Манскова Ольга Витальевна: другие произведения.

Хранители

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:

  
   Осенью дачи на берегу, в большинстве своём, опустели. Редкие чайки, воробьи и вороны лишь изредка нарушали пустую, до звона в ушах, осеннюю тишину. А иногда чрезвычайно любопытные белки спускались вниз по стволам деревьев. Старый парк, запах прелой листвы, яркие жёлтые листья клёнов на фоне стылой серости дорожки, живописные кроны деревьев и пустые мокрые скамейки - что может быть лучше? Не зря она выбрала в эти выходные для загородной поездки Репино...
   А потом Даша долго одиноко шла по самой кромке берега, созерцая свинцово-синюю воду Финского залива, перепрыгивая с валуна на валун, слушая поскрипывание под ветром стволов огромных елей, растущих на прибрежных утёсах. Временами крошево обрушенного слоистого берега, камни с острыми краями, смешанные с упавшими сверху в бурю стволами деревьев становились очередным, но вполне преодолимым препятствием. Часто между нависающими сверху глыбами обветренной породы кое-где пробивались необычайно крепкие ветви одиночных кустов, покрытые багряными листьями, и Даша смело цеплялась за них руками, влезая на очередной пригорок - они держались крепко уходящими вглубь корнями.
   Холодный, пронизывающий насквозь ветер дул со стороны моря. Слегка продрогшая, Даша поднялась вверх, на возвышенность, и пошла по густой жухлой траве. Оказавшись на тропке за последними дачными домиками, под соснами, растущими на краю склона, она неожиданно заприметила в траве несколько грибов. Наклоняясь за ними, а затем сев на присядки и осмотрев окрестности, она внезапно, будто у неё открылась некая таинственная способность грибника, начала видеть грибы повсюду: крепенькие, пахнущие свежестью, грузди, волнушки, лисички, а ещё - такие беленькие, аккуратненькие, название которых Даша забыла и мысленно называла "белянками".
   Забыв обо всём, она стала рвать грибы и складывать их в пластиковый пакет, в котором лежал лишь блокнот для набросков и записная книжка. Даша так увлеклась этим занятием, что сильно испугалась и даже уронила гриб, когда услыхала взволнованный голос, совсем рядом:
   - Девушка, девушка, - пыхтя, к ней приближался страдающий одышкой человек, средних лет, в куртке и высоких сапогах.
   Даша вскочила и попятилась в противоположную от незнакомца сторону, готовая в любую секунду бегом устремиться прочь. Ведь вокруг не было никого, а намерения незнакомого мужчины были неизвестны.
   - Девушка! Милая! Не бойтесь меня, я - не маньяк и не убийца, честное слово! - он виновато улыбнулся, разведя руки в стороны. Улыбка вышла такая детская, наивная и подкупающая, что девушка тоже невольно улыбнулась.
   - Понимаете, я живу сейчас на даче, один. Все разъехались. Поэтому, мне некого позвать из знакомых, а мне срочно нужен свидетель... Я хочу убедиться, что не сошел с ума. Пойдёмте со мной. Это - совсем неподалеку, а зрелище захватывающее!
   Даша озадаченно нахмурилась.
   - Я понимаю, что выгляжу нелепо, но я - совсем не сторож пьяный, я - уважаемый человек, писатель, просто люблю уединение и живу на даче до самого снега. А то, что хочу вам показать, находится ближе к Солнечному, почти около пансионата отдыха. Вы ведь никуда не спешите? Я шёл сейчас оттуда, в надежде найти здесь хоть человечка. Заранее я не скажу, что я там увидел, почему - потом поймёте, - сообщил этот странный человек быстрой скороговоркой, - Ах, да! Вы, наверное, не привыкли общаться с незнакомцами... Меня зовут Сергей Павлович Одинцов.
   - Даша, - представилась девушка.
   - Ну, вот и познакомились! Пойдёмте, дорогая Даша! Иначе я буду считать себя спятившим, сбрендившим, поехавшим крышей, или - как ещё там молодёжь говорит? - промямлил Одинцов и, жестом пригласив Дашу следовать за собою, устремился вперёд.
   До Солнечного они шли по тропинке в лесу, а потом приблизились к открытому пространству, продираясь сквозь кусты и ветви. Прячась за стволами деревьев, они действительно увидали весьма странную картину.
   Неподалёку от пансионата отдыха, расположенного в стороне от моря, вырисовывалось нечто, похожее на белое яйцо, только высотой с трёхэтажный дом. Казалось, что это нечто было сделано из светлого металла, но поверхность "яйца" была не блестящей, но матово-шершавой.
   - Раньше у этого белого купола был открыт вход, где-то посередине, круглый такой, а из него вниз спускалась лестница, - почему-то шепотом сообщил Одинцов.
   Неожиданно, посередине "яйца" выдвинулись лопасти и заработали так, что сооружение стало походить на запущенную юлу. При этом они всё сильнее увеличивались в размерах. Потом вокруг "яйца" создался вибрирующий энергетический кокон, и оно стало отделяться от земли, устремившись в небо и становясь всё более похожим на "неопознанный летающий объект" - подобными пестрели все газеты, телепередачи и интернет.
   НЛО всё уменьшалось, пока и маленькая белая точка не растаяла где-то в сером пространстве неба.
   Даша выбралась из кустов и пошла к тому месту, где ранее наблюдалось "яйцо". На полянке остался четкий круг примятой травы. "Вот и всё, и будто ничего здесь и не было", - подумала она. И вдруг заметила, как что-то блеснуло внизу, в траве, затем наклонилась и подняла с земли маленький, с размером ребра не более пяти миллиметров, куб из сероватого, блестящего металла, и быстро засунула к себе в карман.
   - Я вас провожу до электрички, - задумчиво сказал Даше Одинцов, продолжая всматриваться в уже покинутое "тарелкой" небо, - Пожалуй, я завтра же вернусь домой, в Петербург, соберу только свои пожитки. Вы будете не против встретиться со мной завтра? Кажется, мне пора организовывать общество любителей НЛО... Есть у меня один друг, только раньше я ему как-то не верил. А сейчас, думаю, что и вам, и мне есть о чем с ним поговорить. С вами я мог бы встретиться... Скажем, в Эрмитаже. А после - пойдём вместе к моему другу в гости. Вы учитесь или работаете? Когда бы вам было удобно завтра встретиться? - лицо Одинцова с будто бы рубленными топором, граненными чертами, при этой беседе светилось неподдельной и наивной детской радостью.
   - Давайте, встретимся в Эрмитаже, завтра, в три часа дня. В зале импрессионистов, - предложила Даша.
   - Меня это вполне устраивает. Тогда - до завтра! - последние его слова Даша слышала, уже увидав впереди хвост стоявшей на станции электрички, и, быстро ответив Одинцову: "До завтра", - припустила к ней что есть мочи.
  
   * * *
   Дома Даша переложила металлический куб из плаща в карман своей "толстовки", а плащ сразу закинула в машинку - умудрилась-таки его запачкать. Пока занималась грибами, надумав их замариновать, включила компьютер, открыв запись новостей. Впрочем, она задумалась, и лишь случайные отрывки доходили до ее внимания.
   -... Члены международной экспедиции на Марс сегодня благополучно достигли поверхности планеты. Состояние экипажа нормальное. Русский археолог Анисимов, находящийся в составе экспедиции, уже определил место предстоящих раскопок. Первое открытие десанта сделали южноафриканские биологи, обнаружившие новый, впервые зафиксированный вид марсианских живых организмов. Таким образом, поселение на Марсе постепенно увеличивается и ставится вопрос о создании дополнительных помещений с искусственной атмосферой...
   -...В Москве завтра откроется новая выставка экзотических растений, собранных со всех мест нашей планеты, включая редкие и сильно мутировавшие виды. На выставке имеется отдел распродажи, в особенности изобилующий модными нынче кактусами, и отдел икебана с экспозициями букетов из цветов...
   -...И о погоде в Санкт-Петербурге. Завтра ожидается небольшой дождь, ветер, температура плюс десять - двенадцать градусов...
   Передачу внезапно прервал вызов. Звонила мама.
   - Привет, Даша, как дела?
   - Нормально всё, мамочка! Как вы там?
   - Холодно здесь, конечно. Антарктида, всё-таки. Папа слегка простыл, мёдом лечится. А так - всё по-прежнему. Копаем. Интересная здесь живность водилась. Закончим первый квадрат - расскажу. Я рада, что у тебя всё хорошо. Связь здесь в дефиците, так что - пока! Целую тебя крепко!
   - Удачи вам!
   - И тебе, доченька! Мы тебя любим!
  
   Перед сном Даша взяла маленькую пластиковую коробочку, такую, в каких её родители хранили образцы интересных минералов. Она положила в неё найденный "квадратик", но вначале внимательно разглядела его в лупу. Квадратик был совершенно гладким, без всяких надписей, пусть даже очень мелких. Рассмотрев странный квадратик, она снова засунула его в карман своей толстовки, только уже в коробочке. Даша решила непременно взять этот предмет завтра в Эрмитаж и показать Одинцову и его знакомому.
  
   * * *
   Утро выдалось пасмурным. Моросил затяжной дождик. Но Даша, несмотря на дождь, отправилась на занятия в Академию художеств пешком, накинув лёгкую серебристую куртку с капюшоном и захватив зонтик. Можно, конечно, было перемещаться по ТО (транспортным аортам): движущимся тротуарам, загнанным в полупрозрачные разноцветные трубы над городом, на "второй ярус" которых поднимались многочисленные движущиеся лесенки. А на метро было ей не по пути. Если расстояние было не очень большим, то Даша, как коренная петербурженка, предпочитала ходить пешком. Просто потому, что очень любила свой город.
   Обычно Даша ходила на занятия по одной из улиц, параллельных Невскому. Пересекая Фонтанку, а затем - Мойку, она рассматривала пёстрые мигающие афиши, бегущие в несколько рядов строчки реклам, трансляции новостей и передач, которые занимали глухие стены многоэтажных домов. У одной из таких стен Даша немного задержалась. Диктор на фоне картинок - меняющихся пейзажей и фотографий - сообщала:
   - В последнее время ученые недоумевают, откуда берутся всё новые и новые мутировавшие животные, не похожие на знакомые нам всем биологические виды. Вот на каких зверюшек, расплодившихся в большом количестве, охотятся под Воронежем жители сёл, содержащие кур... (На весь экран следовал показ существ - представлявших собой помесь крысы, собаки и хорька). В Астрахани, в водах устья Волги, рыбаки встречают невероятно крупных пираний. В Ростовской области и в Краснодарском крае жители опасаются встреч с анакондами и гремучими змеями, у которых появились четыре маленькие конечности, а также расплодившихся ракопауков и сухопутных некрупных осьминогов. В горах Алтая отдыхающие недавно наблюдали издали саблезубого тигра, которого удалось заснять с помощью фотоаппарата.
   Даша двинулась дальше. А вот и Летний Сад! Дождь практически прекратился, можно сложить зонтик. Теперь - мимо Летнего сада, Марсова поля, Эрмитажа с любимыми Дашей Атлантами, затем - по Дворцовому мосту... На Дворцовом она задержалась, любуясь сверху парусниками и кораблями всех времён и народов; реконструкторы постарались на славу! С моста, соединяющего два берега Невы, открывалась широкая панорама: Нева, Ростральные колонны, вдали - Петропавловка. Ветер, дующий в лицо, теребил непослушные волосы.
   Дальше её путь лежал по узкой, мощеной плитами тропке вдоль парапета набережной Невы, мимо Академии Наук, Университета, дома Меншикова, мимо небольшого скверика - в котором, по преданиям абитуриентов "Академки", не стоит сидеть на лавочках тем, кто ещё только поступает сюда учиться, чтобы не провалиться на экзаменах.
   А вот и Сфинксы..."Неужели, как говорят, с них когда-то ныряли мальчишки, в тяжёлые послевоенные годы, после далёкой и страшной войны середины двадцатого века? И каково же им, "египтянам", было смотреть на этот город в тяжёлое блокадное время? А после войны они, наверное, всё же радовались тем мальчишкам, что забирались на них, чтобы прыгнуть в воду", - подумала Даша. Она спустилась вниз, и немного постояла здесь, глядя, как заплёскивают на гранитные ступени холодные свинцовые волны.
   А затем Даша перешла на другую сторону дороги и открыла тяжёлую деревянную дверь Академии художеств. Здесь её ждал полумрак, холл, небольшая лесенка в несколько ступенек, следом - налево, в длинный коридор... Она прошла его весь, до винтовой лестницы наверх. Поднимаясь, она вдруг засомневалась, что эта винтовая лестница когда-нибудь закончится. Это было так странно! Так долго подниматься... с первого этажа до второго. "Стоп! Я совсем забыла, что мне нужно купить в ларьке на первом этаже набор кисточек. Время до занятий ещё есть, я успею", - подумала Даша, развернулась и стала спускаться обратно по крутой спирали металлической лестницы.
   Вот, наконец-то, она, почему-то спускаясь тоже очень долго, оказалась внизу. За небольшим поворотом должен быть длинный коридор. И что ж это такое? Коридор здесь действительно был, но совсем не тот! А незнакомый, и просто бесконечный. По обе стороны коридора располагались картины, скульптуры, проходы в боковые залы... На картинах были изображены великолепные пейзажи, натюрморты, сцены быта, красивые девушки в пышных нарядах, старики и дети - казалось, здесь были представлены произведения всех эпох. Нигде в этом помещении не было ни окон, ни ламп, лишь приглушенный и ровный дневной свет, льющийся ниоткуда. В первом из боковых проходов, в который свернула Даша, оказалась широкая мраморная лестница. По ней можно было спуститься ещё этажом ниже. А там - вновь последовали картины, статуи, фрески, иконы. Затем - полутёмные, освещённые факелами залы, на картинах в которых были боги и герои, цветы и деревья, реальные и фантастические животные, узоры, орнаменты, вазы...
   Даша, как завороженная, углублялась всё дальше и дальше, удаляясь во всё более и более по разветвлявшимся коридорам, бродя по многочисленным залам, пораженная великолепием и грандиозностью этого загадочного музея, пока не услыхала голос: "Тебе пора возвращаться. Задержка дольше приведёт к схлопыванию портала. И тогда ты сможешь оказаться, не там, где вошла, или не тогда, когда вошла..."
   "Кто вы?" - спросила Даша мысленно.
   "Мы - те, кто всегда здесь. Хранители".
   "Где я?"
   "В пространственном кармане".
   "Как мне выйти отсюда?"
   "Следуй за нитью Ариадны", - отвечал голос.
   И тут же на полу Даша отчетливо увидала тонкий серебристый лучик - светящуюся нить, которая вела из зала в зал. Она пошла по этому лучику, осторожно ступая, будто боясь его вспугнуть. Он вёл её абсолютно той же дорогой, по которой она прошла сюда. Но сама она никогда бы не смогла отыскать этот путь. В конце концов, она вернулась в самый первый коридор с картинами, и там увидала поворот, за которым была винтовая лестница. И вот она уже поднималась по ней, и вскоре оказалась на обычном втором этаже.
   Даша поспешила к дверям в рисовальные классы. Она потеряла столько времени урока... Непременно опоздает! Стремительно она открыла дверь, и...
   "Неужели, все уже разошлись? Не может такого быть!" - подумала Даша.
   В комнате с белыми стенами, высокими потолками и стрельчатыми окнами, из которых било солнце, было абсолютно тихо. Гипсовые торсы, головы, ноги и руки, мольберты и постановки, и - никого. Даша сразу не заметила в самом дальнем углу маленького человечка, замечательного рисовальщика, преподавателя рисунка и графики, Сурена Абрамяна, слишком занятого сейчас работой, чтобы заметить приход ученицы. Он рисовал натюрморт, составленный из гипсовой фигурки, букета из цветов и листьев, множества фруктов и нескольких стеклянных предметов.
   - Здравствуйте, Сурен Тигранович, - тихо сказала Даша, приблизившись к художнику, - А... Где все остальные? Моя группа?
   - Ты пришла слишком рано, быстро бегаешь! Ещё целых полчаса до занятий, - сказал преподаватель, мельком взглянув на часы, - Ты вполне даже успеешь сходить в буфет. Устраивает?
   - Вполне, - ответила Даша.
   Она снова спустилась на первый этаж. В этот раз спуск оказался самым обыкновенным. Купила в киоске на первом этаже несколько новых кисточек нужного ей размера и направилась в сторону буфета.
   В буфете "Академки" Даша бывала редко. Чаще она наведывалась в соседнее кафе "Мороженое", где продавщица с большими выразительными глазами, похожая на буфетчицу с картины Клода Моне и с таким же зеркалом за своей спиной, во всю стену, накладывала желающим порции самого вкусного в Питере мороженого в оловянные гравированные креманки на длинных ножках. Она также посыпала его, на выбор, тёртым шоколадом, орехами, изюмом, или же поливала сладким сиропом. Фруктовые коктейли в этом кафе тоже были замечательные, с кусочками фруктов и кубиками льда.
   Даша и сейчас, потоптавшись немного в нерешительности, прошла-таки мимо буфета. И оказалась в проходе, выходящем во внутренний дворик. Во дворике сидели и грелись, поджав под себя лапки, большие меховые клубки всех цветов и размеров: многочисленные кошки Академии художеств, нагло, по-хозяйски, завоевавшие шиферные крыши низких пристроек и сараев и старые доски. Миновав узкий проход и открыв следом другую массивную дверь, ведущую в следующее помещение, Даша направилась в библиотеку.
   В библиотеке с её уютными столиками и зелёными настольными лампами-фонариками на каждом, было абсолютно тихо и уютно. Книжные стеллажи в два яруса, мягкие коврики в проходах... Даша подошла к библиотекарю и тихо попросила:
   - Здравствуйте! Дайте мне, пожалуйста, какой-нибудь самый свежий журнальчик - ненадолго.
   Библиотекарь, милая пожилая женщина с причёской-каре и янтарными бусами подала ей журнал, недавно поступивший с новой почтой и лежащий сверху.
   "Массаракш! Невероятное - вокруг, - читала Даша на его обложке, садясь за ближайший столик, - Журнал, посвящённый описанию необъяснимых событий".
   Даша открыла страницу в середине, наугад.
   "...множество найденных фигурок с большими головами, в скрюченных позах, фигурки с двумя головами на едином тельце... Уродцы, которых мы, человечество будущего, долгое время принимали за собрание богов примитивных народов - или за непонятную символику, аллегорию. Пока не возникла жуткая возможность лицезреть подобное, маленьких эмбрионов-мутантов, будь то в местах Чернобыля или в Японии. Предупреждение, увы, пропало втуне. Древние записи, долженствующие дать больше сведений о произошедших некогда катастрофах, до нас не дошли. И мы вновь умудрились создать несколько новых пустынь, мы вновь стояли на пороге ядерной войны, которая закинула бы человечество назад на тысячелетия. Но, неожиданное изменение климата, повсеместные стихийные бедствия, вулканическая деятельность, солнечная активность и прочее нарушили размеренный быт "потребленческой" цивилизации. На пороге катастроф человечеству пришлось срочно закрыть атомные станции и вредные химические производства, уничтожить страшное оружие... В результате, видимое зло обернулось во благо, остановив человечество на краю пропасти. Произошло ли это случайно? Некоторые контактёры принимают информацию, что, на самом деле, состоялось вмешательство извне некоей цивилизации, скорректировавшей земную историю", - прочитала она на этой странице. Затем перелистнула ее назад. Рядом с началом статьи, называвшейся довольно претенциозно: "Кто они, братья по разуму?", красовалась фотография НЛО. Приблизительно такого, какое недавно видела она в Солнечном. Даша прочитала имя автора: Игорь Москвин, и сдала журнал. Пора было идти на занятия по рисунку.
  
   * * *
   В Эрмитаж она явилась сразу после занятий, за час до назначенного времени. Предъявив контролёру свой студенческий "Академки", дающий право на бесплатное посещение всех музеев, Даша не стала подниматься вверх по пышной лестнице, а свернула в один из боковых коридоров. Решив, что, раз ещё слишком рано для встречи с Одинцовым, то можно сперва прогуляться по нижним залам, в которых она давно не была.
   Вот Иорданская галерея с шахматной клеткой полов, статуи, бюсты, красные ковры на лестнице, вазы, свисающие с потолка на огромных цепях люстры, Лаокоон, увитый змеями...
   Затем - полуосвещённый Египетский зал. Скульптура, мелкая пластика, рельефы, саркофаги, предметы быта, Стела Ики - а на ней бог с головой шакала и анхом в правой руке, держащий в левой странную "кочергу", и фигура женщины, которая явно занимается магией, в белых одеждах...
   Здесь царил полумрак и тишина. Посетители встречались редко. Рассматривая галерею римских статуй, мозаику, мелкую пластику, она не сразу поняла, что галерея статуй была необычайно длинной. Даша заподозрила неладное, только когда после зала Зевса и портика пошло боковое ответвление помещений с экспозициями архаики, которых никогда раньше не было в Эрмитаже... Нет, не было здесь этих скульптур и ваз Микенской культуры! Однако, увлекшись, Даша продолжала изучать понравившиеся ей экспонаты и прошла в следующее помещение, с выставкой произведений времён расцвета Греции, так же никогда не виденных ею, а следом попала в новый, незнакомый зал римского искусства: длинную, бесконечную галерею...
   Она так и не определила момент, с которого статуи Рима с постепенно начавшимися чертами вырождения на лице стали сменяться мраморными статуями королей и принцев последующих эпох, историческими деятелями, духовными лицами, министрами, военными. Выполненные с гениальностью римских скульпторов, эти статуи уходили всё дальше, вдоль бесконечного коридора, всё более и более сужающегося.
   Даша огляделась вокруг и поняла, что слишком увлеклась. На этот раз никакого предупреждающего объявления не было! Та часть коридора, откуда она только что появилась, теперь была закрыта сплошной глухой стеной. И ей оставалось двигаться только вперёд.
   Галерея скульптурных портретов продолжалась, но только среди мраморных бюстов стали появляться восковые изображения, постепенно вытеснив каменные, и так же постепенно среди них стали появляться восковые фигуры высотой в человеческий рост, которые в конце стали преобладать. Кто это? Правители, президенты, денежные магнаты? Их принадлежность к правящему классу была весьма вероятна. Все они были одеты в настоящие, шитые из дорогой ткани, костюмы. А дамы - в платья, длина которых стала постепенно варьироваться от длинных до мини. Надменные лица, роскошь, множество золотых украшений - дамы походили на ослепительно сияющие новогодние ёлки.
   Неожиданно восковые фигуры сменились манекенами, а выставка мелкой пластики и украшений, шедшая вдоль стены - обыкновенными магазинными витринами. Вот - полки с посудой, вот - обувь, вот - ряды с одеждой. Начали попадаться люди, много людей... Покупатели, продавцы, дети и взрослые. Ничего необычного в их одежде или стиле поведения Даша не заметила. А вот мелькнула и лестница - на выход. И Даша спустилась вниз, на первый этаж, открыла полупрозрачную дверь... И поняла, что только что вышла на улицу из Гостиного двора...
  
   * * *
   Улица встретила её ледяным ветром. Повсюду у встречных были хмурые, злые лица, а машины, несущиеся в сторону Невского, совершенно не обращали никакого внимания на красный глаз светофора.
   - Куда прёшь, курица! - проорал грозно водитель, высунувшись наружу из машины и обращаясь к пожилой женщине, ступившей на "зебру" и едва успевшей ретироваться обратно, когда, с лихой и бешеной скоростью из-за поворота выехала машина, едущая на "красный".
   Даша, повернувшая в сторону Невского и прошедшая мимо "Салтыковки" и памятника Екатерине - почему-то грязного, с побитым пьедесталом, - дошла до Аничкова моста и там изумлённо остановилась, не веря своим глазам. Вместо нескольких старинных кварталов по правой стороне, через мост отсюда, над городом возвышалась огромная и жуткая коробка высотной, уродливой многоэтажки. "Элитные квартиры для вас!" - следовала по контуру здания, сверху вниз, громадная угловая надпись, - "Роскошь - цель многих!" - гласили слова на фасаде здания. Внизу, на первом этаже этого нависшего над городом монстра, располагался бар, казино и несколько банков.
   "Это - не мой Питер!" - ошеломлённо подумала Даша.
   Трудно отрицать очевидное.
  
   * * *
   Она уже несколько часов подряд бродила по городу, узнавая и не узнавая его. Время, в котором жил этот, чужой для неё, город, было тем же самым, что и в городе, покинутом ею через стены Эрмитажа. В этом можно было легко убедиться, мимоходом изучив только что поступившие в киоски газеты.
   На месте её собственного дома в этом варианте города оказалась ещё одна многоквартальная постройка, окруженная трёхметровым забором, с охраной и цепными собаками на проходной. Пробовала Даша вновь разыскать пространственный тоннель и вернуться обратно через Гостиный двор, но его не обнаруживалось, и она напрасно несколько раз проходила вдоль той части "Гостинки", что выходила на Садовую, и уже начала вызывать подозрения у продавцов. В Эрмитаж ей было и вовсе не попасть: здесь он был закрыт для всех посетителей, кроме иностранных туристов.
   Становилось всё холодней, и Даша мёрзла в лёгких джинсах и толстовке. Свою осеннюю курточку она сдала в гардероб в Эрмитаже. В полном отчаянии, Даша вновь предавалась блужданиям по городу, описывая круги по его центру. Пару раз она прошла мимо храма Спаса на крови, побывала и у Казанского Собора. Повсюду было полно нищих и убогих, одетых в лохмотья. Деньги, по всей видимости, здесь были другие: она слышала, как мальчик на улице купил себе с лотка мороженое "за две сотни". Там же, откуда она пришла, мороженое стоило копейки.
   Кроме нищих, спешащие по своим делам люди не выражали никаких эмоций на своих каменных лицах. Так что, на сочувствие кого-либо рассчитывать не приходилось. Уже начинало темнеть, и, будто тараканы из щелей, на улице появлялись парни подозрительного и явно бандитского вида, с бритыми затылками и полным отсутствием интеллекта. Их становилось всё больше и больше. Из многих забегаловок, подвалов и валютных ресторанов гремела разухабистая музычка с преобладанием шансона. Даша не знала, что ей теперь делать и где можно было бы переночевать сегодня...
   Она шла вдоль Фонтанки, когда увидела впереди две фигуры: маленькую, детскую и женскую, в длинных одеждах. Когда они приблизились, Даша рассмотрела необычайно стройную для своего возраста, высокую пожилую женщину, одетую в чёрное платье в мелкий цветочек и тёмную косынку, почти полностью покрывавшую седые до белизны волосы, и с ней маленькую девочку, лет пяти или шести, в лёгоньком синеньком платье в белый горошек. Одетые не по сезону, они, казалось, не мёрзли на стылом ветру.
   Гордая осанка старшей, казалось, не предполагала того, что произошло дальше. Поравнявшись с Дашей, дама в платке неожиданно спросила:
   - Извините, девушка, вы не могли бы нам с внучкой помочь?
   - Чем же я могу вам помочь? - удивилась Даша.
   - Понимаете ли, мы испытываем очень страшную нужду, хотя и временно. И обратиться нам за помощью не к кому, - сказала женщина.
   Маленькая девочка строго и внимательно следила за происходящим умными серыми глазами, в глубине которых порой мерцали синие искры.
   - К сожалению, у меня совсем нет денег, - попыталась объяснить Даша.
   - Мы всё обязательно отдадим! Примерно через две недели приедут родители этой крошки, и у нас будет всё необходимое. Но сейчас мы голодаем, и уже не первый день нам абсолютно нечего есть.
   - Хорошо, - нашлась, наконец, Даша, - возьмите, вот, мой перстень, он из золота, и продайте его, получите деньги.
   -Милая девушка! Мы в тебе не ошиблись. И - не бойся, мы тебе обязательно вернём это кольцо. Мы возьмём сейчас денег под залог. Где ты живёшь?
   - Я? Ну... Не надо мне ничего возвращать! - ответила Даша.
   - Не надо? Нет, твоё кольцо однажды будет ждать тебя дома, когда ты туда вернёшься, - улыбнулась странная женщина и потянула к себе девочку, которая смотрела на Дашу так, будто желала запечатлеть в памяти её лицо.
   Даша в ответ только улыбнулась - и засеменила прочь. Пройдя метров пять, она обернулась. Но никого, идущего по набережной Фонтанки, уже не было. "Очень странно", - подумала Даша и продолжила своё бесцельное гулянье по городу, который казался ей странным и мрачным, несмотря на разухабистое веселье, доносившееся порой от кафе и ресторанов.
   От Фонтанки Даша свернула в глубину кварталов и дошла до Садовой. И тут же пожалела о том, что сделала это. Более мрачных мест она ещё никогда не видела. На очередном перекрёстке Садовой, возле подвального кабака, стоял человек, писающий под себя и бормотавший несвязный бред, и от которого несло даже не водкой, а жуткими и ядовитыми испарениями с тяжелым запахом пластмассы. Затем он встал на четвереньки - и пополз. Возле следующего угла дежурили дамы, одетые в высокие чёрные сапоги, юбки-пояса и меховые жилеты с длинным ворсистым мехом. Дамы были накрашены до самых ушей с подведёнными чёрными "стрелками" глаз. Повсюду из смрадных зловонных подъездов несло мочой и блевотиной, и несколько стай диких собак, то и дело перебегавших улицу, с чувством исполняемого долга гавкали на случайных прохожих.
   Одна из псин, покрытая на голове и шее болезненной коростой, отбилась от своей стаи, подошла к Даше, внимательно её разглядывая, обнюхала ноги девушки, ещё раз печально на неё посмотрела с почти человеческим выражением, глаза в глаза, и уныло поплелась следом. Через несколько кварталов она всё же покинула Дашу и потрусила прочь на перекрёстке улиц.
   Длинная, несуразная машина, проехавшая в этот момент мимо, резко затормозила. Из неё высунулась красная харя, и, пользуясь матерными словами для связки слов в предложение, скомандовала Даше "полезать в лимузин". Даша попятилась к стене.
   В это время из ближайшего подъезда выскочил наружу парень в чёрной куртке и джинсах. Увидев компанию в лимузине, он побледнел и неожиданно навалился на Дашу, они оба резко наклонились вниз, а Даша совсем упала. Но - вовремя. Мимо просвистела пуля, впившись в рыхлую стену.
   - Ты - чё, долбанутый! Она нам живой нужна! - послышался чей-то рассерженный вопль, - Узнаем, что за птица.
   - Тоже мне, еще защитничек девке вызвался! Я тебе так сейчас вломлю...
   Между сидевшими в машине началась разборка.
   - Скорей! Они сейчас выйдут! - крикнул парень оторопевшей Даше, помог ей подняться и потянул её в сторону подъезда.
   Они побежали вверх по лестнице, слыша грузные шаги за собою.
   - Здесь - открытая дверь на чердак. А с него можно попасть, через другой выход, на черную лестницу, - шепнул Даше незнакомец, - Быстрей!
   На чёрной лестнице, вместо того, чтобы спуститься вниз и оказаться на другой улице, парень, однако, полез по пожарной лестнице к люку, ведущему на крышу. Хлипкий висячий замок он вскрыл какой-то отвёрткой, приподнял люк и жестом позвал Дашу.
   - Лезь! Быстро!
   Звёздное небо, ветер. Ощущение полной нереальности. Покатая ребристая крыша, крытая шифером. Они почти скатились по ней на ровную гладкую поверхность черного рубероида.
   - Как тебя звать? - спросила Даша.
   - Стас.
   - А меня - Даша. Мы от них ушли?
   - Не думаю. Нам надо перепрыгнуть на соседнюю крышу и двигать дальше. До неё не более метра. А дальше дома стоят сплошняком, до самой Сенной площади. Там есть пожарная лестница, спускающаяся во двор-колодец. А, быть может, снова через чердак пройдём, если снизу не заперто.
   - Откуда ты всё это знаешь?
   - Я живу здесь, неподалёку, в одном доме, идущем под снос. Поговорим потом. Прыгай!
   - Мне страшно.
   - Дай руку. Это - не трудно, но нельзя оступиться, всё должно быть чётко. Соберись! Прыгаем на счёт три! Раз, два...
   Даша сама не поняла, как, но... она сделала это!
   - Молодец! - сказал Стас, - Идём дальше. По крышам.
   Погони за ними не было. Подонки, должно быть, нашли какое-нибудь более интересное занятие.
   - После девяти нормальные люди без особой нужды по улицам не ходят. Разве ты этого не знаешь? Надо прятаться по домам. Ты где живёшь? Приезжая, небось? Где остановилась? - спросил Стас, когда они через ещё один люк спустились на старый захламленный чердак и пошли по нему, стараясь не споткнуться о перекрытия и наваленный хлам. Стас вынул из кармана небольшой фонарик и шел впереди, освещая дорогу.
   - Можно и так сказать. Что я - приезжая. А если до конца всё рассказывать, то ты, скорее всего, не поверишь, - отозвалась Даша, - И остановиться мне не у кого.
   - Всё бывает. Есть хочешь?
   - Да.
   - Тогда - айда со мной, есть у меня одна "нычка". Там перекантоваться одну ночь можно.
   Они спустились по чёрной лестнице вниз и вышли на Сенную. Фонари здесь отсутствовали, было темно и мрачно.
   - Ой, что это? - вырвалось у Даши.
   В стороне от громадной безлюдной сейчас площади, пересекаемой трамвайными путями, зияла огромная дыра - глубокая яма, освещаемая лишь луною. Вокруг валялся кирпич, вывороченный из земли столб, куски блоков и цемента.
   Стас удивлённо посмотрел на девушку.
   - Ты что, ни разу здесь не была? Это - взорванная станция метро.
   - "Площадь мира", - прошептала пораженная Даша.
   - Она самая. Пошли?
   Миновав площадь по диагонали, Стас направился к одному из серых домов в глубине улицы.
   - А это - знаменитые "места Достоевского". Тебе, как приезжей, будет интересно совершить по ним экскурсию. В одном из домов напротив жил Родион Раскольников. В том смысле, что писатель описывал именно этот дом, вплоть до количества ступенек. И ты знаешь, со времён, описанных Достоевским, ничего не изменилось. Даже огромная лужа во дворе-колодце по-прежнему осталась на месте. И тут, естественно, живут люди... А нам - немного дальше. Там мастерня одна есть, от лифтреммонтажа, ночью там никого не бывает. Я запросто могу открыть дверь. И закрыть потом - тоже. Никто и не заметит, что мы там были. Только оттуда нам надо будет свалить глубокой ранью, в семь туда лифтёры заявятся. Тараканов там много, на раковине - крысу однажды видал. Здоровую. Она мыло грызла. Но зато есть диван, куча ватников... Укрыться ими можно будет. А ещё, можно нагреть электрочайник - и чаю вскипятить. У меня в кармане пара супов пакетных - запарим и съедим. Быть может, у лифтёров что ещё из еды завалялось. Если крыса ещё не съела - оприходуем.
   Лифтёрная была оборудована в одной из квартир первого этажа. Окна её были изнутри заделаны фанерой - можно было не опасаться соглядатаев. Помещение было сырым и холодным, и потому Стас и Даша натянули на себя по ватнику, отыскав среди висевших на вешалке более-менее чистые. Поставили на стол и воткнули в розетку электрический чайник.
   Стас нашел в столе несколько пакетиков заварки и банку с сахаром, наполовину пустую, а также немного завалявшегося печенья. Железная миска для запаривания продукции компании "Анаком" тоже отыскалась в столе.
   Съев получившийся "супчик" и предоставив железную миску и второй пакетик Даше, Стас вдруг, в упор уставившись на Дашу, спросил:
   - Говори, не задумываясь: ты - с другой реальности?
   Даша вздрогнула. Она никак не ожидала подобного вопроса.
   - Н-не знаю. Наверное.
   - Я так и подумал. Когда мы были около "Площади мира". Ужас на твоём лице был неподдельным. И не зря, получается, приспешники "серых" ни с того, ни с сего в тебя стрелять удумали. Что-то в тебе показалось им странным. А ну-ка, сними на минутку ватник. Покажи рукава!
   Даша оторопело стянула ватник и сама себя осмотрела: руки, ноги...
   - Конечно, - сморщился Стас, как от зубной боли, - нашивка. На рукаве "толстовки". Эмблема общества "зелёных" города Питера. Капля, дерево и радуга. Слова "Питер" и "Партия зелёных"... Нет здесь такой партии - да и вообще никаких партий, кроме правящей. А общество "зелёных" - в оппозиции. Понимаешь?
   - Да. Ты думаешь, они успели разглядеть нашивку, потому и стреляли?
   - Это вполне вероятно. У них в голове есть встроенные наночипы, ориентированные на рефлекторное уничтожение "врага". Вначале - стрельнули, потом - подумали. Или кто-то получил команду "отмена": тобой заинтересовались. "Зелёные" здесь в розыске, но эмблема у них другая. Эти разъезжающие по улицам парни - лишь зомби, прислужники "серых". С чёткой программой, кого именно убивать. Все эмблемы, знаки, жесты, лица "случайных" жертв встроены у них в память. Это лишь "здешние" думают, что парни просто бывают не в себе и лупят, почём зря, всех, кто ненароком подвернулся под руку, поскольку никакого наказания за это им всё равно не будет. Ведь они и всю власть предержащую "братву" "крышуют". Но, в действительности, их запрограммированными мозгами давно распоряжаются "серые", затеявшие пустить этот вариант мира по пути "свёрнутой эволюции", то есть, пути разложения и регресса.
   - А ты почему в курсе? И кто такие "серые"?
   - "Серые" - это инопланетяне, прилетевшие с одной из планет в созвездии Ориона. Выглядят, как маленькие рептилоиды с большими черными глазами. Наверняка ты видела таких в многочисленных статьях о "братьях по разуму". Первый их глобальный десант появился здесь в тридцатые годы двадцатого века - то есть, больше столетия тому назад. И, стараясь не показываться на глаза широкой общественности, они вели свою закулисную игру, подчиняя себе отдельных людей, манипулируя их сознанием и везде затевая войны и внутренние конфликты, распространяя эпидемии и сталкивая людей друг с другом. А главное, делая для большинства людей их жизнь безнадёжной и бессмысленной.
   - Откуда ты всё это знаешь? - изумилась Даша.
   - Мне много чего рассказывал мой учитель. Он - из Хранителей.
   - Ты видел Хранителя? Кто они, как выглядят?
   - А ты - что ж, не видела? А как же ты сюда попала?
   - Я? - переспросила Даша, - Случайно. Я в Эрмитаже была... А вышла - в Гостинке. И - получается, совсем в другом...Питере.
   - Пространственный коридор! Неужели, ты попала в пространственный коридор, причём спонтанно? Ну, уж артефакт или наводка какая у тебя, быть может, есть - но ты о ней сама не знаешь, - Стас изучающе посмотрел на Дашу.
   - Расскажи мне о Хранителях, - попросила та.
   - Если вкратце, то Хранители - наши предтечи, до-цивилизация, представители которой в незапамятные времена улетели в далёкий Космос. Они обосновались в иных мирах и заселили несколько звёздных систем. Вернувшиеся обратно потомки этих улетевших колонистов прибыли сюда для того, чтобы исследовать этот мир. Они обнаружили, что прежняя цивилизация Земли погибла в результате множества катаклизмов, и здесь снова начался примитивный, почти животный, этап развития. С тех пор они, прилетевшие для изучения и помощи, следили за землянами и тайно опекали нашу новую цивилизацию, иногда спасая её от гибели. По мере же развития человечества Хранители скрывались всё дальше, уходя на другие планеты Солнечной системы, создавая базы на Луне, в Антарктиде и под землёй, чтобы не мешать здешнему самостоятельному развитию. Через многие века они открыли скоростную хроносвязь и связались со своей цивилизацией, которая сейчас существует на нескольких других звёздных системах. Та протоцивилизация давно ушла в развитии намного вперёд и достигла новой эры. Они и передали здешним Хранителям сведения об открытии "расширяющегося пространства". Это дало им возможность создания параллельных миров и подпространств по своему желанию и усмотрению. Ими же и было создано "свёрнутое подпространство" - в котором и состоялась встреча Хранителей и представителей цивилизации предтеч, которые вошли в Галактический Союз - межпланетное объединение разумных существ. Теперешние кураторы Земли, Хранители, создали в некоторых местах Земли разветвлённую систему подпространственных коридоров, хранилищ и целые дубликатные миры развития. И с тех пор они не прячутся в затаённых уголках нашей Земли, но имеют свою Землю, вне этого трёхмерного пространства, но в его пределах.
   - А почему они не уничтожили "серых"?
   - Они никого не уничтожают. Но они позволяют "серым", или "малым рептилоидам" - расе техногенной, которую они сразу заметили, когда её пробный, разведывательный десант высадился на Землю в начале двадцатого века, - влиять на умы людей только в этом пространстве, в этом варианте цивилизационного развития. Но не в том, из которого ты сюда попала. "Серые" проникли на землю потому, что им хотелось выведать тайну подпространственных коридоров. Но им здесь очень понравилось - в этом варианте земной цивилизации. Серые-шпионы расселились среди землян, вступив в сговор с некоторыми земными властями, и создали на Земле свою сеть, и теперь более трети разумных существ в этом пространстве являются представителями иной расы, рептилоидами - отсюда пресловутая "перенаселённость" планеты. Силой гипнотического воздействия они внушают людям, что имеют земной облик. Они поглощают и перерабатывают человеческую энергию, буквальным образом кормятся ею, а также захватывают в свои руки власть и богатства планеты. Но, не борясь с ними, Хранители дали им на откуп лишь искусственное ответвление земного мира - этакое "чистилище", что находится в замкнутой ограниченной системе. Впрочем, плоскостное восприятие "серых" органически никогда не осознает этого факта. Они не вмещают в себя мысли о множественности миров. Поэтому, им никогда не отыскать ни один проход.
   - Мы сейчас находимся в этом чистилище?
   - Да.
   - А ты... Здесь и родился?
   - Нет. Я из того же самого мира, что и ты. Но я сам так захотел - попасть сюда. Я был просто наивным юнцом, желающим изменить существующее здесь положение вещей. Это был мой осознанный выбор. О котором я теперь жалею. Когда мне об этом мире рассказывал мой учитель, из Хранителей, я верил, что общество можно изменить и улучшить. А для этого видел лишь один способ: взломать систему.
   - Как выглядят Хранители?
   - Как обычные люди - но с необычными способностями. Они встречаются даже на улицах этого города, в здешнем мире.
   - Даже - на улицах этого города, - как эхо, повторила Даша.
   - Ты встречала кого-нибудь из них?
   - Может быть. Хотя - вряд ли. Это было что-то другое... Наверное. Но - как же найти подпространственный коридор? Быть может, они расположены в самых таинственных местах Питера?
   - Весь Питер - сплошь таинственный и необъяснимый, мистический город. В нём встречаются фантомы прошлого - и мечты будущего. В нём есть места, где время течёт с иной скоростью. И это - даже и без пространственных коридоров. Но я не знаю, как найти вход в другой мир. Иначе меня здесь бы уже не было. Я трусливо сбежал бы отсюда. Но ведь ты как-то сюда прошла... И - без Хранителя. Может, у тебя есть артефакт, благодаря которому открываются проходы и ниши между мирами?
   - Нет. У меня нет такого предмета - иначе я бы уже ушла назад. Я здесь не протяну долго... И как это тебе удаётся - существовать здесь?
   - Давно живу, привык. Подрабатываю на тяжёлых работах, где берут только временно и без оформления документов. Ночую по таким вот и подобным... Берлогам.
   - Жуть!
   - И не говори! И - полная безнадёга. В этом мире нет совершенно возможности вырваться из замкнутого круга и как-то проявить себя, нет того, что называется "социальный лифт".
   - Социальный лифт?
   - Да. То есть, возможности с нуля, не имея ни денег, ни связей и пользуясь лишь законными методами достигнуть весомого положения в обществе. Или даже просто относительно приемлемого, в материальном смысле, существования.
   - Тут просто по улицам - и то ходить гадко. Надо выбираться отсюда, непременно и как можно скорей! - сказала Даша убеждённо.
   - Вместе мы что-нибудь придумаем, - ответил Стас.
   Ночь, тем временем, вошла в самую тихую и бесконечную пору. Казалось, что за разговором прошло очень много времени. Но теперь нависла пустота и безысходность. Даше вновь стало страшно.
   - Надо тебе поспать. Хоть немного. С рассветом начнётся новый день. Мы не знаем, что он готовит. Отдохни, - сказал Стас.
   - Я не знаю, что мне делать, - устало ответила Даша.
   - Попытайся уснуть хоть ненадолго.
   Даша улеглась на старый скрипучий диван, стоявший около грязного стола в "мастерне", а Стас остался сидеть на стуле за столом, покрытым обшарпанной клеёнкой, уронив голову на руки.
   Даша не смогла уснуть, хотя и лежала с закрытыми глазами. Был тот самый "час волка", досидев до которого она никогда уже не могла заснуть до утра.
   Она услышала, что Стас выключил свет и вышел в коридор. Неожиданно он стал звонить кому-то по сотовому телефону. Но Даша, прислушиваясь, не могла расслышать слова. Ей показалось всё это странным, да и вообще в истории со Стасом она чувствовала массу нестыковок, самая видимая из которых - невероятность встречи в Питере двух людей из параллельного мира.
   - Жду, - услышала она единственное слово подошедшего ближе к дверям в это помещение Стаса. Потом он, кажется, закурил - даже сюда, через не до конца прикрытую дверь, стал проникать дым.
   Через полчаса-час раздался стук ногой во входную, обитую дерматином, дверь. Стас пошёл открывать.
   Вскоре Даша услыхала топот шагов и голос, похожий на голос подростка:
   - Привет, Стас! Неужели, ты снова выпас кого-то из Хранителей?
   - Привет, Шкет! Я не уверен. Встретил в городе какую-то чувствительную дурочку, спас её от гопоты. Задал вопрос навскидку: ты не отсюда, мол? И - что ж, представляешь, она отвечает, что не отсюда! Только, немного странно, что Хранители в качестве посланника для распространения своих идей в наш, как они утверждают, неразвитый мир послали такую молодую девушку. Прошлый Хранитель, который мне повстречался, как ты помнишь, был стариканом. Да и, чтобы напасть на его след, я долго в Ротонде тусовался со всякими блаженными эзотериками. Помнишь, подъезд такой обшарпанный, в котором все стены расписаны всякими "паломниками", с "Древом жизни" на стене, кем-то намалёванном, где была некогда Масонская Ложа?
   - Помню-помню. Там ещё люк в полу какой-то, только не канализационный.
   - Ага. Так вот... Странно, что я случайно эту девчонку встретил. Я сегодня специально не ходил и не искал Хранителей. Хотел у неё выведать, где находится проход... Вроде бы, не знает ничего. И артефакта никакого нет. В общем, с неё мне толку - ноль.
   - Значит, сдай ее властям. Так и порешил - коли меня зовёшь?
   - Ага. Только - не за так, а чтобы они мне заплатили. А дальше сами выяснят, где у шкафа дверца.
   - Тогда, лучше напрямую "серым" её сдать. Больше дадут, чем мои. И уж точненько, что ее расколют. Есть у них всякие-разные приборчики... Так поговаривают.
   - А они меня не аннигилируют? За то, что слишком многое про них знаю?
   - Ну, а ты про свои познания - молчок. Особенно, про то, что ты с Хранителем долго якшался. Наши про то знают, раскололи тебя - и баста. А "серым" про то знать не обязательно.
   - Слышь, Шкет, а у тебя что, не только с мафиозными связи... Ты ещё и на самих "серых" наводки имеешь?
   - Одну только. Да смотри, ты базар больше никому не сливай. И - заплати мне с того, что наваришь, процентов десять. Так по-честному будет.
   - Ты меня знаешь. Замётано. Только стрёмно всё ж. На своих я работать привык, а вот на инопланетяшек...
   - Всё бывает в жизни первый раз. Потому ты не работал на них, что никто из Хранителей тебе больше не попадался. Та, прежняя, история не в счёт. Ты тогда другой совсем был. Не наш. А как к нам попал, так на Контору честно работал. Не твоя вина, что Хранителей не просекал больше - ведь и задания тебе другие давались. Наши больше на недовольных и оппозиционерах специализируются. Вот ты и сдавал их пачками. А что касается теперь твоей девчонки - это совсем другой случай.
   - А они её - того... Не уничтожат? Совсем безобидная ведь, как ребёнок.
   - А с чего ты взял, что они Хранителей уничтожают? Наверное, они живыми нужны. Для опытов.
   - Ну... Хранителям не хочется почему-то им живыми сдаваться. Я тебе не рассказывал, как с Хранителем от "серых" драпал? Он, чтобы им не сдаться, с крыши сиганул. А я сам успел спрятаться за укрытие. А потом ... Да, не важно.
   - Нет, ты мне этого не рассказывал. Что я могу сказать? Конечно, с "серыми" дело иметь - страшноватенько, но, ты же знаешь, что, кто не рискует - тот не пьёт шампанского!
   - Ага. А я всю жизнь хочу накопить денег - и уехать, куда подальше. К примеру, в Рио-де- Жанейро махнуть. В других мирах мне не жить, с Хранителями чай не пить, а в этом - жить надо красиво. Что мне здесь светит? Всю жизнь лишь на Контору горбатиться? А уеду - стану вольной пташкой. С другой стороны, а вдруг "серые" меня припрягут? Будет ещё хуже, чем в Конторе.
   - Короче, если всё же решишься на то, о чем мы с тобой тут гутарим, то учти, что Амбал на них года два как работает. А я видал, куда он зачастил в последнее время. Сосед, всё же. А я-то думал, почему Исаакий уже второй год как на ремонте. Забор вокруг, охрана...
   - Они - в Исаакий забрались?
   - Вроде.
   - Я тебе не говорил, но, информация за информацию... Так вот, тот самый Хранитель, учеником которого я был, когда на нас "серые" вышли, вовсе не с крыши обычного дома сиганул. Когда разбился. Мы с ним в Исаакий заскочили, а там, вместе с экскурсией, поднялись наверх. Ты был там, наверху? Нет? Вид оттуда открывается - у-ух! Весь наш Питер - как на ладони. Статуи эти огромные - совсем рядом с тобой. Он оттуда и прыгнул. Все остальные, кроме меня и "серых", стояли, будто замороженные. Остановленное время. А на мне брелок был тогда, им подаренный. Потому и не подействовала на меня "заморозка". Я, как увидел, что он прыгнул - как полоумный вниз, мимо всех, по лестнице бросился. Совсем чокнулся тогда. Залез на маятник Фуко, к нему прижался - и катаюсь. Еле меня потом оттуда оторвали работники музея. И вызвали "скорую психиатрическую". Ну, и увезли меня тогда на Пряжку и долго лечили. С полгода. Куда брелок делся - не знаю. "Серые" про меня, видать, забыли. А Контора потом взяла в сотрудники. Как не чувствительного к волновой обработке. Говоришь, Исаакий до сих пор "серым" интересен?
   - Может, проход там ищут теперь? Решили, что он случайно мимо прохода прыгнул?
   - Может... Не знают ведь, что мы тогда совершенно случайно туда подались.
   - А вдруг - нет?
   - Действительно... Кто его знает? Но... он ведь разбился...
   Даша не верила своим ушам. Этого она никак не ожидала. Это было предательство. К тому же, Стас ей соврал. Он был "здешний"... Она приподнялась с дивана, подошла к дверям и прильнула к щели между косяком и неплотно закрытой дверью.
   "Шкет" оказался гораздо старше Стаса, низенький такой мужичонка, щупленький, сутулый. Ноги непропорционально длинные. Ничем не примечателен. Без усов и бороды, с маленькими бегающими глазками. А Стас казался потерянным, и, несмотря на явную подлость этого довольно симпатичного, но оказавшегося таким циничным парня, Даше немного стало жаль его. "А могли бы быть люди", - припомнилась ей странная присказка её бабушки, уготовленная для подобных случаев.
   - Тебе сначала надо съездить к ним самому да переговорить, заломить сумму за девчонку посолидней, поторговаться, - говорил между тем Шкет, - А потом уж и девку отвезти. Я сейчас на мотоцикле, за раз управимся, туда и обратно. Ты её пока здесь закрой. До прихода твоих лифтёров - всяк успеем обернуться.
   Даша отбежала от дверей, быстро прилегла снова на диван и притворилась спящей.
   - Жди меня, Шкет, на улице. Дело говоришь. Я ключи, что на столе лежат, пойду захвачу, чтобы она дверь не открыла - и поедем.
   Стас вошел, глянул на притворявшуюся спящей Дашу - и, взяв что-то на столе, вышел из комнаты.
   Вскоре послышался звук повернувшегося в двери ключа.
   Даша подошла к окну, закрытому фанерой, и выглянула на улицу через маленькую дырочку.
   Она увидела, в свете луны, двор-колодец этого дома. Стаса окружило по меньшей мере человек двенадцать. Двое из них заломили ему руки за спину и потащили к микроавтобусу. Остальные направились к подъезду. А Шкет - как сквозь землю провалился. Его здесь не было.
   Даша, пытаясь отсрочить неизбежное, решила спрятаться подальше и, выйдя из той комнаты, где стоял диван и стол, пошла дальше по коридора. Следом была ещё одна комната, без окон, заваленная грязными железками и освещаемая лишь светом, падающим из коридора. Дверь в нее не закрывалась. Прямо же по курсу следовали еще две двери - в туалет и к умывальнику, а с ответвления коридора, справа от этих дверей, явно шел холод. Даша завернула туда и увидала еще одну дверь, оказавшуюся закрытой и ведущую, скорей всего, на чёрную лестницу. "Чудес не бывает", - подумала Даша, в который раз наваливаясь на неё всем корпусом. Дверь не поддавалась.
   Неожиданно она услышала голос, раздавшийся с той стороны двери:
   - Подождите немного! Я, кажется, успел вовремя! Сейчас я открою эту дверь отмычкой!
   И действительно: несколько поворотов замка - и дверь открылась. В темноте были видны лишь контуры невысокого человека в коротком плаще, но никакого опасения эта фигура у Даши не вызвала. Да и голос у незнакомца был мягкий и приятный.
   Дверь, действительно, выходила на чёрную лестницу. Далее же - проход на улицу зиял обнаженной дырой, проёмом без дверей, сквозь который задувал ветер.
   - Нам - сюда, - сказал Даше незнакомец, устремляясь вверх по лестнице, - И побыстрей!
   Даша ещё успела услыхать сильный грохот - должно быть, дверь в "мастерню" бесцеремонно выломали.
   - Нам на четвёртый. В этом подъезде нет выхода на крышу...Я проверял, пока Стас со своим знакомым беседовал. О чём - тоже знаю. Есть у меня аппаратура, позволяющая слышать нужный разговор на расстоянии. Главное - волну нужную поймать. Те, кто вломились, были без собаки. Не смогут твой след взять. Нам сюда: это четвёртый. Я проверял, тоже с помощью прибора... Тут, в этой квартире, в одной из комнат точно нет дома хозяев. И вряд ли кто заявится уже, среди ночи. Нам - сюда. Отсидимся до рассвета, - сказал ей неожиданный друг.
   Открыв дверь четвёртого этажа - к счастью, кто-то забыл закрыть дверь на "чёрный ход", - они оказались в коридоре. Это была коммуналка.
   - Тише! - приложив палец к губам, прошептал Дашин спутник. Они потихоньку прошли мимо комнаты без дверей, в которой сушилось бельё, и нескольких ещё дверей справа и слева, пока человек, идущий впереди, не остановился перед следующей дверью и не открыл одну из комнат.
   Комнатка оказалась довольно уютной: с книжными полками от пола до потолка, занимающими одну из стен, с пианино, маленьким раскладным диванчиком, платяным шкафом, компьютером на столике и буфетом.
   Незнакомец включил свет, и Даша только теперь толком разглядела его. Он был щуплым, с большими серыми глазами, тонкими губами и ровным носом. Человек этот был скорее пожилой, поскольку начинал лысеть, но чрезвычайно подвижный и гибкий. Он, войдя сюда, снял коричневый плащ, повесив его на спинку стула, и теперь был одет в тёплый клетчатый костюм и тёмную рубашку. Он присел на стул, стоявший перед компьютером, и жестом пригласил Дашу располагаться на диване. Даша присела.
   - Меня зовут Михаил Андреевич, - представился незнакомец.
   - Даша, - отозвалась девушка, - А вы, если я правильно поняла, Хранитель?
   - Догадливая! - улыбнулся Михаил Андреевич, - Да, я - Хранитель. Причём, тот самый, который был вместе со Стасом - тогда, в Исаакиевском Соборе... Ты же сейчас тоже слышала историю Стаса?
   - Так то всё - было на самом деле? Но вы - живой... Вы действительно были его учителем?
   - Я был его учителем и учителем других людей. Он сам вышел на нашу группу. И я считал, что он подавал большие надежды. Но... Увы! Этот случай с тобой...
   Михаил Андреевич замолчал.
   - А он родился в этом мире? - спросила Даша.
   - Да.
   - Я почему-то так и подумала. Он мне соврал. И, знаете ли, я тоже на некоторое время поверила ему - потому что он спас меня. И, когда мы с ним ходили по крышам...
   - Он не безнадёжен. Родись он в другом мире - был бы хорошим и добрым человеком. Быть может, даже благородным. Но это испытание оказалось ему не по силам. И он его не выдержал. Это не совсем так: что нам даются только такие жизненные испытания, которые нам по силам. Иначе, не было бы в мире столько сломленных людей. Так что, если сможешь, прости его. И не держи на него зла.
   - Я постараюсь, - ответила Даша.
   - Он не лишен ума и смелости. Но Стас слишком много думает о своей собственной выгоде. Большинство людей мира, в котором мы с тобой сейчас находимся, не эволюционируют именно по этой простой причине - они слишком практичны. Слишком тяжелы и слишком материальны. И потому, вряд ли когда-нибудь выйдут за пределы этого, слишком тяжелого и материального, мира.
   - А отсюда вообще есть выход?
   - Для тебя - несомненно. Но нам из этой комнаты целесообразно будет выйти не раньше утра - и тогда мы начнём действовать. Нам придётся ещё немножко подождать. И потому, если хочешь, я расскажу тебе - а вернее, даже покажу... Одну историю. И ты сама решишь, как относиться к Стасу.
   - Конечно, хочу, - сказала Даша, которая только теперь отогрелась душой и, наконец, вновь ощутила полное спокойствие и уверенность. Быть может, от присутствия рядом Хранителя.
   - Тогда - закрой глаза. И ты увидишь мои воспоминания: как кино или видеоряд, - сказал Михаил Александрович, кладя свою руку Даше на голову.
  
   * * *
   ...Настольная лампа. Зелёный рассеянный свет. За столом сидят Стас и Михаил Александрович. Окружающие предметы, расплывчатые и неясные, теряются во мраке комнаты.
   - И так, если я буду вашим верным учеником и докажу свою преданность, вы дадите мне такой предмет, с помощью которого я смогу посещать все ваши музеи, библиотеки и другие "пространственные карманы", проникать в параллельный мир и в мир Хранителей? Или для этого нужно что-то ещё? - горящие глаза Стаса буравят лицо Михаила Александровича.
   - Я тебе уже говорил, что знания пространственных коридоров и наличия артефактов - мало. Нужна ещё лёгкость души, её способность летать и полная отрешенность, не привязанность ни к чему материальному. А эти качества возможны лишь у человека с лёгким сердцем и чистыми руками, - тихо проговорил Михаил Андреевич.
   - Мне кажется, что это всё - отговорки и демагогия. Я не видел никого из Хранителей, кроме вас. И никогда вы не показывали мне ничего необычного! Быть может, что свои миры вы просто выдумали, для пущего устремления к духовным вершинам у вашей паствы. И вы говорите, что, если изменить своё сознание - изменится и мир вокруг. Но я в это не верю! Это всё равно, что пытаться измениться - и в результате изменения пройти эту стену. Изменив только своё сознание, мир изменить невозможно! Это - просто бред! - вскричал Стас.
   - Если я даже возьму и совершу для тебя чудо - ты всё равно его просто не увидишь. И не поверишь мне, - ещё тише, чем раньше, ответил ему Михаил Андреевич.
  
   ... Снег. Белым-бело на улицах. По Невскому идёт бесконечный поток снегоуборочных машин. Трактора отгребают снег с проезжей части на "поребрик". Михаил Андреевич в пальто с высоким воротником и Стас в зимней куртке, без головного убора, идут по Невскому мимо Елисеевского магазина в толпе прохожих, с трудом преодолевая сугробы, ещё не убранные дворниками. Бесконечный снег всё валит и валит большими хлопьями.
   - Вы говорите, что в мире много, якобы, инопланетян, неких "серых", и что они нас используют и кормятся нашей энергией. А я - везде и повсюду, да и сейчас хотя бы, вижу только людей! Эти все ваши секреты - лишь паранойя. Я не верю, что среди нас ходят инопланетяне! - Стас был явно взбудоражен.
   - Хорошо... Тогда - смотри, - говорит Михаил Андреевич, и, отойдя к стенке здания, в самые сугробы, тянет за собой за руку своего спутника. Затем - сосредотачивается и внимательно смотрит на Стаса, глаза в глаза.
   Тут же мир, видимый Стасом, меркнет на минуту и плывёт, теряя очертания. Рассеянно он смотрит по сторонам. Затем мир снова фокусируется - но он уже видит не то, что прежде. Он видит... идущие по Невскому большие энергетические "куклы", управляемые изнутри маленькими человечками со злобными застывшими масками-лицами. А рядом он видит людей, бездумно, как роботы, двигающихся непонятно куда и зачем, отрешенных и абсолютно деревянных. Вокруг них, этих людей, марширующих с целью "пройти прямо", повсюду сплетаются серые колышущиеся нити, будто паучьи тенета, оплетающие их и пронизывающие пространство, уходя к своим невидимым хозяевам-паукам. А люди, не замечая ничего вокруг, продолжают двигаться в своей привычной колее-тоннеле, барахтаясь в неизбежности событий, как мухи в паутине. И лишь несколько человек среди этой толпы движутся совершенно самостоятельно, не по заданным ходам внутри паутины. Эти люди с искрящимися сердцами, быстро лавируя, обходят полусонных прохожих, совсем не касаясь серой мохнатой немочи. Хотя и, слегка поёживаясь под острыми колючими взглядами маленьких черноглазых человечков, управляющих "куклами".
   Стас закрывает глаза - и кричит. Потому, что он увидел, что к нему тоже тянется тёплая, липкая, пушистая паутина...
   - Я тогда уже знал, что Стас... Стал работать на серых. Они...умеют убеждать, вербовать сторонников, - услышала Даша комментарий Михаила Андреевича, - Но...смотри дальше.
   * * *
   ... Отколовшиеся льдины плывут по разлившейся Неве, тает снег. Солнце уже очень яркое, поэтому сияющая белизна снега слепит глаза. И хотя в тени по-прежнему висят сосульки на трубах и окнах, на проезжей части дорог - только рыхлая, чёрная каша из подтаявшего снега, перемешанного с грязью. Пахнет весной. У парапета набережной, неподалеку от памятника Петру, Стоит Михаил Андреевич и смотрит на льдины. Рядом с ним - Стас. Он постоянно оглядывается по сторонам. Будто, ждет кого.
   - Ты уже научился правильно дышать и правильно ходить. Ты научился видеть и чувствовать. Но я не могу научить тебя верить и жертвовать. Потому что этому нельзя научить. Это - знание сердца. Когда-нибудь, быть может, ты их приобретёшь. Но не сейчас, - печально говорит Михаил Андреевич молчаливому Стасу, - Мы есть то, что мы выбираем. Та стрела, что рано или поздно достигает цели. Через миры, пространства, жизни. Медленно распускается цветок души. Придёт время, и семя твоей души прорастёт - и когда-нибудь станет цветком полного осознания...
   - Смотрите! Кажется, это серые! - и Стас показывает учителю на плотную толпу приближающихся к ним людей с мрачными, вовсе лишенными эмоций, лицами, - Надо бежать, пока они не разделились, не бегут окружить нас...
   В глазах Стаса застыл ужас.
   - Что ж, это... конец. Я уже научил тебя всему, чему смог. А теперь... ты останешься один, - Михаил Андреевич, впрочем, совершенно спокоен.
   - В Исаакий, быстрее! - крикнул Стас, и невысокий, начинающий седеть человечек устремился вперёд следом за сорвавшимся с места юношей. Серые бегут на перехват, но эти двое успевают оторваться...
   Вот и распахнутые настежь двери громадного величественного Собора, сияющего великолепием. Они уже внутри богато украшенного храма, где лики святых взирают на них с высоты. Свет, потоками льющийся сверху. Лестница... Они пристраиваются в хвост экскурсии и поднимаются наверх.
   - А теперь ты увидишь чудо. Я... полечу! - внезапно, обернувшись к Стасу, говорит Михаил Андреевич, - Если поверишь - и ты полетишь вслед за мною. Если поверишь мне... Полетели, и мы не попадем им в руки...
   - Нет! В мире крыс не рождаются соловьи, и я - не ангел! Может быть, вы и полетите, но я...Я никогда не буду летать. Лишь разбиваться! - вскричал, перегоняя учителя, перекрывая ему на мгновение проход наверх, Стас. В его глазах застыл панический ужас, - Знаете, учитель, что они делают с пленниками? Нет? А я... уже видел. Они раздевают их догола, накачивают какой-то химией до безвольной покорности, собирают всех помещении со страшными малиновыми стенами... В него ведут, со всех сторон, узкие тёмные коридоры... Потом они включают инфразвук. И люди умирают - от ужаса и боли... Немногие выдерживают, но потом становятся покорными им, как овцы. Скажите, что этого не случится с вами! Скажите, что этого вновь не случится со мной! Скажите - хоть что-нибудь!
   - Этого не случится. И... нам надо наверх! Дай пройти, - спокойно отвечает Михаил Андреевич.
   За ними уже гонятся по лестнице, но беглецы успели подняться наверх. Туда, где стоят экскурсанты, любуясь видом города.
   - Петербург прекрасен с высоты птичьего полёта! - заученно вещает экскурсовод.
   Михаил Андреевич и Стас протискиваются мимо людей, отходят подальше от спуска.
   Огромные чёрные статуи между колон, кажется, наклонились и смотрят вниз. А облака совсем рядом - кажется, протяни руку, и дотронешься. А люди внизу - как муравьи. Игрушечные домики. Грязный рыхлый снег. Машинки - смешные, как в магазине игрушек...
   - Прячься за поворотом. Они уже поднялись. Не бойся, они пришли не за тобой - за мной. Прощай, - говорит учитель, останавливаясь.
   Жуткий, нечеловеческий вопль разрывает на части сознание Стаса. Это кричит он сам. Мир распадается на ледяные сферы отдельных молекул. А учитель... Становится на каменные перила - и прыгает вниз... Крик. А потом - остановившийся мир. И тишина. Полная, абсолютная тишина... Можно метаться, бежать, рыдать - но, даже это не нарушит полную тишину остановившегося мира. Его торричеллиеву пустоту.
  
   - Я прыгнул, сжимая в руке такой "квадратик", как есть у тебя. Я создал временной портал, и тут же закрыл его. И...внизу не оказалось того, что так боялся увидеть Стас - моего разбившегося тела. По меркам этого мира, я совершил чудо, но... Он в него не поверил. Нет, я не умер, я просто совершил прыжок в иное измерение. И Стас, если б держал меня за руку и прыгнул со мной вместе - тоже смог бы пройти...
   -Получается, его обучение было напрасным?
   - Ничего не бывает напрасным. Просто, чем плотнее и безрадостнее мир, тем труднее в нём учить людей, - ответил Хранитель, - Да, и ещё... Из твоего мира сюда путь для обладателя артефакта лёгок. И проходов оттуда - больше, чем обратных. Все они идут через пространственные "карманы". Но этот мир почти изолирован, из него почти нет естественных пространственных переходов. И, быть может, даже настанет время, когда в нём не останется ни одного перехода. И - ни одного Хранителя.
   - А что мне делать, чтобы отсюда попасть домой? - спросила Даша, - Как я поняла, нужен тоннель. И - квадратик. Но, тоннели ведут только от нас сюда, а здесь... Плотная стена.
   - Есть два способа. Самый лёгкий - это отдать мне синхронизатор, и я схлопну ваш общий с ним мир. И ты очутишься тогда и там, где его обнаружила. И всё забудешь.
   - А второй способ?
   - Пройти через один из естественных проходов, что здесь все-таки есть, в твой мир... И тогда ты окажешься там в тот час и ту минуту, когда оказалась здесь - но не обязательно в том же самом месте. Можно оказаться там, где тебе захочется, в том месте, которое ты представишь. То есть, для перехода тебе надо войти в пространственный тоннель, иметь "квадратик", но еще и отчетливо представить себе то место, куда попадешь, место твоего мира. Есть множество непредвиденных факторов, но это всё же должно сработать...Но теперь - уже наступает утро. Пора! Возьми свой синхронизатор и зажми его в руке.
   Даша вынула из кармана коробочку, положила "квадратик" на ладонь, и крепко его сжала. Хранитель надел свой плащ, выключил в чужой комнате свет. Затем достал второй синхронизатор - из кармана своего плаща. Только, в отличие от Дашиного, его "квадратик" был крупнее, сверкал и искрился.
   Хранитель тоже сжал в своей ладони маленький "кристаллик" - и, не успела Даша ничего сказать, как он коснулся своей рукою её руки с зажатым в ней синхронизатором. И - будто разряд молнии, вспышка - и ничего вокруг, кроме яркого света. Настолько яркого, что Даша зажмурилась.
   Открыв глаза, Даша увидела, что находится теперь вовсе не в той комнате, где была раньше, а совсем в другом месте. Неподалёку - чугунная ограда, чуть поодаль - очертания Свято-Троицкого храма, а за спиною - полуразрушенные, разграбленные надгробия, развороченные могилы, не имеющие ни надписей, ни табличек... А рядом - покосившиеся кресты и разбитые серые часовенки. Они были в Александро-Невской Лавре! Только она была неухоженной, не такой, какой её знала Даша, и маленькое озерцо вдали превратилось в заросшее камышом болото. Вокруг клубился лёгкий туман. Изо рта шел пар. Холодно! Даша зябко сжалась, обхватив плечи руками.
   - Пойдём! - позвал Дашу Михаил Андреевич.
   - Если мы можем оказаться в любом месте, каком вы пожелаете, почему мы не переместились сюда раньше, ещё от мастерской? - спросила Даша.
   - По многим причинам. Во-первых, мне долго пришлось бы прямо там объяснять тебе, что к чему. Во-вторых, у "серых" есть приборчики, которые по всплеску энергии могли бы тогда просчитать это место. Вдобавок, всё равно, здесь нам надо было оказаться именно утром.
   - Почему - утром?
   - Потому, что ночью не пускают на службу в храм.
   Они прошли мимо Некрополя, в котором кресты и памятники стояли почти вплотную друг к другу и напоминали Даше уличные кварталы. Серые куполообразные часовенки, хрупкие фигурки ангелов, печально склонённые головы женских фигурок... Странные чувства всегда охватывали Дашу на кладбище. Светлая грусть, смешанная с тоской и разочарованием. Здесь встреча с непознанным - и безысходность, тщетность земного пути, устремление ввысь - и горькая усмешка печали. И, будто бы, встреча с тенями тех, кто бродил по этой земле когда-то. Юные и старые, с печалями и радостями, враги и друзья, такие разные при жизни, лежали теперь совсем рядом друг с другом.
   Храм был уже открыт, и в него устремлялись прихожане. Внутри было спокойно и торжественно. Ярко горели свечи. Тихое церковное пение лилось будто откуда-то из других миров и пространств, возвышало и отрывало от земли.
   - Что теперь делать? - спросила Даша, двигаясь как во сне или тумане, потеряв ощущение реальности.
   - Я только что внушил всем, что ты невидима. На всякий случай, ведь люди здесь и так не замечают внешнего, сосредоточившись на внутреннем. Тебя сейчас никто не видит. Нащупай в кармане свой синхронизатор - и зажми его в кулачке. Вот так! Вот и всё. Ступай прямо, когда станешь на ту плиту, совершишь перемещение. Прощай!
   - Спасибо вам за всё!
   - Иди. Не теряй сейчас ни минуты. Думаю, что мы ещё встретимся когда-нибудь.
   Даша пошла вперёд и остановилась на одной из плит, от которой почувствовала льющееся тепло и лёгкое свечение. Она сделает всё, как велел ей Хранитель. На этой плите есть какая-то надпись, но Даша уже не успевает её прочитать. Что-то неодолимое увлекает её, будто отрывая от пола. Она закрывает глаза, и... Всё закружилось - как при падении в обморок. Она забыла, где она, кто она, что происходит. Будто бы всё исчезло, и не было ни пространства, ни опоры. Теперь надо четко представить желанное место...
  
   * * *
   Когда она очнулась, то лежала на полу, на паласе, у себя дома. Тихо тикали настенные часы. Кот Барсик тыкался ей в лицо своим мокрым носом - волновался за хозяйку. Был день. Часы показывали без двадцати четыре.
   Даша встала и осмотрелась вокруг. "Не может этого быть!" - удивилась она. На столе лежал её перстенёк, который она отдала незнакомой женщине.
   Даша включила компьютер и посмотрела на число. Был "вчерашний" день - тот, в который она пошла в Эрмитаж. "В Эрмитаже, в гардеробе, висит моя куртка. И там меня сегодня в три часа ждал этот смешной человек, Одинцов. Может, он ещё там? Надо ехать", - подумала Даша. Она покормила Барсика, подумала с минуту - и выложила свой "квадратик", нащупав его в кармане, в ящик стола. Затем спешно обулась и выскочила прочь из дома.
   Когда она, доехав на троллейбусе до Эрмитажа, подбежала к гардеробщице, было без двух минут четыре, и на сегодня музей уже закрывался.
   - Девушка! Не задерживайте меня! Только ваша куртка и осталась! И где вас носит? - недовольно проворчала гардеробщица, когда Даша протянула ей свой номерок.
   Получив свой плащ, она только сейчас заметила подошедшего откуда-то из глубины полуосвещенного помещения Одинцова, который стоял, ожидая Дашу.
   - Надо же, мы с вами разминулись! Я, когда пришёл сюда, то решил, что, раз у меня ещё осталось двадцать минут, сходить в буфет, - пояснил он растерянно, когда подошёл поближе, - Наверное, потому мы и не встретились. Я опоздал, задержался в буфете, очередь медленно двигалась. Вы уж меня извините! Я вечно где-нибудь теряюсь!
   - Ну, что вы! Во всяком случае, в этот раз потерялась я. А вы меня так терпеливо ждёте, - ответила Даша и рассмеялась, - Ну, что - ещё не поздно идти в гости к вашему знакомому?
   - В самый раз! Я ему сейчас отзвонюсь - пусть ожидает!
  
   Знакомый Сергея Павловича жил где-то за Сенатской площадью, куда легко можно было добраться пешком от Эрмитажа, в одном из домов, расположенных в кварталах, следующих за зданием Сената и Синода. Дом был старым, прочным и надёжным, со старинным не разобранным камином внизу, широкой парадной лестницей с перилами, отполированными до блеска, с несколькими звонками около обитой кожей двери с красивой медной ручкой с львиными головами. Далее последовали скользкие паркетные полы в коридоре, вешалки для многочисленных пальто и курток с трёхэтажными полочками для обуви под ними. Даже пахло здесь как-то по-особому: дорогой парфюмерией, благовониями, комфортом и уютом.
   Хозяина звали Игорь Вениаминович. Он был интеллигентом до мозга костей, работал в Пушкинском Доме и увлекался изучением иностранных языков.
   Стол, за который усадил гостей Игорь Вениаминович, был старинный, из чёрного дерева - да другой бы и не вписался в обстановку. Повсюду: на дверях, в шкафах, на окнах, - висели и звенели стеклянные рыбки и гранёные шары, а на полках с книгами стояли многочисленные слоники из кости и мрамора и другие фигурки. Стены украшали африканские маски, иконы и картины в восточном стиле.
   Игорь Вениаминович зажег свечи большого подсвечника и благовонные палочки, заварил ароматного восточного чая... И, по-видимому, радуясь гостям, заговорил сразу обо всём на свете - об НЛО, пришельцах, древних цивилизациях и культурах.
   Потому, где-то блуждавшая и расплывавшаяся сознанием Даша почти не сразу услышала, впрочем, как и все остальные, когда кто-то позвонил в дверь. Потом Игорь Вениаминович пошел открывать и вернулся... Она чуть не вскрикнула от удивления. Рядом с хозяином квартиры стоял... Нет, этого просто не может быть!
   - Разрешите представить, мой сын Станислав, - сказал, снова присаживаясь за стол, Игорь Вениаминович, - Славик, ты посидишь немного с нами?
   "Как же он похож... На Стаса. И тоже - Станислав. Карие глаза, длинная чёлка, весёлый характер - полная копия того парня, из параллельного мира", - подумала Даша.
   - Приятно было познакомиться! Славик, ты не проводишь девушку?
  
   Они шли мимо Исаакия. В небе уже зажглись первые звёзды. Застывшее, огромное каменное здание с золотым куполом. Фигуры ангелов, глядящие вниз со своего тёмно- серого постамента, словно собираясь упасть или спрыгнуть оттуда. Величественные колонны, подавляющие своей красотой и монументальностью, будто бы говорящие о том, что в этом мире даже ангелы рискуют разбиться, пытаясь взлететь на небо.
   - Даша, мне кажется, что мы с вами уже встречались. Мы могли бы стать друзьями, как вы считаете? - спросил вдруг Славик робко.
   - Всё может быть... Но, когда-нибудь потом. Не сейчас, - отвечает она, чувствуя, будто глубоко в душе что-то в ней обрывается и летит в бездну.
   - Нет, не сейчас, - повторяет Даша, - Сейчас я хочу пройтись по городу и ещё раз обо всём подумать. Спасибо, что вы проводили меня немного. Но дальше я пойду одна.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"