Логос Генри: другие произведения.

Кошка для мышки

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:

Генри Логос

Кошка для мышки

Лошади всхрапывали, нервозно переминались с ноги на ногу, жадно вдыхая туман вперемешку со смогом. Старинный дом, к которому подъехал экипаж, возвышался над пустырем и мрачным видом отгонял гостей, прибывших без спросу.

Пассажир вышел, огляделся по сторонам и размеренным чеканным шагом направился к особняку. В его походке без труда угадывалась выправка военного. Доставивший его кэбмэн тут же, хлестнув лошадей, поспешил убраться к более людным улицам.

Окна, наполненные темнотой, встретили гостя холодным безразличием. Прибывший чиркнул спичкой и подсветил полуистлевшую вывеску, пытаясь разобрать написанное на ней. Трижды стукнул дверной молоток, надеясь прервать сон здешних хозяев. Ответом была тишина - ни скрипа деревянных ступеней, ни бранного голоса: "Кого это черт принес?"

Чиркнув следующей спичкой, посетитель приблизил ее к замочной скважине, долго и внимательно изучая царапины на ней. Последнее, что удалось заметить прежде, чем огонь обжег пальцы - как в левой руке блеснул ключ.

Щелкнул замок, прибывший прошествовал внутрь, дверь за ним затворилась.

***

Когда сквозь мрак на задворки Лондона был доставлен следующий визитер, из окон особняка уже пробивались колышущиеся отблески свечей.

Из кэба выбрался высокий подтянутый юноша. Не иначе - еще один военный. Без промедлений он направился к дому, взялся было за дверной молоток, но передумал и, решительно потянув на себя дверь, подобно первому посетителю скрылся внутри.

***

Безмолвие, казалось, будет вечным, но нет... вскоре тишину нарушил стук копыт.

Кэбмэн спрыгнул на мостовую и приоткрыл дверцу. Первым вырвался столб табачного дыма; за ним, кляня разухабистые дороги, неловкого кэбмэна и еще черт знает кого, с кряхтением выбралась престарелая леди. Кэбмэн вызвался помочь, но прибывшая особа полным презрения жестом отстранила его и, то и дело хватаясь за поясницу и безуспешно пытаясь держать спину ровно, проследовала к дому.

Дверной молоток бесцеремонно колотил в дверь. Трубка в зубах нисколько не мешала старой леди испускать ругательства в адрес нерадивых хозяев.

- У-гу, у-гу, - поддакивал филин.

- Апчи! - ответили из кустов, и летучие мыши бросились врассыпную.

Леди повернула ухо туда, где по ее мнению находился источник звука, но в этот момент дверь, наконец, приоткрылась, и, отодвинув впустившего ее, старуха вошла в дом.

Когда же ночь, чье спокойствие столько раз было нарушено за последний час, вновь вернула свои права, заросли зашевелились. Оттуда, стараясь не шуметь, выбрался человек, сдавленно чихнул, поежился, подышал на пальцы и, отряхнувшись, прислушался - ночная тишь не обещала других гостей. Тогда, как ни в чем ни бывало, он направился к дому, справедливо рассуждая, что вряд ли найдутся смельчаки, разъезжающие по окраинам в столь поздний час.

Человек из кустов оказался неправ - не прошло десяти минут, как в дверь вновь постучали. Дверное окошко распахнулось и в него высунулось чуть удивленное лицо. У входа стояла юная леди и переминалась с ноги на ногу.

- Вы приглашены? - осведомился средних лет мужчина, по одежде которого без труда угадывался представитель церкви.

Судя по растерянному выражению лица, юная особа не знала, что ответить.

- Мне нужна комната. Я замерзла и голодна, - наконец, проговорила она.

- Да-да, проходите, конечно, - засуетился пастор, пропуская в дом последнюю на сей час гостью.

***

В зале находилось трое. Мужчины поспешно вскочили.

- Майор Ричардс, - тотчас представился один. Ростом он был невысок, но крепко сколочен. Пышные волосы и бакенбарды припорошены сединой. Тонкие, отчасти женственные черты лица, выдавали в нем если не нынешнего, так уж двух десятков лет давности покорителя сердец.

- Поручик Каневский, - отрекомендовал себя юноша, лихо подкрутив усы. - Зовите меня просто поручик.

Русский офицер производил впечатление задиры, гуляки и ловеласа. Встретившись с поручиком взглядом, юная леди зарделась и опустила глаза.

- Разрешите представить вам, - разбавил пастор повисшую паузу. - Австрийская героцогиня Вандерхолдер.

- Швандерхолден! - с вызовом крикнула герцогиня, сверкнув взглядом исподлобья, и зашлась в истошном кашле.

- А я скромный пастор, - продолжил служитель церкви. - Пастор Моррисон.

Внимание присутствующих переключилось на юную гостью.

- Путешествую инкогнито, - гордо подняла она подбородок.

- Ваш багаж... - задумчиво произнес поручик, глядя на сиротливый саквояжик, до сих пор находящийся у девушки в руках. - Путешествуете налегке?

- Я не стала дожидаться, пока погрузят багаж, - парировала гостья. - Собиралась завтра отправить за ним посыльного.

- В порту довольно грязно, - встрял майор. Платье девушки было безупречно чистым. - Успели переодеться?

Она молча кивнула, вцепившись в майора таким ненавидящим взглядом, что тот невольно заулыбался.

Старая герцогиня не осталась в стороне. Откинувшись на спинку кресла, она затянулась трубкой и медленно, растягивая слова, произнесла:

- Судя по безвкусному старомодному платью, вы, милочка, прибыли сюда прямиком из Петербурга.

- Судаг-г-гыня, - с изящным поклоном пропел майор, пытаясь вытянуть русскую "р", и расплылся в улыбке.

- Натали Онежская, - оборвала она. - Могу я, наконец, получить комнату? - и, обведя взглядом присутствующих, растерянно добавила. - А где хозяин?

- Я полагаю, мисс Натали, любая комната в вашем распоряжении, - ответил за всех поручик. - Хозяева, кто бы они ни были, любезно предоставили возможность распоряжаться всем в этом доме.

- Стандартная ситуация, - заметил пастор, - особняк на окраине, ограниченный круг людей, мотивы не ясны.

- Как страшно! - побледнела Онежская. - Куда ж могли подеваться хозяева? Как вы полагаете, пастор, что c ними произошло?

- Я думаю, куда более интересно, что здесь произойдет.

- И что же?

- Убийство, конечно же! - хриплым голосом вставила герцогиня. - Вы же не станете утверждать, что ради меньшего я стала бы тащиться в эту богом забытую страну.

- У-бий-ство, - прошептала Онежская, и бездна ее глубоких глаз наполнилась холодом. - Я не хочу тут оставаться. Поручик, сделайте что-нибудь.

- Увы, Наталья. Полагаю, вы напрасно отпустили свой экипаж.

- Да-да, - добавил пастор. - Постоялый двор пуст. Вокруг ни души. И вряд ли вы найдете кэб в этот час на окраине Лондона.

Онежская безвольно опустилась в кресло.

- Ах, - слабым голосом молвила Натали, но в нем слышались командные нотки. - Поручик, я продрогла.

- Да-да, - подхватил пастор, - мы с поручиком давно собирались разжечь камин. И все же интересно, - обратился он вдруг к майору, - вы утверждали, что вам не оставили выбора. Письмо при вас? Разрешите взглянуть.

Майор нехотя протянул конверт.

- В письме просят не афишировать мой приезд, так как в деле замешана особа прекрасного пола. Но, думаю, мы все к этому причастны, и нам следует разобраться в ситуации. Читайте.

- И вы несомненно знаете, о какой леди идет речь? - поинтересовался пастор.

Майор слегка нахмурился:

- Не буду утверждать, но, думаю, что да. Ее имя, понятное дело, я называть не стану. Читайте, пастор, читайте.

Герцогиня завозилась в кресле, с интересом прислушиваясь, но не забывая ворчать:

- Сыро, как в склепе, а камин некому разжечь.

- Мистеру Ричардсу, - начал пастор, пробегая глазами письмо. - Угу... так... да-да-да... Настоятельно прошу прибыть... место дата и время... Ага, вот - ситуация весьма щепетильна, - поручик хмыкнул, оглядев майора свысока. Пастор, не обращая внимания, продолжал. - Дело касается известной вам леди. Взываю к вашему благоразумию и искренне надеюсь, что о нашей встрече никто не узнает. И подпись - английская королева.

Присутствующие молчали, обдумывая содержимое письма. Майор принялся вышагивать по комнате. Герцогиня курила, Онежская просто ждала.

- Нужно разжечь камин, - майор вдруг остановился.

- Да, - поддержал его пастор, - нужно разжечь камин. Я схожу за дровами, - пастор направился к выходу. - Да, герцогиня, - опомнился он на полпути, - любопытно было бы взглянуть и на ваше приглашение. Оно, несомненно, с вами.

Герцогиня хмыкнула:

- Естественно я его сожгла.

Тогда голос подал поручик:

- Столь знатная особа в такой дыре, одна, без прислуги... Должно быть, веская причина заставила вас покинуть родовое поместье и вытерпеть тряску на перекладных.

- Я не настолько глупа, чтобы втягивать челядь в игры, где могут быть замешаны интересы государства. Да, я его сожгла, - прокричала она поручику, чтобы тот наверняка услышал. - События моей жизни, упомянутые в письме, пусть лучше покоятся в прошлом вместе с теми, кто о них знал. Хотя, - герцогиня набила трубку новой порцией табака, - в моем возрасте находишь утешение уже в том, что тебя помнят.

Герцогиня чахоточно закашлялась, пастор чихнул.

- Право, надо разжечь камин, господа, - напомнила Онежская.

- Герцогиня, вам крайне необходимо что-нибудь выпить, - посоветовал пастор и снова чихнул. - Пойду приготовлю кофе.

Пастор удалился.

- Герцогиня, - обратился майор. - Вы сказали: "Убийство"...

- Вы против? - осведомилась старуха.

- Ну что вы, - улыбнулся майор. - Направляясь сюда, я был готов ко всему - дела улажены, завещание написано. Вы правы, герцогиня - нас собрали здесь неспроста, не на партию в бридж. Я чувствую, что охота началась, но предпочитаю знать, кто охотник и кто жертва.

- Убийство! - подтвердил поручик. - Я это знал. Но риск для русского офицера превыше наград.

Натали с волнением вскочила:

- Ах, поручик, майор! Вы меня пугаете! Никогда б не подумала, что солидные люди могут собираться бог знает в какой глуши исключительно затем, чтобы с жаром обсуждать убийства!

- Да-да, - донеслось с той стороны, где, вероятно, находилась кухня. - А потом их расследовать и раскрыть. Это непременное условие, иначе никакого интереса.

- Кто-нибудь разожжет камин? - хрипло прошамкала герцогиня и тут же прямо в кресле задремала.

- Понять логику убийцы, - вещал поручик, - сродни шахматному сражению.

- А вы не слишком юны для этой стариковской игры? - поинтересовался майор.

- Шахматы помогают мыслить. Эти фигурки... такие разные, и у каждой своя цель... Достаточно понять, почему противник именно так расставил свои фигуры, куда их движет - и сможешь победить... - поручик вспомнил нечто важное. - Пастор, кажется, собирался разжечь камин.

- Простите, я сейчас занят, - донеслось с кухни. - Я готовлю кофе. Майор, вы не могли бы мне помочь - никак не могу найти сливки.

Прихватив один из подсвечников, майор вышел, на ходу кинув:

- Разожгите камин, наконец.

Натали сидела на краешке дивана, вся сжавшись, кутаясь в легкую шаль и потирая друг об друга ладошки.

- Не ходите, поручик, - взмолилась Наталья под аккомпанемент похрапывания герцогини. - Мне страшно. Если среди нас убийца, я не останусь здесь одна.

Поручик опустился на колено подле кресла Онежской.

- Не бойтесь, я спасу вас, Наталья, - прошептал поручик, целуя ей руку. - Я разожгу камин.

И русский офицер вышел в ночь за дровами. На улице накрапывал дождь...

***

Густой аромат настоящего индийского кофе окутал комнату и норовил просочиться все уголки особняка. Пастор, с удовольствием смаковал приготовленный им напиток:

- Хозяева оказались более радушными, чем нам показалось сразу. Какой чудесный кофе. И еще я обнаружил прекрасный ужин. Он совсем остыл, но не огорчать же хозяев отказом. Герцогиня, - удивился пастор, - вы не любите кофе?

- В мои планы входит дожить до утра, - австриячка так и не притронулась к чашке. - А я еще не выяснила, что вы прячете под одеждой: яд или кинжал.

В горле у майора застрял глоток. Он отставил чашку. Онежская замерла, заглянула в лицо герцогини, затем майора, а потом и пастора, покачала в ладонях остатки кофе и одним глотком допила.

- Господь благодарен за твою веру, дочь моя, - промолвил пастор. - Было бы тягчайшим грехом подмешивать яд в столь чудесный напиток. Да-да. А вы, герцогиня! Как можно подозревать в злодеянии слугу Господа? Лучше исповедайтесь, кто знает, суждено ли вам увидеть рассвет.

- Протестанту?! - с возмущением прохрипела герцогиня. - Ха! И вы такой же пастор, милый мой Моррисон, как и мисс Онежская - путешественница.

- За неимением лучшего придется исповедоваться мне, - остался невозмутим пастор.

- Предпочту исповедоваться поручику или майору, - герцогиня поправила корсет. - Рассказами о своих грехах я смогу занять их как минимум до утра.

Майор не принимал участия в перепалке; его губы чуть шевелились - похоже, он пребывал в раздумьях относительно сегодняшних событий.

- Я не слышал, как вы приехали, пастор, - слова майора прозвучали как вызов, - а на ботинках у вас грязь и кусочки травы. Только не говорите, что ночью в саду вы читали проповедь, - майор обошел пастора, став со спины. - Вы постоянно вынюхиваете, выспрашиваете.

Пастор попытался что-то возразить, но не удержался и чихнул. Онежская всполошилась:

- Господа, я волнуюсь. Поручика слишком долго нет.

- Должно быть, он не может найти сарай, - предположил пастор. - Но, будьте спокойны, как только поручик вернется, мы растопим камин и согреемся.

За окном хлестал ливень, барабаня по крышам, журчал водосток. Теперь уж точно никто не сунется к заброшенному постоялому двору в такую погоду.

Сверкнула молния.

- Ой! - вдруг вскрикнула Онежская. - Я только что видела в окне мужчину крайне неприглядной внешности. Пастор, заприте дверь.

- Надеюсь, вам померещилось, дитя мое, но успокойтесь.

Пастор отставил кофе. В повисшей тишине гулко зазвучали его шаги.

У двери он долго стоял, прислушиваясь. Подал знак одними губами:

- Там, кажется, кто-то есть.

Майор, спрятав Натали за спину, вытащил из-за пояса пистолет, скомандовал:

- Открывайте!

В проеме возник силуэт. Пастор в ужасе вскрикнул:

- Что случилось, поручик!? На вас лица нет.

- Дрова отсырели...

***

- Родители сызмальства готовили меня к духовной жизни, но я выбрал другой путь, - откровенничал пастор, пережевывая цыпленка. - Впрочем, с возрастом я понял, что ошибся.

- Чем бегать за преступниками по всему Лондону, лучше подождать, пока они сами придут на исповедь, - съязвил майор.

- Да-да, - согласился пастор. - Это удобно.

- Вы будете гореть в аду, пастор, - герцогиня не скрывала своего презрения.

- Да-да, - снова отозвался пастор, сосредоточенно жуя. - То есть, нет, - вдруг встрепенулся он. - Что вы такое говорите?! Тайна исповеди! И вообще, когда место инспектора Робсона занял этот простофиля Пеккерфильд, Скотланд Ярд превратился в помойную яму. А исповедь... Если вы намекаете на того бедолагу, которого повесили на прошлой неделе, так я понял, что он тяготится убийством жены еще до того, как он успел раскрыть рот.

- О чем вы задумались, поручик? - Натали попыталась сменить тему.

- Крайне интересно, Наталья... Кому-то понадобился здесь настоящий сыщик.

- Напротив, - возразил майор. - Кому-то очень понадобился священник.

- Не смешите меня. Священник, завлеченный сюда, случайно оказался детективом?

- Другой бы не пришел.

- А каково ваше мнение, пастор?

Пастор вытер салфеткой губы:

- Я, прежде всего, человек. И за каждым злодеянием я вижу человека. Это мой метод. Главное - взглянуть на преступника изнутри, а не рыться в грязи, вынюхивая след, подобно нынешним ищейкам. Вот вы, майор, немного не тот, за кого себя выдаете. А вас, поручик, вас я пока не раскусил. Откровенность в обмен на откровенность. Расскажите, как вы оказались в Англии?

Поручик привычным жестом подкрутил ус:

- Дуэль...

- Ах, как романтично! - Онежская расцвела, услышав заветное слово. - Помню, юнкер Соболев дрался из-за меня с корнетом Раевским. Столько крови! А бедный Соболев - кандалы, Сибирь! Ах, боже мой, как я рыдала!

- Любопытно, - герцогиня подозрительно обнюхала кусок курицы, зыркнула на пастора, скосила глаза на Онежскую, - вы убивались за юнкером или корнетом?

- За корнетом, кажется, - Наталья вспыхнула. - Нет, за юнкером тоже. Ах, как он превосходно читал стихи.

- А кто был тот несчастный, с которым дрались вы? - вернулся к поручику пастор.

- А... - отмахнулся тот. - Какой-то французишка...

- Не любите французов? - Натали захлопала ресницами.

- Терпеть их не могу.

Майор скривился, отложил столовые приборы, произнес с презрением:

- Значит, предпочли бегство ссылке.

- По-вашему, из-за французского нахала, я должен был отправиться в Сибирь или - пусть бы дело удалось замять - то на Кавказ?! - вскипел поручик, срывая с себя салфетку и вставая.

- Майор. Поручик, - вмешался пастор, наполняя бокалы. - Давайте выпьем. Бренди превосходный!

***

- А мне вот вспоминается история, - рассказывал пастор, - я ее читал в "Таймс". Достаточно громкая, о ней неоднократно писали. Происходило это, если мне не изменяет память, лет двадцать назад. Может, вы что-то слышали об этом, герцогиня. Поправите меня, если что. Да, кстати, в качестве одной из ключевых фигур там выступала ваша землячка, тоже, между прочим, герцогиня. Фамилия у нее еще была такая запоминающаяся.

- Швандер... - начала герцогиня и потянулась за куриным ребрышком, - Швандерхолден.

- Да-да. И что-то было связано с послом, не то с германским, не то со шведским, не то с обоими сразу. Одному, кажется, подсыпали яда, другого задушили.

Бархатный мешочек, висящий на шее герцогини на прочном шелковом шнурке, выбился из-под корсета и упал в салат. Герцогиня покосилась на пастора и спрятала мешочек обратно.

- Мсье, передайте соль, пожалуйста, - попросила Онежская по-французски.

- О! - восхитился майор. - У вас прекрасный французский.

- У меня был хороший учитель, майор.

Пастор продолжал, не отвлекаясь.

- Кажется, никого так и не казнили, - продолжал пастор. - Надо будет попросить моего друга, инспектора Робсона, поворошить архивы. Что-то мне подсказывает - в том старом деле могут быть затронуты интересы Англии. За здоровье Ее Величества, - пастор поднял бокал.

- Здоровье Ее Величества, - майор поднялся. - Имею честь состоять у нее на службе почти двадцать лет.

Онежская рассмеялась. Зардевшись от вина, она себя обмахивала.

- Полно вам, майор, - прослезившись от хохота, произнесла Наталья. - Смешно видеть, как вы пытаетесь припрятать свой французский акцент, - повисла тишина, майор помрачнел, поручик выпрямился. - Простите, господа. Я что-то не то сказала?

***

Когда майора с поручиком удалось остудить, разговоры вернулись в привычное русло.

- Чрезвычайно интересно, - заметил майор. - Помню, как, охотясь на тигра-людоеда, я поджидал его в ловушке, сам будучи и охотником, и приманкой. Ночь... Ни души... Непередаваемое чувство - знать, что когда клетка захлопнется, будет лишь один выстрел, один шанс.

- А как по мне, - возразил пастор, не переставая жевать, - слишком банально. Пять человек в замкнутом помещении, один из которых к утру окажется на небесах. Даю вам слово, майор, за завтраком я распутаю это дело.

Онежская побледнела:

- Право, господа, мне расхотелось есть.

- Верно, господа, - вступился поручик. - Давайте поговорим о чем-нибудь приятном. Например, о нашей очаровательной мисс Натали, - всеобщий смех поддержал предложение поручика, если принять за смех карканье старой герцогини. - Вы говорили, пастор, что читаете человеческие души... м-м-м... как книгу. Прочтите нам Натали.

- Ооо! Эта книга вовсе непростая, - пастор задумался и обратился взором к Онежской. - Вы, ангел мой, эдакая маленькая серенькая мышка, - слова пастора вызвали всеобщий чуть нервозный смех. - Вы чудесное создание, и, если б я когда-либо совершал деяния, из-за которых мне стоило бояться за свою жизнь, я стал бы опасаться именно вас. А всё потому, что даже за самым очаровательным личиком скрываются зубки, и я понятия не имею, насколько они у вас остры. Вы утверждаете, что оказались в нашей компании случайно. Простите, мисс Натали, но я не верю. Либо это вы свели нас с лишь Богу и вам известной целью, либо кто-то подгадал эту встречу точно к вашему прибытию. Расскажите-ка, почему вы прибыли в этот старый дом.

- Я попросила кэбмэна отвести меня в неприметный, но приличный постоялый двор.

- Если это заведение и было некогда респектабельным постоялым двором, оно давно заброшено. А как выглядел тот кэбмэн?

- С усами... Немолодой...

- Понятно. Значит, подробности вас не заинтересовали. Как бы там ни было, у вас, Натали, должна быть веская причина, чтобы отправиться невесть в какую даль, пересечь Ла-Манш. Ответьте, какие грехи привели вас сюда? Только не говорите, что вами двигало одно лишь любопытство.

- Дело ясное, - завладел вниманием поручик. - Натали, вы поссорились с папенькой, собрали подаренные им украшения и покинули родное поместье. Не так ли?

- Да-а, - протянул майор. - Нравы нынче не те. Вот когда я был молод, юные леди убегали из дому исключительно с заезжими кавалерами, - и мечтательно добавил. - Полагаю, существует лишь одна сила, способная заставить бросить отчий дом и отправиться хоть на край света. И эта сила...

- Письмо "английской королевы", - бесцеремонно оборвала герцогиня. Закончив трапезу, она снова закурила. - Вам бы, милочка, сидеть не с мрачными типами на отшибе, а у папеньки под крылышком, почитывать дамские романы да слать надушенные записки кавалерам. Одним словом - высший свет.

- Высший свет? - Натали привычно хмыкнула. - Скука смертная.

Разговор поутих, герцогиня докурила трубку.

- Онежский... Онежский... - повторяла герцогиня, постукивая трубкой себя по лбу. - Мне кажется, милочка, я знала вашего отца.

- Вот вам и разгадка, - обрадовался пастор.

- Папенька в свое время был послом, - Онежская высокомерно оглядела собеседников. - Конечно, он известен многим.

- Дети в ответе за грехи родителей, - проворковала герцогиня. - Как это мило.

Не желая больше выслушивать домыслы о себе и о папеньке, Онежская поднялась из-за стола.

- Поручик. Я устала и хочу спать.

- Ваша правда, Наталья. Нам всем необходимо хорошенько отдохнуть.

- Да, но вы, господа, изрядно меня напугали. Я не намерена ни секунды оставаться одной в этом доме. Поручик, вы просто обязаны что-нибудь придумать.

- Хотите, - поручик крутанул ус так, что тот едва не оторвался, - я останусь ночевать вместе с вами.

- Фи, поручик.

- Тогда вы могли бы разместиться в одной комнате с герцогиней. А мы, мужчины, улеглись бы, к примеру, в том просторном зале. Мисс Натали права - те, кто хочет дожить до утра, должны непременно находиться вместе.

- В этом случае ситуация станет гораздо яснее - к утру у нас будет ровно два трупа: герцогини и этого милого дитя, - остудил поручика майор. - Вы же не думаете, что убийца решится напасть на трех вооруженных мужчин. Да, надеюсь, вы не храпите, поручик. Иначе, клянусь честью, я вас пристрелю.

- В таком случае я предлагаю заночевать всем вместе, - подытожил поручик. - Поверьте, леди, если даже убийца придет не один, мы сумеем вас защитить.

- Да-да, прекрасная идея, - восхитился пастор. - Если убийца среди нас, мы сможем за ним проследить. Если же он бродит возле дома, мы просто запремся изнутри. Нужно только выбрать, где мы можем удобно и надежно разместиться.

- Я успел здесь немного осмотреться, - доложил майор. - На втором этаже есть прекрасный просторный зал. Не комната, а крепость! Не окна, а щели! Тяжелая железная дверь. Да она выдержат атаку стада слонов. Хозяева понимали, что такое безопасность.

- А ключ? - поинтересовался пастор.

- Тот же, что и от входных дверей - подарок каждому из нас от "английской королевы". Кроме Натали, разумеется. Я нашел в том зале всего один недостаток, - признался майор, - камина там нет.

- Проку от этого камина, - проворчала герцогиня. - Ведите, майор.

***

Когда недолгие приготовления были завершены, все пятеро собрались в комнате, предложенной майором. Ее роскошь впечатляла - ряды книг, привезенные с востока статуэтки.

Поручик взял с полки и повертел в руках одну из них.

- Бронза. Пятый-шестой век, - со знанием дела заявил майор.

- Это многое объясняет...

Майор вопросительно посмотрел на поручика.

Вы служили в Индии, как я понял, - ответил тот. - Единственный из нас бывали на востоке. Взгляните вокруг, майор, и сделайте выводы сами... Вы поклоняетесь ей? - поручик ткнул пальцем на книжную полку, откуда, внушая ужас, увешанная черепами, взирала статуэтка богини Кали. - Мы понадобились вам для проведения темных ритуалов? - майор выслушивал речь поручика с ухмылкой. - Имейте в виду - я слежу за вами.

- Не пора ли прекратить споры? - предложил пастор и дважды провернул ключ в замке. - Благодаря вашей идее, поручик, мы изрядно спутали карты "английской королеве". Хех, ну и задали мы ей задачку.

Натали и герцогиня удобно устроились в креслах. Герцогиня задремала, едва коснувшись подушки головой. Натали еще долго возилась, обкладывая себя подушками со всех сторон и разравнивая платье.

- Я мог бы прочитать проповедь, - предложил напоследок пастор.

- Помилуйте, - взмолился майор. - Смерть от скуки не входит в мои планы, - вытащив из-за пояса пистолет, он положил его себе на колени и, обращаясь ко всем, предупредил. - Я очень чутко сплю и быстро стреляю. Думаю, для всех будет лучше ночью не ходить. Всем доброй ночи.

- Доброй ночи, майор.

- Доброй ночи.

***

- Ааа! Какой ужас! - крик Онежской переполошил обитателей комнаты. Свет едва-едва пробивался сквозь прорези-окна.

- Что случилось?! - майор щелкнул курком и вскочил, целясь попеременно то в пастора, то в поручика, то в герцогиню.

- Мое платье измято!

Майор с облегчением выдохнул и опустил пистолет:

- Все живы? - на всякий случай поинтересовался он.

- Кажется, да, - ощупывая себя, предположил поручик.

- Апчхи! - подтвердил пастор.

Герцогиня не сочла нужным ответить, но кряхтение и скрип старых суставов позволяли надеяться, что жизнь не окончательно покинула ее.

Пастор зажег свечи.

- С добрым утром всех. Искренне рад, что именно таким оно и выдалось. Апчхи! Мне сейчас не помешает выпить хорошего бренди.

- Погодите, пастор, - возмутился майор. - Вы же не хотите сказать, что мы так и не узнаем, кто такая "английская королева" и что ей было угодно. Вы обещали за завтраком разложить наше дело по полкам.

- Видите ли, майор... апчхи! Нет, определенно следует растопить камин... Если нет преступления, его невозможно раскрыть. Сожалею.

- Где моя трубка? - пробормотала герцогиня и, нащупав ее, закурила. - Мне нужно... сами понимаете, что мне нужно. Открывайте скорее, - поторопила старуха. - У кого ключ?

- Сейчас-сейчас, - заторопился пастор, похлопал себя по карманам, полез в один из них и извлек оттуда горстку дурно пахнущей ржавчины. - Что за чертовщина?! Господи, прости... Поручик, у вас ведь тоже есть кл..., - и замер на полуслове. Поручик задумчиво растирал в пыль остатки своего ключа:

- Наша "английская королева" разбирается в химии. Поздравляю вас, господа - завтрак отменяется.

- Ммм... - застонал майор от унижения и выдрал у себя клок волос. - Это не крепость, это тюрьма, - развернулся и, с размаху саданув дверь плечом, взвыл повторно - на сей раз от боли. Дверь даже не пошатнулась. Майор выхватил пистолет и прицелился.

- Остановитесь немедленно, - поручик схватил его за руку. - Вы только покорежите замок.

Чертыхаясь, майор убрал оружие, налил себе стакан воды.

- Полагаете, в этой комнате есть ключ?

- Да... если "королева Англии" здесь.

- А если нет?! - и майор выдал такое ругательство, что Онежская раскраснелась до кончиков ушей.

- Успокойтесь, все успокойтесь. Нет оснований для паники. Да-да, ситуация стандартная, - заверил пастор. - Пятеро в замкнутом помещении, и никто не выберется, пока...

- Пока что?

- Очевидно... - пастор подумал и скис, - пока все не умрут. Странно, в стандартных ситуациях всегда был выход поизящней.

Онежская в ужасе вскочила, ее глаза заблестели:

- Дайте мне уйти! Сами играйтесь в свои убийства!

Присутствующие молчали, внимая неразборчивому ворчанию герцогини, пока его не нарушил голос поручика:

- Когда мы прибыли, вон тот столовый сервиз находился здесь, в этой комнате, не так ли?

Пастор и майор кивнули.

- Один... два... три... четыре... - посчитал поручик. - Пять!.. Пять стаканов... Так или иначе, Наталья, вы в игре.

Майор обнял ее за плечо.

- Натали, вы по-прежнему утверждаете, что оказались здесь случайно и ни письма, ни ключа при вас нет?

- Увы, майор.

- Что ж, мне остается только гадать, какие темные страницы из вашего прошлого привели вас сюда и не позволяют открыться даже перед лицом скорой смерти. А вам я вот что скажу, - майор повернулся к поручику. - Это же ваша идея - запереться всем в одном зале. Так вот, поручик, ничего личного, просто хотел, чтоб вы знали - вы кретин.

- Боже! - от гневного окрика Натали зазвенели стаканы. - Как это мерзко! Как возмутительно!

- Да! - взорвался поручик. - Я не намерен терпеть выходки французишки, продавшегося Англии. Дуэль!

- Вы изволили невежливо выражаться о Франции. Вы затащили нас в ловушку. Вы тупица, наконец. Прекрасно, поручик. Дуэль!

- Шпаги или пистолеты?

- Предпочитаю пристрелить вас.

- О, Боже! Вы же убьете друг друга, - пискнула Натали и быстро-быстро заморгала. - Господа, так нельзя, - Онежская топнула ножкой. - Здесь не будет двадцати шагов, это против правил. Разве что стреляться вы будете вслепую.

Поручик и майор одновременно кивнули.

- Ах, господа! У меня как раз завалялся чудесный черный шарфик. Вот.

***

- Я помогу вам, поручик, - с горячностью вызвалась Натали и бросилась цеплять ему повязку на глаза. - Не слишком туго?

Пастор, в очередной раз получив от дуэлянтов отказ от исповеди, шепотом читал молитву. Герцогиня, позабыв о естественных надобностях, пожевывала трубку и одобрительно покачивала головой. Натали держалась неподалеку от поручика, грудь ее трепетно вздымалась.

- Боитесь, майор? - ствол пистолета чуть покачивался вправо и влево, нащупывая невидимую и бесшумную мишень. Из дула на майора пялилась смерть, взгляд француза был спокоен.

Раздался выстрел... Вскрик... Тело упало на пол.

***

- Я в порядке, - прошипел майор, зажимая раненную руку. - Вяжите повязку, Натали. Да не трогайте рану, черт вас возьми. Глаза вяжите, - майор с трудом поднялся. - Я отправил к праотцам немало наглецов. Вы будете следующим, поручик, - майор облизнул подсохшие губы. - Я чувствую, как вы боитесь, слышу, как дыхание становится рваным, как сердце то стукнет быстрее, то замедлит ход. Поручик, вам доводилось слышать, как в индийском лесу, наполненном звуками, скользит по ветвям гадюка? По вашей спине сейчас точно так же стекает пот.

С висящей плетью руки, струйкой стекала кровь. Пистолет чуть качнулся и замер, уткнувшись поручику в сердце.

- И знайте, поручик - я никогда не промахиваюсь. Прощайте.

Палец шевельнулся. Щелкнул боёк. Минуло мгновение - и тишина.

- Ыыы! - взвыл майор. - Будь проклята эта страна с ее вечными туманами и дождями. Сырые дрова! Сырой порох!

Майор со злостью отшвырнул пистолет, покачнулся и буквально рухнул на подставленные плечи пастора и Натали.

***

Рану майора удалось кое-как промыть и перевязать, используя все тот же злополучный шарфик. Майор держался молодцом, но у него начинался жар.

- Подойдите, Натали, - попросил майор и продолжил, когда Онежская присела рядом. - Полагаю, мне недолго осталось, поэтому я спрошу вас лишь об одном. Но обещайте, что ответите правду.

Натали покорно кивнула.

- Будь вы парижанка, - продолжил майор, - я понял бы тотчас, за что вы вторглись в мою жизнь, за что являетесь возмездием, - майор улыбнулся, мечтательно закатив глаза, удаляясь куда-то вглубь, в свои грезы. - Вы вполне сошли бы за ее дочь...

- Перестаньте ныть, Ричардс, или Лувуазье, или Дюбуа, или как вас там, - вмешался поручик. - Ваша рана не так серьезна. И каких бы глупостей вы не натворили в молодости, это не объясняет наличия здесь остальных.

- Вы моя дочь? - не слушал его майор. - Откройтесь, и я приму любую судьбу, которую вы мне уготовили.

Натали покачала головой.

- Как жаль, - прослезился майор. - Но вы мне напомнили о лучших днях в моей жизни. Лето... Париж... Так хочется услышать родную речь перед смертью.

Натали чуть согнулась и зашептала майору на ухо стихи на французском языке.

***

Когда были проверены двери, и окна, и возможные потайные ходы, когда не осталось неизученной щели в полу, пастор взялся проверять их по новой.

- Майор, мне кажется, это, скорее, ваша работа, - пожаловался он. - Глаз у вас наметан.

Поручик устало опустился в кресло:

- Оставьте, пастор. Глупо пытаться выбраться. Лучше постараться понять, зачем мы здесь собрались, - в этот момент Онежская склонилась к поручику и что-то шепнула на ухо. - Хотя... - передумал вдруг поручик, - герцогиня, а где ваш ключ?

- Я не обязана!

- Не упрямьтесь. Мне неприятно это делать, но я вынужден буду вас обыскать.

- Так сделайте же это, поручик! Я предпочитаю грубо и даже вульгарно, - заявила герцогиня. - Когда я только отправлялась в эту поездку, я и подумать не могла, что она окажется романтичнее, чем сорок лет назад.

- Побойтесь Бога, - взмолился пастор.

- А вы, пастор, не мешайтесь, - потребовала герцогиня. - Если хотите, можете не смотреть.

Поручик сплюнул и отступил.

- Мне было интересно, - продолжала герцогиня, - зачем понадобилось "английской королеве" вздорная девчонка из Петербурга. Я поняла! Чтобы один из нас потакал прихотям маленькой вертихвостки.

- Поручик. Ее слова меня оскорбляют, - Онежская задрала носик и часто-часто задышала.

Поручик согласился:

- И правда, вы не могли бы сменить тон, герцогиня?

- Хам! - вскричала старуха. - Пастор, помогите подняться.

И герцогиня с пастором под ручку прогулялась по комнате, затем, дребезжа графином о стакан, налила себе воды.

- Хам! Нахал и распутник! - еще раз прокричала герцогиня в адрес поручика.

Майор застонал:

- Вы можете ругаться потише? Я умираю.

- Не говорите так, - успокоил его пастор. - Первой умрет герцогиня, - пораженные подобной новостью взгляды устремились на него. - Всё просто - к полудню у нее закончится табак.

- Вы совсем распустились, пастор, - гневный взгляд просверлил его насквозь, - вот, выпейте, - приказным тоном произнесла герцогиня и мрачно добавила, - и остыньте.

***

Майор перепачкал диван кровью. Пастора знобило. Перестав тыкаться во всевозможные щели, он укутался пледом и мирно засопел, а его тело начало покрываться нездоровым потом.

Герцогиня вальяжно прогуливалась по залу, Наталья откровенно скучала. Вдруг старуха неловко оступилась, пошатнулась и, чудом ухватившись за край стола, сумела-таки удержаться на ногах. Стоявший на краешке стакан соскользнул и разбился вдребезги.

Превозмогая боль, майор поднялся.

- Очень удобно, - проговорил он, с жалостью глянув на пастора. - Из этого стакана больше никто никогда не выпьет. А перед этим он сослужил вам хорошую службу. Бедняга пастор... А теперь, герцогиня, скажите, где ключ.

Надменное молчание было ему ответом.

- Ну право, герцогиня, глупо и дальше скрывать, что вы и есть "королева английская". Вы сделали, что хотели. Мне плевать на ваши мотивы, плевать, вздернут вас, положат под гильотину или вы ухитритесь выйти сухой из воды. Если хотите, можете даже не объяснять, зачем собрали здесь остальных. Просто позвольте нам всем уйти. Со вчерашнего вечера в животе ни крошки, - майор, закончив длинную тираду, достал платок, вытер со лба пот и протянул руку. - Теперь дайте ключ.

Герцогиня неспешно, со свойственной ей аристократичностью, стянула с шеи бархатный мешочек, ослабила стягивающий его шнурок и, ухватив двумя пальцами за низ, вытряхнула содержимое майору в руку. Металлический порошок, вперемешку со ржавчиной и осколками, где еще угадывались остатки хитроумных выступов и впадин, посыпался на пол.

Майор вернулся в кресло.

- Табака у вас не найдется? - обратился он к герцогине. - Курить что-то захотелось, а свои сигары я как назло позабыл.

Герцогиня проигнорировала вопрос и задымила трубкой.

Поручик всплеснул руками и аж засветился:

- Если то, что заметил майор правда - самое время вскрывать карты.

Майор и обе леди навострили слух. Пастор постанывал, видно, ему снился дурной сон.

- Я был прав, подумав, что "английская королева" - одна из нас пятерых, - заявил поручик. - И еще я понял, что мы не просто отдельные песчинки, ссыпанные в кучу и живущие сами по себе. Нет... мы функционировали, как единый механизм в музыкальной шкатулке, состоящий из тщательно подогнанных друг к другу пружинок и шестеренок. Не ясно было лишь кому и какую песню мы поем. Мы словно шахматные фигуры, запертые в комнате, как в клетке. А что делают оказавшиеся на одной клетке фигуры?

- Они друг друга бьют, - сообразил майор.

- Верно.

- К сожалению, много неприятных событий произошло до того, как я понял, что "английская королева" - это... - поручик обвел присутствующих взглядом. - это вы, Наталья.

- Я, - Онежская усмехнулась. - Помилуйте, поручик, почему я?

- Вы единственная ни в кого не стреляли, не травили и вас не пытались отравить. Вы никого не бьете, и вас никто не бьет. Нет, вы не лишняя фигура, какой стараетесь казаться. Вы игрок.

Пастор приоткрыл глаза, по-прежнему трясясь в лихорадке:

- Я что-то пропустил?

Ему не ответили, поручик продолжал рассказ:

- Наиболее опасной фигурой мне показались вы, майор... Скажите, вы и вправду безупречно стреляете? И тот случай про тигра-людоеда, он на слуху?

- Я лучший в полку! И, конечно же, мои подвиги известны. Но не понимаю, к чему вы клоните, поручик.

- Я просто подумал, что "английской королевой" мог оказаться тот, кто слышал, как некий бравый майор в темноте, в клетке, в одиночку смог справиться с тигром, единственным выстрелом вынеся ему мозги. Тот, кто подобрал комнату, идеально подходящую для обороны и ночлега, но недостаточно просторную для дуэли. Это мог быть тот, у кого под рукой так кстати оказался подходящий черный шарфик. Вы прекрасно подготовились, Наталья. Фигурки двигались сами, лишь иногда их нужно было немного подтолкнуть.

- Но зачем мне это?! - искренне удивилась Онежская.

- Увы, Наталья. Если б я знал... Мотивы ваши в высшей степени загадочны.

- Я знаю, - прокаркала герцогиня. - Я знаю.

Теперь удивляться пришлось сразу всем.

- Герцогиня, поясните.

- Швандер... Швандер... - герцогиня потрясла головой, но вспомнить, похоже, не удалось. Пришлось задействовать проверенное средство - герцогиня стукнула по голове трубкой и выдала. - Любовь!

- Любовь? - разом выпалили поручик, майор и пастор. - И в кого же Натали влюблена?

Герцогиня удивленно вытаращила глаза:

- Я не знаю.

- Быть может, я знаю? - предположил майор. - Я запомнил ту мимолетную грусть в ваших глазах, Натали. Один лишь миг боли. И ваш безупречный французский. Вы сказали - у вас был хороший учитель.

Голова Натальи поникла:

- Поль Алери...

Поручик чертыхнулся.

- Не может быть! Этот выскочка пытается достать меня даже с того света.

***

- Боже мой! И на кого я только рассчитывала! - сокрушалась Онежская. - Вы, майор, не потрудились проверить оружие, а вы, герцогиня, отравили не того. Нет, определенно я выбрала не те фигуры. Вот, - Онежская протянула поручику одну из бронзовых статуэток. - Вы разглядывали их с самого начала. Там есть потайная кнопка. В них ключ.

- Значит, майор должен был убить меня на дуэли, герцогиня могла отравить. Ваш папенька, видимо, рассказал о ней много интересных подробностей. Одного не могу понять - на кой чёрт вам понадобился священник.

- Я же не чудовище, в конце концов. Исповедовались бы перед смертью - и вам лучше, и мне с души груз.

- Могли бы привезти православного батюшку из России, - съехидничал поручик.

- Вот еще!

***

Вся компания спустилась в комнату с камином.

- Ох уж эта современная молодежь, - пожурил майор. - А вы, поручик, бойтесь! - добавил он с усмешкой. - Пока мисс Натали снова не влюбится, ваша жизнь висит на волоске.

- Вы несомненно талантливы, девочка моя, - проворковала старая герцогиня. - У вас большое будущее. Признаться, даже меня, прожженную интриганку, вы обвели вокруг пальца. Нет-нет, я не жалею, что растрясла свои старые ягодицы.

- Простите, герцогиня, что отвлекаю вас, - встрял в беседу пастор. - Одна вещь меня очень интересует. Это, можно сказать, вопрос жизни или смерти. У вас хороший яд?

Герцогиня вновь раскурила трубку.

- Да не тряситесь вы так - кровохарканье будет недолгим, потом наступит тихая, спокойная смерть. Правда, со времен моей молодости, я этот яд не освежала. Как знать, быть может, всё обойдется лишь слабостью желудка.

Пастор воздел глаза к небу и истово перекрестился.

- А к вам, мисс маленькая забияка, - обратился пастор к Натали, пытаясь унять дрожь, - у меня всего одна маленькая, крохотная просьба... Апчхи! Вы так замечательно всё обустроили. Я более чем уверен, что вы можете мне помочь. Умоляю вас - принесите дрова!


 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"