Лукьянов Олег Валерьевич: другие произведения.

Метамаг

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурс LitRPG-фэнтези, приз 5000$
Конкурсы романов на Author.Today
  • Аннотация:
    Это не мир - это его руины. Кладбище для демонов погребенных под мечами ангелов. Одна лишь Смерть правит этим местом... Но маленький клочок еще пригодной для обитания земли пока не поддался её ледяным объятиям: там великий метамаг отгородил последнюю империю барьером сдерживающим её слуг. Вот только сейчас зыбкое равновесие нарушилось - последняя надежда людей пала от руки предателя и правители империи ищут нового метамага... (Начинаю выкладку последней версии книги. Сюжет и ГГ были изменены, но большинство сцен сохранились (14/01/13)).

  Олег Лукьянов
  
  Кровь демона
  Роман
  
  Пролог
  
  1 день, 7 месяц, 264 год
  со дня войны Двух Престолов
  Столица Империи
  
   Башня метамага возвышалась над столицей подобно великану. Заносчивая, надменная, она смотрела на раскинувшийся под ней великолепный город с пренебрежением которое божество испытывает к никчемным смертным. Она возвышалась над императорским дворцом и горделиво взирала на священную статую крылатого воина, установленную на центральной площади в память победы слуг Всевышнего...
   Неудивительно, что даже у привыкших к обстановке горожан время от времени возникал вопрос - а почему собственно Его Величество с этим мирится?
   Действительно, довольно-таки странно выглядит император, если его резиденция не идет ни в какое сравнение с обителью вассала. В глазах людей он становится менее великим, менее властным, словом 'менее'.
   Но все эти перешептывания черного люда никоим образом не омрачали мыслей императора. Опора власти не чернь, а аристократия, и она-то, как раз хорошо понимала, что значит метамаг и какую роль он играет в жизни и существовании империи...
   Кайра смотрела на город с самого высокого балкона этой башни. Сторонним людям её взгляд не понравился бы или вовсе испугал: он бегал по улицам, перебегал с крыши на крышу, задерживался на площадях и впивался в копошащихся там людей.
   Сколько она себя помнила, даже надменные аристократы всегда отводили глаза, случайно встретившись с ней взглядом: слишком пристальным, слишком жгучим он был. Он будто пытался проникнуть в самую суть и вызнать все секреты из глубин души. Неудивительно, что даже близкие, со временем стали ее избегать.
   Но Кайра была охранителем, и подобные манеры крепко въелись в её суть. Да и вряд ли найдется человек, который, увидев девушку с алой розой на голубом плаще и парой кинжалов на поясе, не захочет оказаться как можно дальше от нее.
   Она помотала головой, отгоняя непрошеные мысли, завязанные в хвост волосы при этом коротко стеганули плечи, а тело сместило центр тяжести.
   Кайра перевела взгляд на находящихся рядом с ней людей и по привычке вновь их оценила.
   Один из них по виду шестидесятилетний старик, вцепившись в резные перила, устремил ясный взор голубых глаз куда-то далеко за крепостную стену. Гордая осанка и сохранившийся, несмотря на годы, широкий размах плеч выдавали в нем человека, не понаслышке знавшего как держаться за меч. Глубокая рытвина чуть выше переносицы, вечно сведенные брови и немного выпирающий вперед подбородок позволяли угадывать в нем человека, привыкшего повелевать... А вот золотая корона, обручем схватившая поседевшие волосы, предполагала, что её носитель и есть тот самый, любимый подданными император.
   Что касается второго человека, то казался он на порядок старше своего гостя. Выбивающиеся из-под широкополой шляпы длинные пепельные волосы львиной гривой ниспадали на узкие плечи, а тень, отбрасываемая круговым козырьком головного убора, была такой густой, что, будто живя собственной, независящей от внешних факторов жизнью, тщательно скрывала глаза и детали, оставляя на обозрение лишь общие черты лица. Но только последний дурак не узнал бы в нем метамага.
   Несмотря на повисшую на балконе тишину, присутствие императора нисколько не тяготило хозяина башни, впрочем, верно это было и для императора. Его появление здесь в это самое время и на этом балконе, его взгляд, обращенный на горизонт, да и все атрибуты вроде двух-трехминутного молчания были обязательным ритуалом. Уже шесть лет в полдень каждого дня император приходил в эту башню, поднимался на последний этаж и вот так замирал...
   Кайра тихонько вздохнула - она следовала за императором только второй год.
  - Сегодня произошло нечто ужасное, - сухим голосом сказал метамаг.
   И это было поистине странным, еще никогда на памяти Кайры старый маг не начинал доклад так рано.
  - Что могло произойти такого, что ты нарушил плавный ход своей же собственной церемонии? - спросил император, тяжело вздыхая и безуспешно пытаясь всмотреться в скрытые тенью глаза метамага.
  - Моей? - спросил казалось, искренне удивленный старый маг. - Я думал этот порядок и всю эту нелепую церемонию ввел ты... В конце концов, я вовсе не так стар, чтобы каждый день приходить с докладом в твой дворец.
   Император посмотрел на собеседника тяжелым взглядом.
   Кайра слышала, что еще дед нынешнего императора сквозь зубы ругался и тихо проклинал метамага за то, что тот заставлял его, глубокого старика, подниматься на проклятую башню. В тот самый день, когда он не смог преодолеть этот путь, снял со своего чела корону и передал её сыну... Так же потом поступил и его отец - и так же со временем поступит нынешний император.
  - Ладно, оставим это, - сказал император. - Так что же случилось сегодня?
  - Зуб Дракона, крепость, закрывающая проход в долину рудников...
  - Мне хорошо известно, что это за крепость, - не на шутку встревожившись, прервал его император. - Так что произошло?
  - Ваше Величество, Зуб Дракона пал.
  Кайра вздрогнула вместе с императором:
  - Что?! Как?!
  - Ночью у ворот объявился сильный демон, и гарнизон не смог ему противостоять. Защитники погибли все до единого.
   Сухие пальцы императора сжали позолоченные перила, его лицо было бледнее лица покойника.
  - Покажи, - выдавил он. - Покажи, как это было!
  - И мне! - попросила Кайра. - Я должна знать, какая сила угрожает Империи!
   Человек в широкой шляпе закрыл глаза, а потом наслал на императора и охранителя страшное видение.
   Глухая ночь, лишь звезды и щербатая луна освещают замковые стены, закрывающие проход среди высоких скал. К серой стене замка устремляется извилистая грунтовая дорога, но она упирается в наглухо закрытые ворота. Откуда-то из-за высокой стены доносятся встревоженные голоса и звон железа. Кайре стало интересно узнать, что там происходит, и будто в ответ на промелькнувшую мысль какая-то сила пронесла её бесформенное тело сквозь стену и открыла трагичную картину. И хотя она знала, что это сражение разворачивалось прошлой ночью, пальцы сжали рукояти несуществующих здесь кинжалов.
   Замок был длинным и очень узким, фактически он представлял собой две стены, запирающие проход в скалах. Под защитой стен были расположены несколько длинных домов, амбар и конюшня с перепуганными лошадьми. У кузницы, примощенной к высокой стене, жмутся друг к другу пара десятков детей и женщин. В их глазах плясал огонь и ужас, а из горла рвались истошные крики...
   Ворота, ведущие из Долины рудников, были выворочены из стены. Солдаты с алебардами плотно закрыли собой прореху в обороне, но единственный их противник не унывал и напирал на их строй всё более яростно.
   Сначала Кайре показалось, что видит перед собой лишь алое пламя пожирающее во тьме какого-то человека, но едва приглядевшись, различила в нем Его... Он выглядел как бык с только что спущенной шкурой, да притом вставший на задние ноги. Но если на мощных ногах и было подобие копыт, то руки казались обычными, почти человеческими. Полутораметровые рога, почему-то казавшиеся даже больше его роста, пытались раскидать строй людей, а двухметровый хвост извивался будто целый клубок змей.
   Зверь яростно размахивал двуручным топором, ярившееся вокруг него алое пламя не подпускало мечников, а на алебарды, грозящие ударить его с трех сторон, казалось он не обращал внимания. Но видя, что весь напор не приносит должного результата, а неимоверная сила не помогает разбить строй солдат, он опустил великий топор и замер.
   Посыпавшиеся на него со всех сторон удары не достигали цели. Лезвия будто бы застревали в окутавшем его колдовском пламени.
   И когда дух Кайры непроизвольно шагнул ближе и разглядел его глаза, то понял, что никому из этих храбрых солдат, беспомощно мечущихся женщин и прячущихся детей не суждено вымолить милосердия. Глаза демона не были похожи ни на что в этом мире, и в них полыхали огонь и чистая, без малейшей примеси, ненависть ко всему живому.
   Демон наконец завершил ритуал. Издав львиный рык, резко распрямил когтистую лапу и указал ею на строй солдат. В тот же миг, окутывавшее его алое пламя с душераздирающим свистом покинуло хозяина и жадно набросилось на людей... Спустя несколько мгновений яркие столбы адского пламени развеялись, но от защитников крепости остались лишь рассыпающиеся обгорелые костяки...
   Оберегая сознание Кайры, видение стало набирать скорость и нестись вскачь. Она почти не видела, как насыщался демон мучениями и плотью оставшихся в живых несчастных. Но когда он исчез, растворившись в темноте, в открытые ворота стала входить бесконечная вереница людей. Кайра с содроганием поняла, что видит перед собой разномастный сброд, среди которого были отъявленные головорезы и только вставшие на путь разбоя грабители. Все они, стараясь не смотреть на остатки пиршества демона, проходили через распахнутые ворота Долины столь нагло, будто прогуливались рядом со своим логовом.
   Неожиданно мрак вокруг стал сгущаться, пока не разлилась непроглядная чернота, а потом появился свет и Кайра вновь оказалась под лучами ласкового солнца на балконе башни метамага.
  - Ты понимаешь, что это значит? - шепотом спросил пришедший в себя император, и, не дожидаясь ответа, продолжил: - Кто-то заключил союз с демоном, нанял разбойников, и все это только чтобы отнять у Империи рудники. И скорее всего этот кто-то - чернокнижники!
  - Я понимаю Ваше Величество, - произнес метамаг, коротко поклонившись, - нетрудно понять, для чего врагу Империи понадобилась крепость, перекрывающая единственный путь из Долины рудников. Но я бы не стал спешить с выводами относительно первоисточника бед... Вы собираетесь послать к рудникам войско?...
  - Как?! - взорвался император. - Как, скажи, я пошлю войско?! Эти нечестивые твари только того и ждут! Если я уберу гвардию из столицы и отодвину от границ хотя бы часть легиона, по нам нанесут такой удар, что потеря всех рудников покажется меньшим из зол!... Почему ты не помог защитникам?! Почему?
   В лицо метамага из-за густой тени, падающей от полей шляпы, нельзя было заглянуть, как невозможно было прочесть его чувства. Но как бы там ни было, голос древнего мага оставался ровным:
  - Я тоже нуждаюсь во сне Ваше Величество. Но даже и не спи ночью, ничем не смог бы помочь этим бедолагам. Ауру этого демона не так легко быстро пробить...
   Чуть успокоившийся император посмотрел на мага взглядом полным раскаяния. Тяжело вздохнув, произнес:
  - Прости, друг. Сорвался.
  - Понимаю. Это такой удар... Мы теряем стратегически важный округ: рудники, кузницы, двухтысячный город, окрестные фермы с полностью очищенными полями - всё будет разорено.
  - Не спеши с выводами, метамаг, - возвестил император. - Я назначу за головы этого сброда достойную награду, и скоро Долину наводнят охотники за головами...
  - Хорошая мысль, господин... Да, и ещё. Обнаружив в сердце Империи столько разбойников, я решил проследить, откуда они взялись. И утром наткнулся на корабль, который сплавлялся по Айтрину к границам Империи. Сам корабль не нарушил границы, но выгрузил рядом с ней целый отряд головорезов и клейменых преступников. ...Кто-то пытается наводнить Империю своими отбросами.
  - Кто-то? За пустошью выше по течению Айтрина только чернокнижники. О чем это я? В этом стоящем на краю гибели мире, кроме Империи осталось лишь одно государство. У нас нет иных врагов кроме этих нечестивцев.
  - Возможно вы правы. Но быть может, иная сила пытается нас с ними стравить...
  - О чем ты говоришь?
  - Весь эфир наводнен шепчущими голосами и огненными следами. Я чувствую небывалую активность демонов. А чернокнижники, как ты знаешь, пользуются услугами тьмы и смерти, а не лордов-демонов.
  - Значит они заключили союз и с ними! Надо готовиться к войне и...
  - Ваше Величество, - остановил его метамаг, - это еще не всё...
  - Не всё? О Всевышний...
  - Не волнуйтесь, ужасные новости кончились. Настал черед хороших.
  - Да?... Говори, не медли.
  - Я почувствовал новорожденного метамага.
  - ЧТО?! - воскликнул император в голос с Кайрой.
  - Он молод и вряд ли догадывается о своей силе, - как ни в чем не бывало продолжил метамаг, - и думаю, пока о нём не знает никто кроме нас с вами.
  - Так зачем дело встало? Высылай своих посланников и тащи его сюда немедля, пока его не обнаружил кто-либо другой.
  - Это не так-то просто, Ваше величество. Он родился в другом мире. В мире, где магия прочно позабыта.
  - И ты не можешь его оттуда достать?
  - Я - нет. Но могу попробовать попросить кого-нибудь из Слуг Всевышнего...
   Император вздохнул, потом устало произнес:
  - Имея в своем распоряжении двух метамагов, Империя зацветет, невзирая на череду невзгод. Что же, я думаю, что попросить слуг Всевышнего о помощи в данном случае будет вполне приемлемо. В последний раз, кажется, Империя что-то просила тридцать лет назад?
  - Двадцать семь. Но это неважно. Я сегодня же проведу ритуал.
   Поняв, что продолжения не последует, император нетерпеливо махнул рукой:
  - Ладно, есть что-то ещё?
  - Становится жарковато, Ваше величество. Пройдемте в зал... В последнее время мне не нравится барон Шеренгвард, вчера вечером он...
   Они исчезли за фасадом, оставив Кайру на балконе. Вполуха прислушиваясь к доносившимся из зала голосам, она предалась мечтаниям. Уже забыв о поражении Империи у Зуба Дракона, она думала о неслыханной удаче, наконец улыбнувшейся их многострадальному миру.
   Появление второго метамага означало расширение Империи вдвое. А это в свою очередь значило, что люди отберут у мертвого мира еще кусочек пространства, пригодного для житья. Это просто потрясающая новость!
   А метамаг тем временем доносил до императора сведения нового дня. Но когда исчерпался запас новостей и император, забрав с собой свиту, покинул башню, Кайра решила не провожать его.
   Она испросила у владыки магов разрешения её присутствия при ритуале вызова ангела, а получив, принялась наблюдать за приготовлениями под тенью одной из колонн зала. Доселе она видела слуг Всевышнего только на картинах или в облике величественных статуй, и разумеется хотела поглядеть на них живьем.
   Метамаг походил по задам зала, разглядывая стеллажи с книгами, будто видел их в первый раз, выбрал одну, потом полистал и положил на место, другую, наконец, сел на свой трон и закрыл глаза. Но не заснул, как показалось часовым, навытяжку замершим у дверей зала, а принялся нагнетать силу, готовясь провести серьезный ритуал.
   Через минуту он вскочил с трона и, распрямившись как пружина самострела, вскинул руки к расписанному куполу.
   В центре зала, строго посреди двенадцати исполинских колонн, возник столб света, который раскрасил потолочные витражи всеми цветами радуги. Повинуясь речитативу метамага, свет преобразился в фигуру шестикрылого ангела.
   Кайра пораженно вздохнула, а позади раздался звон копий, падающих на мраморный пол, в след за ним грохот лат: часовые в зале поспешили преклонить колени.
  - Мне нужна помощь, - без предисловий сказал старый маг. - Мне нужно укрепить Империю. Доставь сюда молодого метамага... Стой! Ты не ангел!!!
  - Как ты догадался? - произнес ангел так пронзительно, что след от его голоса разнесся по воздуху в виде тысячекратного эха. - Так значит родился еще один метамаг? Как удачно. Значит у мира меньше шансов рухнуть в бездну вслед за тобой...
  - Кто ты?! - воскликнул метамаг, готовясь к бою.
   Но будто игнорируя его могучую силу, ангел издал грубый, оглушительный смех.
  - Благодарю тебя за спасение людского рода, древний. Но на этом твоя служба не закончена, отныне и до конца времен ты будешь поддерживать барьер находясь в мире мертвых и сам Проклятый будет неустанно следить за тобой...
   С этими словами, ангел перестал испускать свет, морок развеялся и перед метамагом возникла фигура долговязого мужчины в черном плаще с паутинообразной оторочкой. Словно лицедей из второсортного балагана, под шокированные взгляды зрителей он глубже укутался в плотный плащ, и обратил свое бледное как мел лицо к хозяину башни.
   Но лишь увидев черные мешки под глазами, Кайра узнала его тотчас - к ним пожаловал Сумеречный Князь - владыка мерзких чернокнижников!
  - Убейте его! - выкрикнул метамаг, нагнетая силу в собственный щит.
   Должно быть, он готовился к затяжному бою, когда Князь будет пытаться пробить его защиту убийственной магией, а он в это время подготавливать громоздкий ритуал, но всё вышло гораздо быстрее.
   Кайра тенью метнулась к чернокнижнику, но её кинжалы бессильно ударили в воздвигнутый барьер и неведомая сила отбросила ее далеко к колонне. Она тут же вскочила, презрев всякую боль, но атаковать более не могла: проклятый Князь с помощью нечестивой магии взмыл под самый потолок и оттуда безнаказанно осыпал метамага отвлекающими заклятиями!
   Услышав крики и звон с нежданной стороны, она развернулась на месте и в ужасе распахнула глаза: часовые, очарованные заклятием чернокнижника, бросились на своего господина! Колдовской щит метамага закряхтел от обилия принимаемых ударов магии и стали, и хозяин башни вынужден был создать намного более простой ритуал: он телепортировал в зал двух своих слуг - архимагов.
   Оба, представшие перед ним вместе с хлопком воздуха, архимага были стары и терты, и им понадобилось лишь мгновение, чтобы оценить обстановку. Они атаковали взметнувшегося под купол Сумеречного Князя сверкающими молниями и ударом ветра смахнули со своего господина очарованных гвардейцев.
   Кайра подлетела к опрокинутым людям и оглушила их носком сапога.
   Но что-то было не так: Князь, который просто не мог противостоять мощи двух архимагов, тем не менее оставался невредимым. Он сорвал с груди какой-то амулет и, бросив его вниз, прокричал:
   - Мне всего-то нужно было чтобы ты не смог защититься, метамаг - ты истратил накопленную силу на призыв архимагов, тем самым упустив свой единственный шанс!
   Он создал врата Тьмы прямо под куполом раньше, чем архимаги изготовились к новому, более сокрушающему удару. Но прежде чем он успел ими воспользоваться, пришел в действие сброшенный им нечестивый амулет.
   От него повеяло сокрушительной мощью и угрозой: он замерцал и выбросил из себя колоссальную силу. На несколько мгновений мир рядом с башней погрузился во тьму, будто это место было настолько омерзительно, что даже солнце отдернуло свои лучи... А когда свет появился вновь, Кайра и архимаги оглядывались и охлопывали себя не в силах поверить, что остались живы и находились в уцелевшей башне. Когда же они обратили взоры к метамагу, поняли, что заклятье нечестивца и вовсе было безвредным - похоже, вся его сила была нацелена отвлечь и ошеломить охрану хозяина башни...
   Сердце Кайры на миг замерло, когда она увидела, что никуда не исчезнувший Князь, приложил ладонь к челу метамага.
  - Ардахадарион, союзник мой! Отныне сей человек принадлежит тебе! - с упоением закричал Сумеречный Князь.
   Не отводя взора от алого света исходящего из-под руки Князя, она бросилась в атаку, но вновь не успела... Врата Тьмы поглотили довольно смеющегося Князя...
  - Целителя! - крикнул Кайра архимагам, в мгновение подхватывая оседающего метамага. - Скорее!
   Один из архимагов даже не шелохнулся - словно пребывая в ступоре, замер над распростертым на руках Кайры телом своего господина. Он силился понять почему из-под шляпы метамага исходил красный свет. Второй побежал было к лестнице, но остановился, узрев в распахнувшихся дверях его Величество со свитой.
  - Что тут происходит?! - вскричал император.
  - Сумеречный Князь, Ваше Величество, он ранил господина.
   Император и целитель из свиты, обгоняя друг друга, бросились к метамагу, но тот лишь покачал головой, останавливая суету.
  - Князь поставил на меня печать Проклятого, - прохрипел обессиленный владыка магов. - Теперь он видит меня даже из своих чертогов... Сейчас он явится за мной, и от этого нет ни спасения, ни защиты.
  - Должен быть способ! - яростно закричал император. Его руки порывались снять с метамага шляпу, чтобы хорошенько разглядеть алую метку на его лбу, но тут же отдергивались, не в силах преодолеть священный трепет перед древним...
  - Ради этой печати Князь замучил тысячу людей. Мне осталось смиренно ждать, пока Проклятый заберет меня в чертоги ада, что вознеслись над миром мертвых...
  - Но...
  - У меня мало времени, не перебивай, - прошептал метамаг, - и слушай внимательно.
   Император бросил на старого друга взгляд, полный страдания.
   Кайра разделяла его чувства, она помнила метамага с детства, когда этот страшный старик, со скрываемым в тенях лицом приходил во дворец на празднование дня рождения её деда, когда тот ещё правил империей. И вот теперь у казавшегося бессмертным мага не было сил, чтобы даже прятать своё лицо. Оно было старым, мудрым и ужасно бледным... И тем отчетливее на нем виднелась горящая во лбу алая руна!
  - Я думаю, и Князь и Проклятый не желают окончательной гибели мира, - тусклым голосом продолжил обреченный, - поэтому я продолжу поддерживать барьер даже из Чертогов. Но хуже всего, что я невольно рассказал Князю о молодом метамаге... Он найдет его... Убей. Убей молодого метамага...
  - Но почему, я должен уничтожить последнюю надежду людей?...
   Древний дернулся, будто в конвульсиях:
  - Время пришло, - прокричал он из последних сил. - Он идет! Отойдите все, и не вмешивайтесь! Вы не в силах ему помешать!
   Кайра недаром была главой охранителей, как только в воздухе над метамагом стало появляться красное свечение, она дернула Императора и потащила прочь от распростёршегося на полу метамага.
   Император еще ничего не успел понять, стражи императора не успели изготовится к бою, а метамаг закричал, когда из открывшихся огненных врат вырвалась гигантская кровавая рука. Из последних сил он попытался воздвигнуть защиту, но окровавленные пальцы, каждый из которых был с бедро Кайры, ухватили его тело, похоже даже не заметив защитного кокона.
   Архимаги попытались ударить в исполинскую руку, тянувшую их господина в огненный портал, но метамаг закричал диким голосом:
  - Нет! Назад!
   С него слетела шляпа, и все увидели что на челе, под гривой седых волос, полыхала метка ада... В последний миг серые глаза поймали взгляд императора:
  - Убей метамага! Заклинаю!
   Кайра отвернулась в момент когда в огненном вихре, зажатый в кулаке Проклятого, исчез последний хранитель империи. Такой беспомощной она еще себя не чувствовала.
   Один из архимагов поднял с пола шляпу господина и осторожно, словно ценное сокровище, прижал ее к груди. Он проделал это тихо, но звук его шагов и шорох плащей в мертвой тишине ударили будто колокольный набат.
   В этот момент в зал ворвался отряд рыцарей и знати, спешащих выяснить, что случилось с правителями империи. Они замерли, будто налетев на невидимую преграду, сгрудившись на пороге распахнутых дверей. Вид императора, застывшего на коленях, поразил их словно гром.
   Но император наконец собрал волю, поднялся с мраморных плит, и разлепив губы, приказал голосом похожим на камнепад:
   - Файраназ, готовь войско для войны.
  - Понял, отец, - ответил поклонившийся наследник престола.
  - Лайнез, собери малую часть легиона, возьми нескольких рыцарей и веди их в Долину рудников - там большие проблемы.
  - Да, отец, - ответил младший принц.
  - Кайра, ты единственная моя дочь и любимейшая из моих детей, я боюсь потерять тебя, но не могу доверить это никому другому. Во что бы то ни стало найди молодого метамага, пришедшего из иного мира... и убей его.
   Кайра сжала кулаки, но поклонилась и произнесла с горечью в голосе:
  - Поняла, мой повелитель.
  
  Глава 1
  
   Колодец оказался самым глубоким в мире - Сэт вспотел, пока спускался по ржавой цепи на его дно. Зато когда ноги коснулись земли и в нос ударил смрад, а кожа восприняла сырость, все невзгоды вылетели из головы.
   Перехватив поудобнее меч, и проверив ремни на латах, Сэт стал красться на другой конец карстовой пещеры. По условиям Cоздателей мира он видел в темноте как кошка, так что ни в каких подручных приспособлениях вроде факела и фонаря не было необходимости.
   Во мраке появилась сгорбленная спина, едва прикрытая лохмотьями. Трупные пятна и куски разложившейся плоти, слава тем же Создателям, он разглядеть не мог, но и без них с каждым шагом всё сильнее боролся с омерзением - дышать просто невозможно!
   'И зачем я согласился на это?! Надо было блокировать чувство обоняния! А то нет - лес и травку хотел понюхать!'
   До фигуры осталось три шага. Два. Один... Он оттянул двуручный меч насколько позволяли габариты пещеры, и изо всех сил рубанул... Меч дернулся из рук, но прошел сквозь преграду...
  - Ессс!
   Голова зомби отделилась от тела и полетела вниз по резко спускающемуся желобу пещеры. Конечно, были у этой маленькой победы и свои отрицательные стороны - в виде волны невероятной вони, исторгаемой напополам сложившимся телом... Но даже угроза выворачивания желудка не шла ни в какое сравнение с тем, что сейчас устроит ему напарница.
   Вернувшись к колодезной цепи, он достал кресало и дважды высек искры, метясь в черноту шахты. Цепь зазвенела, закачалась, и через минуту рядом с ним стояла она - свирепая эльфийка.
  - Что-то ты долго спускался, - шепнула она, доставая из-за спины лук и накладывая на тетиву серебряную стрелу. - Я уже думала тебя здесь сожрали. Ладно, не делай резких движений - тут рядом должен быть зомби.
   Сэт не ответил, позволил ей выйти вперед на полкорпуса и прокрасться к тому месту, где по её предположению должен был находиться этот зомби...
  - Ну ты и урод! - воскликнула она. - Я же сказала, убьем его вместе!
  - Я же не мог стоять у него под боком и безропотно ждать пока ты спустишься!
  - А почему нет?! Этот зомби глух, слеп и стоял к тебе спиной! В прошлый раз он нас обнаружил, когда мы едва на него не наскочили!
  - Да, а ты помнишь, какие проблемы он нам устроил? А так, я срубил его одним верным ударом.
  - Да ты просто эгоист! Вот фиг я куда-нибудь пойду с тобой еще раз! А если пойду, то не оставлю одного!
  - Ладно, тише. Все окрестности переполошишь.
  - Да пошел ты.
   Полуголая эльфийка переступила через бесформенный куль оставшийся от зомби, и, выставив вперед лук, словно штурмовой автомат, понеслась к выходу из пещеры.
   Окрикивать её Сэт не стал, хотя быстро нагнать не получилось. Перед вывороченной дубовой дверью, которая раньше закрывала путь в сокровищницу колдуна, она остановилась и выстрелила, как показалось не целясь. Раздались крики, топот.
   Сэт не понял, попала ли она хоть в одного из Черных мародеров, но когда закрыл её своим телом, на него бросились сразу трое. Причем один из них был с двуручным топором!
   Меч Сэта устремился на защиту, сразу дернулся вниз, прогибаясь под тяжестью двух одновременно ударивших мечей, но откинул их и пошел наперехват Великого топора. Мышцы схватила судорога, а пальцы едва не разжались, когда на стальную полосу в его руках обрушилась, наверное, целая тонна.
   Жаль, но рукоять топора, упавшая на лезвие меча, не перерубилась надвое. И в следующую секунду мародер в черных латах тянул оружие на себя. Его телодвижения прикрывали два мечника, так что достать его Сэт не мог даже в такой уязвимый момент.
   Он-то не мог, но что делала эта чертова эльфийка?!
   Сэт ожидал, что вот-вот в горло топорщика воткнется стрела и, истекая потом, ворочал деревянными руками и неподъемным мечом, зная, что его задача не подпускать врага 'к артиллерии'. Но звук опускающейся тетивы так и не раздался... Вместо этого он увидел, как сбоку от него, размахивая сабелькой, выскочила эта чокнутая.
   Остервенело крикнув, он из последних сил навалился на мечников и, не обращая внимания на царапины, оставляемые их мечами на своих доспехах, теснил их в глубь зала. Несколько ударов мечников были отбиты, но вдруг он почувствовал отголосок боли, когда острое лезвие коснулось незащищенной броней кисти.
   Всех героических усилий оказалось недостаточно. Чертова эльфийка была или глупа, или настолько уверена в своих возможностях, что вместо природного проворства противопоставила топорщику прямую силу.
   Краем глаза Сэт увидел, как обрушившийся на подставленный щит двухглавый топор разбил его в щепки. Левая рука эльфийки повисла плетью, несколько секунд она просто не двигалась, оглушенная болью, а когда подняла сабельку, чтобы подставить её под сокрушающий удар... Нет, могла бы и не пытаться.
   Её бездыханное тело отлетело к стене, и мародер, не обращая больше на неё никакого внимания, шагнул к Сэту...
   'Сразу три серьезных врага! - пронеслось в голове Сэта. - Черт, придется...'
  - Я убью вас! - воскликнул он, вознося над головой двуручный меч.
   В единый миг Черные стражи отступили на шаг и приняли оборонительные стойки - то чего Сэт и добивался.
   Вместо того, чтобы атаковать, он отпрыгнул назад, сократи дистанцию до приемлимого максимума, опустил меч и закрыл глаза.
  - Я убью вас! - стиснув зубы, повторил он будто заклинание.
   И словно отзываясь на эти слова, сердце заколотилось вдвое быстрее, в глазах потемнело, будто вдруг окончилось действие ночного зрения, жилы на шее и руках взбухли узлами, а пальцы сжали рукоять меча с такой силой, что будь она деревянной, разлетелась бы в щепки...
   Он открыл глаза как раз в тот момент, когда Черные стражи, поняв что силовой атаки не последует, вновь перешли в наступление.
   Сэт готов был бросить меч и рвать их на куски руками и зубами, и уж конечно, он рассчитывал положить их парой взмахов двуручника, но в этот момент произошло нечто настолько неожиданное, что заставило даже помутневший разум забыть о врагах.
   В углу комнаты появилась мерцающая фигура в сером плаще, и огромной старомодной шляпе, полы которой прикрывали лицо так плотно, что черная тень закрывала даже призрачное лицо...
   Удар пары мечей покачнул Сэта, а двуручный топор довершил начатое. Он упал на колени, видя как раскалываются латы, обнажая миру окровавленную плоть...
   - Конец игры, - сообщила система. - Данные статистики сохранены на вашем личном аккаунте.
  - Проклятье! - заревел Сэт, когда иллюзорный мир рассыпался перед глазами на тысячи осколков. - Черт!
  - Вами набрано семьсот шестьдесят очков. В общем рейтинге вы опустились до триста сорок второй позиции.
  - Проклятье, - повторил Сэт, но на этот раз менее ожесточено. - Теперь я не попаду на турнир...
   Он снял шлем и безрадостно взглянул на зал с сотнями платформ, на которых стояли люди в черных облегающих костюмах и продолговатых шлемах с тянувшимися от них наверх кабелями. Все они держали несуществующее оружие, и он мог бы определить, у кого в руках сейчас коротенький лук, у кого двуручный молот, а кто пробирается между укрытиями с мелкокалиберным автоматом.
   'Но что это был за призрачный глюк? Неужели это админ? Они что, поняли что я жульничаю?'...
   Сойдя с платформы, обнаружил рядом с собой фурию. Напарница, эльфийка, в жизни была не так прекрасна, но обычно тоже ничего. Обычно - когда не шипит как рассерженная кошка, и не говорит, что он кретин, не дающий ей получать удовольствие от игры.
   Вот знает же, что сама накосячила, а переворачивает всё с ног на голову, лишь бы её не уличили. В прошлый раз, когда они наткнулись на того зомби, она все равно умерла - потому что, вместо того чтобы стрелять из-за спины Сэта, она норовила сойтись в рукопашную.
   Ей невдомек, что при настройках на максимальный реализм, сила игрока полностью соответствует объему и тонусу его мышц. Прежде чем Сэт стал таскать двуручный меч, он целый год качался в тренажерном зале и развивал выносливость на спортплощадках. А она, лишь пройдя обучающую программу 'мастер лука', зачем-то пытается достать врага своей игрушечной сабелькой.
  - Ну что, Саймон Сэт, попробуем еще раз? - спросила она, чуть успокоившись.
  - Нет, Надя, я не хочу завтра опоздать на первую пару.
  - Ну и иди, - сказала она пряча разочарование под презрением. - Я тогда с Александром постреляю в террористов.
  - Пока.
   Он уже был на полпути к раздевалкам, когда она крикнула едва ли не на весь игровой зал:
  - Нет, я лучше пойду с Алукаром отстреливать звездных десантников! Он уже давно порывался обучить меня стрелять из лазерной винтовки!
   Для чего она это кричала, Сэт, конечно, догадался, но не подал вида - она была не в его вкусе. Надо быть законченным мазохистом, чтобы иметь серьезные отношения со скандальными бабищами - пусть и ещё молодыми.
  Сняв с себя игровой костюм и одевшись в стандартный 'студенческий прикид', он вошел в лифт и уже через минуту оказался на крыше. Причал располагался на высоте в сотню метров над поверхностью земли, поэтому ураганный ветер ударил со страшной силой, стоило ему вступить на крышу башни игрового центра.
   У стены шахты лифта оттирался пяток крепких парней, они пили пиво и громко смеялись, но при его появлении разговоры стихли. Когда Сэт проходил мимо них, уловил на себе заинтересованные взгляды, но дело этим и ограничелось...
   Не обращая внимания на дикие порывы ветра, он остановился и стал рассматривать небо, покрытое черными, со свинцовым оттенком тучами. В одном месте оно было залито лучами оранжевого света, яркими снопами пробивающимися через загрязненную атмосферу. И лишь спустя какое-то время, он подошел к терминалу и вызвал одноместный кар.
   Машина приземлилась спустя две минуты и он уже собирался в нее сесть, как что-то заставило его обернуться - должно быть всему виной порыв ветра принесший ему злобный смех и обрывки свирепых фраз.
   В тот же миг Сэт разглядел что те трущиеся у лифта парни зажали тройку каких-то неудачников, и требовали деньги за проход.
  - Богатенькие детишки еще не наигрались? - донеслось до ушей Сэта фраза лидера гопников. - Тогда сейчас мы покажем, что играть можно не только в виртуальности!
  - Что вам от нас нужно?! - закричала зажатая с друзьями девушка. - Оставьте нас в покое!
   Сэт наверно бы закрыл дверь своего кара и задал бы координаты дома, если бы в той девушке не узнал бы Надю, а в ее друзьях Алукарта и Александра.
   Гопники смеялись. В их полупьяных умишках было предвкушение веселья и наживы. Должно быть поэтому они столь сильно разозлились, когда кто-то попытался им помешать. Их лица были просто зверскими, когда они развернулись к Сэту, велевшему оставить ребят в покое.
  - Что ты сказал?... - начал один из них. - Да я тебя...
  - Заткнись, Гвоздь, - оборвал его лидер. - Это тот самый...
   Лица гопников поскучнели, даже агрессивный Гвоздь помрачнел, а лидер сказал, показывая пустые ладони Сэту:
  - Слушай парень, не кипятись, мы просто пошутили... Ребята пошли в клуб.
   Когда шайка гадов скрылась за дверьми лифта, Надя набросилась на Сэта:
  - Ни чего себе! А ты оказывается крут!
  - Ага, - поддержал ее Алукарт, руки которого еще дрожали от пережитого шока, - поверить не могу, что они тебя испугались.
  - Ну хватит молчать, - велела Надя, - давай рассказывай!
  - А что вы здесь делаете? - вместо ответа спросил Сэт. - Вы вроде еще играть собирались.
  - Неважно! - разъярилась девушка. - Мы передумали! Так, колись давай!
  - Я не знаю почему они меня испугались. Наверно приняли за кого-то другого...
   Похоже его словам никто не поверил.
   - Ну-ну, - сказала Надя и обиженно умолкла.
   Остальные тоже посмотрели на Сэта неодобрительно, но он решил не обращать на это внимание. Действительно, не рассказывать же им, что три месяца назад эти гопники уже пытались опустить его на деньги, после чего все пятеро оказались в больнице. Правда тогда в это число входил и он сам, но все же второй раз гопники проверять удачу не захотели...
   Кар наконец взлетел и стал развозить приятелей по домам. Когда очередь дошла и до дома Нади, девушка скорчила рожицу и вышла так и не попрощавшись.
   Оставшись в одиночестве Сэт уставился в окно. Верхушки башен небоскребов, параллелепипедов и шпилей блестели солнцеотражающими стеклами, но совсем не так ярко, как бликовала желтая и мутная река прорезающая город извилистой дорогой.
   Многие улицы были наполовину скрыты серой дымкой, и невидимые с такого расстояния люди, копошащиеся далеко внизу, могли ходить по улицам только в специальных масках, но, тем не менее, город был прекрасен.
  - Пункт назначения достигнут, - сказал приятный механический голос автокара. - Пожалуйста, не оставляйте в салоне свои вещи.
   Выйдя из машины, он спустился на тридцать этажей вниз и почти сразу оказался дома.
  - Надо же, еще даже одиннадцати нет, - сказала мать, столкнувшись с ним в прихожей. - Кушать будешь, Саймон?
  - Сколько раз повторять, зови меня либо Сэтом, либо полным именем, - буркнул он. - Я ужинал в кафе... Пойду спать.
  - Ну как знаешь, Саймон. Тогда я йогурт утром доем! Не забудь купить себе что-нибудь на завтрак - не могу позволить, чтобы мой сын поехал в университет голодным.
  - Ладно. А ты куда?
  - С подругами на вечеринку, сладких снов.
   Она захлопнула дверь раньше, чем Сэт успел снять ботинки.
   Как всегда придет не раньше одиннадцати утра, но к тому времени он уже будет в универе. Оттуда снова пойдет в клуб, и когда вернется домой часов в двенадцать ночи, её скорее всего опять не будет. А что, она может себе позволить развлекаться как заблагорассудится - пока Сэт студент, его богатенький папочка продолжит отчислять нехилые алименты. Именно поэтому она так настаивает, чтобы после окончания, он поступил в аспирантуру.
   Впрочем, Сэт сам собирался туда идти. Его как-то не вставляло содержать и себя и безработную мать. К тому же, если он будет работать, на игры времени не останется - а он на них не просто подсел. Он намеревался выиграть турнир, и после этого кататься как сыр в масле, однако из-за сегодняшнего глупого поражения, в этом году выиграть уже не получится. Значит, он будет участвовать в следующем...
   С этими мыслями он разделся и лег в кровать. А уснул почти в тот же миг, как коснулся головой подушки.
   Это было необычно: он был еще в полудреме, когда навалился яркий и живой сон.
   Со всех сторон надвинулась волна тьмы, которая с головой затопила спящий разум. Сэт, будто смотря на себя со стороны, в одиночестве стоял посреди черного океана. А потом перед ним возник яркий столб белого, но не слепящего света, и когда он схлынул, будто вода в отключившемся фонтане, на его месте возник странный образ.
   В этот миг Сэт забыл о том, что спит.
   Престарелый человек в плаще и шляпе, тень от которой черным углем закрывала его лицо, взмыла над ним словно грозовое облако над засушливой землей. Из-под шляпы выбивалась грива пепельных волос, а из тени под шляпой его изучали невидимые, но пронзительные глаза.
   Весь его облик будто бы светился осязаемым светом. Исходящий от него ореол разгонял черноту вокруг и внушал какое-то доселе неизведанное чувство - смесь благоговения и желания служить.
   С большим трудом Сэт собрался с мыслями и наконец задал мучавший вопрос:
  - Кто ты?
  - Я метамаг, слуга Всевышнего, - произнес сильный, неимоверно властный голос.
   Непонятно почему, но Сэт зажмурился. Должно быть дело в том, что этот голос содержал в себе первозданную красоту, энергию и величие Вселенной. Песнь ветра, трепет огня и журчание воды - вот что было вложено в этот голос.
  - Ты поможешь мне? - заговорила странная фигура, смотря на него сверху, чуть склонив голову.
   Едва поняв, что этот вопрос был обращен к нему, Сэт учащенно закивал, но поинтересовался осторожно:
  - Чем я могу тебе помочь?
   Собственный голос казался ему противным и мерзким, а тело вдруг стало жалким и болезненным. Но загадочный образ не дал прийти в уныние.
   Осветив его своим отражением своей силы, негромко произнес:
  - Враги заключили меня в Чертогах и поэтому я ищу твоей помощи.
  - Не понимаю...
  - Ты не чувствуешь страха, ты ощущаешь, как тесен тебе твой мир. Ты хочешь уйти от него, ты хочешь забыться, ведь ты знаешь, что достоин другой участи. Скажи, это так?
  - Да... наверное.
  - Тогда я предлагаю тебе новую стезю. Скоро я заберу тебя в иную Вселенную, где твоя сила понадобится миру для того, чтобы выжить, а мне - чтобы получить свободу.
  - Но почему ты обращаешься именно ко мне?
  - Внемли мне: ты не ведаешь страха - ибо твоя сила безгранична; перст смерти избегает тебя - ибо не может коснуться; судьба не властна над тобой - ибо ты её хозяин. Возможно, ты единственный кто может помочь мне. Так каков будет твой ответ? Ты освободишь меня?
   Сэт машинально кивнул, и с облегчением перевел дух, когда вспомнил, что спит. Вот же нелепый сон...
  - Тогда я открою тебе дорогу в новый мир и найду тебя там, когда станешь готов.
   С этими словами сумбурно говорящий стрик исчез, а Сэт подскочил на кровати.
  - Сон! Всего лишь сон! Чертовы игры, надо с ними завязывать. С самого утра начну искать себе работу...
  
   Проснувшись утром, он обнаружил, что будильник звенел десять минут назад. Вскочил как ошпаренный, напялил джинсы и футболку, побежал на кухню. Достав из антресоли заначку с хлебом и кругом сыра, положил на стол и принялся искать нож. Главное, в спешке не забыть положить это обратно - иначе мать, вернувшаяся домой после ночного травкокурения, всё сожрет и ему надо будет опять заказывать еду на дом, - что при его бюджете было очень паскудно.
   Отыскав, наконец, нож для резки мяса, налил кружку чая и принялся резать сыр... А в следующий момент он уже пытался ухватить край стола - чтобы удержаться от падения.
   Сэт ничего не понял: в глазах потемнело, из-под ног улетела опора - ему показалось, что либо взорвался дом, либо в его голове лопнул кровеносный сосуд... Но вот он наконец почувствовал, что стоит на четвереньках, а в глазах стало проясняться.
  - Что за шутки? - спросил он. - Где моя квартира?
   Под его руками была мягкая земля, между пальцами - яркая трава. Подняв голову, он увидел зеленый холм и прозрачное, ярко-синее небо в котором весело светило весеннее солнце.
  - Эти уроды что совсем озверели?!
   Первой мыслью было, что над ним кто-то подшутил. Вырубили наркотиками, засунули в игровой костюм и подсоединили к серверу, но глаза опустились на джинсы, футболку и нож в руке. Тот самый нож, которым он резал сыр и который не выпустил из рук, даже падая на четвереньки.
   Он еще раз оглянулся на окружающий мир, не нашел в нем ни малейшего намека на текстуры или налета 'приторности'. Всё, от травинки под ногами до края облачка на горизонте, было естественно, правильно и с идеальной перспективой. Он ощущал дуновение ветерка и чувствовал мельчайшие грани окружающих запахов - такое не потянут даже суперкомпьютеры.
   Посмотрев еще раз на нож, он провел острием по подушечке пальца. Кольнуло настоящей болью, из-под лезвия засочилась кровь. Он засунул палец в рот и попробовал кровь на вкус.
   Она была соленой, вязкой, чуть горьковатой.
   ...И тогда в его голове будто бы рухнули врата крепости защищающей его разум от океана безумия. Его захватила истерия.
  
  Глава 2
  
  Стаи облаков, будто слепленных из мягкой ваты, летели над зелеными холмами так низко, словно высматривали себе место для посадки. Бушующий ветер, гонящий их с такой скоростью, на земле лишь слегка обдувал редкие, одинокие деревья. Наверно это потому, что путь ему перегородила высокая, затянутая синеватой дымкой горная гряда.
   Стоящее в самом зените солнце испускало во все стороны мягкие лучи, под которыми с удовольствием грелись замершие в траве полевые грызуны. Они не боялись хищников в небе, странным образом понимали, что при таких низколетящих облаках не охотится ни один уважающий себя сокол...
   Только сейчас Саймон Сэт понял причину из-за которой он так любил виртуальную реальность: где как не здесь можно увидеть великолепие природы? Чистое небо, белые облака, хрустальные горы и зеленую траву - в реальном мире ничего из этого не осталось. В реальном мире люди довольствуются лишь промозглыми серыми буднями, отравленным воздухом, да цветными ток-шоу по вечерам. И может быть не так уж и плохо навсегда зависнуть в этом прекрасном, хоть и вымышленном мире?
   Он сидел на вершине одного из сотни раскинувшихся до горизонта холмов, пожалуй, несколько часов.
   Он уже давно перестал биться в нервной истерике, перестал чего-либо ждать и надеяться проснуться. Уже успел отринуть сотни гипотез. Конечно, так ни в чем и не уверился, но две мысли посещала голову чаще всех остальных.
   Либо он попал в иную реальность: в параллельную вселенную, или перенесся во времени - либо в следствие случайности или чудовищного эксперимента, застрял в какой-то новой игре...
   Но теперь он вдруг понял, что причина не важна и душевные терзания бесполезны - необходимо действовать.
   Поднявшись в рост, оглянулся вокруг в последний раз, и отправился в противоположную сторону от горной гряды - на юг.
   Тапочки, те самые которые он одел едва проснувшись в своей кровати, сразу выдали протест столь небрежному обращению - но он старался ступать ровно - чтобы не порвались и не слетели. Сказать, что до сих пор испытывал шок - значит не сказать ничего, но с каждым его новым шагом слабость оставалась все дальше позади.
  - Когда-нибудь я выясню, что происходит, - пообещал он себе. - Если это игра - я буду в нее играть, а если нет... что же, будь что будет.
   В поисках людей он шел, придерживаясь заданного направления, и попутно старался высмотреть в этих, казалось, бескрайних холмах какой-нибудь захудалый ручеек. С каждой минутой он все меньше верил, что находится в виртуальном мире - ведь пить хотелось совсем не понарошку...
  Забравшись на самый высокий бугор, он обнаружил кусок петляющей меж холмов дороги. Кажется, она тянулась от гор на севере и терялась где-то в холмах на юге, а, следовательно, он выбрал правильный путь.
   Уже через несколько минут Сэт вышагивал по грунтовой дороге, с сомнением глядя на попадающиеся следы от телег и копыт лошадей, а еще через минут пять - встретил первых людей...
   Ему заступили путь четверо радостно скалящихся человека, закутанных в грязные серые плащи. То есть закутан в плащ был один, а у других эти плащи лежали поверх грубых стеганых жилетов - скорее всего местный аналог кожаной куртки. В руках троих из них хищно блестели лезвия ржавых кривых мечей, а тот, что смеясь вышел вперед с возгласом 'он мой', сжал парные железные кинжалы, направленные острием в землю.
  - Ты что, сбежал из рудников? - хрипло донеслось из-под серого капюшона. - Неосмотрительно с твоей стороны.
   Он явно тянул время, изучая противника, его странную одежду, а главное, домашние тапочки. К тому же, как почудилось Сэту, он появление здесь безоружного человека было чертовски неожиданным.
   Сэт метнул взгляд на грязные лица его подельников и понял, что предположение, которое он высказал про бегство с рудников, похоже не поверили даже они.
   Несмотря на то, что Сэт держался уверенно, сердце стучало как бешенное. Он смотрел в глаза противнику сцепив зубы, и расслабив руки, но мысли метались в безумном хороводе.
   Оборванец с парными кинжалами занервничал, тем самым подтвердив вывод Сэта, что это не игра. Но тогда... Тогда тут запросто можно умереть!
   Первой его мыслью, после сделанного вывода, было о необходимости договориться и уладить дело миром. Но еще раз взглянув на скалящуюся рожу пока еще осторожничающего противника, он понял, что договориться не получится. Перед ним были убийцы, безжалостные маньяки, получающие удовольствие от самого процесса придания смерти. Они ни за что не выпустят его живым. Остается только драться...
   'Но их четверо. У меня нет шансов!... Но тогда почему они медлят?'
   Он еще раз всмотрелся в глаза своего противника. Они были практически бесцветные, водянистые, в них плескалась жадность и страх... Сэт вдруг понял, мотивы действий своего врага.
   Дрянное качество их оружия позволило сделать вывод, что этот член разбойничьей шайки позарился на стальной нож в его руке и, чтобы не делиться трофеем с подельниками, устроил поединок один на один. А сейчас, видя, что Сэт нисколько не испугался, терзался, обдумывая, не совершил ли он ошибку.
   'Четыре человека, - сказал себе Саймон Сэт. - Четыре вооруженных человека... Даже если я исхитрюсь убить этого, остальные меня задавят... Если только...'
   Услышав издевки недовольных промедлением друзей, противник Сэта закричал и сделал бросок вперед. Сэт отпрыгнул, вскинул нож, но бросок человека был ложным. Его бесцветные глаза блестели под капюшоном не хуже лезвий клинков в руках. Стремясь запугать, он перехватил кинжалы в верхний хват и стал приближаться стелящимся шагом.
   Его действия лучше всяких слов говорили, что перед Сэтом был не разбойник, а настоящий убийца. Один из тех, с кем он с большим трудом расправлялся в виртуальности...
  'Но это реальность! У меня нет шансов! Надо сбросить цепи и тогда...'
   Он стиснул зубы, убеждая себя не паниковать. Если он одолеет хотя бы одного врага находясь в трезвом уме, шанс того, что он выживет сбросив ограничитель, существенно возрастет.
  Одним движением, заученным в виртуальности сотни раз, он отступил на шаг и поменял хват, направив лезвие ножа к земле и вставая в позицию 'кобры'. Вышло это легко, несмотря на то, что Сэт ни разу не проделывал подобного 'в реале'. Зато у врага при виде его кажущейся непринужденности атакующий пыл заметно поубавился.
   Но он быстро подавил вновь нахлынувший страх и, сделав глубокий шаг навстречу, атаковал, одновременно выбрасывая вперед два кинжала. Один из них направился на перехват ножа Сэта, другой - ему в живот. Заранее рассчитав длину руки и ножа противника, Саймон не стал обращать внимания на лезвие, мелькнувшее у лица. Изогнул руку под прямым углом, отбил нижний выпад, ушел в сторону и ударил, метясь в лицо.
   Поскольку он держал нож в жесткой кисти, отбить такой удар или отклонить в сторону одной рукой было практически невозможно, и противник сделал единственное, что ему оставалось: не став рисковать, выбросил наперехват оба кинжала, и как бы не был стремителен укол ножа, он угодил в блокирующий замок.
   Лезвия заискрились, враг пытался провести ножницы и вырвать оружие из руки Сэта, однако он, заученно надавив на слабое место, вытащил нож из ловушки и, изменив фиксацию кисти на 'мягкую', нанес по его рукам два режущих удара.
   Кровь заструилась по пальцам, в водянистых глазах отразилась жгучая боль. Раненый бандит, морщась, на мгновенье прикрыл веки, а когда открыл, увидел, как в его сердце впивается холодная сталь.
   Сэт не знал, о чем бедолага думал в момент смерти, да и не хотел знать. С большим трудом оторвав взгляд от его стекленеющих глаз, он хладнокровно выдернул из груди нож, прежде чем тело стало заваливаться на землю.
   Сожалеть, или давать себе передышку он не имел права - рядом открыли рты еще трое смертельных противников.
   Может быть, будь два мечника чуть более чистыми и выглядевшими менее оборванными, Сэт бы и вспомнил о каких-нибудь правилах поединка, но так, без зазрения совести метнул нож в горло ближайшего ошарашенно уставившегося бандита и, не дожидаясь результата броска, быстро нагнулся, подбирая валяющиеся у ног кинжалы. Если уж добровольно отдаваться безумию, то делать это вооруженным!
  - Я убью вас! - заорал он во всю силу легких, и его грудь заходила ходуном от того, что сердце своими безудержными толчками пыталась пробить ребра.
   Когда он распрямился, это уже не был Саймон Сэт. Не человек - зверь в человеческом обличье оказался противником бандитов.
   Они отшатнулись, все как один, когда он оскалился и зарычал... Даже обезображенное судорогой боли лицо разбойника в плече которого плотно засел блестящий кухонный нож, свело от страха, при виде глаз чудовища, еще недавно казавшимся беззащитным путником. Раненый человек хотел закричать, но крик застрял в горле, когда чудовище вытянув руки с зажатыми кинжалами по богам, в один невероятный прыжок оказался рядом с ними...
   Он еще не успел окончательно испугаться, когда два лезвия располосовали горло от уха до уха, и он еще не успел умереть, когда этот безумный монстр, переключился на его соратников.
   На встречу окровавленному чудовищу полетел меч, но удар пришелся на воздух, а рука державшая этот клинок вдруг ни с того, ни с сего отделилась от остального тела. Мужчина завопил от дикой боли, здоровой рукой пытался зажать обрубок руки из которой красным фонтаном била кровь, но жажда жизни еще не оставила его, он попытался разглядеть противника, когда что-то холодное вошло в глаз и мир вдруг полностью потемнел.
   Последний горе-грабитель не стал досматривать кровавое действо, сразу как только второй его товарищ был убит лютым чудовищем, он бросил меч и побежал так, как ни бегал никогда в жизни. Однако зверь оказался куда как быстрей.
   Что-то тяжелое и острое разрубило спину бегущего от чего подкосились ноги и он упал даже не чувствуя боли от удара. На его спину обрушился еще удар, а потом еще, еще и еще, и последней мыслью было: 'Да когда же это кончится...'
   ...Сэт обнаружил себя вонзающего красный от крови меч в не менее красное месиво, что недавно было человеком. О том, что произошло и откуда у него взялся этот меч, он не помнил, хотя догадка тут же пришла на ум.
   Очень медленно, словно боясь увидеть затаившееся за спиной чудовище, он оглянулся и увидел трупы лежащие в лужах собственной крови.
   Слабость подкосила его, он почувствовал себя электронной игрушкой, из которой вдруг вытащили батарейку. Усталость и опустошение придавили его к земле.
   Он сидел на коленях не шелохнувшись продолжительное время, а затем поднял голову и устремил взгляд на начавшее заходить солнце.
  - Это игра, - сказал он. - Это всего лишь игра...
   Поднявшись на ноги, он бросил на тела оценивающий взгляд.
   Распростершиеся на дороге трупы смотрели на него стеклянными глазами, в них была тоска и молчаливый укор.
   Трупы - это мертвая материя, - напомнил он себе. Считать их чем-то иным сродни утверждению, что камень может испытывать какие-то чувства. Но тогда почему он не мог избавиться от ощущения, что они вот-вот оживут, чтобы отомстить убийце?
   Преодолевая брезгливость к пахнущим навозом и мочой, начинающим остывать телам, первым делом Сэт проверил кармашки черных от грязи плащей. У всех троих нашел тряпичные кошельки с кучей медяков и несколькими серебренными монетами. Повертев одну такую в руках, убедился в её грубой ковке и неразборчивой печати - как бы там ни было, он опустил её в собственный карман вместе со всеми остальными.
   Закончив обшаривать карманы, присмотрелся к сапогам. У одного из них они были почти новые. Они были необходимы, но... снимать их с трупа. А потом носить...
   'Опомнись! Эти сапоги - залог выживания. Сними и надень!'
  Несколько раз глубоко вздохнув и выдохнув, Сэт потянул правый сапог.
  - Это игра, - повторил он себе. - Всего лишь игра.
   В нос ударила вонь давно немытых ног. Он отшатнулся, отвернулся, вперился в горизонт, а потом, собравшись с духом, повторил эту операцию с другим сапогом. Но теперь, когда они были у него в руках, надеть их казалось задачей еще сложнее. И после минуты внутренней борьбы Сэт решил их отложить и принялся искать другие пожитки разбойников. В конце концов, они должны были взять собой воду.
   После недолгих поисков заметил в траве на уклоне холма мешки с тесемками для закидывания на плечи. Но и тут его ждало разочарование. Отложенные бандитами мешки только снаружи выглядели стоящими, а внутри была такая гниль, что ударивший в ноздри запах напрочь отбил охоту в них копаться.
   Высыпав содержимое на траву, придирчиво оглядел добро покойников: зачерствевший хлеб, сыр с плесенью, причем явно не французский, прогнившие до последней стадии яблоки, которые отказались бы есть и голодные свиньи, перемешивались с дико смотрящейся бытовой утварью. Медный подсвечник, черное из-за окисления серебряное блюдце и еще ряд предметов, назначение которых до него просто не доходило. Из всего этого барахла он позарился лишь на флягу с кисло пахнущей брагой - у этих бродяг даже воды не было!
   Несмотря на жажду, пить он не стал - использовал вино в качестве дезинфицирующего средства, обильно промыв им внутренности сапог. И оставив их сушиться на солнце, привязав к фляге шнурок, повесил её за ушко для ремня джинсов. По здравому размышлению Сэт решил таскать эту брагу до тех пор, пока не найдет источник воды.
   Вернувшись к мертвецам, Сэт заметил некоторую странность. У всех четверых глаза были одного цвета, точнее все были водянистыми, или близко к этому. Неужели они все братья?
   Бросил взгляд на ржавые мечи, он недовольно поморщился: их вид так и говорил, что они сломаются от пары ударов. И вообще, эти мечи довольно сомнительная альтернатива его стальному ножу... Но тем не менее, выходить на бой против клинка, имея в руках один лишь нож, - чистое самоубийство. Так что пришлось выбрать меч получше. К своему сожалению, он уверился, что выбор был не богат: выбирая между ржавым и ржавым, кривым и кривым, Саймон выбрал тот, который показался выкованным качественнее - точнее тот, каким он превратил человека в кровавый фарш.
   Меч был чуть шире и длиннее остальных, его лезвие изгибалось на конце, образуя на острие словно клюв. Если убрать зазубрины, почистить и заточить, меч будет вполне ничего...
   Еще раз произведя ревизию трофейных пожитков, точильного камня он так и не нашел. С ножнами тоже вышла проблема - грабители таскали мечи на поясе - привязывая рукояти к ремням. Немного подумав, он последовал их примеру. Снял с ближайшего тела пояс, он привязал к нему свой меч.
   От кинжалов, с щербатым лезвием, которые снял с трупа убийцы по здравому размышлению пришлось отказаться. Во-первых оружие было мягко говоря далеко не превосходным, а во-вторых, для схватки в упор у него был более надежной стальной кухонный нож. Сэт надеялся что и им не доведется воспользоваться, так как самой безопасной тактикой будет держать врага на расстоянии не ближе удара собственного клинка.
   Надев почти просушенные сапоги, Сэт засунул кухонный нож в ножны, пришитые к голенищу. И проверив удобность вынимания своего небольшого арсенала, удовлетворенно вздохнул. Кажется, с мародерством покончено. Пора идти дальше.
   Неожиданно он замер. Возникло острое чувство, что за ним кто-то наблюдает...
   Повертев головой и так никого не обнаружив, он поглядел на мертвецов - дурацкое воображение.
   Недолго думая, Сэт отошел от дороги и со всевозможной осторожностью стал пробираться вдоль нее.
   'Если впереди устроила засаду еще какая-то шайка разбойников, то идти вдоль дороги будем безопасней, - решил он, - если повезет, разбойники вообще не заподозрят о моем существовании'.
   Правда, сопутствующая этому плану проблема заключалась в опасении выпустить дорогу из виду, что было чревато лишними осложнениями. Высокие и не очень холмы то и дело норовили скрыть от него дорогу, да и она сама петляла, как полупарализованный от страха заяц, и Сэт затруднялся сказать, в какую сторону она повернет в следующий момент, и не пытался даже угадать хотя бы общее направление, в которое она так настырно ведет. По этой причине ему приходилось опасно жаться к обочине и постоянно быть настороже.
   Придерживать рукоять меча надоело до смерти. Из легкой прогулки путь постепенно преобразовался в утомительный поход, но роптать или облегчать себе жизнь, сбрасывая и без того скудный багаж, он и не думал.
   Спустя пару часов, когда солнце уже почти опустилось к самому горизонту и стало заметно темнеть, холмы, наконец, исчезли, сменившись стеной редко стоящих друг от друга деревьев. Пришлось еще ближе взять к краю дороги. Но едва он это сделал, как вмерз в землю.
   В мертвой тишине подлеска, как гром среди ясного неба, раздалось громкое и смачное чихание. И чихнули совсем рядом! Замедленно подняв голову, Сэт с нарастающим изумлением стал разглядывать человека замаскированного в ветвях дерева.
   Несмотря на то что Саймон стоял в полный рост, не скрываясь, человек его не видел, так как с отрешенным выражением на лице следил за поворотом дороги. Не теряя более драгоценных мгновений, плавным движением Сэт скрылся за ближайшим стволом и стал наблюдать за ним оттуда.
   Через полминуты пришел к выводу, что этот разбойник, хотя находился здесь один, но отнюдь не был одиночкой. Он сидел на толстой ветви, предварительно постелив на нее какую-то тряпку, и расположился не над дорогой, как стоило бы сделать, чтобы напасть на путника неожиданно, а сел так, чтобы быстро спрыгнуть и дать деру... А побежит он, судя по измятой траве и едва видимой тропинке, в самую чащу леса.
   Вывод тут прост - он часовой, который в случае обнаружения людей на дороге, должен бежать в лагерь разбойников.
   Еще через секунд десять Сэт определил для себя какое из зол является меньшим. Неписаный девиз игроманов заключался во фразе 'не оставлять врага за спиной', но, к сожалению, это была не совсем игра. Атаковать его в данных условиях было излишне рискованно. Вероятность бесшумного убийства человека, сидящего высоко над землей, с использованием меча, непригодного для метания ножа представлялась сомнительной. Всё мастерство метания здесь не поможет: разбойник успеет закричать и сюда кинется весь лагерь... Если он, конечно, находится относительно недалеко.
   Теперь у него было лишь два одинаково рискованных пути, либо возвращаться и возможно попасть в поле зрения сторожа, либо продолжить идти вперед, в неизвестность...
   Распластавшись на земле, Сэт быстро пополз, то и дело маневрируя меж стволами и обходя выпирающие корни. Его цель заключалась не столько в обнаружении лагеря, сколько выхода из опасного участка леса.
   Уходить от дороги было нельзя - это верный способ сбиться с пути и неожиданно вляпаться в разбойничье логово, но и ползти вслепую было опасно. На дороге с другой стороны от лагеря должен сидеть в засаде еще один сторож. По крайней мере, со стороны разбойников было бы глупо сторожить лишь один подступ к своему логову...
   Откуда-то сбоку донеслись голоса, сначала едва слышные, но по мере приближения Сэта к их источнику вполне отчетливые. Он различил брань, раскаты дурного смеха, и отдельные возгласы.
   Пробравшись рядов через десять деревьев, Саймон воочию увидел этот самый лагерь. Ничего особенного: пара замызганных палаток, три костра около них, разбросанные в беспорядке мешки не то с награбленным добром, не то с провиантом, и бочки, ну наверно, не с лимонадом. Несколько десятков людей занимались кто чем, но большинство развалились вокруг костра и поочередно выдавали такие плоские и грязные шутки, что друзья Сэта в этом отношении могли считаться мастерами тонкой иронии и сарказма.
   Солнце уже успело опуститься за горизонт, и ночь надежно его укрывала, поэтому, не страшась обнаружения, он подполз ближе, почти к самым близким к лагерю зарослям и с новым интересом стал разглядывать людей.
   Было похоже на то, что в одном месте собраны несколько банд. Хотя, пожалуй, банды громко сказано: скорее это были шайки. Так вот, эти самые шайки держались друг от друга особняком и с 'не своими' вели себя так, будто в упор не замечали. А отличаются они специфической 'униформой' или хорошо уловимым стилем. Некоторые выглядят как последние оборванцы, другие кутаются в плащи, третьи скрывают лица за самодельными масками или платками, четвертые вообще расхаживают либо в кожаной броне, либо в сверкающих кольчугах, и вооружены все эти группы были схоже.
   Сэт видел ножи, кинжалы, деревянные дубины, короткие мечи, и даже грубые имитации копья, а так же нечто типа клевца - шеста с приделанным к нему ножом. Поразительней всего, что стального оружия он не видел тут вообще, хотя у самых зажиточных разбойников были отполированные до блеска железные мечи и сабли.
   Внимание привлекла самая крохотная группка людей, склонившихся вокруг одной из бочек. Они рассматривали что-то, кажется карту, тыкали в неё пальцами и тихо шушукались. Но если разгорался короткий спор и тон их голосов повышался, весь лагерь испуганно втягивал головы в плечи и притихал.
   Среди этой кучи, по всему выходит командиров, выделялась единственная женщина, и выделялась даже не своим полом и кажущейся хрупкостью, а неким высокомерием и превосходством, с которым она разговаривала со своими коллегами. А те, словно её боясь, время от времени учащенно кивали и поддакивали.
   Но все же выглядела она инородным телом в этом грязном сборище отъявленных головорезов. В свете костра хорошо виден чистый, ни единого пятнышка, синий плащ, аккуратно перекинутый через узкие плечи. Когда она повернулась в сторону Сэта, он в деталях разглядел её лицо, которое нисколько не скрывал короткий капюшон.
   Женщина оказалась даже не девушкой - а девочкой-подростком. Ей было лет пятнадцать-шестнадцать. Для того чтобы выглядеть более грозно, измазала себе лицо и в особенности линии глаз черной тушью. На одежду Сэт не обратил особого внимания: какие-то грубого покроя штаны и атласная рубаха, виднеющаяся под плащом. Девичью талию опоясывал ремешок, без каких бы то ни было ножен, кинжалов и мечей. Складывалось ощущение, что она и вовсе не вооружена. Тогда почему эту соплячку так боятся все эти головорезы?
   Вскоре она повернулась другим боком, и Сэт увидел небольшого формата черную книгу лежащую в сумочке специально скроенной для неё. От металлического корешка к ремню тянулась тонкая цепь - вероятно, книга была столь ценна, что у девушки развилась фобия перед её потерей. И выходит, что пользовалась книгой так часто, что сумочка, как кобура кольта ковбоя, не имела никаких застежек.
   Он отвлекся от созерцания её внешности, поскольку увидел, что под черными прядями, бесцеремонно падающими на лицо, злобой пылают глаза, обращенные к какому-то несчастному.
   Лагерь притих, соплячка, не особо повышая голос, взяла в оборот одного из командиров шайки.
  - Ты имеешь что-то против награды из наших рук? - вопрошала она, еще не устоявшимся, девичьим голосом.
  - Нет, повелительница... - залепетал высокий мужик в кольчуге, - я просто поинтересовался... для меня нет разницы из чьих рук нам заплатят... Будь это чернокнижники или хоть демоны.
   Подросток к которой обратились как 'повелительница' удовлетворилась ответом и уже повернулась к остальным, но тут он добавил:
  - ... главное, чтобы самих рук не довелось увидеть.
  - Еще одно слово и ты умрешь страшной смертью, - холодно уведомила она. - Я повторяю в последний раз: ты со своей бандой на рассвете идешь в Зуб Дракона, чтобы усилить отряд сторожащий вход в Долину. Ваша задача не допустить сюда никого с той стороны. Тебе ясно?
  - Да, госпожа. Но как долго надо удерживать крепость?
  - Столько, сколько потребуется. Мы здесь, чтобы потрепать Империю и полностью завладеть рудниками, и пока этого не случится, никто из нас не покинет Долину.
  - Но что если сюда прибудут Имперские рыцари?...
  - Хватит трястись! - сквозь зубы прошипела девчонка. - Не бойся ни рыцарей, ни принцев - без метамага их сила ничто. А если все же Зуб Дракона атакует армия, наш господин вновь призовет Моглоха.
   При упоминании какого-то 'Моглоха' главарь шайки затрясся, как осина на ветру, похоже такой помощи он был не слишком рад. А Сэт же, услышав в её речи знакомое слово, крепко задумался. Метамаг. Тот старик в шляпе, который снился ему накануне этой заварухи... Он тоже назвал себя метамагом!
   Девушка в плаще опять склонилась к карте и, водя по ней пальцем, заговорила с остальными насчет расширения подконтрольных зон. Потом перераспределила ответственность отрядов, снующих в окрестностях какого-то Измора, поинтересовалась у знатоков, как можно незаметно провести в город людей. Кто-то заговорил об опасности исходящей от 'Города мертвых', который как раз стоит рядом с Измором, в ответ девушка с суровым видом покачала головой: 'там свои'. Затем они сбавили тон и стали говорить о вещах и вовсе недоступных пониманию Сэта. И это было верным признаком того, что пора отсюда сваливать.
   Он уже собрался отползти назад, как вдруг почуял чье-то присутствие за спиной. Нет, не услышал и тем более не увидел, просто понял, что к нему кто-то подкрался! Мгновенно перевернувшись на спину, он рефлекторно перекатился и увидел, как вонзается меч ровно в то место, где пару секунд назад находились его лопатки.
   Не имея возможности обороняться, забыв все на свете, Сэт вскочил и попытался максимально разорвать дистанцию с силуэтом в плаще.
   Вот только выдернуть с перевязи меч он так и не сумел, а сам выскочил на освещенное место - что вряд ли можно было назвать благоразумным действием.
   Отовсюду раздались крики, подбежавшие бандиты взяли его в кольцо и лишь острие меча Сэта, медленно режущее воздух вокруг, удерживало их на каком-то расстоянии.
   - Ты кто? - спросила девушка-подросток с раскрашенным тушью лицом. - Как здесь оказался?
   В её голосе, как и во взглядах разбойников, пока что больше было удивления, нежели кровожадности.
  - Не подходите! - выдал Сэт первое, что пришло на ум.
   Раздался смех. Вмиг настроившиеся на веселый лад разбойники стали зубоскалить, как умели:
  - Не бойся, будет совсем не больно...
  - Да-да, опусти меч, не зли дядек.
  - А ты смотри, кремень попался, даже лезвие не дрожит.
  - Заткнитесь, - негромко произнесла соплячка, но ее приказ будто всех парализовал.
  - Отвечай, кто ты и кто тебя послал!
  - Никто меня не посылал!
   Она откинула капюшон, её окрашенные тушью глаза, в свете костра блеснули багровым. Вытащив из сумки книгу, она раскрыла её по середине с таким видом, будто это было самое грозное оружие во вселенной. Впрочем, разбойники вокруг поспешили отступить на два шага, сохраняя при этом такую тишину, что звон цепи, сковывающий корешок книги и ремень девочки был просто оглушителен.
  - Всё, довольно! Говори имя!
  - Чье?
  - Твое!.. Для начала.
  - Сэт.
  - Что Сэт?!
  - Я - Саймон Сэт.
  - А титул?! Род, земли?
  - Слушай, как тебя там... я не дворянин.
  - Играться со мной вздумал? - зашипела она. - Тогда пеняй на себя...
   Её губы сжались в тонкую линию, но из её чрева, на несколько приглушенных мужских и женских голосов, по округе стали разноситься непонятные слова - наложенные один на другой тексты речитатива обильно переплетались с бессвязными возгласами.
   Сэт почувствовал дикий холод, будто голым попал на тридцатиградусный мороз. Меч выпал из окоченевшей руки, ноги едва не подкосились, и не осталось сил даже на желание оказать сопротивление...
   Неожиданно многоголосый шепот из глубин её нутра оборвался, девушка повернула голову и с удивлением взглянула за границу света от костров, туда, где темнели силуэты деревьев.
   Разбойники были удивлены не меньше самого Сэта, но никто не успел ничего спросить, окрестности разразил громкий вой.
  - К оружию, - вдруг вскрикнула колдунья. - Эта тварь не союзник нам!
   Враз побледневшие разбойники схватились за оружие и стали бестолково озираться, пытаясь разглядеть в черноте меж деревьями источник быстро приближающегося жуткого воя... И он не заставил себя ждать!
   Прямо в костер, разбрасывая угли и снопы взлетевших к небу искр, выпрыгнул огромный волк... Через мгновенье до Саймона дошло, что волки такими огромными не бывают, что племя собачьих вообще не щеголяет без шерсти и что строение зубов не должно быть как в пасти акулы, а глаза не могут сверкать янтарной желтизной.
   Замерший на секунду в затухающем пламени пёс обвел безумным взглядом посеревших от такого, счастья людей, но Сэту показалось, что большую часть своего внимания он уделил именно ему.
  - Это Гончая Проклятых! - в звенящей тишине закричала колдунья. - Бежать бесполезно! Убейте её или мы все покойники!
   Её слова подействовали на разбойников как песнь рога на разгоряченных рыцарей, практически все как один наперевес с оружием, криками и проклятьями кинулись на клыкастую тварь. Но сама колдунья их примеру не последовала: раскрыв книгу, она судорожно переворачивала страницы, пока не нашла то что искала.
   Действие повторилось. Она сжала губы, а что-то внутри неё на разные нечеловеческие голоса стало вторить ее словам...
   Молясь, чтобы она успела сделать то, что задумала, Сэт вновь перевел взгляд на мгновенно перемещающуюся по поляне 'Гончую Проклятых'. Среди вихря из крови и плоти, нечленораздельных криков и затихающих стонов, лютовал силуэт пса величиной с лошадь. Рычание и клацанье зубов то и дело прерывалось страшным хрустом костей, когда он настигал очередную жертву. Немногие еще живые бежали что было сил, но желтоглазый пес догонял их одного за другим...
   Спустя несколько мгновений, у адской твари не осталось противников - то, что лежало на земле взамен нескольких банд разбойников, можно было собирать лопатой. Сэту с самого начала хотелось закрыть уши и отвернуться от жуткого, кровавого зрелища, но словно загипнотизированный, он продолжил следить за охваченными древним ужасом несколькими покалеченными, пытающимися ползти людьми.
   Наконец было покончено и с ними, а скакнувшая к колдунье ощетинившаяся Гончая изготовилась к прыжку. С её широко открытой пасти стекало пенно смешенное с кровью, а глаза светились желтыми фонарями. Но она медлила с атакой. Скалилась и рычала, словно чего-то ожидая.
   Сэт посмотрел на колдунью и непроизвольно отшатнулся, отступился и не удержав равновесие упал. Руки сами собой отыскали на земле обороненный ранее меч, а мозг все еще соображал, что же он такое видел...
   Рядом с размалеванной девушкой материализовались несколько угольно-черных, расплывчатых силуэтов - ни свет костров, ни сияние луны не могли пробить окутавшую их непроглядную тьму. Они развевались словно дым на ветру, шептали будто ветер в листве, от каждого их движения в воздухе на несколько мгновений оставался черный шлейф. Это было нереально...
   Сэт, несмотря на то, что его колотил озноб, мгновенно взмок, но перевел взгляд на Гончую и передумал бросаться бежать. Колышущиеся тени были именно той силой, которую опасалась эта хищная тварь, за несколько секунд растерзавшая три десятка человек. Стоит ему отойти от ведьмы и псина разорвет его в клочья.
   Сэт хотел напомнить себе чтов се происходящее лишь иллюзия - какая-то игра, в которой, по случайности или же нет, ему угораздило оказаться. Вот только мозг отказывался в это верить, потому что он доверял своим глазам, перед которыми с книгой в руках стояла безумная ведьма, метались тени, и рычала псины из ночных кошмаров...
   Безмолвный поединок выдержки и воли все же окончился. Не сводящая с пса взгляда колдунья бросила: 'Я ухожу' и попятилась вместе со своим черным воинством.
   Прежде чем исчезнуть в непроглядных лесных зарослях, колдунья напоследок задержала полный сомнений взгляд на Сэте. Впрочем, он и думать о ней забыл, когда остался с Гончей один на один.
   Он видел, что сделало это чудовище с разбойниками, и понимал, что шансов у него нет, но все равно медленно поднял меч и приготовился рвать барьеры собственного разума...
   У тлеющих углей, которые были выброшены псом из костра, появилась новая фигура. Она была призрачна, сквозь нее был виден умирающий огонь, но тем не менее Сэт узнал в ней ночного гостя, пришедшего к нему в том сне...
  - Так это действительно... - он не договорил, поскольку испугался реакции застывшего пса. Но тот не повел и ухом, лишь неотрывно следил за призрачным человеком в плаще и огромной шляпе.
  - Ступай, - сказал призрак, - твоя помощь больше не требуется.
   Вздыбленная грива бесшерстного пса опустилась, глаза перестали сверкать желтым огнем, и зверь, злобно покосившись на Сэта, развернул своё мощное тело и в несколько прыжков умчался восвояси.
   Саймон Сэт выдохнул застоявшийся в легких воздух и тихо, боясь вспугнуть удачу, произнес:
  - Хоть убей - не понимаю. Кто ты такой?
   Лица призрака невозможно было разобрать, но его голос был полон сил:
  - Я метамаг, но ты можешь звать меня мастер - ибо теперь я твой господин.

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  Ю.Уленгов "Путь в Альвиору" (ЛитРПГ) | | В.Веденеева "Люди и чудовища " (Боевое фэнтези) | | В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа" (Боевик) | | В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ" (Боевик) | | Д.Сугралинов "Дисгардиум. Угроза А-класса" (ЛитРПГ) | | Е.Рей "Избранница стихий" (Любовное фэнтези) | | Э.Тарс "Мрачность +1" (ЛитРПГ) | | А.Сорокина "Дневник Беглеца" (Антиутопия) | | AlicKa "Алисандра" (Любовное фэнтези) | | LitaWolf "Королевский отбор" (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
А.Гулевич "Император поневоле" П.Керлис "Антилия.Полное попадание" Е.Сафонова "Лунный ветер" С.Бакшеев "Чужими руками"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"