# Алые венки

Макс Каменски

Цикл рассказов: "Баллады старого Илая". Рассказ 17

Глава 4. Алые венки


***


Утро очередного дня для войск Эратума, стоявшего лагерем на берегу Ит, было холодным и промозглым. Ко всему прочему с реки плотными клубами растекся туман и непроглядными пластами залегал среди камышей, папоротников и осоки. Наверное, если бы не последнее обстоятельство, то дозорные гораздо раньше смогли бы заметить опасность, однако несколько месяцев безделья в приречных низменностях не прошли для воинов напрасно - внимание притупилось, поводов выпить прибавлялось ежечастно, а распутных женщин в лагере развелось сверх всякой меры. С другой стороны, направленные Айроном на берега ниже по течению Ит команды рейнджеров Невельсдора резали часовых и дозорных эратумцев с примечательной скоростью и усердием, что тоже значительно понизило шансы эратумцев вовремя отреагировать на угрозу. Поэтому, когда на рассвете из клубящегося молоком тумана чудовищным грохотом заговорили пушки с десятков кораблей, эффект неожиданности для Эратума был не просто большим, а невероятно громадным и разрушительным для всего доблестного воинства Эратумцев, к тому времени насчитывавшего не меньше семидесяти тысяч копий на берегах Ит.

Айрон был в одной из первых шлюпок, что шла к берегу от кораблей на высадку, и благодаря эльфийскому наследству его рода хорошо видел происходившее на берегу - туман почти не мешал острому зрению. Столбы дыма, земли и огня вздымались по всему лагерю, разметая в стороны шатры, оружие и тела. Вопли и крики наполнили воздух подобно жужжанию пчел и мух в полуденный зной. Не менее треста стволов единовременно посыпали на берег разрывные чугунные ядра, которые при столкновении с землей взрывались и разбрасывали вокруг себя картечь. При такой кучности люди погибали десятками при одном попадании. Местность вокруг реки была равнинная, спрятаться было сложно. Александр сказал Айрону, что его пушки прекрасно проявили себя на Туманных островах, выкорчевав пиратов почти под корень.

Огню орудий вторили маги, наколдовавшие огненные смерчи в различных местах лагеря и обрушив на головы несчастных настоящие дожди из маленьких метеоритов - взрывались они, надо сказать, еще более эффектно, чем пушечные ядра: настоящие огненные грибы поднимались на десятки метров в небо, вознося за собой свои растерзанные жертвы и клочья земли. Плотный пушечный огонь и магия тем временем рассеяли туман, и стрелкам стали отлично видны стрелы - с кораблей посыпались стрелы лучников лорда Виго и лорда Кайрю.

При такой обработке берега десант, естественно, встречали только трупы и раненные - еще оставшиеся в живых пытались сформировать оборону дальше на суше, поэтому Айрону удалось под зычные команды десантников и своего верного начальника личной охраны Эрика сформировать несколько клиньев по двести бойцов и направиться внутрь пылающего ада. Корабли тем временем перенесли свой огонь вверх по течению, куда еще шлюшки только направлялись.

Боем происходящее на берегу, конечно, было назвать сложно, скорее избиением: плотный строй латников Детей Восхода стальными клиньями, ощетинившимися копьями, буквально размалывала нестройное сопротивление врага. Сонные и ошарашенные, многие из которых были раздеты до нижнего белья, воины Эратума не могли собраться вместе и организовать оборону - клинья десанта как ножи сквозь масло прорубали себе кровавые борозды. Следом за авангардом двигались уже отдельными группами оставшаяся пехота Детей Восхода, а с тыла их прикрывали морские волки Александра.

Конечно, среди воинов Эратума были и герои. Так на ведшего десант в первом ряду Айрона бросился какой-то из бойцов, раздетый по пояс, буквальной с голыми руками. Кесарь не попал в него копьем и орущий как безумный вояка вцепился в щит Айрона, гроза повалить кесаря под тяжестью стали. Однако кто-то из второго ряда исхитрился из-под мышки Айрона ткнуть врага в бок копьем - тот взвыл и упал на землю, а Айрон следом раскроил ему череп концом своего остроугольного щита. Несколько раз пара десятков эратумцев умудрялись зацепляться за небольшие бугорки, даже вставали строем, но набравшие ход сотни Ильдена опрокидывали из неорганизованное сопротивление, заставляя все бросать и отправляться на утек.

Через полчаса битвы основная армия Эратума была рассеяна. Однако это нельзя было бы назвать победой, если б не было организовано преследование - враг мог снова собраться постепенно в кулак и тогда уже на равнинах Эратума еще большой вопрос, смог бы десант противостоять многотысячному войску. А из Ильдена экспедиция с собой тяжелую конницу не взяла. Была только легкая сто стороны неожиданных союзников.

- Стой! - скомандовали один за другим десятники отряда Айрона, выполняя его приказ. Кесарь оставил воинов плотным строем держать позицию, а сам направился в тыл. Там его уже ждал воин верхом на белом коне в блестящих позолотой доспехах с перевязями разноцветных тканей. Шах Манипутра.

- Мой кесарь! - воскликнул сын Эратума и ловко соскочил на землю. Айрон даже не успел что-то ответить, прежде чем шах оказался на коленях. - Да пребудет с тобой благодать всех лик нашего Творца!

- Встань, Манипутра, я не люблю лишних любезностей, - дернув щекой молвил Айрон.

- Как будет угодно моему кесарю! - вскочив на ноги, пропел Манипутра, но при этом умудрился держать голову склоненной.

- Манипутра, твои всадники уже высадились? - спросил Айрон, смотря как выше по течению корабли продолжают извергать десятки пушечных залпов.

- Еще четверть солнечного пути и мы готовы к действию, - отчеканил шах.

Айрон прикинул, что это где-то полтора часа по исчислению Ильдена.

- Долго. Поторопи. Мне нужно что бы ты начал преследование врага с восточного фланга. Всех, кто не сдается - перебить. Все, кто просит пощады - одари алым венком.

Манипутра улыбнулся. И легким движением поправил стопку веноков из сплетенных красных листьев колеуса, висевших у него на боку. Точно такой же был надет на высокий шлем-шишак самого шаха.

- Будет сделано, мой кесарь! - воскликнул Манипутра и в многовение ока оказавшись на коне, помчался к высаживавшимся на берегу всадникам, блестящих доспехами в перевязи разноцветных тканей.

Айрон задумчиво посмотрел скачущему Манипутре в след. Справа подошел Эрик.

- Мой кесарь, - тяжело дыша, обратился он. Айрон повернулся к нему. Начальник его стражи был высоким, широкоплечим молодым сыном Ильдена, с красивыми точеными чертами лица, будто обработанными скульптором, с целой россыпью серебристых волос, струившихся по плечам. Сильные скулы, волевой подбородок, большие и по-детски наивные глаза. А еще раскрасневшиеся от эмоций и усилий щеки.

- Эрик, организуй наблюдение за нашими новыми друзьями. Я бы не хотел, чтобы шах сейчас собрал всех бежавших и объединив их под своим знаменем, ударил нам в спину.

- Отрядить рейнджеров?

- Нет. Возьми сам полсотни воинов из резерва и коней из запасов Манипутры у них на корабле. Постарайся не быть навязчивым, но если что-то будет не так, сообщи.

- Слушаюсь, мой кесарь! - отсолютовав, воскликнул Эрик и помчался выполнять указание.

Айрон кивнул, приказал Детям Восхода закрепиться и обустроить временный лагерь на берегу, обыскать фураж врага. Сейчас многое зависит от шаха Манипутры. А также от Александра, который должен был развивать наступление выше по течению Ит. И как раз оттуда доносятся слишком уж рьяные звуки боя. Испив воды и вина для азарта, Айрон двинулся с лучниками лорда Ваго и Кайрю на помощь морским волкам.


Эспедиция к Истору вышла невероятно удачным предприятием. Георг сделал все возможное и невозможное, снарядив все обозначенные Айроном войска в нужное время. Как сказал потом старый сенешаль, в этом ему помогли все возможные боги этого мира, не иначе.

Уходя, Айрон долгое время держал совет с Эльвутом и Робаром, оставляя на них основную армию, и направился на корабли в тяжелых думах. Эльвут был хорошим воякой, но командиром не самым важным. Конечно, он будет действовать в соответствии с указаниями кесаря, но война - дело обстоятельств, в ней всегда много неожиданностей и изменения обстановки. Необходимо быстро и вовремя реагировать, однако Эльвут больше привык к приграничным выматывающим боям, чем к быстрым тактическим шагам. Ко всему прочему, Айва и Нуэ буквально не отходили от кесаря, постоянно ловя его взгляд влажными от слез глазами. Девушки никак не могли забыть события пленения Айрона дядей и страшились отсутствия своего защитника. Однако на море и в Истор красавицам путь был однозначно заказан. Предприятие был со всех сторон авантюрным и непредсказуемым.

Однако все получилось до невероятного просто. Александр собрал у Истора почти сто пятьдесят кораблей, которые сходу обрушили на стены и гавань Истора дождь ядер. При помощи магов Айрона, снаряды прошли сквозь хилые, по словам чародеев, защитные барьеры города в миг образовали бреши в стенах и начали пожар в городе. Под гром пушек, воины Айрона и морские волки Александра с последним во главе высадились в гавани, не встретив вообще никакого сопротивления и двинулись в город. У стен наступающих сначала встретили крепко - несколько сотен известных уже Айрону синеглазых сопротивлялись усердно, но отчего их было очень мало - всех до единого достаточно быстро порубили экспедиционные войска. Хорошо постарались и лучники лорда Ваго - они были через плечи пехотинцев и разили противника наповал.

Поскольку пушки кораблей Александра в пух и прах разбили ворота и береговые укрепления, пешая армия союзников Трои и Ильдена вступила в город, не теряя время на преодоление препятствий. Разделившись на три части под командованием Айрона, Александра и Эрика, войска Ильдена устремились на улицы Истор. Сопротивление врага было исключительно вялым. Как оказалось позднее, основные силы за пару дней до этого ушли в лагерь на реке Ит, оставив город на попечение нескольких тысяч гарнизонных отрядов, среди которых синеглазых было не очень много.

Но главный успех обеспечили сами шахи Истор. Далеко не все они обзавелись синими глазами. Их к этому постепенно принуждала самая влиятельная семья Утани, которую возглавлял самый настоящий чародей. Александр лично повел своих бойцов на приступ усадьбы этого шаха - у властителя Трои были свои давние счеты к семейству Утани, которое возглавляло походы на его город. Однако глава этой ненавистной Александру семби - Угадин своей магией дал прикурить морским волкам. Огненными смерчами он посеял панику среди них, и воины Александра чуть не побежали. Но хвала богам, к ним подоспел ковен магов, который вскоре отразил волшбу Угадина и обеспечил морским волкам прикрытие. В итоге усадьба была взята, и все её синеглазые обитатели перебиты до единого. Помимо Утани были еще семьи Гульба, Аната и Санони, усадьбы которых взяли Айрон с Эриком. Вместе с убитыми шахами, были разрушены чудовищные машины, предназначение которых сразу не понравилось магам.

Еще во время боев в районах ворот при атаке на владения Аната передовой отряд Детей Восхода ворвался во внутренний двор великолепного дома этой семьи, явно имевшей невероятные богатства, и тут же нарвался на странный фонтан, который окружало несколько голубых сфер. Если бы не маги, следовавшие за пехотинцами, воины скорее всего все до единого обзавелись бы синими глазами. Однако магики вовремя нанесли мощный удар по страшной машине, расколов сферы. Как потом понял Айрон, именно с помощью этих устройств обращались люди в синеглазых. По рассказам, все обычно происходило после приглашения на прогулку и обед. А слуг вели к фонтанами целыми толпами как скот.

Однако воинов, владевших даром голубых сфер, в Истор было немного - большинство погибли у ворот в гавани. Проблему создали люди из обычного населения и слуг - среди них было много тех, кто имел синие глаза. В итоге на них больше всего времени и было потрачено. Причем с помощью сил шахов других семей, которых возглавил амбициозный молодой лидер - Манипутра. Знаком его семьи был красный венок на желтом фоне - такой штандарт он держал в руках, когда приклонил перед Айроном колено. И их во множестве он передал командиров отрядов, согласившихся вместе с ним бороться против общего синеглазого врага.

К исходу дня все очаги сопротивления были подавлены. Несколько десятков тысяч синеглазых было уничтожено. Поздним вечером все оставшиеся в живых шахи были приведены к присяге на верность кесарю Ильдену, а их дружины были объединены под руководством шаха Манипутры. К утру кесарь приказал готовится к отправке вверх по течению Ит.

Несмотря на скорое взятие столицы врага, Айрона беспокоило два основных момента: во-первых, согласно плану армия Эратума на реке Ит не должна была знать о падении Истор. Однако в городе было много синеглазых, а они между собой общаются на дальнем расстоянии, как было уже замечено в Зеленых лугах. Во-вторых, немалые силы эратумцев находились на юге на границе с Троей. Это не менее сорока тысяч мечей.

- Мы можем связать их боем, - предложил Александр, склонившись над картой. Ожидая погрузки воинов на корабли, вошедших через гавань Истора в реку Ит, Айрон с Александров собрались на приватный совет в одной из разрушенных усадеб. Единственным уцелевшим помещением в ней была обеденная гостиная, в которой располагался длинный дубовый стол с рядами позолоченных стульев. Правда, позолоту всю соскребли воины, но по остаткам можно было догадаться о первоначальном их виде. В дальнем от входа конце еще тлели угли в камине, выложенным из мрамора, а стены украли разноцветные ткани с цветочной вязью. Еще должны были быть подсвечники и люстры, но их победили скорее всего содрали. Поэтому рассматривать карту приходилось при свете обычной лучины. Хотя в помещении были окна, но они были очень узкими и походили скорее на бойницы.

- У тебя хватит людей, чтобы это сделать? - нахмурился Айрон, разглядывая зигзаги приграничной с Троей линии. Судя по всему, граница сложилась из-за долгого и противоречивого фронтового противодействия двух армий. Никто не мог взять вверх - редкие удачи на одних участках сменялись поражениям на других. Так вот граница и скакала как волна. Впрочем, Айрон предполагал, что ни Троя, ни Эратум всерьез не рассматривали варианты полномасштабного вторжения друг в друга. Конфликт между друг друга воспринимался многие годы обеими сторонами в качестве политического повода для тех или иных решений, которые заставляли подчиненное население принимать как данность под гнетом обстоятельств. Однако когда в Трое власть захватил Александр, то ситуация во многом поменялась.

- На несколько недель мы точно их задержим, - кивнул Александр. - Иначе они рискуют оставить нас в тылу, - задумчиво ответил Александр.

- Они могут рискнуть, - продолжал сомневаться Айрон. - А без кораблей нам точно не дай бой целой армии в чистом поле.

Александр, почесал небритый подбородок огромным кулачищей. Как уже заметил Айрон, властитель Трои делал так всегда, когда о чем-то усиленно размышлял.

- Что твои марионетки? - спросил он после недолго раздумья.

- С нами сейчас отправляется три тысячи легкой конницы. Этого достаточно для организации преследований разбитой армии. В окрестностях же Истор шахи могут насобирать еще тысяч десять. Так, по крайней мере говорят шахи.

- С границы я могу собрать почти двадцать тысяч мечей. Из них в поле, конечно, вояки так себе. Но шесть тысяч - закаленные наемники, в основном орки.

- Проклятые отроки? - вспомнил Айрон рассказ Невельсдора о служивших у Александра очаянных рубаках, собранных из разных народов, но в большинстве своем из орков.

- Это неофициальное название, - улыбнулся Александр. Несмотря на свой устрашающий вид, этот гигант умел улыбаться невероятно очаровательно и располагающе. - Вождь их, Бранздак, предпочитает называть своё племя Горевестниками.

- Однако среди них есть люди.

- Штурмовики, как они себя называют, - хмыкнул Александр. - Бранздак использует их в качестве пушечного мяса, предпочитая беречь своих соплеменников.

- Откуда они здесь?

- Их южных степей, что за морем. Егип почти поголовно вырезал всех степняков, когда их основные массы прорвались на север, в Лунное Королевство. Из племени Барнздака воины вернулись одними из первых - не брали с собой женщин, уходили только в набег. Однако вернулись на пепелища. Мстить Египу сил не было, хотя и пытались. Однако черноокие люди прижали их к морю, где вовремя оказался я и нанял побитых вояк на службу.

Айрон промолчал. Еще в детстве он много слышал о лунных людях и об их непобедимом короле Антаресе, завоевавшим четверть века назад половину мира. Однако Королевство Ильден почти никак не контактировало с огромным северным соседом. Отделенное от него соседями, Королевство варилось в своих проблемах. Разве что вездесущие купцы имели какие-то торговые интересы, однако при отце Айрона, особого интереса в сношениях с Лунным Королевством ни у кого не возникало.

- Хорошо. Тогда если твои люди свяжут врага на границе, у нас будет время собрать армию из шахов и зажать противника между молотом и наковальней, - прикинул Айрон.

- Времени собирать не будет, мой кесарь. Ты на волне успеха не забыл, что твоему собственному государству угрожает гораздо более страшный враг?

Кесарь поджал губы. Не забыл. И думал об этом ежечасно, вспоминая взгляды Айвы и Нуэ.

- Тогда что же ты предлагаешь?

- Если на Ит нас не оставит удача, надо сразу же собирать все наше разношёрстое воинство и выдвигаться на юг.

- Как это поможет мне спасти своё королевство?

- Пока Эратум не сломлен, именно твое Королевство между молотом и наковальней. А южное воинство эратумцев все же не нельзя оставлять без внимания. Разбив её ты покончишь с организованной силой старого порядка и покажешь, что именно ты - единственное будущее местной знати.

- Если только они все сейчас не обзаведутся синими глазами.

- Как мы видим, они не спешили это делать. А объявленная тобой милость всем тебе присягнувшим еще больше зародила в них сомнение служить ли странным целям чародеев.

- Хорошо. А если все же южная армия снимется с рубежей и двинется к столице? - продолжал сомневаться Айрон.

- Тогда мы постараемся зажать их между двух армий. Это даже будет гораздо проще сделать.

- Ты сможешь так скоординировать действия южной армии? - засомневался Айрон. Вот так вот просто, будучи раскинутыми на многие километры друг от друга войска скорее разминутся или же перемешаются как-то не впопад. Здесь воронами и гонцами крайне трудно управится.

- Кесарь, можешь не беспокоится, - сказал Александр с каменным лицом. - У меня есть свои способы связываться с подчиненными. Я днем и ночью смотрю вокруг нас на многие километры. И, поверь, кесарь, знаю очень многое.

Айрон воспринял сказанное молча. Но в который раз задумался, насколько он мог доверять своему неожиданному союзнику. Где та грань, где они действуют совместно, а где Александр манипулирует им. Для себя это понять молодой кесарь не мог. Он вообще часто ловил себя на мысли, что не очень селен в интригах и той самой игре полунамеков и полуобещаний, которую принято называть дипломатией. Как строить хозяйство государственное и бить врагов Айрон знал, а вот извиваться среди всевозможных групп интересов и государей, молодого правителя как-то не научили. А сам учиться этому он по нутру своему не хотел.

- Тогда решено. Сейчас направляемся на Ит, далее уже по ситуации решаем, что будем делать с южной армией. Твои войска нажмут на рубежи?

- Немедля после нашего совета, мой кесарь, - кивнул Александр.

- Хорошо. Тогда займемся каждый своим делом, - сказал Айрон, отстраняясь от карты.

- И еще, мой кесарь. Присмотрись к этому Манипутре. Я понимаю, что оснований доверять мне у тебя не больше, хотя мы уже вместе стояли спина к спине в драке. Однако этот наряженный щегол хоть и сыплет сладкими словами, венки красные раздает из своих рук. Думаю, ты понимаешь, о чем я.

Да, Айрон понимал. Хотя сначала ему идея очень понравилась - она позволяла объединить разношерстую толпу шахов. Другое дело, что в этом действии был и другой смысл. Объединялись же они не вокруг Айрона, а одного из своих.


Пока ниже по течению Дети Восхода укрепляли лагерь, западнее на реке Ит бой только разгорался. В этом месте по большей части равнинная местность, прилегавшая к руслу, неожиданно вздымалась подобно спине разъяренной кошки, и образовывала холм, на котором располагался западный фланг воинства Эратума. Утыканные кольями слоны представляли естественное препятствие для высадившегося десанта, который сходу завяз в бою и никак не мог скинуть противника с высоты. Не помогла и канонада пушек. Эратумцы попрятались во время обстрела на том склоне, а затем морские волки уже перемешались с защитниками и палить стало опасно. Резервы же врага прятались с другой от реки стороны.

Александр стоял у берега и, облокотившись на огромную секиру, внимательно наблюдал за происходящим. Хотя защитников было больше, чем нападающих, но пока что они предпочитали отражать атаки, но не переходить в наступление.

- Нас так могут и в воду опрокинуть, - сказал Айрон.

- Могут, - хмыкнул Александр. Все его доспехи, вместе с отороченным на шее и плечах мехом были покрыты кровью. Властитель Трои обожал драки и бросался в них подобно урагану, сея вокруг себя кровь. - Если продолжил толкаться здесь. Однако мой кесарь привел правильных солдат с собой. Предлагаю следующее: я брошусь здесь в прорыв, дам им отведать стального кулака. А вам бы со стрелками да вон с той сотней молодцев со штурмовыми щитами, обойти с той стороны, ладе засыпать стрелами прижавшихся к склону гадов.

Айрон быстро прикинул вариант и согласился. Кивнув Александру, он скомандовал сотне морских волков, которые после одобрительного оклика своего властителя, посмешили следом за кесарем и лучниками. Обойти холм никто не мешал - почти со всех сторон его окружили воины Александра. Однако это выглядело весьма странно - целый рой войск Эратума облепил холм, а окружила их жиденькая цепь воюзных войск Ильдена и Трои. Однако почему так получилось, размышлять было мало времени - враг тоже имел своих стрелков, хотя и немного. Взрывы подорвали склады и фураж, поэтому лучники стреляли тем, что оставалось на ночь при себе, или удалось найти на холме.

- Стену щитов, в два ряда. Быстро, - командовал Айрон. На него смотрели глаза на хмурых, иссечённых в битвах лицах морских вояк. Как они воспринимали кесаря? Нет ли среди них тех, кто сейчас в пылу боя как бы невзначай ткнет Айрона копьем с широким концом и как потом пойдет История Ильдена - одним богам известно.

Однако сейчас воины Александра молча выполнили требование кесаря - разве что десятники так и раз так помянули матерей своих подчиненных, требуя скорости. Спустя незначительное время Айрона закрыла стена из щитов - они поставили на землю первый ряд, второй ряд поставил сверху на щиты первого. Метра в три с половиной стрелков закрыла преграда, в которую, со звонким стуком сначала посыпались стрелы врага, а затем забились уже смекнувшие в чем дело защитники высоты.

- Навесом по скоплению противника! Бей! - приказал Айрон, сам встав рядом со стрелками, готовясь вступить в рукопашную, если прорвут строй. Однако вояки Александра держались крепко, разве чуть шатаясь под ударами противника, синхронно тыча в противников копьями.

Стрелы густо навесом полетели во врага. Тот сначала начал также отстреливаться и несколько бойцов лорда Карью уткнулось в землю, храпя и завывая. Но очень быстро ответные выстрелы замолчали. Айрон отошел немного назад из-под укрытия щитов, и осторожно поглядел поверх щитов и заметил, как противник мечется на высоте. Стрелы воинов лорда Ваго и Кайрю так кучно и точно падают, что раненные и убитые словно камушки во время сели катятся вниз, под подошву холма.

- Хорошо ш катються, - пробормотал старый вояка лорд Ваго. Из-за выбитых зубов в правой части лица, говорил он прискверно да еще и плевался. Через всю правую часть лица шел уродливый шрам - это когда-то в землях огня молодого наследника рода Ваго приложил зомби копьем. С тех пор в любви у лорда успеха не было. Но равных ему в стрельбе не было, как и его воинам, которых он лично муштровал.

- Сдержим ли натиск? - покачал головой Айрон и вовремя поднял щит - шальная стрела тут же чиркнула по нему.

- А шо не сдершать то. Надо стрелять еще кучнее, - хмыкнул старик и невероятным образом пустил три стрелы одну за другой так быстро, что Айрон только раз успел хлопнуть глазами. Куда они полетели, кесарь не видел, но не сомневался, что какая-то из них достигла своей цели.

Враги на холму стали постепенно откатываться обратно к реке. Несмотря на то, что стена прямоугольных щитов все же в какой-то момент начала зиять брешами и поддаваться назад, большая часть тех, кто оставался на высоте, видели свое спасение не внизу, где кучами лежали убитые и с тяжестью дрались те, кто пытались пробиться сквозь стену щитов, а на другой стороне холма, куда не доставали стрелы.

Когда масса врага схлынула на другую сторону, земля затряслась под ногами, а уши заложило от грома взрывов. Айрон скомандовал отступить в сторону: спустя какое-то время высока буквально лопнула от количества взрывных ядер, пущенных в неё. Все вокруг заволокло густым дымом, защипало глаза. С неба посыпались комья земли и сорванный дерн.

Пока Айрон с воинами протирали от слез глаза и откашливались, дым начал рассеиваться. Если бы враг еще сохранил боеспособность, он бы легко смял отряд Айрона, но никого вокруг из эратумцев не было. Только раненные кричали и молили о помощи где-то в тумане и земле.

Рядом с Айроном выросла широкоплечая фигура Александра. С ног до головы он был в чужой крови и перемазан землей и сажей. Улыбаясь во весь рот, властитель Трои зычно объявил:

- Ох, кесарь, ну и пировать же мы будем во славу этой битвы! Заслужили.

Айрон хотел было что-то устало возразить, что хмельное после драки не всегда к добру, тем более они на вражеской территории, но среди еще дымного и плохо различимого поля боя раздались встревоженные крики:

- Кесарь! Кесарь! Мне нужен кесарь! Срочно!

Следом за воплями раздалось конское ржание. Манипутра вернулся?

Неожиданно к Айрону и Александру со стороны берега выскочило два всадника. В одном из них по темно-фиолетовому доспеху кесарь сразу признал своего начальника стражи, а вот другой был разодел в привычные одежды эратумских воинов, на непокрытой голове его лежал алый венок.

- Мой кесарь! - воскликнул эратумец, спригивая с коня. Айрон краем глаза заметил, что Эрик неувренно держится в седле и его клонит в сторону. В следующий миг его подхватил Александр, когда начальник стражи начал валиться с коня. Эратумец же затараторил: - Манипутра. Он вас предал, мой кесарь! Он собрал разбежавшихся воинов, кого смог, и сейчас ведет сюда. Они атакуют ваши позиции и сметут вас в реку! У них много конницы!

Айрон переглянулся с Александром, который аккуратно уложил Эрика на землю. Рядом с начальником стражи уже засуетился полковой лекарь морских волков, кликнутый Александром из своих. Эрик был в сознании, но очень бледен - когда с него сняли шлем, Айрону показалось, что цвет его лица был таким же, как его серебристые волосы. Судя по множественным вмятинам на панцире, молодому парню досталось изрядно. Лекарь колдовал где-то в районе левого бока. Скверно дела.

Но неожиданно Эрик ухватился за плечо колдовавшего над ним врача и, широко раскрыв глаза, начал кого-то искать. Увидев Айрона, он с трудом проговорил:

- Манипутра предатель. Упатра, его воины... Они спасли меня, - после этих слов, Эрик закатил глаза и рухнул на землю. Лекарь продолжил усиленно перевязывать его рану, попросил позвать мага.

Хотя Айрону хотелось тот же подскочить к своему верному воину и оказать ему поддержку в сложные для него минуты, возможно, последние, но он насилу сдержал себя - Александр вопросительно смотрел на него и ждал решений.

- Если останемся на берегу, они сбросят нас в реку, - начал говорить в слух Айрон.

- Скорее всего. Пушки нам не помогут. Или придется стрелять и по своим, и по чужим. Тогда мы просто останемся без армии, - согласился Александр.

- Зацепиться здесь не за что особо. Холма почти не осталось, - продолжал размышлять кесарь, окинув взглядом бывшую высотку, которая превратилась в основательно перелопаченный бугор.

- Но все же он есть. И на реке есть корабли с пушками и магами на борту, - поджал губы властитель Трои.

- Что если нам не делать того, что они от нас сейчас ждут? Скорее всего Манипутра думает, что мы выставим копья и щиты, прикрыв тыл и фланг рекой, и будем ждать их в позиционной битве.

- Ага, а он тем временем свяжет наш центр пехотой, а в открытый фланг ударит конницей. Зажатые с двух сторон, бойцы начнут скатываться в воду и затем наступит паника, - кивнул Александр.

- Тогда нам нужно приготовить для них самих такую ловушку. Оставим заслон этого холма. Манипутра вряд ли с ходу разберется в чем дело и набросится на него. Мы же с основным войском уйдем выше по течению. За нами отойдут и корабли. Затем пехотинцы сделают крюк и вернуться обратно к холму, выйдя нашим горесоюзничкам в тыл. Корабли же к этому времени вернутся и ударят по заполнившим берег войскам Манипутры.

- Думаю, что решено, - одобрил Александр.

Айрон посмотрел на того, кого Эрик назвал Упатрой.

- Ты пойдешь с нами, - холодно сказал Айрон.

- Слушаюсь и повинуюсь, - низко поклонился эратумец.

- И сними с себя и своих подчиненных, если такие есть, эти чертовы венки. Теперь это точный знак предателя. Эй, сотник, вели Детям Восхода срочно собраться и явиться сюда. Александр. Предлагаю оставить здесь сотню твоих ветеранов с осадными щитами, пару сотен Детей восхода и твоих морских волков. В прикрытие им дадим лучников лорда Кайрю и Ваго.

- Согласен, - кивнул Александр. - Надо поторапливаться. А то Магипутра уже скоро нагрянет.

- Тогда все делаем как можно быстрее! - воскликнул Айрон. - А ну не лежать и не терять бодрости! У нас с вами еще много работы. Быстрей, быстрей!


Все вышло более, чем удачно. Спустя не более получаса как корабли пошли выше по течению Ит, а основная часть армии под руководством Айрона и Александра направилась строго на север, обходя фланги наступающего Манипутры, на оставленный заслон обрушилась разношерстая толпа, приведенная предателем в алом венке. По большей части воины были плохо организованы и вооружены, но массой своей могли потеснить и более сильный отряд, чем тот, что занял позиции у разбитого холма.

Как и ожидал Айрон, вслед за пехотой появилась конница. Возглавляемая самим Манипутрой, воинственно визжащим и скандирующим разнообразные лозунги на своем языке, масса всадников обрушилась на незащищенный фланг заслона. Конечно, воины выставили копья и щиты, однако для набравшей скорость конницы, пускай даже и легкой, это было слабой защитой. Завязалась свалка, ветераны с прямоугольными осадными щитами стали падать на землю один за другим, поливая своей кровью раскисшую и перетоптанную землю под ногами. Не помогали и лучники - хоть они были точно и быстро, врагов все равно было много. Да и напавшая конница заставила многих из них похватать с поясов короткие мечи и вступить в рукопашную. Еще бы чуть чуть, и битва превратилась бы в бойню для пришедших на реку экспедиционных сил.

Но вот из-за мыса появились корабли. Сначала в горячке боя никто из эратумцев не обратил на них внимания, но когда загромыхали залпы пушек, воинов противника словно парализовало. Опять. Снова этот кошмар от которого они в смешке бежали. Но зачем, зачем они вернулись на проклятый берег?

И тут под звуки рогов из ниоткуда в тылу и во фланге воинства Манипутры появились закованные в сталь полки Детей Восхода и морских волков. Распевая песни и понося матерей эратумцев, вояки ощетинились копьями и резво наступали на быстро растерявших боевой дух воинов Манипутры. Они даже не сошлись с противников в новой схватке, как принялись очертя голову бежать. То же самое было со многими всадниками. В итоге отошедшему войску осталось только несколько сотен самых отчаянных сторонников предателя, которых зажали в кулак и перебили всех до единого. Манипутру Айрон в бою не застал. Потом его нашли среди груды трупов - ему снесло голову шальным ядром. Уже в конце сражения, Айрон приметил странных птиц с красивыми хвостами, бродивших у камышей рядом с рекой. Видимо от взрывов птицы ошалели, поэтому бродили вокруг совершено бесцельно, то распушая, то собирая свои хвосты. Айрон обратил внимание, что узор их перьев напоминал глаза.

- Что это за птицы? - спросил у воинов кесарь.

- Это павлины, - ответил один из морских волков. - Таких много к северу от этих мест. Как они здесь оказались, ума не приложу.

- Очень многое, что делается, ведомо только богам, - проговорил Айрон. - Поймайте их. Осторожно ошипайте, чтоб сохранить перья. Мясо же на супы, а перья - мне передайте.

Окончив сражение, кесарь приказал войску встать лагерем чуть западнее места битвы. Однако на месте боя осталось так много мертвецов, что к вечеру вокруг Ит начал распространяться невероятный смрад. Не выдержав, воины запросили права подняться чуть выше по течению и там встань стоянкой. На удачу разведчики обнаружили там несколько холмов, вокруг которых можно было встать лагерем и ощетинится кольями.

Измученный битвой Айрон завалился спать на землю в шатре, не став ждать, пока стража распакует его походные перины. Надо сказать, что стражники тоже валились с ног и попадали спать вокруг шатра, не став разбивать палатки, благо погода улучшилась и стало тепло (как выяснили у пленных, это было свойственно для этих мест). Эрик, как и многие раненные, ночевали на кораблях, где за ними наблюдали маги. Не меньше сотни бойцов нуждались в том, чтобы их снова поставили на ноги. Однако почти шесть с половиной сотен из союзного воинства больше не нуждались ни в чем. Сколько же погибло врагов, никто не считал. Но никто не сомневался, что счет шел на тысячи.

Точную цифру сообщил с утра Упатра. Он просил срочной аудиенции у кесаря, пререкаясь со стражниками, не пускавшими его в шатер. Сонный Айрон, который даже не снял кожанных доспех на ночь, велел впустить сына Эратума.

В отличие от Манипутры, он не падал на колени и не изливался тысячами мягких слов. Кланился только при встрече и уходе. Говорил сухо.

- Мой кесарь, вы уничтожили почти пятнадцать тысяч человек, - сказал он вместе приветственных слов. - Столько за раз Эратум не терял еще ни в одной войне.

- Думаю, терял. Мы вас перебили уже больше в Зеленых лугах, - скептически проговорил Айрон.

- В одном сражении, - упорно продолжал эратумец. - Мертвые лежат на всем изгибе Ит. А столица Истор, говорят, в руинах...

- Нет. Кроме нескольких домов шахов и пары участков стен, город в целом, в порядке, - снова не согласился кесарь.

- Как бы то ни было, король Ильдена показал, что может быть великим воином и полководцем. Это очень много значит для моего народа.

- Да неужели? - хмыкнул Айрон. - С чего бы это?

- Я понимаю сомнения в сердце короля. Пес Манипутра показал, чего иногда стоит преданность шахов. Но я не один из них, - ударив себя кулаком в грудь, заявил Упатра. - Я был крестьянином, когда меня угнали в солдаты. Я сражался в воинах шахов, я ходил походами в Этин, я умирал в вонючих канавах, что изрезали границы с Троей. Никто не спрашивал Упатру, хочет ли он воевать, хотел ли он... И так со многими здесь. Веками нами правит мелкая горстка расфуфыренных лицемеров. Ха! Король хотел бы знать, откуда я так знаю язык Ильдена? Моих предков угнали когда-то из Зеленых лугов. Да. Волосы мои черные как смоль, но сердце мои предки всегда смотрели на восток. Как и многие другие невольники этих земель.

- Ближе к делу Упатра. К чему ты клонишь? - нетерпеливо потребовал Айрон. Все это время он стоял посреди шатра и пытался сквозь сонную дрему понять, что от него хочет явно возбужденный и эмоциональный эратумец.

- К тому, что если король хочет земли Эратума, то не делайте ставку более на шахов. Эти лживые собаки ударят в любой момент тебе в спину.

- А на кого же мне опираться? - нахмурился кесарь.

- На народ.

- Народ... народ даже в Ильдене разобщен безразличием и завистью. Чем же я смогу объединить народ во враждебной мне земле?

- Свободой. Мы слышали о Землях Солнца. Хоть здесь не бродят мертвецы, но правят нами шакалы с мертвыми душами. Отними, король, у них власть.

- Да... Мне тоже так казалось, но все гораздо сложнее, чем кажется, Упатра, - грустно сказал Айрон, отстраненно посмотрел сквозь эратумца. - Но как оказалось на деле, люди сами по себе не способны на организацию. И не важно в какой земле они родились. Массам всегда нужны пастухи. И если над ними их не поставить, они сами себе изберут своих пастухов. И те, возможно, будут стараться быть справедливыми и нести в своем сердце только самые добрые помысли. Быть может, они смогут передать этот свет и своим детям, которые постараются следовать заветом старших и переймут благодетель из их слабеющих с годами рук. Но вот дальше... дальше будут потомки, которые будут пользоваться благами избранных из общего числа. И причины этой избранности будут постепенно исчезать тем быстрее, чем дальше потоки первых пастухов будут от причин тех событий, которые вознесли их предков над массами. Поэтому ты просишь меня, Упатра, просто отомстить за тебя и тебе подобных за годы унижений и просто поменять вас местами. Но станете ли вы или ваши дети лучше этих шахов?

- Во всяком случае пока дышит наш король, свет в наших руках не угаснет, - неожиданно ясно и четко возвестил Упатра.

Айрон промолчал и посмотрел в карие глаза эратумца. Еще какое-то время назад, такие слова могли бы разжечь в его молодом сердце невероятный порыв. Но сейчас... спустя все, что он видел, многое теперь казалось многогранным и неоднозначным.

- В любом случае мой король может использовать во благо то, что шахи массово продают своих крестьян.

- Продают? - Айрон не сразу понял, что сейчас ему сказал Александр. Смысл слов стал доходить постепенно.

- Да. Целые вереницы вчерашних землепашцев отправляются севернее через мосты Дракона, где их забирают люди в черных балахонах и уводят в неизвестном направлении.

- И это началось недавно?

- Примерно тогда же, когда пришли люди с синими глазами.

Айрона осенила ужасная догадка.

- Далеко ли эти мосты?

- День пути в пешем строе.

- Что с разбежавшейся армией? Ты?

- Кесарь, кесарь, - раздался крик снаружи палатки. Следом внутрь ворвался запыхавшийся солдат.

- Что стряслось? - у Айрона все похолодело.

- Кесарь, там... армия... Много. Они вокруг нас.

- Так что же? Стройтесь к бою.

- Они прислали переговорщиков и...

- И что?

- У них нет знамен. Только белое полотно на деревянной пике, а на острие его - множество алых венков. А еще... они требуют участия в переговорах человека по имени Упатра.


Как оказалось, к лагерю союзных войск подошло не меньше восьми тысяч тех, кто бежал с поля боя на Ит. В основном это были всадники, одетые лишь в легкие холщовые одежды с деревянными копьями в руках. Завидев кесаря с Упатрой в компании, их переговорщики разразились радостными криками. Следом и вся ватага, стоявшая в пятистах шагах от лагеря, когда к ним прибежал гонец из королевского лагеря, принялась ликовать, чего пока Айрон понять не мог.

После недолгих переговоров, выяснилось, что всадниками были так называемое ополчение, которое шахи принудительно забирали в солдаты еще в детстве. В общем-то, Упатра был их командиром, и они прознали, что он присоединился к царю востока. Ополченцы были плохо вооружены и шахи их обычно использовали в разъездах, разведке или тыловых налетах, однако все они были неплохими наездниками и, главное, очень быстры и мобильны, чего не хватало сейчас преимущественно пехотной армии Айрона. Правда, получалось так, что все эти бравые вояки сбежали буквально сразу после начала боя. Но как объяснял Упатра, он сам отдал такой приказ, поскольку коннице на берегу под градом пушечных выстрелов, делать нечего. Упомянуть об этом, правда, в разговоре с кесарем про шахов и свободу, эратумец забыл.

Александр, присоединившийся к переговорам, был очень за присоединение Упатры. В отличие от ситуации с Манипутрой, властитель Трои не говорил Айрону осторожничать и больше следить за этим командиром легкой конницы. И это смущало кесаря. Все шло не так, как раньше. Все было как-то не так.

Насчет информации про мост Дракона Александр только кивнул - он естественно знал об этом, но пока что не понимал, как они могли использовать это обстоятельство в свою пользу. Однако поскольку сведений о движении армии Эратума на границы Трои не поступало, он предложил провести разведку ситуации с угоняемыми крестьянами боем - подняться на кораблях вверх по течению, а по берегу пустить Упатру, предложив тому собирать провиант и сторонников "дела свободы". Эратумец горячо согласился, хотя Айрон не мог сказать, что идея ему нравится. Он все чаще вспоминал Айвк и Нуэ. Все чаще думал о том, как бы оказаться дома. Что там происходит на самом деле? Держится ли еще Эльвут? Известия только от Александра и невозможность использовать другие источники угнетали. В какой-то момент кесарь почувствовать, что очень зависит от Александра. И чем дальше в глубь территории Эратума, тем сильнее он вынужден надеяться на властителя Трои. А это только и нужно хитрому гиганту.

За этими мыслями Александр и Упатра застали утром Айрона, когда тот стоял у своего шатра, покручивая несколько перьев павлина в руках, и задумчиво смотрел на покачивающиеся на воде корабли. Войска в это время грузились на корабли, следовало отдать последние приказы.

- Мой кесарь? - вопросительно обратился к Айрону властитель Трои, но Айрон не ответил и даже не посмотрел на гиганта. Он продолжал глядеть в сторону. Возникла неловкая пауза.

Неожиданно Александр зычно позвал несколько сотников, велел им вести людей к шатру кесаря. Также окликнул Детей Восхода - солдаты пока что только загрузили фураж на корабли, сами болтались на берегу. Упатра тоже окликнул своих - спустя четверть часа вокруг шатра и все еще неподвижного Айрона собралось все воинство.

Когда основные офицеры экспедиционных сил оказались в первых рядах, Александр подошел очень близко к Айрону - только тогда кесарь перевел на него взгляд, посмотрел ему прямо в глаза. Будучи наа две головы ниже гиганта, кесарь умудрился сделать так, словно он был выше, а не гигант из Трои.

Спустя какие-то мгновения когда два правителя смотрели друг на друга, Александр резко опустился на одно колено, склонил голову и мощным голосом возвестил:

- Сим сегодня клянусь в вечной верности правителю Солнца, истинному властителю юга, великому кесарю Айрону вил Ильден! Со мной присягают на верность все вассалы, слуги и поданные мои. Вода и земля наши отныне в твоей власти, о великий! Прошу государя моего отметить верного воина своего знаком своей благости.

Наступила тишина. Все воины, особенно морские волки, впали в ступор и во все глаза смотрели на происходящее. Айрон несколько секунд свысока взирал на Александра, но затем протянул одно из перьев павлина властителю Трои:

- Встать, верный воин Ильдена. Я дарую тебе свою веру и свое покровительство, - сказал железным голосом кесарь.

- Навеки, - ответил Александр, поднимаясь и принимая перо. - Оружейника ко мне - пусть поместит сей знак на моем доспехе. И чтоб никто не вздумал носить перья, не полученные из рук кесаря!

Отойдя к своим воинам Александр как-то неожиданно оставил Упатру одного. Тот был несколько сбит с толку происходящим, но когда Айрон перевел на него взгляд, то как-то естественно и по наитию понял, что нужно делать. Опустившись на колено перед Айроном, эратумец четко, хотя немного заговариваясь произнес:

- Я, У-Упатра, сын земель Эратума, клянусь в в-верности правителю Солнца, сыну Ильдена, великому кесарю юга и востока. У меня нет земель, но есть горячее сердце, которое в руках кесаря. Все, кто верен мне и делу моему, отныне в его распоряжении и власти. Прошу кесаря отметить своего верного воина знаком своей благости.

- Дарую тебе, Упатра, и делу твоему свое благословение. Будь верен мне, и свобода наконец-то придет в твои земли! - сказал Кесарь, вручая перо павлина эратумцу.

Получив знак верности, Упатра повернулся к свои воинам, с возбуждением наблюдавшим за сценой, и высоко поднял перо над головой - толпа ополченцев разразилась ликованием. Упатра тут же прикрепил перо к своему тряпичному головному убору. Доспеха, как и у его воинов, у эратумца не было.

Айрон кивнул на все это и велел вернуться к погрузке на корабли, следовало поспешить. Александр исчез в толпе своих морских волков.


К мосту Дракона они добрались ко второй половине дня. Его окружало несколько сторожевых башен с лучниками и даже катапультами, но залпами пушек укрепления врага были снесены до основания, а подоспевший авангард Упатры с несколькими отрядами десанта довершили быстрый разгром не самой сильной стражи моста.

После высадки на суше обнаружилось огромное количество телег, запруженных полуголодными, почти раздетыми и грязными людьми. Их везли долгие дни через всю землю Эратума. И хотя в этих краях осенью было куда как теплее, чем в Ильдене, по ночам можно было продрогнуть до костей.

Среди рабов были в основном женщины, дети и не очень сильные мужчины. Всех, кто покрепче, шахи все же пытались набирать в свое ополчение и "одаривали" синими глазами. Всех людей Айрон велел выпустить из клеток, и кто сразу же не пустился в бега, накормить захваченными в лагере Ит богатыми припасами продовольствия. Несчастные бывшие рабы хватали еду как безумные и пихали в себя, почти не жуя, от чего у некоторых пошли кровью желудки. Десятникам прошлось даже добавить крику и палки, чтобы заставить оголодавших жевать и медленно проглатывать пищу.

Высадившись на берег, Айрон с Александром велели разбить шатер и тащить на допрос всех, кто уцелел из стражи моста и погонщиков. Тех, кто отказывался говорить казнили при всех на месте - просто рубили головы. После смерти нескольких таких смельчаков, языки у тех, кто послабее волей, все же развязались. И Айрон не знал, к счастью ли или к его ужасу.

Как оказалось, рабов вели не куда-нибудь, а в Государство Могов, к жукам. Там их на условной границе на севере, в голых пустошах, выжженных магией еще во время войн Династий с могами, телеги принимали люди в черных балахонах, носившие с собой кристалы, что обращают разум и "дарят" синие глаза. Эти люди не были одни - они всегда были в компании нескольких отрядов жуков, закованных в броню. Дальше, когда "товар" принимали люди в черном, обычно погонщики не шли. Однако среди пленных оказался один старый купец, который всегда хотел понять интересы своих покупателей и как-то за золото и добрые слова прошел вместе с одним из, как он сказал, "мальчишек в черных тряпках". На этой части рассказа, купца натурально вырвало, но затем через сопли и слезы и после пары увесистых пинков он все же рассказал, что он там увидел.

- Инкубаторы? И туда людей? - Айрона перекосило. Он не знал от чего более - от омерзения или ярости.

- Да. Буквально сразу, как только разгружали телеги, - пробормотал, отплевываясь от харчи и блевотины, седовласый эратумец, чье загорелое лицо было все в морщинах, а одни глаз закрыт черной повязкой. Он сидел на коленях в крови недавно убитых собратьев, чьи головы за несговорчивость слетели с плеч и теперь лежали неподалеку вместе с телами.

- И там? Там что? - нетерпеливо требовал ответа кесарь.

- Прошу, пощадите! - завопил старик.

- Говори, мразь! - взорвался Упатра, поспешивший сразу же после своего прибытия на допрос. Для веса своим словам он хорошенько пнул купца по почкам, тот завалился и завыл, но пара солдат снова вернуло его на колени.

- Там, там... Там какая-то зубастая дрянь. У неё множество когтей, зубов, пилок, я не знаю... в общем она заживо перемалывает людей целыми пачками. Потом все это мясо... фарш, поступает в такие, знаете, яйца, что ли... И там, там... вырастают жуки! Те самые моги. Там в этих инкубаторах целые плантации.

- Боги, - вырвалось у Александра. Айрон краем глаза увидел, как на всегда невозмутимом лице гиганта отпечаталась смесь ужаса и отвращения.

- И после этого ты возил туда их? Продолжал возить? - вскипел Упатра. Он аж весь затрясся. Стоявшие рядом с ним воины завопили и зарычали подобно зверям.

- Я, я, но что я мог делать? Я же выполнял волю Совета! Они требовали, я... Пощадите! - как девчонка завизжал купец.

- Мой кесарь? - схватившись на саблю на своем поясе, обратился к Айрону Упатра.

Кесарь кивнул. Жалости к старику он точно не испытывал. Да и не было оснований не дать справедливости свершиться на месте.

Упатра не заставил себя ждать. Схватив вопящего купца за грудки, Упатра выволок его из шатра туда, где сидели недавние рабы, и буквально нашинковал тонкими ломтями молившего о пощаде старика.

- Я думаю, остальных отправить туда же, - повернувшись к кесарю, сказал Александр и кивнул на орущих от ужаса остальных пленников рядом с шатром.

- Пусть воины Упатры утолят свою ненависть, - кивнул Айрон солдатам Упатры. Те с дикими криками отволокли к купцу остальных пленников и учинили над ними яростную расправу. Надо сказать, наблюдавшие за этих бывшие рабы только приветственно и весело кричали. Да уж, допекли...

- Теперь, кажется, становится понятным, откуда у могов потомство, - сказал Александр, когда экзекуция закончилась и на берегу снова наступила тишина.

- Потомство ли это. Меня очень интересует, кто эти люди в черном?

- На это я примерно знаю ответ, мой кесарь, - после некоторого раздумья, ответил властитель Трои. - Теперь, по крайней мере, мне так кажется.

- Подробнее.

- Я говорил тебе, что наш истинный враг не Эратум и не моги. Этот куда более опасный и страшный соперник, чем жадные и недовольные соседи. Наш враг - истинный безумец. О нем раньше ходили только слухи, да и долгое время он не очень был настроен обнаруживать свои помыслы, но вот уже несколько лет ведет игру в открытую, хотя я не думал, что в таких масштабах. Все началось несколько лет назад, когда орки ворвались на юг Лунного Королевства. Тогда в самой восточной провинции этих южных земель могущественный маг по имени Круцианос, верховный архимаг Лунного Королевства, успешно отразил атаку нескольких племен, и закрыл свои территории от наступавших на север орков и бывших властей. Доподлинно неизвестно, что происходило в это время там - маг выкорчевал всех несогласных и подозрительных с невероятным умением. Однако затем официально заявил, что возглавляет некий Анклав, который еще до вторжения орков тревожил восточные земли Лунного Королевства крестьянскими мятежами, превратившимися в фанатиков, и открытыми нападениями наемных банд. Затем, как говорят, во все стороны обескровленного юга направились из владений Круцианоса люди со странными артефактами. Эти люди постепенно окапывались в тех или других местах, начинали общаться с властями и знатными гражданами. Как отмечали наблюдавшие со стороны, те, с кем общались эти странные товарищи, начинали проявлять недюжую поддержку тех, кто с ними так вот неожиданно познакомился.

- А еще их глаза начинали светиться синим, - кивнул Айрон.

- Да. Синим пламенем. Так вот происходило в Аларийской провинции Лунного королевства, лежавшей на западе южных территорий и тоже более-менее уцелевшей при прохождении орд орков. То же самое происходило и в Этине, и здесь в Эратуме. Причем в Этине и Аларийской провинции были проведено массовое зомбирование населения. Нет, не как у некромантов Фатума. А их подключали к каким-то магическим приборам и внедряли некий культ Единого.

- Это бога какого-то?

- Нет. Смысл такой примерно, что все общество людей, эльфов и полуэльфов - это единый организм. Все наши личности и обособленные потребности - просто ошибка природы, которую нужно исправить. Нужно всех включить в коллективный разум. И тогда пропадут все издержки, так сказать, индивидуального существования. Не будет зависти, не будет алчности, не будет мести. Все общее, все единое. Нечего и не с кем делить. Не с кем ссориться. А наоборот, можно объединиться на пути общей единой цели.

Александр умолк, задумчиво разглядывая, как солдаты Упатры оттаскивают трупы пленников в общую яму, которую ужу запалили.

- Ты знаешь, - проговорил Айрон после некоторого молчания, - а ведь, не с пороками ли общими борется этот культ? Звучит очень даже... в духе определенных философий.

Гигант поморщился.

- Знавал я людей, которые старались мир судить по своему правилу. Все обычно плохо заканчивали. Промыв мозги и лишив нас недостатков, кем ты тогда сделаешь?

- Зомби. Големами.

- Гомункулусами, - кивнув Александр. - Или что-то вроде того. И даже если это будет служить некоей цели, то чьей?

- Верно. Этот культ неплохо объясняет, как сделать из людей орудие. Но вот для чего этим орудием становиться?

- С этим у Единого проблемы. Поэтому особого энтузиазма на юге Лунного Королевства не вызвал, а наоборот - острую борьбу. Невероятный союз людей, эльфов, гномов и даже орков из недобитков орды, именуемый ныне Молодым Королевством, образовавшийся на бывших южных провинциях Лунного Королевства последний год вел счастливую войну против Единого, выбив его из Аларийской и Ельской провинций, перекрыв ему ход на юг. А с севера воспарявшее духом Лунное Королевство двинуло свои полки и осадило мастерскую Круцианоса в загадочном лесу Муил Майден.

- Я слышал о нем еще в детстве.

- Да, как и край черных волхвов, этот лес - место эманаций зла. Что там произошло, никто не знает, Антарес в свое время предпочел воздвигнуть вокруг него сторожевые вышки, но внутрь не полез. Зато живо интересовался Круцианос. И судя по всему, сделал там один из своих форпостов. Во всяком случае, так мне доносили разные шпионы и проходимцы. Сейчас войска Наместника взяли лес в плотное кольцо и с огнем прочесывают каждый его сантиметр.

- А что же мы?

- А мы ударили с юга по этой проказе. Круцианос годами проникал во все стороны, поражая ближайшие страны и захватывая в них власть. Королевство Ильден, видимо, было на очереди, если бы у него не случилось такого счастья как Айрон вил Ильден.

- Не нужно лести, мы вдвоем, - нахмурился кесарь.

- А я говорю правду, мне нечего стыдиться. Царство Солнца нынче раскинулось на весь юго-восток. И скоро Эратум тоже станет частью великого государства.

- Но пока что мы должны победить.

- Да. Я получил ворона перед атакой на мост. Шахи сняли армию с границ и сейчас идут к Истор. Мои воины следуют за ними по пятам.

- Они нам облегчают задачу, - кивнул Айрон. - Можно спуститься вниз к столице и встретить их у излучины реки. Туда могут подойти корабли. И тогда с шахами будет покончено. Вели людям грузиться на корабли и Упатре следовать к столице вдоль реки.

- Кесарь, прошу не гневись, но я хотел бы возразить, - несколько склонив голову, сказал Александр.

- Слушаю.

- Отправь Упатру взять под контроль границу с могами и расчистить путь в Этин. Пусть освобождает рабов и изгоняет шахов твоим именем. Когда мы покончим с последней армией Эратума, нам нужно будет отправляться на запад, в Этин. И чистый, безопасный путь будет очень кстати.

- Этин же разорен.

- Не совсем. Там полно сторонников Круцианоса. И пока они в нашем тылу, мы не сможем нанести смертельный удар могам. Из Этина и от черных волхвов также поступают рабы, а как ты уже понял - это материал для создания все новых и новых тварей. Я понимаю, что ты рвешься к своим, в свою стремительно тающую на севере Ильдена армию, но биться в лоб в лоб с жуками бессмыслено - пока к могам поступают рабы, их будет больше. И даже если собрать все армии Трои, Ильдена и Истангара в центре, мы просто исстаем в бесконечных боях. Заградительный лес с юга не пройти, ты сам это знаешь.

- А Этин...

- Там мы сможем объединить усилия с Молодым королевством. Я знаю, да, у тебя и у них нет послов, чтобы договариваться. Но по слухам, среди начальников этого странного государства ценятся не слова, а дело. Докажем им, что мы сражаемся за одну правду, а потом вы уже за кружкой эля разделите границы мертвой страны между вашими землями.

- Вашими? - дернул бровью Айрон.

- Троя отныне твое владение, мой кесарь, - развел руками Александр. - Я не бросаю слов на ветер. Никогда.

- А что после?

- А после стоит пройти по территориям черных волхвов, выкорчевать все зло и ударить по жукам с тыла, в самое их гнилое сердце, чтобы выкорчевать проблему раз и навсегда.

- Я буду думать, - ответил после некоторого молчания Айрон. - Пока что собираемся и движемся к Истор. Упратру... Упатру отправим на север. В любом случае. Его легкая кавалерия не сильно нам пригодится в грядущей битве.

- Разве что пару отрядов. Вели ему загрузить на корабли пять сотен отборных рубак - поплывут на тех, на которых прибыли воины Манипутры.

- Разумно.

Александр поклонился и собирался покинуть шатер, но неожиданно остановился и, обернувшись к кесарю, молвил:

- Я понимаю, что слишком много прошу. Слишком большие жертвы порой приходится нести и не в землях Ильдена, а здесь. Но... но, кесарь, меня дома тоже ждет женщина. Но я здесь, с тобой. Плечом к плечу.

Александр ушел. Айрон продолжали стоять и смотреть ему в след.


***


День выдался ясным. Редкие перистые облака безмятежно проплывали с запада на восток, а солнце разогревало еще покрытую зеленью землю. В этих местах осень с зимой приходят поздно и надолго не задерживаются - деревья только успевают сбросить старую листву, как обзаводятся новой. Но хвала богам, жара в осенние месяцы спадает. Иначе бы бойцам экспедиционных сил Ильдена и Трои пришлось бы часами потеть под солнечным пеклом, рискуя всю свою удаль растерять от тепловых ударов.

Но нет, достаточно было снять шлем и иногда потягивать кислое вино или просто воду, чтобы чувствовать себя достаточно свежим, простаивая в ожидании врага. Тот же сильно не торопился. А вернее, у него не очень-то выходило это делать.

Высланные им на встречу легкие конники ополчения как степные собаки набрасывались на обозы или отставшие отряды противника, кусали их и тут же ускакивали прочь. Колодцы на их пути травились, поля сжигались. Надо сказать, сами крестьяне, воодушевленные новой идеей свободы, помогали бывшим ополченцам шахов, сами уходя в леса и разоряя свои хозяйства, лишь бы они не достались ненавистной армии шахов.

Последняя от этого, конечно, страдала невероятно. Помимо потерь от постоянных нападений всадников ополчения, за ними след в след двигалась армия Трои. Её, конечно, тоже не встречали с объятиями, но Александр предусмотрительно приказал заготовить значительный фураж.

Несколько раз армия шахов разворачивалась и выстраивалась в боевой порядок, ожидая битвы с воинами Трои, однако те уклонялись от сражения и даже отступали обратно, когда шахи несколько раз пытались вынудить их принять бой. Однако у бойцов Александра был четкий приказ, и они его послушно выполняли. В итоге вся эта игра в кошки-мышки заняла примерно месяц. За это время экспедиционная армия пополнила запасы, приняла в свои ряды несколько наемных ганз, раньше служивших шахам, восстановила укрепления Истор. Однако принимать бой на стенах города не входило в планы Айрона. Вместе с Александром они решили, что для новых подданных важно показать решительные и сокрушительные маневры.

Поэтому прибывшую, наконец, к Истор армию противника экспедиционные силы встречали на пригорке, так удачно выросшем у изгиба Ит, заворачивавшей далее в гавань Истор. На этой реке стояли корабли Александра. С ними еще пехотинцы, снявшиеся с многолетних укреплений на границе с Троей, дела не имели.

Правда, Айрон усомнился, что был особый смысл вообще задействовать артиллерию кораблей против армии, которая в совершенно беспорядке и как-то валко и неуверенно появилась из-за горизонта.

- Отправьте всадников на левый фланг врага. В ближний бой не вступать. Пускай сыпят во врагов стрелами и отходят, - приказал Айрон одному из командиров.

Пока разношерстая армия Эратума медленно и неуверенно разворачивала свои порядки, быстрая легкая конница ополченцев набросилась на противника и принялась кружить вокруг него, сыпя стрелами и проклятиями в придачу. Однако эратумцы, несмотря на все понесенные страдания, все же были воинами. И ответили арбалетами и даже залпами ружей. Храбрые конники один за другим стали падать на землю. Ржали раненные кони и люди. Вскоре на левом фланге возникла и конница противника и бросилась в сторону круживших ополченцев. К сожалению, дисциплина среди них был не самой лучшей. Поэтому вместо того, чтобы сразу отступить, некоторые наоборот с гиганьем и свистом бросились в атаку. Естественно более тренированные и хорошо вооруженные конники врага сразу же сбили спесь со смельчаков и множество из них посекли, прежде чем ополченцы все же решились бросится на утек. Конечно, в этой части план отходить и стрелять не удался. Шокированные потерями, ополченцы отступили за правый фланг экспедиционных сил. Айрон покачал головой, хотя и предвидел такую возможность.

Тем временем основные силы Эратума развернулись из походного строя в боевой порядок. Выстроились они несколькими шеренгами в центре, между которыми стояли отряды арбалетчиков, с левого фланга остановились эскадроны конницы, а с правого, судя по всему, разношерстые ганзы наемников. И хотя за последнее время их силы были сильно потрепаны, их все равно было гораздо больше, чем войск Айрона, замерших у излучины. Однако нападать они совсем не спешили. Они хорошо понимали, что в тылу у них находятся войска Трои.

- Скорее всего думают, смогут ли взять нас сходу, - сказал Александр, разминая шею.

- Это их единственный шанс на победу. Если они успеют сбить нас и развернутся, что вполне имеют шанс выйти победителями, - кивнул Айрон.

- Но если они знают о кораблях...

- Невельсдор сказал, что всех возможных лазутчиков они перехватили, - пождал губы кесарь.

- Твой рейнджер не вездесущ, - пожал плечами Александр. - Не забывай, я все же мастер шпионов и знаю, что далеко не всегда они знают все наверняка.

От отряда противника отделилось несколько групп лучников и арбалетчиков и медленно направились к фронту войск Ильдена.

- Решили нас раздразнить. Выслать вперед Ваго и Кайрю. Пусть покажут, как умеют стрелять сыны Ильдена.

Пока стрелки противника неуверенно пододвигались на определенным им позиции, лорды Ваго и Кайрю очень шустро выстроили своих ребят на передовой и успели дать аж целых два залпа по неприятелю прежде, чем лучники и арбалетчики врага смогли ответить. Их достаточно плотно накрыло дождем стрел. И многие из них не имели даже маленьких щитов для защиты. Один за другим они падали на землю, сраженные метким попаданием. Их ответ получился рваным и скомканным.

Тогда противник решил спугнуть стрелков Айрона и направил с правого фланга конницу. Конечно, лучникам Ваго и Кайрю было б не совладать с ними. Но тут снова в дело вмешались ополченцы, успевшие перевести дух и немного прийти в себя. Бросившись во фланг наступающим эскадронам, они сначала засыпали конников врага стрелами, а затем часть из самых бесшабашных даже бросилась с совими искривленными саблями в ближний бой. В итоге атака конницы противника получилась смятой, они ввязались в драку с ополченцами и, скорее всего, выиграли бы их, но тут по ним шарахнули ружейным огнем нанятые в предместьях Истор гномы. Пятьдесят стрелков умели очень быстро обращаться с порохом и пулями, в чем сначала Айрон сомневался, но теперь увидел их в деле. Меняясь шеренгами по десять бойцов, гномы стреляли и отходили через расступившихся товарищей, перезаряжая свои ружья. И действовали так слаженно и четко, будто работала самая настоящая гномья машина из шестеренок и пара.

В итоге конница противника не выдержала и начала отступать. Пули гномов пробивали всадников насквозь и те метались, не зная кого бить. Кажется, гномий свинец повыбивал основных командиров и порядок в эскадронах разрушился. Всадники врага начали в беспорядке отступать, а их все нагоняли и били из стрел ополченцы. Некоторые из них с дикими воплями и криками рубили саблями отставших.

А тем временем дрогнули и стрелки противника, утыканные стрелами Ваго и Кайрю они инстинктивно стали откатываться к своим. Стало ясно, что задумка шахов провалилась и теперь они все же двинули вперед свою пехоту. Несмотря на состоявшиеся мелкие удачи, основные силы врага все равно еще превосходили экспедиционную армию Айрона. Впрочем, противник скорее всего не знал о кораблях.

Пока пехотинцы Эратума медленно подступали к замершей на пригорке армии Ильдена, лучники лорда Ваго и Кайрю тратили последние стрелы на прореживание центра врага. Пехотинцы падали и кричали, захлебываясь кровью. Далеко не всем помогали щиты. Лучники Ильдена били метко. Однако воспрявшие духов стрелки противника стали отвечать из-за спин своих пехотинцев. Несколько людей упало рядом с Айроном и забилось в судорогах. Кесарь стоял среди своих. И видел все сам.

В момент, когда между первыми рядами армий оставалось не более двуста метров на реке показались корабли. Нельзя сказать, что Айрон рассчитал все так, но чтобы скрыть их присутствие, нельзя было спрятать их просто за лесом. Пришлось сначала отвести их вверх по течению, а затем отдать приказ начать выдвижение только примерно. Однако боги, наверное, все же в какой-то степени были на стороне Айрона и флот подошел едва ли не в самое удачное время.

Грохот пушек заполнил все окрестности Истор. Город еще не успел забыть их звук. И вот теперь воздух завизжал от летевших ядер, и земля затряслась от взрывов. Битва фактически разыгрывалась по касательной от русла реки, поэтому корабли били по противнику чуть ли не прямой наводкой. Ядра устраивали целые просеки в рядах противника, а разлетавшаяся во все стороны шрапнель не оставляла шанса ни одним доспехам. Пехота замешкалась, прекратила наступление.

И в этот миг где-то в тылу противника заиграли рога. Александр заулыбался:

- Этот звук я узнаю везде и всегда, - сказал он.

И на горизонте появились всадники со штандартами, на которых была изображена черная башня на синем фоне - герб Тром. Как понял Айрон, утвержденный после того, как Александр стал властелином этого города.

Враг больше не выдержал и побежал.

- Пускай отступающих преследуют ополченцы. Всех шахов перебить до единого, - коротко приказал Эрику. Молодой начальник, бледный как смерть, кивнул и отправился раздавать приказы посыльным. Сам начальник охраны был еще плох, раны не давали ему принимать участие в боях, но он напросился хотя бы на работу адъютанта.

- Ты не хочешь сам размяться, мой кесарь? - хмыкнул Александр.

Айрон покачал головой.

- Я дерусь из-за необходимости, а не от удовольствия. У меня есть еще о чем подумать. Утром пришел гонец от Упатры.

- Да, кесарь - голова. А мы покамест, его руки и ноги, немного наберем тонуса в жилы. А ну, морские волки, етить вас так, за мной. Поддадим шахьим свиньям по рылам! За мной!

Айрон уже шел к своему шатру у берега. Корабли прекратили обстрел и заходили в гавань Истор. Очередная компания закончилась. Однако война еще только начиналась.

А на берегу меж тем, среди дыма и мертвых тел, ветер гонял мытые и окровавленные алые венки.

А на берегу меж тем, среди дыма и мертвых тел, ветер гонял мятые и окровавленные алые венки.


Макс Каменски

14.04.2018