Мишико: другие произведения.

Лис2. Глава 6.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Странное дело, но больше всего на свете людям нравится читать про любовь , а не про войну. И это нормально. W

  Первых, кого нашёл Трис, после разговора с адмиралом, были Леший и Рыжий.
  - Леший, разговор есть, - махнул рукой заместитель Лиса. И он пояснил любимцу командира, что Лиса отдают янкесам в качестве платежа за веру в ту дезу, которую он им выдаст, думая, что это самая настоящая правда. Трис пояснил Лешему то, какими методами будут выбиваться, высасываться и вытягиваться из Лиса эти сведения. Лешего пришлось держать Рыжему, который узнал все новости до разговора с Лешим и Трис благоразумно подстраховался.
  - Не боишься? - откровенно прямо спросил Триса Леший схваченный Рыжим и увязанный на полу, как руками бывшего станичника, так и ногами.
  - Не, пусть янкесы боятся, - хладнокровно ответил Трис.
  - Отомстить хочешь? - сверкнул глазами Леший, - за то, как ваших в греческих водах расстреляли под водой? - напомнил он моряку операцию боевых пловцов в средиземке.
  - Не без этого, - спокойно ответил Трис. - Отпусти его Рыжий. А ты не прыгай. Я тебе не макивара в зале, - зло предупредил он Лешего. До конца выслушай. Горячий русский парень. Раз ты так за него переживаешь, то будешь его по-нашему прикрывать, с этого момента. Помнишь, как бомжей водили? - Леший автоматически кивнул, отвечая на вопрос и подстраиваясь под монотонно-разъясняющий тон нового командира. - Так вот приближаться тебе к нему нельзя ближе пятидесяти метров. Почему надо быть рядом помнишь?
  - Да. Чем ближе к объекту, тем выше коэффициент воздействия, но не более чем в десять раз, - вспомнил лекции Чебурашки Леший, неодобрительно и агрессивно глядя на Триса .
  - Начальство знает, что наши методы хороши, но Лиса надо сдать, и они нас не привлекают. Но ты, с Рыжим должен смягчить, то, что с ним хотят сделать. Выдумывай Леший. Надо снять силу с "удара", который получит Лис, но так чтоб эти жандармы не поняли ничего, а наши и подавно. А по этим делам ты у нас после Гены и Лиса самый продвинутый. По Сеньке и шапка. Это тебе не больной бабке сосуды пробивать. Тут не знаем откуда они свалятся. Кому-то ещё поручать нельзя. Ты, да я, да Рыжий. Я буду координировать действия всех по захвату. Но, до этого, Лиса никто защищать не будет. Только для видимости, чтоб поверили в его ценность. Всё. Рыжий, ты в работу Лёшки не лезь. Лешего береги. Он у нас теперь самый сильный "ведун".
  
  Лис попал на "ясные электронные очи" американского спутника не случайно, когда утром следующего дня, после лечения бабы Маши, пошёл к своему джипу. Джип ему подсунули в гараже базы именно тот, в котором он подъезжал к беседке возле баньки в спецкомплексе ВМФ, когда разгонял тучи над ним. Лицо идентифицировали. Машину с её характерным выхлопом, звуком мотора, внешним видом, отпечатками протектора и конечно номером тут же сопоставили с объектом. Базу спецбригады отследили, когда автомобиль капитана скрылся в недрах горы. Оставалось добраться до точки. Дождаться когда он оттуда попытается выехать и прихлопнуть в мышеловке на безлюдной дороге. К этому времени подогнать праздничный караван к берегу и перетащить ценный груз на американские военные корабли или под водой, или в наглую - по воде. "Американский галстук" вокруг Лиса стремительно сужался, опровергая поверье о том, что приносит счастье тому, кто его носит.
  **************
  
  О чём думает влюблённый, спеша на встречу к мечте своего сердца? О любимой, которая явилась во плоти. Чего жаждут глаза, одурманенного негой нетерпения юноши? Увидеть предмет своего соблазна и преклонения. Они требуют изображения, объёма, эмоций, точенных и совершенных линий. Отражения в очах прекрасной розы его сердца. Они спешат и желают наслаждаться видением, голосом, движениями, мыслями, трепетанием волос на ветру. Страдают от разлуки и считают подаренные секунды, миги, мгновения до. Предвкушая и идеализируя заранее. Предвосхищая и рисуя мираж будущей встречи. И как бы мужчина не старался, как не анализировал, просчитывал и предсказывал бы, но женщина это то, чего ему так не хватает, какой бы суровый и каменный он бы ни был с вида. Лис, обладающий способностью возбуждать свой мозг и влиять им на окружение, находился в состоянии влюблённости, когда природные наркотики активизируют деятельность серого вещества в сотни, а может и тысячи раз. И вектор силы направления этого возмутителя четырёх измерений был направлен на Ирину и всё, что её окружает. Не замечая того, что он делает, Саша управлял машиной, а ум тренированный и обученный, сам подставлял в волшебные формулы словообразов и мыслетекстов высокую фигурку женщины с зелёными глазами и русой причёской. Он дул на ресницы обаянием и теплом своей души. Окутывал лепестками опеки манящую и гибкую фигуру женщины. Расстилал ковёр своего почтения, преклоняясь перед её поступью, и целовал следы, ведущие к нему с каждой толикой ожидания. Одевал в волшебную красоту одежд и осыпал блистающим дождём украшений. Но она, властительница его сердца, была самой большой драгоценностью в звёздном полыхании сокровищ, которыми он её окружал. Любимая женщина выглядит, как божество, даже если она одета в мешок с тремя дырками. Лис спешил, к своему счастью. Он верил, надеялся и стремился. Обнимал образ теплом, представлял, заботился. И даже совсем расхрабрившись, дотрагивался рукой к весёлым завиткам непослушности и непредсказуемости. Гладил волосы пушистой прически и впитывал аромат и вспоминал запах весны и леса сопровождающий их знакомство. Машина ехала аккуратно. Лис не хотел дать пусть хоть маленький повод для разлуки судьбе , которая так неожиданно свела его с высоким, ироничным и удивительно красивым инструктором военного санатория. Поэтому правила дорожного движения соблюдались непререкаемо, скорость не превышалась и обгон совершался только в разрешённых для этого местах дороги.
  
  У Иринки в этот день было хорошее и парящее настроение. Мама выздоровела. Главврач получил новое оборудование для физиотерапевтического отделения и установил его в специально отремонтированных помещениях. Выбил маленький штат и финансы под зарплату. И когда стал вопрос о назначении начальника этого отделения, с двумя помощниками и одним лаборантом, то кандидатура Ирины сама собой была утверждена на эту должность. Обязанности были практически те же самые, но зарплата выше. Три помощницы в штате давали возможность планировать рабочий день по своему усмотрению. Иринка сразу заявила всем подчинённым, что если, что надо, то лучше говорите честно - в обиду не дам и лишнего не потребую, но порядок: вынь да положь. Коллектив подобрался хороший, дружный и замужний. Поэтому самых "перспективных" пациентов девчонки направляли на лечение к своему начальнику, всячески желая ей найти свою половинку и приложить руку к личному положению красивой и незамужней подружки. К их удивлению Ирина вела себя с направленцами ровно, улыбалась сердечно и ласково, лечила не только ультразвуком, током, мазями, ваннами, физическими упражнениями, но и своей заботой и вниманием к пациентам. Мужики млели и ходили за ней если не толпами, то постоянными кавалерами. Готовы были передвинуть, построить, выкорчевать и совершить подвиг, лишь бы эти глаза посмотрели на них с теплотой и лаской, поощряя и награждая. Но предпочтений своих Ирина никому не выказывала и нарвалась на чаёк с тортиком в конце рабочего дня, за которым собрались все её подчинённые.
   - Ирка, ты чо творишь? - поучала её Семёновна, самая старшая в её штате сотрудница. - Я тебе позавчера такого подполковника послала на процедуры! Разведённый, москвич, академию закончил, точно генералом будет.
  - Да ты что! - восхищалась Любка-лаборантка, завидуя и рисуя возможные варианты жизни генерала с собой во главе.
  - И что? - интересовалась бывшая Иркина одноклассница Оксана, хмуря брови и осуждающее грозно поглядывая на соседку по школьной парте. С Ириной собирались серьёзно поделиться жизненным опытом на пути к бабскому счастью в этот вечер. Теоретики и практики прикладного "феминизма наоборот" разливали чай, открывали бутылку ликёра и готовились поучить уму-разуму неомужчиненную и посему бестолковую в этом деле, до сих, и вполне зрелых лет "начальницу".
  - Есть у неё мужик! - заявила подруга Ирины - Настя и попыталась утихомирить этой информацией поднимающуюся волну критики от желающих оказать помощь в решении хотя бы интимного вопроса баб. Интерес и градус любопытства за столом после этой попытки защиты, вырос многократно.
  - Да ты что! - выдала свою любимую фразу Любка. Вечер предвещал быть восхитительно интересным и насыщенным будущими основами сногсшибательных сплетен.
  
  - Ты чо улыбаешься! Не, ну вы гляньте девки! - возмущалась самая старшая, - Мы ей самые секретные бабские тайны выдаём, жизни понимаешь учим, а она насмехается! Надо выпить по этому поводу, - неожиданно закончила свою критику Семеновна, поднимая чайный фарфор наполненный высокоградусным и густым ликёром.
  - А знаете девчонки сегодня у Омара Хайяма день рождения был, - как-то туманно глядя сквозь всех и поверх, вдруг сказала Ирина и улыбнулась мечтательно.- Давайте бабоньки за любовь, без неё даже принц на лихом коне хуже смерти в аду!
  - Точно! За неё окаянную! - слёзы брызнули из глаз эмоциональной Оксанки ,удивительным образом совмещаясь вместе с улыбкой одновременно.
  - А что это за него пить? Прынц что ли какой? - съехидничала Любка, витая с генералом под ручку по московским улицам в служебной машине.
   Но виновница тайной вечери этого не замечала. И начала читать вслух Григола Орбелиани.
  - Слушайте бабы как, поэт про нас писал.
  
  Только я глаза закрою - предо мною, ты, встаёшь,
  Только я глаза открою - над ресницами плывёшь,
  Кожи аромат вдыхаю, запах воздуха одежд,
  Миражом пустыни реет, образ, дорогих надежд
  Я ловлю тебя в тумане, ореола дивных грёз.
  Просыпаюсь - образ нежный - снова, ветер снов, унёс.
  
  -Ух, ты! Вот это мужик! Вот это Омар! Не то, что наши Хайямы! Только клешнями и умеют хвататься, - похвалила стихи Настя. Иринка улыбнулась и выпила содержимое чашки одним глотком. Тут же замахала рукой возле рта и схватилась запивать газировкой неожиданную крепость напитка.
  
  
  - Ты, Ирина Батьковна, нам зубы не заговаривай! - оценила по-своему цитату из рубаи великого грузина Семёновна, - Давай излагай! Что за мужик? Военный? Нам меньше майора не пойдёт! - заявила она. Народ бодро поднял накрашенные ресницы и перевёл взгляд на Ирину. Серёжки с длинной подвеской в ушах Любки качнулись и замерли в ожидании.
  - Да хороший у неё мужик! - вскинулась Настя за подружку, - только я его ни разу не видела, - закончила она и тоже, но виновато посмотрела на виновницу торжества. В воинских званиях в санатории разбирались все не хуже, чем в макияже и причёсках. Даже коты на помойке могли отличить старшего офицера от младшего. На старших кошачьи не обращали внимания - куда им до какой-то подлости с каменюкой или палкой если пузо закрывает обзор внизу. А вот лейтенантов, старших летёх и капитанов засекали, как радары самолёт-нарушитель с ядерной бомбой на борту и провожали внимательным взглядом пока не отойдут на безопасное расстояние. Больно шустрые, здоровые и агрессивные. Того и гляди запустят голышом по хвосту. Поэтому если военный, то ниже майора отстой и ерунда не серьёзная для женского чувствительного сердца. Но обязательно, чтоб как молодой, в каждом коте, как перед поединком за место под солнцем - соперника чуял.
  Иринка закончила разливать кипяток. Народ замер выжидая. Семёновна оценила паузу по своему.
  - Да ты что Ируся? Ты про него ничего не знаешь что ли? Кроме того, что он хороший мужик? - передразнила она Настю, - ну, ты даёшь мать? - Ира поставила чайник и отвернулась. Глаза наполнились слезами, лицо стало красным и резко, и тревожно выделялось на фоне причёски. Начала протирать лицо , чтоб закрыть его руками.
  - Зовут-то хоть как? - развела руками Оксанка, жалея подругу и удивляясь отсутствию здорового прагматизма. Ира всхлипнула. Она не видела Сашу больше месяца. Он не звонил. Хотя она всё время заряжала свой мобильник и носила его с собой, а в кабинете выкладывала на стол или рядом при работе с пациентами.
  - Саша его зовут, - ответила за неё Анастасия и обняла Иринку. Плечи "начальницы" трепетно вздрагивали. Любка оставила свои мечты о будущем генерале и запоминала каждую услышанную интонацию.
  - И всё? - грозно потребовала развёрнутого ответа на короткий вопрос Семёновна.
  - Да не всё, - неожиданно прорвало Любку. - В домике он обитался, с молодым офицером и ещё парочка была. На особом положении. Документов на них нет, информация секретная. Наши там только прибирались. Вот как баб Маша заболела, Ирка её подменила на уборке. Вот там его она и увидела. Сказал Сашей зовут. А про бабу Машу весь город судачит. Я так скажу, он - не ниже подполковника. Высокий, сильный, боевой. Руки только странные: сверху, как у пианиста, а ладонь крепкая, мозольная, как у мужика на фазенде. Классный мужик, такой сказал - сделал. И подлостей никаких. Дурак в общем и весь из себя военный, - оценила Любка Иркиного Сашу. - В такого если влюбишься, то хоть плачь - но это навсегда. Мечта в общем, а не мужик. Принц против него, как велосипед с вертолётом для коровы - шелуха, - закончила она свою длинную речь. Ирина даже плакать перестала, выслушав столько информации о своём знакомце.
  Весы внимания перевесились на секунду в сторону Любки.
  - А ты откуда знаешь? - возглавила следствие Семеновна, - Любка отвернулась в сторону и приподняла брови, поняв, что сболтнула лишнего.
  - Да, кто ж не знает! Кадровики и бухгалтерия всю документацию перевернули после того, как баба Маша встала и пошла сама на своих двоих домой. Мне девки из столовой всё доложили, пока я спины их простуженные ультразвуком прогревала в "процедурке".
  - И что ничего не нашли? - подозрительно поинтересовалась Настя. Ирина закивала, торопя Любку с ответом.
  - А чо, ж не нашли? Нашли - секретный он какой-то сильно. Но не женатый, это точно. Адреса нет. Только "вэчэ". Раненый был несколько раз. А спортивный мужик, загляденье, так бы и тонула в его глазах, - размечталась Любовь, не замечая, как начала хмуриться Ирина превращаясь в ангела мщения на другом конце прямоугольного стола.
  - Ты о своём мечтай, живой ещё пока! Неча на чужих засматриваться! - осадила Семёновна молодую Любку и повернулась к Ирине у которой от вспышки ревности высохли слёзы.
  - Ирк, так вы что, даже на свиданку не ходили что ли? - Оксанка качала головой в удивлении и расстройстве чувств за подругу. Ирина отрицательно закрутила головой и сев на стул, взялась за чашку с остывающим чаем.
  - Ох, ну и дура ж ты Иринка, - сделала вывод Семёновна, - Я-то думала,что вы роман курортный по всем правилам закрутили и он сбежал. А тут гораздо хуже. Придётся нам, тебе помочь дорогая, а то лишимся начальника во цвете лет, - Ира посмотрела на стол, на столе вибрировал её мобильник. На маленьком экранчике дешёвого телефона горела, мерцая надпись о том, что номер позвонившего абонента не определяется. Ирина потянулась к трубке. Настя открыла рот. Оксанка наоборот прикрыла. Семеновна махнула в воздухе рукой: "Мол не тяни время, бери скорей, отвечай!"
  - Ну, прям Ромэо и Джульетта, - выдала Люба, запивая тортик чаем. Ирка снова всхлипнула. Подружки посмотрели на знатока Шекспира осудительно. Но с молодой Любки, как с гусыни вода схлынули напряжённые взгляды участниц Великого Женского Совета и уставились на Иринку с телефонной трубкой в правой руке. Настя прислонилась ухом к трубке с другой стороны стараясь услышать, о чём там идёт речь.
  - Алло! Кто это? - сказала Ирина в микрофон мобильного телефона.
  
  - А-а-а, мам, это ты, - ответила Ирина, и девчонки расслабились. Они начали доливать чай в чашки, раскладывать кусочки тортика по тарелочкам и присовокупливать к ним настоящие, а не одноразовые ложечки. Настя отошла на своё место и взялась поглощать пышные обводы сладкого и лакомого изделия.
  - Что-то случилось? Тогда почему ты звонишь? - спросила Ирина и замолчала, слушая ответ. Любка, вот же чутьё! Она первая поняла, что назревает что-то интересное и насторожилась. Семёновна, увидев реакцию Любки, подняла голову от чашки и изучала лицо Солнцевой, которое с каждым мгновением становилось всё серьёзнее и выразительнее. Оксанка, успокоившись, начала обсуждать с Настей увиденные утром в бутике платьюшки, но повинуясь поднятой руке Семеновны, которая пальцем, как бы прикрывала им общение, закрывая рты на замок, обе затихли и уставились на вставшую со стула Ирину.
  - Когда приехал? Только что? Цветы и конфеты привёз тебе? Поздравил с выздоровлением? А куда поехал? В санаторий? За мной? А, ко мне? Один? Увидеть хочет? Как он, мам? - уточняла она, получаемую информацию. Лица девчонок вытягивались, воспринимая половину разговора, а в уме они достраивали не услышанное, склеивая обрывки фраз в единое целое. Разговор по телефону закончился
  - Сюда едет, - улыбнулась Иринка, развела руки в стороны и счастливо посмотрела на подруг. Кинулась к зеркалу с косметичкой. Последствия предварительного выражения эмоций необходимо было немедленно убрать. Внешнюю красоту восстановить, причёску поправить, запах и аромат косметики обновить.
  - Что ж ты в джинсах-то на работу припёрлась! - не упустила возможности покритиковать молодость Семёновна.
  - Так удобно ж работать, тётя Люда! - попыталась возразить Ирина, вываливая вкусно пахнущие блестюшки, тюбики и коробочки макияжа на столик перед зеркалом.
  
  - Я тебе дам - тётя! Подменку надо в шкафу иметь, детский сад, - отмела оправдания Семёновна, - Настя - лицо, Оксана - причёска, Любка - снимай серёжки! Ирка, туфли где? - скомандовала опытная Людмила и выжидательно посмотрела на Любку, которая не спешила расставаться с изящным и модным украшением.
  - Ну! Что ждёшь? Снимай, утром вернёт, - успокоила и поторопила она молодую женщину,- Не жалей, не врагу ж отдаёшь! - вразумляла её Семёновна, протирая марлей от пыли изящные "парадные" босоножки для торжественных случаев, вытащенные из ящика Ирининого стола.
  - Как знать, -не упустила возможности язвительного комментария Любовь и начала расстёгивать замочки серёжек.
  
  Чудесным образом, стараниями Насти и Оксаны, под командой Семёновны и ревностным присмотром Любки - миловидная и домашняя женщина, через двадцать минут, превратилась в яркую и блистательную. Джинсы подчёркивали длинные и стройные ножки. Босоножки на высоких каблучках делали её величественной и неприступной вершиной совершенства. Стук каблучков подтверждал цоконьем по каменной плитке пола непревзойдённое волшебство изящества и элегантности сотворённого в считанные минуты образа. Девчонки наводили на Иринкину красоту последние штрихи, набросили на плечи невесомый, но узорчатый платок, окутавший, плечи женщины замысловатой паутиной орнамента. За окном раздался звук подъезжающей, ко входу в санаторий машины.
  
  - Ну, с богом! - перекрестили её девчонки и проводили за дверь, стараясь не прикасаться к сделанной ими мастерски "работе". Посмотрели, как она идёт по коридору, с развевающимися, как крылья птицы углами платка, вздохнули, наслаждясь увиденным зрелищем.
  - Красавица, - восхитилась подругой Настя, глядя вслед.
  - Как солнышко, - подтвердила мнение Анастасии Оксанка.
  - Всё, пропал наш Александр, даже если и Макендонский, - оценила и предсказала Любка Ирине, предстоящее действо и его результаты.
  - Не каркай, пошли лучше послушаем и посмотрим в окошко, - ответила ей старшая из женщин и, вернувшись в комнату, распахнула окно первого этажа и выключила в комнате свет.
  - Монтекки и Капулети сюда, и полный абзац, - оставила-таки за собой последнее слово Любка, осторожно подбираясь со всеми к окну. Она даже не представляла себе насколько близко от их женской и мирной группы раположились воспитанники современных и вооружённых до зубов, враждующих кланов. Влюблённые ж времён не наблюдают, а любопытным и стихия не помеха.
  
  У сердца с глазом - тайный договор:
  Они друг другу облегчают муки,
  Когда тебя напрасно ищет взор
  И сердце задыхается в разлуке.
  
  Твоим изображеньем зоркий глаз
  Дает и сердцу любоваться вволю.
  А сердце глазу в свой урочный час
  Мечты любовной уступает долю.
  
  Так в помыслах моих иль во плоти
  Ты предо мной в мгновение любое.
  Не дальше мысли можешь ты уйти.
  Я неразлучен с ней, она - с тобою.
  
  Мой взор тебя рисует и во сне
  И будит сердце, спящее во мне.
  
  Тихонько читала "про себя", шепча за спиной Оксанки Любка.
  - Ух, ты! - сказала так же тихо Настя.
  - Здорово! - подтвердила Оксана.
  - Твои что ль? - поинтересовалась Людмила.
  - Шекспир, - коротко прошипела Любка и замолчала, вслушиваясь в темноту за окном.
  
  Как водится в театре, сначала надо сделать описание окружающего пространства. Вписать в него героев так, чтоб сама природа и предметы говорили и убеждали в том, что происходит. Деревья должны шуметь листвой, дождь капать, Луна светить, ветерок развевать, а воздух - дрожать от напряжения. Звёздам же предначертано мерцать. В нашем случае дождь отсутствовал, небо было чистым, но с облаками, плывущими в лунном свете то тут, то там. Деревья окружали здание санатория живой стеной, но расступались перед дорогой и входом в старинную постройку с колоннами и почти царским крыльцом с лестницей, ведущей к высоким, не менее четырёх метров дверям. Лестница, стелящаяся щадящими ступеньками ко входу, даже в лунном свете отливала благородством белого, полированного камня, а широкие перила сделанные из того же материала удобно и надежно подстраивались под руку Лиса который поднимался от своего джипа вверх по лестнице. Перед входом у двух высоченных створок солидных и тяжёлых дверок стояли в карауле четыре больших и круглых колонны поддерживающих нависающее над лестницей перекрытие с лепными украшениями. Саму лепку видно не было в темноте, но она выделялась своими выпуклостями и впадинами над землёй, создавая прикрытие ручной работы сверху для всех, кто находился внизу. "Прям церковь, а не дом отдыха, - подумал Лис, поднимаясь. - Поди ж ты - Храм, по образу и подобию..." - додумать Лис не успел. Потому, что за колонной, возле двери, он углядел высокую женскую фигурку, кутающуюся в невесомую вязь цветного орнамента, наброшенного на плечи платка. Сложенные на груди женщины руки говорили о беспокойном ожидании. Звук журчащего за спиной мужчины фонтана вполне заменял собой покой падающих капель дождя, биение шума морского прибоя и грохот непобедимого падения вниз горного водопада.
  
  Как это трогательно, когда спешат навстречу в порыве два чистых и уставших от одиночества сердца. Они боятся ошибиться и не дай бог - сделать что-нибудь не так. Упаси боже - обидеть, не ведая, незащищённую радость долгожданной и выстраданной встречи. Они смущаются своим священным желаниям и окружающим их чувства. Они знают, имеют какой-то опыт и всё равно стесняются его наличию. Трепетно. Бабы в окошке замерли в темноте, умиляясь. Семёновна не стесняясь смахнула слезу вспоминая, как сама неслась на свидание. Любка тихо завидовала. Оксанка улыбалась, болея за подругу. Настя сцепила на обоих руках указательный и средний пальцы требуя и моля о счастье для подруги. Для Иринки, она постепенно сплела на руках между собой все пальцы, не мелочась в объёме детской традиции. Ирина медленно двинулась навстречу, когда Саша вышел с лестницы на поверхность камня ведущую к Дверям и смутился своему порыву.
  - Добрый день, Ирина, - начал он в волнении, совершенно путая в своих первых словах время дня.
  - Переживает, - отреагировала Семёновна за стеклом окна.
  - Волнуется, - подтвердила её слова Настя, прячась в темноте помещения.
  - Везёт же некоторым, - похвалила обоих Любка, завидуя.
  - Любит, - восторженно торжествуя определила самое главное Оксанка, но не уточнила конкретно.
  - Мля, этого нам ещё не хватало, - выразили своё отношение к происходящему по рации наблюдатели наружки ФСБ.
  
  - Добрый вечер, Саша! - улыбнулась, поправила смущённого мужчину Ирина и вышла навстречу. - Цветы!? Вы купили ещё один букет, - утвердила видимые и колючие улики, завёрнутые в целлофан праздничной обёртки, женщина.
  - Да, там только такие были, - оправдывался почему-то Саша, хотя для десяти вечера букет вполне соответствовал. И даже очень даже был более, чем приличным для его неожиданного появления. А если учесть то, что он забрал все розы, которые стояли в ведре с водой возле цветочного киоска на импровизированном рынке у перекрёстка, то аргумент выглядел внушительно, пышно и торжественно.
  
  - Вот, девки, как нас любить надо, - одобрила охапку роз в праздничных отблесках упаковки Семёновна, прячась за шторой у окна.
  - Да там же бутонов тыщь на десять, не меньше, - простонала шёпотом, хватаясь за спину у плечей Оксанки, Любка, чтоб, как бы удержаться от падения в обморок и, выражая этим своё отношение к происходящему.
  - Да не, тыщь на двадцать. Отборные - калировка с предместья, - опровергла, заниженную Любкой характеристику букетища, Настенька.
  - Тихо вы, - дайте послушать! - шикнула на всех Оксана и сбросила горячие Любкины руки со своих плеч.
  
  Саша вышел из лунной тени целиком. И в свете спутника нашей планеты Ирина разглядела букет, который до этого казался большим треугольным и тёмным предметом в руках Лиса. Упаковка засверкала, мерцая отражениями звёзд и серебром ночного светила усиленного зеркальными бликами хрустящего целлофана. Бутоны выглянули наружу более яркого света бардово-красным, тяжёлым цветом. Они качнулись в поклоне, сгибаясь к Ирининым рукам своей весомой изысканностью и природной красотой изгибов и запахов. Волна цветочного аромата облаком колдовства и щедрости обхватила женщину и окутала магией волшебного обаяния. Вы видели глаза любимой, когда она получает в подарок букет, который шире, чем ваша половинка в любом её месте, а количество прекрасных бутонов зашкаливает за цифру тридцать. Эти глаза стоят гораздо большего, чем вы заплатите цветочнице за счастье созерцать их выражение. Иринка вдохнула, окунулась и зарылась лицом в листья и лепестки, прижала к груди шелестящую зеркальность целлофана и ощутила вес и упругость недавно срезанных стеблей. Радостно ойкнула, почувствовав острую, но приятную колючесть шипов. Сашка стоял рядом и наслаждался. Небесный Восторг - дарить счастье другому походя, чувствуя себя всемогущим, великодушным и лёгким, как облака над землёй.
  
  - Это Вам, Ира! - пояснил свой поступок капитан и если бы не темень, то даже наружка вдалеке оценила бы то, как он покраснел и опустил глаза. Ирину не надо было поучать. Она поблагодарила бога, что темно и не видно влаги наполнившей ей глаза. Она даже у подружек не видела таких подношений от их благоверных на восьмое марта, день рождения и годовщины свадьб.
  
  - Обнимай! Ну! И целуй, целуй в щёку, корова! - как на футболе переживала Семёновна у окна, вслушиваясь и вглядываясь в происходящее, как болельщик на трибуне стадиона.
  - А чо в щёку-то? - возмущалась нетерпеливая Любка, нарываясь на отповедь со стороны трёх соседок по просмотру и прослушке. Бабы млели от ощущения близости романтики и любви, которыми буквально насыщалось пространство вокруг Лиса и Иры, концентрируясь вокруг их фигур.
  - Чтоб не зазнался, - пояснила Настя, - а то вольным больно может стать, - выразила своё понимание она, вспоминая себя в примерно такой же ситуации.
  - Правильно, - согласилась Оксанка, одобряя тактику Семёновны, реакцию Насти и осуждая скоропалительную возбуждённость похотливо настроенной Любки.
  
  Ирина ещё раз вдохнула аромат подарка. Обхватила перевёрнутую цветочную пирамиду левой рукой, а правой потянулась к Саше и обняла за шею.
  - Спасибо Саша! Мне таких, такого, такой красоты ещё никто не дарил, - сказала она и прижалась к щеке офицера губами. Волосы женщины прикоснулись к коже лба, носа, подбородка. Защекотали шёлковой нежностью шею. И шквал электрической волны возбуждения, как цунами промчался, наполняя каждую клеточку Лиса мощной энергией обожания. Запахи косметики, такие непривычные для обоняния военного, дразнили и интриговали нюансами неизведанного. Саше ничего не оставалось, как обнять спину своей желанной аккуратно и нежно. Так обнимают хрусталь, дорогое стекло и шедевры искусства, оберегая от возможного повреждения. Ирина закрыла глаза, когда сильные и жаркие руки обхватили ей талию с боков, соединившись на спине. Задержалась в объятиях на лишний миг и отстранилась, как мимолётное наваждение. Но Сашке вдруг страшно захотелось никогда,никогда не отпускать эту женщину, её лицо, запахи, тепло губ и нежность причёски далеко и надолго от себя. Чтобы навсегда иметь её рядом, близко, а лучше вот так - вместе, обнявшись.
  
  - Молодец, - оценила Семёновна поступок Ирины.
  - Ты ещё "Шайбу-Шайбу" закричи, - не упустила своего Любка, обиженная предыдущей своей непонятливостью, замеченной подругами.
  - А мужик-то - душевный, стесняется! А хочет как! - добавила жару в обсуждения, загадочно улыбнувшись, Анастасия.
  - Терпит сердечный, ВЫкает, уважает Ирку, - тепло усмехнулась Оксанка, - Эх, - Золотой мужик, - похвалила Сашу она.
  
  - Вы... ты надолго? - глаза тревожно прищурились, вглядываясь в лунные тени черт Сашки.
  - На четыре дня отпустили. Как мама? Как поживаете-поживаешь? - он держал её правую ладонь в своей и не отпускал. Красивые слова куда-то вылетели из головы и дежурные фразы срывались сами собой с языка Лиса.
  - Хорошо. Если б не вы с ребятами, то не знаю, чтоб и было бы. Саша, а кто из вас маму спас? Скажи, она хочет его видеть и говорить, - зеленая радужка глаз Ирины, окружавшая зрачок и освещённая луной за спиной Лиса, вспыхнула изумрудным светом морской воды и засветилась, посвёркивая, окаймлённая белками и ресницами.
  - Леший наверно, или Рыжий. Они с сосудами в голове работали, а мы с Трисом, так, общую поддержку делали, - скромничал Лис, любуясь своей собеседницей.
  - А как? Весь город гудит как улей. Чудеса библейские.
  - Ну, там всё просто. Я тебя научу и покажу если хочешь, - Ирина не хотела учиться, она хотела побыть с Сашей подольше. Но вдруг для него это важно?
  - Конечно хочу. Пойдем со мной? - потянула Лиса за собой Ирина на правах хозяйки, - я соберусь. Ты попьёшь чая и пойдём.
  - Может, лучше поедем? - усмехнулся Саша.
  - Ах, да. Ты знаешь что? Поедем к нам. ТЫ с мамой и поговоришь. А то она меня каждый день провожает и встречает тем, что спрашивает и требует привести. Не иначе отблагодарить хочет, - "Господи мне не послышалось, она "на ты" заговорила" - подумал Саша.
  - Ирина, нет, я тогда не пойду, Ир. Мы ведь и свою выгоду имели. Раньше никого не пытались так лечить, а тут я мужиков попросил. И, в общем, у нас новые возможности открылись и по службе и вообще, - переход они заметили оба, но говорить "на ты" было приятно и легко. Как будто знали друг друга всю свою жизнь, вот разве что встретились, только сейчас.
  - Струсили, товарищ офицер? - иронично спросила Ирина и сверкнула чёртиками во взгляде, саркастично прищуриваясь. Лису показалось и почудилось такое состояние, что как будто на него в упор навели счетверённую зенитную установку из двадцатитрёхмилиметровых автоматических пушек. В голове сами по себе всплыли и промелькнули Тактико-Технические Характеристики ЗСУ-23-4 "Шилка" - три с половиной тысячи выстрелов в минуту. Не убежишь. И Шилка пожалуй не так беспощадна.
  - Никак нет, мой генерал! Просто боюсь очень, товарищ инструктор, - имитируя новобранца перед бывалым сержантом, по уставу ответил Саша.
  - Да, это Вам не в санатории отдыхать! Моя мама - это страшнее водородной бомбы. Так что собирайте все свои резервы и не бойтесь. Я вас прикрою, - напустив покровительственные нотки в голос шутливо, но серьёзно сказала Ира. И она, отступив, придирчиво оглядела одежду и внешний вид Лиса, как командир части на строевом смотре. Лис вытянулся в струнку. Сложил кулак, так как учил его старшина на учебном пункте. Нащупал между сгибами второй фаланги указательного и среднего пальцев шов на джинсах, поднял вверх подбородок и, втянув живот, одновременно выпятил вперёд грудь.
  - Капитан второго ранга Бадиков Александр, - отчётливо и громко представился он, подыгрывая Ирине.
  - Вольно, товарищ капитан второго ранга. За мной, шагооом - марш! - неожиданно чётко скомандовала женщина таким непререкаемым тоном, что подслушивающие и подсматривающие подружки дружно прыснули смехом, закрывая рот ладонями и валясь на стулья в Иринином кабинете.
  - О, да мы тут не одни! - обрадовался Лис, послушно следуя за Ириной в глубины санатория.
  "Господи, идёт за мной, слушается. С удовольствием исполняет! Трус правда, но это наверно от отсутствия опыта общения с женщинами. Хорошо-то как!" - Ирине давно не было так порхающе-воздушно на душе. Бабы дружно сыпанули из Иркиного кабинета, растворяясь в коридорах большого здания.
  Сашу в свой кабинет Ирина не пустила. Не знала, успели девки сбежать или нет. Быстро собрала свои вещи, взяла сумочку, пакет с рабочей обувью. И выпорхнула за дверь, где её терпеливо дожидался большой, сильный и добрый мужчина.
  Сашка открыл дверцу ведущую к переднему пассажирскому сиденью. Пропустил Ирину в шлейфе запахов косметики на сиденье. Осторожно прикрыл дверь, оберегая свою девушку от случайного удара.
  - Поехали? - спросил, поворачивая ключ в замке зажигания. - Только я заеду тут по дороге на минутку кое-куда? Я быстро, - спросил разрешения на отклонение от маршрута капитан. Надо было что-то прикупить в торговом центре. Не ехать же в гости с пустыми руками.
  - Конечно. Поехали, - зажглись двумя зелёными огоньками глаза Ирины в полумраке кабины джипа. До дома было гораздо короче идти пешком, чуть не впятеро ближе. Но именно это обстоятельство нравилось обоим больше всего. Ирину, уставшую за день, убаюкало в кондиционированной прохладе машины, и она уютно устроилась на сиденьи. Заснула в сладкой дрёме. Украдкой стянула босоножки на высоком каблуке и дала отдых ногам. Сашка нажал на какую-то ручку и спинка кресла плавно опустилась под тяжестью женщины, заботливо укладывая её поудобнее в долгожданный и спасительный сон. Лис ехал медленно и осторожно, тщательно объезжая ямы и кочки на дороге. Благо машин на пути было мало. Букет шикарных роз гордо шелестел своей пышной листвой и обёрткой на заднем сиденье машины, важно покачиваясь на поворотах.
  
  Домик, в котором проживала Ира и её мама, удачно примостился на горной террасе, как специально выбитой природой под фундамент. Скорее это был холм в горной породе, непонятным образом появившийся на спуске к морю. Затем, неизвестные творцы раздвинули его границы, выбив в теле горы ленту для дороги и соединив её с домом. Далее, строители, уразумев удобство и красоту расположения, расширили полосу, ведущую в массу горы от дороги, практически, срыв часть водораздела под свои нужды. В результате вдоль узкой полосы дороги, которая медленным и извилистым серпантином спускается к морю, появились утопающие в зелени частные домики. Каждый дом имел свою, присущую только ему архитектурную вычурность.
  
   И вся цепочка зданий и район, ступеньками спускающиеся к морю, получили официальное название - "Ожерелье", а в народе просто и коротко "Перевал". Потому, как если идти напрямую, да ещё ночью, то скачешь, как на лыжах с трамплина через заборы, садики и петляешь в переулках, переваливаясь через зигзаги дороги. А найти улицу или нужный дом в счастливом частном секторе курортного города мог только старожил или таксист режущий "капусту" на стоянках у вокзалов города.
  
  Дом Ирины избежал тесного соседства с рядом стоящими строениями и возвышается на своём месте немного отдельно окружённый небольшим фруктовым садом и стареньким деревянным забором зелёного цвета. От калитки к крыльцу ведёт бетонная дорожка, выложенная модной плиткой, которая зажата с двух сторон узким бордюром отмостки. Дорожка укрыта ажурным переплетением стальной арматуры в виде высокой арки, по которой вьётся, оберегая идущего своей тенью, широколистый виноград. Галерея, скрытая от солнца зелёной стеной треугольных листьев с торчащими то тут, то там усиками добирается почти до самого крыльца и навеса над ним. Идти по дорожке почти хорошо, если бы только не комары, охраняющие свои владения от вторжения любого постороннего. Кровопийцы вьются в воздухе над фруктовыми деревьями окружающими двухэтажный дом, давая пищу летучим жукам и мышкам, мелькающим на фоне звёздного неба черными маленькими бэтменами в бесшумном полёте.
  
  Джип остановился возле ворот. Саша хотел выключить фары и заглушить мотор машины. Но по тропинке вдоль заборов соседей приближались, небрежно покачиваясь и весело болтая на ходу две переодетые, но чрезвычайно знакомые фигуры Лешего с Рыжим. Оба изображали местных курортников после хорошо проведённого вечера и возвращающихся домой, на снятую для курортного отдыха койку. Одеты были в мокрые пляжные трусы и распахнутые яркие гавайки с резиновыми вьетнамками разного цвета на ногах. Появление обоих вызвало холодок озноба, пробежавший мгновенно по спине Лиса. Рука, сама по себе, щупанула пустое место на боку, где должна была бы крепиться оперативная кобура с пистолетом. Но нож, острый и сбалансированный, по собачьи преданно тёрся под брючиной джинсы ниже правого колена. Пояс Лиса только внешне казался простым изделием из кожи с металлическим замком. Ключи от машины и остальные, висящие на соединительном кольце предметы очень быстро можно было превратить в опасный, при тесном столкновении наборной кастет, торчащий остриями ключей в сторону противника. Буржуйский "Лиферман" покоящийся в чехле из тисненной кожи на поясе, только отвлекал бы внимание нападавшего, но тоже, в умелых руках, мог нанести немалый урон нападающему. Стилизованная под сувенир и отполированная пуля на дешёвом и прочном шнурке, висящая на шее, запросто превращалась в крепкую и беспощадную удавку.
  
  Всё бы хорошо, но Лис был не один. Рисковать Ириной и её близкими он, теперь, не имел морального права. Прятать их, судя по появлению "пьяненькой" парочки в свете фар автомобиля, было уже некогда. Лис тут же выключил передние фонари, чтоб не слепить обоих засветившихся приятелей. Предупреждён - вооружён. Первую свою задачу два годка выполнили, прошуршав и прошлёпав резиновыми подошвами легкомысленных пляжных вьетнамок мимо стоящего и неосвещённого автомобиля, с матюками и ругательствами. Сейчас им быстро, надо было сменить имидж, одежду, обувь и преобразиться в более невидимых и опасных участников предстоящих действий.
  Лису срочно надо было время, чтобы обмозговать ситуацию, понять, что происходит. И главное - уберечь Ирину и её мать от последствий тех игр, которыми он занимался. В багажнике, сзади, лежала сумка с оружием. Ирина спала, тихо и мирно дышала рядом. Время начало спрессовываться, падая плитами песчинок на ковёр своего движения. Прежде всего изобразить , что я ничего не заметил. Поднять Ирину. Спрятать её в доме, окна которого тепло светились за невысоким забором, прикрытые сеткой от комаров, цветастыми занавесками и узорным тюлем. Сначала сумка и оружие. Лис почти без шума открыл свою дверку и хотел скользнуть... Нет, нельзя! Надо спокойно подойти к багажнику. Надеть на плечо сумку, вооружиться. Разбудить Ирину и, прикрыв её собой, дойти до дома. Там стены, телефон. Позвонить, прояснить ситуацию. Вызвать подмогу. Что-то, здесь не так, тревожила Лиса здравая мысль. Что-то не сходилось в его плане защиты от ожидаемого нападения. Но времени, чтобы осмыслить догадку почти не было. Почему Рыжий и Леший прошли мимо? - вот он вопрос от ответа на который зависит будущее. Значит есть ещё кто-то , о котором они знают,но нейтрализовать не желают. Этот кто-то здесь, рядом, но спугнуть его нельзя. Хотят дать проявиться. раскрыть свою сущность. И теперь для того , чтобы эффективно противостоять неизвестным надо уяснить кто они. тогда будет понятен порядок действий и их цель. Цель, судя по поведению подчинённых - я и женщины, как материал давления. Но кто это? Кто про меня знает? - терзала его сознание мысль, пока он осторожно будил Ирину.
  ФСБ - не может. Мы "ведём" их шефа к власти! Если только они не решили опередить и подстраховаться. Но какой смысл? Мы и так на его стороне. Куму будет нанесён максимальный урон? Уже нанесён? Не может быть. Америкосы. ФСБ разнесло их сеть в щепки. Они всегда прикрываются законными акциями: гуманитарной помощью, спасением узников совести, радением за демократию, борьбой с терроризмом, освобождением заложников. Они должны присутствовать, широко разрекламировав свои действия. Радио. В машине есть радио. Пока Ирина собиралась, одевала босоножки, Лис включил радио, быстро пробежал по шести отловленным и установленным тюнером радиоприёмника шестиканальным поддиапазонам. На каждом из шести засеклось по шесть станций передачи. Некоторые дублировались. Иностранцев отмёл сразу. Информация складывалась в кучу безсистемной грудой, не приобретая пока логической завершенности.
  ... погода на побережье, - не то, -...шшш восторженная толпа зрителей на набережной нашего города растёт. Люди ожидают салюта, обещанного командующим американской группой кораблей... - дурдом, - что там дальше, - ...Шпиу с вами ди джей Хорст и неподражаемая Ванесса Мэй... - не то, -...сиюшжжсс и сегодня мы продолжаем нашу ночную викторину для тех кто ..., - не то,- ...новости спорта. Барселона сыграла с королевским клубом ...- стоп! Назад! Откуда здесь американцы? Им что нечего делать в Ираке, Афгане, Европе и в Африке? Группа кораблей! Это американцы, вот они. На рейде курортного российского города! Совсем страх потеряли.
   Тактика действий? Преимущества? Высокая техническая оснащенность, хорошо отработанные шаблоны действий, высокая степень подготовки, прикрытие, концентрируют подавляюще превосходящее количество средств в точке приложения сил, мораль - правила первого выстрела, никогда не бросают своих, даже полностью вляпавшихся и попавших в плен. Недостатки? Наглость, пренебрежение, высокомерие, замедленность импровизации, прагматизм, отсутствие морально-этических норм при проведении операции.
  
   - Ну, сучкИ, я вам не Бин Ладен, чтоб за жену вместо автомата хвататься. Эх, если бы не бабы! - не успел додумать Лис, Ирина проснулась.
  
  - Саша, мы приехали! Ой, извини, я, кажется, заснула! Розы? Мы забыли цветы? - Ирина вышла из машины сонная, не замечая, что Сашка практически закрывает её от возможного обстрела снайпера собой с одной стороны, открытой дверцей с другой, а автомобиль прикрывает её с третьей. И только со стороны дома можно, сейчас, произвести прицельный выстрел, используя пулю, арбалетный болт или стрелку с усыпляющим наполнителем. Сашка почувствовал себя голым перед темнотой прячущей невидимого противника. Но это только разозлило и заставило сердце швырять кровь по сосудам ещё быстрее.
  " Значит, нас слушают, снимают на видео. И скорее всего сверху тоже. Значит, генерал меня не просто в отпуск отправил, а втёмную пустил. Поздно кивать на генерала, надо янкесов погонять. А ведь дом - это и есть самая удобная позишн для котяр из моря. А больше никого они сюда и не отважатся запустить. Какая роль у меня, в плане у генерала? Если этих кошек не взяли сразу, выявив на нашей земле - значит не возьмут до тех пор, пока они что-то не получат. Чего им очень, очень-но надо получить. И это что-то - я. Если дернусь, они маму Ирины прихватят и мне позвонят. Если сунусь в дом, то прихватят всех сразу. Придётся вам, кисоньки, потрудиться. Халявы не будет", - решил Лис и приобнял счастливую Ирину, которая обхватила розы руками, как большую и желанную игрушку держит восторженный ребёнок. Корить себя было некогда, надо было действовать, импровизировать акккуратно, но надёжно.
  
   Сашка обнял женщину и делал вид, что целует в губы а затем в шею. Он её и на самом деле целовал. А потом горячо зашептал в левое ухо.
  - Ира, солнышко, я тебя люблю! Родная, слушай меня! Ты мне веришь? - Ирина закивала, всё ещё пребывая в любовной неге поцелуя и объятий, но последние слова Лиса никак не укладывались в безумное любовное трепетание встречи. - Я офицер разведки. Я действительно приехал к тебе. Но похоже, что за мной увязались недруги. В моей работе без обиженных не бывает. Они сейчас нас окружили. Я их вычислил только что. - Ирина напряглась в руках Сашки. - Нам нельзя идти в дом - это ловушка. - Ирина дернулась, - Да любимая, там мама. Я клянусь всеми святыми и демонами, что я её оттуда вытащу. Но нам нельзя всем вместе лезть в этот капкан. Сейчас ты скажешь , что забыла на работе что-то важное: деньги, документы, лекарства для мамы. Громко скажешь. Мы сядем в машину и я отвезу тебя в санаторий. Там много людей. Там обязательно будут наши и они тебя прикроют и будут защищать. А я вернусь и заберу маму из дома.
  
  Ирина всхлипнула. Поверить в такое было просто невозможно. Но Лис стоял живой, перед ней, и она вдруг отчетливо нащупала, обнимающей спину офицера рукой, жесткую сталь ПСС в кобуре засунутого за ремень на спине Сашки. В темноте не было видно, но лицо Лиса постоянно двигалось, сканируя пространство вокруг глазами, ушами и интуицией. Тревога и страх за родного человека сковали в ступор женщину и у неё подкосились ноги. Букет выпал из непослушных рук. Лису пришлось импровизировать.
  - Что! Лекарства забыла! Не беда, сейчас вернёмся. - Сашка поднял Ирину на руки и буквально воткнул в мягкие обводы пассажирского сиденья. - Да я тебя мигом туда, и назад довезу! - лихо хвалился он невидимым соглядатаям.
  
  Лис увидел Лешего и Рыжего на крыльце санатория, передал Рыжему ничего не понимающую Ирину. Казак тут же начал выводить женщину из стопорного состояния страха за близкого человека. Леший сел в машину. Лис вытащил из сумки лёгкую охотничью куртку с множеством заполненных всякими разностями кармашков. Приладил ремни кобуры от своей любимой "Гюрзы" и сунул в самый большой кармашек лимонистую и тяжёлую гранату Ф-1. Можно конечно было взять маленькие, легкие и начинённые гексогеном или пластидом современные гранаты, но тут надо было действовать на психику. Большое, солидное и ребристое тело лимонки одним своим видом навевало мысли о том, что шуток не будет и к обладателю сего изделия надо относиться с уважением.
  - Лёша, ты готов? - Леший кивнул в ответ и положил ладонь на рукоять пистолета Стечкина, которая громоздко выделилась своими очертаниями из-под его куртки, когда он сел на пассажирское сиденье.
  
  Леший пересел за руль за пару километров от дома. Пиндосы - не идиоты. Поэтому мчались на предельной скорости. С визгом и стоном покрышек. Насилуя двигатель, трансмиссию и сцепление с тормозами. Мимо дома пронеслись, как комета, дальше по улице и исчезли за поворотами переулков. Леший притормозил. Лис вывалился в открытую дверку. Машина помчалась дальше, прорубая конусами фар темноту полуночного мрака. Лис спокойно, не таясь пошёл по тропинке к дому от которого только, что увёз Ирину напугав её до смерти. Забытый букет роз сиротливо валялся перед калиткой. Он его поднял и подумал, что очень кстати. Взял удобнее в левую руку.
  - Ничего - Рыжий справится, - уверенно подумал Лис, подбадривая себя перед встречей с представителем янкесов. Лис подошёл к дому. Прошёл под виноградными лозами, отмахиваясь от комаров, как ни в чём не бывало к освещённой лампочкой двери. Развёл усики, снял, не прячась, предохранительное кольцо с гранаты и зажал её в левой руке, прижимая скобу пальцами. Вежливо постучал в дверь.
  
  - Тётя Маша! Это я - Саша! - громко предупредил он тех, кто без сомнения ожидал его внутри дома.
  - Открыто! Заходи, Саш! А мы уж тебя заждались! - неожиданно , но с удовлетворением услышал Лис спокойный и бодрый голос Ириной мамы в ответ на свою реплику. И потянул дверь за железную, кованную под старину ручку. Открывать дверь рукой в которой зажат громадный букет было неудобно, но граната в другой руке не давала сделать ничего другого .
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com М.Атаманов "Искажающие реальность-4"(ЛитРПГ) У.Михаил "Знак Харона"(ЛитРПГ) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Лоев "Игра на Земле. Книга 3."(Научная фантастика) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) А.Лоев "Игра на Земле. Книга 2."(Научная фантастика) Д.Гримм "З.О.О.П.А.Р.К. Книга 2. Джульетта"(Антиутопия) К.Вэй "Филант"(Боевая фантастика) В.Пылаев "Видящий-2. Тэн"(ЛитРПГ) И.Громов "Андердог"(ЛитРПГ)
Хиты на ProdaMan.ru Песнь Кобальта. Маргарита ДюжеваКукла Его Высочества. Эвелина Тень✨Мое бесполое создание . Ева ФиноваЗаписки журналистки. Сезон 1. Суботина ТатияИзбранница Золотого Дракона (дилогия). Снежная Марина��ЛЮБОВЬ ПО ОШИБКЕ ()(завершено). Любовь ВакинаЧудовище Карнохельма. Суржевская Марина \ Эфф ИрПортальщик. Земля-матушка. Аскин-УрмановПодари мне чешуйку. Гаврилова АннаИмператрица Ольга. Александр Михайловский
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Лыжина "Драконий пир" И.Котова "Королевская кровь.Расколотый мир" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Пилигримы спирали" В.Красников "Скиф" Н.Шумак, Т.Чернецкая "Шоколадное настроение"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"