Манаков Юрий Михайлович: другие произведения.

Эпилятор ч.1

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
📕 Книги и стихи Surgebook на Android
Peклaмa
Оценка: 4.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Аннотация. Из миллиардов людей на помощь двум планетам выбран один - самый опасный, компетентный и без комплексов. Предназначение меняет его, а Он меняет себя сам. И закономерно становится опасным вдвойне, посвящая жизнь борьбе со злом. Войне на два фронта: на Новой планете - по долгу службы и у себя на Земле - по долгу совести. И возможности его возрастают безгранично, если ему подвластна Система…

   Юрий МАНАКОВ
   "ЭПИЛЯТОР"
  
  
  ПРОЛОГ
  
   "Хвост", на уровне ощущения, я почувствовал почти сразу же, как только вышел из подъезда, и это было для меня большой неожиданностью. Слежка велась очень профессионально, на пределе контакта, периферийным зрением, большой бригадой. На людных улицах таких "топтунов" определить крайне сложно. Что бы вычислить несколько человек из бригады, мне пришлось несколько раз сворачивать в переулки и проходить через безлюдные дворики. И каждый раз я засекал все новые и новые лица.
  К тому моменту, когда насчитал восемь человек и три автомобиля, у меня сформировалось твердое мнение - я крупно влип. Пьеса, которую разыгрывают, отработана до мелочей и эти люди доведут меня до финала. Причем, этот конец, по их сценарию, будет для меня печальным. Против меня работала система.
   Все началось сразу же после того, как я перестал играть по маленькой и "пристроил" функционеру из этнической мафии пять килограмм золота, по сходной цене, в восемьдесят тысяч евро пятисотенными купюрами. В первую очередь из-за большого удельного веса этих розовых листочков. Таскать с собой кейс с деньгами, сумку или иметь сильно оттопыренные карманы, последнее дело. Впрочем, наличие крупных купюр предполагало еще второй этап размена, но этот акт можно было совершить намного проще и гораздо незаметней. Благо обменников по Москве натыкано, как дерьма в сортире.
  За последние пять лет, для обслуживания своих жизненных потребностей, я маленькими партиями в разные стороны сплавил больше десяти килограмм золота и все шло, как по маслу. На эти деньги в целях конспирации, используя нерасбериху и "продвинутость" в рыночных отношениях отдельных представителей органов, сменил место проживания, биографию, поменял имя и стал Панкратом. В эпоху перемен, если не замахиваться на биографию из справочника "Who is who", это сделать, при наличии денег, можно элементарно. Временами, поеживаясь, я думал: а сколько же в это смутное время различные спецслужбы насажали "кротов" и агентов влияния в моей стране, если даже у меня, дилетанта, с новой биографией и полным набором документов к ней получилось все легко и просто.
  И вот прокололся. Может быть потому, что раньше очень серьезно относился к процессу обмена денег - разыгрывал целый спектакль под названием "скупой рыцарь" меняет остатки бабушкиного наследства, с трясущимися от жадности пальцами и голодным блеском в глазах. А сейчас в моих действиях тренированные глаза смогли заметить некоторое безразличие или легкую небрежность, что предполагает, по мнению криминального элемента, большой запас благородного металла в закромах.
  Так или иначе, команда "фас" прозвучала, волки почувствовали запах добычи, ощутили вкус крови и нацелились на оставшиеся у меня несколько килограммов. Да и смогу ли я теперь потратить уже полученные наличные, тоже большой вопрос. Скорее всего, "вести" меня будут с расчетом выхода на точку проживания. Правда, есть некоторая доля вероятности и меня постараются взять на улице, вычислив, что я заметил хвост. При таком количестве профессиональных "топтунов" и качестве слежки сделать это будет, по их мнению, не трудно.
  Рисковать и проявлять в этой ситуации свои качества бойца явно преждевременно. Выход из этой непростой ситуации один - вся эта гоп-компания, все, кто так или иначе задействован в слежке, видел меня лично или мое фото, хотя бы мельком, должны умереть. Ну, и по полной программе должен получить Заказчик или организаторы. Внутри медленно, но верно начал пробуждаться зверь. Я долго терпел, почти пять лет, но все-таки они меня достали. Положение и климат в России нужно менять. Требуется срочно вводить слепую диктатуру закона. Моего закона. По крайней мере, на ближайшие несколько лет.
  В любой стае, чтобы не заразить остальных, бешеных псов уничтожают физически. Если человек - зверь и живет по законам джунглей, то при чем здесь гуманизм и права человека. Впереди меня ждала большая прополка. Крестьянский труд, тяжелая, но очень необходимая работа, если хочется, чтобы на грядках росли не только сорняки.
   Сменяя друг друга, как кадры киноленты, я прокручивал варианты решения проблемы. Все они были с изъянами, кроме одного. Нужно было срочно, прямо сейчас, оборвав все концы, возвращаться через теперь уже известные мне Ворота в свой Новый мир. Затем эти засвеченные Ворота постараться закрыть и отрыть, если потребуется, новые. Ну, а потом сам Бог велел устроить бандитам День гнева.
  
  Часть 1. ПО ТУ СТОРОНУ
  
   В голове яркой картиной вспыхнули воспоминания. Об этих событиях буду знать только я и на Земле о них не узнает никто и никогда.
  Шесть лет назад меня угораздило не по своей воле окунуться в события удивительные и фантастические. В течение полугода я пребывал на неизвестной планете, крутился, как вошь на гребешке, пытался выжить и найти свое место под солнцем в Новом мире. Позднее я разделил этот отрезок времени на четыре части - прорыв, внедрение, обустройство и возврат.
   Каждая часть имела разную протяженность по времени, но неизменно кардинально меняла мое мировоззрение и физическую сущность. Хотя наисильнейший удар по психике я безусловно получил, когда меньше всего ждал и занимался обустройством в Новом мире своей уже вроде как состоявшейся жизни.
  Началось все очень прозаически. Путешествуя верхом с юга на север по наезженному тракту, в приподнятом настроении наслаждался свежим воздухом, ароматами трав и цветов, запахом хвои и прелых листьев окружающего леса. Здесь на дороге меня и догнала сильная гроза. Шквалистый ветер, удары грома, ветвистые молнии, рассекающие мрак. Форменный потоп с небес в одно мгновение грозил промочить до нитки. Пришлось сворачивать и искать укрытие в лесу. Гроза и ливень должны были скоро кончиться, но пора уже было искать место для ночлега. До темноты я не успевал попасть на ближайший постоялый двор.
   На опушке под шорох первых капель дождя, слез с коня и держа его в поводу, двинулся в глубь леса по тропинке. Здесь было поспокойней - высокие кроны деревьев защищали от ветра и частично от дождя. Примерно через сотню метров вышел на поляну, в центре которой стоял старый сарай. У сарая были дырявые стены, но имелась почти целая крыша и я направился под ее защиту. Вместе с конем мы зашли в покосившиеся ворота и... Вышли в очень знакомом ущелье.
  Ущелье это, конечно, громко сказано - я стоял на дне не очень глубокой расщелины, по дну которой протекал ручей. Ярко светило полуденное солнце. Синее безоблачное небо. Оглянувшись назад, увидел слабо очерченное темное пятно в стене. Прямо на глазах пятно бледнело и постепенно по цвету сливалось со стеной. Выход или вход пространственного туннеля, как кому нравится, но намек был ясен. Однажды я уже был здесь и не выполнил работу, поддавшись искушению не усложнять себе жизнь и сразу повернул назад. Повторять ошибку и возвращаться в туннель не имело смысла. Перефразируя юридический принцип - нежелание или непонимание не освобождает от ответственности. Только клинические идиоты, которых в прочем в мире большинство, наступают на грабли два раза. Меня приглашали выполнить работу. Я в сердцах сплюнул, вздохнул и решительно двинулся по берегу ручья вниз по течению, к возможному выходу из ущелья.
  Но через сотню шагов остановился на галечном берегу широкой и глубокой заводи. Скорее даже на берегу маленького озерка с кристально чистой и прозрачной водой, пронизанной до самого дна солнечным светом. Присел на прогретый солнцем плоский камень. Дно заводи местами покрывал белый песок и в центре водоема, на глубине примерно в полтора метра, были ясно видны серые спины нескольких хариусов, почти метровой длины. То один, то другой монстр из маленькой стаи поднимался из глубины к поверхности, распускал незаурядных размеров перья и отражение солнечных лучей от них создавало вспышку радужных пятен, подобно переливам украшения из разноцветных драгоценных камней. Чем-то они были похожи на очень богатых красавиц из высшего общества, небрежно демонстрирующих браслеты на холеных руках и диадемы, усыпанные алмазами, изумрудами и рубинами. Очень эффектно.
  На противоположном берегу заводи с цветка на цветок перелетали две крупных нежно голубых бабочки. Третья бабочка обследовала цветы с моей стороны ручья. По форме и окрасу бабочки были похожи на голубянок, но их размер - это было нечто! Машинально вытянул руку и одинокая странница, как доверчивая собачонка, села на ладонь. Сложила два десяти сантиметровых крыла и пощекотала ладонь хоботком. Точно красавица-девица, которая знает себе цену, повернулась кругом и махом, словно цветастый шелковый халатик, распахнула свои роскошные крылья. Говорят бабочки садятся на ладонь, чтобы съесть кристаллики соли от пота. Я этому никогда не верил. Думаю они понимают и любят тех, кто ценит их красоту и совершенство.
  Все это создавало атмосферу расслабленности и покоя. В мире всегда есть места, где время течет иначе, а мысли только о прекрасном и удивительном. В этом Новом мире масса диких и нетронутых мест, где никогда не ступала нога человека. Было бы чудесно, хорошо подготовившись, пройтись по ним - себя показать и на других посмотреть. А лучше даже не одному, а в компании с теплой женщиной. Так чтобы все тридцать три удовольствия. Мечты. Мечты.
  Конь легонько ткнулся мне в щеку головой и наваждение пропало.
  Я огляделся вокруг. Судя по размерам хариусов, люди рыбу тут не ловили никогда. Явных следов пребывания человека в ущелье и рядом со входом в пространственный туннель, нет. Дикое место.
  Подхватив повод, вскочил в седло и осторожно двинулся дальше по галечной отмели ручья. Прошел в низ по течению километра полтора, отмечая, что чем дальше от места входа в пространственный туннель, тем шире ущелье, гуще растительность и стены становятся заметно выше. Местами стали встречаться небольшие лужайки с густой зеленой травой в обрамлении кустов ежевики и смородины.
   Вдруг, на пределе слышимости, показалась, что я услышал чей-то крик. Придержав коня, прислушался. Точно. Крик повторился со стороны выхода из ущелья. Свернув на ближайшую лужайку, стреножил лошадь и проверил снаряжение. Лук, стрелы, меч, секира, кинжал и метательные ножи. Кажется все.
   Похлопал коня по шее и сказал.
   - Прости, друг, но тебе лучше подождать здесь.
   Конь повернул голову и тихо фыркнул, словно все понимая и соглашаясь. Я быстрым шагом, местами переходя на бег, устремился на крик, стараясь держаться в тени кустов и производить как можно меньше шума.
   Пробежал почти километр, прежде чем за очередным поворотом увидел каменную стену, сложенную из массивных необработанных камней. Стена была высотой метров пять и полностью перегораживала ущелье. Лишь для пропуска ручья была оставлена узкая щель. Крики неслись из-за стены.
  Я внимательно огляделся и перебежал с подножью ограды. Выбрал наиболее рельефный участок, вскарабкался и осторожно выглянул за стену.
  За оградой была ровная прямоугольная площадка, примерно сто на двести метров. С правой стороны площадку ограничивал обрыв, судя по перспективе за бровкой, не менее чем полукилометровой глубины. Ручей протекал через площадку, попадал в небольшой прямоугольный бассейн, вытекал из него и переливался через край обрыва водопадом.
  Дальняя сторона площадки замыкалась еще одной каменной крепостной стеной с закрытыми воротами. К стене за вбитые крючья были привязаны пять лошадей. От ворот серпантином была проложена узкая горная тропа. Мне была видна небольшая ее часть и дорогой ее можно было назвать с большой натяжкой. Перемещение по ней людей и грузов представлялось занятием не для слабонервных. С другой стороны площадки, с лева от меня, в отвесной стене темнел вход в пещеру. Точнее - отверстие входа в каменоломни. От входа в каменоломни к обрыву была проложена дорога, деревянные мостки по которым, видимо, вывозили пустую породу.
  В центре площади полукругом стояла на коленях, опустив головы, толпа заключенных, человек двести. На первый взгляд, каждый второй в толпе носил кандалы. Восемь человек были в колодках и сидели на земле отдельно от остальных.
  На площади казнили человека.
  По периметру площадки стояла вооруженная охрана. Всего я насчитал шестнадцать человек вооруженных короткими мечами и копьями. Двое имели луки. Оба лучника разместились на небольшом балконе над воротами с противоположной стороны и облокотясь о бортик с интересом наблюдали за экзекуцией. Один стражник опираясь на копье стоял у ворот. Второй у входа в каменоломни. Двенадцать охранников с удобством устроились на скамейках. Судя по продуманности схемы охраны, сразу за моим участком стены, внизу у подножья, должен находиться стражник. Семнадцатый по счету. Его я видеть не мог, но принимать в расчет был обязан.
  В центре площади стояла залитая кровью плаха и рядом горел костер. Двое подручных палача держали за плечи уже давно не сопротивляющуюся жертву. Палач стоял рядом с окровавленным топором. Подручные подтащили жертву к колоде, вытянули обрубок левой руки заключенного, правой руки у бедняги уже не было, положили обрубок на плаху и плач ювелирно укоротил руку еще на кусок в ладонь шириной. Нашинкованные куски конечностей горкой валялись тут же рядом с плахой. Отработанным до автоматизма жестом палач взял из костра раскаленную до красна плоскую железную кочергу и прижег обрубок руки. В этот момент заключенный издал тот самый нечеловеческий крик, который я слышал в последнее время.
  Я осторожно спустился назад и перебежал вдоль ограды до ее соединения с отвесной стеной ущелья. В этом углу угнездился и обильно рос дикий виноград. Его ползучие плети достигали верха стены, создавая небольшой закрытый листьями участок. Используя неровности и щели в стене, вскарабкался наверх, закрепился локтями и осторожно раздвинул широкие листья. С этой точки можно было с гарантией наблюдать за происходящим без опасения быть обнаруженным раньше времени.
  Казнь приостановили. Обрубок человека в очередной раз потерял сознание. Всем своим видом показывая насколько ему надоела эта рутина, палач сунул кочергу в костер, отложил в сторону топор, подхватил ведро с водой и вылил на несчастного половину его содержимого. Смертник очнулся, закашлялся, выплевывая воду, и заскулил. Подручные палача снова подхватили его, а палач взял в руки топор.
  В принципе, что мне нужно было сделать, было понятно. Нужно было восстановить справедливость. Но на чьей стороне я должен был выступать?
  То, что охранники и палач с подручными используют не конституционные методы наказания, было видно не вооруженным взглядом, но является ли это поводом к приговору для них. Не факт. Я наблюдал рядовой спектакль и это был нормальный уровнь средневекового зверства. Ничего особенного.
  Есть три варианта развития событий. Первый это то, что все заключенные законченные подонки и злодеи, а наказание вполне соответствует тем преступлениям, которые они совершили. Но тогда я должен для ускорения дела вырезать под корень всех двести человек, не обращая внимание на охрану. Дело сложное, но выполнимое, хотя скотобойня получится еще та. Но божий суд, в моем лице, он правый самый. При этом, как минимум, лучников из охраны придется убрать, так как моего понимания высшей справедливости, охрана скорее всего не оценит и постарается помешать. Именно лучники в этом случае наиболее опасный фактор.
   С другой стороны - все заключенные могут быть невиновными, тогда вырезать нужно охрану, а остальных освобождать. А может быть из общей массы не виновны лишь несколько человек и все остальные достойны своей участи. Дилемма.
  Чтобы разобраться, я стал внимательно одного за другим рассматривать заключенных и вдруг почувствовал толчок. Взгляд зацепился за кого-то в толпе. Я вгляделся более пристально и понял - один узник совести смотрит в мою сторону. Он видел меня и смотрел мне прямо в глаза. Мистика. Я с трудом отвел от него взгляд, заставил себя сосредоточиться и просмотреть всю толпу от начала до конца. Затем опять взглянул на странного заключенного в кандалах и... он едва заметно кивнул мне.
  Похоже появилась первая зацепка в решении проблемы - кого спасать.
  В голове начал складываться план предстоящей схватки. Первыми умрут лучники. Затем стражник под стеной. Палач, подручные и остальная охрана, уж как получится.
  И все-таки сомнения в правильности выбора оставались. Но в этот момент из пещеры показались два жреца. Черные хламиды с капюшоном, выбритые головы, чтобы удобнее было носить парик. Один плешивый жрец это может быть случайность, но два уже система. Да и по повадкам видно это мои старые знакомцы - мафиози. У одного в руках хлыст и направлялись они к заключенным в колодках. Сомнений больше нет - выбор сделан!
  Я медленно подтянулся, улегся на стене, прячась в листве, и подождал пока полностью восстановится кровообращение в руках. Опустил на лицо маску своей спецназовской шапочки и надел перчатки для стрельбы. Вынул лук, с трудом, в положении лежа натянул тетиву, уселся по-турецки на стене и задержал дыхание. До лучников на балконе было примерно двести метров. Чтобы попасть - нужно постараться.
  Первая стрела еще находилась в полете, когда в догонку ей полетела вторая. И первая и вторая попали идеально, абсолютно симметрично, в центр груди на ладонь ниже шеи, пробив грудину. Откат нормальный!
  Я вскочил на ноги и с натянутым луком, заглянул вниз со стены. Стражник стоял там, где и ожидалось. Третья стрела вошла ему в ямку над ключицей. Три ноль в нашу пользу.
  С четвертой стрелой получилось не так хорошо. Стражник, стоявший у входа в каменоломни, оказался стрелянным воробьем - еще не видя меня, но печенкой почувствовав неладное, попытался скрыться внутри пещеры. Рука дрогнула и стрела только зацепила ему ногу, чуть выше колена. Он на бегу споткнулся и покатился по земле. Затем не вставая на ноги, по-пластунски, змейкой преодолел пару метров и заполз в каменоломни, оставляя за собой кровавый след.
  Жрец с хлыстом повернулся в мою сторону, без колебаний указал на меня рукой и скомандовал.
  - Взять его!
  Трое стражников отделилось от общей группы и побежали в моем направлении. А я вогнал пятую стрелу в живот жрецу с хлыстом. Мафиози согнулся, обхватил стрелу руками, сделал три шага назад, споткнулся и упал в костер. Черный плащ на нем вспыхнул. Жрец закричал и выкатился из костра, пытаясь сбить пламя.
  На троих стражников, бегущих в мою сторону, пришлось потратить семь стрел. Воины грамотно уклонялись, и третьего последнего я уложил, когда он подбежал почти в плотную к стене.
  В это время все остальные успели попрятаться. Палач и его подручный выглядывали из-за плахи. Второй помощник палача прикрываясь обрубком заключенного, который снова потерял сознание, медленно отступал в сторону входа в пещеру. Стражники повалили скамейки и выглядывали из-за них, как тараканы из щели. На виду остался только второй жрец, который спиной ко мне пытался сбить пламя с плаща своего товарища. Последнюю свою стрелу я смачно вколотил ему в спину. Попал с лева, чуть выше поясницы. Стрела прошла на вылет - из спины выглядывало только белое оперение.
  Оставив лук и пустой колчан на стене, стал спускаться на площадь. Как поется - первый тайм мы уже отыграли.
  Спрыгнув на землю, вынул меч и двинулся в сторону палача и подручных. Одновременно боковым зрением фиксировал поведение стражников, но, как ни странно, желания идти в наступление из-за скамеек у них не было.
  Пока подходил к главным мучителям, все трое мастера заплечных дел собрались в кучку и вперед выступил самый главный, перебрасывая свою окровавленную секиру с левой стороны на правую и обратно. Он скалился от удовольствия. По хватке сразу был виден настоящий профессионал и удар он нанес молниеносно, с боку и без замаха, метя в живот. Я с трудом уклонился прогнувшись, но все-таки успел перехватить и задержать левой рукой топорище, дернуть на себя и обрубить ему обе руки чуть выше кистей. Топор вместе с кистями рук палача еще падал на землю, а я уже скользнул ему за спину и коротким махом меча, отделил голову от плеч у его первого подручного и на обратном движении проткнул с проворотом поясницу второму. После этого снова повернулся к палачу.
  Он стоял ко мне спиной и в столбняке смотрел на обрубки своих рук. Я прошипел ему в затылок.
  - За удовольствие надо платить - это закон. Умирать ты будешь долго и, если выживешь, то будешь жалеть об этом всю оставшуюся жизнь. - И двумя легкими боковыми ударами подрубил ему сухожилия ног в коленях. - Это твоя цена... За удовольствие.
  Из активных боевых единиц теперь остались только стражники и я посмотрел в их сторону. Никакого изменения в их поведении не было. Девять человек ощетинились пятью копьями и четырьмя мечами. Вылезать из-за скамеек они явно не желали.
  Я медленно, с ожиданием поглядывая на стражников, вытер меч о куртку палача, который мычал от боли и ворочался в луже своей крови у моих ног. Затем вложив меч в ножны, повернулся в сторону заключенных. Все, кроме моего знакомого, по-прежнему стояли на коленях, опустив головы. Лишь он один с трудом поднялся на ноги. Я направился к нему. Он двинулся мне на встречу.
  Мы встретились на полпути. Изможденная фигура, кандалы, глубоко запавшие серые глаза. Ничего особенного.
  Я первый, громко и демонстративно, в расчете на публику, задал ему вопрос.
  - Кто еще должен умереть?
  Он не удивился вопросу. Внимательно огляделся вокруг, посмотрел в сторону стражников, при этом те заметно скукожились и еще глубже присели за своими скамейками, сказал.
  - Достаточно. - И отвечая на мой невысказанный вопрос пояснил. - Я жрец бога Тьмы.
  Как будто это, что-то должно было значить для меня. Затем сделал повелительный жест в сторону охранников и крикнул.
  - Лошак. Ко мне.
  От группы стражников, не без колебаний, отделился пожилой воин. Положил копье на землю и побежал в нашу сторону. Подойдя к нам шагов на десять, остановился и, со страхом поглядывая на меня, склонился в поклоне.
  Жрец вытянул вперед руки и коротко приказал.
  - Расковать.
  Стражник кивнул и, обходя меня по дуге и кося глазом, побежал в сторону входа в пещеру. Видимо за инструментом. Как только он скрылся в темноте коридора остальные охранники дружно вышли из-за скамеек. Выстроились в шеренгу и положили оружие на землю перед собой. Моя победа была признана убедительной и полной.
  Мы молча простояли примерно пять минут пока Лошак, запыхавшись и обливаясь потом от усердия, не вернулся с наковаленкой и кожаной сумкой с инструментом перекинутой через плечо. Установив оборудование, он с большой сноровкой, буквально в один мах молотка, расковал Жреца. Положил инструмент на землю и отступил на несколько шагов назад и вытянулся в струнку, демонстрируя отменную выучку.
  Жрец посмотрел на стертые до мяса запястья, поморщился и снова обратился к стражнику.
  - Освободить и расковать троих. Каро, Дели, Насали. Быстро. - Стражник кивнул, подхватил инструмент и побежал в сторону толпы заключенных.
   А Жрец повернулся ко мне и пояснил.
  - Все остальные - мразь.
  Я понял, что сделал все, что нужно, и так, как надо. Пора и честь знать. Поэтому объявил.
  - Я ухожу. - Жрец склонился в поклоне, соглашаясь и благодаря.
  Подозвав одного из стражников, я велел ему принести стрелы от ворот. А сам прошелся по кругу, собирая те, что были рядом. Собрав стрелы, направился к стене. С пучком стрел за поясом вскарабкался на верх. Подобрал лук, наполнил колчан стрелами и встал по стойке вольно на гребне стены, наблюдая за действиями спасенных жрецов.
  Мой знакомый вытряхнул из черного плаща убитого в спину бойца из Клана и надел его плащ на себя. Лошак также шустро расковал еще троих и все четверо заключенных направились в сторону ворот к лошадям. Стражник у ворот уже отворил створки и встал в стороне, поглядывая в мою сторону. Копье лежало рядом с ним на земле.
  Я подождал пока четверка освобожденных не выедет за ворота и за ними не закроют ворота. В последний раз окинул взглядом площадь с заключенными и начал спускаться в низ.
  Не торопясь прошел обратной дорогой вдоль ручья и вышел на полянку, где стоял мой конь. Он тихо заржал, приветствуя меня. Я взял его за повод и направился к входу в пространственный тоннель.
  Все приключение заняло не более пяти часов. По местному времени было далеко за полдень. Ярко светило заходящее солнце и с разных сторон задувал легкий теплый ветерок. Изредка пролетали крупные изумрудно-золотые жуки и перелетали с цветка на цветок голубые бабочки. Идиллия.
  Не доходя до портала, остановился на берегу знакомой заводи и, чувствуя что заслужил минуту отдохновения, присел на прогретый солнцем камень. Метровые хариусы по-прежнему стояли в близи дна, лениво шевеля хвостами, и кристально чистая вода, позволяла рассмотреть все детали их подводной жизни. В какой-то момент остро пожалел, что с собой нет спиннинга. Но эта мысль скользнула и растаяла, как снежинка на ладони. Не навреди и красота спасет мир. Нужно только видеть красоту вокруг себя и иметь желание кого-нибудь спасти.
  Минут через десять, расслабившись душой и телом, со вздохом поднялся и, ведя коня за повод, прошел через еле заметное серое пятно в стене, оказавшись снова перед сараем в лесу недалеко от дороги. Светало и гроза давно закончилась.
   Эта история имела закономерное продолжение. В очередной раз оказавшись в городишке Ларго и проезжая мимо старого двух этажного дома, огороженного высоким потемневшим от времени забором, почувствовал толчок в груди. Остановился и толкнул створку ворот. Ворота были открыты. Во дворе дома пусто. Я заехал во двор, закрыл ворота, привязал коня к коновязи и постучал в двери дома. Тишина. Дернул за ручку, дверь оказалась открытой. Я вошел в прихожую и позвал.
   - Ау, хозяева. Есть тут кто?
  Тишина и запустение. На полу слой пыли, в углах паутина и никаких следов. По крайней мере год здесь никто не проходил. Мистика.
   Я огляделся. Прямо передо мной начиналась широкая лестница на второй этаж. С права и слева находились закрытые двери комнат. Но внутреннее чувство подсказывало - мне нужно наверх по лестнице. Привычно проверил оружие и ступил на первую ступеньку.
   По лестнице удалось подняться на двадцать шагов, а на двадцать первой ступеньке произошел переход. Из сухого и теплого Ларго, попал во влажную и душную атмосферу неизвестного места. По-прежнему я стоял на лестнице, но все вокруг было иное. Ночь. Через мутное створчатое окно в дом и на лестницу проникает свет луны. Густой, как сироп, пряный воздух и нарастающее чувство беды, ненависти, чужого страха и боли.
  Минуту стоял напряженно прислушиваясь, готовый взорваться градом убийственных ударов, но ничего не происходило и я осторожно прошел на ципочках, оставшиеся десять ступенек. На площадке, сразу после лестницы, начинался коридор и уходил в глубь дома. Я скользнул в сторону, к стене, присел на корточки и втиснулся в щель за колонну. Тишина. Через пару минут с низу послышался скрип рассохшийся половицы и звук непонятного содержания. Полное впечатление, что кто-то стоя переступил с ноги на ногу и всхрапнул со сна. Охрана? Из внутреннего кармана я достал черную шапочку и натянул на голову, скрыв лицо и преобразившись в киллера плаща и кинжала, готового к труду и обороне.
  Тем временем из глубины дома, послышался шум пока еще слабого топота от шагов. Через минуту по перилам лестницы заиграли отблески света. Грубый голос с нижнего этажа, совсем рядом, видимо спросонья, прокаркал.
  - Пароль.
  В ответ на него цыкнули, а кто-то даже хохотнул.
  И по лестнице, не очень заботясь о сохранении тишины, стала подниматься группа людей. Впереди шел, освещая путь остальным, факельщик. За факельщиком следовали два бойца с обнаженными мечами и гладко выбритыми макушками. За ними шла компания из шести жрецов нормального вида в черных плащах и замыкал процессию еще один меченосец с мечом в ножнах.
  Вся группа, громко топая, прошла мимо и только последний боевик с мечом остался стоять на страже в двух шагах от меня, контролируя вход в коридор. Остальные направились по коридору до самого конца. Группа жрецов вместе с факельщиком вошла в торцевую комнату. Хлопнула дверь и забубнили приглушенные голоса. Через минуту факельщик вышел из комнаты, запалил своим факелом еще один, воткнул его в подставку у двери и пошел назад.
  Когда он стал спускаться по лестнице, громко топая сапогами, а часовой инстинктивно провожал взглядом его затылок, я, используя удобный момент, выскользнул из своего укрытия и встал за спиной стражника. Как только макушка факельщика пропала за перилами лестницы, зажал рот часовому левой рукой, прижал его к себе и, телом почувствовав, что на нем кольчуга, запрокинул голову и перерезал горло. Боевик булькнул один раз своим новым ртом и обмяк в моих руках. Стараясь не шуметь и не измазаться, я опустил его на пол. Внизу у основания лестницы невидимый часовой громко чихнул, высморкался и затих.
  В доме установилась тишина. Только изредка потрескивал факел в коридоре. Я подождал еще несколько минут, осторожно подошел и на мгновение краем глаза выглянул в коридор, зрительно зафиксировав обстановку. Два боевика стояли перед дверью в конце коридора боком ко мне и лицом друг к другу. До них было примерно метров десять.
  Я достал метательные ножи, внутренне собрался и, шагнув в проход, метнул оба ножа с двух рук. Сорвался с места и, стремительно пробежав по коридору, успел подхватить обоих мертвяков, в которых превратились секунду назад еще живые боевики. Один метательный нож попал стражнику чуть ниже левого уха, второй нож угодил точно в правый висок второму. С трудом, избегая лишнего шума, опустил убитых на пол и прислушался. В доме по-прежнему было тихо. Лишь за дверью комнаты слышался звон посуды и тихие невнятные голоса.
   Так, осталось еще шесть человек, и никто не уйдет обделенным моим вниманием. Выдернул метательные ножи, вытер их о рясу боевика и вложил в боковые карманы на бедрах. Осторожно снял с одного стражника плащ, накинул себе на плечи и натянул капюшон. Вынул ножи из ножен у бандитов и взял оба в левую руку, прикрыв их плащом. Еще раз проверил свое снаряжение и прикинул план действий. Несколько раз глубоко вздохнул, настраиваясь на сшибку, открыл дверь и бочком проскользнул в комнату.
   Мазнув взглядом по комнате, в которой проходил сходняк Клана, повернулся спиной к присутствующим, закрывая дверь, и лихорадочно выстраивая в голове новый план. Потому что в комнате было не шесть, а девять человек. Семеро сидело за столом, ломящимся от разнообразной посуды и еды. Двое жлобов, почти двух метрового роста, в полном вооружении стояли лицом ко мне за спиной у упитанного и разодетого точно павлин, господина, сидящего во главе стола.
   Начинать нужно с самого трудного - с охраны главного босса. Поэтому закрыв дверь и поворачиваясь к столу, я практически без замаха и, прикрывая броски полой плаща, кинул ножи от живота с начала в левого от меня охранника, затем, продолжая круговое движение, в правого. Левый получил так, как надо, с ювелирной точностью под обрез челюсти в центр открытой части горла. Нож со смачным чмоком вошел по самую рукоять и левый не жилец. А правый успел среагировать - начал пригибаться и поворачивать голову. Нож попал ему в щеку и застрял в костях челюсти. Воин не был убит, но получив от удара ножом болевой шок и нокаут, опрокинулся на спину. Шлем упал с его головы и, подпрыгивая, с металлическим дребезгом покатился в угол комнаты.
  Два ноль и мы продолжаем танцы.
   Я опустил руки на бедра, выдернул метательные ножи и с обоих рук метнул их в жрецов, сидящих лицом ко мне, на противоположной стороне стола. Один жрец с быстрой реакцией уже начал подниматься и получил нож в живот, второй глядел на меня удивленными глазами и ему я попал в грудь, как и положено, в районе сердца.
  Четыре ноль, наша игра в полном разгаре, но пора ходить с козырей.
   Я выхватил меч и коротким боковым ударом отделил лысую голову от плеч жрецу, сидящему за столом ко мне спиной. Продолжив движение меча, прямым выпадом проткнул шею участнику сходки, сидящему с права от него.
  ...И получил сильнейший удар в левую часть груди в область сердца, от неожиданности упав на бок, и выпустив из рук меч. Рядом звякнул, падая на пол, отскочивший от моей кольчуги, тяжелый и широкий кинжал. Такой удар кольчуга могла выдержать только чудом, спасибо Мастеру, он делал эту шкурку с душой, но, по крайней мере, одна трещина в моем ребре и обширный синяк на боку, после этого имели место быть.
  И все-таки, пока шесть один в мою пользу и show must go...
   Я вскочил на обе ноги из положения лежа и... Не успев выпрямиться, получил подъемом ноги в лоб от жреца, который был с лева от меня. Искры брызнули из глаз и я повалился на спину. С трудом, в падении, сделал кувырок через голову. Поднимаясь с колен попытался оценить обстановку и нашарил рукоятку ножа у пояса.
  Один активист криминального мира стоял напротив меня в двух шагах, именно от него я получил отменный удар в лоб. На руку себе он демонстративно надевал шипастый кастет. Его взгляд и кривая ухмылка на лице мне активно не понравилась - это был уверенный в себе профессиональный убийца с большим стажем. Второй мафиози, почти старик, именно он метнул в меня кинжал, нагнувшись нашаривал у мертвого собрата по рясе его оружие, свое он уже израсходовал в качестве подарка для меня. Без колебаний я метнул нож в старика и попал ему в левый бок, чуть ниже подмышки.
  Семь два в мою пользу и все еще впереди.
   Жрец с кастетом скользнул ко мне и начал атаку прямым ударом в голову, одновременно цепляя подъемом своей левой ноги под колено. Удар был стремителен и точен. Отклонившись назад, я после задней подножки стал заваливаться на спину. В падении успел сделать ножницы и бандит вместе со мной повалился на пол. На ноги мы вскочили одновременно.
  Пока ничья.
   Теперь атаку начал я ударом ногой в колено. Попал отменно, сместив на бок коленную чашечку. Жрец на мгновение отвлекся и... прямым в голову, сломав челюсть, я впечатал его в стену комнаты. Бандит закатил глаза, опустил руки, но не упал. Увидев его широко раздвинутые и чуть согнутые в коленях ноги, я не отказал себе в удовольствии и, вложив в удар всю злость, двинул ему между ног. Жрец сдавлено пискнул - хэк. Удар практически подбросил его на полметра и вышиб из него дух. Приземлился боевик уже в полностью отключенном состоянии, в первую очередь от болевого шока.
   Восемь, аут!
   Я оглядел поле боя, ища последнего, еще обделенного моим вниманием участника маевки. Его не было видно. Пришлось поискать и пройтись вдоль стола. Напротив пустого кресла главного босса, заметил, торчащие из под стола, зеленые бархатные туфли и часть ноги в красных шароварах. Схватил за толстую щиколотку и вытащил, скулящую от страха личность на свет божий. Перехватил за шиворот, вздернул на ноги, повернул лицом к себе и спросил.
  - Ты кто?
  - Мэ-э. У-у...
  Я еще раз встряхнул его. Перехватил за жирное горло, заставил посмотреть в глаза и прорычал.
  - Отвечай.
  - Ш-ш-шах Адерабада. - К такому повороту событий я был внутренне готов.
  Отпустив горло шаха, я выяснил, что ноги его не держат и он, приземлившись на пятую точку, не удержался и на ней, завалившись на бок. Откат нормальный.
  Осмотрев поле боя и больше пока не обращая на шаха внимания, пошел вокруг стола, собирая свое оружие. Охранник шаха с ножом в голове пришел в себя, ворочался и, поскрипывая пеньками обломанных зубов и о сталь кинжала во рту, делал попытки подняться с пола. Проблема маленькая и почти не стоящая внимания, но пришлось успокоить его ударом ноги, проломив висок. Шустрый старик сипел и булькал кровью в пробитом легком, упорно не желая умирать. Ядовитые крысы всегда опасны, живучесть их безмерна и проблему контакта с ними нужно решать радикально и, не дожидаясь пока природа или смерть возьмет свое. Точным ударом в шею добил его и напоследок прирезал, по-прежнему лежащего без сознания, жреца-убийцу с шипастым кастетом.
  В процессе обхода стола в голове родился план и по дороге я подхватил с пола за ухо отрубленную лысую голову одного из жрецов. Подошел к шаху, вздернул его на ноги, подтащил к столу и усадил в кресло. Локтем сдвинул посуду вместе с едой в сторону и положил руки шаха ладонями вниз на освободившееся место стола. На каждом пальце шаха, за исключением больших, было по перстню. И каждый перстень был произведением искусства, поражая в первую очередь размерами драгоценных камней. На блюдо с овощами, перед шахом, я поместил отрубленную голову жреца, так чтобы ему был хорошо виден оскал мертвой головы и достал свой меч.
  Держа меч у горла шаха одной рукой, другой рукой придерживая за волосы, так чтобы в его поле зрения попала отрубленная голова, наклонился к его уху и прошипел.
  - Меня зовут Черный. - Зубы шаха выбивали чечетку.
  - Я сейчас уйду. Но обязательно вернусь. Может быть через месяц или через год. И если, когда вернусь, у тебя в стране, я найду хоть одного убийцу из Клана, то...
  Я легким и точным ударом отрубил шаху правый мизинец, вместе с перстнем. Шах пискнул, откинулся назад и закатил глаза. Придерживая обмякшее тело, снял с отрубленного пальца перстень с крупным алмазом в золотой оправе и плеснул шаху в лицо вином из бокала. Он очнулся и заперхал.
  Держа перстень с алмазом перед глазами шаха и слегка покачивая им из стороны в сторону, повторил.
  - Меня зовут Черный. Я обязательно вернусь и проверю. Ты все понял?
  - Д-да.
  Ударом рукоятки меча вырубил шаха минут на пятнадцать. Положил перстень с алмазом в карман и выглянул в коридор. В доме стояла тишина. Осторожно ступая, пробежал по коридору до лестницы и, спустившись по ней на десять ступенек, снова оказался в пустом доме городка Ларго. Спустился по лестнице, постоял в центре зала, успокаивая слегка растрепанные нервы. Затем произвел осмотр одежды на предмет наличия пятен крови - все в норме. Синяки и шишки не в счет. Подумал - не забыл ли чего-нибудь и вышел во двор дома. Отметил для себя, что по внутренним часам, на все про все мне потребовалось не более часа, вскочил в седло и выехал со двора, аккуратно прикрыв за собой ворота.
  
  Через неделю вновь попал в Ларго. Проехал центральную площадь и свернул на знакомую улицу к старому двухэтажному дому. Дом уже не выглядел не жилым. Через забор было видно, что на втором этаже приоткрыто окно, а из трубы поднимается легкий дымок. Мгновение поколебавшись, по-хозяйски постучал в ворота.
   Почти сразу же, буквально на мгновение, распахнулось маленькое смотровое окошечко в воротах. И уже через секунду послышался шум отодвигаемого засова и заскрипели петли открываемых ворот. Я въехал во двор и соскочил с коня. Оглянулся назад. Смутно знакомый человек в жреческой хламиде закрывал ворота на засов. Хлопнула распахиваясь дверь дома. С крыльца, на двор высыпали три человека. Двое, не пройдя и шага, хлопнулись на колени и склонили головы. Третий, в черной рясе жреца, широким шагом направился ко мне. Слегка повернув голову, краем глаза отметил - человек, который закрыл ворота, тоже стоит на коленях, опустив голову.
   Жрец был мне определенно знаком. Да, это именно его я освободил из каменоломен. Не доходя до меня двух шагов, жрец остановился, склонился в поклоне, выпрямился и глубоким торжественным голосом произнес:
  - Я рад приветствовать Старшего брата, Посланца богов, на святой земле. - и отвечая, на мой невысказанный вопрос продолжил.
  - Меня зовут брат Дервуд. Это младшие братья - Каро, Дели, - и показав рукой на человека у ворот, добавил, - младший брат Насали. Два дня назад мы вернулись из плена. - и замолчал, склонив голову.
  Понимая, что от меня ждут только приказаний, я тем не менее ответил:
  - Зовите меня Панкрат, - и направился к двери дома. Младший брат Каро вскочил, кинулся ко мне и подхватил повод коня.
  Я повернулся к Дервуду, бросил взгляд на Дели и Насали и приказал.
  - Пусть никогда при мне братья не становятся на колени. Не люблю.
  - Я понял, Панкрат.
  Похоже, что теперь у меня в Ларго, есть личная База с небольшим, но сплоченным, преданным и, кажется, хорошо обученным штатом сотрудников. Здесь можно зализывать раны, полученные на службе. То, что раны физические и духовные будут, у меня сомнений не возникало ни на минуту.
  Войдя в главный зал дома, отметил, - в помещении выполнена уборка, и одобрительно кивнул Дервуду. Мои младшие братья свою работу знают. Видимо, вступая в права владения, есть смысл провести инспекцию, так сказать, проверить состояние вверенной мне материальной части. Поэтому осмотревшись, сообщил.
  - Хочу взглянуть на дом. Меня будет сопровождать брат Дервуд.
  Помещение главного зала имело полукруглую форму. С права и с лева от центральной лестницы на второй этаж было по три двери в комнаты. Повернув голову к Дервуду, который стоял за моей спиной, и понимая, что все в этом здании может иметь двойное дно, спросил.
  - Куда ведут двери?
  - Первая дверь в комнаты, где живут младшие братья. - Дервуд энергично махнул рукой. - В следующей комнате живу я и последняя по правой стороне - кладовка и туалет. Первая комната с левой стороны - кухня и столовая, вторая комната для отдыха Посланца богов. На втором этаже пустые нежилые помещения.
  - А эта дверь? - я показал Дервуду на прямоугольный контур третьей двери по левой стороне.
  После некоторой заминки Дервуд ответил.
  - Это может быть только вход в Храм. Туда можешь зайти только ты Старший брат и ни кто другой. Я и другие смертные этой двери не видят.
  - Во как. - Я кивнул, выслушав пояснение, и направился к двери. Вместо ручки на уровне груди имелся отпечаток правой ладони. Стандартный тест на идентификацию. Хмыкнув, оглянулся. Дервуд стоял ко мне спиной. Похвально, а то во многом знании многие печали. А в голове, как заезженная пластинка, ехидным писклявым голоском, крутилась глупая фраза - дерни за веревочку, дверь и откроется.
  Глубоко вздохнув и успокоившись, совместил правую ладонь с отпечатком и надавил на дверь. Без всякого усилия створка распахнулась. За дверью стоял полный мрак. Я проскользнул внутрь. Створка за моей спиной мягко захлопнулась и сразу же зажегся не яркий свет. Стало видно, что также, как с внешней стороны, здесь на двери имелся отпечаток, но на этот раз левой ладони. Скорее всего тоже совместимой с моей. Это нужно было проверить и после удачного эксперимента стало понятно - принцип всех впускать и никого не выпускать, был не по мою душу.
  Я огляделся. Маленькая прихожая, на стенах овальные панели светильников, дающих мягкое, почти пастельных тонов, освещение зеленоватого цвета и начало крутой спиральной лестницы вниз. Лестница странная, с не по человечески высокими и широкими ступенями. Я глубоко вздохнул, как перед нырком в воду, и бодро двинулся в подземелье, впрочем долго спускаться не пришлось. Семьдесят четыре высоких ступеньки и очередная гораздо более вместительная прихожая с дверью и отпечатком правой ладони.
  Уже без колебаний, наложением руки открыл дверь и шагнул в темноту. За спиной бесшумно закрылась створка. Как только глаза адаптировались к темноте понял, что нахожусь в комнате, стены которой излучают еле заметное голубоватое свечение. В этом свете с трудом, но можно было различать отдельные детали.
  Я стоял в комнате, которая имела идеальную форму полусферы, с максимальной высотой потолка около четырех метров. Стены и потолок составляли одно целое и были окрашены в белый цвет. В центре комнаты стояло какое-то устройство похожее формой на кресло с массивной спинкой и подлокотниками. Напротив кресла на низком постаменте возвышался овал высотой около двух метров и шириной метра полтора. У овала была одна плоская грань развернутая в сторону кресла и, напоминающая темное зеркало. Плоская грань была слегка подсвечена изнутри и на ней проглядывала какая-то картинка. Осторожно переступая по гладкому полу, я направился к зеркалу.
  Это был открытый портал. Мой личный портал. Ворота, в чем-то очень знакомый мир. Осторожно, не высовываясь за границу, с начала с одного бока затем с другого заглянул через грань, посмотрев налево и направо, и понял, что Ворота открыты на пустой чердак, какого-то высотного здания. Через ряд прямоугольных отдушин сюда проникал тусклый свет раннего утра или позднего вечера. С точки, где находился портал, в ближайшую отдушину была видна характерной формы труба городской ТЭЦ. Судя по картинке и перспективе, высота здания была не менее двенадцати этажей. Что это за место и какой город - непонятно.
  Глубоко вздохнув, я с опаской попытался ткнуть пальцем в зеркало. Упс. Фиг вам. Портал был закрыт и пропускал только картинку с той стороны. Пройти через Ворота отсюда и осмотреться с той стороны - не получится. Несколько минут я наблюдал за участком города в щели отдушин и постарался максимально точно запомнить пейзаж из этих отверстий на чердаке. Было у меня подозрение, что Ворота открыты с противоположной стороны и когда-нибудь я найду этот дом и чердак, в том, другом мире.
  Потеряв интерес к порталу, обошел по периметру комнату, поскоблил ногтем в нескольких местах стену, ткнул пару раз пальцем кресло в центре и понял - здесь нужен системный подход. Изучение этого артефакта может затянуться на годы, так и не принеся никаких результатов. Придя к этому выводу, направился обратно.
  Закрыв дверь храма, отметил, что Дервуд никуда не уходил и сразу же подошел ко мне, склонив голову. Немного поколебавшись, я в его сопровождении заглянул с начала в свою комнату, а затем на кухню. Судя по всему жрецы жили скромно, если не сказать, бедно. Поэтому, придерживаясь за косяк двери и разглядывая пустоватое помещение кухни - несколько маленьких горшков и кастрюлек на плите, я со значением сообщил.
  - Питание - основа жизни! Мясо, рыба, соки, фрукты, овощи должны быть в следующий раз в полной мере. Желательно, хорошо приготовленные. Вино и пиво лучше заменить фруктовыми соками и ключевой водой. Алкоголь - это яд! Более конкретно, возможное содержание меню, если в этом будет необходимость, и свои предпочтения, уточню в следующий раз. За едой я должен услышать от тебя Дервуд полный отчет о основных событиях в королевстве за время моего отсутствия. Совмещать приятное с полезным - мой основной принцип!
  Я повернулся и посмотрел Дервуду в глаза.
  - Я все понял Панкрат. - склонился в поклоне Дервуд, повернулся и направился к выходу из зала.
  - Стой. - Жрец бога Тьмы замер, как вкопанный, а я добавил. - Сейчас у меня совсем нет времени. Но я обязательно вернусь! Не разочаруй меня.
  
  Пять лет назад, буквально на следующий день после возвращения на Землю, сам факт которого никак не зависел от моего желания, я разработал План.
  В соответствии с Планом все мое время за исключением сна было поделено на две части. Во-первых я повышал свой теоретический, практический и физический уровень, предполагая, что рано или поздно придется вернуться и жить в открытом для меня Новом мире просто и без претензий, рассчитывая только на собственные силы и умение. Во-вторых каждый день пытался определить место - здание и чердак, где был спрятан мой личный Портал. Поиски продолжались уже пять лет и, наконец, совсем недавно я вычислил свои Ворота.
  В промежутках между поисками четыре дня в неделю не вылезал из библиотек и стал постоянным покупателем очень специфической литературы. Самоучители для обучения мастерству владением холодным оружием, системы выживания и методы охоты, айкидо и другие экзотические системы, лечебные травы средней полосы и тропиков, оказание первой помощи и простейшие методы лечения болезней, изысканные кулинарные рецепты, съедобные растения лесной и степной зоны, животные, способы охоты и рыбалки.
  Не менее пяти часов в сутки старался теорию воплотить в практику еще три дня в неделю. Для этого записался в три секции. Каждый день, как минимум, полчаса тренировался в стрельбе из лука и владении холодным оружием. Очень быстро в айкидо, хсин-и и у-шу меня стали звать сэнсей. Спал не более четырех часов в сутки и чувствовал себя в очень хорошей физической форме. По своей внутренней оценке, на текущий момент, я реализовал План Самосовершенствования на девяносто процентов. Это очень высокий результат, учитывая то, что абсолютное знание и умение недостижимо.
  Неделю назад, наконец, нашел искомое здание, увидел знакомую картинку с крыши дома. Проник на чердак, вычислил место и с замиранием сердца проткнул пальцем перепонку перехода через Портал со своей стороны. Просунув голову в Ворота, увидел хорошо знакомую полусферическую комнату с белыми стенами и кресло. Это была закономерная победа. Как говорится - дорогу осилит идущий.
  Ну вот и пора возвращаться назад. Достали. Приняв окончательное решение, нырнул в метро.
  Через полчаса вышел на окраине и пешком направился к нужной высотке, до которой ходу было не более десяти минут. По полупустой улице меня обогнала уже примелькавшаяся "десятка" с затемненными окнами. Такое оформление окон в автомобилях, также как и высокие глухие заборы, меня всегда раздражали. Честному человеку нечего скрывать и не нужно прятаться.
  Все линии метро, так или иначе дублируются магистралями и перемещаться в автомобиле параллельно движению поезда, особенно в радиальном направлении, вещь вполне реальная. Так что техническое обеспечение команды уже сосредоточено вокруг и можно было не сомневаться для передачи эстафеты "десятка" высадит парочку "топтунов" впереди меня.
  Избегая неожиданностей, свернул на боковую дорожку и пошел вдоль забора вокруг стройки рядом с домом. Затем решил срезать. Шлагбаум в воротах на территорию был закрыт и я, поднырнув под него, направился к подъезду высотки напрямки через стройплощадку. Здесь на чердаке шестнадцатого этажа был мой путь отхода. Никто не обращал на меня внимания и, скользнув оценивающим взглядом, я отметил, подходящих к входу на стройку, двух парней спортивного вида. Знакомая "десятка" с тонированными окнами торчала дальше по переулку. Приняв деловой вид, я вошел в подъезд и стал подниматься по лестнице. Первый и второй этажи прошел не торопясь и прислушиваясь к звукам. Все спокойно. Теперь нужен отрыв.
   Глубоко вздохнув и задержав дыхание, я взял старт с низкой стойки и пролетел четыре этажа, перескакивая через три ступеньки и стараясь не шуметь. Пятый и шестой этажи, никого не встретив, прошел по деловому, не торопясь и снова прислушиваясь. На седьмом этаже вызвал лифт, и когда он прибыл на седьмой с шестого, заклинил двери. На восьмом этаже вновь резко ускорился и добежал до шестнадцатого с хорошим временем кандидата в мастера спорта.
  Последний пролет прошел осторожно, прислушиваясь и стараясь оценить обстановку. На этаже перед входом на чердак тихо и безлюдно. Я вздохнул с облегчением.
   На лестничной площадке было чисто. Если проявить осторожность, видимых следов после прохода не должно остаться. Я подошел к металлической лестнице на чердак и посмотрел на люк в потолке. Он был заперт на висячий замок. Плохенький замок, но без шума не обойтись. Все предусмотреть не возможно. Ну, не рассчитывал я заходить сюда сегодня и комплект отмычек оставил дома.
  На первом этаже должны были бы появиться мои "доброжелатели". Они попытаются вызвать лифт, но им придется подождать. Я прикинул - после взлома, при самом наихудшем варианте, времени у меня будет вполне достаточно. Поднялся по лестнице, рывком навалился плечом и аккуратно, почти без скрипа, вынес люк вместе с частью косяка. Проскользнул на чердак, прикрыл створку и пригибаясь, чтобы не оцарапать макушку низким потолком, направился к знакомой трубе воздухопровода. По дороге распахнул дверь на крышу. Глупо, конечно, но в нашем деле любая мелочь может помочь и пустить погоню по ложному следу.
  Затем протиснулся в щель между стеной и трубой вентиляции, глубоко вздохнул и пригнувшись шагнул в пустоту. Неожиданно, ослепив, вспыхнул свет. Знакомая комната, знакомый трон. Все было залито ярким светом. Комната своей чистотой и белизной напоминает больницу. Хирургическое отделение или лабораторию по сдаче анализов. Вот только кто я здесь - врач, больной или жрец? Вопрос. Внутреннее чувство опасности молчало, а это уже было очень хорошо.
  С некоторой опаской ступая по белому матовому полу, подошел к седалищу в центре, протянул руку и потрогал спинку кресла. По ощущению это был пластик, теплый, упругий и словно бы живой. Но кресло предназначено для того, чтобы в нем сидели. И, если меня впустили в эту комнату, я могу, или обязан, в него сесть. Выполнив команду кругом, развернулся лицом к порталу и, придерживаясь за подлокотники, осторожно вскарабкался на сиденье. Затем слегка расслабился и откинулся на спинку. По потолку и стенам пробежала легкая рябь, а я попытался сосредоточиться и прикрыл глаза.
  И как говорил один полудурок - процесс пошел.
  Кресло было скорее всего квазиживым. Оно медленно адаптировалось под особенности фигуры и к положению тела при посадке. Причем, менялась не только форма, но и степень жесткости. С такой технологией на кровати человеку в коме получить пролежни в принципе не возможно. Все сигналы организма о каком-либо неудобстве, постепенно устранялись и через несколько минут я вообще перестал замечать свой насест. Очень своеобразное ощущение. Типичная супертехнология, как в сказке, и я подозревал - это только начало. Главные чудеса еще впереди.
  Положив по удобнее руки на подлокотники, почувствовал, как материал под пальцами, размягчается и трансформируется, превращаясь в слепки ладоней в расслабленном, слегка согнутом состоянии. Через несколько секунд трансформация привела к тому, что ладони рук охватила невидимая субстанция. Создавалось полное впечатление, что на руки натянули перчатки. Но адаптация к "перчаткам" по моему размеру затянулась во времени, последовательно сменив несколько фасонов. В одном из вариантов, и довольно продолжительное время, у перчаток было четыре пальца. Видимо я себе не очень четко представлял, как должен выглядеть мануальный пульт управления, оптимально подходящий к моим рукам или руки у меня отличались от стандарта. Интересненький, однако, должно быть был стандарт.
  Промучавшись около часа, наконец, добился полного совпадения размера и формы. Зафиксировал положение рук и в этот момент зеркало и стены храма засветились голубым цветом. Яснее ясного - процесс адаптации прошел нормально, механизм готов к работе.
  Я слегка согнул указательный палец правой руки. Портал потерял прозрачность и принял окраску стен. Затем голубой цвет стен и зеркала почернел, - появилось ощущение движения вперед. Через несколько секунд мелькнула стена чердака, затем пропала и сердце мое екнуло - я повис в воздухе на высоте шестнадцатого этажа. Твою мать! При этом вся полусфера стен храма оказалась одним большим панорамным экраном. Изображение ничем не отличалось от реального. Я перемещался вместе с полом комнаты и креслом, и это медленное движение происходило на высоте примерно в полсотни метров.
  Ощущение свободного полета было феерическое, под ложечкой с непривычки появилось неприятное ощущение. Понадобилось определенное усилие, чтобы совладать с нервами, преодолеть страх высоты и информационный шок. Я шевельнул указательным пальцем в обратном направлении - движение замедлилось. Чтобы остановиться совсем потребовалось еще чуть-чуть согнуть палец. Фантастика. Я посмотрел влево и вправо вдоль улицы, видимость была великолепная. Осторожно оглянулся. За спиной на экране была видна стена шестнадцати этажного панельного дома, на чердаке которого я только что находился. Опасения и пещерные комплексы медленно начали сменяться на восторг и восхищение. Механизм управления движением вперед в принципе был понятен, но самое главное я попал туда куда хотел и сумел закрыть Ворота на Землю, обрубив концы перед самым носом у погони. Я был счастлив и не в силах сдерживать эмоции заорал - А, твою мать!
  Разборки с братками можно пока отложить, изучение Системы тоже можно было продолжить позже, вдумчиво и не спеша. А сейчас, пожалуй, следует сообщить Дервуду о своем прибытии и пусть братья озаботятся, чем бы закусить. В этом мире меня не было давно, почти пять лет, вдруг успели позабыть.
   Вчера, размышляя о своих шансах на проживание в Новом мире, я решил, что они очень высоки. И сейчас оценив все за и против, еще раз согласился сам с собой. Кивнул и прислушался к внутреннему голосу - чувство опасности молчало. Поднялся с кресла - мгновенно вспыхнул яркий свет, а стенам вернулись снежно-белые краски. Я хмыкнул, сделал потягушеньки и упругим шагом направился к выходу из Храма.
  Дверь в зал на первом этаже дома в Ларго открылась совершенно беззвучно. В доме стояла тишина. Лишь, где-то на втором этаже, удивительно по домашнему, не навязчиво звенел сверчок. Полумрак. В подставках на стенах горели две свечи, одна успела прогореть почти полностью. Свечи освещали основной зал, лестницу и прихожую. Я сделал несколько шагов от двери, утвердился в центре и громко позвал.
  - Дервуд. Дели. Каро. Насали. Братья, ау.
  В комнате напротив, что-то тяжелое упало на пол. Видимо, кто-то сверзился с кровати. Послышался шум и через минуту из двери вывалился заспанный Дервуд, буквально на секунду опередив остальных. Увидев меня, на его с начала испуганном лице сменилась целая гамма переживаний. Пара минут и моя команда суматошно выстроилась вдоль стенки и встала по стойке смирно, ожидая приказаний. Строго оглядев шеренгу, я отметил, что Каро в второпях, забыл надеть одну сандалию, а растяпа Насали ухитрился натянуть рясу задом на перед.
   Покачав головой с укоризной, сообщил.
  - Я вернулся и вернулся надолго. Сейчас уйду и меня не будет не дольше одной клепсидры. Этого времени вам должно хватить, чтобы приготовить скромный ужин. После ужина буду отдыхать. Есть вопросы? - Ответом мне было молчание и совсем не показная готовность - бежать и выполнять.
  Я повернулся и направился назад в Храм. За спиной послышался топот. Приятно, когда распоряжения выполняются без разговоров и бегом.
  Вернувшись в комнату Храма, снова устроился в кресле и вошел в Систему. Экраны высветили картинку и я увидел, что нахожусь в той же точке пространства, где вышел из Системы, когда поднялся из кресла. Глубоко вздохнув, настраиваясь на кропотливую работу, и приступил к освоению нового инструмента.
  Через минуту после начала экспериментов стало ясно - указательный палец работал на движение вперед-назад. Причем, чем сильнее разогнут палец, тем выше скорость перемещения вперед. Большой палец руки позволял перемещаться на лево и на право. Средний палец обеспечивал подъем вверх и опускание вниз. Совмещение этих трех пальцев щепотью останавливало всякое движение.
  Поставив ладонь правой руки ребром, я подключил к управлению левую руку. Как оказалось, левая рука являлась внешним невидимым механическим манипулятором. Это выражалось в том, что с начала на поверхности зеркала появлялась полупрозрачная копия ладони левой руки. При движении ладони вперед ее охватывала тонкая пленка и такой рукой, повторяющей все движения кисти и пальцев, можно было перемещать материальные объекты с другой стороны. Взять камешек на дороге, щелкнуть по лбу человека. Переместив руку обратно за плоскость зеркала, можно было выйти из режима. После того, как я проделал эти действия несколько раз, мне стало жарко - это была уже настоящая Власть!
  
  В душе шевельнулось мстительное чувство. Теперь я мог сделать настоящую зачистку своего отхода. Как говорится - кто с мечом к нам придет, тот от дубины по темячку и погибнет. Сама мысль, что какая-то погань предпринимает активные действия для моей нейтрализации, вызывала желание дать отпор и решить проблему кардинально.
  Манипулируя правой рукой настроился на видео наблюдение и вернулся на чердак шестнадцатого этажа московской высотки. Переместился к выходу и осмотрелся. На лестничной площадке никого. Пусто. Взлом люка пока остался незамеченным. Очень хорошо. Лишние трупы рядом с чердаком мне не нужны.
  Шевельнув пальцем, начал спускаться вниз по лестничным пролетам. На десятом этаже столкнулся с двумя топтунами. Они поднимались вверх по лестнице. После секундного размышления решил - их смерть должна произойти от естественных причин.
  Для этого задействовал левую руку. В теле первого бандита нашел и легонько сжал сердце. Бандит хрюкнул и опустился на корточки. Дальше сдавил по сильнее и держал сердце в кулаке до полной остановки. Мафиози повалился на бок и свернулся калачиком. Ему было очень больно. Такой молодой и здоровый и надо же - инфаркт. Впрочем, сразу же признал опыт неудачным. Когда кто-то держит твое сердце в кулаке и ты начинаешь дергаться, то в груди получается кровавое месиво, а не сердечная недостаточность. Очень похоже на выстрел из пушки по воробьям.
  Второй топтун, шедший впереди, оглянулся. Я переместился к его голове, подумал и быстрым тычком указательного пальца левой руки разорвал сосуды головного мозга. Инсульт. У братка подкосились ноги. Он ссыпался по ступенькам на лестничную площадку и прикорнул рядышком со своим напарником. Вот это отражает. Дешево и сердито.
  Два трупа и смерть вроде бы от естественных причин. Ну не выдержало сердечко или, что там еще, от переживаний и угрызений совести, бывает. Помогая себе левой рукой, просмотрел содержимое карманов. Моя фотка нашлось в бумажниках у обоих. Собрал снимки, смял в кочек и спустил в мусоропровод.
  Следующей на очереди была "десятка" и все, кто в ней находился. В машине сидели двое. За рулем пожилой водила и на заднем сидении молодая стерва. Девица разговаривала по мобильнику. Я дождался конца разговора и сделал еще два инсульта. Этих найдут не скоро, но тревога по команде, уже возможно объявлена. Самое главное, что в плотной сети наблюдения, в результате этих четырех смертей образовалась дырка и никто не сможет с уверенностью утверждать, что я остался в доме или ускользнул через образовавшуюся брешь. Как говорится - упустили и ищи ветра в поле. Общая неразбериха будет продолжать довольно долго, а мне на решение всех их проблем потребуется гораздо меньше времени.
  Теперь у меня появилось возможность более тщательного изучения Системы.
  В результате экспериментов я установил, что мизинец управлял изображением в зеркале и его перемещение позволяло увеличивать или уменьшать картинку. Причем, зеркало работало и, как хороший телескоп, если согнуть мизинец, и как великолепный микроскоп, если разогнуть. Пределов разрешения и в том и в другом случае я так и не достиг. Совмещение работы мизинца с указательным пальцем позволяло менять скорость. Был в этом симбиозе некоторый аналог коробки передач автомобиля. Контакт большого пальца и мизинца работал, как сброс режима, и все возвращалось к масштабу один к одному. Контакт большого и безымянного маркировало точку в пространстве. Совместив пять пальцев щепотью можно было вернуться в ранее отмаркированную точку.
  Поджав четыре пальца, я заметил, что у зеркала появилась непонятная голубая окантовка. Прижав большой палец к четырем, увидел голубую точку в центре зеркала. Если отодвигать палец в сторону, то в центре зеркала образуется отверстие в голубой рамке. Это был классический пробой пространства, канал из точки "а" в пункт "б". При полностью отодвинутом большом пальце, вход в канал был равен габаритам зеркала. В голове мелькнула догадка, что цвет окантовки это своеобразное предупреждение о несовпадении внешних условий в храме и в точке, где открывается канал. Скорее всего, при значительном несовпадении относительно некоторой нормы, например по давлению, канал не откроется и это своеобразная защита от дурака. Но разве мне известно, что считается нормой для тех, кто создавал это чудо техники? Поэтому нужно проявлять осторожность, а то как говорится - не просочиться бы в канализацию.
  Если при включенном портале подняться с кресла, то проход остается открытым. Чтобы закрыть его нужно по новой устроиться на троне и например осуществить полный сброс, для этого достаточно было сжать пальцы в кулак.
  Холостой режим задавался расслабленной рукой, пальцы которой слегка согнуты, но не сжаты в кулак. Как это у классиков - взболтать, но не смешивать. Полный сброс Системы в добавок ко всему возвращал в исходную точку, назад в храм.
  Ладошка правой руки работала наподобие мышки. Развернув руку ладонью к зеркалу можно было например "зацепить" вход в канал и переместить его с центра зеркала в другое место, а согнув указательный палец, закрепить вход в пространственный канал в этой новой точке пространства. Я проверил это несколько раз, организовав вход и возвращаясь в одно и то же место. При этом окантовка предупреждения о несовпадении внешних условий сохранялась.
  Осмотрев выход канала с внешней стороны, выяснил, что визуально канал ничем не выделяется и попасть в него можно или случайно, или точно зная, где он находится. Причем толщина грани представляет собой бесконечно малую величину и проникнуть в канал можно только с фронтальной стороны.
  Довольно долго не мог понять предназначение безымянного пальца. Пока не повернул кисть руки ладонью вверх. Оказалось, что безымянный палец подключает четвертую координату - время, но только назад в прошлое и обратно в настоящее. При этом основные функции пальцев по перемещению, но уже в пространстве прошлого, сохранялись. Не работал лишь пробой в пространстве и появились ограничения по разрешению картинки у режимов микроскопа и телескопа. При этом качество изображения явно зависело от глубины погружения в прошлое. Что называется, чем дальше в глубь веков, тем хуже картинка. Да и сроку давности имелся предел. По субъективным ощущениям максимально можно было нырнуть в прошлое на несколько тысяч лет. Более точно отрезок времени удалось бы установить только подсчетом смены дня и ночи. Но это глупое занятие я оставил на потом.
  Что же касается падения качества картинки, то может быть здесь работает принцип экстраполяции. Сейчас на Земле видео наблюдение расцветает пышным цветом и есть четкая тенденция постоянного уменьшения размеров видеокамер и приемников. Не трудно себе представить, что в отдаленном будущем, видео устройства достигнут размеров молекулы, а компьютеры смогут в режиме реального времени обрабатывать и записывать ГигаТерабайты информации. Таких устройств видеонаблюдения можно наштамповать бешеное количество, распылить в воздухе и качественно перемешать, так чтобы они были неотъемлемой частью атмосферы планеты. То есть, чтобы в каждом кубическом сантиметре воздуха было сотни видеокамер. Вместе с пылью, как пыльца растений, они проникнут в любые щели, осядут на камнях и растворятся в воде. Затем можно записывать посылаемое ими изображение, накапливая его в глобальной базе данных. Так, что сейчас я просто подключаюсь к данным колоссальной сети и использую ее возможности. Но все-таки, даже самый продвинутый накопитель информации должен иметь ограничения. Поэтому ухудшение качества картинки связано скорее всего именно с этим. Чем дальше в прошлое, тем больше старой информации затирается для размещения новой. Но я думаю это относится только для информации, которая за это время не была востребована. Возможно, есть часто посещаемые точки в пространстве, информация о которых хранится, как новенькая, и на срок, который мы называем вечностью. Ну вот, вроде бы и объяснил себе механику процесса, оказывается все легко и просто. Но все равно круто!
  Совмещая действия левой руки с работой мизинца правой, можно было в режиме телескопа, щелчком снести человеку голову с плеч или в режиме микроскопа, также щелчком подбить правый глаз комару, сосущему кровь на лбу человека.
  И тут я окончательно осознал, что получил даже не царский, а божественный подарок. Мелькнула мысль, что я, как чувствовал, и не зря назвал себя Панкратом. От ослепительных перспектив меня даже повело слегка в сторону и пришлось себя резко одернуть - остынь. Бесплатный сыр бывает только в мышеловке. За удовольствие нужно платить - это аксиома. Скорее всего это аванс или я уже заплатил необходимую цену? Вряд ли. За малую толику таких возможностей многие отдадут душу вместе с жизнью. Подарок очень дорогой и наивно думать, что оплатил все сполна. Значит придется отрабатывать.
  Сжав кулак и, вернувшись в точку старта к себе на базу, задумался. Очень захотелось навести порядок на Земле. Железный порядок, твердой рукой, без пацифистских соплей и чтобы все было по справедливости. Самое главное, что теперь это не утопия - в руках у меня есть нужный инструмент. Вот он.
  И еще остались недобитки, которым был обещан День Гнева. Теперь их можно вырезать с гарантией и под самый корешок. Для этого требовалось заглянуть в прошлое и внимательно отследить всю цепочку событий и действующих лиц до настоящего момента, последовательно вырубая всех, кто хоть в какой-то степени был задействован в этой операции. Точка, с которой нужно было начать, был мой телефонный звонок барыге, скупщику золота.
  Я повернул правую руку ладонью вверх, перейдя в режим просмотра прошлого, и переместился в небольшое офисное помещение в центре Москвы. Вернулся к моменту операции обмена золота на евро. Зацепился за изображение барыги и скользнул в его недавнее прошлое на два часа назад, в момент моего телефонного звонка. Более подробно историю его жизни я изучу на досуге, если будет нужно. А сейчас я посмотрел свой разговор с ним по телефону, наблюдая за выражением его лица и глазами. В какой-то момент у барыги были сомнения. Все таки интуицией бог его не обидел, но победила алчность. Я запомнил номер телефона, по которому он позвонил, чтобы сделать наводку и выслушать ответ. Впрочем на координаторов, других исполнителей и организаторов проще выйти не через него, я через топтунов и их бригадира.
  В ускоренном режиме просмотрел весь рабочий день менялы до настоящего момента. Ничего особенного. Он работал по принципу - главное прокукарекать, а там хоть не рассветай. Еще раз полюбовался на его жуликоватые глаза и задействовал левую руку. Инсульт, как это грустно.
  Переместился в комнату видео наблюдения. Здесь сидели двое, и именно здесь очень оперативно готовили фото для наружки по сигналу от барыги. Два инсульта, как это печально. Нырнул назад в прошлое и проследил весь процесс от получения видеоизображения до создания фото.
  К сожалению, фото, работая в режиме реального времени, они передали по факсу. Чувствовались хорошее финансирование и отлаженный технологический процесс. Техника наблюдения была на самом высоком уровне. Все это, да в мирных целях.
  Отодвинул трупы в сторону, открыл небольшие Ворота, изъял кассету с видеозаписью и оригинал с копией факса. Компьютер, на котором готовили изображение моего лица, был включен и я задумался о том, как понадежнее, уничтожить информацию на дисках. В конце концов при желании можно прочитать и отформатированные диски. Поэтому я увеличил размер Ворот, ножом обрезал все провода системного блока и вытянул его к себе. Сложил бумажные листы факса в несколько раз и засунул в приемный слот дисковода. Закрыл Ворота, открыл новые над небольшим лесным озером и переправил системный блок вместе с кассетой на глубину. Вернулся в комнату видео наблюдения и еще раз внимательно осмотрелся. Вроде бы прикрыл все засветки и ничего, кроме запаха, от меня в этой комнате не осталось. Но и запах должен был скоро улетучиться.
  Теперь надо выйти на основную команду бригады, место, где получили факс, главных боссов и всех исполнителей. Пришлось вернуться к уже ставшей родной высотке. Заглянуть в салон "десятки", которая сиротливо стояла на том же месте, и, зацепившись за трупик молодой стервы, скользнуть в ее прошлое. Здесь меня ждала удача. Рано утром в одном из небольших особнячков, памятнике старины, в центре Москвы, стерва присутствовала на производственной планерке и я мог полюбоваться на руководство бригады в полном составе. Очень любопытные рожи.
  Полная колода из двенадцати тузов, трех королей и одной пиковой дамы. Можно было приступать к ликвидации. Я сделал опорную метку в центре стола, за которым расселись господа бандиты. Сюда придется возвращаться часто - пятнадцать раз. Каждый заслуживает внимания и каждый получит по заслугам. Рубить, так по корень. Скорее всего, кто-то был еще, но с ними мы разберемся позже или в процессе.
  Напевая песенку "Шестнадцать человек на сундук мертвеца", снова зацепился за девицу и через нее вышел на диспетчерский пункт банды. Факс с моим фото пришел сюда и был подшит в дело именно здесь. Заправлял всем хозяйством молодой парень и, переместившись в настоящее, я по прежнему обнаружил его на рабочем месте. Инсульт. С этого момента операция по моему поиску стала давать сбои.
  Молодая девица для меня оказалась находкой. В этот день она была на дежурстве и с утра успела пообщаться, по моему мнению, практически со всеми участниками операции. Оставалось только следовать за ней, постепенно поднимаясь из прошлого, цепляться к ее подчиненным и подельникам, выходить в их настоящее и прерывать их преступную линию жизни. Всего в операции было задействовано вместе с "десяткой" четыре машины. В каждой машине находилось от двух до четырех человек. Для эффективной слежки автомашины постоянно менялись, подбирали топтунов сзади, обгоняли меня и выпускали впереди. Оказывается, меня постоянно вели не менее двух человек и одна машина. В настоящий момент все собрались в районе высотки и суматошно пытались перекрыть возможные пути моего отхода. Очень профессионально и с размахом.
  Завалив двенадцатого солдата и вернувшись на планерку в особнячке, я задумался - судя по всему, мое появление, как фактор Российской истории, долго скрывать будет не возможно. Слишком много трупов уже сейчас, а будет неизмеримо больше. Даже если трупы внешне не криминальные, все равно наводит на размышления. Передо мной встал вопрос. Бандитов много и, какими бы естественными причинами не объяснялась их кончина, подозрение на мое участие в бойне рано или поздно возникнет обязательно. Так не лучше ли давить их как клопов, в фирменном стиле, по наглому оставляя визитную карточку своего участия?
  Нет, рано. Я не закончу сегодня всю подчистку.
  Хоть и говорят - все свое носи с собой, но это не реально. Поэтому возможен, пусть и чисто теоретический, выход бандитов на родственников и друзей. Хотя кардинально это ничего не изменит. Только в кино "настоящие парни" бросают пистолет на землю по первому требованию какого-нибудь урода. А я вам ни кино. Поэтому пусть остатки банды пока чешут репку, хотя бы сутки. Завтра я завершу прополку сорняков и озабочусь собственным брэндом - созданием уникального и эффективного метода устранения грязи.
  Дальше, в течение часа я достал и успокоил восемнадцать человек - по состоянию здоровья. Копая могилу ближнему, нужно быть всегда готовым к тому, что сам в ней окажешься. За удовольствие им пришлось заплатить дорого.
  Прошло не менее двух часов, когда я закончил предварительные разборки. Создавалось впечатление, что мне нужно было еще определиться не менее, чем с сотней бандюганов и их пособниками, во всех ветвях власти, банковского и торгового капитала. Видимо это была одна из ветвей и не самая маленькая, грузинской ОПГ.
  Пора делать перерыв. Я вышел из Системы, потянулся, распрямляя натруженную спину, поднялся и, растирая занемевшие от усталости пальцы и кисти рук, направился к выходу из Храма.
  
  Шагнув на базу, увидел Дервуда и Каро. Они ждали моего появления уже не меньше часа. Дервуд поклонился и широким жестом пригласил в столовую. Я воспользовался приглашением.
  В столовой был накрыт стол, вкусно пахло, а из приоткрытой двери соседней комнаты доносилось шкворчание кипящего масла на сковородке и звон кастрюлек. Там хозяйничал Дели.
  На столе были расставлены тарелки с фруктами, глубокая миска с овощным салатом и несколько графинчиков с соками. Я уселся на стул с высокой спинкой и положил руки на стол перед собой. Дервуд переместился и встал напротив с другой стороны стола, а Каро нырнул в соседнюю комнату и почти сразу же вышел оттуда с серебряной супницей, от которой по комнате распространился аромат духовитого куриного бульона. Я кивнул, пододвинул к себе миску с салатом, посмотрел на Дервуда и поинтересовался.
  - С начала личные проблемы и прочие местные серьезные дела за время моего отсутствия.
  - У нас все нормально Панкрат. - и подумав несколько секунд, добавил. - Никаких неожиданных случаев, требующих участия Старшего брата.
  Наворачивая салат, я кивнул.
  - Хорошо. - и продолжил расспросы, - теперь о том, что творится в стране и наиболее значимые события в мире?
  - Внешние угрозы сходят на нет. Степняков не слышно и не видно. У шаха Адерабада, уже как несколько лет, наступило резкое просветление в мозгах. Он оказывает активную помощь и клянется в вечной любви королю. Из страны Кенто прислали посольство с целью склонить принцессу к браку. Король Кенто воспылал страстью и ради любви принцессы готов на все. Это создает определенную напряженность в отношениях, так как наследница престола отказала ему на отрез, но посольство продолжает проявлять настойчивость. Синегорцы прислали нового посла и заверения в вечной дружбе.
  Я отодвинул от себя пустую миску, перевел дыхание и приподнял крышку супницы. Внутри в крутом курином бульоне со специями расположился жирный бройлер. Я посмотрел на Каро и он, как заправский официант фирменного ресторана, подскочил, вынул курицу из кастрюли, положил на широкую тарелку и стремительно четвертовал точными движениями ножа, закончив всю операцию, перемещением грудки курицы мне на тарелку и, налив в глубокую глиняную кружку, крутой, приправленный пахучими травками, куриный бульон из супницы. Поперчив и посолив, я отхлебнул из кружки и остался доволен.
  В это время Дервуд продолжил свой рассказ.
  - Внутренние угрозы по-прежнему велики. Остатки Клана продолжают активно разыскивать своего обидчика и временами действуют, как осы, гнездо которых разорено, - жалят всех подряд. Их шпионы были замечены в Ларго. Воинами короля, с нашей негласной помощью, было поймано несколько человек. На всякий случай, я организовал круглосуточное дежурство братьев. Сейчас на страже Насали. Разбойники из лесного братства частично пополнились солдатами из разбитой армии Синегорья. Их уничтожение идет с переменным успехом. Хотя, по моему мнению, неудач гораздо больше, чем побед.
  Я хмыкнул, вспомнив свое участие в этом процессе, и отложил в сторону последнюю арматуру каркаса скелета курицы. Тем временем Каро уже выносил с кухни широкое блюдо с ломтями жаренного мяса, присыпанного зеленью. Дервуд, не прерывая рассказ, налил мне в кружку вишневого сока. Я с удовольствием сделал несколько глотков, посмоковал напиток, выдал оценку - отменно, - и принялся за мясо, под монотонное повествование жреца.
  - На южных границах хозяйничает несколько крупных банд и король готовит большую карательную экспедицию. Среди братьев Храма богов Света и Тьмы произошла большая чистка. Было обнаружено семь подсылов из Клана. Виды на урожай в стране хорошие. Король, вся его семья и родственники живы и здоровы. Вот, вроде бы, и все новости.
  Дервуд замолчал и посмотрел на меня в ожидании. Обмакнув последний кусок мяса в соус, отправив его в рот, глубокомысленно прожевав и проглотив, кивнул.
  - Хорошо. Я доволен. Ну, а с Кланом мы разберемся... в ближайшее время. С разбойниками тоже, но позже.
  С некоторым напряжением поднялся из-за стола и направился к себе в спальню, заглянув по дороге в туалет.
  
  В этот раз спалось без сновидений и встал я хорошо отдохнув. Завтрака не пришлось долго ждать. Моя команда работала четко и не навязчиво. Не отвлекая от продумывания плана, размышлений над общей стратегией и краткосрочными действиями.
  Судя по всему, в этом мире мои функции и полномочия ограничены. В первую очередь они состоят в том, чтобы загребать жар руками по указанию с выше. При этом, по возможности, не привлекая технические средства Храма, и с использованием глубокой конспирации, но под вывеской спецпосланника Господа Бога. Ничего не имею против. Мне здесь хорошо и интересно, а за это я готов платить и цена, которую предлагают, меня вполне устраивает.
  Что же касается Земли, то учитывая все обстоятельства, я, видимо, сдал экзамен и получил карт-бланш на работу с родной планетой по исправлению ситуации в соответствии с собственными представлениями о добре и зле. Видимо неизвестные боссы глубоко равнодушны с судьбе моей родной, в галактическом масштабе заштатной планетки. Но я ее плоть и кровь и мне не безразлично ее будущее. Хоть и грешно говорить об еще одном социальном эксперименте, но начать благоустройство Земли нужно с России. Она это заслужила. Хотя, конечно, случай запущенный.
  Исправлять положение представляется целесообразным по трем направлениям - законность и справедливость, политкорректность и антитеррор, геополитика и экономика. Основные положения каждого из трех краеугольных камней в основном понятны, но следовало продумать детали и не рубить с плеча. Все должно быть надежно, дешево и сердито.
  Для начала в скорбном деле наведения порядка и законности в стране, важно не быть голословным и нужно озаботится техническими средствами документального подтверждения преступных деяний земных рабов божьих. Конечно, можно вооружиться крутой видеокамерой и монтажным рекордером, но заниматься съемкой и монтажом фильмов долго и муторно. Поэтому проще обойтись приличной цифровой фотокамерой, подобрав к ней подходящую линейку объективов. Руки у меня будут заняты и, если работать в режиме реального времени, то кадры придется на первых порах делать или зубами или ногами, но это не беда. Текстовую часть, запись и монтаж можно выполнять на приличном компьютере. Также мне понадобится хорошая база данных на всех, кто проживает в моей стране и подробные карты, лучше цифровые, на всю территорию России и всего мира. Ведь для меня нет и не может быть секретных организаций, закрытых районов, не раскрываемых преступлений, а посетить, судя по всему, придется самые удаленные уголки планеты.
  По собранным видео материалам на телевидении можно сделать хиты сезона - типа развлекательной программы "Они преступили закон" для экономических и мелких преступлений и информационной программы с условным названием "Собаке собачья смерть" про тех, кто подвергся высшей меры наказания. Ну и, конечно, как минимум половину телевизионщиков придется отправить на перевоспитание в деревню, предварительно устроив публичную порку и только после этого, задав пинком под зад правильное направление движения.
  Соответственно на Земле, тоже потребуется надежная берлога, возможно и не одна, для работы с компьютером и для просмотра телевидения и прессы. Организация и оборудование такого места дело не простое и хлопотное, так как желающих достать меня и прекратить мои хлопоты, еще долго, будет хоть пруд пруди. Грязи скопилось в государстве выше крыши, повылазило дерьмо из всех щелей.
  Оборудование базы на Земле вещь необходимая, но это должно быть абсолютно надежное место. Задача не из простых. Рассмотрим возможные варианты.
  На первом месте, наиболее очевидное - оборудовать базу под землей, например в пещере. Минусы - технически сложно, долго, хлопотно. Плюсы - очень надежно, скрытно, при правильном выборе места, спасет даже в случае атомного удара.
  Один из вариантов подземной базы - можно использовать уже готовые атомные убежища или любые другие рукотворные схроны. Плюс - облегчается решение проблемы технического обустройства. Минус - уменьшается степень скрытности, но это проблема, имеющая решение. Например, имея большие деньги можно под чужим именем заказать строительство атомного бункера в малообжитом районе и в дальнейшем договориться об периодическом обслуживании. Или попытаться реанимировать одну из шахтных установок стратегических ракет, попавшую под сокращение. Теперь расставим приоритеты для подземных схронов. Стоит ли облегчение технического обустройства базы уменьшения степени ее скрытности? Здесь все зависит от имеющегося в моем распоряжении времени. Если времени много, то не стоит. А есть ли у меня какие либо данные, что время моей деятельности ограничено? Таких данных нет. Поэтому отбросим пока все рукотворное и будем искать и обустраивать естественную пещеру, никому не известную пустоту под землей, где нужно создать замкнутый цикл проживания. Как это говорится - делайте невозможное, вас никто не ограничивает.
  В принципе, эта задача решается относительно просто, если бы у меня была возможность создавать независимые от Храма Ворота. В этом случае, пещеру можно использовать, как промежуточную станцию, и проблема переброски габаритных и тяжелых грузов из любой точки Земли, можно сказать, решена. Но я не знаю, как организовать независимые Ворота. Я привязан к Храму и через Храм перенести можно только ограниченное количество вещей, оборудования и материалов, как по объему, так и по количеству. Это подразумевает, что за разумный отрезок времени, один - два года, подземного бункера мне не создать. Можно только начать, сверстать пятилетний план развития и последовательно долбить несколько лет до полной готовности. А мне это надо? Не факт.
  На втором месте - база на поверхности земли. Здесь тоже два варианта. Квартира, дом в крупном городе, коттедж в ближайших пригородах, избушка в лесной глуши или бунгало на островах в океане. Оба варианта имеют один большой минус - обеспечить приемлемую степень скрытности и безопасности скорее всего не удастся. Одна крылатая ракета с тактическим зарядом и никакие охранные системы не помогут. А то, что желание долбануть чем-то из ракетно-ядерного потенциала по моей скромной персоне будет у облеченных властью и большими деньгами, у меня сомнений нет. Правда есть один большой плюс - база может быть организована очень быстро и на самом высоком техническом уровне.
  Поэтому наиболее приемлема покупка или аренда помещения, через третьи руки. Благо с финансами я думаю у меня проблем не возникнет. Здесь можно использовать уже отработанную на местных мафиози схему и слегка подрастрясти бандитствующий элемент. Да, у нас на Земле, особенно в России, в этом плане есть где развернуться.
  Я улыбнулся и с удовольствием потер руки. - И обязательно нужно использовать помещения криминальных структур, бандитов и прочих уголовничков. Грабь награбленное - бессмертный лозунг. Тем более, что началась кардинальная прополка, и пустовать будет много квартир, домов, коттеджей и поместий. Свято место пустовать не должно.
  Ну, вот и ясно с чего начать.
  Я открыл дверь и, перепрыгивая через ступеньки винтовой лестницы, спустился в Храм. Занял свое место и подключился к Системе.
  На выбор у меня было несколько горячих тем - оргпреступность, Чечня, наркотики, олигархи или воровство в особо крупных размерах, политкорректность. Причем Чечня это, пожалуй, лишь одно из проявлений организованной преступности и их можно объединить в одно направление.
  Была у меня старая идея-фикс или, как говорил один черный шовинист - "I have dream", и эту мечту я поставлю на первое место. С бандитами нужно поступать по бандитски, со зверьми по звериному. Каждому свое. Играть с мафиози по простым человеческим правилам идиотизм. Каждая жертва террора безусловно стоит жизни организаторов, исполнителей, пособников плюс десяти бандюганов или их родственников, друзей и прочих. Необходимо добиться того, чтобы на уровне безусловного рефлекса от бандита все шарахались, как от прокаженного.
  Поплутав по широким просторам Родины добрался до Буденовска, нырнул в прошлое и приступил к работе. В результате, вкалывая, как каторжный целые сутки с небольшим, восстановил справедливость и смог оприходовать всех бандюганов из каравана автобусов, захватив попутно их подельников.
  Все это мельтешение лиц сливалось в однотонную картину и в памяти застряли лишь отдельные эпизоды. Например, некоторых бандитов я нашел за границей в Турции, Англии, Германии, Латвии, Саудовской Аравии. Большинство получили стандартную экзекуцию, но были и исключения. С Саудовской Аравией мне удивительно повезло. Оказывается очередной террорист подрабатывал курьером по перевозке денег и в настоящий момент перекладывал пачки банкнот к себе в объемистый чемоданчик, в присутствии неких ответственных лиц. Все это происходило в шикарном офисном помещении. Я подождал пока он щелкнет замками кейса и устроил всем присутствующим газават. Затем прошелся по всем комнатам Конторы, щелбанами разбрасывая дурные головы по углам помещений.
  Где-то после одиннадцатого часа манипуляций руками, стало совсем не в терпеж и по маленькому и по большому. Я заглянул в пустую квартиру одного из отморозков. Организовал Ворота в туалетной комнате и с большим наслаждением исполнил естественные физиологические потребности. После этого зашел на кухню и в холодильнике обнаружил несколько бутылок колы. Присел за стол и, попивая сладенькую водичку, дал себе слово, как можно скорее организовать свою "малину" со всем необходимым запасом продуктов и лучше не одну, а целое лукошко.
  Отдохнув в течение получаса, поднялся со стула и воспользовавшись удобным случаем, прихватил у себя на квартире старое снаряжение: мешок с доспехом и холодным оружием, доработанным без применения современных технологий, кое-какую мелочевку типа фонарика с батарейками. Затем вернулся на рабочее место. А после пятнадцатого часа у меня открылось второе дыхание и я, сцепив зубы, воевал до победного конца.
  То, что некоторые нелюди были лишь искалечены, не являлось с моей стороны актом милосердия. К ним я еще вернусь и, если потребуется, доведу дело до летального конца, но я рассчитывал с их помощью выявить, так сказать "сочувствующих движению".
  На финише у меня слипались глаза от усталости и ныли мышцы рук. В целом это была работа на износ. Очень хотелось есть, но усталость была намного сильнее. В конце двадцать восьмого часа голова звенела, как медный котелок, и я просто мечтал о том, чтобы уронить эту посудину на подушку.
  Выйдя из Системы и Храма, подхватил мешок со своим старым доспехом, на не твердых ногах вскарабкался по лестнице и вывалился в прихожую. В углу на скамеечке встрепенулся, дремлющий Каро.
  Морщась от головной боли и рези в глазах, спросил.
  - Какое сейчас время суток.
  - Полночь, Панкрат, - ответил мой младший брат.
  - Буду спать до полудня. Проснусь очень голодный. Пока не проснусь, не беспокоить.
  Заглянув по дороге в туалет, заполз к себе в комнату, медленно разделся, упал в постель и еще не коснувшись простыней провалился в глубокий сон.
  
  Сон был без сновидений. Проснулся голодным, бодрым, немножечко злым и отменно готовым к труду на благо старой и новой Родины. Сделав потягушеньки до хруста в суставах, выпрыгнул из постели и быстро оделся. Выглянул в коридор и на душе потеплело. Моя команда, все кроме Дели, выстроилась у двери на кухню.
   Я подтянул живот, нахмурился и оглядел строй. Все выглядели браво и, как всегда, слово за всех сказал главный.
  - Здравствуй Панкрат.
  Я кивнул и приказал.
  - Завтрак и информация.
   После этого ценного указания с независимым видом направился в туалет.
  Через некоторое время, открыв дверь столовой, сглотнул слюну. В воздухе висел аромат жареного мяса и пряностей. Уселся на свой стул за пустой стол и строго поглядел на дверь кухни. Как по волшебству, дверь распахнулась и оттуда выплыл балансируя подносом Каро. На подносе была гора мяса. Хорошо прожаренного и истекающего соком. Кажется, это была молодая оленина.
  Я глубоко вздохнул, как перед прыжком в воду, взял в одну руку двузубую вилку, в другую нож, отрезал от шмата мяса первый кусок, насадил на вилку, оглядел кусок с двух сторон, запихнул в рот и... кивнул Дервуду. Тот оказался краток до такой степени, что я забыл проглотить.
  - За прошедшие два дня никаких новых событий не произошло.
  Я вздохнул, подумав про себя, что счастлив тот мир, где за два дня нет никаких новостей и направил первый прожеванный кусок по назначению.
  Процесс насыщения продолжался не менее получаса. Я вдумчиво жевал, глотал мясо и овощи. В промежутках запивал холодной и удивительно вкусной ключевой водой. В конце опростал в себя кувшинчик подслащенного грушевого сока и остался доволен.
  Отвалившись от стола, посмотрел на Дервуда и сообщил.
  - Сейчас я отлучусь. Не на долго. Затем вернусь, и мне нужно будет пообщаться с подсылами из Клана. Я надеюсь тех, что поймали в храме богов Света и Тьмы, еще не убили.
  - Они живы Старший брат.
  - Хорошо. - Я поднялся из-за стола и направился в свой Храм.
  Спустившись вниз, вошел в Систему, поднялся вверх над Ларго на несколько километров и стал осматривать окрестности, двигаясь от центра города по спирали. Внизу проплывал могучий лесной массив, отдельные пятна полей, реки и озера. Одно такое озеро километров в двадцати от города с широкой песчаной косой и пляжем приглянулось. Я спланировал к земле. Выбрал у кромки леса в кустах столетнюю сосну, организовал в ней Ворота и шагнул на берег озера.
  Скинул всю одежду, пробежал десяток метров по прогретому солнцем песку и с разгону ввинтился в воду. Быстро проплыл мелководье и на глубине, с полной отдачей, начал наворачивать круги попеременно кролем и брасом. Минут через пятнадцать, почувствовав легкую усталость, перевернулся на спину и расслабился, глядя в неестественно голубое небо. Лепота.
  Сделав короткий вдох, нырнул на глубину и поплыл к берегу под водой. Через метров сто вынырнул у берега, пробежал мелкий участок до пляжа, упал на горячий песок и перевернулся на спину. Глубоко вдохнул густой аромат сосновой хвои из леса вперемешку со сладковатым запахом липового цвета и расслабился, наслаждаясь теплым и ласковым солнцем.
  Через полчаса, просохнув и отряхнув песок, оделся и шагнул в Ворота, возвращаясь в Храм. Закрыл Ворота на озере, поднялся вертикально вверх и знакомой дорогой устремился в сторону владений барона Кинвуда. Здесь в свое время перед уходом на Землю я прикопал старый костюм - куртку, штаны, шапочку и ремень. Место нашел быстро и, открыв Ворота, не стал выходить наружу, а прямо из Храма, откинул в сторону кусок дерна и вынул из не глубокой ямы свое обмундирование.
  Вышел из Системы и держа в одной руке сверток с одеждой, перепрыгивая через три ступеньки, взбежал вверх по лестнице. Дервуд сидел на скамеечке и вскочил при моем появлении. Я кивнул в сторону столовой и первый направился туда. Резко остановившись на пороге, так что Дервуд не успел затормозить и ткнулся головой мне в спину, оглядел помещение, повернулся и сказал.
  - Возьми себе стул, брат. И пусть у каждого из братьев будет в дальнейшем свое место за столом.
  Я занял свое кресло, положил сверток с одеждой на стол и подождал пока Дервуд не принесет себе седалище. Как только он осторожно примостился на своем законном месте, задал вопрос.
  - Кто проживает в соседних домах по нашей улице? - Дервуд помолчал, собираясь с мыслями, и начал перечислять, показывая руками направления и загибая пальцы.
  - По нашей стороне улицы с права - торговец рыбой и морепродуктами Рекен с женой и тремя детьми, имеет двух слуг и служанку. С левой стороны офицер городской стражи Стауб. Холост, имеет одного приходящего слугу. Через улицу, напротив, купец - торговец сукном Дарьял с женой, имеет шесть детей и одного слугу. На задах у нас трактир "Серый кот", двенадцать комнат для проживания. Хозяин Рубас, имеет жену и маленького сына.
  Я налил себе из графинчика на столе приторно сладкого черничного сока, сделал несколько глотков, посмаковал нежный вкус напитка и, глядя в глаза Дурвуду, сказал.
  - Следует осторожно, без конфликтов, желательно в течение месяца, занять соседние дома надежными людьми, хорошо представляющими с какой стороны нужно браться за меч. Их должно быть человек пятнадцать - двадцать. Возможно для этого подойдут люди из храмовой стражи. Жить на новом месте они должны не привлекая внимания, но в постоянной готовности по первому твоему знаку брат прийти на помощь. В их функции, также должно входить - наблюдение днем и ночью за окрестностями и выявление подозрительных лиц. Всех, внушающих подозрение, следует захватить и допросить. Если меня не будет рядом, держать в надежном месте до моего появления. Подготовь план действий по занятию домов и прикинь необходимое количество денег для осуществления этого плана. По моему мнению, начать следует с покупки трактира.
  - Я понял Панкрат.
  - И еще. Через братьев, на рынке, в трактире, везде, где только можно, собирай слухи, сплетни, все важное и интересное. При каждой нашей встрече ты должен быть готов сделать краткое сообщение по основным темам. Сейчас главная тема - все что связано с Кланом. К стати, где сейчас находятся пойманные жрецы из Клана.
  - Два, здесь, в подземелье Храма богов Света и Тьмы. Трое у братьев в Адерабаде и один в Кенто.
  Я перевел взгляд на стену за спиной Дервуда, подумал и сказал.
  - Я хочу... поговорить с двумя, которые здесь в Храме. Желательно в таком месте, где бы никто не помешал и не слышал их криков.
  - Они оба сидят в глубоком подземелье. Твой... разговор Старший брат, - Дервуд усмехнулся и продолжил, - никто не услышит. Но в Храме полно солдат. Войти в него трудно.
  - В Храм богов Света и Тьмы, Дервуд, ты пойдешь один. Мы встретимся с тобой у железной решетки заднего прохода. Представляешь, где она находится?
  - Да.
  - Сможем мы оттуда незаметно попасть в подземелье?
  После непродолжительного раздумья Дервуд кивнул. Я посидел немного собираясь с мыслями и указал на сверток.
  - Попроси младших братьев быстро привести в порядок эту одежду. Она мне понадобится в ближайшее время. Используй эти вещи, как образец, и сделай еще два... нет лучше три запасных комплекта, плюс нижнее белье. А теперь иди и жди меня в Храме. Я не заставлю тебя долго ждать.
  
  Спускаясь в Храм уже, как на работу, я по дороге продумывал очередной план действий. Нужно довести первое дело до логического конца и закончить разборку с бригадой, которая привыкла к безнаказанности и имела глупость позариться на мое золото. Еще нужно подыскать себе несколько свободных квартир.
  Дервуду добираться до Храма и назначенного места встречи не менее четырех часов, так что это время я вполне мог посвятить продолжению разборок на Земле. Я вошел в Систему и направился к центру Москвы в уже знакомый мне особнячок. Из двенадцать руководителей преступного сообщества я пока наказал только молодую стерву. Одиннадцать человек из руководства бригады по прежнему нуждались в моем внимании.
  Переместившись в комнату совещаний, продублировал маркер в центре круглого стола и скользнул в прошлое до момента известной мне планерки. После этого стал последовательно ставить "черные" метки участникам совещания и выходить в их настоящее, тормозя за несколько часов до конца прокрутку событий жизни моих героев, с целью изучения условий проживания уголовного элемента. Жили мои мафиози хорошо. Три из одиннадцати помещений я взял на заметку. Кроме хозяина в них никого не было. И в эти квартиры весьма продолжительное время уже никто не вернется.
  Самое любопытное, что почти вся компания ударилась в бега по стандартной схеме. Восемь из одиннадцати в настоящий момент летели в самолетах. Все закономерно. Навозные мухи всегда летят на дерьмо или помойку. Тем более, когда помойка воняет на весь земной шар. Конечно, очень интересно было бы посмотреть на то, как собирались жить за бугром мои подопечные. Было у меня подозрение, что организовали они себе жизнь очень даже не плохо, скорее всего на Лазурном берегу и в Майями отдыхали на пляжах, но через час была назначена встреча с Дервудом и время поджимало. Поэтому самолеты просто прилетят с трупами на восемь посадочных мест. На хозяйстве, в организации из руководства осталось двое, видимо те кого было не жалко. Конечно, это был еще не конец, но можно считать, что основная часть работы по ликвидации организации была проделана.
  Может быть я поторопился, осуществляя акт возмездия и у меня возникнут трудности, когда придется изымать все их грязные финансовые активы. Об этом нужно подумать отдельно. А вообще, следует ввести правило, если Россия требует выдачи преступника, то выполнять это требование нужно бегом и не раздумывая, а за каждый день просрочки пени, например в пять миллионов рублей. В пользу бедных.
  
  Я закрыл проход с Земли и направился к официальному Храму богов Света и Тьмы. Нырнул в знакомый по предыдущим вылазкам туннель и осторожно переместился по коридору до железной решетки. Решетка была опущена и ярко освещена факелами. В нише стояла охрана. Видимо это были ребята герцога. Я проскользнул через решетку и переместился дальше по коридору, метров на двести, где не было прямой видимости и куда практически не доставал свет от факелов. Выполнив нужные манипуляции, организовал Ворота в стене коридора и стал ждать Дервуда, размышляя и анализируя свои действия на Земли. В целом я остался собой доволен.
  Примерно, через десять минут в коридоре заметил отблеск света и услышал тихие шаги. Человек шел из глубины и очень старался не шуметь. Выскользнув в коридор, я двинулся ему на встречу. Дервуд вздрогнул, увидев тень шагнувшую к нему из темноты, но сразу же взял себя в руки, молча повернулся и двинулся в обратном направлении. Я последовал за ним в десяти шагах, стараясь держаться на границе света от его факела, прислушиваясь и выбирая самые темные участки коридора. Три раза сворачивая в боковые переходы, мы прошли не менее километра и я отметил, что коридор постоянно имеет едва заметный уклон. Мы спускались в глубь горы, двигаясь от факела к факелу, которые были размещены на расстоянии не менее ста метров друг от друга. Наконец впереди послышались тихие голоса. Я догнал Дервуда и прошептал ему на ухо:
  - Дервуд, меня никто не должен видеть. Прикажи страже отрыть двери и отвернуться к стене. Это возможно сделать?
  - Да.
  - Хорошо. Действуй. И помни, если я замечу, что они проявляют любопытство, мне придется убить их.
  Я остался на месте, а жрец направился дальше по коридору. Пропустив его вперед, шагов на пятьдесят, двинулся следом. Голоса впереди смолкли и через минуту один из стражников, громко крикнул.
  - Пароль.
  Дервуд тихим голосом, так что я с трудом разобрал, ему ответил.
  - Ночь и Справедливость.
  Охранников было трое и Дервуд говорил с ними не более минуты. После чего один из них зазвенел связкой ключей, открыл и со скрипом распахнул массивную дверь в стене. Затем охранники, подхватив оружие, прошли шагов пятнадцать по коридору, повернулись спиной к жрецу и выстроились в ряд. Я без промедления проскользнул в открытую дверь, а Дервуд воткнул свой факел в отверстие в стене, взял несколько штук новых в охапку, подхватил один из горящих факелов и вошел за мной следом. Отойдя к стене коридора, я пропустил его вперед и мы двинулись дальше по широкой лестнице, спиралью уходящей вниз по краю глубокого провала. Примерно через каждые сорок ступенек лестница переходила в площадку и в сторону от провала уходил широкий коридор. Мы успели спустится до первого коридора, когда я почувствовал беспокойство. Внутреннее чувство предупреждало - впереди опасность. В несколько прыжков догнав Дервуда, я придержал его за плечо и прошептал на ухо.
  - Есть ли тут еще кто-нибудь кроме узников?
  - Никого нет.
  - Далеко нам еще идти?
  - Шесть пролетов по лестнице и примерно триста шагов по коридору.
  Еще раз прислушавшись к своим ощущениям, приказал.
  - Отстань на десять шагов и ни во что не вмешивайся. - и пошел впереди готовый к любой неожиданности.
  Без приключений мы спустились по четырем пролетам лестницы. Оставался предпоследний марш, когда из бокового коридора, выставив вперед руки, на меня молча кинулся человек.
  Видимо он хотел просто, без претензий, столкнуть меня в провал. Я резко качнулся назад, уходя с линии атаки, сделал переднюю подножку и, когда человек начал падать лицом вниз, нелепо растопырив руки, от души добавил ему ускорения к земле ребром ладони сзади по почкам.
  Мой противник, потеряв сознание от острой боли, еще не успел коснуться пола, когда в коридоре раздалось басовитое рычание и на меня выскочил еще один нападающий, по комплекции ничем не уступающий горилле, но превосходящий ее ростом без малого на один метр и явно имеющий сильное желание подержать меня за горло своими клешнями.
  Бить таких здоровяков обычно одно удовольствие, в первую очередь по тому, что они, полагаясь на свою силу, ничему не учатся и ничего не умеют, но могут выдержать много сильных ударов, бросков и не валятся с ног, глотая кровавые сопли, от первого же тычка. Но мне нужно было не развлекаться, а заниматься делом. Поэтому, перехватив его правую руку и удерживая ее, я пригнувшись поднырнул по нее и оказался у него за спиной вместе с его рукой - очень похожей на рульку первоклассного борова. В результате мой противник несмотря на всю свою колоссальную силу встал передо мной раком. Слегка довернув его руку и перехватив ее одной левой, я коротким ударом правой, сломал руку в локтевом суставе и для полноты эффекта обеими руками провернул ее на сто восемьдесят градусов, разрывая сухожилия. Горилла взвизгнула и сомлела, ей было очень больно.
  Вся схватка заняла по времени не более десяти секунд. Не теряя времени, подхватил обоих за шиворот и стал спускаться по лестнице, держа в каждой руке по боевику и пересчитывая ступеньки телами своих противников.
  Повернув в нужный коридор, снова пропустил вперед Дервуда и потащил обоих беглецов следом. Мы действительно прошли примерно триста шагов и в свете факела увидели сломанную решетку одной из камер. Мой амбал, без всяких скидок, обладал чудовищной силой гидравлического домкрата. Я примерил его подвиг на себя и решил, что мне совершить такое, было бы возможно только в состоянии контролируемой истерии.
  Я затащил беглецов обратно в камеру и оглядел помещение. Ко всему прочему, оказывается, наш монстр порвал цепи, причем как свои, так и своего напарника. Уникальный экземпляр.
  Теперь нужно было как-то зафиксировать обоих боевиков для допроса. Оптимальным вариантом была бы дыба, но зачем мечтать о несбыточном - на худой конец сгодилась бы и крепкая веревка. Но кроме цепей и гнилой соломы в углу, в камере ничего не было.
  В уме я стал перебирать варианты.
  Можно сломать в нескольких местах руки моим подследственным и заплести их в решетку камеры. Вариант хорош, но, если в горилле я был уверен, он выдержит, то вторая мартышка от такого форсированного начала допроса надолго потеряет сознание от болевого шока. Поэтому это не лучшее решение проблемы.
  Вариант номер два. Повторить подвиг амбала и использовать цепи по назначению, если только у Дервуда не окажется ключей от кандалов. Я подошел к кольцам в стене, к которым были приклепаны узники. Замками здесь и не пахло. Всю работу выполнял кузнец с помощью молотка и наковаленки. Ну что ж, я глубоко вздохнул, настроился на силовой жим, по удобнее ухватился за первую цепь и... провернул на пол оборота. Кольцо цепи лопнуло. Получилось.
  Факел в руке Дервуда за моей спиной вздрогнул, а сам он со всхлипом втянул в себя воздух. Привыкай и знай наших. Вторая цепь поддалась тоже с первого раза. Теперь у меня было два обрывка цепи метра по полтора каждый. Я передал цепи Дервуду и велел ему встать в коридоре с обратной стороны решетки. Подтащил "Терминатора" к ограде, поднял и прислонил к решетке спиной. Этот монстр все еще не оставил свои коварные планы и здоровой рукой опять захотел подержать меня за горло. Пришлось успокоить его шоковым ударом по шее. Затем я, как в рукава пальто, просунул обе его руки через решетку в коридор, где их перехватил Дервуд. Вышел из камеры и связал приготовленной цепью, пропущенные через решетку руки. Первый готов.
  В ускоренном темпе проделал, ту же операцию со вторым мафиози внешне похожим на Дастина Хофмана. Оба функционера Клана повисли рядышком на решетке, причем во втором случае, я слегка не рассчитал. Ноги "Дастина" не доставали до пола и под ними уже образовалась маленькая лужица мочи.
  Я зажег второй факел и бросил взгляд на Дервуда. Тот выглядел бледно. Вздохнув, приказал.
  - Дервуд, отойди на десять шагов по коридору. Слушай, но не смотри. - Тот кивнул и на прямых ногах пошел по коридору. При этом его еще и слегка покачивало.
  Я воткнул факел в подставку и повернулся к тому, который пожиже.
  - Как тебя зовут?
  - С-с-сталорик, господин.
  - Хорошо Сталорик. Ты мне все расскажешь и мы станем друзьями.
  - Д-да, господин. - Я ему поверил - этот расскажет все и повернулся к Шварцу.
  - А как тебя зовут? - но горилла была крепким орешком.
  Амбал смотрел на меня с ненавистью и молчал. Здесь нужны были специальные методы.
  Я подождал еще несколько секунд и не дождавшись ответа, резким ударом ребра ладони сломал ему ключицу. Мой подследственный застонал. Я захватил пальцами оба конца сломанной кости и, смотря в глаза амбалу, прокорябал концы друг об друга. Первый момент бандит мычал, кусая губы, но меньше, чем через минуту его прорвало. Он закатил глаза и дико закричал.
  Я отпустил кости, сделал шаг назад и прорычал, заколачивая слова, как гвозди.
  - Как. Тебя. Зовут?
  В этот момент амбал сломался и заплакал. Я несколько секунд смотрел, как он всхлипывает, и резко в самое ухо крикнул.
  - Имя?.
  Отдернув голову, как от удара, и продолжая плакать, амбал ответил.
  - Меклор, господин.
  - Хорошо Меклор. С тобой мы тоже станем друзьями.
  Начало было положено. Теперь главное правильно задавать вопросы. Я повернулся к Сталорику, положил руку ему на плечо и ласковым голосом спросил.
  - Расскажи мне Сталорик, как и когда ты попал в Клан.
  Захлебываясь от желания услужить, с преданностью заглядывая мне в глаза, он начал свой рассказ. В общей сложности допрос боевиков Клана длился три часа. Я узнал много нового и самое главное получил координаты во времени и пространстве к другим событиям и людям. К концу разговора оба подследственных потеряли сознание, причем первый отключился амбал, но теперь, получив информацию, я вполне мог поработать в фирменном стиле и сбрить всю организацию Клана в стране под самый корешок. Она, конечно, со временем отрастет, но это будет очень не скоро.
  Выйдя из камеры, подошел к Дервуду, который стоял прислонившись к стене с закрытыми глазами. Его руки, которыми он обхватил факел и выставил перед собой, заметно дрожали.
  - Дервуд, очнись. Завтра скажешь кому нужно, чтобы записали рассказ этих двоих. Если они, что-нибудь забудут и станут увиливать от ответа, скажешь, что позовешь их "лучшего друга". Теперь о их дальнейшей судьбе - и тот и другой, должны сгнить в этом подвале. Покинуть его они могут только в виде трупов.
  - Я понял, Старший брат. - прохрипел он и несколько раз кашлянул, прочищая горло и восстанавливая голос.
  - Ну и хорошо. Пошли отсюда. Обратно двигаться будем в том же порядке и не забудь предупредить стражу, чтобы она не проявляла любопытства.
  Мы расстались с Дервудом в подземном коридоре на подходе к решетке. Он повернул обратно, а я перебежками на освещенных факелами участках коридора, двинулся к Воротам. Без происшествий дошел до входа, шагнул в Храм и закрыл проход.
  
  Так, теперь мне потребуется достать немного денег. Где это можно сделать, причем с пользой для дела, мне было известно. Следовало посетить головной офис Клана в Адерабаде. Это, и многое другое, стало понятно из допроса "Шварца" и "Дастина". Уже более ста лет верхушка Клана убийц пряталась в небольшой крепости рядом с городком Алосто. Там же, в глубоких подвалах хранилась малая казна Клана.
  В любом деле необходим системный подход и уничтожение активных членов любой организации обязательно должно сопровождаться подрывом финансового могущества структуры. Поэтому отдохнув, я "натянул" виртуальные перчатки, вошел в Систему и направился на юг.
  К сожалению, знание географии этого мира у меня хромало на обе ноги, и я дал себе зарок посвятить день или два на создание фотоатласа планеты. Хотя в моем случае, нужно было знать не дороги, а направления. И все-таки фраза - "где-то там на юге", даже с возможностями Системы, слишком приблизительна. В результате путешествуя приходилось постоянно спускаться вниз, рядом с большими селами и маленькими деревеньками, открывать Ворота и идти в ближайший трактир. Пить дрянное пиво, закусывать экологически чистыми, но иногда не свежими, продуктами и расспрашивать о дороге на Адерабад и городишко Алосто. После чего возвращаться назад и продолжать движение на юг.
   Хотя, конечно, бывали и исключения. На пол пути в маленьком городишке Крезере со мной приключилась странная история. Как обычно, я зашел на постоялый двор. В просторном зале трактира на удивление витал запах вкусной еды и обедало несколько человек, по внешнему виду купцов средней руки. Недолго думая, подсел к ним, рассчитывая получить информацию, а попросту - послушать сплетни. Те без возражений приняли нового сотрапезника, и вскоре я был в курсе всех местных дел.
   Говорили об убийстве нескольких военачальников, о нападениях неизвестных бандитов из Адерабада, о тех, кто поспешил уехать отсюда в надежде переждать смутное время вдали. О том, и это уж совсем ни в какие ворота, что появился и бродит по стране Черный. Все ждали, что скоро запылает костер войны. На лицах людей было смятение и страх. Никто не верил в мирный исход дел. Почувствовав легкое чувство голода, я встал, попрощался с новыми знакомыми и по старой привычке отошел в угол зала. Сел как всегда спиной к стене.
   Сразу же подскочил слуга и поставил на стол кувшин с чистой водой. Я заказал жареную и копченую рыбу трех сортов, салат и фрукты. Еще попросил принести малинового сока. Еду вынесли буквально через несколько минут. Проглотив набежавшую в рот слюну, не торопясь принялся за поглощение пищи, отдавая должное отменно приготовленной осетрине в масле, крупной копченой стерляди и жирному карпу в кисло-сладком соусе. Закусывая это все салатом, с неизвестными мне овощами, перемешанными с мелкими терпкими ягодами. Все блюда таяли во рту и приходилось сдерживать себя, чтобы не проглотить все это великолепие единым махом.
  На второй смене блюд послышался стук закрываемой двери. Краем глаза я отметил - в комнату вошел жрец. В длинном балахоне с капюшоном на голове. Незаметно оглядел зал и подошел к стойке. Перекинулся парой фраз с трактирщиком, постоял ко мне спиной несколько минут у стойки, повернулся и держа руки в широких рукавах плаща, направился в сторону моего угла.
  Все это время я фиксировал его периферийным зрением. Подойдя к соседнему пустому столу, жрец повернулся и, как ему казалось, незаметно вынул руку из рукава. В кулаке у него блеснул тонкий стилет, подлое оружие предназначенное для удара в спину, и быстрым прямым ударом этот стервец попытался проткнуть мне горло.
  Я почувствовал, что дело не чисто, еще когда он стоял у стойки и, откинувшись назад без напряжения ушел с линии удара, успев перехватить руку с заточкой у запястья. Дальше работал на автомате. Поднимаясь со скамьи, одновременно с этим движением начал выкручивать ему руку за спину. К тому моменту, когда встал из-за стола, рука жреца с ножом оказалась у него за спиной, а сам жрец согнулся в поясе и зашипел от боли. Продолжая выкручивать руку, сделал два шага в сторону и подтащил, семенящего короткими шашками, жреца к свободному столу. Вынул из его ослабевшей ладони нож похожий на остро заточенный тонкий гвоздь. Перехватил его ладонь своей левой и резким ударом правой сломал кость в локтевом суставе. Вытянул сломанную руку и положил ладонью на стол. От души размахнулся и пришпилил кисть жреца к столу его же ножом, с расчетом пробить ударом ладонь и доски стола насквозь. Киллер-неудачник тонко взвизгнул и заскулил. Я сорвал с его головы капюшон вместе с париком. Бритая голова и, если он настоящий жрец, то я буду римский папа.
  Повернулся к трактирщику и слуге, наблюдающими за представлением открыв рот, и пояснил.
  - Убийца. Из Клана.
  Группа купцов за столом у двери, пропустившая за разговором и едой весь спектакль, дружно оглянулась и через секунду, опрокидывая табуретки, ломанулась из зала.
  Я вернулся за стол, уселся на свое место и, с интересом наблюдая за потугами бедняги освободиться, не торопясь, но без прежнего удовольствия, доел стерлядь с овощами, запивая ее малиновым соком. По мере того, как я невозмутимо доедал свой обед, глаза убийцы по нарастающей захлестывали ужас и боль. Наконец, он перешел свою грань и на короткое время сомлел.
  А у меня в голове, сменяя друг друга, мелькали варианты и сценарии. Что это? Ошибка, случайность, самодеятельность или началась охота. В ряд ли самодеятельность, скорее ошибка, но на кого тогда я так похож. Неужели на Черного. Вроде бы особенно нигде не светился. И вот на тебе. Много вопросов, а поговорить с убийцей тет-а-тет не удастся. Не место и не время. Одно можно сказать наверняка - адепты Клана действительно ведут себя, как осы развороченного гнезда. Жалят всех без разбора при первом же подозрении, видимо рассчитывая, что количество перейдет в качество, и в широкий бредень их усилий попадут не только безобидные мальки, но и зубастая щука. А по сему - затягивать дело с полным разгромом Клана опасно.
  Бандит очнулся, встал на колени и, повесив голову, временами дергался, шипел от боли и тихо всхлипывал. Я поднялся из-за стола и, проходя мимо киллера у него за спиной, воткнул кинжал ему под лопатку. Удар был очень быстрый, скрытый и несильный, но сердце убийцы достал с гарантией. Киллер, что-то квакнул и половой тряпкой на гвоздике, повис на пришпиленной руке. Я незаметно вернул кинжал в ножны, проходя мимо стойки, бросил золотой, застывшему в позе истукана трактирщику, и вышел на улицу.
  
  В результате, до Алосто, и это с моими то возможностями, добирался часа четыре. Непростительная роскошь. Но всему рано или поздно приходит конец.
  Городок Алосто выглядел, как на картинке поздравительной открытки - аккуратные белые домики с красными черепичными крышами, маленькие садики во внутренних дворах домов. На первый взгляд чистенький и уютный городок. Повиснув над не высокой крепостной стеной, огляделся и двинулся вдоль гребня по часовой стрелке. С высоты порядка пятисот метров все окрестности были, как на ладони. Над восточным участком стены заметил на горизонте башни и стены крепости. Это было то, что я искал.
  Подлетев ближе, увидел во всей красе мощный средневековый замок на холме с двумя рядами стен и глубоким рвом. Крепость была в осаде. Под ее стенами стояла большая армия и с одной стороны, довольно протяженный участок рва был уже почти засыпан нападающими. Видимо, шах Адерабада в свое время все правильно понял и принял мои ценные указания, как руководство к действию. Похвально, похвально. Судя по количеству войск, их не показному рвению, не позже чем через неделю твердыня должна была пасть.
  Рассматривая вооружение воинов шаха, я обратил внимание на команду лучников. Точнее на оружие, которым они пользовались. Луки стрелков имели отогнутые плечи с роговыми окончаниями для зацепа тетивы. Эти изогнутые вперед концы лука, создавали дополнительный рычаг, повышая начальную скорость стрелы. Видимо поэтому размер луков у стрелков не превышал метра. На мой взгляд некоторые экземпляры выглядели настоящим произведением искусства - сложносоставные с роговыми пластинами, открытые.
  Мне давно уже было пора менять старый лук с натяжением тетивы в семьдесят килограммов на более мощный, увеличив силу натяжения нового минимум в два раза. Поэтому решил позже посетить местных оружейников и попробовать заказать нужное мне оружие, благо технологически, видимо, они были готовы сделать необходимый шедевр. И чтобы не откладывать дело в долгий ящик, в ускоренном темпе отмаркировал один лук, нырнул в прошлое и отыскал мастера оружейника. Как оказалось он обитал совсем рядом с крепостью в Алосто. На скорости осмотрелся в его мастерской, полюбовался на образцы продукции, оценил высокий уровень технологических успехов и вернулся назад к крепости. С интересом понаблюдал еще минут пять за осадой - батальные сцены всегда имеют некую притягательную силу, и двинулся к центру замка.
  Переместился на крышу центральной башни крепости и стал, опускаясь по спирали, просматривать все комнаты подряд, начиная с чердака. Осмотрев башню и добравшись до подвала, понял, что поиски могут продолжаться бесконечно. Искать таким способом тайник, тоже что иголку в стоге сена. Нужно брать "языка" и задавать прямые вопросы от ответа на которые он не сможет отказаться. Для этого требовалась определенная подготовка.
  Организовав небольшие Ворота, я срезал в коридоре башни кусок веревки, на которой висела портьера. Смотал бухточкой и перетащил к себе.
  Просмотрев шесть комнат башни в седьмой, наконец, наткнулся на подходящий экземпляр "языка". За столом в комнате на четвертом этаже сидел и читал чье-то донесение, пожилой, по внешнему виду и поведению облеченный властью, функционер. Осмотрев помещение, комнаты рядом и коридор, натянул на лицо черную спецназовскую шапочку, сделал Ворота, напротив затылка моего "языка", и коротким тычком приложил его в основание черепа. После этого расширил Ворота и шагнул в комнату. Связал обмякшее тело и задвинул щеколду на двери в комнату. Перетащил тело в кресло, закрепил его в нем подготовленным шнурком, развернул кресло спинкой к Воротам и похлопал пленника по щекам.
  Мой "язык" начал приходить в себя. Посмотрел на меня мутными глазами, пока ничего не понимая. С трудом сфокусировал глаза, пригляделся и... увидев не контролируемый ужас затопивший его глаза, я успел перехватить его горло, прежде чем он заорал благим матом. Перекрыв ему кислород на пару минут, я дождавшись пока его глаза опять не потускнеют, отпустил горло. Сделав прерывистый вдох, убийца закашлялся и прохрипел.
  - Что тебе надо, Черный.
  Однако, догадливый оказался. Сразу узнал, с кем придется иметь дело.
  - В каком месте здесь у вас лежат деньги? - В его глазах только на миг мелькнуло удивление.
  - Вторая башня, второй стены с права от входа, в подвале.
  Я кивнул, отрезал кусок скатерти, ударил поддых и, когда он раскрыл рот для вдоха, запихнул ему скатерку в рот. Прихватил за подбородок, посмотрел в глаза и со значением сказал.
  - Я скоро вернусь. Если ты сказал правду, то умрешь без боли, если попробовал обмануть, то я тебе не завидую. - В его лице ничего не изменилось. Скорее всего он говорил правду.
  Сделал несколько шагов за спинку кресла, вошел в Ворота и устроился на своем троне. Переместился к крепостной стене, нашел вторую башню и опустился в подвал. Здесь было темно, поэтому приходилось временами открывать Ворота, светить фонариком и осматриваться. Функционер не обманул. Возможно он понадеялся на охрану и толщину дверей, а скорее всего Главному Помощнику Господа, то есть мне, не принято говорить ложь.
  Малая казна Клана размещалась в повале с невысоким сводчатым потолком. Здесь лежало сорок пять кожаных мешков с золотыми. В каждом примерно по тысяче монет. Рядом с золотом были сложены мешки с серебряными монетами и слитками, не менее сотни. В углу стояли два ящика с драгоценными камнями, еще мешки с чем-то мягким и сыпучим, кажется с дурью, рядом кучей дорогое оружие и посуда.
  Я открыл оба ящика с камнями, подсвечивая себе фонариком, поковырялся пальцем в изобилии алмазов и изумрудов, отобрал пару наиболее крупных, каждый примерно с грецкий орех, и спрятал в карман. Затем поднатужился и перенес к себе в Храм десять мешков с золотыми монетами и один с серебряными на мелкие расходы.
  Подумал и для диверсификации финансовых активов или для возможности делать неординарные подарки любимым женщинам и устранения в дальнейшем проблем в финансировании личных проектов, освободил один мешок с серебряными монетами, высыпав их на пол. Затем наполнил его под завязку драгоценными камнями, выбирая по крупнее и по возможности отсеивая мелочевку. Поколебавшись мгновение, добавил еще пару мешков с золотыми. Скорее всего воины шаха, захватив крепость, найдут и разграбят казну, но чем черт не шутит. Вдруг не найдут. Тогда сюда можно будет наведаться еще не раз.
  Закрыв Ворота в подвале и разместив часть сокровищницы Клана у себя в нижней прихожей, вернулся в центральную башню к пленнику. Естественно, он не сидел безучастно и ухитрился вместе с креслом перекатиться к стене и в данный момент мычал заткнутым ртом и колотил одной ногой в стену. Его услышали и в ответ на призыв, группа из трех человек пыталась сломать дверь. Я подавил в себе желание устроить из этих троих салат с винегретом и переместился из коридора в комнату.
  Открыл Ворота и шагнул из Храма. Нагнулся над функционером Клана и от души врезал ему по голове, проломив височную кость. Поставил кресло с трупом на ножки, перерезал веревки, собрал обрезки и выдернул кляп. Подтащил труп к открытому створчатому окну и вытолкнул наружу, стараясь не показываться самому. Любая экспертиза покажет, что причина смерти - падение с четвертого этажа. Ну сошел человек с ума, заперся у себя от страха, а потом и брякнул вниз на мостовую - бывает. Дело житейское.
  В общем все, как обещал, он умер без страданий. Остальным, скорее всего, тоже осталось жить не долго. Солдаты шаха вряд ли оставят кого-нибудь в живых. В этом мире служащих Клана не любит никто.
  Вернулся назад и вышел из Системы. А дальше пришлось попотеть, перетаскивая мешки с золотом вверх по лестнице в прихожую перед второй дверью. Затащив все мешки, пару минут отдохнул. Отсыпал килограмма полтора золотых монет в карманы и спустился вниз.
  
  Правильно устроенная жизнь всегда состоит из рутины, которая в основном тягостна и безрадостна, и всяческих удовольствий, которые должны разбавлять суету в должной пропорции. Поэтому я вошел в Систему и направился в Алосто, решив не откладывать на завтра разговор с мастером-оружейником. Сделал круг над городком и снизился над аккуратным двухэтажным домиком с маленьким тенистым садом во дворе. Здесь жил Мастер - он должен был создать для меня шедевр стрелкового вооружения. Переместившись в пристройку к дому, которая оказалась складом заготовок и готовой продукции, открыл Ворота и шагнул из храма в полуденный зной городка, полной грудью вдохнув пряный воздух, витающих в помещении запахов клея, можжевельника и смолы строганных досок.
  У дальней стены были сложены можжевеловые заготовки плеч. Попробовав на изгиб несколько штук, остался не доволен. Слабоваты. Сняв со стенки один из готовых экземпляров лука, по форме почти точный аналог того, что видел у солдат под стенами крепости, я, прихватив его с собой, выскользнул из склада. Быстрым шагом пересек дворик и открыл дверь дома.
  Жилые комнаты располагались на втором этаже, а весь нижний этаж занимала мастерская. Сейчас здесь находился мастер и два его подмастерья. Все троя повернулись на звук открываемой двери и, увидев меня, раскрыли рот.
  Первым вышел из ступора Мастер - пожилой горбун со шрамом, пересекающим лицо от виска до подбородка. Отложив в сторону маленькую фасонную стамеску, он спросил.
  - Кто ты господин? - Я шагнул в дом, прикрыл за собой дверь и сказал.
  - Хочу заказать тебе лук, Мастер. - Горбун оглядел меня с ног до головы и с некоторой неуверенностью в голосе произнес.
  - Мои луки стоят дорого, господин. - Я запустил руку в карман, зацепил пригоршню золотых - сколько поместилось в руке, подошел к его рабочему месту, высыпал монеты горкой и сказал.
  - Если сделаешь так, как мне нужно, получишь столько золота сколько запросишь. - у Мастера заблестели глаза и после некоторого колебания, но и не без апломба, он сообщил.
  - Я личный оружейник шаха Адерабада и все, что я делаю принадлежит ему. Я не смогу выполнить твой заказ господин. - Я посмотрел ему в глаза, усмехнулся и сказал.
  - Шах Адерабада мой э-э... лучший друг. Он не будет тебе чинить препятствия. - я достал из внутреннего кармана куртки перстень с алмазом, который в свое время снял с отрубленного мизинца шаха, положил на стол и продолжил. - Если у шаха будут вопросы покажи ему этот перстень, но лучше, если все останется между нами. - И со значением в голосе добавил. - Я не люблю праздные разговоры о себе, а делать работу тебе так или иначе придется.
  Оружейник взял перстень, повертел перед глазами, глубоко вздохнул и обратил внимание на лук в моих руках. Я положил его произведение перед ним на стол и сказал.
  - Нужно сделать примерно тоже самое, но усилить внешнюю плоскость сухожилиями, - и провел пальцем по плечам лука. - Здесь , здесь и здесь должны быть роговые накладки или костяные вставки, ты должен посмотреть, что лучше, - и ткнул пальцем в нужных местах. - Размер лука можно оставить тот же. И самое главное - натяжение должно быть в два раза больше, чем у этого. - Я взял образец лука за его концы и без видимого напряжения свел их вместе, чем вызвал непроизвольный возглас - Ох! - у одного из подмастерий. - Растягивать лук я буду вот так, - и показал, как прицеливаюсь из пока что несуществующего лука. Мастер с пониманием кивнул и я продолжил, - К луку нужно сделать две пары рукавичек, - и положил свою левую ладонь на стол перед глазами мастера, - два колчана со стрелами - один открытый на шесть ладоней стрел, второй закрытый на две ладони, а также полуоткрытое налучье в половину длины и кожаный чехол. Оба колчана нужно наполнить стрелами - бронебойными большой колчан, обычными охотничьими - маленький. Если лук мне понравится, потом сделаешь еще один, но чуть мощнее и с таким же запасом к нему.
   Мастер посмотрел мне в глаза и сказал.
  - Я понял господин. Чтобы выполнить твой первый заказ мне нужен месяц. - я кивнул соглашаясь, в два захода выгреб из кармана остатки золота, добавил их к кучке монет на столе, и сказал.
  - Готовый лук и все, что положено к нему повесишь на стену, там где висел этот, - я ткнул пальцем в образец, повернулся и направился к выходу. Один из подмастерий вскочил, рассчитывая проводить меня, но я поднял вверх руку, останавливая его, и приказал.
  - Не надо. - паренек бросил взгляд на Мастера и снова сел на табуретку, а я с угрозой в голосе добавил, - Не разочаруй меня Мастер! - вышел из дома, закрыл за собой дверь, проскользнул в пристройку и вернулся на базу.
  Сидя в кресле, пришел выводу, что хорошенького по немножку. Поэтому поднялся наверх, подхватив один мешок с золотыми, открыл дверь и вышел из Храма. К этому моменту Дервуд уже успел вернуться из храма богов Света и Тьмы.
  Я перетащил мешок в столовую и поставил в угол. Зашедшему следом Дервуду, указал на его кресло и сам сел напротив. Кивнув головой в сторону мешка, сказал.
  - В этом мешке деньги... на начальные расходы. Для сведения - войска шаха Адерабада осадили главное гнездо Клана в Алосто. Еще день два, максимум неделя и крепость Клана возьмут приступом. В результате верхушка Клана должна быть уничтожена. Шах Адерабада настроен очень решительно. От Клана останутся только местные отделения в Кенто и Синегорье. Ими я займусь позже, если они не разбегутся сами.
  Дервуд слушал внимательно, временами кивая. С минуту помолчав, я достал из кармана алмаз с изумрудом, положил оба камня на стол и продолжил.
  - Нужно заказать хорошему ювелиру два женских колье. В качестве центральных в них нужно использовать эти два камня. Колье должны быть роскошными. Изумруд в серебре, алмаз в золоте. Ты знаешь, что такое колье.
  - Нет, Панкрат.
  - Пускай младший брат принесет пергамент и стилос. Я нарисую. - Разложив перед собой лист бумаги, как мог, изобразил внешний вид украшений, показал Дервуду и пояснил.
  - Это украшение надевают на шею женщинам.
  - Я понял Панкрат.
  - В целом, сегодня Брат мы провели время плодотворно. Не знаю, как бог Света, но бог Тьмы будет доволен. А сейчас пора отдохнуть.
  
  Проснувшись мне нестерпимо захотелось сделать марш-бросок по диким местам, расслабиться и просто отдохнуть в пути, совмещая приятное с полезным. Стояла вторая половина лета и с погодой было все в порядке. Ночи были на удивление сухие и теплые. Не долго думая, я решил отправиться в турпоход налегке и выбрал уже знакомые места под Ларго, наметив поход через лес с маршрутом в виде большой петли.
  Организовав Ворота рядом с большой деревней, вышел на начало пути, приобрел приличного коня и углубился в лес.
  В лесу, летом, трудно умереть от голода, имея нормальную голову на плечах и руки, которые растут не из задницы. Даже если у тебя нет оружия, лес прокормит. Русские люди тысячи лет жили в лесу и на генетическом уровне, и на уровне безусловных рефлексов, у нас существует связь с флорой и фауной средней полосы. Главное полюбить лес и слиться с ним.
  Через короткое время я осознал, что не являюсь для леса чужим и, в тоже время, почему-то не был полностью встроен в пищевую цепочку. Может быть это было подарком Ворот, но комары, мошка и прочая кровососущая гадость, воспринимали меня, как не одушевленный предмет. Создавалось впечатление, что летающих, грызущих и кровососущих, вообще не было в лесу. Хотя, конечно, это был самообман.
  Плохое замечаешь только тогда, когда это коснется тебя непосредственно. Если бы на Земле комары не охотились специально за теплокровными и человеком, то заметить в лесу эту мелочь, как и множество прочих безобидных мошек, жучков и паучков, было бы мудрено.
  А лес, по которому я шел, поражал изобилием зверя, птицы, рыбы, грибов и ягод. В первую ночь на подстилке из лапника, с головой на седле, не смотря ни на что, спалось пронзительно светло и радостно. Подъем утром не потребовал никаких усилий, а жизненная энергия бурлила и требовала выхода. Временами пройти нормальным шагом было просто трудно, приходилось сдерживать себя, так как постоянно хотелось перейти на бег или ходьбу в припрыжку. От избытка энергии до момента появления легкого чувства усталости приходилось делать много лишних движений. Казалось, вставь в задницу перо, так и полетишь.
  Когда подошел к концу небогатый запас еды, начал охотиться на дичь и мелкую живность, проявляя, как могло показаться со стороны, непростительную разборчивость, но благо было из чего выбирать. Так, я не обращал внимание на рябчиков, этих забавных глупышей, которых можно было при желании сбивать палкой или ловить голыми руками. Мяса в каждом было с детский кулачок.
  В основном, по пути стрелял тетеревов и молодых глухарей, но охотиться начинал во второй половине дня, так как довольно быстро выявил эмпирическую закономерность. Два часа дороги - один тетерев, три часа пути - с гарантией один глухарь или глухарка. Хорошая, вкусная и калорийная пища. И всего лишь, в день нужно добыть два - три тетерева и одного молодого глухаря.
  Настоящими кладовыми были, встречающиеся по пути, лесные поляны. Одна из таких полян поразила разнотравьем и двумя армиями - красной и темно-коричневой. Почти поровну, не смешиваясь, поляна была захвачена двумя семьями. С одной стороны стояли крепкие ребята подосиновики, с другой выстроились плотной шеренгой пузатые мужички-боровички. Очень к стати, тут же, увидел белые соцветия и широкие листы черемши, а буквально в нескольких шагах от них из травы торчали острые листья и плотные коробочки семян дикого чеснока. До ночевки оставалось еще несколько часов, но я не поленился собрать в сумку отборных белых грибов и несколько пучков медвежьего лука с диким чесноком.
  В центре поляны росли густые кусты смородины. Вкус ягод смородины ни черной, ни красной я никогда не любил. У каждого есть свои предпочтения и во многом они видимо определяются генетической особенностью организма. Что-то человек усваивает эффективно и с пользой, ну а некоторые вещи являются, в большей или в меньшей степени, для него ядом. Однако, ароматные листья были настоящей находкой. Хорошо запечь дичь без них на костре, проблема.
  Готовил лесную птицу ближе к вечеру. Обычно ощипывал, потрошил и варил двух тетерок в котелке, порубив их на куски, обязательно заправляя варево отборными белыми грибами, диким луком и чесноком с щепоткой соли. Добавляя для вкуса немного можжевеловых ягод и брусники. Съедал этот кондер на ночь, вычерпывая деревянной ложкой котелок до дна.
  Иногда, обсасывая мягкие косточки птичек с кусочками мяса, отстранено мелькали мысли о молодой картошке, душистом горошке, лавровом листике или пучке укропа, о полной сковородке белых грибов на сливочном масле. В роде бы и не отказался, но было чувство, что какое-то это все чужое, далекое, не настоящее и, если нет, то и не надо.
  Жизнь и без этого прекрасна и удивительна. В прочем, отсутствие пряностей и приправ в моем снаряжении, нужно признать недоработкой в походной экипировке. Весу и объема в них мало, а польза для поднятия тонуса организма - велика. Эту оплошность следует по возможности исправить в дальнейшем.
  Закончив с птицей и сполоснув котелок, заваривал свой фирменный сбор: любисток, душицу, ежевику, зверобой, землянику и золототысячник. Добавляя в различных вариациях, костянику, малину, чернику
  Остальную дичь ощипывал, потрошил, обкладывал смородинными листами, обмазывал глиной и раскладывал на углях или закапывал под костер. Перед этим обязательно фаршируя, чем бог послал: белыми грибами, брусникой, барбарисом, тмином, чабрецом, крапивой, корневищем лопуха, как заменителем картофеля или корнем аира, вместо лаврового листика. Доставал по готовности, но съедал в холодном виде на следующий день, во время короткого отдыха на обед.
  Пару раз натыкался на лесные озера. Здесь можно было разжиться утками и линючими гусями, но под рукой не было спаниеля, а лезть в камыши и месить грязь прибрежного ила, желание полностью отсутствовало. Хорошее питание способствует разборчивости и лежанию на печи.
  Не вдохновляла также возможность наловить десяток другой красноперок пожирнее, плотвы или вытащить крупную щуку. Тем более, что и суровой необходимости в этом не было никакой. Все заготовки можно сделать в дороге.
  Также как и волка, охотника, в первую очередь, ноги кормят. При постоянном перемещении по лесу и, тем самым, пересечении территорий проживания все нового и нового лесного народа, вероятность встретить съедобную добычу растет по экспоненте.
  Один раз до обеда и один раз во второй половине дня, в пути обязательно попадались зайцы, причем исключительно русаки, но подстрелил косого только один раз, в самом начале. Не слезая с коня, подхватил его рыжевато-серую с черноватой рябью тушку и вечером того же дня пожарил на костре - не понравилось. Мяса вроде бы много, не менее пяти килограммов, но, то ли попался перестарок, то ли не нагулял еще жирок, жаркое не понравилось - жестковато. В дальнейшем не обращал на зайцев внимания.
  С завидной регулярностью в течение дня попадались кабаны или олени, но отвлекаться, - заниматься заготовкой мяса или выбрасывать гору пищи, которую не в силах употребить с пользой, и тем самым кормить от пуза личинок мух и падальщиков, не было ни времени, ни желания, да и не по-хозяйски это.
  Если ближе к обеду по дороге встречался малинник, обязательно останавливался на полчаса, и съедал килограмм другой спелой малины.
  В одну из таких остановок, в кустах малины, нос к носу столкнулся со старым медведем. Это был настоящий монстр с широкой и короткой мордой, мощными плечами, про которые без всяких натяжек можно было сказать косая сажень, с темно-бурым почти черным мехом шкуры. Стоя на четырех лапах, его макушка была на одном уровне с моей, хотя я стоял на двух ногах и никто, никогда не считал меня недомерком. Несколько секунд мы смотрели в глаза друг другу, два крутых и матерых хищника. В его глазах я не видел злобы, только сдержанный интерес, а я был расслаблен и внутренне улыбался довольный жизнью. Я ему кивнул, он мне фыркнул в ответ. Я первый отвел глаза и мы, не спеша разошлись, продолжая очищать кусты от спелой ягоды, каждый со своей стороны малинника.
  
  В какой-то момент, отдыхая прислонясь спиной к вековой сосне и вдыхая аромат прелой хвои, закрыл глаза и на меня накатило. Мир раздвинулся скачком и это было, как болезненный удар. Я видел. Я видел все - и поляну перед собой и то, что за спиной и в кустах. Но длилось это лишь миг. Ноги стали ватными и я присел на корточки.
   Но в памяти занозой осталось видение яркого пятна. Рядом. На другой стороне не глубокого оврага, за кустами. Привязал коня и, несколько раз глубоко вздохнув, стал спускаться в овраг. Бегом преодолел пологий склон и проломился через кусты. Остановился на краю странной поляны с неестественно короткой травой, словно покрытие на футбольном поле. Яркое пятно должно было быть на другой стороне поляны, прямо напротив. Нужно только пройти несколько десятков шагов по траве очень похожей на искусственный газон. Я прислушался к внутреннему голосу. Голос молчал. Вынул меч, приготовился ко всему и сделал первый шаг...
   Блин... К моим ногам, вращаясь как волчок, и веером разбрызгивая кровь, катилась отрубленная голова. В двух шагах от меня заваливалось на спину тело, где несколькими секундами назад, эта голова находилась. Тело еще продолжало сжимать окровавленный меч, а напротив стоял воин с секирой, который только что смахнул ему голову с плеч.
   На поляне шел бой. Воин с секирой увидел меня и сделал шаг в мою сторону, поднимая секиру для удара. На втором шаге у него из груди выскочил наконечник копья. Удар был бесчестный, в спину, но мастерский, страшной силы, если смог пробить кольчугу на спине и на груди. В ноздри мне ударил запах крови.
  Всего на поляне участвовали в схватке около сорока бойцов. Примерно столько же было убито или умирало на земле. Я остро почувствовал, что у меня очень мало времени, и двинулся вперед, на прямую через центр побоища.
   Копейщик смотрел на меня с ненавистью и очень старался, но никак не мог выдернуть копье из спины убитого им воина. Когда я оказался в шаге от него, он потянул из ножен длинный кинжал. Коротким боковым ударом без замаха я отрубил ему кисть руки вместе с ножом и сделал кувырок через голову, проскочив за спинами двух сражающихся пар. Продолжая движение вскочил, уклонился от удара копьем и... получил скользящий удар мечом. Кольчуга выдержала.
  Не отвлекаясь на то, что за спиной, присел, пропуская над собой лезвие секиры, и сделал еще один кувырок через голову. Вскочив, оказался в центре поляны, в самой гуще боя.
   Мыслей в голове не было никаких. Отбив два удара мечом, попытался уже отработанным приемом проскочить за спинами еще двух пар и... поймал сильный удар мечом в бок. Кольчуга опять спасла, а я озверел. Разрубил мечом кольчужный воротник воина перед собой и, не давая ему упасть, ударил ногой в спину. Воин пролетел головой вперед несколько шагов, сбив по пути двоих.
  Я прыгнул вслед за ним. Перескочил через упавших бойцов и с трудом отвел удар палицы. Следующим ударом отрубил руку с палицей и... схлопотав страшный удар между лопаток, кажется кистенем, споткнулся об чей-то труп. Рыбкой пролетев метра четыре, сгруппировался в воздухе и перекатом вломился в кусты на противоположной стороне поляны. Туда, куда и было нужно...
  
  ...Я опять стоял в том же месте прислонясь спиной к сосне. Ощутимо болела спина и правый бок. В голове прояснилось и появилась первая мысль - однако, не просочиться бы в канализацию... Крякнув от боли, отлепился от сосны и пошел к своему коню, с непонятно откуда появившемся чувством хорошо выполненного дела.
  На четвертый день вышел к реке. С бровки крутого обрыва, на плесе подстрелил двух молодых крохалей. Вечером с наслаждением съел обоих, хотя в нормальных условиях, вполне хватило бы и одного. Но утки были удивительно вкусными и жирными, а бульон наваристым и духовитым. Объеденье. Как потом оказалось, речка была семужной, и вполне возможно, что крохали отъедались на красной икре.
  Пол дня шел по течению перекатами и плесами, благо река текла в нужном направлении и редко когда глубина превышала полтора метра. Ближе к вечеру подстрелил линючего гуся и вдруг нестерпимо захотелось настоящей ушицы. Поэтому остановился на ночлег раньше обычного, у глубокой заводи, которую создала, упав и частично перегородив течение реки, двух охватная сосна.
  В сыром месте накопал два десятка крупных земляных червей. Достал из потайного кармашка куртки шелковую нитку и крючок. Собрал все снасти в удочку и пробрался по поваленной сосне и толстому сучку, почти на середину реки, к самому глубокому месту заводи.
   Это было избиение младенцев... Стоило опустить снасть, с надетым на крючок пучком земляных червей, метра на два с половиной в глубину, как на крючке повисло, что-то живое, бойкое и тяжелое. Я начал вытягивать улов, не очень заботясь о том, чтобы рыба не сорвалась с крючка, догадываясь, что в низу уже выстроилась очередь из голодных парней, желающих познакомиться со мной и моим котелком. Главное было не запутать леску и я осторожно складывал петли рядом на сучок.
  Как оказалось, на крючке сидел темный, полосатый окунь-горбач, лапоть килограмма на полтора, с толстеньким розовым брюшком, как у молочного поросенка. Прихватив его за жабры и сняв с крючка, я баскетбольным крюком, переправил его на берег в густую траву, подальше от воды. Опять насадил пучок червей и, опуская леску, на той же глубине подсек еще одного окунька, килограмма на два. Похоже, что в стайку подобрались только гренадеры одного и того же веса и роста. Все повторилось стандартно, еще пять раз. А на хорошую двойную уху больше и не надо.
  Я смотал снасть, спрятал в карман и по сосне вернулся на берег. Собрал и быстро очистил окуней. Выпотрошил их, собирая в отдельные кучки на лопухи нутряной жирок, перья и головы, филе и прочие части. Между делом, облепленного смородинными листьями и обмазанного глиной гуся закопал под костровище и развел костер. Сложил перья, головы и прочее вторичное сырье окуней в котелок и повесил над костром. Проварил как надо, снял котелок и аккуратно выкинул из отвара все кости и мало съедобные части. Добавил немного воды, сложил в котелок лучшие куски филе и нутряной жирок. В кипящую, почти готовую уху добавил немного дикого лука. По готовности снял с костра котелок, зачерпнул деревянной ложкой, подул, пригубил и пошлепал губами. Губы клеились друг к другу. Откат нормальный. Вкус ухи изумительный.
  ...И в один присест вычерпал весь котелок.
  Отвалился, как насосавшийся клещ, от пустой посудины, лишь зачерпнув последнюю ложку со дна, и прислонился к поваленной сосне. В животе приятная тяжесть, глаза слипаются и чувствуется легкая усталость.
  Рядом хрупает сочной травой стреноженный конь. Еле слышно журчит река, просачиваясь через сучья упавшей сосны. Изредка в заводи плеснет малек. На востоке появляются первые, самые яркие звезды. Потрескивают сучья в костре и с щелчком к ногам вылетает маленький красный уголек. Теплая и ласковая, летняя ночь. Лепота.
   Наукой точно установлено, что все удивительные явления и новые свойства организма, появляются не тогда, когда человек тужится, пыжится и надувает щеки, а в момент полного расслабления и слияния его с окружающей природой. Стоит стать маленькой незаметной частью великого целого и черпай из бездны все, что хочешь.
  Так и у меня, чувства обострились до такой степени, что я начал ощущать мелких зверей в радиусе сотен метров и более крупных за километры. Очень смутно и далеко, почувствовал присутствие людей. Видимо это была ближайшая деревня.
   Смеха ради решил прицепиться к ушастому филину, который в этот момент пролетал на рекой. И у меня получилось! Я увидел мир глазами птицы. Странное и нереальное состояние. Бесшумный полет, на периферии зрения я сам облокотился о сосну рядом с прогорающим костром и мысли-ощущения филина - новый странный объект в лесу, но объект не интересный, потому что не съедобный. Нужно успеть на ближайшую поляну до темноты, там хорошо, там много мышей.
  В реке с громким шлепком плеснула рыба. Я отвлекся, и меня выкинуло из сознания птицы. В голове, как сахар в кипятке, таяло ощущение полета. Мелькнула мысль, а не становлюсь ли я шизофреником. Но уже наползала ватная пелена сна. Если будет нужно - завтра разберусь.
  Но утром вчерашнее забылось и весь следующий день опять шел по течению реки, которая едва заметно стала менять направление, но пока это не значительно удлиняло путь. Скорость с которой я шел по руслу, заметно превышала движение по лесу, где тропы зверей, опушки и перелески редко совпадали с нужным направлением, а ломиться через бурелом, выходило себе дороже.
  Ближе к вечеру глубина реки заметно возросла из-за того, что с лева и с права в нее, почти одновременно, влились две речушки помельче.
  Остановился на ночлег у глубокого плеса. Отнюдь не из спортивного интереса решил продолжить рыбалку. Уже привычно накопал несколько десятков крупных червей. Из своей рыбацкой снасти сделал донку, насадил на крючок пучок выползков и закинул на самую глубину. Долго ждать не пришлось. Леска натянулась и я начал тянуть, что-то не очень большое, килограмма на три. Нужно сказать, что чувство, когда вытягиваешь рыбу просто из спортивного интереса и ощущение рывков на другом конце лески, когда тянешь добычу, которую ты должен съесть и тем самым продлить свое существование в этом мире, кардинально отличаются друг от друга. Первым не хватает остроты и яркости переживаний. Но лес и река избаловали меня своей щедростью. Поэтому пока вытягивал думал о том, что если я поймал и вытягиваю крупного леща или небольшого сома, то буду разочарован и счастье мое будет не полным. Может быть кому-то и эта рыба покажется великой наградой, но нам, профессионалам и эстетам по натуре, требуется самое лучшее и мы умеем это лучшее получить. По мне, так мясо леща слишком костляво, а у сома мясо отдает тиной. Одним словом - продукция второго сорта.
  Но меня ждал праздник души и тела. На крючке сидела крупная стерлядь. В какой-то момент, я даже подумал, что вытягиваю мелкого осетра. Река опять не обманула и наградила по полной программе. В течение десяти минут я вытащил еще двух стерлядок. Каждая весом килограмма три - четыре. Для хорошего малосола, на одного, больше и не надо.
  Две стерлядки из трех оказались икряными. Икры, конечно, мало, да и мелковата, но съел я ее в охотку. Видимо сказывались атавизмы прошлой жизни, где черная икра это очень дорогой продукт. А уж стерляжьей икры я в продаже вообще не встречал.
  Малосол из стерляди получился первый сорт и засыпал я сыто улыбаясь, временами причмокивая губами, вспоминая аромат и вкус стерляжьей ухи. Утром, черпая ложкой прозрачный слегка желеобразный рыбный бульон и разминая зубами мягкие хрящики, я, не смотря на пасмурную погоду, воспринимал мир только в ярких красках.
  Ближе к полудню река повернула под прямым углом в сторону от моего пути. Нужно было снова возвращаться в лес и передвигаться по звериным тропам, полянам и опушкам. Перед тем, как оставить реку, решил в последний раз порыбачить. Для этого срубил легкое прямое древко и приспособил к нему в качестве наконечника метательный нож. Получилась не плохая острога. Вышел на перекат, и через пять минут, на быстрине, пришпилил пятикилограммовую семгу. Вырезал кусочек у нее со спинки, посолил и с удовольствием съел. Во второй заход на перекате наколол на острогу ее трехкилограммового муженька. Спрятал рыбу в мешок и плотно закусил гусятиной.
  В течение маленького привала отдохнул, подправил оселком заточку оружия, затем оседлал коня и... еще долго стоял на берегу Ласковой реки. Смотрел на широкий плес, проплывающие хлопья белой пены после переката, на осторожные всплески, от хватающего мошек хариуса, и решил для себя обязательно вернуться сюда как-нибудь на несколько дней. Есть места на белом свете, где отдыхаешь душой и телом. Это место из их числа. Вздохнул, вскочил в седло и направил коня в глубь леса по звериной тропе.
   Вечером устроил себе еще один, последний, рыбный день, в несколько заходов полностью доев всю семгу. Прихлебывая наваристую семужную уху и временами цепляя из миски ложкой красную икру, думал, что все таки лучше всего, слегка подсоленная семга. На второй или третий день засолки она готова к употреблению, тает во рту и ее можно намазывать на хлеб, как масло. Царский продукт.
  Существует мнение, что когда какого-то продукта мало, и он достается с большим трудом, то стоимость его возрастает до небес. Например, если бы в старой жизни на Земле селедка ловилась не стаей, а поштучно, то она была бы дороже осетра. Ерунда, малосольная семга в любых количествах не потеряет свою высокую цену.
  На восьмой день шел шагом в махровом лесу. Скакал рысью, переходящей в галоп, по опушкам, полянам и перелескам. Опять шагом по звериной тропе с небольшими остановками, в густых кустах и буреломе. Практически без отдыха, стараясь наверстать упущенное время и заглушить легкое чувство вины. Остановки на отдых, охота и рыбалка от души, все таки задерживали мое продвижение вперед. Но, по здравому размышлению, хорошая физическая форма, сбалансированное состояние души и тела, во многом перекрывают отрицательный момент, связанный с задержками. Силы во мне бурлили крутым кипятком и я вместе со своим верным конем, летел вперед словно на крыльях.
  После полудня мою дорогу решила пересечь семейка кабанов. Мамаша и восемь светло-бурых, с яркими продольными полосами на спине и боках, молочных поросенка. Последний, самый неторопливый и упитанный, не успел нырнуть в кусты в след за мамашей, пока я натягивал лук и доставал стрелу. Питание - основа жизни, а разнообразное и калорийное питание - основа хорошей жизни. Так почему я должен себе отказывать в том, что скрашивает мое существование и делает жизнь лучше?
  А вечером было нежное, частично хорошо прожаренное над костром, частично отварное мясо молодого поросенка. Здесь самое главное не торопиться. Отваривать при слабом кипении не менее часа с добавлением корений и зелени, а готовому отварному поросенку обязательно дать остыть в бульоне.
  Размышляя перед сном, решил при первой возможности устраивать себе отдых на природе, забираясь в самые дикие места, туда, где не ступала нога человека. Может быть стоит совместить такое время препровождение с экспедициями для картографирования и изучения этого мира.
  А в полдень вышел к уже знакомой окраине деревни. Расседлал коня и, хлопнув его по крупу, возвращая хозяину, зашагал к Воротам. Отпуск кончился.
  
  На базе, на скорую руку перекусив, и предупредив, что буду отсутствовать несколько часов, спустился в Храм. Нацепив виртуальные перчатки и активировав Систему, задумался. Из первоочередных у меня было две задачи.
  Одна на Земле - это организация надежной базы, а лучше не одной. Впрочем тут дело терпит. Вторая задача - это в Новом мире получить представление о мироустройстве планеты, ее континентах, островах, морях и океанах. Для этого нужно взглянуть на планету со стороны и одновременно выполнить фотосъемку с высоты в несколько тысяч километров. В дальнейшем можно будет смонтировать снимки в единую карту мира.
  Я организовал Ворота на Землю и первоочередной моей целью было посетить ближайший склад или магазин фототоваров. Для того чтобы найти подходящую торговую точку много времени не потребовалось. Через десять минут у меня в руках был приличный профессиональный цифровой фотоаппарат с телеобъективом и целая куча карт памяти с батарейками питания. Поэкспериментировав в течение получаса, я решил, что готов выполнять космическую съемку, подготовил фотоаппарат и задал движение вертикально вверх.
  Над всем Логвудом было безоблачное небо и на высоте примерно тысяча километров я сделал первый кадр. Продолжил подъем до высоты около пяти тысяч, делая фото каждые несколько минут, и остановил подъем только увидев северную полярную шапку в полном объеме.
  На всем промежутке от полюса до экватора подо мной распростерся колоссальный континент. Человек так устроен, что в первый момент он ищет аналогии, и поскольку изображение земного шара это весьма распространенная картинка - она знакома всем и каждому, то и здесь я попытался взять за основу моря, континенты и реки Земли.
  Очертания основного материка только вчерне совпадали с Евразией. По форме континент был похож на тупой утюг с размытым основанием. Здесь не было Средиземного и Черного морей. На их месте и дальше на восток, примерно до широты Каспийского и Аральского морей размещалась группа больших озер. Их было много - настоящая Страна Озер. На первый взгляд общая площадь зеркала водоемов превышала площадь Средиземного моря.
  На месте носика утюга торчала Африка, но выглядела, не как большой негроидный член с мошонкой, а как маленький детородный орган жителя страны восходящего солнца. В южной части материка с запада на восток протянулась горная страна, которая рассекала континент на две части - северную и южную примерно на широте земного острова Цейлон.
  Две трети северного побережья представляли собой горный массив, протяженностью в несколько тысяч километров с запада на восток. Высота гор была местами никак не меньше четырех километров. Все реки, достигая его предгорий, поворачивали на восток, сливались вместе и текли параллельно хребтам одной колоссальной рекой. В двух местах горный хребет, с юга на север рассекали узкие и извилистые ущелья, через которые просачивались от основного потока более или менее полноводные реки. Для первого ущелья была характерна масса ступенек - пороги, перекаты, водопады и водопадики. Второй проток через горы отличался настоящим чудом света - Великим водопадом. По моей предварительной прикидке, разница высот между верхним и нижним бьефом у этого монстра составляла не менее трехсот метров. Но эти два исключения не меняли общей картины. Фактически на севере континента была одна река - я назвал ее Мамаша.
  У Мамаши было две взрослые сестры. Названия этих притоков мне было известно. Самая западная река Ола собирала в себя весь сток озер. На восток от нее Ижеть, которую питали ледники центральной части горной страны. Также выделялся самый восточный приток и скорее всего это была река Крино. Каждая из рек-притоков, на первый взгляд, в месте слияния с Мамашей превосходила Енисей в несколько раз и имела мощную сеть водосбора. Но основной вклад давали все-таки ледники горной страны.
  Такая конструкция северного побережья многое объясняла. Теплое течение на большом протяжении не подпускало полярные льды к западному побережью, а северные ветра не могли свободно проникать на территорию континента. Поэтому климат этой части суши, не смотря на высокие широты, был мягким, однородным и плавно переходил в резко континентальный на самом востоке.
  Реки Ижеть и Крино брали свое начало из ледников горного массива, расположенного в центре материка, вытекая соответственно на север и северо-восток с поворотом на север. Высота гор в этой относительно узкой с севера на юг горной стране меня потрясла. Несколько вершин явно превышали в высоту десять километров, а центральный пик острым клинком воткнулся на все двенадцать! Немного подумав, я дал этому горному массиву имя Большие Гималаи. Хотя, конечно, Гималаям я сильно польстил.
  Вся западная и северная часть материка была покрыта лесами вплоть до реки Ижеть. На восток от нее протянулись степи. За рекой Крино заканчивался северный хребет и начиналась Великая пустыня. Она представляла собой на севере тундру, плавно переходящую на юге, с начала в каменистую, затем в обычную песчаную пустыню с солончаками, такырами и барханами. Протяженность пустыни, по моим прикидкам, составляла пять-шесть тысяч километров с севера на юг и три-четыре тысячи с запада на восток. Обойти пустыню с севера или юга было весьма не просто. На юге мешали горы, на севере покрытый полярными льдами океан.
  Пройти с запада на восток можно было двигаясь по границе между пустыней и подножьем гор, переходя от одной реки, стекающей с ледников Больших Гималаев в Великую Пустыню, к другой. Все речки в направлении северо-северо-восток и северо-восток кончали свое существование высыхая в песках.
  По форме Большие Гималаи напоминали губастую щель и в седловине между хребтами брала свое начало еще одна Полноводная река. Название для нее я пока не придумал. В своем центральном течении она ограничивала Великую пустыню с юга и наполнялась массой рек и речушек, впадающих в нее в верховьях и с южного направления. В результате, что совершенно отчетливо было видно с высоты, не смотря на жесткий контакт с пустыней, она превосходила размерами все остальные реки континента. На всем протяжении от Больших Гималаев, учитывая ее размеры, река была скорее всего судоходной.
  Сделав несколько снимков, я двинулся на восток. Через несколько минут выяснилось, что восточного побережья, как такового, у материка не было. Великая пустыня плавно переходила в Страну Островов. Их было тысячи, а может быть и десятки тысяч. Чем дальше на восток, тем острова становились крупнее, а ширина проливов между ними увеличивалась. Спустившись на высоту менее сотни километров, я отметил разнообразие красок и буйную растительность на островах. На первый взгляд острова были необитаемы, но чтобы убедиться в этом на сто процентов, потребуется не один месяц внимательного изучения. Даже если просматривать по сотне штук в день.
  Опустившись к одному из островов рядом с дельтой главной восточной реки, я подумал, что многие из них вполне пригодны для заселения и, если в этом возникнет необходимость, можно организовать исход с западной части материка на восточную. По крайней мере, вторую половину такого пути можно сделать без очевидных проблем, сплавляясь по полноводной реке на построенных кораблях маломерного флота.
  Если проводить аналогию с Землей, то Страна Островов покрывала две трети территории Тихого океана. Заканчивалась Страна Островов большим проливом, за которым лежал узкий остров-материк, протянувшимся тонкой линией шириной не более тысячи километров с запада на восток и с севера на юг, из одной полярной области в другую. И только за этим ублюдочным аналогом Америки, на месте земной Атлантики, начинался настоящий океан и продолжался на расстояние не менее, чем четверть периметра планеты, вплоть до главного материка.
  Замкнув виток вокруг планеты, я получил общее представление о северном полушарии и, снова долетев до побережья главного континента, направился вдоль него на юг к экватору.
  Вся экваториальная и частично южная часть материка была поделена узкими хребтами на ряд замкнутых территорий. Крайний юг континента тоже представлял из себя Страну Островов, но не такую протяженную, как на востоке. По приблизительной оценке, граница островного массива заканчивалась на южной широте сорок - сорок пять градусов. Ничего крупного, похожего на Австралию, в южном полушарии не было. В средних и высоких широтах на юге сразу за Страной Островов, раскинулся океан вплоть до льдов южной полярной шапки.
  В целом, теперь я имел представление о планете. Если к этому добавить, что наклон к эклиптике у нее был горазда меньше, чем у Земли, и соответственно не было, таких резких различий между летом и зимой, то получалась сказка, а не планета. Я мысленно поаплодировал терраформирователям, каковыми по моему внутреннему убеждению, были боги Света и Тьмы. Они знали толк в том, как следует обустраивать место для проживания или отдыха.
  Завершив на этом предварительный осмотр вверенной мне собственности, я оставил фотоаппарат в щели между панелями в подвале какого-то дома на Земле и вернулся в Храм. Испытывая легкое чувство усталости и переполненный впечатлениями, вышел из Системы и поднялся на верх. Моя команда, как всегда, была готова к труду, еде и обороне. Из кухни распространялись запахи жаренного мяса и специй. Продолжая обдумывать информацию о географии, непроизвольно проглотил слюну и на автомате направился в столовую.
  Переваривая новую информацию, некоторое время не обращал внимания на Дервуда и, что было совершенно не нормально, в раздумьях даже не чувствовал вкуса еды. Наконец, допив последнюю кружку вишневого сока, заметил нетерпение с которым мой адепт ждет завершения церемонии поглощения пищи и кивнул ему. Дервуд сделал шаг вперед и сказал.
  - Из Храма приходил посыльный и передал, что Сталорик вспомнил о секретном месте Клана. Здесь, в Логвуде. Оно находится в городе Ластот, в доме благородного Гаренги. Там могут скрываться остатки Клана убийц.
  В голове у меня будто, что-то щелкнуло. Лесной храм бога Езвила - властелина ночного неба. Жрец, ускользнувший от расплаты. Он знает меня в лицо, настроен очень решительно и будет мстить до конца. Нужно срочно что-то делать. Дела земные могут подождать.
  Кроме торговца тканями Либестока и моей подопечной Кристы, в городе Ластот, я никого не знал. Говорят, что разведчик не должен иметь сердечной привязанности, на которой его можно поймать. Я всегда был с этим согласен, но жизнь сложная штука и общие правила не всегда выполнимы. Иногда так хочется дать слабину.
  Заглянуть к Кристе я рассчитывал позже, через месяц или два, захватив в качестве подарка колье с изумрудом. Теперь планы придется изменить - встречу ускорить и прийти без подарка.
  Я поднялся из-за стола и сообщил Дервуду.
  - Придется отлучиться. Рассчитываю вернуться до полуночи, но могу и задержаться.
  После этого направился к себе в комнату надевать походную одежду и боевой доспех.
Оценка: 4.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Т.Рем "Искушение карателя"(Любовное фэнтези) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) Т.Сергей "Эра подземелий 4"(Уся (Wuxia)) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) И.Иванова "Большие ожидания"(Научная фантастика) Г.Крис "Дочь барона"(Любовное фэнтези) А.Ра "Седьмое Солнце: игры с вниманием"(Научная фантастика) Г.Елена "Душа в подарок"(Любовное фэнтези) Т.Ильясов "Знамение. Час Икс"(Постапокалипсис) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"