Ляпина Юлия Николаевна: другие произведения.

Дорогами судьбы

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
Оценка: 6.60*11  Ваша оценка:

  Дорогами судьбы.
  
   Молоденькая светловолосая и голубоглазая девушка внимательно и восторженно рассматривала в зеркале свое отражение. Еще чуть-чуть - и она отправится в Храм, чтобы стать супругой наследного принца! Ах, сколько сил потратили портнихи на пошив воздушного белоснежного платья! Известнейшие ювелиры создавали диадему и обручальные кольца. Сам маэстро Пиварди укладывал в прическу длинные светлые волосы невесты, переплетая их тонкими стеблями цветов апельсина и мирта. Фату подарили горные феи, а белые бархатные туфельки сшили домовые, суля невесте благополучие и долгую счастливую жизнь. Последние минутки перед зеркалом - все вышли, давая девушке возможность успокоиться, расправить невесомое облачко фаты и чуть покусать пересохшие от волнения губы.
   Вдруг за спиной невесты заклубилось облако, раскрылся радужный зев портала, и, не успев даже пискнуть, она исчезла, словно проглоченная огромной стремительной пастью. Бесценная диадема и фата остались лежать на полу.
  
   Принц был спокоен. Сегодня свадьба. Ну и что?? Сегодня его свадьба!! Ну и что вдвойне?! Брак династический, с невестой он знаком с детства - девчушка, пожалуй, мила и выросла, обожая его; со временем она станет спокойной и удобной супругой, а после рождения наследника вполне простит Его Королевскому высочеству маленькие шалости на стороне. Еще раз глянув в зеркало и оправив шитый золотом костюм белого бархата, принц отхлебнул вина и направился к двери. Но дверь, распахнувшись ему навстречу, едва не стукнула его по носу:
   - Ваше высочество!! Ваше высочество!! Беда!! - в распахнувшуюся дверь вбежал один из придворных.
   - Что случилось?? - меланхолично вопросил принц, оглядывая себя: не пострадал ли костюм??
   - Ваша невеста, госпожа Гелла!! Она пропала!!
   - Вот как?? Истерика?? Убежала в сад?? Ну так пошлите к ней лекаря! - поморщился сиятельный жених.
   - Нет!! Нет!! Она пропала из запертой комнаты, и господин маг утверждает, что в ее покоях открывали телепорт! - последнее слово побледневший юнец почти прошептал. Все знали, что открывать телепорты могли только маги, получившие королевскую лицензию - дело это было непростое и опасное, и таких магов в стране было немного. Но и королевская семья владела магией и более того - Король, Королева и Наследный принц тоже могли открывать телепорты. А вот члены боковой ветви семьи, к которой принадлежала юная невеста, телепорты открывать не могли: ограничения накладывала клятва верности правящей ветви.
   Встревоженный принц, ускорив шаг, направился к покоям невесты. Еще неделю назад по настоянию Короля семья невесты переехала во дворец. Городской дом герцога был маловат для многочисленных родственников и немаленькой семьи - старшая дочь герцога прибыла на свадьбу младшей сестры со всем своим семейством; сын, хотя еще не был женат, желал появиться на торжестве со своей нареченной, да и про многочисленных дядюшек и тетушек забывать не стоило. Вот и выделили невесте и ее родителям малые покои в жилом крыле дворца - и к правящему дому поближе и взволнованной невесте потише.
   Через полчаса в тронном зале собрались все заинтересованные лица - Король, хмуро насупив брови, восседал на троне; на соседнем образчике монархической роскоши застыла изящной статуей Королева. У тронного возвышения стояла невысокая женщина с заплаканным лицом, ее роскошное бирюзовое платье поникло, словно сочувствуя своей хозяйке. Под руку ее держал светловолосый почти седой худощавый мужчина, его рука непроизвольно искала меч, которого к парадному костюму не полагалось.
   - Ваше Величество, скажите, что случилось с нашей дочерью?! - вопрошала дама, ломая изящные руки, не отирая бегущих ручьями слез.
   - Увы, герцогиня, мне нечем вас обрадовать. Королевский маг подтвердил, что леди Гелла была похищена с помощью телепорта. Автора телепорта установить не удалось, и поднять телепорт тоже не вышло. По остаточным следам маги поняли, что телепортация завершилась где-то на границе Спорных Земель.
   - У вампиров?? - хмуро вопросил герцог.
   - Неизвестно. Это может быть граница Ситерии, а могут быть и Драконьи горы. Слишком далеко.
   Во время разговора принц стоял у окна, равнодушно наблюдая за суетой на площадке у центральной лестницы. Герцог пару раз бросил на него недовольный взгляд, но наследника это не волновало, он пытался просчитать политические последствия. Отмена свадебного поезда и последующих торжеств нанесет серьезный урон репутации правящего дома; возможно, похищение леди Геллы преследовало именно такие цели?? В конце концов, что такое политический брак, как не повод показать подданным свою силу и состоятельность?? А похищение невесты из внутренних покоев дворца - оплеуха и личной охране, и магам, и в большей степени - Королю, ведь принц Калабриан единственный прямой наследник трона, и рождение внука Королю необходимо для политической стабильности страны.
   Вдруг принца грубо вырвали из размышлений - Король громко прочистил горло, а Королева слегка вскрикнула от изумления - луч солнца, трепещущий в волнах теплого воздуха у открытого окна, засиял ярче, сгустился, и из столба света выступила прекрасная женщина в узком белоснежном платье, увитом золотой лозой, символом плодородия. Герцог тотчас опустился на одно колено, его супруга присела в реверансе, продолжая проливать хрустальные ручьи из голубых глаз.
   Богиня обвела собравшихся в зале гневным взглядом и сурово уставилась на принца:
   - Противный мальчишка!! Как ты смог потерять величайшее сокровище, дарованное тебе по неотступным просьбам матери??
   Принц удивленно покосился на Королеву, насколько он помнил свои двадцать пять лет жизни, Ее Величество всегда были несколько холодны к окружающим, в том числе и к собственному сыну.
   - И не косись на мать!! Она тебя любит - больше, чем ты можешь себе представить! - богиня небрежно махнула ручкой, и изумленный принц увидел плотный золотистый кокон, который окутывал его тело, а толстая веревка, из которой он был свит, тянулась к его матери, и лишь тонкий шнурочек - к отцу.
   - А вы, Ваше Величество!! - богиня насмешливо и сердито посмотрела на короля. - Как вам не стыдно впутывать девочку в свои интриги!!
   Впервые на памяти принца отец смутился.
   - Значит так! - припечатала божественная дама. - Ты, противный мальчишка, отправишься на поиски Геллы! Не спорь, на сборы три часа, потом просто выкину из дворца, в чем застану. Можешь взять с собой троих спутников, но не больше! - добавила она, глянув на шевелящего губами Короля и побледневшую Королеву. - Через год и один день вы с нею должны предстать передо мной в храме, в котором сегодня должен был заключаться ваш союз, там я приму решение, достоин ли ты того сокровища, которое не сумел оценить. Если вы не появитесь - наследников у правящего дома не будет.
   Потом богиня, сменив гнев на милость, подошла к герцогской чете:
   - Ах, Карлина, Карлина, не плачь! Твое дитя вернется к тебе. А пока я дарую вам свою милость.
   Тонкая ручка легко коснулась лба женщины, и слезы герцогини высохли, на губах расцвела нежная улыбка, и женщина засияла, словно долгожданный праздник состоялся. Потом та же рука коснулась головы герцога, и легкие морщины на его лбу разгладились, а полуседые волосы вновь блеснули золотом. На прощание богиня напомнила принцу: - Три часа! - и исчезла в россыпи солнечных зайчиков.
  
   Ахнув, Гелла покачнулась и, не удержав равновесия, упала, вытянув вперед руки. Нежная юбка смялась с тонким хрустом, земля жестко толкнулась в ладони, голова закружилась, и девушку затошнило. Постояв немного на четвереньках, борясь со спазмами пустого желудка, Гелла решила не рисковать и выпрямлялась медленно и осторожно, разглядывая забитые землей ссадины на ладонях.
  Убедившись, что ничего особенно страшного с руками не случилось, девушка огляделась - за спиной очень далеко, едва различимые на горизонте виднелись горы. Справа так же далеко проступала неровная кромка леса. Слева тянулась степь. Переступив ногами в тонких туфельках, девушка тут же на месте приняла решение: в таких туфлях в горах и в лесу делать нечего - значит, идем в степь! Через полчаса мятую юбку украсили сухие травинки, черный жучок и пятна пыли и зелени, а путешественница, накинув край верхней юбки на голову, неторопливо шагала и рассуждала вслух сама с собой:
   - Тошнота, темнота в глазах, и вообще состояние не очень хорошее, но быстро проходит - похоже на последствия слишком длительного переноса через телепорт. Бедная мама!! Бедный отец!! Если подумать, все утро в моей комнате толпился народ, но оставлять невесту одну перед свадьбой - это традиция, которую, в общем, не нарушают... Получается, что зерно телепорта мог принести любой слуга или подмастерье, а сработать оно должно было только на меня. Сложное заклинание, ступени три, а то и четыре.
   Покачав головой, девушка всмотрелась в торчащий на горизонте куст, который выбрала ориентиром, - идти еще долго. Хорошо, что попить успела, пока господин Пиварди колдовал над кудрями, но скоро нужно будет и поесть. Кусты приближались медленно, солнце палило, и, добравшись до кустов, невеста рухнула, закуталась в верхние юбки из тонкого газа и уснула.
  Принц, кипя бешенством, почти бежал по коридору к своим покоям: вот еще, гоняться за безмозглой девчонкой, позволившей себя похитить!!
   - Калабриан! - окликнул его высокий красивый юноша в роскошном камзоле; впрочем, сегодня все во дворце были одеты очень нарядно, свадьба Наследника - событие не рядовое!! - Ваше Высочество, что случилось??
   - Тирос!! Ты мне и нужен!! - принц притормозил и, схватив лучшего друга за пышные кружева отделки, проговорил, глядя в медовые глаза: - Собирайся, через два часа мы должны покинуть дворец, готовься к длинному путешествию!!
   - Слушаюсь, Ваше Высочество! - развернувшись на месте, юный герцог Тримейн побежал к своим покоям, стягивая на бегу бесполезный бархат.
   - Встретимся в конюшне!! - успел крикнуть ему вдогонку принц. На душе стало чуточку легче: друг не понял ничего, но поможет без разговоров; теперь - собраться и поставить в известность наставника! Старый воин, опекавший его по воле родителей с детства, уже был в его покоях и как раз заканчивал раскладывать на кровати дорожную одежду и легкий доспех.
   - Амиран! Ты уже знаешь??
   - Я ничего не знаю, Ваше Высочество, но едва отменили свадебное шествие, решил надеть доспехи и приготовить вам дорожную одежду.
   - Спасибо, Амиран!! Мы уезжаем срочно. Собери все необходимое для длительного путешествия - деньги, оружие, ну сам смотри. С нами едет герцог Тримейн, а вот кого взять третьим??
   - Хм, если Ваше Высочество позволит, я уже немолод, а нам могут потребоваться резвые ноги.
   - Есть кандидатура??
   - Оруженосец, зовут Ивэн, сирота, мальчишку приставила мне в помощь ваша матушка.
   Калабриан дрогнул, вспомнив сияющий кокон, и кивнул:
   - Хорошо, вели ему собираться, я переоденусь.
   Принц быстро скинул расшитый камзол и дворцовые башмаки. Подумав, сменил и белье: слишком много вышивки и кружев в дороге могут помешать. Через пятнадцать минут, спрятав короткие волосы под берет, принц зашел в оружейную комнату - наставник возьмет оружие себе и оруженосцу, а вот личное вооружение ему предстояло подобрать самому.
   Узкая длинная комната, наполненная стойками с оружием - мечи, арбалеты, кинжалы, резные луки и колчаны с болтами и стрелами. Дальний конец украшали мишени и манекены, на столах лежали оселки, стояли баночки с топленым салом и клеем, куски ремней и веревок. Королевская оружейная не была парадным залом, гостей водили в небольшую комнату с особо ценным или богато украшенным оружием, лежащим в витринах, а здесь Король и Наследник подбирали оружие для защиты, для поединков и для приближенных. Постоянный смотритель - хромой оружейник - и пара его помощников содержали оружие в порядке и время от времени создавали новое. Сейчас принц был в бешенстве, и в тоже время его ледяной ум политика четко просчитывал: меч, кинжал, пара метательных ножей и арбалет, хорошо бы еще что-нибудь из секретов старого Клыка - такое прозвище носил оружейник.
   - А, Ваше Высочество пожаловали, стало быть, не на парад?
   - Нет, Клык, в дорогу, что-нибудь надежное и неприметное.
   Старик покивал и, пройдясь вдоль рядов, вручил принцу тяжелый меч:
   - Всаднику пойдет, тяжеловат, но прочен. Кинжалы лучше эти, - старик передал принцу парные кинжалы: один на пояс, другой в скрытые ножны - на ноге или на седле. - А для метания лучше это, - старик развернул узкий пояс с метательными стрелками. - Ножи хорошо метать вы так и не научились.
   Принц скривился, но промолчал: старик был прав, а времени на споры не было. Арбалет прихватил со стойки, но особо на него не рассчитывал, считал ненадежным в дороге - то тетива перетрется, а запасной нет, то болты подмокнут и, высохнув, скрутятся и летят непонятно куда, но на безрыбье и рак рыба. Пора! Топая сапогами для верховой езды, принц выбежал из оружейни, едва кивнув Клыку на прощание; еще нужна карта и деньги!
  
   Разбудили Геллу тихие разговоры. Наплаканные и набитые пылью глаза открываться не желали. Кое-как разлепив ресницы, девушка с трудом выпуталась из запылившихся юбок и огляделась. Рядом с кустом, возле которого она лежала, раскинулся маленький лагерь. В большом медном горшке пылали угли, над ним кипел котелок, распространяя дивный запах перловки с сушеным мясом. Высоченная длинноногая и длинноволосая девушка помешивала варево деревянной ложкой и, увидев Геллу, хмыкнула, заговорив на не знакомом герцогине языке с такими глубокими интонациями, что все вокруг завибрировало. Гелла лишь смущенно пожала плечами и робко улыбнулась.
   - Хочешь есть?? - незнакомка перешла на немного нечеткий межрасовый.
   - Благодарю вас, с удовольствием, - Гелла благодарно наклонила голову, и девушка, хмыкнув, вручила герцогине простую деревянную миску с кашей. Посмотрев на свои грязные руки, Гелла поморщилась и, ухватив предложенную ложку, принялась есть. Едва горячая пища согрела замороженное стрессом тело, как в голову полезло множество торопливых мыслей: где она?? Ищут ли ее?? И куда она, собственно, направляется.
   - Сама не знаю, - честно ответила Гелла сама себе и тут же увидела пять пар удивленных глаз.
   - Ты слышишь нас?? - спросила девушка, угостившая герцогиню кашей.
   - Слышу?? Простите, у меня просто есть привычка разговаривать вслух, и иногда я угадываю то, что у меня хотели спросить.
   Переглянувшись с остальными спутниками, темноволосая смуглая красавица подала Гелле флягу с водой. И присела на корточки, пока девушка пила. Гелла рассматривала темноглазую воительницу, и ее рассматривали в ответ. Пара мечей над плечами, но фигура не широкоплечая, а скорее удлиненная и жилистая, торс прикрыт рубахой и жилетом из плотной поношенной ткани. На ногах свободные штаны, заправленные в короткие зашнурованные сапожки.
   - Как ты тут очутилась? - спросил еще более высокий и сухощавый, как ремень, воин, отпивая из своей фляги.
   - Не знаю, сегодня я должна была выйти замуж, но из комнаты невесты меня телепортом выкинуло сюда.
   Воины опять переглянулись, и Гелла после легкого головокружения услышала быстрые фразы, которыми они обменялись, не разжимая губ:
   - Следы начинаются в Спорных землях, трава сильно примята, но дорог там нет.
   - Одежда у нее странная, в таком мешке она сама умрет через несколько часов.
   - Телепорт можно поднять; если до сих пор не нашли - значит, не нужна. Кроме того, девочка сказала 'должна' - выходит, брак планировался не по любви.
   - Что будем с ней делать? Оставим здесь - умрет, возьмем с собой - тоже умрет.
   Девушка потерла ноющую голову и сказала:
   - Господа и дамы, вы не могли бы говорить вслух, особенно обо мне, от вашего рычания у меня голова болит! И вообще кто вы??
   Изумленные взгляды были ей наградой.
   - Ты нас слышишь?? - спросила Геллу воительница.
   - Слышу, только голова болит.
   - И понимаешь, - кивнула девушка в такт своим словам. - А ведь мы говорили на языке степей. Мы орки.
   - Орки? - Гелла удивленно посмотрела на девушку: - Какие вы большие и красивые, а в книжке совсем другие.
   Воительница пожала плечами и улыбнулась, обнажая крепкие крупные зубы.
   - Книжки пишут люди, а кто ты??
   - Я дочь герцога Мондилье, - вздохнула Гелла, не видя надобности скрывать свое происхождение.
   - Странная герцогиня, раз слышишь наши мысленные разговоры и понимаешь речь, не зная языка.
   - Что это значит, Сатра?
   - Мы возьмем ее с собой, и пусть решает Мать племени.
   Остальные воины покивали головами, принимая это решение, и спокойно начали сворачивать лагерь. Гелла не знала, чем ей заняться, но к ней подошла воительница с плотным кожаным мешком в руках:
   - Тебе стоит переодеться, давай посмотрим, что тебе подойдет.
   В мешке оказалась запасная рубаха, доходившая Геле как раз до лодыжек, длинные вязаные чулки с кожаной подошвой и гребень. С помощью воительницы девушка распутала изрядно помятый шедевр маэстро Пиварди и заплела волосы в две косы. Штаны все были велики, поэтому было решено оставить самую плотную среднюю юбку, избавившись от излишков ткани с помощью ножа. В пыль улетел и изящный корсет, расшитый мелким жемчугом, и тонкие перчатки, а из шелковой нижней юбки воительница вырезала большой кусок и соорудила на голове герцогини некоторое подобие тюрбана с кружевной занавеской перед лицом.
   - Ты слишком бледная и быстро сгоришь на солнце, я видела, что так прячут женщин жители пустыни.
   Гелла кивнула и, осторожно сделав несколько глотков из предложенной фляги, увязала в узелок то немногое, что решила сохранить: колье, серебряные шпильки, золотые пряжки с туфелек и маленькие сережки - подарок отца на шеснадцатилетие. Давно собравшиеся воины поднялись с сухой земли и неспешным шагом тронулись в путь. Гелла шла в середине цепочки, сразу за воительницей, и ощущала себя горошинкой, закатившейся в лес.
   Орки шли, выдерживая ровный темп, останавливаясь раз в тридцать-сорок минут сделать по глотку из фляги, отойти в кусты или отправить самого молодого и резвого в разведку. Через пару часов Гелла начала сдавать - лицо покрыли бисеринки пота, дыхание сбилось, узелок потянул к земле. Оценив ситуацию, воительница, вздохнув, велела самому высокому воину понести девушку на спине. Тот молча вынул из заплечного мешка широкий кожаный ремень, сшитый хитрой петлей. Одну часть петли он надел себе на плечи, а во вторую, спина к спине, предводительница усадила герцогиню. Мешок воина понесла сама. Но по ее сигналу орки ускорились; легкий, казавшийся прогулочным шаг сменился легким бегом, потом вновь шаг, и снова бег. Через несколько часов остановились на привал. Гелла свалилась на землю кулем, хотя воительница держала ее за руки, и еще долго приходила в себя, растирая онемевшие руки и ноги. Привал был недолгим - огонь разводить не стали, пожевали небольшие плитки прессованных с медом орехов и фруктов, запили все ледяной водой из спрятанного среди камней родничка и поспешили дальше. Гелла вновь шла сама, но Сатра строго ее предупредила:
   - Не переутомляйся, девочка, силы тебе еще понадобятся, а нести тебя любому из нас не сложнее, чем свой походный мешок.
   Гелла только кивнула в ответ на такую заботу, а что тут еще скажешь?? И так понятно, что она балласт. К вечеру добрались до стойбища. Уже на небе зажглись звезды, стало прохладно, и по степи начал гулять ветерок, забираясь под одежду и вызывая зябкую дрожь. В кругу палаток из толстого колючего войлока горел костер. В свете огня выделялись фигуры рослых худощавых воинов и статных женщин в просторной одежде. Тут же бегали дети, сидели на кошмах и коврах старики. В воздухе разливался аромат сухих трав, дыма и густой мясной похлебки.
   Через два часа пятьдесят три минуты принц сотоварищи проехал в ворота дворца. За спиной остались годы учебы, кутежей и политических игрищ, теперь от жизни и благополучия какой-то девчонки зависело будущее правящей династии. Принц чертыхался до выезда из города, пока герцог не увидел знакомую таверну и не предложил остановиться, дабы промочить горло и обсудить цель поездки. Подумав, Калабриан согласился - день клонился к закату, и, возможно, был смысл заночевать здесь, обсудить дальнейшие планы и решить, в какую сторону двигаться. Вихрастый оруженосец, повинуясь кивку Амирана, увел породистых коней в конюшню, сам воин отправился заказывать комнаты, а принц и герцог расположились за столиком на открытой веранде и заказали ужин и вино.
   - Вот так, друг, я и оказался в пути. И теперь мне нужно отыскать эту девчонку и приехать с нею к храму, чтобы мой род мог продолжиться, - принц откинулся на спинку удобного деревянного кресла и бездумно покрутил в руках бокал вина. Ветерок с запахом горьких степных трав неожиданно ворвался на веранду и пробрал сидящих мужчин до костей:
   - Хозяин!! Жаровню!! - воскликнули они оба и, посмотрев друг на друга, рассмеялись, сбрасывая возникшее напряжение. Принц перестал размышлять, не слишком ли он доверился герцогу, раскрыв ему очередную семейную тайну, а герцог перестал прикидывать, когда к нему зашлют наемных убийц за излишнюю информированность.
   - И где ты думаешь искать свою невесту?
   Принц поморщился:
   - Маловероятно, что леди Гелла останется моей невестой: боюсь, один взгляд на ее умильное личико будет вызывать у меня рвоту. Богиня не сказала, где ее искать, а маги предположили, что она сейчас где-то у вампиров, они сильны в магии крови, а телепорт был настроен на леди очень точно.
   - Что ж, - подвел итоги герцог, - значит, мы выехали из города в нужную сторону, дней через двадцать будем в Сарриане, а там еще неделя - и будем на границе с вампирами. А есть ли у тебя портрет леди?? Возможно, она сейчас тоже всеми силами пытается вернуться домой, и было бы неплохо показывать его трактирщикам на всякий случай.
   - Ты прав, Тирос! Портрет у меня есть, мама сунула в карман на выходе.
   Принц покопался в объемистом кожаном подсумке и извлек завернутую в кусочек мягкого бархата миниатюру, герцог с любопытством всмотрелся в изображение невесты наследника, сравнивая слухи, ходившие по дворцу, с портретом милой голубоглазой девушки, почти девочки с букетом васильков в руках.
   - Мила, но никаких особых примет, полагаю?? Искать будет трудно, таких миленьких мордашек в столице двенадцать на дюжину.
   - Так и есть, - вновь нахмурился принц. - Обычная девчонка с обычными капризами, любит холодное молоко и не переносит алкоголь, вышивает крестиком и ездит верхом... Как все это может помочь в поисках?? - Калабриан взъерошил свои короткие волосы и в отчаянии махнул рукой. Тут подоспел хозяин с горячими блюдами и Амиран, распорядившийся насчет комнат и модной новинки последних лет - парной бани. Ивэн переминался с ноги на ногу за его плечом и голодным взглядом сверлил стол.
   - Садитесь, - кивнул принц. - Можете считать, что мы уже в походе и сидим у одного костра. Ни пожилой воин, ни мальчишка не заставили себя долго ждать - уселись и обмакнули большие ломти хлеба в густой мясной соус. Отварное мясо парило на соседнем блюде, тут же была миска с отварными овощами. Едва спутники утолили первый голод, принц продолжил:
   - Итак, мы направляемся на поиски моей пропавшей невесты, леди Геллы, вот ее портрет. Сначала едем до границы, потом к вампирам, а уж там будет видно. Через год и один день мы должны вернуться в столицу, точнее, в храм богини на дворцовой площади. Вопросы, уточнения, пожелания??
   - Их Величество объявят леди Геллу в розыск??
   - Нет. Это семейное дело, официально леди Гелла больна и отбыла на воды, а я как будущий супруг сопровождаю ее, а не мечусь по королевствам в поисках.
   Сарказм принца поутих, когда он подумал о вампирах - слухи о них ходили самые жуткие, и оказаться среди них беззащитной девушке он бы точно не пожелал. А впрочем, какая ему разница? Если девчонка гарантированно сгинет, оставив доказательства своей гибели, ему же проще - или нет? Махнув рукой на эти размышления, принц допил чай с куском ароматного бисквита и, пожелав спутникам приятного отдыха, ушел в свою комнату; правда, прежде чем заснуть, ему пришлось выпить легкий успокоительный отвар, торопливо доставленный с кухни.
  Орки вместе с герцогиней подошли к костру, и вокруг них тотчас собрались любопытные - поздороваться, посмотреть на удивительную добычу и позубоскалить. Гелле было уже все равно, она так устала, что готова была заснуть стоя. Едва стемнело, как она стянула с головы пропылившийся тюрбан, и теперь ее светлые растрепанные косы свисали на грудь на удивление смуглым черноволосым оркам. Между стариками и детьми нашлось местечко на куске ковра, хлопотавшая у котелка орчанка подала всем миски с похлебкой, ложки все вынули свои, а Гелле одолжил ложку маленький мальчик, удивленно коснувшийся чумазой ручонкой выбившихся возле лица девушки светлых прядей.
   - С возвращением, Сатра, - раздался глубокий женский голос.
   Воительница подскочила, едва не опрокинув в костер миску с похлебкой.
   - Мать!
   - Сиди, девочка, расскажи мне о нашей гостье.
   Услышав определившийся статус Геллы, многие околачивающиеся возле костра смуглокожие красавцы издали легкий стон, который прозвучал гулко и протяжно, точно спущенные мехи в кузне. Девушка покраснела и уткнула взгляд в миску, внимательно, впрочем, прислушиваясь к беседе орчанок. Сатра кратко описала ситуацию, и Гелла с удивлением поняла, что орки наткнулись на нее случайно - оползень запрудил маленькую речушку, и обычный путь оказался перекрыт. А в общем и целом, в Спорные земли стараются не соваться все три расы, земли которых граничат с этой пустошью. Кроме орков свою границу по спорным землям проводят вампиры и скальные драконы. Мать добродушно кивала, слушая объяснения младшей внучки, потом погладила воительницу по колену и сказала:
   - Ты все сделала верно, Сатра, среди людей мало кто обладает даром понимать речь, не зная языка. Пусть девушка погостит у нас, поучишь ее жить в степи, а к сезону ветров проводишь до границы, дальнейший путь пусть выбирает сама.
   Гелла, услышав, что ее не гонят и даже хотят учить, расслабилась и только сейчас заметила, как побелели пальцы, которыми она держала миску и ложку. Порыв ветра обнял ее зябкие плечи и унесся в ночь, а герцогиня без особой печали подумала о несостоявшейся свадьбе: может быть, все к лучшему
   На ночь Сатра увела юную герцогиню в шатер своей матери. Это было любопытное сооружение из толстых коротких кольев и плетенного из лозняка каркаса. Покрышкой служила кошма из шерсти степных оленей и диких коз из предгорий. В центре шатра тлели угли вокруг небольшого горшка, тут же стоял медный таз с холодной водой.
   - Здесь можно умыться, - сказала воительница, опрокидывая горшок с кипятком в таз.
   - Это, наверное, приготовлено для вас, - смутилась Гелла.
   - Я могу выкупаться в ручье, а тебе лучше не искушать своим телом наших мужчин, иначе ты недолго останешься невестой.
   Гелла испуганно распахнула глаза, а Сатра поставила возле таза горшочек с травяным мылом, бросила в воду пучок полыни вместо мочалки и кивнула головой на стопку приготовленной одежды:
   - Я попросила сестру поделиться с тобой одеждой, она еще молода - она скоро придет и поможет тебе высушить волосы.
   - А вы, сударыня?? Неужели я лишаю вас ночлега??
   - Не волнуйся, - воительница усмехнулась. - Мать велела мне присматривать за тобой, так что к излому ночи я вернусь.
   Успокоившись, Гелла занялась купанием, пока вода не остыла. Когда она, завернувшись от вечерней прохлады в свою юбку, рассматривала предложенную ей одежду, в палатку вошла девушка:
   - Сатра сказала, что вам нужна помощь.
   Гелла присмотрелась - девушка была одного с Геллой роста и очень похожа на Сатру. Но более округлые щеки и косы чуть ниже плеч позволяли предположить, что сестра Сатры моложе Геллы.
   - Да, пожалуйста, помоги, я не умею носить ваши платья.
  Принц и герцог спокойно выспались на постоялом дворе, трактир обслуживал в основном благородных, отпугивая всех прочих ценами, поэтому простыни были чистыми, тюфяки мягкими, а стены толстыми. Старый гвардеец спал в комнате смежной с комнатой принца, отведенной для слуг, а оруженосец, завернувшись в одеяло, провел ночь на сеновале. Завтрак подали рано, еще вечером было решено выехать на рассвете:
   - Ваше Высочество, какие у нас планы на сегодня?? - поинтересовался герцог Тримейн, отпивая из глубокой чашки бульон с овощами, рядом стояла пиала с мясом в остром соусе.
   - Едем максимальный перегон, мне не хочется вести за собой шпионов и наемников, попробуем оторваться сразу.
   - Здесь только одна дорога, затеряться сложно. Неплохо было бы запутать всех, кого сможем. Может быть, устроить ложный след??
   - Отец, конечно, максимально придержит информацию, но скорее всего уже сегодня за нами пойдут. Что ты предлагаешь??
   - Вариантов несколько: можно наложить иллюзию на других путешественников с похожим составом группы, можно поменяться с ними внешностью часов на пять - есть у меня в семейном архиве такое заклинание, а можно просто разделиться и встретиться в другом месте.
   - Нет, разделяться не стоит, пока все не настолько плохо, чтобы я пробирался, как лазутчик, по собственной стране. А вот идея с обменом внешностью мне понравилась, выбирай подходящую группу и снимай матрицу, выедем на тракт - накладывай, да еще попробую отправить нас к следующему трактиру телепортом - кажется, я там бывал во время визита к королеве Моири. И ради богини, называй меня по имени.
   - Идет, Калабриан.
   Герцог закрутил головой, осматривая гостей, покидающих трактир на рассвете.
   - Надеюсь, твой оруженосец не будет возражать принять облик хорошенькой юной леди? - Тирос кивнул на группу из четырех дворян, стоящих у конюшни в ожидании лошадей.
   - Не пойдет, выбирай народ попроще, леди слишком привлекательна, ее будут рассматривать - парень нас выдаст.
   - Тогда, может, они? - герцог кивнул в сторону дюжины крестьян, прошедших за тяжелогружеными телегами. Принц усмехнулся и кивнул на двух купцов, поглядывающих за приказчиками, и герцог быстро зашевелил пальцами руки, под салфеткой снимая матрицу. Через полчаса трактир покинули три дворянина и оруженосец, а еще через сорок минут к трактиру 'Королевская селедка' подъехала пара купцов средней руки с приказчиками.
   - Останавливаться не будем, заведение слишком дорогое.
   - Продержишься еще десяток миль??
   - Вполне, Амиран, дай мне чего-нибудь поесть.
   Старый гвардеец тотчас вынул из сумки пару дорожных пирогов из слоеного теста с мясом и пряными травами. Принц жадно вцепился в них, восстанавливая силы, а герцог снял с пояса флягу:
   - Отвар из трав, с медом и вином, хорошо восстанавливает силы.
   Калабриан благодарно сделал несколько глотков, и путешественники продолжили путь; до обеда нужно было одолеть десяток верст, отдохнуть и обновить мороки, а к вечеру обязательно добраться до любого трактира средней руки не столько для безопасного ночлега, сколько для изучения слухов и сплетен из столицы. Однако отдыха в обед не получилось. То ли принц потерял много сил на телепортацию, то ли богиня решила пошутить, но неприятности начались, едва они отъехали от трактира. Мимо пронесся верховой, обдав 'купцов' пылью, а следом потянулся обоз, добавив свою порцию, и все бы ничего: разве путешественников удивишь пылью? Но оруженосец закашлялся так, что едва не свалился с лошади. Пришлось сворачивать с тракта, чтобы напиться и почистить одежду. Перекусив в ближайшей деревушке пирогами и колодезной водой, вновь выехали на дорогу. Но спустя пару миль лошадь Амирана потеряла подкову, пришлось вернуться в деревню и искать кузнеца. У мастера молота и наковальни вышли подковы: недавно здесь проезжал обоз, направляющийся в рудные горы, - все разобрали в дорогу. Посовещавшись, 'купцы' решили оставить у кузнеца самого младшего - Ивэна - с тем, чтобы оруженосец перековал лошадь и догнал их на тракте. Амиран пытался возражать, но принц напомнил ему о наложенных мороках и своем горячем желании не привлекать внимания.
   - В общем, так, помощничек, - герцог подпустил в речь неодобрения рачительного купца, не желавшего терять деньги. - Лошадь перекуешь и по тракту нас догонишь; если до заката не управишься - ночуй здесь.
   Вихрастый, скромно почти бедно одетый парень неохотно кивал, а принц невольно подумал, что сирота без связей и богатого наследства получает у кастеляна то, что отказались носить другие.
   Оставаться в незнакомом месте одному Ивэну не хотелось, кузнец казался суровым и даже угрюмым, разговаривал мало, но оруженосец привык к суровым сержантам - гвардейцам в казармах. Кузнец неожиданно кивнул парню на выход и поднял два пальца: можно вернуться через два часа - отлично! Будет время посидеть на травке, полюбоваться на селянок, во всю сновавших вдоль улиц.
   Принц с герцогом, словно прочитав мысли парня, сурово и предостерегающе на него посмотрели и лишь потом двинулись к своим коням. Но выехав из деревни, Калабриан успокоительно произнес:
   - Не волнуйся, Амиран, мальчишка справится или сможет сам вернуться в столицу, а мы, пожалуй, сделаем крюк: слышал я, что где-то здесь есть целебное озеро.
   - Целебное озеро? - Тирос скептически хмыкнул. - Интересно, интересно, что-то я о таком не слышал.
   - Еще услышишь, - коротко ответил принц и отвернулся, оглядывая тракт в поиске необходимого поворота. Когда что-то мешало его планам, принц становился сух и невыносим.
  
   Король, тяжело ступая, расхаживал по маленькой комнате с голыми каменными стенами. Крупные руки воина сжимали оголовье меча, брови сурово хмурились, и пришедший с сюзереном гвардеец стремился слиться с холодным камнем, чтобы не угодить под тяжелую монаршью руку. В дальней стене комнаты распахнулась простая некрашеная дверь, и оттуда вышел круглолицый старичок с лицом доброго дядюшки. Увидев сурово нахмуренные королевские брови, он успокоительно взмахнул пухлыми ручками:
   - Все хорошо, Ваше Величество! Взгляните, - на розовой пухлой ладони лежал амулет в виде восьмиконечной звезды, подмигивая зеленым камнем в центре. Такие же мелкие кристаллики расположились в основании каждого луча:
   - Если принц будет ранен или болен, камень поменяет цвет с зеленого на красный; в случае смертельной опасности - почернеет. А мелкие камни укажут направление, в котором принц двигается,- здесь подписаны стороны света, - пухленький пальчик указал на гравировку на концах лучей.
   - Благодарю вас, магистр; надеюсь, вы понимаете, что мой визит следует держать в тайне? - тяжелый кошель опустился в ладонь мага вместо спрятанного королем амулета.
   - Конечно, Ваше Величество. Кому есть дело до скромного отшельника и его гостей?
   Король, кивнув на прощание, вышел из башни и отдал распоряжение паре гвардейцев, ожидающих его у подножия:
   - Оставить у башни пост и следить за всеми визитерами, мага охранять!
   Через несколько часов к одиноко стоявшей на окраине большого села башне прибыл отец леди Геллы, герцог Мондилье, но вскоре он вышел из башни грустный и задумчивый: маг отказался изготавливать амулет поиска, сославшись на запрет богини. Гвардейцы аккуратно занесли приметы визитера в мятый свиток и вновь улеглись на жесткие лежанки из травы в ожидании смены.
  
   Увы, как ни пытались путешественники умилостивить судьбу, получалось у них неважно. Через пяток миль указатель привел их к небольшой деревушке всего-то в пять домов, три из которых были трактирами. Морок еще держался, и потому они постучали в средний - не самый большой, но и не самый грязный. Подумав, принц кивком перепоручил переговоры Амирану, а сам начал оглядывать окрестности. Смотреть было не на что - деревушка выглядела странно заброшенной для бойкого места с целебным озером, на это же обратил внимание и старый гвардеец:
   - А что это у вас тут так пусто?? - удивленно вопрошал старый вояка в облике плутоватого приказчика. - Мой-то хозяин думал: тута лечебница есть, дамы гуляють, вдруг прикупят чего? - гвардеец старательно тянул слова по - деревенски окая и глотая окончания.
   - Да у нас тута всегда так, - в тон отвечал ему трактирщик - низенький невзрачный мужичок в добротном кожаном жилете - похоже, с чужого плеча - и драном фартуке из небеленого льна. - Озеро-то целебное, да далеко, тропа по болоту идет, вот и неохотно людишки едут, а домов лечебных мы тут и вовсе не видали, только девки веселые шастают, работы ищут. Обедать будете?? - спросил трактирщик, поглядывая на седовласого 'купца', которого почел старшим.
   - Обедать вроде как рановато, - решил принц, - а вот морсу холодного али кваса выпьем да хлеба с сыром с собой прихватим, - в случае необходимости он умел подражать любой речи, но не так естественно, как Амиран.
   Пока служанка подносила путешественникам заказанное, 'купцы' осматривали двор и окрестный лес.
   - Ты уверен, что хочешь поехать, Кэл?? - шепотом спросил Тирос.
   - Уверен, слишком много совпадений. Сначала подкова, потом я подавился пирогом и едва не снес указатель поворота, а ты запутался в ремнях, и мы свернули с тракта именно сюда. Нас ведут, Тир, и я предпочитаю увидеть того, кто это делает.
   - Ваше высочество, - помялся старый гвардеец, - может, вернемся? Не нравится мне эта деревушка: больно народу мало, и детей совсем нет.
   - Пустяки, Амиран, страда сейчас, все в поле.
   Наставник подчинился, ворча себе под нос:
   - Не к добру это, не к добру, какие поля в лесу да с болотиной?
   Напившись ядреного квасу и прихватив корзинку с хлебом и сыром, 'купцы с приказчиком' отправились по тропе. Сразу за деревней шел небольшой пролесок из высоких кустов и низких деревьев, а за ними вставал лес. Зеленые мхи и серые лишайники покрывали большую часть неохватных стволов. Солнце совсем не заглядывало в нижние этажи леса; его свет, пройдя сквозь густые кроны, мягким зеленым отблеском ложился на едва заметную тропку, вьющуюся вокруг коряг, редких промоин, уже затянутых подлеском, и невесть откуда взявшихся огромных камней. Постепенно звуки становились тише, лес словно увлекал путников в зеленый лабиринт, и тропа, виляя из стороны в сторону, вела все дальше. Неожиданно потянуло сыростью, мох стал пышнее и мягче, а отпечатки копыт быстро заполнила вода.
   - Стоп! - скомандовал принц. - Спешиваемся, Амиран остается здесь с лошадьми.
   - Но Ваше Высочество!!
   - Разве ты не слышишь?? - принц глянул на наставника удивленными глазами под судорожные вздохи гвардейца и герцога: морок развеялся. Не глядя, бросив поводья, принц шагнул по тропе дальше; герцог, сдернув с седла тяжелый палаш, помчался следом. Калабриан шел, словно на крыльях, не замечая ям, чувствуя надежные кочки, игнорируя зудящий вокруг головы гнус. А герцог, чертыхаясь, бежал сзади и никак не мог его догнать, собирая по пути все, что упустил принц - липкую паутину в лицо, гнилое бревно под ногами, острый сучок, пролетевший в сантиметре от глаза.
  Когда Тирос все же догнал принца, перед ним открылось озеро. Светлое пространство колышущейся воды обрамляли пологие берега, поросшие густыми мхами. Принц спокойно стоял у кромки воды и, кажется, с кем-то разговаривал. На герцога было жалко смотреть - исцарапанный, в рваной одежде он выбежал на берег озера и, поскользнувшись на влажной глине, съехал вниз, окончательно испортив одежду и ушибив копчик.
   - Тирос, что с тобой?? - Калабриан чистенький и опрятный смотрел на герцога с удивлением.
   - Ничего, - злобно буркнул тот, с отвращением глядя на роскошные пряди своих каштановых волос, перемазанные в глине.
  Утром Гелла проснулась с удивительным ощущением уюта, в шатре было прохладно, но одеяла хорошо держали тепло тела, выбираться не хотелось. Вдруг звякнула медная крышка котелка, треснула ветка в очаге, и мир проснулся, наполняясь звуками. В шатре полилась вода, завозилась Кира, ставя на угли котелок. Вышла в розовый сумрак, прихватив кусок ткани, Сатра, а снаружи уже просыпалось стойбище - трещали ломаемые ветки, здоровались женщины, шумели подростки, вернувшиеся из ночного выпаса. Гелла, наконец, встала; Кира, улыбнувшись, протянула ей плошку и тряпочку - умыться:
   - Сатра сказала, тебе без нее из шатра не выходить; давай, я помогу волосы расчесать.
   К возвращению Сатры герцогиня была умыта, одета и причесана и сидела с Кирой у небольшого костерка, ожидая завтрак.
   - Мать велела сегодня побыть в стойбище; сходим, посмотрим наших рукодельниц, а потом покажу тебе женскую купальню.
   - Хорошо, а Кира с нами пойдет?
   - Пойдет, она учится у мастериц и помогает им иногда.
   - А чем занимаются ваши мастерицы?? Я видела работы Киры, мне очень понравилось.
   Девочка, порозовев от искренней похвалы гостьи, поставила на широкую сланцевую пластину плошки с кусочками маринованных корней и овечьим сыром; вместо привычного для Геллы хлеба были лепешки, тонкие и хрустящие, запивали все чистой холодной водой. После завтрака Сатра вынесла постели на улицу - просушить и прожарить на солнце, а Кира вымыла посуду, поручив Гелле вынести на солнышко подушки. Закончив с делами, все трое пошли в мастерские; оказалось, что мастерские - это не шатры, это навесы, собранные из плетеных щитов и жердей, укрытые вместо крыши конскими кожами. Под навесами сидели мастерицы и ткали ковры - Гелла в жизни не видела такой красоты, в книгах писали об орках как о грубых и грязных полуживотных, и лишь в стойбище девушка поняла, что они имеют представление о прекрасном.
   - Здесь работают лучшие мастерицы племени, - объясняла Кира. - Ковры ткут из трех видов шерсти: из овечьей, из козьей и из шерсти диких быков.
   - Очень, очень красиво!! - Гелла любовалась дивными извивами узоров, гладила мотки окрашенной шерсти и красивые роговые челноки, тут же лежали отполированные множеством рук колотушки и ножницы. Смуглые орчанки в причудливых косах, уложенных вокруг голов, сидели за станками. Станки все были разными - от совсем небольшого, за которым сидела молоденькая девушка с двумя косичками, до огромного, длиной в две трети навеса.
   - Такой большой ковер заказал господин дракон, - прошептала Кира, - сказал, что наши ковры самые лучшие, а он уже слишком стар, чтобы спать на каменном полу пещеры. Малира ткет его третий год, господин дракон прилетает каждую весну - проверить, как идет работа, но, по-моему, ему просто Малира нравится, - девушка хихикнула и повела гостью к соседнему навесу, в тени которого на специальных жердях сушились на ветерке огромные мотки ниток.
   - А здесь сидят пряхи, но вообще у нас каждая женщина должна спрясть три мотка и для ковровщиц.
   - А кто шерсть красит??
   - Это дальше, там пахнет очень сильно. Здесь только сушат, когда шерсти много, чтобы на солнце не выгорала.
   - А ты что здесь делаешь??
   - Пряду и учусь ткать, я еще красить училась немножко, но наставница меня прогнала, - Кира поморщилась. - Я в чан с ее новым цветом целую банку черной краски вылила.
   Гелла рассмеялась, и спросила Сатру:
   - А где вы продаете ковры, мне бы хотелось купить такой в замок!
   - Переговоры с купцами ведет Мать племени, но ты можешь попросить у нее коврик в дар, если сможешь принести племени пользу. На деньги от продажи ковров мы покупаем еду и одежду для сирот и стариков, иногда броню для воинов или оружие.
   - Значит, это ваш доход, а вовсе не набеги на мирные земли.
   Сатра рассмеялась.
   - Герцогиня, наше племя считается лучшими наемниками, но на своей земле мы не воюем. Молодые воины и ветераны охраняют границы наших земель и перехватывают молодчиков, желающих пограбить наши стойбища или стада, но мы бережем мир, а мир требует денег. Кроме того, наше племя довольно большое, и всем сразу на стоянке тесно и не хватает воды, поэтому пастухи кочуют вместе с женщинами и детьми, а через три месяца возвращаются сюда, а те, кто здесь прял и ткал, отправляются варить сыр и стричь шерсть.
   - А что получают ткачихи??
   - Доход делится на три части: ткачихе, помощникам и племени. Помощники - это сборщики шерсти и прядильщицы и красильщики, остальные участники получают оговоренную долю за свой труд от матери племени, ковры можно ткать долго, и все это время ткачихе нужно есть, пить и одеваться. Кроме того, племя заботится о стариках и сиротах, помогает раненым воинам и заболевшим.
   - Получается, ткачиха только ткет и не беспокоится о материалах и успевает сделать больше.
   - Да, раньше каждая мастерица сама готовила все материалы, и это занимало много времени, и доходы были меньше.
   Гелла невольно прикинула примерную стоимость ковров, цены на сырье и красители, производительность труда орчанок и, вздохнув, сказала:
   - Жаль, ваши ковры не добираются до нашего королевства, они такие красивые!
   - Почему не добираются?? Наши парни наемничают везде и попутно ищут купцов, готовых принять товар на продажу; кроме ковров мы продаем целебные травы, овечий сыр и изделия из кожи и меха. А взамен покупаем оружие, металлические изделия, вяленые фрукты и сладости, тонкие ткани для модниц и книги для детей.
   Гелла присела на плетеный стульчик, прикрытый куском овечьей шкуры, и задумалась - оказывается, орки не дикое племя, они воинственны и огромны, но в то же время искусны и неглупы, она действительно может многому здесь научиться, а что бы она сейчас делала во дворце?? Принимала поздравления и соревновалась в остроумии с фрейлинами? Выходит, ей стоит поблагодарить неизвестного похитителя - она жива и сможет узнать много нового и, кроме того, избегнет брака, который с каждым часом вызывал все больше сомнений. Пора продолжить разговор:
   - Значит, ты вернулась со службы, да?
   - Да.
   - И ты хороший воин, Кира говорила, что такую прическу носят только воины, - девушка кивнула на косу воительницы.
   - Да.
   - Научи меня защищать себя, пожалуйста!
   Сатра удивленно посмотрела на девушку:
   - Разве тебя ничему не учили?
   - Из меня готовили невесту наследника: танцы, вышивка, большая политика. Отец считал, что меня защитит будущий муж, а мама не хотела, чтобы я была грубой и обгорелой.
   - Хм, Гелла, тебя поздно учить, даже Киру уже поздно, старый Иирх посадил меня на лошадь в три года.
   - Но я умею ездить верхом! И плавать! И по деревьям лазать! Пойми, я не собираюсь становиться воином, мне нужно суметь защитить себя, мне страшно оставаться беззащитной.
   Голос герцогини упал почти до шепота:
   - Мне страшно, ведь меня похитили из королевского дворца - самого защищенного места в столице! И я не уверена, что покушения прекратятся, если я смогу вернуться, понимаешь?? Принцу я больше не нужна; через месяц-другой он объявит о новой помолвке, но я хочу вновь увидеть маму и отца.
   Сатра задумчиво отвела взгляд, ей опасения девушки были понятны, но чему можно научить взрослую девушку? И тут ее осенило!
   - Хорошо, - сказала воительница, - я буду тебя учить метать лоло.
   - Лоло?
   - Вот, - Сатра вынула из кошеля несколько керамических шариков с острыми деревянными шипами. - Их можно метать в открытые части тела, можно в лошадей, чтобы взбесились, а если шипы смазать парализующим соком трав или ядом - ты всегда сможешь себя защитить.
   Герцогиня разочарованно вздохнула: метать детские игрушки? Разве это защита? Но кивнула, соглашаясь, и мешочек лоло переместился на ее пояс.
   Из мастерских девушки отправились к купальне - небольшой ручеек наполнял выкопанную и обмазанную глиной яму, а потом убегал дальше.
   - А в книге было написано, что вы боитесь воды и обмазываетесь вонючим жиром.
   Но Сатра неожиданно кивнула:
   - Это так, весной здесь очень много насекомых, и пастухи мажутся жиром с травами, чтобы отпугнуть их; кроме того, в степи трудно найти воду, на стоянках вода есть, а в пути не всегда хватает на мытье, но воды мы не боимся, так что обливать нас из ведра бесполезно.
   Посмеявшись, девушки умылись и ополоснули ноги - раздеваться Сатра не разрешила:
   - Лучше вечером, когда здесь соберутся остальные женщины, тогда мужчины сюда не подойдут.
   Гелла охотно согласилась, становилось жарко и хотелось спрятаться в тень, но Сатра уже начала выполнять свое обещание:
   - Взгляни, видишь эту траву? Она растет только возле воды, у нее сочные стебли, и даже если ты не сможешь докопаться до воды, жажду утолить сумеешь. Кроме того, ты можешь найти воду там, где собирается скот, желающий пить; иногда родники уходят, и тогда пастухам приходится их искать снова. А теперь давай попробуем метнуть? Видишь - вон там стоит сурок? Если попадешь - будет вкусный суп.
   Размахнувшись, Гелла метнула колючий шарик, но промазала, достала еще один и еще, сурок давно уже скрылся, а герцогиня метала шарики, пока не истощился их запас. Сатра только хмыкнула:
   - Накричалась?? Пойдем собирать лоло.
   Гелла покраснела - оказывается, кидаясь шариками в шустрого зверька, она кричала и вопила, как торговка рыбой! Как стыдно! Но воительница, не оборачиваясь, начала наклоняться в траве, и герцогиня занялась тем же.
   Собрав все лоло, девушки не торопясь возвращались к шатрам, и попутно Сатра показывала герцогине различные растения и насекомых, которые водятся в степи. К полуденной жаре утомленная и переполненная информацией Гелла хотела только одного: спать. Однако у шатра Матери племени, тяжело водя боками, топтался невысокий степной конь, и Сатра, изменившись в лице, велела герцогине быстро идти в шатер и не выходить оттуда без ее ведома. Девушка встревожилась: неужели есть новости? В беспокойстве она вошла в шатер, но не находила себе места и наконец, чтобы перестать вытаптывать шкуры, лежащие на полу, вынула из корзинки с рукоделием целый пучок цветных шнуров. К приходу Сатры Гелла уже доплела затейливый амулет на широком шнуре и занималась нанизыванием костяных бусин на пышную кисточку.
   - Собирайся, мы уедем в степь.
   - В степь??
   - Мать племени ждет гостей из леса, будет лучше, если тебя не увидят.
   - Гостей из леса??
   - Вампиров.
   Геллу морозом продрало по нежной белой коже - вот и воспитывали ее, и читала она о других расах немало, но одно слово 'вампиры', произнесенное вслух, напугало девушку до потери речи. Не тратя больше времени на слова, Сатра собрала в заплечный мешок какие-то вещи, вручила Гелле нож в ножнах, флягу, длинный шарф - закутать голову - и одеяло; потом, подумав, сунула в общую кучу еще и корзинку с рукоделием:
   - Скучать не будешь.
   Затем девушки быстро выбрались к небольшому табуну верховых лошадей и, сложив пожитки в переметные сумы, направились в степь.
  
   Оставив озеро за спиной, принц и его спутники решили возвращаться другим путем:
   - Ту тропу прокладывала богиня, и скорее всего ее уже нет, попробуем вернуться к деревушке по солнцу.
   Амиран вновь принялся ворчать о подозрительности деревушки, но молодым людям не терпелось выбраться из странного мрачного леса. С закатом солнца озеро, мягко сияя, растаяло, оставив лишь небольшую песчаную котловину. Пробираться по лесу в сгустившихся сумерках было непросто, герцог чертыхался, принц шипел разбуженным змеем, но вдруг старый гвардеец поднял руку и прижал пальцы к губам, а потом энергичным жестом кивнул на несколько деревьев, плотно сцепившихся ветвями. Среди шорохов леса проступил отчетливый хруст - по тропе, на которую путешественники решили не возвращаться, шли люди. Невзрачная серая одежда растворяла их силуэты в сумраке, лошадей с ними не было, но в тишине несколько раз отчетливо прозвучали удары железа о дерево, а потом послышались слова:
   - Черт, сколько нам еще тащиться, Кром??
   - Тихо, возможно они еще не спят, опять все вокруг кровищей измажем, да и одежду попортим.
   - Злопамятный ты, Кус, все мне малиновый камзол забыть не можешь, кто ж знал, что этот купчина так лихо умеет ножиком махать??
   - Костра не видно, да спят уже, поди: купцы люди серьезные, солнце село - спать пора.
   - Тихо вы, болтуны!!
   - Да ладно тебе Кром!!
   Раздался звук затрещины, и шаги понемногу удалились. Только тут принц почувствовал, как крепко он вцепился в поводья, и, осторожно разжав пальцы, посмотрел на остальных:
   - А я говорил: не нравится мне та деревня!! - буркнул Амиран.
   - Нужно уходить, пока они не вернулись.
   И в молчаливом согласии мужчины двинулись к тракту.
  
   Ехали долго, у Геллы с непривычки затекли ноги, шустрые иголочки сновали по телу, а вспотевшие руки скользили по кожаным ремням поводьев. Наконец, Сатра остановилась и, указав на еле различимую тень впереди, скомандовала:
   - Едем туда, там должна быть вода и хорошее место для стоянки.
   Сдержав стон, Гелла направила коня вслед воительнице. Место оказалось действительно хорошим - старое кострище с высокой кучей пепла указывало на то, что стоянка пользуется популярностью. Источник находился в низине, неподалеку от кострища, и девушки быстро напоили лошадей из кожаного ведра, а потом занялись устройством ночлега - воительница разожгла огонь, а герцогиня нарвала горьких степных трав на подстилки, потом в угли поставили горшок с водой: металлические котелки были дороги в этих землях. Гелла устала и, вытянув ноги, уселась на свернутое одеяло у костра, Сатра показывала ей растения, корни которых можно было добавить в котелок вместе с крупой и сушеными травами. Вскоре к дымку добавился аромат супа, и воительница ловко разлила его по мискам. Сделав несколько глотков, Гелла ощутила, как в ней пробегает горячей струйкой наваристый бульон, и прикрыла глаза от удовольствия:
   - Хорошо сидите, девочки, - раздался вдруг из темноты насмешливый голос. Гелла даже не заметила, когда в руках Сатры появился короткий меч, из опрокинутой миски медленно уползали последние крупинки.
   - Спокойно! - проговорил тот же голос. - Мы просто шли мимо и увидели ваш костер, мы просим разрешения присоединиться.
   Гелла взглянула на воительницу, но подсказок не получила: Сатра сидела с каменным лицом, и тогда герцогиня вспомнила уроки матери. Она выпрямилась, любезно улыбнулась в темноту и пригласила:
   - Прошу вас, присоединяйтесь к нашему ужину, господа.
   Тени зашевелились, и из них выступило около дюжины существ в черных камзолах.
   - Благодарим за приглашение, юная леди, - поклонился самый старший с легкой проседью в черных волосах. - Не думали, что в Великой степи можно встретить аристократку королевских кровей.
   - Я здесь в гостях, - уклончиво отозвалась герцогиня.
   Воительница, поняв, что сопротивление ничем не поможет против дюжины вампиров, убрала меч и вновь наполнила миску супом.
   - Если позволите, сударыня, - обратился к ней старший вампир. - Мы неплохо поохотились сегодня и можем кое-что добавить к вашему ужину.
   По его знаку двое молодых вампиров вынесли к огню тушу степной лани, уже освежеванную, разделанную и переложенную сухой травой. От костра к этому времени остались лишь уголья, и на них тотчас разложили полоски мяса, посыпанные солью и травами. Тем временем оставшаяся часть вампиров плескалась у источника, пополняя запасы воды и смывая дорожную пыль. Гелла спокойно сидела, словно не замечая взглядов Сатры и старшего вампира; умом она понимала, что нужно бояться, особенно после всего того, что она читала о вампирах и особенностях их питания, но усталость брала свое. Просто сидеть, вытянув ноги к теплу костра, и отхлебывать чуть остывший суп казалось более реальным, чем безумный бег в темноту.
   - Восхищаюсь вашим мужеством, леди, - склонил голову вампир, закончив разглядывать девушек. - Ваша подруга волнуется и не выпускает из руки свой меч, а вы спокойны, словно принимаете гостей в своем будуаре.
   - Это не мужество, это усталость, сударь; кроме того, вы ничего обо мне не знаете, - девушка отпила еще глоток супа и, чуть кокетничая, лукаво улыбнулась: - Может быть, я тут самое кошмарное существо на мили вокруг.
   Вампиры замерли, а потом старший из них расхохотался:
   - Право, леди, вы меня удивляете все больше, скажите мне, в какой стране взращивают подобные цветы??
   Гелла наморщила носик:
   - Сударь, право, ваш вопрос не уместен, я же не спрашиваю вас, при каком дворе вы служите советником.
   Вампиры переглянулись, подтверждая ее догадку, а Сатра, вновь насторожившись, прикоснулась к мечу.
   - И как вы оказались в этих краях, мне тоже не интересно. Ой, кажется, ваш ужин подгорает!!
   Мужчины тут же переключились на еду, и расспросы были забыты. Доев суп, Гелла вместе с воительницей спустилась к воде - помыть посуду.
   - Бежать бесполезно, - тихим шепотом пробормотала расстроенная Сатра. - Ночью они легко догонят лошадь.
   - Не стоит, - Гелла покачала головой. - С ними кто-то важный, и наш побег могут воспринять как сигнал к атаке, лучше вернемся и ляжем спать.
   Сатра еще раз вгляделась в черные фигуры, хорошо различимые в свете костра; ветерок доносил негромкие голоса.
   - Я не заметила других начальников, кроме этого советника.
   - Не начальник, кто-то оберегаемый, за кого он волнуется. Давай вернемся, мы задержались.
   Вообще герцогиня уже заметила невысокого юношу, почти мальчика, которого постоянно прикрывали другие вампиры, а советник всегда держал в поле зрения. Кроме того, она слышала часть разговоров, ведущихся с помощью амулетов, и потому была уверена, что угадала верно.
   Девушки вернулись к огню и присели на свои одеяла. Вампиры уже насытились и, весело переговариваясь, тянули жребий, распределяя ночное дежурство. Только советник продолжал бросать на Геллу испытующие взгляды.
   - Скажите, леди, как вас зовут??
   - Я охотно представлюсь, сударь, в ответ на вашу любезность.
   Вампир кивнул:
   - Мое имя Валер ир Луэст
   - Леди Гелла, герцогиня Мондилье.
   Вампир кивнул и протянул девушке кусок печеного мяса на лезвии изящного кинжала. Гелла благодарно кивнула и приняла угощение, острый кончик клинка слегка царапнул подушечку ее пальца, и девушка насторожилась, но молодые вампиры оставались спокойными, и она вновь расслабилась:
   - А ваша спутница?
   Гелла отщипнула кусочек мяса и вопросительно взглянула на Сатру, та смотрела странно, но спокойно и даже отпустила рукоять меча. А потом, пожав плечами, представилась:
   - Сатра илла Зенна.
   - Дочь Матери племени??
   - Внучка.
   Вампир удивленно раскланялся и протянул Сатре с поклоном кусок мяса на том же самом клинке. Поколебавшись, воительница взяла кусок и тут же изумленно уставилась на выступившую, на ладони капельку крови.
   - Зачем??
   Советник молча уколол свою ладонь тем же кинжалом и, подхватив кусок мяса, невозмутимо откусил.
   - Не бойтесь, я не хочу, чтобы вы боялись нас. Я действительно советник Короля вампиров, мы всего лишь сократили путь, пройдя через ваши земли, и мы не причиним вам вреда.
   Сатра помолчала и, наконец, кивнула и продолжила ужин, а вскоре все кроме часовых легли спать.
   Ночь прошла мирно, утром вампиров на стоянке не было, но возле Геллы обнаружилось послание - небольшой кусок кожи, скорее всего крышка сумки или кошеля, на котором горящей веточкой было выжжено официальное приглашение леди Гелле и ее названой сестре прибыть ко двору Короля вампиров.
   На тракт путники выбрались практически утром, исцарапанные, уставшие и очень раздраженные. К счастью, в этот ранний час никого на дороге не было. Немного оглядевшись, гвардеец отыскал указатель и просветлел лицом:
   - Ваше Высочество, я знаю здесь неподалеку трактир; думаю, стоит там остановиться и подождать Ивэна.
   - Указывай дорогу, Амиран, я готов съесть что угодно!
   - А я - еще и выпить! - воскликнул герцог и потянул повод уставшей лошади вперед.
   Трактир оказался большим приземистым строением - таким основательным и просторным, что стойка терялась в клубах дыма из только что растопленного сонным работником очага.
   - Две комнаты с кроватями и плотный завтрак для троих, - скомандовал принц, подойдя к внушительному сооружению из темного дерева.
   - Комнаты, пожалуй, найду, - ответил на удивление опрятный хозяин, осторожно подсыпающий в блюдо мелкую соленую рыбешку к пиву, - а с завтраком придется чуток подождать, кухарь у меня заболел. Сейчас жену кликну, сообразит чего-нибудь.
   Закончив насыпать в тарелки закуски, хозяин проводил гостей на второй этаж, указал комнаты и взял плату за содержание лошадей в конюшне.
   - Кони устали, вели накормить, - распорядился принц, - а нам, как работники встанут, ванну пришли.
   - Так нету у меня ванны, господа хорошие.
   - Тогда бадью или корыто, - поморщился принц.
   - И бадьи нет, постояльцы в мыльню ходят, там и постирать можно, если нужда есть. Три медяка с носа. Как позавтракаете, так и сходите, вода уже согреется.
   Пришлось путникам согласиться; правда, принц пытался настоять, но Амиран осуждающе покачал головой, а когда трактирщик вышел, сказал:
   - Ваше Высочество! Вы же не хотели привлекать к себе внимания!
   - Ты прав, Амиран, - принц немного смутился. - Пойдемте, поедим, вещи вполне можно оставить здесь.
   Герцог согласно кивнул и прикрыл сваленные в углу сумки легкой иллюзией - по привычке: у герцога была весьма строгая матушка, не терпевшая беспорядка в покоях. Внизу уже начали появляться заспанные постояльцы, за стойкой крутилась румяная девушка в кокетливом чепчике:
   - Ваш завтрак скоро будет, господа, могу пока принести вам вина.
   Серое утро, конечно, располагало к бокалу-другому, но принц сдержался и заказал горячий взвар. Девушка начерпала кипятку с медом и ягодами из большого горшка в очаге и подала на стол в глиняных кружках, со двора стали доноситься возгласы перебравших с вечера гостей, обливавших больные головы у колодца. Храп выводимых из конюшни коней и стук ворот дополнялись стуком ножей и кастрюль с кухни, вскоре в воздухе поплыли ароматы яичницы с луком, пожаренной на сале, запахло сдобой, и через несколько минут перед путешественниками был сервирован завтрак. Вчерашний хлеб, погретый в печи во влажном полотенце; домашний сыр, свежая острая зелень с грядки и великолепная яичница на дюжину яиц, поданная прямо на сковородке. К хлебу и сыру подали мисочку с медом и целый кувшин взвара.
   Увлекшись едой, путешественники не обратили внимания на неприметного господина в коричневом плаще и широкополой шляпе, который, расплатившись с хозяином, вышел во двор. Но буквально через минуту дверь распахнулась вновь от молодецкого пинка. В трактир ворвался крупный мужик с кирпично-красным лицом, в мокрой распахнутой рубахе и, потрясая в воздухе зажатым в руке камзолом, завопил:
   - Вор!! Я поймал вора!
   Девушка за стойкой широко распахнула глаза и потянулась к тяжелому ножу, лежащему под стойкой. Хозяин выглянул с кухни, вытирая белые от муки руки полотенцем, а поедавшие свой завтрак постояльцы с некоторым брезгливым удивлением уставились на тощего долговязого мальчишку, прикрывавшего подбитый глаз руками.
   - Это же Ивэн! - попытался вскочить Калабриан, но Тирос ловко пнул его скамейку, и принц, получив тычок под колени, неловко рухнул под стол.
   - Скажите, уважаемый, а что украл этот юноша?? - громко вопросил герцог, отвлекая внимание публики на себя.
   - Да я не видел, - краснолицый, кажется, растерялся. - Мне господин в плаще сказал, будто видел воришку в стойле моей лошади.
   - Вот как, а почему господин в плаще сам не остановил вора?? И что же он все-таки украл??
   На грубоватом лице то ли охранника, то ли возницы появились признаки серьезных раздумий, которым явно мешал вчерашний хмель и треск в голове.
   - Позвольте, любезный, вы порвете мальчишке куртку; так что же ты украл?? - спросил Тирос ошарашенного Ивэна, ни одним жестом не показывая, что они знакомы.
   - Ничего, сударь, господин в плаще разбудил меня и сказал, что уронил в стойло кошелек, и обещал мне монету, если я достану его, вот я и залез в стойло.
   - А кошель нашел??
   - Нет, сударь, только это, - парень медленно разжал пальцы и уронил на пол раздавленный копытом алый цветок. Герцог взглянул на принца, удерживая его от немедленных действий:
   - Видите, любезный, парень не виноват; похоже, господин в плаще вас обманул.
   Краснолицый смутился еще больше, но нашел в себе силы не впадать в ярость:
   - Прости, парень, мои лошади для меня все.
   Ивэн, все еще ошалевший от сна и смены ситуаций, кивнул и оправил перекошенный камзол.
   - Не держи зла, - продолжал мужчина, но герцог перебил его:
   - Думаю, вам стоит поискать того господина в плаще, а я попрошу принести мальчику примочку.
   - Да, сударь, спасибо вам, - краснолицый спешно вышел во двор, но еще прежде, чем они закончили разговор, ложки вновь застучали по тарелкам - на тракте народ практичный, развлечение закончилось, а терять утренний холодок никому не хотелось.
   Герцог направил парнишку к столу и, кивнув подавальщице, попросил еще порцию яиц и примочку или на худой конец кусок льда. Пока оруженосец торопливо ел, он вполголоса докладывал принцу свои соображения:
   - Не думаю, что нас догнали; скорее, нас ждали или просто просчитали, что мы поедем по этой дороге и прислали сообщение агенту.
   Калабриан меланхолично отхлебнул взвару
   - Думаешь, нас просчитали??
   - Не уверен, возможно, такие засады есть на всех крупных трактах, да и мы появились здесь в своем подлинном виде.
   - Голубиная почта, - проговорил вдруг гвардеец. - Во дворце сейчас модно держать голубей для любовной переписки, но голубя можно отправить не только в соседнее поместье.
   - Это все верно, но что будем делать??
   - Предлагаю все же задержаться здесь, как собирались, не хочу наткнуться на засаду посерьезнее, и обязательно воспользуемся мороками!
   - Хорошо; Ивэн, доедай и приходи в мыльню, чистая одежда есть??
   - Нет, милорд, у меня вообще нет смены, во дворце выдавали чистое раз в десять дней.
   Принц сдержал зубовный скрежет и кивнул Амирану, обстоятельно мазавшему медом огромный кусок хлеба:
   - Подбери ему что-нибудь у трактирщика; думаю, хотя бы белье подойдет, - и, положив на стол монету, поднялся вместе с герцогом в комнаты.
   Старый гвардеец вручил мальчишке хлеб с медом и пошел потолковать с хозяином постоялого двора. Еще один постоялец закончил завтрак и подошел расплатиться, Амиран переждал и спросил, нет ли в селении лавки с готовым платьем.
   - Лавки нет, но у нас есть одежда, оставленная постояльцами в залог либо в оплату, можете посмотреть, все чистое, - хозяин кликнул служанку и велел проводить гостя выбрать одежду. - Если что-то понадобится ушить - Магда сделает, не сомневайтесь.
   Гвардеец подозвал парня, и они вдвоем направились в большую комнату с сундуками и развешанными на распялках вещами. В воздухе висел запах полотна, пыли и немного мяты - очевидно, в сундуках хранился запас белья и полотна для хозяйственных нужд. Служанка, на глаз прикинув рост и худобу парня, вытащила из угла несколько рубах и нижних портов - ношеных, но чистых и заштопанных, а потом, покопавшись в одном из коробов, вынула суконный камзол синего цвета с отделкой из серебряного шнура и чуть более темные штаны.
   - Вот, эти совсем новые, хозяин сыну купил, а тот вымахал, что оглобля, даже не надел ни разу. Будете брать??
   Гвардеец помял сукно, подергал рукава, велел Ивэну примерить:
   - Сойдет, возьмем, красавица, и рубахи с портками тоже, да еще полотна нам отрежь помягче, на портянки.
   Девушка шустро нарезала дюжину портянок, и, получив от Амирана золотой, заперла кладовую.
   - Пойдем, парень, в баню : бельишка прикупили, портянки чистые есть, и вода уже, поди, согрелась., - приговаривал гвардеец, выводя оруженосца из трактира.
  Мыльня оказалась буквально за углом, и даже делилась на две части: для мужчин и женщин, очевидно постоялицы не брезговали возможностью вымыться и устроить постирушку с комфортом.
   Пока старый воин отмокал сам и скреб жесткой мочалкой спину мальчишки, принц и герцог пытались вычислить возможных преследователей. Спорили долго, предлагая друг другу различные варианты, и тут же сами их отвергали; наконец, принц отошел к окну, чтобы взять чистое белье и идти в мыльню:
   - Тирос, возможно, мы зря здесь задержались.
   Герцог немедленно бросил свою сумку, из которой как раз доставал нижнюю рубаху, и тоже выглянул в окно: во двор трактира въезжала большая группа, человек пятнадцать всадников, на хороших конях, все с оружием и в удобной дорожной одежде.
   - Уходим! Сейчас к конюшне свернут, и выбираемся! - герцог быстро закинул на плечо ремень сумки и, с сожалением посмотрев на пару чересседельных сумок, подхватил перевязь с оружием. Принц не отставал, быстро набивая карманы метательными ножами, звездами и стрелками и одновременно поглядывая в окно. Воины, предусматривая попытки побега, оставили с лошадьми трех человек и скорым шагом направились ко входу в трактир.
   - Что будем делать??
   - Попытаемся выйти к конюшне через окно с той стороны!
   Заперев двери парой пассов, аристократы пробрались к комнате напротив и выглянули в окно. Прямо под ним стоял один из приезжих и зорко поглядывал вокруг. Молодые люди едва успели отдернуть головы от окна, скрываясь от пристального взгляда вверх. Переглянувшись, принц и герцог направились к задней двери, ведущей на скотный двор, и, с непривычки наморщив носы, огляделись. С двух сторон дворик ограничивал крепкий высокий забор, а прямо напротив двери красовалось длинное, словно лодка, корыто вокруг которого суетились поросята, куры и утки; за приоткрытыми дверями сараев виднелись нашесты и толстые снопы грязной соломы. Принц и герцог брезгливо пробрались к прочному забору, отделяющему дворик от навесов, примыкающих к конюшне. Они уже собирались преодолеть эту преграду и, забрав лошадей, покинуть трактир, как услыхали торопливые шаги и доклад:
   - Их нет в комнатах, господин лейтенант!
   - Ищите, кони здесь, - невидимый принцу и герцогу дворянин усмехнулся и добавил: - Только этому молодому щеглу могло придти в голову взять в секретную поездку коней с королевской конюшни.
   Принц и герцог переглянулись и, не сговариваясь, вновь пересекли скотный двор и выбрались через забор, отделяющий угодья трактирщика от чужого огорода. Прячась в пожухлой траве и кустах, мысленно бранясь как сапожники, аристократы продрались сквозь непонятную зелень, палки и тряпки, добежали до небольшого дома, укрытого кустами, и вышли на улицу. Посмотрели друг на друга и рассмеялись, сбрасывая нервное напряжение - прежде сияющие ботфорты несли на себе несомненные следы посещения скотного двора, щедро сдобренные семенами, колючками и раздавленными плодами. Одежда пострадала еще в лесу и лучше после прогулки через заборы не стала, волосы напоминали воронье гнездо, а кокетливый черный шнурок, стягивающий волосы герцога, превратился в сложный узел, больше напоминающий комок водорослей.
   - Задача номер один - привести себя в порядок, потом купить лошадей поскромнее и затаиться; не думаю, что мы надолго собьем их с толку, к тому же наставника и Ивэна могут сыграть в темную.
   - Давай немного почистимся и попробуем выяснить, кто нас ловит.
   Принц покачал головой:
   - Не сейчас, Тирос, сейчас важнее, чтобы нас потеряли. Чистимся и накладываем иллюзию.
   Помогая друг другу, беглецы почистили камзолы и штаны, старательно обстучали сапоги и пригладили волосы. Принцу пришлось легче - короткая стрижка и темно-серый камзол не требовали особых трудов, а вот герцогу пришлось покупать у сидящей на завалинке девчонки гребень, при этом малявка, нисколько не сомневаясь, сунула в руки аристократу младшего братишку, которого нянчила:
   - Я сейчас вам гребешок принесу, господин хороший, подержите братика, - и убежала. А лучший фехтовальщик королевства, замерев, простоял дюжину минут на одной ноге, боясь шелохнуться и уронить доверенный ему хрупкий комочек плоти. Позже Калабриан выяснил у девчушки, кто в селении может продать лошадей, и мужчины побрели в указанном направлении, пересчитывая скудную наличность.
   Гелла еще раз вчиталась в неровные строчки:
   - 'Вместе с сестрой' - Сатра, как это?? Я не понимаю.
   - Валер ир Луэст провел обряд обмена кровью, соединив сталь, кровь и огонь - теперь мы трое названые родственники и можем беспрепятственно проезжать через территорию вампиров.
   - Но почему он это сделал?? Мы не могли ему помешать выполнить долг, с ним были воины, мы перед ними - никто.
   Сатра принялась собирать одеяла, пряча лицо.
   - Сатра, а ведь он спросил тебя - и ты согласилась. Я ничего не знала об этом обряде, а тебе он предложил! Почему ты согласилась?
   Сатра упаковала одеяла. Сунула в отдельный чехол закопченный горшок и посмотрела герцогине в глаза:
   - Потому что поняла, что это будет правильно. Ты многого не знаешь о вампирах, а твои книжки-страшилки лгут. Вампиры действительно пьют кровь, но не очень много - стакан, иногда полтора, убивать для этого людей или орков им не надо. Люди сами отдают им кровь.
   - Сами?
   - Да, вампиры - самые сильные маги крови и по запаху определяют любую болезнь и очень часто могут ее вылечить. В пограничье устроены специальные места, куда может придти любой человек и предложить свою кровь в обмен на излечение родственников или знакомых или просто за деньги. Маги строго следят, чтобы люди не истощали себя, и не пускают желающих чаще двух-трех раз в год, поэтому бывает, что за излечение главы семьи или младенца расплачивается вся семья несколько лет, но можно купить кровь для оплаты и за золото.
   Гелла, уже севшая в седло, удивленно смотрела на орчанку и поражалась: а она считала вампиров, как и орков, подобием диких зверей, теряющих облик от запаха крови. Сатра тоже запрыгнула на свою смирную лошадку и добавила:
   - А еще старые вампиры иногда видят будущее и могут влиять на него, поэтому я и согласилась пройти обряд, этот кровосос что-то увидел.
   При этих словах герцогиня зябко поежилась и спросила:
   - Мы возвращаемся в стойбище??
   - Да, Мать племени должна знать о вампирах, прошедших через наши земли.
   - А я не знала, что Мать племени твоя бабушка - значит, ты принцесса??
   Воительница звонко рассмеялась:
   - У матери племени шесть дочерей и пять сыновей, моя мать была самой младшей из почти дюжины детей и вышла замуж по любви. Мы с Кирой, конечно, внучки матери племени, но старейшины даже не помнят наших имен. Поехали!
   - Значит ты, как и я, герцогиня - тоже неплохо, больше шансов на собственный выбор, - сказала Гелла, приноравливаясь к тряской рыси своей лошадки.
   - Что-то не похоже, что ты сделала выбор по любви, - скептично приподняла выразительную бровь Сатра. - Не страдаешь по своему жениху?
   Гелла стала серьезной и даже немного грустной:
   - Я сама не знаю, что чувствую к нему. Мне казалось, что я влюблена, я так трепетала перед ним, так старалась быть достойной невестой, а он просто не видел меня. Дарил кольцо, а смотрел на мою семью - смотрел оценивающе, словно покупал новую мебель и обдумывал, насколько она будет полезна. Танцевал на нашей помолвке и улыбался моей фрейлине - самой мерзкой обманщице из тех, что мне навязал канцлер. Я не хотела этого видеть, не хотела понимать, а теперь знаю: он изменился, и я больше не хочу быть его женой. Знаешь, за неделю до свадьбы мы переехали во дворец. Я встречалась с королем и королевой, каждый вечер принимала множество гостей из самых знаменитых родов королевства. В будуаре было тесно от знатных дам, стремящихся предложить свои услуги. И тут же множество кавалеров воспевали мою красоту. У моих подруг голова шла кругом от высоты моего положения, от нарядов и роскоши, а я задыхалась. Калабриана не было рядом, от него приходили только записки с указанием, к кому проявить благосклонность, а кого отстранить от себя. Это было так странно и мучительно. Я не хотела тратить свою жизнь на то, чтобы говорить малознакомым и не симпатичным мне людям приятные вещи, но меня никто не спрашивал, - горькие слова пролетели над горькими травами степей и эхом отозвались в сердце воительницы.
   - Три года назад, - заговорила она глухо, - мой возлюбленный, сын лучшего воина племени, ушел в поход - сопровождать большую партию камней и драгоценных металлов. А пока его не было, Мать решила выдать меня за другого. У нее были свои причины, и я не осмелилась перечить. Но осмелилась отправить любимому письмо. Он успел, Мать была в гневе и хотела устроить церемонию на глазах племени, чтобы мой жених и мой возлюбленный не убили друг друга. Только одного не учла - мой возлюбленный и мой жених были побратимами. В день свадьбы они объявили об этом, и оба отказались от незавидной чести быть моим мужем. Им грозили проклятиями собственные матери, старейшины грозили племени страшными бедами, но побратимы были непреклонны; в наказание их отправили на охрану северных границ.
   - И что теперь??
   - Ничего, они охраняют покой нашего племени, а я служу наемницей.
   - И вы не видитесь??
   - Нет. Мать запретила. Она сказала, что судьба сама нас рассудит.
   - Жестоко.
   - Совсем нет, мой жених был старшим сыном матери самой большой семьи племени, наш брак должен был укрепить племя, а получилось наоборот. Мать семьи отказалась от своего сына.
   - И все равно, это грустно. Ты их все еще ждешь?
   - Жду, но давай не будем об этом, скоро должен быть патруль.
   Девушки замолчали и сосредоточились на дороге.
   Старый гвардеец и оруженосец вышли из бани только к обеду. Прачка, получив несколько медяков, выстирала их одежду и обещала, что к вечеру на ветерке все просохнет.
   - Ну вот, парень, теперь пообедаем и проверим коней, - Амиран старался говорить спокойно, скрывая тревогу - ни принц, ни герцог в мыльне не появились, но служанка, выходившая за простынями и мылом, сообщила, что двор полон приезжих, которые осматривают всех и явно кого-то ищут. Амиран, не перестав намыливать кусочек грубого полотна, лишь кивнул и велел Ивэну хорошенько промыть волосы. Купальщиков никто не побеспокоил, возможно, потому, что мыльня находилась в стороне от трактира во избежание пожара и сырости, а может, потому, что искали четверых, а путешественники разделились. Выждав минут сорок за неспешным мытьем, бритьем и приведением одежды в порядок, старый гвардеец попросил служанку:
   - Принеси-ка нам морсу со льдом, красавица, да и яблочек свежих захвати.
   Служанка вернулась с новостями:
   - Приезжие обыскали все номера и уехали, правда, человек пять остались и потребовали себе лучшие комнаты; хозяин очень недоволен, постояльцы жалуются, многие собираются уезжать,
   Амиран сочувственно кивал и поддакивал, вытягивая новые подробности. Поняв, что принца и герцога в трактире нет, старый вояка принял решение:
   - Сейчас пообедаем и к кузнецу сходим, подковы проверим, железа в дорогу прикупим, а завтра дальше поедем, спешить нам некуда.
   Оруженосец лишь кивнул, и гвардеец порадовался правильно выбранному помощнику; сиротское существование приучило парня держать все в себе и не задавать лишних вопросов.
   Раздраженный трактирщик бросал недовольные взгляды на подавальщицу, сновавшую с кухни наверх - похоже, в лучших покоях разворачивалась гулянка. Амиран цыкнул сквозь зубы и, указав глазами на шуструю девицу, прокомментировал Ивэну:
   - Не закончив дела, пьют - значит, на удачное завершение и не надеются; думают, что их тут зря оставили, вот и пользуются моментом.
   Тут с кухни показалась еще одна румяная толстушка, и Амиран ласково ее окликнул:
   - Красавица, нам бы обед поплотнее да морсу холодного.
   Девица рассмеялась:
   - Разве столь любезные господа откажутся от вина?
   Амиран ухмыльнулся, быстро корректируя поведение:
   - И то верно, принеси для меня кувшинчик, парнишке рано еще к хмелю привыкать.
   Быстроглазая подавальщица махнула юбками и убежала на кухню. А к гостям неспешно подошел трактирщик:
   - Господа, прошу меня извинить, но я велел перенести ваши вещи в одну комнату, гостей прибыло, - при упоминании 'гостей' взгляд хозяина трактира упал на растрепанную и помятую девицу, ссыпавшуюся с лестницы в кухню.
   - Ничего страшного, сударь, соберете нам в дорогу еды дня на три-четыре, и мы не в обиде.
   Трактирщик просветлел лицом, с наличностью в деревне всегда туго, а вот мясом да хлебом откупиться чего проще?
   - А хватит ли нашим коням овса, - вновь озаботился гвардеец, - а то, смотрю, молодчики прибыли больно шустрые.
   Провожая взглядом все ту же девку, вынырнувшую из кухни с тяжелогруженым подносом в руках, трактирщик вновь поморщился, словно от зубной боли:
   - Это гвардейцы герцога Кирада, они в праве есть и пить три дня в любом трактире на землях герцога.
   Амиран понятливо кивнул:
   - И частенько они так наезжают?? Небось, убыток большой выходит?
   - Еще какой! Все вино выпьют, девок изомнут, посуду побьют да все напакостить норовят. О прошлом годе телегу на сарай закинули, а нынче сено спалить хотели. Вздохнув, трактирщик сурово глянул на пышку, принесшую поднос с похлебкой и кувшином вина:
   - Поворачивайся шустрее!
   - А я что, - обиженно протянула та, - только поднос собрала - Катря прибежала и утащила господам наверх.
   Трактирщик только рукой махнул и вернулся за стойку. Гвардеец принялся неспешно хлебать мясной суп, заправленный до густоты жареной мукой и луком. Оруженосец старался ему подражать в неторопливости, но порою срывался на жадное хлебание - сказывалась привычка, есть быстро и что успеешь, в королевских казармах постоянно стояла сотня гвардейцев и, соответственно, сотня оруженосцев, и многие из них жили только тем, что давали дворцовые службы.
   - Легче, парень, легче! На вот, зажуй! - и гвардеец протянул парнишке кусок хлеба с салом и пару зубков чеснока. - В дороге чеснок первое дело; во дворце, конечно, дамам не нравится его дух, а вот в походе и от цинги убережет, и желудок отваром поправит, и любую кашу сжуешь, не морщась.
   Размеренный голос старого воина успокаивал Ивэна, и он жевал медленнее.
   - А еще хорошо с собой сало возить - и сам поешь, и сапоги от воды защитишь, и оружие от ржавчины; оно, конечно, благородные чаще воском пользуются - мол, воняет сало - да где ж его воску того напастись, а сало в любом трактире прикупить можно.
   Парнишка слушал поучения, как сказку на ночь, и вскоре, утомленный едой, и впрямь начал клевать носом. Расплатившись за обед, Амиран утащил его в комнату принца - отдохнуть, ночь предстояла непростая.
   Герцогиня и воительница приблизились к стоянке племени на расстояние трех полетов стрелы, Сатра велела Гелле спешиться:
   - Здесь остановимся и поедим; думаю, кто-нибудь из мальчишек нас заметит, и я смогу отправить матери весть.
   Гелла не возражала, она не привыкла к таким долгим перегонам, да и жара ее утомляла. Сатра, оглядевшись, отыскала по известным ей приметам маленькую низинку с чахлыми кустиками зелени и принялась копать; твердая сухая земля поддавалась неохотно, воительница, напрягая мышцы, выдалбливала кинжалом ямку. Постепенно почва увлажнилась, и, углубившись еще немного, Сатра выгребла чашкой комки.
   - Подождем, скоро будет вода.
   - А как ты узнала, что здесь вода близко?
   - Все просто, видишь, здесь самое низкое место в окрестности, и кроме того, эта травка, - девушка прикоснулась к тусклым зеленым листочкам, - имеет очень короткие корни, в этот сезон без близкой воды ей не выжить.
   Гелла рассмотрела невзрачные листочки и потерла руку о платье, захотелось сделать набросок грозной воительницы, бережно прикасающейся к хрупкой зелени. Но Сатра вдруг сделала строгое лицо и проговорила, не поворачивая головы:
   - Ты слишком громко дышишь, Сурок, и твои ножны скребут землю.
   Из-за небольшого пригорка поднялся смущенный подросток с волосами, подобранными в хвост; приблизившись, он вежливо кивнул гостье племени и почтительно склонился перед воительницей:
   - Госпожа Сатра, мать племени просит вас не возвращаться в стойбище до высокой луны.
   - Передай матери, что мы встретили вампиров, проходящих через наши земли, и это еще не все, что я знаю.
   Мальчишка вновь поклонился и, не скрываясь, пошел к стойбищу, а Сатра продолжила вычерпывать из ямки мутную жижу. А Гелла задумчиво принялась обламывать толстые стебли сухой травы для небольшого костра. Вскоре костер горел, в горшке булькал суп, а Гелла, усевшись на свернутое одеяло, ловко соединяла иголкой два расшитых кожаных лоскута, мастеря нечто непонятное. Воительница обихаживала лошадей, стараясь держаться подальше от герцогини, внезапная откровенность в пути смущала обеих девушек. Но вот уже и солнце село, Гелле пришлось убрать все в корзинку и доставать миски и ложки:
   - Сатра, пора ужинать.
   Воительница хлопнула по крупу лошадь, отправляя пастись, и, вытирая руки травой, подошла к огню. Суп упрел в кашу, но девушки, погрузившись в свои мысли, этого не замечали, и, только вымыв миски и устроившись на одеялах, глядя на рдеющие угли, Гелла попросила:
   - Расскажи мне о нем.
   - Зачем? - глухо спросила воительница.
   - Тебе будет легче; я не понимала, как устала от дворца, пока не рассказала тебе. Ведь больше мне поговорить было не с кем - подружки завидовали, мама растерялась - она думала, что принц подождет моего двадцатилетия, - а отец вообще ничего не хотел слушать о женских делах.
   Сатра помолчала и тем же глухим голосом начала:
   - Он был сыном моего наставника, высокий и красивый, я влюбилась в него с первого взгляда, он учил меня стрелять из лука и метать ножи, а потом заплел косу после первого боя, мне было тогда тринадцать лет. Потом он закончил обучение и ушел охранять караваны, а я ждала.
   Сатра вздохнула и поворошила веточкой разлетевшиеся искрами угли.
   - Однажды он вернулся из сопровождения с тяжелой раной и несколько месяцев лежал в шатре, а я ухаживала за ним. Видела его слабым как котенок, но это не заставляло меня презрительно морщиться. Видела в его глазах страх, когда лекарка вынула нож, чтобы разрезать повязки, она не знала, останется ли рука целой. Но меня это не оттолкнуло, понимаешь? И это было так странно, что я ушла в степь и бродила там, пытаясь понять, разобраться в своих чувствах. У нас не считается зазорным, если девушка сама скажет парню о своих чувствах, и, вернувшись из степи, я сказала, а он решил, что это просто жалость. Он у меня гордый и сильный и не хотел жалости. Поправился и ушел с караваном, чтобы заработать на выкуп невесты, на богатый выкуп невесты.
   Принц и герцог, прикрытые мороками, неспешно трюхали на толстопузых деревенских лошадках; их то и дело обгоняли более резвые кони других путешественников, но юноши не обращали на них внимания. Герцог травил байки из своего короткого военного опыта на границе и восторгался потеками грязи на благородном челе принца. Калабриан шипел сквозь зубы проклятия, боясь открыть рот: третий день над трактом стоял дождь. Он отлично смывал следы, размывал проселки в глинистую кашу и просачивался сквозь самые толстые кожаные плащи. Амиран и Ивэн, оставленные где-то сзади, никак не могли догнать своего сюзерена и его друга, а деньги, вырученные у пройдохи-трактирщика за красивые серебряные пряжки, снятые с сапог, почти кончились: ночевать и обедать под холодными струями горе-путешественники оказались не готовы. Лично седлая плохо гнущимися от усталости руками своего деревенского одра, принц едва ли не с умилением вспоминал, как ловко это выходило у сопровождавших его гвардейцев во время его многочисленных поездок по стране.
   Герцогу тоже приходилось не сладко, но будучи более легкомысленным по натуре, он терпел дорожные неурядицы с юмором и с радостью ожидал вечерней кружки горячего сидра за изрезанным посетителями трактирным столом. Впрочем, он быстро доказал принцу и умение анализировать ситуацию.
   - Кэл, у нас кончаются деньги.
   - Знаю, если будем экономны, на две ночевки хватит.
   - Есть идеи, что будем делать дальше? Амиран, скорее всего, нас не догонит раньше переправы, а до нее еще три дня пути!
   - Можно свернуть с тракта, в этой местности, как я помню, много небольших поместий, и, возможно, их обитатели еще не слышали о бегстве невесты наследника.
   - Не пойдет. Наследник приезжает без свиты и на деревенской кляче?? Кроме того, все эти разъезды туда-сюда скорости нам не добавят.
   - И что ты предлагаешь?
   - Игру.
   - Игру?
   - Да, обрати внимание, что дождь висит над трактом третий день, и даже самые упрямые скупердяи предпочитают ночевать под крышей. А вечера в набитом народом зале скучны, и каждый развлекается как может, кто-то ищет под бок теплую деваху, кто-то пьет, но большинство играет. В карты, в кости, в камушки и прочую дребедень.
   - Ты думаешь, селяне играют в пикет??
   - Конечно, нет! Да и не стоит нам садиться за карточный стол: манеры мороком не укроешь, а вот кости...
   - Ты умеешь играть в кости? - удивился принц. Благородные играли в карты, в шахматы, в шарады, потому что эти игры требовали развитого интеллекта, умения считать и просчитывать ходы, а кости были забавой моряков, приказчиков и солдат.
   - Умею, - кивнул герцог, - я тебе не рассказывал, но в крепости на границе по приказу отца меня назначили лейтенантом, и каждые три дня мы ходили в дозоры, а остальное время проводили в казарме. Вино и женщины там доступны только высшим офицерам, поэтому я научился играть в кости, в бабки и в три камушка.
   - Ты никогда не рассказывал.
   Герцог немного смутился:
   - Мне хотелось выглядеть героем, а какой героизм в казарме?
   - И ты думаешь, что сможешь выиграть в кости?
   - В этой игре нужна не только удача, но и ловкая рука и верный глаз; если шулеров будет не слишком много - выиграю!
   - Хорошо, попробуем, но сначала оплатим ночлег!
   На том и договорились. Краткое оживление, вызванное разговором, быстро сошло на нет, и трактир для ночлега молодые люди высматривали сквозь серую хмарь с большим предвкушением, к тому же тряская рысь деревенских лошадок заставляла мечтать о кровати. Выбранный в итоге трактир оказался совсем маленьким и не очень чистым.
   Принц и герцог, прикрытые мороками, неспешно трюхали на толстопузых деревенских лошадках; их то и дело обгоняли более резвые кони других путешественников, но юноши не обращали на них внимания. Герцог травил байки из своего короткого военного опыта на границе и восторгался потеками грязи на благородном челе принца. Калабриан шипел сквозь зубы проклятия, боясь открыть рот: третий день над трактом стоял дождь. Он отлично смывал следы, размывал проселки в глинистую кашу и просачивался сквозь самые толстые кожаные плащи. Амиран и Ивэн, оставленные где-то сзади, никак не могли догнать своего сюзерена и его друга, а деньги, вырученные у пройдохи-трактирщика за красивые серебряные пряжки, снятые с сапог, почти кончились: ночевать и обедать под холодными струями горе-путешественники оказались не готовы. Лично седлая плохо гнущимися от усталости руками своего деревенского одра, принц едва ли не с умилением вспоминал, как ловко это выходило у сопровождавших его гвардейцев во время его многочисленных поездок по стране.
   Герцогу тоже приходилось не сладко, но будучи более легкомысленным по натуре, он терпел дорожные неурядицы с юмором и с радостью ожидал вечерней кружки горячего сидра за изрезанным посетителями трактирным столом. Впрочем, он быстро доказал принцу и умение анализировать ситуацию.
   - Кэл, у нас кончаются деньги.
   - Знаю, если будем экономны, на две ночевки хватит.
   - Есть идеи, что будем делать дальше? Амиран, скорее всего, нас не догонит раньше переправы, а до нее еще три дня пути!
   - Можно свернуть с тракта, в этой местности, как я помню, много небольших поместий, и, возможно, их обитатели еще не слышали о бегстве невесты наследника.
   - Не пойдет. Наследник приезжает без свиты и на деревенской кляче?? Кроме того, все эти разъезды туда-сюда скорости нам не добавят.
   - И что ты предлагаешь?
   - Игру.
   - Игру?
   - Да, обрати внимание, что дождь висит над трактом третий день, и даже самые упрямые скупердяи предпочитают ночевать под крышей. А вечера в набитом народом зале скучны, и каждый развлекается как может, кто-то ищет под бок теплую деваху, кто-то пьет, но большинство играет. В карты, в кости, в камушки и прочую дребедень.
   - Ты думаешь, селяне играют в пикет??
   - Конечно, нет! Да и не стоит нам садиться за карточный стол: манеры мороком не укроешь, а вот кости...
   - Ты умеешь играть в кости? - удивился принц. Благородные играли в карты, в шахматы, в шарады, потому что эти игры требовали развитого интеллекта, умения считать и просчитывать ходы, а кости были забавой моряков, приказчиков и солдат.
   - Умею, - кивнул герцог, - я тебе не рассказывал, но в крепости на границе по приказу отца меня назначили лейтенантом, и каждые три дня мы ходили в дозоры, а остальное время проводили в казарме. Вино и женщины там доступны только высшим офицерам, поэтому я научился играть в кости, в бабки и в три камушка.
   - Ты никогда не рассказывал.
   Герцог немного смутился:
   - Мне хотелось выглядеть героем, а какой героизм в казарме?
   - И ты думаешь, что сможешь выиграть в кости?
   - В этой игре нужна не только удача, но и ловкая рука и верный глаз; если шулеров будет не слишком много - выиграю!
   - Хорошо, попробуем, но сначала оплатим ночлег!
   На том и договорились. Краткое оживление, вызванное разговором, быстро сошло на нет, и трактир для ночлега молодые люди высматривали сквозь серую хмарь с большим предвкушением, к тому же тряская рысь деревенских лошадок заставляла мечтать о кровати. Выбранный в итоге трактир оказался совсем маленьким и не очень чистым.
   Войдя, мужчины невольно сморщили носы от крепких запахов пота, лошадей и влажной кожи. Несмотря на дождь, в зале собралось всего человек двадцать - пяток наемников, увешанных железом, три-четыре серые личности непонятного статуса, хоронящиеся в углах, да большая компания мастеровых, аккуратно сложивших под стол кожаные баулы с инструментами. Самой примечательной постоялицей оказалась молодая женщина благородной наружности, вошедшая следом за 'купцами'. Ее плащ из темной дорогой ткани был обрызган грязью, сама дама еле стояла на ногах, но поддерживала под руку хромающую служанку с небольшим сундучком в руках.
   - Хозяин! - окликнула она приятным усталым голосом крупного мужчину в не слишком чистом фартуке. - Комнату для ночлега двум леди, горячую воду и ужин в номер.
   Хозяин смерил глазами путешественниц и, отметив дорогую, хотя и измятую одежду попытался изобразить любезность.
   - Не нравится мне этот тип, - прошипел герцог принцу. Они успели расположиться за столом, и перед ними дымили миски с похлебкой и кружки с горячим сидром.
   - Мне тоже, напоминает кастеляна Северного замка, которого отец велел казнить в прошлом году: проворовался, скотина!
   - Сидр не пьем; думается, у леди сломалась карета, и в руках у служанки шкатулка с украшениями.
   - Думаешь, попытаются ограбить?
   - Скорее всего. Мастеровые и наемники налегают на
  сидр, и мешать не будут, а вот те серые личности явно в доле.
   Тем временем измученные женщины поднялись наверх, и вскоре хозяин лично протащил туда большой исходящий паром таз и несколько полотенец. Доктора в трактире, конечно, не оказалось, и все посетители слышали, как хозяин уговаривал постоялиц подождать с доктором до утра, обещая взамен прислать им горячего молока с настойкой опия для обезболивания и хорошего сна. Принц с герцогом понимающе переглянулись - женщины крепко уснут и их сопротивления никто не услышит.
   - Пожалуй, спать пора, - поднялся принц. - Хозяин!! Проводи нас наверх.
   Трактирщик, зыркнув на небогатую одежду 'купцов' не пожелал отрываться от стойки, за которой расположились наемники, и кивнул разбитной девахе с необъятным полурасшнурованным декольте:
   - Покажи господам комнату!
   Девица, призывно потряхивая своими прелестями, проводила мужчин наверх. Принц внимательно смотрел на пол и заметил небольшую лужицу у двери чуть дальше по коридору.
   - Спасибо, милая, - опустив в вырез девице монетку, Калабриан попросил: - Принеси нам с другом бутылочку вина покрепче и хлеба с мясом на закуску, продрогли мы сильно.
   - А может, господа желают погреться?
   - Потом, сейчас нам хочется хорошенько запить наши убытки.
   Услышав об убытках, девица скорчила гримаску и убежала вниз.
   - Кэл, зачем нам вино?
   - Пусть думают, что мы крепко уснем, и кроме того, если придется уносить ноги, вино нам пригодится.
   Скинув влажные камзолы и развесив мокрые плащи у дымного едва тлеющего камина, мужчины уселись на кровати с соломенными тюфяками и колючими шерстяными одеялами. Вскоре служанка принесла вино, бокалы, черствый хлеб и жилистую мосластую говядину. Получив монету, девица присела в книксене, еще раз колыхнув своим богатством, и убежала. Калабриан откинулся на тощую подушку и вытянул ноги - раньше, чем постояльцы уснут, хозяин к женщинам ломиться не будет, значит, можно немного отдохнуть. Проснулся принц резко - в тишине раздался легкий скрип и стон; схватив перевязь и толкнув ногой Тироса, Калабриан осторожно прижался ухом к двери и услышал шумное дыхание трактирщика и мягкие шаги трех-четырех пар ног. Вот осторожно скрипнул хитрый засов, очевидно, открываемый снаружи, а потом раздался женский крик!
   Выбежав в коридор, путешественники увидели стоящую на полу светильню и в ее пляшущем неверном свете распахнутую дверь номера. Крик сменился хрипом, и, не медля, мужчины ворвались в тесную комнату с двумя кроватями. На одной неподвижно лежала женщина, укрытая поверх тощего одеяла красивым дорожным плащом, а над соседней кроватью склонился трактирщик, сжимая толстые волосатые пальцы на горле хрипящей леди. Еще один ночной визитер пытался открыть стоящий у кровати сундучок с помощью длинного кинжала. Женщина уже сдавленно хрипела, и принц метнул в толстяка нож, а герцог воткнул длинный меч в зад склонившегося над сундучком тощего серого типа. Нож просвистел мимо, но удачно попал в голову третьему бандиту. Он стоял у окна, рассматривая какие-то украшения, вероятно, сдернутые с шеи леди, и, не дожидаясь продолжения, выпрыгнул в него, сорвав ставень, и снизу раздался его болезненный крик. Трактирщик, бросив жертву, развернулся и попер на вновь прибывших, а принц, выставив меч, пытался быстро осмотреть угол за дверью: ведь он слышал четыре пары ног - или все-таки три? Тут герцог, выдернувший клинок из воющего тела, развернулся к двери и, предупреждающе вскрикнув, свалился на пол: ему в лоб прилетела скамеечка для ног. Принц остался один против трактирщика и еще одного крепыша с коротким мечом в руках. Не растерявшись, Кэл метнул в незнакомца еще один нож, продолжая краем глаза наблюдать за трактирщиком, но тот ловко отбил его толстым кожаным наручем с металлическими заклепками.
   'Наемник', - понял Калабриан и, саданув трактирщику мечом по голове плашмя, сосредоточился на более опасном противнике. Они кружили по комнате, выбирая точку для одного единственного, но смертельного удара. Под ногами разлеглись герцог и трактирщик, валялась скамеечка и почему-то ночной горшок, а с кровати доносилось уютное похрапывание. Вторая леди все еще судорожно хрипела, но встать не пыталась. Заметив, что принц чуть скосил глаза на незнакомку, наемник нанес решительный удар, но принц парировал его не мечом, а длинным кинжалом и, развернувшись, пнул наемника в колено. Не попал - взрыкнув, крепыш нанес несколько рубящих ударов, в стороны полетели щепки и осколки посуды; уворачиваясь, принц перепрыгнул стол.
   - Дерись, будь мужчиной! - вскричал наемник, на секунду остановившись, и принц не стал больше ждать - его длинный меч скользнул под челюсть бойца и легким разворотом полоснул шею, разрезая кожу, вскрывая сосуды, обливая все вокруг густой темной кровью. Трактирщик вяло зашевелился на полу и, получив пинок ребром стопы, вновь обмяк. Убедившись, что Тирос приходит в себя, принц вернулся в свою комнату за вещами и узлом с провиантом. Протянув женщине кувшин с водой, а герцогу - бутыль с вином, он светски поинтересовался:
   - Сударыня, что с вашей служанкой??
   - Спит, - прохрипела дама, бережно отпивая глоток и трогая горло, - опий в молоке.
   - А вы?
   - Я опасалась, наша карета сломалась в трех верстах отсюда, а со мной важные бумаги.
   - В карете есть охрана?
   - Только кучер, он собирался отыскать нас в ближайшем трактире утром.
   - До утра мы здесь не продержимся, нужно уходить. Соберите все ценное, попробуем выбраться отсюда. Вы сможете держать кинжал?
   - Смогу.
   Леди быстро завернула служанку в свой плащ, подхватила сундучок и протянутый Кэлом кинжал. Едва пришедшему в себя Тиросу пришлось нести расслабленную во сне девушку на руках, принц прикрывал всех, держа в одной руке меч, а в другой - кинжал. В конюшне было тихо - видно, сбежавший бандит бросил подельников и забился в нору. Выбрав среди коней трактирщика пару покрепче, Тирос уложил служанку на сено и принялся седлать лошадей для всех. Леди, убедившись, что принц бдит, взялась седлать другого коня, и вскоре они выезжали за ворота, оставив за спиной разгромленные комнаты, убитого наемника и связанного полотенцами трактирщика.
  
   Амиран и Ивэн в это время тоже месили ночной тракт. Во время трактирной пирушки удалось подслушать только то, что гвардейцам герцога велено искать четверых, но описания довольно смутные, и бравые парни предпочитали 'сидеть в засаде' с бутылью вина, корзиной снеди и сговорчивой служанкой. Мирно выехав из трактира, старый гвардеец решил двигаться к границе с вампирами в сумерках, все равно принц единственную переправу не минует, а гоняться за ним по тракту со всевозможными проселками и заячьими петлями бесполезно.
  Сперва такие предосторожности казались лишними, однако через несколько дней в трактире Амиран увидел степенного писца, сличающего посетителей с описанием, начертанном на тонком бумажном листе. Дергаться было поздно, их уже заметили, но благодаря прикупленным вещам они больше походили на благородного недоросля, едущего на каникулы под присмотром наставника, чем на приближенного к принцу гвардейца и безвестного оруженосца. К тому же гвардеец зарос короткой густой бородой, и лихие дворцовые усы скрылись в общей массе растительности. Поэтому Амиран спокойно заказал обед и снеди в дорогу и шепотом велел Ивэну есть как следует: отныне в трактиры заезжать не стоило. Закончив обед, гвардеец и оруженосец продолжили путь, а через несколько дней тракт накрыл дождь.
   Вот так и вышло, что принц и его наставник мокли под одним дождем, но потом их пути вновь разошлись. На мальчишку напал жестокий кашель, и гвардеец остановился на ночлег у деревенского знахаря, а принца и герцога спасенная дворянка пригласила доехать до ее поместья и отдохнуть несколько дней. Дорогой мороки спали, а сил на то, чтобы их поправить, у Тироса уже не было, но кажется, леди это не удивило. Она по-прежнему бодро держалась в седле, указывая дорогу. Дождь почти стих, но ветер, гулявший между высоких лип, пробирал до костей. Поместье оказалось простым деревянным домом на каменном основании. В доме приветливо светилось окно дворецкого, и на стук сразу открыли. Слуги хозяйку явно любили и ждали, поэтому путешественникам сразу предложили горячий чай и ванну, а позже - и вкусный ужин. Спящая служанка тоже не избегла забот - ее унесли в ее комнату, переодели и оставили досыпать. Мужская одежда в доме нашлась, но слишком просторная для сухощавых гостей, однако и это было хорошо после мокрых грязных тряпок, оставленных в мыльне. Расслабленные теплом и парой рюмок ликера, мужчины охотно приняли приглашение хозяйки разделить с нею позднюю трапезу. В маленькой комнате, видимо, служившей хозяйке столовой, был накрыт стол на троих, блюда подавал старик дворецкий, хозяйка запретила будить других слуг, извинившись перед гостями за неудобство.
   - Право, сударыня, это мы должны извиняться за столь поздний визит, - белозубо улыбнулся Тирос и тут же любезно поцеловал леди руку.
   Калабриан только мысленно усмехнулся - приятель в своем репертуаре: соблазняет все, что движется; как только столько времени без женского внимания продержался? Но леди Сепфора - так представилась хозяйка дома - на ухаживания герцога не обратила внимания, предложив гостям скорее подкрепиться. Впрочем, и принц, и герцог представились мелкими родовыми титулами, которые прилагались к их владениям во множестве, и особого почтения к себе не жаждали. Блюда на столе, предложенные кухаркой, скорее можно было назвать сытными, чем изысканными, но ночная скачка добавила трапезе самую лучшую приправу - голод, поэтому и жареная курица с овощами, и пирог с почками, и горячие колбаски были съедены очень быстро. Разлив по бокалам вино, гости пересели на мягкие диваны вокруг столика с десертом.
   - Сударыня, - вновь начал принц, с сомнением рассматривая неказистого вида лепешку, намазанную медом, - расскажите же нам, что привело вас в этот ужасный трактир.
   - Все просто и печально, сударь, около года назад я была обручена с соседом, владельцем этого поместья лердом Суонси. Так как дела призывали его в столицу, подписав контракт о намерениях, он уехал, предварительно уговорив меня переехать сюда и привести дом в порядок - он планировал жить здесь после свадьбы. Денег он не жалел, и за полгода поместье было готово принять гостей и стать нашим общим домом, но случилось несчастье. Когда лерд возвращался из столицы с деньгами и документами, на него напали в попытке ограбить; с ним были лакеи и кучер, и они отбились и сумели добраться до дома. Мы сделали что могли - из деревни призвали травницу, из соседнего крупного поместья - лекаря, но все было напрасно, Маркос угасал. И тогда он решил заключить со мной брак, с тем чтобы поместье и заработанные им деньги достались мне. Видите ли, - леди смутилась и, опустив глаза, отхлебнула из бокала, - я из большой и дружной, но не очень богатой семьи, а Маркос успел ко мне привязаться. Ночь была ужасной, а под утро его не стало, но мы успели произнести свои обеты при полудюжине достойных свидетелей.
   - Так в чем ваша беда, миледи? - ласково обратился к женщине Тирос, видя, как та стиснула ножку бокала.
   - Родственники Маркоса, имели вложения в ту сделку, которую он заключил незадолго до гибели. Они подали в суд, требуя признать наш брак незаконным. Вот уже четыре месяца я вынуждена ездить на заседания, и по дороге меня дважды пытались ограбить и трижды - убить. Кроме того, на деревни, принадлежащие поместью, совершаются нападения, а в прошлое мое отсутствие неизвестные перевернули все вверх дном в комнатах моего мужа и моих, и попытались поджечь библиотеку. К счастью, люди, живущие в доме, проснулись и потушили пожар.
   - Так в шкатулке вы возите с собой вовсе не драгоценности, а бумаги?
   Леди слабо кивнула:
   - Если я потеряю оригиналы документов, они найдут способ изгнать меня из поместья и отобрать прибыли.
   - Разве у вас нет управляющего?
   - Нет, Маркос все дела вел сам.
   - Вы позволите взглянуть на копии документов, сударыня? - вновь вежливо попросил герцог. - У меня тоже есть интересы в столице, и, возможно, я смогу вам чем-то помочь.
   Леди отнеслась к словам неожиданных гостей недоверчиво, но все же сходила в свои комнаты и принесла изготовленные писцом копии документов.
   - Благодарю вас, сударыня, а теперь, если не возражаете, мы бы хотели отдохнуть, ночь была длинная.
   - Конечно, господа, я покажу вам ваши комнаты.
   Сатра и Гелла вернулись на стоянку племени, воительница сразу отправилась к шатру Матери племени, а герцогиня осталась ждать ее у затухающего центрального костра. Через час хмурая девушка, откинув полог, подошла к сидящей в полудреме леди Гелле:
   - Пойдем, поспим в шатре нашей матери, завтра нам опять предстоит дорога.
   - Пойдем, - зевнула Гелла, прикрывая рот ладошкой. - А куда мы едем?
   - К вампирам.
   - Да? Жаль, что ты не успела научить меня жить в степи.
   - Еще научу, - буркнула Сатра, входя в шатер, где тихонько сопела Кира. - Мать отправляет меня с тобой.
   - Ну и хорошо, я боялась, что Мать отправит со мной целый отряд, а это довольно неудобно, - светло улыбнулась Гелла, раскатывая одеяла, и тут же опять зевнула. - Давай спать?
   - Давай.
  
   Комнаты герцога и принца оказались смежными и очень похожими - широкие кровати с балдахинами из темной плотной шерсти, небольшие столики с кувшинами для воды и керамическими тазами, сундуки для вещей в изножии и небольшие тумбочки для подсвечника и стакана воды. Простые деревянные полы, однако, были старательно натерты, и в воздухе явственно пахло медом и луговыми травами, а льняное постельное белье отличалось чистотой и хрустящей свежестью. Гостей не ждали, и потому в комнатах было прохладно, огонь только начал разгораться в каминах:
   - Простите, судари, эту часть дома не топят, когда меня нет дома.
   - Все в порядке, сударыня, - вновь раскланялся герцог, - доброй ночи!
   В сон клонило сильно, и Тирос отложил бумаги до утра, успев мельком глянуть имена свидетелей и заверяющую документы родовую печать - странно, он просил у вдовы копии, а это, похоже, оригиналы. По привычке, вбитой суровым родителем, герцог убрал листы под тяжелую фигурку льва, красующуюся на каминной полке, потом скинул одолженную одежду и, оставшись в одном белье, лег в кровать.
   Спал он глубоко и проснулся, когда солнце стояло уже высоко. Умывшись и облачившись в высохшие с вечера вещи, герцог спустился вниз и встретился в гостиной с принцем:
   - Доброе утро, Кэл, ты уже завтракал?
   - Еще нет, наша любезная хозяйка задерживается.
   - Это вполне простительно, леди вчера пришлось непросто.
   - Служанка уже отправилась к ней, а с кухни доносятся божественные ароматы. Ты успел вчера просмотреть бумаги?
   - Нет, но я прихватил их с собой.
   Тирос подошел ближе к креслу, в котором расположился принц, и вынул из рукава пачку листов в разноцветных лентах и строгих коричневых печатях. Вдруг со второго этажа донесся громкий крик, потом еще один и шум нескольких ног. Мужчины вскочили, хватаясь за оружие, и бросились к лестнице. Герцог на бегу успел сунуть бумаги за пояс, а принц одобрил это кивком головы: бросать документы без присмотра не стоило.
  Лестница красиво изгибалась и тянулась ко второму этажу, становясь галереей, однако эта красота значительно увеличивала путь на второй этаж. Из-за поворота навстречу мужчинам выскочила бледная как полотно служанка и, едва успев, схватив поднос, согнулась в рвотных спазмах. Принц и герцог, переглянувшись, продолжили бег: в просторном коридоре их встретил бледный дворецкий:
   - Господа, с хозяйкой случилось несчастье; простите, господа, она не может спуститься к завтраку.
   Обойдя чересчур усердного слугу, молодые люди прошли к распахнутой двери. За нею оказалась уютная комната с широкой кроватью под балдахином персикового цвета. На кровати виднелся комок сбившихся простыней и почти не отличавшееся по цвету лицо леди Сепфоры. Роскошная каштановая коса свисала на пол, пышное одеяло валялось у окна, а руки и ноги благородной дамы жуткие волосатые веревки притягивали к кроватным столбикам. В двери заглянула пожилая служанка с тазом для умывания. Тирос уже разрезал веревки, но леди не шелохнулась.
   - Позвольте, господа, - служанка шустро подкатилась к кровати с мокрым полотенцем и, аккуратно промокнув бледный лоб госпожи, принялась растирать холодные руки: - Хорошо бы за доктором послать, у леди очень тонкая кожа, а веревка эта вся в грязи.
   Принц кивнул и спустился вниз, уверенный, что герцог не пропустит ни одной детали. Отыскав в кухне перепуганных слуг, он велел им отправить кого-нибудь за доктором, ежели таковой в окрестностях имеется, а сам решил расспросить оставшихся в кухне.
   - Что могло случиться с госпожой?
   - Не знаем, ваше сиятельство, хозяйка утром не вышла, но мы не заходим к ней, если не зовет, - женщина кивнула на деревянную резную доску с дюжиной медных колокольчиков. Задав еще несколько вопросов о распорядке дня в поместье, принц кивнул одной из служанок:
   - Подай нам с господином бароном (так представился герцог) завтрак и приготовь для госпожи бульон; думается, ей не помешает восстановить силы.
   Присев в книксене, худощавая молодка, оглядываясь, поспешила к плите, а мужчины, вернувшись в гостиную, присели в кресла, обсуждая ситуацию:
   - Что ты об этом думаешь, Тир?
   - Знаешь, она вся в синяках, на голове порвана кожа, выдернуто несколько прядей волос, и кроме того, на груди есть порез от очень острого ножа. Веревка грязная, мокрая, что понятно: дождь идет несколько дней, но она не местная: служанка сказала, что здесь веревки плетут из конопли, а эта из щетины.
   - Как думаешь, тот, кто забрался в комнаты, знал о нас?
   - Хозяйские комнаты в другом крыле, приехали мы вчера поздно, так что, скорее всего, о нас никто не знал, а вот леди возвращалась с очередного заседания суда, и об этом могли знать многие.
   - Думаешь, это опять родственники постарались? - принц задумчиво покрутил в руках бокал и поднес его к носу, вдыхая аромат.
   - Любой грабитель сначала прошелся бы по комнатам, и утром слуги легко бы обнаружили беспорядок, зачем ему лезть в хозяйскую спальню? - резонно заметил герцог, вытягивая ноги. - И кроме того, не думаю, что леди сильно пострадала физически - скорее, ее пытались запугать, сделать беспомощной; возможно, заставить подписать бумаги.
   - Пожалуй, так оно и есть; надеюсь, леди скоро очнется и расскажет сама, что произошло.
   Молодые люди скрывали под спокойными словами свое волнение: путешествие из приятной прогулки превращалось в хлопотное дело, и кроме того, принц все время ожидал подвоха с длинными ушами, растущими из дворца.
   Завтрак был подан, и мужчины съели его в молчаливой задумчивости, а потом Тирос вновь вынул бумаги и вместе с принцем принялся внимательно их изучать; доктора все еще не было, но пожилая служанка, спустившись, сообщила, что леди ненадолго приходила в себя.
   - Я просил у леди копии, а она доверила мне оригиналы - думаешь, предполагала подобное развитие событий?
   - Взгляни, как оформлены бумаги - не похоже, что брачный контракт составляли в спешке. Дорогой пергамент, несмываемые чернила, печати красного сургуча.
   - Подозреваешь, что леди знала о нападении на мужа?
   - Не уверен; если был подписан договор о намерениях, и дело шло к свадьбе - возможно, и брачный договор был приготовлен заранее.
   - Хорошо бы расспросить доктора, здесь его подпись тоже есть.
   - А другие бумаги о чем?
   - Хммм, давай посмотрим, это договор на покупку поместья примерно двухгодичной давности, стало быть, оно не родовое, и покойный мог им распоряжаться независимо от наличия наследников мужского пола. Это завещание лерда Суонси, нацарапанное весьма небрежно, но заверенное теми же свидетелями, что и брачный договор; по завещанию все его достояние, исключая родовое имение и титул, получает леди Сепфора. Далее идет список активов, в том числе три пятых прибыли в торговом союзе, две пасеки, заливные луга и мельница. Совсем неплохой доход для здешних мест.
   - То есть леди действительно стоит бояться за свою жизнь?
   - Не уверен, договоры написаны грамотно и умело - в случае ее насильственной смерти все передается Храму.
   Калабриан отложил бумаги и подошел к окну, хмуря брови и всматриваясь в горизонт:
   - Вообще поместье весьма ухожено, и думаю, мы заслужили передышку в поисках леди Геллы; если богиня захочет нас поторопить, мы об этом узнаем.
   Тирос хмыкнул и согласно кивнул, но все же поинтересовался:
   - А как медальон?
   - Все еще обычный кусок металла; предположительно, он начнет светиться при приближении к цели, - принц прошелся вдоль окон и добавил: - Кроме того, не нравится мне нападение на нашу хозяйку именно сейчас, что если это вести из столицы??
   - Кэл, ты думаешь о том, о чем и я?
   - Что женщину можно не только запугать...
   - Но и соблазнить, нужно расспросить слуг и свидетелей...
   - Я уже начал, но тебе тоже стоит посматривать вокруг, вдруг у леди появился новый поклонник?
   Вскоре приехал доктор - невысокий, сухощавый с длинными пальцами музыканта и пронзительным взглядом исследователя. Он скинул в дверях длинный темный балахон и тут же велел дворецкому подать воды для мытья рук и полотенце:
   - Простите, господа, на любезности нет времени, мальчишка сказал, что госпоже Сепфоре плохо, - и, не дожидаясь ответа, поднялся следом за служанкой в хозяйскую спальню. Спустился он часа через два, задумчивый и недовольный. Принц и герцог ждали его в той же комнате.
   - Насколько все плохо, доктор? - осведомился Калабриан, они с Тиросом успели обойти поместье и поговорить с садовником, с толстощекой теткой огородницей, с суровым ветераном конюхом и его помощниками. Все слуги в один голос хвалили госпожу и рассказывали, как она выручила их из различных стесненных обстоятельств и, несмотря ни на что, приняла на работу.
   - Насколько я могу быть с вами откровенен, господа?
   - Мы в курсе сложностей леди с родственниками мужа, и кстати, на бумагах есть и ваша подпись.
   Доктор оглядел комнату. Выбрал кресло и, прежде чем устроился в нем, попросил дворецкого подать вина и закусок.
   - Леди Сепфора пострадала физически, но еще больше морально. Нападавшие требовали отдать бумаги и подписать отказ от наследства в пользу прочих родственников. Судя по тому, как они изъяснялись, это наемники - только леди не знает, откуда они - говорили с явным акцентом.
   Принц и герцог изумленно уставились на лекаря, а Тирос еще и подозрительно прищурился.
   - Что ж, господа, вижу, что вам нужно кое-что объяснить. Я знал Маркоса Суонси с детства, мы выросли в большом поместье миль за тридцать отсюда. Его отец владел поместьем, а мой был управляющим. Я рано проявил задатки медикуса, и старый лерд Суонси отправил меня учиться в столицу, дав рекомендации и деньги на дорогу.
   - Значит, вы нас узнали.
   - Я узнал вас, Ваше Высочество, видел вас в университете на церемонии открытия нового крыла. А ваш спутник мне, увы, не знаком.
   - И вы поделились своими знаниями с хозяйкой дома?
   - Нет, Ваше Высочество, леди нужен покой: боюсь, что ее нервы совсем расшатаны.
   - Что ж, доктор, я прошу вас рассказать нам историю этого спешного брака.
   - Это не трудно, Ваше Высочество; как я уже говорил, я с детства хотел изучать медицину, Маркос же был прирожденным коммерсантом, несмотря на свое аристократическое происхождение.
   Тут речь доктора прервал дворецкий, внеся поднос с вином и 'горячими молниями' - запеченными на огне до поджаристой корочки свиными колбасками. Следом шла кухарка с блюдом лепешек, намазанных острой приправой и посыпанных тертым сыром. Рядом на блюде покоились свежие овощи и зелень. Довольно вздохнув, эскулап впился в лепешку и на некоторое время вынужденно замолчал. Принц и герцог во время своей прогулки нагуляли аппетит и теперь охотно присоединились к трапезе. Доев последний кусочек и откинувшись на спинку кресла с бокалом в руках, доктор вздохнул и продолжил:
   - В общем, леди Сепфора стала очередным коммерческим проектом Маркоса. Ее семья переехала сюда в поисках лучшей земли для обработки; купленное поместье, однако, требовало вложений, а дочери незаметно подросли. Отец леди хотел взять у отца Маркоса заем, но тот отказал, а вот Маркос не побрезговал бедняками, наведался и увидел Сепфору. Он дал ее отцу заем с условием, что девочку воспитают как леди, наведывался раз в год, проверял, чему учат и как, а потом купил это поместье и подписал договор о намерениях, простив всю сумму займа.
   - То есть просто купил себе толковую и воспитанную жену?
   - Да. Как видите, леди оправдала его вложения, поместье процветает, а Маркос вынужден был отложить свадьбу: внезапно умер его отец. Родственники, конечно, слетелись как воронье, навезли на похороны своих дочек и внучек, да поздно. Когда меня вызвали к Маркосу, он был жив и даже пытался шутить, но раны были серьезными, я пытался его спасти, но знал, что надежды нет. И он это понял, ведь он знал меня с детства, его решение оставить все леди Сепфоре было самостоятельным. Насколько я знаю, по брачному договору ей в любом случае полагалась вдовья часть, хотя и существенно меньшая, чем теперь.
   - Вы присутствовали при составлении завещания?
   - Да, он собирался просто оставить все ей, ведь договор о намерениях уже был заключен, но сосед-управляющий сказал ему, что его завещание легко можно оспорить, ведь она не жена, а только невеста, и Маркос велел позвать священника.
   - А кто еще присутствовал на обряде?
   - Местная травница, не упомню ее имени, все зовут просто 'госпожа травница'. Да она тут в деревне живет, рядышком. Все слуги, сам священник, конечно, и управляющий соседнего поместья - до него недалеко, вот и послали за ним.
   - То есть согласно закону - три достойных свидетеля? - переспросил принц.
   - Да, - наклонил голову доктор, - договор у Маркоса уже был написан в трех экземплярах, нам оставалось его лишь подписать после обряда.
   - Но отчего тогда так мечутся родственники?
   - Наследство, передающееся вместе с титулом, невелико. Дом там большой и красивый, но кроме окружающего его сада и служб земли почти нет, а деревня живет рыбной ловлей и большого дохода не дает. Между тем, Маркос прикупил хорошей земли, да и деньгами вдову не обидел.
   - Так леди завидная невеста?
   - Да, но она не хочет замуж.
   - Так чтит мужа?
   - Скорее, боится увидеть на его месте кого-то другого.
   - Итак, леди запугали в надежде отобрать нажитое ее супругом, но ведь согласно закону через полгода завещание оспорить невозможно
   - Лерд Суонси умер около пяти месяцев назад.
   - Значит, родственники заторопились, - сделал вывод принц. - Леди сильно избили?
   - Достаточно, в основном били по лицу и ногам.
   - Пытались изнасиловать?
   - Нет, все знают: если леди объявит о наследнике, майорат тоже перейдет ей.
   - Ваши рекомендации, доктор?
   - Миледи нужен покой и безопасность. Хорошо бы леди уехать. Денег у нее достаточно, но защиты нет. Кроме того, такое нападение может спровоцировать нервические приступы.
   Принц и герцог переглянулись.
   - Нам стоит обсудить ваше предложение, доктор; возможно, мы найдем место, где леди Суонси сможет отдохнуть хотя бы месяц.
   Гелла и Сатра вновь собирались в путь - герцогиня серьезно, как маленькая девочка, примеряющая мамино платье, облачалась в тонкие шальвары, длинную тунику и короткое покрывало. Кира помогла ей заплести косы и правильно закрепить покрывало на голове плетеным шнуром. Вдруг полог шатра приподнялся, и в шатер вбежала, захлебываясь рыданиями, юная девушка, ровесница Киры:
   - Сатра, скорее, там Ниир и Тарб!
   - Иран? Где они?
   - У костра. Их привезли, Мать велела тебе придти, попрощаться...
   Сатра выбежала из шатра, а следом за нею и Гелла. У костра стояла группа угрюмых орков - побледневшие от пота и пыли лица, окровавленные повязки, три длинных плаща, привязанных к копьям. Сатра с маху упала на колени у двух из них и протянула руки к обоим. Подбежавшая следом Гелла увидела трех орков, покрытых ранами и кровью так, что одежда была почти не различима. Над ними кружились мухи и оводы и стоял ужасный запах. Самый рослый орк рассказывал Матери племени о том, что произошло, а Сатра беззвучно рыдала над уходящими воинами.
   - Эти воины - гордость нашего племени, они остались прикрывать остальных и сумели отбиться. Да будет благосклонна к ним Мать степей! - воин склонил голову в знак печали, и окружавшие его орки сделали то же. Гелла смотрела на все, и в ее сердце разгоралось сочувствие, желание помочь, а на глазах собрались слезинки. Девушка принялась перебирать в уме заклинания, которым ее учили, а потом, оглянувшись, увидела Киру:
   - Кира, а где ваша знахарка?
   - Уехала к пастухам, там волк порвал мальчика, в стойбище лекарок больше нет.
   - Кира, если я попробую их полечить, меня не накажут?
   - А ты можешь?
   - Меня учили.
   - Давай! - Кира решительно подтолкнула Геллу к носилкам и жарко зашептала на ухо Сатре. Орчанка очнулась и с надеждой уставилась на подругу:
   - Что тебе нужно?
   - Хорошо бы поставить чистую палатку, чтобы раздеть и отогнать мух, еще нужна будет вода и травы и твоя помощь.
   Орчанка отерла слезы, застилавшие глаза, и обратилась с речью к оркам, угрюмо стоящим вокруг. Поняв, что у раненых появился шанс, воины тотчас воткнули в утоптанную землю копья, а женщины принесли несколько полос полотна для полога. Тем временем Кира принесла горшок с кипятком и бинты из поношенной рубахи. Гелла медленно прочитала заклинание, очищающее от насекомых, и вместе с названой сестрой принялась срезать с раненых одежду. Нижние рубахи превратились в жесткую пропитанную кровью и гноем коросту, их приходилось отмачивать теплой водой, напевая наговоры, снимающие боль и нагноение. Осмотрев всех троих, Гелла поняла, что мухи уберегли раны от некроза, но вот оводы изрядно попили крови и оставили болезненные раны на ногах и шее. Кроме того, были раны, нанесенные рубящим оружием; обломки стрел и даже ожоги.
   Для начала девушка проверила, как обстоят дела с внутренними органами, ее учитель научил ее забавному заклинанию, которое просто рисовало по телу больного внутренние органы, словно цветным мелком: неповрежденные - зеленым, слегка поврежденные - желтым, и совсем пострадавшие - красным. Сатра и Кира с изумлением смотрели на возникавшую роспись. Красного цвета было много, но Гелла делала выводы:
   - Если они до сих пор живы - значит, кишки целы и внутреннего воспаления нет, это просто стресс и небольшое заражение, только, боюсь, понадобится кровь.
   Сатра только кивнула. У орков часто использовались обряды, связанные с кровью, - например, чтобы меч не ранил своего хозяина, его следовало 'напоить', так же поступали и с кинжалами и с броней, а уж амулетов с привязкой кровью было не счесть. Быстроногая Кира принесла еще горячей воды и травы - все, которые нашлись у запасливых хозяек. Гелла тем временем, прокалив нож, вынимала из ран наконечники - вокруг них уже скопился гной, и задача была не трудная, но тот же гной не позволял зашить глубокие раны, что обрекало раненых на долгое лежание. Попутно девушка объясняла свои действия Сатре, которая помогала ей переворачивать мужчин, и Кире, крутившей в углу тампоны для закладывания в раны. В небольшом горшочке настаивались листья подорожника, цветки тысячелистника и ромашки; пропитав плотный рулончик отваром, Гелла нашептывала заклинание усиления действия и вкладывала в бережно очищенные раны. Некоторые нарывы приходилось вскрывать, лоскуты быстро кончились, и Кира выбежала за полотном; в эту минуту один из воинов пришел в себя и, сдерживая стон, открыл глаза.
   - Сатра, - он слабо улыбнулся, - я рад, что увидел тебя.
   - Ниир! - в этот момент Сатра держала в руках ногу Тарба, а Гелла пыталась извлечь сразу два наконечника, встретившихся в человеческой плоти. Вдруг глаза воина закатились, и орчанка вскрикнула: - Гелла!
   - Тсс, я его почти зацепила!
   Орчанка, задержав дыхание, дождалась, пока кусок железа клацнет о донце керамического корытца для мяса, и вновь подняла на названую сестру испуганный взор.
   - Не шуми, он просто спит, ему пока вредно волноваться.
   Немного успокоившись, Сатра продолжила помогать в нелегком лекарском деле. Девушки возились до темноты; наконец, Гелла закончила обработку ран и сказала:
   - Теперь им нужно много сил, хорошее питание и долго лежать.
   - А кровь?
   - Этим двоим обязательно.
   - Моя подойдет?
   - Сейчас проверим, - острым ножичком Гелла царапнула палец названой сестры и выдавила капельку крови на чистый лоскуток, потом добавила по капле крови от раненых и напевно прочла заклинание:
   - Капля к капле, кровь к крови, сила к силе, жизнь к жизни...
   Одна капелька свернулась от соприкосновения, а вторая слилась и засияла ярче.
   - Ему твоя кровь поможет, - сказала герцогиня, указав на Тарба, - а ему - нет, позови кого-нибудь другого.
   Сатра вышла из палатки, а Гелла обратилась к Кире:
   - Твою кровь можно проверить?
   - Можно. А разве Самаху кровь не нужна?
   - Не так срочно, его раны свежее, и мы их уже очистили, а эти двое могли уже умереть, но если хочешь, я проверю твою кровь и для него.
   Кровь Киры подошла только третьему раненому. Вскоре вернулась Сатра с тремя девушками с виду чуть старше Киры:
   - Воинам нужны силы охранять стоянку, - как бы извиняясь, проговорила она.
   - Девушки даже лучше, - улыбнулась в ответ Гелла, - у них много жизненной силы, - и тут же приступила к ритуалу. Первой подошла уже проверенная воительница. Сделав небольшой разрез на ладони девушки, Гелла соединила его с таким же разрезом на руке Тарба и, примотав ладони полоской полотна, запела заклинание, потом велела Кире:
   - Пои сестру теплой водой с медом и отваром девясила, так нужно просидеть час.
   Потом Гелла проверила пришедших девушек и усадила их с тем же наказом; та, чья кровь не подошла, отправилась за кипятком и медом. Зевнув и осмотрев раненых еще раз, она сказала Кире:
   - Ты здесь за старшую. Через час позови. А я пойду других раненых посмотрю, - и вышла в душистую, прохладную ночь. У костра по-прежнему было много народа. Увидев покрытую кровью и гноем девушку, воины вскинулись:
   - Все в порядке, жить будут. Я видела у вас еще раненых. Могу посмотреть.
   Высокий воин - как позже узнала Гелла, отец Тарба - кивнул и, усадив девушку на кошму, сунул в руки миску с горячим варевом из общего котла. Есть не хотелось, и герцогиня просто уставилась в костер, грея руки о теплый бочок миски и раздумывая над тем, верно ли она все делала, и можно ли было сделать что-то еще. Тогда высокая еще не старая женщина присела перед ней на корточки и принялась кормить с ложки, как неразумного младенца. Под ее ласковую воркотню девушка незаметно съела все и запила ужин большой кружкой горячей медовой сыты с пряностями.
   Отогревшись, Гелла поблагодарила незнакомку, а та неожиданно прижала ладонь девушки к своей щеке и сказала несколько слов на языке степей, но девушка поняла: третий раненый - ее сын. Вспомнив про остальных воинов и сидящих в палатке девушек, Гелла обратилась к высокому воину, попросив прислать всех раненых к палатке. И, осторожно поднимаясь, направилась туда же, но не успела сделать и шага - ее подхватили и с ворчанием про лекарок, которые себя не берегут, доставили до палатки в три шага. Девушки сидели, дружно напевая тихими мягкими голосами протяжную орочью песню, а Кира и еще одна степная красавица размешивали в горшке с травяным отваром очередную порцию меда. Разорвав заклинание и сняв повязки, герцогиня отпустила девушек, велев им хорошо поужинать и придти в палатку утром, но Сатра вместе с Кирой остались. Гелла пыталась отправить их спать, но Кира только улыбнулась, откидывая с лица выбившиеся из кос пряди, а Сатра и вовсе хмыкнула и ухватила миску с прокипяченным железом.
   - Ладно, - смирилась герцогиня, - раз вы такие упрямые - пейте девясил, сейчас пойдем остальных раненых лечить.
   Остальных лечить было проще, но девушки уже устали и просто валились с ног и все же, стиснув зубы, вновь и вновь стягивали края ран, накладывали повязки и осматривали внутренности. Отец Тарба рассказал им, почему раны были в таком ужасном состоянии - воинам после стычки пришлось безостановочно передвигаться три дня от самой границы территории орков, и сил на заботу о ранах не оставалось. Наконец, раненые кончились, и Гелла уже собиралась идти в шатер, когда заметила, что помогавший ей воитель прижимает локоть к правому боку.
   - Что у вас? Показывайте! - вздохнула она.
   - Пустяки, до утра подождет.
   И тут Геллу прорвало - накопившаяся усталость тому виной или неотступные мысли о том, что она не справится, но герцогиня закатила пятиминутный спич о слишком много думающих о себе мужчинах, которые заставляют плакать тех, кто их любит, из-за своей гордыни и черствости. Ошеломленный воин неожиданно рассмеялся и снял кожаный жилет и рубаху, глубокая рана от скользнувшего вдоль ребер копья выглядела неприятно - вздувшаяся, воспаленная плоть и комки запекшейся крови.
   - И чем вы думаете! - ворчала Гелла. - Наверняка уже мышцы тянет! А если и у вас инфекция?! Что, тоже пару месяцев хотите полежать с девушкой у изголовья?? - так ворча и ругаясь, она быстро вскрыла рану, очистила ее заклинанием и наложила плотную повязку с заживляющей мазью: - И рукой не дергать! - погрозила она воину пальцем. - Шов наложить нельзя, значит все должно стягиваться само.
   А потом начала складывать оставшиеся бинты и травы в корзину. К этому моменту Кира уже спала, прислонившись головой к одному из копий палатки, а Сатра спала внутри, чутко прислушиваясь к дыханию раненых.
  Усмехнувшись, воин помог девушке убрать все в корзину, подождал, пока она снова проверит раненых и, подхватив Киру одной рукой, кивнул Гелле, чтобы указала дорогу к шатру. Там уже теплился очаг, и чья-то добрая рука расстелила одеяла и чистую одежду. Кое-как растолкав Киру и велев ей умыться и снять грязную одежду, Гелла сама выполнила все гигиенические процедуры буквально с закрытыми глазами и, затолкнув таз к стене у входа, блаженно вытянулась под одеялом; через минуту она уже спала.
   Проснулась герцогиня, когда солнце стояло уже высоко, от аромата супа, плывущего в воздухе. Уже одетая и причесанная Кира разливала кушанье по мискам, тут же сидела осунувшаяся Сатра. Поняв, что времени уже много, Гелла попыталась вскочить:
   - Почему вы меня не разбудили?
   Но все тело ломило, словно после целого дня скачки, и каждое движение вызывало протяжный стон.
   - Пойдем кушать, - улыбнулась ей Кира. - Утром приехала лекарка, она сейчас в палатке, там все хорошо. Она просила тебя зайти только тогда, когда ты восстановишь силы.
   Герцогиня оделась в оставленные для нее вечером шаровары и тунику и, откинув полураспустившиеся косы за спину, присела к очагу:
   - Вы меня извините, если я причешусь после завтрака? - чопорно вопросила она, глядя на гладкие, блестящие косички Киры и пышный хвост Сатры.
   Кира рассмеялась и придвинула ближе плошку с похлебкой:
   - Извиним, ты спасла троих отличных воинов и ворчала на самого вождя, а теперь стесняешься растрепанных кос.
   - Так это был вождь? - отпивая бульон, удивилась Гелла.
   - Да, это был вождь, он командует всеми воинами и вместе с Матерью решает дела племени. Сегодня у костра он сказал, что даже собственная жена на него так не ворчала.
   - А разве Мать не жена вождя?
   - Нет, она его сестра, старшая.
   Сатра не участвовала в разговоре, что Геллу немного нервировало; наконец, помаявшись, она спросила:
   - Сатра, что с тобой? Ты вчера много крови отдала? Голова болит?
   - Не обращай внимания, - посоветовала жизнерадостная Кира. - Мать сказала ей, что судьба их рассудила, вот она и впала в задумчивость.
   - Как рассудила?
   - Она дала кровь Тарбу, породнилась с ним, стала ему сестрой, ведь их кровь смешалась не в младенце, а в его жилах, значит, женихом теперь может быть только Ниир.
   - И что?
   - А Ниир не знает, он еще спит, лекарка сказала, что ему ни к чему страдать, и усыпила.
   - Так отчего Сатра в такой задумчивости?
   - Не хочу оставлять его одного, только приказания Мать не отменяла, завтра или послезавтра, как только ты наберешься сил, нам надлежит отправиться к вампирам.
   - Ты ему не доверяешь? - прямо спросила герцогиня, удивляясь собственной смелости.
   - Здесь много красавиц, а он теперь богат, воины взяли хорошую добычу.
   Гелла отставила в сторону глиняный бокал с травяным чаем и, прищурившись, посмотрела на орчанку:
   - А ты едешь к вампирам - к богачам, красавцам и искусным магам. Да еще и как сестра советника короля вампиров - думаешь, у тебя будет меньше искушений, а у Ниира меньше поводов для ревности?
   Сатра удивленно склонила голову, видимо под этим углом визит к вампирам она не рассматривала.
   - А может, твоя детская любовь развеялась без следа, и ты просто боишься сказать ему об этом?? Если так - лучше скажи сейчас, и у вас обоих будет шанс найти свое счастье вдали друг от друга.
   Сатра продолжала сидеть, глядя в очаг, но вот плечи ее расправились и она кивнула:
   - Ты права, я не думала, что у Ниира тоже есть повод ревновать, я поговорю с ним перед отъездом.
   - Вот и хорошо, сейчас поедим, и я схожу к раненым, пойдешь со мной? Тарбу может понадобиться кровь.
   - Пойду. Принц и герцог, оставив доктора в гостиной, вышли неспешным шагом на лужайку перед домом, и Калабриан спросил:
   - Что ты задумал, Тирос?
   - Ты сказал, что передышку мы заслужили. Отсюда всего день пути до Саррианы - сам знаешь, там резиденция нашего рода.
   - Предлагаешь отвезти леди, напуганную до потери сознания, в набитую народом резиденцию???
   Герцог задумался, потом решительно пнул камушек и посмотрел на принца:
   - У меня в Сарриане есть отдельный дом - холостяцкий, конечно, но жить можно. Если это привет из столицы - мы сразу об этом узнаем, в охране там ветераны из дворцовой стражи.
   - Интересно, зачем тебе такая охрана?
   Герцог неожиданно смутился и пробормотал:
   - Они маму не боятся. Так что, возьмем леди с собой? Если она не связана с нашими неприятностями в столице - пусть поживет там пару месяцев, а потом сможет вернуться сюда, если пожелает.
   - Если пожелает?? - принц насмешливо взглянул на герцога, напоминая тому о безусловных победах над женским полом. Герцог старательно отводил глаза.
   - Возможно, леди найдет покупателя на поместье и купит себе другое, а слуг заберет позже.
   - Что ж, неплохой план, осталось его осуществить. Карета леди слишком приметна, до тракта можем и не доехать.
   - Попросим доктора помочь?
   - Думаешь, безопасно?
   - Пусть напишет письмо соседу и попросит неприметную коляску для перевозки больного или доставки лекарств.
   Закончив обсуждение, мужчины вернулись в залитую солнечным светом гостиную, в которой доктор мирно похрапывал в кресле. Тирос осторожно разбудил его и, объяснив ситуацию, попросил написать короткую записку ближайшему соседу. Доктор план одобрил, но заметил, что скорее всего, в усадьбе есть кто-то, связанный с родней покойного лерда.
   - Возможно, стоит леди переодеть или спрятать в сундук?
   - Не беспокойтесь, доктор, мы спрячем леди, - уверил его герцог. Карета прибыла часа через три; к удивлению слуг, распахнувших дверцы, оттуда выбралась пожилая дама в роскошной кружевной накидке траурного цвета и в сопровождении двух дюжих лакеев, ворча и ругаясь, вошла в дом. Буквально через час она вышла обратно с теми же лакеями, но теперь леди сопровождал доктор с советами пить успокоительные капли и побольше отдыхать. Усевшись в карету, принц не удержался и, усмехнувшись, сказал герцогу:
   - Не знал, что твоя двоюродная тетушка такая язва.
   - Поверь мне, это еще цветочки, - герцог откинулся на кожаные подушки и отхлебнул из фляги горячего медового взвара. - Эту матрицу я снимал лет восемь назад, когда она навещала нас с матушкой в летней резиденции; сейчас она при каждом визите интересуется, остались ли еще в замке непорочные девицы.
   Принц неожиданно для себя расхохотался, да уж, вдовствующая графиня Суарская могла себе позволить такие выходки и, кроме того, не терпела ханжества и светских сплетников.
   Между тем Тирос активно восстанавливал потраченные на морок силы и заодно придерживал на ухабах леди Суонси. Замаскированная под язвительную старуху молодая красавица безучастно смотрела в окно и лишь слегка вздрагивала, если под колеса попадала сухая ветка или камень. Дальнейший путь протекал без приключений - карета доставила путешественников до тракта, где их уже поджидал конюх леди с тремя лошадьми. Получив золотой, он вернулся в поместье, а следом ехала одолженная карета. Едва оба кучера и карета скрылись, Тирос, отсекая преследователей, вновь наложил на всех мороки небогатых дворян и развеял следы маленьким магическим вихрем.
  
   После завтрака девушки вышли из шатра, и Гелла удивилась, как тихо было в стойбище.
   - Часть воинов ушла к границе охранять пути, а раненые спят или просто отдыхают в шатрах, - пояснила Кира. Кивнув, девушка поспешила к палатке поставленной вечером у костра.
  Весь день Сатра и Гелла провели там - сначала герцогиня познакомилась с лекаркой орков, красивой моложавой женщиной лет пятидесяти, потом они вместе осмотрели раненых, и девушка рассказала о методах и способах лечения, а потом и показала заклинание, позволявшее ей наладить передачу крови. Восхищенная лекарка попросила научить ее, объяснив, что на пастухов зимой часто нападают волки, и в этом случае именно большая кровопотеря часто ведет к фатальному исходу, а взамен обучила герцогиню заклинанию, которое вызывало ворох искр. Герцогиня несколько раз повторила нужные жесты и слова вместе с лекаркой и теперь была уверена, что всегда сможет развести огонь.
   После этого пришлось позвать девушек-доноров и вновь повторить сеанс; промагичили они едва не до обеда, потом в палатку заглянула Кира и позвала обедать. Большой котел готовили только к вечеру, но в этот раз Мать племени распорядилась готовить и днем - чтобы восстановить силы лекарок и раненых. Сатра осталась в палатке поить раненых бульоном; все понимая, Гелла отправила остальных девушек к костру, все же разговор воительнице предстоял непростой.
   Во время трапезы к сидящей на кошме светловолосой девушке подходили орки и, кланяясь, подносили небольшие подарки - амулеты, сладости, украшения и даже оружие. Гелла сначала не понимала и хотела отказаться от подарков, но лекарка шепнула ей, что это не просто благодарность, спасенную жизнь принято выкупать у лекаря, и если она не примет дар - орки будут считать, что раненые скоро умрут. Смирившись и вспомнив о своем воспитании, девушка благодарила за подношения и непременно добавляла несколько любезных слов, восхищаясь дарами.
   После обеда лекарка посоветовала герцогине отдохнуть:
   - Мать распорядилась вечером устроить прощальный пир, чтобы умилостивить духов степи и проводить гостью, спасшую трех лучших воинов племени. Праздник затянется на всю ночь, так что время жаркого солнца лучше провести в шатре.
   Гелла согласилась, действительно хотелось немного полежать, расправить спину и упорядочить мысли. Кира принесла неведомо откуда две большие корзины с крышками и помогла собрать подарки, а до шатра их охотно помогли донести подростки, взиравшие на Геллу и ее помощницу с некоторым благоговением. Уже укладываясь в шатре, герцогиня спросила:
   - Кира, а мне обязательно оставлять все подарки себе, или я могу подарить что-нибудь вам с Сатрой за гостеприимство?
   - Подарить можешь, но сначала должна воспользоваться сама, иначе духи не примут дар.
   Кивнув, девушка задремала, и во сне видела своего строгого учителя - доктора Ринори, который объяснял ей принципы лечения гнойных ран в полевых условиях. Спала она не долго, а проснувшись, очень захотела искупаться: обтирания в шатре было мало, да и волосы пора помыть. Словно угадав ее желание, Сатра позвала Геллу в купальню, сказав, что сегодня можно: там сейчас плещутся женщины, готовясь к вечерним танцам. Прихватив бурнусы и куски холста вместо полотенец, девушки прошли за ряды шатров и коновязей к ручью и заводи. Там действительно, лениво переговариваясь, купались орчанки, одна уже сохла на берегу, подставив роскошное тело солнечным лучам, еще две старательно оттирались песком, а пара просто лежали в воде, наслаждаясь прохладой. Поприветствовав друг друга протяжным возгласом: - Ваа! - девушки, кажется, потеряли к вновь прибывшим интерес, и Гелла, скромно раздевшись за пучками травы, с легким невольным вскриком погрузилась с прозрачную холодную воду. Орки не пользовались мылом, и потому вода была прозрачна, а ручей постоянно обновлял воду, унося грязь и мусор ниже по течению. Немного поплавав и согревшись, Гелла принялась оттирать песком все доступные части тела, а вот как быть с волосами?? И тут Сатра вынула из ямки у большого плоского камня горшочек со скользкой синеватой глиной и протянула герцогине:
   - Этим моют голову, давай помогу.
   Гелла постаралась не вздрогнуть при виде осклизлых комочков, и вскоре сильные пальцы воительницы быстро втирали прохладное месиво в волосы герцогини. Выполаскивалась глина, как ни странно, легко, оставляя в воде лентообразные разводы мути, а когда кожа головы очистилась от липкой массы, Сатра показала другой горшочек - с уксусом, для придания волосам блеска. Потом, накинув бурнусы, девушки уселись на нагретых солнцем камнях и принялись расчесывать волосы, подсушивая их на легком теплом ветерке.
   - Сатра, а откуда здесь такие огромные камни??
   - Старики говорят, что когда-то здесь текла могучая река, она и обточила эти камни. Возможно, это так - тут все камни округлые, а ниже по течению находят самородки и красивые камушки для украшений.
   - Наверное, хорошие жернова из этих камней получаются?
   - Жернова?
   - Для мельниц, - Гелла недоуменно посмотрела на собеседницу. А Сатра так же недоуменно посмотрела на нее. - А как вы делаете муку? - удивилась девушка, она ведь ела лепешки, испеченные Кирой.
   - Покупаем или растираем зерно в ступках. Мы почти не сеем, наша еда - мясо, а летом и осенью еще и молоко, наши мастерицы умеют печь лепешки из сыра и степных трав.
   Гелла, перебирая светлые пряди, придвинулась к Сатре ближе:
   - А я помню, что папа все время ругался, что приходится покупать жернова в Вилате, а там камень плохой - мягкий, быстро стирается. Он даже брату показывал, какие жернова нам нужны, чтобы мука была чистой, но такого камня поблизости не было, а эти глыбы как раз такие как надо и уже обточены.
   - Отсюда камень везти далеко, - расслабленно отозвалась воительница, она пригрелась на солнышке и, кажется, собиралась еще подремать.
   - А если я попрошу Мать племени - думаешь, она разрешит брать здесь камни для герцогства?
   - Спроси, - пожала плечами воительница, ей эта тема была не интересна, и Гелла тоже замолчала. Через час, обсохнув, девушки направились к шатру - готовиться к вечеру, а в заводи плескалась уже дюжина смуглых черноволосых красавиц.
   Первым делом Гелла села разобрать подарки - ей хотелось отблагодарить Киру и Сатру за помощь. В первой корзине оказались все украшения и амулеты, Кира объясняла ей, что значит каждая вещичка:
   - Это амулет от дурного глаза: если кто-то будет смотреть на тебя с плохими мыслями или пожеланиями - амулет нагреется.
   - Во дворце лучше не носить, - усмехнулась Гелла, - а то обожгусь.
   Кира в ответ звонко рассмеялась, явно не поверив, а Сатра нахмурилась.
   - Разве вы не пользуетесь амулетами??
   - Мой учитель говорил, что среди людей магов-артефакторов очень мало.
   - Этот амулет позволяет отыскать воду, он очень сильный.
   Гелла удивленно рассматривала ажурную конструкцию из роговых пластинок с блестящей голубой капелькой в центре, больше похожую на изящную брошь.
   - А как им пользоваться?
   - Просто прикоснуться к капельке и думать о воде; когда во рту появится свежесть - там и нужно копать.
   - А это что?
   Из корзины появился длинный ремешок, увешанный зубами не известного ей зверя вперемешку с бусинами из полированного камня и клочками меха.
   - Это тоже амулет, он помогает отыскивать звериные тропы, с ним ты никогда не заблудишься.
   - Как много амулетов! - удивилась герцогиня. - Кажется, у вас их умеют делать все!
   - Это так - не все, но многие. Наша магия очень слаба и не дает возможности прямого воздействия на людей, но мы свободно общаемся с духами природы и умеем заключать их силу в дерево, камень и кости или рог.
   - Интересно получается, учитель рассказывал мне, что вампиры - мастера магии крови, драконы - самые мудрые в мире существа, на самом деле сильнейшие менталисты; вы, получается, артефакторы, а люди??
   - Люди могут все понемногу, - ответила Сатра, все еще хмурясь.
   - Ой, а это что? - потянув за широкий ремешок с пряжкой, девушка вынула из корзинки небольшой серебристый кинжал с крупным влажно блестящим камнем в оголовье рукояти.
   - Оооо!! - простонали обе орчанки. - Оружие у нас очень дорого, металла в нашей земле нет, а этот кинжал ковал наш лучший кузнец.
   - Это тоже амулет?
   - Можно сказать и так, - Сатра неожиданно усмехнулась. - Ты же хотела суметь защититься? Этот кинжал всегда попадает в цель, даже если ты метнешь его в другую сторону.
   Гелла серьезно посмотрела на кинжал, а потом осторожно царапнула кончиком кинжала мякоть указательного пальца и размазала алую каплю по лезвию.
   - Защити меня! - шепнула она и собиралась повесить ножны на тканый пояс, но Кира ее остановила:
   - Подожди! У меня есть подходящий ремень! - покопавшись в корзине с готовым рукоделием, девочка вручила герцогине расшитый конским волосом кожаный ремень с петельками для ножен и карманов. - Это тоже амулет, - смутилась Кира, - он зачарован так, чтобы все, привешенное на него, не мокло и не ржавело.
   - Спасибо большое! - Гелла порывисто обняла юную орчанку. - Я тут видела очень красивое ожерелье с гранатами - мне кажется, оно очень тебе подойдет!
   Ожерелье быстро отыскалось, и совершенно счастливая Кира уселась перед миской воды, стараясь разглядеть свое отражение. Теперь Гелла собиралась выбрать подарок и для Сатры, но у входа в шатер неожиданно раздались три хлопка в ладоши.
   - Са-вай! - отозвалась воительница, и на войлок шагнула Мать племени. Орчанки тотчас склонились в поклоне, а Гелла сделала изящный реверанс.
   - Собираетесь, девочки?? Хорошо, - орчанка грузно опустилась на подушки у очага и махнула рукой, разрешая присутствующим сесть. - Мне жаль, что ты погостила у нас не долго, девочка, - сказала она, обращаясь к Гелле, - но все орки запомнят этот визит, - широкая ладонь женщины ласково коснулась светлых волос. - И вы, мои девочки, тоже заслужили благодарность всего племени, - орчанка посмотрела на внучек. - У меня есть подарки для всех вас. Завтра вы уезжаете с официальным визитом к вампирам, и думается, новые наряды вам не помешают, - мать хлопнула в ладоши, и две пожилые орчанки внесли три роскошных традиционных оркских костюма. И бальное платье, пошитое по последней моде.
   - Откуда? - изумилась Гелла. К платью прилагалось все, что было положено модой - белье, корсет, шелковые чулочки и лайковые туфельки.
   - Секрет, - лукаво улыбнулась орчанка. - Кроме того, вас ждут кони под новыми седлами и сбруей и сундук с подарками королю вампиров. А до границы вас проводят воины и Кира.
   Девочка расцвела улыбкой, ей очень хотелось поехать вместе с сестрами, пусть даже и к вампирам. Поблагодарив Мать племени за заботу и подарки, Гелла, наконец, осмелилась рассказать о жерновах и больших плоских камнях у ручья.
   - Я лишь примерно знаю, как правильно сделать жернов, но даже подходящие для этого камни стоят денег.
   - Ты делаешь нам еще один ценный подарок, - сказала Мать.
   - Я лишь благодарю вас за свое спасение, - серьезно ответила Гелла. Вскоре Мать ушла, и девушки заторопились заплести косы и надеть украшения для вечернего праздника.
   Принц, герцог и леди Суонси весь день провели в дороге. Позабавившись, Тирос превратил леди в жгучую брюнетку южных кровей, принца - в блондинистого юнца лет семнадцати, а себя - в рыжего томного лорда с иноземным прононсом. Останавливались несколько раз - напоить леди успокаивающим отваром, перекусить пирогами или умыться у колодца . До Саррианы доехать не успели - световые дни сократились, а леди хотя и пыталась сдерживать мучительные гримасы, явно не привыкла к столь долгой скачке. Испытывать выносливость благородной дамы в планы мужчин не входило, и едва начало смеркаться, как принц выбрал постоялый двор подороже, аргументировав удивленно приподнявшему бровь герцогу:
   - С нами леди, и ей нужен покой.
   Тирос только кивнул и развернул коня к воротам. Весь дневной путь он ненавязчиво опекал леди, боясь, что она потеряет сознание, и теперь, увидев вопрос на ее утомленном лице, подъехал ближе и пояснил:
   - Сегодня переночуем здесь, а утром приедем в Сарриану; поверьте мне как... - Тирос проглотил слова 'владельцу города', - как дворянину, в этот город лучше всего въезжать на рассвете.
   Леди Суонси в забавной гримасе свела черные густые брови и кивнула:
   - Поверю вам на слово, сударь, я приехала в эти края маленькой девочкой и не бывала дальше ярмарки в соседнем поместье, так что меня способен впечатлить любой город.
   - О, миледи! - Тирос забылся и перешел на куртуазный язык придворных кавалеров: - О, миледи, обещаю вам, что Сарриана вас не разочарует!
   Уставшая дама согласилась только для того, чтобы герцог замолчал, а принц нахмурил брови и велел Тиросу заняться лошадьми, взявшись лично проводить леди в трактир. Его магия была достаточно мощной, чтобы пробивать морок друга, и Калабриан видел, что леди измучена дорогой и едва держится на ногах, хотя и бодрится. Сердитый герцог пришел тогда, когда подавальщица ловко ставила на стол миски с супом, корзинку с пирогами и кувшин с морсом. Наученные прошлым посещением трактира, мужчины не хотели прикасаться даже к сидру. Съев несколько ложек супа и пирожок, леди оживилась и принялась задавать вопросы:
   - Простите, лерды, что интересуюсь, наш почтенный доктор безоговорочно вам доверился и посоветовал то же самое сделать мне, но куда мы едем??
   - В Сарриану, миледи, - ответил принц.
   - Только в Сарриану?
   - У моего друга есть в Сарриане дом, достаточно спокойный, со всеми удобствами. Вы поживете там под чужим именем месяц или чуть больше, пока родственники вашего мужа не успокоятся. Если вы не пожелаете возвращаться в поместье, стряпчий барона, - принц скосил глаза на внимательно слушающего герцога, - поможет вам его продать, и вообще все денежные дела советую вам вести через него: он хорошо знает законы и умеет их применять.
   - Но как же заседания суда? Я должна там присутствовать!
   - Думаю, ваш доктор охотно напишет бумагу о скоротечном расстройстве нервов или о чем-нибудь еще столь же серьезном, а управляющий доставит бумаги в суд.
   - Спасибо, господа, вы даете мне шанс выжить, но как же мои люди?
   - Напишете для них распоряжения, управляющий передаст. А теперь поднимайтесь к себе и отдыхайте, завтра мы представим вас слугам и управляющему и уедем, нас ждут дела в другом городе.
   Герцог, отпивая из бокала морс мелкими глотками, внимательно смотрел на женщину, отмечая наконец порозовевшие от горячей пищи щеки и рассеянную, задумчивую улыбку. Поняв, что разговор закончен, леди Сепфора вышла из-за стола и, пожелав мужчинам спокойной ночи, поднялась в отведенную ей комнату.
   - Думаешь, разумно бросать леди одну? - спросил Тирос, едва они остались одни.
   - Не сходи с ума, Тир, - поморщился Калабриан. - Ты не хуже меня понимаешь, что нам нужно ехать на поиски леди Геллы!
   - Ты уже не зовешь ее невестой?
   - Не зову! Сомневаюсь, что вообще захочу видеть ее в столице после того, как эти поиски закончатся.
   - Что ж, я в тебе не сомневался, ты холоден и отстранен, как айсберг, а вместо сердца у тебя ледяной ком, как те, которыми кидаются дети в чучело на зимней ярмарке, - герцог вскочил и продолжил: - Ты уже забыл, что юная девушка - это не гвардеец твоего полка, и возможно, сейчас ей просто некому помочь.
   Принц изумленно наблюдал, как рассерженный герцог, прежде всегда соблюдавший дворцовый этикет, вышел из-за стола, не дождавшись даже номинального разрешения сюзерена, и сразу отправился на второй этаж к спальням, предварительно уточнив у спускавшейся девушки, где его комната.
   Калабриан остался за столом один и, поразмышляв немного над поведением герцога, решил, что в Сарриане неплохо было бы устроить себе небольшой загул, они в пути уже долгое время, и герцогу явно не хватает привычного и любезного внимания дам, да и в целом отдохнуть от монотонности пути не помешает. Довольный принятым решением, он поднялся в комнату, которую должен был разделить с вассалом; Тироса в комнате не было. Принц, было, встревожился, но тут же услышал голос друга из-за тонкой перегородки между комнатами:
   - Не волнуйтесь, миледи, моя няня очень добродушная женщина и поможет вам освоиться на первых порах.
   Принц удивился: герцог разговаривает с женщиной? Не заигрывает, не соблазняет, а утешает? Чего только на свете ни случается, даже извержения вулканов!
   Выбрав одну из двух стоящих в номере кроватей и умывшись, Калабриан прилег, накрылся одеялом и задумался. Впервые за последние несколько недель он остался один, и воспоминания, которые он загонял в угол, вновь выползли на свет: суровый голос отца и его пронзительный тяжелый взгляд вызвали у Калабриана внутреннюю дрожь. Страх и волнение на холодно-прекрасном лице матери - удивление, недоумение? Столько лет эта женщина была истинной супругой монарха - сильной, холодной, расчетливой; принцу до сих пор помнились ее визиты в классную комнату и граничащее с восторгом благоговение сверстников, допущенных до учебы с наследником престола. Тряхнув головой, принц отогнал непрошеные воспоминания, но они тут же сменились другими: заплаканные глаза герцогини, гнев герцога - кажется, родители его бывшей невесты любят свою дочь и сами будут счастливы увезти ее из дворца. Кэл задумался, пытаясь вспомнить, какие слухи ходили по дворцу о семье невесты, кроме сказок об опустошении герцогом своей казны и наведенных на принца чарах? Он мысленно перебирал визиты, встречи, выезды и с удивлением понял, что болтали о семье его невесты только то, что было ему известно и так: слухи о предполагаемом неравном браке наследника герцогства - Кэлу представляли бойкую хохотушку с каштановыми кудрями, кажется, дочь графа? А намеки - и весьма фривольные - на любовное увлечение старшей дочери герцога разбились ее приездом на свадьбу сестры в хорошо заметном интересном положении, причем супруг леди берег ее, точно бесценную вазу мурранского стекла. А потом в его воспоминаниях мелькнуло бледное и невыразительное личико невесты в окружении цветника придворных дам. Как ни искали кумушки подвоха - найти его так и не смогли и потому приплели 'выкуп за наследника', якобы обещанный разоренному герцогу. Вздохнув, Калабриан потер лоб:
   - Тирос! - крикнул он, уверенный, что его услышат; если уж вечер не задался у него, пусть и герцог оставит свое воркование! Друг ворвался в комнату с обнаженным мечом через полминуты.
   - Ваше Вы..
   - Тс!! - принц кивнул на тонкую перегородку.- Пора спать, завтра выезжаем до рассвета.
   - Да... господин барон, время уже позднее, - расслабившись и положив меч на стул возле кровати, Тирос быстро скинул камзол и бриджи и, дунув на свечу, скользнул под одеяло. Стало относительно тихо, из зала внизу доносились голоса постояльцев, из соседней комнаты, отделенной более толстой перегородкой, уже слышался чей-то храп, лунный свет рисовал узоры на полу, пробиваясь сквозь приоткрытые ставни, и принц поймал себя на том, что невольно, как и герцог, прислушивается к шуршанию юбки за перегородкой. Вот брякнул кувшин, полилась вода, и воображение нарисовало образ леди, совершающей вечернее омовение. Потом еще шорох и потрескивание - леди распустила на ночь волосы и старательно причесывала их. Наконец скрипнули стойки кровати - леди Сепфора легла, и тут Кэл почувствовал себя неловко и завозился, якобы устраиваясь удобнее, и вскоре действительно заснул.
  
   Огонь взлетал, кажется, к самому небу; помимо большого костра горели еще четыре малых, отмечая площадку для танцев. Сатра, Гелла и Кира присоединились к большой группе девушек с косами, накрывающих длинный стол, собранный из кусков кошмы.
   - Это большая честь, - шепнула герцогине Кира. - Здесь будут пировать воины, многие союзы заключались после праздников.
   Собирающиеся неподалеку высокие статные молодые орки охотно поглядывали на девушек и даже перешучивались с ними. Из палатки, в которой лежали раненые, выбралась лекарка и, подозвав пару помощниц, отвернула края полотнищ в стороны, закрепив полосками кожи. Гелла не удержалась и подошла ближе. Мужчины лежали, удобно устроенные среди подушек, и внимательно смотрели на подготовку к празднику, с особенной тоской почему-то поглядывая на освещенную площадку. Перекинувшись несколькими вежливыми фразами с лекаркой, Гелла и Кира отошли к костру, на котором кипел огромный котел с чем-то ароматным:
   - Это медовый взвар. Мать сама подбирает для него пряности и травы, и его варят только на праздники, - шепнула, облизываясь, Кира.
   - А вино в него добавляют??
   - Вино?? Нет, вино дорогое, у нас мужчины пьют молочную брагу, когда приходят стада.
   Гелла расслабилась и с любопытством продолжила посматривать на собирающихся к кострам мужчин и женщин. Чем старше и выше по статусу были орк или орчанка, тем затейливей была у них прическа и многослойнее одежда. Дети бегали в рубахах без различия пола, подростки уже различались: мальчики носили штаны, а девочки - юбки; кроме того, самые рослые парни приходили к костру в кожаных жилетах и вышитых поясах. Интересно было рассматривать стариков - их одежда была на диво разнообразной: и халаты, и меховые жилеты, и просторные отороченные мехом рубахи. И все расшитое костяными и деревянными бусинами, крашеным конским волосом и кусочками ярких лент. А прически! Мимо герцогини прошествовала статная орчанка, на голове которой высился традиционный шатер из тонких косичек и бус. Рядом шла девушка помоложе с двумя косами, увешанными монетками и фигурками коней.
   - Она невеста богатого табунщика и своими амулетами приманивает богатство в новую семью, - вновь прошептала Кира, она успевала болтать с ровесницами и не выпускать из виду Геллу. Сатра присела на корточки у палатки с ранеными, Гелла почувствовала к ней жалость - девушке не было место у стола для воинов, а ее сверстницы давно замужем и, качая грудничков, собрались плотной кучкой у плетеного загончика с детьми постарше.
   Вот, наконец, загудели барабаны, мужчины громко выкрикнули 'Хэй' и принялись показывать свою удаль - на площадке между костров сразились два воина: один в красном - 'война', другой в зеленом - 'мир'. Лица их были закрыты, но Кира пошептала Гелле, что это лучшие бойцы, а потом воины будут показывать свою удаль в схватках на победителя. 'Мир' одолел 'войну', и на утоптанную площадку вышел обнаженный по пояс воин и громким криком привлек внимание зрителей:
   - Это вызов, сейчас любой может принять его.
   Девушки, блестя глазами, стали поглядывать на юношей, и вскоре к высокому черноволосому красавцу шагнул низкий и крепкий по меркам орков парень в расшитой жилетке. Его волосы были убраны в косу, но одна прядь лежала на плече.
   - Кира, а почему пряди выпущены из кос?? - поинтересовалась Гелла, заметив такие же пряди у остальных, носящих косы.
   - Это значит, что битва не до смерти, это ведь не враги, а просто соперники.
   Между тем воины обменялись несколькими словами, выбрали из лежащих на войлоке вещей две длинные крепкие палки и начали сражение. Поначалу крепыш ловко уворачивался от выпадов высокого орка. Используя меньший рост, как преимущество, он буквально катался по земле, а потом подбил сопернику ноги и уселся на побежденного верхом, придавив его смуглое горло палкой. Стоящие вокруг орки закричали 'Хэй', потрясая оружием, и красивая девушка в традиционном наряде с косами без амулетов поднесла победителю красивую чашу с напитком из большого котла. Прочие девушки разнесли напиток всем присутствующим, в первую очередь уважив стариков и воинов. Гелла получила горячую чашу одной из первых, как гостья племени, и осторожно принюхалась к сладко-пряному аромату, потом сделала небольшой глоток, увидев, что остальные девушки спокойно отпивают из глиняных чаш и с удовольствием смотрят на следующий поединок. Горячая вода с медом и пряностями легко скользнула в горло, согревая сердце, огонь разгорелся ярче, смех зазвучал веселее. Через некоторое время девушка охотно ухватила вторую пиалу с подноса, который разносила Кира.
   Через три поединка среди бойцов выделился молодой длинноволосый орк с золотой серьгой в ухе. Блистая белозубой улыбкой, он раз за разом побеждал в поединках различным оружием, превращая поединки в забаву. Гелла, допивая третью пиалу взвара, и не заметила, как вместе с остальными девушками стала радостно кричать 'Хэй' и хлопать в ладоши. А белозубый орк вдруг посмотрел ей в глаза и подмигнул, и почему-то герцогиню бросило в жар от этого простого жеста.
   Она, не отрываясь, смотрела, как, красуясь, молодой воин двигался в поединке, как в танце, плавно уклоняясь от ударов и неожиданно меняя траекторию атак. Вот он отбросил с плеча длинную прядь и вновь обернулся, пристально глядя герцогине в глаза. Девушка потупилась и отпила еще немного пряного взвара, ловя боковым зрением хлопающих в ладоши и притопывающих орчанок. В следующем поединке воин с силой ударил противника коротким копьем и, глядя девушке в широко распахнутые голубые глаза, второй удар провел по касательной линии, лишь обозначив. Гелла судорожно вздохнула и нашла в себе силы отвернуться, сердце глухо бухало в груди, ладошки вспотели; хорошо, что Кира не оставляла гостью стана одну и, увидев румянец, поспешила принести чистой воды:
   - Медового взвара нельзя пить много, мы пьем его с младенчества и довольно часто - и то не больше двух-трех пиал, а ты сколько выпила??
   - Две или три.
   - Эх, я хороша!! Не предупредила!
   - Но все девушки его пьют!
   - Пьют - маленькими глотками и две пиалки за весь вечер! Да и орки крепче людей!
   - Ох, - Геллу затошнило, и пришлось срочно убежать за ряд шатров. Кира принесла еще воды и чистое полотенце - утереть лицо. Через полчаса бледная герцогиня вновь вернулась на праздник и даже с пиалой в руке, но теперь пиала наполнялась исключительно водой из заботливо приготовленной Кирой фляжки.
   После поединков, продолжение которых девушки пропустили, чествовали победителя. Им стал, конечно, белозубый орк, которому пара старейшин вручила красивый щит и новенькое копье. А после награждения начались танцы. Вместо барабанов зазвенели бубны, запели звонкие тростниковые дудочки и рожки. Сначала мужчины исполнили победный танец с оружием, потом в огненный круг вышли девушки. Скромно опущенные глаза и длинные платки в руках наводили на мысли о чем-то сдержанном и торжественном, но музыка зарокотала низко и глубоко. Дружно вздохнув, девушки сделали слитный шаг, и вдруг под рокот бубнов тонкие платки вспыхнули языками пламени, а робкие красавицы превратились в свирепых тигриц, непокорных и гибких. Гелла, забыв обо всем, впитывала в себя эту пляску, не замечая, как ходят в такт плечи, бедра и колени. И лишь струей жидкого пламени обожгло ее вдоль спины дыхание неведомо как оказавшегося рядом белозубого орка.
   Как бы ни была герцогиня поглощена танцем, музыкой и завораживающей атмосферой праздника - инстинкты возопили: едва жгучие губы прижались к шее, как она, взвизгнув, влепила нахалу пощечину, добавив недавно затверженное с лекаркой заклинание 'искры'. И тотчас все переменилось: глаза улыбчивого красавца полыхнули гневом, искры подпалили вышитый жилет, и приятное лицо орка превратилось в звериную маску. Девушки, стоящие поблизости отшатнулись, и Гелла почувствовала себя песчинкой, попавшей в жернов. Вокруг ей виделись ухмылки, выхваченные пламенем огня ножи и короткие мечи. Надеждой на спасение из толпы выскочила, звеня амулетами, Кира и, схватив Геллу за руку, потянула к кошме, на которой восседала Мать племени. За спиной раздавался звериный рык, подхваченный множеством голосов, и насмешливые подначки:
   - Не догонишь, Царум, где тебе такую красотку уговорить!
   Сердце Геллы бухало у самого горла, она боялась упасть и попасть во власть яростного пожара, который настигал ее.
   - Мать, Царум поцеловал Геллу! - выпалила Кира, дотащив герцогиню до чинно восседавших стариков. Орчанка внимательно посмотрела на перепуганных девушек и одним жестом остановила приближающийся рык.
   - Великий воин Царум-волк забыл, что гости неприкосновенны??
   - Гости?? - прорычал орк.
   - Герцогиня наша гостья, и этот праздник дается в ее честь.
   Орк гневно потряс головой, видимо, не находя слов, а потом скинул опаленную жилетку и бросил ее девушке под ноги. Испуганная Гелла не шевельнулась, а Кира зашептала ей на ухо:
   - Отдай выкуп за испорченную вещь - амулет или украшение.
   В растерянности Гелла сдернула браслет из каменных бусин и ярких перьев - кажется, это был амулет для охоты на птиц - и вручила его Кире, а Кира передала откуп Матери. Получив с торжественным славословием дорогую вещь, воин смягчился и ушел в темноту, но герцогиня уже не чувствовала себя в безопасности, увидев, как тонок налет человечности на орках; она уже не отходила от Киры и вскоре вернулась с нею в шатер, где уже лежала, прикрыв глаза, Сатра. Неугомонная Кира, убедившись, что герцогиня не одна, вновь убежала, а Гелла еще долго переживала свои заблуждения, виня себя в недостойном поведении; кажется, теперь она лучше понимала необходимость рекомендаций принца и тревогу королевы.
   Утро встретило обитательниц шатра головной болью и необходимостью сборов в дорогу. Грустная Сатра в пять минут собрала заплечный мешок воина и смотрела на страдания Киры и Геллы. Герцогиня приняла плохое самочувствие как кару за вчерашнее поведение и молча сносила боль, а вот Кира страдала шумно и энергично:
   - Ой, моя голова!! Моя голова!! Все, в следующий раз не больше одной чаши!! Зато - ха-ха - Царума-Волка наградили новым прозвищем: Паленый!! Старый Ийнир-Сайгак сказал, что паленый волк стоит дороже волчонка, так что теперь Царум должен тебе подарок за прозвище.
   - Кира!! - Гелла повысила голос и сама схватилась за взорвавшуюся голову. - Не нужны мне его подарки! Я хочу убраться отсюда поскорее, пока не натворила чего-нибудь еще!
   Голова немилосердно казнила, а тело покрылось испариной, и Гелла, уже не глядя, сгребла остатки вещей в корзинку с крышкой.
   - Готовы? - Сатра окинула взглядом сестру и герцогиню и вышла из шатра, коснувшись на прощание плетенной из ремешков куколки, свисающей с колышка у двери. Покрышка опустилась за спинами девушек, как стена, отделяющая прошлое от будущего. Провожать их не вышли, воины сопровождения и повозка с подарками для вампиров уже ждали на окраине стоянки. Сев в седло, Гелла оглянулась на стоянку и услышала смешок Киры.
   - Что?
   - Раз оглянулась - значит, еще вернешься.
   - Не думаю.
   - Духам виднее, - вновь хихикнула девочка, указывая на пригоршню лепестков, брошенных ветром на колени герцогини. Та в ответ лишь пожала плечами и развернула лошадь вслед предводительнице. Дорога вновь уводила ее в неизведанный путь, но и оставленное за спиной имело свою ценность; тихонько вздохнув, герцогиня вспомнила дни, проведенные в племени, и улыбнулась: может быть, Кира и права, герцогству хорошие жернова не помешают!
   Хозяин трактира поднял постояльцев, как они и просили - едва темнота за окнами начала сереть. Сонная служанка принесла чуть теплой воды для умывания и холодную курицу на завтрак. Леди Суонси завтракала у себя, но на стук в дверь открыла уже одетая и причесанная.
   - Прошу вас, миледи, пора ехать.
   Герцог одобрительно посмотрел на аккуратное платье леди, вчера суконная юбка запылилась, а воротничок и манжеты из тонкого полотна с кружевным краем засалились и обтрепались, но сегодня юбка леди была чиста, а полотно манжет сияло свежестью. Аккуратно заплетенные волосы уложены в прическу, ботинки вычищены и смазаны воском.
   Леди благодарно оперлась на руку мужчины и благосклонно проследила за тем, как принц прихватил ее сумку и отнес к лошадям. Быстро проверили седла и сбрую, быстро оседлали коней и покинули двор трактира; морок Тирос наложил сразу, как проснулся, и теперь с помощью личной магии осторожно развеивал следы.
   Калабриан ехал, храня сдержанное молчание, но в голове его постоянно перебирались мысли и мелкие детали: вот герцог подсаживает спутницу в седло, вот интересуется, не забыла ли она принять капли, такая интимность с малознакомой женщиной?? Мысли раздражали, и Калабриан начинал закипать, слушая, как Тирос беседует с леди, обсуждая необходимость приема лекарств.
   Через час скачки восток окрасился нежно-розовыми лучами, и Тирос, оглянувшись на насупленного Калабриана, напомнил леди Сепфоре:
   - Миледи, я дал слово дворянина, что в Сарриану лучше всего въезжать на рассвете. Взгляните, мы приближаемся.
   Дорога как раз делала плавный поворот вокруг золотящейся в преддверии осени рощицы, и впереди показалось нечто непонятное, огромное, бесформенное. Подъехав ближе, леди задохнулась от изумления - огромные террасы, укрепленные красным кирпичом, вздымались ввысь, и на этих террасах тесно толпились невысокие деревья. Крестьяне в просторных домотканых рубахах спешили с огромными корзинами к своим садам, скрипели колеса водяных мельниц, поднимавших воду; кричали ослы, запряженные в небольшие тележки, готовые развезти плоды Саррианы по окрестным городам и селам.
   - Что это?? - удивлению леди не было предела.
   - Это пригород Саррианы, сам город находится в стороне от садов, здесь живут поденщики и садоводы, а дома знати расположены на холме у реки.
   Дорога проходила прямо под кирпичными стенами, с которых свисали ветви, отягощенные плодами; леди Сепфора удивленно рассматривала это изобилие, и Тирос догнал крестьянина с тележкой, полной небольших корзинок, и вскоре протянул спутнице несколько румяных яблок:
   - Попробуйте, леди, таких яблок нет больше нигде. В центре этих садов расположена старинная крепость. По легенде одна из первых герцогинь Тримейн была южанкой и очень скучала по пышным садам своей родины. В этой крепости она ожидала мужа, который часто уезжал по делам короля, и, тоскуя, разводила сад на крепостном валу. А чтобы плодородную почву не смывали дожди, герцогиня велела укреплять террасы кирпичом. Глину брали во дворе крепости и со временем вырыли колодец с удивительной водой - если ею поливать деревья, они плодоносят изобильно, и плоды отличаются редким вкусом и ароматом. Кроме того, умирая, герцогиня уверила подданных, что колодец не иссякнет, пока эти земли будут верны роду Тримейн.
   - И сколько лет этим садам?
   - Крепость была заложена около семисот лет назад вторым герцогом Тримейном, а первый сад посадила супруга пятого герцога. За все время существования садов источник был близок к истощению лишь однажды, когда регалии герцога собирались возложить на человека, не являющегося наследником рода Тримейн.
   - Вот как? И что это было, измена или ошибка?
   - Это была попытка спасти наследника, в итоге недоразумения разрешились, и колодец вновь наполнился водой.
   Леди ехала, задумчиво покусывая губу, забыв про лежащие на юбке яблоки.
   Путь орки начали в молчании - видимо, голова трещала у всех; приказы Сатра раздавала знаками, и только неугомонный ветер шевелил головные повязки и рубахи воинов, хвосты и гривы коней и пел, пел свою тоскливую песню.
   К обеду пришлось срочно искать воду: фляжки опустели; к счастью, орки хорошо знали свои степи, воду нашли быстро - крошечный родничок сочился между камнями у подножия холма.
   Воины уже пришли в себя и, посмеиваясь, вспоминали вчерашний праздник: кто кого победил, кто кого перепил, и кто кому подмигнул. Часто вспоминали и Царума Паленого Волка, гадая, чем он может откупиться за прозвище. Гелла, смущаясь от подобных разговоров, отошла в сторону и присела на камни, но ее тут же согнала Кира и подстелила овечью шкуру:
   - Теперь садись. Разве мама тебе не говорила, что на холодном сидеть нельзя?
   Гелла в ответ лишь вяло кивнула. Жуя кусок лепешки с овечьим сыром и отпивая холодную вкусную воду, она пыталась вспомнить заклинание, которому ее учил брат. Его, как наследника титула, учили некоторым особенным заклинаниям, а юный наследник не нашел ничего лучше как тренироваться на любимой младшей сестренке. Весь замок от герцога до горничной бегал смотреть на юную герцогиню с вытянутым зеленым носом, потом были торчащие дыбом волосы и малиновые уши в белый горошек. Но к своему совершеннолетию он поднабрался опыта и столь забавных результатов почти всегда избегал.
  Перед самой свадьбой лерда Винсента начали учить чуять в человеке наличие родственной крови. Вообще в сокровищнице герцога имелись на такой случай артефакты, но такое умение позволяла главе семьи ощущать благополучие родичей на расстоянии.
  И вот сейчас герцогиня пыталась воспроизвести мысленно нужную формулу и активационный жест, надеясь отыскать связь с близкими людьми, дать понять родителям, что еще жива. Неожиданно ближайший к ней орк закашлял - из чашки с водой выпрыгнула лягушка - малиновая в желтую полосочку, потом еще одна - фиолетовая в зеленую крапинку; воин отбросил чашку и, обнажив меч, отпрыгнул за камень. В течение нескольких минут все пристально наблюдали за фонтаном разноцветных лягушек. Первой опомнилась Кира:
   - Гелла!! О чем ты думала??
   - Я? - герцогиня вышла из своего забытья и, потерев лоб зажатой в руке лепешкой, пробормотала:
   - Брата вспомнила, как он меня магии учил.
   Кира картинно закатила глаза и затрясла головой, звеня подвесками:
   - На тебе же дюжина сильнейших амулетов!! Ты подумала о чем-то магическом, а они попытались твое желание воплотить!
   Гелла, вытаращив глаза, смотрела, как разноцветные лягушки уселись перед ней и уставились выпуклыми черными глазками.
   - И что с ними делать? - спросила она жалобно. Один из орков, давясь от смеха, провел рукой над лягушками и сообщил, что это не просто галлюцинация, а вполне материальные объекты с небольшой магической составляющей.
   - То есть они вполне живые?
   - Да, госпожа, они полуразумны, как кошки или собаки.
   - И долговечны??
   - Проживут столько же, сколько создатель, и, кажется, могут делиться магической силой, но точно не скажу, надо изучать.
   Вздохнув, герцогиня сползла с камня и пошла собирать новых питомцев в большой горшок, бурча себе под нос:
   - Надеюсь, они не ядовитые и не кусачие.
   Кира, смеясь, ей помогала, вслух восхищаясь безумием некоторых сочетаний в окраске земноводных. А орк, из чашки которого изошел разноцветный фонтан, посоветовал набрать у родничка влажной травы и листьев. Обвязав горлышко сосуда тонким платком, Кира унесла его, продолжая хихикать, в повозку, а Гелла поспешила умыться и дать себе клятву упражняться в магии нагишом и ванной, чтобы сразу смывать неудачные варианты в водосток. Тут всеобщее внимание привлекла Сатра, до сих пор наблюдавшая за представлением молча:
   - Останавливаться надолго не будем: пока лошади свежие, нужно проехать больше.
   И все принялись торопливо собираться, укладывать фляги и кувшины в сумки, проверять сбрую и затягивать подпруги.
   Леди Сепфора совсем не огорчилась отбытию в город принца, а вот отсутствие хозяина дома ее смущало, но высоченная и неуклюжая кормилица с отбытием 'мальчика' неожиданно преобразилась: ловко собрала посуду со стола и вынесла тяжелый поднос на кухню:
   - Ну что, перекусили и довольно, пора миледи делами заниматься, дом лет пять как без женской руки. Матушка лорда Тира как все здесь обустроила - так и не бывала, а я, старая, тут не хозяйка. Вот дом обойдем, я все покажу, как устроено, да что есть, а пока Бук на улицу Хозяек сбегает, поденщиц приведет.
   Сепфора прыснула и поинтересовалась:
   - А лорд Тир нас за самоуправство не побьет??
   Кормилица серьезно на нее взглянула и ответила:
   - На моей памяти тут первая приличная леди появилась, да и кошелек он тебе не просто так дал - считай, дом под начало вручил, - а потом, усмехнувшись, добавила: - И потом, если в доме есть вкусный ужин и мягкая кровать - все остальное мужчину будет интересовать в последнюю очередь.
   И они обошли дом, столовую, кухню и спальни на втором этаже; мистрис Карина внимательно наблюдала за Сепфорой и отметила ее смущение при входе в спальни герцога и принца, однако и разумные хозяйские распоряжения отметила тоже. Отдельным зданием стояла казарма для охранников, трава вокруг была вытоптана, а сбоку расположились тренировочная площадка и псарня. Порядок в казарме был несомненный, но леди Сепфора все же поинтересовалась нуждами охраны и аккуратно записала все на небольшую дощечку, покрытую воском. Вскоре один из молчаливых охранников привел с рынка пяток немолодых женщин-поденщиц, которым Сепфора сразу нашла работу, а чуть позже вместе с кормилицей сама выбралась к ближайшему небольшому рынку за продуктами и необходимыми женщине мелочами.
   Бродя среди прилавков, женщины разговорились, леди Суонси интересовалась детством герцога, а кормилица охотно о нем рассказывала.
   - Да, миледи, мастер Тир был очень шаловливым ребенком, но и добрым тоже. Видели собачонок на псарне? Ему лет пятнадцать было, когда кучер сбил кнутом беременную суку на улице, а Тирос ее подобрал и привез в замок, миледи - его матушка - конечно, была недовольна, но позволила держать ее на псарне. Да и мужички наши усатые, гвардейцы бывшие, безземельные да искалеченные - видела, какие шрамы у всех? Да и почти все без семей, разве там племянница какая или мать старая, а он им службу достойную дал, деньги платит да еще зарок положил - мол, пить на службе нельзя, так только, раз в месяц!
   Под такие разговоры покупки сделали быстро и вернулись к дому, а следом шли нагруженные корзинами и свертками охранники, не выпуская женщин из виду.
   Леди Сепфоре было над чем задуматься, мелькало в словах мистрис Карины что-то странное, но насущные заботы по дому постоянно отвлекали. Буквально через несколько минут пришел средних лет мужчина в опрятном коричневом камзоле и обсудил с леди Суонси проблемы суда и следствия, а кроме того, испросил поручения слугам и управляющему. Разговор занял более часа, и, простившись с мэтром Лиисом, леди Сепфора вновь обошла дом, проверяя работу поденщиц.
   Посмотрев, как работали нанятые женщины весь день, она их отпустила, предложив трем из них вернуться утром, и, поужинав в компании кормилицы, уселась в гостиной писать распоряжения своем слугам. Однако время шло, а ни хозяин дома, ни его друг не возвращались. Солнце уже село, кормилица удалилась в свой домик, похвалив на прощание гостью хозяина, охранники выпустили собак - огромных и тяжеловесных псов бойцовой породы и парочку шустрых 'звоночков'. Огонь в камине, разожженный вначале, скорее, для уюта, прогорел до рдеющих углей, а свечи оплавились почти до подсвечников, когда у ворот раздался какой-то шум. Сепфора, едва не задремавшая в кресле, тотчас зажгла большую свечу и вышла в холл. Охранник, заночевавший в доме для спокойствия леди, вышел из кухни с тяжелым палашом наперевес. Дверь скрипнула, открываясь, и в нее ввалился привратник, двумя руками придерживая под руки принца и герцога.
   - Миледи! - Тиросу удалось собрать глаза в кучку и разглядеть Сепфору со свечой в руке. Он даже сделал попытку изобразить поклон, но потерпел полное фиаско и, подбив ноги привратнику, улегся на паркет.
   - Милорд, вы собираетесь ночевать прямо здесь? - Сепфора подошла ближе, пытаясь оценить степень опьянения обоих. Тут из алкогольной задумчивости вынырнул принц:
   - Вот видишь! Я тебе говорил! Она уже пилит тебя, как настоящая жена! Еще чуть-чуть - и ты попадешься в ее сети!
   Тирос на это отрицательно мотнул головой, пробормотал что-то неразборчивое, а потом, поднявшись на четвереньки, заглянул Сепфоре в лицо и проговорил, шатаясь и с трудом удерживая равновесие:
   - Миледи! Я еще не встречал таких теплых глаз, таких нежных рук, такой доброй улыбки... - и, окончательно обессилев, рухнул, не дождавшись ответа.
   - Тир! Ты идиот! - принц попытался сесть, опираясь на изящную стойку для канделябров, но охранник успел подхватить его. Мотыляясь из стороны в сторону, принц обличающе ткнул пальцем в посапывающего герцога: - Все, все планы насмарку! - тут, заметив поднявшегося с пола привратника, он неожиданно перешел на заговорщицкий шепот: - Ну чем ему не приглянулась та девчонка за столом?? У нее было все такое же, как у этой, даже лучше!! - небрежный жест в сторону леди Суонси едва не уложил сюзерена рядом с подданным. - А теперь он хочет бросить меня одного на поиски избранницы богини, - принц уже шептал: - А еще друг называется!
   И столько в этих словах было мальчишеской обиды и жалости к самому себе, что леди Сепфора не выдержала и кивнула охране:
   - Ведите барона наверх и снимайте одежду. Таз с водой и полотенце у него в комнате, как только уложите - возвращайтесь за хозяином.
   Охранники кивнули, а Сепфора, оставшись наедине со спящим герцогом, неожиданно для себя погладила его по голове, он забормотал и, повернувшись, уткнулся лицом в ее ладонь.
   Утром, едва зелененький герцог открыл глаза, в комнату вошла кормилица и, поставив на столик поднос, осуждающе покачала головой.
   - Чем это ты напугал вчера бедную девочку, Тир?? Она даже к тебе в комнату не пошла с бульоном, меня отправила, - говорила кормилица негромко и, аккуратно поправив подушку, вручила страдающему с похмелья воспитаннику чашку горячего пряного бульона и сухарик. - А ведь вечером леди вас дождалась, окна открыла, шторы задернула - знала, что с утра вы на белый свет и смотреть не захотите. Вот и бульон сама сварила - с травками - сказала, от тошноты точно поможет.
   Герцог, не вслушиваясь в ворчание кормилицы, маленькими глотками отпивал бульон и розовел прямо на глазах, потом вспомнил вчерашний вечер - и поморщился. Найдя управляющего и отдав ему необходимые распоряжения, они с принцем решили перекусить в приличном трактире в центре квартала. Сначала просто ели, запивая блюда вином, потом принц заказал дорогой ромовый десерт и возле стола появились две барышни в очень открытых платьях, причем одна слегка напоминала леди Суонси - кареглазая шатенка с пышным бюстом. В этом трактире, как выяснилось, выступал неплохой бард, и герцога увлекло его выступление, тем временем вино в бокалах стало крепче, а девицы перебрались на колени кавалеров. Сначала герцог обманывался иллюзией схожести, но, вдохнув крепкий запах духов и пота, сморщился и отсадил сотрапезницу подальше и просто смотрел выступление, время от времени отхлебывая вино. Но принцу этого показалось мало - он потащил друга играть в кости, а потом заливать крепким вином проигрыш. После того, как Тирос отказался подняться с трактирной барышней в комнату наверху, принц озверел и принялся глотать бокал за бокалом, попутно заставляя герцога поддерживать каждый тост. К счастью, герцог выпил меньше, как ему казалось, и сумел убедить принца вернуться домой до того, как упадут их мороки. Он смутно вспомнил темный переулок и ворота, в которые пришлось долго стучать, а дальше все было смазано и мутно.
   Кормилица, закончив отчитывать Тироса, сообщила, что по приказу леди Сепфоры его и гостя ждет теплая ванна с мятным маслом, и надо бы поторопиться, пока вода не остыла.
   - Одного я не пойму, цыпленок, зачем тебе понадобилось пить эту жуткую жасминную настойку??
   - Что ты, кормилица, - удивился герцог, - мы пили только вино!
   Жасминовая настойка изготавливалась контрабандистами на побережье Южного моря, ее особенностью было то, что ее изготавливали с применением местных растений, способных вызвать галлюцинации, а неприятный аромат маскировали лепестками жасмина, но пить ее было опасно для здоровья. Кормилица недоверчиво покачала головой и сказала:
   - Посмотри в зеркало, дружок, и вспомни, в каком притоне вы пили.
   Герцог, бережно неся голову, подошел к туалетному столику и уставился в сумрачную тень зеркала: глаза имели явственный желтый цвет, первый признак употребления настойки. В тяжелой голове неожиданно быстро замелькали кусочки воспоминаний: недовольная гримаса принца, вино с терпким привкусом, трактирная девка, внешне похожая на леди Суонси, и бесконечная вереница бокалов после. Взъерошив волосы, герцог отправился в смежную со спальней ванну. Принц был уже там, плавал в просторной бадье, набитой какими-то травами; рядом на стуле покоился бокал с питьем, к которому Его Высочество время от времени прикладывался. Поморщившись, герцог скинул грязную потную одежду и вошел в маленький закуток, в котором располагалась небольшая железная печка с уложенными поверх камнями - настойку необходимо было как можно скорее вывести из организма. Плеснув мятной воды на камни, Тирос постоял в волнах обжигающего жара, пытаясь утихомирить в своей душе ярость. Они пили в заведении в центре города - в дорогом, но таком, где жасминовую настойку можно просто заказать, как трубку с опием или экзотическую красотку с южных островов. Наконец, мозги заработали, и герцог отчетливо увидел причины, побудившие принца на подобный шаг, а увидев, он вдруг хмыкнул и, покачав головой, вышел из парной. Бадья для него тоже была готова, и кормилица, фырча что-то себе под нос, принесла целый кувшин с нежно-розовым питьем.
   - Что это? - удивился герцог.
   Принц, судя по виду и запаху, прихлебывал обычную смесь трав, помогающую от головной боли и спазмов желудка.
   - Леди сказала, что вам сегодня нужно пить это, иначе на устранение последствий уйдет несколько дней.
   Герцог принюхался и сделал осторожный глоток. Пахло вкусно, какими-то ягодами и травами и чуть-чуть медом. На вкус напиток очень напоминал ягодный кисель с небольшими примесями, но желудку сразу стало легче, да и молоточек, стучавший по черепу изнутри, затих. Полежав немного в горячей воде, герцог собрался с мыслями и официально обратился к принцу:
   - Ваше Высочество!
   Принц поднял мутные глаза и посмотрел на герцога глазами страдающего спаниеля.
   - Слушаю вас, герцог.
   - Я, герцог Тирос Альфос Миринд Тримейн, вассал Его Королевского Высочества принца Симона Ульвеля Калабриана, клянусь не оставлять Вас в ваших поисках леди Геллы при одном условии: по истечении ваших поисков вы дадите разрешение на мой брак с леди Суонси.
   Принц выругался и попытался уйти под воду, но бадья была для него мелковата. Тогда он вынырнул и разразился пламенной речью, весь смысл которой сводился к тому, что сия интриганка, недостойная целовать пыль под ногами могущественного герцога, околдовала его, или он сам лишился разума, и задача принца - уберечь друга от беды.
   Тирос в ответ неожиданно грустно улыбнулся и сказал в ответ:
   - Знаешь, Кэл, я, кажется, понял, почему богиня не дала свершиться вашему браку, но это сейчас не важно; ты помнишь, что родители стали подыскивать мне невесту, едва я переступил двери детской??
   Принц удивленно кивнул, вспоминая несколько странных историй о несостоявшихся помолвках герцога Тримейна.
   - Первый раз я обручился в пятнадцать лет - так хотели родители, и я ничего не имел против миленькой девчушки в розовом платьице, пока не застал ее на конюшне в объятиях ее кузена. Оказалось, что девушка меня ненавидит, а согласие на брак из нее выбили недельной голодовкой и поркой.
   Второй раз все было лучше, как мне казалось. Я влюбился - помнишь в училище ежемесячные балы с классом Королевских воспитанниц? Она была сиротой и бесприданницей, отец отговаривал меня, но я не слушал, порхал на крыльях чувств, а девушка видела во мне хорошую партию и возможность носить бриллианты. Открылось все случайно - на приеме в посольстве меня пытались разговорить по одному щекотливому поводу, а она взяла мой бокал.
   Принц уже почти выбрался из воды - он считал герцога своим другом, но еще никогда не слышал от него столь откровенных речей.
   - Потом было еще несколько знатных девиц, которые только укрепили мое мнение о браке, как о сделке, но Богиня помогала мне избегнуть брачных уз. А леди Суонси - она другая. Посмотри на это, - Тирос обвел рукой помещение ванной комнаты, напитки, чистую одежду в стопках и полотенца. - Это все для нас, не для принца и герцога, а для уставших мужчин, переборщивших с вином после долгой дороги. И от этого я не откажусь. Я выполню свою клятву и помогу тебе с леди Геллой предстать перед алтарем богини, а потом женюсь сам.
   Принц смущенно отвел глаза и выдавил:
   - Прости за настойку.
   - Я понял, зачем ты хотел напоить меня, и зла держать не буду. Ты дашь разрешение на брак?
   - Дам, - принц набрал в грудь воздуха и официальным тоном произнес: - Ты можешь жениться на леди Суонси в любое время дня и ночи, но это не отменяет выполнение твоей клятвы.
   - Согласен, сейчас позову священника!
   Принц хрюкнул и едва не вывалился из бадьи:
   - Штаны надеть успеешь?
   - Попробую.
   Дружный смех, вызвавший приступ головной боли обоих, примирил друзей, и, окончив купание, они осторожно оделись и спустились в столовую.
   Лягушки в горшке быстро освоились и принялись мелодично квакать. Орк возница хмурил черные соболиные брови и нервно потряхивал длинной косой. Кира хихикала и советовала Гелле научить лягушек квакать боевую песнь, тогда вознице будет легче.
   К вечеру орки, сопровождавшие герцогиню, начали погонять уставших коней.
   - Что за спешка? - поинтересовалась Гелла у неутомимой Киры.
   - Сатра хочет заночевать в шатре, до границы около дня пути, и здесь уже бывают стычки, но на землях шамана Будура Заячьи Уши нам ничего не грозит. Кроме самого шамана, - подумав, добавила девочка.
   Через час, практически на закате орк-разведчик подал сигнал, и орки тотчас окружили девушек и приготовили оружие. Впереди показались большие плоские камни - такие огромные, что орочьи шатры в их тени казались детскими игрушками. Шатров было всего три - для самого шамана, его жен и детей. Только подъехав ближе, Гелла поняла, сколь монументальными по мерками степей были эти сооружения. Шаман, очевидно, совсем не кочевал - колья, забитые в сухую землю, были толщиной в руку взрослого орка, крышку к земле прижимали крупные осколки камня, а сама крышка была двуслойной: поверх слоя войлока лежал слой лошадиных шкур. Воины оставались в седлах, держа оружие наготове:
   - Почему так? - шепотком спросила Гелла у Сатры.
   - Пока нас не выйдет приветствовать сам хозяин, мы здесь чужие, а Будур умеет защищать свой покой.
   Тут покрышка самого большого шатра откинулась, и из него выбрался невысокий кривоногий человечек в одежде из лошадиных шкур с высокой шапкой из конских хвостов на голове и поманил прибывших рукой. Выдохнув, Сатра кивнула воинам, и те убрали оружие в ножны и стали соскальзывать на землю. Из шатра поменьше показались три женщины - одна в приличных летах, за юбку второй цеплялся малыш лет трех, а последней вышла молоденькая девушка, ровесница самой Геллы, может быть, чуть старше. Старуха и молодка тотчас захлопотали, расстилая кошму, готовясь к ужину, а женщина с ребенком ушла в самый маленький шатер, и вскоре оттуда выбежали две абсолютно одинаковые девушки и два парня лет по тринадцать, они взялись напоить лошадей и принести воды для стола. Лягушки настороженно молчали, но когда стол был накрыт, а из большого шатра вышел шаман потрапезничать с гостями, квакушки опять завели свою немелодичную песенку. Шаман шустро подпрыгнул и уставился на повозку. Вообще-то Сатра получила от Матери племени некоторое количество монет и интересных вещиц на подарки, вот и шаману была приготовлена теплая накидка из яркой ткани, так как было известно, что он в дни большого камлания мерзнет и потому всегда держит рядом молодую жену - согревать старые кости. Но старый Будур даже взгляда не бросил на дорогую ткань, а сразу пошел на звук. Встревоженная Гелла поспешила следом:
   - Чьи это? - спросил старик почти одного с Геллой роста, заглядывая пронзительным черным взглядом в испуганные голубые глаза.
   - Мои.
   - Сама делала?
   Гелла только кивнула, решив не вдаваться в подробности.
   - Подаришь парочку?? Давно таких хочу, - старик неожиданно расплылся в беззубой улыбке.
   - Я еще не знаю, что они умеют, - запинаясь, проговорила Гелла.
   Шаман расхохотался, потом утер ладонью слюну и сказал:
   - Покажу, так подаришь? Не бойся, плохого не сделаю, а если будешь их магией подкармливать - они тебе икру отложат.
   Деваться было некуда. Старик ловко подхватил одну лягушечку и посадил себе на голову; квакуша сидела смирно, а над вытянутыми ладонями старика неожиданно собрался сизый дымок, и герцогиня увидела степь, табун лошадей и красивую орчанку в длинном платье, увешанную украшениями, встречающую гостя поклоном.
   - Видела? Это я за младшей женой ездил, и так можно любые мысли показать, а еще можно так.
   Шаман ухватил из горшка черно-зеленую лягушку в оранжевую крапинку и, спрятав ее в кулаке, осторожно подул, лягушка на миг стала словно прозрачной, и некоторые ее части замерцали алым цветом.
   - Вот, это лекарям полезно, подышит больной на лягушку, подышит, и все его болячки сразу видны!
   - Спасибо большое, - поклонилась Гелла. - Выбирайте себе, каких хотите.
   - Да этих вот и возьму.
   Шаман сгреб лягушек в широкие ладони и, ласково что-то им шепча, пошел к столу. Жены его, видимо, ко всему привычные, даже аппетита не потеряли, поглядывая, как шаман делится с лягушками кусочками овечьего сыра и поглаживает разноцветные спинки. А воины орки с усмешкой посматривали на герцогиню, видимо, представляли ее во дворце за столом, полном разноцветных лягушек. После ужина смешливая Кира потащила Геллу кормить лягушат тем же овечьим сыром:
   - Только к каждому кусочку немножко магии добавляй и поглаживай, тогда они только у тебя еду брать будут.
   Утром шаман вышел проводить гостей с лягушками в руке и на прощание вручил Сатре причудливый амулет с конским зубом в середине:
   - Это охрана до самой границы, а там уж вампирьи тропы пойдут.
   Сатра, Гелла и Кира благодарно поклонились и тронулись в путь.
  
   Принеся извинения леди Сепфоре, принц оставил голубков ворковать одних, а сам вышел в небольшой разросшийся сад вокруг дома. В его душе царило недоумение - легкие отношения с женщинами при дворе, молодость и вседозволенность привели к тому, что он практически ничего не знал о серьезных отношениях между мужчинами и женщинами. Флирт, развлечение, утеха тела - не более.
   Правда, иногда ко двору приезжали супружеские пары мелких дворян, и среди них находились верные супруги, но о них при дворе рассказывали анекдоты и всячески посмеивались над столь отсталыми отношениями. Конечно, у принца были отец и мать, но он всегда воспринимал их как Короля и Королеву, официальные приемы, подарки, тезоименитства и выражение почтения.
  
  Калабриан не мог представить мать, смеющуюся шуткам отца или кусающей яблоко под грохот лошадиных копыт, а вот Тирос, очевидно, знал об этом больше - он так смотрел на леди Сепфору, словно его взгляд достиг тихого берега после жестокой бури. Незаметно Калабриан дошел до маленького, давно не чищеного пруда и присел на толстое бревно в тени высоких вязов. Машинально вынул из кошеля амулет, подаренный богиней, и увидел маленькую искорку, замерцавшую у края.
  Первое желание побежать, показать искру герцогу, было тщательно подавлено. Нельзя, Тирос там объясняется со своей провинциальной красоткой, нужно дать им немного времени, все равно они планировали задержаться в Сарриане еще на один день. Шумно подышав, Кэл убрал амулет обратно в кошель, и вдруг на нос ему спланировал листок, принц отбросил его и замер: у его ног переливался пурпуром листочек осенней виноградной лозы.
   Позже путешественников ждала еще одна хорошая новость - в город прибыли Амиран и Ивэн. Герцог полагал их встречу на рынке делом случая, а принц увидел в этом похвалу богини. Амиран тотчас поведал молодому господину о поисках и магах, герцог только развел руками - если их будут ловить с помощью магов, мороки не спасут. Пришлось спешно возвращаться в дом, а на рынок отправились гвардейцы охраны в сопровождении леди Суонси и кормилицы.
   Вечером разбирая покупки, принц, переступив презрение к женскому уму, немного рассказал леди Суонси о цели поисков, сообщив лишь малую толику информации: ищут девушку благородного происхождения и весьма обычной внешности. Леди немного поразмышляла, укладывая в плотные мешочки кривые палочки вяленого мяса, а потом сказала:
   - Поиски - дело непростое, господин барон, но девушке гораздо легче изменить внешность или статус; она может нацепить чепец и грубое платье - и вы пройдете мимо. Лучше всего искать женщину, спрашивая у других женщин, например, у торговок на рынке или у банщиц.
   Принц удивленно склонил голову:
   - Миледи, откуда у вас такие познания?
   Не менее удивленный герцог, ласково перебирающий пальцы леди, делая вид, что помогает в сборах, тоже вопросительно заглянул даме в глаза:
   - Все просто, милорд, - леди Суонси осторожно вынула пальцы из рук герцога и спрятала их в складках юбки. - В деревне, примыкавшей к дому моих родителей, несколько лет назад стали пропадать молодые девушки; тогда моя мать обошла всех подруг пропавших, а потом всех старух и нашла того человека, с которым видели каждую девушку хотя бы один раз.
   - И кто это оказался?
   - Местный дурачок, он прятал девушек в подвале и воображал, что они его жены. К счастью, хватились быстро, они все были живы.
   Леди улыбнулась и переменила тему разговора, предложив мужчинам отведать пирог с зайчатиной и грибами. Она очень внимательно отнеслась к Ивэну, видимо, ощутив в нем некоторое сиротство; заштопала ему одежду и предложила подравнять отросшие за время пути волосы. А наставник Амиран был покорен флакончиком мази от болей в мышцах, все же спина порой подводила старого вояку. Калабриан смотрел на это с изумлением - эти люди не были нужны леди Суонси, они не сулили ей выгод, и скорее всего она видела их единственный раз в жизни, но помимо обычного внимания хозяйки дома она одаривала вниманием каждого лично и тем покоряла сердца.
   На следующий день, прежде чем уйти по делам, герцог показал леди Суонси старинный артефакт, который исправно служил многим поколениям герцогов Тримейн. Это был большой серебряный поднос с перламутровой инкрустацией в виде голубей, пьющих прозрачно-жемчужную воду из старинной чаши на высокой ножке. Управляющий складывал на поднос бумаги, требующие резолюции герцога, и через некоторое время они оказывались в серебряном дорожном сундучке, который герцог возил с собой. Подписав бумаги, он вкладывал их в сундук, и почта возвращалась на поднос.
   - Я должен буду и дальше сопровождать моего друга в его поисках, но мне бы хотелось хотя бы изредка получать от вас весточки.
   - Я постараюсь писать вам, милорд, - леди мило покраснела и, смутившись, удалилась на кухню, а Тримейн от нахлынувшего восторга подпрыгнул, звякнув шпорами по каменной плитке пола: она будет писать! Она покраснела! Значит, он не безразличен ей! Принц только головой качал, но молчал.
  Едва отъехали от становища шамана, как Кира озадаченно принялась рассуждать:
   - А чего это старый Будур такой добрый к незваным гостям? Муруз Чибис рассказывал, что неудачно в земли Будура попал - так три дня до самого становища за ним змеюка гонялась в ногу толщиной!!
   - Помолчи, - оборвала ее Сатра, - шаман видит и слышит все, что творится на его землях.
   Девочка притихла, но вскоре нашла себе новую забаву - посадила на ладошку особенно яркую, малиново-зеленую лягушку и принялась напевать ей песенку, примерно через час квакушка 'пела' вместе с Кирой.
   К вечеру местность вокруг начала сильно меняться. Появились кусты, изменились травы, все чаще кто-то шуршал в траве. Орки занервничали, и однажды в слишком шустрого зайца влетело сразу пять стрел. Сатра решила устраиваться на ночлег, не доезжая до границы. Как обычно, встали лагерем, для девушек натянули палатку: на границе степи и леса ветер дул особенно сильно, и часто приволакивал за собой дождевые тучи. Проверяя караулы, орчанка подошла к Гелле и попросила то самое приглашение, выжженное угольком на коже; герцогиня отыскала его в своих вещах и отдала без разговоров, в воздухе висело напряжение. Воительница взяла короткое копье и, прикрепив приглашение, выставила копье за линию караула; неожиданно вскрикнула ночная птица, орки насторожились, но все было тихо, и понемногу все разошлись по спальным местам.
   Утром Гелла выбралась из палатки, услышав лягушачий хор. Кира уже размачивала сыр, а в небольшом отдалении от лагеря стояла группа орков во главе с Сатрой. Покормив разноцветных тварюшек, и почесав дюжину ярких спинок, Гелла подошла послушать, о чем речь идет. Оказалось, что на копье обнаружилась полоса ткани, похоже, отрезанная от чистой рубахи. На ней человеческими буквами было написано разрешение прохода через границу, а также уверение в безопасности пути. И теперь воительница бранила часовых, сама прекрасно понимая, что с ними просто заигрывали. Наконец, устав и заметив любопытные глазки герцогини, она закруглилась:
   - Недосмотрели - значит, недосмотрели, зато теперь мы под охраной.
   - Но как они узнали, что приглашение настоящее? До столицы вампиров еще дня три пути! -удивился молодой воин в простой кожаной броне. Воительница усмехнулась, а несколько воинов постарше засмеялись:
   - На приглашении стоит личная метка советника, достаточно было спросить у него самого.
   - Но как? Особая магия?
   - Ты когда-нибудь видел, как бегает вампир, Вайлар?
   - Нет, я охранял границу с драконами, а потом водил караваны людей.
   - Поверь мне, когда вампир бежит - его не видно, только размытая полоса чуть мелькает, и это в степи! А в своей стране да по хорошей дороге молодой воин обернется за пару часов, и то если долго к советнику не пустят!
   Поворчав немного для приличия, воины разошлись, пора было собираться в путь. Сначала ветер донес легкий звон и запах дыма. А потом показалась застава - небольшой деревянный дом с широкой открытой верандой. На веранде стояли столы и лавки, а на крыльце, небрежно прислонившись к столбу и поигрывая блестящим металлическим шариком на длинной цепочке, стоял молодой светловолосый парень. Над его головой раскачивались небольшие медные колокольчики
   - Вампир, - процедила Сатра. - Похоже, нас ждут.
   Гелла с любопытством уставилась на вампира; на стоянке в бликах костра она не стремилась их рассматривать, а тут парень как парень, изящный, короткие светлые волосы аккуратно пострижены. Рубашка обычная, льняная, и мягкие свободные штаны, заправленные в полусапожки, могли оказаться на любом жителе человеческих земель.
   - Конюшня вон там, - кивнул парень. - Советую поторопиться, дождь начинается.
   Гелла хотела открыть рот и спросить про дождь, но ей на нос шлепнулась крупная теплая капля, рядом щелкнула другая, и вот уже Сатра стаскивает ее с лошади, направляясь к веранде, а следом бежит, визжа от удовольствия Кира. Мужчины молниеносно закинули багаж под крышу, а повозку накрыли кожаным пологом от палатки. Потом вампир крикнул им, что в конюшне есть попоны и скребки, и орки увели лошадей, а девушки, сдувая с лиц влажные прядки, остались на веранде, любуясь стеной дождя. Стукнула внутренняя дверь, потом еще одна, и на веранду вышел плотный высокий мужчина, такой же светловолосый, как встретивший их парень, но в более роскошной одежде. Он вежливо наклонил голову и представился:
   - Силен эр Миат к вашим услугам, сударыни.
   - Леди Гелла, - дочь герцога выполнила безупречный книксен и протянула руку, вампир неожиданно лизнул ямку между большим и указательным пальцем и тут же отпустил. Пока Гелла недоуменно смотрела на кисть, вампир повернулся к Сатре:
   - Сатра илла Зенна.
   Руку орчанки вампир подхватил, словно не ощущая сопротивления воительницы, и так же лизнул.
   - Не пугайтесь, леди, - он слегка улыбнулся, - советник эр Луэст просил меня сопровождать вас и доставить ко двору в целости. Таким способом я только проверил ваше самочувствие.
   Силен наклонил голову и чуть лукаво посмотрел на Киру; девочка, скрывая смущение, сунула кисть ему в лицо, вампир невозмутимо лизнул ее запястье и причмокнул, вгоняя орчанку в краску, а потом гостеприимным жестом указал на приоткрытую внешнюю дверь:
   - Думаю, сударыни, вы не откажетесь перекусить с дороги, а вашим людям Сират отнесет горячее - увы, в конюшне огонь разводить нельзя.
   Гелла хотела было возмутиться предложением хозяина дома - как же, оставить воинов в конюшне? Но увидев домик внутри, поняла, что хозяин был прав: высокие орки в таком количестве в нем просто бы не поместились. Весь первый этаж представлял собой одну комнату, не слишком просторную из-за сундуков, бочонков и еще богиня знает чего. Наверх вела простая лесенка без перил, а под ней располагались полки с запасами еды. В доме было тепло и вкусно пахло горячим мясом и травами; пока молодой вампир втаскивал в дом сумки, девушки тихонько стояли, разглядывая странную обстановку. Сатра видела уже заставу вампиров на границе с человеческим королевством, но там все было солидно - большое каменное здание, множество людей, вампиров и магов. А для Геллы это было в новинку, и она осторожно осматривалась, стараясь выделить отличия дома от человеческих изб. Печь здесь была огромная - видимо, на ней спали; красивый деревянный стол без скатерти, но натерт воском до блеска; несколько стульев, украшенных резьбой, и угол, отделенный занавеской, в общем ничем не отличались от любого большого дома человеческой деревне. Тем временем влажная одежда прилипла к коже, и Гелла отчетливо ощутила дрожь, пробежавшую по ней сверху до низу
   Советник двора Его Величества короля вампиров Силен эр Миат внимательно рассматривал вошедших в дом девушек. Еще утром Старший советник Валер эр Луэст обратился к нему с просьбой: встретить и сопроводить ко двору его кровных родственниц.
   - Хорошо, господин Луэст, где их необходимо встретить?
   - На заставе - той, что стоит на границе с орками. Насколько я помню, там служит ваш младший сын?
   - Это так.
   - Отлично, думаю, никто не удивится, если вы его навестите. Мне бы не хотелось, чтобы их визит стал сенсацией, - эр Миат удивленно приподнял бровь и получил ошеломляющий ответ:
   - Одна из девушек - орчанка, вторая - человек, обе они принадлежат к знатнейшим родам своих народов.
   Справившись с изумлением, эр Миат принял поручение и спешно отбыл к границе и вот теперь осматривал предмет своих забот на следующие три дня. Орчанок оказалось две: младшая, судя по всему, приходилась старшей сестрой и была вполне довольна жизнью. Здоровье в порядке, но можно подкормить хорошим мясом: девочка еще растет. Вторая - высокая, сдержанная, с оружием и прической воина - если бы не выдающиеся способности к магии крови, ни за что бы не догадался, что она на грани нервного срыва, гудит как перетянутая тетива - непременно успокаивающий чай и пища, полезная для сердца. И наконец, человеческая девушка: устала, но не подает вида, а между тем она явно ела меньше, чем ей было необходимо, - вероятно, еда была непривычной - и теперь замерзла гораздо быстрее подруг, да она и растет еще, вон какая тоненькая, даже щеки ввалились, что для девушек ее возраста не характерно.
   От размышлений вампира отвлек стук зубов герцогини:
   - Леди, я сейчас накрою на стол, а вы пока можете переодеться на верху, там четыре спальни, те, что слева, - свободны.
   Выбрав себе по сумке, девушки ушли наверх, а Силен продолжил свои размышления, захлопотав у стола. Хлопнула дверь, вошел Сират и доложил:
   - Попон хватило всем, еду и взвар приняли с благодарностью, как девушки?
   - Нужно немножко подкормить, и завари-ка вот этот сбор с медом и покрепче.
   - Кто-то болен? - спросил молодой вампир, чуть шевельнув ноздрями над пакетиком с травами.
   - Пока нет, но я не хочу, чтобы девушка заболела.
   - Угу, готово!
   - Надеюсь, остыть не успеет.
   Девушки вскоре спустились, Сатра просто сменила рубаху и штаны и расчесала влажные волосы. Кира натянула прелестную тунику до пят с вышивкой вдоль округлого выреза, но косы переплетать не стала, торопясь к столу. Гелла решила, что должна хоть немного соответствовать человеческой моде, а потому волосы собрала в низкий пучок, а к тунике, подаренной орками, добавила юбку, сделанную из огромного платка. Второй платок, поменьше, девушка накинула на плечи: мокрая одежда вызвала холодную дрожь во всем теле, и ее все еще немного трясло. При виде дам мужчины встали и, поклонившись, отодвинули для них тяжеловесные стулья с высокими спинками. Гелла села первой - ей подал руку старший вампир, затем плюхнулась на стул Кира, сверкая глазами на изобилие блюд; последней молча и сдержанно села Сатра. После нескольких приветственных фраз и дежурных комплиментов, которые заставляли Киру краснеть, Силен начал усиленно потчевать своих гостей: Кира получила огромный кусок восхитительно прожаренного мяса почти без специй, но с овощами. Сатра - фасоль, запеченную с сыром и куриную грудку в нежном соусе, а Гелла - сильно перченый суп с кусочками курицы и спаржи. Напитки для каждой девушки также были поданы индивидуально - Кира получила отвар шиповника с патокой, Гелла его же, но с малиновым вареньем и мятой, а вот чай Сатры, хотя и благоухал медом, кое-что своим ароматом герцогине напомнил. Передавая небольшой чайник названой сестре, она принюхалась и взглянула на гостеприимного хозяина:
   - Не удивляйтесь, леди, моя задача помочь вам добраться здоровыми, поэтому каждая из вас получает сейчас то, что ей необходимо.
   Слов возражения у Геллы не нашлось, она с наслаждением впилась зубами в кусок мягкого, белого печеного хлеба, и суп с привычным вкусом домашней птицы, и чай тоже были кстати: в горле немного першило. Кира, не глядя на соседей, утонула в своей тарелке, с аппетитом разделывая мясо, а Сатра уже несколько дней после разговора у палатки раненых ходила настолько сдержанная и правильная, что Гелла и сама бы с удовольствием подлила ей в чай 'кошачьей мяты'.
   Когда гостьи утолили первый голод, за столом возобновилась беседа:
   - Дождь, очевидно, затянется на всю ночь, лучше будет выехать завтра, прямо от заставы ведет хорошая дорога в столицу. Ваши воины будут сопровождать вас до дворца??
   - Нет, - покачала головой Сатра. - Мать велела им возвращаться, но если вы не против, сестра останется со мной.
   - Конечно; думаю, девушке ее лет будет полезно повидать другую страну, - Силен вновь доброжелательно улыбнулся, откинувшись на подлокотник стула с бокалом вина в руке.
   - Много ли у вас вещей, сударыни?? - поинтересовался молодой вампир, беря в руки чашку с горячим напитком из трав и ягод.
   - В повозке лежат подарки Его Величеству и некоторые наши вещи, но, в общем, все можно перегрузить на лошадей, если дорога окажется узкой, - ответила Сатра.
   - Дорога широкая, но повозка увеличит время пути.
   - Думаю, что дамам будет спокойнее, если вещи останутся в повозке, Сират, - вмешался в беседу Силен.
   - Как скажете, отец, - блондин встал, оставив почти полную кружку. - Скажу стражам, что вы едете с утра и с повозкой, - и вышел в дождь.
   - А кто такие стражи? - спросила Кира, ковыряя ложечкой воздушный яблочный пирог.
   - Стражи - это воины, несущие службу на границе, - объяснил Силен, подкладывая ягоды в сливках дремлющей над кружкой чая Сатре; если Геллу не обманывало зрение, среди поздней малины и черники блестели плоды сонника - маленького кустика, ягоды которого охотно использовали лекари как легкое успокоительное.
   - Если вы очень устали, леди, можете лечь спать, а если нет - предлагаю убрать со стола и поиграть в карты.
   - С удовольствием, - ответила Гелла.
   Привычная и вкусная пища помогла ей согреться, а чай с пирогом придал сил, и спать пока не хотелось.
   Сират, как младший, быстро убрал посуду на маленький столик в углу, оставив лишь чайнички с чаем и сладости, а Силен вынул из шкафчика роскошную колоду карт с малиновой рубашкой, украшенной серебристой вязью. Сатра с сонным удивлением посматривала на картинки, Кира - с любопытством, а Гелла - с воодушевлением. Как она раньше скучала на длинных приемах, где гостям предлагали развлечься карточными играми! А теперь наблюдала за длинными аристократическими пальцами вампира едва ли не с затаенной нежностью. Силен перехватил ее взгляд, и карты в его ладонях буквально запорхали.
   Первый кон сыграли 'в открытую', чтобы смысл игры был понятен орчанкам. Потом начали играть обычно, изредка отвлекаясь на ошибки орчанок, чашки с чаем и сладости. Сатра непрерывно зевала и вскоре, извинившись, ушла наверх. Кире быстро наскучила игра, в которой ее выбивали первой, а поскольку Сират вылетал следующим, ему тоже было не весело. И вскоре Кира, испросив у Сирата разрешения, отправилась мыть посуду, а парень стал протирать чистые тарелки. За столом остались Силен и герцогиня, и тут развернулась настоящая борьба. Классическим карточным играм, принятым у знати, Геллу учила бабушка, вдовствующая герцогиня; по ее мнению, светская дама должна уметь просчитывать свои действия на два-три хода вперед, и карты - лучший способ этому научиться. А вот брат, окончивший военное училище, научил мелкому шалопайству, приемчикам профессиональных игроков и шулеров. И потому Гелла мысленно потирала свои изящные ладошки, предвкушая разгром противника, а Силен чуть насмешливо щурил светлые глаза и небрежными движениями сдавал карты.
   Покончив с посудой, Кира и Сират уселись на лежанку у печки и, запасшись орешками в меду, наблюдали за развитием событий. Круглая висячая люстра с полудюжиной толстых свечей выхватывала из полумрака круг света, в котором виднелись только руки и лица:
   - Пятерка треф!
   - Беру.
   - Виконт в придачу!
   - Хм, а так виконт, виконт и виконт!!
   Силен был придворным, но не светским повесой, а потому в карты играть умел, но делал это не слишком часто. А Гелла еще не забыла теорию и со всем пылом юности желала победить. Когда количество партий, выигранных соперниками, сравнялось, Силен предложил последнюю партию превратить в 'Игру судьбы'. Гелла на миг оторвалась от попыток вспомнить все условия и ограничения такой партии и вдруг услышала легкий смешок, огляделась и поняла, что за окнами глухая ночь, на лежанке спит Кира, уложив черноволосую головку на колени блондину, и он в свою очередь дремлет, прислонившись к теплой печи. И эта ночь и все еще шуршащий по крыше дождь, а может быть, появившиеся в голове мысли о дальнейшей дороге убедили герцогиню согласиться. Каждый игрок взял кусочек бумаги и написал то, что хотел бы получить в случае выигрыша, потом вампир вынул из шкафчика новую колоду и протянул ее герцогине - проверить. У этих карт рубашка была другой - на ярко-синем фоне золотом сияло луноликое солнце, а вокруг россыпь звезд, складывалась в созвездие 'Меч и кувшин'. Положив листочки с желаемым выигрышем на край стола, игроки на ощупь взяли по одной карте, а потом, глядя друг другу в глаза, открыли. У советника оказался 'виконт', у Геллы - 'Император'. Встав из-за стола, Силен эр Миат поклонился и развернул листочек с выигрышем герцогини, там было только одно слово: 'сопровождение'. Поклонившись еще раз, вампир помог герцогине подняться со стула и проводил ее до лестницы, а потом вышел в дождливую ночь. Едва за отцом закрылась дверь, Сират бережно переложил голову девочки на подушку и метнулся к столу, поднял с пола листочек, отброшенный Силеном, прочел, улыбнулся, потом развернул второй листок и зашипел, там тоже было одно слово: 'брак'.
  Принц и герцог выезжали из города на рассвете. Ворота, ведущие к границе, едва только растворились, и перед ними переминались около дюжины пешеходов и два десятка всадников. Амиран, хмуро смотревший вперед, вдруг развернулся к принцу и прошептал:
   - Ваше Высочество, взгляните на стражу!
   Принц, поправлявший некстати сбившийся плащ, взглянул на трех коренастых мужчин, взимавших пошлины, и осторожно привлек внимание герцога: рядом со стражей переминался с ноги на ногу тощий тип в ученической мантии. Вышитый на мантии знак относил его будто бы к школе стряпчих, как и перо, заткнутое за ухо, и свиток для записей, но малозаметный жест, которым он встречал каждого путешественника, говорил скорее о магической школе. Мысли принца лихорадочно метнулись - выезжать из толпы нельзя, но маг может увидеть даже не сквозь мороки, а просто сам факт наличия магической пелены, как быть? Подъехавший ближе Тирос пожал плечами и шепнул только одно слово:
   - Портал.
   Что ж, вариантов нет; сбившись в плотную кучку, путешественники прикрыли собой принца, творящего волшбу, и успели заметить, как вскинулся маг, осмотрелся и раскрыл рот, привлекая внимание стражников криком, попутно пытаясь перебить открытие портала. Юнец оказался силен - ощутив горячую волну чужой воли, принц с усилием дернул рамку портала, накрывая ею спутников, миг темноты, а потом сильная тошнота и судороги, дергающие тело, словно неумелый кукольник своих подопечных. Вокруг что-то булькало и плескалось, резкий запах тухлых яиц и гниения ударял в ноздри, изредка сменяясь запахами леса. Солнце било в глаза, заставляя их слезиться, и Калабриан прикрыл лицо руками, пытаясь скорее прийти в себя и рассмотреть окружающую обстановку. Наконец, рези и судороги утихли, и принц смог оглядеться - волны седого и изумрудного мха, торчащие осклизлые остовы деревьев и пучки осоки не оставляли сомнений: сбой телепорта перенес его в болото! К счастью, лето было довольно сухим, и потому край болота, куда угодил принц, слегка обмелел. Всего в ста пятидесяти метрах от него обломки тоненьких березок переходили в обычный подлесок, а потом в густой смешанный лес, но эти сто пятьдесят метров нужно было пройти! А тем временем одежда вымокла по пояс, да не в чистой водичке, а в вонючей жиже, над головой надсадно звенели комары, а острые стебли рогоза и сухие ветки грозили расцарапать лицо и руки.
  
  Вздохнув, принц снял ножны с мечом и, улегшись на них грудью, осторожно пополз по пышной мшистой поверхности - идти он просто не решился. Однажды наставник поделился с ним воспоминаниями о путешествии через старое торфяное болото, и теперь Калабриан страстно молил богиню о помощи, осторожно огибая подозрительно ровные места с изумрудной травой и тонкими зелеными веточками. Вскоре Кэл позабыл о запахе и гудящих насекомых - ладонь вперед, поискать опору, передвинуть ножны, и осторожно подтянуть тело. И снова движение, рука провалилась до плеча, пробив тонкий слой мха - назад, обойти! Голова мотнулась от усталости, и лицо украсили разводы грязи - не беда, еще немного!
   Неподалеку раздалось ржание лошади, и принц порадовался: кажется, их разбросало не слишком сильно, есть шанс быстро отыскать всех; еще усилие - и он выползает на твердую землю. Стоит полежать, хватая ртом воздух, и идти искать коня, или Тироса, или оруженосца; мысли уплыли в сторону, и последним, что мелькнуло перед глазами принца, было удивленное девичье личико в ореоле солнечного света.
  
   Король, сжав кулак, легонько постукивал им по колену, выслушивая доклад лебезящего придворного в лиловом камзоле, его раздражали длинные завитые волосы, ярко рыжие от хны, то и дело подметающие гладкие мраморные полы малой приемной залы., но Его Величество мужественно терпел: этот человек был нужен и важен для Короны.
  Выслушав все и просмотрев бумаги, король кивком головы отпустил баронета и устало откинулся на неудобную спинку кресла. За драпировкой, окружающей тронное возвышение, отворилась небольшая дверца, и в зал вошла королева - чуть утомленная, в длинном халате поверх ночной рубашки, но волосы еще были уложены в высокую прическу, а на руках поблескивали перстни. Король привстал и ласково коснулся поцелуем руки супруги:
   - Ты все слышала, дорогая?
   - Да, дорогой; значит, все-таки кузен?
   - Очевидно, - король поднялся и прошелся по залу, глянул в окно, скрытое богатой драпировкой. - Чего ему не хватало?? Его отец - второй человек в королевстве; приложив усилия, он мог со временем наследовать его должность и уж несомненно получил бы его титул и состояние.
   - Дорогой, ты сам знаешь, что эти вопросы всегда риторические, не рви душу. Ты делаешь все возможное, и, в конце концов, наш мальчик уже вырос.
   - Странно слышать это от тебя, - король вновь подошел к королеве и ласково взял ее за руку. Женщина чуть слышно вздохнула:
   - Возможно, мы слишком опекали его, и ему полезно будет увидеть свою страну не из окон кареты. Кроме того, сын твоего брата зашел слишком далеко - интриги в гвардии и махинации с купеческими гильдиями я еще могу понять, но яд в утреннем кофе отца - это слишком. Диран спасся чудом!
   - Знаешь, самое непонятное в этой истории - это снятая у Кирана блокировка.
   - Ты хочешь сказать, что он может ставить порталы?
   - Мог, магистр Валиэт уже вернул все на место, но ты же знаешь, чем это опасно?
   - Есть подозрения, что портал в комнате леди Геллы - дело его рук? - королева тоже поднялась с кресла и несколько раз в волнении прошлась по ковру.
   - Нет, дорогая, магистр утверждает, что следы принадлежали не человеку, вернее не совсем человеку, но все же блок был снят!
   Королева взглянула на супруга, отмечая углубившиеся на лице морщины и, решительно тряхнув головой, отогнала прочь подозрения и сменила тему:
   - А этот баронет большой хитрец! Одни кудри чего стоят!
   Король хмыкнул, принимая игру и стряхивая напряжение:
   - Это верно, половина твоих фрейлин строит ему глазки.
   - А другая половина уже побывала в его постели, ай-яй-яй! Ваше Величество, ваши тайные агенты разрушают репутацию моих дам.
   - Что вы, Ваше Величество, - в тон ей ответствовал король, - это ваши дамы рушат моральный облик моих агентов, да еще и кормят их сладостями!
   Смеясь, королевская чета покинула малый зал через ту же скрытую дверцу, а еще через час в зале захлопотали горничные и лакеи: требовалось загасить свечи и лампы. Вымести пол, стереть копоть и пыль с безделушек и люстр, расставить столы и кресла, а уходя - проветрить малый зал, готовясь к завтрашнему заседанию совета.
   Амирану не повезло - пытаясь удержать оруженосца ближе к себе, он потерял стремя и, вылетев из седла, приложился боком о старую сосну. К его счастью, дерево было достаточно высоким, и сухие сучья лишь сорвали берет и зацепили рукава камзола. Но ребра треснули, и дышать было трудно. Когда в глазах перестали плясать алые точки, старый гвардеец огляделся - вокруг был лес, чуть в стороне ржали и бились две испуганные лошади. Одна при переносе упала, зацепившись поводьями за куст, вторая стояла рядом - поводья свисали свободно, но задняя нога застряла в чьей-то норе. Чуть ближе к гвардейцу лежал Ивэн - лежал совершенно неподвижно. Осторожно вздохнув, гвардеец пополз к мальчишке - жив, шишка на лбу, струйка крови из носа, и бледен как полотно, но грудь вздымается еле слышным дыханием. Слава богине! Амиран ощутил в груди изрядное облегчение, все же случись что с мальчишкой - он чувствовал бы себя виноватым. Нужно добраться до лошадей; если цела хотя бы одна - есть шанс выбраться из этой передряги быстрее.
   Тиросу повезло больше всех - он телепортировался верхом, и конь просто съехал вниз по песчаному склону, приседая на задние ноги. Внизу оказалась сильно обмелевшая и заиленная речушка, а на противоположном берегу шумел кронами лес. Бросив поисковое заклинание, Тирос обнаружил среди деревьев четыре крупных живых объекта и направил коня вброд. Через несколько минут он увидел старого гвардейца, Амиран пытался наложить тугую повязку на ребра и тревожно поглядывал на неподвижного мальчишку. Обезболив на ходу ноющие ребра и глянув на выразительный синяк Ивэна, Тирос поспешил к лошадям. Распутать поводья было делом недолгим, а вот вторая лошадь ухитрилась потянуть ногу, и возни с ней было больше. К счастью, наставник принца уже закончил бинтовать грудину и пришел герцогу на помощь - ногу лошади вынули из ямы, наложили мазь и повязку. На все ушло минут сорок, и все это время оруженосец лежал неподвижно. Заметив все более обеспокоенные взгляды гвардейца, герцог поспешил его утешить:
   - Я просто усыпил его, чтобы не страдал от боли, несколько дней парнишку лучше не двигать с места.
   Все время, пока разгружали лошадей и устраивали временный лагерь, Тирос бросал короткие поисковые импульсы, но все было напрасно, принца нигде не было.
  
   Калабриан открыл глаза, со всхлипом втянув воздух. Под руками оказалось что-то мягкое, тело нежилось в льняных простынях, а вокруг свежо пахли сосновые бревна деревенского домика. Немного подвигавшись, принц убедился, что тело слушается, но на нем нет ни единой нитки, кроме одеяла, нет оружия и амулетов. Дверь скрипнула, и в комнату вошла девушка - тоненькая, изящная; длинная белая рубашка скрывала тело до самых пят, а русая коса лежала на плече, словно пушистая кошка:
   - Проснулся, добрый молодец?? Как же ты в болото забрел? Жижи наглотался, в топи искупался, еле вытащила тебя.
   - Кхм, а ты кто, красавица?
   - Живу я тут, - непонятно ответила девушка и поднесла лежащему кружку с теплым питьем. - Пей, пей, добрый молодец, хворь болотную изгонять надо.
   Принц послушно приник к напитку и вскоре опустился на постель, обмякая.
   Навка, вздохнув, сняла морок - вместо тоненькой девушки около принца стояла тощая старуха в рваных лохмотьях, домик стал шалашом с дерновой крышей, а постель - ворохом листьев, укрытых дерюгой. Облизнувшись, навь припала к высунувшейся из-под облезлой волчьей шкуры смуглой мужской руке и потянула жизненную силу, принц что-то бормотнул, но не проснулся: зелье навь сварила крепкое. Вскоре щеки старухи налились румянцем, она помолодела на несколько лет и захлопотала у маленького очага - стоило сварить случайному гостю похлебку посытнее, так его хватит на долгое время.
  
   Утром Гелла боялась выйти из спальни - оделась, причесалась и села к узкому, как бойница, окошку. Дождь кончился совсем недавно - трава еще блестела каплями, солнце уже пробивалось сквозь ветки широкими лучами, а снизу доносились голоса и аппетитные запахи, в животе уже бурчало. Вот скрипнула лестница, и в дверь постучали:
   - Леди Гелла, вы уже встали?
   - Да, лерд Сират.
   Дверь приоткрылась, пропуская стройного блондина в коричневом кожаном камзоле:
   - Леди Сатра уже встала и отправилась проводить своих соплеменников, а мой отец просит вас спуститься к завтраку.
   - Я готова, а Кира?
   - Юная леди на рассвете отправилась в лес в надежде поймать Стража, - плечи парня чуть тряслись от сдерживаемого смеха. Гелла подняла на него вопросительный взгляд. - Не волнуйтесь, миледи, я попросил Стражей доставить леди Киру к завтраку.
   Герцогиня представила себе голенастую, как жеребенок, орчанку, крадущуюся по лесу в сопровождении тройки Стражей, и невольно прыснула:
   - Что ж, лерд, вы меня успокоили; думаю, дамы к нам скоро присоединятся.
   Спустившись вниз, Гелла сразу же увидела Силена, как ни в чем ни бывало раскладывающего по тарелкам восхитительно благоухающую оленину.
   - Доброе утро, миледи, вы вовремя, мясо уже готово!
   Сират уже отодвигал для нее стул, а Силен ставил полную тарелку мяса и овощей. Утренним напитком стал бодрящий чай из трав, сдобренный медом, и Гелла, забыв о смущении, взялась за приборы, но тут хлопнула входная дверь. Вошла сердитая Сатра, и вампиры захлопотали над ней с не меньшей заботой - Силен подал лепешки с начинкой из овечьего сыра и трав, Сират налил успокаивающий настой с сушеными ягодами сонника и тут же подал мясо, запеченное в листьях шалфея. Хмурая орчанка успела отпить чаю, как дверь снова стукнула, пропуская лучащуюся восторгом Киру; за собой девочка тащила нечто, и это нечто почти не сопротивлялось, только бубнило себе под нос что-то маловразумительное.
   - Кира!! Что это? - изумленная Сатра позабыла все церемонии.
   - Это Страж!! Я его поймала!!
   Сират хмыкнул и, промокнув губы салфеткой, широким жестом привлек внимание юной орчанки к столу:
   - Леди Кира, не хотите подкрепиться перед дорогой?
   Девочка немного растерялась:
   - А как же Страж??
   - Хм, думаю, мы можем пригласить доблестного воина к столу, - сказал Силен, тщательно удерживая на лице маску спокойствия. - Не так ли, сын?
   - Как скажете, отец. Аран эр Соудон, вы можете присоединиться к нашей трапезе!
   Страж выполнил свободной рукой некий жест и добавил:
   - Благодарю, командир. Задание можно считать выполненным?
   Сират кивнул, и Страж тотчас скинул с себя тонкую упругую сетку с вплетенными в нее тряпочками и веточками и, аккуратно свернув, отнес к двери. Кира смотрела во все глаза, забыв о кусках мяса и пироге, лежащих на тарелке.
   - Но как же так?
   Сират улыбнулся в ответ:
   - Стражи - это вампиры, охраняющие границу.
   Кира фыркнула, как обиженная кошка, и уткнулась в тарелку. Страж присел на стул рядом с ней и, получив свою порцию оленины, принялся есть, изредка поглядывая на Киру, а Гелла и Сират поглядывали на них и улыбались в тарелки.
   После завтрака мужчины пошли за лошадьми, а девушки вернулись в комнаты - надеть головные уборы и забрать сумки с одеждой. Оказалось, что блондин за ночь изменил свои планы и, оставив вместо себя того самого Стража, 'изловленного' Кирой, отправляется в путь вместе с отцом.
  
   Очнувшись вновь, Калабриан обратил внимание на головокружение и слабость, девушке пришлось помочь ему выбраться из домика, чтобы умыться у небольшого лесного ручья и справить нужды. Одежда еще сохла на ветерке, и принц зябко кутался в одеяло, прихваченное с кровати. В тесный домик возвращаться не хотелось, и лесная красавица принесла ему миску с супом на полянку. Густой горячий бульон с кореньями и кусочками мяса придал Калабриану достаточно сил, чтобы он смог самостоятельно встать и дойти до веревки, протянутой между кустами - камзол, все еще влажный и холодный, не вызывал желания надеть его, а вот рубаха и нижние штаны вполне подсохли. Попросив девушку отвернуться, он с облегчением оделся и вновь закутался в одеяло: его все еще знобило и шатало. Так что, погревшись немного на ускользающем за лес солнышке, принц вернулся в постель и, выпив отвар, провалился в глубокий, без сновидений сон.
   Тирос волновался, ночью он практически не спал - обходил дозором их небольшую стоянку, попутно отправляя по кругу поисковые импульсы. К рассвету он сдался и в бледном свете поднимающегося солнца написал обо всем леди Сепфоре. Очевидно, что леди тоже мучила бессонница, потому что ответ пришел буквально через час. На небольшом листе плотной бумаги леди безо всяких околичностей советовала герцогу искать не принца, а его амулеты: 'Я видела, что ваш друг носит, по крайней мере, один сильный амулет, и если он без сознания или болен, простым поиском его найти сложно. В том случае, если ваши амулеты не связаны, попробуйте просто засечь магическую активность. С волнением и уважением, леди Суонси'.
   Герцог, воспряв духом, с трудом заставил себя дожевать завтрак и, объяснив все гвардейцу, прочел заклинание. Рыжеватыми волнами импульс разбежался по кругу и затих, лишь у реки мелькнули особенно яркие искры.
   - Нужно идти к реке, раз искры погасли над водой - значит, активность выше по течению.
   - Мальчишку еще нельзя двигать, да и от меня толку мало. Идите один, Ваша Светлость, но если что - возвращайтесь за подмогой. А я пока вершу сплету, хоть ушицей побалуемся.
   На том и порешили - оставив все, кроме фляги с водой и оружия, герцог отправился вверх по реке, повторяя поисковые импульсы, пока хватало сил. К полудню он обнаружил заиленное старое русло, постепенно переходящее в болото, оттуда сигнал шел сильнее, но у герцога уже едва хватало сил на обратный путь. К тому времени, как он вернулся к стоянке, его шатало от усталости, солнце склонилось к закату, над костром висел котелок, аппетитно побулькивающий рыбным супом, а оруженосец, помаргивая заплывшими синевой глазами, уже сидел на тонкой подстилке из сосновых лап и плаща. Обсудив все, решили ночевать здесь, а на рассвете верхом добираться до болотца и там уже искать принца до победного конца.
   - Кабы только Их Высочество сам к тракту не отправился, мы-то ему только обуза.
   - Не думаю; если бы он двигался - излучение тоже бы двигалось, - герцог вздохнул и помешал веточкой угли в костре. - Если бы принц погиб - в столице бы уже знали; скорее всего, он ранен или не может двигаться, потеряв коня, или свалился в яму; в общем, будем искать.
   Первые часы пути Гелла невольно продремала в седле - пейзаж был обычным, а плотный завтрак навевал сон, из повозки изредка доносилось такое же сонное кваканье сытых лягушек. Силен, слегка ошарашенный необычным террариумом, предложил кормить их не сыром, а куриной печенью, и объевшиеся квакушки мирно уснули в своем горшке.
   Около полудня первая остановка - девушки, собравшись вместе, отправились в сторону от ручья, в котором вампиры пополняли запасы воды, денек после дождя неожиданно разгулялся, и в плотной кожаной одежде становилось жарковато. Размяв ноги и умывшись, Кира вместе с Сиратом забралась в колючие заросли ежевики; Сатра, все еще пребывая настороже и не желая показывать беспокойство, уселась точить свой меч, а Гелла отошла чуть выше по течению и присела на обрубок бревна, рассматривая стайку бабочек, порхающих над цветущими ветвями каких-то кустов. Со спины к ней приблизился Силен:
   - Миледи, вчера вы выиграли 'Игру судьбы', и я всем сердцем принял вашу победу, с судьбой спорить невозможно, - вампир улыбнулся странной горькой улыбкой, и у герцогини что-то сжалось в груди. - Но сегодня я обращаюсь к вам с просьбой.
   Гелла опустила голову ниже, ощущая непонятную вину, и кивнула, показывая готовность слушать.
   - Я обещал королевскому советнику Валеру эр Луэсту сопроводить вас ко Двору, но знаю, что ваше путешествие продолжится и за пределами наших земель. А я по веской причине не смогу вас сопровождать, - последние слова вампир выдавил таким тоном, что Гелла подняла голову и всмотрелась в широкоскулое лицо советника Двора. - Не удивляйтесь, иногда мы знаем больше, чем другие, но не всегда это знание приносит нам радость. Так вот, я прошу вас принять замену - вас будет сопровождать мой сын, он отличный воин и разумный вампир, его присутствие не будет вам в тягость, в отличие от моего.
   - Я принимаю вашу замену, лерд Силен, - Гелла склонила голову и постаралась улыбнуться. От стоянки донесся звонкий голосок Киры:
   - Гелла! Ты где? Мы ягод набрали!
   - Иду! - отозвалась герцогиня и поднялась, расправляя юбки. Силен подхватил тонкую руку и, коснувшись губами кончиков пальцев, бесшумно скрылся в зарослях.
   Лучащаяся довольством Кира сидела у старого кострища с полной корзинкой синих ягод и щедро раздавала их окружающим. И она, и Сират щеголяли синими ладошками и языками:
   - Леди Гелла, угощайтесь! - церемонно склонила голову орчанка и тут же засмеялась: - Мы и лягушкам ягод насыпали, Сират сказал, что им полезно.
   Гелла невольно заулыбалась, представив лягушек, перемазанных ежевичным соком, и в очередной раз поблагодарила богиню за встречу с орками. Через полчаса вновь тронулись в путь, лес сменили луга, и то тут, то там начали появляться следы разумной деятельности: стога сена, пасущиеся вдалеке стада, а потом и разноцветные домики с нежно-зелеными и коричневыми крышами.
   - Почему такие интересные крыши?
   - Они крыты дерном поверх сланцевых пластин или досок, зеленые - старые, плотные, а коричневые - свежие, иногда хозяева просто подсыпают землю, чтобы утепляющий слой был толще, - пояснил державшийся рядом Сират.
   К вечеру дорога немного сузилась - с одной стороны ее подпирал высокий каменистый холм, а с другой - широкий ручей, изрядно заросший тальником.
   - Этот ручей разливается каждую весну так, что подмывает холм. И тогда нам приходится его объезжать, но это крюк почти в пять миль, - пояснил Сатре один из Стражей на ее недоумение. Узость дороги заставила маленький караван вытянуться цепочкой и внимательно смотреть под ноги лошадям. Вдруг раздался пронзительный свист, и на отряд обрушились стрелы. В первую же минуту Гелла растерялась и замерла на месте, глядя, как один из стражей вскинул маленький ручной щит.
   'Какой маленький', - думала Гелла, разворачиваясь в седле и пришпоривая лошадь.
   Но края миниатюрного щита, напоминавшего скорее символ, а не боевую защиту, вспыхнули и раскрылись подобно зонту; стрелы, коснувшись полупрозрачной пленки, сгорали, но герцогиня уже догнала подруг. Стражи сгрудились вокруг девушек, закрывая их щитами и держа наготове мечи. Силен, Сират и несколько охранников, спешившись, врассыпную кинулись к кустам, но опоздали: нападавшие стреляли с узких легких лодок и теперь стремительно скатывались вниз по течению ручья.
   - Вампиры! - Сират сплюнул горькую слюну, и камень, на который она попала, зашипел.
   - Спокойно, сын, - Силен, убрал в ножны бесполезный меч. - Нужно убедиться, что девушки не пострадали. Валер эр Луэст был прав, кто-то очень не хочет появления его сестер при Дворе.
   - Отец, может быть, стоит изменить маршрут??
   - Не уверен, скоро большое поселение, остановимся там на ночь и решим, как быть.
   - Хорошо.
   Вернувшись к каравану, вампиры подсчитали потери - несколько разбитых кувшинов с припасами, две серьезно раненые лошади и один помятый Кирой Страж. С перепугу орчанка принялась отмахиваться от защиты тем, что подвернулось под руку, а подвернулась полупустая корзинка с ягодами, и теперь храбрый воин щеголял ежевичными пятнами по всей доступной взгляду поверхности.
  
   Навь хорошо подкормилась и решила сходить на охоту - сил уже хватало не только на зайцев и ворон. Убедившись, что шалаш прикрыт мороком от посторонних глаз, а принц спит как младенец, она большими прыжками направилась в лес - если и проснется, далеко не уйдет, а свежей крови хотелось все больше.
   Принц очнулся неожиданно, словно вынырнул из глубокого омута. В голове непрестанно зудел комариным писком сигнал вызова, но ответить не получалось. Он шевельнулся, борясь со слабостью, и огляделся - взгляд выхватил потемневшие жерди шалаша, лысую волчью шкуру и земляной пол. В углу лежали его вещи, небрежно накрытые корзиной, амулет ментальной связи горел огоньком, словно раскаленный. Борясь с тошнотой, слабостью и головокружением, принц сполз на пол и буквально усилием воли добрался до кучки амулетов и оружия - увы, амулет погас. Натянув все ремни и кошели поверх белья, он еще раз огляделся и, шатаясь от слабости, направился к выходу. За грубой дерюгой, прикрывающей вход, клубился туман; Калабриан сделал неуверенный шаг, и вдруг его полосы сгустились, и сквозь них проступила оскаленная морда с капающей слюной и горящими безумием глазами. Закричав, принц рубанул мечом - он вспомнил эту пасть, бешеная собака набросилась на него в дворцовом саду, когда ему было около трех лет. Нянька упала в обморок, и он остался с чудовищем один на один. Никто не узнал, как принцу удалось спастись, но теперь он с тем же ужасом наблюдал, как его меч прошел сквозь туманную тварь, не причинив ей вреда. А из-за плеча высунулся короткий клинок и, вонзившись в распахнутую пасть пса, проткнул небо, задев мозг.
   - Привет, малыш, испугался? - молодой парень в гвардейской форме склонился над упавшим от неожиданности принцем и протянул руку, помогая встать.
   - А ... Амиран?
   Улыбнувшись, парень растаял в клубах тумана. Тряхнув головой, принц решительно сделал шаг вперед, и навстречу ему выскочила девчушка в длинном фартуке и чепце; ее невыразительное личико, усыпанное веснушками вдруг скривилось, а откуда-то сверху опрокинулся кувшин с водой. Ее принц вспомнил с трудом, но перекосившееся личико девочки вдруг задергалось, словно она пыталась его расправить, а у нее не получалось. А потом под ошарашенным взглядом принца девочка начала взрослеть, а слезы все текли и текли по перекошенному личику, и вот перед ним стояла уже взрослая девушка, вполне миловидная, если бы не загнанное выражение глаз и перекошенный, словно в вечной ухмылке, рот.
   - Прости, - выдавил принц, и девушка растаяла, в последний раз взглянув на него затравленным взглядом.
   Делая следующий шаг, принц зажмурился, но это не помогло, до него донесся шум борьбы и детские голоса:
   - Как ты смеешь мне сопротивляться? Я принц! - потом глухой удар, стон и вновь повелительный голос: - Проси прощения, или твоего отца сегодня же выгонят из дворца!
   Мучительная краска стыда залила бледные щеки Калабриана, он вспомнил этого мальчишку - единственный и любимый сын камердинера, приставленного к юному наследнику. Парнишка оказался сильным и ловким и частенько скручивал принца в бараний рог, не имея почтения к его статусу. В тот раз он, кланяясь, униженно просил прощения, чтобы не расстраивать единственного отца, а через неделю исчез; сломленный тоской камердинер неожиданно простудился и тихо умер в своей каморке, а принцу просто приставили другого. Кэл открыл глаза и встретил полный ненависти взгляд крепкого паренька с рассеченной губой.
   - Я не хотел... - прошелестело в тумане, и парнишка начал таять, медленно и неохотно, словно хотел что-то сказать.
   И так шаг за шагом - слуги, придворные, девушки, а за ним стояли власть, презрение, равнодушие. Каждый шаг указывал ошибки, напоминал события, дарил не случившиеся встречи.
   Принц уже не мог кричать, только сипел, делая шаг за шагом в непроглядную серую муть. Наконец ему показалось, что туман редеет, и, держа меч наизготовку, он выпал из тумана в неизвестность.
  
   Тирос медленно продвигался вперед, следуя за усилением импульса. Сзади ехали Амиран и Ивэн, старый гвардеец налил поутру во фляги горячий суп, и теперь они ехали, не останавливаясь, подкрепляясь прямо в седле. Болото объехали краем и выбрались к глубокому оврагу, кони зафырчали, заплясали на месте, путникам пришлось спешиться. Оставив оруженосца с лошадьми, Тирос и гвардеец приблизились к яме и едва не напоролись на меч - принц вывалился из морока навстречу другу и наставнику.
   - Ваше Высочество!
   - Тирос, это ты?
   - Я, Кэл, что с тобой случилось?
   - Не знаю, - принц растерянно смотрел по сторонам. - Амиран! - принц неожиданно облапил наставника, а по худым щетинистым щекам заструились слезы.
   Тирос с ужасом разглядывал друга: лицо Калабриана осунулось, глаза потухли, в волосах змеей бежала серебристая прядь, рубаха свободно болталась на плечах, а штаны были привязаны отдельной веревочкой. Амиран, не расцепляя объятий принца, тут же снял с пояса флягу и протянул подопечному, но сведенные судорогой руки принца тряслись от слабости, и Тиросу пришлось перехватить его и удерживать, пока он жадно пил.
   - Нужно уезжать, - пробормотал Калабриан, оторвавшись от полупустой фляги. - Не знаю, где мой конь, но я готов бежать пешком. Амиран, Тирос!
   Он все гладил спутников по плечам, дергал за волосы, словно боялся, что они исчезнут. Борясь с жутью, Тирос сказал:
   - У нас есть две лошади и одна хромая, попробуем выбраться к тракту или хотя бы к людям.
   - Скорее! - еще раз обняв ошеломленного герцога, принц, шатаясь, побрел туда, где виднелись лошади. Забраться на лошадь у Кэла не получилось, и герцог усадил его в седло к Ивэну, а Амиран сцепил их ремнем и взял лошадь под уздцы. По лесу продвигались молча, принц все еще был в полузабытьи и время от времени вскрикивал и принимался искать меч. Успокоился он только тогда, когда кони перешли реку вброд. К тому времени Тирос еле держался на ногах, всю дорогу он пытался заметать следы и успокаивать принца, но лихорадочный блеск карих глаз не угасал.
   После нападения Гелла чувствовала себя неуверенно, ей мерещились шорохи за каждым кустом; лошадь, чувствуя ее состояние, гарцевала, и приходилось прилагать дополнительные усилия, чтобы натягивать поводья. К концу дня девушка вымоталась как никогда. Буквально в воротах трактира, не выдержав трудностей пути, лопнула перчатка, и Гелла едва не расплакалась. Силен оказался рядом - ласково приговаривая что-то о сладком пироге, он помог герцогине спуститься с лошади и, перекинув поводья Стражу, повел девушку в дом, попутно обещая раздобыть новую пару перчаток или, в крайнем случае, починить эту.
  Стыдясь своей слабости, Гелла пыталась выглядеть бодрее, но получалось плохо - разболелась голова, клонило в сон, а мысли о прежде желанном ужине вызывали тошноту. И лишь в комнате, снимая пропылившиеся ботинки, она заметила стекающую по ноге алую струйку и вздрогнула: вокруг были вампиры, да и просто мужчины, прекрасно понявшие, что с нею происходит. Дома никто кроме няни не знал о сложных днях юной леди, но герцогиня тотчас себя одернула: в пути не выбирают! Преодолевая смущение, Гелла умылась, переоделась и, тщательно расчесав волосы, спустилась к ужину. Сатра и Кира уже уписывали жаркое в горшочках, и охрана от них не отставала.
   Свободное место оставалось только рядом с советником, и, подойдя ближе, девушка неожиданно для себя ощутила запах вампира - теплый и пряный. А когда он взял ее за руку, чтобы усадить на высокий стул, горячая кровь быстрее побежала по жилам, и, в конце концов, Гелла решилась потихоньку попросить Сирата приготовить ей успокоительный отвар. Вообще заказом блюд занимался Силен, но девушка ужасно стеснялась к нему обращаться, грустный ласковый взгляд вампира был ей как будто укором, к тому же возле ее прибора, смутив герцогиню окончательно, обнаружились изящные женские перчатки из мягкой коричневой кожи. Видимо, Сират передал ее просьбу отцу, и Силен сам принес ей напиток после ужина в кресло у камина. Кроме их группы на постоялом дворе никого не было, и стражи охотно заняли все кресла и диваны у камина, наслаждаясь отдыхом.
   - Разве это выгодно, - удивилась герцогиня вслух, - содержать такой большой дом для редких гостей?
   - Сейчас не сезон, - объяснил, опустившийся в соседнее кресло Силен. - Идет сбор урожая, но через пару недель начнутся ярмарки, и тогда тут яблоку будет негде упасть.
   Гелла погрела руки о горячую кружку, ее странно знобило, несмотря на яркий огонь и сытный ужин. Сегодня она случайно увидела, как вампиры восстанавливают силы. Пока Стражи распрягали лошадей и заносили вещи девушек в комнаты, Сират подошел к стойке и, переговорив с хозяином, выложил на прилавок пару золотых монет. Тот, понятливо кивнув, выставил на полированное дерево стойки шесть магически запечатанных кувшинчиков. Вампир осторожно принюхался к каждому и, кивнув, унес их во двор. Остальное Гелла увидела так же случайно, окно ее спальни выходило во внутренний двор. У задней стены сарая трактирщик разделывал пару кур и подсвинка; кровь, аккуратно сцеженная в ведро, стояла тут же на высоком деревянном столе. Стражи подходили к ведру, черпали кровь походными кружками и, добавив половину субстанции из кувшинчика, пили; при этом издалека все выглядело вполне мирно: собрались мужчины выпить пива или чего-нибудь покрепче вдали от жен - и все. Вскоре веселые, порозовевшие Стражи вошли в дом, и девушка, как ни странно, вздохнула с облегчением: ее кровь пока в безопасности.
   Посиделки у камина не затянулись; выпив чашку отвара, приготовленного советником, герцогиня поднялась в спальню и, едва натянув рубашку, легла в кровать. В комнате было сухо, но за окном стонал ветер, шуршала листва, и ей ужасно хотелось плакать. В дверь деликатно постучали; утерев слезы, Гелла подошла к двери. В коридоре стоял Силен с парой керамических грелок в руках. Увидев покрасневшие глаза, вампир оглянулся и быстро вошел в комнату:
   - Не плачьте, миледи, я принес вам грелку.
   Гелла разразилась потоком всхлипываний в попытке удержать рыдания, и советник, быстро поставив горячие сосуды, обнял девушку и, усевшись в кресло, принялся ее тихонько покачивать и бормотать на ушко, как маленькому ребенку:
   - Тшшш, тихо-тихо, тишина, наша девочка больна, нашей крошке спать пора ...
   Всхлипы перешли в почти неслышный крик, и вампир произнес в сторону двери:
   - Сират, принеси теплого отвара.
   Через несколько минут дверь бесшумно отворилась, и внутрь серой тенью скользнул блондин.
   - Орчанки спят, Стражи бдят, - доложил он и поставил на край столика кружку с приятным запахом трав и лимона, а рядом - небольшой чайник, очевидно, с тем же напитком. Гелла боролась с истерикой до последнего, но силы были неравны. Силен, продолжая держать ее на коленях, вливал в нее буквально по ложечке успокоительный отвар, гладил распущенные волосы и ледяные руки и, кажется, пару раз коснулся ее волос губами, девушке было все равно. Лишь к рассвету боль отпустила, и Сират, принесший свежие грелки, помог отцу уложить герцогиню в постель. Потом они вышли проверить караул Стражей и, отойдя подальше от дома, заговорили одновременно:
   - Отец...
   - Сын...
   Постояли, молча глядя в глаза друг другу, и наконец Силен, тяжело вздохнув, произнес:
   - Не беспокойся, она уедет.
   - Одна?
   - Ты будешь ее сопровождать.
   - Я никогда! - бледное лицо вампира не могло заиграть красками, но глаза полыхнули ненавистью.
   - Сират, - Силен крепко сжал плечо сына. - Я любил твою мать, но она умерла, я хранил память о ней последние двадцать лет, и ты не в праве меня осуждать, - помолчав, советник сказал, выделяя голосом первое слово: - Сейчас я лишь хочу сказать тебе, что ты поедешь вместе с этой девочкой, потому что поклянешься мне моей жизнью, что сопроводишь ее до того места, которое она назовет своим домом.
   Кровавый туман гнева, застилавший глаза Сирата, вдруг опал; 'сейчас' - значит, отцу открывалось что-то в будущем, и это что-то совершенно точно не его союз с герцогиней. Вздохнув с облегчением, Сират принес отцу клятву, и они мирно вернулись в трактир, где Стражи уже завтракали.
  
   Навка резкими прыжками передвигалась по лесу, она была быстра и сильна, кровь пела в ее жилах от восторга, а на плече болтался крупный олень с ветвистыми рогами. Испив крови, навь не стала выпивать оленью жизнь досуха, мясо должно оставаться питательным и поддерживать силы пленника. Но у самого шалаша навка насторожилась и тихо опустила тушу под куст - пусть полежит, зверье не тронет. Прыжки сменились короткими перебежками, верхняя губа поднялась в агрессивном оскале: возле шалаша отчетливо пахло магией.
   Сделав еще несколько шагов, навь резко зафырчала, словно чувствительные ноздри обожгло перцем, и закружилась волчком, не в силах остановиться; из глаз потекли слезы. Ринувшись к роднику поблизости от шалаша, навка долго хлебала ледяную воду, а потом, вернувшись к оленю, давилась кусками мяса, восполняя утраченную в магическом тумане силу. Мысль о погоне пришла к ней на рассвете - туман, наведенный богиней, развеялся, и на влажной от росы траве легким флером витал запах опробованной добычи и еще троих людей. Навь облизнулась, раздумывая, стоит ли пускаться в погоню; оглянулась на обглоданного до костей оленя и потрусила между деревьями, ловя обожженным носом ароматы сильных мужских тел.
  
   Принц и Тирос гнали лошадей что было сил, пока Ивэн не пополз с седла, едва не уронив Калабриана. К этому времени стало понятно, что до жилья им не добраться, нужен привал. Уложив принца и оруженосца на подстилку из пары плащей, Тирос и Амиран занялись огнем и едой; припасы были скудные, ведь изначально предполагалось движение по тракту с возможностью ночевать в трактирах или деревнях. Но гвардеец сварил вполне пристойный кулеш, приправив его салом и чесноком. Принц уже мог держать ложку сам, но ел неохотно; покопавшись в своих сумках, Амиран вынул небольшую серебряную фляжку и налил в крышечку-стаканчик немного темной ароматной жидкости.
   - Харранская настойка? - принюхавшись, герцог удивленно поднял брови.
   - Да, Ваша Светлость, - вздохнул Амиран. - Их Величество на дорожку сунули.
   Герцогу было отчего поднимать брови - харранская настойка отличалась невероятной крепостью и притом особенным вкусом и ароматом; соответственной была и цена, на стоимость фляжки можно было купить пару деревенских лошадок. После первого же глотка принц закашлялся, но наставник, обняв, придержал воспитанника, а едва спазмы прошли, налил еще. После третьего глотка принц выхлебал полфляжки воды и с удивительно расслабленным видом присел на плащ, вытянув ноги и улыбаясь. Амиран заботливо укутал его вторым плащом, и вскоре принц спал, блаженно пуская слюни, как дурачок на площади. Герцог не рискнул пить настойку 'живьем', а просто накапал немного в кружку с водой и, выпив треть, предложил остаток Ивэну:
   - Пей, малыш, сил точно прибавит, и поешь нормально, тошнить не будет.
   Ивэн, с удивлением смотревший на важных господ, ведущих себя как простые воины, сделал несколько глотков невкусной горькой жижи, решив воспринимать ее как лекарство. Аппетит и впрямь появился, и скоро объевшийся мальчишка спал под боком у принца. Допив остатки воды и поужинав, Амиран хотел было уложить герцога спать, но тот лишь махнул рукой:
   - Ложимся все, нужно отдохнуть; неизвестно, сколько еще до тракта. С этими словами герцог вынул из кошеля амулет, хорошо наставнику знакомый - таких амулетов в стране осталось чуть больше десятка, и их очень берегли: такая безделушка ставила полог полной безопасности на двенадцать часов. Правда, заряжался потом артефакт полгода, но даже это не снижало его ценность.
   - Нет, это не фамильный, - хмыкнул герцог, правильно поняв изумленный взгляд гвардейца. - Просто в коридоре меня встретила королева.
   Щелкнув ногтем по ямке на боку костяной сферы, Тирос активировал купол и, расправив сбившуюся подстилку, улегся спать.
  Гелла очнулась от легкой тряски - над головой мягко покачивался тент из легкой ткани. Лицо прикрывала салфетка, приятно пахнущая травами; пошевелившись, девушка поняла, что ей срочно нужно остановить движение, но уже прозвучал легкий свист, и повозка остановилась, а под тент просунулась черноволосая головка Киры:
   - Проснулась?? Тебе встать надо? Я сейчас помогу, отец Сирата сказал, что перепутал зелья, и ты до полудня спать будешь, а сейчас уже почти два часа.
   Гелла уже собиралась выбраться из-под легкого одеяла, когда вспомнила, что ложилась спать в рубашке. Но Кира и тут поняла ее панический взгляд:
   - Не бойся, вставай, я тебя одела в тунику и шальвары, а Сират на руках в повозку отнес - прямо в одеяле.
   Умывшись и выслушав от Киры подробности утреннего отъезда и кормления лягушек, герцогиня вдруг почувствовала, что сильно проголодалась:
   - Кира, а вы уже обедали?
   - Нет еще, утром долго собирались, и Сират велел ехать дольше, но Стражи говорят, что скоро будет небольшой город - там можно будет перекусить.
   Гелла прижала руку к забурчавшему в надежде покушать животу, и возле нее тотчас возник Силен:
   - Леди Гелла, - вампир изящно поклонился и положил ей на колени небольшой сверток: - Думаю, это поможет вам и леди Кире скоротать время до обеда.
   Гелла едва удержала руки чинно лежащими на коленях, - так ей хотелось развернуть полотно.
   - А леди Сатра к нам присоединится?
   - Леди Сатра отправилась в головной дозор вместе со Стражами, ей немного скучно ничего не делать, - улыбнулся советник и кивнул на легкое облачко пыли, виднеющееся вдали.
   Кивнув, Гелла осторожно развернула сверток и едва не замурлыкала: внутри лежали миразские дорожные лепешки. Тонкое сухое тесто скрывало в себе начинку из перетертых с сахаром орехов и сухофруктов, одна такая лепешка вполне заменяла плотный завтрак. Вручив большой кусок лакомства Кире, Гелла до самой остановки ласково жмурилась на почти осеннее солнышко, отщипывая крохотные кусочки и запивая травяным чаем из заботливо подсунутой фляжки. Все это время конь Силена мерно вышагивал рядом с повозкой, а вампир незаметно любовался нежным личиком, покрытым легким загаром, и время от времени рассказывал девушкам что-нибудь интересное о тех местах, где они проезжали. С другой стороны повозки так же мерно шагал конь Сирата, но его хозяин предпочитал хмуриться и молчать.
   Трактир встретил их гомоном людей и ржанием лошадей. Из распахнутых ворот выезжали уже отдохнувшие путешественники, исключительно вампиры - они с любопытством смотрели на сидящих в повозке девушек и даже принюхивались, осторожно поворачивая головы - на Стражах красовались начищенные значки. Трактир содержала хозяйка - худощавая вампирша в многослойной однотонной одежде, Гелла рассматривала ее наряд с удивлением: ничего подобного она не встречала. Стражи быстро увели коней в свободные стойла, Сират пошел распорядиться насчет комнаты для девушек, а Силен - на кухню. Кира упорхнула следом за Силеном, прихватив горшок с лягушками, а возле герцогини присела запыленная и, как всегда последнее время, угрюмая Сатра:
   - Гелла, - она упорно смотрела в землю, - пообещай мне кое-что.
   - Что именно? - насторожилась герцогиня.
   - Если меня не станет - присмотри за Кирой.
   - Что? - понимая, что воительница не шутит, герцогиня пыталась вспомнить подробности пути и точку отсчета угрюмости названой сестры. И вспомнила - на перегоне у самой границы орков догнал сокол и привычно спланировал на плечо высокому воину. Сокол был крупным, и к его лапке было привязано послание, да не одно. - Кто тебе написал?
   Сатра вздрогнула, подняла совершенно несчастные глаза и прошептала:
   - Лекарка. У нас есть обычай, по которому просватанная невеста или жена могут уйти вместе с любимым.
   - Покажи мне это письмо! - потребовала герцогиня, в ее кошеле вместе со шпильками и гребнем лежал маленький свиток, на котором лекарка записала заклинание 'искры', причем сразу на двух языках. Воительница, пожав плечами, вынула из поясного кошеля тонко шуршащий камышовый лист, а Гелла нашла запись заклинания на кусочке кожи. Вышедший во двор Сират увидел, как две девушки внимательно всматриваются в свитки, а потом воительница, захлюпав носом, обнимает хрупкую человечку едва не до хруста костей и, шмыгая носом, выговаривает что-то похожее на клятву - колючие снежинки на миг окружают девушек ореолом и тотчас впитываются в кожу.
  Подойдя ближе, он услышал:
   - Пока ты не доберешься до места, которое сможешь назвать своим домом.
   Морозные иголки пробежали по спине блондина - кажется, формулировка была ему знакома. Гелла благодарно кивнула и, утерев выступившие сентиментальные капли, в свою очередь обняла воительницу. Расслабившаяся Сатра ощутила присутствие мужчины и повернулась к вампиру:
   - Доброго дня, лерд, скажите, можно нам где-нибудь переодеться? - воительница сверлила вампира подозрительным взглядом: что он успел услышать?? Слух вампиров не уступал тонкостью слуху орков.
   - Да, леди, ваша комната вас ждет, обед через полчаса, - Сират элегантно склонил голову и протянул девушками руки, но Сатра, фыркнув, спрыгнула с повозки сама и сняла замешкавшуюся в растерянности Геллу и потянула ее к трактиру:
   - Благодарим вас за любезность, лерд Сират, - только и успела проговорить герцогиня.
   Разбудил Тироса странный царапающий звук, он нехотя поднял тяжелую голову и плеснул в лицо водой из стоящей рядом в ямке фляжки. Подле купола стояла прелестная юная девушка в простом белом платье. Наивные голубые очи смотрели трогательно и беззащитно, а толстая коса змеей сползала до талии. Ошеломленный герцог приподнялся на ложе и взглянул на солнце - судя по всему, он проспал часов восемь, и купол будет прикрывать полянку еще три-четыре часа. Звук повторился - оказалось, что прекрасная селянка скребет поверхность купола толстой веткой. Герцог отрицательно покачал головой, раздумывая, куда бы ему уединиться, но тут проснулся и принц. Выглядел Калабриан гораздо лучше: купол защищал и поддерживал всех, кто находился внутри. Увидев девушку, Кэл побледнел и сказал Тиросу:
   - Это та тварь, что держала меня в своем логове.
   - Часа три можно не волноваться, купол ее не пустит, давай поедим и решим, что будем делать. И кстати кто она?
   - Не знаю, - принц крепко потер лицо руками, разгоняя сонную одурь, и потянулся к кружке с водой, протянутой герцогом.
   - Она сказала, что нашла меня на болоте и будет лечить, но после ее лечения я был слабым, как котенок.
   - Хм, - герцог задумался, вороша угли и подкладывая тонкие ветки из загодя собранной кучи хвороста. - Возможно, какая-то нежить, поэтому купол и не трогает: он сразу снимает личины.
   Амиран присоединился к молодым людям и начал вынимать из мешка продукты для раннего завтрака. Немного сухарей, копченое сало и любимый наставником чеснок. Герцог, покопавшись в своем мешке, вынул пакетик с прозрачными лепестками мармеладных слив и, сделав над ними пару жестов, протянул принцу:
   - Ешь, Кэл, тебе надо восстанавливаться.
   Принц странно хмыкнул и нехотя начал жевать аппетитные липкие ломтики, глядя, как Амиран размешивает вчерашнюю кашу над огнем. Оруженосец встал последним, но двигался вполне бодро, и синяки под глазами почти сошли; герцог отметил это, продолжая насыпать в котелок травки и ягоды для бодрящей заварки. Подкрепившись и уложив дорожные мешки, стали думать, что делать с девушкой, все еще бродящей вокруг купола.
   - Куполу осталось чуть больше часа, а тварюшка, похоже, разумна и может кинуться - только за кем-то одним. Если бы точно знать, кто она, - промолвил герцог. - Пара заклинаний у меня в памяти есть, но они разные и для разной нежити.
   - Ваша Светлость, - робко произнес ломкий юношеский голос, - это навка, в книгах их навью зовут.
   Герцог, наблюдавший за передвижениями девушки, резко повернулся к парню:
   - Откуда знаешь?
   Парень немного смутился, но ответил твердо:
   - Я с Северной границы, там много болот, и такие часто встречаются, она за Их Высочеством пришла, попробовала уже и не отвяжется. Но если убьем - силы могут вернуться.
   - Хм, - герцог в очередной раз подумал о мудрости Ее Величества, которая приставила паренька к наставнику принца. - А как их у вас убивают??
   - Ловят и сжигают, если колдуна поблизости нет.
   - А если есть??
   - Колдун ловушку делает и, пока навь неподвижна, веревку с нее снимает и все: душа уходит, а тело прахом становится.
   - Веревку? - удивился принц.
   - Навки - это жертвы, принесенные людьми; ритуалом душа привязывается к капищу или идолу и не может уйти. Она такая вот и была, когда ее связали и в лесу оставили, - оруженосец кивнул на красавицу, усевшуюся возле купола на корточки. - Если ту веревку снять - сама уйдет.
   Принц и герцог переглянулись:
   - Попробуем?
   - Надо, тебя ветром шатает, мне Ее Величество голову оторвет, как только тебя увидит.
   - Как ловить-то будем? - вздохнул наставник. - Она, поди, сильная.
   Ивэн, потупившись, подсказал:
   - У нас колдун навку в землю ловил, а потом уж веревку искал.
   Тирос покопался в кошеле, перебрал амулеты и украшения и, наконец, кивнул:
   - Могу попробовать, но факелы держите наготове!
   Вскоре купол легонько замерцал, потом покрылся молочной туманной пленкой и, мигнув еще пару раз, исчез. Девушка в два прыжка подобралась к мужчинам и, сверкнув алым огоньком в глазах, протянула руки к принцу, но тотчас земля у нее под ногами провалилась, и она оказалась до пояса в яме, которая тут же и схлопнулась. Тогда, взвыв, навь потянула в сторону Кэла удлиняющиеся худые руки с тяжелыми даже на вид желтоватыми когтями, но подскочивший Ивэн стянул их петлей и быстро обмотал, не слушая горестного воя.
   - Где может быть веревка? - крикнул Тирос, с факелом наготове приближаясь к бьющемуся в яме чудищу.
   - На шее! - крикнул в ответ Ивэн, приматывая веревку к дереву. Навь же, не сводя своих алых глаз с принца, вдруг обернулась хрупкой голубоглазой красавицей и принялась нежным голосом умолять принца подойти к ней, помочь, спасти...
   Калабриан словно во сне поднял ногу, чтобы сделать шаг, и был сбит на землю наставником, а Тирос, подобравшийся к нави сзади, уже пилил своим мечом веревку, больше похожую на просмоленный морской канат. Меч хрустел и крошился, но веревка помалу поддавалась, а Амиран уже сидел на бьющемся в траве принце. Наконец, последние волокна веревки поддались, и навь, странно вывернув голову - так, словно у нее была сломана шея, - глянула тающими голубыми глазами в глаза герцога и осыпалась кучкой праха и полуистлевших костей. Принца заколотило сильнее, Амиран приник к нему всем весом, удерживая воспитанника, и наконец, закричав от боли, наследник престола обмяк. Тирос потрясенно оглядел останки нави, а подбежавший Ивэн ткнул в яму факелом:
   - Нужно очистить огнем, Ваша Светлость, чтобы к принцу вернулись силы.
   - Хорошо, давай разведем нормальный костер и спалим все.
   - Веревки тоже, - кивнул Ивэн, - и... - мальчик замялся, - хорошо бы Его Высочество переодеть.
   - Ты прав, молодец, давай посмотрим, что у нас есть в мешках.
   К тому времени, как костер над местом упокоения нави разгорелся, Амиран раздел принца, тщательно обтер его чистой водой и по настоянию оруженосца - вином. Принц оставался бессознательным, но к щекам вернулся румянец, и дыхание было спокойным. Подумав, герцог смочил губы принца харранской настойкой, и вскоре принц очнулся, жалуясь на головную боль. Напоив Его Высочество остатками утреннего отвара из фляжки, путешественники быстро собрали вещи и тронулись на поиски тракта; солнце едва перевалило за полдень, и терять еще день не хотелось.
   А вечером, ночуя на обочине наконец найденного тракта, герцог в осторожных выражениях высказывал леди Суонси благодарности за сообразительность и, светлея лицом, расспрашивал о ее каждодневных трудах. Ответ пришел быстро, и принц странно спокойно наблюдал за тем, как его друг читает послание, а затем прячет его в карман для метательного ножа на груди.
   - Осуждаешь? - спросил герцог.
   - Нет, любуюсь, никогда не видел тебя таким.
   - А я никогда не встречал такой женщины, стойкой, верной и... - Тирос замешкался, подбирая верный эпитет.
   - Теплой, - закончил за него принц. - Все верно, друг, если эта леди вносит в жизнь окружающих столько внимания и заботы, и если это то, чего тебе не хватало, я буду только рад выпить на вашей свадьбе.
   - Ты не шутишь?? - Тирос изменился в лице и начал тревожно вглядываться в глаза друга.
   - Нет, не шучу; побывав на краю смерти, бесславной и безобразной, я понял, что не успел сделать очень многое, даже не заглянул в глаза любимой, да и вообще... - принц помахал в воздухе кистью, показывая, как много ему захотелось успеть в этой жизни, потом оторвался от созерцания небольшого костерка и, глядя другу в глаза, произнес: - Я очень рад за тебя и за леди; надеюсь, вы примете мои извинения и подарок на свадьбу.
   - Непременно! - герцог успокоился и вложил в сундучок изысканно вырезанный красноватый лист, сорванный с ближайшего куста.
   - Скоро осень, - пробухтел наставник, кутаясь в плащ. - Пора, господа, теплую одежду прикупить, да и сапоги добрые взять где-то надо.
   Принц покосился на свои ноги в теплых носках, но без обуви - сапожки пришлось сжечь вместе с одеждой - и спросил в ответ:
   - Сколько денег у нас осталось??
   - Не так мало, - ответил герцог. - Большая часть, конечно, была на твоей лошади, но я в Сарриане прихватил кошель и думаю, у Амирана тоже кое-что осталось; другое дело, что купить хорошие вещи сможем либо в большом городе, либо на ярмарке, а до ближайшего городка три дня пути.
   - Значит, завтра ищем лавку или трактир и покупаем самое необходимое, а уж потом по случаю купим остальное в городе или на ярмарке. Амиран, составь список с учетом оруженосца и сбруи, все равно придется еще коней покупать.
   Определившись с планами на следующий день, путники улеглись спать, только Амиран остался у мерцающих углей: вдоль тракта, случалось, двигались не только мирные путешественники. Ворча и посматривая по сторонам, старый гвардеец составлял список покупок, а заодно приглядывал за котелком с горячим взваром на утро.
   Гелла ела за столом рассеяно, почти не обращая внимания на то, что лежит в тарелке, ее мысли были заняты письмом, которое получила Сатра.
   'Просто милость богини, что лекарка записала для непонятливой ученицы заклинание, и Гелла не потеряла маленький свиток! Ну как Сатра могла так долго молчать?! Да и сама хороша - чего стоило расспросить названую сестру вместо того, чтобы ловить нежные взгляды вампира!' - от возмущения Гелла пыхнула носом и одним движением разломила аппетитную котлетку, политую странным зеленым соусом.
   В письме, принесенном соколом для воительницы, в очень хитрых выражениях сообщалось, что ее возлюбленный умирает и зовет ее проститься, а также просит не исполнять их обычай, мол, Сатра еще только невеста, а не жена.
   Для постороннего человека письмо показалось бы формальным перечислением событий в стане, но зная Сатру, Гелла содрогалась - только обещание съездить ко двору короля вампиров остановило воительницу от немедленного исполнения смертельного ритуала. Герцогиню просто колотило от ужаса - ведь она могла потерять названую сестру из-за чьей-то жестокой прихоти! Поэтому, почти игнорируя вкусный ужин, она пыталась вычислить автора письма. Конечно, ей не были знакомы и половина орков в становище, но ведь не всякий орк знал Сатру настолько хорошо, чтобы написать подобное письмо. Рассеяно подкрепившись и не отыскав подходящих образованных и злодейских личностей в своих воспоминаниях, Гелла отправилась к повозке проверить своих лягушек - она взяла за правило хотя бы полчаса в день посвящать им, так как иначе разноцветные певуньи чахли и теряли цвет. У горшка обнаружилась вездесущая Кира, она с таким озадаченным видом заглядывала внутрь, что Гелла по инерции испугалась и заторопилась:
   - Что случилось??
   - Посмотри сама, - Кира отодвинулась от емкости, и Гелла увидела, что края горшка покрыты мелкими пузырчатыми шариками в радужной пленке.
   Благодаря активной Кире перед отъездом в горшок заглянул каждый вампир, которому случилось в то время быть в трактире. И все твердили одно: лягушки размножаются!! Гелла, сидящая на повозке подле горшка, уже устало потирала тонкими пальцами виски, когда толпу любопытных разогнал разгневанный Силен. Раздувая тонкие ноздри, он желчно поинтересовался, почему Стражи не выполняют свои обязанности по охране почетных гостий, а когда толпа разошлась, велел одному из Стражей принести кувшин с напитком из только что поставленной на другой край повозки корзинки. Гелла, выпив душистого отвара, как всегда расправила плечи и тут же мысленно себя побранила - к такой заботе легко привыкнуть, а Силен не нянька и вечно с нею не будет. Сират подал сигнал к выезду, и Стражи привычно усадили девушек в седла. Сатра вновь хмурилась, но уже по другой причине - как и Гелла, пыталась вычислить того, кто написал коварное письмо. Проезжая мимо герцогини, воительница вопросительно подняла бровь и получила в ответ легкое покачивание головы - никаких догадок и предположений у Геллы не было.
   День прошел спокойно, Стражи охраняли, девушки рассматривали деревеньки, расположившиеся вдоль дороги; столица вампиров приближалась. Заночевать Силен планировал в большом постоялом дворе в одном перегоне от столицы. Удобнее было въехать в город поутру и сразу двинуться во дворец, поэтому отряд ехал в густом золотисто-алом закатном свете и немного растрепавшиеся волосы Геллы выбивались из-под шляпки ореолом, а темные волосы Сатры тянулись по ее спине багряным шлейфом.
   Трактир был огромным и напоминал муравейник. Сразу чувствовалась и близость большого города и тракта, торговцы, разносчики, купцы и негоцианты сновали под широкими навесами, окружавшими внутренний двор; в центре тихо шелестел фонтан, вокруг стояли ажурные беседки, плетенные из веток, и над каждой колыхался маревом звукоизолирующий полог. Внутри стояли жаровни, защищая посетителей от вечерней прохлады; между кухней и столами сновали ловкие мальчишки в длинных белых фартуках и блестящих сапогах, разнося подносы с высокими кружками и свиными ножками. Силен сопроводил девушек в одно из строений неподалеку от фонтана и, усадив за высокий стол с мраморной столешницей, сделал заказ:
   - Рекомендую вам, леди, попробовать здесь свиные ножки, запеченные с хреном, и пиво - такое варят только здесь.
   Девушки согласно кивнули - в выборе блюд они доверяли вампиру безгранично, за время пути Сатра успокоилась и посвежела, Кира, кажется, подросла на целый дюйм, а Гелла несколько прибавила в весе в стратегически верных местах. Силен уже, было, хотел откланяться и сходить распорядиться насчет комнат, как от соседней беседки к ним подошел элегантный среброволосый вампир в темно-вишневом колете:
   - Силен, ты ли это??
   Гелла успела увидеть тень гримасы на лице советника, но он тут же надел маску невозмутимой любезности.
   - Достопочтенный Уилен эт Барос? Какими судьбами?
   Среброволосый вампир, ни на секунду не уронив широкую улыбку, бросил короткий взгляд на девушек и отмахнулся от вопроса:
   - Да так, мелкие торговые дела, не представите меня дамам??
   - Увы мне, но нет. Дамы очень устали и хотят быстрее поужинать перед отдыхом.
   Силен знал, что нарушает этикет, но ему отчаянно не хотелось знакомить девушек с Уиленом - мало того, что этот красавец был изрядным сплетником, он являлся осведомителем вдовствующей тетки короля, а по совместительству и любовником, и каждая кроха информации, полученная им, могла существенно осложнить жизнь девушек при дворе владыки вампиров. Рассерженный среброволосый, однако, виду не подал и, раскланявшись, удалился в свою беседку, но его назойливый взгляд так и сверлил затылки.
   - Лерд Силен, - попросила Гелла, - нельзя ли поставить полог, защищающий от чужих взглядов?
   - Не стоит, миледи, я понимаю, что столь назойливое внимание портит вам аппетит, но сплетни разносятся быстро, и уединение леди и лордов сочтут, хм, приватной вечеринкой.
   Гелла пикантно зарумянилась, она не сразу вспомнила, что такое 'приватная вечеринка', а когда вспомнила, едва не подавилась кусочком свинины. Смотрящие на нее с недоумением Сатра и Кира ждали пояснений, и герцогиня кое-как выдавила:
   - Другие посетители могут подумать, что у нас тут свидание.
   Кира не по-девичьи присвистнула, а Сатра гневно фыркнула и занялась едой. И все же Силен недосмотрел; когда они с сыном провожали девушек до их номера - из безопасности был снят один, но с отдельной ванной, - в коридоре послышалось музыкальное пение лягушек. Кира недоуменно посмотрела на блюдце с кусочками печени и дернула герцогиню за рукав, Сират достал меч и его кончиком толкнул дверь. Глазам вампиров и девушек предстала феерическая картина - раскрытые плетенки и сумки, разворошенная одежда и рукоделие, а около горшочка с лягушками неподвижно лежащий вампир, бешено вращающий глазами. Лягушки сидели на нем и дружно распевались, причем сидели только на открытых частях тела - на руках, на лице, на шее, а вампир, очевидно, не мог сбросить с себя разноцветный хор. Войдя в номер и крепко заперев двери, Сират приставил к горлу неизвестного кончик меча и начал ласковым голосом спрашивать, что болезный забыл в номере для девушек. Вращая глазами, ночной гость откровенно врал, будто он принес девушкам воду для умывания, и он ни в чем не виноват, и пожалуйста, снимите с меня этих про... красивых лягушек!
   Сират хищно оглянулся на замершую у стены Киру и кивком головы подозвал ее ближе:
   - Зачем же убирать таких красивых созданий, мы их сейчас немножко прикормим, чтобы сразу тебя не съели, а потом уйдем на всю ночь и повесим полог молчания, а утром попросим хозяина выбросить завалявшийся в хозяйстве скелет!
   Вампир побледнел еще больше и начал умолять убрать лягушек, а Сират медленно рукой в перчатке взял кусочек теплой, еще сочащейся кровью куриной печени и предложил одной из лягушек, зеленая в алую крапинку красавица распахнула немаленькую пасть, и трясущийся вампир упал в обморок.
  
   Король охотился. Его высокий конь гарцевал в начале тропы, проложенной в лесу егерями, рядом принимали изящные позы дамы в амазонках и кавалеры в пышнейших 'охотничьих' шляпах с плюмажами. Что-то задержало короля, и он вопреки обыкновению не ринулся вперед, обгоняя шаркунов и блюдолизов, а напротив, подал коня назад и замер, прислушиваясь. Сегодняшняя охота была плановым мероприятием - количество гостей иностранных держав соответствовало размаху ежегодной охоты в королевском заповеднике, но вот количество слуг настораживало. Каждый посол позаботился прихватить с собой секретаря, лекаря и полдюжины лакеев с платками и яблоками. Пока король размышлял, из леса донесся низкий рык, и на тропу вылетел секач! Дамы шустро развернули своих лошадок и брызнули в стороны, как мальки на мелководье, а кавалеры попятились. Охота планировалась на оленя, и тяжелых кабаньих копий с перекладинами никто не захватил. Все поняли, что король уже спас часть охотников, ведь случись секачу выскочить на охоту на узкой тропе - лошади покалечили бы немало всадников. Огромный зверь стоял, помаргивая маленькими глазками в белесых ресницах и топорща жесткую щетину на загривке. Король сидел в седле, железной рукой удерживая поводья, дожидаясь, пока придворные отъедут подальше. Секач ждал , шумно дыша и нюхая воздух, в его жирном загривке торчало несколько стрел.
   Не отводя взгляда, король проговорил:
   - Прости нас, хозяин леса, что потревожили твой сон; те, кто сделал это, понесут наказание; если сможешь указать их - сделай милость. И король склонил голову, прижав руку к груди.
   Вепрь тяжело фыркнул, еще раз принюхался и осторожно, спиной сошел с тропы в лес, и вскоре его стало не слышно. А в заднем ряду придворных раздался крик. Свита быстро расступилась перед Их Величеством, и король, усмехнувшись, узрел пятерых кавалеров, украшенных свиными пятачками на лбу!
   - Хозяин леса явил свою милость! - заявил он, и тут же кивнул гвардейцам: - Возьмите этих недостойных, испортивших королевскую охоту, и увезите в тюрьму! Завтра будет решена их участь.
   Испуганных, подвывающих от страха дворян увели, а король широким жестом пригласил всех гостей к накрытому столу:
   - Прошу вас, дамы и господа, отведать изысков нашего повара; полагаю, свежий воздух и это небольшое приключение подстегнут наш аппетит!
   И люди потянулись к складным столикам с закусками и вином.
  
   Утренняя стража в этот день досталась Калабриану. Несмотря на старания Тироса дать принцу отдохнуть, Его Высочество велел герцогу спать, предварительно выговорив холодным голосом, чем кончаются споры с влиятельными особами. Улыбнувшийся от души Тирос стиснул плечи Калабриана, всмотрелся в такие знакомые и такие новые карие глаза, отошел к подстилке из лапника, укутался плащом, повозился и уснул.
   Принц остался один в темноте, едва разгоняемой светом небольшого костра. Пошевеливая угли веточкой, он поймал себя на удивительных мыслях и, поразмышляв над ними в серых утренних сумерках, начал действовать. Первым делом он сходил за водой и поставил в угли горшок с заваркой для травяного чая; сколько нужно насыпать заварки, он не помнил, но в мешочке оказалась мерная ложка, что упростило задачу. Потом, вспоминая действия наставника и подражая ему, налил воды в котелок, повесил над огнем. Отыскал в поклаже соль, травы, сушеное мясо, высыпал всего понемногу в воду и принялся ждать. Вскоре вода вскипела, и над трактом поплыл аппетитный запах; выждав еще минутку, принц осторожно всыпал крупу - две чашки, как Амиран, потом накрыл котелок крышкой, уберегая варево от искр и угольков, и осторожно подгреб жар к горшку с напитком. Сбоку раздался легкий смешок, принц обернулся, вскидывая горящую ветку и нашаривая левой рукой меч; солнечный луч заплясал на вытоптанной траве и обрисовал женскую фигуру в строгих покрывалах с орнаментом из виноградных лоз.
   - Какое восхитительное приветствие! - богиня сошла с невидимого постамента и превратилась в невысокую женщину в простой одежде - то ли небогатая лавочница, то ли экономка из богатого дома.
   - Кашей угостите?
   Расслышав незнакомый голос, с подстилки поднял вихрастую голову Ивэн. Богиня слегка улыбнулась и приветственно кивнула:
   - Вставай, малыш, завтрак готов.
   Парень, смущаясь, удалился к ручью, а божественная дама, не чинясь, вынула из воздуха простую керамическую миску и деревянную ложку и уставилась на принца сияющими изумрудными глазами.
   - Не скучаешь по невесте?
   Принц дернулся и отрицательно мотнул головой.
   - Ну и правильно, она сейчас тоже не скучает, за ней там такой вампир ухаживает! - богиня картинно закатила глазки и вдруг подмигнула. - Хочешь ее увидеть?
   - Нет!
   - Услышать?
   - Нет!
   - Фу, какой бука! Ну и ладно, зато обонять ты ее не отказывался! Богиня хихикнула, на траве заплясал солнечный луч, и теплый ветер донес запахи дорожной пыли, лошадей и легкий аромат трав. Подавив вздох, Калабриан отвернулся, наполнил миски и разлил по кружкам чай. От ручья вернулся умытый Ивэн и тут же радостно ухватил миску.
   - Кушай хорошо, волчонок, тебе расти нужно, - приговаривала богиня оруженосцу, перекладывая из своей миски кусочки мяса. Проснувшиеся следом Тирос и Амиран присоединились к трапезе, подозрительно поглядывая на шуструю незнакомку, но богиня им мило улыбалась и уплетала кашу так, словно неделю голодала. На прощание она взъерошила волосы Ивэну, похлопала по плечам Амирана, помахала рукой Тиросу, а Калабриану лишь улыбнулась и сказала:
   - Седину убирать не буду, тебе идет, - и исчезла, оставив облачко теплого аромата трав, прогретых на солнце.
   Озадаченный наставник выругался от неожиданности и ощупал переставшие ныть ребра. Тирос размял потянутые было мышцы рук, а мордашка Ивэна вновь засветилась здоровым румянцем. Вздохнув, принц провел рукой по волосам и дал команду собираться в путь.
  
   После допроса обморочного вампира девушкам пришлось ночевать в комнате Силена, благо кровать, хоть и одна, оказалась большой. Увы, кроме того, что перерывший все их вещи вампир принадлежал свите среброволосого Уилена эт Бароса, ничего существенного узнать не удалось - приказ он получал от хозяина, да и приказ был простой: поискать в вещах девушек нечто запрещенное к провозу на территорию вампиров.
   - Провокация, - хором сказали мрачный Силен и не менее мрачная герцогиня.
   - Нужно перебрать все вещи, - добавила Гелла, - и составить их подробную опись, заверенную тремя вампирами, иначе нам что-нибудь подсунут, а мы не сможем доказать невиновность. Как я понимаю, это прощупывание начала оппозиция??
   - Скорее, параллельная сила, леди эр Милнег с одной стороны поддерживает короля, а с другой - блюдет свои финансовые интересы, она одна из богатейших женщин королевства.
   Стражи скорчили столь выразительные физиономии, что Кира прыснула, снимая напряжение.
   - Что будем делать с этим типом? - спросила Сатра, прижимая кончик меча к горлу пленника.
   - Отпустим, - вздохнул Силен. - Пара синяков ему не помешают, но ничего серьезного он пока не совершил.
   Кира вдруг встрепенулась и что-то жарко зашептала на ухо Сирату, начальник заставы поморщился, но согласно кивнул. Кира сняла с пояса связку амулетов и выбрала один очень забавный - деревянное кольцо, обтянутое кожей с тремя крохотными бубенчиками. Позванивая ими, девочка оббежала лежащего и быстро набормотала скороговорку на оркском, потом оглянулась на Сирата:
   - Можно проверить!
   Сират взглянул на вампира, поморщился и попросил:
   - Расскажи про леди Геллу! - глаза вампира закатились, и он захрапел.
   - Сработало! - взвизгнув, орчанка обняла вампира, а Стражи по знаку командира утащили сладко храпящего бедолагу в конюшню - отсыпаться. Еще полночи девушки и советник провели за составлением официальной декларации ввозимого имущества. Утром серьезный Силен, аккуратно стукнув в дверь, попросил их одеться нарядно, но удобно:
   - За вами, леди, из дворца присланы паланкины, это большая честь, но в них вы более уязвимы. Стражи будут рядом, только в городе трудно уследить за всеми.
   Гелла и Сатра одновременно потянулись к мешку с оркскими нарядами - шальвары и туника вполне удобны и необычны, а кроме того, под изящными складками отлично скрываются амулеты, а в широких поясах - кинжалы. Одевались быстро, Сатра хотела заплести косу, но герцогиня отговорила, зато, покопавшись в своих шкатулках, вынула несколько заколок с длинными острыми спицами и трепетными шелковыми цветами на концах.
   - Это стилеты, мне один из наемников подарил - для дочери привез, а я как раз ее жениха лечила. Смотри! - герцогиня подхватила тяжелые черные пряди и с помощью пары шпилек превратила их в изящную прическу. - Меня няня научила, она в молодости служила у Чаянского посла, так ее хозяйка половину арсенала в прическе носила.
   Киру на эксперимент и уговаривать не пришлось - заколки ей очень понравились, а два плетеных из кос холмика, украшенные длинными розовыми кистями из цветов и бутонов, очень веселили. Сама Гелла сделала прическу построже, но кроме стилетов использовала серебряные заколки от свадебного шедевра:
   - Они тоже очень острые, и еще на них наложено заклинание удачи.
   Подумав, Сатра отыскала в своем арсенале метательные иглы для духовой трубки с каплевидными головками и добавила их в прическу. Осмотрев друг друга и поправив складки туник, девушки вышли из комнаты. Невозмутимые Стражи чуть расширили глаза и проводили их во двор. Силен в роскошном придворном наряде и Сират в парадной форме Стража стояли возле носилок. Три роскошно украшенных домика были закреплены на спинах мулов, и каждую четверку держал молодой смуглый погонщик в алом жилете поверх белоснежной рубашки, довершали наряд кожаные брюки с отворотами и алые сапожки. Корытообразный низ носилок устилала пуховая перинка в шелковых простынях, тяжелые парчовые занавеси свисали вдоль резных столбиков темного дерева, верх из тонкой алой кожи предохранял и от дождя, и от ветра, а тонкие полотнища паутинного шелка - от любопытных взглядов. Носилки были достаточно длинными, чтобы в них можно было прилечь, да и передвигаться в них полагалось полулежа, опираясь спиной или локтем на горку разноцветных подушек. Однако Гелла, утонув в перине, сжалась в комочек, обняла прижатые к груди колени руками и замерла. Она волновалась, хмурые лица сопровождающих вампиров не сулили ничего хорошего, уже на выезде из ворот трактира носилки догнал Сират и, скрывшись в раздуваемых ветрам занавесках, сунул в уголок горшок с лягушками. Гелле стало почему-то легче, и мысли из унылых стали конструктивными: ее усадили в шелковую ловушку первой, вторые носилки предназначались для Сатры, а третьи - для Киры. Чего ради их так разделили, даже с учетом роста орчанок они вполне могли уместиться и в одном таком домике. Значит, возможно, нападение? На кого? На нее? Глупо, ни принц, ни ее родители до сих пор не знают, жива ли она, а вот Сатра - по сути, принцесса крупного соседнего государства, да и Кира тоже. Провокация? Хандра слетела, и герцогиня, аккуратно обложившись подушками - хоть и мизерная, а защита, хотя бы в случае падения, - вынула из-за пояса подаренный мастером орком кинжал. Кира говорила, что его можно метать не глядя, все равно попадет во врага? Великолепно! Будем ждать!
   Долго пребывать в напряжении у герцогини не получилось, носилки передвигались неспешно, плавно покачиваясь и навевая сон туманными картинами из-за тонких шелковых занавесок. В конце концов, Гелла просто легла, зарывшись в перину, и уже начала подремывать, как вдруг раздалось ржание лошадей, носилки дернулись, и в борт ударили стрелы. Пискнув, герцогиня попыталась вскочить, но неустойчивое сооружение задергалось в стороны, заставляя вцепиться в борта. Минутой позже раздались звучные крики погонщиков, свист и топот, а потом и стоны. Гелла, сжимая в руках кинжал, вывалилась из носилок в ворохе ткани сорванных занавесок и едва не угодила под копыта лошадей. Оглядевшись, поняла, что скоротечный бой уже закончился, Стражи возвращались, решив не гоняться по обочинам за нападавшими. Носилки Киры почти не пострадали, лишь свернули на обочину и застряли; погонщик, сбитый оглоблей, поднимался с земли, а вот носилки Сатры были разворочены и явно порублены. Даже смирные серые мулы были убиты, а в погонщике торчало не менее пяти стрел. Герцогиня кинулась искать воительницу и едва не наступила на лежащего неподвижно Силена. Испуганно отдернув ногу, Гелла опустилась на колени в пыль и быстро осмотрела советника - его руки и корпус были утыканы стрелами, создавалось впечатление, что он их ловил собой или закрывал кого-то. Только пара стрел распахала бедра, но пыль вокруг уже напиталась чернотой крови. Гелла, зажмурившись, чтобы не терять концентрации, прочла кровоостанавливающее заклинание, а потом огляделась в поисках помощи. На встречу спешил Сират; бросив беглый взгляд, кивнул Гелле:
   - Срезайте одежду, леди, - и поднес к губам отца уже знакомый девушке кувшинчик. Силен продолжал лежать тихо, а Гелла, молясь богине, срезала с него тяжелый колет, стараясь не шевелить стрелы. Едва девушка вспорола плечевые швы, Сират встал над отцом, ухватил толстую ткань и рванул. Стрелы вышли не все, у половины слетели наконечники, но изогнувшийся в судороге боли вампир спокойно взглянул на кровавое месиво и напрягся как циркач-тяжеловес на ярмарке. Мышцы проступили рельефнее, и плоть вытолкнула ненужное ей железо, моментально затянув разрывы пленкой. Штаны Сират снимать не стал, просто выдернул стрелы и протянул пришедшему в себя Силену кувшинчик:
   - У нас много раненых, но все живы, пойду, подлечу остальных.
   Гелла удивленно вскинулась - как это все живы? А нашпигованный стрелами погонщик? А изрубленные носилки Сатры? Но со спины на девушку упала тень, и, подняв глаза, она увидела покрытую пылью и изрядно ободранную воительницу. Тут уж размышлять было некогда - Гелла взялась исцелять названую сестру, краем глаза уловив, как Сират склонился над погонщиком, держа в руке кувшин.
   Когда колонна собралась снова, девушки отказались садиться в уцелевшие носилки; отряхнув одежду и поправив прически, они вернулись в седла, прикрыв неположенные дыры и пятна длинными воздушными шарфами, выкроенными из занавесок. Вампиры окружили их стеной, а Силен и Сират ехали рядом. Долго молчать герцогиня не смогла:
   - Лерд Сират, - обратилась она к советнику, закутанному в плащ на голое тело. - Скажите пожалуйста, носилки были распределены заранее??
   Вампир поморщился, но деваться было некуда - вопрос прозвучал.
   - Да, миледи, но мы не ожидали нападения и поменяли вас местами.
   - Как именно?
   - По существующему этикету в первых двух должны были ехать леди Сатра и леди Кира.
   - Понятно, - Гелла задумчиво прикусила губу и вновь уставилась на советника голубыми глазами. - При дворе есть группа, провоцирующая межрасовый конфликт?
   - Все верно, миледи, - Силен слегка склонил голову, показывая, что оценил проницательность юной герцогини. - Большинство предпочитают сохранять мир в ничейных землях, но есть группа молодых вампиров, требующих подчинить орков, и пограничный конфликт в случае гибели двух принцесс на нашей территории мог спровоцировать войну.
   - Поправьте меня, если я ошибусь - за этими молодыми вампирами стоит старый, опытный финансист, который любит вас, как младенец простоквашу.
   - Миледи, - вампир поклонился еще раз.
   - То есть, - не унималась герцогиня, - по-хорошему, во дворце тоже стоит ждать нападения??
   Силен задумался и проговорил:
   - Не думаю, что даже старому Тинеру эр Вианту по силам организовать открытое нападение, но вот провокации, подколки, попытки очернить будут непременно. Вы можете рассчитывать на своих сестер, на меня и моего сына и отчасти на советника Валера, но более доверять нельзя никому.
   Гелла лишь вздохнула:
   - Увы мне, двор другой, а проблемы все те же, здесь я тоже не нужна, - и чуть громче: - Благодарю вас, советник, вы мне очень помогли.
   Потом герцогиня переместилась за спины Сатры и Киры и, не мешая девочке стрекотать с Сиратом, обдумывала меры предосторожности и защиты, а приняв решение, вспомнила, что все еще не расспросила Сатру о том, как она спаслась. Аккуратно подав коня вперед, девушка кивнула воительнице, приглашая к разговору:
   - Сати, как тебе удалось выбраться?? Я видела носилки, там все изрублено в куски.
   Воительница усмехнулась, недобро сверкнув глазами:
   - Это они от злости носилки порубили, когда поняли, что птичка улетела.
   - Но как??
   - Отчасти благодаря тебе - услышав шум, я сразу выпрыгнула из носилок, а они задержались, расстреливая Силена, который прикрывал твои носилки, и мне удалось скатиться в кювет. Конечно, и там меня пытались достать, но я бегаю быстро.
   - Так Силен прикрывал мои носилки? - Гелла изумленно расширила глаза, а Сатра посмотрела на нее, как на больного ребенка:
   - Разве ты не видишь, что он всегда рядом?
   - Но он и вам с Кирой уделяет столько же внимания..
   - Нам - как почетным гостьям, а тебе - как хрупкому цветочку, случайно занесенному в эти края. Посмотри, как он заботится о твоей пище и ночлеге...
   - Но Сират тоже заботиться о вас!!
   - Не о нас - о Кире, - воительница вынула кинжал и стала всматриваться в его блестящее лезвие. - Я думаю, он скоро попросит разрешения оберегать ее до брачного возраста, а мне нечего будет возразить - союз с вампирами нужен оркам.
   - Постой, ты хочешь сказать, что Сират ухаживает за Кирой??
   - Да, а Силен - за тобой.
   Гелла ошеломленно молчала, открывая и закрывая рот, а Сатра собралась пришпорить коня, но тут же натянула поводья и улыбнулась:
   - Не пугайся, Силен что-то знает и потому молчит, иначе уже давно предложил бы тебе свой Аниэ-Инин
   - Аниэ... Что это?
   - Обручальный перстень с гербом рода! - отозвалась воительница и все же уехала вперед, оставив герцогиню размышлять над неожиданными вестями.
   Город, в который к вечеру въехали принц со спутниками, оказался очень шумным и тесным - по узким улочкам протискивались торговцы и покупатели, медленно ехали всадники и бегали дети. Стражники в воротах только хмыкнули на странную компанию - двое молодых людей, старик и мальчишка. Все верхом, но кони выглядели деревенскими клячами, дорогие плащи и камзолы, но драные штаны и стоптанные сапоги. Впрочем, пара усачей с алебардами навидалась, вероятно, и не такого, а потому, приняв положенную мзду, они вновь равнодушно уставились на дорогу.
   Недалеко от ворот путешественники отыскали небольшую харчевню и остановились там перекусить, но время выбрали неудачное - мастерские заканчивали работу, и харчевня быстро наполнялась народом. Шум усиливался, становилось тесно, над головами сидящих то и дело проносились подносы с жарким и пивными кружками.
   - Пора идти, - сказал принц. - Думаю, ближе к центру мы сможем отыскать приличный постоялый двор и переночевать, а завтра пройдемся по рынку.
   Доев жаркое, путешественники вышли; мимо скользнула тень, и тут же раздался крик - рука воришки, срезавшего кошель, оказалась прибита к двери трактира. Ухватив парня за шиворот, Калабриан вернул кошель на пояс и в тусклом свете масляного фонаря вгляделся в его лицо. Парень оказался совсем молодым - помладше Ивэна; на тонком бледном лице лихорадочным огнем горели черные глаза, простая одежда ремесленника резко пахла несвежим потом и болталась на узких плечах, а между тем кожа парня была чистой, а волосы, выпавшие из-под шапки, слегка пахли мылом.
   - Зачем крал?
   Сглотнув, воришка ответил:
   - Сестре - доктор нужен.
   Принц вынул кинжал и, ухватив парня за плечо, кивнул:
   - Веди. Не бойся, не обидим. Переночуем и денег дадим, а может, и помочь сестре сможем.
   Сникший парень, зажимая рану и со страхом оглядываясь, привел нежданных гостей в довольно чистый и спокойный район, примыкавший к большому зданию местной школы. Сам открыл калитку и указал пустую конюшню и колодец, Амиран и Ивэн остались устраивать лошадей, а принц с герцогом вошли в дом. Тут чувствовался былой достаток - просторный холл, выложенный камнем пол и толстые деревянные панели на стенах, портрет молодых мужчины и женщины с младенцем на руках и тусклый светильник с хрустальными подвесками. На встречу вышла миловидная женщина средних лет - когда-то она была хороша, но годы и заботы состарили ее, поселили в глазах безнадежность и отчаяние:
   - Мирил? Кто это?
   - Добрый вечер, матушка, это мои друзья, они переночуют у нас и помогут Миране, - говоря, парень просительно оглядывался на принца и герцога, и Калабриан решительно сделал шаг вперед:
   - Добрый вечер, сударыня, ваш сын оказал нам неоценимую услугу, пригласив к себе на ночлег, в гостиницах нет мест. Не волнуйтесь, пожалуйста, мы заплатим и постараемся помочь вашей дочери.
   Женщина настороженно посмотрела на нежданных гостей и, видимо, пришла к каким-то выводам:
   - Вас только двое?
   - Нас четверо, сударыня, двое устраивают лошадей. Если вы позволите господину Тиросу вымыть руки, он посмотрит вашу девочку.
   Калабриан упирал на самое больное место этой женщины, заставляя ее принять гостей; все вокруг говорило о несчастье, постигшем семью, и ему, несмотря на усталость, не хотелось пускать все на самотек. Пахнущий травами ветер весь день свистел в ушах.
   Кивнув, женщина жестом пригласила герцога в кухню, а Калабриан поймал за руку мальчишку:
   - Переоденься и приходи в гостиную, расскажешь, что с вами случилось.
   Парень опять дернулся, но Кэл добавил вслед:
   - Или я расскажу твоей матери, как с тобой познакомился.
   Не оборачиваясь, парень кивнул и скрылся в глубине дома, с кухни вышел Тирос, аккуратно вытирая руки белым потертым полотенцем:
   - Калабриан, не хочешь пойти с нами? Госпожа Нилеза сказала, что девочка болеет уже несколько дней, возможно, понадобится помощь.
   - От меня мало толку, я лучше подожду вас в гостиной.
   - Как скажешь.
   Тирос и хозяйка дома ушли, а принц прошелся по небольшой гостиной. Ковер на полу явно знал лучшие времена, обивка дивана потерлась и покрылась несмываемыми пятнами, а полное отсутствие сколько-нибудь ценных безделушек вопило о финансовом крахе громче потертого и перелицованного платья хозяйки.
   Сзади раздалось легкое покашливание, принц обернулся - в арке стоял худощавый подросток, одетый как небогатый школяр. Широкая одежда и полумрак добавили ему возраста, но сейчас было видно, что ему не более пятнадцати, и тонкие длинные пальцы нервно подрагивают, теребя полу куртки.
   - Садись, - принц кивнул на диван. - Расскажи, что случилось с твоей семьей.
   Парень неохотно прошел и уселся в угол:
   - Отец умер, а я еще не могу зарабатывать как взрослый, я еще учусь.
   - Давно умер?
   - Три года назад, скоротечная лихорадка, еле успел доехать до дома.
   - Понятно, кем он был?
   - Картографом.
   - Кем? - принц искренне удивился, такая профессия требовала недюжинных знаний и любознательности. - Погоди, это Вирен, и значит, твоего отца звали...
   - Мирадис Карбит.
   - Но он же был королевским картографом! Вы должны получать пенсию!!
   Парень хмыкнул.
   - Мама пыталась добиться пенсии, но чиновник в ратуше сказал, что отец умер дома, не выслужив даже двух десятков лет, а значит, пенсия нам не положена.
   Принц недоверчиво покачал головой:
   - Неужели у твоего отца не было никаких сбережений??
   - Мы купили этот дом, - раздался сзади печальный женский голос, - а потом родились дети. Сейчас остатки сбережений ушли на учебу Мирила.
   - Сударыня, - принц встал и слегка склонил голову. - Почему же вам не удалось выхлопотать для Мирила место? Судя по этому, - принц кивнул на небольшой столик, уставленный баночками с красками и тушью, на котором беспорядочно лежали свитки свеженарисованных карт, - ваш сын унаследовал талант своего отца.
   Женщина как-то горько усмехнулась и погладила черные гладкие волосы сына:
   - Ступай, Мирил, подогрей суп, я сама поговорю с нашим гостем.
   Мальчик нехотя вышел, а женщина, проводив его взглядом, посмотрела в глаза принцу с такой звериной тоской, что он вздрогнул:
   - Я не могу помочь своему сыну, потому что любила и люблю своего мужа, а чиновник, ведающий в нашем городе распределением льгот и пенсий, согласен помочь только в обмен на... мою любезность.
   Калабриан почувствовал, что его душит холодная ярость - сделав несколько вдохов, он постарался взять себя в руки и успокоиться.
   - Сударыня, я понял причину ваших забот; если позволите, завтра мы с вами навестим ратушу, у меня есть кое-какие связи, и мы попробуем восстановить положенную вам пенсию. Кроме того, я оценил работу вашего сына и предлагаю ему должность проводника с полным содержанием и хорошим жалованием, а также возможность составить подробную карту Пограничья.
   - Да, мама! Да, я согласен! - подслушивающий у двери подросток ураганом ворвался в гостиную, упал на потертый ковер у ног матери и, обняв ее колени, умоляюще заглянул в глаза. Губы женщины задрожали и скривились, но тут вовремя появился уставший Тирос:
   - Все в порядке, сударыня, девочка спит. Мне бы умыться и горячего чаю.
   Женщина, забыв о слезах, повела целителя на кухню; подумав, принц пошел следом. Амиран и Ивэн были уже там, сидели у аккуратного стола с мраморной столешницей и хлебали из мисок жидкий суп. Хозяйка, хлопоча, усадила бледного герцога на стул, подала горячий чай и налила полную миску такого же варева. Как ни стыдно было герцогу объедать эту семью, ему требовалось срочно восстановить силы. Его учили как воина - залечить рану, укрепить оружие, сотворить огненный шар, а вот лечить затяжные болезни он не умел, и потому действовал чистой силой, вычерпав себя почти до дна. Калабриан спокойно похлопал друга по плечу и спросил у подростка:
   - Поблизости можно купить еды?
   - На углу есть лавка.
   - Сходи, возьми окорок, сыра и сладостей.
   - Девочке хорошо бы попить молока с медом несколько дней, - добавил герцог.
   - Еще меда и молока, - добавил принц и протянул мальчишке золотой.
   Амиран, потянув за собой Ивэна, сообщил, что они неплохо устроятся на сеновале, и вышел. Будущий картограф Его Высочества убежал, топая стоптанными сапогами, а принц вновь заговорил с его матерью:
   - Не волнуйтесь, сударыня, вашему сыну ничего не грозит, а если он достойно применит свои таланты, то через несколько лет сможет претендовать на должность отца - насколько мне известно, место королевского картографа все еще вакантно.
   Женщина молчала, тиская в руках полотенце, но тут вмешался Тирос:
   - Вы можете не согласиться на наше предложение, но сын вас не поймет, он очень старается помочь вам, не лишайте его шанса.
   Кивнув и утирая все же побежавшие слезы, женщина вышла встретить прибежавшего с грузом покупок Мирила. Парень оказался толковым и хозяйственным, копченый окорок и мягкий сыр, аккуратно упакованные в чистую корзинку, благоухали, в корзинке побольше стояли горшочек меда, кувшин свежего молока и шуршали упаковкой несколько пакетов сладостей. В чистом мешке обнаружился не только каравай хлеба, но и свежие пышные булки:
   - Простите, господин, я купил булочки для Мираны, она очень любит есть их с молоком.
   - Ты сделал все правильно, - принц успокоил взволнованного парня, - выздоравливающим нужно хорошо питаться. Сейчас сядем за стол - вы с мамой еще не ужинали, - а потом отнесешь молоко и булку сестре; думаю, к тому времени она проснется.
   Тирос, услышав это, едва не поперхнулся пончиком с вареньем, который торопливо жевал, восстанавливая силы. Напряженная вдова картографа продолжала наблюдать за гостями и за скоропалительным ужином - отметила и отсутствие в покупках вина, и манеры за столом: сдержанные, но несомненные. После плотного ужина Мирил едва не заснул за столом, но, встряхнувшись согрел для сестры молока, добавил мед и, уложив на блюдце булочку, понес все наверх, а принц вновь обратился к женщине:
   - Сударыня, я не буду сейчас повторять свое предложение, но утром выполню обещанное; надеюсь, вы найдете в себе материнскую мудрость и подумаете, судьба вашего сына в ваших руках.
   Герцог слегка поморщился, подумав: 'Зря Калабриан использует столь вычурную речь, и где он нахватался слов о материнской мудрости и судьбе?' Но, поддерживая друга во всем, промолчал. Чинно поклонившись, поздние гости отправились было на сеновал, но их догнал голос хозяйки дома:
   - Господа, думаю, в комнате для гостей вам будет удобнее.
  
   Утром путешественников разбудил дивный запах горохового супа с копченым мясом. В гостиной был накрыт стол; тонкие ломти поджаренного хлеба, украшенные паштетом из сыра, яиц и зелени, соседствовали со сладким пирогом. Амиран и Ивэн, умытые и довольные, уже составляли список необходимых для дальнейшего путешествия покупок, Мирил сидел рядом и посильно участвовал.
   - Доброе утро! - приветствовали они хором Калабриана и Тироса.
   - Мама сказала, что отпускает меня с вами! - едва не подпрыгнул Мирил.
   - Очень хорошо, - кивнул принц. - Напиши, сколько и какой бумаги тебе понадобится, краски, кисти - в общем, сам знаешь. И теплую одежду и обувь. Амиран, после завтрака сходите с Ивэном и Мирилом на рынок, а мы с госпожой Карбит навестим ратушу.
   Амиран понятливо кивнул и засмотрелся на хозяйку, вносящую супницу с супом. Тирос был удивлен, за ночь женщина переменилась. Нет, платье осталось тем же самым - серым и наглухо застегнутым, но его украшал белый воротничок, а волосы уже не казались неопрятно-серыми, блестящие русые пряди были уложены в простую, но красивую прическу. Глаза, чуть припухшие от слез, блестели, а на губах сияла еще неуверенная улыбка.
   Тиросу понравились перемены, и он поспешил сказать даме парочку дежурных комплиментов, а принц, укоризненным взглядом напомнив другу о леди Суонси, присоединился к похвалам/ Простые, но вкусные блюда радовали и взор и желудок.
   Насытившись, стали собираться - наставник с подопечными ушли первыми, получив от принца кошелек. Потом госпожа Карбит, смущаясь, сказала, что возьмет с собой дочку: в доме никого больше нет. Принц согласился, и вскоре скромная вдова вышла в шляпке, потертой теплой шали, накинутой на плечи, и в стареньких уличных башмаках, держа за руку худенькую бледную девочку лет восьми.
  Пока вдова запирала дверь на большой навесной замок, и мужчины смогли рассмотреть дом королевского картографа при свете дня.
   - Мирадис много тратил на свои путешествия, - смущенно пробормотала женщина и тут же улыбнулась: - Зато его карты были самыми подробными во всем королевстве!
   Но мужчины считали, что одинокой женщине стесняться некоторой запущенности нечего - все, что можно было сделать женской рукой, было сделано: крыльцо выметено, вдоль дорожки росли цветы, и девочка, крепко держащая мать за руку, одета хоть и скромно, но чисто и опрятно. А смотрели принц и герцог примеряя, продержится ли дом до возвращения Мирила; в том, что парень получит должность королевского картографа, ни принц, ни герцог не сомневались: четкие грамотные карты с указанием высот и названий, названные Мирилом 'учебными', были лучше тех, что спешно выдали им в дорогу в канцелярии Двора. Здание, укрытое разросшимися кустами, оказалось каменным и вполне прочным, а потому принц решительно развернул смущенную хозяйку к калитке, пора было навестить ратушу.
  
   Когда носилки в сопровождении Стражей втянулись в узкую извилистую воронку ворот, Гелла закрыла глаза и впилась ногтями в ладошку, ей было страшно. Ее хотели убить - жестоко и планомерно, и ужас, застрявший льдинкой в сердце, не давал расслабиться и отдохнуть перед встречей с двором короля вампиров. Рядом, откинувшись на подушки, мерно покачивалась Сатра, не выпуская из рук короткий меч. Кира спасалась от хандры, сосредоточенно разбирая амулеты:
   - Этот помогает определить ядовитые компоненты в пище и питье, этот даст возможность дышать под водой в течение пяти минут, этот лишает человека обоняния, а этот вызывает приступы страха.
   - Амулеты не помогут, малышка, они как костыли для здорового, - сказала Сатра Кире, осторожно выглядывая в щель между занавесками и упираясь взглядом в острия арбалетных болтов, выглядывающих из бойниц. - Ими можно воспользоваться из засады или устроить мелкую пакость, но защититься можно только силой.
   Но Гелла неожиданно заинтересовалась коллекцией юной орчанки и предложила:
   - Давай поменяемся? Я хочу вот этот, который позволяет дышать под водой, а взамен можешь выбрать любой из моих.
   Кира с энтузиазмом согласилась - амулеты, подаренные Гелле, были не только функциональными, но и красивыми. И пока погонщик осторожно протягивал не желающих идти в темный узкий проход мулов через ворота, Кира стала обладательницей амулета, исцеляющего синяки и мелкие царапины.
   - Мне пригодится, я часто куда-нибудь забредаю.
   На угасающем осеннем солнышке процессию поджидал холеный скучающий вампир в зеленом шитым золотом камзоле:
   - Прошу вас за мной, господа, господин советник эр Луэст распорядился проводить вас во дворец.
   Хмурые Силен и Сират кивнули и сделали знак Стражам следовать в отдалении. Гелла присмотрелась к незнакомому вампиру: стройный и грациозный, но лениво-расслабленный и скучающий - так казалось с первого взгляда. А вот со второго она отметила удобные для верховой езды сапоги, почти скрытые широкими расшитыми бусинами штанинами; несколько неловко сидящий в плечах золотой камзол и странные перстни на тонких, холеных пальцах.
   - Сатра, - попросила она, - взгляни на того, кто нас сопровождает, что ты о нем думаешь?
   Воительница бросила внимательный взгляд вперед и фыркнула:
   - Воин, переодетый в придворного шаркуна.
   - Согласна; интересно, почему нас встречает он? Я слишком мелкая фигура для подобных предосторожностей. А вы с Кирой?
   Сатра пожала плечами:
   - Я тебе уже говорила, мы обыкновенные внучки Матери племени, таких, как мы, еще дюжина.
   - Значит дело не в нас, дело в том вампире, который нас пригласил, - сделала вывод Гелла, и тут процессия свернула, повинуясь движению руки скучающего вампира.
   - Сатра, смотри! Мы сворачиваем с воротной площади в переулки! Нас прячут?
   Воительница настороженно всматривалась вперед и даже принюхивалась, раздувая изящные ноздри:
   - Ты права! Впереди обычные не слишком чистые улицы, даже не мощеные, камнем не пахнет.
   - Надеюсь, господин Валер сможет нам все это объяснить, - с сомнением произнесла герцогиня, поглядывая на притихшую, закопавшуюся в подушки Киру.
   За калиткой мужчины уже через десяток шагов поняли, что слабая после болезни малышка идет медленно, и к ратуше они доберутся в лучшем случае к вечеру. Покрутив головой, принц остановил пару носильщиков с легким портшезом. Сопротивляющуюся госпожу Карбит усадили в глубокое кресло и вручили дочку, как ценный приз; принц и герцог под личинами последовали за портшезом, разглядывая кривые улочки городка. Здесь не было двух одинаковых домов, однако глухие заборы и калитки выдавали пограничье. Войны не было уже лет двадцать, но стычки случались, да и контрабандисты не дремали. Именно поэтому, насколько было известно Его Высочеству, здесь были не просто казармы для небольшого гарнизона, а полноценная усадьба с отдельно стоящим госпиталем. Принц ожидал встретить на улицах военных ветеранов, которые получали особую повышенную пенсию, если оставались жить по месту службы, но форменные камзолы попадались редко, зато вдоль стены храма сидела целая вереница нищих - не искалеченных и убогих, а просто изможденные голодом и страданиями лица. В основном женщины и дети. Герцог и принц переглянулись, и Тирос осторожно бросил магический щуп - а потом показал принцу один палец и кивнул на старика, покрытого пылью и навозом.
   - Один? - Калабриан приостановился и переспросил: - Во всей этой толпе фальшивый нищий только один?
   Герцог кивнул и добавил:
   - Две трети здесь сидящих едва не умирают от голода, а остальные больны.
   - Здесь же есть госпиталь? Неужели там не нашлось работы для оплаты лекарств??
   - Похоже, что здесь поселилась жирная пиявка, которая тянет деньги из города, пойдем все же в ратушу, там сможем узнать больше.
   Ратуша пограничного городка впечатляла - высокое каменное здание служило одновременно пожарной вышкой, набатной башней и канцелярией. Принц вежливо помог вдове спуститься с кресла и вместе с герцогом прошел к кабинету чиновника, отвечающего за пенсии. Толпы там не было, а непочтенный страж королевской казны завтракал булкой с горячим чаем. Увидев вдову в сопровождении явно знатных дворян, он едва не поперхнулся кипятком.
   - Сидите, любезный, - герцог подпустил в голос язвительности. - Мы прибыли из столицы с проверкой счетов и документов, а также для уточнения, почему почтенная вдова королевского картографа не получает положенную ей пенсию.
   - Кроме того, - добавил принц, - Их Величество отправил нас выяснить, почему карты, присланные из пограничья, так дурно составлены, а вакансия королевского картографа до сих пор не занята.
   Зарвавшийся чиновник крутил головой и давился булкой, но, наконец, справился с собой и прохрипел:
   - Госпожа Карбит получит пенсию немедленно, оформление бумаг несколько затянулось.
   - Вот как? - скептически поднял бровь герцог. - На три года? Стало быть, госпоже Карбит полагается компенсация за ваш счет, ибо королевским указом на оформление пенсий и подобных льготных документов отводится не более месяца.
   Чиновник сглотнул и выбежал из кабинета, уверяя, что сейчас же все сделает.
   - Мразь, я на него 'следилку' навесил, наверняка к сообщнику побежал, не верю я, что пенсию можно на три года задержать безнаказанно.
   - Значит, проверь здесь все бумаги - возможно, такая пенсия здесь не одна, - распорядился принц, - а я пока навещу градоправителя.
   Герцог тут же закопался в стол, а принц, усадив госпожу Карбит в кресло и вручив ее дочке яблоко, вышел в коридор. Прошел вдоль кабинетов, внимательно читая таблички, и услышал легкий шум на втором этаже. Активировав 'следилку', переброшенную герцогом, принц услышал разговор чиновника и градоправителя; запомнив имена и даты, он неслышно поднялся на второй этаж, а потом ногой распахнул дверь в роскошный кабинет.
   - Вы еще здесь, милейший?? Госпожа Карбит ждет вас в вашем кабинете; надеюсь, вы уже выписали вексель на всю сумму вместе с компенсацией??
   Градоправитель - холеный и гладкий - ошеломленно уставился на незнакомца и икнул. Принц всмотрелся и выругался про себя - ну конечно! Кто может быть градоправителем пограничного городка, куда столичных снобов и не заманишь? Бывший придворный, отлученный от кормушки за излишнюю любовь к деньгам и жизненным утехам. Вид незнакомца потряс его потому, что он узнал голос!!
   Вздохнув, принц выставил чиновника вон, предварительно проверив сумму и правильность заполнения векселя, а потом уселся в кресло и, глядя в глаза градоправителю, сообщил, что сейчас герцог Тримейн тщательно проверяет его пенсионную канцелярию, а вот лично он зашел поговорить по душам. Если в течение недели задержанные и скрытые под разными предлогами пенсии и льготы не будут выплачены, градоправитель поедет на совсем другую границу - Северную, и не в карете, а в кандалах. Кроме того, принц распорядился немедленно внести в списки королевских служащих Мирила Карбита и выдать ему средства на годичную командировку для составления карт пограничья и окрестных земель. Карты будут прибывать в ратушу ежемесячно, их следует тщательно копировать, а оригиналы отправлять в канцелярию Его Величества.
   - И на все это у вас есть три часа, пока мы с герцогом пообедаем, в противном случае - не жалуйтесь! - притопнув сапогами, Калабриан вышел и спустился по красиво изогнутой деревянной лестнице на первый этаж - в кабинет штатного мага.
   Городской маг - молодой парнишка, подменяющий приболевшего деда, - долго сопротивлялся и требовал двойную оплату, поняв, что связаться нужно с дворцом. Принцу пришлось действовать в лучших традициях пограничных баронов: брякнув кулаком по столу так, что подпрыгнул хрустальный шар, он сухо пообещал лично повесить бездельника на главной площади - и вызов сразу пошел.
   Передав дежурному магу данные о творящемся в пограничье беззаконии, а также сведения о принятии на службу нового королевского картографа, Калабриан запросил аудиторский рейд по пограничью. Завуалированно рекомендовав для выполнения дел свою личную канцелярию, он раскритиковал карты, переданные ему во дворце, и сообщил, что поиски леди Геллы продолжаются. Как всегда последнее время, при упоминании пропавшей невесты в комнате повеяло теплым ветром с запахом трав, дорожной пыли и как ни странно - крови и железа. Маг встрепенулся, но под тяжелым взглядом наследника промолчал. Ее Величество, на миг показавшись в хрустале, ласково взглянула в глаза сына и кивком пообещала проследить за всем лично.
   Вместо обеда принц проводил госпожу Карбит в ближайшее отделение банка, расположенное здесь же на городской пощади. Обналичив выданный вексель, женщина поняла, что такую кучу золота ей просто не унести, и открыла в этом же банке пополняемый счет, оставив себе некоторую сумму на срочные расходы. К тому времени герцог закончил краткий экскурс в стол чиновника и передал вдове списки обиженных людей и положенных под сукно дел:
   - Мы оставим у вас эти бумаги просто на всякий случай, через несколько дней начнется проверка ратуши и всех городских служб; полагаю, такая предосторожность вам не повредит. Женщина благодарно кивнула и залилась слезами. Принц, не выносивший столь бурного проявления эмоций, поспешил усадить вдову с девочкой в портшез и отправил домой с наказом готовить обед, а сам в компании Тироса заглянул к сапожнику, в лавку готового платья и небольшую палатку травника: отправляясь к вампирам, стоило запастись зельями, отбивающими запахи.
   В это самое время во дворце короля вампиров шел тайный совет - несколько пожилых придворных встречали рассвет на террасе, выполняя традиционное бдение дня осеннего равноденствия. На низком круглом столике стояли чаши с вином и блюда с фруктами, горели в фарфоровых плошках пропитанные солями фитили, разноцветные огоньки высвечивали странно юные лица с глубокими глазами много повидавших стариков. Иногда огонек начинал плясать на особо выразительном перстне или изысканной пряжке для волос, но чаще огоньки мерцали над чашами и блюдами, отслеживая небрежные движения холеных рук.
   - Как вы считаете, мессир Диам, что значит появление сразу трех человеческих шпионов в гостевом крыле?? - ломтик сочной груши плавно проплыл по воздуху и исчез в коротком блеске белоснежных зубов.
   - Трех? Помилуйте, мессир Ульфтаг, мне доложили о девушке с парочкой подозрительных флаконов, и были сомнения насчет нового торговца редкостями... - несколько орешков хрустнули в такт словам, следом всплыла чаша со сладким вином предгорий.
   - Торговец уже подтвердил подозрения, а кроме того, во дворце появился необычайно рослый лакей... - еще кусочек груши и следом - полоска острого сыра.
   - Так, возможно, он орк? - ленивое движение пальцев - и серебряный кувшин, украшенный вставками из хрусталя, всплыл в воздух, наполняя маленькую хрустальную чашечку жгучим восточным напитком с перцем.
   - Дополнительная проверка не помешает; кроме того, участился обмен гонцами между Матерью орков и драконами, это настораживает!
   - Ее Высочество не желает ничего слушать, - глубокий вздох, покачивание головы - и в свет огонька вплывает кусок чего-то удивительно пестрого и липкого на вид. - Визит запланирован и должен состояться до праздника середины зимы.
   В этот момент дверь, ведущая на террасу, приоткрывается, и вспугнутые сквознячком огоньки начинают метаться, разбрасывая тени. Несколько слов, сказанных едва слышным шепотом, и двери прикрываются, а ленивый разговор набирает обороты:
   - Значит, саламандра? Чем эта девочка насолила магам? - глоток вина, и лопнувшая с хрустом на белых клыках ягода винограда.
   - И орки, похоже - таких пауков нужно набирать не один день... - легкий жест пальцев, означающий немалый труд.
   - А можно приманить амулетом за пару часов...
   - Значит, все же орки... - еще кусочек груши, но на сей раз в сопровождении ветчины.
   - Но какое изящное заклинание! Замкнутый цикл водопада! Это кто-то из наших постарался...
   - Говорят, у юного Сирата была невеста знатного рода...
   - Была?
   - Он подал просьбу о браке с той юной орчанкой, внучкой Матери племени.
   - Хм, шустрый парень, думаю, такие связи нам не повредят.
   - К вечеру отец барышни получит новое назначение, на границе с северными княжествами.
   - Бедняжке будет полезно остыть, и кроме того, я слышал, викинги весьма умелы в любовных делах.
   Легкий смешок, и три чаши встречаются над столом с легким звоном, пугая цветные огоньки. Пора расходиться, розовые пальцы рассвета уже разлеглись на сизых облаках. Накинув традиционные серые балахоны, вампиры сумеречными тенями растворились во множестве ведущих с террасы дверей.
   Стражи и носилки долго петляли вслед за сопровождавшим вампиром по узким не слишком чистым улочкам, пересекали запущенные сады и дома. Наконец, когда у девушек уже кружились головы, вампиры свернули в переулок, обнесенный каменной стеной, и остановились напротив узкой калитки. Силен спешился, бросив поводья сыну, подошел к носилкам и негромко сказал:
   - Миледи, прошу вас прикрыть лица шарфами и смазать запястья вот этим, - советник протянул девушкам флакон темного стекла. - Дальше придется идти пешком, калитка слишком узкая.
   Девушки быстро закутались в шарфы и щедро смочили запястья вяжущим прозрачным настоем. Вопросительно взглянув на Силена и дождавшись ответного кивка, герцогиня смочила из флакона горшок с лягушками и спрятала его под накидкой. Потом гурьбой под прикрытием Стражей девушки просочились в калитку и через пышный осенний сад подошли к флигелю.
   То, что они уже во дворце, Гелла поняла не сразу - слишком устала и издергалась. Их встретил пожилой мужчина в бархатном камзоле, напоминавшем ливрею, и проводил в отведенные почетным гостьям покои. Сатре и Кире достались три комнаты, оформленные в золотисто-соломенных и терракотовых тонах, - две спальни и общая гостиная, а Гелла получила три комнаты с бледно-зелеными и голубыми тонами в оформлении; кроме спальни и гостиной к ее покоям относился небольшой кабинет.
   Уставшие девушки первым делом занялись насущными делами: вымылись и переоделись с дороги, приняв помощь служанок. Горничные были людьми и во время купания объяснили изумленным гостьям, что их просто наняли в хорошем агентстве по найму, а по истечении срока контракта они вернутся домой завидными невестами - здоровыми и небедными. Вместе с ванными, ароматными маслами и полотенцами девушки принесли легкие просторные одежды - по три для каждой гостьи. Гелла с удивлением рассматривала красивые расшитые серебряной нитью по краю балахоны трех разных оттенков голубого, не решаясь примерить. Служанка сказала, что это традиционная домашняя одежда женщин в этой стране, дома вампирши одеваются легко и удобно, лишь на балах и выездах следуя официальной моде. А потом, когда Гелла выбрала один из балахонов и, закутавшись в него, уютно устроилась на постели, спросила, что леди пожелает на ужин.
   - Спросите, пожалуйста, у господина Силена, за нашим рационом в дороге следил он.
   Горничная, нимало не смутившись, сделала книксен и вышла. Подумав, Гелла спустила ноги с кровати и на цыпочках выбежала в гостиную, а оттуда в сумрачный, почти не освещенный коридор. Пробежав по жесткому плетеному ковру пяток метров, герцогиня постучала в покои орчанок - дверь открыла Кира в роскошном розовом облачении, а за дверью стояла Сатра - в алом с искрой балахоне и с парой мечей в руках.
   - Я ненадолго, скоро принесут ужин, спрячьте их у себя, а если понадобится меня срочно позвать - погладьте по спинке, тогда те, что остались у меня, - запоют, и я прибегу.
   С этими словами герцогиня протянула Кире пару лягушек в чайной чашке. Девочка тут же накрыла посудинку платком и спрятала в корзинке с цветами на тумбе.
   - А если ты нас позовешь?
   - Тогда запоют ваши малышки, в крайнем случае, я завизжу!
   Герцогиня так же на цыпочках вернулась к себе и забралась в кровать, раздумывая про себя, как хорошо, что служанки обычные люди - вампиры сразу же обнаружили бы ее по запаху. Буквально через пару минут горничная внесла поднос с ужином и заодно рассказала, что Силен оставил рекомендации по питанию на неделю, а Сират обещал их навестить.
   - Господа вампиры уже вселились в свои покои и тоже ужинают, - очевидно, девушке было приятно поговорить с благородной леди человеческой крови.
   - А что, у господ Силена и Сирата есть во дворце свои покои? - спросила Гелла, тщательно разжевывая кусочек восхитительно нежного мяса в густом соусе.
   - Конечно, миледи! У всех высоких лордов пятидесяти семей есть свои покои во дворце! Они сами оплачивают их содержание и ремонт и могут приехать и поселиться в них в любое время; другое дело, что короля они все равно могут не увидеть, потому что дом пятидесяти - это отдельный флигель, а на посещение центральной части дворца нужно особое приглашение.
   - А часто тут бывают балы?
   Гелла подумала о том, что эта девушка для нее единственный независимый источник информации, уже завтра мажордом получит подробную информацию о гостьях и отношение слуг может разительно измениться; значит, нужно узнать как можно больше сейчас!
   - Нет, сударыня, сейчас балы редкость, но вечерние приемы бывают дважды в неделю, вчерашний вы уже пропустили, но я слышала, что вас пригласил сам Королевский советник, мессир эр Луэст, значит, завтра придет портниха, а к субботе принесут приглашение.
   Гелла про себя порадовалась такому энтузиазму, но вспомнив прибытие во дворец, засомневалась в скорости приглашения. Закончив ужин чашечкой горячего чая, совсем не лишнего даже в теплой постели в начале осени, девушка отпустила горничную и, полежав немного в тишине, соскользнула с кровати. В чай были добавлены ягоды сонника, и это Геллу насторожило: проблем со сном у нее не наблюдалось. Взяв с кресла теплую шаль, приготовленную на утро, девушка подошла к окну и, раздвинув красивую драпировку, вгляделась в расплывчатые огоньки за стеклом. Вокруг было тихо, толстые стены гостевых покоев не пропускали посторонних звуков, спину прикрывала ткань портьеры, лишь за стеклом чуть слышно шуршали капли - начинались затяжные осенние дожди. Постепенно атмосфера покоя начала затягивать, и герцогиня уже собралась вернуться в кровать, как ее уши уловили легкое потрескивание. Замерев, девушка пыталась понять, откуда доносится звук, сердце сжалось, рука потянулась к горшку с лягушками, и тут прямо над кроватью треснул потолок! Огненная волна пролилась на легкий полог, и он обрушился на постель, превращая ее в гигантский костер. Гелла завизжала, громко, неровным вибрирующим звуком рассеивая свой ужас и призывая на помощь, но выбегать из покоев не стала: мало ли кто караулит за дверью! Первой, к счастью, в покои ворвалась Сатра - в развевающемся балахоне, с растекшимися по плечам волосами; следом прибежали полуодетые служанки и несколько лакеев, последним появился мажордом и несколькими пассами укротил стихию. До его появления все попытки залить огонь водой были безуспешны.
   - Миледи, вы не пострадали? - вежливо обратился он к побелевшей Гелле.
   Сатра стояла рядом, хмуро разглядывая прожженную в кровати дыру и закопченный пол.
   - Благодарю вас, сударь, все обошлось, я лишь немного испугалась. Полагаю, мне будет удобнее переночевать в покоях моих сестер.
   Гелла бросила вопросительный взгляд на воительницу и получила хмурый кивок в ответ. Прихватив горшок с лягушками и щетку для волос, герцогиня в сопровождении воительницы добралась до покоев орчанок - по коридору уже сновали заспанные девушки с ведрами и щетками, спальню обещали привести в порядок к утру и даже убрать запах гари. Встретила их возбужденная Кира и, узнав в чем дело, предложила всем спать на одной кровати:
   - У меня амулет есть, дядя подарил, - девушка покопалась в сумках и вынула очередной шедевр плетения из кожи. Он вообще-то от дождя должен защищать, но мы однажды от песчаной бури им укрылись, получился такой шатер, и до нас даже песок не долетал!
   Довольная орчанка повесила амулет на столбик кровати, и девушки улеглись; некоторое время все чутко прислушивались и принюхивались, но потом усталость взяла свое, и названые сестры задремали. Гелле снился дождь - тяжелые капли стучали по тонкой крыше 'кукольного дома' в саду загородного поместья. Вдруг рядом кто-то завозился, и раздался визг, переходящий в сдавленный крик. Выпав из сна, герцогиня торопливо протирала глаза: полог от дождя сработал. Десятки мелких шустрых паучков падали с потолка и, скатившись по защитному куполу, словно с горки, ползали по полу, собираясь в клубки и снова рассыпаясь мелкими крошками. Проснувшаяся воительница смотрела на насекомых настороженно, а герцогиня заткнула себе ладошкой рот - чтобы не завопить.
   - Ты знаешь, что это за твари?
   Гелла закивала:
   - Latrodectus mactans hasseltii, красноспинные пауки, моя сестра собирала коллекцию насекомых и нашла такого паука в сундуке с заморскими тканями - думала, что он мертвый, а он ее укусил. Замковый лекарь смог ее спасти, но ей было очень больно, несколько часов она с трудом дышала, с той поры забросила коллекцию.
   - Кира, сколько продержится защитный полог?
   - В прошлый раз мы просидели под ним почти сутки, - сказала смущенная девочка, это ее визг разбудил всех.
   - Значит, ложимся спать и ждем утра; думаю, местному мажордому по силам справиться с пауками, раз уж он укротил саламандру.
   - Саламандру? - удивилась Гелла.
   - Угу, огненная стихия в чистом виде.
   - А я думала, что вампиры - мастера крови и лекари.
   - Я тоже так думала, давай спать пока еще кто-нибудь к нам в гости не заглянул.
   Увы, слова Сатры оказались пророческими - когда прижавшиеся друг к другу девушки задремали, послышалось странное шипение, вскинулись все трое - и в тусклом свете луны, пробивавшемся из окна, не увидели совершенно ничего. Воительница схватилась за амулет и, прошептав несколько слов, выругалась:
   - Вода!
   Вот тогда и Кира с Геллой рассмотрели блестящую пленку на полу. Вскоре пауки уже кружились в струях все прибывавшей жидкости.
   - Действительно вода? - уточнила Гелла. - Пауки, конечно, утонут, но не все, часть заберется на мебель и обивку стен, есть у нас амулеты от ядовитых насекомых?
   - Есть, - воительница вынула из кошеля несколько маленьких подвесок и прикрепила к шнурку с амулетами сестры и герцогини. - Нужно идти открывать двери, иначе мы тут просто утонем, вода почему-то не уходит из комнаты.
   - Полог не удержится?
   - Он защищает от опасности сверху, еще пара минут - и растает.
   Вздохнув, Гелла отыскала в брошенной в изголовье сумке недавно выменянный у Киры амулет, подвернула балахон повыше - вода плескалась уже на уровне колен:
   - Я пошла.
   - Лучше я.
   - Нет, береги Киру, я попробую выбить дверь магией.
   - Постой, возьми меч, если дверь не откроется - руби! - воительница протянула герцогине короткий тяжелый клинок, как всегда ночующий рядом с ней. Подрожав минуту, полог растаял, и девушка, сжав амулеты и осторожно ступая в холодной воде, побрела к двери. Вы пытались в темноте пройтись по незнакомой комнате? А по бедра в воде? Запнувшись в очередной раз то ли за банкетку, то ли за сумку, Гелла вспомнила много слов услышанных у орков, и решила проверять дорогу мечом. Идти стало спокойнее. Наконец, она нашла стену и, осторожно касаясь ее кончиками пальцев, добралась до двери; вода дошла уже до пояса и продолжала прибывать. Дверь не удалось сдвинуть ни на волос - то ли она уже разбухла от крутящихся водоворотов, то ли ее намеренно зачаровали. Попытавшись прорубить дерево мечом, герцогиня решила, что количество магов на квадратный метр в этом дворце настораживает, меч отскакивал от дерева и слегка искрил при ударах. Перебрав имеющиеся в наличии заклинания, герцогиня едва не заплакала от отчаяния: ничего подходящего в арсенале не нашлось, да и сил было маловато. Рядом неожиданно всплыли Сатра и Кира - очевидно кровать уже залило водой, и они приплыли на свет искр. Воительница попыталась, напрягая мышцы, вонзить второй меч в дверь и расшатать ее - безуспешно!
   - Попробуем добраться до окон?
   - Скорее всего, бесполезно, там такие же заклинания.
   - Можешь что-то сделать?
   - Сил не хватает, и вас может обжечь!
   - Активируем амулеты, - воительница махнула рукой и сунула герцогине в ладонь большой круг с крупным камнем в середине: - Это просто накопитель, на пару заклинаний должно хватить!
   Гелла развела руки в стороны и принялась читать короткий стишок, который запомнила случайно, играя с братом в салочки на кухне. От двери ударила волна горячего пара, вода вокруг забурлила сильнее, и зачарованное дерево вдруг разделилось на волокна, а волокна, в свою очередь, затрепетав, переплелись в ажурные косички; в образовавшиеся отверстия хлынула вода, и вскоре у покоев орчанок снова собралась толпа. Мажордом прибежал в длинной до пят мокрой фланелевой рубахе и ночном колпаке с кисточкой. Оказалось, что его комната располагалась как раз под гостевыми покоями, и едва герцогине удалось разрушить целостность заклинания - вся вода, собравшаяся в немаленькой комнате, хлынула вниз. Мокрые, стучащие зубами девушки успели предупредить мажордома о пауках, когда из соседнего корпуса примчался Силен - увидев под утро свет, внезапно загоревшийся в гостевых покоях, он забеспокоился.
   - Что здесь происходит? - раздался его рык за спинами столпившейся прислуги.
   - Лерд Силен, - Гелла окликнула его слабым голосом из-за сотрясающей ее дрожи, в комнате не осталось ни единой сухой тряпки.
   - Леди Гелла, - вампир подобрался ближе и, рассмотрев вымокших девушек, потянул с плеч камзол. Возникший ниоткуда Сират сделал то же самое для Киры. Сатре засуетившиеся горничные предложили сухое покрывало из соседних покоев. - Прошу вас, леди, следуйте за мной; полагаю, господин Вайлар пришлет ваши вещи, едва здесь все высохнет.
   Мажордом закивал головой так активно, что Кира хмыкнула. Едва девушки в сопровождении вампиров вышли под тихий промозглый дождь, Сират свистнул, и по бокам дорожки появились два Стража:
   - Проводите нас до родовых покоев и предупредите советника эр Луэста.
   Стражи молча обнажили оружие. До дома пятидесяти родов добрались быстро, но Гелла, накупавшаяся в холодной водичке, уже стучала зубами и терла покрасневший нос, а Кира протяжно зевала.
   При свете масляных ламп в красивых абажурах, расписанных летящими птицами, герцогиня бросила взгляд на покои и поняла, что их поселили в местном аналоге лачуги. Каждая вещь в маленькой гостиной несла не только печать индивидуальности, но и была произведением искусства, почти музейной ценностью. Небольшие диванчики, обтянутые шелком с ручной росписью, мягко сияющие изгибы полированного дерева с инкрустациями из перламутра и слоновой кости. Столики с мозаичными крышками и тонкими ножками из неведомых пород дерева. Фарфоровые медальоны на стенах и парящие на потолке птицы. Даже сквозь болезнь, застилающую разум пеленой отчуждения, Гелла не могла сдержать возглас изумленного восхищения такой небывалой красотой.
   И то сказать, средний срок жизни вампира - семьсот лет, и при наличии интереса коллекцию интерьеров можно собрать не хуже драконьей. Вздохнув, девушка опустилась на диван, тщательно подворачивая под себя просторный камзол, стараясь не замочить гладкую обивку. Орчанки выбрали стулья с гнутыми спинками, видимо, опасаясь на диване уснуть.
   Взволнованный Сират утянул Киру в свою комнату, ласково нашептывая на ушко и обещая ей теплую ванну и мягкую кровать. Сатра, вздохнув и подтянув повыше громадное покрывало, поплелась за ними, всем видом показывая, что открутит вампиру голову при малейшем поползновении на сестру.
   Геллой занялся Силен - сначала осторожно раздел и, закутав в простыню, унес в теплый бассейн с мозаичными стенами и почему-то синей водой; девушка не могла стоять на ногах, проваливаясь в странное беспамятство, и он, усадив ее на специальное сидение, осторожно растирал кожу губкой, разгоняя кровь. Потом закутал в горячее полотенце и унес в спальню, гоня последние признаки переохлаждения горячим травяным чаем. Все это время Гелла прятала глаза и боялась лишний раз взглянуть на вампира. Откровения Сатры заставляли ее ежиться и смущаться, ведь в начале пути она относилась к достойному советнику, как к дядюшке или любому другому старшему родственнику, заботливому и близкому, но слова воительницы заставили увидеть в светловолосом опекуне мужчину.
   Силену тоже пришлось нелегко - руки тряслись от понимания, что вот сегодня он мог потерять свое сокровище, и он удваивал заботы, проклиная свое бессилие. В королевстве вампиров давно уже существовал запрет на обращение людей в себе подобных. Такую привилегию сохранил лишь королевский род, все остальные должны были жениться и рожать детей, причем родовые признаки в браках с людьми наследовались противоположным полом, у вампирши от брака с человеком рождались вампиры-сыновья и обычные человеческие девочки. Еще раз погладив светлую прядь, советник вздохнул и улегся на широкую постель рядом с герцогиней, вдруг ей понадобится его помощь?
   Последним всплеском памяти Геллы стали горячие руки, кутавшие ее саднящее горло, и черные беспокойные глаза, расположившиеся совсем-совсем близко.
   Утром Гелла открыла глаза, когда солнечный свет пробился сквозь резную штору балдахина. Вставать не хотелось, руки и ноги отяжелели, словно наполненные свинцом. Рядом поверх покрывала очень тихо лежал Силен. Сначала девушка дернулась, а потом засмотрелась - четкие линии бровей, прямой нос, длинные ресницы, плотная чуть загорелая кожа. Кончики пальцев зазудели - захотелось провести по мужской скуле, поправить прядку волос, но тут, глубоко вздохнув, вампир открыл глаза:
   - Доброе утро!
   Гелла смутилась:
   - Доброе.
   - Помочь встать?
   - Я сама.
   Силен осторожно откатился и встал, отойдя к окну, зазвенев склянками, а девушка, борясь с отяжелевшим телом, сползла на мягкий ковер, пошатываясь, сделала шаг - и упала вниз, ободрав тонкую кожу о мягкий ворс. Кровать стояла на подиуме с тремя ступенями. Вампир тут же оказался рядом - поднял на руки, сел в кресло и просто зализал розовые следы на предплечьях. Рубашку Гелла натянула до самых пят - коленкам тоже досталось, но представив его влажный теплый язык на своих ногах, она так пыхнула жаром, что заботливый вампир начал трогать ее лоб, опасаясь новой волны болезни.
   - Мне нужно умыться.
   - Хорошо, только пока не купайся, - Силен улыбнулся так, что Гелла снова пыхнула. - Возможно, жар еще не спал. Помочь?
   Кое-как отбившись от помощи в купальне, девушка умылась и осторожно промокнула колени холодной водой. Засмотревшись на великолепную мозаику на стене, изображающую караван кораблей, плывущих по лазурному морю, Гелла едва не пропустила знакомые сумки и тихонько гудящий горшок. Похоже, лягушки проголодались. Поверх сумок лежали уже знакомые балахоны голубого цвета, сухие и выглаженные. Восхитившись дворцовыми горничными, Гелла отыскала гребень и принялась разбирать сбившиеся за ночь волосы, с каждой минутой ее самочувствие улучшалось, и вскоре она заметила, что подпевает тихому гудению лягушек.
   Подобрав волосы простой лентой, Гелла осторожно приподняла ткань, прикрывающую горшок, и ахнула: полупрозрачные шарики на стенках горшка большей частью усохли и потемнели. На глазах изумленной герцогини еще несколько шариков скукожилось и почернело. Но голова перестала кружиться, руки уже не дрожали, и ноги не подгибались. Выходит, шаман был прав - лягушки накопили магию, а теперь отдают ее хозяйке? Вздохнув, Гелла вышла из купальни в обнимку с горшком. В спальне никого не было, но приоткрытая дверь указывала дорогу. В уютном и светлом будуаре уже собрались ее спутники: Кира, покусывая губу, потряхивала дюжиной золотых бляшек с изображением незнакомого Гелле герба. Сатра помешивала ложечкой мед в чашке с чаем, а Сират и Силен раскладывали горячие булочки на тарелки из тонкого фарфора.
   - Доброе утро!
   - Доброе! - нестройно отозвались присутствующие, а Кира рассеяно помахала рукой, прислушиваясь к тонкому звону золота в косах. Гелла поставила горшок с лягушками на небольшую тумбу в углу и, выбрав чашечку с творогом в меду, стала кормить побледневших лягушек. Кира тут же выбралась из кресла и подошла помочь.
   - Кира, вас можно поздравить? - Гелла тихонько кивнула на сверкающие подвески.
   - Можно, - кивнула Кира. - Только пока непонятно с чем.
   - Почему?
   - Разрешение король вампиров дал, но свадьбу попросил отложить.
   - Надолго?
   - На неделю, - орчанка вздохнула и рассеянно покрошила творогом на спинку малиновой лягушки.
   - Так это недолго.
   - Недолго, - новый вздох, еще более продолжительный, чем первый. - Но я и приданое привезти не успею, и Сират в степь для церемонии ехать не хочет.
   - Договоритесь, - Гелла так же задумчиво погладила умолкших лягушек. - Главное, что он тебя любит, а уж где свадьбу играть и где жить - решите вместе.
   - Угу, - Кира отряхнула руки, отошла было к креслу, но передумала и села за стол: витающие в воздухе ароматы пробудили аппетит.
   Атмосфера за столом складывалась дружелюбная; Сатра отмякла, когда Силен сообщил, что по результатам расследования покушались на всех троих по очереди - Геллу пытался сжечь маг-наемник, по слухам, берущий заказы в столице людей; пауков напустили орки, родственники отвергнутого воительницей жениха, а водичкой всех сбрызнула некая ревнивая леди из вампиров. При этих словах отец и сын переглянулись и вновь углубились в содержимое своих тарелок.
   Гелла, только что крошившая булочку, вдруг потеряла аппетит:
   - Наемник? А кто его нанял?
   - По его словам, некий приближенный к королевской семье дворянин, - осторожно ответил Силен.
   - Его Высочество решили убедиться в моей смерти? - девушка потрогала пальцем лезвие ножа и продолжила: - Неужели труп бывшей невесты так необходим для следующего брака?
   Повисло молчание, потом Кира задумчиво пробормотала:
   - А если ты выйдешь замуж, ты все еще будешь представлять для принца угрозу?
   Герцогиня покрутила в пальцах кусочек булочки и решительно обмакнула его в розетку с вареньем:
   - Возможно, что нет, ведь тогда я точно не смогу предъявлять требования, опираясь на составленный отцом брачный контракт.
   Силен, внимательно слушавший этот разговор, поднял голову и, протянув руку, коснулся ледяных пальцев Геллы:
   - Герцогиня, вы позволите сказать вам несколько слов?
   - Конечно, - Гелла положила у своего прибора салфетку и вышла вслед за вампиром в небольшой солярий, примыкавший к будуару. Силен стоял, всматриваясь в укутанные золотом деревья дворцового сада:
   - Герцогиня, я прошу прощения за свою смелость, но и смиренно прошу выслушать меня. Вы знаете обо мне не много, но все что знаете - чистая правда. Я имею должность советника при дворе, высокий титул и немалые средства, был женат, но овдовел около двадцати лет назад, сейчас у меня нет никаких обязательств, сын уже вырос и имеет свою должность и средства. Я предлагаю вам мою защиту, мое имя и мое сердце.
   Гелла, ожидавшая лишь подробностей ночного нападения, немного растерялась. Перед ее внутренним взором проплыло другое предложение - официальное и холодное, как льды Северных морей, а Силен, затаив дыхание, ждал ее ответа, и в глазах невозмутимого вампира качались не золотые листья сентября, а ее - Геллы - лицо. Его руки, всегда готовые подхватить, поддержать, утешить... Решено! Подойдя ближе и всмотревшись в изысканную роспись листвы за стеклами солярия, девушка кивнула:
   - Благодарю вас, лерд Силен. Я готова принять ваше предложение, если вы пообещаете мне встречу с моими родными - я должна сообщить им, что жива.
   - Благодарю вас, миледи, я сделаю все возможное! - склонившись к руке герцогини в поцелуе, вампир снял с руки большой красивый перстень, украшенный гербом, и, прошептав что-то, снял с него тонкое колечко с маленькой короной:
   - Это наш фамильный перстень, я прошу вас принять его в знак нашей помолвки и сегодня же буду просить короля разрешить наш брак как можно скорее.
   - Хорошо, - Гелла слабо улыбнулась и позволила советнику надеть колечко на безымянный палец правой руки. - Надеюсь, Кира не обидится на нас, если наша свадьба будет раньше?
   Силен шутливо улыбнулся:
   - Попрошу сына уговорить невесту не сердиться.
   Рука об руку они вышли к столу, но, кажется, никого не удивили. После трапезы Силен отправился к королю, а Сират остался караулить девушек.
   Геллу все события утомили, и она поспешила укрыться в спальне - забралась с ногами на кушетку и, глядя в окно, пыталась решить, правильно ли она поступила. Она хотела быть любимой, а Силен, несомненно, будет с нею нежен; правда, родителей она будет видеть не часто, но супруге наследника тоже не пристало каждый день принимать родственников. Ее сыновья будут вампирами, но они такие красивые, сильные, быстрые - может быть, это и не плохо? А если родится дочь, Силен будет любить ее все равно, ведь наследник у него уже есть. Покрутившись, Гелла задремала и увидела во сне широкий тракт, глубокие колеи от телег и брызги грязи на сапогах, а потом ощутила себя духом, парящим в остывшем за ночь воздухе:
   - Тирос! Еще немного, впереди мост!! Мирил говорит, что застава будет прямо за ним!
   - Хорошо бы! Я эту клячу держу только магией! - крикнул в ответ худощавый брюнет, который показался Гелле слегка знакомым.
   - Давайте подержу повод, Ваша Светлость! - вынырнул из пелены дождя мокрый парнишка лет семнадцати.
   - Держи, - брюнет сунул в руки парнишки повод и, согрев руки подмышками, сделал несколько пассов плохо гнущимися руками. - Готово! Ивэн, спроси у Амирана, есть ли еще чай!
   - Сейчас! - парнишка вновь нырнул в темноту, а Гелла взлетела выше и с легким стоном проснулась на кушетке от того, что Силен укрывал ее пледом. Тут же вскочив, она всмотрелась в его лицо, и вампир, улыбнувшись, ответил на незаданный вопрос:
   - Его Величество позволили устроить свадьбу в один день, он сам хочет повести тебя к алтарю.
   Гелла поежилась.
   - Не бойся, король добр, и он будет нашим свидетелем, если кто-нибудь захочет опротестовать наш брак.
   - Хорошо, расскажешь, что нужно приготовить к обряду по вашим правилам?
   - Расскажу, пойдем в гостиную? Боюсь, если останемся здесь, я поддамся искушению, - и Силен провел языком вдоль голубой жилки на запястье, а девушка, вспыхнув, дрогнула от пробежавших по спине мурашек.
   - Пойдем!
   На следующий день принц со свитой покинул Винарт, до границы оставались считанные часы. Чтобы не терять скорости, были куплены заводные лошади, и к обеду Калабриан рассчитывал пройти пограничную заставу людей и заночевать на посту вампиров, но судьба как всегда посмеялась. Буквально в считанные минуты на небо наползли тяжелые серые тучи, и зарядил дождь. Лошадь герцога, поскользнувшись на свежей колее, сломала ногу, Тирос наложил магический лубок, но его приходилось постоянно обновлять и при этом двигаться в нужную сторону. Странностей для конца сентября - вполне еще теплого месяца - хватало с избытком, ветер ревел органной трубой и дышал льдом северных земель, через полчаса в воздухе замелькали белые мухи. Останавливаться было нельзя - в мельтешении снежного хоровода, в порывах ветра и разъезжающейся под ногами дороге таились смертельные сны. Человеческую заставу они преодолели, не заметив - просто проползли мимо серых теней, сгибаясь от порывов ветра, удерживаясь на дороге весом лошадей и поклажи. Спустя всего несколько десятков метров ветер стих, снег перестал идти, и по обочинам проступила еще зеленая трава. Еще через полсотни метров принц и его спутники ошеломленно оглядывали друг друга - потрепанные, промокшие, с красными исхлестанными ветром и снегом лицами люди стояли среди только что убранных полей и не веряще вслушивались в тишину. Постояв, двинулись по дороге, и вскоре впереди показался солидный каменный дом с пристройками, широкая веранда была заполнена людьми и вампирами. Здесь в пограничье люди-маги носили синие мантии с белыми воротничками, а вампиры - серые, прочие гости пограничья одевались привычно, разделение нужно было для того, чтобы знать, к кому обратиться со своим вопросом.
   У крепких окованных железом ворот заставы путников встречали стражи; расспросив, направляли либо на веранду - там находились жаждущие исцеления либо золота за кровь, либо к отдельно стоящему домику таможни - там оформлялись бумаги на въезд в страну и оплачивались пошлины на ввозимые и вывозимые товары. Принц и его спутники проехали к таможне, косясь на многолюдную веранду.
   В домике таможни их встретил улыбчивый вампир, попросил всех по очереди положить руки на амулет и задал полдюжины стандартных вопросов - цель визита, наличие груза, наличие запрещенных к провозу товаров. Принц не скрыл цели визита, ссориться с правителем соседнего государства не хотелось, запрещенных к провозу осиновых кольев и чеснока тоже не оказалось:
   - Поймите нас правильно, - полушепотом добавил вампир, заканчивая расспросы, - вред они нам не причинят, но чихать от аллергии или вынимать из груди щепки - не самое приятное занятие.
   И принц сочувственно ему кивнул. Поразмыслив, вампир сообщил, что направит бумаги скоростной почтой в столицу, и если король пригласит наследника сопредельного государства со свитой - они смогут ехать в столицу, а если нет - принцу придется вернуться в свое королевство. Впрочем, его спутников никто не задерживает, они вполне могут отправиться вместе со студентами магических школ на краткую экскурсию по пограничным городам государства вампиров. А, достойные господа не сдвинутся с места без сюзерена - что ж, тогда добро пожаловать в нашу гостиницу; пока будут идти бумаги - можете пожить там или вернуться на человеческую заставу. Поежившись, мужчины отправились к длинному одноэтажному зданию гостиницы.
  
   Статус невесты королевского советника, наверное, предполагал активную светскую жизнь, но Силен с разрешения возлюбленной сообщал всем, что девушка утомлена бессонной ночью и тяжелым путешествием, а потому до церемонии будет отдыхать в родовых покоях жениха. Король на переезде будущей подданной в гостевой дом не настаивал, а прочим придворным пришлось смириться.
   - Мне нужно уйти, любимая, - говорил утром Силен. - Подготовка к ритуалу требует моего личного присутствия, - и пропадал до самого вечера.
   Но весь день Гелла чувствовала его неусыпную заботу - к завтраку подавалась записка с пожеланиями доброго утра и маленький букет. Через час ей приносили новый прогулочный плащ и перчатки, а за дверями уже переминалась Кира, и девушки шли на прогулку в сад. Дождь моросил каждый день, но дорожки закрытого садика рода Миат были вымощены широкими плитами песчаника, а вдоль тропинок сказочно цвели хризантемы, бархатцы, поздние лилии и георгины, отдельными рядами тянулся шпажник, и тусклые осенние розы горели сквозь опадающую листву. Иногда прямо в сад прибегал посыльный - интересовался мнением Киры или Геллы по поводу букетов, платьев или оформления алтаря, и тогда Кира начинала горячиться и упрекать подругу в равнодушии.
   - Кира, я не равнодушна, я просто не знаю, как тут принято, и не хочу огорчать мессира эр Миата.
   - И потому оставляешь выбор за Силеном?
   - Да.
   - Гелла, ты лукавишь, любая девушка заинтересуется цветом и фасоном своего платья, а ты лишь позволила снять мерки. Или ты его не любишь? - Кира остановилась и развернула подругу к тусклому солнышку. - Не любишь. Тогда зачем?
   - Для меня это выход, принц забудет обо мне.
   - А Силен знает?
   - Силен знает, и он надеется, что я его со временем полюблю.
   Кира замотала головой:
   - Я все понимаю, но это неправильно, мне его жалко!
   - Ничего, я постараюсь быть ему хорошей женой, в конце концов, именно этому меня и учили много лет, а со временем смогу его полюбить, ведь он такой хороший, заботливый и чуткий.
   - И все равно, это неправильно! - ворчала Кира. - Вот Сират берет меня за руку, и по мне начинают бегать мурашки, и даже если он в другом конце комнаты - он ищет меня глазами!
   - Силен тоже меня ищет, и от его поцелуев у меня подкашиваются ноги. Просто я, наверное, более спокойная, не горю, а чуть-чуть тлею...
   Кира вдруг усмехнулась:
   - Ничего себе, тлею, а ты знаешь, какого цвета здесь свадебные платья?
   Гелла смутилась, как-то она совсем выпала из жизни - ходила целыми днями по комнатам задумчивая и молчаливая, разглядывала картины, вазы и медальоны; листала книги, взятые с изящных этажерок, и бесконечно скучала. Золотистые и серебристые тона стен не раздражали, но возникало ощущение красивой коробки, изысканной и даже позолоченной, но все равно коробки, где хрупкая блондинка выглядела нарядной куклой со стеклянными глазами.
   - Не знаю.
   - Хи-хи, платья невест у вампиров - алые!
   Гелла поперхнулась холодным воздухом.
   - Эх, не надо было говорить, надо было вместе с портнихой придти, ты же сама на традиционный цвет согласилась!
   Проглотив не полагающиеся герцогине слова, Гелла решила переключить шуструю девочку на что-нибудь менее раздражающее:
   - А ты в чем будешь?
   - Я как невеста нетрадиционная буду в орчанском свадебном костюме - он белый с разноцветной каймой.
   - Шальвары и туника?
   - Да, а еще длинный шарф и украшения.
   - Красиво.
   Тут разговор прервался звонким свистом - на каменной ограде, отделяющий сад рода Миат от еще сорока девяти подобных, сидел молодой парень в темно-сером камзоле и черном берете.
   - Прекрасные леди, позвольте к вам присоединиться?
   Кира с Геллой переглянулись и кивнули, скучная неделя с бесконечным сидением в четырех стенах утомила их, и они были рады новому лицу. Парнишка ловко спрыгнул прямо на дорожку, и оказалось, что это не парнишка, а девушка - тоненькая и не слишком высокая.
   - Меня зовут Миа.
   - Гелла.
   - Кира.
  
   В гостинице принца и его спутников встретил невысокий вампир в скромном коричневом камзоле без украшений, он больше напоминал мелкого чиновника, чем трактирщика, и был предельно вежлив:
   - Прошу вас, господа. Вот здесь вам нужно поставить подписи, вот ключи от номеров, горячий обед с вином подадут через полчаса. Насчет лошадей я распоряжусь, - взяв плату вперед за три дня, он лично проводил гостей в дальние от холла комнаты, пояснив: - Там будет спокойнее, и комнаты побогаче.
   Обессиленные путники были согласны на все, но комнаты их и впрямь удивили - принцу и герцогу достался номер с двумя спальнями и общей гостиной, к спальням примыкали ванные комнаты и гардеробные.
   - Здесь часто останавливаются знатные путешественники в ожидании приглашения, - ответил на удивленные взгляды вампир. А Амиран с оруженосцем и картографом получили почти такой же номер, но с двумя кроватями в одной из спален.
   - Здесь бывают и семьи, и леди с воспитанницами - приходится учитывать варианты.
   Управляющий гостиницей поклонился и вышел, а наставник тотчас погнал промерзших мальчишек в ванную. Вещи в седельных сумах во время короткого, но мощного снегопада тоже частично промокли, но в ванной обнаружилась целая стопка мягких простыней - закутавшись в ткань, можно вполне поужинать в комнате. Тут как раз раздался деликатный стук, и опрятная девушка внесла изрядный поднос с горшочками, тарелками и мисками, потом еще один и еще - управляющий предугадал желания гостей и прислал солидный ужин на троих в номер.
   - Скажи, красавица, где бы нам вещи посушить, промокли мы в дороге, - обратился к девушке Амиран.
   - Если не очень много, то можно в ванной у печки - та стена, что выложена изразцами, греется всегда. А если много, или вещи тяжелые, или постирать что-то надо, то по коридору налево будет ход в прачечную, нам Сината стирает и утюжит.
   - Спасибо, красавица, ты нам еще винца горячего принеси, поизмерзли мальчишки, устали - чтобы поспали до утра спокойно.
   - Господин управляющий для вас передал вино, - девушка указала кувшинчик, - а для юных господ вот этот чай с ягодной настойкой.
   Амиран только головой покачал от такой предусмотрительности и отпустил девушку восвояси. Вскоре наевшиеся до отвала мальчишки мирно засопели в подушки, а быстро ополоснувшийся и быстро перекусивший наставник, заперев дверь, скользнул по коридору к номеру принца. Легкий стук, и дверь напротив приоткрылась:
   - Амиран, заходи, - принц, уже сытый и переодетый, потряхивая отросшими в пути волосами, рассматривал карту, а уже обсохший герцог поводил над ней амулетом. - Тирос пытается вычислить направление магической атаки, у ветра был ощутимый вкус моря.
   - Все верно, - вздохнул герцог, устало опускаясь на стул, - морское побережье, предположительно поток холодного воздуха пришел отсюда, - Тирос ткнул кончиком кинжала в узкую полосу берега: - Только отсюда поток воздуха беспрепятственно мог добраться до границы, да и амулет подтверждает.
   - И кто это мог сделать?
   - Сильный маг-стихийник. В нашей стране таких немного, а вот у северных варваров Заклинатели Бурь не редкость.
   - Опять ничего конкретного, - вздохнул принц и обернулся к наставнику: - Я расспросил горничную, она сказала, что до столицы вампиров примерно три дня пути да еще день на работу канцелярии, в общем, нам здесь около недели придется жить. Присматривай за мальчишками, ссориться с вампирами нельзя, амулет богини чуть-чуть мерцает и указывает он на столицу - возможно, там мы что-нибудь о ней узнаем.
   Амиран покивал и вернулся к себе, нужно было еще развесить вымокшие вещи, разложить у печи сумки, вычистить обувь - хороший солдат оружие и амуницию всегда держит в порядке!
  
   Познакомившись, девушки некоторое время бродили по дорожкам, но вскоре снова пошел дождь, и Миа, ничуть не стесняясь, спросила:
   - В дом пригласите? Я еще в доме пятидесяти не была.
   Кира, смеясь, потащила новую знакомую в здание; Гелла шла медленно, раздумывая, чем же так удивила ее новая знакомая. Одежда - скромная, но очень хорошо пошитая, волосы подобраны, как у мальчика; тонкие длинные пальцы с аккуратным маникюром, чистый запах - больше всего Миа напомнила Гелле ее саму!
   Иногда брат утаскивал младшую сестренку на объезд деревень, принадлежащих герцогству, или просто в лес на охоту, и тогда юная герцогиня одевалась так же: мужской камзол, берет, удобные сапожки на шнуровке. Выходит, эта леди - аристократка? Уж не та ли самая невеста Сирата, которую упоминал Силен? Войдя в дом и скинув на руки горничной плащи, девушки поднялись в маленькую гостиную, в которой любили проводить время днем.
   Гелла, как старшая женщина в комнате, позвонила в тонкий серебряный колокольчик и велела принести поднос с закусками и горячие напитки. Миа с любопытством осматривала комнату, но Гелла видела, что обстановка девушку не впечатляла. Когда две служанки внесли подносы и сервировали небольшой столик у изогнутого полукругом дивана, Гелла вынула их горшка желтую в черно-оранжевых полосках лягушку и дала ей отведать по крошке каждого блюда. А вот лягушки Миа очень заинтересовали; рассеяно хлебнув чаю, она с разрешения хозяйки рассмотрела всех изрядно подросших лягушек, погладила разноцветные спинки и, вынув одну алую с белыми полосками и изумрудными крапинками, умоляюще посмотрела на герцогиню - Гелла вздохнула:
   - Конечно, Ваше Высочество, вы можете взять эту красавицу себе. Кормить можно сыром или куриной печенью; главное, добавлять к пище немного магии.
   Когда Гелла обратилась к Миа полным титулом, Кира вскинулась, а потом засмеялась:
   - Три принцессы!
   - Я герцогиня, - вздохнула Гелла.
   - Как ты догадалась? - принцесса быстро оправилась и теперь смотрела на Геллу с любопытством, осторожно поглаживая лягушку.
   - Сначала рассмотрела руки, а потом просто вспомнила - вы были в том отряде, который встретился нам в степи.
   - Давай на 'ты', - попросила вампирша.
   - Хорошо, ты была в том отряде, и тебя прикрывали все воины, а кроме того, здесь очень хорошая охрана, но никто из них не появился.
   - Понятно, все верно, мое полное имя - наследная принцесса Миаленн, ну и полдюжины сопутствующих титулов и званий, - принцесса легкомысленно махнула рукой и утащила с блюдца красиво украшенное поздними ягодами пирожное.
   - Понятно, решила сама на нас посмотреть?
   - Не только, - принцесса аккуратно собрала крошки безе с губ, откусила еще кусочек и продолжила: - Меньше чем через месяц наш король отправляет посольство. К драконам.
   И Гелла, и Кира прониклись - драконы не только были древнейшей и мудрейшей расой, они были самым закрытым и таинственным обществом в мире. Изредка посольство Драконьего королевства объявлялось в какой-нибудь стране с небольшой просьбой. Если просьба удовлетворялась - страну ожидало процветание; если же правитель не находил возможным удовлетворить просьбу - годы, а то и десятилетия разрухи и очень часто - смена династии настигали неразумных.
   - И в чем проблема? - осторожно поинтересовалась Гелла, тоскливо раздумывая о том, что ее несет, как палый листок, неведомо куда, и надоело ей это порхание до смерти.
   - Драконы потребовали включить в делегацию представительниц соседних государств.
   - Представительниц?
   - Да, потому что наше королевство поеду представлять я.
   - Понятно, и Валер эр Луэст знал об этом условии?
   - Знал, - не стала лукавить Миа. - Мы как раз возвращались с границ Драконьих гор и не догадывались, как решить эту проблему.
   - Но советник назвал своей сестрой Сатру?
   - Какая разница, - пожала плечами принцесса. - Кира родная сестра Сатры, а значит, родственница советника, и кроме того, всего через пару дней станет супругой наследника одной из пятидесяти знатнейших семей королевства.
   В груди Геллы начал разгораться гнев, да что это такое!! Ведь она пытается стать тихой и скромной, сидеть за широкой спиной мужа и раскладывать по банкам варенье!!! А судьба, словно в насмешку, толкает ее из одного государства в другое, щедро отвешивая пинков и пощечин. Стараясь сдержаться, она тихим, напряженным голосом поинтересовалась у принцессы:
   - Участие в посольстве для меня обязательно?
   Принцесса отложила взятую было с подноса ягодку и, внимательно и серьезно глядя черными глазами в глаза герцогини, произнесла:
   - Не обязательно, но желательно. Мы, конечно, можем взять с собой любую дворцовую горничную или пленную, но это не решит проблем мира, драконы впервые приглашают к себе. И также впервые они приглашают женщин.
   - Я должна подумать.
   - Время есть, к тому же у вас скоро свадьбы. Не сомневайтесь, мужья поедут с вами, куда бы ни завела вас судьба.
   Услышав последние слова, Гелла поежилась и вновь задумалась, насмешка судьбы или подсказка - бесконечное блуждание по миру?
   К счастью для всех, дверь распахнулась, и в комнату вошел Силен - улыбнулся Кире, поклонился принцессе, присел рядом с Геллой и, взяв ее руку в свои ладони, начал легонько поглаживать кончиками пальцев, вызывая легкую дрожь.
   - Как погуляли?
   - Неплохо, принцесса Миаленн забралась в наш сад через забор.
   - Я рад, что вы познакомились, у принцессы доброе и щедрое сердце, она пообещала нам необычный подарок на свадьбу.
   - Мне ничего не надо, - Гелла осторожно положила голову на плечо Силена и просто ощутила волну нежности от жениха и сдержанное любопытство от Миа и Киры. Повторяя про себя, как заклинание, 'я буду хорошей женой', Гелла замерла, купаясь в волнах спокойствия. Вдруг в солярии раздался грохот, звон стекла, крик боли и громкий рык.
   Положенную неделю Калабриан и его спутники провели тихо, ежедневные прогулки, ванны и спокойный сон преобразили суровых парней - Ивэн целыми днями бродил за воротами, обследуя окрестный лесок, а Мирил ходил за ним с графитовой палочкой и блокнотом. Амиран вынужденно приглядывал за мальцами, и случалось, прихватив утром корзинку с едой, они возвращались в гостиницу только к вечеру. Вампиры относились к таким прогулкам равнодушно, и Калабриан старался не волноваться тоже.
   Тирос по половине дня проводил за письменным столом, разрабатывая новое заклинание защиты от непогоды, попутно обмениваясь нежными письмами с леди Суонси.
   А принц, усевшись рядом, заносил в небольшую тетрадь то, чему хотел уделить внимание, вернувшись домой. Дороги, налоги и разгулявшиеся преступники были в этом списке не последними.
   Питание в гостинице оказалось на редкость разнообразным и индивидуальным; наслаждаясь любимыми слоеными пирогами и жаренной в золотистом кляре рыбой, принц только на второй день обратил внимание на то, что в меню оруженосца входит почти чистое мясо без приправ и сладкие травяные чаи. В удивлении он подошел к управляющему:
   - Простите, сударь, за беспокойство, нам очень нравится, как готовят в вашей гостинице, но вам не кажется, что подростку кроме мяса нужны еще и овощи?
   - Ваше Высочество, - вампир поднял на принца изумленные глаза, - мы всегда подбираем рацион так, чтобы здоровье наших гостей улучшалось, но если Вы хотите продолжать сдерживать трансформацию вашего подданного - мы постараемся вам помочь, хотя, боюсь уже поздно, еще день-два - и оборотень примет свой второй облик.
   - Оборотень? - в голове принца защелкали, складываясь, костяшки любимой детской забавы - кубика, собираемого из отдельных кусочков. Слова богини о пользе мяса для роста, воспоминания Ивэна о родных северных краях, и его волчий аппетит к чуть прожаренному мясу. - Нет, спасибо, сударь, задерживать не надо, просто добавьте к мясу немного зелени и сладостей: боюсь, мальчик в детстве недоедал.
   Управляющий почтительно раскланялся, уважая такую заботу принца о подчиненном, и тут же поспешил на кухню, а принц, выйдя на улицу, высвистал герцога из номера традиционным сигналом гвардейцев. Тирос, выглянув и поняв, что особой спешки нет, кивнул и не стал прыгать в окно - накинув плащ, вышел через двери и присоединился к другу в его неспешной прогулке.
   - Тир, у нас назревает новая проблема. Принц приостановился на окраине широкого луга и проводил взглядом парочку вспугнутых птиц.
   - Слушаю.
   - Ты знал, что Ивэн - оборотень?
   - Подозревал что-то, очень уж точно он про навь все знал, а просто так этого не узнаешь.
   - И управляющий говорит, что через день-два у него начнется оборот. Первый оборот.
   - Погоди, но первый оборот происходит лет в тринадцать!
   - Возможно, отправляя в столицу, его чем-то напоили, оборот удержался, а потом, - тут принц покраснел от гнева, - а потом он слишком мало ел, для оборота нужны силы.
   - Я ничего не знаю об оборотнях, только общие сведения из учебника.
   - Я, пожалуй, и того не знаю, - хмыкнул принц. - Но первый раз - это всегда первый раз. Что будем делать?
   - Раз у нас есть еще день, а начаться все может в любой момент, надо сделать амулет переноса.
   - Зачем?
   - Думаю, вампирам не понравится необученный оборотень в гостинице, а вот в лесу он сможет быстрее прийти в себя. А вообще, хорошо бы с парнем просто поговорить, не зря ведь он в лесу пропадает.
   - Ты прав, просто поговорить мне и в голову не пришло. Взъерошив отросшие волосы, принц развернул друга обратно к широко распахнутым воротам пограничного поста.
   К приходу мальчишек и наставника принц и герцог мирно попивали вино, сидя в уютных креслах недалеко от входа. Мирил, зябко хлюпая носом, тотчас принялся показывать свои записи, рассказывая какую замечательную возвышенность они отыскали, какой оттуда был отличный обзор, и сколько миль удалось нанести на карту.
   - А уж какой там был ветер, - пробормотал Амиран, довольным кряхтением приветствуя служанку с чайником горячего чая и чашками бульона. Перед Ивэном снова поставили блюдо с мясом, и едва картограф и наставник насытились, принц, будто случайно, проговорил:
   - Амиран, Мирил засыпает, отведи его, пожалуйста, в постель.
   Старый гвардеец дисциплинированно подхватил парнишку под руку и повел к комнатам, а Ивэна принц задержал:
   - Постой, Ивэн, не торопись, возьми еще мяса, - и едва парень вгрызся в особенно сочный кусок, спросил: - Ты чувствуешь, когда у тебя начнется оборот?
   Подавившегося паренька спас герцог - ловко стукнул по спине:
   - Не пугайся, мы не против твоих способностей, просто хотим помочь.
   Парень оскалился, а потом, разогнав желтизну во взгляде, с трудом проговорил:
   - Я не знаю, но чувствую, что скоро, старая Альма напоила меня зимней травой - сказала, что на год оборот задержится, потом надо будет вернуться. Но меня не отпустили, я боялся, ждал, но ничего не было.
   Принц скрипнул зубами и протянул парню небольшой камушек в оплетке из кожи:
   - Вот, держи, когда начнется - сожми и представь ближайший лес; камень слабый, далеко не унесет. Потом попробуем тебя найти и помочь. Но здесь оборачиваться первый раз нежелательно.
   - Я понял, спасибо, - Ивэн надел шнурок на шею.
   - Еще что-то для оборота нужно?
   - Я не знаю, меня увезли из дома в десять лет, а те, кого я видел, уходили в лес, иногда на год-два. У нас в роду оборачивались рано, вот Альма и дала мне траву, чуяла, что мой волк близко.
   - Понятно, ну ты не стесняйся, ешь, - Тирос придвинул парню тарелку. - Наверное, твой род был сильным в магии, раз вы такие ранние?
   - Не знаю, - парень опустил голову. - Мор пришел с реки, а я гостил у тетки отца.
   - Тсс, - герцог подлил в чашку чаю и добавил большую ложку меда. - Пей чай, тебе силы будут нужны; главное, ничего не бойся и ищи нас.
   Парень кивал уже как-то заторможенно и вскоре, извинившись, пошел в комнату, но не дошел: прямо у двери схватился за амулет и исчез с громким звоном колокольчиков.
   Принц и герцог вскочили и по инерции подбежали к тому месту, где только что стоял сонный оруженосец.
   - Что это было? - спросил принц.
   - Не знаю, он использовал телепорт, но они ведь беззвучные?
   В воздухе снова динькнуло, и принц вынул из кошеля амулет с мигнувшей зеленой звездочкой:
   - Богиня помогла, поедем искать?
   - Думаю, что бесполезно, - герцог выразительно глянул в ближайшее окно, уже затянутое ночной тенью. - Ему все равно лучше быть в лесу, а утром он может и сам вернуться.
   И принц согласился, очень уж не хотелось идти в темноту, бродить среди незнакомых троп. Да и как волка искать в лесу? Как говорится, если человек хочет - он ищет возможности, если не хочет - ищет оправдания. И оправдания были найдены.
   Амирану молодые люди сказали, что подопечного не будет всю ночь. Умолчали, что утром его стоит поискать в ближайшем лесу, и отправились спать.
   Совесть немного грызла и принца, и герцога, но первый привычно отложил все на завтра и быстро уснул, стараясь увидеть во сне дворцовый парк, а второй утешил себя мыслью, что с утра перероет все овраги, да и что может случиться с волком в лесу?
   Силен первым кинулся на шум, прикрывая собой девушек. В солярии ворочалось что-то крупное и серое, вампир вынул меч, но вдруг раздался жалобный визг, и среди осколков очутился светловолосый парень в разорванной одежде. Он затравленно огляделся, захлебнулся воздухом и снова стал чем-то непонятно серым.
   - Ух ты!! - восторженно прошептала Миа. - Оборотень в первом обороте!
   - Думаете, в первом, Ваше Высочество? - напряженно спросил Силен, не отводя от солярия глаз и держа меч наготове. - Крупноват!
   - Точно, первый - смотри, какой худой; он, наверное, недоедал - вот и не может обернуться, давай поможем, а потом спросим, как он сюда попал.
   Вздохнув, но продолжая держать меч в опущенной руке, Силен направил к волку развернутую ладонь и запел низким тягучим голосом. Рядом затянула столь же строгий речитатив Миа, неожиданно для всех присоединилась Кира, а Гелла, постояв в стороне, принесла одеяло и расстелила на полу:
   - Иди сюда, - позвала она волка, - иди, а то порежешься!
   Силен мотнул головой, показывая, что ей лучше отойти от одеяла, и она безропотно отошла: все же спятивший от боли зверь не лучшая компания для хрупкой девушки.
   Волк услышал ее и потянулся, втягивая носом воздух и подвывая. Удерживая ровный поток силы, Силен посторонился, пропуская зверя к одеялу, но не к девушкам. Шаг за шагом, медленно и упрямо, роняя с густого меха осколки, волк добрался до одеяла и рухнул.
   - Ну вот, - сказала жизнерадостно Миа. - Теперь его стоит накормить, а утром помочь перекинуться обратно.
   - А он сейчас понимает человеческую речь?
   - Конечно, зверя мы удержали, но захватить разум не позволили. Сейчас позову горничную, пусть покормит и с ним посидит, с ним сейчас разговаривать надо, чтобы в себя не ушел.
   Гелла согласно кивнула и принялась сочувственно рассматривать волка - он был очень крупный, но худой, лапы казались несоразмерно большими, как и голова с тяжелым лбом и огромными зубами. На спине четко проступали позвонки, а живот буквально прилип к ребрам. Герцогине стало его жаль, он чем-то напоминал неуклюжих мальчишек первогодок, которых присылали родители на обучение к ее отцу. На звон колокольчика вошла румяная девушка в белом чепчике и, получив распоряжение от принцессы, тотчас убежала на кухню. Еще через двадцать минут она вернулась с подносом мяса и остановилась, боясь приблизиться к зверю, а волк глухо зарычал:
   - Ты ему не нравишься, - вздохнула Миа и отпустила девушку. Взяв с подноса кусок, попыталась подойти ближе - и еле успела отдернуть руку.
   - Обормот!! - возмутилась она, расправляя манжет рубашки. - Я же тебя покормить хотела!!
   Волк не подпустил к себе ни Киру, ни Силена, а вот дрожащая от страха и жалости Гелла подошла к нему спокойно и, поставив у морды поднос с мясом, устало присела на пол.
   - Наверное, он среди людей жил, - сделала вывод Миа, посасывая костяшку пальца, - или просто ты ему понравилась. С ним придется до утра сидеть, он пока сам оборачиваться не умеет, да и луна не даст.
   Гелла лишь пожала плечами:
   - Силен, позови лакеев, пусть стекло уберут и дверь прикроют, да и камин не помешает, раз всю ночь придется сидеть.
   Вампир хоть и хмурился от такого предпочтения оборотня, все же выполнил просьбу невесты - вскоре лакеи собрали стекло и вновь застеклили дверь. В камине запылал огонь, Геллу обложили подушками, и новые подруги вновь уселись за чашечкой чая скоротать вечерок. Оборотню поставили миску свежей воды, и он, напившись, уложил тяжелую голову на колени герцогини, а она осторожно гладила его и тихонько дремала под разговоры Киры и принцессы; Силен грустно молчал, волк не позволил ему сесть рядом с Геллой.
   Несколько раз за ночь волк начинал беспокойно скулить, сучить ногами и прижиматься к Гелле, девушка принималась активно наглаживать зверя, разговаривать с ним и даже петь песенки, слышанные в детстве. Одна длинная и весьма пространная баллада о князе, ставшем зверем ради спасения своего рода, заставила волка подвывать, и разбуженная Миа, прикорнувшая тут же на диване, недовольно пробормотала что-то насчет невест и их странных собачек. Еще пару раз волк вскакивал на окрепшие ноги и глухо рычал, причем все время в разные углы комнаты. Тут уж вскакивал и Силен, и пришедший в поисках невесты Сират, и даже Стражи, ночующие у дверей покоев рода Миат. Все обошлось, но Стражи доложили о мелькавших на периферии их ночного зрения тенях.
   С рассветом Миа и Силен вновь завели торжественный речитатив, и встрепенувшийся волк, повалившись на спину и кувыркнувшись через голову, обернулся долговязым светловолосым подростком в висящем клочьями синем камзоле.
   - Доброе утро! - приветствовала его, присев на корточки, любопытная принцесса. - Как тебя зовут?
   - Ивэн.
   - Ивэн? Красиво! А как ты здесь очутился? Помнишь?
   - Их Высочество дал мне амулет, чтобы перенестись в лес, когда начнется оборот.
   - Не самое лучшее решение, - покачала Миа головой. - Один в лесу ты бы погиб от истощения.
   - Они сказали, что сразу пойдут меня искать...
   И Ивэн рассказал все, что с ним приключилось.
   - Тебе очень повезло, благодари богиню, - подвела итоги его рассказа принцесса. - Мы смогли тебе помочь только потому, что мы сильные маги-лекари и видим неполадки в организме. В любом другом случае ты мог стать волком навсегда. Но все же как интересно, - Миа уставилась на оборотня, который взглядом продолжал держать герцогиню; стоило ей отойти в ванную комнату, как он занервничал и едва не обернулся снова, несмотря на заливающие комнату солнечные лучи.
   - И совсем не интересно, - вздохнула Гелла. - Я, кажется, знаю, что с ним.
   Все присутствующие - и зевающая Кира, и настороженная Сатра, и обеспокоенный Силен - уставились на нее. Гелла опять вздохнула и спросила парня:
   - Ивэн, у вас подростков в лес уводил кто-то из близких?
   Ивэн только кивнул, уплетая обильный завтрак, присланный с кухни по распоряжению Сирата.
   - Чаще всего мать или тетка?
   Парень перестал жевать и уставился на девушку, потом снова кивнул.
   - Это называется импритинг и связано, очевидно, с защитой рода. Чтобы волки оставались и защищали семью, они привязываются к тому, кто им помогает во время первого оборота.
   - Получается, ты для этого волчонка теперь - семья? - спросила Миа. Гелла кивнула с несчастным видом.
   - Так это же замечательно! - влезла со своим мнением Кира. - Ивэн сирота, а тебя все время убить пытаются, будете друг друга защищать!
   - Все не так просто, - задумчиво протянула принцесса. - Помните, Ивэн говорил, что в его роду все рано становились волками? Да и размеры у него... По меркам оборотней он еще подросток, едва из логова выбрался, а ростом он крупнее любого настоящего волка, и лапы огромные - значит, еще будет расти.
   Силен тоже уставился на парнишку и, кивнув, сказал:
   - Растет и очень активно, пища усваивается налету; если темпы не снизятся, к зиме будет ростом пять-шесть локтей.
   Теперь на Ивэна вытаращились все. А Миа, почесав подбородок, вдруг сказала:
   - Ивэн, а какое прозвище носил твой отец?
   - Вольдемар Серый.
   Принцесса стукнула себя полбу и захохотала:
   - Ох, Гелла, не знаю, то ли везет тебе, то ли судьба издевается...
   Гелла, скрипнув зубами, готова была встряхнуть принцессу за шкирку, увидев, что парень побледнел и перестал есть.
   - Миа!! - ледяным голосом отчеканила она. - Или ты объяснишь, что имеешь в виду, или дай парню поесть спокойно.
   Принцесса утерла слезы и, кивнув, сказала:
   - Ивэн - наследник самого древнего и могучего клана оборотней. Вольдемар Серый и его семья погибли не от болезни - от яда, мы смогли выяснить это точно совершенно случайно около четырех лет назад. Яд действовал только на оборотней, но в тех краях многие имеют частицу древней крови и тоже заболели, поэтому было решено, что это был мор. Наследник рода пропал, а трон княжества сейчас занимает брат жены Вольдемара Серого, но в нем мало древней крови, и оборачиваться он не умеет.
   - Ивэн, так ты князь?
   Парень пожал плечами, мол, что такого, и ухватил еще кусок аппетитно сочащегося соком мяса.
   - И теперь ты имеешь официальный титул 'мамки' князя, - продолжила Миа, - и пока князь не женат - ты первая леди его земель. А еще если вы обменяетесь кровью в первые сутки после оборота, у тебя появятся новые способности - правда, только те, которыми юный князь захочет поделиться, это возможность только княжеского рода.
   Услышав это, парнишка вытянул зубы из куска мяса и, промокнув губы салфеткой, вежливо обратился к принцессе:
   - Ваше Высочество, что-то угрожает жизни моей мамми?
   Миа кивнула и добавила:
   - И очень серьезно угрожает, недавно ее едва не убили прямо в спальне.
   Ивэн тут же развернулся к герцогине и, прижав руку к сердцу, проговорил:
   - Мамми, позвольте мне защитить вас своей кровью и сталью.
   Гелла хотела было отрицательно покачать головой, но Силен проговорил, стоя над ней:
   - Как будущий супруг и защитник леди Геллы, я принимаю ваше предложение, князь, враги наши жестоки, а для меня нет на свете большей ценности, чем моя будущая жена! - и протянул оборотню тонкий нож с костяной рукоятью. Ивэн осторожно нарисовал кончиком ножа несколько коротких линий на ладони и чуть царапнул кожу на ладони Геллы, которую удерживал Силен. Соединив порезы, он коротко взвыл и свалился в обморок.
   - Сил маловато, кормили плохо, - опять вздохнула Миа и на пару с Силеном замахала руками над парнем, приводя его в сознание.
   Гелла тоже чувствовала себя усталой и голодной, а потому пожелала пойти к себе, Ивэн двинулся за ней как привязанный, и Силену нечего было возразить. Первое время для и так нестабильной психики оборотня нужно было держаться вблизи якоря. Кира с Сиратом тоже поспешили к себе: приготовления к свадьбе требовали внимания, Сатра как всегда сопровождала сестренку с видом вечно недовольной дуэньи, а Миа, попрощавшись со всеми, вылезла в окно со словами: - Меня здесь не было, я, как приличная принцесса, всю ночь провела в своей постели, - и, подмигнув, скатилась вниз по плетям плюща.
  
   Поутру принц и герцог напрасно обшаривали окрестный лес, Мирил сорвал голос, пытаясь дозваться нового приятеля, и в конце концов был отправлен наставником в гостиницу - лечиться и зарисовывать новые подробности на картах. К ужину вернулись и все остальные - продрогшие и уставшие. Управляющий встретил гостей добрыми вестями - из столицы пришло приглашение, и завтра с утра дорогие гости могут ехать прямо ко двору короля вампиров! Стучащие зубами люди кивнули и, прихватив бумаги, помчались в комнаты - греться и ужинать.
  Итак, день свадьбы настал! Беспокойная Кира носилась от зеркала к зеркалу, поправляя прическу, одергивая тунику и нахваливая Геллу. Герцогиня к зеркалам не подходила, а тихо пряталась в углу у окна, скрываясь за занавесями цвета сливочного мороженого. Как можно скрыться в светлой комнате в алом платье, никто не понимал, но периодически куаферы и горничные, врываясь в комнату невест, начинали озадаченно крутить головой в поисках леди. У ног герцогини серой тенью расположился Ивэн, он сонно зевал и изредка одергивал непривычно роскошный камзол из серого переливчатого шелка с бархатными вставками. Сатра тоже была в сером, струящееся верхнее платье с длинной юбкой и очень открытым лифом приоткрывало нижнее платье - насыщенно синее, с отделкой из серебра. Женихи пока не показывались, Миа тоже: она успела прислать записку, что задерживается, но к церемонии прибудет непременно!
   Наконец суета и беготня завершились, разошедшиеся полукругом служанки присели в книксенах, в двери тотчас постучали - прибыл советник Валер эр Луэст, чтобы сопроводить невест к высокому беломраморному крыльцу, на котором традиционно проводились свадебные церемонии. И пока длинная процессия тянулась по коридорам и переходам дворца (оказалось, что часть пути проходит через подземный ход), советник рассказывал впавшей в ступор Гелле историю столь странного обычая:
   - По преданию, эту лестницу высекла богиня в дар первому королю вампиров. Он и его возлюбленная принадлежали к враждующим кланам, которые старались всячески помешать церемонии. Жених и невеста выходят из небольших круглых павильонов, которые расположены на средней площадке лестницы. Они встречаются на ней, на высоте примерно сорока локтей от гостей и родственников, и обмениваются клятвами, потом поднимаются еще на сорок локтей и произносят свои клятвы у алтаря богини; если клятва принимается, на алтаре появляются кольца.
   - А почему лестница такая высокая?
   - Чтобы не долетали заклинания, - серьезно ответил советник, помогая Гелле подняться по старинной узкой лестнице.
   Гелла кивала головой, вежливо опиралась на руку советника эр Луэста, двигалась плавно, чтобы ни выдернуть из рук Сатры шлейф, но сердце ее болезненно сжималось, а мысли в голове прыгали тысячами шустрых зайчиков. Наконец, Валер привел девушек и всю немаленькую свиту в круглый павильон из странно белого, точно светящегося, мрамора.
   Здесь было тепло, горели в камине ароматные поленья, вдоль стен тянулась широкая скамья, обтянутая солнечно-желтым плюшем, и выходить на довольно холодный сентябрьский ветерок в тонком взлетающем от одного движения платье Гелле совсем не хотелось.
   Валер усадил девушек у огня, укутал их ноги мягкими пологами из белого пушистого меха, а сам выглянул в узкое окно, ожидая начала церемонии. По договоренности первыми принести клятвы должны были Кира и Сират. Вот грянула музыка, и советник подхватил пунцовую орчанку под руку, и, встав на пороге, они вместе сделали торжественный шаг. Гелла наблюдала из окна, как Кира в красиво разлетающихся на ветру одеждах шла по изгибающейся беломраморной галерее в сопровождении советника и сестры. Дойдя до площадки, спутники жениха и невесты остановились, и Сират с Кирой синхронно сошли со ступеней и встретились в центре большого мозаичного круга. Протянув друг другу руки, произнесли слова клятвы, слышные всем стоящим внизу, и, держась за руки, поднялись к маленькой ротонде на вершине лестницы. Вскоре там полыхнул золотистый солнечный свет, и через пару минут Сират вынес любимую супругу на руках - богиня приняла клятвы.
   Под гром аплодисментов и добрых пожеланий вампир унес свое сокровище вниз и усадил на специально приготовленный диванчик, орчанка хотела видеть свадьбу подруги и названой сестры.
   Вновь зазвучала музыка, и Ивэн подхватил шлейф алого платья, помогая своей мамми достойно выйти из ротонды на дрожащих ногах. Подскочившая сбоку Сатра расправила длинные волосы сестренки, украшенные нежными белыми цветами, а советник Валер предложил руку. Двигались медленно и торжественно, у Геллы кружилась голова, плохо держали ноги, и ветер не мог охладить ее горящих щек. С каждым шагом она прощалась с прежней жизнью - с высоким герцогским замком среди лесов и лугов, с пышным королевским дворцом и высокомерным темноглазым принцем. На миг его облик четко нарисовался перед ее внутренним взором, и она тихо-тихо, в своем сердце сказала ему 'прощай'!
   Длина галереи, позволила ей оставить горечь обид за спиной и даже обрадоваться маленькому открытию - оказалось, что мрамор под ногами теплый, почти горячий, и это тепло обнимает тело, не давая осеннему ветру обжечь тонкую белую кожу. Юбка колышется от легких токов воздуха, словно танцует, гости внизу кажутся разноцветными пятнами на газоне, а в глазах только бесконечные резные столбики балюстрады. Но вот поворот - и впереди показался Силен, в белоснежном костюме с золотой отделкой, в сопровождении незнакомых Гелле вампиров. Услышав, как Валер втянул воздух, она, не поворачивая головы, тревожно спросила:
   - Что?
   - С Силеном идет сам король и два его телохранителя.
   - А! - Гелла немного расслабилась. - Значит, Силен под надежной охраной, - и улыбнулась, разминая сведенные мышцы.
   Ее недавно приобретенное чутье оборотня играло с ней порою странные шутки, то заставляя ощущать волну запахов, то обостряя слух. Ивэн поделился с ней щедро; Миа, увидев, как герцогиня задумчиво распилила ножом тарелку вместе с куском мяса, усмехнулась и сказала, что кто-то очень сильно любит свою мамми или очень боится потерять.
   Спутники остались у резных каменных перил, а жених и невеста, глядя в глаза, сделали шаг навстречу друг другу, еще шаг и еще. Вдруг сзади предупреждающе вскрикнула Сатра, а следом - и король вампиров. Гелла обернулась и вскрикнула от боли - в волосы вцепилась когтистая лапа, на глазах выступили слезы; звон железа по камню - и голове стало легко, а на белый мрамор ступеней закапала кровь.
   Воительница ожесточенно рубила выдернутым из складок платья мечом каменного льва, сидящего на столбике балюстрады. Под ногами ожившего кошмара блестели лунным золотом длинные пряди срезанных мечом волос герцогини. В это же время с другой стороны лестницы раздался рык - Силен перехватил второго льва, который пытался добраться до его горла, и, кажется, успешно одолевал. Неожиданно удар Сатры сорвал льву каменное ухо с филигранной каменной серьгой, и воительница исчезла вместе со львом. Ошеломленная Гелла повернулась к жениху - и увидела осколки мрамора на ступенях, но Силен - Силен побледнел и рассматривал алые следы когтей на камзоле. Король вампиров - высокий черноволосый красавец лет тридцати с виду активно помахал руками над раной, а потом тихо сказал:
   - Прости Силен, но выход только один.
   Гелла уже стояла рядом и, вцепившись в рукав жениха, смотрела на короля, ожидая объяснений.
   - Простите леди, когти зверя смазаны ядом, который разрушает плоть вампиров, Силена может спасти только заклинание каменного сна.
   - Действуйте!
   - Но...
   - Спасите его!
   Король кивнул и обратился к жениху:
   - Я лично позабочусь о ней, у вас есть минута.
   И начал плавно поводить руками, напевая что-то в рваном ритме.
   - Гелла, любимая, - вампир нежно привлек к себе девушку, заглянул в ее глаза и прошептал: - Прости, помнишь 'Игру судьбы'? Я проиграл, - и он приник к губам девушки не привычным нежным поцелуем, а страстным, почти диким; слегка царапнув клыками кожу, он тут же зализал ранку и обнял ее так, что едва не захрустели кости. Потом отошел и лег на горячий мрамор: - Прощай!
   Гелла смотрела во все глаза и ничего не понимала - губы горели от поцелуя, тело ныло, желая непонятно чего, а Силен прощался так, словно уходил в страну теней! Но ведь король обещал спасти его!
   Король вампиров продолжал свое пение, водя руками над лежащим Силеном, а потом вдруг скомандовал:
   - Закрой глаза!
   Вампир моргнул и удержал глаза закрытыми, хотя до этого неотрывно смотрел на герцогиню. И тут же послышался легкий хруст - вокруг лежащего Силена очень быстро стали прорастать прозрачные кристаллы с острыми гранями, в считанные минуты они укутали тело, словно сияющий хрустальный саркофаг. Еще несколько пассов, сбегающие по лицу короля капли пота - и хрустальное вместилище взмыло в воздух и, повинуясь движениям рук вампира, подплыло к краю площадки. Гелла поразилась царящей вокруг тишине - она видела, как Кира, сорвавшись с дивана, бросилась к лестнице, едва лев начал битву с воительницей. Видела залитое слезами личико Миа, бьющейся о невидимую стену; видела Ивэна, заслонявшего ее все время. Видела Сатру, спасшую ей жизнь, но не слышала ни звука - наверное, она оглохла от горя? Но почему так громко стучит сердце? Кажется, такое бывает? Двигаясь словно сквозь толщу воды, она приблизилась к королю и встала рядом и тут услышала - услышала слова, которые произнес еле стоящий на ногах вампир:
   - Мои подданные и гости! На ваших глазах радостный праздник превратился в день скорби! Достойнейшие из достойных Силен эр Миат и его невеста подверглись нападению, гнусному нападению в день своей свадьбы. Я, как король, обещаю вам найти виновных и наказать. Все, что можно было сделать для советника Миата, я сделал - его тело погружено в целительный сон и сможет побороть смертельный яд, но порция яда была велика, а советник Силен не ожидал нападения. Его выздоровление займет около семидесяти лет.
   Гелла покачнулась, но продолжила слушать.
   - Своей королевской волей передаю все титулы, поместья и должности сыну и наследнику уснувшего советника с правом вернуть их отцу по первому его требованию.
   Голос короля разносился над толпой гостей, над блистающим великолепием осеннего парка и уплывал в небесную синь. Сират с искаженным лицом прижимал к себе Киру и, поглаживая ее спину, не смахивал слез, текущих на свадебный наряд. Миа опустилась на землю и во все глаза смотрела на застывшую изваянием Геллу, по затылку невесты все еще медленно стекала кровь, а неровно срезанные мечом волосы встали дыбом в потоках воздуха. Но вампиры и орки, люди, стоящие у подножия брачной лестницы, не могли отвести глаз от хрупкой фигурки в алом платье и от сияющего ледяным хрусталем саркофага.
   - Невеста советника Силена получит право проживать в его поместьях, денежное содержание, соответствующее ее статусу, - тут Гелла криво усмехнулась, - и дар от королевской семьи в знак сохранения дружбы с королевским домом.
   Гости внизу, кажется, зашумели, а король, повернувшись к Гелле, попросил:
   - Герцогиня, об этом просил меня ваш жених, и я не могу не выполнить его просьбу. Дайте мне, пожалуйста, вашу левую руку.
   Гелла все так же отстраненно спокойно протянула королю руку, и он осторожно вдруг отросшим клыком начертил на запястье некий знак, а потом капнул в его центр своей кровью. Неровные линии впитали дар, и на запястье девушки появилась тонкая татуировка в виде цветка с острыми лепестками:
   - Это знак королевской семьи нашей страны, любой вампир всегда примет вас под свой кров, накормит и обогреет, и кроме того, вы сможете несколько больше, чем обычная человеческая девушка.
   - Благодарю вас, Ваше Величество. Скажите, куда сейчас направится мой жених?
   - Саркофаг будет перенесен в фамильный склеп рода Миат, в нем установлен колокол, и дверь открывается изнутри, а через шестьдесят пять лет слуги будут проверять склеп ежедневно.
   - Благодарю вас, Ваше Величество, я могу сопровождать лерда Силена?
   - Безусловно, герцогиня, но боюсь, вам надо переодеться и перевязать раны.
   - Хорошо, попросите, пожалуйста, приготовить для нас карету.
   Ошеломленный совершенно спокойным, но тяжелым, как камень, взглядом невесты, король лишь согласно кивнул и помог герцогине спуститься по лестнице, левитируя перед собой саркофаг с телом советника.
   Едва они пересекли границу перил, к ним бросились заплаканные Миа, Кира и Сират, король жестом удержал их и попросил дочь сначала исцелить герцогиню. Принцесса послушно подняла руки к голове Геллы, и вскоре только сухая корочка крови напоминала о ранах от каменных когтей; яды, способные привести к смерти вампира, были практически все безвредны для людей.
   - Ваше Величество! - Кира отерла слезы. - Моя сестра, Сатра, что с ней?
   - Не волнуйтесь, сударыня; судя по второму льву, на статуях были телепорты, я тотчас отправлю Стражей на поиски; не думаю, что вашу сестру вынесло за пределы нашей страны, а воительница она отличная, и оружие при ней, - король отечески посмотрел на девочку: - Утрите слезы, сегодня несмотря ни на что ваша свадьба, предлагаю сейчас не стоять на холодном ветру, а отправиться за стол и хорошенько пообедать. Лерд Сират, проводите леди Киру, ей не помешает подкрепиться.
   Так, то шуткой, то прямым приказом король быстро разогнал толпу и, отдав распоряжения, неторопливо левитируя саркофаг, отправился к конюшне. Гелла вместе с Миа были уже там - карета с обширным грузовым сундуком стояла наготове. Герцогиня переоделась в очень темно-синий с серебром дорожный костюм и спрятала неровно отсеченные концы волос под газовым шарфом, рядом стоял Ивэн в сером дорожном камзоле. Принцесса вызвалась сопровождать леди и, получив одобрение короля, уселась рядом с Геллой в карету. Кучер поднес к губам рожок и, извлекая низкий печальный звук, медленно поехал к воротам. Два гвардейца, заслышав печальный сигнал, приняли на караул, а привратник отворил кованые створки, Гелла откинулась на подушки и мысленно вопросила небеса: 'За что'?
   С утра Сатра была недовольна и собой, и окружающим: сначала пришлось до хрипоты спорить с портным, принесшим платье - он отказывался прятать в складках ножны с мечом:
   - Леди! - вопил чернявый коротышка с кучей булавок на обеих руках. - Это же испортит вашу фигуру!!
   Но Сатра была непреклонна - в чужой стране она даже в ванную ходила с мечом. Потом прибежала расстроенная Кира и принялась нервно дергать тесьму своего наряда, как делала это в раннем детстве. Еле успокоив сестру, Сатра принялась искать взглядом Геллу - и оказалось, что герцогиня давно стоит в углу вместе с оборотнем, и лицо у нее не просто грустное, а буквально несчастное, и каждую процедуру - от прически до одевания - она воспринимает как личное покаяние. Пошептав горничной, что леди неплохо бы подать успокоительное, воительница пожалела, что не прихватила с собой точильный камень - нет ничего более успокаивающего, чем чистка и правка любимого клинка.
   Но вот невесты одеты, пришел советник Валер, навестивший 'сестричек' накануне, и можно чуть-чуть успокоиться и послушать сказки, которыми этот ловкий на язык вампир убалтывает невест.
   Звуки музыки почему-то вызвали головную боль, но морщиться нельзя, нужно держать лицо и вспоминать сестренку черноглазой крошкой, ковыляющей у шатра. Сдерживая сентиментальные слезы, Сатра проводила невесту навстречу жениху и вместе с Валером вернулась в ротонду - теперь очередь Геллы. Ох и бледная она, и волосы в волнении того и гляди встанут дыбом; вот так хорошо, можно идти.
   Снова музыка и медленные шаги по мрамору, все - дальше жених и невеста идут сами; вдруг чуткий слух орчанки уловил легкий скрежет камня - взгляд вверх, на лестницу - там тихо; взгляд на Геллу, на Силена - статуя льва за его спиной шевельнулась, выпуская мраморные когти. Но скрежет совсем рядом, громко вскрикнув от злости - меч застрял из-за бесконечных слоев ткани и испортил первый удар - Сатра вступила в схватку. Лев, не обращая внимания на орчанку, кинулся к герцогине и сразу попытался свалить ее с ног, но к счастью, Гелла поздно повернулась на крик, и зверь только сгреб ее волосы, кое-где вместе с кожей. Сатре пришлось рубануть по волосам, кроша мраморные лапы и молясь, чтобы не убить подругу. Ничего, волосы отрастут, а сейчас удар. Еще удар! Жаль, клинок взяла короткий и легкий, а зверь уже освоился и вертит свою каменную тушу с легкостью живого зверя. Вот клинок опять соскользнул с мрамора, отсекая только ухо, - пустяк, но в лицо внезапно ударил порыв ветра, и Сатра полетела вниз, не успев развернуться - высота была небольшой, но спиной приложилась она знатно! Тут же послышались крики и ржание коней, меч в руке - значит, можно сражаться! Оскалив зубы, перехватив крепче меч и откинув ногой путающуюся юбку, воительница резко встала - и едва не свалилась снова. В глазах плясали разноцветные зайчики, мутило, а молодой мужской голос вдруг четко произнес на межрасовом:
   - Не спешите, леди, мы не враги, а ваше недомогание - последствие телепортации.
   Через пару минут стало легче, да и ветер пробрал изрядно, все же платье было довольно открытым. Отдышавшись и подняв глаза, орчанка осмотрелась. Вокруг простирался лес, а сама Сатра и еще четверо мужчин стояли посреди дороги, в канаве вдоль обочины белел мраморный лев - неподвижный и странно перекошенный. Один из мужчин, молодой черноволосый брюнет с ранней сединой, всмотрелся в лицо орчанки и, кивнув своим мыслям, снял с себя плащ:
   - Возьмите, леди, вы несколько легко одеты. Мы направляемся в столицу королевства вампиров, вам по пути или в другую сторону?
   - Благодарю, - воительница закуталась в плащ и внимательно рассмотрела мужчин. Два молодых, один в возрасте и один совсем юный, лошадь под седлом в поводу и несколько вьючных. - Если вы не откажете мне в помощи, я бы хотела добраться до столицы с вами, там у меня есть родственники, которые смогут щедро отблагодарить вас.
   - Что ж, к вашему счастью, у нас есть свободная лошадь, и, судя по карте, в нескольких милях отсюда есть село, где можно будет купить вам теплую одежду. Амиран, помоги даме сесть в седло!
   - Минуточку! - Сатра подняла руку. - Я прошу вас помочь мне еще кое в чем, - она обернулась к канаве. - Помогите разбить эту статую, именно из-за нее я очутилась здесь.
   - Сударыня, мы спешим.
   - Это живая статуя! И мне бы не хотелось отбиваться от этого льва ночью в глухом лесу!
   Сама того не зная, девушка попала в точку, всадники переменились в лице, и брюнет первым потянул из ножен тяжелый меч. Крошили статую долго, пожилой воин даже вынул из вьюка инструменты и старательно стесал все клыки и лапы. Потом куски мрамора раскидали на большое расстояние, а голову Сатра взяла в седло и утопила в деревенском пруду.
   В деревне удалось купить теплые штаны, куртку и пару рубах. Короткие штанины девушка заправила в длинные полосатые чулки, волосы спрятала под платок, а вот с руками было сложнее - запястья торчали из рукавов на ладонь, и приходилось кутаться в плащ, прикрывая их от ветра. Впрочем, тут выручил пожилой воин, которого молодые называли Амираном, - покопался в сумках и отыскал длинные кавалерийские перчатки. Задерживаться в деревне не стали - сделав покупки, двинулись дальше, Сатра лишь попросила в трактире горячего чая и пирожков с потрохами. В пути немного разговорились, воины сказали, что едут ко двору по приглашению, но вообще ищут молодую девушку, похищенную прямо со свадьбы. Сатра постаралась сделать очень равнодушное лицо, и спросила, как девушку зовут.
   - Ее зовут леди Гелла, но мы не уверены, что она пользуется своим именем. Взгляните на ее портрет, возможно, вы встречали кого-то похожего? - Тирос взял у Калабриана миниатюру и, подъехав к орчанке, показал ей портрет. Сатра про себя изумилась - на портрете робко улыбалась юная девушка, почти девочка, а сейчас Гелла выглядела иначе.
   - Думаю, вы легко найдете столь милую леди при дворе короля вампиров, - постаралась она улыбнуться. - Вампиры, как и орки, в основном брюнеты, а если рождаются светловолосыми, то это выглядит почти как седина.
   Однако Тирос, как и Калабриан, поняли, что девушка уклоняется от беседы на эту тему, но, переглянувшись, решили не давить; очевидно, что незнакомка что-то знает, только вот что? Поэтому герцог мило улыбнулся и попросил воительницу рассказать, как она очутилась на дороге, при этом активировав амулет, позволяющий отличить ложь. Сатра ощутила легкий укол от своего амулета и, мысленно усмехнувшись, начала рассказ под мерный шаг лошадей:
   - Сегодня утром две мои сестры выходили замуж за вампиров. Младшая благополучно принесла клятвы, а во время второй церемонии статуи на лестнице ожили и напали на жениха и невесту. Я защищала сестру, как могла, но когда отрубила льву ухо, неожиданно начала падать и оказалась на той дороге - полагаю, зрелище получилось занимательное.
   Тирос усмехнулся:
   - Мы не доехали трех шагов то того места, куда вы приземлились, как в полутора метрах над землей распахнулся портал, и из него выпала статуя, а потом девушка в нарядном платье; мы действительно слегка увлеклись зрелищем, пока вы не попытались атаковать нас мечом.
   Сатра лишь улыбнулась и пожала плечами - разговоры ни о чем воин орк может вести часами, разгоняя скуку длинных переходов; давненько она не тренировалась в этом искусстве, но впереди еще два с лишним дня пути - воинам, ищущим Геллу, предстоит узнать много нового о природе и погоде.
   Карета плавно катилась по дороге к поместью Миат, впереди скакал верховой, готовящий для леди удобные остановки - заранее заказывая чай и отдельную комнату для умывания. Еще раньше ускакал вестник с приказом приготовить покои хозяина дома и отворить фамильный склеп. К вечеру вместо обычных пирожков, пирожных и фруктов на столе появилось жареное мясо, бульон с гренками, овощное рагу и паштет. Ивэн, все так же молчаливой тенью следующий за своей мамми, сразу отрезал большой кусок жаркого и положил его на тарелку герцогини. Принцесса отказалась, выбрав овощи и паштет, так что оруженосец смог себя вознаградить за весь суетливый день плотным ужином. Гелла хотела ехать всю ночь, чтобы к утру добраться до поместья; принцесса не возражала, она всю дорогу пыталась Геллу разговорить, но кроме коротких реплик по поводу поездки, ничего не добилась.
   Чуть больше удалось Ивэну - устав, он перекинулся в волка и уложил лобастую голову на колени мамми. И вскоре сжатые руки герцогини разжались, потом осторожно легли на серый мех, а потом пальцы начали машинально поглаживать и перебирать длинные пряди, постепенно даря успокоение и хозяйке.
   Путь продолжили через час, карета шла медленнее, над дорогой закапал нудный осенний дождь. Ивэн и Миа дремали, а Гелла, скрыв лицо вуалью, чтобы никто не видел слез, по крупице перебирала каждый миг, проведенный с Силеном. Говорить уже никому не хотелось.
   К рассвету добрались до поместья. Вампиры вопреки легендам не любили высокие каменные замки, обвитые паутиной и ржавыми цепями. Просторный двухэтажный дом из светлого песчаника, окруженный слегка запущенным садом с цветниками и оранжереями, располагался на окраине небольшого города, окруженного вместо стен высоким лесом. Едва карета остановилась у широких дверей дома, как оттуда высыпали вампиры в нарядных ливреях с траурными повязками. Гелла первой вышла из кареты, следом выбрались Ивэн и Миа.
   - Господа и дамы, я невеста лерда Силена леди Гелла, герцогиня Мондилье. Недруги отравили вашего сюзерена опасным ядом, и Его Величество счел единственным выходом использование 'каменного сна'. Сейчас у меня нет сил решать срочные вопросы, мы были в пути всю ночь. Проводите нас в приготовленные комнаты, ванну и завтрак туда же. Саркофаг поставьте в моем будуаре, я хочу, чтобы лерд был рядом.
   - Слушаюсь, леди, - немолодой вампир изящно поклонился и уточнил: - Церемонию перенесения саркофага в фамильный склеп перенести на завтра?
   - Обсудим это позднее. Ее Высочество тоже устала и хочет принять ванну.
   Вампир-дворецкий, узревший наследницу престола, едва не подпрыгнул от изумления и поспешил проводить сановных гостей в дом. Заодно сделав знак вынуть саркофаг из кареты и внести в дом.
   - Знаешь, - Миа зевала, но голос ее был звонким и ясным, - я уже ничему с тобой не удивляюсь. Вообще за всю историю этого заклинания саркофаг ни разу не вносили в жилой дом, сразу ставили в склеп и лет через сто вспоминали, к тому времени слой пыли нарастал такой, что не сразу отыскать получалось. Впрочем, были случаи и забавнее, однажды в саркофаг пришлось запихнуть влюбленную парочку, отхлебнувшую из одного кубка; запаковали их лет на сто, а выпали они из него уже через пятьдесят и устроили такой переполох среди любящих родственников! - еще раз зевнув, принцесса свернула к золоченой двери: - Мне, наверное, сюда, хорошего сна всем!
   Гелла молча кивнула и прошла к указанным дворецким покоям. Светлая гостиная, будуар, спальня:
   - Господин... - она посмотрела на дворецкого, и тот сразу представился:
   - Мелон.
   - Господин Мелон, внесите саркофаг в будуар и поставьте у окна. Потом можете прислать ко мне горничную.
   Дворецкий откланялся, и через несколько минут в будуаре раздались голоса и осторожный шум; когда все стихло, в спальню, где Гелла присела в кресло, проскользнула невысокая вампирша в сером платье с белым передником:
   - Доброе утро, Ваша Светлость. Меня зовут Лиат, я ваша горничная.
   - Хорошо, Лиат, помоги мне снять одежду и вымыться, а потом я немного посплю, а завтрак подашь ближе к обеду.
   Девушка присела в книксене и, быстро раздев хозяйку, проводила ее в ванную комнату. Здесь тоже узнавался любимый стиль Силена - большой бассейн с сиреневой водой, обтянутые мягкой кожей кушетки вдоль стен. Окно-витраж наполняло помещение чудесным утренним светом, на самой большой стене красовалось мозаичное панно - лазурное море, кудрявые розовые и желтые облака и гордая красавица-яхта, парящая над водой на радужных крыльях. Вздохнув, Гелла опустилась в горячую воду, ощущая, как распускается в солнечном сплетении какой-то сжатый узел. Горничная, опустившись на кожаную подушку, осторожно зачерпнула пальцами душистое мыло и принялась массировать госпоже голову, бережно касаясь жестких ниточек заживших шрамов. Потом отогревшуюся герцогиню переложили на массажный стол и долго натирали маслами с успокаивающими ароматами, в итоге она уснула и не слышала, как в помещение вошли еще две вампирши. Одна осторожно обработала ногти на руках и ногах, вторая, осмотрев голову хозяйки, осторожно подравняла косо срезанные пряди и нашептала горничной, чем смазывать волосы, чтобы скорее отросли. Проснулась Гелла уже в постели - принюхавшись, поняла, что здесь побывал Ивэн - выходит, он и принес ее из ванной. За окном уже стемнело; дернув сонетку, Гелла неспешно поднялась и накинула тонкий шелковистый балахон, лежащий у кровати. Лиат вошла с большим подносом:
   - Ваш завтрак, миледи.
   - Спасибо, Лиат; если там нет ничего быстро стынущего, помоги мне сначала причесать волосы.
   Лиат усадила герцогиню к зеркалу и буквально в несколько минут навела на голове хозяйки порядок. Меч Сатры срезал волосы на затылке под корень, но спереди остались длинные чуть вьющиеся пряди; расчесав все, что уцелело, горничная аккуратно переплела прядки и уложила на голове Геллы тонкую изящную косичку, украшенную мелкими шпильками с жемчужными головками.
   - Какая ты искусница! Спасибо! Что у нас на завтрак?
   - Блюда подбирала госпожа Миа, она сказала, что вам нужно есть много мяса.
   - Она права, - Гелла кивнула и потянулась к горшочку с мясными колобками в сливочном соусе, тут же лежал хлеб с семечками кунжута и свежее масло и салат из свежих овощей. Съев мясо и сыр, герцогиня снизошла до зелени, а завершила трапезу чашкой горячего травяного отвара с шиповником. В дверь тихонько постучали, и Лиат пошла открывать, за дверью переминался Ивэн:
   - Мамми, ты уже встала, я начал волноваться!
   - Да, я уже встала и даже позавтракала, а ты ел?
   - Конечно! Принцесса хотела тебя увидеть, да еще Сират сегодня приезжает.
   - Сират? Так быстро?
   - Мамми, - Ивэн отвел глаза, - ты спала три дня.
   - Сколько? Три дня? А Силен?
   - Саркофаг все еще стоит в будуаре, мы запретили дворецкому его трогать.
   - Спасибо, Ивэн, можешь найти Миа и сказать, что я жду ее в будуаре?
   - Сейчас! - парень вскочил, приободренный ее улыбкой, и торопливо вышел за дверь.
   Гелла задумчиво покачала головой - опять ею манипулируют!! Напоили успокоительными отварами до того, что сами испугались долгого сна. Что ж, все, что ни делается, все к лучшему, теперь она отдохнула и может мыслить ясно. Оставаться среди вампиров она не хочет, без Силена жизнь тут теряет всякий смысл. Значит, задача все та же - вернуться домой, под крылышко родителей, и по возможности не стать жертвой многочисленных убийц.
   Деликатно стукнув в дверь, вошла Миа:
   - Добрый вечер! Хорошо выглядишь!
   - Спасибо, - Гелла внимательно посмотрела на принцессу вампиров, но та была безмятежна.
   - Ивэн очень рад, что ты проснулась, когда хочешь провести церемонию?
   - Никогда, - герцогиня внимательно посмотрела на принцессу. - Мне нужен секретарь, чтобы грамотно, в соответствии с вашими законами оформить следующее: я отказываюсь от всех титулов и содержания в пользу наследника лерда эр Миат, с одним условием: его саркофаг будет находиться в этих покоях, с него ежедневно будут стирать пыль и проветривать комнаты. Далее, - Гелла перевела дыхание и снова уставилась на принцессу. - Я поеду к драконам в составе вашей миссии, если со мной поедут Кира и Сират, - и, неожиданно горько усмехнувшись, добавила: - Надо же узнать, кто играет с моей судьбой - боги или демоны.
   Миа совсем не понравилось такое настроение Геллы, но девушка была в своем праве - законодательство вампиров признавало за невестами права бездетных жен, потому что нравы в королевстве были достаточно свободными, и случалось, что невесты выходили замуж с изрядными животиками. Но никто их за это не осуждал, напротив, такое доказательство плодовитости очень уважалось - вампирши рожали редко, обычно не более одного-двух детей за всю длинную жизнь, и вопросы сохранения потомства прописывались в законодательстве очень строго.
   - Что ж, я рада, что ты едешь с нами, сейчас вызову секретаря.
   - И Ивэна зови, ему пока тяжело одному.
   - Он с мясом придет, - улыбнулась Миа.
   - И хорошо, самое время поужинать, раз уж обед я пропустила.
   Едва принцесса вышла, Гелла подошла к скромно стоящему в будуаре саркофагу:
   - Прости, Силен, мне действительно жаль, что у нас ничего не вышло. Через семьдесят лет я буду сморщенной старухой, если вообще еще буду жива, а ты будешь по-прежнему очаровательным мужчиной в расцвете сил.
   Вздохнув, девушка погладила странно теплый хрусталь, лицо вампира виднелось смутно, лишь форма саркофага позволяла догадываться о его расположении. Но Гелла попыталась всмотреться сквозь хрустальные грани, ничего не увидела, кроме расплывчатых пятен, и, вздохнув еще раз, погладила камень и отошла.
   Следующий час они с принцессой составляли бумаги - отказ от содержания принцесса отклонила, сообщив Гелле, что ей понадобятся платья для визита, а вот титулом вполне можно пользоваться и своим, чтобы подчеркнуть происхождение из королевства людей. Так что с помощью вывертов законодательства Гелла получила статус официальной сопровождающей кронпринцессы вампиров на время дипломатической миссии к драконам, а Кира числилась личной сопровождающей уже Геллы, как официальной гостьи королевского дома. Сейчас же послали за портным и белошвейкой, составили список минимально необходимого в пути и дружно решили, что обязательные женские мелочи лучше всего покупать в столице. Уснула Гелла тут же на диване, пытаясь помочь Миа выбрать между вишневым шелком и сапфировым бархатом. Вещи паковала ловкая и почти неслышная Лиат, утром неугомонная принцесса собиралась ехать к границе с драконами. Последней сонной мыслью герцогини было:
   - Опять туда, где выбросило из телепорта, просто заколдованный круг!!
   Старшая статс-дама королевы - леди Фулли - неспешно шла по коридору, мысленно составляя отчет о последних событиях в королевстве вампиров. Только сегодня утром стало известно, что кронпринцесса приглашена в гости драконами! Но это не все новости, младшая дочь маркизы Минестро состояла в романтической переписке с одним юным Стражем, всего-то пятидесяти лет от роду, и застенчивый ухажер рассказал возлюбленной, что ему доверили сопровождение и охрану парадного гардероба принцессы и ее сопровождающих. По словам юного вампира, в делегации будут присутствовать всего несколько дам - сама принцесса, ее гостья и одна фрейлина.
  
   С одной стороны, для кронпринцессы - ничтожно мало; с другой - именно столько дам пожелали видеть на своей территории драконы. А с третьей - обе леди чем-то так зацепили юного Стража, что он написал о них своей предполагаемой невесте, - ведь не роскошным же гардеробом?
   Поболтав с крестницей около часа, леди Фулли настроила девочку на тепло-любопытное ответное письмо и поспешила с новостями к Ее Величеству.
  
   Уже на следующий день стало понятно, что воительница ничего не расскажет, но кое-что удалось понять из разговоров Сатры с Мирилом. Юный картограф не привык к длительным поездкам верхом - ноги у него были резвые, и сам он худощав, но вечером он свалился с лошади как куль. Увлекшиеся разговором герцог и принц задали привычный для себя темп, который воительница легко поддержала, а вот парнишка держался из последних сил, отбив себе все что можно и зажав намертво то, что не удалось отбить. Кряхтящий гвардеец вынул из вьюка горшочек с мазью, но не знал, с какого бока подойти к скрючившемуся на одеяле парню. Сатра решительно вмешалась и до темноты растирала и разминала мальчишке мышцы, попутно рассказывая, что он делал не так. Вот тогда-то Мирил и сказал:
   - Жаль, Ивэн пропал, у него руки сильные, он меня вечером как встряхнет за воротник - сразу легче становилось.
   - Ивэн? - переспросила воительница. - А кто это?
   - Он у господина Калабриана оруженосцем был.
   - А почему был? - еще раз спросила Сатра, ни на минуту не прекращая массаж.
   - Потерялся, - вздохнул картограф. Но, видимо, мысль о пропавшем друге была ему настолько неприятна, что он поспешил поблагодарить девушку, поправил одежду и уселся у огня с грифельной доской в деревянной рамке, на которой рисовал кроки, прежде чем оформить все в карту.
   Принц отметил этот едва слышный разговор, но расспрашивать Сатру не стал - просто позвал всех к котлу.
   Вообще после нападения навки Калабриан намного спокойнее стал относиться к бытовой неустроенности в пути - перестал сетовать на отсутствие чистых платков и чулок, сам вставал в очередь к котлу и мыл посуду, как примерный дежурный кашевар. Тирос продолжал подшучивать, давая состряпанным принцем блюдам торжественные названия: 'Завтрак Его Высочества', 'Королевская каша' и даже ' Коронованный бутерброд'! Но Кэл отмахивался, некоторая сноровка у котла - еще не повод становиться королем, других забот хватает; интересно, как в столице объясняют его длительное отсутствие?? Желудочными коликами или приступом ревматизма??
   Лагерь понемногу затихал, только герцог при тусклом свете догорающего костра строчил ежедневное послание своей возлюбленной. По кратким отчетам друга принц понял, что достойная леди не тратит время зря - варит варенье и строит бравых гвардейцев, но такая активность способна вызвать интерес матушки Тироса, чего ему бы точно не хотелось:
   - Пытаюсь ее убедить просто купить варенье на рынке, но она пишет, что не может смотреть, как в саду гниют яблоки! Как быть? Да гвардейцы уже лет пять на эти яблоки смотрят, сгребут их раз в год в канаву, да и все!
   - Если бы я понимал женщин, я бы уже давно был женат, - вздохнул принц и посоветовал герцогу выбросить все из головы и позвенеть сталью.
   Сатра с интересом наблюдала за разминкой принца и его друга, ей было любопытно составить свое мнение о человеке, про которого она столько слышала от названой сестры.
  Мужчины вынули короткие мечи и длинные кинжалы и начали осторожно кружить по поляне, перебрасываясь шутками. А Сатра, глядя на них, вспоминала свои первые впечатления: сначала принц показался ей слишком суровым для нежной Геллы. Седые нити в черных давно не стриженных волосах говорили о том, что ему пришлось немало пережить в пути; одежда, крепкая и практичная, совершенно ничего не говорила о его особом статусе.
   Правда, оружие было выше всяких похвал, но и оно маскировалось нарочито простыми ножнами, обтянутыми темной кожей рукоятями без украшений и камней.
   Воительница поморщилась, бросив взгляд на свой меч - после боя с каменным львом он покрылся зазубринами, затупился и даже слегка изогнулся. Точильный камень, одолженный Амираном, помогал слабо, все равно придется идти к мастеру-кузнецу - лечить меч, привязывать кровью, да и пора уже сделать его чуть потяжелее: кто знает, какие твари еще попытаются встретиться им на пути? В это время принц улыбнулся шутке друга - улыбнулся, и Сатра даже мотнула головой, словно отгоняя привязчивого слепня: принц преобразился! Орчанка невольно залюбовалась и подумала: как-то он встретит весть о том, что его бывшая невеста стала женой другого? Наверное, Гелле в это время лучше быть подальше, а Силен Калабриану в ловкости и силе не уступит.
   Еще миг - и принцу под ногу попала сухая ветка и тут же сломалась с громким треском, воткнувшись в лодыжку. Сатра встала и подошла ближе, предлагая свою помощь, но принц уже отпрыгнул в сторону и, разозлившись от резкой боли, начал наступать на герцога, тесня того прямо в огонь. Воительнице это надоело, и, подхватив свой все еще тупой меч, с которым не расставалась, она вмешалась в бой.
   О, как хорошо, что платье комком сунули в одну из сумок! В штанах было гораздо проще махать ногами, приседать, перенося вес с одной ноги на другую; уворачиваться - движениями, похожими на танцевальные па. Герцог давно отошел в сторону, наблюдая за поединком; вот бойцы, отскочив друг от друга, перевели дыхание, и уже не разминка, не танец - противостояние! Вдруг Тирос громко засмеялся:
   - Друг мой, не знаю, чем ты насолил этой леди, но несомненно она тобой недовольна!
   Принц и воительница словно опамятовали, посмотрели на себя, потом друг на друга, опустили мечи и разошлись к своим лежакам. Разговор явно остался незаконченным.
   В пути Миа не замолкала ни на минуту, то ли она боялась дать повиснуть тяжелой тишине, то ли просто гнала подальше воспоминания о свадьбе.
   - Так что у нас, вампиров, иерархия очень строгая и зависит от способностей - чем выше магические силы, тем дольше мы живем.
   - А если в крестьянской семье родится одаренный ребенок? - с интересом спросил Ивэн, вновь примостившийся на бархатной подушке у ног Геллы.
   - Для этого у нас каждые полгода проводятся испытания в магической академии, любой вампир может придти туда совершенно бесплатно и пройти испытания. Для получения дворянского титула вежливости - то есть просто титула, без поместья - достаточно показать седьмой уровень владения силой, а, например, испытания, подтверждающие право на титул советника, требуют минимум третьего уровня с индивидуальными особенностями.
   - Это как? - вновь поинтересовался парень.
   - Ну, допустим, показать какое-то редкое заклинание первого-второго уровня или два-три новых, неизвестных, требующих особого искусства. Король - самый сильный маг королевства, и он тоже проходил испытания, доказывая свою возможность править королевством, где почти каждый крестьянин хоть немножко маг.
   - И тебе тоже придется проходить испытание?
   - Предварительное испытание, на звание принцессы, я уже прошла, - отмахнулась Миа, - лет в пять, наверное. Вырастила магистру Виниэлю бороду до колен, а если учесть, что он эльф, и растительности на лице у них нет, то это сразу было засчитано комиссией как высокий уровень.
   - Так эльфы действительно существуют? - герцогиня так изумилась, что даже вынырнула из легкого ступора, в который сознательно себя загоняла.
   - Существуют, - принцесса покивала головой и вытащила из заботливо пристроенной в карете корзинки румяное яблоко, - но их мало осталось, магистр вот в нашей академии прижился, потому что она в лесу стоит.
   С хрустом откусив большой кусок, Миа принялась качать ногой, подогнув вторую под себя, и вновь стала напоминать проказливого парнишку, оседлавшего забор.
   - Говорят, что эльфам не хватало в нашем мире магии, чтобы выращивать свои дивные леса, и тогда они дружно, собрав что могли, открыли портал по своим древним книгам и ушли в другой мир, а здесь остались только отшельники или те, у кого были возлюбленные из обитателей этого мира, ну и полукровки тоже. Так что эльфийских кущ в нашем мире нет, а вот эльфы еще остались, хотя и немного.
   Гелла изумленно покачала головой, она искренне полагала, что эльфы - это просто легенды, выдумка людей, мечтающих о красоте и силе. Что ж, мир оказался куда больше и интереснее, чем ей виделось из окна отцовского замка!
   - Так поэтому у вас может править и женщина - дело в уровне силы?
   - Да, но еще важна кровь - мой отец женился на маме не по любви, а потому, что чувствовал ее способность усилить наши способности в ребенке.
   Гелла вздохнула:
   - Как думаешь, твоя мама примирилась с таким выбором?
   - Не знаю, - Миа пожала плечами и вновь откусила яблоко. - Она ушла сразу после моего рождения; сказала отцу, что он получил, что хотел, а ей в замке душно, и ушла.
   - И ты не знаешь, где она сейчас?
   - Нет.
   - И никогда не искала?
   - Почему, первые лет пятьдесят искала, а потом получила от нее письмо и перестала.
   - Пятьдесят лет? - и у Геллы, и у Ивэна широко распахнулись глаза, ведь на вид их собеседнице было чуть больше пятнадцати. Миа звонко расхохоталась:
   - А чему вы удивляетесь? Я следующая по силе после отца, значит, потенциально могу прожить, не напрягаясь, около тысячи лет.
   - А сколько тебе сейчас?
   - Шесть десятков и еще пять лет, но официальный титул я ношу только с пятидесяти лет, в этом возрасте мы считаемся совершеннолетними.
   - Понятно, - Гелла ошеломленно посмотрела на юную девушку, по возрасту годящуюся ей в бабушки, и вздохнула: - А сколько тогда Силену?
   - Что-то около двухсотпятидесяти, точнее не знаю, просто раньше двухсот советниками не становятся, а я его помню как советника уже давно. Хороший у тебя был жених, силой поделился, хоть и знал, что ему дольше лежать придется.
   - Дольше лежать? Почему? - Гелла даже заерзала на мягком сидении от нетерпения, да и сидеть уже устала.
   - Он тебе передал часть своих сил, когда целовал; обычно это после заключения брака происходит, поэтому аристократы на селянках не женятся: после ритуала силы уравниваются. А потом попросил моего отца закрепить передачу сил и подтвердить ее своей волей. Ты теперь проживешь значительно дольше, чем обычный человек, ну и способности к целительству могут усилиться: Силен хорошим лекарем был, одной диетой на ноги поднимал. Миа подумала, покрутив черный локон, и добавила:
   - Еще в темноте стала бы хорошо видеть, но ты, наверное, уже, Ивэн ведь с тобой поделился... - не договорив, принцесса замерла и уставилась на Геллу, открыв рот: - О, богиня! В тебе же смешались три крови!
   Гелла даже напугалась - так лихорадочно принцесса начала что-то искать в небольшой сумке, закинутой при посадке в карман на двери. Через пару минут, шипя сквозь зубы, вампирша наконец выкопала то, что хотела - маленькое зеркальце с серебряным напылением по краю.
   - А разве вы не боитесь серебра? - хотела спросить Гелла, но Миа только мотнула головой, предвосхищая вопрос:
   - Если ранок нет, то не страшно, а для магических штучек серебро часто нужно. Давай руку! - клыки Миа удлинились, и она аккуратно царапнула один палец Геллы и капнула выступившую капельку на стекло: - Смотри! Это заклинание тоже используют в академии, чтобы определить, какая наследственность в человеке сильнее.
   На глазах у Геллы и Ивэна капелька крови забурлила и разделилась на три части - желтую, красную и черную.
   - Вот! - удовлетворенно сказала вампирша: - Красная часть - от человека, желтая - от оборотня, а черная - от вампира. Самое забавное, что они не конфликтуют, и их количество примерно равно.
   - И что, я теперь должна буду пить кровь, бегать под луной и избегать серебра?
   Миа опять с интересом посмотрела на Геллу:
   - Не думаю, полукровки встречались и раньше; правда, я не слышала о равных долях крови, всегда что-нибудь доминирует, но в любом случае, по воспитанию ты человек, а большинство наших особенностей привиты с детства и прячутся в нашей голове.
   Вновь свернувшись на диване в сложную фигуру, Миа зевнула и предложила всем подремать: дорога дальняя. Все согласились - Гелла улеглась на противоположном диване, пристегнувшись специальным ремнем, благо не слишком высокий рост позволял ей, как и принцессе, устраиваться в карете с комфортом. Ивэн предпочел обернуться и улечься на полу, чем пытаться разместить тощие руки и ноги на ложе, составленном из подушек.. Парень по-прежнему питался мясом в огромных количествах и рос на глазах.
   Но даже закрыв глаза, Гелла не переставала думать - теперь уже о будущем; Силен, его нежная и заботливая любовь, его дом, полный дорогих и изысканных вещей - остались в прошлом. Впереди новый путь. Кто они - таинственные драконы? Что им нужно от девушки - песчинки, угодившей в жернова политических игрищ? Размышляя так и не представляя в ближайшем будущем ничего более серьезного, чем ужин, девушка понемногу задремала и вскоре плавно покачивалась вместе со всеми под ровный шум колес.
   Следующий день прошел напряженно, Сатра начинала нервничать, все больше хмуря красиво очерченные брови. Вечером остановились в трактире - том самом, где уже останавливались с Геллой, Кирой и Стражами, и по тем же причинам: чтобы с утра въехать в столицу вампиров. Хозяйка на сей раз встретила постояльцев в строгом официальном костюме - широкая серая юбка с черной отделкой, серый бархатный лиф в окружении черного кружева. Наряд вполне мог считаться полутраурным, и Сатра рассматривала его очень внимательно. Потом не удержалась и спросила:
   - У вас кто-то умер?
   - Хозяин здешних земель, Силен эр Миат, был отравлен в день собственной свадьбы и теперь будет покоиться в саркофаге примерно семьдесят лет. Завтра будет церемония принятия наследником титулов и поместий.
   Сатра судорожно втянула воздух от таких новостей, ей захотелось расспросить вампиршу подробнее, но быстро прикусила язык: сзади подошел принц, уже выбравший стол для ужина:
   - Сударыня, - обратился он к воительнице, - прошу к столу.
   - Я поставила вам тот же чай, что заказывал лерд Силен, - сообщила трактирщица, - и такие же лепешки с творогом и медом.
   - Спасибо большое, - процедила Сатра и быстро прошла к столу, затылком ощущая любопытство принца и трактирщицы.
   Стараясь удержать невозмутимое лицо, девушка села за стол и взяла ложку, но даже процесс поглощения пищи выпал из ее мыслей, и очнулась она только от хихиканья Мирила - оказалось, что ложка давно скребет по пустому керамическому донцу.
   Принц и герцог вновь переглянулись и решились на серьезный разговор - заказав в номер пару бутылок вина и закуски, попросили девушку зайти поговорить.
   - Леди, - начал принц, - мы поняли, что вы получили какие-то серьезные сведения от трактирщицы, и просим вас сказать только одно: имеют ли эти сведения отношение к нам, и что вы знаете о моей невесте.
   Воительница задумалась: выходит, в жизни Геллы снова все поменялось - она не замужем, а принц рядом, и возможно, он уже не так плох для хрупкой блондинки?
   - Я расскажу вам все, что знаю, если вы пообещаете не причинять мне вреда и отпустить по первому требованию.
   Мужчины подобрались:
   - Обещаем! - коротко кивнул принц, а герцог, небрежно переместившись к двери, уточнил:
   - Значит то, что вы узнали, все же касается нас?
   - Не вас - леди Геллы. Если помните, на дорогу я вывалилась в нарядном платье - прямо со свадебной церемонии леди Геллы с советником короля вампиров.
   Калабриан онемел, представив себе, как он уговаривает чужую жену приехать через десяток месяцев в столицу королевства людей и зайти в храм богини! Да к тому времени леди может быть на сносях! Если и вовсе не с младенцем на руках!
   Сатра верно поняла бледность, залившую лицо Его Высочества, и подняла ладонь:
   - Не волнуйтесь, Ваше Высочество! Именно сегодня я узнала, что свадьба не состоялась! Мне неизвестно, насколько сильно пострадала леди Гелла в результате нападения - та каменная тварь пыталась запустить когти ей в голову, - но жених леди, лерд Силен, заперт в саркофаге на семьдесят лет - видимо, он пострадал очень сильно, регенерация вампиров куда лучше человеческой.
   Теперь вскочил герцог:
   - Леди, вы должны немедленно рассказать нам все, что вы знаете! Это крайне важно!
   - Я уже обещала рассказать вам все, но Его Высочество я узнала по описаниям леди Геллы, а вы для меня незнакомец, представьтесь.
   - Герцог Тримейн.
   - А, о вас она тоже упоминала, - кивнула Сатра. - Кажется 'придворный красавчик с ледяным сердцем', - воительница с любопытством взглянула на дернувшегося герцога и, склонившись вперед, сидя на краешке кресла, начала свой рассказ:
   - Впервые я встретила леди Геллу в начале августа...
  
   Мерное покачивание кареты неожиданно прервалось - рывок, еще один, и Гелла так приложилась о стенку кареты, что несколько секунд не могла сделать вздох. На полу рычал в попытке подняться оборотень, а Миа кувыркалась с ним в обнимку, потому что, понадеявшись на вампирскую ловкость и силу, не воспользовалась для сна привязным ремнем. Наконец, дверь кареты, задравшаяся куда-то в небо, отворилась, и в нее издалека прокричали:
   - Простите, леди, колесо отвалилось!
   - Оппппытные, - прошипела не хуже змеи разъяренная Миа, - знают, что ко мне лучше не соваться!
   - Убьешь? - фыркнул перекинувшийся в человека Ивэн.
   - Может, и не убью, но покусаю - точно! - ответила Миа и, наступив парню на живот, первая полезла из кареты.
   Кучер доложился, что поломка займет около трех часов, и девушки, немного размявшись и перекусив купленными у доброй вампирши мясными пирогами, решили вместе с Ивэном идти дальше по дороге. Рассудив, что места вокруг обжитые, тропа утоптанная, а мешать ремонту не стоит.
   Дорога текла неспешно и очень красиво - зеленели ранней озимью поля, щетинился стерней убранный хлеб, большие навесы укрывали разложенные на просушку овощи. Вампиров было немного - коли почти каждый житель страны владел магией, ею охотно пользовались даже для полевых работ. Нет, тележку, скажем, с навозом в поле привозила лошадь, а вот потом - разбросать его было делом нескольких минут.. Что-то у кого-то получалось лучше, были вампиры, занимавшиеся, например, чисткой колодцев - приезжали по вызову села, бросали в воду пучок очищающих трав и помогали процессу магией.
   Все это неторопливо рассказывала Миа, шагая рядом с Геллой и Ивэном по обочине. Вскоре поля сменились лугами, а там и вновь зашелестел золотой листвой лес. Девушки увлеклись разговором и шагали, почти не глядя по сторонам, но вдруг Ивэн остановился и зарычал. Гелла торопливо вдохнула носом холодный воздух и закашлялась - поперхнулась. Погрев нос ладошкой, еще раз осторожно вдохнула: пахло сильно, лошадьми и чем-то приторным, сладко ванильным, бррр. Насторожившаяся рядом Миа пожала плечами, мол, что такое?
   - Пятеро всадников, облиты какой-то духовитой гадостью, вооружены хорошо, железом пахнет и кожей.
   - Где? - уточнила принцесса, разворачиваясь к лесу и замирая. - Ничего не чую, - сказала она через минуту, - и, подумав, добавила: - Наверное, что-то отбивающее запах используют.
   - Похоже, про Ивэна не знают, - добавила Гелла, забирая у парня корзинку и ставя ее у ног. В корзинке кроме фляжки с морсом и пирогов стоял горшок с лягушками, плотно укутанный в несколько слоев войлока и меха.
   - Его пока раскрывать не будем, вдруг они только поговорить?
   Гелла в ответ хмыкнула и проверила, как ходит в ножнах самонаводящийся кинжал. Ивэн проверил свое оружие, Миа звякнула мечом и кинжалом.
   - Сразу в драку не лезем, - начала она объяснять, - надо же узнать, кто такой наглый. Гелла, держись сзади, тебя легко достать, а я попробую нас магией прикрыть.
   - Похоже, тот камень нам не зря под колесо попал, если их всего пятеро...
   - Вероятно, план такой и был, помнишь девку, которая нам путь указывала да все проводить рвалась, вдруг заплутаем?
   - Помню, Стражи от ее, хм, юбки глаз оторвать не могли...
   - Волшба это была, - вмешался вдруг оборотень. - Я вот тоже ее взглядом проводил, хотя мне и без надобности.
   - Без надобности? - вампирша, заигрывая, взглянула на Ивэна, а парень в ответ набычился и, вновь понюхав воздух, добавил:
   - Приближаются.
   - Значит, засада, - поморщилась Миа. - Опять колет порвут, близко они?
   - Сейчас услышишь, - ответил оборотень.
   Действительно, тонкий слух вампирши различил глухие удары копыт, хруст попавшей под ноги отряду ветки и звон сбруи. Из-за деревьев чуть дальше по дороге вылетела пятерка всадников, всего пять человек в тяжелых хвойно-зеленых плащах и теплых беретах, но с ними были еще и собаки. Странные низкорослые животные с длинными мордами и короткими ушами.
   - Ивээн, - протянула сонно Миа, - а про собачек ты мне не рассказывал.
   - Пустяки, - отозвался оборотень, с удивлением глядя, как принцесса сворачивается клубком на ледяной земле и, пристроив свой берет под голову, засыпает.
   - Заклятье бросили, видимо, специально против вампиров, - констатировала Гелла, - меня тоже зевать тянет, но что-то словно пинка дает. Эй, люди добрые, - закричала она, подражая деревенским девушкам, - зачем нашу хозяйку усыпили?
   Зеленые плащи разом заржали в голос, потом один поднял сжатую в кулак руку и всадники не спеша приблизились:
   - Молчи, девка! Заверни хозяйку в плащ и дай сюда, - один из крупных черноволосых мужчин, ткнул пальцем в Ивэна.
   - Да что ж это такое, - запричитала Гелла, осторожно доставая кинжал, на ее движение первыми среагировали псы, глухо зарычав; в ответ, сама от себя не ожидая, девушка, оскалилась и , рявкнула так, что псы захлебнулись коротким взлаем и отбежали, насколько позволяли сворки.
   - А девка-то не проста, прихватим?
   - А поиграть дашь?
   - Если брать с собой, тащить придется, а вдруг не нужна?
   - Дорога дальняя, можем и не довезти, - похабно ухмыльнулся один из наемников.
   Тут Гелла не выдержала и метнула свой кинжал - эх, еле попала! Далековато стояли всадники, специально на бросок не подходили, но работа орчанского мастера не подвела - сияющее серебряное навершие рукояти закачалось в ямке под горлом предводителя, а герцогиня с тем же рыком отскочила в сторону, давая возможность Ивэну поработать мечом.
   Однако парнишку она переоценила - перекидываться он почему-то не стал, а сам прыгнул ближе к всадникам, потеряв первый удар. Но Гелла тут же поняла, почему он так сделал - Миа сладко посапывала на земле, в горячке боя кони могли ее зацепить копытами. А оборот дело не быстрое - от испуга порубят в капусту, опыта у Ивэна было все же маловато.
   Из четверых уцелевших бойцов двое принялись лениво отмахиваться от парня, подкалывая его и нанося несерьезные, но болезненные раны. А еще двое всадников недвусмысленно приближались к стоящей на обочине Гелле и лежащей у ее ног Миаленн.
   Герцогиня в панике обежала взглядом свой арсенал - меч Миа, зажатый ее телом, пустые ножны кинжала и пара-тройка заклинаний с длинными формулами и пассами. И тут ее взор упал на горшок с лягушками - один раз разноцветные малышки уже помогли! Сорвав плотную крышку, она, не глядя, выхватила пару лягух и запустила в надвигающегося всадника:
   - Что б ты лопнул!! - пожелала Гелла от души и тут же присела, зажмурившись: всадник уже коротко замахивался кнутом. В воздухе раздался тихий чмок, словно лопнул большущий мыльный пузырь, и девушку окатило горячим дурно пахнущим душем. Еще пара лягушек полетела в следующего наугад:
   - Сгинь!! Нечисть болотная!! - от страха и омерзения Гелла боялась сильно открывать глаза; снова чмок - и сильный запах тины, бьющиеся в панике кони, воющие собаки, сорвавшиеся со сворки и убегающие в лес, а на подмерзлом грунте дороги растекается зеленая пузырящаяся лужа с характерным болотным запахом. Лягушек нигде не было, лишь яркие цветные кляксы среди вонючих луж мерно колыхались, поблескивая, словно блестящая шкурка.
   Всадники, лениво гоняющие Ивэна, развернули коней и быстро помчались к лесу, парень кулем осел на дорогу, а Гелла, выпрямившись и утерев лицо полой плаща, заорала как резаная, выплескивая в крике весь страх, боль и безнадежность. Переодеться было не во что, но сняв плащ, девушка кое-как оттерла руки и лицо и, дыша ртом, чтобы не вывернуло, подошла к Ивэну - парень уже очнулся, мелкие раны на руках и лице болели и кровоточили, но опасности для жизни не представляли.
   - Вставай, я попробую помочь.
   Оборотень поднялся и первым делом проверил, не замерзла ли за несколько минут драки Миа, а потом уставился на корзинку с пирожками.
   - Подожди чуток, проверю, вдруг яд?
   Гелла быстро напела заклинание и убедилась, что яда нет, но по ребрам скользнул меч, а на бедре рваная рана, нанесенная, похоже, не мечом, а кавалерийской шпорой. Вздохнув - руки к чистенькому Ивэну прикладывать не хотелось, - все же попыталась залечить раны на расстоянии. К удивлению - получилось, магических сил явно прибыло.
   - Пока все, ешь пироги, восстанавливай силы, Миа сейчас не проснется - будем карету ждать.
   Ивэн тут же сцапал корзинку, осторожно прикрыв крышку на горшке с лягушками: малютки уже начали подмерзать.
   - Мамми, хотите? - оборотень протягивал Гелле пирожок.
   - Нет, Ив, не хочу, мне бы в баню скорее да одежду снять, эту вонь простая ванна не возьмет. Девушку мутило от запахов, от красно-коричневого пятна с сизыми веревками кишок и от стойкого запаха болота, но она вдруг с благодарностью вспомнила уроки этикета с госпожой Аткинс. Достойная дама требовала от воспитанницы быть невозмутимой и строгой даже в темном подвале с крысами, вот уж не знаешь, где пригодится то, чем набивают твою голову в учебном классе.
   Схомячив почти все пироги, оставив все же пару штук девушкам, Ив почувствовал себя настолько хорошо, что смог развести на обочине костер, уложил принцессу на подстилку из сухих листьев, а для Геллы отыскал приличный стволик сосны, на который можно было присесть. Карета добралась до них еще через пару часов - покарябанные Стражи и потрепанная карета говорили все лучше всяких слов:
   - Опоили и выпустили в амбар пару мантикор. Кучера спасли, а лакею полежать придется, зацепили сильно.
   - Больше потерь нет?
   - Трое легко ранены.
   - Пусть подойдут, - скомандовала Гелла, - остальным - переложить принцессу в карету и накормите чем-нибудь князя, он потерял много сил, защищая нас.
   Стражи с уважением поглядели на смущенного оборотня и тотчас вынули из каретного сундука корзинку с копченым мясом, сыром и пирогами.
   Исцелив раненых вампиров, Гелла поняла, что еле стоит на ногах, да и озноб - спутник магического истощения - тут как тут, но карету пачкать не хочется.
   - Лерд Ватам, - обратилась она к командиру Стражей, - как видите, мне досталось немало грязи в этом бою, и я устала, а принцессе понадобится моя помощь, когда она проснется; есть ли впереди трактир или деревня?
   - Есть, миледи. Хотите поехать верхом?
   Гелла кивнула, и ей подвели одну из запасных лошадей Стражей, сняв с коня все, кроме седла и сбруи. Теплый плащ тоже нашли, и впереди колонны во весь опор понесся самый молодой Страж - отыскать трактир или доброго хозяина и приготовить баню. Через час показался одинокий трактир - он стоял как раз между двумя деревнями и частенько служил местом отдохновения для путников, не рассчитавших свои силы.
   Баня была! Раскаленная каменка плевалась и шипела, источая волны ароматного пара. Всю одежду Гелла бросила у дверей, велев сжечь, и окунулась в царство деревянных шаек, дубовых веников и мятной воды для обливания. Аккуратная молодая вампирша старательно парила почетную гостью, подносила малиновый квас и пушистые простыни, а напоследок отыскала средство для роста волос, Гелла задумчиво его покрутила в руках и оставила на полке. Прошлого не вернешь, а золотистые локоны наивной невесты - в прошлом.
   Закончив рассказ, Сатра заметила, что бутылки опустели, закуска съедена, а мрачные мужчины смотрят на нее очень странными взглядами:
   - Так значит, - первым нарушил молчание принц, - моя невеста решила, что свободна, и пожелала вступить в брак?
   Тирос метнул на воительницу предостерегающий взгляд и заговорил как можно небрежнее:
   - Брось, Кэл, ты же сам хотел отправить леди в ссылку, как только отыщешь! Я думаю, достойная леди Сатра поможет нам отыскать твою заблудшую овечку, и ты выполнишь свое обещание.
   - Какое обещание? - насторожилась воительница.
   Тирос глянул на друга и, увидев отрицательное покачивание головы, поджал губы и сказал:
   - Простите, леди, я вам сказать не могу, спрашивайте у Его Высочества.
   Сатра перевела взгляд на принца:
   - Если это касается Геллы, я должна знать, она моя кровная сестра.
   - Вот как? - принц скептически поднял бровь. - Значит, посоветуйте своей сестричке побыстрее вернуться к родителям и, желательно, без мужа, - помолчав и проглотив сарказм, все же продолжил: - Через десять месяцев волей богини я и леди Гелла должны появиться в центральном храме столицы; зачем - неизвестно, но сами понимаете, что чужую жену уговорить появиться в храме сложнее, чем незамужнюю девушку.
   Сатра покачала головой:
   - Так вы поэтому отправились за ней - по воле богини, а не для того, чтобы убить?
   Принц просто онемел от такого заявления, но, видимо, что-то изменилось в его каменной физиономии, раз воительница расслабила сведенные напряжением плечи и устало сказала:
   - Простите, Ваше Высочество, но я должна была спросить. Гелла боится вас, и, судя по ее рассказу, у нее были основания для недоверия. А у нас принято мстить за родственников, как, впрочем, и у вампиров.
   - А при чем здесь вампиры? - удивился вслух герцог. - Свадьба ведь не состоялась!!
   - Советник короля Валер эр Луэст совершил обряд кровного братания с леди Геллой и со мной, теперь мы все родственники.
   Герцог не светски присвистнул:
   - Кэл, ты упустил шанс породниться с двумя королевскими домами! Как я понимаю, леди Сатра является не менее значительной персоной, чем твоя невеста.
   Калабриан лишь устало махнул рукой:
   - Благодарим вас, леди, что поделились с нами своими знаниями; думаю, вам стоит отдохнуть, утром мы должны въехать в столицу.
   Сатра встала, сдерживая желание потянуться и зевнуть:
   - Доброй ночи, господа, надеюсь, вы все же ляжете спать этой ночью, - и вышла.
   Оставшись одни, принц и герцог какое-то время молчали, избегая смотреть друг на друга. Потом Тирос потянулся к бокалу, обнаружил, что он пуст, повернулся к столу и услышал:
   - Вино кончилось, - принц поднял на герцога глаза, наполненные самым искренним недоумением и обидой. - Тир, ты думаешь, я такой, каким меня увидела эта девчонка?
   - Кэл, - осторожно начал герцог, - ты изменился, и сейчас я уверен, что ты не убьешь ее специально. Но вспомни недели перед свадьбой - ты не мог не слышать того, что говорили и делали во дворце, а сколько всего наслушалась под видом любезностей твоя невеста! Я думаю, что для девушки, выросшей в дружной любящей семье, двор показался весьма неприятным местом, а ты... Ты ее не навещал, не дарил цветов - ты просто объявил, что она твоя невеста, и ушел заниматься политикой. Я скажу тебе честно, потому что многое понял только сейчас, когда нашел свою любовь, - если бы ваша свадьба состоялась, она погибла бы очень быстро. И я не уверен, что ты смог бы себе честно сказать, что ты ее не убивал!
   - Тир! - принц ошеломленно уставился на друга. - Ты ее защищаешь? Эту предательницу, собравшуюся замуж еще до моего решения?
   - Кэл, ты хотел правды? Твоя невеста куда лучше тебя, взгляни на леди Сатру - она честная и смелая, и у нее храброе сердце, но она называет леди Геллу сестрой не по принуждению, а по велению сердца. Да, ты можешь сказать, что я поглупел от любви к своей леди, но благодаря этому чувству я увидел все, о чем тебе рассказал. Ведь ты не считаешь советников короля вампиров глупыми, или наивными, или способными на пустую жалость? А между тем один из них принял твою невесту в свой род, а другой - пожелал увидеть ее супругой, а ты помнишь, чем чреват брак по законам вампиров - помнишь?
   - Соединением магий и сил, - тоскливо, как на уроке, ответил Кэл.
   - И кто-то пошел на сокращение срока жизни и сил, осознанно пошел на это ради леди, которую ты называешь 'девчонкой'. Мне жаль тебя, друг.
   Тирос встал и прошелся по комнате, потом уставился в почти погасший огонь камина.
   Калабриан бессильно выругался и спросил нарочито спокойным голосом:
   - И что ты предлагаешь?
   - Встретиться с леди в официальной обстановке и поставить ее в известность, что ты не намерен ее преследовать. Расскажи о требовании богини, попроси помощи.
   - Попросить помощи? - Кэл взревел, как раненый зверь: - Мне - унижаться перед какой-то девчонкой! Ни за что! Закину в седло и увезу. Точка!
   Герцог лишь пожал плечами - мол, твое дело - и начал готовиться ко сну; разговоры разговорами, а надо и поспать, утром мир будет другим.
  
   Утром зеленый камушек на серебряном сундучке мерцал ярко и тревожно. Герцог, едва умывшись, поспешил его открыть, жуя превкусную булочку с клубничным джемом. Сразу три аккуратных конверта дожидались его пробуждения. Один конверт был обычным дневным посланием от леди Сепфоры - нежным, заботливым, чуточку скучающим. Второй конверт - от управляющего, который сообщал, что все претензии к имуществу леди со стороны родственников сняты, так как местному отделению порядка по указанным герцогом приметам удалось захватить группу наемников из трех человек, и они вполне охотно за замену смертной казни на каторжные работы сдали заказчиков и сроки исполнения. Теперь по решению суда леди причитается компенсация от любящей родни мужа, наемникам - солеварни либо рудники, откуда быстрее придет заявка. Отдельной страничкой шли хвалы искусству леди Сепфоры управлять домом, управляющий по секрету признался, что некоторые ее распоряжения для своего поместья использовал в землях герцога и не пожалел - прибыль существенно возросла. Сначала герцог разулыбался последним строчкам, а потом нахмурился - теперь леди может вернуться в свое поместье, и возможно, свой дом покажется ей милее обязанностей герцогини? Поджав губы, герцог распечатал третий конверт, письмо оказалось посланием от его кормилицы. Мало кто знал, почему герцогиня Тримейн взяла в дом женщину с улицы, да еще столь крупную и невоспитанную, а также почему сам герцог доверял ей больше, чем своему духовнику. В записке была всего одна строчка:
   - Будешь болваном, мальчик, если упустишь такое сокровище!
   Когда-то мистрис Карина служила в Тайной канцелярии и получила хорошую подготовку телохранительницы, поэтому военной лаконичности не чуралась. Выйдя замуж, достойная женщина собиралась оставить службу, но ее уговорили перевестись в резерв. Ветеранов старались пристраивать на спокойные места, требующие верности, и мистрис с ребенком на руках предложили место кастелянши маленького гарнизона городской охраны - дел немного, выдать новеньким форму да изредка организовать стирку и штопку для всех.
   Но в город приехала юная герцогиня Тримейн, которую муж отправил в самую защищенную часть страны ожидать наследника. От скуки леди перевернула вверх дном весь замок, растрясла ратушу и городской совет, а на закуску наведалась в гарнизон, и вот там-то и познакомилась с мистрис Кариной, которая уже качала в колыбели малыша.
   День за днем молодая герцогиня металась в городе как в клетке, смещая чиновников, организуя приют и лечебницу, и успела насолить не одной влиятельной персоне. Однажды на нее было совершено нападение. Охрана сработала четко - леди прикрыли, чем смогли, и затолкнули в наиболее безопасное с их точки зрения место - каменный склад обмундирования. И тут отошли воды, на несколько недель раньше срока.
   К счастью, мистрис Карина была на рабочем месте - выгнав мужчин заканчивать драку, она немедленно расстелила прямо на полу попоны, укрыла их полотном и почти три часа развлекала леди разговорами и обходом склада, а потом вместе с нею пела бравурные военные марши в такт потугам. К прибытию лекаря леди уже разродилась, юный герцог Тримейн лежал, укутанный, в корзинке, пахнущей копченым салом и луком, а мистрис Карина получила должность при дворе герцогини и воспитанника в придачу.
   Учитывая все это, герцог хмуро глянул на недовольного принца и, отыскав на столе чернильницу и перо, принялся аккуратно писать ответы.
   - Что? - возмутился принц. - Будешь письма писать? Ехать пора!
   - Столица вампиров стоит пару тысяч лет и никуда не денется, а леди Сепфора наконец юридически избавлена от козней родственников и может вернуться в свое поместье.
   Принц приостановился, все же не зря он столько лет варился в политической кухне и умел брать себя в руки несмотря ни на что.
   - Хорошо, мы подождем, но поторопись - Амиран и леди Сатра уже внизу.
   Герцог кивнул, все так же аккуратно выводя буквы.
   Отмытая до блеска Гелла забралась в заранее приготовленную постель и уснула, и увидела во сне грустного Силена на белоснежных ступенях и алое платье, плещущее облаком рядом с ним; захлебнувшись чувством нежности и вины, девушка проснулась.
   Вокруг было темно, но зрение - то ли вампирское, то ли оборотное - быстро подстроилось, она разглядела балдахин над кроватью и, вздохнув, пошевелилась. Тело сковало тяжестью и что-то неудобно-острое впивалось в ребра. Присмотревшись, герцогиня завозилась, расталкивая нежданных визави - с одной стороны кровати в нее тыкалась локтями Миа, а с другой защищал от всего на свете Ивэн, а разбудило ее тихое пение лягушек в чуть светящемся горшке.
   Осторожно выбравшись из теплых одеял, Гелла на цыпочках подобралась к горшку, одергивая и расправляя одолженное хозяйкой одеяние - длинную и широкую полотняную рубаху с пышными рукавами и глухим воротом. Вечером перед сном она хорошенько покормила лягушек, не забыв добавить те крохи магии, что появились после бани. И вот сейчас с удивлением наблюдала, как лягушки, собравшись в круг на дне горшка, тихонько поют, задрав мордочки к четырем самым крупным 'икринкам' на стенке их жилища. А икринки все набухали и набухали, лягушки пели все звонче, и вот одна совсем уже большая икринка лопнула, из нее потекла вода, а следом выскользнула лягушечка! Маленькая, черноглазая, точь-в-точь такая, малиновая в зеленую крапинку, как погибшая на дороге. Следом за товаркой выпала оранжевая в фиолетовую полосочку, потом алая в желтой крупке, и темно-зеленая в багровых разводах и голубых крапинках. Новорожденные свалились в самый центр круга и, жалобно квакнув, раскрыли рты.
   - Ой, их же покормить надо! - спохватилась Гелла. Но в комнате еды не было, совсем было; растерявшись - не идти же греметь посудой ночью на кухню трактира! - девушка вспомнила о припрятанных оборотнем пирожках - и точно! Они так и остались в корзинке! Расковыряв изделия доброй вампирши и накормив малявок вареными мелко рублеными потрохами, Гелла зевнула и вновь вернулась в постель, подтолкнув длинноногого Ивэна ближе к костистой Миа, подумав лениво: 'В комнате тепло, а считать ребра локтями принцессы - не моя привилегия!' - и тут же уснула.
   Утро началось с крика, волчьего воя и отборного мата. Ночью Миа и Ивэн так переплелись руками и ногами, что, проснувшись поутру, принцесса, не ожидавшая увидеть оборотня лицом к лицу, шарахнула его молнией! Не разобравшийся в ситуации Ивэн, рявкнув волком, начал оборот и подпрыгнул от вопля Геллы за спиной.
   Услышав шум, в комнату ворвались Стражи и обнаружили охраняемых лиц вместе с комком одеял на полу. Причем Миа оказалась под оборотнем, а Гелла венчала эту кучу малу розочкой на торте. Стражи замерли, боясь подступиться, и тут Ивэн сложился пополам, получив под вздох острым вампирским локтем, а Гелла скатилась с его спины и врезалась в столик. Графин с морсом решил, что голова герцогини ему нравится больше, и тотчас опрокинулся на нее. Разбуженные лягушки запели, а в дверях заорала хозяйка, принесшая знатным гостьям горячую воду для умывания. Тазик грохнулся об пол, вода залила все вокруг.
   - Замечательное утро! - сказала Миа, выбравшись из-под Ивэна. - Все в порядке, это не кровь, - утешила она орущую на одной ноте вампиршу и тут же напомнила: - Нам бы все же умыться, - и закрыла дверь. - Так, Гелла, ты пока полежи, кувшин тяжелый; Ивэн, а ты чего разлегся? Вставай!! Сейчас умоемся и пойдем завтракать, и кстати, кто мне расскажет, как мы все тут оказались?
   Герцогиня закатила глаза и пожалела, что не умеет картинно терять сознание.
  
   Принц, герцог, воительница, старый гвардеец и картограф выехали на дорогу, ведущую к столице.
   - Странное ощущение, - проговорила вдруг Сатра, когда они добрались до развилки - буквально в паре десятков метров впереди виднелась городская стена. Но чтобы добраться до нее, нужно было пересечь еще одну дорогу, такую же широкую и накатанную.
   - Что-то особенное? - уточнил принц.
   - Меня словно толкают в спину, только не в сторону столицы, а туда, - орчанка кивнула в сторону почти не заметных у горизонта ледяных пиков.
   - Нам в любом случае стоит заглянуть в столицу и узнать новости, - рассудительно заметил герцог, - задержка на день-два особого вреда не причинит.
   - Я тоже так думаю, - рассеяно отозвалась воительница, провожая глазами большую красивую карету, проезжающую мимо.
   - Знакомый герб? - спросил принц.
   - Это герб королевской семьи вампиров, но почему карета не свернула в столицу?
   - Кто знает? - Калабриан пожал плечами и подтолкнул коня пятками. - Едем!
   И путешественники медленно потянулись следом, в каменные объятия столицы вампиров.
  
   Несмотря на бурную побудку, в карету уселись быстро, девушки ворковали над горшком с лягушками, принцесса прикидывала перспективы магических пакостей с их помощью, а Ивэн хмуро уселся в человеческом обличье и отвернулся к окну. Вскоре Миа, заскучав, пожелала проехаться верхом, и вот тогда Гелла решилась:
   - Ивэн, а почему ты не перекинулся там, на дороге?
   - Я на вас не рассчитывал, мамми, думал за собой в лес увести, а там уж перекинуться.
   - Понятно, зови меня лучше Геллой, а то я сама себе кажусь этакой старой мамушкой в чепце и переднике. А сейчас отчего букой смотришь?
   Парень помялся, а потом проговорил:
   - И вы, мамми, ой, леди Гелла, и принцесса - вы образованные леди, много знаете и умеете, а я... Только и название, что князь.
   - Вот ты о чем, - Гелла покусала губку, подбирая слова, а потом сказала: - Конечно, нас учили многому с детства, но все же всем приходится учиться всю жизнь. Вот смотри - еще месяц назад я ничего не знала об орках, не умела готовить пищу на костре, а уж об оружии и оборотнях и сейчас мало что знаю. Но у меня есть шансы расширить свои знания, наблюдая за воинами, разговаривая с тобой, накапливая и собирая знания. Ты делаешь то же самое, хотя и не замечаешь, но если для тебя это важно, я могу, пока мы едем, рассказывать тебе о правилах этикета, о географии и истории, кое-что смогу рассказать о законах и обычаях нашего королевства.
   Ивэн согласно закивал, и девушка, улыбнувшись, добавила:
   - Мы можем обменяться знаниями, ты расскажешь мне об оружии и воинских порядках в замке, а я тебе - о традиционных праздниках с участием придворных дам, - теперь уже смеялись оба. Карета притормозила, и на подножку вскочила Миа:
   - О чем смеетесь?
   - Об этикете!
   - Кажется, вина за завтраком не предлагали! - принцесса поморщилась и, к удивлению герцогини, вынула из рюкзачка несколько ярких веревочек и крупных бусин: - Это не рукоделие, это для гимнастики, после поводьев руки сводит.
   Гелла посмотрела на мелькающие в тонких смуглых руках яркие шарики и неожиданно попросила:
   - Научи, пожалуйста, нас с Ивэном, ему пригодится, а мне просто интересно: никогда такого не видела.
   С этого момента из кареты то и дело раздавался смех - бусины путались в веревочках, веревочки врезались в пальцы, при тряске на ухабах увлекшийся Ивэн постучался лбом о колени Миа и получил молнией в затылок. Наконец, принцесса, изрядно уставшая, глянула в окно:
   - О, уже к столице подъезжаем! Остановимся или сразу дальше поедем?
   Гелла вспомнила пауков, саламандру и водопад и торопливо попросила:
   - Дальше, лучше где-нибудь в трактире пообедаем!
   - Хорошо, - согласилась Миа. - Сейчас ярмарки еще идут, можно будет прогуляться.
   - Мне бы кинжал прикупить, - подал голос Ивэн, - мой сломался там, на дороге. Только у меня денег нет, - его голос стал совсем тихим, но Гелла не дала ему погрузиться в пучину самоуничижения.
   - Ивэн, ты забыл, что мы теперь семья? Мне управляющий перед отъездом выдал кошель 'на первое время' да еще свиток дал, сказал, что в любом городе можно будет в банке предъявить и еще две сотни золотых взять. Так что на кинжал нам в любом случае хватит!
   - Спасибо, мамми! - парень смущенно улыбнулся и, склонившись к руке Геллы, поцеловал.
   Герцогиня лишь улыбнулась, она догадалась, что это было не только выражение признательности, но и репетиция хороших манер. Но Миа наблюдала за этим как-то странно и, убрав свои веревочки, забилась в угол и сделала вид, что спит.
   Столица королевства вампиров встретила принца сопредельной державы хмурым взглядом чиновника в воротах и белозубыми усмешками стражников. Прочитав выданное приглашение и проверив амулетом на 'предметы опасные для жизни и здоровья жителей королевства', чиновник, наконец, кивком разрешил въезд. Подумав и прикинув имеющуюся наличность, принц предложил всем сначала отправиться в приличный постоялый двор, перекусить и навестить лавку портного, а уж завтра с утра идти во дворец.
   - План неплохой, - согласилась Сатра. - И кроме того, я могу сегодня заглянуть в дом мужа моей сестры и узнать что-нибудь о леди Гелле.
   На том и договорились.
   Внешне город вампиров мало отличался от человеческого - чуть чище, удобнее, точнее. Проезжая по мостовой, выложенной крупными обработанными плитами, Калабриан увидел невысокого паренька, сидящего на скамеечке и пристально глядящего в одну точку. Тем временем маленький вихрь осторожно сметал сухие листья в кучу, оббегая прохожих - наверное, такая магия требовала изрядной тренировки и внимания, а может быть, это был студент магической академии, не чуравшийся заработка дворника, но такая близость магии, в королевствах людей доступной только избранным, пугала.
   Постоялый двор сыскался, и как раз неподалеку от рынка: крепкий каменный дом с чересчур высокой крышей - там, наверное, вместо погреба хранились припасы - украшали большие деревянные статуи путников с кружками в руках.
   Свободные комнаты нашлись быстро, так что, перекусив, все разошлись по своим делам - Амиран вместе с картографом повел коней в кузню: его кожаному камзолу срочная замена не требовалась, да и Мирил был одет во все новое. Принц и герцог отправились к портному, а Сатра заглянула на рынок - традиционные орчанские одежды здесь продавались как экзотика, но отыскав соотечественников, воительница могла разжиться комплектом своего размера.
   Увы, Сатре не повезло, пожилая орчанка, торгующая амулетами и кожаными кошелями, сразу ничего для девушки-воина подобрать не смогла.. Поэтому девушкаскользила вдоль улицы в оранжевых шальварах с короткой голубой туникой, прикрыв эту яркость сверху зеленым теплым кафтаном. Волосы прятались от случайного дождя под затейливой шапочкой из белого войлока, расшитого бусами. Еще два комплекта были заботливо упакованы в плотный мешок; обрадовавшись встрече, старая Умхи пообещала сыскать и воинскую одежду, если девушка задержится в городе хотя бы на пару дней.
   Вот и дом; расспрашивая прохожих, воительница добралась до дворца, точнее, до той калитки, которая вела в дом пятидесяти семей. У ворот лениво чистил ножичком ногти вампир в форме Стража.
   - Добрый день, лерд, - поздоровалась Сатра и, не размениваясь на любезности, спросила: - Моя сестра недавно вышла замуж за лерда эр Миат, вы не могли бы узнать, они уже прибыли из загородного поместья?
   Страж отрицательно покачал головой, Сатра рассердилась: ее горло быстро уставало от чужого языка, да и надежда встретить сестру, похоже, таяла как дым.
   - Не можете узнать, или не хотите?
   - Простите, леди, - вампир, видимо, только что распознал в ней настоящую орчанку, а не модницу, - лерд эр Миат с молодой женой сегодня утром уехали из дворца.
   - Понятно, очень жаль, - девушка задумалась: - Вы, конечно, не знаете, куда они уехали и когда вернутся, но я могу оставить сестре письмо? Его можно будет передать мажордому либо просто оставить в ее покоях.
   - Пожалуйста, миледи, но предупреждаю, что вся почта досматривается с помощью амулета, - вампир насмешливо уставился на Сатру, но орчанка лишь отмахнулась:
   - Я знаю, лерд, я жила в этом доме вместе с сестрой некоторое время, меня больше заботит сейчас, где взять бумагу и чернила.
   Вампир взглянул на девушку чуть более заинтересовано и тихонько свистнул. Из изящного каменного домика караулки вышел еще один Страж. Кивнув напарнику на девушку - мол, присмотри, - вампир на минуту зашел в караулку и вышел оттуда с листом бумаги, пером и чернильницей и даже с конвертом. Причем располагалось это все на легком пюпитре.
   - Секретарь оставил, - пояснил Страж, - прошу вас, леди!
   Сатра присела на небольшую скамейку, стоящую тут же, и написала сестре о принце и о том, что если будет возможность, она последует за леди Геллой, во исполнение своей клятвы.
   Запечатав письмо фамильным знаком с рукояти меча, воительница вручила вампиру конверт и вернулась на постоялый двор, нужна была информация.
   Принц и герцог уже сидели за столом расстроенные и недовольные - дело было в том, что вампиры в своей массе были ниже ростом и более изящно сложены, чем люди, поэтому готовых вещей, да еще и дорогих, на них не нашлось, а на пошив хотя бы одного комплекта портной просил три дня.
   - Что будем делать? - спрашивал герцог, объяснив Сатре ситуацию.
   - Я была у дворца, сестра с мужем уехали, куда - неизвестно. Судя по тому, что у небольшой калитки стоят Стражи, во дворце был переполох - возможно, это связано с нападением на свадьбе, а может быть и нет. Нам нужна информация.
   И тут робко подал голос картограф:
   - А разве в этом королевстве нет посольства?
   Герцог захохотал, а принц едва не подавился ложкой горячей каши.
   - Вот тебе и решение проблемы! В посольстве наверняка знают, что за переполох случился во дворце, да и приличную одежду попробуем одолжить! Тирос, все еще смеясь, взглянул на помрачневшего принца:
   - Что-то не так?
   - Я не уверен, что здешнее посольство не предаст нас тем, от кого мы прятались в начале пути. Королева намекнула, что во дворце неспокойно.
   - Но информация нам нужна все равно.
   - Это так; приглашение действительно две недели - думаю, пара дней в ожидании костюмов нас не задержит, а пока попытаемся узнать новости сами.
   На том и сошлись.
   Карета остановилась после полудня - пора было подкрепиться и размять ноги. Гелла как раз закончила лекцию по древней истории своей страны и была готова съесть большой кусок мяса и запить его не меньше чем парой чашек горячего чая. Несмотря на грелки с кипятком и теплые плащи, от долгого сидения руки и ноги онемели и замерзли. Ивэн тоже предвкушающе посверкивал глазами, но вдруг метнулся к девушке и аккуратно разжал ее руки - на землю посыпалась труха, еще минуту назад бывшая перилами.
   - Мамми, с вами все в порядке?
   Гелла встряхнула головой, прогоняя черно-белую картинку и волну нахлынувших запахов, и хотела ответить, но вместо слов раздалось низкое, утробное рычание.
   - Миа! - оруженосец впервые назвал принцессу по имени. - Кажется, началось!
   Принцесса одним прыжком оказалась рядом и, заглянув в налившиеся желтизной глаза подруги, кивнула:
   - Давай ее быстрее в комнату!! И обед, мясо с кровью и побольше!
   Стражи неслышными тенями пронеслись впереди, распахнули дверь:
   - Отвернись, я ее раздену, если обернется - будет легче!
   Гелла странно спокойно следила взглядом за принцессой и отвернувшимся юнцом. Миа воспринималась как хищник, серьезный хищник с холодной кровью и родственной силой. Юнец был 'своим' - часть логова, силен, но пока молод. Вдруг по телу побежали мурашки: в приоткрытую дверь передали поднос с мясом; инстинкты возопили: - Еда! - и девушка одним прыжком сорвалась с кровати и, рыкнув на замешкавшегося Ива, вернулась под балдахин с добычей. Объевшись до ощущения куска, торчащего из глотки, Гелла неожиданно для себя очень сильно захотела спать и задремала, а проснулась от перышка, щекочущего нос. Она лежала все в той же кровати, одна, на полу лежал Ивэн в облике волка, к его серой спине прислонилась Миа, да так и уснула. В окно лился лунный свет; потянувшись, девушка собралась вставать и вдруг увидела прямо перед носом серые волчьи лапы:
   - Аааааа! - но из горла послышался скулеж.
   Миа сонно приоткрыла один глаз и пробормотала, уютнее устраиваясь на спине волка:
   - Чего рычишь? Хочешь пить - перекидывайся обратно и не шуми: Ивэн спит.
   Гелла подавилась следующим рыком и попыталась представить себя девушкой, пристально глядя на руки. Вот лапы вытянулись, истончились и, наконец, стали привычными ладошками. Облегченно вздохнув, девушка сползла с кровати; обнаружила, что на ней нет ни единой нитки и, порозовев, закуталась в лежащий в кресле халат.
   Затем отыскала кувшин с водой и напилась. Потом, подумав, вышла из номера; молчаливый Страж следовал за ней до самой деревянной дверки на первом этаже, а потом так же деликатно сопроводил обратно. Свежая и умытая Гелла обнаружила, что кровать оккупировали ее спутники - Ивэн уже в виде парня по-прежнему служил подушкой Миа, а принцесса раскинулась, точно морская звезда, ухитрившись занять все свободное пространство.
   Помыкавшись, герцогиня свернулась клубочком в кресле и, любуясь лунными узорами, задремала. В мелькании теней ей вдруг привиделся рослый мужчина в темной одежде, идущий по дороге, - вот он остановился, всмотрелся в окружающий его пейзаж и собрался свернуть в сторону, но вдруг заметил парящую в струях воздуха Геллу, оглянулся и, подойдя ближе, пошел прямо, оставляя за спиной тонкий звон колокольчиков. Вздрогнув, Гелла проснулась и, подавляя невольный озноб, потянулась за покрывалом: нужно поспать, до рассвета еще час.
   Принц прогуливался по пестрым улочкам вместе с герцогом, изучая дорогу к посольству и попутно рассматривая прохожих. Под ногами то и дело сновали собаки, бегали дети, причем отличить вампиров от людей в таком возрасте под ровным слоем грязи было довольно проблематично. С удивлением принц видел множество людей, они шли в одном потоке вместе с вампирами, торговали и делали покупки. Одна красивая румяная девушка шла под руку с вампиром и мило ему улыбалась, а он улыбался в ответ и ласково прикрывал от осеннего ветерка своим теплым плащом. Рядом шел пожилой старик самого профессорского вида, держа под мышкой несколько свитков и книг, а рядом с ним подпрыгивал на каменных плитках маленький вампиреныш в строгом камзольчике с серебряными пуговицами.
   Особенно изумили принца торговцы-вампиры, они не стеснялись принюхаться к покупателю и посоветовать ему индивидуальный товар - от пирогов и сладостей до кинжалов северной работы.
   Герцог же был восхищен чистотой улиц и то и дело мелькавшими вампирами в горчичного цвета накидках.
   Остановившись у лотка выпить по кружке горячей медовухи, принц и герцог, прикрытые личинами скромных торговцев, разговорились с лотошником и узнали, что стражи в горчичных плащах - это вампиры, имеющие особый вид магии: они видят ауры и благодаря этому чаще предотвращают преступления, чем поспевают к последствиям.
   Чистоту улиц обеспечивают хозяева домов - неубранный мусор или снег означает приличный штраф, поэтому в столице любой мальчишка может найти возможность заработать денежку - достаточно предложить свои услуги по уборке. Полюбовавшись небольшим сквером с облетевшими деревьями и простыми деревянными качелями для малышни, мужчины двинулись дальше; до темноты следовало отыскать посольство.
   Здание посольства оказалось довольно далеко от дворца, и принц изрядно притомился, отыскивая его. Полюбовавшись издали песочными стенами и алой крышей, он присел на широкую скамью у стенки маленькой едальни, служанка тут же спросила, что угодно господам, и убежала за заказанным легким вином и жареным мясом.
   Герцог, более привычный к пешим прогулкам, все еще крутил головой, разглядывая посетителей, а Калабриан рассматривал молодого человека за соседним столом. Что его насторожило, понять он не мог, но всматривался все пристальнее. Тут на соседний стол начали носить еду - жареный поросенок, пара кур, копченый окорок и огромный пирог с мясной начинкой возвышались над блюдами. Тут же выставили батарею бутылок красного вина и каравай хлеба. Принцу стало еще интереснее - худощавый юноша за столом не выглядел великаном, однако ел с большим аппетитом, а тонкое красноватое марево вокруг него постепенно таяло. И пока принц, потягивая вино, нарезал свое мясо небольшими кусочками и смаковал вкусный грибной соус, стол соседа опустел. А с кухни потянулась цепочка блюд со сладостями - фрукты в меду, орехи и пирожки с вареньем, медовые лепешки и яблочные рулеты приземлялись на стол и тут же исчезали, а сероглазый юноша ел с прежним аппетитом.
   'Так он же маг! - понял принц. - Скорее всего, много колдовал и теперь пополняет запас сил, а красноватое свечение - пробившаяся из-за защиты магическая аура! Только у кого может быть аура такой интенсивности?'
   - Кэл, - герцог толкнул под столом сюзерена, - перестань пялиться на парня, ты привлекаешь внимание.
   - А ты заметил, сколько всего этот парень съел?? - поинтересовался Калабриан.
   - Так, может, он неделю голодал? Толстяком не выглядит.
   - Я думаю, что этот парнишка - маг, аура у него красным подсвечивалась.
   - Думаешь, с кем-то сражался?
   - Не знаю, но присмотреться к нему явно стоит.
   Закончили трапезу друзья почти одновременно с неизвестным магом; принц, согласно своей маске купца средней руки, вынул из простого кожаного кошеля смесь меди и серебра и расплатился. А вот неизвестный маг достал из-за пояса солидный бархатный кошель с золотом и выложил на стол пару монет. Потом, сонно поднявшись, прошел немного по улице и свернул в переулок.
   Принц непонятно зачем пошел за ним и тут же услышал шум драки; обнажив мечи, они с Тиросом вбежали в переулок и замерли - на брусчатке, едва не распирая собой глухие стены домов, раскинулся дракон! Одной лапой он удерживал парнишку лет двенадцати, а другой - мужика лет сорока, тут же валялся кривой засапожный нож и короткая обернутая тканью дубинка.
   - Стой! - крикнул принц. - Не убивай их! - дракон поднял обиженную морду и явно собрался издать какой-то рык, но Калабриан продолжил: - Сюда на шум набегут вампиры, а это явно люди, я сам с ними разберусь, ты же не хочешь, чтобы тебя узнали?
   Дракон помолчал и вновь обернулся в худенького парнишку, только плеснули по стенам алые всполохи. Тирос, подбежавший ближе, сделал несколько пассов, и воры замерли.
   - Хорошо бы им память подправить? - принц вопросительно посмотрел на дракона, и тот, кивнув, в свою очередь сделал несколько пассов. Мужик и мальчишка обмякли и захрапели.
   - Через час проснутся - будут думать, что перебрали бражки, - буркнул парень, а потом добавил: - Спасибо, что удержали, я мог и голову откусить, устал очень.
   - Может, пойдем, перекусим? - спросил Калабриан, меня зовут Кэл, а это Тир, я просто увидел твою ауру, ты, наверное, недавно сильно колдовал и хочешь пополнить силы?
   - Было бы неплохо, - парнишка-дракон потер живот и вместе с новыми знакомыми отправился в трактир. Заказ компании никого не удивил - ну заказали подсвинка на вертеле и кучу всякого жареного и пареного, так небось до утра гулять собрались!
   Наевшись, дракон отвалился от стола и, прищурясь, глянул на принца:
   - Я вижу, у вас тоже есть способности к магии.
   - Есть, - не стал отрицать принц, - поэтому я твою ауру и разглядел. А как ты тут один оказался?
   - Да, глупость сделал, - смутился неожиданно паренек. - Поспорил с Грахаландом Кривым, что пролечу над оркским станом под пологом невидимости, а он сил много берет, да еще у них кони взбесились, воины с копьями и луками выскочили. Глазами не видят - так на запах стрелять стали! - от возмущения дракон аж подпрыгнул на лавке и скорчил обиженную физиономию.
   - Так орки в степи, а сюда ты как добрался?
   - Как, как, на крыльях, в школу обратно нельзя: в брюхе копье, в крыльях стрелы, едва не свалился. Три дня в овраге отлеживался да щепки вынимал, а уж потом в город пришел, есть хотелось.
   - Ты же дракон! - удивился герцог. - Не мог себе зверюшку поймать?
   - Да мог, наверное, но приготовленное мясо вкуснее и сил больше дает, если правильно готовить, а вампиры в этом мастера. Дракон закатил серые глаза, на миг сверкнувшие вертикальным зрачком, и облизнулся тонким раздвоенным языком
   - Еще мяса заказать? - спросил Калабриан.
   - Лучше пирогов с вареньем.
   Принц махнул рукой подавальщице и заказал еще пирогов и сидра.
   - А тебя в школе не ищут?
   - Да ищут, наверное, еще и накажут, - парень инстинктивно потер мягкое место и впился зубами в очередной пирог, - зато я выиграл!! Этот дурень утверждал, что невидимость больше тридцати секунд мне не удержать: мол, молодой еще!
   - А сколько тебе? - полюбопытствовал герцог.
   - Триста семьдесят, - поморщился дракон. - Но я уже в старшую школу хожу, я вундеркинд!
   Принц с герцогом ошеломленно переглянулись - этому пацану на человеческий счет около пятнадцати, как Мирилу, а прожил он на свете почти четыре века!
   - Ты молодец! - похвалил его принц и задумался. - А кто тебя искать будет, учитель?
   - Нет; меня, наверное, дядя, я ж без разрешения к оркам сбежал.
   - Тогда мы пока с тобой побудем, ладно, чтобы к тебе опять кто-нибудь не пристал? А как дядя прилетит - своими делами займемся.
   - А у вас какие дела?
   - Мы девушку ищем.
   - Девушку? - дракон даже про пирог забыл и снова заерзал на лавке. - А зачем вы ее ищете?
   - Она моя невеста, - обреченно сказал Кэл. - Ее похитили в день свадьбы, и теперь мы ее ищем, чтобы вернуть домой.
   - О, - дракончик с восторгом посмотрел на принца. - А вампиры ее похитили и держат взаперти?
   - Нет-нет! - у Кэла волосы встали дыбом, когда он представил, как дракон-энтузиаст в поисках принцессы громит дворец вампиров. - Она была здесь, но теперь мы не знаем, куда она уехала.
   Дракончик задумался:
   - А заклинание поиска?
   - Оно на таких расстояниях не работает, да и сил не хватит все время импульс держать.
   - У нас амулет есть, - напомнил Тирос
   - Точно! - принц вынул медальон из кошеля и всмотрелся в сияющую искорку. - Только я понять не могу, где она.
   Дракончик сунул свой любопытный нос поближе и вдруг отдернул, словно получил щелчок:
   - Ой, магия богини! Она вам помогает?
   - Не знаем, то ли помогает, то ли мешает, - вздохнул принц. - Это она велела нам найти леди Геллу.
   - Раз велела найти - значит, помогает, - уверенно сказал дракончик. - Она к дедушке прилетала недавно, просила одной девушке помочь - странная такая, без крыльев, а летает лучше папы.
   Словно в ответ на эти слова над столом вдруг раздался густой бас:
   - Вот ты где!
   Дракончик подскочил и сделал попытку убежать, но крупный ширококостный мужчина в синем камзоле ловко схватил его за руку и почти приподнял над лавкой:
   - Стоять! Бессовестный мальчишка!
   Парнишка покорно обвис, но когда принц обеспокоенно начал вставать, приподнял лицо и подмигнул.
   - Здравствуйте, сударь, - Кэл сделал изящный поклон. - Не волнуйтесь, с молодым человеком все хорошо, мы только зашли перекусить.
   Мужчина поднял на принца усталый взор, и вдруг глаза его странно сверкнули, и зрачки превратились в прямоугольные щели, а в голове зазвучал голос:
   - Ссспасибо, принц, я запомню!
   Притихший дракончик, очевидно, тоже получил ментальное внушение и смирно стоял в сторонке, пока родственник беседовал с новыми знакомыми.
   Вслух же дракон сказал:
   - Я вижу, что дороги судьбы ведут вас в наш край; возьмите и помните, что всегда будете желанными гостями в нашем клане!
   На стол легли два небольших амулета в виде маленьких серебристых дракончиков.
   - Домой, Гальванзарр! - мужчина подтолкнул парнишку к выходу и раскланялся с принцем. - Прошу нас извинить, господа, мы спешим!
   Драконы ушли, а принцу пришлось оплатить обед и вместе с герцогом поспешить на постоялый двор, пока совсем не стемнело; впрочем, благодарность рода серебряных драконов стоила дорого, в истории было только три случая, когда короткоживущие получали такие медальоны - один раз от рода бронзовых и два раза от черных.
   - Кэл, а ведь серебряные - это правящий род у драконов?
   - Угу, - буркнул принц.
   - Получается, мы угостили обедом наследника рода?
   - Не обязательно, молодняк у них известен мало, но его родственник явно имеет право раздавать такие штучки, - и Кэл погладил медальон, спрятанный на груди.
  
   Проснувшиеся к полудню Миа и Ивэн никуда не торопились - отобедали и пошли прогуляться на местную ярмарку, велев Гелле сидеть в номере. Но герцогиня заупрямилась:
   - Не хочу сидеть тут одна, я буду сдерживаться! И вообще, мне тоже на ярмарку надо - Ивэну кинжал выбирать!
   Переглянувшись со Стражами и вздохнув, принцесса согласилась на совместный поход, но и Стражей взяла с собой всех.
   Ярмарка шумела буквально в паре переулков от трактира. Сначала им встретились возы с сеном и зерном, живые овцы, куры, телята, целая гора клеток с кроликами и три повозки с керамическими мисками и блюдами. Дальше шли овощи - в мешках, в корзинах, в пучках и связках. Морковь и репа, свекла и редька, лук и чеснок. Гелла засмотрелась на длинный полосатый огурец, потом на странные гроздья сушеных ягод, похожих на мешочки, а там уже и фрукты пошли. Ивэн, как галантный кавалер, тащил корзинку, заполненную покупками - от румяных яблок до сахарных леденцов.
   Следом за фруктами, орехами и сладостями шел ряд с лентами, заколками, шарфиками и платочками, куда девушки нырнули, как в омут. Нет, конечно, на деревенской ярмарке маловероятно было отыскать нечто подходящее к придворному платью, но просто покопаться в ворохе разноцветных, гладких и ласкающих лент было приятно. Кроме того, Гелла обнаружила, что тонкий нюх позволяет ей выбирать только качественные продукты, а новые ощущения на грани тонкого слуха дают возможность отыскать нечто необычайное.
   Миа только головой покачала в изумлении, когда герцогиня обнаружила в ворохе недорогой бронзы и стекла шпильки с головками из горного хрусталя, а среди пестрых косынок небольшой платочек с вышитым шелком тонким узором.
   Утомившись, девушки уселись на широкую темную от времени скамью и отхлебнули горячего темного пива; потом, передохнув, отправились в оружейный ряд. Там Ивэну выбрали тяжелый кинжал северной работы с оберегающими рунами на рукояти, а еще принцесса подобрала меч и кинжал своей спутнице, пресекая возражения дальней дорогой и необходимостью тренировок.
   Уже еле волоча ноги, вся компания возвращалась в трактир, когда Гелла застыла у прилавка с пряностями и лекарственными травами. Едва не залезая носом в бесконечные мешочки и коробочки, она набрала трав и пряностей на целый золотой и, сложив все в отдельную корзинку, понесла ее сама.
   - Зачем тебе это, - удивилась принцесса, осторожно принюхиваясь.
   - Чутье подсказывает, - и герцогиня спокойно продиктовала полдюжины различных отваров, поясняя сразу, что будет пить сама, что заставит выпить Ивэна:
   - А вот эти три травки и имбирь - для тебя.
   - Для меня? - изумлению вампирши не было предела.
   - А ты давно на себя смотрела магическим зрением? У тебя же после того сонного заклинания все еще мизинцы немеют?
   - Немеют. Но я думала, это от тряски в карете.
   - Нет, просто компоненты тяжело выводятся; если сейчас не убрать - последствием может стать тяжелая мигрень или ухудшение зрения.
   Испуганная перспективами Миа согласилась пять раз в день пить легкий пряный отвар, а после ужина, усевшись у камина, сказала:
   - Знаешь, ты стала круче Силена, он ощущал проблемы организма как вампир - на вкус, на запах, ему был важен личный контакт, а ты просто знаешь - и все.
   - Это не круче, - Гелла вытянула ноги к огню, пытаясь согреться: почему-то на закате ее стала бить дрожь, - просто меня учили медицине, и знания Силена наложились на образование.
   - Это еще один фактор, - отмахнулась Миа. - Не сопротивляйся, услышь вибрацию внутри, дай холоду разлиться.
   - И что будет?
   - Хочу посмотреть, каким вампиром ты будешь.
   - А что, вы разные?
   - Конечно, - Миа отхлебнула из бокала гранатовый сок, смешанный с кровью. - Чем сильнее вампир, тем сложнее его форма в ипостаси. Самые слабые просто отращивают клыки и когти, иногда короткие крылья или просто перепонки.
   - А сильные?
   Дрожь усилилась, и Геллу уже просто качало в кресле.
   - Ну, я, например, могу становиться летучей мышью, а еще ненадолго - невидимой, но я еще молодая.
   - А Силен в кого превращался?
   - Не знаю, поэтому мне и интересно.
   Внезапно Гелла выхватила у Миа стакан с кровью, осушила его одним глотком и растворилась в воздухе! Легкая туманная дымка покачалась над креслом, метнулась к Ивэну, а потом сквозь туман стали проступать черты большой белой совы.
   - Вот это да! - выдохнула Миа в восторге. - Так Силен белый сыч! Гелла! Возвращайся! А то неделю отлеживаться будешь: ты крови мало выпила.
   Буквально через несколько секунд с потолка свалилась герцогиня, и хорошо, что на мягкий ковер.
   - Ох! - она потрогала свое лицо, рассмотрела руки и тут же напустилась на Миа: - Почему ты мне не сказала?
   - Потому что первое превращение должно быть спонтанным; если бы ты ждала - так и просидела бы всю ночь в кресле.
   - А кровь для этого пить обязательно?
   - Мне нет, а тебе, наверное, надо. Вообще непонятно, как все три крови в тебе уживаются?
   - Четыре, - хрипло сказала вдруг Гелла, - я ведь еще и с Сатрой кровью обменялась, просто она еще не проявлялась.
   - Да? - принцесса уставилась на герцогиню, как на редкий экспонат. - А может, потому и уживаются? Ладно, на сегодня полеты закончены, спать пора; если завтра сможешь поднять ложку - поедем дальше, если нет - подождем.
   - Миа, мне поесть надо, - Гелла потупила глазки, благородной даме не пристало питаться мясом да еще в таких количествах.
   Принцесса только хихикнула и вынула из-под стола корзину с парой копченых кур, холодной телятиной в листьях шпината и пирогами с вареньем:
   - Ешь, думала в дорогу взять, но юных вампиро-оборотней надо кормить.
   На запах съестного подтянулся и засевший с книгой в уголке Ивэн - читать он умел, но во дворце не хватало времени. Теперь же, когда на стоянках ему лично не требовалось разжигать огонь и ухаживать за лошадьми, он охотно глотал все, что находилось в карете, на постоялых дворах и в маленьких лавках по дороге. Кроме того, и Гелла, и Миа продолжали рассказывать ему обо всем понемногу - конечно, это мало походило на профессорские лекции, но это было обучение усвоению информации. Вот и сейчас, аппетитно хрустя шпинатом, Миа объясняла Ивэнну принципы наследования крови:
   - Значит, имея четыре равных по силе крови, Гелла теперь самая-самая? - парень аж замер с куском курицы в руке.
   - Нет, - спокойно сказала Миа, - подумай сам, если ребенку дать двуручный меч - придется следить, чтобы он не порезался, даже просто играя с ним, а если меча четыре?
   - Ясно, - парень вздохнул. - Значит, мамми придется учиться пользоваться мечами?
   - И мечами тоже, - вздохнула Гелла. - Я же тебе говорила, уважающий себя разумный учится всю жизнь. А я сегодня без помощи Миа могла застрять в форме тумана и просто развеяться. Или покусать тебя для получения крови, а там вариантов несколько - или кровь оборотней взыграла бы и поломала трансформацию навсегда, или я бы упала в обморок, и пришлось бы начинать все с начала.
   - Ну вот, - Миа сонно потянулась, - вампиры и оборотни объелись и теперь отправляются спать. Кстати, Гелла, тебе дня три придется кровь попить - для закрепления памяти тела, - и обращаться будешь каждый вечер, поэтому вопрос: едем дальше или здесь еще недельку поживем?
   Герцогиня задумалась:
   - Наверное, лучше здесь - и кровь проще покупать, и двор тут подходящий, закрытый, можно будет оборачиваться спокойно и мечами с Ивом позвенеть.
   - Значит, спим до обеда! - еще раз сладко зевнув, Миа отправилась к кровати. За ней потянулся Ивэн, а вот Гелла неожиданно встала у них на пути:
   - Вы опять здесь лечь собираетесь? Тогда я уйду, в кресле больше спать не желаю! Потом шея полдня болит!
   - Что ты как маленькая? - зевая еще откровенней, вопросила принцесса. - Тебя одну оставлять нельзя. Человеческая кровь в тебе давно, оркская и не проявилась еще, а вот наши подарки тебя на части рвать будут.
   - Тогда вы ложитесь к стенке! И каждый несет свое одеяло!
   - Ладно, ладно, - Миа, бормоча что-то примирительное, уже скинула курточку и ушла за ширму - умываться и облачаться в долгополую рубаху с глухим воротом.
   Потом за ширму нырнул Ивэн и вышел с такой же рубахе, но в мужском варианте - без рукавов, длиной до колен и вместе с бриджами. Гелла управилась быстрее всех - сменила рубаху, волосы решила расчесать утром и, завернувшись в одеяло, устроилась так, чтобы видеть в окно ночное небо и луну. Вскоре в комнате стало тихо, лишь тихий звон колокольчиков донесся на краткий миг из неизвестной дали.
   Целую неделю принцу пришлось обивать пороги королевской приемной - несмотря на подписанные бумаги и роскошные камзолы, их постоянно встречал среброволосый вампир-распорядитель в малиновом одеянии и чопорно сообщал, что:
   - Его Величество принять вас сегодня не могут и приносят свои извинения. В качестве извинения вам предлагается посещение королевской ложи театра на четыре персоны.
   Или:
   - Поездка в лесные угодья Его Величества.
   Или:
   - Посещение выставки работ леди эр Сиорим...
   И так далее, и тому подобное. Принц злился, Амиран ворчал на дороговизну столицы, Сатра корчила страдальческое лицо, натягивая очередное нарядное платье для посещения официального мероприятия, и только картограф был счастлив - за столом на постоялом дворе он целыми днями рисовал карты, а вечерами гулял по городу, заглядываясь на миленьких вампирш. Сентябрь плавно подходил к концу, но сейчас у парнишки была теплая комната, горячая еда и любимая работа, так зачем же переживать по пустякам? Сегодня примут или завтра. Разве так важно?
   - Ничего ты не понимаешь, щегол еще, - ворчал гвардеец, натягивая свой неизменный кожаный камзол в котором он изображал телохранителя.
   - Не ворчи на парня, - отвечала ему воительница, правя меч перед тем, как убрать его в ножны, спрятанные под юбкой. - Он еще тебя, старого, уму-разуму поучит - делает свое дело и счастлив, а ты все ворчишь.
   - Эх, да кабы я не ворчал, такие сосунки и до первой схватки бы не доживали, - продолжал бурчать Амиран, но так спокойно и добродушно, что даже картограф не верил в его сердитость.
   Наконец, спустя неделю среброволосый вампир, изящно раскланявшись, предложил Его Высочеству следовать за ним. Тирос и Сатра, вместе с Амираном изображавшие свиту, остались в приемной. Король вампиров принял Калабриана в удивительно светлой и уютной комнате - за окном плескались желтые листья, нежно-зеленые стены кабинета гармонировали с высокими каменными вазонами за окном.
   - Прошу вас, Ваше Высочество, присаживайтесь. Простите, что не мог вас принять так долго.
   Принц лишь молча склонил голову и устроился в глубоком мягком кресле.
   - Моя дочь отправилась с визитом в Драконьи горы, и для меня было важно убедиться, что она доберется туда благополучно, - голос короля не был усталым - скорее, слегка утомленным.
   - Драконьи горы? Но ведь драконы никого не приглашали к себе уже много лет!
   - Это так, но мы неожиданно получили такое приглашение. Сестра леди Сатры сопровождает мою дочь в путешествии, так же как леди Гелла.
   - Леди Гелла? Вы знаете, где она?
   - Сейчас их карета должна пересечь границу нашего королевства.
   Принц с огромным трудом остался сидеть в кресле, мечтая проткнуть вампира осиновым колом или хотя бы потыкать в него шпагой.
   - Таким было условие драконов: дочери трех разных народов. Мы старались соблюсти его, вашему августейшему отцу было отправлено предложение выбрать достойную девушку, так же как и Матери орков.
   Брови Калабриана неудержимо поползли вверх: так вот почему богиня упрекнула в тронном зале его отца, а король так отчетливо смутился! Леди Гелла была выбрана не только ему в невесты, но и в представительницы всего человеческого рода перед мудрейшей в мире расой драконов!
   - Так портал в день свадьбы - ваших рук дело?
   - Нет, - король отрицательно покачал головой и неожиданно предложил: - Хотите выпить немного горячего вина? Я недавно вернулся с границы и все еще не восстановился.
   Принц рассеяно кивнул.
   - Ваша невеста сразу после свадьбы должна была прибыть в наше королевство вместе со своей свитой в рамках обычной поездки молодоженов по стране.
   - Значит, автор портала не найден, а моя невеста мчится к Драконьим горам?
   - Насколько я знаю, - деликатно ответил король, отпивая из стеклянного кубка с металлическим краем, - попытку переворота осуществлял ваш кузен со стороны отца и сейчас он сидит в тюремной башне.
   - Хорошо, - принц непроизвольно сжал руку, едва не раздавив бокал, но тут же опомнился и взял себя в руки. - Благодарю вас за информацию, я сообщу леди Сатре, что ее сестра едет к Драконьим горам.
   - Леди Кира едет вместе с супругом, так что думаю, леди Сатре нет повода беспокоиться. Но я хотел вас предупредить о другом, - король помолчал, рассматривая вино сквозь узорное стекло. - В нашем королевстве леди Гелла получила некоторые способности; мне не хотелось, чтобы это стало для вас сюрпризом.
   - Способности?
   - Да. Мой советник, лерд Силен, предложил леди союз, и она согласилась. В день свадьбы на них напали. И сейчас лерд эр Миат заперт в исцеляющем саркофаге, примерно на семь десятков лет. Но перед уходом в саркофаг он просил меня закрепить узы - что это означает, вы понимаете?
   - Обмен кровью, зафиксированный лицом королевской крови. Леди Гелла теперь вампир?
   - Не совсем. Она может жить как обычный человек, но употребляя живую кровь, приобретет все особенности семьи эр Миат, начиная с целительства и кончая боевой ипостасью.
   Принц побледнел, ему тут же представилась кроткая блондиночка с окровавленным ртом, бегающая по дворцу, задрав юбки.
   Долив бокалы из вычурного кувшина, стоящего на небольшой подставке, в которой горела свеча, король вампиров вздохнул и утешил:
   - Кровь может быть от любого крупного млекопитающего, и если леди не захочет ее пить - способности проявляться не будут.
   Принц вздохнул, вот предложи ему кто-нибудь стать сильнее, быстрее, да просто грациознее - разве смог бы он отказаться? Похоже, невесту придется не в ссылку отправлять, а в глухой монастырь, куда-нибудь к северным морям, чтобы в меню была только рыба, мелкая.
   - Что ж, это все, что я хотел вам сказать наедине, Ваше Высочество; если вы предпочтете сохранить свое инкогнито - высказывайте свои просьбы сейчас, если предпочтете официальный визит - завтра в вашу честь будет устроен бал.
   - Благодарю вас, Ваше Величество, - Калабриан уловил намек - в посольстве они с герцогом так и не побывали, а значит, официально их в этой стране нет. - Мы постараемся догнать леди до границ Драконьих гор, и если драконы не откажут - сопроводить дам на встречу с патриархом клана.
   - Что ж, удачи вам! - пожелал король, и принц откланялся. За узкими двустворчатыми дверями его поджидал среброволосый. Сделав приглашающий жест, он пошел вперед, не сомневаясь, что принц следует за ним. Некоторое время погруженный в размышления Калабриан и впрямь не замечал ничего, кроме малинового камзола впереди, но светлые высокие коридоры начали сменяться более низкими и вычурными, они явно перешли в более древнюю часть дворца. Здесь царствовал резной камень, ониксовые светильники мерцали среди пышных и тяжелых гобеленов, шаги скрадывались коврами, каменные столики, вазы и чаши то и дело возникали в нишах.
   - Уважаемый, - окликнул принц среброволосого вампира, осторожно сдвигая ножны с кинжалом в более удобную позицию, - куда мы идем?
   - Вас желает видеть одна особа, не беспокойтесь, вам не причинят вреда.
   Вампир усмехнулся, не оборачиваясь, и Калабриан вспомнил рассказы о тонком слухе вампиров.
   Наконец, проводник остановился у резной каменной арки, задрапированной несколькими слоями дорогих тканей.
   - Прошу вас, принц! - среброволосый аккуратно раздвинул складки драпировки, и Калабриан вошел. В нос сразу ударила волна пряных и сладких ароматов, пахнуло теплом. Помещение оказалось чем-то вроде приемной - задрапированные стены, длинные низкие диваны и кресла, вычурная жаровня, над которой стелился ароматный дымок. В противоположной стене виднелась вторая задрапированная арка, оттуда высунулась полированная трость с круглым наконечником, и портьеры раздвинулись - это явно было приглашением. Принц прошел по гладкому полу, укрытому ковром, и шагнул под арку. Пряные ароматы усилились, и ему открылось удивительное зрелище: на широкой оттоманке возлежала смуглая сморщенная брюнетка с вычурной прической, избыточно украшенной драгоценными камнями. Морщинистую шею скрывало ожерелье 'воротник' из крупных рубинов, тонкие пальцы унизывали перстни, множество браслетов звенело на запястьях. Она была стара, и даже несколько слоев косметики и расшитых драгоценностями тканей не могли это скрыть. Яркие алые губы сложились в приветственную улыбку:
   - Добрый день, Ваше Высочество, прошу извинить, что пригласила вас к себе столь внезапно, но мне бы не хотелось, чтобы мой племянник знал об этой встрече.
   - Ваш племянник? Кто он?
   - Король, разумеется, - вампирша махнула костистой лапкой с сияющими драгоценностями и продолжила. - Да, да! Я тетя этого несносного мальчишки! И я хочу сделать вам предложение, - тут старая кокетка попыталась лукаво подмигнуть и выпутать из груды ткани расшитую мелкими рубинами туфельку. - Я слышала, ваша невеста оказалась вам неверна и завела шашни с любимчиком моего племянника, забудьте ее. Мой человек видел ее и сказал, что она простушка, а вам нужна женщина яркая, искусная! Взгляните!
   Вампирша протянула принцу фарфоровую пластинку, на которой среди алых роз улыбалась ослепительная красотка.
   - Моя троюродная племянница - говорят, что девочка безумно похожа на меня в молодости.
   - Вы, несомненно, были красивее, мадам! - проговорил принц, вглядываясь в хищный изгиб черных бровей, породистый нос и кривящиеся в саркастической усмешке алые губы не известной ему вампирши.
   - Ах, проказник! - старуха рассмеялась каркающим смехом и продолжила: - Женившись на ней, вы сразу получите мою поддержку и родство, хотя и дальнее, с нашей королевской семьей. Кроме того, у малышки хорошее приданое и талант к придворной жизни.
   'То есть барышня помешана на интригах, власти и деньгах', - перевел про себя принц. - 'И родители, отчаявшись сбыть с рук кровиночку, готовы неплохо за это заплатить, лишь бы жила подальше!'
   - Простите, ваша светлость, я так сражен красотой вашей троюродной племянницы, что совсем потерял голову, - принц еще раз поднес к губам кроваво-алые ногти собеседницы и, изображая великое смущение и робость, сказал:
   - Я должен подумать, как смогу выразить прекрасной леди обуревающие меня чувства и приготовить достойный столь совершенной красоты подарок!
   Вампирша размеренно кивала, слушая его речь, как редкую музыку.
   - Полагаю, трех дней на подготовку мне хватит, а пока позвольте откланяться, лучшие купцы закрывают свои лавки сразу после полудня!
   Ошеломленная тетя короля не нашла возражений, лишь позвонила в колокольчик, и тот же среброволосый проводил его через бесконечные коридоры к новой части дворца.
   Вернувшись в приемную, принц сдержанно кивнул соратникам:
   - Все потом. Срочно выходим отсюда.
   Соблюдая принятое решение, принцесса со свитой задержались в трактире еще на пять дней. Каждый день утром Миа и Ивэн скакали на утоптанном внутреннем дворике, звеня мечами, а потом занимались с Геллой - пробежка, растяжка, прыжки, и на сладкое - отработка приемов самообороны с кинжалом, меч решили пока не давать.
   К всеобщему удивлению, физические кондиции герцогини оставались самыми обычными для человеческой девушки - дворянки, привычной к танцам, поездкам верхом и некоторой свободе в загородном поместье. То есть, бегая в сопровождении Стража в маленькой рощице за трактиром или запоминая движения кинжала, она уставала, потела, мышцы каменели, и горячие расслабляющие ванны стали ежевечерними. А меч ей перестали давать после пробного поединка со Стражем, который теперь следовал за слабой человеческой девицей тенью.
   В тот же день, когда герцогиня ощутила в себе подарок Силена, после обеда Миа выгнала всех, включая Стражей охраны, во двор, дабы критическим взором оценить способности Геллы к бою на мечах. Выбранный ею Страж, взяв короткий меч, встал напротив герцогини, отсалютовал и скорчил угрожающую гримасу. Забор пришлось строить новый. Забыв о куске стали, зажатом в руке, Гелла превратилась в белую сову и смела воина силовой волной вместе с яблоней и забором. А потом брякнулась на землю, потеряв сознание. К счастью, экипировка Стражей включала в себя флакончик с кровью. Придя в себя, Гелла сокрушенно покачала головой и оплатила ремонт забора из своего вампирского содержания. Хихикающая Миа пообещала больше герцогиню не доводить, но по ее требованию менять облик Гелле приходилось пять-шесть раз в день. Трактирщик ворчал, но кровь закупал в необходимых количествах. Чтобы побороть брезгливость, специально для Геллы ее разводили гранатовым или томатным соком.
   Еще через пару дней карету догнали Сират и Кира. Встреча девушек оказалась шумной и радостной, а уж когда выяснилось, что Кира тоже тренируется менять облик и пьет кровь по степному обычаю - с молоком, - разговорам не стало конца.
   Не выдержавшие звуковой атаки мужчины сбежали во двор, якобы подышать свежим воздухом, и вскоре под окнами гостиной зазвенели мечами, а девушки, затаив дыхание, высунулись в окна, расположившись на подоконниках. Миа забралась на широкую доску с ногами и, любуясь горизонтом, изредка поглядывала на Сирата и Ивэна одним выразительным черным глазом. Кира легла на подоконник животом, свесив вниз украшенные монистами косы - по оркскому обычаю она носила такую прическу до рождения первого ребенка, укрывая макушку маленькой бархатной шапочкой. А Гелла встала сбоку от окна, с любопытством и смущением глядя на раздевшихся до пояса мужчин. Все же бойцы оказались разными - Сират, стройный и жилистый, невероятно гибкий и быстрый, наносил удары хитро, часто подставляя противнику пустоту. Ивэн получил классическое образование мечника, но быстрый рост добавил ему силы и неуклюжести, а потому их бой напоминал поединок крупного щенка и ласки: габариты разные, но кто победит - сомнений нет.
   Когда мечи опустились, Кира и Миа зааплодировали, и Гелла вернулась в комнату.
   - Покажешь свою птичку? - полюбопытствовала Кира. - У меня такой птенец получается, что Сират все время смеется.
   - Покажу, только давай попозже, я после оборота сама не своя, полежать надо, а ты нам еще не рассказала, как там наш гардероб.
   - Завтра должны подъехать подводы, нам всем заказано по дюжине платьев, плащи, шубы, камзолы с юбками и бриджами, десять пар сапог и двадцать пар туфелек. Кроме того, я убедила Сирата взять кое-какие фамильные украшения, а для Миа король передал сундук - сказал, что ключик от него у нее есть.
   Принцесса кивнула, продолжая намешивать в бокале коктейль для герцогини; в двери постучали - вошел Сират, с влажными волосами, но уже в рубашке и камзоле:
   - Миледи, позвольте, я украду у вас свою жену?
   Кира вспыхнула и, уставившись на мужа, неосознанно облизнула губы. Принцесса кивнула, и пара покинула гостиную, а Гелла невольно проводила их тоскливым взглядом; как оказалось, Миа тоже. Встретившись взглядами, девушки лишь грустно улыбнулись, и принцесса преувеличенно торжественно протянула Гелле бокал:
   - Давай сейчас, пока все заняты, а то твоей пташке и Сират позавидует.
   Гелла торопливо осушила бокал и вспорхнула к потолку.
  
   Пока принц и его спутники быстро покидали приемную дворца, среброволосый вампир осторожно наблюдал за ними сквозь узкую щель в шелковых портьерах нового дворцового крыла. Вдруг сзади слегка повеяло ветром; вздрогнув, среброволосый обернулся - за его спиной стоял король:
   - Зачем тетушка хотела видеть его высочество?
   - Не знаю, Ваше Величество!
   Вампир попятился, сминая упругий шелк занавесей. Черты лица короля исказились, глаза стали более выпуклыми, нижняя челюсть опустилась ниже, миг - и огромная летучая мышь с размахом крыльев около трех метров одним взмахом крыльев поднялась ввысь:
   - Расссссказыыыываййййй!!!
   Проводник торопливо забормотал, но сопротивляться давлению не смог - поведал и о планах тетушки пристроить оторву-племянницу, и о квотах на торговлю с человеческими королевствами, которые она надеялась получить, и даже о специальной встрече в трактире рассказал - при желании король мог вывернуть любого вампира как чулок, но предпочитал все же спрашивать.
   - Что ж, - произнес король, возвращая себе человеческий облик и присаживаясь, скрестив ноги, на подоконник, - вы были со мной откровенны, лерд эр Барос, и потому я оставлю вам силы, но способность к воплощению пока отниму, мне бы не хотелось нечаянно отдавить вам хвост.
   Среброволосому оставалось только поклониться и побыстрее покинуть коридор; впрочем, он еще может порадовать свою госпожу рассказом о личном интересе короля к этому юному человечку.
Оценка: 6.60*11  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Изотова "Последняя попаданка"(Киберпанк) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) В.Василенко "Статус D"(ЛитРПГ) В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда"(Боевик) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) Д.Максим "Новые маги. Друид"(Киберпанк) О.Обская "Возмутительно желанна, или Соблазн Его Величества"(Любовное фэнтези) Д.Маш "Искра соблазна"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"