# Бессознание (2 часть)

Павел Ломовцев

Вы злитесь, негодуете, что мир несправедлив и несовершенен. А сами на каждом шагу бездумно и жестоко своими собственными поступками, словами и мыслями рушите и рвете его хрупкое равновесие. И даже не видите, что каждый свой день понемногу и незаметно вы убиваете Жизнь. А с ней и самих себя.

23. ДО СМЕРТИ ЗАБАВНАЯ ИГРА


Лишь обернувшись назад, мы понимаем,

что всё это время воевали сами с собой.


23. ДО СМЕРТИ ЗАБАВНАЯ ИГРА


Миновав узкую деревянную лестницу и еще один потайной шкаф, друзья попали в помещение, которое явно было предназначено для отдыха. На круглом резном столике, инкрустированном янтарем и перламутром, рядом с роскошным бронзовым подсвечником, были небрежно разбросаны карты. Стол по соседству хранил на себе следы былой вечеринки: бокалы, пустая бутылка, остатки десерта и косточки от фруктов. По полу были разбросаны кегли и биты. В углу стоял камин, в котором тоже лежали кегли, правда уже наполовину сгоревшие.


Периокл поднял со стола карту:

- Вот тебе еще один набор символов власти...

- Так это же... просто игра... - удивился Егор.

- А ты присмотрись внимательно: крест, пика, бубенцы, чрево... Четыре масти - четыре мощных орудия воздействия на толпу. Этими инструментами посвященные мастера четырех мистерий многие годы эффективно управляли сознанием масс, разделив меж собой монополию на тело и душу, и расколов каждое из них на горькое и сладкое. Ну а карты служили им тайным языком обмена информации и координации действий. Правда, потом появились более совершенные средства коммуникации, и карты были отданы на потеху праздной толпе. А мастера с легкой подачи жрецов и их незримых покровителей освоили более крупные игры, запросто ставя на кон судьбы и жизни всего человечества.


24. НИКТО, ПОСЯГНУВШИЙ НА ВСЁ


- Кто такие эти мастера?

- Сломанные, разоренные, растоптанные души, в удобный момент подобранные бесами. Твари выбирают в адепты маргиналов, крепко обиженных судьбой, умом или здоровьем. Такие души очень легко доступны и крайне легко управляемы.

- Так вот почему все эти глобалисты - полные ничтожества!


Периокл только улыбнулся в ответ и после небольшой паузы продолжил:

- Как ты знаешь, бесы не имеют ни рук, ни ног. А значит, сами они не способны принудить человека к подчинению. Поэтому им очень нужны посредники, готовые выполнять всю необходимую им грязную работу. Твари вышибают остатки Света из нищей души, а потом в эти пустые упаковки вкладывают нужные мысли, слова и поступки. Так из них готовят армию вторжения во всё остальное человечество.

- Погоди, а... как они всё это внедряют?

- По разному. Кого-то 'вдруг' осеняют 'гениальные мысли'. Кто-то находит 'неожиданные подсказки' во сне. А 'самым из самых' в нужный момент могут 'снизойти' 'великие послания' и 'пророчества'. То есть, директивный план на отдаленную перспективу.

- А откуда они берут всю эту информацию?

- Воруют, проникая в единое информационное поле человечества. И украв, пытаются стереть исходник. А по случаю - и самого носителя, если тот 'слишком много понимает'.


24.1. ПРИВОРОТНЫЕ ЛАКЕИ


Разворошив колоду карт, Егор поднял со стола пару тузов:

- Вот они, вроде бы, всех и всё поимели, всех обманули... А не похожи они как-то на победителей. Не видел я ни одного миллиардера, в чьих глазах светилось бы счастье. Пустота какая-то в них ледяная и тоска смертельная. И чем больше богатства и власти, тем страшнее тоска. Почему так?

- Да все очень просто. Это для вас они - хозяева жизни и вершители судеб. А им-то самим хорошо известно, где их место и сколько им цена.

- Поясни...

- Так называемые мастера мистерий, повелители ваших элит, вступая в сделку с бесами, получают от них некоторое количество тайных знаний, дающих ценный набор ключей управления миром. Каждый мастер имеет по ключику. Делиться ими нельзя: за это они платят головой. Поэтому всякий раз им приходится как-то договариваться между собой...

- Хитро придумано... Ведь в таком раскладе никто из них в одиночку не имеет власти. А это значит, что все рычаги управления остаются у бесов!

- Ты всё правильно понял. При всем их великом могуществе, они всего лишь лакеи, ключники, послушно исполняющие приказы. И конечно же, они это прекрасно понимают. Ну а ваши элиты... жестокие диктаторы, ненасытные олигархи и двуличные политтехнологи - это всего лишь перчаточные куклы, слуги лакеев. Души их давно разворованы, а опустевшее место присвоили бесформенные черные пиявки, вечно голодные и люто ненавидящие всё живое.


24.2. ДЕЛО - ТРУБА


Егор бросил карты на стол и обвел взглядом комнату отдыха, богато обставленную изысканной мебелью:

- Вот ты говоришь: 'Лакеи, куклы'... А при этом они почему-то имеют всё, что только хотят!

- Не совсем... Любой из них в один миг лишится всего, если раздумает служить тем, кто водрузил на них корону. Может даже и жизни лишиться. Зависимые от власти и денег, они сами заперли себя в золотой клетке. И, согласно договору, выбросили от нее ключ. Это и есть 'получить всё'?


Периокл поставил лежавший на боку хрустальный бокал. Капля красного вина медленно стекла на дно.

- И неужели ты думаешь, что те, кто привел их ко власти, так щедро с ними поделятся? Да, через них проходят несметные богатства. Но... Один только пример:

- - В вашем мире нефть - это власть и огромные деньги. Как ты думаешь, сколько нефти проходит через трубу транзитной магистрали? Наверное, многие миллионы тонн? Но ты же не будешь утверждать, что железная труба - хозяйка нефти? Да, черное золото бесконечным потоком омывает стенки трубы. Но она лишь труба, а нефть пролетает насквозь, уходя к своему адресату.

- - Ваши магнаты и вся их прислуга - те же транзитные трубы, качающие кровь Земли, природы и человечества в ненасытные глотки бесформенных тварей. ...Наверное, это очень почетно быть трубой и скармливать себе подобных пришлым паразитам.


Егор мрачно посмотрел на разбросанные по столу карты:

- Ты мне только одно скажи: есть на них управа?

- Конечно. Если сознание включите и с целью не промахнётесь.

- В смысле?


Периокл провел ладонью по пыльному столу:

- ... Как ты думаешь, в этой пыли много заразы?

- ... Наверное... А при чем тут это?

- Да так, к слову... Те, кого в медицине принято называть паразитами, по сути своей те же самые транзитные трубы. И имеют они не так уж и много от того, что у вас отнимают. Они - такие же безвольные инструменты, пусть даже порой очень опасные. Но ваши медики, политики и идеологи по прежнему слепы. И потому вся ваша борьба с болезнями человека, семьи, общества и цивилизации дает такие ничтожные и нелепые результаты. Ведь вы всё это время воюете с инструментами, а не с теми, кто их держит и направляет.


24.3. СТАКАН НА ЗАКУСКУ


Егор подошел к столику, хранившему память о недавнем фуршете:

- ... Я не знаю, как ты это делаешь, но всё, что встречается на нашем пути, как-то вплетается в тему разговора. Вот этот недоеденный десерт, он тоже - иллюстрация к какой-то теме?


Периокл сделал удивленное лицо:

- Ну, во-первых, за пределами внимания остается очень много вещей. Ты просто их не замечаешь. А во-вторых, ... давай посмотрим, что у нас тут может быть интересного...


Бокалы и пустая емкость из-под вина были сразу отставлены в сторону. Перед ними остались пара шоколадных бутылочек с ромовой начинкой и надкусанный вафельный стаканчик, в котором когда-то побывало мороженое.

- А теперь скажи, - обернулся к Егору Периокл. - что между ними общего?

- То, что это десерт...

- А еще?

- Ну... оба сладкие...

- И всё?

- ... Наверное...

- Да, небогато у тебя с аналитикой, - покачал головой Периокл. - Тогда, позволь, я продолжу. В шоколадных бутылочках - ром. Выпив содержимое, ты съедаешь упаковку. Так же и мороженое в вафельном стаканчике: все уходит в пищу, включая посуду.

- Точно, а я не догадался! ... А к нашей теме это какое отношение имеет?

- Самое прямое. Ведь так называемые 'хозяева жизни' и есть те самые столовые приборы из съедобного материала. Ими нас режут, фасуют, сервируют и подают к столу прожорливым тварям. Эта посуда свысока и с презрением смотрит на тех, кого уготовили в пищу. А то, что, мы, тем не менее, все из одного теста, подумать, видимо, нечем. И то, что твари эти вечно голодны, а значит, в неурочный час и посудой не побрезгуют. ...Так что служите, лакеи, старайтесь, выращивайте ваших монстров. А завтра они с чувством великой благодарности сожрут вас со всеми вашими особыми достоинствами. Ну а там, за гранью бытия, каждому придется по всем долгам с лихвой рассчитываться. Так что всё нормально: перспективы у вас блестящие!


Егор молча направился к окну. Нечаянно пнув лежавшую под ногами кеглю, он на миг остановился и, чуть подумав, поставил ее перед камином. Потом прошелся по всей комнате и собрал остальные. Поставив кегли клином, он достал из камина полусгоревшую биту и, отойдя в дальний угол, запустил ей по фигуре. Кегли вместе с битой улетели в камин.

- Вот так, - покачал головой Периокл. - И те, кем бьют, и те, кого бьют, в конечном итоге оказываются в топке. ... Ну а карты... Кем бы тузы себя ни мнили, они лежат в одной колоде с шестерками. И в печку по мере износа их выбросят всей колодой. Кому нужны отдельные карты, пусть даже самые что ни на есть важные?!


24.4. ОДНОРАЗОВАЯ ТАРА


Егор посмотрел на облачко серого пепла, медленно оседавшее в камине:

- Говорят, что мы, умирая, снова рождаемся. Как там это называют... Реинкарнация...

А эти, ... лакеи... Наворуют, нагадят, а потом опять как ни в чем ни бывало чистенькими родятся? Или что их там ждет в новой жизни?

- А ничего.

- Что, совсем ничего?

- Преклонившись перед бесами, они отдают им все права на владение теми 95% своего Я, которые обычно у вас душой называют. То есть, иными словами, продают душу. Поэтому снова рождаться уже нечему. Да и эту жизнь они проживают ущербно и примитивно. ...Вот представь: у него был вечный билет на все мыслимые виды транспорта. И он с великой гордостью обменял его на право владения VIP-креслом в зале ожидания. ... На целые сутки!

- Забавный пример, - усмехнулся Егор. - И до смешного простой.

- Да здесь всё предельно просто. ... Люди чести смотрят в вечность и поэтому ищут во всем добро, правду и справедливость. Потому как знают, что всё однажды вернётся. А всякие бродяги, воры и проститутки - буквальные и фигуральные - живут одним днем и спешат урвать лишь выгоду и корысть. Живущие вечными ценностями сами становятся вечными. А торгаши и потребители - они все одноразовые, смертные. Смерды, как их звали на Руси. И жалели, как слабоумных или калек.


Егор подошел к камину. Какое-то время он стоял, молча глядя на обгоревшие кегли, присыпанные светло-серой золой. Потом, резким движением зашвырнув вглубь деревянную биту, он обернулся к Периоклу:

- Ты говоришь, они одноразовые... Значит, и тут они легко отделаются: не придется им в новой жизни по́том и кровью грехи искупать?


Периокл только грустно улыбнулся:

- Да, они не родятся снова. Душа их рассыпется в прах и развеется пылью. Сначала всё, что чужого присвоено и лишнего прихвачено, будет изъято. А прирастает-то оно ой как крепко! И рвать-то ой как больно! Но чужое не унесешь, и ничего тут не поделаешь! Вселенские законы Причины и Следствия никто отменять не научился. Разве что сроки оттягивать наловчились. Только вот часики тикают, а проценты за неуплату неумолимо капают...

- - Так что заберут чужое с долгами в придачу, а потом и самих отправят на разделку. Если же боль или вред кому нанесли, и этим, уходя, расплатятся.

- - Вот только душа-то - она живая, даже если совсем мелкая и ничтожная. И разрывать ее на части тоже живую будут! Не потому, что кому-то нужны их жалкие страдания: просто нельзя никак по другому. ... Я бы такой участи не позавидовал... И никому бы такого не пожелал.

- ... И все равно, - продолжал упрямиться Егор. - Всю жизнь проживут паразиты всласть на чужом горбу, а потом раз - один момент помучился - и всё?!

- Это только здесь время по часам измеряется, а там каждый миг мучений им целой вечностью станет!


24.5. ЯД В ШОКОЛАДЕ


Постояв некоторое время в раздумье, Егор взглянул на свои руки, перепачканные сажей и поискал взглядом, чем бы их вытереть. Все, что он нашел подходящего - это потерянная кем-то перчатка. Тщательно отерев пальцы, он бросил ее в топку камина.

- Я вот только одно не пойму: судьбы у них ущербны, перспективы более чем незавидны... Как же твари ухитряются затащить их в этот капкан?

- Видимо кое-кого есть за что цеплять. Если ты совершенный и полноценный, то ты ни в чем не нуждаешься. А жалким, поломанным душам нужно очень много всего, чтобы чувствовать себя уверенно и комфортно. И за эти ниточки очень удобно дергать. Ловкими средствами внушения разный никчемный хлам наделяют статусом роскоши и престижа, а потом обеспечивают доступ к этому барахлу особо преданным и 'особо избранным'. Ну а массовое поклонение материальным ценностям позволяет без особых усилий выстраивать на этом пирамиды власти и авторитета. А это - почти всё, что нужно.

- Почти? Что же еще?

- Имея жирный кусок сегодня, они ведь хотят и на завтра иметь привлекательные перспективы. Значит им что-то надо пообещать. Тварям очень нужны беззаветно преданные рабы, и поэтому сулить золотые дворцы в облаках они будут очень щедро, вплоть до последнего чиха. Пока не высосут Землю и все живое на ней до конца, не оставив ничего, корме пыли и пепла. ... А дальше - новые миры и новые жертвы...

- ... Похоже, те, кто им служит, уверены, что их заберут с собой.

- Да, конечно. Но давай с тобой помыслим логически. Новый мир - это всегда непочатый край работы. И чтобы построить очередную техно-промышленную цивилизацию, нужно будет день и ночь в поте лица и кровавых мозолях пахать землю и копать недра. Как ты думаешь, привыкшие жить за счет других и ходить по чужим горбам годятся на что-то подобное? Думаю, такой груз им будет совсем ни к чему. И будет куда полезнее просто подкрепиться ими напоследок. Хоть паршивая, но все же еда...


Егор только молча усмехнулся.

- Ну а если что-то пойдет не так, и паразитам придется экстренно эвакуироваться, своих придворных холуев они грохнут в первую очередь.

- Интересно, почему?

- Когда оккупанты, проигравшие войну, уходят с захваченных земель, первым делом они избавляются от местных предателей, угодливо служивших пришлым господам. Слишком хорошо они знают, что, когда ветер переменится, те не задумываясь им в спину выстрелят. Предатель - он ведь всегда и во всём предатель. И если уж они с такой легкостью продали свой собственный род ради безликих, бесформенных тварей, то их уж и подавно не пощадят при случае.


Егор медленно покачал головой, и подойдя к столу с остатками десерта, взял в руку шоколадную бутылочку с ромовой начинкой.

- Только есть не вздумай, - предостерег его Периокл. - Конфеты могут быть пропитаны ядом. Это у них в порядке вещей. ...Кстати, засиделись мы что-то. Пойдем-ка лучше на свежий воздух.


Егору это заведение было явно не по вкусу, и он с радостью согласился. Подойдя к выходу, он на миг остановился и, чуть подумав, вернулся к игровому столу.

- Что ты там забыл? - удивился Периокл.

- Да вот подумал: нехорошо как-то весь этот бардак оставлять, - ответил Егор, собирая разбросанные по столу карты, Он аккуратно сложил колоду в коробку и, слегка подбросив ее на ладони, зашвырнул в самую глубину камина.

- Вот теперь порядок, - улыбнулся он и, отряхивая руки, вышел вслед за другом на улицу.


24.6. ДОБРЫЕ ЗЛОДЕИ


Свежий теплый ветерок приятно дул в лицо. Солнце еще было высоко, но уже успело немного склониться к западу. Где-то в траве стрекотали кузнечики, и по всему лесу разносились голоса птиц. У Егора было такое ощущение, что он только что вышел на волю после долгого заключения. Он с удовольствием потянулся и с любопытством огляделся по сторонам:

- Ну что, куда мы теперь?

- За этой рощей - небольшой городок. Там мы обязательно найдем что-нибудь интересное.

- Ладно, хорошо. ...Слушай, я все хочу спросить: мы уже столько времени ходим, но так и не встретили ни одного человека. Тут что, вообще никого нет, кроме нас?

- Помнишь, я как-то сказал тебе, что адаптирую образы под твое сознание?

- Это... когда мы в тумане с тобой встретились?

- У тебя хорошая память. ... Так вот, я скрыл для тебя всех персонажей, чтобы не отвлекать от главной темы. У нас и без того непростые вопросы, а время очень ограничено.

- Понятно... - неопределенно ответил Егор и, неуверенно спустившись с порога, обвел взглядом чугунную ограду в поисках калитки. Найдя желанную дверь, он поспешил к выходу:

- И все-таки одно радует, что нормальных людей на порядки больше.

- Можно тогда вопрос? - полюбопытствовал Периокл. - Почему же тогда вас, таких многочисленных, правильных и умных эта жалкая кучка блох с такой легкостью к ногтю прижала?

- Да мы..., - немного замялся Егор. - Ну... Да ты же сам всё объяснял!

- А может, не всё? Тебе самому, разве, нечего добавить?

- Ну... Так, чтобы сразу, ... не знаю даже...

- Так, чтобы сразу?! - усмехнулся Периокл. - Вы годами кричите с трибун о неравенстве и несправедливости, а простой вопрос: 'Как эта проблема в принципе могла возникнуть?' всякий раз застает вас врасплох!

- Ладно уж стыдить, - хмыкнул Егор, - Объясняй давай.


Периокл остановился у ворот, отделяющих темную магию особняка от залитых светом просторов березовой рощи:

- А не в том ли вся причина, что вы и сами страшно обмельчали? И так же вольны всего лишь над пятью процентами себя. Над туловищем. А что до высших тел...

- - Либо вы, как убежденные атеисты, однажды произнеся приговор 'Души нет', одним ударом ампутируете свое большое Я, бросая его на съедение ... сам знаешь, кого...

- - Либо, считая себя верующими, радостно отдаете душу служителям профильного культа. По сути, так же отрекаетесь, разве что в последнем случае хотя бы посредников знаете, уводящих ее в неизвестном направлении.

- - Вот и приходится как-то ютиться в маленьком, беспомощном тельце, зависимом от всех и от всего. И насыщать свою ущербную плоть, обирая и убивая других живых существ, попутно разоряя землю. Причем, далеко не всегда от нужды или голода. Так намного ли вы лучше тех, кого ты так горячо не любите? Нет, мой друг, в прошлом великие и славные Дети Богов, вы стали такими же примитивными и бездушными транзитными паразитами.

- - Кто-то из вас лично грабит и губит планету, кто-то прямо или косвенно обслуживает их преступления, а кто-то обеспечивает информационно-идеологическое оправдание этого беспредела. Ну а вся прогрессивная общественность, одержимая жаждой потребления, организованно и дисциплинированно оплачивает процесс уничтожения собственного мира. И в итоге выходит, что к преступлениям против Природы сегодня причастен каждый из вас, каким бы святым и правильным он себя ни почитал.


Периокл вышел за ворота, и пропустив вперед Егора, закрыл за собой тяжелые чугунные створки:

- Если бы вы были из другого теста, они бы ничем не могли вас зацепить. Простой закон соответствия. Но вы, к сожалению, не лучше. И даже мельче, чем те, кто сидит на вашем горбу. Ведь на этом тесном пятачке Вселенной, именуемом материальным миром, в их руках все средства и ресурсы, а вы имеете только лишь то, что блохи вам любезно позволили иметь. К тому же вы видите, сознаёте и желаете только то, что вам положено и только так, как вам разрешено.


25. ПРОСТО ПЕПЕЛ


Особняк уже был далеко позади. Они молча шли по широкой тропинке среди молодых осин и берёзок. Под деревьями мягко шелестела высокая трава, и из нее то тут, то там пестрыми островками скромно выглядывали лесные цветы. Беззаботно порхали бабочки, никуда не спеша и ни о чем не тревожась...


Егор ничего этого не замечал. Он угрюмо смотрел под ноги, перемалывая тонны переполняющих сознание мыслей. Он был зол на себя, свою жизнь и вопиющее несовершенство этого мира. Машинально подобрав большую палку, лежавшую на дороге, он мимоходом ударил ей наотмашь по растущему на обочине грибу с большой красной шляпкой. Хрупкий гриб рассыпался на множество мелких кусочков, беспомощно разлетевшихся по дороге. Периокл, до этого шедший чуть позади, поравнялся с Егором:

- Пожалуй, это очень обидно сознавать, что кто-то, имеющий власть, играет тобой как игрушкой. Правда?

- Ну... - неопределенно подтвердил Егор, подозрительно покосившись на собеседника, ожидая нового подвоха.

- Наверное, потому что вы для них ничто... И вам даже нечем на это ответить...

- Ну... А ты к чему это?

- ...Да так... Странно, что многие осуждают других за то, что с легкостью делают сами. И даже не замечают этого.

- Ты о чем вообще? - глянул исподлобья парень.


Его собеседник только молча кивнул на мелкие белые кусочки, разбросанные по дороге.

- Ты чего, об этом, что ли? - искренне удивился Егор. - Так это же... просто гриб!

- Он... живой.... Только что был... живым... - Периокл аккуратно перекинул в траву самые крупные обломки шляпки. - ... А ведь для ваших элит вы тоже... 'просто' народ, 'просто' толпа, ... 'просто' пыль, ...пепел... Знаешь, в ряде языков Запада слово 'народ' звучит как 'пёпл', 'пипл', 'по́поло'. Не кажется, что на 'пепел' очень похоже?


Поднявшись и медленно отряхнув руки, он испытующе взглянул на Егора:

- Этот гриб ни в чем не был виноват и плохого тебе ничего не сделал. Он всего лишь рос на обочине, в мире и гармонии с лесом, просто греясь в лучах летнего Солнца. Но кто-то проходил мимо не в том настроении, и... Как бы это сказать... Не в силах вылить злобу на сильных, решил выместить ее на слабых. ... Да, это просто гриб. Но, совершив что-то в малом, завтра ты не заметишь, как замахнешься на большее. А значит, гриб - это совсем не мелочь.

- - Вы злитесь, негодуете, что мир несправедлив и несовершенен. А сами на каждом шагу бездумно и жестоко своими собственными поступками, словами и мыслями рушите и рвете его хрупкое равновесие. И даже не видите, что каждый свой день понемногу и незаметно вы убиваете Жизнь. А с ней и самих себя...


26. НЕСНОСНЫЙ ДОМ


Остаток пути они шли по лесной тропинке молча. Каждый думал о чем-то своем. Лес тоже молчал. Как и всё живое, он, видимо, также переживал какие-то чувства и мысли, понятные только ему одному. А может быть, кто-то просто его не слышал...


Но вот лес закончился, и друзья вышли на открытое пространство. Впереди на некотором удалении виднелся небольшой городок, застроенный добротными старинными домами. К этому городку примыкал уютный, ухоженный парк, украшенный по центру красивым фонтаном. Парк был обнесен кованой оградой. Ворота были заперты на замок.


Егор, до этого уже привычно погруженный в мрачные раздумья, с размаху отбросил в сторону палку и резко обернулся к своему спутнику:

- Ты мне лучше вот что скажи: как эту гнилую систему уничтожить?


Периокл прищурился, как будто пытаясь сформулировать мысль. Но из внезапно нависшей тучи вдруг закапали крупные капли. Он посмотрел вверх:

- Дождь начинается. Надо бы успеть спрятаться.


Они огляделись вокруг в поисках убежища. Рядом с воротами парка стояла старая облезлая будка, в которой при большом желании можно было уместиться вдвоем. К счастью, дверь была не заперта, и друзья успели заскочить под крышу до того, как начался настоящий, хороший ливень. Изо всех щелей поддувало прохладой и свежим ароматом летней грозы. В маленькое окошко, покрытое неровным слоем копоти, в будку проникало немного света, но за плотной пеленой дождя абсолютно ничего не было видно.


Потолок в двух местах начал течь, и Егору пришлось слегка прижаться к стене. Правда, и это его тоже не очень устроило: все стены были в пыли и плесени. Вдобавок ко всему, прямо под ним на полу оказалось какое-то липкое пятно.

- Вот зараза! - выругался. Егор. - не удивлюсь, если тут еще тараканов куча!

- Плохая будка? - почти безразлично спросил Периокл.

- Да уж надо полагать... - усмехнулся парень.


Периокл внимательно оглядел стены и ... вдруг начал отчаянно ломать тесную постройку, вышибая хлипкую крышу и выбивая доски в стенах. Несколько мгновений - и каркас будки развалился подобно карточному домику. Егор, до этого в шоке глядевший на действия друга, в ужасе закричал:

- Ты чего натворил?!


Периокл спокойно обернулся, отряхивая руки:

- Сам же сказал, что будка дурацкая.

- А ты вообще подумал, что мы тут промокнем насквозь?! - истошно пытался перекричать Егор шум дождя, ежась в потоках холодной воды.

- Я всего лишь сломал будку, и ты всего лишь попал под ливень. А сколько ужаса я вижу на твоем лице. И передо мной человек, что рвется сломать систему, в которой живет его страна и всё человечество!


Периокл отошел в сторону, перешагивая через сломанные доски. Ливень закончился так же быстро, как и начался. Егор остолбенело стоял, растерянно глядя на друга. С его головы и одежды ручьями стекала вода. А Периокл каким-то чудесным образом остался совершенно сухим.


Небо быстро очистилось, и над лесом раскинулась яркая радуга. Где-то недалеко запели птицы.


26.1. РАЗОРВАННЫЙ ЦВЕТОК


Егор вытер свисающую с носа каплю воды и угрюмо пробормотал:

- Так это что, новый урок был? Можно было, вообще-то, просто словами объяснить...

- Если бы вы понимали слова, - вздохнул Периокл, - то не было бы нужды что-либо ломать или спасать.


Он прошел еще пару шагов и снова продолжил:

- Вот вы всё боретесь против. А много вы готовы дать взамен тому, что спешите уничтожить? Да, сегодняшний мир несправедлив и далек до совершенства. Но сейчас это ваш дом, каким бы он ни был. И все ваши призывы к сносу прогнившей системы - это то же самое, что выгнать людей на улицу под дождь, мороз и палящую жару.

- - Вам хочется всё быстро и сразу. В одном месте сверлит, а голова за ногами не успевает. И нечем подумать, что спешка еще никогда и никого к добру не приводила.


Периокл присел и осторожно дотронулся до невысокого растения, росшего у ограды:

- Вот посмотри на этот бутон. Наверное, красивый цветок будет, когда распустится. Представь, что мне не терпится поскорее его увидеть. Я возьму и расковыряю его ногтями, чтобы 'наконец-то освободить из неволи' скрытые от Солнца лепестки. Попробуй догадаться, какая судьба уготована такому цветку?

- Так это же... просто цветок... - не очень уверенно отпарировал Егор.


Периокл внимательно поглядел на Егора, словно пытаясь заглянуть вглубь его упрямых серых глаз:

- Просто цветок... Просто гриб... Кого волнуют чьи-то там жизни, когда на кону 'великие идеи'? Правда?


Не дождавшись ответа Егора, он продолжал:

- Разные горячие головы рвутся изменить мир. Вполне возможно, что у многих из них самые лучшие намерения. Но ведь общество - это тоже живой организм, очень сложный и очень ранимый. И всякое резкое движение, будь то революция или другой экстремальный проект, может крепко его покалечить, а порой и вовсе убить. Всё, конечно, начинается очень красиво и заманчиво: громкие лозунги, великие задачи, щедрые обещания. А на выходе - кровь, разруха, голод, нищета и бандитский беспредел на многие годы. Зато быстро...


26.2. КУДА ДЕВАТЬ МЯСО?


Егор молчал. Но ему очень хотелось чем-то возразить. Наверное, было слишком обидно признаваться в том, что путь, по которому идут многие, считающие себя настоящими патриотами, ведет прямиком в пропасть. Видимо, поэтому он попытался хоть как-то оправдаться:

- Но есть и серьезные люди, трезво и спокойно готовящие перемены в обществе и власти...

- А не кажется ли тебе, что реформировать мир, полностью построенный на мертвых ценностях, так же умно, как лечить покойника? Да и хочет ли вообще эта 'цивилизованная' биомасса что-то менять?

- Значит, будем будить людей! - не сдавался Егор.

- Хороший план. Только вот души людей реформами, субсидиями или переворотами не разбудишь. Каждый раз красивое начало, а в финале - тупик, кризис или полная катастрофа. Но снова и снова с тупым упрямством вы бьетесь лбом о те же ворота.

- Вообще-то, есть разные проекты... - расплывчато возразил парень.

- Хорошо. Тогда просвети, к примеру, куда ваши 'серьезные' люди планируют девать миллионы дебилов и отморозков? Куда собираются запихать миллиарды пустых и никаких, которых мы в свое время называли 'мясом'? Тех, для кого весь смысл жизни - жратва и тупые развлечения. Стены от них будете строить или оптом под расстрел без суда и следствия, как в вашу 'великую революцию'? (Помнится, бесы тогда ой как сытно нажрались и окрепли безмерно!) ... Или, может быть, у этих 'гениев' есть ответ, как всё это мясо в людей превратить?

- - Вот ты лично знаешь, как избавить общество от злости, зависти, ненависти, страха, агрессии? У тебя есть рецепт, как спасти половину человечества от наркозависимости к потребительству? Ты уже знаешь, как вытащить из сети сотни миллионов придурков?

- В смысле, какой сети?

- Цифровой, виртуальной. И объяснить им наконец, что их имеют во многие разы больше, чем имеют они сами. Если ты рвешься в бой, значит ты всё уже продумал до мелочей и готов к любым поворотам событий? ...Нет? Что же тогда мир ломать торопишься? ... Ну, чего молчишь? Где ваше любимое 'шапками всех закидаем и газетками отметелим'?


26.3. МИР В СЕБЕ


Егор насупленно стоял, вытирая кулаком мокрый нос:

- А ты чего предлагаешь?

- Для начала вспомнить один очень простой закон Мироздания: 'Природа не терпит пустоты'. А это значит, что даже порочный и уродливый мир нельзя разрушать, не построив ему замену.

- То есть...?

- ...Наверное, было бы разумнее сначала новый дом воздвигнуть? Надежный, просторный, уютный. Тогда и из старого никого выгонять не придется: все сами с радостью прибегут и в очередь построятся.

- Ну и ...как ты собираешься его строить? Где и из чего?

- Для начала в себе. В своем сознании и в собственной душе. Задать себе вопрос: что ты ждешь от нового мира? Каким он должен быть? Чего ожидаешь от людей в этом лучшем будущем? А потом ответь себе честно и откровенно: соответствуешь ли ты сам всем этим идеалам? Нет? Тогда будь добр, начни с себя. А как выстроишь в себе дом, добротный, светлый и красивый, так и все вокруг твоим примером загорятся, без всяких лозунгов и агитаций.

- ...Где-то я уже слышал похожее, - не сразу ответил Егор. - Что-то вроде: 'Спасешь себя сам, и вокруг тебя спасутся тысячи...' И... еще о том, что храм в своей душе построить... Ты это оттуда прочитал, что ли?

- Учение, о котором ты говоришь, появилось гораздо позже. А истина эта так же стара, как и весь наш мир.


27. ПОБЛИЖЕ К ОГНЮ


Подул легкий ветерок, и Егор, все это время стоявший в мокрой одежде, уже совсем продрог. Периокл предложил оставить на время разговоры и пойти поискать, где можно согреться и обсохнуть. Они обогнули парк и подошли к большому, красивому дому, чем-то напоминавшему средневековый замок в миниатюре, служивший одновременно дворцом и крепостью. Высокая дверь, изящно отделанная кованым железом, была слегка приоткрыта. И друзья зашли внутрь.


Просторное помещение, в которое они попали, наверное, можно было назвать залом боевой славы. По углам стояли шикарные рыцарские доспехи, а на стоящих рядом манекенах были надеты расшитые золотом камзолы с лентами и орденами. Повсюду на стенах висели сабли, кинжалы, шпаги и мушкеты. Более десятка картин изобиловали сценами сражений. По обе стороны большого мраморного камина располагались бронзовые бюсты каких-то военачальников.


Все это очень впечатляло. Но Егора сейчас в первую очередь интересовал камин, в котором, тихо потрескивая, горел яркий огонь. Парень быстро снял мокрую одежду и, подвинув к огню бархатное кресло, разложил ее на спинке и подлокотниках. Чуть подумав, он снял с манекена камзол и накинул себе на плечи. Вот теперь уже можно было расслабиться и спокойно собраться с мыслями.


Периокл уже где-то успел раздобыть горячий кофе с сахаром и бутербродами. Подставив поближе к камину роскошный журнальный столик, он разложил на нем угощения и пристроился рядом в соседнем кресле. После такого ливня и прогулки на сыром ветру это скромное застолье было для Егора поистине царским подарком. Он жадно набросился на еду, наслаждаясь теплом и кофейным ароматом.


27.1. КТО СЪЕЛ СЛОНА?


Окончательно согревшись и утолив голод, Егор решил более внимательно осмотреться вокруг. И только сейчас он заметил, что в самой середине зала на поле в черно-белую клетку стоят большие шахматные фигуры размером почти в половину его роста. Даже странно, что он не увидел их сразу.

- Может быть, хочешь сыграть? - поймал его взгляд Периокл.


Егор считал себя достаточно хорошим игроком, и поэтому он охотно согласился. Встав и сладко потянувшись, он поправил на плечах генеральский китель и направился к полю боя.


...Первые ходы Периокл делал как-то не очень уверенно и порой даже нелепо. И всякий раз он внимательно смотрел на Егора, как будто пытался уловить ход его мысли. Но, чем дольше они играли, тем быстрее менялся расклад сил. Было ощущение, что он прямо на ходу схватывал логику игры. И в результате, в самый неожиданный момент был объявлен мат.

- Что ж, поздравляю, ты меня победил. - обреченно произнес Егор.

- Я победил? - искренне удивился Периокл. - Ты же пять моих фигур побил!

- Так а ты моих двенадцать. И мат поставил.

- Я понес потери - пять убитых солдат, и ты считаешь это моей победой?

- Так ведь на войне такие правила.

- Кем эти правила написаны? Не теми ли стервятниками, что, ликуя, пожирают погибших по обе стороны фронта?

- В смысле... Ты это к чему?

- К тому, что при таком раскладе в настоящей войне мы оба с тобой проиграли. А тот, кто, нашептывая из-за спины, подстрекал нас на драку, и есть реальный и единственный победитель. Ну а кто там кого добил в финале... тому любезно и торжественно будет вручён большой красный флажок с золотыми кисточками.


Периокл прошел несколько шагов по зеркальной глади черно-белого пола. Остановившись возле двух пешек, столкнувшихся в лобовой атаке, он, чуть подумав, продолжил:

- Вы играете по разные стороны поля, и фигуры у вас разного цвета. Но подчиняетесь вы одним и тем же правилам игры. А значит, у всего этого спектакля один режиссер и один заказчик. Странно, что этого никто не осознаёт. А ведь все эти шахматы выточил один мастер из одного и того же материала. И вся разница между ними - ничтожно тонкий слой краски, делающий одних белыми, а других - черными...


27.2. КОЛЛИЗИУМ


Егор молчал. Периокл, не желая его торопить, решил пока расставить шахматы на исходные позиции. Заканчивали они уже вместе. Нечаянно уронив с плеч генеральский мундир, Егор вспомнил о своей одежде, что он оставил сушиться у камина. Всё уже успело высохнуть, и парень охотно переоделся в более привычный для себя наряд. Китель с орденами вернулся на манекен.


Периокл стоял у стены, разглядывая какую-то картину. Она висела в глубине комнаты, и издалека было почти не видно, что на ней изображено. Вдоль стен располагалось несколько напольных подсвечников, и Егор, приметив на камине коробок спичек, решил любопытства ради зажечь свечи. Задув догорающую спичку, он машинально положил коробок в карман.


Мерцающие огоньки ярко осветили золоченые рамы картины. На полотне была изображена сцена боя гладиаторов на арене Колизея. Не отрываясь от картины, Периокл как бы поделился вслух своими мыслями:

- Вот побили четлане пацаков - и радуются безмерно своей победе. А патриции на трибунах только ухмыляются, смакуя ароматные вина в тени акаций. И как же не ухмыляться: человек бьет человека в угоду тварям-паразитам, и дико ликует, что забил себе подобного!

- - Весь мир сегодня стал одним большим Колизеем. Страны, народы, конфессии, партии, общины - все разбросаны по разным углам, разобщены и натравлены друг против друга. И, подобно рабам-гладиаторам, незримые твари бросают их по очереди на арену, дабы утолить свою неуёмную жажду.

- - Разносят вас как чурки в игре на красных и белых, левых и правых, крестиков и ноликов. Или как-нибудь там еще - неважно. Главное, чтобы было кого презирать и кого ненавидеть. И по первому щелчку левого мизинца было на кого бросаться с воплями и кулаками. А мотивы и причины... Да какая разница? Их можно за пять минут придумать. Ну и еще несколько дней, чтобы раздуть образ целевой жертвы до статуса великого злодея. Делов-то, раз плюнуть! Тем более, что пипл на ура хавает, да еще и добавки просит!

- - А чтобы собраться всем вместе, перешагнув через глупые амбиции и навязанные принципы, вспомнив, что все мы в первую очередь люди... А потом единым фронтом стряхнуть паразита с лица Земли... Для этого же надо разум иметь! Откуда же вашему поколению взять такую роскошь?


27.3. ПРОСТОЕ ОРУЖИЕ


Егор в напряженном раздумье отвел глаза от картины:

- Так как же мы стряхнем этих паразитов, если они невидимые и бесплотные? Тут какой-то безнадёгой попахивает!


Периокл только улыбнулся в ответ:

- Да, убить их вы не в состоянии. И стеной отгородиться вы тоже не сумеете. Но есть одно простое оружие, которого они до смерти боятся.

- Ну и ...что это за оружие? - осторожно поинтересовался Егор.

- Внутренний Свет и Спокойствие.

- Что?! - подскочил на месте парень. - Что за бред?!

- Отчего же так категорично?

- Да потому что спокойствие - это болото! Победа только в борьбе может достаться! Это уж любой знает!

- Забавно... - произнес Периокл. - Тот, кого вы зовете Христом, призывал людей к смирению. А Иуда подбивал на бунт и революцию.

- Смирению? То есть, покорно сложить руки и сдаться?!

- Да... как всегда, у вас полная каша в голове...

- То есть?

- ...Что такое 'покорность'? Это полное отречение от себя и всего, что тебе близко и дорого. Фактически, трусливое бегство и позорное предательство рода и человечества.

- - А что значит 'Смирение'? Ощутить свое единство С Миром, неразрывную связь с Природой и Вселенной, единство себя и Создателя. Познать и принять благодарно Его мудрость и силу.

- - Ну как, есть небольшая разница? Видишь, как ловко лукавые смешали вместе два абсолютно противоположных понятия. А ведь на подобных манипуляциях и держится их система и вся их великая власть.

- - А теперь подумай, что обретает человек, достигнув состояния С-Мирения?


27.4. БРОСИТЬ СВОЙ КАМЕНЬ


Не спеша прогуливаясь по залу, по ходу беседы они оказались перед картиной, хорошо знакомой Егору с детства. На ней были изображены три богатыря, восседающие на конях посреди поля. Периокл, взглянув на картину, предложил жестом остановиться и продолжил свой монолог:

- Кстати, о богатырях. Есть одна древняя притча о великом воине... Поспорили как-то люди, кто из трех прославленных воинов самый великий. И решили они устроить для них испытание. Вышел первый на площадь. Люди стали бросать в него камни. И он мастерски отбил каждый из них. Потом вышел второй воин. В него тоже бросали камни, и он уклонился от каждого, не позволив ни одному к себе прикоснуться. Наконец, вышел третий воин... И никто не смог бросить в него камень...

- - Это к слову о том, какова она - сила Смирения. И в чем власть Спокойствия и Света. И, если уж пошел разговор о древней мудрости, напомню-ка я тебе еще одну: 'Воюющий в теле - в духе уже побежден'.

- Не понял... А это как?

- Вступая в битву, мы уже признаем свое поражение. Нет, не от тех, против кого направляем свои мечи, кулаки или ракеты. От бесов. Ведь это они, ловко манипулируя нашим сознанием, толкают нас на бойню. И именно они получают главную добычу, вдоволь напитываясь кровью и болью обеих сторон. И неважно, какая это битва: семейная ссора, дворовая драка или мировая война. В каждом конфликте заказчик всегда один.

- - А из сказанного вытекает еще одна древняя заповедь: 'Лучше плохой мир, чем хорошая война'. Протестами и погромами пока еще никто лучшую жизнь не построил: только хаос и беспредел множили. Твари же тем временем жрали, крепчали и плодились безмерно. И власть свою расширяли. А ведь каждый из вас всегда был способен полностью лишить их силы и власти. Для этого нужно было всего лишь перестать их кормить. И вопреки всему сохранить в себе Свет и Спокойствие, став примером для тех, кто тебя окружает.

- - Самый страшный кошмар для бесов - это мир, покой, тихая радость и нежное тепло любви. А если этот 'кошмар' продлится достаточно долго, это для них уже угроза голодной смерти. И понятно, что они пойдут на всё, чтобы не допустить подобного.

- - Вот потому и говорили предки: 'Если миром войну одолеть сумеешь, значит воистину велика твоя сила'. Великий воин тем и велик, что побеждает без боя. Это у ничтожеств вся надежда только на кулаки и языки ядовитые. Ведь для них единственная возможность возвыситься - унизить и уничтожить тех, до кого им вовек не допрыгнуть и не дотянуться.

- - Орать и махать кулаками любая макака умеет. А вот делом правду свою доказать и добром зло остановить - это по зубам далеко не каждому. Ведь для этого надо самому хоть чего-то стоить.

- - Вот и приходится нам порой ради сохранения мира идти на сложные компромиссы, в чем-то терять и уступать, чтобы в конечном итоге выиграть в главном - оставить ни с чем прожорливых тварей.

- Это всё понятно, - как бы рассуждал вслух Егор, нервно отковыривая потёки воска с бронзового подсвечника. - Но как-то напрягают все эти уступки и компромиссы... Не получится ли опять, как в этой заповеди: 'Ударили по щеке - подставь другую'?

- '...Но впредь не позволь ударить.' Изначально это так звучало. То есть, сделай выводы из проблемы, и не дай ей повториться. И обидчику будет намек, чтобы руки больше не распускал. ...Ну что, и теперь напрягает?

- Ну... так-то другое дело... - немного оживился Егор.

- Кое-кто очень ловко сделал обрезание смысла, развернув суть в обратном направлении. У вас такое на каждом шагу: искажают, обрезают. а то и вовсе подменяют слова, факты, события, чтобы заморочить, одурачить, захомутать и надежно загнать в стойло вконец заплутавшее стадо.


27.5. РЕЖИМ НЕВИДИМКИ


- Ну ладно, хватит разговоров! - сменил тон Периокл. - Давай-ка, лучше, сделаем хорошую разминочку! Заодно поглядим, какой из тебя боец!


Егор немного напрягся. Тягаться с этим богатырем его как-то не особо вдохновляло. Тот даже в шахматы его в два счета обставил. А уж бойцом рядом с ним он как-то совсем не смотрелся... Но... с другой стороны, какой-никакой, но будет, наверное, шанс чему-то поучиться. И он согласился. Периокл подвел его к стойке с оружием. Здесь стояли в ряд сабли, шпаги, мечи, багры и копья. Парень уже положил было глаз на одну изящную шпагу. Но к его удивлению и крайнему разочарованию его друг протянул ему стоявшую поблизости палку, обычную деревянную палку, повязанную с одного конца черной лентой.

- Это что за...? - возмутился Егор.

- Я безоружен и только защищаюсь, - поспешил объясниться Периокл. - У тебя палка и десять ударов. Одно маленькое 'но': я завяжу тебе глаза. Постарайся использовать в бою все остальные органы чувств. Если сумеешь, то я кое-чем с тобой поделюсь.

- А вдруг я тебя нечаянно пораню? - неуверенно спросил Егор.

- Ты такого высокого о себе мнения? - пошутил Периокл.

- Ладно уж, не язви... Кстати, а как же насчет Великого воина? - вспомнил парень недавнюю притчу.

- Считай, что я даю тебе фору. Ну что, поехали?


Периокл крепко завязал черную повязку на глаза Егору и, хорошенько раскрутив, оставил его посреди зала. Вся надежда была только на хороший слух. Он прислушивался к каждому шороху и каждому едва уловимому скрипу. Несколько раз он уверенно замахивался палкой, но она снова и снова, разрезая воздух, звонко ударялась об пол. Да, с этим другом тяжело было тягаться. ...Одного слуха мало. Что же еще? ...Что же? ...И тут Егор начал время от времени ощущать легкое движение ветерка. Это уже была вторая подсказка. Еще несколько бросков. Но... Не так-то это просто... А у него осталось всего два удара. Очень была нужна еще какая-нибудь наводка. ...Он остановился и замер. И попытался успокоить мысли.


Удивительно, в этом состоянии покоя все привычные чувства и ощущения стали как будто намного ярче, объемней, глубже... Богаче... Наверное, это и есть то самое, что называется шестым чувством... Егор стоял неподвижно, слегка опустив голову... Вот там он почувствовал стену, там шло тепло от камина, здесь... какой-то близкий объект! - и палка уже сама рассекает воздух... Обидно: остался последний удар... Спокойствие... Только спокойствие... Покой и внимание... И вот уже совсем явно он ощутил: здесь, прямо сейчас! Удар - и палка попадает во что-то мягкое где-то на уровне плеч. Егор не на шутку перепугался за друга и нервным движением поспешил сорвать с лица повязку... Перед ним, покачиваясь, стоял... манекен, невозмутимо сверкая орденами и атласными лентами. А Периокл терпеливо ждал его за спиной. Когда он успел подставить манекен, только что стоявший в углу? Егору осталось лишь тихо выругаться и бросить на пол эту злосчастную палку.

- Ты зря расстраиваешься, - дружески улыбнулся Периокл. - От первого опыта никто не ждет блестящих результатов. Будет желание, упорство - станешь настоящим воином. А пока и этот опыт немалого стоит. Ты сумел услышать голос Спокойствия. А это уже шаг к победе.

- - И в качестве награды я открою тебе один важный секрет. ...То, что бесы для вас невидимы и неосязаемы, ты уже в курсе. Но и ты тоже можешь стать для них невидимкой.

- И как же? - искренне удивился Егор.

- Когда ты спокоен, умиротворён, мысли и движения плавны и размерены, твари теряют тебя из виду. Для них ты просто исчезаешь.

- Ух ты... - все, что мог сказать благодарный ученик.

- Многие рептилии и насекомые обладают подобным зрением. Все, что скачет и летает для них либо жертва, либо угроза. Остальное как бы не существует. Так и у этих: резкие движения, мысли, эмоции - и ты становишься мишенью. Всё просто. Ты сам только что мог почувствовать, каково это. Я двигался плавно и спокойно. Мысли и чувства пребывали в том же ритме. И поэтому ты так и не смог меня обнаружить.

- Но... жизнь иногда требует быстрых действий и решений. Где уж тут о плавности думать?

- А почему ты считаешь, что плавное должно обязательно быть медленным? Линия может состоять из острых углов, а может иметь форму волны. И волны могут быть очень разными...


27.6. КЛЮЧЕВОЙ МОМЕНТ


В зале боевой славы окна находились достаточно высоко, и увидеть, что находится за стенами, было невозможно. Массивная железная дверь в дальнем конце зала определенно должна была выходить на улицу. Периокл подошел к двери и попытался ее открыть. Но она оказалась запертой.

- Хорошо бы на Солнышке погреться, пока светло. Вот только дверь на замке. Давай-ка посмотрим, может быть ключ где-нибудь найдем?


С каждой стороны располагались по две деревянные двери, отделанные изящным стальным декором. Там могли быть кабинет, спальная, кладовка или что-то еще в этом роде. Друзья решили разделиться в поисках ключа.


Егор открыл первую дверь. Внутри было темно и абсолютно ничего не видно. Он вышел и поискал глазами, чем бы осветить помещение. Приметив несколько висящих на стене факелов, он подпалил от свечи один из них и зашел в комнату. Как только факел выхватил из тьмы участок пола, целая стая каких-то серых теней спешно разбежалась по углам. То ли крысы, то ли... Егора невольно передернуло. Захотелось как можно скорей осмотреться и покинуть эту конуру. Он посветил выше. Кругом были стеллажи, заполненные всякой всячиной. Бутыли, коробки, книги, рулоны ткани, разное другое барахло. Вряд ли кто-нибудь стал бы хранить тут ключи.


С явным облегчением он покинул эту комнату и осторожно заглянул в соседнюю. Похоже, это был кабинет. Шкаф, этажерка, письменный стол. Здесь, наверное, стоило поискать. Слава Богу, что по полу тут никто не бегал. Он осмотрел шкаф. Только книги и бумаги. На этажерке - сувениры, канцелярия, пара гравюр на военную тематику. На столе - исписанные листы, перо, чернильница и очки. Ладно, а что в ящиках? Он выдвинул самый ближний из них. Какие-то мелкие твари бросились врассыпную прочь от яркого света. Егор с омерзением отдернул руку. Быстро оглядев ящик, он поспешил задвинуть его обратно. В следующем поиск тоже был безуспешным. Но на третьем ящике ему все же повезло. Там лежал большой массивный ключ. Однозначно, он предназначался для той самой кованой двери.


Он радостно вернулся в зал и, повесив на стену факел, поспешил оповестить Периокла о своей находке. Тот посмотрел на Егора и с какой-то ноткой торжественности произнес:

- Вот ты и нашел главный ключ!

- Главный? - удивился Егор. - А что, он, разве, не единственный?

- Нет, я не об этой железяке. Ты нашел ключ к разгадке секрета Великого воина.

- Да? - даже опешил парень. - И... что это за ключ?


27.6.1. СВЕТОВОЙ БАРЬЕР


- Напомни-ка: что у тебя там вызвало такие бурные эмоции?

- Твари эти мерзкие в столе и на полу!

- И что ты с ними сделал?

- Да ничего. Я направил на них свет, и они разбежались.

- То есть, ты их не бил, не жег, а просто свет направил?

- Ну да.

- И целое полчище тварей разбежалось в панике?

- Ага.

- Они так и остались за пределами света?

- Да, по крайней мере, я их больше не видел.

- Похоже, свет факела очертил какую-то четко ограниченную зону. Тебе так не кажется?

- Ну, ...похоже....

- Так что же это за граница, что за стена такая? Неосязаемая и неприступная...


Егор внимательно посмотрел на друга:

- Ты ведь к теме бесов подводишь? И что-то там про ключ к победе?

- Сам сможешь продолжить? - вместо ответа спросил Периокл.

- Их тоже какой-то свет пугает? ...Ну уж не факел, однозначно... Наверное, какие-то другие энергии, ...которые у нас изучать не принято...

- В последнем ты угадал. А какие-нибудь версии есть?

- Откуда, если мы это не учили?


Периокл лишь в очередной раз тяжело вздохнул:

- ...Тебе знакомы такие понятия, как светлые мысли, светлые чувства, поступки?

- Уж конечно. Но это же не энергии.

- Это вас так учат. А в жизни любое наше проявление - это источник излучения. Злость, ненависть, жадность, страх, жестокость, подлость, ложь - это, говоря вашим языком, низкочастотные генераторы. А радость, покой, благородство, честь, вдохновение, добро, любовь излучают энергии высоких частот.

- Выражения такие есть: 'низменные душонки', 'высокие идеалы', - как бы вслух размышлял Егор. - Так вот, значит, от чего они... А к свету все это какое отношение имеет? И к теме, вообще?

- Низкие и высокие энергии можно также назвать темными и светлыми. Первые большей частью воплощают процессы разрушения, вторые - созидания.

- То есть, некоторые люди как бы сами излучают свет? Но ведь это не физически? Мы же его не видим.

- Вы, нынешние, ко многому уже ослепли. А предки ваши зрячими были. Потому и писали ореолы над ликами светлых старцев. Жаль, что память об этом только в синодальных канонах осталась. Да и те, кто пишут образы, сами не видят, а лишь старательно по книжкам копируют, что переписаны не раз. От истины уже далековато, но хоть это есть.

- А этих, ...светлых старцев много было?

- Много. Жаль, что сегодня почти ни о ком не знают ничего.

- Но у нас же столько имен известно...

- Известно. Только не все при жизни свет излучали. Кого-то в интересах политики в святые записывали, а вслед легенды писали красивые. А что до покорных угодников... Униженный и покоренный светить неспособен. Ну а те, что в нищете и страдании жили - им и вовсе делиться нечем.

- Да... Занятно... Слушай, а эти, ...гады всякие... тоже этот свет видят?

- И видят и ощущают прекрасно. Ведь энергия для них - это вопрос жизни и смерти. Поэтому наше спокойствие - их голод. Свет любви - яд и отрава. Оттого и стараются твари всеми силами опустить вас до низких энергий и вытравить светлые чувства из вашего сознания.


27.6.2. ХОЛОДНЫЙ ОГОНЬ


Догорающий факел, оставленный в стене у двери, задымил, замерцал и, вспыхнув напоследок, погас. Глядя на медленно плывущие клубы дыма, Егор в раздумье поделился своими сомнениями:

- Вот ты говоришь: 'светлые чувства'... Только я что-то не особо замечал, чтобы добро и любовь так сильно людей от всякой дряни спасали!

- А может, вы 'добро' уже с чем-то перепутали, как и 'смирение' с 'покорностью'? Как оно там называется? ...Ах да, 'толерантность'! ...Да вы и любовью давно уже зовете что-то совсем другое...

- В смысле? А что ей еще называть можно?

- Мало ли всяких хотелок сверлит воспаленное сознание... Люди нынче всё больше иметь хотят от предмета своей страсти. А ведь Любовь - это воля богатой души, сильной, спокойной, самодостаточной, готовой щедро делиться радостью и счастьем. И иметь чего-то от кого-то ей совсем не нужно!

- Ну... ладно, допустим... Переварить надо...

- Конечно.


Егор походил по залу, рассеянно разглядывая коллекцию реликвий. Проходя мимо напольного подсвечника, он замедлил шаг, вглядываясь в мерцающие огни догорающих свеч:

- Как научиться светить?

- Чтобы светить, надо сначала наполнить себя Светом. Ведь нельзя поделиться тем, чего сам не имеешь. Ты не научишь другого тому, что не знаешь сам. И если в тебе не живет любовь, ты не сможешь никому ее подарить. Так что везде и во всем приходится начинать с себя. ...А чтобы Светом наполниться, ...для начала учись не растрачиваться на суету и пустоту, на страсти и эмоции, фетишизм и чревоугодие. Тогда ты сумеешь сберечь в себе Свет и Тепло. И если будешь всегда, несмотря ни на что, хранить огонь в своем сердце, темным станет очень скверно в зоне твоего присутствия. Выброшенные за пределы твоего пространства, они будут отчаянно биться о невидимую стену, визжа, обжигаясь и корчась от боли. И только страшная нужда сможет заставить их с великим риском для жизни пересечь запретную черту.


27.7. В ОДНОМ АКВАРИУМЕ


Егор стоял неподвижно, глядя на огонь свечи. Периокл осторожно подошел сзади и легонько похлопал его по плечу:

- Так что, вот в двух словах про Свет и Спокойствие. ...Наверное, пока не будем ставить точку, ...но, мне кажется, пора уже и свежим воздухом подышать.


Он взял ключ и, отперев тяжелую железную дверь, вышел под яркие лучи Солнца. Большой внутренний двор с двух сторон был обрамлен аркадой колонн, облицованных светло-серым мрамором. Между колонн стояли статуи воинов разных стран и эпох. Коллекция была очень внушительная и, наверное, достойная лучших музеев мира. Правда, все это богатство местами обросло плющом и диким виноградом. Смотрелось слегка заброшенно, но весьма солидно и впечатляюще.


Вдоль одной из свободных сторон был разбит небольшой сад. В тени фруктовых деревьев стояло несколько скамеек. В центре композицию украшал фонтан. Обратная сторона двора была оборудована под стрельбище. На каменной стене ровным рядом висели изрядно обстрелянные мишени. Между ними стояли деревянные болванки, сильно побитые лезвием клинков. По краям располагались стойки с оружием.


Периокл предложил свернуть в сад. И они присели отдохнуть рядом с фонтаном. Посреди круглого бассейна на высокой чаше из черного мрамора стояла бронзовая фигура быка в воинственной позе. Сам фонтан не работал, но бассейн был полон воды. В воде плавали стайки маленьких рыбок: серебристые с ярко-синими спинками и огненно-красные с пышным хвостовым оперением. Первые явно предпочитали более прохладную воду и старались все время находиться в тени. Благо, Солнце уже было невысоко, и его косые лучи освещали только половину бассейна. Красные же рыбки весело резвились в более теплой воде. Егор заметил, что они время от времени задирались на серебристых, гоняя их по углам. И он невольно возмутился:

- Вот заразы! Места им, что ли, мало? Вот подсыпать бы что-нибудь с их стороны, чтобы не наглели!


Периокл неодобрительно покачал головой:

- Они же в одном аквариуме: отравишь в одном углу, а яд разольется на весь водоем.

- Да, не повезло рыбкам! - посмеялся Егор. - Хорошо, что мы не в аквариуме...

- Уверен?

- ...То есть?

- Вы, конечно, не живете в воде. Но законы у всех одни и те же. И подбрасывая яд в чужой огород, завтра ты найдешь его в своем урожае. Всё в этом мире связано, мой друг. Одна Вселенная, одна материя, время и пространство. И мы все, нравится нам это или нет, являемся частью единого Мироздания. Поэтому, ударяя другого, мы сами того не сознавая, наносим раны и себе. Не в прямом смысле, конечно. Это могут быть раны души, раны судьбы. Тело, впрочем, тоже не застраховано. У вас это, кажется, кармой называется...


Периокл поглядел на фигуру быка, венчающую композицию фонтана:

- Да вот, хотя бы, пример... У соседа корова сдохла. Радости-то сколько! ... А вот если взять и выйти немного за рамки плоского сознания? Сегодня где-то не у нас и совсем не с нами что-то случится. на чем хорошо поживятся бесы. А завтра, окрепнув и набравшись сил, они в самый нежданный момент нанесут удар по тебе или тем, кто тебе дорог... Вот и думай, кто в конечном итоге умный, эгоист или альтруист?

- - ...Так что, как это ни парадоксально, иногда ради собственной защиты приходится идти на уступки даже тем, кто считает тебя заклятым врагом. А порой и руку подашь, выдергивая из очередного капкана. И раны забинтовать поможешь. Чтобы не дать бесам повода для очередной пирушки. А еще потому, что врагами нас друг другу назначают все те же бесплотные твари.

- - ...Ты, наверное, спросишь, всегда ли стоит так поступать? Нет, не всегда ... И как же понять, когда? Тут только сердце может дать подсказку. А для этого душой расти и крепнуть нужно.


27.8. ОСТОРОЖНО, ЗЛАЯ ПАЛКА!


Егор поднял с земли палку и начал в раздумье выводить ей на земле какие-то фигуры. Слишком многое упрямо не хотело укладываться в его сознании, крепко надрессированном цивилизацией. Конечно, нужно было время, чтобы хотя бы пока умерить бурный поток мыслей. Парень уже успел расковырять всю землю вокруг скамейки и машинально поискал глазами, куда бы еще приткнуть свою палку. Он только сейчас заметил, что бронзовые подлокотники у скамеек выполнены в виде волчьих голов с разинутой пастью.

- Чего оскалилась, псина? - нервно рявкнул Егор, ткнув своим штыком в волчьи зубы.


Как бы рассуждая вслух, Периокл тихо произнес:

- А вот интересно: когда собаку бьют палкой, она бросается на палку, а не на человека, как будто она и есть ее обидчик. ... Странно, правда?

- Ну так... что с них взять? Тупые создания... - ответил Егор, еще раз напоследок ткнув волка в морду.

- Да, грустно... Видимо, и с людей тоже нечего взять...

- Ты о чем? - подозрительно покосился парень.

- Да так... Тот, кто тебя разозлил или обидел, был всего лишь покорным инструментом в ловких невидимых руках. Хитрые бесы подстрекают вас выплескивать на него всю вашу злобу и ненависть, а сами всякий раз остаются в полной тени, полной безопасности и полной безнаказанности. Вы снова и снова кидаетесь с остервенением на палку, которая вас побила, а твари спокойненько себе пожинают... то есть, нет: пожирают... плоды своей победы. То есть вас обоих...


27.9. САНИТАРНЫЙ СПЕЦНАЗ


- А если тебя уже бьют этой палкой? - глянул исподлобья Егор. - А до обидчика тебе не дотянуться. Что теперь, без драки сдаваться?

- Если тебя уже бьют, и оборона на всех мирных рубежах безнадежно провалена, ты, конечно, обязан одержать в этом бою победу с честью и достоинством. Если драки уже не избежать, или беда неотвратимая на подходе.

- Так значит, мы, все-таки, должны уметь драться?

- Конечно, должны. И лучше всех должны уметь драться. Быть всегда и во всем самыми сильными, самыми ловкими, самыми быстрыми, искусными и сообразительными воинами. Везде и всегда неумолимо и бескомпромиссно пресекать любую агрессию, подлость и ложь. Чтобы никто и думать не посмел поднять руку на нас и на всё, что нам дорого.

- - Но всякий раз надо помнить, что не те враги, кто поднимает на нас меч: это всего лишь захваченные в плен души, через страх или обман принужденные к насилию. А настоящие враги незримо прячутся за их спинами, подталкивая сзади с ехидной и свирепой ухмылкой. Помня об этом, ты добьешься победы самой малой кровью. И всякий раз задавай себе вопрос: 'Могу ли я одолеть настоящего врага, не причинив большого вреда его заложнику?' Неважно, один ли человек перед тобой, команда, народ или целая страна.


Периокл поглядел подозрительно на руку Егора:

- Вот смотри: тебе в палец попала заноза...

- Где? - отдернув руку от скамейки, оглядел пальцы парень.

- Расслабься: это я просто для примера привел. ...Что с ней можно сделать? Ну, например, быстро, и особо и не церемонясь, выдрать ее с мясом. Или взять сразу весь палец оттяпать, чтобы долго не возиться. Ведь он же боль доставляет! ...А можно осторожно и аккуратно извлечь занозу, избавив от лишних страданий пациента. А пациент твой, глядишь, и тебе когда-нибудь службу сослужит.

- - Справедливое возмездие - непростая задача. Наказание меньше меры чревато соблазном снова вернуться на скользкую дорогу зла. Но наказание поверх меры само по себе злом становится. И насколько ты ошибешься со своим приговором, настолько ты умножишь зла в этом мире. И сам станешь этим злом.

- - Чтобы битва с тьмой не стала новым источником тьмы, ты должен учиться искоренять зло спокойно, беспристрастно, тонко и аккуратно, без гнева, ненависти и осуждения. Как врач, удаляющий опухоль, как спасатель, ликвидирующий пожар. И всякий раз помнить, что мы призваны в бой не против тьмы, а во имя Света. Хотя бы потому, что другого пути к победе над мраком просто нет и быть не может.

- - Нельзя огнем тушить пожар. Нельзя враждой и злобой восстановить правду и справедливость. В таком состоянии сознание ослеплено собственной кровью. И в этом тумане ты не сумеешь увидеть ту самую тонкую черту, за которую нельзя заступать. А значит, вероятность того, что ты нанесешь вред и учинишь несправедливость, более, чем реальна. Зло всегда порождает зло, жестокость порождает жестокость. Вы сражаетесь против войны, а войн только всё больше. И выходит в конечном итоге, что вы сами отчаянно воюете на стороне тьмы. Так чего же добиваются ваши 'борцы против всего плохого'? Или им кажется, что в этом мире слишком мало горя и страданий?


27.10. ОГОНЬ И ВОДА


Над бассейном медленно проплыла какая-то тень, покрывшая почти половину водоема. Егор поднял глаза. Прямо над ними кружила большая черная птица.

- Чем это мы ее так привлекли? - удивился парень.

- Сомневаюсь, что именно мы ей интересны, - поглядев на птицу, ответил Периокл. - Она к нашим рыбкам присматривается. Эти бедняги никак между собой воду не разделят, а для птицы все они вместе - одна большая тарелка с едой. Когда каждый только сам за себя и друг против друга, так легко сожрать всех по одиночке!

- Похоже, у нас проблемы мало чем отличаются... - усмехнулся Егор.

- А вот тут я бы с тобой немного поспорил, - возразил Периокл. - У нас, все-таки, есть воля и есть сознание. И жертвами люди стали не по слабости: бесам с нами не тягаться силой. Вас покорили обманом, и только на этом держится вся их власть. А значит, наша с тобой задача - распутать хитрый клубок лжи.

- Мы уже целых полдня с тобой этим занимаемся, - ответил Егор, сосредоточенно глядя на водные блики. - Надеюсь, хотя бы половину клубка распутали?

- А это уже только от тебя зависит. Если, слушая, ты услышал и, узнав, осознал.


Птица сделала еще несколько кругов над бассейном и, крикнув что-то на своем птичьем языке, устремилась прочь. Видимо, ее смутило присутствие людей, и она решила повторить свой визит позже. Егор в раздумье проводил взглядом пернатого хищника и снова повернулся к другу:

- И где же, все-таки, эта грань между войной и миром? Как ее увидеть и не ошибиться?

- Для начала вспомнить главный принцип Великого воина.

- И... что это за принцип?

- Холодный разум и горячее сердце. Познав его, ты сам найдешь ответ на все вопросы. Но пока у вас, к сожалению, всё с точностью наоборот и вверх ногами. Поэтому и живете по уши в проблемах, обвиняя во всем друг друга.


27.11. ДЕМОНЫ ВОЙНЫ


Периокл прошелся молча вдоль каменной стены, ограждающей закрытый двор. Деревья, переплетенные своими густыми кронами, прикрывали большую ее часть. И поэтому не сразу попались на глаза охотничьи трофеи, развешенные на деревянных щитах. Это были черепа разных животных, сильно выбеленные временем и ветром.

- Как ты думаешь, - окликнул он Егора, - для чего всё это здесь?

- Ну... мода такая... Считается, что это круто.

- Но мода ведь никогда не приходит сама по себе. Она всегда обслуживает чей-то интерес. ...Вот смотри: на фонтане - бык в боевой стойке, на лавках - оскаленные морды волков, на стенах - черепа. Какие чувства всё это должно вызывать?

- Наверное, у кого-то агрессию, а у кого-то страх...

- Вот ты и назвал двух самых главных демонов войны!

- То есть?

- На страх и агрессию, словно мухи на варенье, с неистовой силой слетаются целые толпы нечисти. А что за этим следует - сам догадайся... Вот и думай, кому так нужна эта 'мода' на символы войны, мрака и смерти. Футболки, например, с черепами. Чернуха в кино. Игры про зомби, или, ...как их там, ...стрелялки и слэшеры. И кому же в итоге служат те, кто по недоумию своему западает на всю эту моду, усердно множа энергии мрака?


У Егора была страсть к некоторым играм, и поэтому он предпочел отвести глаза, делая вид, что старательно вырисовывает на земле какие-то линии. Но, не желая надолго затягивать неловкую паузу, он решил уточнить:

- Так значит, если нет агрессии и страха, ты, как бы... им не интересен?

- Я бы сказал, это еще один рецепт, как стать невидимкой. Даже от людей с недобрыми намерениями.

- Ага... Ну, ...ладно, я понимаю насчет страха. Но без агрессии мы же лишаем себя защиты...

- Во-первых, у агрессии и страха - одна и та же природа. Не зря слова 'бой' и 'бояться' имеют один корень. Агрессия всегда порождается внутренними страхами, осознанными или подсознательными. И чем сильнее глубинные страхи и комплекс собственной неполноценности, тем яростнее злость и агрессия. А тем, кто самодостаточен, знает себе цену и умеет любить жизнь - все эти слабости просто непонятны и незнакомы. ... Кстати, можешь считать это дополнением к притче о Великом воине.

- - Ну и к слову еще кое-что в твою копилку. Есть одна древняя мудрость, которую нынче приписывают бойцу и актеру Брюсу Ли: 'Будь мягок, но не покорен. Будь тверд, но не жесто́к'. Может быть, в этом ты найдешь какие-нибудь ответы.


27.12. ТРАФАРЕТ В ОДИН ЦВЕТ


Периокл пристально поглядел в дальний конец двора, где на стене висели белые круги мишеней с черной радиальной разметкой:

- Наверное, ваша проблема в том, что во всем вы видите только одни крайности. Только белое и черное, и никаких полутонов - досадное следствие деградации чувств. Ты или тупой качок, лихо играющий мускулами, или беспомощный, дистрофичный романтик. Всего два варианта - злобная воинственность и меланхольный пацифизм. Каждый из вариантов по своему глуп и опасен. Как всепрощение и жажда мести - две коварные ловушки от лукавого. И в том, и в другом случае ты активно помогаешь плодить зло и наполнять его силой. В первом ты покорно открываешь перед ним все двери, вдохновляя на новые злодеяния. Во втором сам становишься злом.

- - Кстати, типовой пример вашей мести... Обидел тебя какой-нибудь придурок из деревни Гороховой. И вот уже по всей округе звучат призывные вопли: 'Бей гороховцев, бей без разбора!' ...Или, допустим, нахамил премьер-министр Патисонии в адрес моей страны: и мы тут же радостно лепим клеймо, все патисоны - гады и уроды! Разве не так у вас проблемы решать принято? А ведь наказать или осудить невиновного - это самый приятный и сладкий подарок бесам! Равно как и помиловать или оправдать негодяя.


27.13. МЯСО С САМОДОСТАВКОЙ


Хмуро глядя на исполосованную землю под своими ногами, Егор мучительно потер кулаком лоб:

- Вот ты говоришь: 'Холодный разум и горячее сердце'... А разве одно не исключает другое? Или я не понимаю чего-то?

- ...Вот ты - боец спецназа, - чуть подумав, начал Периокл. - Перед тобой автобус с детьми, захваченный террористами. Подкрепления нет, запас патронов ограничен, счет времени - на минуты. Твоя ошибка будет стоить десятков жизней, возможно, включая твою. Скажи, в такой ситуации ты будешь бросаться с воплями на штурм автобуса?

- Уж нет, конечно! Это же полный провал и чистое самоубийство!

- А ведь душа за детей болит! И ненависть кипит на злодеев. Так ведь?

- Конечно!

- А тебе ради спасения других приходится остужать свой разум, чтобы максимально спокойно и хладнокровно принять единственно правильное решение...

- Спасибо... - тихо сказал Егор. - Теперь я всё понял.

- Я очень надеюсь на это, - искренне признался Периокл. - Ведь в ваших сегодняшних реалиях понимание этого уже становится вопросом жизни и смерти. Для каждого из вас, для целой страны и для всей планеты.

- - Каких бы масштабов ни была проблема, у нас нет лишних сил, лишних средств и лишних жизней. И поэтому, кем бы мы ни были, побеждать мы обязаны всегда самой малой ценой. А это значит, что надо очень тонко и точно сознавать, когда идти в атаку, когда отступать, а когда залечь в ожидании нужного часа. Потому что любые наши ошибки, потери и растраты тут же становятся чьей-то добычей.

- - Так для чего же вас, патриотов и борцов за справедливость, так называемые 'идейные лидеры' регулярно бросают в бой, на баррикады? Во-первых, много жертв - много еды. А кто-то, как ты знаешь, вечно голоден. Во-вторых, чем больше "правильных" и "непримиримых" будет задавлено или убито, тем спокойнее паразитам у власти.

- - Поэтому любые разумные и эффективные тактики борьбы - то есть, где и когда стоит отступить, затаиться, совершить обманчивый ход, или другой маневр - верные лакеи бесов всеми возможными средствами стараются высмеять или устыдить, клеймя тебя трусом или обвиняя в сговоре с врагом. Чтобы и впредь гарантированно гнать на баррикады пушечное мясо...

- - Ну а в качестве верной приманки, конечно, им нужен герой. Точнее, сакральная жертва. Кто-то должен быть убит, бессмысленно, тупо, бездарно, но обязательно 'ярко' и 'картинно'. Или на худой конец шуту торжественно напялят венец 'узника кровавого режима'. Горе - героя тут же возвысят до лика святых мучеников и кумиров толпы, чтобы на их примере вырастить новое стадо для жертвенного котла. Мясорубка не должна простаивать...


27.14. СГОРЕТЬ ИЛИ СОГРЕТЬ


Егор долго сидел, глядя неподвижно куда-то вдаль. Небо закрыло большое облако, погрузив в тень каменный квадрат двора. Подул прохладный ветер, шевеля ветви деревьев. По зеркальной глади бассейна пробежала мелкая рябь, и рыбки дружно затихли на дне водоема. А Егор все сидел так же неподвижно, словно он находился где-то далеко за пределами времени.


Периокл тихо подсел на скамейку напротив, и, чуть помедлив, осторожно спросил:

- Ну что, пойдем?

- ...Погоди... - не сразу ответил Егор. - ...Еще там ты сказал: 'победить без войны'... Как это сделать?

- Для начала ответить на два вопроса: 1. В чем проблема того, кто назвал тебя врагом? 2. Что не так в тебе, раз ты нажил врагов? Честный ответ на эти вопросы уже может стать рецептом победы. Как минимум, ты устранишь повод для агрессии. Возможно, ты обратишь врага в союзника. А можешь даже стать из предмета ненависти кумиром и примером для подражания.

- Малореально... - хмыкнул Егор.

- Трудно, значит? А вечно воевать - это легче? Убивать, умирать, бояться, ненавидеть, мстить и ожидать мести - это лучшее решение проблемы? Пусть ты был крут и победил врага. Он разорен, слаб и беспомощен. Но пройдет время, он снова наберется сил, и в самый неподходящий момент нанесет тебе удар в спину. Или, допустим, ты даже убил ненавистника. Но всегда найдется тот, кто решит отомстить за убитого. А это значит, что всякая твоя победа - не более, чем временная передышка перед новой войной. И так вы все глубже и глубже увязаете в этой войне. ...Ты говорил, что спокойствие - это болото? Вот вы-то, как раз, и застряли в болоте по самые уши! ...Да, конечно, дать обидчику в морду гораздо проще и быстрей. Недаром, все идиоты так поступают. Но ведь даже поверженный, он останется твоим врагом. Более того, после поражения он станет врагом вдвойне. А значит, огонь войны разгорится еще жарче.

- - А если ты сумел склонить врага на свою сторону... Не за выгоду и не за страх, а смог убедить его встать на путь правды, чести и добра, став для него примером. Вот тогда ты одержал абсолютную и окончательную победу. Нет, не над ним: он был всего лишь жертвой прожорливых тварей. И ты освободил его. А это очень многого стоит!


Егор нервно прочертил палкой глубокую борозду и вскинул упрямую голову:

- Так значит, мне будут гадить, а я должен вежливо улыбаться в ответ?

- Я не предлагаю улыбаться. Но сам подумай: вот ты сбросил на неприятеля весь свой гнев. Ты настроил его против себя и стал его врагом. А значит, он теперь ни за что не станет внимать твоим словам, и, скорее всего, будет вредить еще больше. То есть, твоими усилиями проблема, против которой ты воюешь, еще больше усугубится. Умно? По-моему, глупее не придумаешь. А ты попробуй подойти так, чтобы не вызвать его отторжения и даже пробудить его собственное желание выслушать тебя. Вот тогда у тебя действительно появится шанс одержать настоящую победу.

- Не так-то просто вражду остановить, - снова постарался возразить Егор.

- Конечно, учитывая то, что вражду разжигают дураки и негодяи. Но на каждого из них есть свой доктор и учитель, лечащий разум.

- И где же он?

- В тебе. ...Разбудить его только нужно. А для этого лучик света надо в окошко направить. И вдохнуть в его дом свежего ветра с ароматом целебных трав и звуками утреннего леса.


Парень обвел взглядом сад. Ветви деревьев покачивались плавно и неторопливо, чуть слышно шелестя листвой. Казалось, они что-то ему шепчут и дружно кивают в ответ.

- Ну... допустим, он проснется, - неуверенно сказал он, - ...и что, ему всё по силам? Даже самые великие негодяи?

- Если негодяй велик, значит и тебе придется великого учителя будить. Иначе-то никак!


Егор с силой воткнул в землю палку и отвел в сторону взгляд.

- Да, это непросто, - ответил Периокл на тяжелый вздох своего друга,- И даже очень непросто. Ведь это битва не только за смертное тело. Это за вечную душу битва. А ради этого, я думаю, стоит иногда постараться.

- ... Получится ли? - неуверенно хмыкнул Егор,.

- Куда же мы денемся? - подмигнул ему Периокл. - Мы же с тобой богатыри!


27.15. БОГАТЫРЬ-ТО НЕ НАСТОЯЩИЙ!


Покидая каменный двор, друзья шли мимо галереи скульптур, поросших мхом и плющом. Миновав римского воина, викинга и самурая, Периокл остановился перед статуей, изображавшей русского богатыря. Он покачал головой и с легким оттенком грусти произнес:

- Я гляжу, у вас богатырей былинных всё больше какими-то качками - переростками изображают, которые только и умеют булавой махать да крушить всё, что ни по́падя. То ли, правда, о прошлом ничего не знают, то ли осознанно извращают. Или, может быть, кто-то с ними сильно путают... А ведь богатыри потому и назывались так, что богаты были и телом, и душой, и разумом. В полной гармонии и равновесии. И именно в этом равновесии была наша великая нерушимая сила.

- - Нынче принято у вас только мясо накачивать. А во всем остальном - полная дистрофия. Этакий вот карлик с огромными кулаками. Как и ваши интеллектуалы - те же карлики, только с непомерно раздутой головой.


Периокл прошел не спеша несколько шагов, рассматривая ровные ряды скульптур:

- Завидная коллекция образов! Яркие, мощные, ... грозные... Жаль, правда, что от истины далеки. А некоторые - так и вовсе придуманы. ...Знаешь что, давай-ка не будем задерживаться: у нас впереди еще много чего интересного.


Он поискал взглядом дверь, едва различимую в зарослях плюща и направился к выходу. Потом, замедлив шаг, обернулся к Егору:

- Кстати, твоей любимой теме мы посвятили больше всего времени. Надеюсь, ты это оценишь, - Периокл улыбнулся и приоткрыл тяжелую железную дверь.


(Продолжение следует)


Павел Ломовцев (Волхов), 2020

https://volhov-p.livejournal.com

Печатную версию книги Вы можете приобрести на Wildberries и Ozon (найдёте через поиск) и на сайте издательства:

https://ridero.ru/books/bessoznanie/#moreDetails