Майер Жасмин : другие произведения.

Ее невыносимый лжец

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:


 Ваша оценка:
  • Аннотация:

    Меня зовут Соня, и однажды я совершила ошибку. А потом еще. И еще. Бесчисленное множество раз на кровати, на ковре и в душе. Когда он касался меня, мое тело пело. И знаете что? Мне нравилось это настолько сильно, что я готова была отказаться от своего железного правила - больше никогда не влюбляться. Он умел быть убедительным. Такой сексуальный, надежный, лучший... А еще женатый. Меня зовут Соня, и однажды я поверила лжецу.

    Книга в процессе. Читать здесь Литнет


   Глава 1.
   Соня
  
   -- Боже, Соня! -- лепетала в трубке Ира. -- Он ведь всю жизнь двоечником был, да я бы в жизни не подумала, что он способен такое вытворять в постели целую ночь напролет! У него просто огромный, представляешь?
   Да. Сегодня именно один из тех дней, когда я, с Иркиной подачи, снова вспоминаю, что в мире все еще существует секс.
   Учитывая блага цивилизации, мультиварки с отложенным режимом и дистанционные покупки в интернете, удаленную работу и автосервисы любая женщина теперь вполне проживет без мужчины. Жаль только, что при этом в сутках нет хотя бы часов тридцати. А лучше больше. Уже и не помню, когда я спала больше пяти часов подряд, поскольку со всем я справляюсь одна.
   Есть лишь одна загвоздка в отсутствии мужчины в моей жизни. И она довольно незначительна -- каких-то двадцать сантиметров. Но я почти уверена, что могу прожить и без этой выдающейся вперед детали мужского организма.
   Только в те дни, когда мне звонит Ира, моя вера в то, что можно прожить и без секса, дает трещину. Моя подруга -- в разводе и в вечном поиске мифического женского счастья.
   Да, именно телефонные откровения подруги раз за разом наталкивают меня на безрадостные мысли о том, что стоило бы и признать, что кое в чем мужчинам действительно не было равных. Чертова природа задумала секс как процесс, в который вовлечены двое, как минимум, и тело можно только обманывать заменителями. И то недолго.
   Страшно сказать, сколько в моей жизни не было нормального секса. И это была единственная проблема, которую не решало наличие мультиварки, комбайна и режима быстрой разморозки в микроволновке.
   И даже резиновых игрушек.
   Которых их у меня все равно не было.
   Лишь однажды меня занесло в сексшоп, потому что это не то место, куда может случайно завернуть мать-одиночка, гуляя с коляской. И речь сейчас не о пандусах, которые там, кстати, есть. Не во всех детских магазинах их встретишь, а вот там они были, да.
   В те редкие минуты, когда я оставляла младенца своей маме, у меня оказывалось столько дел, которые нужно было переделать, что увеселительная прогулка за членом в них ну никак не вписывалась. Но однажды я все-таки вырвалась.
   И отправилась на экскурсию.
   Резиновые мужезаменители выстроились неровным забором на полках, и те, что попадались мне на глаза, были куда больше среднестатистических мужских достоинств. Фальшивые вычурные вены на них внушали просто таки ужас. Таким и убить можно.
   Одним словом, ничего не вышло.
   Я позорно сбежала даже раньше, чем консультант успела мне приветливо улыбнуться и спросить, не нужна ли мне помощь. Только значительно позже я узнала, что в мире вообще-то существует множество игрушек, куда приветливее на вид, чем тот штакетник из монструозных членов на полке сексшопа. Но в тот момент я уже махнула на это времяпрепровождение рукой.
   Даже на такой секс нужна хоть капля свободного время, а его-то у меня как раз и не было никогда.
   Так, ладно, на чем я остановилась? Стирку вытащила, белье успела развесить, но где трико? Альке ведь завтра на тренировку.
   Чтобы освободить руки, прижала к уху мобильный, в котором подруга продолжала захлебываться восторгом, рассказывая о прошлой ночи, перевернула верх дном корзину для грязного белья, на дне которой вместо трико нашелся... вязаный плед.
   Ну привет, пропажа. Дернул же черт купить вещь с биркой "Только для ручной стирки". Вечно надеюсь, что найду для него время, но в итоге большую часть своей жизни этот плед так и провел в ожидании долгожданной стирки после знакомства с шоколадным молоком, которое пролила на него Аля.
   -- Соня, -- продолжала в трубке Ира, -- представляешь, я уже хотела уйти, а он подошел сзади, запустил руки мне под юбку... В общем, мы так увлеклись, что все и произошло прямо в коридоре, представляешь? Он в школе был просто невзрачный двоечник, а оказалось, что у него такой агрегат!
   Что ж, у кого-то жизнь бьет ключом, а у кого-то плед для ручной стирки. Каждый трахается, как может.
   И все-таки я не могла злиться на подругу. В первый раз она вышла замуж тоже за одноклассника, правда, отличника. И достижениями в постели похвастаться не могла. Теперь она развелась и отрывалась как могла. На этот раз жизнь столкнула ее с двоечником Лехой. И его агрегатом. И жизнь Иры заиграла совсем другими красками.
   А вот меня жизнь ни с двоечниками, ни отличниками, так ни с кем сталкивать не желала. Одно из самых железных правил моей жизни было -- никаких отношений с женатыми. А мужчины моего возраста и старше, редко были холостяками. Ну разве что в разводе. Впрочем, если где-нибудь отцы-одиночки, может быть, и существовали, но рядом со мной таких не было. Детский сад и секции, которые посещает Аля, отметались сразу. Свободные мужчины там не водились в принципе.
   В общественном транспорте я не ездила, потому что водила машину. Работала я из дому, потому что просиживать восемь часов в офисе, плюс около двух часов на дорогу туда-обратно задача для матери-одиночки без няни и помощников практически невыполнимая.
   -- А он не женат, Ир? -- встрепенулась я.
   -- Ой, он сказал, что у них с женой давно нет отношений! И вообще в постели она полное бревно, а он устал делать все за нее!
   Свежо предание.
   -- Все так говорят.
   -- Это была только одна ночь, Сонь. И мы предохранялись.
   Ох, удар ниже пояса, подруга. Мы ведь тоже предохранялись, а вот по коридору бегает тот самый 1%.
   Но лично я никогда не жалела о том, что забеременела или родила.
   -- Ладно, Ир, мне надо дочь к бабушке везти.
   -- Так ты будешь сегодня свободна? -- обрадовалась Ира. -- Я же так и не рассказала тебе всего! Сходим вечером в кофе?
   Перспектива в свой единственный свободный вечер слушать истории о внушительном агрегате бывшего двоечника была так себе. Но с другой стороны... Сегодня меня ждали только статьи о сортах строительного бетона, а это тоже не Бог весть какое захватывающее занятие.
   -- Ладно, я тебя наберу, как освобожусь.
   Закончив говорить с подругой и запихав обратно в корзину чертов плед ручной работы, я отправилась искать злополучное трико в коридоре. Но в недрах комода за махровыми зимними шапками, нашлась только запечатанная упаковка с презервативами.
   Черт.
   Вот какая "насыщенная" у меня жизнь, если даже у купленных четыре года назад презервативов срок годности вышел.
   -- Мама, а это что?
   -- Ничего! -- я мигом захлопнула ящик, а чтобы отвлечь дочь, прижала ладонь к уху и прорычала: -- Самолет Аля, вас вызывает аэрр-р-родром "Мама". Пора лететь к бабушке, повтор-р-ряю! Пора лететь к бабушке! Пр-р-рием, пр-р-рием!
   Аля картавила, и логопед советовала чаще использовать рычащие слова, но Аля все равно избегала слова с трудной буквой, сколько бы я не рычала. И продолжала все так же картавить.
   -- Самолет Аля на связи! К полету готова!
   С собой она приволокла рюкзак, под завязку набитый игрушками, а поверх осеннего пальто почему-то надела спасательный круг. Представила нас в метро в разгар осени с надувным кругом -- ну точно отбоя не будет от желающих познакомиться.
   -- Аля, ты пробудешь у бабушки всего один день. Так что ты переборщила с игрушками. И круг тебе тоже не понадобится.
   -- Бабушка обещала сделать мне юбку! Это будет... -- она скривилась, пытаясь вспомнить сложное слово.
   -- Кринолин, -- подсказала я, и Аля просияла. Да, в детстве я играла также, надувала круг и ходила важная, в маминых юбках. -- Ладно, поехали. Пор-р-ра, в путь-дор-р-рогу! Доррогу дальнюю, дальнюю...
   Привычка рычать так плотно вошла в мою речь, что иногда я не замечала, как начинала рычать даже с подругой или, что хуже, могла рыкнуть на начальника, пока получала очередное задание на дом.
   Дороги были свободные, так что добрались мы быстро. Ни один свободный и без штампа в паспорте мужчина нам под колеса не бросился, а водители соседних машин на знакомствах не настаивали. Иногда мне казалось, что наличие ребенка для всех мужчин давно сделало меня невидимкой.
   Отчасти неплохо, такой вариант меня устраивал. Пока Ирка в очередном разговоре не начинала хвалиться своими оргазмами.
   А я... Разве что могу похвастаться тем, что знаю наизусть имена всего "Щенячьего Патруля".
   Задерживаться у мамы я тоже не стала, потому что все разговоры начинались за здравие, а заканчивались... мужчинами.
   Чтоб у них краники у всех отсохли.
   Вот и сейчас, когда мы с Алей приехали, пропажа трико перед тренировкой интересовала маму меньше всего. Она перечислила всех особей женского пола с таким энтузиазмом, как будто каждую растила еще с колыбели, а после собственноручно вела к алтарю. При этом все они успели выйти замуж за то время, пока мы с мамой не виделись.
   -- Прошла всего неделя, -- заметила я.
   -- Так и осень -- свадебная пора!
   Усугублялось все тем, что мама жила прямо напротив районного ЗАГСа. Для нее все в этом мире вертелось вокруг свадебных кортежей и гостей, обосранных голубями.
   Мама же и придумала для внучки легенду об ее непутевом папаше. Слишком героическую, на мой взгляд. Мол, однажды, папу срочно вызвали на работу, и тогда за ним прибыл вертолет, конечно, розовый, как у щенка Скай из мультика, и унес прямо с порога ЗАГСа по очень важному заданию.
   Вот только мы не были женаты и свадьбы у нас тоже не было.
   После этих разговоров Аля какое-то время очень пристально следила за прибывающими кортежами, проверяя, не смоется ли очередной жених совсем, как ее отец. Но розовый вертолет больше ни разу не появлялся.
   Поначалу Аля часто спрашивала, когда папа прилетит к нам обратно, но в последнее время, слава богу, перестала. А вот "болеть" самолетами и прочими летающими аппаратами не перестала.
   С упрямством носор-р-р-ога я снова вернулась к трико и Алиной тренировке. Мама тоже не стала ослаблять хватку. Осознав, что намеки не помогают, мама пошла ва-банк. Глядя на внучку в спасательном круге поверх пальто, которая бегала по коридору, широко расставив руки со словами: "Мам, я самоле-е-ет!" -- утерла набежавшую скупую слезу и под аккорды "Марша Мендельсона" с улицы вынесла окончательный вердикт:
   -- Соня, Але нужен отец.
   Вот прям срочно. Хотелось припомнить ей все ее рассказы про вертолеты, но я сдержалась.
   -- И что мне делать, мам? Как его найти? Объявление дать? "Разыскивается породистый, без вредных привычек и штампов в паспорте мужчина, способный выдержать более двух часов гиперактивную шестилетку"? Или зачем далеко ходить, может, и в самом деле в ЗАГСе кого-нибудь похитить?
   Маме идея с газетой не понравилась. С похищением, впрочем, тоже. А я сказала, что других вариантов у меня нет. Сами по себе в моем доме заводятся только муравьи.
  
   Глава 2.
   Андрей
  
   Сегодня для прогулки в парке она выбрала ультракороткое платье в облипочку. Намек я понял сразу. Только дурак не понял бы.
   Так что когда в парке жена сразу потащила меня в заросли какого-то рыбного оттенка, которые полностью скрыли нас от посторонних глаз, я понял, что пора действовать.
   При этом сама Вероника продолжала делать вид, что ничего интереснее этих лепестков она в жизни не видела. Еще раз, для надежности осмотревшись по сторонам, я вжался телом в ее спину, подцепил край юбки и вдруг услышал:
   -- Нет, Андрей, даже не думай. Ты помнешь платье... И не закатывай глаза, -- тут же добавила она.
   Ну ладно... Чудом сдержался.
   Я-то думал, что природоведение у нас всего лишь ширма для секса на природе. А оказалось, все по-настоящему, что ли?
   -- Это лососевые розы, Андрей. Я ведь уже говорила, они мне очень нужны для сегодняшней фотосессии. И вообще, очень неудобно потом ходить весь день с мокрыми трусиками.
   -- Раз неудобно, их можно вообще снять.
   Ника посмотрела на меня, как на сумасшедшего и продолжила срывать свои рыбные лепестки.
   Я отвернулся и... все-таки закатил глаза.
   Ради Бога, ей не пришлось бы ехать в метро, где полно извращенцев, желающих заглянуть ей под юбку. Она бы села со мной в машину и одинаково спокойно вернулась бы домой, будь на ней трусики или нет. Только я бы знал правду.
   Она ходит в тренажерные залы, к косметологу, в солярий. Ради чего? Чтобы постоянно ходить одетой?
   Я так и стоял в стороне, пока она придирчиво оглядывала кусты. А после ей внезапно позвонили из доставки, и нам пришлось спешно возвращаться домой.
   Что ж, секс в парке из сегодняшних планов можно вычеркивать. Может, дома моя жена будет сговорчивее?
   У дверей подъезда я принял объемные пакеты у недовольного нашей задержкой курьера и занес их в дом. Доставку оформил какой-то японский ресторан, с которым у Ники был контракт на рекламу. Ей постоянно доставляли разные товары, которые она под видом обыкновенных постов рекламировала своим подписчикам в инстаграме.
   Дома Ника сразу принялась за дело. Весь стол оказался завален природным реквизитом, необходимым ей для съемки -- в ход пошли и те самые рыбные розы.
   К еде нельзя было прикасаться до тех пор, пока она не сделает фотки. Я почти привык к тому, что весь мир будет в курсе, что у нас будет на ужин.
   -- А как у тебя вообще дела? -- спросил я, пока она прицеливалась фотоаппаратом.
   -- Один магазин нижнего белья хочет заказать мне серию публикаций... -- Ника хмурилась, художественно раскладывая стручки ванили. -- Но мы никак не можем договориться об оплате и сколько постов им необходимо. Они вмешиваются в мой график и обязательно хотят успеть провести рекламную кампанию до осенней распродажи. А у меня суши-ресторан на очереди!
   Я покивал с сочувствующим видом.
   -- А красивое хоть белье?
   Боже. Что тут началось.
   -- Андрей! -- рявкнула Вероника. -- Ты можешь хотя бы иногда не думать о сексе! Хотя бы постарайся сделать вид, что тебя интересует не только это! Это не просто белье, которое ты снимешь с меня за пять минут, вообще-то это моя работа!
   Кое-как мы поужинали, когда с фотографиями было покончено. Суши оказались средними. Может быть, они такими и были, а может, просто обветрились, пока мы ругались, не знаю. Раньше мы никогда не ругались так часто. Раньше секс не был такой опасной темой, а Ника не воспринимала мой флирт, как оскорбление.
   Я надеялся, что всё еще можно исправить, поэтому безропотно согласился позировать ей в кровати среди чертовых бесконечных лепестков, которые она притащила из парка. И вот, она уже полчаса художественно раскладывала их по одному ей ведомому принципу на кровати, на которой лежал я, обнаженный и готовый только для нее.
   Ника приказала лежать тихо, и, видит бог, я старался. Она до сих пор припоминала мне, как в прошлый раз я чихнул на икебану из жимолости, которую она создавала на нашей кровати три часа кряду. Поэтому я ни в коем случае не мог подвести ее.
   Господи, я ведь просто хотел заняться сексом с собственной женой. Разве я многого прошу?
   Нет, целиком в кадр я не попаду. Только какая-то часть моего тела, возможно, рука или нога. Или ребра, на которых вытатуированы звезды. Ее подписчицы снова и снова должны убеждаться в том, что у нее есть мужчина. И что он с уважением относится к интересам своей жены. И разделяет ее увлечения. И прекрасен в постели.
   Иногда мне не верится, что это все я.
   Я понятия не имею, как ее подписчицы поймут об этом, глядя на часть моего тела на фото, но Нике виднее. И, конечно, я разделяю ее интересы и с уважением отношусь к ее работе, потому что другой не стал бы лежать час со стояком, уговаривая себя потерпеть, просто...
   Просто раньше было иначе.
   Моя жена любила секс, и когда-то носила только короткий шелковый халатик все выходные, когда я проводил их дома. И тогда ее ничего не смущало.
   Мы также ходили в парки и собирали приглянувшиеся ей лепестки, коряги, куски коры, но при этом я мог утащить ее в укромный уголок, прижать к дереву и добиться того, чтобы горячие поцелуи привели к чему-то большему. Ведь я работаю пилотом, и мы не так уж часто видимся.
   -- Руку левее. Я хочу, чтобы были видны твои татуировки, -- пробормотала Ника, глядя в объектив.
   От ее сухого тона у меня все упало.
   Наверное, так и работают профессиональные фотографы даже с обнаженными моделями. Это всего лишь работа, ничего большего. Но ведь она моя жена, неужели ее ни капли не заводит мое тело?
   Потеряв терпение, я провел ладонью по ее бедру. Ника чуть выгнулась передо мной. Хотя при этом продолжала делать вид, что занята. Щелкнула затвором камеры, а я осмелел и подцепил ее трусики.
   -- Андрей...
   Я направил пальцы ниже, а она заверещала:
   -- По тебе кто-то ползет!
   Да твою же мать.
   Хлопнула дверь спальни, зашуршали пакеты для мусора на кухне. Ника вернулась в махровом халате до пят, бросила мне пакеты.
   Ника ненавидела насекомых.
   -- Собери, пожалуйста, -- ее нижняя губа тряслась. -- Я же спать не смогу. Убедитесь, что ты жука этого нашел!
   Я поднялся и сел. Запустил руки в волосы и поглядел на ее халат, который скрывал абсолютно всю ее фигуру.
   Интересно, куда подевался тот шелковый?
   Желание по-прежнему кипело в крови. Хотелось развернуть ее и взять прямо у стены, раз уж она теперь ни за что не ляжет в кровать. Или перегнуть через кухонный стол. Ну ведь было же когда-то. И ей это тоже нравилось.
   -- Андрей? Почему ты замер? Он заползет сейчас в подушки или матрас, и мы никогда его не найдем.
   Я стал сгребать лепестки, проклиная их до седьмого колена. Нашел солдатика, и даже двух, спрятал их тоже в пакет.
   -- Все? Можно ложиться? -- заглянула в спальню Ника. -- Я так устала за сегодня.
   Она скинула халат и юркнула под одеяло. Мне ничего не оставалось, как последовать ее примеру. Но для меня ничего не изменилось. Я лежал в темноте и понимал, что у меня стоит на собственную жену, а я почему-то вынужден это терпеть.
   -- Ника, -- позвал я ее в темноте. Слышал ведь, что она не спит. -- Может, хотя бы минет?
   Тишина стала зловещей. В этот момент она даже дышать перестала.
   -- Это ты мне сейчас отсосать предложил? -- прошипела она, как кошка. -- Вот так вот встать на колени и удовлетворить тебя, Андрей? А как же я? Как же мои чувства?
   Разгон с шепота на ультразвук за две секунды.
   -- Забудь, -- выдохнул я.
   От этого стало только хуже.
  
   ***
  
   -- Отвезешь меня в аэропорт? -- сказала за завтраком следующего дня Ника.
   Я аж подавился кофе.
   -- Зачем тебе в аэропорт? -- удивился я.
   -- Ох, Андрей. Ты совсем меня не слышишь, что ли? Я ведь вчера тебе в парке рассказывала о том, что у меня фотосессия с производителем купальных костюмов. Они оплатили мне путевку на неделю на Ибицу -- настоящую Ибицу, а не ту, что в Одессе. Буду сниматься для инстаграма.
   -- Твоего инстаграма?
   -- Да. А что тебя удивляет?
   -- Просто у тебя не так много подписчиков, чтобы...
   Хватило секунды, чтобы понять, что лучше заткнуться. Но было уже поздно.
   -- Не так много? -- процедила она.
   -- Ну, я не помню сколько... -- пошел я на попятную. -- Какого черта, мы вообще опять ругаемся? Ника!
   -- Потому что тебе наплевать на мои дела, Андрей! -- взвилась она. -- Тебя интересует только собственная жизнь, а не моя! У меня уже пятьдесят тысяч подписчиков, Андрей! Пятьдесят тысяч! Это немного, по-твоему? Да я день и ночь работаю на саму себя! Ты знаешь, каково это? Хотя откуда, ты ведь работаешь на авиакомпанию. Тебе сказали полететь туда -- и ты летишь! Сказали туда -- и ты летишь обратно!
   -- Да даже в самый короткий рейс, Ника, я отвечаю за жизни пассажиров! Это двести жизней, минимум!
   -- А надо интересоваться только одной! -- бросила она и выбежала из кухни.
   Да. Что. За. Херня.
   Я реально не понимаю, что происходит. Какая муха ее укусила? С какого перепугу она превратилась в пилу?
   Поднялся из-за стола, где остался нетронутый завтрак. Вернулся в спальню. Ника бросала в чемодан вещи.
   -- Я тебя отвезу.
   -- Не надо! -- рявкнула она. -- Доберусь на такси!
   -- Ника, да брось, -- закатил я глаза.
   -- Не закатывай глаза! -- вдруг заорала она. -- Я так устала, Андрей, бороться за твое внимание! Ус-та-ла, -- произнесла она по слогам, как для дебила.
   Захлопнула чемодан, набросила пальто. Достала телефон и в гнетущей тишине нашла машину в приложении.
   -- Когда ты вернешься? -- спросил я.
   -- А какая разница? Тебя же, наверное, и дома не будет. Опять улетишь. Даже не заметишь моего отсутствия.
   Впервые в жизни, не прощаясь и не целуясь, она выкатила чемодан на лестничную клетку и закрыла за собой дверь.
   А я остался один.
   Поразительно. Я так и не нашел время, чтобы сказать собственной жене, что взял отпуск, чтобы провести с ней время. И даже не смог заняться с ней любовью, потому что все это время ей было не до меня.
   В итоге я остался сам в собственном доме, а отпуск, который я столько времени откладывал, пошел коту под хвост.
   Ну и чем теперь заняться?
   Я вернулся на кухню и убрал со стола. Потом убил несколько часов, играя в World of Warplanes. Пилот в отпуске летает на симуляторах, класс.
   И так будет все шестьдесят дней?
   Друзей у меня вне службы не осталось. Все они были или механиками, или пилотами. Даже стюардами. И сейчас могли быть в любой точке земного шара. К тому же мало кто из них пил, а мне хотелось нажраться.
   Но в итоге я почему-то переоделся и сходил в тренажерный зал в квартале от дома, где обычно занимался. На это убил еще два часа. Вернувшись домой, зашел в ванную, чтобы сбросить в стирку спортивную форму. И обнаружил на полу лужу. С потолка капало.
   Зашибись. Я просил о другом развлечении, а не возиться с чьими-то протекающими трубами!
   Раньше я бы забил. Честно. Да и лужа была маленькая, и капало несильно. Само бы высохло. Но сейчас мне просто некуда было себя деть, поэтому я обулся и вышел на лестничную клетку. Забежал на этаж выше и позвонил в дверь.
   Открывать мне не торопились. Так что я позвонил еще раз.
   -- Да иду я, иду! -- раздалось приглушенное. --  Кто там?
   -- Сосед.
   Возникла пауза.
   -- Ээээ...
   Ну понятно, в наше-то время опасно открывать двери незнакомцам. Соседка выше не может знать, что на самом деле я неопасен.
   -- Открывайте. Я ваш сосед снизу. Вы меня топите!
  
   Глава 3.
   Соня
  
   Дома, закончив первую из дюжины других заказанных мне статей о сортах бетона, я посмотрела на часы. Было только пять вечера. Эту ночь Аля будет ночевать у бабушки. А я... Что же, так и проведу ее у монитора?
   Боже, я ведь тысячу лет нигде не была. Так и жизнь мимо пройдет.
   Попрошу Иру, подруга не откажется выпить не только чаю, но и что крепче. В конце-то концов, она сама виновата. Это все ее разговоры об агрегатах и бывших двоечниках теперь не дают мне сосредоточиться на твердости именно бетона, а не чего-то другого.
   Ладно, проветриться будет всяко лучше, чем разбирать ненавистную кладовку. Или стирать руками плед. Всегда успею.
   Как и следовало ожидать, Ира согласилась сразу.
   -- Давай в восемь? -- предложила я.
   Я укладывала Алю в девять, так что для меня это время было уже глубокой ночью.
   -- Ты что, подруга? -- отозвалась Ира. -- В это время в клубе только уборщицы со швабрами зажигают. Давай подъедем к клубу часов в одиннадцать. К полуночи как раз нормальный движняк начнется.
   -- Так поздно?
   -- Ничего не поздно, в самый раз. Я тебя наберу.
   Черт, судя по всему, я успею не только кладовку разобрать, но и оба балкона.
   Готовить не хотелось. Гулять, так гулять, решила я и заказала себе суши, но их обещали доставить... только через полтора часа. Господи, я одна в этом городе постоянно спешу, что ли? Доставка, клубы и Ира вот вообще никуда не торопятся.
   Так, если не кладовка, то может быть принять ванну? Когда еще мать-одиночка может спокойно понежиться в пене, не срываясь по первому визгу? "Ведь я этого достойна", или как там?
   Никуда не торопясь, вымыла голову. Даже нашла тканевую маску, купленную тысячу лет тому назад. Как раз держала белое вино в холодильнике, хотела что-нибудь изысканное приготовить, но из-за нехватки времени простые блюда в нашем меню все равно побеждали. Главное теперь не заснуть в этой ванне, подумала я после того, как глотнула вина и прикрыла глаза, слушая мерный плеск воды.
   А жизнь-то налаживается!
   Вода продолжала плескаться, навевая мысли о море. Совсем как прибой. Или даже водопад. Как похоже!
   О черт. Она же льется через край ванны! Что с дополнительным сливом? Почему не уходит лишняя?!
   Отшвырнула с лица маску, сполоснув быстро лицо. Задела бокал на краю ванны, и тот полетел на пол. Ну и ладно, все равно вино было так себе. Поспешно выключила кран, но было уже поздно. Пока я расслаблялась, воды на пол вылилось прилично. Где-то по щиколотку.
   Сбросила на пол два полотенца и даже махровый халат, чтобы оперативно собрать воду, но что со сливом? Наклонилась, по-прежнему сидя в ванне, и всмотрелась в отверстие под кранами.
   Ох, Аля.
   -- Ну привет, -- сказала я, вытащив маленького резинового щенка. -- Зума, кажется? А мы тебя потеряли, думали, куда ты из ванны пропал. А ты тут и остался.
   Она любила принимать ванну со всей командой "Щенячьего патруля". Я и не подумала о том, что игрушки такие маленькие, что могут застрять в сливном отверстии.
   Теперь меня ждет еще и уборка в ванной. А я еще думала, как убить время до ночной тусовки...
   Когда в двери позвонили, я решила, что потеряла счет времени и уже доставили суши. Взгляд заметался по пустым крючкам, но тщетно, ведь все махровые изделия я уже пустила на спасение ванны. В чем же мне открывать дверь?
   Выбралась кое-как из ванны и под истеричное завывание дверного звонка схватила короткий шелковый халат из спальни, выудила кошелек из сумочки и крикнула, прицеливаясь ключом к замку:
   -- Да иду я, иду! Кто там?
   -- Сосед.
   Открывать резко расхотелось.
   -- Открывайте, -- донеслось из-за двери нетерпеливое: -- Я ваш сосед снизу. Вы меня топите!
   Очень хотелось крикнуть: "Простите, мамы нет дома, так что не открою", но я и была той самой мамой. Но ладно, в конце-то концов, пусть человек увидит, что ничего страшного не произошло. Ну, пролилось немного водички на пол...
   Была не была. Провернула ключ в дверях и онемела.
   Это какой-то розыгрыш?
   Это вот этот красавец модельной внешности мой сосед снизу?
   Я уставилась на мужскую грудь, до безобразия рельефную. Возмутительно поджарую. Черная футболка подчеркивала каждый изгиб и впадинку. Сглотнула при виде узкой мужской талии и плеч в два раза шире моих. И с большим трудом не опустила взгляд, а наоборот подняла и нашла его глаза -- светлые и хмурые.
   А губы? Ох, какие у него были губы...
   И волосы, темно-русые, еще влажные, спадавшие на лоб, словно только что взлохмачены девичьей рукой в постели.
   -- Д-д-да? -- протянула я, окончательно теряя связь с реальностью.
   Напомните, еще раз, кто он такой и что делает на пороге моей квартиры?
   Это иррационально возбуждаться так быстро и так сильно при виде незнакомца на пороге квартиры. Это опасно, в конце-то концов! Но этот мужчина...
   Это прямо живое воплощение того самого секса, которого у меня так давно не было.
   И вот я стою перед ним в какой-то шелковой тряпке, которая намокла и облепила меня везде, где только можно. И при этом на мне нет ни трусиков, ни грамма макияжа. А моя шикарная рыжая шевелюра, единственная деталь моей внешности, которой я гордилась, напоминает несвежую морскую капусту.
   Как просрать шанс всей твоей жизни? А вот именно так.
  
   ***
  
   Андрей
  
   Совесть у соседки все-таки проснулась, но лучше бы она просто послала меня на три буквы через закрытую дверь или вовсе сделала вид, что никого нет дома.
   Я оказался совершенно не готов к тому, что она откроет дверь в таком виде. В этой шелковой тряпке, которая едва прикрывала задницу. И судя по мокрым волосам, она только из ванной, а значит, под этой тряпкой она абсолютно голая.
   Не знаю, на что я рассчитывал, учитывая потоп в ванной, что она выйдет ко мне в шубе до пят? Но шуба спасла бы положение дел. Это точно.
   Эй, кувалда в штанах, остынь! Мы так не договаривались!
   Наверное, всему виной мое воздержание. А еще полуголая женщина, которая оглядела меня с головы до ног так, что я сразу почувствовал себя тортом в витрине магазина, а после уставилась на меня квадратными ярко-синими глазищами.
   -- Д-д-да? -- заикаясь, протянула она.
   Я старался вести себя прилично и не пялиться на ее острую грудь, которую облепил мокрый шелк. Сцепив всю силу воли в кулак, смотрел только ей в лицо, а не на кромку халата, который обнажал бедра сильнее, чем следовало бы. И не позволял глазам сползать ниже, на острые ключицы, на которых еще блестела влага.
   Но все это помогало мало, потому что на лице -- моем единственном спасении от соблазна, -- у нее оказался очень аккуратный рот с полными розовыми губами, глядя на которые, мне тут же захотелось провести по ним пальцем.
   Это было чистейшее искушение во плоти.
   Я бы обязательно надавил указательным пальцем на ее нижнюю губу, которая была полнее, чем верхняя, потребовал бы, чтобы она облизала палец, а после смотрел бы на то, как она втягивает его себе в рот...
   Черт! Эти мысли совсем не помогают держать себя в руках.
   -- Вы меня топите, -- сказал я, прочистив горло.
   Соседка легко пожала плечами. При этом край ее халата еще сильнее обнажил острое тонкое плечо.
   Она вся была хрупкой, как статуэтка. Волосы мокрые и темные, даже толком не понять, какого они цвета. Без косметики и одежды не определить точный возраст. Надеюсь, она хотя бы совершеннолетняя?
   -- Ммм... Ванна... переполнилась. Хотите посмотреть?
   Секундочку.
   Это такой неумелый флирт?
   Я приподнял одну бровь. На что мне смотреть в ее ванной? Мне бы развернуться и идти к себе, включить канал для взрослых и вспомнить холостяцкую жизнь. Вот как я должен поступить.
   Но с другой стороны я могу глянуть, нет ли нигде мужских девайсов -- бритвы, дезодорантов и даже обуви в ее коридоре. А если я увижу школьный ранец, например, то просто свалю как можно скорее.
   Я кивнул. И вошел в ее квартиру. Хотя с удовольствием вошел бы кое-куда еще.
   Так, стоп.
   Это не то, что кажется. Я пришел сюда не за тем, чтобы сорвать с нее эту мокрую тряпку. И не буду строить из себя доморощенного детектива.
   Просто я ответственный хозяин и хочу убедиться, что в том, что всему виной действительно только переполненная ванна. А не подтекает систематически какая-то труба, которая однажды лопнет и зальет всех вплоть до первого этажа.
   Вот. Это правильное решение. Надо держаться его. Всеми силами.
   Соседи мне еще спасибо скажут, если я спасу весь наш стояк от затопления. Ну чем не повод зайти в гости, правда?
  
   Глава 4.
   Соня
  
   Увидев меня полуголую на пороге, сосед почему-то опешил. Не ожидал, вероятно, встретить мокрую кикимору, еще и едва одетую.
   Впрочем, мужчина не растерялся. Его дымчато-серый взгляд моментально облизал меня с головы до ног, задержавшись на выпирающих от холода сосках. Какая я впечатлительная стала, вот до чего воздержание доводит.
   Это вообще ни в какие ворота, верно? Он на меня только посмотрел, а я уже кончаю.
   -- Вы меня топите, -- хрипло произнес сосед, глядя на меня в упор.
   Нет, хотелось мне ему сказать, это вы меня топите. И я сейчас не про ванную. У меня этот потоп по ногам скоро течь начнет, если вы в своей обтягивающей футболке не уберетесь с глаз моих.
   Я облизала губы перед тем, как ответить, и его взгляд впился в мои губы так, что у меня дыхание перехватило. Соски, кажется, и вовсе собрались вспороть шелк халата, настолько твердыми они стали. Конечно, всему виной сквозняк из подъезда. Но, знаете, когда соседка заходила за сахаром, такого эффекта почему-то не было.
   -- Ммм... -- отозвалась я, глотая слюни. -- Слив забился, и ванна переполнилась. Хотите посмотреть?
   Черт. И почему это звучит так, как будто я ему себя предлагаю, а не ванную?
   Вот и сосед удивленно приподнял одну бровь.
   -- Ванную, -- закончила я. -- Ну, вдруг вы хотите лично убедиться, что все хорошо. Я уже устранила засор. Так что...
   Так что теперь, пожалуйста, займитесь мной.
   Мужчина кивнул. Сделал шаг в квартиру, и мое сердце забилось где-то в горле. Потолки сразу стали ниже, коридор резко сузился, когда за его спиной захлопнулась входная дверь. Какой же он большой...
   Может, еще и двоечником был в прошлом?
   Я показала рукой, куда идти, и только потом поняла, как глупо выглядел этот жест. Если он живет этажом ниже, то планировка у него точно такая же и ему прекрасно известно, где в квартире ванная.
   Сосед шагнул первым, а я осталась у него за спиной. И со всей силы прикусила нижнюю губу, чтобы не застонать при виде обтянутой светлыми джинсами задницы и длинных сильных ног.
   Спасибо Господи. Спасибо, что я хотя бы увидела, что такие мужчины вообще существуют. Ты только что вернул мне интерес к жизни.
   -- Простите, что ворвался... И прервал вас.
   Мокрых полотенец на полу соседу, видимо, показалось достаточно. Я покивала, чтобы не оставаться в долгу и показать, что я тоже ответственная хозяйка сказала:
   -- Это вы простите, что не уследила за водой. Сейчас принесу пылесос, чтобы отсосать...
   Твою мать! Твою мать!
   -- Короче, убрать лишнюю воду, -- едва слышно договорила я.
   -- Хорошо. Простите.
   -- Это вы простите, -- повторила я, должно быть, бордовая от стыда.
   И пожалуйста, бегите. Иначе я за себя не ручаюсь.
   Мужчина в три широких шага преодолел коридор в обратном направлении, толкнул незапертую дверь и, кивнув напоследок, ушел. Трясущимися руками я едва справилась с ключом, а после прислонилась к двери спиной.
   -- Ох, липучие лепестки... Вот это мужи-и-ик!....
   Когда дома была Аля, я старалась не материться. Или заменяла слова похожими. Это вошло в такую же неискоренимую привычку, как и постоянное использование слов с буквой "Р".
   Внутри меня словно проснулся вулкан, и теперь моя кровь напоминала раскаленную лаву. Я распахнула халат, и рука сама потянулась ниже. Мимо болезненно-твердых сосков, прямо туда, где было очень и очень влажно.
   Я точно знала, как самостоятельно сделать так, чтобы сбросить напряжение. Только так это и происходило все эти четыре года. Я провела пальцем и задрожала, предчувствуя очень скорую разрядку, от которой не будет много наслаждения, слишком все быстро и бестолково. И как же надоело делать это самой...
   -- Черт, да!
   Я закусила губу, чтобы не стонать во весь голос...
   И тогда в дверь снова позвонили.
  
   ***
  
   Андрей
  
   -- Чтобы отсосать...
   Дай мне господи боже сил!
   Остаток фразы я даже не расслышал.
   Бежать. Срочно. Пока это не зашло слишком далеко. Я видел достаточно и у меня нет причин оставаться. Адекватных точно нет. Трубы у нее не текут, но и мужских принадлежностей на полках тоже нет. Все девчачье, яркое. Ароматное, как в филиале кондитерской.
   -- Хорошо. Простите, -- пробормотал я, стараясь больше не встречаться с ней взглядом.
   И уж точно больше не стоит рассматривать губы и не представлять ничего такого.
   -- Это вы простите, -- отозвалась она.
   О нет. Это мне надо просить прощение за то, что в своем воображении уже оттрахал незнакомку прямо здесь, у стены, сорвав с нее эту мокрую тряпку. Намотав на кулак мокрые волосы. Запустив ей пальцы в рот.
   Все-таки она старше. Я успел заглянуть в ее глаза -- и не нашел в них той беззаботной радости, как у школьниц. Но мне нет до этого никакого дела.
   Умчался на лестничную клетку и услышал, как донеслось из-за двери:
   -- Ох, липучие лепестки... Вот это мужи-и-ик....
   Кто так ругается? Мы что, в детском саду?
   Впрочем, остаток фразы я тоже слышал. Я ей понравился и даже без формы. Плечи сами собой расправились. Я привык к тому, что женщины, при виде пилота, моментально раздевают его глазами.
   Сейчас все было иначе. Я очень давно ни с кем не знакомился, вот так. Без жены, без обязательств. Без формы.
   И без имен.
   Черт, как это познакомился, если я даже ее имени не узнал? А с другой стороны, зачем мне ее имя?
   Лифт звякнул и раскрылся, выпуская на лестничную клетку курьера в хорошо узнаваемой желтой форме. Парень глянул в бумажку, покосился на меня испугано и сказал:
   -- Простите, мне туда.
   Он указал на квартиру, из которой я только что вышел.
   -- Давайте я оплачу, -- услышал я свой голос.
   -- Что? -- лицо курьера вытянулось. -- Это вы заказывали суши, да?
   Кивнул и потянулся к бумажнику. Что я на хрен делаю? Но мне уже всучили пакет и сдачу.
   -- Приятного аппетита, -- бросил курьер и умчался.
   А я остался на лестничной клетке перед дверью, в которую еще минуту назад не знал, под каким предлогом попасть, а теперь у меня в руках был ее ужин.
   А если у нее свидание? Хотя... Судя по весу и сумме, что я заплатил, еды там ровно на одну худышку.
   Выгонит, значит, выгонит. А не выгонит... Я не хочу пока об этом думать. Я вообще сейчас не могу думать. Только действовать.
   Нажал на звонок.
   И услышал, как с той стороны раздался ее стон:
   -- Черт, да-а-а!
  
   Глава 5.
  
   Соня
  
   В голове была вата, ноги как желе, а сердце так вообще билось невпопад. Я так и не успела получить свой оргазм, и меня аж потряхивало от неудовлетворения. Не лучшее состояние, чтобы встречать курьера доставки, но и прикидываться, что никого нет дома нельзя. Я же жду суши. Теперь это точно должны быть они.
   На этот раз буду умнее и просто выгляну из-за двери. Нечего выпрыгивать на курьера полуголой.
   Распахнула дверь, даже не спрашивая, кто там. Кошелек все еще оставался со мной, в кармане халата. К нему я и потянулась, но на пороге вместо курьера доставки стоял мой сексуальный сосед с пакетом из японского ресторана. И он не сводил с меня глаз. Если можно трахать глазами, то именно этим он и занимался.
   -- Ч-ч-то происходит? -- выдавила я.
   -- Курьер просил вам передать.
   С этими словами он двинулся в квартиру, хотя я его не приглашала.
   -- Да? -- выдохнула я. -- А деньги?
   -- Я заплатил.
   Он уже стоял в моей прихожей, буквально нависая надо мной. Пожирал глазами мои губы.
   -- Что?... Почему?
   -- Хотел вернуться.
   Честный, значит? Но что мне с этой честностью делать?
   -- Сколько тебе лет?
   Я уставилась на него, а потом расхохоталась. Как давно меня о таком не спрашивали! Это ли не комплимент?
   А еще нервы.
   Я открыла рот, чтобы ответить, но так и не смогла, потому что с тихим стоном мужчина вдруг шагнул еще ближе. Провел большим пальцем по моей нижней губе. Сердце взмыло к горлу и тут же рухнуло обратно. Сумасшедшее желание пронеслось по венам, иссушая кровь. Лишая здравомыслия. Дыхание и вовсе сбилось к чертям.
   Притяжение между нами разве что не искрило. Оно толкало на безрассудства. Я даже прикрыла глаза от собственной смелости, а после с наслаждением втянула его палец в свой рот и немного пососала.
   -- О боже... -- выдохнул он.
   Ничего более сумасшедшего в своей жизни я еще не делала.
   Не хотела больше думать. Не могла больше анализировать происходящее. Я хотела этого мужчину. До одури. Здесь и сейчас. Это было чистой воды безумие, но я так давно не чувствовала себя настолько живой.
   Стоило провести языком по подушечке его пальца, как он надвинулся на меня, впечатал в стену. Пакет доставки упал на пол. Второй рукой он сорвал с моих плеч халат, и он так и остался висеть у меня на талии. Спиной я ощущала холод стены, а грудью вжималась в горячее жесткое тело.
   Стоило открыть глаза, как меня окатило жаром вожделения, которое плескалось в его потемневшем взгляде. От кристальной синевы не осталось и следа. Он с жадностью изучал мою грудь, уже не таясь и не пытаясь следовать этикету хороших мальчиков.
   Что ж, грудью я и до этого гордилась, а теперь так вообще. Не подвела родимая. Моя упругая двоечка в свое время помогла вскормить младенца и наладить грудное вскармливание, не прибегая к консультантам и накладкам. Впрочем, мужчине знать об этом совершенно необязательно. Он оценивал ее по каким-то своим критериям, и ему, определенно, нравилось то, что он видел.
   Мне же от него нужна была только разрядка, которой я лишилась по его вине.
   Он не стал заставлять меня ждать.
   -- Оближи, -- велел он.
   Слюны, которой до этого было слишком много, вдруг стало слишком мало. Он протолкнул палец мне в рот, присоединив к нему второй. При этом заворожено глядя на движения моих губ и языка. После с явным сожалением отпустил мои губы и тут же, без подготовки, ввел эти два пальца в меня.
   Ох, к такому я была не готова! Пусть и была возбуждена.
   Разумеется, он не мог знать, что фактически, лишает меня девственности во второй раз. Ведь девственницы уж точно не бросаются на незнакомых мужчин на порогах своих квартир. По крайней мере, мне хотелось так думать.
   От его напора я вскрикнула и вздрогнула.
   Он, кажется, удивился. И даже что-то заподозрил, но мне уже было плевать, поскольку его движения тут же стали мягче, а пальцы во второй раз скользнули не так глубоко, и я наконец-то смогла расслабиться. Выгнулась, подаваясь вперед, сильнее разводя в стороны бедра, и он, очевидно, решил, что я требую более смелой ласки.
   К движениям правой ладони во мне, вдруг присоединилась вторая рука. Большим пальцем левой рукой он провел по клитору, и я задрожала мелкой дрожью. Меня еще никогда не ласкали двумя руками сразу.
   Ощущения стали запредельными. Я впилась зубами в основание его шеи, чтобы не завопить во всю силу от радости с примесью легкой боли. А потом вспомнила, что мне незачем сдерживаться, ведь дочери дома не было. И дала себе волю. Застонала от такого желанного мужского прикосновения во весь голос.
   Даже жаль, что я и так была на грани. Хватило пары движений и ласкового прикосновения к клитору, и меня накрыло.
   От удовольствия поджались даже пальцы на ногах.
   Я повисла на его плечах, содрогаясь от первого и такого желанного оргазма, до которого за такие долгие четыре года одиночества меня довел кто-то другой.
  
   Глава 6.
  
   СОНЯ
  
   Одного раза было мало. Как путник в пустыне, которому вместо стакана воды, разрешили сделать только глоток, теперь я могла даже убить за то, чтобы получить больше.
   К счастью, мне не пришлось этого делать.
   Как только я кончила, он расстегнул свои джинсы, а потом внезапно замер.
   -- Черт. У меня нет с собой защиты... Но, клянусь, я совершенно чист.
   Все так говорят.
   Вот сейчас мне бы точно пригодились презервативы, вот только они не дотерпели. Каких-то два месяца.
   -- Ну и ладно, -- прошептала я.
   Я потеряла голову, наверное, потому что сама приспустила его боксеры на бедрах и сомкнула обе руки вокруг его члена. Ого. Не с него ли лепили те слепки в сексшопе? Да он никак тоже в школе был двоечником?
   Его размеры впечатляли. Нет уж, если мне стало не по себе даже от его пальцев, могу представить, что будет, если он с размаху вгонит в меня вот ЭТО. Может, и хорошо, что защиты не нашлось, а голос разума все-таки победил.
   Запрокинув голову и глядя на то, как темнеют его глаза, я синхронно провела по горячей гладкой головке большими пальцами. Я тоже умею делать это двумя руками, мистер "Умелые руки".
   Я снова укусила его шею, возле ворота футболки, которую он так и не снял, а его пальцы быстро вернулись туда, где им было самое место. Я была совсем не против того, чтобы продолжить наше странное знакомство таким экстравагантным способом.
   Он отвечал бедрами движениям моих ладоней и потому, как напрягались мышцы его живота, как он стискивал зубы, я вдруг поняла, что он сдерживается, чтобы не кончить раньше меня. Из каких-то чертовых сил сдерживался ради меня, женщины, которую даже не знал.
   Наверное, это воспитание. Дамы вперед, вот это все.
   Я так не могла. Движения его пальцев между моих ног напрочь сбивали меня с ритма, и я действительно ощущала себя дремучей девственницей-неумехой, которая впервые жизни коснулась мужчины.
   Только и могла, что шире расставлять ноги, позволяя ему ласкать себя обеими ладонями, заботясь больше о собственном удовольствии. Но чего-то после первого быстрого оргазма мне все-таки мало.
   Он как чувствовал. Нагнулся и втянул между своих губ мой сосок, царапнул зубами, а после поднял свои глаза на меня и медленно облизал по кругу ореолу. И тогда меня словно током ударило. Да, пожалуй, именно этого мне и не хватало.
   Кажется, это был самый мощный оргазм за всю мою жизнь. Я кончала и кончала, пока он продолжал так умело делать то, что удавалось ему так хорошо. Я даже не пыталась подарить ему удовольствие в ответ. Чудом, что я вообще удержалась на ногах.
   Видимо, моей незнакомец тоже понял, что чудес от меня ждать не стоит. Накрыл мою ладонь на своем члене своей, и сам в два счета довел себя до оргазма, выплескиваясь тугой струей на мой живот. Терпкий головокружительный запах секса затмил собой все.
   Ну кто бы мог подумать. Мне достался действительно настоящий джентльмен.
   Тяжело дыша, я повисла на его плече, а он впервые поцеловал меня долгим тягучим поцелуем и сказал:
   -- Кстати... я Андрей.
  
   Глава 7.
   Соня
  
   Я не сразу сообразила, что вообще-то должна и свое имя назвать. Но пока собиралась с мыслями и запахивала халат, Андрей буднично оправил боксеры, которые даже не снял, ведь их стянула с него я, и застегнул джинсы. Мужчины. Спустя каких-то две минуты после секса он уже выглядит так, как будто ничего и не было.
   И только я стою перед ним голая, с болтающимся на талии халатом, трясущимися коленями и чужой спермой на своем животе. А уж сколько времени придется усмирять тараканов в своей голове...
   Все, что произошло между нами, было внезапно, неожиданно, а еще это было лучшее, что происходило со мной за долгие годы, не считая достижений дочери, но, должно быть, у него таких, как я, которые теряют трусики при виде него, более чем достаточно.
   На меня Андрей больше не смотрел.
   А еще, вероятно, решил оставаться джентльменом до конца и сказал: "Не надо", когда я, увидев брошенный на пол пакет с моим ужином, попыталась вернуть ему деньги.
   Кивнул.
   А потом просто взял и ушел.
   А я осталась стоять в коридоре. С глупой улыбкой. И глазами по пять копеек.
   На ослабевших ногах вернулась в ванную. Вода остыла, пена опала, мокрые полотенца остались на месте, а на моем теле совершенно неожиданно оказалась сперма.
   Охренеть. Это что такое было? Неужели со мной?
   И вроде все, как раньше, но уже по-другому. Щеки горели, а в теле тлела истома после двух потрясающих оргазмов, которых я никогда не смогла бы достигнуть самостоятельно.
   Это чистое неразбавленное сумасшествие, если даже такая, как я, правильная аккуратистка до мозга костей, согласилась обойтись без защиты с первым встречным. Все равно схожу к врачу, проверюсь, хотя незнакомец и непохож на того, у кого полный букет в штанах, но мало ли? Пусть проникновения и не было, это не отменяет осторожности.
   Собрала с пола полотенца и забросила на отжим в машинку. Аккуратно убрала осколки. Залезла в душ.
   Запах секса будил во мне какие-то инстинкты, которые, как мне казалось, я давно усмирила и подчинила. Все эти шесть лет я запрещала себе даже думать о регулярных отношениях с мужчинами. У меня росла дочь, и я отныне я была матерью, а не какой-то там вертихвосткой.
   А теперь... После стольких лет воздержания мой сосед в два счета доказал, что выжить без секса можно, но лучше не надо.
   Сосед! Кто бы мог подумать, что я дойду до такого. Столько лет не могла найти мужика, сидела в четырех стенах, так он сам меня и нашел.
   Нашел и показал, что я все еще женщина. С обычными, понятыми, низменными, но такими сладкими желаниями. И ни один оргазм с помощью душа, пальцев или резиновых друзей не сравнится с ощущениями, когда тебя касается самый настоящий мужчина.
   Наверное, это знак мне, что стоит все-таки заняться собственной личной жизнью. Алька растет и, может быть, дальше будет проще. Теоретически.
   Вряд ли у нас что-нибудь еще будет. С соседом. Он просто сорвался при виде голой женщины. Его как раз таки понять можно.
   Для него это был просто случайный секс, от которого ни один нормальный мужик не откажется. Не думаю, что мне удалось скрыть свою реакцию на его шикарную задницу. Все было написано на моем лице, поэтому он и пошел на абордаж. Знал, что ему не откажут.
   Интересно, почему я не встречала его раньше? Может быть, он недавно переехал? Ну, считай, поздравила его с новосельем. Будем знакомы, не хотите к нам в жилищный комитет? Почетным членом, так сказать.
   Да уж. Для него это не такое волшебное и масштабное событие, как для меня. Что ж, премьера удалась, а навязываться Андрею я не буду.
   В его глазах я обычная подстилка. Ведь ни одна приличная женщина не занимается сексом с незнакомцем прямо на пороге собственного дома.
   Но вот приобрести по такому случаю новую упаковку презервативов все-таки стоит. И распихать резиновое изделие номер три по всем своим сумочкам и карманам. И обязательно позаботиться о том, чтобы их уж точно не пришлось их выбрасывать по истечению срока годности.
   Хотя кого я обманываю, я буду все той же примерной матерью и незаметной серой мышью, которая корпит над клавиатурой, раздумывая, как с огоньком описать сорта бетона.
   Разве что иногда у меня все-таки будет секс с кем-то одушевленным. Что тоже неплохо.
  
   Глава 8.
  
   Андрей
  
   Я никогда не изменял жене.
   Звучит неправдоподобно, но это так. За почти десять лет брака я ни разу не изменил Нике.
   Хотя возможностей у меня хоть отбавляй, ведь за плечами рейсы во все стороны света. И если бы я хотел, мог перетрахать всех доступных женщин на всех материках, и Вероника никогда не узнала бы об этом.
   Все мои друзья -- пилоты, техники и стюарты, -- они только и делают, что трахаются в разных сторонах света. И все при этом живут так же, как жили дальше. Прилетают домой, целуют жен, обнимают подруг. Все пилоты по натуре кобели, с этим ничего не сделаешь. Сказывалась опасная работа и необходимость сбрасывать напряжение. Но я никогда ни в чем таком не нуждался.
   Я не смотрел по сторонам, не поддавался на провокации, не соблазнялся красотками-стюардессами, мне это было не интересно, а стресс я прекрасно сбрасывал дома.
   А в итоге... Набросился на собственную соседку.
   Ну не идиот?
   Что на меня нашло?
   Почему мозги, на которые я полагаюсь всю свою жизнь, отключились, передав управление автопилоту ниже пояса? Где была совесть и почему не врубилась ни одна защитная система, на которые я полагался все эти годы?
   Я не питал иллюзий.
   И самое странное было в том, что, если бы сейчас я снова увидел свою полуголую соседку, я поступил бы точно также. Распиравший ширинку член подтверждал мои мысли.
   Я бы снова сорвал с нее халатик и взял бы ее ровно там же, у стены, или на подоконнике, или даже на кухне. Да где угодно. Только теперь по-настоящему.
   Что это за одержимость незнакомой женщиной? Во всем виновато воздержание? Проблемы в браке? Кризис среднего возраста? Меркурий в пятом доме?
   Что со мной?!
   Почему вместо того, чтобы посыпать голову пеплом, из квартиры соседки я снова спускаюсь на лифте, выхожу из дома, заворачиваю в ближайший супермаркет и прямо на кассе беру самую большую упаковку презервативов.
   Что я делаю?
   Теперь нельзя списать это на первый шок. Теперь это сознательный выбор. Я хочу эту женщину. Почувствовать себя в ней, а не только ее руки на моем члене.
   Возвращаюсь домой и снова поднимаюсь на лифте, привычно нажав на свой этаж. Выхожу около своей двери и понимаю, что мне нужно выше.
   Взбегаю по лестнице и замираю перед знакомой дверью.
   Я действительно хочу эту незнакомую женщину, которая так и не назвала мне своего имени. И в голове нет мыслей о том, что это ошибка. Там нет вообще никаких мыслей, потому что сейчас решение я принимаю явно не мозгом.
   Захочет ли она продолжить? Должа. Ей было хорошо со мной. Два оргазма не дадут соврать. Пусть я ничего о ней и ее жизни не знаю, замужем ли она, свободна ли вообще и почему решилась отдаться незнакомцу, но я уверен в том, что она хочет меня также сильно, как и я ее. Я видел это в ее глазах, на ее лице, иначе никогда не сделал бы то, что сделал.
   Уверен, она будет только рада тому, что я позаботился о защите, и мы обязательно продолжим.
  
  
   Читайте продолжение на ЛитНет

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"