Максимова Екатерина Евгеньевна: другие произведения.

копалось легко

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:


Средство от скуки

(Поэма о самоубийце)

Одиночество и я -

Наша дружная семья.

С одиночеством вдвоем

Очень "весело" живем.

Слова автора

   Ночь была тихая и лунная. Копалось легко. Лопата входила в землю по самый штык. В очередной раз пролетела над головой сова, заслоняя собой луну. Ныла спина, но чувство удовлетворения и довольства собой переполняло ее, так как могила выходила ровная и глубокая.
   Она воткнула лопату в землю и присела на холмик, чтобы отдохнуть. Небо затянулось тучами, и стал накрапывать нудный дождик. Но она словно не замечала перемены погоды и нервно втягивала в себя дым медленно тлевшей сигареты. Мысли постепенно прояснялись, в душе было некое равновесие. Ничто не казалось ей странным. Она просто сделала это, не задумываясь ни на секунду. Ее не смущали ни молниеносность, с которой пролетали и проносились события мимо нее, ни то, что она не видела в своем поступке ничего удивительного. Неужели у нее просто получилось отключиться?!
  
   Вагон остановился в очередной раз и противно загудел. Люди переминались с ноги на ногу. Она видела, как падает книга из рук рядом стоящей женщины. В любой другой момент она кинулась бы поднимать ее, но сейчас она стояла как вкопанная.
   Поезд тронулся. Сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее, набирая скорость. Казалось, черный туннель метро никогда не кончится, и кабель будет вечно тянуться и обвивать стены. В стеклах дверей с надписью "Не прислоняться" отражались лица пассажиров. Все вчерашние события показались ей просто вымыслом. Она почувствовала позывы к рвоте, ее мутило.
  
   Во сне она опять летала. Она легко отрывалась от земли, но не взмывала высоко, а зависала прямо над землей. Теперь все видели, как просто и вместе с тем завораживающе витала она по осенним улицам над осенней листвой. Ей не хотелось приземляться. Она вновь и вновь взлетала. Больше всего ей нравилось пролетать вниз над склоном горы и в самый последний момент разворачиваться у стены дома, разогнавшись, отталкиваясь от нее ногами. Солнце неумолимо падало за дома и ощущение безысходности не покидало ее. Что - то беспокоило ее, не давало расслабиться. Но что?
   Она проснулась, словно от толчка в спину. Вспомнила свой сон и улыбнулась. Постепенно действительность стала возвращаться к ней. Вернулась и необъяснимая тревога. Но теперь она понимала, откуда исходило это чувство.
   Сунув на ощупь ноги в тапки, спотыкаясь, она прошлепала в кухню. Налила себе стакан молока и, не допив, вылила в раковину. Она заглянула в холодильник. Не найдя в нем ничего подходящего кроме недоеденной курицы и недопитой бутылки дешевого красного вина, она стала накрывать на стол. Постелила чистую скатерть и зажгла свечи. Встала, погасила свет и задела ногой табуретку. Та с грохотом упала на пол. Дальше - тишина. Тогда она стянула скатерть и то, что на ней стояло, со стола. Посуда со звоном разлетелась по полу на мелкие кусочки. На полу осталась кроваво - красная лужа и курица в ней. Пнув осколок ногой, она принесла из комнаты ручку и стопку бумаги. Стала писать письма. Она писала до тех пор, пока не забрезжил рассвет. Звезды потухли, их затянуло пеленой, словно экран - занавеской.
   Она писала письма в никуда, писала о том, что сделала, писала о том, что ей уже все равно теперь, да и всегда ей было все безразлично. Она нервно курила. Слезы, капая на бумагу, мешали писать. Оставались иссини - черные кляксы. Окончив писать, она собрала все письма в стопку и выкинула их из окна. Последний листок она сложила самолетиком и долго пускала по комнате, словно не желая расставаться с ним и, наконец, выпустила в форточку. Некоторые письма застряли между ветвями деревьев, остальные лежали на черной земле белыми пятнами. Она смотрела на них сверху и улыбалась. Она сварила себе кофе и медленно принялась за уборку.
  
   Через 2 дня она стала находить ответы на свои письма в почтовом ящике. За неделю их набралось уже около двенадцати. Она складывала их у себя в комнате на тумбочке у кровати, где стоял светильник. Однажды ночью она проснулась и читала письма. Долго и громко смеялась, немного успокоилась, а затем вновь злорадно хохотала.
  
   Переписка продолжалась около месяца. Она (переписка) затянула ее. Несмотря на все просьбы ее адресатов, она не с кем не встречалась, она не хотела никого видеть. Теперь ей уже было не все равно: она понимала, что виновата, но уже ничего не могла с этим поделать. Письма приходили разные: осуждающие, уговаривающие на что-то, успокаивающие, даже порой поддерживающие, а порой и беспокойные. В основной же своей массе эти письма преследовали и корили ее, обвиняли в убийстве. Они находили ее повсюду, старались усовестить, назойливо предлагали помощь. Письма лгали, не верили, обманывали, ругали, поддакивали друг другу, не оставляли ее в покое.
   Она еще яснее ощущала разницу между тем фальшивым одиночеством, которое сотворила сама раньше, и одиночеством истинным, нынешним.
   Она обклеивала стены своей спальни этими письмами. Иногда ей казалось, что это уже больше не письма, а люди, написавшие их, смотрят на нее со стен. Измучившись и изголодав совсем, она, несмотря на октябрьский холод, спала на раскладушке на балконе с открытой дверью в комнату. На ночь она заводила себе старую пластинку с танго и старинными романсами. Не высыпаясь, с большими осунувшимися глазами, она ходила как заводная, но внутри, за, казалось, внешним спокойствием, у нее все кипело.
   Она закрыла черным полотном все зеркала в комнатах и спрятала маленькие. Все часы в доме стояли, показывая одно и тоже время, время преступления.
  
   Так прошло 2 месяца. Днем она отдыхала и отогревалась дома. Она была довольна собою. Часто она размышляла над своей судьбою, над своим одиночеством, которого она, наконец, добилась. Покачиваясь в кресле-качалке, она раскладывала пасьянсы, строила дома из книг, рисовала цветы и фотографировала сама себя.
   Но, не выдержав однажды ночью, она схватила лопату, наспех оделась и вышла из дому. Она шла долго. Отыскав то самое место, где был осевший холм земли, она принялась копать. Батарейки в фонаре-радиоприемнике садились, и музыка была слышна как сквозь туман. С большим усилием она открыла крышку саркофага. Там было пусто. Облегчение и, вместе с тем, разочарование охватили ее. Она смотрела внутрь и словно искала там что-то, ждала, что вот-вот там что-то возникнет, появится.
  
   Жизнь вернулась в прежнее русло. Часы тикали мерно, отмеряя скрупулезно каждую секунду времени, предательски сообщая, что его остается все меньше и меньше. Но музыка молчала. Не было слышно радио. Было просто одиноко, как всегда.
  
   Теперь она часто вспоминала по ночам, как была счастлива, летая. Она сменила обои в комнате. Однажды, она просто открыла окно и выпорхнула, но не вверх, а вниз, как те письма.
   1-3 января 2001

Послесловие

  
   Ей было действительно одиноко. Она часто представляла себе большую семью, много друзей, даже подолгу разговаривала, с ними же делилась и переживаниями. И тогда ей не было больше так тоскливо. Однако хотелось хоть на миг почувствовать себя одною, покинутой. Ей было не знакомо это чувство, потому что ей некого было терять. Она решилась на отчаянный шаг: убить самого близкого ей человека. Человека, который существовал лишь в ее сердце. Как изменится ее судьба? (Точнее, как могла бы изменится тогда ее судьба?!) А что было бы, будь все по-старому? Она настолько вжилась в эту роль, обстановку, ситуацию, что безоглядно поверила, что это случилось, поверила в вымышленное убийство. Но ведь ничегошеньки не изменилось. Когда она поняла это, осознала свое реальное одиночество и в тоже время восприняла всю нереальность всего случившегося, то решила, что одним одиноким человеком должно быть меньше на свете. Просто ее сломала скука, как она уже ломала миллионы людей. Вот и все...

Не пугайте меня одиночеством,

Я одна никогда не была.

Но теперь мне осталось лишь творчество -

То мне милость судьба подала.

Что ж, любуйтесь теперь моим гением,

Колыбельные пойте ему.

Хоть зовется "бумажным творением",

Не отдам я его никому.

Не стращай те меня одиночеством,

Это только убогих удел.

Вопреки всем суровым пророчествам

Не останусь без вас не у дел.

  
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"