Эллин Асгерд: другие произведения.

Шлемы Эпохи Меровингов: Лесной Мир И Германцы

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
Оценка: 5.85*10  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Текст доклада 27/04/09

  Екатерина Лурье
  ШЛЕМЫ ЭПОХИ МЕРОВИНГОВ: ЛЕСНОЙ МИР И ГЕРМАНЦЫ
  
  Шлемы нигде и никогда не попадали в число массовых находок и достаточно редко становились традиционной составляющей погребального инвентаря. Тем интереснее периодически проявляющиеся на разных концах ойкумены серии находок этой категории защитного вооружения.
   В конце эпохи Великого переселения народов - начале эпохи Меровингов во многом сходные между собой шлемы появляются на периферии Барбарикума (см. карту): на востоке - в Прикамье; на севере - в Швеции; на западе - в Англии.
   Карта [Асгерд]
  
  Хотя сходство прикамских и вендельских шлемов уже давно общепризнанно, и активно используется для прикладных целей - например, для реконструкции скандинавского защитного вооружения, комплексный сравнительный анализ этих двух групп находок до сих пор не проводился.
  Мы попробуем кратко обозначить основные тенденции развития европейских шлемов в IV-VII вв. и проанализировать место прикамских экземпляров в этом круге древностей.
  
  0. Позднеримские шлемы IV - нач. V в. и шпангенхельмы
  
  Позднеримские шлемы можно разделить на две группы: 1) состоящие из двух цельнкованных половин - это такие шлемы, как Беркасово II, Будапешт, Аугсбург, Интерциза, Вормс, Аугст; и 2) состоящие из 4 или 6 сегментов, склепанных между собою: Дёрне, Концешты, Беркасово I, Burgh Castle . Насколько средний сегмент можно считать частью каркаса - вопрос спорный...
   Концешты []
   Позднеримский шлем. Концешты (Молдавия)
  Несмотря на различия в конструкции, все эти шлемы имеют полусферическую форму, и купол их состоит из двух частей, что в большинстве случаев подчеркивается при помощи гребня. Хотя история развития данного типа шлемов выходит за рамки настоящего доклада, отметим, что "дедушками" им могут приходиться шлем середины III в. из Dura Europos с одной стороны, и римские каски - с другой.
  Подобные шлемы иногда называются термином Bandhelme - то есть обладающие лишь продольной полосой каркаса и венцом .
  Но совсем другое дело восточные сфероконические (или параболоидные) сасанидские шлемы и ламеллярные "сарматские", под влиянием которых в Европе с начала V в. появляются шпангенхельмы типа бальденхейм (дабы не погибнуть под тяжестью дискурса шпангенхельмов, договоримся сразу называть этим термином только - и исключительно - сфероконические шлемы, состоящие из каркаса и 4 или 6 сегментов подтреугольной или же миндалевидной формы - напр., Дер-эль Медина или же Монтепагано). Кажется, нечто подобное Дер эль-Медине имитируется и в шлеме из Концешт, треугольные секторы которого разделены декоративными линиями, а форма близка к сфероконической.
   Дер эль-Медина []
   Шпангенхельм. Дер эль-Медина
  Нам в шпангенхельмах интересно, главным образом, то, что эти статусные готские шлемы (24 шт. на территории от Сев. Африки до Готланда) не являются прямыми предками ни прикамских шлемов, ни вендельских, хотя различные исследователи, в т.ч. и Марк Борисович Щукин, в разное время проводили эту параллель .
  
  1. Вендельские шлемы - рубеж VI-VII вв., нач. VII в.
  Возможно, мы знаем о вендельских шлемах несколько меньше, чем можно было бы решить, ознакомившись с богатой литературой, посвященной им. Уникальность их не столько в художественном оформлении и роскоши, сколько вообще в том, что эти шлемы до нас дошли.
  Ни в предшествующую эпоху Великого переселения народов, не в последующую эпоху викингов, ни даже в Вендельское время за пределами Уппланада защитное вооружение в погребения не попадало. А значит, мы имеем только случайный находки, фрагменты и непонятные железки. На всю эпоху викингов известен всего один шлем - из Гъёрмундбю (Норвегия). Кстати, это интересный момент: отправляющимся в Вальгаллу воинам давали с собой и мечи (тем, кто побогаче) и топоры (тем, кто победнее), но - в большинстве случаев - не шлемы и не кольчуги. Зачем они мертвецам?
    []
   Вендельские шлемы. (По Bohner, 1994).
  И это в очередной раз подчеркивает значимость комплексов Венделя, Вальсгерде и Ультуны - где среди погребального инвентаря были шлемы. Всего было найдено 12 экземпляров, 8 из них удалось с той или иной степенью точности реконструировать.
  Это шлемы из погребений Ультуна, Вендель I, Вендель XII, Вендель XIV , Вальсгерде 5 , Вальсгерде 6 , Вальсгерде 7 и Вальсгерде 8 . Все перечисленные экземпляры имеют достаточно низкий куполообразный корпус, каркас, состоящий из широкой продольной полосы и различного количества поперечных полос. Пространство между ребрами заполнено железными пластинами в количестве от 4 до 16 (насколько это можно определить по дошедшим до нас фрагментам). Все шлемы, за исключением экземпляров из Ультуны и погребения Вендель XIV, имеют высокий гребень с "хребтом", заканчивающийся с двух сторон головами животных (возможно, змеев), и характерную полумаску, состоящую из наносника и двух изогнутых полос (Вальсгерде 5 - двойные), так называемый окуляриум.
  Шлем Вендель XIV имеет наносник и достаточно архаичные нащечники, соединенные над подбородком (возможно, во вторичном использовании).
  В качестве защиты шеи используется либо кольчужная бармица (Вендель I, Вендель XII, Вальсгерде 6, Вальсгерде 7, Вальсгерде 8), либо металлические пластины, крепившиеся на шарнирах к нижней части венца (Ультуна, Вендель XIV, Вальсгерде 5).
  Шлем из Ультуны полностью (кроме каркаса) состоит из диагональной сетки, пространство между дугами каркаса Вальсгерде 6 заполнено коваными Y-образными деталями, шлем Вальсгерде 5 имеет ажурные вставки. Возможно, не подлежащий реконструкции шлем Вендель XI также имел ажурные вставки (Arwidsson, 1942. S. 32). Можно предположить, что такая конструкция имела не только декоративную функцию, но была нужна для создания пружинящего эффекта.
  Большинство вендельских шлемов имеют богато декарированные в зверином стиле надбровья (Вальсгерде 7 - с позолотой и гранатовыми инкрустациями в технике клаузоннэ), а также украшены бронзовыми накладками с гравированными, штампованными или тисненными изображениями - орнаментами и мифологическими сюжетами (уникальными на каждом шлеме, но, как правило, 2-4 раза повторяющиеся на одном), прикрепленными к шлему с помощью тонких бронзовых полос и бронзовых же заклепок.
  На накладках со шлемов (Вендель I, Вендель XIV, Вальсгерде 7) показаны воины, головы которых покрывают необычные шлемы. Необычность их заключается в нашлемных фигурах - изображениях хищных птиц и вепрей.
  
  В свой работе 1977 года Грета Арвидссон разделила вендельские шлемы на три группы, выделив в качестве основного признака наличие / отсутствие гребня и сочетаемость его с кольчужной бармицей / пластинами на шарнирах. Таким образом шведская исследовательница выделила три группы: А1 (шлемы без гребня, с прикрепленными с помощью шарниров пластинами, защищающими лицо и шею (нащечниками и назатыльником)), В1 (шлемы c гребнем, с прикрепленными с помощью шарниров пластинами, защищающими лицо и шею (нащечниками и назатыльником)), В2 (шлемы c гребнем и кольчужной бармицей).
  Группа А2 должна была бы включать в себя шлемы без гребня с кольчужной бармицей, но Арвидссон не было известно ни одного экземпляра, который можно было бы отнести к этой группе .
  
  2. Прикамские шлемы, кон. IV - V вв.
  
  Итак, рассмотрим подробнее шлемы, происходящие из бассейнов рек Камы и Вятки - не как ступеньку этого процесса, а скорее как лестничную площадку - на которую открываются двери очень разных квартир.
  Для погребального инвентаря мазунинской и азелинской культур, занимавших в IV-V вв. территорию камско-вятского междуречья, оружие не было свойственно. Однако здесь в общей сложности их найдено 18 экземпляров шлемов в погребениях восьми могильников: Тюм-Тюм , Худяковском , Суворовском , Тураевском , Тарасовском , Нивском , Первомайском, Кудашевском .
  Их классификация, анализ сопутствующего им погребального обряда и инвентаря приведены в статье Р. Д. Голдиной и С.Р. Волкова "Шлемы Тарасовского могильника" . Авторы разделяют шлемы на три категории: решетчатые, клепаные и сварные, причем не очень понятно, что из себя представляет последняя, самая многочисленная, категория. С рефератом этой статьи и комментариями к нему С. Бадаева можно ознакомиться по ссылке: http://badaew.narod.ru/goldina.htm.
  Общие положения про шпангенхельмы вообще и место шлемов Тарасовского могильника среди них собраны в посте http://den-king.livejournal.com/21809.html
  2.1. Каркасные и псевдокаркасные шлемы
  1. Железный шлем из погр. 6 Тарасовского могильника (м., 17-20 лет) имеет форму, близкую к полусферической, небольшой наносник, крепящиеся на шарнирах небольшие железные нащечники. Бармица отсутствует. Купол шлема склепан из различного размера прямоугольных и трапецевидных пластин , то есть, насколько можно судить исходя из единственного опубликованного рисунка, этот шлем можно отнести ко второй группе позднеримских шлемов (т. е. бандхельмам, собранным из сегментов) - правда, не к самым шикарным его образцам (см. венец, склепанный из чего пришлось). Стоит обратить внимание также и на декоративное надбровье. Высота 13,5 см, диаметр у основания 19,5 см. Шлем был найден в ногах погребенного. Р. Д. Голдина писала об его аналогичности шлему из Концепшт (Молдавия) , однако вряд ли эту аналогию можно назвать слишком близкой - учитывая сфероконическую форму, высоту купола и наличие гребня у последнего.
   []
  2. Погр. 1685 Тарасовского могильника - М., 25-30 лет. Плохая сохранность. Сохранился обод, с двумя рядами заклепок с крупными бронзовыми полусферическими голосками. Железные нащечники. Похож, возможно, на 1784. Шлем в изголовье.
  3. Погр. 1784 Тарасовского могильника - пол и возраст неопределимы. Был найден справа у черепа. Шлем железный, возможно - цельнокованый. Сфероконический. 19,5 х 20,5, высота - 17,5. С внешней стороны он был полностью покрыт тонкой серебряной фольгой. "Вдоль диаметральных осей, перекрещиваясь на вершине под прямым углом, проходят две узкие полоски золотой фольги, каждая из которых приклепана к корпусу двумя рядами бронзовых заклепок с большими полусферическими головками. Такой же двойной ряд заклепок проходит по нижнему краю шлема, причем нижний ряд крепит выведенный на лицевую сторону край кожаного подшлемника". Нет наносника или нащечников, но есть кольчужная бармица . Вероятно, этот шлем является подражанием сасанидским шлемам V в. - см., например, экземпляры, хранящиеся в Метрополитен или в Брюсселе. Характерно, что на прикамском экземпляре полосы золотой фольги несут исключительно декоративную функцию (что ставит под сомнение вопрос о получении этого шлекма в результате торговой операции).
   []
   (В приложении - цветная иллюстрация.)
    []
   Сасанидский шлем, V в. Метрополитен.
  
  4. Тураевский могильник курган VII 1а. Костяк плохой сохранности. У изголовья - шлем. 20 х 15 см. "Верхняя часть изготовлена из цельнокованой железной пластины, к которой снизу при помощи частого ряда заклепок с медными головками диаметром 6-7 см приделана железная полоса шириной 5 см. Спереди полоса имела наносник. По оси шлема приклепана толстая серебряная полоса с М-образными вырезами. Этакая же пластина, но с узором в виде вырезанных пирамидок, украшает и нижнюю часть шлема" . По бокам нижней полосы - обоймы, бармица длиной 18-20 см.нашита на толстую кожу. Кон. 4 - нач. 5 вв. Формой - бандхельм - этот шлем похож на Вендель XIV. И, по некоторой иронии, шлем из Тураевского могильника вписывается в пустующую ячейку классификации Греты Арвидссон - его можно было бы отнести к группе А 2.
  В скобках отметим, что половинки позднеримского шлема из Аугсбурга были скреплены при помощи серебряной обшивки. Возможно, следы такого же способа крепления имеет и шлем из Дёрне (Голландия).
    []
  
  5. Худяковский могильник, погр. 88. Одно из самых богатых погребений Худяковского могильника. Шлем сфероконический, с высокой тульей, состоящей из полос. Сверху заканчивается полусшерическим навершием. Имеется защита лица: наносник и окуляриум, то есть полумаска!
  В принципе, это единственная известная нам полумаска, которую можно было бы назвать одним из прототипов вендельских окуляров. К сожалению, шлем недостаточно подробно описан и слишком схематично нарисован, чтобы можно было делать далекоидущие выводы. Неизвестно, как эта полумаска крепилась к шлему. Яйцеобразная форма и ярусное строение купола с поперечными обручами уводит нас в мир сарматских древностей (хут. Городской, граффити из Дура Европос и т.п.).
    []
  
  6. Суворовский 30. Верхняя часть шлема выкована из целой железной пластины, укрепленной крест-накрест медными заклепками. Изнутри к этой части, внизу, прикреплен медный обод, по нижнему краю которого пущена железная полоса, переходящая спереди в наносник. Сзади к шлему на двух петельках подвешена серебряная пластина, которая крепила шлем к одежде или панцирю - или что-то к шлему. Одновременно эта пластина прикрывала шею сзади. По бокам шлема на двух петельках подвешивались пластины бармицы. На самой ранней иллюстрации у Геннинга есть окуляр.
    []
  
  
  Суворовский 20. Остатки шлема и серебряных обкладок (аналогичный Тураевскому 7/1 а?). Судя по антропологическому материалу, владелец шлема обладал более выраженными монголоидными чертами (низкий нос, широкие скулы), чем в среднем по могильнику.
  
  К этой же категории, скорее всего, отноясятся шлемы из следующих погребений: Первомайский 9, Кудашевский 5, 7, 10, 24; Тураевский 5/1 а, 8/1 а.
  Здесь мы видим две основные тенденции: полусферические шлемы - т.н. черепники (высота до 15 см) и сфероконические, или яйцеообразные (от 15 см). Можно предположить, что первая тенденция имеет западное происхождение, а вторая - восточное (сасанидское или сарматское, напрямую или опосредованно).
  
  2.2. Ажурные шлемы
  
  1. Шлем из погр. 782. Тарасовского могильника. В статье "Шлемы Тарасовского могильника" это погребение называется женским , а в публикации памятника - мужским . Железный шлем с нащечниками и бронзовыми накладками 20 х 13,5 см. Состоит из узких железных вертикальных пластин. Наверху находится пластина круглой (?) формы. К ободу шлема была приклепана узкая бронзовая пластина с насечками по краям. Шлем в ногах. Аналоги неизвестны (сарматские древности, шлем у хут. Городецкий?). По мнению С. Бадаева, подобные шлемы могли являться местнфыми подражаниями описанным ниже ажурным шлемам.
   []
  
  2. Нивский 80. Шлем собран из 32 железных пластин шириной 1,0-1,2 см. Высота - 17 см. Диаметр - 21 см. Каркас: обод (ширина 1,6 см) и две перекрещивающиеся полосы. Каждый из четырех секторов, образованных перекрещивающимися полосами, заполнялся вначале одной длинной полосой, затем по обе стороны от нее крепились полосы короче, и в последнюю очередь между всеми просветами одного сектора вставлялись еще четыре коротких полосы. Все заклепки на шлеме медные. Сверху шлем представлял собою многолучевую розетку. Снизу к шлему на медных заклепках прикреплена железная петля. Возможно, у шлема были накладки - в погребение найдены железные и бронзовые изогнутые пластины с остатками заклепок .
  3. Суворовский 27. Шлем собран из 32 железных пластин шириной более 1 см. Высота 16 см, d у основания - 21 см. Основа - обод и две перекрещивающиеся полосы. Все остальные полосы имеют раздвоенные концы. "На одной половине обода находились четыре отверстия, куда прикреплялись особые двух- и трехзвеньевые прутики, удерживававшие пластины бармицы, защищавшей лицо и шею. Внутри шлема сохранились куски шерстяной ткани и кожи..." . О находках пластинчатой бармицы подробнее ничего не говорится, но если это так, то еще одно вендельское "ноу-хау" обрело свои протоформы.
   []
  
  
  К этой же категории, возможно, относятся шлемы Тюм-Тюм 36, Нивский 10.
  Ближайшую аналогию им представляет ажурный бронзовый шлем из погр. 6 у ст. Тбилисская. Он имеет каркас из обруча и трех бронзовых полос одинаковой длины (40 см), соединенных в центре железной заклепкой и образующих шестилучевую фигуру . "К каждому сектору прикреплены три полосы с верхними раздвоенными концами - одна длинная, две короткие". По бокам шлема - по две петельки с остатками железного стержня внутри. Здесь, вероятно, крепились нащечники. Сзади обруча - длинные витые проволочки с петлями на концах (по три пары), скрепленные внизу между собой насечками с тремя петельками. Шлем из погр. 6 у ст. Тбилисская датируется второй половиной II - первой половиной III вв. н. э.
    []
   Тбилисская, 6.
  А. М. Хазанов вслед за М. И. Ростовцевым выводит подобные шлемы с территории Ирана. Автор комментария ко второму изданию "Очерков военного дела сарматов", А. В. Симоненко, предлагает пока "ограничиться констатацией существования типа" . И. А. Бажан и О. А. Гей в своей статье "К вопросу о датировке "Прикамских" ажурных шлемов" уверенно относят их к "кругу "сармато-парфянских" шлемов" и считают переходным этапом "от цельнометаллических античных шлемов к составным средневековым" , занижая дату до второй половины II - первой половины III вв. н. э.
  Но посмотрим на западные аналогии. Первым решетчатым шлемом, попавшим в поле зрения археологии, был серебряный шлем из Торсберг, Дания. Шлем происходит из болотистой местности в Шлезвиг-Голштейн (южной части Ютландии). Был найден в ходе раскопок 1858-1861 гг., в торфянике, вместе с другими находками (оружием, конской упряжью, одеждой, фрагментами тканей, украшениями, монетами, золотом, орудиями труда, частями телег, сельскохозяйственными инструментами).
  Серебряный шлем украшен вдавлениями и "жемчужинами" и представляет собой черепник, состоящий из перекрещивающихся полос. Возможно, имеет юго-восточное происхождение (такого мнения придерживались и А. Альфёльди , и Й. Бренстед ). К шлему прилагалась маска, однако неизвестно, могли ли они использоваться вместе.
   []
  
  Там же был найден бронзовый шлем, от которого сохранились только широкая продольная полоса каркаса и большая часть защиты шеи. Орнамент из розеток и венков указывает на него римское происхождение.
  Возможно, шлем украшали маленькие бронзовые накладки. Шлем датируется III в. н.э.
  Возможно, это шлем сарматский - но, вроде бы, привычка топить ценности в болоте - чисто германская черта.
  
  
  Узкий крестовой каркас ажурных шлемов из Суворовского могильника 27, Нивского 80 и, по всей видимости, Тюм-Тюм 36 аналогичен внутреннему крестовому каркасу шлема из Концешт. Внешний крестовой каркас имеет ажурный шлем Вальсгерде 6. Нельхя также забывать и о шлемах, состоящих из только крестового каркаса - например, Бенти-Гренж (Англия).
  
  Среди шлемов вендельского периода ажурными деталями, как уже говорилось выше, обладают три шлема: Ультуна, Вальсгерде 6 и Вальсгерде 5. Ближе всего к прикамским образцам стоит шлем из погребения Вальсгерде 6, состоящий из венца, внешнего крестового каркаса и четырех секторов, заполненных Y-образными пластинами. Вальсгерде 5 представляет собой синтез бандхельма второго типа и ажурного шлема.
  
  
  3. Лесной мир
  Так, возвращаясь к аналогии про лестничную площадку, сколько же выходит на нее дверей и кто живет в квартирах?
  Большинство исследователей сходятся во мнении, что некрополи в бассейнах Южной Камы и Вятки оставлены некой немногочисленной группой пришлого населения, в той или иной степени ассимилированной местным населением, и считают возможным "скорее предположить ее европейское, нежели азиатское происхождение" .
  На основании аналогий с причерноморским материалом (например, пряслица и удила из Тураевского могильника), В. Ф. Геннинг предполагает связь этого населения с черняховской культурой . Сходной точки зрения придерживается и Р. Д. Голдина, связывающая воинские захоронения на территории прикамских могильников с "мигрантами-черняховцами" . Исследовательница выделяет две волны пришлого "юго-западного" населения: III- начала IV вв. и кон. IV - нач. V вв . Вторая волдна миграции, возможно, связана с нашествием гуннов.
  В этих погребениях содержатся различные типы наступательного и защитного вооружения, не имеющего прототипов в местном материале. Преимущественно мужские, богатые на оружие ("на каждое мужское захоронение приходилось 13,5 единицы оружия", отмечает Голдина ) и прочий инвентарь (в т.ч. конские уздечки). Размеры ям больше, чем в местных некрополях. Курганные насыпи в некоторых случаях не фиксируются (Азелинский и Суворовский могильники).
  Голдина вспоминает цитату из готского историка Иордана о короле Германарихе: "Немало древних писателей сравнгивали его по достоинству с Александром Великим. Покорил же он племена: гольтескифов, тиудов, инаунксов, васинабронков, меренс, морденс, имнискаров, рогов, тадзанс, атаул, навего, бубегенов, колдов" . М. Б. Щукин отмечал, что, "если верить Иордану, Германарих оперировал где-то в глубинках лесной зоны Восточной Европы" - что имело стратегический смысл для готского короля, если вспомнить о Балто-Волжском торговом пути, по которому в Европу шли серебро с Востока и пушнина из Прикамья .
  Р. Д. Голдина находит и другое объяснение возможного "интереса" германского и степного населения к лесному миру. Причиной его могло стать нашествие гуннов, вытеснивших это условно германское население с занимаемых им ранее мест.
  Трудно судить, насколько европейское происхождение имели прикамские шлемы. Собственно, кроме Тар. 6 и Тураевского 7/1 а, в которых чудится нечто римское (римско-германское), остальные шлемы вполне могли быть заимствованы непосредственно у аланов - вместе с головами, их носившими, или отдельно, в качестве трофеев или платы за что-либо. Такая версия кажется даже в чем-то более правдоподобной.
  
  Но для нас очень интересно вот что. Что бы не происходило в Прикамье на рубеже IV и V вв., оно во многом повторилось через 200 лет, на другой окраине Европы.
  М. Б. Щукин считал, что начало вендельского периода в Скандинавии не может не быть связано с возвращением части готов, изгнанных из Римской империи, на историческую прародину. Вот и еще один сквозный мотив, развивать который мешает только одно незначительно обстоятельство - ни в Прикамье, ни в Скандинавии нет типичных для готов шпангенхельмов. Местные формы шлемов выходят непосредственно из синтеза позднеримских и сарматских шлемов, совершившегося, по-видимому, в смешенном германо-сарматском (военном) обществе.
  
  Выводы.
  В докладе предпринята попытка проследить основные тенденции развития европейских шлемов IV-VII вв. и определить место шлемов из бассейнов Южной Камы и Вятки в этом круге древностей. Автор приходит к выводу, что в V в. н.э. обозначились две традиции развития шлемов, которые можно условно обозначить как "центральную" и "периферийную". Первая представлена каркасными сфероконическими высокими (> 15 см) шлемами, с 4 или 6 подтреугольными или миндалевидными сегментами. Это классические шпангенхельмы типа Бальденхайм и т.п. Можно с уверенностью говорить об их восточном (сасанидском и/или сарматском) происхождении.
  Шлемы, относящиеся к "периферийной" традиции, ближе к позднеримским экземплярам - с низким куполом (высота 13-15 см), внутренним или внешним крестовым каркасом, склепанные из двух частей - цельнокованных или же сложносоставных. Однако с этими шлемами связаны и такие своеобразные восточные детали, отсутствующие у шпангенхельмов, как декоративные надбровья, полумаски, бармицы из пластин на шарнирах. В серии встречаются ажурные шлемы.
  Учитывая исключительность находок шлемов, следует обратить внимание, что серии шлемов, обладающих сходными признаками, в V в. встречаются в Прикамье, в VI в. - в Англии (Саттон Ху, Бенти Гренж), а в кон. VI - нач. VII вв. - в Средней Швеции. Кажется возможным предположить если не сходные исторические условия, то хотя бы миграции более или менее тождественных групп населения. Традиционно (Геннинг, Голдина, Щукин и др.) эти группы населения связываются с готами и черняховской культурой. Но тогда остается вопрос, почему же готы, носители "центральной" традиции, приносили с собой на переферию ойкумены другой, "периферийный" набор шлемов? Возможно, имеет смысл предположить более интенсивное влияние сарматских и сармато-германских смешанных групп.
  
   ____________________
   Simon James. Evidence from Dura Europos for the Origins of Late Roman Helmets // Syria. Revue d'art oriental et d'archéologie. Paris, 1986. P. 109-112.
   Горелик М. В. Защитное вооружение степной зоны Евразии и примыкающих к ней территорий в I тыс. н. э. // Военное дело населения юга Сибири и Дальнего Востока / отв. ред. В. Е. Медведев, Ю. С. Худяков. Новосибирск, 1993. С. 165.
   Щукин М. Б. Готский путь. СПб., 2005. С. 465.
   Stolpe H., Arne T. L. Graffåltet vid Vendel. Stockholm, 1912.
   Lindqvist S. En hjälm från Valsgärde. Uppsala, 1931. (?)
   Arwidsson G. Die Gräberfunde von Valsgärde. I. Valsgärde 6. Uppsala, 1942.
   Arwidsson G. Die Gräberfunde von Valsgärde. III. Valsgärde 7. Uppsala, 1977.
   Arwidsson G. Die Gräberfunde von Valsgärde. II. Valsgärde 8. Uppsala, 1954.
   Arwidsson G. Die Gräberfunde von Valsgärde. III. Valsgärde 7. Uppsala, 1977. S. 27.
   Ошибкина С. В. Погребальный обряд Азелинской культуры по материалам могильника Тюм-Тюм // КСИА. 1979. Вып. 158.
   Голдина Р. Д. Погребальный обряд Худяковского могильника // Этнические и социальные процессы у финно-угров Поволжья. Йошкар-Ола, 1987. С. 41-63.
   Геннинг В. Ф. Азелинская культура III-V вв. // Вопросы археологии Урала. Свердловск, 1963. Вып. 5.
   Геннинг В. Ф. Тураевский могильник V и. н. э. (захоронения военачальников) // Из археологии Волго-Камья. Казань, 1976. С. 55-109.
   Голдина Р. Д. Тарасовский могильник I-V вв. на Средней Каме: в 2-х т. Ижевск, 2004.
   Останина Т. Н. Нивский могильник III-V вв. Материалы к ранней истории населения Удмуртии. Ижевск, 1978. С. 92-117.
   Голдина Р. Д., Волков С. Р. Шлемы Тарасовского могильника // Уфимский археологический вестник. Уфа, 2000. Вып. 2. С. 100. Материалы Первомайского (автор раскопок - Л. Д. Макаров) и Кудашевского (автор раскопок - О. А. Казанцева) могильников не опубликованы.
   Голдина Р. Д., Волков С. Р. Шлемы Тарасовского могильника // Уфимский археологический вестник. Уфа, 2000. Вып. 2. С. 98.
   Голдина Р. Д., Волков С. Р. Шлемы Тарасовского могильника // Уфимский археологический вестник. Уфа, 2000. Вып. 2. С. 98.
   Голдина Р. Д. Древняя и средневековая история удмуртского народа. Ижевск, 1999. С. 273.
   Голдина Р. Д., Волков С. Р. Шлемы Тарасовского могильника // Уфимский археологический вестник. Уфа, 2000. Вып. 2. С. 98.
   Геннинг В. Ф. Тураевский могильник V и. н. э. (захоронения военачальников) // Из археологии Волго-Камья. Казань, 1976. С. 76.
   Post P. Der Kupferne Spangenhelm. Ein Beitrag zur Stilgeschichte der Völkerwanderungszeit auf waffentechnischer Grundlage // Bericht der Römisch-Germanischen Komission. 1951-1953. Berlin, 1954. 34. S. 118.
   Голдина Р. Д. Погребальный обряд Худяковского могильника // Этнические и социальные процессы у финно-угров Поволжья. Йошкар-Ола, 1987. С. 63.
   Хазанов А. М. Избранные научные труды. Очерки военного дела сарматов. СПб., 2008. С. 143.
   Голдина Р. Д. Погребальный обряд Худяковского могильника // Этнические и социальные процессы у финно-угров Поволжья. Йошкар-Ола, 1987. С. 63.
   Там же.
   Голдина Р. Д. Тарасовский могильник I-V вв. на Средней Каме: в 2-х т. Ижевск, 2004. Т. I. C. 138.
   Останина Т. Н. Нивский могильник III-V вв. Материалы к ранней истории населения Удмуртии. Ижевск, 1978. С. 111.
   Геннинг В. Ф. Азелинская культура III-V вв. // Вопросы археологии Урала. Свердловск, 1963. Вып. 5. С. 70.
   Ждановский А. М. Подкурганные катакомбы Среднего Прикубанья первых веков нашей эры // Археолого-этнографические исследования Северного Кавказа. Краснодар, 1984. С. 79-80.
   Симоненко А. В. Тридцать пять лет спустя: послесловие-комментарий // Хазанов А. М. Избранные научные труды. Очерки военного дела сарматов. СПб., 2008. С. 270.
   Бажан И. А., Гей О. А. К вопросу о датировке 'прикамских' ажурных шлемов //Проблемы хронеологии эпохи латена и римского времени. СПб., 1992. С. 120.
   Alföldi A. Eine spätrömische Helmform und ihre Schicksale im Germanisch-Römanischen Mittelalter // Acta Archaeologica. 1934. Vol. 5.
   Brønsted J. Nordische Vorzeit. B. 3. Eisenzeit in Dänmark. Neumünster, 1963. S. 209-211.
   Голдина Р. Д., Волков С. Р. Шлемы Тарасовского могильника // Уфимский археологический вестник. Уфа, 2000. Вып. 2. С. 102.
   Геннинг В. Р. Тураевский могильник V и. н. э. (захоронения военачальников) // Из археологии Волго-Камья. Казань, 1976. С. 104.
   Голдина Р. Д. Древняя и средневековая история удмуртского народа. Ижевск, 1999. С. 262.
   Голдина Р. Д. Древняя и средневековая история удмуртского народа. Ижевск, 1999. С. 262.
   Голдина Р. Д. Древняя и средневековая история удмуртского народа. Ижевск, 1999. С. 262.
   Iord. Get., 116. Цит. По: Щукин М. Б. Готский путь (готы, Рим и черняховская культура). СПб., 2005. С. 208.
   Щукин М. Б. Готский путь (готы, Рим и черняховская культура). СПб., 2005. С. 209.
  
Оценка: 5.85*10  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  Ю.Риа "Обратная сторона выгоды" (Антиутопия) | | С.Суббота "Я - Стрела. Тайна города нобилей" (Любовное фэнтези) | | Ю.Королёва "Эйдос непокорённый" (Научная фантастика) | | Д.Деев "Я – другой" (ЛитРПГ) | | А.Мичи "Академия Трёх Сил. Книга вторая" (Любовное фэнтези) | | Д.Владимиров "Киллхантер 2: Цель - превосходство" (Постапокалипсис) | | А.Каменистый "Существование" (Боевая фантастика) | | Р.Прокофьев "Игра Кота-6" (ЛитРПГ) | | А.Мичи "Академия Трёх Сил" (Любовное фэнтези) | | А.Невер "Сеттинг от бога" (Киберпанк) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "То,что делает меня" И.Шевченко "Осторожно,женское фэнтези!" С.Лысак "Характерник" Д.Смекалин "Лишний на Земле лишних" С.Давыдов "Один из Рода" В.Неклюдов "Дорогами миров" С.Бакшеев "Формула убийства" Т.Сотер "Птица в клетке" Б.Кригер "В бездне"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"