Луганская Айка: другие произведения.

Петля к петле - общий файл

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Продавай произведения на
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Есть один чудный городок - L, где живут простые люди, как ты и я. Но присмотрись, все ли одинаковы? Не живёт в соседней квартире колдун или оборотень? Точно уверен? Не факт, что ты оказался прав. Индюк тоже думал, не так ли? Так и в городе L никто ничего не думал. Пока люди не столкнулись с отголосками прошлых ссор и деяний существ Тонкого плана. черновик первой части полностью


Петля к петле

   Пролог
  
   Как прекрасны закаты в тихом летнем городе! Какие чувства они вызывают у наблюдателей! Как замечателен мир в такие моменты!
   8 июля. Половина десятого вечера. На небе появляются первые бледные, а после и яркие звёзды. Полярная звезда засияла раньше и ярче всех, указывая на север. Восточный угол небесного купола уже чёрен, а западный прощально показывает себя в синих и фиолетовых красках.
   С высоты щерится половинка молодой луны.
   Но это на небе...
   А тем временем на земле по спальному району города L неторопливо прогуливались трое мужчин. Один из них был среднего роста, пожилой, с белесым венцом седых волос на голове и редкой бородкой на сморщенном лице.
   Второй же был, напротив, высок, молод, темноволос. Черты лица у него были острые, угловатые. Он слегка ссутулился, вытягивая шею вперёд и опуская голову, будто стеснялся своего немалого роста и хотел спрятаться.
   Третий же был похож на колобка. Маленького роста, среднего возраста, обширного телосложения. Он был лыс, безбород, да и вообще безволос. Даже на руках и ногах. Что также придавало схожесть с героем сказки.
   Все трое шли медленно, попутно переговариваясь.
   - Поверьте, молодые люди, - гладко и завораживающе вещал старик, - мы имеем дело не просто с заклятием, а с довольно старым проклятием. Причём в зону действия заклятия попали не только несколько семей, которых, собственно, и прокляли. По условию проклятия летом 20** года дети семейств Власовых, Свиридовых и Златовых начнут страдать от старого проклятия. Но так как заклинатель уже столетье как мёртв, проклятье немного видоизменилось. Я смотрел, навел справки, и тут-то и обнаружилась вся проблема этой ситуации. Дело том, что проклятие задевает не только эти семейства, но и также некоторых подростков, склонных к принятию этого проклятия.
   - Стало быть, - вступил в разговор лысый, - нужно следить за окружением Златовых, Власовых и Свиридовых, стараясь вычислить склонных и попытаться их обезопасить, верно?
   - Да. Но при этом они не должны знать о проклятии. Семьи уже известили об экстренных мерах? - обратился старик к парню.
   - Разумеется, - кивнул молодой человек. - Но при этом Власовы округлили глаза и очень испугались, Златовы отправили меня куда подальше и заявили, что `в весь этот бред' они не верят, а среди нашего ведомства есть Свиридов, который понимает всю сложность ситуации. Кстати, пик же приходится на полнолуние?
   - Да, - ответил старик. - Полнолуние приходится на 15 июля, так что и 14, и 16 числа также наблюдается пик.
   - У нас пять дней, - подытожил лысый. - Надеюсь, справимся.
  
   Глава 1
  
   Вступление 1
  
   - Слыш, Черех!
   - М?
   - А сегодня какое число?
   - Гм... Посмотри, там календарь на стене. Прекращай меня тормошить...
   - Черех!
   - Ну чего тебе?
   - Вставай!
   - В чём дело?
   - Седьмое июня!
   - И?
   - Надо сказать шефу!
   - Что?
   - Что-что! Вставай! Мы должны его одёрнуть и напомнить!
   Черех с трудом разлепил глаза.
   - Я что, опять заснул на коврике в человечьей ипостаси?
   - Ага! - заулыбался Ирсэ. - Ты вчера с охоты приполз и заснул. А перед сном перевернулся.
   - Гм... - Черех потянулся и встал. - Ох, идиот, теперь кости ломит...
   - Раньше думать надо было, - пожал плечами Ирсэ. - Пойдём, надо шефа предупредить.
   Шеф спал за столом, опустив тяжёлую и гудящую голову на книгу. Рядом стояла большая чашка кофе, выпитая наполовину. Видимо, он вчера опять допоздна засиделся за книгами, и уснул, не заметив.
   Мужчина поднял осоловелые глаза на кхаторши.
   - Опять вы? Обормоты! Пшли вон отсюда. Вы же бездельничаете целыми днями, хоть мне не мешайте.
   - Шеф, - заёрзал Ирсэ. - Сегодня седьмое июня.
   - И что?
   - Вы что, сговорились? - взвизгнул кхаторши. - Шеф, вы же сами просили вас предупредить, когда наступит седьмое июня. Ассанин, дети... Припоминаете?
   - Вот западло! - шеф хлопнул себя ладонью по лбу. - Совсем забыл... Спасибо. Шёл бы ты, Ирсэ, причесаться. У тебя в обеих ипостасях шерсть немытая и свалявшаяся. А потом идите собирать вещи. Мы едем в L.
  
   8 июля, 10:23.
   4 дня ДО.
  
   - Хороша погодка, м? - лениво потянулся на солнышке Артур. - Да и природа хороша. Несмотря на то, что утро и бодун.
   - Подтверждаю,- улыбнулась Аня, - что погода, что природа, что дача - всё на уровне. Кстати, кроме нас кто-нибудь проснулся?
   - Знаешь, когда я перебирался через комнаты, видел только множество трупов и ни одного живого человека, поэтому можно считать, что все спят. Анют, солнце, а поставь чайничек! А я пока попытаюсь... - Артур схватился за голову. - Нет, не попытаюсь разгрестись на столе... Ты, это, пока что-нибудь сделай, а я в домик архитектора...
   Сдерживая рвотные позывы, Артур кинулся к домику, что стоял на другом конце огорода. Но добежать не успел.
   - Ох... видимо, у огурцов появилось новое удобрение... натурпродукт, так сказать... Анют, принеси водички, умоляю...
   Аня вздохнула и пошарила под столом. Бутылки жалобно зазвенели.
   - Понятно, - угрюмо сказала Аня. - Значит, пойдём другим путём. Надеюсь, искомое на кухне.
   Артур накинулся на воду жадно и с пристрастием.
   - Вроде полегчало, - вздохнул он, напившись, но вновь опустился на четвереньки. Очистив желудок, он поднялся на ноги. - Видимо, удобрения получила и ... ммм... а что это? Редька? Свекла? Ну и ладно. Вот эта вот ботва. Всё, больше Санин самогон с тёмным пивом не мешаю.
   - И с вискарём тоже, - подхватила Анна. - И с вермутом, белым вином, водкой и всякого рода и племени слабухами тоже. И закусывать будешь, да? Не верится.
   - Я всё это пил? - округлил глаза Артур, пропустив подколку.
   Аня кивнула.
   - Мама дорогая. Я осёл, - хлопнул себя по лбу парень.
   - Верю, - сказала Анна. - А теперь марш в душ. А то с тобой и рядом находиться тошно.
   - То-то ты бодрая, как хозяйка кофейни, - протянул Артур.
   - Именно.
  
   8 июля, 10:26.
   4 дня ДО.
  
   Тем временем в дачном домике началось броуновское движение. После вчерашнего действа просыпались похмельные подростки.
   Вечером, разумеется, было очень весело. Днём, да и ночью, тоже. Даже очень ранним утром, до того, как компания легла спать. Праздновали день рождения Артура. И теперь, когда именинник и виновник торжества удобряет овощи в огороде, его гости и участники гулянки по совместительству начали пытаться проснуться и встать.
   На первом этаже в комнатах картина была эпическая. Будь тут какой-нибудь художник, рисующий на военные темы героического прошлого Руси, он бы кинулся рисовать.
   На полу и на диванах лежали люди. Хотя, это громко и слегка мягко сказано. Тела лежали вдоль и поперёк кроватей, под и на столе, около кресел. Несчастная кровать-полуторка вмещала на себе пятерых человек. Кто одет, кто в пижаме, а кто и просто завернулся и не очень в простыни. На прикроватной тумбочке стоит двухлитровая бутыль с водой. Бутылки с явно не безалкогольным содержанием валялись повсеместно. Часть из них была уже давно пуста, в некоторых на дне что-то ещё плескалось, а пара штук были даже не распечатаны.
   Среди этого "великолепия" как последний и несгибаемый русский воин стоял Виталик. И был он завёрнут в полотенце, которое едва держалось на бёдрах и прикрывало самое сокровенное. Он пытался найти свою или уже хоть не свою, но одежду.
   - Да... мы боремся с зелёным змием. Посредством его уничтожения... Хорошо поборолись, - пробормотал он, потирая лоб свободной рукой, не держащей полотенце.
  
   8 июля, 10:28.
   4 дня ДО.
  
   В это же время в соседней комнате Оля упорно пыталась выбраться из-под чужих рук и других конечностей. Запутавшись в одеяле, выбраться с кровати было крайне проблематично.
   Оля шёпотом выругалась и резко дёрнулась. Одеяло жалобно затрещало, и Ольга зависла в импровизированном коконе в десятке сантиметров над полом, что вызвало очередную порцию ругательств из уст серьёзной девушки.
   Оля снова дёрнулась, и кокон опустился ниже. Теперь же Ольга коснулась пола и стала изображать сдуревшую змейку, пытаясь выползти из запутанного одеяла. Тело на кровати всхлипнуло. Девушка поморщилась. Игорь. А он её не особо-то и нравился. Но это уже дело в стиле "не бывает некрасивых женщин, бывает лишь мало водки". Видимо вчера Оля сильно перебрала с выпивкой, раз очутилась с ним в одной постели. Или это Игорь перебрал? И сам залез к спящей девушке и заснул рядом?
   Ольга на четвереньках поползла мимо кровати к стеночке. Осталось только найти тапочки для полного комплекта. Хватило же ума завалиться в постель в платье, которое сильно мнётся и его очень сложно выгладить.
   По дороге девушке попалось тело её лучшей подруги Тани. Она спала рядом с Ярославом. Оля хмыкнула. Ярик Власов давно нравился Тане, но Ольгина подруга была очень стеснительна и чересчур спокойна. Что ж, сделаем заметку - чтобы Таня стала живым человеком, а не ходячей флегматичной ледышкой, её нужно подпоить.
   Оля аккуратно встала на ноги и прислушалась к собственным ощущениям. Вроде бы и голова почти не болит, тошнить не получится. Норм. Только бы опохмелиться для полного счастья, и будем, как огурчик. И, может быть, повезёт, и огурчик свежий, а не бочковой в рассоле.
  
   8 июля, 10:29.
   4 дня ДО.
  
   Пока Артур облагораживал дачный участок, Виталик искал одежду на поле боя, а Олька выпутывалась из одеяла, в мансарде на втором этаже также происходила мышиная возня мучительного пробуждения.
   Ира проснулась от лёгкого поцелуя Олега. Пробурчав нечто невнятное, она попыталась отбиться от настойчивого парня рукой и спрятаться от противных солнечных лучей под подушку.
   Но не суждено. Олег с лёгкостью поднял девушку со скомканных простыней на руки и направился встречать утро на небольшой балкончик, куда вела металлическая лестница с первого этажа.
   - Олежка, ну не надо... - лениво пробурчала Ира, прячась от света в объятьях. - Тут солнце злое, а ты ещё хуже делаешь... Я спать хочу, ночь бессонная выдалась ...
  
   8 июля, 11:47.
   4 дня ДО.
  
   - Ребят, кому печеньку маслом намазать? - спросила Ира, размахивая столовым ножом.
   - Может рассолу? - мучительно проговорил Виталик.
   - А спину тебе вареньем крыжовенным не намазать? - огрызнулась девушка. - Где я тебе на даче рассол возьму? Выссу?
   - Это будет уже не рассол, - философски заметил Витя. - Поэтому подобное лучше не предлагать. Не тебе в обиду, Ир. Ты ещё его попроси зубы вместо пасты кремом для бритья почистить, а голову вымыть стиральным порошком или керосином.
   - Керосином голову моют только при вшах. - Валера с чувством дирижировал бутербродом. - А среди нас таких вроде не было.
   - Действительно, - подтвердила Маша. - Кстати, хозяин, а ты тут до завтра отдыхаем? Тогда предлагаю на речку рвануть.
   Артур почесал затылок.
   - А что, идея. Можно и искупаться. Но только пойдём через часик-полтора, ладно? Приведём себя в относительный порядок, очухаемся... А то сидим похмельные, кто во что закутан, на веранде, чай тут пьём...
  
   8 июля, 12:14.
   4 дня ДО.
  
   - Ай, сука! И ты тоже! - вполголоса бубнил Витя, усердно лупя веткой себя по бокам. - Комары... мммм, твари адские!
   - Витюш, спокойно, - погладила его по плечу Мари. - Хочешь аэрозолем от комаров пшикну?
   - Не надо! - прорычал Витя.
   - И это говорит человек со второй положительной группой крови, - хихикнула Карина. - В голове ни извилины, в руках кленовая ветка!
   - Это что, вроде "В глазах обида, в руках утюг"? - подошла Света.
   - Вроде того, - ответила Карина. - Он же знал, что на дикую природу идёт, а ещё и удивляется, чего эт его эта самая природа покусала.
   - Нда... - откликнулся идущий впереди Ярик. Он шёл и высматривал по дороге всяких змей и другие прелести леса. - Правда что, природа. Вон, лес шумит, птички поют, серая тварь посреди тропинки сидит...
   Ярик резко остановился. Ему в спину врезалась Ира.
   - В чём дело? - сердито воскликнула она.
   - Что произошло?
   - Что это?
   Но на тропе уже никого не было.
   - Странно, - Ярик потёр глаза. - Неужели белочка?
   - Это не белочка была, а собака. Белки такими здоровыми не бывают, - возразил Артур.
   - Значит не глюки. А я уже было испугался, что всё это мне с безумного перепою явилось. Как выяснилось, нет. Ладно, продолжим движение.
  
   8 июля, 16:48.
   4 дня ДО.
  
   - Хорошо скупались, однозначно. Если бы не серый тот, то можно сказать, что день удался. Водичка-то хороша, это стопудово, - Артур уселся на завалинке и вытянул ноги вперёд. - Каковы наши планы на вечер?
   - Ммм... - Аня сладко потянулась. - Я предлагаю изобразить что-то около костра. До поздней ночи. А потом спааать...
   - Поддерживаю, - тряхнула длинной косой чёлкой Света. - Пусть хоть один вечер запомнится, как спокойный или около того. А Витёк ещё на гитаре сё-нить сварганит из металлики или арии...
   - А кто за дровами пойдёт? А, мальчики? - рассмеялась Мари.
   - А кто это будет? - притворно выпучил глаза Ярик. - Наверное, Саня с Валериком, м?
   - Нет, - в тон ему ответил Саша, - совершенно случайно это будет Ярик, причём быстро и топориком!
   - Что ты сказал? - выпятил грудь колесом Ярик. - Я тебя спрашиваю, гад ползуче-летучий!
   - Так, брейк! - влез в спор Валера. - Прекратите оба!
   - Десант! - зарычал Саша.
   - Морфлот! - воскликнул Ярик, кидаясь на друга с кулаками.
   - Миротворческие войска! - между ними возникла Маша. - Прекратите дурью маяться, чай, не маленькие уже. Лбы здоровые и дебелые. Оба пойдёте за дровами во избежание разногласий. Один топор несёт, а другой мешок. Кру-гом! В лес за дровами ша-гом марш! Песню запе-вай!
   - У солдата выходной, пуговицы в ряд, - давясь смехом запел Ярик, разворачивая Сашу в сторону сарая с инвентарём.
   - Ярче солнечного дня золотом горят, - шутливо подхватил Саша.
   - Часовые на посту, в городе весна, - нестройным хором проорали парни.
   - Проводите до ворот, товарищ старшина, товарищ старшина! - пропела Мари, отписывая друзьям тумаки.
   Некоторое время за воротами ещё слышалась напеваемая дурными голосами песня про солдата, но она звучала всё тише и вскоре совсем пропала.
  
   8 июля, 17:23.
   4 дня ДО.
  
   - И всё-таки морфлот, - медленно сказал Ярик, осматриваясь.
   - Тагил, блин, - вяло и тихо проговорил Саша. - Десант. Где мы?
   - Кто я тебе? Топографическая служба, м? - вскипел Ярик. - Я в географии вообще не шарю, это для меня тёмный лес, как этот, например. Ты признайся честно, как я: тоже дорогу не помнишь?
   Парни стояли на развилке пяти дорог. Некогда хранящие следы проехавших по грязи автомобилей, они были исполосованы двумя длинными рытвинами с множеством ям и ухабов. Вокруг был мешанный лес. Старый, высокий. Уже тёмный. И при свете дня в лесу царили сырость и полумрак, а сейчас, когда начало вечереть...
   - Почему мы на участке сухостой не порубали? Нет же, давайте что-нибудь поинтереснее подожжём, чем старая сухая вишня! - скривился Ярик. - Вот и заблудились теперь.
   - Надо было скраю лапника набрать и валить отсюда, - печально заметил Саша. - Ещё и топор этот дурацкий...
   - Саша!
   - Что? - недовольно спросил Златов, стенания которого бесцеремонно оборвали.
   - Ты это видел?
   - Опять та серая тварь?
   - Да!
   - Где?
   - Там? - Ярик указал на заросли ели и осины.
   - Нет там никого, - нахмурился Саша. - А тебе пить меньше надо, чтобы глюки не мучили. Это просто осины. Их ветер гонит, вот они и колышутся. А тебе просто это всё примерещилось...
   - Да не примерещилось мне! - воскликнул Ярик. - Я ещё при свете дня собаку увидел!
   - Ты с ума сошёл, - ровным голосом констатировал Саша.
   - Я не псих! Артур тоже её видел! Когда мы с речки возвращались!
   - Артур просто не хотел тебя расстраивать, - сказал Златов, всматриваясь в осинник. - Хотя, я всё же склонен тебе верить. Там какая-то собачка сидит.
   Саша свистнул.
   - Кути-кути! Иди сюда, хорошая моя псинка!
   - Идиот! Зачем ты её зовёшь?! Бежим отсюда, она же опасная!
   - Да чего ты, Власов, собачки испугался, как маленький? Стыдоба! Видишь, она к нам идёт...
   - По-моему, это не собака. Это волк... - тихо сказал Ярик, когда "собачка" зарычала, разбежалась и прыгнула в их сторону...
  
   8 июля, 19:07.
   4 дня ДО.
  
   - Что-то Сани и Ярика долго нет. Ушли уже два часа назад, но так и не вернулись... - сказала Арина. - Валет? Бьюсь. Семь козырная. Может, потерялись? Вить, зачем ты мне вальта козырного подкинул? Не жалко? Загребаю.
   - Действительно, их долго нет. Может позвонить надо? - спросил Виталик, критически осматривая карты в собственных руках. - Аня, ходи давай быстрее.
   - Лучше позвони. Вдруг случилось чего. Виталик, набирай, - сказала Аня, выкидывая карты на стол.
   - Абонент находится вне действия сети... Ой, тут же лес... - хлопнул себя по голове Виталик. - Предлагаю пойти их искать.
   - Искать? - нахмурилась Света. - Но ведь уже темнеет...
   - Никто тебе идти туда и не предлагает, - резко сказал Артур. - Пойдут только парни. Вы с девчонками лучше сварганьте что-нить на ужин. После бегов по лесу мы придём очень голодные, злые и уставшие. Поняла?
   - Да, - потупила взгляд Света.
   - Вот и сиди, - грубо оборвал Артур, кидаясь к этажерке с разным хламом. - Где же этот фонарь?!
   - Артурчик, успокойся, пожалуйста, не надо нервничать! - к Артуру подбежала Аня.
   - Уйди! - заорал Свиридов, выпутываясь из объятий. - Через десять минут жду всех, кто идёт, внизу.
   И, хлопнув дверью, вышел.
   - И что это на него нашло? - ошарашено произнесла Аня. - До того он был вполне нормальным...
   - Приступы агрессии? - задумчиво сказала Ира. - Не похоже на него...
  
   8 июля, 19:23.
   4 дня ДО.
  
   - Я пойду с тобой, Артур.
   - Нет.
   - Я хочу! - надула губы Аня.
   - Нет.
   - Я всё равно пойду! - закричала девушка, - хоть с тобой, хоть без тебя!
   Аня тихо захныкала. Артур раздражённо скривился:
   - Всё, хватит! Пошли. Но от меня не на шаг.
   - Мужики, все взяли фонари? - спросил Валера.
   Парни закивали.
   - Тогда рванули. - Валера повернулся к девушкам. - Вы сидите тут, не высовывайтесь. Мы пойдём наших лесорубов искать. Скоро вернёмся.
  
   8 июля, 20:07.
   4 дня ДО.
  
   - Артур, мне страшно.
   - Зачем тогда шла?
   - Не знаю! Тут темно! Тут очень плохо! - Аня сорвалась на ультразвук. - Тут очень страшно!
   - Я тебя предупреждал - рассердился Артур - а ты меня не слушала. Теперь иди уже молча.
   - Саня! Ярик! - орал Виталик.
   - По ходу, они или не тут, или не слышат, или шифруются, гады, - сказал Олег, сплюнув в сторону. - Игорь, посвети воооон туда. Ну, давай же. Игорь! Варивода, ты что, заснул?
   - Игорь, сделай уже, что он просит, пусть заткнётся! - пробурчал Артур, оглядываясь назад. - Игорь? Кажется, мы его по дороге потеряли...
   - Твою мать! - взревел Олег. - Ещё один!..
   - Са-ня! Я-рик! И-горь!
  
   8 июля, 20:14.
   4 дня ДО.
  
   - Чтоб тебя! - Игорь, не найдя опоры, рухнул назад. - Что за хрень?!
   Игорь отполз немного назад и с усилием медленно поднялся.
   - Ребят... - хрипло сказал он, подходя к друзьям, лежащим посреди дороги навзничь. - П-проснитесь, п-пожалуйста... ребят...
  
   8 июля, 19:40.
   4 дня ДО.
  
   - Знаешь, меня это уже начинает бесить, - протянула Мари, озлобленно счищая шкурку с картофелины подтуповатым ножом. - Нас тут целый табун, ест этот табун о-го-го, но всем хочется именно картошки-мятки! И именно притопать на всё уже готовое! Это же свинство! Вот почему они в мундире её есть не желают?!
   - Да ладно, - спокойно сказала Ольга, кидая очередную чищеную картофелину в кастрюльку с водой. - Не надо так нервничать. В конце-то концов, ты ведь тоже картошку кушать будешь.
   - Буду. Но не столько же!
   - Да что вы с этой вашей картошкой! - печально вздохнула Таня.
   - А ты, Татианна, чего так тяжко вздыхаешь? - улыбнулась Оля, и, взмахнув мокрым ножом, залила себе водой стёкла очков. - Былин, стёкла заляпала...
   - Вот ты и хрюша! - хихикнула Таня.
   - Всё. Я обиделась, - притворно насупилась Оля, протыкая картофелину ножом насквозь.
   - Зачем же так кровожадно, барышня? - из-за угла флигеля вышел мужчина неопределённого возраста. Не то что бы и сорок лет, но и не восемьдесят. Сам он был роста среднего, коренаст и крепко сложен, жилист. Некогда его фигура могла сводить девушек с ума своей ослепительностью и профилем, но сейчас он опирался на резную деревянную трость, подволакивая левую ногу. Лицо было усталым, с сизыми мешками под глазами, на лбу - тусклые вертикальные морщины. На вид он был очень серьёзен. Это же подтверждали волевой подбородок и тёмные внимательные глаза, пристально следящие за девушками из-под седоватых бровей. Как живые. Было такое ощущение, будто взгляд предназначен одновременно каждой. Крючковатый нос бросал на щёки причудливые тени, и мужчина походил на доброго волшебника из сказок. Поблескивали стёкла очков в почти незаметной оправе. Аккуратная бородка бережно причёсана и уложена волосок к волоску. Она лучилась серебром, но казалась серой.
   Незнакомец был в нелепой широкополой шляпе цвета хаки и "маскировочном" костюме с высокими резиновыми сапогами. Ему не хватало удочки, иначе сошёл бы за дедушку-рыбака.
   - С вашего позволения я подойду поближе, - не просьба. Констатация факта.
   У Тани из рук выпала картофелина. Не менее удивлённая Мари одним плавным движением подняла её.
   - Что вам надо?
   - Девочки, вы там скоро? - из дачного домика вышла Света. - Это что ещё за дед? Что вы тут делаете?
   - Меня зовут Владимир Тихонович Рапута, - церемонно представился дед. - Вы, насколько я правильно понял, Светлана?
   - Я, и что? - с вызовом произнесла Света. Её лицо выражало лишь скепсис. Она поставила руки в боки и подошла ближе. - Что вы тут ищете?
   - Не "что", а "кого", - доброжелательно ответил Рапута. - Я ищу вас, барышня, и ещё троих юнош.
   - Кого? - спросила Мари.
   - Ярослава Власова, Александра Златова и Артура Свиридова.
   - Зачем? - раздражённо спросила Света.
   - Поговорить.
  
   8 июля, 20:40.
   4 дня ДО.
  
   - Я-рик! Са-ня! И-горь!
   - Не думаю, что мы сегодня их найдём, - устало процедил Артур.
   - Тогда их ждёт увлекательная ночёвка в летнем лесу, - вздохнул Виталик. - Замёрзнуть - не замёрзнут, но комары съедят без потрохов.
   - Ладно, не надо отчаиваться, - Олег скривился. - Ярик и Саня шли вместе, вдвоём не так страшно. Но вот Игорь... Он же по собственной дурости отстал и потерялся. Сам. В лесу. Ночью.
  
   8 июля, 20:50.
   4 дня ДО.
  
   - Это трупы, или они всё ещё живы? - поднял бровь Виталик.
   - Они же тёплые, не могут они быть мёртвыми, - просипел Олег.
   - Говорю для справки, - угрюмо произнёс Артур, пытаясь нащупать у лежащих пульс. - Пока тело свежеубитое, некоторое время оно ещё хранит тепло. Могу сказать сразу: Игорь в обмороке. Если вы заметили. Он единственный, кто не заляпан кровью. Судя по всему, он увидел ребят и очень испугался. Давно лежит или нет, не знаю.
   - Знаете, а Саша в топор жуткой хваткой вцепился, - хрипло подал голос Витя.
   - Ежицын, блин, гад, какого ты раньше молчал? - зарычал Олег, набрасываясь на Витю с кулаками.
   - Тихо. Ребят, я требую тишины... - сказал Артур, прислушиваясь к дыханию Саши. - кажется, Саня дышит. Тихо, еле заметно, но дышит.
   - Это хорошо, - Аня утёрла слёзы. - А Ярик?
   - Пульс есть, - авторитетно заявил Артур. - Теперь предлагаю перетянуть их на дачу. Анют, бери топор. Я тяну Ярика, Олег Игоря, а оба Вити тянут Сашу, а то он тяжелый парень у нас...
   - Я помогу Олегу, - вызвался Егор. - А Валера пусть дрова тянет.
   - Хорошо, - согласился Артур, ныряя руками под Ярика, чтобы приподнять его. Но тут, словно в малобюджетном фильме-ужастике, Ярик резко открыл глаза. - Чтоб тебя, напугал! - завопил Артур, роняя друга на землю.
   - Где я? - Ярик привстал.
   - В лесу, - мягко ответил Егор.
   - А что я тут делаю? Сижу?
   - Да. Ты ходил за дровами.
   - А почему я спал?
   - Ну, это мы у тебя хотели спросить, - тихо сказал Артур.
   - А я не помню...
   - Твою мать... - зашипел Олег, - Игорь, кажется, видит кошмары...
   - В чём дело? - испуганно спросила Аня.
   - Аннет, он мало того, что зубы не чистит перед тем, как кусаться, так ещё и ногти не стрижёт, - прохрипел Олег. - А теперь ещё и этими самыми нестриженными ногтями мне в шею вцепился...
   Тут Игорь забился на руках у Олега, вследствие чего оказался на земле, как и Ярик минутой ранее. Игорь размахивал руками и ногами не хуже заправской мельницы, ногтями рыл землю, буксовал настил прошлогодних листьев и хвои.
   - Что с ним? - спросила Аня, отходя назад.
   - Плохо парню... - сказал Олег, отскакивая от Игоря куда подальше. Тот же в последний раз дёрнулся и затих. Медленно открыл глаза, попытался утихомирить частое и хриплое дыхание.
   - Чтоб тебя... Ребят, надо срочно уходить, - тихо сказал он.
   - Почему? - спросил Артур.
   - Потом объясню. Поверь мне на слово, надо, причём побыстрее.
   Тут открыл глаза Саша.
   - Мама, уберите меня отсюда! - завопил он, цепляясь за ногу Виталика.
   - По ходу, надо действительно рвать отсюда когти, - задумчиво сказал Витя.
  
   8 июля, 21:14.
   4 дня ДО.
  
   - Поверррте, барышни, я не хочу вам зла, - сказал Владимир Тихонович, допивая пятую чашку крепчайшего растворимого кофе с неимоверным количеством сахара. - Но мне действительно нужно побеседовать с вашими ребятами.
   - А сколько вам лет? - в задумчивости произнесла Света, ранее разглядывающая тёмную веранду. На столе стояла лампа, вокруг которой вились толпы мух и ночных бабочек. Немногим ранее Арина подожгла пластинку для электрофумигаторов и забрызгала всю округу спреем от комаров, но помогло мало. Не докучали лишь кровососы, другие же насекомые плевать на все эти меры хотели.
   Рапута напрягся.
   - Много, барышня, люди столько не живут.
   - А действительно? - спросила Оля.
   - Эээ... шестьдесят три. - замялся Владимир Тихонович.
   - Так мало? - хитро улыбнулась Карина. - А говорите так, будто вам гораздо больше, да и манера речи у вас... эээ... как лет двести назад.
   - В некотором роде вы правы, барышня, - улыбнулся дед.
   - А о чём вы хотели с нами поговорить? - спросила Света. - До этого вы в основном всякие легенды нам рассказывали. Но это ведь нечто вроде моральной подготовки, верно?
   - Несомненно. Сказка ложь, да в ней намёк, - Рапута приподнял пустую чашку и заглянул в неё. - А ещё кофею можно?
   - Да, разумеется. Делать такой же? - спросила Мари, забирая чашку.
   - Конечно. - Рапута хитро улыбнулся. - Семь ложек кофе и пять сахару. Благодарствую, барышня. Тем более, я выпью ещё чашечку, и придут ваши парни.
   - Действительно? - удивилась Таня.
   - Можете проверить. А пока я могу ещё что-нибудь вам рассказать?
   - Как он мне напоминает Воланда, - прошептала Оля на ухо Тане. Та прищурилась.
   - Правда что. Так же мозг пудрит, и так же непонятно, кто он и что дальше делать. Но к чему это всё? Вальпургиева ночь давно как прошла, да и Марго знакомых у нас вроде бы нет...
   - О, вы ценители творчества Булгакова? - оживился Рапута. Старик принял чашку с кофе из рук Мари. - Благодарствую, барышня. Мне льстит сравнение с Мессиром. Но, увы, я сильно не дотягиваю до него...
   "Как он услышал?" - испуганно пронеслась мысль в голове у Оли.
   - У меня хороший слух, милая барышня. И я очень тактичный человек, - спокойно сказал старик. На веранде похолодало. Даже мушки вокруг лампы перестали так суетиться. Одна из них села перед Ольгой. Ту пробрала дрожь, и кулак громко припечатал насекомое к цветастой скатерти.
   - Муха, - вымученно улыбнулась Оля, стряхивая трупик на пол.
   - Конечно. Не надо оправдываться, - тепло сказал Рапута. Он притягивал к себе испуганные и нервные взгляды девушек. В глазах его царила ледяная тьма. Вязкая, страшная, но завораживающая. Ольга не выдержала взгляда и опустила глаза вниз, якобы начав пристально изучать свои ногти. Она привыкла, что никто не может выиграть у неё в гляделки.
   Если ранее Владимира Тихоновича воспринимали, как просто приблудившегося дачника-рыбака-дедулю, то теперь стало ясно, что он излучает опасность и рядом с ним нельзя расслабиться.
   Атмосфера вокруг была наэлектризована. Девушки сидели как на иголках. Ира тоскливо поглядывала на часы.
   - Половина десятого, барышня. Нечего гипнотизировать часы, от этого время в большинстве случаев не ускоряется, - Рапута даже не посмотрел на циферблат, да и не мог он его видеть - Ира сидела напротив, а часы развёрнуты к ней лицом, других источников не было; но время Владимир Тихонович определил безошибочно.
   - Да, половина десятого... - испуганно пролепетала Ира.
   - Чудесная пора, - проговорил Владимир Тихонович, смакуя слова вперемешку с крепким кофе. - Вроде бы и ночь началась, но и всё равно рано ложиться спать. А вот у некоторых в это время день только начинается...
   Арина не выдержала давления и резко встала, ушла из-за стола. Её, как и всех, кроме говорящего, обуял иррациональный страх.
   За воротами послышался шум.
   - А вот и юноши, - негромко произнёс старик, сделав последний глоток кофе и отставляя чашку.
   Мари передёрнуло.
  
   8 июля, 21:35.
   4 дня ДО.
  
   - Давай, Ярик, ещё чуток осталось, - Артур бережно поддерживал друга под руку и вёл наверх по улице к даче. Ярик еле переставлял ноги, но упрямо шёл вперёд.
   - Что-то у девочек там уж очень тихо, - сказала Аннет.
   - Наверное, спать завалились. Нас не дождались, - недовольно пробурчал Олег, глядя на наручные часы.
   Виталик отворил ворота.
   - А кто этот дед, что разговаривает с ними? - прищурился Игорь. - Артур, а он случайно не твой сосед по даче?
   - Нет...
   - Я его боюсь. От него веет плохим, - тихо заскулил Саша. Витя крепко сжал его руку:
   - Чисто из вежливости потерпи, ладно? Ради нас.
   - Хорошо. Я постараюсь.
   - А вот и юноши, - сказал подозрительный тип. - Я же говорил, что они придут, когда я допью эту чашку. Лучше верьте мне на слово, барышни.
   - Здравствуйте, - Артур подошёл к столу. - Я хозяин дачи. Назовитесь, будьте добры.
   - Вы Артур Свиридов? - Рапута жадно посмотрел на парня. Тот кивнул.
   - Да. Но я задал вопрос. Кто вы?
   - Владимир Тихонович Рапута. К вашим услугам, - старик дружелюбно протянул руку Артуру.
   - Моё имя вы знаете. - Свиридов сделал ответный жест. Рука у Владимира Тихоновича была сухая и жилистая, но крепкая, а хватка железная. На мгновенье Артуру показалось, что его руку кольнуло током, но парень выкинул ненужные мысли из головы.
   - Зачем вы нас посетили?
   - Я хочу поговорить, - мужчина перешёл на серьёзный лад. От добродушного старика ничего не осталось. - Среди вас есть Ярослав Власов и Александр Златов. Верно?
   - Да, - сухо кивнул Артур.
   - Могу ли я их увидеть?
   Ярик сделал шаг вперёд. Саша дёрнулся, но последовал его примеру.
   - Что ж. Рад знакомству, - сказал Рапута, пожимая руки.
   - Так о чём вы хотели поговорить? - приподнял бровь Артур.
   - Вы сейчас ходили в лес, - это был вопрос или утверждение, никто сказать не мог, а мужчина лукаво улыбнулся и продолжил. - Не видели ли вы ничего необычного? Или чувствовали?
   Парни растерялись. Против воли всплывали в памяти окровавленные тела друзей и серая тварь, что была замечена ещё днём по пути с речки.
   - О, вы уже познакомились с Черехом, - ухмыльнулся Владимир Тихонович. - По состоянию вашей одежды вижу, что достаточно тесно.
   Старик красноречиво посмотрел на Ярика и Сашу. Последний побледнел, словно сделан был из мокрого мела.
   - Но. Черех не причинил вам вреда. На телах нет ран. - Рапута принюхался. - И кровь не ваша. И не Череха... Кого же вы так обидели, молодые люди?
   - Не помню... - прошептал Ярослав. - Не помню...
   И упал.
   Ольга и Мари дёрнулись было, но Рапута поднял руку вверх в запретительном жесте и прорычал:
   - Нельзя! Сидите, как были!
   Девушки испуганно прижались друг ко дружке. У Мари мелко дрожали губы. Она была в двух шагах от истерики.
   На веранду зашла Арина. Она округлила глаза и прижалась к косяку, как к родному, стараясь не издать ни звука.
   Ярик мелко затрясся. Рапута медленно встал, и, подволакивая ногу, обошёл его кругом под непонимающие взгляды.
   - Он помнит всё, но на воспоминаниях запрет... Понятно. Что ж, с Ирсэ я поговорю потом...
   Света покосилась на Сашу. Брат пожал плечами и закусил губу.
   - А вы, Александр? - гляделки от Владимира Тихоновича не укрылись. - Ваш покровитель - величайший полководец - Александр Невский. И вы так же смелы. Были до недавнего времени. Пока Череха не повстречали. - И тут старик подошёл к парню почти вплотную. Практически прижался к его лицу, пронзительно глядя в глаза. Саша попытался отвести взгляд, но не вышло. Зрачки не двигались. - Нравится навеянный страх?
   Саша окончательно и буквально посинел. Только Рапута отошёл от него, как Златов упал на бетонный пол.
   Света мелко задрожала. Её брат навзничь лежал на грязном полу веранды, будто он был куклой, чьи нити резко отпустил кукловод. Марионетка сломана и остаётся кучей пёстрого тряпья.
   - Пусть поспит, - вроде бы участливо сказал Рапута. - Ему не помешает. С вами, барышня, мы уже общались, - мужчина подмигнул. - Я извлёк из нашего разговора всё, что хотелось бы. Отдохните и вы, барышня.
   Светлана обмякла и приложилась головой о стол. Со стороны выглядело, будто девушка устала и заснула сидя за столом.
   - А теперь последний герой, - Рапута ласково посмотрел на Артура. - Хозяин дачи, Артур Филиппович Свиридов семнадцати лет от роду. С прошедшим праздником вас, юноша. Мои искренние поздравления и пожелания наилучшего. Отдохните и вы! У вас хорошее самообладание и крепкая печень. Но со мной тягаться, увы, вы пока в силу юного возраста не можете.
   Мешком упал на пол и Артур.
   - Передадите вашим друзьям, что, когда проснутся, пусть выпьют кровушки или крепкого чего. И сладкого. - Рапута направился к выходу. - И пусть боятся луны, и зубы не распускают. Ах, да, если встретите ещё Череха, передайте, что Веирхо запретил вас трогать. Спасибо за кофей, он был просто превосходен. - Старик поклонился. - До скорых встреч, друзья мои! Отдыхайте!
   Владимир Тихонович вышел из веранды и растаял в ночи.
   - И что это было? - слабым голосом спросила Арина, сползая по дверному косяку вниз.
  
   9 июля, 5:11.
   3 дня ДО.
  
   - Похоже, мы опоздали, - печально сказал Варнар. Это он вчера вечером прогуливался по окраинам L. Молодой и перспективный работник, талантливый тарх и секретарь-заместитель-помочник тау Власия, известного так же как члена совета Городских магически одарённых и главы местной общины тархов, а по человеческим документам - Бориса Савельевича Горькавченко.
   Уже около пятидесяти лет Варнар был секретарём у Власия. За это время он успевал и бумажную волокиту делать, и бегать успокаивать неспокойные местные кланы кхаторши, и учиться.
   Варнару было 106 лет, из которых пять он прожил в семье, как и все, а потом пришёл Власий. Родители Варнара, а тогда ещё Лёши Селезнёва, погибли во время революции 1905 года, сразу же после окончания Русско-Японской войны. Мальчика забрал к себе Борис Савельич, дядя, нашедший Лёшу около мёртвых тел родителей. Борис Савельич увидел в мальчике талант и сущность тарха в комплекте с большим магическим потенциалом, после чего принялся за воспитание ребенка. Лёша рос, медленно превращаясь в красивого парня и сильного колдуна. 45 лет Лёша жил замедленно и отчуждённо от ровесников, к тому времени уже взрослых, да и вообще других детей. После чего наставник и благодетель решил, что мальчик вырос и может ему помогать. Ближе к пятидесяти Лёша осознал, что он - тарх по имени Варнар, и это стало его истинным именем. И тогда молодой тарх поступил на службу не как помощник, а как полноценный работник.
   И вот теперь Варнар вместе со своим другом Гарнагом вынуждены опекать толпу подростков, что попали под угрозу проклятия. Если учесть, что сами они биологически не намного старше и такие же безалаберные, как и студенты-"одногодки', времяпровождение ожидается нескучное, а задача сложная.
   - Действительно. Похоже на почерк Веирхо, - подметил Гарнаг, в миру Антон Неклюев, молодой программист-техник, якобы студент факультета прикладной математики. Высокий и стройный, он не тянул на заучку, но с любой техникой ладил с лёгкостью. Лохматые каштановые кудри и шоколадного цвета глаза с длинными и частыми, как у девушки, ресницами очень привлекали к себе внимание противоположного пола. А в комплекте со спортивной фигурой... Что Варнар, что Гарнаг выглядели на 20-23 биологических года. Рядом с другом Варнар шёл прямо, с гордо поднятой головой. А два симпатичных парня рядом навевали на прекрасных дам дикую "печаль"...
   Варнар наклонился и погладил Артура по голове.
   - Действительно Веирхо. А теперь самое весёлое, - Варнар печально улыбнулся, - они знают о проклятии стараниями этого гада. Что делать будем?
   - Шеф нас убьёт, - сник Гарнаг. - Однозначно. А ты всё так хорошо спланировал... и поначалу всё хорошо шло, по плану...
   - Пока не вмешался Веирхо, - убито произнёс Варнар, - ведь поломал же всё, систему нарушил, я надеялся, что этого не будет. Если бы он не появился, а это было, когда я ходил к шефу на разговор, то мы бы сейчас застали бы их спящими и ни о чём не подозревающими. А они тут опять таки же спящие, но знающие. Но тут такое дело: днём они встретили кхаторши, а потом на вон тех двоих, - Варнар указал на Сашу и Ярика, - напал Ирсэ. Теперь он будет раны зализывать, ведь у одного из мальчиков топор тогда был, они за дровами в лес ходили... И как раз это те, кто проклят. Но теперь получать будут все, кого мы тут видим, Веирхо постарался.
   - Чтоб он фавия наглотался, - зашипел Гарнаг. - Вместе со своим любимым кофе. И пусть фавия столько же, сколько и сахара было.
   - Похоже, придётся идти перед шефом извинятся, - продолжил Варнар. - А ещё как тебе вариант - нам нужно следить за ключевыми семьями, верно? А следить можно и изнутри. Надо втереться в доверие.
   - Что, опять нужно встречаться с девицами, вчетверо меня младшими? - ухмыльнулся Гарнаг.
   - Впятеро, - уточнил Варнар и рассмеялся, - И ты прав, знатный ты наш педофилище, чертовски прав! Сейчас давай их лечить, а то уже светает. Потом маскируемся. Знакомиться будем в L. В каких обстоятельствах, придумаю потом.
   - О'кей!
   Тархи принялись гладить спящих подростков по головам. Их руки светились, а глаза вспыхивали сотнями цветных искр.
  
   9 июля, 10:14.
   3 дня ДО.
  
   - А что вчера было? - пробормотала Арина, отпуская косяк. На нём следы от ногтей, а руки-ноги затекли, голова трещала. Девушка поднялась на ноги, но снова обняла любезный косяк.
   В голове пронеслись рваные обрывки образов.
   - Владимир Тихонович!
   Резко открыли глаза и все остальные.
   - Нужно отсюда валить, - тихо сказал Саша. Слова взорвали тишину.
   - Собираемся, убираем и бегом домой, - поддержала его сестра. Света аккуратно встала из-за стола, но немного пошатывалась.
  
   9 июля, 14:40.
   3 дня ДО.
  
   Из межгородского автобуса вышла большая компания подростков. Не прощаясь, они молча разошлись в разные стороны. В пути они не разговаривали, и можно было бы сказать, что они незнакомы, если бы не выражение лиц. Одинаковые каменные маски и тусклые усталые глаза, покрытые мутной плёнкой задумчивости и пеленой глубинного неосознанного страха. Немногочисленные попутчики косились на них с опаской, но ничего не говорили.
   С самого конца салона полупустого автобуса вышли двое ослепительно красивых молодых человека, по виду студентов, что ездили на реку. Но странно то, что в будни. Клавдия Петровна, бабушка-дачница, сходу причислила их к злостным прогульщикам, маньякам и мужеложцам.
   Но каково было удивление Клавдии Петровны, когда она случайно подслушала разговор молодых людей.
   - Гарнаг, я вижу ребят друга шефа. Я сейчас к нему на ковёр, а ты давай иди за Златовыми, там единственная девушка из проклятых семей, с которой ты теоретически мог бы встречаться. Зовут её Света. Все, шуруй давай.
   - Удачи.
   Клавдия Петровна мысленно вычеркнула кудрявого парня из мужеложцев и причислила его и брюнета к сектантам. Сплюнула вслед уходящим маньякам и перекрестилась.
  
   9 июля, 15:27.
   3 дня ДО.
  
   В кабинете главы L-ной общины тархов тау Власия было тихо и темно. Сам хозяин смотрел на одинокую восковую свечу и задумчиво пил терпкое красное вино таркфского производства. Кресло у тяжёлого резного стола пустовало, Власий и его гость сидели в углу кабинета в больших обитых чёрной кожей креслах. Между креслами стоял маленький ольховый журнальный столик, на котором стояла свеча, отражающаяся от покрытой лаком тёмной столешницы. Рядом устроились бутылка с вином и вазочка с фруктами. Тяжёлые шторы были наглухо задвинуты, создавая темноту, дабы не тревожить чувствительные глаза гостя.
   - Знаешь, Дир, это просто ужасно, - тихо сказал Власий, доливая вина себе и гостю. - Вечно какие-нибудь подлянки происходят. Я на этом посту уже долго, и могу тебе сказать, что последнее десятилетие куда ни шло. Всё по мелочи. Даже варайи и кхаторши вели себя спокойно. И таркфы тоже! А шикмы вообще с нами не конфликтовали, а сейчас предлагают договор о сотрудничестве подписать! Пока не всплыло это проклятие, было действительно тихо. Если его не снять, то придётся ребят обучать. А у меня нет специалистов-экстремалов! И ладно, если просто пятеро ребят из проклятых семей. Но обязательно заразятся новые! Тархи и так подключены все, кроме Учителя и Ученика. По крайней мере, местные все уже знают, что может произойти. Мы связались и с другими общинами, приедут специалисты. И всё на нашу территорию...
   Власий одним глотком осушил бокал и отставил его. Закусил долькой апельсина.
   - Фу, гадость какая. Надо будет коньяк достать, - хозяин грузно поднялся из кресла и полез в сейф. - Какой: французский, закарпатский или таркфский?
   Гость нахмурился.
   - Давай закарпатский. Мне как-то всё равно, - он взял в руки бутылку. Поболтал. На дне ещё плескалось немного. Из горла залпом выпил остаток. Отставил бутылку в сторону и выдохнул дымный огонь.
   - Ну, это же невежливо! - скривился Власий.
   - Да ладно, - махнул рукой гость. - Не особо пошло. Вон, огня мало вышло, дыма много, алкоголя мало. Наливай.
   - Ладно, Дир, поехали.
   Дир кивнул. Такое обращение к своей персоне он позволял только Власию. Гостем и близким другом пожилого тарха был демон Дирамант. Высокий и мощный, под два метра ростом и косая сажень в плечах, Дирамант выглядел внушительно. Загорелая кожа, длинные тёмные когти, симпатичные такие клыки под дециметр. Серые волосы до лопаток, собранные в хитрое сплетение косичек. Хвост с бережно причёсанной серой кисточкой. Ни волос, ни хвоста смертные не видели. Да и для них он был суровым темноволосым дяденькой солдафонской осанки в дорогом костюме. Даже красные глаза им казались голубыми.
   - Я отправил Варнара к ребяткам, - продолжил Власий. - Скоро должен вернуться. С отчётом явится.
   В дверь безупречно вежливо постучали.
   - Лёгок на помине, - заметил демон.
  
   9 июля, 15:40.
   3 дня ДО.
  
   - Лиза, ты там как? - Света сидела на подоконнике и болтала по телефону со своей близкой подругой, Лизой Нефёдовой.
   - Та, сегодня утром с моря вернулись, - Лиза вздохнула в трубку. - Мы с Ленкой там так хорошо отдохнули, просто прелесть! Мы ещё завтра с ней собирались пойти в центр погулять. Ты с нами или против нас?
   - Ну, думаю, мне это сейчас не помешает, - сказала Света. - А то я в последнее время очень напряжённая стала...
   - Значит, тебе нужно парня искать! - обрадовалась Лиза. - Всё, мы тебя обязательно реанимируем, а то ты без нас тут совсем зачахла! Всё, всё, всё! Завтра в одиннадцать утра я за тобой зайду! Покусики!
   - Пока, - Света нажала на отбой. - Этого мне ещё не хватало...
   Голубь, сидящий на карнизе, хмыкнул.
   - А вот и повод, - сказал он голосом Гарнага, взлетая.
  
   9 июля, 15:58.
   3 дня ДО.
  
   - Проходи, Варнар.
   В дверь проскользнул тарх. Варнар снова сгорбился, стал младше и невзрачнее.
   - Лёш, присаживайся. Коньяк будешь? - по-отечески спросил Власий. - Какие новости? Рассказывай, мы тебя внимательно слушаем.
   Варнар скривился при упоминании детского имени, но промолчал. Стоя выпил стопку для храбрости, заел яблочком, подтянул табуреточку к столу и сел.
   - Шеф, мы в глубокой жо... жести, - почти на одном дыханьи сказал он.
   - Что же так? - спросил старик, доливая ученику коньяка.
   - На арену явился ферзь, - вздохнул Варнар.
   - Так, гроссмейстер, ты давай прекращай свои эти разговоры, - грубо прервал демон. - Давай по существу. Не люблю словоблудие.
   - Пока я с вами, шеф, вчера вечером общался, подростков посетил Веирхо, - выпалил Варнар и испуганно замер.
   - Чтоб вас всех... - не сдержался Дирамант. Власий же просто и без слов схватился за голову.
   - Но это не всё, - Варнар долил шефу и учителю коньяка, да и сам ещё выпил. - Вы выпейте, шеф. Вот так. Веирхо помог проклятию распространиться на других подростков. И все они знают о нем и уже в это полнолуние всё начнётся...
   - Сколько их? - просипел Власий.
   Варнар вытянул из кармана джинсов записную книжку.
   - Кроме пяти детей из ключевых семей четырнадцать левых, которые уже заражены. Их фамилии я сдам вместе с письменным отчётом завтра. Но ещё не уточнили списки родственников...
   - Дело дрянь, - кратко, но содержательно охарактеризовал ситуацию Дирамант, заливая в рот очередную порцию коньяка.
   - Верно, - подтвердил молодой тарх. - Мы с Гарнагом тут кое-что придумали по этому поводу...
   - Рассказывай, - язык у учителя уже начал заплетаться. А у ученика - развязываться. И Варнар сбивчиво и кратко попытался изложить суть своей идеи...
  
   10 июля, 10:57.
   2 дня ДО.
  
   - Света, зараза, открывай!
   Света отложила мобильник и посмотрела на часы. Одиннадцать утра. В голове вяло зашевелись сонные мысли. Что-то на это время назначено было... Но просыпаться и вставать было откровенно лень. Воскресенье, утро. Что же там было...
   В комнату без стука вломился брат.
   - Света, ты озверела? Эти твои пришли!
   Света прищурилась.
   - Кто?
   - Ты по утрам не догоняешь? - взревел Саша. - Лиза и Лена! Ты сегодня с ними в центр идти собиралась!
   Всё встало на свои места. И тут пришло понимание.
   - Твою мать! - Света рывком встала с кровати и побежала к двери. На лестничной площадке стояли сердитые Лиза и Лена.
   - Лиииз, тебе не кажется, что кто-то проспал и забыл? - протянула Лена.
   - Лееен, этот кто-то реально только что проснулась!
   Света хлопнула себя по лбу.
   - Утро началось... Проходите, девочки. Посидите у меня в спальне или на кухне? Саш, иди чайник ставь!
   - Чего это? Твои гостьи, ты и ставь, - крикнул из комнаты брат.
   - Если я ещё и чайник буду бегать ставить, то мы выйдем только к вечеру! - напомнила Света.
   Судя по грохоту, Саша намёк понял.
   Гарнаг, наблюдавший отнюдь не немую сцену, беззвучно рассмеялся, прячась за балкой на лестнице.
  
   10 июля, 10:57.
   2 дня ДО.
  
   - Наконец-то уже выходим! - радостно сказала Лена, наблюдая за тем, как Света захлопывает входную дверь.
   Света старалась собираться максимально быстро, но под ехидные комментарии брата и подруг вещи валились из рук, терялись и ничего не получалось.
   Девушки сидели на кухне и пили чай, Саша усердно развлекал их бредовыми байками, а Света, словно пожарный, бегала по квартире и приводила себя в боевой раскрас. Несомненно, хоть и времени катастрофически не хватало, Светлана смогла сделать их себя конфетку. И теперь нужно идти за подругами, которых девушка не видела довольно долго и слушать их болтовню, хотя Златовой на эти глупости плевать с высокой башни. Но предчувствие, которое зовётся женской интуицией, подсказывало, что сегодня прекрасный день и обязательно свершится чудо.
  
   10 июля, 10:57.
   2 дня ДО.
  
   - А ты из фонтана вылезь и меня фоткай! - сказала Лиза Лене.
   - Девочки, спокойно! Давайте фотик мне, - сказала Света, заправляя волосы за уши. Каскад тёмных волос, косая чёлка, карие глаза, родинка на щеке, брови-капельки. Милое лицо дополняла поджарая фигура, которую, правда, скрывала и местами даже портила одежда. Но сегодня Света одела не вечно спадающие штаны с мотнёй до пола, а короткую джинсовую юбку и шифоновую цветастую блузку, которая не прятала тело, а лишь слегка маскировала наготу. Сквозь пёстрые разводы складок блузки отчётливо просвечивался кислотно-жёлтый лиф в тон туфелькам на шпильке. Собственно, у Светы был 41 размер ноги, а подобные туфельки иногда дают очень даже классный оптический эффект, визуально уменьшая ногу.
   - Давайте позируйте! - крикнула Света, отходя от фонтана и ловя в кадр подруг.
   - Девушка, разрешите познакомиться.
   Света медленно повернулась назад и чуть не уронила фотоаппарат.
   На эту встречу Гарнаг взял с собой не только Варнара, но и Ханта, в жизни - Владимира Фурсова. Володя был красив, равно как и любой другой тарх. Брюнет с серыми глазами, высокий и статный, он был похож на своих друзей.
   Света на мгновенье замерла, но вскоре оправилась и кокетливо сказала:
   - Разрешаю.
   - Антон, - протянул руку Гарнаг. Света ошарашено подала ему руку в ответ.
   - Светлана.
   - Приятно познакомиться, - сказал Гарнаг, галантно целуя руку. Света покраснела. - А это Леша и Володя, - тарх указал на друзей, стоящих чуть сзади. - А девушки, что в фонтане купаются, твои подруги?
   - Да, - сглотнула Света. Губы пересохли, а колени решили позорно подогнуться.
   - Познакомишь? - безупречно вежливо встрял Хант, видя, что Света волнуется.
   - Разумеется, - ответила Света. - Вон, они уже идут.
   - А кого это ты тут притянула к себе, м? - не заставила себя ждать Лиза. - Тебе трёх не многовато будет? Бог сказал делиться! Елизавета! - ослепительно улыбнулась Лиза, протягивая руку.
   - Лиз, Лен, это Антон, Лёша и Володя, - сказала Света. - Мальчики, это Лиза и Лиза.
   - Приятно познакомиться, - хором сказали тархи.
   - Приятно, - лучезарно улыбнулась Лена.
   - А теперь, барышни, предлагаю пойти в кафе, - бархатным голосом сказал Гарнаг. Свету передёрнуло. - Что-то не так? - удивился тарх и мысленно дал себе пинка, вспоминая любимое обращение к девушкам Веирхо.
   - Не надо называть нас барышнями, - прошипела Света.
   - Ладно-ладно, - Гарнаг поднял руки вверх, будто сдаётся. - Не буду. А в кафе пойдём?
   - Да! - ответила за всех Лиза. - Но учтите, вы за нас платите, а то я так не играю!
   - Разумеется, - сказал Варнар. - Любой каприз.
   Хант лишь улыбнулся, вспоминая про набитые загодя скомканными купюрами карманы своих джинсов.
  
   10 июля, 22:35.
   2 дня ДО.
  
   Тархи сидели на лавке в парке. Они уже отвели домой девушек, и теперь думали, что писать в отчёте для шефа.
   - Варнар, у тебя есть зажигалка? - спросил Хант, взяв в зубы сигарету. - Я свою опять найти не могу.
   - Я не курю, - пробурчал Варнар. - А ты чего паришься? Тут темно, никто не видит.
   - А, верно! - Хант хлопнул себя по лбу. - Здесь же все свои!
   Тарх поднёс к сигарете палец, зажигая её.
   - Дай и мне закурить, - попросил Гарнаг, извлекая из кармана пачку сигарет.
   - А сам не можешь? - сказал Хант, все же помогая закурить.
   - Хант, зараза, бросай курить или хотя бы на меня не дыми! - замахал руками Варнар. - Будто мне Гарнага мало!
   - Хватит ветряную мельницу изображать, - рассмеялся Хант. - Не провоняешься ты дымом, не переживай. Уже сотня лет, а до сих пор как маленький. Будто боишься, что тебя за курево наставник за уши оттягает?
   - Тьфу на тебя, - отвернулся Варнар. - А ты прямо-таки старик? Так двести лет - далеко не предел.
   - Двести восемнадцать! - Хант с умным видом поднял палец вверх. - Я даже старше этого города!
   - Ммм, - умилённо закивал Гарнаг, - крут, как вареное яйцо. Куда уж нам тут... с древней рухлядью тягаться...
   - Сам ты рухлядь, - заявил Хант, туша сигарету и выкидывая её в урну. - Чистота и красота!
   - Ладно, пошутили и хватит, - сказал Варнар, извлекая свой неизменный блокнот. - Давайте лучше думать, что шефу скажем.
   - А что тут говорить? - удивился Хант. - Света уже на это полнолуние дурить начнёт, а её подружки, скорее всего, на следующее. Девицы с нами общаться ещё будут, из безумия мы их выведем, уравновесим в случае чего. Записал? - Хант заглянул в блокнот. - Педант... Как ты в полной темноте умудряешься ровные строчки писать, уму не постижимо. Я и в идеальном освещении пишу по-медицински. Ладно, что ещё добавить?
   - Я посмотрел воспоминания Светы, - сказал Гарнаг, - Веирхо там сильно наследил, а убирать поленился. И историю проклятья вложил, и ведомости о себе, только не как Веирхо, а как Владимир Тихонович Рапута - он так в паспорте записан. По крайней мере, в последних двух.
   - Западло, - раздражённо сказал Варнар. - Нам больше нечего добавить?
   - Дуй к шефу давай, - помахал ручкой Хант. - Привет передавай.
   - Передам.
   - Спасибо.
   - Всё, пока. Полетел я.
   Варнар встал со скамейки и распался в пыль. Ветер подхватил её и унёс.
   - Позер эффективный, - пробурчал на это Хант.
   - Эффектный, - поправил его Гарнаг.
   - Неее, он - эффективный. Но, несмотря на все эти выкрутасы, результат на высшем уровне, - заявил Хант.
  
   11 июля, 7:05.
   1 день ДО.
  
   Будильник истерически заверещал. Ярик кратко ругнулся и выключил его.
   - А матюгаться нехорошо, - пробормотала сквозь сон Ася.
   Маленький ангел на соседней кровати - сестра Ярика - Ася. Девочка семи лет со светлыми волосами до лопаток, карими глазами, таким же, как и у брата, носом-курносом, пухлыми губами и умилительными конопушками. Откуда они у блондинки - непонятно. Со временем у Аси как и у брата, будут светло-русые волосы.
   - А ты сама тогда иди собаку выгуляй, - пробурчал Ярик, вставая. Голова трещала, словно в похмелье, но Ярик чётко помнил, что вечером лёг спать довольно-таки рано, а на ночь смотрел легкомысленный сериал про медиков. Правда, ночью приснилась Власову какая-то муть. Сна Ярик не запомнил, но был твёрдо уверен в том, что это был кошмар.
   Холодная вода немного взбодрила парня, и Ярик направился к выходу, схватив на прихожей поводок.
   - Найда, гулять!
   Навстречу вылетел золотистый вихрь. Голден ретривер по кличке Найда обожает прогулки.
   Ярик вышел из подъезда и направился к посадке. Когда начались деревья, Власов отпустил собаку с поводка, одел наушники, включил музыку и побежал.
   Через три песни у Ярика резко заломило виски. Парень остановился, вытянул наушники, не ставя паузу. Отдышался. Тяжёлый рок рвался из динамиков наушников. В посадке была тишина. Но Ярик прислушался и понял, что за его спиной кто-то стоит. Он резко обернулся. Волк.
   - Ты Черех?
   Волк кивнул:
   - А он Ирсэ.
   Ярик повернулся в противоположную сторону. На другом конце тропинки стоял другой волк.
   - Приятно познакомиться, - вежливо сказал Ярик, размышляя, это сон или просто он свихнулся.
   - А нам-то как приятно! - "улыбнулся" Черех, принимая охотничью стойку.
   - Эй, ребят, вы чего? - изумился Ярик.
   - А ты почему топор держал? - зарычал Ирсэ.
   - Я? Не помню, - нахмурился Ярик. Тут он почему-то не к месту заметил, что у Ирсэ шерсть была с подпалом, а у Череха - с рыжинкой. И там будто была затянувшаяся рана.
   Черех рывком приблизился к Ярику, становясь невысоким рыжим человеком с жёлтыми волчьими глазами. И эти глаза пристально смотрели на Ярика.
   - А он действительно не может понять, о чём мы толкуем. Значит, он не может отвечать за это, - удивлённо проговорил Черех. - И мы обязаны его, оставить, увы...
   - Как? - прорычал Ирсэ. - Я помню, что его друг меня топором лупил! Я что теперь, отомстить права не имею?
   - Нет. Он не помнит. Мы нарушим закон, - Черех покачал головой, а потом превратился обратно в волка. - Он пока человек. Не имеем права.
   - Ладно, - пророкотал Ирсэ. - На этот раз тебе повезло, но мы ещё вернёмся.
   - До свидания, - сказал Ярик убегающим волкам. Нашарил наушники, одел, и бодро побежал дальше, осмысливая происходящее.
  
   11 июля, 8:17.
   1 день ДО.
  
   - Шеф! Шеф! - Варнар пытался разбудить Власия. - Учитель!
   Власий дёрнулся и открыл глаза.
   - Что произошло? - сонно спросил он. - Варнар, я же просил тебя меня не будить! У меня ещё ...ээ... - учитель посмотрел на экране мобильного телефона время, - тринадцать минут сна по расписанию. В чём дело?
   - Камон доложил, что час назад на Ярослава Власова напали Ирсэ и Черех. Вреда они не причинили, потому что Черех вовремя вспомнил Правило Геалари. Ирсэ хотел отомстить, а Ярослав не знал, за что но в лицо... мээээ... морду кхаторши признал.
   Варнар присел на краешек кровати.
   - Так что Ярослав отделался лишь лёгким испугом.
   - Всё хорошо, что хорошо кончается, - философски заметил Власий. - Ну, думаю, заснуть я уже сегодня не смогу, поэтому можно вставать.
   - Кофе?
   - Не думаю, - вздохнул учитель. - Мне сейчас разве что корвалол литрами пить надо.
   - Разве у тархов могут быть проблемы с сердцем? - изогнул бровь Варнар.
   - Это был сарказм и ирония, ученик мой, - грустно сказал Власий. - Но от умиротворяющего травяного сбора я не отказался бы. Можешь сообразить мне утренний чай?
   - Вы пока приводите себя в порядок, я мухой, - Варнар убежал на кухню.
   - Ну и денёк, - пробормотал старик, поднимаясь с кровати окончательно. - И давай после такого ученикам ключи от собственной квартиры...
   Зазвенел будильник советского производства. По щелчку пальцев он замолк.
   - А вот и время подъёма, - сказал себе Власий, заправляя кровать.
   Власий не держал прислуги и старался делать всё сам. По крайней мере, он так думал. Но всю домашнюю работу в результате делал ученик. Глава местной общины тархов жил один в большой четырёхкомнатной квартире-сталинке. Десять лет тому назад тут жил и Варнар, но он захотел самостоятельности, и поэтому съехал на отдельную квартиру вместе с Гарнагом. При ученике одна из комнат, самая большая, была гостиной, ещё одна - домашним кабинетом Власия, а оставшиеся две были спальнями. В одной из них и до сих пор живёт Власий, а другая, Варнарова, была уже пуста, хотя и хранила в себе след тарха, потому что учитель не стал ничего менять после отъезда ученика. Варнар иногда оставался ночевать тут. Власий шутил, что это ностальгия, но смешно никогда не было.
   - Учитель, чай готов! - Варнар позволял себе такое обращение лишь наедине, при всех ограничиваясь кратким "шеф". Это уже по старой привычке, но приятной. Власий был согласен с Варнаром, который говорил, что это обращение теперь для него на грани интимного. А "наставник" коробило слух и не нравилось самому Власию. Уж больно громогласно это звучит.
   - Спасибо, Лёша.
   Старик зашёл в кухню. Ученик не только приготовил чай и сделал бутерброды, но и помыл посуду и замёл пол.
   - О, Варнар, ты прибрался... Я мог бы и сам...
   Ученик отвернулся от наставника и улыбнулся. Ага, конечно. Пока этого не сделает Варнар, ничего в доме не изменится. Надо будет завтра ещё в магазин сходить, а то холодильник у старика снова пуст...
   - Я, если что, выпью с вами чаю, а потом уйду. Дела.
   - А что это за дела? - поинтересовался Власий.
   - Та, это по поводу проклятых, - махнул рукой с бутербродом Варнар. - На свидание с девушками Гарнага сопровождаю.
   - Неужто жениться надумал? - лукаво улыбнулся наставник.
   - Не надейтесь, - обрубил Варнар. - Я убеждённый холостяк, как и вы. Гарнаг общается со Светланой Златовой, а она без подруг идти не хочет. А чтобы эти самые подруги не скучали, Гарнаг подключил меня и Ханта. Мы у него группа поддержки. Но если эта самая Светлана очень даже ничего, куда бы ещё ни шло, то подруги её... фе...
   - Соболезную, - сказал Власий. - Искусство и дело требуют жертв. Погоди-ка, а ведь не факт, что вам надо общаться именно с этими девицами. Выша задача так же познакомиться и с остальными проклятыми и группой риска. Так что у вас не всё потеряно.
   - Тоже верно, - вздохнул в чашку с отваром Варнар. - Но нам с Гарнагом надо будет потом ещё сходить в клуб, развеяться. Поискать девушек на ночь...
   - Это тоже нужное дело, - одобрительно сказал Власий. - А то и у тархов могут быть проблемы по этой части. В крайнем случае напрашивайся к варайям на шабаш. Они помогут эффективно снять стресс.
   Варнар допил чай и вскочил.
   - Ладно, учитель, я на боевые во славу Родины.
   - Беги, дружок.
  
   11 июля, 10:40.
   1 день ДО.
  
   "Ненавижу, когда ко мне на шею вешаются безмозглые крашеные куклы," - печально подумал Варнар при встрече с Лизой.
   "Варнар, это наша работа. Тем более, это ненадолго," - напомнил другу Гарнаг. А вслух сказал:
   - Куда сегодня идём, милые дамы?
   - В кафе? Или в парк? - вежливо предложил Хант.
   - Давайте пойдём в луна-парк, - сказала Лена.
   - В парк, так в парк. Ваше желание - закон. -согласился Варнар и подал локоть Лизе. Та мигом на него облокотилась и повисла, как на костыле.
  
   11 июля, 13:07.
   1 день ДО.
  
   Артур сосредоточенно рассматривал новую работу Егора.
   - А что это такое? - спросил он, проводя пальцем по рисунку.
   - Не знаю, - честно признался художник. - Приснилось, и хоть убей, но не мог успокоиться, пока не нарисовал.
   - А ты что на ночь смотрел или читал? - тихо сказал Артур, поворачивая лист формата А4 другой стороной. - Случайно не какой-нибудь маразм на тему фэнтези?
   - Да нет, - махнул рукой Егор. - Я вообще заснул в восемь вечера. Присел на диван на минутку, а проснулся утром. Сидя. Теперь вот болит всё. А потом всё в голове перемешалось, и возник этот образ. Я кинулся его рисовать. И как в астрал выпал. Очнулся, когда работа уже готова была.
   Артур вытянул руку с рисунком вперёд. На листе карандашом было намётано нечто фантасмагорическое. Девушка, безумно похожая на Иру Полянскую, была то ли связана, то ли спаяна с парнем, похожим на Виталика, и подобием Маши Юртаевой. Но при этом на голове Мари топорщились перья, Ира блестела чешуёй, а Горянский был украшен хищными чертами и безумными глазами. Завершали сюрреалистический рисунок дома с разных улиц L, искривлённые невообразимым образом. А на заднем плане стоял и улыбался Владимир Тихонович Рапута.
   - А о чём ты думал, когда рисовал?
   - Говорю же - не знаю, - Егор потёр виски, - точнее не помню. Из реальности выпал, и всё тут...
   - А где ты его видел? - Артур показал на Рапуту, но тут же хлопнул себя по лбу. - Ой, точно, это же тот дед с дачи...
   - Какой дед? - удивился Егор. - Я его не видел вживую, а тем вечером вырубился сразу после реки...
   - Не видел? Тогда я уже ничего не понимаю, - Артур присмотрелся к рисунку повнимательнее. - Как так может быть? Ладно, не бери в голову. А рисунок лучше спрячь...
   - А если я его сожгу? - с азартом спросил Егор.
   - Жги, - кивнул Артур.
   - Пошли за спичками. Они на кухне, - сказал Егор, выводя Артура из комнаты.
   От стены отделилась тень.
   - Так не пойдёт, - пробормотал тарх в маскировочном костюме, доставая фотоаппарат. - Надо будет начальству показать, - сказал тарх, делая снимок. В коридоре послышались шаги возвращающихся парней. Тарх снова слился со стеной.
   Артур аккуратно поставил на стол поднос и взял рисунок. Егор зажёг спичку и подпалил край листа. Пламя жадно съело большую часть листа, но погасло. Вверх поднялся сизый дым. Но тут огонь разгорелся и понёсся к Артуровым пальцам. Тот, зашипев, кинул остатки рисунка на поднос. Через пару минут на подносе покоился лишь серый пепел.
   - Ну что, сюрреализму бой? - улыбнулся Артур. - Живём нормальной жизнью?
   - Да. Идём погулять, м?
  
   Отступление 1
  
   - Веирхо!
   Молодой человек обернулся на голос.
   - Да, Кьянцо. Что-то случилось?
   Кьянцо поправил полы мантии и подбежал ближе.
   - Да, случилось. Ещё как случилось. Пошли куда-нибудь. Разговор не для коридора.
   - Ко мне в лабораторию? - предложил Веирхо.
   - Можно, но нежелательно, - скривился Кьянцо. - Разговор пойдёт как раз о твоей деятельности.
   - Тогда в лабораторию, - подытожил Веирхо.
   Молодые люди быстро пересекли вереницу коридоров, направляясь в другое крыло замка. В этом замке располагалась D-ская академия. Здание использовалось не только как место обучения студиозусов-тархов и храм науки, но и как место, где работали учёные. Одно крыло было отведено под лаборатории. А остальные три - под аудитории, комнаты учеников и прочие помещения, учёным не принадлежащие.
   Добравшись до небольшой лаборатории, которую выделили для работы Веирхо, молодые люди сбавили скорость. Кьянцо отдышался, а хозяин помещения торопливо открыл облезлую деревянную дверь.
   - Тесновато тут у тебя, - хмыкнул Кьянцо. Лаборатория и в самом деле была маленькая, без окон, все стены спрятаны за шкафами, а шкафы эти неимоверно захламлены. Посреди комнаты стоял большой стол с металлическим покрытием. На нём что-то лежало, причём это что-то бережно прикрыли простынею. Судя по запаху и очертаниям, стол был препарационный, а жертва эксперимента давно уже испустила дух.
   Веирхо щелчком зажёг огоньки, зависшие под потолком. Кьянцо осмотрелся уже при освещении.
   - При свете она кажется ещё меньше, - тихо сказал он.
   - Ну, что есть, то есть, - пожал плечами Веирхо. - Зато в наличии. Своё. Присядь, - тарх указал рукой на дряхлую софу в уголочке. - Кофею желаешь?
   - Не откажусь, - Кьянцо аккуратно присел на софу, боясь, что она его веса не выдержит и превратится в груду дров. Кьянцо был худой и долговязый, напоминал собой кочергу, которой на маковку прикрепили платинового цвета спутанную мочалку, предположительно волосы.
   Это друг Кьянцо, Веирхо, был ослепительно красив, даже для тарха. Ещё во время учёбы по нему сходили с ума все девушки курса. Тёмные внимательные глаза, живой взгляд которых заставлял кровь кипеть, волевой подбородок и изящный узкий нос, тонкие губы, красиво очерченные скулы. Прямые волосы цвета воронова крыла по плечи, но сейчас они собраны в неряшливый хвостик. Средний рост и атлетическая фигура. Рядом с прекрасным другом Кьянцо выглядел ужасно. Именно той кочергой, по ошибке названной тархом. Кьянцо вообще был печальным исключением из правил. Жертва статистики. Ведь на тысячу идеальных внешне тархов попадался лишь один бедолага, обладающий неудачными внешними данными. По иронии судьбы, именно Кьянцо попал под это правило.
   И держался всегда с более талантливым и удачливым другом.
   Веирхо подошёл к дальнему углу комнаты к кухонному шкафчику. Он вытянул оттуда две чашки, банку с молотыми кофейными зёрнами и большую кастрюлю литра на три, заменяющую молодому учёному сахарницу. Тарх насыпал в одну из чашек семь ложек кофе и пять сахару, а затем обратился к гостю:
   - Тебе сколько чего класть?
   - Две кофею и одну сахару, - растерялся Кьянцо. - А ты что, всегда себе столько в такую маленькую чашку кладёшь? Это же несъедобно...
   - Поверь, съедобно всё, даже яды и металл, - Веирхо коснулся ёмкости с водой. Та закипела. Тарх залил в чашки кипяток и полез в ящичек за ложками. - Просто яд съедобен лишь один раз, а металл нужно тщательно измельчить. Возьми кофей.
   Кьянцо подошёл и взял свою чашку.
   - Так о чём ты хотел мне сообщить? - спросил Веирхо.
   - Сворачивай свою деятельность, - сказал Кьянцо, отпив горячего напитка.
   - Почему?
   - Я же подрабатываю в секретариате, ты же знаешь, - начал тарх. - Недавно натолкнулся тут на одну бумагу...
   Кьянцо вытянул из кармана магически выполненную копию пергамента.
   - Возьми и прочитай.
   - Хорошо.
   Тёмные блестящие глаза бегали по прямым строкам букв с завитушками.
   - "...за негуманные опыты, нездоровый интерес учёного..., лишить лицензии..., запрет на практику в лабораториях D..., распространение отступнических идей..., ...ренегат..." - тарх зачитал обрывки фраз вслух. - Что это?
   - Копия бумаги, которую собираются передать на подпись, если ты не прекратишь опыты, - сухо сказал Кьянцо. - По-моему, половина тут выдумки, но тебя через неделю вызывают на слушание... Вот...
   Тарх извлёк из-под мантии ещё одну бумагу. На этот раз оригинал.
   Веирхо пробежал её глазами.
   - Иди.
   - Веирхо, я...
   - Иди, мне нужно побыть одному.
   Испуганный Кьянцо поставил чашку с недопитым кофе и выскользнул прочь из лаборатории. А Веирхо сел на софу, сухо всхлипнул, и попытался заплакать.
  
   Глава 2
  
   Вступление 2
  
   Веирхо сел в кресло и взял в руки скрипку.
   - Что это вы такое печальное играете, шеф? - к креслу подошёл Черех.
   - Да так... - вздохнул Веирхо, откладывая скрипку. - Молодость вспоминаю. Ну что там, как наш страдалец?
   - Ирсэ? - рыжий кхаторши зашёлся в лающем смехе. - Да он в волчьей ипостаси сидит и воет целый день. То ему воды принеси, то котлету... А я кулинар плохой. Ирсэ плюётся, он же полуфабрикаты не любит. А сырое нормальное мясо тут не добудешь. Ходил я на охоту, так ничего нет, белки одни. А на рынке... - Черех сморщил жуткую мину. - Уважающий себя волк таким питаться не станет. Как только люди это едят...
   - После тепловой обработки, дружок, - пожал плечами Веирхо. - А вот... Знаешь, Черех, вот скажи мне, только не ври, почему вы к проклятым полезли? Я же попросил следить, а не нападать.
   - Ну, - замялся Черех. - Не знаю... Ирсэ говорит - смотри, вот люди. Давай покусаем. Я ему - не надо, приказа не было. А он сначала меня уговаривал, а потом плюнул и сам напал. А я уже за ним. Но до Ирсэ не сразу дошло, что не надо нападать на человеческого детёныша, если он с топором...
   Веирхо тяжело выдохнул.
   - Как же я устал, - сказал он, прикрыв глаза. - Ты даже не представляешь, как я устал... Я не хочу портить ребятам жизнь. Но ведь Ассанин напортачил, а потом на дуэль пошёл. А мне теперь разгребать. Это же предсмертное желание было. Будь моя воля, жил бы в лесу, никого не трогал бы, занимался бы наукой... А так... Ещё в юности заинтересовался тем, чем не следовало, в результате теперь маюсь. И живу отшельником-гадом-отступником, и с тархами, с братьями, даже с кровными, не общаюсь. Как бы я хотел сейчас или ученика нормального, а не вас двоих охламонов, воспитывать, тарха, как все, или в общине какой у тархов состоять. Но нет. Жизнь, считай, прожита неправильно. А второго шанса нет. И не будет. Сколько у меня в молодости ошибок было... А нога теперь болит на плохую погоду и не гнётся. Пуля с фавием была, не излечусь. Как же я устал...
   - Шеф, может, лучше я вас оставлю? - неловко спросил Черех.
   - Иди, - кивнул Веирхо. - Сам видишь, мне сейчас разговоры с тобой не в радость...
  
   12 июля, 0:35.
   День 1й.
  
   - Твою мать! - зашипел Игорь, колотя кулаком по столу. - Что же вы не дохнете, сволочи?!
   Игорь усердно лупил по клавиатуре, стараясь убивать как можно больше и быстрее, пока его самого не убили. Нечисть неслась на электронного тёмного эльфа с тупым упорством. Призраки умирать не желали, а мана подходила к концу...
   - Как же я с вами, гады, перейду на новый уровень? Ууу, держитесь, сцуки, я иду вас мочить!
  
   Время убивать
   Время наступать
   Время наступать и побеждать!
  
   Дух войны
   Скалится из тьмы
   Входит в наши сны
   Дух войны
   И мы ему верны
  
   Вот и все
   Мир объят огнем
   Но не стихнет гром
   Дух войны
   Он требует еще
   Еще!* - гремело в наушниках. Это воодушевляло Игоря на ратные подвиги. Призраки убивались лучше. Но пальцы уже начинали болеть.
  
   - В алтарях святые плачут
   Гудит набат
   Битвы час уже назначен
   Но это будет ад
   Трижды ад
   Но ни шагу назад!** - напевал Игорь, неистово бегая по полю.
  
   Грянет битва,
   Воздух полнится грозой,
   Грянет Битва
   Для Земли последний бой!*** - и уже противники почти пали.
  
   Бой продолжается
   Мой бой продолжается
   Мой бой!**** - враги закончились.
   - О, левел-ап, - устало сказал Игорь, потирая виски.
   Голова раскалывалась, будто ею гвозди забивали. Игорь сделал небольшой глоток из банки с энергетиком. Обычно после подобной заправки спать не хотелось, но на этот раз складывалось ощущение, будто Игорь перепутал энергетик со снотворным.
   Варивода взъерошил чёлку. Лоб горел.
   - Может действительно спать пойти? - пробормотал Игорь, выходя из игры.
   Пока компьютер думал, сохраняя игру и выключаясь, Игорь встал и подошёл к балконной двери. С неба щерилась почти полная луна, лукаво спрятавшаяся за облаком.
  
   * Ария - Дух войны
   ** Ария - Баллада о древнерусском воине
   *** Ария - Битва
   **** Ария - Бой продолжается
  
   12 июля, 9:48.
   День 1й.
  
   Оля угрюмо гипнотизировала чайник, который вот уже третью минуту категорически не желал кипеть, что Ольгу крайне раздражало.
   Чашка с заваркой стояла пустая, дожидаясь кипятка. Сегодня Оля проснулась несказанно рано, да и к тому же с сильной головной болью. Был, конечно, вариант, что она заболела в середине июля. Но он Олю не устраивал, и поэтому за градусником лезть в аптечку не хотелось.
   Чайник противно засвистел. Оля залила чай и всё же пошла искать термометр. Чудо современной техники через тридцать секунд пискнуло и заявило, что у Оли тридцать восемь и девять.
   - Чего и следовало ожидать, - грустно улыбнулась Оля, отпивая чай и размышляя о планах на день. Получалось, что теперь целый день спать придётся.
  
   12 июля, 11:27.
   День 1й.
  
   - Кариночка, солнышко, выпей таблетку! - сюсюкала Вера Ивановна, мама Карины.
   От сверхзаботы девушка уже начинала звереть. В летнюю жару закутанная в тёплый плед и в колючем шарфе Карина чувствовала себя, словно сбежала из дурдома.
   А дело в том, что утром Карина проснулась с очень высокой температурой, а мама Карины Василишиной известна как женщина мнительная и вечно всё преувеличивающая, а также очень пугливая и упорная...
  
   12 июля, 14:40.
   День 1й.
  
   Варнар сидел в кабинете и сочинял очередной отчёт. Сквозь плотные бархатные шторы свет с улицы в комнату попадал мало, и поэтому в полумраке одиноко горела лампа дневного света, стоящая на письменном столе. Современный компьютер задумчиво гудел, мигая зелёной лампочкой. Тонкие и длинные пальцы пианиста с восьмидесятипятилетним стажем легко парили над клавиатурой, едва касаясь клавиш.
   На чёрном кожаном диванчике сидел, закинув ногу на ногу, Гарнаг и читал глянцевый журнал, время от времени отдавая язвительные комментарии и присвистывая.
   Варнар устало откинулся назад.
   - Как они уже меня бесят! Это, конечно, лучше, чем в бюрократии тонуть за себя и за учителя, но всё же...
   Гарнаг отложил журнал в сторону.
   - Да не переживай ты так. Всё когда-нибудь устаканится.
   - И тогда нам спихнут очередную партию дерьма, в котором нужно искать жемчуг, - уныло закончил Варнар. - И так тридцать лет без отпуска...
   - Знаешь, ты прав, - задумчиво произнёс Гарнаг. И на шутливого тарха иногда нападали меланхолия и приступы серьёзности. - В такие моменты ты мне напоминаешь шефа. Правду говорят - ученик со временем перенимает часть учителя. Ты же и внешне похож на Власия, когда он молод был. А манера одеваться? А то, что твой кабинет - уменьшенная копия кабинета шефа?
   Варнар критически осмотрел комнату и скривился. Полки с книгами, деревянный стол, кожаная мебель, мягкий пушистый ковёр, вечно завешенные шторы. И цвета все глубокие и тёмные. Как и у Власия в кабинете.
   - Ты прав. Чертовски прав, - убито произнёс Варнар. - Я идиот.
   - Заметь, не я это сказал, - улыбнулся друг. - Да и ты не идиот. Ты просто ученик своего учителя. А это диагноз. На всю жизнь, причём. Я удивлюсь, если мы с тобой через много лет не будем вдвоём пить коньяк в комнате с плотно задвинутыми шторами, и обсуждать "подвиги" учеников и абстрактные проблемы. Что ты, что я, оба хороши. Но я учился в группе и у многих учителей, а ты жил и рос у Власия. Заметь, этот разговор мы с тобой ведём не впервые, да и не в последний раз. Самокопание, конечно, вещь крайне необходимая, но ведётся с завидным постоянством...
   Варнар протёр красные от усталости и хронического недосыпа глаза и уставился на друга.
   - Не надо ждать, - сказал он хрипло.
   - Чего? - удивился Гарнаг.
   - Пару тысяч лет. Сейчас коньяк пить будем, не потом.
   Под ещё более удивлённую мину Гарнага Варнар достал из шкафа металлическую флягу и маленькие стопки.
   - Да уж, с горя и напиться не зазорно, это без угрызений совести, - сказал Гарнаг, беря свою рюмку. - А нычка у тебя там же, где и у шефа...
  
   12 июля, 17:27.
   День 1й.
  
   Айна сердито шла по коридору. Невысокая блондинка с льдистыми острыми глазами, великолепной фигурой а также твёрдым и жёстким, словно сталь, характером только что пулей вылетела из кабинета Власия. Урта, наставница Айны, отправила её на временную работу под начало старика.
   Сделано это было, разумеется, для того, чтобы тарха подключилась к делу о проклятых семьях города L. Айна ехала сюда около трёх суток, а затем сразу же явилась к временному начальству. А тот отправил девушку к своему помощнику! Такого неуважения к своей персоне темпераментная тарха вынести не смогла.
   Волосы развивались белокурым плащом за своей хозяйкой. По паркету громко стучали высокие шпильки, юбка яростно хлестала по щиколоткам, красная рубаха-блуза с вышитой Уртой гладью была подпоясана жёлтым кушаком с таким же узором, но всё же вздувалась пузырями. Металлические бусы больно колотили по груди, но Айне это обстоятельство было как-то побоку.
   Перед нужным кабинетом Айна резко остановилась и глубоко вздохнула, заталкивая злость вглубь.
   Кратко выдохнув, девушка постучалась и рывком дёрнула дверь на себя. И обомлела от увиденной картины.
   На столе сидел кудрявый тарх и дрожащей рукой пытался налить коньяк себе и не менее пьяному брюнету в залитой коньяком некогда белоснежной рубашке типа манишки.
   На звук оба обернулись. Кудрявый руку с бутылкой не убрал и не повернул, жидкость лилась на стол.
   - Знаешь, ик, Гарнаг, а пить-то пора и пе-перестатсь... - заплетающимся языком произнёс брюнет.
   - А ч-чё эт так? - спросил кудрявый, названный Гарнагом.
   - Я, ик, кжца, допился до белой грчки... Мне уже мерещатся разные сексуальные блондинки-тархи... Только почему-то очень злые...
   - И мне тоже... - прошептал кудрявый. - Значит, я тоже ...того?
   - Ну, или это массовая галлюцинация? - заморгал брюнет. - Или, - голос упал до заговорищеского шёпота, - это происки врагов?
   - В нашем офисе? - ухмыльнулся Гарнаг. - Думаю, это у нас из-за отсутствия девушек и спьяну, а ещё от перенапряжения...
   - Точно! - брюнет поднял вверх палец. - Это наша откровенная фантазия. Однозначно. Но тогда почему она до сих пор одета?
   - Действительно, - кудрявый потёр подбородок. - Фантазия, как же ты могла? Это надо исправлять.
   На этой ноте у Айны закончилось терпение.
   - Вы! Вы! Вы! - зашипела она. - Да вы просто два пьяных идиота! Я не фантазия! Сволочи, извращенцы!
   И тут в уютном, но пропахшем испарениями спирта кабинете началась метель. Сильная и колдовская.
   Друзья мигом протрезвели.
   - А что произошло? - кудрявый тарх рассеяно осмотрелся вокруг. - Батюшки, какой ужас!
   Внешний вид кабинета произвёл на тарха неизгладимое впечатление. Но пятна на рубашке и пустая бутылка на полу добили его окончательно. Молодой человек осел в кресло и подпрыгнул вверх, поняв, что в нём сугроб.
   - Протрезвели? - плотоядно улыбнулась Айна, успокоившись. - Тогда предлагаю познакомиться. Меня, например, зовут Айна. Я прибыла к вам из города S. От Урты.
   Тархи живо подскочили в стойку "смирно". Церемонно поклонились, размахивая руками в традиционном жесте. Будь они при смертных свидетелях, не посвящённых во внутренний уклад магически одарённых личностей, подобного церемониала не было бы. Но при равных... вынужденная мера, старая традиция. Поклонилась и Айна.
   - Варнар, - представился брюнет, целуя холодную руку с французским маникюром на длинных ногтях.
   - Гарнаг, - повторил жест кудрявый.
   - Клан можете не называть, - сказала Айна. - Мне важны только ваши лица и имена. Будем вместе работать некоторое время.
   - Это надо отметить, - пробурчал Гарнаг.
   - Вы уже наотмечались, - холодно сказала Айна, жестом ликвидируя последствия метели. - Советую вам помочь мне с расселением и ввести в курс дела.
   Тархи переглянулись.
   - А тебя не смутит жильё с двумя холостяками в одной квартире? - осторожно поинтересовался Гарнаг. Он убедился, что характер у Айны взрывоопасный. - В разных комнатах, не подумай...
   - Ладно, буду жить с вами. Это всё же лучше, чем с вашим, ой, нашим шефом, - сказала Айна, успокоившись и устраняя следы очередного локального ледникового периода.
  
   12 июля, 20:40.
   День 1й.
  
   - В общем, твои ребята пока пытаются поселить Айну, - ухмыльнулся Дирамант, размахивая папкой с отчётами. - Это надо было видеть. Она идёт впереди, злая такая, а за ней плетутся эти двое охламонов. И тянут чемоданы...
   - Видел, - оборвал демона Власий. - Пусть осваиваются. Думаю, к ученику пока домой заходить не буду, там же мороз летом теперь стоять будет, меня Урта предупредила. Айна девочка темпераментная, но у неё истерики ещё и в магическую волну выливаются, а владеет эта самая девочка льдом... А я, знаешь ли, теплолюбив...
   - Ага, - хмыкнул демон. - Поэтому будем лечить простуду у парней. А то с жаркой улицы да в ледник... И как раз вовремя. Полнолуние - температура у всех - и у проклятых, и у тархов, которым поручили за ними следить. Эпидемия магической лихорадки какая-то получается...
   - Именно. У проклятых пока что организмы перестраиваются, оттуда и плохое самочувствие, - сказал Власий. - Вот они и пластом и слегли. Эта ночь будет дурная. Даже я на дежурство иду, с лекарями. Будем у проклятых рядом с кроватями караулить, стабилизировать самочувствие и магический фон. Изменения-то будут сильные, внутри, по крайней мере. А потом и физический план изменится...
   - Да, ночь у тебя, Власий, бессонная намечается. Я даже рад впервые, что я демон, а не тарх. Это явный плюс в такой нехорошей ситуации. Ведь целители среди демонов очень редкое явление. А тархи - все целители в разной степени. И с дополнительным запасом... - Дирамант накрутил на коготь прядь серых волос. - Так что желаю удачи.
   - Ага, спасибо, - кивнул тарх. - Я уже буду собираться. Встретимся завтра ближе к обеду, когда вернусь. Тогда и побеседуем.
  
   12 июля, 21:48.
   День 1й.
  
   - Накладывали печать? - спросил Ингвар у Власия. Сейчас тархи находились уже на постах у постелей "заболевших" подростков. Ингвар - высокий рыжий молодой человек, а вернее тарх, выглядевший ровесником Варнара и Гарнага. Внешность у него типично тарховская, а по-кошачьи зелёные глаза, оттенком напоминающие шартрез, и медные прямые волосы туда вписывались вполне. Будь девушкой - сказали бы, что ведьма, а в Средние века бы и на костёр отвели. Но Ингвар был не девушкой - поэтому применимо было слово `ведьмак'. А ведьмак и есть тарх. Ингвар - один из лучших молодых специалистов в области менталистики среди тархов. Власий сегодня наметил исследование изменений в психике проклятых и выяснение, как они себя днём чувствовали.
   Ингвар подошёл к спящему Артуру Свиридову. Парень лежал под тремя одеялами и излучал от себя волны удушающего жара.
   - Высоковата температура, - заметил рыжий тарх. - Сорок пять градусов по Цельсию это, по-моему, уже выше человеческих возможностей, верно?
   - У человека сорок два - уже смертельные. Тогда белок в крови сворачивается, - сказал Власий. - А тут мальчик просто перестраивается. Когда луна спадёт, будет уже хорошо себя чувствовать и с новыми способностями. Надо будет пережить несколько лет, которые они обязаны будут пройти без прямого обучения. А косвенно... Ладно, хватит уже болтать, приступай.
   Ингвар сосредоточился. Подошёл к Артуру совсем вплотную. Лёг рядом, обнял. Приложился лбом ко лбу. Свиридов попытался выпутаться из объятий, но тарх держал крепко. Запахло озоном. Ингвар закрыл глаза и кратко выдохнул.
   - Артур Свиридов, - иным, нежели обычно, голосом, произнёс Ингвар. Тарх-техник включил диктофон. Другие отошли назад. Власий сел на пол рядом с кроватью. - Состояние стабильное, перестройка идёт в умеренном темпе. Род способностей неясен. Сегодня утром проснулся с высокой температурой, но значения этому не придал. Родители ушли на работу, поэтому о болезни ничего не знают. Днём отсыпался, вечером вышел к матери, как ни в чём не бывало. Она ничего не знает. После этого весь вечер сидел в спальне, запершись. Как всегда по вечерам. Затем лёг и заснул.
   Ингвар рывком вернулся в реальность.
   - Всё сказал? - хрипло спросил он, поднимаясь с кровати.
   - Да, - ответил Власий. - Сегодня с ним дежурят Тадеуш и Камон. Мы пошли, удачного дежурства.
   - И вам, тау Власий, - поклонился Тадеуш, целитель, приглашённый из одной из западных общин.
   - Без проблем всё будет, надеюсь, шеф, - улыбнулся Камон, начальник охраны L-ной общины.
  
   12 июля, 22:14.
   День 1й.
  
   Айна была уже готова заморозить Варнара и Гарнага. За те полдня, что она с ними знакома, тарха поняла, что за время работы в L сойдёт с ума.
   Айна ещё раз критически осмотрела комнату, в которой ей предстояло жить. Гостевая, по всей видимости, спальня. Выполнена в синих и коричневых тонах, солнечная сторона, не очень большая. Синие стены, потолок и ковёр, дубовый паркет, деревянный шкаф на всю стену. Двуспальная кровать с синим покрывалом и коричневыми декоративными подушечками. Мохнатый ковёр скрадывает шаги, а шторы почему-то плотно задвинуты. Эти две черты Айна заметила ещё в кабинетах Власия и его ученика. Недалеко от кровати письменный стол с качественным компьютером, синий стул на колёсиках путается в ворсе ковра. Над кроватью картина. Хотя нет, это фотография, сделанная с воспоминания. Айна сама такие любила. Хочешь запечатлеть прекрасное на бумаге - запомни, а потом создай образ и буквально впечатай его в бумагу или полотно. В деревянной рамке находился лист ватмана, на котором было запечатлено море. Похоже на Балтийское. Причем зимнее.
   Айна кинула чемоданы на кровать. И, неосторожно шагнув назад, напоролась на синий торшер с деревянной ножкой. По обе стороны кровати стояли тумбочки, между кроватью и тумбочками стояло по торшеру. Айна зашипела. Подошла к окну. Раскрыла плотные шторы. За ними спрятались ещё слой голубой тюли и балконная дверь. Айна вышла.
   - Чтоб тебя! - прошипела девушка. По перилам пошла изморозь. Балкон был один общий для нескольких комнат. Тут уже мирно сидел на старом кресле Гарнаг и курил, задумчиво глядя на звёзды.
   - Прекрасный вечер, не так ли? - сказал Гарнаг, не оборачиваясь к собеседнице. Айна немного растерялась.
   - Что?
   - Говорю, вечер приятный, - повторил Гарнаг. - И безоблачно, и Луна полная. Хорошо светит. А ещё сегодня в честь твоего приезда мы с Варнаром не выходим на ночное дежурство.
   - Вот как? - Айна села на соседнее кресло. Гарнаг затушил сигарету и достал новую.
   - Куришь?
   - Обычно нет, - сказала Айна. - Но давай. У меня сегодня настроение такое.
   - Бывает, - понимающе сказал Гарнаг, подавая сигарету. Айна зажала её губами. Гарнаг пальцем зажёг сигарету, сам закурил таким же образом. Айна сделала затяжку и закашлялась.
   - С непривычки? - понимающе спросил Гарнаг.
   - Нет, - захрипела Айна. - Она же очень крепкая!
   - Меня подобные мелочи не смущают, - заметил Гарнаг. - Не удивляйся.
   С дальнего конца балкона подошёл Варнар. Уставший, осунувшийся.
   - О, на звёзды смотрите, - сказал он. - Айна, ты что, куришь?
   - Обычно нет, но это минутный порыв, - ответила девушка.
   - Тогда ладно, - умиротворённо сказал Варнар. - Там чайник закипел. И пельмени готовы. Вы ужинать собираетесь?
   - Полуфабрикаты? - хмыкнула Айна, стряхивая пепел.
   - Ага, - кивнул Варнар. - Мы с Гарнагом живём два холостяка-студента. Так, по крайней мере, соседи думают. Да и быт у нас холостяцкий, соответствуем имиджу...
   - Я заметила, - кратко оборвала его Айна. - Выдастся свободное время, устроим генеральную уборку вашего холостяцкого логова.
   Парни синхронно тяжко вздохнули.
   - Зато у вас чисто будет, - сказала Айна. - И ещё: у вас есть кресло-качалка?
   Тархи переглянулись.
   - Найдём, - сказал Гарнаг.
   - Ладно, идёмте же, а то там пельмени стынут... - сказала Айна, туша сигарету.
  
   12 июля, 23:56.
   День 1й.
  
   - Это был последний? - спросил Ингвар, кивая на Егора Мелового.
   - Да, - сказал Власий. - Можешь ехать отдыхать. Больше не напрягайся пока, а то совсем раскиснешь. Я буду дежурить в доме Златовых. Всё, бегом домой!
   Ингвар испарился.
   Власий посмотрел на Егора, который лежал без одеяла и горел изнутри.
   - Удачного дежурства, - сказал старик, уходя.
  
   13 июля, 3:44.
   День 2й.
  
   Схаас, тарх среднего возраста и опытный целитель, мирно сидел в кресле на колёсиках у письменного стола и в темноте читал книгу про трёх мушкетёров в оригинале. Рядом с ним на полу дремал на боевом посту Аскай, молодой сотрудник боевой группы L-ной общины. Светлая прядь выбилась из рваной стрижки и упала на высокий лоб. Лицо молодого воина было безмятежно, как детское. Но ребёнком он уже не выглядел. Весь образ портил шрам на полщеки. Людям его не увидеть, а вот целитель печально вздохнул. Не смогли в бою вовремя оказать помощь. Будь он эти много лет назад рядом, не было бы у тарха шрама. Но такой возможности, увы, не было.
   Сам Схаас знал, что такое отсутствие целителя тогда, когда он действительно нужен. За более чем пятисотлетнюю практику тарх видел многое. И не всегда успевал вовремя, и тогда жизни обрывались. На поле же боя Схаас неоднократно жалел, что у него не десять рук и он не может делить дух на два тела.
   Целитель был высоким и плотным мужчиной лет тридцати биологических, со светлыми русыми коротко стрижеными волосами, цепким взглядом и карими глазами. Схаас печально вздохнул и снова уткнулся в книгу. Оба ребёнка семьи Власовых спали, несмотря на высочайшую температуру, спокойно. Тихие, мирные, сопят себе и сопят.
   Схаас глянул на часы. Почти четыре утра. Скоро уже и смена закончится, а там домой, и всё хорошо будет. Дома жена ждёт, ругалась, что Схаас в ночную ушёл.
   Но тут размышления целителя прервали. Девочка, Ася, заметалась по кровати. На глазах проступили слёзы, из груди - глухой стон. Целитель рывком встал и кинулся к ребёнку. Провёл рукой над головой, снимая жар и боль, а также углубляя сон. Но Ася не успокоилась. Она забилась на кровати ещё яростнее, словно рыба, выброшенная на сухой песок берега. Дыхание сбилось, руки теребили белую льняную простынь. Руками Схаас держал девочку, а ногой попытался дотянуться до Аская. Прицельным пинком целитель разбудил напарника.
   - Что такое? - испугался Аскай, поморгал, и обратил внимание на девочку.
   - Быстро за менталистом и подмогой! - зашипел Схаас. Аскай засуетился в поисках телепорта по карманам, но хлопнул себя по лбу и растворился в воздухе.
  
   13 июля, 3:56.
   День 2й.
  
   Ингвар мирно спал у себя дома, когда с хлопком появился Аскай и принялся его теребить. Спросонку менталист сильно ударил тарха в челюсть и отправил не ожидающего подобного радушия оперативника в ступор. Затем менталист протёр глаза и зажёг торшер.
   - Ой... извини. Что произошло, Аскай?
   Аскай схватил Ингвара за руку и перенёс в комнату, где дежурил.
  
   13 июля, 4:01.
   День 2й.
  
   Ингвар глухо выругался и кинулся на помощь целителю. Как был - в одних трусах.
   Аскай же исчез, отправившись за другими целителями.
   - Что вообще произошло? - спросил Ингвар, посылая девочке волны спокойствия.
   - Сначала она спала, - ответил Схаас. - Затем температура поднялась, она забилась на кровати. В голове кошмар творится, а я не ментальник, у меня не получается разобраться. Я отправил Аская за помощью.
   - Понятно, - вздохнул Ингвар. - Тогда ты держи её, а я залезу в сон. Только нужно следить за тем, чтобы контакт не разорвался. Хоть миллиметром кожи, но касаться должны обязательно.
   - Хорошо, - сухо кивнул целитель.
   Ингвар ловко лёг к Асе. Приложился лбом, обнял, закрыл глаза. Ася дёрнулась, Схаас вынужден был прижать её к кровати весом своего тела. Забилась, ещё сильнее, а затем обмякла. Схаас слушал дыхание присутствующих, стук собственного сердца, ход кварцевых часов на стене.
   Ингвар открыл глаза. Замотал головой, встал, зашатался, и рухнул на пол без сознания. Ася же абсолютно успокоилась. Схаас подошёл к Ингвару. Движением руки разбудил его.
   - Ну что? - спросил целитель.
   Ингвар сглотнул и ответил:
   - Для малышки изменения оказались слишком тяжёлыми, нежели для остальных. Возраст сказался, да и здоровье слабое. Я всё там поправил. Но завтра придётся мне провести ночь, самому охраняя её покой. Бедная девочка...
   Ингвар вздохнул и снова потерял сознание.
  
   13 июля, 6:08.
   День 2й.
  
   Хлопок. В собственной квартире появился Власий. Не раздеваясь, старик упал в кровать и моментально заснул.
  
   13 июля, 6:32.
   День 2й.
  
   Айна посмотрелась в запотевшее зеркало в ванной комнате. Порыв ветра - и на голове аккуратно высушенные волосы. Тонкие пальцы привычно заплели косу.
   Одевшись, девушка тихонько выскользнула за дверь и направилась вниз по лестнице. На своём пути она встретила упорно идущую пешком вверх по лестнице бабульку в кедах и цветастом платке.
   - Здравствуйте, - на автомате пробурчала Айна, продолжая путь вниз.
   Старушка посмотрела на удаляющуюся девушку и на дверь квартиры, где жили студенты-тархи.
   - Интересно, - пробормотала она. - А Лёша и Антон девиц водят... А к кому это...
   Айна на бормотание старушки не обратила ровно никакого внимания. А Фаина Петровна как раз-таки её хорошо запомнила. Местная достопримечательная бабушка помнит всё, да ещё и при передаче сплетен добавляет новых пикантных подробностей... Скоро запустится сарафанное радио...
   А Айна направилась на рынок. Вечером она выяснила, что в холодильнике у холостяков лишь полуфабрикаты в морозилке и пустые полки в главном отделе, а в качестве круп выступают просроченные макароны...
   Варнар следил за хозяйством у Власия, а у себя дома этого сделать никак не мог. А Айна поняла за вечерней беседой, что жить ей с двумя тархами мамкой-нянькой. Сегодня у неё выходной на обживание, а вот парни уйдут. И сегодня Айна устроит им генеральную уборку...
   Чтобы приготовить вкусный завтрак, а Айна планировала напечь блинов, нужно сначала купить продуктов, потому что ничего подходящего в холодильнике у парней не оказалось, да и вообще не водилось. И теперь девушка бодро шагала в сторону рынка на соседний квартал.
  
   13 июля, 8:37.
   День 2й.
  
   Варнар проснулся не оттого, что звенел злой будильник, взывая к побудке, чтобы на работу не опоздать. Нет, сегодня дежурство начнётся вечером и будет длиться до утренней зари. Варнар просто почуял запах чего-то вкусненького. Похоже на домашнюю выпечку. И кофе. Свежемолотый, а не та растворимая гадость, которую в спешке Варнар и Гарнаг пили по утрам.
   Варнар мучительно попытался понять, в чём дело. Кровать его, значит тарх заснул у себя дома, а не в гостях. Гарнаг готовить не умеет ни при каких условиях, а если и готовит, то только слабительное или несъедобное, значит выпечкой занялся не он. Получается, готовит некий гость.
   Варнар рывком вскочил с кровати.
   - Твою ...! Айна!
   Тарх лихорадочно попытался одеть штаны, но ноги отказывались попадать в штанины. Худо-бедно справившись с ремнём, Варнар начал искать рубашку, но увидел на балконе Гарнага, вышедшего на перекур.
   Варнар вышел к другу.
   - Привет, - огорошено поздоровался тарх.
   - Доброе, - Гарнаг выдохнул кольцо дыма. - Ты тоже от вкусного запаха проснулся?
   - Ага, - ответил Варнар. Внимательно осмотрев друга, он заметил, что Гарнаг тоже стоит в одних джинсах и босой. И невыбрит к тому же.
   - Я как понял, что у нас в доме женщина появилась, думал, сейчас со стыда умру! - пожаловался Гарнаг. - Вышел сутра в медитационную комнату, кошмар... Вот и спи после такого голый...
   - Я ведь тоже, - спрятал глаза Варнар. - Какой позор...
   На балкон вышла Айна. Выглядела она, как символ домовитости: в пёстром фартуке, с завёрнутой сложной косой из светлых волос.
   - Вы завтракать собираетесь? Я блинов состряпала...
   Варнар и Гарнаг банально выпали в осадок.
  
   13 июля, 9:23.
   День 2й.
  
   - Варнар, я, кажется, сейчас не встану... - сказал Гарнаг, тоскливо глядя на последние два блина. - Как мы на работу пойдём?
   - Не знаю, - Варнар отставил чашку с остатками травяного отвара.
   - Вот и я не знаю. Похоже на то, что покатимся по дороге, как два колобка. - Гарнаг закатил глаза. - Теперь я понимаю, почему женщины учатся готовить повкуснее - когда мы обжираемся, мы становимся беспомощными и из нас верёвки вить можно...
   - По ходу, Айна таким образом с нами мосты наводила. - Варнар тяжко вздохнул. - Но вот она хитра - сама три блина съела, а мы с тобой вдвоём смолотили целую стопку... так, теперь предлагаю попытаться встать... А то эта жуткая женщина уборку затеяла, поэтому нам надо срочно сбежать из дома...
   - Она сейчас на рынок за бытовой химией для уборки собралась, - Гарнаг закряхтел и поднялся. - И нас в качестве тягловой силы тянуть намерена.
   Варнар с горестным вздохом упал головой на стол.
   - За что?
   - Да, протупили, когда её в дом приглашали...
  
   13 июля, 10:06.
   День 2й.
  
   Фаина Петровна сидела на лавочке у подъезда в окружении других бабушек-псевдоодуванчиков и рассказывала свежие утренние сплетни. Бабушки охали и осуждающе отзывались о нравах современной молодёжи.
   - Действительно от студентов утром девка выходила? - округлила глаза Варвара Васильевна.
   - Да, вот тебе крест! - сказала Фаина Петровна. - Высокая такая, стройная, блондинка! И глаза такие страшные - умные и ледяные! Она на меня как зыркнула, думала на той лестнице и свалюсь! Вот какая злобная! Выходила из дому, словно она там хозяйка, со своими ключами, торопилась куда-то!
   Старушки на лавочке заохали.
   - Какой кошмар!
   - Ужасть что балагуришь!
   - Жуть-то какая!
   - Да, - голос Фаины Петровны упал до трагического шёпота. - Видите, какая молодёжь пошла гулящая!
   - Да, да, конечно, гулящая! - согласились бабушки. - Позор-то какой!
  
   13 июля, 10:17.
   День 2й.
  
   Гарнаг выскользнул с балкона в комнату.
   - Варнар, а где Айна?
   - А что такое? - спросил Варнар, отворачиваясь от очередного отчёта.
   - Её Фаина Петровна видела. И сарафанное радио уже получило достаточно пищи для сплетен. Такой бред говорили...
   - Интересно, когда они уже пересеклись... - нахмурился Варнар.
   - Самому интересно. - Пожал плечами Гарнаг. - Фаина Петровна уже просто в восторге. Так что Айне теперь все кости перемоют.
   - Верю.
   Из коридора послышалось:
   - Мальчики, вы оделись? Пора бы уже за покупками!
   - Ох... - тяжко вздохнули тархи.
  
   13 июля, 12:37.
   День 2й.
  
   - Ладно, Айна, мы на работу, а ты обустраивайся, - сказал Гарнаг выходя из квартиры.
   - Разумеется, - ослепительно улыбнулась тарха. - Вернётесь утром?
   - Да, - подтвердил Варнар. - С информацией и уставшие. Не скучай без нас.
   - Конечно.
   Дверь хлопнула. Айна ухватилась за дверной косяк. Глубоко вдохнула. Выдохнула. И сказала себе вслух:
   - Ладно, пора навести порядок в этом свинарнике.
   Девушка разделась догола и плотно закрыла шторы в комнате Варнара. Отдышалась, подняла руки вверх, вызывая колдовскую метель. Вещи взлетели вверх и закружились в безумном танце. Айна опустила руки вниз. Вещи опали. На стенах осталась изморозь, а на кровати был сугроб. Тарха накинула халат и влезла в пакет с покупками, извлекая средства для уборки.
   - Атмосферу подчистила, теперь надо взяться за материальную основу, - сказала девушка, натягивая жёлтые резиновые перчатки по самый локоть.
  
   13 июля, 21:37.
   День 2й.
  
   - Ингвар провёл проверку. - Власий инструктировал Гарнага и Варнара. - Мальчика зовут Егор Меловой. Всю ночь не спать, следить за самочувствием и охранять сон. Этот парень - художник. Поэтому следите и за тем, чтобы дар не улетучился не поди не разбери куда. Он недавно тут нарисовал вот это, - Власий извлёк из папки с личным делом распечатанную на принтере фотографию. - Можете подумать и над этим. Чтобы скучно не было. Предупреждаю - упаси вас все человеческие боги разбудить его и быть замеченными. Не шумите, не лезьте в его вещи, а тем более в компьютер. Я ясно выразился, или повторить?
   - Да не переживайте вы, шеф. - Гарнаг махнул рукой. - Дежурство пройдёт спокойно, он же не проблемный, верно?
   - Кроме того, что он художник, ничего такого. - Власий немного успокоился.
   - Вот видите! - широко улыбнулся Гарнаг. - Можете идти со спокойной душой. Мы справимся.
   - Ладно, - вздохнул Власий. И "сердито" сжал кулак. - Смотрите мне!
   - Да, шеф!
   - Тогда отправляйтесь. Адрес внутри личного дела, - Власий передал жёлтую пластиковую папку Варнару, и молодые тархи исчезли.
  
   13 июля, 23:21
   День 2й.
  
   Ингвар окончил последнее сканирование.
   - Ладно, я ныряю в её сон, - тарх указал на Асю. - А ты следи за её братом и смотри сам не засни.
   Ратмир кивнул. Этот тарх не был исключением во внешности, но имел особый талант. Он был высок, светловолос и кареглаз. Но Ратмир - универсал. Ему одинаково хорошо давалось управление стихиями, менталистика, алхимия, воинское дело и многое другое, что могли делать только тархи. Редко кто из тархов мог совладать со множеством талантов на высоком уровне. И швец, и жнец, и на дуду игрец - это про Ратмира.
   Так как на данный момент в доме Власовых находилась самая проблемная вахта, решили отправить к Ингвару в напарники хорошего специалиста. Такая ситуация вышла из-за того, что детей двое, это одна из основных семей, а также присутствие Аси - самой маленькой в неудачливой компании.
   Ратмир сел в кресло и принялся внимательно изучать личные дела Власовых и записи по делу проклятых семей. Тарх только вчера прибыл из города R, и ему нужна была информация.
   А Ингвар уже приготовился нырнуть в Асин сон. Он лёг рядом с девочкой, бережно обняв её. Прислонился лбом к горячему лбу девочки. И упал в прорубь чужих мыслей и снов.
   ... Ингвар прошёл по солнечной берёзовой рощице. Судя по шуму, где-то недалеко находится вода. На звук Ингвар пришёл к прозрачному ручью. У этого бодро журчащего ручья на большом валуне сидела маленькая девочка в розовой пижаме. Она задумчиво глядела на бегущую воду и водила берёзовой лозиной по воде. На звук шагов Ася обернулась.
   - Привет, - сказала Ася, посылая Ингвару тяжёлый, усталый и далеко не детский взгляд. - Садись рядом, не стесняйся.
   Ингвар удивлённо присел на самый краешек камня. Вокруг шелестела листва и пели птицы, веял лёгкий ласковый ветерок, приятно пел ручей. Валун был тёплый и удобный. Ингвар примостился на нём покомфортнее. Ася выдернула из ручья лозину, забрызгав себя и Ингвара ледяной водой.
   - Извини, - печально сказала она. - Я не хотела.
   - Ничего страшного, - ободряюще улыбнулся Ингвар всё больше удивляясь. Сон был явно абсурдным, но приятным.
   - Ты удивлён, - тускло произнесла Ася.
   - Как ты поняла? - тарх изумился ещё больше. - Неужели на лице отразилось?
   - Нет, - сказала девочка. - Просто ты об этом подумал. Я ведь сплю?
   - Да.
   - И ты - мой сон? - уточнила Ася.
   Ингвар задумался.
   - Теоретически да. Скорее всего, так и есть.
   Менталист никогда не задумывался о механизмах и природе своих способностей. Он просто ими пользовался.
   - А во сне можно говорить о чём угодно, потому что это не явь, - вела свою логическую цепочку девочка. - И ты не примешь меня за глупую или чокнутую, если я кое-что странное скажу?
   - Конечно нет, - растерялся Ингвар. - Сейчас можешь рассказывать мне то, что считаешь нужным. Иногда и самые бредовые мысли - истина.
   - Ты можешь меня спокойно выслушать и никому не расскажешь? - обрадовалась девочка. - Я могу доверить тебе свои секреты, да? Ты ведь мой сон.
   - Разумеется, - выдохнул тарх. - Меня зовут Игорь.
   - А меня - Ася. - девочка протянула руку. Менталист поцеловал маленькую, словно кукольную, ручку.
   - Приятно познакомиться.
   - И мне, - на щеках девочки появился милый румянец. - Игорь, а ты ещё придёшь ко мне в гости?
   - В гости?
   - Ну, - растерялась девочка, - приснишься?
   - А ты хочешь?
   - Думаю, что да, - абсолютно серьёзно сказала Ася.
   - Польщён, - сказал Ингвар.
   - Знаю, - ответила малышка. - А можно я сейчас тебе расскажу важную-преважную тайну?
   - Конечно, - сказал тарх. - Я тебя слушаю.
   - Вчера ко мне в сон пришёл страшный дед-бабай. Он хромал на левую ногу и опирался на деревянную палку со страшными закорляками. И он сказал, что я проклятая и у меня скоро появятся новые способности. А утром, когда проснулась, я услышала, что подумал Ярик. Он как будто вслух сказал, но губы не шевелились. Это нормально?
   - Нет, - сказал Ингвар. - Просто ты особенная.
   - А это хорошо? - спросила Ася.
   - Ну, как сказать... - тарх почесал подбородок. - С одной стороны, ты можешь то, о чём другие только мечтают, а с другой - ты не такая, как все, и эти способности надо скрывать. Тщательно. А хорошо или плохо - это ты сама реши.
   - Понятно, - вздохнула девочка. - У всего две стороны. Так мама говорит.
   - Правильно твоя мама говорит, - вздохнул Ингвар. - А насчёт дара, лучше будем называть его так, ты не переживай. Подумай, хочешь ли учиться им пользоваться тогда, когда это нужно, а не во вред.
   - Я хочу. - Ася выкинула лозину в воду. Ручей быстро унёс добычу от валуна вниз по течению. - Но я боюсь.
   - Ничего страшного тут нет, - тарх подвинулся к девочке ближе. - Просто ты ещё маленькая. Тебе можно бояться. Да и я, - Ингвар горько усмехнулся, - вроде бы уже давно взрослый, но всё равно боюсь неизведанного. Так что не стесняйся.
   Ася подобрала под себя ноги.
   - Зябко.
   - Ты замёрзла? - удивился тарх. - Ах, точно, я забыл, ты же болеешь... Подойди ко мне, будем лечить.
   Ингвар обнял девочку и поцеловал её в горячий лоб.
   - Да, температура у тебя очень высокая, - Ингвар поцокал языком. - Плохо. Голова болит, верно?
   - Очень, - пожаловалась девочка. - А ещё морозит.
   Тарх прижал девочку к себе сильнее. Ася уютно устроилась в объятиях мужчины. Ингвар принялся нежно гладить её по голове, снимая жар. Гладкие руки исцеляли и убирали боль.
   - Так лучше?
   - Да, - удивлённо сказала Ася. - Как ты так можешь?
   - Ну, - Ингвар попытался отстраниться, но малышка вцепилась в его рубашку ещё крепче.
   - Не надо отдаляться.
   - Ладно, - Ингвар вздохнул. - Я тебе пока не могу объяснить, как получается. Просто могу. Если будешь учиться, может и ты так сможешь. Когда вырастешь.
   - Это хорошо, - пробормотала девочка, уткнувшись в бок тарха. Тот погладил её по голове. - И ты хороший. С тобой уютно. Ты же придёшь ещё? Пусть это станет нашим с тобой секретным местом.
   - Хорошо, - согласился Ингвар. - Пусть будет секретным.
   - Секретным-пресекретным... - пробурчала девочка, засыпая.
   - Сон во сне? - изумился Ингвар. - Интересно...
   Но больше он ничего не успел. Поляна растаяла.
   ... Ингвар рывком проснулся. И чуть не закричал. На него смотрели внимательные глаза Аси.
   - Так ты не сон?
   - Сон, - панически сказал Ингвар, усыпляя девочку.
   - Вот так прокол, - хмыкнул Ратмир. - Ситуация комическая.
   - Ага, - сказал Ингвар, поднимаясь с кровати. За окном светало. Тарх осмотрелся. На нём была расстёгнута рубашка.
   - Это она во сне, - сказал напарник. - Мостилась, ластилась, пыталась обнять покрепче. Ей что, порнография снилась с твоим участием?
   - Ты что! - возмутился Ингвар. - Как тебе не стыдно! Она же маленькая! Мы с ней сидели у ручья и разговаривали.
   - Понятненько, - вздохнул Ратмир. - Значит, ничего интересного?
   - Разговор интересный вышел. - Ингвар пригладил шевелюру. - А который час?
   - Четверть шестого, - Ратмир кинул на настенные часы. - Нам пора уже уходить, а то скоро они проснутся.
   - Хорошо, - сказал Ингвар. - Окончание смены - отличная новость. А ты-то как отдежурил?
   - Этот, - Ратмир кивнул на Ярика, - спал мёртвым сном. Температура высокая, будто он сейчас постельное сожжёт, а спит спокойно.
   - Это хорошо, - менталист собрал папки. - Он хотя бы тебя раздеть не пытался. А то мне мало того, что логикой как обухом по голове дали, так ещё и вполне возможно, что она меня домогаться станет.
   Ратмир непочтительно разжал. Ярик завозился в постели. Тархи испуганно исчезли.
   Ярик продрал глаза. Никого не было. А казалось, что кто-то громко смеялся. Ярик списал это всё на сон и перевернулся на другой бок.
  
   13 июля, 23:46.
   День 2й.
  
   Гарнаг сидел на ковре и сосредоточенно пытался разглядеть рисунки Егора.
   - Варнар, - протянул он, - этот парень и до встречи с Веирхо ненормальным был. Ты посмотри на его творчество!
   Варнар, сидевший на подоконнике и изучавший звёзды, зевнул.
   - Что ты там такое увидел? - тарх грациозно спрыгнул и подошёл к другу. - Ну рисунок как рисунок. Что не так?
   На рисунке недельной давности была изображена улыбающаяся девушка. Варнар напрягся и вспомнил, что её зовут Ира Полянская. Это подруга и одноклассница Егора. На взгляд Варнара девушка была симпатичной. Приятное овальное лицо, карие глаза с голубой каймой (редкий цвет, заметил Варнар), тонкие нежные губы, нос-курнос, славянский изгиб бровей и смелый взгляд. Длинные волнистые русые волосы, на рисунке собранные в две косы-колоска.
   - Ну, симпатичная, - пожал плечами Варнар. - Чем тебе не нравится? Молода, приятна, ребята из разведки говорили, что характер хороший. Чего взъелся? Она тебе в маршрутке на ногу наступила?
   - Да нет! - скривился Гарнаг. - Ты лучше по-другому посмотри на рисунок и не тупи. Ты ведь проницательный, мать твою!
   - Маму не трогай, я сирота, - возмутился Варнар. Но при этом послушно прищурился и всмотрелся в рисунок под другим углом. Лицо, зарисованное простым карандашом, ожило. Если раньше рисунок походил на чёрно-белую фотографию, то теперь на тархов смотрела живая девушка. И тут Варнар вздрогнул.
   - Я баран, или ты это и видел? - тарх потянулся к фонарику. При электрическом свете картинка поблекла, но краски и реалистичность не утратила. - Откуда у неё жабры и чешуя? Или это фантазия парня?
   - Думаю, так и надо, - пожал плечами Гарнаг. - Или он увидел её такой.
   С портрета лукаво глядела Ира, за ушами которой шевелились жабры, словно у Ихтиандра, по скулам искрилась зеленоватая чешуя, между фалангами пальцев появилась перепонка.
   - Он что, провидец? - приподнял бровь Варнар. - Будто он её такой и увидел. Или она уже тогда была такой?
   - Скорее он провидец, чем она тогда была амфибией, - Гарнаг почесал затылок. - До встречи с Веирхо она вообще была никакой. Просто девушка, ничем не отличающаяся от других.
   - Вот напасть, - кратко выдохнул Варнар, укладывая голову на колени. - Хоть стреляйся или их перестреляй...
   - Да ладно, - махнул рукой Гарнаг.
   - Не ладно. Вот кто его учить в случае чего будет? Кто у нас провидцы? Пара художников-учителей найдётся, а вот провидцы? Только Гаффа и Ратибор. Ратибор учеников никогда не берёт, он весь в себе и будущем, пифия сбрендивший, а Гаффа же абсолютно дурная... Есть ещё Мельда, но она же в психушке заперта... Буйная же, таким учеников не доверяют...
   - Да уж... - вздохнул Гарнаг. - Парню не повезло.
  
   14 июля, 1:16.
   День 3й.
  
   Хант искоса смотрел на Варию, его сегодняшнюю напарницу. Сейчас она сидела на коленях около кровати Олега Сотника и приложилась лоб ко лбу в ментальной связи.
   "Вот везёт парню, - грустно подумал Хант. - Какой-то малолетка, а шикарная девушка у его кровати, вон как соблазнительно изогнулась, какие ...гм... штанишки, а блуза тесная, под ней..."
   - Прекрати немедленно! - зашипела Вария, на миг отвлекаясь. - Ты меня сбиваешь! Тем более думать такое... Как тебе не стыдно вообще?!
   - Ладно-ладно, - пробурчал Хант, отворачиваясь к окну. Но за спиной он видел свою напарницу. Прелестная девушка с копной рыжеватых каштановых волос, которые вились крупными кудрями, серые пронзительные глаза с изумительными ресницами, длинными и густыми. А пухлые губы...
   - Я же попросила тебя, перестань! - зарычала Вария, поднимаясь с пола. Она подошла к Ханту и дала ему сильную затрещину. Тарх свалился с кушетки на ковёр.
   - За что? - обиженно произнёс он, потирая голову.
   - Чтоб мозги на место встали! - яростно сказала Вария. - Ты же не понимаешь нормальных слов, лишь грубую физическую силу. Поэтому впредь буду передавать тебе просьбы кулаком.
   - Не надо, - испуганно попросил Хант, поднимаясь с пола. - У меня и так ума нет, а ты последний выбьешь. Я вообще-то ласку больше люблю...
   И, не думая головой, Хант впился Варии в губы. После, когда отдышалась, девушка густо покраснела, зашипела и влепила с размаху пощёчину наглому тарху.
   - А вот это уже за дело, - удовлетворённо произнёс Хант, потирая теперь уже горящую щеку.
   - Ты ненормальный! - вспылила девушка, пытаясь ударить Ханта ещё раз.
   - А это несправедливо, я ещё ничего не сделал! - возмутился Хант, обнимая девушку и притягивая к себе. Тарх на ощупь исследовал филейную часть Варии и бережно отодвинул от себя. - А вот теперь за дело. Можешь начинать бить.
   - Потом поговорим по душам, не при спящих пациентах, - прошипела Вария, отходя к Олегу.
  
   14 июля, 3:11.
   День 3й.
  
   Амарга заглянула в оставленную на столе тетрадь.
   - Надо же, дневник, - умилилась она. - Интересно.
   - А тебе не кажется, что читать чужие записи, а тем более дневник, нехорошо? - Авен сердито нахмурил брови. - Или у вас это считается нормой поведения?
   - Милый мой тарх, - елейным голоском пропела Амарга, - я всё равно окажусь в её душе. Я же ментальница, или ты забыл? Да и моего народа принято узнавать все интересующие подробности. Да и интересно это, как девица мир видит и ощущает. Как там её звали?
   - Лена Астахова. - Авен подошёл ближе.
   - Ага, Елена, значит, - шикма перелистнула несколько страниц. - И что же у тебя в тетради такое, что в душе иначе, м?
   Лена передёрнулась.
   - Она что, слышала? - испугался Авен.
   - Нет, конечно, - Амарга приложила руку к виску Лены. - Она спит, крепко спит. Просто внутри её черепной коробки активно идёт перестройка. Завтра я даже смогу сказать, какие новые свойства приобретёт её организм. Пока, конечно, это невозможно, она сама не сможет сказать, а механизм ещё не определился, какую подлянку выкинуть, но завтра процесс окончится. А пока лишь могу унять её боль и успокоить.
   Авен смерил шикму взглядом, далёким от любовного. Колкая, дерзкая и воинственно настроенная девушка привлекала к себе внимание. Она не могла его не привлекать. С такой-то внешностью! Невысокая, худая, взъерошенная. На голове в разные стороны торчат короткие, но густые смолянистые волосы. Узкое острое личико с выразительными бровями, раскосыми тёмными глазами и пухлыми красными губами. При всей своей красоте Авену девушка доверия не внушала. Он знал, что она шикма, демоница, и поэтому нечего ждать от столь хрупкого создания пощады. А вот будь она тархой, было бы гораздо проще.
   А вот шикм можно и бояться. Амарга одна из тех, кого прислали на помощь делу, когда был заключён договор между шикмами и тархами. Очень удачный. Власий договорился с их хозяйкой, что охота будет бескровная, а тархи сделают её легальной. Оба народа выполняют ряд условий. Одно из них - шикмы присылают лучших менталистов на работу к тархам.
   - Но-но, нечего мне тут гримасничать! - притворно нахмурилась шикма. - Я сейчас ей слегка помогу, а потом примусь за дневник.
   Через пару минут Амарга отошла от Лены и села за письменный стол.
   - Ну-с, что тут у нас?
   Амарга принялась листать тетрадь.
   - Всё понятно, - сделала вывод она. - Молодая сентиментальная влюбчивая девица, с мартовским ветром в голове и пером в руке. Я разочарована. Ничего нового в подлунном мире...
   Но договорить она не успела. Лена дёрнулась и мешком упала с кровати на пол. Поднялась, потирая ушибленный бок. Повернулась.
   - Вы кто? - удивлённо спросила Лена.
   Амарга раздражённо зашипела. Аккуратно приобняла Лену, бережно уложила её на кровать.
   - Ты спишь, дорогая моя. Спишь. - Амарга высоким, но тихим нежным голосом запела, гладя Лену по голове:
  
   - Изогнут край небес, как лук.
   Огромный мир замкнул он в круг.
   Ай, Солнце, не слепи,
   Ай, Солнце, не слепи,
   Ай, Солнце, пощади нас, не слепи!
  
   Лена закрыла глаза. Амарга же запела тише, продолжая выводить тягучую мелодию, стараясь стереть и воспоминания:
  
   - От тесноты, от кутерьмы
   На вольные равнины мы
   Идём, чтоб заглянуть,
   Идём, чтоб заглянуть,
   Идём, чтоб заглянуть в лицо степи!
  
   Ты глубиной её пленён,
   Спешишь дорогами времён,
   На каждом камне видишь след
   Давно истекших тысяч лет...
  
   Мы окунёмся в море трав,
   И в нас проснётся буйный нрав
   Такой, как сто племён,
   Такой, как сто племён,
   Такой, как сто племён лихих коней!
  
   Со степью нас тугой аркан
   Связал в далёкие века,
   И не расстаться нам,
   И не расстаться нам,
   И не расстаться нам -
   Нас тянет к ней!
  
   Лена расслабленно засопела, а Амарга свела песню на нет.
   - Ффух... - шикма встала с края кровати. - Отвертелась...
  
   14 июля, 5:24.
   День 3й.
  
   Дирамант печально смотрел на светлеющее небо. Звёзды гасли одна за другой, а на улице появлялись люди, спешащие по своим очень ранним делам. Демон провожал взглядом стремительно бледнеющую луну и размышлял о делах насущных. Валера Петрунько, спящий мёртвым сном, не доставил проблем. Дежурство выдалось на редкость спокойным. На ковре дремал менталист Кирот. Дирамант велел ему лечь спать и не переживать за работу. Демон, в случае чего, разбудит напарника.
   Дирамант покосился на часы. Пора бы уже уходить. Солнце коснулось края неба, а луна исчезла, чтобы вернуться ночью. Демон слегка толкнул напарника.
   - Кирот, вставай давай. Дежурство можно закончить.
   Кирот сонно протёр глаза.
   - Уже?
   - Да, - подтвердил Дирамант. - Нам пора.
  
   14 июля, 7:24.
   День 3й.
  
   Айна стояла у плиты и жарила оладьи. Скоро должны явиться парни с дежурства, наверняка голодные и уставшие, поэтому нужно их немного взбодрить. Или накормить и уложить спать.
   Тарха цепляла оладьи лопаткой, переносила на тарелку и моментально остужала, делая их мягче. Пар выходил, мигом топя изморозь, и оладьи приобретали вполне приличный внешний вид и вкус.
   Айна остудила последний оладий и залила сковороду водой. Тут в коридоре загрохотало. Последовала глухая ругань. Гарнаг. А на противовес - злобное шипение и попытки призвать друга к порядку. Это уже Варнар.
   Тарха сняла и аккуратно сложила фартук, поправляя одежду. Вышла в прихожую и была снесена с ног.
   - Айна! - с апломбом молодого учёного воскликнул Гарнаг. - Дай кофе, мы тебе кое-что интересное расскажем!
   Тарха ошарашено кинулась к плите, ставя кофейник.
   - О, оладушки! - обрадовался Варнар, с разбегу усаживаясь за стол-уголок.
   - Как отдежурили? - спросила Айна, с усилием делая кофе кипятком. Ей это не удавалось так легко. Вот заморозить чего - это да.
   - Та, по этому поводу и говорить будем! - сказал Гарнаг, помогая девушке накрыть на стол.
   Айна разлила кофе по чашкам и подсела к тархам.
   - Так что там?
   - Вот, - Варнар положил на стол свёрнутый в трубочку рисунок. Бережно разложил лист и развернул его лицом к Айне.
   - А это копия или оригинал? - подозрительно спросила Айна.
   - Оригинал, - сказал Гарнаг. - Смотри иначе.
   - Интересно, - Айна присмотрелась. - Совсем как живая. Но чешуя... немного смущает, так не должно быть. Да и вообще, чем вы думали, когда захватили рисунок с собой, скажите мне. Вы совсем дурные?
   - А почему это? - изумился Гарнаг.
   - А то, - нахмурилась Айна, - что вы украли у парня рисунок. А вас там, у него дома, якобы не было. Как исчез рисунок?
   - Вернуться и оставить копию? - спросил Варнар.
   - Пожалуй, да. - Айна макнула оладий в мёд. - Но уже вечером. Если ты сейчас сунешься, проблем будет гораздо больше. Пока можешь отдохнуть. А что вы там придумали?
   - О! - Гарнаг поднял указательный палец вверх. - Я пришёл к выводу, что этот парень, Егор, мало того, что художник, так ещё и провидец. Сейчас объясню...
  
   14 июля, 8:52.
   День 3й.
  
   Айна укрыла Варнара одеялом, взяла валяющуюся на стуле рубашку и тихонько вышла за дверь. Затем она утянула одежду у Гарнага и отправилась в свою комнату. Выгладила рубашки, аккуратно развесила их на тремпелях.
   После пошла на кухню. Поставила на газ стеклянный чайник, проигнорировав электрический. Пока вода нагревалась, вытянула из шкафчика чайную заварку и нашла на дне холодильника сухой огрызок лимона.
   Заварив дешёвый пакетированный чай, завалявшийся у холостяков ещё со старых времён, тарха села за стол. Снова критически осмотрела портрет. Сходила в комнату, взяла папку с документами. Задумчиво полистала её. Ещё раз прочитала биографию Егора Мелового, внимательно осмотрела фотографии Иры Полянской. Глянула на другие работы Егора. Расположила их в хронологическом порядке.
   Хмыкнула. Ещё раз пристально рассмотрела портрет. Хлопнула себя по лбу и, оставив чай недопитым, побежала переодеваться. Ей было, что сказать Власию.
  
   14 июля, 8:55.
   День 3й.
  
   - Шеф! - Айна колотила дверь кабинета. - Я же знаю, что вы там спрятались! Не смешно же, меня не обманете! Я хорошо умею чувствовать живых! Учительница же меня по этому разделу гоняла! Откройте!
   Власий поднялся с кожаного дивана и толкнул дверь.
   - Айна, голубушка, в чём дело, где пожар? Неужели ребята тебя уже довели до ручки? Ты же с ними лишь вторые сутки прожила! Что стряслось?
   В кабинет влетела Айна, размахивая толстенными папками. Она с глухим шлепком уронила их на стол.
   - Шеф, смотрите! Варнар с Гарнагом на ночном дежурстве тут кое-что заметили, а я подумала крепче. Они, правда, сейчас отсыпаются, а я дождаться не могла...
   Власий протёр глаза.
   - Я тоже пытался чуток вздремнуть, но ты не дала... Теперь уж говори.
   - Видите рисунок? - Айна указала на портрет.
   - Красивый, - Власий зевнул. - Похож на одну из проклятых девочек. А что?
   - Это Ира Полянская. Это рисунок Егора Мелового. Причём рисунок сделан до встречи с Веирхо. Мы с парнями пришли к выводу, что тут талант провидца-художника. И, скорее всего, придётся этот талант развивать. Советую искать учителя для этой редкой специализации.
   - Понял, - сказал Власий. - А откуда рисунок?
   - Мальчики украли его у Егора, - развела руками Айна. - Надо сделать копию и вернуть.
   - Вы ещё не вернули рисунок? - глаза тарха округлились. - Да вы совсем сдурели!
   - Я это ребятам уже говорила, - сказала Айна. - Они планируют вечером его вернуть, когда придут на дежурство. А вы не можете подсказать, где я могу сделать копию?
   - Подожди минутку, - Власий включил сканер. - Скопируем и порядок. Я как раз привлёк Гарнага к работе, а он у нас хороший техник. Сделал из обычного сканера вот такую вот вещицу - он и магическое поле копирует. Правда, пока слабо, но Гарнаг обещал на выходных потом доработать.
   Скопировав рисунок, Власий вернул оригинал Айне.
   - Передай, что, если парень его хватится, кто-то получит по своей глупой и безответственной голове, и пусть оба потом не жалуются. Если обойдётся - пусть считают себя везучими.
  
   14 июля, 23:58.
   День 3й.
  
   Ирдес уселся на полу по-турецки. Лесьяр же устроился на жёстком деревянном стуле около окна. На кровати спала Вика Тарабарова.
   - Сегодня же последний день? - спросил он.
   - Да вроде бы, - пожал плечами Ирдес. - Да и главное сегодня - не заснуть. Девочка спокойная, отмороженная в прямом смысле этого слова. Чего нервничать?
   - Тоже верно, - Лесьяр скучно посмотрел в окно. - А вроде бы все они горят, или я не прав?
   - Прав-то прав, но она немного вышла за рамки правил, - Ирдес вытянул из кармана брюк наушники и айпод. Проводки запутались, как и полагается, морским узлом. Менталист принялся сосредоточённо их распутывать. Пока дело продвигалось медленно и кропотливо, но Ирдес на это внимания не обращал. Впереди целая ночь, поэтому можно не торопиться. Когда наушники были побеждены, Ирдес включил музыку.
   - Ладно, я в астрал, понадоблюсь - толкни, - сказал он целителю. Напарник кивнул. Из динамиков загремел тяжёлый рок.
   - Металлика? - спросил Лесьяр.
   - Ага, - кивнул Ирдес, вынимая один наушник. - А то засну ещё... Вообще рэп и альтернативу больше люблю, или на худой конец классику, но на ночные дежурства это подходит идеально. Я на этих песнях языки учил.
   - Интересно, - Лесьяр же полез в сумку за книгой. Акунин. - А как ты так делал? Мне бы тоже не помешало.
   - Да там одна системка есть, - Ирдес развёл руками, - если хочешь, помогу. Накладываешь ментальную кальку, слушаешь речь. Через неделю всё уляжется и ты в совершенстве знаешь то, что услышал. Как система с гипнозом и словарями, только приятнее гораздо. И голова потом не болит.
   - Полезно, - сказал Лесьяр, ища нужную страницу. - Тогда потом, когда отгулы будут, изобразишь?
   - Разумеется.
   Можно расслабиться, дежурство обещает быть спокойным. Но когда мужчины расслабились, вступила в игру Вика. Она лежала на постели, которая покрылась изморозью. Сама ледяная, синяя. Дыхание частое, а руки спокойно на одеяле не могут лежать.
   Лесьяр спокойно читал приключения Эраста Фандорина, когда Вика резко открыла глаза и упала с кровати. Она задела полудремлящего Ирдеса и напугала целителя. Оба кинулись к Тарабаровой.
   - Глаза открыты. Но ничего она не видит, - удивлённо сказал Ирдес, укладывая девушку на кровать. Прикрыл одеялом, Вика поёжилась. - Любопытно. А что...
   Но договорить он не успел. Вика закричала. Проснулись родители. Ирдес шёпотом ругнулся, усыпляя девушку. В коридоре зашаркали тапочки.
   - Что делать? - губами произнёс Лесьяр. - Прячемся?
   - Наверное.
   Ирдес ловко нырнул под кровать. Лесьяр начал озираться, но дверная ручка опустилась вниз. Целитель юркнул за штору, надеясь на невнимательность родителей Вики.
   Щёлкнул выключатель. Тархи затаили дыхание. Ирдес покосился на ноги в розовых тапках-зайчиках. Они подошли к постели.
   - Спит, - пробормотала мама Вики. - Холодная какая... Надо принести ещё одно одеяло... Странно, вроде бы лето, тепло должно быть... Вот мерзлячая...
   Тархи не стали вылазить из укрытий. Дождались, когда мама укрыла Вику одеялом и пледом. Свет выключили. Всё вокруг притихло.
   Ирдес вылез из-под кровати.
   - Ой-ёй! А ты книгу на видном месте бросил...
   - Ага, - сказал Лесьяр, усаживаясь на стул. - Идиот. А ты лучше усыпи их там, чтобы больше таких чудес не было.
   - Согласен, - Ирдес чихнул. - Больше пылью дышать не хочу, а у неё под кроватью её много...
   Ирдес прошептал что-то себе под нос и щёлкнул пальцами.
   - Готово, - довольно сказал он. - Теперь доживаем до утра и всё пучком.
   - Ага, - кивнул напарник. - Надёюсь, это будет выглядеть не в стиле от заката до рассвета.
   - Ну-ну. - Менталист хмыкнул. - Да ты у нас шутник, оказывается. Кроме того, что целитель.
   - А то, - залихвацки заявил Лесьяр. - Я такой.
   Ирдес самым невежливым образом заржал, усаживаясь по-турецки и доставая айпод, чтобы продолжить слушать музыку.
  
   15 июля, 1:51.
   День 4й.
  
   Ратмир внимательно следил за работой Ингвара. Он сейчас снова находился во сне Аси Власовой. Лоб ко лбу, светлые волосы перемешались с огненно-рыжими, руки сплелись, Ася закинула на менталиста ногу. Рубашка Ингвара была почти снята, пижамные штаны девочки сползли. И, что самое обидное, Ратмиру было интересно, что именно видит Ингвар и о чём они с Асей беседуют.
   Универсал скосил глаза на брата Аси. Вот уж само спокойствие. Как лёг, так и спит. Он, хоть и горит, но не шевелится. У Ратмира появилась даже такая мысль, что, если разбить на лбу Ярика яйцо, получится яичница. Проверить, конечно, эту гипотезу нельзя, но помечтать не вредно. Утром луна уйдёт и целый месяц можно спать спокойно, до следующего полнолуния.
   Тут в комнату вошла собака. Животное презрительно посмотрело на Ратмира, не уделяя ему особого внимания. И тут собака заметила Ингвара в постели у Аси. По ходу действий, собака была поборница морали. Она глухо зарычала и направилась к Ингвару. Схватила его за штанину и потянула вниз.
   Ратмир кинулся к кровати. Нельзя сейчас прерывать ментальный контакт. Иначе Асе потом будет очень плохо.
   - Уйди, - зашипел Ратмир, отгоняя собаку. - Ты что творишь?
   Собака на это ответила отрицательно. Теперь уже она слюнявила штанину Ратмира. Тарх сердито засопел. Штаны новые, а зубы крепкие. Плакали новые штаны, и всё ради общего блага. А Ратмиру что, в одних трусах теперь щеголять?
   Тарх изобразил руками сложную фигуру и собака заснула. Ратмир облегчённо выдохнул и сел на пол, прислонившись головой к бортику кровати Аси.
   Тем временем во сне было не менее интересно.
   ... На этот раз Ингвар очутился на морском берегу. Похоже на тропический атолл: белый песок, синее, аж лазурное, море, всякая необычная растительность. Ася сидела у самой кромки воды в мокрой пижаме и перебирала ракушки.
   - Привет, - сказала она, не оборачиваясь. - Я ждала твоего прихода.
   - Привет, - Ингвар сел рядом. - А что это ты делаешь?
   - Я? - девочка повернулась к тарху и подала большую розовую раковину. - Да вот тут рассматриваю ракушки. Красивые, правда? Я их на берегу взяла.
   - Понятно, - понимающе сказал Ингвар, приняв раковину. Поглаживая гладкую поверхность, он спросил: - А как у тебя дела?
   - Ну, если честно, то не особо, - призналась девочка. - Весь день опять лежала болела. А потом попала сюда, хотя хотела попасть на ту поляну... Как ты меня нашёл? Наверное, сначала там искал?
   - Нет, - ответил тарх. - Я искал тебя, а не ту полянку. И нашёл сразу. Как заснул, так с тобой и оказался.
   - А, - Ася подвинулась к Ингвару ближе. - Игорь, а ты не мог бы опять меня полечить? А то голова болит жутко. Не знаешь, долго ещё я болеть буду?
   - Хорошо, - Ингвар обнял девочку, снимая жар и успокаивая. - Полечу. Сегодня ты, скорее всего, последний день болеешь. Завтра будешь, как новенькая. Луна перестанет быть полной, и всё будет хорошо.
   - Так что, ты завтра уже не придёшь ко мне? - подскочила Ася. - Я не хочу, чтобы так было! Не уходи!
   Слабые ручки облепили Ингвара. Он постарался распутать объятия, но ничего не вышло. У Аси была железная хватка. То ли дело в том, что это её сон, или просто изменения так повлияли, Ингвар сказать не мог. Прикосновения мокрых и наверняка солёных рук отрезвляли.
   - Успокойся, Ася. Я не уйду насовсем. Завтра я к тебе приду, не переживай.
   - Обещаешь? - уж чего Ингвар не ожидал, так это слёз. Против плачущих детей у тарха иммунитета не было.
   - Обещаю, - сказал тарх, прижимая девочку к себе ещё крепче. Ася уткнулась лицом мужчине в рубашку. Он поёжился от стыда.
   - У тебя так сердце бьётся, быстро и нервно, - с удивлением заметила Ася. - А думаешь ты такооое...
   - Не надо, - Ингвар спрятал глаза и покраснел. - Лучше не лезь ко мне в голову, а то там очень много нехорошего и неприличного.
   - А почему ты стесняешься своих мыслей? - изумилась девочка. - Разве там что-то уж сильно постыдное, чтобы стесняться? Мне непонятны твои ощущения, но все же...
   - Маленькая ты ещё, - вздохнул тарх. - Лет через десять поймёшь. А пока лучше не спрашивай об этом и не прислушивайся, ладно? А то я себя совсем паскудой чувствую, и самому противно. На твоём месте я бы давно уже послал бы подозрительного дядьку куда подальше.
   - Ты не подозрительный, - возразила Ася. - У тебя просто правила морали крепко вбиты в голову. Поэтому ты стесняешься.
   - Во мне не осталось уже детской непосредственности, - с сожалением сказал Ингвар. - Поэтому я не могу рассуждать, как ты.
   - А сколько тебе вообще лет?
   - Двадцать один, - назвал свой биологический возраст Ингвар.
   - А мне сначала казалось, что ты намного старше, - с сожалением сказала Ася. - По крайней мере, это доказывает твой разум.
   - Тоже верно. - Ингвар погладил девочку по волосам. - Из тебя вырастет хороший менталист, это я тебе авторитетно говорю.
   - Правда, - горько сказала Ася. - Вижу, что да. И никуда не денусь.
   - Предсказание? - усмехнулся Ингвар.
   - Нет, логический вывод, - ответила девочка.
   - А почему ты так решила? - поинтересовался тарх.
   - А всё к этому и идёт, - сказала Ася. - И так понятно. Познакомившись с тобой, я узнала, что есть и другие люди, не такие, и я с ними. У меня есть выбор: или сделать вид, что ничего не произошло и жить как все. А могу и быть. Или я присоединяюсь к вам и живу как вы - осваиваю новые способности, знакомлюсь с необычными людьми и плюю на законы общества. Это более интересный вариант. Свободный. И как ты думаешь, что я выберу.
   Ингвар почесал подбородок.
   - Логично. И ты права, все, кто побыл с нами, от этого не отказывается. Лишь редкие случаи. И то по серьёзным причинам. Кому хочется отказываться от долголетия, способностей и интересной жизни...
   - Вот видишь. - Ася устроилась уже на руках Ингвара. Тот начал испытывать уже дискомфорт. С одной стороны, приятно находиться вместе с Асей - интересным собеседником и обаятельным ребёнком, а с другой стороны - она же маленькая, а влечение по приказу не пропадает. Травок на следующий раз попросить каких у знакомых, что ли... А то это уже совсем неприлично. Рассказать кому из знакомых - засмеют.
   - Не думай об этом, - попросила девочка. - Мне неприятно. Сколько раз повторять - я ничего страшного тут не вижу.
   Ингвар скривился.
   - Извини, я не хотел...
   - Хотел, но не можешь признаться.
   Девочка была снова права. Ингвару стало ещё более стыдно.
   - Странный ты, - пробурчала Ася, принюхиваясь к рубашке тарха. - Так хорошо пахнешь, и такой стеснительный.
   Ингвар связи между запахом и стеснительностью не понял, но кивнул.
   - И перестань уже терзать себя, ты расстраиваешься тогда, - добавила малышка. - И вообще, когда я выросту, я хочу за тебя замуж.
   Из уст ребёнка это выглядело комически и умилительно, но тарх закашлялся. Он, как опытный менталист, знал, что она говорит серьёзно и верит своим словам. Но это пугало и напрягало.
   - Я знаю, что ты не сон, а живой, но пришёл ко мне в гости, - добила тарха Ася. - Я много думала днём и решила именно так. Ты, Игорь, был тогда рядом, когда я проснулась, но не хочешь это признать. Не знаю, почему, но ты всё равно не прав. Наверное, тебе запретили.
   Ингвар был очень ошарашен. Он посмотрел на девочку. Она же наблюдала за лазурными волнами и альбатросами в небе. Волны тихо шуршали, принося к берегу белую пену. Ася закопошилась и взяла в руки большую раковину. Приложила её к своему уху, прислушалась к шуму. Затем поднесла её к уху Ингвара.
   - Слышишь?
   Тарх прижал раковину сильнее. Внутри шумели эти волны.
   - Да. Очень красиво.
   - Я тоже так думаю. Возьми её с собой на память обо мне.
   Девочка вложила Ингвару ракушку в карман джинсов.
   - Спасибо.
   - Пожалуйста, - ответила Ася. - Только завтра приди ко мне.
   И заснула на руках тарха.
   ... Проснулся Ингвар на полу. На нём верхом спала Ася, умилительно сопя. Рядом сидел Ратмир и беззвучно смеялся, закрыв рот руками.
   - Чего ты ржёшь? - обиделся Ингвар. - Лучше бы помог.
   Ратмир бережно снял с напарника девочку и уложил её в постель. Ингвар, кряхтя, поднялся.
   - Где моя рубашка? - спросил он, озираясь.
   - Где-где, - согнулся со смеху Ратмир, - ищи под кроватью! За вами так интересно наблюдать! Сначала лежали смирно, потом у тебя руки поползли по ребёнку, а она тебя как клещами обхватила. Пару раз она тебя целовала куда придётся, а один раз вы с ней вобнимку покатились по кровати и свалились. Будь она старше, я бы сказал, что вы сейчас тут при мне голубиться начнёте... Так что в сон к ней иди в презервативе! А то мало ли, до чего дойдёт.
   - Издеваешься?
   - Нет, просто говорю то, что вижу.
   Ингар торопливо застегнул мятую рубашку.
   - Зачем гладил полвечера, непонятно.
   И тут обнаружилась в кармане раковина.
   - Это что? - влез любопытный Ратмир.
   - Это мне Ася во сне вложила, - удивлённо произнёс Ингвар. - Говорит, на память обо мне возьми, чтобы не забыл. А ещё ляпнула - я вырасту, ты на мне женишься. И, как выяснилось, на неё мой блок или не подействовал, или слетел. Она сказала, что вспомнила меня и я был у неё дома, когда она проснулась. Сам в шоке - как так вышло? Никогда не было такого, я же блоки хорошо ставил всегда. Ни один не слетел. Она что, магически иммунная?
   - Интересно, - почесал затылок напарник. - Отжигаешь, дружок. Не забудь шефу рассказать.
   - Знаю, не маленький! - огрызнулся Ингвар.
   - Ну-ну. А взрослый дядя тут полуголый ходит, обещает жениться на маленькой девочке и ракушки из сна приносит. Какой ты после этого не маленький? - откровенно заржал Ратмир, готовя перенос.
  
   15 июля, 11:21.
   День 4й.
  
   Сегодня утром Егор проснулся абсолютно здоровым. Хоть и ночью его тревожили странные сны, температура спала. Егор проспал допоздна, но при этом чувствовал себя так, будто вчера просто был тяжёлый день.
   Он выпил кофе, включил на компьютере музыку. Лёгкий фолк обычно восстанавливал на душе равновесие и успокаивал. Под музыку иногда и рисовать приятно было. Егор подумал и решил послушать нечто жизнеутверждающее.
   Поставил один из альбомов "Мельницы", посмотрел на стол. Творческий беспорядок, конечно, вещь прекрасная, но плохая. Пора бы убраться. А то свинство ещё со школьного времени осталось.
   И Егор принялся разгребать завалы. Бумаги в одну сторону, мелочи на диван, нужные вещи на стул. Через полчаса стол был пуст, а завалы образовались по всей комнате. Егор убрал ненужные вещи в закрытый отсек трельяжа, где валялись разные вещи с разных времён - ненужные и забытые. Так сказать, загашник. Спрятав все школьные вещи и принадлежности в стол, Меловой принялся за бумаги. Ещё часть бумаг ушла к канцелярии. Остались рисунки.
   Егор вытянул из стола папку со старыми рисунками, куда собирался убрать и эти. Но тут уже ничего не попишешь. Иногда у художника было такое настроение, что он подолгу рассматривал свои старые работы. И вот сейчас было именно такое настроение.
   Вот портрет Артура. Тут он сидит под яблоней у себя на даче и пристально смотрит на зрителя. А в руках разобранный мобильник. Этот рисунок Егор сделал прошлой весной, когда был последний звонок и начинались экзамены. Тогда ещё яблони зацвели, невовремя, конечно, не до них тогда было. Ребята решили на выходных перед экзаменами съездить к Артуру на дачу, чтобы немного снять напряжение. Артур тогда уселся на молодую траву под деревом и курочил мобильник. Сосредоточенный такой, злой. Телефон не желал ловить сигнал, и Артур пытался его починить. Туда прибежал Егор с бумагой и карандашом. Артур был недоволен, но позволил себя нарисовать. Что Артур, что яблони вышли красиво. Всем очень нравилось, даже Артур сменил гнев на милость, увидев результат.
   А это Витя Ежицин с гитарой. Старой, акустической, но родной. Витя часто по просьбам друзей играл что-нибудь. Дома у него была и электрогитара, но всё новое Витя учил сначала на акустической, а потом уже и на электро. Витя - музыкант по убеждению, как и Егор - художник. На наброске Витя сидит дома у Егора на хозяйской кровати. Нежно обнимает гитару и перебирает струны. Тогда он учился играть какую-то зверски сложную, но очень красивую песню. Это было этой зимой, по ходу, в феврале. Витя в очень тёплом вязаном свитере, нос опухший. Но глаза горят в творческом экстазе.
   А вот Лиза, Лена и Света под ёлкой. Это на Новый год было. Утром, правда, Егор ничего не мог вспомнить, и последовательность событий восстанавливали по фотографиям и некоторым зарисовкам художника. Эта была начерчена дешёвой шариковой ручкой на листочке в клеточку. Девушки стоят нарядные, обнялись втроём, улыбаются.
   А это уже июльский рисунок. Егор почему-то нарисовал Машу Юртаеву с крыльями, как у голубки. Это было не срисовано с девушки, а по памяти. Почему именно так, непонятно. Егору казалось, что иначе быть не должно.
   Егор перебрал много рисунков. Упаковал их в папку и задумался. Там не хватает двух рисунков - того, который они с Артуром сожгли, жуткий, навеянный кошмарным сном, и портрета Иры. Художнику давно нравилась Ира - красивая, приятная в общении и добрая, мягкосердечная девушка с твёрдым стержнем воли внутри. Егор часто рисовал её, оставляя образ из мечтаний на бумаге. Но признаться в своих чувствах человек искусства не мог. Духу не хватало и решительности. А потом в её жизни появился Олег Сотник, и Егор отошёл на уж очень дальний план.
   Но портрет куда-то исчез. Егор начал искать его везде - и под кроватью, и за столом, и между стеной и шкафом. Нашёл ещё две зарисовки годичной давности, но портрета не было.
   И тут Егор почувствовал, что нужно срочно взять в руки карандаш. Егор кинулся к столу. Стул был отодвинут в другой угол комнаты, но художник не стал его брать. Он нашарил карандаш и вытянул из пачки лист А4. Карандаш коснулся бумаги. И это было последнее, что Егор запомнил.
   Пришёл в себя он уже над готовым рисунком. По времени Егор рисовал довольно долго, так как воспроизведено было уже полтора альбома. Художник глянул на своё творение. Егор кратко выдохнул, испугавшись дела рук своих. Это был портрет. На художника безумными от страха глазами смотрел Олег. Обычно парень выглядел как невысокий, коренастый, с зелёными глазами и каштановыми волосами. Губы тонкие, высокие скулы. А тут...
   Это был Олег, сходство очевидно. Но некоторые черты пугали. Глаза с вертикальными глазами-щелками, рисунки по коже. Что они означают, Егор в жизни бы не смог объяснить. Чёрные когти, клыки, сзади хвост с милой кисточкой, которая не вписывалась в общий рисунок. Очень выделялись волосы - длинные и гладкие. Обычно Олег стригся коротко, а тут - длина по самый пояс.
   Если бы Егор знал Дираманта, он нашёл бы сходство. Но сейчас художник побледнел, записал в нижнем углу дату и спрятал рисунок в папку.
  
   15 июля, 12:01.
   День 4й.
  
   Карина Василишина сидела на диване и упорно выщипывала брови. Невысокая, хрупкая и общительная, девушка иногда напоминала лисичку. Последние пару лет она и волосы красила в морковный цвет, чтобы соответствовать образу рыжей мастерицы. От природы русая, с льдисто-голубыми глазами и небольшим носом, тонкими губами (нижнюю Карина проколола, сейчас там серебряная серёжка-капелька) Василишина смотрелась выигрышно. Гибкое лицо и выразительная мимика завораживали, а некоторые манеры, например, накручивание огненных волос на указательный палец, а на руках у девушки были очень длинные ногти, выдавали кокетку. Кожа у Карины была молочно-белая, и летом никакой загар не приставал, а с яркими волосами это выглядело очень красивым контрастом. Пластичные движения и плавная походка в любой обуви, руки порхают, бёдра ходуном - завистницы сравнивали Карину с ведьмой. А сама девушка смеялась с них. Но при этом самой ей казалось своей красоты недостаточно.
   И вот Карина вновь вносит изменения в свою внешность. Занималась она этим от нечего делать, потому что Василишина, хоть уже и выздоровела - мама долго ругалась, мол, заболела из-за того, что в речке купалась - но вынуждена еще пару дней сидеть дома, ведь Вера Ивановна очень озабочена здоровьем дочери.
   Волосы были покрашены ко дню рождения Артура, чёлка подстрижена, ногти красиво оформлены. Больше ничего не оставалось, как щипать брови. Пинцет порхал в руках девушки лишая лицо от лишней, на взгляд Карины, растительности.
   Вера Ивановна ушла на работу, приказав дочери с постели не вставать и пить таблетки. Но Карина, будучи умной девушкой, решила, что здорова и можно проигнорировать эти указания. Василишина выкинула таблетки и даже застелила постель.
   Задумавшись, Карина нечаянно ущипнула себя сильнее, чем нужно. От неловкого движения пинцет дёрнул кожу, оставляя ранку. Карина зашипела от боли и полезла в косметичку, чтобы взять ватку. Карина стёрла шарик крови, переливающийся, словно ртуть. Присмотрелась к брови, пытаясь увидеть ранку. Но её уже не было.
   Вместо этого Карина не без удивления заметила почти пропавший зрачок, вытянувшийся, словно веретено. Карина испуганно уставилась на отражение в зеркале, чувствуя, что мир покачнулся и упал набок. И темнота...
  
   15 июля, 15:32.
   День 4й.
  
   Виталик сделал ещё один переворот на турнике и легко спустился. Отдышался, и принялся за подтягивания. Первый десяток отщёлкал легко, а затем дыхание сбилось. От бодрости осталось мало. Парень спустился, вновь отдышался, и начал считать сначала.
   Теперь уже он подтягивался медленнее. В спокойном ритме дошёл до пятого десятка, но тут левая рука предательски задрожала. Виталик скривился, хотя продолжил упражнение.
   Через пять раз руку свело судорогой. Виталик отпустил левую руку, правая последовала туда же. Почти не упав, парень схватился за турник. Левая рука безжизненно обвисла где-то внизу. Виталик сжал турник крепче. Но всё равно медленно опускался вниз. Парень сгруппировался и спрыгнул вниз. И посмотрел на турник.
   - Ни х... себе!
   Турник изогнулся дугой. Виталик почесал затылок. Неужели он такой тяжёлый, что под его весом турник изогнулся...
   Парень задумался и пошёл домой, пока никто не понял, кто погнул турник. Вроде бы во дворе было пусто, свидетели не появлялись... Кому интересен безумный спортсмен, который решил подтягиваться в самую знойную часть дня?
  
   15 июля, 16:12.
   День 4й.
  
   Витя лениво перебирал струны гитары. И играть-то не особо хотелось, но и заняться нечем было.
   Уже который день в голове играла одна и та же мучительная неуловимая мелодия. Как Витя не старался, сыграть её не получалось. Это злило музыканта, но он не сдавался, уверенный, что рано или поздно всё получится.
   Пальцы отрешённо скользили по струнам, рождая нечто непонятное. В голове мелькнула мысль - а ведь это и есть эта самая мелодия. Витя клацнул кнопку диктофона и принялся играть.
   Гитара звучала долго. Витя уже начал уставать, но мелодия в голове продолжалась. И парень продолжал играть. Вскоре музыка в последний раз тренькнула, и умолкла. Последний аккорд сыграл и Витя. В воздухе ощущалась вибрация от финальных звуков, зависших под потолком цветными разводами. Музыкант протёр глаза, и они растаяли. Он зевнул. Мелодия сильно вымотала его. Теперь надо бы переслушать диктофонную запись...
   По спине прошёл табун мурашек. Дрожь и страх овладели музыкантом. Чувство потустороннего остро проступило сквозь мелодию. Вспомнился и Рапута, и тот злосчастный вечер на даче. И болезнь, когда его бросало то в жар то в холод. И злая луна, щерившаяся в те вечера из окна. И тот день, когда не стало отца.
   Тоска и холод взяли в свои когти разум и сердце. В комнате потемнело, поднялся ветер, стало подмораживать. Ноги подкосились, Витя мешком осел на пол.
   Мелодия подошла к концу, и Ежицына наконец-то отпустило. Витя хрипло отдышался и попытался встать. Ноги не слушались и были словно ватные, но парень справился. Он пересел на диван и устало прикрыл глаза. Бывало, что его утомляла музыка. Бывало, что воскрешала. Бывало, что пробивала на чувства. Но чтобы так...
   Впервые музыкант побоялся прикасаться к гитаре. А мелодия продолжала преследовать парня, но он решил, что клин клином вышибают, и принялся негромко напевать одну и ту же песню Цоя, надеясь подсесть уже на неё, временно забыв об этой жуткой мелодии, запись которой он спрятал в самые глухие и дальние папки в компьютере.
   А пока... Пока лишь "Группа крови" позволяла держаться на плаву.
  
   15 июля, 18:42.
   День 4й.
  
   - А теперь предлагаю угадать, кто сейчас получит по бестолковым головам. Тёмной лохматой и каштановой кудрявой. - Власий внимательно посмотрел на Варнара и Гарнага. Парни поёжились. Шеф был сердит. Очень сердит. - Вы собираетесь свой косяк исправлять?
   Тархи переглянулись. Пахло неприятностями.
   - Мы вечером отнесём рисунок, - тихо сказал Варнар.
   - А он уже заметил, что рисунок пропал! - резко заорал шеф. - Он в замешательстве, уже думает, что свихнулся! У художника хрупкая психика! Нестабильная! Парень даже себя боится теперь!
   Тархи потупили взгляды, усердно рассматривая ворс ковра.
   - Всё, - устало сказал Власий. - Сгиньте с глаз моих долой, чтоб через миг я вас тут не видел.
   Повторного приказа не потребовалось.
  
   15 июля, 19:02.
   День 4й.
  
   Маша Юртаева стояла у подоконника и наблюдала за первыми каплями дождя, которые падали на измученную жарой землю. Час назад поднялся жуткий ветер, нанесло тучи, хотя Интернет уверял, что пришёл антициклон и дождя не будет ещё неделю. Но погода с Интернетом не совещалась, а дождь разрешения не спрашивал.
   Дома никого не было, Мари сидела одна, после больничного. Внезапная слабость сошла на нет, и уже завтра девушка планировала продолжать активную жизнь.
   Мари припала лбом к стеклу. Юртаевы жили на восьмом этаже панельной девятиэтажки. С балкона можно было наблюдать за двором и мечтать. Сейчас же Мари грустно смотрела, как беснует ветер, как гнутся деревья, как люди идут, придерживая одежду, лёгкая ткань в ветреную погоду всегда стремится взвиться вверх. Как ветер швыряет прохожим в лицо воду, что вот-вот станет полноценным дождём.
   Маша открыла балконную дверь. Полы халата вздулись пузырями, волосы взлетели в разные стороны. В комнату ворвался свежий ветер. Вдали сверкнула молния. Через пару секунд оглушительно загрохотало. И хлынул дождь. Настоящий, сильный, а не то, что было прежде. Капля, капля, поток, завеса. Мари высунула руку наружу. Сплошная стена тёплой воды. Девушка подумала, как так - почему у человека нет крыльев... Сейчас бы сорваться вниз, а потом подняться вверх, взмыть в тяжёлые потоки воды, купаясь среди тяжистых грозовых туч, среди наэлетризированного воздуха...
   Мари вздохнула и вновь подала руку упругим струям воды. Убрала. Рука была сухая. И вода сползала вдоль перьев, сизых, словно воском натёртых. ПЕРЬЕВ?!
   Мари осела на пол. На руках появилось оперение. От страха девушка расплакалась, пристально рассматривая свои руки. Смахнула сизым подобием крыла слёзы и сглотнула, стараясь успокоиться. Перья росли от пясти до костяшек, а доходили до середины второй фаланги. Мари сжала кулак. Теперь перья напоминали когти Росомахи, выступая над кистью вперёд.
   Мари перестала хотеть взмыть в небо. Теперь уже было страшно - неужели это галлюцинации? Юртаева с усилием дёрнула за перо. Больно. Но перо осталось в руке. А на кисти кровоточила пустая колодка.
   Мари побежала в ванную, дабы прополоскать руку. Но там обнаружилось, что перья пропали, а кровь осталась.
   - Не хило, - пробормотала девушка, промывая кисть под краном. - Надо будет у Гугла спросить, Гугл знает...
  
   15 июля, 21:56.
   День 4й.
  
   - Когда он уже заснёт? - простонал Гарнаг.
   - Не знаю, - Варнар встал на цыпочки и заглянул в окно. - Всё ещё в компьютере завис.
   - Ох уж эти социальные сети, - покачал головой Гарнаг. - Когда же он спать пойдёт?
   Вот уже пятнадцать минут тархи топтались под окнами дома Егора. Жил он не в квартире, а в частном секторе, поэтому время от времени молодые люди заглядывали в окна. Даже маскироваться не стали.
   Варнар держал в руках папку с рисунком юного художника. Тархи в полной мере осознали безрассудство своего поступка. После Власия молодых людей добила Айна, считающая, что можно промыть бедолагам мозг.
   Но обиднее всего было то, что девушка выгнала из относить рисунок рано и в дождь. Оба тарха уже промокли до нитки, а рисунок был в папке. Это, видимо, тоже было в воспитательных целях. Но, увы, ни Гарнаг, ни Варнар поучительность и юмор абсолютно не оценили.
   Через полчаса Варнар устал вышагивать под окном и присел на пол.
   - Ты в луже сидишь! - поморщился Гарнаг, глядя на друга.
   - Если бы я был в сухом, то да, но я весь промок и хуже уже не будет, - философски протянул тарх. - А стоять я уже устал.
   Ещё через пятнадцать минут закончился дождь. Но это был перерыв, причём краткий. Не прошло и пяти минут, как ливень возобновился.
   При этом нет худа без добра. Егор вышел из комнаты.
   - Давай быстрее, лезь, - сказал Гарнаг, открывая окно. - Похоже, парень в туалет вышел, у нас две минуты...
   Пара мокрых и злых тархов влезли в окно.
   - Где валялись работы? - спросил Гарнаг, осматриваясь.
   - Не помню, - скривился Варнар. - Он уборку сделал...
   - Чтоб тебя! - трясущимися пальцами Гарнаг полез по ящикам. - Как не вовремя, что за жизнь...
   В коридоре послышались тяжёлые шаги.
   - Нашёл! - обрадовано прошептал Гарнаг. - Давай рисунок!
   Когда тархи выпрыгнули, вернулся Егор.
   - Окно открыто? - удивился он.
   Под окном сдавленно выругался Гарнаг.
   - Прокол, - хрипло прошептал Варнар, убегая.
  
   15 июля, 23:59.
   День 4й.
  
   - Ты идиот, - вежливо сказал Ратмир.
   - Знаю, - ответил Ингвар.
   - Уже луна сошла, - Ратмир постучал по оконной раме.
   - Я обещал, - парировал Ингвар.
   - Сам виноват, - вздохнул Ратмир.
   С первым ударом часов на ковре детской комнаты появился Ингвар. И кратко выдохнул. У постели Аси сидел Веирхо.
   - Что вы тут делаете?
   Веирхо грузно поднялся.
   - Я? С девочкой общаюсь. А вот что ты делаешь тут, тарх?
   Ингвар опешил.
   - Я к ней... тоже поговорить...
   Подволакивая больную ногу, Веирхо подошёл к Ингвару. Взял его за плечи, невежливо уставился в глаза. Сверкнула в этих глазах жуткая искра, и Ингвар выпал в чужую реальность.
   Если у Аси во сне всё было хорошо и приятно, то в гостях у Веирхо было страшно. Противники стояли на посыпанной жёлтым речным песком арене в древнеримском стиле. Вокруг было темно, лишь светлое пятно, в котором стояли Веирхо и Ингвар. Вдали уходили вверх ряды потёртых зрительских кресел. "Идущие на смерть приветствуют тебя" - вот то, что ассоциировалось с этим местом. Древний гладиаторский девиз стоял перед глазами, будто слова материальны.
   - Арена? - удивился Ингвар.
   - Да, - с достоинством ответил Веирхо. - Для гладиусов.
   Ингвар провёл рукой по волосам.
   - Ну-ну. Что теперь?
   - А ничего, - развёл руками Веирхо. - Ты опять мне помешал. Ребёнок - благодатная почва для распространения своих утверждений и своей правды. А ты мешаешь и переубеждаешь её раз за разом. Я что, зря старался?
   - Можешь больше не утруждаться, - ухмыльнулся Ингвар. - Я не отступлю, девочка хорошая, вырастет - тааакой менталист из неё получится. Тархи получат больше, чем сейчас теряют.
   Веирхо с размаху ударил Ингвара по лицу, так, что тарх упал на песок, пролетев несколько метров.
   - Врёшь себе, так мне не ври! - зарычал он.
   - Что? - Ингвар поднялся с песка. Одежда стала грязной.
   - Ты же менталист, почему же допускаешь подобные ошибки? - Веирхо подошёл ближе. - Ты же самому себе лжёшь, и признаться в этом боишься. Из собственного опыта тебе говорю - обмануть мы можем только самих себя, а другим мы просто навязываем свою искажённую правду.
   - Замолчи! - вскричал Ингвар.
   - Вот видишь, ты понимаешь, что я прав, - криво ухмыльнулся старик. - Правда слух режет?
   - Не тебе о правде судить! - зашипел тарх.
   - Ага, воплощение кривды о правде не знает, - покачал головой старик. - А так называемые борцы за правду занимаются самообманом...
   - Замолчи!
   - Испугал, - издевательски поцокал языком Веирхо. - Как дитя малое... Кстати, сколько тебе лет? Двести?
   - Четыреста шестьдесят два, - выдохнул Ингвар свой истинный возраст.
   - Ммм, так вроде бы взрослый мальчик... - протянул Веирхо. - Но при этом ведёшь себя не по-взрослому. Но я же побывал в голове и у Аси, и у тебя... Я понимаю, что через десяток лет девочка догонит тебя в биологическом возрасте, но потом она начнёт стареть, а ты всё так же красив... Тебя сотня лет не сильно состарит, а её время не пожалеет... А дети? Самая ужасная судьба - пережить своего ребёнка. Они дряхлы, а ты молод и свеж, и на похоронах лишь как брат, а не отец... И не обидно ли?
   Ингвар спрятал лицо руками.
   - Уйди! - а сознание рисовало жуткие картины возможного будущего.
   - Да, талант не пропьёшь, - вздохнул Веирхо. - Ты даже можешь сопротивляться. Другой бы уже и молил о пощаде. Нравится безумие?
   - Уйди! - прошипел Ингвар, упав на колени и скрючившись на песке арены - Прочь из моей головы. Прочь!
   - Не сломался, - удивлённо произнёс Веирхо. - Силён! Молод, но силён... Даже не глядя на то, что у меня опыта раз во... много больше...
   Завеса иллюзий спала. Ингвар тяжко отдышался и встал.
   - Не смей лезть ко мне в голову! И к Асе тоже! Там буду я.
   - Как хочешь, храбрый мальчик, - пожал плечами Веирхо. - Жаль, что ты не мой ученик. А то такой в хозяйстве полезен... Но от своего не отступлюсь.
   - А какую цель вы преследуете? - спросил Ингвар.
   - А тебе скажи...
   Ингвар очнулся рывком. Веирхо уже пропал. Голова болела, но тарх лёг к Асе.
   ... В сон Аси Ингвар вошёл с болью.
   "Невезучий денёк, " - подумал тарх. Он оказался в горах. На голом пике был небольшой камень, на котором умостилась девочка. Вокруг были лишь гольцы, гораздо меньшие в рост, чем этот пик. Растительность была скудной и лишь у подножия гор. Похоже на тайгу. Алтай?
   Порыв ветра, и Ингвара толкнуло в сторону обрыва. Тарх замахал руками и маленькими шажками засеменил к вершине, где сидела Ася.
   - Я ждала тебя долго, - сказала девочка. - Почему так поздно?
   - Меня задержали, - начал оправдываться тарх.
   - Неважно, - сказала Ася. - Сядь рядом. Тут холодно.
   Ветер разметал светлые волосы, надувал пузырями пижаму. Временами срывался сухой и колючий снег. По фирновому льду Ингвар доскользил до девочки. Сел рядом на оледенелый, но горячий камень. Босые ноги девочки были красные, она болтала ими в воздухе, иногда касаясь льда.
   - Обнимешь?
   - Хорошо, - Ингвар прижал к себе девочку. Может и был прав Веирхо?
   - Не вспоминай о нём, - воскликнула Ася. - Он сегодня приходил! Я его боюсь! У него злой смех!
   - Не буду, - успокоил её тарх.
   - Он тебя задержал, Игорь?
   - Да.
   - Я не удивлена.
   - Я тоже.
   Ингвар и Ася сидели вобнимку и молча. Смотрели на за горами-гольцами, за озером вдали, за буйным ветром.
   - Скоро рассветёт, - сказала Ася хрипло, нарушив длительное молчание. - А можно, когда я проснусь, я увижу тебе живого, а не во сне? Ты же рядом.
   Ингвар задумался.
   - Тогда это наша личная тайна. Никому не говори. Даже родным. И подругам.
   - Хорошо.
   ... Ингвар выпал из сна первым. Через пару минут проснулась Ася. Они снова спали, переплетённые, словно лоза, друг с другом.
   - Ой, - вздохнула девочка. - А мы всегда так спим?
   - Да, - ответил тарх. - Это ещё куда ни шло. В прошлый раз мы упали на пол, а ты верхом сидела...
   Ася густо покраснела.
   - Ну, не переживай, - усмехнулся Ингвар. - Ничего страшного. Я не в претензии.
   За эти дни девочка стала старше. Телу всё так же семь, а душа повзрослела. Теперь ей уже не семь, а все десять. Ингвар поцеловал малышку в лоб, думая о том, как ей будет тяжело среди сверстников. Но это потом.
   - Ася, а что ты скажешь на то, что я буду в твоём сне, не находясь рядом? - спросил тарх. - Ведь не всегда я смогу прийти.
   - А что делать?
   Ингвар задумался. И тут на ум пришла довольно-таки неплохая мысль. Тарх снял с шеи серебряную цепочку.
   - На, возьми, - Ингвар подал цепочку девочке. - Завтра кулон принесу. Одевай на ночь.
   - Спасибо, - девочка поспешила одеть подарок.
   - Ладно, задержался я у тебя...
  
   Отступление 2
  
   - Итак, слушается дело Веирхо IV, - громко сказал Тиоран. Этот молодой тарх подрабатывал в суде, объявляя дела и зычно озвучивая требования членов Совета. Тиоран обладал хорошо поставленным голосом, посему и драл глотку на судах. - Введите обвиняемого, Веирхо IV!
   Дверь перед Веирхо открыли. Учёный постарался унять дрожь и идти гордо. На душе было страшно, сейчас будут выносить приговор, всё кончено.
   Веирхо прошёл к трибуне и зорко осмотрел зал. Трибуны судей и обвиняемого расположены полубоком к зрителям. Среди них Веирхо заметил Кьянцо, сгорбившегося около стены. Вид друг имел ужасный.
   - Вы - Веирхо IV? - спросил судья, пожилой худой мужчина в глупом и совершенно не идущем ему белом кудрявом парике. Веирхо узнал в нём Сигурда. Член Совета, ведающий делами судейскими. Один из главных. Состоит в самой важной, Верхней палате.
   - Да, я - Веирхо IV, - кивнул тарх, слегка поклонившись.
   - Вы обвиняетесь в негуманных опытах, нездоровом интересе учёного, распространении отступнических идей, ренегатстве, противозаконной деятельности и непринятии приказов правительства и Совета, - устало зачитал с документа Сигурд. - Признаёте ли вы вину?
   - Нет, - ответил Веирхо.
   - Что ж, - сказал Сигурд. - Вам слово. Вы отказались от адвоката, можете говорить оправдательную речь сами.
   - Благодарю, - кивнул Веирхо. - Отрицаю всё, что вы только что произнесли. Давайте по порядку. Сначала значились негуманные опыты, верно?
   - Да.
   - Какие опыты вы можете назвать гуманными, а какие - нет?
   - Ваши, - сказал судья, - негуманны, поверьте мне на слово.
   - Допустим, - выдохнул Веирхо. - Но почему вы решили, что мои опыты - негуманны? Они проводятся лишь для блага тархов и простых смертных. Создав лекарства, можно излечить многие болезни, но эти самые лекарства требуют жертв, которые на своём примере докажут, что лекарство действует. А так как идеальные формулы можно вывести не сразу, опытным путём выясняется, что именно сделано не так. И не факт, что это получится моментально, без потерь. Категорически исключаю это обвинение.
   Судья скривился.
   - Обвинение об нездоровом интересе учёного исключаю вместе с первым, - продолжил Веирхо. - Если следовать вашей логике, то осудить надо всех учёных без исключения, потому что у них есть этот интерес, который движет людьми, делающими открытия в различных областях магии и науки.
   Веирхо сглотнул.
   - Следующим пунктом, - сказал он, - идёт распространение отступнических идей. Это абсурд. Мне эти идеи и интересны не были. Я хочу лишь работать в лаборатории, а не маяться дурью. Дальше, ренегатство. Ну, это уже ваши фантазии, напоминаю, я работать хочу, в ла-бо-ра-то-рии.
   - Но вы всё же отступник, - перебил его судья.
   - С чего бы это? - поинтересовался Веирхо. - Поясните.
   - Вы практикуете некромантию, а это отступничество.
   - Какая некромантия? - хмыкнул подсудимый. - Не умею я. Исключено. Дальше, противозаконная деятельность. Это, видимо, вы приплели, имея в виду некромантию, это я уже отверг и доказал. Непринятие законов? Каких, если не секрет? Не припоминаю ни одного.
   - Сопротивление аресту, - подсказал Тиоран.
   - Ну-ну, - пожал плечами Веирхо. - Фантазия у вас развита хорошо. Напоминаю, я пришёл сюда своими ногами и без явного принуждения, по повестке. Что ещё?
   - Всё, - сказал судья. - Господа присяжные?
   Присяжные быстро посовещались. К трибуне вышел Враиль, профессор D-ской академии. Противный старик, часто не желал ставить зачёты и валил студентов.
   - Я, Враиль II, глава суда присяжных, профессор философии D-ской академии, объявляю решение суда присяжных. Подсудимого - не оправдывать.
   Он кратко поклонился и вернулся на место.
   - Решение суда, - кратко сказал Сигурд. - Подсудимого, Веирхо IV, признать виновным. Он осуждается к... - судья подсмотрел в шпаргалку. - Лишению лицензии, запрету на практику в лабораториях D, изгнание из D-ской общины, принятию статуса ренегата и отступника, депортацию из D. Всё, суд окончен. Никого не держу. Вы, подсудимый, имеете сутки на то, чтобы собрать вещи и уехать из D.
   - Что ж, терять мне нечего, - сказал Веирхо. - Скажу напоследок. Вы назвали меня ренегатом, имея в виду, что я злодей. Но разве я злодей? Да не смешите же вы меня. С каких пор все ренегаты поголовно злодеи?
   Судья побледнел.
   - Замолкни и вон отсюда, - Веирхо указали пальцем на выход. Учёный пожал плечами и вышел, хлопнув дверью.
   - Как скажете, господин судья, как скажете...
   В коридоре Веирхо догнал Кьянцо.
   - Я... я честно сердит! - вещал он. - Это же несправедливо!
   - Уйди, - отмахнулся Веирхо. - Перед отъездом я заскочу к тебе попрощаться.
  
   Глава 3
  
   Вступление 3
  
   - Вот скажи мне, Ирсэ, почему у него такой жуткий почерк? - ворчал Веирхо, щурясь и вглядываясь в старую тетрадь. Страницы пожелтели, чернила выцвели. Но проступали по бумаге кривые и витиеватые строки, выводя рассказ не менее путаный и непонятный. Логика у Ассанина бегала, как испуганный заяц, петляя и сбивая с толку. Если бы можно было бы, Веирхо спалил бы эти бумаги к демоновой матери. Но среди абсурдных и непонятных рассуждений о судьбах бытия и о происходящих событиях Ассанин описал и то, как накладывал проклятие, и то, как теперь действовать Веирхо. И вот, через много лет, тарх занимался тем, что отделял в этом трактате жемчуг от навоза.
   - А какое отношение он имел к медицине?- спросил кхаторши, заглядывая в дневник через плечо Веирхо.
   - В том-то и дело, что никакого, - пожал плечами тарх.
   - Плохо. С таким почерком можно быть только медиком, - задумчиво сказал Ирсэ.
   - Увы, он не медик, - сказал Веирхо. - И ещё: Ирсэ, скажи-ка мне на милость, ты когда в последний раз зубы чистил? Отвечай давай, вонючка. Что в рот тянул, что мне теперь дышать нечем?
   Ирсэ покраснел.
   - Вы, шеф, издеваетесь?
   - Нет. Это ты издеваешься. Марш отсюда, пока зубы не почистишь, можешь не подходить даже. И волосы вымой, они у тебя уже на паклю похожи.
   Кхаторши оскорблено вышел, а Веирхо продолжил чтение.
   Пока что картина вырисовывалась вроде бы понятная. Веирхо аккуратно выписал инструкции на отдельный лист бумаги. После того, как дочитает всё ещё пару раз, примется и за анализ инструкций. Не с бухты-барахты же Веирхо будет вредить людям, которые ему ничего не сделали.
  
   16 июля, 8:24.
   1й день 1 фазы.
  
   Карина теребила подол ночнушки. Она проснулась от шороха. Девушке показалось, что кто-то был в комнате. Но балконная дверь была распахнута настежь, впуская утреннюю свежесть вчерашнего дождя.
   Когда Карина открыла глаза, первым, что она увидела, была маска. Позолоченная кожаная маска лисицы. С более тёмным носом, где шла полоса узоров, с сердитыми фигурными бровями, с усами, похожими на капли живого огня. С узкими прорезями для глаз, с аккуратными лисьими ушками. Рассчитана она была на то, что прикрыты нос и лоб, а губы видно. На пол-лица.
   Маска лежала по соседству на подушке Карины. Девушка вскочила с кровати и уставилась на посторонний в её комнате предмет. В доме масок не было. Никаких. И в последнее время девушка ни с кем не общалась. Карина не могла понять, откуда эта маска взялась. Родители отпадали - мама с детства не любила лицедеев и клоунов, а также кукол и маски. Папа же не станет так глупо шутить.
   Девушка не смогла удержаться и взяла маску в руки.
   - А почему бы не померить...
   Карина подошла к зеркалу. Приставила маску к лицу. Завязала тоненькие тесёмки сзади, под волосами. Покрутилась. Красавица. Маска девушке очень шла, Карина завертелась перед зеркалом, глядя то так, то эдак. И тут она чуть не упала. Сзади был лисий хвост. И Карина взяла его в руки. Материальный. Пушистый, мягкий, рыжий.
   - Опа, - прошептала Карина. - Это что, от маски?..
   Девушка попыталась снять маску. Но не смогла найти тесёмки на затылке. Пальцы прочёсывали рыжие волосы, но не узелок. Карина запаниковала. Попыталась снять с лица маску, не беспокоясь за тесёмки, стало больно. В глазах потемнело, мир упал набок.
   Вскоре Карина очнулась. Села на корточки. Схватилась за стоящий рядом стул и поднялась с пола. И вновь глянула на своё отражение в зеркале. В этот раз на неё смотрела антропоморфная лисица. Глаза были Карины, выражение морды - шутливо-издевательское, в лапах маска. Двигались Карина и отражение одинаково, но смущало то, что Карина нащупала на лице злосчастную маску, а лиса держала её так, не одев.
   Когда лиса подмигнула Карине, последовал ещё один обморок.
   Очнулась Карина лёжа на полу и с зажатой в руке маской.
   - Видимо, сильно головой ударилась, - пробормотала девушка, поднимаясь. Снова посмотрела в зеркало, заверещала, и с силой кинула прочь от себя маску. Лиса никуда не делась...
  
   16 июля, 10:15.
   1й день 1 фазы.
  
   - ...А маску она в стену кинула, - закончил отчёт Варнар. - Но лисью сущность она приняла, едва одев маску. Был шанс, что и без постороннего вмешательства она стала бы кицунэ, наследие сильное, и поколение припало то самое. Шеф, а не могли бы вы сделать запрос по общинам, кто может потом её в ученицы взять... А то лисы-оборотни редко случаются, а тут она, и на нашей территории...
   Власий отпил отвара из успокаивающего купажа. А Варнар вдохнул и продолжил:
   - Надо бы найти и о способностях кицунэ и об изменениях. А то кто знает, что может произойти... В нашем архиве это есть? Я тогда попрошу Айну там посидеть поискать информацию. А то эта маска... Ребята, что на посту были, с провалами в памяти и не могут сказать, кто её подбросил. Опять на Веирхо сваливаем?
   - Не знаю, - пожал плечами Власий. - А вдруг не он, а кто-то ещё вошёл в игру? И не всегда же все шишки на Веирхо валить. Его и так жизнь обидела.
   - Тогда пока поспешных выводов не делаем, - подытожил Варнар. - Понаблюдаем, что там дальше будет, а потом разберёмся.
   В кармане у Варнара завибрировал мобильный телефон.
   - Ладно, я тогда на дежурство, там опять что-то стряслось...
  
   16 июля, 8:05.
   1й день 1 фазы.
  
   Ярик высунул из ушей наушники и присел на пенёк. Сердце бешено колотилось, в висках отбивали дробь множество молоточков, а пульс нёсся вперёд с бешеной скоростью. Чувство усталости и страха, а также нечто необъяснимое для парня накатило резко. Собака бегала где-то рядом, трещали кусты от собачьей радости.
   Кружилась голова. Утренняя пробежка не удалась.
  
   Я здесь, я пришел к тебе
   Пришел вопреки судьбе
   С небес льется лунный свет
   Я - зверь, мне покоя нет
   Крадусь в темноте как тень
   В душе проклиная день
   Когда я всего лишь призрак в серой толпе
   Ты помнишь? Давным-давно
   Я жил как во сне легко
   Но раненый кем-то волк
   Вонзил мне клыки в плечо
   И я стал таким как он
   Невидимым ясным днем
   Убийца и злой хозяин в мире ночном - гремело из динамика. Вокруг мир почему-то стал темнее, тени более насыщенными, а черты предметов - острыми и чёткими. Ярик схватился за голову. Парня скрутило, он упал в мокрую траву и отключился.
   ...Пробуждение было неприятным. Солнце слепило, острым буравом в мозг врезались чересчур громкие звуки, запахи вокруг сводили с ума.
   Ярик попытался встать, но свалился вниз, не в силах не опираться на передние лапы. Лапы?!! Власов сфокусировал взгляд на собственных передних лапах. Большие, но изящные, с сизой шерстью и длинными острыми, даже на вид опасными чёрными когтями. На левой лапе едва-едва держатся часы на широкой для оборотня петлёй ремешка.
   Ярик пошевелил ушами, улавливая какой-то шум. Чужаки. Здесь кто-то опасный. Власов с чувством вдохнул прохладный и влажный после дождя воздух. Запах знакомый. Только чей он?
   Власов зашатался и побрёл к источнику запаха и шума. Тело его не слушалось. Тут из-за кустов выпрыгнула собака. Найда. Ярик ощерился. Вроде бы и своя собака, но всё же для волчьего разума чужая.
   Найда прижала уши к голове и тихо заскулила. Ярик насторожено подошёл ближе, снова принюхиваясь. Найда поджала хвост и осела.
   "Что же ты? Это же я, Ярик!" - оборотень горько вздохнул. - "Ты меня не узнаёшь..."
   "Почему нет? Узнаю. Но ты другой".
   "Другой?" - Ярик продолжал удивляться всё больше и больше. - "Это я и сам заметил. А что произошло?"
   "Ты просто стал другим. Это не моё дело," - ответила собака. - "Стань человеком обратно. Нам пора домой. Ну же".
   "Но я не умею!"
   "Ты Сильнейший, но молодой. Ты странный Сильнейший."
   "Что?!" - от логики собаки у человека ехала крыша.
   "Ты ведь сам должен знать. Или нет?"
   "Меня не научили..."
   - Ярослав!
   Ярик рывком повернулся на источник звука.
   Высокий молодой человек в потёртых джинсах и клетчатой хлопковой рубахе. Голос и запах приятные. А ещё от него фонило чем-то неуловимым, но однозначно хорошим. Ярик принюхался. Пришедший располагал к себе. Но можно ли ему верить?
   - Меня зовут Алексей. Можешь звать меня как хочешь. Я не причиню тебе вреда. Но ты ответь только на мои вопросы, а потом уже нападай.
   Вокруг поляны находилось много людей, которые пахли по-разному, но имели одну и ту же приятную нотку, что и Алексей.
   - Ты меня понимаешь, тут всё понятно, - Варнар нервничал, надеясь, что кхаторши этого не заметит. Но Ярик чётко чувствовал волнение. - Ты перекинулся впервые?
   "Да," - кивнул Ярик, надеясь, что его поймут.
   - О, ты и мыслеречью владеешь! - обрадовался Алексей. - Это хорошо. Нам же легче будет.
   Ярик удивился. То, что он сейчас волк, до того говорил с собакой, а сейчас с этим парнем, наводило на жуткие мысли. С ума сошёл и это точно...
   - Как обратно перекинуться, не знаешь, верно?
   "Именно. Но и что вообще происходит, не могу понять тоже."
   - Не переживай, сейчас перекинешься, а там и думать, что дальше, будешь. - Алексей присел на корточки, и теперь его лицо оказалось на одном уровне с мордой Ярика.- Слушай меня внимательно. Сам ты не перекинешься обратно, поэтому я тебе помогу. Делай то, что я скажу, причём именно так, как я прикажу. Иначе будут неприятности. Неправильный переворот - вещь серьёзная, поверь мне на слово.
   Ярик кивнул.
   - Готов?
   "Не уверен..."
   - Понятно. Тогда пойдём другим путём, - пожал плечами Алексей. - Доверяй мне. Я не обижу.
   Рука молодого человека пригладила шерсть на холке.
   - А большой вырос... сильный. Но бестолковый. Надо тебя сейчас в человека превратить, вспомни о себе-человеке, вспомни всё человеческое, вспомни, что держит тебя рядом с людьми...
   В голове калейдоскопом пронеслись мириады образов. Жамевю какое-то, всё знакомое, да вот чужое... А затем появились чужие мысли, из которых Ярик захотел поскорее выпутаться из них.
   Тело заломило. Алексей повис на шее, вцепившись в шерсть мёртвой хваткой. Ярик взвыл дурным голосом, пытаясь отодрать от себя чужие руки. По царапинам от острых когтей на коже Алексея текла ручьями кровь. Она пахла чем-то пряным, а по цвету напоминала светящуюся изнутри киноварь. Алексей зашипел от боли, но контакта не прервал.
   Глаза заполонила сизая дымка, мир пошатнулся и ушел в темноту.
   Ярик обмяк в объятиях Варнара. Его тело закончило перестройку, и теперь в траве лежали голый парень, а сверху крепко обнимающий его тарх. Кхаторши был без сознания, а Варнар тряс головой, как контуженая сова.
   Из кустов донёсся дружный смех группы тархов.
   - Что вы ржёте, кони? - возмутился Варнар.
   Кусты затрещали, и из них вышел Гарнаг.
   - Ты бы себя со стороны видел, - мелко трясся со смеху друг. - У тебя внешность смазливая, он недурен собою, да ещё и голый лежит. Ты верхом улёгся, обнимаешь, как родного. А представь, что подумают люди, случайно подобную картину увидевшие?
   - Чтааа? И такие уже есть? - Варнар рывком подскочил вверх.
   - Врассыпную разбежались, - с улыбкой сообщил Гарнаг.
   - Ты не шутишь? - Варнар схватился за голову. - О боги, какой позоооор...
   - Да не переживай, - Гарнаг похлопал друга по плечу. - Шутка. - Рука сместилась вниз, поглаживая поясницу, а затем поползла ещё ниже. - Или ты теперь так у нас любишь? - тарх лукаво подмигнул.
   Варнар резко отскочил.
   - Ты что творишь?!
   Из кустов вылезли остальные оперативники.
   - У меня профессия такая! Вытягивать всяких необычных талантов из неприятностей! - завопил Варнар. - А ты тут устроил дурдом! Ещё бы ночью подошёл! Нас тогда Айна просто со свету сживёт!..
   Под общий смех оперативников Варнар нашёл на поляне раскиданные рваные тряпки, некогда служившие Ярику одеждой. Вокруг бродила Найда и жалобно скулила.
   - Что с одеждой делать будем? - угрюмо спросил Варнар, разглядывая обрывки ткани. - Не пойдёт же он голый.
   - Так тебе же лучше будет! - захохотал Гарнаг. - Полюбуешься на любовника в костюме Адама. Первозданный вид, так сказать.
   - Надоел, честно, - пробурчал Варнар. Затем он взмахнул левой рукой и изобразил жуткий кукиш из пальцев. Гарнаг резко начал икать.
   - Что... ик... ты сде... ик... лал?
   - Сглаз потом сниму, когда успокоишься. А одежду, наверное, надо бы восстановить...
   Варнар сложил мозаику из лоскутков и подул на них. Образовалась футболка. Та же участь ждала и шорты. Через десять минут бездыханное тело Ярика было одето.
   - Пора бы ему уже проснуться, - Варнар почесал затылок.
   - Домой телепортировать? - спросил Гарнаг.
   - Пожалуй, - ответил Варнар. - А там пусть в себя приходит. Дома кто-то есть?
   - Только сестра, - Гарнаг поманил рукой Вольмара, телепортиста группы. Тарх молча подошёл к Ярику и принялся обустраивать перенос. За счёт того, что Ярик был без сознания, задача усложнялась. Поэтому ни Варнар, ни Гарнаг не рискнули действовать самостоятельно. Щелчок пальцев - и парень вместе с собакой растворились в воздухе.
   - Ладно, ребят, давайте отсюда уходить, - сказал Варнар. - А то подобное сборище в посадке может ненароком испугать мирное население...
  
   16 июля, 10:24.
   1й день 1 фазы.
  
   Ярик поднял голову с подушки. Он лежал на диване в гостиной.
   - Ну и сон же приснился, - пробормотал он. Все эти кхаторши, волки, Алексей... Нарочно не придумаешь.
   "Не сон" - появился в голове приятный женский голос.
   Ярик оторопело уставился на собаку.
   "Да, это я. Чего удивляешься, Сильнейший?"
   - Не сон? Найда... Так что же, я волк?
   "Да, Сильнейший. Ты теперь кхаторши. И многих понимать начнёшь. Только не кричи, Младшая Сильная спит."
   - Ася?
   "Да, Ася. Не мешай её сну. Он волшебный, и приятный для неё. Не мешай. Не рушь."
   - Хорошо, - прошептал Ярик. - Не буду...
  
   16 июля, 12:47.
   1й день 1 фазы.
  
   Виталик никогда не любил крутить фарш. Его раздражала медлительная мясорубка советской сборки, её скользкая ручка, нудная работа. Но маму не переубедить. Сегодня они с отцом, как и всегда по субботним утрам, ушли на базар. А Виталика ожидал кусок мяса, который нужно перекрутить в фарш, чтобы вечером на ужин были тефтели.
   Мама оставила на столе записку с ценными указаниями и ушла, и теперь парень угрюмо завтракал. Настроение, при подъёме хорошее, было испорчено. Надо будет вечером вытянуть на улицу Олега или хотя бы Игоря. Но если Олег может быть где угодно, то Игорь вечно сидит и рубится в ПВ или линейку... Вот попробуй вытяни друга из-за компьютера. Это же равносильно вытягиванию бегемота из болота. Абсолютно неблагодарное и крайне трудоемкое дело.
   Виталик поставил чашку в мойку и принялся за мясо. Чем быстрее справится с неприятными делами, тем быстрее освободится. А он ещё планирует сходить на турник в соседний двор. После того, как парень нечаянно погнул турник в своём дворе, приходилось идти в соседний. Что самое интересное, люди заметили и очень удивились, но не смогли-таки понять, кто это мог сделать.
   Парень взял нож и начал пилить мясо на квадраты, которые смогли бы пролезть в воронку мясорубки. Доска покрылась неживописными кровяными пятнами, а горка нарезанного мяса росла. Виталик о чём-то задумался, сам не понял, а очнулся оттого, что почувствовал на языке что-то съедобное и невыразимо вкусное. Нос почуял приятный запах, от которого захотелось поесть, хотя завтрак был только употреблён.
   Виталик застыл. Медленно вытащил изо рта то, что только лишь увлечённо жевал. Этим чем-то оказался кусок сырой свинины. Виталика перекосило. Он с омерзением рассматривал жёваный кусок мяса, лежащий на ладони. Виталия тянуло доесть, так хотелось. А разум бил тревогу. Мясо же сырое! Это противно, это неправильно!
   Метания бы и продолжились дальше, но разум отошёл в сторонку. Виталик кинулся на мясо.
   Опомнился он, когда обнаружил, что миска с мясом пуста, а он вылизывает окровавленные пальцы.
   Парень с ужасом уставился на руки и на миску.
   - Твою ж ...! - испуганно воскликнул он. Что теперь делать?
   Виталик бегом кинулся мыть посуду и руки. А мозг лихорадочно пытался изобрести, что теперь делать. Что он скажет родителям? Съел полкило сырого мяса? Случайно причём. И с головой у него проблем тоже нет... Да не поверят же ему, а ещё и усомнятся в способности мыслить. Тем более раньше он даже вида крови боялся, не то, что пить её и мясо всырую есть...
   Парень принялся искать заначку. Надо быстро достать полкило свиного фарша. Где его взять? В магазине. Значит, нужно бежать в супермаркет за готовым фаршем и перекрутить его. А потом сказать, что это и есть тот кусок мяса.
   Довольный своим незамысловатым планом, Виталик вышел из квартиры.
  
   16 июля, 12:47.
   1й день 1 фазы.
  
   Артур задумчиво смотрел в окно. К Егору сходить, что ли? Скучно невыносимо. Родители дома, делать нечего, до вечера ещё далеко. Вот что поделаешь?
   На столе лежали коробок спичек и россыпь металлических булавок. Зачем они нужны, непонятно, почему на столе лежат - тем более. Артур грустно осмотрел это подобие натюрморта и поморщился. Как его это раздражает...
   Свиридов принюхался. Это ему кажется, или в комнате запахло серой? Да не похоже вроде бы... Артур сердито нахмурился. И тут произошло нечто непонятное. Коробок мигом вспыхнул и осыпался кучкой пепла. Без дыма. Лишь полыхнул вспышкой и пропал.
   Артур подошёл ближе. Потрогал пепел руками. Вполне материален. Но ведь парень помнил, что минуту назад тут лежали спички...
   - Интересненько, - почесал он затылок. - Или я с ума схожу, или мир вокруг меня. Но мир был изначально не в себе и до моего появления, и для него это нормально. Может и мне сделать вид, что ничего не произошло? Хотя перспектива быть ходячим огнетушителем стоит многого...
   Артур подумал ещё немного, и решил, что один раз - это случайность, а несколько - закономерность, значит надо попробовать ещё что-нибудь поджечь, а там и дальше думать. Талант к пиротехнике - интересная вещь. Почему бы и нет?
   Свиридов сходил на кухню и взял коробку спичек. Что ж, попробуем.
   Первые пять минут Артур не знал, как к этим самым спичкам подступиться вообще, хоть убей, но он не знал, что делать надо. Не тыкать же пальцем и грозно приказывать спичкам загореться. Такими темпами только к психиатру бежать надо.
   Затем Артур на эти самые спички медитировал. Тархи из группы слежки чуть со смеху не попадали и не сорвали всю конспирацию, но парень об этом не знал. И с серьёзной миной пыжился на коробок. Под конец Артур понял, что затея была глупой и провальной и со злостью зыркнул на коробок. И тут-то и наконец он вспыхнул.
   С огоньком и без дыма сгорел и этот коробок. Но тут обнаружилось, что горели не только спички.
   Артур повёл носом, будто ищейка. Ощутимо воняло гарью. За спиной его явно что-то горело. Артур повернулся и испуганно ругнулся. На диване валялся глянцевый журнал. А глянец не только дымит, но и пахнет. Поколотив журнал подушкой, парень сел на диван и схватился за голову. То еле этот огонь вызывается, то еле тушится.
   Вывод напросился вполне логичный. Тренироваться надо. Но как? По поводу необычных способностей нужно проконсультироваться. Читать в Интернете - долго. Надо искать, с кем можно поговорить на подобные темы. И чтобы этот кто-то не удивился и не задавал глупых вопросов.
   Игорь Варивода! Это мастер, знающий о фэнтези очень много. Он вечно читает какую-нибудь бредовую книгу про магов-ведьм-демонов и эльфов-гномов-орков. Вот уж кто проконсультирует! Толкин, Перумов, Олди. Кто там ещё? Так до бесконечности можно перечислять, но Артур подобным не интересовался особо, да и авторов-то особо и не знал...
   Решено. Нужно вытянуть из берлоги Игоря. Артур сел за компьютер и полез в социальную сеть. Надо бы обрадовать Вариводу...
  
   17 июля, 1:24.
   2й день 1 фазы.
  
   Мягкий мох скрадывал шаги. Старые ели не давали свету прибиться сквозь широкие ветви. Ингвар шёл осторожно, стараясь не создавать шума. Тайга приняла гостя равнодушно, но тарх не любил рисковать и привлекать к себе внимание напрасно.
   Через некоторое время менталист вышел на полянку. Среди каких-то грибов на обросшем мохом толстом корне сидела Ася и разглядывала сосновую кору.
   Запах сырости давил, отсутствие света угнетало, но девочка сидела безмятежно, болтая в воздухе ногами. Корень был высоким, и до почвы ноги не касались.
   - Ты пришёл, - девочка медленно повернулась к Ингвару. - Я рада. Игорь, а ты не знаешь, что это за грибы?
   Ингвар пожал плечами.
   - Самому интересно. Тебе не холодно сидеть тут в одной пижаме?
   - Прохладно, но терпимо, - меланхолично сказала Ася. - Сядь рядом. - Это уже звучало не как просьба, а скорее как приказ. Ингвар подчинился. - Тут не летают бабочки.
   - Что? - удивился тарх.
   - Тут не летают бабочки, - терпеливо повторила Ася. Девочка нагло нырнула под руку Ингвара, устраиваясь поудобнее.
   - Какая же ты холодная, - прошелестел тарх. - Руки, как у ледышки. Ноги, наверняка, не теплее. Вот так, малыш, и простужаются.
   Ася поджала ноги, укладывая синие от холода ступни на колени Ингвару. Со стороны, может, это и некрасиво выглядело, но Ингвар плюнул на всё это и подтянул ноги к себе поближе и принялся разминать, разгоняя кровь. Давая лёгкие искорки целебной магии, тарх быстро согрел конечности. Ася же крепко прижалась к Ингвару, прикосновение холодных рук тарх чувствовал и через плотную ткань футболки.
   "За такое её родители могут с чистой совестью меня прикончить, и будут правы, - печально подумал тарх. - Что я делаю? Идиот несчастный..."
   - Не надо так думать, - серьёзно сказала девочка. - Разве ты несчастен?
   - Сейчас я счастлив, но потом меня будет грызть совесть, - вздохнул менталист. - Ты же знаешь, что я чувствую, но ощущая не понимаешь, что это.
   - Разумеется, - кивнула Ася. - Но ты ведь силён, а боишься. Чего, непонятно. Осуждения? Так об этом никто не узнает, да и кто такие люди, чтобы судить тебя? А мне лучше сидеть так, ем замёрзнуть. Я не виновата, что сон привёл меня сюда. Я не хотела. Лучше бы было море, - мечтательно протянула девочка. - Так что не вижу ничего плохого.
   - Не вижу зла, - усмехнулся тарх. - Блажен тот, кто не ведает. Верю. Но не могу так. Мне стыдно.
   - Оставь, - Ася потёрлась о плечо Ингвара, словно была кошкой. - Ты тёплый. Лучше расскажи, почему я вижу такие сны. Почему я здесь. Почему не такая.
   Опять за рыбу деньги! Ингвар замер. Он мучительно пытался придумать, что сказать.
   - Лучше скажи правду, - настоятельно проговорила девочка. - В последнее время я очень хорошо чувствую обман. Недавно я общалась с братом, и он явно мне лгал. Но это дело личное, я не буду рассказывать...
   Ингвар обескуражено заморгал.
   - Я не знаю, что ответить. В плане снов могу лишь сказать, что дело тёмное. Что тебе приснится, никто не знает. А я могу лишь войти в твой сон, когда ты его уже видишь. А цепочка с тобой? Вижу, вижу. Вот я и не знаю, почему именно здесь. Зато могу войти, потому что у тебя мой кулон. А почему ты не такая, - Ингвар поднял глаза вверх, - это потому, что повезло родиться тебе именно тобой, а не кем-нибудь другим.
   - Чем больше ты объясняешь, тем сильнее я путаюсь, - печально сказала Ася.
   - Я сам уже путаюсь. А ты не думай об этом, и всё будет хорошо, - Ингвар провёл рукой по льняного цвета волосам. - Ты живи без забот, пока маленькая, учись использовать новые способности с пользой. И всё у тебя будет хорошо. Вот вырастешь, тогда и суши голову проблемами. Детство на то и детство, чтобы жить с удовольствием, для себя, открывая мир во всех его гранях. Зачем ты зря терзаешь себя? Это не нужно, поверь мне. Так что отложи печаль на потом. А то и мне тоже грустно будет, когда ты расстроена.
   - На потом? - задумалась малышка. - Не думаю, что, когда я вырасту, буду грустить. Ты тогда на мне женишься, а с тобой мне будет хорошо и не грустно. Ты надёжный. И тёплый. И у тебя в голове мысли строем ходят, а не узлами путаются, я даже твою логику понимаю, сама так же думаю.
   Ингвар, перебирающий правой рукой волосы Аси, непроизвольно сжал кулак. Посмотрел на это, и поскорее убрал руку в сторону. Из ладони выпал клок светлых волос.
   - Больно, - флегматично заметила девочка. - Не надо нервничать, а то у меня тогда косички не заплетутся.
   - Прости, - стушевался тарх. - Я не хотел, просто так вышло...
   - Я знаю, - кратко обрубила его извинительную речь Ася. - Не говори. Просто я застала тебя врасплох. А ты привык, что сам так делаешь.
   - Ты права...
   - И именно ТЫ научишь меня всем этим премудростям, - заявила девочка. - Другой учитель не сможет.
   - Почему? - подобное, конечно, льстило Ингвару, но интересна была причина.
   - Я не доверяю столь важное дело кому-либо другому, - с достоинством ответила малышка. Ингвар усмехнулся и выпал из сна.
  
   17 июля, 19:34.
   2й день 1 фазы.
  
   - Да, разумеется. Да, будем ждать. Завтра? Секунду, сейчас запишу. Так, 13:42, третья платформа, понял. Думаю, что она узнает наших ребят. Да, Варнара отправлю. С прошлого раза? Ну, подстригся точно, а больше я не заметил... Да, и квартиру займёт отдельную, не переживайте. На примере Айны мы уже всё поняли. Нет, без соседей. Точно. Разумеется. Нет, не будет. Понял. Тогда до свидания.
   Власий устало положил трубку.
   - Ну что? - спросил Варнар.
   - Да вот, договариваемся с коллегой из Дальнего Востока. Из V пришлют кицунэ. Молтудир, местный глава, очень удивился, когда я озвучил просьбу, - старик одёрнул воротник хлопковой рубашки. В кабинете было душно и темно, как, впрочем, и всегда. Но жара пробралась и сюда. Власий всё время не мог никак добраться до пульта управления от кондиционера, дабы тот работал в полную мощь. А охладительная магия могла ненароком сбить настройки ранее наложенные на комнату заклинания.
   - В нашем регионе кицунэ - редкость. А тут ещё и такая ситуация сложилась... - Власий покачал головой. Со стороны выглядело, будто старик оправдывается перед учеником. - Кто знает, как эту девочку обучать... Но, надеюсь, справимся. А то это уже перебор будет. Завтра возьми ребят и встреть на вокзале лисичку. Я не знаю, как она выглядит, знаком лишь с её начальником. Так что смотри не на внешность, а глубже. Возьми листик, там время записано и мелочи нужные. Всё, не смею тебя задерживать.
  
   17 июля, 19:43.
   2й день 1 фазы.
  
   Айна с трудом вытащила с полки очередной талмуд и протёрла его тряпочкой. Полетела пыль. Девушка с чувством чихнула, едва не уронив тяжёлую книгу. С глаз потекли слёзы. С самого утра тарха практически безвылазно сидела в библиотеке L-ной общины и искала информацию про её теперешнее задание. Ох уж удружила наставница! Вот тебе и стажировка по обмену...
   Пока что ничего стоящего девушка не нашла. Кроме формул различных проклятий и схем проведения ритуалов, которые ей сейчас абсолютно нужны не были. Айна просмотрела оглавление и с тяжким вздохом принялась втискивать книгу на место.
   - Может хронику просмотреть? Или архивные данные? А то совсем бесполезно промучилась весь день... - тихо пробормотала девушка.
   Стеллаж с архивами нашёлся почти сразу.
   - Какие же годы смотреть? - Айна почесала затылок. - Ассанин умер где-то лет сто назад, а жил долго. Личное дело искать надо в другом месте, и то не факт, что найду, он засекречен. Смотреть с 1800-х, что ли?
   Айна извлекла с полки каталог. Ну и бардак же у них в библиотеке. И никто никак не может навести тут порядок. Назначенные на время дежурные стараются сдать библиотеку следующим в таком же виде, как и приняли, ничего не меняя, лишь бы отвязаться. Не могут они назначить отдельного работника в библиотеку. Даже ключ от неё всегда на вахте, а библиотека всегда закрыта. Вахтёр очень удивился, когда Айна попросила ключ от столь непопулярного помещения.
   - Так, раз тут выделены основные события по десятилетиям, то это будет упомянуто и год указан.
   Через некоторое время Айна случайно натолкнулась на имя Ассанина.
   - Так, 1864 год... Где же отдельный файл?
   Ловкие пальцы отыскали картонную папку с некогда синей наклейкой и коряво написанной маркером цифрой 1864.
   - Архивариуса на мыло, - сморщилась Айна. - Хотя, некого и отправить туда...
   Тарха положила папку на стол и аккуратно открыла. В папке ещё советского производства лежали бумаги, которые, казалось, вот-вот в труху развалятся.
   - Чтоб тебя, - прошипела Айна. - Накидали тут туалетной бумаги...
   Девушка принялась за чтение. Ничего особого, обычный для общества тонкого плана год, никаких странностей, гонений и разоблачений. И тут заметка из газеты про скандал помещиков. Она была приколота к пожелтевшему листку, исписанного некогда фиолетовыми чернилами, которые уже были скорее серыми, чем фиолетовыми.
   - "17 июля сего года помещик Златов повздорил с господином Кустодиевым, известным в тонком обществе как Ассанин, после чего оный пообещал Златову большие неприятности, на что помещик ответил хамским смехом," - прочитала Айна. - Ага, устроил, причём капитально... Примечательно, что не только ему... Так-с... "В ссору ввязались также товарищи по службе и ближайшие друзья Златова, Свиридов и Власов." Ага. Так, дальше что там? "Ассанин провёл некий ритуал, после чего оные в течение скорого времени ушли из жизни. ...сын Свиридова, Александр, принялся разыскивать колдуна, дабы отомстить... получил новое проклятие". Далее... ага, получил на три семьи. Обтекаемая формулировка, год далёкого будущего. "Вскоре про проклятие забыли." Это я уже поняла. "Через двадцать лет Ассанин был убит тархом Нифаром в поединке". Это понятно. Так, приписка карандашом... "Описание проклятия смотри в архиве, секция проклятий, сорок седьмая папка."
   Айна вздохнула и отложила папку в сторону. Причина проклятия - хорошо, да вот ей теперь нужна его трактовка... Тарха вытащила из кармана клочок бумаги и написала:
   "Купить пару нормальных папок для архива".
   После этого она провела ладонью над документом. Взяла обычный лист А4, провела рукой и над ним. Заклинание-аналог сканера и принтера у тархи получался хорошо. Айна вложила новый документ в свою кожаную папку на резинках, принесенную специально для этой цели.
   Теперь девушка принялась искать сорок седьмую папку среди других на стеллаже с описаниями проклятий. Айна вновь пронзительно чихнула. Пыль! Как же тут пыльно! И тарха вытянула нужную папку, размышляя лишь о генеральной уборке в библиотеке.
   На картонной папке кроме чёрной наклейки с нарисованными штрихом белыми цифрами (а почерк уже другой, хотя тоже не менее корявый...) обнаружилась подпись чёрной гелиевой ручкой "Ассаниново проклятие". Внизу приписка карандашом. "Раньше начала 21 века психовать не надо". Чувство юмора у подписавшего есть.
   В папке лежал ворох документов. Часть была рукописная, а часть напечатанная на принтере. К таким бумагам скрепкой прикреплены фотографии оригинальных документов. И цветные, и черно-белые. Айна скопировала все документы и вернула эту папку на место. Дома придётся поработать с копиями. А сейчас... Сейчас Айна уже слишком устала. Чтобы продолжить работу, нужно быть отдохнувшей, а не дохлой. Да и пыль эта...
   Айна вытянула из кармана сумочки мобильный телефон. Было уже около девяти вечера. Да, засиделась она... С самого утра...
   Девушка набрала номер Варнара. Тот взял трубку практически мгновенно.
   - Алло?
   - Варнар, это я, Айна. Ты дома?
   - Нет, - ответили ей. - Буду ближе к одиннадцати.
   - А Гарнаг?
   - Тоже нет. Мы с ним вместе. Айна, солнышко, умоляю, когда вернёмся, сваргань что-нибудь на ужин... Мы сутра с Гарнагом немного подкрепились и холодильник опустел слегка...
   - Ладно, - устало сказала Айна. - Тогда буду ждать. Что на ужин хотите, вы, разумеется, не скажете. Верно?
   - Ага.
   - Тогда готовлю на своё усмотрение, - пробурчала девушка, бросая трубку.
  
   18 июля, 13:42.
   3й день 1 фазы.
  
   Поезд со скрежетом остановился.
   - В каком вагоне она должна приехать? - спросил Варнар, прищуриваясь. Солнце сегодня жарило немилосердно, рубашка тарха промокла насквозь, волосы слиплись и лежали паклей.
   Айна спрятала почти пустую полулитровую пластиковую бутылку с газированной водой в сумку. Сегодня девушка облачилась в хлопковый белый сарафан. Длиной до середины щиколотки, с вышивкой по подолу и на ободе декольте. Под грудью Айна повязала жёлтый кушак в тон босоножкам без каблука.
   - Шеф говорил, что вроде бы в пятом. Но мы должны её узнать. Внешность будет запоминающаяся. Или просто суть видная.
   - Тоже верно. Где там пятый вагон?
   Айна осмотрела поезд.
   - Тьфу, колымага ржавая, - сморщилась она. - Хоть бы снаружи подкрасили... А пятый вагон там.
   Двери открылись. Из поезда начали выходить люди. Но никого, кто мог бы быть кицунэ, пока видно не было. Когда пятый вагон практически опустел, оттуда шагнула изящная тёмноволосая девушка. Хитрые узкие глаза, высокие скулы, тонкие губы и брови вразлёт.
   - Она? - спросил Варнар шёпотом.
   - Похоже, - ответила Айна, направляясь к девушке.
   Лисица с лёгкостью взяла объёмный чемодан и шагнула навстречу Айне.
   - Хайти, - кицунэ протянула тонкую кисть с длинными чёрными когтями. Далеко не человеческими. - Вы ищете лису. Это я.
   - Айна, - кивнула девушка. - А он - Варнар.
   - Рада, - лисица деловито вручила тарху чемодан и направилась за Айной прочь от перрона. - А теперь едем к Власию. Мне нужно сказать ему пару слов. Чемодан везите сразу в нору.
   Айна поразилась наглости кицунэ, но промолчала. Не хватало ещё нарваться на конфликт с востоком.
  
   18 июля, 16:11.
   3й день 1 фазы.
  
   - Оль, а ты не думаешь, что с твоим стрижом? - вертлявая Мари не могла спокойно усидеть на стуле. Сейчас она и Таня Стрелецкая заседали в гостях у Оли, напросившись на чаёк и мороженое. Оля орудовала чайником с кипятком, Таня выкладывала на тарелку песочное печенье и вафли. А Мари работы не хватило. После того, как Юртаева в порыве старательности и стремления помочь чуть не разгромила полкухни Оле, хозяйка старалась посадить взбалмошную подругу в уголок на стулочку, чтобы кривые руки и беспокойный зад ничего не задели. И локти-колени тоже. Мари всегда могла что-то выкинуть. Вроде бы и идёт прямо, нормально, но вместо дверного проёма впечатывается в дверной же косяк, а потом ойкает и растирает ушибленную ногу или пострадавшее плечо. И это при том, что проём ничем не загорожен и большая его часть не удостоилась принять неосторожное тело Марии. Или несёт чашку, обязательно потом пол оттирать, потому что дорожка кофейная осталась. А липкий сладкий пол - удовольствие сомнительное.
   - А что не так с моим стрижом? - не поворачиваясь спросила Ольга.
   - Он или спит так не по-птичьи, или сдох, - Мари осматривала клетку с птицами, стоящую на подоконнике. У Черногоры дома жили птицы. Стриж, щегол, канарейка и Тоша, которого до сих пор определить к единому птичьему виду не удосужились. И это всё в одной клетке, пусть и большой. По утрам в Олином доме стоял невероятный шум и весёлая симфония птичьих голосов. Она, правда, больше походила на какофонию. Соседи возмущались, на это Оля обычно разводила руками. "Как музыку громко слушать, устраивать гулянки до утра и трахаться громко, как ничего, а как птички поют, так конец света. Собаке бы из квартиры снизу пасть заткнули, а то воет громко. Этоисты!" - как бы мельком замечала Оля, а подруги с этого падали со смеху. Верно ведь, не проблема...
   - Сдох? - Оля повернулась вместе с чайником.
   - Э-э-э, - замахала руками Мари. - Ты мои лавры не забирай, зальёшь нас тут сейчас кипятком... А стриж как-то неправильно себя ведёт! Вон, птицы все бесятся, а он враскоряку...
   - Ну... Это же Чивка. Мало ли... - засомневалась Ольга.
   - Как раз тема для чаепития - дохлые птицы, - закатила глаза Таня. - Вы бы ещё о морге поговорили.
   - Эксгумация не есть хорошо, надо сразу кремировать покойника, - с видом великого академика всех времён и народов заявила Мари.
   - Маш! - скривилась Таня. - Ну что ты мелешь?
   - Муку, сплетни, глупости на любой вкус, - ухмыльнулась Юртаева. - Продам оптом и в розницу. Акция, сегодня в полцены!
   - Маш! - спокойно сказала Оля.
   - ... а ещё к этому вредный характер в комплекте с редчайшей неуклюжестью, а ещё...
   - Маш! - повторила Оля.
   - ... и перья, не входящие в комплект...
   Так бы Маша и щебетала, но у Ольги закончилось терпение.
   - ЮРТАЕВА! Чтоб тебя через хвост на об стеночку! Заглохни хотя бы на минуту.
   Мари пристыжено утихла.
   - Может чаёк пить будем?
  
   18 июля, 17:27.
   3й день 1 фазы.
  
   - И в этой дыре мне предлагают жить? - нахмурилась наглая кицунэ, едва шагнув за порог приготовленной квартиры.
   - Извините, Хайти, но что вам не так? - первым из ступора вышел Варнар.
   - Эта нора не подходит, - надменно сказала Хайти. - Она слишком маленькая и тесная, причём сильно освещена.
   У тархов синхронно вытянулись лица.
   - В смысле? - Айна попыталась придать фразе вежливости и доброжелательности. Но это была только попытка. На самом деле тархе хотелось лишь набить наглой лисице рыжую морду и выдрать пушистый хвост. Наверняка эта нахалка была чернобуркой, и шуба из неё вышла бы очень даже... Или хотя бы воротник...
   - Прекрати паясничать, - заявила Хайти. - Как бы я тебя не раздражала и как бы ты не пыталась это скрыть, я всё чувствую. И в твоих интересах не делать предосудительных вещей и вызывать моё недовольство. Или твоя цель - дипломатический скандал?
   Айну перекосило от злости.
   - Ладно, моё личное отношение к вам - моё личное дело, и к работе это не относится, - хладнокровно произнесла она. - А вы лучше объясните, что именно вам не нравится в квартире, которую мы вам предложили.
   - Она маленькая, - сказала кицунэ.
   - Пять комнат в нашем регионе - большая квартира, - парировал Варнар. - Отдельных особняков у нас нет, да и внимание привлечём...
   - Она слишком светлая.
   - В вашем распоряжении множество штор на ваш вкус, - не сдавался тарх. - Если вам слишком много света - зашторьте окна.
   - А район? - у лисы уже заканчивалось терпение. Но Варнара это мало волновало. Он спокойно продолжил.
   - Район хороший, престижный, соседи мешать не будут.
   - Но... ну... не... - растерялась кицунэ в поиске весомых аргументов. Но найти эти самые аргументы она не смогла. - Ладно. Уходите, я буду обживаться.
   Когда Айна и Варнар вышли из квартиры, девушка спросила у спутника:
   - Как ты так её уломал?
   - Большой опыт работы с капризными и не очень девицами, - многозначительно развёл руками тарх
   - Опыт работы? - возмутилась Айна.
   - Именно, дорогуша, - ответил Варнар. - Именно.
  
   18 июля, 18:16.
   3й день 1 фазы.
  
   Ира Полянская вошла в дом, с силой хлопнула дверью, откинула куда подальше сумочку и расшвыряла туфли в разные стороны.
   День прошёл отвратительно. Они с Олегом пошли в центр города погулять. Зашли в кафе, прошлись по парку. Всё хорошо. Но тут возникла какая-то девица, по мнению Иры, швабра с тонной макияжа на лице, неестественная до ужаса. И одета пошло и безвкусно. Да и лифчик у неё явно с поролоном. А у Олега на неё слюнки текут. Довольно долго взгляд парня на Ире не фокусировался, да и общался он с Полянской вяло. Это дико бесило девушку.
   К тому же, когда они сидели в кафе, Ира случайно увидела, что у Олега клыки увеличились и ногти потемнели и на когти походили. Сам он не заметил этого, а Ира теперь терзалась - это преломление света из-за жары, у неё галлюцинации или дело в самом парне? И ведь не хочется знать, что с ума сошла. Это портило настроение окончательно.
   На зеркале в прихожей висела записка, где мама предупреждает, что они с отцом решили съездить в гости к знакомым и вернутся или поздно и пьяные до чёртиков, или утром и с похмелья. Этот факт Иру не расстроил. Хоть в тишине и покое побудет. А то в последнее время Иру раздражали и родные, и знакомые, и даже случайные люди. Хотелось посидеть одной и собраться с мыслями.
   Обычно плохое настроение Ира лечила приятным образом. Она набирала в ванну воду, добавляла туда эфирных масел и расслаблялась. Но подобное она позволяла себе лишь тогда, когда домашних не было.
   Ира подумала, правильно ли в жару заседать в кипятке, но прихоть с разгромным счётом победила голос разума, и девушка открыла кран.
   Вода шумела, а Ира рылась в шкатулке с эфирными маслами, дабы найти что-нибудь, соответствующее ситуации. Перебрав дюжину пузырьков, Полянская выбрала вкусно пахнущий цитрусовый сбор.
   Лёгким взмахом руки девушка налила в воду масло и отправилась искать чтиво. Как-то скучно было ей сидеть в воде и просто мечтать. Но это сначала. А потом она отложит книгу и расслабиться по-настоящему.
   Ничего интересного под руку не попадалось. Ира вздохнула, и схватила первый попавшийся журнал. Старый, ещё прошлогодний. Какая разница, собственно?
   Скинув одежду, Ира аккуратно окунула в кипяток правую ногу. Пошипела - а то водичка сильно жжётся, и рывком продолжила погружение.
   Вода обжигала, но не больно, а скорее приятно. Ира со стоном прогнулась и откинула голову назад, на бортик. Взяла журнал. Бредовый, с картинками и какими-то неинтересными статьями. Полянская отложила чудо редакторской фантазии и прикрыла глаза.
   Теперь можно было бы и предаться анализу. Но ничего в голову не лезло. От жизнерадостного аромата цитруса девушку разморило. Под потолком витал пар, запотело зеркало, бодрость куда-то испарилась.
   Ирина осмотрела воду из-под опущенных ресниц. Корабликов не хватает, мелькнула глупая мысль. Некоторое время Ира усердно от неё открещивалась, но всё же не отказалась от лишённой смысла идеи.
   Плотные страницы вырывались с трудом. И сгибались еле-еле. Но кораблики, кривые-косые, вскоре плавали по водной глади. Глянцевые страницы размокали не сильно, и корабли давали надежду на долгий срок службы.
   Веки тяжелели. Жутко хотелось спать. Ну ещё чуток, пусть вода чуток остынет, потом вылезу и спать, - уговаривала себя Ира. Но момента, когда ушла в объятия Морфея, Полянская не заметила.
  
   18 июля, 18:43.
   3й день 1 фазы.
  
   Оля выпроводила гостий и облегчённо выдохнула. Как её всё это утомляло...
   Перед телевизором с вазочкой пломбира с орешками и шоколадом сидеть хорошо. Но всё равно не давали покоя слова Мари.
   Стриж сдох. Как неромантично. Вскоре у Черногоры закончилось терпение. Она направилась на кухню, чтобы убедиться, что Мари была неправа, а это всё её длинный язык, который не позволяет хозяйке умолкнуть ни на минуту.
   - Чивка! - Оля аккуратно тронула лежащую в неестественной позе птицу. Но стриж всё же был холодный и твёрдый. - А ведь и правда помер...
   Оля прижала к груди трупик и заплакала. Все птицы попадали к ней в дом не из зоомагазина, а тогда, когда их больными находила на воле сострадательная Ольга. У Чивки когда-то была перебита лапка. Сколько усилий было приложено, все не верили, что выживет, а Оля верила. И так радовалась, когда он потом начал ходить и летать. Она отпускала птицу на волю, но стриж возвращался. А теперь...
   Слёзы тугими каплями скатывались по серому оперению. Оля гладила мёртвую птицу и шептала что-то невнятное. Утешить сама себя она не могла, лишь просила у стрижа прощения. Непонятно за что, но так ей становилось легче.
   После этого Оля положила птицу в клетку.
   - Завтра будут тебе похороны, Чивка, - грустно сказала она, смахивая с лица слёзы.
   Оля убежала из кухни в ванную умываться. Зашумела вода, сквозь которую прорывались глухие всхлипы и сдавленный стон.
   А тем временем глаза стрижа открылись. Красные и неестественные. Чивка поморгал, пошевелил лапами и поднялся.
   В этот момент в комнату вошла Оля. Она тихо охнула и протёрла глаза.
   - Буду считать это чудом... Спасибо, кто бы это ни был... - пролепетала она.
  
   18 июля, 21:34.
   3й день 1 фазы.
  
   Ире снилось, будто она рыба. Маленькая, плавающая по пруду. Ничего феноменального и необычного в этом сне не было, но он был тесно связан с пробуждением и дальнейшим развитием событий.
   Приглушённые водой звуки в ушах и то нарастающий, то убывающий гул не могли дать понять, что происходит. Шее было щекотно, а на виски давило. Движения давались с трудом, тело тянуло вверх, выталкивало, и отторжённые конечности всплывали. Но спина и голова не торопились на воздух. Удивлённая Ира открыла глаза. И замерла.
   Девушка очень любила нырять. И это получалось у неё мастерски. А дыхание задержать Полянская могла почти на две минуты. Поэтому в гостях у бабушки Ира всегда отправлялась на озеро ловить раков. Правда чистить их патологически не умела, но это дело наживное...
   И сейчас пред затуманенным взглядом предстала обычная подводная картина. Но ведь получалось, что Ира спала, окунувшись в воду с головой! Как же тогда она дышала? Тут ступор прошёл, и до организма дошло, что он под водой и не дышит уже давно. Ира с глухим хрипом рывком села в ванне. Громко отдышалась, испуганно осмотрелась. Вода уже успела остыть, а кораблики, хоть и порядочно размокли и разбухли, но всё еще держались на плаву.
   Ира отвела мокрые волосы за уши и с изумлением провела руками дальше по дуге. Там что-то было. Девушка с ужасом вскочила и кинулась к зеркалу.
   - Какого хрена? - прошептала она. - Что это?
   За ушами у Полянской шевелились синюшные жабры. Ира схватилась за голову и опрометью кинулась вон из ванной комнаты.
   Оставляя за собой мокрые отпечатки ног, девушка побежала к большому зеркалу в коридор. И ахнула. Жабры никуда не исчезли, хотя и побледнели. Но это полбеды. Вдоль изгибов тела серебрилась мелкая чешуя. Плотная, как кольчуга, она переливалась в электрическом свете.
   Ира потёрла виски и грузно осела на пол. Чешуя бледнела и норовила исчезнуть, но жабры лишь поблекли и замаскировались. Видимо, Полянская сошла с ума, иначе она не могла этого объяснить.
  
   18 июля, 23:41.
   3й день 1 фазы.
  
   Ингвар шёл по аллее цветущих яблонь. Изумрудная зелень, нежные цветки. По воздуху летают пчёлы. И бабочки. Поют птицы, гудят насекомые. По воздуху витает лёгкий аромат, сладкий, приятный. Он напоминал Ингвару далёкое детство.
   У его деда тоже был яблоневый сад. Большой сад, красивый. Дед и пчёл держал. Улики были конической формы, со смешными крышами. И стояли они между яблонями. Когда деревья цвели, Ингвар стремился в сад. Но тогда это был не Ингвар, а Игорёк. Маленький рыжий мальчик, нескладный, но милый. И он бежал в сад, где пахло цветами и мёдом. Игорёк часами валялся в молодой траве и слушал гул пчёл и вдыхал эти ароматы. Любил мальчик быть в саду и летом, когда в тени деревьев хорошо было прятаться от зноя.
   А как тут было прекрасно на Спас! Всё тот же запах мёда, смешанный с запахом спелых яблок. Когда плоды перезревали, они падали с ветвей и разбивались. От удара падалица трескалась, источая вкусный яблочный запах. И тогда Игорёк, знающий, что на дереве яблоки пока ещё кислые, собирал падалицу и шёл в гости к пчёлам. Мальчик просто руками открывал крышку улика и проводил яблоком вдоль сот. И ел сладкое яблоко. А потом облизывал грязные и липкие от вмешательства в жизнь пчёл руки. Они тоже были в меду и тоже были очень сладкие.
   Иногда Игорёк оставлял яблоки в улике на ночь, перед этим попросив пчёл обмакнуть плод в мёд. А потом приходил утром и забирал яблоко. Оно становилось очень вкусным. Внутри, словно начинка, тёк жидкий мёд. Неизвестно, как пчёлы это делали. Но мальчик не думал, он ел. И платил услугой за услугу. Игорёк приносил пчёлам тарелочку с яблочным повидлом или сахарным сиропом и ставил около улья.
   Матушка всегда пугалась за Игорька. А родные удивлялись, как это он может лезть голыми руками, лохматый и с неприкрытым лицом к пчёлам. И как после этого его не кусали. Ни разу за всю жизнь. Дед на это лишь усмехался - понятно, кому он завещает пчёльню и сад. Да и знал дедушка, что у мальчика есть способности к менталистике. Сам он был тархом, отрёкшимся от силы, и не был удивлён, что у мальчика проявились способности. А животные тархов любят.
   Однажды соседский мальчик Андрейка увидел, как Игорёк лезет в улей. И решил, что пчёлы его не трогают, потому что он маленький. И тоже влез в улей. Мальчика еле откачали. Андрея сильно покусали пчёлы, он потом недели две пластом лежал, а потом долго боялся в яблоневый сад ходить яблоки воровать и мёд видеть не мог. Даже в старости Андрей помнил и пчёл, и яблоки.
   - Игорь!
   Голос Аси выбил из Ингвара всю ностальгию.
   - Ты стал и замер, - сказала девочка. - И я видела твои воспоминания. Ты такой старый! Это же очень давно было. Но интересно очень.
   Ингвар улыбнулся.
   - Тебе понравилось?
   - Очень! - с восторгом воскликнула Ася. - Я тоже теперь хочу яблок с мёдом!
   - Ну, дождись Спаса и угощайся, - просиял Ингвар.
   - Так это же не то будет, - поникла Ася. - Дома будет магазинный мёд и покупные яблоки. А это совсем не окунания яблок в улики.
   - Тоже верно, - согласился тарх.
   - И я ведь даже не знаю, смогу ли я так делать, когда вырасту, - девочка подошла к Ингвару, обняла его за талию и уткнулась лицом в живот. Выше она бы просто не достала бы.
   Тарх растерянно начал гладить девочку по волосам.
   - Не переживай, - заверил он Асю. - Всё у тебя будет хорошо. Просто верь в это, и всё будет, как надо.
   Ингвар выпал из сна с улыбкой. Всё же с малышкой приятно общаться.
  
   19 июля, 9:44.
   4й день 1 фазы.
  
   - Знаешь, меня эта девочка просто убивает, - сказала Хайти, вольготно расположившись в кресле. Собственно, присесть туда ей никто не предлагал, равно как и приглашать никто не торопился, но наглая кицунэ всё делала по-своему. Лисица явилась в кабинет к Власию ещё до того, как там появился его хозяин. Тарх вошёл в комнату и застал Хайти за рассматриванием документов, ей не предназначенных. Но всё же сдержался и виду не подал. И теперь выслушивал подобие отчёта в вольной трактовке этой плутовки.
   - А чем же? - спросил тарх.
   - Пока что я не стану с ней знакомиться. Сначала понаблюдаю за ней хорошенько, а там уже разберёмся, - гладко говорила лисица. - Она так смешно реагирует на вещи, которые очевидны. Очень необычно и очень потешно. Она примеряет маску, хотя и очень боится этого. Делает это потому, что интересно. И никакого чувства самосохранения. Если бы перестройка организма на лисий была бы медленнее, а времени у нас больше, то, уверена, она бы и сама справилась. И без постороннего вмешательства и помощи. И без обучения даже. Девочка умная, наши будут рады подобной сестре.
   - Понятно, - угрюмо кивнул Власий. - А причём тут я? Вас же попросили помогать Василишиной и учить по своей системе и по своему усмотрению.
   - А я предупреждаю, что всё это займет время, - протянула Хайти. - Чтобы вы меня не понукали и не ругали. А то знаю я вас, тархи. Нетерпеливы вы очень.
   - Хорошо, не буду, - заверил её старик.
   - Это хорошо, что хорошо, - согласилась лисица. - А ты, - она нагло ткнула пальцем в сторону Власия, - не смей мне мешать и заруби себе на носу - для нас это ценная сестра. Она очень талантлива, и мы не собираемся её упускать.
   С этими словами Хайти поднялась с кресла и вышла.
   Власий тяжко вздохнул. С какими только сотрудниками работать не приходится...
  
   19 июля, 10:03.
   4й день 1 фазы.
  
   - Ингвар! Алло, Ингвар! - рычал в трубку Ратмир.
   - Да... - голос тарха был очень странный. Ратмир скривился. Неужели Ингвар пьян?
   - Ты где?
   - Я? Дма... - протянули по ту сторону провода.
   - А ничего, что на работе должен быть?
   - О... - растерялся Ингвар. - Ртмир, бдь дргом, скжи, что я зблел...
   - Ты что, сутра колдыришь, гад ты такой? - прошипел Ратмир. Дело пахло спиртом.
   - Ртмир, ну оствь, мне так плхо...
   - Так, Ингвар, подожди, я скоро буду у тебя, - сказал Ратмир и бросил трубку. - Ребят, мы с Ингваром сегодня в отгуле, вызвоните кого-нибудь, пусть заменят, а то у Рыжика что-то стряслось, он пьян в стельку.
   Следящая группа, ждавшая Ингвара, прежде чем отправиться работать, переглянулась между собой. Ратмир виновато улыбнулся и развёл руками.
   - Абрей, будь другом, кинь меня домой к Ингвару, - обратился он к телепортисту группы. Тот кивнул и жестом выкинул Ратмира на кухню к Ингвару.
   Ратмир приземлился на корточки. Медленно встал, осмотрелся.
   - Полный сюр, - заключил он.
   Картина, представшая пред тархом-универсалом, была просто ужасающая. То, что в кухне было крайне неубрано, то ничего. Ингвар особо и аккуратностью не отличался, это вам не Ирдес, который дом держал в идеальном порядке, в отличии от мыслей. Ингвар обычно мог допустить бардак в квартире, но в люди выходил в одежде выстиранной и глаженой, а в голове у менталиста всегда царил порядок.
   Посреди кухни, не прибранной уже недели две, за заляпанным кофе и кетчупом столом, сидел на хлипкой табуретке Ингвар. Одет он был лишь в драные и грязные спортивные штаны, которые обычно ненавидел одевать, предпочитая брюки или хотя бы джинсы. Тарх сидел у самой стенки, не менее грязной и замусоленной, и методично бился об эту стену головой, что-то бормоча себе под нос.
   На столе стояла литровая бутылка дешёвой водки, выпитая почти полностью, рядом валялся поломанный руками чёрный хлеб и нерезаный репчатый лук, лежащие просто на столешнице, без тарелки. На столе также лежала кучка соли, небрежно насыпанная просто так. Завершали картину надкусанные яблоки сорта семеренко и мёд на выщербленном блюдце.
   Под потолком хаотично летали яблоки, пустые коньячные бутылки и мобильный телефон тарха.
   Ратмир заглянул под стол. Там валялись три пустые бутылки из-под всё той же дешёвой водки и две непочатые. Ратмир покачал головой и сел на стул напротив Ингвара. Хозяин тарха не заметил.
   - Ингвар, - окликнул друга Ратмир. Но Ингвару было всё равно. Он продолжал методично биться головой о стену и что-то иступлено шептать. - Ингвар!
   Ратмир толкнул Ингвара в плечо, но тот даже не обратил на это внимания. Ратмир поморщился. Очень похоже на то, что сейчас будет очень трудно вывести друга из прострации.
   - Игорь! - взревел Ратмир, ударяя Ингвара кулаком в ухо. Голова пьяного тяжело упала на стол, издав глухой стук. Ингвар вздрогнул и поднял затуманенный взор на Ратмира.
   - Ртмир?
   - Да, дружище, - успокаивающе сказал Ратмир. - Ты в состоянии прийти в себя, или мне вмешаться?
   - Н ндо... - проговорил Ингвар. - Мне очнь плхо, я хчу збть... каак стдно...
   - Что произошло?
   - Нлей! - дрожащим голосом сказал менталист. Ратмир почувствовал разлитую вокруг тоску, утопленную в стойком запахе перегара.
   - Тебе хватит, - твёрдо сказал Ратмир. - Ты и так уже свои способности не контролируешь, так же весь подъезд ни с того ни с сего будет мучиться угрызениями совести и глухо тосковать. Хватит, а? давай ты проспишься, а потом выговоришься?
   - Нет! - завопил Ингвар, протягивая трясущуюся руку к бутылке. Неловкое движение - и она опрокинулась, заливая водкой стол.
   - Вот тебе и дезинфекция стола, - печально сказал Ратмир.
   - К чртям дзнфкщию! - махнул рукой Ингвар. - Дствай ищщё бтлку!
   -Тебе хватит, кому говорю! - настойчиво повторил Ратмир.
   - Нет, ищщё!
   - Я тебя сейчас вырублю, будет тебе такое ищщё! - рассердился Ратмир.
   - Э неее! - рассмеялся Ингвар. - Ты не вырбшь мнтлиста прсто так, без вмшательства в рзум, а у меня блки мщные стъят... У тбя смго глва птом блеть бдт!
   - Талант не пропьёшь, но буянить и стараться пропить этот самый талант не надо! - поучительно сказал Ратмир. - И вообще, как ты это пойло употреблять можешь?
   - Ртом! - хрипло закаркал Ингвар. - Толко ртом! Не ... же!
   - Не надо грубостей. Почему ты ничего более качественного не мог выпить? - спросил Ратмир.
   - А кньяк кнчился... - сообщил Ингвар.
   - У тебя же дома бутылок пять было, - растерялся универсал. - На чёрный день и случай прихода гостей. Как так?
   - А я всё пть впл! - Ингвар вновь упал лицом на грязный стол.
   - Горе ты... луковое, - выдохнул Ратмир, глядя на лежащий на столе лук. - Шёл бы ты проспаться. Давно колдыришь?
   - Как врнулся, пнял, что хренво и хрпнул кньичку, - припомнил Ингвар.
   - А где ты был? - осторожно поинтересовался Ратмир, наблюдая за попытками менталиста открыть бутылку. Вскоре у тарха кончилось терпение, и он открыл бутылку при помощи магии, после чего выпил десятую часть бутылки просто из горла и с хрустом откусил лука, предварительно окунув его в соль.
   - Ты тже выпй! - предложил Ингвар, протягивая другу бутылку. - А я в сон к Асе хдил. И врнулся утром.
   - Это ты из-за неё так расстроился?
   - Неее, - замотал головой Ингвар. - Это из-за меня.
   - Ты её расстроил? - попытался угадать Ратмир.
   - Неее, - поморщился Ингвар. - Она нааброт, в встрге. Прсто ты же видел её. Эт же англ во плоти. Свтая прстота. А я себя свлочью чвствую.
   - Чего так?
   - Ей семь лет. А я этот, как его... ну, который детей лбит...
   - Педофил?
   - Да! - радостно воскликнул Ингвар, вновь прикладываясь к бутылке. - Ей общтся, а у мня встёт. Сил нет прсто...
   - И из-за этого ты так страдаешь?
   - Ага. Мне же стдно!
   - А это только на неё?
   - Дда.
   - Так чего ты переживаешь? - удивился Ратмир. - Она же тарха. У неё магия в крови. Ты просто подожди, пока подрастёт, и всё хорошо будет!
   - Нее, ты не пнимаиш! - воскликнул Ингвар. - Ей смь лет, а мне чтриста шсят два. Во сколько рз я её стрше?
   - Потом разницу чувствовать не будете, - махнул рукой Ратмир. - А ты тут страдаешь. Вот что же ты за шляпа, Рыжик? А ведь менталист же! Психолог!
   - Н нзвай мня Ржиком! - заорал Ингвар.
   - А ты не веди себя, как идиот, - осадил его Ратмир. - Иди проспись и перестань терзаться, а! Отоспишься хорошенько, приведёшь себя в порядок, сними кого-нибудь и успокойся, а не сопли разводи и водку жри! Совсем чокнулся.
   - Ннну знъешь ли... - протянул Ингвар и вновь упал лицом на стол. Через полминуты он засопел, а вскоре и мощно захрапел.
   С кряхтением Ратмир поднял друга под руки и волоком потянул его в спальню.
   - Что же ты, Рыжик, такой тяжёлый, - причитал Ратмир, перетягивая тело через порожек, отделяющий коридор от спальни. - Алконавт неудачливый...
   Коридорная ковровая за ногами Ингвара скукоживалась и шла буграми. Ратмир, будучи ростом ниже Ингвара, то и дело запинался о его ноги и предметы мебели, попадавшиеся на пути.
   - Зараза долговязая, - с отдышкой произнёс Ратмир, уронив Ингвара на кровать. Тот перевернулся на спину и по-богатырски мощно и громко захрапел.
   Ратмир подложил другу под голову подушку и укрыл его махровой простынью.
   Взяв с полки какую-то книгу, Ратмир направился в гостиную посидеть в кресле. Но на полпути передумал и зашёл на кухню, чтобы убрать следы слабости Ингвара.
  
   19 июля, 12:51.
   4й день 1 фазы.
  
   - Не думаю, что будет плохо, если мы завтра сходим на шашлыки, - пожал плечами Артур. - На дачу съездим, как раз погода хорошая. Речка, мясо, костерок...
   - Я не против, - философски подметил Егор. - Но это же я. А ребята, может быть, ещё с прошлого раза переживают.
   - Ты за Рапуту? - поинтересовался Артур.
   - За него, чтоб ему икалось, - подтвердил Егор.
   - Да что ты переживаешь, - махнул рукой Свиридов. - Это когда было.
   - Ну не скажи, - пожал плечами художник. - Я до сих пор иногда вздрагиваю, когда вспоминаю эту рожу...
   - Нашёл повод для расстройств, - фыркнул Артур. - Тогда я обзваниваю ребят.
   - Звони, - кивнул Егор.
  
   19 июля, 13:17.
   4й день 1 фазы.
  
   Фаина Петровна сидела на лавочке в теньке от раскидистого куста сирени, в обычной для себя компании таких же пенсионерок. Старушка была самой активной разносчицей и выдумщицей сплетен, и теперь она усердно делилась информацией с товарками.
   - А всё равно, интересно, что же это за девица, Алёна которая, и откуда она взялась, - проговорила Фаина Петровна. - Уже который день понять не могу, зачем она вообще туда переехала. И с кем именно - с Алёшей или с Антоном - спит. Не разу же не слышала, чтобы что-то было. Пока она не появилась, часто девицы разные у них бывали. Шумели по ночам так, что стёкла дрожали. В наши-то времена так кричать нехорошо было... Ох уж эта современная молодёжь развращённая...
   - Да, - закивали остальные бабушки. - Очень развращённая, очень.
   - И ведь действительно интересно, - вздохнула Фаина Петровна. - Ну чем это всё закончится и как долго Алёна с ними проживёт. Вдруг кто-то из мальчиков решит остепениться и Алёну замуж возьмёт. Ну с кем же она спит...
   Тут Фаина Петровна замолчала. В подъезде кто-то шумел и топал. Подозрительно знакомые были голоса. Вскоре из подъезда чуть ли не бегом вылетела обсуждаемая троица Алёна - Антон - Алексей. Они переругивались на ходу и куда-то явно опаздывали или торопились.
   - По бабам меньше шляться надо было, чтобы потом голова не трещала, - сердито выплюнула Айна.
   - Айна, ну надо было очень, - оправдывался Гарнаг. - У нас организмы молодые и здоровые, да и не монахи же мы... А то, что вернулись к обеду, так это только потому, что не сразу поняли, где именно находимся...
   - И мы почти не пили, - встрял Варнар. - А ты на нас орёшь. Что мы тебе, мужья? Зачем так разоряться?
   - Воспитываю я вас, обалдуи! - сказала Айна. - Что шеф с вами делать будет потом...
   Дальнейший разговор бабушки не слышали, так как троица свернула за угол, не прекращая ссориться на ходу.
   - Похоже, что ни с одним из них не спит, - заключила Фаина Петровна. - Мож сестра чья-то?
   - Странное сокращение для имени Алёна - Айна, - задумчиво выдала Антонина Ивановна, сухонькая бабушка в цветастом жёлтом платке, после небольшой паузы. - Вам так не кажется?
   - Действительно, - поддержала её Ирина Леонидовна. - Айна... Я бы поняла, если бы она была Алиной или Антониной там какой-нибудь. И то с натяжкой. Но Алёна... И вообще, это уменьшительно-ласкательное от какого имени?
   Пенсионерки крепко задумались.
   - Может, это прозвище? - робко предложила Валентина Степановна.
   - Тоже вариант, - Фаина Петровна критично осмотрела окна подъезда. - Но они вроде бы и на сектантов всяких не похожи...
   - А почему сразу сектанты? - возразила Ирина Леонидовна. - Может просто ненормальные.
   - Кстати да, - подтвердила Антонина Ивановна. - Кто их знает, студентов этих. Они же совсем непонятно как и где учатся-работают и живут странно. Никакого порядка, ни в головах, ни в квартире.
   - А в квартире, когда Алёна приехала, сразу чисто стало, - покачала головой Ангелина Андреевна. - То они по-холостяцки жили, а тут женская рука в доме появилась. Так что бардак у них лишь в голове и в постели.
   - Верно-верно, - дружно закивали головами бабушки. - В голове и в постели. Где же ещё, как не там?
  
   19 июля, 14:30.
   4й день 1 фазы.
  
   Карина кисло смотрела на лежащую на столе маску. За последние дни она часто одевала её, чтобы посмотреть, что же будет. Лисица в зеркале всё больше приобретала черты и мимику Карины, а собственный хвост умилял всё сильнее и сильнее.
   С одной стороны, происходящее очень пугало Василишину. С другой, было очень интересно. Да и пристрастилась уже. Как наркоманка - если ни разу за день маску не одела, внутри образовывалось чувство пустоты, чего-то явно не хватало. А в лисьем облике наступала эйфория и казалось, что мир гораздо красочнее, распирало от почему-то вмешавшегося чувства вседозволенности.
   Карину тянуло в лес, на природу, бегать, прыгать и охотиться. Кровожадность, присущая скорее лисе, чем мирно настроенной Карине, тоже пугала. Когда появлялись чужие эмоции и ощущения, девушка пугалась не на шутку. Вдруг ей давно бы пора в психушку и это какое-нибудь раздвоение личности, причём далеко не самое банальное?
   Девушка начала интересоваться жизнью лис. Облазила сайты любителей природы и всякие форумы любителей лис как настоящих, так и фантастических.
   Многое узнала Карина и о кицунэ. Поначалу поражалась, а потом пришла к выводу, что она сама и есть кицунэ, только немного нетипичная.
   И вот сейчас Карина боролась с желанием вновь одеть маску и окунуться в приятные и томительные чудеса, которые всегда сопровождали одевание маски.
   Девушка подумала и решила, что ну её, силу воли, и одела маску. Легкая эйфория и мелкая волнующая дрожь по телу, и вот Карина ощущает себя лисой. Девушка побежала к зеркалу, чтобы полюбоваться отражением.
   На некоторое Карина выпала из реальности. Она тешилась своей шерстью, своей мордочкой, своей грацией. Но тут позвонил телефон.
   Девушка испуганно метнулась к трубке и попыталась снять маску. Но ничего не вышло, и Карина тихо заскулила. Но телефон не умолкал. Она взяла себя в руки и приняла вызов:
   - Алло? Аллоо? - из горла вырвался хрип, но через мгновенье он стал обычным голосом.
   - Карина? - это был Артур.
   - Да. Что-то случилось?
   - Кариш, - ворковал Артур, - А что ты думаешь по поводу шашлычка?
   - На даче?
   - Да.
   - Ну, ничего против не имею. А когда?
   - Завтра собираемся на выездной остановке в девять утра, - парень обрадовался согласию и теперь выдавал ценные указания. - Ребята всё купят, завтра скажут, по сколько скидываемся. Едем с ночёвкой, возьми принадлежности. И про купальник не забудь.
   - Хорошо-хорошо, - быстро сказала Карина. - Ладно, Артур, всё, пока, целую, до завтра, буду ждать. - И бросила трубку.
   Сердце клокотало. Как же она испугалась, что в лисьем обличье не сможет разговаривать, как испугалась, когда не могла снять маску...
   А маска снималась не по первому зову. Карина уже с этим смирилась, но в некоторых ситуациях это было так некстати...
  
   19 июля, 16:04.
   4й день 1 фазы.
  
   - Ну что, проснулся? - спросил Ратмир у Ингвара, когда он с трудом вышел из спальни и, дойдя до гостиной, грузно прислонился к дверному косяку.
   - Ага, - просипел тарх. - Что-то вроде того... А что случилось-то? Я ни демона не помню, хоть режь заживо. И хреново мне, невообразимо хреново...
   - А... - махнул рукой Ратмир, поднимаясь с кресла. - Ты ужрался в стельку, а потом я тебя спать отправил.
   - А сильно ужрался? - испугался Ингвар. - Просто, судя по ощущениям, я пил много и жуткую дрянь. Я прав?
   - А как ты догадался? - усмехнулся друг.
   - Интуиция, братец кролик, - убито произнёс Ингвар. - По самочувствию догадался.
   - Верю, - кивнул Ратмир. - Тебе воспоминания прочитать случайно не хочется?
   - Давай, - Ингвар неверной походкой направился в сторону Ратмира, но передумал, резко развернувшись и побежав в туалет.
   - Совсем хреново ему, - пробормотал Ратмир, слушая жуткие звуки в сольном исполнении друга. Ингвара выворачивало, причём сильно. - Мастер гроулинга демонов.
   Через пару минут зелёный тарх вышел вновь.
   - Сел бы ты на диван, - посоветовал Ратмир. - И в голову ко мне не лезь. Я сам. Талант, конечно, не пропьёшь, но всё же. С жуткого перепою ты мне можешь и мозги заживо испечь.
   Ингвар доковылял до дивана и без размаха ухнул в упругие подушки.
   - Глаза закрывать? - деловито спросил он.
   - Как хочешь, - пожал плечами Ратмир. - Начали?
   - Давай, поехали, - прошипел Ингвар.
   Ратмир аккуратно коснулся сознания друга и слил ему нужную информацию.
   Через несколько минут похмельной тарх принялся посыпать голову пеплом.
   - Неужели это я? - Ингвар закатил глаза. - Какой кошмар...
   - Заметь, свидетель только я, и это не может не радовать, - философски подметил Ратмир, помогая тарху подняться с дивана. - Давай вылечу.
   Ещё через несколько минут Ингвар с непередаваемым ужасом рассматривал картину, которую представляла его кухня.
   - Ты, паря, не пугайся, - запоздало сказал Ратмир. - Я уже прибрался чуток...
   Менталист схватился за больную голову и медленно сполз вдоль дверного косяка. На столе, словно безмолвный памятник алкоголизму, стояла батарея выпитых за сегодня бутылкок. И это при том, что стол вытерт, предметы под потолком не летают и посуда вымыта.
   - Это всё я? - слабым голосом отозвался с пола Ингвар.
   - Да, - кивнул его друг. - Ты.
   - И ты мне не помогал?
   - Я помогал лишь твою тушку до постели транспортировать и убраться в твоём свинушнике, - пожал плечами универсал. - А подвиги во славу храбрым Алконавтам ты тут без моего участия совершал.
   - Твою ж... - Ингвар принялся биться головой о косяк, бессильно матерясь.
   - Э, братюнь, ты полегче на поворотах, - взмахнул руками Ратмир. - Ты ещё Родине и тархам нужен! Ты же специалист, не смей тут о стену самоубиваться!
   - Хочу и буду, - прошипел Ингвар.
   - Тогда хотя бы матюкаться перестань, - покачал головой универсал.
   - Так не интересно, - сказал Ингвар и распластался по полу.
   - Абзац, - выдохнул Ратмир, приседая к другу. - Полный финиш. Вставай, пьянь тропическая, нас ждут великие дела!
   - Не хочу.
   - А я тебя и не спрашиваю, Рыжик, - спокойно сказал Ратмир, пытаясь поднять тарха с пола.
   - Не называй меня Рыжиком! - возмущённо возопил Ингвар.
   - А ты веди себя прилично, не бухай по-чёрному и не валяйся по полу! - зарычал Ратмир, с усилием выдёргивая руку тарха. - Блин, какой же ты тяжёлый... Со стороны посмотришь - суповой набор, кожа да кости, а поднять не могу!
   - Вот и не пытайся, - злорадно сказал Ингвар. - Обзываться не будешь.
   - Шел бы ты отсыпаться, - покачал головой Ратмир, поднимая тело уже магией.
   Когда тарх оказался под потолком, в адрес универсала посыпались множественные ругательства и проклятия.
   - Спусти меня вниз! - истошно орал Ингвар, размахивая руками и ногами.
   - А ты обещаешь вести себя хорошо? - дотошно спросил Ратмир.
   - Да, да, тысячу раз да, что угодно, только спусти!
   - Ладно, - смилостивился универсал.
   Оказавшись на полу, Ингвар вскочил и кинулся душить друга.
   - Ах ты, ... и ...., ....!
   - А обещал вести себя прилично, - заметил Ратмир. - Иди спать и не позорься.
   - Не хочу!
   Ратмир пожал плечами и усыпил друга.
   - Ох, балда! - хлопнул себя по лбу тарх. - Идиот! Его теперь до постели дотянуть надо...
  
   19 июля, 16:07.
   4й день 1 фазы.
  
   - Ещё раз и для особо одарённых повторить? - спросил Власий.
   - Не надо! - усиленно замотали головами молодые тархи.
   В кабинете у Власия в шеренгу были выстроены подчинённые. Завтра проклятые собирались на шашлыки, вот Власий и устроил инструктаж. Хант, Гарнаг и Варнар, как и без того приглашённые на это мероприятие в качестве кавалеров, выслушали уже всемеро больше, чем это требовалось, и теперь вместе с Айной сидели в уголке на диванчике.
   - Ингвару сами передадите, Ратмир там же, у него, - сказал старик. - А вы, смотрите мне, чтобы все инструкции выполнили!
   Ирдес и Кирот, Абрей и Сайран, Аскай и Авен, Велиан и Гаррет, Вария и Камон, Лесьяр и Вольмар. Все они попали в весёлую компанию нянек-мамок, вынужденных присматривать за отдыхом проклятых. Это тархов абсолютно не радовало. Мало того, что сутра выдернули на выволочку и инструктаж, так ещё и держат теперь до упаду.
   - И учтите, с вами в команде ещё демоны и шикмы будут, не смейте там отношения выяснять, а то знаю я вас! - погрозил пальцем Власий. - Всё, с глаз моих долой!
   Молодёжь испарилась, включая ученика Власия и даже ответственной Айны.
   - Ну ты и зверь! - с уважением заявил Дирамант. - За что ты так подчинённых тут муштруешь?
   - Так то же не всех, а только этих бестолочей, которые молодое поколение, - махнул рукой пожилой тарх. - А то распоясались тут совсем! Эта компашка хотя бы в течении полутора часов явилась. А некоторые вообще не явились. Но если Интар, Гарлем и Тангир на задании и инструкции ещё вчера получили, то Ингвар и Ратмир вообще в загул ушли. Появятся - уши оторву. Засранцы, а не подчинённые.
   - Ну-ну, - покачал головой демон. - Война войной, а обед по расписанию. Где там у тебя выпить? Ставь на стол. А то я собираюсь к своим гаврикам идти, поручения раздавать. А демоническое ведомство тебе не тарховское, у нас и здание крепче строили. Наши молодые, пока контролировать себя не научатся, безо всякого злого умысла от глупости всё крушат и ломают, каждый день что-нибудь горит синим, чёрным или хотя бы обычным магическим пламенем, хоть огнетушитель глотай. А потом и просто из любви к искусству громят. Характер-то демонический, поведение соответственное. И с дисциплиной полная ..., причём жуткая и бесперспективная. Хоть ори, хоть стреляйся. Но иногда даже удаётся их построить и заставить делом заниматься...
   Разговор всё же плавно переходил в попойку. Очередную и кабинетную, как было принято у двух закадычных друзей.
  
   19 июля, 17:34.
   4й день 1 фазы.
  
   Вика уже час как самозабвенно потрошила шкаф. Завтра ей предстояла гулянка на даче у Артура Свиридова, а одеть нечего. Точнее, есть чего, полный шкаф, но всё, по мнению Вики, не то и ситуация не та вообще.
   Футболку девушка нашла быстро, почти не задумываясь. А с шортами этот номер не прошёл. Десяток их лежал бесформенной кучей на кровати. Вика решила, что выберет подходящие потом. Сейчас же она мучительно пыталась вспомнить, куда же делся купальник. Тут-то и начались проблемы. И Тарабарова усердно их решала.
   Зазвонил мобильник. Вика извлекла его из кармана халата.
   - Да, Аннет, я тебя слушаю, - выдохнула в трубку она.
   - Вик, ты там что делаешь? - из динамика лился жизнерадостный голос подруги.
   - Та так, вещи собрать пытаюсь, - пожаловалась Вика. - Не могу купальник найти, хоть убей.
   - А... понятно. Но мы же не так давно на даче были.... Неужели с прошлого раза ты его потеряла? - удивилась Аня.
   - Я в прошлый раз там не была, - пояснила Тарабарова.
   - Ладно, - Аннет задумалась, сопя в трубку. - А ты прогуляться не хошшь?
   - Я с радостью, но вещи собрать надо...
   - Хорошо! - загорелась Аннет. - Сейчас я буду у тебя, так что жди. Помогу в поисках, и рванём на улицу. Артур сегодня тоже с нами будет, только подойдёт позже. Он там чем-то занят был, не уточнял.
   - Тогда жду, - улыбнулась Вика.
   Девушка спрятала мобильник и подошла к шкафу. Ударила его кулаком, ойкнула, отряхнула руку.
   - Что же ты, собака, мне купальник отдать не хочешь? - прошипела она. - Нельзя же так, я тут и без того погром устроила!
   Полки покрылись лёгкой изморозью.
   - Чего? - Вика принялась ожесточённо тереть глаза. Затем пощупала полку. На самом деле холодная и чуть влажная. - Весело... Я еще и с ума сошла к тому же...
   Но при этом взгляд девушки упал на полку. Там на видном месте лежал купальник.
   - И в чём прикол? - непроизвольно левая бровь поднялась вверх. - Ладно, спокойно, ничего не произошло. Надо выбрать шорты. Да, выбрать шорты.
   С этими словами Вика взяла себя в руки и направилась к кровати, где валялся ворох одежды.
   - Так, какие же шорты подойдут к голубой футболке? - вслух начала рассуждать она. - Ну, пусть будут джинсовые.
   Вика отложила нужные вещи в сторону, чтобы потом погладить. А всё остальное схватила в охапку и с силой затолкала в шкаф. Потом сложит по-человечески. Сейчас нет ни желания, ни времени, ни настроения. Девушка попутно подметила, что изморозь пропала.
   - Так, Виктория, спокойно, - подбодрила себя девушка. - Ты будущий психолог, нельзя психологу самому быть психом. И вообще, ты в одном халате, а скоро вломится Аннет. А на халате пятно.
   И Вика начала приводить себя в нормальный для прогулки вид.
  
   19 июля, 17:56.
   4й день 1 фазы.
  
   Артур Свиридов сидел за столом напротив парафиновой свечки и изображал работу мысли. Вчера он явился к Вариводе и выслушал целый навал бесполезной информации на тему магии и фэнтези. Игорь очень обрадовался, когда узнал, что Артур тоже начал интересоваться занимательными и понятными геймеру вещами.
   "Пора же когда-нибудь начинать," - философски подметил Игорь. И приступил к инструктажу. А Артур сидел и просто это всё выслушивал, местами делая пометки в блокноте.
   Новая информация оказалась крайне нелогичной, несогласованной и местами противоречивой. То, что было у одного автора, в корне не совпадало с тем, что было у другого. Артур потом уже перечитал написанное и покрутил у виска.
   Но тогда он поблагодарил радостного Игоря и отправился домой на обработку данных и разбор каракулей, которые дружелюбный геймер назвал конспектом.
   Сей трактат Свиридов изучил почти досконально. И теперь мучился, пытаясь применить свои знания на практике. Две оплавленные парафиновые лепёшки уже лежали в мусорном пакете рядом со столом. Невыносимо воняло горелым. Но Артур упорно продолжал терзать свечи.
   Он понял, что с огнём у него дело хорошо, а всё остальное даже без намёка на магию, это доказано опытным путём. Таз с водой, горсть земли и комнатный воздух Артуру не подчинялись. А свечи всё же возгораются. Но горят они быстро, сильно и остаётся через минуту лишь лепёшка из парафина.
   Артур заранее купил два десятка дешёвых свечей и упаковку спичек в хозяйственном магазине. Для экспериментов. И теперь он испытывал каждый описанный Игорем способ магичить.
   Большая часть была бредом. Плести нити Артур не мог. Он их просто не видел. Не мог он и работать с некими гипотетическими цветными пятнами. Руны Свиридов и знать не знал, написать таинственные знаки даже не пытался. Где у предмета высматривать ауру, не мог и догадаться. Вызывать какое-то истинное зрение не вышло. Артур вообще считал, что нет его. Точнее оно существует, но это и есть обычное зрение, которым каждый человек пользуется с рождения.
   Искать внутри себя источник магии тоже не удалось. Это самое `внутри' упорно пряталось и не проглядывалось. Интуитивно ничего не зажигалось. Когда Артур по-дурацки махал руками и говорил тарабарщину, также эффект был нулевой.
   "Вот что происходит, когда скептик берётся за магию," - грустно думал Свиридов, вычёркивая из списка очередной глупый вариант вызывания огня.
   Те два раза, когда свечи вспыхивали, Артур никак не мог объяснить.
   - Так, candle, зажигайся, зараза! - сказал он в первый раз, начиная звереть. Свеча тогда и полыхнула, тепло мазнув огоньком по коже. Артур изумился. Лепёшка лепёшкой, а как так вышло, что он ожога не получил? Парень зажёг другую свечу спичками и начал совать туда пальцы. Огонь нежно лизал кожу, даря тепло, но не обжигал. Волосы не горели, на коже волдыри не появлялись.
   Артур не поленился сходить на кухню и зажечь горелку на газовой плите. Рядом поставил кастрюльку с холодной водой, для подстраховки. И, выдохнув, сунул руку в огонь. Парень зажмурился, но зря. Просто тепло, боли не было. Медленно открыл глаза. И не увидел ни обугленной кости, ни погасшего огня. Пламя мирно обнимало его пальцы, даже не пытаясь причинить вреда.
   А во второй раз попытки увенчались успехом после звонка Аннет. Она что-то мило журчала в трубку, а Артур прорычал, что занят и выйдет погулять вечером. После чего швырнул телефон на диван и повернулся к свече. Его отвлекли и рассердили.
   И свеча вспыхнула. Оплавилась ещё быстрее, чем первая. И огонёк был более мощный, чем предыдущий. Свиридов усмехнулся, убрал огарок и выставил новую свечу, продолжив учебную пытку.
   Через некоторое Артур посмотрел на часы, лениво подумал, что пора завязывать и надо бы уже идти собираться, а то Аннет нетерпелива. Устроит нытьё на половину вечера, а потом у неё случайно кофта загорится...
   Идея про загоревшуюся кофту парню понравилась. Оригинальный способ раздеть девушку. Правда, надо бы подучится, прежде чем поджечь Аннет. И так, чтобы кофта горела, но не сгорала. А то ему за одежду спину исполосуют сильнее и волосы с головы повыдёргивают.
   И так, с приятными пиротехническими мыслями, Артур повернулся к свече. Но из головы не уходила идея про одежду и Аннет. Сконцентрироваться на свече никак не получалось, совсем никак...
   А свеча загорелась. Загорелась! Не оплавилась, превратившись в парафиновую лепёшку, не вспыхнула факелом, а аккуратно загорелась. На фитильке плясал радостный огонь. И не просто плясал, а изображал формы Аннет.
   Довольный собой Артур сначала понаблюдал за огненной девушкой, а потом пальцами потушил фитиль и пошёл собираться на свидание с Аннет настоящей. Жизнь уже начала налаживаться. Ещё упорно потренируется, и всё у него получится. Если повезёт, то уже к концу августа, если нет, то придётся подпалить одежду потеплее...
  
   19 июля, 18:15.
   4й день 1 фазы.
  
   - Всё понятно? - спросил Варнар, заканчивая пересказывать Ратмиру инструкции, придуманные шефом.
   - Да, - ответил универсал. В трубке облегчённо вздохнули.
   - Ну и замечательно. Как там Ингвар?
   - К утру проснётся, - Ратмир прислушался к спокойному дыханию менталиста. - Физически здоров не хуже быка. Только совесть болит, а так всё в порядке. В голове каша жуткая, которую менталисты обычно себе не позволяют. Но это, думаю, ненадолго. Он скоро уже оправится.
   - А что вообще произошло? - поинтересовался Варнар. - Чего это он запил? Обычно ничего подобного он себе не позволяет.
   - Так то обычно, - прыснул Ратмир. - И на старуху бывает проруха. Только я обещал, что не буду говорить.
   - И не говори, - заявили из динамика. - Я сам угадаю, а ты только ответь, я прав или ошибся.
   - Хорошо, - согласился тарх.
   - Бабы?
   - Да, - рассмеялся Ратмир. - А как ты догадался?
   - Элементарно, Ватсон, - хмыкнул Варнар. - Из-за чего же ещё может упиться молодой и приличный мужчина? Родственников у него нет, не считая потомков братьев и сестёр, которых он в лицо знает, но не разговаривал даже, из-за ситуации в стране он и не подумает пить, тарх он или где, чтобы таким интересоваться! И остаётся больной вопрос дам.
   - Логично, - протянул Ратмир.
   - Во-во. Разумеется, логично. А вы чтобы оба завтра на работу вышли. Проконтролируй Ингвара, он там нужен. Всё, до завтра.
   - До завтра, - сказал Ратмир и положил трубку.
  
   Отступление 3
  
   - Аннушка, а вы уверены, что об этом не знает ваш муж? - лукаво спросил Ассанин, а в миру - помещик Кустодиев, косясь куда-то в сторону.
   - Что вы, сударь! - притворно испугалась Анна Львовна Златова, в девичестве - Ладанова, жена известного всем присутствующим Андрея Сергиевича Златова, хозяина усадьбы. - Ну что же вы говорите, Лёленька, не в коем разе! Мой муж любит охоту...
   - А что это я не должен был узнать? - с улыбкой спросил Андрей Сергиевич, подошедший сзади. - О, здравствуй, друг мой Леонид Полиграфыч, здравствуй!
   - И тебе не хворать, Андрей Сергеич, - слегка поклонился Ассанин. - Как хорошо у тебя тут всё организовано, диву даюсь. Просто замечательно!
   - Польщён-польщён, чертяка, - рассмеялся Златов. - Ты, Кустодиев, всегда умел словоплётствывать. Так что я не должен знать?
   - Голубчик мой, - натянуто улыбнулась Анна. - Давай я тебе потом расскажу, не третируй человека. Он же гость, его допрашивать не надо. Ты не у себя на работе, это не ведомство...
   - И что? - пьяно развёл бровями Андрей Сергиевич. - Это уже не работа, а стиль жизни!
   - О, господа, здравствуйте! - в разговор вклинился Веирхо, известный в миру как Владимир Тихонович Рапута. Он заметил, что друг попал в неудобную ситуацию. - Какой замечательный день! Как же вы хорошо всё сделали! Ваша дочурка просто на высоте! Ей же сегодня шестнадцать стукнуло? Вы уже подбирали удачную партию?
   Златов немного растерялся.
   - О, Владимир Тихоныч, спасибо. Это всё моя жена организовала, - помещик приобнял Анну Львовну за талию. - А Капитолина вся в мать, такая умница...
   - Эй! - с другого конца зала помахали рукой. Это был Пётр Свиридов, закадычный друг Златова. - Андрей! Ходь сюды!
   - Извините, я на минутку, - откланялся Златов.
   - Да-да, - кивнул Рапута. - Конечно!
   Аннушка выдохнула с облегчением.
   - Что, чуть не подловили? - подмигнул Веирхо. - Так нечего рога мужу наставлять, Анна Львовна. Я же говорил вам.
   Анна Львовна хмыкнула и ушла.
   - И чего ты так? - скривился Ассанин.
   - Ты, Лёлечка, - пропищал Веирхо, кривляясь, - головой думай! Вот Свиридов сейчас, например, рассказывает, что муженьку Аннушки Львовны роги наставили, бааальшие такие! Вот через пару минут получишь по головушке пулькой, поймёшь!
   - Да ну?
   - Прислушайся, - закивал головой Веирхо. - Когда это я тебя обманывал? Я вообще не знаю, чего приехал сюда, в гости что ли? А тут, как выяснилось, интересно. Причём я лишь в третий раз в обществе этих людей, а уже столько узнал. Дурак ты, Ассанин.
   - Тьфу на тебя, Рапута. Я же тут Кустодиев. Человек, - зашипел Ассанин. - Не забудь!
   - Помню-помню, - заявил Веирхо. - Это я тебе, чтобы опомнился.
   - Ну и ладно, - пожал плечами Ассанин.
   Веирхо откланялся и отошёл на минутку. Через полчаса он нашёл друга, но тот уже успел устроить конфуз.
   - ТЫ?! - Златов метал глазами молнии и тряс Ассанина за грудки. Тарх же что-то тихо говорил, скривившись. Веирхо же мысленно отметил, что произошло так, как он Ассанину и предсказывал.
   Вскоре до слуха Веирхо дошла грязная ругань с обеих сторон. И, что было самым волнующим, обещание капитально проклясть. Веирхо решил, что вскоре Ассанин угрозу исполнит, и теперь мысли Рапуты были заняты обдумыванием вариантов, что именно нашепчет Ассанин, да и прелестями милейшей Антонины Филлиповны, жены господина Атракцева, тоже.
  
   Глава 4
  
   Вступление 4
  
   - Итак, о чём вы хотели со мной побеседовать, молодой человек? Дмитрий, я не ошибаюсь? - спросил Веирхо, сделав заказ. В кафе было тихо, уютно и приятно. Они заняли столик около окна в самом уголке зала. Через стекло было видно летнюю площадку, где предпочитали находиться посетители. Но Веирхо и его собеседник были единственными, кто пожелал расположиться в зале. Официантка удивилась, но ничего не сказала. Мало ли какие тараканы могут быть у клиента в голове. Главное, чтобы заплатил и не забыл на чай дать, а дальше - пусть творит, что душенька желает.
   - Да, - кивнул собеседник. - Не ошибаетесь, Владимир Тихонович. А побеседовать я хотел бы вот о чём. Насколько мне известно, вы стали наследником всех дневников Ассанина. И они хранятся у вас. Там идёт речь не только про тех, кого он проклял. Вы никогда не читали на досуге описание других его опытов?
   - Смотря каких, - сказал Веирхо. - Но вы меня заинтриговали. Что ещё скажете, пытаясь пробудить мой интерес?
   Рапута присмотрелся к собеседнику. Несомненно, тарх. Высокий, статный, с хорошими пропорциями. Аристократические черты лица, коротко стриженые льняного цвета волосы. На лице сильно выделяются изумрудные глаза, горящие шальным блеском одержимого идеей. У Веирхо в молодости были почти такие же. Ещё бросалась в глаза кривая улыбка на тонких губах. Одет Дмитрий просто и безлико - тёмные джинсы, в тон глаз бутылочного цвета футболка. Держится спокойно и уверенно, спина ровная, шея вытянутая, смотрит открыто. Мелкие движения вроде бы и плавные, но выполняются на высокой скорости.
   - Ничего, - медленно сказал Дмитрий. - Меня мало волнует, интересно вам или нет. Но выскажу пару предложений. Сам я, как и вы, немного не в ладах с общинами. И также являюсь учёным-экспериментатором. Но интересуюсь немного другими вещами. Я как-то больше к алхимии склонен и к игре с тонкими материями.
   - Что, распределяете по пробиркам добро и зло? - скептически хмыкнул Веирхо.
   - Это неинтересно, - махнул рукой Дмитрий и замолк. Принесли кофе. - Благодарю.
   Как только официантка отошла, он продолжил.
   - Тьму и свет уже разделяли и прятали в пробирки. Добро и зло - тоже. Но ведь это так банально! Я же занимаюсь немного другими вещами. Хочу выделить квант счастья, например. Чистого и безо всяких примесей к тому же.
   - Квант счастья? - Рапута задумчиво отпил кофе. - Что ж, молодой человек, вы не безнадёжны, как мне казалось раньше. Это интересно. Продолжайте.
   - Так вот, - глаза у Дмитрия сверкали в творческом азарте. - Некоторые частицы до сих пор не изучены. А мне для продолжения опытов нужны кое-какие наработки Ассанина.
   - Знаете, - сказал Веирхо, прищурившись. - Вы амбициозны, молодой человек. Мне это нравится. Пожалуй, я могу дать вам на изучение некоторые страницы. Я позвоню, когда буду искать нужное вам. Договорились?
   - Договорились.
   - А ещё, - Веирхо отставил пустую чашку. - Мне хотелось бы знать ваше истинное имя. У всех тархов есть имена. Позвольте?
   - Что ж, это не секрет, - пожал плечами Дмитрий. - Меня зовут Кайден.
  
   20 июля, 8:53.
   5й день 1 фазы.
  
   - Объясните мне кто-нибудь, почему в такую рань, а? - уныло вытянул Саша. - Что за дурь?
   - А ты потом попробуй по жаре проехаться, - прошипела Света. - В темечко не напечёт, а?
   - Злая ты, - скривился Саша.
   - Какая есть, - развела руками сестра.
   - Что ты измываешься над ним? - спросила Карина.
   - Василишина, солнце мое, - Света изобразила улыбку Чеширского кота. - Эта зараза разбудила меня сегодня на семь минут раньше будильника. Уронила с кровати на пол, больно уронила. И теперь я ему мстить буду. С самого начала испортил мне настроение, пусть теперь сам огребает.
   - Тогда ясненько, - вздохнула рыжая, глядя на часы.
   - Что там? - вытянула шею Ира.
   - Та, ничего хорошего, - скривилась Карина. - Без пяти девять. Скоро должны ребята с рынка притопать. Кто с ними там идёт?
   - Идут Артур, Игорь и Егор, а еще эти, Лёша и Антон. Володя позже обещал подойти, точнее к девяти, а не на рынок, - вспомнила Аннет.
   - А девчонки? - округлила глаза Карина. - Кто их контролировать будет? Они же там накупят, мама не горюй...
   - С ними вроде бы Мари направилась, - потёрла подбородок Аня. - Как-то так...
   - А, если Мари, то хорошо, - успокоилась Василишина. - Это не худший вариант. Вроде бы и купят то, что надо, без самодеятельности.
   - Да это обычно выглядит так: впереди идёт Юртаева с милой улыбкой и покупает килограммами всё нужное, а за ней толпа мальчиков с баулами, нагруженные как ослики, и злые жутко, - рассмеялась Света. - Но слова против не скажут, и терпеть будут стоически, а она командовать. И совесть Мари не замучает.
   - О да, - улыбнулся подошедший к компании незаметно и сзади Виталик. - Её совесть ушла в кругосветное путешествие пешком и раньше, чем везде не побывает, не явится. Зато нам выгода ого-го какая от этого! Привет, народ!
   - Привет-привет, - шутовски раскланялась Света.
   - Ты чего злая такая сегодня? - изумился Виталик. И присел, уходя от прицельного удара в исполнении нервной Златовой. - Понял, молчу...
   - Вот и молчи, - едко сказала Света. - Может, даже дольше проживёшь. Если опять меня не рассердят.
   Виталик сделал для себя правильные выводы и отошел от Светы подальше.
   - Физкульт-привет! - лучезарно улыбнулся Витя Ежицын, подойдя к толпе друзей.
   - О, наш круг интересов расширяется! - сказал Саша. - Вот и гитара с приложением в виде Витька прибыла! Давай руку, братюнь!
   Витя поправил на плече чехол с гитарой и пожал руки единственному присутствующему парню.
   - Ты сегодня у нас в хорошем настроении, получается? - спросил Златов.
   - Разумеется, - самодовольно сказал Витя. - Так что инструмент буду мучить нещадно, а то вдохновение поиграть напало... На всякий пожарный и нотную тетрадь захватил, что-то меня в последнее время на сочинительство потянуло...
   Да, музыку, написанную Ежицыным, в последнее время тархи-наблюдатели постоянно на диктофон записывали, а потом всей конторой слушали. Только сначала записи проходили через аналитический отдел, потому что мелодии навевали определённые чувства, причём навязчиво и сильно. Музыку прослушивали аналитики, а потом нехорошие для психики в исполнении Вити мелодии просили переиграть и записать штатных музыкантов, а жизнерадостные просто очищали от шумов. Тархи слушали переигранные мелодии просто так, а от оригинала все ни с того ни с сего радовались жизни. Теперь большая часть отдела аналитиков ходила и удивляла всех перепадами настроения, а остальные их коллеги просто были чересчур весёлыми...
   Только Витя о подобном ажиотаже и не догадывался. Он просто играл.
   - Добрый день, - это уже подошёл Хант.
   - Привет, Володя, - сказали ему.
   Хант зорко осмотрел присутствующих.
   - Лена и Лиза потом подойдут, - сказала Света, заметив направление взгляда тарха. - Они же вечно опаздывают, причём вдвоем. Можешь подождать полчаса, явятся. А Лёша и Антон с Мари на рынке. За продуктами пошли.
   - Понял, спасибо, - кивнул Хант, он же Володя. Про привычки Лены и Лизы тарх прекрасно знал, а Варнар и Гарнаг пошли на рынок без него самого. Хант просто удачно отмазался, иначе бы сейчас тоже топал грузовым осликом под руководством гиперактивной и беспощадной Мари. Но всё же поблагодарить надо, пусть и информация бесполезная. А то невежливо.
   Тем временем подошли Валера Петрунько и Олег Сотник. Через несколько минут торопливо пришла и Вика Тарабарова.
   Осталось дождаться лишь Лизу с Леной и ребят с рынка.
   Минут через десять явились и Мари с сопровождением. Юртаева шла почти налегке, лишь дамская сумочка на плече. А её кортеж - печальные Артур, Игорь, Егор и тархи - шли гружёными по самые уши.
   - Что стоим, кого ждём? - жизнерадостно спросила вместо приветствия Юртаева. И не скажешь ведь, что она сначала полночи заснуть не могла, а потом в полседьмого утра встала, чтобы вовремя успеть на рынок попасть и к девяти к выездному кольцу дойти. С сумками, продуктами и парнями.
   - А ты угадай с нулевой попытки, - хмуро посмотрела на неё Света.
   - Так вызвоните их, - пожала плечами Мари. - Иначе Лиза и Лена будут до полудня копошиться, а мы стоять и злобно гипнотизировать часы. Неужели без меня вы не догадались им позвонить?
   Хант отвернулся и хмыкнул в рукав, а затем вытащил из кармана телефон, набирая номер Лены.
   "Чего ржёшь?" - спросил у него Гарнаг.
   "Они не догадались позвонить, а я не предлагал," - ответил Хант.
   "Звони давай и поторопи их. А то нам Мари весь мозг вынесла на этом чёртовом рынке! Чтоб я ещё раз с ней туда пошёл! Хуже Айны, честное тарховское!" - эмоционально подумал Гарнаг. - "А ещё я с самого утра покурить хочу, а она мне задвигает про минздрав!"
   "Потерпи," - обрубил его нытьё Хант. - "Сначала до дачи доберёмся."
   Лиза и Лена пришли ещё через десять минут. Вся честная компания хотела их убить, причём усадив на дрова и подпалив. В стиле аутодафе. Чтобы неповадно было.
   Но инквизиторский костёр делать не стали, потому что компания принялась грузиться в маршрутку.
  
   20 июля, 9:46.
   5й день 1 фазы.
  
   - Вот объясните кто-нибудь, - негодовал Валера, едва вышел из тесной маршрутки. - Вот какого лешего в среду утром бабки-дедки прутся за город со всяким мусором в сумках? И ещё и смотрят на тебя так, подозрительно... Как следят!
   - Поверь, не знаю, - сказал Гарнаг, с наслаждением затянувшись сигаретой. - Это закон подлости. Утром к первой паре они тоже в сторону универа все скопом прутся. Как будто им тоже на первую пару надо. И тоже так смотрят.
   - Ладно, хватит тут философские диспуты разводить, - строго сказал Варнар. - Дойдём до дачи, очухаемся, к вечеру напьёмся, а там болтайте хоть на древнеперсидском о судьбах бытия и ценах на нефть.
   "Поверь, мы поговорим," - заявил Гарнаг. - "На древнеперсидском. О ценах на нефть и о судьбах бытия в любом случае разговор зайдёт."
   "Не факт," - ответил Варнар.
   "Поддерживаю," - подключился Хант. - "Не успеете упиться до такой степени.'
   "Из кустов вылезет Айна и выпишет нам троим протрезвительных трендюлей," - сострил Гарнаг. - "Чтоб не пьянствовали и на работе не расслаблялись."
   "И не губили желудки чем попало," - продолжил мысль Варнар. - "Ладно, перспективы потом обсудим."
   И толпа шла в сторону дачного массива, пугая попадающихся по пути пожилых дачников громким смехом, своим количеством и хорошим настроением.
  
   20 июля, 10:03.
   5й день 1 фазы.
  
   Айна мирно сидела на бетонных ступеньках и вела неторопливую беседу с Варией.
   - ...А вообще тут неплохо, - пожала плечами Вария. - Я сама приехала из R, по обмену опытом. Проработала тут пять лет, а потом попросилась остаться. Учителя идею поддержали, и приписали к Власию в ведомство. В R не было такой атмосферы, да и было скучно. Так что я тут уже восемьдесят пять лет работаю, никуда отсюда уезжать не хочу даже. Пустила корни, так сказать. Лет через сто пятьдесят-двести может замуж выйду, и тогда вообще жизнь удалась. Тут и тархи хороши, и холостых много.
   - Я заметила, - вздохнула Айна. - Да и красивые. Что они тут, на чернозёме такие милашки выросли?
   Девушки рассмеялись.
   - А ты в группе училась или отдельно? - спросила Вария.
   - Нас двое было, - ответила Айна.
   - А второй кто был?
   - Была, - поправила Айна. - Урта брала только учениц. Была я и ещё одна. Но она двадцать лет назад погибла...
   Айна всхлипнула и упёрлась лбом плечо Варии. Та принялась гладить девушку по светлым волосам, посылая утешение.
   - Извини, - смутилась целительница. - Я не хотела тебя расстроить...
   - Знаю, - Айна решительно вытерла слёзы и вернула лицу изначальное выражение. - Я всегда стараюсь держаться спокойно, но когда дело доходит до Аташи, не могу вовремя успокоиться. Я виновата в её смерти...
   - Не вини себя, ты же не хотела... - начала Вария. Но блондинка грубо её прервала.
   - Мы гасили очередной бунт капуслятов, они у нас там часто бушевали. Перебили неспокойных, остались мирные, всего дюжина, из них большая часть женщины и дети... И мы тогда убивали их... Мы с Аташей были в большой стычке. Урта была от нас далеко, а мы уже почти истощены. Мы объединились. Выложились вдвоём. Я почти досуха, а Аташа не осилила. У неё и жизненные силы на волшбу ушли. Удар был мощный. Я без сознания потом неделю лежала, а Аташа высохла и... всё.
   Айна горько всхлипнула.
   - Я даже на похороны не попала, - продолжила она. - Её тело сожгли и прах в общую чашу кинули. Я проснулась потом, еле живая, меня Урта три месяца после этого выхаживала. Проснувшись, я взяла это имя. А Аташа была старше меня на семь лет, но слабее. Гораздо. И имя два месяца, как взяла. Урта Аташу взяла только потому, что она знала её родителей. Аташа никак не взрослела, в двадцать выглядела максимум на двенадцать. Родители её прятали, но всё же обратились к Урте. Та жила за сотню километров от их дома. - Айна дёрнула себя за кончик косы и ойкнула. И продолжила свой рассказ. - И она только недавно отпустила свою ученицу. Урта искала новую. Она сказала родителям Аташи, что она будет жить долго и нескоро состарится. И когда они умрут, выглядеть будет так же. И попросила оставить Аташу у неё. Они подчинились.
   Вария слушала внимательно, затаив дыхание. Не каждый день перед тобой чужие люди обнажают душу. А Айна продолжала.
   - А потом, через несколько лет, появилась я. Урта никогда не держала нескольких учеников. Но увидела во мне большую силу. И решилась. Дело в том, что Урте ещё в молодости сказали, что она может воспитывать учениц лишь по одной. Иначе беда случится. А она посмотрела на меня, и оставила. Надеялась, что всё будет хорошо. А когда умерла Аташа, сказала, что не удивлена. И что от судьбы не уйдёшь.
   - Понятно... - обескуражено сказала Вария. - А ты тоже так? Как она...
   - Да, - кивнула Айна. - Я могу учить лишь девочек и лишь по одной, как Урта. Ни двоих, ни мальчиков. Это передаётся от учительницы к ученице. Но линия Урты очень сильная, и от учениц она не отказалась.
   - А ты как думаешь? Ты будешь учениц брать?
   - Конечно, - кивнула Айна. - Всё та же линия. Иначе буду слабой.
   - Ладно, хватит о грустном, - вздохнула Вария. - Перейдём к любимому женскому разговору - о мужиках. Как ты с Варнаром и Гарнагом вообще живёшь?
   - Как мамка с двумя перестарковатыми оболтусами, - призналась девушка. - Они же к быту совсем не приспособлены.
   - А в виде будущих мужей ни одного не видишь? - лукаво спросила целительница.
   - Ну, - задумалась блондинка, - я их в этом плане и не рассматривала... Да и рано мне. Тем более, я ещё не знаю, что будет после того, как закончится эта волокита с проклятыми... Я же тут только на это дело в подмогу приехала. А пущу корни тут или нет, не знаю. Может, я вообще потом путешествовать буду. Лет пятьсот. И только потом остепенюсь и осяду где-нибудь. Не хочу заглядывать.
   - О, дружба рыжей и блонды... Куда мир катится? - сказал проходящий мимо Аскай. - Ох уж эти женщины! Вы, кумушки, готовьтесь, толпа идёт!
   - Хорошо, - буркнула Айна, поднимаясь со ступенек.
  
   20 июля, 11:20.
   5й день 1 фазы.
  
   - Всё? - в кухоньку заглянул Варнар.
   - Да, - кивнула Мари, закончившая разбирать пакеты и заставлять всех работать. - У Артура холодильник маленький!
   - В смысле? - не понял тарх.
   - В прямом! - ядовито заявила Юртаева. - В него помещается либо пиво, либо еда. Так что дверку-то не открывай пока что... А то все ноги отобьёт...
   - Даже так? - изумился Варнар.
   - Да, Лёша, так. Я силком туда содержимое баулов проталкивала. Еда для толпы на три дня - это тебе не просто так, сплюнуть и вытереть. В прошлый раз мы полтора часа картофан на всех чистили, думали, что подохнем там же, а ребята пришли и слопали всё за десять минут. Правда лопали утром... Наспех...
   - А почему так? - Варнар знал, что ответит Мари, но всё же надо бы поинтересоваться на всякий случай, вдруг что-нибудь новенькое добавит.
   - Та, - скривилась девушка, - не забивай себе клетки головного мозга, говорю тебе. Там ситуация такая... Припёрся хмырь один, и начались чудеса... Утром проснулись, как попадали. Всё болит, голова вообще как свинцом залитая, погром жуткий. И страх. Жуткий страх. Мы тогда бегом собрались и упетляли отсюда, хотя собирались уехать позже. И до самого дома трясло. А потом мы заболели. Видимо, вода холодная была и нервы сказались, иначе болезнь посреди лета не поясню.
   Мари по пояс высунулась в окно.
   - Виталиииик! Иди сюда! Мясо мариновать кто будет?!
   В комнату вбежал Горянский.
   - Кто-кто, - сварливо пробурчал он. - Я, разумеется. Вам, женщинам, мясо доверять никак нельзя.
   "Но и мне же тоже нельзя... Так, не сорваться... Нарезать, замариновать... Не жевать сырым, ребята не поймут... Я же не Сыроед... Спокойно... Держаться... Держаться... Не сорваться... Держаться..." - уловил его мысли Варнар.
   - Ладно, я пошёл, - сказал тарх. - Если что - зовите.
   - Хорошо, - улыбнулась Мари. - Беги. У меня голос громкий.
   - Голос громкий, глотка луженая, - хмыкнул Варнар.
   - Не, не луженая, - Юртаева взяла нож и начала резать огурцы в салат. - Просто от природы громкий голос. Иди давай, а то у меня ножик в руках.
   - Что с того, что у тебя нож в руках? - прыснул тарх, выходя из кухни.
   - Я нерррвная! Вот что! - вдогонку прокричала Мари.
   - Ну-ну, - сказал Виталик. - Нервная ты наша, подай пиво на маринад.
   - А пиво-то зачем? - удивилась Мари - Зачем переводить ценную влагу?
   - Зачем переводить ценное мясо? - перекривлял её Горянский. - Я говорю, что надо, значит, надо.
   - Жене своей приказывать будешь! - рассердилась Мари, не прекращая зверски кромсать огурцы в салат. - А я тебе не крестьянка крепостная, чтобы со мной так разговаривать, понял!
   - Маш, ну извини, - попытался умерить её пыл Виталик. - Но у меня руки в крови по локоть, что я, холодильник ими лапать буду?
   - На первый раз прощаю, - угрюмо сказала Мари и тут же переменилась в лице. - Ладно, которое давать?
   - А какое есть?
   Мари бочком стала к холодильнику и медленно стала открывать дверцу.
   - Что ты делаешь? - рассмеялся Виталик.
   - Заткнись! - шёпотом прорычала Мари. - Сейчас всё падать начнёт от твоих звуковых волн!
   - В смысле? - не понял Виталик.
   - В прямом! - прошипела Юртаева. - Пока что тут сохраняется хрупкое равновесие, но это только пока! Я это еле туда затолкала, поэтому надо бы спокойно извлечь оттуда пиво, пока не рухнуло!
   Рука пролезла в узкую щель, изогнулась под невероятным углом, а вылезла из холодильника уже с двухлитровой бутылкой пива. Дверца хлопнула. Внутри холодильника загремело.
   - Сошла лавина, - хмыкнула Мари. - И, заметь, всё внутри холодильника, там не защемлена моя рука, ничего за пределы не вывалилось. И всё же холодильник у Артура на даче маленький для наших гулянок.
   - Хитра, - протянул Виталик. - И руки ловкие. Откуда надо растут. Молодца. А ты случаем не подрабатываешь карманницей, м?
   - Тьфу на тебя три раза, - скривилась Маша. - Бери своё пиво, переводчик ценной влаги хренов.
   - Да ладно тебе... Темпераментная наша...
   - Да ладно мне, - сказала Мари, притворно закатив глаза. - Так, я на минуту к ребятам на веранду, ща явлюсь!
   - Явись, - согласился Виталик и принялся за мясо.
   Мари вышла, и Виталик продолжил бороться с собой. Но теперь, когда нет свидетелей, какая-то часть принялась уговаривать Горянского отщипнуть кусочек, ведь всё равно никто не узнает и не заметит...
   Некоторое время Виталик колебался, но всё же не устоял. Он отпилил тоненькую полоску мяса и с наслаждением стал жевать. За этим занятием его застал Гарнаг. Он флегматично посмотрел на это безобразие, Виталик попытался затолкать в рот мясо, но подавился и закашлялся, а тарх подошёл к холодильнику. И грянул гром.
   Гарнаг рывком открыл дверцу. Но он не знал, что этого делать не надо было, а Виталик с набитым ртом не успел предупредить.
   - ...! Чтоб тебя ... и ... через ... душу ... мать ... и ... в ... вас всех ...!
   Виталик воспользовался шумом и быстро проглотил мясо, стоявшее теперь в горле комом, который пришлось залить пивом для лучшей проходимости. А вдруг Антон начнёт задавать вопросы, или расскажет кому? Гарнаг же начал аккуратно выдёргивать из завала ноги и красочно поминать всё подряд.
   - Тебе помочь? - спросил Виталик, глядя на продукты, которые теперь валялись в произвольном порядке по всей кухне.
   - У тебя руки грязные, иди вымой, а я сам, - прошипел злой Гарнаг.
   - Антон, я...
   - Иди, кому говорят!
   Виталик подобно пушечному ядру кинулся прочь из кухни к рукомойнику.
   Гарнаг же вылез из продуктовых завалов и жестом заставил содержимое холодильника само укомплектоваться так, чтобы больше проблем не было. Виталик не торопился подходить к рассвирепевшему тарху, что Гарнагу несомненно на руку. Продукты и бутылки стройно и аккуратно улеглись в холодильнике. Гарнаг захлопнул дверцу и пошёл прочь, но на полпути из кухни вспомнил, за чем пришёл. Взял бутылку пива со стола и ушёл окончательно.
   Вскоре вернулся Виталик и вновь принялся за будущий шашлык. Теперь уже он побоялся трогать мясо, хоть и хотелось. Ну и ладно. Горянский по-быстрому соорудил маринад и запрятал кастрюльку, после чего убежал из кухни.
  
   20 июля, 12:47.
   5й день 1 фазы.
  
   Карина распаковывала сумку в поисках одежды полегче. В футболке она уже запарилась, а майка где-то на дне бидона рядом с бельём была... Тут руки наткнулись на маску. Но её Василишина с собой не брала... Карина прищурилась, погладила золотистую кожу маски, тяжело вздохнула, присела на кровать.
   - Не могу я тебя сейчас одеть, милая, - сказала она маске. - Вот упьются все, тогда и подойду. Тогда лисьей морде рядом не удивятся...
   Казалось, маска живая. Но ведь она - часть самой Карины. Как такое вообще могло произойти? Карина не могла ответить. Так надо и всё.
   И Карина сидела, замерев, и тоскливо смотрела на маску. За этим занятием её застал Варнар. Девушка резко откинула маску прочь и уложила себе на колени какую-то тряпку.
   - О, извини, - притворно смутился Варнар. Но Карина была слишком напугана, обратить на это внимание.
   - Та, ничего-ничего, - проговорила Карина.
   - Ну, это хорошо, - сказал Варнар, выходя.
   Карина с облегчением выдохнула и потянулась за маской. И обратила внимание, что держала в руках.
   - Твою ж... - глаза у Василишиной вылезли на лоб. - Что же Лёша подумал?!
   Наверняка ненормально, когда девушка держит в руках мужские плавки, оставшись в комнате одна. Карину этот факт расстроил, а Варнар, едва вышел из комнаты, зашёлся в беззвучном смехе. Это же как надо было застать её врасплох, чтобы лисичка так швырнула маску и схватила в руки что попало?
  
   20 июля, 13:11.
   5й день 1 фазы.
  
   Карес и Азермон мирно сидели на крыше и играли в карты. То, что солнце в зените и от раскалённой металлической крыши жар идёт невыносимый, они не замечали. Да, света многовато как-то, но не беда. Рядом сидел Чигин и ковырялся в когтях.
   - Я тебя придушу, - зарычал Азермон. - Ты чего мухлюешь?
   - Я? - Карес сделал очень честное лицо. - Ты что, я же не умею, как ты вообще мог такое обо мне подумать?
   - Как-как? Лёгко! - язвительно сказал Азермон. - Будто не знаешь, как в отбое оказалось три пиковых туза!
   - Да ты что! Да я никогда! - воскликнул Карес. - Светлыми силами клянусь!
   Чигин невежливо заржал.
   - Ну вы и придурки. Кто же так себя ведёт? Головой думать надо хотя бы изредка, - Чигин прищурился, оценивающе осматривая товарищей. - Хотя, вам и думать нечем. Тогда можно не удивляться. Вы на дежурстве даже дурачитесь.
   - Ну, знаешь ли, - развёл руками Карес. - А скучно ведь!
   - А ты не туда смотришь, - отрезал Чигин. - Ты слышишь музыку?
   - Ну? - Азермон убрал карты и откинулся назад, опираясь руками на крышу.
   - Это бард поёт, - поучительно сказал Чигин. - Под гитару. Хотя эту песню лучше бы на чём-нибудь другом сыграть. И это музыка его собственного сочинения. И она эманации вызывает. Все расслабляются.
   - И что? - спросил Азермон.
   - А ничего, - скривился Чигин. - Вы слова слышите?
   - Ну, что-то есть, но непонятно, - пожал плечами демон.
   - А он молчит, - веско сказал Чигин. - Если бы вы работали, как надо, то проблем бы у вас не было. И сами бы догадались.
   - Ты и мы - разные вещи, - обиделся Карес.
   - Ну, вы может и вещи, а я демон, - клыкасто улыбнулся Чигин. - Так что кончайте тут разговоры водить. Там какая-то активность магическая намечается, а вы всё хаханьки и хиханьки.
   Демоны пристыжено кивнули и принялись старательно прислушиваться к происходящему внизу.
  
   20 июля, 13:27.
   5й день 1 фазы.
  
   Витя отрешённо перебирал гитарные струны, уйдя в сад. Устроившись под яблоней, музыкант позволил себе уйти в мир звука.
   Недалеко орудовал карандашом Егор. Он расположил среди живописных кустов смородины Вику Тарабарову и теперь торопливо перерисовывал её черты. Только рисунок выходил какой-то странный. Вика терпеливо стояла, как заставил художник, и ждала, когда он закончит. Все знакомые Егора знали, что он человек творческий и упираться бесполезно, надо лишь смириться.
   Но из-под карандаша художника выходил не обычный портрет подруги, а нечто совсем левое. Егор на время снова выпал из реальности.
   Когда художник вернулся обратно, он был изумлён. Парень уставился в свое творение и не мог даже сказать ничего. Лишь сжимал карандаш в непослушной руке.
   Вроде бы и рисунок летом сделан. Но девушка стоит среди этих же кустов, но заснеженных. И сама она на Снежную королеву похожа. В волосах иней играет, глаза ледяные, нет ни следа тепла и на коже. Рисунок сделан карандашом. Простым карандашом, единственный цвет, который может быть - серый. Но портрет получился в цвете.
   - Ну что там? - терпение может закончится даже у Вики, спокойной в любой ситуации.
   - Ну... - замялся Егор, - всё вроде...
   - Дай посмотреть! - потребовала Вика.
   - Он неудачный вышел, - Егор торопливо прижал к себе рисунок.
   - И что? - подняла бровь Тарабарова. - Прекращай мне тут мозг пудрить. Что ты нарисовал, раз прячешь? Покажи, я может даже и не обижусь!
   - Не надо, - сказал художник, пятясь в сторону яблони.
   Витя, до того в разговоре не участвовавший, отложил гитару в сторону и зашёлся хриплым смехом.
   - Юмористы! - сказал он, успокоившись. - Ты, Егор, выглядишь, как дятел. Что тебе, жалко продемонстрировать девушке её портрет. А ты, Вика, выглядишь, как будто ты шпиёнка вражеская, выведывающая у Егора военную тайну.
   - Вот именно! - Вика рывком выдернула рисунок из рук художника.
   Егор застыл в безмолвии, ожидая вердикт.
   - Что это? - заверещала девушка.
   - Я же предупреждал...
  
   20 июля, 15:51.
   5й день 1 фазы.
  
   - Ну так что, на речку собираемся или как? - зевнул Саша. - Вода уже должна быть нагрета хорошо, да и жара спадает...
   - Идём, не нервничай, - заверил его Варнар. - Собираемся и идём.
   - Это хорошо, - сказала Аннет. - Тогда я пошла всех шевелить. Пусть собираются.
   - Шевели, - кивнул Варнар. - Давно пора. Жара уже спадать скоро начнёт, а вода как парное молоко.
   - Это просто замечательно, - сладко потянулся Златов. - Хршоооо....
  
   20 июля, 16:41.
   5й день 1 фазы.
  
   Прыжок. И ещё один. Вода добрая, тёплая. Она поддерживает. Взять бы и поплыть, но Лиза не умеет плавать. Никто не обратил внимание на то, что она отбилась дальше, чем следовало бы. Все пьяны. Лёша косился с подозрением, когда Лиза отошла, но ничего не сказал. Он же тактичный. Раз ушла, значит, так надо. Может по нужде отошла. Нельзя смущать девушку.
   Лиза Нефёдова с детства боялась воды и не умела плавать. Научить её пытались, но не получалось. На это Витя даже песню пел.
   "Воздух выдержит только тех, только тех, кто верит в себя. Ветер дует туда, куда прикажет тот, кто верит в себя," - напевал он. А потом сказал. - "Ты в себя не веришь, вот тебя даже вода и не держит. Скажи спасибо, что земля из-под ног не уходит."
   И он был прав. На виду Лиза всегда старалась показать, что у неё всё благополучно, что она живёт хорошо, что проблем нет. А внутри свернулась змейка неуверенности в себе и своих силах. Лиза от этого очень страдала, но из-за собственных принципов признаться не хотела. И все окружающие верили, что у неё всё хорошо.
   Сомнения закрадывались в то время, когда она оставалась одна. И вот тогда земля и уходила из-под ног.
   Обычно дальше, чем по пояс, в воду Нефёдова не заходила. Но, как известно, пьяному и море по колено, что уж тут речка?
   Опомнилась Лиза, когда было уже поздно. Ухнув под воду с головой и не достав до дна, девушка поняла, что дело плохо. Да и вообще, не может быть ничего хорошего, когда ты тонешь!
   Течение у реки сильное, известно, что она очень коварна, река эта, но интерес к ней не пропадал, все плевать на запреты хотели. А Лиза испытала лишь запоздалое раскаяние, что не послушала эти советы.
   Вода вроде бы и выглядела спокойной и вялой. Но это только со стороны. А под зеркальной кромкой воды бурлила жизнь. И не казалась река уже сонной.
   Лиза сдавленно захрипела, усиленно барахтаясь в воде. Крик хотел, но не мог вырваться из горла.
   "Это что, получается, я сейчас умру?" - равнодушно подумала Лиза, когда её унесло за изгиб реки. - "Как же так?"
   Когда тело начало медленно, но уверенно погружаться всё глубже, а силы решили покинуть Нефёдову, открылось второе дыхание. Она, хоть и мысленно уже простилась с родными, умирать никак не планировала.
   "Прости, мама, я не хотела тебя разочаровать," - горько подумала Лиза. - "Значит, пора бороться."
   Девушка вновь окунулась под воду с головой, но всплыла. Выплюнула воду.
   Помогитепомогитепомогитетонутонутону...
   Ногу свело судорогой...
   Спаситебольнопомогитетонужитьхочувытянитеменяизводыспаситепомогитетонутонутонутону...
   В лёгкие попала вода. Как лёд проглотила...
   БОЛЬНОБОЛЬНОСПАСИТЕПОМОГИТЕТОНУПОМОГИТЕЖЕПОМОГИТЕПОМОГИТЕПОМОГИТЕТОНУТОНУ!!!!!!
   "Всё. Больше не могу. Простите. Не зря воды боялась, от неё и умерла." - равнодушно подумала Лиза, закрывая глаза.
   БОЛЬНОБОЛЬНОБОЛЬНОБОЛЬНО...
   Темно. Мокро. Интересно, а каково это, умереть? Что же будет потом? Вот и повод узнать...
   Я ЖИТЬ ХОЧУ!!!!! ЖИТЬ! ЖИТЬ!
   Но сил уже не оставалось.
   Ктонибудьпомогитеятонужеподводойнемогудышать...
   Помогитепомогите...
   Помогитежетону...
   Тонутонутону...
   Жить...
   И темнота.
  
   20 июля, 16:42.
   5й день 1 фазы.
  
   ... Ктонибудьпомогитеятонужеподводойнемогудышать...
   Хант сидел и морщился. Кто-то тонул и звал. Громко звал. Неужели кто-то из проклятых решил искупаться? Так, кого нет?
   - Тебе наливать? - спросил Варнар. - "В чём дело? Ты тоже слышишь этот зов?'
   - Нет, я пропущу. Кажется, мне надо прогуляться до дерева, - сказал Хант. - "Да. Зов сильный, это кто-то из ребят. Кого нет? Посмотри.'
   "Ира и Лиза." - заключил Варнар, осмотревшись. - "Ира - амфибия. Похоже, что тонет Лиза. Блин. Пошли спасать. Она же плавать не умеет..."
   "Твою ж... ...! Чего в воду полезла тогда, ...!" - скривился Хант.
   - Знаешь, Володя, я с тобой к деревьям пройдусь, - сказал Варнар.
   Тархи степенно прошлись до ближайших кустов, а потом кинулись бегом вниз по течению реки.
  
   20 июля, 16:42.
   5й день 1 фазы.
  
   Ира с наслаждением нырнула в тёплую воду. Проплыла до середины реки. Заплыла вместе с течением за изгиб реки. Мысли текли гладко и мирно, как и река.
   "Что-то я и дышать забыла," - лениво подумала Полянская. Рукой ощупала за ушами и внимательно осмотрела эту руку. Жабры щекотали пальцы, на которых виднелись перепонки на фоне серебристой чешуи. - "Стало быть, тогда, в ванной, было не нечто выходящее прочь из рамок, а закономерность. И сейчас я дышу жабрами. Дышу, да и ладно."
   Ира изогнулась и, пропоров косяк каких-то мелких рыбок, оказалась ногами на дне.
   "В этом месте глубина где-то около трёх с копейками метров," - безразлично подумала девушка. - "Я в середине русла, значит, тут глубже, чем у берегов. Никогда сюда не доныривала."
   Шаги по песчаному дну. Течение ласкало ноги, бережно подталкивало в спину, щекотало волосы. Ира шла и с интересом наблюдала за движениями рыб, за тем, как что-то плывёт по поверхности, за тем, как развиваются водоросли.
   "Как же они похожи на волосы," - мелькнуло в голове. - "Как же тут красиво, на дне. И, если могла бы, в воде бы и жила. Как Ихтиандр."
   То, что плыло по поверхности, усердно барахталось и баламутило воду.
   "Минуту," - возникла паническая мысль. - "Кто-то же тонет. Надо бы помочь... Дело самих утопающих и всякое такое может существовать лишь тогда, когда никто тонущего не видит..."
   Ира оттолкнулась ото дна и рассекла воду, пробираясь вверх.
   ... Помогитепомогитепомогитетонутонутону... - настойчиво колотило в голове.
   - Лиза? - воскликнула Ира, выплёвывая воду. Она же ещё не на воздухе... Но и Лиза же тоже...
   Нефёдова не дышала. Ира вскрикнула, взяла её на руки и потянула на берег.
   - Человека можно вернуть через пару минут после остановки сердца... - шептала Ира. - А пульс хоть у тебя есть... Что я несу, на берег...
   Мокрые липкие водоросли у берега... Гадкий ил, в который проваливалась по колено... На руках синяя подруга, а под босыми ногами колючки и всякая дрянь...
   Жуткий прыжок, девушки падают на траву...
   - Блин, блин, блин! - причитала Ира. - Что же с тобой теперь делать?!!!!! Не умирай только, я дуууура...
  
   20 июля, 16:47.
   5й день 1 фазы.
  
   Кусты затрещали.
   - Ира! - крикнул Хант. - Успокойся, сейчас мы её вытянем...
   Полянская вскочила и кинулась к Ханту. Уткнулась к нему в грудь и заплакала.
   - Она не дышит! И пульса нет! Я не смогла её спасти!
   Жутко ругаясь из кустов вылез Варнар.
   - Сейчас разберёмся, - доверительно сказал он. Жестом указал Ханту, что нужно увести амфибию куда подальше. Хант кивнул и повёл Иру к стоянке, по ходу успокаивая.
   - Так, - прошептал Варнар, ощупывая тело. - Мертва уже? О да, мертва. Утопленница. Весело. Сейчас будем оживлять и в чувство приводить. От меня девушки таким образом ещё не уходили, оригинальная ты наша. Посмертно не расстанемся. Не надейся, уйти не дам.
   Варнар поднял глаза вверх, что-то высматривая.
   - Лиза! Ты меня видишь, покажись!
   В воздухе возник полупрозрачный силуэт Лизы.
   - Это что, я умерла уже? - с интересом спросила она. - Необычно так...
   - ... тебе, а не посмертие, - грубо оборвал Варнар. - Возвращайся давай. Говорю для справки, ты проклята, ни в ад, ни в рай, в человеческом понимании, не попадёшь. Ты же должна будешь теперь так всегда жить, без тела, пока не упокоят. А это маловероятно. И проклятие снять только с живого можно. Улавливаешь суть, дух?
   - Да, - кивнула Лиза. - Тело не вспомнит этого разговора?
   - Ты душа, тебе и думать, - пожал плечами Варнар. - Всплывёт только в фарсмажорных обстоятельствах, да и то, только если ты захочешь. Возвращайся. У тебя полчаса только есть, поэтому поторопись. А то так и останешься.
   - Не останусь, - гордо сказала душа. - Она - кивок на тело - получила дар в виде меня, олицетворённого духа. Только ещё не знает. А после того, как оживёт, способность должна наконец-то уже проявиться. Я тебя запомнила, ещё найду, когда понадобится совет.
   - Хорошо, - кивнул тарх. - Но только вернись для начала. А то тело скоро остынет. Воды в лёгких вроде бы уже нет. На счёт три. Я делаю массаж сердца и искусственное дыхание, ты возвращаешься. Давай. Раз. Два. Три!
   Душа разогналась и ударом вклинилась в грудь, пройдя через Варнара. Тот поёжился - холодная она, однако, душа эта.
   Девушка забилась и захрипела, выплёвывая воду. Сердце бешено заколотилось, Лиза стала судорожно хватать воздух.
   - Всё уже хорошо, - Варнар обнял Лизу и прижал её к себе. - Давай я отнесу тебя к нашим, всё будет хорошо...
   - Как я тут оказалась? - спросила Лиза.
   - Ты решила утонуть, мы тебя вернули, - Варнар легко подхватил девушку на руки и понёс. - Ира тебя из воды вытянула, я в чувство привёл. Её в нормальный вид приводит Володя. Ты пережила клиническую смерть, у Иры теперь истерика, винит себя, что не успела тебя спасти. Но всё теперь хорошо будет. Так что можешь воды больше не бояться, в одной реке дважды не утонешь...
  
   20 июля, 18:13.
   5й день 1 фазы.
  
   Ярик допил стакан пива и уставился в одну точку. Внутри что-то активно бурлило и клокотало. Парень задумался над тем, не пора ли бы ему прекратить уже пить. Он лениво посмотрел на Лёшу. Где он мог его раньше видеть? С самого утра ему не давала покоя эта мысль. Только сегодня они познакомились, но ощущение, будто они разговаривали и раньше, покидать мысли не хотело.
   Ярик щурился то так, то эдак, но вспомнить ничего не смог. А жертва Ярикова интереса тем временем решила, что пора бы избавиться от лишней жидкости в организме, и вышла из-за стола.
   А вот Власов понял, что нужно срочно уединиться, только когда тошнота подступила к горлу и сил сдержаться не осталось. Ярик зажал рукой рот и со скоростью истребителя кинулся к домику уединения. Но добежать не успел.
   Расположившись под яблоней в саду, Ярик начал с чувством выблёвывать всё, что за вечер было съедено. Голова кружилась ужасно, и казалось, что чувство, которое он испытал при перевороте, повторяется.
  
   20 июля, 18:16.
   5й день 1 фазы.
  
   Когда Варнар вышел из туалета, его за шиворот схватила твёрдая и сильная рука. Тарх не успел ничего и пискнуть, а на него уже наложили отрезвляющее заклинание.
   "Это на Айну похоже," - подумал тарх, когда хмель сошёл с глаз.
   - Ты совсем идиот или притворяешься? - зашипели на него.
   "Точно Айна," - равнодушно подумал Варнар.
   - Я ответа жду! - зарычала на него девушка. - Хотя, похоже, это был всё же риторический вопрос. Ты за детьми следить должен был, а не напиваться!
   - Что-то произошло? - спросил Варнар.
   - А как ты догадался? - едко сказала Айна. - Тут сейчас Власов переворачивается в саду, а ты ничего не знаешь! Марш его откачивать!
   Айна с силой толкнула Варнара в сторону сада, да так, что тот чуть ли не упал.
   - Э, полегче на поворотах, - пробормотал Варнар, направляясь к Ярику.
   - Будешь пререкаться - ещё добавлю! - сказала ему вслед Айна.
   - Большое спасибо, жестокая женщина, - но этого Айна уже не услышала.
  
   20 июля, 18:18.
   5й день 1 фазы.
  
   - Твою ж... - всплеснул руками Варнар. - Ну что за ..., а!
   Ярик перекинулся наполовину. А дальше - ни туда, ни сюда. Его скрючило и жутко тошнило, тело било в конвульсиях, неудачливый кхаторши хрипел, но ничего не мог сделать.
   А при том, как парень выглядел внешне, это зрелище было не для слабонервных. Безумные глаза на волчьей морде, с пасти нить слюны волочется, спина голая, человеческая, а ладони и стопы уже волчьи, по поверхности кожи идут волдыри и кустами шерсть лезет. Варнар поморщился и подошёл ближе.
   "А теперь надо бы и рассуждать логически, - подумал он. - Вырубить его сейчас нельзя, иначе таким и останется. При такой тряске он до конца переворот не совершит, обратно уже процесс не повернём, это он должен сам делать, а он не умеет. Тогда надо прекратить тряску."
   Тарх присел рядом с Яриком на корточки. Взял его руками за виски.
   - Так, дружок, теперь давай выкарабкиваться, - прошептал он. И в голос: - Ярик! Ярик! Ты меня слышишь?
   Власов судорожно кивнул, прекратив тошнить.
   - Хорошо, - кивнул Варнар. - Ты меня узнаёшь? Это Алексей. Ты сейчас полповорота совершил и застрял. Тебе нужно завершить переворот, слышишь?
   Ярик снова кивнул.
   - Хорошо, поехали дальше, - тарх набрал воздуха в лёгкие, успокаиваясь. - Ты это делать не умеешь, и так понятно. Слушай внимательно и делай, что говорю. Понял?
   Ещё кивок.
   - Так. Сейчас сконцентрируйся и представь, что по лесу бежишь. В волчьем облике. Ты бежишь по лесу, - вещал тарх. - Ну, давай же!
   Ярик честно старался. Тело парня изогнулось, из глотки вырвался глухой стон.
   - Молодец, - шептал Варнар. - А теперь ещё немного, давай, ты сможешь!
   Когти рыхлили почву, вздымая комья земли с травой. Черты человека сменялись сугубо волчьими. Когда трансформация завершилась, волк присел и тихо заскулил.
   Тарх погладил его по мягкой шерсти.
   - Всё хорошо, умница, ты справился. Всё хорошо, я свой, Алексей.
   "Лёша?" - спросил Ярик.
   - Да, Лёша, - ответил Варнар. - Давай теперь обратно. Помочь, или сам?
   "Ну, попытаюсь сам, если не получится - поможешь." - решил Ярик.
   - Это правильно, - сказал Варнар, отходя. - Помнишь, что в прошлый раз делал?
   Волк кивнул.
   - Тогда начинай, пока никто не заметил, что ты за зверюга у нас.
   Ярик глухо зарычал, но всё же начал превращение. Варнар стоял и морщился. Как же это неприятно. Кости хрустят, шерсть клочьями летит, сам парень в такой бараний рог согнут, что даже выглядит нереально.
   Когда превращение закончилось, на дрожащих ногах Ярик попытался подняться.
   - ...! - с чувством сказал он.
   - Так, дружок, осторожнее на поворотах. Долой экспрессию, - сказал Варнар, подавая руку шатающемуся парню.
   - Ты посмотри, на кого я похож! - прошипел Власов. - Одежду можно в топку отправлять, сам как хмырь болотный...
   - Я не скажу, что ты зверь, ты не скажешь, что видел, - подмигнул Варнар. - Баш на баш, м?
   - Ты одежду починишь? - заинтересовался парень.
   - А то.
   - Тогда баш, - кивнул Ярик. - Согласен.
   Щелчком Варнар привёл одежду Власова в порядок.
   - Ты, кстати, теперь трезвый, - как бы между делом заметил Варнар.
   - Бывает, - сказал Ярик. Он уже погасил восторженные огоньки в глазах и усердно делал вид, будто ничего не произошло.
   - Тогда пошли дальше пить, - улыбнулся тарх.
   - Пошли. Теперь я понял, где я тебя видел...
  
   20 июля, 18:23.
   5й день 1 фазы.
  
   Власий почесал затылок.
   - Дир, скажи на милость, как они туда попали? - спросил он у демона.
   - Я так и знал, что ты это спросишь! - хрипло рассмеялся тот. - А сам не хочешь догадаться, а, друг ты мой сердечный?
   Власий покрутил в руках бутылку. Красивая, фигурная, форма причудливая. Но удивляла далеко не форма бутылки. Внутри плавала полудюжина румяных и аппетитных груш. При том, что в горлышко бутылки вряд ли поместился даже палец Власия.
   - Магия? - с серьёзной миной спросил Власий.
   - Тьфу, - прыснул Дирамант. - Какой же ты ограниченный. Смертные такую штуку первыми придумали. А они магией не владеют. Думай, Власий, думай. Какие ещё варианты предложишь?
   - На сухофрукты тоже не похоже, - сказал тарх. - Все груши целые, значит их не резали. И не муляж. Гм...
   - Сдаёшься? - издевательски спросил демон.
   - Говори уже, - махнул рукой Власий, ставя бутылку на стол.
   - А не скажу! - ухмыльнулся Дирамант. - Мы её разопьём сейчас, а там, может, у тебя даже мысли появятся.
   - Жук, - скривился глава L-ской общины. - А мне теперь мучайся весь вечер.
   - Вот! - демон поднял вверх указательный палец. - Чего я и добивался!
   - Тьфу на тебя, - сказал Власий, доставая на стол стопки.
  
   20 июля, 19:37.
   5й день 1 фазы.
  
   - Блин, я тоже шашлыка хочу, - тоскливо протянул Кирот. - Вот везёт же этой развесёлой троице, они вон мяско трескают...
   - Заглохни, - отмахнулся Гаррет. - Хотеть не вредно, вредно не хотеть. Они и так уже сегодня девиц из воды вытаскивали и перевёртышей успокаивали.
   - Видишь, там на столе шашлык лежит! - продолжил Кирот. - И не следит же никто. Давай я схожу возьму чуток, никто и не заметит...
   - Совсем сдурел? - глаза Гаррета полезли на лоб. - А головой думать не учили? Что делать будешь, если попадёшься?
   - Не попадусь, - заныл Кирот.
   - Я не пойду, - обрубил тарх.
   - Я сам! - загорелись глазки у Кирота.
   - Да ну тебя, - сказал Гаррет и отвернулся.
   - Тогда я пошёл.
  
   20 июля, 19:40.
   5й день 1 фазы.
  
   Саша медленно шёл, стараясь не таранить дверные косяки. Зачем он куда-либо вообще шёл, парень уже вспомнить не мог, но всё же упорно переставлял ноги. Стены шатались, дрожал пол, где-то на улице пел Витя.
   - Засыпааай, на руках у меня засыпай, засыпааай под пенье дождя... - орал дурным голосом Витя. Ему подпевали не менее противно Мари и, кажется, Лиза с Леной. - Далекоо, там, где неба кончается крааай, ты найдёооошь... потерянный раааай...
   "Опять арию горланят, - подумал Саша. - Изверги. Такую хорошую песню и так жутко испоганить.'
   Саша споткнулся и повалился на косяк. Но удара не последовало. Златов пролетел сквозь стену и упал на пол.
   "Удачно прошёл. В дверной проём даже, а то было бы больно очень." - довольно подумал Саша.
   Пройдя сквозь следующую стену, Саша решил сделать вид, что так и надо. Видимо, это сон и ему снится, как он ходит сквозь стены. Невинное такое желаньице.
   А раз сон, так можно всё.
   Сон сном, но все, кого Саша пугал внезапным появлением из стен, орали матом вполне натурально. Кроме одного.
   На кухне около оставленного без присмотра шашлыка стоял какой-то светловолосый парень и отковыривал мясо с шампура, складывая добычу в целлофановый пакетик. Парень стоял к Саше спиной и не сразу заметил, что Златов появился в комнате.
   - Гм-гм, - Саша дал понять, что блондин в комнате далеко не в одиночестве.
   Парень вздрогнул.
   - Гм-гм, - повторил Саша.
   - ...! - выдал блондин, едва повернувшись. - Ыыы... Кир, приятно познакомиться.
   Кир протянул Саше руку, которую Златов рассеяно пожал.
   - Саша. А ты как тут оказался? Я, конечно, сплю, но я же тебя не знаю...
   - Так ты же спишь, - загадочно сказал Кир. - А во сне может происходить что угодно. И ты видишь, как я угощаюсь вашим шашлыком. Вкусный, кстати. А ты почему не ешь?
   - Так я же сплю! - удивился Саша.
   - Да ну тебя. - Кир пожал плечами. - Будто во сне вкусно поесть нельзя. Значит, трахаться можно, а есть - ни-ни?
   - Знаешь, - Саша потёр подбородок. - Я об этом не задумывался. Но шашлык и правда вкусный.
   - Вот именно, - кивнул блондин. - Так что трескай, а я пошёл.
   - Куда?
   - По делам, куда же ещё? - притворно удивился Кир.
   - А ещё заскочишь?
   - Разумеется, - подмигнул блондин. - Адресок подкинешь?
   - Так я ж сплю... - растерялся Златов.
   - Действительно, - задумался Кир. - Тогда... я тебя запомнил, так что увидимся!
   - Буду ждать, - сказал Саша.
   - Жди. Кстати, а как ты в комнату попал, если не секрет?
   - Не секрет, - Саша отгрыз кусок мяса с шампура. - Я тут по всей даче сквозь стены бегал, все шугались и матом на меня орали. А ты тут стоишь и хомячишь.
   - Круто, - сказал Кир. - Я тоже так хочу.
   - Так пошли побегаем!
   - Не, у меня дела, давай в следующий раз...
   - Тогда с тебя прогулка сквозь стены, - улыбнулся Саша. - Только попробуй не прийти и увильни.
   - Не буду, что ты! - ужаснулся Кир. - Обязательно приду! Всё, бывай!
   Блондин вышел через окно и скрылся. А Саша сквозь стены прошёл в спальню, завалился на кровать и моментально заснул.
  
   20 июля, 20:14.
   5й день 1 фазы.
  
   - Идиот! - прошипел Гаррет, едва Кирот подошёл к нему, размахивая пакетиком с шашлыками.
   - Извини, кетчуп утянуть не вышло, - пожал плечами тарх.
   - Ты идиот! Ты попался! Да если бы он не был так пьян, то были бы большие неприятности! - продолжал разоряться Гаррет.
   - Ой, да ладно! - легкомысленно махнул рукой Кирот. - Тут выяснился интересный факт. Этот Златов сквозь стены ходит. Тогда он думал, что спал, и потому не пугался.
   - Что?
   - Златов, говорю, впервые проявил способности и ходил сквозь стены! - Кирот помахал перед лицом Гаррета рукой. - Не спи, замёрзнешь! Я стою, никого не трогаю, шашлыки ворую, тут из стенки выходит такой Саша. Меня не удивишь, зато ему весело было. И он говорит - думаю, что это сон, вот я и сквозь стены хожу. Я ему - да, сон, я тебе снюсь. Он - а мы незнакомы, а я - ещё в гости зайду, вдвоём сквозь стены побегаем. Вот!
   - Что ты раньше молчал, голова садовая! - взревел Гаррет. - Пошли, бегом, к начальству, отчитываться!
   - Не, меня в телепортах укачивает, - отмахнулся блондин. Но его не спрашивали.
  
   20 июля, 20:31.
   5й день 1 фазы.
  
   - И всё-таки, как эти груши туда попали? - Власий печально смотрел на пустую бутыль с осиротевшими грушами, валяющимися на дне.
   - А вот просто... - сказал Дирамант. - Ща поясню...
   Посреди комнаты вспыхнул телепорт.
   - О, подчинённые пожаловали, - вздохнул Власий.
   - Тау Власий! Тау Власий! - наперебой голосили Гаррет и Кирот.
   - А ну молчать! - крикнул Власий. Громкие подчинённые мигом притихли. - В чём дело? Где пожар?
   - У Златова способности проявились! - воскликнул Гаррет.
   - А теперь по порядку, - Власий постарался придать лицу строгое выражение.
   Гаррет вытолкнул товарища вперёд, и Кирот, размахивая пакетиком с шашлыком, начал сбивчиво рассказывать, как эти самые шашлыки добыли. После дегустации Власий задумчиво сказал:
   - Тогда понятно. Что ж, хорошо, теперь мы знаем, приблизительно, правда, чего от Александра ожидать можно. Молодцы. Вы хоть остальных предупредили?
   Гаррет ударил себя по лбу.
   - Понятно, - Власий снова глянул на бутылку. - А вот скажите мне, как груши попали в бутылку?
   Молодые тархи присмотрелись к бутылке.
   - Магия, - сказал Гаррет.
   - Или бутылку к ветке привязали, или груши спиртом натёрли, - пожал плечами Кирот. - Как-то так, наверное.
   - Вот тебе и творческий подход, - сказал Власий Дираманту. - А вы, - обратился он к подчинённым, - идите работать.
   Когда тархи исчезли, демон хрипло рассмеялся.
   - Вот тебя молодёжь и уделала! Блондин был прав, а ты закостенел во взглядах. Тот второй тоже уже утратил способность находить новые пути, что свойственно молодёжи. Он уже зрелый умом. Так-то.
   - Интересные мээтоды изготовления наливок у смертных, - задумался Власий. - А ещё одна есть?
   - Тяни коньяк, - махнул когтистой рукой Дирамант. - А теперь юмор - как эти груши извлечь?
   - Магией, - пожал плечами глава общины. - Без глупостей. А ещё одну такую всё же раздобудь, мне понравилось.
  
   20 июля, 22:11.
   5й день 1 фазы.
  
   Карина любовно глядела на маску. То, что рядом на диване валялся труп Саши, её абсолютно не волновало. Он пару часов назад неверной походкой сквозь косяк вошёл к комнату и завалился на первую попавшуюся кровать, даже не заметив, что в комнате находилась Карина. Её же подобные мелочи жизни не смущали.
   Чувство пришедшей эйфории не сбил даже молодецкий храп Златова. Василишина пригладила рыжий хвост под парэо и пошла на улицу. В саду наверняка сейчас будет хорошо. В летнюю ночь даже сам воздух ластится.
   На Василишину никто внимания не обратил. Она спокойно прошествовала сквозь комнаты, даже не потревожив тех, кто там находился. Не обратила ровно никакого внимания на них и сама девушка.
   Карина неторопливо сняла тапки-сланцы и взяла их в руку. Пройдя по тёмному саду, она поняла, что сделала это не зря. Нагревшаяся за день земля отдавала своё тепло. Жёсткая трава волнительно щекотала стопы, доставляя лисичке несравненное удовольствие. Около яблони земля была разрыта будто когтями.
   Яблоня была старая, в обхвате её могли взять двое или трое. Карина медленно обошла вокруг неё и споткнулась о прислонившегося к дереву Ярика. Он, похоже, решил дремать сидя. Или не решил, а просто сел отдохнуть, а потом нечаянно и незаметно для себя заснул. Тем более, отсюда был красивый вид.
   Дачи начинались на крутых террасах реки. Дача Артура находилась в верхней части террас. И друзья, приезжая, всегда радовались панораме, которая открывалась с этого участка. Живописный изгиб реки, железная дорога, крутой спуск, компактно прижавшиеся друг к другу дачи. Обрыв, насыпь, пролесок. Поводов для восхищения было множество.
   Вдали горели огоньки, плясавшие по глади ленивой ленты, которой казалась издали сонная река. На другом берегу находилась турбаза, откуда доносился модный шлягер этого лета. В доме тоже играла музыка, но она была приглушена.
   Пели цикады. Карина прислушалась. Вот выключить бы сейчас всю музыку, чтобы слышать лишь их звонкие голоса. Ярик дышал почти бесшумно, не нарушая мелодию ни единым звуком. Карина прислонилась к яблоне.
   - Красиво, не так ли? - Карина вздрогнула от неожиданности. Ярик открыл глаза и поднял голову вверх, чтобы видеть девушку.
   - Я тебя разбудила? - спросила она.
   - Нет, - ответил Ярик, двигаясь. - Присядь рядом.
   Карина послушно села рядом.
   - Я не спал, - продолжил Ярик. - Ты же сама чувствуешь это. Нельзя бездарно проспать этот миг. Эту гармонию, временную, хрупкую. Миг единения всего мира и тебя. Миг, когда царит июльская добрая ночь.
   - Во как заговорил, - улыбнулась Карина. - Прямо поэт. Пушкин, Есенин и Лермонтов в одном флаконе.
   - Нет, - покачал головой Власов. - Как говорит моя сестра, просто так надо, а по-другому уже будет неправильно. Я сидел, закрыв глаза, и слушал. Наслаждался моментом. Да, я пьян, и на трезвую таким романтиком я не буду, но сейчас я это чувствую, поэтому сижу и наслаждаюсь. Мы же обычно на природу и не смотрим. А она... Она восхитительна. Не говори, что я ошибаюсь.
   - Я вообще думаю, - медленно проговорила Карина, - что сейчас и слов не надо. Давай просто посидим рядом и помолчим?
   - Давай, - согласился Ярик. - Ты не будешь возражать, если я тебя приобниму?
   - Даже за, - задумчиво сказала Карина. - Сейчас я хочу, чтобы, как говорит твоя сестра, просто было так, потому что так надо. Вот. А потом сможем сказать, что были пьяны, и это будет оправданием.
   Тут Василишина вспомнила, что она в маске. Но сразу же откинула эту мысль. Темно же, вдруг не заметит. Только девушка успокоила себя этой мыслью, как с ужасом выяснила, что хвост решил зажить собственной жизнью. Он нежно гладил ногу Ярика, лез под шорты-бермудки.
   - Что это? - спросил Власов.
   - М... э... Ярик, будь другом, сделай вид, что так и надо...
   - А можно не буду?
   - Что не будешь? - испугалась Карина.
   - Другом, - ответил Ярик.
   - А как же тогда? - спросила Василишина.
   - Может быть, я хочу попросить немного большего, - сказал парень.
   - Ну... если это то, о чем я подумала, то я не против, - задумалась Карина.
   - Это хорошо, - заметил Ярик. - Ты согласна. И раз у меня такое настроение, откровенничать хочу, так смотри, и, прошу, не пугайся.
   На руку лёг черный коготь. В отсветах, которые шли от веранды, блеснула жуткая гримаса. Волчья морда. Тело парня обрастало шерстью.
   - Мило, - спокойно сказала Карина. - Значит, ты решил меня этим напугать. Мило. Волк и лисица - милая парочка, верно? Ты меня видишь.
   Хвост защекотал Ярику позвоночник.
   - Милая парррочка, - выдохнул Ярик, резко впившись в губы девушки. Оторвавшись, оба остались хрипло дышать.
   - Чем ты меня тут пугать хотел? - прошептала Карина, стягивая с перевёртыша одежду. - Ты кого, волчок-серый бочок, пугать решил? Отвечай теперь! Не словом, а делом!
   Одежда полетела в клочья. Уже пропаханная земля приняла на себя новые борозды, а странный тандем волка и лисицы плевать на это хотел с высокой башни.
   Переплетаться могут не только хвосты, верно?
  
   20 июля, 22:49.
   5й день 1 фазы.
  
   - Какие же вы пошлые, - с укором произнесла Айна, подойдя к молодым людям, а если быть точнее, то тархам, сзади. - И в вашем-то возрасте! То, что сами делать должны, со стороны наблюдаете. И не стыдно вам? Я же вас как маленьких мальчиков застукала!
   Ирдес и Лесьяр рывком развернулись и хором шикнули на столь невовремя подошедшую тарху.
   - Ты зачем сзади подкрадываешься и пугаешь? - шёпотом спросил Ирдес.
   - Я? - удивилась Айна. - Я ничего.
   - Так стой молча, - отвлёкся от зрелища Лесьяр. - Тут такие интересные вещи!
   - Гм, я, конечно, извиняюсь, но что именно вы видите интересного? - вкрадчиво спросила тарха. - Голые тела? Поза примитивная, дети же как-никак, ничего удивительного такого не вижу, в чём дело?
   - Если бы ты присмотрелась, то заметила бы, в каких ипостасях они там упражняются, - с азартом учёного сказал Лесьяр. - Вот он, менталист такой, просто порнографией любуется, а я, как целитель и медик, вижу в этом научный интерес...
   - Фу, мне ещё тут непотребства наблюдать, - скривилась Айна, но всё же присмотрелась к подросткам. - Надо же. Интересненько. Волк и лиса. Любопытное сочетание. Как же они так умудряются...
   - А говорила, что нехорошо подглядывать! - усмехнулся Ирдес. - А теперь сама пялишься тут на "непотребное"! Вот женщины, непостоянные существа!
   - Тьфу на тебя, - сказала Айна. - Они, похоже, в неполном перевороте. Но если у кицунэ это вполне нормально, то Ярославу это или вредно, или голова будет болеть только завтра, а пока он получает удовольствие.
   - Досмотрим, пойдём отчёт писать, - вздохнул Лесьяр. - Айна, изобразишь?
   - А почему я-то? - возмутилась девушка. - Я не сначала видела и не всё.
   - А потому, что женщинам легче сопливые сцены писать! - поучительно сказал Ирдес. - Вы же женские любовные романы свои читаете, вот вам и легче и будет описать!
   - Лучше ты потом сам Власию расскажешь и опишешь, - сказала Айна. - А то я там стоять буду и краснеть, как маков цвет.
   - Но! - Ирдес поднял указательный палец к небу. - Бумага не краснеет!
   - А я - краснею и ещё как! - вспылила Айна. Воздух резко похолодел. Волосы Ирдеса покрылись изморозью.
   - Хорошо, что твоя стихия - лёд, а не огонь, - выдохнул менталист, ёжась. - Иначе быть мне сейчас пеплом. Или обуглышем. Или просто без волос и бровей совсем. С твоей-то сдержанностью...
   - Ещё слово - и совсем замёрзнешь и простудишься, - без тени угрозы сказала Айна. - Ты меня понял?
   - Да, молчу-молчу...
   И троица вновь повернулась в сторону яблони, созерцая сочетание серебра с бронзой - лисы и волка.
  
   21 июля, 6:19.
   6й день 1 фазы.
  
   Утро с похмелья - серьёзный аргумент, чтобы не вставать с кровати. Пусть даже эта кровать - разрытая земля под яблоней в саду.
   Карина проснулась от того, что солнце упрямо било в глаза и громко кричали птицы. Не открывая глаз девушка потянулась. Рука задела что-то тёплое и пушистое. Мягкое такое, приятное. С трудом Василишина открыла левый глаз. И чуть не начала громко кричать матом.
   Напротив находилось обросшее серебристой шерстью лицо. Или морда? Форма близка к человеческой, но из приоткрытых губ торчали немалые клыки, а кожа была вся покрыта далеко не человеческой щетиной. На бедре девушки покоилась когтистая лапа, где-то рядом лежал пушистый хвост. Голую кожу грела шерсть на груди полуволка, которым являлся сейчас Ярик.
   Не без удивления Карина заметила, что сама она тоже хороша - то, что маска сейчас вросла в лицо, ладно, но лисьи руки и рыжий хвост, оплетший ногу парня - явный перебор, не следует так делать! Похоже на то, что вчера они оба были чрезвычайно пьяны.
   Ещё ночью Карину забавляло то, что волк спит с лисой. И звериная натура Власова девушку очень возбуждала. Карине нравилось, как она сама выглядела в лисьей ипостаси, как красив был волк, что находился рядом. Нравилось и то, что ни Карина, ни Ярик необычного облика партнёра не испугались. Нравилось, что природа той ночью была хороша, в бока ничего не кололо - а всякие камушки-палочки и другой мусор нежную спину раздражают - и даже воздух напитан той магией вечера.
   А сейчас? Исчезла тайна, исчезло очарование, исчезло увлечение. Сказка кончилась. И остались лишь проза жизни и похмелье. На низкой ветке повисло парэо, неподалёку валялись тапки-сланцы, повсюду клочья разодранной одежды.
   Ярик с утробным рычанием потянулся. Обнял девушку покрепче, оцарапав обнажённое плечо. Карина ойкнула. Власов резко открыл глаза.
   - Карина? - удивился он. - Так то не сон был...
   - Не-а, - заявила девушка, перебирая шелковистую шерсть. - Какой ты гладкий и приятный, а! Как игрушка плюшевая.
   - А сама-то хороша, - промурчал Ярик, наматывая рыжий хвост на руку. - Вот лиса!
   - Да, лиса, - сказала Карина. - И ты даже не удивился. Может давай сворачивать этот балаган? То, что я случайно оказалась тоже оборотнем, не значит, что ребята, едва проснувшись, начнут нас двоих любить и жаловать. Это ненормально.
   - Ага, - кивнул Ярик, отстраняясь. - Твою ж мать!
   - Что такое? - участливо спросила Карина.
   - Я же сам перекинуться нормально не могу, - Власов поднял глаза вверх. - Идиот!
   - Да ладно, - махнула рукой девушка. - Ты что, раньше не перекидывался?
   - Перекидывался, - сказал Ярик. - Но мне помогали.
   Карина сняла маску, но хвост остался.
   - Опаньки! - воскликнула она.
   - В чём дело?
   - Мне, кажется, тоже теперь нужна помощь... - прикусила губу Карина.
   - А что не так? - спросил Ярик.
   - Когда я снимаю маску, хвост и когти исчезают. А он остался!
   - Кто? Хвост?
   - Да! - воскликнула Карина. - Что делать?
   - Не знаю, - задумался Ярик.
   - А кто тебе помогал? Может, он и мне поможет? - с надеждой спросила Карина, крутя хвост в руках.
   - Лёша помогал, - нахмурился Ярик. - Можешь его позвать? Он в домике, наверное, сейчас спит.
   - А как я позову его? Ты это видел? - девушка сунула несчастный хвост в лицо Ярику.
   - Ты же под парэо его прятала, когда пришла, - пожал плечами Ярик.
   - А тебя не смущает, что ты сейчас сидишь рядом с голой хвостатой девицей, м? - раздражённо бросила лисица. - И сам ты голый, причём весь в шерсти, а обратно человеком стать не можешь, скажи, а? Мы же одежду подрали, головой не думали, ничего целого не осталось, лоскуты одни!
   - Ну не я же пойду народ пугать, - скис Ярик. - А ты в парэо замотайся...
   - Хорошо, - попыталась взять себя в руки Карина. - Парэо полупрозрачное, пошла-ка я голым задом светить.
   - Ты что, стесняешься? - изумился Ярик.
   - Мне пофигу, но это же неприлично! - лисица сдёрнула с ветки парэо и попыталась замотаться в ткань так, чтобы прикрыть и хвост, и наготу.
   - Весело, - парень поджал под себя непослушные ноги. - Ты только тогда не спались, а то внимание обратят не на хвост, а на сиськи.
   - Браво! - всплеснула руками Карина. - Этого нам только ещё не хватало!
   Парэо мигом упало на землю.
   - Знаешь, - Ярик силком оторвал взгляд от девушки. - С твоей фигурой я причин для стеснения не вижу.
   - Короче, - Карина сердито отправилась прочь от яблони. - Скоро вернусь!
  
   21 июля, 6:23.
   6й день 1 фазы.
  
   Тархи и демоны квартировали на дачном участке, который был недалеко от дачи Артура. И Варнар ночью ходил туда, рассказывая, что происходило в компании изнутри.
   Час, как тарх вернулся и лёг на хлипкую кровать, которая уже на ладан дышит. Там спала Лиза, отвернувшаяся к стене. Она и не заметила, что Лёша куда-либо уходил.
   Варнар лежал и просто разглядывал кривой потолок. Спать уже не хотелось, вставать рано. По всей комнате лежали тела спящих подростков, через которые Варнар возвращался осторожно, как по минному полю, стараясь никого не задеть. Среди них лежал и Гарнаг, который не без удовольствия присоединился к безобразиям, хорошенько напившись и повеселившись. Его не выловила Айна, устроившая Варнару скорое отрезвление.
   В коридоре кто-то пытался красться. Но получалось непрофессионально. Чуткий слух тарха улавливал топот, злобное сопение и шелест ткани.
   Варнар закрыл глаза и притворился спящим. В комнату зашла Карина. Она на цыпочках направилась в сторону якобы спящего тарха.
   - Лёша! - девушка слегка толкнула Варнара. Он открыл глаза, сделав вид, что сонный.
   - В чём дело? - спросил Варнар.
   - Лёша, тут у нас проблема вышла, - зачастила Карина, выдёргивая молодого человека из постели за руку. - Пойдём, скорее пойдём!
   - Так что произошло? - спросил Варнар, спускаясь по лестнице.
   - Ты правда помогал Ярику превращаться? - спросила Карина в лоб.
   - Что-то с Яриком? - опешил Варнар. Вот это номер! Она же знать ничего не должна, как же так? Что отвечать теперь?
   - У нас тут казус получился, - сказала Карина, заворачивая в сад. - Просыпаемся утром, а тут фигня - ни он обратно человеком стать не может, ни у меня хвост исчезать не хочет. Мы очень испугались.
   Варнар покосился на хвост Карины.
   - Гм... Так ты ещё не одета толком... Вы что, одежду потеряли?
   - Ну... Есть немного, - покраснела девушка. - Так вышло. Разодрали чуток...
   - Ясно, - кивнул Варнар. - Можешь не объяснять. Все мы...ммм... люди.
   - Вот именно. Всё, пришли, - Карина привела Варнара к злополучной яблоне.
   - Хорошо вы здесь порезвились, - поднял бровь тарх, флегматично осматривая место ночного свидания. - Всю землю тут окучили и пропахали. Борозды от когтей и клочья одежды. Гм... живописно. Романтика. Привет, Ярик. У тебя опять проблемы с переворотами. Вижу. Вы вчера ...гм... развлекались в полуперевороте, верно?
   - В смысле? - не понял Ярик.
   - В прямом, - скривился Варнар. - Ты же не до конца волком был?
   - Ну да, - нахмурился Власов.
   - И получается, - продолжил тарх, - что вы и до утра в таком виде остались?
   - Да, - сказала Карина. - Только утром я сняла маску, а хвост не исчез, а у Ярика вообще ничего не вышло. Он как был ночью, так и остался.
   - Хорошо, - подытожил Варнар. - Ярик, ты должен делать то же, что и при обычном превращении в человека. Просто ты до того плохо старался. Ты, Карина, должна пожелать сильнее. Чтобы облик человеческий был. А то в человеческой ипостаси у кицунэ предусмотрены хвосты. Они их прячут для маскировки. Давайте, сконцентрируйтесь и напрягитесь. А то так и останетесь.
   - Лёша, - робко попросил Ярик. - А ты можешь опять одежду починить?
   - Ты не человек, - скривился Варнар. - А сплошные затраты. Ты можешь постараться не драть одежду ежедневно? А то я только тем и занимаюсь, что одежду твою привожу в нормальный вид.
   - Спасибо! - улыбнулся Ярик. По крайней мере, попытался это сделать. Но вышел лишь жуткий оскал.
   - Умоляю, не улыбайся! - отскочил Варнар. - А то зрелище не для слабонервных!
  
   21 июля, 10:03.
   6й день 1 фазы.
  
   Саша шёл и снова таранил плечами дверные косяки. Шёл он в жутком недоумении. Если он проходит сквозь стены, значит он спит. Но контрольный щипок доказал, что нет, ни капли не спит. Но если он не спал и вчера, то кто такой Кир и был ли он вообще?
   Голова раскалывалась от перепоя и мучительного для Златова мыслительного процесса. Ничего умного, что могло бы пояснить, как он проходит сквозь стены, придумать не получалось, хотя парень честно пытался.
   Саша пытался размышлять об этом и искать воду одновременно. Но получалось плохо, видимо на лавры Юлия Цезаря парню можно не претендовать. Когда Златов отложил сложные мысли в дальний отсек сознания, как бесперспективные в момент похмелья, пришла гениальная мысль поискать воду на кухне.
   - И всё-таки он существует, - пробормотал Саша, осматривая пустую и грязную тарелку, в которой ещё вчера лежали шашлыки. Ну не мог кто-нибудь другой из их весёлой компании найти тарелку в уголочке, не мог! Значит, это был Кир. Собственно, никто теперь не задумается, куда же всё-таки шашлыки делись. Разве что Виталик припомнит, сколько мяса мариновал и какое количество шампуров использовал. Но это вряд ли. Виталик хорошо, если к полудню теперь встанет.
   Если Саша не ошибался, то Горянский вёл долгую и задушевную беседу с Игорем Вариводой. По крайней мере, сквозь сон Саша слушал многое, но ни слова не понял из этого потока мутных звуков. А всё потому, что сил встать и прикрыть окно Златов не нашёл. А одно из окон выходило на площадку, где сидели эти два доморощенных философа.
   Воду Саша вытянул, не открывая холодильник. Рука прошла сквозь дверцу, даже не помяв её. Лишь лёгкое покалывание, как и проходе сквозь стену. Больше ничего Саша не почувствовал.
   Златов клятвенно пообещал себе, что разберётся с этой непоняткой позже, и направился искать тех, кто вообще уже проснулся.
  
   21 июля, 10:31.
   6й день 1 фазы.
  
   - Иришка, - Олег аккуратно толкнул спящую девушку. - Иришка! Просыпайся же!
   - Что тебе надо? - пробормотала Полянская. - Спать хочу.
   - Уже половина одиннадцатого. Пора бы уже вставать, - сказал Олег, медленно стягивая с Иры простынь.
   - Тьфу на тебя, - скривилась Ира и скатилась с кровати колбаской. - Уй, пол, зараза, что же ты твёрдый такой...
   - А падала на пол зачем? - хмыкнул Сотник, поднимая русалку с полу.
   - Чтоб проснуться быстрее, - прошипела она. - Я думала, что скачусь пограциознее, а получилась хрень немыслимая. Вчера же пили, почему я не удивлена?
   - А пить меньше надо, - философски подметил Олег.
   - Ню-ню, - Ира ловко нырнула в футболку. - А сам-то? Сам можешь не пить?
   - Могу, - поднял подбородок Олег, будто позировал на аверс крупной монеты.
   - Ой, вот только врать мне тут не надо, а, - махнула рукой Ира. - Вот попробуй провести этот день, ни разу не выпив ничего. Вечером проверю. Договорились?
   - Договорились, - кивнул Олег. - На что спорим?
   - Гм, - задумалась Полянская, присев на мятую кровать. - На что бы поспорить... а ведь не знаю. На желание?
   - На желание? Можно. Только безо всякого идиотизма и мелких глупостей.
   - Пойдёт.
   Разбив руки, Ира и Олег спустились вниз, на веранду.
  
   21 июля, 11:01.
   6й день 1 фазы.
  
   - Нет, ну скучно же, - протянула Айна, опершись на кованые перила балкончика, который уже едва не падал вниз и на честном слове держался у стены соседнего с дачей Артура домика.
   - Верю, - сказал Аскай, подойдя.
   - Они то пол-утра проснуться не могут, то чаи гоняют, то разгребают всё то, что со вчерашнего дня осталось. Ну не занудство, а? - пожаловалась тарха. - За ними наблюдать - скука смертная. Хоть бы чего интересного произошло, но нет же. Надоеды, даром, что проклятые.
   - Гм, - Аскай потёр свой шрам, пересекающий гладко выбритую щеку рваной линией.
   - Аскай?
   - М?
   - А можно тебе нервы потрепать? - заискивающе спросила Айна.
   - Смотря как, - пожал плечами сотрудник боевой группы.
   - Не переживай, я хоть со скуки и флиртую, но не на работе же, - улыбнулась девушка. - Я просто тебе буду всякие вопросы о тебе задавать, а ты попробуй ответить.
   - Попробую, - флегматично сказал Аскай, поглаживая перила.
   - А откуда ты в тарховском ведомстве взялся?
   - У меня мама тархой была. У меня ещё и сестра есть.
   - Не хило, - с уважением сказала Айна. - Молодец твоя мама. И сестра тарха?
   - Ага. Целительница, - заулыбался Аскай. - Только она маленькая ещё. Учится.
   - Это хорошо, - вздохнула Айна. - А вот я не знаю, будут ли у меня дети. Девушки-тархи большей частью бесплодны. И не определишь же наверняка, пока лет триста - триста пятьдесят не стукнет. Вот и заводи себе семью, с такими-то способностями.
   - Извини, а тебе сколько лет? - осторожно спросил тарх.
   - Девяносто два, - пожала плечами Айна.
   - Ой, да ты ещё совсем девочка, - удивился Аскай.
   - Не дури, - скривилась девушка. - Лучше скажи, откуда шрам.
   - В L постоянно бесятся кхаторши и варайи, - выдохнул Аскай, отвернувшись от перила. - От последних вреда мало, но всё же. А я с кхаторши тесно пообщался. Он меня отметелил хорошенько. Я тогда зелёный совсем был, бестолковый... Вовремя целитель не успел. Я остался лежать посреди улицы раненый и без сознания, прикрытый иллюзией, этот гад хорошо их делал. Нашли меня через два дня. Как не помер - не знаю. На меня случайный патруль наткнулся. Все думали, что я сбежал куда. Трусливый был. Впервые поборол свой страх и проявил смелость, которую от меня совсем не ждали, и меня уже назвали дезертиром.
   - Бывает, - кивнула Айна. - Но ты, надеюсь, зла не держишь?
   - Только на себя, - усмехнулся Аскай. Шрам изогнулся кривой линией, обезобразив молодое и приятное лицо. - А мама тогда говорит - вот, сынок, ты и стал настоящим тархом и взрослым мужчиной. Когда ты переборол себя. И можно гордиться таким сыном, пусть и лицо потом ещё полгода никак заживать не хотело - а когти кхаторши, скажу тебе, вещь для тарха очень плохая - и пусть теперь не красавец.
   - Знаешь, а ведь ты действительно тогда сделал усилие и смог стать собой, - прищурилась девушка.
   - Ну вот только не надо, - поморщился тарх. - Не читай меня, не люблю.
   - Не буду, - прошептала Айна и отвернулась.
  
   21 июля, 11:52.
   6й день 1 фазы.
  
   - Алло. Власий у аппарата.
   - Власий? Это я, Кербена, - с трубки лился взволнованный женский голос.
   - Да, милая, - Власий затаил дыхание. - Мельда снова что-то видит?
   - Видит, ещё как видит! - воскликнула Кербена. - Ей совсем худо. Приступ закончится завтра ближе к обеду. Подъедете?
   - Без проблем, - сказал Власий. - Надеюсь, это действительно приступ, а не как в прошлый раз.
   - Откуда мы могли знать, что она так удачно симулировала, лишь бы вы приехали, - попыталась оправдаться Кербена. - Санитары и так к ней заходить не хотят без нужды. И живёт она почти постоянно в смирительной рубашке. Кто ж знал... Но это настоящий приступ.
   - Хорошо, до завтра.
   - До завтра.
   Власий положил трубку.
   - Только визита в психушку мне не хватало, - сказал старик, устало опустив голову в ладони.
   Тарх набрал номер телефона друга.
   - Алло, Дир, Безумная Мельда снова в трансе. Да, сам знаешь. Еду завтра. Имей ввиду.
   На этом звонок и закончился. Рабочий же день продолжался.
  
   21 июля, 13:15.
   6й день 1 фазы.
  
   Аня Филоньева мирно сидела в комнате и рассматривала себя в большом и старом зеркале. По краям оно уже было тёмным, деревянная рама местами потрескалась. Зеркало вывезли на дачу, потому что оно не вписывалось в интерьер дома. Жаль. Оно служило не одному поколению Свиридовых. Но родители Артура решили, что выкинуть реликвию руки не поднимутся, зато на дачу отправить - вполне.
   Аннет была довольна своим отражением. Следы вчерашнего веселья не появились, а косые уже сейчас глаза - не проблема. Филоньева и так считала, что красива. Высокая, стройная. Лицо овальное, волосы прямые и длинные, узкие и раскосые серые глаза, пухлые и выразительные губы.
   Одним неловким движением Аннет опёрлась на раму. Непонятным для себя образом Аня упала на зеркало.
   Но не тут-то было. Она не сразу поняла, что упала не НА зеркало, а В него. Гладкая поверхность тихо чавкнула и приняла в себя растерявшуюся девушку.
   Сначала Филоньева была просто в шоке. В зазеркалье было необычно. Длинный переливающийся серебром коридор с множеством окон уходил по обе стороны куда-то в бесконечность. Окна - золотистые полупрозрачные окна - показывали разные помещения, где, по всей видимости, находились зеркала. Было светло, хотя единственного источника света не было видно. Аннет не видела нигде теней. Аня испуганно протёрла глаза и осмотрелась, куда же она попала.
   - Эй! - тихо сказала она. - Есть тут кто-нибудь? Ээй!
   По коридору зарокотал её голос, который усилился во многократ. Аннет дрогнула, дрогнули и стены, пострадавшие от звуковой волны.
   Девушка заметалась и кинулась к окну, показывавшему дачную комнату, где стояло зеркало. Золотистая грань слегка чавкнула, и Аннет выпала из зеркала уже на даче.
   Больно стукнувшись о пол, Аня поднялась. Отдышалась. Страх, которого не было в коридоре, появился лишь сейчас. Не оглядываясь на зеркало, Аннет убежала из комнаты.
  
   21 июля, 13:21.
   6й день 1 фазы.
  
   - Это что, стало быть, у неё впервые способности проявились? - подумал вслух Гаррет, отойдя от окна.
   - Что? - встрепенулся Гарлем.
   - Филоньева, говорю, впервые в зеркало залезла! - сказал Гаррет.
   - Что, к шефу?
   - К шефу.
  
   21 июля, 13:47.
   6й день 1 фазы.
  
   - Так, значит ещё одна, - Власий сидел за столом и мирно размышлял, попутно рисуя себе что-то на простом тетрадном листке в клеточку какие-то загогулины. - Пора. Давно бы пора. Но остались и ещё. Златова, например. Вот какие интересные способности - проходить в Зазеркалье. Где же учителя я ей искать буду?
   Тарх выискал записную книжку. Полистал её. Время от времени морщился. Нужный человек никак не желал находиться.
   - О! - ручка застыла напротив одного из имён. - Эитнэ из G. Лишь бы она брала учеников... Кто ж там глава общины?
   Старик нахмурился, пытаясь вспомнить нужное имя.
   - Манвелян? Да нет, вроде бы... Манвелян же из C, да и не глава он, а просто сильный тарх... Тревор? Ммм, Тревор из U. Кто же из G? О! Келдан. Точно, Келдан. Где там его телефончик...
  
   21 июля, 19:41.
   6й день 1 фазы.
  
   - Эй, Олег, а ты злой такой почему? С Ирой что ли поссорились? - заплетающимся языком спросил Валера.
   - Если бы, - вздохнул Сотник. - Всё гораздо хуже. Мы поспорили.
   - На что? - загорелись глаза у Валеры.
   - На желание.
   - А что делать надо? - что-что, а азарт для Валеры - важная вещь.
   - Да так, - угрюмо сказал Олег. - Я в этот вечер не пью.
   - Печалька, - пожал плечами Валера. Петрунько вообще не был склонным к переживаниям. Был ли смысл морочить себе голову, если жить хорошо?
   - И я о том же. Не пью, сижу тут, как трезвый дурак, на ваши пьяные рожи смотрю, - проворчал Олег. - Неужели я такой же дебил, когда выпью?
   - Ну, не знаю, не знаю, - Валера отпил из бутылки. - В этом я тебе не советчик, сам знаешь. Но могу тебе сказать - в случае чего, может такое случиться, что ты сейчас не зря мучаешься. А вдруг? Продумай лучше, что загадаешь Ире, когда выиграешь.
   - Логично, - развёл брови Сотник. - Пока что могу утешать себя лишь этим.
   - Утешай, - кивнул Валера. - Ты смотри, что творит!
   Олег посмотрел, куда указывает пальцем друг. Выяснилось, что зрелище действительно стоящее. Уже порядочно выпивший хозяин дачи пытался поджарить на костре булочку, но она упорно сползала с шампура. Артур вновь и вновь поправлял её, даже не морщась. А ведь булочка из костра - значит, она очень горячая. Когда булка всё же сползла с шампура и упала в костёр, Артур лишь ругнулся и полез туда голой рукой.
   Олег сморщился. Сейчас Артур обожжётся, и тогда начнутся чудеса напару с беготнёй и криками. Но ничего не произошло. Свиридов спокойно вытянул булку из костра, отряхнул от пепла и откусил от неё.
   Брови Сотника сами по себе поползли вверх.
   - Ты тоже это видел? - спросил он у Валеры.
   - Ну, вроде бы да, - изумлённо сказал тот. - Но как так получилось - не понимаю. Хоть пристрели, меня или глаза обманывают, или мир сошёл с ума.
   - И я о том же. Но ведь получается, что глаза обманули и меня, - выдал Олег. - И это была массовая галлюцинация. В этом я сомневаюсь. Я ведь даже не пьян.
   - Плохо, - прошептал Валера. - Значит, мир всё же сошел с ума!
   Буквально через пару минут Артур направился к костру вновь, но неловко развернулся, и уселся в мангал.
   Валера и Олег принялись рьяно тереть глаза, ожидая дальнейшего развития событий. И удивлялись всё больше. Артур засопел, заёрзал на углях, а затем тяжёлая голова упала на грудь, и глаза закрылись.
   - Он что, заснул? - обратился к другу Олег.
   - Похоже на то, - поморщился Валера. - Что теперь?
   - Не знаю. Варианты?
   - Гм... - растерялся Петрунько. - Вопросы полегче задавать можешь?
   Тут подошла Мари.
   - И чем это мы тут занимаемся? - в обычной своей манере прокричала она. - Опа! Вот это номер! Кто объяснит мне, что тут происходит? Неужели я допилась до глюков?
   - Мы тоже это видим, - спокойно сказал Олег. - Это при том, что я трезвый, а Валера... ну, Валера просто видит.
   - Гм... - замялась Мари. - А вы это... того... помочь человеку что ли не могли? Он так долго уже... гм... дремлет?
   - Минуты две-три, - пожал плечами Валера.
   - Так его это... вытянуть оттуда надо! - заявила Юртаева и направилась к костру.
   - Весело, - невозмутимо сказал Олег, глядя, как Мари ойкает, потому что обожглась и как она пытается вытянуть из огня Артура. Девушка пыхтела и тужилась, но сил ей явно не доставало. - Ты ещё сильнее тяни. Авось вытянешь.
   - Вы бы лучше помогли бы, джентльмены хреновы! - возмутилась Мари, воинственно тряхнув кудряшками. - Я тут, слабая женщина, тяну из болота бегемота... ээ... Артура из мангала! А вы? Чего расселись?
   Валера и Олег поднялись с завалинки и подошли к костру.
   - И чем это мы тут помочь должны? - язвительно поинтересовался Олег.
   - Руками! - запыхтела Мари. - Как репку!
   Когда Артура силком вытянули из огня, выяснилось, что даже одежда у него оказалась неопалена. Горе-спасатели же, напротив, пожгли и одежды, и, в случае Мари, волосы. А паленые волосы, как известно, воняют жутко.
   - Как его теперь в чувство приводить? - почесала затылок Мари. - Он же спит. И когда мы его дёргали, он не проснулся.
   - Варианты? - спросил Олег.
   - Никаких, - пожал плечами Валера.
   - Водой полить? - неуверенно сказала Мари.
   - Можно. - Валера не думая взял недопитую бутылку с чем-то слабоалкогольным.
   Когда Петрунько облил Артура содержимым бутылки, Свиридов загорелся синим пламенем.
   - ...!!! - хором заорала троица "спасателей'.
   На шум подошёл Хант.
   - ...-...! - воскликнул он. - Что это вы тут делаете, юные пиротехники?
   Хант оказался умнее. Он снял с себя футболку и принялся яростно колотить ею лежащего ничком Артура. К чести Ханта сказать, огонь тарх потушил.
   - Володя? - на этом волнительном моменте хозяин дачи соизволил проснуться.
   - Браво, - сказал тарх. - Ну ты даёшь. Ладно, делаем вид, что ничего не произошло и расходимся.
   Олег подошёл к столу.
   - Ну его, спор этот, - сказал он. - У меня тут слишком много потрясений на душу населения произошло.
   Олег налил себе в какой-то бесхозный стакан пива и стал медленно пить.
   - Олег! - из-за угла вышла изумлённая Ира. - Олег! Ты же обещал!
   - Уйди, я стресс заглушаю, - отмахнулся Сотник.
   - Какой стресс! - кричала Полянская, чуть не плача. - Какой стресс! Ты же обещал! Что я теперь думать должна?! Какая цена твоему слову, если ты плюёшь даже на то, что клятвенно обещал утром?!
   - Ира! Ты издеваешься?! - взревел Олег.
   - Я издеваюсь? - опешила Полянская. - Я издеваюсь? Это ты издеваешься!
   - Кажется, нам пора отседова упетлять, - Мари шёпотом увлекла за собой Артура, Ханта и Валеру.
   - Согласен, - скривился Хант. - Сейчас будут разборки.
   - Я виноват, - сказал Валера. - Я его того, подбил бухать...
   - Ты? - удивилась Мари. - Тогда советую тебе бегом бежать отсюда...
  
   21 июля, 11:51.
   7й день 1 фазы.
  
   - Всё, - сказал Сайран, глядя, как отъехал автобус. - Можно идти писать отчёт.
   - Угумс, - кивнул Аскай, засматриваясь на дорогу. - Это намёк на то, что на работу завтра только?
   - Ага, - Сайран развернулся и поплёлся в сторону дач прочь от остановки. - Только домой доехать осталось. Пойдём, предупредим остальных, что всё.
   - Да не торопись так. Они же убираются, чтобы не осталось ни следа нашего пребывания. Там вообще цирк - Абрей зарывает борозды в саду, под яблоней, а Айна исследует пепелище... Так что давай не торопиться, а то ещё к работе припрягут...
  
   Отступление 4
  
   В окно тихо постучали. Веирхо оторвался от очередного талмуда и отложил в сторону стопку исписанных бумаг.
   - Кого ещё нелёгкая принесла? - недовольно проворчал он, посмотрев на часы. Конечно, половина третьего ночи. На улице жесточайшая метель, уже вторую ночь заметает, мороз под минус сорок. Веирхо решил для себя, что, если придёт кто-то непонятный и левый, то он его заморозит и уже утром допросит.
   - Кто-кто? Я! - прохрипели ему из-за стекла.
   Веирхо поморщился. Ассанин. Придётся открывать. А его не заморозишь. И утром допросить не получится.
   Из-за двери в дом шагнул снеговик, приехавший из филиала полюса или Лапландии. Старый знакомый был облеплен снегом и окоченел. Зубы отстукивали нервную дробь, а глаза злобно горели красными огоньками.
   - Ну ты и спрятался! - выплюнул снеговик. - Вот какого чёрта ты в Якутии забыл?
   - Тут мне никто не мешает работать, - резонно заметил Веирхо. - Кофей будешь?
   - Спирту туда плесни, - посоветовал Ассанин. - На дворе холод собачий. Я еле добрался к тебе.
   - А зачем я тебе сдался в середине февраля? - спросил Веирхо, заливая в чашки кипяток. - Ведь не просто так ты ко мне явился. Выкладывай давай, с чем пришёл.
   Ассанин сел на табурет и подтянул к себе чашку.
   - Может разденешься? - поднял бровь Веирхо.
   - А оно тебе надо?
   - Одежду и тебя сушить-греть нужно по отдельности, - пожал плечами тарх. - Так как?
   Ассанин нехотя скинул валенки и грязный рыжий полушубок.
   - Таки сделал из любовницы шубу? - хозяин переложил одежду к печи.
   - Разумеется, - сказал Ассанин. - Хоть какая-то польза от неё теперь. А то всё на нервы давила и обещала заложить при первой возможности. Шантажистка хренова.
   - Бывает, - Веирхо присел рядом с гостем. Он присмотрелся к старому знакомому. Тот с момента их последней встречи очень изменился. Если морщины и были, то не в таком количестве, в усы пробралась первая седина. А глаза всё те же - ими помещик всегда пугал и подчинённых, и случайных гостей.
   - Нечего на меня так смотреть, - Ассанин поймал взгляд и правильно его расценил. - Ты и сам за эти двадцать лет постарел изрядно. Раньше у тебя тоже седины не было.
   - Так чего ты припёрся? - у Веихо закончилось терпение.
   - Да вот тут такая штука вышла, - Ассанин отпил кофе. - Завтра стреляться буду. С Нифаром.
   - Ты что, совсем сдурел? - у Веирхо глаза округлились и стали быть похожими на чайные блюдца. - Он же тебя убьёт!
   - Убьёт, - спокойно кивнул Ассанин. - Но убивать он меня решил по всем правилам. Я уже нашёл секунданта, знаю же, что тебя в люди не вытащишь, успокойся. Но вот тут такая вот штука: с момента нашей с тобой прошлой встречи и наложения проклятия на известных тебе личностей уже двадцать лет прошло. А действовать оно будет ещё не скоро. Моя предсмертная просьба - я завещаю тебе проследить за этим. Ради меня. Чтобы мне на том свете хорошо за ними наблюдать было. И на других перетяни.
   - Ты... ты совсем...
   - Пообещай, - сверкнул глазами Ассанин. - Очень тебя прошу.
   - Я не...
   - Пообщещай.
   - Хорошо, - скис Веирхо. Этого ему ещё не хватало...
   - Спасибо, - сказал Ассанин, одним махом допивая кофе. - Давай меня провожай. Тут у меня дел уже нет. Кстати, дневники можешь себе забрать...
  
   Глава 5
  
   Вступление 5
  
   Солнце уже садилось. Летний лес дышал свежестью прошедшего днём дождя. Тихо шептались осины, волновались берёзы, солидно отдыхали дубы-колдуны. Прощальные лучи солнца озолотили верхушки деревьев, просвечивали кусты, едва касаясь шелковистых трав.
   Устало текла река, неся свои тёмные воды вдаль. Природа готовилась к встрече очередной ночи. Угрюмые болота сгущали краски, затемняя низину. Наступали сизые туманы, скрывая своим подолом землю. На болоте зажглись опасные огоньки, ведущие путников в топи. Старый леший водил кругами путников, стараясь уберечь от них беглую воздушную элементаль.
   Она уже второй месяц пыталась скрыться и добраться до своих, но будучи лишённой способностей, она не могла связаться с другими и бегала по болоту. Шла она по топям пешком, заблудилась уже давно. Элементаль пребывала в виде простой девушки, хотя и более выносливой. Руки опутали браслеты из фавия, металла, блокирующего магические возможности и таланты. Снять их без посторонней помощи элементаль не могла, а в этой глуши никого встретить не удавалось. Одежда девушки превратилась в тряпьё, кеды уже не напоминали обувь.
   Вчера элементаль чуть не попала в руки преследователей, но всё же смогла убежать. Погоня шла по пятам, но девушка не могла идти быстрее. Из последних сил элементаль соорудила себе лежанку из веток и обречённо заснула на ней.
   Утром она проснулась со связанными руками и ногами. В помещении. На циновке лежал тюфяк. Стены избы были с круглыми срубами, окна завешены лохмами грязной белой ткани.
   - Проснулась, - рядом сидел кхаторши с абсолютно безумными глазами и спутанными волосами.
   - Спасибо, Ирсэ. - В комнату вошёл пожилой мужчина. Элементаль его узнала. От него она убегала изначально. - Ну что ж, здравствуй. Мы искали тебя уже четвёртый месяц, поэтому теперь я не буду выслушивать оправданий и сразу перейду к делу. Я и так потерял много времени. Сейчас ты произносишь формулу договора и тогда помогаешь мне. В конце, когда ты выполнишь всё, что я скажу, отпущу безо всяких проблем. Ты не можешь отказаться, так как права выбирать тебе не даю. Приступим?
   В голове элементали пронеслась вереница образов, которые характеризовали всё то, что сделает мужчина в случае отказа.
   - Давай формулировку, - хрипло сказала элементаль.
   - Как я рад, что не пришлось уговаривать, - улыбнулся страшный человек. Он вытянул из кармана лист бумаги, с которого требовалось читать.
   После того, как элементаль зачитала текст, человек удовлетворённо потёр руки.
   - А теперь за дело.
   Полыхнуло марево переноса.
  
   22 июля, 12:11.
   7й день 1 фазы.
  
   "Ненавижу тут находиться. Просто кошмар." - думал Власий, когда шёл по гулкому коридору психиатрической больницы. Рядом шла Кербена, главврач этой самой больницы и тарха-целительница по совместительству. Она трещала без умолку, рассказывая, что произошло с пациенткой после их с Власием последней встречи.
   Перед дверью в палату главврач откланялась, оставляя Власия заботам санитара. Тарх, коротко выдохнув, зашёл в помещение, где держали ту, которую следовало посетить.
   - Здравствуй, Мельда, - сказал Власий.
   - И тебе не хворать, старый п...к! - поприветствовала тарха Мельда.
   Власий присел на край её койки.
   - Курить есть? - деловито спросила Мельда.
   - Если хочешь, могу попросить, - пожал плечами Власий.
   - Попроси, - сказала безумная.
   - Что-нибудь ещё надо? - тарх жестом попросил у санитара сигарет. Тот кивнул и вышел из палаты.
   - Ослабь узлы, - заёрзала Мельда. - Очень трут, даже сидеть неудобно. Эта ... ... мне уже так остох...ла...
   - Что же тебя в смирительной рубашке держат? - спросил Власий, когда сделал путы слегка свободнее. - Буянила?
   - Они боятся меня, - изогнула брови провидица. - И иногда, когда случаются приступы, они пеленают меня, чтобы не поубивала их ненароком к такой-то матери. А иногда к кровати привязывали. А про всякую ..., которой меня старательно накачивают, вообще могу и не упоминать. А мне всего-то не хватает нормального общения. С тархами или хотя бы с варайей или демоном. Эти смертные настолько беспечны и пугливы!
   - А ведь боятся они не только того, что ты драться будешь, - лукаво улыбнулся Власий.
   - Ну да, - кивнула Мельда. - Вдруг колдовать буду? Тогда они начинают думать, что сами свихнулись, и глотают свои эти таблетки. А ведь тут безумны все, кроме некоторых санитаров. О, лёгок на помине.
   В палату вошёл санитар. Власий принял сигареты. Дешёвые, дрянные.
   - Свою пачку дал? - спросил тарх.
   - Да, - кивнул санитар. - Извините, что начата...
   - Не переживай, - Власий доверительно улыбнулся. - Ты бы сам сходил бы, покурил...
   - Не положено, - пожал плечами санитар. - Велено вас стеречь, чтобы больная никакого вреда вам не причинила, она же буйная...
   - Сходи, не бойся, - разрешил тарх. - Мне она ничего не сделает.
   Санитар быстро испарился.
   - Но я же вернусь ещё, - сказал он напоследок.
   - Иди, не бойся, - махнул рукой тарх. - Со мной ничего не случится. В случае чего позову.
   - Я скоро, а потом не буду вам мешать, посижу у двери... - беспечно размышлял санитар.
   - Ну что, Мельда, - тарх повернулся к женщине. - Теперь рассказывай, что ты видела.
   - Ооо, это волнующая тема, - сказала безумная. - Дай сигарету в зубы, будь добр.
   - Я тебе её даже подожгу. Правда, придётся пальцем, я не курю, спичек нет...
   - Да хоть так, - Мельда затянулась.
   - Может тебе лучше руки освободить пока? - спросил Власий, наблюдая за тем, как изворачивается безумная, дабы покурить.
   - Не дурно было бы, - сказала женщина, закусив сигарету зубами. - А то мешает, видишь ли, разговаривать сложно...
   - На тебе иллюзия, так что не чуди, - предупредил Власий, когда руки прошли сквозь ткань, оставшуюся по-старому завёрнутой.
   - Не учи меня, не маленькая, - проговорила Мельда. - Ну так вот, - она выдохнула клуб сизого дыма. Тарх поморщился. - Я тут видела Ассанина на днях. Помнишь, на усадьбе, он тогда ещё с ... смертными поссорился...
   - Да, можешь не уточнять, - прервал её тарх. - Продолжай.
   - Так вот, вскоре проклятие должно силу набрать.
   - Уже, - обрубил Власий. - Уже второй месяц пошёл.
   - Ага, - кивнула безумная. - Но это не всё. Проклятие - эксперимент. Ты это знал?
   - Ну, не наверняка, но догадывался...
   - Догадывался он, - хрипло рассмеялась женщина. - Догадывался... Бонапарту расскажу, не поверит... Они с Чингисханом ржать неделю будут...
   - Это что ещё за персонажи? - изогнул бровь Власий.
   - Та, обычные смертные. Действительно чокнутые, а не как я, - кокетливо изогнулась провидица. - Они возомнили себя этими мужиками, а сами-то - всего лишь смертные. И имён своих не помнят.
   - Что ты тут прозябаешь... - вполголоса пробормотал Власий.
   - Так ты ж меня сюда и упёк! - радостно всплеснула руками безумная. - Начала старая Мельда чудить и под ногами путаться, так давай её - в психушку! Умнее ничего придумать не мог? ... ты, Власий, даром что седой.
   - Ты мне видение рассказывала, - напомнил Власий, пока Мельда окончательно не ушла от темы на свою волну.
   - Ах, да, видение... - провидица нахмурилась. - Так вот, эту ... даже снять можно.
   - Даже так? - заинтересовался Власий. - И как же?
   - Не скажу что легко. - И тут безумная перешла на свистящий шёпот. - И изменения - нав-сег-да. Они мутанты. Магические мутанты. Всего лишь ... мутанты, обладающие магией...
   - Так что делать надо? - нетерпеливо перебил Мельду тарх. - Что нужно делать?
   - Ооо, всего лишь добыть артефакт, - рассмеялась Мельда. - Только его потеряли ещё ... знает в какие времена. Ещё тогда, когда Ассанин только подох, ко мне Веирхо заходил, на жизнь жаловался... Бедный мальчик. С самой юности ... по жизни. А когда к нему перед дуэлью Ассанин при..., да ещё и попросил проследить, совсем скис. Этот хитрый чертяка, Ассанин, чтоб его праху переколбасисться в урне да по всему свету, ... такому, Веирхо впарил дневники, в которых было описание ритуала, который Ассанин провёл. И фишка в том, что он попробовал заклясть свою ... на предмет. И проклятие живо, пока предмет не уничтожили. А дурашка Веирхо его потерял, когда от вашей гвардии по Васюганскому болоту петлял, аки заяц подъё...й.
   - Весело, - вздохнул Власий. - А как хоть предмет выглядел?
   - Это тебе может ещё и потроха Ассаниновы на блюдечку выложить? - Мельда зашлась в громком смехе, перемежеванном с приступами жуткого кашля.
   - Зря я тебе курить дал, - флегматично заметил Власий. - У тебя лёгкие ни к чёрту.
   - Так пулю когда вытягивали, перебаламутили там всё, - пояснила Мельда, успокоившись. Остался лишь болезненный блеск жёлтых глаз. Женщина убрала с лица прядь засаленных и месяцами немытых волос и продолжила. - Пулька, ... такая, фавием начинена была. А стрелок промазал. Вместо сердца в лёгкое попал. Но я же живучая. ... ему во все ..., а не смерть моя.
   - Так что это было? - терпеливо вернулся на исходную точку Власий. - Что это за предмет?
   - Тарелка, - безразлично бросила безумная. И тут же завертелась, глядя на удивлённое лицо Власия. - Что, не ожидал? Бинго! Думал, у Ассанина фантазия хорошо работает? Да не ..., ни ... ! Он взял то, что под руку попалось. А это была обычная фарфоровая тарелка. С жёлтой каймой. И больше ничего на ней нет.
   - Как же она не разбилась за столько лет? - недоверчиво поднял бровь Власий. - Ты, Мельда, явно меня дуришь. Не может быть такого.
   - Нет! - зашипела провидица, рывком дёрнувшись к тарху. - Нет! Не дурю! Нет!
   - Успокойся, - поморщился тарх. - Лучше поясни, как же так вышло, м?
   - Тарелку били, но она не распадается на осколки, - заулыбалась безумная, обнажив гнилые зубы. - Она моментально срастается.
   - Даже так?
   - Так! - Мельда схватила Власия за грудки. - Ты мне не веришь?!
   - Почему же, верю, - спокойно сказал тарх. - Но рубашку отпусти. За неё деньги плачены.
   - Тьфу на тебя, ... старый, - плюнула Мельда. - Я ему... а он - рубашка, деньги... Что ты за человек...
   - Я тарх, - напомнил Власий. - А ты про тарелку рассказывала. И про видение.
   - Короче, - сказала Мельда, откинувшись на подушки. - Нечего тут кота за яйца тянуть, слушай внимательно. Видение пересказывать не буду. Я уже сама разобралась, что трактовать. Вам тарелку искать нельзя. Её найдут сами проклятые. Не знаю, когда. Но сами. И кто-то из молодых тархов вмешается. Он поможет убежать оттуда, где найдут тарелку. Из всей толпы откажется от дара лишь один мутант, но не выйдет. Дар останется. И ещё - прекращайте тёрки с Веирхо. Вы должны объединиться. Иначе будет хуже. Ассанин нечаянно ещё устроил так, что при некоторых путях развития событий появится чума или мор. Как предотвратить - я уже сказала. И нечего кривиться - гордец ...!
   - Всё? - спросил Власий.
   - Всё, - кивнула Мельда. - ... отседова. Но ты скоро вернёшься. Чувствую, скоро будет и следующий приступ. Их будет много. Помяни мои слова.
   - До свидания, Мельда, - Власий зашагал к двери. - Было приятно тебя увидеть.
   Мельда зашлась в потоке грязной ругани. Власий же развеял иллюзию и спрятал руки безумной под смирительную рубашку и вышел.
   - Вы закончили? - спросил санитар.
   - Да, - кивнул Власий. - Проводи меня до выхода.
   - Борис Савельич! Борис Савельич! - их догоняла Кербена.
   - Да, - старик повернулся.
   - Можешь идти, - кивнула санитару женщина. - Ну что?
   - Что ж, я узнал много нового, обновил то, что было известно раньше и запутался в этой ситуации окончательно, - пожал плечами Власий. - Аналититику потом разводить буду.
   - Но ведь вы узнали, что хотели?
   - Не совсем, - сказал тарх. - Но на следующий раз зовите меня. И в случае чего - дайте ей бумагу и карандаш. Может всплыть что-нибудь ещё, что она упустила при разговоре.
   - Договорились, - вздохнула главврач. - Будем звать.
  
   22 июля, 14:32.
   7й день 1 фазы.
  
   Фаине Петровне не сиделось дома. И с самого утра они с Валентиной Степановной успели уже обговорить и цены на рынке, и соседских детей, и политикам кости вымыть. Когда мимо прошли похмельные тархи, старушки моментально навострили уши.
   Айна шла и чуть ли не пинками гнала молодых людей в подъезд. Она сухо поздоровалась и толкнула Варнара и Гарнага, чтобы они сделали то же. Но эта пара чувствовала себя крайне плохо. Айна лишь вздыхала и с упорством ледокола транспортировала ребят домой, в кровать.
   Как только за этой процессией захлопнулась дверь, у Фаины Петровны загорелись и ожили глазки.
   - Валя, ты это видела?
   - Ага.
   - А молодчики-то похмельные, - произнесла Фаина Петровна.
   - Так что, получается, их Алёна по клубам вылавливала? - ужаснулась Валентина Степановна.
   - По борделям! - округлила глаза Фаина Петровна. - Вот эта молодёжь! Срам какой!
   - Бедная Алёна, - покачала головой Валентина Степановна.
  
   22 июля, 14:44.
   7й день 1 фазы.
  
   - Айна! Я умираааюууу!
   - Прекращай орать! - сердито отозвалась тарха из кухни. - Раньше думать надо было.
   - Ну Айнаааа...
   - Варнар, я тебя сейчас из милосердия добью. Чтоб не мучился. Кухонным ножом. Ты согласен? - злорадно прокричала девушка.
   - Неэээ...
   - Лежи и спи, вечером разбужу, заставлю отчёт писать.
   - Ну Айнааа... Дай воды, ну умираааюууу...
   - Тьфу на тебя, - Айна отложила в сторону нож, которым резала салат, и влезла в холодильник, где должны были находиться запасы воды. Притянув бутылку похмельным тархам, Айна чуть не прослезилась от умиления.
   Гарнаг лежал прямо на ковре и храпел. Тихо и мелодично. А Варнар развалился поперёк дивана, выгнувшись жутким образом и смотрел на девушку самыми-пресамыми печальными глазами.
   - На, - смягчилась тарха. - Пей давай, страдалец.
   - О! Айна, ты спасла мне жизнь, - прохрипел Варнар. - Живительная и ценная влага!
   Стратег пил взахлёб, обливаясь ледяной водой. Жидкость попадала всюду, а вот в рот - лишь меньшая часть. Айна стояла и морщилась, наблюдая это явление.
   - Может тебя вылечить? - задумалась она.
   - Да! Да! Умоляю! - воодушевился умирающий лебедь.
   Айна вздохнула и присела на край дивана. Девушка погладила светящейся рукой голову тарха.
   - А теперь спи, - сказала она, уходя.
  
   23 июля, 2:21.
   8й день 1 фазы.
  
   Ингвар посмотрел вниз и чуть не заорал. Нет, конечно, летать - это прекрасно, во сне - значит растёшь, но всё же... Тарх многое видел и чувствовал, но по облакам ещё пешком не ходил.
   "Так, спокойно, - успокаивал он себя. - Ты спишь, значит не упадёшь без желания Аси. А она не даст мне упасть."
   - Конечно не дам! - произнесли около уха. - За кого же я тогда потом замуж выйду? За мёртвого? Привет, Игорь!
   Ингвар вздрогнул.
   - Привет, Ася. Ты не могла бы больше меня так не пугать? Я нервный.
   - Да ладно! - рассмеялась девочка. - Ты устал?
   - Устал, - кивнул тарх. - День был тяжёлый.
   - А почему? - Ася подошла к облаку. Помяла его в руках. Потрепала. - Что же ты дождик не отдаёшь? - пробормотала она, принявшись трясти несчастное облако. Оно всё же выдало дождик. Мелкий и слепой. - Вот так-то лучше. Поплачь, зато на земле вырастут цветочки и картошка вкуснее будет.
   Ингвар опешил.
   - Ася, милая, зачем ты трясёшь облако? Оно же не сделало тебе ничего плохого.
   - А ты видишь, как прикольно оно выдаёт дождик? Без моего вмешательства дождика не было бы. Это облако жадное.
   - Оно не жадное, а перистое, - скривился Ингвар. - А дождь из кучевых льётся.
   - И что?
   - Ты трясёшь не то облако, - пожал плечами тарх. - Ему нечего отдавать. А вооон из того облака дождик будет...
   - Из которого? - деловито спросила девочка.
   - Из того, - указал рыжий тарх.
   - Это которое на грушу похоже? - переспросила Ася.
   - Нет, - замотал головой Ингвар. - Не груша, а то, которое как бегемотик.
   - Бегемотик? - задумалась малышка. - А по-моему это котик.
   - Ладно, - согласился тарх. - Пусть будет котик, если тебе угодно.
   - А давай из него дождь вытрясем!
   - Ася, ну что же ты так кровожадно? - схватился за голову тарх.
   - Ну, Игорь... - заныла девочка. - Ну давай, а?
   - Хорошо, - согласился молодой человек. - Пошли.
   Туча с влагой расставаться упорно не хотела. Ингвару пришлось даже помочь Асе трясти тучу, которая то ли бегемотик, то ли кот. Она же пыталась выскользнуть из рук и била по рукам лёгкими электрическими зарядами.
   Асю эти искры даже не задели, а у Ингвара руки были опалены и покраснели. Разозлившись, тарх схватил рукой мини-молнию. Ася рассмеялась.
   - Ты её теперь ещё и в карман засунь! - радостно воскликнула она.
   А Ингвар, и без того уже сердитый, всем врагам назло согласился. Молния была бесцеремонно засунута в задний карман джинсов, что вызвало бурный восторг у Аси. От её смеха Ингвар оттаял и перестал уже злиться. Упрямая туча как бы увидела, что вытворяет тарх и больше разряды не организовывала.
   Тарх и девочка бегали пешком между облаков и пугали изумлённых птиц, подобной наглости от людей не ожидавшись. Когда Ася заметила самолёт, решили скривить рожицы и в окна самолёта. Пассажиры хватались за сердце и падали в обморок, а Ася и Ингвар лишь смеялись с этого.
  
   23 июля, 10:18.
   8й день 1 фазы.
  
   - Айна, а ты умеешь в шахматы играть? - спросил Варнар.
   - Чего? - удивилась девушка. - Варнар, ты, того, часом не заболел?
   - Нет, - скривился тарх. - Просто я давно не играл в шахматы. А я люблю это делать. И мне так легче сосредоточиться. Своеобразная разминка для ума. Так умеешь или нет?
   Тарха выпала в осадок.
   - Умею, - сказала она.
   - А давай партеечку! - заулыбался Варнар.
   - А Гарнага не суждено доставать, м?
   - Он на работу ещё сутра свалил, - пожал плечами молодой человек. - А я ...ммм... давненько не брал в руки шаш... хматов. Ну давай, а?
   - Ладно, - согласилась Айна. - Но только одну партию. Не более того!
   - Всё, сейчас принесу доску! - просиял Варнар.
  
   23 июля, 10:36.
   8й день 1 фазы.
  
   Чего-чего, а такой подлости от собственных штанов Ингвар никак не ожидал. И даже не мог допустить подобной мысли.
   Расплачиваясь за покупку в супермаркете, Ингвар полез в задник карман брюк, чтобы взять бумажник. Но почему-то получил сильный удар током. Тарх подпрыгнул от неожиданности. Кассирша изумлённо уставилась на его перекошенное лицо.
   - Молодой человек, у вас всё в порядке?
   Дрожащею рукою Ингвар всё же вытянул из штанов бумажник.
   - Да-да, разумеется, - неловко улыбнулся он. - Сколько с меня?
   - Сто семь девяносто, - сказала кассир.
   - Угумс, возьмите...
   - Ваши сто десять, сдача два десять...
   - Спасибо.
   Ингвар схватил пакеты и опрометью кинулся домой. Его голову занимали мысли, как же так вышло, и что именно его так ударило.
   Дома тарх снял штаны и стал их пристально изучать на тему подозрительного содержимого карманов.
   Ингвар подозрительно осмотрел заднюю часть брюк, приподняв их на уровень глаз. Когда молния выскочила и ударила тарха в лоб, он отскочил назад от неожиданности.
   - Какого чёрта? - воскликнул он.
   Молния отлетела прочь и ударила в люстру.
   - Быыылин! - Ингвар мигом исчез из середины комнаты.
   Люстра со свистом упала вниз. Громко хлопнув, полопались лампочки. Ингвар присел, спрятавшись за креслом. В разные стороны полетели стеклянные осколки. Жутко чадя, воспламенился ковёр.
   А молния же продолжила свой путь. Рикошетом отлетев от стены, она врезалась в телевизор.
   - Гм, похоже, придётся покупать новый, - прижмурился тарх. - Ну ничего, он старый был... Всего три года... Ка-пец.
   От телевизора молния направилась к серванту. Жалобно звякнуло стекло. Загрохотали фужеры, вазы и салатницы.
   - Прощай, польский сервиз, - убито произнёс Ингвар, в уме подсчитывая убытки. Картина получалась нерадостная.
   От сервиза молния полетела к окну. Диким прыжком Ингвар ретировался из укрытия, попытно пробежавшись и по обломкам люстры, и по дымящему ковру, и по металлическим деталям телевизора.
   За спиной тарха громыхнуло. Окно устроило артобстрел острыми осколками. По обе стороны треснувшей рамы попадали цветы в горшках. Тарх схватился за голову. А молния улетела куда-то в небо.
   Через пару минут посреди комнаты образовалась группа тархов, одетых в форму ведомства, следящего за скрытностью тонкого плана и борящегося с его проявлениями на глазах простых смертных.
   Они были экипированя не хуже работников МЧС. На головах шлемы, сами в невозгораемых и антирадиационных костюмах.
   - Гм... - растерялся главный, снимая шлем. Выглядел он лет на тридцать, имел черты лица крупные, голубые глаза и коротко стриженые смолянисто-чёрные волосы. - Это мы что, в гости к тарху попали?
   - Ага, - высунулся из-за дверного косяка Ингвар. - Вы это, не переживайте... Ингвар XI, отдел работы с разумом...
   - Ммм... приятно познакомиться, Сенир... - сказал главный протягивая руку. - Ребят, вы можете уйти, я тут ещё с ним потолкую малёхо...
   Остальные тархи исчезли.
   - Гм... Ингвар, скажи, пожалуйста, а как это так ...ммм... получилось? - спросил Сенир, осматриваясь. - Ты вроде бы не похож ни на сопливого ученика-криворучку, ни на придурочного экспериментатора... Как ЭТО получилось?
   - Та, - махнул рукой менталист. - Во сне подсунули карликовую молнию, заряд из тучи извлекли. Утром просыпаюсь, а она из кармана каак жахнет...
   - Гм... и потому ты стоишь в одних трусах и рубашке посреди бардака с вороньим гнездом на голове? - уточнил Сенир, глядя на Ингвара, как на тяжкого душевнобольного человека.
   - Ну... - Ингвар критически глянул на голые ноги в дырявых чёрных носках и густо покраснел.
   - Ой, извини, - замялся Сенир. - Только что мне в отчёте писать...
   - А что такое? - Ингвар разыскал среди груды мусора, а некогда полезных вещей, свои джинсы и начал торопливо их одевать.
   - Дело в том, что сигнал поступил, а тут ты... - развёл руками тарх. - Ситуация комическая. Как ты вообще смог притарабанить из сна молнию? Предметы же из сна нельзя вытянуть!
   - Твоя информация устарела, - пожал плечами Ингвар. - Как выяснилось, можно. Но не могу сказать, это везде так, или просто из-за особенности девочки, в чьём сне я был. Может, это просто потому, что она из разряда проклятых Ассанином. Слышал про такого? Да, вижу, что слышал.
   - Интересно у вас там, в отделе работы с разумом, - с уважением сказал Сенир. - У нас, конечно, каждый день чудеса, но всё же далеко не такие. Научные открытия как-то не попадались.
   - Да нет, - хмыкнул Ингвар. - В отделе работы с разумом дурдом как ежедневная и обыденная вещь не происходит. Раумис за порядком следит. Просто я сейчас работаю по делу Ассанина. Власий - хороший начальник, но всё же он не может ничего сделать.
   - В смысле?
   - А по этому делу ежедневно демон знает что происходит, - сказал менталист. - И никто даже представить, что завтра будет, не может. Не говорю уже про то, что спрогнозировать какое-либо событие. Мы только следить за проклятыми можем, изредка вытягивать их их полной жести и аналитику разводить, разбирая, что произошло. Я в это полнолуние так набегался, когда надо было их сканить, что мама не горюй...
   - Бывает, - сочувственно сказал Сенир.
   - Ага, бывает, - вздохнул Ингвар. - Давай может на кухню пройдём? Я чаю сделаю, придумаем, что в отчёте писать?
   - Пойдём, - согласился гость. - Чувствую, сейчас будем бред писателя-фантаста отображать на бумаге...
  
   23 июля, 12:21.
   8й день 1 фазы.
  
   - Ты отчёты ваших обормотов уже вычитал? - спросил Дирамант.
   - Да нет, пока что только читаю эти опусы, - Власий оторвался от исписанного кривыми каракулями листа. - Они мало того, что в них бред пишут, так ещё и безграмотные до ужаса и почерка а ля медикус.
   - Понятно, - кивнул демон. - Мои тоже. Они, похоже, сговорились все вместе и писали одно и то же.
   - Ну, не скажи, - пожал плечами Власий. - У меня тут каждый шедевр своеобразен и ляпы везде разные. Так я тут один и тот же бред разными словами и с разных ракурсов вычитываю. Уже запарился. А они ещё не все свои писульки принесли.
   - Бывает, - улыбнулся Дир.
   - Не, слышишь, во даёт! - расхохотался глава общины. - Ну ты послушай. "Я ходил воровать шашлыки, а меня застукал Саша Власов. Он подумал, что чокнулся, причём я тоже. Мы с ним провели философскую беседу и сошлись на мнении, что шашлыки - это хорошо, а я должен к нему в гости в сон заявиться.". Или вот ещё: "Полянская там в воде плескалась, а я как дурак за ней по кустам скакал. А там ещё и Нефёдова утонула." . А ещё вот: "Эти двое решили перекувыркнуться в звериных ипостасях, но наблюдать мешала яблоня, которую толкали когтями". Вот бред же!
   - Дубины, - закатил глаза демон. - А мои друг у друга переписывали, внося свои комментарии, которые иногда друг другу противоречили. Я решил, что завтра просто всем головы просканирую и разберусь. Из их отчётов ничего не понял, только ещё сильнее запутался.
  
   23 июля, 13:33.
   8й день 1 фазы.
  
   На доске стояли фигуры. Чёрные и белые. Друг напротив друга сидели и игроки - брюнет и блондинка. Игра продолжалась уже который час.
   Не долго думая, Варанар и Айна расположились на кухне, разложив старую деревянную доску прямо на столе, подвинув хлебницу и солонки.
   Шахматный набор Варнар приобрёл ещё в двадцатых годах XX века. Дубовую доску с мозаикой, выложенной карельской берёзой и орешником, подарил Власию какой-то знакомый одной из общин. Варнар не запомнил, как его звали. К роскошной доске, а стороны у неё были по два локтя каждая, прилагались и фигуры.
   Белые были сделаны из горного кварца, похожего на мутную белесую слезу. А черные - из мориона, чёрного кварца, блестевшего на свету тёмными боками. Пешки были друзами, которые прикрепили к ольховой подставке, остальные фигуры были людьми, искусно вырезанными из камня. Король и королева белых носили на головах маленькие короны из розового кварца, а чёрные - из авантюрина. У королев были пышные платья с мелкой резьбой и вставками из тех же камней, что и короны. Туры изображались грузными детинами, вооружёнными секирами. Офицеры - усатыми кавалеристами. А кони стояли в высокой свечке, где-то на их мощных спинах примостились жокеи.
   Варнар тогда был ещё совсем юн. После приёма, уже возвратившись домой, он целый вечер надоедал наставнику. Ну Власий и научил парня играть в шахматы. И именно этими фигурами. Позже Варнар участвовал под разными именами и личинами в турнирах, неоднократно получив звание гроссмейстера.
   Варнар берёг фигуры, как зеницу ока, хотя и играл ними постоянно. Когда тарх извлёк большую коробку, Айна немного удивилась. Когда он её раскрыл, подбородок девушки упал куда-то вниз, а глаза полезли на лоб. Каждая фигура лежала в своём гнезде. Кварц же хрупкий, тарх обстоятельно за ним ухаживал. Варнар хранил их на тёмно-синем бархате. Со дна коробки тарх извлёк доску, украшенную затейливой резьбой.
   Айна минут пятнадцать не могла выйти из ступора. А Варнар тем временем расставлял на доске фигуры. Когда Айна смогла привести лицо в порядок, тарх предложил ей играть белыми фигурами, мотивируя это тем, что она блондинка, пусть берёт белые, а он, брюнет, возьмёт чёрные.
   За игрой их и застал Гарнаг. Он критически осмотрел ситуацию на доске, хмыкнул и прошёл к холодильнику, выискивая там, из чего бы сделать бутерброд. Пройдя мимо ещё раз, Гарнаг не сдержался и подсказал:
   - Айна, ты бы пошла ферзём вооон туда. Съедай его коня, а потом...
   - Заглохни! - вскрикнул Варнар. - Не мешай Айне методично продувать!
   - Ладно-ладно! Молчу-молчу! - Гарнаг отправил в рот немалый кусок хлеба с не меньшим по размеру куском мяса. - То-то у нас дома жрать нечего, холодильник пуст!
   - Заглохни! - бросила уже Айна, переставляя ферзя туда, куда посоветовал Гарнаг. - Ты что, не видишь, что я занята, а ты меня отвлекаешь!?
   - Ладно, - пожал плечами Гарнаг. - Ты играешься тут, а жрать нечего. Нормально.
   Гарнаг поспешно покинул кухню, но не успел.
   - ...! Айна, какого ты мне лёд устроила ТАМ? Ты издеваешься? - донеслось из ванной.
   - Стрижка-заморозка, - хохотнула Айна.
   - Это не стрижка, - вздохнул Варнар. - А эпиляция. И всё же, за что ты его так?
   - Будет у него теперь лёд в штанах, - пожала плечами девушка. - Не думаю, что Гарнаг сильно отморозит чего себе. Будет знать. Чтоб не разорялся тут. А то я же играюсь, а дома жрать нечего. Если учесть, чем вы раньше питались, то я не понимаю, в чём проблема. Чем ему вчерашний суп не угодил? Тем, что вчерашний? Так нечего тут харчами перебирать. Ты ходить собираешься?
   - Да я думаю!
   - Ага. Я заметила. Не зависай над полем.
   - Смешно, - пробурчал Варнар. - Я не уточнил, о чём именно думаю.
   - О тяжкой доле приятеля? - рассмеялась тарха. - Так заслужил же. И ты не выступай особо, а то и тебе организую такую же штуку.
   - Не надо! - испугался Варнар. - Пощади!
   - Вот-вот. Ходи давай.
   - Да подожди, я думаю!
   Из ванной вышагал Гарнаг.
   - Ты садистка! - ткнул он пальцем в Айну.
   - Нарываешься? - спросила девушка, не оборачиваясь. - Растопил лёд? Могу обновить, если ты уж так желаешь...
   - Не надо! - вскричал Гарнаг.
   - Так не мешай. Суп, повторяю, в холодильнике. Возьми и разогрей. Молча.
  
   23 июля, 15:01.
   8й день 1 фазы.
  
   Когда к Карине Василишиной позвонили в дверь, она была занята очень важным делом, а именно причёсыванием хвоста. Сняв маску, девушка направилась открывать. Когда она увидела в предбаннике лисицу-чернобурку, удивлению Василишиной не было предела. Она не ожидала увидеть на пороге собственного дома ещё одну кицунэ.
   Одним плавным движением чернобурка превратилась в женщину.
   - Я Хайти, - сказала она.
   - К-карина, - запнулась девушка.
   Хайти бесцеремонно вошла в квартиру. Всё ещё не отошедшая от встряски Василишина захлопнула за ней дверь. Лисица разулась и спокойно зашагала в сторону комнаты, где жила Карина.
   - Ну, думаю, тебе не надо объяснять причину моего визита, - сказала Хайти, устроившись на компьютерном столе. - Я опущу лирические бредни и сразу перейду к делу. Предлагаю сделку.
   - Какую? - подозрительно спросила Василишина.
   - О, ничего страшного! Душу продавать не понадобится, не переживай, - широко улыбнулась кицунэ. Зубы у неё были мелкие, лисьи. Хайти извлекла из рукава конверт. - Возьми, там условия.
   Карина внимательно осмотрела конверт. Обычный, белый, без марок или каких-либо опознавательных знаков. Такой можно купить на любой почте. Девушка вытащила бумагу, которая находилась внутри конверта. Обычная бумага. У Карины самой полторы пачки такой для принтера в шкафу хранится.
   Но вот только всё то, что было написано мелким и экономным почерком, Карина прочитать не могла. Видно было, что и ручка была простая шариковая. Правда дрянная, она сильно царапала бумагу, а местами и оставляла насыщенные чернильные следы.
   - Извините, - робко произнесла Василишина. - Но я не могу прочитать...
   Кицунэ хлопнула себя по лбу.
   - Точно, ты же геалари не знаешь...
   - Кого?
   - Неважно, - отмахнулась Хайти. - Тогда передам на словах. Ты знаешь, кто ты, кто я. И осознаёшь это. Ты наша сестра-лисица. А предлагаю вот что. Я буду просто помогать тебе или даже возьму в ученицы. Там обозначен срок в два года. Это срок так сказать, испытательный. А потом ты присоединишься к сёстрам.
   - Каким сёстрам? - прищурилась Карина.
   - Кицунэ, - кратко ответила лисица. - Приедешь к нам жить. И доучишься там же. А потом ты можешь вести любой образ жизни и находиться где пожелаешь. Я, например, последние сорок лет по миру путешествовала.
   - Сорок? - поперхнулась Василишина. - Вы же выглядите гораздо моложе...
   - Мне чуть больше двухсот лет, - криво ухмыльнулась женщина. - Делай выводы.
   - А сколько живут кицунэ? - лицо у Карины было страдальческое. Принять подобную информацию её мозг отказывался, ссылаясь на абсурдность всего того, что сообщила Хайти. Будто в прорубь прыгнула.
   - Ну, лет пятьсот-восемьсот гарантирую, - пожала плечами чернобурка. - А там... Это зависит от того, как жить будешь. Конечно, если постоянно подставлять свою шкуру под удар, то рано или поздно убьют. А если не бушевать... В общем, гораздо дольше жить будешь, чем простые смертные.
   - Гм... - Карина замялась. Как же это напоминает сделку с дьяволом... И ведь не разберёшь же, где правда, а где подстава. Не реально всё это, не бывает так! Где-то обязательно будет подвох. Он должен быть. Но где?..
   Василишина бы и занялась самокопанием дальше, но Хайти расхохоталась.
   - Знаешь, какая же ты интересная! Какая же ты зажатая! Как ты подчиняешься этому миру, как ты пытаешься подставить ситуацию под известное всем клише! А как же ты поступишь в нестандартной ситуации?
   - Что? - округлила глаза девушка.
   - Что-что? Что слышала, - скривилась кицунэ. - У тебя всё на лбу написано. Если хочешь, я даже потом тебя научу смотреть так же. Я слышу, что ты думаешь. Так понятно?
   Карина ужаснулась. Это как же? Чернобурка, стало быть, знает, что происходит в василишинской голове?
   - Знаю-знаю. Как в вашем мультике - слышу-слышу, - взмахнула рукой кицунэ. - Но отличие есть - я же лиса. И ты лиса. Нет тут зайцев.
   - Зато есть mp3, - пробормотала Карина.
   - Э-не, - покачала головой Хайти. - Mp3 тут тоже нет. Мы не в файрфоксе. Программка полезная, но сейчас не в тему. Здесь есть лишь ты и я. Ладно, я пошла, а тебе даю три дня на раздумья. Уверена, ты согласишься. Заметь, я даже не осуждаю шашни с волком. Цени. Я язвительная, но для первого раза делаю тебе исключение. До встречи. Не забудь, у тебя три дня. И проводи меня.
   Хайти соскочила со стола и плавным движением превратилась в лису-чернобурку. Карина на ватных негнущихся ногах прошла по коридору и отворила дверь. Кицунэ юркнула в подъезд, мелькнула на ступеньках и скрылась.
   Карина похлопала себя ладонями по щекам.
   - Я не сплю, - пришла к выводу она. - Значит, просто свихнулась.
  
   23 июля, 15:47.
   8й день 1 фазы.
  
   Вика оторвала голову от подушки и зевнула. Непонятно, где она умудрилась так устать, чтобы спать днём. Но факт оставался фактом. На мягкой и гладкой щеке отпечатался след измявшейся во время сна наволочки. Рука потянулась к мобильнику. Почти четыре. Хорошо так прикорнула...
   Тарабаровой снилась метель. Жёсткая, холодная, беспощадная. Она застилала пространство от края до края. Бесконечное поле. Сначала голое, с робкими ростками озимых, потом похожее на спину далматинца, потом серое, а дальше - под снежной простынью. Белая завеса слепила, влажные хлопья всё кружились, подчиняясь лишь воле ветра и случая. Через некоторое время не было видно и горизонта, всё вобрал в себя белый туман. Не было видно ничего, кроме летящего снега.
   Вика поднялась с дивана и снова зевнула. Томно потянулась. Позвонки хрустнули, Вика же тихо закряхтела. Размявшись, девушка направилась умыться.
   В последнее время ей часто снился снег. Разный. Метели, лёгкий и робкий первый снег, бескрайние снежные равнины, ледяные чертоги, белые вершины гор... Везде лёд и снег. Снег и лёд. Колкий и нежный, хрупкий и талый.
   И вроде бы всё в этих снах устраивало Вику. Это не кошмары и не эротические сны. От спокойных снежных снов она не просыпалась в холодном поту или с безмолвным криком на губах.
   Но смущало то, что сны абсолютно не летние. Конечно, можно предположить, что это подсознание таким образом даёт понять, что соскучилось по холоду. Но подобный бзик вполне воспринимается как нормальный лишь тогда, когда сон одиночный. А что можно сказать на то, что других снов Вика уже который день не наблюдает? Лишь эти, зимнего разлива, ностальгия по холодному времени года.
   И это всё было бы даже терпимо. Но когда Тарабарова просыпалась лёжа на тонкой корке инея, пляшущего по одеялу и подушке, хотелось кого-нибудь укусить или сесть верхом на электрический обогреватель.
   Мобильный телефон негромко крякнул - пришло смс-сообщение.
   - Идёшь гулять? - зачитала Вика. - Гм... Риторический вопрос...
  
   24 июля, 10:10.
   9й день 1 фазы.
  
   Артур аккуратно отодвинул прочь остатки кухонного полотенца. По крайней мере, оно так называлось до того, как Свиридов вспылил.
   Началось всё с мелочей. Этим утром Артуру не спалось, и он встал рано. Прошёлся по квартире, размахивая руками, под нос напевал какую-то абсурдную до каждой строчки песню. Залез под ледяной душ. Поёжился, выдал полтора матерных загиба, простоял минутку и пушечным ядром выскочил. Пробежался мокрыми пятками по коридору, заляпав пол. Сказал "Бррр!" зеркалу, мотая головой, как мокрая собака.
   А потом пришёл к выводу, что хочет позавтракать. И ему взбрела в голову гениальная мысль, что он же может зажечь свечу, значит, и газовая плита ему подчинится. Конфорка заартачилась, зато любимое мамино полотенце-прихватка вспыхнуло моментально. Оно стремительно взлетела, в воздухе превращаясь в огарок.
   Свиридов больно ударился о дверной косяк, отскочив от ненормальной прихватки. Он, конечно, понял, что произошло, но всё же не ожидал такой подлости.
   И вот теперь он печально созерцал результаты своих трудов. Выглядели эти самые результаты печально.
   - Гм... и что же с тобой делать? - Артур почесал затылок. Тряпочка же безмолвно осыпалась пеплом. Свиридов поморщился и веником смел труху, отправляя её в мусорный бак.
  
   24 июля, 13:11.
   9й день 1 фазы.
  
   На Машу Юртаеву иногда нападали приступы задумчивости и серьёзности. Сейчас же она всё никак не могла отойти от произошедшего на даче.
   Девушка села за стол, нашарила бумагу и карандаш. Некоторое время посидела в тишине, размышляя. Затем включила музыку и начала рисовать. Схема образовывалась вместе с ходом мысли Юртаевой.
   Среди непонятных линий и подписей путалась и сама Мари, но от дела девушка не отступилась. Она напрягала и память, и логику. Получалось пока плохо, но девушка не сдавалась.
   Мари была уверена, что вся та чертовщина, что сейчас происходила, связана между собой и всей их компанией.
   На бумаге появились кляксы, которые по идее должны были стать кругами, но не получились из-за кривых рук Юртаевой. Внутри клякс были коряво написаны события. Эти самые круги-кляксы были раскиданы по всему тетрадному листку.
   Артур, сидящий в мангале. Утонувшая Лиза. Жуткие крики в саду, разрытая земля около яблони. Съеденные непонятно кем шашлыки - все божились, что не ели, даже Саша, любящий покушать. И тот же Саша, который перед Мари выскочил из стены. Это, конечно, может от перепоя примерещилось, но вдруг?
   Мари задумалась и дописала и то, что произошло раньше. Девушка решила, что и её перья - ещё одно звено этой цепи.
   Юртаева дорисовала нападение зверей в лесу, появление Рапуты и резкую болезнь, появившуюся в полнолуние. Мари даже по календарю это смотрела. Всё сходится.
   Девушка отодвинула лист и прищурилась. Оставалось лишь связать это всё между собой, но кляксы не желали вязаться. Чего-то не хватало. Что-то Мари не знала.
   Или это был кто-то неучтённый, или событие, которое упустила Мари. Девушка помассировала виски и вновь уставилась на бумагу. Она уже почти час пыталась выдавить из головы объяснение. Кляксы плыли, не желая ничего показывать и пояснять.
   Юртаева решила, что устала. Поэтому надо бы отдохнуть...
  
   24 июля, 15:51.
   9й день 1 фазы.
  
   - Здравствуй, Мельда, - Власий присел на край кровати.
   - Привет, п...к старый, - поздоровалась Безумная Мельда.
   - Мне сказали, ты что-то видела вчера.
   - И сегодня утром тоже, - криво усмехнулась женщина. - Хочешь узнать, что именно?
   - Разумеется, - кивнул старик. - Надеюсь, что ты любезно всё расскажешь.
   - Дай закурить, а, будь человеком.
   - Я не человек, а тарх, - пожал плечами Власий. - Но ты обещай, что не будешь буянить и утаивать информацию.
   - Договорились, - прошептала Мельда.
   Когда безумная выдохнула сизую дымку, она закашлялась.
   - Что же ты куришь, а? - сморщился Власий. - Не понимаешь, что вредно?
   - Тархи не болеют, - прохрипела женщина. - От этого я не умру. Я же тебе говорила, что лёгкие пробиты.
   - Ладно, - отмахнулся тарх. - Твори, что душеньке угодно. Здоровье твоё. Только расскажи, что мне надо.
   - Циник, - хрипло рассмеялась Мельда. - А просто так никак не суждено поболтать?
   - Никак, - обрубил Власий. - Время дорого. Прекращай болтологию разводить, давай выдавай, ради чего я пришёл.
   - ... циничный, - безумная подняла к потолку глаза. - Ладно. Слушай. Я видела, что чернобурка заключает с рыжей девчонкой договор. Было такое?
   - Гм... - задумался тарх. - Не знаю... Хайти предлагала Василишиной договор вчера, я по этому поводу ругался очень. Но девочке дали время на размышления...
   - Короче, она согласится, - улыбнулась Мельда, обнажив гнилые зубы. - И не спорь, я это знаю точно. Я видела.
   - Хорошо, что ещё ты видела?
   - Девица, ходящая по зеркалам. Следи за ней лучше. Она потеряется. - Мельда потушила сигарету о подушечную наволочку.
   - Что ты вытворяешь? - скривился Власий. - Не хулигань.
   - Тьфу на тебя, ... .... ... - заявила Мельда. - Это не хулиганство. Пожил бы тут дольше, так и понял бы, что такое хулиганство.
   - Ладно, - примирительно сказал тарх. - Так что с видениями?
   - Эта девица будет шагать по галерее и не сможет выйти обратно. - Мельда говорила отрешённо. - Выход заблокируют. И она выйдет непонятно где. И к ней обратятся на другом языке, а она не сможет и ответить даже. Это будет на другом краю земли.
   - Ага...
   - А ещё - два воздушника. Парень и девушка. Они будут лететь рядом. Вверх. И вниз падать. А потом упадут в пшеницу. Далеко. И тоже потеряются, но найдут дорогу.
   - Ага... - Власий достал блокнот и записывал, что говорит Мельда.
   - И... и... и... - Мельда упала на пол. Затряслась. Ногти скребли по деревянному и уже оцарапанному не раз полу. Ноги колотили везде, куда доставали. С губ повалила зеленоватая пена. Власий прыгнул верхом, пытаясь приторочить безумную к полу. Она изгибалась дугой, но тарх держал крепко.
   - Что ты видишь? - спросил он, с усилием удерживая Мельду.
   - Х... ухэ... ауу... хеххх.... Ухху...аха...
   - Ну же, что ты видишь?
   - Вода... по воде плывёт венок... лодка... мешок... вниз, ко дну... ко дну... конвульсии... ещё одна... вверх... кашляет, хрипит... страх... верёвки на мешке, рвёт... круги по воде... и тучи... тучи на небе... отражаются в воде... на берегу ждут... выкинул... нет, выжил...а... и испуг... урод, мутант... прочь...
   Мельда закашлялась и обмякла.
   - Всё, отпустило, - хрипло прошептала она. - Уходи...
  
   24 июля, 16:02.
   9й день 1 фазы.
  
   Олег отошёл от стола.
   - Долго ещё? - недовольно спросил он. - Что за дурацкая манера - прийти к кому-нибудь в гости и оккупировать компьютер?
   - У меня инет пару дней ещё работать не будет, - Валера развернулся к другу. - А немного туда влезть - это святое дело. Ты не сердись.
   - Ладно-ладно, - скривился Олег. - Твори, что хошш.
   - Спасибо! - улыбнулся Валера и снова повернулся к монитору. Улыбка моментально спала с лица. - Упс...
   - В чём дело?
   - Тут какая-то ересь выскочила... - пролепетал Петрунько.
   - Издеваешься? - воскликнул Олег.
   - Неэээт...
   - Какого? - вскрикнул Сотник, всмотревшись в монитор. - Ты вредитель, Валера! Вре-ди-тель!
   Парень мало заметил, что лицо зачесалось. А вот Валера повернулся к другу и плавно стёк под стол в обмороке.
   - Э?! - испугался Олег. - Валер! Валер, что с тобой? Ау! Ты, это, вставай давай, не надо так шутить, я тебя ругать не буду, прекращай комедию ломать...
   Но Валера вставать не собирался. Олег забыл уже про компьютер, он побежал за водой, чтобы друг пришёл в себя, чтобы не пугал так...
   В коридоре Олег мельком глянул в зеркало. И чуть не выронил чашку с водой из дрожащих рук. Теперь понятно, почему Валера в обморок упал. Из зеркала на Олега пристально смотрел удивлённый демон. Но Олег мало думал об этом. У него друг в обмороке валяется, а он в зеркало тут пялится...
   Чашку Сотник всё же выронил. Когда увидел, что ожидало его в спальне.
   Валера всё ещё был без сознания. Но при этом он завис в воздухе под потолком, ровный, как струна. Руки безвольно обвисли, голова скошена набок. Лицо не выражает ничего. И тело вроде бы не движется, но плавно перемещается по воздуху. Как на воде звездой плавает, лёжа на спине и расслабившись.
   Чашка печально звякнула о пол. Отбилась ручка, но не более того. А вода залила пол, будто разлилась не чашка жидкости, а как минимум ведро.
   Валера дрогнул, услышав грохот. И повернул голову, посмотрев на источник шума. Глаза полезли на лоб, рот перекосило. Петрунько дёрнулся и мешком картошки рухнул вниз, нелепо взмахнув руками, будто хотел удержаться за воздух.
   Упал он прямо в лужу.
   - Что это было? - ломающимся голосом спросил он.
   - Не знаю... - ответил Олег.
   - О-олег... Это же ты?
   - Ага.
   - Куда мир катится... - пробормотал Валера, вновь теряя сознание.
  
   25 июля, 11:27.
   10й день 1 фазы.
  
   - А он пусть будет мужем Хлои, - сказала Инна.
   - Это который без штанов? - уточнила Ася.
   - Ага.
   - А чё это он с голым задом? - спросила Тая.
   - Я не умею штаны шить, только платья, - пожала плечами Инна. - А маме некогда. Она работает много, поэтому её не надо беспокоить.
   - А у меня сестра умеет, - вставила свои пять копеек Таня. - Только она в институте сейчас в U учится, приезжает редко.
   - А мой брат шить и не учился, - вздохнула Вита. - Он младше меня.
   Маленькие девочки засели в беседке и играли в куклы. Разложившись на весь стол, они играли по своим правилам, вплетая туда то, что видели вокруг.
   Ася вытянула из пакета медведя.
   - Пусть будет в качестве мужа Ирэн, - утвердительно сказала она.
   - Медведь? - расхохоталась Инна.
   "Я тоже такого хочу," - уловила Ася голос Инны.
   "Глупость. Просто глупость. Хотя ему штаны не нужны. Жаль Катя не дома, она бы купила мне похожего, а то и красивее," - Таня.
   "Мои лучше," - Тая.
   "Тьфу, какая же она противная," - Вита. - "И кукла её, и сама Ася. Какая же противная..."
   - Красивая пара, - мечтательно сказала Вита.
   "Врёт," - меланхолично подумала Ася. - "Нагло врёт. Лицемерка".
   - Девочки, а вы за кого замуж бы вышли? - спросила Инна.
   "Сейчас выясним, кому кто нравится из класса" - подумала Инна. Ася чуть не хмыкнула, услышав эту мысль.
   - Кто начнёт? - любознательно спросила Инна.
   - Давай ты и начнёшь, - Тая упорно курочила кукольный домик, который никак не желал собираться.
   - Хорошо, - Инна подняла глаза вверх, к потолку беседки. - Я хочу, чтобы муж у меня был умный, добрый, красивый и очень богатый. А ещё - чтобы меня любил. И у нас с ним будет много детей. Он будет зарабатывать, а я - сидеть дома и отдыхать. И мы будем каждым летом ездить на море или в горы. А ещё - кататься по миру и смотреть разные интересности, какие в мире есть. У нас будет большой дом, и машина. Красная.
   - Круто, - сказала Таня. - А как он будет выглядеть?
   - Ну... он будет высокий и темноволосый. И глаза чтобы карие, - задумалась Инна. - И он будет стройный. Вот. А ты, Тань?
   - Ну, а я... Я вот за Димку замуж хочу. Он прикольный.
   - Димку? Тю! - поморщились девочки. - Он же нудный!
   - Не нудный. Он умный, значит, станет важной шишкой. Вот. - Таня обосновала своё желание, помогая Тае складывать домик. Он всё же подчинился. Тая облегченно выдохнула, двигая домик подальше от себя.
   - А я не люблю ни Димку, ни брюнетов, - заявила она. - Я люблю блондинов с серыми глазами.
   - А почему не голубыми? - поинтересовалась Инна.
   - Где ты видела сейчас голубоглазых блондинов? - спросила Тая. - У Аси и то карие. А серые чаще встречаются.
   - Понятно... - сказала Вита. - А я русые волосы больше люблю. Вот.
   - Ну-ну, - ухмыльнулась Ася. - А у меня есть друг, у него глаза зеленющие, как у кота прямо, и волосы рыжие такие, он на солнышко похож. Только волосы прямые у него. И он высокий такой, красивый. У него руки сильные, а сам он добрый. И когда я вырасту, я за него замуж выйду. Вот.
   Девочки рассмеялись.
   - А сколько ему лет?
   - Он взрослый уже.
   - А как зовут?
   - Игорь.
   - М... - сказала Инна. - Посмотрим-посмотрим, чем всё это закончится.
   "Наивная дура" - услышала Ася мысль Инны. - "Он не подумает на ней жениться. Зачем ему малявка? Не дождётся, пока она вырастет"
   Ася в душе обиделась, но ничего не сказала. Лишь наметила пару новых вопросов для Ингвара.
  
   25 июля, 17:24.
   10й день 1 фазы.
  
   - И знаешь, что самое обидное? Я не знаю, что ей ответить. А за ответом она придёт завтра и потребует его. А я не знаю. Не знаю. Не знаю, что ответить! - Карина и Ярик сидели на лавочке, затерянной где-то в глубинах маленького скверика. Василишину уже чуть ли не истерика била. Она пересказала Ярику встречу с Хайти и условия сделки. Пока что они пытались придумать, что Карине делать дальше. Конструктивных мыслей не возникало, а Карина переживала всё сильнее.
   - С одной стороны, бережёного Бог бережёт, - задумчиво произнёс Ярик. - А с другой - если ты из-за отказа потеряешь многое, будет обидно. Вдруг она научит тебя тому, что сама ты в жизни не научишься делать. Терять возможность глупо будет.
   - И я о том же, - Карина положила голову на плечо Ярика. - Что делать теперь...
   - Меня бы кто подучил, - проворчал Власов. - А то всё путаюсь с этими превращениями, хоть застрели.
   - Не надо стрелять, - примирительно сказала девушка. - Ты во второй ипостаси такой классный, что я просто не могу заставить себя отказаться от подобного.
   - Так тебе не я, а моя вторая ипостась нравится? - якобы обиженно спросил Ярик, повернув голову так, что взгляд парня падал сверху вниз на лицо Карины. - Эх ты, изменщица коварная!
   - Тьфу на тебя, - заявила она. - В тебе не только волк интересный, но и ты сам. Мне с тобой хорошо и легко. А ты меня не пойми не разбери в чём подозреваешь, будто женщину, продавшуюся за большие деньги.
   - А тут не деньги, а экзотическая внешность. Чем не продалась?
   - А ты тогда тоже продался, за лисий хвост, - шутливо сказала Карина.
   - За красивые г...лазки... - улыбнулся Ярик, целуя Василишину в рыжую макушку. - Те, которые за кожаной маской прячутся.
   - Шельма, - рассмеялась Карина, изгибаясь в объятиях. - А сам-то, а!
   Ярик резко посерьёзнел. Улыбка буквально смылась с его лица, будто грим или гуашевая краска.
   - А всё же на сделку согласись. Лишние знания не рюкзак с кирпичами, могут и понадобиться. А любой навык рано или поздно нужен. Не только ласкать учиться надо, но и убирать хвост, когда он мешает.
   - Всё, тогда вопрос отпадает. Предлагаю поговорить об... м... погоде, - облегчённо сказала Карина. - Камень с души упал, могу веселиться...
  
   25 июля, 23:54.
   10й день 1 фазы.
  
   На речном мосту было красиво. Ася оперлась на перила, наблюдая сквозь лёгкий туман, царствующий над кромкой воды, как неторопливо ползёт мутное течение. Ингвар тихо подошёл к ней сзади, заглядывая через плечо, что же она там высматривает.
   - Привет. - Ася даже головы не повернула.
   - Привет, - Ингвар встал рядом, так же опершись на парапет. - Ты чего грустная такая?
   - Вот скажи, - резко зашлась Ася. - Почему в этом мире лицемерны даже дети? Почему я, когда выхожу на улицу, узнаю о себе и других много ужасного и неправдивого, при том, что вслух произносят совсем другое?
   Ингвар в последнее время убедился, что все его моральные устои летят демонам под хвост. С каждым новым разговором его мироздание всё сильнее шаталось и рушилось. И всё то, что раньше принималось как должное, сейчас заставляло задуматься и переменить мнение. Тарх хватался за последние исчезающие пасма тумана, на которые была похожа его логика. Всё, что знал с детства, таяло. И произошло это лишь из-за того, что Ингвар завёл себе привычку разговаривать с маленькой, но невероятно проницательной девочкой, которая каждым вопросом всё сильнее выбивала все точки опоры из-под ног растерянного тарха.
   - Ась, легче согласиться и смириться, чем пытаться тебе объяснить и понять самому, - сказал он, подумав. - Я не могу тебе рассказать то, чего не знаю. Так было всегда, прими как есть.
   - Но почему? - голос девочки дрожал. - Ведь это же несправедливо и неправильно!
   - Представь, что все резко перестали врать и начали говорить только правду, - Ингвар повернулся лицом к Асе. - И что мы увидим? Некоторую правду нельзя говорить, чтобы уберечь человека. Некоторую нужно частично утаить. Иначе случится непоправимое. Некоторая обидит, серьёзно обидит. Все поругаются между собой и ни у кого не будет друзей. Ведь ты же обижаешься, когда говорят плохое?
   - Обижаюсь. И когда думают тоже, - согласилась Ася.
   - Вот видишь, - сказал Ингвар. - А ты ещё и не очень-то и обидчивый человек. Ты спокойно колкости выслушиваешь. А ведь есть люди, характер которых не позволяет терпеть обиды. И платить кровью за случайно брошенное слово... Это тоже неправильно. Зачем лишняя кровожадность? Если все резко начнут говорить правду, то мир вымрет. Мы просто не уживёмся на планете. Мы разорвём её на части раздорами. Понимаешь?
   - Да, - грустно кивнула девочка, глядя на бегущую воду. - А вот ещё: мы сегодня с девочками разговаривали. Вот скажи, ты же подождёшь, пока я вырасту, а потом женишься на мне?
   - Постараюсь, - обречённо выдохнул тарх.
   - А девочки меня осмеяли, - пожаловалась Ася. - Сказали, что ты не станешь меня ждать и женишься быстрее даже, чем я школу закончу.
   - Ася, солнышко, - Ингвар был уже готов начать колотиться головой о парапет. Ну что за ребенок? Почему у неё нормальных для детей мыслей в голове не водится? - Никогда не делай поспешных выводов, когда не знаешь человека или какой-нибудь детали из ситуации, слышишь меня, не делай! Иначе ты делаешь больно другим и сама заблуждаешься в собственных выдумках и догадках. Понимаешь?
   - Да. Понимаю, - лицо девочки было серьёзно. Ингвар всё продолжал удивляться ей, уникальной, взрослой малышке. Ася отошла от парапета, крепко обхватила Ингвара за руки и прижалась к тарху. - И знаешь, тебя я никому не отдам. Что бы не говорили и кто бы ни пытался, не отдам. Ты слышишь, никому!
   Тарх чуть не упал на месте от такого заявления, но промолчал.
   - Не пугайся, - попросила Ася. - Просто верь.
   Мост покачнулся, и Ингвар выпал из сна. Он гулко и надрывно закашлялся. Ему казалось, что даже само обещание девочки тисками сдавило лёгкие.
   За окном бледнело небо, приближался рассвет. Ингвар упал на кровать обратно и устало закрыл глаза, желая заснуть.
  
   26 июля, 12:41.
   10й день 1 фазы.
  
   Карина сидела на кухне и долбила ложкой закаменевший уже несвежий киевский торт. Выкинуть его рука не поднималась, как же, деньги за него уплачены, а есть никак не хотелось. Василишина с самого утра ждала прихода кицунэ. С ужасом и волнением, с ожиданием перемен и предчувствием катастрофы. Не покидало её ощущение, будто она, подобно Фаусту, продаёт душу, заключая сделку с дьяволом.
   И поэтому Карина пыталась заглушить тревогу поеданием просроченного торта. Она силой толкала каждый новый кусок в рот и с усилием глотала, запивая сладость остывшим чаем. Приторно-сладким, горьковатым и невкусным, превратившимся уже в чефир из-за количества заварки и времени, которое чай настаивался.
   Когда в дверь позвонили, Карина моментально вскочила и побежала открывать, будто ужаленная.
   - Согласна? - спросила Хайти с порога, даже здороваясь.
   - Да.
   - Это хорошо, - чернобурка спокойно направилась на кухню. Карина закрыла дверь и кинулась догонять лисицу. Хайти же невозмутимо ставила чайник. На изумлённый взгляд девушки она безапелляционно ответила: - Сделку надо обмыть. Разве у вас нет такого обычая?
   Карина опешила. Но при этом полезла за чашками и заваркой.
   Когда чай разлили по чашечкам из праздничного сервиза, Хайти наконец заговорила.
   - Ты всё взвесила?
   - Думаю, что да, - неуверенно ответила девушка.
   - Замечательно, - кивнула лисица. Она извлекла из рукава всё тот же конверт. - Подпиши внизу.
   Карина медленно вытянула бумагу из уже вскрытого конверта. Внизу было оставлено пустое место, где девушка дрожащей рукой размашисто расписалась.
   - Что ж, - кивнула Хайти. - Договор заключён. С этого момента я твоя наставница, а ты - моя ученица. Говорю сразу: все мои указания выполнять безукоризненно, даже если я прикажу тебе прыгнуть с обрыва или выколоть себе глаза. Понятно?
   - Да, - сглотнула Карина. - Неужели придётся такое делать?
   - Всё может быть, - пожала плечами Хайти. - Но факт остаётся фактом. Поэтому слушай правило второе: ты не задаёшь мне лишних и дурацких вопросов. Все пояснения слушаешь внимательно. Никогда не выдаёшь себя при смертных. Не делаешь глупостей. Завтра начнём первый урок. Я приду к тебе в это же время. А пока - отдыхай и наслаждайся жизнью. Завтра этого уже не будет.
  
   26 июля, 15:11.
   10й день 1 фазы.
  
   - Допустим, - сухо кивнул Власий. - Это первая ласточка. Как себя остальные поведут? Мы же ещё даже учителей не нашли.
   - Полегче вопроса задать не мог? - с укором спросил Дирамант. - Ты бы ещё о судьбах бытия меня выпытывал бы.
   - О судьбах бытия и сам знаю, - покачал головой тарх. - А на этот вопрос, он, кстати, риторический, меня ответ очень интересует. Получается, кицунэ не будет испытывать проблем с освоением способностей. А остальные? Их изначально уже ставят в неравные условия.
   - Равные-неравные, - скривился Дир. - Не говори глупостей. Какой-то человеческий мудрец давно ещё сказал, что все люди изначально поставлены в неравные условия. И это заложено природой. Правда, он подразумевал совсем другое, но ведь эволюция тоже гены выжимает. Жить будет лишь сильнейший, слабая особь умирает, никто об этом не жалеет, невелика беда.
   - Ишь как заговорил, - хмыкнул Власий. - Эволюция, выжимание генов, особи... Тьфу на тебя. Давай лучше думать, кого в учителя приглашать.
   - Подожди-ка, помедленней на поворотах, - замахал руками демон. - Ты же сам ещё неделю назад утверждал, что нельзя учителей пару лет. Никак нельзя. А теперь говоришь обратное. Как мне это понимать?
   - Просто. Про учителей - вежливый совет, а не обязательное условие. Сначала я хотел так и поступить. Но тут вмешалась Хайти. Поэтому я теперь лучше найду, кто обучать детей будет. Вот.
   - Знаешь, - медленно сказал Дир. - Найти-то найди, но пусть приступать к обучению не торопятся. Договорились?
   - А почему? - поинтересовался тарх.
   - У меня тут пару мыслей есть по этому поводу...
   - А каких?
   - Ну... - задумался демон. - Я ещё полностью не сформулировал... Но слушай: тяни до последнего. Приставь учителей следить. Познакомь их. А потом, когда уже невозможно станет обойтись без учителей, пусть приступают.
   - Именно так? - Власий потёр подбородок. - И что же навело тебя на эту мысль?
   - А то, - сказал Дирамант. - Что совет советом, а попытаться исполнить надо. Тогда, когда уже всё поломается, как карточный домик, ты с чистой совестью и перед собой, и перед заклинанием можешь сказать, что старался, но тебе неподвластны мелочи, детали всякие и случайности. И проблемы не у тебя будут.
   - А у кого?
   - Ты издеваешься? - рассмеялся демон. - Да ведь вроде бы ты и учитель хороший, и поясняешь недурно, знания даёшь. А о таких простых вещах забываешь. Ничего, что у каждого проклятия есть условия выполнения? И некоторые можно не выполнять. Законы всегда предусматривают лазейки, верно? Так и тут тоже. Просто ты используешь эти факты как лазейку.
   Власий хлопнул себя по лбу.
   - Я баран.
   - Верю, - пожал плечами Дирамант. - Верю, что и на старуху бывает проруха.
  
   26 июля, 20:21.
   10й день 1 фазы.
  
   Айна и Вария спокойно прогуливались по саду, сплошь рассаженному лилиями. Вария пригласила тарху в гости и теперь демонстрировала ей свою гордость - клумбы в большом саду.
   - Какие красивые! - сказала Айна, глядя на цветы. - Какая прелесть!
   - Это не прелесть, а барбадос, - сказала Вария, указав на тёмно-розовые лилии с белой каймой. - А вон те, белые в фиолетовую пупушку - бургунди сплэш. Вон те - Аннушка, а те - карлтон. Оранжевенькие такие. А рядом с ними, которые жёлтые - кармель.
   - Ты так любишь лилии? - спросила Айна.
   - Ага, - кивнула тарха. - Я их ещё в R разводить начала. А потом, когда сюда переехала, попросила у Власия поселить меня в маленьком домике с большим садом. Правда, нужных вариантов не нашлось. Зато нашли флигель. Я его снимаю у старой знакомой Власия, правда смертной. Она совсем одна осталась. Родные уехали куда-то за границу, а про бабушку забыли. Я за ней попутно ухаживаю. Она ко мне неплохо относится. И цветы тоже любит. Правда, последние годы всё никак не может ничего делать - ноги еле ходят. А я весь сад-огород засадила лилиями. Некоторые сорта мне вообще тархи на заказ привозили. Как те, красненькие, блэк бьюти. В L их не могла нигде найти. Так Ирдес, когда в гости к кому-то из своих знакомых в N ездил, прихватил с собой. Так вот, я тебе не простые лилии хотела показать.
   - Ничего себе - простые! - воскликнула Айна. - Они тут у тебя все как на подбор. Что же ты называешь тогда необычными? Магические что ли?
   - Какая ты проницательная! - улыбнулась Вария, всплеснув руками. И замерла, глядя на небо.
   - В чём дело?
   - Первая звезда появилась?
   - Ага.
   - Хорошо. Просто нужно, чтобы взошла первая звезда и потемнело, - пояснила Вария. - А иначе ты эти лилии не увидишь вообще.
   Вария повела гостью в дальний уголок сада.
   - Озеро? - изумилась Айна.
   - Сама выкопала, - с гордостью сказала Вария. - Но ты не на воду и камни смотри, а на цветы. Вот-вот увидишь.
   Айна прищурилась. Маленькое овальное озерцо с мутной зелёной водой. По зеркальной глади вод плавали жёлтые кувшинки. По ободу водоёма были уложены выщербленные камни - декоративные дикари. Само озеро было где-то метра три-четыре в диаметре, посередине выложена пирамида из валунов. Айна различила в сумерках, что это не просто глыбы камней, а фонтанчик.
   Одно только озеро вызывало восхищение. Но гостья послушно начала высматривать, что именно хотела показать Вария.
   - Это то, что я и должна видеть?
   На берегах озера проступали контуры светящихся лилий. Молочных, слабо сияющих изнутри.
   - Ага, - кивнула хозяйка. - Это лунные лилии. Смертные эту красоту не видят. Но и появляются цветы лишь тогда, когда солнце скрывается за горизонтом и появляется первая звезда. Они вообще свет не любят. Видишь, ива?
   Айна растерянно осмотрелась. Действительно, над гладью озера склонилась старая ива. Её тонкие веточки едва касались камней.
   - За пять лет из маленькой палки выросла, - гордо сказала Вария. - Александра Павловна, хозяйка, до сих пор не может понять, откуда это дерево тут взялось. Хотя, она сюда редко заходит.
   Вария подошла к лилиям. Погладила рукой матовые лепестки.
   - Эти цветы, - тихо сказала тарха, - обладают рядом полезных свойств. Одно из них - они якобы выполняют желания. Ещё говорят, что лунная лилия может помочь распознать настоящую любовь. И она помогает избавиться от душевных переживаний. Правда, я их сажала потому, что лунные лилии очень красивые, редкие и вообще лилии.
   - А к чему ты мне это говоришь? - хрипло спросила Айна.
   - Если тебе понадобится, можешь сорвать один цветок. Эти лилии никогда не отцветают, даже зимой, - Вария поднялась с корточек. - Вокруг снег по колено, мороз жуткий, а они из сугроба светятся. Представляешь?
   - Да. Но всё же, зачем мне это?
   - Я сказала, - Вария поманила гостью прочь от озера. - А ты, если когда-то решишься, только попроси.
   - Я не... - вскипела Айна. По кромке воды пошли узоры льда.
   - Зря, - печально вздохнула Вария. - Кувшинки пропадут.
  
   - Варюшка! - крикнули с другого конца сада. - Варюшка!
   - Да-да, Александра Павловна, уже идём! - молодцевато гаркнула в ответ девушка. И тихо подруге: - Вот видишь, нам пора. Александра Павловна вкусно готовит. И обидится, если тебя не накормит.
  
   26 июля, 21:50.
   10й день 1 фазы.
  
   - Викусь, ты холодная, как ледышка, - прошептал Вике на ухо Андрей. Тарабарова познакомилась с ним где-то неделю назад, а то и меньше, пока ничего плохого в нем не видела. Но и знакомить с остальными друзьями не спешила. - Ты не замёрзла случайно?
   Вика томно прогнулась в объятиях. Она чувствовала какую-то усталость, смешанную с истерическим криком интуиции, мол, опасно тут. Но с парнем было приятно и хорошо, поэтому на интуицию девушка с чистой совестью плюнула.
   - Нет. А что-то не так?
   - Ты реально очень холодная, - удивлённо сказал Андрей. - Такое ощущение, будто ты меня сейчас заморозишь.
   - Ну-ну, - вздохнула Вика. - А знаешь, веди-ка ты меня домой. Вдруг заболела. Хотя, июль месяц на улице, жара невыносимая. Где тут мёрзнуть... Пойдём.
  
   27 июля, 1:05.
   11й день 1 фазы.
  
   - Сейчас начнутся чудеса, - Гарнаг довольно потёр руки в предвкушении.
   - Звучит как угроза, - криво ухмыльнулся Варнар.
   - Разве я что-то не то сказал? - притворно изобразил оскорблённую невинность Гарнаг. - Га?
   - То сказал, то, не переживай, - успокоил его друг. - А теперь вопрос века: куда этот гад ползучий уже спрятался?
   - А я прямо знаю! - всплеснул руками Гарнаг.
   - Заткнитесь оба! - зашипела Айна. - Конспираторы ходячие! Вы бы лучше слушали бы внимательно!
   - Что теперь не так? - шёпотом спросил Гарнаг.
   - Может потому, - сказал вполголоса Аскай, - что он сейчас повернёт в арку, а там все наши беседы слышно?
   Вся эта весёлая компания сидела на узком карнизе первого этажа довоенной сталинки, спрятавшись за бетонным атлантом. Конечно, упасть тархи могли лишь по глупости или из-за обидной и неучтённой случайности.
   Начиналось всё абсолютно мирно. Аскай безо всякого напряжения следил за Викой Тарабаровой. Обычная смена, ничего странного. Тишь да гладь, поэтому и на дежурстве сам был. Тарха нисколько не интересовала личная жизнь Виктории, но к парню он всё же приглядывался. На всякий случай ли? Нет, просто скучно было.
   Ближе к десяти вечера тарх заметил всплеск активности у Тарабаровой. И тут-то обнаружилось, что некий Андрей, который появился в жизни Вики четыре дня назад, совсем не тот, за кого себя выдавал. Это был не смертный. Конечно, маскировался он превосходно. Но буквально пары секунд, когда защита спала, хватило Аскаю, чтобы определить - пора звать кого-нибудь на подмогу. Уже через три секунды, во время которых спал заслон, на Андрее уже появился новый.
   Андрей был не смертным, но кем же? Сейчас это и пытались определить. Айна щурилась и ругалась, но не могла ничего понять. Вроде бы и парень тот, который нужно, но он снова спрятался. Казалось, что они обознались, да и вообще пристали к простому человеку, ни в чём не повинному. Видимо, чтобы увидеть, что же это за фрукт такой, нужно заставить его проявить способности.
   Тархи во все глаза рассматривали Андрея. Среднего роста, хрупкий, бледный на фоне нормальных загорелых людей (и это в середине лета!), смоляные волосы с падающей на глаза косой чёлкой. Лицо узкое, на нём гармонично сочетались высокие скулы, тонкий нос с лёгкой горбинкой и рот-ниточка с синюшными губами. И громадные глаза, по цвету напоминающие молочный шоколад.
   - Как всегда в десятку, - злобно прошептала Айна. - А вы, мальчики, учитесь у Аская, он прав. Потому что наблюдательный. Не то что некоторые.
   - В чей огород камень? - обиженно воскликнул Гарнаг. По арке прошлось эхо. Варнар хлопнул себя по лбу и горестно покачал головой.
   - Идиот... - еле слышно протянул он.
   Андрей остановился. Осмотрелся, прислушался. Но, не обнаружив ничего подозрительного, спокойно свернул в арку.
   - Что за дурацкая привычка быть беспечным? - пробормотала Айна, аккуратно вылезая из-за атланта. Но "счастливый' случай всё же поторопился вмешаться, как и любое неучтённое событие.
   Нога скользнула по карнизу, якобы удобные в ношении босоножки уехали вообще в другую сторону. Подолом длинного хлопкового сарафана девушка зацепилась за руку атланта. Ткань жалобно треснула, расползаясь. Тарха не успела даже кратко ругнуться, как стремительно упала с карниза вниз.
   Айна больно ударилась о кривой асфальт, перекувыркнулась и нелепо села, расставив руки для равновесия.
   - Девушка? - Айна отметила, что голос у Андрея был красивый, завораживающий. Как у профессионального соблазнителя. Тарха быстро поставила на себя маскировку, изображая обычную смертную, хоть и с большим резервом жизненных сил.
   - А-у? - Айна решила поиграть в дурочку, изображая полное недоумение. Тархи, спрятавшиеся за атлантом и даже переставшие от волнения дышать, напряглись ещё сильнее.
   - Вы в порядке? - Андрей торопливо подошёл к Айне и помог ей подняться.
   - Я? - захлопала ресницами она. - Я-то в порядке, а вот сарафан...
   - Что с вами произошло? - Андрей подставил девушке локоть, на который тарха незамедлительно оперлась.
   - Шла... Споткнулась... Упала... гм... немного... - убедительно соврала Айна.
   - А почему же так поздно и одна?
   - От подруги шла... - кокетливо "смутилась" она. - Хотела до остановки дойти, да вот в дворах потерялась...
   - А как вас зовут?
   - А-алёна...
   - Приятно познакомится, Андрей, - улыбнулся парень.
   - П-приятно...
   - Может быть, вас проводить? - спросил Андрей. Айна заморгала. Глаза слезились. Ей показалось, что лицо у парня плавно постарело на пару лет. Теперь он выглядел не как подросток, а как молодой человек. Лет двадцати пяти.
   - Пожалуй, - якобы задумавшись, сказала Айна.
   - Вот и чудненько, - кивнул молодой нелюдь. Тарха же поблагодарила добрую Александру Павловну, которая к мясу подала немного белого полусухого вина. Для аппетиту, как выразилась она. Теперь легче будет изображать пьяненькую девушку, идущую с вечеринки от подруги. От двух бокалов Айна ну никак не могла бы захмелеть, но всё же лёгкий запах вино дало.
   Андрей же о чём-то подумал. И после паузы сказал:
   - А может быть, вы согласитесь зайти ко мне в гости?
   На Айну волнами пошла навеянная симпатия.
   "Чтоб тебя! Кальфетон! - зло подумала она. - Вот уж вляпалась... - И уже Варнару передала: - Это кальфетон! Он пытался на меня воздействовать! Я сейчас, как нормальная смертная, должна ему поддаться и пойти к нему домой. Он может на меня воздействовать, но очень слабо. Думаю, часик продержусь. Сейчас один из вас бегом в отдел, остальные через пару минут слезают и следуют за нами."
   "Понял," - ответил Варнар. - "Держись!"
   Айна изобразила, будто кальфетон её очаровал и последовала за ним. Андрей с упорством бульдозера тянул её куда-то, петляя между тёмными дворами.
   "Какой кошмар! - думала Айна. - В этом городе завёлся неучтённый кальфетон. Чем они смотрели и как следили?"
   Вообще это были жутко опасные существа. Смертные когда-то называли их инкубами и суккубами, в зависимости от пола особи. У кальфетона была простая и до автоматизма доведенная схема: демон находил подходящую жертву с большим энергетическим резервом и соблазнял её. В процессе кальфетон тянул из неё все соки. Не одним разом, растягивая удовольствие на многие сеансы. Жертва тогда становится слабая, болезненная. А кальфетон тянет её до тих пор, пока состояние жертвы не станет критическим. А тогда - разрыв отношений, и кальфетон ищет новый источник питания.
   Хотя, если демон этот бывает сильно истощён, выпивает жертву за один раз, просто убивая, оставив лишь пустую оболочку, некогда бывшую живым человеком.
   Проще говоря, кальфетон - обычный энергетический вампир, пользующийся любовными средствами для заполучения энергии.
   Раньше этот народ очень сильно буйствовал, за что тархи были вынуждены перебить большую часть, а оставшихся - подчинить. Кальфетонам запрещалось выпивать жертв досуха или до критической отметки. Питаться - лишь по острой надобности. И им запретили активно размножаться. Количество кальфетонов на каждой территории, которую тархи контролировали, должно быть неизменно. Если появлялся новый кальфетон, то один из старых должен быть уничтожен.
   На демонов ставили печати, дабы тархи могли удостовериться, что кальфетон подчиняется определённой общине и его не следует убить на месте.
   Но на Андрее этой метки не было. Значит, это кальфетон неучтённый. И права на жизнь он не имеет. Потому-то он свою сущность и скрывал. Айна порадовалась своей расторопности, ведь, если бы она не успела прикрыться, то кальфетон мог бы испугаться и убить её в целях самозащиты.
  
   27 июля, 1:33.
   11й день 1 фазы.
  
   - Как кальфетон? - заспанный Власий вскочил с кровати, чуть не сбив прикроватную тумбочку, на которую в результате упал. Ученик пожал плечами.
   - Обычно. Он сейчас с Айной общается. А до того был замечен с Викторией Тарабаровой. Аскай нас позвал, когда решил, что он подозрителен.
   Глава тарховской общины с кряхтением направился к шкафу.
   - Хорошо. Ступай к Айне, ей сейчас будет жарко. А я сам вызову ребят на помощь. Вы там полчаса-час продержитесь, мы скоро будем. На Айне есть маячок?
   - Она закрылась, чтобы её кальфетон не разоблачил, - ответил Варнар. - Ориентируйтесь по мне, я буду рядом.
   - Тогда всё, - кивнул учитель. - Иди давай.
   Варнар с тихим хлопком исчез.
  
   27 июля, 1:41.
   11й день 1 фазы.
  
   - А вот и мой дом, - Андрей с улыбкой открыл дверь. Айна изобразила бездумное и отуманенное чарами лицо, после чего вошла в прихожую. Что ж, квартира в распоряжении кальфетона была хороша. Высокие потолки, толстые стены, хорошая звукоизоляция. Всё это гарантировала сталинка. Самое то для демона-искусителя.
   Андрей провёл девушку в гостиную и усадил на диван.
   - Подожди минутку, - сказал он. - Я сейчас приду. Вино с фруктами или с сыром?
   - И того, и того, - застреляла глазами Айна.
   - Хорошо, - улыбка на лице кальфетона приобрела масштабы гримасы чеширского кота - от уха до уха. Зубы у Андрея тоже были мелкие и частые. Но белоснежные какие!
   Айна кокетливо улыбнулась в ответ и уселась поудобнее, приготовившись ждать. Андрей гремел на кухне, а тарха торопливо снимала с себя то, что уже успел наплести на неё кальфетон. Да, слабо, но действуют же его чары! Избавившись от воздействия, девушка глубоко вдохнула и заставила себя успокоиться. Всё будет хорошо, ребята успеют на подмогу. Может быть, даже до постели дело и не дойдёт. И не успеет Андрей выкачать много энергии...
   Хозяин выставил на низкий стеклянный столик бутылку с дорогим сладким вином, большое блюдо с нарезкой и две свечи, которые аккуратно зажёг. Затем принёс ароматическую лампу. Айна принюхалась. Подлый кальфетон использовал особый купаж, действующий как сильнейший афродизиак. Тарха узнала его по запаху и теперь осторожно пыталась перестроиться так, чтобы не чувствовать его. Андрею масла ничем не грозили, запах да и запах, а вот у Айны строение организма человеческое с некоторыми поправками, не столь отличительными.
   Андрей щедро сыпал комплименты и виртуозно флиртовал. Айна чувствовала лишь раздражение, но всё же играла, в нужные моменты смущаясь, улыбаясь и кусая губы. Она то и дело косилась на часы, спокойно тикающие на стене. Бутылка подходила к концу, а кальфетон следил за состоянием девушки. Но все эти поглядывания на время не укрылись от Андрея.
   - Ты чего так на часы смотришь? - спросил он наконец. - Разве куда-то торопишься?
   Айна на мгновение растерялась, но быстро сориентировалась и взяла себя в руки.
   - Может, - молвила она, - перестанем уже пить? Перейдём к более активным действиям? А то я жду...
   Тарха с ужасом поняла, ЧТО именно только что сказала, лишь когда тонкие пальцы молодого человека потянулись к ней. Горячие, быстрые. Губы же своевольничали, бросая тарху то в жар, то в холод.
   Картинка поплыла. Перед глазами вертелся пёстрый калейдоскоп, движения происходили в горячке. Гостиная сменилась спальней, мелькали двери, косяки и потолок...
   "Попалась..." - подумала Айна, когда голая спина коснулась прохладного шёлка простыни. Чёрной и гладкой. Обрывки сарафана улетели куда-то, бельё лежало рядом. А тарха поняла, что с разгорячённого кальфетона слетела вся маскировка. Никто не совершенен в подлунном мире, и совмещать некоторые дела крайне затруднительно...
   А девушка лишь тонула. Через некоторое время тарха смогла снова снять чары, но собственное тело успокоить уже не могла. В воздухе зазвенел бубенчик. Айна увидела испуганные и большие глаза демона. Уже даже не карие, а просто чёрные целиком. Ни единого белого просвета.
   "Заслон упал!" - панически подумала Айна, изгибаясь. Похоже, теперь конспирация полетела демону под хвост. Но девушка взяла себя в руки, собрав все остатки некогда железной воли. Против природы, увы, не пойдёшь и с ломом, полностью от наваждения моментально не избавишься...
   Айна рывком потянула Андрея в сторону. Перевернувшись, тарха оказалась сверху. Руки крепко сжали горло кальфетона.
   - С-су-у-каааа! Ааа! Имяааа говор... и... - простонала тарха, неимоверным образом выгнувшись. - И-имяаа, кааальфетооон, имяааа....
   - Эцони! - испуганно выпалил кальфетон. Айна слегка ослабила хватку на тонкой шее нелюдя.
   - Что... ты... тут... дел-аааа-ешь... Ээээцоаааниии? Тыыы га-а-страааалёооор?
   - Да...
   - Хорооош ты... в... п-ааа-стели, Эцоааани, но всёооо ра-аа-авно сдоххнешь...
   Дверь с грохотом выбили. В комнату забежали оперативники.
  
   27 июля, 3:11.
   11й день 1 фазы.
  
   - Говори, кому сказано! - зарычал Варнар, грубо ударяя Эцони головой о деревянную столешницу. Вокруг сильной руки были намотаны смолянистые и растрёпанные волосы, казалось, вот-вот тарх выдерет их вместе со скальпом.
   - Варнар, солнышко, давай помягче, - протянула Айна, отпив из бутылки остатки вина. - Я всё понимаю, но жестокость почти без повода - бессмысленна. Вот скажи мне, что это за дикие, варварские методы?
   Тарха завязала чёрную шёлковую простынь на манер тоги и теперь спокойно сидела на табурете в уголке кухни Эцони. Варнар вёл первичный допрос, а на другом конце комнаты сидели трое тархов, ведущих протокол.
   - Зверю - зверские методы, - спокойно ответил Варнар.
   - Он не зверь, а демон, - устало зевнула девушка.
   - И что? - скривился тарх. - Ты теперь сидишь пьяная в уголочке, истощённая, ещё неделю как минимум резерв восстанавливать будешь. Глаза косые и безумные, ведёшь себя как хиппи укуреная. Тебя только что усердно отымели, а тебе - хоть бы хны. Спокойная, как удав. Предлагаешь применять средства погуманнее. Как мне допрос вести, если по-хорошему он молчать будет, а по-плохому ты не разрешаешь? М? Молчишь! Сидишь и молчишь!
   - Варнар, - с подозрением посмотрела на тарха Айна. - Скажи, солнышко, ты чего тут буйствуешь? Потому что он кальфетон, или потому что час назад мы с ним тут перекувыркались? Неужели ты ревнуешь? Так я же целибат не обязана соблюдать, а с вами двумя я живу, как с сыновьями. Великовозрастными и умственно отсталыми. Ничего? Вы меня уже оба достали!
   Может, пьяная Айна ещё много чего рассказала бы, но тут Эцони хрипло рассмеялся, сплюнув кровь и выбитый зуб.
   - Ооо, а я-то думаю, что она такая неугомонная! Довели девочку, ой довели...
   Варнар злобно приложил кальфетона ещё разок головой о стол.
   - Ты, ..., лучше бы по делу говорил, а не ... тут без спросу и цензуры, - с неприкрытой угрозой сказал Варнар. Тархи, ведущие протокол, косились на "семейную сцену" с интересом, не записывая ничего. Услышав брань, они синхронно поморщились, но замечаний не делали.
   - Так вот! - икнула Айна, поправляя скользкую простынь. - Я вам не мамка-нянька и совсем уж никак не монашка!
   - Айна! - заревел Варнар.
   - Штааа? - с вызовом спросила Айна. По столешнице прошлась кособокая цепочка инея. По всей видимости, напившись, девушка не могла держать свои способности в узде, не то что совсем подавить.
   - Уууу... довели Алёнушкуууу... - подвывал кальфетон для полноты эффекта.
   Треснула оконная рама. Лопнул стоящий на столе бокал. По стенам пошла изморозь. Часы громко крякнули и упали со стены вниз. Варнар ещё раз стукнул Эцони головой о столешницу. Кальфетон сплюнул кровь и умолк.
   Напряжение росло. В воздухе дрожали электрические заряды, иногда сверкали маленькие молнии, смешавшиеся с острыми снежинками.
   - Прекратите это немедленно!
   Никто не заметил, как в кухню зашёл Власий. Все были увлечены разборками, так что тихих шагов тарха никто не услышал.
   Айна и Варнар замерли, как были. Эцони было дёрнулся, и в руке тарха всё-таки остался клок волос.
   - Айна, - властным тоном сказал старик. - Сегодня ночуешь у меня. Ты, - обратился он к ученику, - марш домой отсыпаться. И Гарнаг тоже. Его, - кивок на кальфетона, - в ведомство. Спрячьте в одиночную камеру. Исполнять!
   Айна поправила сползающую простынь и с достоинством телепортировалась. Варнар с силой оттолкнул Эцони, швырнул куда подальше клок его волос и тоже исчез. Власий отвернулся и ушёл через дверь, чтобы тоже телепортироваться.
  
   27 июля, 3:47.
   11й день 1 фазы.
  
   Айна шагнула вперёд и упала. Осмотрев место падения, тарха поняла, что всего-навсего споткнулась о простынь.
   Шатаясь, девушка попыталась подняться. Вышло плохо.
   Удар о пол. Мир упал набок, картинка превратилась в сплошную темноту.
   Через пару минут в комнате появился Власий. Шёпотом ругнувшись, он взял Айну на руки и отнёс в бывшую спальню Варнара.
   Девушка хрипло дышала. Лицо её было бледным и сухим. Лоб поражал холодом. Власий вздохнул и уложил Айну на кровать Варнара. Бережно укрыл махровой простнынью, не снимая чёрного шёлка, в который было замотано тело.
   Потушив свет, Власий тихо вышел.
  
   Отступление 5
  
   Веирхо приехал на похороны Ассанина через четыре дня после их прощальной встречи. Тарх не хотел никуда ехать, но предсмертная просьба колдуна - это серьёзно, и игнорировать её крайне нежелательно, а иногда и опасно для жизни.
   - Стрелял хорошо, но по жребию он был вторым, - Таирн, секундант Ассанина, был угрюм и зол на всех. Ассанин предложил ему быть секундантом так, что Таирн не мог отказаться. А тарх не хотел этого. Отговорить упрямого Ассанина не удалось. Стреляться - и всё тебе. Запрет на дуэли никого не смутил. - Нифар его сначала подстрелил, в печень, а потом уже раненый он прострелил ему плечо. Как-то так. Умер позже, в жутких мучениях, от потери крови. Я пытался помочь, но не вышло. Испустил дух быстрее, чем я смог его вылечить. Он не стремился остаться на этом свете. Всё проклинал меня и гнал прочь. Мол, дай умереть спокойно. Идиот упрямый.
   - Не то слово, - кивнул Веирхо, глядя, как служители кладбища пытаются разжечь погребальный костёр на расчищенной от снега, но всё же мёрзлой земле. Получалось плохо. - Но стрелялся храбро?
   - Храбро, - кивнул секундант. - Умер, как подобает мужчине.
   - Мужчине, но не тарху, - уточнил Веирхо. - По-моему, это просто дурость.
   - Дурость, - согласился Таирн. - Но кто же его теперь осудит? Про мёртвых либо хорошо, либо молча.
   - Угу. То, что мёртвый стал таковым, потому что был упёртый, как баран и глуп к тому же, в расчёт не берётся, - проворчал Веирхо, кутаясь в шубу. Холод, конечно, не такой, как в Якутии, но всё же мороз был крепок. С неба сыпал снег, больше похожий на острую ледяную крупу. Ветер больно хлестал этим снегом по лицам тархов, покрасневшим, перекошенным. Но тархи молчали и лишь ждали, когда закончатся похороны. - Это своего рода гарантия, что на том свете икаться постоянно не будет.
   - Логично, - вздохнул Таирн. - Пока не сожгли, пойдёшь прощаться?
   - Пойду, - ответил тарх. - Куда же без этого.
   Ассанин лежал такой же, как и при жизни. Лицо не выражало ровно ничего. Спокойное и расслабленное. Разве что болезненно бледное. Веирхо встал рядом и произнёс:
   - Знаешь, всё-таки ты дурак упрямый. Почему ты не хотел меня послушать? Выбрал себе способ самоубийства поизвращённее, пусть душа твоя на чужой грузом лежит, сам вроде бы не при делах. А зачем? Не вижу смысла. Но всё то, о чём ты попросил, выполню. По крайней мере, постараюсь. Покойся с миром, идиот несчастный.
   Сзади подошёл Нифар.
   - Что же ты так друга-то, а? - спросил он.
   - Он заслужил порицания от меня, - спокойно ответил Веирхо. - Я его предупреждал. Он меня не послушал.
   - Бывает, - пожал плечами Нифар. Он был бледнее, чем обычно, под пальто не было видно перевязки, тарх старался создать видимость, что ничего не произошло.
   - А вот скажи, - вдруг протянул Веирхо. - Почему ты пришёл? Неужто совесть замучила?
   - Нет, какая уж тут совесть? - криво усмехнулся Нифар. - Просто традиция. Я прихожу на похороны всех тех, кого убил.
   - Значит часто на похоронах бываешь, - задумчиво пожал плечами Веирхо. - Понятно. Что ж, нам не о чем с тобою толковать. Прощай.
   Веирхо развернулся и ушёл.
   - Лучше не нарывайся, - крикнул ему вдогонку Нифар. - Иначе ты будешь следующим.
   - Ну-ну. Спасибо за совет.
   ... Огонь жадно лизал тело. Снег усердно мешал ему, ветер тушил пламя. Но погребальный костёр всё же горел. Веирхо стоял чуть в стороне, глядя на это. Когда от Ассанина остался лишь сизый пепел, Веирхо вздохнул.
   - Покойся с миром, Ассанин, - прошептал тарх, скорбя о потерянном друге. У Веирхо вообще было мало друзей. А они почему-то имели тенденцию гибнуть.
  
   Глава 6
  
   Вступление 6
  
   - Там будет маленькое озерцо, - пояснял Череху Веирхо. - На его берегу - цветы. Лилии, белые такие. Они ещё изнутри светиться будут. Ваша задача - уничтожить клумбу. Всю, целиком. Ни один белый цветок не должен уцелеть. Можете выжечь или вытоптать, мне всё равно. Главное, чтобы ничего не осталось. Хоть в пруду утопите. Вам понятно?
   - Ага, - кивнул Ирсэ.
   - Не ага, а идите и выполняйте, - махнул рукой тарх.
   Кхаторши с хриплым лающим смехом ушли. А Веирхо нагрел воду для кофе. Этот приказ он дал не потому, что Ассанин предвидел нечто подобное и описал в дневнике. Уничтожить лунные лилии Веирхо приказал потому, что ему самому захотелось это сделать. Для удовольствия.
   Эти цветы обладают многими свойствами, одно из которых - лечение бесплодия. Тарх знал, что произошло прошлой ночью. Ему не было жалко ни Айну, ни попавшегося кальфетона. Он злорадствовал. Почему, сам не мог себе сказать.
   Лунные лилии прежде чем зацветут, должны расти не один год. А лечить последствия общения с кальфетоном нужно в течение двух недель, иначе поздно. Веирхо своим поступком ломал жизнь Айне, но абсолютно не сожалел. Не ему же одному только мучится из-за чужой прихоти?
  
   27 июля, 13:01.
   11й день 1 фазы.
  
   В дверь требовательно позвонили. Карина торопливо пошла открывать.
   - Здравствуйте, - сказала она, увидев на пороге Хайти. Кицунэ сегодня была одета в джинсы и лёгкую шифоновую кофту. Одежда была чёрная. Равно как и лёгкие кожаные босоножки. Нарушали правила чёрного цвета лишь жёлтый бант, приколотый к кофте, и лимонного цвета пуговицы.
   Женщина критически осмотрела Карину.
   - Переодеваться, - сухо сказала она. - Так дело не пойдёт.
   Карина посмотрела на джинсовые шорты и синюю футболку.
   - А что не так? - спросила Василишина.
   - Всё не так, - пожала плечами кицунэ, направляясь в комнату Карины. Бесцеремонно влезла в шкаф, одним махом выкинула оттуда всё содержимое.
   Карина ошарашено замерла в дверях, глядя на беспорядки.
   - Сейчас подберём... - пробормотала Хайти, роясь в одежде. В Карину полетело чёрное бельё. Затем лисица переползла дальше и кинула в Василишину чёрную футболку. Вскоре отыскались и тёмные джинсы.
   - Но они же тёплые... - попыталась возразить девушка.
   - Помнишь, что я тебе говорила? - спросила Хайти.
   - Молчу, - кивнула Карина.
   Когда юная лисица оделась, Хайти вытянула из кармана ленту. Выпрямила её, внимательно осмотрела. И после паузы сказала:
   - Ультрамарин? Замечательно.
   Кицунэ вплела ленту в волосы девушки.
   - А теперь - марш за мною, - сказала Хайти, направляясь на выход из квартиры. Учёба началась.
  
   27 июля, 14:12.
   11й день 1 фазы.
  
   - Где-то с неделю ещё в бессознанке пролежит, - Схаас развернулся к Варнару и Гарнагу. - Что же вы, ребята, не уберегли её, м?
   Оба друга опустили глаза. Айна лежала без сознания на бывшей постели Варнара. После того, как Айна добралась домой к Власию и упала, в сознание она не приходила. Когда пригласили Схааса, тот осмотрел её и заявил, что дело плохо.
   - Она невовремя упала с карниза, - тихо сказал Варнар.
   - А должна была упасть вовремя? - хмыкнул целитель. - Вы издеваетесь? Она же теперь может до конца и не оправится. И вряд ли теперь у неё дети будут. Понимаете? Для женщины бесплодие - самая страшная кара. А девочка и так нервная. Представляете, что с ней станет?
   Гарнагу и Варнару было безумно стыдно. А Схаас продолжал их стыдить.
   - Вы точно совсем глупые, - вещал он. - Совсем дети, даром что ответственную работу выполняете. Работа работой, а вот за близких ответить не можете.
   - Схаас, - в комнату вошёл Власий. Что-то зачастил он уже появляться во время ссор и мирить всех... - Оставь их. Жизнь сама научит.
   Целитель умолк. А молодые тарх безмолвно вышли из комнаты.
   - Я, конечно, всё понимаю, - сказал Власий. - Что жизнь с Айной не сахар, но всё же. Вы мне поясните на милость, что вчера произошло. Как есть.
   Варнар и Гарнаг переглянулись.
   - Ну... - начал Варнар. - Вчера Аскай дежурил у Тарабаровой. Айна вечером пошла в гости к Варии. Аскай нам всем позвонил, мы и приехали. Спрятались в арке...
   - Нет-нет, - прервал его старик. - Как Айна оказалась в гостях я знаю. Ход захвата Эцони тоже. Меня интересует то, что произошло на допросе.
   Варнар замялся.
   - Как вы до такой жизни дошли? - спросил Власий.
   - Какой жизни? - тускло спросил ученик.
   - Почему она такое высказала? - терпеливо поинтересовался глава общины.
   - Не знаю.
   - Врёшь, - без какой-либо интонации сказал Власий. - А врать нехорошо. Особенно мне, я тебе не раз это говорил.
   - Да нормально мы с ней жили! - вспылил Варнар. Гарнаг тихонько выскользнул из коридора и спрятался на кухне.
   - А почему ты так раздражаешься? Что произошло? - спросил Власий. - Ты не забывай, что я тебя как облупленного знаю. А ты и ночью злился, когда затронули эту тему. Ты не думал, что Айна вам не мама? Она младше. И живёт с двумя оболтусами. Конечно, ей это надоест. И её воспитание не позволяет спать с кем попало. В отличие от вас двоих. А нелюбимые женщины гораздо злее и раздражительнее.
   - Пожалуйста, хватит! - вскричал Варнар.
   - Э нет! - обрубил Власий. - Слушай дальше. Если Гарнаг относится к ней, как к старшей сестре, то ты ещё и устроил на допросе сцену ревности. И удивился, когда Айна высказала всё, что думает. По крайней мере то, что успела. Значит так, когда она очнётся - холить и лелеять. Когда она узнает диагноз, ей будет очень плохо. Упаси вас все человеческие боги что-то не так сделать. Мало ли, до чего она дойдёт и что выдумает. Мне плевать, как вы будете налаживать отношения и что вы при этом с Гарнагом чувствовать будете. Меня это мало волнует. Важен лишь результат. И Айна должна знать, что всё хорошо. Ты меня понял?
   - Да.
   - Тогда брысь отсюда.
  
   27 июля, 17:24.
   11й день 1 фазы.
  
   Карина ввалилась в дом и на негнущихся ногах дошагала до спальни. Хайти или намеренно издевалась, или это всё же у неё метод обучения такой был. Кицунэ вручила Карине тяжёлый рюкзак и заставила обойти L по контуру. Да, она шла вместе с ней, правда налегке, в отличие от ученицы. Но ведь и L - далеко не самый маленький город! Пришлось прошагать пешком не меньше пары сотен, а то и больше, километров.
   Они пришли в балку рядом с рекой. Тогда Хайти разрешила Карине снять с плеч ненавистный рюкзак и посмотреть, что же она полдороги несла. Как выяснилось, содержимое было абсолютно прозаично - это были три белых облицовочных кирпича. Это те, которые без дырочек. Карина была в шоке.
   Потом Хайти заставила девушку делать какую-то невообразимую гимнастику. Причём у самой Хайти все движения получались с лёгкостью, а Карина кряхтела и пыхтела, но скрутиться в бараний рог не могла. Кицунэ ругалась последними словами, утверждала, что это же азы и проще не бывает, но легче от этого не становилось.
   Делать гимнастику пришлось на каменистых кочках, поросших жёсткой травой. В балке местами хлюпала вода, противно попадающая в шиворот, но Карина наступила своей брезгливости на горло и терпела.
   Потом они превратились в лисиц и бегали по полям. Хайти могла превращаться и без маски, но у Карины пока не получалось. Кицунэ сказала, что это дело времени. Она иллюзией прятала пять хвостов, оставив один. Мол, чтобы никто не подумал, что тут мутантка бегает. Хвостов должно быть девять, но появляются они тоже не сразу. А Хайти пока считается молодой лисицей.
   После этого лисица повела девушку дальше, завершая круг. Под конец кросса Карина уже не чувствовала собственных ног. Лишь пылающие пульсары, невыносимо болящие и доставляющие сплошные неудобства.
   Кицунэ проводила Василишину до подъезда. Там она сказала, что, увы, сегодня они сделали лишь малую часть того, что собирались, но потом будет легче. Карина грустно вздохнула и пошла домой.
   Девушка мёртвым грузом рухнула на постель. Но вспомнила, что во рту поселилась засуха. Карина с усилием заставила себя встать и дойти до кухни. Весь день во рту девушки было пусто. Рот словно наждаком протёрли, горло скрутило. Пить хотелось неимоверно, а в перспективе и покушать. Желудок некоторое время обиженно гремел, но потом понял, что милости не будет, и умолк.
   Со стоном она поднялась, по стеночке дошагала в кухню. Дрожащими руками налила воды в чашку, расплескав половину мимо. Пила долго и жадно. После третьей чашки поняла, что легче уже сразу с горла бутылки пить.
   Сгрызла бутерброд на сухом хлебе. Запила. И по всё по той же стеночке пошла обратно в спальню. Еле сняла мокрую и пропахшую потом одежду. Раздевшись, вновь упала на кровать.
   Шевелиться уже желания не было никакого. Рюкзак жутко натёр плечи, которые теперь саднили, тряслись руки, горели стопы, давали о себе знать и голени.
   Сон пришёл моментально. Прервал его телефонный звонок.
   - Кариш, сегодня идёшь гулять? - спросил Ярик.
   - Я не могу, - прохрипела Карина. - Эта чернобурка - ненормальная садистка... Давай я сама тебе потом позвоню, когда высплюсь...
   Следующий раз проснулась, когда пришла мама. Поужинав, девушка вновь завалилась спать.
  
   27 июля, 22:41.
   11й день 1 фазы.
  
   - Варнар! Варнар!
   Гарнаг усиленно тормошил друга, прикладывая все молодцеватые силы.
   - Что? - тарх поднял на Гарнага затуманенные глаза.
   - Ужинать иди!
   - А... - Варнар с трудом встал с кресла.
   - Ты это, извини... Еда немного закончилась, - закусил губу Гарнаг. - Я сам пытался приготовить... Яичница немного подгорела... И вот ещё: если вдруг укусишь что-то твёрдое, не удивляйся... Там может скорлупа быть...
   Варнар сел на табуретку, едва не промахнувшись. Гарнаг усадил друга. Подал ему и вилку, и тарелку.
   Тарх ел невнимательно, не ощущая даже вкуса. Варнар уставился в одну точку и в задумчивости машинально перебирал вилкой. Нож Гарнаг отобрал сразу. Когда Варнар случайно укусил вилку, не нанизав яичницы, Гарнаг забеспокоился сильнее. Но когда тарх чуть не проглотил салфетку, проколов её вилкой, техник всплеснул руками и отобрал у "дитяти" тарелку и столовые приборы.
   Гарнагу пришлось кормить друга с вилки. Варнар не роптал, заглатывая всё, что предлагал техник.
   Укладывал Варнара тарх тоже силком. Сон пришлось навеять. Гарнаг уснул рядом, боясь, что за ночь Варнар что-нибудь учудит.
  
   28 июля, 10:13.
   12й день 1 фазы.
  
   Власий с самого утра пребывал в отвратительнейшем настроении. Сегодня он собирался допросить кальфетона. При помощи ученика. А тот не в состоянии выйти на работу. Гарнаг отзвонился ещё час назад, предупредив, что у Варнара "крыша клином построилась и улетела на север, он на работу не придёт сегодня, не факт, что и завтра явится, ему срочно нужна помощь ментальника". Видимо, разговором учитель сильнее, чем требовалось, прочистил Варнару мозг.
   К тому же пожилой тарх впервые за это десятилетие проспал. Сначала он полночи караулил Айну, которой было очень плохо. А потом Власий до утра ворочался, потому что заснуть уже никак не получалось.
   Под утро глава L-ской общины всё-таки заснул. Когда прозвенел раритетный будильник, тарх не смог проснуться. Впопыхах Власий собрался на работу и явился в ведомство, чтобы узнать, что Варнара не будет.
   Наорав на половину отдела по дороге в допросную, Власий с грохотом закрыл за собой дверь ненавистной комнаты.
   Допросная была похожа на коробочку без окон. Находилась она в подвале, там вечно было сыро и холодно. Стены были покрашены масляной зелёной краской, потолок побелен, но временами штукатурка хлопьями падала на головы тем, кому не повезло тут оказаться по службе или для неё. Ремонт тут никак не могли собраться сделать, из всего здания Власия раздражала именно эта комната, про состояние которой он постоянно забывал.
   Из мебели в комнате-коробочке были лишь старый дубовый стол, давно как на ладан дышащий, два стула по обе стороны стола, да лавки вдоль стены для протоколистов и любопытствующих лиц. На потолке прикрепили лампочку, тусклую и любящую мигать. Причём на этом месте любая лампочка так себя вела, сколько их не меняй. Видимо, место такое, для лампочек нежелательное. Лампочка очень часто гасла, поэтому верхний свет почти не включали. Протоколисты-тархи в темноте видели тоже неплохо, поэтому их это мало смущало.
   На столе стояла яркая лампа, которая обычно придавала допросу зловещести. Работников это забавляло, а вот допрашиваемые пугались.
   И вот сейчас Власий вошёл в допросную, где его уже ждали все нужные лица. Всё те же три протоколиста и Эцони.
   Кальфетон по просьбе Власия был умыт, причёсан и закован в наручники из фавия. Его даже подлечили немного от ласк Варнара. Всё по той же просьбе.
   Эцони сидел на косоногом стуле и мирно рассматривал потолок.
   - Здравствуйте, - гулко поздоровался Власий, стараясь затолкать раздражение куда поглубже. Поздоровались и все присутствующие. Глава общины спокойно обошёл вокруг стола и сел на предназначенный допрашивающему стул.
   Власий отвёл свет лампы так, чтобы он не бил в глаза ни самому тарху, ни Эцони.
   - Ну что, приступим? - устало спросил Власий.
   - Возможно, - сказал кальфетон. - Но мы начнём наш разговор лишь тогда, когда выйдут все посторонние.
   - И кто же тут посторонний?
   - Все, кроме нас двоих, - ответил лже-Андрей.
   - И почему же? - поинтересовался Власий.
   - Я хочу обеспечить себе безопасность. А лишние уши нам помешают. - Эцони говорил спокойно, будто не он вот-вот будет приговорён к смерти.
   - А если они останутся? - приподнял седую бровь Власий.
   - Тогда я не буду ничего говорить, - пожал плечами демон-искуситель.
   - Ты думаешь, что тебе сейчас выгодно молчать?
   - И что вы мне сделаете? - ухмыльнулся Эцони. - Я и так пропал. Вы в любом случае меня убьёте. А информацию, столь нужную вам, вы тогда не получите. Я тогда просто умру, и ничего не произойдёт. К такому исходу я готов, я не удивлён. Смерти я не боюсь, нет смысла бояться. Ну что, теперь давайте вы будете меня запугивать. Я вас внимательно слушаю, тау Власий.
   Тарх опешил от наглости, но виду не подал.
   - Ну что ж, - медленно проговорил он. - Ребята, выйдите-ка. Он меня заинтриговал. Не переживайте, с блокированными способностями он ничего не сделает.
   Протоколисты переглянулись, но послушались. Власий отметил про себя, что в любом случае под столом спрятан артефакт, записывающий разговоры.
   Когда Эцони и Власий остались одни, тарх спросил:
   - Ну что, теперь будешь говорить?
   - Да.
   - Что ж, - кивнул Власий. - Тогда приступим. Скажи, как так получилось, что ты оказался в центре столь некрасивой истории? Расскажи, кто ты, откуда, вообще, расскажи о себе. И с самого начала.
  
   28 июля, 10:21.
   12й день 1 фазы.
  
   Вика упорно вызванивала Андрея. Но телефон выдавал длинные гудки, которые девушку крайне раздражали.
   Вчера Тарабарова отдыхала дома. Сегодня от усталости не осталось и следа, поэтому Вика настроилась на новые амурные приключения.
   Но телефон молчал, а Вика злилась. Комната пошла мелкой изморозью, что девушку сильно напугало. Она успокоилась, и изморозь исчезла.
   Вика убедила себя, что это всего лишь наваждение и продолжила обзвон. На результаты она уже мало надеялась.
  
   28 июля, 10:34.
   12й день 1 фазы.
  
   Что ж, слушайте. Родился я 240 лет назад. В маленьком городке недалеко от M. С моим рождением получилась некрасивая история. Как известно, кальфетоны размножаются туго, только тогда, когда им тарховская община позволит. И родители должны быть кальфетонами. И мама, и папа.
   Моя мама обычно, выходя на охоту, маскировалась. Как я. Только если мне это нужно потому, что я вне закона и не имею права на ошибку, то мама прикрывалась лишь из любви к искусству. Как известно, женщина-кальфетон не может забеременеть от смертного или от тарха.
   Мой папа заскочил ненадолго в M, когда ехал в гости к другу. Ему надо было ночь в этом городе переспать, и он отправился бы дальше. Так как он вроде бы как не на своей территории решил поохотиться, он тоже замаскировался.
   Получилось так, что родители не сразу поняли, что напали не на смертных. Выяснилось всё в обстановке пикантной, так сказать, при исполнении. Обычно при контакте прямо чувствуешь, как приливает энергия. А они и так и эдак - а ничего не получается. Тут они откинули маскировку. Вышел скандал.
   Дело в том, что кальфетоны не могут прерывать беременность без смерти матери. А залетают с первого раза. Трёх секунд может даже хватить. Никакие ухищрения не помогут, совсем.
   Мама забеременела, а отец уехал дальше. Потом, правда, он иногда приезжал в гости, посмотреть, как я там. У нас нет обычаев создавать семьи. Воспитанием детей занимается мать. До пятнадцати. А потом - пинком под зад и пляши, как можешь. Жизнь твоя, выжить тоже тебе хочется. Крутись-вертись давай.
   Детство у меня было относительно хорошее, а потом мне исполнилось пятнадцать. Мы умеем менять возраст, как хотим. Поэтому я быстро приспособился, с пропитанием у меня проблем не было.
   Как до того питаемся? Так не обязателен же сексуальный контакт. Хватит и объятий или поцелуя. Правда, тогда получаешь меньше энергии, но все же...
   Ах, да, детство. Получилось так, что меня якобы и не существовало. У нашей местности лимит на кальфетонов был сто сорок лиц. А никто помирать не собирался, представьте себе, чтобы освободить мне место. И я жил нелегально. Когда пятнадцать стукнуло, уехал из М к демоновой матери. Стал путешествовать. Я же гастролёр, не забывайте. В каждом городе я живу в среднем месяц-два, как повезёт. А потом кого-нибудь до смерти, и уезжаю.
   Почему до смерти? Тогда выброс энергии в два раза больше.
   Ну, так вот, катался я по миру все эти годы, проблем почти не было. Попался лишь два раза, оба раза смог убежать. И попал к вам в город.
   Про Ассанина? Пожалуй, слышал. А что, уже время? Это та самая девушка? А я-то думал, чего это она такая мощная... Понял, нельзя.
   Как с Айной встретились? Это та, которая Алёна? Ну, не знаю, в документах я вообще подписан как Андрей Таперницкий. Вот так-то.
   Ах, да, Айна. Ну вышло так, что я проводил Вику домой и шёл уже к себе. Собирался лечь спать уже. Время было за полночь. Иду я где-то в центре, скоро домой доберусь. Поворачиваю за угол, слышу - в арке кто-то упал. Смотрю - девушка. Лет двадцать, с большим энергетическим запасом. Думаю, повезло. Можно и спать не ложиться сегодня даже. От неё вином несет. Говорит, мол, от подруги шла, споткнулась, упала.
   Я не стал упускать возможность. Что я, дурак совсем? Повёл её к себе в нору. Она сидит, как нормальная околдованная. А потом в самый неподходящий момент слетела маскировка, это происходит тогда, когда нарастает самый пик. Секунды на две-три. А потом я снова восстанавливаю маскировку.
   А тут получилось, что я не смог. Она не дала. Вижу, с неё тоже маскировка слетела. А ещё я понял, что подо мною тарха вообще-то. Я так испугался, что думал, всё, больше за ночь ничего не смогу...
   Ладно-ладно, не буду. Я не пошляк, у меня природа такая.
   А потом она меня под себя подмяла. Я всё ещё не отошел от удивления, она выбила из меня имя. А потом дверь выломали. Дальше вы сами всё знаете.
  
   28 июля, 11:04.
   12й день 1 фазы.
  
   Вария вернулась домой с ночного дежурства. Точнее, она должна была вечерком заскочить в одну деревеньку, где жил старый полусумасшедший тарх. Его прихватил очередной приступ боли в давней уже и зарубцевавшейся ране. Ему рассекли бок саблей с фавиевым покрытием. Иногда рана сильно болела, тогда дедушка просил Власия прислать кого-нибудь из целителей.
   Тарха приехала в гости к старику. Но лечение затянулось, и закончила она ближе к часу ночи. В результате Вария осталась на ночь у пациента. Как выяснилось, на печи летом спать не особо-то и удобно. Но с кровати согнать хозяина девушка не могла - иначе всё лечение насмарку.
   Спина немного болела, но обещала в скором времени перестать.
   Вария вошла в флигелёк. Переоделась. В холодильнике была кастрюля с нарезанными в окрошку продуктами. Недоставало лишь лука. Он рос в дальней части сада, за озерцом и ивой.
   Целительница неторопливо пошла за луком. Лилии радовали глаз, настроение у Варии всё улучшалось. Девушка привычно глянула на клумбу с лунными лилиями. И обомлела, увидев, что с ней случилось.
   - Батюшки! - воскликнула Вария. - Кто же это сделал?
   Тонкие стебельки поломаны, листья растоптаны. Всюду валялись сухие и пожухлые цветки. Часть лилий плавала в воде, разорванная на части.
   Вария расплакалась. Пять лет она растила лилии, прежде чем они начали цвести. И не первый год она в любое время года видела молочные и светящиеся во тьме цветы. Столько усилий - и всё пшик. Теперь они зацветут не раньше, чем через пару лет при должном уходе.
   Целительница собрала всё, что осталось от цветов. Глотая слёзы, бережно сожгла мусор, в который превратились её любимые лилии.
  
   28 июля, 12:10.
   12й день 1 фазы.
  
   В дверь позвонили. Карина выдохнула и пошла открывать. Сейчас придёт Хайти и продолжится пытка.
   Утром девушка еле поднялась с постели. Двигаться было очень тяжело. О последующих занятиях Карина думала с ужасом.
   - Раз открыла дверь, значит - выжила, - с порога сказала Хайти. - Но вижу, что ты чувствуешь себя так, как и должна была. Сегодня мы никуда не пойдём. Сделаем это завтра, а сейчас я научу тебя лечиться.
   Хайти прошла на кухню. Там она взяла кухонный нож. Скривившись, потрогала лезвие. Отложила. Взяла другой нож. Осмотрела. Отложила. Из всей кухонной утвари лисица выбрала самый острый нож. И резко подскочила к Карине. Девушка и вскрикнуть не успела, как кицунэ сделала ей порез от локтя до ладони вдоль лучевой кости.
   Карина поморщилась от тупой боли. Сначала медленно, а потом всё быстрее, потекла вязкая тёмная кровь.
   - О, цвет наш, - утвердительно сказала Хайти. - Это хорошо. Что ты теперь будешь делать?
   - Отмою и наложу повязку, - сказала Карина, открывая кран с холодной водой.
   - Неправильный ответ, - кицунэ отдёрнула руку девушки от воды, запачкавшись в чужую кровь. Лисица сделала себе на левой руке такой же порез. - Смотри, что нужно делать.
   Рана медленно затянулась. На месте пореза появилась розовая кожица, вскоре принявшая тот загорелый цвет, что и вся рука Хайти. Осталось лишь немного крови, которая успела вытечь перед тем, как порез исчез.
   - Вот что делать надо, - сказала кицунэ. Она провела ножом по руке ещё раз, на этот раз поперёк, перерезая вены. Фонтаном хлынула чёрная кровь. Хайти слегка напряглась, и рана тоже затянулась. Лисица подошла к раковине и смыла кровь. - Видишь? А ты?
   Карина покосилась на собственную руку. Кровь уже запятнала футболку. С прижатой к животу руки на пол капала, словно кисель, вязкая и пугающе красная жидкость. Хайти взяла руку Карины и провела по ране. Порез затянулся на глазах.
   - Смой лишнюю кровь, - приказала женщина. Карина с радостью протянула руку под воду. Едва исчезли следы пореза, Хайти нанесла новый, немного меньший по масштабам. - А теперь слушай и делай. Смотри на рану и представляй, как она затягивается. Думай только о том, что она должна исчезнуть. Приступай!
   Карина честно старалась. Пыжилась, фантазировала усердно, но ничего не получалось. А кровь снова залила всю руку. Хайти выругалась и широко замахнулась ножом. Она порезала девушке вены так же, как и себе пару минут назад.
   Василишина моментально забыла обо всех наставлениях. С минуты на минуту она могла умереть, какая уж тут концентрация! Карина испуганно зажмурилась, думая, что же будет, если она ничего не сделает.
   Рана зверски зачесалась. Хайти расхохоталась:
   - Что ты стоишь, будто в штаны наложила? Открывай глаза давай. Будешь жить, не переживай.
   Карина медленно открыла глаза. Да, кровь. Много крови. Но ни единого пореза.
   - Ну что? - усмехнулась чернобурка. - Запомнила эти ощущения? Таким же образом ты можешь снять любую боль. Я пошла, а ты разбирайся давай.
   Кицунэ ушла, а Карина осталась вытирать пол и стирать футболку, убирая следы "учёбы". Она ещё раз рассмотрела руку. Ничего. Как будто не было тут ни крови, ни ран. Гладкая и загоревшая кожа. К тому же, исчезли и старые шрамы.
   Василишина осталась в замешательстве. Теперь надо бы попытаться избавиться от последствий вчерашней гимнастики. Но как...
  
   28 июля, 12:34.
   12й день 1 фазы.
  
   - Давай договоримся, - сказал Власий. - Я знаю, что ты просто попал не туда и совсем невовремя. Но я обязан тебя убить. Ты не принадлежишь ни единой общине.
   Эцони кивнул.
   - Знаю. Только единственная просьба - сделайте это небольно.
   - Погоди, - покачал головой тарх. - Ты не дослушал меня. Я не хотел бы тебя убивать. Ты можешь принести нам и пользу. Поэтому предлагаю вот что: ты займёшь чужое место.
   - Как? - тихо спросил кальфетон. - Неужели кого-то убить придётся?
   - Какой же ты проницательный, - криво улыбнулся Власий. - Я назову тебе пару имён тех, чьё место ты мог бы занять. Но при этом ты выполнишь ряд условий.
   - Я согласен!
   - Ты снова меня не дослушал, - сказал глава общины. - Что за привычка - перебивать старших?! Я не люблю, когда меня перебивают.
   - Понял.
   - Ни демона ты не понял. Ты снова меня перебил. Как я сказал, ты выполнишь ряд условий. Ты будешь подчиняться тархам, как рядовой кальфетон. Но и некоторые требования сверху. После зачисления поступаешь в подчинение к Дираманту. Работаешь на совесть. Выполняешь его приказы, как мои. Сегодня я отпускаю тебя, но за тобой будут следить. Завтра явишься сюда, я дам тебе пару имён. Не пытайся убежать. Умрёшь на месте и без права оправдания. Ты меня понял?
   - Да.
   - Тогда вон отсюда.
   Кальфетон не заставил повторять приказ, быстро исчезнув из кабинета Власия.
  
   28 июля, 19:21.
   12й день 1 фазы.
  
   Ингвар закончил сканирование.
   - Знаешь, - сказал он Гарнагу, - это не лечится. По крайней мере, традиционными методами.
   - Что с ним? - с беспокойством спросил Гарнаг. - Он что, теперь ум потерял?
   - Ну, что-то вроде того, - рыжий покачал головой. - Просто твой дружок немного влюбился... Причём немного очень-преочень сильно и крепко...
   - Ы... и что теперь делать? - Гарнаг покосился на Варнара, всё ещё лежавшего в отключке на диване.
   - Ты говоришь с той же интонацией, что и парень, которому его девушка сказала, что залетела, - ухмыльнулся Ингвар. - В шестнадцать.
   - Слышишь! Тебе всё хаханьки, а мне этого чудика нянчить и сопли ему подтирать! - обиженно засопел техник. - Это же тот, кто орал и бил себя в грудь, мол, не женюсь никогда, буду всегда холост, как учитель! А нельзя это как-нибудь... мм... убрать?
   - Будь он человеком, я бы сказал, что существует множество способов, - пожал плечами менталист. - Но он же тарх. А тут - один лишь способ - жениться. Добиться расположения и жениться. И жить счастливо. Она ему предназначена. Ну, или пуля в лоб. Или яду стаканчик. Или с многоэтажки вниз ласточкой...
   - Тьфу на тебя, - прервал перечень Гарнаг. - Он же дурак принципиальный. Скажет - вы что, я убеждённый холостяк. И будет мучаться жутко. И долго. У него память просто превосходная. И совесть гипертрофированная.
   - Браво! - Ингвар притворно захлопал в ладоши. От шума проснулся Варнар, но сразу же закрыл глаза и, пробормотав что-то невразумительное, перевернулся на другой бок и снова заснул. - Я же говорю тебе. Это предназначение его. По слогам повторить?
   - По слогам повторять не мне будешь, - проворчал Гарнаг и укрыл Варнара тёплым пледом.
   - Гм... - скривился Ингвар. - А тебя не смущает то, что вообще-то лето на дворе и всякое такое?
   - Ему пользительно будет, - вздохнул Гарнаг. - А то нам ещё любовь лечить надо будет, а на это здоровья и нервов не напасёшься... Особенно моих.
   - Да ладно, - ментальник легкомысленно всплеснул руками. - Это возвышенное чувство и прекрасное...
   - Ага, - угрюмо сказал Гарнаг. - А сколько из-за этого выписались из больниц с летальным исходом и побывали в морге...
   - Циник, - поморщился рыжий.
   - От циника и садиста слышу, - отмахнулся Гарнаг.
   - От предназначения и в морге не спрячешься, - лукаво напомнил Ингвар. Вроде бы и колкость была направлена в сторону техника, но внутри что-то горько заныло. Менталист вспомнил про Асю и устыдился. Это сейчас он бесстрашно болтает про любовь, жизнь и смерть, а перед девочкой стушуется моментально. Да и самого тарха уже не первый день занимала эта проблема...
   - Шёл бы ты, а? - попросил Гарнаг. - Мне тут коварные планы строить, в которых Айна и Варнар должны участвовать. А они и так непредсказуемые. А во влюблённом состоянии что вытворять будут?
   - Ой ли, стратег-махинатор, - хихикнул Ингвар. - А ведь стратегией и игрой в шахматы у нас в основном Варнар промышляет.
   - Ага, - кивнул техник. - Один раз с ним Айна поиграть села. Так я думал, что с голоду помру.
   - А чего так?
   - Они полдня игрались, - пожаловался Гарнаг. - Айна даже покушать не соорудила... А теперь мы яичницей и пельменями питаемся. Ужас. Как раньше жили - непонятно. Как же я к нормальной человеческой пище привык. А к хорошему привыкаешь быстро. Вот мы с ним скоро взвоем. При пустом холодильнике...
   Ингвар не хотел выслушивать нытьё Гарнага на кулинарные темы. У самого в холодильнике одни полуфабрикаты. Он попрощался и быстро ретировался, оставив техника следить за Варнаром.
  
   29 июля, 8:41.
   13й день 1 фазы.
  
   Когда Айна проснулась, первым, что она увидела, был потолок. Причём потолок явно незнакомый. Голова кружилась, и, приподнявшись прочь от подушки, Айна рухнула обратно.
   - О, ты проснулась! - Схаас.
   Айна с трудом сфокусировала взгляд на целителе.
   - Где я? - слабым голосом спросила она. Горло саднило, язык заплетался, будто Айна была всё ещё пьяна.
   - Ты у Власия дома, - пояснил Схаас. - Дело в том, что после общения с кальфетоном ты... гм... немного ослабла...
   - Сколько я проспала? - хрипло спросила девушка, косясь на окно. Плотные шторы наглухо закрыли окно, но через тонкую полосу между двумя отрезками ткани пробивался слабый свет.
   - Гм... - замялся целитель. - Почти трое суток...
   - Сколько? - воскликнула Айна, подскакивая. Она тут же пожалела об опрометчивом поступке. Жуткие спазмы никогда удовольствия не приносили.
   - Милая, - успокаивающе сказал Схаас. - А что ты хотела? После с общения с кальфетоном-то? Ты сильная, вот тебе и понадобилось трое суток. Да и вам помешали тогда... Так бы ты неделю как минимум пластом лежала бы. А если бы ты была послабее, то и все две провалялась бы...
   - Но... - Айна попыталась приподняться на подушках. - Скажи, а когда мне можно будет вставать?
   - Не раньше, чем через неделю, - сказал целитель. - И прежде, чем ты задашь очередной вопрос - нет, никак не раньше. Без моего разрешения ни в коем разе.
   - Ладно, - обиженно пробурчала Айна. - А ещё один вопрос: чем для меня выльется общение с этим ...мм...
   - Вот об этом я и хотел бы с тобой побеседовать, - лицо Схааса потемнело. - В общем, я скажу сейчас пару вещей, которые ты и так знаешь. Ты тарха. У тебя и так было не так-то уж и много шансов иметь детей. Как выяснилось, ты могла ... бы... Но тут ещё такая вещь: ты могла до встречи с кальфетоном. Теперь ты скорее всего останешься бесплодна и без надежды на настоящую семью...
   - Что?! - подскочила Айна. - У меня могли бы быть дети?!
   - Уже не могли бы, - окончательно стушевался Схаас. - Теперь не выйдет. Есть, правда, пару способов всё вернуть, но они очень редки...
   - Какие? - девушка жадно поедала глазами бедного целителя.
   - На грани фантастики...
   - Какие? - голос Айны взял высокую ноту и сорвался. Лампа на прикроватной тумбочке брызнула осколками.
   Схаас жестом убрал последствия и тихо сказал:
   - Где ты сможешь это найти? Глупости и абсурд. Лунные лилии очень редки. Равно как и слёзы искреннего мошенника-кхаторши...
   - Лунные лилии? - прохрипела тарха. - У Варии есть клумба с лунными лилиями...
   Айна тяжело выдохнула и безо всякого перехода ушла в сон.
   - У Варии? - целитель задумчиво почесал подбородок. - Это хорошо...
  
   29 июля, 9:15.
   13й день 1 фазы.
  
   Инвар поднялся с пола, потирая ушибленную поясницу. После очередного сеанса общения с Асей уже жить не хотелось. Сегодня они сидели на опушке густого букового леса и беседовали про нечто невообразимое. Ингвар под конец уже и сам понять не мог, о чём начинали говорить.
   Чайник закипел. Тарх, зевая, заварил чай.
   Только Ингвар сделал себе бутерброд и приготовился к завтраку, истерически зазвонил телефон.
   - Ингвар, это ты? - Ирдес.
   - Я, я, кто же ещё? - проворчал тарх. - Что такое?
   - Ну, тут такое дело, - затараторил менталист. - Я немного... гм... приболел... По крайней мере, официально... Ты можешь меня подменить?
   - Ладно, - согласился Ингвар. - Когда?
   - Сегодня в ночь, - обрадовался коллега.
   - Понял. А с кем?
   - С Эитнэ в паре, - сообщил Ирдес.
   - Это кто? - скривился тарх, подходя к окну. Отодвинул тюль. На улице было ветрено, деревья сильно раскачивались, едва не задевая ветвями дома. Ветер нагонял серые тучи, сквозь которые упорно пробивалось солнце. К вечеру обещал пролиться дождь. А то и ливень.
   - Это специалистка по зеркалам. Познакомишься, - заверил Ингвара собеседник. - Так что в восемь тридцать. Буду должен. Пока!
   - Пока, - убито произнёс менталист, бросая трубку. Выходной испорчен. Уныло посмотрев на чай, тарх принялся заталкивать в себя безвкусный бутерброд.
  
   29 июля, 12:58.
   13й день 1 фазы.
  
   - Что общего у ворона и письменного стола? - вдруг спросил Егор.
   - Что за фигня? - у Артура глаза медленно увеличились от удивления.
   - Не фигня, а Алиса.
   - Шиыыто? - ещё больше удивился Свиридов.
   - Кэрролл. Ну, Алиса, страна чудес и всякое такое, - Егор неопределённо развёл руками.
   - Издеваешься? - Артур подошёл к окну. Начинал моросить мелкий дождик. Ветер дул всё сильнее. Одежда прохожих развевалась, обещая улететь вместе с владельцами.
   - Нет, - пожал плечами Меловой. - Это просто загадка. А ответ - перо.
   - Это в стиле, - Артур напрягся, пытаясь вспомнить загадку. - Эм... Что в ряду лишнее: корова, молоко, сметана и брынза? Вот скажи.
   - Корова, разумеется.
   - Ан-нет. - Свиридов поднял вверх указательный палец. - Брынза. Её не из коровьего молока делают.
   - Бред.
   - Согласись, - сказал Артур, подходя к столу. - Это такая же бредовая вещь, что и твоё это перо. Не зная, не догадаешься.
   - Почему это? - Меловой хитро улыбнулся. - Можно. На любую загадку есть ответ. На любую. Просто надо мозгами шевелить. Для разнообразия хотя бы.
   - Ну хорошо, - притворно оскорбился Артур. - Раз уж ты такой умняшка, философ хренов, ответь, куда смотрят окна треугольного дома, который построили на Южном полюсе? М? Как называется эта сторона света?
   Егор замялся.
   - На юг? - робко спросил он.
   - Э нет! На север.
   - Подожди, - Егор жестом попросил друга остановиться. - Наверх смотрит юг?
   - Ну-ну, - покачал головой Артур. - Ты даже не знаешь сторон света, а лезешь философствовать. Ничего не смущает? Наверх, как ты выразился, смотрит север. Но никак не юг. Поверь эксперту на слово.
   - Эксперту, - хмыкнул Егор. - Мания величия не мучит?
   - Бестолковость не мучит? - в тон ему вопросил Артур. - Ладно, замяли тему.
   - Ага, - кивнул Меловой. - Погоди-ка минутку...
   Художник ловко вытянул из стола огарок свечи.
   - Это что ещё за безобразие?
   Артур скривился. Восковая лепёшка резко вспыхнула в руках Егора.
   - Ы! Ты что творишь! - заорал парень, откидывая горячий воск прочь.
   Свиридов сконфуженно смотрел на уже тлеющие остатки свечи. Как вышло, что сгорел воск, который вообще-то должен только плавиться, он даже под страхом смертной казни не смог бы сказать. В памяти всплыло сидение в мангале.
   - У тебя, по ходу, паранормальные способности, - сказал Егор, когда Артур свирепым взглядом потушил огонь. - Я тобой горжусь.
   Артур окончательно стушевался. Он посмотрел на то, что осталось от свечи. Похоже, что друг был прав.
  
   29 июля, 14:36.
   13й день 1 фазы.
  
   - А давай что-нибудь приготовим? - у Инны азартно загорелись глаза.
   - Ну... - замялась Ася. - Давай. А что у тебя есть?
   Инна залезла в холодильник. Критически осмотрела полки.
   - Яйца, - сказала она. - У меня есть яйца. Будем готовить яичницу.
   - Ладно, - пожала плечами Ася. - Давай делать яичницу.
   Инна вытянула из духовки тяжёлую чугунную сковородку. С грохотом поставила её на плиту. С пятой попытки удалось зажечь газ. Спички усердно тухли, но девочки не отчаивались.
   С силой были разбиты ножом три яйца. Скорлупки вытягивали ножом, но всё же извлекли лишь часть, причём только крупные.
   Затем Инна взяла вилку и начала ожесточённо болтать яйца в сковороде. Ася накрошила туда хлеб, добавила криво нарезанный твёрдый сыр.
   Жестом победителя Инна захлопнула сковороду крышкой.
   Через пару минут запахло горелым.
   - Это яичница уже так? - скептически спросила Ася.
   - М... может быть и так... - Инна осторожно подошла к плите. - Гм... это не яичница...
   На ручке сковороды лежала ситцевая прихватка. Ключевое слово - лежала. А сейчас она красиво горела.
   - Что делать? - воскликнула Инна.
   "Мама! Что делать? Сгорим же!" - панически думала она.
   - Тушить! - заявила Ася, набирая воду из крана в чашку. - Выключай огонь!
   - Я его не выключила? - у Инны округлились глаза.
   "Всё. Теперь стопудово пожар будет. Мы пропали."
   - Не пропали, - прошептала Ася, поливая из чашки прихватку. Мокрая тряпка грустно опала на линолеум.
   - Надо выкинуть её куда-нибудь, а то мама заметит и убьёт, - сказала Инна, брезгливо беря тряпочку, которая была прихваткой. - А ты пока выкладывай яичницу на тарелку.
   Ася соскребла горелые яйца от сковородки и тяжело вздохнула. Сыр оплавился и прилип к металлу. Как его теперь убрать? Вернувшаяся Инна бодро заявила:
   - Ничего, майонез спасёт мир. Зальём и станет съедобно.
   "Фу... гадость какая... отравимся, как есть отравимся..." - подумала Инна. А вслух сказала:
   - А теперь надо сковородку водой облить и моющим.
   Сковорода оказалась в мойке. Но когда открыли кран, от нее пошёл вверх густой пар, раскалённый металл зашипел.
   - Ой! Она ШИПИТ! - заорала Инна, отскочив куда подальше.
   Девочки заверещали и убежали в соседнюю комнату.
   - Как ты думаешь, уже всё? - спросила Инна.
   - Наверное, - пожала плечами Ася. - Идём смотреть...
  
   29 июля, 20:11.
   13й день 1 фазы.
  
   - А что теперь делать? - спросил Гарнаг. - У нас дома один невменяемый уже есть, куда ещё и Айну?
   - Не знаю, - пожал плечами Власий. - Айне осталось три дня на всё - про всё. Но где взять лунные лилии, если клумбу у Варии испортили, ума не приложу...
   - Всё так плохо?
   - Нет, хорошо! - пробурчал глава общины. - Просто замечательно. Сил моих на вас, охламонов, нет. Можете, конечно, ещё и попытаться найти честного кхаторши, вдруг повезёт, и они не столь редки, как лилии...
   - Попытаемся, - угрюмо кивнул техник. - Тем более что у Варнара сдвиг по фазе из-за Айны произошёл. Я тогда ушёл, время дорого.
   - Иди, - тихо сказал Власий. - Пусть с тобой будет удача...
  
   29 июля, 20:19.
   13й день 1 фазы.
  
   - Что?!
   Варнар моментально вышел из апатии.
   - Надо искать! - завопил он. - Собирайся!
   Гарнаг провёл его взглядом. Сейчас, видимо, начнутся чудеса.
   Через несколько минут Варнар, полностью одетый и причесанный, снова вбежал в комнату. Схватив друга за рукав, тарх перенёс их непонятно куда.
  
   29 июля, 20:21.
   13й день 1 фазы.
  
   В предутренней прерии было почти тихо. А главное, пусто и темно. Лишь две небольшие фигуры, стоящие среди жёсткой травы, нарушали покой спящих просторов.
   - Варнар, а где это мы? - спросил Гарнаг, с усилием поборов в себе желание треснуть стратега по голове чем-нибудь тяжёлым.
   - Не знаю, - легкомысленно ответил он.
   - Как не знаешь? - взревел техник. - А как, по-твоему, мы тут оказались?!
   - Я не знаю, где мы. Просто перенёсся в первое попавшееся место, куда судьба выкинет. Я же не знаю, где могут расти лунные лилии.
   - То есть по-твоему, мы должны шагать куда попало, пока не найдём? - прошипел Гарнаг, медленно зверея.
   - Да.
   - А ничего, что мы можем таким образом до глубокой старости искать, м? А у нас лишь три дня есть.
   - Если к исходу второго дня ничего не выйдет, - сказал Варнар. - Будем менять тактику, а если и тогда ничего не выйдет - значит, не судьба.
   - Издеваешься? - Гарнаг пообещал себе, что всё же заедет по голове друга томиком-другим "Советской энциклопедии", но сделает это по возвращении из безумного вояжа. А пока главное следовать правилу "Не убий ближнего своего". Да, этот самый ближний нарывается, причём усердно, но всё же надо сдержаться... - Это же похоже на поход, как в сказке просто. Пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что. Правда, мы знаем, что именно ищем.
   - Не жалуйся, - оборвал пламенную речь техника Варнар. - Если бы у тебя был бы план лучше моего, я бы понял. А так - плана у тебя нет. Так что пользуйся тем, что есть. Поэтому идём дальше.
   - Ладно, - недовольно согласился Гарнаг. - Готовь перенос.
  
   30 июля, 3:01.
   14й день 1 фазы.
  
   Саше снилось нечто невообразимое. Мечта абстракциониста. Златов сам не мог понять, где находится и что происходит с ним. Саша лишь метался между рваными линиями и искал выход. Но вдруг этот кошмар прекратился. Златов оказался в пустой комнате с жёлтыми обоями. Окно было зашторено лимонными парчовыми занавесками. Кроме стен и штор, ничего в комнате не было.
   Сквозь стену зашёл Кир. Блондин приветливо замахал рукой. Саша кивнул в ответ и тепло улыбнулся.
   - Ну и трэш тебе снится! - сказал Кир. - Я в шоке. И всё же я пришёл к тебе в гости, обещал же побегать через стены. Сейчас мы почти никуда не торопимся, верно?
   - Ну, наверное, да, - пожал плечами Саша. - Шашлыков тут нет, зато я вижу стены. Побегаем?
   - Вот-вот, - улыбнулся блондин. - Так что давай в догонялки! Ты водишь!
   И выскользнул сквозь жёлтую стену. Саша кинулся за ним. Каждая комната была окрашена в определённый цвет. Ничего, кроме обоев и штор, в этих комнатах не было.
   Саша бежал за Киром. Затем Кир за Сашей. Калейдоскоп разноцветных комнат проносился перед глазами увлёкшегося салками Златова.
   Через некоторое время Кир попросил передышки. Блондин присел на пол, тяжело дыша.
   - Но я же не устал абсолютно! - воскликнул Саша.
   - Ты не устал, - ухмыльнулся Кир. - А я - устал. Думаешь легко поддерживать во сне все эти стены? Я не ломовая лошадь. Мне тяжело одновременно бегать и создавать видимость более менее отремонтированных комнат.
   - Так не изображай, - нахмурился Саша. - Или ты меня решил голыми стенами не пугать? Так я спокойно отношусь к отсутствию ремонта.
   - Хорошо, - индифферентно сказал Кир. - Сам попросил. Не говори мне потом, что я не предупреждал.
   Он щёлкнул пальцами и иллюзия развеялась. Краска медленно и с разводами сползла со стен. Исчезли парчовые шторы. Вся маскировка ушла в пол, обнажив серые стены, выпачканные непонятно в чём. Были и рисунки, и какие-то надписи на другом языке, и начерченные углём кривые зловещие знаки, и просто пятна крови. Саша невольно ахнул.
   - Я же предупреждал, - с умилительным выражением лица сказал Кир.
   - Это твоя фантазия или реальное место? - тихо спросил Саша, трогая кончиками пальцев шершавую бетонную стену. Посмотрев на руку, парень зашипел. Она вымазалась в кровь, причём тёплую и свежую. Если учесть то, что трогал Саша высохшее пятно, выводы не утешали.
   - Реальное место, - Кир поднялся с грязного пола. - Мне трудно удерживать фантазию. Просто это единственное место, о котором я помню, что там много комнат.
   - А где мы? - спросил Саша.
   - Мы? - Кир подошёл к Златову. Взял его под локоть, увлёк за собой к оконному проёму. - Это старая башня. Башня Розовых Лепестков, как называл её хозяин. Или башня Шрокера, как зовут её все остальные. Давно тут была большая битва. Шрокер - это такой колдун был, он тут жил. Раньше тут были именно такие обои и шторы. А мебель я уже не помню.
   Саша выглянул из окна. Вокруг было серо-зелёное болото. Но оно было внизу, а до земли было не меньше двадцати метров.
   - Тридцать семь.
   - Что? - не понял Саша.
   - Высота башни - тридцать семь метров.
   - Не хило, - удивлённо проговорил парень.
   - А то, - печально усмехнулся Кир. - А когда эту башню штурмом брали...
   - Штурмом? - глаза Саши приобрели размер двух пятаков. - Разве такую крепость можно взять штурмом? Без вертолётов?
   - А магия? - хмыкнул Кир. - Магией брали. И то еле-еле. Такая бойня была... Я вообще удивлён, что жив остался.
   - Ты там участвовал? - с оживлением спросил Саша. - И когда это было?
   - Полторы сотни лет наза... ээм... давно, - скривился Кир. - Ладно, скоро утро, в следующий раз сюда же вернёмся...
  
   30 июля, 15:19.
   14й день 1 фазы.
  
   - Нет, ещё нельзя, - повторил в который раз уже Схаас.
   - Ну почему? - протянула Айна.
   - Нельзя, потому что нельзя, - целитель, конечно, тарх терпеливый, но не до такой же степени. Уже второй час Айна не давала мужчине покоя, прося, чтобы ей разрешили наконец встать с постели.
   - Ну почемуууу?
   - Ладно, - раздражённо прошипел Схаас. - Можешь встать!
   Айна радостно вскочила с постели. Сделала пару шагов к двери.
   - Вот видишь, всё уже хорошо! - заявила она. Но после двух шагов ноги девушки подкосились, и она рухнула на пол.
   - Повезло, что тут ковёр есть, - сказал на это мужчина. - Теперь понятно, что нельзя вставать, если я не разрешаю? Ты себя как чувствуешь?
   - Тошнит меня... - прохрипела тарха.
   - Ох, горе луковое, - Схаас поднял девушку на руки и уложил её в постель.
   - Схаас, - тихо сказала она. - Скажи, а Вария уже дала лунную лилию?
   Целитель замялся.
   - Нет? - испугалась девушка. - Но как? Так же нельзя делать, это подло...
   - Она не виновата, - выдохнул тарх. - Ей нечего дать.
   - Не подходят? Или цветков не нашли? Они же цветут даже зимой, Вария сама мне это говорила! - с отчаянием затараторила Айна. - Как же?
   - Кто-то вытоптал всю клумбу, - произнёс Схаас. - Подчистую. Ничего не оставили. Но ты не падай духом. Мы ищем, где ещё можно взять лунную лилию или хотя бы честного кхаторши...
   Айна не удержалась и заплакала. Раньше она не могла себе позволить этого. А сейчас... Раз больна, никто не будет судить строго...
   Схаас приобнял девушку и закачал её в руках.
   - Айна, милая, не расстраивайся, - утешал он тарху. - Мы найдём выход. Варнар с Гарнагом отправились на поиски лилий. Не надо переживать... Всё будет хорошо...
   От этих слов тарха разревелась ещё сильнее.
   - Эти двое, - причитала она, судорожно глотая слёзы, - эти двое... ничего не найдут! Да и вообще... мы с Варнаром... поссорились, я... ему наговорила много лишнего... пьяная была... он же меня не простит теперь! Мне... так стыдно!
   - Тише, тише. Варнар как узнал, что с тобой случилось, в таком ступоре был... - сказал целитель. - Себя винил, ругал. Так захандрил, что пришлось ментальника звать. Власий запретил ему вообще сюда соваться, чтобы тебя не расстраивать. И Гарнагу тоже, чтобы солидарность процветала. А Варнар извиниться хотел... Когда он узнал, что нужно лилии искать, сам вызвался. Отложил самобичевание в сторону и начал действовать. Не знаю, где они цветы искать будут, они исчезли, вестей от них нет. Надеемся на лучшее.
   Айна постепенно успокаивалась. Перестав плакать, она заснула.
  
   30 июля, 22:36.
   14й день 1 фазы.
  
   Дондар вышел из квартиры очередной жертвы. Спустился по щербатой лестнице. Шёл радостный, по дороге насвистывал легкомысленную песенку. И даже думать не пытался про маскировку или защиту. У него была метка тархов, он был кальфетоном тихим и спокойным, питался по графику. Образцовый кальфетон города L.
   Назойливое чувство опасности, которое внушал ему инстинкт самосохранения, он долгое время игнорировал. Когда оно стало совсем уж нестерпимым, Дондар остановился. Улица как улица. Вчера был дождь, небо и сейчас хмурилось. Темно и тихо. Ничего и никого, кроме кальфетона, не было.
   Успокоив себя, Дондар пошёл дальше. Но хорошее настроение и эйфория куда-то улетучились.
   Когда из-за угла вышел какой-то парень, Дондар удивился. Ну совсем ещё ребёнок - парень лет пятнадцати-шестнадцати, бледный, худой. Правда взгляд у него - не приведи светлые духи. Враждебный - слово слишком слабое для того, чтобы описать, как смотрел парень на Дондара.
   - Покажи паспорт, - безапелляционно заявил парень.
   - Это кто же ты такой, мальчик, чтобы мои документы требовать? - обиделся кальфетон.
   Парень хрипло рассмеялся.
   - Моли богов, чтобы я ошибся. Паспорт давай.
   Дондар удивился ещё больше. Попробовал загипнотизировать парня, чтобы шёл дальше своей дорогой и про случайного прохожего, тобишь Дондара, забыл.
   Но парень не поддался.
   - Ты оглох? - спросил он. - Документы давай.
   "Магически иммунный он, что ли?" - испуганно подумал кальфетон. - "Это плохо, очень плохо. Нападу - скажут, превышаешь полномочия. Убежать?"
   - Даже не думай, - ответил на несказанный вопрос парень. - Тархи тебя не тронут. Паспорт давай.
   Дрожащей рукой кальфетон вытянул из брюк паспорт.
   - Давид Артемьевич Овцынов, - с выражением прочитал парень. - Известен тонкому плану как Дондар. Что ж, дружок, тебе не повезло. Я не ошибся. Бери свой паспорт. Зачем, не знаю, он тебе больше не понадобится, но бери.
   Парень скинул с себя маскировку.
   "Чтоб тебя ...!" - горько подумал Дондар. - "Что же за непруха? Кальфетон без метки!"
   - Я буду вместо тебя, - мило улыбнулся парень. - Меня зовут Эцони. Это я тебе говорю, чтобы не было так обидно. А то умереть-то умер, а как убившего тебя звали - не знаешь. Я прав?
   Дондар не ответил. Он просчитывал шансы выжить. Цифра расстраивала. Эцони был гораздо сильнее. Похоже, что сегодня была последняя охота Дондара.
   - Молчание - знак согласия, - миролюбиво сказал Эцони. - А ты, если не будешь сопротивляться, умрёшь не больно. Договорились?
   Дондар угрюмо кивнул.
   - Давай, - тихо сказал он. - Приступай.
   Кальфетон смиренно стал и закрыл глаза, ожидая смерти. За углом зашумели.
   - ...! - выругался Эцони. - Патруль! Молчи, только попробуй пикнуть!
   Эцони навёл маскировку, взял обомлевшего Дондара под руку и медленно пошёл куда-то в произвольном направлении. Тархи спокойно посмотрели на пару кальфетонов и прошли дальше.
   - Ффух, - облегчённо сказал Эцони. Он отпустил руку Дондара и полез в карман тонкой джинсовой курточки. Оттуда он извлёк потемневший от времени серебряный кинжал.
   Дондар даже не успел заметить, как ему всадили кинжал в сердце. Эцони же забормотал над трупом формулу изгнания и невозврата. Больше это тело жить не будет.
   Кальфетон оттащил собрата в кусты. Там он вытянул из другого кармана куртки маленький стеклянный пузырёк. Открутил крышечку, кинул в тело. Отбежал куда подальше.
   Дондара охватил зеленоватый огонь. Через пару минут тут не останется даже пепла. А Эцони, избавившийся от соперника, направился к Дираманту заявлять на право жить.
  
   31 июля, 1:09.
   15й день 1 фазы.
  
   Белый свет слепил и резал глаза. Вокруг не было ничего, кроме сияния этого света. Пустота. Единого источника освещения не было. Свет был равномерный и везде одинаково яркий. Аня крутилась вокруг себя, осматриваясь. Тени не было.
   Как выяснилось, рядом находилась лишь та лестница. Холодная мраморная лестница, круто уходящая куда-то вверх. Её окончание терялось в высоте, растворяясь, словно в тумане пряталось.
   Филоньева подошла к ней ближе. Коснулась ледяных и беспристрастных ступеней.
   - Кто здесь? - загремел в воздухе насыщенный бас.
   - Аня Филоньева, - голос девушки дрогнул от неожиданности.
   - Мы знаем, как тебя зовут, - рассмеялся фальцет. - Нас интересует совсем не это. Кто ты?
   - Аня Филоньева, - повторила девушка.
   - Да не дури, - тенор. - Это всего-навсего молодая зазеркальница.
   - Кто вы? - спросила Аня, оглядываясь. Но никого не было. Лишь свет и лестница.
   - Неважно, - мягко сказали высоким сопрано. - Это совсем не важно. Просто отвечай.
   - Зачем?
   - Так надо.
   - Так надо, так надо, так надо! - пели разные голоса. - Отвечай, так надо!
   - Зачем я здесь?
   - Нужна! - голоса пели громче.
   - Ты готова? - спросил будоражащий плоть бас.
   - К чему? - вскричала Аннет.
   - Взойти по этой лестнице! - ответил злой баритон.
   - Взойти... лестнице... так надо... - пело многоголосие. По воздуху гуляло эхо.
   - А куда она ведёт? - робко спросила Аня.
   - Ты должна узнать это сама! - пролаяли в ответ.
   - Тогда попробую...
   - Надо не пробовать, а идти! - гремел бас.
   - Идти! Идти! Идти! Идти! - оглушительно кричали голоса.
   - Не знаю... Да! Нет! Да! - растерялась девушка.
   - Идти... идти... - вторили голоса.
   - Взойдя на неё, тебе придётся убивать... - пропели меццо-сопрано.
   - ...предавать... - бас.
   - ...обманывать... - контральто.
   - ...заставлять... - баритон.
   - ...давать надежду... - фальцет.
   - ...и рушить её!.. - дискант.
   - ...ценить... - тенор.
   - ...верить... - альт.
   - ...понимать... - баритон.
   - ...ошибаться... - дискант.
   - ...крушить... - бас.
   - ...метать... - контральто.
   - ...танцевать... - фальцет.
   - ...жечь... - сопрано.
   - ...развевать... - тенор.
   - ...думать... - дискант.
   - ...мечтать... - баритон.
   - ...стоить... - тенор.
   - ...ломать... - бас.
   - ...летать... - дискант.
   - ГОТОВА ЛИ ТЫ ПОДНЯТЬСЯ? - прокричали голоса хором.
   - Отстаньте от меня! Уйдите! Хватит! - не выдержала напора Аннет. Она присела на корточки и закрыла уши руками. - Не хочу вас слышать!
   - Ответь! Готова ли? - скандировали голоса.
   - Не знаю, не хочу, уйдите! - плакала Аня.
   - Готова ли?..
  
   31 июля, 1:47.
   15й день 1 фазы.
  
   - Чтоб тебя! - ругнулась Эитнэ, невысокая русая тарха, специалистка по зеркалам.
   - В чём дело? - спросил Ингвар. - Это не просто сон был?
   - Лестница - ужасная вещь, - сказала девушка. - Пока не согласится, каждую ночь издеваться будут.
   - Кто?
   - Тебе скажи, - хмыкнула тарха. - Это только зеркальщики знать могут. В общем, Анне надолго обеспечены ночные кошмары.
  
   31 июля, 10:39.
   15й день 1 фазы.
  
   - И что теперь? - угрюмо спросил Гарнаг, сидя на льдине.
   - Мне надо передохнуть... - прохрипел Варнар, примостившись рядом. - Я больше не могу передвигать нас...
   - У меня тоже резерв почти на нуле, - вздохнул техник. - Нам надо пересидеть немного и поспать. Я не знаю, как отсюда выбраться...
   - Не ногами же, - произнёс синими губами Варнар. - И знаешь, Гарнаг, я всё же дурак.
   - А я раньше и не знал-то, - саркастически всплеснул руками Гарнаг. Он схватился за голову, пропустив сквозь пальцы спутанные каштановые кудри. - Если мы не замёрзнем тут и не умрём, я тебя всё-таки пришибу энциклопедией.
   - Советской?
   - Да, - сказал Гарнаг. - Как ты догадался?
   - Она тяжёлая, - выдохнул клубы пара изо рта стратег. - Да и ты всегда за неё хватаешься, когда хочешь заехать мне по голове. И это несмотря на то, что алхимический справочник толще и гораздо тяжелее. У него и переплёт с металлической бляхой.
   - Энциклопедия удобнее и скраю полки стоит, - пролаял Гарнаг. - И знаешь, я уже пожалел, что куртку не взял, а попёрся в одной рубашке...
   Варнар поднял мутный взгляд на друга. Они за эти сутки побывали в разных местах. И если в городах было чисто, равно как и в лугах, то в джунглях они вымазались в жидкой грязи, когда убегали от кого-то злого и зубастого. Попадали и в зыбучие пески, вовремя телепортировавшись оттуда. Были и под дождём, и в сточной канаве, и на острове в Тихом океане. Один раз оказались в курятнике. Были и в душевой кабинке в каком-то японском городе. Хозяин, тогда принимавший душ, был в шоке.
   И вот сейчас они сидели где-то на льдине за полярным кругом. То ли Северным, то ли Южным - не поняли. Ни пингвины, ни белые медведи не показывались. А по-другому тархи месторасположение определить затруднялись. Льдина куда-то медленно дрейфовала, а два друга не могли найти в себе сил перенестись. Оба были на нуле, оба устали, хотели есть и замёрзли.
   - Как ты думаешь, - просипел брюнет. - Мы, если заснём, оба не проснёмся?
   - Не знаю, - зябко пожал плечами Гарнаг. - Вроде бы тархи лучше мороз переносят, но я не уверен. Хорошо, что ветра нет. Иначе бы сразу околели.
   - И знаешь что обидно? - вздохнул Варнар. - Если мы сейчас умрём, то Айна останется бесплодна. Мы же не раздобыли ей лилий. И сами не вернёмся. А она надеется, наверное, сейчас. Ждёт нас.
   - Не трави душу, а? - попросил Гарнаг. - И так хреново. И курить хочу. А сигареты все ещё в том ржавом озере промокли и раскисли.
   - А я говорил тебе, бросай курить! - назидательно сказал стратег. - Ты меня не слушал. И теперь мучаешься.
   - Вместе с тобой, о великий философ, - скривился Гарнаг.
   - Гарнаг!
   - Чего тебе? - раздражённо спросил техник.
   - Извини, конечно, но я к тебе обниматься. Так, может, теплее будет немного...
   - Знаешь, брат, - криво улыбнулся Гарнаг. - Иногда ты всё же можешь выдавать дельные мысли.
   Тархи крепко обнялись и сидели, стуча зубами.
   - Гарнаг?
   - Чего?
   - А помнишь, как мы младше были, только начали по бабам ходить, и нас Власий заставлял на время одеваться?
   - Да... было весело...
   ... - А теперь поехали, - тускло сказал Власий, поднимая руку с секундомером. - Начали!
   Варнар и Гарнаг, путаясь в штанинах, рукавах и пуговицах, принялись быстро одеваться. Руки тряслись, и парни злобно шипели, когда что-то не получалось.
   Власий с непередаваемой тоской посмотрел на секундомер.
   - Плохо, друзья мои. Пло-хо. С такой черепашьей скоростью... А если бы ваши носки валялись бы под кроватью? Раз лезете, куда не положено, так умейте за свои поступки и ответить. Так что раздевайтесь и начнём заново.
   Парни печально снимали одежду. А ведь Власий гонял их не потому, что у него мерзкий характер. За дело гонял. Только вчера друзья неудачно сходили в гости на "кофей" и в результате были выкинуты из окна рассвирепевшим рогатым мужем. Такие мелочи парней мало смутили, но очень огорчили Власия. Он уже оттягал за уши ученика, а Гарнагу просто выказал в устной форме, что думает по поводу друга Варнара и его методах развлечений.
   Застуканы Варнар и Гарнаг были лишь потому, что в неурочное время оказались в постели у одной милейшей особы. Она жила в двухэтажном доме. И, услышав шум внизу, парни не успели одеться и убежать. После чего были спущены вниз в том, что было на них надето. Увы, этих деталей одежды было очень мало...
   И вот теперь молодые тархи в наказание и назидание учились одеваться быстро и качественно. А Власий это строго контролировал, взяв в руки секундомер.
   - Готовы? Хорошо, - кивнул он. - Засекаю время. Начали!
   И парни снова торопливо ныряют в одежде.
   Кто одевается на время? Солдаты в армии да пожарные. И ещё любители погулять с замужними и не очень женщинами. Ценители прекрасного, так сказать.
   И снова тархи одеваются и раздеваются под щелчки секундомера...
   ... - Да, Арина была хороша... - мечтательно просипел Гарнаг. - А главное - ей всегда было мало одного, она двоих за раз требовала... Замечательная женщина. Жаль, что не тарха, и постарела быстро...
   - Ага, царство ей небесное, - замёрзшее лицо Варнара перекосило, хотя он просто пытался улыбнуться. - А помнишь, как...
   Друзья и названые братья и дальше бы делились воспоминаниями своей весёлой молодой жизни, но где-то вдали Гарнаг услышал тихий звон.
   - Тихо! - произнёс он задеревеневшими губами.
   - Что такое?
   - Слышишь, там что-то звенит?
   Варнар прислушался.
   - Похоже на то... - пробормотал он. - Сходим посмотреть?
   - Да...
   Сделав большое усилие, тархи поднялись со льдины. Несколько раз падали в сугроб, но снова поднимались.
   Варнар и Гарнаг, обнявшись за плечи и поддерживая друг друга, обошли свой плавучий остров.
   - Скажи, брат, это у меня галлюцинации, или ты тоже это видишь? - спросил Варнар.
   - Кажется, мы нашли то, что искали... - тихо сказал Гарнаг.
   Из-под снега пробивались тонкие стебельки и нежные листья лилий. Цветов не было видно, но зелень была однозначно та, что нужно.
   - Что делать теперь? - спросил Гарнаг. - Как их брать будем?
   - Вместе с дёрном, - ответил стратег.
   Тарх упал на колени перед лилиями. Следом за ним упал и Гарнаг. Они стали синими от холода руками разгребать твёрдый снег.
   - Она промёрзла, - горько сказал Гарнаг, добравшись до синего льда, который был присыпан снегом.
   - Но как же они росли? - спросил Варнар. - Это же невозможно!
   - Возможно всё, - тихо, но отчётливо сказали за спинами тархов на геалари.
   - Что? - воскликнули тархи по-русски.
   Рядом с ними стоял маленький узкоглазый дедок. Он был замотан в шкуры. На голове - оленьи рога. В руках дедок теребил маленький серебряный колокольчик.
   - Вы тархи, - скорее утвердительно, нежели вопросительно сказал он. Всё также на геалари - универсальном языке тонкого мира. - И вам нужны лилии.
   - Да, - прошептал Варнар, тоже перейдя на геалари. - А кто вы?
   - О-хо-хо, - усмехнулся дедок. - Я снежная элементаль. Меня зовут Тенгши.
   - Варнар, - представился стратег. - И мой друг Гарнаг.
   - Не по погоде вы одеты, тархи, - покачал головой Тенгши.
   - М-мы и не собирались сюда... - сказал Варнар. - Мы искали лунные лилии...
   - Вижу, - кивнул элементаль. - Пожалуй, я дам вам лилий. Они вам нужны. Но пообещайте, что примените их во благо. И что посадите их в настоящую почву.
   - Обещаем... - прохрипел Варнар.
   Тенгши легко извлёк из снега пять саженцев.
   - Я перенесу вас, тархи, - сказал он. - Ближе к жизни, чем тут. Но всё же за Полярным кругом. В город. Там найдёте своих собратьев, они вам помогут.
   - Спасибо...
   Снежный элементаль хлопнул в ладоши. Варнара и Гарнага завертело в буране. Мир стал белым, а позже вообще исчез.
  
   31 июля, 11:09.
   15й день 1 фазы.
  
   - Ну что? - с надеждой спросила Айна у Власия. - Они вернулись?
   - Нет, - тихо сказал глава общины. - Без вести. Если до утра не привезут лекарство - ты обречена. Мы пытаемся выследить ребят, но след оборвался на льдине за Полярным кругом, недалеко от Шпицбергена. Там сейчас жуткая метель разразилась, телепортисты искали след, но ничего не получается.
   Айна лишь молча заплакала. Сухо и безнадёжно.
  
   31 июля, 14:35.
   15й день 1 фазы.
  
   Тау Финстер, глава А-ской общины, спокойно выслушал доклад. Час назад на порог их резиденции телепортировались сугроб и два оборванца в вышеупомянутом сугробе. Несомненно, оба тархи, причём тархи не малых сил. Оба без сознания. Оба выглядят так, будто их пожевали, поколотили и в снег окунули. Обмороженные, дышат через раз. Один из них прижимал к себе саженцы лилий.
   - Дайте мне на них посмотреть, - сказал Финстер после недолгих раздумий.
   Мужчину провели в приёмную комнату, в которой держали всяких субъектов, не поддающихся классификации.
   Финстер внимательно осмотрел тела. Молодые парни, талантливые и очень сильные, с большим резервом. Одеты по-летнему, но одежда потрёпана немилосердно. Тот, что брюнет с прямыми волосами, мёртвой хваткой вцепился в цветы.
   Лёгкое касание силой. Оба вздрогнули, но не очнулись. У них баланс на нуле, почти пусто. Как они вообще ещё живы?
   Тот, что держал лилии, медленно открыл глаза.
   - Тенгши? - слабым голосом пробормотал он. - Гарнаг? Учитель? Дайте лилии Айне, это срочно... Я заместитель главы общины, исполнять...
   Голова брюнета упала набок. А Финстер нахмурился, обдумывая информацию. Заместитель главы общины? Интересно. Кто такие Тенгши и Гарнаг тарх не знал, но, похоже, что тоже не маловажные личности. Но подумать Финстеру не дали. Брюнет вновь открыл глаза.
   - Кто вы? - спросил он на геалари.
   - Финстер, глава А-ской общины, - тихо сказал тарх.
   - О. А-ская... - сказал брюнет уже по-русски. - Это хорошо... Я Варнар, заместитель главы L-ской общины тау Власия. Пожалуйста, позовите телепортистов, у нас срочное дело, нужно попасть в L до утра... Какой сегодня день?
   - 31 июля, - ответил Финстер, с интересом рассматривая Варнара.
   - Ох... позовите телепортиста, умоляю... - Варнар едва ворочал языком, грозя вот-вот снова потерять сознание. - Нам нужно в L...
   Глаза Варнара закрылись.
   Финстер же крикнул телепортистов. Прибежал Олиан, телепортист слабый, но бегун хороший.
   - Олиан, их нужно доставить в L, - сказал Финстер.
   Олиан кивнул, кастуя перенос.
  
   31 июля, 14:39.
   15й день 1 фазы.
  
   Посреди кабинета Власия образовался телепорт. Из него выпали Варнар и Гарнаг, находящиеся в бессознанке. Власий охнул и позвал целителя.
   До того, как кто-то прибежал на зов, Варнар открыл глаза.
   - Учитель... лилии... возьмите лилии...
   Из заледеневших пальцев выпали мятые саженцы лунных лилий.
   Власий быстро перенёсся к Схаасу, рывком вручил цветы целителю и без слов телепортировался обратно в кабинет.
   ...Первыми словами, которые сказал Гарнаг, был трёхэтажный мат. А затем он прищурился и потребовал:
   - Курить есть?
   Власий удивился.
   - Ты хорошо себя чувствуешь?
   - Да хреново мне! - протянул техник. - Хре-но-во! Курить хочу, умираю, как хочу курить!
   Власий молча вытянул из ящика стола портсигар. Бывает же такое. Еле жив, но требует не есть-пить-спать, а именно курить.
   - Скажи, - произнёс Власий после паузы, которая зависла, пока Гарнаг закурил. - Как вы оказались в таком состоянии?
   Глава общины кивнул на лежащего на диване Варнара. Гарнаг проследил за взглядом старика, выдохнул сизый дым, и тихо заговорил. Он вкратце пересказал все их приключения, начиная с возвращения Гарнага домой после разговора с Власием и заканчивая знакомством с Тенгши. Больше ничего Гарнаг не помнил.
   Вскоре прибежал дежурный целитель, и разговор пришлось свернуть.
  
   31 июля, 15:03.
   15й день 1 фазы.
  
   - Всё, - сказал Схаас. - Ребята вернулись и принесли лилий.
   Айна приподнялась с подушки.
   - Мне, кажется, поплохело... - прошептала она. - Давай скорее лекарство, и я буду спать...
   - Возьми, - целитель протянул девушке гранёный стакан с вязкой кислотно-зелёной жидкостью.
   Айна посмотрела на стакан с недоверием.
   - До дна, - сказал Схаас. - Это зельице по рецепту. Я посахарил, но вряд ли это поможет, гадость, признаться, неимоверная. Мужайся и пей. До дна пей. Ты же хочешь иметь детей, верно? Тогда пей...
   Айна закрыла глаза и залпом осушила стакан. Мир покачнулся и погас.
  
   31 июля, 19:49.
   15й день 1 фазы.
  
   - Всё, - сказал Эцони. - Его больше нет.
   - Это хорошо, - прищурился Дирамант. - Я делаю метку?
   - Да, - кивнул кальфетон.
   Демон напрягся. Эцони обдало жаром.
   - Иди. Теперь у тебя есть метка, - сказал Дирамант, отворачиваясь от кальфетона прочь.
  
   Отступление 6
  
   Веирхо тяжело вздохнул, и лёгким движением кисти открыл дверной замок. Шагнув в дом покойного друга, тарх скривился. Всё напоминало об Ассанине. Хоть он и был холост, но в комнатах было чисто, явно не без участия прислуги обошлось.
   Тарх медленно пошёл по ковровой дорожке, даже не разувшись. Расстегнул пальто. Ранняя весна на дворе, начало марта. А снег всё никак не хочет таять. Ну и чёрт с ним, со снегом. Сейчас Веирхо лишь интересовало то, зачем он явился в чужой дом.
   Мужчина безошибочно нашёл дорогу к кабинету. Там Ассанин обещал оставить все нужные записи в коробках, которые должны стоять на столе или на полу.
   Поморщившись, Веирхо толкнул дверь кабинета. Там царил идеальный порядок, который лишь нарушали коробки, загромоздившие пол, да тарелка, стоящая ни к селу ни к городу на столе.
   Веирхо выдохнул и вытащил из кармана простой холщовый мешок. Туда он стал заталкивать коробки. Тарх торопился, потому что даже сама атмосфера дома давила на незваного гостя, пробравшегося сюда, словно вор. Ночью. Хотелось лишь поскорее завершить дела и уйти. Веирхо чувствовал себя человеком, который после смерти хозяина без спросу тянет чужие вещи. Хоть и тарх действовал по просьбе покойного, но разум всё рано вопил о том, что надо быстрее уходить.
   Мешок забрал в себя уже шестую коробку. Он был безразмерный - что не положишь, мешок всё равно выглядел и весил, как пустой. Коробки исчезали и исчезали в тёмном нутре мешка, но их всё равно оставалось много.
   Когда Веирхо затолкал последнюю коробку в мешок, кто-то сзади тихо рассмеялся. Тарх развернулся. К дверному косяку прислонилась плечом знакомая ему девушка. Как и Веирхо, она была в верхней одежде, да и разуться также поленилась. Удлинённое овальное лицо, гладко причёсанные, но не заплетенные прямые каштановые волосы. Пухлые красные губы, выделяющиеся на фоне идеальной ухоженной кожи. И горящие в полутьме янтарные глаза с длинными накрашенными ресницами. Она изогнулась так, что Веирхо мог вполне оценить красивую фигуру и приятные глазу формы, затянутые в облегающее наверху и пышное внизу изумрудное платье. Девушка тонкими пальцами с острыми коготками поигрывала прядкой волос.
   - О, Веирхо, мил-человек, а чем это мы тут занимаемся? Мародёрствуем, м, голубчик?
   - Мельда, это не смешно, - угрюмо ответил тарх.
   - А кто сказал, что я буду смеяться? - лукаво захлопала ресницами Мельда, пуская из жёлтых глаз чёртики.
   - Я пришёл по просьбе Ассанина, - твердо сказал Веирхо. - Предсмертной.
   - И что? - тарха сложила губы бантиком.
   - А ты зачем пришла?
   - Может быть, я по тебе очень соскучилась, - Мельда вызывающе провела рукой по телу.
   - Вот только врать не надо, а! - нахмурился Веирхо. - Выкладывай, чего пришла?
   - Злой ты, - насупилась тарха. - Чего это ты? Годы воздержания? А зря... Киснешь у себя в тайге, пылью от книг дышишь. А дамы? Как же без них?
   - Уйди, - отвернулся Веирхо. - Видеть тебя не хочу.
   - Зря. Ой зря... - Мельда качая бёдрами подошла к тарху и взяла в руку его подбородок. - Ну, спасибо, что побрился, - пробурчала она и впилась Веирхо в губы.
   - Что же, милок, - сказала она чуть позже. - Предлагаю тебе развлечься. Мне срочно нужна информация, сам понимаешь...
   - Отвянь, - скривился Веирхо. - Я уже ухожу и возвращаться сюда не намерен.
   - Но-но-но! - Мельда поцокала языком, попутно скидывая пальто и расстёгивая платье. Веирхо обдало жаром. - Никуда ты не уйдёшь. По крайней мере, сейчас.
   Тарх отодвинул девушку от прохода и вышел в коридор.
   - Ты тарелку забыл! - закричала ему вслед Мельда.
   - Тарелку?
   - Да, тарелку. Из-за неё же весь сыр-бор, как-никак.
   - Гм... - Веирхо вернулся в кабинет и взял со стола тарелку, после чего попытался спрятать её в мешок.
   - Хорошее изобретение, - прошептали над самым ухом. - Твоё?
   - Да, - Веирхо выпутался из назойливых объятий. - До свидания, Мельда.
   - Нет. - Платье упало на пол, а тарха запрыгнула на ошарашенного мужчину верхом. - Мы ещё не закончили наш разговор.
   Во все стороны полетела одежда. Веирхо подумал - что лучше - сдаться, или продолжать борьбу. Тело проголосовало в пользу первого, и тарх забылся.
   ... - А пальто за креслом, - Мельда деловито завязывала платье.
   - Спасибо.
   - Тебе спасибо, - бесстыдно ухмыльнулась тарха. - Ты, голубчик, сильно оголодал. Ох, как сильно. Но форму, что странно, не потерял. Не хуже нашего прошлого раза. А это, дайте боги памяти, ещё лет сорок назад было... Оделся?
   - Ага, - пробормотал Веирхо.
   - Тогда извини, - без толики раскаяния произнесла Мельда. - Гаспар! Мы готовы. Пока, голубчик.
   Мельда выскользнула из кабинета.
   Тотчас ногу прострелила тупая боль. Веирхо взвыл, ухватившись за коленку.
   - Попался! - сказал кто-то из коридора.
   - Хрен вам горький по хребту, а не попался, - прошипел Веирхо, кастуя телепорт.
  
  
   Глава 7
  
   Вступление 7
  
   - Идиот! - взревел Веирхо, забегая в лабораторию. Кайден отошёл к стеночке и смиренно сложил руки.
   - Но ведь почти получилось же, - обиженно сказал он.
   - Ключевое слово - почти! - проворчал Рапута, усиленно размахивая руками. Мужчина пытался разогнать густой чёрный дым, который мешал обзору. - Вот скажи мне, неужели Шрокер тебя учил делать дурости? В жизни не поверю. Зачем ты издеваешься надо мной? Разве я заслужил это? Я, конечно, всё понимаю. У Шрокера тоже была тяга к экспериментаторству, он любил смешивать что-нибудь не думая, а потом любоваться результатами своей хулиганской деятельности. У него часто что-то горело, взрывалось, пенилось, шипело и светилось. Ох уж эти алхимики. Но башня была построена на совесть, она и осаду выдержала без проблем. Всё внутри умерло, а фундамент и стены устояли, как ни в чём ни бывало. Но моя лаборатория - далеко не башня Розовых Лепестков, понимаешь?
   - Да понимаю я, понимаю! - откашлялся Кайден, наощупь разыскивая выход из лаборатории. - Может вы перестанете мне нотации читать и поможете?
   - О боги человеческие, - простонал Веирхо. - Какой же ты хам! Как ты вообще до этого момента со своим характером дожил?
   Совместными усилиями тархи разогнали дым и очистили воздух в лаборатории.
   - Что ты хотя бы делал-то? - спросил Веирхо, немного поостыв.
   Кайден взял со стола пробирку.
   - Видите? - спросил он.
   - Что это? - прищурился Веирхо.
   - В этой пробирке немного ненависти, - сказал Кайден, показывая пальцем на чёрный дымок, клубящийся за стеклом. - Я пытался раздробить её на части, чтобы потом выделить квант ненависти. Только что-то напутал, и бабахнуло. Дым, который мы разгоняли, и был ненавистью. Поэтому вам так и хотелось мне голову открутить, причём на этом же месте. У вас отличная выдержка.
   - Поживи с моё, - нахмурился Веирхо, рассматривая пробирку. - Ещё и не такая выдержка будет. Тем более, после Ирсэ и Череха меня уже никакие бестолочи из колеи не выбьют. А тебе, поверь, до них далеко. Пойдём кофе выпьем?
   - Хорошая идея, - кивнул Кайден, бережно укладывая пробирку в штатив. Штатив он спрятал в обувную коробку, а коробку спрятал в шкаф.
   - Зачем такие предосторожности? - Веирхо с интересом наблюдал за действиями тарха.
   - Вы уже подметили, что Черех и Ирсэ - те ещё фрукты. А они уже разбили пробирку с эйфорией. Я теперь стараюсь не давать им повода бить пробирки, - пояснил Кайден. - И хорошо, что это всего-навсего эйфория была. А если бы они ненавистью надышались бы тут?
   - А я-то думаю, чего это они неделю назад так странно себя вели, - вполголоса сказал Рапута. - Вот пакостники...
   - И я о том же, - улыбнулся Кайден. - Ладно, идёмте из лаборатории. Кофе после работы - хорошая вещь...
  
   31 июля, 17:12.
   15й день 1 фазы.
  
   - Вроде бы погода обещала быть хорошей, - сказала Света. - А у меня тут пару мыслей есть...
   - По поводу? - спросил Ярик.
   - Вот скажи, что будет, если проехаться с одного конца города в другой в дорожной сумке? - улыбнулась девушка. - И возможно ли это вообще?
   - Надо будет попробовать, - задумался Саша. - Сделаем это завтра?
   - Сумку только найди, - проворчал Виталик. - Кто, кстати, в ней сидеть будет?
   - Я, - заявила Златова. - Кто же ещё?
   - Ну хорошо, - согласился Виталик. - Я могу сумку с тобой внутри и потягать немного...
   - Только аккуратно! - испугалась Света. - А то я тебе не картошка, за каждый синяк и ушиб отвечать будешь!
   - Договорились, - кивнул Горянский.
   - Свет, а у нас же дома была сумка? - спросил Саша.
   - Вроде бы, - напряглась Светлана, пытаясь вспомнить. - Вечером поищем.
   - Лады, - обрадовался Ярик. - Давайте завтра в одиннадцать на кольцевой. Я очень хочу посмотреть на это безобразие.
  
   31 июля, 18:37.
   15й день 1 фазы.
  
   - Понимаете, она уже была около Лестницы! - сказала Эитнэ. - Сама она уже не справится, свихнётся. Ингвар говорил, что она уже боится засыпать, потому что её преследуют кошмары про Лестницу!
   - А что это за Лестница такая? - спросил Власий.
   - Секрет зеркальщиков, - уклончиво сказала тарха.
   - Это настолько серьёзно?
   - Тау Власий, поверьте, если бы не было угрозы рассудку Анны, я бы тут и не стояла, - заявила Эитнэ. - Пора, просто пора уже. Ещё пару недель - и пиши пропало. Если вы хотите, чтобы из неё получилась хорошая зеркальщица, да что я говорю, вообще получилась бы, то тянуть больше нельзя.
   - Ты уверена? Может, ещё чуть-чуть получится? - умоляюще попросил глава общины. - Я всё понимаю, но иначе потом такие чудеса начнутся, что не справимся...
   - Нет, - категорично сказала Эитнэ. - Совсем никак. Я не хочу получить себе невменяемую ученицу. Если вы не разрешите, я плюну на запрет и проведу её этой же ночью.
   - Хорошо-хорошо, - сдался Власий. - Делай, как знаешь. Только прошу - повремени хотя бы денёк-другой...
   - Идеально будет провести обряд третьего августа, - сказала мастерица зеркал. - Поэтому вашу просьбу я выполню. Если что - я предупредила. Думаю, проблем не должно будет возникнуть.
   - Надеюсь, - устало выдохнул Власий. - Что за денёк...
   - Кстати, - лицо Эитнэ смягчилось. - Как там ваш ученик?
   - Ой, это кошмар, - пожаловался старик. - Вернулся обмороженный, без сознания, в руках лилии держит, еле выдрали. Как выяснилось, они телепортировались в случайном порядке, уповая на судьбу. Их занесло на льдину недалеко от Шпицбергена. Там они встретили снежную элементаль, причём не из слабых. Элементаль перенесла их в А. Местные тархи когда увидели этих двоих, были немного... гм... удивлены. Элементаль вместе с ребятами ещё и сугроб на порог резиденции выкинула. А-ский телепортист выкинул мальчиков мне в кабинет. Вот сейчас они отсыпаются дома. Схаас говорит, что как минимум простуда, надеемся, что воспаления лёгких не подхватят.
   - Но ведь тархи не болеют, - приподняла бровь девушка.
   - Если резерв вычерпать подсухую, то ещё как болеют, - сказал Власий. - А мальчики, когда телепортировались в хаотическом порядке, а делали они это далеко не пять и не десять раз, допрыгались до того, что обессиленными оказались на той самой льдине, где встретили элементаль. Повезло, что элементаль их пожалела и подкинула до ближайшего города, где есть община тархов. Там же пусто кругом, заполярье.
   - Бывает, - вздохнула Эитнэ. - Ладно, я тогда пойду, мне ещё на ночное дежурство идти нужно.
  
   1 августа, 8:11.
   16й день 1 фазы.
  
   Варнар открыл глаза. Родной потолок. Значит, всё хорошо. Тело болело немилосердно, голова раскалывалась на части. Горло першило, а нос заложен.
   "Неужели я заболел простудой? - подумал Варнар. - Я, тарх, заболел простудой, причём летом! Куда мир катится?"
   Варнар уже и забыл, каково это - болеть. Одно дело, когда бьёт отдача от магии или поранился. Совсем другое - когда температура и горло болит. Последний раз Варнар болел, когда он был ещё Алёшей Селезнёвым, мальчиком-сиротой, которого подобрал добрый дядя Власий. Правда, болел Лёша не простудой, а тифом, но сейчас это было совсем не важно.
   В голове шумело. Крутились какие-то неясные образы. Варнар прислушался к своим мыслям. Внутри хотела выстроиться мелодия.
   Варнар осторожно попытался встать с кровати. Виски заломило, и тарх упал обратно на постель. Селезнёв полежал немного, отдыхая, затем напрягся и скатился на пол колбаской, ползком направился к письменному столу.
   Приподнялся. Стянул тетрадный лист в клеточку. Нашарил карандаш. Пополз обратно к постели. Залез. Выругался. Оставил листик и карандаш, взял с прикроватной тумбочки книгу.
   Подложив книгу, Варнар дрожащей рукой начертил полосы. Напрягся, прокручивая в голове ту самую назойливую мелодию. Рывками нарисовал ноты.
   Когда лист закончился, у Варнара уже не оставалось сил взять новый. Он просто повернулся к стене и продолжил записывать музыку, только теперь на обоях.
   Мелодия продолжалась. Варнар едва успевал нанести её на обои. Вот уже и свободное место закончилось. Забыв о слабости, тарх приподнялся выше, где обои не были ещё изрисованы кривыми нотами.
   Мир вокруг исчез. Остался лишь Варнар. Но это был уже не он. Это был Лёша Селезнёв, маленький мальчик, в котором был талант. Степенный и рассудительный тарх-стратег отошёл на второй план. Он стоял в стороне и созерцал, как творит Лёша. Варнар-теперешний со снисходительной улыбкой следил за Варнаром-прошлым. Мальчик упорно рисовал ноты, а мужчина с интересом читал их.
   Их было трое. Два Алексея и музыка.
   Селезнёвы не конфликтовали. Они не пересекались. Лишь видели друг друга и повиновались душевным порывам, которые диктовала музыка. Она объединяла их, но в то же время была преградой. Она ласкала и больно колотила по голове резкими звуками. Она была всем и ничем.
   Но вскоре мелодия подошла к концу. Лёша зафиксировал последний аккорд, и, печально улыбнувшись себе-взрослому, ушёл в глубины сознания, оставив Варнара в недоумении.
  
   1 августа, 11:08.
   16й день 1 фазы.
  
   - А как я тут поместиться могу вообще? - скептически спросила Света. Она уже успела неоднократно проклясть свой болтливый язык и глупый мозг, давший добро на эту авантюру.
   - Ручками и ножками, - сказал Ярик, раскрывая сумку пошире. - Лезь давай, хватит болтологию разводить.
   - Легко тебе сказать, - проворчала Света, опасливо вставая ногой в сумку. Если учитывать, что дорожная сумка была размером и объёмами раза в три меньше девушки, стало понятно, что чудеса только начинаются.
   Златова с кряхтением залезла в сумку. Её брат с умилительной гримасой жестокости застегнул молнию, отрезая Светлане путь к свету.
   - Всё? - скучающе спросил Виталик.
   - Вроде того, - пожал плечами Ярик. - Ну что, как там в бронетанке?
   В сумке недовольно завозились.
   - Жить буду! - глухо ответила Света. - Правда, темно и воздуха мало. Оставьте мне хотя бы маленькую лазейку для воздушной циркуляции, а то задохнусь к такой-то матери!
   - Ладно-ладно, - Горянский милосердно расстегнул молнию на пару сантиметров. - Так?
   - Ништяк, - выдохнула Света. - Покатит. Ну что, поехали?
   - Поехали. - Виталик нащупал у сумки ручку, поставил её на колёсики и потянул.
   - ...! - зарычала из сумки Света. - А бережнее нельзя? Совсем не судьба? У меня же синяки будут!
   - Молчи уже, - сказал сестре Саша. - Сама напросилась. Виталь, пошли на маршрутку.
  
   1 августа, 14:23.
   16й день 1 фазы.
  
   - Сегодня у нас теоретическое занятие, - с порога сказала Хайти. Карина облегчённо выдохнула. Хоть на этот раз обойдётся без увечий. Недавно лисица заставила Василишину полдня ходить по раскалённой трубе босиком. К этому кицунэ добавила всё тот же рюкзак с кирпичами и вручила в руки палку. Якобы для равновесия. А сама взяла такую же и принялась лупить Карину по ногам. В результате девушка должна была не только не падать с узкой и скользкой трубы, но и уворачиваться от сильных и болезненных ударов, которые наносила якобы слабая и хрупкая Хайти. После этого Карина потом полчаса упорно регенерировала, сводя синяки и унимая боль.
   - К чаю есть? - спросила лисица, усаживаясь за кухонный стол.
   - Шоколадка подойдёт? - Карина поставила чайник.
   - А какая?
   - Чёрная с орешками.
   - Подойдёт, - вальяжно махнула рукой лисица.
   - А что мы будем изучать? - поинтересовалась Карина, насыпая в чашки заварку.
   - О, - протянула Хайти. - Это очень интересно. Мы будем учить язык.
   - Какой?
   - Очень нужный, - загадочно сказала кицунэ, подразумевая конец разговора.
   Через некоторое время, когда шоколадка была уже почти съедена, женщина вновь заговорила.
   - Все те, кто принадлежит тонкому плану, а кицунэ это касается непосредственно, издавна являлись отдельным народом, - начала Хайти. - Будь то тарх, или колдун, если тебе так легче воспринять, или кхаторши - оборотень, или наша сестра, все мы, связанные способностями к магии. Все мы связаны с тонким планом. Мы его дети. И у нас свой особый язык. Он не похож ни на один известный человечеству. И все мы должны его знать, причём знать хорошо. Это наша отличительная черта, по которой мы узнаём собратьев по тонкому плану. Что американский кхаторши, что восточная кицунэ знают наш язык. Мы не знаем, что говорит американец, а он не поймёт японку. Но стоит только заговорить на геалари, а именно так величают тонкий план и все производные от него, как достигается взаимопонимание.
   Карина слушала с интересом. Как выяснилось, геалари древнее всех языков и гораздо сложнее их. Что латынь, с ней легко сладить, если приложить усилие. Старание поможет выучить другой язык.
   А с геалари этот фокус не проходит. Смертный, даже если он трижды гениальный полиглот и виртуозный филолог, никогда не выучит геалари. Нужен талант, который помогает детям тонкого плана колдовать. Именно он даёт возможность знать этот язык. И именно при помощи таланта Карине предстояло выучить геалари.
   - Главное, - вещала Хайти, - ты должна осознавать себя не смертной, а нашей, с тонкого плана. Ты его дочь, ты геалари. Ты магически одарённая. Ты можешь. У тебя есть вторая ипостась и прекрасный потенциал. И ты имеешь права. Ты должна заявить, дать понять, что это всё тебе причитается.
   Затем Хайти вкратце рассказала, каким именно образом Василишина будет учиться.
   Каждый раз кицунэ будет обращаться к Карине на геалари. А Карина будет слушать её и стараться понять, о чём идёт речь. Знание придёт само. И девушка сама поймёт, когда сможет начинать беседы на геалари. Каждое слово отпечатается в памяти, как слово родного русского языка.
   После Хайти начала нести какую-то тарабарщину. Про себя Карина отметила, что тарабарщина была очень даже музыкальной.
   Кицунэ ушла, едва закончив рассказ. Она оставила Карину в смятении и как всегда исчезла, предоставив девушке возможность разбираться во всём самой. Видимо, всё же это способ преподавания был такой. Своеобразный.
  
   1 августа, 15:31.
   16й день 1 фазы.
  
   Варнар встал с кровати.
   - Может ты всё же ляжешь? - страдальчески спросил Схаас. - Что ж вы все так торопитесь подорваться? Один только Гарнаг в своё удовольствие отдыхает...
   - Да он из всего выгоду извлекает, - усмехнулся Варнар. И тут он повернулся к стене и увидел свои утренние художества.
   - Это ты нарисовал, когда в бреду был, - пояснил целитель. - Я тебе жар сбил уже. А тогда ты никого и ничего не видел и знать не хотел. Рисовал и рисовал. Я побоялся тебя окликнуть, а то ты музыку пишешь, всякое такое... Когда ты рухнул, я немного испугался даже. Но, вижу, ты сейчас уже бодрячок. С температурой под сорок, но бодрячок. Лёг бы ты, а?
   Варнар послушно вернулся в постель.
   - Схаас, - тихо окликнул целителя он.
   - Что?
   - Умоляю, добудь пианино.
   - А у тебя нет? - удивился Схаас.
   - У шефа дома было, а сюда я переехал без инструмента, - тускло сказал Варнар. - Я же студент, который снимает квартиру с другом. Откуда у бедных студентов нормальное фортепиано или человеческий рояль?
   - Логично, - кивнул Схаас. - А синтезатор подойдёт?
   - Вполне.
   - Это хорошо. Но сейчас - спи.
   Варнар не успел возразить. Целитель быстро отправил его в лечебный сон.
  
   1 августа, 15:47.
   16й день 1 фазы.
  
   Когда Света заметила, что умостилась удобно, она была несказанно удивлена. Как она умудрилась так удачно свернуться? Когда она поняла, что её тело изменило форму и плавно перетекло, приобретя нужную форму, девушка испугалась. Пообещав разобраться потом, она ехала и дрожала от ужаса.
   Пассажиры удивлялись, глядя на отчаянно матерящуюся дорожную сумку. Парни же делали невозмутимые лица, будто так и надо. Наблюдать за реакцией людей было очень интересно.
   Едва весёлая процессия вернулась на конечную остановку, чудеса приобрели характер величины постоянной. Света едва буквально вытекла из маленькой щели в сумке. Парни изумились, но дружно сделали вид, что ничего не произошло и решили, что им просто солнышко в голову напекло. А Свете стало по-настоящему страшно.
  
   1 августа, 16:21.
   16й день 1 фазы.
  
   Всю дорогу Игорь ехал и видел перед собой девушку. Вроде бы чего тут необычного? Да ничего, казалось бы. Игорь видел множество девушек и постоянно забывал все эти лица, мелькающие за день.
   Но эта девушка Вариводу зацепила. Необычная бледность, тонкие черты лица. Дикий и перепуганный взгляд. Взгляд, всю дорогу вперившийся в Игоря. Сначала он нервничал, ёрзал, но вскоре понял, что глупо переживать, она не отвлечётся, и расслабился.
   Игорь в ответ тоже стал жадно рассматривать незнакомку. А почему бы и нет? Она красива, есть, чем полюбоваться. Люди спокойно видели эти гляделки и относились с пониманием.
   Но пришла пора выходить. Игорь преувеличено спокойно прошёл по салону и приготовился оплатить проезд. Странная девушка выходила на той же остановке. Она безо всякого смущения направилась на выход, не оплатив за себя.
   Водитель с сердитым удивлением посмотрел на выходящую девушку.
   - А за проезд?
   - За меня он заплатит, - указала она пальцем на Игоря. Тот недоуменно уставился на наглую девицу. Водитель же сердито смотрел на Вариводу. Игорь вздохнул и оплатил проезд, выходя из автобуса.
   Необычная девушка неспеша пошла от остановки прочь. Игорь догнал её.
   - Эй, остановись, пожалуйста, подожди меня.
   Странная остановилась и повернулась, одарив Игоря абсолютно безумной улыбкой.
   - Скажи, где я мог тебя видеть?
   - Ты знаешь ответ, так почему задаешь вопрос?
   Игорь остановился, переваривая новую информацию.
   - В смысле?
   - В прямом, - загадочно ухмыльнулась незнакомка. - Разве тебя в детстве учили отвечать на риторические вопросы?
   Игорь запутался ещё больше.
   - Но как?..
   - Ищи ответ в себе.
   - Можно узнать, как тебя зовут?
   - Это ты тоже знаешь, я не вижу смысла говорить.
   Игорь уже начал сердиться.
   - Почему ты издеваешься надо мною?
   - Я? - в глазах девушки зажглось удивление. - Я не издеваюсь. Тем более над тобой.
   Продолжать абсурдный разговор смысла не было.
   - Скажи, а я тебя ещё увижу?
   - Да, - тихо сказала незнакомка. - И не раз.
   - А когда? - спросил Игорь.
   Последние слова упали в пустоту. Девушка исчезла.
   - Вот бездна! - кратко, но эмоционально сказал Игорь.
   Прохожие обернулись на одиноко стоящего и говорящего парня, как на ненормального.
  
   1 августа, 17:03.
   16й день 1 фазы.
  
   Проскользнув в зеркало, Аннет оглянулась. Ничего не поменялось. Всё тот же коридор, всё те же окна.
   Но единственное, что изменилось - компания. Навстречу Филоньевой прогулочным шагом шла маленькая худенькая русая девушка. Одета она была в свободное платье из небелёного льна.
   - Здравствуй, - негромко сказала она. По коридору покатилось разрушительной волной эхо.
   - Здравствуй ...те, - ответила Аня, растерявшись. Как обращаться к ней?
   - Я хочу тебе помочь, - сказала девушка. - Я Эитнэ. Или Элла, если тебе так легче.
   - Приятно познакомиться. Аня.
   - Знаю, - кивнула Эитнэ.
   Эитнэ подошла к Аннет. И бросила:
   - Лестницу помнишь?
   - Да, - скривилась Аня.
   - Я помогу тебе подняться, - тускло сказала девушка.
   - Но зачему?
   - Так надо. А сейчас возвращайся. Я приду третьего числа. Жди.
  
   1 августа, 19:21.
   16й день 1 фазы.
  
   Почему Валеру понесло на крышу, никто не знал. Даже он сам. В голове было пусто, лишь какое-то тревожное гудение мешало мыслить.
   На ватных ногах Петрунько поднялся по лестнице. Мелькали этажи, а парень всё шел и шёл вверх. Пятый этаж, восьмой, одиннадцатый. Шестнадцатый. Хлипкая шатающаяся лесенка на чердак. Узкий выход на крышу.
   Вечерело. В L постепенно зажигались живые огоньки. Улицы светились пёстрыми полосами, извивались лентами дороги, на них мигали светофоры. Вереницы маленьких машин. Люди сверху выглядели ещё меньше. По воздуху лилась какая-то нежная песня, играющая на летней площадке. Город дышал покоем.
   От открывшейся панорамы захватывало дух. Но Валера не мог восхищаться. Неведомая сила захватила контроль над ним. Руки и ноги не слушались. Единственное, что Петрунько мог сейчас самостоятельно - двигать глазными яблоками. Остальное выполнял кто-то другой, владеющий его телом.
   Неверные шаги к самому краю. Валера не мог сопротивляться и теперь с ужасом следил за развитием событий. Минута на парапете. Руки качаются туда-обратно. Развевается лёгкая клетчатая рубашка, которая успела слегка расстегнуться.
   Сзади кто-то невидимый и невесомый подтолкнул Валеру в спину. Парень сорвался с узкого парапета навстречу покрытой асфальтом земле.
   Бесконечно медленные секунды падения. Мир пронёсся перед глазами испуганного парня, прошла за миллисекунды вся жизнь. Чувство покаяния и покорности судьбе.
   Вот уже два этажа осталось до встречи с землёй. Валера мысленно попрощался с жизнью и закрыл глаза.
   Секунда. Две. Три. Пять. Двадцать. Минута. Но удара всё не было. Валера осторожно открыл глаза. И вскрикнул.
   Тело замерло за два метра над асфальтом. Неведомый кто-то вернул парню все чувства и контроль над собой.
   Валера дёрнул затёкшей рукой. Мир резко перевернулся. Петрунько с изумлением обнаружил, что летит вверх. Но как это возможно?
   Стены домов. Фонари. Деревья. Непонятным для себя образом Валера летел и лавировал между ними. Чудеса, да и только.
   Неловкий кувырок в воздухе. Теперь Валера с ошеломляющей скоростью летел вновь к земле. Резкое пике, выход наверх.
   И снова падение. Ещё быстрее. Ещё стремительнее. Ещё страшнее.
   У самой земли Валеру перехватила едва заметная в движении тень. Чужие руки крепко обхватили парня.
   - Ты издеваешься? - шепнул ему на ухо мягкий баритон. - Я же так поседею.
   Они летели вверх. Валера повернул голову назад, чтобы увидеть, кто же его подхватил.
   Это был молодой человек лет двадцати пяти-тридцати. Взъерошенные русые волосы хлопали по лицу, на котором сердито горели бирюзовые глаза. Пухлые губы, высокие скулы, нос с лёгкой горбинкой. Одет летун был в свободные чёрные спортивные шорты и в красную борцовку. Обутый в один шлёпок. Другой он потерял на крутом вираже.
   - Аластер, - представился он. - Хочешь или нет, но твой учитель на ближайшие несколько месяцев. Иначе ты так в полёте скоро в лепёшку расшибёшься.
   Аластер бережно опустился на землю.
   - Напугал ты меня до ужаса, - признался он. - Ненормальный ты. Даже для тарха-летуна, поверь мне. Я сам тебя найду.
   И с места штопором взлетел в воздух, оставив изумлённого Валеру на земле.
  
   2 августа, 9:01.
   17й день 1 фазы.
  
   Варнар открыл глаза. Вроде бы и чувствовал себя уже неплохо. Тарх поднялся и прислушался к ощущениям.
   "Ладно, - подумал он. - Хватит тут бездельничать. Надо вставать."
   Прошёл в гостиную. Посреди комнаты стоял синтезатор. Варнар усмехнулся. Вернулся в спальню. Взял лист бумаги и ручку. Переписал ноты со стены.
   Взяв ворох листов, на которых записал музыку, Варнар направился к синтезатору. Сел и начал играть. Музыка полностью захватила тарха. Он не заметил, как вошёл в комнату Гарнаг, как телепортировался Схаас, как пришёл Власий. Они все стали у стены и слушали музыку. А Варнар всё играл. Его мало волновал окружающий мир.
   Едва Варнар закончил играть, Власий тихо сказал:
   - Знаешь, мелодия превосходна. На твоём месте я бы потом сыграл её на запись. Пусть другие тоже услышат. И вижу, что ты заскучал. Но не забывай, что тебе прописали постельный режим. Это не намёк, а приказ.
   Варнар встал и осмотрел вошедших мутным взглядом.
   - Это не смешно, - сказал он.
   - А я и не смеюсь, - заявил Власий. - Марш в постель. Тогда и побеседуем.
   К образцу наскальной живописи в исполнении ученика Власий отнёсся спокойно. Предложил потом ремонт сделать и не морочить голову. Поговорили по делу. А потом глава общины почти в лоб сказал:
   - Гарнаг говорил, что у тебя сейчас на душе плохо совсем. Думаю, нам надо бы побеседовать.
   - Может не надо? - умоляюще спросил Варнар. - Я со стыда же сгорю.
   - Надо, Федя, надо. - Власий присел на край кровати. - Мне плевать, с чего ты сгоришь, тут или стыд, или невыпущенные эмоции. Второе гораздо хуже первого. Поэтому лучше выскажись, убеждённый холостяк.
   Варнар подумал и понял, что ему удалось не покраснеть.
   - Гарнаг рассказал? - спросил тарх после паузы.
   - Нет, Ингвар отчитался. Я из него информацию полчаса выбить не мог, а потом просто приказал рассказать. Менталист был недоволен. - Власий прищурился, рассматривая лицо ученика. - А Айна, похоже, ищет повод для извинения перед тобой за ту ночь. И, кстати, я считаю, что ей некоторое время лучше пожить у меня.
   - Жаль, - вздохнул Варнар. - И кстати, я сейчас лучше посплю. У меня жутко разболелась голова.
   Власий пожал плечами. Враньё чистой воды. Но тактичность победила.
   - Я ещё вернусь, - сказал он, удаляясь.
  
   2 августа, 14:27.
   17й день 1 фазы.
  
   Игорь принёс в комнату ещё одну чашку кофе. Мысли никак не желали приводиться в порядок. Из головы не выходила та девушка, с которой он встретился в маршрутке.
   Если знаешь ответ, то почему задаёшь вопрос.
   Что же это за ответ такой? Где он её видел? О чём вообще речь шла? Она, похоже, Игоря знала. А он её - нет. Но она утверждает, что имя её известно Вариводе. Как?
   Ищи ответ в себе.
   Неужели он знал что-то важное и забыл?
   Но она обещала, что встретятся и не раз. Когда ждать встречи - тоже непонятно. Куда не плюнь, везде одни загадки. Плохо.
   Игорь пытался ещё разложить всё по полочкам, но раскладывать нечего было. Да и некуда.
   Попытался отвлечься, сыграв в линейку. Убили. Больно, наверное, убили. И всё из-за невнимательности и задумчивости где не надо.
   Имя. Какое у неё может быть имя?
   Кто она?
   Имя. Вспомнить бы имя...
   Имя.
   Имя.
   Варивода перебрал в голове все женские имена, какие знал, включая самые бессмысленные и невообразимые. Ни одно не подходило той девушке.
   Наина. Вот что могло бы подойти ей. Оно так похоже на эту девушку.
   Неужели так и есть?
   Игорь понял, что глупо продолжать думать. Иначе он и не до такого вскоре дойдёт. А сумасшествие в его планы никак не входило.
  
   3 августа, 2:10.
   18й день 1 фазы.
  
   На этот раз Аннет стояла у лестницы не одна. Эитнэ стояла чуть сзади и придерживала девушку за плечи. Правда, непонятно, как так ей удавалось. Аня высокая, а Эитнэ - маленькая. Ей наверняка было неудобно так стоять.
   Когда голоса стали смеяться с Ани, Эитнэ кто-то прокричала на певучем языке. Смех сразу же сник и сошёл на нет.
   - Ты готова? - учтиво спросил бас.
   - Говори да, - подсказала Эитнэ.
   - Да, - сухо сказала Анна.
   - Так взойди же, - промурчали мягким контральто.
   - Давай, не бойся, - Эитнэ встала рядом и крепко сжала руку Ани. - Я с тобой.
   Филоньева пожала плечами и сделала первый шаг.
   Вспышка света и Аня проснулась дома, в своей кровати. Не было ни Эитнэ, ни лестницы, ни голосов. Но в темноте светилось зеркало. Из него смотрели безликие ...духи, что ли? Аня затруднилась с ответом.
   - Здравствуй, молодая мастерица зеркал, - почтительно сказали они, уходя вглубь рамы. Зеркало потухло.
   Аня же перевернулась на другой бок и решила спать. Всё же это не сон был. А утром бы ещё и проснуться надо будет, желательно свежей и отдохнувшей...
  
   3 августа, 12:14.
   18й день 1 фазы.
  
   Ярик сидел и беседовал с Найдой. Конечно, выглядит глупо, но это так. Ася ушла во двор гулять, а парень пока что наслаждался покоем и одиночеством.
   Раздевшись, он аккуратно перекинулся во вторую ипостась и теперь черпал всё новое и новое.
   "А ещё, Сильнейший, тебя знают все собаки во дворе" - говорила Найда. - "Ты заметил их почёт?"
   "Это то, что они за мной по пятам бегают и смотрят пустыми глазами?" - спросил Ярик. Он заметил, что собаки в последнее время к нему быть равнодушными никак не хотели. Но ничего, кроме дискомфорта, это не приносило. Карину, как кицунэ, собаки ненавидели, а когда они шли вдвоём, собаки были дезориентированы. То ли рычать на парочку из-за лисицы, то ли оказать почёт, ведь идёт Сильнейший. Они при помощи мыслеречи постоянно спрашивали, как поступить. Причём спрашивали и незнакомые собаки! Ярик умолял их делать вид, что он не идёт тут вовсе и вообще ничего не произошло.
   В прихожей хлопнула дверь. Ярик ойкнул и перекинулся обратно. После чего кинулся собирать одежду и наскоро её натягивать.
  
   4 августа, 14:37.
   19й день 1 фазы.
  
   Мысль пришла спонтанно. Варнар не мог пояснить, почему. Но знал, что так надо. Ему надо было поговорить с учителем.
   Одевшись, Варнар осознал, что телепортироваться он не может. Тарх немного подумал и понял, что ближайший месяц после эскапады с лунными лилиями он не сможет никуда перенестись. Плохо.
   В соседней комнате отдыхал Гарнаг. Варнар взял денег на проезд и тихонько выскользнул из квартиры.
   Давно он не катался в общественном транспорте. Но сейчас тарху всё было в радость. Даже потные и злые пассажиры маршрутки. После болезни Варнар многое переосмыслил и понял. Отсутствие сил же заставило его задуматься, сбило спесь, прировняло с простыми смертными.
   В кабинет шефа Варнар шагнул бледной тенью. Тихо, незаметно. Власий сидел к двери спиной. Глава общины был в комнате один.
   - Учитель.
   Власий едва заметно вздрогнул от неожиданности.
   - Я пришёл поговорить.
   Жестом старик указал ученику сесть.
   - У меня возникла идея. Скорее всего, я воплощу её в жизнь, как был то ни было.
   - Я слушаю тебя.
   И Варнар заговорил. Рассказывал он долго. Лицо старика то мрачнело, то светлело. После паузы Власий спросил:
   - Кто это организует?
   Варнар пожал плечами.
   - Тогда иди, - сказал Власий. - Я разберусь сам.
  
   5 августа, 18:11.
   20й день 1 фазы.
  
   - Что происходит? - после затянувшейся паузы спросила Аннет.
   Их было восемнадцать. Они сидели в большом зале с высокими потолками. Окна зашторены, в комнате царит полумрак. В центре большого круглого стола, окрашенного чёрным лаком, стоит канделябр на двадцать свечей. Но две из них не зажжены. По стенам дрожали тревожные тени.
   Восемнадцать бледных лиц. Люди, сидящие за круглым столом. Они не знали, как тут оказались. Они не знали, зачем. Они были пьяны, не взяв в рот ни капли спиртного. Они не понимали, что будет и зачем.
   Друзья и одноклассники. Их было восемнадцать. Восемнадцать пар глаз следили за мерцающими свечами.
   Порыв ветра - и единственный источник света потух.
   - Что за? - воскликнул Артур, непроизвольно зажигая свечи.
   Зал огласил хор криков. Восемнадцать человек увидели друзей в истинном обличии.
   Пернатая рядом с демоном. Амфибия разглядывает волка. Лиса держит за руку метаморфа. Олицетворённый дух гладит соседку по заледенелому плечу.
   Воздух дрожит. Его пронизывают разряды тока, снег, дождь и разноцветные облака, слегка светящиеся изнутри.
   - Хватит! - тонкий детский крик прошёлся по залу гулким эхо, усиливаясь. Ася схватилась руками за голову, не в силах вынести потока эмоций, который резко нахлынул на неё. - Пожалуйста, хватит!
   Шум резко прекратился.
   - Спасибо, - тихо сказала девочка. - Просто невыносимо вас и ваши мысли слушать.
   Ярик с изумлением посмотрел на сестру.
   - От волка слышу, - хмыкнула Ася.
   - Собственно, чего я ожидала? - пробормотала Карина, нервно поглаживая хвост, уложенный на колени.
   - Да, - продолжила Ася. - Чего вы все ждали? Что только у вас непонятно что в жизни происходит? Не надо так думать. Нас много.
   - Мы тут все? - спросила Ира.
   - Нет, - ответила девочка. - Должен быть кто-то ещё. Как минимум двое. Как свечей. Нас восемнадцать.
   - Двадцать, - перечитал Виталик. - Их должно быть двадцать.
   - А было восемнадцать, две не горели, - прищурилась Оля.
   - Скажите, - задумчиво проговорил Саша, - а это у вас давно?
   - Нет, - почти в унисон сказали все.
   - После болезни?
   - Да.
  
   5 августа, 19:05.
   20й день 1 фазы.
  
   Их было восемнадцать. Беседа длилась уже давно. Каждый поведал обо всём, что наболело. О том, что происходило. О том, что пугало.
   - Знаете, - тихо сказал Артур. - Нам надо объединиться.
   - Что? - переспросила Мари.
   - Нужно объединиться. Помогать друг другу, - повторил Артур. - По одному мы или с ума сойдём, или чудить будем. Тяжело в одиночку бороться с самим собой.
   - Голосуем? - спросил Валера.
   - Голосуем, - подтвердил Егор.
   - Хорошо, - кивнул Артур. - Кто за то, чтобы так было?
   Почти все подняли руки. Все, кроме Аси и Ани.
   - Но почему? - приподняла бровь Мари.
   - Мне всё равно, - флегматично заметила Ася. - Считайте, что я соблюдаю нейтралитет.
   Ярик удивлялся всё больше.
   - Да, и такие слова знаю, - сверкнула глазами девочка.
   Ярик пристыдился и потупил взгляд.
   - А ты, Аннет?
   - Вы дураки, - процедила девушка, глядя на пламя свечей. - И занимаетесь дурью. Нам это не нужно. Неужели справиться с собственными проблемами так сложно? И весь этот фарс, который происходит сейчас - лишь глупости. Разве вы этого не поняли?
   - Зря, - проронила Ася.
   - Что?
   - Зря так думаешь, - девочка с прищуром осмотрела Аннет. - Они твои друзья. И грош цена тебе и твоей дружбе, если ты этого не понимаешь. А предложение далеко не глупо, как тебе кажется. Я у вас прочитала одну притчу. Кто об этом думал, расскажите.
   - Про пучок и прутики? - вступила в разговор Оля.
   - Да.
   - Так это просто, - пожала плечами Черногора. - Старик показал сыновьям, что один прутик легко ломается, а если взять охапку, они и не согнутся даже. Не говоря уже о том, что поломаются.
   - И что? - скептически хмыкнула Аннет.
   - А ничего, - сипло сказал Виталик. - В притчах старинная мудрость, которую нужно понимать, а не просто так слушать.
   - Ой, кто бы говорил, - издевательски развела руками Филоньева. - Кто мне это сказал? Да человек, который мясо сырьём жрёт, как тварь дикая!
   Виталик зарычал. На руках появились когти.
   - Т-т-т! - воскликнул Ярик, удерживая друга в кресле. - Не надо тут! Успокойся!
   - И что? - закричала Аня. - Да плевать я на него хотела! Ничего он мне не сделает!
   Виталик дёрнулся, вырываясь из рук Ярослава. Кхаторши отлетел на метр вверх и упал на чёрную столешницу, сбив канделябр. Огонь, который словно вода растекался по столу, жадно лизал дерево. С глухой руганью Артур потушил мини-пожар.
   Горянский же пешком перебежал по столу к Аннет. С недовольным шипением Карина схватила зеркальщицу за шиворот и с силой оттолкнула под стол.
   Загремели стулья. Подростки вскакивали со своих мест. Сидеть осталась лишь одна Ася, невозмутимо следившая за развитием событий со стороны.
   Аннет ползком перебралась на противоположную сторону, туда, где раньше сидел Виталик. Парень же получил от кицунэ в ухо и теперь злобно рычал, сдерживаемый одновременно Кариной, Яриком и Артуром, которые буквально уселись верхом.
   - Хватит, - спокойно сказала Ася. - Я вижу, что с возрастом люди и нелюди не умнеют абсолютно.
   Подростки замерли.
   - Хватит, - повторила Ася. - Рассядьтесь обратно.
   Девочкин голос прозвучал среди тишины как набат. И подействовал, словно приказ.
   - Всё? - спросила Ася. - Тогда говорить буду я. Вы объединитесь, а она - кивок в сторону зеркальщицы - пусть творит, что только в голову взбредёт, но только пусть молчит.
   Свет померк, и зал исчез.
  
   6 августа, 11:47.
   21й день 1 фазы.
  
   - Всё?
   - Всё, - кивнул Схаас. - Только теперь тебе ещё как минимум пару месяцев отдыхать надо бы. Я советую тебе поехать в S к Урте. Она быстро на ноги поставит. Умная женщина, справится.
   - Но... - замялась Айна. - Как я тут всё отставлю и уеду?
   - Молча, - в комнату вошёл Власий. - Мне как, покупать билет или ты предпочитаешь телепортацию?
   - Лучше на поезде, - выдохнула девушка. - А ещё лучше - вообще никуда не ехать.
   - Надо, милая, надо, - безапелляционно заявил Власий. - Вернёшься ближе к ноябрю. Тогда и продолжишь. А пока будем без тебя справляться.
   - Но... Пожалуйста, не надо, - взмолилась Айна. - Я не хочу!
   - Мало ли, - пожал плечами целитель. - Но тебе надо.
   - Но...
   - Никаких но, - грубо оборвал Власий. - Сегодня отдыхай, завтра соберёшь чемоданы. Я прикажу купить билет.
   Сказав это, глава общины ушёл. Схаас пожал плечами.
   - Да ладно тебе, Айна, всё будет хорошо. Отдохнёшь, вернёшься потом, с новыми силами, свежая. Не переживай. Ты же сюда, насколько мне известно, и ехать не хотела.
   - Так то ж тогда было, - всхлипнула Айна. - А сейчас я не хочу уезжать! Не хочу! Я привыкла уже, что тут интересно, что тут...
   На этом месте девушка запнулась, передёрнула губами и всё-таки разревелась. Целитель страдальчески вздохнул и приобнял тарху, пытаясь успокоить. По стенам пробежали узоры изморози, в воздухе бушевала метель.
   - Айна, - умоляюще попросил Схаас. - Перестань. Прекрати истерику. Мне уже холодно даже. Ты же так комнату заморозишь.
   Тарха вытерла слёзы, глубоко вдохнула. Выдохнула. С усилием убрала снег.
   - Вот, так лучше, - тихо сказал целитель. - А сейчас...
   - Молчи, - тускло произнесла Айна.
   - Но...
   - Молчи! - вскрикнула девушка. - И уйди. Я хочу побыть одна.
   - Ладно-ладно... - тарх примирительно замахал руками и ушёл прочь, оставив Айну в одиночестве.
  
   6 августа, 19:12.
   21й день 1 фазы.
  
   - Знаешь, Дир, это уже просто возмутительно, - Власий долил в рюмки коньяк. - Сегодня меня известили, что собирается Совет.
   - Когда? - спросил демон, когтем разрезая яблоко.
   - Дир,- поморщился тарх. - Ну сколько можно? Сколько раз говорил: бери нож, режь, как положено. У тебя хоть под ногтями грязь не скопилась? Руки мыл?
   - Мыл, - отмахнулся Дирамант. - Огонь хорошо дезинфицирует. Так когда?
   - Четырнадцатого, - угрюмо ответил Власий. - Как только луна спадать соберётся.
   - А когда там у нас полнолуние, - Дирамант пригляделся к перекидному календарю, стоящему на столе. - Ага... тринадцатого... Так что, с двенадцатого опять забой?
   - Именно, - Власий протянул стопку другу. - Возьми.
   - Ну что ж, - произнёс демон. - За наше дело, будь оно неладно.
   - Угумс... - одним глотком опустошив рюмку, Власий закусил яблоком и продолжил: - И что самое обидное, я не знаю даже, что им и говорить.
   - Говори, что знаешь, - пожал плечами Дирамант. - Или поручи Варнару речь составить, он это умеет делать.
   - Варнар же болеет.
   - Плохо. - Дирамант осмотрелся. - Тогда найди, кто ещё может подобное сделать. И не болеет.
   - Полегче задачи не нашлось? - скептически спросил тарх. - Если бы всё так легко было, я бы мозг не сушил.
   - Тогда не знаю. Давай ещё выпьем.
   - Давай.
  
   6 августа, 23:27.
   21й день 1 фазы.
  
   Егор не спал. Но и не сидел в социальных сетях или играл. Он нервно мерил шагами комнату, бормоча себе под нос какой-то бессвязный бред.
   В голове был абсолютный бардак. После встречи за круглым столом Егор до сих пор был в растерянности. Полная дезориентация в жизни и пространстве. Мысли мешались между собой. Соседствовали теорема Пифагора и цена на огурцы, образ Иры Полянской и качели во дворе.
   Исповеди друзей пугали и радовали одновременно. С одной стороны, это же ужасно, то, что с ними происходит, абсолютно ненормально. А с другой - хорошо, что он не один такой да и может быть, что способности окажутся полезны.
   Занавеска мелко колыхалась под легкими касаниями ветра. Пока ещё тёплого и летнего, но ведь скоро осень. Мерно тикали часы. Гудел системный блок компьютера. Слабо мерцал монитор, ушедший уже в режим ожидания. Единственным источником света в комнате была настольная лампа.
   По стенам дрожали тени. Одна из них была особо беспокойна. Тень художника, ходящего по комнате.
   Егор резко остановился. Замер. И кинулся к столу. Извлёк из ящика лист бумаги и карандаш. И начал рисовать.
   Рисовал долго. Руки дрожали и не слушались, но Меловой продолжал. Карандаш скользил над шероховатой бумагой, оставляя за собой тёмный след.
   Закончив, Егор обессилено откинулся на спинку стула. Прикрыл глаза, мерно выдохнул, попытался вновь открыть глаза.
   Но получилось плохо. Егору казалось, будто в веки ему зашили свинцовые шарики, которые не давали ему открыть глаз.
   Голова упала набок, а Меловой канул в беспокойный сон.
   А на столе остался сиротливо лежать рисунок. С листа смотрели люди. Много людей. А знающий скажет, что это были тархи. Члены Совета. Они сидели за сдвинутыми столами, которые образовали собой круг. Шли переговоры. А посреди круга стоял Власий. Но Егор не знал, что это был именно он. Тарх виновато склонил голову, исподлобья глядя на остальных. А те буравили старика, будто мечтали сделать в его плоти сквозные дыры.
  
   7 августа, 9:38.
   22й день 1 фазы.
  
   Варнар играл на синтезаторе песню, которую сочинил в бреду. Баллада, посвящённая Айне. Некоторые моменты тарху не особо нравились, и он раз за разом старался улучшить песню, что-то меняя, что-то убирая или добавляя.
   Он уже почти выздоровел. Гарнаг вроде бы тоже, но друзья решили насладиться покоем и незапланированным отпуском.
   Тарх не заметил, когда успела войти Айна. Она стояла, прислонившись и дверному косяку и слушала. Слушала, не дыша. На лице проступали слёзы. Глаза её и так были заплаканные, а тарха всё никак не могла успокоиться.
   Сегодня Айна пришла проститься. Завтра она уедет и вернётся лишь в ноябре. Девушке было очень горько и стыдно. Казалось, что она убегает от проблем и чувств.
   Варнар ещё раз сыграл мелодию от начала до конца.
   - Ну, - пробормотал он, - уже на что-то похоже...
   - Красиво играешь, - тихо сказала Айна, отрываясь от косяка и подходя к тарху сзади.
   - Ы... - Варнар подпрыгнул на месте и чуть не свалился с табуретки.
   Айна положила ему на плечи руки.
   - Ты правда хорошо играешь, - сказала она. - Меня аж на слезу пробило.
   - Да? - смутился Варнар.
   - Да, - вздохнула Айна. - Я к вам попрощаться приехала. Власий отправляет меня до ноября домой. Я не хотела, но меня мало спрашивали.
   - Бывает, - тарх схватил девушку за руки и прогнулся назад, чтобы видеть её лицо. Айна дёрнулась, но взяла себя под контроль. - А когда уедешь?
   - Завтра.
   - Плохо... - пробормотал Варнар.
   - Ага, - подхватила Айна. - Как бы я хотела остаться.
   Голова её бессильно упала на плечо Варнара. Тот лишь опасливо обхватил руки девушки ещё крепче.
   - И... Варнар, извини меня за тот вечер... - выдохнула Айна. - Я вела себя, как... Как последняя дура, истеричная и ненормальная...
   - Это ты меня извини, - проговорил Варнар. - Я тоже хорош был. Я тогда был похож на ревнивого козла... Простишь?
   - А ты?
   - Я - да, но боюсь, что ты не захочешь...
   - Если ты не будешь держать зла, - сказала Айна, - то и мне нет смысла дуться...
   В комнату вошёл Гарнаг. Бледный и уставший, но уже вполне выздоровевший.
   - Привет, Айна, - тускло произнёс он. Айна резко выпрямилась, а Варнар встал с табуретки, чуть отойдя от девушки.
   - Привет, - выпалила тарха.
   - Вы тут помирились уже? - зевнул техник.
   - Что-то вроде того, - развел руками Варнар. - Как-то так...
   - Это хорошо. - Гарнаг дошёл до кресла и с размаху упал в него. - Значит, теперь в доме будут оладьи и нормальный человеческий суп.
   - Не будет, - бросил Варнар.
   - А почему это? - удивился Гарнаг. - Вы помирились с некоторыми условиями? Айна, его можешь не кормить, но я-то кушать люблю, меня пожалей...
   - Я уезжаю, - сказала Айна.
   - Вот так фокус! - брови техника поползли вверх и затерялись под волосами. - Это что ещё за финт ушами? Неужели с нами так плохо? Ты к Варии жить переедешь?
   - Гарнаг, ты разницу между "уезжаешь" и "переезжаешь" различить можешь? - вкрадчиво спросила Айна.
   - Да, а что?
   - Я до ноября в S буду находиться.
   Гарнаг поперхнулся.
   - Вы издеваетесь? - спросил он. - Это из-за Варнара?
   - Нет, - отрезала Айна. - Из-за меня.
   Гарнаг опустил глаза.
   - Плохо, - произнёс он.
  
   7 августа, 14:01.
   22й день 1 фазы.
  
   Когда меня уже не станет
   И жизней множество пройдёт,
   Слова эти сквозь мглу воспрянут,
   Моё возмездие грядёт.
  
   Петля к петле. И пусть для них,
   Потомков недруга коварных,
   Проклятие веков былых
   Петлю к петле протянет.
  
   Два мира - наш и их -
   Сплетутся во косу тугую,
   И вспомнится ещё мой стих
   В минуту страшную лихую.
  
   Я сплёл проклятие своё.
   А строки станут лишь печатью.
   Петля к петле. Только одно
   Спасенье от небесной рати.
  
   Знай, зло таится в мелочах,
   Мешай всем замыслам хорошим.
   Из-за ошибки серый прах
   Главу дурную припорошит.
  
   Петля к петле. Я всё сказал.
   Петля к петле. Ты всё узнал.
  
   Власий ещё раз перечитал текст. За время, прошедшее с начала действия проклятия, стихи Ассанина наизусть знало почти пол-отдела.
   - Тебе не надоело? - спросил Дирамант, привычно сидящий на диване в углу.
   - Знаешь, Дир, - медленно произнёс Власий. - Вот что за тарх был Ассанин. Он всегда заклинания сопровождал стихами. Они делали всё надёжнее, изящнее. Стихоплёт несчастный. И мне кажется, что половину строк даже после детального анализа сложно разгадать правильно. Всё так завуалировано... и мне кажется, что вот-вот до меня дойдёт очередное прозрение.
   Дирамант хмыкнул.
   - А не смешно, - покачал головой тарх. - Фраза "я всё сказал, ты всё узнал" намекает на то, что все исходные данные у нас уже есть, но мы не видим чего-то очевидного. И меня это раздражает, как бревно в глазу. Честно. Я бы подумал крепче, схватил бы ниточку, но тут это собрание Совета... В общем, у меня в голове каша, суржик наикошмарнейший.
  
   7 августа, 16:11.
   22й день 1 фазы.
  
   Артур сидел на полу и методично рвал в клочья тетрадные листы. Каждый новый кусочек бумаги не успевал коснуться пола. Бумага горела в воздухе, пепелинками опускаясь на ковёр.
   Что за дурное настроение напало на Артура, он не знал. Ему хотелось лишь рвать и жечь, жечь и рвать. Или убить кого-нибудь. Но уголовный кодекс ещё никто не отменял, поэтому можно было только рвать и жечь. Жечь и рвать.
   После того, что произошло за круглым столом, Артуру хотелось сделать вид, что с друзьями он незнаком. Ему было стыдно за все их выкрутасы. С Аней он на следующий же день поскандалил, причём поскандалил серьёзно. Какое уж тут снятие одежды посредством пожара...
   Зазвонил телефон.
   - Да, - произнёс Артур.
   - Артур, - Володя. - Ты сейчас очень занят?
   - Ну... - с мученическим выражением лица Артур осмотрел горку пепла, оставшуюся от бумаги. - Не очень. А что?
   - Будь добр, через полчаса будь готов выйти из дому. Мне нужно с тобой побеседовать.
   - А по телефону совсем никак? - скептически спросил Артур.
   - Нет. Совсем. Жди, я скоро позвоню.
   - А куда идём?
   - Неважно. Просто будь готов.
   Володя бросил трубку, и Артур отложил телефон. От движения пепел разлетелся в разные стороны. Ругнувшись, Артур отправился за пылесосом.
  
   7 августа, 16:57.
   22й день 1 фазы.
  
   Хант сидел на лавочке под подъездом Артура. Над головой шумела липа, старая и развесистая. Жара начинала потихоньку спадать, поэтому сидеть было вполне приятно. Рядом умостился Хватур. Это был тарх-огневик, который должен был стать учителем Свиридова. Правда, тот факт, что он выглядел едва старше, чем потенциальный ученик, самого Хватура смущало. Огневик был среднего роста, по-юношески угловат, на голове копна сизоватых волос, желтые глаза, острые нос и подбородок.
   - Он там скоро уже? - Хватур недовольно покосился на часы. Голос у него был скрипучий и негромкий.
   - Скоро-скоро, - пробурчал Хант. - Не переживай.
   Через некоторое время из подъезда буквально вылетел Артур.
   - Здорово, Володь... Эм...
   - Толик, - представился Хватур.
   - Приятно познакомиться, Артур... - растерялся Свиридов.
   - Вот и чудненько, - улыбнулся Хант. - Я вызвал тебя, Артур, чтобы поговорить. А говорить будем все вместе. Тебя это касается очень-очень...
   - Короче, Склифосовский, - оборвал Артур.
   - Ну, короче так короче, - пожал плечами тарх. - Мне как, тебе всё в лоб говорить, или морально подготовить?
   - Володя, - прорычал Свиридов. Край рубашки Ханта загорелся. Тот ругнулся и потушил его щелчком пальцев. Артур же остался стоять в ступоре. Раньше ТАКОГО не было. Лишь бумага и свечки, максимум, мангал.
   - Вот об этом и побеседуем, - спокойно сказал Хватур. - Где тут ближайший скверик?
   - Там, - указал Артур, всё ещё не отошедший от шока.
   - Возьми, - Хватур вытянул из пустого кармана бутылку минералки. Да, фокус дешёвый и глупый, но производит впечатление на неподготовленного зрителя. Артур взял бутылку и припал к ней, шумно глотая воду. Утолив жажду, Свиридов протянул бутылку обратно. И тарх спрятал её обратно в карман. Артур готов был поклясться, что туда бы и бумажник еле поместился бы, не то, что литровая бутылка.
   До сквера шли молча. Артур шёл и пытался переварить увиденное, а Хант и Хватур незаметно для парня наблюдали за ним.
   "А молодец" - одобрительно сказал Хватур. - "Другой бы на его месте давно уже бы в обмороке валялся бы."
   "Ты современную молодёжь плохо знаешь", - ответил Хант. - "Он, конечно, не слабонервный, но есть представители человечества и похладнокровнее".
   "Очень смешно. Но ведь реально, идёт, думает усиленно, но пока глупости даже не делает."
   "А какие, по-твоему, глупости он должен делать?" - съязвил Хант. - "Заламывать руки и причитать на весь район?"
   "Ну, не знаю. Но не так же".
   "Всё правильно он делает. Ты, главное, покажи сейчас, что с нами важно сотрудничать".
   "Без проблем"
   "Посмотрим"
   Сели на лавочку в глубине сквера.
   - Ну что, орёл, уже шарики на место, сиречь за ролики, дошли? - улыбнувшись, спросил огневик. Артур покосился на Хватура мутным взглядом.
   - Издеваешься?
   - Я? Нет, - и честное выражение лица.
   Хватур зыркнул на упавший лист. Он покрутился на ветру, выплясывая у ног молодых людей. И лист охватило пламя. Оно лизало изгибы, но лист не горел. Его подняло в воздух и принесло к носу Артура. Он с изумлением покосился на лист, зависший перед лицом, точно какое-то знамение.
   - Хочешь так же делать? - спросил Хватур. Лист упал, огонь исчез. Следов пламя не оставило. Будто и не было его. Проследив за взглядом Артура, тарх торопливо сказал: - Нет, не переживай, это не галлюцинации, огонь был, причём настоящий. Если не веришь, я что-то другое подожгу. Не бойся, не подстроено.
   - А-бал-деть как весело, - проворчал Свиридов. - Точно издеваешься.
   - Да не издеваюсь я! - воскликнул Хватур. - Так учиться будешь?
   - Соглашайся, - подсказал Хант.
   - В чём загвоздка?
   - Чего?
   - В чём загвоздка, говорю, - терпеливо повторил Артур. - Где подвох? Что, после смерти душу заберешь? Или кровушки моей литр-другой одолжишь без возврата?
   - Нет, душу продавать не надо, - хмыкнул Хватур. - И кровь мне нафиг не нужна. Ты где это взял вообще?
   - В Караганде.
   - А что? - пожал плечами огневик. - Хороший город. Что не так?
   - Ладно, - вздохнул Артур. - Давайте заканчивать этот фарс. Я согласен. Где кровью расписываться?
   - Что-то ты, орёл, на крови зациклился, - сказал Хватур. - Реально, чего это тебя так?
   - Что - так?
   - На крови повернуло, - пояснил тарх. - Откуда ты это взял?
   - Так с нечистой силой договор заключаю, - сказал Артур. - А что не так?
   - Полный сюр, - невежливо заржал Хант. - Дожили... Артур, мы это, того, немного не нечистая сила... Ахаха...
   - Ну так? - обиделся Артур.
   - Подписывать ничего не надо, - помахал руками Хватур. - И так разберёмся. К тебе, орёл, я завтра приду.
  
   8 августа, 10:31.
   23й день 1 фазы.
  
   Айна стояла на перроне и едва не плакала. Рядом стояли Варнар и Гарнаг, выражения лиц которых были похожи на те, что полагаются работникам похоронного бюро, но никак не молодым здоровым тархам.
   Когда поезд прибыл, Айна всхлипнула и направилась к чемодану. Гарнаг попеременно посмотрел на Айну и Варнара, после чего хмыкнул и понёс чемодан в вагон. Варнар глубоко вздохнул и сказал:
   - Айна...
   - Что?
   - Постарайся вернуться поскорее. И ещё - помнишь, когда ты пришла, я играл на пианино песню?
   - Да, - сказала Айна, не понимая, к чему это он ведет.
   - Так вот, знай: это песня, написанная для тебя. Я слова ещё не написал, но они тоже будут. И пожалуйста, будь счастлива...
   Айна не нашлась, что сказать. Лишь расплакалась. Варнар прижал девушку к себе, поглаживая по голове, чтобы утешить. Поезд дёрнулся. Айна вскрикнула и побежала в вагон.
  
   8 августа, 10:41.
   23й день 1 фазы.
  
   Айна провожала взглядом удаляющиеся дома и постройки L. В голове всё звучали прощальные слова Варнара. Как это глупо. Как же она невовремя спасается бегством. Было грустно.
   Песня, написанная для тебя.
   Тарха помнила мотив. Слова Варнар обещал подобрать потом. Айна лишь вздыхала, вспоминая, как тарх выглядел, когда играл.
   "Пианист, мать его", - растерянно подумала Айна, отвернувшись от окна. Поезд уже выехал за пределы города.
   В купе копошились попутчики. Женщина лет пятидесяти, с накрашенными кислотно-розовой помадой губами, наведенными бровями и собранными в пучок иссиня-чёрными волосами. Молодой человек, по виду студент. Хилый и сутулый, на лице то ли следы оспы, то ли едва сошедших прыщей. Сухонький дедок с весёлым хохолком седых волос на макушке и в огромных очках-аквариумах. По виду - профессор.
   - Здравствуйте, - сказал после продолжительной паузы дедок.
   Все поздоровались в ответ.
   - Яков Петрович, - представился дедок. - Учёный-геолог, профессор S-кого университета.
   - Алёна, - вежливо сказала Айна.
   - Аркадий, - представился студент.
   - Нина Петровна, - сказала женщина.
   - Девушка, - обратился к тархе через некоторое время профессор, - у вас нижняя полка?
   - Да, - ответила Айна.
   - Не могли бы вы со мной поменяться? Просто я испытываю некоторые трудности, спина болит...
   - Разумеется, - кивнула Айна. - Не переживайте. Здоровье - это важно.
  
   8 августа, 18:01.
   23й день 1 фазы.
  
   - Ратмир, а как их менять? - Ингвар скептически смотрел на люстру.
   - А я что, электрик? - возмутился универсал. - Не знаю я. Ту вытянуть, а эту вкрутить, наверное...
   - А к потолку левитировать будем? - рыжий покрутил в руках лампочку.
   - Давай, лучше, принеси стул, - сказал Ратмир. - Так вернее. Не то, чтобы я против магии, но на бытовом уровне так будет правильнее...
   Ингвар принёс деревянную табуретку. Шатаясь, залез на неё.
   - А что дальше?
   - Выкручивай, - твёрдо сказал Ратмир.
   Ингвар зашевелился, и табуретка закачалась.
   - А нормальной и надёжной табуретки не нашёл? - спросил Ратмир.
   - Лучше бы табуретку придержал бы, критик демонов! - пробурчал Ингвар. - Я тут сейчас падать буду, а ты злорадствуешь.
   - Не злорад...
   Вспышка. Молния ударила Ингвару прямо в лоб. Тарх свалился с верхотуры и приземлился прямо на Ратмира.
   - Что это было? - изумлённо спросил Ингвар, поднимаясь.
   - Локтем... в живот... Ингвар, ты изверг... - простонал Ратмир.
   - А я не знал, - саркастически покачал головой менталист. - Так ты можешь объяснить, что это было?
   - Нет. - Ратмир отряхнул одежду. - Давай лучше я. За дело берется специалист широкого профиля.
   - А в твой этот широкий профиль входит и вкручивание лампочек? Так чего это ты сразу не полез?
   - Смотри, как надо... - сказал Ратмир, залезая на табурет. Когда он получил такую же молнию, что и менталист, пыл тарха остыл.
   - Вот видишь! - сказал Ингвар. - Специалист широкого профиля демонов. Тьфу! Даже лампочку поменять не можешь.
   - Но ведь и ты тоже не умеешь, - возразил Ратмир, потирая ушибленный лоб. - А вот скажи, как это так получилось, что ты столько лет тут живёшь, но не умеешь менять лампочки? Кто же это делал?
   - Кто-кто, - передразнил универсала Ингвар. - Шерран. Пока он жив был, мы с ним были закадычными друзьями. Да и техник он превосходный. Был.
   - Это тот самый?
   - Да, - кивнул менталист. - Жаль, воевать не любил. А то, что ему не нравилось, у него не получалось. Кхаторши как-то побоку было, хочет он драться, нет. Хотя, с собой на тот свет он захватил двадцать четыре кхаторши. Как смог - непонятно.
   - Наслышан, - сказал Ратмир. - Знаешь, у вас в L тут весело как-то. Вся кутерьма вокруг вас вращается. В R никогда ничего подобного не происходит.
   - Видимо, место такое, - пожал плечами Ингвар. - Мы привыкли.
   - Быть в центре событий?
   - И это тоже. Ладно, давай ещё разок попробуем её вкрутить. - Ингвар протянул технику лампочку.
   - Издеваешься?
   - Нет. Просто не хочу падать с табуретки снова.
   - Н-да... - произнёс Ратмир, поднимаясь вверх. - Экстремалы-любители меняют лампочки... Картина под кисть величайших художников...
  
   9 августа, 14:27.
   24й день 1 фазы.
  
   - Ну что могу сказать, орёл, - Хватур потушил пламя, плясавшее на траве. - Всё гораздо лучше, чем ожидалось, но всё же хуже могло быть. Я доволен.
   - А долго учиться вообще надо? - спросил Артур.
   - Ну, - пожал плечами огневик. - Это как получится. Тут и способности, и ситуация, да и везение влияют. Не меньше десяти лет.
   - На кой я тогда учусь, - злобно выдохнул Артур, присаживаясь на траву. Он прикрыл голову руками. - Пока закончу, уже и помирать пора будет...
   - Да ну? - улыбнулся Хватур. - Неужели ты так туп, что придётся несколько сотен лет потратить?
   - Что? - Свиридов поднял голову.
   - Что слышал, - сказал огневик. - Ты проживёшь не одну сотню лет. Поэтому заткнись и паши, чтобы не потратить их на обучение азам. Есть много разного и интересного, что нужно изведать. А ты боишься, что топчешься на месте. Всё, давай ещё раз подожги вооон то дерево...
  
   10 августа, 10:47.
   25й день 1 фазы.
  
   - Знаешь, у меня всё хорошо. - Оля оправила подол юбки на коленях и продолжила. - У мамы... Ну, она всё время на работе пропадает. Недавно её посреди ночи вызвонили, так она бегом собираться, убежала. Начальник, видимо, точно ненормальный. Раз сам не спит, так и никому не даёт. У бабы Шуры... Живёт помаленьку.
   Черногора прищурилась. На могилке она заметила какую-то травинку.
   - Гм... Зарос ты, пап. Всегда бриться забывал... - девушка выдернула травинку и отбросила прочь. - Жаль, что ты тогда ушёл... Мне тебя не хватает. Так... не плакать...
   В горле встал ком.
   - Не плакать... - просипела Оля, доставая мятый носовой платок. - Извини, пап... Похоже, я всё же истеричка...
   - Почему же истеричка? - мягко спросили сзади. Оля вздрогнула от неожиданности. Приятный баритон, лёгкая хрипотца. Красивый голос. - Все мы люди, в крайнем случае, нелюди, но человеческое нам не чуждо.
   Олю обдало жаром. Это кто ещё? Неужели очередной псих, которых много ходит по кладбищам?
   - Не поворачивайся, - настойчиво сказал молодой человек. - Я не псих и не маньяк, а в неподходящее время хожу по погосту потому, что ищу тебя.
   Очень смешно. Нашёл, с чем шутить. Ольга дёрнулась, чтобы повернуться, но на плечи властно легли холодные руки.
   - Ну и чего это? - с укором сказал незнакомец. - Я же попросил не поворачиваться. А ты меня и слушать не захотела. Неужели так страшно разговаривать с человеком, не видя его лица? А телефон?
   - Так то ж телефон... - промяукала Черногора и съёжилась. Неужели это она сказала? Да ещё и так, как никогда не говорила? У неё же голос уже далеко не детский. Бред...
   Руки бережно погладили по плечам. По спине табуном пробежали мурашки. Какая же у него ледяная кожа...
   - Что, руки холодные? - каким-то левым чувством Ольга поняла, что молодой человек улыбнулся. Да и не мог он не улыбнуться! - У тебя скоро такие же будут...
   В голове пронеслись мириады образов. Вампир? Весело. Ой как весело... Всё, больше никакой фэнтези на ночь...
   - Да не вампир, что ты нервничаешь, - хрипло рассмеялся собеседник. - Нельзя быть настолько ограниченной во взглядах. Холодная кожа не только у вампиров, но и... - молодой человек замялся. - Ладно, что я тебя пугаю? Извини, занесло на поворотах...
   - Прям как мою подругу, - неожиданно выпалила Оля.
   - Вполне логично, - руки танцевали по плечам, словно по клавишам пианино. От ключиц к лопаткам и обратно. Мурашки уже устроили на спине соревнования по тарантелле. - Но я же не в дверной косяк вписался...
   Что?! Он что, следил?!!
   - Оп-с, извини, опять не туда, - правая рука переместилась выше и теперь легко поглаживала шею. - Ах, да... Я, кажется, забыл представиться.
   - И показаться, - недовольно пробурчала Ольга. - Гюльчатай, чтоб тебя...
   - Пациент хамит и ругается - значит, идёт на поправку, - заключил незнакомец. - Думаю, тебе уже не так стрёмно, раз так говоришь.
   - Я говорю, что думаю, - Черногора повела плечом, избавляясь от чужой руки. Но она тут же вернулась и сжала плечо крепче. Оля дернулась и зашипела. Теперь сжимали плечи обе руки. Хватка всё усиливалась. - Эй, больно! Я сейчас кричать буду!
   - Нас всё равно никто не услышит, - бесцветным голосом произнёс собеседник. Руки сжали плечи ещё сильнее. Что-то хрустнуло. Девушка ойкнула. Хватка резко ослабла. Теперь руки как прежде лишь нежно поглаживали плечи. - Меня зовут Иллан. Или, если на людях, Илья.
   Оля попыталась пошевелить рукой. И взвыла. В плечо будто раскалённый прут впился и теперь пульсировал в такт её дыханию. Холодная рука провела по щеке. Иллан обошел вокруг лавки, показавшись Ольге. Ростом выше среднего, гибкий и мускулистый, с заострёнными чертами лица, зелеными глазами и гладкими волосами цвета воронова крыла. Он не шагал, а плавно перетекал из одного места в другое. Движения завораживали. Одет он был в идеально выглаженные тёмные брюки и жатую чёрную рубашку. Пара верхних пуговиц была расстёгнута, ветерок развивал ворот и подол. Рукава были короткими, и Оля рассмотрела жилистые руки. Кисти были ухоженными, а пальцы - тонкими и изящными. И сейчас эти руки тянулись к Олиному плечу.
   - Не трожь! - зашипела Черногора, отстраняясь. Плечи передёрнуло от волны боли. Оля скривилась и плотно сжала губы. На глаза выступили жгучие слёзы.
   - Успокойся же ты! - процедил Иллан. - Я тебе помогу. У тебя тут переломы, а ты от помощи отказываешься...
   Голос обволакивал, ввергая в дрожь. Ольга сидела и плакала, передёргиваясь и всхлипывая. Холодные пальцы скользили по плечам, разливая тепло. Боль уходила. Ольга не понимала, что происходит. Почему-то возникло доверие к Илье, необъяснимое, иррациональное. Но искреннее.
   Пришла в себя Оля, находясь в морозных объятиях. Иллан прижал девушку к себе и убаюкивал, негромко напевая какую-то мелодичную и красивую песню. Время от времени молодой человек забывал слова и просто мычал мотив. Что пел Иллан, Оля разобрать не могла. Ни слова, все они были чужие и непонятные. Но такие красивые и располагающие к себе.
   Когда песня закончилась, Иллан что-то спросил.
   - Что?
   - Завтра я к тебе зайду, учиться будешь, говорю.
   - Чего? - удивилась Ольга.
   - Не чего, а чему, - проговорил Иллан. - Некромантии. Таланты надо развивать. Чего непонятного?
   - Уммы...
   - Именно.
   Оля не запомнила, что было дальше. Очнулась лишь дома, сидя на кухне. Что это было?
  
   10 августа, 13:21.
   25й день 1 фазы.
  
   - Ну, что могу сказать, - Варнар почесал затылок. - По-моему, ты идиот. И позер. Причем плохой организатор.
   - Знаю, - вздохнул Иллан. - Прокололся, причём жутко.
   - А зачем тебе надо было разыгрывать всё это безобразие? - спросил стратег. - Все эти сцены, таинственные образы и остальная мишура? Нельзя было просто и по-человечески появиться?
   - Ну, - пожал плечами Иллан. - Так не интересно. Да и кто меня в этом попрекает? Организатор посиделок за круглым столом. О чём ты говоришь, если сам так действуешь?
   - Ладно-ладно, - взмахнул рукой Варнар. - Каюсь, грешен, извиняюсь. Теперь доволен?
   - Всё, шутки в сторону, - резко посерьёзнел некромант. - Я отчитался?
   - Типа того, - кивнул Варнар.
   - Тогда я пошёл.
   - Иди.
  
   11 августа, 0:43.
   26й день 1 фазы.
  
   Мирвин зевнул и поставил чайник. Ночь только началась для тарха-техника, а в миру программиста. Взъерошил короткий ёжик белёсых волос.
   Умывшись, залил в большую чашку кипяток и высыпал туда растворимого кофе. Поискал по холодильнику что-нибудь съедобное. Нашлись пакет кефира, огрызок от палки докторской колбасы и пиво.
   Соорудив себе бутерброд, Мирвин взял кофе и понёс к компьютеру. Проверив почту, тарх отнёс пустую чашку из-под кофе и прихватил с собой пиво.
   - Мирвин.
   Тарх вздрогнул, едва не уронив жестяную банку.
   - Мирвин.
   - В чём дело? - недовольно спросил программист. - По-моему, я ничего в последнее время такого не делал. Так, по мелочи. Что не так?
   - Ты нам нужен.
   - А сами справиться не можете уже, - проворчал Мирвин, поворачиваясь к собеседнику. - Что написать надо?
   - Не надо. - Гарнаг стоял, прислонившись к косяку, и нагло ухмылялся.
   - А в чём дело тогда?
   - Учителем будешь.
   - Что?! - Мирвин подскочил вверх к потолку. - Издеваешься?
   - Ничуть, - Гарнаг подошёл к компьютерному столу. - Совсем не издеваюсь. Просто нам нужен учитель.
   - А при чём тут я? - спросил Мирвин. - У вас что, совсем с кадрами плохо? Или вы не знаете мой образ жизни? Какой из меня к демоновой бабушке учитель? Я даже за собой уследить не могу!
   - Просто ученик особенный, - проронил Гарнаг, лукаво улыбаясь. Он знал, что теперь уже программист заинтересуется.
   - Что за ученик? - деловито спросил Мирвин.
   - Проклятый, работает с электричеством, - абсолютно без интонации сказал Гарнаг. - Но одно уточнение, будет работать... Если ты возьмёшь его к себе.
   - Проклятый? - поморщился Мирвин. - Точно издеваетесь. Никто брать не захотел, так порченый товар мне скинуть пытаетесь.
   - Ну, начнём с того, что товар не порченый. - Гарнаг посмотрел на грязный потолок. - А брать никому, кроме тебя никто его не предлагал.
   - А с каких это пор проклятые перестали быть порченым товаром? - спросил программист. - Почему вы его сразу не запечатали, чтобы неприятности не приносил? Вы же так всегда делали?
   - Особый случай.
   - Тем более, - сказал Мирвин. - Зачем вы себе голову морочите? И мне тоже, кстати говоря.
   - Потому что, - Гарнаг прищурился. - Ассанина помнишь?
   - Ммм... - задумался Мирвин. - Допустим.
   - Так это те самые.
   Мирвин притих, поднимая из недр памяти давно забытую информацию.
   - Тот самый... Гм... Действительно особый случай, - сказал он после долгой паузы. - Но ведь тогда получается, что вы подкидываете большую свинью. Он же будет абсолютно непредсказуемый.
   - Ну да, - согласился Гарнаг. - А ты всегда отличался нестандартным мышлением.
   - Очень смешно.
   - А я на серьёзе говорю, - заявил Гарнаг. - Тем более, вы с ним похожий образ жизни ведёте, общий язык найдёте.
   - А оно мне надо? - тихо сказал Мирвин, глядя в одну точку. - Живу спокойно, никого не трогаю...
   - Да пора уже, по-ра! - сказал Гарнаг. - Пора заводить ученика. Ты вон какой умный, так передай свои умения другому. Младшему поколению тархов.
   - Тьфу на тебя! - воскликнул Мирвин. - Этого мне ещё не хватало!
   - Короче, - Гарнаг вытянул из кармана мятый тетрадный лист в клеточку. - Вот координаты, желаю удачи. Свяжешься с ребятами, они тебе все его повадки расскажут. Всё, бывай.
   И исчез. Мирвин кратко ругнулся и принялся читать бумагу.
  
   11 августа, 16:31.
   26й день 1 фазы.
  
   - Завтра? - спросил Дирамант.
   - Завтра, - кивнул Власий. - Все ребята предупреждены. Ждём чего угодно.
   - Плохо.
   - Знаю. Но, - Власий налил коньяк. - Так надо. И у меня уже такое ощущение, будто я уже боюсь больше за Совет, чем за то, что может произойти с ребятами.
   - Дожили, - проворчал демон. - Довели тебя, изверги, ты уже путаешь божий дар с яичницей.
   - Да, дожили. - Власий развёл руками. - Но Совет - это далеко не яичница, а проклятие не может быть божьим даром. Я теперь жду, пока всё это безобразие закончится. Тогда можно будет переложить всё на Варнара, а самому - на выслугу.
   - Ты что? - изумился демон. - Да рано же тебе всё это! Совсем сдурел?
   - Я устал, - вздохнул глава общины. - Я очень устал. Понимаешь, я так хочу отдохнуть... Но это именно сейчас просто невозможно...
   - Знаешь, - заявил Дирамант. - Закончится сумасшедший дом - пойдёшь в отпуск, а не на выслугу. Да, дела все ученику, но через годик - вернись.
   - Чего это? - прищурился Власий.
   - Да ты уже через пару недель взвоешь со скуки! - Дирамант постучал себе по голове. - Ты уже седой, но такой глупый! Ты уже привык жить так, через хвост, и на пенсию ты выйти так, как нормальные люди, уже не сможешь!
   - Ты думаешь?
   - Я знаю.
   - Тогда давай за это выпьем.
  
   Отступление 7
  
   Веирхо снял перчатки.
   - На твоём месте я бы сдался сразу или телепортировался в укрытие куда подальше, - сказал он. - Скажи, а с какого перепугу они на тебя напали?
   - Опыты, - скривился Шрокер, заряжая похожий на ракету артефакт вином. - Я ж алхимик, вроде бы нормальная категория. Не то что ты, экпериментатор с некросом. Но что им не понравилось, так это моя любовь к чистым материям.
   - Чистым материям? - удивился Веирхо.
   - Да, чистым материям. Счастье в пробирке, любовь, ненависть... - хозяин башни выглянул в окно. Там уже готовились к штурму многочисленные войска тархов-общинников. - Недавно заключил в пробирку похоть. Они как узнали, пришли с ультиматумом - или сворачивай деятельность, или развалим тебе башню. Бездна, что за житьё!
   - Что там?
   - Сейчас лупить будут, - вздохнул Шрокер. - Ладно, уходи давай, штурм вот-вот начнётся. Я ученика отправил куда подальше в укрытие. Прислугу тоже. Мы тут одни. Мы, да и может быть тараканы с крысами в подвале.
   Алхимик нервно рассмеялся. Громыхнуло. Стены содрогнулись.
   - О, первая ласточка, - заметил Шрокер. - Всё, иди, и прощай. Я тут до смерти биться буду. Один. Уходи.
   - Прощай, - бросил Веирхо, телепортируясь. Похоже, после его ухода разгорится основная бойня.
  
   Глава 8
  
   Вступление 8
  
   - Совет... Каким же событием это каждый раз становится в жизни Тонкого плана, - Веирхо серебряной ложечкой размешивал кофе. - И каждый раз все пляшут под дудочку бюрократа Гремори. И каждый раз они дают себя дурачить.
   - Почему же? - удивился Кайден. - Мы с учителем тоже туда ездили. Ничего такого я не заметил.
   - Плохо смотрел значит, - проворчал Веирхо. - Тебя тоже представляли обществу уже зрелых тархов и рассказывали о тебе, как о собаке на выставке. `А мой вот умеет то-то, а ещё он умничка и тапочки по утрам в зубах приносит' - картинно пропищал тарх. - И все такие белые и пушистые, прям сил нет. Тьфу!
   - Что ж вам так не нравится Совет?
   - Сборище лицемерных баранов, - отрезал Веирхо и отпил кофе. - Ммм, сахару маловато, маловато. Где уже сахарница?
   Кайден осмотрелся. Искомый предмет оказался у него за локтем.
   - У-у-у, жадина, - хрипло рассмеялся Веирхо. - Хомяк. Всё к себе за пазуху тянешь.
   - Я, по крайней мере, полкило сахару за раз в чашку не кидаю, - набычился Кайден. - И заварку в три раза на пачку не расходую.
   - Не нравится - вали на все четыре стороны, - великодушно разрешил Веирхо. - Дневники у меня останутся. Бери свои манатки и гуляй.
   - Понял, - вздохнул Кайден. - Никакой свободы слова. Сплошное ущемление болтливого языка. Уже и поязвить не дают.
   - А ты на что надеялся? Я тут хозяин, но не ты.
   - Всё-всё, я всё понял.
   - Вот и молчи, - заявил Веирхо, пригубив кофе. - Я сегодня добрый.
  
   12 августа, 18:37.
   27й день 1 фазы.
  
   - Сегодня я остаюсь ночевать у тебя.
   Карина споткнулась о камешек, подло притаившийся на пыльной дороге.
   - Что?
   - Сегодня я остаюсь ночевать у тебя, - спокойно повторила Хайти.
   - А в честь чего? - поинтересовалась Карина.
   - Сегодня полнолуние, - загадочно ответила кицунэ.
   - И что?
   - То, - заявила женщина. - В прошлый раз ты просто болела. Что будет сейчас - понятия не имею. Поэтому я должна эти три дня находиться с тобой рядом, чтобы, случись чего, я могла тебе вовремя помочь.
   - Неужели со мной может случиться действительно что-то страшное? - усмехнулась девушка.
   - Не знаю. Произойти может что угодно. Поэтому моё решение не оспаривается, - обрубила кицунэ. - Помнишь наш уговор в самом начале? Так что молчи.
   Карина понурила голову и покорно пошла за лисицей.
   - Сама потом благодарна в случае чего будешь, - пробурчала Хайти.
   - Что?
   - Ничего-ничего.
  
   12 августа, 21:17.
   27й день 1 фазы.
  
   - Поможешь же?
   Варнар пожал плечами.
   - Как знаешь. Только одежду скинуть не забудь.
   Переворот прошёл относительно гладко. Ярик даже почти не кричал.
   - Я приду к тебе перед рассветом, - бросил в темноту Варнар. - На это же место. Смотри аккуратно, не натвори мне тут делов. Да и дождь собирается.
   Луна нахально щерилась из-за тёмных грозовых туч, застлавших полнеба. Вздохнув, тарх направился прочь из посадки.
   А волк, слегка размяв лапы, быстрым бегом направился в чащу, упиваясь возможностями этой ночи.
  
   13 августа, 2:42.
   28й день 1 фазы.
  
   - Совсем никак? - удивился Власий.
   Варнар кивнул.
   - И все так?
   Ещё один кивок.
   - Неужели...
   - Я спать, - заявил Варнар. - Делать там нечего.
   - Погоди, - сказал Власий. - Ты можешь со мной на Совет съездить?
   - Почему бы и нет, - стратег приподнял брови. - Похоже, что я теперь свободен. Поэтому плохо не будет.
   И с усилием испарился, оставив недоумённого учителя в одиночестве.
  
  
   13 августа, 5:51.
   28й день 1 фазы.
  
   Карина и Хайти стояли на балконе и смотрели на серое небо, из которого время от времени срывались тяжёлые одиночные капли дождя, который обещал стать летним ливнем - тёплым, продолжительным, с громом и молниями.
   Лисица думала о чём-то своём, в тишине, нарушаемой лишь звуками снаружи, размышляла и Карина. Спать они не ложились. Карина представила Вере Ивановне кицунэ как свою подругу Катю. Хайти приняла облик девушки-одногодки Карины. Было интересно наблюдать, как с хитрого женского лица стремительно уходят годы и оно молодеет на глазах.
   Мама обрадовалась, что Карина дружит с хорошими девочками вроде Кати. Хайти мигом обаяла Веру Ивановну и заставила себя любить. В разговоре со счастливой матерью лисица показала свои знания в медицине, мифологии, философии и жизни вообще. Восторгу Веры Ивановны края не было. А сама Карина сидела и думала, когда же это закончится.
   Полночи две лисицы разговаривали. Хайти рассказывала, как живут кицунэ, что они могут и чему Карине предстоит научиться. Рассказала она и легенды, связанные с рыжими плутовками. И не рыжими тоже.
   Как выяснилось, большая часть сведений, которые Карина почерпнула из Интернета, оказались ошибочными. Да, там была доля правды, но люди настолько любят добавлять подробности собственного сочинения, когда им нечего сказать, что легенды оставалось воспринимать лишь как сказки.
   После этого разговора исчезла та дистанция, что раньше разделяла лису и её ученицу. Больше не было робости и заслона этикета - впрочем, никогда Хайти не соблюдаемого - и общение сразу стало приятным. Карина не стеснялась спрашивать у лисицы всё, что только взбредало в голову. Хайти не сердилась, а наоборот понукала девушку говорить ещё. Она не только отвечала, но и подкрепляла рассказ историями из жизни, своей или других кицунэ.
   Каждая рассказала о себе. А Карина поняла, что теперь может довериться этой лукавой женщине. Она непроизвольно выдала себя подноготную. Хайти внимательно выслушивала и давала дельные советы. Карина получила в эту ночь гораздо больше информации, чем от матери за всю сознательную жизнь. Хотя, Вера Ивановна искренне считала, что Карина с мальчиками не общается, и даже ни разу не целовалась. А Хайти было наплевать с высокой башни на все условности и правила приличия. Она говорила, потому что не хотела, чтобы Карина наступала на те же грабли, что и она сама. По мнению Хайти, в мире существует множество возможностей обломаться и сесть в лужу. Поэтому нужно выбирать разнообразие и грабли поинтереснее.
   - Слышишь, - произнесла Хайти хрипло после долгого молчания. - Скоро эти капли станут колотить чаще и безжалостнее. Они умоют эту землю.
   Карина прислушалась. Дождь набирал обороты. Капли звонко стучали по крыше, вода текла, прочерчивая сизые дорожки по серому утреннему миру.
   - А ведь скоро осень, - вздохнула Хайти, глядя на местами уже желтеющий клён. Некоторые листья падали вниз, на мокрый асфальт, влекомые дождём. - Видишь эти листья?
   - Да, - прошептала Карина, лихорадочно размышляя, к чему это было сказано.
   - Ещё вчера они радовались жизни, - бесцветно произнесла лисица. - А теперь им - лежать и валяться, под ногами у простых смертных. Прохожих. И они тоже о чём-то мечтают. Но помни - ничто не вечно. Сейчас твоя юность и твой хвост кажутся чем-то особым. И думаешь, что впереди ещё вагон времени.
   Хайти отвернулась от оконной рамы.
   - Ничто не вечно. Не забывай про это. А теперь идём спать.
   И ушла. Карина вздохнула и последовала за ней.
  
   14 августа, 9:04.
   29й день 1 фазы.
  
   - Всё хорошо? - спросил Власий, рассматривая себя в зеркале. Иссиня-черный фрак старику шёл, равно как и белоснежная рубашка с бережно накрахмаленным воротником-стоечкой.
   - Запонки? - спросил Варнар.
   Власий глянул на рукава.
   - Не забыл, - улыбнулся он.
   Варнар осмотрел обувь. Всё идеально накремлено. Пусть за окном дождь зарядил ещё со вчерашнего утра. Им не придётся идти ногами.
   - У тебя, вроде бы, тоже всё хорошо, - прищурился Власий, рассматривая ученика.
   Варнар был одет в чёрный деловой костюм и при стального цвета галстуке, волосы были безупречно причёсаны и уложены. Пижон, однозначно пижон. Тарх ещё раз сдул незримые пылинки с рукавов пиджака и зыркнул в зеркало.
   - Точно, хорош - пробормотал Власий.
   - Так что, готовить телепорт?
   - Ага, - кивнул Власий. - В Теневой город. Ориентиры помнишь?
   - Ммм... - задумался Варнар. - Вроде бы. Тот же дворец?
   - Угу.
   - Хорошо. Минуточку...
   И тархи исчезли из прихожей квартиры Власия, спеша на собрание Совета.
  
   14 августа, 9:41.
   29й день 1 фазы.
  
   В холле было многолюдно. Варнар спокойно шёл за спиной учителя. Власий здоровался с главами общин и обменивался с ними короткими репликами вежливости.
   Пока Власий беседовал, Варнар рассматривал убранство помещения. Что ж, помпезно, очень помпезно. Множество колонн из розового мрамора, несколько фонтанчиков, всюду кадки с пальмами и фикусами. На потолке мириады хрустальных люстр, сияющих так ярко, что иногда просто слепило глаза, особенно если посмотришь на зеркала, коих было здесь в изобилии. Красные обои ручной работы с щедро распределенной позолотой, гобелены. Панели из морёного дуба. Кожаные кресла, низкие деревянные столики.
   - Варнар, - шепнул Власий, не поворачиваясь.
   - Да?
   - Сейчас я тебя представлять буду. Сделай лицо поблагонадёжнее.
   - Хорошо.
   Власий повёл ученика в сторону уголка, где кругом стояли несколько пожилых и солидных тархов.
   - О, Власий L-ский, - сказал один из них, стоящий к Варнару и Власию спиной. Он был невелик ростом, одет в тёмно-зелёный камзол, подчёркивающий худощавую фигуру, с густой и кудрявой, но абсолютно седой шевелюрой.
   - Привет, Василиск, - улыбнулся Власий. - Давно не виделись. Здравствуйте, господа.
   Василиск подвинулся, давая место Власию. Варнар отметил, что он поморщился, услышав подобное обращение. Первым, что обнаружил Варнар, так это повязка на глазах. Когда-то учитель рассказывал ему, что этот тарх от рождения был слеп. В пять лет он прозрел, и впервые проявились его способности. Взгляд Василиска убивал, за что парень уже тогда получил такое прозвище. И глаза его спрятали за плотной чёрной повязкой, чтобы никто не пострадал от смертоносного таланта тарха. Хотя, он видел в своей повязке гораздо лучше, чем обычный смертный со стопроцентным зрением своими глазами. В молодости они с Власием были хорошими приятелями.
   - Влась, сколько раз просил, не называй меня этим прозвищем, - попросил Василиск. - Ну или хотя бы на людях. У меня ведь имя есть, понимаешь? Я Алоиз, понимаешь? А-ло-из, чего непонятно?
   - Ладно-ладно, - примирительно сказал Власий. - Как хочешь, пусть будет по-твоему. Но ничего, что ты известен широким кругами именно под этим именем?
   - Я не выбирал себе дар. Жил бы спокойно, не морочил голову, - Алоиз бережно поправил свою повязку. У Варнара по спине пробежались мурашки. - О, а это, видимо, твой ученик?
   - Да, - кивнул Власий. - Это Варнар, мой ученик. Умён, замечательный тактик, стратег и с бумагами хорошо работает. Большой резерв, недурно оперирует стихиями. Превосходная память, покладистый характер. В общем, мой преемник.
   Молодому тарху казалось, что это какая-то выставка собак, где хозяин усердно расхваливает борзого кобелька, мечтая про звание обладателя идеального пса. От этой мысли Варнару стало противно. Но эту процедуру надо пережить, пусть сейчас плохо, зато представлен серьёзным людям, с которыми в будущем предстоит сотрудничать.
   - Интересно, - кивнул пожилой мужчина, стоящий напротив. Варнар мельком отметил, что он похож на шарпея или французского бульдога, такой же морщинистый и толстый. Ему бы похудеть немного не помешало бы. Звали его, насколько знал Варнар, Фотьян. Это глава W-ской общины.
   - А в деле? - спросил Власия тарх, чем-то напомнивший Варнару костяную трость, которую мужчина держал в руках.
   - Очень исполнительный, - вмешался в разговор Финстер, известный стратегу ещё по А.
   - Молодец, Власий, молодец, - кивал Тревор, глава U-ской общины. - Хорошего ученика воспитал.
   Тархи закивали.
   - Ну что, готовы? - улыбнулся Манвелян, глава С-ской общины.
   - Вполне, - пожал плечами Власий.
   Манвелян покосился на наручные часы.
   - Через пару минут начнём. Пора идти в зал.
   "Побудь в соседнем зале с другими учениками. Заводи новые знакомства." - передал ученику Власий, уходя к высокой резной двери.
  
   14 августа, 10:12.
   29й день 1 фазы.
  
   Варнар сидел на кожаном диване, степенно потягивая из бокала фиалковое вино. Руки от многочисленных приветствий болели, но это не мешало удерживать бокал. Напиток умели готовить только таркфы, истинные мастера своего дела. Но из чего они это самое вино делали, мало кто знал. Фиалковое вино очень ценили из-за его редкости и вредного характера таркфов. Тархи даже иногда боялись, что получится так же, как с пиктами и вересковым мёдом. Вдруг выйдет так, что таркфов всех перебьют и уникальная технология будет потеряна. Тот факт, что учеников(!) глав общин поили одним из самых дорогих вин тонкого плана, Варнара немало удивил.
   Рядом с Варнаром сидели молодые тархи - ученики глав общин. Биологический возраст их был различным - от четырнадцати до тридцати с лишним. Были и парни, и девушки. Да и внешность среди тархов была далеко не одинаковая. Но ведь она и не была важна.
   Варнар познакомился со всеми, кто находился рядом. С частью он мог в будущем без особых проблем сотрудничать. Уже сейчас у них возникли дружеские отношения. А вот с некоторыми, вполне возможно, что придётся и соперничать.
   Беседы шли неторопливые, спокойные. Между диванами с абсолютно невозмутимыми лицами сновали кальфетоны, которые на этом мероприятии выступали в роли официантов, швейцаров и другого персонала. Они разливали вина и подавали закуски.
   Рядом с Варнаром сидел мальчик, который выглядел младше всех в этом зале. Невысокий, худой, он выглядел очень хрупким существом. Но из-под растрёпанной чёрной чёлки зияли осмысленные и горящие жгуче-карие глаза. Звали его Эрхан. Он был учеником Фотьяна, который как был известен как жёсткий воспитатель. Когда официант наливал ему вина, на мальчика было просто жаль смотреть. Он сидел то бледный, то пунцовый, не зная, как поступить. Вскоре Варнар не выдержал и спросил:
   - Учитель запретил тебе пить?
   - Он ничего не говорил, - вздохнул Эрхан. Голос у него был тихий и высокий, временами уходящий петушком в писк и скрип.
   - А что же не так? - поинтересовался тогда Варнар.
   - Не уверен, что он разрешил бы...
   - Может его протрезвить потом? - предложила светловолосая кудрявая тарха, сидящая по левую руку от Эрхана. - Думаю, что тогда проблем у него не будет?
   - Издеваешься? - спросил Варнар. - Ты на себе это заклинание испытывала?
   - Нет, - захлопала пушистыми ресницами блондинка. - А что?
   - А то, - ответил стратег. - Это отвратительная вещь, особенно когда тебя насильно отрезвляют. Поверь, это не вариант.
   Глаза Эрхана округлились.
   - А что же тогда? - спросил он тихо.
   - Чувствую себя идиотом, - пробормотал Варнар, испаряя из бокала весь алкоголь. Над вином закурился сизый дымок, через мгновение исчезнувший. - Какое же это кощунство...
   У присутствующих тархов округлились глаза.
   - Что? - недовольно спросил Варнар. - И овцы целы, и волки сыты. Учитесь искать компромиссы.
  
   14 августа, 11:01.
   29й день 1 фазы.
  
   "Сборище баранов, - думал Власий. - Просто сборище баранов"
   Заседание длилось уже час, а все эти главы общин надоели хуже занозы в пятой точке. И кто придумал всё это?
   Правду говоря, Власий знал. И надеялся, что ему по жизни икается. Это был Гремори, верховный тарх. Вышло так, что он - один из первых, того древнего поколения, что сделали магию не просто чем-то, нарушающим устои и бередящим испуганные человеческие умы, а настоящим искусством, доступным лишь избранным.
   В коренном поколении было двадцать существ. Они были теми, кто назвал себя тархами впервые. Они смогли обуздать собственные способности и укрыть их от простых смертных, создав общество тонкого плана. Им принадлежат основы.
   Так сложилось, что изначальные не могут ни постареть, ни умереть. Если рядовой тарх теоретически может умереть, то тарх первого поколения воскреснет. Эти существа не просто живучи. Они порой могут даже попирать все законы природы, неподвластные никому другому.
   Из двадцати изначальных лишь один тесно контактирует с современным обществом тонкого плана. И это - Гремори. Он сейчас сидит во главе громадного мраморного стола и с лёгким прищуром слушает отчёты. Чем дольше Гремори живёт, тем сильнее портится у него характер и тем больше от этого страдают подчиненные. Выглядит изначальный как молодой парень, бледнокожий блондин с янтарными глазами, которые иногда горят пугающими искрами. Худощавый, с идеальной осанкой, лёгкой походкой. Это сейчас его тело. В прошлом своём воплощении он вообще был алеутом. Но - сабле не откажешь, и когда тебе выпускают кишки, приходится и умереть. Чтобы потом найти себе другое тело и продолжить портить жизнь окружающим.
   Другие изначальные предпочитали отшельничество. Кроме, разве что Учителя, который вместе с Учеником мотался по всему миру, пытаясь донести до воспитанника вселенскую премудрость.
   И вышло так, что именно Гремори, любитель бюрократии и всяческих бумажек, решил возглавлять тонкий план. И теперь все главы общин вынуждены были потакать выжившему из ума изначальному.
   Главной целью Власия сейчас было не заснуть и не пропустить своей очереди. То, что говорили сейчас главы общин, тарх слушал в пол-уха.
   Через некоторое время объявили перерыв, и Власий с облегчением направился в коридор, надеясь проскользнуть так, чтобы никто не остановил по пути поговорить.
   - Власий! - окликнул тарха Алоиз Василиск.
   - Да, - тарха передёрнуло. Не успел убежать.
   - Можно тебя на минутку?
   - Ну давай, - Власий пожал плечами. - Раз уж задержал, побеседуем по дороге.
   - Вот и славненько! - Василиск широко улыбнулся.
   - Угу, - кивнул Власий.
   - Власий, друг мой, - Алоиз увлёк тарха за собой в сторону банкетного зала. - Тут у меня к тебе дело одно... Я понимаю, что вам сейчас не до того... Но ты не мог бы взять к себе под крыло одного раздолбая?
  
   14 августа, 11:27.
   29й день 1 фазы.
  
   Варнар прошёл по коридору, ища уборную. Тарха уже начала раздражать вся эта тяга к гигантизму. Глаза его устали всё это созерцать. Высокий потолок, множество ниш в каменной стене, пушистые ковровые дорожки всюду, где только пройти можно. А где нельзя - кадка с какой-нибудь чахлой пальмой. Или фонтан. Или статуи в человеческий рост. А то и пустые рыцарские доспехи.
   Ученик Власия шел и молча проклинал всю эту помпезность, когда услышал слабый стон. Завернув за угол в нишу, Варнар остолбенел от удивления. Через несколько мгновений он грязно выругался и подошёл ближе.
   В нише лежал человек. В полутьме сложно было различить черты лица, но Варнар хорошо увидел, что человек этот ранен. Нож под рёбра, удар по голове. И, как показалось стратегу, окровавленная шея.
   - Ой-ёй, погодите только, я сейчас что-нибудь придумаю, - бормотал Варнар. Он зажёг светлячок. И тут до тарха дошло, что это был Гремори. С ужасом Варнар принялся залечивать раны. Но ничего не вышло.
   - Оставь, - с трудом прошептал раненый. - Лезвие... ядом натёрто... ищи... мальчика...
   - Но...
   - Не трать силы... - улыбнулся Гремори. На губах пузырилась кровь. Я ещё воплощусь...
   Голова откинулась набок, и Гремори умолк. От тела отошло желтоватое полупрозрачное марево и взлетело вверх.
   - Твою ж мать, - пробормотал Варнар, вытерев окровавленные руки о брюки. - Что за полоса невезения...
   Из-за угла вышли несколько тархов.
   - Что здесь происходит? - спросил один из них.
   - Тут верховного убили... - Варнар нервно облизал высохшие губы. - Он не успел сказать, кто, прежде чем умер.
  
   14 августа, 15:41.
   29й день 1 фазы.
  
   Ругаясь и обречённо переставляя ноги в жидкой грязи, Игорь Варивода шёл по пустырю. Резкие порывы ветра выбивали из руки зонт, понукая Игоря злобно догонять мокрую конструкцию, в которой поломалась половина спиц.
   Попеременно над головой тёмное небо озаряло вспышками кривых молний. После следовали оглушительные раскаты грома, заставляющие вздрагивать. Травы хаотическими волнами ложились под ноги. Игорь пытался разглядеть среди буйства природы тропинку, по которой собирался пройти. Ноги разъезжались и тонули в грязи, временами Варивода падал, и, матерясь, поднимался.
   В одной руке парень держал зонт, а в другой - порванные сандалии. Обувь не выдержала бездорожья с потоками грязной воды и расклеилась. За спиной в насквозь промокшем рюкзаке лежали не более сухие кеды с ношеными носками и пластиковая папка с документами.
   Что за бумаги - Игорю было откровенно наплевать. Он должен был просто довезти папку сестре матери, которая жила на другом конце города. Вряд ли Игорь вообще куда-либо поехал бы по такой погоде, но выяснилось, что упавшее дерево повредило провода и теперь некоторое время Интернет не будет работать.
   Тётка была не намного старше самого Игоря, разницей были всего лишь девять лет. Звали её Антонина. Но девушка предпочитала, чтобы её называли Тося. Игорь замечательно с ней ладил, иногда приходил ночевать, когда осознавал, что явись он посреди ночи домой, не сносить ему головы. Тося никогда не ругалась по этому поводу, а относилась с пониманием и прикрывала племянника.
   Будучи поздним ребёнком, Тося ни в чём не знала отказа. Мама Игоря обычно по этому поводу морщилась и говорила, что сестра её - перекати-поле. Вечная путешественница. В силу своей профессии, а работала она журналисткой в туристическом журнале, Тося вечно колесила по свету. Дом её был заставлен различными сувенирами и диковинками. Так как квартира часто пустовала, Игорь ездил туда поливать цветы, вытирать пыль и выполнять остальную работу по наведению условного порядка.
   Порой Игорь даже протирал тряпочкой мотоцикл, стоящий в коридоре. Обычно все чертыхались и врезались в железного коня, но нигде, кроме коридора, Тося держать любимца не желала.
   Сверкнуло, и в тот же момент Игоря оглушило раскатом грома. Ругнувшись, Варивода побрёл дальше. Между пальцами ног чавкала грязь.
   Через несколько шагов Игорь ощутил удар по голове. Мир стал белым и померк. Картинка упала набок.
  
   14 августа, 16:14.
   29й день 1 фазы.
  
   - Повторяю ещё раз, - терпеливо сказал Варнар. - Я не убивал Гремори. Я шёл по коридору и услышал стон. Подошёл ближе и увидел раненого человека. Я попытался залечить ему раны, но орудие убийства было отравлено. Вы, насколько мне известно, нашли кинжал неподалёку. Перед смертью он попросил искать мальчика.
   - Какого? - тускло спросил Таветаль, заместитель Гремори в сфере полиции и порядка тонкого плана. Этот тарх был скучным мужчиной средних лет с короткой мышасто-серой шевелюрой. Он чем-то напоминал Варнару мультяшного героя пса-сыщика Друппи. Такой же нудный и невозмутимый.
   - А я откуда знаю? - пожал плечами Варнар. - Он не успел сказать. Возродится - сообщит наверняка.
   - Ты издеваешься? - Таветаль изогнул бровь, которая по густоте своей могла вполне поспорить с Брежневской. - Это же лет двадцать как минимум ждать, а то и пятьдесят. Или ты думаешь, что мы всё это время спокойно продержим тебя под арестом?
   - Что ты треплешь нам нервы? - проворчал Власий, до того сидевший в уголке. - Лучше бы ментальника позвал, сразу бы понял, что невиновен он.
   - Но! - Таветаль поднял устремлённый к потолку указательный палец. - Так действовать просто неспортивно. Смертные и без магии разума справляются.
   - У нас времени нет на спортивный интерес, - вмешался Варнар. - Позовите менталиста, а то я уже чувствую себя Попкой на ветке.
   - Ничего, потерпишь.
   Варнар уже дал себе слово больше никогда не вести допросы грубо. И почти даже устыдился того, как он тогда разговаривал с Эцони. Тарх уныло вздохнул и изрёк:
   - Вот скажи, что я должен сделать, чтобы ты отвязался от меня?
   - Сказать правду, - пожал плечами Таветаль.
   - А я, по-твоему, врал всё это время? - не выдержал стратег. - Я бы всё понял, если бы лгал тебе. Но за просто так получать - неправильно и неинтересно. Или, как ты выражаешься, неспортивно.
   Тут уже рассердился следователь.
   - Ну ладно, - ровно произнёс он. - Позовите менталиста.
  
   14 августа, 16:21.
   29й день 1 фазы.
  
   - Эй! Парень! Ты живой хоть? Проснись, парень, не смей подыхать!
   Игорь почувствовал, что его бьют по щекам мокрыми ладонями. Да и вообще всё вокруг какое-то холодное и мокрое...
   Варивода поморщился.
   - Ф-фух... Морщишься, значит жив...
   Игорь открыл глаза. Над ним навис купол лилового зонтика. Рядом сидел молодой человек лет двадцати семи в белой майке-алкоголичке, очках-программистах и драных серых джинсах. Он был мокр и грязен, зонтик колотил его спицами по коротко стриженой макушке.
   - Где это я? - удивлённо спросил Игорь, рассматривая нового человека.
   - Посреди пустыря в грязи валяешься, - ответил молодой человек.
   - А ты кто?
   - Мирвин.
   - А я Игорь.
   - Приятно познакомиться. Вставать будешь? - деловито спросил Мирвин.
   - Наверное, - попытался пожать плечами Игорь. Кости заломило. - Ох, что это со мной было?
   - Тебя молния шандарахнула, - доверительно сказал Мирвин. - Прямо в маковку.
   - И я выжил?
   - А то, - улыбнулся тарх. - И теперь ты сможешь сделать так.
   Мирвин приподнял свой лиловый зонт, моментально улетевший в сторону, и развёл руки. Между пальцами проскользила, отчаянно искрясь, маленькая шаровая молния. У Игоря глаза на лоб полезли. Следующим его удивило то, что всё ещё бушевала гроза и лил дождь.
   - А... - открыл он рот, но осёкся. - Я же должен был документы отнести... Который час вообще?
   Мирвин догнал зонт и вернулся к Игорю. Пожал плечами и полез в карман за мобильным телефоном.
   - Почти половина пятого.
   - Ох... Блин... - Игорь порывался встать, но ещё сильнее осел в луже.
   - Игорь! - с дальнего конца пустыря бежала, борясь с собственным зонтиком, Тося.
   - Я набрал её с твоего телефона, - пояснил Мирвин, отвечая на взгляд, полный удивления.
   К этому времени тётушка подбежала ближе.
   - Игорь! - чуть ли не плача проговорила она. - Извини, пожалуйста извини, знала бы, сама приехала...
   - Тось, - при помощи Мирвина Игорь поднялся с земли. - Прекращай комедию ломать тут, вот не надо, а? Видишь, я живой, всё хорошо. А если чаем меня напоишь, то может быть такое, что даже не простужусь. Пойдём домой?
   - Хорошо, - всхлипнула Тося. - Митя, Вы тоже идите с нами. Не должна же доброта оставаться без оплаты добротой...
  
   14 августа, 17:11.
   29й день 1 фазы.
  
   Какой-то менталист, шатаясь, отошёл от Варнара. Сам стратег тоже был будто пьяный, да и голова раскалывалась. Ох уж эти вмешательства в разум! Варнар не любил их не потому, что вредный, а потому, что тарху не нравился дискомфорт. А кому понравится, когда в голове лазит кто-то чужой и противный, просматривая неприятные моменты жизни? Да и Ингвар в этом плане всегда был специалистом получше.
   - Топорный исследователь, - проворчал Варнар, массируя виски.
   - Он невиновен, - объявил менталист, найдя опору в спинке кресла. - Сильный, зараза...
   - Наконец дошло, - скривился Варнар, падая на диван.
   - Ну что, - спросил Власий у Таветаля. - Убедились?
   - Угу, - кивнул следователь. - Тогда будем думать, что дальше делать. Вы пока посидите, а я - работать...
  
   14 августа, 17:34.
   29й день 1 фазы.
  
   - А что там вообще произошло? - спросила какая-то темноволосая тарха. Варнар не помнил, как её звали. Да и не до того было.
   - Кто-то заколол Гремори кинжалом, - ответил тарх.
   - А кто? - спросил парень пятнадцати биологических лет с пронзительно-зелеными глазами.
   - Не знаю. Хотели на меня повесить, но это не я.
   - Даже так?
   - Даже так. - Варнар провёл рукой по волосам. - И сидеть нам в Теневом городе до тих пор, пока не найдут виновного. А его найдут.
   Варнар говорил нарочно медленно и наблюдал за реакцией остальных. А реакция большинства была ровно никакой. Лишь покраснел блеклый детина, сидящий скраю, да побледнел Эрхан. Но Варнар рассудил, что паренёк лишь испугался всего того, что произошло на собрании Совета. Стратег понимал, что на Гремори напал один из них. Но вот только кто?
   Варнар стал напряжённо думать. Удар детины, конечно, убил бы сразу. Но ведь Гремори сказал, прежде чем испустить дух, что искать нужно мальчика! А детина на роль мальчика ну никак не подходит...
   Ищите женщину - старый лозунг. Ищите мальчика - клокотало в голове у тарха. Виски всё ещё ломило после вмешательства менталиста, и мысли двигались со скрипом, что крайне раздражало молодого стратега. Вот сейчас бы партеечку в шахматы, чисто для поддержания тонуса... Но, чего нет, того нет. Поэтому нужно работать головой и при тех условиях, что имеются.
   Тарх ещё раз внимательно смерил взглядом всех учеников, что находились в холле. Они располагались на диванах, креслах и просто на пушистом ковре. Кто же из них может подойти? Была ещё девушка, худая и угловатая, со стороны казавшаяся мальчиком-подростком. Но ведь это несчастное личико совсем никак не вязалось с кинжалом и нападениями на изначального.
   "Тяжела и неказиста жизнь простого террориста..." - грустно подумал Варнар. - "Особенно террориста-смертника. Любой из них. И любой, если бы покушение не удалось, отправился к праотцам скоростным экспрессом. Плохо."
   Дали пронзительный звонок - приглашение на ужин. Собрание Совета должно было длиться два дня. Сегодня тархи переночуют в гостинице, а завтра утром придут обсуждать свои вопросы на свежую голову и с новыми силами. Не зря народная мудрость гласит, что утро вечера мудренее.
   Вообще, дворец был рассчитан на большое количество народа, но на ночёвку тархи предпочитали останавливаться в гостиницах. Теневой город вообще был богат на хороший сервис для существ Тонкого плана. Ведь это и был город, где все обладали способностями, о которых мечтали смертные, разговаривали на геалари и каждый не боялся быть собой, наплевав на конспирацию.
   Теневой город был единственным поселением, которое целиком и полностью принадлежало Тонкому плану. И тут спокойно уживались тархи и кхаторши, шикмы и кальфетоны, варайи и капусляты, таркфы и элементали, несмотря на то, что в других местах стычки представителей этих народов приобретали характер локальных войн. В Теневом городе каждый имел право на странности, которые воспринимали как должное. И в этой особой атмосфере существа Тонкого плана чувствовали раздолье.
   Что было самым примечательным, в Теневом городе практически отсутствовала преступность как таковая. Ритуальные убийства и кровную месть воспринимали индифферентно, не желая вмешиваться в свары внутри кланов или общин. Любой поступок логически обосновывался, и проблем не возникало. Не было и законов иных, кроме общих законов геалари.
  
   14 августа, 17:54.
   29й день 1 фазы.
  
   - Ой, Митя, Вы такой интересный, - рассмеялась Тося. Она, Мирвин и Игорь сидели на кухне и допивали уже по третьей чашке чая. По пути Мирвин заскочил в магазин и купил кремовых пирожных к чаю, но донести их в нормальном для лакомства виде не сумел. Пусть и трансформированные, они оставались вкусными.
   Тося первым делом выдала Игорю и Мирвину сухую одежду, кинув мокрые и грязные джинсы в стиральную машинку. Игоря одели в его же одежду, которая валялась в закутках шкафа Тоси. А с Мирвином дело обстояло гораздо сложнее. Одежда Игоря на долговязого тарха налазила плохо, и выданные сердобольной Тосей шорты и футболка смотрелись на `бедном Митеньке', как на Халке. В результате Мирвин извлёк из шкафа пушистый махровый халат, который Тося любила одевать в сорокоградусный мороз, и завернулся в него. Мохер был мало того, что цыпляче-жёлтый, так ещё и в пёстрые цветочки. Выглядел тарх комически, но был так трогателен...
   Игорь внимательно следил за гостем. Его спаситель, по совместительству весёлый парень, травивший весь вечер шутки, прерываясь лишь для того, чтобы послушать Тосю, показался Вариводе человеком, которому можно доверять. Но в душе Игорь немного побаивался. То ли за то, что Мирвин может быть и опасен со своими умениями держать в руках молнии, то ли за себя - вдруг ему только показалось всё это. В общем, Игорь пребывал в лёгкой растерянности, которую безо всякого труда заглушила тёплая беседа.
   - Там как, чай ещё есть? - спросил Мирвин, заглядывая за спину Тоси, где находилась плита.
   Тося заглянула внутрь огромного металлического чайника ещё советского производства. Он был одним из любимых предметов Тоси, можно сказать, её достояние. Девушка регулярно чистила его, чтобы выглядел более менее товарно. Двухлитровый монстр с вишенками на белом фоне всегда пугал Игоря, да и гостей тоже. А Тося... А что Тося? Ей всё равно нравился этот чайник.
   - Пусто, - растеряно произнесла тетушка. - Ещё поставить?
   - Пожалуй, - Мирвин пожал плечами.
   Игорь поднял глаза к засаленному потолку. Тося не отличалась особой хозяйственностью - зачем лишний раз лезть под потолок, если всё равно бываешь дома нечасто? Мысленно усмехнувшись, Варивода вспомнил про объёмы чайника. Похоже, Мирвин будет тут чаёвничать ещё час-полтора...
   Поставив воду греться, Тося прислушалась.
   - Машинка достирала? - задумчиво произнесла она.
   - Похоже, - согласился Игорь.
   - Тогда я пошла её выгружать. Вы тут без меня только не скучайте...
   Тося вылезла из-за стола и неловко впечаталась в дверной косяк.
   - Ой! - воскликнула она. - Ноженька моя нога!
   - Отбили любимый палец? - спросил Мирвин, слабо улыбнувшись.
   - Митенька, какой вы прозорливый! - прихрамывая, Тося заковыляла прочь из кухни.
   - Это она не всегда так, - уточнил Игорь. - Не обращай внимания.
   - Договорились, - Мирвин пожал плечами. Он вообще часто двигал только верхней частью тела. Ноги почему-то были мало задействованы, особенно во время ночных бдений за компьютером.
   Игорь посмотрел на собеседника и попытался подавить смешок.
   - В чём дело? - приподнял бровь тарх.
   - Ммм... эээ... - поперхнулся Игорь, - это... Короче, халат...
   - Понял, - кивнул Мирвин. - То, что он дурацкий, знаю. Но не в одних труселях же сидеть при людях, которых знаешь первый день?
   - Ага...
   В кухню вернулась Тося.
   - Ой, там такая вот вещь вышла... Похоже, что вещи высохнут в лучшем случае к утру, они насквозь мокрые... Да, насквозь...
   - И? - подбодрил её Мирвин.
   - Придётся сушить феном...
   В комнате зависла неловкость.
   - Как там чайник? - решил разрядить обстановку Игорь.
   - Чайник? - переспросила тётушка. - А, чайник!
   Она кинулась к плите. Белый монстр начинал клокотать - вода вот-вот закипит.
   - Скоро.
   - Это же замечательно! - развёл руками Мирвин. - Давайте устроим заварку!
   - Вы правы, - Тося взяла заварочный чайник и на весу принялась лить туда горячую воду. Рука дрогнула, и кипяток хлынул во все стороны, заливая кисти рук тётушки. Тося зашипела и выронила оба чайника.
   - Ой-ёй, - воскликнула она, отскочив в сторону. Двумя прыжками Тося добралась до раковины, после чего включила во весь напор холодную воду.
   - В чём дело? - осведомился Мирвин.
   Тося приплясывала вокруг струи воды из крана.
   - В недрах тундры выдра в гетрах тырит в вёдрах ядра кедра... ох... в недрах тундры... выдра в гетрах... тырит в вёдрах... ядра... кедра... в недрах тундры выдра в гетрах тырит в вёдрах ядра кедра!
   - Что?
   - В недрах тундры выдра в гетрах тырит в вёдрах ядра кедра! - взвыла Тося. - Это я скороговорку говорю, вместо того, чтобы орать матом! В недрах тундры выдра в гетрах тырит... ох, ......! Ядра кедра! ......, что ж так больно-то, ммм?
   - Ты ошпарилась? - удивился Игорь.
   - Нет, блин, обморозилась, - Тося закрыла кран и стала одной рукой вытирать с пола воду, схватив первую попавшуюся тряпку. Второй рукой она энергично махала, приобретая схожесть с ветряной мельницей. - Охохо... я гитарист...
   - Тося, присядьте, мы сами справимся, - встрял Мирвин. - А лучше помажьте ожог `Спасателем', а то ведь могут и волдыри появиться.
   - Охохо, спасибо, Митенька, что Вы такой добрый...
  
   14 августа, 18:27.
   29й день 1 фазы.
  
   Ира Полянская сидела в самой глубокой части лужи и размышляла о судьбах бытия. То, что сверху многотонными зарядами лупил дождь, причём ледяной, смущало амфибию мало, про подобные мелочи она и не вспоминала.
   Тонкое шифоновое платье облепило тело, волосы прикрыли чешую. Ира не знала, зачем так поступила. Просто захотелось и всё.
   Поначалу прохожие косились с умилением, удивлением, непониманием, а порой и презрением. А потом потемнело, и никто не стал обращать внимание на какую-то ненормальную, сидящую в луже.
   Полянская долгое время не двигалась. Тело нежилось в воде. Влага была всюду - что грязная лужа, что потоки дождя, ласкавшие жабры и чешую.
   И тут Ира громко рассмеялась. Безо всякой причины. Ей просто хотелось смеяться, смеяться взахлёб, потом навзрыд, а ещё позже зайтись в истерике.
   И девушка смеялась.
  
   15 августа, 8:57.
   30й день 1 фазы.
  
   Аня Филоньева проснулась на полу. Потерев ушибленный копчик, девушка поднялась на ноги. Тело ощутимо болело. Всю ночь ей снилось что-то ужасное. Эитнэ предупреждала, что зеркальщики подвержены подобным вещам, но всё равно было страшно. Когда тебя колотят всю ночь напролёт, как-то и не обрадуешься.
   Аня кинула махровую простынь, которой укрывалась, на кровать. Пошла к письменному столу. Но не успела - подкосились ноги. Оперлась о столешницу. Отдышалась.
   Ушедший сон заполнил явь резко. Будто Филоньева упала в вязкий омут.
   ...Лесная поляна, вокруг нависли крючковатые ветви деревьев. Смеркается, и лес становится всё более зловещим. Аня стоит и не знает, куда именно она попала. Вроде бы и похоже на лес, окружающий дачи. К ней из-за куста абсолютно бесшумно подошла маленькая девочка. Лицо её было знакомым, но чьим? Может, это сестра кого-то из знакомых?
   - А что это ты тут делаешь? - неловко улыбнулась Аннет.
   - Тебя жду, - плотоядно улыбнулась девочка. Голос у нее оказался на удивление низкий для такого эфемерного создания.
   - А зачем?
   - Потому что надо.
   И девочка накинулась на Аннет. Девушку парализовало, и она не могла ни увернуться, ни ответить.
   - За что?! - лишь хрипела она.
   - Так надо, - отвечала девочка и продолжала бить...
   ...Аннет закашлялась. Бока болели. Доковыляв до зеркала, Аня убедилась, что по телу зацвели разнокалиберные синяки.
   - Стало быть, всё то, что происходило там, перенеслось на то, что есть тут? - пробормотала Филоньева. Оперлась на раму, чтобы передохнуть. И упала в пустоту зазеркального мира.
  
   15 августа, 10:05.
   30й день 1 фазы.
  
   Света стояла у окна с чашкой кофе и хмуро смотрела на серую улицу. Ночью дождь закончился, а теперь вышло угрюмое солнце. На небе не было ни одного облачка - под утро налетел жуткий ветер, унесший их прочь. Светило усердно палило по вчерашним лужам и сушило асфальт. Влага никуда не девается. И теперь воздух был липкий и тяжёлый. Он будто и не двигался вовсе.
   Поставив чашку, девушка приоткрыла окно шире, впуская в кухню вязкий жар и ленивый шум улицы. Но среди общего гула выделился негромкий клёкот. Будто кто-то шёл по отвесной стене.
   Света высунулась в окно.
   - Ай!
   Это был испуганный парень, намертво вцепившийся в трос, привязанный где-то сверху. Он никак не ожидал появления Светы.
   - Ну как лезется? - невозмутимо спросила девушка.
   - Х-хорошо, - пролепетал парень.
   - Вот и чудненько, - пожала плечами Златова. - И ещё один совет - воровать нехорошо. Неужели мама в детстве не говорила?
   - Г-говорила...
   - Так чего лезете тогда?
   Света с абсолютно индифферентным лицом захлопнула окно.
   - Дожили, - проворчала она, возвращаясь к своей чашке.
  
   15 августа, 10:43.
   30й день 1 фазы.
  
   Чаепитие продолжалось.
   Тося уговорила Мирвина остаться на ночь. Его отрядили на диван, а Игорь ворочался на старенькой раскладушке в комнате Тоси. Посреди ночи один из крюков отошел в сторону, и Варивода шлёпнулся на холодный пол. От грохота проснулась Тося и тут же принялась злобно рассказывать племяннику про выдру с кедровыми ядрами. Игорь стал раскладывать хлипкую конструкцию заново, но в темноте получалось как-то плохо. От раздражения парень посоветовал Тосе выучить Большой Петровский и не позориться со всякими скороговорками. На это тётушка ответила, что кто-то сейчас отправится ночевать на пустырь в лужу. Игорь ответил, что это по воле случая будет не он, а Тося, вконец озверев, отправила Игоря с раскладушкой в коридор.
   Остаток ночи Игорь провёл вобнимку с мотоциклом. Утром его разбудил шорох - мимо пытался прокрасться Мирвин. Выдав невразумительную тираду, Игорь отвернулся и продолжил спать дальше. Но сон был беспокойным - всё время армией кочующих ёжиков топали Тося и Мирвин. Куда они сновали, Варивода пояснить не мог. Но очень злился.
   И невыспавшийся парень вышел в кухню. Там сидела весёлая парочка и грела чайник.
   - Доброе утро, - улыбнулся Мирвин. Свежий и бодрый! Игорю захотелось пристрелить его из дробовика или хотя бы маузера.
   - Привет, чай будешь? - участливо спросила Тося.
   - Издеваетесь?
   - Нет, - с совершенно серьёзным лицом ответила тётушка. - Просто ты такой заспанный и несчастный...
   - Точно издеваешься, - понурил голову Игорь. - Давай хоть чаю.
   - А с шоколадкой? - спросила Тося.
   - Чёрной? - убито произнёс Варивода, поддерживая образ страдальца.
   - Разумеется, - ответила тётушка. Тося просто обожала чёрный шоколад с фундуком. А её племянник мог есть только молочный, и то без орехов. - А пироженку?
   - Неужели со вчерашнего дня остались? - `умирающий лебедь' резко ожил.
   - Нет, - покачала головой Тося. - Просто Митя уже успел сбегать в магазин, пока ты дрых поперёк дороги.
   - Ну, знаешь ли, - скорчил рожицу Игорь. - Так где там мой чай?
   Тося налила полную чашку и медленно пошла к столу, чтобы не разлить кипяток ещё и на ногу. Ей хватило и перевязанной бинтом руки.
   - Вот давай ещё и ноги ошпарь. Будешь симметричная, - проворчал Игорь, вытаскивая из целлофанового пакета пирожное.
   - Ничего, я в носках, - ответила Тося. - А ты громко шелестишь.
   - Горячие синтетические носки - шик, - ухмыльнулся Игорь. - Разве они для кожи не хуже, чем просто кипяток?
   - Да какая... охохо! Разница! - Тося всё же плеснула кипятку на ногу. - В недрах тундры выдра в гетрах... охохо! Забирай свой чай, ирод!
   - Попробуй другую скороговорку, - посоветовал Игорь. - Про Карла и Клару, например. Или про Як Циндрака и Цыпу Дрыпу Лямпомпоне.
   - Племяш, помолчал бы, - здоровой рукой Тося сняла носок. - А, ничего страшного там нет. Пляшем. - И вернула носок на место.
  
   15 августа, 11:12.
   30й день 1 фазы.
  
   - Неплохо, - заметил Иллан, разглядывая птичку. - Очень даже неплохо. И давно он помер у тебя?
   - Чуть меньше месяца, - ответила Оля.
   - Ммм, так тогда вообще прекрасно, - сказал некромант. - Выглядит, как свежий. Но я на твоём месте выпустила бы его на волю. Через некоторое время мама твоя будет возмущаться - внешний вид и запах никуда не спрячешь...
   - Ты думаешь?
   - Я не думаю, я знаю, - Иллан взял в руки Чивку. Стриж послушно замер, чувствуя силу. Лёгким взмахом руки молодой человек выкинул птицу в форточку, точно метательный снаряд. Оля скривилась.
   - Зачем же так сильно?
   - Дальше по контексту идёт фраза "Он же живой", - заметил Иллан. - Но нет, ему уже не больно. Чуть меньше месяца как не больно. Так следует ли жалеть того, кто уже ничего не чувствует?
   - Ты не прав, - сказала Оля. - По такому принципу вряд ли можно кого-либо жалеть. Он же не из камня сделан.
   - Ага, - кивнул Иллан. - Стало быть, надо и камешек жалеть? "Ой, камешек, извини, я тебя пнул, потому что ты на дороге валяешься", - заголосил некромант высоким фальцетом, картинно размахивая руками. - Перегибаешь палку.
   - А ты переигрываешь.
   - Да ну ладно?
   - Ты вообще много переигрываешь, - Оля присела за стол. - И свет из окна загораживаешь...
   - Хм...
   - Это я уже поняла после твоего явления на кладбище, - заявила Черногора.
   - Кстати о погосте, - плотоядно улыбнулся Иллан. - Ты же у нас учишься? Учишься. Я тебе сейчас теорию расскажу, а практика?
   - А что практика? - насторожилась девушка.
   - А то, что нам бы на кладбище пройтись желательно, - некромант почесал подбородок. - Но когда? Сейчас там грязи по колено, потом осень будет... Завтра... Точно, завтра!
   - Завтра? На кладбище? - прищурилась Черногора. - Как это... мило...
   - О да, - хмыкнул Иллан. - Не часто парни на погост приглашают?
   Ольга вспыхнула, точно маков цвет.
   - Идиот, - пробурчала она.
   - Не спорю, - развёл руками тарх. - Тогда завтра. Я зайду ближе к десяти.
   - Десяти? Ты думаешь, что я проснусь в десять утра?!
   - Могу и ночи, нет проблем. Так даже лучше будет, - сказал Иллан. - Я просто боялся, что тебя мама не отпустит в такое время...
   - Нет!
   - Что на этот раз? - некромант уже просто откровенно издевался.
   - Давай уже лучше к утру, - вздохнула Ольга. - Но учти, это с моей стороны это будет непосильным подвигом.
   - Неужели всё так запущенно? - лукаво спросил Иллан.
   - Не смешно! Буду ждать в половину двенадцатого.
   - А солнышко в темечко не напечёт?
   - Нет!
   - А мне - да. Я плохо переношу солнце. Поэтому максимум - одиннадцать.
   - Хорошо.
   - Эх, - покачал головой Иллан. - Не умеешь ты торговаться. Жадная, а не торгуешься. Что за человек? Эх...
   - Пошёл вон! - вспыхнула Оля.
   - Ладно-ладно, ухожу-ужоху! - `испугался' некромант. - Но кто будет теорию пояснять?
   - Пусть. - Оля оттянула руки прочь от себя и стала рассматривать свои ногти. - Поясняй.
   - А-бал-деть, - возмущённо поднял брови Иллан. - Сделала мне тут одолжение! Будто это мне учиться надо, а не ей. Я уже умею. Никакой дисциплины...
   - Не ворчи, как столетний дед.
   - А мне уже под двести. Э... А ты не быкуй, как баран на новые ворота! Крутой характер она показывает!
   - А как это баран может быковать? - рассмеялась Ольга. - Он же баран.
   - Ты же можешь, чем он хуже?
   - А я - это я, мне можно, - заявила девушка.
   У неудавшегося учителя от загибов женской логики глаза на лоб полезли:
   - А что это за правило такое, что тебе можно, а барану - нет? Демократия в стране!
   - Не смеши мои носки! - Ольга вскочила и поставила руки в боки. - Демократия предполагает равенство. А где ты тут равенство видел? Между мною и бараном? Ой, да глупости тут не говори, умоляю!
   Иллан опешил.
   - То есть ты мнишь и ставишь себя выше барана? - тихо спросил он.
   - Разумеется, - хмыкнула девушка.
   - Выше барана, значит, - это было сказано уже так, что у Черногоры по спине табуном пробежались мурашки. - И ведь уверена в этом железно.
   По спине прошлись танцующие руки. Такие же холодные, как и тогда, на кладбище. И такие же нежные.
   - Теперь на поворотах заносит уже тебя, - прошептали на ухо. Ключицы крепко сжали, а затем отпустили. Дальше руки пошли блуждать к шее. Поглаживая сонную артерию, некромант продолжил. - Думаешь, я тут шуточки шучу? Играюсь, потому что девочек люблю. Развлекаюсь с важными и страшными знаниями. И вожу тут с тобой хороводы, потому что влюбился с первого взгляда. Это уже не смешно. Ты в школе с учителями так же общаешься? Так соблюдай субординацию. Завтра в десять я приду за тобой. И упаси тебя все человеческие боги не быть готовой к выходу.
   Как только входная дверь хлопнула, Ольгу отпустило.
  
   15 августа, 11:30.
   30й день 1 фазы.
  
   - Ну что? - спросил Варнар.
   - Да вот ничего, - ответил Власий. - Ты пока сидишь в номере, а я на собрание.
   - Даже так?
   - Ага. Они подозревают всё, что движется. И сейчас идёт массовая ментальная проверка учеников. Результаты я тебе сообщу.
  
   15 августа, 13:31.
   30й день 1 фазы.
  
   - Ой, спасибо, что согласилась пройтись, - Мари икнула.
   - Что с тобой? - хихикнула Таня. - Поминают незлым тихим словом?
   - Возможно, - невозмутимо сказала Юртаева. - О!
   - В чем дело? - притормозила Таня.
   - У меня руки устали. Надо бы передохнуть. С самого рынка эти грёбаные пакеты несу! - Мари подошла к дереву и с размаху хлопнула пакеты на корни. - Дурацкие тетради, ручки и атласы! Я их и так ненавидеть весь год буду, так начинаю уже сейчас.
   - Согласна. - Стрелецкая кинула свои пакеты рядом. - Канцелярия... пф...
   - О!
   - Ну что на этот раз? - простонала Таня.
   - Травка! Цветочки! - воскликнула Мари.
   - Зачем тебе травка? И цветочки? И так руки по уши загружены.
   - Хомячку надрать надо бы, - крылатая поучительно подняла вверх указательный палец.
   - А что, она у тебя и цветочки ест?
   - Разумеется, - Мари опустилась на корточки и широким жестом принялась драть траву. - Она ещё и не такое ест.
   - Ну-ну.
   А Мари промурлыкала себе под нос песенку.
   - Летите к ней, летите к ней... ммээ... Элиза ждёт... летите к ней, одиннадцать белых... ммээ... лебедей... Правда, я немного не Элиза, да и вместо братьев хомяк... А ещё - Элиза драла крапиву, причём молча, а я - всего лишь заячий горох, причём не замолкая. А пахнет-то как хорошо!
   - Пахнет? - переспросила Стрелецкая.
   - Да, - Мари поднялась и подошла к подруге. Протянула веник из травы, усеянной розовыми цветочками. - Понюхай!
   Стрелецкая принюхалась.
   - Действительно, - закивала девушка. - Пахнет.
   - Н-да, всякую фигню нюхаем, - рассмеялась Мари. - Элиза ждёт, летите к ней, одиннадцать белых лебедей...
   - Так, прекращай тут! - сказала Таня, хватая сумки. - Нанюхадась тут и песенки поёт!
   Через сотню метров Мари изрекла:
   - Тань, прикинь, вот сейчас идут люди мимо нас. И слушают весь тот бред, что мы говорим. Про нанюхалась там... Вот что они подумали... Ой, кошмар...
   - Фу, - Таня переложила сумки в одну руку и потёрла нос. - Кто тут накурился? Воняет же неимоверно.
   - Это не я! Я только нюхала! - воскликнула Мари.
   - А я тебя и не обвиняю, - усмехнулась Татьяна. - Ты сама призналась в своих слабостях, как видишь.
   Ещё через некоторое время Таня вновь притормозила. Нахмурилась.
   - Ты тоже заметила, как вонял прошедший мужик? Он, видимо, о таком прогрессивном изобретении, как мыло, и не слышал.
   Мари задумалась.
   - Похоже на то. Так ты не нюхай. У меня для этого цветочки есть.
   - Ага, давай лучше цветочки нюхать, - Таня изобразила непередаваемую рожицу.
   - Нечего нюхать тут всяких вонючих мужиков, - проворчала Мари и рассмеялась.
   Рассмеялась и Таня.
  
   15 августа, 13:38.
   30й день 1 фазы.
  
   - Ой как весело, - вот уже битый час Аннет вышагивала по галерее и пыталась найти выход. Получалось плохо. Каждый шаг отдавал памятью о побоях, полученных во сне.
   Аня билась во все окна галереи, но тщетно. Они все были для нее непреодолимыми барьерами. Рука получала упругий отталкивающий удар, и девушка отлетала на пару метров назад.
   Вскоре Филоньева устала бродить по галерее и присела прямо на пол.
   - Заплакать что ли, - вздохнула девушка. Но заплакать не получилось. Через некоторое время сзади послышался хлопок.
   Чуть не упав, Аннет подорвалась в сторону источника звука. Одно из окон ярко светилось и переливалось, источая жар.
   - Это типа намёк сюда лезть?
   Аннет протянула руку к окну. Сопротивления не было. И девушка нырнула в открывшийся портал.
  
   15 августа, 13:39.
   30й день 1 фазы.
  
   За время самостоятельной жизни без соседа Гарнаг успел хорошенько захламить квартиру. Что скажет Варнар по прибытию, тарха мало интересовало. Пусть себе ругается, нечего было отлучаться. Хотя, техник всё же осознавал, что это было свинством. Да вот только убирать за собой не торопился.
   Когда в доме появилась Эитнэ, Гарнагу всё же стало стыдно. Тарх сидел в кресле перед телевизором и смотрел футбол, попутно поедая сухарики и рыбу, которые сопровождали пиво.
   - Извини, у меня тут маленькая проблема образовалась... - сказала она, не здороваясь. - И поэтому я к вам явилась. Варнар вместе с Власием уехал?
   - Угу, - Гарнаг вскочил с кресла.
   - Плохо, - продолжила зеркальщица. - А мне бы помощника...
   - Я не подойду? - понял намёк техник.
   - В принципе, можешь и подойти. Но мне нужен ещё один, с устойчивой психикой...
   - Менталист?
   - Можно и менталист, - задумалась Эитнэ. - Не думаю, что будут проблемы. У тебя на заметке есть менталисты?
   - Ингвар, - выдал Гарнаг после паузы. - Кстати, а что хоть произошло?
   - Моя подопечная потерялась. В зеркальных мирах. Я не могу найти её сознание, хоть пристрели.
   - А я-то тебе на кой?
   - Привязка.
   - Объяснись.
   - Там, - Эитнэ неопределённо развела руками, подбирая слова, - очень хитрая система. Вот. И один из вас будет сидеть тут, не упуская сознание другого. Тот будет сопровождать меня. А потом вы при помощи связи поможете нам вернуться.
   - Что-то я совсем ничего не понял, - вздохнул Гарнаг.
   - Ничего страшного, - заверила его тарха. - Ты в процессе всё поймёшь.
   - Звучит как угроза.
   - Ну, знаешь ли...
   - Пугающе так, - усмехнулся Гарнаг. - И оттого гораздо интереснее.
   - О, - сказала Эитнэ. - Всё с тобой понятно.
   - Вызванивать Ингвара?
   - Кинь ему СМС-ку, разберется, - пожала плечами девушка.
   - Без проблем, - Гарнаг взял в руки мобильный телефон. - Так. Му-хой ко мы-не, есть де-ло. Отправить.
   - А не грубо ли?
   - Покатит, - заверил зеркальщицу Гарнаг. - Ингвар понимает все мои брыки.
   - Ну хорошо, хозяин - барин.
   - То-то же.
   Ингвар появился через семь минут.
   - В чём дело? - спросил он. - О, привет, Эитнэ.
   - В общем, Филоньева в зазеркалье потерялась. Вот. Может, хоть с вами найти смогу. Как-то так.
   - Ага, - кивнул Ингвар. - А что должен сделать именно я?
   - Торотольца помнишь? - спросила тарха.
   - Привязка? - догадался менталист.
   - Именно, - улыбнулась девушка.
   - А я привязка или проводящий? - поинтересовался Ингвар.
   - Проводящий.
   - Понятно, - кивнул рыжий. - А он, стало быть, привязкой будет. Так?
   - Какой же ты понятливый, - всплеснула руками девушка. - С тобой приятно работать, умничка.
   - Я не умничка, а специалист, - покачал головой польщённый тарх.
   - Ой ли?
   - Ой ли. А когда?
   - Как можно скорее, - Эитнэ повернулась к Гарнагу. - Где проводить можно?
   - А какое помещение нужно? - спросил техник.
   - Чистое, - не удержалась от шпильки Эитнэ. - И относительно просторное.
   - Комната Варнара подойдёт?
   - Может и подойдёт, - пожала плечами девушка. - Я не знаю наверняка. Не могу характеризовать то, чего не видела.
   - Так идём, посмотришь, - пригласил Гарнаг.
   Комнатой зеркальщица была довольна.
   - Подойдёт, - сказала она. - Приступим?
   - Приступим, - закивали Гарнаг и Ингвар.
   - Так, Гарнаг, сядь на кровать, - распорядилась Эитнэ. - Хотя нет, встань, но встань так, чтобы падать небольно было.
   Гарнаг повиновался.
   - Так, теперь ты, Ингвар. Становись по правую руку от него, а я по левую. Стоп! Сердце слева. Значит, наоборот.
   После расстановки Ингвар спросил:
   - Нам устанавливать мост?
   - Разумеется. Гарнаг, сейчас впускаешь в разум Ингвара и не выпускаешь его оттуда, пока мы не вернёмся.
   - Договорились.
   Ингвар проделал все нужные манипуляции. Гарнаг стоял, но вот-вот мог упасть.
   - Зачем же так кардинально? - пожурила менталиста Эитнэ.
   - Мне так легче, - пояснил Ингвар.
   - Ладно, начинаем.
   Менталист и зеркальница сконцентрировались, и их силуэты растворились в затхлом воздухе. Гарнаг всхлипнул и ничком рухнул на постель.
  
   15 августа, 13:40.
   30й день 1 фазы.
  
   Аннет пробкой вылетела из зеркала.
   - А-а-а! - заверещала какая-то женщина, отскакивая от туалетного столика.
   - Чего орёшь? - зашипела Аня. - Заглохни, сирена!
   Но женщина гласу рассудка в лице Филоньевой не прислушалась, и принялась с жаром орать что-то на незнакомом Аннет языке. Молодая зеркальщица прищурилась. Судя по виду и речи аборигенки, находится она сейчас где-то в районе Латинской Америки. Может быть. А может и не быть. Любимым занятием Аннет на уроках географии было рисование, но уж никак не записывание конспекта. Да и вряд ли помогло бы. Не учат в школе быт и особенности поведения людей из разных стран.
   Да и язык Аннет ну никак не могла знать. Ей бы английский выучить, куда уж тут испанский!
   - Тс! - Аннет схватилась за голову. - Визгливая трещотка. Заглохни же ты!
   В комнату влетел мужчина. Большой, сильный и злой. Похоже, что это был муж этой крикливой бабёнки. Он топал и громко орал, размахивая кулаками. Они с женой переговаривались на своём зубодробительном языке, где почти каждое третье слово казалось Ане матерным.
   - Я опоссум, - пробормотала Аннет, зажмурившись.
  
   15 августа, 13:41.
   30й день 1 фазы.
  
   - Интересно, - Ингвар осматривался, щурясь на яркий свет зазеркального коридора.
   - А то, - подмигнула Эитнэ. - Вот с чем работаем.
   - А что теперь делать надо?
   - Просто иди рядом, - сказала зеркальщица. - Хотя нет, заглядывай во окна по левую руку от тебя. Я возьму правую сторону.
   - Договорились.
   - Как только увидишь Филоньеву, сразу же говори мне, - напомнила Эитнэ.
   - Неужели я похож на того, кто будет видеть и молчать? Втихаря владеть информацией? - обиженно спросил рыжий.
   - Нет, - ответила зеркальщица. - Просто я сама волнуюсь и боюсь прошляпить её. И я это для собственного спокойствия говорю.
   - А, тогда хорошо, - кивнул Ингвар.
   Некоторое время они шли молча, вглядываясь в окна. Видели что угодно, но не потерявшуюся девушку.
   - Скажи, - после долгой паузы сказала Эитнэ. - А у вас в отделе работы с разумом вообще нормально живётся?
   - Ну, - Ингвар не повернулся к собеседнице, продолжая щуриться в окна. - По-моему, относительно неплохо. А что?
   - Да так...
   После нескольких минут молчания Ингвар спросил:
   - Кстати, а к какому отделу относятся зеркальщики? Всё никак не мог спросить.
   - Зеркальщики? - усмехнулась Эитнэ. - Будешь смеяться - к иллюзионистам.
   - Бывает, - вздохнул менталист. - Повезло уж получить дар редкого направления.
   - Ну, знаешь ли, - пожала плечами девушка. - Зато не скучно. Стой!
   - В чем дело?
   - Кажется, я её вижу!
   Эитнэ подошла к одному из окон. Ингвар прищурился. Там действительно была Аннет, одетая лишь в короткую шёлковую ночнушку, стоявшая спиной к зеркалу. Хотя, похоже было на то, что она банально пятилась.
   - А что теперь?
   - Выдёргивать буду, - спокойно сказала зеркальщица, протягивая руку внутрь окна.
  
   15 августа, 13:42.
   30й день 1 фазы.
  
   Аня тихо бормотала себе под нос ругательства и отходила к зеркалу. Но нырнуть в коридор не получалось. Аннет билась об отражающую поверхность, как о простое стекло, причём толстое.
   Один неловкий удар - и зеркало треснуло. Аннет взвыла. Теперь уж точно не вернётся - через битое-то стекло! Что будет дальше - девушка просто не представляла. Как домой добираться?
   Когда из трещины в зеркале вылезла женская рука с длинными ногтями и схватила девушку за шкирку, Аннет тонко пискнула.
   В следующий миг Филоньева уже сидела на полу в зеркальном коридоре. Рядом стояли Элла и какой-то рыжий молодой человек, выглядевший ровесником учительницы.
   - Доброе время суток, - неловко улыбнулась Аннет.
   - Взаимно, - кивнул рыжий. - Игорь.
   - Анна.
   - Приятно познакомиться.
   - Всё? Закончили взаимные расшаркивания? - спросила Элла.
   - Наверное, - Аннет поднялась с пола.
   - Тогда кидай сигнал Гарнагу, - сказала Элла Игорю. Тот кивнул и прикрыл глаза. Через мгновение Аня упала на широкую и мягкую кровать в незнакомом помещении. Вроде бы и чисто там было, но с толку сбивали ноты, криво нарисованные на обоях. Сверху упали Элла и Игорь. На полу кто-то сидел и красочно ругался. Аннет выползла из-под завалов человеческих тел и свесила голову вниз.
   - Антон?
   Молодой человек резко замолчал и вытаращил глаза на гостью.
   - М..э... Аня?
   Следующий вопрос прозвучал одновременно.
   - А что ты здесь делаешь?
   - Гм... - замялся Антон. - Вообще-то, я тут живу.
   - Ой...
   - Вот именно. Ой.
   - На зеркало нам укажи, - прокряхтела Элла, вставая с кровати.
   - Вон, - указал рукой на стену Антон. - Подойдёт?
   - Подойдёт. - Элла взяла Аннет за руку, дёрнула на себя, поднимая девушку, и подошла к зеркалу. Шаг - и они в зеркальном коридоре.
   Элла не отпускала руки Ани и бульдозером тянула её за собой.
   - Так, где там у нас твое зеркало? - бормотала она. - О! Вот оно. Иди.
   Элла подтолкнула Аню в спину. Девушка шагнула в окно и оказалась у себя в комнате.
   - Я потом зайду, - сказало отражение Эллы из зеркала.
   - Хорошо, - понуро кивнула Аннет.
  
   15 августа, 16:14.
   30й день 1 фазы.
  
   Мари Юртаева прибиралась в комнате и попутно пела песню на всю квартиру. Под музыкальный аккомпанемент, как известно, и работать не так грустно.
   - Быть бы мне деревом на берегу реки,
   Стужею северной корни мои крепки,
   Горечью горькой листва на моих руках,
   Выпью глотком одним воду твою, река, - дурным голосом выла крылатая, маховыми перьями руки вытирая пыль с полок.
   - Река-река, далеко до моря,
   Река-река, звала за собою,
   Расскажешь, как добраться до воли?
   Ведь ты, река, звала за собою
   Меня.*
   Мари подошла к окну и вскрикнула. Вскрикнул и Валера, застуканный в небе напротив окон Юртаевой.
   - Валера! - взвизгнула Мари. - Какого хрена?
   Петрунько закашлялся.
   - Э... продолжай-продолжай! Ты хорошо поёшь...
   - Где ты потерялся? - раздалось где-то сверху.
   - Меня тут подруга застукала!
   - Гм!
   К балкону подлетел русый молодой человек в бирюзовой борцовке в тон глаз. Он внимательно осмотрел Мари и сказал:
   - Похоже, ты у нас тоже летаешь.
   - Если честно, побоялась пробовать, - Маша опустила глаза на перья. - Вдруг окажется, что всё это лишь мишура пушистая.
   - Хорошо, - кивнул летун. - Валер, ныряй сюда. Будем беседовать.
   - Беседовать? - у Юртаевой округлились глаза.
   - Ага. Меня зовут Аластер. Я на некоторое время ваш учитель... гм... полётов.
  
   *Мельница - Река
  
   15 августа, 16:34.
   30й день 1 фазы.
  
   На первом этаже гостиницы находилось небольшое кафе. Варнар сидел за столиком в уголке и читал книгу за чашечкой чая.
   - Можно к тебе подсесть?
   Варнар поднял взгляд на просившего. Эрхан.
   - Да, конечно, подсаживайся, - улыбнулся Варнар.
   - Спасибо, - мальчик поставил напротив Варнара свою чашку и пирожное. Прищурившись, Эрхан спросил: - Жюль Верн?
   - Ага, - Варнар убрал книгу в сторону. - С детства он мне нравился. А сейчас я его время от времени перечитываю.
   - А, понятно, - Эрхан взял ложечку и принялся с остервенением колотить пирожное.
   - Зачем ты так? - спросил стратег. - Всю красоту ломаешь.
   - Мне так вкуснее, - пояснил мальчик. - Я очень люблю сладкое. Иногда могу и два десятка пирожных в день слопать.
   - А по тебе не скажешь, - умилился Варнар. - Худой такой, будто не кормят тебя совсем...
   - Почему не кормят? Кормят. Просто всё не туда идёт.
   - Бывает, - сказал Варнар и вернулся к своей чашке.
   Некоторое время они молчали. Затем Эрхан, когда прикончил пирожное, спросил:
   - Скажи, Варнар, а что ты думаешь по поводу этого убийства?
   Тарх вздохнул. За целый день ему это уже надоело. Было много случайных диалогов и встреч, где эта тема фигурировала постоянно. Пока наставники ушли на собрание, ученики чесали языки и перемалывали кости всем и вся. Разговор про убийство изначального стал уже в их среде разговором о погоде.
   - Бред всё это, вот что я думаю, - сказал Варнар.
   - А кто, по-твоему, убийца? Не сам же он себе глотку перерезал.
   - Я думаю... - протянул Варнар и резко воскликнул: - Это ты!
   Эрхан побледнел. На дне чёрных глаз плыл мутный страх. Это насторожило Варнара. Ну не может же это быть он! Не мог мальчик-милашка убить Гремори! Хотя, в тихом омуте и всякое такое...
   - Ой, да ладно тебе, - рассмеялся стратег. - Я же пошутил.
   - О, понятно, - скис Эрхан. Затем он одним махом опустошил чашку и привстал. - Спасибо за компанию, я пойду.
   - Да-да, конечно, - кивнул стратег, придвигая к себе книгу. - Кстати, ты умеешь играть в шахматы?
   - Умею, - притормозил Эрхан.
   - Будет время, - подмигнул Варнар, - заскочи. Сыграем партейку-другую.
   - Хорошо, - натянуто улыбнулся мальчик. Даже Варнару было заметно, что сделал он это чисто из вежливости.
   Эрхан скрылся, а Варнар углубился в чтение. Через некоторое время тарх почувствовал какое-то смутное беспокойство. Варнар отмахнулся от этого чувства, как от назойливой мухи. В гостинице Теневого города, где концентрация существ Тонкого плана значительно превышала любую другую точку земного шара, постоянно в воздухе носились различные эманации. Так нет смысла ловить каждую - свихнёшься.
   Через некоторое время зов повторился, но уже настойчивее. А ещё через несколько минут в комнату влетел Алоиз Василиск. Расхристанный, повязка с глаз сползла набок.
   - Варнар! - вскрикнул он.
   - В чём дело?
   - Бегом за мной! - прорычал Василиск, выбегая из кафе прочь.
  
   15 августа, 16:57.
   30й день 1 фазы.
  
   - Что?!
   - И я о том же, - сказал в трубку Варнар. - Так что будь готов ко всему.
   - Ладно, я всем всё передам, - Гарнаг шумно выдохнул. - Как только будут новости, не забудь мне перезвонить.
   - Хорошо. Всё, до связи.
   Варнар повернулся к компании тархов, ставших вокруг постели.
   - А давно это случилось? - абсолютно бесцветным голосом спросил он.
   - Часа два-три, - сказал лекарь.
   - Жить будет?
   - Не уверен...
   - Я бы посоветовал вам шевелиться, - отрезал Варнар. - Это слишком нужная личность, чтобы ему позволили умереть. Кто это сделал, известно?
   - Пока нет.
   В комнату вошёл Фотьян.
   - Я, конечно, извиняюсь, но никто не видел моего ученика?
   - Я видел, - не поворачиваясь, сказал Варнар. - И если мои догадки верны, то он сейчас либо убегает отсюда, либо где-то затаился. Советую следить за собой.
   - В смысле? - не понял тарх.
   - Скорее всего, Эрхан убил Гремори и ранил Власия. - Варнар подошёл к Фотьяну. - Вы знали, что у него на сознании стоит блок?
   - Какой блок? - ещё сильнее растерялся тарх.
   - На памяти, - пояснил Варнар. - Мальчик не контролирует себя. Это если в двух словах. А вам бы я советовал смотреть на ученика внимательнее. Когда найдётся, если найдётся вообще. А теперь я хотел бы, чтобы все, кроме нашедших Власия, удалились.
   Главы общин послушно вышли. Остались лишь Алоиз Василиск и Таветаль.
   - Рассказывайте, - выдохнул Варнар, присев на край кровати, где лежал без сознания его учитель.
   - Варнар, а не круто ли на поворотах, а? - осторожно спросил Алоиз.
   - Нет, - резко сказал Варнар. - Какова ситуация, таковы и манеры. Так как это произошло, или мне клещами вытягивать?
   - Хорошо-хорошо, - успокаивающе сказал Василиск. - Он вышел ненадолго, когда перерыв был. А потом, когда заседание продолжилось, мы его хватились. Прошерстили дворец ментально - ничего. Совсем ни-че-го. Мы побежали по коридорам. Я нашёл его в арке, соседней с нишей, где убили Гремори.
   - Угум, - Варнар прищурился, разглядывая учителя. - А где рана-то?
   - Его уже перевязали. Рана в боку. Что-то там задели, я не вдавался в подробности, - продолжил Алоиз. - И попутно выкачали много энергии, так, что он еле живой. Хотели, видимо, досуха его, а не вышло. Спугнуло что-то?
   - Нож есть? - спросил Варнар.
   - Зачем?
   - За надом, - скривился стратег. - Так есть?
   Таветаль молча подал Варнару ятаган.
   - Хорошо, - кивнул Варнар, отодвигая одеяло. Дальнейшие его действия просто шокировали присутствующих.
   Варнар разрезал бинты и выкинул их прочь. Затем он полез ятаганом в открытую рану и что-то там расковырял. Хлынула кровь. Но Варнар не испугался, а продолжил. Обмакнул ятаган в крови, поднёс к носу, понюхал. Скривился, потрогал лезвие языком. Фыркнул, полез в рану пальцем. Осмотрел окровавленные руки.
   - Знаете, - сказал он, - а ведь яд тот же. Принесли бы вы водки или спирту.
   Таветаль вышел прочь.
   - Варнар, скажи на милость, зачем? - спросил шёпотом Василиск.
   - Вы не смогли его определить. Если через пару минут не плеснем спирту, будет окончательное заражение крови, - сказал Варнар. - И тогда можно сразу заказывать катафалк. Чего тут непонятного?
   - Плохо, - вздохнул Алоиз.
   - Если бы было хорошо, - сказал на это стратег, - я бы сейчас не творил тут безобразия в варварском стиле. А мальчика поищите. Помяните моё слово, это он.
   - Верю, - кивнул незрячий.
   В комнату вернулся Таветаль с литровой бутылкой водки.
   - Ммм, польская водка, - усмехнулся Варнар, откупоривая пробку. Тарх щедро плеснул жидкости на рану и отскочил в сторону. Кровь загорелась сизым пламенем. - Наличие магического яда налицо. Сволочи.
   Варнар добавил к уже имеющемуся пламени своё. Тело старика запылало. После невнятного жеста в исполнении Варнара всё прекратилось.
   - А теперь целителя, - пробурчал Варнар, доставая из кармана телефон.
  
   15 августа, 17:21.
   30й день 1 фазы.
  
   - Очнётся нескоро. - Схаас посмотрел на Варнара. - Если очнётся. А ты временно побудешь в качестве главы общины. Если исход будет неудачный, то останешься в этой должности навсегда. Я бы посоветовал сейчас вернуться в L.
   - Я там нужен буду? - спросил стратег. - На данный момент у меня остались дела тут.
   - Ты - не очень, - пожал плечами целитель. - Вызови мне телепортиста, и я пошёл. И постарайся поскорее вернуться.
   - Договорились, - кивнул Варнар.
  
   15 августа, 17:27.
   30й день 1 фазы.
  
   - Нашли, - сообщил Варнару Василиск. Стратег встал из кресла и подошёл к Алоизу.
   - Ну и как он там?
   - Повесился на суку, - пожал плечами Алоиз.
   - Даже так? - Варнар почесал затылок. - Интересно. Его ещё не сняли?
   - Нет.
   - Веди меня туда.
   Вид у покойного был не ахти. Варнар брезгливо скривился. Картина ну никак не живописная: язык на бок, глаза навыкат, желудок перед смертью опорожнился. Запах преотвратнейший.
   Эрхан повесился на кривой сосне в саду рядом с дворцом. Варнар разглядел издали провод, на котором удавился мальчик. Стратег прищурился и протёр глаза.
   - Да, ты не ошибся, - кивнул Василиск. - Это USB-провод.
   - Не хило, - присвистнул молодой тарх.
   Вокруг тела бегали и ругались некроманты. Дело обстояло плохо - дух никак не хотел возвращаться в тело. Наконец кому-то из них всё же удалось пробудить тело. Варнар ожидал увидеть пустые остекленевшие глаза, но под веками показались два шара чёрного огня.
   - Что это? - шёпотом спросил у Алоиза Варнар.
   - Значит, что при смерти воля была не у мальчика, - так же шёпотом ответил Василиск. - Это так бывает, когда человек зачарован.
   Некроманты спрашивали у духа интересующие Таветаля. Эрхан послушно отвечал. Как выяснилось, кто-то по приезду в Теневой город заловил мальчика и посмотрел в глаза. А дальше он ничего не помнит. Всё как в тумане. Вроде бы и помнит нож, но не помнит, как убивал. Помнит, что беседовал, но не помнит, с кем и о чём. Да и вешаться он не хотел, но тело не слушалось.
   - Короче говоря, - проворчал Алоиз. - Мальчик не виноват, но преступления совершены его рукой. Так как он уже умер, концы ушли в воду. Та сволочь, чьих рук дело, эти самые руки умыла.
   - Не факт, - пожал плечами Варнар. - Мне всё равно, что и как он успел сделать. Но интересно, зачем всё это. Мотивы никак выстраиваться не хотят.
   - Мотивы? Да, тут уж действительно проблематично. Но заседание Совета испортить у него получилось хорошо. И знаешь, нам надо будет с тобой побеседовать...
  
   16 августа, 9:02.
   31й день 1 фазы.
  
   - Итак, - произнёс Варнар, - сегодня утром я вернулся из Теневого города, где проходило заседание Совета. Прискорбно, но вынужден сообщить... - тарх сглотнул. - ...вынужден сообщить, что там произошёл ряд преступлений. Одно из них касается главы нашей общины - тау Власия. На данный момент он в очень тяжёлом состоянии под присмотром Схааса. Дело в том, что его ранили отравленным кинжалом. Кроме того, неизвестно, выживет ли он вообще...
   Варнар глубоко вдохнул и выдохнул. Его движения жадно ловили множество глаз. В комнате собрались все начальники отделов L-ской общины тархов.
   - На данный момент, - продолжил Варнар, - дело обстоит так. Схаас говорит, что в лучшем случае Власий сможет подняться не раньше, чем через месяц-полтора. В худшем - просто не выживет. И нужно искать ему... замену...
   - Ты и будешь, - подал голос Раумис, главный менталист города. - Власий готовил тебя как преемника, а сейчас, по всей видимости, пришло время.
   - Надеюсь, что не пришло, - тихо сказал Варнар.
   - Рано или поздно это должно был произойти, - пожала плечами Итасис, глава отдела иллюзионистов. - Если ты пытаешься сослаться на отсутствие опыта - не пытайся. Этот номер не пройдёт. Во всём ведомстве один лишь ты всегда был всюду одновременно. Кто за то, чтобы объявить Варнара главой нашей общины?
   - Временным, - вставил Варнар.
   - Временным, - поправилась Итасис. - Поднимите руки.
   Тархи потянули руки к потолку.
   - Единогласно, - удовлетворённо кивнула иллюзионистка. - Тогда объявляю Варнара временным главой общины. А теперь выкладывай, тау Варнар, что ещё произошло на Совете такого, что важно знать.
   Новоиспечённый глава общины кратко выдохнул.
   - В Теневом городе был Совет, - сбивчиво начал Варнар. - И вышло так, что кто-то воздействовал на сознание одного из учеников... На Эрхана, ученика Фотьяна, главы W, если быть точным. Мальчик был юн и не смог противостоять натиску, который был гораздо мощнее... Эрхан, влекомый приказами неизвестного, убил изначального - Гремори. И началось расследование. Власий узнал, что это сделал Эрхан. Через полчаса уже было совершено нападение на Власия. И в случае убийства Гремори, и при покушении на Власия был использован один и тот же клинок, обработанный в особом составе... Я потом расскажу алхимикам подробности, остальным, думаю, интересно это не будет... Таким образом, было задумано, что Власий скончается на месте, от раны, а если и нет - то от яда на лезвии.
   Варнару захотелось почесать нос, но подобной роскоши он себе позволить ну никак не мог, и поэтому продолжил:
   - Но Власия вовремя нашли. И поэтому он не умер сразу. Гремори так не повезло. Я случайно нашёл его, когда он испустил последний вдох, не успев назвать убийцу. После покушения на Власия мальчика вынудили совершить самоубийство. Эрхан вышел в сад и повесился на USB-проводе. После смерти некроманты вызвали дух Эрхана, и он всё рассказал. Выводом стало вот что: в игру вмешался кто-то, кому выгодно было убрать изначального. Согласен, характер у Гремори не приведи все боги человеческие, но это не повод для жестокого убийства через подставное лицо.
   Тархи покачали головами и возмущённо загомонили.
   - Так вот, - сказал Варнар, когда шум стих. - Могу сказать сразу - вляпались мы, причём конкретно...
  
   16 августа, 9:47.
   31й день 1 фазы.
  
   - Всё не так уж и плохо прошло, - кисло улыбнулся Гарнаг. Друзья сидели в кабинете Варнара и думу думали. Варнар не мог отойти от собеседования с сотрудниками. Переварить свежие события он тоже не мог. В голове бешено роились мысли. Схаас, как только Варнар окончил совещание, `обрадовал' тарха, сообщив о состоянии учителя. Власий не приходил в себя, и ему было всё хуже. Варнар впал в отчаяние. Ему дали полдня на краткий передых, и пора было приступить к новым обязанностям. А так как дела у общины были не очень, стратега ожидала не одна бессонная ночь, проведенная на рабочем месте.
   - Очень смешно, - проворчал Варнар. Он развалился на кожаном диване и смотрел в потолок. Тарху хотелось спать, есть и застрелиться. А ещё прокралась мысль - пора бы провериться у психиатра. Вдруг это всё же он, а не мир свихнулся.
   - Почти десять, - сказал Гарнаг.
   - И что?
   - Скоро придут ведущие проклятых. Расскажут, как там у нас дела в бронетанке, - напомнил техник.
   - Твою ж мать... - Варнар неловко поднялся с дивана, накренился и растянулся на ковре. - За что, а?!
   - Риторический вопрос, - пожал плечами Гарнаг. - Но знай - пора.
  
  
   Отступление 8
  
   Веирхо прошёлся по разрушенному дому Шрокера. Сколько же трудов погубила одна атака! Найти бы то место, где экспериментатор хранил свои записки. И где прячется его ученик?
   Сейчас Веирхо нужно было найти записки алхимика и поскорее убегать прочь из башни Розовых Лепестков.
   Тарх-отступник разглядывал закопченные, местами разрушенные стены. На них ошмётками висели гобелены, чёрной копотью прилипли обои. Обрывки горелых штор печально раскачивались на окнах. Вот и нет у Веирхо ещё одного знакомого, друга и соратника. Есть лишь дело.
   Споткнувшись о истлевший ковер, Веирхо упал на холодный каменный пол.
   - Чтоб тебя, - проворчал тарх.
   Камни под телом зашевелились. Вскрикнув, Веирхо подскочил вверх. На полу образовалась ниша. В ней лежала запакованная в полупрозрачный пакет папка. Сверху лежала записка - `Рапута'.
   - Совсем не оригинально, - вздохнул тарх и взял в руки пакет. Воздух дрогнул и наполнился нечеловеческим воем. - Прекрасно. Просто замечательно.
   Ругнувшись, Рапута исчез.
  
   Эпилог
  
   - Ты смотри, какая прелесть? - улыбнулся Алик, аккуратно отодвигая грязь с тарелки.
   - Что там? - к нему повернулся Сергей. Осветив фонариком находку, которую держал в руках Алик, молодой человек хихикнул. - Что такого ты нашёл в этой тарелке?
   Алик прищурился. Свет фонарика плясал на простой фарфоровой тарелке. Никаких излишеств в ней не было. Нежно-жёлтая кайма идёт некогда сплошной, а теперь частично стёршейся полосой. Сама тарелка ровная, круглая. Неглубокая, но широкая - сантиметров двадцать - двадцать пять в диаметре.
   - Не знаю, - признался Алик. - Но вот в чём вопрос - она же старая очень, по ней даже видно. Как она сохранилась?
   - Да ладно тебе! - Сергей слегка толкнул Алика в плечо. - Пойдём, этот залаз может осыпаться в любую минуту.
   Алик ойкнул и выронил тарелку.
   Вспышка. Алик с трудом разлепил ослеплённые глаза. Тарелка лежала в жидкой грязи и всё ещё слабо мерцала. Абсолютно целая и невредимая.
   - Какого? - сплюнул Сергей, яростно натирая слезящиеся глаза. По его лицу текла грязная влага, смывавшая с щёк копоть.
   - Не знаю... - прошептал Алик. - Давай уйдём, а?
   - Оставим её так?
   - Наверное. - Алик поднял с пола фонарик и дрожащею рукой включил его. - Но расскажем об этом Марине.
   Тарелка всё светилась, постепенно затухая, когда парни бегом покинули залаз. В то же время несколько подростков, находящихся за десятки километров отсюда, почувствовали резкую головную боль. Артефакт активизировался, пробудившись от долгого сна.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Д.Маш "Золушка и демон"(Любовное фэнтези) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Чарская "В плену его демонов"(Боевое фэнтези) М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"