Мамонтов Сергей Викторович: другие произведения.

Принц, который всё потерял.

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    За одну ночь гессенский принц Айвен потерял всё. Теперь за ним устроили охоту наёмные убийцы и слуги тёмной богини.


* * *

  
   Перед его глазами стоял всё тот же высокий сводчатый потолок, светло-серый, в ромбовидных чёрных узорах. Он знал, если опустит глаза, то увидит стены того же навевающего грусть, тоску и скуку, цвета. За распахнутым окном, на небольшом удалении, слегка покачиваются верхушки деревьев, шелестящие молодой листвой. Король Гессена Айвен IV посмотрел в небольшое овальное зеркало, облачённое в позолоченную раму, лежавшее на широком письменном столе на толстых точеных ножках, изготовленном из дорогого красного дерева.
   Монарху, развалившемуся в мягком кресле, совсем недавно, буквально на днях, исполнилось всего лишь сорок лет, но седина в волосах и в аккуратно постриженной бородке встречалась всё чаще и чаще. Вот таким образом на него воздействовали государственные заботы, придворные интриги и перипетии межгосударственной политики. Личный брадобрей уже давно советовал покрасить волосы, но только напрасно и тщетно старался.
  
   Айвена угораздило родиться первым сыном императора Айвена Великого. И случилось так, что сын знаменитого на весь мир правителя не получил от богов и десятой доли талантов отца. Старший сын Айвена Великого - Айвен IV Гессенский, ни чем не походил на отца. Он не обладал талантами полководца и доверял командование войском своим военачальникам, состоявшим ранее при его отце. Авторитет имени Айвена Великого продолжал работать на его сына, поскольку войн тому не приходилось вести.
  
   Король тяжко вздохнул и отложил в сторону кожаную папку, полную бумаг. Содержимое папки представляло собой доклад руководителя тайной государственной полиции о действиях предпринимаемых королевским братом - принцем Киром, носящим титул герцога Вюртемского. Руководитель полиции утверждал, что Кир готовит заговор с целью вооружённого переворота и свержения законного монарха. Король Айвен имел нерешительный характер и спокойный нрав, вследствие чего не мог себя заставить ознакомиться с документами, свидетельствующими о предательстве младшего брата, в которое он ну ни как не мог поверить.
   - Клянусь Ярилусом! В конце концов, король я или не король? - задал властелин Гессена сам себе риторический вопрос и тут же сам на него и ответил. - Конечно король. Это дело может и до завтрашнего дня подождать. Я сегодня что-то и как-то необычно сильно устал. За ночь ни чего плохого не случиться. А утром с новыми силами и прочту всю эту писанину.
   Айвен IV взял со стола хрустальный бокал, наполненный успокоительным зельем, изготовленным придворными алхимиками и в три больших глотка осушил его. В последнее время повелитель гессенских земель не мог заснуть без действия этого напитка. Затем монарх поднялся из-за письменного стола и решительно направился к выходу из кабинета, чтобы открыть дверь нажатием на затейливо выгнутую фигурную ручку и по длинному коридору попасть в просторную опочивальню, где собирался провести ночь на мягкой пуховой перине.
   Но человек лишь предполагает дальнейшее развитие событий, а только всемогущие боги решают его судьбу. Звонкое золото, перекочевавшее в карманы королевского медика, сделало возможным превышение дозы успокоительного зелья и повлекло тяжкие последствия для всего мира. Пустяк, повлекший столкновение войск, магических энергий и божественных сил. Мелочь, навсегда изменившая политическую карту материка.
  

* * *

  
   Огромный Заповедный лес хранил молчание. Дубы, тополя и ясени кругом. Ни что не нарушает идиллии полной тишины. Солнечные лучи пронзают лиственное царство, даря летней земле тепло.
   Сквозь заросли колючего кустарника продирался юноша лет семнадцати, больше ему навряд ли кто-нибудь дал. Длинные светлые волосы парня свисали грязными сосульками. Его одежда когда-то отличалась роскошью, золотой вышивкой и дороговизной ткани. Яркие цвета также не свидетельствовали о предназначении костюма к дальнему путешествию по дремучему лесу. Сейчас же одежда носила следы дальней дороги через колючие заросли. На подошвы мягких сапожек, выделанных из оленьей кожи, налипли комки грязи. На широком поясе, выделанном из дорогой кожи виверны, висел прямой меч в синих ножнах, украшенных золотыми накладками в виде кленовых листьев. Рукоять клинка - чёрная, удобная для ладони, вся в ребристых выпуклостях, с короткой крестовиной.
   Юноша вел поводу осёдланного коня, везущего всадницу. Молодая, светловолосая, миловидная спутница была того же возраста, может быть чуть младше. Её пышное платье также говорило о знатном происхождении обладательницы.
   - Айвен, ну куда же мы всё бежим? Это просто безумие! - слабым голосом сказала девушка.
   - Успокойся, Марцеллинна, мы должны уйти как можно дальше от замка. Они так легко не откажутся от своих планов. Скорее всего, за нами отправили погоню, - спокойно ответил тот. Создавалось такое впечатление, что сей вопрос, задавался не в первый раз и вновь такой же ответ был дан на него.
   Кусты и деревья расступились, открывая вид на широкий торный тракт. Юноша названый Айвеном приложил правую руку, затянутую в чёрную кожаную перчатку, в виде козырька к глазам закрываясь от яркого дневного света, доставляющего неудобство после лесного сумрака. Навстречу к ним двигался обоз, состоящий из десятка груженных до верха телег, запряженных мулами. Толстая змея колонны воинов выползала из леса. В голове колонны выступал большой верховой отряд. Седоки облачились в полные доспехи из сверкающего на солнце металла. За верховыми следовала колонна пеших воинов - более многочисленная, но хуже защищенная и вооружённая. К радости путешественника вьючных животных погоняли ни кто иные как представители подгорного племени - гномы. Перепутать их крепкие, приземистые фигуры и широкие лица, обрамлённые внушительными бородами, было просто не возможно. Гномы известные умельцы, производящие лучшие в мире доспехи и оружие. Латы у них выходят лёгкие и прочные. Известно, что секреты мастерства кузнецов подгорного народа хранятся пуще самой жизни.
   - Марцеллинна, мы спасены. Карлики нам обязательно помогут, - обрадовано сказал Айвен, обращаясь к своей спутнице.
   Девушка осталась от этих слов безучастной, будто не разделяла его оптимизма. Её лицо сохранило плаксивое выражение.
   В этот момент за спинами беглецов, среди деревьев, растущих в глубинах Заповедного леса, раздались грубые крики, звон оружия и лай цепных псов.
   Не испытывающий желания встречаться с настырными преследователями юноша легко вскочил в седло, а испуганная Марцеллинна инстинктивно обняла его, сомкнув руки на груди Айвена. Рысак, понукаемый всадником, поскакал по тракту, приближаясь к гномьему обозу. Наездник выхватил из-под камзола небольшое полотнище, представляющее собой знамя правящего дома королевства Гессен. Белый стяг с вышитой посредине руной "А" развевался на ветру. Айвен закричал, привлекая внимание охранников. Своей цели он добился, так как подгорные карлики проявили заинтересованность к его действиям.
   Но в мире царствует закон подлости, немедленно вступивший в действие, подавляя все остальные нормы и правила мироздания. Из-под сени деревьев на дорогу выскочили трое мужчин, по внешнему виду - наёмники, в лёгких доспехах, вооруженные арбалетами и мечами. Они, увидев, что добыча может ускользнуть, вскинули самострелы, прицелились и почти одновременно нажали спусковые крючки, отправляя в полёт смертоносные болты.
   Раненный скакун заржал и упал, заваливаясь на правый бок в дорожную пыль, подминая под себя всадников, не добравшись до возможных союзников всего то метров десять. Наемники, удовлетворённые результатами стрельбы, отставили арбалеты, повесив их за спины. Теперь они повытаскивали мечи и бросились бегом к упавшему коню, чтобы прервать жизненный путь преследуемых ими людей. В это же время от обоза к месту происшествия побежали трое карликов в доспехах, прикрывающиеся небольшими щитами, одновременно доставая из ножен мечи.
   До бездыханных тел Айвена и Марцеллинны гномы добрались быстрее наёмников, встали в ряд, опустили забрало шлемов, сомкнули щиты, угрожающе выставили клинки в сторону стремительно приближающихся людей. Наёмники не добежали примерно два метра до досадной помехи на пути к долгожданной цели, остановились, не зная как же всё-таки действовать дальше. Безнаказанно убивая одну беззащитную жертву за другой, как-то отвыкаешь от мысли, что кто-то может убить и тебя.
   В это же время от охраны обоза оторвался всадник на горячем вороном коне, облачённый в серый плащ с накинутым на голову капюшоном. Он осадил скакуна, натягивая уздечку, остановился за спинами подгорных жителей и громко произнес властным голосом, как будто ни к кому конкретно не обращаясь:
   - Уважаемые воины, опустите оружие!
   Голос его излучал какую-то странную завораживающую силу, заставившую и людей и гномов подчиниться выдвинутому требованию, немедленно опустивших оружие. Один из наёмников сделал шаг вперёд, и пристально глядя на всадника в сером плаще, произнёс:
   - Я капитан королевской гвардии - граф Диего Ла-Рош! А кто ты есть таков?
   - Моё имя - Линодар, но оно тебе совершенно ни чего не скажет, - спокойно ответил таинственный всадник и тут же спросил. - Скажи мне, зачем ты преследуешь этих несчастных людей? Что они совершили такого, чтобы привлечь твоё внимание?
   - Действительно твоё имя мне ничего не говорит, но я всё же отвечу на твой вопрос, хоть и не считаю тебя вправе задать мне хоть какие-то вопросы. Эти люди преступники. У меня приказ короля Кира с санкцией на их немедленный арест после задержания и препровождение в темницу.
   - Вот даже как? - удивился всадник. - Я очень удивлён именем твоего господина, но всё же должен знать в совершении какого преступления обвиняются преследуемые тобой люди?
   - Это не твоё дело, - раздражённо ответил гвардейский капитан, теряющий терпение. - Не препятствуй нам в исполнении служебных обязанностей и прикажи своим охранникам отойти в сторону иначе нам придется применить грубую физическую силу.
   Наёмник стоявший справа от графа Ла-Рош внезапно вскинул руку и кинул в собеседника своего командира метательный кинжал, целясь прямо в сердце. Вокруг человека назвавшегося Линодаром возникла ослепительная белая аура, поглотившая летящий клинок без следа прямо в воздухе. Ответ мага не заставил себя ждать, он взмахнул правой рукой, пальцы которой были сложены в необычную фигуру, и покусившийся на его жизнь наёмник закричал, сгорая в тёмно-зелёном пламени, превращаясь за три секунды в кучку серого пепла. Тут же Линодар ещё раз взмахнул рукой, не давая противнику даже самого минимального времени на раздумье. Волна шквального ветра ударила гвардейского капитана и его последнего спутника в грудь, уронила их на землю и протащила вдаль метров на пять.
   Маг расстегнул круглую застёжку своего плаща, откинул капюшон, скидывая плащ за спину. Дневному свету предстало загорелое до черноты лицо седовласого, коротко стриженого мужчины лет сорока, изборождённое морщинами. Пронзительные ярко-синие глаза с вызовом смотрели на окружающий мир.
   Граф Ла-Рош вскочил на ноги, отмечая про себя, что его не такой удачливый соратник валяется без сознания, ударившись вследствие незабываемого полёта головой о каменный придорожный столбик, отмечающий очередной километр тракта. Взору раздосадованного и одновременно расстроенного капитана королевской гвардии предстала неутешительная для него картина. На всаднике, обладающем колдовской мощью и неуважительно относящимся к одному только имени королевской гвардии, он увидел кирасу, ранее скрываемую плащом, на которой был выбит крест. В руке Линодара появился короткий резной жезл чёрного цвета. Связываться с магом могущественного Ордена Креста в теперешнем положении смутного времени было как-то не с руки. Посчитав, что сделал всё зависящее от него, граф Ла-Рош кинулся бежать в сторону Заповедного леса, и через мгновение его спина исчезла из вида гномов среди деревьев.
   Тем временем Линодар спешился и быстрым шагом направился к спасённым от погони людям всё также лежавшим без сознания на земле. Орденский маг присел, закрыл глаза и начал водить руками над телом девушки. Оказалось, что ей уже совершенно ни чем нельзя помочь. Остроконечный арбалетный болт, вошедший в спину почти на всю длину, пронзил сердце, мгновенно прервав молодую жизнь в самом расцвете. Словно грязный солдатский ботинок раздавил нежный бутон благоухающей розы.
   Осмотр парня, придавленного телом скакуна, показал, что он жив, но его удивительно чистая, почти прозрачная аура была омрачена серой тенью боли. Линодар внимательно посмотрел на лицо раненного юноши и чрезмерно удивился. Маг-крестоносец осторожно расстегнул верхние пуговицы камзола. То, что он там увидел, привело его в трепет. Линодар недолго думая, воспользовался волшебной силой, окружил тело пострадавшего магическим коконом лечебного заклинания, мерцающим время от времени.
   Маг-крестоносец встал и приказал гномам, внимательно смотрящим на него:
   - Парня осторожно перенесите ко мне в карету. Девушке, к сожалению уже ни чем не помочь, но сейчас не время устраивать похороны, пока по лесу бродят опасные двуногие твари. Тело возьмём с собой, похороним по прибытию в замке Ля-Миро. И подберите вон того наёмника, свяжите по ногам и рукам. Я с ним потом подробно и пристастно поговорю.
   Гномы молча принялись исполнять приказы мага Ордена Креста.
  

* * *

  
   Принц Айвен пришёл в сознание, но открывать глаза и вставать не спешил. Он чувствовал, что лежит на мягкой перине, под головой пышная подушка, сверху накрыт тонким одеяльцем. Болела голова и рёбра, ныла правая нога. Судя по всему, он находился в помещении, но в каком именно понятно не было, так как каких-то особых отличительных запахов не чувствовал. Где-то сравнительно недалеко был зажжён камин, трещали горящие в нём дрова, нарушающие тишину.
   Нахлынули тяжёлые воспоминания. Окружённый со всех сторон света Заповедным лесом, огромный замок Моротекел, являвшийся охотничьей резиденцией отца. Жаркая летняя ночь, не сулившая ни каких потрясений. Внезапный громкий шум, неожиданно возникший и ворвавшийся в сознание посреди безмятежного сна. Крики, звон оружия, настойчивый стук в дверь. Обеспокоенные лица вошедших в опочивальню пажей Карла Ла-Фирнатена и Отто Де-Берга.
   Прерывая неприятные воспоминания, рядом раздался мужской голос:
   - Айвен, можете открыть глаза. Я вижу, что вы пришли в себя. Вам не угрожает опасность, - невидимый собеседник на мгновение замолчал, а затем уточнил. - По крайней мере, пока не угрожает.
   Айвен решил последовать совету и открыл глаза. Если незнакомец знает его имя, значит, знает и кто он такой. Раз не убил, воспользовавшись беспомощным состоянием, значит что-то ему нужно. Почему бы ни попытаться узнать обстановку, вполне может быть, что их интересы совпадают.
   Перед глазами плавала какая-то мутная пелена, чрезвычайно мешающая и раздражающая. Поморгав несколько раз, Айвен более или менее восстановил обзор. Действительно он находился в помещении, в небольшой комнате с каменными стенами и деревянным полом. Кровать, ставшая его ложем, стояла в углу. У стены по правую руку от юноши располагался закопчённый камин средних размеров, который являлся единственным источником света. Около камина в глубоком мягком кресле расположился мужчина, чьё лицо нельзя было рассмотреть в полутьме комнаты. У дальней стены около небольшого окошка, занавешенного плотной шторой из тёмной ткани, находился небольшой стол и приставленный к нему стул.
   - Где я? - спросил Айвен. Хриплый голос выдал охватившее его удивление.
   Незнакомец поднялся из кресла, встал и подошёл к кровати вплотную. Мужчина щёлкнул пальцами правой руки, зажигая под потолком небольшой огонёк осветительного заклинания. Яркий свет рассеял темноту комнаты и показал юноше смутно знакомое лицо сорокалетнего мага, облачённого в камзол алого цвета, на груди которого золотыми нитками был вышит крест, свидетельствующий о принадлежности к Ордену Креста.
   - Принц Айвен Гессенский, если я, конечно, не ошибаюсь? - спросил крестоносец.
   - Нет, вы не ошибаетесь, господин маг. Не вижу смысла скрывать своё имя, раз уж вы всё равно меня узнали, - ответил юноша, приподнимаясь в кровати. Айвен опёрся на локти, передвигая измученное тело ближе к спинке кровати, чтобы опереться об неё спиной. - Только хотелось бы мне знать, с кем имею честь вести беседу? Ваше лицо мне смутно знакомо, но я не могу вспомнить, где и при каких обстоятельствах мы могли встречаться. И, пожалуйста, присядьте, мне трудно постоянно задирать голову.
   Маг сходил к окну за стулом, поставил его рядом с кроватью, присел и продолжил разговор:
   - Ваше королевское высочество, вас трудно не узнать. Я видел вас рядом с вашим венценосным батюшкой и, причём неоднократно. К тому же магическая татуировка в виде коронованного грифона на вашей груди явственно свидетельствовала о принадлежности к древнему роду Айвенидов. Меня вы видимо не помните. В принципе я не стремился никогда к широкой известности. Вы могли видеть меня на Большом королевском совете среди многочисленных государственных сановников. Я - викарий Ордена Креста. Моё имя - Линодар.
   - Ах, да. Теперь то я вспомнил вас, господин Линодар, - воскликнул принц и спросил. - Но вы всё-таки пока не ответили, где же я нахожусь?
   - Ваше королевское высочество, вы находитесь в замке Ля-Миро, принадлежащем графу Сержио Ля-Миро Де-Горо. Не беспокойтесь, это верный отечеству дворянин, не поддавшийся сумасшествию людей, совершивших государственный переворот.
   - Значит, произошёл переворот? - спросил Айвен.
   - Да, к величайшему сожалению. И заговор зрел много лет. Мне пока доподлинно не известно, что произошло. В этот момент я находился далеко от столичного города Висбадена, но всё совершилось после смерти вашего отца - короля Айвена Четвёртого...
   - Как?! Отец мёртв? Как это возможно? - перебил мага-крестоносца принц. Он попытался вскочить с кровати, но перенесённые травмы дали о себе знать резкой болью. Айвен обессилено прилёг, опустив голову на подушку.
   Викарий Линодар провёл правой рукой над телом юноши, накладывая ещё одно целебное заклятье, чтобы смягчить болевые последствия его внезапного душевного порыва.
   - Успокойтесь, принц. Возьмите же себя в руки, будьте мужчиной. Все люди смертны. Мы все однажды отправимся в мир иной. Кто-то раньше, а кто-то везучий позже, - произнёс крестоносец.
   - Как это произошло? - спросил Айвен, с трудом сдерживая слёзы горя и боли.
   - Два дня назад, королевские глашатаи были отправлены во все провинции с одним единственным посланием. Свитки содержали сообщение о внезапной смерти короля. Я предполагаю, что монарх был отравлен. Ваш дядя - принц Кир объявил себя единственным законным наследником и пожелал принять венец. На его сторону встали многие знатные аристократы, преимущественно из центральной части страны, заявившие о нежелании присягать семнадцатилетнему юнцу, женатому на церийской принцессе, то есть ни кому иному, как вам, принц Айвен. Принц Кир им представляется более желательной кандидатурой, - спокойно ответил викарий Линодар.
   - Но я не понимаю, почему дядя пошёл на предательство? В чём причина? - удивлённо спросил Айвен.
   - Вы помните основные положения завещания своего деда - императора Айвена Великого? - ответил встречным вопросом маг-крестоносец.
   - Да конечно. По его завещанию мой отец, как старший сын стал королём Гессена и Великим Магистром Ордена Креста. Второй сын - принц Эдвард - получил корону Империи. Третий сын - принц Рэгенлит - получил во владение земли, завоёванные и аннексированные у Рослинга и Романии, поименованные герцогством Эвром.
   - Правильно, но это ещё не всё. Младший сын императора - принц Кир - должен был взойти на трон княжества Дикии. Об этом мало кто знает, но вот в этом то и состоит причина. Княжество отказалось признать Кира своим повелителем, поскольку имело такое право по имперским законам. Кир получил во владение всего лишь одно из герцогств Гессена, как бы став при этом вассалом своего брата, вашего отца. Воевать с новоиспечённым дикийским князем Дегеджиком Третьим ни кто не стал. Ваш дядя желал обрести власть, и видимо он её получил.
   - Теперь мне понятно, кто и почему напал на замок Моротекел, где я находился с женой. А где же она? Что с Марцеллинной? Почему она не пришла вместе с вами? Она ранена? - забросал принц своего собеседника новыми вопросами.
   - Принц Айвен, будьте мужественны. К сожалению, я ни чем не смог бы ей помочь. Орудие убийцы настигло вашу жену, смерть её была мгновенной. Вы были без сознания пять дней, поэтому похороны уже состоялись. Принцесса нашла свой последний покой здесь - в замке. Если же говорить об убийцах, то один из наёмников представился капитаном королевской гвардии, он носит титул графа Ла-Рош, - ответил маг-крестоносец.
   - В королевской гвардии нет такого капитана, уж я-то это точно и доподлинно знаю. Поверьте мне, скорее всего это один из приближённых принца Кира, родом из его герцогства Вюртем. Что же касается моей жены, то мне, конечно же, жаль ее, как и любого предательски умерщвленного человека, причём в столь молодом возрасте, но не считайте меня бесчувственным сухарём, это все чувства, которые испытываю я. Нас поженили, когда нам было по пятнадцать лет. Это был полностью брак из династических выгод, так сказать по обоюдному согласию двух государств - Гессена и Церии. И заключался он только для союза с церийским повелителем, отцом Марцеллинны - Марием Шестым. Ни какой любви между нами не было. Она родила мне сына - Эдварда, поэтому я никогда не забуду Марцеллинну, приложу все усилия, чтобы найти и покарать её убийц, но горевать не буду.
   - Принц, вам необходимо поесть. Вы не возражаете? - спросил викарий Линодар.
   - Нет, конечно, - ответил Айвен.
   Получив согласие юноши, маг-крестоносец хлопнул два раза в ладоши. По его знаку в комнату вошёл пожилой слуга, держащий перед собой небольшой металлический поднос, на котором стояла тарелка с горячим бульоном, блюдце с гренками и бокал красного вина. Слуга с поклоном поставил поднос на кровать и безмолвно удалился. Принц Айвен принялся утолять голод, маг-крестоносец начал рассказывать:
   - Принц, на вашей стороне Орден Креста и юго-восточные провинции. Орден всегда верен присяге верности старшему принцу из рода Айвенидов. Также герцогство Понтийское отказалось признать Кира Вюртемского своим королём, а у узурпатора нет достаточного количества военных кораблей, чтобы направить их для блокады несогласных земель. К тому же путь его флота будет проходить мимо острова Грифона, являющегося неприступной твердыней Ордена Креста. Но есть и плохие новости. В столице захвачена ваша сестра Генриетта и ваш сын Эдвард. Кир ведёт переговоры с вашими братьями принцами Эриком и Уорреном. Видимо, он уверен в вашей смерти или исчезновении. Я думаю для него ваше исчезновение более предпочтительно, поскольку ни в этом случае, ваши братья не могут претендовать на корону Гессена и не смогут объявить себя регентами при вашем малолетнем сыне.
   - Будь ты проклят, дядя Кир! - воскликнул принц Айвен. - Отец ему во всём доверял, даровал титул герцога, когда он потерял княжество. Правду говорят: не делай добра и не получишь зла.
   - Что ж, ваше высочество, поскольку вы теперь в курсе произошедших перемен в жизни королевства, то завтра мы проведём военный совет. А сейчас вам необходимо выспаться. Вы слишком слабы, - сказал викарий Линодар.
   Маг-крестоносец взмахнул рукой, накладывая на принца заклятье глубокого лечебного сна. Айвен почувствовал, что смертельно устал, глаза слипались как мёд с хлебом и быстро закрылись. Линодар убедившись, что юноша спит, достал из кармана камзола короткую серебряную цепочку с висящим на ней небольшим чёрным камнем. Маг повесил амулет на шею принцу и вышел из комнаты, бесшумно притворив за собой дверь.
  

* * *

  
   Пришло холодное утро. Одеяло не спасало, да к тому же оказалось коротковатым для его роста. Морозец хватал за ноги, как голодный пёс. Он мысленно сказал сам себе, что не боится открыть глаза и взглянуть на окружающий мир.
   Во время погребальной церемонии принятой в королевстве Гессен для членов царствующей монаршей семьи принято отпускать любую белую птицу в небо, как бы символизируя тем самым отторжение светлой и бессмертной души от тела. Как оказался белый голубь на его груди при закрытом окне и запертой двери, принц Айвен не знал и не мог даже предположить. Вариант мог быть только один: боги дали душе невинно убиенной принцессы Марцеллинны возможность попрощаться с ним, прежде чем заберут её на небеса.
   На шее оказался надет амулет, чёрный камень на серебряной цепочке, но не понятно когда и кем надетый. Бьётся сердце сегодня, как и всегда, а воспоминания о днях счастья, оказавшихся такими недолгими, вторгаются в ставший тесным повседневный мир. Кажется что очень близко те радостные минуты, но оказывается, что уже далеко. В семнадцать лет кажется, что всё ещё впереди, что всё ещё будет. Весь мир перед тобой, а в будущее ведёт светлая дорога и так будет всегда. Великая бесконечность поколений предков смотрит на тебя, и ты видишь череду потомков, которым уготовано стать славными представителями рода. Солнце светит только для тебя и только потому, что у тебя хорошее настроение. Тем страшнее в одночасье потерять почти всё, что ранее входило в твою привычную устоявшуюся жизнь и повседневность.
   Принц Айвен Гессенский протянул левую руку к птице. Голубь перешёл на руку, держась за неё коготками, как за жердочку. Юноша встал с кровати, не чувствуя ни каких признаков вчерашней и болезненной слабости. Поверхность пола неприятно холодила голые подошвы ног. Он подошёл к окну и правой рукой толкнул деревянные створки, покрытые коричневым лаком. Окно бесшумно отворилось, впуская в комнату туманное и промозглое утро. Светлее не стало, полутьма ни куда не спешила исчезнуть из помещения. Кругом стояла полная тишина.
   Ёжась от прохладного воздуха, Айвен выставил руку с птицей за окно, тихо и печально сказал:
   - Расправь крылья и лети, птица. Унеси душу Марцеллинны на небеса, найди там манящий божественный свет. Пусть больше не встречать нам вместе рассветы, пусть сердце её больше не бьётся, но жрецы говорят, что человек жив, пока о нём вспоминают живые. Я тебя ни когда не забуду. Не плачь душа, верь мне. Узнай нежность ветра и вечность расстояний. Лети!
   Голубь взмахнул крыльями и исчез в клубах тумана. Айвен закрыл створки и тут же почувствовал, как чёрный камень амулета на его груди постепенно нагревается, но жар был довольно терпимым. Принц взял камень в руки и поднёс его к глазам, чтобы лучше и внимательнее рассмотреть. Внезапно тусклый камень засветился изнутри ярким светом, и казалось, что он пульсирует в такт биению сердца своего носителя.
   Неясное чувство опасности заставило Айвена повернуться. Через дымоход потухшего камина в помещение проникали серые и на вид какие-то плотные клубы туманной мути, если конечно это был туман. Страх при виде необъяснимого явления вползал в сердце юноши.
   Меж тем туман превратился в высоченную человекоподобную фигуру с очень длинными руками, которые всё удлинялись и удлинялись, как будто тянулись к горлу смотрящего на них юноши. Айвен сделал шаг назад, упёрся спиной в стену. Отступать ему было теперь не куда. В комнате даже не имелось ни какого оружия, да и навряд ли простой клинок мог помочь и защитить от такого создания, порожденного, скорее всего магической силой колдуна.
   Камень амулета засветился ещё ярче, и когда руки туманной твари почти вцепились в горло принца, свет из камня выплеснулся, охватывая тело своего обладателя прозрачным коконом. Туман, соприкоснувшийся с коконом, мгновенно растворился в воздухе. Тварь с укороченными руками тут же превратилась в бесформенное облако. Дверь комнаты распахнулась, впуская вбежавшего внутрь помещения викария Линодара, держащего в руке короткий резной жезл чёрного цвета.
   - Исчезни! Пропади! - закричал маг-крестоносец, направляя жезл в сторону серого облака.
   С вершины жезла сорвался небольшой светящийся шар, стремительно врезавшийся в туманную тварь, проделавший в ней ощутимую сквозную рану. Облако начало втягивать назад в дымоход, но Линодар не предоставил ему даже малейшего шанса на спасение и вконец испепелил с помощью жезла. Тут же потух и амулет, висящий на шее принца.
   - Мой принц, всё оказалось на много сложнее, чем я в начале предполагал. На стороне Кира Вюртемского - жрецы Моргены. Только они могли послать для вашего убийства туманного голема. Нам необходимо как можно быстрее покинуть стены замка Ля-Миро, - сказал тяжело дышащий маг-крестоносец.
   - Да, конечно, как скажете, господин викарий, - тут же согласился с ним Айвен.
   - Как один из высших иерархов Ордена Креста, я предлагаю вам покровительство и защиту Ордена до тех пор, пока мы не достигнем расположения верных присяге войск. Вы принимаете защиту? - спросил Линодар.
   - Да, конечно, я согласен принять покровительство Ордена, - ответил принц, прижимая в знак согласия правую руку к груди в том месте, где билось его сердце.
   - Тогда следуйте за мною, принц! - сказал маг-крестоносец.
   Линодар вышел в коридор и Айвен тут же последовал за ним. Викарий тем временем толкнул дверь расположенную напротив покинутой ими комнаты и вошёл в другое помещение. Принц проследовал туда же и оказался в точности такой же комнатке как та, что была предоставлена ему, с такой же небогатой обстановкой.
   - Айвен, оденьтесь, - произнёс маг-крестоносец, указывая на разложенную в кресле одежду. - Я чувствовал, что нам придётся покинуть замок Ля-Миро, но не думал, что это случится так скоро и к тому же впопыхах.
   Принц подошёл к креслу и начал одеваться. Тёмно-синяя сорочка, камзол, брюки, а также мягкие сапоги оказались в самую пору. Также для Айвена был приготовлен клинок в ножнах, прицепленных к широкому кожаному поясу. Ещё на кровати были разложены латные доспехи, выполненные из неизвестного принцу металла, по внешнему виду походившего на серебро, но не бывшее таковым, поскольку из данного металла в королевстве Гессен принято было изготавливать монеты, а не амуницию, защищающую тело от ранений. Меж тем для юноши был подготовлен шлем, кираса, наручи и поножи.
   - Господин Викарий, а может быть доспехи мне не нужны? Нам ведь придется передвигаться как можно быстрее. Зачем лишний груз на плечах? - спросил гессенский принц, указывая на предназначенные для него доспехи.
   Крестоносец посмотрел на юношу, усмехнулся и терпеливо, как будто обращаясь к малому и неразумному ребёнку, сказал:
   - Ваше высочество, поверьте мне, доспехи вам понадобятся. И на мне одета точно такая же броня, но она не будет лишней помехой в пути. У Ордена Креста отличные мастера-бронники. Доспехи выполнены из необычного сплава - аркниума, являющегося орденской тайной. Они очень крепкие и притом очень лёгкие. В обозе гномов, который вы встретили на тракте как раз и перевозились такие вот латы для графа Ля-Миро Де-Горо. Граф состоит в Ордене, и по этой причине мы вооружаем и снаряжаем его воинов самым лучшим оружием и доспехами.
   - Угу, понятно, - произнес Айвен и принялся с помощью мага облачаться в броню.
   Меж тем Линодар продолжал говорить:
   - К сожалению, позавтракать мы не сможем. Лишнего времени нет. Замок окружён туманом, поэтому наземный путь перекрыт, а летающих созданий у хозяина замка не оказалось. Граф Ля-Миро Де-Горо выгнал всех своих воинов на стены. Пока его маги будут сдерживать магию прислужников Моргены, мы с вами изберём, самый надёжный при нынешней обстановке, подземный путь.
   - Я готов. Что дальше? - спросил одевшийся Айвен.
   - А дальше берём рюкзаки и спускаемся в подвал донжона, - ответил викарий, с кряхтением вытаскивая из-под кровати два небольших рюкзака. - В них еда и вода во фляжках. А в ваш, я ещё положил и кошелёк полный золотых монет, на тот случай если вдруг мы будем вынуждены разделиться.
   Маг и принц, закончившие сборы вышли в коридор, и направились к лестнице, ведущей вниз. Линодар шёл впереди, указывая путь спутнику, поскольку венценосный юноша ни разу не бывал в замке Ля-Миро. Спускаться им пришлось довольно долго, так как донжон замка к великому сожалению Айвена не был оборудован новейшим изобретением гномов-механиков - механическим подъёмником. Сколько они миновали лестничных пролётов, принц не считал, полностью сосредоточившись на передвижении по узким ступенькам спиралевидной лестницы, да и силы его ещё не полностью были восстановлены.
   Наконец они остановились перед высокой крепкой двустворчатой дверью, изготовленной из дуба, толстые доски которой были прошиты множеством бронзовых заклёпок. Тускло чадил факел, вставленный в скобу на стене. Маг-крестоносец дернул за позеленевшую от времени и сырости медную ручку, но оказалось, что дверь заперта на замок.
   - Клянусь земляными яблоками Мокшины и огурцами Купалы! Ну, неужели так трудно держать винный погреб открытым? Особенно если знаешь, что два, не самых последних в государстве, человека должны воспользоваться твоим подземным ходом. И это, учитывая, что ты сам и предложил воспользоваться им и рассказал секрет его открытия. Ну, граф Ля-Миро, считай, что сегодня тебе крупно повезло, раз мне некогда возвращаться по этой длиннющей лестнице для разговора о твоём моральном облике! - воскликнул викарий Ордена Креста, воздевая руки к потолку.
   Пришлось Линодару применить простое заклинание, предназначенное для открытия механических замков, благо, что сие устройство было изготовлено не в мастерской гномов, а руками человеческих мастеров. Маг поднёс вплотную к замку свой жезл. Одна короткая вспышка и замок открылся. Крестоносец дёрнул ручки, с усилием распахивая тяжёлые створки двери, заскрипевшие на давно не смазываемых петлях. Линодар жестом пригласил принца следовать за ним в глубины винного погреба. Дух, исторгнувшийся из хранилища крепких напитков, шибанул прямо в нос Айвена, принося лёгкое головокружение от терпкого запаха и проникших в мозг винных паров.
   Викарий Ордена Креста взмахнул правой рукой, зажигая над своей головой у самого потолка небольшой шарик осветительного заклинания, поскольку совсем не было времени для поиска факелов. Он уверенно проследовал между двух рядов огромных и высоченных ясеневых бочек, снабжённых поблёскивающими от света заклинания металлическими кранами. После четвёртой бочки, Линодар свернул налево в проход. Принц неотступно следовал за магом-крестоносцем. Они прошли до стены ещё мимо пяти бочек, вновь свернули налево, обходя последнюю бочку, остановились в узком проходе. Огонёк заклинания осветил каменную стену, покрытую плесенью. Крестоносец движением левой руки стёр зеленоватые узоры плесневого грибка на небольшом участке кладки, примерно на уровне глаз. На стене проступило небольшое изображение вставшего на дыбы единорога.
   - Хорошо, что граф Ля-Миро любезно подарил мне свой перстень, открывающий выход из подвала, - сказал викарий Ордена Креста, снимая с правой руки перстень-печатку и прикладывая его к единорогу, отображенному на стене.
   Глубоко внутри стены тихо зажурчала неведомая жидкость, судя по звуку наполнявшая какой-то сосуд. Что-то скрипнуло, отвратительно заскрежетал невидимый механизм. Участок стены размерами метра два на два вздрогнул, поехал в сторону и отодвинулся, открывая просторный подземный ход, по которому в ряд спокойно могли идти трое взрослых мужчин атлетического сложения, даже не толкая друг друга локтями и не стукаясь головами о потолок. Видно было, что стены коридора выложены камнем, а потолок подпирают толстые деревянные сваи. На людей пахнуло затхлым воздухом давно не открываемого и не проветривавшегося помещения. Виной тому было множество мирных лет дарованных светлыми богами королевству Гессен.
   - Плох тот аристократ, из замка которого нет подземного выхода, а лучше нескольких. Ну, что ж, принц, пойдёмте вперёд и скорым шагом. Нам ещё долго идти, если конечно можно полагаться на слова графа Ля-Миро, - сказал Линодар.
   Когда спутники вошли в зев подземного туннеля, оказалось, что с другой стороны стены также расположено изображение единорога. Крестоносец приложил к мифическому животному всё тот же перстень. Вновь заскрипел механизм, вернувший стену на её законное место, скрывая от глаз людей винное хранилище, отрезая путь в замок Ля-Миро. После этого викарий Ордена Креста отдал принцу печатку и, не сказав ни слова, двинулся вперёд по прямому длинному коридору. Теперь маг выдвинул осветительное заклинание метра на два впереди себя, чтобы избежать неожиданных встреч, если тем, конечно, суждено всё-таки было случиться.
   Вначале подземный ход шёл с небольшим уклоном вниз. Примерно через час непрерывной ходьбы крестоносец остановился, повернулся лицом к спутнику и спокойно сказал:
   - Пожалуй, отдохнём немного. Вы не против моего предложения?
   - Нет, я не против, а только за, - ответил Айвен, с удовольствием снимая с плеч, натруженных с непривычки к переносу тяжестей на дальние расстояния, лямки тяжёлого рюкзака и присаживаясь при этом на пол.
   Получив согласие на необходимый им обоим отдых, Линодар тоже избавился от рюкзака и, в целях поддержания разговора, начал рассказывать:
   - По уверениям графа Ля-Миро, этот ход выведет нас на поверхность посреди Елового леса и надеюсь, что мы окажемся за пределами колдовского тумана. Как только жрецы Моргены поймут, что вас нет в замке, то сразу снимут осаду. Наше передвижение под землёй они почувствовать не в силах, да к тому же туннель был специально и предусмотрительно экранирован от магических воздействий предками графа. В то дальнее неспокойное время молодое королевство Гессен, только что возникшее на политической карте мира, воевало с эльфами, не желающими отдавать свои леса во власть людей. Принц Спичон, третий сын Айвена Собирателя, вашего великого предка, поссорился с братом, фракийским королём Айвеном Вторым по прозвищу Продолжатель, и со своими воинами переплыл Грифонский залив, высадился на северном берегу и образовал новое государство - Гессен. Ну да вы и сами лучше меня знаете историю рода Айвенидов. Ну, что отдохнули?
   - Да, господин викарий, в полной мере. Я думаю, мы можем двигаться дальше, - ответил принц.
   Спутники подняли рюкзаки и продолжили путь по подземному ходу. Где-то через пол часа быстрой ходьбы тоннель изменил направленность и пошёл теперь уже вверх. Ещё через час подземный ход окончился решёткой, запертой на навесной замок. Пришлось Линодару вновь воспользоваться магией, чтобы открыть запор. Осветительное заклинание было потушено за ненадобностью. Люди оказались в зарослях боярышника, полностью закрывающих выход из тоннеля, выводящего в обширные и необжитые просторы Елового леса. Колдовского тумана здесь не было, но зато было лето и хорошая погода. Плотной стеной поднимался чёрный пихтовый лес с тёмными, опущенными до земли ветками. Пролетел, шумно хлопая крыльями, большой чёрный ворон. Где-то за деревьями мелькнул светло-коричневый бок оленя.
   Маг достал из правого кармана брюк серебряный медальон, откинул его крышку и начал пристально смотреть на содержимое. Айвен захотел поближе рассмотреть медальон и увидел, что внутри вертится небольшая красная стрелка, как в компасе, указывающая в глубины леса.
   - Эльфы называли этот лес - Мирквуд, что означает - Тёмный лес. Слышишь, где-то волки воют, - сообщил Айвену маг-крестоносец, не отрывая взгляда от стрелки.
   В лесной тишине было отчётливо слышно, что он не ошибся: с юго-запада, примерно, откуда они и пришли, действительно доносился волчий вой. Вой был низкий, напряжённый, очень похожий на звуки, издаваемые охотящейся стаей, идущей по свежему следу. Холодные мурашки поползли по спине принца, бывшего увлечённым охотой с раннего детства и понимающего несуразность происходящего.
   - Какие волчьи стаи могут быть в конце июля? - спросил Айвен.
   - Ты прав. Конечно же, это не волки. Это оборотни, они же - вервольфы или по-другому - волколаки. Так, что нет времени расслабляться. Хватай ноги в руки, и бегом! - был ответ, помчавшегося между деревьев со скоростью ветра Линодара.
   Так они и бежали примерно три четверти часа, петляя между деревьев, придерживая вещмешки, норовящие ударить несущих их людей в место, где спина теряет своё благородное название. Внезапно маг-крестоносец остановился и задыхающимся голосом заявил:
   - Твари нас настигают и их слишком много, не меньше трёх десятков особей.
   - Что же делать?! - воскликнул прерывающимся голосом запыхавшийся принц.
   - Я смогу отбиться, только если мне не придётся заслонять ещё одного человека, - ответил викарий Ордена Креста. Он сунул Айвену в руку свой непонятный медальон-компас и сказал. - Вот этот медальон указывает на расположение храма Свергая. Храм где-то здесь. Беги и доберись до него. Там ты будешь в полной безопасности, а я найду тебя потом.
   - Но... - попытался возразить юноша.
   - Айвен, ради всего святого не спорь со мною. Беги!!! - воскликнул Линодар, натянутым, как струна, голосом, руками толкая Айвена прочь, заставляя его тем самым начать пробежку.
   Принц бросил на спутника последний взгляд и побежал, сверяясь с направлением стрелки чудного компаса. Деревья сомкнулись за его спиной. Нестись по лесу как олень оказалось тем ещё удовольствием и на развлечение для юноши из благородной семьи не тянуло. Он продирался через завалы без передышек и остановок, перепрыгивал ямы, до предела напрягая мышцы тела, старался дышать через нос, чтобы не потерять дыхание.
  

* * *

  
   Оставшись в одиночестве, Линодар сбросил рюкзак на землю, обнажил меч, встал спиной к могучему дубу, ожидая кровожадного врага в боевой стойке. Сначала нарастающий вой оборотней перестал звучать слитно и рассыпался на отдельные голоса, затем растёкся, словно охватывая полукругом будущую жертву и, наконец, резко оборвался. В течение достаточно продолжительного времени ни чего не происходило. Лишь очень внимательный и чуткий наблюдатель мог бы заметить проскальзывающие среди деревьев то здесь, то там тени. И викарий Ордена Креста был именно таким созерцателем. Его интересовали глаза преследователей, и он их увидел - здоровенные, круглые и горящие жутковато-красным огнём, что отличает порождения Тьмы.
   Матёрый серый оборотень вдруг вышел на границу освещённого пространства, нервно дёргая хвостом, и зарычал, оскалив белые клыки. Маг-крестоносец никак не отреагировал, а вервольф закрыв пасть, сделал пару крадущихся шагов на полусогнутых, готовых к прыжку лапах. Линодар взмахнул свободной от оружия левой рукой, а сорвавшаяся с неё ослепительно белая молния угодила оборотню в загривок. Душераздирающий визг, судорожные подёргивания конечностей предшествовали смерти волколака, прежде чем тот застыл на земле без движения. Запах палёной шерсти распространился вокруг.
   Из зарослей выпрыгнул ещё один оборотень. Он атаковал низким стелющимся прыжком, стараясь проскочить под лезвием клинка и сбить противника с ног, а потом вцепиться в горло. Линодар не мудрствуя, среагировал по ситуации, немного изменил хватку, чуть опустил лезвие и в точно выбранный момент рубанул широким боковым ударом. Серая голова, безжалостно разлучённая с телом, полетела в траву. Фонтан крови залил всё вокруг.
   Волколаки решительно изменили тактику, пошли в атаку парой, с разбега. Две пары красных глаз, стремительно приближались из-за деревьев. В ответ викарий Ордена Креста совершил неожиданный бросок навстречу левому оборотню. Волколак отскочил в сторону, а его подоспевший соплеменник прыгнул на расположенного вполоборота врага. Это был высокий, красивый прыжок, с выгнутым дугой телом, прямыми лапами и вытянутым в струну хвостом. Маг-крестоносец в последнюю секунду пригнулся к самой земле, а когда воздух над ним заполнила тушка, перехватил меч и выбросил левую руку с ним вбок и вверх. Обрубленный хвост был тому манёвру неизбежным результатом.
   В этот момент едва Линодар выпрямился и перевёл дух, как получил сильнейший удар в спину от подкравшегося коварного оборотня. Когда сбивший викария с ног враг накинулся на него, то маг-крестоносец сумел извернуться и полоснуть вервольфа лезвием по брюху. Пока Линодар вставал на ноги, его окружили уже семеро звериных особей, желающих лишь отвлечь внимание. И стоило викарию сосредоточиться лишь на них, как из глубин Елового леса выскользнула острая чёрная стрела, с поразительной точностью пронзившая сердце человека. Маг-крестоносец упал, не выпуская меча.
   Неистово-злобный вопль невидимого лучника разразился торжеством. Викарий ордена Креста Линодар отыскал в это утро свою смерть под сенью раскидистого дуба.
  

* * *

  
   Через полчаса Айвен совсем притомился, взмок, начал спотыкаться, спина заныла, ноги загудели. На пути попался широкий лесной ручей, тянувший на почти полноправную речку. Хвойный лес закончился. Принц, не раздумывая, побежал к воде, поскользнулся на мокрой траве и с размаху упал, попав телом в прибрежную грязь, а лицом в холодную воду, ободрал кожу на ладонях. Юноша тут же вскочил на ноги и, поднимая тучи брызг, пересёк водную преграду, не отряхиваясь и не отвлекаясь на саднящие ладони.
   На другой стороне ручья росли дубы, ясени и буки. Стрелка компаса перестала дрожать и чётко указывала направление, где должен был находиться спасительный храм одного из светлых богов. Через некоторое время Айвен вывалился на большую поляну, прорвав колючие кусты, остановился, жадно хватая ртом воздух, показавшийся сладким, а затем согнулся, держась за правый бок. Грудь юноши часто вздымалась, дыхание изо рта вырывалось с хрипами и всхлипами. Крупные капли пота катились по лбу.
   Поляну окружали толстые раскоряченные деревья. Посреди лужайки высились развалины небольшого здания с провалившейся внутрь куполообразной крышей, выложенного из белого кирпича. Узкие стрельчатые окна ещё содержали осколки витражных стёкол. Стрелка магического компаса чётко и однозначно указывала на эти руины как на святилище бога Свергая. Где-то совсем недалеко раздался пронзительный волчий вой, при звуке которого принц вздрогнул и пришёл к мысли, что отдыхать уже некогда и пора укрыться за стенами храма.
   Покосившиеся ворота священного здания стояли настежь распахнутые, поэтому юноше не доставило ни какого труда проникнуть в него. Воздух в святилище был сырой, холодный и влажный, как в погребе. Внутри оказалось довольно светло, так как солнечные лучи в достаточном для этого количестве проникали сквозь дыры в полуразвалившейся крыше. Айвен скинул с плеч лямки вещмешка на земляной пол и осмотрелся. В центре храма из крупных плоских белоснежных камней был выложен большой круг, в середине которого находился треугольный алтарь, вырубленный из светло-жёлтой яшмовой глыбы. Посреди жертвенника был выбит знак огня - колесо с тремя спицами, загнутыми по часовой стрелке. На алтаре стоял высокий стеклянный сосуд, плотно закрытый крышкой, внутри которого яростно полыхал золотистый огонь.
   В этот момент недалеко от входа в обрядовое помещение послался шум и потому длинный узкий обоюдоострый меч покинул ножны юноши, вставшего в боевую позицию. Через ворота в здание проникали гибкие тела, покрытые короткой серой шерстью, сноровисто передвигающиеся на четырёх лапах. Оборотни всё прибывали и прибывали, а их враждебные намерения были написаны на длинных вытянутых мордах, сверкающих белоснежными клыками, шерсть же на загривках у тварей топорщилась. Волколаки, числом в пятнадцать особей, выстроились полукругом, злобно и кровожадно уставились на Айвена и так замерли на месте, как будто чего-то или кого-то ждали. И только после этого в заброшенный храм Свергая прошёл оборотень, отличающийся от собратьев более крупными размерами и аспидно-чёрным цветом шерсти. Все прочие перевёртыши расступились, пропуская чёрного вервольфа вперёд, как бы признавая за ним право вожака, право вонзить первым острые клыки в горло жертвы.
   Вожак подошёл вплотную к принцу, остановился, показывая тем самым, что вид обнажённого клинка в руке человека, загнанного в тупик, его совершенно не беспокоит. Чёрный оборотень встряхнулся и за доли секунды, уложившись в одно моргание век Айвена, перешёл из боевой трансформы к человеческому облику. Вернее это принцу показалось, что перед ним возник здоровенный абсолютно голый мужик с длинными цвета воронового крыла волосами, весь обросший чёрным завивающимся волосом, смахивающим больше на шерсть животного. Такому волосатику и одежда-то никакая не была нужна, чтобы прикрывать срам или там спасаться от холода в короткие летние ночи. Вожак оборотней развёл в стороны руки (или скорее передние лапы), как будто для дружеских объятий, затем раздвинул губы в улыбке, показывая, что даже после трансформации у него во рту остались всё те же острые клыки.
   - Хр-р-р, - раздалось, вырывающееся из горла человека-волка, рычание. Вожак волколаков, опустил руки, закашлял, прочищая горло, и продолжил вполне человеческим голосом. - Какие люди, да ещё и без охраны!!!
   Принц ожидал мгновенного нападения на свою персону, а не панибратского обращения со стороны какого-то немытого мужлана, воняющего псиной, но меч всё равно не опустил.
   - Кто ты такой? И что тебе от меня нужно? - спокойно спросил Айвен.
   - Вот так значит! Когда твои предки убивали моих предков, то их ни кто почему-то не спрашивал, кто они такие, - возмущенно произнёс волосатый мужик.
   - Я не понимаю, о чём ты говоришь?
   - Хорошо, так уж и быть. Я освежу твою недолгую человеческую память, - сказал вожак вервольфов, движением правой руки отбрасывая волосы, открывая взору юноши свои уши, имеющие характерную, вытянутую к верху форму с заострёнными кончиками. Затем главный оборотень с жаром в голосе продолжил. - Когда люди прибыли на своих огромных кораблях к нашему побережью, высадились и начали обживаться, мой народ не препятствовал им. Но затем твои предки, которым всегда было мало земель и хотелось всё больше и больше, вошли в Мирквуд. Они начали убивать всех эльфов, что веками жили, причём довольно спокойно и мирно в этих благословенных богами лесах. Ни кому не было пощады! Наши правители и священные друиды воззвали к светлым богам, но те не ответили и не помогли нам. Единственный путь к спасению, оставленный нам - путь тьмы. Богиня Моргена спасла народ Перворожденных эльфов Мирквуда от полного истребления, взяла под свою длань, но взамен забрала бессмертие и наши души, преобразила наши тела. Теперь ты понимаешь суть моих к тебе претензий, наследник короны?
   - Я знаю эту историю совершенно с другой стороны, поэтому твои поползновения мне не понятны. Убирайся и забирай своих волосатых шавок с собою во тьму! - яростно ответил гессенский принц, взмахивая клинком, разрубившим со свистом воздух.
   Вожак оборотней-эльфов довольно ловко для своих габаритов уклонился от острого клинка, разгневанно зарычал, тряхнул длинной густой шевелюрой и вновь незаметно для глаз юноши перешёл в боевую трансформу, перекинулся в обличье огромного чёрного волка.
   Тут бы по правилам логики и должен был наступить конец повествования, но все нити судьбы смертных и бессмертных созданий, находятся в руках богов, а им в этот день захотелось проявить своеволие, подтверждающее их непредсказуемость.
   Оборотни бросились на юношу, дабы в его лице отомстить всему роду Айвенидов за стародавние обиды. Их острые клыки и не менее острые когти должны были в один миг разорвать человеческое тело на множество небольших кусков, удобоваримых в пищу. Один единственный, хоть и острый меч ни как не мог защитить от верфольфов и спасти молодую жизнь от насильственного прекращения. Айвен мысленно уже простился с жизнью, саданул клинком в сторону нападающих тварей, но удар его пропал втуне, поскольку все перевёртыши в один момент застыли кто прямо в воздухе, а кто-то ещё стоял на земляном полу святилища, но все они так и остались в напряжённых позах, полных движения.
   Если бы у принца на спине имелись глаза, то он бы увидел, как за мгновение до того как волколаки кинулись на него с целью вцепиться в горло, стеклянный сосуд, спокойно стоявший до сего времени на алтаре, от чего-то лопнул, осколки разлетелись далеко в стороны, а на жертвеннике посвящённом богу Свергаю заплясали солнечно-золотые языки огня. Тут же рядом с алтарём появилась высокая и прекрасная фигура могучего полуобнажённого мужчины, излучающая нестерпимое для глаз сияние.
   Почувствовав за спиной волну сухого воздуха и непонятное движение, Айвен обернулся и вынужден был прикрыть от яркого света свободной от клинка рукой глаза. Тот час сияние погасло и принц, ощутив это, убрал от глаз руку. Перед ним предстал суровый и мужественный лик, а именно бородатое лицо с неестественно правильными, чеканными чертами, без единой морщинки или хотя бы родинки на гладкой, блестящей коже. Мощные, бугрящиеся мускулами руки дополняли картину. Айвен не мог понять каков же возраст нежданного пришельца, которому можно было дать и двадцать лет, а по причине серьёзного и мудрого выражения глаз так и все сорок.
   - Меч-то хоть в ножны бы убрал что ли, а то порежешься невзначай, - прозвучал мелодичный голос бородатого мужчины, развеявший воцарившуюся под дырявым куполом храма тишину.
   Принц и не подумал исполнять пожелание какого-то там незнакомца, даже если он и обладает магической силой, способной на такие фокусы с шестнадцатью оборотнями.
   - Это ты их так? - уточняющее спросил Айвен, для большей понятности своего вопроса указывая клинком на застывших эльфов-перевёртышей.
   - Довольно занятное ты человеческое существо. К нему, понимаешь, божественная сущность явилась в плоти, спасла ему жизнь и здоровье, а он даже клинок не спрятал и это посреди моего храма, - задумчиво произнёс спаситель. Он вскинул и тут же опустил руки, а затем, как бы обращаясь к невидимым зрителям, воскликнул. - Нет, ну вы посмотрите каков наглец!
   Поняв, кто же всё-таки перед ним разглагольствует, гессенский принц убрал клинок в футляр, опустился на правое колено, склонил голову, прикладывая правую руку к груди, а левой придерживая ножны. Не каждый день к тебе с небес спускается один из самых могущественных богов, чтобы сохранить твою короткую жизнь.
   - Вот то-то же! - наставительно произнёс Свергай, а это был именно он, поскольку не в силах ни один из богов, даже самых всесильных появиться около алтаря какого-либо своего "коллеги", даже самого слабого. Непреложный закон мироздания и всё тут, без каких-то вариантов. Ворон ворону глаз не выклюет, а вервольф вервольфа не укусит.
   - Великий, я прошу твоей защиты! - торжественно не поднимая глаз, сказал Айвен.
   - Ну, так я и знал, что всё этим и закончится, хоть и не всевидящий. Что за создания эти люди? Стоит им только один раз жизнь спасти, как тут же они наглеют, прямо тебе на голову готовы присесть. Хотя знаешь, наверное, ты прав. Нет у тебя ни единого шанса против созданий Моргены. Это даже как-то не честно, не смотря на то что, боги и не обязаны быть справедливыми. Каждый добивается поставленных перед собой целей всеми доступными ему средствами и орудиями. Это будет довольно забавно насолить этой заносчивой Моргене и уравнять ваши шансы.
   После этих слов небесного бога принц почувствовал, что теряет сознание, и провалился в туманную зыбь небытия.
  

* * *

   Принц Айвен оседлавший белого скакуна, несся по лесной дороге. В ушах всё ёщё гремели слова Свергая.
   - Мчись словно птица. Не останавливайся ни на миг. Слуги Моргены способны на любую выдумку. Через три дня ты должен достигнуть города Майнфурта. Там собираются верные законной власти дворяне. Пред моим храмом предъяви высокому собранию татуировку коронованного грифона. Встреться с викариями Ордена Креста и расскажи о гибели Линодара. Через некоторое время с тобой пожелает заключить союз Дегеджия. Её король уже получил от меня знамение. Далее всё будет зависеть только от тебя. Как себя проявишь, так и приобретёшь союзников. Никто из ныне живущих людей уже и не помнит твоего далёкого предка, основателя рода Айвенидов. А между прочим Айвен Собиратель, первый король Фракии, не был человеком, вернее был им только на половину. Ибо он - аасимар, а именно мой сын. Божественная кровь течёт и в твоих жилах, нужно лишь суметь разбудить её силу. В пути веди себя скромно, избегай конфликтов, скрывай свою личность.
  
   Вскоре дорога и вовсе превратилась в тропинку. Деревья надвинулись на дорожку, словно старались закрыть ветвями небо. Только тогда скакун принца замедлил бег. Скачка на перегонки со смертью продолжалась до самого вечера. Смеркалось и юный принц давно уже подумавший об остановке и отдыхе, тщетно всматривался вдаль по пути. Видны были только деревья и ни чего более, ни малейшего просвета за ними не наблюдалось.
   Неожиданно конь сам без какого-либо воздействия со стороны всадника замедлил бег, переходя на шаг, тревожно заржал и вовсе остановился. Дальнейший путь оказался перекрыт пятёркой воинов в панцирных доспехах и остроконечных шлемах, вооружённых изогнутыми мечами. Айвен безуспешно высматривал хоть какие-либо знаки различия на доспехах. Таковых не наблюдалось.
   Бойцы, принадлежавшие неведомой армии, тем временем молча направились в сторону всадника, не опуская мечей из боевого положения. Намерения их были явно враждебными. Для обычных разбойников воины экипированы слишком хорошо.
   Принц не стал испытывать судьбу и развернул коня, намереваясь ускакать обратным путём, но и там его ожидала точно такая же пятёрка молчунов. Положение обострялось не самым лучшим образом. Айвен потащил из ножен меч, ожидая приближения врагов. Тут то слабый ветерок донес со стороны недругов запах смерти и разложения до ноздрей благородного всадника. Молчание противника объяснялось просто: на вечерней дороге расположились мёртвые воины - навьи.
   Тотчас как гром посреди ясного неба, прозвучал яростный боевой клич. На тропинке появилось ещё одно действующее лицо: рыцарь в пластинчатых доспехах с шипастыми наплечниками, вооружённый двуручным мечом. На латах и шлеме ратника принц рассмотрел знак крылатого пса войны - Симаргла.
   Рыцарь молниеносно выбежал из леса, врубился в строй мертвецов, легко махая двуручником как камышинкой, круша оружие и доспехи противника. Но неожиданный помощник оттянул на себя только половину врагов. Айвен уже готовился схватиться со второй пятёркой, но тому не суждено было случиться, так как в бой вступил лучник, сокрытый деревьями. Одна за другой его стрелы, словно бы источающие яркие свет, с лёгкостью пробивали панцири, впивались в мёртвые тела, лишая их подобия жизни, принесённого противоестественной магией.
   Через пару-тройку минут врагов не осталось. Рыцарь вытер меч о плащ одного из поверженных противников, убрал оружие в ножны и подошёл к принцу. Айвен, соблюдая нормы вежливости принятые среди благородных сословий, спешился, чтобы спасителю не приходилось задирать при разговоре голову. Рыцарь снял с правой кисти кольчужную перчатку, обеими руками снял шлем. Взгляду принца предстало суровое мужественное лицо, коротко стриженые волосы цвета воронового крыла. Воину можно было дать лет тридцать, не больше.
   - Карломан сын Сержио, - представился рыцарь.
   - Айвен сын Айвена, - вежливо ответил юноша.
   Тем временем на дорогу из-за деревьев вышел лучник, вернее лучница - стройная девушка одного с принцем возраста в плотной кожаной кирасе, клепанной небольшими металлическими кружками. Из-под шлема барышни выбивались светлые завивающиеся на концах волосы. В руках она сжимала изогнутый длинный лук, а из-за её плеча виднелось оперение необычных стрел, торчащих из колчана. Айвен был очарован, по юности возраста и горячности крови почувствовал, что влюбился в прекрасную незнакомку окончательно и навсегда.
   - Айвен, познакомься. Моя спутница - Ивана дочь Капелла, - представил лучницу рыцарь.
   - Очень приятно познакомиться, - смущённо пролепетал принц, чувствуя, что при этом краснеет от прилившей вследствие душевного волнения к щёкам крови.
   Девушка загадочно улыбнулась, кивнула в ответ и сказала, обращаясь к Карломану:
   - Жнец уже опять рядом. Я чувствую, что он возвращается с новым отрядом. Пора уходить лесным путём.
   - Я возьму скакунов и отвлеку их, а вы с Айвеном уходите. Встретимся в условленном месте, - ответил рыцарь.
   Карломан свистнул, подзывая белого скакуна, оседлал его и отправил рысью дальше по дороге. Ивана же принялась совершать перед собой странные пассы, сопровождая их словами из неведомого принцу певучего языка. Возле лучницы возникла арка колышущегося марева.
   - Айвен, пожалуйста, возьми меня за руку и закрой глаза, не открывай их, пока я не скажу, что мы на месте, - произнесла девушка и, заметив нерешительность спутника, добавила. - Не сомневайся. Мы хотим тебе только добра. Секундное промедление сейчас подобно смерти! Враги очень близко!
   Юноша отбросил сомнения и шагнул к арке, совершая потребные от него действия. Его рука сжала тёплую девичью ладошку. Айвен ощутил нежную бархатистость кожи. Через четверть минуты Ивана разрешила открыть глаза.
   Они стояли на обширной поляне, окруженной высоченными елями. Посреди лужайки расположился небольшой одноэтажный домик с единственным окном, затянутым бычьим пузырём.
   - Вот здесь мы переночуем. Вокруг заповедные владения госпожи Жеваны, поэтому мы в безопасности. Завтра ты сможешь двинуться в дальнейший путь, - принялась рассказывать прекрасная лучница, а затем добавила как будто невзначай. - Кстати, можешь уже отпустить мою руку. В этом нет теперь необходимости.
   До Айвена не сразу дошёл смысл последних из сказанных слов, но всё же ему пришлось, хоть и с величайшей неохотой, разжать руку и отпустить ладонь девушки. В голове вертелась мысль: "А вдруг ей неприятны его прикосновения?"
   Ивана лёгкой походкой направилась к домику, а расстроенный юноша понуро и обречённо поплёлся за ней. Внутренняя обстановка хижины за скрипучей дверью поражала своим аскетизмом. Лишь небольшой очаг с дымоходом, да широкая лежанка, накрытая шкурами зверей. В дальнем углу - деревянная кадка с водой и небольшой ларь.
   Ивана и Айвен разоблачились из доспехов (вследствие чего юноша, залюбовавшийся соблазнительными изгибами юного девичьего тела, даже получил по лбу), отложили в сторону оружие, да призадумались о хлебе насущном. Лучница умело и сноровисто разожгла в очаге огонь. Потом Айвен по просьбе девушки набрал в котелок воды из кадки, повесил над пламенем. Ивана взяла из ларя неведомые травы и ягоды, бросила их в закипевшую воду. Также из сундука были извлечены лепёшки хоть невзрачные на первый взгляд, но очень вкусные и питательные, особенно за отсутствием какой-либо другой пищи.
   В результате через полчаса в домике посреди ночного леса юноша и девушка благополучно попили, поели и легли спать, а поскольку лежанка была в наличии только одна, то просто так это всё не закончилось. Айвен и Ивана любили в эту ночь друг друга, словно не надеялись встретить утро следующего дня, нежно и беззаветно. Он покрывал её пухлые щёчки робкими поцелуями, шептал ей слова любви. Её нежные руки обвивали шею Айвена с трогательной, доверительной нежностью, а её губы отвечали на поцелуй поцелуем. Тесные объятья сливали их тела воедино. Юноша наслаждался жасминовым запахом её тела.
   Усталые и счастливые, они так и заснули, не разжимая сладких объятий, утихомирившись только под утро, но проснулись всё равно бодрыми и отдохнувшими. Ивана, крепко обняв Айвена, печально смотрела в пустоту. Айвен смотрел на неё, скользя восхищённым взглядом по её высокой груди, соблазнительным бёдрам, красивому животу, покатым плечам и прекрасному лицу. Юноша уразумел, что кончики ушей Иваны имеют слишком уж заострённую форму, что выдавало наличие в её жилах немалой толики эльфийской крови, однако его это не смущало. Удивление быстро прошло, поскольку, кого же ещё выбрать могла жрицей богиня Жевана, как не девушку из перворожденного народа.
   Всё хорошее рано или поздно кончается. Обстоятельства выше человеческой воли. Поэтому через пару часов на краю поляны появился Карломан, ведущий в поводу двух скакунов. По воле богов принц Айвен отправился с рыцарем в путь. И, по воле богов Иване не оставалось ни чего иного, как остаться в домике, стоящем посреди заповедного леса Жеваны.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"