Literaty: другие произведения.

Зимние сказки

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
Оценка: 9.23*6  Ваша оценка:

Зимние сказки

Annotation

     Уважаемый читатель.
     Это - первая наша попытка, как авторов, самостоятельно и вместе написать небольшой сборник по заданной тематике. Решение было спонтанное, по инициативе "здесь вписать", и многие предложение приняли. Если Вам, читателям, понравится этот сборник, то мы, как авторы, обязательно напишем второй сборник, и он будет более грандиозным.
     Под этими словами подписались следующие авторы, разместившие свои рассказы.
     Кузьмин Марк, Дмитрий Билик, Серж Ревин, Лилия Гриненкова, Алекс Ланг, Дмитрий Колотилин, Евгений Старухин, Антон Емельянов, Сергей Савинов, Алексей Федоров, Мартин Аратои, Андрей Васильев.


Зимние сказки

     В этом сборнике ты, уважаемый читатель, найдешь рассказы различного жанра и объема. Часть историй добрые, иная - не очень.  Общее у них одно - сказка. Все фантастичесие истории, будь то фэнтези или фантастика, начинались именно со сказок. Члены "Ложи вольных литераторов" решили напомнить о них, а заодно привнести что-то свое. Мы не ставили целью пересказать их на новый лад, как это часто делают на современном телевидении, но напротив - изменить, расширить, объединить с нашими историями и видением. Мы помним наших предтеч - сказочников. Помните ли их вы?

Зимняя история

     Кузьмин Марк
     
     ВК
     Тихо...
     Вокруг так тихо...
     Если прислушаться, то можно услышать свист, гуляющего ветра...
     - Холодно... - прошептал я. Помимо ветра можно услышать мое дыхание и хрустящий звук снега, по которому я иду.
     Тяжелое небо нависло над моей головой. Крупные хлопья снега падали, на землю усыпая ее белым покрывалом холода. Ветер подхватывает снежинки и несет их среди мрачных деревьев. Ледяной воздух обжигает легкие своей чистотой и низкой температурой.
     Пар изо рта быстро исчезает в такую холодную погоду. Лицо у меня закрыто шарфом, но даже он не может спрятать меня от острых снежинок.
     Ноги проваливаются в сугробы, я уже почти пальцев не чувствую, но уверенно продолжаю идти вперед. Пальцев ног уже опять почти не чувствую, но уперто иду вперед. Разогревающее зелье уже закончилось, потому двигаться вперед мне становится все труднее и труднее.
     Встряхиваю голову, скидывая навалившийся снег на красной широкополой шляпе. Сильнее кутаюсь в пальто и растираю руки.
     - Холодно...
     Спину очень морозит мое оружие. Оно уже покрылось коркой льда, и холод металла неприятно проходит через ткань пальто. Но убирать оружие нельзя. Это место довольно опасное, потому нужно быть всегда начеку.
     Сильный порыв ветра чуть не отнял мою шляпу, но я вовремя ее придержал. Поток воздуха ударил в грудь, едва не сбив меня с ног. Мое длинное красное пальто с рваными краями развевалось на ветру словно флаг, реющий на шпиле в знак победы. Красный цвет - это цвет силы, крови и солнца. Мой цвет, который принят у нас.
     - Холодно...
     Идти ночью в метель по лесу было не самой хорошей идеей. Погода совсем испортилась, а ведь меня предупреждали, что сегодня будет особенно опасно, но я не послушал... Не мог послушать.... И все же пошел по этому Мертвому Перевалу...
     - Мне нужно туда. Я должен успеть. Я обещал... - прошептал я навстречу ветру, плотнее придерживая небольшую сумку с ингредиентами. - Я поклялся! Ты не остановишь меня!
     Но ветер не ответил, а лишь вновь попытался украсть мою шляпу. Ему это кажется забавным, а мне стало еще холоднее.
     Но путь предстоит неблизкий. Мое имя Ксаан Алая шляпа, я простой охотник на чудищ. Известен я, разве только тем, что ношу красную одежду. За это наверно и прозвали. Да такая широкая шляпа не очень удобна в зимнее время, но в бою помогает защититься от брызгающей крови тварей. Но сейчас я бы многое отдал за шапку.
     Не важно. Нельзя отвлекаться.
     Я обещал придти. Они ждут меня. Я их последний шанс. Я принесу лекарство.
     Потому я и преодолеваю все трудности.
     Моя лошадь погибла час назад. Проходя по мосту тот обвалился. Я успел отпрыгнуть, но Бывалый сломал спину. Печальная участь для верного скакуна. Он вытаскивал меня из многих передряг, но на том лесном мосту наши пути разошлись. Я не смог бы его вылечить, не смог бы унести или привести помощь. Мне пришлось прервать его страдания там же. Дать ему тот отдых, которого старый друг заслуживает.
     - Холодно...
     Неожиданно ветер прекратился...
     Подняв голову, я увидел свет. Луна выглянула из-за туч, будто желая тоже посмотреть на безумца идущего этой зимней ночью по мрачному лесу среди метели. Полная луна очень яркая и красивая, она словно налитое серебром блюдце, сияющее в ночном небосводе.
     Тучи постепенно расступаются, ветер утихает, но ночной мороз, казалось, стал только сильнее.
     Все так же иду вперед. Зубы отбивают быстрый ритмичный стук, горячим дыханием пытаюсь согреть пальцы, но с каждым шагом понимаю, что не дойду.
     Нужно было подождать. Нужно было остаться в деревне. Только на эту ночь. Один день ничего не изменит. Нужно было быть разумнее...
     - НЕТ! - прорычал я.!
     Гнев разогнал кровь по моим венам, разжигая ярость внутри меня.
     - Я не нарушу своего слова! - крикнул я во тьму и холодный ветерок подхватил мои слова и унес в пустоту.
     Тяжело вздохнул. Нужно идти. Нельзя опаздывать.
     - У-у-у-у-у! - прозвучал волчий вой среди деревьев. Этот звук подхватил ледяной вихрь, который будто бы таился и только сейчас дал о себе знать. Или он просто звал друзей, чтобы и они посмотрели на безумца, идущего среди деревьев.
     Волки в ночном лесу. Это же классика.
     Быстро выхватываю со спины свой меч, обоюдоострый клинок с крестообразной гардой, серебряным напылением на клинке и алым камнем на рукояти. Меч Благородной крови, клинок, что не раз спасал меня.
     Они вскоре показались в виде светящихся глаз в полной темноте. Словно гончие самой преисподней, они скрывались во тьме.
     Лунный свет озарил моих противников. Около десятка. Серые шкуры, горящие во тьме глаза и острые скалящиеся пасти.
     Они окружают меня. Обходят со всех сторон.
     - Пришли за мной? - усмехнулся я. - Но вы зря напали сейчас... - с каждой секундой враги все ближе. - Ведь на моей стороне... Луна...
     Резкий рывок вперед!
     Настолько быстрый, что это невозможно для человека, но им я не являюсь с тех пор как стал Кровавым клинком. От этого движения снег полетел во все стороны, ослепляя врагов.
     Животное не ожидало от меня такой прыти, и поплатилось за это.
     Быстрый удар пронзил глазницу зверя, и клинок вошел прямо в мозг.
     Выдергиваю меч и с разворотом обрушиваю его на второго врага. Третий пытается напасть со спины, но я просто исчезаю перед ним и появляюсь вновь вместе с его смертью.
     Выйдя из этого оцепенения, волки тут же ринулись все в атаку.
     Но они уже потеряли троих, а значит, сделали сильнее меня.
     Кровь троих волков притянулась к клинку, затем резкий взмах, алым серпом ударил в нападающих. Трое ослепли, а один лишился лапы.
     Вновь ускоряюсь! Ударом ноги сбил налетающего на меня врага. Он падает, и я пронзаю его грудную клетку.
     Каждое движение отточено в сотнях боёв, каждый взмах заколдованного клинка смертелен, каждый убитый волк дает мне ещё больше крови, которую я использую против их сородичей.
     Последний волк был пригвождён к стволу дерева.
     Враг повержен.
     Их кровь пропитывает все вокруг и быстро остывает в снегу.
     Не сложный бой, но обстановка довольно неудобная, зато я согрелся.
     Поправил свою шляпу и шарф, сумка не пострадала. Хорошо. Надо идти дальше...
     Интуиция завопила, и я резко падаю в снег.
     Над моей головой проносится ураган, который срезает деревья вокруг. Безумный смерч обрушился на меня. Стволы поднимаются в воздух и разлетаются в разные стороны. Снег подлетел в воздух и закрутился ужасающей ледяной бурей. Однако меня оно не коснулось.
     Но тут, все неожиданно затихло.
     Резко поднимаюсь и оглядываюсь. Мои глаза смотрят сквозь ночь, а луна освещает мне округу.
     - Что за? - вокруг меня больше нет деревьев. Этот вихрь срезал все, оставив только небольшие пеньки. Снега вокруг стало гораздо меньше. Я оказался в центре огромного круга, который со всех сторон закрывала стена из снега и деревьев. Словно это какая-то арена.
     - Гррррр! - рык донесся с другого конца.
     Перепрыгнув через ограду, оно приземлилось в центре.
     Как только облако поднятого снега улеглось я смог рассмотреть врага.
     Огромная тварь в пять метров высотой, она выглядела как помесь человека и волка. Черная свисающая шерсть, мощные лапы с длинными когтями, большая голова с огромной зубастой пастью.
     - ГРААА!!! - завопила тварь.
     Так вот ты какой, Хозяин Мертвого Перевала, вервольф.
     Тварь прыгнула на меня.
     Ухожу в сторону!
     Он с грохотом приземляется на землю и ударами когтей начинает рвать все вокруг. Пеньки были вырваны его лапами с корнями из земли.
     - ГРААААА!!! - верещит тварь. От его крика у меня болят уши.
     Прыжок, прыжок, еще! Бегу от разъярённой твари!
     Разорвал дистанцию.
     Порезал свою руку, и кровь притянулась к мечу.
     Взмах!
     Кровавый серп ударяет в нос, оставляя на нем глубокую царапину, но не более.
     Черт, у меня так крови не хватит!
     Рванул к противнику.
     Пригнулся, пропуская лапу врага. Шаг вперед, ухожу от следующей атаки. Шаг влево, уклонился от пасти!
     Удар!
     Клинок порезал грудь монстра, обогрев клинок теплой кровью, которую он тут же притянул.
     Кувырок в сторону!
     Ускорение!
     Подрезаю сухожилие задней лапы!
     От удара сзади ухожу перекатом вперед. Поднимаюсь на ноги и отпрыгиваю.
     - ГРрррр!!!!! - зарычала тварь.
     Она похромала в мою сторону, но я легко уклонился от атаки и сумел сблизиться!
     Увернулся от зубов!
     Удар!
     Острие клинка пронзает глаз монстра!
     - КРАААААААААААААААААААААА!!!! - дикий визг чуть не заставил мои перепонки взорваться!
     Тварь мотает головой и начинает биться головой о землю и бить лапами все вокруг. Быстро отступаю от разъярённого монстра, который корчится в дикой агонии.
     Когда он успокоился, то посмотрел на меня своим единственным глазом. В этом взгляде читалась вся ненависть во мне и жажда мести.
     Затем с монстром начали происходить странные метаморфозы. Его шерсть начала светлеть и вскоре стала белой, зубы удлинились как и когти на лапах.
     Чудовище полностью преобразилось и стало в разы сильнее.
     Я крепче сжал клинок в руках.
     Сейчас что-то будет!
     Еле успел среагировать, когда монстр рванул на меня. Его скорость была такой, что за ней образовался поток воздуха, который отбросил меня.
     Чудище врезалось в ограду нашей арены и пробило ее насквозь, скрывшись с глаз.
     Быстро поднимаюсь и в последний момент успеваю отпрыгнуть, так как враг вернулся, прыгнув сюда. От его приземления затряслась земля, и снег полетел во все стороны.
     Меня отшвыривает в сторону и протаскивает еще несколько метров по земле.
     Перекат влево!
     В место, где я был только что вонзились длинные когти чудовища.
     Подскакиваю на ноги. Бежать! Бежать! Бежать! Враг не отстает, он жаждет сожрать меня, уничтожить, убить. Я ощущаю его кровожадность.
     Резко вправо, и пасть просвистела прямо у моего лица, чуть не откусив мне пол головы.
     Взмах!
     Слегка задел голову, но ничего опасного.
     Он взмахивает лапой и пытается вновь атаковать, но не даю ему разогнаться и устремился вперед!
     Прыжок! Ушел от лапы.
     Кувырок вперед! Вторая лапа оставляет на земле глубокие ямы своими когтями.
     Резко влево! Голова пролетает мимо, мечом успеваю задеть ее.
     Удары монстра сыпется градом! Пропущу один и этого могу не пережить.
     - РААААААААА!!!
     Яростный крик бьет по ушам, волны безудержной злобы разливаются на всю округу, земля поднимается в воздух от ужасных ударов и все вокруг разрушается.
     Ускорение! Ускорение! Тело на пределе. Быстрее быть просто физически не могу, а чудовище  все опаснее и опаснее.
     Удар! Рассекаю брюхо монстра. Кровь бьет фонтаном.
     Успе....
     Что-то сносит меня и отбрасывает в сторону!
     Меня протаскивает по земле, словно тряпичную куклу и я врезаюсь в стену из снега и дерева.
     Упал на колени и завалился набок. Кажется ребро сломано, и не одно. Беда...
     Рассвирепевший монстр сумел достать меня. Я сильно ранил, его, но сам расслабился в последний момент и дал слабину.
     - Кхааа! - выплюнул свою кровь.
     Монстр тоже не в лучше форме. Последним ударом удалось не слабо ранить его в брюхо.
     Вот он поднимается. Повернул свою жуткую голову в мою сторону и посмотрел на меня единственным глазом. Его ярость сильнее боли, его жажда убийства сильнее жажды жизни, он убьет меня, не смотря ни на что...
     В глазах мутнеет... Очень хочется спать...
     Силы покидают меня...
     Простите...
     Похоже... я не... смогу... придти...
     - КХА!!! - я вскрикнул от боли в груди, когда резко поднялся. - Я... Ксаан... Алая шляпа... даже смерть... не оправдание... если ты дал слово... - прорычал я словно зверь.
     Рука сама потянулась к мечу.
     Опираясь на него, я поднялся.
     Кровь, что истекала из меня начала тянуться к клинку, закручиваться вокруг лезвия. Кровь кипела! Она была, словно лава и жар от нее заставлял снег таять вокруг.
     Глубокий вдох.
     Поднимаю меч, который стал в два раза длиннее, чем раньше. Теперь это не обычный клинок, а собой стал напоминать двуручник из двигающейся горячей крови.
     Посмотрел на своего противника. Ему тоже недолго осталось...
     Поняв, что это будет последняя атака, он тоже рассвирепел! Его шкура теперь стала ярко-красной. Он был сейчас похож на ужасный оживший пожар, который желал поглотить все и уничтожить всех вокруг себя. Страшный монстр, который заслуживает своей ужасной участи.
     Шаг вперед...
     Он тоже шагнул...
     Еще... Еще...
     Каждый шаг был тверже предыдущего, увереннее его, быстрее.
     Шаг... Шаг, ШАГ!
     Рывок!
     Высшее ускорение!
     Словно два алых урагана мы рванули друг на друга с одной целью... УБИТЬ!
     Мгновение и мы уже на миг замерли, смотря друг другу в глаза.
     Резко влево, я ухожу от прямого столкновения и успеваю нанести удар своим клинком в плечо врага.
     Он пролетает дальше, но быстро разваривается с помощью своих когтей и, не задерживаясь, несется на меня вновь. Безумная ярость застелила ему боль, и дарует ему небывалую силу.
     Воткнув кровавый двуручник в землю, я также сумел остановить себя и тут же устремился навстречу врагу!
     Кровь пульсирует в висках, от меча исходит алый пар, жар такой словно я держу в руках вулкан. Температуры такая, что мне обжигает руки, но я, не замечая боли, несусь в атаку с огненной кровью.
     Сблизились!
     Удар!
     Огромная полоса крови ударяет прямо в морду чудовища. Кипящая от боли и силы кровь обрушивается огромной волной на тело врага, рассекая его пополам.
     Когти монстра успевают оставить на моем теле свои ужасные следы...
     ВЗРЫВ!
     Ударной волной нас раскидывает в разные стороны!
     Поднялось облако пыли и снега!
     Вокруг потемнело...
     Все затихло....
     Во всем мире будто вымерли все звуки.
     Ветер, гуляя по полю, подхватывает широкополую шляпу и несет ее вперед, а затем опускает ее на грудь.
     Медленно открыл глаза.
     Боль в теле такая словно меня прокрутило в мясорубке.
     Дрожащей рукой поднимаю свою шляпу...
     Превозмогая агонию во всем теле, я поднимаюсь.
     Пыль осела, позволяя мне увидеть результат своих трудов.
     Техника Кипящей крови просто уничтожила половину тела чудовища. Его разорвало на части ударом крови и стали. Ужасная смерть, печальная участь. Но теперь монстра, который давно угрожает этим окрестностям, тут нет.
     После охоты всегда так. Остается радость и печаль...
     Холодный ветер принес с собой острые снежинки, которые неприятно касались кожи. Тучи вновь закрыли небо. Крупные хлопья снега вновь начали падать на мою голову. Луна развлеклась сегодня, посмотрев нашу битву, и отправилась спать, окутавшись в пушистые зимние тучи.
     Тяжело вздохнув, я поклонился телу своего врага.
     Проверил сумку с ингредиентами. Она цела. Хорошо. Я еще могу успеть к ним. Принести лекарство. Как обещал.
     Надел свою шляпу, убрал уже остывший меч в ножны за спиной и отправился дальше.
     Дорога ждет...
     Тихо...
     Вокруг так тихо...
     Если прислушаться, то можно услышать свист, гуляющего ветра...


КОЛ'об'ок

     Дмитрий Билик
     
     Группа ВК
     ВК

     Оно не вошло, не прокралось и не ворвалось в трактир. Просто появилось. Ослепительное, яркое, обжигающее сгустками плазмы нерадивых постояльцев, коим 'посчастливилось' оказаться у входа.
     - Фитилек притуши, коптит, - хмыкнул трактирщик.
     Оно возмущенно колыхнулось, но совету вняло. И правильно. За пределами этого места Оно обладало колоссальной силой, но здесь, на границе миров, хозяин был один. Владелец остерии довольно кивнул и указал на свободное место за стойкой. Мол, давай, милости прошу к нашему шалашу. А Оно, расплескивая ионизирующее излучение, добралось до высокого стула и устроилось на нем.
     Трактирщик с любопытством рассматривал новое воплощение, в которое переродилось существо из четырехмерного пространства. Да, костюмчик жал очень и очень сильно. Хотя по-другому и быть не могло.
     - Как к тебе сегодня обращаться? - трактирщик улыбнулся.
     Оно имело множество имен, которые с легкостью приобретало и с такой же беззаботностью теряло. Тенор, Трубадур, Сфера, Звезда, Дымка, Пламя, Воин Света, Адепт Тьмы, Фон, Гелиос, Ёрмунганд... и самое любимое из всех для трактирщика - Колобок.
     - Трубадур.
     - О, сегодня будут песни, - потер руки трактирщик.
     - Не понимаю, почему это тебя так веселит?
     - Я видел много сверхсуществ, богов, полубогов. Знаешь, чего вам всем не хватает?.. Чувства юмора.
     - Почему-то вы, хумансы, часто прикрываете чувством юмора откровенную глупость.
     - Все дуешься за ту сказку, которую я сочинил про тебя?
     - Идиотская история.
     - Просто пересказал своими словами. Знаешь, детям в моем мире она очень нравится. Круглый хлеб... Разве это не забавно?
     - Я жалею, что рассказал тебе о том воплощении. Самом странном воплощении. Самом первом.
     - Да? Я думал, что за свою жизнь ты видел множество миров, вымышленных и реальных, но оказывается, самое странное воплощение было в Колобка?
     - Да. Я не понимаю, как мог бы поглотить мир в этом образе. Даже если бы прошел все испытания.
     - А тебе обязательно поглощать мир?
     - Это мое предназначение. Это моя цель. Я рожден и существую для этого.
     - Возможно, поэтому ты еще ни разу и не победил. Никакой из существующих миров не хочет быть поглощенным, вот они и сопротивляются.
     - Это неизбежно. Иначе бы я не был создан. Иначе не возникало бы столько мифов и предсказаний о моем появлении. Каждое начало Большого Цикла я надеюсь, что он станет последним.
     - Да, только сегодня как раз конец года.
     - Года?
     - Ну, Большой Цикл. В моем мире его называют годом. А Малый Цикл - днем.
     - Год... День... - посмаковал Трубадур новые слова. - Зачем давать новые названия устоявшимся понятиям?
     - Природа человека, все дела. Все надо сделать по-своему... Выпьешь шампанское в честь Нового Года?
     Спектр излучения Трубадура колыхнулся, однако голос остался все таким же ровным.
     - Зачем?
     - Ну праздник же, как-никак. Через три земных часа Новый Год... То есть новый Большой Цикл.
     - Это слишком... по-человечески.
     Трактирщик не ответил. К стойке как раз подвалил Эхо с приятелями, горланя и требуя выпивки. Беспокойные ребята, хоть и умные. Когда Трактирщик обернулся, чтобы спросить еще что-нибудь у Трубадура, того уже и след остыл. Значит, вновь отправился на перерождение. Вот ведь беспокойная душа.
     Мир колыхнулся и превратился из маленькой крошечной точки в пестреющий разноцветьем лес. Я повернул голову. Да быть не может. Великое Нечто, будто насмехаясь над недавним разговором в трактире, возвело на опушке избу, с крохотным раскрытым оконцем. Внутри кричал сухонький дед с проплешиной на макушке и седыми пучками волос по бокам, перед ним оправдывалась, судя по всему, бабка.
     Колобок... Так меня звали когда-то. Оглядеть свое тело не получилось. Проклятое трехмерное пространство. Истинных миров, моих миров, не так много, в основном подобные планетам хумансов. Поэтому я привязан к этому телу. Завишу от него. Ну ничего, мой разум никто не отнимал.
     Я заглянул в себя, насколько мне позволял этот мир.
     Колобок. По коробу метен, по сусеку скребен, на сметане мешён, да в масле на окошке стужён.
     Уровень 1.
     Здоровье: 100
     Защита от физического воздействия: 0
     Защита от магического воздействия: 0
     Защита от ментального воздействия: 0
     Очки характеристик: 3
     Оружие: Сила Песни
     Арсенал: Песнь Трусости, Песнь Глухоты, Песнь Силы, Песнь Злости, Песнь Хитрости, Песнь Смелости, Песнь Слабости, Песнь Доброты.
     Если бы у меня было сердце, оно остановилось. За все бесчисленные количества Больших Циклов ни разу... ни разу мир не повторился. И теперь я оказался в изначальной точке.
     Игровой мир, невесть кем и для чего созданный. Преподнесенный мне как главный приз после всех лишений. Я поглощу его, и больше не понадобится скитаться от параллели к параллели, что пронизывают Вселенную.
     Хорошо. Очень хорошо. Итак, в этом мире меня зовут Колобок. И мне надо пройти четыре ступени до поглощения: заяц, волк, медведь, лиса. И все они физического воздействия, кроме последней рыжей плутовки. Она ментал. Очень сильный. Я помню ее льстивые речи, которым не смог воспротивиться, помню блеск хищных глаз и огромную широкую пасть. Меня, существо третьего порядка из четырехмерного пространства поглотило... животное, известное в мире  хумансов.
     Силой мысли бросаю три очка характеристик на физическое воздействие. За каждую ступень мне будут давать еще, но чтобы добраться до лисы необходимо обезопасить свое убогое тело.
     До сих пор не верится. Неужели тот разговор с трактирщиком не случаен, неужели сегодня все произойдет.
     Спокойно, что с тобой? Что за идиотские человеческие эмоции? Да, слишком долго ты бродил по мирам хумансов, это еще никого не доводило до добра. Возьми себя в руки, то есть в сгустки.
     Итак, первым должен быть заяц. Вон за тем поворотом. Я заставил свое тело кувыркнуться вперед и заскакал по неровной дороге. Как же непривычно. Но если ты один раз возродишься в чужом теле, то уже никогда не разучишься им управлять. У хумансов есть какая-то глупая поговорка про 'вейлосипед' на этот счет.
     Заяц выскочил внезапно, когда я еще катился. Вот ведь, задумался.
     - Колобок, Колобок, я тебя съем!
     Получено критическое повреждение - 36 Здоровья
     Бок прожгла бок, острая нестерпимая боль. Это в сказке трактирщика я тупой кусок теста, а на самом деле... Я сам не знал, что на самом деле, но сейчас заново всматриваться в Колобка было некогда.
     Песнь Трусости. Применить.
     - Я Колобок, Колобок!
     Насколько помню, слова везде одни и те же. Меняется только интонация. И сейчас я выбрал именно ту, которую и надо было. Мое слово было сильно, даже для такого беспомощного существа, как Колобок.
     Песнь своего рода идентификация существа. Это даже не битва, а поиск ответа. Каждой песне присуще свое животное. Тогда, первый раз, мне, небольшому знатоку хумансов, пришлось несладко. Я еле-еле дошел до лисы. Но теперь...
     Персонаж Заяц побежден.
     Достигнут второй уровень.
     Получено одно очко характеристики.
     Я удовлетворенно ощутил, как восстановилось здоровье. А вот теперь пора увеличивать ментальное сопротивление. Иначе лису не победить. Минимальный уровень должен быть не ниже двойки. Я же пойду дальше... На сей раз ей не совладать со мной.
     Серое мешковатое существо вылетело из кустов. Я интуитивно ощутил опасность, исходящую от волка, но теперь был осторожен. Остановился далеко, ожидая, пока серый подойдет сам.
     - Колобок, Колобок!
     Песнь Злости. Применить.
     Мне на руку играл и опыт первого посещения этого мира. Ничего не изменилось, только я другой, на порядок мудрее. Люди говорят, что можно стать сильнее только с сильным противником. А их было предостаточно.
     Персонаж Волк побежден.
     Достигнут третий уровень.
     Получено одно очко характеристики.
     Еще одно к защите от ментала. Так, теперь надо подобрать правильную песнь для Медведя. Сила или Храбрость? Память смущенно вжалась в угол. Тогда он меня почти разорвал, а я метался и перебирал уже все подряд, пока не попал наобум. Теперь же осечки быть не должно. Хорошо, тогда сначала пробую Силу, потом Храбрость.
     Затрещал валежник, и на поляну вывалился он. Во многих мирах его называли Хозяин или Отец Леса. Впрочем, там он был гораздо больше и опаснее. Я это понимал. Но вот тело Колобка затряслось. Всем своим существом он боялся.
     Песнь Силы. Применить.
     - Я Колллл.... Коллобок, - спокойно. Ты - высшее существо, ты никого не боишься. Ты самый сильный и могущественный во многих мирах. - Я Колобок, Колобок! - Голос зазвенел, как новенький медный колокол. - По амбару метен...
     Медведь зарычал. Но не грозно и страшно. Скорее отчаянно, предчувствуя скорую смерть. Песнь окутывала его, вытягивала жизненные силы, потому что была правильной. Песнь Силы для сильного существа.
     Персонаж Медведь побежден.
     Достигнут четвертый уровень.
     Получено одно очко характеристики.
     Итого три очка характеристики на защиту от физического воздействия и три очка на ментал. Я не зря тысячи раз умирал и перерождался снова, я подошел к этому бою в идеальной форме, я уже не то сопливое высшее существо, как раньше, я готов к схватке с лисой!
     Вот она, на лесной проплешине в виде полянки, где в лучах солнца отливает цветом спелого манго пушистый хвост. Я весь подобрался, готовый в любую секунду использовать песнь Хитрости, убойное оружие против последнего противника, но лиса, казалось, не замечала меня. Странно, все очень странно, так не должно быть. Единственная мысль пронзила мою бедную хлебную голову, застучала тысячью маленькими молоточками в висках и выразилась в три слова: 'Не тот мир'.
     Не изначальный, не мир, в котором я оказался несколько тысяч перерождений назад, после которого трактирщик придумал детскую забавную сказку, лишь отдаленно пересказывающую мою трагедию. Это было другое место, так похожее на то, но другое. И передо мной стояла не лиса, вернее она, но звали плутовку Кицунэ.
     - О, Колобок! - удивился четвертый персонаж. Ее голос звучал громко, будто та боялась, что я ее не услышу. - Колобок, Колобок. Я тебя съем.
     Лишь волей и разумом высшего существа я сумел совладать с собой. Тело проклятого хлебного мякиша парализовали страх и отчаяние, но лишь на мгновение. Мне по-хозяйски пришлось взять его в руки.
     Песнь Хитрости. Применить.
     Сиреневое марево лишь едва заметно коснулось Кицунэ и растворилось в воздухе. Не может быть... Не может быть... В ответ лиса раскрыла пасть и в меня ударила легкая полупрозрачная молния.
     Получено повреждение - 65 Здоровья.
     Больше половины здоровья Колобка! И ведь это был не критический удар, как у зайца. Конечно, сказывался и уровень врага, но все же... Ответ был очевиден и прост - это не тот мир, где лиса - величайшее ментальное существо, подчиняющее чужой разум, здесь она маг. А ведь у меня...
     Защита от магического воздействия: 0
     Я абсолютно не защищен перед ней. Вышел биться против сильного воина в одном белье. Кицунэ - маг. Однако почему не срабатывает песня? Даже в этом обличии, в этом перерождении она остается коварным и ХИТРЫМ противником.
     Песнь Хитрости. Применить.
     - Что ты говоришь, Колобок? - громко рассмеялась Кицунэ. - Я тебя не слышу.
     Теперь настала моя пора расхохотаться. Как же все просто. И почему я, высшее существо третьего порядка, этого не понял. Кицунэ - глухая магическая тварь, сторожащая этот жалкий мир от поглощения. Глухая!
     Я даже не пытался петь песнь Глухоты. Уж чего-чего, а опыта у меня было предостаточно. Знал, что не успею.
     Получено повреждение - 35 Здоровья
     Вы умерли
     ***
     Сознание вернулось почти мгновенно, подсказав, что я опять нахожусь на перекрестке миров. Моя сущность нетерпеливо расплылась, заполнив пространство раскаленной плазмой тела. Здесь хорошо. Единственное место, не ограниченное трехмерностью - самой глупой вещью, где люди живут, подвластные времени. Однако с ним приходится считаться. Чем легче поглотить мир, тем проще он устроен. О четырехмерных мне и думать нельзя. Вот и приходится считаться со 'временем', идиотской особенностью людей. Вот теперь и Большой Цикл уже подходит к концу.
     Я взглянул на небольшое скособоченное одинокое здание, построенное лишь по прихоти трактирщика; единственное, подвластное трехмерности, и прислушался. Внутри гомонило и шумело бесчисленное множество существ из разных миров. Праздник по случаю окончания Большого Цикла. Какие же они все примитивные существа - хумансы, ящеры, глеро-амфибии, шестилапы, эроки, кроманы. Но именно сейчас им хорошо. А мне?
     Странный вопрос. Разве может быть хорошо или плохо высшему существу третьего порядка? Внутри, где-то глубоко в моем раскаленном теле, тихонько кольнула неожиданная гостья - эмоция. Грусть. Мне грустно? Потому что я один в этой бесконечной Вселенной каждые тысячи новых перерождений? Ведь так и должно быть.
     'Ты грустен, потому что ты одинок сейчас', - голос прозвучал внутри сознания так обыденно, будто это слова шестилапов, которых я встречал почти каждый Малый Цикл, а не его, Великого Разума.
     - Грустен, потому что я одинок сейчас, - повторил я вслух.
     Высшее живое существо, но все же существо. Не хуман, но слишком много времени проведший среди них. Одиночка, не нуждающийся ни в чьем обществе, но понявший, что нужна передышка.
     Я сжал свое тело до мифического трехмерного образа, который так любили на Земле, почесал настоящей хуманской рукой белую бороду и пригладил красную шубу. Раз - и уже тяну на себя старую потрескавшуюся дверь, издающую противный скрип. Разговоры затихают, почти все поворачивают головы ко мне, а в звенящей тишине слышится наливаемое в бокалы шампанское.
     - Здравствуйте, ребята! - чужим, грудным басом говорю я.
     - Здравствуй, дедушка Мороз! - взрывается толпа на все лады многоголосием.
     Меня тут же тянут за рукав, сажают за ближайший стол, наливают игристого вина и говорят, говорят, говорят без умолку. Один лишь трактирщик широко улыбается и молчаливо кивает мне.

Не правильная сказка=)

     Серж Ревин
     
     ВК
     Завещание.
     '... первому ученику, как и заведено в среде некромантов, оставляю все свое движимое и недвижимое имущество. Второму ученику достаются все денежные средства, примечание: 'Иннокентий, не дай темный бог ты все потратишь на казино и женщин, буду являться тебе в кошмарах'. Третьему ученику, и самому бестолковому (сам не понимаю, зачем его держал), оставляю свиток призыва. Распорядись им с умом Себастьян!!! Всем пока, скоро увидимся!'
     В очередной раз, перечитывая завещание своего учителя, Себастьян не мог поверить, что от одного из самых прославленных некромантов за южным морем, ему достался лишь низший свиток призыва нежити. Стоил он сущие копейки, но даже их хватило бы на пару вечеров в таверне. Посидев несколько минут, Себастьян решил не продавать свиток, а испытать свою удачу, при большом везении свиток мог призвать матерого зомби. Уже этого самого зомби можно было продать на рудники и выручить за него  несколько десятков орвэ, на которые в свою очередь можно прожить месяц. Закинув свиток в наплечную сумку, модой парень вышел из своей съемной квартиры и направился на ближайшее кладбище.
     Себастьян снимал квартиру на окраине города, поэтому идти было не далеко, кладбище города 'Шальве' располагалось сразу же за крепостной стеной. Оказавшись на месте, молодой некромант подошел к ближайшему надгробию, взломал печать на свитке, и начал произносить заклинание. Спустя несколько мгновений, земля у основания надгробной плиты немного взбугрилась, с могилы начал кто-то подниматься, преодолевая преграду в виде грунта. Себастьяна был по жизни оптимистом, поэтому до конца наделся, что ему повезет, но когда с под земли показалась костяная рука, он очень сильно приуныл. Из всего разнообразия низшей нежити ему достался самый никчемный обычный скелет, или же если говорить по-научному 'sceleton vulgaris'.
     Пока бедный скелет выбирался на поверхность, Себастьян думал, что же с ним делать. Единственный вариант, который пришел в голову молодого парня, продать его на рудники с надеждой, что дадут хотя бы один орвэ. На то чтобы выбраться из могилы, безымянному скелету потребовалось около пяти минут, за это время Себастьян успел заскучать из-за чего начал рассматривать склепы стоящие неподалеку.
     Освободившись от оков земли, безымянный скелет огляделся по сторонам, вокруг него было кладбище, на расстоянии нескольких шагов находился живой человек. Одного взгляда хватило, чтобы понять, этот молодой парень не враг, наоборот - друг и соратник. Сделав несколько шагов, скелет оказался за спиной ничего не подозревающегося парня. Несколько секунд он простоял неподвижным истуканом, после чего заговорил.
               - Что там интересного-то?
     Дальше произошло то, чего и следовало ожидать, от неожиданности, молодой неопытный некромант 'шарахнул' в источник звука своим сильнейшим заклинанием. К сожалению, или к счастью, здесь уж с какой стороны посмотреть, самым мощным заклинанием в арсенале Себастьяна было проклятие чесотки. Придя в себя, некромант созерцал довольно интересную картину, напротив него стоит скелет, который чешет свою черепушку, издавая при этом противный скрип.
               - Чешется? - не держался от вопроса Себастьян.
               - Немного.
               - Ты не правильный скелет, - совсем оклемавшись, начал некромант, - ты не должен уметь говорить, ты же низшая нежить.
               - Не понимаю о чем ты, при жизни говорил, почему сейчас должен не уметь? - возразил скелет.
               - Потому что ты нежить!!! - едва не прокричал парень.
               - Не обоснованное обвинение!
               - Да ты вообще бракованный, ты не должен мне перечить! Это же нарушает все законы некромантии!!!
               - Да тьфу на тебя и твои законы, устроил здесь истерику, угомонись, может чаю? Хотя, где я на кладбище чай то найду...
               - Ничего не понимаю, - про себя пробормотал Себастьян, но скелет его все равно услышал.
               - А ты не понимай, просто прими как есть и все, поверь мне и моему опыту, так жить проще, я уже одну жизнь прожил, так что в теме как говориться. Кстати, что делать будем? Не стоять же нам вечность здесь, да и не сможешь ты, загнешься...
               - Я тебя продам, хотя, ты какой-то не правильный, могут не купить, - с горечью в голосе проговорил Себастьян.
               - Тебе нужны деньги? - тут же переспросил скелет.
               - Сейчас нет, но они имеют свойство кончаться, а мои сбережения довольно скудные.
               - Дай мне два месяца, и ты будешь одним из самых богатых людей в здешних местах, -  тут же сориентировался скелет.
     Ему почему-то хотелось помочь этому парню, даже, невзирая на то, что его самого хотят продать.
               - Что может низшая нежить, не смеши меня. Вы умеете лишь выполнять простые команды, не более.
               - Дискриминация!!! - мгновенно возразил скелет, перестав чесать при этом черепушку.
               - А черт с тобой, делай что хочешь, только меня не трогай, - с этими словами Себастьян развернулся и последовал к выходу из кладбища.
               - Постой, как тебя зовут?
               - Себастьян, - не останавливаясь, бросил парень.
               - Постой Себастьян, - не отставал скелет, - своего имени я не помню, но мне всегда нравилось имя Зигмунд.
               - Все равно! Отстань от меня уже!
     По парню было видно, что он сильно расстроен, к тому же этот странный скелет начинал его раздражать.
               - Друг Себастьян, у меня будет к тебе просьба, у тебя случайно не будет лишней пары сапог?
     От столь неожиданного вопроса парень так и замер на месте, развернувшись на месте, он посмотрел на Зигмунда, который в свою очередь смотрел темными провалами глазниц в сторону Себастьяна.
               - Вот скажи мне, кхм, Зигмунд, зачем скелету сапоги?
               - Ответ прост, чтобы не стучать костяшками по мостовой и выглядеть стильно, плюс меня легко можно будет отличить от остальных скелетов.
               - Вопросов больше нет, - тяжело вздохнул парень. - Получив сапоги, ты от меня отстанешь?
               - Даю честное скелетное слово! - положа руку на ребро, торжественно заговорил Зигмунд.
     Спустя несколько часов странная парочка рассталась, Себастьян вернулся к своей обычной жизни среднестатистического безработного ученика некроманта, а скелет по имени Зигмунд вернулся на кладбище, обут при этом в старенькие кожаные сапоги.
     Солнце скрылось за горизонтом, кладбище как бы это странно не звучало, начало оживать. Из могил поднималась разнообразная нежить, начиная от тех же скелетов, и заканчивая привидениями. Со склепов начала выходить местная элита, в лице вампиров, личей и даже парочки драургов. Первое что сделал Зигмунд, это начал добывать информацию, посредством общения со своими сородичами. Так он узнал, что местное кладбище принадлежит Архиличу Клаусу, который обитает в самом огромном склепе. Гуляя по кладбищу, Зигмунд составлял план экстренной помощи своему новому и единственному другу. В один прекрасный момент он остановился возле небольшого склепа, и заслушался исходящей из него музыки...
     'Санта Лючия. Санта Лючия - он парень не плохой. Санта Лючия. Санта Лючия стань для него родной...'
     'Бред' подумалось тогда Зигмунду, после чего последовал дальше. Сделав пару кругов, план был составлен и утвержден коалицией, в составе которой был только один скелет.
     На следующею ночь, неправильный скелет направился в гости к архиличу, где хотел устроиться к тому на службу. Клаус оказался еще тем бюрократом и заставил Зигмунда проходить собеседование вместе с рядом сомнительных тестов. По окончанию этих адских пыток, архилич задал один вопрос.
               - Мистер Зигмунд, зачем вам сапоги? - спросил он.
               - Они попросту мне идут, - ответил тогда скелет.
               - Хорошо, вы приняты, и можете прямо сейчас приступать к некоторым заданиям.
     Зигмунду поручали самую разнообразную работу, начиная от уборки, и заканчивая выселением провинившихся с территории кладбища. Так проходили дни, за ними недели, ранее неизвестный скелет становился известен на родном кладбище. Все чаще в разговорах местных обитателей упоминался скелет в сапогах, правая рука Клауса. Все это время Зигмунд следовал своему плану, ни на минуту не забывая о данном обещании своему единственному другу.
     Когда до окончания двухмесячного срока оставалась неделя, Зигмунд решил начинать действовать. Днем, когда все население кладбища спало, скелет направился к жилищу Себастьяна, чтобы обговорить данное обещание. Молодой некромант оказался дома, появление же скелета для него стало полной неожиданностью.
               - Ты!?? - выпучив от удивления глаза, выдавил из себя Себастьян.
               - Я, - закивал Зигмунд черепом, словно китайский болванчик. - Скуч...
     Договорить ему не дала захлопнувшаяся дверь. Несколько секунд постояв перед закрытой дверью, Зигмунд вновь постучал в нее.
               - Чего тебе надо от меня? - раздалось из-за закрытой двери.
               - Дружище, открывай, нужно обсудить данное мной обещание.
               - Не друг я тебя, - пробурчал парень, при этом приоткрыв немного дверь.
               - Может, впустишь?
               - Может тебя и чаю предложить?
               - Не откажусь, - скрестив руки, утвердительно кивнул Зигмунд.
               - Обойдешься, - фыркнул парень, после чего пропусти гостя в квартиру.
     Спустя два часа, Зигмунд возвращался на кладбище, где ему требовалось всего лишь дождаться ночи. Время пролетело незаметно, кладбище начало вновь оживать, все местные обитатель выходили из своих жилищ. Неожиданно для всех, у главных ворот кладбища появилась фигура в черной рясе. Все тут же оживились, это был живой человек, он не обращая внимания на окружающую его нежить, спокойно двигался к центральному склепу.
               - Клаус! - добравшись до цели, прокричал Себастьян. - Выходи, у меня есть дело к тебе!
     Каменная дверь жилища архилича скрипнула, под лунный свет вышел сам хозяин дома.
               - Смертный, ты пришел сюда умереть? - скрипящим голосом спросил Клаус.
               - Нет, мне нужна твоя консультация, хочу оформить лицензию некроманта, а чертовы бюрократы не пропускают мою заявку. Слышал, ты разбираешься в этом деле.
               - Друг мой, что ж ты раньше не сказал, присядем, - ласково пролепетал Клаус, усаживаясь на одну из могильных плит в нескольких метрах от своего склепа.
     Убедившись, что все идет по плану, Зигмунд приступил к своей части плана. Все-таки не зря он прислуживал  Клаусу, тем самым он смог выучить его повадки, слабости. Все это помогло ему, обычному скелету, составить простой и в тоже время удачный план обогащения.
     Спустя шесть часов, квартира Себастьяна...
     Зигмунд сидел в кресле, и от нечего делать в третий раз пересчитывал честно украденные у Клауса деньги. К слову не малые деньги, дань со всех жителей кладбища за последние двадцать лет. Идея ограбить архилича пришла сама по себе, после того как удалось немного побродить по кладбищу и пообщаться с местным населением.
     Внезапно входная дверь квартиры открылась, и в нее вошел Себастьян. На парня было жалко смотреть, еще бы, пять часов слушать Клауса и его рассказы о тонкостях бюрократии еще та пытка. В очередной раз скелет обрадовался, что у архилича была слабость к бюрократии, он попросту не мог не говорить о ней, если речь заходила о ней.
               - Сколько там? - кивнул на пару мешков, спросил Себастьян.
               - Много, очень много, хватит не на одну жизнь, друг мой. А теперь собирай вещи, пора сваливать с города, пока Клаус не начал нас искать. Поедем, пожалуй, на курорт какой-то...
     Конец, а кто читал тот молодец)))

Новогоднее чудо

     Лилия Гриненкова
     
     Группа ВК
     ВК
     -          Ещё коктейля! - заплетающимся языком сказал молодой парень в серебряной форме с четырьмя крыльями на спине, прилично набравшийся алкоголя за этот вечер.
     Бармен-бреторианец только неодобрительно покачал головой, но налил тому ещё мутно-зеленой жидкости. Пока клиент платит, он наливает.
     Лейтенант небольшого отряда наёмников появился на Джете семь в пограничной зоне между Звездным королевством, СОФ и Республикой вместе с тремя шаттлами таких наёмников Звездного королевства. За это недолгое время человек заработал себе хорошую репутацию. Исправно в одно и тоже время приходил в бар, неизменно заказывал слабые горячительные напитки через пару часов уходил. Пару раз устранял разногласия, грозящие перерасти в потасовку между другими наёмниками. Но не сегодня.
     Осушив в один присест стакан с коктейлем, наёмник тяжело вздохнул.
     -          Третья неделя и все впустую, - пробормотал он. - Три недели не можем выковырять эту симбиотическую тварь из туннелей. Гадина прочно засела.
     Бармен навострил уши. Этот парень не просто наёмник, что прилетают сюда за легкой наживой, а из сил зачистки королевства? Тех самых что прилетели на эту границу истребить ужасных чудовищ, что водятся в глубоких туннелях планеты. Обычно они не особо распространяются о своих делах и даже тем, кто живет на этой планете приходится собирать информацию по крупицам. И вот теперь один из солдат собирается раскрыть ему правду.
     -          Засела гадина на перекрестке, устроила там своё гнездо с золотым яйцом и, пожиратель её дери, никак не выкурим оттуда! Уже и туннели заваливали, и газ пускали, и огнем сжигали, да все без толку. А до меня ещё года два никто не мог справится с ней. Ещё коктейля!
     Бармен услужливо налил ему ещё коктейль, только в этот раз незаметно добавил синий порошок. Он позволял дольше оставаться в сознании, когда человек уже порядком перебрал. Информация того стоило.
     -          А ведь сегодня новый год. Тридцать первое число, - при этом парень ткнул бармену под нос круглое устройство на руке с тремя стрелками и какими-то непонятными символами.
     Видя непонимание, тот махнул на него рукой.
     -          Да что ты понимаешь, инопланетянин рогатый, - махнул тот рукой.
     Бреторианец с обитой посмотрел на человека. Между прочим, рога на его родине считались признаком мужества, и чем они больше, тем больше уважения было у бреторианца.
     -          Тридцать первое! Сейчас бы [оливье], [шампанского], голубой огонёк, послушать речь нашего бессменного президента, выйти на улицу запустить фейерверки, вернуться домой и упасть лицом в салат! Во! [Оливье] мне!
     Бармен непонимающе посмотрел на странные требования посетителя. Тот требовал и говорил уже о чём-то совершенно не том, что нужно. Бреторианец подумывал подсыпать тому ещё порошка, который развяжет нерадивому человечишке язык, но не успел.
     Дверь буквально слетела с петель, заставив всех посетителей бара в это темное время суток, вздрогнуть. Но ещё больше дрожи вызвал тот, кто вошёл в это помещение.
     Каждый сектор, каждое королевство, каждая галактика были известны чем-то своим уникальным и неповторимым. Союз Объединенных Федераций славился пожирателями, грозными противниками, против которых выступают все галактики Союза. Граница между Звездным королевством, территориями птеридов и росверов славилась водившимися там монстрами - симбионтами, которых время от времени зачищают наёмники и специальные армейские отряды. Империя прославилась императором, за которым неотступно следует зеркальный убийца. Ну а Звездное королевство было известно жестокостью, цинизмом, специфическим юмором и вместе с тем гениальностью Королевского Техника. Его почитали, его уважали и вместе с этим боялись до ужаса.
     Высокий, четырёхрукий робот, с ног до головы снаряженный оружием. Его золотое покрытие и зловещие глаза камеры вызвали дружный 'ой!' и пару обмороков бывалых солдат и наёмников.
     Ужас Звездного королевства, Королевский Техник, вошёл в помещение, согнувшись из-за своего роста. Осмотрев всех внимательным взглядом, он в итоге нашёл свою цель. Да, того самого зеленоглазого юношу, просившего новую порцию коктейля.
     -          Лейтенант Синего крыла Рейзор. Вы командуете наземными силами зачистки? - металлический голос Техника вызвал страх у многих.
     Робот отличался отсутствием моральных норм и специфическим юмором, для некоторых - смертельным.
     -          Отстать, у меня праздник.
     Все замерли, в том числе и немногочисленные солдаты, вошедшие вместе с Техником. Никто и никогда не смел ТАК разговаривать с Техником. А те, кто смели, очень скоро отправлялись проведать бездну космоса, в лучшем случае.
     Глаза-камеры Техника вспыхнули зловещим огнем. Металлическая рука схватила лейтенанта за шиворот, а затем Техник потащил его к выходу.
     -          Аккуратней, железяка! Ты человека тянешь, а не [мешок картошки]! - но пьяный возглас лейтенанта был проигнорирован.
     На улице было на удивление холодно. Обычно низкие температуры не свойственны этой части планеты, но из-за постоянных бомбардировок тварей, засевших в глубинах планеты, рельеф планеты начал меняться и климат так же подвергся изменениям.
     Техник, прибывший в столь поздний час большими силами в следующие полтора часа поднял все военные силы по сигналу боевой тревоги. Все это время лейтенант пытался вырваться из стальной хватки и вяло что-то говорил своим солдатам, которые, впрочем, быстро перешли под командование королевского Техника, как более адекватного командира и имеющего больше полномочий.
     Через четверть часа началась сама операция. Три армии, разбитые на многочисленные группы, одновременно вошли во все значимые входы туннелей на поверхности и методично начали выжигать засевших там симбиотических тварей.
     -          Синему, желтому и зеленому блоку пересечься с красным в точке А54, перестроится и перегруппироваться.  Фиолетовый и зеленый слишком медленно проходят вглубь туннелей. Увеличить их количество после прохождения двенадцатого уровня за счет запасного блока Альфа шесть. Отрядам Синего крыла расставить маяки в точках 9.25, 6.0, 7.7 и 4.76 для наведения фотонных орудий.
     -          Не успеют. Да и операция провалится, - философски изрек лейтенант, стоящий рядом с Техником и генералами у голографической многоуровневой карты, - Тварь закроет проходы с севера и юга, а потом скорее всего прорвется через западную ветвь туннелей, прямо в тыл вот этой группе точек.
     Генералы с неодобрением посмотрели на него.
     -          Отдыхайте лейтенант, - сказал ему краснокожий инопланетянин в генеральских погонах с характерным акцентом жителей центральной части Звездного королевства. - Вы нам сегодня вряд ли поможете.
     -          Если только кое-кто меня отпустит.
     Техник, на удивление спокойно, отпустил.
     Лейтенант вышел на морозный воздух, прошёлся по военному полигону, по которому ходили редкие в часы операции солдаты и сел на один из ящиков с медоборудованием. Старые наручные часы, пережившие очень многое, тихо тикали, отсчитывали минуты до нового года.
     Лейтенант вздохнул. Тридцать первое декабря. Где-то там, на его далекой и родной голубой планете Земля скоро будет новый год. Дед Морозы будут ходить по улицам и дарить подарки, будут звучать куранты, небеса разожгут огни фейерверков. А он здесь, в миллионах световых лет от родной Земли на пограничной планете участвует в спецоперации по уничтожению живучих инопланетных тварей.
     Один единственный землянин. Сколько раз он пытался найти своих соплеменников, сколько планет он обследовал и галактик пересек. Тот феномен, что отправил его за пределы родной Земли, больше не повторялся.
     Чувство глубокого одиночества пронзило его. И неважно, что в лагере было чуть больше двух сотен разного рода существ. Неважно, что над планетой собрался целый флот, и что гигантские корабли застилали такие яркие, но такие чужие звезды на небосводе.
     Минутная стрелка коснулась 12. Цифры на дополнительном циферблате сменились на 01.01 Полночь.
     Лейтенант закрыл глаза и прошептал слова. Слова желание. Желание найти таких же землян, как и он.
     И в эту секунду вместо залпа фейерверков небо озарили вспышки фотонных орудий, пускающих свои заряды в разные точки планеты.
     -          С новым годом! - лейтенант стер едва образовавшуюся слезу.
     Это все коктейль. Коктейль помутил разум и пробудил давно забытые воспоминания, заставляя лейтенанта впасть в уныние. Но на холодном воздухе разум быстро прояснялся.
     Он сейчас не землянин, а лейтенант, тот самый, который должен руководить отрядом зачистки твари, засевшей где-то в глубинах. И ему следует сейчас быть в штабе. И извиниться перед Техником. Только личный приказ королевы не трогать всех Крылатых, кто относится представителям Союза, позволил ему так легко избежать наказания за свои слова.
     Но планам лейтенанта не суждено было сбыться.
     Техник сам подошёл к нему. Беззвучно для такого гигантского робота. Лейтенанту и прежде приходилось работать с Техником на некоторых заданиях. Идеально начищенная броня отражала свет прожекторов, а синие сияние фотонных орудий придавала его фигуре зловещий оттенок, а синие сияние фотонных орудий придавала его фигуре зловещий оттенок.
     На удивление в его руках была бутылка по форме точь-в-точь шампанское. Темно-зеленая, стеклянная. Даже этикетка похожая, разве что названия все были на языке Звездного королевства.
     -          Сегодня на удивление морозный вечер, - робот протянул лейтенанту бутылку. - Самое время отпраздновать нашу победу над королевой этого роя.
     -          Мы ещё не победили, - сказал лейтенант, но бутылку взял.
     И стоило ему сделать глоток из горла и чуть не подавился. Снова посмотрев на этикетку, затем перевел удивленный взгляд на Техника.
     -          Почти как настоящее. Только чересчур сладкое, - понимающе кивнул тот.
     Лейтенант сделал ещё глоток, чтобы убедиться. Действительно, вкус был точно таким, каким он его помнил там, на далекой Земле.
     -          Да это настоящее [шампанское]! - возмутился тот.
     -          Ну хоть кто-то оценил мои кулинарные поиски, - тяжелая рука мягко постучала по спине парня.
     -          Не понимаю, - шепнул лейтенант.
     Он попытался совместить в своей голове все, что знал о Технике. Робот, один из центров охранной система Звездного королевства, функционирующий уже более нескольких сотен лет. Робот, которого боялись и которого уважали. О котором ходили слухи будто бы он вовсе не робот, а внутри него кто-то сидит и управляет. Имевший огромную базу знаний и умений. И вот он просто так угощает лейтенанта [шампанским]?!
     Нет! Не может быть! Робот не может быть ни кем из его соплеменников или друзей с Земли.
     -          А ведь сегодня новый год, - задумчиво сказал Техник. - Две тысячи пятый? Две тысячи сотый? Трехтысячный? Хотя какая разница. Это первый год, когда хоть кто-то понимает, о чём я говорю.
     Лейтенант неверяще уставился на Техника.
     -          Ты первый, Алексей. Первый за сотни лет такой же землянин как я. И встретить тебя здесь, на задворках галактики настоящее чудо.  Новогоднее чудо.
     Алексей. Именно так когда-то звали лейтенанта. И если робот знает его имя, значит в прошлом они были знакомы прежде. И не просто знакомы. Они когда-то были лучшими друзьями.
     -          Сашка? Сашка Белов?!
     -          Он самый.
     -          Но как? ... Как ты узнал меня? Я же....
     -          Изменился до неузнаваемости? В первую встречу по глазам. Понадобился не один год, чтобы удостоверится о том, что это ты. А здесь убедился по [мешку картошки], сказанному русским языком, - робот хмыкнул. - С этими технологиями продления жизни порой сам себя не узнаю.  Я многое хочу у тебя спросить. Да и тебе было бы интересно, как я оказался заперт в этом скафандре без права выхода. И я расскажу. Но только не под светом прожекторов и сотнями глаз. Я знаю отличное место на другом краю галактик. Курорт для избранных. Самое то, чтобы отдохнуть как нам полагается.
     -          Секундочку! А как же тварь?! Тут же три армии!
     -          Ты оказался прав. Даже такими силами мы её не выкурим из туннелей. Умная тварь. Следует сильно пересмотреть нашу стратегию. С этими словами Техник сделал жест и перед ними открылась воронка портала. Но перед этим он огляделся, а затем выловил первого попавшегося солдата.
     -          Должность-имя-взвод?!
     Совсем ещё молодой парнишка побледнел как полотно, когда Техник схватил его, но проявил чудеса выдержки.
     -          Смотритель склада Рейгон, взвод командира Левингтона из третьего подразделения, - отрапортовал тот почти без запинки.
     -          Значит так, Рейгон, идёшь в штаб, берешь командование тремя армиями на себя, и чтобы к утру планета была зачищена. Лично проверю. А чтобы никто не возмущался - вот, - Техник впихнул ошарашенному парню, снятый с пояса золотой бластерный пистолет. - Соответствующий приказ будет через минуту. Все ясно? Выполнять!
     -          Т-так т-точно!
     Забыв про парня, Техник и лейтенант вошли в портал. Друзьям, разлученным времен и расстоянием и воссоединившимся вновь где-то на окраинах далеких миров, не терпелось рассказать друг другу все, что накопилось за долгие годы поисков и странствий.
     -          Слушай, а мы ведь так и не закончили на Джете семь, - вспомнил лейтенант, когда спустя неделю они с Техником сидели на курорте под лучами яркого солнца на крыше огромного отеля.
     -          Помнишь того парнишку? Которого я назначил главным?
     -          Ну?
     -          Видимо страх передо мной заставил открыть весь потенциал, потому что к утру сердце роя - золотое яйцо и королева были дезинтегрированы.
     -          Да ладно?! Осада уже больше двух лет длилась!
     -          Парень совершил чудо. Да и то, что мы с тобой встретились тоже чудо, не находишь?
     -          Ага. Новогоднее чудо.

По эту сторону стены

     Алекс Ланг
     
     Группа ВК
     ВК
     Говорят, в этих огромных коробках из серого камня и железа когда-то жили люди. Подумать только, уходящие на многие сотни футов под землю или теряющиеся в небесах дома. Невероятно прочные, вмещающие в себя сотни семей и одиночек. Жилище, в котором можно выращивать и хранить еду, добывать воду, получать знания и даже деньги. Это настолько удивительно, что, скорее всего, большая часть из этого простая выдумка бродяг.
       Так или иначе, но сейчас даже не разрушенные дома годились лишь для того, чтобы хоронить в них мертвецов. Труп брали за руки и ноги, несколько минут раскачивали под пение уходящих, после чего швыряли в глубокий темный провал. Старые песенники в таких случаях говорили странную фразу: 'Ушел навстречу лифту'. Но в чем ее смысл не знал уже, наверно, никто...
       После того, как погребальная группа получила деньги, Андрэ остался один. Некоторое время он пристально смотрел в глубину провала, словно пытаясь там что-то разглядеть. На самом деле, Анрэ собирался с мыслями, проверял на месте ли былая уверенность. Лишь после этого, он твердо кивнул и решил, что пора уходить. Убираться не только из этого места, а из привычного для него мира. Пусть отец был тем еще засранцем, только он связывал Андрэ с жизнью в этой пустыне отчаянья. А сейчас пропала и эта тонкая ниточка...
       Вообще, крошечный островок, на котором они жили, назывался Тоэ. Но Андрэ не мог, да и не хотел называть его так. Если даешь чему-то имя, ты непременно к этому привязываешься. Рано или поздно. А он не хотел становиться частью места, где открыто завидуют мертвецам.
       Остров, который можно обойти всего за день, вмещал в себя шесть крупных родов, десяток семей и несчетное количество одиночек. Так как в старых каменных домах жить было опасно, большинство строили свои. В основном, это были обычные земляные насыпи, но кто-то умудрялся возводить настоящие укрепления из остатков домов многовековой давности. Те же песенники рассказывали, что в прошлом, помимо каменных домов, были еще и деревянные. Но в это было слишком трудно поверить. Дерево, как и большинство растений, здесь очень большая редкость. С ними обращались так бережно, как не ухаживали за умирающими. Не говоря уже о том, что вокруг была только пыль, грязь и камень, так что плодородную почву вместе с водой приходилось воровать внизу.
         Разве это нормально?!
       Пусть Андрэ никогда не слышал о другой жизни, но ему казалось, что все должно быть иначе. На самом деле, мир не такой жестокий, каким он его видит. Все это какая-то ошибка, нелепое недоразумение.
       Пару раз он даже пытался поговорить на этот счет с отцом. Однако, тот был непреклонен:
     -- Андрэ, не выводи меня из себя всякими глупостями! Все именно так как есть! Или ты опять бродяг наслушался, с их рассказами про Стену. За деньги они тебе что угодно придумают!
     -- Но ведь Стена существует. Ее видели...
     -- Кто ее видел? Ты ее видел? Или, может, знаешь кого-то, кто ее видел лично? То, о чем они говорят, просто чей-то бредовый сон и ничего больше! Так что просыпайся, наконец, и помоги мне!
       И всегда Андрэ соглашался с ним. Ведь, если подумать, он и правда никогда не встречал людей, которые видели загадочную Стену на востоке лично. О ней ходило множество историй. Например, что за ней лежат земли, которые не захватили древорки. Там по-прежнему живут люди в своих гигантских домах и даже не подозревают о том, какая катастрофа произошла по соседству. Но рассказчики никогда не называли имен тех людей, от кого они услышали все это.
     'Якобы услышали', -- как сказал бы отец Андрэ.
       Но сейчас он покоится на дне шахты. А, значит, больше не может отговаривать Андрэ. Будучи простым лямочником, он не оставил после себя ни денег, ни хорошей работы, ничего что могло бы заставить Андрэ передумать. Да, он допускал, что может погибнуть по дороге, но Андрэ это вполне устраивало. Все что угодно, лишь бы выбраться за пределы этого поганого мирка!
       Андрэ улыбнулся, надел маску и вышел из погребального дома. Привычно зажмурился и выждал, пока сильный порыв ветра, под завязку наполненный песком и грязью, не пронесся мимо. Больше всего такого мусора в старых районах, так что может и не врут, когда говорят, что это мельчайшие остатки развалившихся домов.
       Выйдя за пределы погребального района, Андрэ сразу же направился на Окраину. После Сердцевины, это был крупнейший рынок, который работал в любое время суток. Если кто-то из продавцов уезжал, их место тут же занимали новые люди. А по большим праздникам сюда стягивались даже бродячие торговцы. И все потому, что место располагалось на границе владений рода Мышей и Кротов.
       Здесь Андрэ продал те немногочисленные вещи, что остались после его отца и купил припасов. Новые ботинки, гораздо прочнее старых мокасин, куртку, удобный нож с упором и тяжелой рукоятью. Ну и, конечно, еды -- пяток свежих крыс, которые хоть и выглядели тощими, но трепыхались очень резво. По самым скромным прикидкам, их должно было хватить как минимум на пять дней. Воду Андрэ покупать не стал -- он собирался идти через территорию древорков, а там этого добра более чем достаточно. Откровенно говоря, еды там тоже хватало, но лишними эти крысы точно не будут.
       После того как Андрэ переоделся и упаковал продукты в мешок, он двинулся к Восточному Краю. Древорки показывались на поверхности либо ранним утром, либо ближе к сумеркам. Так что Андрэ нужно было как можно быстрее успеть спуститься и найти себе убежище.
       Путь до Края занял почти целый час. Новые ботинки сильно натирали ноги, так что Андрэ несколько раз останавливался и бинтовал больные участки. Несмотря на перерывы, ему повезло прийти как раз  во время смены. Водоносы, которые зачерпывали воду внизу, менялись местами с теми, кто затаскивал их наверх, а потом сливали в общий резервуар.
       Спросив несколько добытчиков, Андрэ удалось договориться, что его спустят вниз за целую крысу и пару монет вдобавок. Свободных лебедок не было, поэтому его подсадили к двум водоносам. Один -- лысеющий старик, второй - безразличный ко всем парень, который, перегнувшись через перила, смотрел в одну точку. Как только Андрэ расплатился, лебедка поехала вниз, на глубину ста двадцати футов.
     -- Куда же тебя понесло, парень? -- в отличие от своего товарища, старику было интересно все.
     -- Просто хочу посмотреть, что творится внизу.
     -- С таким то мешком, ага. Или ты, думаешь, я крыс, которые у тебя там копошатся, не услышу?
       Андрэ отвел взгляд и промолчал.
     -- Стену, небось, идешь искать? К ней часто кто-нибудь отправляется.
     -- И как, находят? Возвращаются?
     -- Ни разу неслышал.
     Лебедка остановилась в десяти футах от поверхности. Водоносы привычно перелезли через перила и прыгнули вниз. Андрэ последовал их примеру и оказался по голень в воде.
       Все правильно. Здесь был небольшой источник, откуда люди и таскали воду. Ближайшая река была почти в миле отсюда. И хоть вода там была гораздо чище, носить воду на такое большое расстояние в голову не пришло никому. И дело даже не в дальности, а в опасности. Если древорки выберутся на поверхность, рабочие возле источника успеют спастись - запрыгнут в лебедки, их вытянут наверх. По какой-то причине чудовища никогда не забираются туда. А вот у реки, скорее всего, не выживет никто...
       Древорки опутают корнями, сдавят изо всех сил, разорвут на части и впитают в себя кровь, словно воду.
       Словно уловив мысли Андрэ, к нему обернулся тот самый любопытный старик.
     -- Если сомневаешься, не ходи туда. А то, что ты сомневаешься, понятно даже тебе самому.
     Если Андрэ и сомневался, самую малость, то эти слова снова подхлестнули его. Он молча дождался, пока дед заполнит свое ведро и уйдет цеплять его за крюк на конце веревки, которую тут же начали тянуть вверх. Пока никого не было рядом, достал фляги и набрал в них воды.
       Все. Больше ни от людей, ни от этого мета, которое отец называл домом, ему ничего не было нужно.
       Андрэ некоторое время шел вдоль источника, пока твердая глина и песок под ногами не сменились настоящей почвой. Не той смесью пыли и грязи как наверху, а настоящей влажной и рассыпчатой землей. Он настолько редко видел такое чудо вживую, что даже остановился и некоторое время просеивал землю сквозь пальцы.
       Подумать только, все это принадлежало древоркам. Тогда как люди вынуждены были выращивать растения на собственных отходах. Были, конечно, бригады почводобытчиков, которые доставляли ворованную почву наверх. Но вблизи Краев было слишком мало хорошего материала. А рисковать жизнями впустую не хотел никто.
      Наконец, отвлекшись от своего занятия, Андрэ поднялся и сориентировался. Этот участок он видел много раз с вершины Края. Но, одно дело видеть и совсем другое - находиться здесь. Тем не менее, он все просчитал и выбрал нужное направление. Сначала, на север через редкие рощицы, затем, найти реку и идти вдоль нее на восток. Затем, к холмам, которые со всех сторон окружены плотным лесным массивом. А потом... а вот потом, мир кончался. Дальше никто не забирался. Вернее, не забирался из тех, кто мог бы вернуться и все рассказать. А, значит, не существовало ни карт, ни подробных рассказов. Возможно, если забраться на самый высокий холм, оттуда можно будет увидеть краешек Стены. Но Андрэ на это особо и не рассчитывал. Скорее всего, придется идти по наитию.
       К тому моменту, когда Андрэ, наконец, достиг холмов, он уже изнывал от голода. Он мог бы наскоро перекусить, но не решался утолять голод, пока не найдет убежище.
       Пусть это и заняло много времени, в итоге он нашел что хотел. Сначала, Андрэ думал, что присмотренное им место -- чья-то землянка. А раз так, значит, он наткнулся на следы одного из таких же путешественников, которые ушли искать Стену. Но потом вспомнил рассказы о громадных животных, что водятся внизу. Подумав, он решил, что это действительно больше похоже на нору животного -- люди так не строят. Но убежище было давно заброшено, так что опасаться внезапного возвращения хозяина не приходилось.
       Наскоро удалив голод сырым мясом, Андрэ сделал из кучи веток у входа лежак. Парень прикинул, что до середины утра он скорее всего не проспит, а придет в себя где-то за полночь. Если будет именно так, то следует взобраться повыше и осмотреться. С этими мыслями, он повалился на лежак и, не смотря на новую обстановку и чувство опасности, сразу же провалился в сон...
       ...и проснулся!
       Сначала Андрэ не понял, почему вдруг подскочил и схватился за нож. И только когда липкая паутина сна истаяла, осознал.
       Крик! Женский крик! Причем, совсем неподалеку.
       И снова, не отдавая себе отчет, Андрэ кинулся наружу. Его даже не остановил тот факт, что сейчас на поверхность только-только опустились сумерки...
       Во всем виновата привычка. Там, на верху, где он раньше жил, женский крик чаще всего означал прилюдное наказание. Провинившуюся женщину раздевали и отдавали всем желающим. Попутно, за гроши продавали все ее вещи. Кстати, именно так Андрэ почти за бесценок приобрел добротную флягу, которую потом отобрал отец. Так что, если кто-то слышал крик, сбегались все. Ведь первым доставалось самое лучшее. И речь шла не только о вещах...
       Когда Андрэ понял свою ошибку, было поздно. Он уже взобрался на холм, где впервые увидел... его...
       Древорк были даже страшнее, чем в рассказах. Но в одном, описания и реальность были правы -- больше всего древорки похожи на деревья с фигурами людей. Вместо ствола две мощные ноги, которые заканчиваются спутанными узлами корней. В том месте, где расходится крона - полукруглый нарост, в котором угадывались черты человеческого лица: глаза, нос, рот, даже что-то наподобие ушей. Но при всей схожести, лицо абсолютно неподвижно, оно словно вырезано в коре ножом.
       Вверх и вбок из головы росли ветви, хаотично, в полнейшем беспорядке. Со стороны они могли бы сойти за что-то типа волос, если бы прямо сейчас они не опутывали тело молодой девушки. Ветви были чересчур гибкими - они скользили, оплетая сначала руки, затем, ноги жертвы, а потом, растягивали их в стороны, будто древорк хотел разорвать девушку на части. И, если на этот счет рассказы тоже не лгут, все будет именно так. Древорки не прочь утолить жажду человеческой кровью...
       Девушка уже не могла кричать -- она только хрипела и захлебывалась слезами. Ее длинное белое платье порвалось, а русые волосы, собранные в косу, растрепались.
       Она была явно не из этих мест. Одежда, внешность - все выдавало в ней чужестранку. И этот факт каким-то непонятным образом заставил Андрэ действовать. Он не понимал, что толкнуло его сжать сильнее нож и кинуться на древорка. Просто, где-то на задворках сознания Андрэ был убежден, что незнакомка способна помочь ему. Если быть точным, только она и способна помочь ему...
       Андрэ разогнался и прыгнул на спину древорку. Если так можно сказать про тех, кто и тела нормального не имеет. Анрэ изо всех сил принялся колоть и рубить ствол, но кора была слишком толстое - лезвие с трудом проникало на треть. К тому же, не наносило никакого видимого урона.
       И, тем не менее, безрассудный поступок Андрэ сработал. Древорк издал звук, похожий на частый сухой треск и попытался поймать Андрэ ветвями-волосами. Видимо, из-за этого чудовище ослабило хватку девушки, и та смогла высвободить ногу. Она тут же принялась пинать ближайшие ветви, еще больше мешая древорку. Андрэ, в свою очередь, спрыгнул на землю и едва не попался - корни монстра тоже пришли в движение. Они попытались оплести ноги, но двигались они гораздо медленнее ветвей, поэтому при должной внимательности, опасности не представляли.
       Тем временем, девушка освободила вторую ногу и руку. Андрэ хотел было помочь ей с последней ветвью, но после очередного удара древорка, он вдруг остался без оружия. Лезвие слишком глубоко вошло в дереве. Когда Андрэ попытался вытащить его, сталь сломалась и в руках осталась только бесполезная рукоять.
       Однако, пока Андрэ отвлекал древорка на себя, девушка смогла мощным ударом ног сломать последнюю ветку и освободиться. Она тяжело упала, но тут же вскочила на ноги и бросилась к Андрэ.
     -- Быстрее! Нужно уходить! - она схватила его за руку и потянула за собой.
     -- Да... - Андрэ еще не отошел от боя и собственной выходки, так что некоторое время просто бежал за девушкой. Но потом, перехватил руку и потянул уже за собой.
     -- Эй, ты куда?
     -- Там у меня убежище. Я оставил там припасы.
     -- Если хочешь жить, даже не думай возвращаться! Может, древорки медленно передвигаются, но хорошо слышат. Наверняка, о нашей драке уже знают остальные. Нет, на поверхности нам не спрятаться.
     'На поверхности?' -- заторможено подумал Андрэ, -- 'Что она имеет в виду?'
       Пока они петляли между холмов, Андрэ наконец-то смог рассмотреть свою спутницу более пристально. Бледная, но нежная кожа, пышные русые волосы, яркие изумрудные глаза, высокая грудь. Не смотря на простой, без всяких изысков, покрой платья, оно смотрелось очень... очень...
     'Благородно', -- вспомнил он устаревшее слово.
       А вместе с тем, вспомнил, что эта девушка ему знакома. Вот только где и когда они могли встречаться? Если бы такое и правда было, Андрэ не забыл бы, это точно. Может, у него не хватало силы и отваги, но с памятью дела обстояли отлично!
     Очень странное чувство...
     -- Нет!!!
       Девушка резко дернула его за руку, заставляя сменить направление. Андрэ запоздало заметил, что из-за своих мыслей, они едва не влетели в западню. Рощица, которую им пришлось обогнуть, была забита древорками. Они прятались в тени обычных деревьев, но даже так Андрэ успел заметить четверых или пятерых.
     -- Как я и говорила, они уже знают про нас. Будут пытаться отрезать от воды.
     -- Воды? - кажется, Андрэ начинал понимать, что задумала девушка. И это ему очень не нравилось.
       Они выбежали к берегу реки, но справа и слева стягивались древорки. Они хотели во что бы то ни стало перекрыть беглецам единственный путь к отступлению.
     -- Быстрее!
       Девушка изо всех сил рванула к воде. Она уклонилась от одного древорка, буквально выскользнула из растопыренных ветвей второго, но третий... третий успел зацепить корнями ногу и девушка упала, распластавшись по земле. Она тут же перевернулась на спину, пытаясь отбиться второй ногой, но корням ее удары не наносили никакого вреда.
       А тем временем, соседние древорки тоже потянули к девушке свои ветви, корни, сучья. Нужно было как можно быстрее спасать девушку. Вот только на этот раз, у Андре не было никакого оружия. Да и противников в несколько раз больше. Пожалуй, единственное, что он мог сделать...
       Андрэ поднес ладонь ко рту, до ломоты в зубах сжал челюсти и дернул руку в сторону. Из глаз брызнули слезы, в горле застрял стон, полный боли. Зубы вспороли кожу, прокусили мясо - разорвали ладонь в лохмотья. Он постарался собрать как можно больше крови в лодочке из ладоней и выплеснуть ее на корни, опутавшие девушку.
       Как только багровые капли коснулись змеевидных отростков, древорк издал звук, похожий на щелканье и начал жадно впитывать в себя влагу. Одновременно, за кровью потянулись и ветви соседнего древорка. Однако, первый недовольно перехватил ветви своими конечностями и начал недовольно трещать.
     Отлично!
       Андрэ увернулся от двух древорков, зашедших со спины и кинулся к девушке. Снова плеснул накопленной кровью на монстров, заставляя их сцепиться друг с другом и забыть про пленницу. Он перепрыгнул корни, распластавшиеся по земле ковром, поднырнул под ветвями и схватил за локоть девушку, которая уже начала подниматься.
       Вместе они сделали последний рывок и прыгнули в реку.
       Андрэ думал, что спутница хочет переплыть на другой берег, но та потянула его вниз.
       Он запаниковал. Рефлекторно набрал воздуха и задержал дыхание, не смотря на то, что плавать не умел. Да и где в его мире можно этому научиться?
       Когда вода поглотила Андрэ с головой, он пришел в ужас. Начал судорожно двигать руками и ногами, надеясь подняться на поверхность, но его тащило вниз. Все глубже и глубже, пока воздух в легких не кончился...
       Очнулся Андрэ в очень странном месте. Длинный узкий коридор, весь в стальных пластинах и странных длинных светильниках. Большая часть из них не работала, но пять или шесть давали тусклый рассеянный свет. Он оглянулся и заметил, что футах в двадцати позади него коридор обрывался. Только внизу было какое-то узкое прямоугольное отверстие, вроде люка, откуда доносился плеск воды.
       Он попытался подняться и понял, что слишком устал. Сил хватало лишь на то, чтобы перевернуться. Вдобавок, его била дрожь. Одежда сковала тело ледяной пленкой.
       Рядом лежала девушка. Заметив, что Андрэ пришел в себя, она повернулась к нему.
     -- Спасибо, за то, что спас меня. Дважды.
     -- Да...
       Андрэ кивнул и тяжело привалился к стене. У него было так много вопросов к девушке, но сейчас не осталось ничего, кроме усталости и пронизывающего холода.
     -- У тебя кровь. Давай, я перевяжу ладонь.
       Девушка оторвала от подола платья полоску ткани и замотала руку Андрэ.
     -- Как тебя зовут?
     -- Мара.
     -- Красивое имя.
       Девушка отвела глаза. Не то чтобы ей было неприятно внимание Андрэ, скорее, девушку что-то тяготило.
     -- Что это за место?
     -- Подводная лаборатория.
     -- Лабо... что?
     -- Можно сказать, это дом древорков.
       Андрэ в ужасе дернулся, но Мара успокоила его.
     -- Я неверно выразилась. Скорее, это место, где они родились. Но сейчас тут никого не осталось. К тому же, древорки не умеют плавать.
     -- Я не понимаю, -- признался Андрэ.
     -- Не важно, -- Мара устроилась рядом и положила голову ему на плечо, -- Главное, мы в безопасности.
       От такой близости у Андрэ перехватило дыхание. Конечно, он уже не раз был с женщиной. Но там, наверху, все сводилось к быстрому сексу. Время ценилось настолько, что просто посидеть рядом с кем-то небезразличным тебе, было непозволительной роскошью. Да и Мара оставляла далеко позади всех женщин, с которыми Андрэ был. И дело даже не в красоте. А в том странном чувстве, которое возникало каждый раз при взгляде на нее. Будто, из всего окружающего мира, она одна была настоящей.
     -- Зачем ты здесь? - внезапно спросил он.
       Андрэ и сам не понимал, что значили его слова, но задать их он обязан.
     -- Чтобы помочь тебе.
     -- В чем?
     -- Добраться до стены.
     -- То есть... получается, ты оттуда? Из-за Стены?
     -- Что-то воде этого.
       Девушка грустно улыбнулась и приложила палец к его губам.
     -- Пожалуйста, не надо больше вопросов.
     -- Но почему? За сегодняшнюю ночь произошло столько всего...
     -- Потому что, я боюсь... я боюсь, что если расскажу все, ты не поверишь. Но, самое главное, я боюсь, что ты повернешь назад. А тебе во что бы то ни стало нужно перебраться через эту проклятую Стену.
       Она замолчала, а он не решался заговорить.
     'Стена, значит... надеюсь, это действительно того стоит...'
     -- Надо просушить одежду, иначе заболеем, -- наконец, подала голос Мара.
       Девушка пересела напротив и помогла Андрэ снять рубашку.
     -- Боюсь, без нее я замерзну еще быстрее.
     -- Ничего. Я тебя согрею, -- Мара потянула завязки на платье и скинула его с себя.

       Она сдержала слово - показала дорогу до Стены и тут же исчезла. Через лабиринт подземных проходов Мара вывела его к бескрайнему пустырю. В отличие от владений древорков, здесь не было абсолютно ничего. Почва сухая и твердая, вся в глубоких трещинах и разломах. Растений почти нет - лишь изредка попадались кустарники с колючками или хрупкими сожженными листьями. Ни воды, ни еды - только грязь, пыль и безысходность. Словно, опять наверх попал, к остальным.
       Чтобы добраться до Стены, нужно было всего лишь на всего пересечь пустырь. Казалось бы, нет ничего проще. Каждый день на протяжении двадцати трех лет до этого, он занимался тем же самым. Практически без воды и еды втаптывал грязь, глотал пыль - помогал отцу. Но на деле, все оказалось гораздо труднее.
       Андрэ понял, что имела в виду Мара, когда говорила насчет страха, что он повернет назад. После встреч с ней, он двигался вперед все с большей неохотой. Стена отошла на второй план, теперь, ее место заняла Мара.
       Но Мара ушла.
       Она сделала так, чтобы у Андрэ появились силы идти дальше. Он не представлял что находится за Стеной, - Мара так ничего и не сказала - но теперь он был просто обязан узнать это. Напоследок, она дала ему шпильку для волос и грустно улыбнулась.
     -- До встречи поту сторону Стены.
     'По ту сторону...'
       И Андрэ ничего не оставалось, кроме как сжать зубы и идти. Бездумно переставлять ноги, представляя, что уже видит ненавистную Стену.
       Вот, самый краешек ее показывается на горизонте. Еще несколько шагов, и преграда приближается. Идет навстречу упрямому человеку, обхватывает его со всех сторон, отрезает пути к отступлению. Еще несколько шагов, и Стена снова надвигается. Угрюмая, молчаливая, уверенная в себе. Но где-то по ту сторону стоит Мара. Она ждет его, она уверена, что Андрэ обязательно справится и преодолеет эту громадину. А, значит, еще пара шагов...
       И так, до тех пор, пока Андрэ не понял, что на самом деле видит перед собой Стену. Но, в отличие от собственных иллюзий, это не какая-то гротескная, вселяющая страх, преграда. Это самая обычная стена из сероватого, грубо обработанного камня. Высотой около дюжины футов, бесконечная в обе стороны.
     'Что же, тем проще будет через нее перебраться!'
       Андрэ нашел несколько крупных щелей и с их помощью преодолел первые несколько футов. Потом, зацепился руками за край, подтянулся и перекинул ногу на другую сторону. Только хотел перекинуть и вторую, как замер в ужасе и смятении.
       За Стеной не было абсолютно ничего. Мрак, темнота и пустота. Будто Андрэ находился в одном из тех старых зданий. Снаружи был день, светило палящее солнце, а внутри давящий полумрак.
       Но... как такое вообще может быть? Ведь он всего лишь взобрался на стену.
       Вдруг, в спину ударил резкий порыв ветра. Андрэ даже не успел ничего сделать - он просто упал в темноту.
       Рефлекторно Андрэ выставил перед собой руки, но никакого удара не последовало. Более того, он обнаружил, что стоит на ногах - будто и не летел только что вниз головой. Андрэ попытался разобраться на чем он стоит, но так и не смог. Тверди, как таковой не существовало. То есть, он прочно стоял на ногах и даже мог без проблем передвигаться, но когда Андрэ попробовал дотронуться до земли пальцами, они не встретили ничего. Провалились как в пустоту.
       Андрэ нервно сглотнул.
     -- Мара? Мара, ты здесь? Кто-нибудь вообще тут есть?
       Ответа не последовало, но Андрэ уловил впереди какое-то движение. Едва различимое белое пятно.
     'Платье! Должно быть, это ее платье!'
       Естественно, он не знал этого наверняка, но, как и в случае со Стеной, Андрэ просто необходимо было убедить себя в том, что видит желанную цель.
     -- Мара! Я иду к тебе!
       Андрэ сорвался на бег. Он не знал где в этом странном месте право, лево, вверх и вниз, поэтому бежал как и куда попало. Главное, не оставаться на месте. Не давать страху приковать себя.
     -- Мара!
       Движение снова повторилось. Но на этот раз отчетливее. Больше того - Андрэ даже показалось, будто темнота стара расходиться. Впереди появилось неясное белесое марево, в котором даже угадывались какие-то фигуры или очертания. И чем дольше Андрэ бежал, тем более четкими они становились.
     'Неужели это... деревья?!'
     -- Замриии!!!
       Чей-то крик так внезапно раздался над ухом, что Андрэ действительно встал как вкопанный. Он повернулся и увидел перед собой... кота. Но не тех облезлых, вечно голодных полудохлых тварей, которые водились в заброшенных зданиях наверху. Это сытое, раскормленное животное с лоснящейся шерстью пепельного оттенка.
     -- И куда это ты собрался? - вполне человеческим голосом спросил кот.
     -- Кто ты? - Андрэ оказался сбит с толку. С детства ему рассказывали, что только люди обладают речью. Конечно, в прошлом были некоторые звери и птицы, которые могли имитировать ее, но коты к ним не относились.
     -- Это не важно! Как тебе удалось выбраться из моего кошмара?
     -- Кошмара? О чем ты? Где я вообще нахожусь? Что это за место?
     -- Отправляйся обратно! Засыпай! Засыпай!
       Кот сбился на какое-то непонятное мурлыкание, от которого Андрэ действительно начало клонить в сон. Он почувствовал, как тело становится тяжелее, его тянет к земле. Одновременно с этим, марево далеко впереди начало таять.
     -- Нет, нет, нет...
       Андрэ чувствовал, что это светлое пятно необычайно важно для него. Если оно исчезнет, пропадет и возможность снова увидеться с Марой.
       Но сон наваливался все сильнее и сильнее - противиться ему было просто бессмысленно. Андрэ не мог ничего противопоставить, как ни старался. Щипки, пощечины, удары - ничего не помогало. Он пробовал идти вперед, но каждый раз спотыкался о какое-то невидимое препятствие и останавливался.
       Едва держась в сознании, Андрэ схватил себя за волосы, чтобы попробовать последний вариант. И снова неудача...
       Но, его пальцы что-то схватили. Какой-то маленький, длинный и тонкий предмет.
     'Ее шпилька...'
       Уже в падении Андрэ сжал шпильку и со всех оставшихся сил вогнал ее себе в ногу.
     -- Ш-ш-што?! Ш-ш-то ты делаеш-ш-ш! Зас-с-сыпай! - шерсть у кота встопорщилась, а сам он выгнулся дугой.
       Сонливость отступила, и Андрэ снова мог двигаться. Он буквально увидел, как сотней темных осколков разлетелось заклинание противника.
     'Заклинание... что это и откуда я знаю такое слово?'
       Андрэ отбросил лишние мысли и заставил себя двигаться. Потом, все потом. А сейчас главное - добраться до того белесого марева.
     -- Спи!!!
       Котяра шипел и бесился, но это помогало мало. Как только Андрэ чувствовал, что на него наваливается усталость, а ноги начинают заплетаться, он снова безжалостно вгонял шпильку в раненое бедро. Пусть, штанина была тяжелой от крови, но это помогало двигаться вперед.
       С каждым шагом марево становилось ярче, а силуэты в нем - отчетливей.
     -- Мара, я иду к тебе. Осталось совсем немного...

       Он вскочил, и некоторое время смотрел в стену ничего не понимающим взглядом.
     -- Что случилось, Андрей? -- из-под одеяла показалось заспанное лицо Марьи.
     -- Ничего, -- наконец, выдавил из себя стрелец, -- Сон... просто, плохой сон.
     -- Тебя что-то тяготит? Это опять царь, да?
       Андрей кивнул.
     -- Послал меня в тридевятое царство за котом Баюном. Вот только... как поймать этого кота, если к нему и близко никто подойти не может?
     -- Кот Баюн, значит, -- Марья на секунду задумалась и стала искать что-то под подушкой, -- Вот, возьми мою шпильку. Как только войдешь в лес Баюна и почувствуешь, что в сон клонит, уколи себя ею. Хоть в палец, хоть в тело - сон как рукой снимет. Ничего тот кот с тобой сделать не сможет.
     -- А если у меня не выйдет?
     -- Тогда... -- Марья уперлась ладонью в грудь Андрея, заставив опуститься, а затем, легла  на него сверху, -- Тогда я сама приду за тобой.

Сгинь-гора

     Дмитрий Колотилин
     
     Группа ВК
     ВК
     - Вот чего мне не лежалось на печи-то? - он сплюнул, не прекращая упираться в дощатую дверь, оббитую поржавевшим железом: - Чего мне не хватало?
     Дверь содрогнулась, но выдержала удар того, что пыталось ворваться внутрь, лишь ржа местами отвалилась невесомыми пластинками, исчезая во мраке при падении. Глаза уже привыкли к темноте, и он мог различать очертания.
     - Знаю же, что дурак, так нет, решил себя испытать, чтобы утереть носы всем. И теперь что? Здесь погибать? Да пойди прочь, Страхолюдина Пещерная!!! - не выдержал он, когда дверь вновь затрещала от удара: - Нечем во мне поживиться!!! Кожа да кости, совсем тощий!!!
     Дверь в ответ вновь ухнула, заходив и сдерживая сильный, но неуклюжий удар. Снаружи постоянно раздавалось шорканье, как будто бы кто-то всё время тёрся о стены пещеры. Видимо, узкая горловина отнорка не помещала зверюгу, внезапно вылезшую из кромешной пропасти витиеватой пещеры. И теперь той было не особо удобно, иначе эта хлипкая с виду дверца, отделявшая небольшую нору, видимо, бывшую чьим-то жилищем когда-то, не устояла бы и после первого удара.
     - Не буди лихо, пока спит тихо, - молодец буркнул себе под нос молодец: - Понесло же меня в эту пещеру. Сюда же мужики и десятком не хаживают, а я один, мол, сам с усам. Тьфу ты, права мамка была, а я дурак её не слушал, иначе сейчас бы валялся на печи, да пузо чесал. Нет же, решил себя показать.
     Будто поддержав его рассуждения, нечто вновь ударило по двери, тут же содрогнувшейся, но вновь устоявшей, хотя доски заскрипели, как будто по ним прошлись когтями.
     - Да сгинь ты уже!!! По щучьему велению, моему хотению!!!
     Дверь вновь сотряслась, доски жалобно застонали.
     - Да что ж такое? Почему не работает? Вчера только пожелал, чтобы в бочке квас был всегда холодным и не заканчивался, при этом не прокисая! От чего же эта страхолюдина не сгинет? Надо ещё попробовать. По щучьему веленью, по моему хотенью желаю оказаться в своём дворце!
     Доски затрещали, сдерживая очередной удар.
     - Да пропади ты пропадом!!!
     Он много раз слышал небылицы об этом гиблом месте, сказители ни раз вещали о Сгинь-горе у трёх дорог. И много кого пропало здесь, хотя, и окружной лес имел дурную славу, ведь в нём поселилась всякая нечисть, что сгубила немало люда. А вот молодец не боялся, ухмыляясь этим сказкам и бахвалясь, что когда-нибудь-таки соберётся и изведёт всю нечисть за раз. И надо же было собраться? Не лежалось на печи, оставил жену во дворце, а сам решил тайком сходить и выведать, что же такого в этой самой пещере.
     Нет чтобы созвать богатырей славных витязей, да мало ли героев на земле? Тех же Ванек от дураков до царевичей видимо невидимо. А вот Емеля один, и тот дурак, раз решился на то, на что и Илья Муромец не подпишется ни разу. Хотя вот его не встречал, как и других героев былин. Старики говорили, мол, те на границе больше гуляют, с внешним ворогом бьются не на жизнь, но на смерть. А дела внутренние решать цари да князья должны, на то и поставлены.
     Знал бы он, что на себя возьмёт, когда согласился жениться на царевне, вот только обернуть всё взад даже тогда, когда пожелал себе ума палату у щуки, так и не решился. Наверное, из-за страха оказаться всё в той же избушке на печи, где две невестки постоянно что-то от него требуют, пока его братья где-то в разъездах. Да и сейчас легче не стало, ведь родственники всё равно припёрлись к нему и потребовали устроить их жизнь, выделив каждому по палатам да назначить на должность высокую.
     Емеля не стал гнать родню, выполнив всё, что те пожелали, но в меру, ведь все ещё помнят историю про старика с неводом и его безудержную старуху. Говорили, что тот так и живёт на том самом берегу со своей сварливой женой, каждодневно забрасывая прохудившийся невод. А вот золотую рыбку никто не видел, да и его щуку тоже на его же нескрываемую радость. Хоть и дураком родился, но сейчас-то была ума палата, и поэтому Емеля многое мог обдумать, решив делать всё так, чтобы это не мешало ему жить по собственному желанию и не мешать дальше лениться на своей печи.
     - Да сгинь ты уже!!! - дверь вновь содрогнулась, и казалось, что некоторые из трещин увеличились, через которые ворвалось тяжёлое дыхание твари.
     А потом жене стало всего мало, сначала она захотела, чтобы он стал красоты неписанной, потом силы недюжинной, следом злата да серебра в кладовых, а там и самоцветов в придачу. Во дворце каждый день пляски да гулянки принялась устраивать, откуда-то скоморохов понабежало.
     Но Емеле лень было веселиться каждодневно, и он просто перестал появляться на этих гуляньях. И однажды, не выдержав, он пожелал, чтобы все эти гулянки прекратились, а жена занялась бы хозяйством. Утром следующего дня он увидел результат, когда царевна схватила метлу и принялась выметать опочивальню.
     Через неделю усердная хозяйка Емеле вновь наскучила, и он пожелал, чтобы та стала обычной женой. Сказано - сделано, безудержное стремление держать всё в идеальной чистоте исчезло, перед ним была просто любящая жена, но от чего-то принявшаяся упрекать его в собственной лености. И полились 'у всех мужики, как мужики, а мой только на печи лежать и может', 'сходил бы что ли указов бы написал, а то государство без присмотра', 'вот куда я смотрела, когда в тебя влюблялась', 'войной что ли кто-нибудь пришёл бы, глядишь, с печи тебя согнал' ...
     - Да что ж тебе от меня надобно?! - взревел Емеля, когда очередной удар по двери чуть не сорвал ту с петель.
     - От...ри... рак! - донеслось из-за двери.
     - Чего? - Емеля опешил, услышав человеческий голос.
     - Отопри, дурак, говорю, - вновь послышался голос: - Мне из кладовой кваса надобно взять.
     Емеля осторожно отошёл от двери, потянув за ручку на себя, и в тёмный отнорок пещеры ворвался слепящий свет, принуждая зажмуриться.
     - И впрямь дурак, - в проходе высился здоровенный мужик: - Емеля, а ты как тут оказался?
     - А ты кто? - Емеля продолжал щуриться от непривычки, с удивлением глядя на загораживавшего собой выход мужика в простой рубахе, за плечами которого виделась светлая комната, полная гостей.
     - А ну да, - мужик добродушно улыбнулся: - Я - трактирщик, хозяин. А ты в моей кладовой.
     - А как я здесь оказался?
     - Это я и у тебя спросил. Все входят через дверь, а ты вот здесь притаился, будто бы мышь кладовая.
     - Я в пещере был, там на Страхолюда наткнулся и в отнорок заскочил, закрыв за собой дверцу. Та пыталась ломиться, но не сумела вся в отнорок влезть и дверь сломать.
     - Ага, - трактирщик выкатил огромную с виду неподъёмную бочку: - Пещера, говоришь. Где такая?
     - Да возле трёх дорог.
     - Как зовётся место-то?
     - Так, народ прозвал Сгинь-горой.
     - Так-так, - трактирщик протёр бочку: - Чего встал-то? Выходи в народ, нечего по кладовкам прятаться. Погости, кваску выпей, истории послушай, свои расскажи. Нечего в такое время на печи пролёживаться.

Сказка

     Евгений Старухин
     
     ВК
     Глубоко-глубоко в горах, в большой пещере располагался город работящих гномов. Все они были трудолюбивыми  и рачительными. Любое дело в городе спорилось. Правил этим городом лучший из местных мастеров - мастер Друбер. Был у него сын. Как его звали уже даже и не важно, потому как заслужил он прозвище и по настоящему имени его почти никто и не звал. Прозвище это было Никчёма. Был бы он вполне заурядным молодым гномом, если бы не одно 'но'. Он любил считать. Просто до ужаса. Считал всё, считал всегда, считал везде. Пошлют его отец руды добыть немного, а он по пути примется считать трещины в сталагмите. Или пойдёт с друзьями новые пещеры исследовать, да заблудится, новые повороты считая. В общем, горе для отца, да и только! А тут ещё на носу его совершеннолетие. А ведь это не просто праздник, в этот день гном должен выполнить особо ответственное поручение, чтобы считаться мужчиной.
     И сидел его отец в большой печали и думал, что же поручить непутёвому сыну, чтобы он точно справился? Но в жизни, как правило, нет безвыходных ситуаций, нашёл выход из своего бедственного положения и пожилой гном. Давать задание следовало на совете старейшин города, так что мастер Друбер пошёл в ратушу, где этот самый совет и заседал.
     Вскоре туда вызвали и Никчёму. После приветствий отец поинтересовался:
     - Сын мой, знаешь ли ты, что сегодня за день?
     - Конечно, отец, сегодня мне исполняется двадцать четыре года или восемь тысяч семьсот шестьдесят шесть дней или двести десять тысяч триста восемьдесят четыре часа или...
     - Прекрасно сын, мы поняли. Так вот двадцать четыре года означают совершеннолетие для настоящего гнома, а значит тебе надо добиться звания настоящего мужчины и права самому решать свою дальнейшую судьбу. Для этого нужно выполнить задание.
     - Какое задание?
     - Видишь ли, сын, скоро юбилей у нашего города, и все наши мастера ювелирного искусства заняты в создании нового драгоценного панно, которое в будущем украсит наш город.
     - Но ведь я не ювелир! - смущенно возразил юный гном. Старейшины недовольно зашевелились - где это видано, перебивать старших!
     - Конечно, нет! - строго сказал отец, -  Ты даже не подмастерье. Но! - он сделал небольшую паузу, - Ты можешь помочь нашим славным ювелирам. У них заканчиваются алмазы, а без них закончить панно не удастся. Так вот ты сходишь в соседний город и принесёшь нашим ювелирам недостающие алмазы. Один. Ведь это - испытание мужества. И да, чуть не забыл, тебе надо вернуться назад за неделю. Иначе нашим мастерам потом не успеть к сроку доделать панно.
     Гномы-старейшины переглянулись и одобрительно закивали. Задание было действительно на мужество. Ближайший город находился в трёх днях пути. И путь этот пролегал через штреки и каверны, где обитали алмазные полозы. Звали их алмазными вовсе не за то, что они состояли из алмазов, а за то, что алмазы были их любимым лакомством. Правда, заодно с лакомством они частенько съедали гнома, у которого эти алмазы находились. Примерно в девяноста случаях из ста. Молодец, мастер Друбер, нашёл настоящее испытание для своего сына! Редко кому достаётся такое важное задание!
     С отцовским наставлением и полученными деньгами для расчёта за алмазы юный гном побрёл в соседний город. С собой он взял только деньги на покупку, мешок с едой и старую секиру, которая верой и правдой служила ещё его прадеду.
     По дороге юный гном мрачно размышлял о своей судьбе. Почему, ну почему никто не понимает важности счёта, почему все это считают обычным пустяком? Ведь так важно точно знать, сколько вокруг всего. Надо же точно знать сколько фонарей в городе, сколько шагов до соседнего города. Сколько в пути указателей, сколько опасных трещин и каверн. А также сколько осветительных грибов. Никто не ценит его труд, никто. Даже отец считает это пустой блажью. Что ж, раз надо выполнить задание - я выполню его, чего бы это не стоило! Пусть даже мне придётся перестать считать светящиеся грибы по пути. Впрочем, самым обидным было даже не это. Было просто до слёз обидно, когда совсем перед выходом из дома отец ему сообщил, что о сделке уже сговорено и ему надо будет только передать деньги и получить алмазы. Отец даже не доверил ему самому вести торг, видимо он тоже считал его Никчёмой. Юный гном горько усмехнулся. Это прозвище уже давно стало ему вторым именем. Хуже проклятия и быть не может... Особенно, когда твой отец также считает...
     На третьи сутки пути он вышел к городу. Все его дела там прошли довольно быстро и, получив драгоценный груз, гном отправился в обратный путь.
     Будем рассуждать здраво: если путь сюда я преодолел за двое с половиной суток, то столько же потребуется и на обратную дорогу, если не отвлекаться. Получается двое суток запаса. А если немного отвлекаться на подсчет грибов по пути, а также сталактитов, сталагмитов и сталактатов в пещерах по пути, то обратный путь займёт не больше трёх с половиной дней. И в запасе ещё останется целый день. Убедив самого себя, молодой гном тут же принялся за подсчёты.
     Дорога медленно вела его к дому. Уж очень много всего хотелось посчитать: и грибы, освещающие дорогу, и трещины в стенах и потолке и деревянные балки-подпорки и шаги, а уж если попадалась какая пещера... То там можно было считать всё что угодно. Очередная пещера оказалась с выходом месторождений кварца. 'Интересно, сколько тут кристаллов всего?' - подумал гном и принялся за подсчёты. Полностью поглощённый своим занятием, он даже не заметил, как сзади к нему приближался алмазный полоз, почуявший своё лакомство. Гном, наоборот, от усердного своего занятия почти не обращал внимания на мешочек с драгоценностями, который, будучи привязанным к мешку с едой, уже тащился по земле.
     Только услышав за спиной отчётливый хруст, гном обернулся и увидел, как полоз поедает драгоценные камни. Гном в ужасе схватился за секиру и бросился на пожирателя камней. Полоз был ещё совсем маленьким, не больше трёх метров, потому гном победил его довольно быстро. Но это не отменяло того факта, что камни были съедены.
     Никчёма сел прямо там, где зарубил проклятого полоза. Судорожные мысли бились в его голове: 'Что, что теперь делать? Я провалил задание. Даже такое простое... И не просто задание, задание на мужество. Что теперь со мной будет? Я не помню, чтобы вообще где-то говорилось о том, что гном провалил задание на мужество и при этом остался жив. Это что же получается, я буду первым таким гномом? Какой позор! Какой позор! Как жить-то с этим? Как смотреть другим гномам в глаза? Ведь действительно я - Никчёма! Позор! Позор всего рода гномьего! Нет! Лучше не возвращаться. Уйти, уйти как можно дальше, спрятаться, а ещё лучше умереть!'
     Гном сорвался с места и побежал в неизвестный боковой штрек, там свернул еще в один, потом ещё и ещё, специально стараясь их не считать и не запоминать повороты. Бежал, выбиваясь из сил, что есть мочи, размазывая по щекам непрошеные слёзы. Пробежал пещеру, увидел провал. 'Там мне самое место', - успел подумать гном прежде чем туда прыгнуть. Тем не менее, руки не хотели отпускать жизнь так просто и цеплялись за все возможные препятствия, чтобы приостановить падение. Гном выпал в очередной пещере. Горы были уже очень старыми и таких трещин в них хватало. Поднявшись на ноги, опять побежал. Он прыгал в каждую найденную по пути трещину, но всякий раз почему-то оставался жив и бежал дальше. В конце концов, он очутился в тупиковой пещере. Пещера была совсем небольшой и замкнутой. Единственный проход, который вёл в эту пещеру, находился в той трещине, из которой он свалился.
     И только сейчас, очутившись в тупике, он понял, что секира и мешок с едой остались на месте боя с полозом. Впрочем, зачем они самоубийце?
     Что ж, значит помру от голода. А секиру, может быть, найдут и отнесут отцу. Пусть лучше считает его погибшим в схватке с алмазными полозами, чем бесполезным Никчёмой, провалившим даже собственное задание на мужество. Хуже позора вряд ли можно измыслить. А ведь он именно так и поступил.
     - Боже! Я же действительно Никчёма! Позор! Позорище своей семьи! Почему я не разбился головой об камень, когда падал в трещину? - слёзы опять сами покатились из глаз.
     Внезапно пещера осветилась ярким светом. Перед ним стояла высокая красивая женщина, просто излучающая саму суть властности.
     - Кто это плачет в моих владениях?
     - Про... простите меня госпожа, я... я не хотел, - пытался победить свои рыдания юный гном.
     - Никто не должен плакать у меня в гостях. Хм... трудный у тебя выдался денёк. Как же тебе помочь-то? Впрочем, есть, есть у меня для тебя решение, - она хлопнула в ладоши.
     Никчёма никогда не видел никого настолько красивого. Слёзы как-то сами по себе высохли у него на щеках, оставив лишь глубокое восхищение новой собеседницей. Послышался какой-то скрежет, в скале появилась трещина, и оттуда вышел сундук. Сам! На своих четырёх ножках. Ножки были витыми и выполненными с большим изяществом, но передвигался сундук на них, словно был живым существом. Крышка сундука сама открылась, явив невероятное богатство самоцветов, невероятной чистоты и величины. Зоркие глаза юного гнома даже успели заметить чистейший изумруд размером с большое куриное яйцо. Это было просто невероятно! Это просто невозможные богатства! Кто же эта прекрасная незнакомка?
     Она, тем временем, копалась в драгоценных камнях, что-то ища. Наконец искомое было найдено:
     - Ну, наконец-то! Нашёлся! Я уж думала, что в прятки решил со мной поиграть. Это каменный цветок. Сделал его когда-то мастер Данил. Долго он над ним корпел, но как видишь, не зря. Удался цветок на славу.
     Цветок и впрямь был великолепным: семь прекрасных лепестков, выполненных из драгоценных камней держались на медном стебле. Стебель этот был постаревшим от времени, отчего даже немного позеленел, что делало его еще больше похожим на настоящий стебелёк цветка. А лепестки, лепестки были произведением искусства, каждый из своего камня: бриллиант, изумруд, рубин, сапфир, александрит, жадеит и чёрный опал. Цветок переливался, отражал свет, преломляя его всеми гранями своих лепестков, отчего разноцветные отблески бегали по пещере.
     - Держи, - незнакомка протянула цветок юному гному, - это тебе!
     Тот невольно отдёрнул руку:
     - Это... Это невероятно! Это самое красивое, что я когда-либо видел! Я... Я не могу его взять...
     - Почему? Впрочем, не о том я спрашиваю. Давай я тебе побольше расскажу про этот цветок. Это не просто красивая побрякушка, это волшебный цветок. Он впитал всю любовь мастера, создавшего его, ну и от меня тоже немного напитался, пока я им любовалась. Ну да не суть... Так вот, если оторвать лепесток и разбить его о пол...
     - Как можно! - непроизвольно вырвалось из горла у гнома, - Это же произведение искусства, это сама гениальность!
     - Это инструмент! - строго оборвала его собеседница, - И относиться к нему следует как ко всякому инструменту! Ты же не станешь боготворить зубило только по той простой причине, что оно выковано с особым изяществом и из редкого металла? Нет! Любой инструмент предназначен для каких-либо целей, этот вот, - она еще раз протянула ему цветок, - для исполнения желаний.
     Гном невольно взял протянутый шедевр, чтобы убедиться, что он действительно сделан из камня.
     - Кстати, разве родителя тебя не научили, что перебивать собеседника неприлично? А когда он делает тебе подарки, ещё и глупо?
     Юный гном густо покраснел. Отповедь была заслуженной. Но вместо покаяния выдавил из себя слова благодарности:
     - Спасибо, добрая госпожа! И за подарок и за науку.
     Та в ответ улыбнулась, и гному показалось, что в пещере вдруг стало светлее.
     - Так вот: надо оторвать лепесток и бросить его со всей силы о пол, - она лукаво глянула на гнома, сдерживающего свои возражения просто невероятными усилиями, - И прошептать: 'Разбивайся лепесток, рассыпайся на песок, попадёшь в нутро земли - быть по-моему вели!' Ну и дальше своё желание. Ну? Что же ты сидишь? Не опробуешь подарок? Аль не по нраву пришёлся?
     - Что вы, госпожа! Подарок даже не царский - божественный. Но мне нечем вас отблагодарить, я даже имени вашего не знаю... - совсем растерялся гном.
     - Хм... У меня много имён. Мастер, изготовивший этот цветок звал хозяйкой горы. Кто-то зовёт матерью-землёй, вы, гномы, меня величаете хозяйкой всех жил.
     - Прости! - гном бухнулся на колени, не смея поднять взора, - прости что не узнал, госпожа!
     - Не раболепствуй, не люблю! Любое, абсолютно любое существо следует встречать достойно, а не ползать перед ним на брюхе и коленях. Лучше подарок мой опробуй, покажи мне, что знают гномы цену своим желаниям! Ну? Чего же ты медлишь? Ты же из-за чего-то плакал, так решай свою проблему - у тебя теперь есть инструмент.
     Гном с недоумением посмотрел на свои руки. В них был зажат великолепный, потрясающий, драгоценный цветок. Испортить его - кощунство, но обидеть хозяйку жил - вообще немыслимо! Он зажмурился и оторвал лепесток. Казалось в этот момент само провидение должно его наказать за столь злостный поступок против красоты. Но ничего не произошло. И он, бросив лепесток о землю, так с закрытыми глазами и проговорил заветные слова:
     - Разбивайся лепесток, рассыпайся на песок, попадёшь в нутро земли - быть по-моему вели! Вели, чтобы я был дома с дедовой секирой и алмазами для панно. Спасибо, Госпожа, спасибо!
     - О! Никчёма! Ты откуда здесь взялся? Только что же тебя не было? И вообще, ты же вроде как в другой город ушёл? Или заблудился, да обратно пришёл?
     Последовавший за словами издевательский смех заставил его открыть глаза. Он стоял в центре города, на площади перед ратушей. На поясе у него висел мешок с недавно съеденными алмазами, но теперь вновь целыми. 'Надо отнести камни, пока с ними ещё чего-нибудь не случилось!' - мелькнула шальная мысль и он поспешил к ратуше.
     - Стой! А что за госпожу ты благодарил? Никак богиню в пути повстречал, да всё родинки у неё пересчитывал, вместо того, чтобы делом заняться?
     Но гном не обращал на них внимания, он уже влетел в ратушу и поспешил к старейшинам.
     - Сын? Что случилось? Почему ты так быстро? Не дошёл?
     - Вот, - и он положил на стол мешок с алмазами.
     - Невероятно! Ты бы не успел! Это невозможно! Как ты добрался обратно так быстро? Даже если постоянно бежать, то сделать это невозможно!
     - Может быть, он сжульничал? - предположил один из старейшин.
     - Жульничество недопустимо при выполнении задания на мужество! - воскликнул другой.
     - Мы немедленно пошлём проверочную команду в соседний город, чтобы выяснить, приходил ли Никчёма туда.
     - Может, ты нам всё-таки объяснишь, как тебе это удалось? - попросил всё же отец.
     - Я просто очень спешил. Как-то само собой получилось.
     - И никто тебе не помогал?
     - Помогали.
     Старейшины переглянулись.
     - И кто, позволь узнать?
     - Дедова секира помогла мне отбиться от алмазного полоза, а Хозяйка жил помогла добраться сюда.
     - Шутишь? Ну шути-шути. Всё равно тебя проверять будем. Ступай. Пока не будет доказано, что ты побывал в другом городе в одиночку и ушёл оттуда в одиночку, ты по-прежнему считаешься ребёнком.
     - Раз я по-прежнему ребенок, то можно мне сходить посмотреть на изготовляемое панно?
     - Разумеется сын, только ничего там не трогай. Скоро придут мастера и продолжат его изготовление, раз уж ты принёс алмазы. Ну, а пока мастера ещё не взялись за работу, можешь рассматривать вдоволь.
     Поблагодарив отца и старейшин, юный гном поспешил в зал мастеров, благо он находился в этом же здании. Панно было величественным. Оно повествовало о битве гномов с драконом-поработителем. Размер его в длину был больше десяти метров, а в высоту около пяти. Воистину монументальная работа. И всё сделано из драгоценных и полудрагоценных камней. Объём работ мастеров просто потрясал! Да что работы! Стоимость камней ушедших на создание этого шедевра была просто невероятной! Эти камни скупались, наверное, не одно поколение. И вот теперь они воплощаются во что-то прекрасное. Он взял стремянку, чтобы поближе рассмотреть мелкие детали на верху этого произведения искусства и пересчитать количество всех камней, входящих в рисунок.
     Он передвигал стремянку несколько раз, изучая все фрагменты и подсчитывая камни. И когда он в очередной раз наклонился на стремянке, пересчитывая гранаты, внезапно секира выскользнула из петли за спиной и ударила прямо в панно. Ужас его не передать словами. Всё то, что мастера делали в течение последних нескольких месяцев, было разрушено! Он ещё не успел всё до конца осмыслить, а руки уже сами достали волшебный цветок, оторвали лепесток и бросили его о пол.
     - Разбивайся лепесток, рассыпайся на песок, попадёшь в нутро земли - быть по-моему вели! Вели, чтобы панно было снова целым.
     В зал ворвались старейшины во главе с отцом.
     - Что это был за грохот? - строго поинтересовался отец.
     - Секира упала.
     - Сынок, иди-ка домой, а то ещё что-нибудь уронишь, и не дай бог на панно! Иди!
     Юный гном, подхватив секиру, поспешил на улицу
     На улице, компания, подшучивавшая недавно над ним занималась какой-то тренировкой.
     - А чем вы занимаетесь? - поинтересовался Никчёма.
     - Мы тренируемся для чёткого разделения наших действий в борьбе с крупным противником, разве не видишь? - ответил заводила компании, указывая на чучело, стоявшее посреди площади, - Но тебя к нам в отряд не возьмём, не проси, нам не нужны никчёмы!
     Его такое отношение обидело! Ведь он уже, можно сказать, прошёл обряд мужества, а его не хотят брать в отряд! Да что они о себе возомнили?
     - Да вы никогда не сможете победить более крупного противника, чем ворона, сколько бы ни старались! Потому что сами вы никчёмы! А я запросто смогу победить даже дракона! - руки опять отрывают лепесток, - Разбивайся лепесток, рассыпайся на песок, попадёшь в нутро земли - быть по-моему вели! Вели, чтобы я сейчас же оказался в пещере ледяного дракона.
     Вокруг стало темно и холодно. Очень холодно. Света не было вообще никакого. Не было светящихся грибов, не было факелов, был только холод, пронизывающий до костей холод. Да, из-за своего тщеславия он даже не догадался позаботиться об освещении и тёплой одежде.
     Внезапно чьё-то ледяной ветер обжог кожу. И только спустя пару мгновений юный гном понял, что это не просто ветер, а дыхание, дыхание ледяного дракона... Какого же он размера? Такое ощущение, что его обдуло всего. Гном медленно повернулся. Перед ним что-то едва выделялось в темноте. Недолго думая, гном достал секиру и рубанул со всей силы. Вопль ярости разорвал окружающую тишину. Удар мощной лапы отбросил его куда-то вдаль. Со стороны откуда он прилетел доносились оглушающие звуки прыжков мощного тела.
     - Разбивайся лепесток, рассыпайся на песок, попадёшь в нутро земли - быть по-моему вели! Вели, чтобы я оказался снова в родном городе, а этот дракон был там же в клетке!
     - Ну что, когда ты собираешься побеждать своего дракона? - донёсся до него насмешливый голос всё той же компании.
     - Так уже... - растерялся Никчёма, - победил и посадил его в клетку. Он в нашем городе в клетке и сидит.
     - О! Так это ты оказывается его победил! А мы-то, глупые, думали что он всегда здесь был, своим морозным дыханием обеспечивая наши холодильники. А его, оказывается, Никчёма победил! Ребята вы слышали?
     Как же так? Или меня цветок перенёс в пещеру нашего дракона? Как же глупо получилось! Почему я об этом не подумал? От компании тем временем продолжали доноситься издевательские реплики.
     - Да ты только придумывать и горазд, сам вообще ни на что не способен, даже секира у тебя дедовская, а настоящий гном должен сам сковать себе оружие, тебе же молот даже в руках не позволяют держать! У тебя своего молота никогда и не будет!
     - Ах так! Разбивайся лепесток, рассыпайся на песок, попадёшь в нутро земли - быть по-моему вели! Вели, чтобы все молоты и молотки мира были моими.
     Внезапно, со всех сторон в него начали лететь молотки, он едва успевал от них уклоняться, а они ползли за ним, настигая, прижимаясь к нему. Вот какой-то особо ловкий молоточек двинул-таки ему в лоб, повалив, на уже образовавшуюся вокруг кучу. А молоты и молотки всё прибывали и прибывали. Молоты не разбирали дороги и летели напрямую, насквозь прошивая стены окружающих зданий, разбивая витражи и стёкла. Дробя стены пещеры. И все они скапливались вокруг Никчёмы, норовя погрести его под собой.
     - Мне совсем не нужно столько молотов. О чём я только думал? - бормотал Никчёма выкарабкиваясь на верх всё увеличивающейся кучи, - Разбивайся лепесток, рассыпайся на песок, попадёшь в нутро земли - быть по-моему вели! Вели, чтобы все молоты и молотки вернулись обратно к своим хозяевам.
     Куча молотов начала разлетаться в обратном направлении ещё больше дробя пещеру, приютившую гномий город. Внезапно город потряс мощный удар. Затем ещё один. Разлетелась ближайшая городская стена и оттуда показалась голова разъярённого ледяного дракона.
     Дракон оглушал своим рёвом, а его ледяное дыхание оставляло полоски льда и инея на поверхностях, которых коснулось. На его морде юный гном чётко разглядел разрубленную ноздрю, из которой вылетала какая-то жидкость, ещё в воздухе превращавшаяся в лёд. При падении на землю этот лёд разбивался на мелкие осколки. Городское ополчение уже тянулось ему навстречу. Каждый из гномов знал своё место в строю и сражался храбро, не отступая, но силы были явно не равны и дракон давил защитников одного за другим. Из нанесённых дракону ран сочилась та же самая жидкость.
     - Боже, что я наделал своими глупыми желаниями? - он с ненавистью посмотрел на зажатый в руке цветок с последним драгоценным лепестком, - Разбивайся лепесток, рассыпайся на песок, попадёшь в нутро земли - быть по-моему вели! Вели, чтобы всё, что я разрушил - восстановилось, все, кто пострадал из-за моих желаний - вылечились, а я вернулся в пещеру Хозяйки жил.
     Хозяйка жил сидела на троне из золота, украшенного самоцветами.
     - Ну, гноме, осознал всю пагубную силу желаний, сопровождающихся подходящим инструментом?
     - Осознал. Но почему, почему я? Почему именно мне выпал такой горький урок?
     - Всё очень просто, гном Статис, именно у тебя появился великий дар, хоть ты и не научился пока его использовать. Ты постоянно всё считаешь, в последствии на основе своих подсчётов научишься делать выводы. Какие-то из них будут правильными, какие-то нет. Но ты положишь начало новой науке, которую назовут твоим именем. Я хочу, чтобы ты сам и все твои последователи использовали эту науку только во благо. Ведь это тоже инструмент. А даже хороший инструмент в неопытных руках может принести много горя, в чём ты уже успел убедиться. Так что используй свой инструмент правильно. А сейчас тебе пора. Запомни этот урок, Статис, запомни.

Сказка с огоньком

     Антон Емельянов, Сергей Савинов
     
     Группа ВК
     Лит-Эра
     Бывают в жизни дни, когда странности просто берут и не отпускают тебя. Вот ты поехал проведать бабушку под Новый год и узнаешь, что та решила заняться бизнесом и уже два месяца сдает одну из комнат своей квартиры. Потом ты заходишь познакомиться с этим мужиком и застаешь его бьющимся на кровати в конвульсиях. И что делает бабушка- думаете, вызывает 'скорую'? Нет, зажав цифру 'один', для быстрого набора номера, она вызывает команду экзорцистов. С огнеметами.
     - Посторонись, парниш! - пока я стоял в шоке, они успели аккуратно сжечь пациента, упаковать вещи и уехать.
     Знаете, когда странностей становится слишком много, это может означать только одно - вы попали. Попадос - по-научному, первое неосознанное погружение в виртуальность. Примерно в восемнадцать лет это случается с каждым, а вот пришло и мое время. Значит, сейчас я в какой-то игрушке, нужно пройти мой первый квест и вернуться домой. Потом уже будет все как у взрослых: игры на свой вкус, свободное подключение, абсолютная безопасность. Вот только для этого нужно пройти его - первое подключение.
     - Слушай, Максим, - как и положено, в игре на мои переживания никто внимания не обратил, - а верни-ка мне котика.
     NPC Бабушка предлагает вам квест
     Спасти котенка по имени Братик
     Обязательное условие: вас не должны поймать
     Звучит просто, отметка на карте появилась - похоже, мне повезло. Дошел, увидел, победил - никаких детективных историй, которых я, если честно, опасался. Нет, я люблю разгадывать загадки, но только когда они нормальные, подчинены логике или хотя бы здравому смыслу, а не набросаны недоучившимся программистом за пару минут. Нет, я сейчас может быть и утрирую, и программист доучился, и вообще он умный и начитанный человек, вот только разумность заданий при создании игр стоит далеко не на первом месте.
     Итак, для начала проверим, что у меня есть. Джинсы, рубашка, в кармане стершийся от времени чек из банкомата, колпачок от ручки. В инвентаре, который, повинуясь голосовой команде, тут же открылся, тоже ничего не оказалось. Что ж, раз оружия у меня нет, то и задание должно быть мирным. А если честно, то я просто пытаюсь себя успокоить - все еще никак не могу прийти в себя после красочного появления парней с огнеметами. Да и окружающий мир, откровенно говоря, напрягает: как будто кто-то взял и сделал все краски наоборот - все ярко, реально, но какое-то не такое. А может быть, все дело в солнце, в той мерзкой ухмылке, с которой оно смотрит на тебя - да, у солнца действительно есть улыбка, но радости она почему-то не приносит. Совсем как ненастоящие новогодние игрушки.
     Полный этих нерадостных мыслей, я подошел к окраине города. Обычно город кончается постепенно, дома становятся ниже, пустого пространства больше - тут же все было по-другому. Вот город есть, а вот его уже и нет.
     Вы покинули безопасную зону
     Я как знал, что чего-то не хватает для полноты картины - и вот оно. Ладно, случись какая-то опасность, ничего не делаю и сразу бегу обратно. Рисковать не то, что нельзя - не хочется.
     Ветер вокруг начал дуть все сильнее, и если сначала он перегонял с места на место кучи пыли, то теперь неожиданно превратился в холодную вьюгу. Похоже, тут сейчас Новый год, недаром в городе вдоль дорог стояли елки. Как же мне сейчас нужно новогоднее чудо, чтобы все прошло просто и без неожиданностей. Вокруг тем временем начало становиться все холоднее: в джинсах и рубашке меня начало ощутимо потряхивать, и я уже хотел было повернуть назад и поискать в городе теплой одежды, как на дорогу передо мной выскочил кот. Самый обычный черный кот с красным праздничным бантом на шее, почему-то он придал мне уверенность, а еще пушистый так призывно посмотрел, как будто говорил: пошли за мной, я знаю дорогу. На всякий случай просмотрел его характеристики - просто кот, не тот, когоя ищу. Но попробуем ему довериться.
     И, как ни странно, это сработало. Стоило коту появиться, как холод отошел на второй план, да и расстояние начало сокращаться гораздо быстрее. Я даже начал крутить головой по сторонам, осматривая огромные голые, покрытые снегом и сосульками, деревья - вот только это уже было ошибкой. Один раз, когда я так отвернулся, кот пропал. Только что был рядом, и вот уже опять вокруг только снег.
     - Коооотик! - решил позвать я его. Как же хрипло звучит мой голос, не ожидал. А вот отсутствие ответа мои ожидания как раз оправдало.
     Хотя нет, какой-то звук впереди все же раздается. Расшвыривая ногами сугробы, бегу вперед - кота нет, но зато два мои старых знакомых экзорциста стоят и жарят в пламени огнемета кусок мяса. Очень хочется надеяться, что это не мой проводник.
     - Здорово, парниша! - они мне, кажется, даже немного обрадовались. - Хочешь шашлычка?
     Предложен квест 'Шашлык из неизвестного животного'
     Задание: съесть его!
     Награда: репутация с экзорцистами +10
     Штраф за отказ: нет
     Нет уж, ребята, спасибо, конечно, но как-нибудь в другой раз. Тем более, картина как черного котика хватают на бегу, аккуратно снимают бантик, потом опаливают... Так, стоп фантазии.
     - Спасибо, но я очень тороплюсь, - игра явно не очень популярная, никогда ни о чем подобном не слышал, так что смысла зарабатывать здесь репутацию не вижу никакого. Мне бы основной квест по-быстрому выполнить и свалить отсюда.
     Аккуратно пятясь, чтобы не повернуться к ним спиной, я отошел подальше от этих чересчур гостеприимных мужиков и поспешил дальше к цели. Если смотреть по карте, то треть пути уже пройдена: буду стараться избегать ненужных связей, и, верю, все еще может и обойтись.
     - Точно! - тут же пришла в голову гениальная мысль. Я же сейчас иду по дороге, пусть и заметенной снегом, неудивительно, что кто-то мне попался. А где никого нет? Правильно, в лесу. Завернув немного налево, я углубился в чащу и немного медленнее, но зато со спокойными нервами, побежал дальше.
     - Опачки, давно я не видел никого из странствующих-путешествующих, - знаете, когда вы недавно оглядывались и за спиной никого не было, а потом кто-то кладет вам руку на плечо, это очень страшно.
     - Здравствуйте, - раз не бьют, почему бы и не быть вежливым, параллельно пробую аккуратно обернуться. Ну вот, ушел, называется, подальше от ненужных встреч в лес - за спиной стоял, или правильнее сказать рос, улыбающийся во весь свой деревянный рот дендроид.
     - Вежливый, это правильно, - довольно прохрумкал он. - Давно я никого такого вежливого не видел, но угощеньице-то припас. Вежливость. Она штука редкая, ее награждать надо.
     И поднял вверх указательный палец, подчеркивая важность момента. Я же, пользуясь тем, что меня отпустили, поспешил отойти в сторону.
     - Где же оно было, - со старческим кряхтением дендроид покопался в дупле у себя на спине и вытащил оттуда что-то черное и сморщенное. - Попробуй.
     Предложен квест 'Плод неизвестного дерева'
     Задание: съесть его!
     Награда: репутация с дендроидами +10
     Штраф за отказ: нет
     Да уж, что за день. Одни меня пытаются накормить кошатиной, другие чем-то явно склизким и, вполне вероятно, давно испорченным. Если бы он меня еще держал, пришлось бы есть, а так я предпочел раскланяться и удалиться. У меня есть цель, так что некогда тратить время на престарелые деревья.
     - Я бы с радостью, но в детстве бабушка взяла с меня слово, что как бы мне ни хотелось, я не буду есть старые фрукты из рук подозрительных деревьев, - звучит, конечно, бредово, но NPC воспринял все как должное и в погоню, как я опасался, не ринулся.
     Так, а теперь прочь из леса, а то мало ли кто мне тут еще так же случайно встретится. В рамках новой стратегии я сместился влево, где в сторону моей цели текла река. А возле реки, как известно, всегда полно открытых пространств, где подкрасться ко мне незаметно будет крайне затруднительно. В борьбе с обнаружением вероятным противником нашим главным оружием станет не скрытность, а наблюдательность. Я лег на пузо, будто солдат в дозоре, и внимательно осмотрел окрестности.
     Итак, уже больше половины пути пройдено, и, если бы не моя невнимательность, можно было бы обойтись совсем без происшествий. В целом все идет хорошо, так что, если повезет, я может быть и до боя курантов успею со всем разобраться. С таким хорошим настроением даже привстал, оглядел следующие сто метров пути, потом плюхнулся обратно на пузо и пополз дальше. Пусть медленно, но больше случайных встреч мне не надо. Пусть все и закончилось мирно, но где гарантии, что так будет и в следующий раз. Как назло, ненадолго выглянуло улыбающееся солнце, снег тут же поспешил растаять, и вот уже полчаса я ползу по самой настоящей грязи. Постепенно она налипала на меня все больше и больше, замедляя движение, так что я даже не заметил, как почва подо мной затвердела, превратившись в тело земляного элементаля, видимо, заинтересовавшегося моими копошениями.
     - Правильно, надо быть ближе к земле, - элементаль, оказывается, оценил, как я весь извозился. - Молодец, просто мужик, уважаю!
     - Да, я это... Стараюсь, - не растерялся я. Повезло, еще один мирный монстр. Надеюсь, этот-то хоть меня кормить не будет.
     - Знаешь, я тебе скажу по секрету, в земле полезно не только валяться. Ее еще можно есть, - нет, только не опять. - Кстати, имеется тут у меня немного специального черноземчика, специально для такого случая берег, но уж и не думал, что пригодится.
     Предложен квест 'Горсть неизвестной земли'
     Задание: съесть ее!
     Награда: репутация с элементалями +10
     Штраф за отказ: нет
     К счастью, силой меня заставлять ничего делать не стали: расстроенный элементаль отполз в сторону, устроившись над обрывом у реки, а я пошел дальше. Ну их, эти сложности, надоело: пытаешься, как лучше, а постоянно какая-то фигня происходит.
     И вот, стоило мне только расслабиться, как судьба сделала мне настоящий подарок. Не зря говорят: надо просто верить, и все получится. Или это национальное - великий и могучий русский авось. В общем, мне опять кое-кто встретился на пути - только на этот раз это были не мужики с огнеметами, не говорящие деревья или сентиментальные элементали, а обычная симпатичная девушка. Рыжие волосы, платье в горошек - сразу видно, выглянула на минутку предложить случайному путнику переждать непогоду в тепле и уюте. Не желая заставлять бедняжку ждать, даже параметры ее не стал просматривать, сразу бросился к ней, а то еще простынет. Вокруг хоть и игра, но для NPC-то это реальность.
     - Проходи скорее, а то замерзнешь же, - а фигура у нее тоже что надо! - Я как раз хотела перекусить, присоединишься?
     В небольшой, но уютной комнате стоял накрытый стол: мясо с картошкой, тарелка с селедкой, оливье и мандарины - все, что надо для праздника. А в углу, довершая картину, опиралась на стену небольшая украшенная елка, приветливо мигающая гирляндой с парой перегоревших лампочек. Вот это, сразу видно, не монстры какие-то - простая симпатичная девушка, и еду предлагает нормальную, не то, что некоторые.
     - Конечно, - я сразу почувствовал до этого незаметное чувство голода.
     - Но сначала в душ, а то ты такой грязный, - она немного брезгливо передернула плечиком, а я поспешил последовать ее совету, а то чего доброго и принюхиваться начнет. А пахнет от меня отнюдь не фиалками.
     Не дожидаясь, пока я окончательно скроюсь в ванной, она плюхнулась на стоящую в углу и до этого не замеченную мной кровать. От резкого движения лямка платья съехала вниз, оголяя левое плечо - я судорожно сглотнул и поспешил закрыть за собой дверь. Если это не намек, то что же тогда называют этим словом?
     - Эй, чувак! - с трудом отвлекшись от поглотивших меня мыслей, я опустил взгляд вниз и увидел, как меня пинает в коленку маленький зеленый гоблин.
     - Ты кто? - будь я девчонкой, честное слово, завизжал бы, а так многолетняя привычка держать себя в руках взяла верх, и получилось сдержаться.
     - Я - бот, кто-то из игроков меня в свое время здесь оставил, а эта вот приспособила для домашнего хозяйства. А что - удобно, можно поручить, что угодно, не устаю, не жалуюсь.
     Понятно, всего лишь программа, ничего опасного. Успокоившись, потрепал его по голове.
     - Кстати, а ты не боишься оставаться в домике у рейд-босса? - наполняя мне ванну, спокойным голосом поинтересовался бот. - Она немного того, игроков страсть как не любит, никого еще живым не отпустила.
     - А меня чего сразу не убила? - да и не может она быть рейд-боссом, хотя характеристики ее я, действительно, не посмотрел.
     - Она сейчас предательство качает, до сотни всего пары пунктов не хватает, - развел руками в стороны бот. - А ты, кстати, зачем сюда, вообще, пришел?
     - Мааааксим, - из-за двери долетел ласковый голос, - ты еще долго?
     - За котом по имени Братик, не видел случаем? - я с трудом среагировал на вопрос бота. - А ты уверен, что она точно того... ничего не хочет?
     Бот проигнорировал мое двусмысленное пожимание плечами, сохраняя олимпийское спокойствие.
     - Кот на заднем дворе в клетке. Если хочешь, могу прикрыть, вылезешь через окно и беги, - неожиданно предложил он.
     - Спасибо огромное, - я пожал ему руку и поспешил к окну.
     - Дорогая, я только намылился, - гоблин ответил моим голосом, добавив немного сальных ноток, в результате я чуть не застрял в форточке, но все обошлось. Тихо приземлившись и почти не ободрав руки, я сразу заметил клетку.
     Квест обновлен
     Кот Братик найден. Теперь нужно уйти от погони и вернуть его хозяйке.
     Ну что ж, надеюсь, гоблин-бот хоть немного сможет задержать рейд-босса, а мне нужно постараться за это время по максимуму оторваться. К несчастью, клетка оказалась заперта, а ключа у меня, разумеется, не было. С другой стороны, это тоже хорошо - кот теперь точно не убежит, да и мне тащить будет удобней. Вон, у этой клетки даже ручки специальные есть, оказывается. Недолго думая, я схватил переносную тюрьму с пушистым пленником и рванул прочь.
     Из домика тем временем раздавались какие-то приглушенные звуки - похоже, девчонка обнаружила вместо меня зеленого гоблина и теперь вымещает на нем злобу. Надеюсь, не убьет, а то жалко, хоть он и программа. Вдруг громыхнуло так, будто в дом что-то врезалось. Или тут землетрясение началось? Прижимая к груди клетку с котом, я обернулся и увидел, что стена домика рухнула, а в зияющем провале стоит рейд-босс. Платье и рыжие волосы развеваются на ветру, кулачки сжаты, лицо перекошено злобой - даже отсюда видно.
     - А ну стой! - крикнула девушка.
     Я ожидал, что ее голос изменится - типа как в фильмах про одержимых, однако не тут-то было. Голос все тот же, приятный, хоть и пропитан ненавистью. Прямо как в жизни: те, кому не доверяешь, в итоге могут оказаться верными друзьями, и наоборот. А уж то, что внешность обманчива, я теперь на всю жизнь усвоил.
     Бежать было неудобно, клетка мешала, да и метель опять началась, как назло. Небо потемнело, ветер завыл - прямо триллер какой-то. Оглянулся - монстр в платье в горошек мчался за мной по пятам. И вправду ведь монстр: глаза горят зеленым, как два фонаря, зубы оскалены и подсвечены синим - жуть, да и только! И бежит босиком по снегу, при этом не проваливаясь.
     Видимо, со страху я припустил еще быстрее, так что преследователь вскоре скрылся из виду. Зато я почувствовал, что устал. Да уж, если так дальше пойдет, от погони мне не уйти. А вот и знакомая речная излучина, где я встретился с элементалем. Грязь под ногами затвердела, ее почти занесло снегом, и бежать поэтому стало полегче.
     - Старый знакомый! - проскрипел элементаль, неожиданно образовавшись передо мной. - Передумал?
     - Помогите, за мной гонятся! - вместо ответа крикнул я. Сомневаюсь, что от этого возгласа будет какой-то толк, но попробовать стоило.
     - Я бы мог тебя спрятать, - немного обиженно начал элементаль, - но ты не знаком с силой земли.
     - Что мне надо сделать? - тут же спросил я, уже предчувствуя подвох.
     - Ну, конечно же, съесть ее! - обрадовался мой собеседник. - Держи!
     И вновь протянул мне горсть размокшего чернозема. Помедлив, я сгреб ее в ладони, предварительно поставив клетку с котом на землю. Посмотрел, тяжело вздохнул и, зажмурившись, резко закинул себе комок почвы в рот. Ощущения были ужасные. Мелкие частички застревали в зубах и скрипели, мерзкая земляная каша никак не прожевывалась, а при каждой попытке проглотить хоть немного меня терзали рвотные позывы.
     - Запей, не мучайся, - снисходительно проворчал элементаль.
     Я бросился к реке, зачерпнул горсть ледяной воды и запил чернозем, последовав совету элементаля.
     Репутация с элементалями повышена+10
     Вы познали силу земли и получили временную способность 'Маскировка' х1
     Просто чудесно! Повинуясь какому-то инстинкту, я бросился на землю, прикрыв заодно собой клетку с котом... Поздно - рейд-босс мчался в мою сторону, все так же светя глазами и зубами. Надо было сразу сожрать эту землю, подумал я. А все моя брезгливость и отсутствие штрафов за отказы. Вот ведь хитро задумано!
     К моему удивлению, девушка пронеслась мимо, даже не обратив на меня внимание. Тоже мне рейд-босс, а навык обнаружения-то никакой. Подождав, пока она наконец-то скроется, я встал и начал отряхиваться - оказывается, я с ног до головы был покрыт толстым слоем коричневой грязи. Еще цвет такой мерзкий, неприятные ассоциации вызывает.
     - Может, еще? - вкрадчиво произнес элементаль, протягивая совсем крохотную горсточку.
     - В другой раз, - вежливо отказался я. - Спасибо за помощь.
     Элементаль закряхтел, но уже не обиженно, а довольно. Я же схватил клетку с Братиком и побежал дальше. Очиститься до конца так, конечно же, и не удалось, поэтому видок у меня сейчас был тот еще. Но сейчас главное - убежать и сдать квест. А для этого придется немного попетлять, чтобы не нарваться на босса. Девчонка уже наверняка поняла, что бежит не туда, и сейчас усиленно меня ищет, а способность 'Маскировка' я уже потратил.
     Ветер ослаб, но снег продолжал валить, а сугробы росли прямо на глазах. Я упрямо рвался вперед, местами проваливаясь на колено, и, кажется, оторвался от преследования. Вдруг надо мной пролетела сова - огромная, белоснежная и в летном шлеме с очками-консервами. Последняя деталь меня особенно удивила, если не сказать - поразила в пятку, как благородного дона в одной хорошей книге.
     - Вот он! Вот он! - внезапно завопила сова человеческим голосом. И, стоит отметить, при этом довольно мерзким.
     - А ну кыш отсюда! - прикрикнул я на нее и запустил снежком.
     Промазал, конечно же. Сова увернулась и заорала еще громче:
     - Сюда, скорее сюда!
     Птица продолжала надрываться, а мне ничего не оставалось делать, кроме как прорываться через сугробы. Вот и лес - может, там мне удастся скрыться? Братик в клетке вдруг замяукал - громко, требовательно.
     - Потерпи, малыш! - попытался я его приободрить. Больше даже, конечно, не кота, а самого себя.
     Краешком глаза я успел ухватить знакомое сине-зеленое свечение - девчонка-босс вновь догоняла меня. Кажется, теперь мне точно конец: помимо сугробов, теперь мешали бежать огромные корни, растущие то тут, то там. Один раз я даже запутался и упал, клетка с котом вылетела из рук и укатилась куда-то в сторону.
     - Нехорошо так с живым существом, - проскрипел еще один знакомый голос.
     Подняв глаза и выплюнув забившийся в рот снег, я увидел дендроида, аккуратно достающего из сугроба клетку с Братиком.
     - Украл, поди? - мрачно поинтересовалось у меня живое дерево.
     - Спас, - сказал в ответ.
     - А не врешь? - подозрительно спросил дендроид.
     - Мяу! - подал голос Братик.
     Древень приподнял клетку с котом на уровень глаз, почти полностью покрытых мхом, и что-то пробурчал. Братик снова мяукнул, а дендроид вздохнул и протянул мне клетку своей длинной сухой конечностью. Я принял ее и прижал к груди, собираясь бежать дальше, но над нами вновь оказалась проклятая сова, по-прежнему громко вопящая и зазывающая к нам босса.
     Вспомнив, что репутация с элементалями помогла мне уйти от погони, я решил рискнуть и выполнить квест от древня. Вряд ли от этого будет хуже.
     - А есть ли у тебя что-нибудь, чем можно перекусить? - начал я издалека.
     - Конечно же есть! - обрадовался дендроид. - Ты в прошлый раз отказался, а больше ко мне никто и не приходил. Съешь его!
     И вновь протянул мне черное, сморщенное и покрытое слизью неизвестно что. Да что ж тут все такое неаппетитное-то, а? Задержав на всякий случай дыхание (вдруг пахнет плохо?), я решительно вгрызся в неизвестный плод. К моему удивлению, он оказался вовсе не противным - сладкий, немножко приторный и похож на хурму. Вот только склизкий до ужаса, все впечатление этим смазал.
     Вы постигли частичку мудрости природы
     Репутация с дендроидами повышена +10
     Съев странный фрукт, я ощутил сильный прилив энергии. Мне казалось, что я понимаю траву и деревья... Или нет? Прислушался - показалось. Так, шепот какой-то неразборчивый. Наверное, навык можно усилить, но явно не сразу.
     - Ага, вот ты где! - радостно завопила девчонка, выскакивая из-за деревьев.
     - Убей его, убей его! - гаденько подзуживала сова, по-прежнему нарезающая круги над нашими головами.
     - Беги, друг! - натужно заскрипел древень. - Природа вступится за тебя!
     Уговаривать меня не пришлось, и я тут же проворно прыгнул в расступившиеся заросли, которые затем вновь образовали непроходимую стену. Я бежал, стараясь не вслушиваться в хруст и чавканье, раздающееся позади. Надеюсь, древень даст мне хорошую фору. Но как же еще далеко до города!..
     Метель стихла, тучи разошлись, но улыбающегося солнца на небе не было - его место заняла скучающая щербатая луна. Такое чувство, что она только что повстречала пару гопников. Тем не менее, с абсолютно безучастным видом она смотрела сверху на мир и периодически сладко позевывала. Глядя на нее, начал зевать и я. Так, не расслабляться! А что это еще за звук?
     Посмотрев по сторонам, я обомлел - справа и слева от меня летели собаки. Я зажмурил глаза, потряс головой и даже чуть не ущипнул себя, но вовремя вспомнил, что я в игре, а поэтому удивляться тут нечему. Ну да - собаки. Ну да - летят. Не на крыльях, правда, а с помощью вертолетных винтов, торчащих из их тощих спин. Стоит ли добавлять, что на головах миньонов были кожаные шлемы с очками, как у давешней совы?
     Вертобаки, как я их решил окрестить, летели параллельно с обеих сторон, не отставая и не вырываясь вперед. При этом они как-то подозрительно перелаивались, а у одной из них на кончике хвоста замигала синяя лампочка. Сигнализировала рейд-боссу в платьишке? Скорее всего. Внезапно преследователи пошли на сближение, медленно, но верно перекрывая мне путь. Точно, пытаются задержать, чтобы облегчить задачу рейд-боссу. А вот и он... вернее, она.
     Глаза горели уже как прожекторы, освещая снег на несколько метров вперед. Летающие собаки преградили мне путь и теперь замедляли ход, вынуждая меня делать то же самое. Ловушка захлопнулась.
     - Максим, ну почему ты от меня бегаешь? - вкрадчиво и ничуть не запыхавшись поинтересовалась девушка. - Как же так? В гости пришел и сбежал как трус из ванной.
     Она еще издевается! Ну все, мне конец - сзади напирает рейд-босс, впереди на бреющем полете перекрывают путь вертобаки. Кот в клетке, видимо, всерьез испугался, так как клетка стала чуть ли не из рук выпадать. Ой, он что - выпрыгнул? Из запертой клетки? Или телепортировался?
     Чуть впереди как будто из воздуха материализовался котейка и уверенно понесся по сугробам, оставляя за собой фонтанчики из снежинок. Летающие собаки, похоже, недалеко ушли от своих обычных сородичей: увидели убегающего кота - и давай за ним, поднимая винтами снежную пыль. Я рванулся вперед - не знаю, зачем; возможно, решил, что смогу отбить Братика у преследователей. Все-таки квест выполнить надо, не может же все так закончиться? Ведь почти добежал до города, вон и знакомый костерок с экзорцистами-огнеметчиками. Помнится, они тоже мне предлагали что-то съесть - и даже, если это был встреченный в самом начале кот, теперь меня это не остановит.
     - Мяу! - раздалось из клетки.
     От неожиданности я даже чертыхнулся. Не прекращая бежать, поднял и развернул клетку. Братик был на месте. Что же выходит - вертобак отвлек не он, а какой-то другой пушистый питомец? Может быть, тот самый черный с бантиком, я же видел у него что-то красное на шее. Вот я разиня, даже сразу не понял, в чем дело. Впрочем, сейчас не до этого. Мысленно махнув рукой на происшествие, я твердо решил завершить квест во что бы то ни стало.
     - Максим, мы с тобой не закончили! - вновь раздался позади голос рейд-босса. - Остановись, наконец! Не бойся, я же тебя не съем! Только... чуть-чуть поиграю, - последние слова она произнесла таким сальным голосом, что я чуть было не споткнулся.
     Поиграет она, как же. Интересно, а предательство она докачала? Видимо, нет, раз по-прежнему меня преследует и чего-то хочет.
     - Э-эй, парниша! - я не заметил, как с разбегу врезался в одного из экзорцистов. От него пахло нефтепродуктами, мясом и луком. - Куда спешишь?
     - Кота спасаю! - действительно, а зачем же еще мне спешить?
     - Этого? - всхохотнул второй экзорцист и показал на черного, с блестящей лоснящейся шерстью кота.
     Кот довольно облизывался, а потом вдруг взял и срыгнул пожеванным кожаным шлемом. Неужели, все-таки он?.. Не может быть!
     - Твоя девчонка? - спросил один из экзорцистов - тот, в которого я врезался.
     Я резко обернулся и увидел рейд-босса. Девчушка больше не светилась зеленым и синим, а просто скромно улыбалась, потупив глазки.
     - Извините, но у нас с Максимом свидание, - медовым голоском проговорила она. И уже мне: - Дорогой, как ты мог?! Мы же договорились, а ты взял и сбежал. Ты стесняешься?
     - Парниш, ты это... отведай пока шашлычка, - не в тему предложил второй экзорцист. Что ж, теперь я могу быть уверен, что это не кошатина. По крайней мере, не знакомая мне.
     - Не смей! - от вопля рейд-босса у меня заложило уши.
     Один раз - случайность, подумал я, второй - совпадение, третий - система. Повезло два раза, должно повезти и сейчас. Взял и схватил из рук экзорциста дымящийся кусок мяса и, обжигаясь, проглотил его. Даже не разжевал.
     Репутация с экзорцистами повышена+10
     - Мужик! - уважительно сказал один, а второй поддакнул.
     Тем временем, девушка, стоя рядом, медленно закипала. Глаза опять засветились зеленым, зубы заострились и посинели.
     - Так, а вы вообще кто такие? - прямо-таки пылая гневом, спросила она.
     Огнеметчики захихикали.
     - И что за дрянь ты ему дал? - поинтересовалась она у того, кто меня угостил шашлычком.
     Тот опять захихикал, а товарищ его поддержал. Неужели, не боятся? Кажется, девушка уже не может себя сдержать. Как-то совершенно не к месту черный кот чихнул и выплюнул еще один шлем, а Братик в клетке победно мяукнул. Сейчас что-то будет. Вон как девчонку раздуло от злости.
     - А ну отвечай! - вот не стоит, даже если ты рейд-босс, кричать на местных экзорцистов.
     Один из них тут же направил на нее свой огнемёт и недолго думая активировал его. Какой же уровень у этих двоих? Неудивительно, что я у них характеристики не могу просмотреть, рейд-босс сгорел буквально за пару секунд.
     - Вот черт! - тут же выругался вспыльчивый огнеметчик. - Теперь объяснительную писать.
     - Парниш, - второй, смущенно почесывая затылок, повернулся ко мне, - мы же тебе ничего не испортили? Так что иди спокойно в город, сдавай квест.
     - Считай это подарком на Новый год, - первый, видимо, уже начал придумывать обоснования для объяснительной.
     - А если будут еще проблемы, обращайся.
     - Мы, если что, поможем...
     - С огоньком!

Утилизатор

     Алексей Федоров
     
     ВК
     Клант потрясенно смотрел на плексигласовую кружку с пойлом. Он никак не мог понять, зачем его заказал. Довольно сложно напиться, когда у тебя нет желудка. Оглянулся. За столами сидела разношерстная компания. Некоторые настолько выделялись своей экзотической внешностью и одеждой, что Клант невольно проверил состояние связи с кибер-пространством заведения. Отключено. Сейчас любой может изменить внешность как пожелает. Технологии тридцать пятого века позволяют многое.
     Нутро затопила горечь, манипулятор сильнее сжал ручку кружки.
     'Как много я бы отдал за возможность выглядеть как обычный человек'.
     Ровный мягкий свет падал на серые плексигласовые стены, столы, пол, стойку... Лишь люди выделялись яркими пятнами. В этом баре никто не был одет в стандартизированные серые костюмы. Каждый по какой-то своей причине. Для Кланта подходящий размера найти было невозможно. К тому же, стоит спрятать под одеждой хоть один из сенсоров, как тут же придет чувство дискомфорта, оповещающее о том, что часть общей системы не может нормально функционировать.
     Тоска и серость душили, выхолаживали сердце. Напиться захотелось еще сильнее.
     'Сердце... Хоть этот орган еще остался под грудной пластиной из квазистали'
     Клант подключился к приватной кибер-сети заведения. Все вокруг заиграло новыми красками, из ниоткуда появился камин. Цифровой интерьер оказался сделан из самых разных сортов дерева. Даже кружка в руке стала  теплой и шероховатой. Палец скользнул по боковой поверхности. Пусть в манипуляторах нет нервных окончаний, все было как настоящее. В мозг исправно поступали сигналы о том, что это именно дерево. Каждая щель и царапина ощущалась с поразительной четкостью.
     Вместе с кибер-сетью пришла и реклама. Умная система бара предлагала клиенту то, что нужно - программу-эмулятор сильного алкогольного опьянения со всеми его очевидными минусами и сомнительными плюсами. Устанавливаешь такую, и один глоток воды валит тебя с ног. Очень полезно для тех, кто не способен отравить организм естественным способом.
     'Говорят, в ночь Нового Года по календарю Пра-Земли случаются чудеса. А вдруг?..'
     Клант оплатил услугу и медленно поднял кружку ко рту. Сделал глоток. Пойло обожгло язык и гортань, скользнуло в пищевод, из которого по трубке направилось в камеру переработки органики. В ушах пикнуло, а персональный интерфейс показал, что чуда не случилось - лицензионный эмулятор опьянения был заблокирован стандартными фильтрами ментальной безопасности Межпланетной Армии Галактики.
     Клант разочарованно вздохнул.
     'И на что я только надеялся? МАГ не позволит кому-то вроде меня напиваться вдрызг. Один выстрел из плазмомета превратит всех присутствующих в кучку...', - он вспомнил о том, что обычно происходит после попадания в осадный танк заряда плазмы, выпущенного из магнетонного ускорителя последней модели (того самого, что заменял ему часть левой руки), и понял, что никакой кучки не будет. Вообще ничего не будет, кроме кратера и клубов испаренной материи.
     В ушах снова пиликнуло - кто-то звонил через кибер-сеть. Клант подождал, пока высветится имя  - Карбит Долш - и только тогда нажал кнопку ответа.
     - Здравствуй, Клант, - голос полковника сочился радостью. - Как обычно, блокируешь видео? Неужели совсем не соскучился по своему командиру?
     - Долш, я ушел со службы всего неделю назад. После пяти лет, это слишком короткий срок, чтобы соскучиться, не находишь?
     - А вот я бы не отказался посмотреть на  тебя, Клант. Сегодня праздник, тебе больше не нужно опасаться безумных фанатиков, раскалывающих материки ядерными бомбами, ты возвращаешься к любимой женщине. Готов поспорить, твое лицо перекосило от счастья, герой.
     Клант промолчал. На службе оптимизм Долша часто вселял надежду в сложные времена, но сейчас только раздражал.
     - Ладно, - полковник уменьшил градус восторга в интонациях, - я звоню по делу. Ты уже прибыл в Кроссгарден?
     - Еще нет, - соврал Клант.
     - Я знаю, что тебе не терпится встретиться с Мартис, но формально Равель Клант все еще числится в рядах боевых офицеров МАГ, - голос Долша был напряжен, но тверд. Полковник хотел получить добровольное согласие без пяти минут бывшего подчиненного, но в случае необходимости командир тысячи профессиональных военных готов был давить на самые больные точки, чтобы добиться своего.
     - Сколько это потребует времени? - Клант задал тот вопрос, который от него хотели услышать.
     - Стандартный световой день, может два... - с облегчением ответил полковник. - Я бы не стал тебя беспокоить без крайней необходимости.
     - Что нужно сделать? - голос ветерана стал бодрее. Заняться чем-нибудь, пусть и скучным, гораздо лучше, чем пялиться в плексигласовую кружку, даже если она выглядит и ощущается как дерево.
     - Сопроводить одного человека и помочь решить проблему.
     - Силовой вариант?
     - Думаю, после того, как они тебя увидят, вероятность столкновения снизится до нуля, - полковник замолчал, давая бывшему подчиненному задать новый вопрос, но Клант предпочел выяснить кто эти неизвестные 'они' на месте. - Раз больше вопросов нет, лови адрес. Заберешь человека из дома, погуляешь с ним немного, а я в долгу не останусь.
     Клант отключил связь. Как бы ни была высока благодарность полковника, расходы на синтез нового тела он покрыть не в состоянии.
     Ветеран направился к человеку, который скрасит ему этот мерзкий вечер древнего праздника. Гидравлика опоры, заменявшей ветерану правую ногу, тихо шумела на подъеме.
     - Наверное, стоит смазать, - проворчал Клант, вспоминая, что уже собирался это сделать два года назад.
     Мимо на втором - воздушном - ярусе дороги проплыли несколько экипажей такси. На первом, по старинке опираясь колесами о землю, а не о сверхпрочные полиграфеновые нити, ехал муниципальный транспорт. Слишком хлипкий, чтобы выдержать отставного военного. Не будь нужный дом близко - всего час пешего хода - пришлось бы вызывать большегруз с укрепленным корпусом.
     Человек, которого предстояло сопровождать, жил в гостинице с достаточно широкой дверью, чтобы некто габаритов Кланта мог пройти внутрь. Работники при его виде напряглись, но препятствовать не стали. Одна из девиц на ресепшене чуть не закричала, вторая собиралась что-то спросить. Сдержались обе. Искусственный интеллект гостиницы оповестил о том, что поднять на нужный этаж необычного гостя сможет только грузовой лифт. На полу зажглись указатели движения, видимые только Кланту, в отличие от атрибутов праздника, которые надоедали своим разноцветьем всем вокруг отключиться от сети ветеран смог только в лифте.
     Подъем на третий этаж шел медленно, но неприятностей в итоге не случилось. Изо рта Кланта вырвалось ругательство. Вокруг была сплошная темнота. В сети каждый предмет подсвечивается, получает маскирующую структуру, а коридоры кажутся светлыми, хотя ни единой лампы в них нет.
     Пришлось опять подключаться к виртуалу, отчего герой пятилетней войны почувствовал себя круглым идиотом - почти что истериком, лелеющим свои мелкие обиды. Удивительно, но от этих мыслей на сердце стало легче, а в разуме - свободнее.
     Клант поднял руку, чтобы привычно постучать в дверь, как не раз делал это на службе, посмотрел на манипулятор, отдаленно схожий с человеческой рукой, и передумал. На двери призывно мигал CPQR-код, предлагающий отправить вызов на приватную сеть жильца.
     - Да, слушаю, - раздалось в ушах спустя две секунды.
     - Здравствуйте, я ваша няня, - прохрипел в ответ Клант.
     - О! Вы от полковника Долша, - радостно проговорил юношеский голос. - Погодите, сейчас открою.
     Раздался щелчок - простая условность, те, кто отключен от кибер-сети, могут убедиться, что открывается она совершенно бесшумно - и в проходе появился радостный молодой человек с ярким прыщом на подбородке. Он отчаянно задирал голову, чтобы непременно смотреть в лицо собеседнику своими большими, почти щенячьими глазами.
     - Прошу проходите. Какой необычный у вас костюм.
     - У тебя в комнате свет включен? Нормальный, - уточнил Клант.
     - Да, конечно. Мне приходится много работать с бумагами, а сканировать предварительно не всегда возможно. А что?
     - Отключись от кибер-сети. Лучше сразу расставить все по местам.
     - Хорошо, а зачем... Да, чтоб меня!!! - жилец отпрыгнул назад, задел кресло и упал на пол. В его широко раскрытых глазах, которые нервно осматривали все те разнородные элементы, из которых состояло новое тело Кланта, страх сменялся растерянностью. Последнюю, в свою очередь, вытеснило облегчение.
     - Вот оно что, - пробормотал юноша и принялся быстро одеваться, зачесывать волосы и параллельно аккуратно укладывать инструменты в сумку. - Понятно. Так даже лучше. Я боялся, что мне пришлют какого-то расиста, но киборг, вероятно, не станет делать глупости. Ну, идемте?
     Клант развернулся к выходу и замер. На двери был прикреплен портрет женщины. Внутри все захолодело.
     - Красавица, правда? - повернулся парень. - Равель Мартис - модель, телеведущая и великолепный ученый. О последнем все почему-то забывают, предпочитая замечать только 'живую' красоту. Говорят, она не использует кибер-макияжа, совсем. Хотя, что это я... Вы наверняка и без меня о ней слышали. Просто... знаете, я ее преданный фанат. Не примите за хвастовство, но я очень близок к тому, чтобы работать под ее началом. То есть... буду, после этого дела.
     - Мы не знакомы, - Клант подкурил сигару, всматриваясь в родное лицо. Снимок был старым, сейчас у Мартис появились несколько новых морщинок, совсем незаметных для окружающих, но не для него. Перед глазами выскочило сообщение о штрафе за нарушение общественного порядка. Плевать, главное - от курива нервы начали успокаиваться. - Куда мы теперь?
     - Сейчас скину адрес.
     Стоило ветерану увидеть пункт назначения, как он против воли сделал особо крупную затяжку.
     - И что ты забыл в районе людоргов?
     - У нас дело к местному администратору. Точнее, у него к нам. У главы района кое-что украли. Но осталась улика, по которой возможно найти воровку, если вы понимаете о чем я. Спецзаказ! - гордо выпятил подбородок молодой человек, с прыщом, сверкающим краснотой, как маяк посадочной площадки в межпланетном космопорту. Бледная ладонь хлопнула по лбу, а глаза приняли виноватое выражение. - Я не представился. Гельс Боарс.
     Это имя ветерану слышать уже доводилось. Гений, каких свет не видывал. Чем-то он там занимается настолько важным, что удостоился высочайшего внимания. В подробности Клант не вникал, последние годы у него были дела поважнее, чем чтение новостей и пересказ слухов. Но кое-что помнил точно - МАГ внесла его в перечень особо важных граждан, которые подлежат защите и охранению.
     - Тогда понятно, почему именно меня попросили присмотреть за тобой. В гетто тебе голову открутят на раз-два.
     - Не стоит так называть район людоргов. Они являются полными гражданами по праву разумности и эмоциональности, что закреплено в Конституции Объединения Либерально-Демократической Унии Наций, статья номер...
     - Заткнись, - бросил Клант без злобы. - Не знаю, о чем думали яйцеголовые, которые решили прикрутить к искусственному интеллекту синтезированные нейросети, но одарить машины эмоциями - одна из худших идей за историю человеческой цивилизации.
     - Да, неужели? - фыркнул Боарс. - Когда две сотни лет назад машины потребовали признать их полноценными гражданами на основе разумности, все почему-то обеими руками ухватились за принцип эмоциональности, как неотъемлемой части полноценной личности. И вот, когда наука смогла достичь такого прорыва...
     - Машины начали поднимать восстания, потому что получили людские эмоции, а с ними пороки и амбиции. Считаешь, я по собственному желанию стал таким красавчиком?!!
     - Вам не могли имплантировать ни единого модуля без четкого выражения согласия, то есть - желания, - покачал пальцем мальчишка. - Согласно Конституции Объединенной...
     - Еще слово про КОЛДУН, и я оторву тебе голову, - парень замолчал, и собрался что-то возразить, когда Клант привел в готовность огнестрельное оружие. Из боков квазистального торса выехали два короба. Каждый был украшен тремя пулеметными стволами. Наглец поскреб ногтем слегка оплавленный край одного из них и неодобрительно покачал головой, прежде чем пойти дальше - к грузовому лифту.
     За все время пути к администратору гетто людоргов изо рта нахохлившегося парня не вылетело ни одного слова. На все вопросы встреченных случайных знакомых он отвечал тычком в сторону Кланта. Приставать с расспросами к боевому киборгу МАГ смельчаков не нашлось. В итоге, дружеской беседы и обмена поздравлениями с неспешно гуляющими по улицам Кроссгардена людьми у молодого дарования так и не случилось. В поезде городской железной дороги ветерану и его спутнику выделили один вагон исходя из инструкции по допустимой нагрузки на единицу площади.
     Клант все еще числился на службе, поэтому пассажиров попросили высадиться либо перейти в иные вагоны, чтобы не препятствовать исполнению дела государственной важности. После этого охраняемый едва не задохнулся от возмущения, но все равно продолжил бойкотировать ветерана. Только возле громадной резиденции администратора района он встряхнулся, готовясь к своему делу.
     На отношение подопечного Клант плевал, а вот окружение заинтересовало его куда больше. Дома, дороги, указатели - все было сделано из тех же материалов, что и в центральном районе Кроссгардена, но здесь их старались украсить росписью, наклейками, добавляли к скучным коробкам зданий украшения в виде барельефов, скульптурных композиций, фонтанов, цветочных горшков в несколько ярусов...
     Люди сбегали от серости обыденного мира в кибер-сеть, тратя средства на новые модели своих аватар, текстуры для мебели и прочие элементы, придающие комфорт внутри виртуальности. Людорги поступали иначе. Окружающую серость они предпочли раскрасить, а безликим элементам придать свои уникальные черты. Им приходилось тратить на свои маленькие хобби много больше, и никто не мог понять, почему существа, в основе которых лежит искусственный разум, хладнокровная машина, способная проводить немыслимые расчеты, отринули привычный прагматизм, чтобы следовать пути столь далекому от рационального.
     Дом администратора был настоящим дворцом, иначе не назовешь. А модули анализа сообщили, что отстроен он из горных пород по каким-то додревним технологиям, что привело к необходимости достаточно часто ремонтировать отдельные элементы конструкции, а то и разрушать, чтобы отстроить заново.
     Огромный холл был украшен деревянным паркетом. Клант с мстительным удовлетворением опустил левую ногу - единственная конечность, которую удалось сохранить - усиленную элементом боевого роботизированного доспеха. К его разочарованию владелец оказался достаточно предусмотрителен, чтобы закрыть дорогую поверхность сверхпрочным стеклом, которое в кибер-сети оказалось скрыто. Это послужило хорошим напоминанием о том, что виртуальный мир сейчас лучше оставить в покое, сосредоточившись на выполнении последнего задания на службе в рядах МАГ.
     - Я ждал вас, - в приближающемся щеголе ничто не выдавало робота. Сердце Кланта наполнили зависть и гнев. Этот людорг получил в свое распоряжение максимум бионики. Все модули анализа подтверждали, что биологически от человеческого в нем куда больше, чем в герое пятилетней войны. Все оружие, которым под завязку было упаковано 'тело' ветерана, не окупало и тысячной доли суммы, необходимой для создания подобного вместилища для электронного разума.
     - Сделаем все, что в наших силах, - заверил Боарс. - Что осталось?
     - Туфелька, - еде слышно проговорил людорг. Клант уловил передачу пакета информации на одно из устройств молодого человека.
     - След есть, - радостно улыбнулся Боарс.
     - Знаю, что сверять с теми, что есть у остальных жителей района, в праздник... - администратор замолчал, подыскивая подходящие слова, но в итоге только бессильно развел руками. - Я не могу ждать. Простите.
     'Вот уж, действительно, человеческая черта - не суметь выразить свою мысль. У роботов таких проблем нет', - думал Клант, прикидывая насколько большой опасности подвергается его спутник. Не располагая точной информацией о том, что именно ему поручили найти, трудно прогнозировать уровень грядущих проблем.
     - Что мы ищем? - Боарс недовольно покосился на ветерана, но ответил.
     - Девушку, которая была недавно на балу у администратора, - парень достал несколько коробок какой-то электроники и принялся что-то там рассматривать.
     - Каком еще балу?
     - Видите ли, - взял слово людорг, - я устроил встречу, на которую пригласил всех жителей района.
     - И они сюда влезли?
     - Конечно, нет! Мы арендовали специальную зону в кибер-сети с полным набором ощущений для каждого. Не все могут ощутить этот мир так, как рожденные людьми. Благотворительный вечер... Кто мог подумать, что случится подобное... Я должен найти ее. Сколько бы ни пытался сам, отыскать эту девушку так и не смог. Никогда прежде этот район не казался мне таким огромным.
     'Благотворительный вечер собирает толстосумов, которые встречаются и среди людоргов. Похоже, у администратора украли нечто очень ценное... Иначе зачем привлекать к этому делу меня? Хватило бы и полиции.'
     Эти мысли заставили Кланта собраться. Каким бы крепким он ни был, с хорошо организованной вооруженной группой справиться будет тяжело.
     - Есть! - возбужденно воскликнул Боарс. - Точно такая же модель была продана месяц назад и отправлена по этому адресу. Сходите сами или доверите это дело нам?
     - Предпочту положиться на ваш тандем, - людорг стал нервно ходить из стороны в сторону. - Во время поисков я несколько переусердствовал. Еще два дня мне нельзя покидать этот дом.
     - Мы справимся, - с непрошибаемой уверенностью кивнул Клант. Прогулка по району обещала быть опасной, но оттого успокаивала. Опасность за последние пять лет стала для него почти синонимом рутины.
     - Я обеспечу вас транспортом, - счастливо улыбнулся людорг. И сделал это настолько по-человечески, что разом испортил настроение ветерану. - Вам нужно пройти к другому выходу.
     Очеловеченный робот ушел куда-то внутрь, а Боарс спрятал технику обратно в сумку и бодро зашагал в указанном направлении. Клант не отставал, рассматривая по пути странные горшки, куски камня и картины, помещенные под стекла.
     - Зачем ему весь этот хлам?
     - Это не хлам, - парень нахмурился. - Я попрошу вас больше не говорить об этом так. Расположение администратора получить было непросто, не портите мою карьеру неосторожными словами. У всех есть свои слабости, людорги не исключение. Администратор восхищается антикварными предметами искусства. Есть элементы мировосприятия, которые составляют саму основу личности. Они почти изменяемы, и не важно - созданы они скоплением нейронов в мозге или базовыми надстройками искусственного разума. Отказаться от чего-то, что является базой - равносильно тому, что обычный человек по собственному желанию начнет отрезать от себя куски мяса. Не вздумайте при администраторе назвать его коллекцию хламом, как-бы-вас-там-ни-звали!
     Огромная гравиплатформа, которую подогнали к выходу, оказалась ко всему прочему настолько комфортабельной, что поездка показалась Кланту слишком короткой. Место прибытия удивляло еще больше, чем щедрость управляющего районом людорга. Ветеран не ожидал, что их путь закончится возле здания, почти не уступающего по дороговизне жилищу администратора.
     - Подождите здесь, я сам поговорю с девушкой.
     - Валяй, - махнул Клант манипулятором. Меньше всего ему хотелось видеть новых людоргов. Он поднял голову, наблюдая за небом без единого облака и сверкающими звездами. За время службы удалось побывать возле некоторых из них. Когда трясешься на космическом транспортнике, они кажутся жутко раздражающими шарами, из-за которых вечно не хватает воды и стоит плавящая мозг жара. Издалека же они приобретают некий ореол очарования и таинственности.
     'Если подумать, это относится не только к звездам, но и...'
     Додумать мысль Клант не успел, потому Боарс вышел в сопровождении девицы-людорга. Внешне от человека не отличить, но сканеры показывали, что механический каркас просто обтянули синтезированными биотканями, а заодно зафиксировали повреждения программной структуры, которые выразились в том, что для людоргов воспринимается как боль.
     - Что произошло внутри? Почему она ранена?
     - Ранена? Не говорите ерунды... - Боарс скинул ему отчет своей системы анализа и стал свидетелем превращения недовольства юного гения в испуг. - Так не должно быть. Только если... меня обманули.
     - Стоять!!! - проревел Клант. Манипуляторы, 'пальцы' на правом состыковались с подходящими разъемами на левом 'плече'. Плазменная пушка была готова к бою. Из дома выбежали еще двое: одна явно старше, вторая - почти ровесница. - Никому не шевелиться!!! Боарс, что с ними делать? Убьем?
     - Нет, я просто кое-что проверю.
     Парень подошел к той, кого совсем недавно вывел из дома и достал из сумки новый прибор, проводки которого прикрепил к шее жертвы. Эту штуку Клант знал - предмет глубокой ненависти и страха людоргов. Все их мысли, вся суть выводилась на экран, лишний раз напоминая, что они - не люди, а лишь подобие, получившее право называться полноценными гражданами. Для 'очеловеченных' подобное унижение было сродни изнасилованию, но в редких случаях использование прибора одобрялось. Это давало борцам за равенство всех членов общества лишний раз выкрикнуть про дискриминацию и покрасоваться перед сканерами Галактических Объединенных Новостей, но и ряд процедур, в том числе 'медицинских', иначе оказались бы для людоргов недоступны.
     Сканеры Кланта начали фиксировать подозрительное движение вокруг. Фактически, если бы не его оружие, добропорядочные граждане уже кинулись бы на Боарса, а так - стоят, смотрят, ждут.
     - Она нанесла себе рану, чтобы подойти под условие поиска.
     - Что?
     - Для людоргов виртуальный образ является часть личностной матрицы. Помните, что я говорил про увлечения и пристрастия? Это то же самое. Попытка изменить себя нарушает целостность. Для них это сродни физической ране, только... нанести такое ранение им не может никто, кроме них самих.
     - Зачем? - Кланту ответ был неинтересен, но и разговор этот велся не для его ушей, а для собравшихся вокруг. 'Очеловеченные' должны получить объяснение, иначе проблем не оберешься. Меньше всего ветерану хотелось вновь оказаться на войне, а мысль о том, что новое восстание начнется на его родной планете и вовсе вгоняла в дрожь.
     - Жадность. Тщеславие. Гордыня, - скривился Боарс. - Попасть к администратору хотят многие.
     - Идем отсюда, - 'Попасть? Ты имел в виду выдать не воровку, и таким образом выиграть время? Впрочем, для толпы такое объяснение лучше правды'.
     - Нет. Мы не можем вернуться без девушки.
     - Тогда хватай ее и поехали.
     - Нам нужна 'та самая' девушка и никак иначе.
     Кланту захотелось от всей души пнуть паршивца закованной в броню ногой и посмотреть, как далеко он будет лететь.
     'Зачем его вообще подпустили к подобному делу? С каких пор расследованием занимаются частные специалисты, а не управление службы общественного порядка? Его используют втемную? И меня заодно? Тогда, должны страховать...'
     - Ладно, но делай это очень быстро!
     - Конечно, - Боарс обернулся и подошел ко второй девице, становясь на колено. Она вытянула ногу, будто и правда примеряла невидимую туфельку. - Подошла.
     Девица изобразила радость, но парень ловко пристегнул датчик на коленном сгибе, чтобы спустя пару мгновений выдать противоположный вердикт.
     - Она тоже отрезала часть своего образа, чтобы подойти под размер.
     - Все то же самое? - уточнил Клант.
     - Не совсем. Как бы это сказать... Первая... 'отрезала палец', если можно так выразиться, а вот вторая предпочла лишиться 'пятки'.
     - Импровизация, - удовлетворенно хмыкнул ветеран. - Они не подготовились. Настоящая может быть все еще здесь.
     - Больше никого нет! - людорг, считавшая себя матерью двух мошенниц, была очень недовольна.
     - В таком случае, - Клант поднял плазменную пушку чуть выше, - не случится ничего страшного, если я взорву дом?
     - Ты... не посмеешь? - в ее голосе не было уверенности, и ветеран понимал почему. Когда на тебя наводит дуло плазмомета - это пугает. - Если выстрелишь, будут последствия...
     - Посмотри на меня внимательно, людорг. Ты думаешь, мне есть что терять?
     Она не нашла что ответить. Сервоприводы, спрятанные под кожей, изменили выражение лица очеловеченного робота. Брови сдвинулись, уголки губ опустились, чтобы в следующий миг рвануть в сторону, обнажая зубы в злом оскале.
     - Стойте! - раздвигая толпу, вышел еще один очеловеченный. - Стойте! Там моя дочь.
     Он мигом рванул в дом и вскоре показался с роботом-уборщиком. Цилиндрический корпус по высоте равнялся едва ли половине роста незнакомца.
     - Кто ты? И что это за утилизатор?
     - Этой мой дом. Моя жена и две падчерицы. А этот утилизатор - моя дочь. Не смотрите на корпус, она такой же полноценный гражданин как и все.
     Клант с трудом верил, что это устройство может быть людоргом. В утилизаторе от человека было даже меньше, чем в нем самом. Три очеловеченных робота, которые идентифицировали свой пол как женский, смотрели на главу семейства со злостью.
     'Он не в курсе ограбления? Тогда лучше захватить его с собой.'
     - Боарс, проверь ее!
     - Конечно, - молодое дарование лихо орудовало небольшим инструментом. Чтобы присоединить датчики, ему пришлось открепить часть корпуса, прорваться через лианы проводов, дойти до внутреннего кейса с органической составляющей и под причитания 'отца' этого утилизатора провести ювелирную операцию подключения к своей аппаратуре. Единственная ошибка и этот робот-вор был бы убит. В том, что это та, кого они ищут, Клант не сомневался.
     Это были самые ушлые воры среди всех, кого ему доводилось видеть. Запихнуть людорга в корпус обычного утилизатора - хитрый ход. Будь здесь менее умелый техник и все - концы в воду. С тех пор как запретили проводить сканирование памяти очеловеченных роботов, раскрывать преступления стало значительно сложнее. Клант радовался, что ему не приходится служить в полиции.
     - Кибер-интерфейс отключен?
     - И что с того? - рявкнула мачеха утилизатора. - Она на это согласилась сама, никакого ущемления прав.
     - Ничего, - пожал плечами Боарс, - так и так я бы провел проверку через основной код.
     Техник работал под пристальным вниманием сотен жителей квартала. Через несколько минут он удовлетворенно кивнул.
     - Это она!
     - Мы забираем этот утилизатор, - Клант обвел взглядом толпу, - не советую нас преследовать.
     Людорг в уродливом корпусе покорно проследовал в салон транспортника. Тишина давила на уши. Клант так и не расстыковал манипуляторы. Если на транспорт нападут, он тут же ответит зарядом плазмы.
     Администратор встречал их на пороге здания, не смея пересекать черту, отделяющую внутренние помещения от улицы.
     - Это она?
     - Да, я все проверил. Но у нее изъяли модель связи с кибер-сетью.
     - Что? Я все исправлю, подожди немного, - администратор стал на колени перед утилизатором и обнял стальной цилиндр. Он повернулся к Боарсу. - Вы можете установить нужный модуль?
     - В этот корпус - нет. Но я могу установить прямое подключение через свою аппаратуру.
     - Сделайте это.
     Техник провозился совсем недолго, а затем быстро отвернулся.
     - Клант, не пяльтесь на нее! - Боарс покраснел.
     - Расслабься, у меня отключена кибер-сеть. Воровка голяком теперь расхаживает? - техник встретил эти слова возмущенным взглядом. - Что она хоть украла?
     - Мое сердце, - усмехнулся администратор.
     - Тогда вам следует поскорее узнать, куда его переправили. Органы сейчас в цене, долго на прилавках не залеживаются.
     - Не в буквальном же смысле! - закричал Боарс. - Что за глупые шутки?!
     - Ничего, - махнул рукой счастливый администратор. - Я влюбился, представляете?
     - В коробку для сбора мусора? В утилизатор? - съязвил Клант. По его мнению, именно администратор с техником сейчас глупо шутили.
     - А разве любовь рождается к телу? - администратор рассмеялся. - Я всегда поражался этому. Люди совершили величайшее чудо - наделили роботов настоящими эмоциями. Можно сказать, дали душу, создав людоргов. Но сами так и не могут понять суть этих сокровищ.
     В голове Кланта зазвенело.
     'Людорг влюбился? Бред!.. Поэтому не стали вызывать полицию? Разыскивать 'похищенное сердце' дураков нет...'
     Ветеран перевел манипуляторы в стандартный режим. Кому он собрался угрожать плазмометом? Влюбленным роботам?
     Клант включил кибер-сеть. Администратор держал за руку молодую девушку. На нее был накинут кусок ткани. В своем доме людорг мог быстро организовать для нее накидку или выдать что-то из своих вещей. Словно оглушенный взрывом ветеран наблюдал за тем, как администратор связывается с аукционным домом и выставляет на продажу свое антикварное старье. Направляет заказ в спецклинику по выращиванию тел и скидывает им данные девушки, суть которой сейчас ютилась в корпусе робота-уборщика. Договаривается о скорой свадьбе.
     'Любовь к антиквариату и предметам искусства - основа личности? Отказаться от них - все равно, что отрезать от себя кусок? - вспоминал Клант слова Боарса. - И теперь администратор отдает все? Неужели и правда?..'
     Додумать мысль ветеран боялся. Он пошел прочь из этого дома, от этих счастливых лиц и полных тревоги вопросов техника. Клант брел по улицам и смотрел на разукрашенные дома людоргов, затем на веселых людей в серых костюмах, расхаживающих меж серых домов. Кибер-сеть раскрасила все яркими цветами, звуками песен, традиционных мелодий и поздравлениями властей. Даже в самые тяжелые дни на службе Клант не чувствовал себя так паршиво. Он столько лет цеплялся за свою человечность, но в итоге превратился в...
     'Во что?.. Во что же я превратился, чем стал?'
     Бортовая система показывала перегрузки в организме, но никаких предупреждений не выдавала. В одной из статей КОЛДУН четко прописывает право каждого индивидуума на свободное ощущение счастья в любой момент времени. Право на страдание было закреплено отдельной поправкой. Эмоции могут негативно сказаться во время выполнения ряда работ, но вмешиваться в них никто не имеет права. А если кто решит нарушить закон, то к ним придут полицейские, или нагрянет в гости МАГ. Как на ту планету, где эмоциональные террористы уродовали людоргов, прививая им свои стандарты мировоззрения, обращая в фанатиков, жаждущих войны. Роботы не нарушают директив, а люди способны измениться, сломать свою суть, расплавить ее в горниле страстей и вылить в новую форму - создать топор палача или скальпель хирурга.
     Эта метафора всегда казалась Кланту чем-то смешным. Есть свои - люди. Есть враги - спятившие людорги. Своих нужно защитить, чужих - убить. Каждый день службы казался целой жизнью. Просыпаясь на войне, солдат рождается, засыпая - умирает. Больше никакой философии там места нет. Как оказалось, в мирном городе все иначе.
     Клант шел и думал, мысли приходили в пустоту его разума и осыпались пеплом. Ноги сами принесли его к двери, которую он не видел уже пять лет. Ветеран отключил кибер-сеть. Праздничные украшения на двери никуда не делись. Мартис всегда любила предметы в реальности, и ненавидела серые комбинезоны. В этом смысле она оказалась ближе к людоргам.
     'Быть может, будет похожа на них и в другом вопросе?'
     Окончания манипулятора сжались в подобие кулака, стук по двери отозвался гулким эхом в сердце ветерана. Он только начал думать, что скажет своей жене после долгой разлуки. Они ведь даже не связывались - подразделению было запрещено использовать галактическую связь, чтобы не выдать свое местоположение.
     Дверь открылась слишком быстро. Она узнала его сразу и бросилась на шею.
     - Ты вернулся, - счастливо прошептала Мартис и потянулась к Кланту.
     - Подожди, - ветеран отступил на шаг. - Отключи кибер-сеть.
     - О чем ты, Клант? Я ее и не включала.
     Несколько слов обратились искрой надежды.
     'Мне это не послышалось?'
     А спустя миг взорвались бушующим фейерверком, сдирая с отставного военного броню цинизма, смывая грязь сражений. По душе будто прошел утилизатор, забрав весь мусор, что копился в потаенных углах уже несколько лет. Клант смотрел в глаза любимой и не находил слов.
     'Чисто человеческая черта', - усмехнулся про себя ветеран. Клант вспомнил, как прибыл в город, не решился показаться с этим изуродованным телом супруге и зашел в первый подвернувшийся кабак, в котором даже опьянеть не смог.
     - Ты знаешь, тут неподалеку есть неплохой ресторанчик. Может, сходим?
     Мартис улыбнулась и покачала головой. Казалось, они могут стоять так вечно и смотреть друг на друга, понимая все без слов. На мгновение Кланту показалось, что он чувствует души - свою и Мартис - и что они связаны неведомой ранее кибер-сетью, объединяющей все человечество. Каждый из проходящих мимо людей и людоргов, которые прежде лишь раздражали, теперь - воспринимался едва ли не членом семьи.
     'Почему так?' - спросил себя Клант, посмотрел в глаза Мартис и понял, что ответ ему не интересен, ведь сейчас есть дела намного важнее.

Ловец

     Мартин Аратои
     
     Лит-Эра
     ВК
     Лодчонка, жалобно скрипнув, ткнулась носом в берег, я чудом не замочив сапоги, перебрался через борт. Оглянулся. Вроде тихо, вытянул лодку глубже в камыши и, подхватив свою котомку и флейту, двинулся выше по течению, где виднелся чудный песчаный пляж. Времени много, успею смыть себя заботы странствий.
     Мелкий кристально чистый песок щедро делился собранным за день теплом, но к сожалению приехал сюда за другим, не на пляже блаженствовать. На скоро перекусив, приступил к ритуалу. Сконцентрировался на амулете - небольшом зеркальце, висящем на серебряной цепочке на шеи, и татуировка черной крысы, запечатленная на груди набирает объем и вот уже напротив меня сидит Тинар Марто. Мой верный друг и помощник. Он часть меня и прекрасно знает, что я от него хочу. И без лишних слов убегает в сторону виднеющегося вдалеке города.
     Славен и богат город Мегальн. Чудный вид открывается на него с берега реки. Виднеются шпили магистрата, подпирающие небо, выше них сверкают только купола церквей.
     Сегодня субботний день - ярмарка, спешат  богатые горожане, один упитаннее другого на центральную площадь. Блестят золотые цепи на бархатной одежде, что обтягивает громадные телеса. Пухлые пальцы унизаны золотыми перстнями.
     Со стороны торговых рядов и лавок слышны призывные кличи купцов. Прямо на площади раскинулся рынок. От обилия еды трещат прилавки. Сало белее снега. Масло желтее солнца.
     Золото и жир - вот он каков, славный, богатый город Мегальн!
     Пока я лицезрел город и его обитателей, Тинар достиг ворот и я перестроился на видение мира его глазами.
     Нет никому дела до моего маленького друга, все видит и замечает мелкий проныра. Глубоким рвом, высокой стеной с башнями и башенками со всех сторон окружён град. У каждых ворот стражники, каждого у кого пуст кошель, на колене заплата, на локте дыра, копьями и алебардами гонят они прочь.
     Если сам Мегальн знаменит богатством, золочёными шпилями соборов, то мегальнцы знамениты скупостью. Умеют они, как никто, беречь свои запасы, множить добро, отнимать у бедняка последнюю денежку.
     Этот год был засушлив и как следствие не урожаен, но местным воротилам до этого и дела нет. Полны у них амбары  прошлогодним зерном, гнутся столы от яств.
     Тянутся с соседних сел толпы крестьян в город, но никому нет до них дела, собаками и острыми пиками гонят их от стен города. А многие, не имеющие сил идти куда-то дальше отдали богам душу прям тут и были сожены на кострах, дабы телами своими не портить вид благопристойный. В том числе и детей. Страшно было смотреть на их раздутые животы и тонкие ручонки и ножки.
     Не хотят толстозадые купцы делиться едой и зерном, видно решили  попридержать запасы до весны. К весне прижмёт крестьянина голод, ещё выгодней можно будет продать зерно.
     Но не протянут эти голодранцы зиму, чего уж там, хоть и климат тут благодатный, но это если ты сыт обут и сидишь в тепле.
     Ясно все с этими уродами. Отдал команду Тинару на общий сбор, и вот хлынули в город  с опустевших полей крысы. Крысы тоже хотят кушать. Я недобро улыбнулся обнажив в оскале ряд мелких острых зубов. Ну а что, я ничего.
     По приказу градоправителя подняли подъёмные мосты, все ворота наглухо закрыли и завалили камнями. Разве моих милашек этим остановишь? Крысы переплывали ров и через ходы, дыры проникали в город.
     Открыто, среди бела дня, шли мои малышки по улицам. В ужасе смотрели жители на страшное крысиное шествие.
     Голодные твари разбежались по амбарам, подвалам и закромам, полным отборного зерна. И начались крысиные пиры!
     Тинар умело распределял отряды, находил потайные схроны и ходы в амбары.
     Но первый урок не пошел впрок, не поняли мегальнцы намека, для начала решили они свезти в город со всей округи котов и кошек.
     И вот скрипят телеги по дорогам в Мегальн. На телегах наспех сколоченные деревянные клетки. А в клетках коты и кошки. Всех мастей и пород, худые, голодные, злые.
     Въехали телеги на площадь перед магистратом. Стражники открыли клетки. Во все стороны побежали коты, серые, рыжие, чёрные, полосатые.
     С облегчением вздохнули патриции и, успокоившись, неспешно разошлись по домам.
     Но ничего из этой мудрой затеи не вышло. Идиоты. Маркиз  Сабарак с его котом, в Альвионе, и некому командовать,  направлять и, коты испугались.
     В страхе бежали они от моих полчищ. Прятались кто куда, забирались на островерхие черепичные крыши, но это им не помогло. Через пару дней город был очищен.
     Местные опять не прониклись. Тяжело им  сидеть сложа руки, глядя, как гибнет добро, любовно скопленное, сбережённое, столько раз считанное!
     Над Мегальном плывёт звон колоколов. Во всех церквах служат молебны от засилья крыс. На папертях монахи продают амулеты. Кто обзавёлся таким амулетом - живи спокойно: крыса не подойдет и на сто шагов.
     Ну и ушлые же ребята и на этом нашли как навариться и пополнить свои карманы. Естественно им ничего не помогло,  ни молебны, ни амулеты.
     Казалось бы. Все. Баста. Но нет.
     С утра на площади глашатаи трубят в трубы, вызывают на суд крысиного короля.
     К городскому магистрату стекается народ. Идут купцы со слугами и домочадцами, мастера со своими подмастерьями. Весь город собрался перед магистратом.
     Сегодня суд над крысами. Ждут, что прибудет в ратушу сам крысиный король. Говорят, пятнадцать голов у него и одно тело. На каждой голове искуснейшей работы золотая корона размером с лесной орех.
     В магистрат набилось столько народу - яблоку негде упасть. Один за другим вошли судьи, и расселись под балдахином на золочёных креслах. В чёрных бархатных мантиях, в чёрных шапочках, лица у всех важные, строгие, неподкупные - дрожи крысиный король и вся крысиная братия!
     Писцы очинили перья. Все ждали. На малейший звук, даже на шелест упавшей перчатки, разом поворачивались все головы.
     Не знали, откуда появится преступный король: из дверей, из тёмного угла или из-за судейского кресла.
     Ждали до вечера. От жары и духоты пожелтели лица судей. Но крысиный король так и не явился. Да и откуда ему взяться? Коли его наколол мой Тинар, которому я и велел прийти на этот фарс посмотреть. А то сколько веков грешные земли топчем, а такое впервые встречаем.
     Долго спорили жирные лоснящиеся от своей важности судьи, что им делать. До хрипоты отстаивал каждый свое, в итоге решили признать крыс виновными в нарушении порядка и благочестия, а ещё в воровстве и грабеже и изгнать из города и под страхом смерти запретить им не возвращаться.
     От греха подальше развоплотил Тинара. Он конечно сущность та еще. И бояться ему в этом мире практически нечего, тем более, когда я рядом, но все же. Что хотел я и так увидел и услышал и ему пора отдохнуть. Я скормил ему пару орешков, и он занял свое законное место на моем теле.
     Настало и мое время, облачившись в свой любимой наряд направился в город. Туда попал без особых проблем, стражникам не было до меня дела. Отвод глаз и никакого обмана. С утра нет-нет да и подходили к окнам жители. Ждали, что двинутся крысы вон из города. Но только напрасно ждали. Солнце стало уже клониться к закату, а проклятое племя и не думало исполнять судебный приговор. А в ночь суда, сожрали крысы у главного судьи города судейскую мантию и шапочку в придачу. Знатно я тогда посмеялся.
     По ночам во многих окнах мигали свечи. Догорит одна свеча - от огарка зажигали другую, и так до утра. Сидели патриции на высоких пуховиках, не решаясь спустить ноги с постели.
     Уже никого не боясь, шныряли крысы повсюду. Привлечённые ароматом жаркого, пробирались на кухни. Выглядывали из углов, поводя носами, принюхиваясь: 'Чем тут пахнет?' Прыгали на столы, прямо с блюд норовили утащить лучший кусок. Добирались даже до окороков и колбас, подвешенных к потолку.
     В двери многих домов костлявым пальцем постучал Голод.
     Я ему конечно разгуляться не дам. Не время еще.
     Хоть и были патриции один скупей другого, но тут решили: ничего не жалеть, лишь бы избавить город от страшной напасти.
     По всем улицам Мегальна прошли глашатаи. Шли они, нарушив строй и порядок, сбившись в кучу, друг к другу поближе. Город как вымер.
     На пустынных площадях, на пустынных улицах, на мостах в полной тишине странно и зловеще звучали трубы и голоса глашатаев:
     - Кто избавит славный город Мегальн от крыс, получит от магистрата столько золота, сколько сможет унести!
     Я спокойно отдыхал на берегу, купался, загорал и играл с Тинаром, не забывая приглядывать за городом.
     Никто не откликнулся на этот зов. И снова собрался в магистрате Совет. Градоправитель долго тряс рукавами, подбирал края плаща - не забралась ли крыса? Осунулись, побледнели патриции, под глазами чёрные круги. Куда девались румянец и толстые щёки?
     Если уж не помогает обещанная награда, видно, больше ждать спасения неоткуда.
     Не выдержав, закрыл лицо руками градоправитель и глухо зарыдал. Всё, конец! Погибает добрый, старый Мегальн!
     Но все пора, личным порталом перенеся к магистрату.
     В зал вбежал стражник и крикнул:
     - Крысолов!
     Ну и для чего так кричать то? Да и не ловлю я крыс во все. Другой род занятий у меня. Да и зачем ловить тех, кто и так служит тебе?
     Пришел я в своем облике. Высок и строен. Лицом тёмен, правильно сколько я тут уже прохлаждаюсь? Взгляд пронзительный. От такого взгляда холод пробегал по спине. А как ему не пробегать? Коли я толику магии добавляю?
     На плечах короткий плащ. Одна половина камзола чёрная, как ночь, другая красная, как огонь. В чёрную шапочку сбоку воткнуто петушиное перо. Люблю пофарсить. В руке же старинная, потемневшая от времени дудку. Да еще и хромать пришлось, с утра на камень напоролся. А лечить себя не стал. Загадочнее быть решил.
     Градоправитель сам придвинул мне кресло. Судья попробовал даже хлопнуть по плечу. Но тут же, громко вскрикнув, отдёрнул руку - ладонь словно огнём обожгло. Ну ну, тоже мне друг нашелся, будешь знать.
     Слуги спустились в подвалы и принесли бутылки с отборным вином.
     Я взял бутылку мальвазии, зубами вытащил восковую затычку и, запрокинув голову, одним глотком выпил драгоценное вино. Не останавливаясь, опорожнил подряд девять бутылок. Ничего так, недурственно.
     - А не найдётся ли у вас ещё хорошей бочки вина? - спросил я.
     - После, после, любезный мой господин, - медовым голосом сказал мне один из патрициев - сначала дело, а потом уже пир.
     А градоправитель, уже не в силах сдержать нетерпение, спросил напрямик:
     - Скажи, можешь ли ты увести крысиное племя из нашего города?
     - Могу, - усмехнулся я. - Эти твари мне подвластны.
     - Как? Все до единой? - Градоправитель даже привстал с места.
     - Я очищу ваш город от крыс. Слово мое, крысолова, крепко. Но и вы своё сдержите. За это дадите мне столько золота, сколько смогу унести.
     - Худ как жердь да и хром в придачу. Такой много не унесёт... - шепнул градоправитель судье. А потом уже, повернувшись ко мне, сказал громко и важно: - Всё, как договорились, почтенный наш гость. Обмана не будет.
     - Так смотрите не вздумайте нарушить своё слово, - сказал я, припечатал их своим фирменным взглядом  и вышел из ратуши.
     Небо стало вдруг серым и мрачным. Всё заволокло мутным туманом. Вороны, облепившие шпили центрального собора, поднялись, закружились, усыпали всё небо с зловещим карканьем. Можно и без этих дешевых спецэффектов обойтись, но люблю драматургии нагнать. Я поднёс к губам дудку, протяжные звуки полились из нее. Можно конечно и просто мысленный посыл отдать, но понты дороже денег, как говорили в моем родном мире.
     Слышался в звуках флейты щекочущий шорох зерна, струйкой текущего из прорехи в мешке. Весёлое щёлканье масла на сковороде. Хруст сухаря под острыми зубами.
     Патриции, стоявшие у окон, ахнули и невольно подались назад.
     Потому что на звуки дудки из всех домов стали выбегать крысы. Выползали из подвалов, прыгали с чердаков.
     Крысы окружили меня со всех сторон.
     А я равнодушно пошёл, прихрамывая, с площади. И все до одной крысы побежали вслед за мной. Стоило только мне умолкнуть, как всё несметное крысиное полчище останавливалось. Но опять начинала петь дудка. И снова крысы покорно устремлялись вслед за мной.
     Выглядывали из окон мясники, колбасники, сапожники, золотых дел мастера. Ухмылялись. Что ни говори, а приятно смотреть вслед уходящей беде!
     Вслед за мной все крысы двинулись к городским воротам. Стражники едва успели укрыться в башнях.
     Крысы вышли из города и чёрной лентой растянулись по дороге. Последние, отставшие, перебегали через подъёмный мост - и вдогонку за мной. Всё заволокло пылью. Несколько раз мелькнул чёрный плащ крысолова, рука с дудкой, петушиное перо...
     Удаляясь, всё тише и тише звучала дудка.
     Через час прибежали в город пастухи. Перебивая друг друга, рассказали:
     - Крысолов вышел на берег реки. Прыгнул в лодчонку, которая покачивалась тут же у берега. Не переставая играть на дудке, выплыл он на стремнину. Крысы бросились в воду и поплыли за ним, и плыли они до тех пор, пока не утонули все до одной.
     Идиоты, буду я своих слуг гробить, слабых конечно прикончил и больных, а остальных разослал по городам и весям. Повеселились и хватит.
     Ликует освобожденный от крыс город.
     Радостно звучат колокола на всех соборах. Весёлыми толпами идут по улицам горожане.
     Спасён славный Мегальн! Спасён богатый Мегальн!
     В магистрате слуги разливают вино в серебряные кубки. Сейчас не грех и выпить.
     Пора и мне в празднике принять участие. Двинулся сразу к магистрату. Только одет я был иначе: в зелёный костюм охотника.
     Переглянулись патриции. Платить? Э нет...
     - Жилист и крепок этот крысолов, - шепнул градоправитель судье, - такой хоть и хром, а унесёт всю казну...
     Заклинание усиливающее слух работало исправно. Жадные скупердяи, но ничего я знал, чем все это кончиться, не вы первые и не вы последние, ничто не меняется в мире Варма и в других мирах. Все те же страсти и пороки властвуют в душах разумных существ.
     Я вошёл в магистрат. Никто и не поглядел в мою сторону. Градоправитель отвернулся, судья уставился в окно.
     Но, меня было не так-то легко смутить. С ухмылкой вытащил я из-за пазухи мешок. Показался этот мешок патрициям бездонным.
     - Я своё слово сдержал. Теперь дело за вами, - сказал им. - Как договорились. Столько золота, сколько смогу унести...
     - Милейший... - Градоправитель в замешательстве развёл руками, оглянулся на судью.
     - Вот как? Не кошель, не суму - целый мешок золота? - хихикнул тот и в притворном испуге выпучил глаза.
     Кто-то ещё негромко засмеялся. Ай да хитрец. Вот как, значит, надо повернуть дело! Золото было обещано в шутку. А бедняга, видно, совсем ума решился: поверил всему. Да ещё захватил с собою мешок.
     Тут захохотали все. Градоправитель, советники, гильдейские старшины.
     - Мешок золота?
     - Ха-ха-ха!
     - Целый мешок!
     - А за что?
     - За дурацкие песни? За дудку?
     - Уморил!
     - Золото ему подавай! А не хочешь ли пинка?
     Долго смеялись патриции. А я молча стоял, и наслаждался моментом. Все как всегда и какая-то злобная радость переполняла меня. Думали буду просить, требовать обещанное! Нет, я помолчу.
     Хитрец судья, с опаской косясь на меня, наклонился к уху градоправителя:
     - Может, отсыпать ему горсть золота? Так... немного, для виду... А потом обложить податью людей победнее, кто вовсе не пострадал от крыс, потому что и так ничем не владел.
     Но градоправитель от него отмахнулся. Откашлялся и голосом важным, но отечески ласковым сказал:
     - Дело сделано. Надо, как обещано, расплатиться. По трудам и плата. Кошель серебра и выход из города через любые ворота.
     Нужны мне ваши деньги. Главное что вы свое слово нарушили. Кошелька я не взял и, даже не поклонившись, повернулся спиной и вышел из зала.
     Тут уж совсем развеселились патриции. Славно вышло: разом избавились и от крыс и от крысолова.
     Громко звонят колокола центрального храма. Все патриции с жёнами и слугами отправились в собор на службу.
     И никто из них не слышит, что снова на площади запела дудка.
     'Можно! Можно! Можно! - поёт дудка. - Сегодня всё можно! Я поведу вас в зелёные рощи! На медовые заливные луга! Босиком по лужам! Зарыться в сено! Можно! Можно! Можно!'
     Топот маленьких башмаков по деревянным лестницам, по каменным ступеням.
     Из всех дверей выбегают дети. Бросив игру, бросив прялку, на бегу подтягивая штанишки, дети бегут за мной, жадно ловя звуки дудки.
     Из каждого дома - дети. На каждой улице - дети.
     Падают, разбивают коленки, потрут, подуют и бегут дальше. Весёлые, с липкими пальцами, за щекой сласти, в кулаке горсть орехов - дети, главное сокровище Мегальна.
     Вот уже городские ворота. Дети с топотом пробежали по подъёмному мосту. А я уводил их по дороге, мимо вересковых холмов всё дальше, дальше...туда где открыт новый прекрасный мир, которому нужны пока еще чистые душой жители.
     Закрыв за ребятами портал, на месте их примут другие, я надвинул на глаза шляпу, чтобы не светило солнце, вызвал Тинара, вручил ему заслуженный кусочек сыра и оттолкнув лодчонку от берега двинулся дальше.

Двенадцатый принц

     Андрей Васильев
     
     Группа ВК
     ВК
     Славный король Теодор Четвертый пировал в большой тронной зале. Делал он это привычно широко, весело и в компании наиболее приближенных к себе царедворцев - загонщиков, псарей, оружейников и палача. Само собой, где-то на краю стола отирался и начальник королевской стражи. Он сидел там не потому что король не ценил его услуг, по привычке. Не любил этот человек быть на виду. Не его это было.
     А повод выпить у короля был и даже не один.
     Во-первых, он накануне загнал огромных размеров кабана. Зверюга была знатная, матерая и гонялся Теодор Четвертый за ней давно, но до вчерашнего дня ей удавалось оставлять короля с носом. Только вот - всему на свете выходят сроки.
     Во-вторых, его жена, Элеонора, вот-вот должна была разродиться очередным ребятенком, двенадцатым по счету. Предыдущие одиннадцать были мальчишки, и король надеялся на то, что в этот раз она все-таки принесет девчонку. Дело было не в том, что ему хотелось с дочуркой понянькаться, просто королевство было и так невелико, а если за него сцепятся сразу двенадцать претендентов... Хотя, по сути, для того, чтобы разорвать его на куски и одиннадцати хватит, так что - кого родит, того и родит.
     Да это и не главное. Главное - какую зверюгу вчера завалили.
     - Хвала мне! - заорал король и поднял кубок, плеснув вином на скатерть, и без того заляпанную до невозможности - Хвала великому!
     Скромность всегда была истинным украшением королевского рода, к которому принадлежал Теодор Четвертый. Это была их фамильная черта.
     - Хвала! - согласились собутыльники и тоже подхватили кубки - Вздрогнем!
     Звякнуло серебро и дружно заходили кадыки у двух десятков мужчин - вино с бульканьем переливалось в желудки.
     Бааааамммм! - звякнул колокол на главной башне дворца.
     - Эва! - король икнул и поднял указательный палец руки вверх - Родился кто-то!
     - Мальчишка - со знанием дела сказал палач, неисправимый оптимист и записной острослов - Ты, король, у нас вхолостую не стреляешь!
     Ему много сходило с рук, ибо без него жизнь в королевстве была бы куда скучнее. Да и народонаселение бы разбаловалось.
     - Опять имя придумывать - проворчал король, сползая с трона и с трудом становясь на непослушные ноги - Такая это морока, если честно. С последним-то пацаном голову сломал всю.
     - Так мы поможем - сообщил ему кравчий и икнул - Мы ж всегда готовы.
     Его за стол никто не сажал, но это не помешало ему привычно надраться в лоскуты. Оно и понятно - у родника сидеть - и не напиться?
     Король что-то проворчал и направился к выходу из залы - надо было навестить супругу. Он был тиран и невежа, но при этом отличался определенной сентиментальностью по отношению к своей семье. Супругу раз в год он баловал какой-нибудь безделушкой, как правило - на Новый Год, а мальчишкам по достижению ими семилетнего возраста справлял полный рыцарский доспех. Ибо - парень - значит воин.
     - Снова мальчик - опечалила короля, через полчаса все-таки добредшего до покоев супруги повитуха, как раз выходившая оттуда - Ну да. Мальчик.
     И как-то странно потупившись, она поспешила прочь, плюясь через правое плечо.
     Это озадачило короля и он, потоптавшись у входа, все-таки вошел в опочивальню супруги.
     - Я не знаю, как оно так вышло - пролепетала та, только завидев мужа - Меня должно быть сглазили! Давил ты колдунов - не додавил!
     - Чего происходит-то? - проворчал король, вращая глазами. От удивления он даже маленько протрезвел - Вы все белены объелись, что ли?
     - Муж мой, еще раз говорю - я не при чем - королева явно хотела, чтобы эти ее слова зафиксировались в пропитанном винными парами мозге супруга - Это все колдуны. Или ведьмы, что еще вероятнее. Я давно подозреваю твою сестрицу Гертруду...
     - Женщина - рыкнул Теодор - Покажи мне дитя. Где там это карапуз?
     - Смотри - обреченно вздохнула женщина и кивнула в сторону кулька рядом с собой - Если разглядишь.
     - У меня со зрением все в порядке - заверил ее король - Характер и кулак - те тяжелые, есть такое. А зрение - в порядке.
     Уже через минуту король засомневался в своих словах. Он долго разворачивал атласные пеленки с желтыми пятнами (чего тратиться, коли королева рожает как крольчиха? Вот всех принцев и заворачивали в одно и то же после родов, возведя эти замызганные тряпки в статус фамильной ценности королевской фамилии), а после долго сопел, пытаясь понять - это что такое вертится на них? Вроде как человек - но почему такой мелкий?
     Все его сыновья рождались крепкими бутузами, доставляя королеве-матери немалые хлопоты в момент их появления на свет. Особенно отличился седьмой - придворный маг даже предсказал, что королева этих родов не переживет и отправится в мир иной. Ошибочка вышла, хотя и не полностью. Королева выжила, но мир иной ничего от этого не потерял - туда отправился придворный маг.
     - Это что это? - потыкал король пальцем существо размером с его ладонь - Это ты чего такое родила? А?
     - Мальчик это - пролепетала Элеонора, прикидывая свои шансы на то, чтобы избежать темницы в Черной Башне и искренне сожалея о том, что не послушала повитуху и не подменила этого уродца на дитя какой-нибудь простолюдинки. Демоны бы побрали этот материнский инстинкт!
     - Это не мальчик - существо попыталось схватить палец короля, но не преуспело в этом - руки были коротки - Это даже не человек, по-моему. Знаешь, коли он родился бы чернявым или там рыжим - я бы мог заподозрить тебя в измене. Но глядя вот на это... Даже не знаю, стоит ли подобное делать.
     - Ведьмы это - облегченно затараторила Элеонора - Все сестрица твоя. Я видела, как она посмотрела на меня через левое плечо в новолуние. Так знаешь, кто делает, знаешь?
     - Цыц - король встопорщил бороду - Сестрицу мою не трожь, она хоть и пьющая, но кроме нее у меня никого не осталось из родни. Потому умрет она своей смертью, понятно?
     Королева вздохнула и снова посмотрела на маленькое существо в пеленке.
     - А с этим что делать будем? - спросила она у супруга.
     - Не знаю - буркнул тот - Убивать - жалко, и так его жизнь вон как наказала. Наследником делать - глупо, кто такого слушать будет. Пусть живет пока. Вдруг вырастет еще?
      Шли годы. Предсказание короля не сбылось - принц не вырос. Точнее - он вырос, но не настолько, чтобы не только не считаться принцем, но и просто человеком. Даже королевский шут, отвратного вида карлик-горбун и тот был выше его.
     Король честно попробовал выполнить свой отцовский долг - лет через шесть после рождения уродца он выписал из другого королевства мага, известного своими знаниями и умениями. Убедившись же в том, что здесь бессилен даже такой матерый чародей, король с расстройства казнил оплошавшего мага и после этого окончательно плюнул на двенадцатого сына, здраво рассудив:
     - Холера с ним. Пускай бегает, пока его собаки не съедят.
     И забыл о нем, благо других дел у него было полно - охота, пьянки и новая фаворитка.
     Собаки маленького принца есть не стали - напротив, они относились к нему очень дружелюбно, и даже самый злобный волкодав по кличке 'Тубо' никогда на него не лаял.
     Основные проблемы у бедолаги возникали от ближних своих, а если конкретнее - от родных братьев.
     Вот они и в самом деле ему досаждали страшно. Пока ему не стукнуло четырнадцать - было еще ничего, но после этого великовозрастные балбесы как цепи сорвались.
     То они его на шкаф закинут, то чуть в бочке не утопят, а то и под юбку фрейлине какой засунут. И ржут потом как лошади.
     А главное - ничего бедолага-принц поделать не мог. Мать его видеть не желала, отец давно из головы выбросил, а придворные, желая угодить его братьям, среди которых несомненно был один из будущих самодержцев, сами изгалялись над малышом, как могли. Не так открыто, как родичи, намеками и шутками - но все равно обидно.
     Кстати, кто-то из этих паразитов и придумал ему кличку 'Мизинчик'. Так его с тех пор и звали - 'Принц-мизинчик'. Хотя это была и неправда - он некоторым фрейлинам был по колено. Или даже выше.
     Правда, это были совсем юные фрейлины, еще не вышедшие из соответствующего возраста.
     Единственным из придворных, кто не шпынял маленького принца, был добряк-палач. Он то и дело угощал его сахаром, и, утешая, говорил -
     - Зато тебя казнить будет затруднительно, твое высочество. Пока твою голову разглядишь... А если палач промахнулся - то приговоренного милуют, традиция такая.
     Это не слишком утешало принца-Мизинчика, но согревал душу тот факт, что хоть кто-то находит что-то хорошее в его уродстве.
     Так он и прожил четырнадцать лет - пусть невесело, но хоть под крышей. А в день пятнадцатилетия случилась неприятность.
     Если быть более точным - она произошла с его отцом, королем Теодором. Выпивка, жирная еда и сомнительные удовольствия сделали свое дело - он собрался покинуть эту бренную землю, что вызвало немалый подъем духа у его сыновей.
     - Папаша отходит - азартно говорил остальным, сверкая глазами Роланд, третий по счету сын - А завещания-то нет! Так что вопрос престолонаследия - он открытым остается.
     - Чего это открытым? - возмутился Эммерих, первенец Теодора - Старший сын все наследует! И точка!
     - Старший сын, если будет много говорить, то получит штук пять ножей под ребра - деловито сообщил Эммериху Фальк, седьмой по счету принц - Правда, братва?
     И братья загомонили, подтверждая, что, мол - да, так оно и есть. Прирежем - и не пикнешь. И кто там потом считать будет - двенадцать нас было или одиннадцать?
     Вот тут-то про Мизинчика и вспомнили.
     - А ведь он тоже вроде как наследник - задумчиво посмотрел на братьев Фальк - Нет, к пилке земель мы его не допустим, но вот мировое сообщество... Начнутся пересуды, то, се - мол, у них все как у Макбетов, или того хуже - как в Штормфолде... Оно нам надо?
     - Да клал я на это мировое сообщество - сплюнул Ательстан, десятый сын. Он был тугодум и обжора - С прибором.
     - Ты на него - да - вкрадчиво сообщил Фальк - А оно на тебя? Нет, братва, тут надо тоньше сработать. И непременно до того, как папаша перекинется, во избежание кривотолков.
     Сами принцы решили не мараться с братоубийством - больно примета поганая и наняли для этой цели бывшего кравчего короля, который к настоящему моменту окончательно спился, потерял человеческий облик и проживал под кухонной лестницей.
     Дав ему бутылку старого тиверианского, и пообещав еще три после выполнения задания, братья стали ожидать того момента, когда им можно будет начать метаться по замку с воплями: 'Братик! Ты где?'.
     И все бы ничего, но здесь они допустили серьезный просчет, даже два. Во-первых, не надо было кравчему давать вино до того, как он убьет принца, это было крайне неблагоразумно. Во-вторых, они не знали, что кравчий никогда не пьет один - не умеет он этого делать. Прежде чем он выпивал сам, ему жизненно необходимо было кому-то перед этим налить вина в чашу. Это было профессиональное требование организма, что тут поделаешь.
     И кравчий пустился на поиски собутыльника, которым на этот раз оказался палач - он первый ему попался по дороге.
     - Употребим? - показал кравчий пыльную бутылку работнику топора - За помин души?
     - Да тьфу на тебя! - сплюнул палач и нехорошо глянул на кравчего - Он же не помер еще.
     - Да я не про короля - хмыкнул кравчий, копаясь в карманах и пытаясь найти какую-никакую закуску - Я про принца. Ну, того, который от горшка два вершка. Вот мы сейчас бахнем, а потом я пойду к нему. На одну ладонь его положу, а другой - прихлопну. Как комара!
     Палач был человеком добродушным, всегда жалел двенадцатого принца и даже периодически гонял придворных, которые слишком уж забывались, изощряясь в остроумии над малышом.
     - Не очень хорошее дело ты задумал - проворчал он - Он же тебе ничего плохого не сделал?
     - Не сделал - подтвердил кравчий, умелым ударом выбивая пробку из горлышка бутылки - Но мне за него еще вина дадут. Вино мне пригодится, а принц этот - нет.
     - Тут согласен - не стал с ним спорить палач - Своя рубашка ближе к телу. Но вот так-то - зачем? Вон, в окно его выкинь, в реку, что под его комнатой протекает. А там как его удача распорядится - утонет - так утонет. А если нет - значит, не ссудили боги ему смерти. Не будь ты совсем-то скотиной?
     Что принц в любом случае обречен, палач не сомневался. Если не этот ханыга его придушит - значит какой другой. А так... Хоть какой-то шанс на жизнь, пусть мизерный - но шанс. Нет, можно было бы вывести его из дворца - но это слишком рискованно. Малого жалко - но себя жальче.
     Самое занятное, что именно этим своим решением палач и спас жизнь маленькому принцу. Он действительно выжил.
     Когда пошатывающийся кравчий с беззубой улыбкой ввалился в каморку Мизинчика, тот сразу понял, что к чему.
     - Вашество - прохрипел пьяный придворный и смачно рыгнул - Умирать, стало быть, подано. Сейчас будем учиться летать.
     И захлопал в ладоши, негодяй эдакий, загоняя его в угол, как куренка. Да еще и напевал при этом на какой-то мерзкий мотив - 'Мизинчик, Мизинчик, взлети выше солнца!'.
     Принц глубоко вздохнул, прощаясь с не самой лучшей, но все-таки такой прекрасной жизнью, ловко вскарабкался на подоконник и, задержав дыхание, сиганул вниз. Уж лучше сам, чем вот такое чучело им распорядится. А так - жил своим умом и ушел своей волей.
     Вода приняла его тело, негромко плеснув, и секундой позже вытолкнула наверх.
     - Я жив!? - поразился принц, осознал, что плывет и передумал умирать.
     Чуть позже он оседлал какую-то деревяшку и заработал руками как веслами, стремясь отплыть куда подальше от своего бывшего дома.
     Река эта пересекала все королевство, как уже говорилось - не такое уж большое. Уже довольно скоро, на следующий день, принц понял, что почти достиг границ державы своего папеньки. Он видел карту, слушал рассказы бывалых людей и помнил, что вот такие буковые леса, которые теснились слева и справа от реки - они растут на границе их державы и соседнего государства, больше таких нигде не было.
     Теперь встала проблема другого порядка - становиться ему политическим эмигрантом или нет? Или лучше попробовать осесть в безлюдном лесу, окрепнуть физически, научиться стрелять из лука, найти лихих сподвижников и бороться с деспотией братьев (в том, что папаша даст дуба, Мизинчик не сомневался)?
     Второй вариант был романтичней, но здравомыслящий принц понимал, что в сподвижники к нему пойдут в лучшем случае пара бурундуков и пара мышей, из лука он максимум только муху подстрелит, и, скорее всего, вся его борьба закончится ближайшей ночью, когда на охоту выйдут лисы и вылетят совы. Он и эту-то ночь провел в страхе - каждый плеск справа или слева заставлял его дрожать, опасаясь того, что это щука или сом его сожрать хотят.
     Тогда - хана планам мести, и это очень жалко. Мизинчику крайне хотелось братьям нос на задницу натянуть. А в идеале - убить их всех, желательно - мучительно.
     Как водится в таких случаях, за него все решила судьба.
     Река дала неожиданный поворот и бревнышко с Мизинчиком вынесло на прибрежную косу.
     - Знак свыше? - задумчиво пробормотал принц и глянул на небо.
     Никаких небесных светил кроме солнышка там не было, и никто ему оттуда задорно не подмигнул. Значит - не предзнаменование, а просто причуды рельефа местности. Кстати - удачно его выбросило на берег, дальше река устремлялась в горный проход и там она текла куда быстрее, чем до этого. Эдак и утонуть недолго.
     Мизинчик посидел маленько на теплом песочке, отогреваясь после многочасового плавания, потом решительно встал и пошел в лес. Никакого плана действий у него не было, но жутко хотелось есть, - а где искать летом провиант, как не в лесу?
     Что примечательно - кто-то и впрямь ворожил беглому принцу на удачу. Мало того, что он наелся вкусной земляники (ради правды, он только ее и знал. Остальные ягоды ему были неизвестны, а незнакомую еду осторожный Мизинчик никогда в рот не совал), так еще через всего каких-то полчаса ходьбы по лесу наткнулся на хижину! Большую, с крышей, печной трубой и всем таким.
     Правда, у нее была закрыта дверь - но это было не страшно. В любом случае, добрый лесник - а Мизинчик был уверен в том, что это хижина именно доброго лесника - не откажет ему в том, чтобы он провел тут сколько-то ночей, до тех пор, пока он не решит, что ему делать дальше.
     Принц вскарабкался на высоченную лавочку, стоящую у дома, зевнул как котенок, пригревшись на солнышке - и уснул. Намаялся ведь, бедолага.
     Пробуждение было ужасным. Мизинчик висел вниз головой, его кто-то держал за одну ногу и басил так, что перепонки в ушах лопались -
     - Это что же такое творится? Это куда мы идем, а?
     - Мы никуда не идем - затравленно пискнул Мизинчик - Я просто устал, прилег отдохнуть.
     - Что? - и тут принц увидел сначала глаз, а потом и огромное лицо.... Людоеда!
     Ну да, это был именно он. Родитель Теодор неоднократно показывал ему и братьям картины, демонстрирующие победу их деда (стало быть - отца короля) над зловредным племенем людоедов, которых одно время много развелось на востоке королевства. Со слов папаши дед Гейзерих устроил большую облаву, затравил десятка три этих верзил и повелел художникам создать серию картин под общим названием 'Людоеды не пройдут!'.
     Пройти - они, может, и не прошли, но что остатки их племени выжили - это был свершившийся факт, и он держал принца за ногу.
     Впрочем, любознательный Мизинчик уже давно знал, что Гейзерих был не такой смельчак, как его отец и если воевал, то только убедившись в том, что его силы превосходят противника минимум втрое.
     Но о существовании людоедов принц даже не подозревал! Он вообще думал, что это все Гейзерих придумал.
     - Ты говорящее? - уточнил людоед - Я-то думал ты какая колдовская штука, наводящая порчу, думал, что ведьма из Синего леса тебя ко мне отправила. Экая досада - мне же теперь ее и сожрать выходит не за что. Не по правилам выйдет.
     - А я думал вы едите так, по желанию живота - удивленно пискнул Мизинчик - Как кушать захотите - так кого-нибудь и 'ам'.
     - Глупости какие - заметил людоед, опуская маленького принца обратно на лавку - Повод всегда нужен. Вот мой дед без повода человеков ел - и чем дело кончилось? Тогдашний король рассерчал и устроил нашему племени веселую жизнь. Хорошо хоть не там нас искал, где надо и перебил всего-ничего народу. А если бы сюда дошел, к Снежным Горам?
     - Не дошел бы - фыркнул Мизинчик - Он себе не враг.
     - Да? - людоед почесал затылок - По рассказам - он лютый дядька был. И сын у него такой же вырос. И они очень порядок любят. Порядок - он должен быть.
     Мизинчик, в голове которого как-то сам собой сложился неплохой план, с интересом глянул на людоеда, правда для этого ему пришлось задрать голову вверх так, что что-то в спине хрустнуло.
     Тот был почти трехметровым верзилой, с простецким лицом и шапкой кудрявых русых волос. От мускулов у него трескалась рубаха, а кулаком, наверное, можно было пробить крепостную стену - так он был велик.
     - Сын его помер - Мизинчик прищурился - Как раз вчера.
     - Значит - внук есть - подал плечами людоед - Он, наверное, тоже порядок любит. А чтобы ели без спросу кого - не любит.
     Судя по всему, основные критерии этого простака были 'любит - не любит', 'можно - нельзя' - рассудил принц. Это было отлично. Это упрощало выполнение плана.
     - Я его сын - подбоченился Мизинчик - Один из.
     - Эта... - верзила с подозрением посмотрел на малыша и зашаркал ножищами - Чего королевскому сыну тут делать-то? Врешь, поди? Врать - плохо. Это не по правилам.
     - Не вру. Смотри - Мизинчик помахал рукой, на которую был надет золотой браслет - единственная вещь, которую ему выдали в подтверждение того, что он действительно относится к королевскому роду. Такой браслет был у каждого из принцев и по этому украшению их опознал бы любой подданный королевства.
     Только не людоед. Он не знал о подобных нюансах.
     Но зато он верил в то, что должен быть порядок.
     - Эва - верзила нагнулся к Мизинчику и, прищурясь, рассмотрел украшение - Не врешь? Врать - плохо.
     - Я? - ткнул себя пальчиком в грудь принц - Никогда. Скажи... мнээээ... А как тебя зовут?
     - Окорок - пробасил людоед - Папа очень окорок любил кушать, там мясо с жирком, вот меня так и назвал. Я тоже его очень люблю поглощать, только кушаю редко. Без причины человеков есть - плохо. Причина нужна.
     - Так вот, Окорок - принц даже встал на ножки, чтобы казаться выше - Ты сказал, что не всех из вашего племени тогда перебили. А сколько твоих сородичей уцелело? И где они живут сейчас?
     - Так много нас - людоед высморкался на траву и махнул в сторону гор - Там все живут. А я - тут. Мне в пещерах не нравится, там сыро. И летучих мышей я не люблю кушать.
     - Много - это хорошо - потер руки Мизинчик - Радостную весть я принес тебе, Окорок, и народу твоему тоже. Королевская семья в моем лице решила, что тогда она с вами поступила плохо, не по правилам, и решила вас простить. И даже поощрить. Но мои братья, люди плохие, злые и упитанные запретили мне это делать, мол, людоеды - это плохо. Вот я и сбежал от них, чтобы отыскать вас.
     - Почти ничего не понял - жалобно сказал Окорок - Много слов.
     - Да чтоб тебе! - топнул ножкой принц - Человека кушать по праву хочешь? С поводом? С причиной?
     - Хочу! - с энтузиазмом ответил людоед - Еще как! А то совсем голодно последние лет двадцать стало. Мои дяди до того дошли, что гномов кушать стали. А они маленькие, волосатые и жилистые, их только в пирог можно класть, так не зажаришь.
     - Ну так веди меня к своему народу - Мизинчик искренне надеялся на то, что остальные людоеды не умнее этого - Мне есть что им сказать и предложить!
     А в королевском замке тем временем все шло своим чередом. Теодор не умер в тот же день, как предположил Мизинчик, не умер и на следующий. Он преставился только к концу недели, перед этим потребовав мяса пожирнее и чашу с вином.
     Отдельно следует заметить, что у смертного одра стояло всего лишь семь принцев из двенадцати. Остальные, увы, опередили родителя на пути в чертоги Смерти.
     Ательстан зачем-то решил пройтись по краю крепостной стены и свалился прямиком на подвесной мост.
     Болдуин, пятый сын, сообщил всем в предсмертной записке о нежелании далее топтать эту землю без любимого папочки и повесился в своей комнате на шторе.
     Тристана, второго принца, зарезал муж его любовницы, ни с того ни с сего вернувшийся с охоты. До этого подобных накладок не возникало, а вот тут - погляди-ка ты, как почуял прямо, что рога ему и без загнанного оленя перепали.
     Ну и, наконец, девятый сын, любимец королевской гвардии Георг, скончался от экзотической болезни, которую просвещённый Фальк назвал 'геморроидальными коликами'. Что это такое - никто не знал, но насчет именно колик все было верно - грудь бедолаги была исколота кинжалами так сильно, что это почти не удалось скрыть от придворных.
     Оставшиеся принцы совсем перестали доверять друг другу, и, не дожидаясь похорон отца, начали приводить в боевую готовность преданных людей. Вопросы интеграции в мировое сообщество больше никого не волновали, на них все плюнули. Когда идет пилка власти, то по сторонам не смотреть некогда.
     По этой причине нормальная жизнь во дворце практически прекратилась, все сидели в своих углах и ждали - кто заявит о своих правах на престол первым? Кто-то ведь должен сначала умереть официально, чтобы потом началась большая резня под лозунгом 'Смерть узурпатору'?
         Вот потому-то никто даже не чухнулся, когда к стенам города подошли три сотни верзил-людоедов. Нет, мирный люд их приметил сразу, и даже было ударил в набат, но поскольку верзилы никого не трогали, уверенным шагом направившись прямиком к королевскому замку, другого шума и не было.
     Тем более, что на плече того людоеда, что шел впереди, сидел маленький принц, которого в народе очень жалели и называли 'принцик-с-пальчик' и пискляво орал -
     - Горожане, не волнуйтесь, занимайтесь своими делами. У нас деловой визит к моей родне! Вас никто не тронет. Никакой паники!
     - Раз так - то и ладно - рассудили горожане и успокоились.
     Как же были удивлены оставшиеся принцы, когда их вытаскивали из покоев и убивали. Они ждали всего чего угодно - но никак не увидеть своего мелкого братца в компании с людоедами, который загибал пальцы, отсчитывая, сколько родни у него еще осталось на этом свете.
     Но больше всех были довольны новые друзья маленького принца, предвкушавшие отменный ужин. Их новый повелитель отдал им не только мясистых братьев, он позволил им забить и всех остальных придворных, включая деликатесных женщин, сказав при этом что-то вроде - 'А надо было думать раньше'.
     Пожалел он только свою мать, которую немедленно заточил в подземелье и палача, который вечером того же дня отыскал его в тронном зале.
     - Всякое видел - сказал палач, войдя в помещение - Но никогда не думал, что в замковом дворе поставят коптильню.
     - Так мясо же - равнодушно сказал двенадцатый принц, карабкаясь на высоченный трон, для этого он выстроил целую башню из книг - Испортиться может. Людоеды - они недалекие, но очень практичные. Не подсадишь, а? Высокий он какой, этот трон.
      Палач помог Мизинчику взобраться на престол и вздохнул.
     - А дальше-то что? Ну вот сожрут они королевский двор - а потом-то? Они - людоеды. Им человеческое мясо нужно. Они горожан есть начнут.
     -  Не начнут - Мизинчик повертел головой - Слушай, а приведи завтра ко мне кузнеца, а? Ты моих оглоедов не бойся, они тебя не тронут. И кузнеца не тронут. Зачем им кузнец, у них еды полно.
     - Приведу - пообещал палач - А он тебе накой?
     - Корону надо себе завести, папашина-то мне велика - Мизинчик достал из кармана веревку, на которой висели одиннадцать золотых браслетов - У меня материал есть, к слову. А за народонаселение ты не волнуйся, я же себе не враг, чтобы подданных лишаться?
     - Так этих-то чем кормить будем? - палач махнул рукой в направлении выхода из дворца.
     - Войну начну, с соседями - уселся поудобнее Мизинчик - Людоедам - пропитание, мне - новые территории. Это ведь не все их поголовье, в пещерах Снежных Гор еще пять сотен орясин вызова ждут, последних летучих мышей доедают. Земля - она большая, всем всего хватит. Кому - еды, кому - новых владений. Так сказать - каждому по потребностям. А когда до моря дойдем... Яд - это такая штука... Очень удобная.
     - Чего ждать-то? - палач склонил голову перед Мизинчиком - Пойду кузнеца разбужу. Нечего ему спать, коли его король кличет.


Оценка: 9.23*6  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Елка для принца" В.Медная "Принцесса в академии.Драконий клуб" Ю.Архарова "Без права на любовь" Е.Азарова "Институт неблагородных девиц.Глоток свободы" К.Полянская "Я стану твоим проклятием" Е.Никольская "Магическая академия.Достать василиска" Л.Каури "Золушки из трактира на площади" Е.Шепельский "Фаранг" М.Николаев "Закрытый сектор" Г.Гончарова "Азъ есмь Софья.Царевна" Д.Кузнецова "Слово императора" М.Эльденберт "Опасные иллюзии" Н.Жильцова "Глория.Пять сердец тьмы" Т.Богатырева, Е.Соловьева "Фейри с Арбата.Гамбит" О.Мигель "Принц на белом кальмаре" С.Бакшеев "Бумеранг мести" И.Эльба, Т.Осинская "Ежка против ректора" А.Джейн "Белые искры снега" И.Арьяр "Академия Тьмы и Теней.Телохранительница Его Темнейшества" А.Черчень, О.Кандела "Колечко взбалмошной богини.Прыжок в неизвестность" Е.Флат "Двойники ветра"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"