Лошаков Александр: другие произведения.

Инопланетный след

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Продавай произведения на
Peклaмa
Оценка: 7.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:

          Уважаемые читатели!

          Перед вами текст небольшой книги.

          Эта книга - посвящение.

          Наша жизнь сложна, и поступки, которые мы совершаем, часто бывают не логичными, эмоциональными, мы потом жалеем о совершённом, но вот вернуться и поправить что-то довольно сложно.
          Другое дело в своих мечтах и фантазиях, - там мы вольны менять судьбы героев, и даже целых миров.
          Герои этой книги конечно вымышленные (да и может ли быть иначе, ведь книга написана в жанре фантастики), но всё же у них есть прототипы.
          Это мои друзья, с которыми мы учились в военном училище. Дружба, скрепленная пережитыми испытаниями, бескомпромиссная и честная, она воспитывает получше мамы с папой.
          К своим пятидесяти годам я понимаю, что там и тогда, в той самой армейской молодости, мы были лучше и искренней, чем когда-либо потом.
          Эта книга посвящается дружбе, верности присяге, и клятвам молодости. Очень жаль, что из моих друзей не все смогут её прочесть. Тем важнее, что Макс тут, живой и перспективный "жук".
          Надеюсь, там, с небес, ты смотришь на нас, дружище, и прощаешь нам вольности, которые мы позволяем, эксплуатируя твой светлый образ.
          Прочтите эту книгу до конца, вас ждёт много неожиданных поворотов сюжета, надеюсь, вы не пожалеете...
          И кто знает, может это всё было и на самом деле, а вы и не заметили? )))
                                                                                                                    Александр Лошаков



ИНОПЛАНЕТНЫЙ СЛЕД

  
   Вызов в МИД был для меня чем-то сродни вызову какого-нибудь древнего грека на Олимп, на "ковёр" к Зевсу, - не знаешь, чем дело кончится, то ли в Пантеон примет, то ли молнией шарахнет, и последнее, безусловно, вероятней.
   Я служил в нашем посольстве в Индонезии, в аппарате посла, и занимал относительно скромную должность. С таких должностей в Москву, к Министру на беседу вызывают в двух случаях: "суперкосяк" (я даже не могу представить какой!), или невероятный взлет в карьере. Оба варианта фантастичны, и отвергались с порога сознания даже без предварительного стука в дверь. Что же тогда?
   В отделе кадров посольства мне выдали билет на прямой рейс, в салон экономкласса, и оформили командировку с открытым сроком - то есть я летел в один конец. Посол перед отлетом со мной не беседовал.
   "Если бы повышали - летел бы бизнес классом", - это ворчал мой внутренний пессимист. "Если лечу в тюрьму, то уже бренчал бы кандалами", - вступал в диалог мой внутренний оптимист.
   Перелет из Джакарты в Москву долгий, время подумать было. И я решил, что буду размышлять логически, и критично оценивая свою карьеру, жизнь, личные и служебные отношения, события последних дней, а может быть и лет. Мысленно разделил белый лист своего сознания на две части. Если в ходе размышлений найду положительные моменты - занесу в левую часть листа, если "косяк" - в правую.
   Начал с биографии. Я родился в семье военнослужащего. Мой отец был офицером Советской армии, и мы мотались по гарнизонам и служебным квартирам всё мое детство и часть юности. Факт воспитания в семье офицера всегда производил положительный эффект, особенно при проверках в "известных" ведомствах. Значит, жирный плюс в левую часть.
   Был, правда, и другой факт. Мама моя по национальности - латышка, и вся родня по её линии жила в Латвии. Пока существовал СССР - всё было нормально, но после его распада часть родственников оказалась сначала в Европе, потом в НАТО, а старший брат - так, вообще, свалил в Лондон на ПМЖ, да еще и фамилию поменял. Это, несомненно, плохо для дипломата. Не жирный, но минус - в правую часть.
   Может ли быть связан вызов в МИД с моими родственниками? Маловероятно. Хотя, если мой брат засветился как агент МИ-5, тогда, конечно, дело серьезное. Но в этом случае последствия для меня были бы куда мягче. Тихо убрали бы допуски к секретам Родины, на крайняк - передвинули на другую работу, впрочем, я и так занимался "ерундой".
   В последнее время работал с РЖД. Контора государственная, но проект чисто коммерческий. Шли переговоры о строительстве железных дорог в Индонезии, и я курировал их от посольства - и всё. Так что даже если мой брат "Джеймс Бонд" в девичестве, или "Мата Хари" в замужестве (там у них с полами неразбериха), - мне всё равно от этого не жарко и не холодно. Это явно не повод для срочного вызова в МИД. Разве что поручат грохнуть братишку? Скажем, как предателя Родины и агента вражеской разведки. Хотя даже для шутки такое предложение грубовато, и делать его будет не министр, и не в МИДе, да и не мне Ладно, бред это всё. С братом или маминой родней вызов точно не связан. Тогда что? Минус остается, но маленький.
   Детство. Может ли быть привет оттуда? В детстве я говорил по-латышски и по-русски почти одинаково. Это конечно плюс. В семье говорили по-русски, а летом, у бабушки в деревне, по-латышски. Это двуязычие помогло в дальнейшем быстро осваивать другие языки.
   Я мечтал о море, о путешествиях, одним словом - романтик. Подрос, выбрал профессию моряка. Учился на радиста в мореходке. За одиннадцать месяцев до диплома меня призвали в армию. Это тоже плюс, неплохое начало трудовой деятельности.
   Служил срочную в ракетной бригаде, в качестве связиста на станции с "секретной связью". Оборудование ЗАС требовало допуска. И он у меня был, и это тоже плюс. Я много раз проходил проверку, в том числе и на лояльность. Именно тогда и попал в поле зрения особистов, и меня зачислили в так называемый "кадровый резерв", а это, в целом, странный бонус, пока не знаю куда его записать - в минус или плюс?
   Моя судьба круто поменялась после посещения отцом части, где я служил. Меня вызвал замполит и предложил поступить в военное училище. После некоторых сомнений я согласился. В результате учиться пришлось на Урале, в Свердловске. Родное СВВПТАУ закончил в 1991 году, как раз накануне развала СССР. Ничем примечательным, с точки зрения плюсов и минусов, годы учебы не отличились. Только перед выпуском я снова был у особиста, и то, потому что ехал за границу, в Польшу.
   С развалом Союза начался вывод войск из восточной Европы, тут-то и начались события, которые в итоге изменили мою судьбу кардинально. Летом 1992 года меня неожиданно вызвал к себе начальник политотдела дивизии (целый генерал-майор!). Правда тогда его должность называлась иначе. Однако вызов тот был сродни этому, по которому сейчас лечу в Москву. Простых лейтенантов такие начальники вызывают либо за "суперкосяк", либо для сумасшедшего карьерного взлета.
   В кабинет с ковровой дорожкой входил на ватных ногах. Если бы мог обосраться от ужаса, то точно обосрался бы, но к счастью, дело было перед обедом, а завтрак я уже переварил (кстати, надо учесть этот опыт перед визитом к Министру). В кабинете, помимо генерала, сидел еще один человек, - абсолютно лысый полковник, с вытянутым лицом и очень колючим взглядом. Я доложил, что явился, мне предложили сесть. Сел напротив полковника. Генерал молчал.
   Полковник пожевал что-то, судорожно двигая губами, и изрек примерно такую речь. Мол, Родина в опасности кругом враги, и я. как коммунист (партию к тому времени уже отменили), обязан с пламенным взглядом принять все муки адовы, но долг свой выполнить до конца. Я тихо хлопал глазами, и почему-то молчал. Наконец полковник перешёл к конкретике.
   - Дело ваше мы изучили. Вы нам подходите. Вам надлежит перейти на работу в органы, причем во внешнюю разведку, и для работы на сопредельной супостатской территории. То есть в другой стране.
   "Жопа", - хотел сказать я, но удержался.
   Короче меня вербовали. Сказали, что мой латышский очень кстати. Что я должен вернуться на Родину мамы, устроить там свою жизнь, и забраться как можно выше по служебной лестнице.
   Я робко возразил:
   - Жена у меня в Свердловске, сыну два года.
   - Разведешься, - сказал полковник, - а сын... ну что сын, - вырастет!
   Помню, в голове воцарился белый шум, как в телевизоре, когда каналов нет. Я перестал понимать, что происходит, но меня спрашивать никто и не собирался. Моя судьба уже была решена. Прямо из кабинета генерала я отправился на гарнизонную гауптвахту. По мысли полковника из армии меня должны уволить по дискредитации звания. То есть принялись лепить из меня негодяя. Это огромный минус в биографии, причем вонючий и с последствиями.
   Я был очень молод и очень глуп, но даже тогда понимал, что все то, что происходит вокруг меня - ужасная мистификация. Что рвать здоровый зуб, чтобы создать видимость тяжелой болезни челюсти, - против правил, но меня именно выкорчевывали из нормальной жизни. Развод с женой не казался тогда трагедией, большой любви у нас не получилось, и я даже был рад, что меня "вынуждено разводят", а вот с сыном - это как-то уж слишком. И все-таки скажу честно - я тогда смалодушничал. Надо было послать их к черту и уволиться самому. Жил бы с чистой совестью, а тут пришлось играть по их правилам. Да, но эта история к вызову в МИД отношение не имеет, хотя бы потому, что она известна моим работодателям.
   В общем, что сделано - то сделано. Главное не повторить этих ошибок сейчас. Вполне может быть, что какой-то эпизод моей жизни опять привлек внимание "товарищей", и меня попытаются вырвать из контекста устоявшейся жизни, бросив на баррикады или в прорыв. Что ж, очень может быть. Однако вербануть меня повторно - нужны серьезные доводы. Я так долго приходил к пониманию, что семья и дети - это и есть самое ценное в жизни, и вот теперь, когда у меня, наконец-то, - после долгих лет потерь и мытарств, - появились эти ценности, я так просто с ними не расстанусь.
   Ладно, эмоции в сторону. Причины вызова в МИД? Мне нужна рабочая версия. Вербовка? Пороюсь поглубже в этой версии.

* * *

   Моя история с разведкой и агентурной работой закончилась печально, да и могло ли быть иначе? В стране тогда была страшная турбулентность, и решения принимались порой очень спонтанные, противоречивые, и всё это отразилось на мне в полной мере. После позорного процесса увольнения из армии (кстати, как я понял потом, он так и не был завершен) и не менее постыдного развода с женой, я оказался в Москве, слушателем языковых курсов. Чему там учили? В основном, методам агентурной работы, но всё - неглубоко, поверхностно. Помню занятие по теме "Слежка". Методы ухода от оперативного наблюдения и еще там что-то. Препод сразу предупредил: "всё, что я вам сейчас расскажу, полная чушь, в жизни так не бывает, в жизни, если за тобой начинают следить - тебе конец".
   Единственное, что на курсах было полезного - это язык. Латышский и английский нам давали по современным методикам, потом мне это здорово пригодилось.
   Проучился я на этих курсах месяца два. Жили мы в закрытом военном городке, на территории училища пограничных войск. Выходили только группами. Документов у меня (как, впрочем, и у других) не было никаких. Единственное, что мне удалось сделать за время, пока я увольнялся - это оформить загранпаспорт с серпом и молотом. Да, те еще были времена: СССР уже умер, а паспорта его всё еще служили гражданам, причем не только России.
   До окончания учебы было далеко, но вдруг всё изменилась. В один прекрасный день нас собрали в небольшой аудитории, причем всех, и "прибалтов", и "молдаван", и "грузин". До этого общих собраний не было ни разу: "чем меньше тебя знают, тем больше шансов выжить", а тут собрали. Пришел начальник курсов, некий майор со звучной фамилией Столбец (он ходил в пограничной форме, поэтому гармонировал с фамилией), и с ним лысый товарищ, формата того полковника, который меня вербовал в Польше, только в гражданке, но с теми же злыми глазами. Я тогда сразу подумал, что всех кэгэбешников рожают не женщины, а делают машины-автоматы - в целях унификации, с учетом специфики задач.
   Майор сказал:
   - Курсы расформировываются в связи с новыми задачами.
   В аудитории повисла гнетущая тишина. Никто ничего не сказал, но в голове каждого, я уверен, прозвучало слово - ЧЕЧНЯ. Лысый подтвердил эту догадку.

* * *

   Опускаю подробности, но всех нас отправили на Кавказ, причём воевать на стороне боевиков. В конце апреля я вылетел в Чечню, на должность инструктора по борьбе с бронированными целями. Чеченец - "покупатель", который встретил нас на аэродроме "Северный", отвечал за наше внедрение в отряды боевиков. Мы все должны были подписать контракты с полевыми командирами. Чего мы там будем делать для Родины - я так и не понял. Ни связи, ни конкретных заданий у нас не было. На все вопросы отвечали: "потом, на месте". И вот тогда, на этом самом "месте", когда я вошёл в палатку для подписания контракта - меня как будто подменили.
   Я "восстал". Я послал на хер сразу всех. И чеченцев и наших, сволочей, которые явно нас продавали. Могли ли меня пристрелить прямо там? Да, могли, но повезло, вышел живым. Вышел и побрёл к зданию аэропорта (если его так можно было назвать). За мной никто не дёрнулся. Никто не хватал за руки, даже не окрикнул.
   Я был один, в какой-то несуразной форме без знаков различия, шел сам по себе и не очень понимая куда. И вдруг увидел самолет, на котором мы сюда прилетели.
   Небольшой гражданский Як мирно стоял на взлётной полосе с открытой дверью и пристыкованным трапом. Я решил, что сяду в этот самолет и полечу - да! - куда угодно, лишь бы свалить отсюда.
   Поднялся по трапу, прошёл вдоль рядов остановился у места на котором летел сюда, забился в кресло у иллюминатора, затаился, вцепившись в подлокотники, скукожился. В голове билась единственная мысль: "Не выйду. Хер вам! Не выйду!!!".
   В салоне было тихо. Никто не входил, не выходил, так прошло примерно два часа. Потом в салоне начали появляться люди, кто-то был в форме, кто-то в таких же "рабочих" комбинезонах как у меня. Двое в гражданке.
   "Не выйду! Пусть выносят, пусть хоть убьют - не выйду!".
   Но на меня особо никто не обращал внимания, - так, взгляды мельком, в поисках свободного места. Наконец салон заполнился почти полностью. Появилась бортпроводница, посчитала пассажиров и, наморщив носик, прошла в кабину пилотов. Минут через пять-семь вышла и демонстративно уселась на кресло в первом ряду, давая понять всем в салоне, что никому тут кофе или пиво не принесут. Как же я удивился, когда следом за стюардессой вышел пилот и закрыл дверь и зафиксировал замки. Через десять минут мы уже взлетали.
   Я не верил своему счастью. Мы летели ДОМОЙ, и неважно куда - в Москву или на Колыму. Домой - это главное! Прилетели, в Москву, то есть туда, откуда вылетали. На выходе из самолета, прямо у трапа, проходила проверка документов у прилетевших. Тогда это была обычная процедура для рейсов из Чечни. Меня опрашивал сержант милиции. Он равнодушно выслушал мой рассказ и, как показалось, вполне себе буднично вызвал офицера из комендатуры. Офицер посадил меня в УАЗик и мы поехали.
   Куда - не могу сказать. Важно другое. Я оказался в обычном коридоре обычного административного учреждения Министерства обороны. Красные таблички с номерами на дверях и дурацкими сокращениями типа СПНШ. На кабинете, куда меня доставили, был только номер. В коридоре проторчал недолго. Дверь открылась, и меня пригласили пройти внутрь небольшой комнаты. За столом сидел подполковник в общевойсковой форме. Седой, небольшого роста, и с очень, как мне показалось, усталыми глазами.
   Коротко бросил:
   - Садитесь, - указав на стул перед письменным столом.
   Минуты три заполнял какой-то бланк, а потом, не глядя на меня, выдал фразу, которая до сих пор звучит в голове как набат, как гром, как фанфары, одним словом - ключевую фразу, давшую старт моей новой жизни.
   - Вы отказались подписать контракт, - сказал он, - что ж это ваше ПРАВО. Вот вам справка для постановки на учет в военкомате по месту жительства. Встанете на учет как офицер запаса, оформите документы: паспорт, страховой и медицинский полис, - одним словом, вы теперь гражданский человек. В вашем личном деле записей касающихся командировок (многозначительная пауза) и обучения на курсах не будет. Этот период будет отражен как нахождение за штатом в части, из которой вы были уволены, там же получите денежное довольствие, начисленное по текущий период. Ваша часть сейчас находиться в Твери на расформировании, так что поторопитесь вот вам соответствующие документы. Вопросы есть?
   Вопросов не было. Этот подполковник открыл для меня новый мир, и новую, недоступную ранее, реальность. В голове гремели барабаны: "У меня было ПРАВО! У меня было П-Р-АВО! П-Р-Р-Р-АВО! П-Р-Р-Р-АВО!".
   Я с самого начала - в Польше - мог заявить свое ПРАВО! И тогда не было бы этого кошмара увольнения, не было бы этих моральных страданий по поводу потери связи с сыном, не было бы унижения в Чечне и еще много чего бы - не было.
   Выйдя на улицу, побрел, не сознавая ничего вокруг. Очнулся на остановке общественного транспорта. Там стояли люди, ждали своих автобусов или троллейбусов. Я словно проснулся от долгого летаргического сна. И задал вопрос, который заставил улыбнуться окружающих.
   - Товарищи, как добраться до Твери?

* * *

   Этот переход в гражданскую жизнь - сложный период моей жизни, может ли он стать поводом для вызова в МИД? И к чему его отнести, к плюсам или минусам? Минус, точно, но это не причина моего срочного вылета в Москву. Многочисленные отделы кадров с кучей запросов в соответствующие инстанции я прошел, это было, когда меня брали на дипломатическую работу. И, как я понимаю, этот огромный минус моей биографии, в конечном счете, перевесили многочисленные плюсики, которые я набирал, живя гражданской жизнью. Так что вызов в Москву не связан с вербовкой.
   Моя жизнь после увольнения была довольно успешной, но очевидно не интересной с точки зрения предстоящего разговора с Министром (если только в вызове к нему не замешано какое-нибудь давнее знакомство, способное сыграть роль кнопки социального лифта). А что? Это как раз и может быть. Надо внимательно, не пропуская никого, вспомнить всех значительных и значимых людей, с кем я пересекался.
   В первой фазе гражданской жизни таковых не просматривается. Я вернулся в Свердловск, тогда уже Екатеринбург, в надежде наладить отношения с семьей, но ничего не вышло. Моя бывшая жена была, вообще говоря, не против, но я понял, что уже не смогу с ней жить. Сын рос без меня, я для него стал воскресным папой. Эту рану мне, наверное, никогда не залечить.
   В поисках работы устроился в школу - учителем. По диплому военного училища я имел право заниматься педагогической деятельностью. Учил детей английскому и истории. Постепенно жизнь налаживалась. Поступил в Педагогический Университет для получения второго высшего образования. Принялся за кандидатскую диссертацию. Именно в тот период и встретил первого, по-настоящему влиятельного и авторитетного, человека. Профессор филологии Беляев. Он обратил внимание на мои лингвистические способности, и помог в дальнейшем изучении иностранных языков. Однако профессор давно умер. Так что, как "лифт" его рассматривать нельзя. А вот аспиранты, которые учились у него, и, безусловно, помнили меня по групповым занятиям и просто по неформальному общению, наверное, могут потенциально повлиять на мою судьбу в текущем периоде.
   Кто же там был? Пожалуй, самая перспективная - Татьяна Казаринова, она сейчас работает заместителем министра образования Свердловской области, и если бы хотела меня приподнять, то вызвали бы меня в Министерство образования. Да и в целом эта версия слабая.
   Так, идем дальше. По протекции Беляева я попал в Институт востоковедения РАН. Почему туда? Ну, во-первых, моя диссертация предполагала изучение некоторых специфических особенностей образовательных процессов Китая и стран юго-восточной Азии. А во-вторых, изучение китайского тогда (да впрочем, и сейчас) было весьма перспективно, прежде всего, с материальной точки зрения.
   Стремление заработать и учиться снова вернуло меня в Москву. Я стал сначала слушателем, а потом студентом Восточного университета при Институте востоковедения РАН, по специальности "международное экономическое сотрудничество".
   Было тяжело. Если бы тогда у меня была семья, я бы точно не справился. Мне было уже под тридцать - самый возрастной на курсе, и как оказалось, не самый успешный. Диссертацию забросил. От получения образования в педагогическом институте пришлось отказаться. Еще хуже дело пошло с китайским. Язык мне не давался. Я уже собрался сворачивать свое образование. И тут судьба снова сделала неожиданный разворот.
   Я познакомился с молодой симпатичной женщиной из приличной семьи, аспиранткой с кафедры восточных языков Университета. У нее были очень интеллигентные родители. Отец профессор и мама профессор. Работали они в Институте востоковедения РАН. Личная жизнь у молодой аспирантки сложилась непросто. Она рано вышла замуж и рано родила. У сына оказались серьёзные проблемы со здоровьем. Больной ребенок стал причиной бегства мужа из семьи. Я понимал её горе, сочувствовал, и в общем, мы стали близки друг другу. Отношения быстро развивались. Решили жить вместе, поначалу на съемной квартире, а после знакомства с её родителями - у них в доме.
   С этого момента моя жизнь повернулась к лучшему. Первое, что рекомендовали её родители -- это поменять язык изучения. По их совету я взялся за индонезийский. Этот язык с очень интересной судьбой. Дело в том, что он один из самых молодых в мире. В основе его, по сути, лежит малайский - родной для двадцати миллионов человек. После Второй мировой войны в Индонезии многое менялось, в 1945 году волна национально-освободительного движения привела к необходимости объединения нации, встал вопрос о языке межнационального общения, им и утвердился индонезийский. На нем заговорили двести миллионов человек. С точки зрения лингвиста это означало лишь одно - язык стремительно унифицировался. Диалектов нет, большое количество заимствованных слов, и алфавит латинский. А главное, у нас в стране круг специалистов по этому языку сравнительно небольшой, и конкуренция значительно ниже, чем в том же китайском.
   Со сменой языка и при поддержке профессорской семьи стало значительно легче. Меня приглашали на семинары, лекции научных светил, тематические конференции. Вскоре я начал выступать на форумах по различным вопросам индонезийской тематики. Напечатали несколько моих статей в научных журналах. У меня были и есть способности к анализу, и это здорово помогало. Я успешно шел к завершению обучения в университете и даже задумался о научной карьере.
   С успехами в учебе значительно увеличился и круг моего общения. И вот уже перед получением диплома мне предложили первую дипломатическую должность - переводчика при нашем посольстве в Индонезии. Это был прорыв. В тридцать три года я, наконец-то, нашел себя и начал строить карьеру. Но одновременно всё потихоньку катилось к разрыву с профессорской дочкой. Мне чаще и чаще намекали, что наши отношения надо узаконить, ребенка усыновить, жену холить и лелеять. Я не был против, но мне хотелось своих детей. Наследников. Тут-то как раз и оказался главный узел противоречий. Моя гражданская жена больше рожать не собиралась.
   Теперь о главном, может ли кто-то из моих знакомых того периода вспомнить обо мне и стать инициатором вызова в МИД? Однозначного ответа нет. Главным мотором судьбы в тот момент был отец моей пассии, и во многом именно его связи лежали в основе моих движений. Но его больше нет, он умер еще до окончательного разрыва взаимоотношений с его дочерью. На фоне смерти этого замечательного человека рухнула и моя личная жизнь. Мы не ссорились, но претензий друг другу накопили много. Она, и моя, так сказать, тёща - постоянно тыкали в неприятный для меня факт, повторяя раз за разом, что "всё в этом мире счастливого у меня от них". Я особо не спорил, но твердо стоял на своем: нам нужен наш общий ребенок. Короче, разрыв отношений. Расстались. Моя карьера пошла на спад, стараниями бывшей тещи меня тихо сливали. Но, как говорится, есть Бог на свете. Совершенно неожиданно я получил очень многообещающее задание. Мне поручили в рамках интересов отечественных государственных корпораций подготовить доклад о перспективных направлениях экономического сотрудничества с Индонезией.
   Это была серьезная работа, и я вложился в нее по полной. Доклад превзошел все ожидания. Вершиной славы стало выступление на заседании правительства в присутствии Председателя правительства РФ. А это был 2008 год. Владимир Владимирович оценил и заметил. И ветер снова наполнил паруса. Множество запросов со стороны министерств и департаментов, погрузили меня в такую активную работу, что моментами даже не успевал есть и спать. Я был снова "холостой" и работал отчаянно. Наконец несколько проектов вышли на стадию реализации, и пришло время определяться в каких из них я сам буду учувствовать. Мне понравилось предложение РЖД. Но тут снова неожиданный поворот. Меня вернули в Индонезию, в аппарат посла. Это был провал. Я был близок к тому, чтобы занять должность одного из топ-менеджеров РЖД, а тут отправили на работу: поднеси, подмети, накрой поляну. Может именно эта интрига и есть причина вызова в МИД?
   Откроются двери кабинета. Из окна польется Божественный свет, и Министр - весь в белом - скажет мне:
   - Извини дорогой, мы были неправы, именно ты возглавишь проект РЖД в Индонезии.
   Полная херня. Меня подвинули не люди, меня подвинули деньги. Кто я такой, чтобы рулить миллиардами? Как известно у миллиардеров, и даже у миллионеров, свои дети есть, именно они и рулят бабками, а меня отжали, попользовали и кинули.
   А может ВВП вспомнил мой триумфальный доклад летом 2008 года? И сказал:
   - А подать сюда Ляпкина-Тяпкина!
   И меня из самой грязной Индонезийской попы достали, отмыли и под ясные государевы очи ведут.
   Тоже херня. Даже если наш уникальный Президент и помнит спустя девять лет мой триумф, то причина подать меня пред его ясны очи, через столько времени, должна быть ого-го какой. Короче, нет у меня ответов. И все плюсы-минусы - гадание на жидком свином навозе. Жду посадки в Москве.
   С этим я и уснул в не очень удобном кресле экономического салона родного Аэрофлота. И снилась мне моя молодая красивая жена, мои любимые малышки-детишки, и дом на набережной.
  

Разговор с Министром

  
   Сразу скажу: МИД РФ очень серьезная организация. В сталинской высотке на Смоленской - 65 тысяч квадратных метров, а высота здания 172 метра. Внутри столько всего наворочено, что понять, где - что находится - не всегда могут даже сотрудники со стажем. Я, конечно, бывал, и не раз, в здании МИДа, но редко посещал что-либо, кроме нашего третьего департамента Азии. А уж кабинет Министра -- это табу, и не только для меня, но и для многих, даже серьезных, начальников. Так что я понятия не имел, как туда пройти. Но все решилось просто. На вызове был обозначен номер комнаты, куда я должен явиться. Туда и явился к назначенному времени.
   Там меня встретила довольно миловидная тетенька. Глянув на мою депешу - натянуто улыбнулась, и попросив подождать, взялась за трубку внутреннего телефона. Потом с меня потребовали документы, удостоверяющие личность, попросили глянуть в видеокамеру и приложить плацы рук к сканеру. Я не особо удивился. В МИДе имелся и департамент безопасности, и там часто придумывали всякие веселые штучки. Поскольку я к Министру никогда не обращался, и на приемы к нему не ходил, то решил, что это стандартная здесь, пусть и не по жизни, процедура. Когда с моей личностью закончили, и убедились, что я - это я, а не коварный шпион Сидней Рейли, появился сопровождающий.
   Мы двинулись по коридорам МИДа, поднимались и спускались на лифтах, несколько раз проходили зоны с ограниченным допуском. Внутренне я понимал: идем не в кабинет к Министру, - и надо сказать, это меня несколько успокоило. Наконец мы зашли в светлую, уютную комнату. Обычная переговорная, каких в этом здании по десятку на этаж. Пока я созерцал её благолепие, сопровождающий исчез, а вместо него прямо из стены вышел Министр. Я чуть не рухнул на пол от неожиданности. Министр, впрочем, был с компанией, его сопровождали двое, один из которых до боли мне знаком: тот же лысый череп, злые глаза, тонкие губы, - явно сделан машиной под специфические задачи.
   Стена за спиной Министра закрылась, и я понял, что это просто лифт и чудес не будет. А будут меня опять вербовать. В мозгу воспылала яростная ненависть: "Не дамся, - не заставят повторить польскую историю. Ради своей, уже нежданно обретённой, семьи, ради недавно появившихся моих детишек Игоря и Анечки, - не возьмёте, гады!". Я сделал шаг назад и сжал кулаки. Министр взглянул на меня слегка поверх очков.
   - Прошу вас, садитесь, Александр Иванович, - его спокойный тон и обращение по имени отчеству подействовали на меня как гипноз.
   Послушно опустив плечи, я уселся в кресло и замер в режиме кролика готового к поеданию удавом. Министр говорил по-деловому, очень спокойно и уверено, но это по тону - по смыслу всё было так же ужасно, как тогда, в Польше.
   Дословно я сейчас не воспроизведу его речь, но смысл был тот же: "Отечество в опасности, и наш долг спасти всё, что можно спасти, защитить всё, что можно защитить, и вам от этого не свинтить, уважаемый Александр Иванович, прилипли вы как муха к липкой ленте".
   На речь Министра я отреагировал молчанием. Тогда пошла вторая часть балета. Сначала лысый, пожевав тонкими губами какую-то дежурную триаду о секретности, подсунул мне бумагу "о неразглашении гостайны". Я подмахнул её не глядя, подмахнул бы и приговор себе, поскольку опять это гадкое малодушие, вбитое армией, торжественно развалилось в сознании и царственно отдавало команды моей униженной личности.
   Наконец дело дошло до третьего участника беседы. Честно говоря, я разглядел его только после того, как он вступил в разговор. Этакий кругленький маленький толстячок, лет пятидесяти, с открытым лицом и живой мимикой. И у него был просветлённый взгляд, такие бывают у священников или у детей, Говорил он торопливо, выплевывая слова, и с дикцией у него явно не всё идеально. Видел я таких людей раньше, они глубоко верят в свои убеждения и, как ни странно, заставляют верить в эти убеждения других. Такие люди вызывают доверие, им прощаешь и глупости, которые они говорят, и ценишь их мнение, которым они дорожат. Но когда с ними общаешься на протяжении длительного времени, понимаешь, что они, свои "глубокие убеждения" могут легко поменять, и единственное чему они преданы без остатка - вкусному ужину и отличному пиву.
   Начал этот "товарищ" с вопросов.
   - Прежде всего, речь пойдет о периоде вашего обучения в военном училище СВВПТАУ. Помните ли вы Виталия Максименко? В каких отношениях были с ним в училище? Что вам известно о его дальнейшей судьбе?
   Я постарался искренне ответить на вопросы.
   - Макса - это его прозвище в училище - я знал хорошо, мы дружили. Он отличный парень, честный товарищ, прекрасный друг. После училища мы не виделись, но я знаю, что он вернулся на Украину, в Киев. Служил в СБУ, дослужился до полковника, вышел в отставку и, к сожалению, умер от сердечного приступа совсем недавно, год или два назад.
   Мой собеседник внимательно слушал меня. Потом добавил:
   - Мы знаем о вашем однокашнике несколько больше. У Виталия была семья. Но назвать его семейную жизнь счастливой, довольно трудно. Жена занималась бизнесом, много разъезжала, и была, деликатно выражаясь, не очень верна вашему другу. Хотя в браке родились две дочери, семейная жизнь сопровождалась скандалами и взаимными претензиями. Несмотря на это они не разводились, видимо ради детей. Дочери выросли, и младшая удачно вышла замуж за одного состоятельного гражданина Российской Федерации. Попросту говоря, дочь замужем за известным российским олигархом.
   - Хорошо ей, - улыбнулся я.
   Мой собеседник улыбнулся в ответ, и в непринуждённой, даже шутливой форме продолжил:
   - Старшая дочь менее удачлива, не замужем, живет в Киеве с матерью. Ваш товарищ действительно служил в СБУ, но в последние годы в мутной украинской водичке поставил не на ту лошадку. Его последним заданием было продвижение продукции Украинского ВПК на рынки Юго-восточной Азии. По некоторым данным именно он от СБУ курировал контракт по продаже танков "Оплот" Таиланду. И там хлопцы перешли дорогу китайским товарищам, чем обидели поднебесную, ослабив её позиции на этом рынке. И все бы ничего, если бы Максименко вернулся, и тихо ушел на пенсию. Но он пошел дальше, он напросился курировать подготовку крупного контакта по продаже БТРов Индонезии. Там у китайцев были более серьезные намерения, и случайным образом ваш товарищ пропал.
   Тут мой собеседник посуровел, и я почувствовал, что разговор переходит в деловое русло.
   - По официальным данным Индонезийской полиции, вертолет, на котором он летел, потерпел аварию в одном из удаленных регионов страны, и обломки винтокрылой машины упали в море. Поисковые работы ни к чему не привели. Но на этом странности в судьбе Максименко не кончаются. В Киеве почему-то решили его похоронить в закрытом гробу. Причиной смерти назвали сердечный приступ. Необъяснимый факт, может быть объяснён сделкой. Одна группа торговцев оружием слила другую в пользу третей, а Виталия просто убрали как свидетеля. И все бы сошло с рук, если бы не дочь, жена российского олигарха. Она потребовал эксгумации тела. Подняла шум в Индонезийской прессе. Результат оказался неожиданным: индонезийцы официально заявили, что Виталия Максименко на борту потерпевшего крушения вертолёта не было, и вообще, по данным миграционной службы в страну он не въезжал. А киевские власти в эксгумации отказали, так как запрос пришел из "страны агрессора", и просто идите на хер по определению.
   - Да, действительно, странная история, - согласился я.
   - Дочь обратилась в МИД РФ с просьбой помочь организовать частную поисковую операцию в Индонезии. Олигарх вроде как согласился оплатить. И снова парадокс: индонезийцы не возражают. И тут два варианта: либо они уверены, что ничего не найдут, либо они тут не при делах. Теперь о важном.
   Мой собеседник немного напрягся, и я понял, что сейчас он скажет именно то, ради чего я подписал бумагу о неразглашении.
   - Понимаете, всё в этой истории совсем не просто, и, как вы заметили, - странно, продолжил мой собеседник.
   - Начну немного издалека. Лет двадцать пять назад мы столкнулись с неожиданной проблемой. Службы контрразведки ФСБ и смежные с ним ведомства, особенно военные контрразведчики, фиксировали необычные излучения, вспышки энергии. Вспышки были и на территории РФ, и в доступных для контроля странах СНГ. Излучение по признакам, отдельным характеристикам, напоминает нейтронное, хотя это, как говорится, - не факт. Все наши физики и даже учебники для детворы утверждают, что нейтронное излучение возникает только при ядерных реакциях, свободный нейтрон, как известно, элементарная частица, не имеющая электрического заряда. Так вот, при этих спонтанных или системных вспышках излучения, кинетическая энергия потоков частиц очень высока, гораздо больше чем 10 МэВ.
   Я понял, что слабо отслеживаю мысль собеседника, и отрешённо возвел глаза к потолку. Толстый предпочел не заметить моего нигилизма и продолжил увлеченно лепетать:
   - Природу этих излучений мы тогда объяснить не смогли, да и сейчас только теории.
   Тут он несколько замялся, видимо, подбирая слова в опасении сболтнуть лишнего, но это замешательство было кратковременным, потому как дальше он говорил уверено.
   - Что важно: облученное потоком частиц вещество, как правило, приобретает дополнительные свойства, например - радиоактивность, но мы этого не видим. Радиоактивного заражения на месте вспышек не было. Есть теория, что под воздействием излучения с высокой кинетической энергией - вещество стремительно меняется, и приобретает свойства, которые нам не известны. Короче, тут явление, относимое к так называемой "Новой физике". Мы склоняемся к тому, что эти "вспышки" носят характер искусственный, не естественный, и это - не что иное, как признак использования неизвестной нам технологии.
   - Инопланетяне? - с откровенной усмешкой перебил я лектора.
   Толстый напрягся, а лысый сверкнул гневным взглядом. Я понял, что надо притормозить с иронией.
   - Если "вспышки" системны и рукотворны, - менторским тоном продолжил толстый, - то следует узнать, чья это рука. Изначально рассматривалась версия, что это наши вероятные противники или "партнеры". Но в результате тщательной оперативно-агентурной работы выяснилось, что ни одна из потенциальных держав, способных что-то подобное изваять, к этому не причастна. Более того, американцы фиксировали подобные вспышки у себя на территории и подозревали нас. Одним словом, мы всё больше склоняемся к версии инопланетной природы этого явления.
   - Так я угадал! - не к месту весело выкрикнул я, и хлопнул себя ладошкой по ноге.
   Тут уже взволновался Министр, он так посмотрел на меня, что земляной червяк и тот бы скуксился, что уж говорить обо мне, я просто застыл как каменная статуя. Однако моя выходка привела к перелому в беседе. Все так посуровели, стали настолько серьезными и сосредоточенными, что сомнения тут же пропали - это всё не лабуда, это всё по-взрослому. И этот декоративный фээсбешник с лысой головой, и Министр, вышедшей из шкафа, и толстяк - все солидные парни, а не комики-пародисты, УУУУ... как мне хотелось завыть, но каменные статуи выть не умеют.
   - Вероятно у вас возникли сомнения, - цедя сквозь зубы, издевательски предположил толстый, - я постараюсь их развеять дальнейшими фактами. Итак, первое излучение, или "сигнал", - так в оперативных документах назвали эти вспышки, - был зафиксирован в Свердловске 30 апреля 1990 года в 23 часа 16 минут 51 секунду. Зафиксировали сразу три поста радиационного наблюдения: в Институте Физики, на Уральском электромеханическом заводе и в/ч 30900 Научно-исследовательский центр, НИИ микробиологии Министерства обороны (Свердловск 19). О "сигнале" тут же проинформировали все компетентные органы. К сожалению тогда точных координат места "сигнала", установить не смогли. Под контроль попал большой микрорайон города. По тревоге подняли войска химзащиты. Подключили специалистов всех уровней. Но ничего не нашли.
   Лысый дернулся, как будто его ударило током.
   "Наверное, участник тех событий. Бедняга, видать досталось ему, может и полысел там же", - про себя подумал я.
   - Радиационный фон в норме, следов взрыва или просто выделения энергии не обнаружили, - вещал меж тем толстый, пристально глядя мне в глаза.
   - Одним из факторов, характеризующих нейтронное излучение, является ионизация среды, а тут всё было в норме! - вдруг взвизгнул лысый.
   Похоже, подобного от него не ожидал никто, Министр с толстым переглянулись, а лысый смущенно замолчал.
   - Возникло предположение об ошибочном "замере", - с некоторой осторожностью продолжил толстый. - Но и тут были большие сомнения, слишком уж похожими оказались характеристики "сигнала". Короче, все закончилось тем, что усилили наблюдение. И долго ждать не пришлось, "сигнал" повторился через 126 дней 6 часов 4 минуты 41 секунду. Я обращаю ваше внимание на этот момент. В дальнейшем эта периодичность повторится, и более того, именно она даст всю последующую информацию по "сигналу". Но вернемся к событиям 1990 года. Благодаря усиленному наблюдению удалось довольно точно определить место "сигнала". Это место оказалось рядом с училищем, которое вы закончили - СВВПТАУ. Если помните, территория училища была на склоне так называемых Уктуских гор, а сразу за забором начинался лесопарк с высокими соснами.
   - Как не помнить, - неожиданно для себя начал оттаивать я, предавшись на мгновение воспоминаниям.
   - Вот там и было место "сигнала". Первая версия родилась у военных, они утверждали, что "сигнал" -- это новый вид связи (кстати, поэтому и назвали в оперативных документах явление - "сигнал"), мол, с помощью излучения передают информацию. Физики выразили свое сомнение, по их мнению, это скорее технология по изменению материи для получения новых свойств чего-либо. Тут появилась версия у наших спецслужб.
   После этой фразы толстяк мельком покосился на лысого, и у меня возникло подозрение, что они из разных ведомств. А между тем, толстый продолжал.
   - Спецслужбы задумались о диверсии. Предположив, что излучение наводится из космоса на военный объект. Бах! - и нет объекта, и кто чего сделал - никто не знает.
   "А, вот в чем дело! Видимо версию о диверсии отрабатывал именно лысый", - пролетело у меня в голове.
   - Ну, а если война, там понятно - новое оружие вероятного противника. Физики к этой версии отнеслись еще хуже, чем к первой.
   Толстый снова покосился на лысого, тот почти незаметно облизал тонкие губы.
   - Однако отметили, что как подрыв ядерного боеприпаса малой мощности, - это вполне может быть, а космос -- это так себе идея. Но в тоже время, физики утверждали, что из имеющихся данных они не видят никакого опасного последствия от этого излучения. Одним словом, все опять зашло в тупик. Но тут новый "сигнал" - 14 октября излучение зафиксировали прямо на территории училища, и не где-нибудь, а в районе поста, охраняемого караулом. Это была площадка для обучения курсантов боевой работе, рядом с кафедрой артиллерии. После этой вспышки в деле появились фигуранты. В частности, курсант Максименко.
   - Я ничего такого не видел и не слышал, - поспешил вставить свои пять копеек я.
   - Именно он в тот момент находился на посту, - как бы не слыша моего замечания, продолжил докладчик. - Максименко взяли в оборот. Его трясли по полной, но так ничего и не натрясли: "не видел, не был, не знаю". Тогда он был курсантом четвертого курса, и не доверять ему оснований не имелось, тем более что каких-то иных доказательств или свидетелей не обнаружилось.
   Опрос разводящих и смены тоже ничего не дал. Опросили всех, кто мог что-либо видеть. Площадка открытая и на возвышении "сигнал" прошел ночью, надеялись, что кто-то видел вспышку, свечение, но опять разочарование - никто ничего не видел. Так что, с Максименко подозрения сняли. Короче, наработались - и ноль на выходе.
   Но вот прошел срок - 126 дней, и вспышка повторилась в том же месте и, по времени, с тем же интервалом 6 часов 4 минуты 41 секунда. Тут уже четко просматривалась система. Но что интересно. Время "сигнала" приходилось на утро, на площадке шли занятия по боевой работе. Занимались курсанты первого курса. И никто ничего не видел.
   Пришла идея провести медицинское обследование курсантов. Ребята оказались здоровыми полными сил, опять - ничего. Тогда вспомнили про Максименко, однако в этот период он находился на стажировке в Мулено. Решили и его обследовать на всякий случай. И тут возникли сложности, которые сначала назвали организационными, а потом, спустя годы, отнеслись к этому иначе. Если коротко, то Максименко обследовать не удалось. На месте стажировки под обследование попал другой курсант. И отчет по его здоровью пришел в Свердловск как отчет по здоровью именно Максименко. Ошибка? Возможно. Но факт, что эта ошибка обнаружился спустя почти пять лет.
   - Дебилы, б... - не выдержал Министр. На секунду в комнате воцарилась тишина. Министр понял, что сказал не то, и слегка кашлянув, попросил продолжить. Толстяк продолжил.
   - Следующий "сигнал" засекли в 1993 году, и, к сожалению, не из России. Его засекли в Киеве. Сведения по характеристикам пришли слишком поздно. Для организации контроля за повторным "сигналом" через известный срок, не оказалось ни сил, ни договоренностей, ни, скажем прямо, политической воли. Второй сигнал прошел как и ожидалось, его зафиксировали, но и только. А вот что оказалось интересным, так это то, что место и время нахождения Максименко совпало с первым киевским "сигналом".
   Забегая вперед, скажу, что вовремя прохождения первого киевского "сигнала", в этом же месте и в это же время присутствовал еще один ваш однокашник - Олег Матросов. Этот офицер проходил тогда службу в Московском военном округе, и находился в отпуске на Украине. Мы, к сожалению, об этом факте узнали намного позже, и уже во взаимосвязи с другими событиями. А именно, в 1995 году "сигнал" был зафиксирован в Нижегородской области, в закрытом городе Арзамас 16. Ныне это Саров. Тогда, правда, Саров стал уже не таким секретным, и въезд по пропускам отменили. Это сыграло свою, определенную, роль.
   Этот "сигнал" физики отработали уже от и до. К повторному сигналу готовились тщательно, место первого сигнала зафиксировали в небольшом лесопарке, на обычной лавочке. Лавочку в прямом смысле окружили разными регистраторами, камерами и прочими детекторами и датчиками.
   Второй "сигнал" пришел вовремя и по ожидаемому месту. Анализ полученных данных провели беспрецедентный и всесторонний, но выводы оказались, мягко говоря, странными.
   Во-первых, природу излучения так и не смогли достоверно определить. Во-вторых, не было ясности и по назначению излучения.
   Однако появилась рабочая версия. Если опустить подробности, то излучение очень напоминало эффект, который производит адронный коллайдер. Столкновение ядер на ультрарелятивистских скоростях и, как результат столкновения - образование в очень коротком временном периоде горячего комка ядерного вещества, а дальше возникновение новых физических свойств материи. Согласно экзотической модели - это окно в параллельную вселенную. Так называемая "Черная дыра", но это на энергиях свыше 14 ТэВ.
   Сегодня человечество только подходит к этим проблемам. Но если предположить, что кто-то во вселенной уже имеет технологии, позволяющие открывать окно в параллельную вселенную, или может открывать портал для межпланетных путешествий, тогда многое становиться понятным.
   В эту теорию укладывается и "рецидив" с повторной вспышкой. Если гипотетически представить, что для разгона частиц нужна некая труба, то вероятнее всего она огромна. Предположим, вы решили открыть портал в параллельную вселенную, столкнуть ядра. Их надо разогнать, это процесс: время, энергия и так далее. Но предположим, что в трубе уже гоняют частицы с нужной скоростью. Чтобы их столкнуть, необходимо организовать встречное движение. Для этого существует вторая труба. В определенный момент совмещаем потоки и имеем нужный эффект столкновения.
   - А как выйти из процесса? - неожиданно для себя, проявил я интерес.
   - Наверное, снова разомкнуть трубы и развести потоки, но проще иметь третью трубу. Нужен эффект? Берем ядро из одного потока, потом из второго и сталкиваем их в третьей трубе. Однако взять одно ядро не просто, да и вероятность столкновения резко снижается, поэтому берут множество ядер. После столкновения остальные ядра тормозят. Вот именно в процессе торможения и происходит повторное столкновение, но уже с иным эффектом, либо вообще без эффекта.
   Толстый так увлекся, что я решил остановить его наивным вопросом.
   - Слушайте "товарищи фантасты", вы хоть понимаете, с какой скоростью летят эти частицы и какой длинны должна быть эта труба, чтобы они повторно столкнулись аж через 4 месяца пусть даже их там и тормозят?
   - Вы правы, труба, скорее всего, огромна, как вселенная, - ничуть не смутившись, ответил толстый.
   Я вам даже больше скажу. Эффект излучения продолжается еще несколько раз, это просто мы фиксировали его повторно. А на самом деле это и третий, и четвертый раз, и даже пятый. Время повторных столкновений увеличивается, налицо явный эффект затухания. Это тоже установили ученые в Сарове.
   Хотя, скорее всего никакой трубы нет, есть потоки. И эти потоки присутствуют везде. Но тут много неясного. Например, как найти нужный поток? И если ядра искусственно разгоняют, как это не нарушает картины мира? И потом, если потоки жестко не разграничены, может ли произойти столкновение произвольно? Одни вопросы. Факты, к сожалению, очень скудны, а ответы надо искать.
   - Поменьше теории, давайте по существу, - вмешался в монолог толстого Министр.
   Толстый понял, что увлёкся и после короткой паузы продолжил.
   - "Сигнал" из Сарова обошелся без Максименко, тут мы как раз и вычислили Матросова, и даже нашли с кем он встречался. Это еще один ваш однокашник - Андрей Мурзин. И по времени "сигнала" ваши друзья-однокашники были вместе. Мы решили их допросить.
   Для этого их задержали под разными предлогами. С ними провели очень плотную работу. В том числе и тщательный медицинский осмотр. Отдельно провели обыски везде, где они могли появляться или хранить какое-либо оборудование, приборы. И ничего. Ни детектор лжи, ни гипноз, не дали никаких существенных результатов. Подозреваемые не говорили ничего по делу, больше того, все кто с ними работал, в один голос утверждали, что допрашивают ни в чем не повинных.
   В итоге их отпустили. Правда, негласный контроль установили очень жесткий. Ребята, что называется, в сортир ходили не одни. Но снова ничего. Нельзя сказать, что подконтрольные святые, но по теме "сигнала" по-прежнему пусто. Четыре года контроля и слежки не дали никаких видимых результатов. Для всех стало очевидным - надо снимать наблюдение. Наблюдение сняли.
   Однако в 2001 году вновь прошел "сигнал". "Сигнал" был из Москвы, из ресторана, где проходила встреча выпускников СВВПТАУ. Присутствовали и Матросов, и Мурзин, и еще двадцать человек выпускников. А вот Максименко - не был.
   Пришли к выводу - оперативные методы не работают. Действовать приходилось негласно и аккуратно. Проверили всех участников встречи, выяснилось, что ни Матросов, ни Мурзин вместе не посещали помещения для курения ("сигнал" прошел из курилки). По отдельности - да, в компании с другими - да, но вместе, один на один - нет. Ну и стоит ли говорить, что никто ничего не видел, не слышал, и не понял.
   В результате анализа контактов удалось установить только один, более-менее соответствующий теории, контакт. В курилке, один на один, встречались два человека. Олег Матросов и Константин Сажин. Константин Сажин стал новым фигурантом дела "Сигнал". Снова установили наблюдение теперь уже за всей тройкой подозреваемых.
   А между тем, неожиданно порадовали медики. На основании многочисленных исследований они установили по-настоящему уникальный факт. Было обнаружено изменение биометрии у всех троих. Самым ярким примером проявился Константин Сажин.
   - Костя Сажин был одним из лучших курсантов в училище, - робко попытался я защитить товарища, но толстый так увлекся собственной болтовнёй, что продолжил, не обращая никакого внимания на мое замечание.
   - Дело в том, что в СССР и потом, в России, отпечатки пальцев снимали только в тех случаях, если человек попадал в поле зрения милиции или работал со спецслужбами. Позже стали брать образцы ДНК у военнослужащих, отправлявшихся в зоны боевых действий. Поэтому все образы биометрических показателей у Матросова и Мурзина были взяты уже после их включения в круг наблюдения, то есть после того, как они побывали в зоне "сигнала". Так что, сравнить биометрию до "сигнала" и после - не представлялось возможным.
   С Сажиным другая история - он выезжал за границу, и для получения визы в одну из европейских стран, как раз в 2001 году и прошел эту процедуру. Тогда мы дружили с Западом, в том числе и по проекту "сигнал", поэтому данные по Сажину получить удалось. А уж взять контрольный образец отпечатков пальцев и фото радужной оболочки глаз в России, для нас было делом техники.
   - И что? - неподдельно заинтересовался судьбой Кости Министр.
   - Выяснилось, что рисунок отпечатков пальцев и радужной оболочки глаз изменился - незначительно, но изменился, - с восторгом произнес толстый.
   Теперь мы могли по косвенным данным вычислять тех, кто попал под "сигнал". Еще больше мы удивились, когда получили данные из США. Оказывается, они так же, как и мы фиксировали "сигнал" с 1989 года, и так же, как и мы вычислили и вели группу тех, кто потенциально мог находиться в зоне "сигнала". И что еще более невероятно, они выявили у первого "контактора" изменение положения сердца! Оно зеркально перешло на правую сторону. Такие случаи в медицине есть, но люди с этим, как правило, рождаются, а тут приобретенный порок.
   Мы срочно связались с Киевом. Сумели договориться на негласный осмотр Максименко (американцы помогли). Результат потряс: у Максименко тот же порок - сердце справа!
   Расследование приобретало международный характер. Подключились европейцы и китайцы. "Сигнал" в Европе зафиксировали в 1992 году, притом не менее шести раз. Четыре в Испании, по одному в Германии и Франции. В Китае "Сигнал" отследили в 1999 году. Везде более-менее оперативно отследили "контактёров". Так стали называть в оперативных документах тех, кто попадали под "сигнал".
   Характеристики "сигнала" у всех примерно одинаковые, везде повторные, третичные, и так далее рецидивы. Выводы тоже похожие: "инопланетный характер", явление нам не известное - из области новой физики. "Контактёры" имеют изменения в биометрии. У первых "контактёров" приобретенный порок: сердце справа.
   Все "контактёры", как правило, представители одной социальной группы: военные, полицейские, представители спецслужб. Все имеют высшее профессиональное образование, занимают средние управленческие должности с перспективой роста, ведут обычный образ жизни, честно исполняют свои обязанности, более того многие оказавшись в сложных ситуациях, демонстрируют мужество и преданность долгу.
   Еще одно - никто не занимает высших должностей, и не принимает решений государственного уровня. Не допущен к топ-секретам государства, и не является обладателем особых знаний, умений, навыков. Короче говоря, цель, если это действительно вторжение инопланетян, - непонятна.
   - Вторжение? - похоже, я поймал толстого за язык, он явно сболтнул лишнего, густо покраснел и опустил глаза.
   Лысый гневно глянул на товарища, и, чтобы избежать неловкой паузы, выдал короткий монолог.
   - Мы ничего достоверно утверждать не можем, анализируем фигурантов дела, и там есть некая система. Все, так или иначе, служили или служат государству, причем армейские или полицейские системы, и все, как правило, имеют контакты между собой еще со времён совместной учебы. Так что, версия вторжения нами рассматривалась среди прочих.
   "Никакой логики, просто из одного места на лыжах", - подумал я, но внешне дружелюбно-понимающе покивал.
   Между тем, толстый оправился, и продолжил:
   - Важно отметить - группы явно изолированы друг от друга. Соответственно, мононациональны или близки в национальной идентификации, например: русский, украинец, чуваш - жители бывшего СССР. Выходцы из Мексики, афро-американцы, англосаксы - граждане США. Китайцы, все - хайнцы, жители Пекина. Европа, все - испанцы. В разных государствах приняли разные решения по "контактёрам".
   В Китае - всех выявленных изолировали в разных закрытых учреждениях по всей стране. В США - всех под разными предлогами свели в один небольшой район, организовали плотное наблюдение, но от службы, работы, не отстранили. В Испании ограничились общим наблюдением.
   Мы ведем плотное наблюдение, но жить и работать не мешаем. Исключение составляет Максименко. В Киеве отношение к нашим подозрениям и предупреждением относятся, мягко говоря, пренебрежительно.
   В целом и в общем, такая картина сложилась к 2004 году. В 2005 случился непонятный и малообъяснимый случай: все первые "контактёры" дали одновременный "сигнал". Причем даже изолированный китаец справился с задачей, как - непонятно. Сказать, что у нас началась паника - ничего не сказать. Мы все готовились к инопланетному вторжению.
   Толстый искоса глянул на лысого, а Министр сломал карандаш, который до того безобидно крутил в руках.
   "Что-то много волнений вокруг этого вторжения", - снова подумал я.
   - Но вторжения не было, - резюмировал толстый. - После 2008 года - событий в Грузии - международное сотрудничество по проекту "Сигнал" заморозили.
   Более того, пришли сведения по закрытым каналам, что китайцы "убрали" всех "контактёров", тела кремировали, и было это еще в 2005 году, после общего "сигнала".
   Однако следует сказать, что 2005 год оказался поворотным в понимании поведения "контактёров". Всем стало ясно, что все они связаны друг с другом, и видимо имеют коды идентификации. Очевидно даже не встретившись в жизни ни разу, они узнают друг друга в толпе. Например, испанец узнает и русского, и американского "контактёра". Опять, так сказать, неожиданный поворот. Независимые группы связны между собой.
   Вернемся к нашим подопечным. За все время с 2001 года произошло несколько событий, о которых следует упомянуть.
   Прежде всего, это происшествие с Олегом Матросовом. Он завершал свою службу в Вооруженных силах. Причем с нашей стороны его никто не подталкивал. Он принял решение сам. Перед увольнением, - уже после написания рапорта, - у него возникла проблема с жильем,: служебное пришлось бы сдать. Жена Матросова также была военнослужащей, но в силу бюрократических сложностей, семья всё-таки могла лишиться квартиры. В этот сложный личный период, Олег не побежал по кабинетам высокого начальства, не потащил денег, чтобы "решить вопрос", а отправился в Чечню на замену отпускника. Сам Матросов по службе характеризовался положительно, но, главное, - как товарищ, как человек - он был очень высоких моральных качеств. Честность и порядочность отмечали все, с кем он служил или дружил. Поэтому остается только гадать, что думала его жена, когда муж уже фактически уволенный из войск, отправился на войну. Однако все это лирика. Факт: в Чечне, КШМ Матросова, на марше, - подорвали фугасом боевики. Все, кто находился в машине - погибли. Матросов не просто выжил, но и даже особо не пострадал.
   - Этого я не знал, - задумчиво произнес я.
   - Пойдем дальше.
   Андрей Мурзин. Уволился со службы довольно быстро после окончания училища. Все, кто его характеризовал по службе, отмечали откровенность и принципиальность, он точно не желал служить в новой системе координат. Что называется, был верно воспитан. Захлестнувшая армию коррупция и властный беспредел начала девяностых, послужили основной причиной его увольнения из армии. То есть, если отбросить его резкость и даже хамство, он тоже был высоких морально-волевых качеств. И еще одно, после "Сигнала" с его участием, он попал в совершенно чудовищную автокатастрофу. По свидетельству очевидцев автомобиль, в котором он ехал в качестве пассажира, разорвало на части. Погибли все. Андрей почти не пострадал.
   Теперь Константин Сажин, в период обучения в училище проявил себя как очень принципиальный и ответственный курсант. Уволился из армии по убеждениям, близким к убеждениям Мурзина. Дальше строил свою карьеру в органах власти. По отзывам многих, был очень ответственным и честным чиновником. То, что он не брал взяток, знали не только органы, но и многие из тех, кто работал с ним в плотном служебном контакте. В момент "сигнала" с его участием, находился на ответственной должности в одном из региональных (республиканских) министерств. В сферу его ответственности входили социальные учреждения. Волей случая во время пожара в одном из них, он лично принимал участие в спасении подопечных учреждения. По свидетельству очевидцев, он выходил из огня в ситуации, когда выжить было невозможно. Какой из этого можно сделать вывод? Все "контактёры" имеют сходные убеждения и социальные взгляды. Более того, все - "творческие" люди. Все имеют публикации в прессе, пишут рассказы, стихи. Исключение одно: первый "контактёр" - Максименко.
   Всё бы это было простым совпадением, если бы не одно - сходные характеристики, в том числе и по несчастным случаям "контактёров" у американцев, европейцев и китайцев.
   Между тем, после "сигнала" 2005 года воцарилась длинная пауза. Аж на девять лет. За это время отработали систему космического мониторинга "сигнала" с орбиты. Провели ряд скрытых исследований с участием "контактёров". Выяснилось, что биометрические показатели их голосов тоже изменились.
   Мнения ученых разделились, одни утверждали, что мы имеем дело с другими людьми, что те, кто был до "сигнала" и те, кто появился после него - разные люди, если люди.
   Другая точка зрения состояла в том, что изменения произошли из-за соприкосновения с "черной" дырой. Экзотические теории новой физики рассматривали варианты проникновения в параллельную вселенную и возврат оттуда, как процесс разложения материи на поток частиц, с последующей сборкой частиц в материю, и в этом случае, погрешности неизбежны, более того новые свойства материи - обязаны появиться. Именно этот взгляд объяснял "живучесть" "контактёров".
   Единственным звеном сомнения оставалась лишь судьба китайцев, но и там вскоре случились события, которые убедили многих, что теория, скорее всего, близка к истине.
   Ну и еще одна деталь: везде группы "контактёров" насчитывали пять человек, и только у нас четыре. Возможно, мы не знаем пятого, а возможно его пока еще нет.
   Тут толстый сделал какую-то многозначительную паузу.
   "Врёт", - без всяких сомнений решил я.
   - Итак, следующий "сигнал" засекли в апреле 2014. И сразу на нескольких континентах, и опять одновременный. Этот сигнал отслеживался всеми, а по Китаю случилась сенсация - невероятным образом все "контактёры" были живы.
   Напомним, тела, после устранения, китайцы кремировали, и как могло получиться, что все "конактёры" живы? Таким образом, по Китаю у нас ясности нет. То ли информация об устранении и кремации была неверной, то ли случилось невероятная, фантастичная история воскрешения из пепла.
   В общем, это очень короткая справка о том, на каком этапе операции "сигнал" мы находимся. Далее только мысли.
   И они следующие: мы склоняемся к тому, что это не вторжение. Но и не открытая попытка установить контакт. Возможно, это подготовка к установлению контакта - ясно, что те, кто собирается контактировать с нами через своих представителей - "контактёров", или каким-то иным способом, - в курсе, что мы кое-какой информацией владеем.
   Сохраняется ли угроза вторжения? Вопрос больше к самим себе, но совершенно точно - полностью исключать угрозу вторжения нельзя.
   В разговоре настала пауза. Я решился её нарушить.
   - Хорошо я-то вам зачем?
   - Мы предполагаем, что вы будете пятым в нашей - российской - группе.
   Вот этого я точно не ожидал. Проняло. Затрясло. Холодок в спине -- это не то, что может соответствовать данной ситуации. Я был на грани паники. Видимо, моё состояние не осталось незамеченным участниками беседы. Министр вернул меня в реальность.
   - Александр Иванович, успокойтесь, мы не собираемся из вас делать врага или подопытного кролика. Вживлять вам жучки или еще что-нибудь.
   - Хотя такие мысли были, - ледяным голосом сказал лысый.
   Министр бросил в его сторону недобрый взгляд.
   - Вы нужны нам, прежде всего для того, чтобы понять, что происходит. Если хотите, вы станете нашим представителем на переговорах с теми, кто пытается при помощи неизвестных нам технологий как-то влиять на наших граждан, жителей планеты.
   - Но почему вы решили, что именно я? Откуда такая уверенность?
   Тут инициативу снова взял толстяк.
   - Ну, во-первых, вы по характеристикам очень подходите под описание членов группы. Учились, дружили, опять же творческий человек - стихи и всё такое.
   Но главное, - причина, по которой так настаивает на поисках своего отца, дочь Виталия Максименко.
   Дело в том, что она в январе 2017 года получила от него известие, точнее звонок по телефону. Во время разговора он, во-первых, потребовал записать его голос. Во-вторых, просил организовать его поиск в конкретном районе Индонезии. И третье, - чтобы в группу поиска обязательно включили четырех его сокурсников: Мурзина, Матросова, Сажина и вас.
   Снова воцарилась абсолютная тишина. Мои мысли путались, я не мог сконцентрироваться на чем-то одном. Вопросов было очень много. Что будет со мной, с моей семьей, а главное, как мне выбраться из этой комнаты, и можно ли мне отказаться?
   Я начал с конца списка.
   - Могу ли я отказаться сотрудничать по этому проекту? - медленно, подбирая слова, спросил я.
   - Нет! - взвизгнул лысый.
   - Нет... - вздохнув, сказал толстяк.
   - НЕТ, - утвердил Министр, веско закрыв вопрос.
   - И как же вы меня заставите? - с некоторым сарказмом спросил я.
   - А мы не будем вас заставлять, - спокойно начал Министр. - Вы сами поймете, что у вас выбора нет. Согласитесь вы или нет, - ваши товарищи найдут вас, и отправят в черную дыру. И вы превратитесь для нас в "подозреваемого" так же, как они. Спрятать вас мы не сможем, даже если вы отправитесь в тюрьму. Так или иначе, найдут, - вопрос только времени. Вы почему-то избранный, почему - мы не знаем. Можно конечно вас устранить, и тем самым спутать их карты. Но опять не факт, что вам замены нет. Так что, с нашей стороны, это предложение - акт гуманизма. Слушая Министра, я понял, почему он с успехом проводит переговоры на всех уровнях: разговаривать с оппонентами - просто "акт гуманизма" с его стороны.
   - Что будет с моей семьей? - обреченно спросил я.
   - Думаю, все с ними будет хорошо. Они сейчас в Индонезии? Пусть там и живут. Мы увеличим ваш оклад втрое. Возможно, вы будете видеться. Когда захотят - вернутся в Россию. В случае чего, мы их не бросим, это я вам обещаю. Но думаю, таких крайностей не будет.
   - Будет ли у меня время на осмысление, на подготовку, так сказать, к внедрению?
   - Да, конечно, неделька-другая у вас есть. Только сразу хочу сказать: игра будет в открытую - они узнают, что вы были у нас, и играть глубоко законспирированного агента смысла нет. Возможно вы пятый и последний именно потому, что именно вы должны стать доверенным лицом. В общем, вариантов много. Но одно точно - инициативу надо отдать им, а нам ждать и принимать решения исходя из ситуации.
  

Внедрение

   Через две недели я был готов к возвращению в Индонезию. Что случилось за эти две недели? Особого - ничего. Детализировали некоторые аспекты истории проекта "Сигнал". Беседовал с физиками. Общался с оперативниками, наблюдавшими за моими однокашниками. Уточнял для себя модели их поведенческих реакций, восстанавливал в памяти привычки, смотрел биографии. Отрабатывали варианты связи.
   Встретился с дочерью Виталика. Договорились о составе экспедиции, о моих функциях, о финансировании. Меня МИД рекомендовал руководителем экспедиции (это и была, кстати, официальная причина вызова в Москву). Со стороны дочери Виталика и её мужа возражений не последовало.
   В день вылета предстояла встреча с моими старыми друзьями. Честно говоря, я себе места не находил. Я понимал, что в аэропорт приедут не монстры зеленого цвета, а люди, и всё же, в голове крутилась ерунда, как в известном советском фильме "ТАСС уполномочен заявить". Там есть эпизод, когда сотрудник КГБ, загримированный под агента ЦРУ Дубова, едет в одной машине с девушкой этого агента. В ходе разговора девушка выходит из себя, и начинает наносить нелепые удары по голове этому сотруднику, и у того сползает парик. Дальше - шок и паника. Я конечно, не девушка, но определенный эмоциональный барьер есть. Вдруг я им руку пожимать буду, а они меня в чёрную дыру отправят, или от моих действий у них что-нибудь замкнет.
   Страхи и волнения прошли сразу, как только увидел Андрюху Мурзина. Это настоящий Мурзин. Он, как всегда, вел себя очень непосредственно, и если не знать, то поведение его можно назвать даже хамским. Мы обнялись, и он сказал: "ну здорово старый розембай". Я не ругаюсь матом, и не люблю ненормативную лексику, но из уст Андрюхи это прозвучало как долгожданный пароль: "не бойся, я свой", - хотя конечно, он таких смыслов в свои слова не вкладывал.
   Вторым пришел Костя Сажин. Как всегда, серьезный, с характерным выговором, и неповторимой мимикой лица. Он был тем же Костяном, с теми же ценностями, и той же манерой общения, так что сомнений, что передо мной настоящий, пусть и сильно повзрослевший, Сажин - не возникло.
   Последним пришел Олег Матросов, он вообще не изменился - высокий, с острыми чертами лица, проникновенным взглядом, и челкой, сбивающейся на лоб. Говорил, тихо, как всегда, но четко и много, при этом, даже если болтали о ерунде, - исторические примеры, параллели, сыпались как из рога изобилия. Так глубоко знал и жил историей только Олег.
   Чего греха таить, мы были рады встрече, и конечно, тут же "сообразили по пять капель". Начали в зоне дьюти фри, продолжили в самолете, потом перерыв на сон, и снова задушевные разговоры, призывы: "ну ладно, давай за нас", и прочий стандартный набор. Конечно, много говорили про Макса. Каждый вспоминал свои последние встречи, переписку, смешные случаи. Мотивы, почему оставили текущие дела и летим за экватор на поиск товарища, у всех были искренними, и сомневаться, что это порыв чувств - не приходилось. Но всё же, моментами я ловил себя на мысли, что отношения у них между собой гораздо более близкие, чем со мной.
   С нами летело семь человек - группа поиска - сотрудники органов, из сил спецопераций. Я всех знал, но ребята видели в них пока только профессиональных поисковиков, нанятых по контракту.
   В Джакарте нас встретила дочь Виталика с мужем, и представитель фирмы, занимающейся поставкой техники: лодки, вертолёты, снаряжение для поиска. Разместились в отеле "Грандкеманг" недалеко от центра столицы Индонезии.
   Я поехал к семье. Три дня жили в ожидании вылета в район поиска. Наконец, формальности и организационные мероприятия закончились, и через несколько часов полета, мы, из самолёта, прямо на аэродроме прибытия, уже пересаживались в вертолёты.
   Район поиска был значительным, в него вошли два довольно больших гористых острова и с десяток мелких. Общая площадь с морской поверхностью - почти десять тысяч квадратных километров, примерно площадь Кипра. Самое неприятное в том, что эта площадь малонаселенная. Молуккские острова имеют самую малую плотность населения в Индонезии - всего 34 человека на квадратный километр, хотя это не сравнить с нашей глухоманью - 2,5 человека на квадратный километр приходится на Сибирь и Дальний восток, однако тут есть свои нюансы - на экваторе люди живут всё-таки с большей охотой, чем в холодном климате. Но вот удаленность играет свою роль: чем ближе острова друг к другу, - тем лучше. В нашем случае - всё как раз наоборот, острова на значительном расстоянии друг от друга, и практически необитаемые.
   Решили разместиться на острове, ближайшем к центру района поиска. Заброшенная вертолётная площадка, которой пользовались военные и пограничные службы, и что-то типа базы местных рыбаков: две непонятного вида и рода хижины, склад, с десяток разбитых рассохшихся лодок, - вот и все свидетельства цивилизации. Причем рыбаки, похоже, посещали свою базу раза два в год, а вертолётная площадка, судя по пробивающимся через бетон росткам пальм, - и того реже. В джунглях, объект, не эксплуатирующийся полгода - уже не объект, а два года -- это просто "нет объекта".
   Сесть нам удалось без особых проблем. Наличие удобного песчаного пляжа для безопасного подхода лодок вблизи места посадки вертолётов - решило дело. Лагерь разбили именно в пределах вертолётной площадки. Обустроились за два дня. План поисково-спасательной операции разработан заранее, потому и к операции приступили организованно.
   По сути, наша роль - мужчин среднего возраста, разной комплекции и состояния физической формы, - имела некую неопределенность. Этакие "друзья семьи", в лучшем случае - советники по неясным вопросам, хотя я, как руководитель экспедиции, был всё-таки нужен и востребован.
   Погода установилась весьма переменчивая. Февраль - сезон дождей, но солнца всё же хватало, и мои друзья быстро "подгорели". Красные как раки, они собирались в штабной палатке на подведение очередного дня операции, принимая активное участие в обсуждении текущих проблем.
   День шел за днем, поиск - квадрат за квадратом, но ничего не менялось, не происходило. Так прошла неделя. Встретили праздник - 23 февраля.
   Всё изменилось в ночь на 25 февраля. Я проснулся от невнятного чувства тревоги. На часах - половина третьего. Вышел из палатки. Ветрено, ночной бриз усилил шум прибоя, но каких-то признаков опасности не заметно. Лагерь охраняется при помощи электронных систем, проникновения посторонних за периметр мы не боялись, но всё же решил проверить состояние оборудования. Вошел в штабную палатку, и сразу заметил: система безопасности лагеря не работает. Липкий страх моментально пополз по телу гусиной кожей, навалившись со всех сторон. Я задницей почувствовал, что в штабной палатке не один. Оглянулся. В слабом свете дежурного освещения чётко обозначилась фигура человека, сидящего за столом.
   - Кто здесь?
   - Саш, не волнуйся, садись, поговорим. Это я, Виталик Максименко.
   Мои ноги едва не подкосились. Пришлось напрячься, взять себя в руки, подавить панику. Через паузу я уточнил:
   - Макс? Ты? Как ты сюда попал? Мы же ищем тебя по всем островам и даже на морском дне.
   - Да, это я. Садись, мне надо сказать тебе очень важные вещи, а времени у нас мало.
   Я подошел к столу и сел на походный стул. Лицо Макса в блеклом дежурном освещении было сложно рассмотреть, и всё же я узнал его - это действительно Виталик. Хотя внешне он сильно изменился: полысел, располнел, и в целом, выглядел как-то рыхло, однако глаза блестели всё тем же задором. И улыбка та же - обезоруживающая, искренняя. Я сразу вспомнил фотографию, где мы с ним. в парадной форме, стоим на фоне первого КПП училища. Там - та же улыбка.
   - Ну, здоров бродяга, - сказал я, и протянул руку.
   Он привстал, обнялись.
   Сели, и молча разглядывали друг друга. Наконец он заговорил.
   - Мы давно с тобой не виделись, считай тридцать лет прошло.
   - Двадцать шесть, если точнее, - поправил я.
   - Да, ты прав, двадцать шесть, много чего за это время случилось, но я думаю, еще больше случится.
   - Ты это про что?
   - Ты знаешь, про что я. Ваши спецслужбы с тобой уже поработали? Можешь не отвечать, я знаю, что поработали. Теперь настало время узнать ту часть правды, которую они не знают, и потом решать, что тебе с этой правдой делать.
   Это показалось несколько странным. Макс, похоже, в курсе моих злоключений последнего времени, однако говорил он об этом, как о предположении, оставляя надежду на выбор, но явно спешил.
   Заметив мою реакцию, пояснил:
   - У нас мало времени, твои бойцы - крепкие ребята и нейтрализовать их удалось всего на час с небольшим, им ничего не угрожает, просто спят крепче, чем обычно, но нам надо поторопиться. Ты уже знаешь, что я связан с инопланетными технологиями, и нет смысла вводить тебя в заблуждение. Да, начиная с 1990 года, я, скажем так, взаимодействую с представителями внеземного разума. Как это произошло в первый раз - не так и важно, будет время - расскажу отдельно. Пока о другом, "там", на той стороне, - сложилась очень непростая ситуация. Изначально, в 1990 году, это был так называемый ознакомительный контакт. При помощи их технологий я попал к ним "в гости", они искренне хотели сотрудничать, и интересовались, как это сделать, вернее, как при этом не навредить. В целом, там много нюансов, спорных и даже странных, но это в большей мере связано с их тогдашним представлением о нашем мире.
   Заметив моё явное недоумение, он вдруг решил говорить проще, но только еще более запутал дело.
   - Ну, например, они до меня контактировали с американцами, притом случайным образом попали на военных, и те, в характеристиках нашего мира - дали картину противостояния и близости ядерной войны. Они и решили выйти на контакт с рядовым военным из СССР для проверки достоверности полученной информации, и попали на меня. Ты понимаешь, насколько наивны были их первые взгляды на наш мир?
   Он явно ожидал, что я просто кивну, и скажу что-то типа: "Конечно Макс, твои друзья инопланетяне такие наивные парни", но я молчал, и пытался разглядеть в полумраке его глаза, а он их отвёл, и продолжил.
   - Они сразу столкнулись с субъективным восприятием, и местнической трактовкой происходивших тогда военно-политических и социально-экономических событий. Я не буду долго рассказывать об эволюции их взглядов, и комментировать их решения. Скажу только, что я старался не навредить нашему миру, и твердо был уверен, что о своем контакте мне необходимо немедленно рассказать нашим спецслужбам, правительству и людям. То есть перевести всё в публичную плоскость. Тогда казалось, что мне уготована судьба, как минимум, Юрия Гагарина.
   Но реальность оказалось куда как суровее.
   Первое: я оказался у них в плену.
   "Значит не такие наивные инопланетяне, раз не дали тебе осуществить задуманное", - снова подумал я, а мой друг, между тем, продолжал.
   - Вместо меня в нашем мире появился мой абсолютный клон.
   Второе: их мир оказался не таким единым.
   Не все хотели нам благ, были и те, кто хотел нас видеть в статусе колонии.
   Ну и, третье, у них находились, и другие земляне с разных континентов и стран, и, к сожалению, каждый смотрел на сотрудничество с другой цивилизацией по-своему.
   Все это привело к тому, что в том мире мне очень быстро потребовались союзники, и даже друзья. Я очень хотел вернуться домой. И мне это довольно быстро удалось, правда, на короткий срок - я вернулся в Киев.
   В 1993 году ко мне присоединился Олег Матросов, мы отправились туда, а его место занял клон. Через два земных года, мы были уже втроем, Андрея Мурзина - Олег переправил в 1995. Ну и, наконец, к нам присоединился Костя Сажин.
   - Извини, перебью, но сигналов было больше, чем ты сейчас назвал. И как вы оттуда возвращались? - остановил я Виталика вопросом.
   Макс ответил:
   - Сигнал? А что такое сигнал? А! Понял, - это в ФСБ так называют переход? Да, переходов было больше. В СССР первый был в апреле 1990, тогда зашел "робот дипломат", то есть "парень" оттуда. Именно он через полгода вышел ко мне на пост. Я его тогда "арестовал" как часовой, а он меня отправил в другую вселенную, веселая история, и будет время - я тебе её расскажу. Это случилось в октябре, тогда и появился мой клон.
   - С сердцем с другой стороны? - уточнил я.
   - Да, есть такой факт. Но потом клонов стали делать лучше. Не повезло только тем землянам, которые совершили переходы в числе первых. Так вот...
   - Извини еще раз. А повторный сигнал через 126 дней? - не унимался я.
   - Повторный "сигнал"? Я не знаю, хотя догадываюсь, - это эффект от применения технологии перехода. Он не опасен, и в целом, затухает. Их должно быть больше чем два, но это всё технические детали. Если окажешься там, и не потеряешь интерес к теме, я тебя познакомлю с технарями. Они расскажут популярно, что да как.
   Так вот, в 2005 году по земному времени - "там" всё сильно поменялось. Фактически началась война. Своеобразная, бескровная, скорее даже не война, а политическая борьба.
   Все первые земляне (те, кто первыми совершил переход) были вынуждены произвести "слияние", -- это такой термин, по-нашему, что-то вроде мобилизации всех сил. Суть слияния - создание поля для защиты клонов.
   Клон - важная часть системы общения, клон -- это порт, через который ты возвращаешься домой, и уходишь обратно. А "переход" -- это процедура первого посещения через неустойчивые потоки. При переходе меняется материя. Она приобретает новые свойства, и ты как бы обретаешь новые способности, хотя это всё условно. Позже мы с этим подробно разберемся, а вот клон -- это твоя капсула, её нельзя уничтожить, можно только с той стороны выключить. Клону задают программу, и он живет тут вместо тебя.
   - И спит с твоей женой, - сыронизировал я.
   - Это ты сам решаешь, можешь, если обстановка позволяет, возвращаться хоть каждый вечер. Всё очень похоже на увольнение из училища, можно даже в самоволку сбежать, правда, тут свои риски.
   Так вот, девять земных лет там шла война, мы все были задействованы в ней. В 2014 война закончилась поражением партии "лоялистов", причем победа была грязной, против правил.
   - Вот тут я не понял, что за "лоялисты"?
   - "Лоялисты" - это, скажем так, объединение местных, которые выступали за развитие отношений между мирами, в том числе и нашим миром, в ключе равноправного обмена.
   Победители - жесткие "диктаторы". Это партия выступает за колонизацию населенных миров.
   Нам пришлось снова защищать клонов, на какое-то время обстановка стабилизировалась. Однако сейчас всё изменилось к худшему. "Диктаторы" решили дожать "лоялистов". И снова в ход идут грязные технологии, появилось много "бойцов" из нового мира, где они их откопали пока не ясно, но парни там резкие. С приходом этих бойцов, нарушения правил боя стали регулярными. Войны, выражаясь по-нашему, пошли "по беспределу".
   - Слушай Макс, я понимаю - ты спешишь, но так много информации, мне трудно всё сразу охватить. Можно как-то попроще, схематичнее что ли?
   - Схематично? Хорошо.
   Война там напоминает шахматную партию, в ходе которой надо вычислить мозг. Задача бойца этот мозг вывести из игры. Заметь, не убить, не ранить, а просто вывести из игры.
   Теперь же, там начинается уничтожение, и главное, если раньше боец был неприкосновенен, как и "гражданин", то сейчас всё поменялось: и боец, и гражданин - в опасности.
   Еще одна проблема - земляне тоже разделились. Если раньше все более-менее держались "лоялистов", то сейчас всё не так. Американцы уже дали понять, что переходят на сторону "диктаторов", за ними, наверное, уйдут австралийцы и латиносы. Испанцы пока мнутся. Китайцы и африканцы с нами, но тоже доверие подорвано. Одним словом, начинается серьезная заваруха, и нам нужны новые бойцы. Ребята проголосовали за тебя.
   - Меня могут убить?
   - Могут, и нас могут.
   - Я, честно, многое не понимаю из того что ты сейчас рассказал, но дело даже не в этом. Ты наверно догадываешься, что меня вербанули наши фейсы, об этом ты вежливо намекнул в начале разговора. И у меня есть перед ними обязательства, как с этим быть?
   - Это как раз и был решающий аргумент за тебя. Мы ведь изгои. Нам доверия нет. Спецслужбы жестко "принимали" клонов и следили за ними. Китайцы своих - так вообще перебили. А ты заслан с заданием, и к тебе особое доверие, тебе поверят, а нам будет нужна помощь, и очень скоро.
   - Ещё люди?
   - Возможно, но не факт. Там есть жесткое ограничения по мирам, не более тридцати бойцов из одного мира, и не больше пяти с клана. Да, и конечно одного пола, чтоб не размножались. За этим там следит особый Совет, но, еще раз, - обстановка там такая, что всё может быть. Нам больше нужна поддержка оружием, но об этом позже.
   - Слушай Макс, но ты же сам из СБУ. Разве ты не мог со своими коллегами договориться? Тем более, что это они твоего клона "слили" с правым сердцем.
   - Эх, Саня, что СБУ, что ЦРУ, что ФСБ - это одна вонючая и гнилая яма, со своими мифами, а у нас будет игра ради ценностей, которые гораздо выше, чем защита "мифических" интересов Родины. Ты же видишь кто в команде. Что Олег, что Костя, что Андрей -- это люди не способные предать, и уж тем более навредить человечеству. Понимаю, звучит высокопарно, но там именно такая ситуация: либо мы защитим свой мир, либо потеряем его.
   "Э, куда хватил, - мало того, что пытается отправить меня на рискованное дело, так еще и перевербовывает по ходу", - подумал я, но вслух сказал:
   - И всё же это не ответ.
   - С СБУ у меня сложные отношения. Там много вполне достойных ребят, но мне не повезло - я попал в команду негодяев, и пускать их в этот, скажем так, "проект", я просто не имею права.
   - Но мои вербовщики вряд ли лучше.
   - Это да, но и пускать мы их будем не во все двери, а главное, - ФСБ гораздо круче по возможностям, чем СБУ. СБУ, особенно в последнее время, - филиал ЦРУ, а ЦРУ, как показывает текущая ситуация, может и "слить" часть планеты Земля вместе с населением. Но извини, у нас очень мало времени.
   - Я могу отказаться?
   - Теоретически можешь, хотя честно - нет. Что будет с тобой после отказа, мне трудно даже представить. У тебя сразу появится море врагов, как тут, так и там.
   - А там-то почему? Вы, что ли, меня устранять будете?
   - Нет, это решит высший Совет.
   - То есть, ты знал, что этот разговор для меня сродни приговору!? Соглашусь - могут убить, не соглашусь - точно убьют! И после этого ты тут из себя спасителя человечества корчишь? А, Макс?
   - Саня, успокойся, решение ты принял давно, ещё когда подписался под аферы фейсов. Или ты думаешь, твой перелет со старыми друзьями, на которых ты должен был стучать, а в случае чего и грохнуть, делает тебя лучше меня?
   В этот момент мне захотелось послать всех нахер, как когда-то в Чечне, выйти из палатки, и найти тот спасительный самолет. Но что-то пошло не так, я представил лица товарищей, и понял, что именно их мне не предать. Да, я опять смалодушничал, когда толстый и лысый, во главе с Министром вербовали меня. Но сейчас, - всё иначе, уйти - это как раз и значит смалодушничать.
   - Ладно, Макс, я согласен. Давай, открывай свой портал, полетели в гости к твоим корешам инопланетным.
  

Там

  
   Сам переход я почти не ощутил. Ну, яркая вспышка - и всё. Мгновение, и я оказался среди облаков. Так мне показалось сначала, потом я пригляделся и понял, что нахожусь внутри прозрачного шара, или, скажем точнее, яйца, которое сквозь эти облака летело куда-то, - быстро и бесшумно. Я стоял на ровной, слегка шершавой поверхности, похожей на пол в метро. Макса рядом не было. Через несколько минут яйцо подлетело к странному сооружению, - висящей в воздухе куче нелепых кристаллов, собранных в хаотичном порядке. Кристаллы соприкасались гранями, упирались один в другой острыми сечениями. У меня на глазах несколько штук сорвалось с места и исчезло в плотных облаках, больше напоминающих туман. Одновременно три штуки возникали из неоткуда и прилепились гранями к кристаллам в куче.
   Мое яйцо подлетело к одному из кристаллов и буквально проникло в него. Я оказался в комнате с многочисленными прозрачными гранями-стенами. Хотя со стороны, когда подлетали, все кристаллы сияли ослепительно холодным белым светом. По комнате ходил, размахивая руками, Андрюха Мурзин. Выглядел он значительно моложе, чем во время нашего вояжа по Индонезии. Щёки румяные, подтянутая фигура, а главное - на нём весьма интересный наряд. Человек как бы внутри серебряного цилиндра, из которого спичками торчат ручки и ножки, затянутые тканью, что визуально делает их еще тоньше, при этом концы ткани болтаются чуть не до пола, и венчает всё это великолепие - дурацкая шапочка, точнее колпачок с длинным хвостиком. Причем, хвостик торчит вверх, и это смотрится так комично, что я не удержался и заржал, через смех еще и комментарий выдал.
   - Ты что тут, местный Пьеро?
   Андрею такая моя реакция явно пришлась не по нраву.
   - На себя еще посмотришь, остряк. Пошли, там Костян твоего клона ваяет, ему инструкции нужны.
   Мы прошли, как мне показалось, прямо через грань кристалла и оказались в другом помещении. Там, в центре комнаты, я увидел другого своего товарища. Костя был одет не менее смешно, и тоже выглядел моложе, но все же смотрелся не так ржачно, как Андрюха. Он щеголял в балахоне звездочета из детской сказки, со сверкающим никелированным ведром на голове. Костян, колдовал вокруг круглого вертикального стержня, который проходил через весь кристалл от основания до самого верха. Внутри стержня просматривался человеческий силуэт. Я подошел ближе и вдруг узнал по фигуре себя. От неожиданности даже отступил назад.
   - Саня, давай помогай, а то портал скоро закроется, - не отрывая взгляда от какой-то панели на внешней стороне стержня, попросил Костя.
   - А что надо? - не понял я.
   - Нужно сформировать условия для входа в клон, ну... образ биометрического ключа. Иди сюда и войди внутрь стержня. Влезь как скафандр в форму клона.
   Я поспешил исполнить команду. Все оказалось быстро и удобно, через некоторое время, уже осваиваясь с "собственным телом", или, точнее, внутри оболочки в виде формы моего тела, я вдруг обнаружил себя абсолютно голым. Когда исчезла моя одежда - даже не заметил. Еще больше я удивился, ощутив, что мой животик сильно поубавился, а мышцы на руках и ногах стали гораздо эластичнее и более упругими.
   Костя подал команду:
   - Всё, выходи, клон готов!
   Я поспешил выйти из стержня. И тут же ощутил приятную теплоту на коже. Посмотрел на руки и увидел, что их покрывает золотистая ткань, дальнейший осмотр показал, что я обрел новый модный костюмчик, не менее ржачный, чем у товарищей.
   Мурзин с довольной рожей подкатил ко мне.
   - Ну что, как прикид, нигде не давит?
   Я подошел к одной из прозрачных стен кристалла, чтобы разглядеть свое новое отражение. Андрюха подсуетился, и каким-то неуловимым движением превратил матовую стену в зеркало. И я увидел себя во всей красе. То, что было на мне, напоминало грушу "конференция" золотистого цвета, причем из груши торчали только руки, ноги были внутри полусферы. Но и это еще не всё, - на голове устроился какой-то колючий ёжик, этакий "светящийся шар" с новогодней ёлки.
   - Да ты у нас "красавчик", тебе надо сок рекламировать. "От ароматной груши бываю послушным", - продолжал стебаться Андрюха.
   Но добил Костя, невозмутимо, как бы между делом процитировав строчку из рекламы.
   - Чтоб ребенок был бы рад, потребляй фруктовый сад.
   - Мужики, что это за карнавал такой, мы тут что, клоунами работаем? - искренне стал возмущаться я.
   - И клоунами тоже, - так же невозмутимо продолжил Костя.
   - А можно поменять карнавальный костюм, - не унимался я. - В нем даже ходить невозможно!
   - Костюмчик тебе определяет Совет, в соответствии с твоим статусом, а ходить - попробуй, ты удивишься, но будет удобно. Да и шапочка тебе досталась вполне приличная, даже поумнее наших с Мурзой будет.
   - Шапочка? А что она может?
   - Да все, - весело подхватил Мурзин.
   - Например?
   - Это и фильтр для дыхания, и ключ для входа в кристаллы, но главное назначение - коммуникатор, через него ты будешь понимать местных, причем, похоже, твой коммуникатор по диапазону шире наших.
   - А что это значит?
   - Ну, это значит, что мы с Костей, можем общаться с "кузнечиками" и "жуками". А ты, похоже, будешь понимать и "шмелей". Но это еще надо проверить.
   - Кузнечики, шмели - кто эти насекомые?
   - Это местное население - граждане. Сейчас ты с ними познакомишься. Вон, вижу, уже несется сюда наш куратор - "майский жук", пердун Вася.
   "Как верблюда", - подумал я.
   И в туже секунду в комнате появилось нечто. Описать это существо непросто, но я попробую.
   Представьте себе помесь стрекозы с майским жуком. Голова от стрекозы, а тело от жука. Представили? А теперь добавьте к этому воздушный шарик, который естественным образом встроен в промежуток между телом и головой. И этот шарик сопоставим по размеру с телом. Он как бы напоминает горб, растущий из шеи, или промежутка, где должна быть шея. Картину довершают крылья майского жука, они расположены в нижней части тела.
   Теперь о размерах. Размеры существа - это размеры далеко не мухи. Рост примерно полтора метра, но это без шарика. Шарик - еще метр, и в ширину вся эта конструкция не меньше метра.
   "Вот так Вася", - в смятении проговорил я про себя.
   Жук облетел меня по кругу, при этом изменение высоты полета, очевидно, осуществлялось не крыльями, а именно шариком. Шарик то сдувался, то наоборот, наполнялся, полагаю каким-то газом, - и жук, соответственно, то поднимался чуть не под самый потолок, то спускался на уровень моего лица. В конце концов, жук засучил волосатыми лапками и издал какой-то стрекочущий звук. Моя шапочка тут же прореагировала и выдала некий громогласный перевод.
   - Добро пожаловать в наш мир, Александр!
   - И вам здрасьте, уважаемый, - как можно уверенней ответил я.
   - Вы прибыли к нам с добром, и мы откроем перед вами новые возможности. Ваши друзья помогут освоиться в нашем мире, я же буду вашим наставником и другом, надеюсь, вы не будете разочарованы посещением нашего мира.
   Краем глаза я заметил, как Костя зажал нос и махнул на жука. Тот, уловил жест, и стремительно взлетев, исчез под потолком. Только тут я ощутил легкую вонь в помещении. Андрюха отчаянно махал руками, надо полагать, пытаясь наладить вентиляцию.
   - Что это за вонь такая? - не удержался я от вопроса.
   - Да пердуны эти, задолбали! - отчаянно воскликнул Андрюха.
   Костя более спокойно развил мысль товарища:
   - Видел у них на спине огромный шар?
   - Трудно его не заметить.
   - Они этот шар надувают газами и взлетают, ну, а чтобы спуститься вниз - газ из шара выпускают. Соответственно, крыльями машут для движения по горизонтали. Ну, а газ вырабатывают естественным путем, усваивая пищу, так сказать, метаболизм.
   - То есть пердят?
   - Еще как пердят, суки, - Андрюха всё никак не мог успокоиться.
   - Но, Костя, подожди, а разве крылья не могут служить для подъёма и спуска? Это же так просто...
   - Тут мой друг, всё непросто, тут многое иначе, чем у нас на Земле...
   Неожиданно в комнате возник Олежка Матросов. В наряде из той же карнавальной серии. На голове - дурацкий колпачок с кисточками, как у королевского шута, и какая-то нелепая накидка на плечах в сочетании с короткими бриджами. Хотя я ему позавидовал. Он единственный из нас был в штанах, и, кроме того, держал в руках, что-то вроде дротика с крючком на конце. Олег устало опустился на пол, по вискам у него текли крупные капли пота.
   - Что случилось Олег? - спросил Костя.
   - Саня, привет. Рад видеть тебя с нами, - начал Олег. - Костя, там опять пипец какой-то. Мы уже вычислили их мозг, я пошел его убирать, тут появились эти гоблины, и начался беспредел. Они снова грохнули шары нашим пешкам. Те завыли. Паника, все жуки начали разбегаться. Я потерял мозг из вида. И нам же зачли поражение.
   - Нам-то за что?
   - Правило 10 - неоконченный маневр бойца. Сошел с места, а мозг противника не вывел.
   - Да, блин, куда они смотрят, эти шуты из Совета. Гоблины действуют по беспределу, а поражение пишут нам, - взревел Андрюха.
   - Эй, парни, я понимаю, что случилось что-то нехорошее, но может, расскажете подробнее, чтобы я понял? - задал я вопрос со всей возможной деликатностью.
   Начал Костя:
   - Тут, Саня, война такая странная, похожа на смесь шахмат и китайской игры - го, слышал, наверное. Цель - завоевание пространства, путем давления на противника. Ну, типа ты фишку поставил - пространство твое, и под бой, твой противник фишку поставить не может.
   - Да, но в го другие правила, хотя принцип похож, - возразил я.
   - Ну, неважно, главное ты меня пойми. Вместо фигур жуки, у жуков разные полномочия, кто-то ходит быстрее, кто-то дальше. Но смысл один: лишить противника пространства. Бои могут быть большие и малые. Иногда собирается до полумиллиона жуков.
   - Во, поди, вонь стоит, - сыронизировал я.
   - Да, бывает и воняет, но наша задача в эту фекальную конюшню не лезть. Мы - бойцы, наша задача - вынести с поля боя мозг. Мозг - это локальный оператор, который решает, кому - куда из жуков ходить для завоевания пространства. Его вычисляет контроператор, как правило, - шмель, хотя и жук бывает. Шмеля на поле боя нет, он где-нибудь, хрен знает где, и бой видит через приборы удалённого наблюдения, типа телевизионный канал. Он вычисляет: кто конкретно на поле боя управляет процессом. Причем, если бой большой, то мозг может быть не один, - до десяти тысяч, бывает, собираются. Вычислили мозг - команда бойцу. Тот должен незаметно подобраться к мозгу, и палкой с крючком зацепить его. Если всё удачно, то мозг теряет управление, вражеские жуки разбегаются, а наши доблестные насекомые занимают пространство, которое контролировал мозг противника.
   Но боец не всегда выполняет свою задачу успешно. Мозг уязвим, если он напряженно трудится - он, как глухарь на току - ничего не слышит и не видит вокруг. Как только мозг выключится из боя, он шарик свой надует и свалит быстрее ветра. И всё. Поэтому боец должен двигаться быстро, по возможности скрытно. Более того, нельзя ненароком наступить или задеть жука-"фигуру", они тоже в бою глухие, но если заденешь, то среагируют, и могут спровоцировать панику.
   - Но если мозг свалит на своем шарике, то его бойцы тоже разбегутся?
   - Да, это так, но тогда срабатывает правило номер десять. Совет отменит захват территории.
   - Блин, херня полная, - с досадой сказал я.
   - Херня, херня. Я тоже всегда говорил, что это херня, - вмешался Андрей. Пока не понял, что эти б..ди, в эти шахматки, на Земле играть собрались.
   - Как это? Как могут какие-то навозные жуки угрожать Земле!? - возмутился я,
   - К сожалению, могут, - продолжил Костя. У них сегодня побеждает партия "диктаторов", суть их доктрины - колонизация населенных миров. Само по себе сражение тут имеет особый смысл. Победитель имеет право не только на территорию, но и на голос в Совете. Совет - это их высший орган управления. Бои тут шли всегда, и всегда были бойцы из разных миров, типа нас. В 2005 году по земному времени, бои переросли в бескомпромиссную войну. Это было связано с появлением в Совете шмеля, которого они называют Чуй.
   - Легко заменить первую букву, чтобы понять, как его мама в детстве называла, - вставил свои пять копеек Андрюха.
   - Нам от этого не легче, - парировал Костя. - Так вот, этот ... эээ... Чуй, ввел новое правило. Чтобы ослабить бойцов, Совет разрешил атаки со смертельным исходом.
   С этого момента разрешили для защиты мозга убивать бойцов. Правда, надо сказать, что для этого была причина, - один из бойцов нарушил правило и убил гражданина во время охоты на мозг.
   Гражданин - это жук. Макс, и другие члены кланов тогда при поддержке лояльных жуков, приняли решение по защите бойцов и их клонов. У бойца и клона прямая связь. Уничтожить их можно, но - только одновременно, например: убить тут бойца и отключить там его клона. Если, например, убить бойца тут, а клон не отключать, то клон продолжит жить земной жизнью, но переход осуществить будет некому, и через некоторое время клон, как биомеханизм, закончит свою работу, как бы умрет со временем.
   По представлению Чуя, если бойцы противоборствующих сторон встречаются на поле боя и один из них физически побеждает другого, то клона побежденного - Совет имеет право отключить, досрочно закончить работу биомеханизма. Благодаря своевременным мерам, земные бойцы и их клоны не пострадали, чего нельзя сказать о клонах из других миров, кое-кого кончили.
   Такая жёсткость имела две цели, первая: показать, что бойцы уязвимы, и они не в равных правах с гражданами, и вторая, что "диктаторы" готовы идти до конца в своих намереньях колонизировать другие миры.
   Когда мы попали сюда, мы активно поддерживали "лоялистов", то есть, тех, кто выступал за равные отношения между мирами, и тогда наша миссия была скорее дипломатической.
   Мы, может и не с радостью, но уж точно с пониманием относились к боям. Это был такой вариант политической борьбы. У нас голосуют на выборах - у них играют в шахматы. Но цель одна - завоевание власти ненасильственным путем. После того, как пролилась первая кровь, многие запреты и правила в политической борьбе были подвергнуты ревизии.
   Но вернемся к войне 2005 года - она длилась девять лет. Итог: грандиозное сражение с участием полумиллиона жуков с обеих сторон, до десятка тысяч из них играли роль мозга. Сотни операторов-шмелей. Почти тысяча бойцов из иных миров. Это было грандиозное сражение. На тот момент в Совете сложилось равенство голосов "диктаторов" и "лоялистов", а значит, в том бою решалась судьба власти. Многие ждали провокаций и нарушений, слишком высока была цена, чтобы все прошло гладко. И ожидание оправдались. Бойцы "диктаторов", применили запрещенную тактику. Они атаковали не мозг, а фигуры. В результате сражение переросло в хаос.
   Жуки летали над полем боя огромными стаями, паника разрасталась как пожар в степи. Граждане получали травмы. При столкновениях лопались шары. Жуки падали на поверхность, где хозяйничали бойцы "диктаторов".
   Старший шмель "лоялистов" отдал команду на отход. Сражение остановилось, и по правилам, Совет должен был отменить его, но вопреки всем существующим нормам этого не произошло. Совет принял решение в пользу "диктаторов", и объявил запрет на бои сроком на 33 бинтена (примерно два земных года).
   "Диктаторов" в Совете стало больше на один голос. По сути "лоялистов" признали побежденными. Почему так решил Совет? Загадка? Однако победа была не полной. "Лоялистам" удалось сохранить территорию.
   Тут надо пояснить. Территория - это поле где проходят сражения. Там не живут, не занимаются производством, не выращивают продукты питания. Это что-то, типа полигона. Правила территории очень напоминают детскую игру в ножички. Выиграл бой - отрезал часть территории, и так далее. По владению территорией определяется количество голосов в Совете.
   Так вот, территория последнего сражения осталась за "лоялистами", и теоретически равным должно было остаться количество голосов в Совете, но именно отход армии "лоялистов" с позиций, привел к тому, что в Совете сложилась уникальная ситуация. У "диктаторов" появился голос, не подтверждённый территорией. Именно это обстоятельство ставит под сомнения все решения Совета, они в глазах гражданского сообщества остаются нелегитимными или опротестованными.
   Новый этап борьбы связан с появлением гоблинов. В боях, премьера гоблинов, состоялась именно в этом грандиозном сражении, они и первыми нарушили правила, но тогда их было еще мало.
   "Диктаторы" нашли мир, в котором живут безбашенные ребята, по виду - это обезьяны или питекантропы, но интеллектуальный тест на разумную нацию они прошли, хотя не факт, что "диктаторы" тут ничего не намухлевали.
   Гоблины нарушают правила постоянно, они невменяемы, но всё бы ничего, если бы не их разрушительная физическая сила. Остановить гоблина очень сложно. Они, как правило, не ищут мозг, они начинают крушить фигуры, создавая хаос и панику.
   Но Совет принимает решения по большинству боев в их пользу. Сейчас ситуация такая, что идут, так называемые, предварительные бои. Они небольшие, локальные, суть их - отыграть территорию, тактически выгодную для ведения большого или среднего сражения. Выражаясь военным языком - бои за плацдармы. Пока гоблинов немного, и они разрушают не все бои, но тенденция очевидная.
   Что еще плохо. Конечная цель "диктаторов" - колонизация миров. Что это, и как это выглядит? В общем, тут надо посмотреть на историю цивилизации этого мира. Это - цивилизация насекомых. Причем, общественных насекомых. Напомню, на Земле только видов насекомых более четырех миллионов, из них примерно 75% общественные или социальные, они отличаются крупными скоплениями и некоторыми особенностями в поведении. Многое из социального поведения насекомых на Земле, можно найти и тут, например, совместное проживание, строительство общих гнезд, разделение обязанностей (полиэтизм), наличие каст: половые репродуктивные самцы и самки, бесплодные рабочие и солдаты, и тому подобное. Хотя конечно, есть и серьезные отличия.
   Если так можно обобщить - тут три ярко выраженных вида. Они носят название Си, (кузнечики) Ми (жуки), Би (шмели), но, так называемые, "репродуктивные функции" у самцов и самок в этих кланах разные.
   Самая многочисленная группа - "кузнечики", это почти классические насекомые по организации своей жизни и репродуктивным функциям. Среди них есть строители, воины, царицы, трутни и прочее. Важно то, что кузнечики-строители значительно отличаются от кузнечиков-солдат. По виду солдаты напоминают огромных богомолов, но и это еще не всё, полицейские функции выполняет один вид богомолов, а функции солдат другой.
   Что касается "жуков" и "шмелей" то у них существуют разные виды и подвиды, но вот социальные полномочия и статусы очень широкие. Если привести пример, то ученые есть и у Си, и у Ми, но у Би - все имеют обязательную ученую степень. Причём, среди "кузнечиков" больше технарей - инженеров, программистов, строителей. "Жуки" - это уже медицина, физика, химия, математика, астрономия. А вот "шмели" - это коммуникация, философия, политика, социальные науки, управление. Шмели здесь - явная элита, своего рода аристократы, покрытые легким налетом демократии.
   Ну и главное, касаясь истории. Их история - это бесконечная череда колонизаций, планета на которой мы находимся, колонизирована всего сто земных лет назад. В любом источнике без труда можно найти снимки того, как эта планета выглядела до колонизации. Можешь предположить?
   - Как Земля? - тут же предположил я.
   - Лучше. В смысле - зеленей, с другим составом атмосферы. Но пришли отряды богомолов-солдат и началась колонизация.
   - Всё сожрали, в каждом углу напердели, понастроили муравейников, типа этой стеклянной богадельни, - не выдержал Андрей.
   - Да, и конечно атмосфера тут поменялась. Но это даже не главное, по некоторым данным планета до захвата была населена не только различными животными, но возможно кем-то еще. Кем - мы не знаем, в музее колонизации этих фактов нет, ходят слухи среди бойцов, что тут была разумная популяция каких-то человекообразных обезьян, или кого-то, кто может считаться основоположником цивилизации.
   Так вот, возвращаясь к нашим делам, играя в эти идиотские шахматки, мы пытаемся за счет "лоялистов" приостановить колонизацию других планет, но чем дальше, тем больше понимаем, что это невозможно. Их цивилизация только благодаря колонизации и развивается. Причем колонизировать они должны зеленую планету, а оставить туман и серую каменистую почву. Это саранча, и остановить их, очевидно, не выйдет, а вот перенаправить можно. Вот в этом наша миссия здесь.
   - Круто, - с иронией сказал я. - Ну ладно, всё более-менее понятно, кроме одного: мы-то им зачем, "мозг выносить"? Но простите, это ерунда. Могли создать робота, если сами стесняются.
   - А вот это вопрос в точку. Есть версия, что бойцы - то есть мы, приходят из миров, подлежащих колонизации. Нас поставили в очередь, и оценивают наши волевые и морально психологические, а может и иные качества.
   - Похоже на правду, но всё же недостаточно убедительно. Мы люди маленькие, к секретам Родины не допущены, а для вторжения им нужны "языки" поинформированнее.
   - А вот тут как раз не факт. Мы для них не носители информации. Они как раз изучают рядового бойца, который им будет противостоять на поле боя. А для снятия информации у них есть другой вариант. И я сейчас свою версию обосную.
   У них есть, в разделе истории цивилизации, изображение большого количества различных насекомых, во всех экспозициях этому разнообразию отводят роль прародителей, так вот, - там полно земных жуков. Многообразие форм прародителей поражает, и самое главное, продолжает расти. Как такое может быть? Число видов прародителей, которые должны быть в начале цепочки, обновляется систематически. Думаю, именно в этом секрет первой фазы колонизации. Наши клоны - идеальный транзитный путь внедрения насекомых на нашу планету. Конечно, это только версия, но кто может поручиться, что яйца какого-нибудь инопланетного паразита не попали на Землю, и из них не родилось некоторое количества насекомых, способных к сбору любой интересующей информации. Кто обратит внимание на муху на стекле в кабинете Президента? А между тем, эти прародители, замаскированные под земных насекомых, как раз и создают платформу для вторжения.
   - Так парни, хорош! Давайте паузу возьмём. А то с ума сойду, - взмолился я. - Мой мозг не способен переварить всю эту ахинею за раз. Сами посудите, я стою в карнавальном костюме для рекламы соков посреди стеклянной комнаты, вокруг меня три чудика, сбежавших с детской ёлки. Чудики "лечат" меня "за мух-шпионов", и говорят, что наш мир под угрозой уничтожения насекомыми. Насекомые жрут, пердят и играют в шахматы. А еще я тут, чтобы выносить инопланетный мозг палочкой с крючком. Всё, я хочу нажраться! У вас водка есть?
   - Водки нет, - сказал Олег Матросов, обреченно глядя перед собой.
   - УУУУУУ, - взвыл я.
  

Макс и его тайны

  
   В этот трагический момент в комнате появился Макс. Он был так же нелепо разряжен, как и все остальные. На голове страусовые перья, и наряд акробата из цирка: трико, с "глубоким декольте" на всю его волосатую грудь.
   - Саня, привет. Как добрался? Эти парни тебя, наверное, сильно одолели, и никто не позаботился, - ни поесть, ни отдохнуть не предложил.
   - Да Макс, тут столько новостей, что хочется тупо набраться до зеленых соплей, - не стал хитрить я.
   - Ладно, пошли со мной, добавлю тебе новостей.
   Я приглашающе качнул головой парням, и последовал за Виталиком. Мы двинулись по стеклянным комнатам. Шли не очень долго, буквально через помещение с абсолютно идентичным предыдущему интерьером, то есть - никаким, - остановились. Макс подошел к одной из стен, и коснулся рукой какой-то панели, совершенно незаметной в стене. Мгновение и появилось, что-то вроде барной стойки с высокими стульями.
   - Присаживайтесь, - гостеприимно пригласил он.
   Я сначала засомневался, - залезу в своём костюмчике на высокий стул или нет? Но оказалось все просто - раз, и там.
   - Что будем есть? - на правах хозяина начал Виталик.
   - А что есть?
   - Мясо, рыба, можем супчик грибной организовать.
   - Давай, что есть. Супчик, мясо, можно даже котлету по-киевски, - решил сострить я.
   - Ну, котлету, так котлету, - ничуть не смутившись, ответил Макс.
   Буквально через несколько секунд передо мной бурлила серая масса какой-то баланды в такой же серой тарелке.
   - Что это?
   - Котлета по-киевски, - торжественно объявил Макс.
   И увидев мои сомнения, добавил:
   - Попробуй, попробуй, - внешний вид и содержание имеют серьезные отличия.
   - Макс, я это без водки есть не смогу.
   - Вот это организовать не получится.
   - Почему?
   - Наши "друзья"-насекомые плохо понимают, что такое водка. К тому же, представить себе алкогольное опьянение получается не у всех людей одинаково - каждый пьянеет и сходит с ума по-своему, - отшутился Виталик.
   - А если серьезно?
   - А если серьезно. Это одно из условий, которые были поставлены ещё в самом начале нашего присутствия в этом мире. "Лоялисты" - на которых мы работаем в качестве бойцов, категорически против всяческих допингов, в том числе и спиртного. Они за чистоту боев.
   - А "диктаторы"?
   - По слухам, эти - допинги даже приветствуют.
   - Ох, не на тех работаем, дорогой товарищ, - с напускным сожалением заключил я, и принялся за еду.
   Чуть ли не зажмурившись, проглотил ложку этой баланды, впрочем, еда оказалась сносной. Не могу сказать, что ощутил восторг, но вкус - вполне себе, хотя до котлеты по-киевски с хрустящей корочкой, конечно очень далеко. Скорее, это сытный куриный бульон.
   - А на десерт - компот, - снова торжественно объявил Макс.
   И я увидел перед собой странной формы сосуд, такого же серого цвета, с такой же серой жидкостью.
   - Абрикос, - развеивая сомнения, подбодрил меня к дегустации мой товарищ.
   - Слушай, а что у них тут все серое? - отведав напитка, спросил я.
   - Ну, у них тут свои заморочки. Ты уже заметил, наши хозяева - насекомые, а они как раз цветов не различают, поэтому тут как в плохом сексе - пятьдесят оттенков, и все серые.
   Хотя, если быть точным, различают, но в другом спектре. Если смотреть на этот серый мир их глазами, то он такой - веселенький. Нам как-то показывали модели картинок восприятия этой комнаты глазами жука, тут всё фиолетовое, с размытыми краями. Но у нас другие глаза, и коммуникация тоже иная, мы говорим, они посылают сигналы, причем, часто в диапазоне, который мы не улавливаем. Но благодаря коммуникаторам, что у нас на голове, мы всё понимаем, и они нас тоже. Кстати ты знаешь, что такое таблица Рабкина.
   - Это, что-то для дальтоников?
   - Да, по ним выявляют степень дальтонизма, но тут мы их используем для создания картин и оживления интерьеров. Вот смотри.
   Макс развернул передо мной ладонь, и я увидел картинку, которую каждый ребенок узнаёт с детства - разноцветные маленькие кружки, создающие орнамент желтого или зеленого тона, а внутри красный, коричневый, или желтый рисунок - геометрическая фигура или цифры.
   Виталик держал в руке небольшой планшет, и начал увлеченно "листать" электронный вариант этой таблицы Рабкина. Сначала я подумал, что он немного "того", однако приглядевшись к картинке, я вдруг четко увидел текст.
   "Нас постоянно слушают через коммуникаторы. Так же наблюдают со скрытых камер. Принцип таблиц Рабкина единственный способ обмена информацией. Возможно читают мысли, но сок, который ты выпил, способствует снижению излучения мозга, правда на короткий период. Нам нужно безопасно переговорить. Уйдем в клоны, и встретимся на Земле, но для подготовки встречи необходимо время и доступ к твоему клону. Дашь согласие - Костя всё организует. Свое согласие вырази глотком сока", - Макс свернул ладонь и искренне заулыбался.
   - Ну как, клёвые картинки?
   - Да просто класс! Я хочу такую же программу и планшет, - поддержал я Макса, и медленно допил сок.
   - Вот и отлично, прямо сейчас отправимся на фабрику, посмотришь, как тут всё организовано, и познакомишься с кузнечиками.
   Мы подошли к одной из стен, через которую в комнату втянулось прозрачное яйцо, точно такое же, как то, на котором прилетел я. В него мы и загрузились. Макс опять поманипулировал немного руками, и яйцо двинулось через клубы серых облаков. Летели всего минут пять. Добрались к сооружению из кристаллов, очень похожему на то, из которого вылетали. Мне даже показалось, что это то же самое сооружение.
   Так же суетились вокруг кристаллы, прицепляясь друг другу гранями, метались яйца с жуками внутри. Мы опустились к самому низу здания, и я увидел, что основой его, является длинный параллелепипед, по форме напоминающей слиток золота, но только серый, с матовым блеском. Проникли в него не останавливаясь, и полетели уже внутри "слитка".
   Под нами развернулась впечатляющая картина: на плоскости пола копошилось огромное количество невообразимых, почти прозрачных насекомых. Выглядели они как помесь богомола со стрекозой. Причем от богомола насекомым досталось тело и впечатляющая челюсть, а от стрекозы огромные сетчатые глаза и крылья, картину дополнял неизменный шарик на спине. Кузнечики суетились у каких-то механизмов, точнее, так: на механизмы, в земном понимании этого слова, они походили мало, но по назначению, очевидно, были частью производственного процесса.
   - Что они делают? - не удержался я от вопроса.
   - Они создают "универсальный продукт", или, так называемую, заготовку. В дальнейшем из этого продукта можно будет произвести всё: построить кристалл, изготовить транспортное яйцо, и даже питательный бульон со вкусом курицы. Универсальный продукт заряжают в печатное устройство, и при помощи программы делают из него что угодно, от электроники, до питания, если хочешь. Технология 3D печати тут доведена до совершенства.
   - А что там за состав такой, раз можно что угодно лепить? Только не надо мне про атомы и молекулы рассказывать. Что там, что за вещество?
   - Это нечто вроде пластилина, но немного мягче, пластичнее, и запах как у воска. Держал когда-нибудь свежий воск из сот в руках? Вот примерно те же ощущения.
   - А что их так много? У них же должен быть высокий уровень автоматизации, судя по их достижениям в области новой физики.
   - Да, в производственных цехах одни автоматы, но тут задействован некий биологический цикл. Хотя точно я не знаю, нас к этим вопросам не подпускают. Одна из великих тайн цивилизации.
   Между тем, мы проникли в другой цех, если эти сравнения приемлемы, потому что тут всё очень условно. В помещении стояли огромные механизмы, напоминающие башни круглой формы. Каждая башня имела нечто вроде выносных стрел или манипуляторов, которые чудесным образом перемещаясь в пространстве, прямо на глазах формировали некие каркасы будущих инженерных конструкций или машин. На работу 3D принтера это мало похоже, но всё же угадывалась связь между тем, что я видел на Земле, с тем, что вижу здесь. По пути нашего движения башни уменьшались в объёмах, а детали, которые они печатали, становились мельче. Но самое интересное - всё изготовленное принтерами, невзирая на размеры, перемещалось на этаж выше по трубам, как в пневмопочте.
   Мы поднялись вслед за изделиями. В этом цеху осуществлялась сборка изготовленных деталей. Роботы сборщики заполняли весь этаж. Первым впечатлением было, что мы попали в какой-то хаос, но в итоге удалось понять систему. Каждый робот собирал свой продукт из готовых деталей, но делал он это не так, как у нас в цикле конвейера, а индивидуально. Причем у каждого робота огромное количество разного рода манипуляторов, и детали перемещались между ними - этакий робото-жук жонглёр. К тому же робото-жуки разных размеров. И если честно, их размеренная, ритмичная работа по созданию конечного продукта, вызывала восторг. Казалось, на это можно смотреть вечно, как на огонь или морской прибой.
   Однако мы двигались дальше. Картина менялась. Вместо индивидуальных огромных жуков появились стеллажи, в ячейках которых трудились робото-жуки поменьше. И, наконец, мы дошли до стены, которая напоминала мелкую сетку. В каждой ячейке этой сетки трудились минижучки, выдавая "на-гора" маленькие кубики и шарики.
   - Как думаешь, что это? - иронично спросил Макс.
   - Не знаю, - искреннее изумился я.
   - Это их продукты питания, из них формируется питательный бульон, который едят жуки, форма определяет для кого конкретно этот тип бульона. Кубик для кузнечиков. Шарик для жуков. Вот такая пирамидка - для шмелей. Для нас землян они понаделали продуктов на много лет вперед, и сейчас уже не производят. Для того, чтобы прокормить тридцать землян в течение пятидесяти лет, - один, вот такой мелкий жук, отработал примерно два земных часа. Всего! Представил?
   - А как формируется вкус?
   - Это уже секрет приготовления. Пасты специальные заряжают в автоматы приготовления еды.
   - А компот? - задал я шуточный вопрос.
   - И компот тоже из этого же материала, - с улыбкой ответил Макс, намекая на старый армейский анекдот про то, из чего сделан автомат и пули к нему.
   - Да, скучно, ни тебе шашлычок пожарить, ни картошечки запечь, - в ответ сыронизировал я.
   - А вот и наш планшет, - Виталик указал на одну из ячеек, в которой робот жук трудился над небольшим электронным изделием.
   - Только выдача не здесь, пойдем в специализированное помещение.
   Мы снова оказались в яйце и, вылетев из производственной зоны, переместились к одному из многочисленных кристаллов. Внутри кристалла, как это ни удивительно, оказалось так же пусто и серо, как и в прочих помещениях, где я побывал раньше. Макс предложил выйти из нашего яйцемобиля.
   - Настало время научить тебя жить по здешним законам, - с интонацией наставника, произнес мой спутник.
   - Готов, - в тон ему ответил я.
   - В местной жизни нет никаких сложностей, любое задуманное тобой действие: поесть, поспать, удовлетворить естественные потребности, - надо просто ясно представить в виде картинки у себя в голове, но тут привязка к месту - только в кристаллах с формой призмы.
   Посмотри внимательно на этот кристалл. Он имеет форму трапецоэдра. В кристаллах трапецоэдр, осуществляется деятельность, связанная, наукой. Переходы в пространстве, формирование клонов, и другая практическая научная работа осуществляется в таких кристаллах. Если тебе вдруг придет на ум исследовать атмосферу планеты, или препарировать лягушку, то это можно сделать только в трапецоэдре. Тут одним воображением картинки не обойдешься.
   В любом кристалле, на любой ровной стене, совершив простую манипуляцию взмахом руки, мы всегда можем найти экран управления.
   Макс взмахнул рукой рядом со стеной. Стена засветилась более ярким цветом и на ней появились изображения: символы, пиктограммы или ярлыки, если так понятнее.
   Виталик продолжил:
   - Когда видишь эти знаки, а их тут огромное количество, - не теряйся! Опять представляй себе ту область исследования, в которой хочешь разобраться. Например, изобразительное искусство. Вспомни картину любого земного художника. Вспомнил? Отлично!
   Экран выдал набор значков, перед каждым из них - неравносторонний треугольник, как бы лежащий на боку. Немного похоже на детский флажок.
   - Это означает, что наш запрос на инопланетную тему, далее произносишь вслух ключевое слово. Например - "планшет". И получаешь изображения предметов на заданную тему. Вот планшеты с изображением фотографий и картин на земную тему. Машем около него, он выбран. Дальше представляешь его в своей руке для формирования размеров. Представил? Теперь жмем на область внизу экрана. После этой операции экран исчезает, а на уровне твоей руки из стены, - подставляй руку! - возникает предмет для исследования в области земного искусства.
   Действительно у стены завис маленький блестящий серенький экран. Я взял его в руку.
   - Ну и как он работает?
   - Представь себе ту картинку, которую я показал тебе первой во время ланча.
   Я вспомнил первую картинку из альбома Рабкина, она тут же возникла на экране.
   - Ну а дальше просто рисуй в уме то, что хочешь нарисовать в этом стиле, только думай как о рисунке, например, по буквам.
   Я уловил намек товарища и из букв, в стиле таблицы, написал "Макс".
   - Ну, вот так мы тут и приобщаемся к искусству, - весело прокомментировал Макс свое имя.
   И продолжил лекцию:
   Главное, пойми - это не работает, когда ты не мыслишь абстрактно, или просто размышляешь о чем-то. Надо включить экран и ясно представить, чего хочешь. Еще одна важная деталь, в кристаллах-призмах можно представить предмет для отдыха или еды - без экрана, и это сработает, но с экраном ты можешь добиться большего, например, приготовить напиток повкуснее, а не просто заказать воду. Для напитка, который мы пили сегодня, надо представить земной абрикос или другой земной фрукт, можно и овощ - тоже сработает, но обязательно найдя в экране символы с этим флажком.
   Удовольствие от земных напитков длится одну-две минуты, но в этот момент может не сработать другой заказ. Например, если через минуту после выпитого земного сока ты представишь кровать.
   Да, еще одно важное замечание: если что-то пойдет не так - просто говори вслух, что конкретно хочешь получить. Как правило, получишь желаемое, но без фанатизма. Вещи существуют, пока ты ими пользуешься.
   Создал интерьер: стол, стул, телевизор, кровать. Лег на кровать - будь уверен - стол и стул просто исчезнут, а через несколько минут придет робот уборщик, забрать пыль от исчезнувшей мебели. Так что, печатать деньги или слитки золота - бесполезно.
   Да и еда, и вода - только в кристалле-призме. Погонять чайку в другом кристалле не выйдет.
   Продолжая тему, есть еще несколько типов кристаллов. Октаэдр, дипирамида, пирамида и скаленоэдр, а есть еще пентагон-триоктаэдр.
   Последний, обычно, крупных размеров, и используется для проживания кузнечиков. Они любят жить толпой. Я там ни разу не был, что там да как - не знаю.
   Скаленоэдр - это тип административного здания. В частности, там происходит заседание Совета. Самих таких кристаллов не очень много, я бывал внутри, однако не часто, за двадцать семь лет - раза три.
   Октаэдр - это жилье шмелей, ну, а дипирамида - жильё жуков. Там я ни разу не был, да и не очень хочется.
   И наконец, пирамиды, - закрытые для нас сооружения. Не знаю, что там, но думаю, система связи или альтернативная порталу транспортировка, потому как несколько раз видел над этими кристаллами свечение и даже шаровые молнии.
   Теперь несколько слов об их социальной и общественной жизни.
   Многое ты уже знаешь, добавлю несколько штрихов. У них тотальный коммунизм. Причем даже военный коммунизм. Всё общественное, всё ради общества. При этом, все блага бесплатно, и никаких денег или их эквивалентов нет. Здесь всё подчинено общей идее, и решение Совета - закон. Как формируется Совет, ты уже знаешь, единственным экономическим параметром является наличие ресурсов. Если ресурсов нет или их мало, наступает кризис. Всё общество работает на пополнение ресурса. Могут искать внутри, что-нибудь разобрать или переплавить, у них это в порядке вещей, но чаще вопрос решают за счет колонизации.
   Теперь о демографии.
   Возможно, Костя тебе уже говорил, если что, я просто повторюсь.
   У них четкое разделение функций. Кузнечики - рабочие и солдаты, полицейские с небольшими нюансами, там бывают инженеры, начальники и прочее, но главное - они бесплодны. Их производит матка - которую окружают несколько самцов. Они её оплодотворяют, и та откладывает яйца. Живут кузнечики кланами, у каждого клана своя матка среди них особо выделяются богомолы-солдаты. Это самый малоизвестный мне вид местных насекомых. Похожими на них являются полицейские, но матки у солдат и полицейских разные. Сколько кристаллов пентагон-триоктаэдр, столько на планете и кланов. Численность кузнечиков мне не известна, но, кажется, она регулируется искусственно, а возможно лишь замедляется или ускоряется.
   Похожая модель у жуков и шмелей, с тем отличием, что кланы меньше и отсутствие репродуктивных функций пусть и не редкость, но далеко не закономерность. Они скорее напоминают большие семьи живущие вместе.
   Отсюда и их внутривидовые отличия, у кого-то шарик не такой, у кого-то крылышки длинней, я утрирую конечно, и отличия бывают более глубокими, всё же для общего понимая вопроса этого достаточно. Кроме того, шмели не откладывают яйца, кормят свое потомство молочком, и являются живородящими. Поэтому численность шмелей значительно уступает жукам, а уж про кузнечиков и говорить нечего. Ну и ценность жизни разная.
   Кузнечики могут погибать десятками и даже сотнями, нередко и тысячами, но их численность восстанавливается очень быстро. С жуками история похожая, но на порядок меньше, потеря сотен жуков для общества не будет заметна, и численность быстро восстановится, а вот, скажем, если по какой-то причине погибнет десять или двадцать тысяч жуков - это будет ударом по популяции, некритичным, но чувствительным. Хотя, еще раз, в цифрах я могу и ошибаться, но порядок, наверное, близкий к реальности.
   Шмели - другое дело, если погибает даже один - у них сразу суета. А не дай бог десяток, да еще и матка клана: трагедия, траур, месть, и всё такое. При этом понятно, что о равенстве между видами в таком обществе речи идти не может. Хотя декларируют они равные права, но на деле, конечно, всё не так. Ну и в завершение, о продолжительности жизни и о численности. Кузнечики живут максимум 10-15 земных лет, солдаты-богомолы возможно меньше. Жуки могут дотянуть до пятидесяти, а вот шмели, я думаю, и сто лет проживут.
   Численность шмелей, на этой планете, - а я думаю у них еще не меньше десятка других планет и миров колонизировано, - примерно миллионов десять-двадцать. Жуков под миллиард. Ну, а кузнечиков не меньше двадцати миллиардов. Я как-то считал их жильё, но так и не смог свести всё к общему знаменателю.
   - Вот такие дела. Есть вопросы? - закончил лекцию Макс.
   - Вопросы будут, дай осмыслить имеющуюся информацию - отшутился я.
   Хотя на душе стало тревожнее, я пытался осознать масштаб проблем, с которыми могут столкнуться земляне, если настанет их очередь колонизироваться.
   - Ну и хорошо! - резюмировал Макс. - Тут Олег Матросов тебя добивается. Тебе пора посетить очередную битву "лоялистов" и "диктаторов". Олежка у нас главный специалист по "выносу мозга". Так что, готовься к стажировке.
   Макс улыбнулся.
   В ожидании Олега я немного потренировался в создании разных предметов для исследования космоса. Очень хотел создать телескоп, но не вышло, экран выдавал: "устаревшая технология", и предлагал другие устройства. Я настаивал на воспроизведении "инопланетной" земной вещи, но кроме макета ничего реализовать не смог.
   "Интересно, а другие земные устройства можно создать?", - задал я вопрос сам себе.
   И ничего лучше не придумал, как попытаться воссоздать пистолет Макарова. Результат тот же - модель получалась качественная, но почему-то не работала. Ничего не изменилось даже и при подетальном конструировании, детали не складывались в действующую модель, а на экране постоянно возникало сообщение: "устаревшая технология".
   "Надо отложить "на подумать", и задать несколько вопросов Максу", - решил я, и прекратил эксперименты по созданию земных предметов.
   Наконец появился Олег.
  

Матросов и его тайны

  
   - Ну, что Саня, готов к сражению? - пошутил "Матрос" (так иногда мы называли его в училище). Если готов, тогда добро пожаловать в транспортное яичко.
   Перелёт занял около получаса по земному времени. Летели в облаках, и разглядеть мне ничего не удалось.
   - Олег, почему все время тут стоит такой плотный туман, и при этом транспортные средства абсолютно прозрачны? Вроде как призывают любоваться окружающим миром.
   - Тут хитрость в восприятии. Наши хозяева - жучки-паучки - видят мир иначе, чем мы. Если присмотришься, то увидишь, что серый цвет окружающего мира имеет свои оттенки. Так вот, они в этих оттенках и видят основное разнообразие мира. В их восприятии тут много цветов и прекрасных живописных видов. А для нас всё серо.
   Плотность тумана тут разная, чем дальше от экватора планеты, тем плотность ниже, а на полюсах, вообще, небо видно, а поверхность планеты, почти в том состоянии, как было тут до колонизации. Хотя там уже появилась дымка, и скоро всю планету скроет туман. Как только эта планета заполниться густым туманом, наступит кризис, ресурсы закончатся, и встанет вопрос о новой колонизации. Так тут формируются жизненные циклы.
   И ещё, очень важно: колонизаторы очень не любят такое явление, как ветер, - он рушит их систему жизни, мешает летать, наносит урон сооружениям и так далее. Природа ветра, это результат разницы в давлении и температуре в разных слоях атмосферы. Тут слои атмосферы очень плотные, результат: ветра нет, или он очень слабый.
   - А облака, это продукты конденсации водяного пара? Или у них другая природа?
   - Так и есть, химический состав этих облаков показывает большое содержание углекислого газа. И плотность этих облаков у поверхности планеты - просто удушающая, там мы с тобой даже в этих шапочках не протянем долго. Одним словом, тут всё наоборот. Чем мы находимся выше, тем дышать легче, правда у этого "выше" тоже есть свой предел.
   - Понятно, диоксид углерода тяжелее воздуха в полтора раза, молекулы кислорода вытесняются в более высокие слои, и там, где они достигают стратосферы, их просто уносит в космос как пар. На планете происходит процесс смены химического состава атмосферы, но жуки ведь тоже дышат воздухом, смесью кислорода и азота.
   Матросов возразил:
   - Не упрощай, смесь кислорода и азота - это 99% воздуха, но там есть и углекислый газ, аргон, водород. Заметь, даже атмосфера Земли имеет отклонения. Смертельным для человека является содержание углекислого газа в 25%. Для жуков углекислый газ тоже смертелен, если его содержание превысит 40%. Сейчас в приповерхностном слое содержание СО2 достигает 15-17%. Но наши наблюдения показывают, что комфортным для жуков является атмосфера с содержанием не более 10% и не менее 4% этого газа. В атмосфере Земли, даже в максимальных значениях углекислого газа меньше процента, так что жукам без противогазов там будет неуютно.
   - И всё-таки, смена атмосферы -- это результат деятельности жуков? - уточнил я.
   Матросов ответил:
   - Мы считаем, что да. Больше того, они знают об этом и сознательно меняют атмосферу, делая ее непригодной для проживания не только других, но и для себя любимых. Заметь, они строят башни, гнезда на высоте, не на поверхности, а именно на высоте, постепенно перемещаясь в наиболее комфортный для себя слой атмосферы.
   - Цивилизация колонизаторов, попользовались, бросили, пошли дальше, - во мне закипала злоба.
   - Они этого не скрывают, считают это морально правильным и достойным. Спор идет только о том, что колонизировать. Населенную планету или нет. Миры с животными или с разумными существами для колонизации тоже рассматриваются, но тут уже спорят, или делают вид что спорят, можно ли их колонизировать или нельзя. Ладно, готовься, почти приехали, - резюмировал Олег.
   Яйцо плавно подлетело к странному сооружению. Это был даже не ангар огромного размера, а ангарище. Постройка находилась на склоне горы и опоясывала её как бы поясом, поэтому тянулась на много километров. Ширина пояса также впечатляла, казалось, что гору постарались одеть в латы. Тем более, что структура крыши ангара была в виде сот. Облачность тут не такая плотная, и во время подлёта картину грандиозного сооружения удалось оценить с высоты.
   - Очень впечатляет, - не смог сдержать я эмоций.
   Между тем, яйцо проникло в одну из ячеек ангара. И передо мной открылась еще более грандиозная картина, от которой просто перехватило дыхание. На огромном пространстве размещалось большое количество светящихся объектов. Объекты располагались на черном поле с равными промежутками по отношению друг к другу, более того, вокруг каждого четко вырисовывалась зона шестигранника - один в один пчелиная сота, подобная тем, что я видел на крыше.
   Линии границ сот подсвечивались мягким изумрудным цветом. Мы приближались к светящимся объектам. И вдруг стало понятно, что это жуки. Они излучали матовый свет и напоминали лампочки. Мне показались очень интересными позы жуков. Их тела были неподвижны и находились как бы в состоянии транса, но в какой-то момент, словно подчиняясь чьей-то невидимой команде, вдруг начинали шевелиться и перелетать на свободные ячейки. Группами и поодиночке, причем на разные расстояния. В этот момент я понял, что и жуки светятся по-разному: одни белым матовым цветом, другие желтым, но тоже приглушенным матовым. Более того, при движении жуков проходила как бы волна, и на перемещение белых обязательно отвечали желтые.
   Мы подлетели ближе к желтым жукам. Сомнений не было, тут две большие команды играют в какую-то замысловатую игру. Но вот, что меня еще поразило: время от времени над полем вспыхивали яркие сполохи, отдаленно напоминающие языки пламени, и по полю прокатывалась волна непонятных ярких разноцветных шаров. Шары, в какой-то мере походили на солнечных зайчиков, - меняли форму, вытягивались, казалось, что происходит это из-за разных углов падения света, только вот лучи света отсутствовали. Помимо шаров, на поле между жуков возникали протуберанцы или вихревые потоки, они тоже были очень яркими и разноцветными, и так же быстро деформировались, исчезали, а на их месте рассыпались конфетти тех же расцветок. Я был до такой степени ошарашен вакханалией разноцветного света после абсолютно серых пейзажей, что невольно выразил свой восторг фразой.
   - Нифигасе шоу!!!
   - Да, всё это очень сильно напоминает шоу, - тут же напомнил о своем присутствии Олег.
   - Теперь ты понимаешь, почему на нас эти дурацкие костюмы? Это наши маскировочные халаты. В цирке клоуну проще затеряться в софитах, чем на улице в потоке обычных людей. Больше того, как только ты ступишь на эту черную поверхность, вокруг тебя начнется цветовая какофония. Так что, в черном или в хаки - не вариант, тебя опознают быстро.
   - А как же жуки? Они же цветов не разбирают.
   - Они, как видишь, в глубоком трансе, а этот антураж имеет целью скрыть бойцов и вспышками вывести из равновесия мозг или фигуру. Жуки не слепые и на яркую вспышку могут среагировать, отвлекутся от боя и проиграют. Так что обстрел фейерверками - это часть сражения.
   - И что, за каждой вспышкой стоит боец?
   - Нет, конечно, но бойцы эти вспышки инициируют. Например, при работе в паре, вспышками можно прикрыть движение бойца к мозгу, ну а если в одиночку, то двигаешься по вспышкам - своим и чужим, прячась в полосах света между ячейками.
   - Ну, а если тебя увидят?
   - Вышлют бойца навстречу, он постарается тебя остановить, выбив из рук твою палку с крючком - оружие для выноса "мозга", или нанести физический урон. Бывает и сознание можно потерять. Если ему это не удастся, то операторы всё равно заметят схватку бойцов, и постараются переместить мозг, который подвергается атаке.
   Есть операторы нападения и операторы защиты. Задача и тех, и других - завоевать пространство, но вот локально, на поле боя комбинации просчитывает - мозг. Если оператор переместил мозг, срабатывает правило номер 10: "манёвр бойца к успеху не привел", и жуки твоего подразделения оставят позиции. Если ты добрался до мозга и вынес его, то отступают уже фигуры противника.
   Мозг - это локальный командир. Чем он опытнее, тем больше у него фигур, тем сильнее фигуры и тем больше территории он занимает. Иногда тактика боя ведет к тому, что вычисляют самый сильный мозг, игнорируя мозги с малым количеством фигур. Тогда, в случае успеха, можно значительно ослабить противника, а если боец, идущий за "сильным" мозгом, представляет небольшое подразделение со "слабым" мозгом - риски минимальны.
   Бойцы, в принципе, всегда представляют небольшие подразделения, исключение - только если боец не один. Если два и более, тогда подразделение не может быть маленьким. В то же время, создавать слишком большие подразделения даже с "сильным" мозгом рискованно. В целом, кругом нужен разумный баланс. Битву, как единую картину, видят только операторы - они, как правило, формируют подразделения и дают команды бойцам.
   - Победа без выноса мозга бывает?
   - Глобально тут победы бывают редко. Локально да. Но что считать победой, если сражение идет почти без перерыва многие годы? До объявления большой войны было ограничение по территории и по количеству участников. Тогда победа и поражения имели четкие и понятные границы. После начала большой войны, реальным глобальным поражением можно считать только одно, но о нем тебе уже рассказывали. И то, считать это разгромом сложно, ведь потери территории, как таковой, не произошло, а значит, война не проиграна.
   - Но ведь баланс Совета нарушен.
   - Этот баланс нарушался много раз. За те годы, что я тут воюю, "лоялисты" не меньше десяти раз контролировали Совет с преимуществом более 80% голосов. "Диктаторы", за всю историю сражений в этом мире, буквально впервые получили перевес в один голос, и тот без территории. Как обстоят дела в других мирах, я, честно говоря, не знаю, но тут "лоялисты" всегда были, так сказать, партией власти.
   - А в том сражении ты принимал участие?
   - Конечно, мы все там были.
   - И у тебя, наверняка, есть свой взгляд на ту историческую битву.
   Олег задумался, потом улыбнулся и ответил.
   - Ты знаешь, мне та битва показалась хорошо срежиссированным спектаклем. Всё было настолько грандиозно, что от ощущения грамотно выстроенных декораций, с наличием большого количества статистов, трудно уйти. А сама драматичность ситуации? Появление злых инопланетных сил, которые грубо вмешиваются в гуманные правила политической борьбы? Это тебе ничего не напоминает?
   - Создают образ врага?
   - Да! После таких вмешательств, даже "лоялисты" заговорили о возможной мести в виде колонизации планеты варваров.
   Между тем, на поле боя начали происходить какие-то изменения. Возникла непонятная суета.
   - Смотри туда, - Олег указал на дальний край поля.
   Я увидел, как вверх взлетела группа жуков светившихся белым цветом, но тут же несколько из них рухнули на поверхность. Среди упавших и корчащихся от боли насекомых, возвышалась фигура огромной человекообразной обезьяны, ростом под три метра - в красном костюме, вроде борцовского трико, и с длинным копьем с крючком вместо острия, в лапах. Именно этим крючком гамадрил и пытался сбивать взлетевших жуков.
   - Это Гоблин, - буквально вскричал Олег.
   - Видишь, что творят! Нет, прав Макс, нам без нормального оружия их не остановить. Надо уходить. Сейчас разборки начнутся, мы не в игре, но всё равно могут привлечь к опросу, а нам это не надо.
   Олег, похоже, отдал мысленную команду яйцу, и мы быстро покинули ангар. Назад летели молча, я переваривал увиденное.
  

Земная встреча

   Мы вернулись в кристалл, где поджидал нас Костя.
   - Саня, готов сгонять в увал, на Землю?
   - Пожалуй, да, - не стал сопротивляться я.
   - Тогда слушай краткую инструкцию. Сейчас снова войдёшь в трубу, там будет твой клон. Залезешь в него, как в скафандр и окажешься в точке последнего места пребывания клона.
   - А где она? - вяло поинтересовался я.
   - Не перебивай, - строго остановил меня Костян.
   - Все что тебе надо, ты поймешь, когда окажешься на Земле, клон в виде воспоминаний покажет тебе события, произошедшие в твоё отсутствие. Важно: ты отправляешься на Землю на короткий срок. Будешь дома 24 часа, так решил Совет. Рекомендую не нарушать. Через сутки вернут принудительно - это болезненно, поэтому лучше сделать самому. Для возвращения - максимально детально представишь себе эту комнату, и подумаешь или скажешь вслух: "вернуться назад". Ну, всё. Давай пока, до встречи!
   Я вошел в столб, залез в свою оболочку, и очутился в южной тропической ночи. В голове одним мгновение промелькнули события, случившиеся со мной, точнее с двойником в мое отсутствие. Пересказывать их длинно и подробно, смысла нет. Моё исчезновение сопровождалось вспышкой, понятно, что "сигнал" отследили. Со мной (клоном) поговорили "сотрудники", но ничего узнать не смогли. Слава Богу, меня не пытали. Опросили всех - и опять ничего. И, в общем, это всё, потому что с момента вспышки прошло всего два с небольшим дня.
   Экспедиция продолжалась. Все оставались на местах, контингент даже увеличился - прилетели мои "друзья": толстый и лысый. В момент "возвращения" мой клон находился на ночном пляже в двух километрах от лагеря. В прогулке меня негласно сопровождал один из бойцов-поисковиков. Его нейтрализовал Мурза как раз в тот момент, когда я вернулся на Землю. Видимо, Андрюхе пузо мешало тащить сладко спящего спецназовца через тропические кусты - тишину южной ночи нарушал треск веток и приглушенные маты. Макс мирно сидел на камешке в тени раскидистой акации. Я подошел к нему и сел рядом.
   - Хорошо на Земле все-таки, - начал Макс.
   - Да уж... - неопределенно ответил я.
   - Ну что, давай прикинем план наших действий на ближайший период?
   - Давай, - так же без энтузиазма поддержал я разговор.
   - Начнем, пожалуй, с твоих друзей - фейсов. Я думаю им надо рассказать всё, что нам известно о мире наших хозяев. Всё, что увидел - смело рассказывай, и, главное, согласуй с ними свою задачу по сбору дополнительной информации. Необходимо, чтобы они прониклись опасностью, и напряглись не по-детски. Нам не хватает для эффективного противодействия жукам аналитических исследований и прогноза по их действиям. Вот, мы тут с ребятами подготовили видеоматериалы, о том, что и как выглядит на этой планетке-веселушке, но, очевидно, потребуются дополнительные изыскания.
   Анализы и исследования мы можем сами провести, чтобы не таскать пробы, но нужны направления. Может, светлые умы человечества отработают тему? Главное, надо решить три основные задачи.
   Первая: найти эффективное оружие против этих уродов.
   Вторая: понять, как эти суки собрались высаживать десант, где и когда, но это больше наше дело. Я уверен - план "Барбаросса" уже лежит под подушкой главного шмеля, придется его стырить.
   Ну, и, наконец, третья: смогут ли наши консолидировать мировое сообщество вокруг темы захвата планеты, хотя тут как раз сложнее всего.
   Непонятно, кто из наших коллег-землян уже связался со своим правительством, и какую инфу эти контактёры приперли своим земным боссам. Вполне может быть, что мы первые кто заговорил об этих делах.
   Ну, и постарайся втолковать в дубовые головы уважаемых "сотрудников", что мы не знаем, как жучки-паучки собирают разведданные на Земле. А это значит, что как только фээсбешники начнут проводить мероприятия, они легко подставят нас. И я думаю, жуки нас устранят, может пятерых, а может и всех землян - всю тридцатку контактёров. Короче, выходя на связь с ФСБ, мы фактически ставим себя на грань провала.
   - Это-то я и сам понимаю, и без ваших инструкций, пан полковник, - иронично прервал я Макса. - Лучше скажи, что сам думаешь по нашим действиям в тылу врага?
   Обращение "пан полковник", видно не очень понравилось Виталику, он немного насупился, но продолжил без обиды в голосе, правда, уже не таким приказным тоном.
   - Я думаю у нас мало информации, и её надо активно собирать. Для этого следует действовать по нескольким направлениям. И первое из них, - поиск свидетелей колонизации мира, в котором мы сейчас воюем в качестве бойцов.
   - А это возможно?
   - Есть устойчивые слухи, что небольшая часть разумных существ, уцелевших после колонизации, прячется в горах и на полюсах планеты. Конечно, они обречены, и спасти их очевидно невозможно, но поговорить с ними для нас очень важно. Но фейсам этого пока говорить не стоит, хотя не знаю, может и сказать. Смотри по обстановке.
   - А что известно из слухов?
   - У нас есть бойцы из мира с цивилизацией похожей на ту, которая до колонизации существовала на планете, где мы находимся. Опять же, всё это условно, и возможно совсем не так. Короче, это цивилизация паразитов. Смысл в том, что разумный паразит берет под контроль животное или растение, и использует его для развития. Бойцы из мира разумных мхов контролируют целый вид больших червей с многочисленными щупальцами, типа волосков, именно это и позволило цивилизации развиваться успешно, у них - телепатическая связь в порядке вещей.
   У наших жуков, кстати, с телепатией тоже всё нормально, учти на будущее.
   Так вот, эти мхи-паразиты говорят, что чувствуют телепатические сигналы. Якобы сигналы усиливаются при приближении к полюсам. Один из наших, африканец, был там, говорит: видел много шхер, расселин в горах. Когда приблизился к одному из входов в пещеру, увидел своего давно умершего отца, что-то вроде духа, парящего в воздухе. И якобы отец ему запретил заходить в пещеру.
   - Да, блин-оладушки, чувствую себя немного в сумасшедшем доме.
   - Саня, я почти тридцать лет в этом доме живу. В общем, тебе придется слетать на полюс, поискать местных жителей. Надо понять, как и что случилось с планетой, как началась колонизация.
   - А почему я? Ты сам сказал, что тридцать лет там живешь, много знаешь, может тебе и флаг в руки?
   - Меня туда не пустит Совет, - и, помолчав немного, Макс добавил. - И ребят тоже.
   - Почему, могу узнать?
   - Это непросто, но я попробую объяснить.
   Мы дали что-то вроде присяги. Мы не можем навредить впрямую жукам. Информация, рассуждения, и даже интриги - это одно, а вот убить жука своими руками нельзя.
   - Оп-па... новая тема! Я что, должен, чтобы прогуляться по полюсу планеты замочить жука, что ли?
   - Да, без этого ты туда не попадешь, а если и попадешь - не сможешь вступить в переговоры.
   - Макс, ты понимаешь, что говоришь? Если я грохну жука - меня сразу поставят вне закона и ликвидируют. Разве ваш грёбаный Чуй не на этом настаивает?
   - Да, риск большой, но делать нечего, придется рисковать. Мы с ребятами думаем подстроить несчастный случай, короче: мы тебя будем страховать.
   - Очень мило, а кто со мной поговорил? Спросил, как я? Смогу ли я?
   - Выбора нет, Саня. Пока ты не дал им присягу, ты можешь просить познакомиться с планетой, тебе дадут сопровождающего, может двух. Полетишь на Север, там жука придется убрать и выходить на связь с аборигенами.
   - Как убрать, зарезать ножичком?
   - Будем готовить катастрофу яйца. Разработаем технически, дадим тебе инструкцию, ну а там - по обстановке, возможно, придется добить выживших.
   - Макс, катастрофа может убить и меня.
   - Может, но постараемся, чтобы не убила.
   - Блин... да что же это такое, вы просто гоните меня как бычка на убой!
   - Слушай, ты, неженка посольская, ты видимо забыл, что идет война, и завтра люди населяющую эту планету просто перестанут жить. Миллиарды жизней могут прерваться. Что ты хочешь этому противопоставить? Свою одну, самую ценную, жизнь?
   - А что вы, мать вашу, делали там почти двадцать с лишним лет? В шахматки играли и присяги жукам на верность давали? Извини, но это очень похоже на... - я осекся, аналогии приходили на ум уж очень нехорошие.
   Макс молчал. Я тоже не спешил продолжать свою обвинительную речь. Неожиданно из кустов вылез Мурза.
   - Парни кончай балаган, наш подопечный скоро проснется, Максу надо валить обратно, а мы с Саней договорим.
   Макс молча встал, и исчез в густых зарослях. Мы остались с Андрюхой вдвоём.
   - Сейчас около четырех утра, - начал мой старый товарищ, - наш сопровождающий вот-вот проснется. Давай мы с тобой встанем и пойдем вдоль пляжа. Он хорошо нас разглядит на фоне моря и светлеющего неба, и успокоится. А мы договорим.
   - Хорошо, давай так и сделаем, - не стал упираться я.
   Мы шли вдоль линии прибоя, иногда набежавшая волна подбиралась к нашим ногам, пытаясь лизнуть в пятки. Это было чудесно, похоже на игру, но разговор начался непростой, и постепенно на игривые языки волн я престал обращать внимание.
   - Ситуация сложная, - начал свой инструктаж Мурза. - Я слышал ваш разговор с Максом. Он немного не договорил, ещё одной нашей стратегической задачей является максимально долго оттягивать колонизацию нашей планеты, стараясь перенаправить усилия по колонизации на другие миры, но это, как ты понимаешь, не решит главной задачи - предотвратить "вторжение".
   - Давай без политработы, - прервал я Андрея, - инструктируй, по существу. Как планируем убрать жука-сопровождающего, и куда конкретно надо прилететь или попасть для поисков аборигенов?
   - Хорошо, как скажешь, и правда, давай я коротко тебе расскажу об уязвимости представителей цивилизации насекомых.
   Первыми идут кузнечики, богомолы-солдаты - они крепкие ребята, хотя в шахматах их не используют, но это и понятно, там не убивают, а солдаты должны убивать. Так вот, богомол-солдат обладает мощной защитой тела в виде искусственного бронежилета и естественного хитинового панциря. По нашим прикидкам его невозможно убить из стрелкового оружия даже крупного калибра, если не стрелять в незащищенную или слабо защищенную голову.
   Основное оружие - крепкая челюсть, способная вскрыть даже броню такой техники как БТР-80, например. То есть, они сильны в рукопашном бою. Как мы полагаем, главным фактором, определяющим их боевую ценность, является их огромное количество и скорость перемещения на поле боя. Очевидно, они десантируются, миллиардами и перемещаются этими массами со скоростью до 100 км в час, а может и быстрее. В полете они наиболее уязвимы, но главное они почти не пользуются пузырями, довольствуясь крыльями, хотя пузыри у них есть, но не очень большие.
   - Хочешь сказать, что их надо мочить на марше?
   - Не факт. Думаю, они будут очень хорошо погибать от плотного артиллерийского или авиационного удара, но тут нам должны подсказать земные аналитики. На видео, которое тебе дал Макс, подробно рассказано о боевых характеристиках кузнечиков. Мы полагаем, что можно организовать мощную зону поражения на месте или местах их десантирования.
   - А где это место?
   - Пока мы не знаем, но Виталик активно работает над этим. Может и тебе удастся что-то узнать. Продолжим.
   Жуки - слабаки, по сравнению с богомолами. Их можно убить даже из лука, не говоря уже о стрелковом оружии. В рукопашном бою они гибнут от простого удара. Их слабое место - сочленение головы с туловищем. Одного даже средней силы удара в это место хватит, чтобы устранить любого жука. Сложность в том, что они не стремятся подставиться под такой удар. В случае опасности они взлетают вверх и в рукопашной их достать сложно. Потому надо пробить их шарик, и добивать на поверхности, а это дополнительные сложности.
   Жуки обладают очень неплохими способностями по передаче информации телепатически. Мы точно не знаем, но предполагаем, что между членами одного клана обмен информацией или сигналами возможен на значительных расстояниях, и даже из космоса. Поэтому, если жук в сознании - он всегда передаст сигнал опасности членам своего клана, и тут уже по-тихому его убрать не получится.
   - Факт агрессии будет публичным?
   - Да, это верно, но если он без сознания, то добить его как раз не сложно. На этом строится и наш расчет. Транспортное яйцо...
   - Какое еще яйцо, ты о чём?
   - Я уже о твоей миссии, о переговорах с аборигенами.
   - Что-то с логикой у тебя не очень, то про одно, то про другое, ну ладно слушаю.
   - Так вот, транспортное яйцо попадает в аварию, жук-сопровождающий теряет сознание, и ты добиваешь его ударом в область условной шеи.
   - Очень много условностей. А если не теряет? А если я с ним вместе теряю? А если я промахнусь, или удар будет недостаточно сильным?
   - Тут много условностей, но всё же шансы есть.
   Первое, на что мы очень рассчитываем, это технологические особенности транспортного яйца. Дело в том, что при столкновении, падении, или взрыве, внутри транспортного яйца возникает, нечто-то вроде противоударного кокона. Он спасает пассажиров от последствий аварии.
   Кокон, сам по себе, является спасательной капсулой. В случае, если авария происходит в воздухе, кокон служит спускаемым аппаратом, если на поверхности, - то дополнительной защитой от осколков и прочее.
   Более того, он проводит диагностику состояния пассажира, для этого погружает подопечного в состояние анабиоза. Именно это и дает шанс устранить жука.
   - Уточни!
   - Всё просто, в нужном нам месте вы столкнетесь со скалой из-за якобы отказа навигационной системы. Яйцо разрушится, вы окажетесь в коконе на склоне горы. Твоя задача: быстро выбраться из защитной капсулы и, пока жук в отключке, стукнуть его в нужное место.
   - А это возможно? Что из себя представляет этот кокон? Как я достану из него жука. И главное: сам-то я, почему не буду в состоянии анабиоза?
   - Ты точно будешь в сознании, твою капсулу мы отключим от медицинских процедур. А капсула жука откроется при внешнем прикосновении. Куда жать, я тебе чуть позже покажу на планшете. Аварийная капсула жука тоже будет "бракованная", вполне себе жук может лапы задвинуть еще при аварии, и тебе его добивать не придется, но если придется - стукнешь кирпичом по нужному месту и делу конец.
   - Ладно, а как определить того он или этого? Пульс на лапе пощупать?
   - Нет, у них все просто - жуки меняют цвет глаз, если черный - ему кирдык, если серый - бери кирпич.
   - Все равно много условностей.
   - Согласен. Однако делать нечего. Давай продолжим. Миссия жуков в случае вторжения нами достоверно не установлена, думаем, их при вторжении нет.
   - Подожди, мы как-то с пятого на десятое перескакиваем. Ты мне про миссию мою дорасскажи? А потом про жуков на поле боя поговорим.
   - Хорошо, но про поля боя уже можно закончить. Потому как жуки туда не попадают, а шмели приходят уже на оккупированную территорию, и в бою тоже не учувствуют.
   - Андрюха, завязывай, не по теме. Я уже запутался в твоей логике. Начал с кузнечиков и о вторжении, а потом пришёл к моей миссии, и ни ту тему, ни другую до конца так и не раскрыл.
   - Я, честно, уже и сам запутался, давай задавай вопросы, может так проще будет.
   - Какие еще вопросы? Ты скажи, что дальше произойдёт, когда я жука пришибу?
   - Что произойдёт? Ищи аборигенов. Правда, учти: через час-два, так примерно, приедут спасатели. Жуки, может шмели, но точно вместе с богомолами-полицейскими. Эти богомолы - те же, что и солдаты, только живут дольше, и как я понимаю, слушаются команд, как собачки служебные.
   - Они увидят, что я жука прибил, и меня перекусят как БТР-80?
   - Может укусят, может и нет. Но я думаю, даже если все будет плохо - сразу не убьют, повезут на разборки.
   - Утешил, мать твою!
   - Саня, что ты психуешь? Ты же видишь - всё в нашей истории сплошная импровизация. Ты сам должен додумать, как себе алиби состряпать, как аборигенов найти, и что у них спрашивать.
   - Андрюха, вы, походу, за двадцать с лишним лет сидения на планете с большим количеством углекислого газа, совсем тронулись? Я ничего не знаю об этом мире, ни законов, ни технологий, ни того, как они себя ведут в той или иной ситуации.
   При этом, инфу вы мне даете какими-то кусками, путаете следы, как зайцы. А главное, никакого выбора мне не оставляете. Ты не можешь мне ничего сказать про аборигенов. Как их искать? Где их искать? Но говоришь, что у меня не более двух часов на всё про всё, и отмазываться, по итогу, придется мне одному.
   - Ну, где их искать я тебе прямо сейчас могу показать.
   - О, новый поворот! Извольте, покажите!
   Мурза достал смартфон из кармана шорт. Включил его и стал демонстрировать мне картинки пейзажа каких-то гор и пещер.
   - Это район предполагаемой катастрофы. Аборигены в этих пещерах. Зайдешь внутрь - они сами к тебе выйдут. Только не забудь свою шапочку снять.
   - Выйдут? Ты уверен? Может надо что-нибудь крикнуть?
   - Угу, крикни им: "Леопольд выходи, выходи подлый трус!". Саня, никто из нас ничего не знает, действовать надо по обстановке. Я тебе уже сказал.
   - Чёрт вас возьми! Там дышать-то хоть можно? Я там без шапки не издохну, хотя бы?!
   - Вроде нет. Анализ атмосферы мы не делали, но по расчётам, вроде дышать можно.
   - Ну... ладно, а скажи мне милый друг, когда мне отправляться на эту операцию?
   - Сразу как вернешься, наш куратор - Вася - начнет с тобой задушевную беседу, ну ты его и попроси, мол, для того, чтобы освоиться - пусть экскурсию проведут, остальное уже наша забота.
   - Скажи, а оружие я могу с собой пронести с Земли, ну там нож или пистолет.
   - Теоретически можно, проблема в другом, там этот арсенал спрятать не получится, вычислят на раз.
   - Матрос и Макс говорили об оружии, мол, надо гоблинов отстреливать, это они от души в эмоциях? Или есть план, как оружие переносить и хранить?
   - Не знаю, я как-то бутылку водки принес. И ходил с ней, как дурак. Поставить некуда, там же мебели нет, хранить негде - поставил в угол комнаты, через пять минут уборщики появились и разложили мою бутылку в пыль. Так что, либо носи с собой, либо пей на месте. Хотя, Костя Сажин у нас голова, может, придумает что-нибудь?
   Я задумался. Между тем, тропическая ночь переросла в рассвет. Солнце быстро вставало над горизонтом, природа вокруг нас заиграла новыми чудесными красками. После серого удушающего тумана мира насекомых было стойкое ощущение, что я попал в рай.
   - Ладно Андрей, я еще побуду тут один. Осмыслить надо всё, что вы с Максом тут наговорили.
   - Хорошо Саня, я буду тут до конца дня. В смысле - я настоящий, так что, если что - не стесняйся, задавай вопросы.
   С этими словами Мурза ушел по направлению к лагерю. Я присел на какую- то выброшенную океаном корягу и погрузился в собственные мысли.
   Меня не покидало стойкое ощущение, что парни недоговаривают. Сначала Макс пытался меня выстроить и приказы отдавать, когда не вышло, умолк и толком не договорив, свалил. Потом Андрюха еще больше запутал ситуацию, и тоже, как мне показалось, с радостью смылся. Что все это может означать? Загадка...
   Ладно, надо систематизировать полученную информацию и определиться, как быть дальше.
   Первое - это то, что я должен сказать сотрудникам ФСБ. А что я им должен сказать? Что я успешно внедрен, и что отечество в опасности, но при этом ни время вторжения, ни место мне не известны.
   Очень общие характеристики и по вооружению, и по тактике действий вероятного противника. Стоп, почему вероятного? Да потому, что я лично солдат-кузнечиков не видел.
   Всё, что я знаю - это всё слова и показания моих друзей. Вот ключевое слово! Меня ведут - тут всё очевидно, у меня нет ни одного альтернативного источника, я перекинулся всего парой фраз с непонятного вида куратором, посмотрел издали на кузнечиков и жуков, шмелей не видел в принципе. Значит, мне для разговора с ФСБ нужно больше информации. Где её взять?
   Второе - меня настойчиво подталкивают на переговоры с некими аборигенами. Ладно, наверное, это нужно.
   Третье. Есть ещё земляне, которые живут и учувствуют в боях в этом мире насекомых, очевидно надо говорить и с ними. В конце концов, нужно поговорить со шмелями и жуками, причем из разных партий, как там они у них называются, "лоялисты" и "диктаторы"? Но с какой позиции говорить? Это вопрос. Если сейчас ради переговоров с аборигенами я пришибу жука, то рискую быть дискредитирован как переговорщик. А не подстроено ли это специально?
   Опять же эта странная шапка, якобы для переговоров со шмелями, которую мне водрузили на голову во время появления в мире насекомых. Намеки на мою особую миссию, которую не могут выполнить парни, прожившие там столько лет, а я могу...
   Предположим такой сценарий. Я убиваю жука, говорю с аборигеном. Потом меня хватают другие жуки. Публично допрашивают самые высокопоставленные шмели. А перед этим, по просьбе Макса и Олега Матросова, я притаскиваю контрабандой винторез с оптикой, типа гоблинов отстреливать. Ведь создать земное оружие там не получается, сам пробовал.
   В ходе допросов мне пришивают попытку госпереворота, связи с сепаратистами (аборигенами), а также покушение на убийство лидеров насекомых. Перебор, нерабочая версия. Почему? Какой мотив? И шапка, зачем шапка? Допрашивать могут и с переводчиком. И все же в этой версии есть какой-то резон. Например, политика. Я так полюбил "лоялистов", что готов ради них на всё, в том числе на физическое устранение Чуя из земного снайперского оружия. Чушь. Хотя, если парни сотрудничают с жуками, то у этой версии много вариантов.
   А что говорит за "сотрудничество"? Признание Макса? Присяга жукам? Да, это так, но еще больше за это говорит спешка, с которой меня вербовали, потом рисовали мне задачи. Всё это так выглядит, словно меня давно записали в сакральные жертвы, причём как эти (ФСБ), так и те (Макс и товарищи).
   Что же мне делать? Надо сломать им игру. Придумать, что-то такое, чтобы у меня был свой вариант. Тогда сразу станет ясно, чей сценарий выгодно реализовать именно мне, ну и конечно всему человечеству.
   Вот тут я расплылся в блаженной улыбке. Я и человечество! О! - Это круче, чем галантерейщик и кардинал! У нас, как оказалось, есть общие цели. В голове возникла огромная стела, уходящая высоко в небо с надписью золотом: "ОН СПАС НАШ МИР". Памятник. Посмертно. Скупая мужская слеза невольно навернулась мне на глаза. Мда...
   Из восхитительного мира самолюбования меня вывел голос парня, который следил за мной всю ночь.
   - Александр Иванович, вас в штабной палатке начальство спрашивает.
   - Степан, хороший ты парень, но настырный, помечтать не даёшь, - ответил я, с некоторой досадой за прерванные мечтания.
   Я направился в лагерь. "Так всё-таки, что говорить сейчас фейсам?", - эта мысль не давала мне покоя. И вдруг я вспомнил тот гражданский самолет на полосе в охваченной войной Чечне. Вот бы мне сейчас этот самолет, с тоской подумал я. И вдруг сознание очень ясно нарисовало картинку, которую демонстрировал Мурза буквально несколько часов назад. Неизвестные горы, охваченные клочьями полупрозрачного тумана, с черными пастями пещер и расселин.
   - Туда хочу, туда мне надо, - неожиданно для себя, произнес я в голос.
   И в тот же миг случилось - сознание замерцало исчезая, ноги подкосились, и я провалился в какую-то черную яму.
  

Аборигены и их тайны

  
   Очнулся я, лёжа на спине, и надо мною было голубое небо, но какая-то дымка - грязно-серого цвета - мешала поверить в искренность и чистоту его голубизны. Я пошевелился. Всё вроде нормально. Пробую встать. Удалось без особых усилий. Оглядываюсь.
   "Чёрт возьми, я в том самом месте, которое было на картинке с планшета Мурзина", - эта мысль поразила меня до крайности - "Этого не может быть!".
   Оглядел себя. На мне обычная земная одежда, в которой был на пляже в Индонезии.
   Мысли полетели:
   Что же делать? Как вернуться обратно? Вот засада!
   Попал, как в анекдоте: вышел в дверь, а дверь с той стороны захлопнулась, и я в другом мире.
   Что сейчас будет? Как вернуться?
   Это паника! Пока - лёгкая.
   Надо попробовать представить пляж в Индонезии и сказать громко: "хочу туда".
   Сосредоточился на последней.
   Тут же и принялся экспериментировать, но столкнулся с неожиданной проблемой: четкой картинки пляжа не вырисовывалось. Как-то всё "в общем" и размыто.
   Это невероятно - память отказывалась подчиняться. Нет, я помнил кто я и что я, но вот зрительного изображения, как ни старался, в голове не складывалось.
   Между тем, я вдруг ощутил, как мне тяжело дышать и что начал потеть - было душно и влажно, хотя кругом горы, но ощущение такое, будто я во влажном зловонном тропическом болоте.
   Наконец принял решение подняться по склону горы чуть выше, в надежде облегчить дыхание.
   Идти оказалось непросто, но все-таки, довольно быстро добрался до ближайшей скалы, которая, как мне казалась, была выше остальных.
   Восхождение началось с неожиданного срыва, я поскользнулся и скатился в расселину, при этом разбив в кровь плечо и руку. От боли и отчаянья застонал. В этот момент, краем глаза в темной глубине расселины разглядел совершенно неожиданное свечение.
   "Что это за чудеса?", - пронеслось голове.
   И тут я чуть не сошёл с ума. Сноп света в расселине обрёл очертания, и в них я узнал силуэт хорошо знакомого человека. Это был мой бывший условный тесть - профессор (официально-то мы с его дочерью так и не расписались). Причем это явно было изображение, точнее голограмма. Я встал и, не обращая внимания, на боль, как зачарованный побрёл к нему. Голограмма дрогнула, словно от дуновения ветра, и в моей голове возникла четкая фраза.
   - Тебе дальше нельзя, человек.
   От удивления и неожиданности я ответил в голос.
   - Кто тут? Профессор это вы?
   И снова четкий ответ возник в голове.
   - Мы живем здесь, а это светящиеся изображение взято из твоей памяти. Мы не хотим с тобой встречаться, но остановить тебя должны.
   - Вы - жители этой планеты? - снова в голос спросил я.
   - Да, - все так же в моей голове прозвучал ответ.
   - Я пришел к вам, вы нужны мне. Нам угрожает опасность, и вы можете нам помочь.
   - Мы обречены, поэтому никому уже помочь не сможем.
   - Можете. Расскажите, что произошло с вашей цивилизацией, как проходило вторжение, колонизация. Это спасет наши жизни.
   - Нам это не надо, уходи, - как приговор прозвучало в моей голове.
   - Послушайте вы! Если, ваша цивилизация погибла, из-за ваших ошибок, не дайте их повторить. Мы отмстим за вас, и возможно появится шанс спасти тех, кто еще жив на вашей планете.
   - Человек, дай нам подумать, но оставайся на месте, - прозвучал ответ после небольшой паузы.
   - Ну, это уже лучше. Готов подождать, - оптимистично согласился я.
   Ожидание оказалось недолгим. Минут через десять в моей голове вновь активировался всё тот же вариант общения - неожиданно возникающая фраза.
   - Мы готовы к передаче информации, спрашивай. Что тебе надо, человек?
   - Как проходило вторжение?
   - За некоторое, небольшое, время до трагедии, - нам трудно сказать в твоих единицах измерения, за сколько - в нашей системе мер это было шесть спутников Алаир назад, - у нас появился член общества, который утверждал, что находился в другом мире. Долго находился. Там, как декларировал он сам, - он был воином. За время жизни там, он узнал страшную тайну иного мира. Жители этого мира имеют план напасть и захватить наш мир. Так сказал он. Потом он привел еще членов нашего общества, в разное время попавших в неизвестный и враждебный нам мир. Число их было тридцать. Все подтвердили, вторжение скоро. Указали место, где всё случится.
   - А где было это место? И оно одно или несколько?
   - Место на экваторе планеты - зелёные заросли, в обилии произраставшие в теплом и влажном климате. Мы собрали в этом месте всех лучших воинов, и все системы защиты для отражения атаки. Вторжение началось не так, как мы ожидали. Враги не пришли, в этом месте возник луч смерти. Аннигиляция огромной мощности. Наши оборонительные системы и воины погибли. Все. За доли самой малой единицы времени. Синхронно во многих местах экватора - высадка, огромное количество насекомых, пожирали всё на пути. Быстрое перемещение от экватора во все стороны. Там, где они побывали, всё погибло. Наша планета быстро опустела. Те немногие, кто уцелел, бежали в эти горы.
   - А куда делись те тридцать членов вашего общества, которые принесли вам план колонизации планеты?
   - Об этом больно говорить, но они за услугу предательства живут в резервации. Точно мы не знаем, как и что происходило, но примерно сто тысяч членов нашего общества живут в стеклянном куполе на одном из континентов нашего потерянного мира. Из купола приходили к нам переговорщики, в том числе и из тех тридцати, кто предал наш мир. Они уговаривали нас перейти в резервацию. Мы отказались. Мы обречены, но хотим умереть на свободе.
   - Вы можете телепатически общаться со своими членами общества, находящимися в резервации?
   - Нет, наши контакты заблокированы, но иногда к нам приходят некоторые новости оттуда.
   - Да? И что это за новости?
   - Они разные. Иногда нам пытаются навязать свою волю, рассказывая, как хорошо жить в резервации, иногда наоборот, мы чувствуем стоны и страдания тех, кто живет там.
   - А я могу встретиться с теми, кто в резервации?
   - Это сложно, и мы этого не знаем, хотя нужно подумать. Иногда в наши горы прилетают граждане других миров, и они встречаются тут с членами общества из резервации.
   - Встречаются тут? Почему?
   - Мы не знаем, телепатическую связь блокируют.
   - Вот как. Скажите, а вы можете контактировать телепатически с вашими захватчиками-насекомыми?
   - Можем, но только на небольшом расстоянии и в пещере, как с тобой, человек.
   - Скажите, а можно ли узнать, что у шмеля или жука в голове, ну что он думает, скрывает, не хочет говорить?
   - Нам понятно твое желание человек, ты хочешь узнать тайны их планов?
   - Да.
   В моем сознании повисла длительная пауза. Я даже начал волноваться, не ушли ли мои собеседники. Но через некоторое время, всё так же телепатически, я услышал то, что они хотели мне сказать.
   - Можем, мы можем, но надо, чтобы тот, кто тебе нужен, локализовался в этой пещере, иначе не получится.
   - Уважаемые, тогда у меня к вам просьба, возможно, я скоро окажусь здесь в сопровождении важных жуков или шмелей. Возможно, тут же окажется кто-то из членов вашего общества, находящихся в резервации, вы сможете мне помочь допросить их?
   - Допросить? Это что?
   - Узнать их тайны.
   Опять молчание, и через паузу ответ.
   - Сможем, но ты должен обещать нам, что оставишь тех, кого ты хочешь допросить нам.
   - А вы читаете и мои тайные мысли? Круто, но тогда мы с вами заключим искренний союз.
   - Мыслим - всё это напрасно.
   - Что значит "это напрасно"? Вы же читаете мои тайные мысли, я искренне хочу помочь.
   - Ты очень скоро умрешь.
   - Как умру? Почему?
   - Твое тело, которое ты оставил на своей планете, его биологический механизм остановлен - ты умираешь.
   - Что вы такое говорите? Я ничего не чувствую. Клон не может умереть, мне это сразу сказали, несколько раз.
   - Но это если переход осуществляется под надзором. Ты к нам прибыл без разрешения. Твой клон на Земле -- это механизм, и он сработал не так, как ему положено.
   - Откуда вы это знаете?
   - Мы читаем мысли и не только твои. Шмели убивают так бойцов из других миров, но от этой беды можно защититься, если контроль организуют старшие кланов.
   - Понятно, общий "сигнал". Макс и другие старшие земных кланов так защищали своих бойцов.
   - Возможно, хотя мы и не пользуемся порталами перехода, но иногда силой мысли можем взять переход под контроль.
   - Вы поможете мне вернуться на Землю?
   - Поспеши, иначе скоро умрет твой мозг.
   - Как вернуться? Я не могу!
   - Ты правильный, искренний человек, мы поможем тебе. Сосредоточь память на картинке, хранимой твоим сознанием, которую ты видел последней, перед тем, как попал к нам. Отбрось все другие мысли, от того, как ты это сделаешь, зависит твоя биологическая жизнь. И постоянно повторяй про себя, что хочешь вернуться.
   После этой фразы, возникшей в моей голове, я вдруг очень серьезно осознал опасность, о которой они говорили. Сел на землю, обхватил колени руками, опустил голову. Сосредоточившись на своих воспоминаниях, твердил как молитву: "Хочу вернуться".
   Мое сознание начало мутнеть. Последнее, что я успел заметить, это огромных улиток или червей, со светящимися головами, которые ползли ко мне со всех сторон. Потом была четкая и ясная картинка пляжа, удар молнии, и я открыл глаза.
   Надо мной суетился наш индонезийский врач. Мы его звали Яник. В руках он держал электроды дефибриллятора.
   Я, еле разлепив губы, спросил по-индонезийски:
   - Яник, что со мной?
   - Он очнулся, - обращаясь к кому-то рядом, ответил наш доктор.
   Дальнейшие события происходили со мной в каком-то тумане. Меня куда-то несли, куда-то укладывали. Кололи что-то в вену. Я слышал отрывочные фразы на русском, индонезийском. Но потом провалился в сон, сквозь который слышал разговоры, шум винтов вертолёта.
   Наконец сознание стало медленно возвращаться, и я увидел, что лежу на госпитальной койке, а рядом сидит моя любимая Света. Она гладила меня по щеке. Слезы, заполнившие её глаза, горошинами катались по милому мне лицу, срывались с подбородка, падали на белые простыни постели. И всё же она улыбалась. Я улыбнулся в ответ, и тихо спросил:
   - Что со мной произошло, любовь моя?
   - У тебя остановилось сердце, - голос её дрожал и, видимо осознав это, она поспешила успокоить. - Но сейчас всё позади, всё хорошо. Ты скоро поправишься.
   Я нашел её руку и, слегка сжав, не желая потерять эту ценность, поднес к своим губам. Она уткнулась лицом мне в плечё и заплакала. Так, молча, мы провели несколько минут.
   - Как дети? - решил я снять тягостное молчание вопросом.
   - Всё хорошо.
   Света подняла голову и, торопливо вытирая слезы, принялась рассказывать про проказы Игоря, про достижения Ани. Про их совместные игры. Я молча слушал. К горлу подступил горький комок, хотелось плакать навзрыд. Хотелось кричать, как я хочу домой, как мне надо срочно увидеть детей, но я молчал, а горечь пережитого всё больше и больше парализовывала меня.
   Я понял - если сейчас Света не уйдет, то никаким усилием воли я не смогу вернуть себя в этот сумасшедший мир насекомых. На мое счастье дверь в палату открылась и на пороге появилась медицинская сестра. Наша, русская, и я понял, что нахожусь в госпитале при посольстве.
   - Простите Светлана Андреевна, Александру Ивановичу переутомляться пока нельзя, его сейчас должен осмотреть доктор, а потом пациент отдохнёт, и вы еще придете.
   Мы трогательно простились, и Света ушла. Но почти тут же в палате появились двое моих старых знакомых. Лысый и толстый. Этого я не смог вынести, и как только они подошли к моей койке, я представил себе Костю, кристалл, и мысленно произнес: "Вернуться назад!".
  

Инопланетный Штирлиц

  
   Я снова вернулся в мир серых облаков и скучных интерьеров. Костя Сажин, сверкая своим ведерком на голове, встретил меня вполне дружелюбно.
   - Как погулял, уважаемый? - с легкой иронией обратился он ко мне.
   - Да уж погулял, так погулял, - в тон ему ответил я.
   - Ничего, сейчас все станет лучше. Не помню, говорил тебе или нет, бессмертны только наши клоны, мы, к сожалению, нет. Поэтому, когда мы сами по себе - мы обычные люди.
   - Мурза уже вернулся? Информировал вас о моих злоключениях? Хозяева в курсе, что я опоздал из увольнения по уважительной причине?
   - Не волнуйся, все в курсе. Кстати, Вася, наш куратор, уже достал своим ожиданием. Сейчас явится по твою душу.
   - Понятно, что еще плохого?
   - Он тебе расскажет, что у нас "хорошего", - в своей невозмутимой манере прокомментировал Костя.
   Куратор не замедлил явиться. Прилетел, наш пердун, как ангелок по мою душу.
   - Здравствуйте Александр, - забубнил жук через мою шапочку на голове.
   - И вам чудненького дня, - не удержался я от легкой подколки.
   Жук, очевидно, её никак не воспринял, и сразу перешёл к делу.
   - У нас с вами обширная программа подготовки, вам скоро уже надо начинать участвовать в сражениях. Адоптировались ли вы в нашем мире?
   - Как сказать, мир ваш, богат, красив и интересен, но я не всё в нём еще понимаю. Видите ли, мои друзья очень хорошо мотивированы, они все поддерживают партию "лоялистов", и я тоже готов поддержать именно это общественное движение, и всё же, для полного идейного становления мне бы хотелось встретиться с кем-нибудь из представителей "диктаторов", а еще больше хотелось бы побеседовать с бойцами, выступающими на стороне "диктаторов".
   - Это не обычное и очень неожиданное предложение. Я не очень разобрался, что такое идейное становление. Ранее, ваши товарищи, таких причин для вступления в ряды бойцов, не называли.
   Жук явно напрягся, пытаясь прочитать мои тайные мысли, но я был к этому готов, поэтому активно представлял в голове картинки из разных мультиков. Видимо, мультяшные изображения в моей голове смутили его ещё больше.
   - Хорошо, давайте попробуем. С кем из "диктаторов" вы хотели бы встретиться?
   - Я знаю только одного великого шмеля из этой партии - шмеля по имени Чуй, - твердо, и даже с вызовом, провозгласил я.
   Мой жук, явно выпустил неожиданно большую струю газа, потому как, чуть не шлепнулся на пол.
   "Обделался от страха", - подумал я.
   Жук тут же подскочил чуть не к потолку.
   "Прочитал мысль", - я снова "громко" подумал, чтобы у жука не возникала сомнений в трактовке образов.
   - Хорошо. Я думаю такую встречу организовать можно, но раньше никто об этом не просил. К тому же, шмель Чуй - очень занят, и может просто не найти время для встречи.
   "Эх, Вася, Вася, я думал ты авторитетный уважаемый жук, а простую встречу организовать не можешь", - снова четко впечатывая в свое сознание каждое слово, продолжал я мыслями доводить жука.
   Вслух же сказал:
   - Уверен, что ваш авторитет и высокое звание в обществе граждан, позволят решить этот вопрос. Ну, а встреча с бойцами "диктаторов", это возможно?
   - Тут у нас не будет никаких проблем, - гордо просвистел жук, а шапочка перевела.
   - С кем будем встречаться? За "дикторов" сражаются многие расы других миров. Есть даже люди.
   - Давайте встретимся с людьми и гоблинами.
   Жук снова напрягся, пукнул, присел, но быстро оправился.
   - Хорошо, ждите меня тут, я очень быстро вернусь, и полетим на встречу с бойцами "диктаторов".
   Жук исчез. Я повернулся к Косте. Тот стоял в изумлении. В его глазах читался немой вопрос: "что за фигня?". Я поспешил успокоить товарища.
   - Костя, я все знаю, помню, и конечно выполню, то, что просил Макс, но сам понимаешь, у меня своё виденье, своя система ценностей.
   Говоря это, я достал планшет и набрал буквы в стиле таблицы Рабкина: "Задание ФСБ". Сажин понимающе кивнул.
   - Ладно, давай крепни идеологически, я тут, если что.
   Жук прибыл в яйце. Уже привычно забравшись вовнутрь, мы двинулись в путь. Как обычно летели недолго. В полете молчали. Я опять мыслил картинками, чем, наверное, излишне напрягал жука, но такова его не простая жизнь, он же - куратор. Наконец мы добрались до очередного комплекса кристаллов.
   Яйцо плавно проникло в жилой кристалл-призму. Я сразу узнал обитателей этого кристалла, это были американцы. Да, я думаю, любой житель Земли на моем месте ни на секунду не усомнился бы в гражданстве этих землян.
   Ребята сидели на стульях, закинув ноги на тумбочки и столы, у каждого в руке по бутылке пива, а негр в углу - дымил сигарой. Я тут же подумал: "оказывается и так можно - пиво, сигары, поди, вискарь в стаканах, а мне Макс заряжал сухой закон, мол, тут не бухнёшь". Вслух же, я как можно более непринуждённо, произнес фразу по-английски, перевод которой на русский, наверное, даже и не нужен.
   - Hi, boys!!!
   Ответ последовал незамедлительно.
   - Hey, who are you?
   Дальше, понятно, разговор пошел в довольно вызывающем тоне. Для меня это не было чем-то неожиданным. По жизни пришлось пообщаться с разными американцами, в том числе и с военными. Бескомпромиссное превосходство, граничащее с хамством, которое они демонстрирую во всех уголках мира, хорошо известно. Поэтому я начал разговор как свой парень. Чем удивил жука, но честно - было не до него.
   - Парни, зашёл выпить с вами пивка, могу угостить, если есть желающие.
   Я рискнул представить ящик пива Будвайзер. И, черт возьми, у меня вышло! Ящик возник у моих ног. Я стал выхватывать из ящика бутылки и подкидывать их желающим. Как ни странно, от пива не отказался никто.
   - Эй, парень, ты кто такой? - повторил вопрос, но уже более дружелюбно, один из американцев.
   - Я - русский, - как можно более беззаботно ответил я.
   - Русский? Какого черта тебя сюда принесло, да еще с этим вонючим жуком?
   "Вася, оставь нас, пожалуйста", - как можно яснее оформил я мысль у себя в голове. К моему удивлению, Вася быстро исчез.
   - Парни я долго жил в Штатах, - соврал я, - поэтому не мог не навестить вас. Я тут недавно, и конечно мне интересно: что тут за дела, на чем можно заработать, и как нормально жить в этой серой туче?
   - Э... а что твои русские друзья? Они тебя, что, отказались принимать в сою компанию? - картинно выразил общий вопрос негр, куривший сигару в своём углу.
   Остальные нагло заулыбались. Я не смутился и продолжил:
   - Они, как и все русские, слишком увлечены идеями, а я человек практичный, хочу посмотреть: где выгодней и что лучше, а кто как не вы в любом месте быстрее всех соображает, где можно обрести выгоду!
   - Эй, Фрэнк, а парень мне нравится, - подмигнул негру один из крепких парней в костюме карнавального ковбоя.
   - Как тебя зовут, дружище? - обратился он уже непосредственно ко мне.
   - Александр. А я смотрю, вы тут неплохо устроились: пиво, сигары, виски. Да и одеты вы приличнее, чем мы.
   - Да, в своем костюмчике для рекламы ситро, ты смотришься по-идиотски.
   Парни весело заржали.
   - Дик, вспомни, когда мы работали на этих "демократов", мы тоже пили пиво только дома, - вмешался в разговор мужчина небольшого роста в довольно комичном фраке, белой сорочке и с котелком на голове.
   - Да, это правда, Энди, - ответил, ковбой.
   - Тут, парень, - обращаясь ко мне, продолжил тот, кого назвали Дик, - всё измеряется иначе, чем у нас в Штатах, но и тут можно жить неплохо, если понять, как оно всё работает. Сейчас мы заключили новый контракт, жить стало лучше, потому что поставили этим жукам навозным свои условия: либо мы живем весело, отдыхаем так, как считаем нужным, либо на поляне с лампочками мы надерем им задницу.
   - Слушай, Дик, а если тут самим стать хозяевами, можно неплохо подняться, как думаешь? - задал я провокационный вопрос.
   В комнате сразу воцарилась тишина.
   - Эй, парень выпей с нами пива, - подал из угла голос негр по имени Фрэнк.
   Я демонстративно, откупорил бутылку и выпил её залпом до донышка.
   - Ты мыслишь верно. Дружище, - продолжил негр, - но эти жуки постоянно подглядывают за нами и стараются залезть в голову. Единственное, чем мы спасемся от них - это алкоголь, когда ты немного пьян, они не видят твоих мыслей, но зато слышат слова. Мы не можем прямо сейчас сказать тебе, что думаем и как собираемся жить дальше, но если ты будешь с нами, ты скоро многое узнаешь. И поймешь, что мы, американцы, слишком свободная нация, чтобы служить, как собачки, каким-то хозяевам.
   - Фрэнк, извини за глупый вопрос, но мне кажется, что все жуки одинаковы, что демократы, что эти, которые хотят колонизировать все планеты подряд. Как ты думаешь?
   - Я, и ребята, в сортах говна не разбираемся. Тут я самый старый боец. Попал сюда лет тридцать тому назад, потом остальные подтянулись. Так вот, мой друг, жуки для нас - ничем не отличаются, с ними надо быть осторожнее, но не надо их бояться, а если они сунутся к нам, на Землю, мы им так вломим, что только их вонючая вонь останется.
   - А тут им вломить нельзя?
   Фрэнк явно не ожидал от меня такого напора. Он задумался, отхлебнул из своего стакана, явно не пива и, немного помолчав, сказал:
   - Алекс, не спеши, всему свой срок. Главное будь с нами.
   - Парни, если бы я не хотел быть с вами, я бы не пришел. У меня есть конкретный план, как тут можно всех отжать и заработать. Но мои русские друзья не смогут мне помочь, сможете только вы.
   - Дики, дружище опусти шторку, а то что-то свет режет глаза, - несколько загадочно сказал Фрэнк.
   Ковбой встал со своего места. Тут же все, кто находился в комнате, сняли головные уборы и протянули ему. Дик подошел ко мне, я, молча, снял свой ершик с головы и отдал. Потом он подошел к стене кристалла и исчез.
   "Пошел в соседнее помещение", - понял я.
   Через мгновение ковбой вернулся, подошел к одной из стен, на которой тут же услужливо засветился экран. Что он сделал - я не понял, он стоял ко мне спиной. Но от его действий по углам кристалла засиял голубой свет, как в игрушке "волшебный шар". Маленькие голубые молнии, как намагниченные, сменяя друг друга, замелькали по граням кристалла.
   - Говори свой план, только быстро, этот экран работает недолго, - дал добро Фрэнк.
   - Парни, мне повезло, я сумел переговорить с местными аборигенами, теми, что в резервации. Они сказали, что жуки готовят вторжение на Землю, но их можно легко убрать, если узнать, когда планируются нападение. Перед самым вторжением надо захватить пирамиду. Там инкубатор богомолов-солдат для вторжения. Они, типа, там в яйцах, и беззащитны, мы их перебьём - и высадка обречена. А с жуками мы справимся на раз, и всё - наше: технологии, материалы, - а это такие бабки парни! Рокфеллеры будут нам сигары раскуривать.
   Мои слова произвели на людей, находившихся в комнате, эффект разорвавшейся бомбы. Я, конечно, блефовал, фантазировал, но, кажется, попал в десятку.
   - Ты откуда такой взялся? - тихо, но очень внятно сказал Фрэнк.
   - Три дня на этой планете и уже все знает, тебя КГБ прислало?
   - Нет, так вышло, - попытался оправдаться я.
   - Как ты узнал про резервацию, как ты попал туда? Это просто нереально! Про резервацию на этой планете знают не более десятка шмелей, а из бойцов, честно скажу, знал только я, и никому, даже цэрэушникам, не говорил!
   - Я скажу тебе, Фрэнк - это не секрет.
   Когда я попал сюда, то после первого знакомства меня отпустили домой на Землю, ну ты понял - через клон, и так далее. Там, на Земле, со мной случился сердечный приступ, и я, не знаю почему, представил эту планету, и попал в резервацию. Там живут местные аборигены, этакие слизняки со светящимися головами, они мне всё и рассказали, а потом помогли вернуться.
   Мои собеседники были явно ошарашены моими откровениями. Похоже, я раскрыл для них такие тайны, о которых никто из них даже не подозревал.
   Молчание длилось довольно долго, наконец, Фрэнк сказал:
   - Парень, я не могу тебе поверить полностью, мне надо всё обдумать, одно я тебе скажу точно, ты в основном прав. Пирамида действительно ключ ко многим секретам этого вонючего мира, а жуки спят и видят, как вторгнуться на Землю. Да и резервация действительно существует, но одного ты не знаешь: мы все - земляне, живущие здесь, - уже наполовину жуки.
   Вот тут опешил уже я. В голове пронеслось: "Капец, никогда Штирлиц не был так близко к провалу!".
   - Как же так, Фрэнк, ведь вы же пять минут назад говорили, что готовы вздуть жуков, и тут выясняется, что сами почти жуки, - только и смог сказать я.
   - Да, брат, в нашем генетическом коде уже произошли необратимые изменения, мы несем в себе гены насекомых. Скажу тебе больше, если жуки захватят Землю, то мы будем жить уже в земной резервации, и наши потомки всё больше и больше будут походить на жуков, так они формируют новые виды насекомых. Шмели - это как раз и есть конечный результат нашей мутации, через века будет земной клан шмелей. И это - та печальная судьба, которую нам готовят.
   Похоже, Фрэнк сказал лишнего, потому как теперь зашумели его товарищи.
   - Фрэнк, ты не говорил нам этого раньше!
   - Что за дела, дружище? Мы не хотим ни в какие резервации! - неслось со всех сторон.
   - Тихо парни! - успокоил внезапно возникший шум негр.
   - Мы ведем пока переговоры с другими лидерами человеческих кланов, и потом мы связались с ЦРУ. Мы не дадим захватить Землю!
   - Ты пришел неожиданно и, возможно, не вовремя, - обратился он уже ко мне.
   - Возможно твой друг - русский Виталий, - не всё успел тебе рассказать, но мы не собираемся сдавать Землю жукам.
   Контракт с жуками из партии колонизаторов - прикрытие. Нам нужно оружие, чтобы захватить пирамиды. Их несколько, но сил хватит, если мы объединимся. Сейчас об этом говорить рано, нам нужно узнать, когда они планируют вторжение, это на данный момент - самое главное.
   - Извините, парни, если я что не так понял, но один небольшой нюанс. Виталий говорил, что он, и наши русские парни, - не могут убивать жуков. Якобы у них есть клятва, запрет на эти действия.
   У вас таких запретов нет, надеюсь?
   - И у нас есть, но всё решаемо. Алекс, тебе пора идти. Сейчас защита закончится, и жуки смогут прослушать нас. Поговорим немного позже и, я думаю, уже в присутствии парней из других земных кланов.
   Действительно, молнии по граням кристалла стали затухать.
   Я поднялся. Попросил свою смешную шапочку. и когда её принесли, подошел к каждому американцу, искренне пожимая руку в знак доверия. Лица у них были не такие безмятежно хамские, как до нашего разговора, теперь они были похожи на потерявшихся детей, ещё чуть-чуть и заорут: "Мама, я тут!".
   Когда молнии потухли, я позвал своего жука, и мы отправились к гоблинам.
   Размышлять в дороге об услышанном не стал, хотя сделать это было непросто, - мысли вихрем стремились заполнить сознание. Пришлось усилием воли давить их картинками. Вспоминал детей... и такая тактика принесла успех, всё-таки не зря меня учили на разведчика, эмоциональные воспоминания помогли быстро отвлечься.
   Наконец мы добрались до жилища гоблинов. Жук счёл своим долгом предупредить меня.
   - Эти бойцы очень агрессивны, я туда не пойду. Там есть кристалл для ожидания. Если агрессия этих бойцов дойдет до вас, то просто подумайте, что хотите выйти, я открою выход.
   - Они хоть разум-то имеют? Или я пойду в клетку к хищным животным?
   - Разум есть, речь есть. Вторую часть вопроса я не очень понял, но они не животные. Ваш коммуникатор - жук покосился на мою шапочку - поможет в общении. Удачи.
   Я вылез из яйцемобиля в кристалле ожидания, и смело шагнул в жилище гоблинов. Первое, что увидел, была коричневая волосатая масса в центре жилого кристалла. Гоблины, похоже, спали на полу, свернувшись в клубок, и цепко обняв друг друга. Разноцветные борцовские трико придавали этому клубку специфическое зрелище.
   Я невольно поймал себя на мысли, что подобную картину где-то уже видел. Конечно видел, когда был на борцовском турнире в Турции. Там много волосатых ребят со всех концов света понаехало, и они также смешно катались по полу, сцепившись друг с другом.
   Так, размышляя, я продолжал осматриваться. Впрочем, кроме живого клубка, особо смотреть было не на что, видимо роботы-уборщики трудились тут не покладая рук.
   Я снова задумался: будить их или не будить? Что мне надо от этих ребят?
   Прежде всего, я хочу понять, зачем они здесь, кто их привел?
   Второе: надо понять, что из себя представляет их мир. Ведь если версия Фрэнка верна, то после колонизации возникает резервация, в которой формируется новый клан шмелей, элиты мира насекомых.
   Можно ли предположить, что из этих ребят собираются растить элиту? Очевидно, что гоблинам придётся пройти длинный путь эволюционного развития, только тогда есть смысл в новом клане шмелей.
   И вдруг меня осенило. Получается, что колонизация ненаселенного мира, в принципе, жукам не нужна? Ведь ресурсы -- это лишь одна составляющая колонизации, другая, - формирование элиты общества, и нет смысла затевать крупную операцию просто для того, чтобы поиметь ресурсы.
   Ставь фабрику в ненаселенном мире и добывай - всё просто. Значит, вся эта игра в политические шахматы - только лишь игра. Нет ни "лоялистов", ни "диктаторов".
   "В сортах говна не разбираемся", - так, кажется, сказал Фрэнк. А могут ли не знать этого мои друзья? Макс? Это вопрос вопросов.
   Ясно, что ребята не глупее меня, но тогда, что у них на уме? И зачем им я в этой заварухе? Одни вопросы и их все больше. Вопросы окружают меня как забор.
   Надо понять, что за игру затеял Макс с убийством жука и встречей с аборигеном, это, сейчас, ключевая тема. Как быть? Согласиться лететь на север и прибить жука? Зачем это надо Максу?
   А может настоять на встрече с Чуем, а потом лететь? Я слишком много мыслю, а шапка на голове, - не сдам ли я сам себя?
   Чёрт, Штирлицу было проще, его мысли не читали...
   Так, а что с гоблинами? Пару вопросов все же надо им задать.
   Набравшись смелости, я сделал несколько шагов в сторону живого комка. Никакой реакции. Тогда я попробовал разбудить их голосом.
   - Эй, парни! Вставайте, у вас гости!
   Комок зашевелился, и появились заросшие волосами головы. "Они очень похожи на обезьян", - подумал я.
   Одна из голов открыла пасть и зарычала, речью это не было - был рык, но шапка перевела.
   - Ты принес нам еду? Тебя раньше не было тут.
   Я вдруг сообразил, - их, конечно же, кормят, вряд ли они сами себе формируют меню.
   Смело подошел к стене, включил экран и как можно дружелюбнее сказал.
   - Конечно, я пришел к вам с едой. Чего желаете на обед ребята?
   - Мяса! - зарычали они чуть не в один голос.
   - Где тут у нас мясо? А, вот тут оно...
   Всё это я говорил больше для себя, чем для них. В голове созрел образ сырого мяса, и электронный мозг тут же отыграл тему. В комнате появилось настоящее мясо - свежее, красное, с кровью.
   "Опять загадка, они едят мясо, а мы имитацию под мясо - серые шарики", - подумал я.
   Парни кинулись обнюхивать сотворенное мною блюдо. И тут я понял, что скорее всего подкинул им задачку, ведь я представил мясо земное, а они, наверняка, имели в виду мясо, которое ели на своей планете.
   Однако гоблины оказались непривередливыми. Земное мясо им тоже понравилось. Через несколько секунд они рвали его клыками, форма и величина которых, чуть не привели меня в паническое состояние. Я решил побыстрее смыться из этой комнаты. И скорее по инерции задал ничего не значащий вопрос.
   - Парни, кто вас кормит, когда меня нет?
   - Шмель Чуй, - последовал ответ.
   Вот тут я чуть не повторил маневр жука Васи, то есть чуть не "обосрался".
   Я ожидал чего угодно. Скажем, жук-куратор, робот, - это объяснимо и логично, но Чуй? Лидер партии, член Совета - лично кормит гоблинов и, очевидно, ставит им задачи на сражение?
   Это же прямое свидетельство нечестной игры, а главное ничего доказывать не надо, вот причина зла - Чуй! Однако это земная логика, может тут она не работает.
   Странно и еще кое-что: за все время пребывания тут, я постоянно слышу имя только одного шмеля. Это возможно только в одном случае - он тут главный, а значит, только он может ответить на все мучающие меня вопросы.
   "Надо добиться аудиенции", - с этой мыслью я решительно свалил из комнаты гоблинов.
   В соседнем помещении ожидал увидеть своего жука-куратора, но увидел совсем другую картину.
   Два огромных богомола, противного полупрозрачного вида, со страшными челюстями и волосатыми лапами, стояли как часовые на посту, а между ними висел в воздухе неизвестный мне жук. Только увидев их, я сообразил, что нарушил Васину инструкцию, и не попросил открыть мне выход.
   - Извините, я ошибся выходом, - пробормотал я и попятился назад.
   - Ты не ошибся человек. Мы пришли за тобой. Ты, говоря вашим языком, задержан.
   - За что? Я не хотел нарушать ваши законы и всё что делал, согласовывал с куратором.
   - Ты подозреваешься в попытке вмешаться в дело, которое тебе не поручали.
   - Отличная юридическая и правовая оценка. Не надо даже доказательств вины. Попытка вмешаться в дело, которое мне не поручали и всё! Да, мне пока еще вообще ничего не поручали.
   - Человек, следуй за нами! - безапелляционно заявил жук, а богомолы щелкнули челюстями.
   - Да, с такими зубастиками не поспоришь, - вздохнул я и решил подчиниться.
  

Чуй и его тайны

  
   В транспортном яйце в компании с богомолами тесновато, однако я не переживал за комфорт.
   Мысли были об одном: что будет? Посадят? Убьют?
   В голове всплывали картинки разных жестоких процедур. Жук явно читал мои мысли, но виду не подавал. Наконец из тумана вынырнул кристалл Скаленоэдр.
   "Административное здание", - сообразил я.
   После приземления яйца, меня не повели длинными коридорами власти мимо дверей кабинетов чиновников. Доставили сразу к месту допроса.
   В комнату влетел шмель - это я понял потому, что, во-первых, он по внешнему виду отличался от жука, а во-вторых, он был похож на земного шмеля, только такой же серый и прозрачный, как всё на этой планете. Хотя нет, он немного отливал золотинкой, и в этом смысле мы были с ним почти одного цвета, да и, если отбросить условности, в геометрии тела тоже были общие черты с моим костюмчиком.
   Как ни странно, но именно эта схожесть настроила меня на дерзость. Я решил, что терять мне нечего и можно поиздеваться над насекомыми, и начал допрос первым.
   - Ба... какие люди, не удивлюсь, если ваше имя будет господин Чуй, - моя шапка просвистел перевод.
   Шмель, как мне показалось, не оценил моего настроя и тупо назвал себя.
   - Я член Совета, шмель Чуй.
   - Нисколько не сомневался. Меня волнует только один вопрос: у вас всех шмелей так зовут или есть ещё варианты? - продолжал стебаться я.
   - Совет поручил мне допросить тебя, человек.
   - А что это мы на ты? Вроде на брудершафт не пили.
   - Человек, ты имел намеренье совершить государственный переворот, для чего связался с террористами.
   - Это вопрос или утверждение?
   - Сейчас мы доставим тебя на место твоего преступления и покажем твое оружие, которым ты собирался уничтожить Совет. Ты будешь казнен.
   - Да, адвокат, по всей вероятности, мне не нужен. Приговор уже вынесен.
   Мое веселое настроение просто улетучилось. Я понял, что это конец, и все надежды на процесс, или хотя бы на тюремный срок пропали.
   - Слушай, ты, буй моржовый, ответь мне перед смертью на один вопрос, - отчаянно зло, почти прокричал я, - сколько мне осталось жить?
   Шмель застыл в воздухе от неожиданности или по другим причинам, но он явно задумался.
   "Ему не понравилось, что я обозвал его?", - мысленно обрадовался я.
   Или мой вопрос стал причиной ступора? Пустой наивный вопрос, который ничего не решал, но в том, и была его сила.
   Для меня стало очевидно, что только нестандартные действия с непонятной логикой могут заставить события развиваться иначе, чем планируют насекомые.
   А я им, точно встал поперёк горла. Они не понимали меня. Версия про сакральную жертву, которую я осмыслял на пляже после разговора с Максом, находила свое подтверждение.
   Меня повезут на гору к аборигенам, там сами прибьют своих жуков, подкинут мне оружие, заодно шлепнут слизняка-аборигена из резервации. Картина маслом налицо. Я враг. Нужна месть. Месть - это колонизация планеты с разумным населением. И конечно, неплохо бы добить тех, кто прячется в горах.
   Чёрт, Макс - точно предатель, а парни с ним заодно. Всё пропало...
   Но зачем жукам эта пиар-акция? Просто напали и всех перебили, для них - колонизация моральна и оправдана, для них - секретов нет.
   Значит, концерт для других миров, они водят за нос другие миры, видно, их пропагандистская машина дает сбой, и весь этот спектакль с шахматами и политикой, уже себя не оправдывает. Они меняют стратегию. Да, глобальный стратегический разворот.
   Теперь бойцы из других миров будут входить в карательные отряды, а мотивация будет такой: "служите верно, или следующий мир, подлежащий колонизации будет ваш".
   Нет, тут есть над чем подумать, успею ли?
   Между тем, шмель прервал паузу:
   - Недолго, - ответил он.
   В комнату влетело два яйца, меня повели к первому.
   "Делай всё, что можно, но не иди по их плану", - эта резкая мысль заставила меня рвануть в сторону второго яйца.
   Мои сопровождающие явно не ожидали такой прыти и не смогли предотвратить моих действий, однако богомолы заскочили во второе яйцо следом за мной и толкнули меня на пол.
   Чуй долго смотрел на меня сквозь прозрачную сферу, очевидно решая какую-то сложную логическую задачу. Наконец он в компании жука, который руководил моим арестом сел в первое яйцо, а я с богомолами остался во втором. Мы полетели.
   Я решил не вставать с пола и продолжал лежать лицом вниз. Сквозь прозрачное стекло видел, как начинали редеть серые облака и показались горы.
   Боясь своих мыслей, старался ни о чём не думать, гоняя в голове одну и ту же картинку из детства.
   Пляж на берегу балтийского моря. Мы с братом в тельняшках. Я в бескозырке, он с веслом. Ленты матросской фуражки развивает ветер. Стоим в бутафорской лодке и ждем, пока фотограф снимет нас на плёнку старенького фотоаппарата.
   Эти воспоминания немного успокоили. Я даже поднял голову и в этот момент увидел, как первое яйцо со всего хода влетает в скалу.
   Яркая вспышка взрыва, осколки, падающие вниз, всё было как в замедленном кино. Наше яйцо резко взмыло вверх и, выполнив вираж, спустилось к месту катастрофы.
   Богомолы явно не знали, что делать. Зато прекрасно знал я.
   Как только яйцо коснулось поверхности, я рванул наружу, так, что, позавидовал бы любой спринтер. Солдаты потеряли меня из виду и, похоже, кинулись спасать начальство.
   Я же бежал, не чувствуя ног. И, - о чудо! - я вдруг узнал место, и даже ту расселину, где встретил аборигенов. Тут же нырнул между камней и, первое, что увидел - это вороной блеск винтовочного ствола, заботливо прислонённого к камню.
   "Чёрт, вот оно - земное оружие, а это же шанс!", - пронеслось экспрессом голове.
   Взяв винтовку в руки, я узнал её. Это был охотничий карабин Ремингтон с отличным оптическим прицелом. Оружие из снаряжения нашей экспедиции. Карабин пристрелян, и это радовало больше всего.
   - Макс, Макс, - с досадой сказал я вслух, - не смог заставить меня притащить боевое оружие, подкинул охотничье, патроны хоть есть.
   Открыл затвор. Мягким желтым блеском в магазине блеснули патроны.
   "Полуоболочка", - опять рассуждая сам с собою, подумал я, - придется бить в башку, панцирь точно не пробить.
   Выскочив из расселины, я как обезьяна взлетел на скалу. С позицией угадал. Цели были как на ладони. Расстояние: метров сто пятьдесят - сто семьдесят, как раз для хорошего выстрела.
   Двухметровые фигуры солдат-богомолов стояли почти неподвижно. Я лег на скалистый грунт, положил карабин на каменный выступ и постарался, - выровняв дыхание, - поймать в прицел голову богомола.
   "Саша, мазать нельзя", - уговаривал я себя.
   Выстрел сухой плеткой щёлкнул по скалам и, рассыпавшись на эхо, растворился в серой дымке чужих гор.
   Я видел в прицел, что пуля пришла по месту, голова богомола разлетелась как глиняный горшок, серо-зеленая масса мозгов, или что у него там вместо них, - брызнула фонтаном. Насекомое рухнуло как срубленное дерево.
   Быстро передернув затвор, стал ловить в перекрестие второго солдата. Казалось, что потеря товарища не напугала, и не насторожила богомола, скорее озадачила.
   Он, как петушок, резко дергал головой и щелкал челюстью. Но я всё-таки поймал момент, когда он замер, и нажал на курок. Пуля взорвала его "бестолковку" и он рухнул, повторив судьбу сослуживца.
   "Урфин Джус и его деревянные солдаты", - сыронизировал я про себя.
   После отстрела насекомых, я кинулся к месту катастрофы. Спасательные капсулы в виде коконов лежали рядом. Склонился над первым силясь понять, куда жать, чтобы открыть его. Ведь Андрюха так и не показал мне, как эту капсулу вскрыть.
   На абсолютно ровной матовой поверхности кокона я увидел небольшое углубление, и тут же приложил к нему палец. Матовая поверхность дрогнула и отъехала в сторону, как крышка саркофага. Внутри лежал жук, огромные глаза которого были черными.
   "Спекся, если это Костя поработал, то второй должен быть жив, но как он угадал и просчитал ситуацию?".
   Я вскрыл вторую капсулу. Там лежал шмель, он шевелил лапками и пытался крутить головой, глаза были серые. Не церемонясь, я вытряхнул его из капсулы и, схватив за задание лапы поволок в расселину.
   - Сейчас мы посмотрим, кто у нас недолго проживет, - зло приговаривал я.
   Наконец мы оказались в том месте, где я разговаривал с аборигенами. Ждать долго не пришлось, слизняки с горящими головами, выползали из всех углов.
   - Привет ребята, - бодро поздоровался я, - вы хотели по душам поговорить со своими обидчиками. Вот - главный шмель, Чуй.
   Слизняки заморгали разноцветными огоньками. "Аплодируют", - подумал я.
   - Я вам его оставлю, как договаривались, только сначала вы поможете понять, что у него в башке.
   - Человек, ты нравишься нам, для тебя мы готовы прочесть все его мысли, даже тайные, - проговорил слизень, стоявший ближе всех ко мне.
   - Ну, тогда не будем терять время. Первый вопрос: когда планируется вторжение на Землю.
   - Он думает, - начал мой добровольный медиум, - что вторжение начнется в ближайшее время, яйца солдат уже созрели, и через ночь наступит срок их рождения, но не ясно, когда они родятся после срока.
   - Что за хрень? - опешил я
   Слизняк явно смутился и, подбирая слова, сказал.
   - Это дословный перевод его мыслей, если тебе надо значение этих мыслей, то оно следующее. Женщины на Земле вынашивают ребенка девять месяцев, но когда именно родится ребенок - не знает никто. Тут тот же смысл.
   Даже в этой напряженной ситуации я не мог не воздать должное аборигену. Повернул голову, и с восторгом глядя на него, я произнёс:
   - Ты так хорошо знаешь земную жизнь, ты был на Земле?
   - Нет, я беру мысли и образы из твоей головы, - гордо сказал слизняк.
   "Блин, никак не могу привыкнуть, что они все без конца ковыряются в моей голове", - гневно подумал я, и продолжил допрос.
   - Как остановить вторжение?
   - Он думает, что таких возможностей нет, - невозмутимо произнес переводчик мыслей.
   - Не может быть, поковыряйся в его башке, должен быть способ!
   - Способа нет, механизм запущен, и никто его не остановит.
   - Чёрт, последовательность вторжения, как всё происходит?
   - Сначала они заставят землян собрать основные силы защиты в одном месте. В это место придет луч смерти, будет уничтожено две трети сил обороны.
   Потом, в десяти местах вдоль экватора, через черные дыры придут по одному миллиарду солдат-богомолов или кузнечиков. Вы солдат-насекомых называете по-разному, - очевидно от себя, добавил абориген.
   Десять миллиардов солдат будут уничтожать всё на своем пути: деревья, строения, людей, животных, они будут быстро двигаться и через один, максимум два земных дня, погибнет четыре пятых населения, будут разрушены все города.
   Те, кто выживет, попадут в резервацию, или скроются на полюсах планеты, где скоро погибнут. После этого солдаты насытятся и замрут.
   Придут другие, кузнечики-инженеры и строители, они начнут строить заводы, поселения, будут брать мумии солдат-богомолов и извлекать из них биомассу для создания "универсального продукта".
   В конце придут жуки и шмели, и будут тут жить, пока не истощатся запасы планеты, - слизняк замолчал, потом от себя добавил.
   - Это всё очень коротко, там очень много разных мыслей, они путаются, ну про резервацию много, про то, что из бывших бойцов и их потомков вырастут шмели, но ты уже знаешь об этом, человек.
   - Почему они выбрали для вторжения именно Землю?
   - Они выбирают планету для вторжения исходя из ресурсов, потом спрашивают разрешения Разума.
   - А это еще кто?
   - Сложный вопрос, - слизняк задумался, - он мыслит, что Разум -- это что-то вроде бога вселенной.
   Разум следит за порядком, кто с кем может воевать, кто не может, он дает разрешение на колонизацию или запрещает её. Во вселенной много цивилизаций и Разум определяет их судьбу.
   Всего существует десять уровней цивилизации. Это сложная таблица, но колонизации могут быть подвергнуты только цивилизации 10 и 9 уровня, все остальные колонизируются только с условиями.
   Например, цивилизация агрессивна и опасна для вселенной, или, если будет сохранена популяция разумных существ, может и наоборот - нуждается в спасении, и колонизация -- это единственный выбор для выживания.
   - Земная цивилизация - какого уровня?
   - Шестого.
   - А вы, какого были? - спросил я напрямую у медиума.
   - Тоже шестого, - скромно ответил тот.
   - А жуки какого?
   - Третьего.
   - Но тогда получается, Разум не должен был дать разрешение на колонизацию ни вас, ни нас.
   - Он мыслит так же. Поэтому они действовали обманом, нас они представили вымирающей цивилизацией, а вас - агрессивной.
   Ты, человек, должен был сыграть роль преступника, использующего жителей этого мира, для того чтобы нанести вред цивилизации жуков, которых они - жуки - якобы спасают от вымирания.
   Ты, как бы собирался убить земным оружием лидера насекомых, то есть его - слизняк кивнул в сторону Чуя. И тогда насекомые получали законное право на месть.
   - Ничего нового, - равнодушно сказал я, - такое сплошь и рядом в земном мире.
   - Да, ты прав, но он и дальше мыслит интересно, вся их система политической борьбы, "игра жуков", наличие Совета -- это видимость демократии. Она нужна для Разума, чтобы их самих не признали агрессорами. Хотя у них все понимают, что без агрессии и уничтожения других, им не выжить. Вот так всё сложно и просто.
   - Теперь понятно, зачем весь этот балет с шахматками. А Разум что, не видит, что тут творится несправедливость?
   - Я отвечу тебе от себя, человек, - неожиданно решил поумничать мой переводчик мыслей. - Как часто на Земле Бог пресекает несправедливость? Очевидно, высшая справедливость нам не доступна, как истина, а явная несправедливость - наказывается. Может, как раз сегодня и случится то, что называется справедливостью. И всё, что тут происходит - творится с участием Разума.
   - Во, блин, ты загнул, - только и мог сказать я, еще раз одарив восхищенным взглядом слизняка. - Однако давай продолжим допрос военнопленного.
   - Как они собрали войска землян в одном месте. Как это удалось?
   - Его мысли говорят, что ты, человек, помог им.
   Ты принес видеоинформацию на земном электронном носителе. Люди нашли её в твоей одежде, они прочли и поняли, что им угрожает опасность. Там сказано, что нападение будет в одном месте, что враги -- это солдаты-богомолы, но про луч смерти - там информации нет. И люди решили, что смогут защитить себя, собрав все силы в одном месте, оно называется Индонезия, остров Суматра.
   Он мыслит еще, что земные бойцы, тоже помогли обмануть людей вашей планеты. Они это сделали, чтобы жить в резервации и растить своих потомков, готовя их стать шмелями, и что такой путь они избрали сознательно, и это - программа обновления и развития цивилизации насекомых.
   Я на мгновение задумался. С видео - это мой серьезный просчёт, всё вполне могло быть именно так, полюс то, что говорил Фрэнк про ЦРУ.
   Наши стягивают все силы для огневого вала, так рассуждал Мурза. Чёрт, и ничего не поправишь, поди, неделя прошла по земному времени, с момента, как видео попало в руки ФСБ, а за это время в Индонезию вполне могли добраться боевые корабли из Азии, Индии, Китая и даже США. А самолетами перебрасывают войска непрерывно. И даже если предупредить, - не успеют отвести все войска, да и этот луч, наверное, можно перенацелить. Что делать?
   - Узнай, как они осуществляли разведку на Земле?
   - Мыслит, что роботами. Роботы на Земле уже тридцать лет.
   Это электронные системы передачи данных, замаскированные под обычные земные конструкции, вышки связи, и такие же системы с возможностью излучать сигналы. Именно поэтому их и не смогли обнаружить люди. Роботы перехватывали разговоры землян, и транслировали их в мир насекомых, там всё анализировалось, и создавался план вторжения.
   "Вот вам и "мухи на стекле в кабинете президента". Эх, Костя, неужели и ты заодно с этими сволочами?", - с досадой подумал я.
   - Но это еще не все, - настойчиво продолжал абориген. - Роботы во время вторжения, через магнитное поле Земли создадут помехи для навигации и вмешаются в жизнь машин, которые должны доставить мощные бомбы людей к местам нападения солдат-насекомых.
   "Вот как, значит, удар возмездия тоже не случится, и наши ракеты просто не выйдут из шахт!".
   Однако времени мало, очевидно скоро тут будет куча богомолов и жуков, а у меня всего три патрона, и я еще ничего не узнал.
   "Что, что я упустил? Где ключ к решению задачи? Ведь не может быть безвыходных ситуаций", - я бешено размышлял, пытаясь найти решение или хотя бы подсказку.
   И тут меня осенило. Энергия!!!
   - Спроси его, как получает энергию луч смерти? И как вообще они получают энергию для черных дыр?
   - Он на эту тему думает, что энергия берется от ядра планеты. Большой энергетический поток накапливается и выбрасывается в короткое время, а потом всё идет по инерции.
   - Где? Где накапливается энергия для взрыва?
   Думает, что на инженерном уровне в станции энергетического снабжения. По вашим понятиям - энергетический узел
   - Он один?
   - Да, один, оттуда энергия уже перераспределяется по планете.
   - Он охраняется?
   - Нет.
   - Где находится узел?
   - Код яйца "энергетическая станция".
   - Где хранятся яйца солдат?
   - В пирамидах.
   - Где луч смерти?
   - В большой пирамиде.
   - Что надо, чтобы вернуться на Землю? Нужно ли разрешение Совета для бойца при перемещении в клон?
   - Нет, это всё условно. Важно делать это в комнатах для перемещения, иначе может погибнуть клон.
   - Могут ли насекомые заблокировать возвращение бойца с Земли в мир насекомых?
   - Могут, но это займет время, - слизняк на мгновение замолчал, видимо перекладывая местное время на земные часы. - Потребуется чуть больше восемнадцати земных часов.
   - Что будет, если успеют заблокировать "переход"? Боец умрет?
   - Нет, останется на Земле, и только.
   Вдруг, что-то изменилось вокруг меня, слизняки засуетились и замигали огоньками.
   - Человек, сюда летят яйца с жуками и солдатами, тебе надо спасаться, - обращаясь ко мне, заговорил мой медиум.
   - Последний вопрос: вы контролировали бойцов через шапки и только?
   - Да, через шапки, если её снять - они не контролируют вас, кристаллы не прослушивались.
   Отлично, я тут же скинул своего ёжика, и рванул из пещеры.
   - Он ваш, - крикнул я напоследок слизнякам.
   Уцелевшее транспортное яйцо оказалось недалеко от места катастрофы. Чем я и воспользовался, сократив время поиска до минимума.
   Последнее, что я увидел краем глаза, когда влезал в яйцо - это аборигены, которые волокли полуживого слизняка - "товарища по расе".
   "Понятно, вот тот парень из резервации, который играл роль сепаратиста, - именно его должны были застукать на встрече со мной", - пронеслось в голове.
   Через мгновение, крепко сжимая карабин, я уже летел в сером тумане к кристаллу, где находился Костя. Там путь к Земле.
   Я спешил, время стремительно сокращало поле моих возможностей, а сделать предстояло ещё очень много.
  

Спасение мира - фигня делов

  
   Я ввалился в кристалл с карабином наперевес. Костя сверкнул ведерком на голове и невозмутимо произнес:
   - Живой, это уже обнадеживает.
   - Костян, не заставляй меня наводить на тебя оружие, мне срочно надо на Землю, отправь меня.
   - Разрешение Совета есть?
   - Вот оно, - я слегка приподнял ствол карабина.
   - Аргумент, - всё с тем же олимпийским спокойствием резюмировал Сажин, - через минуту ты будешь на Земле. Может, есть, что сказать или передать ребятам?
   - Могу сказать только одно: если вы не предатели, то настало время доказать это, я скоро вернусь и мне нужна будет помощь. Есть еще вариант для вас - уйти на Землю и остаться там, тогда через восемнадцать часов земного времени в этот мир уже не вернётесь.
   Костя молчал. А я продолжил:
   - Если же вы с жуками, тогда вам лучше попытаться остановить меня, и после уничтожения Земли, вы будете жить в резервации и растить новое поколение шмелей. Я всё сказал! Больше парт-политработы не будет. Отправляй меня назад.
   Шагнул к трубе и в последний раз посмотрел на товарища. Костя Сажин слегка побледнел, сжал скулы. Но присутствия духа не потерял.
   - Карабин оставь мне, герой, - всё так же спокойно сказал Сажин.
   - Держи, - я по-ковбойски кинул ему карабин чуть не через всю комнату, и, не оглядываясь, вошел в трубу портала перемещения.
   Уже почти привычная вспышка, и я - в больничной палате посольского госпиталя.
   Время. Прежде всего, время.
   На тумбочке лежит мой смартфон, я тут же взял его и установил обратный отсчет. Двенадцать часов - пусть лучше будет небольшой запас.
   В голове быстро прокрутились события, случившиеся с клоном в период моего отсутствия. Ничего нового я из этих воспоминаний не узнал. Всё те же домогательства толстого и лысого. Попытки узнать - правда на флешке или фэйк? Остальное - будни лечения, забота жены. Ну, и важное - мою палату охраняли.
   Огляделся - на спинке стула висит моя одежда, я, видимо, спал, так как по ощущениям было раннее утро. Быстро одевшись, подошел к двери, аккуратно приоткрыл.
   Мой сторож, от скуки, прилёг на кушетку в коридоре и забавно храпел. "Тем лучше", - подумал я. Тихо и незаметно покинул палату.
   Из госпиталя уходил уже через окно туалета на первом этаже.
   Пока всё шло нормально. Время - пять утра, и в своем спортивном костюме я вполне походил на любителя активного образа жизни, жаждущего бегать по утрам. Выдавали только сланцы на ногах.
   В Индонезии - пять утра самое благодатное время. Даже в Джакарте свежо, дышится легко. Поэтому я с удовольствием бежал трусцой в жилую зону посольства, давно про себя решив, что, прежде всего, надо найти посла.
   А где он может быть в пять утра? Правильно - дома. Хотя не факт.
   Сейчас Индонезия самая горячая точка планеты, сюда стягивают войска со всего мира, должно быть, и наших полно. В этой ситуации посол наверняка нарасхват. И всё же, я верил в удачу!
   Коттедж посла место известное, отыскать его труда не составило. Персонально он не охранялся, но камеры наблюдения натыканы на территории всего комплекса, как изюминки в пасхальном куличе.
   Однако меня это не сильно смущало. Я, что называется, был свой. Единственный сложный момент - перелезть через забор незамеченным, но и это удалось почти без труда, только ноги немного поцарапал о кусты живой изгороди.
   Одним словом, через двадцать минут после прибытия на Землю, я уже был в спальне посла и тряс его за плечо.
   - Михаил Юрьевич, это я. Проснитесь, срочное дело!
   Посол, со сна долго не мог понять, кто я такой, искал очки, а нацепив их на нос, полушепотом затараторил:
   - Александр Иванович, что вы тут делаете? Это же мой дом!
   - У меня срочное дело! - настаивал я.
   - Хорошо, но пойдемте хотя бы в рабочий кабинет, - предложил посол.
   Он накинул широкий национальный индонезийский халат, и мы перешли из спальни в кабинет. По пути Михаил Юрьевич, очевидно, пришёл в себя, потому как в начале разговора поинтересовался моим здоровьем.
   Я же обратил внимание, что в кабинете стояли коробки, а вещи находились в беспорядке.
   - Михаил Юрьевич, у меня срочное дело, мне надо связаться с Министром или с военными, а может даже с Президентом. Дело в том, что я только что прибыл с планеты, которая готовит вторжение на Землю.
   - Александр Иванович, насколько мне известно, вы работаете с сотрудниками ФСБ, у них очень широкие полномочия, пусть они вам организуют канал связи. Они в курсе всех текущих проблем!
   - Вы давно и хорошо меня знаете, я не стал бы вас так экстренно беспокоить, если бы моя работа с этими сотрудниками была эффективной. К сожалению, нужен прямой диалог с руководителями рангом не ниже министра.
   - Я вас услышал. Министр обороны находится сейчас на территории посольства и, скорее всего, мне удастся организовать вам встречу с ним в течение дня.
   - Михаил Юрьевич, нужна экстренная встреча, у нас для принятия решения меньше одиннадцати часов. Этикет точно можно отбросить!
   - Но сейчас нет даже шести утра.
   - Даже если было бы два часа ночи, я настаивал бы на встрече.
   - Хорошо, попробую узнать, где министр.
   Посол подошел к телефону внутренней связи. Снял трубку и попросил оперативного дежурного выяснить, где находится министр обороны.
   - Нам повезло, министр завтракает, мы можем его перехватить, идемте. Только одну секунду, я оденусь.
   Через минуту мы уже шли по территории посольского городка. Только тут я стал замечать некоторые детали, которых раньше не видел.
   Посольство явно готовилось к эвакуации, попадались контейнеры для перевозки вещей, где-то шла погрузка документов в армейские машины.
   Кроме того, в глаза бросалось большое количество военных. Возможно, в шесть утра объявили подъем, и они, что называется, начинали свой рабочий день, но точно - военных было очень много.
   Мы подошли к административному корпусу посольства, быстро минуя охрану, прошли в небольшой обеденный зал, где обычно обслуживали посола и его заместителей.
   Министр обороны скромно сидел за небольшим столом и допивал кефир. Я буквально кинулся к нему и, без обязательных в таких случаях церемоний, начал с главного.
   - Товарищ Министр обороны, уважаемый Сергей Кужугетович, прошу вас выслушать меня, я носитель важнейшей информации!
   Министр оценил мой спортивный костюм, глянул сурово на посла и обратился с вопросом.
   - Кто вы такой?
   - Я сотрудник посольства, меня отправили с миссией в мир насекомых, которые угрожают нам уничтожением. Вы должны знать об этой миссии, видеоматериалы, на основании которых сейчас принимаются решения по обороне планеты, доставлены через меня.
   Министр вопросительно глянул на посла, тот чуть кивнул.
   - Хорошо, говорите, хотя вы должны знать - мы тесно работаем с ФСБ, а ваша работа как раз организована ими, так что встреча со мной -- это скорее дань уважения к просьбе посла.
   Сергей Кужугетович еще раз с легкой укоризной посмотрел на Михаила Юрьевича.
   - Товарищ Министр обороны, я только что вернулся "с той стороны"!
   Опуская подробности, должен вам доложить: мне удалось допросить одного из руководителей наших противников. Его информация отличается от той, что была представлена вам ранее.
   Главное: вторжение начнется с удара так называемого "луча смерти", по тем представлениям, которые у меня есть - это аннигилятор большой мощности. Площадь удара значительная, будет накрыта территория Индонезии, начнут с острова Суматра.
   Расчет на то, что мировое сообщество, - информированное, что именно территория Индонезии станет основным плацдармом вторжения, - заставит сосредоточить здесь основные силы обороны, и они будут уничтожены.
   Честно говоря, я думал, что после этой фразы Министр обороны бурно отреагирует, но этого не произошло, он спокойно допивал кефир.
   Я даже позволил себе спросить.
   - Вы не верите мне?
   - Продолжайте, - сухо сказал он.
   - Далее, - уже менее уверено продолжил я, - вторжение начнется одновременно в десяти местах вдоль всего экватора.
   Планируется высадить по миллиарду насекомых в каждой из этих точек. Итого: десять миллиардов насекомых солдат начнут уничтожение Земли с экватора.
   Они будут пожирать всё на своем пути, двигаясь со средней скоростью 100 км в час, на уничтожение основных сил обороны отводят два земных дня.
   Далее будут уничтожать очаги сопротивления. Создадут так называемую резервацию, в которую попадут около десяти процентов от числа живущих сейчас на Земле. Все оставшиеся, по их расчетам, - будут загнаны на полюса планеты, и обречены на вымирание.
   Следующий этап - колонизация планеты. Придут другие насекомые, будут строить базы, сооружения модульного типа, начнется изменение атмосферы планеты.
   Важно и то, что поддержку вторжению окажут так называемые роботы-дипломаты.
   В этот момент министр напрягся.
   Я продолжал:
   - Роботы давно внедрены на нашу планету. Они осуществляют разведывательные функции, перехваты переговоров, отслеживание информационных каналов.
   Роботы широко присутствуют в оборудовании, предназначенном для коммуникации. Там, где есть излучатели, там надо искать следы их работы. Точной дислокации нет, но они скрываются во всех мощных земных излучателях.
   - Известно, как они выглядят? - уточнил министр.
   - Нет, и думаю, их вычислить будет непросто, техника насекомых далеко впереди нашей.
   Более того, эти роботы в период вторжения должны создать серьезные помехи в магнитном поле Земли, нарушив тем самым навигацию систем наведения наших средств ядерного поражения, и думаю, помехи будут настолько мощными, что никакие электронные системы вообще работать не будут.
   Возможно, ракеты просто не выйдут из шахт. Во всяком случае, именно так я понял смысл полученной мной информации.
   - Так, - прокомментировал мои слова Сергей Кужугетович, - что еще вам удалось узнать?
   - Мне удалось узнать, как и где организовано накопление энергии для вторжения. Если уничтожить этот энергетический узел, вторжения не будет.
   - И вы знаете, как уничтожить этот узел, как туда проникнуть, как он охраняется и сколько нужно сил и средств для его уничтожения?
   - Узел не охраняется, у них минимальные средства полицейского контроля, хотя возможно есть системы автоматические, но тоже думаю вряд ли. Там другая система мировосприятия.
   Они не готовы к диверсиям абсолютно, все потенциальные диверсанты ими контролируются, я имею в виду представителей других миров, а среди собственного гражданского общества, так скажем, противостояние с применением оружия - невозможно, по причине его полного отсутствия, у них нет даже холодного оружия.
   - Как же вы планируете совершить диверсию?
   - Если вооружить меня портативным ранцем типа РЯ-6 с термоядерным зарядом мощностью в 1 килотонну, то, очевидно, я смог бы полностью уничтожить энергетический узел.
   Суть их энергетики - получение энергии от ядра планеты, это значит, что имея один источник - они очень уязвимы.
   - Вы уверены, что у них нет других источников?
   - Необходимой мощности, думаю - нет. Иначе было бы известно этому должностному лицу, которого я допрашивал.
   - Он мог вас дезинформировать.
   - Уверен, что нет, он находился без сознания, а допрос проводился через считывание мыслей.
   - Так, понятно, - министр явно осмыслял что-то, но делиться со мной не спешил.
   Наконец он продолжил:
   - Вы, когда можете вернуться в мир насекомых?
   - У меня всего двенадцать часов, впрочем, уже меньше. Я взглянул на таймер смартфона.
   - Хорошо, - сказал мой высокопоставленный собеседник, - оставайтесь в посольстве, найдите свободный кабинет.
   Внимательно подумайте, что ещё вам надо из снаряжения и напишите это на бумаге. Документ оформите на имя посла. Вас найдут сотрудники ФСБ, и от них вы получите инструкции по дальнейшим действиям.
   Сергей Кужугетович допил кефир, резко встал, и в сопровождении нескольких военных покинул обеденный зал. Мы остались вдвоем с послом.
   Михаил Юрьевич пожал плечами и жестом пригласил пойти с ним. Мы поднялись на этаж, где располагались кабинеты посла и его заместителей. Я оказался в кабинете первого заместителя. Посол лично выдал несколько листов бумаги и ручку.
   - Пишите, я пока свяжусь с представителями ФСБ, чтобы ваши кураторы прибыли побыстрее.
   Я сел писать. Минут через десять-пятнадцать текст был готов.
   Помимо ранца, я просил:
   Автомат АК-12 с коллиматором ПК-110. Пять БК боекомплектов к нему.
   Пистолет типа Грач и три БК к нему.
   Три гранаты наступательного действия.
   Бинокль.
   А также, кое-что из снаряжения: разгрузку, перчатки, наколенники, ботинки.
   Все это следовало уложить в рюкзак, и при переходе через портал держать в руках, поэтому проблема веса так же была немаловажным моментом.
   В конце добавил, что хотел бы получить и десятка три патронов калибра 30-06 для охотничьего ружья.
   Я планировал использовать оставленный у Кости Ремингтон, как снайперскую винтовку.
   Когда закончил, выглянул из кабинета - в приёмной сидели два молодых человека, крепкого телосложения и высокого роста.
   В мозгу тут же пронеслось "охрана".
   Я поинтересовался:
   - Ребята вы откуда?
   Парни, не тушуясь, заявили, что они сотрудники ФСБ и будут осуществлять мою физическую охрану. От кого охрана - уточнять не стали. Про себя я улыбнулся.
   "Для чего их приставили ко мне? Если надо, я в любой момент могу покинуть эту комнату, и окажусь в другом мире, они не смогут меня остановить. Если же они присматривают за тем, чтобы я чего не прихватил лишнего с собой, так в этом кабинете ничего, кроме ножа для бумаг и нету".
   Я отдал бумагу со своими просьбами одному из "телохранителей", он не выразил удивления, и тут же куда-то ушел.
   Пока решался вопрос, занять себя было нечем, и я решил позвонить жене. Снял трубку внутреннего телефона, но неожиданно ощутил на плече руку своего телохранителя.
   - Извините, - холодным тоном сказал он, - вам запрещено связываться с кем-либо без разрешения ваших кураторов.
   - Вот здорово, но я хотел позвонить жене, спросить, как дети.
   - Это запрещено, да и к тому же ни вашей жены, ни детей в Индонезии уже нет, все семьи сотрудников посольства эвакуированы еще вчера.
   - Раз их тут нет, так я хотя бы позвоню ей на сотовый, спрошу, как добрались.
   - Это тоже бесполезно, час назад по приказу Министра обороны и решению комитета по обороне Земли в зоне эвакуации сотовую связь отключили. Работают только закрытые каналы и линейная связь.
   - Очень весело, - с возмущением сказал я, - телевизор мне хотя бы можно посмотреть?
   - Можно, но там отключены все каналы, кроме правительственного, по которому передают порядок эвакуации для гражданского населения Индонезии.
   Я подошёл к окну. Во дворе посольства суетились люди в камуфляжной форме, грузили автомобили ящиками и коробками. К подъезду подъезжали микроавтобусы и военные легкобронированные джипы, в них садились люди, деловито звучали команды, машины торопливо разъезжались. Ощущение, что все работают в атмосфере крайней тревожности и ожидания серьезных испытаний, было полным.
   Между тем, время шло, а со мной ничего не происходило. Примерно через два часа ожиданий, за которые я успел много раз измерить кабинет ногами, немного перекусить, и даже вздремнуть, меня соизволили посетить хорошо знакомые кураторы.
   Толстый и лысый, неизменные спутники моих злоключений действовали решительно и бескомпромиссно, впрочем, как всегда. После короткого приветствия первым начал толстый.
   - Мы знаем о вашем разговоре с Министром обороны, - он немного насупился и даже кашлянул в кулак, чего раньше я за ним не замечал.
   - Вы должны были сначала связаться с нами, - подхватил с обидой лысый.
   - У меня не было времени ходить по инстанциям! - резко ответил я.
   - Хорошо, не будем спорить, - продолжил толстый, - итак, вы хотите остановить вторжение, уничтожив энергетический узел?
   - Да, считаю это возможным.
   - В связи с этим у нас несколько уточняющих вопросов. Вы этой идеей делились с кем-нибудь кроме министра?
   - Нет.
   - Ваши товарищи в мире насекомых тоже не в курсе ваших планов?
   - Нет, не в курсе.
   - Хорошо, - казалось, толстый немного успокоился.
   - Скажите, а какова будет реакция Разума или Бога вселенной, если ваш превентивный удар достигнет цели. Не обвинят ли нас в связи с этим в агрессии? - огорошил вопросом лысый.
   - Откуда вам известно про Разум? Я ничего вам об этом не говорил, - искренне изумился я.
   - Результат агентурной деятельности. Не думайте, что в своей работе мы опираемся только на вас, - резюмировал толстый.
   - Я об этом не думал. Наверное, нужны будут доказательства агрессивных планов насекомых, но вот кому и как их предъявить, я даже понятия не имею, и спросят ли нас о них?
   - А как вы считаете, можно ли блокировать часть выделенных к вторжению сил, например, "луч смерти" и несколько миллиардов десантников насекомых? Чтобы, по итогу, у нас были осязаемые доказательства вторжения.
   - Я считаю это неприемлемо. Вы предлагаете ради непонятной оправдательной базы, рискнуть частью населения планеты, и допустить развязывание войны на Земле?
   - Да, - протянул лысый, и мои кураторы переглянулись.
   - Считаю, что задуманное мной это риск, и доля успеха в этой операции минимальна, если есть шанс 50 на 50, то это просто отлично.
   - Но министру вы говорили другое, - возразил толстый.
   - Я ему не говорил о шансах. Просто изложил план, как его вижу.
   И потом, у любого плана есть риски, у этого - очень много "если". Ведь достоверной оценки сил и средств охраны энергетического узла нет. Это мои предположения и наблюдения, весьма поверхностные.
   Времени для детальной проработки тоже нет. Поэтому я и говорю о носимом ядерном заряде, в крайнем случае, я могу подорвать себя на объекте, или на подступах к нему.
   И, главное, у меня нет стопроцентной уверенности, что у насекомых нет резервного плана вторжения. Их мир - это и другие планеты, а что, если учувствуют в процессе несколько миров? Ведь допрошенный мной чиновник дал общий план вторжения.
   То есть моя акция или диверсия - это всего лишь попытка повлиять на вторжение, и только.
   - Мы вас услышали, но не кажется ли вам, что одному будет сложно решить все проблемы. Как ваши товарищи, - они готовы помогать?
   Я задумался. Как всё свести в одно целое? Могу ли я доверять ребятам?
   Сомнения в их искренности меня посещали постоянно, особенно в отношении Макса. И всё же от меня ждали ответа.
   - Я не могу быть до конца уверенным в помощи товарищей, но думаю, что они, - несмотря на все трансформации, случившиеся с ними, - не изменники.
   - К сожалению, мы тоже ни в чем не уверены, - задумчиво изрек лысый.
   - И всё же, ваш план получил одобрение в Комитете обороны Земли, - оптимистично начал толстый. Мы готовы дать вам некоторые рекомендации.
   Начнем с главного: ваша информация о роботах-шпионах подтвердилась, мы нашли признаки этого шпионажа.
   Кроме этого, мы убедились, что сегодня вам можно доверять, но без помощи и поддержки - "там" будет крайне непросто. В мире насекомых у нас есть некоторые источники информации, буду с вами откровенен - они появились у нас задолго до вашего внедрения в этот мир. Роль, которую вы должны были сыграть в оперативной игре находясь "там", оказалась неверной.
   Мы признаём, что план, составленный в отношении вас, потерпел провал. Но, скажем так, - благодаря вашим нестандартным действиям, мы получили много дополнительной информации, анализ которой дает надежду на успех в обороне Земли.
   - Так, уважаемый, - прервал я толстого, - давай я переведу всё на русский язык, а ты, извини, что так просто на ТЫ, кивнешь в конце моего монолога.
   Итак: вы, когда рассказывали мне басни про "сигнал", про моих товарищей, и про то, что "мир в неведеньи", просто тупо разводили меня.
   Потом, когда Макс собирался сделать из меня "мешок" и подставить насекомым, - тихо профукали, что вашего агента сливают, а ваша агентура, пронюхавшая про Разум, как выясняется вовсе и не ваша, а чья-то.
   Ну, и последнее: вся эта муть вокруг видеозаписи, найденной в моей одежде, - часть какого-то очередного спектакля?
   - Позвольте, я все объясню, - толстый относительно вежливо прервал моё гневное выступление.
   - Ну, рискни! - с вызовом сказал я.
   - Мы, отправляя вас в Индонезию на поиск Максименко, не планировали, что вы так быстро отправитесь в параллельный мир, или как его правильно назвать, даже не знаю... Поэтому, заметьте, задание вам было сформулировано в очень общих чертах, и оно носило характер сбора информации.
   Дальше наша связь прервалась, с тем, что осталось на Земле вместо вас, разговор не мог состояться в принципе. Поэтому, когда мы получили видеозапись, сомнений не было - это результат вашей оперативной работы.
   Но тут являетесь вы настоящий и говорите Министру обороны, что видео, доставленное вами - не что иное, как дезинформация.
   - Да, наверное это так действительно и выглядит. Хотя видео я сам еще не смотрел, - уже более спокойно сказал я.
   - Так вот, я продолжу, - толстый видя, что его речь возымела на меня правильное действие, продолжил активнее. - Про "мешок" или какие-то иные подставы в том мире, мы ничего, естественно, не знали, но вот что мы точно знаем, так это то, что вам удалось переговорить с американцами, и то, что вы допросили важного чиновника.
   - Значит, это американцы информировали вас про Разум? - перебил я сотрудника ФСБ.
   - Это так и не так, - вмешался в разговор лысый, - мы получаем информацию из разных источников.
   - А там, вообще, есть кроме меня наши люди? - не выдержав двусмысленности, напрямую спросил я.
   В разговоре повисла пауза. Фээсбешники многозначительно переглянулись и, наконец, толстый, с некоторой загадочностью в голосе произнес:
   - Там есть источники информации, но наших агентов там нет, - подытожил лысый.
   - То есть, мне там некому назвать пароль "Здесь продается славянский шкаф?".
   - Да. Ответ: "Шкаф продан, но осталась железная кровать", - вы там не услышите. Но возможно ваши товарищи смогут помочь, - оптимистично сказал толстый.
   - Ладно, все ясно, подведем итог. Мой план одобрен, но он не единственный.
   Защита Земли - дело мирового сообщества, остается только один открытый вопрос: как все это будет оценено Разумом? Но как бы он ни оценил, проблемы будем решать по мере их поступления.
   Моя миссия будет успешной, если вторжение удастся остановить частично или полностью, и если я еще и смогу представить доказательства агрессивных планов насекомых. Вы будете рады, как я понимаю, если на Землю попадет незначительное число насекомых, которых тут быстро уничтожат, и тогда вопрос агрессии будет доказан.
   Но это земная логика, что там подумает Разум - не знает никто. Вроде всё.
   Я замолчал, пытаясь осмыслить свою задачу. Очередная напряженная пауза повисла в кабинете. Наконец её прервал лысый.
   - Вы всё правильно оценили. Сейчас начнется завершающий этап подготовки к вашему заданию. Сюда доставят всё, что вы просили, кроме того, придет офицер-инструктор, он покажет, как работает ядерный заряд. Пока мы ждем, предлагаю пообедать.
   Не ожидал я от лысого такой доброты, поэтому попросил:
   - Скажите, я могу переговорить со своей семьей хотя бы по телефону.
   Лысый задумался, потом сказал.
   - Нет, это очень большой риск. Выявленные вами роботы-шпионы нами не обезврежены, информация о миссии может косвенно просочиться из вашего разговора с женой. Вообще, не стоит лишний раз обозначать место вашего нахождения, лучше напишите всё, что хотите сказать, мы передадим.
   Так и сделали, последующие два часа мы обедали, я писал письмо, короче, непростые были часы ожидания.
   Наконец появились военные, их было трое: офицер в звании полковника, и два дюжих сержанта в форме морской пехоты. Сержанты - не с пустыми руками, вскоре передо мной на столе разложили весь запрошенный арсенал. Офицер начал инструктаж.
   - Начнем с главного: этот ранец, маркированный как РЯ-6М, напоминает небольшой бачок для приема пищи, но на самом деле это носимый ядерный заряд, вес 12 килограмм и мощность 1 кт.
   Что означает мощность заряда? Для понимания - мощность бомбы, сброшенной на Хиросиму, была около 18 кт, однако 1 кт хватит для гарантированного поражения любого промышленного объекта площадью километр на километр. Это если заряд будет в центре объекта.
   Взрыв может быть наземный или воздушный. Что касается личного состава, то при воздушном взрыве - гарантированная зона поражения составит уже до двух квадратных километров.
   Понятно, что если объект небольшой, ну, например, здание занимает площадь 100 на 100 метров и в высоту не более 100 метров, то подрыв заряда можно осуществить на удалении до 500 метров. Это касается и наземного взрыва и воздушного.
   Если подрыв осуществить с расстояния от 500 метров до 1000 метров, то зданию будет нанесен урон, но нет гарантии абсолютного поражения.
   Ну и, укрепленное здание, для гарантированного уничтожения, надо подрывать находясь внутри.
   Для этих действий, как впрочем, и других, предусмотрены два типа подрыва боеприпаса. Дистанционный - по радиоканалу, максимальная дальность сигнала до 5 километров. И с помощью таймера.
   Офицер откинул крышку бачка, и я смог увидеть панель управления зарядом. На компактной деревянной вставке чернели два тумблера, один из которых имел двенадцатичасовой циферблат, а другой - шестидесятиминутный.
   - Тут всё просто, выставляете время по шкале, максимально это 13 часов, ну, а минимально 1 минута. Дистанционный взрыватель - вот он.
   Офицер откинул крышку небольшой ниши, и я увидел прибор, напоминающий мобильную радиостанцию с большой кнопкой посредине.
   - В боевое положение заряд приводится сразу после поворота таймера, либо при переключении этого тумблера. Если тумблер переключен в положение "дис", значит, заряд отреагирует на нажатие кнопки с пульта.
   Ну и в завершение, панель закрывается на замок с числовым четырёхзначным кодом.
   - Как портфель, - решил пошутить я.
   - Да, примерно так, - спокойно подтвердил полковник, - сейчас код открытия 0000. Можно поменять на нужный.
   - Поменяйте на 5400, - с улыбкой попросил я, - это номер моего первого автомата в армии, если уж идти в бой, то с проверенным оружием.
   Моя дальнейшая экипировка много времени не заняла, полчаса - и я был готов к переходу через портал.
  

Бой

  
   Этот переход через портал оказался немного иным, чем предыдущие. Мне показалось, что между воссозданием картинки комнаты перемещения и мыслями "хочу туда", прошло немного больше времени, чем ранее. Когда же я попал в мир насекомых, то в первое мгновение просто растерялся.
   В комнате находились около десятка солдат-богомолов. Повезло, что они были отвлечены чем-то в углу кристалла, и я успел выскочить из цилиндра. На мне, как и в первый раз, оказался дурацкий костюм груши и игольчатая шапочка на голове.
   Имущество моё не пострадало, поскольку я держал его в руках. В левой - заряд, в правой - большой мешок с оружием и амуницией. Моментально сориентировавшись, закинул рюкзак с зарядом за спину, и взялся распаковывать мешок, в стремлении как можно быстрее достать оружие.
   Бах! - выстрел раздался неожиданно, один богомол дёрнул головой и опрокинулся навзничь.
   В следующее мгновение раздался хруст разрываемой плоти, приглушенно вскрикнул человек, а из-под лап богомола по полу комнаты полилась красная краска. Кровь...
   Сердце отреагировало мгновенным увеличением частоты, ноги приослабли, один из богомолов повернулся в мою сторону. В голове пронеслось: "Всё, это конец!".
   Насекомое шагнуло ко мне. Рука моя неожиданно нащупала рукоятку пистолета. Скорее рефлекторно, чем осознано взвел его и, сняв с предохранителя, три раза подряд выстрелил богомолу меж глаз. Грязно-зеленый фонтан мозгов вырвался из затылка насекомого, солдат, натужно свиснув, свалился на пол.
   Оставшиеся в комнате солдаты-богомолы развернулись в мою сторону. Я стреляю, целясь в головы. "Грач" не подвел. Бронебойные пули девяти миллиметров, ствол выплевывал ритмично, без задержек.
   Бах! Бах! Бах! Щёлк, - обойма пуста. Восемнадцать патронов выпущены и нашли свои цели. Богомолы - вповалку, как дрова. Красные лужицы с грязно-зелёными ошмётками. Картина. Абстракция. Малевич.
   Только тут я заметил обезображенное тело Кости. Мощные челюсти насекомого разорвали его почти пополам. Я не могу оторвать взгляд от безжизненно раскинутых рук товарища. В правой у него карабин, он до последнего дрался, прикрывая меня, точнее то, что я должен сделать.
   Я поднял Костину винтовку, открыл затвор, в обойме зловеще блеснул патрон.
   "Эх... братишка, спас ты меня, а сам себя не уберег, а я, дурак, тебе не верил, думал - ты с этими букашками-таракашками заодно. Прости меня, Костя!", - такие мысли проскочили в тот момент.
   Вдруг за спиной раздался человеческий голос.
   - Саня, его уже не вернуть, надо быстрее действовать.
   Резко развернувшись на голос, целюсь. На меня с укором и вызовом смотрит Андрюха Мурзин.
   - У тебя патроны закончились, так что можешь ствол опустить, - говорит Андрей.
   Но ствол я не опустил.
   - Андрей, отвечай перед погибшим товарищем, Костей Сажиным: ты готов мочить этих жуков навозных, или в резервацию собрался потомков строгать, и ждать пока они в шмелей превратятся?
   - Ну, б..ь, только ты у нас герой, все остальные тут двадцать с лишним лет за печкой мастурбировали. Опусти пушку и покажи, что ты принес, не мочить же жуков голыми руками!
   Я облегчённо опустил ствол, и подошёл к мешку, лежавшему на полу. Мы принялись делить оружие и переодеваться, попутно расставшись с инопланетными карнавальными костюмами и дурацкими шапками.
   - Накрошили вы тут с Костей, - между тем оценил поле сражения Андрей.
   - Это больше с перепугу, - ответил я.
   - Десять богомолов-полицейских, серьезный отряд, а я думал они все на зачистке.
   - На какой еще зачистке?
   - После того, как Чуй пропал на севере, жуки решили зачистить оставшихся аборигенов, так что сейчас там жарко.
   - Жаль аборигенов, но они сами просили оставить им Чуя, для разговора по душам.
   - Мы сейчас им не сможем помочь, надо думать уже о себе, как бы цинично это ни звучало.
   - Ты прав, - сказал я, и мысленно простился, и попросил прощение у союзников.
   - Возможно, дышать придется через раз, но всё равно лучше, чем под колпаком у насекомых жить, - со свойственной ему иронией отметил Андрей и отбросил в сторону дурацкий колпак с головы, - так всё-таки какой у нас план?
   - План? - я еще раз взглянул на Мурзу.
   - Не ссы, не сдам. Я тебе не дешёвка, в своё время присягу давал, да и тебя придурка, одного опасно оставлять, - опять же пытался шутить мой товарищ.
   - Надо найти энергоузел, а дальше видно будет... - опустив голову, сказал я.
   - Ну, тогда вам без меня не обойтись, - раздалось у нас за спинами.
   Мы оглянулись - в кристалле, непонятно откуда взявшись, стоял Олежка Матросов.
   - Я тут транспортное яйцо подогнал, так что, будем искать ваш энергетический узел.
   Андрей, молча глядя на Олега, качнул головой в сторону растерзанного Кости.
   - Что делать... - печально перекрестился Олег, и поднял взгляд к потоку.
   На мгновение мне показалась, что в его глазах блеснула слеза, но если даже и так, то он быстро взял себя в руки.
   - Наше дело нагнуть этих жуков, вполне может быть, что все там ляжем, просто Косте больше всех повезло - первый ушел, - Олег посмотрел на меня, и спросил.
   - У тебя есть задание?
   - Да, - ответил я.
   - Надеюсь, оно утверждено Землёй. А раз так, мы готовы на всё, чтобы помочь тебе. Командуй.
   - Возьми карабин, - протянул я оружие Олежке. - Вот тут - патроны к нему, и пошли в яйцемобиль.
   Летели сквозь серые облака по коду, названому мне шмелем. По земному времени, полет длился примерно час. Я не знаю в какой части планеты мы оказались, только точно могу сказать - это были горы, точнее вулканы. Вот к одному из них мы и направлялись.
   - Повезло, - сжимая цевье автомата, сказал Андрей, - тут высоко, дышать будет легче, чем на равнине.
   Мы молча согласились. Наконец, на одном из склонов увидели то, что искали. Сооружение примерно с девятиэтажный дом. По форме - всё то же яйцо, поставленное на утолщенную часть и острием обращенное к небу. Утолщение стояло на подставке, точнее так - из земли возвышалась платформа, на которой и стояло яйцо. Оно переливалась серо-золотым цветом, шмелиного оттенка. Интересно, что в верхней части этого сооружения постоянно присутствовали энергетические потоки. Молнии буквально окутывали остриё этого странного яичка, иногда сгустки энергии как шаровые молнии срывались с острия, и уносились с сумасшедшей скоростью в разные стороны.
   - Что это? - изумленно произнес я.
   - Это и есть главный энергетический центр, - ответил мне Олег. - Я тоже вижу его впервые. Но много слышал. Здесь энергия ядра планеты конденсируется и передается, так скажем, потребителям в виде сгустков плазмы - шаровых молний.
   - Это тот способ, которым энергию планировал передавать Никола Тесла? - уточнил я.
   - Да, тот. Нам этим способом Николка в Сибирь энергию передал, а мы там до сих пор остатки Тунгусского метеорита ищем, - вмешался в разговор Андрей.
   - Тут есть еще один интересный момент, - продолжил Олег, - яичко работает как конденсатор, и начало вторжения они планируют при полной его зарядке. А зарядку как раз показывает цвет объекта, сейчас судя по цвету - зарядка максимальная.
   "Да уж, рванет, так рванет!", - подумал я про себя.
   Вслух же сказал:
   - Наверное это хорошо укрепленное здание, ведь там огромная энергетическая установка.
   - Думаю да, - не стал спорить Олег.
   В эту секунду случилось невероятное - белая вспышка прямо под нами. В нашу сторону вылетела ракета ПЗРК.
   - Всё, конец! - только и успел воскликнуть я.
   Дальше была яркая вспышка взрыва, я, естественно, ничего не успел даже сообразить. Только оранжевое пламя вокруг, и резкое падение вниз. Возможно я потерял сознание, если это и так, то длилось это не очень долго. Когда открыл глаза, взгляд упёрся в серо-белую внутреннюю поверхность спасательной капсулы. Одним движением руки коснулся выемки, что служила "кнопкой" для открытия кокона.
   "Хорошо, что уже имел дело с этими штуками, а то так бы и лежал тут, пока жуки не спеленают", - про себя размышлял я.
   Быстро выбравшись из спасательной капсулы, среди догорающих обломков транспортного яйца сразу же заметил коконы своих парней. Мне потребовалось не больше минуты, чтобы дойти до них и вскрыть запирающие крышки. С ребятами оказалось всё в порядке. Только Мурза тряс головой, пытаясь сообразить, что это было.
   - Олег нас сбили земным оружием. Что это может значить? - почти прокричал я.
   - Думаю, это значит лишь то, что объект охраняют земляне из числа бойцов. И скорее всего - они нас тут ждут.
   - Земляне защищают жуков, жертвуя населением планеты. Как такое может быть?
   - К сожалению, может, - с обидой и напряжением в голосе, ответил Олег. - Есть бинокль или еще что-нибудь для наблюдения?
   - Да имеется, - я протянул ему бинокль с цифровым дальномером.
   Олег не стал ждать новых вопросов с моей стороны, а выбрав скалу повыше, начал на неё карабкаться. Я устремился за ним. Мурзин остался внизу.
   Догнал Олега, когда он уже наводил бинокль на яйцо. Меня мучила куча вопросов, и я горел желанием немедленно задать их.
   Однако на площадке разворачивалась картина, которая заставила вопросы отложить. Человек десять, вооруженные стрелковым оружием, используя какие-то летучие доски, похожие на снаряжение сноубордистов, быстро двигались в нашу сторону.
   - В укрытие, - скомандовал Олег.
   Мы буквально скатились со скалы, рискуя разбить себе головы. Прикинув обстановку внизу, решили, что надо обогнуть небольшой хребет и попытаться укрыться за валунами. Едва заняли позиции, как вооруженные люди добрались до места катастрофы.
   Глядя на них, Олег произнес:
   - Это китайцы с латиносами. Суки! В полном составе, по пять человек.
   Мужики! Их надо убирать, иначе они нас быстро найдут, и нам не устоять против десятерых. Как только подойдут к спасательным капсулам сразу огонь.
   - Может, сначала гранату, а потом, огонь? - уточнил Мурза, доставая из кармана две пухленькие "лимонки".
   Олег коротко взглянул, и очевидно прикинув расстояние, уверено сказал:
   - Добро! Андрюха, мы с Саней гранатами, ты добиваешь оставшихся очередями из автомата. Как только дойдут до коконов - кидаем.
   Наши противники подлетели уже совсем близко, несколько человек, кажется трое, соскочили с досок и рванули к спасательным капсулам.
   - Кидаем! - крикнул Матрос.
   Срываем кольца и гранаты летят. Два взрыва.
   Едва развеялся дым, Андрюха открыл огонь из автомата. К сожалению, положили не всех. Троих, видимо, достали гранатами, они лежали без движения, еще один катался по земле - уже не боец. Двоих Мурза сковырнул автоматным огнем.
   Остальные попрятались за скалами и открыли плотный ответный огонь. Пули защелкали по камням. Ситуация складывалась явно не в нашу пользу. Четверо против троих. Идти в атаку на них бессмысленно, а вот они нас могут удержать, и вызвать подкрепление.
   Я молча взглянул на Олега. Видимо, мой друг принимал какое-то важное решение, потому как был чрезвычайно сосредоточен.
   Наконец он сказал:
   - Сейчас они вызовут подкрепление, обойдут вон за тем хребтом, и нам уже не вырваться будет из колечка. Вам надо уходить. Я прикрою.
   - Олег, но тогда не выйдешь из кольца уже ты, - констатировал я.
   - Я вас догоню. Надо выполнять задание, оставьте одну гранату и уходите.
   Мурза молча положил рядом с Олегом гранату.
   Мы не стали прощаться, просто быстро ушли. Перед тем, как позиция Матроса скрылась из нашего поля зрения, я успел бросить на него взгляд. Олег выцеливал в оптику противника. Немного бледное лицо, острые черты сжатых скул, чёлка, сбившаяся на бок и прилипшая к потному лбу, но при этом и в позе, и в движениях абсолютное спокойствие. Я понял всё - Олег не собирался нас догонять, он жертвовал собой. Осознано.
   Не до патетики было, но комок к горлу всё-таки подкатил.
   Мы остервенело лезли вверх, надо было перевалить через хребет, затем спуститься в небольшую долину, и максимально близко подойти к энергетическому узлу. Минут через тридцать добрались до вершины хребта, по одну сторону стала видна позиция Олега, а по другую - серо-золотистое яйцо. До цели чуть больше километра, если двигаться по прямой.
   Пройти их можно быстро, и я уже обдумывал маршрут, когда меня коснулся Андрей. Я обернулся и увидел, что творилось на поле боя. Олег лежал на своей позиции, склонив голову, карабин - рядом. Похоже, патроны закончились. Четыре человека с винтовками наперевес вышли к Олегу. Высокие парни - африканцы, судя по цвету кожи.
   "Очевидно, это подкрепление, которое обошло позицию Олежки", - подумал я.
   Один черненький, в кепке, - с размаху двинул Матроса ногой в бок, тот перевернулся, раздался хлопок, белое облако пороховых газов вперемешку с пылью рванулось вверх, а на скале недвижимо замерло пять тел.
   - Скоро наш черёд Андрюха.
   - Да. что тут рассуждать, и ты и я сделали бы то же самое на месте Костика и Олежки. Хотя, ты знаешь, мы же почти насекомые. Нам и нашим потомкам обещан рай.
   - Что ты хочешь этим сказать?
   - Я хочу сказать, что наши гены уже мутируют, и после падения Земли будет резервация, в которой планируют выращивать шмелей из клана Земли. И вот эти земные бойцы, - Мурза повел стволом в сторону лежащих внизу тел, - должны были стать элитой нового общества.
   Но Олежка предпочел смерть, забрав с собой еще четверых, итого: осталось пятнадцать, максимум.
   - Или шестнадцать, - с сомнением сказал я.
   - На Макса намекаешь?
   - Да.
   - Ты мало пока знаешь, а судя по тому, как идут дела, можешь многого и не узнать, надо торопиться, оставшиеся в живых могут отрезать нас от объекта.
   С этими словами Андрюха бросился бежать вниз по крутому склону. Мне ничего не оставалась, как побежать за ним. Мы преодолели примерно половину расстояния, когда со стороны горы стали быстро надвигаться пять черных точек. У подножья яйца неожиданно заработал пулемет, прижимая нас к земле. Я прыгнул в какую-то небольшую расселину, попутно в кровь разбив себе лицо.
   Накрыли плотным стрелковым огнем со всех сторон. Пули шлёпали по камням, как градины по крыше сельского дома. Мысли путались, но среди этого хаоса в голове всеподавляюще билась одна: "Своей пули я не услышу".
   Рука потянулась к нагрудному карману, где лежал дистанционный пульт управления зарядом. В этот момент в голове появилась ясность, сознание заработало чётко, как часы.
   До энергетического узла метров четыреста, максимум пятьсот, значит, есть шанс снести это яичко, но если здание укреплено, а это может быть, и даже, скорее всего, то заряда не хватит, - тогда всё зря. Нет, надо подойти как можно ближе.
   Я поднял голову, и не увидел злых вспышек пулемёта. Плотность огня снизилась - Мурза завязал боем тех пятерых, что подошли со стороны гор.
   Я решил, что это шанс.
   "Может, заклинило пулемёт или патроны закончились", - с этой мыслью я вскочил и рванул в сторону проклятого яйца.
   Бой шел за моей спиной, пулемет молчал. Осталось уже меньше сотни метров, а пулемет всё еще молчал. Наконец, задыхаясь от бешеной гонки, запрыгнул в импровизированный окоп. Там лежал здоровенный негр с прострелянной головой. На секунду, я опешил, - убитым был американец, Фрэнк. Убит выстрелом в затылок.
   "Вот так сюрприз!", - я был немного ошеломлён и обескуражен, - "Неужели у меня появились союзники?".
   Однако долго удивляться не пришлось. Выстрелы в горах неожиданно затихли, и я увидел, что на том месте, где была позиция Андрея, появились двое, они пытались поднять третьего. Тот был явно тяжело ранен. Он с трудом встал на колени, и вдруг с оглушительным криком ударил ножом в грудь одного из бойцов. Второй тут же выстрелил атаковавшему в голову.
   - Андрюха!!! - закричал я, и бросился к пулемету.
   Очередь огненной цепочкой ушла прямо в цель. Фигурка человека дрогнула, пошатнулась, и рухнула на землю, как срубленное под корень дерево. Я вскочил на ноги. Воцарилась тишина, нарушаемая лишь зловещим треском молний где-то высоко над головой.
   Не знаю, что заливало мне лицо: пот, слезы или кровь из рассечённой брови, но я вдруг почти ослеп, и, подчиняясь какому-то странному инстинкту, качаясь от усталости и напряжения, побрёл к яйцу.
   Подойдя вплотную к платформе, установленной на уходящей под поверхность цилиндрической основе, я столкнулся с неосмысленной ранее проблемой. Как попасть внутрь сооружения?
   Рукой провел по гладкой стенке цилиндра - абсолютно ровной, холодной. Первой мыслью было поставить заряд и тут же подорвать его, но усомнился.
   Непонятно каков уровень защищенности объекта, судя по всему, тут не одна термоядерная бомба спрятана. Значит, внешний контур защищен от максимального числа неприятностей, и не факт, что заряд в одну килотонну сработает результативно. Рисковать нельзя, надо идти внутрь.
   Размышляя так, я двигался вдоль стены объекта. И вдруг над головой щелкнула пуля. Я тут же присел. В следующий момент левое плече обожгло огнем, и тело пронзила острая боль. От неожиданности упал на землю. Падая увидел, что ко мне приближаются три силуэта с автоматическими винтовками наперевес.
   "Да сколько их тут еще, на мою голову!?", - подумал я, и достал пистолет из кобуры закрепленной на бедре.
   Пули продолжали свистеть над головой. Вскоре я заметил еще два силуэта подступавших с другой стороны. "Пять", - пронеслось в голове. Я попытался подсчитать потери противника, чтобы понять, каких сюрпризов еще ждать.
   Во время первого боя гранатами убрали троих, один серьезно ранен, потом Мурза положил двоих, итого: шесть не бойцы.
   Четверых унес с собой Олежка, сколько он достал из карабина - неизвестно, так что, будем считать за ним четверо. Итого: десять.
   Один убит у пулемета - одиннадцать. Одного ножом рубанул Андрюха, еще одного - я срезал, итого: уверено можно сказать, что они потеряли тринадцать человек.
   Осталось двенадцать или тринадцать, и я ранен, и у всех на виду.
   "Придется тут взрываться", - с горечью подумал я.
   И в этот момент услышал тихий свист у себя за спиной, перевернувшись, увидел провал в стене цилиндра. Особо думать некогда - я рванул туда.
   Яркий белый свет ударил в лицо, на мгновение я снова ослеп.
   Когда глаза привыкли к освещению, увидел, что передо мной стоит Макс. Через плечо у него на длинном ремне висела американская автоматическая винтовка, одет - не в карнавальный костюм, а в камуфляж морпеха США. Пальцы рук держал на спусковом крючке, однако ствол опущен.
   Я не знал, что делать, фактически, судьба человечества теперь зависела от него: поднимет Макс ствол в мою сторону или нет?
   - Ну что? - начал Максименко. - Заряд с тобой?
   Я молчал.
   - Саня, ты мне честно скажи: "У тебя продается славянский шкаф?".
   - Черти тебя дери Макс, "Славянский шкаф продан. Могу предложить никелированную кровать с тумбочкой", - мы оба улыбнулись.
   - Где ты был, Виталик? Там парни погибли, - с обидой спросил я.
   - Мы тоже скорее всего погибнем, но скажи: разве не к этому мы готовили себя всю жизнь?
   - К этому? Заложим заряд, поставим таймер, может и умирать не придется, - начал я с оптимизмом.
   - Выход блокировали наши земляки из разных стран мира, нам не дадут уйти живыми, их минимум десять, а нам надо гарантировано всё тут взорвать.
   - Ладно, давай сначала установим заряд, а потом решим, что делать дальше. Может, спешишь нас хранить дружище?
   - Действительно, нам лучше поторопиться, наши "земели" уже подходят к зданию и скоро будут тут.
   Мы подошли к небольшой прозрачной платформе. Кровь из раненой руки капала на бело-серый пол, оставляя за мною пунктирный след. Платформа быстро подняла нас наверх, в просторный зал. В центре его возвышался огромный стержень того же серо-золотого цвета, как и наружная поверхность и внутренние стены сферы.
   - Заряд надо установить к основанию стержня, - Виталик показал место.
   Я подошел, снял с плеча рюкзак, открыл панель управления. И обернувшись, спросил:
   - На сколько ставить таймер?
   - Ставь на двадцать минут, думаю, столько мы продержимся, но на всякий случай держи пульт в руках, может раньше придется подорвать.
   - Слушай, - возразил я, - за двадцать минут ничего не изменится, - даже если удастся выбраться - далеко не уйдем, так может, рванем сразу? Тем более, тут комбинированного варианта нет - либо с пульта, либо таймер.
   - Можно и сразу, только попрощаться хочу.
   - С кем?
   - Да с этими недоделанными шмелями, оставшимися в живых бойцами с Земли.
   - Макс, всё равно всех тут накроет, так что рисковать, убивая их пулями - смысла нет. Или ты им хочешь руку пожать и приобнять за плечи?
   - И по-отцовски в лобик поцеловать, - поддержал иронию Макс.
   - Ну что, давай сразу! - с азартом обреченного, произнёс я, но тут же сам себя и остановил. - Хотя, подожди, давай еще поживем минутку. Тем более что у меня вопросов поднакопилось.
   - Хорошо, давай свои вопросы, только быстрее, я платформу заблокировал, но они всё равно до нас очень скоро доберутся.
   - Скажи, ты давно сотрудничаешь с ФСБ?
   - С курсантской скамьи.
   - Вот как. Тогда зачем нужен был я?
   - Жуки меня раскусили. Отследили связи, пришлось организовывать операцию прикрытия.
   - Ты хочешь сказать, что ты разыгрывал двойного агента, а чтобы тебе поверили насекомые, ты усиленно делал из меня наемного убийцу? Но как-то уж очень это просто.
   - Саня, скажу тебе честно, решение встать на сторону землян я принял буквально полчаса назад. А так, я активно работал на насекомых, и водил за нос ФСБ, ЦРУ и всех, кто там пытался умничать со мной.
   Больше того, именно я организовал оборону этого энергетического узла, именно я передал информацию жукам о том, что ты придешь сюда.
   Но я просчитался в одном - что ребята пойдут с тобой. И когда они стали гибнуть один за другим, я решил, что не могу предать их, поэтому ты здесь.
   - Макс, я не верю.
   - Ну и зря, я ведь не Макс, я наполовину уже шмель - насекомое, и парни были уже не людьми, но они пошли и отдали жизнь за людей. И сейчас я понял, что точно не смогу переступить через них.
   - Это бред. Ты готов был перешагнуть через свою семью, дочерей, родных и близких тебе людей, ты не против был уничтожить всё человечество, и вдруг не смог перешагнуть через смерть товарищей?
   - Ты не можешь этого понять. Мы не люди, зачем нам любить людей? Давай закончим дискуссию, жми на кнопку и конец всему!
   - Подожди, уважаемый, что-то тут не так!
   Был человеком, стал насекомым. Работал на ФСБ. Потом предал, готовил операцию по оправданию агрессии, активно снабжал дезинформацией власти Земли, положил на это двадцать шесть лет, и вот, когда до вторжения остались считанные часы, ты вдруг перековался и стал спасителем человечества?
   - Что тебе надо, сволочь, что ты в душу лезешь!? - Макс подтянул ремень винтовки, и ствол воронёным отверстием нацелился мне в грудь.
   - Я просто хочу понять.
   - Что ты хочешь понять?
   Ты такой же как все земляне, вам вечно нужны душевные порывы, эмоции, любовь. Да это же идиотизм - умирать ради кого-то, любить кого-то... Зачем, когда можно жить, наслаждаясь властью и комфортом? Ты даже представить себе не можешь, какая власть у шмелей!
   - Это-то я как раз могу представить, я не могу понять, почему ты позволил мне принести в этот энергоузел ядерный заряд. Что будет после подрыва, может ты обманываешь меня и это ложная цель?
   - Да, я тебя обманываю, и как дурак, подставляюсь под смерть. Если это ложная цель, тогда зачем мне умирать?
   - Не знаю, - честно ответил я.
   Разговор явно зашел в тупик.
   Я сел рядом со своей смертельной ношей, ужасно болела раненая рука. Виталик повернулся ко мне спиной, видно было, что он растерян и не знает, как поступить.
   Наконец я нарушил молчание:
   - Макс, а помнишь, как мы с тобой на абитуре еще, на полигоне вкалывали. Чурки деревянные на танковой трассе в землю забивали. А потом майор Петриков нас забрал на артиллерийскую директрису, мишени мы с тобой на тележки ставили. Вот время было...
   - Да, Саня, помню, какое жаркое тогда было лето, и как цвел иван-чай...
   - А взводного нашего помнишь?
   - Музыку? Конечно помню. Он меня вечно доставал, - Макс изобразил голос взводного. - "Максименко, суббота не выходной, суббота ПХД, взял тряпку и пошел драить расположение!"
   - Да, помню, даже фотка где-то была, где он тебя дрюкал, а ты с тряпкой в руках стоишь.
   - Жаль, это время ушло, - с тяжелым вздохом произнес Виталик.
   - Скажи мне честно: мы спасем человечество, если я взорву этот чертов заряд, или это ложная цель?
   - Человечество спасем, а вот мир насекомых погибнет.
   - Почему? Ведь мы только обесточим вторжение. Луч смерти и десант не сработают.
   - Нет, уничтожена будет вся планета. Лишив энергии вторжение, мы не остановим рождение солдат-богомолов. А это значит, что родившись, они начнут реализовывать свои функции тут, в этом мире.
   - Не понял!?
   - Что тут непонятного, богомолы -- это биологические механизмы, единственной функцией которых является насыщение.
   Они призваны пожирать всё на своем пути до состояния насыщения. Родившись, они приступят к уничтожению всего и вся, пока не насытятся. Их нельзя остановить, ими нельзя командовать, а поскольку тут ресурсов очень мало, они не насытятся, и будут жрать даже эти скалы, потом начнут есть друг друга. Одним словом, это страшный конец.
   - Этот мир умрет от того же оружия, что готовил другим.
   Макс повернулся ко мне лицом и сделав в мою сторону решительный шаг, быстро заговорил.
   - Ты хочешь знать, почему я изменил свое решение? Что ж, я скажу тебе правду, тем более, что она всё равно умрет вместе с нами.
   У меня была семья, но с ней давно всё кончено, даже дочери стали чужими. В Индонезии я полюбил земную женщину, она скоро родит мне парня.
   Если шмели узнают, что бесконтрольно развивается их генофонд - они убьют ребенка. Я хотел забрать её в резервацию, но она отказалась, она хочет умереть на Родине.
   Ты понимаешь, на Родине! А где моя Родина?
   Костя, Олег и Андрей никогда не сомневались, где их Родина. Я должен выбрать между целым миром и...
   Макс не договорил, изо рта у него брызнула черная как чернила кровь. Он оступился и упал лицом вниз.
   Я увидел, как сверху быстро спускаются человек пять смуглых ребят, то ли испанцы, то ли выходцы из Австралии, они, не останавливаясь, стреляли на ходу короткими очередями. Пули снова застучали вокруг меня.
   Я бросился к Виталику, он был еще жив. С трудом подхватив подмышки, я попытался оттащить его с линии огня. Кровь била уже фонтаном, он пытался что-то сказать, но силы его быстро оставляли.
   Я достал дистанционный пульт управления ядерным зарядом.
   Виталик протянул руку: "Дай!"
   Я понял этот жест, и вложил в неё пульт.
   Макс, захлебываясь кровью всё-таки договорил:
   - Между целым миром и малышом, я выбираю малыша.
   Яркая белая вспышка ослепила и выключила сознание.
  

Суд

  
   Когда я открыл глаза, то понял, что слепит меня яркое солнце.
   Я лежал спиной на песке, и пытался смотреть в небо.
   Ласковый ветер трепал волосы, откуда-то справа долетал шум прибоя. Среди криков чаек вдруг услышал женский голос.
   Говорили по-латышски, иногда различались отдельные слова. Потом раздался заразительный детский смех.
   Я перевернулся на живот, и увидел женщину лет тридцати пяти, вокруг неё бегали дети. Старшему - лет тринадцать, остальным значительно меньше, самый младший вообще ползал у ног.
   Я пригляделся и узнал в женщине свою маму. Она умерла, когда мне было пятнадцать лет. От удивления вскочил с песка и бросился к ней.
   - Мама!!! - я кричал, захлебываясь от накативших слёз.
   Женщина оглянулась, и я невольно остановился.
   Дети, которые кружили вокруг неё замерли.
   Я узнал их.
   Старший - был моим братом, средним был я сам, а малыши -- это мои дети.
   - Мама, где мы? - спросил я, не скрывая потрясения увиденным.
   Мама тревожно и торопливо призывая руками, собрала вокруг себя детей. Они, прижавшись к ней, с интересом разглядывали меня.
   - Мама, это я, твой сын, Саша, - я сделал шаг по направлению к женщине.
   Она обеспокоено заговорила, обращаясь к детям - всё так же, по-латышски.
   - Ангелочки мои, пойдемте скорее, нам пора.
   - Ангелочки? Мама, я что умер? - я растерялся и не знал, что мне делать.
   А мама и дети быстро уходили в дюны.
   - Ангелочки, - повторил я.
   Может это ангелы хранители?
   Тогда тот, что похож на меня - мой ангел хранитель.
   Наверное, я всё-таки где-то на небесах.
   Да и странно было бы выжить в эпицентре ядерного взрыва.

* * *

   Я огляделся по сторонам. Справа и слева от себя увидел одинокие фигуры людей, они стояли на приличном расстоянии друг от друга и смотрели куда-то за горизонт.
   Все они в длиннополых ослепительно белых индонезийских рубахах.
   Расстояние было большим, и всё же фигуры показались мне знакомыми.
   Человек справа был похож на Макса.
   - Макс!!! - не удержался я, и позвал товарища.
   Тот повернул голову в мою сторону, но на призывный крик не ответил. Тогда я посмотрел в другую сторону и узнал Костю. Еще дальше, похоже, стоял Олег. И, наверное, где-то там - далеко, был и Андрей, но его я не смог разглядеть.
   "Все тут", - подумал я.
   "Наверное, сейчас будет божий суд, и выдадут направление - кому в рай, кому в ад".
   От этой мысли я даже улыбнулся в душе. Появилась хоть какая-то рабочая версия происходящего.
   "Или так: в рай путевка, в ад наряд", - продолжил веселиться я.
   И вдруг в моем сознании зазвучал Голос.
   Честно говоря, было непонятно: голос звучит внутри меня, или разносится на морском пляже, но сомнения не было - именно этот Голос вершит наши судьбы.
   И я услышал:
   Решение Разума.
   Мир насекомых признать агрессором.
   Мир людей невиновен.
   Генетический набор землян восстановить.
   Души погибших невиновного мира вернуть в жизнь, до конца отведённого им срока.
  

Эпилог

  
   Мы стояли вкруг, обняв друг друга за плечи и соприкасаясь склонёнными головами.
   Шёл тропический дождь, звонко шлёпая крупными каплями по лужам, по листьям тропических деревьев, по нашим затылкам.
   В воздухе томительно разливался аромат цветущей акации.
   - Макс, мы нашли тебя, - сказал Андрей.
   - Макс, мы вернули тебя, - сказал Костя.
   - Макс, мы спасли тебя, - сказал Олег.
   - Макс, ты нам должен, - сказал я.
   - Парни, идите в задницу, - сказал Макс.
   И продолжил:
   - Я же сказал, что приглашу вас на кашу. Вот сын родится, тогда и поляну накрою.
   - А мелкого береги, он теперь единственный житель Земли, в генах которого есть инопланетный след. Нас, - Разум от этого наследства зачистил!
   - Тсс... Парни, - это строго между нами.
   - О чем базар, брат!
   - Будем молчать до гробовой доски...
   Мы смеялись.
   Жизнь вернулась.
   Жизнь продолжается.
   Жизнь прекрасна!
  
   Постоянное место жительства
   Британская контрразведка
   Засекречивающая аппаратура связи
   Свердловское высшее военно-политическое танко-артиллерийское училище
   Служба безопасности Украины
   Военно-промышленный комплекс
   Бронетранспортер
   Командно штабная машина
   Контрольно-пропускной пункт
   Увольнение на курсантском сленге
   План Гитлера, разработанный для нападения на СССР
   Боекомплект
   В терминологии спецслужб - наемный убийца, подлежащий устранению после выполнения задания
   Переносной зенитный ракетный комплекс
   Директриса (в артиллерии) - участок полигона - прямая линия, по которой измеряются дальности выстрелов
   Парко-хозяйственный день
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Оценка: 7.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Д.Маш "Золушка и демон"(Любовное фэнтези) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Чарская "В плену его демонов"(Боевое фэнтези) М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"