой вспышкой. Найдя глазами Женьку, увидела, что та стоит крепко зажатая объятиями блондина и как-то странно смотрит на меня. На лице же Артема было совсем другое выражение какого-то спокойства и, как мне показалось, парень явно был чем-то доволен. Посмотрев вниз, вконец убедилась, что опасность миновала мою подругу, так как за их спинами без сознания валялся вырубленный друг лысого амбала.
   - В этом случае правильным решением будет последовать словам девушки, - услышала я низкий баритон такого знакомого мне брюнета. Он говорил медленно, лениво растягивая слова, в которых было легкое поддразнивание. - Отпусти ее.
   - Твоя подружка повредила мою тачку, за что и ответит! А так же и за то, что твои дружки сделали с Костяном, - теперь этот верзила не просто говорил, а орал, пятясь назад.
   - Сомневаюсь, что моя подружка обойдется тебе дешевле твоей тачки, а я не люблю, когда вредят моим друзьям, - усмехнулся Дан. - Эх, - громко вздохнул он, после чего внезапно приглушенно рыкнул. - Вот, блин! Никогда не думал, что буду говорить так пафосно! - его радостные улюкания были для меня всравне ледяному ушату воды. - Детка, - захихикал этот кретин. - Тебя спасает пафосный Дан, автографы будут позже, - подмигнув, он послал мне воздушный поцелуй, а я... А я оторопело глядела на этого психа, начиная сомневаться, хочу ли быть вообще спасенной и теперь подумывала о том, чтобы повернуться к лысой горилле и попросить забрать меня туда, куда хотел изначально отвести. Кстати говоря, лысая горилла тоже прибывала в немом шоке.
   - Знаешь, а ведь она даже еще не моя подружка, - продолжал сверкать своим идиотизмом Данил. - Представляешь? - он даже обиженно скорчил моську. - Она не захотела со мной дружить, а я ведь хороший. Правда! - для пущей убедительности, парень стукнул себя в грудь кулаком. - Вот как думаешь, почему...
   - Какого, мать его, хрена?! - не выдержал лысый монолога Дани.
   - Вот видишь, Миша, - теперь Данил уже обращался ко мне. - Даже ему непонятно, почему ты не хочешь со мной дру...
   - А ну заткнулся! - заревел диким воплем у меня над ухом Олег. - Да ты псих! Гонимый! - мое подсознание вежливо разрешило мне пропустить мимо ушей остальные эпитеты, которые просто пестрили отборной нецензурщиной. От громкого рева, что источал выбитый из колеи злобный Олег, я крепко зажмурилась, жалея, что нельзя закрыть уши. Не знаю, сколько такой крик продолжался, но до меня не сразу дошло, что мужчина внезапно стих, да и вообще, все вокруг стало как-то необычайно тихо. И первой ко мне пришла мысль, что я оглохла, но чувствуя, что этот амбал и двигаться перестал, попросту замерев как статуя, я поняла, что что-то не так. Резко открыв глаза, проморгала пару раз. После того, как взор мой стал четче, посмотрела в сторону Данила.
   У меня вырвался судорожный вздох. Теперь я четко ощущала, как в статую превращаюсь я. Кровь леденела в моих жилах, а я все, по-прежнему не отрываясь, смотрела на Данила, да вот только не он меня интересовал. Отнюдь. Мое внимание теперь привлекал черный пистолет в его руках. И пусть и направленный не в мою сторону, но глаз отвести от оружия не могла.
   - Ну что ж, по-хорошему мы пробовали, - холодно улыбаясь, изрек брюнет. - Шанс сделать правильный выбор мы тебе ведь давали? Давали, - ответил он сам же на свой вопрос. - Теперь будем по-плохому.
   До моего слуха донесся звук возводимого курка.
   - Данил? - наконец решил подать голос Артем, разрывая тишину, что стояла уже как пару минут, но для меня эти минуты длились подобно часам. Я не могла разобрать эмоций парня, но шокированным он явно не выглядел. Даже более того, на его губах блуждала мрачная усмешка, что наводило меня на мысль о том, что светловолосый пытается сдержаться, чтобы не засмеяться. Но на данный момент, я не замечала ничего вокруг, кроме как вооруженного Дана, даже его загадочно веселый блеск в карих глазах я не сочла каким-то подозрительным, скорее я отмела все это на взгляд психически больного человека.
   - Ты пожалеешь об этом, мальчишка, - медленно заговорил лысый бандюга. Мгновение и меня грубо швырнули на землю. Мои ладони, забывшие недавно пережитое приземление, снова заныли, прочувствовав кожей острые камни, на которые я умудрилась налететь. В совокупе с ладошками всю прелесть гравия так же ощутили и мои коленки.
   - Не думаю, что когда-нибудь буду жалеть о том, что мы надрали задницу двум засранцам, - усмешка все так же не сходила со смазливого лица брюнета. - А теперь забирай своего дружка, - темная голова кивнула в сторону уже начавшего приходить в себя амбала номер два. - И проваливай.
   - Ты еще не знаешь, с кем связался, сопляк, - плюнул лысый, подходя к товарищу и хватая его за руку, тем самым пытаясь растормошить.
   - Могу сказать тебе тоже самое. И поверь, если сунешься к нам еще раз, то узнать тебе меня придется, а вот об этом жалеть будешь ты.
   Олег ничего не сказал в ответ, предпочтя сделать вид, что не услышал. Когда, наконец, он поднял Костю, то они неслышно поругиваясь, ушли в сторону университетской стоянки, где их там ждал их хаммер. Все это сопровождалось гробовым молчанием. И уже когда спины наших угрожателей были почти что за углом, Данил издав какой-то приглушенный звук, обхватил пистолет двумя руками.
   - Т-ты что д-делаешь? - воскликнула я, поддаваясь вперед. От внезапно пронесшейся перед глазами картины двух мертвых тел, начала заикаться. Но Данил будто не слышал меня. Сощурив один глаз, он нацелился прямо на две идущие далеко спины. - Стой! - сорвалась на крик, слегка охрипнув.
   - Бу! - с нажатием на курок, мое сердце словно остановилось. Я замерла на месте. И, наверное, долго бы так просидела на грязной земле, если бы не голос Женьки, который послужил неким двигателем для моей возвраты в реальность.
   - Да он псих.
   - Псих? - эхом повторила я. Вопреки моим ожиданиям, я не услышала выстрела, которого, черт возьми, не было, и теперь я потрясенно смотрела на небольшой огонек на конце ствола. Это была зажигалка. Всего лишь зажигалка. Огонек перестал гореть и, выглядевший как настоящий, пистолет опустился вниз, а держащий его Данил не выдержав, заливисто рассмеялся. - Псих? Да ты контуженный! - взвилась я, резко поднимаясь и направляясь к парню. - На всю голову! Ненормальный! - добравшись до цели, схватила Дана за грудки и начала усердно трясти его, чем развеселила еще больше.
   - Ой, да не истери ты, солнышко, - хохотал брюнет. - Все же обошлось.
   - Я НЕ ИСТЕРЮ! - орала.
   - Ну, тогда хоть бить меня перестань, - я даже не заметила, как стала колотить парня по груди.
   - Не могу.
   - Почему же? - как-то ласково поинтересовался Данил, перестав смеяться.
   - Если я перестану тебя бить, то мне придется тебя задушить, - мои удары стали реже и слабее, а в глазах внезапно защипало. Но я старалась не поднимать головы, чтобы этот придурок не дай бог увидел мои слезы. Сжав внутреннюю сторону губы, я посильнее впилась ногтями в ладони. Боль всегда действует отрезвляюще для бушующего гнева. - А убив тебя, мне не хочется попадать в тюрьму. Там самое место, таким как ты.
   - Ты думаешь, что мое место в тюрьме? Эх, обидно, - на самом деле нихрена ему обидно не было, так как в его голосе был слышен едва прикрытый смех.
   - Нет, твое место в психиатрической лечебнице, а ты здесь. Вот это обидно! - рыкнула я. - А тюрьма это лишь одно из трех мест, где тебе нужно быть.
   - А какое же третье?
   - Кладбище! И поверь, красавчик, твой талант доводить меня скоро приведет тебя сразу туда.
   - Эх, злая ты.
   - Я не злая, - все так же, не поднимая головы, сжала его темную футболку в руках, не заботясь, помнется она или же еще хуже - порвется ли, мне было абсолютно все равно. А порваться она могла, так как ткань, судя по ощущениям, тоненькая и в силу своего аффекта, для меня была легкорвущаяся.
   - Маленькая злобушка, - внезапно меня заключили в объятия. Сильные и крепкие мужские руки обняли меня за плечи, притягивая к мужской груди. Носом я уткнулась в его ключицу. Темная футболка до жути приятно пахла. Запах мускуса и чего-то напоминающего бергамот окутал меня, и, повинуясь порыву, я прижалась к парню еще сильнее, пряча лицо где-то ниже шеи. - Испугалась?
   Не в силах ответить, только кивнула, чувствуя, как в горле все стало комом. Вырвался судорожный вздох, больше похожий на всхлип. Потом еще. - Ну, ну, - тихо приговаривал спокойный мужской баритон, успокаивая меня. Я слегка вздрогнула, когда рука парня начала гладить меня по голове. Проводы пальцами сквозь волосы, мягкими движениями массировал кожу. - Домой хочешь?
   Кивнув, зажмурилась, дабы сдержать слезы.
   - Пошли, - не переставая обнимать меня, Данил повел меня куда-то в сторону. Только сейчас осознав, что в стороне осталась еще и Женька, я оторвалась от теплых объятий, но оглядевшись по сторонам, заметила, что, оказывается, ни Силантьевой, ни друзей Данила уже не было.
   - Где все? - все так же, озираясь в поисках Жени, поинтересовалась я.
   - Они уже уехали. Просто пока я тебя успокаивал, Артем решил увезти твою подругу домой, - поведал он, отвечая на вопрос, очевидно, читавшийся в моем ошарашенном взгляде.
   - Так быстро? - прошептала я, слегка потрясенная тем, что даже не услышала звука отъезжающей машины.
   - Эх, если ты не заметила, уже двадцать минут прошло, пока ты не могла успокоиться, - Дан обнажил ряд белых зубов.
   - Понятно, - больше спрашивать не о чем ни хотелось. Внезапно на меня навалилась усталость. Пока я потерянно смотрела под ноги, Данил успел вызвать такси, и очнулась я, когда уже стояла возле своего подъезда.
   - Ну, что ж, пока, - произнес Данил, стоя за моей спиной. На предложение провести меня до квартиры я отказалась. Повернувшись лицом к парню, посмотрела в карие глаза.
   - Спасибо, - теперь я говорила уже спокойно. - Спасибо большое.
   - Спасибом не отделаешься, - насмешливо скривил моську брюнет, подмигнув мне.
   - Чего? - уставилась на него.
   - До встречи, - бросив это, он повернулся, и, в два шага преодолев расстояние между такси и моим подъездом, забрался в машину.
   - Пока, - пробормотала я, глядя на скрывавшееся за углом авто, унося с собой мальчика-улыбочку, с недавних пор моего персонального раздражителя, а теперь еще и по совместительству моего спасителя. Вздохнув, повернулась к подъездной двери и вскоре уже находилась дома в ванной комнате, смывая свой макияж.
  
   ***
   В то же время, возле совсем другого подъезда стояла молодая пара. Они не говорили ни о чем, а просто каждый витал в своих мыслях. Девушка, нервно поправив свою каштановую прядку за ухо, нервно поглядела на стоявшего напротив светловолосого парня, который, в отличие от ее напряженного состояния, был на удивление спокоен.
   - Все, ты проводил меня, можешь идти своей дорогой.
   - Хоть бы спасибо сказала, - наморщив нос, проговорил юноша. Его голубые глаза искрились весельем.
   - Спасибо, теперь сваливай, - буркнула шатенка, все так же упорно пялясь себе под ноги.
   - Мелочь ты, безкультурная, - покачав головой, вздохнул блондин. Как бы ни было странно, но девушка ему ничего не ответило, все так же упрямо уставившись куда-то вниз. Брови были ее нахмурены, а губы плотно сжаты. - Ну, что ж, главное сделал и на этом хватит, - с выдохом проговорил молодой человек. - Осталось только одно, - после этих слов, шагнув, он наклонился к девушке и поцеловал ее в лоб. - Теперь можно идти, - сказал он, выпрямившись и пока шатенка прибывала в немом шоке, не зная, что ответить на такой выпад, он быстро забрался в машину, что стояла рядом.
   - Сам ты козел безкультурный, - нашлась Женя, только после того, как осталась одна. Оказавшись в подъезде, она пробежала три этажа до своей квартиры и громко вздохнула уже тогда, когда оказалась лежа на кровати в своей комнате. Взяв подушку в руки, накрыла ею голову, крепко прижимая, и, в следующее мгновение, громко зарычала, стараясь так вытрясти свою злость. Но, даже не смотря на это, девушка явственно ощущала, как на лбу, будто огнем, прожигает то место, где Артем, словно клеймив, поцеловал ее. Немного успокоившись и убрав в сторону подушку, Женя посмотрела на свою стену, увешанную картинами. Многие, посмотрев на эту стену, сказали бы, что девушка попросту внезапно увлеклась художественным искусством, но никто и не догадывался, что к живописи девушка было прямо-таки равнодушна, а картины ее не так сильно интересовали, как скорее их вывешивание на стене. Да, с недавних пор Женя получала дикое удовольствие, вбивая купленные в антикварных магазинах картины в свою стену. Для своего занятия она выбирала самые длинные и толстые гвозди, стараясь по максимуму продлить насладиться своим занятием. А дело было вовсе не в том, Силантьева страдала психическим расстройством или неврозом, получая кайф, колотя молотком. Все было гораздо проще и прозаичнее: она делала это от мести. Мести к неугомонному соседу, которого она возненавидела в первый же день, как только познакомилась с ним. Нет, их знакомство не было таким, какое обычно представляет таковое из себя. Она не представлялись друг другу, не пожимали рук, не угощали ничем в честь соседского новоселья. Нет. Он поселился в их доме в начале лета, и, от своей бабушки, которая вечно просиживала все свое время в посиделках, на улице с подружками, она узнала, что в соседнем подъезде поселился, как она сказала, "такой хорошенький мальчик, лапушка такая". Так вот эта самая лапушка заявила о себе в первый же день, устроив у себя тусовку, длившуюся до самого утра. Как оказалась, мальчик-лапушка жил прямо за ее стеной и в тот день Евгении пришлось ощутить прелести многобитной музыки на себе. Она долбила по батарее, стене, но спустя минут десять поняла, что все это в бестолку и, смирившись, легла спать. Уснуть ей удалось только утром, часа в четыре и, вставая в восемь утра, она проклинала, на чем свет стоит, нового соседа, зарекшись словом потолковать с ним, как только придет с университета, о чем, конечно же, благополучно забыла. После тусовки этот хорошенький мальчик, очевидно, решил выспаться и отдохнуть, и не выявлялся о себе два дня, после чего, собственно говоря, решил напомнить о своей персоне. Вот тогда-то Женя и узнала, как зовут новоявленного соседа по стенке. А случилось это часа в два ночи. Только начиная укутываться в объятия Морфея, Женя резко выплыла из них, а причиной тому были непонятные звуки. Сначала был приглушенный стук о стену, который Силантьева четко услышала, так как кровать ее находилась у этой самой стены, а после последовали звуки совсем другого происхождения. Это были стоны. Женские стоны. Поначалу девушка испугалась, думая, что за стенкой происходит драка или насилие, но уже через минуту убедилась, что ошиблась. В принципе, насилием это назвать можно, но обоюдным.
   - Артем! Да! - вот так вот и узнала Евгения, как звать ее соседа-хорошего-мальчика-лапушку, который на данный момент заставлял несчастную извергать просто неимоверно животные окрики и громкие стоны.
   - Тема, Тема, - спустя двадцать минут свихнувшаяся Женя уже сама начала в унисон со стонущей особой, которую ублажал ее не в меру своей человеческой гиперактивности соседушка, скандировать его имя, что выкрикивалось в ритмичной последовательности, между ахами и вздохами. Когда девица прокричала имя, которое Евгения возненавидела, уже двадцать один раз, терпение девушки лопнула. Вскочив на кровати, Силантьева принялась усердно тарабанить в стенку.
   - КОН-ЧАЙ, ТУ-ПА-Я КУ-РИ-ЦА! - орала по слогам Женька в ритме с ударами кулаков по стене. Спустя недолгое время, убедившись, что звуки стихли, девушка со спокойной душой легла спать. Руки ее ныли, но она была довольна собой. А мысль о том, что она обломала этому лапушке весь кайф, вызвала на ее лице веселую победную улыбку и в тот день Женя уснула сладким и крепким сном. Да, именно после этой ночи и началась война между соседями.
   Вздохнув, шатенка перевернулась на бок, вспоминая, что решив отомстить, этот треклятый Тема начал устраивать вечеринки еженедельно, так же, как она поняла, любил он тяжелую музыку, которую тоже включал почти что ежедневно. У него стало привычкой каждое утро, в выходные дни врубать рок и слова некоторых песен Женя уже успела выучить наизусть. И в отместку за испорченное удовольствие, он начал отыгрываться по полной, устраивая оргии. И, если первое Женя могла терпеть, скрипя зубами, то второе ей по душе не приходилось, и она нашла выход: по дороге домой, она купила кучу картин, которые начала вколачивать в стены, усердно долбя молотком. Вдобавок она включала свои любимые корейские песни и, даже не зная слов, подпевала им. Громко. Почти истерично. А когда ночью, слушая сладострастные стоны, и предугадывая особый момент, начинала визгливо завывать любимые сонаты, громко вытягивая слова и звуки. Вот так вот, не видя друг друга и не зная, они яро ненавидели друг друга, показывая это, как только можно было.
   Но в один день, проснувшись от солнечного света и звука птиц, Женя несказанно обрадовалась. Сладко потянувшись, она встала с кровати, и, решив подставить всю себя солнышку, вышла на балкон. Погода была шикарная. Солнце согревало, касаясь теплыми лучами кожи, а теплый ветерок развевал ее растрепавшиеся ото сна ее каштанового цвета волосы. Зажмурившись, Силантьева улыбнулась, потягивая головой верх. Девушка наслаждалась погодой, до тех пор, пока не услышала звук фотоаппарата, который заставил ее замереть.
   - Красотка, - услышала она насмешливый голос, но повернуться не спешила, а когда повернулась, то наткнулась взглядом на насмешливые голубые глаза, которые с интересом рассматривали ее. - Знаешь, мордаха у тебя ничего, - он подмигнул. - И фигура не плохая, да вот поешь ты - ужасно. Тебе никто этого раньше не говорил?
   И только сейчас до Евгении дошло, что стоит она перед этим блондином в одних трусах и майке, и только что этот блондин сфоткал ее. Но и еще один ужасающий факт сверкнул в ее мозгу: это исчадие ада - ее сосед, с которым она, помимо общей стены, имеет еще смежный балкон.
   - Пою плохо? - сощурив глаза, переспросила Евгения. - Ничего, я же только учусь. Вот только караоке куплю...
   Мысленно улыбнулась, видя, как улыбка сошла с симпатичного лица соседа. Да, поистине, как бы Женя не относилась к своему соседушке, не заметить она не могла, что тот был красив. Ниже лица она предпочла взгляд не опускать, так как знала, что зависнет, изучая фигуру парня, который был одет в одни лишь шорты.
   - Не советую, - так же, как она, сощурив глаза, проговорил блондин.
   - А я тебе советую удалить мою фотку, кретин, и поменьше спариваться, а то мало ли что, подцепишь что-нибудь, если только... - вдруг замолчала, округлив карие глаза. - Если уже не подцепил!
   - Дура тупая! - рыкнул парень. - Я ничего подцепил и не подцеплю. И, к твоему сведению, спариваются животные, а я...
   - А ты и есть конь! - воскликнула Женька. - Коняра!
   - А ты никак завидуешь? - от широкой улыбки, которая появилась на лице парня, девушка опешила. - Точно! Милая, так ты бы сразу сказала, я бы помог.
   - ЧТО?! - воскликнула Силантьева, поражаясь наглости блондина.
   - То! Маленькая неугомонная девственница, поменьше пой, а еще лучше вообще рот не раскрывай, тогда сойдет, хотя, - прикусив губу Артем, окинул девушку изучающим взглядом. - Да, грудь бы побольше...
   - ЧТО?!?! - завопила шатенка. Щеки ее покраснели, а ноздри возмущенно раздувались. - Ах, ты, конь-размножатель! Говнюк! Мозгов бы тебе побольше, тупое хамло! - от бессилья, Женя не нашла ничего лучше, чем показать своему соседу средний палец, после чего быстрым шагом выйти с балкона, на который, после этого дня, она старалась реже заходить, дабы не нарваться на встречу с белобрысым типом. Но, как бы того не хотела, Женя нарвалась, и не на балконе, и не где-то на улице или в магазине, а гораздо хуже - в университете. Теперь ее сосед стал ее персональным генератором раздражения, ведь он был везде: в универе, во дворе, дома за стенкой.
   А теперь в дополнение стало теперь ее новое прозвище, которым наречило ее это хамло. А все из-за, казалось бы, глупого желания проквакать. Но кто же знал, что этот тип будто поджидал ее, а после ее громогласного кваканья даже похлопал. И с тех пор она постоянно слышала это ненавистное ей прозвище "лягушка".
   - Пиявка гребанная, - буркнула Силантьева, вздыхая. Вырвавшись из воспоминаний, она снова посмотрела на свою стену, увешанную картинами. Да, сегодня для нее было шоком, что Артем пришел ей на помощь, а потом увез домой, пока она не успела опомниться. Судя по тому, как доверительно прижималась к брюнету Мишка, то беспокоиться было не о чем и, как бы то ни было, парень тот спасал Мишу, поэтому, доверившись, она покинула то место с Артемом. Который ошарашил ее своим поступком. Поцелуй. Его по-прежнему будто прожигал ее кожу на лбу.
   Нет, это ничего не значит. Ничего.
  

Глава шестая

   Опустив голову на сложенные на столе руки, я задумчиво уставилась на спину преподавателя, который что-то монотонно рассказывал, выводя на доске какие-то чертежи. Так как больше половины пары мое подсознание спало, то разобраться в написанном мне было не по силам. Мой сонный мозг упорно пытался вникнуть в тему, что вел Виктор Алексеевич, но что-то активно мне мешало настроиться на учебу. Наверное, это была моя лень или же просто желание поспать. Я больше склонялась ко второму, но и первое не исключала. Хотя, был и третий вариант. Переведя взгляд с доски на окно, увидела, как на тонкое стекло обрушивается шквал мелких капель воды, которые с учащающимся ритмом отбивали чечетку прозрачной поверхности. Поскольку я сидела на первом ряду, что находился вдоль окон, то отчетливо слышала, как негромко тарабанят капельки дождя, а тучное серое небо говорило лишь о том, что осень все-таки решила дать знать о себе и, судя по гулкому ветру, мелкий моросящий дождик грозился перерасти в сильный ливень. И даже не смотря на вероятность промерзнуть под этим самым ливнем, так как из верхней одежды у меня была лишь тоненькая курточка, мое настроение было каким-то умиротворенным. Да, так бы я описала свое внутреннее состояние. Гармоничная умиротворенность. Я сама себе напоминала кошку, лениво гревшуюся на солнышке. Да вот только внешне больше похожа на лохматую и растрепанную чернявую дворнягу, на улице и вовсе не солнышко было, а вот помурлыкать явно хотелось. Мне было хорошо, и я знала, что радоваться еще рано и вереница неудач, следовавшая за мной по пятам, явно не замкнется одним прекрасным днем, но все же. Прошла целая неделя, полпути, и вскоре мое наказание под названием "Отшельница-Миша-неформал" завершиться. Я уже предвкушала, как надену любимые джинсы, бесформенную футболку и свои обожаемые кеды. Правда, предварительно нужно сжечь все это борохло, что ношу на данный момент. Берцы я решила оставить на память, так как это единственное, что мне понравилось среди всех этих вещей, которые заставила меня носить Женя. Вопросом, где она раздобыла все это, я не задавалась. Моя рука инстинктивно потянулась к волосам, слегка сжав их. Они не потеряли своей мягкости, после той дряни, которую нанесла на них моя подруга, выкрасив их в черный цвет, но все равно, даже видя свое лицо в зеркале, самой собой себя я не ощущала.
   Вздохнув, посмотрела на свою соседку справа, которая что-то записывала в своей тетради. Она поочередно переводила взгляд с преподавателя на тетрадку, пытаясь скопировать его записи на доске и вникнуть в них. И сейчас, смотря на свои каракули, девушка, нахмурившись, закусила кончик своей ручки. Сидя со своей соседкой-крольчатницей почти неделю, я заметила, что у этой особы есть странная привычка грызть все, что ни попадя, когда она нервничает, или просто не понимает чего-то. В обиход ее погрызки входили ручки, карандаши, линейки, ногти, которые она изгрызла до корней и я уже начинала бояться, как бы она ненароком не укоротила себе пальцы. Если же теперь все кролики ассоциировались у меня с Машей, то сама Мария напоминала мне бобра. Грызущего все подряд. Словно услышав, о чем я думаю, моя соседка убрала ручку в сторону, после чего провела ладонью по лбу, подняв свою растрепавшуюся челку вверх. Интересно, а есть ли у нее шрам на лбу, как у героя книги? Я даже приподняла голову, чтобы лучше рассмотреть, но, увы, шрамов там не оказалось. Зато, мои движения заметила девушка, отчего теперь на меня в удивленно смотрели увеличенные тонкими линзами очков серые глазища соседки. У меня вырвалась усмешка. На ум внезапно пришла фраза из давно забытой сказки: "бабушка, а почему у тебя такие большие глаза?" На что переодетый в бабку волк отвечал, что это для лучшей видимости. Да вот не волк был передо мной, а бледненькая девчонка с глазами размером в полтинник.
   - Бр, - тряхнула головой. И чего это мне на ум всякая чушь лезет? Бобры, волки, бабушки.
   - Ты что, - спросила Маша. - Тему не поняла?
   Даже не пыталась вникать.
   - Не-а, - не стала врать, наморщив нос. Выпрямившись на стуле, принялась рассматривать лежащую передо мной раскрытую тетрадь с пустыми листками, на которых была поставлена только дата. Да, никакой продуктивности. Вздохнула, принявшись постукивать пальцами по деревянной поверхности парты. Мои окрашенные в черный лак ногти стучали в такт дождю, звук которого становился все сильнее и громче.
   - Помочь? - раздался надо мной вежливый голос преподавателя. Я вздрогнула, прекратив свое отстукивание.
   - Нет, спасибо, - оторопело проговорила я, резким движением закрывая тетрадь. Черт, неудобно как. Подняв взгляд на мужчину, почувствовала легкое смущение. В его светло-голубых глазах не было укора или какого-то неодобрения. Была лишь насмешка.
   - Ну что ж, тогда позволь посоветовать тебе ложиться пораньше, - его губы тронула улыбка. - Чтобы ты смогла высыпаться перед моими занятиями, а не на них.
   Черт, от стыда мне захотелось спрятаться под парту.
   - Я больше так не буду, - тоном провинившейся школьницы пискнула я, глядя в пол, тетрадку, на стол, только не на него. Почему-то эти пристальные глаза будоражили, вызывая во мне странные чувства вины. Наверное, он годами тренировался перед зеркалом, заставляя студентов ощущать осознание собственной неправоты, отчитывая и осуждая одним лишь взглядом. Блин, я тоже хочу так!
   - Ну, что ж, посмотрим, Климова, посмотрим, - сказал Виктор Алексеевич, повернувшись ко мне спиной. А я под звук внезапно раздавшегося звонка на перемену сползла на стуле. У меня было ощущение, словно мне провели двух часовую лекцию о теме "что такое хорошо, а что такое плохо". Кинув тетрадь с ручкой в сумку, почти выбежала с кабинета.
   - Ты чего так быстро? - с улыбкой поинтересовалась поспевавшая за мной Машка.
   - Есть хочу, - буркнула я. И поняла, что это было правдой, так как желудок мой, завывая голодным тоном, начал напоминать о себе. Схватив за руку сою соседку, потащила ее в столовую, не обращая внимания на ее попытки сопротивления. Простояв небольшую очередь таких же голодных студентов, я все-таки, вытерпев все, теперь с довольной улыбкой сидела за столом.
   - Ты как в армии, - удивленно пробормотала Маша, глядя на то, как я быстро уплетаю свой обед.
   - С едой у меня разговор короткий, - с набитым ртом проговорила я.
   - Смотри, не подавись, - пожелала крольчатница, возвращаясь к своей булочке. Но, вопреки ее желаниям, я, конечно же, поперхнулась.
   - Привет, - на ближайший стул плюхнулся Данил. - Эй, ты чего, - он принялся похлопывать мне по спине, когда мое тело начало сотрясать от кашля. - Нельзя же впихивать в себя все сразу и пытаться это проглотить, - приговаривал заботливым тоном мамаши наседки, даже и, не осознавая, что причиной того, что я подавилась, является он. Откашлявшись, красными и намокшими от слез глазами посмотрела на него. - Мы вот тоже решили к вам присоединиться, - рядом с Марией приземлился Артем, не забыв при этом ей мило улыбнуться, а мне подмигнуть. Моя крольчатница в стеснении вмиг скрылась за темной челкой.
   - Привет, - поздоровался он, с громким стуком ставя поднос на стол.
   - Здрасте, - пробубнила я, все так же пялясь на сверкающего Даню.
   - На, - мне под нос была тут же сунута шоколадка. - Угощайся.
   Секунда, и я озарилась улыбкой. За пару дней общения с ним, этот гаденыш, навязавшийся мне в друзья, прощупал мое слабое место к шоколаду, и, теперь, отыгрывался по полной, подкупая мое расположение. Чувствовала себя лошадью, которая покорно принимает сахарок с рук кормившего. Покончив с обедом, взялась за угощение. Развернув красную обертку Kit-Kat'а, принялась поглощать любимую мною сладость, чуть ли не жмурясь от удовольствия.
   - У тебя такой вид, будто ты сейчас замурлычешь, - поделился своими мыслями усмехнувшийся Даня.
   - Или захрюкаешь, - смешливо поморщился Артем, чем вызвал мой недобрый взгляд. - Шучу, шучу, - он поднял руки - Кстати, Данил, ты не помнишь, про что нам рассказывала Яшкина? Нет, ну не чушь ли, - тактично сменив тему, Тема обратился к другу. Пока парни разговаривали о своем, кажется, забыв о нашем существовании, переходя с темы истории на такие, как машины,, я украдкой посмотрела на Данила. Этот смазливый брюнет вызывал томные взгляды у многих девчонок, уж за все дни нахождения рядом его персоны, я поняла это. Но, вопреки всему женскому полу, он умудрялся порождать во мне чаще раздражение, чем желание стать его фанаткой. Нравится ли он мне? Нет. С того момента, когда он со своим другом спас меня и Женьку, парень явно намерился поместить меня в своем списке "близких друзей". Я уже привыкла к его внезапным появлениям, которые он сопровождал словами "привет, сестренка!" и обязательно кладя свою руку на мое плечо. Его никак не трогали мои грубые ответы, злобные взгляды, фразы, пропитанные сарказмом. Нет. По причине его недавнего вмешательства и причастности к моему спасению, грубо отшить Данила я не могла, да и вообще, отшить. А мои намеки брюнет и вовсе не замечал, либо не хотел замечать.
   Закончив жевать, быстро прошлась взглядом по находившимся в столовой людям, раз двадцать натолкнувшись на злобные зырканья со стороны девчонок. Вот она, моя наступившая популярность, приобретенная впоследствии дружбы с Данилом.
   - А ты как думаешь, Миша? - оторвал меня от своих мыслей голос Данила.
   - М? - лениво промычала я.
   - Кстати, почему Миша? - спросил Тема, с удивлением смотря на меня. Ну вот, началось.
   - Миша, - фыркнула я. - Потому что Михайлина.
   - Красивое имя, - улыбнулся блондин.
   - Я знаю, - проворчала, складывая посуду и хватая свой поднос. - Пока, мальчики - кивнула Маше, вставая из-за стола. Ждать их ответа я не стала, чуть ли не бегом уносясь, прочь, к мойке, чтобы оставить поднос.
   ***
   Смотря вслед ускоряющейся Михайлине и поспевающей за ней девушке, Данил улыбнулся, после чего повернулся к другу.
   - Она какая-то странная, - вынес вердикт Артем, поднося к губам стакан апельсинового сока. - Дерганая.
   - Ну, так она это, она же эта, - темноволосый почесал макушку. - Неформалка. Они все люди со странностями, а эта - прикольная.
   - С каких пор тебя потянуло на прикольных неформалок? - поддразнивающе улыбнулся Тихонов, ставя стакан на стол.
   - Она не простая неформалочка.
   - Ах, да, кружевное бельишко и все такое, - Тема подмигнул, а улыбка Данила стала еще шире. Он вспомнил тот день, когда они пришли на помощь девчонкам, точнее тот момент, когда они находились в дальнем углу парка, возле забора, ограждающего их университет. Этим местом многие пользовались как второй курилкой и парни не были исключением. А наличие нескольких лавочек делало место часто посещаемым, но был еще и плюс в том, что этот самый дальний уголок парка находился в другой стороне от главного входа, поэтому многие ленивые студенты так и не доходили сюда, предпочитая тратить время на перемене в первой курилке, таким образом не опаздывая на пары. Данил расслабленно сидел на лавочке, выпуская вперед струйку дыма. Он не был зацикленным на здоровом образе жизни мальчиком, иногда позволяя отдаться во власть своим вредным привычкам. Курил он редко, предпочитая делать это только при друзьях. Вдоль его струйки потянулись дымные колечки, что выпускал Артем, вальяжно растянувшийся рядом. Возле лавочки стояли пара ребят, которые учились с ними в одном потоке. В отличие от Данила и Артема, молча сидевших на лавке, парни что-то бурно обсуждали, весело переговариваясь. Ленивым взглядом Данил шарил по окружностям, пока не увидел две фигурки. Две девушки стремительно пронеслись мимо них, не замечая ничего вокруг. Парень бы и не особо заострял свое внимание, если бы не узнал бы одну из них. Его недавняя знакомая, одетая во все черное, которая недавно отдавила ему ногу. Остановившись возле конца забора, девушки, как было понятно, ожидавшие там чего-то другого, застыли.
   - Как думаешь, перелезут? - услышал Миронов голос Стаса, одного из парней. Как понял Даня, эти две особы заинтересовали не только его.
   - Могу поспорить, что да, - усмехнувшись, ответил Тема, отставляя свою сигарету и с интересом наблюдая за картиной. Подтверждение его слов не заставило ждать. Миша, как недавно узнал Данил, зовут неформалочку, начала что-то возмущенно говорить, на что вторая девчонка просто взяла свой рюкзак и перекинула через забор и вот, парни уже наблюдали за тем, как две девчонки неумело карабкались по высокому железному ограждению. Спустя какое-то время, когда шатенка уже перебралась через забор, брюнетка все еще оставалась верху, свисая в смешной позе. Пятая точка девушки выпячивала назад, а край юбки, что приподнимался от ветра, показывал стройные ноги, одетые в черные чулки по колено. И, казалось, представление на этом закончиться, но нет, и в следующее мгновение, ребятам довелось увидеть, как резкий порыв ветра и неудачная поза, сделали свое дело.
   - Ты видел это? - с ухмылкой произнес Артем.
   - Бельишко - ништяк! - ответил за него Никита, тихо присвистнув. Справившись с крепостью, брюнетка, приземлившись, скрылась со своей подругой в соседних дворах.
   - Эх, люблю кружевное, - протяжно застонал Станислав, ухмыляясь.
   - А неформалочка то со вкусом!
   Начавшийся галдеж парней тут же прекратился, когда мимо пробежали двое мужчин, грозного вида. Выкрикивая какие-то ругательства, они так же, как и недавно сделали девчонки, только чуть быстрее и проворнее, перебрались через железную ограду, кинувшись вслед за подругами.
   - Кажется, у кого-то проблемы, - проговорил Артем.
   - Задумался? - хохотнул белобрысый, чем вывел Данила из воспоминаний.
   - Да нет, - у Миронова вырвался смешок. Мысленно он воспроизвел их диалог, чтобы вспомнить последние слова Артема. - Нет. Не в этом дело,
   - Да ну? - великий скептиз отразился в голубых глазах Артема.
   - Ох, друг, ты бы видел, как она шуганула Катину!
   - Эта та, которая с громким голоском? - поморщился Тихонов, словно вспоминая что-то неприятное.
   - Да-да, - Данил поддался вперед. - Ты представляешь, Танька с тех пор ко мне даже не заявлялась, ни разу!
   - Серьезно?
   - Ага, представляешь, - дальше Данил рассказал, как познакомился с Мишей, и к концу его недолгого рассказа Артем весело рассмеялся.
   - Решил обустроить себя секьюрити? - ржал Тема.
   - Ну, как сказать, решил скрасить свое скучное общество.
   - С каких это пор я стал "скучным обществом"? - голубые глаза прищурились.
   - С тех пор, как стал взрослеть, - ворчливо заключил Даня.
   - Взрослеть? - светлые брови удивленно приподнялись.
   - Ну, да, - брюнет пожал плечами. - Стал пить меньше, в квартиру съехал новую, учиться, смотрю, стал лучше, девушек стал менять реже, - съязвил в конце парень.
   - Ах, ну да, наш маленький Дан еще не вырос, - поддразнил друга Тихонов. - Ну, что ж, ладно, скоро выходные, будем исправляться.
   На лицах обоих друзей сверкнули заговорческие улыбки.
  
   ***
   Смотря на темные лужи, которые становились все больше, от набиравшего силу дождя, я прикусила внутреннюю сторону губы. Я любила дождь. Но гулять под дождем и мерзнуть под ливнем понятия разные, а сейчас передо мной стояла перспектива обмерзнуть. Черт. Стоя на крыльце, и, глядя на ливень, морально готовилась выйти из-под защищающего козырька и попасть под природный душ. Сосчитав до трех, резко выскочила из своего укрытия и тут же была огорошена потоком воды. Пройдя всего лишь небольшую половину пути, чувствовала, как вода успела просочиться под одежду и теперь всю прелесть осадков я смогла ощутить всем телом. Как ни странно, не смотря на ветер, холодно мне не было, а дождь, вопреки ожиданиям, был теплым. Снова укусив себя за губу, усмехнулась и, поддавшись порыву, подняла лицо, подставляя его теплым каплям. Я почти дошла до остановки, но странное ощущение, царившее внутри, заставило остановиться. Проведя рукой по волосам, убирая их с лица, посмотрела по сторонам. Странное ощущение. Как будто кто-то следит. Но вокруг никого не было, не считая пробегавших людей с зонтами и проезжавших мимо по дороге машин. Передернув плечами, продолжила идти дальше, но напрягающее ощущение не исчезло. Может, у меня появился тайный наблюдатель?
   - Бред какой-то, - прошептала я сама себе. Сильный поток ветра ощутимо ударил по спине, заставляя поежиться и сильнее укутаться в свою тоненькую курточку. Начал ощущаться заметный холод.
   Остановившись на секунду, чтобы поправить сумку, что сползала с плеча, я собиралась сделать шаг вперед, но, тут же, испуганно замерла под оглушающим звуком машинного гудка. Вздрогнув, резко вздохнула, когда за спиной услышала звук тормозов. Не оглядываясь, отошла в сторону на пару шагов, давая машине проехать, но та, очевидно и не собиралась уезжать. Поравнявшись со мной, переднее стекло черной спортивной тойоты опустилось, и взору моему предстала улыбающаяся мордаха моего знакомого.
   - Как погодка? - с деланным любопытством поинтересовался он.
   Я бы с радостью сейчас выжала свое промокшее нижнее белье тебе на голову.
   - Замечательная.
   - Ну да, я вижу, - моська моего типа-друга насмешливо наморщилась. - Может, ко мне переберешься? - темная голова кивнула на соседнее сидение. - В салоне теплее будет.
   - Да мне и так тепло, к тому же, скоро дождь закончиться.
   Словно назло моим словам прогремел гром. Черт возьми, даже погода против меня.
   - Да ты полна гигантским оптимизмом, - Данил задорно сверкнув глазами, подмигнул мне. - Ладно, короче, как мыться закончишь, залезай, - издав смешок, парень закрыл окно, позволяя мне глядеть на свой расплывчатый силуэт, отражавшийся на стекле.
   - П-прохиндей, - от начавшего пробиваться под мокрую одежду холода, кожа покрылась мурашками. Чертова куртка не помогала, а зубы уже начали отстукивать чечетку. Я медленно шагала к остановке, краем глаза наблюдая, как черный автомобиль не спеша катится рядом, словно дразня. Плюнув на все, обошла тачку, и, открыв дверь, забралась внутрь. В нос ударил запах мужских духов с примесью бергамота и чего-то еще. Лимонного. Мне понравился этот незнакомый запах.
   - Эх, подруга, минута и три секунды, - вздохнул Даня, глядя на свои наручные часы. - Все-таки, оптимизма в тебе больше, чем выдержки.
   - Пошел к черту, - буркнула я.
   - Ух, вежливости в тебе хоть отбавляй, - приподнимая брови, ухмыльнулся Данил, вдавливая ногу в педаль и прибавляя скорость. - Откуда ты взялась, подруга? С острова невоспитанных и неблагодарных? Ну-ка, скажи спасибо дяде Дане.
   - Спасибо, дядя Даня, - проворчала я, пристегивая ремень безопасности.
   - Не за что, - широко улыбнулся парень. - Вот видишь, хорошие манеры вовсе не вредны и язык от них не отсыхает, - я с любопытством уставилась на брюнета, насмешливо приподняв бровь. - Да, да, - закивал он. - Не люблю, когда девушки словесно поносятся. А ты, уж извини, засранка еще та.
   Похлопав удивленно глазами, весело рассмеялась.
   - Прости, чувак, что разочаровала.
   - Ничего-ничего, - улыбка не сходила с его губ. - Мы тебя еще воспитаем.
   - Дядя Даня будет учить меня хорошим манерам? - поддразнила его я, откидываясь на сидении. В ответ парень ничего не сказал, лишь потянулся к бардачку. Открыв его, достал оттуда батончик шоколада, после чего вручил его мне. - Угощайся.
Издав радостный писк, схватила шоколад, разрывая обертку, чувствуя, по мере отступления дрожи, вызванной холодом, наступает голод. Черт возьми, если этот неимоверно щедрый парень и дальше намерен продолжать меня баловать, то совсем скоро стулья в нашем университете будут ломаться подо мной.
   - Спасибо, - широко улыбнулась я.
   - Вот видишь, быть леди совсем не сложно, - хмыкнул темноволосый.
   - Угу, - промычала я, жуя, но в следующую секунду замерла, прогоняя последние слова парня в мозгу.
"Вот видишь, не быть хамлом совсем не сложно"
   Кто-то совсем другим голосом язвительно произнес это в моей голове.
   - Что ты сказал? - переспросила, хотя знала, что голос, что только что прозвучал, явно не принадлежал Данилу, хотя был мужским. Я цеплялась за последние нотки, выявляя интонацию, мысленно воскрешала ее, повторяя снова и снова. Этот баритон был мягче, и слегка вибрирующим. Более хриплым и приглушенным. Черт! Я закусила внутреннюю сторону губы. Внезапно стало душно и захотелось снова выйти на улицу и постоять пару секундочек под дождем.
   - Сказал, что быть леди совсем не сложно, - повторил Данил, с удивлением глядя на меня. - Все нормально? Не подавилась случайно?
   - Нет, - выговорила я. - Все хорошо. Просто хочу домой.
   - Хорошо, - Даня пожал плечами.
   - Спасибо, - снова поблагодарила его, а внутри было какое-то странное ощущение.
   Может, я схожу с ума?
   - Ну же, не грусти, маленькая панда, может, хочешь еще шоколадки? - вырвал меня из своих мыслей сидящий рядом парень. Данил, оторвавшись от дороги, глянул в мою сторону. - Где моя подруга-засранка?
- Почему пандой? - улыбнулась я. Этот человек умел поднять настроение.
   - Не знаю, - он снова пожал плечами. - Панды милые. И они тоже мишки, - Даня адресовал мне широкую улыбку, а я только закатила глаза.
   - Мир не меняется, - вздохнула.
   - Мир меняется, люди тоже, - говорил Данил, когда мы затормозили на светофоре. Протянув руку, он повернул к себе зеркальце, посмотревшись в него. - Один я хорошенький.
   Загорелся красный цвет, и мы снова двинулись вперед.
   - Безусловно, самомнения тебе не занимать - фыркнула, поворачиваясь к окну, за которым маячили знакомые улицы. Мы находились уже недалеко от моего дома и, спустя минут пятнадцать, мягко затормозив, машина остановилась у моего подъезда.
   - Я ведь не плохой друг, да? - повернувшись ко мне, спросил Данил, подмигнув мне.
   - Зачем это тебе? - напрямик спросила я, глядя в карие глаза.
   - Честно? Сам не знаю, - выдохнув, брюнет откинулся на сидении. Взгляд его устремился куда-то вперед. - Может быть затем, что ты мне понравилась. В тебе есть что-то... - он сделал неопределенный жест руками. - Что-то такое, что меня привлекло.
   - Ты никак влюбился? - сощурив глаза, пытливо уставилась на брюнетика. Честно говоря, глубоко внутри, его ответ я ожидала затаив дыхание.
   - Нет, - спустя какое-то время промолвил Данил, нарушив тишину, что наступила в машине. Я поняла, что он тщательно обдумывал мой ответ. - Просто... - парень внезапно замолчал, словно решая, сказать мне или нет. - Ты мне кое-кого напоминаешь.
   Последние слова у него получилось выговорить как на духу. И, после сказанного, он замолк, а карие глаза все так же смотрели на лобовое стекло машины, и что-то мне подсказывало, что произойди там какое-то происшествие, он бы и не понял, так как мысленно был далеко.
   - Спасибо, что довез меня, - осторожно коснулась его плеча, отчего парень слегка вздрогнул. Видя растерянность в его глазах, мягко улыбнулась.
   - Да не за что, - улыбнулся мне в ответ Даня. - Ты хороший друг, - сказав это, подмигнула ему, после чего быстро вышла из машины, несильно хлопнув дверцей. Когда я открывала дверь подъезда, то слышала за спиной рев мотора, который оповещал об уезде Данила. Квартира встретила меня полной тишиной. Скинув мокрую одежду в угол, зашла в ванную.
   - Ах, ты, гаденыш, - громко выругалась, глядя на свое отражение. Теперь понятно, с чего это он меня пандой назвал, а потом технично еще и зеркальце отвернул, дабы я ненароком не увидела себя. Точнее свой убогий макияж, который от дождя начал размываться по лицу. Особенно четко выделялись подтеки черного карандаша, шедшие черными дорожками от глаз к подбородку. - Панда! - фыркала я, мыля лицо и смывая чертову косметику.
   Наконец, справившись со своим делом, я, закинув промокшую одежду в стирку и переодевшись во все сухое, с облегчением упала на свою кровать.
   - Ура, - простонала я, поворачиваясь на бок и обнимая подушку. Глаза тут же начало слеплять и даже неутоленное чувство голода отошло на второй план. Медленно, но верно я погружалась в сон.
  

Глава седьмая

   Будучи в этом помещении уже не в первый раз, я все равно любопытно озиралась вокруг, словно только что увидела. Сегодня была наша первая репетиция танца для нашего выступления, которое будет открывать благотворительный бал. Помимо меня, Женьки и Васи, здесь было еще много народу, которых я и не предполагала увидеть в таком количестве. Под этим танцевальным открытием я подразумевала человек двадцать-тридцать, но их было в два раза больше.
   - Я и не думала, что будет столько народу, - высказала вслух мои мысли Женя. Нахмурив брови, она просматривала находившихся в зале людей.
   - Здравствуйте, - громогласный гул стих под звуком строгого женского голоса, раздавшегося из колонок. Посмотрев на источник звука, увидела ту самую администраторшу, что была в прошлый раз. Выждав небольшую паузу, она дождалась, когда все собравшиеся обратят на нее внимание. - Всем здравствуйте. Хочу поблагодарить вас всех за то, что изъявили желание поучаствовать в нашем благотворительном бале. Собранные деньги на данном мероприятии непосредственно будут отправлены в детский приют. Надеюсь, каждый из вас понимает, насколько это важно для многих детей. Ну, что ж, поскольку время, отведенное нам для подготовки, включает в себя всего лишь две недели, то будем стараться уложиться в них по максимуму. И так, тратить время на разговоры не будем, предоставляю вас нашему тренеру, который будет вам показывать ваш номер, - было ощущение, что эта женщина зазубривала эту речь, говоря четко и без запинок. - Инга Викторовна, прошу вас.
Далее, микрофон в руки взяла небольшого роста женщина с коротко стриженными светлыми волосами. Решив не терять времени на знакомство, она начала руководить всей толпой молодежи, расставляя их по местам, деля на пары. Так как большинство из присутствующих были девушки, то многие из пар составляла женская половина. Моим же партнером стал светловолосый паренек, весело улыбающийся мне.
   - Привет, - улыбнулся он мне. Мы стояли напротив друг друга, ожидая, когда Инга распределит остальных.
   - Привет, - ответила я. Так как ждать пришлось долго, из-за большого количества людей, то я решила осмотреть того, с кем мне придется танцевать. Парень не был красивым, но миловидным его назвать можно. Светлые глаза лазурного оттенка задорно блестели, излучая какой-то непонятный мне свет. Именно этот свет и привлек мое внимание, заставляя всматриваться в эти глаза дольше положенного времени.
   - Тебя тоже заставили? - отвлек меня от созерцания звук его голоса, в котором просматривались смешинки.
   - Нет, - отвернувшись, приняла искать среди людей своих подруг, которых уволокла с собой Инга.
   - Доброволец, значит, - констатировал он. - А меня сестренка потащила, говорит, танцы раскрепощают и помогают людям стать ближе, - паренек тряхнул своей светлой шевелюрой.
   - И с кем ты, интересно, намерен сближаться? - перестав выискивать девчонок, с интересом посмотрела на него.
   - В данном случае, моя задача выполнить первый пункт, - мне пришлось напрячь свой слух, чтобы услышать его. Посмотрев куда-то в сторону, блондин засунул руки в карманы своих шорт. - Не бойся, - он снова свернул своими глазами цвета неба, посмотрев на меня. - Приставать не буду, - подмигнул. Стоило моему партнеру улыбнуться, как на щеках его заиграли две ямочки.
   - Ну, спасибо, - его заразительная улыбка передалась мне, и сейчас мы вместе улыбались друг другу, словно два идиота. Странно, но, помимо воли, у меня к этому парню начала вырабатываться симпатия. Он был похож на мальчишку сорванца. Гладкий подбородок, на котором еще не пробивалась щетина, задорная улыбка с двумя ямками на щеках, светлые брови, характерно выгибающиеся в совокупе с его развитой мимикой и в цвет им густая шевелюра, пшеничного оттенка, челка которой все время падала ему на глаза. Хоть он был худоват, но мог похвастаться широкими плечами, ростом он был выше меня на голову. На вид ему было лет восемнадцать.
   Наконец, минут через двадцать порядок был восстановлен, и все стояли на своих местах, по парам, а довольная и порядком уставшая Инга встала на небольшую сценку и снова взяла в руки микрофон. - Так, а теперь мы разделим вас на три партии. Те, кто стоит у стены, вы можете... - далее следовал череда командований. Я попала во вторую партию, но что это значило, я не поняла, но спустя час, до меня дошло, что первая группа студентов начинают танец, а потом к ним присоединяются вторая и третья группы.
   Вздохнув, устало протерла глаза, радуясь, что на мне нет этого ужасного макияжа. Оперлась о стенку, наблюдая за Василисой, которой выпала честь выступать первой, открывая танец. Я и не сомневалась, что выберут ее, яркую и эффектную блондинку. Третью часть молодежи отпустили домой, сказав, что разучивать их часть выступления будем на следующей репетиции, так что теперь в зале народу стало меньше, а мы, с Глебом, так звали моего партнера, ожидали своей очереди, которая наступила спустя длительное время. И тут началось. Приседание, шаг вправо, шаг влево, поворот, снова книксен. Под громкое отсчитывание Инги, мы повторяли показанные ею движения, снова и снова. Уже под конец репетиции меня начинало раздражать все, а монотонное "раз-два-три" казалось прочно засядет у меня в голове. На нервы действовало отсутствие музыки, гул голосов и мой партнер, который, в отличие от меня был в прекрасном настроении, все так же продолжая улыбаться. Я завидовала Женьке, которую отпустили еще в самом начале, желая очутиться сейчас в своей ванне, дома. Через полчаса, наконец-то, смиловавшись над нами, Инга все-таки отпустила нас по домам, чему я была несказанно рада. Схватив Васю, я потащила ее за собой, намереваясь побыстрее сесть на автобус и направиться домой.
   - Стой, - проговорила Василиса, потянув меня за руку, таким образом вынуждая остановиться. - Давай я папу попрошу, он нас отвезет.
- Отличная идея, - идея была просто замечательной и от мысли, что я окажусь дома быстрее, чем рассчитывала, мое настроение слегка приподнялось.
   Выйдя из здания, мы нашли свободную лавочку, находившуюся поблизости, и тут же заняли ее. Пока Вася договаривалась с родителем, я расслабленно растянулась на скамейке, облокачиваясь о спинку. Вслед за нами из здания вышла целая толпа молодежи, которые начали расходиться кто куда. Многие отправлялись на стоянку, уезжая группами на одной машине. Смотря на то, как пятеро ребят пытаются вместиться в небольшую легковушку, я усмехнулась.
   - Отчаянные, - под нос пробормотала я, глядя вслед уехавшей машине. Снова посмотрев на стоянку, мой взгляд зацепился за уже знакомый мне черный джип.
   - Ты что-то сказала? - спросила Василиса, закончив разговаривать с отцом. - Папа скоро подъедет.
- Отлично. Машина красивая, - кивком указала на черное чудо техники, гордо возвышавшееся среди остальных машин.
   - По правде говоря, после того случая, мне не нравятся черные габаритные тачки, - наморщив носик, призналась Вася. В ответ я только улыбнулась. Нелюбимым авто у меня остались только хаммеры, которых, после случая с двумя амбалами, я теперь стала еще и опасаться. Посвящать Ваську в то, что было, мы с Женей не стали, дабы не забивать ее светлую головку лишними страхами и чепухой.
   - Как думаешь, водитель - она? - вслух подумала я, глядя на красиво выведенный узор.
   - Не знаю, - по тону, каким было это сказано, стало ясно, что интереса этот джип у блондинки не проявляет. Я только шумно вздохнула, откинув голову на спинку лавочки.
   - Разбудишь, как папа приедет, - зевнув, пробормотала я.
   - Уже, - бросила, вставая со своего места Василиса.
   - Что? - недопоняла я.
   - Уже приехал, - сообщила мне Леснина, кивая на припарковавшийся неподалеку семейный Фольксваген.
   - Вот и отличненько, - пробубнила я, поднимая свою пятую точку с лавки. Добравшись до машины, поздоровалась с Васькиным отцом и после чего забралась на заднее сидение. Уже покидая территорию "дворца школьников", кинула прощальный взгляд на черный джип с нарисованным белым крылом.
   _
   Интересно, считается ли признаком деградации смотреть Спанч Боба в моем возрасте? Думаю, нет. Нет, не думаю, я надеюсь на это. Поудобнее обняв подушку, расположилась в более комфортной мне позе, так как тело уже затекло от моего прежнего расположения.
   - Господи, как я рад, что мое детство спаслось от этой чуши, - хмыкнул отец, входя в зал.
   - Зато она настигла тебя в старости, - подытожила я, протягивая руку к журнальному столику и хватая оттуда свою кружку с чаем. Диван прогнулся под тяжестью отцовского тела, а ноги сразу почувствовали тепло, исходящее от него. Облокотившись на подушку, подогнула ноги, чтобы ему было удобнее сидеть. Когда же он, расслабившись, откинулся на диване и принялся смотреть телевизор, я почувствовала, как внутри просыпается чувство ностальгии. Прямо как в детстве, мы так же сидели у телевизора и смотрели какой-либо фильм или передачу. Сдержав прерывистый вздох, посмотрела на своего отца. Нам частенько говорили, что мы не очень похожи, ведь свои каштаново-рыжие волосы я приобрела от бабушки, а цвет глаз мне достался мамин. Мой папа имел светло русый цвет волос с рыжеватым отливом, а глаза были голубыми. Правда, сейчас, в цвете его шевелюры был и другой оттенок. Вески его были покрывала седина и, глядя на нее, я невольно закусила губу. В моей памяти подобно вспышке, вспыхнули события прошлого. Белые стены и ярко освещенная комната, где все сливается в один фон. Вот он, сидит в углу, сгорбившись и, опираясь на колени, понуро глядит в пол. Я видела слезы в голубых глазах вперемешку с отчаянием и болью.
   Неожиданный звук телефонной трубки оторвал меня от непрошеных воспоминаний, заставив вздрогнуть. Несколько секунд я упорно смотрела в невидимую мне точку, осознавая реальность, и, когда наконец-то, смогла прийти в себя, мне под нос была протянута трубка.
   - Да, - выдохнула я.
- Лин?
   - Я слушаю, - встав с дивана, поплелась в свою комнату, и, оказавшись на просторах своей территории, плюхнулась на кровать, прикрывая глаза.
   - Пойдем в клуб? - выпалил голос на том конце провода.
   - Клуб? - неуверенно повторила.
   - Да. Просто у Зойки праздник, день рождения, и чего-то там еще, она и тебя позвала, пошли, а? - под конец заныла трубка. Посмотрела на часы. Начало девятого. Пожевав свою губу, принялась размышлять. Ведь будучи еще ни разу не побывавшей в таких заведениях, я была категорически настроена против них, но сейчас, почему-то задумалась. А учитывая то, что спала я сегодня часов до двух, то бессонная ночь мне точно обеспечена. Так что, может, лучше провести ее как-то более иначе, нежели дома?
- Хорошо, - выдала я, после долгого обдумывания.
   - Ты согласна? - неверующе прошептала Силантьева. Не мудрено, я и сама была удивлена своим ответом.
   - Да, - проговорила, глядя в потолок.
   - Отлично, - хихикнула Женька. - К десяти будь готова.
   После она отключила трубку, а я еще какое-то время продолжала слушать гудки, задумываясь над тем, стоило ли соглашаться?
   - Па-а-ап, - протянула, вставая с кровати и двигаясь в зал. - Меня в клуб позвали, - остановилась у прохода, оперевшись о косяк. - Я с девчонками, так что, ты не волнуйся.
   - В клуб? - переспросил отец, поворачиваясь ко мне и вставая с дивана. - Миша, - он остановился в нескольких сантиметрах от меня, так, что я могла теперь увидеть мелькавшую тревогу в голубых глазах. - Ты уверена?
   - Пап, со мной, правда, все будет хорошо, - моя улыбка, казалось, должна была приободрить его.
   - Эх, - вздохнул он. - Ты уже совершеннолетняя и можешь поступать, как тебе заблагорассудится, но, все же, - губы его дрогнули в грустной улыбке. - Не пей много, и... - мужчина замолчал, подбирая слова.
   - Не драться? - подсказала, улыбнувшись.
   - Береги себя, - подняв руку, родитель коснулся моего лица. Щекой я ощущала загрубевшую кожу его пальцев, как он водит ими по моей скуле, проходясь там, где должны быть шрамы, ласково обводя их. - Я не хочу снова...
- Этого не будет, - я обняла его, перебивая. - Обещаю.
   - Ну что ж, - спустя какое-то время хмыкнул папаша, внезапно переходя на смешливый тон. - Дай угадаю, денег тебе тоже дать?
   - Ну, вообще-то, я за этим и пришла, - чувствовала, как возникшее напряжение потихоньку спадает.
   - А я-то думал, что со стариком пообниматься. Ну вот, дала надежду нищим.
   - Папа, нищая сейчас это я. Дай денег, - заканючила, высвобождаясь из объятий. Отец, лишь только закатив глаза, усмехнулся.
   - И не надо закатывать глаза, - потребовала, складывая руки на груди, и глядя на то, как мой отец идет к журнальному столику, где лежал его кошелек. - Я знаю, ты снова закатил глаза! - помахала указательным пальцем ему в спину, отчего плечи мужчины вздрогнули от издаваемого смешка, что лишь доказывало мои слова.
   - Какая-то ты зануда, дочка.
   - Помнится, мне кто-то сам говорил, что если закатывать глаза, то они прилипнут к верхним векам.
   - Я рад, что ты хоть что-то помнишь из всего сказанного мной тебе, - добро съязвил мой отче, отсчитывая купюры. - Печально, что сказано это было тебе лет в десять, а все остальное ты стала пропускать мимо ушей.
   Не ответив ему, я только поморщилась и высунула язык, после чего взяла протянутые отцом деньги, и, поблагодарив его, вернулась в свою комнату. Не знаю, что на меня нашло, но к своему первому в жизни походу в клуб я решила тщательно подготовиться. Помыв голову и высушив ее, сделала несколько набегов утюжком на волосы, после чего они прямым каскадом ниспадали на плечи. Я редко им пользовалась, так как меня устраивал мой волнистый водопад волос, но изредка хотелось новшества. Закусив край губы, старательно наносила макияж на лицо. Рисовать я с детства любила, причем делала это неплохо, оттого и стрелочки на глазах выводились у меня частенько ровненькие.
   - Не плохо, - оценила я свою работу, поглядевшись в зеркало. Даже бледно зеленый цвет глаза казался более насыщенным, в обрамлении темных, густых накрашенных ресниц и подводки. Вывалив свой скудный гардероб на кровать, принялась придирчиво рассматривать каждую вещицу, мысленно примеряя ее на себе. Выбор мой остановился на любимых синих протертых джинсах и белой обтягивающей майке, поверх которой я надела легкую рубашку, закатав ее по локоть. У меня вырвался мурлыкающий звук, когда я обула свои любимые черные кеды. Осмотрев себя в зеркале и оставшись довольной, вызвала такси. Отец уже сидел у себя в комнате и, судя по ритмичному постукиванию по клавишам, работал. Решив не мешать ему, просто тихо ушла, закрыв за собой дверь.
   Минут через пятнадцать, я была уже у одного из популярных клубов нашего города, возле которого должна была ждать меня Женька. Выйдя из такси, принялась взглядом искать подругу, но знакомой фигуры нигде не наблюдалось. Возмущенно фыркнул, достала телефон, чтобы набрать ее номер.
   - Не могла одеть что-нибудь получше? - раздался позади звонкий голос Силантьевой, когда я слушала уже третий по счету гудок. От неожиданности слегка вздрогнула, повернувшись к ней. Сама же подруга была облачена в коротенькое трикотажное платьице, которое облегало точеную фигурку, а черный цвет только подчеркивал ее изящность. Если бы не ее голос, то поначалу я бы ее и не узнала, так как привыкла видеть Евгению в джинсах.
   - Извини, но кеды на каблуки я менять еще не готова, - улыбнулась я. В ответ Женя только хмыкнула и потянулась к моему лицу.
   - Я тоже, - заговорщически прошептала она мне на ухо. - Но Зойка сказала, что не даст мне списать лабораторку, если я припрусь в кроссовках. Платье не мое. Ее, - отодвинувшись, Силантьева пожала плечами. - У меня не было выбора.
   Не выдержав, я рассмеялась. Я знала Зою, как взбалмошную двоюродную сестру и одногруппницу Женьки, которая была к тому же еще и отличницей в их группе.
   - Ну, тебя, - фыркнула Женя, и это развеселило меня еще больше. - Пошли уже, - развернувшись, она направилась в сторону клуба. Мне ничего не оставалось, как следовать за ней. Зайдя внутрь, я увидела небольшой холл, где на маленьком кожаном диванчике сидели два охранника, еще двое стояли возле окошка гардеробной и разговаривали с девушкой гардеробщицей. Поскольку на улице было тепло, то сама раздевалка была практически пуста. К моему удивлению на нас с Женькой никто не обратил внимание. Я хотела было сказать это Жене, но стоило ей открыть дверь, ведущую в главный зал, как меня тут же накрыло волной оглушающего шума. Наверное, у каждого, кто впервые побывал в клубе, бывает ступор. Именно в него я впала, разглядывая, как огромное количество народу двигаются в такт грохочущей музыке. Первое, что я увидела, это лишь множества тел, тесно прижатых друг к другу и извивающихся кто как. На то, что здесь есть второй этаж, я обратила внимание только после того, как Женька повела меня к лестнице, ведущей вверх. Я имела представление о клубах, но знать и быть здесь, это совсем разные вещи. И, самое странное, мне нравилась эта атмосфера. То, как от басов что-то подрагивало в горле. На втором этаже людей было не так много, как на первом, но зато была великолепная возможность разглядеть нижний этаж, где теперь я отчетливо видела огромную возвышающуюся барную стойку. И как я могла не заметить это чудо в самом начале. Там трудилось два бармена, разливая и отдавая всем поочередно напитки, а людей, скопившихся возле, было достаточно. Так же, по бокам были небольшие круглые выступы, огороженные металлическими перилами, где танцевали девушки. Я даже приостановилась, чтобы взглянуть на них. Своими эротичными движениями они просто привлекали половину мужского пола к своим стойкам.
   - Здесь круто, не правда ли? - прокричала Женя мне на ухо.
   - Да, - заулыбалась я, отрываясь от полуголых танцовщиц и глядя на подругу. Когда мы дошли до столика, нас встретила улыбающаяся и уже, как я поняла, чуть-чуть подвыпившая Зоя.
- Приве-е-ет, - радостно протянула она, обнимая меня. Обняв ее в ответ, я поздравила именинницу, после чего она пригласила меня к накрытому столу, за которым уже сидело человек десять. Пару лиц я видела в нашем университете. При громкой музыке половину имен услышать мне не удалось, но я, все же, радужно лыбясь, пожимала всем руки, говоря, как мне приятно. Зоя тут же скрылась где-то на площадке первого этажа, а ко мне подошел молоденький мальчишка официант с меню в руке. Мои глаза смотрели на кучу картинок с коктейлями, проглядывая состав.
   - Маргарита! - выкрикнула я знакомое название коктейля, которое слышала в каких-то фильмах. Через несколько минут мне принесли мой коктейль. Слизнув по краю соль, я хлебнула блеклой желтоватой жидкости и прикусила дольку лимона.
   - Ну как? - весело поинтересовалась подруга, глядя на то, как я морщусь.
   - Много лимона, - ответила после нескольких глотков, беря в руки меню снова и подзывая официанта. Следующим моим выбором был "Б-52". Вскоре передо мной стоял маленький шот, с содержанием в три слоя и смотрелся коктейль совсем безобидно. Пока официант не поджег его, сунув мне трубку и приказав выпить его одним глотком. Со страху замешкавшись, чуть не подпалила себе брови, отделавшись лишь тем, что подавилась. Откашлявшись, схватила Женькин стакан с колой, который был до краев наполнен льдом, и жадно сделала несколько больших глотков. Раз глоток, два, три. На третьем остановилась. Першение в горле устранилось, заменившись легким жжением.
   - Стой, дура, - проговорила рядом сидящая Женька, уставившаяся на меня своими ореховыми глазищами. Теперь я явственно ощущала, что помимо колы здесь намешано еще кое-что и первое, что я поняла, что там была водка.
   - Что это? - поставила стакан обратно на место.
- Лонг Айленд, - хмыкнула она. - Хочешь такой же?
   - Нет, хочу сок, - откинулась на мягком диванчике. - Просто сок.
   - А что это мы тут сидим? - услышала я возмущенный голос Зои. Оглядевшись, в надежде, что обращается она не ко мне, внезапно поняла, что за столиком сидели всего двое: я и Женя. - А ну, бегом танцевать!
Меня за руку подняли на ноги. Как маленькую девочку, - мелькнуло в моей голове.
   - Если бы я знала, взяла бы одежду и для тебя, - цокнув, протянула блондиночка Зоя, оглядев мой внешний вид. После чего наглым образом содрала с меня мою рубашку и кинула ее на диванчик. - Вот так-то лучше, - ее губы растянулись в довольной улыбке. Рядом хихикнула Евгения. Проходящий мимо парень, который был свидетелем сего действия, подмигнул меня. - Все, - звонкий голос одногруппницы Жени пробивал любые децибелы музыки. Внезапно вспомнилась девчонка из раздевалки с ужасно громким голоском. Громкая девица будет похлеще Зойки. От своих мыслей я усмехнулась. - Пошли танцевать! - не терпя никаких возражений, блонда подтолкнула нас с Силантьевой, которая и не особо сопротивлялась, к лестнице. Либо сказывалось действие алкоголя, либо незнакомой мне атмосферы и энергии, что бурлила в клубе, но оказавшись на танцполе, я сразу же влилась в поток танцующих, полностью расслабляясь.
   Спустя какое-то время я уже потеряла Женьку из виду, так же, как и ее одногруппницу, но зато рядом фигурировали остальные лица из нашей компании. С двумя из пятерых приглашенных Зоей парней я успела потанцевать, а так же отшить одного из них. Изрядно устав, я вернулась обратно к нашему столу, и, недолго думая, схватила бокал с Маргаритой, опрокинув ее в себя залпом, утоляя жажду. За время моего отсутствия лед уже успел растаять и разбавить коктейль.
   - Может, закажешь себе новый? - ухмыльнулась рядом сидящая Женька.
   - Можно, - согласилась я, и принялась искать глазами нашего официанта, который словно провалился сквозь землю. - Пойду лучше к бару, сама закажу, - решила я, вставая и направляясь к лестнице. Протискиваясь сквозь толпу, я, наконец-то, достигла своей цели, добравший до барной стойки. Бармены были девушка и парень, и, судя по огромному количеству народа, им, пока что, было не до меня. Они оба суетились над изготовлением кучей коктейлей, помогая друг другу. Решив подождать, облокотилась о столешницу. Взгляд мой упал на возвышавшуюся неподалеку стойку, где танцевала девушка, облаченная во все черное. На мгновение у меня даже перехватило дыхание от того, как она танцевала. Ее движения выдавали ее натренированную пластику и всю грацию девушки, что была подобна кошачьей. Глядя на нее, я вдруг представила себя на ее месте. Вот такую же, танцующую и извивающуюся у шеста. Внезапно стало душно, а в глазах начали вспыхивать яркие светлые пятна. Я часто задышала.
   - Что будем заказывать?
   Вздрогнув, посмотрела на улыбающегося бармена, который стоял и смотрел на меня в ожидании. Прикрыв на пару секунд глаза, успокоилась.
   - Корона есть? - бармен кивнул, после чего заказала себе маленькую бутылку пива, после чего снова вернулась к созерцанию танцующей блондинки, лицо которой наполовину было разукрашено боди-артом. Когда девушка взмахнула волосами в очередной раз, я на несколько секунд застыла.
   - Вася?! - оторопело прошептала, глядя на блондинку, но в следующее мгновение облегченно выдохнула, когда танцовщица, повернувшись другим боком, продемонстрировала на бедре небольшую татуировку. Да, у Василисы точно нет татуировок и танцевать в клубе явно не стала. Очевидно, действие коктейлей влияет и на зрение.
   - Ваш заказ.
   Вздрогнув второй раз от внезапного звука голоса бармена, повернулась к нему, протягивая деньги, и, хватая бутылку, как утопающий за свою последнюю надежду начала жадно пить.
   - Решила напиться вдрызг, детка?
   Если бы у говорившего не был такой знакомый до боли баритон и если бы он не сказал это в тот момент, когда я с дикой жаждой не пыталась промочить внезапно пересохшее горло, то, возможно, я отреагировала бы совсем иначе. Но, увы, бедняге пришлось испытать на себе мою реакцию, которая, некстати пробудилась в моей голове, заставляя выплюнуть выпитое пиво на него.
   Черт.
   Где-то поблизости послышались смешки, а я ошарашено смотрела на мокрого Данила. Парень спокойно стоял, закрыв глаза. Как будто ничего и не произошло.
   - Мда, - протянул он. Мне пришлось напрячь весь свой слух, чтобы разобрать, что он говорит. - И что за черт...
   - Что? - изумленно глядела на брюнета, который теперь смотрел на меня с усмешкой, беря протянутую девушкой-барменом салфетку. - Прости! - опомнилась, отбирая салфетку и принявшись вытирать его лицо и футболку. Черт, черт. - Я нечаянно. Прости!
   Мои действия были настолько нелепы, что, не выдержав, Данил рассмеялся, хватая меня за руки и останавливая.
   - Да, - смеялся он. - Наверное, это самое неудачное начало знакомства в моей жизни, но, может, попробуем заново? - он подмигнул меня, чем ввел в ступор.
   - Чего? - вопросительно уставилась на него. Карие глазенки Дана странно поблескивали.
   - Меня Данил зовут, - улыбка брюнетика стала еще шире. - А тебя, солнышко?
   Солнышко? Этот болван назвал меня "солнышком"? Я молчала, изумленно вылупившись на Данила. Хмель потихоньку спала, а до меня начало доходить.
   Этот кретин меня не узнал.
   - Ну, так как? - темная бровь парня вопросительно поднялась вверх.
   - Не важно, - кинув это, я, развернувшись, чуть ли не бегом кинулась к своему столику. Пробираясь сквозь толпу, старалась не оглядываться назад, надеясь, что Данил не пойдет за мной. И только плюхнувшись на наш диванчик, позволила сделать себе облегченный вздох. Прохладное пиво в моей руке сейчас было кстати и я жадно начала пить.
- С тобой все в порядке? - карие глаза подруги вперились в меня вопросительным взглядом.
   - Душно, - брякнула я, косясь на нижний этаж. Блин, и чего это я так струсила? Ведь не узнал же. Но на всякий случай вниз решила пока не спускаться.
   - Ну, смотри, - пожала плечами подруга, опрокидывая в себя уже неизвестно какой по счету коктейль. Веселье за столом явно продолжалось. Кто-то рассказывал веселые байки, поднимая всеобщий смех. Даже, не смотря на огромное количество выпитого спиртного, парни вели себя достойно, а девушки не устраивали пьяный бунт. Как я поняла, половина из присутствующих учились в нашем университете и были одногруппниками Жени и Зои. Решив не заморачиваться на моей недавней встрече с Данилом, я начала потихоньку расслабляться, включаясь в компанию и попеременно рассказывая анекдоты и случаи из нашей с Женькой жизни. Пиво давно было уже выпито мною, а в руках моих оказался бокал с соком, который был явно с чем-то смешанный. Взявший мой разум алкоголь снова начал торжествовать в крови, разгоняя адреналин и требуя каких либо действий.
   - Танцевать! - крикнула Зоя, потащив за собой Силантьеву, которая потащила меня. Плюнув на все, с веселым смехом поплелась за девчонками вниз, сливаясь с толпой. Спустя последующий час я вообще забыла Даниле, об университете и обо всем. Ритмичная музыка, словно вместе с алкоголем, проникла в мою кровь, заставляя двигаться в такт, не прекращая. Взглядом я снова натолкнулась на танцующих девушек на стойках. Теперь вместо блондинки была брюнетка, которая так же извивалась, зажигая мужскую половину человечества.
   Почему-то, это зрелище вновь привлекло меня. Не зная почему, я продолжала наблюдать за брюнеткой, чувствуя внутри какой-то жар. В следующее мгновение, девушка нагнулась и резко откинула голову назад, отбрасывая волосы назад и открывая лицо. Это заставило меня замереть. Определенно, гоу-гоущица была мне не знакома, но что-то в ее жесте и той хищной улыбке, которой она одарила всех, было такое, от чего мне стало душно.
   - Нравится? - хохотнула мне в ухо Зойка. Я не ответила, но посмотрела на нее. Громкий окрик блондинки заставил меня выплыть из транса.
   - Да ну! - махнула рукой Женька, которая тоже смотрела на брюнетку. - Я лучше смогу, - она усмехнулась.
   - Серьезно? - поинтересовалась Зоя, перекрикивая музыку. Даже не смотря на свое состояние опьянения, мне показался слишком подозрительным ее взгляд.
   - Ну да, мы же вместе с Мишей на танцы ходили, - подмигнув мне, подруга высунула язык. - Мы с ней и покруче танцевали.
   - Покруче, говоришь? - теперь и тон Зои мне явно не нравился. - Докажите!
   - Что? - я даже не поняла, кто это сказал - я или Женя.
   - А давайте вы станцуете, - более коварной улыбки, чем у Зои сейчас, я не видала. - Здесь. Сейчас. На этой сцене.
   - Не...
   - Трусишь? А говорила, что можете, - Зоя сложила руки на груди, посмотрев на нас с Женей.
   - Мы не... - начала, было, я, но Женька меня перебила.
   - Конечно, можем!
   Черт!
   - Нас не пустят на сцену! - встряла в разговор я, чувствуя, что сейчас будет что-то, о чем мы будем жалеть.
- Я об этом позабочусь.
   - Мы не так одеты! - пыталась я донести хоть какие-то аргументы до этих пьяных дур. - Я не так одета! Мы не будем танцевать.
   - Мы будем танцевать!
   - Не переживай, выступали в шмотках и похуже.
   Черт. Черт! Я проклинала все на свете, когда сверкающая Зоя схватила нас обеих за руки и куда-то повела. Мы остановились возле какой-то двери с табличкой "только для персонала".
   - Ждите! - все, что и сказала Зоя, прежде чем скрыться за дверью. Не знаю, сколько я стояла, глядя на эту дверь в шоковом состоянии, но буквально через минуту из этой неизвестной мне комнаты выскочила Зойка. Даже софиты не издавали такой блеск, как ее глаза. Это были глаза ненормальной.
   - Я все уладила, - "обрадовала" она меня. - Вперед на сцену.
   В который раз я убедилась, что деньги решают все.
   - Ништяк!
   - Черт! - Это мы с Женькой воскликнули одновременно. Было видно, что ее энтузиазма я не разделяла. Внезапно музыка в клубе стихла.
   - Внимание, сегодня у одной из наших посетительниц день рождения, давайте же поздравим милую Зою! - раздался громогласный голос из колонок. Все начали свистеть и аплодировать, тем временем, сама именинница, не теряя времени начала подталкивать нас к бару.
   - Вперед, вперед! - говорила она, а голос тем временем продолжал.
   - И поздравить ее хочу не только я, но и ее лучшие подруги. Вперед!
   Проходя мимо бара, на секунду остановилась. С краю сидел какой-то паренек, рядом с которым стоял наполовину наполненный янтарной жидкостью тумблер. По всем видимости, виски. Плюнув на все условности, схватила его бокал.
   - Прости, парень! - крикнула я, осушая залпом содержимое. Крепкий алкоголь обжег горло, но мне было плевать. С грохотом поставив тумблер, кинулась к стойке, на которую любезно мне помог забраться какой-то парень в черной футболке. Охрана? И даже она не против этого идиотизма? Усмехнулась. Сердце бешено застучало, а кровь закипела в венах. Это был не страх, нет. Адреналин начал подниматься во мне, а где-то внутри зародился смех. И я засмеялась. Меня оглушила заигравшая музыка, и тело само начало двигаться в такт ей. Народ поддерживающе загудел. Кто-то начал свистеть, кто-то хлопать. А я... А я танцевала. Танцевала не так, как в зале, на танцполе. Во мне будто роилось что-то новое, заставляя двигаться подобно недавно танцевавшим гоу-гоущицам.
   Было ли у вас ощущение дежавю? Словно это уже было когда-то. Было? Так вот и я, танцуя на сцене, и слушая восторженные вопли каких-то парней, внезапно подумала, что, возможно, в прошлой жизни я была танцовщицей. И мне это нравилось, черт возьми. Глядя на Женьку, можно было сказать, что она тоже находится в эйфории, соблазнительно двигаясь и улыбаясь.
   - Эти девушки потрясны! - воскликнул снова громогласный голос из колонок. - Поддержим их!
   Гулкий ор снова наполнил зал, почти перекрывая музыку. Волна мурашек пробежала по моему телу, словно ток. И это было настолько обалденное чувство, что, весело улыбнувшись, я полностью отдалась ему. Наверное, впервые в жизни, мне нравилось быть в центре внимания, а внимание это было бешенное. На мгновение, мне показалось, что это была не я, а другая, живущая во мне девушка, которая знала, как вести себя на сцене, как двигаться и как танцевать.
   ***
   - Да-а-а, классно тут, - протянул Данил, плюхнувшись на диванчике и вальяжно растянувшись на нем.
   - По тебе заметно, что тебе "классно", - хмыкнул сидевший напротив блондин.
   - Один раз в жизни все можно, - хихикнул Даня, потянувшись за бутылкой пива, стоявшую на столе.
   - Тебе - да, - голубые глаза Артема озорно сверкнули, когда он посмотрел на своего друга, который оставил свое трезвое состояние где-то часа два назад и сейчас вовсю веселился, попеременно сменяя танцпол на их столик, уходя на танцплощадку выпившим, а возвращаясь слегка отрезвевшим, чтобы выпить снова. Девушки вились вокруг Данила кучной стайкой, чему тот не сопротивлялся, наслаждаясь женским обществом и стараясь уделить внимание каждой. Артем же, почему-то, сам не мог понять причину того, от бурного женского внимания старался отмахиваться, но кое-кому все же удалось влиться в частичку его компании, и теперь рядом с ним восседала смазливая блондинка. Наматывая на палец прядь из своего длинного хвоста, она смотрела на Тему, не отрывая своего взгляда, в то время как сам парень потягивал спиртное из своего бокала. Он чувствовал ее взгляд, как он проходится по его телу, словно поедая и обещая взамен многое. Пальцы сжались на граненом стекле, ощущая прохладу напитка, коим был наполнен бокал. Черт, эта девица неимоверно бесила его, и ему казалось, что еще чуть-чуть, и рука его будет уже сжимать не бокал, а ее горло. Мгновение, и он расслабился. И что это с ним? Может быть это действие алкоголя? Или же наоборот - его недействие, так как блондин явно осознавал, что был трезв, в отличие от его друзей, которые веселились, наслаждаясь вечером.
   - Ты чего такой хмурый? - тонкий палец прошелся по его щеке. Повернувшись, он посмотрел на девушку, сидящую рядом. Она томно улыбнулась ему. - Расслабься.
   - О'кей, - один уголок его губ приподнялся. Протянув руку, он прихватил блондинку за подбородок и потянул на себя. Та безропотно подчинилась ему, примыкая к его губам. Он только приблизился, а она сама начала поцелуй, взяв всю инициативу на себя.
   - Вы еще сексом займитесь, - хохотнул Данил, облокачиваясь на колени и, ставя голову на сложенные руки, сделал умиленную мордочку.
   - Я подумаю над этим, - оторвавшись от девушки, Артем подмигнул Дане. Блондинка смущенно хихикнула.
   - Что? - переспросил брюнет, перекрикивая ди-джея и музыку, которая, как показалось, стала играть еще громче.
   - Я сказал, что подумаю над этим, - повторил Артем с кривой ухмылкой на губах, наклонившись ближе. Данил лишь усмехнулся, покачал бутылку в руках и поднял ее, предлагая чокнуться. Издав смешок, Тихонов стукнулся бокалом по бутылке, после чего, подняв его, сделал большой глоток. Спиртное прохладным потоком полилось в горло, освежая, а кубики льда приятно холодили губы. Взгляд его скользнул за спину Дана, на танцпол, где огромной массой толпился народ, танцуя и веселясь. Взгляд парня безразлично проходился по всем этим людям, что были видны ему, по столикам у стен, по украшениям, бару...
   - Твою мать!!! - закашлялся он, поперхнувшись. Тоненькая женская ладошка принялась похлопывать его по плечу, а напротив сидел облитый друг им, который внезапно стал темнее тучи.
   - Вы сговорились что ли?! - воскликнул он, но Артем его не слушал. Откашлявшись, он покрасневшими глазами снова посмотрел на танцпол, в надежде, что ему показалось. Но, вопреки его надеждам, увиденное оказалось явью. Для убедительности парень даже несколько раз поморгал, но видение танцующей девушки не исчезло, напротив - стало яснее, и теперь он четко мог разглядеть ее.
   Эта сопливая квакалка, ставшая его соседкой и ночным кошмаром теперь просто не по-детски отжигала на сцене. Правда, выглядела она хоть и по-другому, но Артем не мог не узнать свою помешанную на тупых мультиках соседку.
   - Это издевательство! - возмущался Данил, вытирая лицо салфеткой и сверля Артема карим взглядом, который обещал жестокую расправу, но Тихонов даже не обращал внимания на восклицания Миронова. Все его внимание было приковано к танцующей шатенке на сцене. Коротенькое платье открывало стройные ноги, слегка задираясь, и парень не сомневался, что таким темпом скоро не только ее ноги станут всеобщим достоянием.
- Ты меня вообще слушаешь? - рычал Даня, щурив глаза.
   Да пусть ее хоть пол клуба выебет, - скрипел зубами блондин, смотря на Женю, которая призывно улыбалась, соблазнительно покачивая бедрами.
   - Артем!
   "И это еще называется тихая девочка, которая живет с бабулей?! Бедная старушка"
   - Тихонов, мать твою, козел! - разозлился Данил. Внезапно схватив стакан, что стоял поблизости на столе, Миронов вылил содержимое в лицо Теме, который внезапно замер, закрыв глаза.
   - Вот ты и отомщен, - фыркнул брюнет, откидываясь на диванчике. - Придурок.
   В это время тот самый "придурок" все так же сидел не шевелясь. Открыв глаза, он снова нашел взглядом нужную ему фигуру. На губах блеснула коварная улыбка, после чего, тряхнув головой, парень, положив свой бокал на стол, встал.
   ***
   - Слушай, это было мегакруто! - воскликнула Зоя, обнимая меня за шею и притягивая к себе. - Ты где научилась так танцевать?
   Я не ответила, так как до сих пор еще была под большим впечатлением. Уткнувшись в плечо девушки, я прикрыла глаза, восстанавливая дыхание и чувствуя, как сердце бешеным ритмом отбивает чечетку. В голове все пульсировало, а стоило открыть глаза, как перед взором появлялись темнее пятна. По телу прошла дрожь.
   - Где Женя? - спросила я, наклоняясь к уху Зои, чтобы она могла меня услышать. Блондинка с усмешкой посмотрела на меня.
- Она только что смоталась с каким-то парнем. Ты бы видела их! - она цокнула, возводя глаза к потолку.
   - С парнем? - переспросила я. Меня все еще до сих пор пробивала мелкая дрожь, а в голове, помимо музыки появился еще какой-то шум.
- Ага, - закивала Зойка. - Он ее буквально содрал со сцены.
- Содрал?! - шум в голове нарастал.
   - Ага, - снова закивала девушка. - Нет, не бойся! Как я поняла, они знают друг другу, и Женька была не сильно против, - Зоя подмигнула. - Кажется, у кого-то вечер закончится намного лучше, чем у многих, - хихикнула.
   - Намного лучше... - попугаем повторяла я, не совсем разделяя Зоиного оптимизма. Хмель понемногу начала покидать мой мозг, но не полностью и, поэтому, решение освежиться быстро осенило меня. Бросив Женькину подругу, я поплелась сквозь толпу в туалет, попутно доставая телефон и набирая Женькин номер. Когда я оказалась в кабинке, то слышимость оказалось намного лучше, но, к сожалению, женский голос объявил мне о недоступности абонента.
   - Блин, - простонала, опираясь о стенку. Постояв так несколько секунд, подошла к раковине, и, ополоснув руки в ледяной воде, приложила их к щекам. Прохлада ладоней приятно остужала, но этого было мало. Повторив так еще несколько раз, я вышла с туалета и прямиком направилась к выходу. Как оказалось, на улице шел дождь или, даже можно сказать, ливень, но меня это нисколечко не огорчило, а даже наоборот - обрадовало. Выйдя из-под козырька здания, я шагнула в самый центр крыльца, останавливаясь и подставляя лицо моросящему ливню. Глубокий вздох. Выдох. Прохладные капли ударялись о мое лицо, стекая вниз по шее и попадая под одежду. Это было то, что мне нужно, а шум в голове начал пропадать. Осталась только я. Та самая я, а не та, что была там, в клубе. Проведя рукой по мгновенно взмокшим волосам, улыбнулась.
   - Вот мы и снова встретились, - раздалось где-то возле моего уха. Как ни странно, я даже не вздрогнула. Возможно оттого, что этот голос был мне знаком, а возможно эффект алкоголя не прошел еще. Медленно повернулась.
   - Возможно это знак, - на лице парня, что стоял рядом со мной, сверкнула улыбка.
   - Знак? - улыбнувшись в ответ, поинтересовалась я, смотря на Данила, и спрашивая себя: узнал ли он меня или нет?
   Узнал?
   - Да, что ты должна мне отплатить, - я даже не заметила того, насколько он встал близко. Рука его внезапно легла на мою щеку. Я молчала, всматриваясь в карие глаза, которые на данный момент казались мне совсем черными. Что-то внутри меня замерло. Именно в эту минуту. Или секунду? Не знаю, но я не могла пошевелиться, глядя, как он смотрит на меня, как приближается его лицо. Он поднял вторую руку и теперь его ладони полностью обхватывали мое лицо.
   У меня вырвался рваный выдох.
   Черт. Что это? Что со мной?!
   Я не могу пошевелиться. Я знаю это. Это было. Это было уже. Я чувствую. То, как мы стояли под дождем, и как он обнимал меня. Как смотрел. Он говорил. Говорил что-то о том, какая я красивая. И дождь, он лил так же сильно, не прекращаясь.
   Мгновение и губы Данила накрыли мои, а я чувствовала, как во мне что-то надломилось. Взорвалось. Я закрыла глаза и, сжав в кулаке его рубашку, с силой потянула на себя, чувствуя, как внутри у меня просыпается целая буря эмоций, которых я не понимала.
   Принялась яростно отвечать ему, пытаясь поймать то самое ускользающее чувство и тянясь за ним как за чем-то жизненно важным. Словно какой-то весточкой. Посланием. Я не знала, что это, но ощущения были схожи с теми, что недавно испытывала, танцуя на сцене. Это словно давно забытый сон. Что это? Дежавю?
   Вкус табака. Мятный привкус.
   Это первое, что пронеслось в моей голове, возвращая меня к реальности. Если эта сцена и проносилась когда-то в моей прошлой жизни, или же она взялась из какого-то забытого мною сна, то привкуса сигарет там точно не было. Очнувшись, словно ото сна, я, отпрянув от Данила, резко толкнула его в грудь, но тот даже не пошевелился.
   - Эй, ты чего? - вопросительно на меня уставились потемневшие карие глаза.
   Карие, карие... Почему внутри все так колотит? И это было отнюдь не желание или же просто от холода. Я не понимала, что со мной, но ощущала, как к горлу подбирался ком, а на глаза наворачиваются слезы.
   - Что-то не так? - все так же удивленно сверля меня взглядом, парень шагнул ко мне ближе. А я не могла и слова вымолвить в ответ, чувствуя, как по моим щекам пробирают дорожку не только дождевые капли. Сердце колотилось словно бешенное. Не соображая, что делаю, я, увидев, как Даня шагнул еще раз, чтобы приблизиться ко мне, замахнулась. Сжатая в кулак рука со всей моей девчачьей силой обрушилась на лицо парня, который даже не успел понять, что произошло и, не ожидав от меня внезапной атаки, рухнул на землю. Потрясенно пискнув, закрыла себе рот ладонью, глядя на ошалевшего Данила, сидячего на мокром асфальте.
   Боже, что я сделала?
   Шагнув назад, потом еще раз, повернулась к клубу и бросилась внутрь здания, желая добраться до кошелька и убраться поскорее домой.
   ***
   - А для меня отдельно станцуешь?
   Вздрогнув, Женя резко обернулась, в надежде, что ей это почудилось. Но, увы, видимо судьба решила, что пора подвести к концу ее замечательный вечер, устроив маленькую подлянку, в виде прекрасного обладателя насмешливого голоса, который сейчас стоял перед ней, нагло ухмыляясь и приподнимая светлую бровь. Светлые волосы парня были мокрыми и слегка взлохмаченными, что, как заметила Силантьева, ничуть не ухудшало его вид, даже более того, придавая ему некую сексуальность, которой у него и так было предостаточно. Женя даже не заметила, как перестала танцевать, разглядывая стоявшего перед ней молодого человека неизвестно откуда появившегося. Судя по издавшемуся смешку, реакция девушки его позабавила, и сейчас он полностью наслаждался моментом ее ступора. Женя для убедительности пару раз моргнула, дабы проверить - глюк ли это?
   - А ты какого хрена здесь оказался? - придя в себя, воскликнула Силантьева, поняв, что находящийся вместе с ней на сцене Тихонов это не плод ее фантазии.
   Внезапно на ее талию легла тяжелая рука парня и через секунду Женя была плотно прижата к его телу.
   - Ты просто слишком часто мечтаешь обо мне, - даже не смотря на громкую музыку, не услышать парня было невозможно, так как он говорил это, наклонившись к уху девушки, касаясь губами кожи. - И судьба решила исполнить парочку твоих желаний.
   - К-как тебя запустили на стойку? - заикаясь, произнесла она.
   - Для меня нет препятствий, - подмигнул ей Артем, прижимая к себе еще сильнее. На данный момент девушка внезапно осознала, что близость парня волнует ее больше, чем то, что весь народ клуба пялятся на них. - Ну, а теперь пошли, - парень направился к лестнице, потянув Женю за собой. Силантьевой хватило несколько секунд, чтобы сообразить, что Артем хочет увести ее со сцены.
- Н-никуда я с тобой не пойду! - уверено заявила она, уперевшись ногами в пол. - Я хочу танцевать! - воспользовавшись небольшой разминкой, вырвалась из цепких объятий парня, повернувшись к нему спиной. Подловив ритм музыки, начала двигаться под него, улыбнувшись и решив не обращать внимания на стоявшего позади человека. Но, по всей видимости, у этого человека было совсем другое мнение. Недолго думая, Артем, наклонившись, обхватил девушку за ноги, после чего, выпрямившись, направился к лестнице.
   - Отпусти меня, козлина! - оторопев, Женя крепко вцепилась в плечи Тихонова. - Немедленно! - эффект от ее ударов по его плечу для Артема было равносильно севшей на него мухе. Он лишь усмехнулся ее попыткам подействовать на него, и, как только сцена оказалась позади, Тихонов лишь поправил положение своей ноши, и теперь Женя уже висела на его плече головой вниз.
   - А ну, тихо! - скомандовал он, шлепнув девушку по мягкому месту. Прозвучавший моментально рык оповестил о том, что действие его Силантьевой отнюдь не понравилось, и тут же на его спину посыпался град ударов, наносимых ею.
   - Козлина, козлина, козлина! - возмущалась Евгения, хотя, скорее всего на показное, так как все же злости как таковой внутри себя не ощущала. Лишь какой-то трепет, который Женя тут же списала на свое нетрезвое состояние. Пока она поэтапно материла Тему, тот уже подходил к выходу, а холодные капли дождя, упавшие ей на спину, заставили замолчать Силантьеву. - Куда ты меня несешь? - внезапно спокойным голосом поинтересовалась она. Тихонов ничего не ответил, лишь молча шел до своей машины. Дойдя, он, открыв дверцу, поставил Силантьеву на землю.
   - Залезай, - сказал он, открыв дверцу.
- Но я хочу танцевать! - тоном капризного ребенка произнесла Женя, скрестив руки на груди.
   - Лягушонок, может, хватит уже танцев на сегодня? - вздохнул Артем. Сейчас, глядя на этого блондина, Евгения внезапно осознала, что она не хочет злиться на него, более того, их мелкие перепалки нравились ей.
   - Лягушек в болоте найдешь, ик, - язык у нее слегка заплетался, а от недавнего положения вниз головой в глазах слегка мутнело.
   - Можно сказать, одну я сейчас достал оттуда, - подняв руку вверх, Тихонов дотронулся до щеки девушки. - Маленькая пьянчушка.
   - Ты из раз-разряда больших зану-уд, - икнув еще раз, Женька рассмеялась. Тихо и натянуто. Ей не хотелось выдавать своих чувств, которые вызвало его прикосновение. Такого теплого и нежного.
   - Ага, хранитель фауны ползучей, - мягко подтолкнув, все же заставил ее сесть в машину, после чего сам забрался за руль. В его планы не входило уехать после клуба на своей машине, так как он собирался изрядно погулять, а так же и хорошенько выпить, после чего, соответственно, поехать домой на такси в компании какой-нибудь длинноногой красавицы. Но судьба решила все за него, отметя все его планы к чертям и всучив в компанию эту взбалмошную девицу-соседку. Хоть он и пил, но чувствовал себя совершенно трезвым, и, надеясь на то, что по пути ему не встретятся сотрудники правоохранительных органов, завел машину, уезжая с клуба.
Всю дорогу до их дома они ехали молча. Артем все время косился на подозрительно притихшую шатенку, но, как оказалось - зря. Она попросту уснула. Когда автомобиль затормозил у его подъезда, Тихонов еще некоторое время смотрел на спящую девушку, не решаясь разбудить ее, и, немного подумав, он, обойдя машину и открыв дверцу, взял Женю на руки.
   - Подожди еще немного, - пробубнила Силантьева, обнимая его за шею.
   Оказавшись на пороге своей квартиры, Артем немного помедлил, снимая обувь, после чего понес свою ношу в комнату, где стояла кровать.
   - Пожалуйста, - это было сказано тихо, но достаточно для того, чтобы парень услышал. Он не знал почему, но это заставило его остановиться, замерев посреди комнаты с девушкой на руках. Маленький носик уткнулся ему в шею, и он почувствовал ее учащенное дыхание. Рука Жени поднялась к его воротнику, внезапно сжав его.
   - Никита...
   Это звучало как-то скулящее. Резко замер.
   - Никита, пожалуйста...
   Тихий вздох. Еще.
   Раздражение, плавно перерастающее в злость. Вот что почувствовал парень. Что-что, а слушать влюбленные бредни этой идиотки он не собирался. Не раздумывая, что делает, он бросил Женю на кровать.
   - Располагайтесь, - фыркнул он, глядя, как от испуга резко распахнулись карие глаза. Издав какой-то звук, Силантьева резко села. Пару секунд она невидяще смотрела вокруг, после чего ее взгляд наткнулся на него.
   - Какого... Ммм... - схватилась она за голову, слегка поморщившись. - Черт, - и снова ореховые глаза уставились на парня. - А помягче нельзя было?
   - Простите, джентльмен во мне спился, - блондин шутливо поклонился.
   - Зато идиот в тебе торжествует пожизненно, - фыркнула Евгения, вставая со своего места. Пройдя мимо Артема, она шаткой походкой двинулась в прихожую.
   - И куда ты собралась? - оперевшись о стену и, глядя на спотыкающуюся Женю, спросил Тихонов.
   - Дотанове... дотанцовывывать, - с запинкой выдала Силантьева, щупая руками пол.
   - А делаешь что? - повернув голову на бок, с интересом наблюдал за шатенкой.
   - Тихо, - шикнула на него. - Туфли ищу.
   Артем не стал разочаровывать девушку, умолчав о том, что искомые ею вещи сейчас находятся в его машине. Он хранил маленькую надежду на то, что может, ползая по полу, неугомонная девица возможно-таки уснет.
   - Разбежались мои маленькие, - бурчала его соседка, шаря рукой под обувной тумбой. - Сейчас найду, и пойдем опять танцевать. Еще чуть-чуть...
   Раздраженно выдохнув, Тема оттолкнулся от стенки и, подойдя к стоявшей на четвереньках Женьке, схватил ее, подняв на ноги, после чего повернул к себе лицом.
- Слушай, давай туфли и все остальное ты найдешь завтра, а сейчас пойдем спать?
   Неизвестно, сколько времени молчала девушка, обдумывая его слова, но Артему показалось, что прошло уже полчаса, хотя, признаваясь самому себе, он подумал о том, что стоять так может и дольше.
   - Спать? - в темноте блеснула белозубая улыбка, источавшая некую коварность. - Вместе?
   - Вместе.
   - На той большой кровати?
   - На той самой.
- Под одним одеялом?
   - Можем и без него, - улыбнулся в ответ Артем.
   Маленький язычок прошелся по пухлым губам девушки, облизывая их. Этот жест молодой человек не оставил без внимания. Он даже не ожидал, как тонкая женская ручка обхватит его за воротник футболки и притянет ближе.
   - Вместе, говоришь, - хрипло проговорила Женя возле его лица. Медленно она потянулась к его уху, едва касаясь губами кожи. Короткий вздох. - Хрена лысого тебе, козлина! - внезапно завопила Евгения, заставив Артема вздрогнуть и отскочить от нее. - Во, видел! - Женя, победно улыбнувшись, подняла руку, сжатую в кулаке, выпрямив средний палец, после чего, повернулась к двери.
   - У тебя нет обуви, дура, - опомнившись, первое, что пришло в голову, сказал парень.
   - Плевать. Босиком пойду.
   - Кретинка.
   - Это заразно, чувствуешь?
   В ответ послышалось лишь приглушенное рычание, и, в мгновение ока, Женя оказалась прижатой к двери. Сейчас она смотрела в голубые глаза своего соседа, в которых плескался неприкрытый гнев, а так же что-то другое, чего она понять не могла. Он был настолько близко, что она чувствовала жар его дыхание. Тонкий аромат парфюма донесся до ее носа.
- Нет, знаешь, что чувствую? - угрожающе произнес блондин, хищно скалясь.
   - Н-нет, - карие глаза с ноткой испуга вглядывались в него, но на данный момент, именно сейчас, в нем заиграл азарт. Поиграть с девицей.
- С удовольствием покажу.
Она успела только пискнуть. Весь остальной протест был заглушен губами парня, которые впились в рот девушки. Он грубо сметал всю ее нерешительность, чувствуя, как под его напором она сдается. Руки спустились к ее ягодицам, сжимая их и чуть приподнимая Евгению над полом, таким образом заставляя обвить его талию своими ногами.
   Спустя некоторое время, оторвавшись от Силантьевой и опустив ее, Артем уткнулся головой в дверь, к которой была прижата Женя. Глубоко втянул носом воздух, вдыхая запах шампуня и еле уловимый аромат духов Жени. Они простояли так минуту, не двигаясь и ничего не говоря. Артем мысленно выругался, так как надеялся, что маленькая разминка поможет ему немного остудить свой пыл, но стройное тело, что притеснялось к нему, не давало забыть о себе, лишь маня и соблазняя на продолжение. Он ощущал слабое дыхание девчонки на своей ключице, которое сейчас, внезапно, стало учащенным. Немного отодвинувшись, Тема посмотрел на шатенку. Головой она облокачивалась о дверь, а глаза были закрыты. Со щек медленно начал сходить румянец. Часто вздымающаяся грудь замерла, а веки дрогнули и теперь он мог увидеть орехового цвета глаза.
   - Что...
   - Где туалет? - резко перебила его Силантьева. Икнув, она прикрыла рот рукой, и, оторвавшись от парня и толкнув его, кинулась опрометью мимо него.
   - Мда, - устало выдохнул Тихонов, проведя рукой по лицу. Постояв в прихожей несколько секунд и приходя в себя, он двинулся вслед за девушкой, предугадывая по звукам, что ночка будет еще та.
   ***
   Прослушав еще раз уведомление о том, что абонент недоступен, я со вздохом раздражения положила телефон на прикроватную тумбочку. Надежды на то, что Женя соизволит взять трубку, испарилась уже после тринадцатого звонка. Ладно, не маленькая уже, сама о себе позаботится. Перед тем, как убрать сотовый, успела глазами зацепиться за циферблат, который указывал на третий час ночи. Вопреки всем здравым умыслам, которые ярко трезвонили в моей голове, что завтра нужно рано вставать в университет, спать мне не хотелось. Прикрыв глаза, попыталась сосредоточиться на стоявшей в квартире тишине, которая всегда действовала на меня умиротворенно. А сейчас к этому добавлялся еще и негромкое постукивание дождевых капель по стеклам. Было похоже на то, как если бы кто-то стоял рядом и тарабанил пальцами по столу. Не ногтями, а лишь подушечками пальцев. Мягко так. Но, даже не смотря на успокаивающий ритм, в душе царило смятение. И даже смена позы не утихомирила гнетущего внутри беспокойства. Думала ли я о поцелуе с Данилом? Нет, возможно, и дальше не буду включать его во внимание, учитывая то, что сделан он был по совершенной пьяной глупости, хотя и стоит признать, что отвратительным он не был. Волновало совсем другое, и самое неприятное, что я не могла дать этому ощущению названия. Этот вечер поднял во мне какие-то скрытые в глубине эмоции, которые вырвавшиеся наружу цепкой хваткой вцепились где-то в области между лопаток. Можно ли было назвать это предчувствием к чему-то плохому или же все списать на разыгравшуюся фантазию. Возможно это состояние аффекта от незнакомой обстановки.
   - Спи, - мой тихий шепот разрушил тишину своей хрипотцой. Я приказала самой себе и, как ни странно, но это подействовало. Словно бы мой разум только и ждал слуховую команду. Чувствуя, как погружаюсь в зыбкую глубину сна, обняла свою подушку.
  

Глава восьмая

   Зябко поежившись от проникающего под одежду холода, прибавила шагу и быстро вскочила по ступенькам, словно боясь, что он последует за мной. Прорвавшись через парадные двери университета, резко остановилась. Эта была смена обстановки с мирной тишины улицы на поглощающий гул студентов, в который я погрузилась, невольно скинув наушник. И только тогда я услышала слабый голос, что окликал меня. Обернувшись, увидела, как ко мне быстрым шагом направляется Маша. На обычно бледноватом лице алел румянец, который девушка приобрела благодаря уличной прохладе.
   - Михайлина, - робко улыбнувшись, поприветствовала она меня, подойдя.
- Миша, - коротко поправила ее. - Просто Миша, - условности меня раздражали, особенно если они касались произношения моего имени.
   - Миша, - исправилась Мария, чем заслужила мое одобрение кивком. - Привет.
   - Привет.
   Дальше мы, молча, пошли на пару. Вести светские беседы, да и вообще, разговаривать не хотелось. Как и следовало ожидать, утро для меня было не из самых приятных, а посему, настроения пока что у меня не было.
   - Что-то ты какая-то не радостная, - вторгся в мои мысли голос соседки. Серые глаза с любопытством уставились на меня.
   - Нет, тебе показалось, - вышло это сквозь зубы.
   - Не выспалась, да? - словно не замечая моей оскаленности, по-доброму ухмыльнулась девчонка, сделав весьма верный вывод. - Чем же ты занималась всю ночь? - и с каких пор она стала проявлять такую активность в общении со мной?
   - Маша, - выдохнула я, чувствуя легкое раздражение. Сама не знаю, чем оно было вызвано, но разве голову с похмелья всегда поймешь и остановишь? - Пожалуйста, не трогай меня сейча...
   Договорить я не успела, так как на полуслове меня оборвал громкий звук распахнувшейся где-то сбоку двери, которая громко хлопнула о стену. Слово, как невысказанная мысль, так и застряли где-то в горле, так и не вырвавшись на свободу. Возможно, это было и к лучшему, что я не успела ляпнуть Маше что-то еще, более грубое. Стоявшую громогласную тишину, возникшую хлопком двери, теперь уже нарушил режущий звук разбитого стекла. Если же первое действие привело к тишине, то второе тут же нарушило ее, пробуждая гул голосов людей, что находились в кабинете. Мы с Машей находились как раз возле этой аудитории, и я только сейчас заметила, что мы стояли на месте.
   - Что вы себе позволяете?! - слышала я чей-то возмущенный вопль и еще несколько голосов вторили ему, сокрушаясь по поводу произошедшего. Слышались даже смешки, но все голоса сливались для меня в один поток шума. В дверном проеме были видны несколько фигур людей, которые, замерев, что-то обсуждали. Кто-то жестикулировал, кто-то просто стоял истуканом, глядя на разбитое окно, ущерб которого можно было оценить даже с моей зоны видимости.
   Внезапно у меня вырвалась усмешка. Да, если оценивать стоимость ущерба, то кому-то одной раздевалкой явно не отделаться.
   - Карминский, ваши выходки переходят все границы дозволенного! - снова возмущенный женский тон, что вопил изначально, дал о себе знать, только уже не было истеричных ноток в голосе женщины. Взглядом я прошарила каждую фигуру в кабинете, что открывалась моему взору, остановившись лишь на одной. В отличие от остальных, этот, что стоял к ней спиной, нервностью не отличался. Не было в его позе напряжения. Наоборот. Даже не видя его лица, было понятно, что человек спокоен. Руки его были засунуты в карманы, а по редко вздымающимся плечам предугадывалось спокойное и выровненное дыхание. И не смотря на стенания и возмущения преподавательницы, он даже не шелохнулся. Темный затылок так же не поворачивался.
   Так же, не шевелясь, я наблюдала за темной фигурой. Во мне взыграло любопытство, в желании узнать, что же ответит или сделает провинившийся. Отчасти и хотелось увидеть его лицо. Находясь вдали от стоявшего парня, я уже сделала выводы про себя, что он высокий, а по широким плечам, что он явно не был тощим пареньком. Темные волосы были чуть длинноваты, закрывая уши и в небольшом беспорядке, словно их хозяин постоянно проводил рукой по ним, взрыхляя густую шевелюру. Я даже не слушала, что говорит женщина, но судя по выражению лица, была она просто в бешенстве.
   - Миш, пошли, иначе мы опоздаем, - вторглась в мое сознание Мария, тронув за руку. Оторвавшись от созерцания мужской спины, посмотрела на девушку. Она тоже была заинтересована тем, что происходило в этом кабинете, но особо острого любопытства как у меня не испытывала, помня о своих обязанностях. Да и не только мы, но и теперь множество студентов, проходящие мимо, стояли возле нас и вглядывались в разыгравшуюся сцену, которая грозила закончиться либо истерикой преподавателя, либо отчислением стоявшего перед ней объекта.
   - И-иду, - пробормотала, выдыхая и все-таки двигаясь с места, следуя за Машей. Мы опоздали всего на минут пять, но и этого хватило, чтобы удостоиться нахмуренного взгляда преподавателя. Сев на свое привычное место у окна и разгрузив все необходимое, я, раскрыла тетрадь, взяв ручку в руки. На самом деле писать не собиралась, лишь сделать видимость такового, отрешенно уставившись в окошко. В отличие от меня моя соседка-крольчатница уже вовсю строчила что-то в своей тетрадке, полностью вникшись в лекцию. Протяжно вытянув воздух из легких, опустила взгляд в тетрадь, листы которой были пусты, как и мысли в моей голове. Неосознанно начала водить ручкой по листу, выводя разные узоры.
   - Красиво, - не знаю, сколько времени я вот так провела, разрисовывая листы, но услышав Машу, остановилась. Посмотрела на результат и поморщилась. Судя по тому, что пустого места на бумаге почти не осталось, то сидела я так всю пару, которая и прошла то незаметно, пока я развлекалась. - Не знала, что ты рисуешь, - продолжала соседка, чуть перегнувшись через мою руку и разглядывая мои старания.
   - Это так, в детстве увлекалась, - буркнула, закрывая тетрадку. Но все же, комплемент, который был высказан с искренностью, был мне приятен.
   - Эй, Мишель-вермишель, - внезапно провозгласилось возле моего уха. - Мне что-нибудь нарисуешь?
   Черт, все же не успела я закрыть свои рисунки до того, как этот кретин увидел.
   - Могу, фингал на роже, - кивнула ему, злобно скалясь. - Красивый и яркий, хочешь? - судя по тому, что все начали собирать свои вещи, то прозвенел звонок, который я к своей оплошности пропустила.
   - Это я и сам могу, кому угодно нарисовать, - фыркнул Антон, мысленно к которому я уже подобрала нецензурную рифму. Когда мы вышли из аудитории, я хотела было облегченно вздохнуть оттого, что этот тип отстал, но, увы, он продолжал следовать за мной. - Слышь, Мишель, а ты точно девчонка?
   - Есть сомнения? - процедила, вцепившись в свою сумку, что висела на плече.
   - Ну, дык, кто тебя знает, на парня больше похожа, - послышался хохот его и его дружков. Ну, подожди, дебилина, увидишь ты меня еще в образе девушки. - Страшненького такого, с волосами длинными. Идя рядом со мной, Маша потихоньку начинала хмуриться, в то время как я злиться.
- Ты это, - не отставало это хамло. - Может титьки покажешь?
   Сцепив руки в кулаки и тихо зарычав, остановилась и резко повернулась назад, отчего парень чуть не натолкнулся на меня, не ожидая внезапной остановки.
   - Оу, полегче, - хмынул он, поднимая руки вверх.
   - Я тебе сейчас дам...
- Ого, я ж только грудь просил показать, - противно хохотнул, оборвав на полуслове. - А ты так сразу и на, - Снова дружный хохот. Антон ржал громче всех, но смех его прервался, стоило мне схватить его за грудки.
   - Не с той связался, ущербный, - рыкнула я, приближая его лицо к своему. - Оторву кое-что и глазом не моргну. Знаешь, что такие как я делают с такими как ты, говнюк?
   - Миш, - встревожено окликнула меня Мария, но я ее не слышала.
   - И что же, маленькая жаба? - скривился Антон в усмешке.
- Едят на завтрак. Слышал о каннибализме? - обнажила зубы в оскале, понизив звук до шепота. - Думаешь, козлина, мне ничего не стоит поймать тебя и разделать на части, - еще сильнее натянула его футболку. - И не я одна такая.
   - Ненормальная, - прошипел Мельников, стараясь отцепить мои руки от своей футболки. Я была уверена, что этот парень трус, и мелькнувшее беспокойство в его глазах только утвердило меня в своей догадке. Главное красиво напугать.
   - Да, - для эффекта клацнула зубами. - Не лезь до меня.
   С этими словами разжала руки, отпуская воротник одногруппника.
   - Сучка, думаешь, напугала? - чуть погодя злобно проговорил Антон, все так же стоя на месте.
   - Еще нет, - ответила я, сжимая снова кулаки. Чувствовала, что еще немного и пойду лупить идиота-одногруппничка.
   - Миша, Виктор Алексеевич, - снова раздался шепот Маши, которая схватила меня за предплечье. Если раньше ее отклик на меня не действовал, то имя преподавателя было сродни катализатору, который переключал мое состояние из невменяемого в обычное уравновешенное. Иногда и сама поражалась таким резким перепадам своего настроения. Очевидно, не только для меня имя препода подействовало на мое успокоение. Выпрямившись, Мельников отступил от меня на пару шагов, после чего, бросив на меня злобный взгляд, пошел в другую сторону вместе с друзьями. Виктор Алексеевич прошел мимо, кивнув, в знак приветствия, и, уже когда он скрылся за углом, я отмерла, лишь громко фыркнув.
   - Гнида, - выругалась я на своего одногруппника, который определенно раздражал, поднимая во мне волну ненависти.
   - Миш, да ладно, забудь о нем, - рука на моем предплечье шевельнулась, а потом и вовсе убралась. Все еще восполненная возмущением и жаждой мести, я все же потопала за Машкой, которая медленно побрела к лестнице.
   - Говнюк! - выплюнула я.
   - Не обращай на него внимания, он может лишь говорить, - решила успокоить меня одногруппница, но во мне уже все кипело от гнева.
   - Не обращать?! Да эта скотина сам напрашивается, - взмахнула руками.
   - Я учусь с ним уже два года, и за все это время он лишь кривлялся и болтал всякую чепуху, - как-то устало протянула Мария, смотря вперед. Взгляд неожиданно ее стал каким-то сосредоточенным.
   - Думаю, мой стул это не просто болтовня, - отрезала я, глядя на брюнетку. - Этот козлина хо...
   Слова проглотились, а в глазах мелькнуло что-то черное. Стоило ли говорить, что в своем эмоциональном настроении, я шла, не замечая дороги, оттого и напоролась на кого-то, больно ударившись носом.
   - Блин, - протянула я, зажмурившись. Слава Богу, что не так сильно, а то, судя по каменности груди, в которую я врезалась, могла точно нос расшибить. - Прости, по... - сделав шаг назад, открыла глаза, глядя на объекта столкновения и слова как-то застряли в горле. Так я и замерла на месте, чувствуя, как не могу пошевелиться, не то, что говорить.
   Серые. Глаза цвета стали, смотрели на меня сверху вниз, приковывая к месту. Говорят, взглядом можно многое сказать, а этот словно проникал внутрь, скребя где-то в области позвоночника и хватая за горло. Холодные. Никогда таких глаз не видела. Разве такой цвет присущ брюнетам? Ведь обычно у них карие, зеленые, хотя и серые бывают, но такой цвет я видела впервые. Обрамленные черной каймой длинных ресниц, которые только и делали, что выделяли цвет зрачков, эти глаза с безразличием рассматривали меня.
   - Смотри куда идешь, - сказано тихо, но четко, выговаривая каждое слово. Секунда и напускное безразличие во взгляде сменилось едва уловимым презрением. Голос его был низкий, с хрипотцой подействовал на меня словно удар хлыста, заставляя шагнуть назад. Переведя взгляд от меня, он двинулся вперед, даже не останавливаясь или оборачиваясь, в то время как я, лишь выдохнув, продолжала сверлить спину уходящего.
   "Стоянка" - мелькнуло в голове. Ирония судьбы, как говориться, а ведь совсем недавно, я задавалась вопросом, каким же цветом будут глаза этого человека, но, совсем того не желая, я получила ответ. И пусть прошло уже какое-то время, но я вспомнила этого незнакомца со стоянки. Да, никогда и не предполагала, что столкнусь лицом к лицу с этим типом, но жизнь, как видимо, не предсказуема. Правда, вблизи он был совсем другой, иначе, как рассмотрела тогда под слабым светом фонаря. Хоть и пол лица его так же по-прежнему скрывала густая поросль, а волосы были в легком беспорядке, черты лица оставались неизменны, а очертания фигуры не скрывала даже свободная куртка.
   - Миша, - не знаю, в какой раз уже позвала меня Маша, но я так и стояла, глядя на удаляющегося парня. Даже от его спокойной и размеренной походки веяло чем-то... Опасным. Угрожающим. Я бы не удивилась, если бы сейчас у этого парня (или мужчины?) выросли огромные черные крылья, как у дракона, а из-под куртки выполз длинный хвост. Казалось, что вокруг него так и вьет темная энергия.
   Пронзительный звонок, сообщающий о конце перемены, обрушился на мои перепонки, заставляя оторваться от темной куртки и взглянуть на свою одногруппницу, которая нахмурено смотрела на меня.
   "Дура!", - мысленно окрестила себя за тот бред, что творился в моей голове.
   - Извини, Маш, пойдем, - отмерла я, беря девушку под локоть.
   - Ты его знаешь? - спросила она, когда мы уже сидели за партой. Не было смысла спрашивать о ком идет речь.
- Нет, - честно ответила, не беря во внимание то, что видела его только единожды и то, впечатление от встречи были не шибко приятные. До сих пор помнилось ощущение ледяного страха, когда он с кривой ухмылкой надвинулся на меня.
   - Он опасный, - словно читая мои мысли, высказалась Маша, глядя куда-то вперед поверх своих очков.
   - Не сомневаюсь, - брякнула я, беря ручку и открывая тетрадь, тем самым говоря, что разговор окончен. Не хотелось мне больше обсуждать этого брюнета. Да и вообще, вспоминать о нем не хотелось, так как до сих пор внутри все скрежетало. Сжав ручку, прикрыла на секунду глаза. Так. Глубоко вздохнула. Еще раз. Теперь расслабься, Миша. Подумаешь, что я бородатых дядек не видела?
Видела, но ни один из них не был угнетающе опасным и не пугал тебя.
   ТАК. Еще раз вздохнули. Ну, подумаешь, много ли на свете маньяков? Хорошо хоть не лысый. Хотя с лысыми уже имели дело.
   Тихо фыркнув, зарывая все мысли о маньяках и прочих глубоко, решила сосредоточиться на праве государства, о котором нам распинывался преподаватель на данный момент. Черт с ними со всеми, потом разберусь. Не будут же за мной охотиться. Усмехнулась своей мысли, покачав головой. А ведь действительно, и что с того? Навряд ли этот типан узнал меня, это было видно, учитывая то, что взглянул на меня как на мошкару.
   - Что с тобой? - серые глаза соседки удивленно взглянули на меня.
   - Ничего, - буркнула, не отрываясь от тетради, на что крольчиха только пожала плечами, склоняясь, так же как и я над своей тетрадкой. Вскоре мысли о сероглазом типе были забыты, а увлеченно продолжала дальше вырисовывать узоры на бумаге, в скором времени забив на лекцию.
  
   Наконец-то услышав долгожданные гудки, которые сменили автоматический женский голос, облегченно вздохнула. Сигнал есть, а значит уже хорошо. Сосредоточившись на звуке ритмично повторяющихся сигналов, и не заметила, как мысленно начала их отсчитывать. Раз, два, три... Десятый. Дальше был автоматический сброс. Раздраженно втянув воздух, снова набрала наизусть выученные цифры.
   - Да сплю я, что непонятного?! - это было первое, что услышала, прежде чем осознать, что абонент соизволил наконец-таки взять трубку.
   - Силантьева, ты в корень обнаглела? - говорила тихо, но твердо, без каких-либо ноток истерики, которые бы выдавали мою взволнованность.
   - Миш, я все объясню, только не сейчас, - промямлила Женя, слегка протягивая гласные.
   - Уж постарайся. Спасибо, что хоть телефон включила, хоть знаю, что ты теперь жива, но не обольщайся, это исправится, как только я до тебя доберусь.
   - Поверь, это будет для меня спасением. Ты не представляешь, какие круги ада я сейчас прохожу, - со стоном отозвалась трубка.
   Слушая Женьку, ощущала, как в душе нарастает полное умиротворение, убирая прочь беспокойства за подругу, которая не появилась сегодня в университете. Вчера, вернувшись в клуб, я ее так и не нашла, а после того, как ее видели на сцене с "каким-то красавчиком", то Жени и след простыл. Разве что только остались ее вещи, что не могло не натолкнуть на непрошенные мысли.
   - Значит, все хорошо, - сказала самой для себя.
   - Нет, все плохо, - прогундосила Силантьева. - И ты не представляешь насколько! - к концу фразы Женька воскликнула в голос, но тут же оборвала себя, едва слышно застонав. - Вот, блин.
   - Что, - усмехнулась. - Головка бо-бо?
   - Головка бах-бах и это я еще минима... Минимане, - четырхнулась. - Минимализировала, - немного помолчала. - Ми-и-иш, - проныла в трубку Женя. - Вытащи меня.
   - Откуда?
   - Не "откуда", а "из чего". Из тяжелого похмелья.
   - Нет уж, милая, сама себя из этого болота вытаскивай, а вот как вытащишь, я приеду и тебя еще носиком в него потыкаю, чтобы знала, как подруг в безызвестность ставить.
   - Да меня уже потыкали, и носиком, и лобиком, чуть ли не по пятки окунули, - проворчала Евгения. Хрипотца уже пропала в голосе, давая понять, что хозяйка уже отошла от состояния "сна". - Мне бы лучше вкусненького чего-нибудь там попить и желательно холодненького, а тебе потом и золото и полцарства.
   - Ага, и коня в придачу, - усмехнулась, глядя перед собой на свисавшую с дерева ветку, которая плавно качалась в такт порыву ветра, словно подтанцовывая ему. Медленно с нее сорвался бледно зеленый листик, который будто продолжая ее танец, озорно кружа, вырисовывая в воздухе спиральку, оседал на землю. Перед самым его приземлением резкое дуновение воздуха и листок мягко осел на зеркальную лужицу, по которой сразу же поплыли разводы, искажая голубое небо, что отражалось в ней.
   - И коня могу, - была уверена, что в этот момент Женька закивала. - Блин, - сокрушалась она. - В глазах все прыгает, в голове бардак. Выручай, Мишуля.
   - Век со мной не расплатишься.
   - Жду, - и отключилась. Все так же держа сотовый в руках, облокотилась на спинку лавочки, на которой сидела, глядя сквозь ветки деревьев в голубое небо, на котором словно плывущие пятнышки появлялись сероватые облака. Глубоко глотнув в себя воздух, расслабленно прикрыла глаза. Мне нравился витающий последождевой запах, пахло мокрым асфальтом, древесиной и еще чем-то тягучим и приятным. В детстве я готова часами была гулять под дождем, и хоть с возрастом многие привычки и поменялись, но до сих пор радуюсь дождю как маленькая, готовая в любой момент выскочить на улицу под изнуряющий ливень. В груди поселилось какое-то умиротворение и хотелось так сидеть очень долго. Даже не смотря на то, что Женька страдает в зыбучем похмелье в ожидании моей персоны, собираться и бежать к ней я не спешила. Намеренно оттягивая время, сидела в университетском парке, наслаждаясь погодой, в целях немного отомстить подруге. Домой идти вовсе не хотелось. Подставляя лицо теплому ветерку, и не обращая внимания на внешний шум, совсем не заметила какое-то шебаршащее движение возле. А когда на мои колени легко что-то тяжелое, немного опешила. Резко распахнув глаза, посмотрела вниз.
   - Здравствуй злыденька, что сидим в гордом одиночестве? - встретили взглядом меня насмешливые карие глаза. Вопрос Данила так и остался без ответа, потому как язвительные слова, которые хотели сорваться с моего языка так и погрязли в немом молчании. Пока я отстраненная от мира сего восторгалась погодой, Данил умудрился нагло примостить свою голову на моих ногах, но не это заставило меня замолчать. Мое внимание привлек небольшой фиолетовый синяк, что красовался на гладко выбритой скуле парня.
   - Это... - начала, но замолчала. Ведь знала же, откуда фингал.
   - "Это"? - темные брови парня взметнулись в вопросительном выражении. - Ну, продолжай, - кажется, он не понял, на чем заострилось мое внимание.
   - А тебе идет, - выдохнула, не зная, что сказать.
   - А-а, ты про это, - протянул он, теперь уже осознав, о чем идет речь. - Упал.
   Первое, что хотелось - рассмеяться.
   - Упал? - недоверчиво переспросила.
   - Упал, - с серьезным выражением кивнул, как будто сам в это веря. А я пораженно уставилась на брюнета. Неужели не помнит? Или просто не хочет говорить.
   - И на чью же руку ты упал? - осторожно поинтересовалась. В памяти внезапно вспыхнул наш поцелуй и, впервые за долгое время, я почувствовала, как на моих щеках появляется румянец. Слава Богу, что закрывал его толстый слой макияжа.
   - Просто упал. Без рук. Ударился, - вздохнул Данил. - Эх, Мишка, знала бы ты, как сейчас мне плохо.
   Кажется, подозреваю насколько.
- Плохо? - мой голос изучал обманную веселость.
   - Не то слово, я вчера так наху... Напился, - исправился.
   - Что, прям в полный драбадан? - хохотнула.
   - Да, именно в него, - шумно выдохнул. - Вчера весь вечер пил что-то. Вот его и помню, а что было после вечера, под ночь, как отшибло из памяти.
   - Ну, что ж ты, пьешь и не знаешь что, - язвительно улыбнулась.
   - Мишенька, это все душонка моя любопытная, вечная тяга к познаниям всего тайного. Вот видишь, я же чисто из желания быть информированным о том, что вливает в себя нынешняя молодежь и что нынче просто проегустировать.
   - И как она, дегустация?
   - Яд это, чернявая моя, яд и только, - со стоном отозвался Данил, прикрывая глаза. - Который и пьется то в определенном порядке.
   - Значит, выходные прошли плохо? - странно, даже орать на него не хотелось из-за головы его, лежащей на моих коленях, так умилительно он строил несчастную гримасу.
   - Выходные прошли отменно. Как говорится - если не помнишь, как все прошло, значит - неплохо прошло, - заявил Миронов с умным видом, отчего мне хотелось только смеяться.
   - Неплохо - это ведь не замечательно.
- Да, - согласился брюнет. - Замечательно, это когда рейтинг видео с твоей гулянкой стоит на первых рядах просмотра, но ты все равно ничего не помнишь.
   - Думаешь, замечательно, когда твой позор заснят на камеру?
   - А я за себя ручаюсь, - с улыбкой заявил Данил. - Я когда пьяный не настолько шебутной. Максимум - драка, до чего редко доходило. Так я вообще миролюбивый.
   - Дрался по пьяне?
   - Ну, как дрался, - сощурил один глаз. - Потолкались и разошлись. Это у Темыча бывает. Когда градус в крови переклинивает, то он легко может перестроиться на агрессивный настрой, выпуская на волю своего внутреннего зверя, который только и делает, что кусается.
   - А как же твой внутренний зверь?
   - А я со своим мирно сосуществую по договоренности.
   - Договоренности?
   - Ага. Если выпускаю его, то только так, чтобы не было последствий.
   - Надо же, - прикусила губу. - Ты единственный человек, который красиво смог описал обычную пьянку в трех словах - "выпустить внутреннего зверя".
   - Люблю мыслить ассоциативно. И философски.
   - Алкоголик, - фыркнула.
   - Не сравнивай, злыденька. Тут либо человек контролирует зверя, либо - зверь тебя. А у меня со своим...
   - Договоренность, - закончила за него и рассмеялась. - Поняла.
  
- Ага, - кивнул брюнет.
   - И вообще, - вспомнила. - Сваливай с моих коленей, - Чуть приподняла ноги, пошевелив ими.
   - Смилуйся, чернявая, дай еще полежать, - жалобно завыл парень.
   - Не к тому обратился, дружище, - нисколько не купилась на его сложенные домиком брови и большие карие глазенки, поблескивающие мольбой.
   - Друг ты мне или не друг?
   - Есть у тебя друг уже, а ко мне с этим словом не приставай.
   - Да я б полежал у него на коленках, да, думаю, люди неправильно подумают, да и посмей я вот так вот лечь к Теме на колени, то удариться мне придется снова. Много раз. Об эти самые коленки.
   - Ну не совсем же такой кровожадный этот твой Артем, - хохотнула, представив, как Данил вот так вот подходит к своему белобрысому другу и просит полежать на коленочках.
   - А, так ты его сегодня не видела еще, - проворчал Данил. - Он как раз с утра тем и занимался, что опровергал общественное мнение о своем золотом характере. Злой, короче. Как видишь, похмелье у всех разное, кому ласки охота, любви, дружбы, а кому-то - убивать. Так вот, если я к первой категории зачислен, то Тихонов ко второй. И в это время к нему лучше не лезть, хотя такое редко случается, - снова пожал плечами.
   - Понятно, - повернувшись, потянулась к сумке и, открыв ее, положила внутрь сотовый. - Вставай, давай. Мне идти надо.
   На очереди меня ждет еще одна жертва безудержной попойки.
   - Эх, - промешкавшись, парень все же встал. - Злая ты.
   - Если была бы злая и минуты бы не пролежал.
   - А если бы была добрая, то лежал бы дальше, - на такое заявление я только сморщила нос. - Да, да, и не морщься. Выйти тебе надо. В люди. Хоть раз оттянуться в клубе.
- Уже оттягивалась, - широко улыбнулась на такие слова, сдерживая усмешку.
   - Неправильно оттягивалась, значит, - настаивал парень и, не подозревая, насколько заблуждается в своем мнении. - Я вот уверен, что избавишься от своего хэллоуинского образа и все в лады пойдет.
   - А у меня и так все лады, - склонила голову на бок, смотря на Данила. В своем убеждении он выглядел премило.
   - А, ладно, что с тобой спорить, - махнул рукой, полностью вставая с лавочки. - Пошел я, дальше вгрызаться в камень научный.
   Попрощавшись, не спеша поплелась к остановке. И уже выходя из главных ворот, хотела свернуть, как внезапно остановилась. Мой взгляд зацепился за знакомую массивную форму черного джипа. Он меня преследует?
   Нет, но теперь мне представилась возможность увидеть его поближе, ведь ехала машина прямо на меня. Оцепенев, я стояла не двигаясь, в то время как Лексус медленно свернул на университетскую парковку. Да, спутать машину с любой другой невозможно, пусть и в нашем городе куча черных лексусов, но только один с белым выведенным узором. Обсмотрев белое крыло, подняла взгляд вверх, силясь рассмотреть водителя сквозь темное стекло. И увидела. Да, то, что там сидела девчонка, я была уверена. Черные волосы были видны даже сквозь темные окна. В своем уверении я заключилась, когда припарковавшись, дверца джипа открылась, а оттуда вышла девушка. Стройная брюнетка, лица которой не смогла увидеть со своего расстояния, но почему-то была уверена, что в университете нашем ее я не видела. Таких девушек видно издалека, и незамеченными они явно не остаются. Даже не находясь поблизости, сделала вывод, что брюнетка явно выше меня. Стройная, слегка загорелая, одетая всего лишь в короткие джинсовые шорты и майку, она плавно шагала к зданию. Даже в ее походке было что-то величественное, что-то такое, что говорило о том, что девочка явно относится к высшему кругу. Об этом и говорила дорогая машина.
   Когда хозяйка джипа скрылась из моего поля зрения, я облегченно вздохнула. Странное какое-то ощущение, а ведь даже ожидала, что водителем будет именно девушка. Не знаю почему, но почувствовала, нутром, как говориться. Засунув руки в карман, повернувшись, пошла дальше. Все так же медленно. Богатенькая брюнетка, как и ее джип, уже вылетели из головы к тому моменту, когда я села в автобус.
   ***
   Наверное, это утро она могла причислить к самому кошмарному, из которых она могла вспомнить. Хоть и начиналось все не слишком плохо, как бывало с утра после какой-либо гулянки. Вообще, Женька редко пила. Редко, но метко. С размахом. Но на этот последствия ее размаха оказались слишком нелицеприятными. А день ее начался с бежевых обоев, текстильных таких. Даже не касаясь их, она знала, что под рукой она будут приятно шершавые. Красивые такие обои, это первое, что увидела она, открыв глаза. И закрыв их снова, она бы погрузилась дальше в сладко-приятный сон, но что-то упорно не давало ей этого сделать. Что именно до нее дошло спустя несколько мгновений, длящихся, всего, секунд пять. Обои то ее были небесно голубого цвета, ее любимого. Осознав это, Женька резко распахнула глаза и села в кровати. Еще несколько секунд дались ей для того, чтобы оценить обстановку, которая была ей незнакома. В голове все гудело, но, не смотря на это, девушка встала с кровати, медленно. Прижимая к себе одеяло, как если бы оно было единственным ключиком к ответам на вопросы, что крутились у нее в голове, Силантьева короткими шагами пошла в коридор. То, что под одеялом на ней было лишь нижнее белье, она чувствовала, даже не смотря. В коридоре ее встретил уловимый запах кофе, на который противно среагировал желудок, и к горлу подступила тошнота. Прикрыв одеялом нос, глубоко вздохнула ртом, и шагнула дальше, в комнату, которая, как оказалось, была кухней. Первое, за что зацепился взгляд, это была широкая мужская спина, а после затылок с взъерошенными на нем светлыми волосами.
   - А я-то думал, когда ты проснешься, - разорвал тишину слегка скрипучий и хрипловатый баритон. Но, даже не смотря на это, парень не повернулся, а продолжал стоять у окна. - Ты присаживайся, я там и тебе кофе налил, правда, не думал, что ты будешь так долго спать, поэтому не серчай, что он остыл.
   - Я не люблю горячий, - как на автомате ответила Женя, даже не задумавшись и так же на автомате села на стул, после чего взяла чашку с кофе в руки. Напиток действительно был уже не горячий и приятно согревал ладони. Но ни это тепло, ни тот запах, на который недавно Женя так остро среагировала, не смогли вывести ее из оцепенения, в которое она впала. Взгляд ее так и остался прикован к широкой спине, а в голове словно поднялся целый буран колких, словно иголочек, воспоминаний. День рождения, выпивка, танцы, Мишка, которую она бросила, этот блондин, машина, туфли, поцелуй... Вот именно на этом воспоминание все словно и замерло, преподнося его в ярких красках и прокручивая в голове снова и снова. Она даже помнила, что ощущала тогда, когда он поцеловал ее. Да что говорить, у нее даже сейчас кожа покрылась мурашками, а где-то внутри, словно маленьким огоньком все разгорелось.
   Она уже минут десять держала этот кофе в руках, глядя куда-то сквозь него, в свое пространство, не замечая, что с ее приходом парень тоже не притронулся к своей чашке. Явно не те ощущения, что были сейчас, должна она испытывать. Ей должно быть стыдно, особенно учитывая то, что пол ночи она проторчала в обнимку с унитазом, так как тошнило, а рядом с ней был не кто иной, как Тихонов Артем, который заботливо поддерживал ей волосы и приносил воду.
   - Как я здесь оказалась? - решила нарушить она молчание, которое будто душило. Услышав ее вопрос, парень обернулся, посмотрев на нее долгим удивленным взглядом.
   - Только не говори, что ты не помнишь, - проронил он, все так же сверля ее. Он просто не мог поверить, что она не помнит.
   - Извини, но не все получается так, как того захочешь ты и да, я не помню, как очутилась в твоей квартире, - мысленно Женя гордилась собой за то, что ни разу не запнулась и не покраснела. Врать она не любила, но здесь была высокая необходимость. Да, она чувствовала себя трусихой, но боялась признать, что все помнит. Это значило бы сознаться, что так же помнит и о том поцелуе, а ведь она отвечала! И напористо так отвечала.
   - Да? - Артем склонил голову набок. - Что, совсем ничего не помнишь? И с какого же момента?
   Казалось, что весь вечер стерся из ее памяти до момента встречи с Тихоновым.
   - С шестого коктейля, - поморщилась, будто что-то вспоминая. - Или седьмого. Не важно, главное, я хочу поскорее убраться отсюда. Будь добр, скажи, где находятся мои вещи.
   - Серьезно? Хочешь? - Артем сложил руки на груди, отчего его плечи показались еще шире. Женя сделала над собой огромное усилие, чтобы не пялиться на них и не дай бог не пустить слюни.
   - Да, хочу.
   - А вчера не сильно рвалась.
Мысленно она снова поаплодировала себе, что не покраснела и прикусила кончик языка, стараясь сосредоточиться на маленькой боли, а не на том, как сильно стучит ее сердце.
   - Я не помню, что было вчера, да и ты сам должен был понять по моему невменяемому состоянию, что мыслить ясно я не могу, так что, прошу прощения за все неудобство и благодарю за гостеприимство, но мне и вправду пора, - как выученную скороговорку отчеканила Женя. Она старалась не смотреть в эти бездонно голубые глаза, дабы не раскрыть своего маленького обмана.
   - А говоришь так, словно и не удивлена, что проснулась не у себя дома, - цеплялся словами Тема.
   - Нет, удивлена, поверь мне, - поставив кружку на стол, так и не отхлебнув ни разу, встала. - Но сейчас я не в состоянии устраивать истерические разборки, у меня жутко болит голова, - в этом она не врала, так как по ощущениям было сродни того, как если бы ей в голову вплавили тонну свинца.
   - Наверное, у тебя было бы настроение получше, если бы ты проснулась не у меня в постели, а у Никиты, - бросил Тема, когда Женя уже стояла у входа на кухню спиной к нему. Хлестко так бросил, как будто грязью кидался. Девушка замерла. Она не могла поверить в услышанное. Неужели она чего-то не помнит или же...? В груди появилось неприятно щемящее чувство тревоги. Даже дышать перестала, а когда вздохнула, ноздри слегка раздулись.
   - Это не твое собачье дело, Тихонов, - выдавила она из себя. Руки ее с силой сжались, так, что она почувствовала, как короткие ноготочки впиваются в кожу. - Не лезь ко мне, понятно? Твоя показушная добродетель меня никоим образом не трогает, на других ее испытывай, а мне плевать на тебя и твое мажорское эго. Приспичило потрахаться - можешь возвращаться в клуб, многие оценят твои широкие жесты и в койку твою прыгнут с заветной радостью.
   - Когда же ты у нас засветишься заветной радостью? - угрожающе произнес голос над ухом. Силантьева чуть не вздрогнула от внезапности.
   - Ты хочешь, чтобы я светилась счаст...
   - Я про койку, лягушка, - перебил он ее, чувствуя неопределенное раздражение. - Прыгай. Хочу, чтобы ты была в моей койке.
   - Спасибо, я только что из нее выбралась, и возвращаться не хочу и, повторюсь, не все будет так, как хочешь ты, - говорила Женя тихо и медленно, но чувствовала, что вот-вот, и может сорваться. Внутри нее уже зарождалась истерика, подгоняемая шумом в голове и нарастающей пульсацией, что вызывал этот тип.
   - Ты вернешься, лягушка, вернешься, - так же тихо, в тон ей произнес Артем. - Сюда, в мою койку, но уже в трезвом состоянии и спать мы точно не будем.
- Я бы позавидовала твоему развитому фантазийному мышлению, да не в той направленности оно движется. Самовнушение никогда не вело к восприятию ситуации, - на последнем слове дрогнула, так как теплое дыхание опалило ей ухо, вызвав целый табун мурашек проходящих от шеи и вдоль позвоночника.
   - Лягушка, - тихо проговорил парень, положив руки на талию Женьки, чем вызывал бешеный стук ее сердца. Закусив губу, пыталась сдерживаться, чтобы не выдавать себя хотя бы частым дыханием, раз уж лицо он не видит. - Ты сама ведь понимаешь, что это не внушение. Физику нельзя внушить, на то она и физика, а вот это, - жарко охнул ей в ухо, а одна его рука обхватила край одеяла, которое держала Силантьева и потянула его ниже, не встречая никаких сопротивлений. Теплое касание к коже вызвали мелкую дрожь, которая сладко отозвалась в теле. - Видишь, - медленно тянул он слова. Вторая рука потянулась к плечу Жени и мягко, подушечками пальцев, провел по нему. - Угадай о чем это говорит, - его шепот пробирался сквозь затуманенное сознание Евгении.
   - О ч-чем же? - проклинала себя за запинку в этих трех словах.
   - Ты будешь в моей койке.
   Эта фраза словно подхлестнула ее, вернула к жизни и дала возможность связно мыслить. Передернув плечами, отскочила от Артема, бросившись в комнату, откуда недавно вышла. Найдя свое платье, которое не заметила изначально, быстро натянула на себя, после чего, метнулась в прихожую. Артем до сих пор находился на кухне, не выйдя следом за ней, что облегчило ей задачу. Туфлей своих она не увидела, но сейчас Женю это мало заботило. Кое-как справившись с замком, открывая его дрожащими пальцами, пулей вылетела из квартиры Артема, чуть ли не перепрыгивая через лестничные пролеты, спеша побыстрее оказаться дома и смогла отдышаться уже тогда, когда дверь ей открыла ее бабушка, пропуская девушку внутрь. Только тогда испустила длинный вздох и, скинув платье, завалилась в кровать, но даже спустя полчаса, неуютные мысли и чувства не покидали ее, только бередя душу. А ощущение того, что виновник того находится прямо за стеной, просто давило своим напором. Укрывшись с головой под одеялом, уткнулась в подушку.
   "Ненавижу, ненавижу".
   Именно с этой мыслью и уснула Женя, только не осознавая, что вся ненависть ее направлена явно не на смазливого блондина за стенкой.
   ***
   - Ну, и?
   В последующей паузе я ожидала хоть какое-то действие со стороны кучки одеяла, в которое была завернута моя любимейшая подруга, но единственное, чего добилась, так это то, что из-под края выползла тоненькая рука с распятыми пальцами.
   Раздраженно цокнув, вложила в протянутую ладошку бутылку с минералкой, которая тут же скрылась под одеялом.
   - Интересно, сегодня из этого постельного кокона что-нибудь появится? - с иронией спросила я, складывая руки на груди. В ответ мне из вороха постельного белья снова высунулась рука с бутылкой, воды в которой явно стало меньше. - Я не это имела в виду, Евгения.
   - Рано еще Евгении выползать на свет божий, - промямлил знакомый гнусавый голос, чуть приглушенный. - Евгения не готова.
   - Ну вот, всегда думаешь только о нижних гениталиях, ища на них приключений, а страдает голова, - назидательно причитала я, но в ответ послышалось только мычание. - Что, болит?
   - Твоя, смотрю, не шибко пострадала, - высунулась, наконец, Женя, представляя собой не шибко замечательную картину: размазанная тушь, ворох на голове, бывший когда-то аккуратной прической. - Если хочется почитать мне нотации, то в очередь, - глазами указала на дверь. - Нравоучений мне и так на сегодня достаточно, - язвительно проговорила Силантьева.
   - О, смотрю, кто-то сегодня встал не с той ноги, - в любопытстве вздернула одну бровь.
   - Ага, или не с той кровати, - пробубнила Женька, кутаясь в одеяле.
   - Что ты сказала?
   - Поспать, говорю, - голова подруги снова скрылась за цветастым одеялом. - Дай мне поспать, а потом, когда лучше станет, то я обдумаю все то, что ты хочешь мне сказать.
   - Эх, и что мне с тобой сделать, - возвела глаза к потолку.
   - Понять и простить, - бормотало одеяло в ответ мне. - А еще смириться.
   - А как же еще может быть, - вздохнула. - По-другому и не может.
  

Глава девятая

  
   - Я выгляжу как проститутка!
   - Нет еще, вот, подожди, губы поярче сделаю, и тогда уже будешь.
   - ЧТО?!
   - Да, шучу, я, шучу, потерпи немножечко, - закусив губу, нанесла последний штрих в макияже.
   - Ты мне так мстишь?
   - Конечно, мщу, Женечка, но не тебе, - закончив, отошла подальше, глядя на свое творение.
- И почему сразу "проститутка" то? Можно просто женщина-вамп.
   Ничего не ответив, Женя разглядывала себя в зеркало, и, поскольку было оно не во всю длину, ей пришлось отойти, чтобы осмотреть себя полностью. Высокие каблуки позволяли ей оценить свою внешность с ног до головы, хотя, и чтобы сделать оценку внешнего вида высоко забираться не надо, ибо одеяние ее начиналось чуть ниже бедра, с коротенькой юбочки бежевого цвета. Дальше шла в тон ей кофточка, которая плотно облегала фигуру девушки, и дело было вовсе не в пошиве, а в размере, который был маловат.
   - Не могла футболку побольше достать?
   - Это чтобы грудь лучше было видно, - ответила я плотоядно, подражая тону серого волка из сказки.
   - Тогда можно было и не наносить весь этот марафет, - злилась Женя. - Этого, - указала на свое декольте. С помощью паралона грудь девушки увеличилась в раз. - Вполне достаточно.
   - Нет, если уж бить, то с размахом.
   - Это же преступление!
   - Нет, это наказание, - отрезала я. - Я же не травлю его.
   - Женщина-вамп, - фыркнула Силантьева, глядя на свой яркий макияж. - Скорее женщина-бл*дь. - Мне кажется, что я до сих пор нахожусь под действием алкоголя, - выдала она. - Трезвая я бы не смогла согласиться на это.
   - У тебя не было выбора, - улыбнулась ей в отражении.
   - Чокнутая, - закатила глаза подруга.
- Не то слово, - хохотнула.
  
   ***
   Чувствуя на себе множество взглядов, Женя неуверенно потопталась на месте, не решая входить в столовую.
   - Ну, соберись, баба, и пошла, - шепотом скомандовала себе, после чего шагнула вперед. Медленно шагнула, стараясь контролировать походку, но не для того, чтобы ступать как модель, а чтобы ненароком не навернуться на этих высоких шпильках, которые мысленно уже сжигала на костре, как и юбку, которая то и делала, что задиралась вверх.
   "Раз, два, три, раз, два, три", - как считалочку повторяла Женя, вышагивая в такт и выискивая глазами Мишу. Ей повезло, народу было не так много и фигуру подруги, облаченную во все черное, она заметила сразу. Заприметив ее, Миша кивком головы указала на столик за своей спиной. За тем столиком сидели два парня, один был спиной к ней, и кто из них был нужным объектом, Силантьева пока не знала. Сжав маленькую сумочку, что находилась в руке, глубоко вздохнула, и размеренной двинулась в их сторону, сверля взглядом парней. Словно почувствовав на себе ее взгляд, парни обернулись. Жене хотелось передернуть плечами от того, как они ее просматривали, словно лапали глазами.
   Да, Миша не могла подложить своему обидчику просто кнопочку на стул. Нет, у нее запросы масштабнее. Подходя ближе, натянула на себя дежурно соблазняющую улыбку. Так, нужно было просто попроситься сесть к ним за стол и завести непринужденную беседу. И всего-то.
   Женя осталось всего два шага, но ее взгляд как назло умудрился обратиться за спину парней. И все бы ничего, если бы в поле обзора не попались голубые глаза, которые внезапно лишили ее способности двигаться, и теперь каблуки стали не средством передвижения, а явственной помехой, что способствовало к конечному пути. И даже толком не поняв, как это произошло, Женя запуталась в собственных ногах, и не удержавшись, рухнула на колени к одному из парней. Молодой человек несколько мгновений смотрел на сидящую на нем девушку, долго соображая, что произошло, а когда его голову осенило снисхождение, попытался приобнять шатенку за плечи, чтобы помочь ей подняться. В это время Евгении захотелось громко и истерично завизжать от неудачных ситуаций, в которые она влипает и от ощущения жжения во всем теле, которое вызывал взгляд Артема. Поднять глаза и посмотреть на него она не рисковала, боясь увидеть в них усмешку.
   - Ой, п-простите, - промямлила она противно слащавым голосом, который, по идее, должен быть соблазнительно сладким, как они с Мишей и репетировали. Второй парень тоже не остался в стороне, кинувшись ей на помощь, как бы ненароком обхватывая ее за талию. Это и стало последней каплей, поставившей точку ее терпению.
   - А ну, отвалить, козлины! - заверещала Силантьева, отталкивая ненужную помощь. Молодые люди как по стойке смирно выпрямились, отскочив от прелестной девушки, которая начала истерично вопить. Прорычавшись, Женя развернулась и кинулась к выходу.
   ***
   Воспользовавшись минутным отчуждением своих одногруппничков, которое вызвала моя подруга, повернулась и быстро кинула пару таблеток в чай одному из них. Сдерживая коварный смешок, снова повернулась к сидящей со мной Маше, которая недоуменно смотрела на меня.
   - Ничего страшного, - уведомила ее, приходя в исходное положение и сложив руки на столе. - Посидит денек, помучается, подумает о своем плохом поведении.
   Чувство отомщения глумилось. И типам из группы, и Женьке отомстила. Ну, молодец, Климова, молодец.
   Сероглазая все еще смотрела на меня, недоумевая, о чем вообще я говорю. А понять моего внутреннего злодея мог не каждый, и сейчас он радовался. Да, я решила проучить гада Антона, подкинув ему таблетки со слабительным и зная, что еще рано, замерла в ожидании реакции желудка моего врага на этот чудодейственный медикамент.
   - Это позорище! - воскликнула Женя, когда после столовой я пошла в женский туалет, где подруга ожидала меня.
   - Да ладно, короткая юбка еще никогда не считалась позором для девушки.
   - Да если бы только одна юбка! - воскликнула Силантьева, стоя у зеркала и смывая свой марафет. - Дело глобальнее! - в порыве эмоций всплеснула руками. - Какой-то идиот был в тот день в клубе!
   - Думаю, ты преуменьшаешь, так как идиотов было там много.
   - Они видели меня на сцене! - крик перешел ее в истеричный шепот. - Видели! И мало того - засняли!
   - Да ты теперь звезда ютуба, - хохотнула, вспоминая фразу Данила. В ответ мне раздался только рык. - Да не переживай. Зато отменно погуляли.
- Охренеть отменно! - повернулась ко мне Евгения. Гнев плескался в светлых ореховых глазах. - Причем, узнала это от параллельника! Он подошел и заявил мне, знаешь, что?!
   - Что?
   - Круто ты отжигала, в следующий раз тебя с собой брать буду, - передразнила она неизвестного мне парня. - И он сказал, что видел меня на видео!
   Я же, решив не попадаться под горячую руку, быстро попрощавшись, юркнула за дверь в коридор. Опасения того, что подруга кинется за мной, исчезли только тогда, когда я уже сидела рядом с Машкой, которая что-то строчила в своей тетради. Вытащив все свои принадлежности, выпрямилась сидя за партой, сцепив руки перед собой в ожидании чуда. А то, что оно должно произойти, я знала точно. Я специально попросила Машку занять место в самом конце, чтобы лично видеть Мельникова. Я засекала время. Время действия слабительного должно наступить минут через двадцать, которые уже прошли. С отчаянным любопытством взирала на спину одногруппника. Двадцать. Двадцать пять.
   - Простите, можно мне выйти? - взметнулась вверх рука Антона.
- Молодой человек, вам президент звонит? У нас с вами всего час в неделю, уж потерпите.
   Мария заприметив, что я сижу не шевелясь, отвлеклась от своего занятия. Наверное, что-то заподозрила, ведь глядя на мою широкую улыбку можно подумать, что я ограбила банк. Но, как и следовало ее молчаливой натуре, ничего не сказала. Вот за это и люблю свою помешанную на кроликах соседку.
   Прошло еще минут десять.
   - Простите, но мне срочно нужно! - снова потревожил стоящую тишину ненавистный мною одногруппник.
   - Молодой человек, осталось всего двадцать минут до окончания пары, наберитесь терпения.
Но, насколько мои догадки были верны, одним терпением мало обладать, чтобы в такой ситуации просидеть на месте, а судя по скованному положению Антона и его резким движениям, терпением он не отличался.
   - Так и надо тебе, гандон, - прошептала тихо. Спустя еще минут пять Антон все-таки не выдержал и сорвался с места. Его уход сопровождался моим тихим смешком. Я уже знала, куда он побежал, ведь поблизости был только один мужской туалет, с четырьмя кабинками, три из которых мы с Женькой заперли, оставив одну открытой. А я завершила мою маленькую месть, повесив изнутри на дверь одной из кабинок небольшой постер с женской грудью, подписав внизу, что теперь у него достаточно времени, чтобы полюбоваться титьками. Злобно гогоча внутри, облокотилась на руку. Знаю, это подло и грязно, но сам напросился. Да и Жене заодно немножко отомстила за свой внешний вид.
   Остаток пары так и просидела, злобно усмехаясь про себя.
  

Глава десятая

  
   Наверное, мне суждено было поплатиться за своего идиотского гения, который глумливо надсмехался вчера. А ведь с самого утра мой день предвещался стать одним не из благоприятных. День не задался, как говориться. Это я еще поняла, проснувшись от одного из очередных кошмаров, которые начали в последнее время преследовать меня чаще. Что там говорил мой гороскоп на сегодня, мелькавший электронным текстом на экране в автобусе?
   "Сегодня вас посетят неудачи, но это не повод унывать, советуем просто переждать их дома".
   Глупо понадеявшись, что все пройдет мимо, так и оставшись обычной шуткой, я пришла в университет на следующий день и не думая, что судьба наделила моего недалекого одногруппника толикой логики, с помощью которой он сопоставил все и теперь жизнь расставила наши приоритеты совсем по-другому, так как в роли глумливого надсмешчика выступал теперь он, а я - жертвы.
   Но на данный момент меня волновала не толпа удивленно смотрящих на меня студентов, а то, что по моей щеке текла капля чего-то омерзительного. Стойкий запах темной жидкости донесся до моего носа, словно щекоча. Теперь уже глухое молчание превратилось в шепотки, которые прерывались кашляющими смешками, превращаясь во всеобщий смех. В кулаке я сжимала листок с картинкой, той самой картинкой, которую приклеила к внутренней стороне двери вчера, в качестве насмешки над Антоном. Эту самую картинку он вручил мне в руки, перед тем, как вылить на меня что-то из ведра. И сейчас я чувствовала, как это "что-то" с неприятной скользкостью проникает под одежду. Черт. То, что придется выбросить эти шмотки я ни грамма не жалею, вот только мое нижнее белье было мне по нраву и это единственное, что будет жалко отправлять в мусорку.
   - Ну что, кикимора, теперь не только твой внешний вид, но и запах соответствует твоему ничтожеству.
   Вдох. Выдох. Закрыла глаза и начала считать до десяти. Услышала, как раздался звук чей-то фотокамеры.
   - Теперь, жаба болотная, будешь знать, как нарываться...
   Запах стал невыносим, поэтому стала дышать через рот, делая глубокие вздохи и наполняя грудь кислородом.
   -... Думаешь, я настолько туп, что не догадался, что это ты, уродина, все это сотворила вчера, - шипел где-то рядом голос одногруппника. По громкости звука поняла, что стоит он рядом. - Маленькая сучка...
   Если он и хотел сказать что-то еще, то я ему этого не дала, да и не хотелось слышать то, что меня уже не удивит. Покрепче сжав кулак, с размаху влепила в нос парню, затыкая на последних словах. Почему-то именно эти слова подстегнули меня к этому действию, как-то рефлекторно вышло. Антон от неожиданности даже не смог понять, в чем дело и от моей подачи рухнул на пол. И глядя на то, как он, схватившись за нос, удивленно хлопает глазками в мою сторону, я ощутила сильное желание закусить губу, но не могла, так как на лице моей до сих пор находилась темная масса, вылитая на мою голову. В груди щекотало и, постепенно, эта щекотка переходила на горло. В конце концов, не выдержав, подняла голову и расхохоталась, и, наверное, этим самым снова восстановив тишину между студентами.
   - Да ты чокнутая! - воскликнул Антон. Из-за его руки, прикрывавшей нос, его голос стал гнусавым. Подняв руку, попыталась вытереть лицо, не прекращая смеяться. В глазах першило и, кажется, начали течь слезы. - Ненормальная! - Верещал парень.
   - Ты только сейчас понял? - хохоча, спросила я, делая шаг вперед. Антон в это время уже вскочил на ноги, оставаясь на месте. Даже с большого расстояния можно было разглядеть гнев в его карих глазах, что полыхала нетушимым огнем. - Да ты просто планктон, Антошенька, - я понизила голос до шепота, чтобы слышал меня только он. - И это все, на что способен твой уровень мозговой активности?
   - Уверен, он будет побольше твоего, - рыкнул так же тихо парень.
   - Да я сожру тебя на завтрак, - приблизившись, клацнула зубами, отчего Мельников невольно отпрянул.
   - Гребанная психопатка.
   - Я просто поглощу тебя, одноклеточное...
   - Что здесь происходит?!
   Еще с первого раза я не забуду и не спутаю голос нашей исторички с чьим-либо другим. Уж очень он у Евгении Вячеславовны звонкий.
   - У нашей маленькой мымры внутренний мир наружу вывалился! - фыркнул Антошенька, все так же со злобой взирая на меня.
   - Да и ты, смотрю, вчера свой мирок не удержал! - вся обволакивающая пелена темной мути, что растекалась по моему телу, была подобна темной и могучей злости, что бурлила во мне, так же растекаясь внутри. - Аж с пар сбежал.
   - Мелкая тварь... - сквозь зубы цедил одногруппник.
   - А ну прекратите! - остановила его тираду преподавательница, встав рядом с нами. - Что здесь происходит?! - Повторилась она. По ее сморщившемуся носу было понятно, что стойкий запах, обитавший вокруг моей персоны, она уже учуяла. - Почему от вас так несет? - последовал немедленный вопрос. - Что это? - это, скорее всего, Евгения имела в виду мой внешний вид. - Что вы сделали с собой?
   - А можно остановиться на каком-то конкретном вопросе? - переведя взгляд с Антона, посмотрела на преподавательницу, которая стойко держалась, сохраняя на лице хладнокровное выражение и пытаясь не сморщиться снова от ужасной вони. Даже немножечко зауважала ее, ведь вижу же, что позеленела.
   - Конкретном, говорите, - заговорила женщина каким-то другим голосом. Судя по интонации и блеску в глазах - задумала что-то. - Хорошо. Раздевалки или спортзал?
   - Конкретнее не бывает, - буркнула. - А варианты имеются?
   - Конечно, - кивнула Вячеславовна. - Можете туалеты помыть.
   - Что?! Нет, - в ужасе расширила глаза, глянув на молчавшего одногруппника. - Он же там...
   - Только попробуй, - Антон пытался предостерегающе зарычать, но получилось только блеяния овцы.
   - Тогда будешь мыть спортзал, - объявила женщина, складывая руки на груди, а ты, - посмотрела на Антона. - Мой кабинет и заодно переставишь парты в соседнем...
   - Послушайте, а у вас что, техперсонала нет? - мотнула головой.
   - Милая, а зачем он нам? - невозмутимо ответила Евгения Вячеславовна. - Мне кажется, с такими студентами как вы, мы вполне можем не нанимать работников для уборки.
   - Но мы же ничего не делали! - теперь уже решил вмешаться Антон.
   - Вы нарушаете дисциплину. Второй раз. И если б я не подоспела вовремя, то была бы драка, - нахмурила брови. - А если бы подоспела, но не я, то было бы два исключения.
   - Ага, и грязные помещения, - пробурчала я.
   - И грязные помещения, - согласно кивнула историчка.
   - Теперь понятно, почему наш университет такой чистый, - в эмоциях всплеснула руками. - Без вас тут бы все плесенью заросло.
   - Спасибо, приятно слышать, хоть и сарказм, - улыбка на мгновение осветила лицо женщины. - Но до вас чистоту в нашем здании содержал именно техперсонал. Так что, советую принять это к сведению и не отнимать работу у людей, им тоже нужны деньги.
   - Мы не...
   - Второй этаж. После пар, Мельников, 202 кабинет, в подсобке возьмете ведро, тряпку и прочие принадлежности. И помните, с закрытым ртом работается лучше и быстрее.
   Не удержавшись, хохотнула.
   - Вас это касается тоже. Советую первоначально помыться, - тут она все-таки поморщила носик, но это лишь для того, чтобы показать мое внешнее состояние. Да, богат человек мимикой. Говорит, что посоветовала бы, а выражение лица и глаз умоляет об этом. - Думаю, вы еще помните, где находятся все необходимое.
   - Да конечно, как тут забыть.
   - Вот и замечательно, - проговорила историчка. Когда все указания были отданы, она, кинув на последок "приду, проверю" удалилась.
   Смотря на ее удаляющуюся спину, только хмыкнула и, собираясь уже повернуться, остановилась. Возле окна стоял тот самый сероглазый мужчина. Он стоял в небрежной позе, облокотившись о подоконник и засунув руки в карманы старых потертых джинс. На нем была одета широкая легкая куртка, слегка обведшая. Она скрывала фигуру, но не ширину плеч. Все та же небольшая и небрежная поросль, скрывающая пол лица и темные волосы, которые пребывали в беспорядке. Кажется, что этот тип попросту забыл о том, как ухаживать за своим внешним видом, но каковы бы не были его внешние данные, которых я не могла оценить, глаза оставались на виду. Серые и цепкие. Холодные, словно две льдинки. И если вчера он едва обратил на меня внимание, то сейчас неотрывно наблюдал за мной, и от этого стало немного не по себе, так, как во взгляде его читалось ни что иное, как презрение, ненависть и злость. И, вроде бы, он просто смотрел на меня, но в этом молчаливом взоре он будто окатывал меня грязью, что была похлеще, чем та, что вылили на меня недавно.
   Краем уха услышала, как ругнувшись, мой одногруппник пошел на пару и это вернуло меня на землю. Отвернувшись от этого странного типа, быстрым шагом сорвалась к туалету. Умываться я полностью не собиралась, но частично смыть с себя всю эту гадость нужно.
   Спустившись на кафедру физкультуры, прошла в туалет, что представлял собой маленькую комнатку, которая удобно запиралась на крючок, имея всего две кабинки. Здесь было то, что было так нужно мне - раковина и зеркало. Включив воду и капнув на руку жидкого мыла, принялась тщательно тереть лицо, после переходя и на волосы. Минут через пятнадцать, закончив процедуру, вытащила косметику и начала накладывать по-новой свой макияж на изрядно покрасневшую от моих усилий кожу. Впервые рада, что длина моих волос не та, что была раньше, и сейчас помыть их было проще. Теперь уже приведя в себя порядок, стояла и смотрела на себя в зеркало, принюхиваясь. Запах не ушел, но стал более выносимей. Так как воняла лишь одежда, то я решила потерпеть, ведь лишней футболки у меня не было. Громкий стук в дверь нарушил мое уединение, давая понять, что в здании я не одна. Выйдя в коридор, проводя и ероша волосы, чтобы быстрее высохли, не торопясь пошла на следующую пару. Смысла спешить не было, так как первое занятие я безнадежно пропустила. Дойдя до нужного кабинета, ни слова не говоря, вошла внутрь и села рядом с Машей. И не нужно было смотреть в ее глаза, чтобы увидеть, что в них светится куча вопросов, обращенных ко мне. Я уже наперед предугадывала их содержание, но разговаривать пока не хотелось. Мой одногруппник уже сидел на своем месте и, судя по его выражению лица, то чистить кабинет ему явно не улыбалось, что же до меня, то вариант подраить спортзал меня не сильно устраивал, а что больше не устраивало, так это то, что наказание для этого планктона было слишком мягким. Сцепив руки в замок, уперлась взглядом в доску, погружаясь в свои мысли и концентрируясь на витающем запахе вони, что стимулировал мой мозг работать активней в поисках идеи расправы. Оставлять это просто так я это явно не собиралась. В моей душе сейчас царил темный водоворот гнева, который грозился вырваться наружу. Я готова была взорваться и истребить всех, но стальной и холодный голос разума останавливал. Я была благодарна преподавателю за то, что он не высказал мне ни слова за мое отсутствие и не решился комментировать внешний вид. Очевидно, мой темный образ внушил всем, что эксцентризм входит в мой привычный стиль, и они решили ничему не удивляться.
   Кое-как выждав конец пар, хотя их было и не так много, попрощавшись, рванула снова вниз на уже так знакомую кафедру. Взяв в подсобке все необходимое, пошла к спортзалу, но, не дойдя, остановилась возле двери. Рука замерла на ручке, а уши улавливали хоть какой-нибудь звук из помещения. Всем своим существом я желала, чтобы там никого не было и, на этот раз, судьба, кажется, соблаговолила мне. Убедившись, что все тихо и там никого нет, вошла внутрь, с ходу скинув рюкзак и бросив его на скамейку. Звук грохота от падения сумки разнесся эхом по всему залу. Крепче сжав в кулаке ручку от небольшого ведра, что держала в руках, потопала к самому концу. Со стуком поставив ведерко на пол, так, что вода плюхнулась за края, присела на корточки рядом. В кармане был небольшой запечатанный пакетик чистящего порошка, который мне так услужливо дала женщина, что заведовала внутренним составом каморки. Разорвав уголок мягкой упаковки, посыпала немного на черные пятна на полу, которые оставались от обуви и, взяв тряпку с ведра, принялась яростно тереть. Вода была холодной, но мое чувство ярости, заполнявшее меня, не давало обращать мне внимание на такую мелочь. Прокручивая в памяти момент, когда на глазах у многих студентов мне на голову вылили помойную черную воду, я, сцепив зубы, остервенело скребла пол. И чем дольше я вспоминала выражение лица этого Антона, тем сильнее сжимала тряпку, вдавливая ее в пол. Темные отметины от резины уже давно потерялись, но я так же продолжала водить тряпкой, не замечая этого. Вообще, говорят, когда занят чем-то полезным, то отвлекаешься от дурных мыслей, в моем случае эти самые мысли просто заполняли мой разум, размножаясь, словно кролики ускорители. На мгновение, показалось, что голова моя лопнет, взорвется от потока раздумий, но нет. Лишь только гулкий стук, словно обухом по стенкам черепа. Плюнув на этику, я корячилась на четвереньках, в своих усилиях не заметив, что почистила уже больше половины зала. И поняла это тогда, в висках начало стучать. Наполнив грудь воздухом, выпрямилась, остановившись. Мало было сказать, что я была довольна собой, все-таки пол сиял чистотой, которую не каждая техничка могла бы принести. Стук начал увеличиваться и я внезапно замерла, осознав, что внезапный звучный отстук вовсе не мигрень, а стук мяча по полу. Смахнув пот со лба, все-таки решила повернуться, минуту спустя уже пожалев, что сделала это. А ведь было бы гораздо проще, если бы мыла себе дальше, не обращая внимания ни на что.
   Хотя нет, кому я вру? Проще было бы, если бы меня здесь вообще не было. Первое, что увидела, это были черные кроссовки. Наверное, сорок пятый размер, попыталась предположить я. Наверное, тяжело человеку с большим размером ног, обувь трудно подобрать. Но та, что была одета на этих ногах, была явно выбрана со вкусом и качеством. С этими же критериями были выбраны и остальные предметы одежды, по которым прошелся мой взгляд. Темно-серые штаны и черная футболка, трикотажным покровом облегавшая изрядно тренированную фигуру, давая возможность оценить широкий торс.
   Момент сожаления наступил именно тогда, когда я осмелилась взглянуть на посетителя спортзала. Да, судьба заставила меня не только отбывать три раза наказание на одной и той же кафедре, но и подкидывать мне людей, встречи с которыми не имела желание. И, если первые два случая я могла выстоять, то встретившись с взглядом серых глаз, которые уже в первый раз оставили беспокойное впечатление, я забеспокоилась. Я жалела, что рядом нет скамейки, чтобы заползти под нее и спрятаться, в опаске выжидая, что обладатель двух этих полярных льдинок уйдет. На мгновение, в моей душе закралось подозрение, что сейчас он поднимет свою ногу и попросту раздавит меня своими черными кроссовками, обрушив на меня всю мощность своего сорок пятого размера. Тело рефлекторно сжалось, готовясь сопротивляться, так как перспектива быть втоптанной в университетский пол меня не прельщала, как и встретить конец моего существования с тряпкой и ведром в руках.
   - Ты... - вместо нормального звучания у меня получился писк, походящий на мышиный. Да и чувствовала я себя никем другим, как только мышью. Маленькой черной мышью по сравнению с огромным и мощным типом, который смотрел на меня своими пристальными серыми глазищами, цвет которых поражал своей яркостью. Даже у Маши цвет глаз хоть и серый казался блеклым и бесцветным по сравнению с ним. Слова мои так и остались несказанными, так как я забыла, что хотела сказать этому человеку.
   - Ты мешаешь, - только и сказал он.
   - Я? - автоматически переспросила, словно бы ослышалась, хоть и слышала его прекрасно. Невозможно было, черт возьми, не услышать его голос посреди оглушающей тишины.
   - Ты глухая? - поинтересовался он. - Или тупая?
   - Затрудняюсь ответить, так как ни к тому, ни к другому себя не отношу, - выдала я скороговоркой, поражаясь своей смелости, так как вышло это чисто рефлекторно. Если я и была мышью, то взгляд его не выражал того страха или опасения, с каким смотрят на это животное, нет, он смотрел с той долей брезгливости, что вызывают эти звери.
   - Что ты сказала? - внезапно, выражение его глаз изменилось, и в холодной серости блеснул огонек интереса.
   - Ты глухой? Или тупой? - наверное, это будет моей предсмертной речью. Не знаю, что подвигло меня сказать это, но, очевидно, жизненная позиция всегда оставлять слово за собой дала о себе знать, включая рычажок безумства в моей голове. Именно, безумства, ведь только безумный решиться назвать этого типа тупым. И сейчас я краем глаза пыталась найти хоть какое-нибудь орудие защиты кроме тряпки и ведра. Этому субъекту ничего не стоит удавить меня одним махом и сейчас я дала ему отличный повод сделать это. И глядя на брюнета, можно было сказать, что моей смелостью он ошарашен не меньше меня самой. Не даром стоит и, молча, сверлит меня своими серыми лазерами. Мгновение, и эти глаза стали намного больше, а точнее - ближе, так как этот бородатый присел на корточки рядом со мной. В недавнем времени я так же смотрела на него, с такого же расстояния и, спустя какое-то время, оказавшись в этой ситуации, поняла, что глаза эти все так же заставляют сжиматься от страха. И не от его физического превосходства и осознанием того, что он легко может свернуть мне шею. Что-то внутри сжималось, нарушая мой духовный устой. Есть ли такая сила взгляда вообще? Определенно, у него есть, и он ей успешно пользовался.
   - Ты нарываешься, - процедил он. Внезапно, его рука обхватила мой подбородок, приподнимая вверх, и давая ему лучше рассмотреть меня.
   "Он решил оторвать мне голову", - мелькнуло у меня, но я тут же отбросила эту мысль подальше. Хотела вырваться, сказать, чтобы отпустил, но слова застряли в горле, стоило мне вновь посмотреть на него. Не знаю, что было у него в замыслах, да и вообще, о чем думал этот человек, но эмоции в глазах потрясли меня. Их было куча, не сосчитать. Радость, боль, гнев, презрение, все это с ускоренностью сменялось, делая серый цвет на несколько оттенков темнее. Никогда не придавала значению таким фразам, как "глаза меняют цвет", так как считала это невозможным, но его преображение выбило меня из колеи и напугало. Вдруг, вторая его рука метнулась в воздухе и с оглушающим грохотом она обрушилась на ведро, что было рядом. Ведро тут же отлетело на несколько метров, расплескивая содержимое по полу.
   - Отпусти меня! - интуитивно тут же схватила его за запястье и попыталась отцепить сильную руку от своего лица, что мне, к удивлению, удалось.
   - Убирайся! - рявкнул брюнет, вставая, заставляя меня вздрогнуть всем существом. В повторении я не нуждалась. Подобравшись, скользнула под его боком, и со всех сил помчавшись к двери. Как только те закрылись за мной, в спину мне раздался громящий звук сильного удара мячом о те самые двери. Ничего не замечая, опрометью бросилась из университета, на ходу сбивая идущих людей.
   Чертов университет! И что меня вообще заставило сюда податься. Ведь чувствовала, что что-то не так, но все равно поступила именно сюда, и дело вовсе не в том, что здесь учились мои подруги, нет. Именно из всех названий выбрала его, из всех описаний, не колеблясь.
   Сердце не могло перестать бить ускоренно даже тогда, когда я оказалась в своем подъезде. Вздохнуть спокойно я смогла, лишь завалившись на кровать. Мягкость полотна нежно коснулась кожи заставляя вдыхать свой знакомый запах, а не тот, что присутствовал со мной уже несколько часов. Эта мысль заставила меня вскочить с кровати и направиться в ванную. Вещи тут же были скинуты и отправлены в мусор, а я наконец-то получила долгожданный душ. Взяв губу, принялась смывать неприятный запах, щедро наливая гель. Запах постепенно сменился на приятный аромат цитрусов. Но, даже не смотря на это, в отличие от неприятного аромата, который начал смываться, беспокойство в душе моей росло, и смыть его я никак не могла. Оно пропитывалось под кожу гораздо глубже, растекаясь внутри и порождая неприятное ощущение в районе солнечного сплетения.
   После принятия душа стало намного легче. Я решила, что если это странное беспокойство нельзя убрать, то отложить самокопание свое на потом, сосредоточившись пока на другой проблеме.
   Сев за ноутбук, стала вбивать в контакте имя Антона. Полистав пару профилей, наконец, нашла его. Коварная улыбка осветила мое лицо, когда я смотрела на его значок онлайна. В социальных сетях я была нечастым гостем, поэтому и фотографий моих и не было, а друзей с трудом накапливалось до сорока человек. Поискав на компьютере парочку фотографий, на которых я была запечатлена не в совсем трезвом состоянии и не в совсем приличном одеянии, загрузила в сеть. Я всегда считала эти фото слишком откровенными, но почему-то не удаляла и теперь радовалась, так как они пригодятся мне для моего дела. Успешно справившись с обновлением своего профиля, клацнула по страничке Антона. Так. В активном поиске.
   Улыбнулась еще шире. Ну, куда может быть лучше?
   Дорогой одногруппничек не заставил себя долго ждать, быстро среагировав на назойливую гостю. Когда появилось уведомление о запросе в друзья, я захлопала в ладоши. Второй пункт выполнен. Вскоре появилось входящее сообщение, где мой враг предлагал нам познакомиться.
   - Ура, - гнусно хихикала я. Все оказалось гораздо проще, чем задумывалось, но пока это только начало. Наше общение плавно потекло по нужному руслу, в котором мы рассказывали о себе и мирно обменивались общими интересами, которые, кстати, ни в чем не совпадали. Больше часа я строчила сообщения этому одноклеточному, изрядно подустав от его грамматических ошибок и нищего склада ума, но я старалась подстраиваться под него, показывая, что я полная дура, на что этот тупица, конечно же, повелся и спустя еще полчаса он наконец-то соизволил пригласить даму, то есть меня, прогуляться.
   "Ну, можно", - печатала, скрипнув зубами, представляя, что вскоре мне предстоит терпеть этого быдло-хама намного дольше и вживую. Попрощавшись с ним, со вздохом выключила ноут.Ничего, козлина, ты еще пожалеешь, что связался со мной.
   С этой закрепляющей и мотивирующей идеей встала и подошла к зеркалу. Волосы мои были завернуты в полотенце, так что, не видя сейчас их нынешнего цвета, можно было представить их в том состоянии, в котором они были до покраски. Закусив внутреннюю сторону губы, стала рассматривать свое отражение. Меленькие прядки выбивались из-под махровой ткани и до одной я дотронулась. В своем цвете мои волосы имели рыжеватый оттенок. И даже если их перекрасить, длиннее они не станут. Тряхнув плечами, начала одеваться. Впереди еще предстоит репетиция.
   Когда я одетая уже стояла в прихожей, то внезапно донесшаяся до меня мысль заставила замереть.
   - Черт! - во всплеске эмоций топнула ногой, после чего вцепилась руками в голову. - Какая я идиотка! - только сейчас могла заметить это. Нет рюкзака! Я оставила его в спортзале. - Черт! - выругалась. Проблема от этого не исчезла, но легче стало, и теперь можно было спокойно оценить ситуацию. - Так, так, так, - приговаривала тихо, присев на невысокую тумбочку, которая часто служила у меня стулом. Другого решения, как пойти сейчас в университет, не приходило, а предположение того, что тот тип уже, скорее всего, ушел, облегчало.
   Через полчаса приехав в универ, уже спускалась на кафедру физкультуры, и чем ближе я подходила к ней, тем медленнее становились мои шаги. Мои уши прислушивались к стоящей тишине, пытаясь выудить хоть какой-то шум, говорящий о том, что помимо меня здесь находится кто-то еще, но не было не единого звука. Кафедра словно вымерла. Когда мои ноги остановили меня возле заветной двери в спортзал, моя решительность ненамного покинула меня, но это было лишь на мгновение и, воззвав к себе всю свою храбрость, вошла внутрь. К моей радости никого не было в зале, а на скамейке лежал мой рюкзак. Обрадовавшись, схватила его и чуть ли не вприпрыжку быстрым шагом унеслась с кафедры. Помедлила я только тогда, когда оказалась вне здания, а когда проходила мимо стоянки, меня заставила остановиться доносившаяся мелодия моего мобильного телефона.
   - Ты опаздываешь, - огласила меня трубка строгим Женькиным голосом, стоило только мне нажать вызов.
   - Скоро приеду, - ответила, поправляя на плече свой рюкзак.
   - Все нормально? А то обычно ты у нас Мадам Пунктуальность.
   - Все нормально, потом объясню, - только и сказала, после чего скинула трубку и хотела пойти дальше, но что-то меня остановило. Взглянув направо, поняла, что именно это было. Даже не видя этого, я остановилась возле преследуемого меня уже несколько дней черного джипа и так близко как сейчас я с ним еще не стояла. Но причиной моего странного ощущения была не сама машина, а тот, кто в ней сидел. Сейчас я точно видела сидящую за рулем девушку и была на сто процентов уверена, что она смотрела на меня. Ее тонкие черты лица внезапно показались мне знакомыми. Но свой взгляд на мне она задерживать не стала, переключившись на что-то позади меня, очевидно, потеряв интерес к моей персоне. Но спустя секунду ее лицо приобрело другое выражение и, повернувшись вбок, девушка высунула голову через открытое окно.
   - Нет! Нет, - протяжно простонал тонкий девичий голос. - Я готова терпеть себя в статусе халявного водителя, терпеть твое ворчание и, о, Боже, просто несносный характер, но пожалуйста, - личико ее слегка поморщилось, отчего в моей голове напрочно устоялась мысль, что брюнетку эту я точно уже видела. - Пощади мой взор, Дем, и меня тоже. У многих, кто видит, как я вожу тебя, думают, что я бесплатно бомжей катаю.
   - Меня это мало заботит, как ты поняла, - раздалось позади меня.
   Тысяча выкриков "Нет" завопили в моей голове, стоило мне услышать этот голос. На опознание говорившего мне далась лишь секунда.
   Черт! Черт! Черт!
   Фундаментальной статуей стояла, не двигаясь с места. Тело словно приковало к земле, а мышцы парализовало. Но я ожидала чего угодно, только не того, что этот лохматый тип пройдет мимо. Он просто обошел меня, даже не взглянув и сел в машину. И я бы подумала, что это, возможно, его брат-близнец, такой же страшный и ужасающий, но стоило взглянуть на брюнета, как становиться ясно, что никакой путаницы быть не может. Это он, только уже более в спокойной форме.
   - Зато это заботит меня, - не обращая внимания на его грубый тон, девушка продолжала возмущаться. - Я думала, ты возьмешься за разум и поймешь...
   - Мила, закрой рот, - резко перебил ее парень и тут, он все-таки посмотрел на меня. Лишь на мгновение, но и этого хватило, чтобы заставить во мне подняться волне страха. Даже сквозь темные стекла его цвет глаз был различимым и по-прежнему так же будоражил. - Езжай, - скомандовал, и машина тут же зарычала. Как только черный джип скрылся с места, выпустила воздух из легких. Двинувшись дальше, я уже точно зареклась на будущее избегать встречи с этим типом. Так будет проще и лучше.
   И безопаснее, - добавила мысленно.
  

Глава одинадцатая

  
   Так, успокойся.
   Шумно втянула носом кислороду. Пальцы чуть слышно тарабанили по поверхности стола, а глаза мои зацепились за наручные часики, которые показывали, что уже как пятнадцать минут я сижу зря. По всем законам мужской и женской типологии, опаздывать на свидание должна сейчас я, а высиживать на стуле в гордом одиночестве обязан кавалер, коим бы я никогда не назвала своего одногруппника. Прошло уже пятнадцать минут с назначенного времени и уже движется шестнадцатая, а я готова закричать от негодования. Хотя, дело и вовсе не в ожидании, по сути, я человек терпеливый, а в том, кого я ожидаю. Свидание с этим гопником само по себе каторга, и нет ничего хуже, чем ее оттягивать.
   - Что-нибудь желаете? - из мысленных истязаний меня вырвал женский голос. Безразличие в этом голосе говорило о том, что я желанию волновало хозяйку голоса в последнюю очередь. Посмотрев вверх, натолкнулась на такое же безразличие в зеленых глазах блондинки, которая смотрела не на меня, а на свой блокнот, который держала в руках и что-то там писала. Скорее всего, как я думаю, просто рисовала. Внезапно прекратив свое занятие, посмотрела на меня своими изумрудными глазами, приподняв, в вопросительном выражении, светлую бровь.
   - Стакан воды, пожалуйста, - добродушно улыбнулась ей.
   И голову этого кретина, которого я ожидаю, на блюде. В любом виде.
   - Хорошо, - кивнула девушка и тут же исчезла. Наверное, она бы сказала совсем другое, если бы умела читать мысли. Скорее всего, она вызвала бы психиатров.
   - Хорошо, - повторила я, так же кивнув, но чувствуя, нет, что нихрена не хорошо. Моя внутренняя истерика уже разгоралась и готовилась вырваться наружу. И, вопреки моим стенаниям, в дверях кафе появился гость, которого я ожидала. Поискав глазами и остановившись взглядом на мне, улыбнулся и двинулся в мою сторону.
   - Привет, - весело сказал он, плюхнувшись на соседний диванчик напротив. В это же время передо мной поставили стакан с водой, в который я вцепилась железной хваткой.
   - Привет, - выдавила сквозь зубы, сияя натянутой улыбочкой.
   - А ты в жизни красивее, - сделал он "комплемент", окинув меня оценивающим взглядом.
   Так, во-первых: главное не убить на первом свидании, а во-вторых - ограничиться всего одним свиданием.
   - Спасибо, - выдавила натянуто. - Ты тоже.
   Честно говоря, на данный момент мне моя идея нравиться перестала и только сейчас задумалась о возможных последствиях, но разве мстительную женщину способен остановить голос разума? Сомнения начали нарастать, когда ощутимый взгляд, сидевшего напротив, прошелся по лицу, затем медленно опустился на неглубокий вырез на груди. Захотелось запахнуться, чтобы скрыться от этого нахального взгляда, но я упрямо сидела, выдерживая этот осмотр и когда он закончился, начался вполне примитивный разговор на выявление общих черт, коих у нас с моим собеседником не было отнюдь. И хоть мы и повторяли недавний наш с ним чат-рум-переписку, то делали вид, словно ее и не было и нам обоим было интересно узнавать друг друга вновь. Восхищенно улыбаться и частенько хлопать глазками оказалось не так уж и легко, особенно когда ты к этому не сильно готовился, а желание придушить собеседника и вовсе убивало во мне все черты актрисы, но, поскольку Антон был совсем недальновидным парнем, то мои никудышные актерские навыки не были замечены. Вцепившись в свою сумочку, с силой вжала в нее пальцы, нащупывая твердый предмет и всей наивной сущностью надеясь, что это придаст мне уверенности. Когда нам принесли еду, заказанную Мельниковым, на миг свободно выдохнула, прикрываемая официанткой.
   - А где ты учишься? - задал мой собеседник вопрос, после того, как девушка ушла, и мы снова остались одни.
   - Я... - запнулась. - Я учусь в другом городе, приехала погостить, развлечься, - последнее добавила с обворожительной, как я верила, улыбочкой, стараясь придать иной смысл этому слову. Ответная улыбка не заставила ждать, как я и ждала, парень понял, адресованный ему, контекст моих слов, заметно повеселев.
   - Понятно, - протянул Антон, скидывая свою кофту в сторону на диван. - Ладно, Машунь, я отлучусь.
   Сначала я не поняла, к кому он обращается, а потом до меня дошло, что в интернете я поменяла свое имя в целях конспирации и теперь для парня приходилась просто Марией.
   - Я буду ждать, - слащаво проговорила, стреляя глазками. Когда этот кретин удалился, не медля, встала с места и направилась за ним, не забыв взять свою сумку. Мне повезло и мужской и женский туалет находились рядом, так что никто не заметил того, как я зашла не в то помещение. Сердце бешено стучало в висках. На размышление мне была дана минута, но ее я уже упустила, стоило одной из дверей открыться.
   - О, а ты что здесь делаешь? - удивился Антон, но, не теряя времени, резко затолкнула его обратно, не дав парню опомниться.
   - Я уже соскучилась, - томно оборонила, прижавшись к его шее и дыхнув в нее.
   - Ну, нихрена себе, - не выдержал своих эмоций мой одногруппничек, все еще остолбеневая, что было мне на руку. Обхватив ладонями его руки, подняла их вверх, усыпляя бдительность этого идиота броскими фразочками о том, как мне надоело быть одной и какой привлекательный. Мне повезло во второй раз. Мой сокурсник оказался редким тупицей. Уловив момент, когда парень прикрыл глаза, резким движением вытащила из сумки наручники, и, поднесся их к поднятым рукам, быстро надела их на его запястья, переведя перед этим цепочку через трубу. Вместе со щелчком в голове внутренний голос радостно завопил "Есть!".
   Услышав посторонний звук, Антон открыл глаза.
   - Эй, это что? - в непонимании он подергал руками.
   - Тихо, - прошептала, вытаскивая из сумки огромный скотч и ловко отрывая кусок, заклеила Мельникову рот, после чего молниеносно отскочила, дабы он не вздумал применить в ход ноги. - Вот так-то лучше, - громко выдохнула, потянувшись снова к своей сумке за телефоном. - А теперь, маленькое фото на память, скажи "cheese"! - навела на него включенную камеру. - Точно, - театрально закатила глаза, будто о чем-то вспоминая. - Ты же не можешь говорить.
   Антон, метал в мою сторону убийственные взгляды. Я, в это время, сделав несколько кадров, убрала телефон обратно.
   - До свидания, Антошка-гандошенька, - кивнула ему на прощание, послав воздушный поцелуй.Закрыла дверь кабины, после чего вышла из мужского туалета. И только когда оказалась снаружи, заметила, как все мое тело сотрясает дрожь. Несколько секунд стояла на месте, пытаясь привести себя нормальное состояние. Стоило дрожи немного уйти, направилась к выходу. Проходя мимо нашего стола, заметила висящую на спинке диванчика куртку Антона. Мысленно хмыкнув, остановилась и подошла ближе. Руки зачесались, и я потянулась к вещи. Пошарив по карманам, я чуть ли не пискнула от удачи. В одном из карманов лежало портмоне парня.
   - Ништяк, - радовалась своей удаче, доставая оттуда все деньги, что были. Это, урод, компенсация за испорченные шмотки. Когда кошелек был бессовестно обчищен, я, подозвала официантку. - Откройте, пожалуйста, бутылочку "Мартеля", - вежливо осклабила зубки. - Желательно разлить сразу. Мой молодой человек не любит ждать. Сам он скоро появится, а я немного отлучусь.
   Покинув кафе, чуть ли не бегом скрылась в соседнем дворе, добираясь до ближайшей остановки. Все это время мне мерещились окрики, и я постоянно оборачивалась, боясь, что вот-вот на горизонте появится Антон, но страхи немного поубавились, стоило мне сесть в автобус.
   - Фух, - со звуком испустила воздух из легких, не обращая внимания на других пассажиров, косившихся на меня. Дрожь все так же не проходила, и коленки немного трясло. В голову внезапно пришли картинки того, что было бы, если бы обладая смекалкой, Антон заподозрил что-то неладное и вообще, если бы он среагировал быстрее. От этих мыслей содрогнулись плечи. Страх потихоньку начал отступать и на смену ему пришло злорадство. Мои губы вытянулись в оскале, когда я представила, как Антон, выкарабкавшись из туалета, будет задержан еще надолго. В груди зарождался подлый злодейский смешок, но я его сдержала.
   Раздавшийся телефонный звонок заставил настороженно замереть, но в следующее мгновение, осознав, что Антон мне звонить никак не может, так как я попросту сказала, что телефона у меня нет, вытащила трубку.
   - Ну, и как все прошло? - нетерпеливо спросила моя подруга, стоило мне только принять вызов.
   - Все, - замолчала, глядя на помелькавшие дома за окном. - Замечательно.
   Спустя около трех часов я была уже дома, где меня встретила абсолютная тишина. Обычно мне нравилось находиться одной, но почему-то именно сегодня эта тишина казалась какой-то звенящей, а пустота словно сдавливала. Усталость после сегодняшней репетиции накатила внезапной волной, подавляя желание хоть что-то сделать, хотя было удивительным, ведь особого напряга не было. Возможно, это было последствие сегодняшнего дня, точнее эмоций, которых я сегодня испытывала. Азарт со смесью страха. Все сейчас это отошло и, как бы ни было это странно, но страха перед завтрашним днем я не испытывала. Я не боялась своего одногруппника и того, что он может выдумать мне в отместку, наоборот - во мне разгорался игрок, который подталкивал меня к высшим безумствам. Словно что-то разгоралось внутри воспламеняя мои внутренние воспоминания. Еще года три назад, мы с Женькой могли пойти хоть на край света и сделать что угодно ради удовольствия.
   Но все поменялось...
   Тихий вздох раздался в глубинном затишье. Я изменилась. Почему же все так вышло? Этот вопрос могу задавать себе бесконечно, но ответ получить удаться навряд ли. Решив не вдаваться в глупые мысли, я бездельно шарилась по просторам интернета, проведя так весь вечер, в ожидании следующего дня. Липповый аккаунт удалила сразу.
   Когда же этот день настал, то легкое напряжение возникло где-то в уровне легких, утяжеляясь по мере моего приближения в университет. Кивнув сидевшей на своем месте Маше, примостилась рядом. Расположив все вещи на столе, сложила руки и в позе прилежной ученицы, принялась ожидать своего злого одногруппничка. То, что он будет злым, я могла сказать будучи уверенной в этом на все сто процентов. Мой взгляд все время упирался в деревянную дверь, встречая опоздавших сокурсников, но Антона все еще не было.
   - Как странно, - бормотала, чем вызвала удивленный взгляд Марии. Концентрируясь на входе в аудиторию, я так и просидела всю пару, глядя в проход, но Мельников, очевидно, решил сегодня не появляться. Когда же он не появился и на следующем занятии, ну, а после и на третьем, в своих догадках я утвердилась, что получился небольшую отсрочку своих мучений, когда Антон узнает в моем лице названную Машу.
   - Смотри, что я тебе принес! - Внезапно веселый голос Данила разнесся у меня над головой. Только то, что в последнее время я привыкла к внезапным появлением этого человека возле меня, не дало мне подавиться едой. Занятия уже закончились, но я потащила Машу в столовую, так как знала, что папа сегодня не готовил и в холодильнике у нас пусто, а делать что-то самой было не охота.
   - Что тебе? - грубо отозвалась, не глядя на Даню. Перед моим носом высунулась широкая мужская ладонь с каким-то маленьким блестящим предметом.
   - Это подарок, - широко улыбнулся парень, протягивая мне руку, на которую я с подозрением уставилась. - Ну, бери, это не взрывоопасно, - нетерпеливо выдал он, спустя минуту все так же держа руку, так как брать в руки то, что лежало в ней, я не собиралась.
   - А с какой радости ты мне подарочек решил сделать? - все с тем же подозрением интересовалась я, глядя на тонкий длинный серебристый предмет и так же боясь его брать.
   - А я может от души.
   - Твоя душа мне ничего не должна.
   - Да возьмешь ты его наконец-то?! - не вытерпел Миронов и, чтобы дальше не тратить его нервы, послушно взяла маленький предмет с его ладони.
   - Что это? - покрутила маленький предмет в руках.
   - Открой, - весело сказал Даня. Последовав его словам, потянула концы серебристого подарка в разные стороны.
   - Помада?! - первые несколько секунд я даже не знала, как реагировать на этот его дар.
   - Ага, - кивнул Миронов.
- И нахрен она мне? - прямо поинтересовалась я.
   - Какая ты грубоязычная, - фыркнул парень. - На губы, злыдня, на губы.
   - Я в курсе для чего нужна помада, - перевела злой взгляд на Данила.
   - Ну и хорошо.
   - Зачем ты мне ее дал?
- Чтобы ты научилась быть девушкой и нормально краситься.
   Прошло несколько секунд молчания.
   - Ты сдурел?!
   - Нет, а что, - пожал плечами брюнет. - Ты посмотри на себя, страшненькая ведь...
   - Я тебя прямо сейчас поколочу.
   -... а научишься использовать косметику нормальную, так и отбоя не будет.
   - На данный момент, единственное, что мне хочется сделать этой помадой, так это нарисовать ею жирную точку у тебя на лбу и нанять киллера.
   Уловив в моем голосе угрожающие нотки, мой-якобы-друг чуть отодвинулся от меня, выставив руки вперед, словно защищаясь.
   - Так я же лучше хочу сделать, а то складывается такое ощущение, что ты каждое утро губами мазуту целуешь.
   - Это помада! - слишком громко выкрикнула я, привлекая тем самым образом внимание многих студентов, что сидели в столовой.
- Это не помада, это гадость!
   - Да какого, - запнулась от возмущения. Не пытаясь совладать с гневом, взяла первое, что попалось под руку, а это был стакан с соком, и выплеснула содержимое парню в лицо. После завершения содеянного, внезапно весь мой запал гнева потух, и, теперь, я смотрела на мокрого и липкого Данила. Глаза его были закрыты, а угрюмый вид говорил о приближающейся опасности. Он не говорил ни слова и не выдал ни одной эмоции в последующие несколько секунд. Я услышала, как рядом охнула Маша. Да что там, охнула вся столовая, разом переключив внимание на нашу парочку.
   - Ой, - вяло отозвалась я, глядя на желтые капли, которые стекали по подбородку Данила, капая ему на одежду, которая и так уже была пропитана апельсиновым соком.
   - Хорошо, хоть томатный не заказала, - подумала и по изменившемуся выражению лица парня, поняла, что ляпнула это вслух. Карие глаза ярко вспыхнули гневом, на смену которому тут же пришло что-то другое, но что именно, понять не смогла, так как тотчас же была поднята со стула. - Стой-стой-стой! - заверещала я, почувствовав животом его твердое плечо, так как была взвалена на него словно мешок с картошкой. - Давай решим это мирно!
   Но в ответ мне было молчание, нарушаемое лишь тихим фырканьем, которое было вызвано, видимо, пролитой на него жидкостью.
   - Данил, - позвала парня, который словно не слышал меня, а точнее, делал вид. - Данил! - еще громче повторила я, сопровождая свой окрик ударом кулака по спине, но я тщетно пыталась поверить, что это возымеет хоть какой-то эффект. - Куда ты меня тащишь?! Отпусти немедленно!
   - Отмывать всю твою грязь с лица, - наконец результат был достигнут и стенка отчуждения, сквозь которой я пробилась, была убрана.
   - У меня нет никакой грязи! Отстань! - завопила, начиная догадываться, куда именно этот психопат несет меня. В следующее мгновение, словно подтверждая мои догадки, я увидела над своей головой, а точнее, как под ногами Данила земля сменилась водой, которую я почувствовала, как на меня обрушился поток воды, огорошив своим холодным напором.
   - Получай! - услышала я злобную усмешку, сквозь шума, который затопил мои уши и собственного визга. Ноги мои почувствовали твердую опору, а тело стало легким. Теперь я стояла, погруженная по колено в воду, которая теперь была везде, повсюду. Она лилась сверху мне на голову, проникая жестким ливнем под одежду, отчего та мгновенно намокла.
   - Ты! - Выдохнула, часто дыша. Мне хотелось выкрикнуть еще много ругательств, но желание задушить этого кретина было огромнее и намного приемлемее сейчас. Стоя напротив, этот идиот улыбался во весь рот, так же намокая под обильными струями фонтана. Да, фонтана! Этот полоумный брюнет затащил меня в университетский фонтан! - Я тебя убью! - крикнула я, надвигаясь на парня и сжимая сильнее кулаки. Поскольку намерения мои были более чем агрессивные, и я явно была преисполнена совершить свою угрозу, Данил шагнул назад, стараясь быть дальше от меня. - Сукин сын! - все во мне клокотало от вездесущего гнева и казалось, что вся вода сейчас в этом гребанном фонтане начнет испаряться от высокого градуса, что бурлил у меня по венам, поджигаемый яростью.
   - Ну, хоть помылись, - весело отозвалась моя жертва, косясь назад, в то время как я наступала на него, как удав на кролика. Однако кроликом себя Даня явно не чувствовал. У кроликов в глазах страх блестит, а не веселый азарт. Но этот огонек я потушу. Глубже вжав ногти в ладони, резко поддалась вперед.
Но что-то пошло не так...
   Внезапно нога моя заскользила, и вспышка боли оглушила меня, вызвав яркие искорки в глазах, которые появились, словно ослепляя и затуманивая взор. Слабо вскрикнув, поддалась вперед, но идти у меня не получилось и я начала падать, отчаянно хватаясь за воздух. Поблизости не было ни одного предмета, о который я могла бы ухватиться. Лишь маленький серебристый предмет в руке. Еще мгновение, и меня с головой поглотила вода. Это был словно прыжок в другую вселенную, которая оглушила меня. Резко закончился воздух, а горло будто кто-то пережал. Снова еще одна вспышка, но это были другие огоньки. В груди застрял крик, крутым комком забившийся внутри. Паника накрыла меня, врываясь внутрь, разливаясь по всем внутренностям. Мне хотелось кричать, вопить, но я не могла. Очередная вспышка ослепила меня, вызывая новую волну боли.
   Нет! Не бросай меня! Ты не должен утонуть!
   Я словно издалека услышала, как разрывается женский голос, полный страха и отчаяния. Снова вспышка огней.
   Пожалуйста, ты не можешь так! Я не умею плавать!
   Сильные руки подхватили меня. Резкий глоток воздуха и яркий свет ослепил мои глаза.
   -Миша, ты в порядке?
   - Нет! - крик, что рвался наружу, наконец, прорвался, а тело пробил озноб.
   Нет! Нет! Не покидай меня!
   Снова этот крик, но несколько секунд требовались мне, чтобы понять, что все, кто был рядом, молчал.
   - Нет! - всхлипнула. - Нет! - заметила, что меня давно уже вытащили из фонтана, и теперь я сидела на лавочке, а вода, что до сих пор текла по моему лицу - слезы. В голове снова и снова прокручивался этот женский окрик, который я узнавала и то, что я испытала сейчас, невозможно было описать.
   - Миша, - услышав расплывчато окрик, посмотрела на Данила. Карие глаза были наполнены тревогой, которая в любой другой момент успокаивающе подействовала бы на меня, но не сейчас. - Что, черт подери, произошло? - задал он свой вопрос, внимательно глядя на меня.
- Домой. Я хочу домой, - я слышала, как стучат мои зубы, да что там, это слышал наверно каждый, кто стоит в радиусе ста метров. Меня потряхивало.
   - Может тебе в больницу?
   - Нет! - это было сказано слишком яростно.
   - Хорошо, - меня заботливо укутали во что-то теплое, как я поняла позже, это была кофта Миронова. Ощущение того, как меня поднимают на руки, а после садят в машину, не добавило мне спокойствия. Сквозь туман забытья был слышен рев мотора, но все это оставалось для меня в наружном мире, в то время пока я прибывала в своем собственном внутреннем.
   Не покидай меня!
   Это был мой голос. Это было похоже на то, как если бы я находилась рядом с самой собой и слышала, как разрываюсь в собственном крике. Закрыв глаза, попыталась восстановить в памяти тот образ, что вспыхивал в моем мозгу.
   - Мы приехали, - проговорил Данил, мягко выводя меня из своего состояния. - Миша, - он сделал паузу, заставляя меня посмотреть на него. - Миш, - снова повторил он, когда наши взгляды встретились. - Прости меня, я перегнул палку.
   - Нет, - тихо проговорила, ощущая, как нелегко дается мне каждый вздох и выдох. - Нет.
   - Да, - перебил парень, крепко вцепляясь в руль. - Я не должен был. Черт, прости, не думал, что так будет! - ругнувшись, он ударил по рулю и от этого действия, по моему телу ощутимо проскользнул холодок. Для меня это было как замедленный кадр, который я когда-то уже видела.
   - Данил, - хрипло выдавила я. - Это не твоя вина, я много раз купалась в фонтане, - это было ложь, но ему этого знать совсем не обязательно. Видеть то, как он мучился в самоунижении, было отчего-то неприятно. - Дело не в этом...
- Тогда в чем дело? - он повысил голос. - Да я перепугался за тебя до такой степени, что чуть не поседел! В чем же дело? - он требовал ответа, но встретил лишь мое молчание. Я не могла дать ему ответа, так как сама еще толком не понимала причину своего поведения и внутреннего состояния на данный момент.
   - Твою мать, - снова посыпались ругательства.
   - Грубоязычный, - попробовала улыбнуться.
   - Не смешно! - рявкнул. Он хотел сказать что-то еще, но промолчал. Может быть, это было и к лучшему. Внезапно его рука потянулась к моему подбородку, мягко обхватив его пальцами. Такими теплыми. - Я, правда, испугался, - брови его были нахмурены, и между ними пролегла глубокая складочка. Странное умиротворение возникло в моей душе. В карих глазах все так же светилась тревога, но помимо нее в них залегла нежность, которая как будто убаюкивала.
   "Он хороший", - пронеслось в моей голове, и я вдруг вспомнила, как целовалась с ним. Странно, но смущения от этого не испытывала.
   - Я пойду.
   - Хорошо, - согласился Миронов, отпуская меня и переключая свой взгляд на дорогу.
   - Спасибо, - только и сказала, прежде чем выйти из машины. Неторопливо поплелась к своему подъезду и даже не оглядываясь, знала, что Данил смотрит на меня. Он отъехал только тогда, когда железные двери закрылись за мной. Не помню, как добралась до своего этажа, и пробралась внутрь квартиры. Из моей памяти полностью стерлось воспоминание о том, как я переодевалась, а после умывалась. Лежа в своей кровати, попыталась вспомнить, как я все это делала, но была лишь пустота. Памятная дыра. Закрывая глаза, приложила все усилия, чтобы подумать о том, что так настраивало меня на хороший лад, даже это не помогло. Даже воспоминания о матери не принесли мне должного покоя. С раздраженностью, я достала свой телефон, и, включив музыку, вставила наушники в уши. Мягкие звуки полились в уши, заполняя всю пустоту, что тягостно ощущалась в квартире.

Nobody sees, nobody knows,

We are a secret can't be exposed.**

   Накрывшись одеялом, прижала его к себе с силой, словно оно помогло бы мне избавиться от наплывших эмоций. Эмоций, которые затопили меня, как та самая вода. Но дело было вовсе не в ней и не в том, что я подвернула ногу, которая слегка ныла сейчас. Я даже не ощущала боли до этого момента. Нет, черт возьми. В голове всплыли крики, которые я слышала. Свои собственные. Зажмурив в глаза, снова сделала попытку вникнуть в проклятые вспышки. Вода, вода. Даже пытаясь вспомнить все то, что было, меня снова заполнили те же ощущения, что я испытывала, когда нырнула в том фонтане. Конечно, эффект не тот, но кожа покрылась мурашками, а по телу пробежалась дрожь.
Ну, же! Ну!
И только сейчас меня осенило. Я звала кого-то. Искала.
   Нет! Не бросай меня! Ты не должен утонуть!
   Возможно, этот эпизод был отрывком какого-либо из моих снов, которых я не помню. И вся эта паника. Только тот, кого я искала, явно был мне не знаком.
   Музыка продолжала играть, убаюкивая меня, и вскоре я начала проваливаться в глубокий сон. Постель стала слишком мягкой, а я ууже расслабленной. Меня окутывало в какой-то омут.
   Снова вода, - промелькнуло в сонном мозгу. - Снова тону. Но, почему-то, внезапно решила смириться и пусть что будет. Ведь это всего лишь сон. Но в этом сне мне не хотелось кричать или кого-то звать. С блаженной улыбкой, погружалась в этот туман, который он не был холодным, не даже прохладным. А последнее, что увидела, прежде чем полностью забыться, это был чей-то подбородок. Лица увидеть не смогла, оно было сильно расплывчато, но за что я зацепилась взглядом, так это за ямочки, что блеснули на щеках.
   Кто-то улыбался мне.

Глава двенадцатая

   - Свали с дороги! - услышав грубоватый бас своего одногруппника, напряглась. Поднять глаза и посмотреть на него не решилась, подумав, что будет лучше, если я тихо отсижу в сторонке, не напоминая о себе. Он как раз проходил мимо, когда я, наклонив лицо вниз, уставилась в свою тетрадь, моля, чтобы осталась незамеченной. Дальше последовал шум, из которого следовало, что Антон сел позади меня. Громко хлопнула по столу его папка. Звук шлепка заставил меня вздрогнуть от неожиданности.
   Он не узнал, - подумала с облегчением, но радоваться было поздно.
   - Сдвинься, кикимора, мне доску не видно, - нужно быть идиотом, чтобы не догадаться, что это обращение было ко мне. Я застыла, так же, как и моя соседка. Сейчас во мне боролись две личности, одна, которая требовала ответить подонку, а вторая же просила благоразумно промолчать и отодвинуться. Они буквально били морды друг другу, пока я сидела в нерешительности. - Оглохла? - пробасил Мельников.
   - Нет, - сквозь зубы отозвалась я, решая следовать доводам разума, и слегка пододвинулась к краю.
   - Вот так-то, - одобрил он, но, правда, не услышал, как скрипят мои челюсти. Зато услышала сидевшая рядом крольчатница, с подозрением покосившись на меня.
   - Надо же, собачка выучила команды, - послышался сладко-едкий голосок с первого ряда, обладательницей которого была Степанова. Вторая из моих "любимых одногруппников".
   - Закрой рот, кобыла, - сказала я, не глядя на нее. Маша только тихо усмехнулась.
   - Что ты сказала, кикимора? - завопила блондинка, встав с места.
   - Глухая? - посмотрела на девушку. - Нет, скорее всего, тупая. У самой-то мозгов хватит придумать что-нибудь новое? - не к месту мне вспомнился недавний диалог с тем жутковатым типом.
   - Крутяк, бабская заварушка, - подал голос Антон.
   - Ах ты, коза! - возмущенная особа начала приближаться ко мне с явно угрожающими кулаками и ругательствами. Степанова шагала постепенно, словно давая мне шанс взять свои слова обратно, чего я делать, собственно говоря, не собиралась. - А ну, повтори! - ядовито потребовала она. Закатив глаза, я собиралась уже съязвить ей по поводу ее тугодумия, но меня прервал громкий звонок, пронзительно оповестивший о начале пары. Поднявшееся между нами с Кариной напряжение стало резко снижаться после того, как дверь громко хлопнула, впуская в аудиторию нашего преподавателя. Одногруппница села на место, все еще бросая на меня злобные взгляды, полные презрения. И вроде бы опасность миновала, но какой-то слабый сигнал в голове завопил неприятным визгом, вызывая нехорошее предчувствие. Что-то слишком много врагов для одной меня и это всего на второй неделе учебы. А что будет на последнем курсе? Доживу ли я таким темпом до него?
   Явно нет, - с обречением подумала я, глянув на Степанову, физиономия которой обещала мне вечность страданий и мук. И если по отношению к своим одногруппникам я испытывала лишь волнение, то с тем ужасным типом оно усиливалось десятикратно. Один его внешний вид внушал грозящую опасность, и дело было вовсе не в широких плечах и силе, которую заключала вся его фигура, хотя и это играло немаловажную роль. Доводилось мне видеть парней и понакачанней. Он был чуть выше Данила и так же чуть шире в плечах. Нет, этому парню достаточно посмотреть в глаза, чтобы понять, что дела с ним иметь последственно опасно.
   Стрелка часов сегодня двигалась как никогда медленно, несмотря на то, что пар у нас сегодня было всего три. Радовало, что все три были у одного и того же преподавателя, который, словно предчувствовал ситуацию, все время оставался в аудитории не покидая ее на протяжении всех трех занятий. Даже Маша отлучалась куда-то по своим делам, смотря своими серыми понимающими глазищами на то, как я, как послушная школьница, сложив ручки на парте, сижу, не вставая с места. Когда, наконец, прозвенел последний звонок, я со всей своей прыткостью сорвалась с места, силясь удрать с университета как можно быстрее, хоть и получалось у меня это плохо. Моя нога все еще болела после того случая на фонтане, но идти куда-либо я не желала, уповая на то, что пройдет само. И сейчас злилась на саму себя, на то, что была похожа на подбитую удирающую собаку.
   - Моя злыденька! - не успела я опомниться, как оказалась прижата к чей-то мужской груди. Пару секунд мне далось на то, чтобы опознать обнимающего.
   - Данил, отпусти меня, - прогундосила в кофту приятно пахнущую парфюмом.
   - Ты ж моя родненькая, я так виноват, - принялся приговаривать он, отодвинув меня от себя и начав внимательно рассматривать. - Прости меня за то, что вчера чуть не утопил тебя в фонтане.
   - Чего? - оторопела.
   - На, вот это тебе, - перед носом у меня оказалась сунута шоколадка. - Теперь пожизненно буду тебя ими кормить.
   - Мне интересно, в каком виде будут представлены твои раскаяния, если ты убьешь кого-нибудь, - ворчала, беря в руки шоколад. - Сомневаюсь, что ты окупишься одними конфетами.
   - Ну, да, - задумчиво проговорил брюнет. - Думаю, это будут еще и цветы.
   - Отличная тактика, - решив не останавливаться, поковыляла дальше, но темп немного убавила.
   - Замечательная, - поддакнул Даня, идя вслед за мной. - Почему ты хромаешь? - заметил он тогда, когда мы вышли.
   - Потому что нога болит.
   - А почему она болит?
   - Потому что упала.
   - Почему упала?
   - Потому что один мой знакомый - кретин! - не выдержала. - Почемучка, блин, - хотела топнуть ногой, но простой понятной причине не смогла этого сделать, поэтому просто развела в сторону руки. Данил внимательно посмотрел на меня, слегка нахмурив брови, словно о чем-то задумавшись.
   - Знаешь, - сказал он. - Я вот думаю, что если бы твой знакомый услышал это, он бы оскорбился.
   Это было сказано таким невозмутимым тоном, что я на несколько секунд опешила, глядя на парня, который невозмутимо так же смотрел на меня. Весь его вид говорил о его непричастности к делу и невиновности. Почувствовала, как помимо воли мои губы растягиваются в улыбке, а из груди рвется смешок.
   - Но, - продолжал Данил. - Поскольку я не тот твой знакомый, ну, который кретин, а хороший друг, то отвезу тебя.
   - Ну, отвези, - чувствовала, как мое настроение незаметно переметнулось от отметки "плохо" к "приемлемо". Этот парень имел поразительную способность влиять на мое состояние. Открыв дверцу своей машины, он галантно, словно средневековый джентльмен, поклонился мне, приложив руку к сердцу, чем снова вызвал у меня смешок.
   - Прошу, мадам, - изрек он, после чего закрыл дверь и сам сел за руль. Машина тронулась, а я открыла окошко со своей стороны, наслаждаясь теплым ветерком, что обдувал мое лицо, играя с моими волосами, запутывая их, на что мне было все равно, на данный момент. Всю дорогу Данил молчал, за что я была ему благодарна, потому как мне хотелось просто наслаждаться поездкой. Глаза мои были прикрыты, а губы растянуты в полуулыбке. Почему-то внезапно в голову пришла мысль, что я бы сама была не прочь поездить так. С ветерком. Права то у меня есть и езжу я в принципе не плохо, но сомневаюсь, что в ближайшем будущем я сяду за руль. По крайней мере, папа поспособствует этому.
   - Мы приехали, - оповестил меня мягкий голос Данила, вырывая из собственных мыслей.
   - Спасибо, - проговорила тихо, поворачиваясь к Дане. Посмотрев на парня, встретила задумчивый взгляд карих глаз, которые, казалось, смотрели не на меня, а куда-то намного дальше. - Даня, - негромко окликнула его я, положив ладонь ему на предплечье. Опустив свой взгляд на мою руку, Миронов пару секунд смотрел на нее слепым взглядом, после чего, словно очнувшись ото сна, пару раз моргнул.
   - Не за что, сестренка, - хрипло проговорил брюнет, поворачиваясь от меня. Рука его вцепилась в руль. - Не за что.
   Ни слова не говоря, вышла из машины, которая, тут же зарычав, укатила из моего двора. Подниматься сегодня было немного сложновато, но немного покряхтев, все же, добралась до своей квартиры. Сегодня должна быть репетиция и, не смотря на свою ногу, сходить на нее я решила, так как сидеть весь день в одинокой квартире мне не улыбалось. Пока я собиралась, мой мозг до сих пор не покидали странные ощущения, что вызывал грустный взгляд Данила, которым он одарил меня. За веселой и беззаботной внешностью скрывались свои тараканы, которых, я уверена, этот парень показывает явно не всем. Но не мне судить этого человека, ведь тараканы есть у каждого.
   Полностью собравшись, приостановилась у входа, глянув в зеркало. Оттуда на меня смотрела невысокого роста девушка с бледноватой кожей и зелеными глазами. Непослушные вьющиеся волосы были собраны в дульку, из которой, все равно, выбивалось несколько прядей. Черный цвет краски поблек, а корни стали заметнее. Внутри ощущалось радостное предвкушение от того, что завтра мне остался последний день и наконец-то я смогу окраситься заново в свой родной цвет, а жуткий облик девочки-вампирши останется позади. Закончив себя осматривать, вышла из квартиры. На улице стояла теплая погода, а атмосферу наполняли веселые крики и смех играющих во дворе детей. Все вокруг выглядело так умиротворенно, что просто вызывало улыбку, с которой я добралась до автобуса, и так же, глупо улыбаясь, доехала до нужного места.
   - Так, все, поспешили! Встаем на свои места, - стоило мне войти в зал, я сразу услышала командный голос нашего инструктора по танцам, которая в вечной бодрости духа давала всем указания, словно подпитываясь от того, что эти указания выполняют. Наверное, у этой тетки в роду были одни майоры. Но ни вечное кряхтение этой женщины, ни озлобленное недовольство Жени не влияло на мое настроение.
   - Тебя это забавляет? - поинтересовался мой партнер спустя час длительных движений танцев. Нам дали время передохнуть, поэтому мы сидели на одной из скамеек находящихся у стены.
   - Меня это расслабляет, - отозвалась я, окидывая взглядом расписной потолок.
   - Ты серьезно? - удивился блондин, и, дождавшись моего кивка, фыркнул. - Интересно, что же тогда тебя напрягает, - покачал головой. Его смешное выражение лица рассмешило меня.
   - Дело в том, что когда-то я тоже занималась танцами и там тренировки были куда сложнее. А это, - повела плечами. - Это только напоминает мне о давно забытом прошлом.
   - И что ж заставило тебя уйти? - поинтересовался парень. - Повысились цены? Поменялся тренер? Закрыли школу?
   - Нет, - растянуто произнесла я. - Просто перехотела.
   - Просто перехотела? - недоверчиво переспросил мой партнер, на что я снова кивнула. - Перехотела, - снова фыркнул он. - Женщины. Это напоминает мне мою сестру. У той тоже любимое оправдание "перехотела" или "передумала".
   - Женщины, - пожала плечами. Мой партнер оказался весьма интересным парнем с весьма богатой мимикой, которая постоянно заставляла улыбаться. Мы просидели еще минут десять, болтая ни о чем, пока нас снова не позвали репетировать. Спустя час мы с Женей и Васей выходили из здания. Неожиданно холодный ветерок коснулся нас своим порывом, отчего по коже поползли мурашки. Посмотрев на вверх, я увидела, что небо заволокло темными тучами, отчего вся улица погрузилась в холодливый вечер.
   - Пасмурно, - грустно вздохнула Женя, шагая впереди. - Не погуляешь.
   На это ее заявление мне хотелось возразить. Ведь даже не смотря на порыв ветра, на улице все равно была духота, а в воздухе витал запах свежести, который оповещал о скором изменении погоды. Я просто обожала дожди, и, каждый раз попадая под них, пыталась брести медленно, наслаждаясь теплым потоком воды, орошаемым весь город. Когда мы дошли до остановки, как раз подъехал нужный автобус.
   - Я не поеду, - внезапно выдала я, поддавшись внутреннему порыву. На удивленный взгляд Евгении только виновато улыбнулась и подогнала ее. - Быстрее, уедет сейчас.
   - Ну, смотри, - буркнула она, заходя в транспортное средство. Я не могла объяснить почему, но внутри мен что-то взбунтовалось против поездки. Стоя на остановке и смотря вслед уезжающим подругам, чувствовала странную легкость. Возможно, мрачная погода действует на меня по иному, нежели на большую часть человечества. Проводив взглядом автобус, двинулась с места, но в следующее мгновение снова остановилась и первым моим порывом было бросится вслед уехавшей машине, но ноги мои застали и не были способны даже шагнуть, не то, чтобы убежать. Я даже на мгновение перестала дышать, ощутив, как на затылке шевелятся волосы. Казалось, прошла целая вечность, пока до меня дошло, что, а точнее кто вызвал такую реакцию. Человек этот стоял через дорогу, но даже с такого расстояния я могла разглядеть недюжинный гнев в карих глазах моего одногруппника, которые смотрели на меня с уничтожающей ненавистью.
   - Твою мать, - выругалась, приходя в чувство. Резко повернувшись назад, рванула с места, молясь, чтобы обильное движение на дороге хоть немного задержали Антона от расправы надо мной.
   - А ну, стой! - это громкий окрик, словно хлыст подстегнул меня бежать еще быстрее. Чувствовала, как медленно по спине моей стекает пот, вызванный скорее не ускоренным бегом, а его препятствием в виде огромной ноющей боли в ноге, которую я преодолевала, стремясь быстрее скрыться с поля зрения моего одногруппника. На мгновение мне показалось, что это один из моих кошмаров, и я вот-вот проснусь, но такого не было, и адская боль в ноге сообщала о реальности происходящего. Даже собственное сбивчивое дыхание казалось мне гулким шумом в ушах. Петляя по дворам, на последнем переулке я все же было обрадовалась, что оторвалась, но надежда покинула меня слишком быстро. От неожиданного появления темной фигуры со стороны, я, поколебавшись, запнулась, после чего чуть не упала на землю. Избежав падения, двинулась дальше, но сделать мне этого не дала твердая рука, вцепившаяся мне в локоть.
   - Думала, что сможешь убежать? - даже не смотря на хрипотцу от длительной пробежки, я, не смотря, узнала говорящего. Да и как не узнать, если этот тип гнался за мной уже вот несколько километров.
   - Отпусти, - попыталась слабо возразить, но все это было бестолку. Цепкие и длинные пальцы прочно впились в кожу, не желая выпускать меня из своего плена.
   - Нет уж, ты от меня так не отвяжешься, - развернув меня к себе, Антон уставился на меня цепким взглядом, в котором искрился гнев. - Что это было тогда, а, Машенька? Какого хрена?
   Впервые за пару недель, я увидела этого человека в бешенстве. И, судя по тому, как он меня назвал, мой одногруппник не признал во мне свою сокурсницу.
   - Это не то, что ты подумал, я... - пропищала, но Антон меня перебил, грубо затащив в темный проход между домами и пихнув в стену.
   - Маленькая стерва, - теперь его руки переместились на мои плечи, обхватив их, что было не менее болезненно для меня. В его карих глазах было больше угрозы, чем в дрожащем рычании. На данный момент он был похож на безумца. Хотя, он скорее и был безумцем, в некотором роде.
   - Что тебе надо? - выдала, стараясь, чтобы мой голос не дрожал. Соглашусь, вопрос бы глупым, учитывая всю подробность, но, как и в обычных банальных драмах, я решила прикинуться дурой.
   - Ты еще издеваешься? - внезапно истерически завопил он. Мгновение, и его рука, отцепившись от моего плеча, тяжело приземлилась на мою щеку. - Сука! Мне пришлось столько бабла отвалить!
   От неожиданности удара, повалилась на землю, схватившись за щеку. В горле застрял крик, а в глазах на секунду потемнело. Но потемнело не так, как обычно описывают в глупых книжках, нет, на долю секунды, я как будто очутилась в другом месте. Все внезапно сменилось, а в голове зашумело.
   - Кто ты вообще такая?! - орал мой одногруппник, хватая меня под локоть и поднимая с земли.
   Я чувствовала, как мне начинало не хватать воздуха и дышать становилось тяжело. Паника завладела всем моим существом и я, не осознавая, что делаю, с силой ударила одногруппника по ногам, отчего тот, не ожидав, свалился. Воспользовавшись спасительной минутой, кинулась прочь. За все это время погода успела разгуляться и только сейчас я поняла, что идет дождь, причем не слабый. Поток воды и ветра хлынули мне в спину, как будто подгоняя меня.
   Всем, наверное, когда-нибудь приходилось переживать собственный кошмар, снившийся не однократно. Я снова убегала, только теперь уже в реальной жизни и реальность действий пугала. Нога горела, но я старалась не замечать ее. Выбежав из дворов, опрометью понеслась к стоянке, где были такси, но пробежать долго не смогла, так как буквально впечаталась в кого-то. Из моих уст вырвался слабый писк, который заглох, стоило мне посмотреть на того, в кого я имела честь влететь.
   - Твою ж... - собирался, было, выругаться парень, но остановился, поглядев на меня. Я же в свою очередь застыла, глядя ему в лицо. Это было двухсекундное молчание, когда мы смотрели друг другу в глаза, но для меня казалось, что время словно застыло. Сама того не замечая, вцепилась ему в предплечья, а он, вроде как и не заметил этого. Это был тот сероглазый тип с моего университета, но не внезапность встречи ошеломила меня, а его взгляд. Выражение лица. Словно он был в шоке. Нервный вздох, вырванный из его груди, вернул меня в реальность, отчего я резко отстранилась.
   - Извините, - пробормотала, отходя от него на несколько шагов. Он все так же стоял, не двигаясь, и, пялясь на меня.
   - А ну стой! - раздался мне в спину громогласный крик, возвращая меня снова в мой кошмар, отчего я ни думая не секунды, кинулась в бег, оставляя позади себя одиноко стоящего типа, который, я уверена, смотрел мне в след. Я чувствовала его взгляд на своей спине. - Гадина!
   Успела только выдохнуть, как на меня резко навалились и, не давая опомниться, затащили в темный переулок между домами. Здесь было очень узко и в нос ударил сильный запах вони, который исходил от мусорных баков.
   - Да отпусти ты меня, козел! - начала вырываться, что было бесполезно, ибо в силе мой одногруппник превосходил меня раза в два.
   - Это что за дела, маленькая дрянь? - рычал парень прямо мне в лицо и тряся за плечи. - Ты вообще кто такая? Тебя кто-то послал?
   Если бы я смотрела на эту сцену со стороны, то, наверное, усмехнулась бы, ведь выглядело это как сцена из дешевого фильма.
   - Ты просто идиот, Антошка, - фыркнула ему прямо в лицо, устав от его тряски. - Истеришь как баба.
   Очевидно, я не подрасчитала своей прямоты, так как Мельников ее явно не оценил.
   - Сука! - закричал он, прежде чем снова дать мне пощечину. Это нельзя было назвать ударом, очевидно, парень осознавал, что сильнее меня и не желал калечить, но что-то на мгновение вспыхнуло у меня перед глазами, когда он занес руку для удара. Будто я снова очутилась в другом месте. Пошатнувшись, сделала несколько шагов назад, после чего рухнула на землю, все еще глядя перед собой. Удар был не сильным, едва ощутимым, но было такое чувство, словно меня схватили за горло, начав душить. Падающий мне на голову ливень никак не ощущался, а в глазах резко начало темнеть. Я не понимала, был ли это обморок, но осознавала четко, что начинаю терять сознание. Единственное, что промелькнуло перед моим затуманенным взором, это две тени, одной из которых был моим одногруппником. Я провалилась в темноту с головой, словно нырнув в озеро, и, поскольку не умею плавать, меня не покидало ощущение, что мое тело идет ко дну.
   "Не убежишь, ягодка"
   Я слышала. Слышала чей-то голос, пробившийся сквозь плотный барьер моего сознания. Я не знала, чей он, и кому принадлежит и даже не различала, мужской или женский.
   "Ты будешь моей"
   Внезапная дрожь пронзила мое тело, заставив выплыть из транса. Передо мной будто зажглось тысяча крошечных фонариков, которых становилось все больше, после чего меня озарило яркой вспышкой. Резко сглотнула воздух и распахнула глаза. Тяжело дыша, зажмурилась, приходя в себя, а когда снова приоткрыла веки, то поняла, что нахожусь я уже не на улице. Но не это начало волновать меня, а пара серых горящих глаз, которые в упор смотрели на меня, прожигая металлом.
  

Глава тринадцатая

   Существует множество ситуаций, в которых рот словно онемевает, в попытках произнести хоть одно слово, которых у тебя накопилось тысячи. Сейчас я была именно в таком положении, и, наверное, была похожа на молчаливую рыбу с открывающимся и закрывающимся ртом. Стальной взгляд был подобен парализатору, который сковывал все мое тело, даже не прикасаясь. Почему-то внезапно появившееся воспоминание об Антоне не дало мне успокоения, а только возник новый вопрос: "попала ли я в лапы к еще худшему типу?".
   - П-простите, - запиналась, в попытке наконец-то прояснить ситуацию, но резкий и хриплый голос остановил меня.
   - Не двигайся.
   Замерла, затаив дыхание, не сводя глаз с напротив сидящего мужчины. Мне показалось, что в его взгляде мелькнуло удивление, после чего он вздохнул.
   - Нога, - послышалось мне. Я все так же затаенно пялилась на этого брюнета, не понимая, что он хочет мне сказать. - Твоя нога, - кивком он указал на предмет своего обсуждения. - Ты ее вывихнула, и, походу, очень давно. Опухоль небольшая. Будешь много двигаться, это будет причинять тебе боль.
   - Как я оказалась здесь? - вырвался у меня вопрос. - И кто ты?
   Было такое ощущение, что этот вопрос заставил обоих нас замереть. Меня в ожидании, его в раздумии над ответом, который он, видимо, очень тщательно подбирал. Терпеливо ждала, раздираемая желанием задать еще парочку вопросов этому типу, то сам тип, хоть и ожидал чего-то, то несказанно медленно мешкал. Я не могла понять, что у него в голове, так как взгляд его заметно изменился.
   - Я подобрал тебя на помойке, - только и сказал, после чего встал, в намерении выйти из комнаты.
   - Но почем...
   - Неважно, - перебил он меня, остановившись. - Считай, что просто помог тебе, вытащив из той передряги, в которой ты оказалась, - брюнет говорил теперь грубо, будто чему-то был раздражен. - На тумбочке лежит мазь, твой недуг она не уберет, но боль немного унять сможет.
   После этих слов он вышел, оставив меня наедине с оглушающей тишиной, которая спустя несколько мгновений была нарушена шумом воды.
   - Вот задница, - пробухтела, беря небольшой тюбик мази с тумбочки. Пользуясь возможностью уединенности, решила осмотреть жилище моего, так сказать, спасителя. Зачастую квартиру и то, как она обустроена, приравнивают к характеру самого хозяина, и, если мрачная обстановка и доказывала эту теорию, то чистота в комнате говорила абсолютно о другом. Здесь было мало мебели, только та, что надобна при использовании: пара шкафов, диван, на котором сейчас располагалась я, стол и парочка тумб. Не считая обоев, стены были абсолютно пусты. Ни одной картины или фотографии, что украшали бы хоть какую-нибудь полочку, кроме как пары книг, вписывающихся в мрачный гарнизон деревянной мебели. Складывалось ощущение, что сюда недавно вьехали, таким пустым и не оживленным казалось помещение. Единственное, что выделялось на фоне этого мрака, являющимся феноменальным контрастом, это - цветы. Наличие цветов у этого типа, удивляло меня куда больше, чем отсутствие телека. Они стояли на столике в вазе, на подоконнике, виднелись в маленьком горшочке на верхней полке шкафа.
   - Господи, - пробормотала сквозь зубы, нанося мазь в опухшую ногу. Я умудрилась попасть в лапы к психу, который не только одним своим внешним видом источает готовность к зверским убийствам, но помешан на цветочках. А в его комнате намного чище, чем в моей. Все это, я молча проговаривала в голове, опасаясь, что этот тип может стоять рядом, подслушивая, и, не дай бог, ему не понравятся мои высказывания. Если в своей физической силе мой одногруппник превосходил меня, то ему я могла дать хоть какой-то отпор. Этот же угрюмый брюнет, не мигая глазом, мог меня прихлопнуть как мошку.
   - Ты как будто первый день родилась, - углубляясь в свои мысли, я не заметила нависшей надо мной тени и поэтому, услышав слегка грубоватый голос хозяина квартиры, чуть ли не подпрыгнула до потолка, уронив тюбик с мазью. Слова застряли где-то на уровне гортани, когда парень присел передо мной на корточки. Парень? Или мужчина? Из-за густой темной поросли, то покрывала половину его лица, мне было трудно опознать его возраст, но, судя по отсутствию морщин вокруг глаз и на лбу, то старше был он меня не намного. Черные слегка длинноватые волосы покрывали его лоб, падая на нахмуренные брови.
   Какие ресницы длинные, - мелькнуло в голове, прежде чем до меня дошел поражающий факт - этот брюнет обрабатывал мою ногу! Словно не замечая моего ошеломленного состояния, парень, нанеся на два пальца густую массу, начал осторожно растирать ее по месту опухоли. Пальцы его длинные и слегка шершавые аккуратно проходили по коже, почти едва задевая.
   - Неумеха, - хмыкнул он, спустя какое-то время, закончив свои действия и поднимая голову. Ладонь его все еще покоилась на моей лодыжке, и жар от нее прожигал до самых костей. Но стоило мне встретиться взглядом с брюнетом, как сложилось ощущение, что этими самыми руками он только что забрал весь мой воздух, а так же способность дышать. Это были глаза не того хмурого типа, что я встречала в универе, это был совсем другой взгляд. На секунду в разуме моем помутнело, а перед глазами зарябило. Жадно глотнув, вцепилась пальцами в мягкую обивку дивана.
   - Кто ты? - вышло хрипло, но на данный момент меня не интересовала интонация моего голоса. И вроде прошла всего лишь секунда, нет, даже меньше, но за это мгновение в серых глазах снова возникла сталь, уничтожая то, что было в них до этого. А что это было на самом деле? Тепло? Нежность? Глупости, я и поверить не смогу, что даже на какую-то долю мгновения этот тип может испытывать нежность. Пальцы его все еще держали мою ногу, и внезапно мне стало страшно, что он мне ее попросту вырвет.
   - Скорее, кто ты, - только и выдохнул он. Непонимающе уставилась на этого демона. - Тебе пора, - проговорил тихо и медленно. Если бы я даже и хотела сказать что-то, то не смогла, и не только из-за страха, а просто ощущение того, что мне лучше промолчать возобладало над любопытством. Смотря на то, как парень встает и поворачивается, не могла избавиться от острой необходимости спросить у него, но весь казус состоял в том, что вопросов у меня как раз и не было.
   Я и не замечала, что продолжаю стискивать обивку дивана, пока мрачный хозяин квартиры не скрылся из комнаты. После, шумно выдохнув, встала. Не осознавая, что делаю, на автомате пошла в прихожую. Обувшись, схватила свой рюкзак, и, открыв дверь, чуть ли не бегом выбежала из своей квартиры. Я не помню, как добралась до остановки, как доехала и дошла до квартиры. Очнулась лишь тогда, когда оказалась у своей кровати.
   Что это было, мать вашу?
   Обессилено рухнув в свое мягкое убежище, скомкала одеяло, зарывшись в нем лицом. И вроде понемногу начала приходить в себя, но до их пор ощущались на ноге его пальцы. А взгляд...
   Наверное, он еще долго будет преследовать меня, как и те ощущения, что возникли от него. Странные.
   Вздохнув, закрыла глаза, пытаясь отогнать образ странного брюнета из моего мысленного горизонта, так же заметая тревогу, поселившуюся где-то в отдаленном уголке моей души. К тому же, есть вещи и поважнее. Например, завтрашний день.
  

Глава четырнадцатая

  
   Стоило предполагать, что эффект будет именно таким. Оглушающая тишина, в которой звук пролетающей мухи был подобен звону электропилы. Время словно остановилось, заставило замереть все вокруг, а точнее всех, ибо каждый из присутствующих даже не шелохнулся, и несколько десятков пар глаз пытались пронизать насквозь, в попытке понять, в чем подвох.
   - Простите, - откашлялась пожилая женщина. Поправив очки, прищурено посмотрела на меня, в глубокой надежде, что зрение ее не подводит.
   Глубоко вздохнув, в который раз за сегодня, я прошла на свое уже привычное место, рядом со своей соседкой, которая с вселенским непониманием глядела на мою персону, приземлившуюся рядом с ней. Она даже не сделала никакой попытки что-то возразить, лишь слегка приоткрыв рот.
   - Но вы... - преподаватель не договорила, все так же оставаясь в искреннем замешательстве, и я ее понимаю. В мои планы не входило получасовое опаздывание на пару в целях произвести какой-то эффект, но так уж получилось, что вчера я едва ли не проспала весь день, проснувшись только поздно под вечер. Сонный мозг быстро сообразил, что ночью вряд ли мне продадут краску, поэтому нужно торопиться, и так я вовремя успела купить нужный мне цвет. Правда, из-за длительной окраски волос и привлечения отца в это дело, в котором он, кстати, участвовал первый раз, пришлось лечь намного позже, чем положено, и в итоге, я вынуждена была проспать. Повезло, что всего лишь на полчаса.
   - Извините, но вы, кажется, ошиблись аудиторией, - как-то так началось знакомство моей преподавательницы с моим новым образом. Точнее старым. Лишь пара человек обратило на меня внимание, до сего момента. Когда я сказала, кем являюсь, и, нет, кабинетом я не ошиблась.
   - Я Михайлина, - звучало мое повторное признание своей личности. И было оно равносильно выстрелу. Таким же оглушающим.
   - Ду ну нахер, - прошелестело где-то сбоку. Улыбнулась, на этот тихий всплеск эмоций.
   - А ну тихо! - хоть и у нашей почтенной Марьи Ивановны за хрупкими плечами было уже полвека, но присмирить она могла каждого. Мне же оставалось почтенно лыбиться и отсчитывать часы до окончания этого дня, ибо, по моим расчетам, длиться он будет куда дольше, чем все остальные дни. Ну, а судя по ошарашенным взглядам своих одногруппников, уверена, что сегодня моя персона будет на пике популярности.
   Этот день только начался, а я его уже ненавижу. Как только раздались первые звуки звонка на перемену, облегченно вздохнула и, поднявшись с места, двинулась к выходу. Конечно, по, кидающей на меня взгляд из-под тешка, Марии, можно было понять, что она просто сгорает от любопытства. Но помимо ее гляделок, я так же ощущала спиной пожирающие взгляды однокурсников. Стоило мне выйти за дверь, как через мгновение раздался хлопок, а в глазах запестрило от кучи разноцветных лоскутков бумаги, что посыпались на мою голову. Зажмурилась.
   - Тада-а-ам! - услышала, как радостно завопила Женька, хлопнув в ладоши, на что я только хмыкнула. Что-то подобное ожидалось. - С возвращением!
   - Господи, - подняла голову к небу, закатывая глаза. - Этот человек просто невыносим.
   - Господи, - была уверена, что подруга повторила мои действия. - Пусть этот, - краем глаза увидела, как указала пальцем на меня. - Человек осознает, какое это счастье - иметь меня в друзьях.
   Сказано это было довольно громко.
   - Осчастливь меня, красавица! - раздались со стороны смешки вышедших из соседнего кабинета парней. Опустив голову, посмотрела на них.
   - И меня! - поддержал кто-то, после чего послышался дружный гогот.
   - Сейчас я вас "осчастливлю", козлы, - скрипнула зубами Силантьева. Повернувшись в их сторону, она вытянула руку, показав красноречивый знак, состоявший всего из одного пальца. Это помимо воли заставило меня улыбнуться. Думаю, каждого бы позабавила такая картина, где миниатюрная девушка, в симпатичном скромненьком платье, цвета неба, с коварной улыбкой показывала средний палец трем высоким детинам, которые раза в два больше ее и, не было сомнения, раз в пять сильнее. Те только гоготали в ответ. Веселый огонек блестел в ореховых глазах. Но, было в этой картине что-то не так... Я наконец-то посмотрела на Силантьеву.
   - Женя? - только сейчас опомнившись, оглядев подругу с ног до головы. На мой голос она послушно повернулась, сдунув упавшую на глаза челку. Ответила я не сразу. - Ты в платье? Это с какой вселенной?
   - Ах, ты про это, - поморщившись, оглядела сама себя, словно убедившись, что она действительно одета в платье. После чего махнула рукой. - Это подарок.
   Честно говоря, выглядела Женя весьма неплохо. Голубенькое одеяние доходило едва до колен. Обтянутое под грудью пояском, оно свободно ложилось по бокам. Образ картинной девочки довершали волосы цвета каштана, которые Силантьева заплела в косу, свисавшую с плеча и достигавшую кончиком пояска на платье. Несколько секунд я удивленно пялилась на нее, пока не осознала, что Женька еще и что-то говорит мне.
   - Что? - переспросила, переводя взгляд на ее лицо, которое теперь даже как-то по-другому выглядеть стало. Милее что ли. Каштановая бровь метнулась вверх.
   - Жрать пойдем, говорю, - буркнула она. - А то, мне кажется, что звуки моего желудка всю пару слышала не только наша аудитория, но и весь универ. Честное слово, мне хоть слона подавай.
   Где-то на этом моменте и рушиться первообразное впечатление. Не мое, конечно, я и так знаю, что стоит иногда Женьке рот открыть, так своим лексиконом ее сравнивать можно разве что с гопотой.
   - Так кому подарочек-то? - поинтересовалась, съедаемая любопытством узнать, что же за катаклизма случилась в мире Силантьевой, заставившая ее напялить на себя такое одеяние. Мы уже сидели в столовой, заняв любимое место у окна.
   - Можешь голову не ломать, - угадала шатенка мои мысли. - Все гораздо проще: у бабушки сегодня день рождения. Она мне за эти две недели всю плешь проела, - подруга смешно поморщила носик, и я ее понимаю. Теть Аня была очень милой старушкой, но если дело касалось ее интересов, то суровее и напористее женщины не найти. - Насмотрелась на каких-то куриц на улице и решила, что я тоже должна носить вот это, - жестом указала на себя. - Ты представляешь, даже платье достала где-то. Вот, - вздохнула. - Пришлось надеть.
   - Да, - закусила губу, но, все же, улыбку сдержать не удалось. - Придется привыкнуть к новой Жене. Слушай, теперь тебе и вести себя придется по-другому, разговаривать. Даже Женькой тебя называть не хочется, если только Евгения...
   - Да черта лысого! - перебив, воскликнула она слишком громко, привлекая к себе внимание. - Это всего лишь на один день, - проговорила Женя уже чуть тише. - Даже на пол дня, - подмигнула, показывая широкую улыбку. - Бабуля сегодня вечером поедет к теть Нюсе.
   - Милая, нельзя быть столь категоричной к такой одежде, - заметила я, оперевшись щекой о кулак. - Не всю же жизнь в штанишках двигаться и мультики смотреть. Заведи себе парня, в конце-то концов.
   Даже и не знаю, как охарактеризовать тот огонек, что вспыхнул в карих глазах сидящей рядом со мной девушки, но исчез он быстро, так же, как и появился, уступив место невозмутимости.
   - Мне все равно, - кинула Женя, подозрительно сощурившись. - Или у Мадам Умнички самой появился парень, что она решила покидаться советами, как жить?
   Острое замечание подруги было в точку. За все мои годы, я встречалась всего-то пару раз, и дело всегда ограничивалось всего лишь парой поцелуев. Да и отношениями-то это назвать было невозможно. Так, баловство и только. На секунду мне стало грустно, что нет еще в моей жизни Той Самой Любви с большой буквы.
   Зато есть незримая черная дыра в прошлом...
   Вздохнула, опустила взгляд на кружку чая, стараясь отмести все ненужные мысли. Не хотела, чтобы Женя видела это в моих глазах. В такие моменты ощущаю себя ничтожно беспомощной и это чувство я ненавижу больше всего. Но, судя по молчанию, Женька либо не заметила перемены во мне, либо... Я подняла глаза на подругу, и поняла, что все это время она куда-то смотрела, нахмуренно сдвинув брови. Попыталась проследить точку ее взора, но не смогла. Зато, в поле моего зрения угодила знакомая мне компания. Один из этой компании сидел ко мне спиной, но даже так я узнала его. Почувствовала, как губы мои растягиваются в улыбке, а в голове возникает вопрос - узнает ли?
   - Подожди меня, - бросила подруге, прежде чем встать и направиться в их сторону. Та даже не успела среагировать, издав какой-то нечленораздельный звук. Подойдя к Данилу, остановилась, слегка прикусив губу от предвкушения его реакции. Друг его, Артем, сидевший ко мне лицом, и, до этого весело переговаривавший с какой-то девушкой, заметил меня и заинтересованно начал смотреть, будто чего-то ожидая. Наклонившись к Дане, пока тот не заметил по реакции друга, что кто-то стоит у него за спиной, накрыла ладонями его глаза.
   - Так-так, - не растерялся Миронов. - Кто бы это мог быть?
   Я хмыкнула.
   - Ксюша? - попытался угадать парень, но я только промычала в ответ, давая понять, что он ошибся. - Катя? - снова мыкнула. - Танюшка?
   И тут понеслось. Предполагаемые имена, что называл Данил, можно было смело записывать и давать будущим мамочкам, чтобы могли выбрать имя для своего будущего чада. Даже я не слышала много имен, что озвучивал этот брюнет, пока пытался отгадать, кто же стоит за его спиной.
   - Настена-Сластена?
   В конце концов, мое терпение не выдержало, и я следка надавила ладошками Дану голову. Слегка.
   - Я тебе сейчас голову сверну, если не скажешь, кто, - рыкнула. - Бабник хренов.
   - Не Настя? - как-то наиграно грустно произнес брюнет.
   - Голову. Оторву, - премило шепнула ему на ухо.
   - Ой, так это же моя злобушка! - Слишком радостно воскликнул Миронов, беря мои руки в свои и отнимая от глаз. - Ты уж прости, ну просто не думал, что ты любишь так подходить...
   Последующие слова он так и не высказал, стоило ему глянуть на меня. Я же, воспользовавшись заминкой, села рядом на стул. Но даже спустя полминуты, парень, все так же, продолжал пялиться на меня.
   - Ты... - дальше снова замолк.
   - Я. - кивнула, довольная произведенным эфеектом.
   - Миша? - снова спросил, подозрительно щурясь.
   - Да, - широко улыбнулась. - Миша.
   - Миша?! - секунду спустя мне довелось наблюдать, как карие глаза Данила буквально увеличиваются в разы. И не только Данила. Даже Артем, забыв о своей спутнице, в удивлении разглядывал меня. - МИША?! - воскликнул Дан, внезапно схватив меня за плечи и стал трясти. - Нет, ты не Миша! Ты кто-то нечто! А ну, говори, кто ты?
   - Что? - не поняла, слегка опешив.
   - Говори, кто ты и куда дела Михайлину, черт бы тебя побрал! - тряс он не сильно, не сильно вжимаясь пальцами в плечи. - Не может быть! - остановился он, комично округлив глаза и застыв в притворном испуге. Я хихикнула. - Нет! - театрально взвыл он. - Нет. Ты съела ее! Нет! - тут я не выдержала и вовсе рассмеялась. Даня не унимался. Обняв меня, положил голову на грудь, - Ты там? - поинтересовался он, делая вид, что прислушивается.
   - Вообще-то, - хмыкнула. - Все съеденное обитает в желудке.
   Но на это Миронов не ответил, продолжая все так же сидеть, прижимаясь ко мне.
   - Данил? - позвала его я. Парень же только вздохнул, а на лице его растянулась широчайшая улыбка.
   - Мя-ягонькие, - протянул он. - Ой-йей! - Взвыл парень, когда я потянула с силой его за уши от своей груди. - Ты же мне уши оторвешь!
   - Оторву, - согласилась я. - И ты мне еще спасибо скажешь, что не схватилась за что-то поважнее.
   - Да ладно-ладно, я же пошутил, - начал заверять брюнет, накрывая своими руками мои, в попытке убрать свои органы из моего цепкого захвата. - Сама виновата!
   - Это в чем же моя вина?
   В ответ, парень, вздохнув, с серьезным взглядом посмотрел на меня.
   - Неожиданно, - проговорил, всматриваясь в мое лицо. - Ты... - замолчал, не находя слов.
   - Я? - подняла правую бровь в безмолвном жесте, подначивая его тем самым продолжать. Внезапно, подняв руку, Данил убрал выбившийся локон мне за ухо. От этого действия я слегка оторопела.
   - Красивая, - прошептал брюнет, улыбнувшись одними уголками губ. Не привыкшая к комплиментам, не сразу нашлась что ответить, поэтому просто хлопала ресницами, глядя на Миронова. От полного смущения меня спас звук моего мобильного, который оповещал о входящем вызове. Имя оппонента дало мне понять о том, что недавно оставленная подруга потеряла терпение ждать меня.
   - Ну, надо бежать, - выдавив из себя добродушный оскал, потрепала по голове Данила, а после, подмигнув ошарашенному другу брюнета Артему, быстро соскочила с места и понеслась к Жене.
   - И как это понимать? - возмутилась подруга, когда схватив ее под руку, ринулась вместе с ней из столовой.
   - Честно говоря, сама не понимаю, - пожала плечами. Хотела бы я и сама знать, что сподвигло меня броситься опрометью от парней, но взгляд Данила был явно причастен к этому. В этом взгляде сквозили невысказанные вопросы, недоумение и... Заинтересованность. Наверное, подсознательно, Данил стал моим другом, как и намеревался, и поэтому, перспектива о том, что он может проявить ко мне интерес, включил в моем мозгу подзащитную реакцию, заставив сбежать.
   А почему, собственно, и не попробовать? - Вопрошал внутренний голос, походивший на голос старухи из мультика про Белоснежку, когда она уговаривала ту съесть свое яблоко.
   Нет! - тряхнула головой. Мне нравились те отношения, которые были у нас с Данилом, но переносить их на другой уровень пока не хотелось.
   Пока, - снова мерзкий смешок.
   - Ты чего это жмуришься? - услышала Женькин голос, который вырвал меня из пелены раздумий. - И не говори, что не знаешь, - пресекла она мои попытки оправдаться, выдвинув вперед указательный палец. - Миш, - это было сказано уже более тихо. - Может, к врачу?
   Глянула на подругу. Беспокойство в ее глазах было неподдельным.
   - Нет, - отрезала. - Со мной все в порядке.
   Зная, что со мной спорить бесполезно, Женя не стала больше ничего говорить, отвернувшись, но взгляд ее стал задумчивым. Почему-то не хотелось разрушать вставшую между нами тишину. Она не напрягала, просто каждый задумывался о своем. Какие мысли витали в Жениной голове мне было невдомек, так как в своих я, пока еще, не разобралась. Молча, мы шли по коридору, наполненному студентами, и так же, молча, разошлись по разным путям, каждый к своим кабинетам. Поднимаясь по лестнице, я настолько погрязла в "себя", что не заметила прозвеневшего звонка, от которого коридоры опустели. Очнулась только когда меня пихнули вбок промчавшиеся мимо студенты. Вернее один из них. Бросив грубое "посторонись" он небрежно толкнул меня в сторону. Странно, но это не вызвало у меня даже маленькой вспышки злости. Замедлив шаг, я вовсе остановилась, прикрыв на секунду глаза. Почувствовав легкое головокружение, набрала в грудь побольше воздуха. Так. Выдох. Вдох. После чего приложила пальцы к вискам, начав слегка массировать их. Через секунд десять добилась желаемого и боль в голове утихла, но на смену ей пришла другая. Словно легкий разряд тока прошелся по всему позвоночнику, оставив после себя чувство дискомфорта.
   - Черт, - фыркнула, напомнив себе недавний звук, который издавала Женя. Это заставило меня улыбнуться. Дойдя до нужной аудитории, открыла дверь, и, нараспев произнеся слова извинения, собиралась было идти дальше, как меня остановил громогласный окрик.
   - ТВОЮ Ж МАТЬ!
   Это восклицание было подобно хлысту, который заставил все мои нервы застыть в напряжении. Даже не напрягаясь, моя неуслужливая память сразу выставила кандидатуру того, кому этот голос мог принадлежать.
   - Мельников, ты что себе позволяешь?
   Именно в этот момент мой мозг начал лихорадочно соображать и подкидывать любые планы действия, а инстинкт самосохранения включился в этот процесс, выдав только одну мысль: бежать. Поняв, что Антон сидеть просто так на месте не собирается, я решила, что мысль действительно правильная. И как можно скорее, - проблеяло мое подсознание слабым голоском, видя, как мой одногруппник медленно встает со своего места и начинает выходить из-за стола. Времени на обдумия не было, поэтому, бросив рюкзак, рванула обратно к двери, предварительно захлопнув ее за собой. Особой преградой это, конечно, парню не служило, и, уже находясь на лестнице, я, сквозь шум, стоящий в ушах, слышала, как с грохотом ударяется о стену деревянное создание. Сбоку светлым пятном мелькали окна, мимо которых я пробегала, мчась вперед по коридору. Форой у меня было несколько секунд, но они не успокаивали, так как, я была уверена, что и в беге этот парень лучше меня, поэтому и настигнет меня кара в два счета. Долго думать не пришлось, и, поэтому, единственным вариантом, который, я посчитала, как попытка выжить, это было вломление в первый попавшийся кабинет. Сегодня уже не в первый раз я была удостоена кучей изумленных взглядов. И, если, первый раз признаком такого удивления была моя внешность, то сейчас это была моя персона, в общем, так внезапно появившаяся в аудитории.
   - П-простите, - проговорила заикаясь, прижимаясь к двери спиной. Было бы легче, если бы пара не была потоковая, но, вопреки всему, я была удостоена внимания человек сорок. К счастью, подумав, что я одна из опоздавших сокурсников, студенты сразу же потеряли ко мне интерес, вернувшись к своим делам. Мне повезло - преподавателя нигде не было, а значит, замечена я не буду. Но, то ли мой слух был сильно настроен на происходящее снаружи, то ли студенты вели себя слишком тихо, но я, с замершим сердцем, услышала шаги Мельникова, которые громким набатом отдавались в мозгу. И были они близко. Очень близко. Глаза мои забегали в поисках спасения и тут же остановились на приоткрытом окне. Мысленно возликовав, бросилась к нему. Уже перекидывая одну ногу через подоконник, услышала шумный ропот за своей спиной. Очевидно, что мои действия не остались незамеченными, и теперь я снова стала центром внимания. Но, стараясь не замечать приглушенных замечаний, по поводу отсутствия у меня мозгов, глубоко вздохнула и, задержав дыхание, прыгнула. Наверное, для каждого бы прыжок с первого этажа показался бы смехотворным, но не для меня. Помимо основного страха, почувствовала, как ощутимо начали дрожать колени, а в горле образовался комок, не дававший мне дышать полной грудью. Пошатнувшись, я все-таки встала, ощущая, как в глазах начало все плыть, а голова раскалываться. Давно ли я начала бояться высоты?
   Черт, тупица, могла бы просто сесть и дождаться окончания пары.
   Я ругала себя последним словом, стараясь на дрожащих ногах передвигаться как можно быстрее и стремясь уйти за пределы университета. Но уже миновав главный вход на территорию, я все же умудрилась врезаться в кого-то.
   - П-простите... - начала было я, вцепившись за руку неизвестного.
   - Миша?
   Проглотив остальные слова, я буквально замерла, услышав свое имя, голос которого был для моих ушей будто музыкой.
   - Данил! - более чем радостно воскликнула я, схватив опешившего от такого напора парня. - Данилочка! Пошли в кафе!
   Сложно было предугадать, что за мысли вертелись в голове у Миронова, пока он глядел на меня, но, спустя долгую минуту, он все же выдохнул.
   - Ну, пошли.
  
   - Может, объяснишь уже, в конце-концов, что случилось? - недовольно поинтересовался брюнет. Сложив руки на груди, он откинулся на спинку дивана.
   - А что-то случилось? - как ни в чем не бывало, похлопала я глазками, но, видя по нахмуренному лицу парня, поняла, что он не повелся.
   - Миша, - карие глаза пристально сверлили меня взглядом. - Мало того, что ты в буквальном смысле, свалилась мне в руки, так на тебе лица не было.
   - Какой наблюдательный, - тихо буркнула, надеясь, что он не услышит. Но, по всей видимости, у парня был идеальный слух.
   - Здесь не нужно обладать особой дедукцией, чтобы понять, что ты от кого-то убегала. Ну? - подначивал он, теперь уже наклонившись вперед. - Миш, - тихо отозвался он. - Это те парни?
   Пристальный прищур, с которым наблюдал за мной парень, внезапно сменился другим, более обеспокоенным взглядом. И лучше бы он и дальше гневно взирал на меня, потому как забота и беспокойство, отразившиеся в его глазах, на некоторое мгновение лишили меня слов. От осознания того, что Данил беспокоится обо мне, я почувствовала, как медленно на моих щеках начал расползаться румянец. Опустив взгляд, я обхватила свою кружку с чаем руками. Почему-то, внезапно вспомнился тот момент, когда Данил поцеловал меня. Совсем некстати. А особенно когда я посмотрела на его губы, так вообще хотелось крепко зажмуриться. Не знаю, сколько прошло времени, но Данил все так же продолжал смотреть на меня, ожидая ответа, и мне не оставалось ничего другого, как выложить ему всю историю с Мельниковым и так же про свой пьяный спор с подругами. Спустя минут пятнадцать, тишину маленького уютного кафе, где мы сидели с Даней, разорвал громкий звук смеха парня.
   - Никогда не встречал более сумасшедшей компашки, - хохотал он, под конец моего рассказа. В попытке усмирить парня, сердито нахмурила брови, на что он лишь фыркнул. Этот звук вызвал очередную мою улыбку. Смотря на Данила, я, вдруг, поняла, что его общество необычайно расслабило меня, словно откинув массу проблем с плеч. За тот короткий срок нашего с ним знакомства, он вызывал во только положительные чувства, не смотря на изначальное раздражение.
   - Знаешь, - прервал парень мои мысли, заставив меня осознать, что я уже порядочное время просто пялюсь на него, лыбясь как идиотка. - Честно говоря, я в некотором замешательстве, - на мой вопросительный взгляд он лишь пожал плечами, начав пояснять. - Ну, если от той Михайлины, с которой я познакомился, я, порядком, ожидал причудов, что должны были соответствовать ее внешнему виду, то сейчас, - Миронов наклонился вперед, глядя на меня своими задумчивыми карими очами. - Я даже не знаю, как к тебе относиться.
   От этого его заявления, я слегка опешила. Если бы не его серьезное выражение лица, то, возможно, можно было бы и отшутиться, но Дан был серьезен.
   - А как ты ко мне относился раньше? - скопировала его действие, наклонившись вперед. Теперь наши лица находились очень близко. Так, что я могла ясно рассмотреть радужки его глаз. Намеренно подняв одну бровь, чтобы придать шутливую форму своему вопросу, изобразила полуулыбку.
   - Как к другу, - честно ответил парень. - Знаешь, по правде говоря, ты мне кое-кого напомнила в нашу первую встречу, и я решил, что хочу узнать тебя поближе, - он говорил слегка проникновенно, не сводя глаз. - Ты понравилась мне. Маленькая грубиянка, - теперь же он копировал мой жест, потянув один уголок своих губ вверх.
   - И что же мешает тебе относиться ко мне как к другу сейчас?
   Казалось, даже сердце замерло в ожидании ответа, но брюнет, как нарочно, тянул время. Подняв руку, он, внезапно, обхватил двумя пальцами мой подбородок, чуть приподняв мое лицо.
   - Есть одно обстоятельство, - темные брови чуть нахмурено свелись к переносице, а большой палец начал поглаживать кожу, пробираясь выше. К губам. Я застыла, но не от этой его, так называемой, ласки, хотя и она была неожиданна. Больше всего меня поразили его следующие сказанные слова:
   - И, думаю, больше нет смысла тебе притворяться, что того поцелуя не было.

Глава пятнадцатая

  
   Сказать, что я лишилась дара речи - ничего не сказать. Ну, а если выразиться иным способом, то я просто пялилась на Данила с приоткрытым от удивления ртом. В ответ на что парень лишь нагло ухмылялся.
   - Долго думала скрывать это от меня? - Темная бровь вопросительно взметнулась вверх.
   - А что, собственно говоря, произошло? - пришла я в себя, и, сразу же, начав наступление. - Неужели ты думал, что наш поцелуй что-то изменит, учитывая то, что сделали мы это, будучи в невменяемом состоянии? - сжав руки в кулаки, выпрямилась. - И, позволь сказать, я не притворялась, а просто забыла об этом, как о глупой пьяной выходке.
   Произнесено это было на одном дыхании, после чего уставилась на сидящего напротив брюнета. Ухмылка пропала с его губ, и, теперь, он сосредоточенно смотрел на меня, очевидно, не ожидая такого напора.
   - Я так плох? - уже в который раз за последние десять минут этот парень застает меня врасплох.
   - Нет, - наконец ответила, собрав храбрость в кучу. - Просто сейчас я не готова заводить какие-либо отношения.
   - Позволь узнать, в чем же причина такого настроя? - кажется, Миронов отступать не собирался.
   Действительно, почему?
   Внезапно задалась этим вопросом самой себе. И, впервые, за долгое время, задумалась, о том, что за последний год с лишним и не позволяла себе самой думать о каких либо отношениях. Теперь же, когда передо мной сидел парень, решительно настроенный узнать ответ на свой вопрос, я задумалась. Почему-то, даже в начале нашего знакомства, я не думала о нем, как о парне, не просто друге. А ведь парень он был красивый, и я много раз замечала, как тайком на него смотрят девушки, словно поедая глазами.
   - Данил, давай оставим наши отношения на том же статусе, что они и были, - устало вздохнула. - Я, правда, рада иметь такого друга, как ты, - пристально посмотрела ему в глаза. - И не хочу терять.
   Поняв, что продолжать тему я не желаю, Данил тактично промолчал, лишь кивнув. Дальнейшее молчание затянулось, пока Дан не попросил счет. Я была благодарна ему, что он не стал задавать дальнейших вопросов, но тяготившее напряжение, что появилось в конце нашего разговора, не покидало и после того, как мы покинули кафе.
   - Куда ты теперь? - тихо поинтересовался Миронов, когда мы остановились на перекрестке.
   - Обратно, на пары, - ответила, глядя на поток проезжающих на дороге машин.
   - Не боишься? - хмыкнул Даня, внезапно становясь привычным мне Данилом. В карих глубинках засверкали привычные веселые огоньки.
   - Не всегда же мне бегать, - пожала плечами, отвечая улыбкой. - Когда-то нужно становиться лицом к врагу, а мне еще учиться с ним в дальнейшем.
   - И что же собираешься делать?
   - Думаю применить политику дипломата и просто поговорить со своим одногруппником, - мы пошли через пешеход, оглядываясь по сторонам. - Что?! - не выдержала его взгляд, которым он осматривал меня всю дорогу до университета.
   - Всегда задавался вопросом: бабы тупые или хитрые? В твоем же случае больше подходит... - он запнулся, увидев мой грозный взгляд. - Конечно же, второй вариант, хотя и первый не исключаю, - добавил уже тише.
   - Я все слышала!
   - Да ладно, ладно, - в примиряющемся жесте поднял руки. - Я пошутил.
   - То-то же, - буркнула, смотря на черные ворота университета.
   ***
   В который раз, за сегодняшний день, глядя на себя в зеркало, Женя недовольно сводила брови к переносице. Нежно-голубое платье свободным покроем струилось от груди к ногам, выгодно оттесняя цвет кожи и волос девушки. Вздохнув и немного побурчав, Силантьева все же признала, что платье ей действительно шло. Да и цвет был ее любимый. Женя не стала ломать голову над тем, откуда ее бабка раздобыла такую вещь, так как вариант мог быть только один: мама. Живя в другом городе, мать с отцом не редко присылали ей какие-либо подарки, в частности и вещи.
   "Наверное, мама бы обрадовалась, увидь меня в этом", - уголки губ девушки потянулись вверх, в еле заметной улыбке, которая тут же угасла, стоило ей поймать в зеркале взгляд одного из проходящих мимо парней. Он же, заметив, что она смотрит на него, подмигнул ей.
   - Да ты сегодня центр всеобщего внимания, - протянул ехидный голосок, хозяина которого Евгения бы узнала среди тысячи.
   - Ну не всегда же тебе быть одному этим центром, - не оборачиваясь, проговорила она, видя краем глаза, как Артем, оттолкнувшись от стены, которую подпирал, начал приближаться к ней.
   - Квакушка, с каких пор ты стала носить платья?
   - С каких пор это стало интересовать ТЕБЯ, блондинчик, - Женя вопросительно изогнула бровь.
   - С тем самых пор, когда моя взбалмошная соседка перестала давать мне покой, - на красивом лице парня появилась улыбка, и он, наиграно, приложил ладонь к своему сердцу.
   - Так вот оно что! Оказывается, ты у нас от беспокойства уснуть ночами не можешь - Евгения злобно оглядела Тихонова. - А я-то думаю, чего это кровать у тебя скрипит постоянно.
   Сказав это, девушка тут же пожалела, обозвав себя последней дурой, в то время как улыбка Артема стала еще шире. Сделав шаг вперед, что значимо сократило расстояние между ними, Тема наклонился к Жене.
   - Знаешь, у меня гениальная мысль, - почувствовав тепло от его дыхания, что согревало ее кожу на плече, Силантьева ощутила, как тысяча мелких мурашек прошествовали от затылка к спине. - Как насчет того, чтобы наш общий недуг снять взаимным досугом? - это было сказано тихим шепотом, но даже если бы все вокруг внезапно начали устраивать свистопляски с высоковольтной музыкой, Женя бы все равно услышала это предложение. Дыхание сбилось, а рука дернулась в рефлекторном позыве схватить парня и утащить куда угодно в реализации сказанного блондином. Но, собравшись с умом, и мысленно дав себе хорошего пинка, Евгения убедила себя, что чешутся руки не от грешных мыслей, а напротив, дать пару затрещин по смазливой роже, и стереть эту наглую ухмылку с его лица. Хоть и держалась девушка стойко, но сама ощущала, как эмоции переполняют ее, да и не ожидала она такой реакции на его слова. Во всяком случае, то, что помимо здравого смысла, все в ней будет "за" выполнение этого самого "досуга".
   - Ты... - с трудом начала она, скрипя зубами от злости и яростно пронизывая взглядом Тихонова.
   - Темка! - раздалось позади парня, как гром среди ясного неба. - Есть сигаретка?
   Женя вздрогнула от такого громкого отзыва. Переведя глаза за спину Артема, она замерла.
   Тихонов же в это время, не замечая, как его зовут, смотрел на Женю, которая буквально пару секунд назад перелила его своим взглядом, а сейчас стояла замерев. Карие глаза испуганно расширились, а губы слегка приоткрылись. Поразившись такой метаморфозе, парень сначала удивленно смотрел на девушку, и только после решился было спросить, в чем дело, но стоило ему только открыть рот, как Женя тут же отступила назад. Она чуть мотнула головой, отчего каштановый локон упал ей на лицо. От потребности убрать его у Тихонова закололи руки, но он сдержал в себе этот порыв. Вдруг, резко повернувшись, Силантьева, не дожидаясь его реакции, бросилась в сторону, скрываясь в толпе проходящих мимо студентов, а Артем так и остался стоять, пялясь в одну точку, где недавно была спина уходящей Жени. Хотя, более подходящее выражение было бы "несущейся". Да, эта девчонка неслась от него как от чертей.
   - Артем! - до сознания парня дошло, что его зовут. На плечо ему легла тяжелая рука. - Снова от баб отбоя нет? - усмехнулся подошедший. Рома. Этот парень был младше его на год, и Артем даже не помнил, как познакомился с ним. И хоть они и не были закадычными друзьями, но не редко встречались в одной компании, да и как собеседник Ромка был неплохим, правда, изобилие позитива и тупых шуток иногда слегка раздражали Тихонова.
   - Не твое дело, - кинул Тема, поведя плечом и сбрасывая руку. Взгляд его не отрывался от той стороны, где исчезла Женька.
   - Пойдем, покурим? - снова ворвался в его мысли Роман. - Или ты уже чего-то курнул? - русая бровь поднялась вверх, а в зеленых глазах заискрился веселый огонек. - Взгляд, а то, какой-то стеклянный.
   - Чушь не мели, - отозвался Тема, посмотрев на невысокого коренастого блондина. После чего, посмотрев последний раз в сторону, Артем двинулся вслед за блондином. - Последний раз, - бросил он, когда они уже стояли на университетской курилке.
   - Что последний раз? - не понял Рома.
   - Последний раз даю тебе сигарету, - проговорил Тихонов, затягиваясь.
   - А почему последний? - выдохнув струю дыма, поинтересовался Ромка. Отряхнув пепел с сигареты, и глядя на то, как он, кружа, приземляется на землю, Тема не спешил с ответом.
   - Бросаю, - наконец сказал он.
  
   Крепко сжав ткань сумки, Женя уставилась вперед. Только она совсем не видела, что было впереди, так как перед глазами стояло лицо Артема. А так же лицо Ромы, стоящего позади и зовущего его, - уныло добавила Силантьева, после чего рухнула на парту, прислонившись лбом к прохладному дереву.
   Да, она подозревала ту вероятность, что возможно они и были знакомы, универ то не совсем большой и все, почти что, знают друг друга. Подозревала, но надеялась на обратное. И теперь, сам факт того, что эти два парня знают друг друга, и, судя по всему, хорошо, просто огорошил Женю. Ромка заметил ее, она поняла это. Видела его взгляд, направленный на нее.
   Черт! Черт! Черт!
   Небольшое отчаяние поселилось в глубине души, от которого хотелось выть.
   И чего ты так восприняла эту новость? Ну, знают они друг друга, и что? - сама себя успокаивала Женя. - Да и к тому же, мне все равно как на Артема, так и на других. Правда, легче от этого не становилось, и, поразмышляв, Женька все же признала, что обманывает саму себя о том, что сосед-блондин ей небезразличен.
   ***
   Все тело сковало напряжением, когда мы стали подходить к кабинету. Я чувствовала себя кроликом, который готовился к прыжку охотника со стороны. Переступив порог аудитории, просканировала взглядом окружность, на наличие своего врага, но того не оказалось. Облегченный вздох вырвался из моей груди.
   - Ну, - с веселой улыбкой повернулась к Данилу, который в ожидании стоял за моей спиной. - Опасностей не наблюдается. Спасибо, что проводил.
   Если ажиотаж от моего кардинального изменения утих, то сейчас он возгорелся новой волной, вызванный моим сопровождающим. Боковым зрением я заметила, как оживилась женская половина потока. Мимо нас уже прошли три студентки, все поочередно здороваясь с Даном и чуть ли не навевая ветер, от частоты хлопанья нарощенных ресниц. Он реагировал только кивками, не сводя глаз с меня. Черт, и зачем он так делает? Сомнения не оставалось, что он знал, какое действие оказывает на глазеющих на него куриц, а глумливая улыбка говорила о том, что он попросту наслаждается этим. А так же моим замешательством.
   - Вот ты где, пигалица несчастная!
   Я вздрогнула. Не от страха. От неожиданности. Так громоподобно прозвучал голос Антона, возникшего из-за спины Дана, которого и не заметил, устремив свой взор на меня и прожигая меня ненавистным взглядом.
   - Сучка мелкая, думаешь, тебе сойдет с рук твой прикол? - он понизил тон, приближаясь ко мне. А я сжала челюсти, собирая волю в кулак.
   - Ты сам нарвался на эти приколы, Мельников, - медленно проговорила я, начиная злиться. - Мне кажется, первого предупреждения было вполне ясно, чтобы ты понял, что не нужно лезть ко мне.
   - Нарываешься ты, мелкая гадина, - рыкнул Антон, внезапно став ко мне совсем близко, оттеснив стоявшего возле входа Данила. - Я с тобой еще не разобрался до конца.
   - Да пошел ты, Гандошенька, - процедила, глядя ему в глаза, сжимая ладони в кулаки и готовясь к любой атаке со стороны одногруппника.
   - Я готов свернуть тебе шею хоть сейчас, чмошница, - тихо прошипел Антон, словно выплевывая слова. Рука его, было, уже потянулась вверх, то ли чтобы сделать свою угрозу явнее, либо воплотить эту самую угрозу, но в следующую секунду замер.
   - Если ты хоть пальцем тронешь ее, башку сверну тебе я.
   Дыхание на секунду остановилось. Слова Данила были тихими, но слышны были отчетливо и ясно. Я видела на лице Антона секундное оцепенение, которое было вызвано отнюдь не тихой фразой, сказанной парнем. Длинные пальцы легли на шею моего одногруппника, слегка вжавшись в кожу. Медленно перевела взгляд от пальцев Дана на его лицо, находившееся вблизи от уха Мельникова. Меня поразило то, с какой злобой смотрел Даня на Антона. Впервые я видела Данила в таком состоянии. Глумливая улыбка стала презрительной, а веселые искорки в карих глубинках сменились огоньками злости.
   Оцепенение Антона прошло, и он, с каким-то странным выражением, повернулся к Дану. Не знаю, что происходило между ними в следующие секунды, но они просто смотрели друг на друга.
   - И голову буду откручивать медленно, - чеканил Данил, все так же пронзая взглядом моего одногруппника. Словно хищник, взглядом гипнотизировал свою жертву.
   -Но она же... Данил, не...- попытался подать голос Антон, но был прерван. Очевидно, они знали друг друга.
   - Я все сказал, - рявкнул Даня, сильнее впившись пальцами уже в плечо, так как рука соскользнула при повороте с шеи Антона. - Советую тебе даже не приближаться к ней.
   - Это не твое дело, - процедил Мельников. - И...
   - Это моя девушка, а значит, мое дело, - прервал Данил его, своим заявлением вызывая функциональное ослабление моей нижней челюсти. И если бы та могла отсоединяться от тела, то с грохотом бы сейчас упала на пол. Чтобы переварить только что сказанное мне понадобилось пара минут. Пребывая в прострации, я и не заметила, как возле нас собралась толпа, и как она помаленьку начала рассеиваться, чувствуя, что скандал с элементами экшна отменился, не заметила так же и исчезновение Антона с поля зрения, а очнулась только в тот момент, когда теплая рука коснулась моего предплечья.
   - Ты ополоумел? - чуть не подскочив, и сразу же приступив к нападению. - Какая девушка? Умом тронулся?
   Былые злость и презрение уже отсутствовали, и теперь на меня смотрел улыбающийся, как ни в чем не бывало, Данил. А еще я ощущала, как меня прожигают взглядами некоторые девчонки из потока, из которых не понаслышке, была влюблена в Данила, одна из моих одногруппниц. Черт возьми. Я уже ощущала, как сжималась на моей шее веревка, на которой мысленно меня вешала Степанова. Гламурная блондинка с опилками в голове вместо мозгов и завышенным самомнением. Если же Данил решил, что устранил мою проблему, то он явно прогадал.
   - Спасибо, конечно, за помощь, - прошептала, сделав шаг к нему. - Но мы, вроде, все уже выяснили и...
   - Выяснили? - поднял бровь брюнет.
   - Да, выяснили, и... - голос мой стал еще тише. - Прости, но это надо как-то...
   Наверное, можно было по-разному описать следующее действие, которое совершил Данил - глупое, немыслимое, беспардонное. И имей я хоть какие-то догадки, о его замысле, то, скорее всего, как-то попыталась устранить это.
   Попыталась бы?
   Возможно, этот вопрос еще не раз будет возникать в моей голове, так же, как и ощущение его мягких губ, прижатых к моим.
   Он поцеловал меня. Вот так взял, и просто поцеловал, начав наступление по-своему, завладевая моим ртом, царствуя над моими губами и вбирая воздух из моих легких. Потихоньку, медленно. Захватывая мое лицо в плен своих ладоней, приближая его ближе к себе.
   - Прости, - услышала я его шепот, когда он оторвался от меня. - Не удержался. Мне внезапно захотелось вспомнить, стоит ли это того, чтобы просто забыть, - подушечкой большого пальца погладил мою щеку.
   - Ты... - я только было открыла рот, чтобы что-то сказать, но тут же закрыла его, ощущая себя безмолвной рыбой, выброшенной на берег, в попытке хоть что-либо сообразить. Ситуация явно требовала от меня какой-нибудь реакции.
   - Нет, - снова перебил меня Дан. - Я решил, что не стоит. Слишком понравилось, - лицо его осветила белозубая улыбка. - Так что, придется нам немного пересмотреть кое-что в наших отношениях.
   Сказав это, он быстро чмокнул меня в носик, не дав мне ответить, и быстро шмыгнул к двери, столкнувшись там с преподавателем. Извинившись, Данил проскользнул мимо него, после чего скрылся за дверью, в которую я осталась пялиться, не слыша замечания препода о том, что пара уже началась.
   В голове вертелось одно слово.
   Черт.
  

Глава шеснадцатая

  
   От обжорства еще никто не умирал, - успокаивала себя, засовывая в рот уже десятый по счету рогалик. Прав был тот, кто говорил, что депрессию женщины не переживают, они ее заедают. Хотя, то, что творилось в моей душе, депрессией никак не назовешь, но и на умиротворение это тоже смахивало.
   Придя недавно с университета, я первым делом накинулась на внутренние запасы холодильника, найдя там недавно купленные отцом мини-рогалики с наполнителем, которых сейчас уже и вовсе не осталось. Сладкоежкой себя я назвать не могла, наоборот, всегда придерживалась отборных сладостей, от которых мысленно слипался желудок. Но сейчас я решила сделать себе исключение, поглощая хлебобулочные изделия, оснащенные огромным количеством сгущенки и чего-то еще. Пытаясь таким образом уйти от надоедавших мне мыслей, я сосредотачивалась на виде из окна. Старая и ветхая многоэтажка, на одном из балкона которой, пожилая женщина развешивала белье.
   - Черт! - взвыла, схватившись за голову. Бестолку. Как бы ни пыталась отогнать ненужные мысли, они все равно врывались в мое сознание. - Черт, черт, черт, - бормотала, нахмурившись, и потерев лоб рукой. Как так вышло, что заданный Данилом вопрос о том, как ему относиться ко мне, теперь не выходит из моей головы, напрочь засев в мозгу. А еще этот поцелуй. Чтоб его. Он был некстати. Некстати не в ситуации, а на данный момент вообще, в жизни. Я не задавалась себе вопросом о том, почему сразу начала воспринимать Данила как друга, не иначе, теперь же придется несколько изменить свой кругозор.
   Казалось бы, что произошло это всего лишь пару часов назад, но было ощущение, будто целая вечность прошла спустя того поцелуя.
   Внезапный звонок заставил меня подскочить на стуле, едва не упав при этом на пол. Осознав, что это всего лишь телефон, на секунду прикрыла глаза, медленно вдохнув. Выдохнула.
   - Да, - вяло ответила, даже не смотря на дисплей.
   - Ты что, спала? - сразу же поинтересовалась Женька.
   - Нет, - склонив голову, провела раскрытой рукой по голове, чуть-чуть впиваясь ногтями в кожу. Это всегда расслабляло.
   - А голос какой-то неважный, - констатировала она. - Все в порядке? Может, не пойдешь сегодня?
   Вспомнишь о сегодняшней репетиции, поморщилась, радуясь тому, что подруга не видит меня.
   - Нет, все хорошо, просто устала, - встав, прошла в свою комнату.
   - Ну, смотри, - я была уверена, что сейчас она пожала плечами. На заднем фоне послышался какой-то шум. - Блин, не толкайтесь! - рыкнула Силантьева на кого-то, после снова обратилась ко мне. - Я сейчас домой еду, - пояснила она. - В общем, через минут пятнадцать встречаемся.
   - Хорошо, - проговорила я, после чего нажала отбой. Далее, решив не тратить время на бессмысленную нервотрепку и ни к чему не приводящие раздумья, принялась одеваться.
   - Блин, прости, - спустя час я умоляюще шептала, уже в который раз, наступив своему партнеру на ногу.
   - Соберись! - посоветовал он мне, едва заметно поморщившись. Глубоко вздохнув, Глеб продолжил дальше вести меня в танце. Я же мысленно подсчитывала шаги, стараясь в этот раз не сбиться с ритма и снова не отдавить парню ноги. - Слушай, ты что, в школе не танцевала вальс? - шепотом поинтересовался блондинчик.
   - Вот именно, что танцевала, - подытожила, чуть ли не пыхтя от усердия. - В школе. С тех пор прошло то три года.
   - Что, - хмыкнул он. - Парни не приглашали на танцы?
   Светлая бровь была вздернута вверх, а в глазах лазурного цвета сверкал неподдельный интерес.
   - Нет.
   - Серьезно? - В голосе его просвечивалось искреннее изумление. - Почему?
   - Потому что решила не травмировать их, - буркнула я, опуская глаза.
   - Ну да, - усмехнулся голубоглазый. - Милосердно. Но, - он приподнял брови, изображая на лице воодушевление. - Если, после этого, ты не наступишь никому на ноги, значит, - широкая улыбка осветила его худоватое лицо. - Это все благодаря мне!
   Проигнорировать это замечание, особенно, когда у него было такое смешное выражение лица, было невозможно. Поддавшись харизме этого парняги, я в ответ так же широко улыбнулась ему.
   - А что, - продолжал он, вдохновившись. - Возможно, будущее мне пророчит быть учителем танцев, - посмотрев на меня, Глеб задорно поиграл бровями, отчего я вовсе рассмеялась. - Кстати, - добавил он. - Этот цвет волос, - следуя танцу, мы чуть отошли друг от друга, после чего снова сошлись, продолжая дальше свое движение. - Тебе очень идет, - кивнул, словно соглашаясь со своим мнением. - Намного лучше, чем раньше.
   - Спасибо, - улыбнулась ему. Мы снова отстранились, как положено в этом танце, выполняя различные движения. Повернувшись в сторону, как и все девушки в зале, ожидала, когда Глеб, медленно шагая ко мне, положит свою руку мне живот. Выглядело это замечательно, особенно в синхронном выполнении парней, которые так же, держа ладони на талиях своих спутниц, не спеша обходили их, после чего встав за спиной. Ощутив вторую ладонь парня на своей талии, чувствовала затылком его дыхание, которое щекотало. Мой взгляд упал на огромное зеркало напротив, что занимало всю стену во весь рост. Мой обзор охватывал всех участвующих в этом танце и, так же, как и я, все девушки сделали шаг вперед, еще один. Захватив руку Глеба, сделала поворот, после чего была притянута им обратно. Посмотрев на меня, этот блондинчик весело подмигнул мне.
   - Так, давайте, давайте, раз, - раздавался голос нашего тренера, который, хмурясь, оглядывал всех.
   А я внезапно поняла, что уже не наступаю на ноги Глебу.
   Дорога домой, как ни странно, сопровождалась полным молчанием. Каждая из нас о чем-то задумывалась своем, не решаясь нарушать умиротворенную тишину. Даже обычно говорливая Женя, молча, хмурила брови.
   - Кажется, это не со мной что-то случилось, - озвучила я свое подозрение, обращаясь к подруге. Силантьева не сразу поняла, что к ней обращаются. Она посмотрела на меня лишь через какое-то время, очевидно, ощутив направленный на нее взгляд.
   - А? - переспросила, похлопав быстро ресницами.
   - Б, - скорчила недовольную рожицу. - Что-то случилось?
   - Я, - переведя взгляд вперед, Женя не торопилась с ответом, закусив губу. Глубоко вздохнув, она все же ответила. - Нет, просто устала.
   Не надо было иметь семи пядей во лбу, чтобы не понять, что подруга врет, но я уважала право личного пространства каждого, поэтому и не стала дальше продолжать расспрос, решив, что если захочет, расскажет все сама. Это был наш единственный диалог за весь путь. Последующие же слова, что были сказаны нами, это были слова прощания. Оказавшись дома, я по привычке плюхнулась на кровать, стоило лишь разуться. Улыбнувшись, потерлась затылком о подушку, ощущая себя намного лучше, после всего сегодняшнего дня. Спустя несколько минут на меня начала накатывать дрема, и, чтобы окончательно не уснуть, заставила себя встать и пойти в ванную. Ожидая, что теплый душ хоть немного взбодрит меня, я лишь печально вздохнула, чувствуя, что готова уснуть прямо в ванне. Вытираясь полотенцем, услышала, как в комнате играет мой телефон. На мгновение, в душе мелькнула паника, стоило мне подумать, что это звонит Данил, но, чуть постояв, все же, двинулась к телефону, усмехнувшись над своей трусостью. Но стоило мне увидеть номер звонившего, я тут же подумала о том, что звонок Данила был бы лучше. Четырхнувшись, взяла трубку.
   - Да, Павел Владимирович, - закусила губу, содрав кусочек кожицы. - Здравствуйте.
   - Линочка, здравствуй, - послышался мягкий и чуть хрипловатый голос. - Как дела у тебя? Ты не забыла обо мне, надеюсь?
   Продолжая так же жевать губу, я подошла к комоду с зеркалом, глянув на свое отражение.
   - Нет, - ответила я. - Забудешь тут вас с таким отцом, - улыбнулась.
   Из трубки до меня донесся хрипловатый смешок.
   - И, слава богу, что у тебя такой отец, Линочка, - проговорил мужчина, мысленно представила себе, как он улыбается, а на пожилом лице расцветают по-детски милые ямочки. Этот человек был пожизненным весельчаком, и редко его можно было увидеть в гневе или раздраженным. А возможно, это и была рабочая этика.
   - Это да, - не могла с ним не согласиться я.
   - Так, что ж я звоню, - на том конце провода послышалось шуршание. - Ты когда меня, детка, порадовать своим визитом хочешь?
   Его обращение развеселило меня. Только из его уст выражение "детка" звучало не пошло, а как-то по-отечески. Он всегда называл меня так, иногда еще вороша волосы на моей голове, словно маленькому ребенку. Но, какими бы ни были воспоминания, его вопрос словно встал комом в горле, заставив поморщиться.
   - Лина, детка, ты же знаешь, что это необходимо, - Павлу Владимировичу и не нужно было объясняться по поводу моего молчания, так как, уже зная, он понял мое настроение. - Да и недолго это.
   "Не хочу!", - хотелось крикнуть мне. На миг ощутила себя маленькой девочкой, капризной и непослушной. Но в реальности свое непослушание я выражала лишь молчанием.
   - Лина, - начал, было, мужчина, но я его прервала.
   - Завтра, вечером, - быстро проговорила, после же снова прикусила нижнюю губу, которая уже пощипывала. - Часам к пяти я зайду.
   - Вот и хорошо, - казалось, с облегчением выдохнул собеседник. - Буду ждать тебя, солнышко, до завтра.
   - До завтра, - кивнула в пустоту, после повесила трубку. Взгляд мой снова вернулся к моему отражению. Бледное лицо, на котором четко выделялись зеленые глаза. Рука помимо воли потянулась к волосам. Пальцы обхватили кончики локон, ощупывая их. Мягкие, не смотря на недавнюю покраску. Повернувшись боком, посмотрела на свои волосы со спины, которые доставали мне до лопаток. Надо же, а ведь когда-то они доставали мне до поясницы...
   Взгляд зацепился за тоненький шрам на плече. Один из нескольких, что имелось на моем теле.
   "Детка, ты должна понимать, что шрамы, это лишь малая доля того, что перепало твоей участи, по сравнению с тем, чего могла ты лишиться".
   Как наяву я услышала голос Павла Владимировича.
   И я понимала. Но легче от этого не становилось.
   23:38.
   Заставив себя встать, я переоделась в домашнюю футболку, после чего, пройдясь расческой пару раз по своим запутавшимся ото сна волосам, снова легла на кровать. Но в этот раз сон не шел. В попытке уснуть я провалялась около получаса. Тревожное ощущение покоилось внутри, не давая мне сосредоточиться на других мыслях, которые привели бы меня к спокойному сну. Воспоминания о недавних сновидениях не давали мне покоя, хоть и помнила я лишь урывками. Перед глазами снова возник мрачный образ человека, надвигающегося на меня. Лицо его, как и фигура, были скрыты в тени, но я была уверена, что это мужчина. Он гнался за мной, после чего протянул свои руки ко мне, обхватив горло. Я зажмурилась, а кожа покрылась мурашками. Четырхнувшись, перевернулась на другой бок. Вскоре, мои попытки увенчались успехом, и меня затянуло в сладкий омут сна.
   Полночи мне предвиделись кошмары, и так же утро, не подкачав, выдалось столь же отвратительным. Начиная с того момента, когда зазвонил будильник, я ощущала всю ненависть к этому дню. Горячая вода как по всем законам судьбы отсутствовала, поэтому пришлось ощутить на себе все прелести студеной воды. Спутавшиеся за ночь волосы не желали расчесываться, впоследствии чего в урну была выброшена сломанная расческа и пара выдранных клоков рыжих кудрей. Уложить мой ворох на голове не удалось, но, пятнадцати минутами позже, я довольствовалась видом собранной дульки, вид которой не портили даже локоны, непослушно выбившиеся из затянутого пучка. Победно фыркнув в зеркало, подошла к шкафу. Решив не осложнять свой выбор тем, что надеть, взяла первое, что попалось в руки. Наскоро одевшись, пошла на кухню, налить себе кофе, который хоть и не сильно любила, но изредка пила, чтобы наделить свой организм малой дозой кофеина, который бы помог мне не уснуть на парах. Как ни странно, горький напиток иногда помогал.
   - Дочка, - услышала я, удивленный зов отца, вошедшего на кухню. Зная мое непривычно раздражительное настроение по утрам, он тактично пытался улизнуть, дабы не попасть под "горячую руку".
   - Ммм, - прогундосила, все так же стоя к нему спиной и мешая напиток.
   - Как дела? - поинтересовался он, чем вызвал мое удивление. - Ты, смотрю, совсем не выспалась, дочка.
   - А то я в семь утра всегда бодрая была, - брякнула недовольно, не сводя глаз от темной жидкости в бокале. Ноздри мои расширились, втягивая приятный горьковатый запах, а глаза на секунду закрылись. Я попыталась уловить в горячем аромате ту искринку позитива, которую обещали рекламы. Делала все так же, как и актеры в роликах. Прикрыла глаза. Вдохнула. Ждала чудес.
   - Так это... - снова подал голос отец. - У тебя ж футболка шиворот навыворот одета.
   Рука чуть крепче сжалась на кружке. На секунду показалось, что еще чуть-чуть, и фарфор треснет в моих руках. Нахмурившись, повернулась к отцу, и с кружкой двинувшись к столу.
   - Это так задумано, - буркнула, наклоняясь к кофе, чтобы отпить.
   - Ну да, задумано, - хмыкнул мужчина, садясь за стол. - Знаешь ли, что говорят, если футболку одел не так? Неудачи весь день будут, - не дожидаясь моего ответа, поведал он.
   - С каких пор ты стал суеверным? - вопросительно подняв бровь, поинтересовалась у него.
   - Милая, с нашими соседями, я тут целый глоссарий примет изучу, - хохотнул родитель. Я улыбнулась на это его замечание, помня, как отец часто негодует на столпотворение соседок-старушек сидящих у подъезда. - Упс, - посмотрев на часы, воскликнул мужчина. - Пора мне на работу. Да и ты не задерживайся, - быстро чмокнув меня в лоб, он, одевшись, выскочил из квартиры. Я же неторопливо отхлебывала черный кофе, стараясь подольше растянуть сие занятие.
   - Пора, - сказала я сама себе, отставив посуду, после чего пошла в комнату, на ходу переодевая футболку.

Пульс, пульс не осилит твое приближение.

Закрывая глаза, продлеваю мгновение.

   Удовлетворенно вздохнув, растянулась на сидении автобуса. Мягкий голос певца окутывал, а глаза на мгновение прикрылись. На мгновение, после чего я снова прилипла взглядом к окну. Погода обещала быть сегодня неплохой, так как на небе не было ни одного облачка, а согревающий жар солнца заметно ощущался кожей. В столь ранее время на улицах было мало народу, в основном лишь школьники, спешащие на учебу и хмурые студенты.

Растаяло сердце, исчезли лица.

Напротив глаза твои Ђ убийцы.

   Смотря на пустующие серые улочки, невольно вслушивалась в слова песни. И внезапно в памяти возник образ темноволосого парня. Вот для кого подходит эта метафора, так это скорее для него. Внутри поднялось непонятное ощущение от воспоминания того, как он смотрел на меня. Этот стальной оттенок поистине редок в природе, так как таких глаз я не встречала, разве что в фильмах, которые проходят кучу всяких обработок. Нравится ли мне? Возможно, я бы ответила на этот вопрос, если бы взгляд брюнета был бы куда дружелюбнее.
   Хотя, если посмотреть на него с другой стороны, то можно было бы назвать его вполне симпатичным, если бы не эта борода, - мелькнула в голове мысль.
   Да, но с таким отношением к внешнему виду как у него, и с таким взглядом на жизнь, навряд ли у него будут большие успехи среди женского пола. Ему больше подходит работать агентом. Преступников допрашивать.
   Тихо хмыкнула.
   Да, с такими глазюками он всех на чистую воду выведет.
   Подошла моя остановка. Выскочив с машины, отправилась в универ, чувствуя, как настроение слегка поднимается. Павда, длилось это не долго. Стоило только мне сделать несколько шагов к дороге, как тут же мимо меня на огромной скорости промчалась дорогая иномарка, ополоснув меня чуть ли не полностью в грязи. Резко втянув в себя воздух, я замерла на месте. Перестала дышать, пребывая в шоковом состоянии и медленно осознавая, что меня только что облили грязной водой. Медленно, начала считать до десяти, впиваясь ногтями в ладонь. Через дорогу, возле которой я стояла, гордо возвышался мой университет, в который толпами шли студенты. Глаза мои были закрыты, но, даже не открывая их, я знала, что сейчас меня с любопытством разглядывают множество глаз.
   Раз. Два. Три...
   Послышались тихие смешки, которые были словно пинок, заставивший меня открыть глаза и пойти дальше. Сотни насмешливых выражений встретили меня, стоило мне войти в универ. Дальше смешки уже превратились в хихиканья, а некоторые и вовсе открыто смеялись.
   Сцепив зубы, постаравшись не обращать внимания, я все таки добралась до туалета, но там меня ждало большое разочарование в виде поломанного крана.
   - Что?! - воскликнула я. - Это что еще за превратности судьбы?! - уже рычала на табличку с надписью "кран не работает" во втором санузле. Поскольку выбора у меня не было, то следующим моим пунктом был мужской туалет. Но стоило мне только подойти к нему, как передо мной туда быстро юркнул молодой паренек, громко хлопнув дверью перед моим носом.
   - Что за... - мою ругань заглушил прозвеневший звонок. Фыркнув, потянулась к ручке, чтобы открыть дверь, но та не поддавалась. - Твою мать! - прошипела я, пнув злосчастную преграду. - Фак!
   Возвращаться домой чтобы помыться или... ?
   Плюнув на все, отправилась на пары.
   - Мельникова, ваше хихиканье уже раздается трелью в моей голове. Если вы знаете мой предмет лучше меня, то можете продемонстрировать свои знания прямо сейчас и... - наставительное возмущение Марьи Ивановны вмиг прервалось, стоило мне появиться в аудитории.
   - Здрасте, - кинула ей, сразу идя к задней парте.
      - Смотрите, кто явился, - прошипел женский голос, как я позже определила, это была Мельникова. - Маленькая лягушка выбралась из своего болота.
      Молча я села позади всех, стащив со спины свой рюкзак и поставив его рядом с собой на свободный стул. И в таком же молчании вытаскивала тетрадь и ручку.
      - Сидела бы лучше в своей дыре и не высвечивалась, - бросила мне блондинка, яростно сверля меня взглядом. - Откуда приехала? Из мухосранска?
      Послышались едкие смешки ее подруг.
      - Да по ней и видно, - хохотнула одна из них.
      - Слышала, тебя вытурили из старого университета? - продолжала Степанова, не замечая нарастающей в моих глазах бури. - Что, не захотели иметь больше дело с такой замарашкой?
      Подруги ее, очевидно, уловили угрозу в моем взгляде, оттого и замолчали, поглядывая на Карину. Ту же явно понесло.
      - И что в тебе нашел Даня? - фыркнула моя одногруппница. - Чмошница чмошницей...
      - Смотрите, - прервала я Карину, скопировав ее интонацию, когда она меня поприветствовала. - Маленькая шлюшка, которую так и распирает от злости, что она так и осталась маленькой неприметной шлюшкой, и ей предпочли какую-то замарашку, - в руке я вертела ручку, которую чертовски хотелось сломать на части. - И теперь она поносит грязью, от недостачи внимания, - склонив голову вбок, я приподняла бровь. - Что, принцесса? Давит жаба, что тебя опередила замарашка из Мухосранска?
   Видимо, это был сильный удар по ее самолюбию, так как лицо блондинки покрылось багровыми пятнами, а карие глаза засверкали злобой.
      - Да чтобы ты знала, кикимора, для меня Даня пройденный этап, - я видела, как побелели ее костяшки, когда она буквально вцепилась в свой стол. - Мы встречались с ним, - коварная улыбочка сверкнула на ее накрашенных губах. - Он не рассказывал тебе? Не удивлюсь, если он снова прибежит ко мне.
   Твою ж мать, - пронеслось в голове. Вот откуда ветер дует. То, что блонда без ума от моего навязавшегося мне друга, это я поняла, но чтобы эта стерва была его бывшей? Вот черт. И во что ты только ввязалась, Миша? Ну, раз начала, то надо играть до конца. Но пасаран, как говорится.
    Для эффекта наигранно тихо рассмеялась, после чего, оперевшись о свою парту, наклонилась, чтобы быть ближе к Степановой, так как она сидела в соседнем ряду, но чуть ближе на парту.
      - Вернется? Ха! Детка, расслабься, - теперь улыбалась я. Нагло и вызывающе. - Ты - всего лишь удобрение. Переработка второго сорта. Нет, - ухмыльнулась. - Напрасно только тешишь себя иллюзиями, что Данил к тебе вернется. Смирись с тем, что ты всего лишь отверстие, для слива лишней спермы.
   По-видимому, я сказала это слишком громко, так как в кабинете стояла прямо-таки громогласная тишина, нарушаемая лишь звуком шаркающего мела о доску. Чуть глуховатая на ухо, Марья Ивановна продолжала писать, не замечая того, что шум прекратился. Ненадолго. Секунды через четыре кабинет огласили громогласные звуки общего хохота. Широко растянув губы в усмешке, откинулась на стуле, наблюдая за тем, как Карина выпучив огромные накрашенные глазища, жадно хватала ртом воздух. Возможно, она, как и я, впервые стала свидетелем ее полного опущения.
      - Ты, маленькая тварь, - рыкнула она. - Да я тебя...
      - Ты думаешь? - перебила блондинку, надменно подняв брови. - Или забыла прошлый опыт? - напомнила ей о той стычке в раздевалке. Степанову уже чуть ли не колотило от ярости.
      - Это мы еще посмотрим! - она отвернулась.
      - Действительно.
      - А ну-ка тихо! - перевела взгляд на пожилую преподавательницу, которая пыталась утихомирить хохочущих студентов. Не знаю как, но перемена наступила намного быстрее, чем я того ожидала, казалось, кто-то сверху смилостивился, дав спасительный звонок, чтобы убраться побыстрее. Мокрая футболка липла к коже, создавая гадкое ощущение, на голове так же ощущались слипшиеся, из-за грязи, волосы. Сорвавшись с места, я двинулась в коридор. Правда, далеко уйти мне не дали, грубо пихнув в плечо.
      - Ты! - воскликнула Степанова. - Языкастая дрянь! Да кто ты такая, чмошница?
      - Это я уже слышала, - проговорила спокойно. - Что дальше?
      Идущий мимо нас народ начал останавливаться, любопытно глядя на нас.
      - Ты нарываешься! - сжав кулаки, блондиночка начала надвигаться на меня, что, по ее мнению, должно было заставить меня пятиться назад. И что, к ее разочарованию, я не сделала. Она была выше меня. Не намного, правда. Сантиметров десять. Теперь уже вокруг нас скопилось достаточное количество народа, чтобы я не могла видеть коридоры за стоящими людьми. Кто-то, самый активный, выкрикнул:
      - Внимание, поединок! "Мухосранск" против "Отверстия". Кто выиграет? Делаем ставки!
      Снова послышался очередной гогот, в котором были выкрики имени предполагаемого победителя. С каждым днем я ненавижу этот универ еще больше.
      - Это ты во всем виновата! - завопила Карина, с силой толкнув меня. Не ожидав такого, я повалилась на пол, приземлившись на заднюю часть тела. Раздражение вспыхнуло во мне с еще большей силой, заставив в считанные секунды подорваться с пола и подскочить к Степановой.
      - Какая же ты тупая, блондинка! - выкрикнула, притаранив девушку к стене, схватив ее за грудки. Кажется, она сама была в шоке от своего поступка, поскольку все ее эмоции читались в огромных накрашенных голубых глазах. В них скользил страх. - Тебе действительно мало прошлого раза, - сжала кулаки сильнее. - Не на ту нарвалась. Или ты думаешь, что я одна из тех лохушек, которые позволяют себя чмырить? - для эффекта, надавила на ее горло рукой. - Ошиблась, детка. Я просто сожру тебя,- последние слова я говорила так тихо, чтобы слышала только она. - В следующий раз, прежде чем открывать свою пасть в мою сторону, подумай хорошенько.
      - Да ты охренела! - заверещала блонда, словно очнувшись ото сна. - Ты хоть знаешь, что могут с тобой сделать? Да я тебя уничтожу! - замахнувшись, моя одногруппница схватила меня за руки, впившись в мою кожу своими ногтями. Я почувствовала боль. Выругавшись про себя, выпустила ее. В следующее мгновение на мою щеку опустилась тяжелая женская ладонь.
      - Получай, дура, - бросила Карина. - Ты и есть лохушка. Кикимора! Да чтоб ты знала, я...
      Договорить ей не дала, обрушив сжатую в кулаке руку на наштукатуренное лицо. Стоило мне это сделать, как взревел вокруг собравшийся народ. Сделать что-то еще мне дали. Кто-то схватил меня за талию, потащив в обратную сторону от распластавшейся на полу Карины. Начали раздаваться крики.
      - Прекратите, дуры!
      - Вот это удар!
      - Офигеть!!
      - Лина! - хозяйку этого голоса я узнала мгновенно. Секунда, и передо мной появилось лицо моей подруги. - Ты совсем ополоумела? Что здесь происходит? Да отпусти же ее!
      - Сомневаюсь, что отпускать ее нужно именно сейчас, - проговорил насмешливый мужской голос над ухом. Показалось, что руки, державшие меня, сжали еще сильнее. - Так-так, маленькая хулиганка, и снова мне приходится спасать тебя, - хмыкал Данил. Да, его теперь я тоже могу узнать где угодно. На мгновение отвлекшись, я потеряла из виду Женьку.
      - Эта сука сломала мне нос! - услышала я громогласный крик. - У меня идет кровь! - визгливо раздавалось где-то в толпе, за пределы которой выводили меня. - А ну стой, тварь! - кажется, это было обращено ко мне. - Да засунь свои салфетки себе в задницу, - походу, какой-то добродетель попал под "горячую руку" разъяренной Степановой. - Мне нужен врач! Что вылупилась, овца?
      Выдернутая Данилом из толпы, я облегченно вздохнула, чувствуя, как успокаиваюсь. На крики Карины, разносившиеся из общей массы я бы и дальше не обращала внимания, если бы меня не привлек Женькин возмущенный возглас.
      - Тебя что, корова быдловатая, вежливости совсем не учили? - ответ Карины не расслышала, но поняла точно, что та послала мою подругу на далекие, очень далекие, края. Что-то мне подсказывало, что представление еще не закончилось.
   ***
    Женя была премного благодарна Данилу за то, что вовремя успел, забрав Лину под руки, и увел из этого сборища, потому как на шум из кабинета начали выходить преподаватели. И если бы они увидели драку, то ее подруге не поздоровилось. Они с Василисой как раз шли к Мише, когда, вдруг, увидели толпу, в центре которой была Климова. Силантьева понимала, что чтобы вывести Мишу из себя, нужно сильно постараться, так как хоть Климова и не обладала спокойным характером, то к рукоприкладству приступала очень редко.
   Собираясь пойти вслед за Михайлиной и ее другом, Женя остановилась, глядя на то, как Василиса подходит к одногруппнице Миши, с которой та сцепилась. Блондинка стояла в стороне, прикрыв ладонью нос и яростно матерясь. На подбородке виднелась тоненькая дорожка крови. Возле нее суетились ее подружки, усердно помахивая тетрадкой у лица пострадавшей и что-то говоря, очевидно, успокаивая. Ни слова не говоря, Вася вытащила из своей сумочки белоснежную салфетку, после протянув ее блонде. Так, сначала не заметила ее, но по затихшим подругам разглядела причину из замолкания. Презрительно оглядев с ног до головы молчавшую девушку, не выдержала:
      - Да засунь свои салфетки себе в задницу! - дальше она снова начала что-то верещать. Женя почувствовала, как в ней нахлынула волна злости и гнева. Сжав кулаки, двинулась к блондинке. - Чего вылупилась, овца? - это было уже обращено к ней, так как Мишина одногруппница заметила приближавшуюся Женю.
      - Тебя что, корова быдловатая, вежливости совсем не учили? - процедила Силантьева, вставая вместе с Василисой.
      - А ты с какого болота выбралась, кикимора? - раздалось в ответ. Очевидно, подумала Евгения, сочувствие к своей персоне девчонке было в новинку, оттого и воспринимала она его враждебно. И Женя понимала, что вздумай она сейчас завязать драку, то окончится это вряд ли хорошо, поскольку стоявшая толпа студентов начала привлекать внимание персонала университета. А это означало, что вот-вот должны вмешаться преподаватели. Она все это понимала, но злость и злоба, за нанесенное оскорбление в адрес Васи, не давали ей ступить с места. Но стоило только девушке открыть рот, чтобы ответить, как грозный шепот, прозвучавший в самое ухо, заставил ее замолкнуть.
      - Лучший вариантом для тебя сейчас будет попридержать язык, лягушонок, - непонятно откуда взявшаяся рука обхватила талию девушки. Секунда, и Женя спиной чувствовала твердый мужской торс, к которому была насильно прижата. - Пошли отсюда.
      - Что? - опешила Силантьева, ощутив, как ее, словно безвольную куклу куда-то тянут. Она попыталась притормозить, но тянувший оказался намного сильнее.
      - Сюда идет декан с небольшим преподавательским составом, хочешь влипнуть в куда большую передрягу, нежели девчачья потасовка? - в голосе ее спутника промелькнуло раздражение, и, хоть она и не видела лица, Женя могла уже точно представить себе, как нахмурились светлые брови.
      - Да хватит меня тащить уже, - не выдержала Силантьева, когда они оказались уже на другом крыле университета. В этот раз ее слова были услышаны, и Женя сама не ожидала резкой остановки, отчего, было, чуть не свалилась на пол, если бы не рука, по-прежнему обхватывающая ее талию.
      - Ты целая передряга, лягушка, - умилился Артем, слегка потеревшись о макушку Жени. Та в свою очередь потеряла дар речи от такого нахального поведения парня и, недолго думая, пихнула его локтем в бок.
      - Так не лезь! - почти выкрикнула Женька, вырвавшись из настойчивых объятий. Почему-то она их опасалась. Его объятий. Уж слишком остро реагировала. Отойдя на пару шагов от блондина, более-менее безопасное, по ее мнению расстояние. Артем же просто стоял, глядя на нее, не делая никаких попыток приблизиться. Его глаза с какой-то грустью рассматривали Женю.
      - Не могу, - ответил он, спустя мгновение. Его руки, безвольно опущенные, сжались в кулаки и были спрятаны в карманы джинс. - И не хочу.
      - Артем, - с большой неохотой, Женя внезапно поняла, что слова парня вызвали в ее груди маленькую радость. Вторя ему, Силантьева сжала руки в кулаки, впиваясь ногтями в ладони. - Хватит, я не игрушка.
      - Я знаю, - проговорил Тихонов, смотря прямо на нее, не отводя глаз.
      - Тогда отстань от меня, мы не...
      - Нет, - внезапно перебил Тема, шагнув вперед, преодолевая расстояние между ними. - А ты не задумывалась, - продолжал Тихонов, нависая над Женькой, отчего к ней в голову закралась мысль, что сейчас они больше похожи на хищника и жертву. И не нужно долго гадать, кто и кем являлся. Она даже и не заметила, как затаила дыхание, глядя в голубые омуты, о которых, в последнее время, она задумывалась куда чаще, чем следовало. - Хоть на минуту, - вернул ее к реальности глубокий голос. - Что ты мне нравишься?
   Что?!
   Наверное, этот вопрос слишком явственно читался на ее лице, поскольку парень ухмыльнулся, изображая по ее мнению кивок, тем самым отвечая ей.
      - Да, Женя, - ее имя было произнесено Темой как-то по нежному. Мягко. Тягуче. Без привычной насмешки. - Ты мне нравишься.
  

Глава семнадцатая

  
   Будучи прижатой к мужской груди, я чувствовала себя не настолько комфортно, насколько описывают чувства всех дамочек в такой ситуации во многих бульварных романах. Нос был чуть ли не впечатан в белую футболку, отчего дышать было трудновато. Попытавшись выбраться, только ухудшила свое положение тем, что Данил еще крепче прижал меня к себе.
      - Не двигайся, - тут же прошептали мне на ухо. - Декан идет.
      Эта фраза заставила меня замереть, повиновавшись словам парня.
      - Я бы был не против, - тихо продолжил он веселым голосом. - Если бы ты тоже меня обняла.
      Сказано это было более тихо и в более интимной манере. По всем жанрам вышеприведенных в пример романов я должна была изойтись в целом скопище топотливых мурашек, но такового отнюдь не ощущалось. Меня больше напрягало то, что слишком тесный контакт с Данилом уж слишком нарушает мое личное пространство. Очевидно, Даня почувствовал мое настроение, так как в следующее мгновение я была освобождена из стальных объятий. В первую очередь оглянулась, дабы убедиться в отсутствии главаря этого университета и узнать, куда делись мои подруги. Но, увы, в коридоре никого не было, словно пару минут назад здесь не толпилась целая свора студентов.
      - Где девчонки?
      - Не беспокойся, они ушли, так же, как и все остальные, - проговорил Миронов, опираясь о находившийся рядом подоконник. - Знаешь, - сложа руки на груди, парень внимательно окинул меня взглядом, остановившись на лице. - Ты чертовски непонятная девушка. То вандалишь, мутузя университетское имущество, потом нарываешься на трех вандалов, которые хотят открутить тебе голову, одногруппники твои... - тут он приостановился, смешно почесав макушку. - Не удивлюсь, если этих трех вандалов наняли они же.
      Ничего не отвечая, я просто, молча, уставилась в окно. Ну, а что тут сказать, если сама не знаешь ответа. Моя обыденно привычная колея порушилась с недавних пор, и, теперь, это стало кармой. Образом жизни. На данный момент я сама не знаю, чего ожидать от будущего, не то чтобы, уже и говорить о произошедшем.
      - Ах, да, - внезапно хмыкнул парень, привлекая мое внимание снова. - И вид твой первоначальный был такой кошмарный, - приподняв брови, состроил смешную рожицу. - Что им любой стояк прогонять можно.
      - Чего? - слегка оторопела.
      - Не, ну серьезно, - Даня вскинул руки, дабы быть готовым к любым нападениям с моей стороны, а то, мало ли, мне вдруг приспичит побить его. - Макияж этот кошмарный, - не знаю, кого Миронов хотел изобразить, но вышло у него уж очень артистично, отчего у меня на губах помимо воли расползлась улыбка. - Фу!
      - Не переигрывай, - я все-таки добралась до его макушки, но бить не собиралась, а просто взрыхлила ему волосы, как это делают маленьким мальчикам. - И вообще, знаешь о таком умном наречении, что в девушке должна быть загадка. Это ее изюминка.
      Данил рассмеялся.
      - Ты переусердствовала, девочка-катаклизма, и вообще, - тут он выпрямился, и, спрятав улыбку, попытался изобразить серьезное выражение лица, но пляшущие огоньки в глазах выдавали. - Ты заметила, насколько я был супертактичен? Я не задал еще ни одного вопроса о каждой ситуации, - поднял вверх указательный палец.
      - О, да, ты молодец, - усмехнулась в ответ.
      - Но, - не унимался Данил. - Поскольку до звонка осталось пару минут, нам придется отложить все эти задушевные разговоры и перенести их, так скажем, на субботу, - к концу фразы Дан снова улыбнулся, подмигнув мне.
      Понимая, что за его просьбой кроется нечто большее, я не сразу нашлась что ответить.
      - Хорошо, - в конце-концов выдавила из себя, надеясь, что ни к чему плохому это решение не приведет. Однако внутри уже зародилось непонятное для меня ощущение.
      - Вот и отлично, ну, а я пошел, - изобразив шутовской поклон, Данил, повернувшись, пошел дальше по коридору, ведущему к лестнице. Очевидно, туда, где должны проходить его пары. Я же осталась одна, созерцая практически пустой коридор и удивляясь магической особенности декана разгонять весь народ. Что стало с Женей, я не знала, но, почему-то мне казалось, что все в порядке, поскольку Данил упомянул о своем друге. Возможно, это было глупо, но верить Артему хотелось. Что же насчет Васи, то и в ее благополучие я тоже верила.
      Трель звонка заставила меня вздрогнуть, выйдя из состояния каменной статуи. Пару секунд ушло на то, чтобы вспомнить о том, какой предмет сейчас должен идти по очереди. Физкультура. Я подавила отчаянный стон, вспоминая, что помимо моей горячо нелюбимой пары, моя одежда сейчас находится, мягко говоря, не в лучшем состоянии. Нужно все это смыть и идти на свою физкультурную экзекуцию.
      Возможно, моя голова была настолько заполнена мыслями о предстоящей паре, либо я просто стала слишком рассеянной, чтобы не заметить позади идущих людей. Я резко повернулась, чтобы уйти, но, очевидно, мое шестое чувство просто отключилось и, в последствии, мой нос снова оказался припечатан к чей-то груди.
      - Вот черт, - пробубнила, схватившись за травмированную часть, отошла на пару шагов назад. - Больно.
      На секунду в глазах потемнело, но в следующее мгновение все прошло и теперь я могла лицезреть того, в кого врезалась. Но увидев свое препятствие, а точнее хозяина каменной груди, которую прочувствовала носом, сильно захотелось, чтобы помутнение в глазах вернулось, и напрочь убралась возможность видеть этого человека. Данил даже не представлял, насколько глубоко правдивы были его слова о моей тяге к проблемам. И не смотря на сегодняшние передряги, которые, казалось вымотали меня за сегодня, все они даже вполовину не вызывали того беспокойного состояния, которое зарождал во мне напротив стоящий парень. Сейчас жутко захотелось стать маленькой бабочкой, ну, или даже мухой, кем угодно. Главное чтобы этот тип не замечал меня. Зажмурившись, я отчаянно пожелала, чтобы все это мне показалось, но, открыв глаза, поняла, что все это тленно, будь оно не ладно. Мой взгляд блуждал по его одежде, рукам, вычурному рисунку темной футболки. Все что угодно, лишь бы не смотреть в лицо.
      - Извини... Я... Это... - наплевав на свои истязания, решилась посмотреть ему в глаза. Решилась и сразу же поняла, что зря. Все слова просто вылетели из головы. Черт, у этого парня просто уникальная способность вызывать во мне фобию и заставлять вставать мои волосы дыбом, только лишь появляясь рядом. А я все стояла, и не могла оторвать глаз, словно загипнотизированная. Где-то, на грани своего сознания, отметила одну очень удивительную и странную для своего понимания вещь. Как вкопанная стояла не только я, но и сам обладатель серых радужек аналогично мне стоял не шевелясь. Если бы на его месте был другой человек, я бы подумала, что он был ошарашен, но такую реакцию у этого типа моя персона явно не может вызвать. Оставалось только догадываться, отчего брюнет, не мигая, глядел на меня, словно я сейчас действительно превратилась в одно вышеупомянутых насекомых. Правда, в отличие от меня, эта игра в гляделки первому надоела ему.
      - Ты... - он хотел сказать что-то еще, но замолчал. Но этого хватило мне, чтобы опомниться и заново прийти в себя.
      - Я не хотела, - снова отошла на шаг. - Прости, - и, чтобы избежать дальнейшего контакта, просто ринулась рысцой в том направлении, в котором недавно ушел Дан, не смотря на то, что нужно мне было идти совсем в другую сторону. Весь оставшийся путь, что я оббегала по универу в обход, чтобы добраться до туалета, я неоднократно обзывала себя весьма нелестными словами. И на кой черт я, спрашивается, при каждой встрече удираю как кролик от хищника, если учесть тот момент, что недавно этот сероглазый спас меня. А значит, вреда он мне явно не причинит. Добравшись, наконец, до туалета, ополоснула лицо холодной водой и быстро, не снимая с себя, застирала футболку, насколько позволяло ситуация. Теплой воды не было и, теперь, я явственно ощущала, как холодная ткань покрывает кожу, отчего на той проступали мурашки.
      - Дура ты, - обратилась к собственному отражению. Оперевшись на умывальник, слегка сжала руками прохладный фарфор. Смотря на свои зеленые глаза, мои мысли занимали совсем другие. Хищные. Как у волка. Демонические. Устрашающие и в то же время какие-то слишком... Захватывающие. Других слов под описание в моей голове не находилось. Нет, он не плохой. Не может быть таковым, ведь помог мне. А я...
      Рука сжалась еще сильнее.
      Действительно, а что сделала я? Кроме как неблагодарной, назвать себя по-другому нельзя. Стоит ли отблагодарить его? И как это сделать? Да и примет ли он от меня хоть что-нибудь? Так. Решено.
      Отклонившись от раковины, я в последний раз посмотрела в свое отражение, твердо пообещав себе, что обязательно найду этого парня и поблагодарю его.
      Вот только для начала надо придумать как.
   ***
    "Ты мне нравишься"
   Слова Артема заставили сердце Жени невольно затрепетать, а щеки ее покрылись румянцем. Но, глядя на уверенного в себе парня, девушка заглушила в себе тот порыв чувств, что пробудило в ней его признание.
      - Нравлюсь? - с ехидством переспросила она, сощурив глаза. - Я что, по-твоему, первый день живу на свете? Или ты считаешь меня одной из тех недалеких куриц, что водишь к себе?
      Кажется, блондин не был готов к той гневной реакции, что выдала Евгения. Он надеялся, что его слова хоть как-то могут повлиять на девушку и отбить у нее желание собачиться с ним чуть ли не при каждой встречи.
      - Ты считаешь меня пустословом? - аналогично сощурив глаза, ответил Тема. - Или то, что на каждую девушку у меня заготовлена именно эта "дежурная фразочка"?
      Почему-то его разозлило то, что шатенка явно не собиралась верить ему, хотя, будучи честным перед собой, Артем знал, что говоря Жене, что она ему нравилось, он не блефовал. Возможно, с первой встречи он и забыл о несносной соседке, но последующие их пересечения и ее явное бунтарство по отношению к нему, разожгло интерес парня. Он признавал, что стоящая перед ним Женя была не так красива, как многие из тех, с которыми он проводил время, но пылающие огнем глаза, тонкий точеный носик и пухлые губы, которые она все время кривила, при виде него, не выходили из его головы вот уже последние две недели. О, да, с улыбкой подумал он, глядя на то, как рычит на его Женька, он бы с удовольствием поменял ее огонь в глаза на пламя совсем иного происхождения. Того, что зарождается при обоюдном влечении с вытекающими последствиями на горизонтальную плоскость. И будь он проклят, если Женю не влечет к нему так же. Артем прекрасно помнил, как она отвечала ему на поцелуй, и то, как смотрела на него после. Все это заставляло его не останавливаться на пути к продуманной цели, которой являлась Евгения.
      - Я считаю тебя бабником, - слишком резко ответила Женя. - А у таких, как известно, диапазон "дежурных фраз" намного шире, чем представлялось бы.
      - Ты начиталась слишком много книжек, солнышко, - склонив голову набок, Тема посмотрел на Силантьеву с каким-то пристальным вниманием. - От тебя так и веет бульварной похабщиной, которой пичкают все бабские романы. Или... - внезапно, он приподнял брови, слегка расширяя глаза, словно в озарении. - Тебе этого и надо? Хочешь, - тут он резко шагнул к девушке, став почти вплотную. - Чтобы я маячил под твоими окнами неделями и раздражал всех своими серенадами и признаниями в любви? - не ожидав такого напора, Женя никак не отреагировала на обвитую вокруг ее талии руку, которая с силой прижала ее к мужскому телу. И даже выставленные вперед руки не были помехой для тесного контакта тел, но теперь, Силантьева четко ощущала тепло парня, под своими ладонями, и с каким-то потаенным трепетом чувствовала, как бьется его сердце, надеясь про себя, что Артем не почувствует, как бешено колотится ее. - Но спешу разочаровать, - продолжил он уже более тихо, практически шепча ей на ухо. - Я не герой книжек, лягушонок. Хочешь красивых ухаживаний и громких дифирамб? Тогда поищи другого. Но вопрос - зачем? - замерев всем телом, Женя ощутила, как его губы коснулись ее щеки, и это не осталось без должного внимания. Словно маленький электрод прошелся сверху вниз по позвоночнику, забирая возможность хоть как-то противиться. - Женька, Женька, - тихо позвал Артем, вызывая еще одну электрическую волну в теле девушки. - Ведь мы оба не маленькие и знаем, чего хотим, но, в отличие от тебя, я умею это признавать. Так не будь же и ты трусихой, - и тут он неожиданно поцеловал в щеку, после чего просто отпустил. Расслабил объятия, отпустив и отойдя на шаг назад. Женя все еще прибывала в прострации, смотря, как Артем лишь улыбнулся одним уголком губ. Улыбнулся, после круто развернувшись, он пошел вперед, оставляя Силантьеву в полном недоумении. И ей лишь оставалось только глядеть в спину Тихонову, молча переваривая сказанное им. Отчего-то даже спорить не хотелось лишь тихо признавая его правоту. Не маленькая ведь, сама понимала, и что тянет ее к Артему, тоже давно поняла, но осознать тот факт не хотела, вот и злилась. А сейчас вдруг поняла, что ни капельки не сердится на него, лишь на себя саму. Именно в этот момент, проклятая память подбросила ей ту картинку, где Артем и Данил спасли их с Мишей. Как Артем прижимал ее, словно маленькую девочку, как успокаивал, и то, как хорошо было ей.
      Закусив губу, Силантьева поняла, что действительно была глупой, но осознание этого легче не делало, ведь все мысли, что беспорядочно вихрились в голове, выстроились в одну очень нелегкую для нее истину, что к Артему ее не просто тянуло. Что-то внутри заставляло думать о нем больше, чем положено, из чего и складывалось, что это более чем обычная симпатия.
      ***
      Лежа в теплой ванне после изнурительного дня, я, как только могла, впитывала в себя ту сладкую истому, которая разливалась по всему телу. Бывшая когда-то горячая вода уже успела порядком остыть, но полная измотанность не давала мне хоть как-то пошевелиться. Казалось, вот таким образом я могу проваляться здесь весь день, пока не разбухну, так как уже розовая кожа на ногах начинала морщиниться, чем напоминала мне ноги старой бабки. Но мысль о том, что мне давно уже пора бы вылезти с ванной я лениво отмела, прикрыв глаза. Высыпав в воду добрую половину ароматной соли из банки, тем самым решив совершить себе воздаяние за сегодняшний день. Легкий аромат цитруса приятно щекотал ноздри, заставляя вдыхать этот запах полной грудью и чуть ли не жмуриться от удовольствия. Ломкость в теле уже прошла и теперь я просто наслаждалась тем, что этот адский день закончился. Воистину, если помечать каждый мой паршивый день, проведенный в этой жизни, то начало этого месяца будет просто пестрить красными пометками. Вот уж никогда не думала, что начало учебного года будет более насыщенным, чем вся моя жизнь, в общем.
      И так, что мы имеем? Мысленно начала загибать пальцы.
      Проблема 1. Именитый бабник балагур, вознамерившийся вступить ко мне друзья, что, в принципе, и получилось у него, но, френдзона, походу, теперь его мало устраивает. Что ж, пока все тихо, не буду будить это самое лихо и тихонько намекну Дану, что переступать грань между другом и парнем ему не дам. Так как, не смотря на смазливую внешность и мощные бицепсы-трицепсы (ну, или что там еще), он вполне устраивает меня в качестве друга. Не более. К этому самому "более" я пока что не готова.
      Проблема 2. Фан-клуб этого балагура это одна из тех причин, по которой не следует заводить отношения с Данилом, так как есть риск быть как минимум покалеченной. Сегодня я в этом почти что убедилась.
      Проблема 3. Хоть вроде все и утихло, но не стоит забыть о том, что мужики хранят свои обиды намного дольше женщин, а о том, что мой одногруппник страдает плохой памятью стоит только надеяться. Даже не смотря на то, что Данил любезно предоставил мне свою защиту, не стоит забывать о ранимом мужском эго и предусмотрительно оглядываться, когда идешь одна.
    Проблема четвертая же представляла собой непонятного мне индивидуума, от которого мне совсем не понятно было что ожидать. Вспомнился его грозный вид тогда в спортзале. И этот образ никак не сочетался с тем, в каком он предстал мне, спася меня и приведя домой. Перед глазами встала картинка того момента, когда брюнет держал меня за ногу, обрабатывая мазью. Не было грубости в его жестах, лишь... Нежность?
      Вода разбередилась от движения моей грудной клетки. Чушь, показавшаяся мне. И пора бы перестать об этом думать. Нужно лишь как-то отблагодарить парня и все. Резко вдохнув воздух, с головой погрузилась под воду, предварительно зажмурившись. Поскольку кислородное голодание полезно для мозга, отчаянно надеялась, что этот прием поможет мне выдать хоть какую-нибудь умную мысль. Ну, либо мне грозило быть утопленной. Что-то подарить? Но что? Сомневаюсь, что этот тип вообще что либо примет от меня. Куда-нибудь пригласить?
      Я чуть было не захлебнулась, забыв напрочь про свое положение и издав смешок. Черт. Откашливаясь, вынырнула из воды. Как вдруг, внезапная мысль осенила меня. Точно! Навряд ли сероглазый терзается желанием сходить куда-нибудь со мной, поэтому непременно откажет, а я, как выполненная свой долг, не буду мучиться угрызениями совести. На моем лице растянулась широкая улыбка. Не знаю, помогла ли мне эта задержка дыхания или кто-то подкинул идею свыше, но настроение мое существенно поднялось. Воодушевленная, выбравшись из ванны, отправилась в постель.
    
   - О'кей.
      - Ну, что ж, я понимаю и... ЧТО?! - остановившись, ошалело смотрела на широкую спину парня, который продолжал идти вперед. Решив не откладывать в долгий ящик свои планы относительного сероглазого типа, на следующий день, отправилась искать его по универу. Не смотря на угрожающие взгляды, что кидали на меня мои одногруппницы, мои мысли занимал мрачный брюнет, а точнее то, как подойти к нему и с каким вопросом обратиться. Облазив почти все закоулки университета, мои поиски наконец-то увенчались успехом, и парень был найден и пойман на выходе из спортзала. Поначалу я долго топталась на месте, ожидая, пока он переоденется, а затем и вовсе находясь в каком-то ступоре, не решаясь подойти. Сегодня он был одет в простые синие джинсы и темную футболку, а кожаная куртка была перекинута через плечо. Он не видел меня, и, воспользовавшись этим, я решила осмотреть его внимательнее. Привычной хмурости не было, и лицо парня было расслаблено, отчего он казался даже более симпатичным, вот только темная борода скрывала все остальное и мешала в полной мере оценить его. Мой взгляд опустился ниже, на широкие плечи, которые обтягивала темная ткань и отлично вырисовывала контуры отлично развитой фигуры. Короткие рукава позволяли увидеть бугры не перекачанных, но, вполне, словно литых мышц. Смуглая кожа влажно блестела от недавно принятого душа.
   Поняв, о чем думаю, надавала себе мысленных оплеух, после чего засеменила вслед брюнету.
      - Привет! - как можно бодро поздоровалась, поравнявшись с ним, но ответом мне было пустое молчание. И кто бы мог подумать, что этот тип решит вообще со мной разговаривать?
      - Слушай... Я тут хотела извиниться за то, что... - и тут задумалась. За что извиняться то? Что удирала, как только видела его. Черт, как сложно то. - Что сбегала и поблагодарить тебя за тот случай, - выложила на одном дыхании. - Спасибо, что спас меня. Знаешь, а ведь я даже и не знаю твоего имени, хотя искала тебя почти полдня, - нервно хохотнула, соображая, что уже мелю чушь. Глаза мои натолкнулись на еле видный узор, торчащий из-под рукава футболки. Тот факт, что брюнет имеет татуировку, не особо удивил меня. Его образ вполне мог предполагать наличие подобного рода живописи на его теле. Возможно, в его гараже хранится огромный черный байк, а в шкафу, помимо множества скелетов, парочка нарушенных уголовных статей. - Так вот... Поскольку я не знаю, что ты любишь, то вполне могу пригласить тебя поужинать, ну, или просто... - на последнем слове запнулась. Поскольку чувство трусости перед этим человеком у меня никуда не ушло, я шла на шаг позади него, но чувствовала себя более уверенней, нежели когда этот тип сверлит меня взглядом. Хотя, если учесть то, что я распинаюсь здесь как малолетка у школьной доски, а он явно не обращает на меня внимание, сильно раздражало. - Ну, так как? Ты.. - на последнем слове оборвалась, смотря, как брюнет, очевидно, смиловавшись, остановился. Медленно повернулся, после чего я тщательно была просканирована серыми глазищами, и вновь лицо его приняло обыденно хмурое выражение. Рука его, до этого мирно покоившаяся в кармане джинс потянулась вверх к уху и я с немым удивлением наблюдала, как он вынимает наушник, который неприметно прятался за темной прядкой его волос.
      - Ты что-то сказала?
      С отвисшей челюстью чувствовала, как внутри меня готов прорваться целый словестный гейзер. Матов.
      - Я...
   Чувствую себя овцой, которая только и делает, что блеет под взглядом хищника. Черт, ну почему именно перед ним я тупею?
      - Ты разучилась говорить? - Парень же как назло не делал не малейшей попытки помочь мне в моем замешательстве, лишь вопросительно приподнял бровь. Черт бы побрал эту его высокомерно вздернутую бровь да и его самого.
      - Нет же! - едва не выкрикнула, возмущенно чуть ли не сопя. - Я хотела сказать тебе спасибо, что помог мне тогда и в качестве благодарности пригласить... - выложив фразу как на духу, на последнем мгновении все же остановилась, задумавшись. И куда пригласить? В ресторан? Кафе? Вряд ли этот типок является посетителем таких заведений. Да и сомневаюсь, что мне рядом с ним вообще кусок в горло полезет. Скорее он меня сожрет, а не я что-то.
      - Продолжай, - в серых глазах промелькнул интерес и что-то еще такое, чего мне явно было неразгадать.
      - В кино! - брякнула я. Да какая к черту разница, куда приглашать, все равно это лишь формальность, на которую он должен любезно от...
      - О'кей.
      Развернувшись, он пошел дальше в своем направлении. Я же, сделав пару шагов, остановилась, переваривая услышанное, в надежде, что мне показалось.
      - Что?!
      ЧТО, ТВОЮ МАТЬ?!
      Догнав его, решила переспросить да и проверить, не показалось ли.
      - В кино, ты же понял? - у меня вырвался истерический смешок. - На фильм какой-нибудь...
      - Я же сказал, что согласен, - он лениво поглядел на меня. - Или тебе повторить для прочности закрепления ответа?
      - Я... Ээ... Нет.
      - Отлично, тогда завтра жди меня на здешнем крыльце в шесть часов, - после этого снова вперил взгляд вперед, заткнув наушником ухо, таким образом давая понять, что разговор окончен. Так как смысла идти за ним дальше не было, я осталась стоять на месте, глядя вперед, но при этом ничего не видя.
      Чувство, что одолевало меня, было сродни бабочкам, что порхают в животе, но те бабочки отнюдь не щекотали, как описывается это во многих книжках. Нет. Они просто царапали мои внутренности своими крыльями, порождая глубоко внутри холодный страх.
      - Твою мать, - тихо прошептала, проклиная себя и свою судьбу неудачницы. Такого исхода я не ожидала, а стоило ведь. И теперь мне как никогда не хотелось, чтобы наступало завтра.
    - Успокойся, - тихо шептала себе весь следующий день как и сейчас, откидываясь на сиденье. Взглядом скользнула на настенные часы, что висели в холле университета. 17:47. И на кой черт я, спрашивается, приперлась раньше времени? И зачем сижу здесь? Словно прячусь, медленно отсчитывая минуты до неизбежного. И чувство это непонятное. Страх перед неизвестным? И ведь знала, на что шла, но все равно...
      Перед глазами снова встал образ этого парня. Даже как звать его не знаю. Дура. И ведь нужно было для начала узнать хоть что-то, а не ломиться к нему с этим глупым предложением. А что я о нем знаю? Только то, что выглядит как оборотень и живет в почти что пустой квартире. Ах, и возит его девушка на дорогой машине. Красивая брюнетка. Интересно, кто она ему?
      - Черт, - закрыв глаза, хлопнула себя по лбу. Нашла о чем думать. Какая разница, кто она. Меня вообще это волновать не должно. Оглядев пустой холл, обрадовалась, что никого нет, и никто не может увидеть мои истязания. Вот блин, веду себя как девчонка маленькая перед первым свиданием. - Ч-че? - поняв, что только что ляпнула, хоть и мысленно, обозвала себя идиоткой. Какое к черту свидание? Обычная благодарственная деятельность.
      Скорее жертвоприношение, - подкинул внутренний голос.
   Хватит! - на мгновение зажмурившись, отогнала все мысли в сторону. Веду себя и впрямь, как малолетка. И что это со мной творится в последнее время.? Так, надо это прекращать. Глядя на время, ошеломленно застыла.
    18:10.
    Вот черт, умудрилась же я застрять в мыслях настолько, что потеряла счет времени. Соскочив, торопливым шагом отправилась на выход. Кроме как уходившей шайки и болтающей парочке неподалеку, никого больше не было. Надеюсь, я правильно поняла его слова. Что ж, может опаздывает. Ладно, подожду его. Заняв место на одной из свободных скамеек, что была скрыта в тени деревьев, принялась ждать. Порыв ветра приятно прошелся по коже и я порадовалась тому, что решила сегодня собрать дульку, отчего шея наслаждалась этой прохладой. Хотя, если учесть мой непослушный волос, то большинство прядей просто торчали из собранного мною пучка, но подобное уже просто меня не волновало. Откинувшись на спинку, стала наблюдать за играющими тенями деревьев, ощущая, как былая нервозность покидает меня.
      - Это издевательство, - раздраженно рыкнула я через пятнадцать минут. Этот тип так и не появился на указанном месте. Спустя еще столько же, я уже начала негодовать. Волна гнева смела во мне все мысленные смятения, и теперь я уже просто кипела, готовая прибить сероглазого, стоит ему только показаться. - Да что возомнил о себе этот тип?!
      Былого спокойствия как и не бывало и сейчас я просто жаждала покарать этого типа, которого прождала больше сорока минут. Сжав руки в кулаки, пошла обратно в универ. Поскольку весь двор был пуст, то, возможно, брюнет этот был внутри, во что, конечно, мало верилось. Оказавшись снова в университете, оглядела пустые диванчики. Вот же черт! Чтоб его! От злости скрипнула зубами.
      Но...
      Внезапная мысль о том, что теперь, по сути, я ничем ему не обязана, заставила меня замереть. Точно! Ведь я его пригласила! Не мои проблемы, что он не пришел, а значит, теперь можно идти с чистой душой.
      - Да, так и поступлю, - шепнула сама себе, и, вопреки своим словам двинулась вперед. На цокольный этаж. - После того, как проверю кое-что.
      Ноги сами понесли на нижний этаж, но стоило оказаться там, как сомнения снова начали терзать мою голову. И какого лешего меня сюда понесло? Поскольку занятия у многих уже закончились, то в коридоре решили выключить основной свет, а так как этот этаж считался подвалом, то и окон здесь, соответственно, не было, и теперь мой путь освещался лишь неярким светом, который шел со стороны лестницы и включенной лампы, в самом конце коридора. Там, где находился спортзал. Подходя ближе, все отчетливее слышала глухие звуки ударов мяча. Перед глазами начали возникать сцены из фильмов ужасов. Ведь были же похожие ситуации, когда одинокие девушки бродили по пустым зданиям и...
      - Д-дура, - выругалась, тряхнув головой и прогоняя дурные видения. Пора завязывать смотреть эти кошмарные фильмы. Наконец, дойдя до цели, накрыла дверную ручку рукой и потянула слегка на себя.
      Я нашла тебя, - подумала, смотря на единственного человека, отбивающего мяч и кидая его баскетбольное кольцо. Странно, почему я подумала, что он будет именно здесь, но еще страннее, то, что я была права. Застыв, стояла одолеваемая противоречивыми чувствами. Можно было уйти, не чувствуя себя чем-то обязанной ему, но, отчего-то, не хотелось. Просто смотрела, как он двигается, играя с мячом. Вопреки своей внешности, которая делала схожим его с пещерным человеком, грацией он обладал поистине кошачьей. И каждый его бросок не проходил мимо кольца. А еще... А еще одет он был в свободные шорты и темно синюю майку, на которой виднелись темные пятна пота. И факт того, что я откровенно пялюсь на него, раздражал. Чувствуя, как щеки начинают гореть, проклинала все на свете, но отвести взгляд не могла. То, как играл, двигался, подпрыгивал. Во всем этом было что-то такое, что притягивал внимание. Теперь его руки были полностью открыты, и я могла узреть темный узор, который шел по всему плечу и скрывался за темной тканью. Интересно, насколько эта татуировка большая? И как этот узор выглядит вообще. Поскольку парень был не близко, рассмотреть хорошо я не могла.
      Тут я осознала, что теперь уже парень не двигается, а просто стоит. Подняв глаза чуть выше, от плеч к лицу, внезапно захотела, чтобы земля разверзлась подо мной и поглотила полностью. Брюнет смотрел прямо на меня своим холодным взглядом. Мороз пробежал по коже. Черт, я как будто в Арктике на секунду побывала.
      - П-привет, - все мое красноречие куда-то выветрилось, стоило парню двинуться в мою сторону. Приблизившись ко мне, остановился.
      - Дай пройти, - только и сказал. Как будто ноги одеревенели, но пару шагов назад я все же сделала. Ноздри защекотало от запаха мужского пота и чего-то еще древесного. Все это, как ни удивительно, не отталкивало.
      - Если ищешь преподавателей, то они все ушли, - звук его голоса снова вернул ко мне способность мыслить.
      - Но я не их ищу. Тебя! - получилось слишком громко, отчего брюнет остановился. - Мы же договорились на сегодня, - мое тихое лепетание заставило привлечь его внимание, и он повернулся ко мне.
      - Договорились? О чем?
      Вот так одной фразой, напрочь, сбивают с толку. Да что уж там говорить, не в первый раз я теряю самообладание в присутствии этого типа, но сегодня я была не в состоянии молчать.
      - ЧТО?! Да я около часа прождала тебя и ты имеешь права заявлять о том, что забыл?! - мой голос эхом прошелся по всему этажу.
      - Вот как? - казалось, мои нападки ему по боку. - Извини, не помню, - бросив мне это, он снова повернулся в сторону раздевалки, словно меня и не было вовсе. Это был полный аут.
      - Черт возьми, - сильно сжав кулаки, недолго думая, кинулась в спортзал и, отыскав мяч глазами, схватила его, тут же кинувшись снова за мрачноватым типом. Тот уже находился возле раздевалки и открывал дверь, когда как кинутый мною мяч достиг цели и благополучно попал прямо в голову. - Это научит тебя, кретин патлатый, вежливости! - прорычала я. Он не отвечал, просто слегка пошатнувшись, парень стол на месте, вцепившись в ручку двери. Звук отскакивающего от пола мячика глухим невидимым обухом стучал в моей голове. Постепенно, удары прекратились, и наступила зловещая тишина. Словно вкопанная я стояла напротив брюнета, чувствуя, как вместе с осознанием своего поступка меня начинает прошибать холодный пот. Дура! Да он же меня прям здесь и порешает.
      - Из... - было больше похоже на писк, после которого громко вскрикнула, оказавшись неожиданно прижатой к стене. Жесткие пальцы обхватили мой подбородок, потянув вверх. Черт возьми, он в одно мгновение преодолел расстояние между нами. Он что, действительно не человек?
   Внутренне дрожа, уставилась взглядом позади его, боясь посмотреть ему в лицо. Куда угодно, только не видеть его глазищи.
      - Сначала делаешь, потом только думаешь? - голос его был слегка хрипловатым. - Ты ведь знаешь, что в большинстве случаев это заканчивается не самыми хорошими последствиями? Чего ты добиваешься? - внезапно тихо поинтересовался он, после небольшой паузы. Тон его не был злым, а лишь... Усталым?
      Преодолев свой страх, все-таки взглянула на него и с удивлением обнаружила, что лишь зря накрутила себя по поводу его гнева, так как, судя по выражению лица парня, он был спокоен как удав. Лишь взирал на меня с каким-то странным любопытством.
      - Слушай, - вздохнула. - Извини, что кинула в тебя мяч, но ты меня взбесил своим поведением, ведь я ждала...
      - Я не про это, - перебил он. - Зачем ты вообще все это?
      - Я же говорила, - мотнув головой, освободила свой подбородок от цепких пальцев, но все так же осталась притиснутой к стене. - В тот раз ты... Помог мне.
      - И всего-то? Не стоит благодарности.
      Меня тут же резко отпустили. Брюнет отправился было обратно к раздевалке, но снова остановился. Он что-то тихо сказал, но я не расслышала, так как перекрыла его бормотание звуком своего голоса.
      - Ведь я даже не знаю, как тебя зовут! Может, для тебя это и не столь значительно, но для меня это важно, так как, если бы не ты, то... - запнулась, не зная, что сказать. - Я, правда, хочу отблагодарить тебя...
      - Хорошо, - твердо произнес парень, не поворачиваясь в мою сторону. - В кино, так в кино. Только тебе придется еще чуть-чуть подождать, пока я помоюсь. И, кстати, - добавил он, уже закрывая за собой дверь. - Меня зовут Демьян.
      Я осталась на месте, переваривая информацию.
      Демьян.
      Вот значит, как звать этого оборотня. Если подумать, то представляя себе его образ, я даже не силилась угадать его имени, ведь как ни называй, ничего не подходит. Оборотень да и только. Но Демьян. Интересное имечко, но в воображении моем всплывают совсем другие ассоциации. Это имя скорее подошло бы какому-нибудь графу или принцу. Титулованному, с утонченными манерами. А здесь скорее Вельзевул.
      - Вот черт, - спустя долгое время, вздохнув, прислонилась к стене. И чего мне домой не шлось то? И вообще, долго он там еще переодеваться будет? Уже минут двадцать жду. - Для парня что-то он не сильно расторопный, - пробормотала себе под нос, подходя к раздевалке. Чуть ли не на цыпочках, подкралась к двери, стараясь не издавать лишнего шума, прислушалась. Тишина. Судя по тому, как минут пятнадцать назад шум воды из душевой утих, то он уже давно должен был закончить свои гигиенические процедуры. У него что там, целая гора шмоток, раз он до сих пор не выходит?
      Сердито клацнув зубами, засекла время и снова стала ждать. Пять, десять, пятнадцать минут. Больше не выдержав, принялась стучать по двери.
      - Да сколько можно? Не парня, а принцессу как будто жду!
      Ответом мне была абсолютная тишина, что сподвигла меня на дальнейшие действия.
      - Мне плевать, одет ты сейчас или нет, но... - резко ворвавшись в раздевалку, тут же обмерла на пороге, забыв о том, что хотела сказать. В шоковое состояние меня ввела картина полуголого Демьяна, лежащего на полу. Не требовалось долгих раздумий, чтобы осознать, что он был без сознания. - Твою ж... - выругавшись, подскочила к нему. - Эй, ты слышишь меня? Господи, скажи, пожалуйста, что ты просто отключился от счастья, что идешь со мной в кино, - бормотала я, опускаясь на землю рядом и хватая парня за плечи. Дважды черт! Судя по температуре его тела у него жар. В попытке поднять его я лишь потерпела поражение, так как он был очень тяжел. - Что за чертовщина, - стоя на коленях, угрюмо сопела, пытаясь хоть как-то сдвинуть эту тушу с места, но тут моя нога начала резко отъезжать назад и я почувствовала, что падаю вперед. Обхватив руками голову Демьяна, зажмурилась. Удар был глухим и тихим, но локти мои прочувствовали всю тяжесть мужского тела, на котором я распласталась. Чувствуя, как саднят ушибленные места, я готова была взвыть от бессилия, мало того, что не смогла даже усадить его, так еще и чуть не угробила. Раздавшийся стон заставил меня открыть глаза. Мое дыхание перехватило, когда я поняла, что нахожусь от лица парня всего в паре сантиметров. Черт, слишком близко. И почему именно я вечно влипаю во всякие бредовые ситуации? Отпрянув, быстро высвободила свои конечности, находясь все в таком же положении.
      - Что?
      Звук его голоса заставил замереть. Лицо парня нахмурилось, словно ему почудился кошмар, затем, слегка задрожав, его веки приоткрылись. Казалось бы целая вечность прошла с того момента как он открыл глаза и посмотрел на меня. Я в то же время не могла взгляд отвести от него.
      - Почему ты здесь? - прохрипел он, кашлянув. Не сделав и попытки подняться, Демьян снова закрыл глаза. - Зачем... Вернулась?
      Очевидно, ему было очень плохо, поскольку слова он выговаривал тихо и медленно.
      - Как зачем? Я же жала тебя! И вообще, может, попытаешься хотя бы встать, а не валятся на полу? - во мне снова начала закипать злость на этого типа.
      - Не нужно, - проговорил парень. - Ничего не надо делать.
      - Что?! А как...
      - Я же сказал, - повысил он голос, перебив меня. - Просто проваливай.
  

Глава восемнадцатая

  
    - Бесит, - громко чихнув, укуталась в одеяло. Никогда не любила болеть, а тут еще умудрилась заразиться от этого типа. Но, в этом есть, конечно, и плюсы, ведь уже второй день я не посещаю универ, и кушать мне готовит папа. Да и погода в последнее время выдалась дождливая, так что лучшего времени, чтобы отдохнуть дома, и не найти. Хотя и отдыхом это и не назовешь, но уж лучше так, чем ничего. Есть возможность осмыслить все последние события, что произошли в моей жизни, начиная с поступления и заканчивая последней встречей с этим Демьяном. Кстати о ней. В кино мы не пошли, поскольку у него поднялся жар и ему стало плохо. На его грубое обращение "проваливай" решила не обращать внимания.
      - Так, чем бы тебе помочь, - забрав у парня полотенце, побежала к раковине. Включив холодную воду, пропустила ее, после чего намочила полотенце и вернулась к Демьяну. - А ну, признавайся, громила, - бормотала я, складывая мокрую ткань у него на лбу, - есть ли у тебя мозги вообще в таком состоянии заниматься спортом? - Пошарив глазами вокруг, увидела открытую бутылку с водой в ящичке. Пока я рылась у себя в сумке, он пытался возразить мне что-то, но вскоре тут же прекратил свои попытки. - Верно, не надо со мной спорить, ведь я права... Есть! - Найдя во внутреннем кармане анальгин, тут же вскрыла одну таблетку. Сунув ему в рот и приложив к губам горлышко от бутылки с водой, взятой мною с полки. - Давай, спортсмен, жуй, и бо-бо скоро пройдет.
      Хотя в антисептиках я мало разбиралась, но очень надеялась, что делаю все правильно, и Демьяну станет легче. Наверное, со стороны смотрелось очень забавно, как я, сидящая на корточках, поддерживаю этого типа под головой, держа в то же время воду, чтобы ему было удобно пить.
      - Так, вставай. Тебе нужно одеться, я тебе помогу...
      - Не нужно, - хрипло отозвался брюнет, крепко ухватываясь за стоящую рядом скамейку и кое-как поднимаясь. Встав на ноги, он слегка пошатнулся, но тут же схватился за шкаф. Стоя рядом с ним, я сразу же подскочила к нему, обхватив парня за талию. - Я же сказал, что не...
      - Может, заткнешься, - рыкнула я, наплевав на собственную самосохранность. - Все равно не уйду.
      - Окей, - спустя время устало вздохнул брюнет. - Тогда отцепись от меня и дай одеться.
      Мне показалось, или в его голосе было веселье? Но увидеть его лица не могла, поскольку моя голова была опущена у его груди, а руки крепко обхватывали талию, дабы он не упал. Черт. Даже чересчур крепко. Отпустив его, я отошла, даже не решаясь смотреть в эти серые глаза. Медленно, Демьян начал натягивать на себя одежду, а я просто стояла в сторонке, глядя на его широкую спину, сжимая в руках мокрое полотенце, что он отдал мне и до сих пор чувствуя запах его дезодоранта, смешанным с едва уловимым ароматом шампуня.
      - Черт, - протянула я, обнимая подушку и укутываясь в нее носом. Он вкусно пах. Очень. Даже сейчас я помню этот запах, который словно въелся мне в память с самого начала. Он не такой, как у других, хотя, возможно, это я всего лишь придаю значение мелочам.
      Потихоньку, чувствовала, как начинаю дремать, но звук телефона вывел меня из сонного состояния. Посмотрев на номер звонившего, мысленно застонала.
      - Да, дядя Паша, здравствуйте.
      - Надо же, сегодня уже дядя Паша? - усмехнулся в трубке сиплый голос. - Чувствуешь, что провинилась?
      - Да, поверьте, и уже испытываю наказание по полной, - для убедительности громко шмыгнула носом. - Болею, как видите, вот и не смогла прийти.
      - Ясно, ну, что ж поделаешь, хоть бы предупредила, - нарочито сурово сказал мужчина, но я знала, что этот человек не способен держать зла на меня, да и вообще, на кого-либо еще.
      - Простите, совсем забыла, шепотом произнесла я, чувствуя, как сипнет горло. - На днях забегу к вам.
      - Ты это, выздоровей для начала, а потом уже ко мне заходи.
      - Хорошо, - пообещала, после чего попрощавшись, снова зарылась под одеяло. Забываясь сном, в который раз в голове возникал один и тот же образ парня с серыми глазами, но теперь уже выражение его лица не было таким угрюмым. Память все снова и снова услужливо подсовывала мне тот момент, когда я упала на него. Именно тогда я в первый раз увидела это странное выражение в его лице. Что же это было?
   Печаль?
      ***
      Раздраженно вздохнув, Женя, в который раз, посмотрела на экран своего сотового. Она не понимала, почему так делает, ведь никаких звонков она не ждала, а время ее не волновало и вовсе. Просто по-другому она не могла отвлечь себя только как пустому тыканью пальцами по экрану. У нее была мысль о том, чтобы позвонить Лине, но она тут же ее отбросила. Она не сомневалась, что подруга ее поймет и поддержит, но объяснять причину своего волнения Силантьевой не хотелось. Уже несколько дней прошло с ее последнего разговора с Артемом, после чего Женя все-таки смогла признаться самой себе в своих чувствах. И вот уже несколько дней девушку не покидает ощущение того, что Тихонов избегает ее.
      - Жень? - тихий голос послышался со стороны. Не оборачиваясь, Силантьева подобрала ноги, чтобы освободить место на подоконнике, которое тут же заняла Василиса, закинув свою сумку рядом. - Как дела?
      - Пойдет, - буркнула в ответ шатенка, все так же, не отрывая глаз от окна. Зная подругу с детства, Вася решила ничего не спрашивать. Рано или поздно, Женя все равно рассказывала все сама. Через время, когда успокоится, она приходила и рассказывала все, что было на душе. В отличие от Миши, которая была скрытная по натуре своей, Силантьева нуждалась в выплеске своих эмоций.
      - Вась... - внезапно тихо шепнула Женя. - Я соврала. Все плохо, - сжав в руках свою тряпочную сумку, она наконец-то взглянула на Василису. - Я влюбилась.
      Леснина улыбнулась про себя, уже заведомо понимая, о ком именно идет речь. Не так давно Женька очень часто начала упоминать лишь одного парня в своих разговорах. Но, почему-то, Вася не видела ничего плохого в том, что Жене нравится Артем. Напротив, по ее мнению эти двое очень хорошо подходили друг другу, если учитывать все то, что рассказывала о нем Силантьева.
      - И снова не в того, - не замечая бодрого настроения Васи, Женя снова удрученно уставилась в окно. - Я просто неудачница.
      - Он тебя чем-то обидел? - задала свой вопрос Василиса.
      - Нет, - тут же ответила Женька. - Наоборот, он всегда помогает мне, - уже более тихо, но блондинка все услышала.
      - Тогда не вижу никакой проблемы, - Леснина взглянула на свои наручные часики, которые показывали, что через пять минут начнется пара. Осторожно спрыгнув с подоконника, нала отряхивать невидимые пылинки с брючек. - Женя, иногда гномы, из моих ведьминых книжек, - показала пальцами ковычки. - Кажутся мне намного умнее тебя. Особенно в такой ситуации как эта. Артем ведь не виноват в твоей фобии...
      - Нет у меня никакой фобии, - огрызнулась Силантьева.
      - Тогда тем более не вижу причин пойти ему навстречу. Ладно, я пойду. У меня пара, как и у тебя, тоже, - посмотрев на подругу, Вася улыбнулась. Закинув сумку на плечо, собралась было уйти, но приостановилась. - Просто попробуй, - бросила она.
    ***
      Со смутным ощущением чего-то непонятного я медленно шла в универ. Уже второй день, как я выздоровела, но складывалось впечатление, словно меня не было целый год. Или наступление осени так влияет на окружающих, или же глобальная апатия поглотила всех. Вот уже два дня Женька молчит и ходит словно зомби, направив свой взгляд в одну точку, а мои одногруппники и вовсе словно забыли, о моем существовании. Данила так же не было видно, но, даже не смотря на то, что было в свете последних событий, я бы не отказалась с ним просто поболтать. Так же, стала замечать за собой, что украдкой наблюдаю за прохожими, ища в них одного человека. После того случая в раздевалке, моя реакция на Демьяна стала очень странной. Пусть я еще его не видела после того события, но гостем в моих мыслях он стал частым. И с чего, спрашивается, такие привилегии? Но ответить на этот вопрос я сама же не могла. В общем. После всех насыщенных событиями недель, наступили обычные будние дни, сливающиеся в один серый и длинный отрезок времени. День за днем тянулись бесконечно, а когда заканчивались пары, облегченно расправляла плечи, чувствуя себя Атлантом из мифических историй, что держал весь небесный свод на своих печах. Сегодня, как и в последние дни, Женя снова витала в облаках и на предложение прогуляться до дома пешком, отказалась, сославшись на усталость и головную боль, после чего быстро упорхала на остановку. В итоге, домой я возвращалась в одиночестве, бредя по улицам и глазея на дома. Так как темнеть начинало уже рано, то во многих квартирах уже включали свет. Не понимала свою идиотскую привычку заглядывать ко всем в окна, но привита она была у меня с детства. Любила я наблюдать за домашним уютом издали.
      Вспомнив, что дома в холодильнике царит пустота, решила зайти в ближайший супермаркет. Поскольку отец сегодня будет допоздна, то что, будет сегодня у меня на ужин, остается решать только мне. Походив между стеллажами, отправилась к отделу с полуфабрикатами. Выбирая, что же все-таки легче готовить, внезапно почувствовала чей-то взгляд на себе. Оторвавшись от созерцания продуктов, посмотрела вперед. Мое чутье меня не обмануло. Прямо передо мной стоял парень, который неотрывно глядел на меня. Он даже не моргал, будто уставившись в одну точку, коей являлась я. Решив не обращать на это внимания, взяла первую попавшуюся пачку наггетсов и отправилась к овощному отделу. Странный парнишка, хотя внешность у него была довольно симпатичная. Набрав всего того, что нужно, подошла было к кассе, но остановилась у холодильника с напитками. Стоит ли сегодняшнюю вредную еду разбавить шипучей газировкой? Внезапная тень за мной спиной заставила меня резко отскочить, повернувшись спиной к холодильнику. Очевидно, моя реакция была слишком неожиданной, поскольку парень увернуться не успел и взмах моей корзинки прошелся по его тележке, чуть не перевернув ее. Половина содержимого моей корзины полетело на пол.
      - Черт! - выругавшись про себя, ринулась поднимать все. В мгновение мужские руки присоединились к моим, собирая все рассыпавшиеся по кафелю овощи.
      - Прости, - проговорил он хриплым голосом, отчего сложилось впечатление, что он курит. Очень часто. - Это все из-за меня, напугал тебя видимо, - издал короткий смешок. Я же в ответ на это промолчала. - Я хотел спросить у тебя, - он говорил негромко, четко проговариваясь, словно давая мне время обдумать каждое слово. - Мы раньше не виделись?
      Этот неожиданный вопрос заставил меня посмотреть на него. В темно-карих глазах застыло немой вопрос. По поводу его внешности я не ошиблась, вблизи он казался еще привлекательней. Высоко очерченные скулы были покрыты темной щетиной, которая оттеняла бледноватую кожу. Ростом он был намного выше моих полтора метра с копейками, а широкие плечи внушали силу. Мужскую и грубую. Хоть и казался он быть любезным, но разбитые костяшки, которые я успела заметить, говорили о том, что парень этот хорошо сведущий о жестокости. Видела я его впервые, о чем сразу же сообщила ему.
      - Вот блин, обознался, прости, - отозвался он, когда мы закончили все собирать и встали с корточек. - Еще и напугал.
      - Ничего страшного, - вымученно улыбнулась ему в ответ, понимая, что не объясню ему о том, что все дело в моих фобиях, а вовсе не в нем. Уже выходя из супермаркета, он нагнал меня, протянув мне плитку шоколада.
      - Держи, мне все равно неудобно, - объяснил он свое действие. Видя мою нерешительность, с которой я смотрела на шоколад, брюнет и глазом не повел, продолжая все так же держать сладость. Наконец решившись, я все-таки взяла предложенную плитку. - Ты прости, что я такой дикий. Я просто в первый раз в этом городе, к другу приехал, - не увидев никакого протеста с моей стороны, он пошел рядом, подстраиваясь под мой шаг.
      - И я похожа на твоего друга? - на мой вопрос он лишь усмехнулся.
      - Нет, - темные глаза снова вперились в меня пристальным взглядом. - На его девушку.
      - Ты не знаешь как выглядит девушка твоего друга, к которому ты приехал из другого города? - озвучив свой вопрос, саркастически подняла бровь, но брюнет и не думал смущаться.
      - Так вышло, - пожал плечами. - Что мы с ним... Поругались, - казалось, что он хотел внести совсем другой смысл в эту фразу. - С его девушкой мы редко пересекались, но увидев тебя, подумал, что встретил ее, - его улыбка была наполнена какой-то загадкой.
      - Ну, желаю удачи тебе, - приостановилась, глядя на него с полуулыбкой, как бы намекая, что дальше пойду сама. - С другом.
      Парень, казалось, намек понял. Остановившись, сунул руки в карманы.
      - Спасибо, - сказал он, глядя на меня сверху вниз. Только сейчас разница в росте между нами стала очень заметной. - Пока, - кивнув, брюнет побрел в другую сторону. Идя дальше, я все же обернулась вслед, посмотрев на спину парня. Он очень выделялся среди остальных. Высокий, мощный, он будто разгребал эту толпу перед собой своим появлением, расставлял их по сторонам от себя. Довелось мне как-то прочитать статью о языке жестов. И все что я могу сказать, так это то, что все его движения и резкая походка говорили о его темпераментности и характере. Что-то внутри твердило, что такой человек как он опасен и страшен в гневе. Невольно перед глазами встал образ Демьяна. Он тоже был высок и широкоплеч, но в отличие от этого парня, походка у него была плавной, какой-то медленной и грациозной. Как у огромной черной кошки. У него была широкая расстановка шагов, но в то же время спокойная и решительная. Словно он уверен в каждом своем действии...
      - Черт! - выругалась вслух, отчего проходящая мимо парочка слегка шелохнулась от меня. И какого, спрашивается, я снова о нем вспоминаю? Тихо рыкнув, надев наушники, врубила музыку по максимуму, после чего двинулась домой.
      Об этом случае я сразу же забыла, решив даже и не вспоминать о странном парне. Следующий день, как и все предыдущие ничем не отличался, да и начался он совсем обычно. Привычно, совсем как в фильме "день сурка". Но все же, отличие было. Я увидела его. Не заметить эту темную фигуру было невозможно. Он отличался от всех других, появляясь в коридоре, словно сужая широкое пространство. С каких пор его личность стала мне интересна, так разобрать и не смогла, но, все же, украдкой всегда наблюдала за ним. Как он лениво передвигался, не глядя на кого-либо, создавая свое собственное пространство. Если бы рядом была Женя, она бы просто посмеялась над тем, как я маниакально следила за этим типом. Вглядывалась исподтишка, так сказать. Не отпускала его взглядом, осознавая, что теперь, как ранее, не ощущаю страха перед его персоной. Телефон завибрировал в моем кармане. Отвлекшись, достала его, чтобы узнать, что мне звонил Дан. В нерешительности держала сотовый в руках, размышляя, ответить ли. Внешнее резкое движение привлекло мое внимание, и я снова обратила свой взор в ту сторону, где был Демьян. Теперь он был не один. Он стоял и смотрел на девушку, что, весело улыбаясь, что-то говорила. Что именно, я услышать не могла, но наклон ее головы слегка в бок, заискивающий взгляд, томная улыбка и то, как она заламывала руки за спиной, явно говорили о том, что девушка нервничает и ей что-то явно нужно от Демьяна. Телефон все продолжал вибрировать, а я смотрела, как Демьян, медленно, поднимая руку вверх, выуживает из своей длинной шевелюры наушник, тем самым ставя девицу в ступор, заставляя ее умолкнуть. Почему-то эта сцена и ее напоминание о том моменте, когда сама же была в такой ситуации, вызвала у меня широкую улыбку. Я не могла не улыбнуться, видя, как вытянулось лицо девушки, в точности представляя, что мое выглядело точно так же. Все это вызывало такое веселье, что захотелось громко усмехнуться. Что-то коротко сказав девице, Демьян снова надел наушник и пошел прочь, оставляя ту пялиться в точку в прострации. Постепенно эмоции на ее симпатичном лице начали меняться одна за другой. Сначала были злость, досада, затем снова злость. Бледная кожа, словно фарфор, начала принимать красноватый оттенок.
      - Катя, - раздалось откуда-то сбоку, и тут же нарисовались другие девушки, по всей очевидности, подруги той самой Кати, которая, сжав кулаки, бросилась опрометью куда-то к лестнице. - Ну, хватит уже бегать за ним, - услышала я сетование одной из двух девушек, что побежали за ней. Они двинулись мимо меня, и я четко могла услышать часть их разговора. - Он уже который раз динамит тебя, пора бы уже понять...
      - Ни черта! - Несколько минут назад милая, и красивая Катя была похожа на разъяренную фурию с расширяющимися от гнева ноздрями и пылающими щеками. Что было дальше, уже не слышала, так как все они скрылись довольно быстро в толпе. Надо же, - не без удивления подумала я. Даже такие угрюмые персонажи как этот имели своих поклонниц.
      До конца дня оставались всего две пары, которые я провела сидя в одном положении и глядя в одну точку за окном. Мария украдкой посматривала на меня, но спрашивать о чем-либо не стала, чем я была ей благодарна. Все это время в моей голове всплывала недавняя сцена, и причину этому я не могла понять. С виду хрупкая и невысокая девушка не производила впечатления той особы, которая могла бы заинтересоваться подобными парнями. Скорее, такими, как Данил. Да, но не им. И, как я поняла, эта не первая попытка очаровать неприступного и хмурого демона, как мысленно окрестила его (так как это созвучно с Демьяном). Помня свое первое впечатление и свое чувство страха перед этим парнем, стало до невыносимости любопытно, каким образом Демон повлиял на чувства этой девушки.
      - Лина, ты идешь?
      Витая в своих мыслях не заметила прозвеневшего звонка, начиная собираться автоматически. И лишь голос Василисы вырвал меня из задумчивости. Она стояла в проходе аудитории, с интересом смотря на меня. Глядя на невысокую и хрупкую Василису, невольно сравнила ее с собой. Рядом с ней, ухоженной и одетой в классическое платьице, я, в своих джинсах и футболке, на размер больше, смотрелась с ней как оборванка.
      -Сегодня мне надо зайти к тете, так что мне по пути с тобой, - проговорила Леснина.
      - Да, идем, - поспешно закинув все в рюкзак, пошла к ней.
      - У тебя все нормально? - внезапно спросила Вася, когда мы выходили из здания университета. Тон ее вопроса заставил меня в удивлении посмотреть на нее. Она казалась невозмутимой, но в голубых глазах крылось непонятное мне любопытство. Казалось, что ее что-то интересовало, но спросить она не решалась. Отвернувшись, она посмотрела куда-то вдаль, словно пытаясь что-то там рассмотреть. Руки ее беспорядочно теребили длинный золотистый волос, собранный в хвост.
      - Все хорошо, - медленно произнесла я. Василиса ничего не ответила и дальше мы пошли молча. Поменяв направление своего взгляда, я посмотрела на стоянку. Лениво просматривая машины, в поисках тайоты Данила, наткнулась черный джип, который гордо возвышался среди других тачек, ярко сверкая на солнце. Смотря на искусно вырисованное крыло, чувствовала, как неведомые силы потянули меня к той машине и ноги сами завернули в сторону парковки.
      Что именно заставило меня пойти именно так, неизвестно. Одно лишь знала, что возможно именно это и стало моим переломным моментом. Ведь именно так называются такие ситуации, после которых в твоей жизни происходят глобальные перемены. И то самое чувство непонятной тревоги лишь усилилось, стоило нам оказаться возле Лексуса. Проходя мимо, снова скользнула взглядом по рисунку, отметив, что в машине никого нет.
      - А почему мы пошли так? - вслух задала Василиса тот вопрос, который я уже несколько раз прокрутила в голове, но так и не нашлась ответом. Что мне ответить? Что просто понравилась тачка. Посмотрев на джип последний раз, я собиралась сказать, что не знаю ответа, но так и не смогла что-то сказать, поскольку не заметила, как навстречу мне кто-то шел.
      - Ой, - тут же воскликнула девушка, в которой я сразу же узнала хозяйку лексуса, который только что рассматривала. Вблизи она казалась еще красивее, а глаза у нее оказались светло-карие, которые тут же начали сканировать меня. Она была чуть выше меня и примерно моего возраста.
      "Интересно, кто она ему?", - поневоле возник в голове этот странный вопрос.
      - Лина?
      Я слышала, как меня зовут, но не сразу осознала, что это была не Вася. Василиса просто стояла в стороне, глядя на то, как мы с этой брюнеткой сверлим друг друга глазами.
   Это была она. Это она позвала меня.
   Я два раза моргнула, не веря. Разительная перемена эмоций произошла на лице девушки.
   - Михайлина, - как-то скомкано и глухо выдохнула она мое имя, внезапно поддавшись вперед. В следующую секунду я была заключена в кольцо тонких женских рук.
     

Глава девятнадцатая

  
     - Вот блин... - зашипел Глеб, когда я в очередной раз наступила ему на ногу.
      - Прости, - словно заевшей пластинкой пробормотала уже раз в десятый. Сегодня была генеральная репетиция, которая требовала к себе максимального внимания, но именно в этот день все у меня шло из рук вон плохо. Идя с Глебом под руку, мыслями я была совсем в другом месте. После сегодняшней встречи с той брюнеткой, меня не покидал внутренний страх. Чем он был вызван, понять не могла, но стоило мне взять предложенную Глебом бутылку с водой, как я увидела собственную дрожь в руках.
      - Тебе плохо? - поинтересовался мой напарник по танцам, садясь рядом со мной на бетонный подоконник в коридоре. Видимо он тоже заметил мой мандраж.
      - Все нормально, просто голова немного кружится, - отчасти это было правдой. Стоило прикрыть глаза, как все вокруг словно плыло, словно я находилась в лодке, где-то посреди океана. В носу сладко щекотало от непривычного мне запаха духов. Ее духов. Которые мерещились мне до сих пор, и я не могла отделаться от этого аромата. Меня мутило от этого запаха. Воспоминания уносили меня в тот момент, когда я вдыхала этот сладковато-мятный аромат, укутанная мягкими девичьими объятиями. Эта девушка обнимала меня так, словно дети обнимают своих любимых мягких игрушек. Крепко сжимая и кутаясь носом куда-то в плечо. А я стояла как вкопанная, не зная, как реагировать. В голове мелькала лишь одна мысль: она знает меня. Откуда? Кто она? Не считая того раза на стоянке, видела эту брюнетку я впервые, но вариант о том, что она просто обозналась, отпал сразу же, как она назвала мое имя, которое редко у кого встретишь.
      - Прости, - словно спохватившись, отпрянула. - Просто, не ожидала... Не ожидала тебя увидеть... Здесь, - она слегка запиналась, то ли от переизбытка эмоций, то ли просто не знала, что сказать. Я же просто молчала, не в силах вымолвить ни слова. Будто язык к небу прирос.
      - Линка, вот ты где, а я обыскался, - на плечо легка тяжелая мужская рука, отчего я вздрогнула, выйдя из состояния истукана. Я не заметила, как подошел Данил, но была благодарна ему за эту маленькую разрядку, что была подобна глотку воздуха для меня. Я схватилась за эту возможность уйти от этой ситуации, словно за соломинку.
      - Прости, сейчас я не могу говорить, - нервно улыбнувшись, вцепилась в бок Данила и повернулась, чтобы пойти дальше.
      - Стой, может, встретимся, Миша? - у нее был приятный низкий голос, и имя мое которым она произнесла его, звучал как-то странно, но это словно эхом отозвалось внутри.
      - Так может тебе таблетку дать? - Глеб снова ворвался в мои мысли, рассеяв воспоминания.
      - Нет, спасибо, - улыбнулась ему, вставая. - Скоро уже должно пройти.
      - Ну, смотри, а то мне не нужна полуживая напарница, - он встал следом за мной. - Кстати, ты так и не отметила мой костюм, - говоря это, парень поправил бабочку на шее, всем своим видом демонстрируя внешний вид. Этот его жест показался мне весьма забавным, ведь вел он себя словно мальчишка, перед первым своим праздником.
      - Тебе очень идет, - искренне заверила его.
      - Ну вот, напросился на комплимент, - недовольно фыркнул, чем вызвал мой смешок. - Тебе вот, если честно, очень идет твое платье, - указал он на мое одеяние, выданное мне предприятием. Поскольку весь наш танец будет проходить в бальном стиле, то и костюмы должны быть соответствующими. Очевидно, к запланированному событию заведующие этого предприятия отнеслись с полной серьезностью, поскольку у всех были одинаковые черные платья, отделанные дешевой тканью походящей на бархат. Но должна признать, смотрелось захватывающе. Облаченные в черные платья, под стать средневековым, девушки, выглядели эффектно, как и парни, облаченные в черные костюмы. Хотя, с парнями оказалось все гораздо проще, так как половина пришла в своих костюмах, что гораздо облегчало задачу создателям сего флеша.
      - Спасибо, - дав Глебу руку, снова встала с ним в стойку, начиная вливаться в плавные ритмы танца. В этот раз попыталась сосредоточиться на движениях, но всех моих усилий едва схватило на пару минут, после чего я снова начала путать движения. Глеб, возможно, понял, что мысленно я далеко, но в этот раз промолчал, просто продолжая вести меня.
      ***
    Щелчок.
   Яркой вспышкой маленький огонек озарил темную комнату бледным светом. Лишь на пару секунд, после чего снова наступила тьма, разбавляемая лишь тусклым отсветом ночных фонарей, прорезавшимся сквозь шторы. Данил держал огонь до тех пор, пока колесико зажигалки не нагревалось до терпимой температуры, после чего опускал. Даже не глядя на время, он мог с уверенностью сказать, что на часах уже около двух часов ночи. Он не мог заснуть, и причиной тому была зеленоглазая рыжая девчонка.
   Щелчок.
   В последнее время поймал себя на мысли, что слишком часто задумывался о ней. Как сейчас. Что-то было в ней такое, что тянуло его. Поначалу он и не думал водить дружбу с ней. Не задумывался даже, просто валял дурака, но потом и не заметил, что слишком часто стал проводить с ней время. Она напоминала ему его покойную сестру. Такие же беспорядочные темные волосы, собранные в пучок, пронзительный взгляд и язык как помело. Всем своим поведением она напоминала ему Лию. Но ее преображение и вовсе ввело в ступор. Да и тот поцелуй в клубе. По правде говоря, не сразу догадался, что это она, а как понял, так и вовсе на время выпал из реальности. Не думал, что его хамоватая на язык знакомая, окажется такой вот. Привлекательной до чертиков. Теперь ему даже в голову не приходило сравнивать Лину с сестрой. Да и глупости это, признавался сам себе. Но девчонка его заинтересовала. Хотя, в последнее время он заметил, что с ней что-то не так.
      Он заметил, как крепко вцепилась Миша в него, стоило ему подойти к ним сегодня на парковке. То, как дрожали ее руки, когда держала свой телефон, диктуя свой номер той брюнетке и принимая ее вызов. Слишком бледная была. Она даже попросила довезти ее до дома, ссылаясь на то, что торопиться. Все же остальное время просто сидела, молча, уставившись в окно, а на вопрос все ли в порядке, отвечала односложным "да".
      Щелчок.
      Слишком много тайн хранит в себе эта девушка, но тем сильнее ему хочется узнать ее.
     ***
   Глухой крик застрял где-то в горле, когда я открыла глаза. Сердце словно бешенное рвалось из груди, а горло словно сдавливал спазм, не давая открыто дышать. Я открыла рот, стараясь вобрать себя как можно больше воздуха, которого так нехватало. Ощущение тошноты было настолько сильным, что становилось дурно, но я не могла заставить себя встать. В этот момент казалось, что мое состояние не позволит мне сделать и пару шагов. Мелкая дрожь сотрясала все тело. Обхватив голову руками, старалась успокоить себя, лихорадочно роясь в памяти и пытаясь выявить общую картину своего испуга. Чувствовала, как с уголков глаз стекают слезы, растворяясь где-то в волосах. Постепенно, дрожь стала исчезать, и появлялось чувство реальности, но слезы так и продолжали беспрестанно идти, оставляя мокрые прохладные дорожки. Непреодолимо чувство какой-то безысходности гложило изнутри. Последующие десять минут силилась вспомнить свое сновидение, что бесследно исчезло из памяти, оставив лишь безумное желание зарыться лицом в подушку и зарыдать во весь голос. Закусив кулак, все же тихо заплакала. Я не могла понять, что случилось в моем сне, и что заставило меня так отреагировать, но чувство потери не покидало меня. Словно я потеряла самого близкого мне человека и сейчас оплакивала его, изнывая от горечи. Всхлипнув, зажмурилась. Последний раз я так же оплакивала маму. Давно ли это было? Где-то год прошел. Может, это она мне приснилась, а я попросту не могу этого вспомнить? Но ведь так давно не было кошмаров, а чувства утраты уже поостыли. Могло ли быть вчерашнее сообщение, ставшее источником моих переживаний, повлиять и на сон? Это сообщение носило в себе всего четыре слова:
      "Давай встретимся завтра? Милана".
      Битый час держала в руках телефон, думая, что же ответить. Но, очевидно, девушка была не слишком терпеливой, поскольку, не дождавшись ответа, перезвонила мне. Отвечала я чисто механически, стараясь запомнить время и место встречи, что она назначила. Наш разговор длился всего лишь минуту, и все это время я как завороженная слушала ее голос. Красивый, мелодичный и мягкий. Весь последующий вечер он не выходил у меня из головы, как множество вопросов, на которые не могла дать ответа. Кто она? Откуда знает? Знаю ли ее я? К ночи чувствовала, как голова начинает болеть. Утреннее пробуждение отодвинуло на второй план мысли о неизвестной девушке, заставив меня теперь размышлять совсем о другом. Страх, который я испытала сегодня, не давал мне покоя. Силилась вспомнить, что же мне приснилось, но воспоминания подкидывали лишь какие-то смутные образы, так и не давая мне четкой картинки, что вводило в смятение. За всеми этими раздумьями я и не заметила, как собралась и поехала в универ, очнувшись уже на последней паре. Моя соседка по парте отсутствовала, на что сразу же обратила внимание, но, не придав этому большого значения, снова окунулась в свои раздумья, вяло водя кучкой по тетрадному листу. Во второй раз из задумчивости меня вывело непонятное ощущение того, что кто-то на меня смотрит. Мои ощущения подтвердились: стоило мне оглянуться, как я сразу же натолкнулась на горящий взгляд Мельникова. Он буравил меня своими глазами, в которых выражалась лютая ненависть и злоба. Да, после того случая с Даней, Антон больше не подходил ко мне, лишь иногда презрительно смотря вслед, но сейчас наша вражда словно заново возродилась в нем, а его лицо было подозрительно мрачным. Что это было, понять не могла, но все последующие пары ощущала чуть ли не жжение на затылке. Женю с Васей в универе я не видела, да и не было особого желания сегодня с ними общаться.
      Услышав последний звонок, облегченно вздохнула, радуясь, что наконец-то пойду домой, поскольку всеми этими мыслями об утре и грядущей встрече порядком утомилась. Морально. Словно решила целый сборник арифметических уравнений, в коих была не сильна. Собрав сумку, уже двинула к двери, как на пути меня остановила Степанова.
      - Держи, - всучила она мне в руки какую-то папку. - Куратор попросила тебя отнести это к Раисе Анатольевне и после зайти к ней.
      - Меня? - удивилась я, и ведь было чему, поскольку, очевидно, впечатленная моим изначально внешним видом, женщина слегка побаивалась меня, стараясь не контактировать, и даже мое преображение не смогло заставить перестать куратора коситься на меня. Возможно, она ожидает, что я снова превращусь в черное нечто, что отпугивало окружающих.
      - Да, и сказала поторопиться. Надеюсь, знаешь, где находится наша чертежница? - с ехидством спросила блондинка и, не дав возможности мне ответить, быстро выскользнула за дверь, оставив меня в кабинете одну, прижимающую папку к груди. Какое-то подозрение шевельнулось на затворках моего сознания, но так как голова и так была забита своими проблемами, а домой очень хотелось, решила не обращать на то должного внимания. Раиса Анатольевна вела инженерную графику, и найти ее можно было часто на кафедре машиностроения, что находилась в подвальном помещении. Ступая по лестнице, снова ощутила приступ тревоги. На кафедре было тихо и очень тускло, поскольку свет исходил только от одного окна и энергосберегающих ламп, которые загорались при моих движениях, освещая коридор. Добравшись до нужного кабинета, потянула за ручку, но дверь была закрыта. Что-то снова кольнуло в душе, отдавая смутным и непонятным ощущением беспокойства. Что-то, что не давало покоя. Возможно, утрешнее событие все-таки как-то повлияло на меня, и теперь это оказывало влияние на мое внутреннее состояние. Подергав ручки дверей стоявших рядом кабинетов, решила пойти на свою кафедру и выяснить, что надо моему куратору, объяснив, что нужного преподавателя я не нашла. В конце коридора неожиданно появился парень, обличенный в темную толстовку и такие же темные штаны. Он лениво оглядывался, стоя на месте у лестницы. Что меня в нем привлекло так это то, что на его голову был накинут капюшон, что скрывал лицо. По мере приближения к лестнице, чувство тревоги нарастало, а в голове вихрем крутились какие-то фразы, сказанные когда-то моими одногруппниками, обрывки разговоров, что слышала, но не обращала внимания. И теперь я старательно вспоминала все услышанное:
      "... Круто, Раиска заболела и теперь можно пораньше свалить..."
      "... Ты слышала, графики не будет, и завтра тоже отменяют..."
      "... Представляешь, весь вечер чертила, а она на больничный..."
      Смысл этих фраз стал доходить до меня, и, переварив всю суть, резко затормозила, осветленная, словно яркой вспышкой, догадкой. Папка, что была в моих руках. Открыла ее. Куча листов, с распечатанными на них рефератами. Но все они относились совершенно к другому предмету. Почувствовав краем глаза какое-то движение, посмотрела вперед, увидев, что парень в капюшоне двинулся в мою сторону. От этого слегка засосало под ложечкой. Сжав папку, пошла к лестнице. Специально пристроившись к противоположной стене от паренька, прибавила шагу. Поравнявшись с ним, ускорилась, чуть ли не бегом проносясь, но скорость типа в черном одеянии была быстрее и в следующую секунду широкая ладонь накрыла нижнюю половину моего лица, а я оказалась прижатой к мужской груди. Папка листами посыпалась на пол, а я принялась отчаянно отбиваться. Безысходность накрывала с головой, а вместе с ней и понимание того, что влипла. Секунда и я оказалась в кромешной тьме пустой аудитории. Смирившись, что силы не на моей стороне, брыкаться перестала, стараясь чаще моргать, чтобы привыкнуть к темноте.
      -Держи, - бросил парень, что удерживал меня, швырнув в другие руки. Отреагировать я не успела, но отбиться попыталась, и это привело к тому, что я оказалась грубо прижата к одной из парт. Край стола больно ударился в живот. Попыталась дернуться снова, но тут же руки свели за спиной, вывернув их, не давая шанса к свободе. Прижатая к прохладному дереву, слышала, как гулко и часто стучит мое сердце. Где-то позади тихо закрылась дверь. Щелчок закрываемого замка только усилил сердцебиение, гоняя страх по венам.
      - Ну что, гадюка, доигралась?
      Жаркий шепот на ухо, полный презрения и запах последовавший за ним смешанный с перегаром. Неприятный, горький, но знакомый. Запах табака с примесью.
      - Мельников, - выдохнула тяжко, под навесом тела парня, что прижимал меня, не давая двигаться. И ведь знала, что не стоит полностью забывать о нем и расслабляться, но я потеряла бдительность, погрязнув полностью в своих проблемах. Замечала, как смотрел в мою сторону. Замечала, но сглупила, не придав этому значения. - Что тебе надо?
      - Ненавижу тебя, - почти выкрикнул он, сжав в руке мои волосы. Было больно, но я только сжала зубы. - Это ты сделала!
      Резко дернув, повернул лицом к себе. Глянув на него, остолбенела, ощутив, как страх сковывает изнутри. Темнота не давала рассмотреть многого, но этого достаточно было, чтобы увидеть его глаза. Полные бешенства, но неосознанного, словно стеклянные.
      - И сейчас ты за все ответишь.
      Далее последовал жуткий смех, заставивший зашевелиться волосы на моем затылке.
      Точно влипла.
      - За что же мне именно придется ответить, просвети, - говорила, стараясь унять дрожь в голосе. Дельного ответа ожидать и не стоило, поскольку было видно, что парень накурен, а исходя из его отношения ко мне, любой повод будет для него катализатором к моей расправе.
      - Не дерзи, гадина, - Антон шумно задышал, обдавая парами курева. - Ты... Ты знаешь, что случилось... Это ты, - каждая его фраза сочилась ненавистью, что не могло не настораживать и заставлять волноваться еще больше. - Ты и твои дружки... Это ведь тачка отца... -проговаривая все это, Мельников крепко сжимал за волосы, отчего голова начинала побаливать. - Они ее разбили! - прокричал он, заставляя вздрогнуть.
      - Я не знаю, о какой тачке ты говоришь, - имитируя тон воспитательницы, что разговаривает с ребенком, пыталась донести до него нужную информацию. - Не имею к этому отношения, так что, отпусти меня. Ты ведь должен понимать, что за это будешь наказан...
      - Нет, - громко сказал, перебив. - Даже не думай, что я передумаю о твоем наказании.
      - Тоха, давай побыстрее, и закончим, - раздалось из темноты. Здесь был еще один парень, которого я не заметила. Он невидимой тенью сидел в углу, и только теперь заметила его темную фигуру, кинув на него мимолетный взгляд.
      - Мы будем недолго, - в глазах Антона сверкнул недобрый блеск и тут же в моем животе все похолодело. Черт, он невменяем. Вобрала в легкие воздух, чтобы закричать, но тут же тяжелая ладонь снова накрыла мой рот, оставляя лишь немой крик застревать где-то в горле и выдавать звуки, похожие на мычание. Темная фигура, таившаяся в тени, тут же оказалась за моей спиной, выкручивая руки и заставляя опуститься на колени. Рука Антона, державшая волосы, дернула вниз с такой силой, что на глазах выступили слезы. - Думала, я забуду и буду молчать? Нет, сейчас ты будешь за все отвечать, - с этими словами отпустил меня, засовывая руки в карманы и доставая оттуда смартфон. - Теперь, - проговаривал он, кликав пальцами по экрану. Раздался короткий сигнал. - Продолжай то, на чем ты остановилась в туалете.
      Часто ли мы жалеем о глупых поступках, за которые приходится расплачиваться. Я - не всегда, полагаясь на правило "лучше сделать и жалеть, чем жалеть, что не сделал", но сейчас был тот самый момент, когда бы я вернулась назад и сделала бы все, чтобы не иметь никакого отношения к своему одногруппнику. Осознавала, что тогда, в кафе, перегнула палку, но злость тогда пересилила разум, теперь же, с колотящимся от страха сердцем, молилась на то, чтобы Антон сейчас заявил, что все это шутка. Молилась, но с каждой секундой убеждалась, что, все-таки, злопамятность и чувство мести в нем преобладает больше, нежели чувство юмора.
      - Чего застыла? Дерзай, - услышала смешок позади. Казалось, грудная клетка стала неимоверно мала, поскольку дышать становилось трудно, а сердце готово было вырваться из нее.
      - Я не сделала ничего... - мой голос дрогнул.
      - Плевать уже, приступай! - рявкнул Антон. В одной руке он зажимал телефон, другой же взялся за пряжку ремня. Леденея, наблюдала, как он расстегивает ее, затем неуклюже расстегивает штаны, приближаясь и становясь прямо напротив моего лица.
      - Нет... - в горле застрял ком и больше я уже ничего не могла сказать, хотя хотелось орать во все легкие. Зажмурилась, сцепив зубы, ожидая, надеясь, что вот-вот он уйдет. Что просто посмеется надо мной.
      - Ненавижу тебя, - прохрипел парень. Снова рука его в моих волосах. Сжимает в кулак и тянет на себя. Все так же не открываю глаза, чувствуя, как напряжен каждый нерв, а в голове жестко пульсирует.
      Внезапный щелчок открываемой двери, словно выстрел в тишине. Вздрагиваю, жмурясь еще сильнее, ощущая что-то теплое на щеке. Слезы.
      - Ник, я же сказал, не беспокоить пока... - где-то сверху начинает шипеть Антон, но резко умолкает, оборвавшись на полуслове. Секунды тишины, в которой лишь различимо мое частое дыхание.
      - Какого хрена... - шепчет за спиной парень. Прошло еще пара секунд, прежде чем раздался голос Мельникова, оглушающий своим звоном:
      - ЭТО ТЫ!
      Нотки паники в выкрикнутой фразе Антона заставили разлепить глаза, по которым тут же ударил резкий свет, просочившийся из отрытой двери. Что именно могло напугать Мельникова, я не поняла, но почувствовала, как быстро изменилась обстановка. Стала напряженной. Одного взгляда на проход, который затмевала темная фигура, хватило, чтобы заставить мое сердце радостно забиться. Затаила дыхание, не своя глаз с силуэта, в котором узнала парня, что недавно страшилась и от которого покрывалась морозом кожа. Но теперь совсем другие обстоятельства, при которых я готова с объятиями была кинуться к нему. Казалось, даже в темноте я могу различить серые глаза, которые могли принадлежать только одному человеку и почему-то именно эти глаза, недавно наводящие страх, заставили испытать какой-то счастливый трепет. Секунда, и темная фигура вмиг оказалась возле нас, с тихим рыком сметая ошалевшего Антона с ног и откидывая его в стенку. Не мигая, я наблюдала за тем, как медленно Демьян поворачивается ко мне, но взгляд его был обращен ко мне за спину.
      - Руки. Убери.
      Он говорил тихо, но от звука его голоса, такого убийственно холодного, даже на моей голове зашевелились волосы, а сердце снова затарабанило по грудной клетке. Он был зол, и чертовски сильно зол. Сейчас, глядя на такого Демьяна, я могла поверить, что этот человек может убить, настолько сильно мрачной решимостью озарялись его глаза. Походу, поняла это не только я и через мгновение, мои руки были освобождены.
      - Стой, это не я придумал! - воскликнул тот, кто держал меня. Он вскочил с места и хотел, было, что-то сказать еще, но только глухо вскрикнул от прямого удара под дых, который нанес Демьян, тут же оказавшись с ним. Тихо вскрикнув, зажмурилась, полностью оседая при этом на холодный пол. Секунда тишины. Одна, две, три. Я начала считать, но остановилась на пяти, как почувствовала кожей что-то теплое, касающееся моей щеки. Знакомый запах геля для душа и шероховатая ладонь, в которую инициативно уткнулась, открывая при этом глаза. Длинные пальцы тут же обхватили мой подбородок, беря его в плен.
      - Ты в порядке?
      Над таким вопросом я часто посмеивалась, слыша его в американских фильмах, часто сетуя на глупость персонажей, но сейчас, слыша эту фразу, сопровождаемую беспокойством, плескавшимся на дне серых омутов, окутавших меня, понимала, что не могу ответить. Он задал этот вопрос всего один раз, а в голове я прокрутила его раз десять, проглатывая и смакуя его мягкий баритон, интонацию, с которой обращался ко мне. В порядке ли я? Нет, черт возьми, не в порядке. Но в ответ просто кивнула.
      - Иди в парк и жди меня.
      Снова его командный шепот, который требовал полного повиновения, и я снова кивнула, готовая согласиться на все, что он скажет.
      - Умница, - мне показалось, что в той бездонной и холодной серости мелькнула нежность, но разглядеть не удалось, поскольку Демьян тут же повернулся на отзвук со стороны лежащего Антона. Вскочив на ноги, пулей вылетела из аудитории, захлопывая за собой дверь, слыша, лишь как за ней раздается глухой удар.

Глава двадцатая

  
    Не помню, как оказалась на улице и как оказалась в парке. Только лишь сев на лавочку, на меня медленно начали накатывать воспоминания произошедшего, словно было это не пару минут назад, а в прошлом году. Когда, наконец, дыхание выровнялось, а тело перестало дрожать, осталась лишь головная боль, что саднила виски. Начала замечать, что солнце печет довольно сильно по плечам, поскольку утром не думая, нацепила толстовку, которая сейчас была лишней. Волосы мои распустились и только мелкие пряди, что колебались от легкого ветра, отражались рыжиной и отдавали прямо в глаза. Внезапно, солнечный свет перестал поступать, и тень накрыла мое лицо. Я скорее почувствовала, чем увидела его. Прислушалась к его нечастым вдохам. Словно, его дыхание не сбивалось недавно и ничего такого не произошло. Посмотрела на него. Так и точно, стоит, как ни в чем не бывало. Руки в карманах, расслабленная поза и небрежно накинутая на плечо сумка. Спустя лишь время удалось осознать, что сумка это моя.
      - Спасибо, - промямлила, протягивая руку за своей вещью, но отдавать ее мне он не спешил. Теплая ладонь обхватила мою руку и резко дернула на себя, отчего я тут же оказалась на ногах, чуть не уткнувшись носом в широкую грудную клетку. Повторив свой недавний жест, снова потянул меня за подбородок вверх, сканируя своими серыми глазами.
      - В порядке? - снова тот же вопрос, чтобы убедиться окончательно.
      - Да, - сказано тихо, но он услышал. А может и не услышал, прочитав по губам. Лишь кивнул в ответ, выпуская на волю мое лицо и руку, что все это время покоилась в его ладони.
      - Пойдем, отвезу тебя домой.
      Не дожидаясь ответа, развернулся и пошел к стоянке. Мне же оставалось пойти следом. Дойдя до знакомого мне черного джипа, он, пикнув сигнализацией, открыл пассажирскую дверь. Пару секунд спустя я только поняла, что эту дверь он держит для меня и, тихо ойкнув, села на переднее сидение, оказавшись в немалом удивлении от проявления такой галантности. Сев рядом, спросил адрес, после чего быстро завел мотор, и, дождавшись, когда машина заурчит, двинулся с места. Меня слегка отдало назад, от внезапной скорости, но говорить ничего не стала, поскольку быстрая езда нравилась мне куда больше, нежели медленный темп. Не спрашивая, открыла окно, подставляя лицо прохладному порыву ветра. На мгновение прикрыла глаза, делая глубокий вздох. Услышав тихий смешок сбоку, покосилась на водителя, но он сосредоточенно смотрел на дорогу, не обращая на меня внимания, и в голову отчаянно напрашивался вывод о том, что этот смешок мне лишь показался. Глядя искоса на него, решила наконец-то рассмотреть его в полной мере вблизи, ведь, когда он не буравит тебя своим холодным взглядом, это оказывалось гораздо легче. И сейчас, осматривая почти каждую черточку незнакомого и такого таинственного для меня парня, внезапно осознала всю неправильность своего первоначального мнения. Ведь если присмотреться, то можно сказать, что он красив. Хоть и половину лица скрывала темная поросль, можно было увидеть четко очерченные полные губы, красивые скулы, очертания которых тоже можно проглядеть. Прямой нос, с едва виднеющейся горбинкой, наличие которой не удивляло. Ведь ясно, что кулаками махать ему не впервой. Поражало редкое сочетание поистине серых глаз и темных волос, что обрамляли не только веки, но и нахмуренные брови, падающие на лоб пряди, которые были повязаны им в маленький короткий хвостик. От лица плавно перешла к плечам, натянутых черной футболкой, предплечьям, которые тоже скрывала ткань, но из-под края все так же виднелась темная татуировка. Когда взгляд мой перешел на руки, лежащие на руле, мысленно сглотнула. У меня был маленький фетиш на эту часть мужского тела. Ну, конечно, не только на эту эту, - добавила в голове. Но красивые руки мне всегда нравились у парней, а здесь они были просто перед глазами, и как бы тут ни полюбоваться? Длинные пальцы обхватывали баранку руля, на смуглых запястьях выделялись сеточки вен, идущих до самого края локтей, что считалось для меня безумно сексуальным.
      Поняв, что таким темпом, мои мысли ни к чему хорошему меня не приведут, снова отвернулась к окну. Чувствуя, как щеки покраснели, глянула в зеркало заднего вида и ужаснулась отражению. Выгляжу как лохудра, - подумалось, но поднявшиеся, было, к голове руки, остановила. Зачем? Ведь увидел же, а прихорашиваться сейчас будет нелепо. Снова взглянула на парня, сидевшего рядом. Теперь же он был более расслаблен, интересно, что за пару минут могло повлиять на его настроение?
      - Приехали, - его губы шевельнулись, и через минуту я поняла, о чем он сказал. Кажется, лицо мое стало красным. Демьян вышел из машины, очевидно, чтобы открыть мне дверь, но я опередила его, спрыгнув на землю. И ту же, уже второй раз за сегодня, чуть не воткнулась носом ему в грудь. Он стоял передо мной и с внимательным интересом наблюдал за мной. Но, в отличие от прошлых таких ситуаций, сейчас я ощущала себя совсем по-иному.
      - Слушай, - помимо воли, сама начала говорить, желая заполнить то непонимание, которое возникло в моей голове. - Как ты... - остановилась, не зная как сформулировать, да и вдруг осознав, что в принципе это не важно. Ведь он спас меня. Во второй раз.
      - Я искал тебя, - очевидно, угадав мой вопрос, решил он пояснить, но тем самым оставляя меня в полном недоумении. Искал? Он? Меня? - Да, искал, - видимо, на моем лбу мое удивление было четко прописано, раз сказал он это с едва видимой улыбкой. - Хотел поблагодарить. За тот раз. В раздевалке, - объяснил брюнет, не сводя с меня своих серых глазищ, я, в то же время, во все оба своих смотрела на него. - Нашел твою группу, а точнее одногруппников, - поморщился, очевидно, вспоминая что-то. - Ну, мне сказали, что ты задержалась, и кто-то видел тебя идущей на нижнюю кафедру. А дальше, когда увидел паренька, охраняющего кабинет, сообразил, что что-то не так, - сказав это, пожал плечами.
      - Спасибо тебе, - закусила губу, уставившись вниз. Стараясь смотреть на что угодно, только не в глаза, которые, казалось, видят насквозь. Ведь именно сейчас от воспоминаний что-то задрожало внутри, внезапно представив, что случилось бы, если бы не он. - Спасибо, - это прозвучало глухо, но, думаю, он услышал. Внезапно, Демьян сделал шаг, после чего мой лоб оказался прижатым к его груди, а на макушку легка мужская рука. Неконтролируемые мурашки поползли от шеи по всей поверхности спины, от такого жеста. Странное чувство, но менять положение не пожелала, прикрывая глаза. Внутри словно теплым медом растеклось странное ощущение тепла.
      - Испугалась? - голос его хриплый, мягкий, как будто совсем не его. В нем теперь отчетливо слышала нежность, что явно была не присуща этому парню. Но сопровождающее горящее дыхание, обдающее мне в макушку, говорило об обратном. Пальцы мягко и осторожно поглаживали, отчего поток мурашек не прекращался, а я сливалась с приятными ощущениями. Затаила дыхание, лишь на мгновение, после чего вздохнула, глубоко, стараясь вдохнуть в себя приятный аромат, который мне очень понравился. Выдохнула как-то рвано, со всхлипом. - Не бойся, - услышала я над головой его снова ровный и спокойный голос. Пальцы его перестали совершать свои маневры на моей голове, и он убрал руку, за которой я чуть, было, не потянулась, но вовремя себя остановила. Демьян отошел, все так же смотря на мое лицо. - Никогда больше не бойся.
      Сказав, легонько тронул по щеке, и, повернувшись, обошел машину, садясь в нее. Дверцу я захлопнула, но оставалась на месте, глядя, как завел мотор и, кивнув мне, уехал, резко нажав по газам. Не мигая смотрела на черный джип, пока он не скрылся из виду и только потом пошла домой.
      Добравшись до кровати, рухнула на нее, не раздеваясь. Перед глазами до сих пор стояла картинка того, как я прижимаюсь к Демьяну и, казалось, даже одежда сохранила его запах, дразня ноздри едва уловимым ароматом. Закрыв глаза, глубоко вдохнула, ощущая себя при этом полной дурой, но, все же, желая вдохнуть его полной грудью.
      Демьян.
      Снова повертела на языке его имя, довольствуясь ощущениям, что теперь оно вызывало. Непонятные, словно, знакомлюсь с чем-то новым для меня, доселе неизведанным. Улыбнувшись, повернулась на бок, обняв подушку. Но полностью расслабиться мне не дал телефон, громко пиликнув, уведомляя о новом сообщении. Это была та самая Милана, которая просила перенести встречу на завтра, чем несказанно обрадовала меня. О том, что мы должны были встретиться с ней сегодня, я, конечно, забыла. Почувствовала облегчение. Ведь на душевные беседы я сегодня уже была явно не настроена. Головная боль не уходила, отдавая глухим стуков в висках. Найдя в сумке таблетку но-шпы, выпила ее, после снова свернулась калачиков в постели.
    Завтра еще раз поблагодарю его, - последнее, о чем подумала перед тем, как полностью окунуться в сон. Вот только воплотить в действия свои мысли мне не удалось, поскольку Демьяна в университете не было. Антона, к моему облегчению, и радости - тоже. Я была уверена, что еще не скоро его увижу. Кое-как разузнав, где находится его группа, на перемене подошла к одиноко сидевшей на окне девушке. Она была необычной внешности с ярко рыжим окрасом, а на руке красовалась незамысловатая татуировка, покрывавшая половину предплечья, что сразу бросилось в глаза. Она с кем-то увлеченно переписывалась в телефоне, попутно щелкая жвачкой и надувая пузыри. Стоило мне спросить о Демьяне, как телефон тут же был отставлен, а я была отсканирована внимательным взглядом карих, почти черных, глаз. Ответила она не сразу, словно проверяя меня на прочность своего цепкого взгляда.
      - Зачем он тебе?
      - Нужен, - не собиралась вдаваться в объяснения.
      - Его сегодня нет, - спустя долгое время сказала рыжая, все так же, не сводя глаз.
      - Спасибо, - буркнув, повернулась, чтобы уйти.
      - Он не для тебя.
      Остановившись, оглянулась, думая, что ослышалась. Девушка же продолжала в упор смотреть на меня.
      - Что? - все же решила переспросить.
      - Что слышала, - грубо бросила девица. - Не для тебя он, куколка. Оставь. Этот человек раздавит тебя, - последние слова были сказаны с ноткой сочувствия, что очень покоробило меня.
      - Я справлюсь с этим сама.
      Дальше молча пошла на пары, в глубине души кипя от гнева от фраз рыжеволосой. Мысль о том, что ее слова хоть как-то задели меня, старалась отметать. Наверное, уже в который раз остаток пар прошел мимо меня, в то время как я бездумно водила ручкой по листам тетради, чертя непонятные мне самой узоры. Уже несколько раз ловила на себе вопросительный взгляд Марии, но как объяснить ей то, о чем сама не имеешь понятия. Ощущение приближения чего-то непонятного не давало мне покоя, а внутри все клокотало от странного беспокойства. И дело было не из-за произошедшего вчера или сегодня. Странное томление в основании грудной клетки будто душило, а наступающая мигрень сдавливала виски. Кое-как усидев на месте до окончания пар, вскочила при первом же звонке. Мне нужен был свежий воздух.
      Оказавшись на улице, сделала глубокий вдох, ощутив, как о щеку ударяется прохладная капля дождя. Затем еще одна. Выдохнула, подставляя лицо хмурому небу, на котором тут же блеснула молния. Ноги сами понесли неведомо куда, лишь бы не стоять на месте. В сумке завибрировал мобильный, но я не обращала на него внимания, неспешно бредя по улицам. Мелкий дождь уже давно перерос в ливень, обрушивающийся массивными каплями. Кто-то пробегал мимо, прикрываясь подручными средствами, в надежде укрыться, а большинство кутались под козырьками заведений. Я же погодой наслаждалась. И не раздражала липнущая к телу одежда, словно вторая кожа, что обдавала холодом. Было все равно, что подумают люди.
      - Миша! - в подсознание ворвался надрывной женский голос, зовущий меня. И, кажется, не в первый раз уже. Обернулась. В глаза бросилась знакомая черная габаритная машина. Из окна высовывалась темноволосая девушка, глядя на меня с непонятным мне беспокойством. - Садись в машину.
    Милана. Странно, но ноги, словно два предателя, понесли меня к джипу, хотя внутри меня росло сопротивление. И вот я снова оказалась на пассажирском сидении этой чертовой тачки. Только теперь в салоне пахло женскими духами. Машина плавно тронулась с места, а внутри все кричало "добавь газу". Хотелось, чтобы как вчера, рванула со всей скорости с ветром в лицо.
      - Я проезжала мимо и увидела тебя, - будто для самой себя говорила брюнетка, поведя плечиком. Словно оправдывая свое появление. - А ты изменилась, - внезапно кинула она, останавливаясь у какой-то кафешки. - Посидим?
      Ее предложение я пропустила мимо ушей, всматриваясь через стекло в невидимую точку. Переваривая фразу, брошенную ею.
   ***
    Сидя на низкой и ветхой табуретке, Женя, обхватив колени руками, неотрывно смотрела вдаль. Ее взгляд пробирался сквозь решетку балкона, на котором она уже долгое время находилась. Будь сейчас дома бабушка, непременно бы отругала за долгое торчание на улице, сетуя на похолодание, но, поскольку та уехала в гости, то Женя могла беспрепятственно делать что пожелает, а именно, сидеть до позднего часа на балконе, лишь изредка вздрагивая от холодных порывов ветра. Но, не смотря на покрытую мурашками кожу, девушка упорно не сходила со своего места, лишь поуютнее кутаясь в накинутую поверх плеч кофту.
      Это какой-то маразм, - в который раз повторила про себя. Поначалу она не признавалась самой себе, но, спустя время, правда, все-таки, осилила и девушка смогла сказать самой себе что уже третий день подряд ждет, когда же из-за угла появится темно-синяя машина. Уже третий день он появлялся слишком поздно, чтобы задуматься о том, где именно он проводит вечера. Вскоре, ожидания девушки были оправданы, и она смотрит на то, как возле соседнего подъезда паркуется знакомый BMW. Казалось, она до сих пор не могла привыкнуть к тому, как учащенно начинает биться сердце, при виде спортивной фигуры, облаченной в белую футболку, выделяющуюся в сумерках вечера. Он о чем-то увлеченно разговаривал по телефону, остановившись возле лавочки, тем самым давая больше времени Силантьевой для просмотра. И она пользовалась этой минутой, впиваясь взглядом в светлые волосы, слегка взъерошенные, широкие плечи, уже зная не понаслышке об их твердости и рельефе. В голове тут же всплыла картинка прошлого, где она держалась за эти самые плечи, упиваясь жадностью его губ. В горле тут же пересохло, а рука сжалась в кулак.
      Как же это было чертовски сложно. Быть влюбленной.
   Не то, чтобы она не имела понятия о таком чувстве, как любовь. Нет, когда-то Женя любила и эта любовь имела свой конец. Не самый лучший конец, поскольку даже сейчас вспоминание о былой любви омрачали и без того хмурое настроение шатенки. Она давно запретила себе вспоминать о тех временах, запечатывая чувства на замок, который с успехом ломал стоявший во дворе парень. Он беззаботно разговаривал по телефону, не подозревая, какие сейчас эмоции вызывал в Женьке. А она злилась от собственного бессилия. От того, что ждет непонятно чего. Хотя сама же и дала ему от ворот поворот. Отвергла и сама ждала, что снова, как обычно, начнет шутить, докапываться. Но этого не случилось. Теперь он словно не замечал ее, проходя мимо и лишь кивая в знак приветствия. А Женя мучилась, изнывая от сомнений, терзавших душу. Мало спала, прислушиваясь к каждому шуму. Со страхом замирая от звука его голоса, боясь, что вот-вот, сейчас прозвучит вдобавок женский. Василиса, да и еще несколько человек заметили ее синяки под глазами, но Силантьева лишь отмахивалась, стараясь не смотреться в зеркало.
      "Ты мне нравишься"
      Одна эта фраза лишала покоя, заставляя в трепете замирать, надеясь. Ожидая.
      - Ненавижу, - шептала тихо, прикрывая глаза и опираясь затылком о решетку. Но относилось это не к парню. Устало вздохнув, она встала и побрела в комнату. Стоило переступить порог, как в глаза бросился мигающий телефон, поставленный на виброрежим.
      - Да.
      - Женька, привет!
      Силантьевой пришлось убрать телефон подальше от уха, так как в трубке раздался оглушительный женский ор. Уже не смотря на номер звонившего, она узнала в голосе Зою. Свою двоюродную сестру, а так же одногруппницу по совместительству. Улыбнулась, заряжаясь хоть маленькой порцией эмоций, что несла в себе Зоя.
      - Привет, привет, - поздоровалась Силантьева. Ноги почему-то снова повели на балкон. Облокотившись о перила, она слушала свою собеседницу, шаря глазами по двору, но, не найдя знакомой фигуры, лишь неслышно вздохнула, продолжая вникать в разговор Зои, которая радостно оповещала о том, что за ней начал ухаживать молодой человек, с которым она познакомилась в том самом клубе, где они зажигали в прошлый раз. При упоминании о клубе, Женя стрельнула глазами в сторону машины, которая словно бельмо в глазу, притягивала ее внимание.
      Закончив свой впечатлительный рассказ, в который Силантьева так и не прониклась, слушая лишь в пол уха и только угукая в ответ, Зоя эпично воскликнула:
      - Замечательно. Тогда собирайся.
      - К-куда? - опомнилась Женька, чувствуя, что вот-вот куда-то влипнет.
      - Как куда? В клуб, - будничным тоном ответила сестра. - Недаром сегодня пятница.
      - Какой клуб? - все еще недоумевала Евгения, выпрямившись.
      - Женя, твоя кратковременная память скоро начнет меня настораживать. И так в университете в последнее время все забываешь, и теперь. Ну-ка, - командует в трубку. - Бегом собираться и чтобы через полчаса была готова. Ничего, Женечка, сегодня мы тебя выгуляем, отдохнешь, расслабишься, полегчает. Клуб, кстати, называется "Семерка". 
- Семерка, - отозвалась эхом Евгения. - Что за клуб?
      Почему-то, слушая Зойку, Женя чувствовала, как внутри нарастал азарт, и появлялось легкое настроение. Как и всегда было с ее сестрой, которая никогда не могла усидеть на месте. Выслушав о том, какое популярное и очень крутое заведение, эта "Семерка", наскоро попрощалась, пообещав, что уложиться в положенное время.
      Отключая сигнал, Женя ощущала сомнение, но, пересилив, решила, что пусть уж лучше забыться в хлам, нежели грезить о чертовом блондине, живущем за стенкой.
      Было очевидно, что Зоя не врала, расписывая популярность клуба. Народу было слишком много, что мешало протолкнуться к барной стойке. Но Женя все же смогла сделать это, успев юркнуть на освободившийся барный стул. Дождавшись, пока бармен обратит на нее внимание, заказала порцию рома с соком, решив, что коктейлей с нее хватило в прошлый раз, помня, как от всей смешанной бурды пребывала в лежачем состоянии весь последующий день. Парень, выслушав заказ, кивнул, подмигивая. На вполне смазливом лице сверкнула широкая улыбка, что должна была вызвать восторг в девичьем сердце и душе. Женя же такового отнюдь не испытала, сохраняя на лице выражение полного скептицизма, окидывая взглядом всех стоявших у бара, а так же и весь интерьер в целом. Клуб впечатлял своими размерами и богатой обстановкой. Владелец явно не поскупился на дизайнера. Что привлекало внимание, так это лампы, свисающие с потолка, а так же украшающие стены, перила, что добавляло особую атмосферу. Интимную. Обхватив руками граненый стакан с жидкостью, что подал бармен, Силантьева разом махнула содержимое в себя, стараясь не замечать удивленный взгляд бармена и стоявшей рядом Зои и пьющей какой-то розовый коктейль.
      - Еще, - выдохнула Женя, чувствуя, как горючее пойло начинает растекаться от горла по внутренностям. Нервозность постепенно покидала, сменяясь легким азартом, кружившим голову. Уже после четвертого бокала, Силантьева довольно ухмылялась, готовая флиртовать не только с барменом, но и остальными представителями мужского пола, что с интересом посматривали на симпатичную шатенку. Зоя уже давно умотала на танцпол и сейчас, по всей видимости, где-то отрывалась и Женя, осознавая, что таким темпом вскоре окажется в состоянии полного опьянения, решила отправиться вслед подруге. Но все попытки отыскать ту на танцполе оказались тщетны и Женька, махнув рукой, решила не искать Зою и просто танцевать. Как любила, прикрыв глаза отдаться музыке, что хмелью растекалась по крови, будоража и поддавая себе. Тело словно жило своей жизнью, плавно двигаясь в такт ритму, а на лице блуждала улыбка. Несмотря на легкий трикотаж коротенького платья, девушке было жарко, но ей было все равно. И лишь когда теплые ладони легли на бедра, Женя ощутила настоящий жар, опаляющий спину. Ей не надо было оборачиваться, чтобы узнать обладателя рук, что без зазрения лапали ее.
      - Ты слишком соблазнительна, лягушонок, - скорее не слышит, чувствует шепот на ухо. Мягкое дыхание, от которого пробирает насквозь. Руки, неторопливо перебирающиеся на живот. Кожа вся покрывается мурашками, а внизу живота нарастает томление. Выдохнув, Силантьева откинула голову назад, опираясь на мужскую грудь. Жарко, стало слишком жарко. Повернувшись, сквозь ресницы смотрит на того, кем забита голова уже очень долгое время. Рука поднимается к волосам, чтобы поднять их, дать воздуху пройтись по коже, но он отбирает их, наматывая аккуратно каштановые локоны на кулак. У Женьки спирает дыхание, когда она ощущает его губы на своей шее. Она не дышит, превратившись вся в ощущения, что дарит прикосновения Артема. Ощущения, что перекатываются жаром по венам, скатываясь в тугой ком внизу живота. Пальцы чертят круги вокруг пупка, словно сквозь ткань пробираясь к коже, а губы мягко ощупывают плечо. Казалось, Женя совсем не дышит, чувствуя горячий язык, а затем несильные покусывания. Дразнящие. - С ума меня свести хочешь, лягушка, совсем, - хриплый голос парня снова раздается в ухо. - Женя, - тягуче, на выдохе произносит ее имя, а она не помня, когда успела схватить его за руку, впивается в нее ногтями. - Женька... - слишком хрипло. Слишком интимно. И слишком обещающе звучит его голос, и она реагирует. Учащенным пульсом, рваным дыханием, что срывается с губ, которые тут же кусает. Слышит тихий рык и оказывается очень тесно прижатой к парню. Настолько, чтобы прочувствовать силу его желания. - Хочу, лягушка. Тебя. Всю. Сейчас, - снова укус в плечо, в этот раз болевой, дабы показать, как хочет и как сдерживается. Губы продолжают путь от шеи к скуле, по щеке. Внезапно резко разворачивает к себе, прижав слишком сильно, так, что у Жени выбивает воздух из легких. Губы почти касаются ее губ, ловя, играя с ними, мучая. - Поехали отсюда. Ко мне.
      Сказал, а сам стоит, ожидая ее слов, и она понимает. Понимает, что от ее ответа все зависит. И осознает, что не может отказать, не в силах. Слишком долго обманывала себя, а сейчас готова взорваться.
      - Да.
   Это было сказано совсем тихо, но вполне достаточно, чтобы ответ был услышан им. Казалось бы, целую вечность они брели сквозь толпу в клубе, после чего вышли на стоянку. Оказавшись в машине, Женя была тут же грубо притянута в мужские объятия, а рот залепил жесткий поцелуй. Быстрый и жесткий. Говорящий о том, что парень едва сдерживается, как и сама девушка. В отличие от клуба, дорогу они преодолели быстро, как и улицу с подъездом. Задержавшись у входной двери, чтобы открыть ее, Артем снова притянул к себе Женю, нещадно нападая на девичий рот.
   Дверь открылась, они оказались в коридоре, не сдвигаясь с места, и не имея возможности оторваться друг от друга. Ощущая спиной шершавый текстиль обоев, Женя не ощущала неудобств, обхватывая талию Артема ногами, когда он приподнял ее. Каким образом ее платье было снято до пояса, не имела понятия. В данный момент для нее ничего не имело значение кроме парня, что держал ее на руках, крепко прижимая к себе. Его рук, губ, обнаженного тела, которое она много раз себе представляла и теперь имела возможность не только увидеть, но и ощутить. Он был везде. В мыслях, в сердце, в душе, а теперь и на каждом участке ее тела.
   - Артё-ём, - едва слышно всхлипнула, прося. Комкая руками простыни, даже не осознавая, как оказалась на постели. Она просила его, чувствуя острую необходимость быть с ним одним целым. И он услышал. Так как не мог ждать сам, резко вошел в нее, и, замер, чувствуя, как вздрогнули оба.
   - Женька, - хрипло выдохнул Артем, после чего принялся двигаться снова. А девушка, закусывая до боли губы, впивалась пальцами в его плечи и спину. Ногами прижимая сильнее, в попытке быть ближе к нему. Раствориться в нем. Рваное дыхание то и дело слетало с губ, вместе со стонами, которые не могла контролировать.
   Еще. И еще.
   А после был полный взрыв неконтролируемых нервов и чувств. С уголка глаз стекла копившаяся в нем слеза. Прикрыв глаза, Силантьева ждала, когда волна дрожи перестанет сотрясать ее, а дыхание выровняется. Никогда она не испытывала такого и это счастливило и пугало одновременно. Но в данный момент она решила позволить себе немного побыть счастливой и, не замечая того сама, с улыбкой проваливалась в сон.
  

Глава двадцать первая

  
   Мы остановились у небольшого кафе в центральной части города. Я здесь ни разу не была, но пару раз слышала о том, как его хвалили. Внутри оказалось весьма уютно. "Избушка" - гласило название, чем оправдывало свой деревянный стиль. Тут почти все было из дерева, что мне определенно нравилось. Мы заняли небольшой столик у окна, который располагался почти в углу. К нам сразу же подошел официант. Пока Милана делала свой заказ, я, пользуясь моментом, решила изучить ее. У нее была аристократическая красота. Идеальные черты лица, ровные, прямой нос, красивые женские скулы, длинные черные волосы и такие же черные и пушистые ресницы, слегка покрашенные тушью. Густые, идеальной формы брови. Белая футболка и голубые джинсы, идеально сидевшие на ней, подчеркивали идеальную фигуру. Даже чертов хвост, в который были собраны ее волосы, был идеален, поскольку на голове у нее не торчало ни единого петуха. Рядом с ней чувствовала себя мокрой курицей, находящейся в компании лебедя. Контраст ощутим. С уходом официанта напряжение, висевшее между нами в машине, вернулось снова. Я заказала только чай, какой-то фруктовый, что посоветовал официант. Не помню, слишком сумбурно было в голове. Волнение нагнетало и нарастало.
   - Ты не представляешь, как ждала я этого момента, - внезапно произнесла брюнетка. Тихий голос отличался едва заметной хрипотой, что говорило о том, что не я одна чувствую себя не в своей тарелке. Что нужно этой девушке с идеальной внешностью? Зачем привела меня сюда, откуда она знает и кто она Демьяну?
   Последний вопрос, прозвучавший в голове, заставил меня нахмуриться. Почему-то именно он стал ребром в вихре моих мыслей и беспокоил больше всего. Не отвечая на высказывание Миланы, я ждала продолжения, и оно не заставило себя ждать.
   - Как твои дела? Честно говоря, не ожидала увидеть тебя тут, хотя и знала, что ты уехала, но я безумно рада, что смогла увидеть тебя вновь, - как на одном дыхании начала тараторить, иногда сбиваясь. - Ты прости, я не хотела, чтобы так получилось, ведь мы...
   - Стой, - жестом поднятой руки остановила поток ее слов, понимая, что если не прекращу, то мой мозг просто не выдержит. - Милана, скажи, ты ведь знаешь, почему я уехала?
   - Я... - она нервно заломила руки, сминая тонкие пальцы с короткими ухоженными ноготками.
   - Моя мама умерла, - горечь от произнесенной фразы жгла не только язык, но и душу. Услышав ее, Милана нервно дернулась. Мрачная тень пробежала по ее лицу. Челюсть сжалась, а в глазах неясный блеск. Она знает, - мелькнуло в голове. - И самое гадкое, что я этого не помню.
   - Что?
   Её вопрос заглушило звуком раскладываемых чашек, чайника и остального из заказа, принесенного официантом. Не отрывая взгляд, Милана глядела на меня, будто пытаясь найти скрытый смысл моих слов в моем лице. Но его не было.
   - Психогенная диссоциативная амнезия, - выговорила заученные мною слова, вдоль и поперек изученная с помощью интернета суть данного диагноза выставленного врачами.
   - Н-но как? - моя собеседница побледнела, отчего карие глаза казались еще больше и чернее.
   - Я попала в аварию.
   - Нет, - не веря прошептала Милана, сжимая руки в маленькие кулачки. Она будто боролась с собой. - Твою мать.
   Было очень странно слышать от нее ругательства. Дальше я наблюдала за тем, как она наливает себе, видимо, уже чуть остывший чай, кладет сахар, размешивает, и залпом осушает.
   - Я слышала, что случилось с твоей матерью, - подтвердила она мою догадку. - Я ее почти не знала. Но мне жаль, - добавила чуть тихо, затем твердо посмотрела на меня. - Расскажи мне. Все. Прошу.
   Последнее было сказано чуть ли не шепотом. Просяще. И я поддалась. Что было необыкновенным для меня. Напряжение внезапно ушло, а внутри поселилось непонятное чувство доверия к Милане. Не могла объяснить, каким образом, но это доверие просто развязало мне язык и следующий час слова лились бурным потоком из меня, выворачивая наружу все мои чувства и страхи. Я не могла вспомнить последнее воспоминание, лишь то, как мы с матерью переехали в другой город. С отцом они развелись давно, просто матери предложили там работу, и она не смогла отказаться. Новая квартира, которую мы сняли. Университет, в который подавала документы. Поиск подработки, чтобы помогать маме. А дальше... Дальше туман. Туман, от которого я очнулась лежа в больнице. Светлые стены. Пустые. Капельница. И отец. Никогда его таким не видела. Осунувшийся, бледный. На впалых щеках многодневная щетина, волосы в беспорядке, одежда помятая. А взгляд пустой. Жалкий. И лишь мой тихий отклик заставил зеленые глаза зажечься. Засиять. Не передать, какое облегчение увидела там. Никогда не забуду этот момент пробуждения. Слишком отпечатался в мозгу. Порою, мне снились сны, как я пробуждаюсь, а там отец с этим пустым взглядом и мертвецки бледный. Но это был не самый худший из моих кошмаров, которые посещали меня довольно часто.
   Милана слушала внимательно, не перебивая. Иногда она что-то порывалась сказать, но потом словно отпускала эту мысль, сжимая губы. К концу моего монолога, она сосредоточенно хмурила брови, покусывая нижнюю губу и о чем-то задумываясь.
   - Прости, - вымолвила она спустя недолгое время. - Если бы я знала...
   - Ничего страшного, - пожала плечами. Удивительно, но словно отпустив тяжелый груз, чувствовала себя легко. Девчонки знали мою ситуацию, но им я не выговаривала, что творилась у меня на душе. А здесь как подчистую, все выложила. Эта девчонка обладает поистине эффектным даром расположения к себе людей. Или что это, манипуляция?
   - Ни черта подобного, - внезапно резко произнесла брюнетка. В ее взгляде плескалась злость вместе с... Отчаянием? - Твою мать, - выругалась снова, откинувшись на спинку и прикрыв глаза. Она будто боролась сама с собой. - Стой, - внезапно распахнув шоколадно-карие глазища, поддалась вперед. - Неужели после той аварии, ты хочешь сказать, не встретила никого, кто вот так же безответно помнят тебя?
   Испытующе всматривалась в мое лицо, стараясь зацепить каждую мою эмоцию.
   - Нет, пройдя курс реабилитации, отец сразу же увез меня сюда.
   - У тебя не было даже желания узнать, что же за жизнью ты жила забытые несколько месяцев? Просто забыла и все? Вычеркнула из жизни? - каждый вопрос был пропитан такой злобой и возмущением, что поначалу я опешила от такого негатива, появившегося так внезапно.
   - Нет, - столь же резко ответила ей. - Господи, нет. - Прикрыла руками лицо, после чего переставила их на виски, слегка помассировав. Голова немного раскалывалась. - Я не могу просто так вычеркнуть это время, потому, что это были последние дни, проведенные с моей матерью, перед ее смертью. Конечно, черт возьми, я думала об этом. Много раз, - вдохнула, затем медленно выдохнула. - Но я не могу по щелчку пальцев вспомнить. К тому же, меня еле вытащили с того света, - казалось, я даже слышала, как Милана скрипнула зубами, сжав челюсть. - Это, - указала на пару мелких шрамов, находящихся у лица. - Самое малое, что осталось. У меня было сломано несколько ребер, проведено две операции, после огромный курс лечения. Психологи, мать твою, - Знаешь, что такое диссоциативная амнезия? - моя собеседница молча сидела, все так же, не сводя с меня взгляда и не шевелясь. Я продолжила. - Так я объясню тебе. Это расстройство, при котором утрачивается часть памяти человеком в следствии стресса. Либо события, которое формируется в твоей психике, травмируя ее, и твой мозг блокирует это. Понимаешь?
   Нет, она не понимала. Либо не хотела понимать. Об этом говорил шокирующий взгляд.
   - В моей крови был выявлен алкоголь и наркотические вещества, - словно выплюнула эти слова. - Находясь в здравом уме, я до сих пор не могу понять, что заставило меня нажраться и сесть в тачку. При том не в свою. До сих пор задаюсь этим вопросом, ведь я никогда не была поклонницей наркоты и подобной дряни. Но результаты анализов в моих руках говорили совсем другое. Да, я хочу вспомнить, - тяжело опустила на стол кулак, сжимавшийся до этого с такой силой, что на ладони остался след лунок от впивавшихся в кожу ногтей. Не чувствовала даже, как они появились. - Но иногда спрашиваю себя, а надо ли?
   Теперь за столом возникла абсолютная тишина, нарушаемая лишь фоновой музыкой и разговорами, доносившихся с других столов. Будто выдохшись, мы сидели, молча смотря куда-то по сторонам, но не друг на друга.
   - Прости, - наконец решила прервать затянувшееся молчание. - Но мне пора.
   Ничего не отвечая, девушка только кивнула, по-прежнему смотря куда-то дальше своей чашки, на которую пялилась уже несколько минут. Встав, я достала из сумки купюру, и, положив ее на стол, ушла.
   ***
   Оставшись одна, Милана еще долго смотрела в пустоту. Мысли ее были далеко за пределами этого заведения. За пределами этого времени. Воспоминания возвращали ее в небольшую комнату, где единственным источнком света служил лунный отблеск, пробивавшийся сквозь шторы. Она помнила, как ужаснулась внешнему виду квартиры, стоило ей осветить помещение. Все было разгромлено. Каждая мелкая деталь интерьера, вплоть до небольшой миниатюрной картины, что она привозила из Европы, все было уничтожено, разбито, разнесено в хлам. Но не это было главным апогеем ее ужаса, а человек, лежащий посреди этих осколков и мусора. Помнила свой леденящий душу страх, когда ощупывала пульс, стараясь не смотреть на пятна крови, украшающие пол и перебинтованную рваной тряпкой руку. На ткани багровели высохшие пятна. Ей тогда казалось, что ее сердце перестало биться, когда она, замерев, ожидала заветный стук под кожей своих пальцев и, ощутив его, разрыдалась. Громко и протяжно.
   Сцепив зубы, жадно втянула воздух. Зажмурилась, тряхнув головой и тем самым отгоняя неприятные воспоминания. Почувствовала теплую влагу на щеке, вырвавшуюся помимо воли и, подняв руку, быстро смахнула, в надежде, что никто не заметил этого. Хотя, в принципе, ей было плевать, если бы кто-то увидел этого, просто ненужного внимания ей сейчас не надо было. Слегка подрагивающей рукой достала телефон. Выбирая один из контактов, набрала его.
   - Что тебе, - услышала спокойный голос спустя несколько гудков.
   - Я люблю тебя, - вдруг вырвалось у нее. На другом конце провода не реагировали, очевидно, переваривая услышанное. Да и для самой Миланы были неожиданностью ее слова, так легко сорвавшиеся с губ, но сожалеть о сказанном она не стала, да и если бы была возможность вернуть сказанное, ею бы она не воспользовалась.
   - Что случилось? - Видимо, почуяв в ее голосе волнение, собеседник насторожился. - Мила, - проговорил с нажимом, требуя объяснений.
   - Я, - вдохнула. - Я виделась с ней.
   Пауза, после которой она услышала глухое ругательство.
   - Твою мать, Мила, я же сказал не подходить к ней! - В голосе собеседника искрилась злость.
   - Неужели ты думаешь, что я смогла бы оставаться в стороне, зная, что она тут?
   - Мы уже говорили на эту тему.
   - И ты знал, что я не согласна! - рыкнула Милана. - Ты... Ты ведь... А как ты? - слов не хватало, чтобы обьясниться, девушка сбивчиво пыталась что-то сказать, но до сих пор находилась под впечатлением от рассказанного.
   - Едь ко мне, - было сказано четко, после чего последовали короткие гудки. Посидев еще несколько минут и остужая свои эмоции, Милана попросила счет. Хмыкнула, когда увидела лежащие на столе деньги, оставленные Михайлиной. Заплатив, она покинула заведение, так и не притронувшись к еде.
  

Глава двадцать вторая

  
   Тем вечером я не помнила, как добралась до дома. Все было слишком сумбурно. Позже позвонила Василиса, напомнив о том, что завтра важный день, поскольку наше выступление состоится вечером. Чертырхнувшись, принялась готовиться, радуясь возможности отвлечься от воспоминаний неприятного разговора. Гладя непослушное платье, пыталась понять, что чувствую. Пришла к выводу, что на Милану я не злюсь. Возможно, она руководствовалась своими мотивами, да и гнев ее был рожден не просто так. Он был вызван глубоко скроеной обидой и отчаянием. Я задела ее, пусть и не нарочно. Это было видно во взгляде, что бросала на меня, зажатым в кулаки рукам. Главного вопроса, что таился в моей голове, так и не задала, но, отчего-то уверена, что возможность спросить у меня еще предоставится.
   Пытаясь дозвониться Женьке, натыкалась на безэмоциональный ответ о том, что абонент временно не доступен. Надеюсь, она не забыла о завтрашнем дне.
   На следующий день, после первой пары, найдя группу Силантьевой, с удивлением обнаружила, что та не явилась в университет. Абонент так же, был глух, но с пятой попытки дозвона, я, все-таки, услышала заветные гудки.
   - Уже бегу, - хрипло отозвалась трубка, после чего последовали короткие гудки. То, что эта соня умудрилась проспать, меня никак не удивляло. Убедившись, что с ней все в порядке, я нарочито медленно шла по коридору универа. Врать себе о том, что взглядом все это время искала Демьяна, не стала. Этот демон не иначе как прописался в моем мозгу. Все последующие выходные я мусолила в голове воспоминания, где мы стоим в обнимку. Он интересовал меня. Своей непонятной личностью, загадочностью и непонятной реакцией на свою персону. Не могла обьяснить, но явственно ощущала, что он сдерживает себя. Что-то большее скрывается за показным безразличием. То, каким взглядом прожигал в первый раз. Он не мог знать меня раньше, ведь все мои забытые воспоминания принадлежали другому городу и другим людям, но факт того, что они были близки с Миланой, заставляли сомневаться.
   Прозвенел звонок, и, отбросив все мылси в сторону, пошла на занятия. Женька появилась лишь к четвертой паре. Взьерошенная и непривычно дерганная, она как-то комкано отвечала на наши с Васей вопросы, все время озираясь по сторонам. Причину такого ее поведения мы узнали чуть позже, находясь в столовой. Казалось, даже воздух сгустился, когда к нам подсел мрачный белобрысый парень, друг Даньки. Артем.
   - Какого черта? - без предисловий начал он, сверля глазами мою застывшую подругу. Женька, еще до того, как он приблизился, словно кошка, подобралась перед рывком, но потом вдруг внезапно расслабилась. Молча ковыряя вилкой в тарелке, она игнорировала вопрос. Напряжение росло, и с каждой секундой я все больше ощущала себя лишней. То же самое я прочла в Васькиных глазах, мельком глянув на нее. - Женя! - резко и громко гаркнул парень, отчего все за столом чуть ли не подпрыгнули.
   - Да что тебе от меня надо? - нетерпеливо отозвалась Силантьева, грозно смотря на Артема. - Транзакция совершена, получил что хотел. Отвянь.
   - Ты идиотка? - свирепел блондин. - Какая нахрен транзакция?
   - Однодневная, - клацнула зубами. Никогда еще Женьку не видела такой злой. Разгорался конфликт, который начал привлекать ненужное внимание. Студенты с любопытством смотрели на наш стол.
   - Ребят, вы потише, - пыталась внести свою лепту в молчаливый диалог злобных лиц, между которыми чуть ли молнии не мелькали. - Что с вами?
   - Просто мы переспали, - ровным голосом ответил блондин, не сводя глаз с подруги. Прямолинеен как танк. Таким тоном разве что о погоде сообщают. - Но эта бестолочь вбила себе в голову, что я таким образом играюсь.
   - Ты не охерел ли, Тихонов? - зарычала пунцовая Женька. Еще вот-вот, и она запустит сжимавший в руке стакан в голову Артема.
   - Я думала, вы уже переступили этот порог в ваших отношениях, - невозмутимо вклинилась Леснина. - Ну, исходя из того ты говорила...
   - Вася, - предупреждающе перебила подругу Силантьева.
   - Женя, - проговорил Тихонов.
   - Артем, - привлекла его внимание. Отчего-то ситуация показалась мне забавной. - Вот и познакомились, - хрюкнула, чем привлекла внимание трех пар глаз. - Артем, - снова обратилась к парню. - Вам надо поговорить, но в другом месте.
   Кивком указала на ненужных зрителей. Он все понял, кивнул.
   - Пошли, - встал, показывая нетерпение. Женька же неторопилась, нарочито зля и проверяя его терпение. Которое, как мы успели понять, имело границы, и, видать, уже закончилось. - К черту, - с этими словами блондин резко оторвал нашу подругу от стула, устроив ее на плече, и направился к выходу, сопровождаемый подбадривающим улюлюканием студентов.
   - Не забудь про выступление в шесть, - крикнула в след удаляющейся парочке. Оставшись одни, мы, с усмешкой рассматривали друг дружку с Васей, после чего весело рассмеялись.
  
   Тем временем, Евгения, брыкаясь, тарабанила кулачками в спину Артема.
   - Пусти меня, - к ее требованиям парень оставался глух. Да и вообще нем, потому что всю дорогу молчал, чем еще больше злил Силантьеву.
   - Вышли, - зайдя в какой-то кабинет, прогремел Тихонов. Пара студенток, находившихся в аудитории, поспешили убраться, после чего блондин, наконец-то, поставил Женю на ноги. - А теперь я слушаю.
   Склабиться Женя не решила, ибо злость, читаемая во взгляде, была поистине ужасающей и немного сбивала спесь.
   - Тихонов, ну чего тебе надо? - дернула плечами, стараясь смотреть куда угодно, но не на него. - Ну, переспали мы, ты получил что хотел...
   - Это я уже слышал, теперь хочу другое...
   - Эта ночь была волшебной, сказочной, просто охренеть какой чудесной, - взмахнув руками, Женька снова начала злиться. - Доволен?
   - Нет, твою мать, - процедил, наклоняясь вперед. - Твоих стонов мне было достаточно, чтобы этого понять, - от сказанного Силантьева снова залилась краской, а сердце сделало кульбит. Отступила шаг назад. - Я хочу послушать про ту часть, когда ты тихо сваливаешь из моей квартиры.
   - Я была пьяна.
   - Ты не была пьяна, - голубые глаза злостно сверкнули. - Женя, ты была абсолютно, сука, вменяема. Так что же произошло утром?
   - Ничего.
   Кроме того, как утром тебе звонила какая-то баба, - хотелось ей добавить, но она промолчала, понимая, что не имеет никакого права закатывать сцены ревности. Увидев женское имя, высветившееся на экране лежащего в углу телефона, Женя снедалась диссонансом противоречий. Ей казалось, что она действительно нравилась парню, о чем он ей уже говорил напрямую, но горький опыт прошлых отношений показывал, насколько глубоко можно ошибиться в человеке. И сейчас, стоя под гнетом тяжелого взгляда, сомневалась в правильности своего поступка. Сердце упрямо не желало следовать рассудку.
   - Я запуталась, - выдала тихо. Прошла долгая пауза тишины, после чего, крепкие пальцы, обхватившие подбородок, подняли его наверх.
   - Женя, - в который раз она убеждалась, что ей нравится, как он произносит ее имя. Мягко и тягуче. - Никогда не сомневайся во мне, - отчеканил по словам, расставляя секундные паузы. После чего, не давая раздумий, накрыл ее губы в поцелуе, штурмуя напором и не давая возможности отступить. Сопротивление, которое стойко держала Силантьева, длилось всего пару секунд и, спустя мгновение, обвила руками шею парня, посылая к черту все доводы разума.
   ***
   Мы с Васей не стали задавать Жене никаких вопросов, когда стоя на крыльце, наблюдали, как она выходит из темно-синей BMW. Сверкающие глаза и припухшие губы говорили сами за себя. Лишь беззлобно журили ее по этому поводу, в душе радуясь за подругу. Хоть во дворец школьников мы и прибыли заранее, но половина выступавших уже сновали по сторонам в разных нарядах.
   - Поторапливаетесь, скоро все начнется, - суетилась организатор. И тут началась общая суматоха. Все куда-то спешили, у кого-то что-то не так было с костюмом или прической, кто-то потерял свою маску. Женя, как и обещала, уложила мои волосы в мягкие небрежные локоны, заправив их в пучок из которого выбивалось несколько непослушных прядей. Выглядело очень неплохо, о чем сразу же сообщила, похвалив ее умение пользоваться утюжком.
   - Волосы я крашу тоже с качеством, - озорно подмигнула, напоминая мне о моем недавнем образе. Усмехнулась.
   Все торопливо приготавливались к выступлению, суетясь, что, очевидно, передалось и мне, поскольку чувство напряжения, зародившееся внутри, не покидало. И с каждой минутой оно нарастало, поскольку я никак не могла найти своего напарника по танцам. Большая толпа разодетого народа толпилась в коридоре, но Глеба среди нее не было, а я начинала сожалеть, что не взяла его номер телефона.
   - Так, всем тихо, совсем скоро будет ваше выступление, - объявила высокая женщина, призывая всех нас к молчанию. - Минут десять и выходите.
   Я хотела сказать ей об отсутствии своего напарника, но организаторша словно испарилась. А, спустя минут пять, тяжелые двери зала открылись. По всей видимости, десяти минут нам не дали. Заиграла песня Тома Оделла just science, гласившая о том, что наше представление началось. Разодетые студенты медленным шагом выстраивались по своим местам, пока играл проигрыш. Вася вопросительно оглянулась на меня, поскольку я была одна, топтавшаяся на своем месте без пары. В ответ лишь пожала плечами. Черт возьми, придется исполнять одной. Оставалась еще пара секунд до начала танца, когда что-то пошло не так. Песня резко остановилась, в зале воцарилась тишина. Только сейчас я обратила внимание на огромное количество людей, стоявших возле фуршетных столов, располагавшихся у стены. Все они были среднего возраста и одетые в строгие костюмы и с интересом взиравшие на нас, стоящих столбами. Женщин было не много, но одна среди них примечательно стояла посреди толпы, огромными глазами пялившаяся в нашу сторону. Это была наша организатор. Глядя на ее ошарашенное лицо, можно было понять, что она сама была без понятия о происходившей заминке. Какие-то шорохи, перекликивание, ругань и внезапно заигравшая музыка. Совсем не та музыка, под которую мы репетировали. Но, не растерявшаяся Василиса двинулась вперед, хватая парня, находившегося рядом, под локоть, тем самым начиная танец. Мне же хотелось сдернуть свою начинающую чесаться маску и свалить. Рука моя интенсивно дернулась вперед, но ее перехватили прежде, чем она достигла лица. Замерла. Тяжелая мужская ладонь захватила моё запястье, полностью обхватывая кисть. Мой взгляд тут же метнулся к обладателю цепкой руки. То, что это был не Глеб, я поняла еще по крепости обхвата. Так же, как и темная фигура, возвышавшаяся на пару голов, не могла принадлежать моему партнеру. С затаившимся дыханием смотрела на своего соседа сбоку. Облаченный во все черное, он напоминал мне бандита из исторических романов, с черной маской "Зорро", скрывавшую верхную часть лица и глаза, скрытые за прорезями. Я не видела, но ощущала, что он смотрит на меня, словно касаясь взглядом, заставляя кожу гореть. Уголок его рта приподнялся, являя взору ямочку, образовавшуюся на щеке.
   - Потанцуем?
   Я прочитала это по его губам, поскольку пялилась на них слишком пристально. И, кажется, он это заметил. Чувствуя смущение, отвела взгляд, делая шаг вперед. Тело вело в танце автоматом, а мысли путались. Реакция на моего неожиданного кавалера была неоднозначной, и явно смущающей. Я была уверена, что видела его здесь впервые, но, не смотря на это, танец вел он со знанием, хотя иногда путаясь, но это было незаметно и настолько естественно, что никто даже не обратил внимания. Да, двигался он превосходно, с ленивой грацией дикой кошки, восхищая и пугая одновременно. Ибо наш танец мне казался каким-то слишком... Интимным. Он подходил ближе, чем положено, задерживаясь руками на талии, слегка сжимая ее, а я в это время почти не дышала. Потому что иногда складывалось ощущение, что между нами нет ткани, и эти руки касаются самой кожи.

I feel like I'm drowning

Aah, drowning

   Даже песня казалась мне слишком сексуальной. Ее слова как ничто передавали мое состояние. Я плыла, тонула в непонятных мне эмоциях. Шаг назад, в сторону, поворот. И вот я стою к нему спиной, ощущая его движения каждой мышцей. Подошел, снова слишком близко. Слишком. Теплые ладони на предплечьях. Выше. Затаила дыхание, почувствовав дыхание на затылке, от которого по лопаткам побежали мурашки. Судорожный вздох, непонятно чей - мой или его. Сердце заколотилось слишком быстро, а тело замерло в предвкушении непонятно чего. Он был настолько близко, что шею жгло от его короткого вздоха. Вздрогнула, но не от его горячего дуновения. Он поцеловал меня. Если так можно было назвать эфемерное и еле уловимое прикосновение губ. Но этого было достаточно, чтобы потерять контроль над ситуацией, сбившись в танце и пропустить момент, когда надо обернуться. Я вообще забыла, как надо двигаться, раздираемая целым вихрем непонятных чувств. Твердые руки вернули меня на землю, обхватывая в талии и разворачивая на сто восемьдесят градусов. Вцепилась в него, позволяя себя вести по залу, будто безвольную куклу. На его идеально очерченных скулах заиграли желваки, а губы были слегка сжаты. Мгновение, и мы уже стоим на месте. Парень отпускает мое тело, отпрянув, а до меня начинает доходить, что музыка уже не играет, и все вокруг стоят, ожидая, когда стихнут аплодисменты, чтобы уйти.
   - Кто ты? - задаю ему вопрос, напряженно следя за тем, как он одной рукой проводит по темному ежику волос на голове, словно в нерешительности.
   Ответить ему не дали, так как обьявили о следующем выступлении. Мой напарник все еще стоял, пока процессия разодетых студентов продвигались к выходу, толкая нас. Затем, мгновение, и его губы растягиваются в хищной улыбке, образовывая сразу две ямочки по обеим щекам. Опомниться не успеваю, так как он хватает меня за руку, целенаправленно ведя сквозь толпу, но уже в другую от раздевалки сторону. Не осознаю, куда ведет, но, даже не интересуясь, стараюсь не отставать от быстрого мужского шага. Быстро идем куда-то по коридору, сворачиваем. Останавливается у второй двери по счету, рывком открывая ее и затаскивая меня внутрь. Что это была за комната, разобрать не смогла, так как здесь царил полный мрак. Но волновать меня это перестало спустя секунду, когда он прижал меня к этой самой двери, обрушиваясь яростным поцелуем на мой рот. Это был самый фееричный поцелуй из немногих, что были в моей жизни. И самый крышесносный.
   Его язык скользнул по моим губам, плавно, но настойчиво проникая глубже. Большим пальцем он коснулся моего подбородка, цепляя его и слегка надавливая, помогая углубить поцелуй. Колени подогнулись от такого напора, а по телу пробежала очередная дрожь непонятного, но весьма сильного желания. Он был подобно урагану, который сметал все мои крамольные помыслы о сопротивлении, прижимая к себе еще теснее. Руки судорожно вцепились в твердые как камень плечи. Еще в танце заметила, насколько они развиты, но ощущать под пальцами упруго налитые мышцы - совсем другое. Хотелось погладить, пощупать, что, собственно говоря, и сделала, наслаждаясь перекатом бугров под кожей. Поднялась выше. Пальцы запутались в жестких волосах и, не удержавшись, крепко их сжала. Никогда не была тем, кто наслаждался болью своей, или чужой, но тихий утробный рык и последовавший ощутимый укус в шею, были непередаваемы. Стало понятно, что ему это нравилось тоже. Поцелуй стал жестче, а хватка его рук на моем теле сильнее. Меня захлестнуло волной неведомых доселе ощущений. Хотелось больше. Ближе. Словно со стороны услышала собственный стон. А так же другие звуки. Которые говорили о людях в коридоре, становившихся все ближе, возвращая меня в реальность. Парень с неохотой оторвался от меня, тихо выругавшись матом. Мы застыли, прислушиваясь. Глаза уже привыкли к мраку, и теперь я могла различать его силуэт. Разобрать черты лица было сложно, но то, что он смотрел на меня, была уверена. Подняв руку, приложил палец к моим губам.
   - Тс-с.
   Затем, приоткрыв дверь, впуская луч яркого света, он обогнул меня и вышел, оставляя одну в полном мраке. Сердце ускоренно отбивало ритм о ребра, сама же я жадно вдыхала кислород. Подождала пару минут, когда шум в коридоре стихнет, после чего быстро вышла. Блуждая медленным шагом до раздевалки, до сих пор ощущала стеснение в груди и томящее чувство, жаром скапливающееся внизу живота. Будучи неопытной в сексуальном плане по части практики, в теории была ознакомлена достаточно, чтобы осознать, что возбуждена. Сильно.
   - Лина, ты где пропала, мы тебя ис... - внезапно появившаяся из-за угла Женька начала было устраивать мне разнос по поводу моего отсутствия, но тут же заткнулась, стоило ей лишь глянуть на меня. Рядом появилась Василиса, так же с удивлением осматривая мою персону через Женькино плечо.
   - И с каким вампиром ты сосалась, Климова? - хмыкнула Силантьева.
   - Вампиром? - спросила недоуменно.
   - Ну, судя по засосу на твоей шее, присосался он к тебе знатно, - широко улыбаясь, хохотнула моя подруга. Глаза ее весело сверкали. Рефлекторно потянулась к горлу, но, к сожалению, зеркал на стенах не висело. - На, - протянули мне мой рюкзак. - Иди, переоденься.
   За Женей, как и ожидалось, заехал Артем. На предложение подвезти, ответила отказом, решив немного прогуляться до дома. На улице было уже темно, и прохлада вечернего города была мне необходима.
   С того самого вечера прошло уже два дня. Вспыхнувшие чувства улеглись, правда, о том поцелуе я вспоминала куда чаще, чем хотелось бы. Но теперь, вместо непонятных ощущений, что пробудил неизвестный напарник по танцам, в душе поселилась тревога. Я не могла объяснить, чем она была вызвана, как и приглушить это волнение.
   И два этих дня Демьяна по-прежнему не было в университете, что, впрочем, удивительным не было. Но, как мне самой не казалось это странным, острая необходимость его увидеть засела где-то внутри. Мне хотелось разузнать о нем побольше. Вообще хоть что-то. В нашей компании я стала откровенно скучать. Женя теперь часто проводила время со своим новообретенным парнем, Васька, как обычно, погрязнув в книгах, ничего не замечала вокруг. Даже привычно улыбчивый Даня померк на фоне моей хандры. Попыток клеиться ко мне он не оставлял, что начинало раздражать, и, порою, хотелось его прибить. А еще я погуглила слова из песни, что играла на том вечере, которые могла вспомнить. Просидев в интернете полчаса, все же нашла ее. Группа мне понравилась, и парочка треков перекочевала в мой плейлист.
   Воткнув наушники в уши, стремительно спускалась по ступеням. Последняя пара закончилась, и мне нестерпимо хотелось попасть домой, так как чувство раздражения превышало все остальные. Но сообщение от Васи, попросившей ее подождать, остановило на полпути. Обреченно вздохнув, повалила свой рюкзак на первую попавшуюся лавочку на крыльце, плюхнувшись рядом. Солнце пекло нещадно, поэтому я радовалась тому, что выбрала место в тени, откидываясь на спинке и прикрывая глаза.

Everyday she sees her life 
In fade away, and pass her by 

   Да, песни мне нравились определенно. Легкий порыв прохладного ветерка был подобен глотку воды в засуху. Даже настроение немного приподнялось.

What can she do 
What can she do

   Почувствовала чье-то присутствие еще до того, как этот кто-то опустился рядом со мной. Глаза не открывала, заключив, что подсела, скорее всего, Вася.
   - Дай мне еще минуту, и мы пойдем, - протянула, вытягивая ноги вперед и разминая их. Неожиданно из моего уха вытащили наушник.
   - Я дам тебе еще больше времени, если расскажешь, что с тобой.
   Улыбнулась. Это было свойственно Васиной манере, вести себя подобно взрослой родительнице. Порою это действительно раздражало, но искренняя забота, которая крылась в ее поведении, заставляла остывать сразу же, а иногда даже умиляться этому.
   - Специально выжидала время?
   Приоткрыв глаза, заметила на ее лице усмешку.
   - Я давно заметила, что с тобой что-то не так. И если Женина нервозность мне была понятна, то твое поведение для меня как лес дремучий.
   Повернувшись ко мне корпусом, облокотилась на спинку, положил лицо на ладонь.
   - Ты не задумывалась, что быть дизайнером не твой профиль? - наклонив голову вбок, вопрошающе изогнула бровь. - Тебе скорее пошло бы быть психологом.
   - Спасибо, - сощурившись, она скопировала мой жест. Голубые глаза озорно сверкнули. - Но от разговора не улизнешь. С тобой все в порядке? - чуть позже добавила, внимательно глядя на меня.
   - Да. Не знаю, - вздохнула, переведя взгляд на свои бежевые кеды. - Я запуталась.
   - Это как-то связано с той девушкой на стоянке? - Она имела в виду Милану. В ответ пожала плечами.
   - Не знаю, - повторила, прикусив внутреннюю сторону щеки. - Возможно. А возможно я сама не понимаю, в чем дело, но так хочется разобраться.
   - Ты влюбилась?
   От ее фразы я опешила, с удивлением взглянув на подругу, на что она так же, как и я недавно, пожала плечами.
   - Просто предположила. К тому же, с учетом этого, - кивнула на мою шею, которую внезапно захотелось прикрыть. А точнее след от засоса, оставленный мне моим давишним партнером. Перед глазами снова возникла сцена нашего поцелуя. Черт. Почувствовала, как щеки покрывает румянец. На Василису не смотрела, но услышала, как девушка усмехнулась. - Попробуй встретиться с источником своих переживаний и поговорить, может, тогда расслабишься, - посоветовала мне, садясь прямо, намекая на то, что пора идти. - Идем?
   Кивнула, нехотя поднимаясь вслед за ней. Слова, сказанные ею, прокручивала в голове. Поговорить? С кем? Миланой? Или же пойти снова во дворец школьников и разузнать имя неизвестного танцора, тайком пробравшегося во время выступления.
   Проходя мимо университетской стоянки, неосознанно остановилась. Замерла, так как мой взгляд, блуждающий по небольшому скоплению машин, натолкнулся на уже до боли знакомую иномарку. Черный джип гордо возвышался среди стоявших рядом машин, выделяясь расписным крылом на боку. Взгляд устремился в салон, который был пуст. Казалось, даже сердце замерло. Милану в холле здания, ни на его крыльце я не увидела, а это значит...
   - Вась, слушай, я забыла кое-что. Ты иди сама, - торопливо заговорила, делая шаг назад. Пробормотав какое-то сбивчивое объяснение, непонятное для самой себя, решительно направилась обратно к университету, в надежде, что, все же, Леснина не останется меня ждать. Поскольку большинство студентов уже ушли по домам, коридоры здания пустовали. Звук моих шагов отдавался эхом, разрывая глухую тишину. Все внутри томилось в неясном предвкушении, когда я сбегала по лестнице, ведущей к цоколю. Глухие удары мяча заставили ускорить движение и, практически, рывком открыть дверь, ведущую к спортзалу, заходя внутрь.
   Каково же было мое разочарование, когда, вместо нужного мне человека, я увидела двух незнакомых парней, озорно играющих с мячом.
   - Кого ищешь, красавица? - улыбнулся мне один из них, весело подмигнув. Выругавшись про себя и ничего не отвечая, попятилась назад. Но, видимо, прирожденная неуклюжесть решила дать о себе знать, не давая мне уйти нормально. Запнувшись о порог, теряю равновесие, после чего лечу назад, попутно матеря собственную карму и готовясь к неприятному приземлению. Которого не случилось. За секунду до моего позора, почувствовала, как теплые ладони подхватывают под ребра, не давая мне упасть и ставя в исходное положение. Ощутив пол под ногами, хотела отодвинуться, чего мне не дали те же самые ладони, не желавшие отцепиться от меня. Наоборот - еще большей хваткой вцепившись и притянув спиной к мужскому телу.
   Затаила дыхание. Слишком знакомый запах ударил в нос, дразня приятным ароматом.
   - Любишь попадать впросак, Михайлина.
   Низкий гортанный тембр, раздавшийся в районе уха, вызвал целую серию мурашек по всему телу. Губы без отчетливо растянулись в улыбке.
   - Мне нравится, когда ты меня спасаешь.
   Это было похоже на флирт, но мне понравилось дерзить ему. Первоначальный страх перед его персоной ушел давно, и я была абсолютно точно уверена, что он мне ничего не сделает.
   - Стоит ли мне принять это к сведению и прийти к выводу о твоем намеренном причастии в прошлых ситуациях?
   В его голосе я уловила усмешку, чувствуя, как он улыбается. Срочно появилась потребность увидеть данную картину. Обхватив его руки своими, надавила, отцепляя от себя. Шагнув вперед, повернулась в его сторону и... снова чуть не упала.
   Это был не Демьян.
   Парня, что стоял передо мною, я бы описала как самого красивого из всех, что видела в жизни. Он с весельем смотрел на меня. Усмешка на его губах была сопровождена чертовски привлекательными ямочками. Которые показались мне весьма знакомыми, как и черты лица. В груди стало тесно, а в ушах зашумело. В этом брюнете я бы никогда не узнала Демьяна, если бы...
   Если бы не глаза.
   Стальной металлик в радужках становился все темнее, когда он смотрел на меня. Это невозможно.
   Это, твою мать, просто невозможно.
   Я сразу узнала его. Того самого парня, с кем в запой целовалась два дня назад, и сейчас он в упор глядел на меня таким знакомым взглядом, что тогда скрывался за черной маской. На меня, как ушат холодной воды, обрушилось осознание простой и невозможной истины, которую упорно отказывался переваривать мой мозг.
   Тем вечером я целовалась с Демьяном.
   Твою мать.
  

Глава двадцать третья

  
   - Или же мне стоит брать оплату за твое спасение? - ехидно продолжил этот тип, а я до сих пор стояла как громом пораженная. Внешняя метаморфоза парня так же поражала, сшибая напрочь весь воздух из легких. С силой впилась ногтями в ладонь, пытаясь хоть как-то вернуть утраченный самоконтроль.
   - Мне кажется, свою плату пару дней назад ты уже взял, - вышло хрипло, поскольку в горле пересохло. В следующее мгновение наблюдала разительную смену эмоций в серых глазах, которые недобро сверкнули. В долю секунды он оказался совсем близко, наклонившись к моему уху.
   - Не рассматривал это как платеж, но, - сделал паузу, медленно вдыхая воздух, словно наслаждаясь. - Раз уж ты сама обозначила свои условия, то, - немного отстранился, давая взглянуть ему в лицо. - Такой тариф меня устраивает.
   Он снова нацепил холодную маску бесстрастности, в то время как я ощущала внутри настоящий жар. Он провернул мои же слова против меня, а мне не нашлось что ответить, словно мозг утратил способность регенерировать хоть какие-то мысли.
   - О, Дема, смотрю, тебя сегодня просто одолевают поклонницы, - раздалось смешливое за спиной. Видимо, это парень, что был в спортзале. - И всего-то, стоило лишь побриться. Я тебе уже завидовать начинаю.
   В ответ на шутливое замечание Демьян лишь скривился. Из этого сделала вывод, что последствия смены имиджа его самого не очень радовали. Парни прошли мимо, все так же шутя и весело переговариваясь, а я радовалась коротенькой передышке, стараясь взять себя в руки. В голове вертелось множество вопросов, которые хотелось ему задать, но, по всей видимости, это отразилось на моем лице, поскольку этот демон поднял руки, пресекая мои попытки что-то спросить.
   - Мне надо переодеться, - кивком указал на свою спортивную форму. - Подожди меня на входе.
   И, не давая мне среагировать, развернулся, скрывшись за дверью раздевалки, куда недавно вошли парни. Мне же ничего не оставалось, как послушно топать в холл. Долго ждать он себя не заставил, появившись спустя минут пятнадцать. Заметила его сразу, чувствуя, как снова забываю дышать. Перемены в его облике были действительно разительные настолько, что давеча одетые на нем футболка и джинсы смотрелись гораздо привлекательнее. Он не стремился подчеркивать фигуру обтягивающими шмотками, но даже бесформенная футболка обрисовывала широкий размах плеч и твердую развитую грудь. Пальцы закололо при этих воспоминаниях.
   Оказавшись в машине, слишком жадно втянула воздух, пропитавшийся свежестью, после принятого им душа и запахом мужского геля. Древесный и слегка горьковатый, мне нравился этот аромат. Я помнила его еще с наших первых встреч. Откинувшись на сидении, сквозь опущенные ресницы посмотрела на парня, выруливающего со стоянки. Он действительно был красив. Как черт. Мысленно хмыкнула, переведя взгляд с лица на руки, которые тут же стали центром моего внимания, поскольку костяшки были сбиты, красуясь не хилыми подтеками. Нахмурилась.
   - Да задавай уже, - Демьян усмехнулся, метнув мимолетный взгляд в мою сторону. - А то дыру прожжешь во мне.
   - Почему тебя не было в универе?
   Этот вопрос вырвался прежде, чем успела осознать. Проскользнувшее удивление в серых глазах говорило о том, что парень так же, как и я, удивился заданному, но тут же вернул былое безразличие.
   - Мой отец приезжал в город, у него здесь парочка своих филиалов, пришлось с ним мотаться по делам, - пожал плечами. - Он является одним из спонсоров благотворительного фонда, в честь которого и устраивались те танцы, - он улыбнулся, будто что-то вспоминая, а я почувствовала, как щеки мои покрываются румянцем. - Они устраиваются ежегодно, но никогда не думал, что приму в них участие.
   Его улыбка стала хищной, а я лишь уперла взгляд в свои колени, прикусив внутреннюю сторону губы. Напоминание о том вечере всколыхнуло огонь в груди, разгоревшийся от мелькнувших картинок в голове. Картинок с участием парня, сидевшего со мной слишком рядом.
   - Это ты поменял песню, - о внезапно вспыхнувшей догадке скорее не спрашивала, а уточняла.
   - Мне стало скучно.
   - Ты всегда действуешь по наитию?
   - Только когда это касается тебя, Михайлина, в остальном же мною правит лишь холодный расчет.
   Он уже второй раз произносит мое имя и мне нравится, как оно звучит с его уст. Медленно, тягуче, словно мед в уши. Осмысливая его слова, до сих пор не могла понять, что движет этим парнем.
   - Смена имиджа тоже твой расчет? - любопытство узнать о нем больше, преобладало и росло в геометрической прогрессии.
   - Подловила, - беззлобно хмыкнул, выруливая между домов, въезжая в мой двор. Он остановился неподалеку от подъезда, спрятавшись в тени деревьев, за футбольным полем, на котором весело играли дворовские мальчишки. Эта площадка была огорожена высоким плетеным забором, поэтому видно нас не было, что создавало некое уединение. - Но да, это скорее был знак протеста. Мы повздорили с отцом и мне, почему-то, показалось важным проявить свое бунтарство. Да и застала ты меня не в самый лучший период, - неосознанно повел плечом, показывая свою раздражительность, но, тут же, подобравшись, свободно откинулся на сидении, повернув голову в мою сторону. Под пристальным рассматриванием с его стороны вновь стало неловко, а атмосфера накалялась, принимая интимный оттенок. Слишком остро реагировала на его взгляды, да и присутствие, в общем, а тут еще и закрытая обстановка давила.
   - Это твоя машина?
   Мне нужно было хоть как-то отвлечься, чтобы вырваться из капкана серебристого взора.
   - Нет, - медленно тянул он. - Сестры.
   Удивилась странному облегчению, что почувствовала от его ответа. Значит, Милана его сестра. Облизнула вмиг пересохшие губы, что не скрылось от его внимания. Демьян словно ждал этого, опустив взгляд вниз. Серые глаза заволокло дымной поволокой, а в салоне, внезапно, стало душно. Все вопросы, что были в голове, разом покинули ее, стоило ему наклониться ближе.
   - Теперь ответь мне ты, Михайлина, - снова этим медом, но уже горячим, по венам, заставляя кожу пылать. Обхватил подбородок двумя пальцами, направляя к себе. - Что в тебе заставляет меня переходить черту разума и действовать необдуманно?
   Казалось, в его вопросе скрыт куда более глубокий смысл и адресовывал он его скорее себе, но глазами искал ответа на моем лице. Большой палец его тем временем прошелся по моей нижней губе, вышибая из груди остатки воздуха.
   - Это р-риторический вопрос, - пролепетала заикаясь. Бешеный ритм пульса отдавался в ушах, заполоняя все звуки внешнего мира.
   - Согласен, - Голос его перешел на тональность ниже, став более чувственным, проникая в самые чертоги души. - Но ты не представляешь, сколько раз я себе его задавал, - его палец обвел контур верхней губы, в то время как глаза становились практически черными, благодаря полумраку места, выбранного им. - Или это все игра, Лина?
   Слишком ласково он назвал меня, используя сокращение моего имени. И слишком непонятно значение, которое вкладывал в свои фразы. В них был подтекст и его собственная квинтэссенция.
   - Бессмыслица, - порадовалась своему ровному голосу, правда с едва слышной хрипотцой.
   - Как и твои махинации с переодеванием, - рука осторожно переместилась на щеку, после чего он убрал нависшую прядь мне за ухо, но не отпустив ее. Перебирая между пальцами. - Черный тебе не идет. Что же это было?
   - Это было на спор, - вяло произнесла, стараясь не показать, как мне нравятся его прикосновения.
   - Воистину, никогда не понимал твоей любви к подобным авантюрам, - он возвел глаза к небу, раздраженно вздыхая. Рука его по-прежнему находилась у моей щеки, но в одно мгновение что-то изменилось. Пальцы вновь захватили мой подбородок плен, отводя немного в сторону. Губы плотно сжались, а на точеных скулах заиграли желваки. - Откуда?
   Такая резкая перемена в его поведении озадачивала. Пару секунд назад в его глазах я могла разглядеть ласку, граничащую с нежностью, а теперь там был арктический холод, пробиравший до мурашек.
   - О чем ты? - я не понимала, решив уточнить.
   - Шрамы, - тихо рыкнув, внезапно отпустил из плена мое лицо, откинувшись на сидении. - Черт, - прикрыв глаза, потер переносицу. - Откуда они у тебя, Миша?
   Этого вопроса не ожидала, как и такой реакции на увиденное, поскольку для меня самой, видя свое отражение в зеркале каждый день, это стало чем-то обыденным, на что не обращают внимание. Да и не сильно заметны были они, но Демьян все равно их увидел, отреагировав весьма необычно.
   - Год назад я попала в аварию, - рука рефлекторно потянулась к белесой отметке, красовавшейся у основания шеи. Не видела смысла таить от него причину их возникновения. Демьян молчал, полностью выражая свою флегматичность, однако плотно сжатые челюсти говорили о его внутреннем состоянии. Для меня было загадкой его поведение, но спросить в чем дело, парень не дал, неожиданно потянувшись к ключу в замке зажигания и поворачивая его. Мотор мягко заурчал.
   - Миша, прости, мне пора, - отрывисто произнес он, неотрывно смотря в одну точку, на лобовом стекле. Ничего не говоря, лишь кивнула, отстегивая ремень безопасности и выходя из джипа, который, заскрипев шинами, тут же сорвался с места. Мне ничего не оставалось, как только пялиться вслед. Стоя на месте даже тогда, когда машина скрылась из виду. Сжимая ремешок рюкзака, силилась понять странное ощущение, возникшее в машине, заставлявшее напряженно рефлексировать.
   Словно я что-то упустила. Что-то важное.
  

Глава двадцать четвертая

  
   Что-то изменилось с того дня, когда Демьян подвез меня. Не во мне, нет. Чувство внутренней тревоги до сих пор селилась в груди, вызывающее сосущее ощущение, где-то под ложечкой. Изменилось отношение парня. Ко мне. Он будто перестал замечать меня, словно и вовсе не были знакомы, и это не он так ласково касался меня в машине, не говоря уже о том бешеном поцелуе. Демьян стал популярен. Смена имиджа вызвала ажиотаж у многих студенток, что дико бесило меня, когда я видела, как он стоит в окружении толпы девчонок, сверкая белозубой улыбкой.
   Чертовы ямочки.
   Казалось, он нарочно, словно стае голодных собак кидают кусок мясо, брюнет выделял им свое внимание, а девицы только этого и ждали, жадно хватая каждое его слово. Демьян не смотрел в мою сторону, но я была готова биться об заклад, что он видел меня. Я не понимала причину такого его поведения, будучи уверенной, в том, что улыбка его была фальшивой, как и липовый флирт. Настроение, и без того не радостное, падало стремительно ниже. А он, как нарочно, появлялся в поле моего зрения, и постоянно под руку с какой-нибудь девчонкой. Как и сейчас. Аудитории наших групп располагались совсем рядом, а парень стоял у окна, вальяжно облокотившись и разговаривая с одной из своих одногруппниц. Той самой, ярко рыжей девушкой, предупреждавшей когда-то по поводу его личности. Мило лыбясь, наматывал одну из ее прядей себе на палец. Только вчера он так же перебирал мои волосы в своей руке.
   Стараясь не дать волне гнева возобладать над разумом, тихо фыркнув, уставилась на улицу. К моему дичайшему разочарованию, преподаватель еще не пришел, поэтому наша группа ютилась в коридоре. Маша заняла место на подоконнике, и мне ничего не оставалось, как встать рядом с ней. Крольчатница читала одну из многочисленных книжек, что таскала в рюкзаке, я же, уткнувшись в телефон, просматривала ленту новостей в интернете. Внезапно на мои плечи легли мужские руки.
   - Ну, здравствуй, злобная фурия, - насмешливым голосом было произнесено мне на ухо. - Ты наконец-то остыла?
   Неосознанно напряглась, но, узнав Данила, расслабилась.
   - Остыла? - не поняв его, переспросила, высвобождаясь из цепких обьятий и поворачиваясь к нему лицом.
   - Ну да, - с усмешкой кивнул. - В последнее время ты только и делала, что ядом плевалась да нос ворочала. Надеюсь, твой кризис подросткового возраста прошел? - поинтересовался, складывая руки на груди.
   Помимо веселого взгляда карих глаз Данила, ощутила на себе еще один взгляд. Прожигающий нутро. И как это у него так получается, на расстоянии нескольких метров, он словно бы в паре сантиметров находился вблизи. Почти касался.
   - Тебе показалось, - глядя на такого искреннего и добродушного брюнета, не смогла не улыбнуться. Не смотря на последние издержки моего терпения к его, якобы, флирту, он все же мне нравился. Парень умел располагать к себе, да и находиться в его компании было легко и весело.
   - Уверена? - недоверчиво сощурил глаза. - В таком случае дождешься меня после пар?
   - Зачем?
   - Хочу тебя сводить в одно местечко, - хитро подмигнул мне.
   - Звучит не заманчиво, - хмыкнув, наморщила нос, склоняя голову набок.
   - Не беспокойся, это на самом деле будет интереснее, чем ты думаешь, - заверил меня Даня. - Обещаю.
   - Ловлю на слове, - медленно протянула я, складывая руки на груди. - Только выкладывай сразу. Не люблю сюрпризов.
   - Ладно, занудная, - парень картинно закатил глаза. - У меня знакомые хорошие группой выступают. Причем весьма неплохо. Сегодня они дают концерт в Хижине, поэтому хочу отвести тебя туда. Их заценить ты должна.
   Хижина был одним из самых популярных баров в нашем городе, насколько я слышала.
   - Ладно, - вернула Дану его же жест, возведя глаза к небу. - Подожду.
   Не успев до конца сообразить намерения Данила, почувствовала еле уловимое прикосновение его губ к своему виску. Когда же до меня дошел тот факт, что парень меня поцеловал, его самого рядом уже не было, но ощущение жжения не исчезло. Демьян смотрел на меня. Казалось, воздух накалялся, чуть ли не высекая искры.
   Наконец-то появился преподаватель, вырывая мой облегченный вздох из груди. Почти самой первой юркнула в кабинет, радуясь, что могла выйти из его поля зрения. Постаралась взять себя в руки, что удалось не сразу, лишь уже под конец занятиям. Попрощавшись с Машей, медленно двинулась в сторону стоянки, решив подождать Данила у его машины. Выйдя на улицу, удивилась тому, как же быстро начинает темнеть. Только вчера стояла жара, а теперь сгущались тучи, а воздух отдавал осенней промозглостью.
   Данил прислал мне сообщение о том, что его пары закончились, но он немного задержится, в чем искренне извиняется. Хмыкнув, я не успела убрать телефон, резко остановившись, так как боковым зрением заметила стремительно приближающийся черный внедорожник. Он резко остановился напротив меня, характерно заскользив шинами. Сердце от испуга пропустило удар, а я стояла как вкопанная, глядя на огромный тонированный кроссовер. Передняя дверь раскрылась, предоставив моему взору водителя.
   - Прыгай, - Демьян даже не смотрел в мою сторону, вольготно откинувшись на сидении. Возможно, именно это стало причиной нахлынувшей волны моего гнева.
   - А сплясать тебе не надо? - сощурив глаза, зло поинтересовалась у парня. Рука с силой сжала ни в чем не повинный сотовый.
   - Что? - он, наконец, обратил на меня свой непонимающий, но раздраженный взор.
   - Да хоть что, - с экспрессией взмахнула руками. - Сальсу, чечётку, румбу. Выбирай, вариантов много.
   - Климова, тебе потанцевать захотелось? - спросил этот тип, окинув меня с ног до головы.
   - Аж зудит, - огрызнулась, чувствуя, что еще чуть-чуть, и трубка треснет в моей ладони. - Только и думаю с утра о том, чем бы и как тебя развлечь.
   - Не беспокойся, Миша, такая возможность у тебя еще представится, - неожиданно насмешливо ухмыльнулся брюнет, а я, скрипя сердцем, признала, что ему идет улыбка. Вот такая, искренняя, она просто разила.
   - Сядь в машину, Лина, - как-то слишком устало произнес Демьян. - Пожалуйста.
   Последнее было добавлено чуть тише. Мысленно готовясь к конфронтации, не ожидала услышать просьбу с его уст, которая тут же отбросила все мои помыслы язвить ему, как и сопротивляться. Недолго обдумав, все же забралась на переднее сидение, убирая телефон в рюкзак. В ноздри ударил запах дорогой кожи и мужской туалетной воды. Ненавязчивый, но приятный.
   - Это не твоя машина? - почему-то сразу было понятно, что хозяин машины мужчина. Здесь стоял чисто мужской запах, без примеси женских духов, какой была в прежнем автомобиле. Но этот запах был незнакомый.
   - Отца, - через паузу ответил брюнет, выруливая со стоянки. - Моя не в городе.
   - Вы помирились?
   - Типо того, - дернул одним уголком губ. - К тому же мне еще работать с ним, а такие вещи, как личная междоусобица не должна иметь свое место в работе, особенно в бизнесе.
   - Мне кажется, что в семьях они и вовсе не должны возобладать.
   - Согласен, но у каждого человека свои взгляды на жизнь. В нашем случае произошел конфликт интересов. Хотя его точку зрения я могу понять и понимаю.
   - А он? - осторожно поинтересовалась, удивленая такой откровенностью столь замкнутого индивидуума.
   - Все сложно, - вздохнул, крепче сжимая руль. Это было видно по побелевшим костяшкам руки.
   - И в чем заключается сложность? Твоем или его поведении?
   - Нашем. К сожалению, и он, и я очень упрямы, хотя и понимаем это, - усмехнулся. - Это отличительная черта, с которой до сих борется моя мать.
   - Если вы оба осознаете это, почему бы не прийти к общему мнению.
   - Потому, дорогая моя, - он прибавил скорость, а я не понимала, чем была вызвана дрожь в груди: рычащим мотором или же его ласковым обращением ко мне. - Что интересы, как говорил раньше, у нас совсем разные. Мой отец владелец крупной строительной фирмы, филиалы которой находятся в нескольких городах, и, по совместительству, руководствующий бизнесом производства стройматериалов. Поверь, хватка у него что надо. А сейчас он хочет часть бизнеса доверить мне.
   - Но ты же и так работаешь с ним.
   - Да, - сжал челюсти. - Пришлось.
   - Видимо с ролью заросшего неандертальца ты прогадал, - закусила внутреннюю губу. Почему-то внезапно сильно захотелось дотронуться до него. Себя успокаивала, что это всего лишь чувство сочувствия. Бросив на меня мимолетный взгляд, Демьян неожиданно засмеялся. Коротко и хрипло, а я жадно впитывала этот звук, наслаждаясь его низким и гортанным голосом.
   - Не совсем, - усмехаясь проговорил он. - Лица наших генподрядчиков меня действительно смешили, когда я, открывая дверь с ноги, вваливался в кабинет. В университете та же история, но смешнее.
   Я тоже улыбнулась, вспоминая реакцию преподавателей на свой давешний облик.
   - И что послужило толчком к смене образа?
   Демьян не ответил, как-то слишком задумчиво глядя вдаль. Я не знала, куда мы едем, но это меня совсем не напрягало. Не возникало даже интереса, поскольку, с опаской признаваясь самой себе, мне было все равно. Рука Демьяна потянулась к магнитоле, и через пару секунд тишину салона заполнил приятный голос певца со звуком перебоя электронной гитары. Песня была знакома, поскольку недавно я добавляла ее к себе в плейлист.

You tell me I lost it

And tell me I'm off

   - Нравится группа?
   Парень словно не слышал, витая в своих мыслях, а я, пользуясь случаем, рассматривала его профиль. При свете фар и недавно зажегшихся ночных фонарей, Демьян казался более загадочным.
   - Некоторые песни, - услышала я, наконец. Он явственно расслабился, спокойно следя за дорогой. Мне нравилось, как он водил, наслаждаясь скоростью и ревом мотора и даже ни разу не выругавшись в течение всего пути. Взгляд скользнул к его губам и в голове тут же пронеслись воспоминания о том вечере, рождая навязчивое желание снова ощутить их. Целовать не просто незнакомца, а знать, что это именно он. От крамольных мыслей, осаждающих мой мозг, дышать стало тяжелее, а губы закололо, отчего пришлось их закусить.
   - Прости, - внезапно произнес он. - Вчера был грубоват, да и сегодня...
   Не договорил, снова несильно сжав руль одной рукой, второй приоткрывал окно, впуская прохладный ветер внутрь, дав мне возможность вздохнуть полной грудью вечернюю прохладу.
   - Ты о своей петушиной показательности? - решила поддеть его.
   - Что, спектакль не удался? - с любопытством глянул на меня, потягивая уголок рта вверх. На щеке снова появилась ямочка.
   - И в чем же здесь был твой расчёт?
   Его вопрос оставила без ответа, решив не задумываться над его сутью. Ведь знала, что злилась сегодня, наблюдая за его "игрой", но признаваться ему в этом не собиралась. Сам же парень удовлетворять мое любопытство тоже не спешил, молча ведя машину.
   - Это скорее просчёт, Миша, - отрывисто пробормотал, все так же смотря куда-то дальше лобового стекла и дороги. - Попал впросак, как говорится.
   - Почему?
   - Потому что ты слишком большое искушение для меня, Михайлина, - безапелляционно заявил Демьян, а мое существо с живостью откликнулось на его признание. В горле запершило.
   - Тогда зачем бороться с искушением?
   Я прямо смотрела на него, борясь с соблазном дотронуться до него. Пальцы покалывало от нетерпения, а в низу живота тяжелело.
   - Затем, что последствия, какие бы они не были, всегда будут.
   - В таком случае, что я делаю здесь, - сделала ударение на последнем слоге, акцентируясь на своем присутствии в его машине.
   - Потому что, видимо, я из разряда мазохистов, сам себе треплющий нервы, Миша, - с какой-то непонятной досадой отозвался брюнет, невольно поморщившись так, будто это действительно приносило ему боль. А я лишь думала о нашем непонятном диалоге и о том, что же за личность этот парень. Он был сам себе на уме, но при этом глубоко цеплял меня.
   Мы еще какое-то время колесили по городу, после чего Демьян остановил машину возле двухэтажного здания, где на крыльце толпилось небольшое количество народа.
   - Выходи, - голос его был низок.
   - Куда мы приехали? - вкрадчиво поинтересовалась, хотя понимала, что вопрос был глупый, поскольку знала, что это за место.
   - Танцевать, Миша. Ты ведь этого хотела.
  
   *Two Feet - Lost The Game

Глава двадцать пятая

  
   С недоверием уставилась на парня, который невозмутимо выходил из машины, не обращая внимания на мой испепеляющий взгляд.
   - Ты прикалываешься, - все еще не верила я, выбираясь из салона следом.
   - Ну почему, - подойдя ближе ко мне, забрал мой рюкзак, закинув его на заднее сидение внедорожника, и захлопнул дверь, поставив на сигнализацию. - Не ты ли сегодня говорила мне о своем диком желании меня развлечь и о том, что у тебя где-то... Хм, зудит.
   - Только не говори мне, что ты настолько недалек, чтобы не увидеть сарказма в моих словах, - сощурившись, посмотрела на Демьяна. В отличие от меня, он казался слишком флегматичным, шагая рядом со мной.
   - Не буду. Просто для некоторых шуток я слишком буквален, - когда мы подошли к главному входу, он неожиданно приобнял меня за талию, приближая к себе. Этот жест не остался незамеченным, так как всем своим существом ощутила горячее тело под боком. Я не была удивлена тому, что нас сразу же пропустили, даже не спросив документов. Пробираясь сквозь толпу, Демьян по-прежнему крепко прижимал меня к себе, то ли опасаясь, что меня кто-нибудь заденет, либо того, что я попросту сбегу. Однако, если бы мне предоставилась такая возможность, то навряд ли бы ею воспользовалась. Мне было чертовски непривычно, но хорошо находиться рядом с этим типом, в чем давно уже себе с неудовольствием призналась. Попутно оглядывала помещение. Здесь было два этажа, и все переполнены людьми. Музыка громыхала, отдавая басами по перепонкам, но мне нравилось.
   Мы разместились в углу бара, и к нам сразу же подоспел бармен, вежливо интересуясь, нужно ли нам что-то.
   - Ты серьезно притащил меня сюда танцевать?
   Заказав себе воды, Демьян вальяжно облокотился о стойку, обратив на меня свой взор. Серые глаза насмешливо блеснули.
   - Не жди подвоха, малышка, - продемонстрировал мне ряд ровных и белых зубов. - Ты хотела, я лишь исполняю, - махнул в сторону зала. - Танцуй.
   - А как же ты?
   - Я лишь сторонний наблюдатель, - брюнет отсалютовал мне принесенным бокалом воды, отпивая и пряча ироничную улыбку за стеклом. Он играл, провоцировал. А мне внезапно захотелось включиться в его игру.
   - Хорошо, - кивнула, подзывая бармена к себе. Окинув быстрым взглядом барную карту, заказала себе порцию коктейля состоявшего из четырех шотов. Как только мне подали заказ, сразу же опрокинула в себя первую рюмку залпом, едва не поморщившись от насыщенного лимонного вкуса и крепости. Как некстати вспомнила, что сегодня, не считая шоколадки, ничего не ела, что может сказаться в дальнейшем на моем самочувствии. Но сейчас мне было все равно. В груди разливалось тепло от принятого алкоголя, но хмелела я больше от стальных глаз, едко вцепившихся в меня и не выпускающих. Медленно провела языком по губам, слизывая соленые остатки коктейля, сдержав улыбку, поскольку это не осталось незамеченным. Неотрывно следящие за мной серые глаза потемнели, а взгляд потяжелел.
   Дальше последовал второй шот. Алкоголь уже не казался таким крепким, а лимонная кислинка только придавала вкуса, который начинал нравится.
   - Не переусердствуй, малышка, - лицо Демьяна оказалось очень близко. Настолько, что даже сквозь шум оглушающей музыки я могла расслышать хрипотцу в его голосе. Это заставляло повышаться градусу в крови.
   "Соблазнять жертву сладкими речами - фирменный почерк всех демонов", - вспомнила когда-то давно вычитанную на просторах интернета фразу. Этому же демону достаточно улыбнуться, чтобы перед его чарами пали.
   - Ты же рядом, - послала ему самую радужную из всех своих улыбок, беря третий шот. Атмосфера накалялась, и я задумалась над тем, чтобы снять свой свитшот, под которым была надета тонкая черная майка.
   Третья порция коктейля показалась мне действительно вкусной. Либо содержимое спирта в крови набирало обороты, либо это была такая уловка бармена. Музыка захватывала в свой плен, искушая тело поддаться своему ритму, и мне, с каждым разом, мысль скинуть с себя верх казалась все соблазнительнее. Как и парень, сидящий напротив. Слишком искушенное удовольствие. Прикрыла глаза, чувствуя, что пьянею. Быстро, однако, не на столько, чтобы лишиться рассудка, но достаточно, чтобы раскрепоститься и расслабиться. В мозг закралась шальная мыслишка поддразнить этого внешне спокойного демона. Моей внутренней раскованности дали свободу, и вот, я выпиваю последнюю рюмку, после чего встаю со стула, делая шаг к Демьяну. Не прерывая зрительного контакта, игриво улыбаюсь ему и, схватившись за края свитшота, стягиваю его с себя. Волосы растрепались. Одной рукой привожу их в порядок, во второй держу кофту, протягивая Демьяну. Стараюсь сдержать ликующую усмешку, видя его реакцию. Челюсть слегка сжалась, а серые омуты заволокло туманной дымкой, когда он медленно прошелся бесстыжим взглядом от лица вниз, задержавшись на груди, там, где из-под края топа виднелась ложбинка, и так же медленно возвращаясь обратно. Грудь его тяжело вздымалась, а я, в отличие от него, перестала дышать.
   - Я танцевать, - вышло сипло. Он, наконец, обратил внимание на протягиваемую ему вещь, которую я, не дожидаясь, впихнула ему, уйдя на танцпол. Избавление от одежды не помогло, словно по венам текла самая настоящая лава. Оказавшись в центре толпы, позволила себе расслабиться, отдаваясь на попечение музыки. Тело плавно изгибалось, полностью входя в ритм. Рядом со мной танцевало еще несколько парней, парочка из которых пытались присоединиться ко мне, нагло вклиниваясь в мое пространство, но я, сразу же, сбрасывала чужие конечности, отрицательно мотая головой и уходя в другую сторону. Отвадив ненужных кавалеров, бросила взгляд в сторону бара, с досадой заметив, что Демьяна там нет. Закусила губу, но, тут же, отрывисто вздохнула, почувствовав горячие ладони на своей талии. Мне не нужно было поворачиваться, чтобы узнать, кто это. Тело само по себе среагировало на этого человека, прижавшись спиной к его груди, а голова откинулась на плечи.
   - Кажется, я снова проигрываю, - негромким шепотом на ухо, от которого по всему телу будто пробежались маленькие разряды электричества. Замерла, когда он уткнулся носом в шею, глубоко втягивая воздух, а пальцами проникая под майку. Кожу живота обжигало. - Миша...
   Требовательно развернул меня к себе, прижавшись лбом к моему лбу. Довольно осклабившись, скользнула руками по его груди, перебираясь к плечам, попутно замечая, как напряжены его мышцы.
   - Господи, малышка, - прохрипел он, выпрямляясь. Костяшками руки коснулся моей щеки. - Ты не представляешь, насколько тонка грань, отделяющая меня от того, чтобы взять тебя прямо здесь.
   Меня должны были оскорбить его слова или как минимум возмутить. Но ничего подобного не было. Наверное, давно пора привыкнуть к тому, что все, что касается этого парня, имеет обратно пропорциональный эффект моим ожиданиям. Как и сейчас, брошенная им фраза вместо праведного гнева вызвала лишь желание поддаться тому самому искушению, о котором он говорил.
   - Черт, - видимо, то, что он прочел в моих глазах усугубляло и без того шаткое положение его терпимости, отчего он почти грубо дернул меня в сторону.
   - Куда мы? - поинтересовалась, идя вслед за ним сквозь скопище танцующих людей.
   - Домой, - жёстко оборонил он. - Натанцевались.
   Стоило выйти на улицу, как на нас обрушился мощный ливень, огорошив свинцовыми каплями. Тонкая майка вмиг промокла, но я не замечала этого, до сих пор ощущая жар пор кожей, на который сейчас не повлиял бы даже град.
   Оказавшись в салоне машины, Демьян еще некоторое время сидел вперив взгляд в пустоту. Дыхание его было стрывным и грузным, подобно отдышке. Щелкнув по магнитоле, он крепко сжал руль, заводя мотор и стремительно срываясь с места. Путь от клуба до машины должен был стать временным передыхом, но напряжение, возникшее уже давно, не желало покидать нас, ощутимо вися в воздухе.

Face up, I?ll lose
Craving for some feeling

   Даже песня, заигравшая в машине, казалась мне слишком интимной, медленной, с сексуальным подтекстом.

I?m stuck, I?m stuck, I?m stuck here in my skin

   Борясь с потребностью вновь коснуться, смотрела на Демьяна, впиваясь ногтями в ладони. Очередной мой выдох вышел слишком шумным и протяжным.
   Демьян тихо выругался, бросая на меня краткий взгляд. Я не обратила внимания на прибавленную скорость, резкий поворот и звучное скольжение шин по асфальту. Когда меня слегка качнуло вперед, от внезапного торможения, поняла, что мы съехали с дороги, заехав в какой-то переулок, где царила кромешная тьма.
   - Нахер все, - рыкнул брюнет, отключая фары и, в следующее мгновение, буквально сдергивая меня с сидения. В долю секунды я очутилась сидящей на нем верхом, а он, воспользовавшись моей заминкой, яростно обрушился на мой рот. Слишком дерзко и нагло. Чуть ли не рыча впивался пальцами в мои ягодицы, вжимая в себя с силой, чтобы чувствовала, насколько он возбужден. И это сносило крышу. Он пьянил сильнее самого крепкого алкоголя, поцелуями въедаясь под кожу. Мы цеплялись языками, словно безумные, сорвавшиеся с тормозов. Глухо застонала, когда начал целовать мою шею, откинув голову назад, предоставляя ему полный доступ. Он медленно скользил от шеи к ключицам, прикусывая кожу, оставляя за собой огненные следы.
   Схватившись за лямочки, свирепо сдернул вниз топ вместе с лифчиком, обнажая грудь. У меня вырвался рваный всхлип, когда ощутила, как его губы смыкаются на одном из соске, втягивая в себя. Вцепившись в спинку сидения, свободной рукой обхватила влажные волосы на его затылке, сжимая их в кулак, в то время как он продолжал свою пытку, умело применяя зубы и язык. Ладонями надавил на спину, побуждая выгнуться.
   - Твою мать, Миша, - хрипло выдавил, жадно приникая к одной груди ртом, в то время как рука сминала вторую, сжимая, играясь, рождая во мне дикие и неконтролируемые ощущения. Я задыхалась, вырывая из себя хриплые стоны, чувствуя, как Демьян откликается на них, заводясь еще больше. Низ живота сводило. - Хочу тебя, - бормотал между поцелуями, доводя меня чуть ли не до экстаза. - До одури. Сука.
   Что мне было ответить на это? Все мое существо так же безумно желало этого парня. Но был один момент, всплывший в моем мозгу и требовавший озвучки.
   - Это... Первый раз... - прерывно сообщила ему, чуть ли не в кровь закусив губу от очередного сумасбродного поцелуя.
   - Что? - непонимающим взглядом уставился на меня. Обхватив мой подбородок, большим пальцем провел по нижней губе, которую я, все-таки, не контролируя, прикусила. Но боль была ничем, по сравнению с той эйфорией, что испытывала в его руках. - Повтори, - потребовал.
   - Что? - переспросила, теряя нить разговора и утопая в туманной серости его глаз.
   - Ты сказала, что это первый раз, - напомнил он. Язык отнялся, мне оставалось лишь утвердительно кивнуть. - Имеешь ввиду, что ты девственница?
   Голос его был мягок, однако я почувствовала, как изменилась обстановка. Наваждение еще не спало, однако осознание проступало медленно.
   - Да, - передернула плечами, собираясь отстраниться, но Демьян не дал мне этого сделать. Не смотря на темноту пространства, я увидела блеск его довольной улыбки. Слишком довольной. Он вновь припал к моим губам, но уже не в страстном порыве. Его поцелуй отображал в себе лишь трепетную нежность, от которой опешила. На плечи легла его кожанка.
   - Черт, - этот тип уткнулся мне в шею, зарываясь лицом в волосы, чем вызвал очередную порцию муражек. - Твоя грудь, - глухо проговорил хриплым голосом, затем поцеловал место ниже ключицы. - Она мне будет сниться. Как и ее хозяйка.
   Не удержалась от смешка. Напряжение не ушло, но это не мешало мне наслаждаться его объятиями. В том, как он держал меня, сжимая коконом сильных рук, и скользил носом по волосам, было что-то такое, отчего щемило в области грудной клетки. Он долго стискивал меня так, коротко целуя меня в шею, плечи, лицо, чем отбирал дыхание. Но я была не против, блаженствуя от его ласки, впитывая ее в себя.
   - Поехали, отвезу тебя домой, - вымолвил брюнет, с неохотой отстраняясь. Взгляд его упал в вырез куртки, туда, где мой топ был опущен до талии. - Че-ерт, - негромко протянул, откидывая голову назад. Руки его тут же зацепились за края белья, натягивая его обратно в исходное положение. Когда все было закончено, он пересадил меня снова на пассажирское сидение, предварительно закрепив ремень безопасности.
   Всю оставшуюся дорогу мы ехали в полной тишине, лишь в конце пути я не выдержала, и, поддаваясь порыву, коснулась его щеки. Он тут же обхватил мою ладонь, потеревшись об нее, как довольный кот, а после припав губами к тыльной стороне. Когда мы попрощались, парень терпеливо ждал, пока за мной закроется подъездная дверь. Слушая рев мотора отъезжающей машины, глупо улыбалась, кутаясь в слишком большую для моих плеч куртку.
  
   *Mansionair - Easier
  

Глава двадцать шестая

  
   - Прости меня, - неловко топталась на месте. - Мне стыдно. Очень.
   Прошлым вечером я настолько забылась, что обещание, данное Данилу, совсем вылетело из головы. Волна стыда с головой накрыла меня, когда взяв телефон, обнаружила там свыше двадцати пропущенных от Дани, не говоря уже о том, что мне звонили девчонки несколько раз.
   - Я волновался, - голос его был спокоен и тих, но по глазам видела, что он обижен. И это грызло.
   - Прости, - уже раз сотый произношу, гонимая чувством вины.
   - Ладно, - потрепал меня по макушке. - Главное, что ты в порядке. Но я отыграюсь.
   Подмигнул, давая понять, что уже не злится. Вымученно улыбнулась.
   - Мир?
   - Мир.
   Странное дело, даже будучи прощенной и разойдясь на добрых нотах, испытывала нервозный дискомфорт. Весь день замечала за собой непонятную лихорадочность, оправдывая это муками совести, но сейчас явственно понимала, что не в этом дело. Сообразительность сегодня была явно не моим коньком, что заметила даже Женя, когда я буквально залипла в одну точку, уйдя в прострацию. На парах так же, не могла сосредоточиться, вчитываясь в мелькавшие строчки, иногда по нескольку раз, пытаясь вникнуть. Однако мой мозг требовал перезагрузки, поскольку ничего, кроме вчерашнего вечера в голову не лезло. Каждый раз, когда я старалась концентрироваться на задании, перед глазами мелькали картинки слишком жаркого содержания, чтобы оставаться спокойной. Сегодня я была слишком растеряна, а виновник моего беспокойства не пожелал явиться в университет. Я испытывала двоякие чувства - с одной стороны, мне было спокойнее, когда серебристый взгляд не прожигал меня. С другой - мне хотелось его увидеть. Обуреваемая внутренним конфликтом, желала, чтобы поскорее этот день закончиться. Ведь дома, наедине с собой, собраться с мыслями было легче. Вчера на это времени было меньше, так как сон сморил меня быстрее, чем могла обдумать что либо. Даже сейчас мне мерещился его запах.
   Дождавшись окончания пары, чуть ли не бегом выскочила на улицу, алчно вдыхая воздух, пропитавшийся дождем и запахом мокрого асфальта. Небо было пасмурным, предвещая скорый ливень. Но даже он не был помехой моему желанию прогуляться. Но сделав пару шагов, остановилась. Пару раз моргнула, надеясь, что мое сегодняшнее состояние не имело побочных эффектов в виде глюков. Потому что передо мной стоял Демьян собственной персоной. Как по шаблону всех драматических фильмов, он опирался о черный внедорожник, уткнувшись в свой телефон. Будто почувствовав меня, оторвался от своего гаджета, поднимая глаза. Ноги сами понесли к нему.
   - Снова прогуливаешь, - ехидно поддела его, стараясь не улыбаться слишком широко. Он был слишком хорош в черной тенниске и синих джинсах, что невозможно было не залюбоваться спортивной фигурой парня, внушающей мощность. - Не боишься, что тебя не допустят к сессии?
   Остановилась на расстоянии вытянутой руки от него, но, похоже Демьян посчитал, что этого недостаточно, делая шаг вперед. Сильные руки сомкнулись на моей талии, притягивая к себе.
   - Поверь, - ироническая полуулыбка. - Сессия - это то, что беспокоит меня в последнюю очередь.
   И губы, властные и требовательные. А я чувствовала, как весь внешний мир пропадает, и остался только этот парень, поцелуи которого слишком умопомрачительны, чтобы останавливаться.
   - Я проигрываю по всем фронтам, Михайлина, - проговорил Демьян, оторвавшись от меня. - Пошли, я отвезу тебя домой.
   Его высказывание вызвало у меня веселую улыбку, и я поняла, что скучала по нему. Пара жарких поцелуев, побуждающих тосковать и хотеть еще. Кто бы мог подумать, что мрачный тип, нагонявший на меня нечеловеческий страх одним видом, будет теперь вызывать такой трепет в груди. И кто бы мог подумать, что я могла позволить ему нечто заходящее за край поцелуев.
   Садясь в машину, надеялась, что мои щеки не выдадут меня, когда вспомнила о вчерашнем вечере, а точнее то, что была готова продолжить начатое им. Но Демьян был слишком сосредоточен на дороге, либо тактично молчал, уловив в моем лице смущение. Странно, но даже то, что мы ехали в полной тишине, казалось мне чем-то привычным. Мне не было напряжно с ним молчать.
   - Через пару дней мне надо будет улететь в другой город, - заговорил Демьян, въезжая во двор.
   - Надолго?
   - Два дня. Мой отец... - остановившись на прежнем месте, парень откинулся на сидении. - Он стал слишком слаб. Его карьера подрывает ему здоровье, которое и без этого не било ключом.
   А я только сейчас присмотрелась к брюнету, заметив, только сейчас залегшие под глазами тени и слегка бледноватое лицо. Видимо, работа неудачно складывается и на нем.
   - Мы с братом стараемся помочь ему, но ты же знаешь, он упрям, - смешок.
   - У тебя есть брат?
   В ответ Демьян посмотрел на меня долгим и пронзительным взглядом.
   - Да, - протянул задумчиво. - Двоюродный.
   Не ожидая от самой себя, потянулась к его щеке, касаясь ладонью колючей щетины.
   - Тебе тоже надо отдохнуть, - было чертовски приятно ощущать шероховатость жестких волосков. - Демон.
   Последнее вырвалось помимо воли, но это уже не беспокоило. Парень же не двигался, не отрывая взгляда от меня. Слишком пристального и пронзающего. Не произнес ни слова, лишь притянув к себе, чтобы поцеловать, медленно и чарующе. Чуть позже, уходя от него, не могла избравиться от ставшего навязчивым и усиливавшегося чувства тревоги. Оно не уходило, затапливая края подсознания.
   На следующий день Демьяна так же не было в университете, а я задумчиво слонялась по коридорам на очередную пару.
   - Ну, здравствуй, подруга дней моих суровых, - на плечо мне упала тяжелая мужская рука. Данил как всегда светился позитивом. Я лишь вяло поздоровалась с ним. - Хочу, чтобы ты знала - в эту пятницу мы идем в Хижину.
   Карие глаза говорили, мол, в этот раз не отвертишься, на что мне оставалось согласно кивнуть.
   - Вот и договорились. Заеду за тобой вечером, - потрепав меня по макушке, двинулся вперед, оставляя меня в полной прострации.
   Оставшиеся три дня до назначенного Данилом вечера протекали монотонно. Демьян больше не давал о себе знать, не объявляясь в университете. А я молча терроризировала телефон, понимая, что он никак не мог мне написать, поскольку номерами мы так и не обменялись. Данил, как и обещал, заехал за мной ровно в договоронное время, сидя в машине и печатая что-то в своем телефоне.
   - Ну что, поехали, - вместо приветствия хмыкнул парень, когда я плюхнулась на пассажирское сидение рядом с ним. Изначально, предложение сходить в бар вызывало отрицательное желание, но три дня, проведенные в ожидании и раздражении, вызывали необходимость расслабиться, чему теперь была даже рада. Я долго крутилась возле зеркала, критично рассматривая черную джинсовую юбку на пуговицах, купленную недавно и в тон ей черную кофточку, оголяющую плечи. Смотрелось неплохо, о чем мне сказал взгляд Данила, которым окинул меня. Оценивающий и одобряющий мой внешний вид. - Шикарно выглядишь, подруга, - наконец озвучил он, когда мы вышли возле бара. На кирпичном здании горела яркая вывеска с названием, а у входа было дюжинное количество народа. Оказавшись внутри, Данил повел меня к одному из столиков, находившихся в углу. Здесь уже сидела небольшая компания, с которой принялся меня знакомить мой друг. Трое парней и две девушки, весело пьющие алкоголь, располагали своим дружелюбием и тем, что тут же принялись предлагать мне еду напитки. Заказав мохито, нарочито медленно тянула его, оглядывая помещение. Здесь, помимо обычной молодежи, было немало людей неформальной внешности, имевших дреды, кучу татуировок и одетых непонятно во что. Понятно, на что намекал Миронов, заверяя, что мне здесь понравится, что в действительности оказалось так. Музыка старого рока вперемешку с клубной мне импонировала, и я даже начала расслабляться.
   - Держи, - протянула мне рюмку с текилой девушка, сидевшая рядом. Одна из друзей Данила, отличавшаяся ярко розовыми дредами и излишеством пирсинга на лице. Я отрицательно качнула головой, показывая на свой коктейль. Девушка пожала плечами и отвернулась, включаясь в разговор своей компании. Мой взгляд проходился по разношерстому народу, интерьеру, бару, пока не остановился на сцене. Застыла, смотря на двух танцующих девушках на выступах. Они энергично двигались, плавно извиваясь и заводя толпу, но видела я лишь одну из них, что была мне знакома.
   Милана.
   Я не ошибалась в том, что девушка эффектна, но сейчас она была настоящей дерзкой королевой. Полуодетая, брюнетка выставляла напоказ красивое подтянутое тело, умело поддавая его ритму. На бедре ее красовалась большая татуировка, но рисунок мне разглядеть не удалось из-за расстояния и темного освещения. Все это время я как завороженная смотрела на ее движения, с восхищением отмечая грациозность и гибкость, которую проявляла Милана. Ребята, с которыми сидела, пытались затянуть меня в свою беседу, на что лишь отмахивалась, не выпуская с взора Милану до тех пор, пока та не покинула сцену и лишь тогда позволила себе сделать глоток коктейля, лед в котором уже давно начал таять, разбавляя вкус. Так же заметила, что Данила в нашей компании не было, но стоило об этом подумать, как он сразу же появился, сцепливая мою руку.
   - Идем, мои ребята сейчас выступают, - сказал он. Послушно проследовала за ним, вставая возле сцены, куда выходила группа молодых людей с музыкальными инструментами. Стоило зазвучать аккордам первой песни, как толпа народа тут же радостно загудела, подхватывая ритмы. Это не оставляло сомнений в том, что эта группа здесь имела свой успех. Хотя, музыка и впрямь была хорошей. Парни знали, как раскачивать зал, умело делая это, смешивая стили исполнения.
   Широкие ладони легли мне на талию, а на плечо тут же опустилась голова друга.
   - Нравится? - поинтересовался, глядя на выступающих.
   - Очень, - кивнула, стараясь не замечать напряжения, возникшего из-за неожиданных объятий Дани. Он слегка раскачивался, иммитируя подобие танца. - Ты очень красивая сегодня, - услышала тихое.
   - Спасибо, - его комплимент вызвал неловкость и я, топчась на месте, старалась сконцентрироваться на музыке и, незаметно, попытаться вывернуться из теплого захвата. Что мне не удалось, так как меня тут же развернули на сто восемьдесят градусов. Появилось стойкое ощущение дежавю, так как несколько дней назад я оказывалась в таком же положении, но с другим парнем, однако, в отличие от Демьяна, Данил не вызывал во мне тех чувств, что заставляли плавиться. И я поняла это, стоило увидеть блеск в карих глазах. Я нравилась Данилу, но не более чем он мне. В голове внезапно возникли другие глаза. Пожирающие и властные.
   - Все-таки не нравлюсь, - со вздохом заключил Даня, видимо, узрев что-то в моем лице.
   - Нравишься, - отрицательно замотала головой. - Ты самый лучший друг из всех парней, что у меня были.
   - Да уж, - саркастично хмыкнул Данил, развеселившись. - Так меня еще не динамили.
   - Стараюсь, как могу, - шутливо стукнула кулаком по плечу. Напряжение прошло, и передо мною снова находился тот веселый парень, с которым познакомилась в начале учебы.
   - Ладно, чего уж там, - хохотнул парень. - Королева поддержки, давай, помогай своему другу, которого только что отшили, не влезть в депрессию и пошли развлекаться.
   Я рассмеялась его фразе и той легкости, появившейся в груди. Возможно, коктейль поспособствовал этому, но не задумывалась об этом, радуясь, что тревога отпустила ненадолго. Парень принялся выполнять шутливые движения, чем вызывал мой смех, а вскоре я сама подтанцовывала ему, подыгрывая. Мы веселились и хохотали, иногда подпевая знакомым словам каверов, что исполняла группа. Возвращаясь за стол, уже не испытывала той скованности, что была в самом начале. На месте старого коктейля стоял новый, который тут же схватила, наслаждаясь приятной прохладой стакана в ладонях и жадно делая глоток. Рука потянулась к телефону. На экране высветился один пропущенный от неизвестного абонента. А в груди сладостно заныло при виде неизвестного номера. Предчувствие подсказывало, что это был Демьян.
   Извинившись, отправилась в туалет, где сразу же принялась набирать звонившему. Но ответом мне были лишь короткие гудки, сопровождающиеся моим глухим и частым ударам сердца. Абонент не отвечал, пока вызов не сбросился сам. Бросив затею дозвониться, решила вернуться. В зале все так же громыхала музыка, а народу становилось все больше. Пробираясь через толпу кинула взгляд на сцену, но теперь там выступала другая группа. И, прежде чем я успела добраться до своего столика, на пути меня перехватил незнакомый тип, обняв за талию и притягивая к себе. Уперлась ладонями ему в грудь, отрицательно вертя головой, показывая, что танцевать не хочу. Но, либо этот тип был слишком пьян, чтобы не разобрать моих намеков, либо он не хотел их принимать намеренно, самодовольно хмылясь в нетрезвой улыбке. Хотела отцепить его ладони от моей талии, но тут из-за моего плеча неожиданно протянулась рука, обхватывая моего нежеланного напарника за горло и сдавливая его. Парень слегка опешил, расслабив хватку, и я тут же перекочевала с одних объятий в другие. Меня сграбастали в охапку, прижав к груди. Но все мои, собиравшиеся было вырваться, возмущения вмиг иссякли, стоило мне почувствовать тонкий мужской аромат так хорошо знакомого мне геля для душа. Полностью расслабившись, втянула воздух, наслаждаясь запахом и теплом сильного тела.
   - Отошел, - пророкотал Демьян, отзываясь вибрацией в грудной клетке.
   - Все-все, пацан, я просто потанцевать хотел, - что-то блеял несчастный, испугавшись. И я могла его понять, зная, насколько зловещим и пугающим может быть серый взгляд.
   - По-прежнему ищешь неприятностей, Михайлина, - недовольно проговорили мне на ухо. Нерадивый ухажер ушел, а мы так и стояли, застыв посреди зала. Но на данный момент меня не волновали остальные, потому что мне было дико необходимо прижаться к этому демону, что и сделала, обвив его талию своими руками, утыкаясь в плечо. Губы помимо воли растягивались в улыбке. - Пошли отсюда.
   Он толкнул меня к выходу, но я вспомнила о своей компании, с которой проводила вечер, а точнее о Даниле, которого нужно предупредить. Сообщив об этом Демьяну, мысленно похвалила себя за то, что в этот раз мозги мне не отказали. Двигаясь к столику, ощущала, как Демьян следует за мной.
   - Дань, прости, я пойду, - подойдя к компании, известила парня, на что он в удивлении посмотрел на меня. Кивнув, собрался было встать, чтобы проводить, но я остановила его. - Меня подвезут.
   Хотел что-то сказать, но, взглянув мне за спину, замолчал. Несколько долгих секунд он изучающе смотрел мне за спину, после чего так же медленно кивнул.
   - Когда ты вернулся? - задала первый вопрос, стоило нам оказаться в салоне.
   - Несколько часов назад, - при ночном свете фонаря он казался мне уставшим, словно не спал несколько дней. Хотя, возможно так оно и было.
   - Тебе надо поспать, - высказала вслух свои мысли, но они остались без ответа, потому что парень задумчиво уставился на меня, сверля во мне дыру. - Что? - не выдержала.
   - А тебе надо носить юбки длинее, Миша, - резко отозвался Демьян и, в следующее мгновение, жадно притянул к себе, впиваясь в мой рот, грубо открывая его языком. Движения его были жесткие и вызывающие. Парень не церемонился со мной, цепляя рукой мои волосы и оттягивая голову назад. А я же кайфовала, чувствуя себя настоящей мазохисткой, потому что наслаждалась той болью, что причиняли его руки и зубы, нагло прикусывающие кожу, а потом зализывая ее, словно извиняясь. Но мне этого было мало. Впившись короткими ногтями ему в плечи, притянула к себе, утыкаясь в разрез футболки, проникая в него, растягивая ткань, открывая себе доступ к его телу. Проведя языком, укусила место над ключицей, тем самым вызвав негромкое рычание с его стороны. Оно отозвалось жаром в низу живота. До этого момента и не подозревала, насколько сильно я могла прикипеть к его прикосновениям и соскучиться по этому человеку.
   Ладонь его оказалась на внутренней стороне бедра, а сама я невольно двинулась ближе к нему, охватываемая новым вихрем ощущений. Пальцы его коснулись тонкого кружева, погладив намокшую ткань и отодвигая ее в сторону. Живот словно скрутили узлом, а я громко всхлипнула, стоило почувствовать его пальцы на себе. В себе. Это заставило парня замереть.
   - Миша... - тяжело дышал Демьян мне в шею. - Прости, но сегодня я тебя не смогу отпустить.
  

Глава двадцать седьмая

  
   Глядя на профиль Демьяна, в который раз поражалась тому, как красив этот парень. Но дело было здесь не только в его внешности. Меня тянуло к нему, как магнитом, чему препятствовать не могла. Как и сейчас, согласившись поехать к нему, осознавая, на что иду и с кем. Удивляло то, что сомнений я не испытывала, обуреваемая другими чувствами. Потребностью быть ближе и чувствовать этого человека, который, по всей видимости, испытывал то же самое, но прячась за маской равнодушия. Побелевшие костяшки на руках, с силой сжимающие руль и скорость, с которой гнал машину, все это твердило о том, что Демьян испытывал анологичные моим чувства.
   Внедорожник резко затормозил у подъезда. Охваченная возбуждением, не помнила, как мы оказались в лифте, где брюнет тут же прижал к себе, набрасываясь подобно дикому зверю, а я отвечала с не меньшей прытью. У двери он провозился недолго, открыв ту со второй попытки, чуть ли не заваливаясь внутрь квартиры. За нами щелкнул замок, ключи полетели куда-то на пол, а я была прижата к стене, терзаемая нагловатым напором своего личного демона.
   - Чертова юбка, - рыкал он, задирая упомянутую вещь. Стиснув мои ягодицы ладонями, поднял вверх, вынуждая обхватить его ногами. Он нес меня в комнату, попутно истязая поцелуями. А мне было мало. Я не могла надышаться новыми ощущениями, не отрываясь от Демьяна, хватая его за плечи и проникая под футболку. Хотелось быть еще теснее, чему мешала одежда, проблему с которой Дем решил сразу, уложив меня на постель. Постепенно он избавлял нас обоих от ненужных деталей гардероба, пока я не осознала, что лежу под ним совершенно голая. Окинув взглядом нависшего надо мною парня, у меня перехватило дух. Он казался слишком внушительным и рельефным. Темная голова склонилась ко мне, одаривая очередным крышесносным поцелуем, а после плавно переходя на шею и ниже. Рефлекторно выгнулась, когда губы достигли груди, смыкаясь на одном из сосков, втягивая его, не сильно прикусив и проделывая то же самое с другим, поочередно. Коленом раздвинул ноги, а ладонь легла на то место, где недавно касалась, вырывая из груди гортанный стон. Низ живота словно пронзило током от бесстыдной ласки.
   - Моя Миша, - глухо произнес Демьян, проводя пальцами по влажной плоти, вводя один внутрь. Со свистом втянула воздух сквозь сжатые зубы. Сам Демьян был напряжен не меньше. Плотно сжатые челюсти и часто бьющаяся жилка на шее говорили о том, что сам еле сдерживается, но останавливаться в своей изощренной пытке не собирался, умело нажимая на нужные точки.
   - Демьян, - рвано выдохнув, тихо прошептала. - Чертов демон.
   Он откликнулся сразу, поднимая на меня потемневшие глаза, казавшиеся почти черными. Схватив меня за волосы, опрокинув голову назад, не отрывая взгляда. Секунда и резким толчком входит в меня, наполняя собой, заставляя обоих вздрогнуть. Слишком впечатлителен миг соединения. Меня захватывала дикая страсть, граничащая с болью, при каждом его движении. Каждый толчок отзывался сладким мучением в теле. Напряжение росло, а мышцы судорожно сжимались. С силой кусая губы, выгибалась, подстраиваясь под ритм и принимая каждое проникновение.
   - Не сдерживайся, - крепче сжал волосы, толкаясь глубже. Рука его снова опустилась туда, где соединялись тела, дотрагиваясь до клитора, нажимая, массируя. И я не выдержала, закричала, чувствуя, как живот скручивает спиралью, а перед глазами мутнеет. Тело пронзила мощная судорога, накрывая с головой не только меня, но и Демьяна, который вцепившись зубами мне в шею, вздрагивал как в лихорадке. Хватая воздух ртом, не до конца понимала произошедшего, пытаясь сфокусировать свой взгляд на окружающих предметах, но они лишь расплывались темными пятнами.
   Мы еще долго лежали в таком положении, восстанавливая дыхание, после чего Демьян осторожно перекатился на бок, притягивая меня к себе. Сердце его гулко билось, в такт моему, и мне этот стук казался самым упоительным звуком. Вытянув одеяло, парень накрыл нас, устраивая меня у себя на груди и целуя в макушку. Этот жест, наполненный нежностью, вызвал улыбку.
   - Видимо, я скучал по тебе больше, чем предполагал, - услышала его хриплую усмешку. Захотелось радостно и по-глупому рассмеяться на его признание, от которого в груди разлилось тепло. Если раньше я скептично относилась к так называющимся "бабочкам в животе", то сейчас могла поклясться, что ощущаю их. И наваждение после произошедшего не исчезло, расходясь по телу томящей негой. Видимо, долгое напряжение, и фееричное избавление от него, давало знать о себе, мягко окутывая дремой. Демьян неторопливо перебирал мои волосы, попутно поднося их к лицу и вдыхая, гладил по плечу, спине, убаюкивая.
   - Я тоже скучала, - пробормотала, обнимая брюнета и незаметно проваливаясь в сон.
   Проснулась я от дождя, отбивающего барабанную дробь по внешнему отливу окна. Еще не открывая глаз, лениво потянулась, наслаждаясь мягким стуком ливня по стеклам. Всегда относила себя к людям, любившим в такую погоду бывать дома и вслушиваться в шум осадков, но сейчас что-то не давало мне покоя. Несколько секунд у меня ушло на то, чтобы поняла, что причиной моего дискомфорта было отсутствие одежды на мне. Это было непривычно, поскольку страсть к домашнему нудизму не питала, но стоило вспомнить, каким образом я оказалась в таком положении, то все возмущения тут же отпали. Сев на краю кровати, осмотрелась вокруг, замечая, что излишеством мебели комната не отличалась, представляя лишь кровать, шкаф и тумбу, на которой одиноко стоял ночник. Одежды не было, поэтому пришлось завернуться в тонкое одеяло. Попутно зайдя в ванную комнату, ополоснулась, отмечая видневшиеся следы засосов на шее, плечах и груди. Щеки тут же вспыхнули, когда в голове возникли красочные моменты их возникновения.
   На пути к кухне учуяла запах жареных яиц, на что сразу отреагировал мой желудок, но стоило мне оказаться на пороге, как тут же застыла, забыв о потребности в еде. Демьян стоял ко мне спиной, орудуя над плиткой, а я не могла пошевелиться, чувствуя, как в горле пересохло. Мой взгляд жадно пожирал его фигуру, словно слепленную талантливым скульптором. Не выдержав, тихо подошла к нему, обнимая сзади и утыкаясь носом между лопаток. Красивый витиеватый узор татуировки находился перед моим взором, и я не устояла перед искушением провести по нему губами, отчего парень замер.
   - Будешь продолжать, наш завтрак полетит к чертям, - предупредил он, но я сделала вид, что не услышала, опуская руки и проводя ими от груди и ниже, цепляя ноготками стальной пресс, упиваясь тем, как он напрягается. Не знаю, откуда во мне выработалась смелость, но пальцы мои зацепились за резинку боксеров, оттягивая их вниз. Демьян коротко выругался, посылая все и чуть ли не швыряя сковороду в сторону, выключив плитку.
   Секунда и я, распластавшись под ним, задыхаюсь от жарких поцелуев и его прикосновений. В этот раз он не жалел меня, как и свой стол, на котором брал, совершая жесткие толчки, словно наказывая за то, что помешала, и одновременно испытывая дикое удовольствие. Ртом впитывал мои стоны, чуть слышно рыча от экстаза, что накрывал нас обоих.
   Позже, не смотря на мое смущение и попытки отвертеться, мой мучитель потащил меня в ванную, вынуждая принять совместный душ, где мы снова занимались сексом. Тело саднило, но я удивлялась тому, как Демьян умело пробуждал желание во мне, заставляя загораться как спичка, от его ласк, и хотеть снова. Приготовленная яичница давно остыла, но мы все равно доели ее, и для меня она показалась чуть ли не самой вкусной из всех, что пробывала. Дема не отпускал меня ни на минуту, усаживая на колени и пододвигая мне тарелку с едой. А я была не против, блаженствуя от такого внимания.
   - Тебя дома не ищут? - поинтересовался парень, поглаживая меня по спине.
   - Нет, отец на ночной смене и вернется только вечером, - хотелось мурлыкать как кошка.
   - Тогда предупреди его о том, что сегодня ты не придешь, - серые пасмурные глаза ясно говорили о том, что он не шутит. Переспрашивать не стала, лишь кивнула, уверенная в том, что спорить с этим типом бесполезно, да и не хотелось вовсе. Мне было непривычно хорошо рядом с ним, даже просто молчать. Нравилось вдыхать запах его геля, которым пропиталась я сама. Мне нравилось пахнуть им, носить его огромную футболку, доходившую до середины бедра, которую он любезно предложил, правда, долго носить ее мне не дал, грубо стянув и вновь напористо втягивая меня в водоворот безумия. Иначе это никак и не назовешь.
   Демьян разговаривал с кем-то по телефону, а я любовалась его профилем, отмечая каждую деталь в его внешности, мимике. Его голос был сухим и бесстрастным, из чего заключила, что это по работе, и при этом он нежно проводил рукой по моим ногам, размещенным у себя на бедрах. И в этом было что-то такое, необыкновенно-привлекательное, цепляющее за душу.
   Пользуясь моментом, решила написать папе сообщение о том, что сегодня переночую у Женьки. В выходные я частенько зависала у подруг, так что вопросов у отца возникнуть не должно. Известив родителя, подумав, открыла вкладку браузера, вбивая в поисковик вопрос, который беспокоил меня с самого утра.
   Если бы я не была уверена в самой себе, то смело могла заявить, что девственницей не являлась. Этому способствовало множество причин, таких как отсутствие боли, дискомфорта, крови и прочих вытекающих последствий первого полового акта. Несколько статей извещали о том, что это нормальное явление, хоть и нечастое, и все зависит от женского организма. Либо же мне просто повезло, и мне достался самый опытный партнер. Мысленно усмехнувшись, убрала телефон в сторону, посмотрев на своего "партнера". Он действительно был великолепен, хоть и сравнивать было не с кем. Однако была убеждена, что в этом плане мы с Демьяном очень подходили друг к другу, о чем доказывала бурная реакция наших тел на близость.
   Серые глаза с интересом посмотрели на меня, безмолвно спрашивая "все нормально?". Я лишь широко улыбнулась, показывая, что все хорошо и придвигаясь ближе.
   Одно знала четко, что о сделанном ни капли не жалею.
   На следующий день Демьян отвез меня домой, так как ему позвонил отец, срочно требуя явиться на работу. И весь остаток дня я провалялась в постели, размышляя о том, насколько быстро и далеко зашли мы с ним. Но слово "легкодоступная" даже не мелькнуло в моей голове, так как Дем ни разу не давал понять, что считает меня таковой. За все это время он не озвучил статус наших отношений, но его поведение говорило о том, что это не просто короткая интрижка.
   В университет идти совершенно не хотелось. Так как пар было мало, сооблазняла мысль остаться дома. Но возможная встреча с Демьяном была сильным мотиватором и я, скрипнув зубами, отправилась в училище.
   Женька заболела, о чем мне сообщила Вася. Н а вопрос, что ей принести и какие лекарства взять, подруга в трубку раздраженно ответила, что Артем и так уже напичкал ее всевозможными витаминами и мне можно не беспокоиться. Порадовавшись за Силантьеву, пообещала зайти. Дема, к сожалению, в коридорах я не наблюдала, чему, конечно, расстроилась, но ненадолго, так как парень прислал мне смс, в котором говорилось, что он заедет за мной вечером. Настроение поднялось, и все прошедшие пары я витала в облаках, вспоминая наш с ним проведенный выходной. А при некоторых воспоминаниях пульс мой несколько раз учащался.
   - Ну, привет, динамщица, - уже в привычном жесте Данил сложил свою конечность мне на плечо. Пары закончились, и я выходила из здания, когда Миронов поймал меня на крыльце. - Смотрю, ты сегодня в радостном расположении духа.
   - Иногда такое случается, - отшутилась, сбавляя шаг.
   - Слушай, спросить тебя хочу, - в один миг Данил стал серьезен, и былая веселость слетела с его лица. - Ты теперь с Демьяном?
   От такого вопроса немного опешила, но быстро взяла себя в руки.
   - Допустим, - уклонилась от ответа.
   - Не хочу нагонять тень, да и ты сама взрослая девочка, - начал Миронов. - Но мне он не нравится. Мрачный тип, да и на днях, слышал, он был замешан в драке с нашими студентами на кафедре в цоколе. Нескольких человек избил, - нахмурился. - Один. И самое странное, что ему за это ничего не было, хотя, как минимум, должны исключить.
   В который раз убеждаюсь, что слухам нельзя верить. Особенно если знаешь правду. Но либо здесь история взята с конца и причастие еще одной персоны не достигло ушей Данила, либо сам Демьян постарался, чтобы мое имя не было упомянуто вслух.
   - Не верь тому, что говорят другие, - только и произнесла, вымученно улыбнувшись.
   - Не верю, - кивнул он. - Но за тебя беспокоюсь. Подвезти? - поинтересовался, когда мы дошли до стоянки, на что получил отрицательный ответ.
   - Нет, спасибо, мне по дороге в магазин надо.
   - Ладно, как хочешь, - Даня привычно потрепал меня по макушке, как делал это всегда, и пошел к своей машине. Я свернула в сторону Женькиного дома, предпочтя автобусу пешую прогулку, заодно размышляя о том, что нужно все-таки что-нибудь купить подруге. Задумчиво уставившись себе под ноги, размеренно шагала, пока не налетела на парня, появившегося из ниоткуда.
   - Простите, - пробормотала, собираясь обойти, но цепкие руки схватили меня за плечи, не давая делать шаг.
   - Ну, привет, Михайлина, - раздался хриплый голос у моего уха. Подняв голову, наткнулась на пристальный взгляд зеленых глаз из-под сени черных длинных ресниц. Что-то знакомое промелькнуло в этом брюнете, но где я его видела, вспомнить не смогла.
   - Извини, мы знакомы? - отбросив субординацию, сразу перешла на "ты". Незнакомец оказался весьма симпатичным молодым человеком. Высокий, широкоплечий, немного худощав, он все же источал какую-то мрачную энергию и мощь. По спине пробежал холодок от дурного предчувствия. Губы его растянулись в усмешке, а глаза сверкнули непонятным блеском.
   - Да. Я твой парень, Миша.
  

Глава двадцать восьмая

  
   Пряча руки под столом и заламывая их, старалась унять внутреннее беспокойство. Парень, сидящий напротив меня, наоборот, казался расслабленным и уверенным в себе. В полумрачном освещении кафе, куда мы зашли, его глаза были почти черными. Он с любопытством взирал на меня, ожидая вопросов с моей стороны, коих в моей голове вился целый рой.
   Передо мной поставили дымящуюся чашку с кофе, но притрагиваться к ней не спешила.
   - Игнат, - повторила вслух его имя, которым он представился на улице. Брюнет с интересом ждал, когда я начну спрашивать, но я словно застыла в ступоре, не зная с чего начать.
   - Мы познакомились с тобой в Лузе, когда ты работала официанткой, - видимо, заметив мой внутренний конфликт, решил помочь мне, начиная разговор. - Это было больше года назад, ты тогда с матерью перебралась в наш город.
   Упоминание о маме тонкой иголочкой вонзилось в сердце. Кивнула, обхватывая дымящуюся чашку ладонями. Игнат продолжал, рассказывая о том, как он начал ухаживать за мной, ну, а после мы уже стали встречаться. Слушая его, пыталась понять свои чувства, ведь та романтическая история двух влюбленных, что он мне повествовал, никак не котировалась у меня в голове.
   - Ты мне не веришь, - заключил он, смотря на меня и откидываясь на стуле. Рука его метнулась к нагрудному карману джинсовки, выуживая оттуда сотовый. Пару раз что-то кликнув, он протянул его мне. - Держи, может, это тебя убедит.
   Потянулась к телефону, обхватывая тонкий металлический корпус. Глаза тут же впились в изображение на нем. Там была я. С закрытыми глазами и счастливой улыбкой я прижималась к Игнату, обнимая его за шею и восседая у него на коленях. Его же улыбку я могла назвать скорее ехидной, поскольку он довольно ухмылялся, держа ладонь на моем бедре.
   - Листай дальше, - коротко приказал он, и я послушно смахнула слайд влево. На следующей фотографии мы запойно целовались, а его рука была уже гораздо выше, чем на предыдущем кадре. Смещая снимок в сторону, внутренне похолодела. Здесь мы не целовались. Тут я довольная лежу на широкой груди Игната, который фоткает нас. Диван, на котором мы размещались на предыдущих снимках, сменился кроватью, но не это заставило меня застыть. Одеяло прикрывало нас до пояса, но, по моей оголенной спине и голому торсу парня, можно было догадаться, что разделись мы не для того, чтобы сфоткаться. А под накрывающим нас постельным бельем явно не угадывались остатки гардероба. Я вглядывалась в свое довольно сощуренное лицо, но всеми правдами не могла отрицать того, что на фотографии была я. Больше снимков не было, и поспешно отдавая телефон хозяину, не могла отметить того, как дрогнула моя рука.
   Остывший кофе оказался отвратительным на вкус, но, не замечая этого, делала жадные глотки. В голове творился сумбур. А еще всплыл ответ на мой недавний вопрос касаемо своей девственности. Теперь была уверена, что невинной я не была. Однако заметил ли этого Демьян? Ведь он ничего не сказал мне по этому поводу.
   - А потом ты пропала, - продолжил Игнат, словно удовлетворившись изменениям в моем лице. - Я искал тебя повсюду, но все было бес толку. И только позже узнал об аварии, Миша. Мой знакомый в терапевтическом отделе смог узнать, что к ним поступала некая девушка по имени Михайлина, но, в то время, когда я это узнал, было слишком поздно. Тебя уже не было в городе. Как оказалось, у тебя слишком влиятельный отец в сфере областных больниц, чтобы скрыть твое местонахождение.
   О том, что мой родитель, работающий хирургом, имел свою власть в больницах, я знала, но чтобы это касалось отделений других городов, не имела понятия. Как и то, что мое пребывание было неизвестно никому.
   - Но почему? - вслух задалась вопросом, глядя на остатки блеклой жижи в своей чашке.
   - Хотя, его можно понять, - брюнет пожал плечами. - Если бы с моей дочерью такое сотворили, я поступил бы не иначе.
   - Что? - резко оторвавшись от созерцания кофе, посмотрела на Игната. - О чем ты?
   - Не думаешь же ты, что сама попала в аварию? - ехидно выгнув бровь, поинтересовался Игнат.
   - Я вообще ничего не думаю, - раздраженно повела плечом. - Как ты понял, я ничего не помню о случившемся.
   - И я даже рад этому, - хмыкнул. - Ты не сама попала в аварию, только благодаря одному человеку, который влез в наши отношения. Хотя, не удивительно, ведь Карминский с детства привык получать то, что хотел.
   - Карминский? - словно оглохнув, переспросила. Эта фамилия была мне знакома.
   - Да, моя дорогая. Может ты слышала эту фамилию, так как его отец занимает высокое положение в городе, имея несколько строительных филиалов и магазинов. И, видать, это послужило причиной его своевольности в отношении тебя.
   В ушах шумело, а в горле внезапно пересохло, так что остатки кофе оказались спасительными. Руки дрожали, а сердце неистово колотилось. Глупости, успокаивала саму себя, это не может быть правдой.
   - Как его зовут? - голос охрип, но мне было плевать. Со стуком поставив пустую чашку, вперилась взглядом в зеленоглазого брюнета. Слишком флегматичного для подобных откровений, что очень раздражало.
   - Демьян, - ответил он, разрушая остатки самообладания внутри меня, но не снаружи.
   - Как? - выдавила через силу, чувствуя, как в груди все переворачивается. Воспоминания ворохом проходились в голове, мелькая картинками, где мы вместе. И было еще кое-что. Ребром вставшее воспоминание о первой встрече. С какой ненавистью смотрел на меня. Фраза, брошенная им в машине.
   "Воистину, никогда не понимал твоей любви к подобным авантюрам", - сказал он, и только сейчас задумалась, что со дня нашей встречи ничем таковым не занималась. Мелочь, но она показывала, что он знал намного больше. А именно то, что не был у меня первым. Его изначальное поведение и резкая смена отношения ко мне, должны были сразу натолкнуть на подозрение, но я оказалась слишком слепа.
   Он знал меня, - билось в голове. Знал, черт возьми, но ничего не сказал, в отличие от его сестры. И почему я сразу не задалась вопросом о моем с ним возможном знакомстве, как только появилась Милана, утверждавшая о нашей дружбе. Идиотка. Я самая всевозможная идиотка из всех, что есть.
   - Миша, - вырвал меня Игнат из моего собственного конфликта. Потянувшись через стол, коснулся моей щеки. Захотелось отпрянуть, но сдержала этот порыв. - Я люблю тебя, и рад, что нашел спустя столько времени. Даже сейчас я могу с легкостью сказать расположение каждой родинки на твоем теле, - понизился до шепота, а меня чуть ли не передернуло. - Демьян был тем, кто завидовал мне и не смог смириться с твоим отказом, как и тем, что ты выбрала меня. И ты не представляешь, насколько сильно я скучал.
   Его монолог прервал мой телефон. Звонила Женька, чему я несказанно обрадовалась. Мне срочно нужно было выбраться из помещения на свежий воздух. Игнат не воспрепятствовал моему уходу, лишь попросил мой номер телефона. Чуть ли не бегом вышла из кафе, глубоко вдыхая прохладу ветра, но не ощущая расслабленности. Во рту оставался отвратительный привкус выпитого напитка, а в душе целая катаклизма от услышанного. Жене ответила не сразу, и, сославшись на то, что устала, сказала, что зайду попозже. Мне требовалось время, чтобы успокоиться и обдумать. Но время шло, а я до сих пор не могла собраться с мыслями и даже пешая прогулка по вечернему городу не способствовала разладу в голове.
   Отца дома не было и это принесло немного облегчения, потому как знала, что не выдержу и начну расспрашивать. А для расспросов мне нужно быть более собранной. Вот только предстоящий диалог с отцом меня не так сильно страшил, как разговор с Демьяном. Если исходить из слов Игната, то для Демы я была лишь орудием мести. Только кому? Мне или самому Игнату?
   Телефон, пиликнув, оповестил о входящем сообщении.
   "Привет. Как ты?"
   Я долго вертела сотовый в руках, обдумывая, ответить или нет. Это был первый раз, когда Демьян написал мне и, видать, ему действительно было интересно, так как сотовый начал исходить громкой музыкой стоящей у меня на вызове. Отключив звук, убрала мобильник на тумбочку, после чего поплелась к шкафу. На одной из полок у меня хранились давно забытые таблетки от бессонницы. Выпив пару штук, устроилась на кровати, с головой накрываясь одеялом. Мне срочно нужен был сон. И плевать на все вокруг.
   Утро встретило меня не самым приятным образом. Голова болела, а в горле была засуха. Будильник звенел трелью, отдавая по перепонкам. Отключая его, заметила несколько пропущенных от Демьяна и одно сообщение от неизвестного номера.
   "Если желаешь узнать больше, приходи в два часа в Панораму. Мне есть, что тебе показать"
   Абонент не подписался, но я уже четко знала, что это был Игнат.
   В университете все было тихо, спокойно и... Не было Демьяна. Возможно, я слишком тщательно выискивала его среди студентов, озираясь вокруг, что даже Маша заметила мою нервозность. Последний его вызов был совершен глубокой ночью и, просиживая каждую пару, ожидала, что он вот-вот войдет. В душе было неспокойно и выпитое обезболивающее не помогало, так как голова продолжала гудеть. Выйдя на улицу, полной грудью вдохнула прохладный воздух. И тут же с шумом его выдохнула.
   Он ждал меня.
   Невозможно было не приметить у ворот черный внедорожник, двери которого тут же распахнулись, являя мне самого Демьяна. Направилась к нему на деревянных ногах и, по мере приближения, мне отчетливее была видна его злость.
   - Почему ты не отвечала на звонки? - с порога начал он, сложив руки на внушительной груди, обтянутой белой футболкой. Ему шёл этот цвет, в контрасте со смуглой кожей ткань казалась белоснежной. - Миша, - потребовал парень, не услышав ответа.
   - Почему ты не сказал, что мы были знакомы?
   Я видела секундное замешательство в его глазах, но оно тут же исчезло.
   - Посчитал лишним, да и ты не спрашивала, - его холодный тон всколыхнул во мне волну гнева. Сжала кулаки, с силой впившись ногтями в ладони.
   - Ты посчитал лишним сказать о том, что из-за тебя я попала в аварию?
   Демьян дернулся как от пощёчины. Вмиг его напускное безразличие испарилось. На скулах играли желваки, а челюсть была плотно сжата. Но меня беспокоил сам факт того, что он не отрицал этого. Просто молчал. Горло словно сжали невидимыми тисками.
   - Что это? Твоя месть? - хрипло выдавая ему это, ощущала, как внутри все сжимается.
   - Лучше не продолжай, Миша, - процедил брюнет, смотря куда-то поверх меня. В пустоту. Он тяжело дышал, сжимая подбитые кулаки.
   - Не продолжать? Почему? - хаотично развела руками, пытаясь привлечь его внимание. Ярость клокотала во мне грозя образоваться в истерику. Мне хотелось кричать и кричать со всей мощью. А еще, чтобы он опроверг сказанное, ведь сердцем я не верила, что он просто использовал меня. - Это месть за то, что я ушла к Игнату, а не к тебе?
   Не успела осознать, как оказалась грубо прижатой к машине. Затылок ударился о стекло, но я этого не заметила, пораженная той злостью, с которой на меня взглянули серые глаза. В них было скрыто слишком много эмоций, но одна просто окутывала арктическим холодом. Ненависть, лютая и ясная. Широкая ладонь обхватила мою шею, и на секунду меня охватил страх, что он свернет ее или же задушит меня.
   - Этому ублюдку повезло, что я не успел до него добраться, - чеканил Демьян каждое слово. - Иначе его давно бы уже не было в живых.
   То, каким тоном он это произнес и та свирепость во взгляде, говорили о том, что он не шутит.
   - Тебе, по всей видимости, было смешно слышать о моей якобы невинности, ведь ты знал, что я спала с ним, - это горькое высказывание вырвалось прежде, чем я успела подумать и тут же вздрогнула от глухого удара кулака, опустившегося в нескольких сантиметрах от моего лица на стекло и сопровождаемый характерным треском.
   - Сука, - сильнее сжал горло, сверля меня стальными глазами, потемневшими от бешенства. - Запомни, - в голосе его был слышен яд. - Не имеет значение, сейчас, раньше, позже. Потому что именно я лишил тебя чертовой девственности.
   Сказав это, резко отпустил меня, отпрянув. А я задыхалась, но не от удушья, а от количества эмоций, обуревавших меня. Хотела что-то сказать, но язык не слушался. Поэтому молча наблюдала, как Дем, обходя машину, садится в нее, громко хлопнув дверью. Послышался рев мотора и черный внедорожник сорвался с места, скрипя шинами по асфальту.
   Дрожь не покидала меня. Обхватила себя руками и чуть не упала, сделав шаг. Запнулась, не замечая ухабы под ногами. Ведь все, что видела перед собой, это гневные серые глаза.
   В которых, помимо всепоглощающего гнева, была тоска.
  

Глава двадцать девятая

  
   Медленно вышагивая свой путь, я оттягивала момент встречи с Игнатом. Было бесполезно игнорировать свое прошлое, когда оно вот так внезапно ворвалось в мою нынешнюю жизнь. А еще я не могла выкинуть из головы разговор с Демьяном. Хотелось набрать его номер и еще раз поговорить, только уже без экспрессии. Понимала, что прошло слишком мало времени для того, чтобы успокоиться. Игнат мне не нравился, его вульгарная надменность скорее отталкивала, чем располагала. Но снимки на его телефоне свидетельствовали о нашей близости, более того, мое довольное лицо явно говорило о моем к нему расположении. Сейчас мне сложно было представить нас вместе, как и то, что Демьяном руководило чувство зависти и корысти, о которых разглагольствовал Игнат.
   Панорама была модным элитным клубом, недавно открывшимся в городе. Стоя перед фешенебельным зданием, возвышавшимся в два этажа, боролась с сомнениями, терзавшими меня, но решимость узнать правду была сильнее. В кармане завибрировал телефон. Сердце пропустило удар, и с надеждой достала мобильный, но тут же вырвался разочарованный вздох, когда увидела, что звонившей была Милана. Порываясь любопытству, недолго думая, приняла вызов.
   - Миша, Демьян с тобой? - с ходу начала девушка. - Я битый час не могу до него дозвониться. Его отец рвет и мечет в его поисках, так как он не появился на совещании.
   - Нет, - резко ответила, не удивленная ее осведомленностью о нашем с ним знакомстве. Ответ был дан, но Милана не спешила бросать трубку, а я напряженно вслушивалась в шум потока машин, что доносил динамик. - Почему? - спросила внезапно более тихо, хотя хотелось громко требовать.
   - Что? - не поняла она.
   - Почему ты не сказала, что мы были с ним знакомы? - медленно проговорила, переминаясь с ноги на ногу. Внутрь здания еще зайти не решилась, топчась на крыльце.
   - Он попросил, - словно что-то обдумывая произнесла Мила. - Это ваше прошлое, Миша, - добавила через паузу. - Я не в праве в него вмешиваться.
   - Ты уже вмешалась, - отрицала я.
   - То, что произошло между вами, должно быть только между вами. Прости, я понимаю тебя, но здесь поддерживаю позицию брата не вмешивать третьих лиц. Вы поругались?
   Мысленно усмехнулась. То, что было на стоянке, никак нельзя описать словом "поругались".
   - Знаешь, - послышался тяжелый вздох. - Я, правда, не знаю всего. Но ему тяжело.
   - Поверь, мне легче, - съязвила, ощущая досаду от ее безрадостного голоса полного тоски.
   - Верю, - отозвалась трубка. - Но и ты поверь. Дема винит себя в случившемся, и то, как он с этим справляется... - судорожно втянула воздух. - Прошу, дай ему время. Я люблю его, и не готова потерять брата во второй раз.
   - О чем ты? - оторопело уставилась в пустоту, считая секунды тишины, пока Милана собиралась с мыслями. - Игнат сказал мне... - хотела продолжить, но Милана резко прервала меня.
   - Игнат просто хитрый сукин сын! - с аффектацией выругалась. - Он... Стой, ты разговаривала с ним?
   - Да, он показывал мне фотографии...
   - Миша, не лезь к нему, он ненормальный, - несколько раз она нецензурно выразилась на какого-то, по ее словам, слепого пешехода.
   - Я хочу поговорить с ним.
   - Нет, ты не знаешь его, - выкрикнула девушка. Слишком эмоционально. - Миша, он ублюдок каких поискать, не смей...
   - Извини, но это мое решение. Ты права, я не знаю Игната. Но, как оказалось, я не знаю и Демьяна, который посчитал нужным скрыть от меня правду.
   - Где ты? - теперь тон ее звучал грубо и требовательно, чем напомнила мне своего брата. - Прошу, ответь.
   Несколько томительных секунд я обдумывала, стоит ли указывать ей свое местоположения, и, все же, сдавшись, сказала название клуба, после чего закончила диалог, нажав отбой. Время, которое назначил на встречу Игнат, прошло уже полчаса назад, но я не сомневалась, что он ждет меня. Милана поколебила мою уверенность, но я не была из тех, кто отступается от намеченного, а потому, глубоко втянув в грудь побольше воздуха, шагнула вперед.
   Интерьер клуба был отделан в черно-красных тонах. В нос сразу ударил ароматный запах кальянного дыма. Музыка играла негромко, так как зал был пуст, не считая одного стола в углу, где сидела небольшая компания. Я шла за администратором, которая встретила при входе, и, услышав мое имя, попросила следовать за ней. Она привела вглубь помещения, к темно-коричневой двери с надписью "вход для персонала". Телефон вибрировал в кармане, но я упорно игнорировала звонки, решив, что отвечу как только уйду отсюда. А пробыть здесь я собиралась недолго.
   - Миша, здравствуй, - откликнулся Игнат, как только вошла внутрь. Он вальяжно сидел на кресле, закинув ноги на массивный рабочий стол, но, тут же, их скинул, вставая с места. - Присаживайся, - указал мне на массивное кресло. Рассматривать обстановку не хотелось, но про себя отметила, что кабинет был огромен размером, подавляя своим антуражем и мрачной роскошью.
   - Неужели нельзя было обойтись другим местом? - с неохотой села на предложенное место.
   - Это заведение моего знакомого, а на своей территории гораздо проще иметь дела, - подмигнул мне, садясь обратно. Ладонями он принялся постукивать по деревянной поверхности. - Чаю хочешь? Кофе? Хотя, ты в прошлый раз была не в восторге от того пойла, но здесь гораздо качественней, лично проверял.
   - Давай все-таки перейдем к тому, для чего я сюда пришла, - не стала ходить вокруг, да около, раздражаясь его дергаными движениями. - Ты написал, что тебе есть, что мне показать.
   - Да, конечно, - поспешно кивнул он, улыбаясь. Чересчур приветливо. - Однако, должен же я соблюсти хоть какой-то политес к любимой девушке.
   - Бывшей, - поправила его.
   - Бывшей, - согласился. Глаза хитро сверкнули. - Но это ведь легко поправимо.
   О том, что желания возвращать былые отношения с ним, у меня нет, я тактично умолчала.
   - Фух, - откинулся на сидении, озираясь по сторонам. - Жарко что-то, не находишь? - оттянув вырез футболки, запахнулся им, дернув несколько раз. После чего встал, снимая свою джинсовку. Руки его были худощавые, но не лишены мышечного нароста, внушавшего мощь. - Так-так, - теперь я смотрела, как он вышагивает по кабинету, разминая шею. - На чем мы остановились? Черт, как здесь душно.
   Взяв пуль с одного из шкафов, он несколько раз щелкнул по нему, наводя на кондиционер и понижая температуру. Прохладный воздух коснулся моей кожи, заставив поежиться.
   - Прости, - заговорил он, пряча руки в карманах. - Все же, тебе придется немного задержаться, потому, как я жду еще одного гостя.
   - Не понимаю, какое это имеет отношение ко мне.
   - Прямое, ягодка, но мне есть чем тебя занять, - мотнув головой, указал на планшет, лежавший на столе. - Пароль от одного до пяти. Глупый, не правда ли? Хотя, как я слышал где-то, чем проще, тем он надежее. Прям как в жизни.
   Глупой мне показалась собственная реакция на его обращение, выделяя одно слово. По спине пробежал холодок. Взяв планшет, включила его, введя короткий набор цифр.
   - Там папка на рабочем столе, без имени. Вот туда заходи и любуйся.
   В папке было несколько роликов длительностью в пару секунд. Душу охватило непонятное предчувствие чего-то плохого. Открыла первое видео, где передо мной предстала та же картина, что и на фотографиях, которые показывал Игнат, но только это уже был не снимок, а запись всего происходящего.
   - Удивительно, - тем временем разглагольствовал парень. - Никогда не понимал мужской патологии загинаться под каблук. И мой отец стал тому примером. Он всегда был тряпкой, слушавший мою мать и потакающий ее капризам, - презрительно усмехнулся. - Ненавидел в нем это качество, однако не мог не признать умения матери манипулировать отцом. Даже уважал в каком-то смысле, - задумчиво потер подбородок.
   Отдаленно слушая его монолог, вглядывалась в экран. Звук отсутствовал, и качество изображения оставляло желать лучшего, но и этого было достаточно, чтобы понять, что на записи я и Игнат, и то, что мы делали, называлось никак иначе, чем прелюдия, плавно перерастающая в эротику. На следующем видео я лежала на локтях с закрытыми глазами, пока меня избавляли от одежды. Лицо мое не выражало никаких претензий по этому поводу. Я что-то говорила, блаженно улыбаясь, после чего, вскинув руки наверх, легла на спину, таким образом уходя из обзора камеры. Роликов было всего пять, и перед последним я помедлила.
   - Ну, же, - подстрекал Игнат, вставая рядом со мной и кликая по экрану. - Это моя любимая часть. Ты очень фотогенична, знала?
   Вся съемка была записана с одного ракурса издалека, видимо, камера стояла в одном месте. Здесь уже не было видно моего лица, лишь ноги, меж которыми стоял Игнат, поддерживая их и ритмично двигаясь. Чувство брезгливости и отвращения наполнили меня, затапливая до краев. Выключив планшет, чуть ли не швырнула его на стол.
   - Это то, что ты хотел мне показать? Домашнюю порнушку? - неприязненно посмотрела на парня, который внезапно возвысился надо мной, уперев руки в подлокотники моего кресла. Глаза его блестели усмешкой. Не слишком близко, но этого хватило, чтобы могла разглядеть неестественно широкие зрачки. Внутренне напряглась.
   - Не заценила? - вопросительно изогнув бровь, склонил голову вбок. - Жаль, хотя, - пожал плечами, не дождавшись моего ответа. - Твое мнение тут, в принципе, не обязательно.
   - К чему ты клонишь?
   Он проигнорировал мой вопрос, сощурившись и с интересом рассматривая меня.
   - Ты никогда не была в моем вкусе, знаешь? - пальцы его схватили мой подбородок. Мотнув головой, попыталась вырваться из цепкого захвата, но безуспешно. - Терпеть не мог рыжих. И никогда не понимал, что в тебе могло так зацепить Демьяна, - обхват стал сильнее. - У него было куча баб, на которых ему было срать. Он никогда не позволял управлять собой, всегда шёл напролом, невзирая на чьи либо интересы.
   - С каких пор ты начал петь ему дифирамбы? - прошипела, вцепившись в его кисть.
   - Скорее отдаю лишь должное восхищение, - он с силой втиснул меня в спинку кресла. - У нас было много общего. Я его почти братом считал. Ставил в пример, ведь даже собственный отец ему был не указ. Но тут, - пальцами свободной руки он издал щелчок. - Появляешься ты, - ненависть, появившаяся в его взгляде, вызвала паническую дрожь в груди. - Ему даже было похер на то, что его сестрица трясёт булками в клубах и чуть ли не каждый мечтает ее поиметь. Но ты, моя дорогая, - он повернул мою голову так, чтобы я не смогла отвести глаз. - На тебя он даже смотреть никому не позволял, вгрызаясь чуть ли в каждого, кто посмел к тебе подкатить.
   Я не знала, как реагировать на откровения Игната, лишь глубоко глотая воздух, которого стало не хватать.
   - Значит, парой мы не были? - заключила я.
   - А тебе хотелось бы этого? - с усмешкой поинтересовался Игнат, наконец-то выпустив меня из своих лап, и, отойдя на несколько шагов, снова убирал руки в карманы. - Нет, - беспристрастно кинул он. - Я просто трахнул его девушку. А ты была не против, - мерзкая ухмылка осветила его лицо, когда он напомнил мне о тех роликах, отчего меня передёрнуло.
   - Чего ты хочешь добиться этим? - рукой махнула в сторону планшета.
   - "Этим", - теперь он улыбался гораздо шире. - Я уже добился того, чего хотел. Как оказалось, загнав Демьяна под свою юбку, ты оказалась тем самым рычагом правления, с помощью которого он делал то, что нужно было мне. До определённого времени, - отвернувшись, передёрнул плечами, будто вспоминая что-то неприятное. - Он отобрал у меня все, - смотря на профиль Игната, видела, как сжимаются с силой его челюсти, но это было недолго, поскольку снова нацепил маску беззаботно веселого парня, поворачиваясь ко мне. - Но теперь, настало время снова играть по моим правилам. И ты мне в этом поможешь, ягодка.
   А я цепенела под жёстким взором, ощущая, что словно проваливаюсь в один из своих кошмаров, где неизвестный голос окликал меня точно так же.
   ***
   Чихнув, Женя зябко поежила плечами, натянув толстовку еще сильнее. На улице было не так холодно, но, выздоровев не до конца, она ощущала мелкий озноб. Дома сидеть ей надоело, поэтому сегодня она решила пойти на учебу. Придя к обеду, в университете она обнаружила только Ваську, Миша же куда-то исчезла и теперь отказывалась брать трубку. Нахмурившись, Силантьева в очередной раз набрала номер подруги. Вчера по телефону ей показалось, что голос Миши был слишком взволнованным, и теперь ей хотелось убедиться, что все в порядке. Она заметила, что в последнее время Климова была сама не своя, нервозная, часто молчаливая и смотрящая вдаль, что за ней редко наблюдалось.
   Абонент долго не брал трубку, после чего и вовсе отключился.
   - Женя, - девушка не сразу услышала, как кто-то окликает её по имени, неуверенно, словно сомневаясь в том, что это действительно она. Оторвав взгляд от телефона, подняла его вверх, натыкаясь на рослую фигуру неподалеку. - Привет.
   Ромка Аверьев с четвертого курса как-то воровато смотрел на неё с тенью смущения.
   - Чего тебе? - грубо спросила она, не скрывая своей враждебности. Женя знала его, хоть официально они и не были знакомы.
   - Ты ведь Женя, правильно угадал? - переспросил он, подходя ближе и, видимо, посчитав ее реакцию ответом на свой вопрос, кивнул. - А ты изменилась, красивее стала...
   - Разве это что-то меняет? - краем глаза посмотрела на крыльцо университета, откуда скоро должен был выйти Артем.
   - Нет, просто поначалу не узнал тебя, - виновато пожал плечами. - Хотел понять, не в обиде ли ты за тот случай?
   - Звучит так, будто ты извиняешься за школьную проделку, - неприязненно взглянула на него Силантьева. Ей хотелось избавиться от навязчивой компании.
   - Я еще не извиняюсь, но понимаю, что затея наша была глупой, - развел руками. - И поэтому хотел бы пригласить тебя куда-нибудь в качестве раскаяния за прошлые грехи.
   - Не слишком ли поздно? - сощурила свои карие глаза девушка. - Нет, прости, нет желания. И давай разойдемся.
   Хотела уйти, но парень неожиданно поймал ее за локоть, принуждая остановиться.
   - Жень, постой, я ведь...
   - Рома, отвали от неё.
   Ледяной голос, раздавшийся приказом, остудил пыл молодого человека, который тут же отпустил ее руку. А Евгения застыла мертвым столбом, понимая, кому принадлежит этот голос. Слишком много прошло времени, но она по прежнему могла узнать этот мягкий тембр.
   - Но...
   - Рома, ты меня плохо слышал? Исчезни.
   Недовольно фыркнув, Аверьев всё же исполнил приказ, оставляя их наедине. И сейчас Женя осмысливала свое положение, которое, возможно, стало хуже. Несколько секунд она подвергалась пытливому и внимательному взгляду со стороны неожиданного спасителя.
   - Ненавидишь меня? - внезапно тихое раздалось от него. Оказавшись не готовой к такому вопросу, Силантьева в непонимании уставилась на высокого шатена, стоявшего перед ней.
   - Нет, - долго думала, прежде чем ответить, и поняла, что говорит правду.
   - А ведь должна была, - вздохнул, пряча руки в карманы куртки. Женя смотрела на его лицо, силясь осознать, какие испытывает чувства, ведь когда-то, этот человек заставлял ее сердце биться чаще только одним своим присутствием. Он был по-прежнему красив, отлично сложен, но теперь Женя не ощущала того всплеска эмоций, которых он в ней будил давно, когда была влюблённой по уши первокурсницей. Старший выпускник пятого курса, от которого были без ума половина ее потока, как и она сама. Но, в отличие от других девчонок, он заметил её, лишённую шика, обычную пацанку. Первая любовь, ее первый парень, окрылив ее своим вниманием так высоко, что падение оказалось слишком болезненным. Недолго длилась ее эйфория, вскоре показавшейся ей обычным миражом. Это был спор. Его спор, где он честно признался, что заключил пари на её расположение. И не важно, что нетрезвый ум и непонятные предрассудки правили им, подстёгивая согласиться. Неважно, кроме того, как Женя чувствовала себя на самом дне своего собственного ада. В тот момент завидовала его отстранённости, потому как себе такого позволить не могла, разрываясь изнутри. Непрошеные слёзы грозились вырваться наружу. Медленно подошла к нему, кладя ладони на его лицо.
   - Я не забуду, - пообещала ему тогда в глаза, проклиная солёные капли, бегущие по щекам. Все-таки не смогла их контролировать. - Но и ты не забудь, когда будешь калечить другую.
   Он хотел что-то возразить, но не дала, мотнув головой. Ушла молча, терпя до дома, где в родных стенах позволила себе дать волю чувствам, вдоволь нарыдавшись. Подругам она не сказала, отсылаясь на здоровье и стресс от учёбы. В университете старательно избегала его, как и всех его дружков, одним из которых был тот самый Роман. Аверьев был из тех зачинщиков спора, самым главным, можно сказать, отчего ненавидела его больше всех.
   - Должна, - согласилась она, кивая. Но не ненавидела. Ведь любила когда-то.
   - Я часто вспоминал твои слова, - вдруг признался шатен. Голос его звучал все так же тихо, но в нём была отчетливо слышна грусть. - Это трудно - забыть тебя.
   - В чем сложность?
   - В том, что послав меня сейчас к чёрту, ты будешь абсолютна права, но я, все же, хотел бы, чтобы знала, что мне искренне жаль, - его зеленые глаза задумчиво блуждали взглядом по улице.
   - Не слова, а поступки всегда делают нас теми, кто мы есть.
   - Ты права, - медленно проговаривал он, словно смотря в пустоту. - Но они всегда взаимосвязаны, - добавил в конце, глянув пытливо на Женю. - Прости меня, ты мне правда нравилась, поэтому не хочу, чтобы ты запомнила меня таким придурком и думала, что все парни такие.
   Смотря на его улыбку, Женя ощутила внезапную легкость, от которой хотелось рассмеяться.
   - Простила, - улыбнулась ему в ответ. Наверное, ей это и нужно было. Встретить того, в кого была влюблена, чтобы понять, что любит. Но не его, а совсем другого, блондина, что сейчас занимал все ее мысли.
   - Спасибо, Женя.
   - Пока, Никит, - кивнув ему на прощание, двинулась к университету, по пути снова делая вызов Мише.
  

Глава тридцатая

  
   - Что ты имеешь в виду?
   Украдкой посмотрела на дверь, собираясь встать, на что меня грубо пихнули обратно.
   - Сиди на месте, девчонка, и не испытывай моего терпения, - пригрозил Игнат, с безразличием рассматривая пейзаж за окном. - И желательно молча.
   - А может быть ты пойдешь на хрен, - осклабилась, толкнувшись ногой, катнула кресло назад. Встав, метнулась к двери, которая, к счастью, была открытой. Оказавшись в коридоре, уже бегом ринулась к залу, где находился выход, но добежать не успела. Появившаяся из-за угла тень перехватила меня на полпути, подняв над полом. - Отпусти! - кричала я как можно громче, но весь персонал, как и его посетители, стали внезапно глухи к моим просьбам о помощи. Темная гора мускулов не обращала внимания на мои взбрыкивания и громкий крик, таща обратно в кабинет и ставя прямо перед Игнатом. Со скучающим выражением лица смотрел на меня и тут, вынув руку из кармана, резко занес ее в сторону, размахиваясь и обрушиваясь кулаком на мое лицо. От силы удара отбросило в сторону, а в глазах заискрилось.
   - Начинаешь раздражать, - отозвался негромко. - Ещё один такой финт, и повторим то, что было на видео, только уже при участии Николая, - кивнул на мощного охранника, притащившего меня сюда.
   Скула горела огнем. Всю свою возникшую ненависть постаралась выразить всем своим взглядом, к которому Игнат остался совершенно безразличен, подходя ближе.
   - Телефон дай, - протянул руку. - Быстрее, ягодка, - нетерпеливо потребовал, когда я не шелохнулась, чтобы дать ему желаемое. - Не давай мне повода злиться, иначе твой бывший станет свидетелем весьма занимательного зрелища с твоим участием.
   - Ты о Демьяне? - вытащив сотовый с кармана, швырнула в его сторону. Парень ловко поймал его. - Это его ты ждешь?
   - Какая догадливая, - поддразнил Игнат, снова напуская на себя веселый вид. Пальцы его кликали по сенсору. - Так-так, - расположился на своем стуле, откидывая ноги на стол. - Вот и все, - цокнув языком, кинул телефон в стену, отчего тот разлетелся на части. - Сообщение отправлено, осталось ждать.
   Выпрямившись на сидении, принялся рыться в столе, выуживая оттуда тоненькую папку с файлами.
   - Ты серьёзно думаешь, что по первому сообщению он тут же прибежит к девушке, которая, как ты говоришь, изменила ему? - скептически выгнула бровь, стараясь влить побольше яда в свой голос.
   - Ягодка, - сладко пропел Игнат, встав и шагая ко мне. - Безуспешная попытка меня разубедить. Наш общий друг прекрасно знает, что, а точнее кто поставлен на кон, - вцепившись в мои волосы на затылке, рывком поставил меня на ноги. Ахнула от боли. - А так же он знает, что меня лучше не выводить из себя.
   - У тебя проблемы с головой, - с ненавистью выплюнула, на что брюнет только рассмеялся. - Ты ненормальный.
   - Как иронично, - посмеивался парень. А мне оставалось лишь молча сверлить его взглядом. Но я упустила тот момент, когда схватил за грудки моей рубашки. Не успела понять, чтобы остановить, когда распахнул, разрывая ткань. Пуговицы с грохотом полетели на пол, рассыпаясь по паркету. Обнажившуюся грудь попыталась прикрыть руками, отходя на шаг. - Вот только, - вёл он дальше свою речь. - Мои "проблемы", как ты выразилась, - постучал себя по виску. - Они, в первую очередь, ваши, - выделил последнее слово, одаривая своей плотоядной улыбкой.
   Сжимая у горла разорванную вещь, сдерживала порыв гулкой пощечиной стереть гадкую ухмылку. Знала, что ничем хорошим для меня это не обернется. Не воспринятые всерьез слова Миланы об опасности этого типа теперь имели свою значимость.
   Вспомнив о том, что сказала Миле свое местонахождение, во мне блеснула маленькая надежда, но голос разума был громче, отметая все мои крамольные помыслы.
   - Что ты задумал? - спросила ему в спину, когда Игнат подходил к двери. Он снова проигнорировал мой вопрос, махнув бугаю в черном и выходя из кабинета. Мы остались одни, но Николай, как назвал его Игнат, явно был не из тех, кого смущают такие ситуации. В отличие от меня, которая всё ещё не могла поверить в реальность происходящего. Ноющая скула до сих пор давала о себе знать. Не выдерживая нахального взгляда охранника, отвернулась, подходя к столу и беря в руки планшет. Пересматривать записи желания не было, но я с огромным удовольствием удалила их, очистив заодно и корзину. Время в ожидании текло слишком медленно. Казалось, я просидела целую вечность, пока не услышала грубое "пошли" от своего сторожилы. Поморщилась, когда у входа он стиснул мое предплечье. У него была стальная хватка и весьма болезненная.
   - Игнат дал мне свободу действий в случае твоего непослушания, - невозможно было не услышать в его интонации недобрый посыл с пошлым намеком. - Так что лучше помалкивай и не дергайся.
   И, видимо, посчитав, что угроз будет недостаточно, сжал мое горло, притянув к себе.
   - Хотя, - гортанно пророкотал мне на ухо, обдавая жаром, в противовес которому в моей груди образовался арктический холод. - Твое бунтарство будет мне лишь на руку, - сказав это, скользнул носом по моей шее, глубоко вдыхая и вызывая волну отвращения по всему телу. Дернулась вперед, отстраняясь, за что бугай крепче зажал меня, перенося ладонь с шеи на рот, урезая мой всхлип. Страх липким потом пронизывал позвоночник.
   Неспешно, мы дошли до основного зала, где не было ни единой души, кроме Игната, восседавшего за одним из столов. Парень сидел к нам спиной, склонившись над документами, предоставляя моему взору свой темный затылок. Но ближе меня к нему не подвели, останавливая в тени у входа, словно ожидая следующей команды. Игнат откинулся на сидении, вальяжно и расслабленно, облокачивая руки на спинки рядом стоящих стульев. Его поза должна была внушать невозмутимость, но что-то внутри сомневалось в его показном равнодушии. Он был напряжен, и нервное постукивание пальцев выдавало это. Готовился, выжидал, предвкушая грядущее. И оно не заставило себя ждать. Где-то хлопнула дверь, и вот, я уже с гулко бьющимся сердцем наблюдаю неспешное появление еще одной фигуры в зале.
   - Где она? - раздался требовательный голос, разрезая звенящую тишину.
   - Дема, - напыщенно радостно произнес Игнат, разводя руками. - Вот, наконец, и состоялась наша встреча.
   Только, в отличие от него, Демьян радости не излучал. Напротив, лицо его омрачалось гневом. В один миг оказался возле Игната, срывая того со стула одним махом и тут же сбивая с ног сокрушительным ударом в челюсть.
   - Я сюда не играться пришел. Спрашиваю еще раз - где она? - тон Дема был зловещий, не скрывавший неприязни, как и взгляд, которым смотрел сверху вниз на распростертого на полу Игната. Теперь я видела его лицо и то, как коварная усмешка появляется на нем, перерастая в дикий гогот. Это был смех сумасшедшего, и он отдавался во мне неприятным и горьким предчувствием.
   - Карминский, - все еще не мог остановиться этот ненормальный. - А ты не меняешься. Все такой же импульсивный, - ухмыляясь, вытер потекшую струйку крови. Но подниматься не спешил. - Однако, - чертыхнувшись, все же встал. - Советую поумерить свой пыл, - выставил вперед ладони в останавливающем жесте. - Выведи девчонку, - это была уже команда моему заключителю. Подобно послушному псу, бугай вытащил меня под освещение, не проходя вперед, останавливаясь на приличном расстоянии.
   Не знаю, что творилось в голове у Демьяна, когда он смотрел на меня. Лицо его хранило угрюмое спокойствие, а взгляд пытливо проводил осмотр, задержавшись на разорванной одежде, и сощурился, поднявшись выше, там, где чужая рука бесцеремонно сдавливала нижнюю часть лица, запрещая мне говорить и вообще, издавать каких-либо звуков.
   - Только дернись к ней, - Игнат явственно чувствовал себя хозяином ситуации, да и вообще, всего мира, судя по его выражению и самодовольной ухмылке. - И будешь как сказочный Орфей - искать свою суженную в царстве мертвых.
   Вслед за произнесенными словами ощутила холодную сталь у шеи, острым лезвием впившимся в горло, таким образом показывая, что это не пустая болтовня. Судорожно дернулась, не смея дышать. Пульс бился прямо в остриё. Ноги подкосились, но вынужденное положение не позволяло даже покачнуться.
   - Он сдохнет, - проговорил Дем, пронзая серыми глазами того, кто был за моей спиной. - Как и ты.
   - Гонору убавь, Кармин, ты ведь знаешь, на что я способен.
   - То, что ты любишь демонстрировать свою ограниченную власть посредством шантажа, для меня не новость, - фыркнул. - Вот только мозгов задуматься о последствиях тебе явно не хватало.
   - Мозгов, говоришь? - внезапно осклабился Игнат, теряя свою маску весельчака. Подлетев к Демьяну, точным ударом бьет его под дых, а я столбенею, глядя на полусогнувшегося парня. Он даже не морщится, лишь дернулась щека. - Чего же не хватало тебе, когда ты шел на поводу у этой сучки?
   Выплевывая это, взбешенный Игнат еще раз приложился кулаком по челюсти, вкладывая выпустившуюся агрессию в свою атаку. Не смотря на открытый доступ к воздуху, дышать я не могла. Легкие будто стиснутые железным капканом, сокращавшимся в размерах и выбивавшего весь кислород. Зажмурилась, потому что видеть, как избивают Демьяна, было слишком для меня. Каждый удар отдавался по моим нервам, ломая что-то изнутри.
   - А самое забавное знаешь что? - язвился тем временем Игнат, довольствуясь происходящим. - Наблюдать, как ты принимал все, что мне нужно было, за чистую монету. Просто хавал то, что я тебе давал.
   Демьян не задавал вопросов, молча выслушивая его речь, преисполненную гнева и откровения, рвавшееся наружу. Сплюнув алый сгусток, с интересом уставился на стоявшего рядом брюнета, давая понять, что ждет продолжения.
   - Хочешь знать правду? - выразительно выгнул бровь. - Подпиши кое-что.
   Подбородком мотнул в сторону стола, где лежала злосчастная папка.
   - Паршивая овца, - выдал с усмешкой Дем, глянув на первую страницу документа, что вручил ему Игнат.
   - Я в курсе, что отец отдал тебе часть своего дела, - пожал плечами. - Мне нужно лишь то, что вы со своим папашей отобрали у меня. Ну, и немножечко больше, - оскалился, склоняя голову набок.
   - И поэтому ты по-быстрому решил составить акт передачи с моей стороны? - с недоверием высказался Карминский. - Надеялся, что это возместит твою гордыню? Не будь идиотом, Архипов, ты ведь сам знаешь, что не потянешь все это.
   - Это уже не должно тебя заботить, Дема, - ответил Игнат - Подписывай.
   - Ты ведь понимаешь, что этого недостаточно.
   - Подписывай, Демьян. На всех листах. Поверь, мои адвокаты тщательно все проверили, а нотариальное заверение не составит для мен никакого труда. Не обязательно присутствовать на совещании и писать масштабных заявлений, чтобы выйти из списка учредителей. Вполне достаточно пары подписей и квалифицированного специалиста.
   Замешкался, прежде чем взять ручку. Несколько секунд, шорох страниц и неторопливое порхание ручки над бумагами. Томительно тянулось время, капая на нервы.
   - Да, Не обязательно, - кивал Игнат, потирая подбородок, пресыщенный собственным превосходством. - Как и трахать девчонку друга, чтобы убедить его в этом.
   Ручка застыла, а взгляд, которым наградил Демьян, должен был заставить, как минимум, сконфузиться.
   - Поясни, - процедил он.
   - Я не спал с ней. Твоя подружка просто переночевала в моей постели. Без одежды. Правда, сама об этом не подозревая, - сложил руки на груди, становясь ко мне спиной и закрывая обзор на самого Демьяна. Говорил отчетливо и ясно, пропитывая тон издевкой. - Было интересно преполнять тебя сомнениями, а после макнуть, так сказать, носом в грязь, - рассмеялся. - Мне даже стало жалко, когда ты ее как шваль...
   - Тебе лучше заткнуться, - подрезал его Дем, но тот только рассмеялся еще сильнее. Плечи его затряслись от смеха, но чувствовалось в них напряжение. Невесомое, едва уловимое. Дальше, я не слышу их слов, да и вообще, каких-либо звуков, кроме своего собственного дыхания, с шумом выносящегося из ноздрей. Тип, который держит меня, неспокойно дернулся. Чутье обострилось, улавливая металлический щелчок, тихий, но характерный.
   - Послушный ты, не сомневаюсь. Вот только не думаю, что ее жизнь тебе дороже своей, - голос, негромкий, вкрадчивый. Мне же не хватает свободы, чтобы обернуться или сделать хотя бы малейшее движение. - Так что не советую дергаться, иначе здесь будут два трупа. Девчонку отпусти.
   Критические секунды, на протяжении которых нервы как канат при надрыве. Вот-вот лопнет. И не известно чье нетерпение быстрее лопнет, так как непрерывное и частое вздымание грудной клетки за моей спиной показывает, насколько натужен противник, подсчитывающий все выгодные варианты в голове без летального для себя исхода. Я даже начинаю считать, и, дойдя до пяти, ощущаю ослабление. Лицо не сдавливают, горло не жмет лезвие. Мне дали свободу действий, понуждая сделать шаг, и я его делаю, но словно во сне, не понимая реальности до сих пор. Как сомнамбула, двигаюсь автоматом. Не реально это все. Не-ре-аль-но. Разве может такое быть? Но животный страх, он настоящий, засевший в солнечном сплетении, растекающийся по внутренностям, доказывал, что может.
   - Молодец, - слышу одобрение позади, только не известно к кому обращенное. Ко мне или к тому, кто отпустил меня. Но не оборачиваюсь, чтобы утвердиться или посмотреть на спасителя. Шагаю вперед снова, глядя перед собой, чтобы отойти на безопасное расстояние. Не достигая стоявших впереди парней. Видимо, почуяв что-то неладное, Игнат все же оборачивается. Мгновения ему достаточно, чтобы оценить обстановку, но Демьян оказывается быстрее, моментально оказываясь рядом и сбивая с ног. Архипов приземляется на ближайший стол, с грохотом сшибая его и падая на землю.
   - Миша, - зовет Дем, но не отзываюсь, чувствуя оцепенение во всем теле. Приближается, медленно и осторожно, вновь окликая меня. - Миша, все нормально.
   И я иду. На ватных ногах, спотыкаясь, бреду к Демьяну. Теряю резкость картинки в глазах. Все мутнеет, расплывается.
   - Дем, - хрипло выдаю. Спазм сковывает горло, а крик застревает где-то в гортани, когда вижу, как стремительно поднимается Игнат. Не успела, не осознала, что произошло. Слишком ярко и быстро все случилось. Звон разбитого стекла оглушает. Как в замедленной съемке осколки отливаются от лампы, рассыпаясь блестящим дождем у ног Карминского. Он оседает на колени, жмурясь, а я с глухим криком бросаюсь к нему.
   - Сюда, - в предплечье впилась мужская рука, но я не замечаю ее, отмахиваясь. В глазах только Демьян. Не дышу даже, забываю, как сделать вздох, а в ушах так и стоит звон. Но Игнат сильнее моих сопротивлений. Хватает меня, грубо, силком утаскивая и что-то шипя. - Только попробуй двинуться дальше, Макс, и я раскромлю эту суку.
   Поднимаю глаза и вижу парня, к которому обращался Архипов. Пытаюсь разглядеть, но не получается. Слишком расплывчат взор от слез, чтобы осмотреть темную фигуру, скрытую в тени за охранником. Меня замутило. У него в руках был пистолет, который приставил к короткостриженой голове бугая, тем самым держа его на мушке. Он не шевелится, стоит, в то время как мне приходится чуть ли не волочиться за Игнатом. Боль, саднящая в шее, пробивается сквозь стены оцепенения. Что-то острое впивается в кожу, царапая.
   - Он убьет тебя, - слышу последнее, прежде чем меня уводят из зала. Прохладный ветер бьет в лицо, но не замечаю его. Вырываюсь, чем делаю хуже, усиливая жжение на шее, в которую парень вжимал горлышко бутылки, что разбил о голову Демьяна.
   - Только рыпнись, - пригрозил Архипов, прижав к машине, стоявшей у самого входа. Пискнула сигнализация, и он, не церемонясь, зашвырнул меня внутрь. Захлопнул дверь, быстро обежав машину, садясь за руль. В одной руке у него были бумаги, полетевшие на заднее сидение. Мотор заревел. - Саня! Сука, - рычал в телефон, когда сорвались с места. По всей очевидности собеседник не желал брать трубку, чему буйствовал Архипов, громко матерясь. - Сука! - ударил по рулю. - Сука! - яростно молотил, вымещая свой гнев. Скорость езды набирала обороты, а я вжималась в угол сидения, стараясь не издавать ни звука. Вскоре, телефон, как и злосчастные листы, полетел назад. - Что, страшно? - посмотрел на меня так, что кровь не то, что застыла, заледенела. Безумство было в темных зрачках, дикое и неконтролируемое, за стеклянной поволокой. Улыбка его была с издевкой. Широкая, но ничего хорошего не предвещающая. - Страшно, ягодка?
  

Глава тридцать первая

   - Ты псих, - выдавила с долей презрения. - Чего добиваешься теперь?
   - Псих? - словно не веря, повторил он, проигнорировав мой вопрос. Брови удивленно взлетели вверх. - Псих, - вторил он, веселясь чему-то, неизвестному мне. Внезапно, откинувшись, расхохотался. Это был не смех, а дьявольский гогот. Неприятный и хлестающий по нервам. Скорость все больше набирала обороты, и даже то, что мы выехали на одиночную трассу, ведущую за город, не успокаивало, потому что сам водитель был не адекватен. Машину заносило в стороны, от его маневрирования. Парень был безбашен в своей езде, не утруждаясь следить за дорогой и нажимая на педаль газа во весь опор. Он был способен на любое сумасбродство. Шальной взгляд с широкими зрачками, неестественно большими и затуманенными, твердили об этой готовности. Паника медленно окутывала, отравляя душу. Мне было страшно, потому не знала, чего ожидать от Игната, а он, видя мой страх, забавлялся. - Ты повторяешься, ягодка.
   В безмолвии посмотрела на него, испытывая отвращение к нему и ненавистному прозвищу, коим называл меня. Для себя уяснила, что этот тип отвечает лишь на те вопросы, которые считает приемлемыми.
   - Что, - глумился. - Ощущение дежавю не возникает?
   Не сразу до меня доходит контекст его вопроса. В голове яркой вспышкой мелькает картинка. Не ясная, слишком туманная и неуловимая.
   - Ты, - выходит хрипло, но меня не заботит собственный голос. - Это ты был в машине тогда.
   - Вспоминаешь что ли? - очередная насмешка, но и ее не замечаю. Дышу, слишком часто. Задыхаясь, ловлю картинки. Зажмуриваюсь, но они ускользают от меня. Игнат что-то говорит, не слышу его. Шум в ушах заглушает внешние звуки. Тревога нарастает, пытаюсь ее унять, хватаясь за горло. Рана, принесенная порезом, першит, болезненно напоминая о себе и возвращая в реальность. Отнимаю руки, а взгляд приковывают пальцы. Дрожащие, с алыми подтеками. Кровь.
   Слух улавливает сбивчивые ругательства. Смотрю на Игната. Он напряжен, усиленно сжимая руль, смотрит вперед. Не на дорогу. В зеркало. Что делаю и я, но только со своей стороны. Перехватывает дыхание. За нами шел целый кортеж машин, среди которых выловила знакомый джип.
   Милана.
   Сердце заторопилось в радостном предчувствии. Вымученно выдыхаю, наблюдая, как они приближаются. Понимала, что для облегчения повода мало, но стало гораздо легче. Одна из машин выбивается из общего строя. Синяя, спортивная, поделенная двумя белыми полосами на всю длину. Она поравнялась с нами, там, где сидела я. Боковое стекло опустилось, являя мне белобрысого парня. Улыбнувшись, задорно подмигнул мне, вытягивая ладонь перед собой. Медленно, зацепив большим пальцем ремень безопасности. Нужно быть слепой, чтобы не увидеть его предупреждения, и глупой, чтобы не внять ему. Непослушными руками щелкнула свой ремешок, вжавшись в сидение. Теперь, помимо отборного мата Игната в ушах отдавалось собственное сердцебиение.
   Синий зверь с ревом рванул вперед, после чего послышался хлопок. Негромкий, но ощутимый, так как салон вздрогнул. Впилась ногтями в кожу сидушки. Сбоку темной тенью возник внедорожник. Последовал толчок, заставивший съежиться на своем месте. До меня доносился скрип пробитого колеса и стучание колодок. Нас таранили, бесцеремонно и напористо, сбивая машину Игната с курса. Впереди маячила спортивная тачка, а по бокам находились черные кроссоверы, один из которых принадлежал отцу Демьяна. Еще один тычок. Скорость постепенно сбавляла свой темп, а Игнат выругивался все громче и изощреннее.
   - Я уйду вместе с тобой, сучка, - рыкнул, поддавшись ко мне и вскидывая руку к моей голове. Пальцы жесткой хваткой ухватились за волосы на затылке.
   - Нет, - выкрикнула, стремясь отстраниться. Ногтями глубоко вонзилась в его запястье, с усилием нажимая, вдавливая до коликов.
   - Тварь, - взвыл Архипов, но не отпустил, дергая рукой. Он пытался вырулить вперед, но наше сцепление помешало проследить за движением на дороге. Очередной удар по боковому крылу, мощнее. Автомобиль, которым управлял Игнат, был легковым, и тяжелые тараны сдерживать не смог, пораженно склоняясь ко второму внедорожнику, который вдавил вперед, стопорясь на месте.
   - Нет! - только и успела крикнуть, перед тем, как Архипов резко вывернул руль, занося машину и разворачивая ее. Время застыло для меня. Даже боль отступила на задний план. Словно в замедленной съемке наблюдала, как все ближе ко мне становится черный джип, поглощает своим цветом, затягивая на самое дно моего страха. Окутывая с головой ледяным ужасом, таким, где сердце останавливает свой ход, погружая во тьму. Холодную и подавляющую. Там, где все мои кошмары сливались воедино, сопровождаясь оглушающим грохотом.
   Не чувствую удара, будто утратив разом всю чувствительность. Зажмуриваясь, проваливаюсь во мрак. Плыву в одном из своих снов, а тело становится легким, подобно вате. Невесомым и неосязаемым. И не было страха или даже волнения. Пустота.
   - Миша!
   Не сразу, но осознаю, что меня кто-то окликает. Зовущий голос заполоняет все пространство, откуда силюсь вынырнуть. Веки подобно свинцовым, но, все же, удается их открыть. Бездонная пропасть серебристого взгляда поглощает меня, и, в отличие недавней темноты, в ней хочется задержаться. Осязание медленно и постепенно возвращается ко мне.
   - Миша...
   Он смотрит на меня пытливо, а мне вдруг в голову закрадывается совсем другой его образ. Веселого, смеющегося над чем-то. Потом еще один. Их слишком много, для тех нескольких дней, что знаю его. Я видела его разного: веселого, хмурого, злого. Но сейчас, бледноватое лицо и полная растерянность на нем смотрелись совершенно непривычно. Хотелось сказать ему об этом, но язык еле ворочался.
   - Дем, - прохрипела. Это было все, на что меня хватило. Он что-то говорил, но я не слушала, окутанная теплом его ладоней, покоившихся на моих щеках. Впитывала в себя его, вместе с низким тембром его голоса. Хотелось прижаться к нему всем телом и убрать с него это состояние смятения и беспокойства. Но меня мягко оттолкнули, передавая в чьи-то руки.
   - Увези ее.
   Мое вялое сопротивление было отметено, когда укладывали в машину на заднее сидение. Только сейчас заметила, что на мне была кожаная надета куртка, которая полностью окутывала меня теплотой и приятным запахом, щекотавшим ноздри. Слишком знакомым запахом, чтобы не узнать хозяина вещи. Вдыхая поглубже, старалась не проваливаться в дрему, но глаза закрылись сами собой, вновь затягивая в глубину, выплывать из которой было крайне тяжело. Разум приобретал ясность, но осязание дискомфорта давило. Голова жутко болела, так, словно была треснуть на части. Виски сдавливало внутренними тисками, а горло першило. Разлепить веки оказалось не так сложно, чем понять, где я находилась. Сев на месте, поморщилась. Плечо тревожно заныло, а тело ломило.
   - Миша! - Милана возникла из неоткуда. Как фея, материализовавшись из воздуха.
   - Пить, - попросила я и, тут же, в моей руке оказался стакан с водой, который залпом осушила. Сколько пробыла в бессознании - неизвестно, но на голове, как на шее и плече чувствовались перевязки. Возникла напряженная пауза. Спрашивать где я не имело смысла. То, находились в больнице, осознала и так.
   - Повезло, что не было сотрясения, - с грустной усмешкой высказала Милана, глядя на свои скрещенные пальцы. - Легкий ушиб.
   - Где Демьян? Как он?
   Девушка тянула с ответом, по-прежнему смотря вниз. И эти секунды ожидания казались мне самыми длинными.
   - Не знаю, - вздохнула. - Он позвонит. Должен позвонить.
   Она пыталась быть убедительной, но я не верила. Не хотела верить. Не было смысла просить позвонить ему, потому что острое предчувствие понимало - не возьмет. В комнату сквозь шторы проступал вечерний просвет, но мне чудилось, что все погружается во мрак. Удушающий и холодный, как в тех кошмарах.
   - Милка, - всхлипнула, заставляя девушку посмотреть на меня. - Милка-а, - повторила протяжно. Во взгляде ее было замешательство и потерянность. - Позвони ему, прошу, - противореча себе, упрашивала ее, сминая белую простынь. Глаза обжигали непрошеные слезы, но не замечала их, обращая взор к оторопевшей Милане. Она даже затаила дыхание, пораженная моим напором и своей призрачной догадке, мелькнувшей в карих радужках.
   - Миша... - хотела что-то сказать, но я отрицательно замотала головой, останавливая ее.
   - Я хочу поговорить с ним, - шептала сипло, готовая умолять ее. Мне было важно услышать его, понять, что с ним все в порядке. Что вернется, потому что знала его. Слишком хорошо знала, чтобы осмыслить тот взгляд, которым смотрел на меня в последний раз. - Мне нужно... - Голос сломался на конце, застревая в гортани невысказанной фразой. Мне нужен был Демьян. Нужен, чтобы сказать ему.
   Сказать, что вспомнила.
  

Конец первой части

  

Оценка: 9.00*4  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Робский "Охотник: Новый мир"(Боевое фэнтези) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) Ю.Резник "Семь"(Антиутопия) Д.Панасенко "Бойня"(Постапокалипсис) В.Свободина "Прикованная к дому"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) М.Олав "Мгновения до бури 3. Грани верности"(Боевое фэнтези) А.Черчень "Дом на двоих"(Любовное фэнтези) Р.Прокофьев "Стеллар. Инкарнатор"(Боевая фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"