Малухин Сергей Сергеевич: другие произведения.

Реставратор

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фанфиков на Фикомании
Продавай произведения на
Peклaмa
 Ваша оценка:

  Реставратор
  
  1. Поезд ушёл. Вероника уехала.
  Это означало конец всему: мыслям, надеждам, желаниям. Он больше никогда никого не сможет полюбить. Девушка, ради которой он был готов на всё, не поняла его, не захотела ради него изменить свои планы. Вероника уехала на раскопки в Псков со своей студенческой группой. А он так хотел провести лето с ней! Да, она звала и Андрея поехать с ними. Он очень хотел и непременно отправился бы в Псков. Если бы не два обстоятельства. Во-первых, проезд до Пскова оплачивали сами студенты. А получилось так, что денег у Андрея не было. Не было совсем, и достать, занять у кого-либо не представлялось возможным. Во-вторых, несчастный, тянущийся с зимы, "хвост" по электротехнике. Можно было сдать весной, но Андрей накануне гулял с Вероникой почти до самого утра и на пересдачу не пришёл. Препод пригрозил поставить в деканате вопрос об отчислении, если Андрей не сдаст предмет до июля, до его ухода в отпуск.
  Вот и пришлось парню остаться в родном городе, а ветреная Вероника укатила в древний Псков. Ну и пусть себе катит! Может, там поймёт, какого друга потеряла.
  Раздосадованный разлукой, погружённый в свои переживания, Андрей брёл по городу, казавшемуся пустынным в этот жаркий летний день. Сейчас он придёт в свою, тоже опустевшую "общагу", откроет окно во всю ширь, сядет на подоконник и... и будет зубрить треклятую электротехнику!
  В его одиночество внезапно ворвался чужой голос:
  - Эй, парень! Огоньку не будет?
  Андрей резко остановился и поднял голову: на краю тротуара, опершись спиной на столб ворот старого деревянного дома, стоял крутоплечий мужик лет сорока. Одет он был в новую рабочую спецовку, кирзовые сапоги, красную пластмассовую каску. Под мышкой у него виднелась пара брезентовых верхонок, а в руке не зажжённая "Беломорина".
  - Чего? А, спичек... Сейчас, где-то были.
  Андрей сам не курил, так баловался иногда, но спички носил с собою для приятелей-однокурсников и для Вероники.
  Мужик прикурил, прикрывая широкой ладонью папиросу. Кивнул головой.
  - Спасибо. Гуляешь? Сту-удент.
  - Да вам-то собственно... Ну, гуляю. Ну, студент.
  - Смотрю, весь задумчивый. "Хвостов" нахватал, с девушкой поссорился.
  - Да что вы ко мне пристали!... - Андрей весь вспыхнул, резко дёрнул плечом и попытался уйти, но мужик крепко взял его за руку.
  - Постой! Я ведь не так просто. И, кстати, спички у меня свои есть. Парень ты смотрю крепкий - хочу тебе дело предложить: иди к нам в бригаду работать. И деньги неплохие, и занятие нескучное. Реставраторы мы.
  Так Андрей познакомился с бригадиром строителей Александром Михайловым.
  Бригада занималась ремонтом деревянного дома на улице Марата в старом центре города. Кроме самого бригадира в ней было всего двое строителей: плотник Данилыч, тщедушный, но жилистый мужичок лет 50-ти, обладатель весьма заметного сизого носа, и разнорабочий Фархат Исмаилов, темноволосый житель Средней Азии. Последний отличался тем, что постоянно, несмотря на все увещевания и угрозы начальства, носил на голове тюбетейку, вместо строительной каски. Третий член бригады - такелажник и сварщик Илья, как раз накануне сломал ногу и лежал в гипсе у себя дома.
  - Главное, непонятно, как это произошло, - рассказывал Андрею Михайлов. - Илья выпивает, конечно, но только после получки, аванса. А тут и не пьян был. Пришёл утром раньше всех. И что его в подвальный этаж понесло? Ремонт там неделю назад закончили, мелочовка осталась, а свет электрики ещё не провели, так, "времянка". Я спрашиваю: "- Ты чего там делал?" А он: "- Да вот, зашёл чего-то. А там темно, а потом вдруг звёзды. Много-много! Так красиво! Ну, я и шагнул. И пошёл. Мне даже понравилось между звёзд ходить. А потом вдруг комета пролетела. Ударилась в меня, вспышка - и всё", и - руками разводит.
  - Надо же: среди звёзд ходил! - недоверчиво покачал головой Андрей.
  - Да какое там, - отмахнулся Александр, - он головой звезданулся. На затылке во-от такая шишка. Тут не то, что звёзды привидятся... Технику безопасности надо соблюдать. И главное - не лезть, куда не надо.
  
   2. В первый рабочий день Андрей оформился в отделе кадров, прошёл инструктаж по технике безопасности, получил спецодежду. Почувствовав себя настоящим строителем-реставратором, парень отправился осматривать старый дом, который ему предстояло привести в первоначальный вид.
  Дом был построен в конце 19 века, сложен из крупных сосновых брёвен и вблизи производил внушительное впечатление.
  Тут как раз подошли архитекторы, разработчики проекта реставрации: руководитель проекта Семён Семёнович и молодая архитекторша Лена. Андрей сразу обратил внимание на Лену, на её стройную фигуру в джинсах и яркой маечке, на симпатичное оживлённое лицо. " Славная девушка!", решил он.
  Семён Семёнович с удовольствием согласился показать новичку дом и даже рассказал ему историю строения.
  - Дом Вороновых, расположенный по адресу: улица Марата, 120, является выявленным объектом культурного наследия регионального значения.
  Здание расположено в исторической части города, главным южным фасадом обращено в сторону улицы, но отделено от неё большим палисадником, в настоящее время это просто небольшой сквер. Здание находится на границе охранной зоны соседней исторической усадьбы мещанина Севастьянова. Оба здания соединяют массивные деревянные ворота. Здание представляет интерес, как часть сохранившейся купеческой усадьбы XIX века. Автор проекта здания неизвестен.
  Дом Вороновых ранее был в составе усадьбы, от которой остались собственно дом и флигель, расположенный в глубине двора.
  Воронов Никодим Прохорович, приехавший из деревни Козулька, считался в городе состоятельным купцом. Изначально в купеческом сословии не состоял, занимался оптовой торговлей хлебом на золотых приисках. Купил усадьбу и спустя некоторое время перестроил по своим нуждам.
  Усадьба в окончательном виде построена в конце XIX века и включала в себя два деревянных дома, флигель, амбар 2-х этажный, завозню, подвал, навес.
  Здание после революции было национализировано, там размещались различные учреждения, а затем его перевели в жилой фонд и разделили на пять квартир. В каждой квартире было по кирпичной печи, ну, а так как жильцы попадались разные, дом не раз горел, но к счастью пожары во время успевали погасить и дом пережил своё столетие. В конце концов, его признали памятником старины, людей, населявших его, переселили в новые дома, а этому старому было решено вернуть исконный облик, по крайней мере, внешний.
  В 90-е годы его уже пытались реставрировать, конечно, без научно обоснованного проекта, на деньги неких, м-м... меценатов. Но как всегда денег не хватило. После здесь было общежитие.
  Пять лет назад произошло расселение дома.
  
  Они втроём прошли по комнатам. Кирпичи от разрушенных печей были уже убраны и вывезены.
  - Здесь было пять печей, разрушенных после расселения. Одна печь в центре здания была отопительной, остальные печи были отопительно-варочные. Четыре года назад в доме произошёл пожар, - добавил Семён Семёнович, указывая на большой участок обгоревшего перекрытия.
  - Вы же говорите, дом был расселен, печи разрушены. Отчего произошёл пожар?
  - Да. Здесь даже электропроводки уже не было. Пожарные не смогли установить причину пожара. Видимо, кто-то пользовался открытым огнём.
  - А помните, Семён Семёнович, - вступила в разговор Лена, - когда мы делали обмеры, на полу не было и следа пожара. Зато на крыше проломлен шифер, как будто что-то упало сверху, перекрытие сгорело насквозь, хотя было засыпано шлаком, как утеплителем.
  - Н-ну, это... так. Пойдёмте дальше, - вдруг заторопился архитектор.
   - Так вот, композиционно объект представляет собой одноэтажный дом, Г-образный в плане,
  с закрытым крыльцом с южной стороны, и поздним брусовым пристроем входа с северной
  стороны.
  Внутренние стены деревянные. Несущие стены из рубленого бревна диаметром 30 сантиметров. Перегородки дощатые, сплошные. Изнутри стены были покрыты деревянной дранкой, оштукатурены и побелены.
   Полы в доме прежде были из досок толщиной 60 мм по деревянным лагам из бруса. Несущие балки - брёвна диаметром 30 сантиметров. Имелось пять люков, ведущих в подпол. Все подполья до начала работ в значительной мере были засыпаны мусором, грунтом.
  Оконные коробки, дверные коробки и деревянные двери сильно изношены, потрёпаны, пороги сильно стёрты. Состояние неудовлетворительное. Будем заменять. Ряд дверных полотен утрачен.
  - Ну-с, прошу дальше.
  Они вышли наружу.
  - Обратите внимание, молодые люди, на устройство стен. Посмотрите, как рационально и точно работали старые мастера.
  Рубленые из бревен стены обшиты досками с профильной калёвкой, а обшивка угловых выпусков бревен имитирует пилястры. Стены снаружи обшиты горизонтально расположенными облицовочными досками.
  Теперь внимательно рассмотрим фасады - лица здания. Видите, они разные, дом многолик, что отражает его характер и его судьбу.
  
  Выходящий в палисадник южный фасад в пять окон с выступающим тамбуром главного входа, обшит доской с профилированной калёвкой, стоит на кирпичном цоколе. Окна оформлены деревянными наличниками со ставнями. Над входной дверью выполнен декоративный фронтон из резной доски, такой же доской выполнен наличник двери. Сохранившиеся вертикальные декоративные кронштейны позволяют предположить существовавший ранее козырёк. Крыльцо входа скрыто под поднявшимся культурным слоем.
  Слева к зданию примыкают деревянные ворота с калиткой на трёх устоях-столбах.
  
  Восточный фасад основного объёма в 7 осей рублен "без остатка в лапу" чашей вниз и обшит доской с профилированной калёвкой, обшивка выпусков имитирует пилястры. Все окна оформлены деревянными наличниками со ставнями, оконные рамы утрачены, а сами проемы зашиты досками. Над третьим окном, справа, выявлен выгоревший участок обшивки наличника и утраченный участок карниза. Кирпичный цоколь имеет повреждения кладки из-за отсутствия гидроизоляции по низу цоколя, оказавшегося ниже культурного слоя.
  Северный фасад. Левая часть основного здания выполнена в две оси окон, вдоль фасада идет лестница в подвал, которая нижней площадкой заходит под пристройку входа. Лестница в подвал прикрыта односкатной кровлей, поддерживаемой резной деревянной колонной. Окна с деревянными наличниками и ставнями забиты гвоздями. Старая деревянная лестница была в аварийном состоянии, сейчас её заменили. Колонна, поддерживающая кровлю, сдвинута с места и нависает над лестницей, ограждение лестницы отсутствует.
  Центральная часть фасада представляет собой выступающий объём пристройки входа, рубленый "без остатка в лапу". Отсутствие фундамента под пристройкой привело к тому, что весь объём пристройки глубоко просел.
  На северном фасаде имеется дверь, более поздняя, щитовая, на две филёнки, крыльцо утрачено.
  Правая часть северного фасада в три оси (две оконные и одна дверная). Слева в углу расположена дверь черного хода, в настоящее время снятая с петель. На оконных наличниках утрачены навершия. Крыльцо находится в аварийном состоянии.
  Западный фасад. Левая часть фасада представляет собой фрагмент фасада основного здания в три оконные оси и двухосный фасад северной пристройки. Просадка пристройки привела к отрыву стены от основного здания. Фасад отличается разными размерами оконных проёмов: два из которых повторяют формы и размеры всех окон на здании, а два имеют меньший размер, отсутствие декора на наличниках и другой характер ставней. Над крайним правым окном фрагментарно утрачен карниз, и выявлены следы пожара, а под окном обрушение части цоколя.
  Центральная часть фасада в три оконные оси с выступом венцов по центру, обшивка угловых и центрального выступа сруба имитирует пилястры, стены обшиты доской с профилированной калёвкой.
  Правая часть западного фасада относится к южной пристройке, меньшей по высоте. На фасаде имеется небольшой дверной проем, зашитый досками.
  - Стены сохранились хорошо, - заметил Андрей.
  - Совершенно верно, - согласился архитектор. - Поэтому и работы со стенами будет немного. В основном, восстановим отделку.
  Так, беседуя, они обошли дом, остановились возле входа в подвал. Лена сразу стала спускаться по ступеням, глядя себе под ноги, чтобы не испачкать новые кроссовки. Семён Семёнович сейчас же окликнул её несколько резковато:
  - Лена, вернись сейчас же! Сегодня мы не пойдём туда.
  Девушка от неожиданности захлопала ресницами:
  - Я думала... хорошо, Семён Семёнович.
  
  3. Тут к ним подошёл бригадир:
  - Посмотрели? Замечания есть?
  - Лена, сходи, пожалуйста, сделай запись в журнале авторского надзора. Ну, ты знаешь.
  - Хорошо, Семён Семёнович.
  Девушка и Михайлов ушли во флигель, где была бытовка рабочих. Архитектор показал Андрею рукой на крышу:
  - Крыша вальмовая, крытая шифером. Первоначально, очевидно, была покрыта жестью. С северного фасада кровля образует фронтон с выходом на чердак. Кровля пристроев - односкатная на северном фасаде и трёхскатная на южном фасаде.
  Значительная часть шиферного покрытия отсутствует, оставшееся покрылось мхом и мусором, обрешетка из досок частично обгорела, частично подгнила. Кирпичные трубы в верхней части разрушены. На двух трубах сохранились нижние части металлических дымников. Выше чердачного перекрытия трубы мы оставим и восстановим.
  Чердачное перекрытие деревянное по несущим балкам из брёвен. Потолок выполнен из досок, обшитых дранью, оштукатуренных и побеленных. Верхний настил перекрытия из досок засыпан шлаком в качестве утеплителя. Перекрытие в месте расположения внутреннего угла дома на значительной площади полностью разрушено, сгнило, поросло травой и кустарником.
  Вот вкратце и всё о доме Вороновых.
  - Семён Семёнович, вы забыли рассказать о подвале.
  - А? Ну, да. Так вот, сами видите - в подвал сейчас только один вход - со стороны двора устроена лестница. Хочу сказать, первоначально подвал был не под всем домом и служил только для нужд хозяина. Следующие владельцы устроили большие поземные помещения со стенами из кирпича. В разные исторические времена их предназначение менялось: производство и хранение алкогольной продукции, тюрьма, продукто- и овощехранилище. По имеющимся документам купец строил свой дом на руинах бывшего строения, видимо предыдущая усадьба сгорела, что в те времена было не редкостью. От неё остался глубокий кирпичный подвал с арочным кирпичным сводом. Вот над ним купец и построил новый дом. Однако, должен сказать, это помещение мы не нашли. Поздние перестройки, реконструкции, очевидно, уничтожили то помещение. Кроме того, когда здесь было организованно 5 квартир, каждый хозяин пожелал себе отдельный погреб, не большой и не глубокий, а удобный лично для одной семьи. Значительная часть помещений была засыпана. Перед реставрацией подвала здесь были только кирпичные стены со следами штукатурки и побелки. Раньше были и световые окошки под потолком проходящие через цоколь, два окна выходили на лестницу.
  Перекрытие подвала деревянное по несущим балкам из брёвен. Потолок выполнен из досок, обшитых дранью, оштукатуренных и побеленных. В одном из помещений подвала имеется. Состояние перекрытия подвала удовлетворительное.
  Там уже выполнено много работы, оставшиеся подполья углубили и объединили, устроен полноценный цокольный этаж. Будет сделана дополнительная лестница в помещения первого этажа. По проекту перекрытие заменено на новое бетонное по металлическим балкам.
  - Уф, всё. Есть ещё вопросы?
  Окончание рассказа главного архитектора слышали Александр и Лена, вышедшие из флигеля.
  - Семён Семёнович, а почему мы пишем везде "Дом Вороновых"? У купца были
  наследники? - спросила Лена.
  - Видите ли, первый владелец недолго жил в построенном им доме. Вскоре, ну, может, год спустя, произошла какая-то тёмная история. Купец Воронов то ли разорился, то ли наоборот разбогател, и уехал с женой и первым приказчиком на Дальний Восток. А может быть и вовсе - в Америку. Короче, оставил усадьбу своим племянникам, сыновьям сестры Павлу и Петру, и пропал. Братья взяли фамилию дяди, продолжили его "дело", сами стали купцами. Они же провели первую реконструкцию дома, капитально перестроили подвал, устроили широкий проезд с улицы. С тех пор и прозвали: "Дом Вороновых с воротами".
  - Это всё история, - вступил в разговор Михайлов. - А мы реставрируем старые стены снаружи, а изнутри и по сути это будет новый дом. Во-первых, новый цокольный этаж уже почти готов. Осталась инженерка и отделка. Во-вторых у дома будут новые окна, двери, внутренняя обшивка из листов гипсокартона, новые полы. Крышу и чердачное перекрытие мы также сделаем новые, с современным эффективным утеплителем, с решением противопожарных проблем. И, наконец, восстановим исторические ворота, в которые смогут въезжать и кареты, и автомобили. Работы будет много, и она будет разнообразной и интересной.
  Ну, что, студент, проникся важностью задачи? Так, берёшь совковую лопату и за мной!
  
  Андрей с охотой взялся за работу. За настоящую, мужскую работу, тяжёлую физически, но облегчающую от переживаний об измене любимой девушки мозг и душу.
  Первый рабочий день был долгим и утомительным. На часы никто не смотрел - летний день кормит не только земледельцев, но и строителей. Наконец, бригадир снял верхонки, вытер потную шею и крикнул:
  - Шабаш, мужики! Хватит на сегодня.
  Немного позже, уже умывшийся из уличного крана, переодетый в чистую одежду Андрей покидал своё первое рабочее место. Проходя мимо деревянных столбов ворот, он оглянулся и махнул рукой старому дому:
  - Пока, дом Вороновых, мы тебя скоро отремонтируем - будешь, как новенький.
  И улыбнулся озорной, молодой улыбкой.
  
  4. Работами по реставрации исторической городской усадьбы руководила группа архитекторов. Они следили за качеством работ, за соответствием их проектным решениям, решали с бригадиром строителей возникающие в процессе работы вопросы, производили фотофиксацию. Архитекторов было трое: пожилой мужчина в очках и с седыми усами, немолодая полноватая женщина (самая дотошная среди них, каждый раз сующаяся в каждый угол, в каждую щель старого дома) и Лена - молодая архитекторша, лишь в прошлом году окончившая строительный институт. Девушка понравилась Андрею своей неяркой, но свежей красотой, весёлым нравом и, в особенности, ярко-голубыми выразительными глазами. Лена приходила не каждый день, зато, когда она появлялась, парень старался быть поближе к ней, видеть её статную фигурку, слышать звонкий голос, ловить взгляд прекрасных глаз. А предательница Вероника ещё пожалеет, что уехала в свой Псков!
  
  Однажды Лена пришла одна и уже под самый конец рабочего дня. Лицо её было бледным, а глаза печальными. Она подошла прямо к Андрею. Тот отложил топор, которым подтёсывал бревно, и удивлённо уставился на девушку.
  - Андрей, знаешь, мне нужна твоя помощь, - смущённо сказала она.
  - Конечно-конечно! Ты знаешь, я всегда...
  - Понимаешь, я сама не понимаю как, но у меня в компьютере пропала вся информация по обмерам этого дома. Есть чертежи на ремонт, есть все другие работы - а исходные обмеры пропали! Выше "нуля" я восстановлю, хоть черновики остались. А с подвалом "труба" - вообще ни одной бумажки не осталось. Испарились! С меня наша начальница скальп снимет. Или того хуже, с работы уволит. Помоги, пожалуйста, новые обмеры сделать. Только ты можешь помочь!
  - Да я... да конечно! Пошли прямо сейчас. Ах, да, там же света нет - работы закончили и
  провода смотали. Попросить у Михайлова удлинитель?
  - Не надо, я фонарь взяла.
  Андрей взял 10-метровую рулетку и пошёл первым. В подвал надо было спускаться по
  достаточно широкой, но крутой лестнице, проходящей снаружи дома, с северной стороны, со двора. Прежде здесь была деревянная лестница, она сгнила, и новую отлили из бетона. Но деревянный навес, державшийся на резном покосившемся столбе, восстановить не успели, и он почерневший, подгнивший, угрожающе нависал над входом. Впрочем, строители привыкли и не обращали внимания на такие мелочи, как гнилые деревяшки.
  Парень отворил старую дубовую дверь. Её тоже не успели отреставрировать, и открывалась она с немалым трудом. Но что удивительно: повернувшись на совершенно ржавых петлях дверь даже не скрипнула, а только издала серию тихих звуков отдалённого барабана. Андрей вежливо посторонился, и Лена первой проскользнула в прохладную темень подвала.
  Внутри пахло сыростью, подсыхающим бетоном и ещё чем-то малоприятным. Здесь было всё же не совсем темно - серый рассеянный свет пробивался сквозь пролом в кирпичном цоколе и прогнивший участок нижнего венца брёвен. Немного света добавлял и люк в полу с отломанной крышкой. Там прежде, когда дом был поделен на квартиры, был спуск в один из частных погребов. Лена включила фонарь, достала из сумки бумагу и карандаш и они принялись за обмеры.
  Работа шла споро, все помещения были хорошо знакомы и молодые люди останавливались лишь изредка попить водички из предусмотрительно прихваченной собой пластиковой бутылки.
  В последний отсек подвала они вошли, когда было уже довольно поздно. Здесь было абсолютно тихо и совершенно темно. Эта часть здания сохранилась лучше всего, переделок здесь почти не было, рабочие лишь убрали мусор, накопившийся за многие годы, да кое где укрепили кладку стен раствором. Едва они прошли дверной проём, от фонарика в руках Лены по кирпичным стенам заметались неясные размытые тени. Вдруг девушка вскрикнула и выронила фонарь:
  - Ой, собака!
  - Где собака? - Андрей в это время смотрел в противоположный угол и ничего необычного не заметил. Он поднял фонарь и посветил во все стороны. Пусто. И даже теней осталось только две: от него и от девушки. Парень прошёлся вдоль стен и...
  И буквально наткнулся на довольно большое отверстие в кирпичной стене. Наверное, здесь была раньше дверь, но очень невысокая, не больше полутора метров в высоту.
  - А это что за вход? На твоём плане его нет.
  Девушка быстро подошла к нему, ухватила за рукав:
  - Постой, не входи. Странно, этот ход ведёт за пределы дома. Раньше его не было. Кажется...
  Андрей погладил её по руке, заглянул в карие тревожные глаза.
  - Ну, и что мы испугались? Хм, даже если там "за пределами дома" - мы должны посмотреть, обмерить. А если и собачка туда забежала, не беда. Я же с тобой, Леночка. А для собачка у меня есть карамелька, вот. Пошли, смелее!
  И он, сильно пригнувшись, вошёл в темноту проёма. Лена, по-прежнему вцепившись в его рукав, вошла вслед за ним. В толщине стены на миг мелькнули в отсвете фонаря ржавые крупные петли, бывшей здесь некогда двери, невидимая паутинка коснулась лица, и они очутились в новом отсеке подвала.
  - Ой! - вскрикнула девушка. - Мне за шиворот капля упала. Брр, какая холодная!
  Андрей обернулся к Лене и вновь оказался с ней лицом к лицу. Близко-близко. " Какая она милая! Надо сделать ей что-то приятное. Или хотя бы сказать".
  - Лена, а что ты делаешь вечером?
  - Пока не знаю. А что?
  - Давай с тобой сходим в кино? Я приглашаю.
  Девушка тихонько засмеялась:
  - Приглашаешь? А я согласна. Только давай скорее работу закончим. Что-то меня эти подвалы уже угнетать начинают.
  Новое помещение оказалось не очень большим: прямоугольник, примерно 3 на 5,5 метров, перекрывал цилиндрический свод, выложенный из того же кирпича, что и стены. Обмеры не заняли много времени. Но здесь было несколько небольших отверстий, видимо вентиляционных. Очевидно, когда-то давно здесь было какое-то техническое помещение, а может быть даже котельная. Одно отверстие, в торцовой стене, у основания свода, было больше других. Пожалуй, Андрей смог бы и пролезть в него, если бы смог дотянуться.
  Кладка стен и свода была очень аккуратной, тщательно исполненной и хорошо сохранилась.
  - Неплохо. Умели же люди строить в старое время, - восхитился Андрей и присвистнул. Свист получился излишне резким. Он отразился от свода, разбился на мелкие свисточки, которые
  немедленно юркнули в вент.отверстия и исчезли во тьме.
  - Тише! - вскрикнула Лена, зажала руками уши и прильнула к Андрею. - Знаешь, у меня такое чувство, будто за нами кто-то наблюдает, слушает. Не знаю...
  В Андрее вдруг проснулось озорство:
  - Ах, наблюдает! И пусть...
  Он развернул девушку к себе и одним движением чмокнул её в краешек губ.
  - Ты что, дурак? - она сердито вырвалась из его объятий.
  - А что, только дурак имеет право тебя поцеловать?
  - Никогда больше не делай так. Без моего разрешения. Ладно, заканчиваем и уходим отсюда.
  Отверстия замеряла сама Лена, высунув далеко ленту рулетки. Её спутник подсвечивал фонарём и записывал данные. Попутно он продолжал любоваться стройной фигурой девушки, её милым лицом, точёными руками с узкой кистью.
  Заминка возникла с замером большого отверстия: лента рулетки никак не хотела быть напротив дыры и сразу складывалась. Внезапно и свет фонаря начал тускнеть.
  - Андрей, да свети же! Или подойди, помоги, - в голосе Лены послышались истерические нотки.
  - Да пойдём, Лена, отсюда. Размеры я тебе скажу по размеру кирпичей. Уходим, пока фонарик совсем не погас.
  - Нет, надо точно, до сантиметра, - заупрямилась девушка, - лучше не спорь.
  - Ладно, тогда давай я сам. Я повыше тебя всё же.
  Он передал фонарик Лене, подхватил с пола выпавший кирпич и приставил к стене. Андрей встал на кирпич, вытянулся на цыпочках и достал край отверстия. Оттуда ощутимо несло холодом. "- Я бы мог, пожалуй, протиснуться сюда", - отчего-то подумалось ему. А это вообще зачем? Темнота в дыре была такая, что, казалось, там блестят едва различимые искорки.
  - Скорее, - напомнила Лена. Она стояла уже у выхода.
  Андрей наскоро приложил мерную ленту по горизонтали и по вертикали, выкрикнул цифры.
  - Готово!
  Он оттолкнулся и спрыгнул на пол. В этот момент ему показалось, что дыра кинулась за ним следом и захлопнулась возле его руки. Что-то острое, как зуб хищника, царапнуло по пальцу.
  - С-с-собака, - прошипел Андрей, сунул палец в рот и выскочил из подвала.
  Лена ждала его уже на ступеньках лестницы. В её глазах медленно таял страх.
  - Уф! Какое жуткое место! Ни за что туда больше не пойду. Ой, а что у тебя с пальцем? Кровь?
  - Да пустяки. Об край кирпича порезал. Наверное... Ну, что - рабочий день окончен? Идём в кино!
  - Подожди. Дай я приведу себя в порядок, вымою руки. А когда я из той, ну, комнаты что ли, выходила, меня паутина коснулась. Вот так, - и девушка с брезгливой миной провела растопыренной пятернёй себе по лицу и шее. Так противно, бр-р!
  - Паутина? Откуда? - усомнился Андрей. - Мы же только что там проходили.
   - Не знаю. Очень неприятная, холодная. Я бы сейчас выпила чего-нибудь горячего. Кхе-кхе.
  - Так в чём дело? Зайдём сначала в кафетерий, - Андрей осторожно снял с волос девушки приставшую соринку...
  
  5. Оказавшись в городской суете, молодые люди быстро забыли о своих страхах. Да и что такого там было? Да ничего. Ничего особенного.
  Они сходили в кафе, потом в кино. Так хорошо было сидеть в полутёмном зале тесно прижавшись друг к другу!
  Потом Андрей проводил Лену домой. Они шли пешком по ночному уже городу и весело болтали обо всё на свете.
  Возле её подъезда, прощаясь, Андрей на миг прижал Лену к себе, ощутив упругость девичьей груди и сладкую нежность губ.
  - Пусти, - слабо прошептала она. - Вдруг соседи увидят. Или мама.
  - И пусть. Пусть все видят, что я тебя люблю.
  - Ну, уж, "люблю"! Хм. Так я тебе и поверила. У тебя, наверно, кроме меня девушки есть.
  Лена отстранилась, глаза её заблестели, губы приоткрылись, обнажив белые ровные зубки. В этот момент она была самая прелестная, самая желанная девушка на свете. Андрей на мгновение
  замер ошалев от такой красоты и вспоминая все самые лучшие, самые заветные слова. Это был тот миг, самый важный миг в жизни.
  И вдруг Лена покраснела, прижала руки ко рту и глухо закашлялась.
  - М-м... Кхэ-кхэ! Ой, что-то в горле... кхэ-кхэ! Побегу домой, попью чая с мёдом, прощай!
  - Конечно - конечно, иди. Леночка, а завтра вечером мы увидимся?
  - Н-ну, я подумаю. До завтра! - и она убежала вверх по ступенькам, стуча каблучками.
  Андрей постоял у подъезда, пока где-то наверху не хлопнула дверь, и пошёл к себе. Душа его, вдохновлённая любовью, пела!
  
  На следующий день вся бригада реставраторов была взбудоражена событием, произошедшим ночью. Петруха, мужик лет 50, бомжеватого вида, одинокий, обитавший на стройке в качестве вахтёра, ночного сторожа, видимо выпил в "третью смену" палёной водки, и зачем-то пошёл в подвал. Там он всю ночь куролесил, и учинил настоящий погром. Только так можно назвать то, что сотворил хлипкий мужик голыми руками: расколотил полподдона кирпича, предназначенного для ремонта стен; разломал в щепки черенки лопат, согнул в петлю стальной лом, толщиной в руку ребенка. Но самое скверное - он завёл в подвал собаку и умертвил несчастное животное самым бесчеловечным образом.
  Этот пёс по кличке Мишка, беспородный и приблудный, был единственным другом Петрухи. Несмотря на внушительные размеры и густую чёрную шерсть, пугающие людей при первом с ним знакомстве, он на самом деле был добрейшим существом.
  Почему Петруха с псом так поступил было совершенно непонятно.
  Их обнаружили патрульные милиционеры, проезжавшие рано утром по кварталу и услыхавшие дикие визги погибающего животного. Сторожа нашли лежащего без сознания у входа в подвал, с руками в свежей крови и с выражением ужаса на смертельно-белом лице. В подвал милиционеры не пошли, да и тихо уже было. Они лишь посветили внутрь, увидели куски собачьего тела на полу, внутренности, размазанные по стенам - и сразу вызвали специализированную медицинскую бригаду. Петруху немедленно увезли в городскую психушку.
  В то утро Андрей проспал, и прибежал на работу когда менты и врачи давно уехали, а его товарищи собрали в мешок останки собаки и, шарахаясь от ранних прохожих, вынесли кровавую ношу на свалку.
  - Что интересно, - рассказывал Андрею Михайлов, когда они вместе убирались в подвале, - у него лицо и руки в крови, пальцы вывернуты, ногти содраны - и нет ни одной царапины, ни укуса собаки. Никогда бы не поверил, что можно голыми руками так... Ну, Петруха, вот отмочил!
  Да, слушай. Андрюша, сторожа то у нас теперь нет. Я конечно позвонил прорабу, но пока он раскачается. Ты бы не согласился подежурить? А то все мужики семейные. А?
  - Понимаешь, Александр, я вечером, э-э, занят буду.
  - Так вечером я побуду. Ты хоть в ночь подежурь. Придёшь со свидания - молчу, молчу - и спи себе в дежурке. Ты же не побоишься?
  - Я?! Чего мне бояться, хм. Ладно, подежурю.
  Но всё получилось не так, как надеялся, как мечтал Андрей.
  В конце рабочего дня он позвонил Лене, чтобы условиться о вечернем свидании. Девушка сегодня не приходила на стройку и никаких вестей о себе не подавала, что немножко встревожило его. в телефонной трубке голос Лены звучал хрипло и устало:
  - Знаешь, я заболела. Температура и всё такое прочее. Горло сильно режет. Вызывали врача - она поставила диагноз: ОРЗ. Я сегодня не приду.
  - Жаль, конечно. Но ты, Леночка, лечись на здоровье! Я тебе завтра перезвоню.
  
  После работы Андрей купил себе хлеба, сосисок, десяток яиц, пряников к чаю - и заступил на ночное дежурство. Бытовка строителей была устроена во флигеле старой усадьбы - небольшом деревянном домишке, уже полностью отреставрированном.
  
  6. Летняя ночь была светлой, безлунной. Андрей после ужина немного почитал нестареющего Дюма. Любовь молодого француза из 17 века привела его к размышлениям о своей жизни, о взаимоотношениях с девушками. Он отложил книгу, лёг на топчан, сколоченный из строганных
  досок, застеленных старым одеялом, заложил руки за голову.
  Вероника, пожалуй, красивее. И они знакомы давно - уже целых полгода. Но она уехала. Можно сказать, что бросила его. Что ж, это её выбор. Значит, она любит не так, как любит он её.
  Или любил. А вот когда она вернётся - как они встретятся? И захочет ли она продолжать с ним отношения? А он?
  А зато Лена очень добрая, весёлая, с ней интересно. Она очень симпатичная, у неё замечательная фигура. Если с ней будет также хорошо, как с В... ну, если всё пойдёт путём, тогда он, Андрей, сделает свой выбор!
  - А-ах-ха! - он зевнул и посмотрел на часы. Ого, уже двенадцатый. Пора спать - завтра новый трудовой день. До осени, до института ещё очень далеко. А пока ему неплохо работается реставратором.
  В тесной комнатке-бытовке было душновато, несмотря на открытую форточку.
  Чтобы размяться перед сном, а заодно проверить порядок на вверенном объекте, Андрей, взяв фонарь, вышел наружу. Свежий вечерний воздух приятно охладил голову. Где-то совсем недалеко, на большом городском проспекте, шумели автомобили, сквозь листву высоких тополей пробивался электрический свет.
  А во дворе старой усадьбы было тихо и мирно. С кирпичной трубы бесшумно слетела ночная птица. Едва заметная призрачная дымка окутывала дом Вороновых, оберегала его, усыпляла. Едва Андрей подошёл к дому, его охватило чувство нереальности происходящего. Сразу пропали все посторонние звуки, свет, запахи. Андрей неуютно поёжился и кашлянул. Звук, едва сорвавшись с губ, исчез. Очень захотелось вернуться в такую знакомую уютную бытовку. В голову непрошенные лезли разные детские сказки, страшилки. Глупости! И он, упрямо склонив голову, вошёл в дом. Всё тихо, спокойно. Строительные материалы лежали на своём месте: оцинковка, доски, брус, гипсокартон. Андрей прошёл по всем комнатам, светя по сторонам фонариком. Пусто, спокойно, можно возвращаться. Приободренный своей смелостью, Андрей негромко засвистел популярную мелодию. Порядок, сейчас он вернётся в бытовку, выключит свет, растянется на лежанке и...
  Но уже у самой двери флигеля что-то заставило его оглянуться. Ба, он же не осматривал подвал. Вход в него совсем рядом, под навесом с подгнившей и покосившейся фигурной стойкой. Александр говорил, что на базе изготовили два новых столба и со дня на день обещают подвезти. Хорошо, хоть старые деревянные ступени разобрали и залили новые бетонные. Вниз Андрей спустился совершенно спокойным. Ну, что тут? Да ничего, то же что и всегда, и минувшим днём и неделю назад. Ну, разве что гораздо темнее. Да и тише. Так тихо, что закладывает в ушах. и темнота абсолютная. Давящая. Может быть, из-за этой всеохватывающей темноты Андрей почти не поднимал луч фонарика наверх, а светил преимущественно себе под ноги. Да ну его, этот подвал! Что он тут вообще делает? Ухожу!
  Он решительно двинулся к выходу, впереди уже засинел открытый дверной проём, но какое-то необъяснимое чувство заставило его отвернуть в сторону. Луч фонаря в его руке дёрнулся, скользнул по кирпичной стене и упёрся в непроницаемо чёрный прямоугольник. Ага, это же то помещение со сводчатым потолком, где они с Леной... Зайти, что ли?
  Ни Андрей, никто в городе не знал, что в это время в помещении со сводчатым потолком начались непонятные и пугающие события. В непроглядной темноте раздалось лёгкое жужжание, как будто в комнату залетел большой шмель. В ответ на звук, появился и свет. Два источника света. Вернее две звезды: яркие, белые, мерцающие синхронно с жужжанием. Звёзды появились из глубины самого большого вентиляционного отверстия. Они приблизились к краю и... и превратились в два луча. Лучи бегло обежали помещение, воткнулись в потолок, скрестились. Помещение начал заполнять призрачный голубоватый свет. Свет становился плотнее, осязаемее и он, казалось, начал менять сами стены, само существование этого места...
  Проходя в низкий проём, соединяющий два помещения подвала, Андрей низко пригнулся, сделал шаг, другой. Третий, четвёртый! Что за чёрт! Куда он идёт? И почему не видно света его фонарика? Вдруг лица коснулась невидимая паутина. Андрей рванулся вперёд, распрямился. И не стукнулся головой - странно, проём был очень низкий. Внезапно впереди стало светло, а по пятке стукнула закрывающаяся дверь.
  Свет в подвале был голубоватым, призрачным, как будто здесь работал телевизор. Андрей огляделся. Голубой свет шёл не из одного какого-то места, а был везде, казалось, его излучают сами стены. А по стенам беспорядочно носились тёмные силуэты, полосы, знаки. Было такое
  впечатление, что производится настройка некого сложного механизма. Студент осторожно дошёл до противоположной стены. Вдруг мелькание чёрного по голубому остановилось. От резкой перемены у Андрея закружилась голова. Он опёрся на стену и случайно нащупал толстый железный штырь, торчащий так, как будто специально был предназначен для захвата рукой. Пока
  Андрей раздумывал - откуда здесь эта железка? Буквально вчера её здесь не было - голубой свет начал густеть, "набухать", пульсировать. И вдруг в подвале появился... подвал! Точно такой, какой был пару секунд назад - и не такой.
  Стены, свод, все кирпичи были те же. Но вот вход прикрывала плотная деревянная дверь с оковками по углам. Новая! Да и подвал был уже не пуст: вдоль стен стояли кадушки, сундуки, короба, лари. На полке возле двери стоял большой медный подсвечник, в котором ярко горели три толстые свечи.
  Озадаченный Андрей собирался выбежать из подвала. Он ничего не понимал и даже не верил в происходящее. Он сделал шаг в сторону двери, но вдруг услыхал за дверями шум и сдавленные крики. После гнетущей тишины и странного превращения подвала, шум показался ему пугающим. Андрей попятился назад и укрылся за ближайшими бочками. Внезапно дверь распахнулась от сильного толчка, и в помещение кубарем влетел незнакомый парень. Одет он был странно, как будто участвовал в спектакле по пьесам Островского: в свободную рубашку без воротника, застёгнутую под самый подбородок, перепоясанную чуднЫм витым ремешком, в широкие штаны из ткани в вертикальную полоску. На ногах были какие-то странные простенькие гетры, перетянутые верёвочками, и, Андрей не поверил глазам, лапти! Настоящие, белые, новенькие лапти. И подстрижен парень был странно. Андрей видел такую стрижку только в кино, в исторических фильмах. Называлась такая стрижка "в кружок". Лицо парня, довольно симпатичное, было искажено смертельным страхом.
  Странный парень сразу же поднялся на ноги. Из его носа вытекла и повисла над тонкими молодыми усиками длинная красная капля. Парень шмыгнул носом, и поднял было руку, чтобы вытереть нос, но в это время за дверью раздался вскрик - сдавленный, жалобный и внезапно оборвавшийся. Молодой человек замер с поднесённым к носу рукавом. Его волосы явственно зашевелились, как от дуновения ветра. Андрей уже собирался вылезти из-за своей бочки, поздороваться и узнать, что же здесь происходит. Но в этот момент дверь снова распахнулась, и в комнату ввалился приземистый широкоплечий и длиннорукий мужчина. Он волочил, за намотанную на кулак толстую чёрную верёвку, какой-то пёстрый куль. Парень протянул вперёд трясущуюся руку, издал странный булькающий звук, и с трудом шевеля языком, проговорил:
  - Пфы... ты... ты убил её!
  Только тут Андрей разглядел, что тащил за собой широкоплечий. За заплетенную косу он волочил женщину в цветастом длинном платье. Руки женщины, без следа маникюра, и ноги, обутые в высокие ботинки со шнуровкой, безвольно болтались. Андрею стало по-настоящему жутко - он никогда ещё так близко не видел покойников. Он сжался ещё больше и притиснулся лбом к холодной деревянной бочке резко пахнущей квашеной капустой. Но тут заговорил мужик, заговорил сиплым грубым голосом и Андрей высунулся снова, чтобы хоть одним глазом наблюдать за происходящим. Теперь он как следует разглядел нового персонажа.
  Мужик был далеко не молод: в густой шевелюре и в рыжей бороде виднелась обильная седина. Лицо, испещрённое морщинами, и большие тёмные руки свидетельствовали о непростой его жизни. Одет он был, под стать парню и женщине, как-то не по-настоящему: на нём была красная рубаха и чёрная плюшевая жилетка, на ногах широкие синие штаны были заправлены в большие сапоги, от которых сильно пахло дёгтем. Больше всего мужик походил на купца из 19 века каким их изображают в пьесах и на экране. Сходство усиливала длинная цепочка от часов, свисающая из нагрудного кармана.
  - Да, убил! Убил я, Дуню мою. Больше она не будет мужу изменять. И тебя убью, парниш-ша!
  Он отшвырнул женщину к стене, сделал шаг вперёд. Парень выставил руку, защищаясь от страшного мужика, и торопливо проговорил:
  - Никодим Прохорыч, не бери ещё греха на душу! Не виноватые мы! Непричём!
  - У-убью! - зарычал мужик. - Убью, сволота! Я тебе, Гаврюха, верил, как родному. А эту л-лярву из нищеты взял, в купцы! А вы меня... эх! Убью!
  Андрей не верил своим глазам и ушам. Не может быть, чтобы это было правдой. Нет, женщина - это просто кукла, а мужики сейчас рассмеются, пожмут руки и пойдут вместе пить
  пиво. Но если это кино, где остальная съёмочная группа? Где оператор, осветители, звукорежиссёр? Где, наконец, киношная "девушка с хлопушкой"? А если это не кино? Так что же это такое!?
  И тут мужик, которого назвали Никодим Прохорович вдруг схватил нож, лежащий на одной из бочек, настоящий мясницкий широкий нож. Он в два шага подскочил к Гаврюхе и с размаха,
  крякнув всадил нож ему в грудь. У бедного парня невероятно широко распахнулись глаза, кровь из широкой раны брызнула во все стороны, подломились колени и он с тихим. Почти беззвучным стоном упал на глиняный пол.
  У Андрея волосы встали дыбом: это что, реально - убийство!? В совершенном ступоре он поднялся из-за бочек. Страшный мужик обернулся к нему, оскалил крупные желтоватые зубы, налитые кровью глаза взглянули в лицо Андрея. Раздался рык, похожий на звериный и волосатая ручища с окровавленным ножом протянулась к нему...
  Андрей в ужасе прижался к кирпичной стене. Что делать, чем защититься? Ведь этот псих и его убьёт! Вдруг его плечо уткнулось в железный штырь. Андрей лихорадочно схватился за него и попытался выдернуть. Штырь твёрдо держался в стене, но внезапно легко пошёл вниз. Раздался щелчок и... И наступила совершенная темнота.
  От резкого перехода от света, пусть и слабого света свечей, к абсолютной темноте в глазах Андрея зарябило, заплясали искры, звёзды, скопища звёзд! Он закричал и рванулся вперёд, ожидая из мрака удара ножа. Удара не было. Он обо что-то споткнулся (о ногу лежащей женщины??) и головой влетел в проём двери. Мягкая паутинка коснулась его лица...
  Не чувствуя под собой ног, по памяти, Андрей выскочил из страшного подвала.
  Свежий ночной воздух оживляющей струёй прошёлся по его разгорячённому телу. Где-то вдалеке проехал, завывая старым дизелем, грузовик.
  Андрей оглянулся, постоял. Ни звука, ни огонька, ни тени. Да было ли с ним что-то или ему всё привиделось? Внезапно сильнейшая усталость овладела им. Парень вошёл в бытовку, не раздеваясь, упал на топчан и моментально заснул.
  Тем временем туман, ещё недавно окутывавший старый дом, почти рассеялся. Лишь отдельные его полосы скользили там и тут подобно щупальцам неведомой твари. Большая птица, неподвижно сидевшая на кирпичной трубе, взмахнула крыльями, скользнула вниз и бесшумно скрылась в темноте. Небо на востоке начало сереть. Приближалось утро.
  
  7. Проснулся Андрей за полчаса до прихода бригадира. Чувствовал он себя неважно, сон его не освежил, и голова была словно чугунная. А ещё его мучил единственный вопрос: было что-то ночью или же всё ему только приснилось? Не позавтракав и даже не умывшись, Андрей сбегал в подвал, сдерживая рукой сильно колотившееся сердце. Вступил в "то самое" помещение и посветил фонариком. Абсолютно пусто. Ни бочек, ни ящиков, ни, разумеется, тел.
  Значит, сон.
  Он и не сказал ничего Александру Михайлову. Тем более, что бригадир приехал на работу не в духе. Он даже не спросил дежурно: " Как ночь прошла?". Вот Андрей ничего и не сказал. Мало ли кому, какие сны снятся.
  Летние дни стояли погожие, сухие. Реставраторы работали допоздна. За целый день Андрей совершенно пришёл в себя. Теперь ему уже казался забавным и чуднЫм ночной сон. Он с интересом ожидал наступления ночи: будут у него новые сны или видения больше не повторятся? Также его несколько тревожило состояние здоровья Лены. Девушка не подавала о себе никаких вестей. Андрей звонил ей, но не дозвонился. Оставалось только ждать.
  И вот, уже в поздних сумерках рабочие ушли домой. Андрей, как и накануне попил чай, затем прилёг. Коротая время, он решил почитать. Потянулся за своей книгой, но рука наткнулась на газету. Свежая, местная. На первой странице анонс репортажа о футбольном матче. На последней сканворд. Интересненько.
  Парень раскрыл газету. На среднем развороте бросилась в глаза статья из цикла "Открываем архивы". Автор, скрытый за инициалами В.С., писал:
  " После отступления белогвардейских и казачьих частей в нашем городе была установлена Советская власть. С целью подавления сопротивления новой власти и уничтожения бывших эксплуататорских классов, была развёрнута деятельность губернской ЧК. Но эта деятельность сопровождалась чрезмерными репрессиями, затронувшими и мирное население. В ходе т.н. "красного террора" производились массовые аресты, захват заложников, расстрелы. После
  установления НЭП деятельность ЧК была свёрнута. Установлены законы советского правосудия.
  Но в конце 30-х годов, уже органами НКВД, организована новая волна террора против "врагов народа". В подвале одной из бывших купеческих усадеб была устроена особая тюрьма для политических преступников, получившая мрачную известность. Как установлено автором, исследовавшим ранее закрытые архивы, в 20-х - 30-х годах здесь "работал" следователем некто
  Егор Кремень, "прославившийся" пытками и убийствами заключённых тюрьмы. Настоящую фамилию и факты биографии палача установить не удалось, но по косвенным данным Кремень впоследствии сам был арестован и по приговору суда расстрелян в 1939 году".
  Андрей отложил газету. - Фу, читать такое, на ночь глядя, не стоит. Да и поздно уже. Схожу, проверю объект - и спать.
  Он встал, обулся. Мельком глянул на часы: 23-47.
  Сердце гулко стучало о грудную клетку. А может, ну его? Не выходить сегодня никуда, запереться на задвижку, занавесить единственное окно, потушить свет и притвориться спящим. Да и нет там ничего и никого. А то, что с нашими рабочими произошло - так что ж, бывает всякое.
  Он уже встал и подошёл к окну, чтобы закрыть шторку, как вдруг заметил снаружи на краю навеса силуэт большой птицы. Казалось, птица ждёт именно его, Андрея.
  - Что ж, надо идти, если тебя ждут.
  Словно услыхав его мысли, птица взмахнула крыльями и бесшумно взлетела.
  Андрей надел куртку-спецовку, положил в карман складной нож с пластмассовыми накладками на рукояти, взял фонарь, и вышел наружу.
  После случая с несчастной собакой при входе в подвал была установлена решетчатая дверь, сваренная из стальной арматуры. Её запирали навесным замком китайского производства. Андрей хорошо помнил, как сам запирал её сегодня вечером. Но вот сейчас решетка была отворена, замка не было и в помине. От мысли, что его здесь ожидает мурашки побежали по спине. И снова припомнилась фраза из детского мультика: " Котёнка с таким именем ждут одни неприятности".
  - Так какие они, эти неприятности? - спросил он вслух. - Что ж, подходите по одному!
  И Андрей вошёл внутрь.
  В подвале, как и днём, было пусто, тихо, темно. Всё так, как и должно быть. Так чего по нему бродить? Андрей сразу пошёл в "тот самый угол". Вот низкая ниша в толстой стене. Вот... ага, а дверь-то на месте! Та самая, старая деревянная. Похоже со вчерашней ночи она успела ещё состариться. Хм!
  Парень с усилием, со скрипом отворил дверь, которая так легко закрылась вчера.
  В помещении со сводчатым потолком было темно. Лицо обдало струёй холодного воздуха. Невесомое белесое пятнышко проскользнуло перед ним и исчезло. Он даже не понял, было это что-то реальное или свет фонаря так отразился. А отразиться было от чего: подвал снова не был пуст. Правда, бочек не было совсем, зато были ящики фанерные, деревянные и даже металлические. Луч фонаря скользнул по потолку и осветил... электрическую лампочку, висевшую на витом проводе.
  Андрей не успел осознать все произошедшие с подвалом перемены (за сутки!), как за стеной снова послышались шаги, властный голос произнёс что-то неразборчивое, и дверь со скрипом начала отворяться. Парень торопливо юркнул за горку ящиков. Он ощутил присутствие людей совсем рядом, в двух шагах от него - и вдруг в подвале вспыхнул электрический свет, ослепительно яркий после почти полной темноты. Андрей на секунду прикрыл глаза. Затем он осторожно выглянул из-за ящиков и чуть не вскрикнул: перед ним стоял человек, одетый так, какими в кинофильмах изображают довоенных советских чекистов. Всё было при нём: начищенные хромовые сапоги, синее галифе, френч цвета хаки перетянутый новенькой кожаной портупеей. Он был ненамного старше Андрея, лет 25-ти, но гримаса злобы, искажавшая его лицо, делала его более старым и страшным.
  Чекист с яростной злобой глядел, но не на Андрея, а на другого человека, прислонившегося спиной к ящикам и которого только что он втолкнул в этот подвал. Этот мужчина был немолод, с растрёпанной шевелюрой, с пегой щетиной на худом лице, в рваной и грязной одежде. Его левый глаз заплыл в огромном кровоподтёке, разбитый рот зиял одной кровавой раной, воротник рубашки, некогда белой, был весь в засохшей крови и слизи.
  - Иди, иди сюда, вражина, - рычал на несчастного чекист. - Я бьюсь с тобой уже месяц, а ты не назвал ни одного сообщника из вашей шайки контрреволюционеров! Ты надоел мне, гражданин Пожарский! Ты знаешь, сколько врагов трудового народа убил я вот этими руками? Я растеривал вас из пулемёта в войну, топил баржами. Теперь, когда с приближением победы социализма классовая борьба нарастает, я без жалости истребляю вас по тюрьмам. Весь этот подвал можно закидать трупами. И против тебя не дрогнет рука. Я-то знаю, кто руководил колчаковской контрразведкой в нашем городе. На колени, белогвардейская сволочь! В последний раз, быстро - имена, адреса...
  Он ловким ударом по ногам сбил арестованного на колени и выхватил из кобуры матово-чёрный револьвер.
  У Андрея, съежившегося за ящиками, вспотели ладони. Это совсем не походило на кино. Это очень смахивало на хладнокровное и преднамеренное убийство. На убийство, повторяющееся в этом подвале вторую ночь подряд. Это было очень странно и до отвращения жутко.
  Но тут раздались ещё какие-то звуки. Андрей не сразу понял, что заговорил арестант. Говорил он глухо, невнятно, с грудным бульканьем.
  - Я... дволянин, офицел, а не ваш доносьчьик. Я вам ничьего... не скажу. Вы можете меня убить...
  - И убью тварь, гнида белогвардейская! В этом подвале, сейчас. Труп выброшу к чертям собачьим. Твоих родных сошлют на поселение. В тундру! А твоим друзьям, тем, что сидят у нас, сообщат, так, ненароком, что их сдал ты. Тебя освободили из тюрьмы НКВД и сейчас ты в лагере, как у Христа за пазухой. Моё слово - кремень. Понял?
  Внезапно арестованный извернулся всем телом и, рыча, как собака, схватил своего мучителя за ногу и попытался укусить беззубым ртом, разорвать пальцами без ногтей. Чекист выстрелил в него дважды. Откинул ногой, и выстрелил ещё раз в безжизненное тело. Длинно выругался. На его начищенных сапогах в электрическом свете блестели густые чёрные капли. Кровь.
  Убийца постоял несколько секунд неподвижно. Потом, словно вспомнив что-то, поднял голову и оглядел подвал. Переполненный нервным напряжением, Андрей выпрямился в полный рост. Его глаза встретились с взглядом палача. Чекист издал возглас изумления, его рука с револьвером начала подниматься. Медленно-медленно. Не выдержав роковых гляделок, Андрей прижался спиной к стене, дёрнулся влево, вправо. Его плечо упёрлось в большой железный гвоздь или штырь. Парень крепко схватился за него, как за последнюю надежду. Внезапно погас свет. Андрей рванулся вперёд. Какой-то ящик ударил его в бедро. Сбоку сверкнули две вспышки - то ли выстрелы, то ли взорвавшиеся мелкие звёзды. По крайней мере никаких звуков не прозвучало. Подвал начал заполняться серым дымом, в котором быстро исчезли и чекист, и его жертва, и ящики, и само помещение со сводчатым потолком. Андрей бросился в сторону двери. Лёгкая паутинка коснулась его лица и, даже не задев тяжёлой двери, он выкатился... в тёмное и тихое помещение подвала.
  Андрей бегом поднялся по бетонным ступеням наружу, с колотящимся в груди сердцем домчался до флигеля и последним усилием закрыл задвижку. Снаружи было по-прежнему тихо и мирно, за окном никакого движения. Он свалился на топчан и мгновенно забылся в мучительном забытье без снов.
  
  8. Утром Андрея разбудил солнечный луч, пробившийся сквозь пыльное окно бытовки. Не успел он опомниться от дрёмы и хотя бы попить воды, как в дверь с силой застучали. Первым на работу пришёл бригадир.
  - Ты чего-то заспался сегодня. Наверно, сны приятные снились, - Михайлов пожал вялую руку сторожа и дружески ткнул его кулаком в бок.
  - А-а, - Андрей коротко махнул рукой. - Какие там сны, так, муть какая-то. Даже ничего не запомнилось. Что-то... нет, не вспомню. Слушай, Александр, а тебе в этом доме ничего такого, ну, странного, м-м, не виделось?
  - В смысле - странного? Нет, ничего. То, что с нашими мужиками случилось - так пить меньше надо. А ты знаешь, я ведь в этом доме жил. В детстве.
  - Да?!
  - Ага. А потом отец получил квартиру в новостройке. Старшие сёстры рассказывали страшилки, ну, ты же знаешь, дети любят. А так, реально, ничего и не было. Историю дома тебе Семён Семёныч рассказал. Всё так и было. А что?
  - Видишь ли, я... Короче мне... - Андрей решил всё же рассказать Михайлову, что было или привиделось ему в подвале. Хотя и не хотелось ему рассказывать, и холодок неприятный в животе беспокоил. Но вдруг...
  Дверь бытовки резко распахнулась. В проёме показалась тёмная фигура, освещённая со спины ярким солнцем.
  - Эй, есть здесь, кто живой! - окликнула фигура.
  Андрей вздрогнул всем телом и выронил кружку с водой, которую только что налил.
  - Здороваться надо, - отозвался Михайлов. - Сам-то кто?
  - Здорово, мужики, - в бытовку вошёл вполне обычный человек среднего роста, в поношенных брюках и в пиджаке от другого костюма. Под пиджаком виднелась тельняшка.
  - Я с автобазы. Машину на сегодня заказывали?
  - Да, заказывали. Посиди, друг, пять минут, сейчас за стройматериалами поедем.
  И начался ещё один трудовой день. Последний в рабочей неделе. Пятница.
  За долгий летний день, заполненный физической работой, общением с членами бригады, ночные страхи Андрея сгладились, ушли в уголки сознания. Да сны это были, всего лишь дурные сны!
  Вечером после работы, уже умывшись и переодевшись в чистое, к парню подошёл Михайлов.
  - Андрюша, в понедельник с больничного выходит Василий, ещё один наш строитель. Ты его не знаешь. Он в больницу попал ещё когда подвалы раскапывали. Тебе только три ночи отдежурить остаётся. Сможешь?
  - Да смогу, - пожал плечами Андрей.
  - Ну, и лады. Да, ты спрашивал про наш дом. Вот я вспомнил: в начале девяностых, я тогда, правда, в армии служил, так вот, старым домом завладели какие-то люди, проще говоря, бандюганы. Что с прежними жильцами стало, я не знаю. Может их переселили, а может... ну, сам понимаешь. Так вот, и устроили они здесь нечто вроде штаб-квартиры. Обстановочка, охрана и всё такое. А в подвале оборудовали сауну, казино, даже свой банк с сейфами - мне потом рассказывали. Ну, что там творилось, про то отдельные тома надо писать. Для прокурора. А закончилось всё тоже достаточно обычно для тех лет. Однажды боевики из другой банды ворвались в казино и всех там "замочили". Да, это были времена "крутых" разборок. Но ходят слухи, что бандитский банк с сейфами нападавшие не нашли. Как сквозь землю всё провалилось!
  А старый дом опять перешёл в собственность города и туда заселили пять семей муниципальных очередников. Вот тогда дом Вороновых пострадал больше всего. Подвалы, ещё дореволюционные, засыпали, оставили пять ямок-погребов под картошку. Весь первый этаж разделили перегородками. Печи переложили, да так коряво, что от них пожары случались.
  - А, слушай, кроме того случая, были в доме ещё такие э-э, убийства?
  - Нет, я не знаю. Да ты не бойся, спи спокойно, привидения здесь не водятся.
  - Я и не думал ничего такого. Отдежурю, без проблем.
  - Вот и лады. Только ты и в выходные не уходи далеко, только в магазин или ещё куда. Материалы завезли, оцинковку, краску - смотри!
  - Что ж, я не понимаю? Не беспокойся, не уйду.
  - Ну, всё. А я завтра уеду на все выходные в деревню, к родителям жены. Так что до понедельника. Бывай!
  Они пожали друг другу руки и Михайлов ушёл.
  
  После скромного ужина Андрей, уже по привычке обошёл весь дом, тихий, пустой. В центральной большой комнате аккуратно лежали материалы: гипсокартон, рейка, оцинковка. Стоп, а где краска? Неужели...
  Парень спустился в подвал. Вот, краску зачем-то сюда снесли. Н-ну, ладно. Раз уж он сюда пришёл, может, следует обследовать подвал не ночью, а хотя бы в сумерках? Кстати, и фонарик при нём.
  Но едва Андрей сделал пару шагов в направлении восточного угла, сзади послышался шорох и хриплый голос произнёс:
  - Ага, попался!
  Андрей резко развернулся и направил фонарь на нападавшего. В луче электрического света, закрыв лицо рукой, стояла...
  - Лена?! Ты... ты чего здесь?
  Девушка закашлялась. Сухо, болезненно.
  - Я тебя хотела увидеть. Так хотела, что приехала сюда. Иду, смотрю, а ты в подвал спускаешься. А меня даже не заметил. Вот и решила тебя попугать. Андрюша, ты испугался, да?
  Андрей взял девушку за руку.
  - Ох, Лена, у тебя руки горячие. Пойдём поскорее наверх.
  Во дворе он сказал как можно внушительнее:
  - Леночка, тебе надо поскорее ехать домой. Ты очень рискуешь, гм... здоровьем. Ночи холодные, а ты ещё больна. Давай, я тебя провожу до остановки?
  Девушка заметно погрустнела.
  - А я так хотела побыть с тобой. Кхэ-кхэ... хоть немножко.
  - Ладно. Давай я тебя чаем напою. Пойдём во флигель.
  Им в след мрачно посмотрела большая птица, сидевшая на трубе, в надвигающейся ночи почти слившаяся с тёмной листвой тополей. От кирпичного цоколя дома Вороновых потянулся серый туман.
  Андрей долил воды и включил электрический чайник. Достал заварку и две чистые кружки.
  - О, смотри, Лена, варенье малиновое кто-то оставил. Наверно, Михайлов, у него родня в деревне. Будешь чай с малиной?
  - Кхэ, кхэ. Давай, хочу горячего.
  Они сели на самодельную лавочку у стола. девушка прижалась к Андрею, положила голову на его плечо.
  - Я скучала по тебе. А ты?
  - Я? Я тоже... вспоминал.
  - Андрюша... кх, кхэ-кхэ, а я тебе нравлюсь? Хоть немножечко?
  - Ну, да, конечно, ты мне нравишься. Вот, Лена, пей чай. А потом я тебя до автобуса провожу.
  Девушка выпила пол-кружки горячего чая с малиной, и Андрей заметил, что она засыпает.
  За окном, где почти совсем стемнело, пронеслась тень большой птицы, и послышался шорох крыльев.
  - Лена, поздно уже. Давай я тебя провожу до остановки?
  - Да-да, меня что-то разморило. Поеду домой...
  Андрей проводил девушку до проспекта. Там остановил машину сговорчивого частника и отправил свою подругу домой.
  Он отсутствовал буквально несколько минут, но дом Вороновых был уже весь окутан белёсым туманом. Никакого желания идти туда уже не было. Была только усталость и апатия. Андрей поленился даже сполоснуть кружку и налил поостывшей воды в ту, из которой пила Лена. После нескольких глотков бороться с внезапным сном уже не было сил и Андрей, не раздеваясь, плюхнулся на топчан.
  Никаких снов он в ту ночь не видел. Как будто тот туман, который скрыл старый дом, оградил его, Андрея, от всех тревог и кошмаров.
  
  9. Проснулся Андрей опять поздно, когда уже давно рассвело. Впрочем, рассветом начало дня назвать было трудно - обложные тучи закрыли всё небо и землю поливал прохладный, совсем не летний дождь. В такую погоду из-под крыши выходить совсем не хотелось. Хотелось просто лежать в сухом тепле и читать книгу, пусть это даже была "Электротехника". Но - работа превыше всего. И Андрей в середине дня, когда дождь ненадолго утихомирился, выбрался из флигеля на обход своего "объекта". И в доме и в цокольном этаже всё было в порядке, тишина и пустота. В подвале со сводчатым потолком никакой двери не было и в помине и было также пусто, как и в предыдущие дни. "- Но не в ночи!" - мысленно предупредил себя Андрей.
  Вернувшись в бытовку он ещё долго строил догадки: что же такого в этом подвале? Отчего по ночам там происходят всё эти непонятности, видения разные, убийства. Убийства!? Или всё это ему только видится? Может быть, там какой-нибудь газ выходит, который даёт галлюцинации? Но почему только ночью? И почему, когда человек один?
  Парень долго размышлял над этими вопросами и не мог придумать ни один толковый ответ. Да что там "толковый ответ", даже более менее связную гипотезу. Наконец, так ничего и не придумав, решил просто дождаться очередной ночи.
  К вечеру дождь прекратился, хотя тучи по-прежнему закрывали небосвод. Андрей оделся в чистое и пошёл "в город", купить продуктов, да и просто побыть среди людей, отогнать тоскливое ожидание чего-то нехорошего, так некстати заползшее в его сердце.
  Он вернулся с авоськой полной свежих продуктов. От тоски на душе не осталось и следа. Наоборот, его переполняла решимость разгадать все загадки старого дома. Темнота и тишина купеческой усадьбы резко контрастировала с ярко освещённым шумным проспектом, а сам дом казался ненужным, лишним, чужим, буквально нарывом на теле современного города. И вместе с тем он притягивал, затягивал в себя.
  Большая птица на кирпичной трубе казалась здесь уже обычной. Она сидела наверху, как бессменный страж дома Вороновых. Но вот тумана у цоколя сегодня не было. То ли дождь повлиял, то ли ещё что, но было ясно, что мистического "покрывала" сегодня не будет.
  Андрею не терпелось спуститься в подвал. Но сдержав себя, он решил идти туда около полуночи. Попил кофе, не спеша переоделся, взял фонарь, складной нож, верёвку. Пора!
  Непроницаемая темнота и тишина сопровождали Андрея вплоть до "той самой двери". Дверь уже была на месте: деревянная с бронзовой ручкой. И только взявшись за ручку, парень понял - это подделка. Дверь новая, лишь покрашена под старину. Ручка тоже, скорее всего из алюминиевого сплава. Но долго думать и оглядываться ему не пришлось. Едва он приоткрыл дверь, его с силой что-то толкнуло, он влетел в помещение, чуть не упал и очутился в своём углу, где не раз уже скрывался от полуночных кошмаров. Подвал со сводом был ярко освещён и сдержанно шумен.
  Андрей осторожно оглянулся и тут же спрятался... за кадку с фикусом! Да, теперь в подвале были и цветы. А ещё здесь были мягкие стулья, большой стол, покрытый зелёным сукном и застеклённый шкаф-бар.
  - Не может быть, - прошептал Андрей. Он ущипнул себя за ногу. Больно!
  За столом сидели пятеро мужчин, они играли в карты. Ещё один самый молодой на вид, в белой рубашке с галстуком-бабочкой и с манерами бармена сидел возле шкафа с бутылками и бокалами. Стол освещала большая лампа под стеклянным абажуром. На стенах висели ещё несколько бра и от этого в подвале было очень светло. Андрей хорошо мог разглядеть собравшихся за столом.
  Карты раздавал худощавый молодой человек с бледным и порочным лицом:
  - Эдуард Иванович, вы?
  - Я пас, - отозвался сутулый мужчина в дорогом светлом костюме и откинулся на спинку стула. Оправа его очков блеснула золотом. Золото сверкнуло и во рту когда он положил туда сигарету.
  - Георгий Леонидович, ваше слово?
  - Я пожалуй... добавлю!
  Игрок с массивной золотой цепью на шее чуть приподнялся и бросил в ворох банкнот в центре стола ещё несколько зелёных бумажек. Под широким малиновым пиджаком явственно обозначились накачанные мускулы.
  - Вартан Ма...
  - Пас, уважаемые, - прервал дилера полный мужчина с большим носом и поднял ладонь. На каждом пальце руки переливались в ярком свете ламп драгоценные камни в перстнях.
  Банкомет повернулся к последнему игроку, выделявшемуся в этом сборище нуворишей своей бритой головой, простецким видом и нарочито дешевой одеждой.
  - Чем ответите вы, Максим Давидович?
  - Давыдович! Сколько тебе ... говорить?
  - Ой, извиняюсь- извиняюсь! Давыдович.
  - А я принимаю. И отвечаю, - бритоголовый достал из бокового кармана потрёпанной кожаной куртки несколько долларовых купюр, скомкал их, и бросил на стол.
  Сутулый в очках отвернулся и что-то пробормотал. Носатый поднял обе ладони с перстнями на пальцах:
  - Камац камац, паронайик! Тихо, господа!
  А у мужика в малиновом пиджаке шея стала наливаться кровью и в считанные секунды цветом сравнялась с одеждой. Но он продолжал сидеть, упёршись взглядом в поверхность стола.
  Андрею почудился непонятный шум за плотно закрытой дверью. Но он не успел ничего понять, потому что бритоголовый вдруг вскочил с места, с ногами запрыгнул на свой стул и заорал:
  - Я отвечаю!!!
  И тут же дверь с треском распахнулась. В помещение подпольного казино ввалились два типа в чёрных кожаных куртках и с пистолетами в руках. На головах у них были надеты чёрные капроновые чулки с прорезями для глаз и рта. Все игроки немедленно вскочили со своих мест. Очкастый, ближе всех сидевший к бару, одним прыжком оказался у шкафа, оттолкнул бармена и сунул руку куда-то за фанерную стенку.
  - Макс, м...ла! - фальцетом крикнул он.
  Больше никто ничего сделать не успел, так как бандиты в масках открыли огонь из своих пистолетов. Помещение быстро заполнилось оглушающими звуками выстрелов, криками, пылью и дымом.
  Андрей, спрятавшись за своим фикусом, пробовал закрыть уши ладонями, но не мог долго вынести ужаса, происходящего здесь расстрела. Через несколько секунд он, что есть силы, оттолкнул фикус, выпрямился и вновь, как делал уже не раз, бросился к спасительной двери. Но всё пошло не так, как он ожидал. Во-первых, ему в ногу, прямо в колено, ударила отскочившая гильза. Андрей машинально подхватил гильзу, горячую, и сунул в карман. И тут наступила полная, звенящая тишина. Видимо, та гильза была от последнего выстрела. Оглушённый тишиной парень выпрямился, отмахнул рукой клок дыма и ... встретился глаза в глаза с бритоголовым. Чужие глаза были страшные, пустые, состоящие почти из одних зрачков. Глаза убийцы. И рядом с двумя живыми глазами был третий - стальной. Глаз пистолета.
  Руки Андрея непроизвольно потянулись вверх, колени противно ослабли. Он вдруг отчётливо понял, что должен сейчас сделать: в предыдущих критических ситуациях его спасло прикосновение к некому железному штырю. Где он!? Андрей попробовал развести руки и незаметно для противника коснуться стены. Но дуло пистолета нервно дёрнулось за ним.
  - Куда? Стоять! Ты откуда... а-апчхи!!
  Бритоголовый вдруг дёрнулся лицом и оглушительно чихнул. Андрей мгновенно перехватил его пистолет и рванулся вперёд. В два прыжка он добрался до выхода. Плечом стукнулся в дверь - больно! А где же всегдашняя паутина? Но задумываться об этом было некогда - ему вослед прозвучали новые выстрелы.
  Андрей побежал по хорошо освещённому цокольному этажу. Мельком увидел ещё более удивительную картину: даже здесь, во внешних помещениях старого подвала всё было по-другому. Здесь стояла мебель, был пол из кафельной плитки, обои на стенах. А ещё здесь на полу лежали люди, трое или четверо. Они лежали в неестественных, в неживых позах. И опять нельзя было остановиться, нельзя разобраться, что это такое - сон или страшная явь. За Андреем гнались убийцы, в него стреляли.
  Но вот и дверь, ведущая на лестницу из подвала. Новая, стальная дверь. К счастью, распахнутая настежь. У Андрея возникло непреодолимое желание остановиться, оглянуться, может быть вступить в перестрелку с преследователями. Он успел осуществить первое свое намерение - остановился в проёме двери. Он уже начал поворачивать голову... и тут одна из пуль впечаталась в бетонный косяк. Острые каменные крошки ударили его по правой руке, по шее. От неожиданности Андрей выронил пистолет и упал.
  Студент упал наружу, на холодный голый бетон. Глаза его закрылись...
  Он открыл глаза спустя целую вечность. Или всего лишь через несколько секунд. По крайней мере вокруг стояла глухая ночь. Андрей сел на бетонную ступеньку, осторожно заглянул внутрь подвала. Там ничего не было, ни стальной двери, ни света. У него возникла уверенность, что и внутри больше ничего нет: нет подпольного казино, нет убитых, нет преступников. А вот его пораненные рука и шея болели. Андрей встал и побрёл в бытовку. Спать.
  
  10. На следующий день он опять, как во все последние дни, проснулся поздно. Болела повреждённая рука. От неудобного ночного лежания затекла шея. Болела голова. Но больше боли Андрея мучили мысли о сводчатом подвале. Что же, наконец, там это такое? С этим чёртовым подвалом можно с ума сойти. Попросить помощи? У кого? Нет-нет, он сам разберётся с этой проблемой и не иначе, как в предстоящую ночь. Это будет его последнее ночное дежурство. Не может же он подвергать опасности жизни других людей - Михайлова или ещё кого. А у него, Андрея Перова, обычного студента, вроде даже какой-то контакт налаживается с тем подвалом. По крайней мере, вот уже почти неделю он ходит туда ночами, наблюдает, даже в некотором роде (Андрей поморщился и погладил ноющую шею) участвует - и ничего с ним смертельного не произошло.
  Так, надо всё серьёзно обдумать. Вчера он тоже готовился к ночному приключению, собирался, но... так ничего существенного и не узнал. Надо размышлять, вспомнить весь путь и... Стоп-стоп, что-то вертится. Ага, вот оно! Он все ночи спускался в подвал по новой бетонной лестнице, единственному входу в обновлённый подвал.
  От возбуждения Андрей встал с лежанки, заходил по комнатке. Машинально сунул руки в карманы. Что это? Он с изумлением достал из кармана гильзу от пистолетного патрона.
  Так значит, всё это было!? Значит, и стреляли и убивали на самом деле!?
  Андрею стало не по себе. Ничего себе! Надо срочно бежать заявить в милицию и они...
  Стоп! Опять его мысли рванули не туда.
  Андрей сел за стол, поставил гильзу перед собой. Прицелившись глазом, посмотрел на гильзу, как на мушку прицела, через стекло окна на дом Вороновых.
  Во-первых, он твёрдо решил во всём разобраться самому. Во-вторых, он должен найти другой вход в подвал. Хм, известно, что другого входа нет. Получается, уравнение со всеми неизвестными. Следовательно...
  Парень оторвал взгляд от гильзы и внимательнее поглядел на старый дом. Так, вот вход под навесом, кирпичный цоколь, бревенчатые стены, окна в них. Окна? Нет. Хотя окон много, но они открыты и ведут известно куда - на первый этаж. А что же ещё?
  И тут Андрея озарило - крыша! В подвал можно попасть через крышу! Вернее, через трубу на крыше. Михайлов говорил, что они отремонтировали все три трубы, выходящие на крышу. Но две не действующие, а так муляжи, засыпанные керамзитом и стоящие на чердачном перекрытии. А вот одну из труб выложили заново, а вентиляционный канал вывели прямо в подвал. Вот оно!
  На всякий случай Андрей и днём обошёл всё здание. Дом Вороновых и его подвал стояли сонные, пустые. Но парню казалось, НЕЧТО притаилось здесь и ждёт только темноты. Хорошо, и мы подождём...
  Затем Перов ненадолго вышел "в город". Зашёл в магазин, купил бутылку газировки, сдобную булочку. Потом пошёл к телефону-автомату, чтобы позвонить домой Лене. На звонок долго никто не отзывался. Потом трубку взяли, и усталый женский голос прорезался сквозь помехи на линии:
  - Да. Лену? Нет-нет, нельзя. У неё жар, она спит. Нет-нет, и не звоните больше, не позову. Всё, до свиданья!
  Огорчённый Андрей стукнул кулаком по ни в чём не повинному автомату и вышел из кабинки. Двухкопеечная монета звонко цокнула в окошке выдачи.
  И ещё один погожий летний день прошёл в пустом ничегонеделании. Но вот тени от высоких тополей удлинились и легли на восток. Студент выпил чая и начал собираться в новую ночную экспедицию. На этот раз он надел старенькое трико и потрёпанную гимнастёрку, судя по размеру, некогда принадлежавшую Михайлову. В небольшой рюкзачок Андрей положил тяжёлый нож, фонарь с запасной батарейкой, длинную верёвку. Ну, всё, пора!
  Приставить стремянку и влезть на крышу, было для молодого сильного человека делом пяти минут. Пара минут ушла на преодоление ската, крытого кровельной жестью. Вот и конёк крыши, можно передохнуть, оглядеться.
  Блиннн!!!
  На ближней трубе, той единственной, нужной ему, сидела большая чёрная птица. Сидела отвернувшись от него, склонив голову вбок. В такой позе она была похожа на присевшего отдохнуть худощавого человека. Андрею стало не по себе и, чтобы добавить бодрости, он топнул по крыше ногой.
  - Кыш! Ворона несчастная...
  Птица неторопливо повернула голову, обозначив хищный профиль, сверкнула круглым глазом. Потом нехотя спрыгнула с трубы, заковыляла, стуча когтями по металлу, и села на другую трубу. Андрей сглотнул сухой комок в горле.
  - Вот и молодец, умная птичка! Посиди пока там. А я вниз спущусь. По делам.
  Он крепко привязал верёвку к трубе. Прикинул размер лаза - тесновато, конечно. Да, ничего, лезть не очень далеко, всего-то метров восемь-девять. Ну, сказал бы: "с Богом!", да нельзя - комсомолец.
  Андрей бросил прощальный взгляд на тёмно-синее небо, ещё светлое на западе, на слитную темень тополиных крон, ухватился за верёвку, и начал спускаться вниз.
  Спуск оказался несложным. Парень лишь старался не слишком тереться о стенки канала спиной и плечами. Спустя несколько минут, нисколько не устав, Андрей уже стоял на цыпочках на краю вентиляционного отверстия в кирпичной стене. Проскользнув в эту дыру, студент легко спрыгнул на бетонный пол. Здесь было не совсем темно - сквозь проёмы в цоколе пробивалось немного света, пусть и ночного. Парень отпустил верёвку и включил фонарь. В луче света хорошо было видны не оштукатуренные стены, потолок. Но вот пол - пол был не виден из-за покрывавшего его сплошным ковром белёсого тумана. Андрей плюнул вниз. Туман и не шелохнулся. Тогда парень вздохнул, поправил почти пустой рюкзачок, и шагнул вперёд.
  Невесомо ступая по странному туману Андрей, тем не менее без проблем дошагал до низкого прохода в углу подвала. Никакой двери здесь не было и в помине. Только лица коснулась мягкая паутинка, совсем как в первый раз, и он очутился в помещении со сводчатым потолком.
  Здесь было темно и совершенно пусто. Даже тумана на полу не было. И тихо. Тихо? Андрей замер и прислушался: нет, откуда-то доносился мерный шорох, как будто рядом, где-то за стеной, плескалось море. Но этого не могло быть в принципе, ведь ближайшее море находилось в двух тысячах вёрст от города.
  - Посмотрим, вот сейчас посмотрим, - прошептал сам себе Андрей. Он быстро, чуть ли не бегом, пересёк помещение и остановился под тем самым тёмным отверстием в стене. Как нарочно здесь оказались два крупных обломка кирпичей. Перов поставил их на попА, взял фонарик в рот и поднялся к дыре. Из её абсолютной темноты ему в лицо подул ровный свежий ветер. Андрей подтянулся на руках. Просунул в отверстие голову, затем плечи, а затем... Затем невероятная сила приподняла его и втянула внутрь.
  Тьма лопнула и отступила. Внезапно Андрей оказался парящим над неоглядной и ужасающе прекрасной бездной. На фоне глубокого, не имеющего цвета пространства переливались бриллиантами мириады светляков. Звёзды! Яркие, свивающиеся в спирали, собранные в скопления или разбросанные тут и там, настоящие звёзды!
  Застыв от такой невиданной красоты, Андрей стоял затаив дыхание, одновременно наслаждаясь увиденным и страшась его. Однако, через некоторое время, когда эйфория от увиденного прошла, парень стал приглядываться внимательнее. Всё произошедшее было абсолютно невероятно, полностью чудесно, но... но что-то здесь было не так, что-то настораживало. Вокруг было космическое пространство, звёзды, галактики. В школе он увлекался астрономией, неплохо различал созвездия. Вот желтоватая Вега, красный Альдебаран. Немного правее и, кажется близко - руку протяни - созвездие Ориона, перетянутое звёздным поясом. Чуть в стороне две ярких звезды-близнеца Сириус и Процион, лидеры созвездий Большой Пёс и Малый Пёс. Звёзды и галактики свободно "висят" в пространстве. Но он-то сам стоял на некой тверди, а не парил в невесомости. Андрей пригляделся: у его ног, протянулась прозрачная нить, тонкая, слабо светящийся в звёздном блеске. Как некий путь, эта нить проходила среди звёзд и терялась в бесконечности. А ещё на том пути были тёмные пятна, хорошо различимые даже при почти полном мраке.
  Дрожа от возбуждения, студент Перов встал на звёздную нить. Она была прозрачной, как хрусталь и твёрдой, как гранит. Внезапно, из ниоткуда, к нему пришло понимание: это дорога, дорога среди звёзд. По ней он может быстро дойти до любой звезды, попасть на любую планету. И там... А что будет там, Андрей не успел додумать.
  Звёздный путь вдруг завибрировал, передавая сигнал, что на него вступил человек. Перов остановился, прислушиваясь к удаляющейся в пространство вибрации.
  Странно, находясь между звезд, дышалось абсолютно легко, как будто в зимнем лесу, укрытым чистейшим снегом. Не чувствовалось ни холода, ни какого либо волнения. Всё было естественно и всё было прекрасно!
  
  11. Он уже намеревался идти дальше и даже сделал один и другой шаг, как вдруг по звёздному пути пробежала вибрация ответного сигнала. Значит, кто-то двигался ему навстречу. Андрей некоторое время безуспешно вглядывался в сверкавшую в первозданной тьме Вселенную. Но вот одно из тёмных пятнышек начало заметно перемещаться. Через некоторое время пятно приблизилось настолько, что начало приобретать форму. Больше всего ЭТО напоминало огромного лохматого пса без хвоста. Припомнилось, как в тот день, когда они с Леной впервые пришли в этот подвал, девушка говорила, что видела большую собаку. Но разве может быть здесь какая-то связь? Тем временем в центре пятна засветились две красные звезды, как будто открылись два багровых глаза.
  Первый же взгляд на эти глаза поверг Перова в панику. Что делать? Бежать? Но куда, как? Он не знает как попал сюда, не то, чтобы найти выход. Андрей намеревался уже спрыгнуть со звёздной нити-тропы прямо в космос, а там будь, что будет. Но он не успел ничего сделать, так как его проблема разрешилась быстро и непреклонно. Чёрное пятно, нет пятнище, возникло совсем близко и нависло над ним, закрывая звёзды. Оба глаза, если можно назвать глазами два прожектора с чёрными круглыми зрачками и рубиновой сетчаткой, уставились на Андрея. Они внимательно несколько секунд изучали человека. Затем сигнал "глаз" овладел его сознанием. Последние звёзды исчезли из Вселенной. У Андрея не было уже сил удивиться, когда он услыхал мысленный вопрос:
  - ТЫ КТО?
  - Я - человек! - отчаянно выпалил Андрей темноте.
  И, понимая, что этого мало, что это ничего не объясняет, но не зная что ещё сказать (ведь это ж первый межзвёздный контакт, чёрт подери!), неизвестно почему добавил:
  - Я реставратор...
  Он собирался ещё что-нибудь сказать, объяснить, что временно работает здесь (хм!), недалеко (ха-ха!). Что попал сюда в общем-то случайно и ничего плохого никому не желает.
  Но вдруг Андрей почувствовал странные колебания исходящие от собаковидной темноты. Глаза-прожекторы оставались на месте и даже не моргали, а сама туманность ритмически колыхалась. Смеялось! Да-да, неведомое существо явно смеялось над ним!
  - ТЫ! КАК ТЫ СКАЗАЛ...?! НЕТ! НЕТ, ЭТО Я - РЕСТАВРАТОР!!!
  Эти беззвучные слова, воспринятые человеческим мозгом, были такими оглушительными, такими объёмными, что резонансом отозвались во всём теле Андрея, в каждой его клеточке. Зажав голову руками, он рванулся со звёздного пути. Прозрачная нить словно живая подхватилась под него, всколыхнулась и... и выбросила его прочь!
  Непонятно как, но Андрей снова очутился в знакомом ему до боли подвальном помещении со сводчатым потолком. Он обнаружил себя лежащим на полу. У него ничего не болело, не было ни ушибов, ни царапин, только слегка кружилась голова, да в глазах вспыхивали и гасли искорки.
  Парень поднялся и отряхнул джинсы. Ему надо было бы бежать без оглядки из этого проклятого места, но он посмотрел вверх. Из тёмной квадратной дыры, из Вселенной на него в упор глядели два звёздных глаза. Опять бешеная, давящая муть проникла в его мозг.
  - Я тот, кто я есть! Я - человек! - выкрикнул он задыхаясь и чуть не теряя сознание. - А кто же ты? Что ты делаешь здесь, у нас?
  К его удивлению, существо ответило ему вполне миролюбиво и, кажется, даже с охотой:
  - Я, м-м-м, учёная особь. Прибыл с планеты Х-три, что находится в системе звезды Сириус-С. Разумеется, в вашей системе общих координат. У нас другая система обозначения объектов в пространстве. Я путешествую по другим планетам и собираю... нет, восстанавливаю события некогда произошедшие. Конечно, не в глобальном масштабе, а в довольно ограниченном контуре. Ах, да, у вас это называется "дом". И ещё в пещерах, подобных этой.
  Давящая тяжесть отпустила мозг Перова, и он смог спокойно принять и осмыслить информацию.
  - Значит, ваша цивилизация может путешествовать среди звёзд? И что вы собираетесь сделать с нашей Землёй? Колонизовать?
  Показалось Андрею или нет, но глаза ещё больше приблизились к нему, а тёмная масса набухла в дыре, приготовилась вывалиться наружу.
  - Вы, аборигены низкоразвитых планет только и думаете, что вас кто-то может колонизовать. Нет, нам не интересны ваше золото, нефть или что там у вас ещё "в цене". Развитие нашей цивилизации достигло невиданных в Галактике высот. Нас больше не интересуют достижения техники. Мы не озабочены достатком пищи и воды. Болезней на нашей исходной планете практически нет, срок жизни реальной Х-особи ограничен только её желанием жить. Мы можем перемещаться от планеты к планете, можем посещать астрономические тела без атмосферы или с атмосферой, непригодной для жизни биологических особей. Кроме звёзд, разумеется. Мы можем изменять своё тело, можем перемещаться во времени, можем... МЫ МОЖЕМ ВСЁ!
  Существо явно старалось поразить Андрея своим совершенством, внушить веру во всемогущество инопланетян. Но русского студента нелегко поставить в тупик и самым фантастическим рассказом. Он только немного призадумался.
  - А вот ты говоришь, что техника вам не нужна. Но вам же надо строить дома, например, или устраивать развлечения, общаться друг с другом. У вас же есть телевидение, телефон или какие-то другие средства связи? Транспорт, наконец?
  - Ха! Какое примитивное мышление у тебя, человек. Ты не можешь представить себе цивилизацию без зданий, без наземного, водного или воздушного транспорта, без приборов связи? Какое поразительное убожество! Хорошо, попробую тебе объяснить. Наша цивилизация достигла такого уровня, что нам не нужны ни механические приспособления, ни электронные устройства, ни собственное тело. Мозг наших особей настолько развит, что может и перемещать нас, общаться с другими существами, создавать всё, что нам нужно. Многие особи настолько удовлетворены своей жизнью, что столетиями живут на одном месте и не хотят никуда перемещаться, общаться с кем-то и вообще... Ах, ну об этом тебе знать не нужно.
  - Они что, становятся рабами своего мозга и перестают... жить?!
  - Что значит перестают жить? Они существуют. Импульсы их мышления сплетаются с импульсами всего сущего во Вселенной, проникают везде. Внешне да, они принимают форму, э-э, скажем, камней, больших деревьев.
  - Ну, вы блин даёте! Ничего не делать - до окаменения...
  - Не тебе, ничтожному, обсуждать деяния Х-особей! Они МЫСЛЯТ! Что ты можешь об этом знать? Их не так уж и много, намного меньше половины особей. Впрочем, я не собираюсь обсуждать с тобой ничего. Просто спрашивай, если у тебя ещё есть вопросы.
  - Есть-есть, - торопливо сказал Андрей, желая потянуть время. Он хотел разговором задержать инопланетянина в дыре, узнать о нём побольше, и за это время придумать, как от него отделаться и убраться отсюда. - Я хочу узнать: что же у вас ценится и зачем вы, некоторые из вас, всё же путешествуют по Вселенной?
  - Я скажу тебе. Наша цивилизация, самая передовая и практически всесильная, испытывает дефицит психических процессов и явлений средней и короткой продолжительности.
  - Постой, что-что ты сказал? Психических процессов? Это что: волнения, настроения, эмоции?
  - Да. Мы научились собирать и аккумулировать, как ты сказал, эмоции. Мы можем брать из них особый вид энергии, который крайне нам необходим. Мы можем даже брать эмоции, которые живые существа уже испытывали в прошлом. Этим и занимаются настоящие Реставраторы. А самые сильные эмоции, дающие наибольшее количество энергии, излучаются во время стрессовых состояний, страха, боли, смерти. Реставраторы посещают отсталые планеты, входят в порталы и воскрешают тени былого. Полученную энергию мы продаём на своей планете. Это неплохой бизнес и, как следствие, также известность и власть. Кроме того, Х-особи любят визуально смотреть на то, как аборигены отдают свою энергию. Но есть проблемы переходов. Во-первых, ко многим планетам ещё нет вселенских путей. Это такие силовые нити, типа той, на которой мы встретились. Во-вторых, на самой планете необходимо найти портал входа. Но в данной пещере такой портал был. Правда, он был скрыт, но мне удалось его распечатать. Я очень опытный Реставратор. В-третьих, э-э, как тебе сказать... следует учитывать ещё и местный фактор. Вот и здесь, непосредственно вблизи портала оказались аборигены. Троих я устранил без труда. Страх - оружие, от которого нет защиты.
  Я ответил на все твои вопросы. А теперь...
  - Постой-постой! Как - ответил? А я? Ведь со мной у тебя ничего не получилось. Я бываю здесь уже неделю, такого насмотрелся! И с тобой вот беседую. Ведь ты не так просто отвечаешь мне. Что со мной не так? И что тебе ещё здесь нужно?
  В подземелье пронёсся поток холодного воздуха. Андрей подумал, что инопланетянин вздохнул. С досадой.
  - Ты оказался "не такой" абориген, нестандартный. Страх в тебе, конечно, есть, однако превалируют иные эмоции и чувства. Я не могу выразить это по земному, а в нашем лексиконе нет такого понятия. Ты постоянно думаешь о другом существе, думаешь субъективно и избирательно. В тебе есть чувство сильной привязанности к тому существу, кстати, противоположного пола, есть сомнения, есть большая радость. В общем, это чрезвычайно сложно и непонятно, но... как ни странно, это даёт тебе ощущение счастья, близкое к абсолютному. Для нас, Реставраторов, эти эмоции не представляют никакой ценности. Но, признаю, для тебя это наилучшая защита.
  - Ты думаешь..., - удивился Андрей. - Так вы не знаете этого чувства? Не знаете любви? Невероятно!
  Красные глаза внезапно вспыхнули и перешли в густо-багровый цвет. Существо явно гневалось.
  - Меня не интересуют ТВОИ эмоции! Я не могу терять здесь много времени. Мне надо вычерпать до дна энергию из этого портала и перейти на другой. Сейчас я чувствую сильное сопротивление моей деятельности, растёт напряжение, энергия зла копится, но не передаётся потребителям. Мне препятствует ещё одна местная сила. Я знаю, это не ты, но ты должен...
  - Стоп-стоп! Значит, вы забираете нашу эмоциональную энергию, причём злую, болевую, смертельную. Попутно вы вызываете ещё больше зла на нашей планете, и после этого я тебе ещё чего-то должен? Вот паразиты! Галактические! Вампиры!
  - Успокойся, человек. Ты не знаешь - во время смерти биологического объекта обладающего разумом происходит огромный выброс энергии. Да, негативной, тёмной, но очень сильный. И ваша
  кровь тоже ценный биоресурс. Используя его, мы можем странствовать между мирами. Чем больше крови пролито на планете, тем лучше. Раньше мы использовали только свежую кровь. Но теперь наши учёные особи нашли способы проникать в четвёртое измерение. Мы научились воссоздавать эпизоды из прошлых времён и пользоваться ресурсами людей, которые и так давно умерли. Конечно, мы ограничены во времени и в пространстве событий. Мы, Реставраторы...
  - Ах, вы "реставраторы"?! Убирайтесь восвояси, оставьте в покое Землю и всё человечество!А ты... ты - клоп! Вот ты кто. Ну, гад, ну, погоди! Сейчас я тебя прихлопну!
  - СМОТРИ НА МЕНЯ. СЛУШАЙ МЕНЯ. ИДИ КО МНЕ.
  Красные глаза утратили всякое подобие человечности. Тьма вывалилась из дыры и начала быстро сгущаться, сплачиваться в некое тело.
  Перов попятился и судорожно огляделся, ища в подвале оружие, с которым он мог бы вступить в бой с инопланетянином. Фонарь его давно погас, но то ли глаза его приспособились к темноте, то ли стал светиться сам воздух, но он всё видел, хотя и нечётно, будто глядел сквозь толстое пыльное стекло. По полу подвала растекался зеленоватыми волнами призрачный туман. Туман вытекал из того самого низкого входа в углу, ощупывал все камешки, все кирпичи и быстро наполнял помещение. Он пробовал подняться и вверх по стенам, но всё время скатывался вниз. Видимо концентрация его ещё была недостаточна. А вот ноги Андрея туман старательно обтекал.
  Парень не успел сообразить, что ему делать в этой ситуации, как преодолеть новую напасть, как события стали развиваться с ужасной быстротой.
  Тьма наконец оформилась в физическое тело. Это тело имело вид огромной косматой собаки с короткой мордой и без хвоста. Глаза стали тоже почти собачьими и даже не красными, а просто тёмно-жёлтыми. Зато появилась настоящая пасть с устрашающего вида белейшими клыками, между которыми метался кроваво-красный язык. Инопланетянин рванулся к Андрею и... и на первом же шаге увяз в зелёном тумане. Зверь яростно куснул туман зубастой пастью - вокруг полетели куски и ошмётки зелёного и сделал второй шаг, но снова увяз. Вдруг под покровом тумана в подвал вкатился большой зелёный шар. Шар подкатился под морду зверя распрямился и в подвале очутилось ещё одно действующее лицо. Вернее не лицо, лица как раз Андрей и не видел, а спина высокой фигуры. Эта фигура была похожа на ёлку: широкая внизу, суживающаяся почти в нитку к верху, и такая же зелёная. Видимо, у нового персонажа были и иголки, потому, что тёмный зверь взвыл, как от мучительной и сильной боли. И тут же "собака" и "ёлка" сплелись в яростной схватке. Подвал озарился огнями. От мелькания искр всех цветов цветов, от дыма быстро наполнявшего помещение, у Андрея нестерпимо заболела голова. "С этим надо заканчивать", подумал он и пошатываясь, держась обеими руками за стену, побрёл к выходу.
  К счастью, он, хоть и испытывал сильную боль, не потерял способности размышлять.
  - Здесь я постоянно видел схватки, кровь, смерть. А как всё это прекращалось? Я находил металлический штырь - рубильник и выключал всё. Так-так, где же он? Пора прекратить всякую "реставрацию".
  Словно прочитав его мысли, инопланетянин взвыл в мозгу Перова:
  - Человек, не делай глупости! Ты пожалеешь! Ты умрёшь!
  С трудом повернув чугунную голову, Андрей увидел, что чёрный пёс начал одолевать зелёного верзилу: тот стал заметно ниже ростом, побледнел и стал почти прозрачным, а зелёный туман, изорванный в клочья, занимал лишь едва половину подвала. Парень сначала руками, а потом и всем телом прижался к стене. Где же, где?
  С трудом он нащупал конец металлического стержня почти ушедшего в шов кладки. Ухватил пальцами - нет, слишком мала зона захвата, слишком крепко держат кирпичи. Андрей выхватил нож и стал исступлённо долбить крепкий, вековой давности, известковый раствор. Удар, удар, удар!
  Внезапно позади него раздался сильный хлопок. С протяжным утробным звуком нечто, увлекая за собой остатки зелёного, вылетело из подвала со сводчатым потолком. Сразу воцарилась кромешная темнота. Но в эту же секунду Андрей накрепко ухватил железный стержень и потянул на себя. Проклятая железяка заискрила и стала быстро нагреваться, но парень не выпускал её и продолжал тянуть на себя.
  - Н-е-е-е-т!!! - заверещал пришелец. - Не-е на-адо! Ты не понимаешь...
  - Вот тебе твоя реставрация! - Андрей последним усилием извлёк дымящуюся железяку и бросил на пол. Она шипела и искрила, как бенгальская свеча. Инопланетянина смяло, скрутило, собрало в комок, и потащило обратно в чёрную дыру, в межзвёздный портал.
  - В-У-у-у-у... - раздался свистящий звук и всё стихло.
  Перов повернулся к едва сереющему прямоугольнику выхода.
  - Уф-ф, кончено! Надеюсь, этот клоп больше не найдёт дорогу на Землю. Пойду-ка я спать. Хм, надо же - он тоже реставратор!
  
  12. Во внешнем помещении подвала было уже не совсем темно - сквозь окна цоколя пробивался ранний рассвет. Андрей утомлённо зевнул, представив себе, что вот сейчас он вернётся в бытовку, скинет кеды, растянется на топчане и...
  И тут его нарастающую дремоту моментально разогнал звук шагов. Чужих тяжёлых шагов. Кто- то большой и грузный спускался по лестнице в подвал. Андрею вспомнилась строчка из песни Высоцкого: " ты их в дверь, они в окно". Вот привязались эти инопланетяне! Даже поспать некогда. А, это наверное тот зелёный, которого "пёс" выкинул наружу. Ему-то что здесь надо? Ещё один Реставратор?
  Он быстро отошёл к боковой стене, под узкое цокольное окошко. Во входном проёме мелькнул луч света, обычный жёлтый луч электрического фонаря на батарейках. Только капля света - и никакого тумана - странно! Очень странно. Андрей непроизвольно присел. Стараясь стать как можно меньше, незаметнее.
  У входа появилась невообразимая фигура, просто силуэт на фоне раннего рассвета: широкое туловище, несколько извивающихся конечностей, две головы и жёлтый прыгающий глаз. Блин, что за ерунда? Ещё один пришелец, удаляющийся через портал восвояси или...
  Но тут вторая голова чудовища склонилась за его спину, и раздался тихий полувздох-полувсхлип. Земной, жалостливый, женский. Пришелец вскинулся всем телом, прикрикнул: "ну!". Луч фонаря тоже дёрнулся и на мгновение осветил Андрея. И сразу весь морок фантазий разрушился: в подвал вошёл обычный человек, мужчина, и на плече он нёс женщину. У Андрея мелькнула мысль: " ведь это уже было здесь!" и он выпрямился, сделал шаг навстречу.
  Незнакомец поставил женщину которую нёс на плече и придерживая одновременно развернулся и нанёс Андрею сильный удар ногою в грудь. Парень попытался смягчить удар, но не удержался и упал на спину. Да это уже не фантастика, это вестерн какой-то!
  - Ты откуда здесь взялся? - грубо спросил незнакомец. - Бомжуешь, баклан? Я сюда с мочалкой прикатил, а ты мешаешь. Придётся закрыть вопрос.
  - Я здесь работаю... сторожем. А вот ты зря здесь появился. Сейчас я вызову милицию, она с тобой разберётся.
  - Ну, ты баран. Мусорами меня пугаешь? И не надейся. А вот костлявая к тебе уже спешит!
  Неизвестный с угрозой двинулся к Андрею, но женщина дёрнула его в другую сторону.
  - Отпустите меня! Вы не имеете права!
  Тонкий лучик фонаря не мог осветить её полностью, распущенные тёмные волосы в беспорядке метались по голове, руки были связаны за спиной, но её фигурка была до боли знакомой. Лена!? Здесь, сейчас!?
  - Заткнись, дура! - бандит ударил девушку по голове и она упала.
  Андрей вскочил и принял оборонительную стойку. С удивлением он ощутил тяжесть и некоторое сдавливание в своих кулаках. Очевидно, когда поднимался, непроизвольно прихватил с бетонного пола немного песка, пыли и сора. Сквозь пальцы пробивалось едва заметное зеленоватое свечение. Размышлять об этом не было времени, так как незнакомец опять обернулся к нему. Лицо его было в глубокой тени, но от всей фигуры исходила мощная волна злой силы. Вот какой энергией питаются пришельцы - "реставраторы". А может быть и не просто так здесь появился этот бандит и насильник? Скорее всего.
  - Не люблю, когда мне мешают. Зря ты здесь...
  Не закончив фразу, незнакомец молниеносным движением выхватил нож с тонким узким лезвием и бросился на Андрея. Тот едва успел увернуться и, в свою очередь, швырнул в лицо нападавшему содержимое из обоих кулаков. Бандит со всего размаха врезался рукой в кирпичную стену. Зазвенев, сломался нож. Незнакомец вскрикнул от боли, заматерился и затряс рукой - тяжёлые чёрные капли полетели в разные стороны.
  Воспользовавшись замешательством противника, Андрей подбежал к девушке. Он хотел поднять её, вывести из этого кошмарного места. Но в темноте и в спешке ухватил её не за плечо, а за волосы. Она ойкнула, поднялась, и спотыкаясь побрела к светло-серому прямоугольнику выхода. Андрей намеревался последовать за ней, помочь, вывести наружу. Но насильник не оставил своих гнусных замыслов. Подобно дикому зверю он прыгнул им вслед, ухватился за ноги Перова и повалил его.
  - Беги, спасайся! - крикнул девушке студент. Он лягнул противника в лицо ногой и попытался освободиться. Тот зарычал от боли, но не ослабил хватку. Они стали бороться.
  Бандит был сильнее Перова, опытнее, злее. Он хотел подмять парня под себя и задушить. Андрей был ловчее противника, кроме того в нём бурлила ярость и чувство оскорбленного мужского достоинства. Он сражался за свою любовь. Через несколько тягостных минут борьбы Андрей сделал вид, что теряет силы. Бандит обрадовано матюгнулся, отпустил ноги Перова, попытался обхватить его за туловище. И тут же пропустил точный и болезненный удар.
  Андрей вскочил и попытался выбежать из подвала. Преступник догнал его у самого выхода. Он врезался в парня всем тело и сразу зажал его в углу. Сильные пальцы сдавили горло, перед глазами поплыли цветные круги. Андрей понял, что если сейчас не произойдёт что-то решительное, то это будет последняя минута его жизни. Вот в его глазах потемнело. Вот фигура убийцы раздвоилась. Андрей, собрав последние силы, ударил бандита ниже рёбер. Удар получился не особенно сильным, но эффект превзошёл все ожидания: противник разжал мёртвую хватку и отлетел в сторону. Андрей едва успел перевести дыхание и распрямиться, как тут же досадливо охнул и встал в оборонительную стойку. Перед ним, загораживая выход стоял человек. Что такое? Его противник успел так быстро подняться и изготовиться к поединку? Или же...
  Человек отвёл кулак Перова, тронул за плечо, сказал знакомым голосом:
  - Успокойся, Андрей, всё в порядке.
  - Александр?!!...
  В подвале, где утро уже давало достаточно света, Михайлов оседлал сражённого им бандита и ловко связал ему руки обрывком верёвки.
  - Так вот, всем выйти... из подвала. Я думаю, девушка уже пришла в себя и сейчас звонит в милицию. Пора, наконец, разобраться со всей здешней чертовщиной.
  
  13. На улице было так здОрово, свежо, красиво, что Андрей от восторга жизни закрыл глаза. Когда он их раскрыл первым кого он увидел была... Вероника!
  Растрёпанная, в распахнутой лёгкой курточке, в белой футболке, обтягивающей высокую грудь, она выглядела необычайно привлекательно. Вероника стояла возле флигеля со штыковой лопатой наперевес. Она напряжённо смотрела на выходящих из подвала Михайлова со связанным незнакомцем, на Перова. Вдруг лицо её утратило суровость и стало каким-то недоверчиво-обрадованно-детским. Она узнала любимого человека.
  - Андрюша, ты? Правда, это ты?! Ты здесь, чтобы спасти меня?! А-а-а...
  Лопата с грохотом упала на землю. Девушка, если бы Андрей не успел подхватить её на руки, упала бы рядом. Бандит, отвернувшись от бригадира строителей, посмотрел со злостью на молодую пару и сплюнул на землю. На всякий случай он ещё раз пошевелил крепко связанными руками - бесполезно. И сделать ничего плохого он уже не мог - во двор, сверкая синей мигалкой, въезжал милицейский "бобик".
  
  Несколько позже, когда к восьми часам на работу пришли строители, а милиционеры, составив протокол, уехали вместе с задержанным, Андрей усадил Веронику попить чаю, перед тем, как отправить её домой.
  Прихлёбывая из фаянсовой кружки горячий грузинский напиток, девушка, уже вполне пришедшая в себя от ночного кошмара стала рассказывать:
  - Ну, Псков, это да. Старина, красота. Древности на каждом шагу. Правда, в самом городе я была всего пару раз и то ненадолго. Наша студенческая экспедиция раскапывала какой-то курган, где-то в районе. До ближайшей деревни километра два, поблизости даже речки нормальной нет. Тоска. И, кстати, похоже, курган был просто так себе курган - ничего мы там не нашли. Так, камни какие-то непонятные. Ну, парни ясное дело, устраивали что-нибудь, затевали. То ночь Купалы, то чемпионат лагеря по шахматам, то день молодого историка, то футбол и волейбол. Но мне без тебя всё равно скучно было. А ты мне даже ни разу не написал.
  - Постой, Ника, ты же сама...
  - Ну, да. Адрес я не дала. А ты мог бы и сам найти меня. Если бы любил!
  - А сама-то вспомни, как приехали на вокзал, ни на шаг не отходила от этого... как его, с бородёнкой как у Хошимина и с гитарой наперевес.
  - Так это Толик. Ой, ты меня ревновал? Серьёзно? Ха-ха-ха, к Толику ревновать это вообще смешно! Да, песни он классно поёт и знает так много. Но он же мне не нравится. Ну, вот нисколечко! Да ну их всех, они мне надоели, и палатки надоели, и каша на костре недоваренная. А ещё дежурных девушек заставляли посуду после обеда мыть в холодном ручье и песком протирать. Представляешь! В общем, купила я билет на обратный поезд. Я даже родителям не позвонила. Приезжаю: ночь, автобусы, троллейбусы не ходят. Ну, думаю, придётся пешком идти через весь город. Вдруг возле меня "таксист" тормознул. Показался такой приятный мужчина, вежливый очень, и насчёт денег сказал: сговоримся. Дверку мне открыл, чемодан положил в багажник, улыбается. Улыбался мне гад, представляешь, Андрюша! А потом, я и оглянуться не успела, заворачивает в этот уродский двор и бросается на меня. Я выпрыгнула из машины, а тут такой мрак! Мне даже кричать страшно было и сил не стало бежать. Вот он и догнал. Рычит: " не ломайся, с... дура, а то убью"! И потащил в этот жуткий подвал. Негодяй! У меня совсем сердце зашлось. Вот послушай, как сейчас колотится!
  Вероника горестно вздохнула и потупила глазки. Но через секунду тряхнула головкой, допила чай.
  - Хорошо, что ты успел и спас меня. Страшно подумать что он мог со мной сделать. А вдруг я у него не первая? Жертва. Кошмар, что творится. Я тебе Андрюша так благодарна. Так...
  Девушка крепко обняла Андрея за шею и поцеловала в губы. Перов смутился, отвёл глаза и посмотрел в окно на улицу.
  - Ой, Ника, бригадир идёт. Давай мы вечером поговорим. Пойдём, я тебя до остановки провожу.
  - После работы сразу приезжай ко мне. Я так соскучилась, Андрюшенька!
  
  Когда Перов возвратился к дому Вороновых, все члены бригады были заняты работой внутри дома. Только Михайлов стоял в позе ожидания у входа в подвал и курил папиросу.
  - А, ты. Хорошо, что пришёл. Берём носилки с раствором и вниз. Кирпичи туда уже сносили. Замуруем эту хрень с концами.
  - Так ты... ты знаешь, что там было?
  - И знать не хочу! Не надо нам больше сквозняков из ниоткуда, туманов, живность разную, рабочих моих с травмами. Завтра привезут сварную железную дверь - и всё. А сегодня мы с тобой заложим все дыры, все ходы "исторического памятника", и сделаем перегородку в санузле. Я начальству уже поставил ультиматум. Хватай носилки, раз-два!
  
  14. За работой Александр рассказал Андрею, каким образом он рано утром в понедельник оказался на улице Марата.
  - Знаешь, я сам не планировал. Думал, приеду из деревни вечерком, приму ванну, высплюсь в городской кровати. МОю машину, чтобы в город, значит, ехать, а тут мужик соседский подошёл. Попросил: отвези, мол, жену до райцентра. Ей скоро рожать, а у него уборочная начинается, а у неё там родители. Да, ладно, что ж не помочь человеку. Думаю, крюк небольшой, а оттуда сразу домой поеду.
   Вот, приезжаем к её родителям, я как посмотрел на их дом, так и ахнул. Представляешь, весь, от ворот и палисадника, от завалинки до конька крыши, весь в узорах. Резьба по дереву - картины да и только. Отделаны - плашечка к плашечке, проолифлены, покрашены. Ух, красота! Я сразу из машины вылез и пошёл с хозяином знакомиться. Отец той женщины, оказалось, увлекается. Он мне свой сарай показал, где резьбой занимается, приспособления, инструменты. Я его имя записал, адрес. Думаю, нужный человек в реставрации. Вот, только собрался уезжать, слышу, женщины что-то зашумели. Оказалось, у беременной схватки начались. Ну, посадил снова, повёз в райбольничку.
   А уже, хоть и лето, смеркаться начинает. В больнице одна дежурная фельдшерица. Я ей говорю, принимай будущую мамашу. А она ни в какую: хирург в отпуске, акушер на повышение квалификации уехала, а эта будущая мама на сохранении в областной лежала. Вот туда и вези. Не дай Бог, роды тяжёлые, что случится, кто виноват? Ещё и меня утешает: схватки только начались, я бы вызвала "скорую", да ты быстрее доедешь.
  Махнул я рукой - а, всё равно в город ехать. Взял у фельдшерицы направление в областную больницу, подмигнул молодухе, держись, мол, с ветерком поедем! Поехали. Да только пути в эту ночь нам не было. Только выехали за село, гляжу, мост закрыт на ремонт. Там речушка-то, тьфу,
   просто ручеёк, но течёт в глубоком овраге, куда на легковой машине и соваться не стоит. И знак стоит: объезд 3 километра. Ну, вроде и недалеко, объедем! Проехали соседний мост, с гравийки вернулся на шоссе. Казалось бы, лети до самого города во весь опор. Ан нет, внезапно двигатель "затроил" и стал глохнуть. Пришлось остановиться, выкручивать свечи, продувать, чистить. Женщина на заднем сидении мучилась, конечно, как раз схватки возобновились. Но хоть не ругалась на меня, понимала, что без машины 50 километров до города не пройти. Поставил я свечи, поехали.
  Но недолго ехали мы без бед. Внезапно автомобиль вздрогнул, и его со страшной силой потащило на встречную полосу. У меня была уже такая ситуация и я сразу понял, что лопнуло переднее левое колесо. Я не стал резко тормозить и постарался поскорее добраться до противоположной обочины. Встречный грузовик и сигналил и гудел, но к счастью пролетел мимо, не задев нас. Роженица плакала, уткнувшись в спинку сидения. От страха у неё и схватки прекратились. Ну, думаю, всё, приехали! Помощи ждать неоткуда, уже ночь. Один выход - тормозить любую проезжающую машину и сажать женщину туда, просить, чтобы довезли до города. Довольно долго я простоял на дороге - машин ни одной. Но, наконец, замечаю, фары вдалеке замаячили. Автомобиль в сторону города. Голосую - останавливается. Легковая! И тут мне повезло. Оказалось, возвращались домой припозднившиеся муж с женой. Прошу их подбросить до города роженицу. Они, видимо, приняли меня за мужа и отдали свою запаску. Мужик и поставить помог. Я записал их адрес, чтобы потом вернуть колесо и поехали мы снова.
  Доехали до самого города, вернее до поста ГАИ. Гаишники не спали и, конечно же, остановили меня для проверки документов. Мне пришлось выйти из машины, открыть багажник, продемонстрировать бдительным стражам закона огнетушитель, буксировочный трос, аптечку. Смотрю, старший наряда задумался, что бы ещё у меня проверить. И тут раздался крик. Жалкий такой, мучительный. Мне самому не по себе стало, а милиционеры, молодые ребята, смотрю, вообще побледнели. Кто там у тебя? - спрашивают. Я отвечаю, чтобы долго не объясняться: жена рожает. Можно ехать? Езжай, езжай скорее - права суют обратно и даже багажник сами закрыли.
  Короче, приезжаем, наконец, в больницу. Я её-то оставил, а сам побежал в приёмный покой. Там одна вахтёрша сонная. Спрашивает: по скорой? Кого, говорю, "по скорой"? Сам привёз. Женщина рожает, помогите скорее, врачей зовите. А она не сдаётся: если в обычном порядке, пусть приходит, садится и ждёт. Врачи освободятся и примут.
  Я за голову хватаюсь и бегу обратно. Прошу свою пассажирку покинуть салон автомобиля. А она стонет пуще прежнего, плачет. Не могу, говорит. Никак не могу подняться. Что ж, бегу назад в приёмное и уже на ходу начинаю злости набираться. Ну, думаю, счас шугану эту сонную перечницу. А в приёмном уже ещё одна женщина оказалась в белом халате. Помоложе вахтёрши и не сонная. Назвалась она дежурным врачом и пошла посмотреть новую пациентку. Посмотрела. Я говорю: давайте, я её на руках отнесу, скажите только куда. А она: поздно, говорит, привёз, папаша, уже головка лезет. Роды будем принимать прямо здесь, сейчас бригаду вызову. Ну, вот, так моя "ласточка" стала родильным домом на колёсах.
  Короче, когда молодую мать с младенцем увезли в палату, ночь почти прошла. Еду, думаю, заскочу домой хоть на полчаса, умоюсь, рубашку переодену. Улица пустая, фонари уже погасли, светофоры на жёлтом режиме. Вдруг, на одном из перекрёстков перед машиной пролетела огромная птица. Откуда только взялась! Я с перепугу руль влево и... и свернул. Смотрю - ё-моё, это же дорога к нашей работе. Ладно, поехали. Заезжаю во двор - что такое: стоит чужая машина да ещё и такси. Никого не видно, но я почему-то сразу к подвалу направился, как толкнуло меня что-то. Вхожу - ну, а дальше ты и сам знаешь. Вот такие приключения со мной произошли.
  Интересная у нас работа, и день ото дня всё интереснее.
  - Знаешь, бригадир, я почему-то уверен, что всё такое "интересное" больше не повторится. Более чем уверен.
  
  15. А после полудня, ещё не кончился обеденный перерыв, пришёл пожилой архитектор Семён Семёнович. Он никуда не стал заходить, ничего не делал, а просто встал посреди двора и долго, пристально смотрел на дом Вороновых. Андрей подошёл к нему.
  - Здравствуй, Андрюша! - протянул архитектор длинную костлявую ладонь. - Сегодня Леночка звонила. Ей гораздо лучше, она закрыла больничный, завтра выйдет на работу. А... прости, конечно, мне сказали, ты ночью БЫЛ в доме?
  Перов не обратил внимания на оговорку "мне сказали" и не задумался, кто бы мог сказать,
  ведь ни с рабочими, ни с Михайловым Семён Семёнович сегодня не общался.
  Он ответил просто, хотя и некоторой горячностью:
  - Да я тут все последние ночи был за сторожа. Вы не поверите - в доме, вернее в подвале дома, тако-ое творилось... даже не знаю, как вам рассказать. То ли явь, то ли сон, а только вот...
  - Сон, - задумчиво обронил Семён Семёнович, - и ещё сон, и ещё. Сны о прошлом.
  - Что-что? - не понял его Андрей. Но, думая о своём, не стал переспрашивать, уточнять. - Так вот, я конечно, никому не рассказывал - чепуха это всё: купцы, чекисты, бандиты - правда же? Но вот сегодня под утро сюда заявился настоящий преступник. Он сюда Верон... девушку, в общем, привёз. Хорошо, что я здесь был. А он здоровый бугай, пришлось подраться. Повезло, что Саша Михайлов во время подъехал. В общем, скрутили мы его и в милицию передали. Больше сюда не сунется, я уверен.
  - Главное, что вовремя ты сам здесь оказался. Да, больше сюда никто "не сунется", ты прав. А ты молодец, Андрюша. Честно говоря, не думал.
  - Не понимаю я вас, Семён Семёнович, вы о чём?
  - Так. Не обращай внимания, я о своём.
  - А вы, Семён Семёнович, по делу приехали? Помочь, может, в чём-нибудь? А то обеденный перерыв уже закончился.
  - Я заехал, м-м, попрощаться. Я ведь уволился из "Реставрации", уезжаю в другой город. Знаете, друг мой, в мире ещё очень много старых домов навевающих людям странные сны. М-да! Кстати, по дороге сюда зашёл в книжный магазин и, вот удача, купил книгу, которую давно мечтал иметь.
  Семён Семёнович достал из потрёпанного портфеля из кожзаменителя тонкий большеформатный том. Андрей взял книгу в руки, прочёл на обложке: "Новый атлас звёздного неба". Внезапно, как будто сама собой, книга раскрылась. На цветном развороте парень увидел большую картинку летнего звёздного неба средних широт северного полушария. Он замер: именно такую картину он видел во всех подробностях в своём совсем недавнем сне!
  Заметив его замешательство, Семён Семёнович поспешно закрыл том и запихал обратно в свой портфель.
  - А хочешь, Андрюша, я тебе свою книжку подарю?
  - А вы и книги пишете? Конечно, хочу!
  - Признаюсь, грешен. Правда она не художественная, а о старой архитектуре нашего города. Тебе интересно будет?
  - Конечно, я обязательно прочитаю. Вы мне только подпишите. И дату, пожалуйста, поставьте. Здорово, у меня будет своя книга с автографом автора!
  - Пожалуйста, с удовольствием!
  Семён Семёнович достал шариковую ручку и написал на титульном листе: "Андрею Перову, молодому реставратору и будущему инженеру. Пусть все пути ведут тебя к звёздам, небесным и земным!" И расписался летящим почерком.
  - Вот и всё. Пошёл я. Прощай, Андрей!
  Он бросил последний взгляд на крышу дома, взял портфель под мышку и пошёл. Андрей смотрел ему вслед испытывая сожаление от расставания с этим незаурядным человеком и ещё какое-то непонятное чувство. Благодарность? Но за что?
  Вот высокая сутулая фигура в чёрном пиджаке поравнялась с тополями палисадника. На миг фигура архитектора напомнила Андрею силуэт большой нахохлившейся чёрной птицы. Но только на миг. Наверное, это была игра солнечных лучей и тени старых деревьев. Ещё через секунду под деревьями уже никого не было.
  Андрей зашёл на минуту в бытовку положить книгу в свою сумку. Не удержался, раскрыл её ещё раз, прочёл дарственную надпись. Название: " Историко - архитектурная канва города Н-ска". Автор... автор - Воронов С. С.!!
  - Хм-м, надо же, тоже Воронов. Однофамилец, наверное. Обязательно прочитаю, когда время будет.
  Он вышел на улицу и вздохнул полной грудью. Больше всего теперь его занимала проблема отношений с двумя девушками. Вероника вот внезапно приехала. Ещё относительно недавно он не мог представить без неё своей жизни. Но теперь, когда познакомился с Леной... Лена ему тоже очень нравится! Как же быть?
  - Эй, реставратор! - окликнул его весёлый Саша Михайлов. - Хватит загорать - новые окна привезли. Идём ставить. Теперь дом Вороновых будет с "глазами" на всех фасадах!
  
  Андрей, в ответ на его улыбку тоже рассмеялся и пошёл лёгкой походкой на работу.
  Интересное получилось у него лето в этом году.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик) К.Юраш "Процент человечности"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Светлый "Сфера 5: Башня Видящих"(Уся (Wuxia)) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"