# Зеркало Пророка 4. Мой верный Конь. Фрагмент.

Валерий Николаевич Михайлов

Четвертый роман из серии "Зеркало Пророка". Устав от череды связанных с Зеркалом Пророка смертельно опасных приключений, герой романа, решает исправить ошибку, совершенную несколько веков назад Принцем Греем, и вернуть Зеркало его исконным владельцам. Задача оказывается не из легких, и героев романа ждут не только новые приключения, но и полностью изменяющие взгляд на Мир и их место в нем откровения. Серия "Зеркало Пророка" состоит из 4 произведений: "Габриэль", "Виктор", "Врата богов" и "Мой верный Конь". Электронные книги в магазине "Буксмаркет": Габриэль, Виктор , Врата богов, Мой верный Конь. Бумажные и электронные книги издательства "Ридеро": Габриэль, Виктор, Врата богов, Мой верный Конь.

Серия 'Зеркало Пророка' состоит из 4 произведений: 'Габриэль', 'Виктор', 'Врата богов' и 'Мой верный Конь'.

Электронные книги в магазине 'Буксмаркет':

Габриэль,

Виктор ,

Врата богов,

Мой верный Конь.

Бумажные и электронные книги издательства 'Ридеро':

Габриэль,

Виктор,

Врата богов, Мой верный Конь.


Не важно кто это сказал. Важно кто это услышал.

Владимир Токмаков. 'Сбор трюфелей накануне Конца света'.


Наша Таня громко плачет:

Уронила в речку мячик.

-Тише, Танечка, не плачь:

Не утонет в речке мяч.

Агния Барто. 'Мячик'.


Алексея разбудил телефонный звонок. Обычно он перед сном относил телефон в другую комнату и клал под подушку. Этого было достаточно, чтобы не просыпаться от звонков и дурацких СМС, которыми нас круглосуточно забрасывают желающие что-нибудь впарить сограждане. Мобильник было бы проще отключать, но Алексею эта идея почему-то не нравилась. К тому же он уносил телефон, скорее, ради перестраховки, так как по утрам ему обычно не звонили. Для работы он использовал электронную почту, а друзья знали, что до обеда его лучше не беспокоить. Алексей ложится спать около трех и вставал не раньше полудня - будучи фрилансером, он мог себе позволить эту роскошь.

Часы показывали 10-15 - самое противное время для пробуждения: слишком рано, чтобы нормально выспаться, и слишком поздно, чтобы продолжать спать.

Увидев на дисплее мобильника 'Эдик', Алексей удивился. Несколько месяцев назад они поссорились, что называется, на пустом месте. В тот день они выбрались погулять в 'Мухину балку' - есть в Аксае такой уголок полудикой природы: несколько поросших травой и деревьями оврагов с парой-тройкой лужаек и небольшой пруд. Лет 20 назад в пруду еще можно было купаться, но потом его загадили. В последнее время, правда, там вновь появились лягушки и черепахи, а на берегу можно встретить скучающих с удочками людей. С одной стороны балка упирается в 'район светлого будущего' - так Алексей называет места обитания богатых людей. Со второй - в гаражный кооператив. Границами оставшихся сторон служат автомобильные дороги, вдоль которых идут частично асфальтированные и даже освещенные фонарями пешеходные дорожки. Территория самой балки изрезана протоптанными людьми тропинками.

Алексей с Эдиком шли по одному из граничащих с балкой тротуаров, когда впереди появился человек со здоровым псом. Эдик панически боится больших собак, и при виде любого потенциально опасного зверя у него сносит крышу. Отношение Алексея к собакам можно назвать осторожной симпатией. Его родители всегда держали немецких овчарок.

-Во, фашист! - с ненавистью в голосе сказал Эдик, увидев парня с собакой.

-Почему фашист? - спросил Алексей.

-Потому что фашист.

-Это не ответ.

-Фашист и все! - злость Эдика нарастала.

-Что он тебе сделал?

-Собак на нас с Женькой травил.

-Как травил? - удивился Алексей.

-Вот так и травил!

При их появлении 'фашист' отошел метра на два в сторону от тротуара и взял пса за ошейник. Зверь был без намордника, но в данной ситуации это не делало его опасным. Подойдя поближе, Алексей узнал в 'фашисте' достаточно безобидного парня, который никак не стал бы травить на кого-либо собаку без особой необходимости. Алексей поздоровался, а Эдик начал с пеной у рта орать на 'фашиста', обещая между оскорблениями сломать ему и его собаке хребет.

'Фашист' остался далеко позади, а Эдик, еще больше распаляясь от собственных слов, продолжал его поносить, а заодно и всех остальных собачников вместе с ним.

-Ничего, вот скоро куплю дубинку и газовый баллон, я его вместе с его псом прибью! - пообещал он.

-Да ладно тебе, - попытался урезонить друга Алексей, которого уже начало тошнить от этого пароксизма ненависти. - Знаю я твоего 'фашиста'. Вполне нормальный, безобидный парень...

-Нормальный? - перебил Эдик. - Там сзади шла женщина с ребенком. А если бы пес набросился на него? Этим гадам волю дай, они собак детьми кормить будут! Ничего... я себе сделаю разрешение на оружие... Потом буду ходить и стрелять этих тварей! Я очищу город от мрази!..

-Если уж на то пошло, - не выдержал Алексей, - то очищать город надо от таких, как ты.

-Да? - спросил Эдик и посмотрел на Алексея, как на олицетворение всех собачников города. - Да пошел ты на хуй! - сказал, развернулся и пошел в обратном направлении.

Алексей не сомневался, что Эдик отойдет за пару дней и позвонит, но тот обиделся всерьез и надолго. Когда где-то через месяц после этого они случайно столкнулись на улице, он поздоровался в ответ на приветствие Алексея, но скорчил при этом такую рожу, словно нашел в яблоке половину червя.

-Да, - сказал Алексей, принимая вызов.

-Привет, что делаешь? - спросил Эдик, как ни в чем не бывало.

-Сплю.

-Ну, спи. Позвони, когда проснешься.

-Да я уже проснулся, - раздраженно ответил Алексей, которого доставала привычка Эдика сначала разбудить, а потом пытаться свернуть разговор.

-Хорошо. Приходи на завтрак.

Идти Алексею никуда не хотелось, но еды дома не осталось, а готовить было лень. Поэтому он спросил:

-Когда?

-Да хоть сейчас. Придешь?

-Уже иду.

С Эдиком Алексей дружил лет 30. Сошлись они на почве любви сначала к тяжелому, а потом и отечественному року. Вместе ездили по концертам, устраивали пьянки, курили дурь, занимались кобелизмом.

Лет 10 назад Эдик трагически женился, и их пути ненадолго разошлись, но после счастливого развода они задружили вновь. За последние пару лет Эдик сильно разжирел, и безрезультатно пытался похудеть. 'Худел' он путем сидения на диете, и когда заканчивалось терпение, (а это случалось довольно-таки часто), покупал пару дюжин пирожных и приходил к Алексею на чай.

-Ты мне напоминаешь Морчелу, - сказал ему как-то Алексей. Была у него такая одноклассница размером с хороший дирижабль.

-Это еще почему? - огрызнулся Эдик.

-На большой перемене она покупала пирожные и бежала с ними в больничку. - Тогда больничный двор был похожим на парк, и там можно было спрятаться от посторонних глаз за кустами и деревьями. - Все бегали туда курить, а Морчела - жрать пирожные.

За то время, что они не виделись, Эдик еще сильнее растолстел, обрюзг и стал рыхло-бесформенным. Масло в огонь подливала недельная или около того щетина. Так что, несмотря на то, что Эдик был на месяц моложе Алексея, выглядел он старше на несколько лет.

На завтрак была вполне съедобная творожная запеканка и чай.

-Как жизнь? - спросил Эдик, ставя чайник.

-Вполне.

-Не женился?

В свои 45 лет Алексей был окончательно сложившимся холостяком. Он активно пресекал любые попытки затащить себя в загс во многом благодаря родителям. У них был граничащий с паранойей страх, что его 'окрутит какая-нибудь дрянь', поэтому они чуть ли не с раннего детства рассказывали ему истории 'о женском коварстве', в результате у него в сознании укоренилась установка: женился - значит, лох. Детей он не хотел. Сначала в нем просто не включился инстинкт размножения, а с годами дети начали вызывать у него нечто среднее между отвращением и раздражением. Поэтому вопрос Эдика мог быть только шуткой.

-Знаешь, я прикололся к домашней работе. Так что, стремись я к семье, мне было бы впору выйти замуж за какую-нибудь бизнесвумен, которая любит деньги зарабатывать и терпеть не может стирку-готовку. Она бы работала, я сидел бы дома, создавал уют, а при ее появлении вилял хвостом и приносил в зубах тапочки, - ответил Алексей.

-Так чего ты? Сейчас таких валом.

-Да ну их нафиг.

-Ты еще с Лариской?

-Она улетела. Вернуться не обещала.

-Так ты один?

-Случаюсь от случая к случаю.

-Надо тебя с Лошадкой познакомить, - решил Эдик.

-Почему Лошадка? - спросил Алексей, представив себе сразу ту самую Ксюшу.

-Потому что Конь.

-Как конь?

-По паспорту. Фамилия у нее такая.

Алексей вспомнил стишок из анекдота про Вовочку:


'Если б я имел коня, это был бы номер.

Если б конь имел меня, я б наверно помер.'


-А что она из себя представляет? - спросил он.

-Вполне нормальная баба. Почти без заскоков. Не красавица, но и не страшилище. Заботливая и без завышенных требований, так что вокруг нее не надо скакать кобелем. Она сейчас свалила на неделю к родителям. Как вернется, я вас сведу.

Алексей давно уже не скакал вокруг женщин Кобелем, предпочитая заводить любовниц попроще.

Разговор прервало появление Ирины, с которой Эдик более года жил в гражданском браке. Было ей чуть больше 30. На не привлекающем внимания лице никакой косметики. Прическа средней длины, без претензий. Рост средний. Фигура обыкновенная. Угловатая, но не сильно. Не красивая, и не страшная, не толстая, и не худая, не высокая и не низкая... Этакий Чичиков женского пола. Она была одета в невыразительную кофточку и джинсы. Раньше Алексей видел Ирину каких-то пять раз и не успел толком понять, что она из себя представляет. Да она его и не интересовала.

Когда Ирина села за стол, Алексей обратил внимание на ее кулон. Это был предположительно серебряный, 5 сантиметров в диаметре диск с довольно-таки странным орнаментом, состоящим из доброй дюжины латинских букв, переплетающихся, будто у них оргия.

-Классная штуковина, - сказал он.

-Это мое магическое имя. Я увидела его во сне в ночь посвящения.

-Ира серьезно увлекается магией, - пояснил Эдик.

-Сглаз, порча, приворот, отворот, поворот?

-Я этим не занимаюсь, - немного обиделась Ира.

-А чем ты тогда занимаешься?

-На внутреннем уровне трансформацией собственного 'я', на внешнем - ректификацией.

-Очищением? Надеюсь, не по Малахову?

-Что в твоем понимании магия? - спросила Ира.

-Ну не знаю, ритуалы всякие, - растерялся Алексей.

-А что такое ритуал?

-Ну... это такая фигня... как в кино. Слушай, ты меня допрашиваешь, как будто это я специалист в области магии.

-Ладно, а как, по-твоему, появились магические ритуалы?

-Не знаю. Ты скажи.

-В свое время наиболее наблюдательные и умные люди заметили, что для получения определенного результата необходимо в точности воссоздать ситуацию, в которой он был получен до этого. Воссоздание таких ситуаций и есть магический ритуал.

-Так можно сказать о практически любом действии.

-Практически любое действие может быть магическим актом.

-Даже ковыряние в носу?

-Даже ковыряние в носу. И с технологической позиции магия даже практичнее, чем наука. В отличие от науки магия не гоняется за объяснениями и не строит теории. Мага интересует только практический результат, и теория ему нужна ровно настолько, насколько она поможет его добиться.

-Ученые тоже строят модели реальности, позволяющие им добиваться практического результата.

-Но они подходят к этому с позиции причинно-следственных отношений. Ученый ищет ответ на вопрос 'почему?'. Маг в точности воссоздает ситуацию, при которой был получен желаемый результат.

-Как промышленный робот?

-Хорошее сравнение.

-А как же толченые жабы и заклинания?

-Дело в том, что в силу различных причин люди вносили в ритуал много отсебятины. Прежде всего потому, что многие магические открытия были совершены в наркотическом опьянении. Многие маги сознательно усложняли ритуалы и превращали их в шоу, чтобы выглядеть значительней в глазах оплачивающей их услуги публики. Опять же, не стоит списывать со счетов глупость последователей, неспособных отделить суть от сопутствующей ерунды. Плюс необходимые для вхождения в рабочее состояние действия... В результате ритуал обрастает целой кучей ненужных и зачастую смешных условий и действий. Правда, от этого мусора тоже есть польза. За ним недостойные Знания профаны не видят сути.

-В результате мы имеем то, что происходит на битве экстрасенсов, - вмешался в разговор Эдик, который наблюдал за их беседой, как будто смотрел занимательное кино. После этой реплики он вновь превратился в зрителя.

-Кстати об экстрасенсах. Многие из них действительно что-то умеют, но когда они начинают искать объяснения, пиши пропало, - ответила Ира.

-Согласен, - сказал Алексей.

-Так вот, очищение магии - это избавление ритуалов от мусора. А заодно и создания совершенно беспонтовых имитаций для профанов, чтобы они никому не смогли навредить.

-И как, получается?

-Представь себе, что наша цивилизация исчезла. Потомки откопали учебники по физике, но не поняли ни одной формулы, а только истории про кота Шредингера, мышь Эйнштейна и демонов Максвелла. Из этих историй они создали мифологию и решили, что она и есть физика, на основании которой люди творили чудеса техники.

-Многие так к физике и относятся. По принципу знакомых слов.

-Это как?

-Они улавливают знакомые слова, наделяют их своим смыслом и думают, что поняли, о чем была речь.

-А теперь представь, что из этого нагромождения надо сделать опять науку.

-Вечный двигатель изобрести и то проще, - подытожил Эдик.

-А ты не боишься держать свое имя у всех на виду? - спросил Алексей.

-Тут нечего бояться.

-Ну как же. Узнав истинное имя, можно сделать с человеком все, что угодно. Или нет?

-Если бы все было так просто, как преподносится обывателям, в таких профессиях, как наемный убийца, не было бы нужды. К тому же для того, чтобы воздействовать на человека не нужно никакой фигни типа имени или ногтей с волосами. Достаточно знать о его существовании.

-Жуть! И как от этого защищаться?

-Внутренней прозрачностью. Колдовству надо за что-то зацепиться внутри человека. Так нарушивший табу дикарь способен умереть чуть ли не от одного только взгляда шамана, а смеющийся над ним просвещенный европеец становится покорной игрушкой в руках своего вождя, религиозного лидера или голоса с телеэкрана.

-А порча или любовный приворот...

-Тут все немного сложнее. Конечно, пока ты не веришь в порчу, ее для тебя нет. Но если ты решил или поверил в то, что тебе сделали, пиши пропало. Все свои насморки и неудачи ты будешь сваливать на нее, все более убеждая себя в том, что тебе точно сделали. А так как плацебо никто не отменял, верой в порчу ты запустишь вполне реальный механизм саморазрушения. Плюс к этому твоя настройка на неудачу заставит тебя терпеть поражения даже в, казалось бы, на сто процентов выигрышных делах.

Так что просто игнорировать порчу не выход. Лечить ее у порчеснимателей не выход вдвойне, так как они подсаживают на себя клиентов, как на наркотик, и те становятся такими же, как жертвы тоталитарных сект.

-Так что тогда делать, если нельзя лечить и не лечить?

-Для начала освоить самолечение. Это один из тех немногих недугов, когда самолечение эффективнее всего. Одновременно с этим надо работать с уверенностью в себе, своих силах и внушаемостью, так как вера в порчу может возникнуть только на почве личностной незрелости.

-Так, значит, порчу ты все же снимаешь.

-Скорее, учу забивать на нее болт. Как я уже сказала, совершенно неважно, кто и что сделал. Порча запускается верой в то, что она сделана. Снимается она тоже не действиями целителя, а приобретением веры в то, что она снята.

-То есть, можно делать все, что угодно, лишь бы клиент поверил в результат?

-Заставь человека во что-то поверить, и он станет слепым и глухим ко всему, что не будет вписываться в его веру.


Встреча с конем состоялась через 2 недели. Все это время Алексей придавался лингвоэротическим фантазиям. Он представлял себе, как будет скакать на ней по долинам и по взгорьям оргазма, как будет купать ее в реке-ванне, расчесывать гриву, кормить с руки соленым хлебом, а по праздникам варить ей овсянку на 6% молоке. Как торжественно пообещает Эдику не смотреть ей в зубы и денно и нощно защищать от цыган.

Правда, конь - это еще и навоз с мухами, чего не учитывают мечтающие о рыцаре на белом коне романтические особы. И когда, после встречи с рыцарем, белый конь наваливает совершенно неромантическую кучу, они впадают во фрустрацию и остаются до конца своих дней разочарованными в рыцарстве и любви.

Знакомиться решили в городском кафе недалеко от дома Эдика. По аксайским меркам это вполне приличное заведение без лишних понтов, но и без 'Владимирских централов', паленой водки и дешевого пива, поэтому быдлоиды обходят его стороной.

Конь оказалась подстать Ирине: Рост средний, сложение среднее, лицо среднее, волосы средней длины. Блондинка. Ноги ровные. На ногах нелюбимые Алексеем угги. Какие у Коня копыта понять было невозможно. Кличка - Анжела. Зато зубы у нее были, как у кинозвезды, правда, зубам Алексей придавал далеко не главное значение при оценивании женщин. Так что если бы не ее фамилия, знакомство так и осталось бы без продолжения, но сама мысль о сексе с Конем была слишком извращенно притягательной, чтобы от нее отказаться, и когда пришло время прощаться с Эдиком и Ириной, (они были в кафе вчетвером), Алексей вызвался проводить Коня домой.

Жила она недалеко, и они решили пройтись. По дороге домой Конь рассказывала о себе. Ее рассказ можно свести к трем словам: училась, работает, не встретила. Училась на экономиста. Работает в автостраховании. Особых увлечений нет... Обычная лошадиная доля.

-Зайдешь? - спросила она, когда они подошли к двери ее подъезда. - У меня есть белый чай.

-Белый чай. Дамы приглашают кавалеров.

-Типа того, - улыбнулась она.

В прихожей они разулись, и Алексей смог заметить, что копыта у Коня очень даже ничего.

Квартирка была скромной. 1 комната с диваном и встроенным шкафом с телевизором в шкафу. Почти с нее размером кухня и совмещенный санузел. Плюс на всю квартиру балкон. В квартире было чисто, но не до блеска. А на стуле рядом с диваном лежали кучей какие-то вещи, так что поклонницей идеального порядка Конь не была. Алексею это понравилось - он не любил маниакальных приверженцев порядка.

Чай пили на кухне. В качестве сопровождающей чаепитие беседы был разговор теперь уже об Алексее.

-В общем-то, рассказывать особо нечего, - подытожил он пересказ автобиографии. - Из увлечений - кино, музыка, книги, интернет... Периодически играю в паранойю.

-Это как? - заинтересовалась Конь.

-Да хотя бы в последний раз... Эдик считает меня лохом, которого разводят торговцы. Дело в том, что я не экономлю на продуктах. Я покупаю домашнее мясо и птицу на рынке, там же покупаю фрукты и овощи, а кофе и чай - в специализированных магазинах, где они в разы дороже, чем в супермаркете.

Эдик искренне верит, что все торговцы тарятся в 'Метро', и я тупо переплачиваю из-за своей доверчивости, вместо того, чтобы самому покупать в 'Метро' то же самое, но намного дешевле. Я, в свою очередь, думаю, что эта вера позволяет ему считать рациональным нежелание платить за качество.

Так вот, в качестве игры в паранойю я решил ненадолго поверить в то, что он прав, и все торговцы действительно продают одно и то же, а более дорогие вещи ничем не отличаются от дешевых аналогов, кроме цены.

Поэтому, зайдя в магазин напротив моего дома и увидев там людей с каталогами товаров, я осознал, что это не представители производителей, поставляющих в магазин продуктов (они же все тарятся в 'Метро'), а специально нанятые владельцем люди с целью одурачивания простофиль вроде меня.

Сварив дома кофе, я поразился, насколько моя вера в его хорошее качество делает его вкусным и ароматным. Потом я зашел на страницу в 'Вконтакте' владельца чайного клуба. Он выложил в сеть фотографии из Китая. Разумеется, это была ловкая подделка с использованием фотошопа - он же ездит за чаем в 'Метро', а не в Китай. Затем я достал из шифоньера две куртки, одну я купил за 3 000, другую за 15 000. Я понимал, что они совершенно одинаковые, но, несмотря на это, я продолжал видеть, что за 15 000 куртка заметно лучше сшита, да и ее материал выглядит благородней, чем у той, что за 3 000. Несмотря на все мои усилия, я так и не смог перестать галлюцинировать.

Да и как я мог исцелиться, если всю свою жизнь я прожил в обмане поистине планетарного масштаба! И только благодаря Эдику, я смог увидеть его на каждом шагу, но привыкшее ко лжи, как наркоман к наркотику, сознание, из последних сил стараясь сохранить веру в удобную ложь, шептало мне, что это не истина, а расцветающая паранойя.

-Прикольно. Сам придумал?

-Почти. Я где-то вычитал о взгляде на мир глазами марсианина, который только-только прилетел на Землю, и ничего о нас не знает. Так вот, если представить себя марсианином и посмотреть на мир вокруг так, словно ты ничего о нем не знаешь, получается весьма прикольно.

-Надо будет попробовать.

Еще какое-то время они болтали ни о чем, а потом все получилось само собой. Почувствовав, что Конь готова к контактам следующей степени, Алексей встал из-за стола, подошел к ней и нежно поцеловал в губы. Она ответила на поцелуй, и минуты через две они были в комнате.

-Поможешь? - спросила Конь, имея в виду раскладывание дивана, и Алексей взял этот труд на себя.

-Знаешь... У меня давно уже никого не было, а после безбабья я, бывает, плохо завожусь, - признался он, пока Конь стелила постель, - а еще у меня нет с собой резинок.

-Успокойся. Ты же не экзамен пришел сдавать. И у меня все есть, - ответила она.

Ее ответ приятно удивил Алексея и вызвал у него прилив основанной на свеже возникшем уважении нежности. Так в юности он воспылал однажды страстью к барышне только потому, что она добровольно прочла всего Чехова.

На ощупь Конь оказалась весьма приятной: нежная кожа, небольшая, упругая грудь, отличная попка... Она (Конь) была не столько сексуальной, сколько нежной и, что ли, родной. Алексею захотелось не пускаться на ней вскачь, а уткнуться в нее лицом и лежать так без движения целую вечность.

Вечность продлилась около 15 минут, и на смену нежности пришло возбуждение.

-Я кончаю только на спине, - призналась Конь после пары экспериментов с позами.

И точно, стоило им перейти в миссионерскую позу, как она начала стонать и извиваться от удовольствия. Она хотела запустить ногти ему в спину, но стеснялась, поэтому Алексей прошептал ей в ухо:

-Отпусти себя. Делай все, что хочешь.

-Я тебя разорву.

-Ну и хрен с ним.

Получив разрешение, Конь зарычала, вонзила в Алексея ногти и через несколько секунд обмякла.

'Мавр сделал свое дело', - пронеслось в голове Алексея. А еще он пронял, что в этот раз ему кончить не удастся. Подобное периодически с ним случалось, что совершенно не мешало ему наслаждаться сексом, как процессом. Пора было делать перерыв, но прежде, чем закончить, Алексей подумал: 'Ну вот я и на белом Коне'. Эта мысль показалась ему настолько забавной, что ему пришлось сдерживать смех.

-Ты что, ржешь? - спросила Конь.

Эти слова в устах Коня заставили Алексея рассмеяться по-настоящему.

-Ты с меня ржешь? - обиделась она.

-Конечно, - ответил Алексей, - я же на тебе.

Его ответ заставил рассмеяться и ее.

-Надеюсь, во мне нет ничего смешного, - сказал она, отсмеявшись.

-Я тоже на это надеюсь, - ответил Алексей.

Поняв двусмысленность этих слов, Конь снова рассмеялась.

-Слезай с меня, извращенец, - сказала она сквозь смех.

-Так чего ты ржал? - спросила она, когда они успокоились.

-Просто мне стало хорошо, - ответил он и нежно поцеловал ее в губы.


Из-за странности освещения расположенные трамвайчиком комнаты казались противоположностью друг друга. Первая была светлой. Обставленной, как зал хрущевской квартиры: у одной стены стенка с телевизором, у стены напротив диван. У окна журнальный столик с каким-то бумажным хламом. Другая комната, казалось, была наполнена тьмой. Граница между светом и темнотой пролегала на уровне дверного проема.

Он медленно вышел из темноты. Так медленно, словно он не выходил, а материализовывался на ее границе со светом. Когда он полностью вошел в светлую комнату, на мгновение могло показаться, что с него свисают кусочки тьмы, как мыльная пена, когда встаешь из ванны. Он был совершенно голым. Из-за неестественно расширенных зрачков его глаза казались черными.

Он надел трусы, носки, рубашку, джинсы, джинсовую куртку, спортивные туфли. Затем он посмотрел на себя в зеркало, потрогал подбородок со следами щетины и решил не бриться.

Он вышел из дома.

Судя по оживающей растительности и по тому, что половина женщин уже перешла на туфли, была середина апреля. Время - немногим больше полудня. Было солнечно и тихо. И если бы еще не пыль, было бы вообще здорово. Но пыль, как и грязь на тротуарах, к сожалению, остается визитной карточкой практически любого из наших городов.

Он гулял, любуясь природой и красивыми женщинами. Больше в этом городишке ничего не заслуживало внимания. Когда на его пути возникло кафе, он зашел перекусить.

Посетителей было мало. Не долго думая, он выбрал столик в углу у окна, рядом с которым стоял здоровенный аквариум с рыбами, каждой из них хватило бы ему на обед. Секунд через 30 подошла официантка, невзрачная барышня лет 20. Поздоровавшись, она положила перед ним меню и удалилась.

Он выбрал пасту, салат с непроизносимым названием и чизкейк. К чизкейку кофе.

В кафе вошла женщина примерно 30 лет. Приятное, но усталое лицо, красивая фигура, темные волосы до плеч. Одета в джинсы, легкие сапожки без каблуков и серую легкую куртку. Она села к нему спиной, но перед ней было зеркало, и он мог видеть отражение ее лица. Несмотря на то, что она была совершенно обыкновенной, что-то заставляло его то и дело на нее смотреть. Встретившись глазами с ее отражением, он улыбнулся. Она чуть заметно улыбнулась в ответ. Они одновременно отвели глаза, но лишь затем, чтобы встретиться взглядом уже через несколько секунд. Во время этой встречи они сказали друг другу глазами все, что хотели сказать, и больше друг на друга не смотрели.

Закончив есть, она вышла из кафе. Он оставил на столе деньги и пошел следом. Догнав ее на улице, он, не сказав ни слова, пристроился рядом.

-Поехали? - предложил он, увидев припаркованное такси. Это было первое произнесенное кем-то из них слово, а они прошли вместе чуть больше квартала.

Она не ответила, но повернула в сторону машины.

-Знаешь нормальную гостиницу? - спросил он у таксиста.

-Конечно, - ответил тот.

-Поехали.

Таксист привез их в бывшую в 90-е годы домом нового русского гостиницу на тихой улице. Номер был скромным, но милым, кровать большой и удобной, а постель чистой. Спровадив из номера сотрудницу гостиницы, они набросились друг на друга с совершенно необычной для фактически незнакомых людей страстью. Их секс больше походил на поединок, по окончании которого они улетели в блаженство, переходящее в сон.

Когда он проснулся, ее уже не было. Он встал, не торопясь, оделся, вышел из номера, спустился вниз и, узнав, что на первом этаже гостиницы есть бар, зашел туда. Выпив кружку разливного пива, он вернулся домой. Там он сварил в турке и выпил чашку крепкого кофе. Затем разделся до гола и аккуратно повесил и разложил в шкафу одежду, снял лицо и положил на специальную полку, снял тело и аккуратно повесил в шкаф. После этого он вошел в темноту и растворился в ней, чтобы возродиться в другом месте в другое время, а возможно и в другой вселенной.


Проснувшись, Алексей какое-то время продолжал лежать неподвижно с закрытыми глазами, чтобы как можно дольше сохранить очарование сна, который, Алексей в этом не сомневался, был знаком или предвестником чего-то значимого, что должно было произойти в ближайшие дни. Алексей всегда отличал подобные знаковые сны от обыкновенных, а однажды...

Он собирался ехать к другу на дачу на шашлыки. Ночью ему приснился один из предвещающих беду снов. Придя в гараж, он обнаружил, что забыл дома ключи от машины. Вернулся. Работающая обычно без проблем машина не захотела заводиться. Решив не искушать больше судьбу, Алексей отказался от поездки. А на следующий день ему позвонила двоюродная сестра. Ей приснилось, что он погиб, разбившись на машине.

Алексей не то, чтобы безоговорочно верил в подобные вещи, но они приятно щекотали нервы.


-А у нас для тебя сюрприз, - сообщил Эдик, когда Алексей пришел к нему на завтрак в очередной раз.

С момента знакомства с Конем прошло уже более 3 недель, и чем лучше они узнавали друг друга, тем больше она его восхищала. Конь не была сводящей с ума сексапильной красавицей, отношения с которыми напоминают пьяный танец на минном поле. Милая, уютная, удобная, как любимые домашние тапочки, она создавала вокруг себя атмосферу расслабленного покоя. Именно о такой Алексей мечтал в юности, когда еще планировал обзавестись семьей.

-Можно я возьму деньгами? - отреагировал Алексей.

-Не любишь сюрпризы? - удивилась Ирина.

-Терпеть не могу.

-Чего так?

-Обычно они кажутся приятными только тем, кто их делает. Большинство сюрпризов в моей жизни становились для меня головной болью.

Говоря это, Алексей ничуть не лукавил. Он терпеть не мог, когда кто-то или что-то самовольно вторгалось в его размеренную, тихую жизнь.

-Этот тебе понравится, - пообещал Эдик.

-Вряд ли, - ответил Алексей.

-И, тем не менее, он тебя ждет.

-Ладно, давайте ваш сюрприз и покончим с этим.

-Сейчас позавтракаем и поедем.

-Куда? - насторожился Алексей.

-В библиотеку.

-Это что, шутка?

-Надеюсь, библиотекари тебя в детстве не кусали?

-Я лучше пойду домой, - решил Алексей. Ему все больше не нравился ожидающий сюрприз.

-Тебе что, совсем не интересно? - удивилась Ирина.

-Не настолько, чтобы переться в библиотеку.

-Да ладно тебе. Не пешком же.

-К тому же Лошадка обидится, - поддержал ее Эдик.

-А она тут еще причем? - удивился Алексей.

-Так это ее идея. Мы только лишь помогаем, - сообщила Ирина.

-И что она там задумала?

-Если мы расскажем, это будет уже не сюрприз.

-Ладно, поехали, - согласился Алексей исключительно из нежелания обламывать Коня.

-Давно бы так, - проворчал Эдик.

Как и подавляющее большинство аксайчан, Алексей полагал, что в Аксае существует только 'Библиотека имени Шолохова', двухэтажное здание рядом с районной администрацией, но Эдик поехал совсем в другую сторону. Как оказалось, в Аксае есть, как минимум, еще одна библиотека, этакая покосившаяся избушка времен развитого социализма, затерявшаяся 'на Низу' среди таких же невзрачных домов частного сектора.

Дверь открыла очень бледная и жутко худая барышня лет 30. Несмотря на то, что на ней были джинсы, свитер и сапожки без каблуков, что-то в ее облике заставило Алексея вспомнить булгаковскую Гелу. Открыв, она растворилась среди стеллажей.

Выросший в стае библиотекарей ребенок показывал чудеса мимикрии, прикидываясь 'Большой советской энциклопедией', - промелькнуло в голове у Алексея.

Уверенной походкой завсегдатая Ирина провела гостей через пару забитых стеллажами с книгами комнат в каморку для персонала, где стоял стол с несколькими разномастными чашками и электрическим чайником. У стола стояло 5 стульев. Людей в каморке не было.

-А где Анжела? - спросил Алексей. - Или это тоже сюрприз?

-Мы с Анжелой решили, что пришло время познакомить тебя с магией, - как-то излишне торжественно произнесла Ирина.

-Здесь? - удивился Алексей.

-С тех пор, как электронные книги практически вытеснили с рынка бумажных собратьев, библиотеки из храмов знания превратились в его склепы, и туда потянулись все любители нечисти, - пошутил Эдик.

-Ладно, знакомьте, - пробурчал Алексей. - Надеюсь, для этого не надо резаться или есть какую-нибудь дрянь? И говорю сразу, я не буду вступать ни в какие ряды.

-Ничего этого не требуется. Тебе нужно лишь войти в волшебный мир. Анжела ждет уже там, - улыбнулась Ирина.

-Ну и где он?

-За этой дверью, - сказала она, указав рукой на дверь предположительно в кладовку или чулан.

-Вы там что, ритуальный веник из побегов священной конопли храните? - съязвил Алексей.

Предвкушая его реакцию, Ирина как-то не по-доброму улыбнулась и распахнула дверь. От увиденного Алексей потерял дар речи.

За дверью находилось нечто многомерно невообразимое. Нечто постоянно меняющееся, фрактальное, переливающееся всеми возможными и невозможными цветами. Нечто завораживающе прекрасное и одновременно пугающее до чертиков.

Если бы Алексею дали прийти в себя, он бы бросился бежать и обходил бы потом все библиотеки мира десятой дорогой. Но едва Ирина открыла дверь, Эдик толкнул Алексея в спину, и тот влетел во фрактальное образование, больно ударившись перед этим головой о притолоку.

Какое-то мгновение Алексей чувствовал себя тщательно перемешиваемым фаршем. Боли не было. Возможно, ее не было вообще, а, возможно, Алексей ее не почувствовал из-за сводящей с ума дезориентации и охватившего его панического ужаса. Алексей чувствовал себя потерянным не только в пространстве и времени, но и в себе самом. Он не только не мог отличить руку от ноги и не понимал, где, например, находится теперь его правое ухо, но не мог отличить мысли от чувств, одни эмоции от других, и тактильные ощущения от зрительных образов или звуков.

К счастью его сознание выключилось прежде, чем окончательно сгореть, и когда оно вновь заработало, Алексей обнаружил себя сидящим в пыли посреди проселочной дороги. Было жарко, градусов 30 или даже больше. В безоблачном небе светило полуденное солнце, безжалостно сжигая и без того уже сухую траву. Вокруг была голая степь, и лишь впереди в нескольких километрах маячил в дымке город. Метрах в трех за спиной Алексея прямо в пейзаже без малейших намеков на стену, дверь или дверную колоду был 'вырезан' дверной проем, за которым находился фрактальный монстр. К счастью, Алексей его не видел, иначе бы это стало последней каплей для его чудом сохранившейся психики. Перед Алексеем лицом к нему на корточках сидела Конь. Она брызгала ему в лицо водой из пластиковой бутылки и что-то тихо бормотала. Справа от нее стояла Ирина. Слева - Эдик. Конь была в джинсах, кроссовках и футболке. Рядом с ней на земле лежал пакет с летне-походной одеждой Алексея.

Сознание включалось постепенно, и Алексей сначала увидел лицо Коня, затем Ирину с Эдиком, затем окружающий их пейзаж, и только потом у него 'включился' звук, и он осознал, что растерян и ничего не понимает.

Обретя дар речи, Алексей спросил:

-Что это за блин?

-Слава богу, обошлось, - с облегчением сказала Ирина.

-Поздравляю с первым квантовым переходом через дверной проем, - выпалил Эдик.

-Алеша, милый, ты как? - жалобно спросила Конь.

В ответ он выдал достойную короля сапожников тираду без единого нематерного слова.

-Нормалек. Жить будет, - отреагировал на это Эдик.

-Переоденься, - попросила Конь, вручая Алексею пакет.

-Это еще зачем? - зло спросил он.

-Так тебе будет удобней.

-Удобней что?

-Мы решили, что тебе стоит развеяться, и организовали вам вместосвадебную поездку по волшебным местам, - вмешалась Ирина.

-Как ты сказала? - насторожился Алексей, услышав слово 'свадьба'.

-Вы же не собираетесь жениться?

-Тут ты права, - согласился с Ириной Алексей.

-Поэтому мы и назвали эту поездку вместосвадебной.

-Только представь себе, - подключился Эдик, - ты, как доблестный рыцарь с верным конем...

-Только я не рыцарь, - оборвал его Алексей. - По крайней мере, не доблестный. Могу быть разве что топлесным.

-Топлес - это когда без лифчика, - тоном училки сообщила Ирина.

-Так я их и не ношу, - огрызнулся Алексей.

-Ты переодевайся давай. Мы должны забрать одежду, а мне еще на встречу надо успеть, - поторопил Эдик.

-Это еще зачем?

-Но не таскать же ее с собой. Оставим в библиотеке. До вашего возвращения.

-А как же вещи, документы, деньги?

-Тут это не понадобится, - сообщила Конь.

-Здесь что, коммунизм?

-Нет, но все улажено.

-Переодевайся, - ласково попросила Конь.

Конечно, будь Алексей в здравом уме, он ни за что бы не повелся на эту аферу, но он все еще пребывал в состоянии шока, поэтому начал послушно снимать с себя одежду. В пакете лежали джинсы, футболка, носки и кроссовки.

Ну, вот я и в костюме коня, - подумал Алексей и глупо рассмеялся.

Получив его вещи, Ирина с Эдиком поспешили убраться через дверной проем, который после их ухода исчез, не оставив следа.

-Пойдем, - сказала Конь, беря Алексея за руку, и повела его, словно милого сердцу дауненка в сторону города.

Прогулка пешком успокаивала, и уже через пару километров Алексей достаточно пришел в себя, чтобы понять, что он влип, причем влип серьезно в совершенно невообразимую ситуацию, от которой или в которой можно ждать чего угодно. Это понимание уничтожило последние остатки хорошего настроения, и Алексей почувствовал себя свежеразведенным лохом.

-У тебя все равно не было выхода, - сказала Конь, поняв его настроение.

-Это еще почему? - зло спросил он.

-Ты был избран и назначен Верховным бюрократом на должность государственного курьера.

-Так вы меня на работу сюда пригнали? - съязвил он. Будь у Алексея такая возможность, он послал бы Коня подальше и постарался с ней больше никогда не встречаться. По крайней мере, тогда его настроение было именно таким.

-Да ладно тебе. Прокатишься за казенный счет по волшебному миру. Все равно тебе нечего делать.

Алексей не ответил. Решив, что он дуется, и его лучше не трогать, Конь тоже замолчала. Понимая, что уже поздно дергаться, Алексей почти успокоился. К тому же Конь участвовала в этом добровольно, а она была не из тех, кто лезет туда, куда не надо.

Через какое-то время дорога уперлась в крепостную стену. Вернее, в крепостные ворота в стене. У ворот дремал здоровенный, подстать булгаковскому Бегемоту кот, бесшерстной породы. На голове у кота была хасидская шляпа с приделанными к ней пейсами. Выглядел он презабавно.

-А ты еще кто? - спросил Алексей сквозь смех.

-Я таки сфинкс, хранитель городских врат, - обиженно ответил кот. - А вот кто ты, и почему позволяешь себе столь вопиющее хамство по отношению к должностному лицу на боевом посту?

Конечно, в любой другой ситуации умение кота почти без акцента говорить по-русски заставило бы Алексея усомниться в здравости своего ума, но после квантового перехода такая мелочь показалась ему вполне естественной. Он уже хотел, было, отрапортовать, что пригнан в магическую Германию на работу, но его опередила Конь:

-Уважаемый хранитель врат, прошу простить моему спутнику его неподобающее поведение. Он здесь впервые, и слегка не в себе после квантового перехода.

-Понятно, - теперь уже снисходительно сказал кот. - А позвольте спросить вас, сударыня, зачем вы тащите этого варвара в город?

-Вообще-то я не варвар, а государственный курьер, - обиделся Алексей.

-Одно другому не мешает. Скорее, наоборот, - ответил кот, одарив Алексея таким взглядом, словно это он был говорящей зверушкой в смешной шляпе. - Но это полностью меняет дело, - перешел он на деловой тон. - Кольцо, надеюсь, у вас с собой?

-Какое еще кольцо? - спросил Алексей.

-Предъявление которого послужит вам основанием для прохождения в город.

-Но у меня нет никакого кольца.

-В таком случае ничем не могу помочь. В моих должностных инструкциях четко сказано, что официальные лица могут быть допущены в город только по предъявлению ими соответствующего кольца или официального аналога соответствующего кольца. Официального аналога соответствующего кольца, у вас, как я понимаю, тоже нет?

-Вы правы, - согласился с котом Алексей.

-В таком случае ничем не могу помочь.

-Вот и отлично! - обрадовался Алексей. - Предлагаю вернуться домой, - сказал он Коню.

-Это не так-то и просто, - ответила она. - Дверь в библиотеке можно открыть только с той стороны. Так что для возвращения нам понадобится другая дверь, которая, скорее всего, находится в пункте твоего назначения.

-Вот блин! - выдал в сердцах Алексей. - И что нам делать?

-Для начала дай мне поговорить с хранителем врат.

-Я к вашим услугам, - отреагировал на ее слова кот.

-Дело в том, уважаемый хранитель врат, что мой спутник только избран, но еще не назначен на пост государственного курьера, поэтому у него нет запрашиваемого вами кольца.

-Мне печально это слышать, - ответил кот, - но поймите меня правильно: как лицо государственное я обязан строго следовать букве инструкции. Но в частном порядке я вам сочувствую и в доказательство этого скажу, что в инструкции не сказано, чему должно соответствовать соответствующее кольцо.

-То есть мы можем предъявить практически любое кольцо?

-Ну да. При условии, что у вас найдутся подтверждающие его соответствие чему-либо аргументы.

Даже с такой формулировкой поставленная котом задача оказалась практически неразрешимой. Ни Конь, ни Алексей не носили колец, а кольцо с ключами от квартиры забрали с вещами Эдик с Ириной. Наконец, когда Алексей раз в пятый перерывал сумочку Коня и в десятый обкладывал матом всех участников этой затеи во главе с Верховным бюрократом, его осенило, и он сунул под нос коту маникюрные ножницы.

-По-твоему, это кольцо? - ехидно спросил кот.

-Это круче кольца. Смотри: два кольца, два конца посредине гвоздик. Это должно быть в твоем духе, если ты действительно сфинкс, а не какая-нибудь дешевая подделка.

-Ладно, проходите, - сказал кот, нажимая лапой на отворяющую ворота кнопку.

Город приятно удивил Алексея. Он совсем не был похож на любимую поклонниками фэнтези лайт версию средневековья, а больше напоминал Европу из советского кино, которую обычно снимали в Прибалтике. Чистые, мощеные камнем улицы, аккуратные не более 5 этажей крытые черепицей дома, небольшие кафе на каждом шагу и гуляющие по этому великолепию люди... Поистине туристический рай.

Как оказалось, такой была только историческая часть города и, пройдя пару-тройку кварталов, Алексей с Конем вышли на обычную современную городскую улицу с асфальтом, машинами, стеклом и бетоном. Неподалеку скучало несколько такси, и стоило Коню поднять у дороги руку, одна из машин подрулила к ним.

-В 'Казенный Дом', - сказала Конь водителю.

-Ты здесь здорово ориентируешься, - сказал ей Алексей, довольный тем, что больше не надо передвигать ногами.

-Я здесь родилась и выросла.

-Никогда бы не подумал, что ты ведьма. Я это в хорошем смысле, - поспешил добавить он.

-Это потому, что я не похожа на участников 'Битвы эксрасенсов'?

-Наверно.

-Боюсь тебя разочаровать, но ни одна уважающая себя ведьма не будет похожа на любимый массами эзотерический карнавальный образ. Точно также ни одни шпион не станет шляться по улице в пальто с высоко поднятым воротником, в темных очках и низко нахлобученной шляпе.

-Тоже верно, - согласился Алексей.

'Казенный дом' оказался немногозвездной шестиэтажной гостиницей. На первом кроме холла и административных помещений были ресторан и бар. Номер был небольшим, но вполне приличным. На кровати их ждал конверт с официальным назначением Алексея на должность государственного курьера и значком с изображением всадника на Пегасе.

-Прицепи, - сказала Конь, имея в виду значок.

-Зачем? - спросил Алексей.

-Считается, что государственный курьер должен идти по жизни легко, без отягощения барахлом. Поэтому у него не может быть денег и какого-либо не необходимого в данный момент имущества. А так как ему нужно есть, одеваться, где-то жить и как-то передвигаться, все необходимое дается ему бесплатно.

-То есть этот значок означает, что все включено?

-Я хочу принять душ и переодеться. Так что цепляй значок и пошли прибарахлимся. Здесь рядом есть неплохой торговый центр.

-Может, сначала поедим? Заодно отдохнем немного? - предложил Алексей, для которого одна мыль о том, что надо опять куда-то идти, была кошмаром, а посещение торгового центра - это всегда марш-бросок на дистанцию неопределенной длины.

-Хорошо, - согласилась Конь. - Здесь, кстати, вполне съедобно готовят.

В ресторане было почти безлюдно. Стоило им сесть за стол, как тут же появился официант. Он собирался положить на стол меню и удалиться, но Конь его остановила.

-А вы что порекомендуете? - спросила она.

-Сегодня особенно удалось наше фирменное, - ответил он.

-А что у вас за фирменное?

-Африканские дети.

-В смысле? - не понял Алексей.

-Боюсь, у меня не хватит слов описать это великолепие. Попробуйте, не пожалеете.

-Хорошо, давайте два фирменных. И блинчики в винном соусе.

-Странные у них названия, - заметил Алексей, когда официант удалился.

-Странно другое. Вот ты, например, любишь животных и сочувствуешь свинкам, коровкам и птичкам, которые идут на убой. И, тем не менее, ты их ешь.

-И че? - недовольно спросил Алексей, которому совсем не хотелось обсуждать этическое вегетарианство.

-На африканских детей тебе наплевать.

-Совершенно.

-Но вряд ли ты предпочтешь питаться негритятами. И таких несуразностей куча.

-А тут все логично: я не тащу в рот то, что мне не нравится. Так что...

-Ты не хочешь помыть руки?

-Хочу.

-Тогда пойдем. Здесь 2 туалета.

Официант не обманул. Африканские дети действительно были восхитительны. В тонкое, поджаренное до хрустящей корочки и одновременно нежное, сочное мясо была завернута начинка из мелко порезанной всячины. Все вместе имело неповторимый вкус.

-Интересно, из чего их делают? - спросил Алексей.

-Кого? Африканских детей? - переспросила Конь. - Наверняка из сперматозоидов и яйцеклеток африканских родителей.

-Я серьезно.

-И я не шучу. А иначе, с какой стати это было бы так называть?

Судя по ее виду, Конь говорила вполне серьезно.

-Это что, человечина? - не желая верить этому, спросил Алексей.

-Да ладно, не парься, - рассмеялась Конь. - Здесь не больше человечины, чем собачатины в хот-догах. Видел бы ты свою рожу.

В торговом центре Алексея ждал еще один сюрприз. Он думал, что при виде 'халявного значка', продавцы будут смотреть на них примерно так же, как водители автобусов на льготных пассажиров, и стараться подсунуть залежавшийся товар. Те же, узнав, что к ним пожаловали курьер с сопровождающим лицом, начали наперебой зазывать их к себе, угощать чаем-кофе и предлагать самые лучшие и дорогие товары. А потом организовали доставку подарков, чтобы почетным гостям не пришлось утруждать себя тасканием покупок.

-Они что, здесь все сумасшедшие? - спросил ошалевший от такого приема Алексей, когда они вышли из торгового центра.

-Для них честь принимать курьера.

-С чего бы?

-Видишь ли, долгое время в магическом мире было небезопасно, и курьерами становились настоящие герои...

-Но я не герой, - испуганно перебил Коня Алексей. Он терпеть не мог неприятности и старался обходить потенциальные проблемы десятой дорогой.

-Об этом не переживай. Лет пять здесь уже вообще ни на кого не нападают, и в доказательство тому, что сейчас стало настолько безопасно, что курьером может стать любой дурак, Верховный бюрократ выбирает курьеров исключительно из числа таких вот любых дураков. Извини, но тебя выбрали потому, что ты ничем не примечательная личность.

-Так что, пули не будут свистеть над моей головой?

-Ни пули, ни сапоги, - вспомнила Конь мультфильм про поросенка Фунтика, - ни сковородки, ни что-либо еще. Это я обещаю.

-Точно?

-Я тебя хоть раз обманула? - укоризненно спросила она. - Так вот, продолжила Конь после педагогической паузы, - несмотря на перемены, сохранилось традиционное отношение к курьеру, как к идущему на смертельную опасность герою, и теперь мы пожинаем его плоды.

На обратном пути Алексей мечтал забраться в постель и проваляться там до утра, выбираясь только в туалет. Ужинать он тоже собирался в постели. Вот только мечты эти оказались несбыточными.

Вернувшись, они обнаружили письмо руководителя ведущего городского театра с приглашением на премьеру и два пригласительных билета. До этого Алексей был в театре 2 раза. Один раз еще в школе, с классом. Во второй его потащила туда подруга. Оба раза Алексей пришел к выводу, что кино лучше. А когда ноги гудят от усталости, никакой театр не сравнится с телевизором у дивана или кровати.

-Это будет слишком невежливо, - отреагировала Конь на антитеатральную речь Алексея. - Так что переодевайся.

-До спектакля еще 4 часа.

-Вот и хорошо. Успеем посмотреть город, - сообщила она не терпящим возражения тоном, и это стало для уставшего Алексея контрольным выстрелом.

Он никогда не был охотником за достопримечательностями. Живопись и скульптуру он вообще не понимал, особенно работы современных мастеров, а красивые виды, фонтаны и мосты с домами могли его восхитить ну раз, ну два, ну три, а потом они начинали казаться ему одинаковыми. Поэтому путешествиям он предпочитал походы в рестораны, а в качестве отдыха представлял себе плескания в водоеме с теплой водой. А вот Конь, казалось, была не только неутомляемой, но и неугомонной. Так что в конце их экскурсии театр превратился для Алексея из добровольно-принудительного времяубийства вроде собрания в спасительную возможность почувствовать под задницей кресло.

Пьеса была ужасной. По морализаторству и занудству она переплюнула даже 'шедевральные' фильмы по произведениям Стугацких. Весь спектакль за главным героем таскалось отвратительного вида существо, непрерывно взывающее к добру и укоряющее его за зло. Герой не только терпел общество этого уродца, но и всячески старался ему угодить, так как это была его совесть. И чем больше он старался поступать по совести, тем сильнее совесть отравляла ему жизнь. В конце концов, он не выдержал и свернул совести шею. После этого перед ним открылись врата в Золотой Город.

Надо отдать Алексею должное, он не только покорно высидел все 2 часа спектакля, но даже ни разу не захрапел. А когда спектакль закончился, от всей души аплодировал опустившемуся занавесу.

Возвращение в гостиницу стало для него кошмаром, так как новые туфли растерли ноги так, что носки пришлось вымачивать под душем, чтобы снять. Пока Конь таскала Алексея по достопримечательностям, боль была еще терпимой, но потом, после отдыха в театре...

-Смотри, что ты со мной сделала, - прохныкал после душа Алексей, показывая Коню раны на ногах. При этом он чувствовал себя совестью из спектакля.

После положенной порции утешений и извинений он забрался в постель. Когда свежевымытая, голая Конь легла рядом, уткнувшись ему в живот своей попкой, Алексея потянуло на секс.

-Болят ноги? - спросила Конь, когда он, сделав дело, лег рядом.

-Я на тебе хромал? - шутливо ответил он. Секс заметно улучшил его настроение.

Они заснули практически сразу после совокупления и проспали до самого утра без пробуждений. Под утро Алексею приснилось четверостишье:


Звездочеты считают звезды,

Свысока наблюдая за теми,

Кто о звездах рифмует строчки,

Так как толком считать не умеет.


Их разбудил стук в дверь.

-Лежи, я открою, - сказала Конь.

Вскочив с постели, она взяла лежащий на стуле возле кровати халат и, надевая его на ходу, поспешила к двери.

-Кто там? - спросила она.

-Извините, что беспокою, но вас уже ждет сопровождение, - сообщил гостиничный бой через дверь.

-Хорошо. Скажите, мы сейчас будем, - ответила она, не открывая.

-Еще раз прошу меня простить, - послышалось из-за двери.

-Вставай, нас уже ждут, - сказала Конь Алексею.

-Который час? - спросил он, зевая.

-Половина десятого.

Непривыкший к столь раннему подъему Алексей постоянно зависал, и Коню пришлось помогать ему собираться.

-Ты как ребенок, - укоряла его она.

-Извини, но садик открывается слишком рано, - нашелся он.

Когда они спустились в холл, к ним подскочил одетый в парадный и оттого кажущийся потешным мундир и вооруженный копьем гвардеец. Когда по ящику показывали всевозможные почетные караулы, Алексей задавался вопросом: Нахрена одевать караульных, как клоунов? Ответа у него не было.

-Господин курьер, госпожа сопровождающая, прошу вас следовать за мной, - торжественно произнес гвардеец, затем развернулся, как на параде, и пошел к выходу. Алексей с Конем двинулись следом.

У входа их ждала позолоченная карета, которой управлял одетый в красную ливрею кучер. При их появлении он спрыгнул со своего места и открыл дверь. Когда Алексей с Конем сели в карету, гвардеец забрался на специальную площадку сзади. После этого кучер вернулся на свое место, и карета поехала.

-Ты ж смотри, веди себя там прилично, - предупредила Конь.

-Да что я, совсем что ли?.. - обиделся Алексей.

Минут через 30 карета остановилась возле окруженного прекрасным садом с фонтанами, павлинами и прочей роскошью дворца.

-Прошу следовать за мной, - попросил гвардеец, когда Алексей с Конем вышли из кареты.

Когда они подошли к парадному входу, дежурившие у входа гвардейцы распахнули перед ними двери. Пройдя через несколько 'музейных' залов, они остановились возле двери с табличкой:

'Верховный бюрократ'.

-Курьер с сопровождением прибыли, - доложил гвардеец, воспользовавшись селектором у двери.

-Входите, - пригласил хозяин кабинета.

-Прошу, - сказал гвардеец, открывая дверь и отходя в сторону.

Ни кабинет, ни его владелец не вписывались в стиль дворца. Кабинет был обычным кабинетом чиновника средней руки, разве что на стене не было портрета главного барина.

Верховному бюрократу было где-то за 50. Среднего роста, в меру седой, с располагающим лицом, он показался Алексею приятным. Одет он был в темно-синий костюм.

-Живописные у вас владения, - сказал Алексей после того, как они обменялись приветствиями.

-Я здесь только в торжественных случаях. Мой постоянный офис находится в мэрии, а здесь у нас музей. Проходите, присаживайтесь. Чай? Кофе?

-Спасибо, не стоит беспокоиться - сказала Конь, не дав Алексею попросить кофе.

-Надеюсь, вам уже объяснили суть вашей миссии? - спросил бюрократ, когда они сели за стол.

-Анжела пыталась, но я толком не понял, - признался Алексей.

-Дело в том, что не так давно у нас были смутные времена, во время которых служба курьерской доставки показала себя с наилучшей стороны. Памятуя об этом, мы ежегодно отправляем с посланием почетного курьера, которого выбираем случайным образом. Такова наша традиция.

Конечно, в смутные времена курьером назначались лучшие из наших воинов, но с тех пор, как на подотчетной нам территории был восстановлен порядок, мы стали назначать курьерами случайных людей, как символ того, что сейчас любой способен выполнить эту работу. Но это ни в коей мере не умаляет наше уважение к курьерам, в чем вы, наверно, уже успели убедиться.

-Это да, - согласился Алексей. - Меня, честно говоря, приятно шокирует, как меня здесь принимают.

-Наши люди умеют быть радушными от всего сердца. А теперь, прежде чем официально попросить вас оказать нам честь, согласившись стать нашим курьером, я хочу сказать несколько слов о вашем адресате. В этом году в качестве получателя письма мы выбрали Леонида Фролова. Это гордость нашего мира. Философ, писатель, мистик. В частности, он подарил Миру такой шедевр, как 'Книга постоянств', которая, будучи своеобразным пазлом к 'Книге перемен', служит делу гармонизации и уравновешивания мироздания. К сожалению, этот труд написан на неизвестном никому языке.

-Даже автору? - съязвил Алексей. Он не любил подобные выпендрежи.

-Даже автору, - подтвердил Бюрократ, приняв реакцию Алексея за искреннее удивление.

-Тогда как же он ее написал?

-В течение многих лет он входил в особое состояние сознания и ждал. Когда ожидание приносило очередной символ, он вносил его в свою книгу, так что, можно сказать, что этот шедевр был продиктован ему некоей высшей силой, причем так, что он не смог бы при полном своем желании привнести отсебятину в текст создаваемого шедевра.

-Интересный, должно быть, человек, - сказал Алексей. Здесь он не слукавил, так как его действительно восхищало, как этому прохиндею удалось выдать свою дребедень за шедевр. Кстати, именно в искусстве впаривать дерьмо в качестве шедевров Алексей видел суть так называемого современного искусства.

-Так вы согласны стать нашим курьером?

-Почту это за честь.

-Тогда до встречи на нашем турнире.

-О, у вас здесь проводятся турниры? - удивился Алексей.

-Ну да. Так как курьером может быть только рыцарь, вас необходимо сначала посвятить в рыцари, а потом уже официально объявлять курьером. Рыцарем можно стать, только проявив себя в бою или на турнире.

-В таком случае мне придется отказаться от вашего предложения. Видите ли, я не боец, поэтому участвовать в турнире... - поспешил откреститься от участия в боях Алексей. Он с детства боялся боли и старался избегать драк.

Конь лягнула его под столом ногой.

-А вам и не придется сражаться, - не дал договорить Алексею Бюрократ. - На нашем турнире сражаются дамы сердца, а рыцари воспевают их победы в стихах. Так что ваша задача - произнести речь в честь победительницы. Стихи могут быть белыми, главное, чтобы они шли от сердца.

-Это что, символ победы феминизма?

-Что-то вроде того. Надеюсь, у вас больше нет причин для отказа?

-Других причин нет, - согласился Алексей.

-Вот и отлично. Не смею вас больше задерживать.

-Ты будешь сегодня драться? - спросил, не скрывая своего злорадства, Алексей у Коня, когда они вышли на улицу.

-Боюсь, я не смогу доставить тебе этого удовольствия.

-Почему?

-Видишь ли, ты еще не рыцарь, поэтому я не могу быть дамой твоего сердца. К тому же я твой официальный сопровождающий, что заставляет меня серьезно относиться к своей форме. А главное, я, как и ты, не боец. Только не говори, что ты разочарован.

-А я и не говорю, - согласился Алексей и поцеловал Коня в губы. - Пойдем поедим?

-Пойдем.


Вернувшись после завтрака в номер, Алексей засел за поздравительную речь, но так и не смог придумать ни строчки. Не удивительно, что на турнир он шел, как на казнь.

-Да ладно тебе, - попыталась успокоить его Конь. - Тебе же сказали, говорить от сердца. Вот, что на ум придет...

Испепеляющий взгляд Алексея заставил ее замолчать.

Турнир проводился на городском стадионе, украшенном по случаю в средневековом стиле. Несмотря на то, что чуть ли не весь город пришел посмотреть на бабий бой, люди вели себя вежливо, спокойно, пропускали друг друга вперед... в общем, вели себя, не как люди.

Увидев человека в полицейской форме, Конь поспешила к нему.

-Курьер и сопровождение, - сообщила она представителю закона.

-Пойдемте, я провожу, - ответил он.

Полицейский привел их в ложу номер один, где по праздникам сидело начальство и свадебные генералы. На этот раз в ложе было шесть человек. Четыре мужчины и две дамы. Бюрократ представил присутствующим Алексея, но у того все мысли были заняты предстоящей речью, и он особо не обращал внимания на тех, с кем его знакомили, благо такие слова, как 'очень приятно', можно произносить автоматически. Во время знакомства с женщинами Алексей, вспомнив, что женская рука не салфетка, целовал женщинам руки, не касаясь их губами, как того требует этикет.

Когда трубы возвестили о начале турнира, на поле неспешной походкой вышли участницы: 48 закованных в броню дам. Когда они построились в одну шеренгу лицом к ложе номер 1, Бюрократ произнес короткую вступительную речь, после чего началась жеребьевка, которую осуществлял генератор случайных чисел. Затем пары разошлись по стадиону, чтобы не мешать друг другу. О начале боя возвестили сигналы труб.

Алексей думал, что ему предстоит увидеть нечто среднее между соревнованиями по фехтованию и танцем с саблями, но с первых же секунд боя ему стало ясно, что дамы дерутся по-настоящему, на боевых мечах.

Первый раунд продлился не более 5 минут. Справившись с противницами, победительницы отходили к краю стадиона, чтобы не мешать сражающимся. Побежденные оставались лежать на траве. Их унесли только после окончания боя.

Затем опять была жеребьевка и бой. Так продолжалось до тех пор, пока на стадионе не осталось 3 женщины. Тогда в дело вмешались врачи. После непродолжительного осмотра они списали наиболее пострадавшую участницу.

Происходившее на стадионе настолько захватило Алексея, что он совсем забыл про свою речь и опомнился лишь, когда победительница под всеобщие аплодисменты сняла шлем. Сразу же после этого к ней подбежал голубоватого вида рыцарь и бросился ей на шею.

В это же время к микрофону подошел Верховный Бюрократ. Дав рыцарю пару минут, он произнес короткую, но вдохновенную речь, затем передал слово Алексею. Решив, будь что будет, Алексей начал говорить:

-Дамы и господа. Прошу простить меня за косноязычие. Я никогда не отличался красноречием. Даже обычный тост на празднике был всегда для меня мучением. А тут, глядя на происходящее, я вообще потерял дар речи, при виде столь прекрасных в своей доблести женщин. Состязания были нешуточными, но честными и справедливыми, так что победительницей стала действительно победительница. Честно говоря, раньше я ни за что бы не поверил, что владение оружием способно сделать женщину красивой. Сегодня я понял, что ошибался, и доказательство моей неправоты стоит сейчас перед нами с гордо поднятой головой. Дорогая наша победительница, вы прекрасны! Глядя на вас, я понимаю, что любые слова - это пустое сотрясение воздуха. Они ничто. Поэтому еще раз повторю: вы прекрасны. Вручить вам корону победительницы - огромная честь для меня. И пусть по протоколу я должен пригласить вас сюда, чтобы надеть ее на вашу голову, но я поступлю иначе. Я сам спущусь к вам и положу ее к вашим ногам.

Сказав это, Алексей схватил корону и побежал с ней по ступенькам вниз. Подойдя к победительнице, он низко поклонился и положил корону к ее ногам. Вблизи победительница выглядела далеко не как женщина его мечты. Ее и без того мужеподобное лицо портили два здоровенных шрама. Один на лбу, другой на левой щеке. Несмотря на то, что ее тело скрывали доспехи, было видно, что она довольно-таки амбарного телосложения. Однако ее глаза горели настолько притягательным огнем, что она вполне могла бы зажечь страсть не только в сердце своего рыцаря.

Выходка Алексея заставила всех слегка растеряться, поэтому стадион сначала отреагировал тишиной, затем грянули аплодисменты, под которые рыцарь поднял корону и отдал своей даме, после чего она надела ее себе на голову. Дождавшись, когда смолкли аплодисменты, она сказала Алексею:

-Преклони колено.

Он стал на одно колено, и она коснулась его плеча мечом.

-Правом, добытым в честном бою, я посвящаю тебя в рыцари и назначаю курьером, - громко произнесла она.

-Благодарю вас, сударыня. Это большая честь для меня, - ответил Алексей.

-Я не совсем там выглядел идиотом? - спросил он, когда они с Конем вышли со стадиона.

-Да нет, ты был трогательно милым. Я даже немного приревновала.

-Надеюсь, не сильно?

-Ты же еще живой.

Во время этой реплики глаза Коня на мгновение стали жестко стальными, и Алексей подумал, что в ее шутке слишком много правды.


Ночью ему приснился город, власть в котором захватили крысы. В результате мутации они стали как две капли воды похожими на людей. При этом, живя тысячелетиями бок о бок с людьми, крысы настолько хорошо изучили человеческие повадки, что им не составило труда путем шантажа, подкупа и запугивания захватить все рычаги власти. В результате в городе установился тоталитарный режим во главе с Великим и Любимым - так звали крысиного вожака.

В том сне Алексей жил в милом доме за городом на берегу небольшой речки. Было утро. Он готовил себе завтрак, когда к дому подъехали 2 машины - несколько молодых крыс решили порезвиться с девочками на природе. Встречаться с ними было небезопасно, так как люди к тому времени уже не имели никаких прав и считались живыми отбросами, с которыми можно безнаказанно делать все, что угодно, поэтому Алексей поспешил убраться подальше, пока у него еще была такая возможность. Крысы вломились в дом, сломали и изгадили все, что было можно, а затем подожгли его. Алексей смотрел на это, боясь выйти из росшего невдалеке леса и ненавидя себя за трусость. Когда огонь потух, он пошел, куда глядели глаза.

По дороге ему встретился городской дурачок Малюта.

-Куда идешь? - спросил он.

-Сам не знаю, - признался Алексей.

-Пошли за грушами в брошенный сад.

В саду маленькая девочка играла с цветными стеклышками.

-Не бойся, она сирота, - сказал Малюта.

Девочка настолько сосредоточенно разглядывала что-то через осколок цветного стекла, что даже не заметила приближение гостей.

-Привет. Куда ты смотришь? - спросил Алексей.

-Ему можно сказать. Он друг, - доверительно сообщил Малюта.

Девочка придирчиво осмотрела Алексея с ног до головы, затем сказала:

-Я ищу золотого мальчика.

-А кто он? - спросил Алексей.

-Он спасет город от крыс, но это секрет.

-Почему?

-Крысы ему не страшны, а вот люди, узнав о нем, захотят его убить.

-А как ты о нем узнала?

-Узнала, и все. Пойдешь с нами его искать?

-Пойду, - решил Алексей, так как деваться ему все равно было некуда.

Так и отправились они за золотым мальчиком: бездомный бродяга, городской дурачок и маленькая сирота.

Уже под утро Алексею приснилось четверостишье:


Я не верю ни в бога, ни в дьявола

Как не верю и в прочие вечности.

Но я знаю, что искра сознания -

Бесконечность среди бесконечностей.


-Скажи, тут что-то типа ЛСД случайно не добавляют в кофе или еду? - спросил он Коня за завтраком.

-Нет, а что?

-Да мне сны какие-то снятся, и стихи лезут в голову. Никогда такого не было.

-Ты в волшебном мире. Здесь активизируются спящие в обычном состоянии отделы мозга. Так что все нормально.

-Хочешь сказать, достаточно здесь тусоваться, и будет вечно переть?

-Только пока не освоишься.

-Облом. А я уже хотел просить вид на жительство или политическое убежище.

-Для начала отвези письмо. Кстати, пора уже собираться. Скоро подадут машину, - спохватилась Конь. И точно, едва они собрали в дорогу разрешенный минимум вещей, пришел бой сообщить, что машина ждет.

Выйдя из гостиницы, они обнаружили у входа выглядевший дорогим серый седан. Алексей не разбирался в марках автомобилей, и все легковые машины делил на джипы, седаны и прочую хрень.

-Ты поведешь? - спросила Конь.

-Давай лучше ты. Я терпеть не могу руль, к тому же я дорогу не знаю.

-Маршрут введен в навигатор.

-Здесь работают навигаторы? - удивился Алексей.

-Разумеется. Мы же в волшебном мире, а не в каком-нибудь Толкиенлэнде или стране победившей духовности.

Разговаривая, они сели в машину. Пока они ехали через город, Алексей восхищенно наблюдал за тем, как ловко Конь находит нужные повороты. Он бы на ее месте наверняка заблудился, причем еще до начала движения.

Когда они выехали на весьма приличную трассу, он вспомнил, как мечтал в детстве скакать в неизвестность на верном коне в поисках приключений. И вот теперь он сидит рядом с Конем в машине с двигателем мощностью около сотни лошадиных сил и едет в неизвестность. Вот уж действительно: Мечтай с осторожностью, ибо исполнение мечты может застать тебя врасплох.

-Как-то тут пустынно, - заметил Алексей после того, как в течение где-то часа они не только не проехали мимо хотя бы одного населенного пункта, но и не встретили ни одной машины.

-Это потому, что расстояния здесь определяются временем. В лошадиные времена, все было расположено компактней. Теперь же пространство растянулась, зато по времени, если от пункта 'А' до пункта 'В' было, например, час езды на лошади, то теперь час езды на машине.

-Это что, что-то типа пространства игры?

-Скорее, мир сновидения по Кастанеде.

-Тогда степь...

-Ну да, зачем заморачиваться на усложнении буферного пространства.


-Сейчас будет 'Логово дракона', - сообщила Конь. - Предлагаю остановиться на ночь, если, конечно, ты не жаждешь сменить меня за рулем.

-Что на часах? - спросил продремавший добрую часть пути Алексей.

-Около пяти.

-Отлично. Думаю, сегодня мы потрудились на славу. Конь никак не отреагировала на эту шутку.

'Логовом дракона' оказался декорированный под идеализированную средневековую деревню гостиничный комплекс. Указатель был настолько невзрачным, что Конь чудом не пропустила нужный поворот. Повернув, они еще километров 10 проехали по ведущей в сторону от трассы бетонной дороге прежде, чем добрались до границ 'Логова'. Забором ему служила лесополоса из совершенно непроходимых колючих кустов и деревьев, зато ворота были, можно сказать, декоративной, не более 50 сантиметров высотой конструкцией из труб, чем-то похожей на турникеты в метро. Когда машина подъехала, они автоматически открылись.

-Ничего себе! Настоящий склад фауны и флоры! - выдал восхищенно Алексей, когда они заехали на территорию. И действительно, всюду цвело, росло, благоухало. Летали птицы совершенно невообразимой окраски. Бродили не менее экзотические животные. Некоторые размером с корову. Эффект этого и самого по себе впечатляющего зрелища усиливался еще и тем, что 'Логово' располагалось посреди выжженной солнцем степи, и было рукотворным оазисом весьма внушительного размера.

-Нравится? - спросила Конь.

-Еще бы! - ответил Алексей.

Проехав несколько сотен метров по райскому саду, они уперлись в 'барскую усадьбу' - здоровенный дом, похожий на родовое гнездо крупного английского аристократа. В 'усадьбе' располагались административные помещения, ресторан, бар, танцпол и жилье для многочисленного персонала. Хозяин не пожалел денег на звукоизоляцию, и живущие в усадьбе люди чувствовали себя комфортно. За усадьбой была деревня: 50 стоящих довольно-таки свободно изб, напичканных всем, что только может пригодиться привередливому отдыхающему. В избах и останавливались постояльцы. Хозяин жил в двухэтажном деревянном доме, стоящем чуть в стороне от деревни, а за деревней расположился внушительных размеров искусственный пруд с чистейшей водой, пляжами, пристанями с лодками и местами, где можно посидеть с удочкой. За прудом виднелся лес, скрывающий увеселительные заведения: 'Разбойничий вертеп' для взрослых, и 'Замок ведьмы' для детей.

Прикинув, сколько нужно сил и денег для поддержания этого великолепия в надлежащем состоянии, Алексей решил, что 'Логово дракона' на деле является логовом богачей, так как пребывание здесь должно стоить целое состояние.

-Ну что вы, - ответил дежурный администратор, когда Конь спросила номер на сутки, - 'Логово дракона' крайне популярный отель, и свободных мест здесь не бывает в принципе, а особенно в разгар сезона. У нас номера надо бронировать, как минимум, за месяц. А сейчас, извините, я вряд ли смогу вам помочь.

Он говорил об отеле с гордостью, но без того оттенка высокомерия, который часто наблюдается у работающих в шикарных заведениях холопов.

-Я понимаю, - ответила Конь, - но мы не обычные постояльцы. Перед вами курьер и сопровождение.

-Вот, - Алексей показал значок.

-Знаете что, - решил администратор, - хозяина сейчас хоть и нет на месте, но, думаю, он с радостью примет вас в качестве своих личных гостей. Поэтому позвольте проводить вас в гостевую комнату, ели вас это устроит.

-Премного благодарны, - ответила Конь.

Администратор свистнул в свисток, и вскоре к нему подбежал мужичок пенсионного возраста.

-Бой покажет дорогу, - сказал Администратор, и Алексей вспомнил Кису в роли мальчика из '12 стульев'.

Комната для гостей только называлась комнатой. На деле это был полноценный двухкомнатный номер с ванной комнатой и отдельным входом на первом этаже хозяйского дома. Судя по тому, что, несмотря на закрытые окна, воздух там был свежим и приятной температуры, но при этом ниоткуда не дуло, вентиляция и климат-контроль были достойные.

-Вы еще можете успеть на битву магов, - сообщил бой, показав гостевую комнату.

-Мы бы предпочли выкупаться и поесть, - ответил Алексей.

-Поверьте мне, молодой человек, вы никогда себя не простите, если пропустите это зрелище.

-Это действительно так круто? - спросил Алексей у Коня, когда они остались вдвоем.

-Давай глянем. В крайнем случае, уйдем, - предложила она.

Они бросили сумку с вещами на диван в гостиной и отправились на 'деревенскую площадь' - поросший регулярно поливаемой и скашиваемой травой луг посреди 'деревни'. Рядом с площадью находился открытый ресторан 'Под чистым небом'.

На 'площади' в три ряда стояли стулья. Большинство уже было занято, но свободных мест хватало, и Алексей с Конем без труда устроились в третьем ряду, чтобы, если что, легко можно было бы перебраться за стол ресторана. Справа и слева сцену ограничивали две палатки или, лучше сказать, два шатра. В них, судя по всему, маги готовились к поединку.

Едва герои нашего повествования заняли места, на сцену вышел высокий, худощавый мужчина с приятным лицом. На вид ему было около 40 лет. Одет он был в джинсы, футболку и кроссовки. В руках держал палку длинной в человеческий рост. Это была обычная сухая ветка, которую он, скорее всего, только что подобрал в лесу.

-Дамы и господа! - начал он вступительную речь. - Сегодня судьба преподнесла нам величайший дар в виде возможности увидеть своими глазами не просто сражение магов, а битву, говоря спортивным языком, за звание чемпиона мира по магии, да простят мне ее участники столь вульгарное сравнение.

Несколько недель назад вызов получил ни кто иной, а сам Критянин, признанный и величайший мастер магического искусства среди ныне здравствующих магов. Разумеется, право бросить вызов столь уважаемому магу еще надо было заслужить, и оппонент Критянина это сделал, убедив коллегию магов в том, что он достаточно серьезный маг, чтобы тягаться с самим мэтром. Свое имя он, кстати, не назвал, поэтому, если не назовет его и перед поединком, войдет в историю, как безымянный маг.

Критянин еще не принял вызов, так что поединок теоретически может не состояться. Но хватит слов, пора переходить к делу.

Маги, прошу вас к барьеру, - закончил он свою речь, затем ловко воткнул палку в землю посреди пространства между шатрами, и сел на стул в первом ряду.

Маги вышли из шатров практически одновременно и сразу же... разочаровали своим видом Алексея. Внешне они были никакими. Оба среднего роста, среднего сложения, с неброскими лицами. Одеты, как и большинство отдыхающих: в шорты, футболки и шлепанцы. Никаких плащей, особых причесок, амулетов, кулонов или колец на них не было. Этакие лавочники на отдыхе. Одному было лет 60, второму около 30. Понятно, что 60 было Критянину.

Они остановились напротив друг друга, не доходя около метра до воткнутой в землю палки.

-Благодарю тебя, великий Критянин за то, что согласился на встречу со мной, - сказал безымянный. - Это большая честь для меня.

Критянин благосклонно кивнул.

-Но позволь спросить, - продолжил безымянный, - почему ты не принял и не отверг мой вызов?

-Прежде, чем принять решение, я захотел взглянуть на того, кто бросает мне вызов, и задать тебе пару вопросов.

-Спрашивай. Я постараюсь ответить.

-Почему ты скрываешь свое имя?

-Потому что оно не имеет значения, как и моя персона.

-Тогда почему ты решил бросить мне вызов?

-Я вызываю тебя, чтобы напомнить, что маг - поле битвы, а магия - оружие в битве с его главным врагом.

-И кто же, по-твоему, главный враг мага?

-Тот, кто своим криком заглушает истинный голос души.

-Так ты решил, что я забыл об этом враге?

-Это может быть известно лишь тебе. Я не настолько глуп и самонадеян, чтобы кого-то судить.

-Тогда чего ты добиваешься?

-Встряски. Иногда она приводит к пробуждению.

-Что ж, ты ответил на все вопросы. Я принимаю твой вызов.

-Благодарю тебя, Критянин.

-Тогда переходи от слов к делу.

Получив благословение, безымянный маг поклонился Критянину, затем мельком посмотрел на воткнутую в землю палку. Этого оказалось достаточно, чтобы она сначала стала камнем, затем рассыпалась в прах, который, вспыхнул ярким пламенем. Огонь вновь обрел форму палки, после чего из пламени возродился зеленый куст и расцвел на глазах у публики. Глядя на это, Критянин лишь усмехнулся. Тогда безымянный маг хлопнул в ладоши, и цветущий куст исчез. Улыбнувшись, Критянин тоже хлопнул в ладоши, и по всей 'сцене' начали плясать языки пламени, забавно поднимая свои огненные ложноножки в похожем на канкан танце. Безымянный маг коснулся рукой огня, и в тот же миг сам превратился в пламя. Критянин усмехнулся, в результате пламя застыло на месте, продержавшись так секунд 10, оно сначала пошло трещинами, а потом рассыпалось на тысячи осколков. В ответ на это материализовавшийся на сцене безымянный маг рассек воздух ладонью, и Критянин взмыл в небо стаей птиц, которые начали кружиться над безымянным, образуя нечто похожее на воронку смерча. Когда ураган из птиц набрал достаточную силу, безымянный маг взлетел, поднятый им, в небо. Набрав безопасную для зрителей высоту, птицы превратились в молнию, которая своим ударом испепелила безымянного мага. Облачко пепла превратилось в тучу и пролилось на сцену дождем. Затем, за пару минут там выросло дерево, расцвело и покрылось большими, похожими на груши плодами. Материализовавшийся рядом с деревом Критянин сорвал один плод, съел, а косточку бросил подбежавшей к нему крысе. По мере поедания косточки крыса начала превращаться в безымянного мага. Когда превращение закончилось, в его руке появилась шпага. Он сделал выпад в сторону Критянина, приглашая того на бой. Улыбнувшись, Критянин поднял руку, и в ней появилась чаша с красным вином. Посмотрев на нее, безымянный маг превратил вино в воду, которая пролилась на землю, заставив для этого раствориться чашу. После этого Критянин поклонился противнику.

-Ты вновь доказал, что ты поистине непревзойденный маг, - сказал Критянину безымянный. - Я признаю твою победу, принимаю с благодарностью твой дар и клянусь сделать все, что ты мне велел.

После этих слов критянин провел над землей рукой, и сначала исчезло плодоносящее на сцене дерево, затем шатры, а затем и сами маги. Представление было окончено, и люди начали расходиться.

-Как вам битва - спросил сыгравший роль конферансье мужчина, подойдя к Коню с Алексеем.

-Великолепно. Такое шоу... Ваши маги просто прелесть. Глядя на них, можно поверить в волшебство. У меня не то, что слов, мыслей даже нет, - признался Алексей.

-Действительно необыкновенно. Словно настоящее волшебство, - поддержала его Конь.

-Это действительно было волшебство высшей пробы. Клянусь честью. Вы мне не верите?

-Сейчас я верю лишь в то, что я видел, было далеко не тем, что делали эти люди, - ответил Алексей.

-Хороший ответ. Позвольте, кстати представиться, а то от увиденного я забыл о приличии. Я хозяин этого заведения. Валентин.

-И, судя по названию вашего логова, живой и здравствующий дракон, - добавила Конь.

Валентин усмехнулся.

-Надеюсь, вы еще не ужинали? - спросил он.

-И даже не обедали, - ответил Алексей.

-Тогда позвольте пригласить вас на обед, переходящий в ужин.

-С удовольствием принимаем ваше приглашение, - сказал Алексей, и они отправились к ресторану 'Под открытым небом', где уже успела расположиться львиная доля зрителей.

-Нам, скорее, обед, чем ужин, - сообщил Валентин подбежавшему к ним официанту, затем повернулся к Коню и продолжил начатый разговор: - Вы, сударыня, совершенно правы. Я действительно дракон, так как являюсь потомственным членом Ордена Дракона, а все, кто состоит в Ордене, являются потомками настоящих драконов, поэтому членом Ордена может быть только тот, чьи отец и мать состояли в Ордене. Причем происхождение - это только необходимое, но не достаточное условие.

-И чем занимается ваш Орден, если, конечно, это не секрет? - спросил Алексей.

-Не секрет. Мы унаследовали от драконов право хранить мудрость, за которой, по легенде, когда-то к драконам приходили рыцари. Не те идиоты в доспехах, которых все знают по рыцарским романам и истории темных веков, а воины духа и разума, посвятившие себя служению, истине, и познанию. Бой с драконом был для рыцаря посвящением, и когда тот был к нему готов, он отправлялся на поиск дракона, который мог длиться десятилетиями, а мог вообще не увенчаться успехом. Когда рыцарю удавалось найти дракона, он вызывал его на поединок, во время которого дракон испытывал рыцаря огнем. Если рыцарь выдерживал испытание и не сгорал в огне, дракон подставлял голову под его меч. Отрубив дракону голову, рыцарь получал звание победитель дракона и право сложить свой трофей к ногам дамы сердца. Разумеется, никому и в голову не приходило приносить в подарок любимой женщине отрубленную голову превосходящего людей своим интеллектом существа, так как голова дракона означает мудрость, а дама сердца - искру, освещающую сознание рыцаря. Так что настоящий поединок никогда не был примитивным мордобоем, а дракон не получал физического ранения.

-Подождите, но если все умирали чисто символически, что ждало проигравшего рыцаря? - спросил Алексей

-По легенде драконы уносили его душу в геенну огненную. Считалось, что они черпают свой огонь оттуда, так что души сжигаемых ими людей были своего рода платой за огонь.

-Но это, опять таки, по легенде. А на самом деле?

-А это уже секрет.

-И часто к вам забредают рыцари? - спросила Конь.

-О нет! Истинные рыцари исчезли вместе с истинными драконами. Сейчас все иначе, и мы воздаем каждому по разумению его. Я, например, помогаю состоятельным людям с максимальным удовольствием облегчить кошельки.

-То есть мудрость теперь вы просто храните, - не унимался Алексей.

-Насколько я понял, дорогой мой гость, в еде, питье, любви и прочих подобных вещах намного больше мудрости, чем в любых мудрствованиях, так что я занимаюсь своим прямым делом.

Точку в их разговоре поставили официанты, принеся еду. Собеседники были слишком голодны для продолжения умной беседы, поэтому каждый занялся содержимым своих тарелок, тем более что оно было выше всякой похвалы.

-А что это за мясо? - спросил Алексей, вкусив кусочек необычайно нежного мяса.

-Это яйца баранов, - ответил Валентин. - Надеюсь, у вас нет мешающего оценить это блюдо предубеждения?

-Да нет. Просто никогда не думал, что они могут быть такими нежными. Кстати, теперь мне понятно, что делали драконы с проигравшими рыцарями.

Весь вечер Алексея не покидала мысль, что и битва магов, и разговор с Валентином имели весьма важный скрытый, убегающий от него смысл, и, даже занимаясь любовью, он оставался погруженным в себя. Опомнился он, когда Конь больно укусила его за руку.

-Ты что творишь? - спросил он, потирая укушенное место.

-Возвращаю тебя в реальность.

-Так нельзя.

-Почему?

-Только представь заголовок в газете: Курьер был покусан любимым Конем за то, что оказался не на высоте в постели.

-Твоя должность хоть и почетна, но не настолько, чтобы писать о тебе в газетах. И потом, когда ты со мной, будь со мной, или витай в облаках, но тогда меня не трогай.

-Извини. Просто сегодня было слишком много впечатлений.

-Несварение?

-Что-то вроде того.

-Тогда тебе стоит выспаться.

-Не уверен, что смогу уснуть.

-Тогда просто отдохни.

Несмотря на свои опасения, уснул Алексей почти мгновенно. Он осознал, что спит, когда вновь очутился на 'деревенской' площади. Какое-то время назад он пытался освоить осознанные сновидения, но не добился никаких результатов. А тут совершенно осознанный сон, причем без каких-либо усилий с его стороны. Понимание этого вызвало настолько сильный восторг, что Алексей чуть не проснулся. Когда он сумел совладать с чувствами, в нескольких метрах впереди появились маги. Они пытались что-то ему сообщить, но он не понимал язык, на котором они говорили. Видя, что их действия не приносят результата, маги махнули на него рукой и улетели, превратившись в птиц.

-И зачем было так орать, - проворчал спавший до этого под кустом пьяница.

Выматерившись, он поднялся на ноги, сделал серьезный глоток из бутылки и пошел своей дорогой, горланя песню:


Пророк Нафтали возвращался домой,

Танцуя с бутылкой пустой.

Шептала ему, целуя, Земля:

'До дна пей мою любовь'.


Как дикие лошади мчались сердца,

И реки отправились вспять.

И улыбаясь, спросила она:

'Когда ты придешь опять?'


Пророк Нафтали возвращался смеясь.

Хотелось ему кричать:

'Куда бы, любимая, я ни пошел -

Ты будешь меня встречать.


Куда бы ни глянул -

Ласкать мой взор будет твоя красота.

И все, что услышу я - о любви

Будет песня твоя.


И если накормят меня - это ты

Тихонько накроешь на стол.

И если мне подадут воды -

Ты чашу наполнишь вином.


А если кто-то воткнет в меня нож

По самую рукоять -

Я знаю, любимая, все равно

Меня у тебя не отнять'.


Когда он ушел, перед Алексеем возник Иисус.

-Не мечите бисер перед свиньями, сказал я, - загадочно произнес он. - С тех пор каждый, у кого есть это, - он протянул Алексею бусинку, - думает, что уж он-то точно не свинья.

Превратившись в дракона, он продолжил:

-Ты провалил экзамен. За это тебе гореть в геенне.

Дракон дыхнул, и Алексея окружил огонь, который принес ему не мучения, а небывалый кайф.

Сон настолько поразил Алексея, что, проснувшись, он поспешил рассказать его Коню.

-Действительно знаковый сон, - согласилась она, а когда за завтраком к их столу подошел поздороваться Валентин, первым делом ему сообщила: - Алексею приснилась геенна.

-И что? - спросил Валентин.

-Такого кайфа я еще никогда не испытывал, - признался Алексей.

-Твой сон показал, что ты готов еще кое-что узнать, - сказал Валентин, садясь за их стол. - Дело в том, что легенда о драконах и рыцарях - история с подвохом. В ней, например, умалчивается, что драконы - дети Люцифера.

-Так вы сатанисты? - спросил Алексей.

-Ну что вы, - рассмеялся Валентин. - Не более чем ранние христиане.

-А причем здесь они?

-Дело в том, что имя Люцифер означает несущий свет. По легенде именно он принес свет знания людям, поэтому его часто приравнивают к Прометею. А ранние христиане частенько так называли Христа. Так что драконы - хранители огня Люцифера или знания, обретаемого гностическим путем. Отсюда логика требует предположить, что геенна огненная - это не место, а состояние сознания, навеки охваченного огнем, который в данном случае тождественен свету. Поэтому не сгорающий в этом огне рыцарь уходит с иллюзорной мудростью, то есть ни с чем. А чтобы он не досаждал больше драконам, ему позволяют при этом думать, что он возвращается домой победителем.

Истинная же задача драконов заключается в том, чтобы зажечь алхимическим огнем готовое к этому сознание. В результате оно очищается от шлаков и примесей, а свинец или обыденный ум становится золотом или умом просветленным.

-Тогда почему всякого рода верующие боятся геенны огненной, как огня? - спросил Алексей.

-Потому что неготовому к такой трансформации уму этот процесс кажется мукой. Более того, геенна - штука тонкая и требующая защиты, от неготовых к воспламенению сознаний, так как они способны отравить своими миазмами и дымом даже чистейшее золото. Поэтому драконы специально нагнали страху.

-Знаете, а я думал о чем-то подобном, но несколько в ином ключе. Так, рассматривая христианскую версию загробного мира, я пришел к выводу, что рай - далеко не самое приятное место. Да и как может быть иначе, если там собраны все праведники, мученики и прочие ненавидящие счастье, как таковое, мазохисты. А раз так, то рай - это своего рода резервация, куда после смерти отправляются праведники, чтобы не мешать нормальным людям зажигать в аду, где и должна быть сосредоточена полноценная посмертная жизнь. А чтобы вожди, беспредельщики и прочие уроды не мешали нормальным людям жить, как они желают, для них существует чистилище, где они, как на каторге, отрабатывают свои грехи, а потом их отправляют в рай рассказывать праведникам, как плохо грешникам в чистилище, и как совсем ужасно должно быть в аду.

-Тоже интересная мысль, но рай и ад существуют исключительно в умах тех, кто оперирует этими понятиями, тогда как огонь геенны - вещь абсолютно реальная.


Проснувшись, Алексей обнаружил, что они стоят посреди совершенно сюровой свалки. Впереди дорогу перегородил гнилой остов когда-то неимоверно дорогой яхты, заваленный полусгнившими и тоже неимоверно дорогими машинами, макетами дворцов, разбитыми статуями, музейной мебелью и прочими предметами роскоши. Чуть правее была куча человеческих скелетов в рыцарских доспехах, рядом с которыми пасся, непонятно чем питаясь, табун тощих и каких-то облезлых белых коней. Сзади на дороге была навалена куча книг, кассет, виниловых пластинок, картин и компакт-дисков, а гора слева по борту заставила Алексея усомниться в своем психическом здоровье, так как материалом для ее возведения были деньги в виде ассигнаций и монет, ценные бумаги, золотые слитки и ювелирные украшения. За рукотворными горами виднелись, развалины домов, одичавшие сады, неработающие фонтаны, бассейны, горы из одежды, мебели, бытовой техники... Среди этого великолепия словно зомби, спотыкаясь и падая, бродили гротескные красавицы и красавцы, телевизионщики с камерами на перевес и прочая словно сбежавшая из какого-нибудь 'Голого завтрака' публика.

Лет 20 назад, гуляя с одним из приятелей по Аксаю, Алексей забрел на свалку рядом с железнодорожным тупиком. Тогда его до глубины души поразила увиденная картина, которую вполне можно было бы назвать садом смерти: гора мусора высотой с многоэтажный дом. Ее вершина была 'срезана' и тщательно выровнена. На этой площадке, словно молодые деревья, стройными рядами торчали из земли металлические трубы высотой метра по три. Дополняли картину черные клубы дыма, поднимающиеся сразу из нескольких мест.

В то время Алексей 'пробовал себя в творчестве', поэтому, вернувшись домой, он написал:


'Город я познал давно. Именно познал, как библейские мужики познают своих жен: Он вошел и познал ее в зверином естестве бытия...

Ночь, звезды... Ночь щерится поруганным ртом Луны. Я есмь бог, мать вашу! Я и Город. Из улицы в улицу... Левушка-ревушка, прогрессор хренов, только обесшекненый и с 'Ж' по всей харе.

А в венах течет кайф. Глаза кипят. Я есмь бог! Слышите, ублюдки хреновы? Я есмь бог!

Я чист. Никакой химии, даже без пива и сигарет. Город не терпит грязи. Кладет он на тех, кто...

Сегодня я волк. Тело напряжено, уши торчат. А запахи... Боже мой! Ночь. Можно не опасаться... Иногда промелькнет двуногий мешок тухлятины, прижимаясь к забору и излучая страх, что синхрофазотрон.

Откуда им знать? Знать им откуда? У них математика и здравый смысл. Ну их! Пусть смердят себе где-нибудь там, а здесь Город. Город и Лес по ту сторону сна...

Сад смерти. Это мы рыскаем в поисках врат. Сад смерти. Карьер. Горы мусора, который лениво дымится, заслоняя небо зловонием. И столбы. Двухметровые ржавые столбы щерятся в небо. Их сотни. Слава тебе, о человек! А за окном кислотный дождь и пепел. Пепел падшей планеты, так и не познавшей любви, и остатки тех снов, которые уже никогда...

На спинах плюшевых лосей

Через ухабы и колючки...

(Из стихотворения Е. Питиева).

Бредем по колено в гноящейся совести. Наши помыслы яд. В наших сердцах смерть. И дом... Мертворожденное дитя конвульсирующих стекла и бетона. Черный оскал беззубой пасти окон. И река, втиснутая в бетонные берега. Ее ноги сбиты в кровь. Она закрывает лицо руками... Но приходит мать-Ночь и гладит ее ласковыми руками, расчесывая с пробором лунной тропы.

Здравствуй, мать-Ночь. Пусть спят двуногие бурдюки смерти. Пусть снится им покой и похоть, сочащаяся на подушку.

Имеющий душу, да чует. Он живой, этот Город, что бы ни говорили эти ублюдки! Во веки веков аминь или в бога душу мать, что в принципе одно и тоже.

Здравствуй, мать-ночь. Я есмь бог, врата проходящий. Как утаить мне песнь за пазухой? Как обмануть вечно пьяного архангела с небритым лицом, что стоит на страже? Как пронести эту бьющую ключом жизнь в мир смерти и тлена, именуемый Днем? Как обойти мне этого парня и его вездесущих псов?

Или нет. Пусть летит моя песнь... И была ни была. Поднимаю лохматую морду и целую в лицо эту вечно пьяную развратницу со странным именем Небо, прямо в ее ненасытные губы.

-Ауууууууу! Аууууууууууу! - разносится среди каменных нор, где жмутся в подушки двуногие трупы.

Я ЕСМЬ БОГ, ЧТО БЫ ЭТО НИ ЗНАЧИЛО'.


Эта свалка не шла ни в какое сравнение с любой другой.

К машине со стороны Алексея подошел мужчина и постучал в окно. Выглядел он подстать пейзажу. Высокий, тощий. На вид лет 60 с копейками. Лицо острое, глаза большие, черные, взгляд пронзительный. Волосы седые, длинные, собраны в хвост. На лице недельная щетина. Одет в достойное бомжа тряпье, вот только тряпье это было чистым, волосы вымыты, а на руках был свежий маникюр.

Алексей терпеть не мог бомжей. Он считал их не сошедшими с дистанции жертвами всеобщей гонки за успехом, а обитающими в социальной заднице глистами, которые осознанно или нет, но сами предпочли паразитический образ жизни, и если бы они приложили столько же сил для того же зарабатывания денег, сколько у них ушло на то, чтобы опуститься, они бы все были рокфеллерами. Точно также он считал, что количество нищих зависит не от уровня жизни или количества действительно нуждающихся людей, а лишь от количества готовых расстаться с кровно заработанными деньгами сердобольных лохов. Подают же нищим только лохи, так как нищие в день имеют больше, чем подающий зарабатывает за месяц.

Нищие с детьми - это вообще отдельная тема. Так большинство живого инвентаря попросту воруется у других людей. А чтобы дети вели себя нормально, их накачивают наркотиками и алкоголем. Нередко, чтобы они выглядели жалостливей, детей калечат и уродуют. Так, подавая 'несчастной матери' с младенцем на руках, сердобольные граждане фактически способствуют развитию индустрии воровства и искалечивания детей. Вот уж действительно, ничто не причиняет столько вреда, как лишенная разума доброта.

Алексей не судил людей по одежде, так как плохо одетым мог быть и вполне нормальный человек, решивший, например, пойти в гараж починить машину, или просто идущий с работы. Поэтому, когда к нему обращались бомжатского вида граждане, он сначала узнавал, что они хотят, и только потом, если они просили деньги, отвечал решительным 'нет'.

-Желаете поесть в туалете? - услышал Алексей, открыв окно.

-Что? - переспросил он.

-Желаете поесть, помыться или в туалет? - повторил подошедший.

-В смысле? - не понял Алексей.

-Вы только прибыли, и моя задача объяснить вам, что здесь и как.

-Куда прибыли?

-Об этом я и хочу рассказать. Мое имя Корг. Я смотритель. Стало быть, вы - мои гости. Хотите говорить здесь или все же пройдем в кафе. Здесь не далеко.

-Пойдем, - ожила сидевшая до этого, как манекен Конь.

Выйдя из машины, Алексей приятно удивился отсутствию какой-либо вони.

-Внимательно смотрите под ноги, а лучше идите по моим следам, - предупредил Корг и направился в сторону горы мусора с яхтой в ее основании. За ним шла Конь. Алексей замыкал колонну.

Предупреждение Корга было более чем уместно, так как все вокруг было усыпано разбросанными ветром купюрами, под которыми, словно капканы, скрывались доски с гвоздями, различные железяки и прочие не менее опасные при попадании на них ноги вещи.

Кафе приятно удивило Алексея вкусным запахом еды, чистотой, приятной негромкой музыкой и довольно-таки милым интерьером без претензии на роскошь и особый стиль. Особенно поразил его способ, каким был решен вопрос вида из окон. Чтобы посетителям не приходилось любоваться горами мусора, на месте окон были установлены нарисованные на стекле пейзажи, а расположенные за ними светильники создавали эффект проникновения солнечного света. Из 10 столов были заняты 5, и наши герои выбрали стол у 'окна' с видом на берег реки. Не успели они сесть, как к ним подошла официантка.

-Чего желаете? - спросила она.

-Чего-нибудь, - ответил за всех Корг, и она удалилась.

-Где здесь можно помыть руки? - спросил Алексей.

-Там, - Корг указал пальцем на конец зала.

Туалет тоже был чистым.

Первым делом Алексей вымыл руки. Эту привычку он выработал несколько лет назад, когда до него дошло, что руки надо мыть не столько после посещения туалета, сколько перед этим, так как, берясь грязными руками за член, легко можно подхватить какую-нибудь заразу. Ее мы, словно пчелы нектар, собираем, берясь за ручки дверей, перила в подъездах или в общественном транспорте и многими другими способами, а потом щедро делимся ей друг с другом при рукопожатиях. В туалете же мы касаемся в основном лишь частей своего же тела.

Опорожнив мочевой пузырь, Алексей еще раз вымыл руки, затем где-то с минуту смотрел на себя в зеркало. После этого он умылся холодной водой, вытер лицо бумажным полотенцем и вернулся к столу.

Пока он возился в туалете, принесли еду. Ничего особенного: запеченная свинина, жаренная с грибами и луком картошка, салат из овощей. Но все было приготовлено довольно-таки вкусно, по-домашнему.

-Теперь можно и поговорить, - решил Корг, когда Алексей сел на свое место. - Как я уже говорил, я - смотритель кладбища разбившихся надежд. Так называется это место. И раз вас занесла сюда судьба, я немного о нем расскажу, чтобы вы смогли здесь хоть как-то сориентироваться. Надеюсь, вы слышали, что мысли материальны?

-Разумеется, - ответил Алексей. - Об этом разве что на заборах не пишут.

-Надежда - это мысль с определенной эмоциональной составляющей. А раз так, то она тоже материальна, то есть, должна иметь материальное воплощение. Так вот, пока человек на что-то надеется, он тем самым воплощает свою надежду в одном из вариантов будущего. Осуществление надежды переводит ее из будущего в настоящее. Когда же человек перестает надеяться, или, как еще говорят, его надежда разбивается, она никуда не исчезает, так как ничто не может просто так появиться или исчезнуть. Все лишь переходит из одной формы или состояния в другое. А так как материальные объекты, даже такие абстрактно-тонкие, как надежды, не могут существовать в нигде, как не могут и исчезнуть, им необходимо некое пространство-время, каковым и является это кладбище.

Надеюсь, это не слишком сложно для понимания?

-Если честно, - признался Алексей, - меня сейчас больше интересует, как отсюда выбраться.

-Не хочу вас расстраивать, но боюсь, что это невозможно.

-Раз мы сюда приехали, должна быть дорога... - не унимался Алексей.

-Эта дорога, как и все остальные, непроходимо завалена надеждами.

-А как же дорожное движение?

-Дорожное движение? Даже думать не хочу об этом кошмаре.

-Почему обязательно кошмар?

-А вы только представьте: стоит вам выйти на какую-нибудь дорогу, как она тут же начинает куда-то ползти, извиваться, сжиматься кольцами, стараясь сбросить вас с себя на обочину. А если они начнут лезть в дома из всех щелей? Так что избавьте меня от этого кошмара.

И не смотрите на меня, как на сумашедшего. Нормальность в столь безумном месте - это признак неадекватности. Чем быстрее вы это поймете, тем будет лучше же для вас.

-Вы так говорите, как будто мы собираемся здесь остаться.

-А вы еще не поняли? Вы до сих пор считаете, что ехали со своей спутницей куда-то по дороге, и заехали сюда по ошибке?

-Ну да. Это же очевидно.

-Это лишь кажется очевидным, потому что реальное положение дел слишком фантастично для вашего понимания. На самом деле вы сюда не приехали. Вы появились здесь, когда превратились в чью-то разбившуюся надежду. Отсюда нет выхода в принципе, и раз вы сюда попали...

-Отсюда дороги нет, - закончил за Корга Алексей.

Буквально в следующую же секунду в кафе вошел новый посетитель, и Алексей отчетливо увидел начинающуюся прямо за дверью дорогу с указателем 'Выезд с кладбища. Приятного пути'. Стоило ему обрадоваться, как дорога исчезла, а на ее месте появилась обычная куча мусора.

-Мерцание больше всего заставляет страдать новичков, - сообщил Корг.

-Какое еще мерцание? - спросил Алексей.

-Узнав, что отсюда выхода нет, новичок теряет надежду найти дорогу с кладбища, и она тут же появляется. Нередко прямо перед ним, как в вашем случае. При виде дороги он вновь обретает надежду, и дорога исчезает, так как вновь становится надеждой действующей. Затем, после очередной потери надежды, она опять появляется здесь, заставляя новичка вновь обрести надежду на спасение. Это продолжается до тех пор, пока новичок окончательно не смирится со своим положением. Тогда его дорога попросту засыпается другими надеждами, пока окончательно не исчезнет под ними. А до тех пор мерцание сводит с ума.

-А еще оно служит доказательством того, что есть минимум 2 способа отсюда свалить, - вновь ожила Конь.

-Да? И какие же? - спросил Корг.

-Первый способ связан с дорогой. Для этого нужно заставить себя, ни на что не надеясь, просто идти или ехать по ней, пока не выйдешь со свалки.

-Думаете, вы способны в течение многих часов, а, быть может, дней сохранять состояние безнадежности?

-Зачем обязательно безнадежность. Можно просто заставить себя думать о чем-то другом. Например, читать мантру. По крайней мере, теоретически это можно осуществить.

-Теоретически согласен. А какой второй способ?

-Понадеяться на виновника твоего появления здесь. Например, на то, что он вновь обретет утраченную на тебя надежду, а потом, так сказать, утратить свою надежду. Потом останется найти его и заключить союз: он надеется на тебя, а ты на него.

-Думаете, до вас эти мысли никому не приходили в голову?

-А вы можете гарантировать, что за время существования кладбища никто его не покидал?

-Я не хотел вам сейчас этого говорить, так как у вас мозги и без того на грани кипения, но, чтобы вы не наломали дров, придется. На самом деле вам только кажется, что вы - люди из плоти и крови.

-А кто же мы, по-вашему? - спросил Алексей.

-Интересный вопрос, на который у меня нет точного ответа. Вот только если бы вы были теми, за кого себя принимаете, это означало бы, что вы попали сюда путем перемещения из мира привычного в мир этот. А для этого вам необходимо было бы исчезнуть там. Но разве что-то или кто-то там исчезает, когда кто-то перестает на это надеяться?

-Хотите сказать, что мы - что-то типа клонов?

-Скорее, что-то типа оживших образов. Но это утверждение спорно. Бесспорно то, что вы сможете лишь исчезнуть отсюда, но никак не вернуться туда, откуда вы не исчезали. Я знаю, это трудно принять, но вам придется это сделать, если хотите сохранить себе жизнь.