Маренков Андрей Борисович: другие произведения.

Максимилиан Волошин - Поэт, художник, мистик, странствующий во Времени

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    О Максимилиане Волошине, поэзии, мистике, врачеваниях, тайных обществах, путешествии во Времени, и о других удивительных вещах. Спасибо Вадиму Черноброву.

  
   О Максимилиане Волошине я узнал от Вадима Черноброва, когда смотрел его лекцию на YouTube "Машина Времени". Нельзя сказать, что прежде я никогда не слышал имя Волошина. Слышал, краем уха. Но не интересовался. Поэтов много разных, и на всех времени не хватит. А тут Чернобров упомянул его имя, да еще в такой связи, и наряду с Гербертом Уэлссом. Вот слова Черноброва, дословно: "Максимилиан Волошин не только считал что МВ возможна, но и намекал что он уже пользовался МВ. Где он её нашёл, это вопрос отдельный. Его друзья естественно, воспринимали его слова, типа "Ну мало ли что там, эпатажный поэт мелет.. Стоит ли это всерьёз воспринимать." Но спустя десятилетия, когда Волошина уже не было в живых, он умер в 1932 году, когда стали сбываться его описания Москвы будущего, появились в общем-то, вполне закономерные вопросы, а кто он такой, Волошин? Такой вот удивительный просто, предсказатель, ну может, ему во сне грезилось. Может быть, он видел картинки из будущего. Ну так или иначе, его картинки из будущего, которые он описывал, якобы летая в будущее, они очень напоминают Москву конца 20го, начала 21-го века, т.е. современную Москву, куда он якобы перемещался. Он видел Останкинскую телебашню, которой в 1920-е годы не было даже в проекте. Он видел Дом "Книжку" (ныне Московская мэрия), видел Новоарбатский проспект, ну и многое другое. Я не являюсь фанатом его поэтических книг, это как говорится, дело вкуса. Но если вы, вы почитаете его произведения, может быть, вам откроется больше чем знаю я о Волошине, главную загадку, одну из главных загадок своей жизни он унёс в могилу."
   Я поверил Черноброву, и заинтересовался, и решил по-исследовать. Что за Волошин, о котором ничего не знаю. И что же я открыл, обнаружил? А вот что мне открылось.. Максимилиан Волошин - уникум, в ком сошлись воедино поэзия и живопись, история и культура тысячелетий, магия и религия, масонство и тайные общества, католицизм и православие, врачевание и мистика, оккультизм и дар предсказателя, годы странствий и путешествия во времени. И даже одевался он тоже, необычно, в средневековых традициях. Данная статья это собственно отрывки из разных статей в интернете, обобщенных мной под одну тему, и с большим добавлением моих собственных исследований, предположений и выводов. Надеюсь, я не нарушил чьих-то прав.
   28 мая 1877 года родился Максимилиан Александрович Волошин (настоящая фамилия - Кириенко-Волошин) - русский поэт, художник, мистик, неутомимый странник и путешественник, маг, философ, врачеватель, один из самых ярких поэтов Серебряного века.
   Ещё при жизни Максимилиан Волошин стал легендой. Следы его деятельности впечатаны не только в почву Крыма, но и в почву русской культуры первой половины двадцатого века. В советские годы Волошин считался "полузапрещенным" поэтом. На несколько десятилетий творчество его было предано забвению. Пробить завесу молчания удалось создателям книги "Максимилиан Волошин - художник" (сост. Р. И. Попова). - М., 1976. А спустя год вышел томик стихотворений Волошина в Малой серии "Библиотеки поэта". Однако сборник получился весьма однобоким: в него практически не вошли стихи поэта о войне и революции. Лишь в 1990-е годы в печати стали появляться сборники произведений Волошина.
   Максимилиан Александрович родился в Киеве в Духов день, "когда земля - именинница", в семье юриста, коллежского советника Александра Максимовича Кириенко-Волошина (1838-1881) и Елены Оттобальдовны (1850-1923), урожденной Глазер. Отец вёл свою родословную от запорожских казаков. Предки матери были обрусевшими немцами, попавшими в Россию ещё в XVIII веке. Как считал сам поэт, он был "продуктом смешанных кровей" (немецкой, русской, итало-греческой)
   Максим рос красивым мальчиком, довольно дружелюбным и можно сказать мягкотелым, несмотря на попытки матери, например, ввязать его в драку с соседскими хулиганами. Елена Глазер нанимала цирковую наездницу, чтобы та учила Максимилиана всевозможным трюкам и кувыркам на лошади. Она приветствовала и даже поощряла необычайный интерес сына к мистическим и оккультным событиям.
    []
  
    []
  
    []
  
   В 1893 году Елена Оттобальдовна из-за материальных трудностей оставляет столицу. За гроши она покупает небольшой участок земли в Крыму, близ болгарской деревни Коктебель. Максимилиан с матерью переезжает в Крым. В его жизни впервые появляются Феодосия с ее генуэзскими крепостями и турецкими развалинами и Коктебель: море, полынь, нагромождения древнего вулкана Карадаг. С Коктебелем будет связана вся жизнь поэта.
   Точная дата основания Коктебеля неизвестна. Античные источники упоминают поселение Афинеон, которое должно было находиться в районе Коктебеля, однако следов античной эпохи в Коктебеле не обнаружено. На плато Тепсень, в непосредственной близости от поселка, находилось крупное полугородское христианское поселение - известны остатки базилики, меньших церквей, жилых домов - всего площадью 17 га. Поселение существовало до рубежа IX-X веков, было разрушено печенегами и возрождено в конце XII века, вероятно, венецианцами. Расположен на побережье Чёрного моря, в 20 км к юго-западу от Феодосии, на берегу Коктебельского залива, у подножия вулканического массива Карадаг.
    []
  
   На способного юношу, который отлично рисовал, писал стихи и имел артистический талант, обратили внимание. Вскоре Макс стал едва ли не местной знаменитостью, ему пророчили большое будущее и называли не иначе как "второй Пушкин".
   Два года студенческой жизни в Москве оставили у Волошина ощущение пустоты и бесплодных исканий. В 1899 году царские власти выслали его в Крым за организацию студенческих беспорядков. Он сумел уехать за границу и посетил Италию, Швейцарию, Францию и Германию. Когда вернулся, был допущен до экзаменов и возобновил учёбу на третьем курсе юридического факультета. Однако, курса так и не окончил, за революционную деятельность был выслан в Среднюю Азию, якобы строить железную дорогу. Впоследствии Волошин вспоминал: "Мои школьные годы - глубокое недоразумение всей моей жизни... Ни гимназии, ни университету я не обязан ни единым знанием, ни единой мыслью. 10 драгоценнейших лет, начисто вычеркнутых из жизни".
    []
  
    []
  
    []
  
    []
  
    []
  
    []
  
    []
  
    []
  
    []
  
   Полгода, проведённые в пустыне с караваном верблюдов, были решающим моментом его духовной жизни. В ссылке он много читал и (по его словам) "почувствовал Азию, Восток, древность и всю относительность европейской культуры".
   "1900 год, стык двух столетий, был годом моего духовного рождения. Я ходил с караванами по пустыне. Здесь настигли меня Ницше и "Три разговора" Вл. Соловьева. Они дали мне возможность взглянуть на всю европейскую культуру ретроспективно - с высоты азийских плоскогорий и произвести переоценку культурных ценностей", - писал об этом времени жизни М.Волошин.
  
   Когда, овеянный туманом,
   Сквозь сон миражей и песков,
   Я шел с ленивым караваном
   К стене непобедимых льдов.
  
   Шел по расплавленным пустыням,
   По непротоптанным тропам,
   Под небом исступленно-синим
   Вослед пылающим столпам.
  
   А по ночам в лучистой дали
   Распахивался небосклон,
   Миры цвели и отцветали
   На звездном дереве времен,
  
   И хоры горних сил хвалили
   Творца миров из глубины
   Ветвистых пламеней и лилий
   Неопалимой купины.
  
   В Ташкенте Волошин принимает решение не возвращаться в университет, а ехать в Европу, заниматься самообразованием. С рюкзаком он прошел Италию, Швейцарию, Австрию, Францию, Германию, Испанию, Грецию. Он жадно познавал пространство и время, народы и их культуры, легко проникал в любую историческую среду, отделенную от него морями и столетиями, он чутко и внятно воспроизводил померкшие в памяти поколений исторические краски. Это его свойство подмечено современниками поэта и воспроизведено в их воспоминаниях. Взгляд на мир с высоты тысячелетних культур разных народов становится у Волошина главенствующим в пору его творческого созревания. Судьба народов Земли, самой Земли в кругу светил - вот что его интересует в первую очередь.
   Прим. - Волошин не говорит прямо, что он путешествовал на Машине Времени, но этим пронизан весь дух его прекрасного стихотворения! Эти строки из маленькой поэмы Волошина "Четверть века" написаны в Коктебеле в декабре 1927 года, в дни землетрясения. Все три времени - настоящее, прошедшее, будущее - сомкнуты в одно, и человек, написавший эти строки, находится во всех веках и в любом пункте планеты одновременно. Такова магия поэзии Волошина.
  
   Каждый рождается дважды.
   Не я ли
   В духе родился на стыке веков?
   В год изначальный двадцатого века
   Начал головокружительный бег
  
   Мудрой судьбой закинутый в сердце
   Азии, я ли не испытал
   В двадцать три года всю гордость изгнанья
   В рыжих песках туркестанских пустынь?
  
   В жизни на этой магической грани
   Каждый впервые себя сознает
   Завоевателем древних империй
   И заклинателем будущих царств.
  
   Я проходил по тропам Тамерлана,
   Отягощенный добычей веков,
   В жизнь унося миллионы сокровищ
   В памяти, в сердце, в ушах и глазах.
  
   "В моих странствиях я никогда не покидал пределов древнего Средиземноморского мира: я знаю Испанию, Италию, Грецию, Балеары, Корсику, Сардинию, Константинополь и связан с этими странами всеми творческими силами своей души. Форме и ритму я учился у латинской расы. Французская литература была для меня дисциплиной и образцом." - М.Волошин, Автобиография 1925 г.
   В 1901 году М.А. Волошин приезжает в Париж второй раз и надолго связывает свою жизнь с этим городом. Занимается в Луврской школе музееведения, Школе Ф. Коларосси, мастерских Д. Уистлера и Е. С. Кругликовой. Слушает лекции в Сорбонне, посещает многие музеи и библиотеки Европы. Его рецензии на французские события и критические статьи печатаются во многих периодических изданиях России. В Париже М.А. Волошин общается с французскими поэтами и писателями - М.Леклерком, Анри де Ренье, Ж. Леметром, А. Мерсеро, О. Мирбо, Э. Верхарном, Г. Аполлинером, Р. Гилем, А. Франсом, Садиа Леви, М. Метерлинком, Р. Ролланом, художниками - Одилоном Редоном, Ори Робен, А. Матиссом, Ф. Леже, А. Модильяни, П.Пикассо, Д. Риверой, скульпторами - А. Бурделем, Ж. Шармуа, А.Майолем, а также - с Т. Гарнье, Г. Брандесом, хамбо-ламой Тибета Агваном Доржиевым, теософами А. Минцловой, А. Безант, Г. Олькотом, антропософом Р.Штейнером, оккультистом Папюсом. В 1905 году он посвящен в масоны "Великой Ложи Франции", а в 1908 - во 2-ю масонскую степень, в 1909 - возведен в степень мэтра, получает именной "Устав...". "Затем, - отмечает Волошин в автобиографии - мне довелось пройти сквозь близкое знакомство с магией, оккультизмом, с франкмасонством, с теософией и, наконец, в 1905 году встретиться с Рудольфом Штейнером, человеком, которому я обязан больше, чем кому-либо, познанием самого себя". Прим. - мне кажется что именно в тот период, или чуть раньше, Волошин стал кавалером Мальтийского Ордена. Слишком многое сходится, - тайные общества, масон, врачеватель, путешественник, чародей, мистик, полумонах, предсказатель. Да к тому же еще и католик. Да и многие из его друзей, тоже, католики. Об этом пишет Зинаида Елгаштина, бывавшая в доме Волошина в 1920-е годы. Ходил в полумонашеских одеяниях, и жил на берегу Чёрного моря. И на Орден иоаннитов еще будут намёки, в дальнейшем..
   М. Цветаева: "Ни одного рассказа, кроме как из жизни французов - писателей или исторических лиц - никто из его уст тогда не слышал. Он так жил, головой, обёрнутой на Париж. Париж XII века или нашего нынешнего, Париж улиц и Париж времён крестовых походов был им равно исхожен. В каждом Париже он был дома и нигде, кроме Парижа, в тот час своей жизни и той частью своего существа, дома не был. Его ношение по Москве и Петербургу, его всеприсутствие и всеместность везде, где читались стихи и встречались умы, было только воссозданием Парижа... весь Париж со всей его, Парижа, вместимостью, был в него вмещён." Прим. - в 1899-1907 гг и 1913-1916 Волошин жил в Париже, в 1907-1913 - попеременно в Петербурге и Коктебеле, с 1917 - в Коктебеле. Но не так чтоб он жил постоянно, по одному адресу, он часто путешествовал.
   "Годы странствий" - так называется первый цикл первого сборника стихотворений поэта. Скитальчество - этим словом можно определить начальный этап его жизненного пути. "В эти годы я только впитывающая губка. Я - весь глаза, весь уши. Странствую по странам, музеям, библиотекам: Рим, Испания, Корсика, Андорра, Лувр, Прадо, Ватикан... Национальная библиотека. Кроме техники слова овладеваю техникой кисти и карандаша... Этапы блуждания духа: католичество, магия, масонство, оккультизм, теософия, Р. Штейнер. Период больших личных переживаний романтического и мистического характера... Интерес к оккультному познанию был настолько велик, что совершенно отвлек меня от русских событий 1905 года и удержал меня вдали от России.", - напишет художник в своей Автобиографии 1925 года.
  
   Очень интересные стихи у Волошина в сборнике "Годы странствий", под номером 19 "Когда время останавливается" -
  
   Тесен мой мир. Он замкнулся в кольцо.
   Вечность лишь изредка блещет зарницами
   Время порывисто дует в лицо.
   Годы несутся огромными птицами.
  
   Клочья тумана - вблизи... вдалеке...
   Быстро текут очертанья.
   Лампу Психеи несу я в руке -
   Синее пламя познанья.
  
   В безднах скрывается новое дно.
   Формы и мысли смесились.
   Все мы уж умерли где-то давно...
   Все мы ещё не родились.
   <15 июня 1904. St. Cloud>
  
   Прим. - потрясающе! Просто потрясающе. Тесен мир, кольцо.. (шар?..) годы несутся.. текут очертанья.. Настоящее путешествие в Машине Времени. Вспомнились фантастические фильмы "Контакт" (1997) реж - Р. Земекис, "Звёздные врата" (1994) и ряд других. "Все мы уж умерли где-то давно" - вояж на 300 лет вперёд, "Все мы еще не родились.." - прыжок на 300 лет назад. "Синее пламя познанья" - путешествуя во Времени, на МВ, Волошин познаёт разные эпохи Мира. "Клочья тумана - вблизи... вдалеке..." - и это, очень интересно! Ведь Вадим Чернобров не раз рассказывал о явлении некоего загадочного тумана, якобы иногда сопровождающего путешественников во Времени. О том же говорили ряд учёных, исследующих феномен Времени. В моей статье "Группа Дятлова - Unforgettable Story and Unsolved Mystery - Time Machine", гл. "Огненные шары" - некий туман описывают многие очевидцы явления огненных шаров, и также один свидетель рассказал о некоем загадочном тумане в районе перевала Дятлова. Вот это находка.. Грандиозная находка! "А-а-а-а..!" - Я сиял, плясал от восторга и был полон благодарности Волошину за такой царский подарок.
  
   2
   Быть заключённым в темнице мгновенья,
   Мчаться в потоке струящихся дней.
   В прошлом разомкнуты древние звенья,
   В будущем смутные лики теней.
  
   Гаснуть словами в обманных догадках,
   Дымом кадильным стелиться вдали.
   Разум запутался в траурных складках,
   Мантия мрака на безднах земли.
  
   Тени Невидимых жутко громадны,
   Неосязаемо близки впотьмах.
   Память - неверная нить Ариадны -
   Рвётся в дрожащих руках.
  
   Время свергается в вечном паденье,
   С временем падаю в пропасти я.
   Сорваны цепи, оборваны звенья,
   Смерть и Рожденье - вся нить бытия.
   <Июль 1905>
  
   3
   И день и ночь шумит угрюмо,
   И день и ночь на берегу
   Я бесконечность стерегу
   Средь свиста, грохота и шума.
  
   Когда ж зеркальность тишины
   Сулит обманную беспечность,
   Сквозит двойная бесконечность
   Из отражённой глубины.
   <1903>
  
   4 - Валерию Брюсову
   По ночам, когда в тумане
   Звёзды в небе время ткут,
   Я ловлю разрывы ткани
   В вечном кружеве минут.
  
   Я ловлю в мгновенья эти,
   Как свивается покров
   Со всего, что в формах, в цвете,
   Со всего, что в звуке слов.
  
   Да, я помню мир иной -
   Полустёртый, непохожий,
   В вашем мире я - прохожий
   Близкий всем, всему чужой.
   Ряд случайных сочетаний
   Мировых путей и сил
   В этот мир замкнутых граней
   Влил меня и воплотил.
  
   Как ядро, к ноге прикован
   Шар земной. Свершая путь,
   Я не смею, зачарован,
   Вниз на звёзды заглянуть.
   Что одни зовут звериным,
   Что одни зовут людским -
   Мне, который был единым,
   Стать отдельным и мужским!
  
   Вечность с жгучей пустотою
   Неразгаданных чудес
   Скрыта близкой синевою
   Примиряющих небес.
   Мне так радостно и ново
   Всё обычное для вас -
   Я люблю обманность слова
   И прозрачность ваших глаз.
   Ваши детские понятья
   Смерти, зла, любви, грехов -
   Мир души, одетый в платье
   Из священных лживых слов.
   Гармонично и поблёкло
   В них мерцает мир вещей,
   Как узорчатые стёкла
   В мгле готических церквей...
   В вечных поисках истоков
   Я люблю в себе следить
   Жутких мыслей и пороков
   Нас связующую нить.
  
   Когда ж уйду я в вечность снова?
   И мне раскроется она,
   Так ослепительно ясна,
   Так беспощадна, так сурова
   И звёздным ужасом полна!
   <1903. Коктебель>
  
   Своё путешествие во Времени в мир своего детства Волошин поместил и в другом стихе "Спустилась ночь. Погасли краски". Оно у него прекрасно описано, с поэтической точки зрения. Потрясающе.
  
   Спустилась ночь. Погасли краски.
   Сияет мысль. В душе светло.
   С какою силой ожило
   Всё обаянье детской ласки,
   Поблекший мир далеких дней,
   Когда в зеленой мгле аллей
   Блуждали сны, толпились сказки,
   И время тихо, тихо шло,
   Дни развивались и свивались
   И всё, чего мы ни касались,
   Благоухало и цвело.
   И тусклый мир, где нас держали,
   И стены пасмурной тюрьмы
   Одною силой жизни мы
   Перед собою раздвигали.
   <Май 1902>
  
   Прим. - путешествие во Времени Волошина в дни своего детства (лет на 15 назад..) С какою силой ожило.. Поблекший мир далёких дней.. - Оживший мир ушедшего прошлого куда можно попасть только на Машине Времени! Просто воспоминания и фотографии не дадут эффекта такой пронзительной силы, ведь у него написано "И время тихо, тихо шло.. Дни развивались и свивались.. И всё чего мы не касались.. Благоухало и цвело.." Это.. - Машина Времени, замедлила свой бег..
  
   Эллинская древность и Рим, европейское средневековье и Возрождение, культура Востока и новейшие достижения искусства Запада - все манит и влечет Волошина. Он всегда казался пришедшим очень издалека.
  
   Кому земля - священный край изгнанья,
   Того простор полей не веселит,
   Но каждый шаг, но каждый миг таит
   Иных миров в себе напоминанья.
  
   В душе встают неясные мерцанья,
   Как будто он на камнях древних плит
   Хотел прочесть священный алфавит
   И позабыл понятий начертанья.
  
   Внешность поэта отличалась экстравагантностью и эпатажностью. "На нем был костюм серого бархата - куртка с отложным воротником и короткие, до колен, штаны - испанский гранд в пенсне русского земского врача, с головой древнего грека, с голыми коричневыми икрами бакинского грузчика и в сандалиях на босу ногу", - вспоминал писатель Эм. в своей книге "Необыкновенные собеседники". Всеволоду Рождественскому Волошин "казался похожим на ясноглазого, примиренного с жизнью старца, бродячего рапсода гомеровских времен". Иван Бунин, воспоминания о Волошине: "Пожив в Париже, среди мансардных поэтов и художников, он носил широкополую черную шляпу, бархатную куртку и накидку, усвоил себе в обращении с людьми старинную французскую оживленность, общительность, любезность, какую-то грациозность, вообще что-то очень изысканное, жеманное и очаровательное. Мне говорили что живя у себя в Крыму, он ходит в тунике." Волошин одевался причудливо и необычно, частенько ходил в полумонашеских одеяниях и в древнерусской тунике. Словно позабыл что времена Дмитрия Донского и Бориса Годунова давно прошли, и на пороге век Двадцатый.
    []
  
    []
  
    []
  
    []
  
    []
  
    []
  
    []
  
    []
  
    []
  
    []
  
    []
  
    []
  
    []
  
    []
  
    []
  
    []
  
    []
  
   Глядя на памятник Волошину, сразу узнаётся боярин или купец средневековой Руси, житель княжества Новгородского или Киевского, но уж никак не житель Крыма начала 20-го века.
    []
  
    []
  
   Многие рассказывали, что Волошин имел мистические способности - мог что-либо предсказывать, например, пожары, или мог сам этот самый пожар устроить и мгновенно потушить. Так из кончиков пальцев выстреливали искры, однажды из-за этого даже загорелась занавеска. Однако Максимилиан даже не удивился и, махнул рукой, пожар исчез. Или же при любимой девушке он поджигал траву взглядом и также тушил ее. Также рассказывают, что поэт имел целительские способности и мог, только прикоснувшись к больному месту человека, избавлять его от боли и страданий. Что уж говорить о необычной способности со всеми мирно договариваться? Вполне возможно, что он владел гипнозом. Об этом свидетельствуют его разговоры с полицейскими, которые пристав к Волошину по какому-либо поводу, затем мирно, словно "договорившись", от него отставали и уходили.
   Марина Цветаева в своем эссе "Живое о живом", посвященном Волошину, пишет: "Макс принадлежал другому закону, чем человеческому, и мы, попадая в его орбиту, неизменно попадали в его закон. Макс сам был планета. И мы, крутившиеся вокруг него, в каком-то другом, большем, круге, крутились совместно с ним вокруг светила, которого мы не знали. Макс был знающий. У него была тайна, которой он не говорил. Это знали все, и этой тайны не узнал никто". Цветаева делает следующий вывод: "Это был скрытый мистик, то есть истый мистик, тайный ученик тайного учения о тайном. Мистик - мало скрытый - закрытый. Из этого заключаю, что он был посвященный". Прим. - моё предположение состоит в том что Волошин был тайным членом Мальтийского Ордена. Все тайные знания оттуда. В том числе, и возможности путешествовать во Времени. И эту свою тайну, он никому не рассказывал.
   В подтверждение своих впечатлений о Волошине-мистике Марина Ивановна вспоминает свое посещение Крыма в 1914 году, когда в подполье волошинского дома начался пожар. В то время как Цветаева, ее муж и сестра бегали к морю за водой и тщетно пытались погасить пламя, Волошин был невозмутим. В перерыве между прибегами Цветаева видит: "И на этот раз, взбежав - молниеносное видение Макса, вставшего и с поднятой - воздетой рукой, что-то неслышно и раздельно говорящего в огонь. Пожар потух. Дым откуда пришел, туда и ушел. Двумя ведрами и одним кувшином, конечно, затушить нельзя было. Ведь горело подполье!"
   В ночь 12-го сентября 1927-го года в Коктебеле сотни людей в панике выбегали на улицы, пытаясь найти надежное укрытие. Уже несколько часов землю сотрясали жуткие удары изнутри. Покоя не было и на море. Там вспыхивали столбы красного пара. Вода становилась алой, словно кровь. На море под Севастополем появились огромные столбы дыма и огонь. Казалось, что еще немного - и морские врата разверзнутся, как ад. В паническом движении не могла не обращать на себя внимание фигура человека в рубашке-хитоне, спокойно взирающего на эту картину. Это был Максимилиан Волошин - поэт, художник, философ, человек, занимавший особое место в крымской жизни. Ровно год назад он попытался предупредить местных ученых, что произойдет катастрофа. "Огненное дыхание моря" - так он это называл. Волошин хорошо помнил смех, который услышал в ответ.
   Местные жители знали о провидческом даре Волошина. Как-то к нему зашёл сосед и произнёс: "Мне завтра надо ехать в Ялту по делам. Будет ли успешной эта поездка?" Волошин ответил: "Тебе не надо ехать в Ялту завтра, поскольку возможен сильный дождь, дорога станет скользкой, и повозка может сорваться в пропасть!" Гость ослушался и всё-таки отправился в путь, но неожиданно голубое небо затянули тучи, ударил ливень, и на крутом серпантине повозка с лошадью действительно сорвалась в пропасть. Ездок едва успел спрыгнуть с повозки и зацепившись за кусты, повис над обрывом.
   Его прозрение выражалось и в его способности к чтению линий руки. Его стихи цитировались рядом священнослужителей, и что интересно, до сих пор ими же цитируются как некое духовное откровение.
  
   Мой пыльный пурпур был в лоскутьях,
   Мой дух горел: я ждал вестей,
   Я жил на людных перепутьях
   В толпе базарных площадей.
  
   Я подходил к тому, кто плакал,
   Кто ждал, как я... поэт, оракул -
   Я толковал чужие сны...
   И в бледных бороздах ладоней
   Читал о тайнах глубины
   И муках длительных агоний.
  
   Очевидцы указывают на то, что он умел успокаивать, "заговаривать" боль. Описывают случай, когда он точно, без рентгеновских снимков установил место перелома руки. Поразителен и следующий эпизод. Живя в Крыму, обычно никому не отказывающий в приюте, Волошин как-то не позволил одному незнакомцу заночевать в своем доме. Настойчивость, с которой Волошин выпроводил этого человека, удивила окружающих. В дальнейшем оказалось, что этот человек недавно совершил убийство.
   Будучи в гостях у московского приятеля, Волошин заспорил с ним по поводу того, какой будет столица в 2000 году. Чтобы сделать свои аргументы более убедительными, Максимилиан взял карандаш и набросал картинку будущей Москвы. Что поразительно - она удивительно напоминала современный Новый Арбат с его высотками и сверкающими витринами супермаркетов.
   Волошин дважды был женат, первый раз недолго, около года, а второй раз уже под конец жизни. Первая жена искренне считала его "человеком не от мира сего".
   В июле 1914 года Волошин уезжает по приглашению М.Сабашниковой в Швейцарию, в Дорнах. Здесь представители разных стран, объединившиеся вокруг Рудольфа Штейнера, начали строительство Иоаннова здания (Гетеанума) - антропософского храма, символизирующего единение религий и наций. (по моим предположениям, Волошин тайно посещал собрания Мальтийских рыцарей..)
  
   Омимый снами, я дремал,
   Не чуя близкой непогоды;
   Но грянул гром, и ветр упал,
   И свет померк, и вздулись воды.
  
   И кто-то для моих шагов
   Провел невидимые тропы
   По стогнам буйных городов
   Объятой пламенем Европы.
  
   Уже в петлях скрипела дверь
   И в стены бил прибой с разбега,
   И я, как запоздалый зверь,
   Вошел последним внутрь ковчега.
   Август 1914 Дорнах.
  
   С 1917 года М.А. Волошин уже не покидает свой дом в Коктебеле. "Дом Поэта" - одно из воплощений его внутреннего мира, он был так же необычен, как и весь облик его хозяина. Дом стоял одиноко, у самой морской черты, и бросался в глаза причудливостью своих архитектурных очертаний. Свой Дом Волошин начал строить в 25 лет. Он изначально был задуман как место для встреч и творческого общения друзей и знакомых поэта. До весны 1917 года (с 1900 по 1916 гг.) поэт большую часть жизни проводил в Париже и путешествиях по Европе. Однако постоянно наезжал в Коктебель, встречал гостей. Стены 22 комнат (из них 15 маленьких - для гостей, чтобы всем отдельно, всем удобно) выбелены извёсткой. Усадьбу он наполнил картинами, фотографиями, посмертными масками, скульптурами, предметами археологических находок, посохами, рабочим инструментом, минералами.
   Весной 1917 года Волошин писал: "Таяло. Москву развезло. По мокрому снегу под кремлёвскими стенами проходили войска и группы демонстрантов... И тут внезапно и до ужаса отчётливо стало понятно, что это только начало, что российская революция будет долгой, безумной, кровавой, что мы стоим на пороге новой Великой Разрухи Русской земли, нового Смутного времени".
  
   Одни восстали из подполий,
   Из ссылок, фабрик, рудников,
   Отравленные темной волей
   И горьким дымом городов.
  
   Другие из рядов военных,
   Дворянских разоренных гнезд,
   Где проводили на погост
   Отцов и братьев убиенных.
  
   В одних доселе не потух
   Хмель незапамятных пожаров
   И жив степной, разгульный дух
   И Разиных, и Кудеяров.
  
   В других - лишенных всех корней -
   Тлетворный дух столицы невской:
   Толстой и Чехов, Достоевский -
   Надрыв и смута наших дней...
  
   Одни идут освобождать
   Москву и вновь сковать Россию,
   Другие, разнуздав стихию,
   Хотят весь мир пересоздать.
  
   В тех и в других война вдохнула
   Гнев, жадность, мрачный хмель разгула...
   А я стою один меж них
   В ревущем пламени и дыме
   И всеми силами своими
   Молюсь за тех и за других.
  
   "Ни война, ни революция не испугали меня и ни в чем не разочаровали, - признавался Волошин в своей автобиографии, - я их ожидал давно и в формах еще более жестоких" и что это, как не предвиденье Путешественника во Времени?..
  
   Было много их - люты, хоробры,
   Но исчезли, "изникли, как обры",
   В темной распре улусов и ханств
   И смерчи, что росли и сшибались
   Разошлись, растеклись, растерялись
   Средь степных безысходных пространств.
  
   Читая стихи Волошина создаётся такое впечатление, будто Волошин самолично побывал на стрелецкой казни, видел, как Грозный побил Орду, что поэт сам работал на петровских верфях, гнал наполеоновских солдат по Смоленской дороге, шел по Владимирке вместе со ссыльными революционерами.
   В самые тяжелые годы (с 1917 по 1921) коктебельский дом Волошина был наполнен жильцами, до шестисот человек за лето останавливалось у гостеприимных хозяев. Это был бесплатный приют для ученых, литераторов, художников, артистов, музыкантов, авиаторов, раненых военных. Те, кто знали Волошина в эпоху гражданской войны, смены правительств, длившейся в Крыму три с лишним года, хорошо запомнили, как чужд он был метанья, перепуга, кратковременных политических восторгов. Словно знал что к власти на 70 лет пришли большевики. Не принимая ни белого, ни красного террора, поэт спасал и тех и других: давал приют, выступал защитником и ходатаем за красных перед белыми, за белых - перед красными.
  
   Среди знакомых Волошина иногда находились завистники, или скажем так, люди, которым не очень нравились его идеи, поведение и образ жизни. Всю Гражданскую Волошин просидел в Коктебеле, "на Гражданке", творил, сочинял, рисовал, проводил всякие фокусы, стоял в сторонке и не брался за оружие. В то время как у многих гибли на фронтах родственники, друзья. Строки из одного доноса 20-х годов: "Докладываю, что будучи мистиком и символистом, Волошин рассматривает все явления под особым углом зрения. Часто воззрения хозяина коктебельской усадьбы не совпадают с линией партии и носят откровенно контрреволюционный характер!" Однако, реакции властей не последовало, никто за Волошиным не пришёл. В этом тоже, можно усмотреть чародейство и мистику. Вообще, на этом фоне судьба Максимилиана Волошина сложилась на редкость удачливой. Поэт уцелел и не был ранен в годы Гражданской войны(находясь в самой гуще событий) и не был репрессирован в 1920-е, избежал цунами Большого террора (не дожив до него). Более того, в годы, когда частная собственность изымалась большевиками с неусыпным рвением, оставался владельцем целого имения (два двухэтажных дома и два флигеля). Прям магия какая-то.. Чародейственная сила. В то же время, его жизнь не была совсем уж безоблачной, но это скорее касается мелочей, а не главного.
   Свою гражданскую позицию относительно Гражданской войны Волошин сформулировал в ст. "Вся власть Патриарху" (Таврический голос. 1918. 22 дек.). Поэт писал, что в ситуации, когда все политические партии выказали свою непригодность 'к политическому водительству России', 'единственной морально-духовной силой', могущей объединить русскую землю, 'как не раз бывало в смутные времена', должна стать Церковь, а естественным духовным главой гос-ва - Патриарх. Непосредственным орудием этой власти, по Волошину, предстоит выступить Добровольческой Армии. Прим. - любопытно что именно в Добр. белой армии имелись дивизии со знаками отличия Мальтийского креста. Годы революции и гражданской войны укрепили в Волошине религиозность. 27 дек. 1927 г. он пишет И.В. Быстрениной: "Два новых дара я приобрел за эти годы: дар молитвы и дар говорить с толпой". В 1924 г. Волошин увидел в Историческом музее в Москве очищенную от наслоений Владимирскую икону Божией Матери, и написал стихотворение "Владимирская Богоматерь".
   Для своих многочисленных гостей Волошин придумал имя: "Орден Обормотов", и написал устав: "Требование к проживающим - любовь к людям и внесение доли в интеллектуальную жизнь дома". Волошин все время перестраивал дом - сначала появилась пристройка в виде апсиды, где разместилась мастерская с великолепной библиотекой: много тысяч томов - французская и русская литература, поэты всех времен и народов, книги по всем областям гуманитарных знаний, религии, археологии, литературе, поэзии, искусствознании, геологии, истории, по шахматам, астрономии, биологии, медицине, литературно-художественные журналы. Библиотека М.А. Волошина была огромна и уникальна, более 9 тысяч книг. Но при всей своей бескорыстности книги из своей библиотеки он давал весьма неохотно. Из-за утерянной книги мог поругаться и поссориться с человеком.
   Здесь же поселилась египетская царевна Таиах. "Теперь я у себя: устроил свою раковину. У меня мастерская светлая, большая. В углу царевна Таиах стоит...". Таиах была женой фараона Аменхотепа III (XVIII династии, 1455-1419 гг. до н. э.), свекровью прекрасной Нефертити. Вместе со своим сыном Аменхотепом IV Таиах совершила своего рода революцию - упразднила многобожие и учредила культ бога солнца Атона. Отсюда ее легендарная известность как царевны Солнца. Копию этого громадного гипсового слепка головы древнеегипетской скульптуры Волошин купил в парижском музее "Гиме" (ныне - "Музей восточных искусств"), Таиах сопровождала его в Париже, а потом и здесь, в Коктебеле. Лицо Таиах напоминало ему о Маргарите Сабашниковой - музе парижских лет и первой жене.
    []
  
    []
  
    []
  
   На его даче гостили многочисленные поэты, писатели и другие люди искусства, у него в доме в разное время проживали Алексей Толстой, Викентий Вересаев, Марина Цветаева, Михаил Булгаков, Николай Гумилёв, София Парнок, Николай Чуковский, Валерий Брюсов, Петров-Водкин, Бенуа, Максим Горький, Владимир Набоков, Николай Рерих, Осип Мандельштам и многие другие известные деятели культуры. Прим. - Михаил Булгаков был тоже мистик, и они порой спорили и обсуждали с Волошиным идеи МВ, и путешествий во Времени, на ниве этих размышлений, должно быть, Булгаков и сотворил свои шедевры, пьесу "Иван Васильевич" (на основе которой Леонид Гайдай в 1973 г. снял свою комедию, пользующуюся громадным успехом у зрителей) и пьесу "Блаженство". Общался Волошин и с Александром Грином, русским фантастом проживающим в Крыму, автором известных произведений "Блистающий мир", "Бегущая по волнам", "Серый автомобиль", и мн. других фантастических новелл.
   Его знали как большого любителя всяческих мистификаций, эпатажа, участника всевозможных представлений, которые регулярно устраивались в его доме. Волошин был самым чудаковатым русским начала 20-го века, это отмечали все. Он азартно читал лекции, одна другой провокационнее. Благопристойных матрон он просвещал на тему Эроса и сладострастных объятий. Революционно настроенных студентов под видом лекции о Великой Французской революции потчевал рассказами о том, что Мария-Антуанетта по-прежнему жива-здорова, только перевоплотилась в графиню Х и до сих пор чувствует в затылке некоторую неловкость от топора, который отрубил ей голову. Многие с интересом слушали всё что говорит Волошин, некоторые притворно изображали лояльность, но только покинув его дом тут же в сердцах восклицали "Шут гороховый!". Но их всё равно по-прежнему тянуло туда как магнитом.
   "Все, кто бывал в этом Доме, чувствовали сказочную атмосферу всеобщего братства, когда стираются личные конфликты и остается объединяющее - любовь к искусству, культуре, природе, ближнему.." (Герман Филиппов).
   Свидетельство Ильи Эренбурга: "Глаза у Макса были приветливые, но какие-то отдаленные. Некоторые его считали равнодушным, холодным: он глядел на жизнь заинтересованный, но со стороны. Вероятно, были события и люди, которые его по-настоящему волновали, но он об этом не говорил; он всех причислял к друзьям, а друга, кажется у него не было." Прим. - и что это, как не черта Путешественника во Времени?.. Он (путешественник) всегда смотрит со стороны, как не причастный. А друзья Волошина, это вероятно, члены и рыцари Мальтийского Ордена, о которых он никому не говорил.
  
   Каких последов в этой почве нет
   Для археолога и нумизмата -
   От римских блях и эллинских монет
   До пуговицы русского солдата!..
  
   Максимилиан Волошин среди ряженых детей в день своих именин. Коктебель. 1920-е годы
    []
  
   Свою вторую жену Волошин нарядил в штаны и в белую рубаху (слева). Ну что сказать, возможно, эротично смотрится.
    []
  
   "Орден обормотов" (ряженые). Коктебель 1920-е годы.
    []
  
   Волошин называл свой Коктебель - Киммерией, как когда-то, в далекие античные времена, называлась восточная часть Крыма, от Судака до Керченского пролива (Киммерийского Босфора). В письме к А. М. Петровой Волошин писал, что для него родная земля - это не Россия, а "Киммерии печальная область" и что только там он может жить и бороться и только там он может "умереть и принести плод", как умирает семя в земле, но из него вырастает дерево с плодами.
   22 ноября 1909 года между Волошиным и Н. Гумилевым состоялась дуэль на Чёрной речке. О причинах этой дуэли немало сказано в исследованиях, посвящённых истории Серебряного века. Эту дуэль сопровождала мистика и рыцарское бесстрашие Волошина, которое можно сравнить с глупостью, или с провидением. Гумилёв дважды стрелял в Волошина, но не попал. Волошин намеренно стрелял в воздух, и его пистолет дал подряд две осечки. Все участники дуэли были наказаны штрафом по десять рублей. Вопреки газетным сообщениям, противники после поединка не подали друг другу руки и не помирились.
   Волошин был страстным геологом и археологом. Благодаря ему было точно установлено место потерянного города Каллиеры - венецианской гавани в восточном Крыму, о существовании которого в этих местах Максимилиан Александрович давно подозревал по сочинениям античных географов и апокрифическим картам. Открытия М.А. Волошина, основанные на глубоком знании древних литературных источников, подкрепленном интуитивным видением, не ограничивались пределами Земли. Тогда как в 20-е годы наука могла только догадываться о том, что на Луне отсутствует почва, в цикле стихотворений "Lunaria" поэт писал:
  
   ...И страшный шрам на кряже Лунных Альп
   Оставила небесная секира.
   Ты, как Земля, с которой сорван скальп -
   Лик Ужаса в бесстрастности эфира!..
  
   Задолго до начала пристального исследования Луны он предсказал, как выглядит эта планета. Поэт писал: "Ни сумрака, ни воздуха, ни вод. Лишь острый блеск гранитов, сланцев, шпатов. Ни шлейфы зорь, ни вечера закатов не озаряют чёрный небосвод!" "Поэтом космических предчувствий" назвал его Николай Гумилёв.
   Поэт писал о космосе, возвеличивая человека и его дело, и оказался нашим современником. Нынешняя эпоха космических полетов дала возможность по-новому взглянуть на те стихи Волошина, которые обращены к мирозданию. Интересно - известный советский фантаст Иван Ефремов часто приезжал в Коктебель, и писал там свой роман "Туманность Андромеды". Наверняка, под впечатлением здешней ауры.
   В июне 1970 года в Советский Союз приехал с визитом Нил Армстронг - американский астронавт, первый человек, ступивший на Луну. Он привез в подарок советскому правительству небольшую капсулу с грунтом Луны. В эту же поездку Армстронгу подарили альбом с акварелями художника Волошина. Он долго перелистывал альбом, потом повернулся к переводчику и сказал: "У меня такое чувство, что этот художник побывал на Луне".
   "Для уяснения смысла стихотворений "Солнце" и "Кровь" - писал М. Волошин А. Петровой 1.1.1907 г., - я должен сказать, что человек древнее Земли и жил раньше на других планетах и что кровь возникла на той планете, что была древнее солнца... Кровь знает больше человека и помнит сокровенные тайны мироздания". Отсюда - образ "Двойника" в крови поэта, "пленного Пращура", знающего тайны "покинутой вселенной". Кровь - это "слепой огонь", одухотворяющий современного человека, делающий его причастным вечности.
  
   О Мальтийском Ордене Волошин пишет не единожды, например, в статье "Апофеоз мечты и смерти" опубликованной в журнале "Аполлон". Затем статья вошла в "Лики творчества". - "Точно так же, как и в фабуле Акселя, - тайными руководителями человеческих судеб еще во времена крестовых походов был избран великий исторический род, который через пять веков существования должен был дать Европе гениальную и трагическую фигуру великого поэта в лице своего представителя Матиаса-Филиппа-Августа графа Вилье-де Лиль-Адана. Нужна была древняя и густая кровь благородной кельтской семьи, на средневековых вершинах которой стоят Иоанн Вилье де Лиль-Адан, штурмом бравший Париж в 1418 году, истребитель Арманьяков, и Филипп-Август Вилье де Лиль-Адан, великий магистр Ордена Иоаннитов, геройский защитник Родоса против Сулеймана Великолепного, и, после падения его, основатель и продолжатель Мальтийского ордена, нужны были все десятки поколений этого рода, пронизавшего своею волей историю старой Франции, чтобы на самой вершине своей пирамиды в середине девятнадцатого века воздвигнуть одного поэта."
   "Коктебель не сразу вошел в мою душу: я постепенно осознал его как истинную родину моего духа. И мне понадобилось много лет блужданий по берегам Средиземного моря, чтобы понять его красоту и единственность" - писал поэт в своей автобиографии. В цикле стихотворений "Киммерийские сумерки" (1907) Волошин приводит древнее название Средиземного моря Mare Internum, которое, как считали в античную эпоху, омывало весь мир.
   "Вся первая половина моей жизни была посвящена большим пешеходным путешествиям, я обошел пешком все побережья Средиземного моря, и теперь акварели мне заменяют мои прежние прогулки. Средиземье это страна, по которой я гуляю ежедневно, видимая естественно сквозь призму Киммерии, которую я знаю наизусть, и за изменением лица которой я слежу ежедневно. С этой точки зрения и следует рассматривать ретроспективную выставку моих акварелей." - таким пояснением Максимилиан Волошин сопровождал выставку своих акварелей в 1930 году.
   В автобиографии Волошин пишет: "В самые последние часы перед началом войны я успел проехать в Базель, где принимал участие в построении Дома святого Иоанна. Потом был в Париже, в Лондоне и вернулся в Россию лишь в 1916 году. В феврале 1917 года был в Москве, а после не покидал берегов Черного моря."
   В окрестностях Лозанны и женевского озера бывал и посещал эти места, Волошин, а в 1914 году некоторое время жил в Базеле (прим. - Швейцария, там в замке Уши близ Лозанны находилось имение княгини Барятинской, сочлена и рыцаря Мальтийского Ордена, см. статью "Мог ли Семён Золотарёв быть рыцарем Мальтийского Ордена?..)
   Прим. - Волошин печатался в журналах "Весы" и "Золотое руно", а ведь есть такой, Орден Золотого руна - рыцарский орден, учреждённый Филиппом III Добрым, герцогом Бургундским, в 1430 году, в день своей свадьбы с принцессой Изабеллой Португальской. Это династический орден, одна из самых древних и почётных наград Европы, который существует по сей день, и у которого тесные связи с Мальтийским Орденом.. Ну что.. Если выражаться языком метафор и ассоциаций, в связи с Мальтийским Орденом, то по-моему их более чем..
   Владимир Иосифович Тибо-Бриньоль с семьёй в Коктебеле, 1929 год. Фото из архива М.Е. Казанцевой. В белом платье - Анастасия Прохоровна Тибо-Бриньоль (в девичестве дочь купца Баутина), на песке - В.И. Тибо-Бриньоль, отец Николая Тибо-Бриньоля. Отдыхал, подлечился, и наверняка общался с М. Волошиным. А дело-то вот в чём. Вследствие продолжительных исследований, я пришёл к выводу, что Николай Тибо-Бриньоль состоял тайным членом и рыцарем Мальтийского Ордена. О том написано в другой моей статье "Мог ли Семён Золотарёв быть рыцарем Мальтийского ордена?.." Таким вот удивительным образом, пересеклись две моих разных темки. Ну и Максимилиан Волошин, странствующий во Времени, - тайный член Мальтийского ордена.
    []
  
   Я шел сквозь ночь. И бледной смерти пламя
   Лизнуло мне лицо и скрылось без следа...
   Лишь вечность зыблется ритмичными волнами.
   И с грустью, как во сне, я помню иногда
  
   Угасший метеор в пустынях мирозданья,
   Седой кристалл в сверкающей пыли,
   Где Ангел, проклятый проклятием всезнанья,
   Живет меж складками морщинистой земли.
  
   <В вагоне>
   Снова дорога. И с силой магической
   Все это вновь охватило меня:
   Грохот, носильщики, свет электрический,
   Крики, прощанья, свистки, суетня...
  
   Чудится, еду в России я...
   Тысячи верст впереди.
   Ночь неприютная, темная.
   Станция в поле... Огни ее -
   Глазки усталые, томные
   Шепчут: "Иди..."
  
   Страх это? Горе? Раздумье? Иль что ж это?
   Новое близится, старое прожито.
   Прожито - отжито. Вынуто - выпито...
   Ти-та-та... та-та-та... та-та-та... ти-та-та...
  
   Чудится степь бесконечная...
   Поезд по степи идет.
   В вихре рыданий и стонов
   Слышится песенка вечная.
   Скользкие стены вагонов
   Дождик сечет.
  
   Песенкой этой все в жизни кончается,
   Ею же новое вновь начинается,
   И бесконечно звучит и стучит это:
   Ти-та-та... та-та-та... та-та-та... ти-та-та...
  
   Странником вечным
   В пути бесконечном
   Странствуя целые годы,
   Вечно стремлюсь я,
   Верую в счастье,
  
   И лишь в ненастье
   В шуме ночной непогоды
   Веет далекою Русью.
   Мысли с рыданьями ветра сплетаются,
   С шумом колес однотонным сливаются.
   И безнадежно звучит и стучит это:
   Ти-та-та... та-та-та... та-та-та... ти-та-та...
  
   НАПИСАНИЕ О ЦАРЯХ МОСКОВСКИХ
   1
   Царь Иван был ликом некрасив
   Очи имея серы, пронзительны и беспокойны.
   Нос протягновенен и покляп.
   Ростом велик, а телом сух.
   Грудь широка и туги мышцы.
   Муж чудных рассуждений,
   Многоречив зело,
   В науке книжной опытен и дерзок.
   А на рабы от Бога данные жестокосерд.
   В пролитьи крови
   Неумолим.
   Жен и девиц сквернил он блудом много.
   И множество народа
   Немилостивой смертью погубил.
   Таков был царь Иван.
  
   2
   Царь же Федор
   Был ростом мал,
   А образ имея постника,
   Смирением обложен,
   О мире попеченья не имея,
   А только о спасении душевном.
   Таков был Федор-царь.
  
   3
   Царь Борис - во схиме Боголеп -
   Был образом цветущ,
   Сладкоречив вельми,
   Нищелюбив и благоверен,
   Строителен зело
   И о державе попечителен.
   Держась рукой за верх срачицы, клялся
   Сию последнюю со всеми разделить.
   Единое имея неисправленье:
   Ко властолюбию несытое желанье
   И ко врагам сердечно прилежанье.
   Таков был царь Борис.
  
   4
   Царевич Федор - сын царя Бориса -
   Был отрок чуден,
   Благолепием цветущ,
   Как в поле крин, от Бога преукрашен,
   Очи велики, черны,
   Бел лицом,
   А возраст среден.
   Книжному научен почитанью.
   Пустошное али гнилое слово
   Из уст его вовек не исходише.
  
   5
   Царевна Ксения
   Власы имея черны, густы,
   Аки трубы лежаще по плечам.
   Бровьми союзна, телом изобильна,
   Вся светлостью облистана
   И млечной белостью
   Всетельно облиянна.
   Воистину во всех делах чредима.
   Любила воспеваемые гласы
   И песни духовные.
   Когда же плакала,
   Блистала еще светлее
   Зелной красотой.
  
   6
   Расстрига был ростом мал,
   Власы имея руды.
   Безбород и с бородавкой у переносицы.
   Пясти тонки,
   А грудь имел широку,
   Мышцы толсты,
   А тело помраченно.
   Обличьем прост,
   Но дерзостен и остроумен
   В речах и наученьи книжном.
   Конские ристалища любил,
   Был ополчитель смел.
   Ходил танцуя.
  
   7
   Марина Мнишек была прельстительна.
   Бела лицом, а брови имея тонки.
   Глаза змеиные. Рот мал. Поджаты губы.
   Возрастом невелика,
   Надменна обращеньем.
   Любила плясания и игрища,
   И пялишася в платья
   Тугие с обручами,
   С каменьями и жемчугом,
   Но паче честных камней любяше негритенка.
  
   8
   Царь Василий был ростом мал,
   А образом нелеп.
   Очи подслеповаты. Скуп и неподатлив.
   Но книжен и хитер.
   Любил наушников,
   Был к волхованьям склонен.
  
   9
   Боярин Федор - во иночестве Филарет -
   Роста и полноты был средних.
   Был обходителен.
   Опальчив нравом.
   Владетелен зело.
   Божественное писанье разумел отчасти.
   Но в знании людей был опытен:
   Царями и боярами играше,
   Аки на тавлее.
   И роду своему престол Московский
   Выиграл.
  
   10
   Так видел их и, видев, записал
   Иван Михайлович
   Князь Катырев-Ростовский.
  
   DMETRIUS-IMPERATOR
   (1591- 1613)
   Убиенный много и восставый,
   Двадцать лет со славой правил я
   Отчею Московскою державой,
   И годины более кровавой
   Не видала русская земля.
  
   В Угличе, сжимая горсть орешков
   Детской окровавленной рукой,
   Я лежал, а мать, в сенях замешкав,
   Голосила, плача надо мной.
   С перерезанным наотмашь горлом
   Я лежал в могиле десять лет;
   И рука Господняя простерла
   Над Москвой полетье лютых бед.
   Голод был, какого не видали.
   Хлеб пекли из кала и мезги.
   Землю ели. Бабы продавали
   С человечьим мясом пироги.
   Проклиная царство Годунова,
   В городах без хлеба и без крова
   Мерзли у набитых закромов.
   И разъялась земная утроба,
   И на зов стенящих голосов
   Вышел я- - замученный - из гроба.
  
   По Руси что ветер засвистал,
   Освещал свой путь двойной луною,
   Пасолнцы на небе засвечал.
   Шестернею в полночь над Москвою
   Мчал, бичом по маковкам хлестал.
   Вихрь-витной, гулял я в ратном поле,
   На московском венчанный престоле
   Древним Мономаховым венцом,
   С белой панной - с лебедью - с Мариной
   Я - живой и мертвый, но единый -
   Обручался заклятым кольцом.
  
   Но Москва дыхнула дыхом злобным -
   Мертвый я лежал на месте Лобном
   В черной маске, с дудкою в руке,
   А вокруг - вблизи и вдалеке -
   Огоньки болотные горели,
   Бубны били, плакали сопели,
   Песни пели бесы на реке..
   Не видала Русь такого сраму!
   А когда свезли меня на яму
   И свалили в смрадную дыру -
   Из могилы тело выходило
   И лежало цело на юру.
   И река от трупа отливала,
   И земля меня не принимала.
   На куски разрезали, сожгли,
   Пепл собрали, пушку зарядили,
   С четырех застав Москвы палили
   На четыре стороны земли.
  
   Тут тогда меня уж стало много:
   Я пошел из Польши, из Литвы,
   Из Путивля, Астрахани, Пскова,
   Из Оскола, Ливен, из Москвы...
   Понапрасну в обличенье вора
   Царь Василий, не стыдясь позора,
   Детский труп из Углича опять
   Вез в Москву - народу показать,
   Чтобы я на Царском на призоре
   Почивал в Архангельском соборе,
   Да сидела у могилы мать.
  
   А Марина в Тушино бежала
   И меня живого обнимала,
   И, собрав неслыханную рать,
   Подступал я вновь к Москве со славой...
   А потом лежал в снегу - безглавый -
   В городе Калуге над Окой,
   Умерщвлен татарами и жмудью...
   А Марина с обнаженной грудью,
   Факелы подняв над головой,
   Рыскала над мерзлою рекой
   И, кружась по-над Москвою, в гневе
   Воскрешала новых мертвецов,
   А меня живым несла во чреве...
  
   И пошли на нас со всех концов,
   И неслись мы парой сизых чаек
   Вдоль по Волге, Каспию - на Яик, -
   Тут и взяли царские стрелки
   Лебеденка с Лебедью в силки.
  
   Вся Москва собралась, что к обедне,
   Как младенца - шел мне третий год -
   Да казнили казнию последней
   Около Серпуховских ворот.
  
   Так, смущая Русь судьбою дивной,
   Четверть века - мертвый, неизбывный
   Правил я лихой годиной бед.
   И опять приду - чрез триста лет.
   19 декабря 1917
  
   Прим. - мне понравилось. Что у нас обычно историки и литераторы пишут о тех смутных временах? Ни бэ, ни мэ, в голове почешут, базы нет.. данных мало.. А Волошин всё так реалистично и красочно описал, словно только что оттуда приехал. Подзаголовок "1591 - 1613" Волошин прокомментировал как убиение Дмитрия в Угличе в 1591 году; 1613 - казнь сына Дмитрия в Москве.
  
   Северовосток (1920)
  
   Расплясались, разгулялись бесы
   По России вдоль и поперек.
   Рвет и крутит снежные завесы
   Выстуженный северовосток.
  
   Ветер обнаженных плоскогорий,
   Ветер тундр, полесий и поморий,
   Черный ветер ледяных равнин,
   Ветер смут, побоищ и погромов,
   Медных зорь, багровых окоемов,
   Красных туч и пламенных годин.
  
   Этот ветер был нам верным другом
   На распутьях всех лихих дорог:
   Сотни лет мы шли навстречу вьюгам
   С юга вдаль - на северо-восток.
   Войте, вейте, снежные стихии,
   Заметая древние гроба:
   В этом ветре вся судьба России -
   Страшная безумная судьба.
  
   В этом ветре гнет веков свинцовых:
   Русь Малют, Иванов, Годуновых,
   Хищников, опричников, стрельцов,
   Свежевателей живого мяса,
   Чертогона, вихря, свистопляса:
   Быль царей и явь большевиков.
  
   Что менялось? Знаки и возглавья.
   Тот же ураган на всех путях:
   В комиссарах - дурь самодержавья,
   Взрывы революции в царях.
   Вздеть на виску, выбить из подклетья,
   И швырнуть вперед через столетья
   Вопреки законам естества -
   Тот же хмель и та же трын-трава.
   Ныне ль, даве ль - всё одно и то же:
   Волчьи морды, машкеры и рожи,
   Спертый дух и одичалый мозг,
   Сыск и кухня Тайных Канцелярий,
   Пьяный гик осатанелых тварей,
   Жгучий свист шпицрутенов и розг,
   Дикий сон военных поселений,
   Фаланстер, парадов и равнений,
   Павлов, Аракчеевых, Петров,
   Жутких Гатчин, страшных Петербургов,
   Замыслы неистовых хирургов
   И размах заплечных мастеров.
  
   Сотни лет тупых и зверских пыток,
   И еще не весь развернут свиток
   И не замкнут список палачей,
   Бред Разведок, ужас Чрезвычаек -
   Ни Москва, ни Астрахань, ни Яик
   Не видали времени горчей.
   Прим. - меня взволновали и поразили эти строчки стихотворения Максимилиана Волошина. Это ж.. ГУЛАГ! И как поэт мог об этом знать в 1920 году?.. В том-то и дело, что этот шедевр написан не в 1950-60-е годы, а в 1920-м году, когда не то что северо-восточной (географически) системы лагерей ГУЛАГ еще и в помине не было, но и самого Сталина у власти еще не было, да и Гражданская война-то еще не окончилась.
  
   "Спекулянт" (1919)
   Кишмя кишеть в кафе - у Робина.
   Шнырять в Ростове, шмыгать по Одессе.
   Кипеть на всех путях, вползать сквозь все затворы.
   Менять все облики, все масти, все оттенки
   Быть торговцо'м, попом иль офицером
   То русским, то германцем, то евреем...
   При всех режимах быть неистребимым.
   Всепроникающим, всеядным, вездесущим.
   Жонглировать то совестью, то ситцем.
   То спичками, то Родиной, то мылом...
   Творить известья, зажигать пожары,
   бунты и паники.
  
   Одним прикосновеньем удорожать в четыре, в сорок, во сто...
   Пускать под небо цены, как ракеты.
   И сделать за три дня неуловимым,
   неосязаемым, тучнейший урожай.
   Владеть всей властью магии:
   играть на бирже землёй и воздухом, водою и огнём.
   Осуществить мечту о превращеньи
   веществ, страстей, программ, событий, слухов
   всё - в золото, а золото - в бумажки...
   И замести страну их пёстрою метелью.
   Рождать из тучи град злотых монет,
   Россию превратить в быка,
   везущего Европу по Босфору.
   Осуществить воочью
   все россказни былых метаморфоз...
   Все таинства божественных мистерий...
   Пресуществлять за трапезой вино и хлеб
  
   -мильонами пудов и тысячами бочек -
   в озёра крови,
   в груды смрадной плоти...
   В два года распродать Империю.
   Замызгать, заплевать, загадить, опозорить.
   Кишеть, как червь, в её разверстом теле...
   И расползтись, оставив в поле кости
   сухие, мёртвые, ошмыганные ветром.
   16 августа 1919 Коктебель
  
   Волошин - предсказатель, мистик, колдун, лечитель (госпитальер), поэт, художник, полумонах и путешественник во времени, предвидевший будущее, что отразилось в его стихе "Спекулянт". Поэт, переживший трагедию революционных лет, разрушение великой Державы, и предвидевший её будущее - наше время.
   Волошин увлекался творчеством Жюля Верна и Герберта Уэллса, последнего он упоминает как прорицателя в своём сочинении "Адские войны".
  
   Магия
  
   На отмели Незнаемого моря
   Синдбад-скиталец подобрал бутылку,
   Заклепанную
   Соломоновой печатью,
   И, вскрыв ее, внезапно впал во власть
   В ней замкнутого яростного Джинна.
   Освободить и разнуздать нетрудно
   Неведомые дремлющие воли:
   Трудней заставить их себе повиноваться.
  
   Устремленность Волошина к Богу намного сильнее выражена, чем в стихах Пушкина и Лермонтова, Цветаевой и Блока - более известных, нежели Волошин, русских поэтов, тех, кто считается знатоками человеческой души. Некоторые его стихи не только свидетельствуют о глубине мистического постижения, но и указывают на Волошина, как на мага. Например, это стихотворение:
  
   Выйди на кровлю. Склонись на четыре
   Стороны света, простерши ладонь...
   Солнце... Вода... Облака... Огонь... -
   Все, что есть прекрасного в мире...
  
   Прим. - поклон на четыре стороны света свидетельствует о том, что Волошин хорошо знал основы магии.
  
   Известная метагеологическая картина Волошина "Холмы из мрамора и горы из стекла" (1929)
    []
  
   Другая интересная картина Волошина
    []
  
   В жизни Максимилиана Волошина конечно, были загадки. Много загадок. Они проявились и после его смерти. Почти каждый приехавший в Коктебель старается подняться к могиле Волошина, которая находится на вершине горы Кучук-Янышар. Отличаясь большой оригинальностью мышления, поэт и место для своего последнего упокоения выбрал необычное. И просил чтоб на его могиле не ставили крест, не сажали деревья и цветы, и не приносили к ней венки. (Он любил этот край за первозданную красоту). Хотя всем известны были причуды Волошина, но согласитесь, это всё равно как-то странно выглядит.. Необычно.. Каковы были истинные, скрытые мотивы его пожеланий? Почему он не хотел "погребальных" почестей?.. Мне пришла в голову таки неожиданная мысль. Может быть, Волошина там нет?.. Если оно так, то и вправду, незачем венки класть и крест ставить, коли могила пуста.
   Поэт Волошин оставил еще одну странную просьбу потомкам. Он просил приносить к его могиле камни - самоцветы, гальку и другие. И может быть, отчасти и поэтому, могила Волошина в Коктебеле стала почитаться волшебной, способной исполнить заветное желание. Для этого нужно подобрать подходящий камушек, написать на нем свое желание и принести сюда. Чего только не просят у духа Волошина - денег, новую работу, здоровья, любви, творческого вдохновения, успеха..
    []
  
    []
  
    []
  
   Максимилиан Волошин отрицал смерть как таковую, что хорошо видно из строк его стихотворения:
  
   Я весь - внимающее ухо
   Я весь - застывший полдень дня
   Неистощимо семя духа
   И плоть моя - росток огня
   Пусть капля жизни в море канет
   Нерастворимо в смерти "Я"
   Не соблазниться плоть моя
   Дичина трупа не обманет
   И не иссякнет бытиё
   Ни для меня, ни для другого
   Я был, я есмь, я буду снова!
   Предвечно странствие моё
   <10 июля 1910 г. Коктебель>
  
   Ну да, есть, конечно же есть у Максимилиана Волошина интерес к истории и культуре Древней Руси, большой интерес, он пишет о картинах исторического живописца Сурикова, о покорении Сибири Ермаком и возникновении старообрядчества, оценивает и рассматривает картину Репина изображающую Ивана Грозного, пишет статью "Чему учат иконы", и.т.д. Есть интерес и ко многому другому. Ну и что. Мало ли кто чем интересуется. Не всех же записывать - в путешественники во Времени. А Вадим Александрович Чернобров, российский ученый, кандидат наук, человек остроумный и много знающий, с отличной памятью и прекрасным аналитическим мышлением, и хорошей интуицией, он что-то почитал, увидел, узнал, предположил, почувствовал, догадался.. А я проводил и провожу дополнительные исследования, и подтверждаю мнение Вадима Черноброва. Всё-таки есть среди нас, настоящие Путешественники во Времени! А когда кто-то догадается, уже поздно пообщаться с ним, потому что пользователь Машины Времени уже не с нами.. И что приятно и радостно, и мне и моим единомышленникам, никто не сможет оспорить пронзительных предсказаний Волошина, поскольку они были напечатаны в журналах в своё время, и никто не соврёт что Волошин не ходил в тунике, поскольку тому множество свидетельств и фотографий, необычные наряды, не соответствующие тому времени в котором он жил, только подтверждают "имидж"странствующего во Времени.
  
  
  
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com В.Бец "Забирая жизни"(Постапокалипсис) С.Суббота "Шесть секретов мисс Недотроги "(Любовное фэнтези) Д.Мас "Королева Теней"(Боевое фэнтези) А.Кутищев "Мультикласс "Союз оступившихся""(ЛитРПГ) Т.Мух "Падальщик 3. Разумный Химерит"(Боевая фантастика) О.Грон "Попала — не пропала, или Мой похититель из будущего"(Научная фантастика) Т.Ильясов "Знамение. Час Икс"(Постапокалипсис) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) Д.Толкачев "Калитка в бездну"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Институт фавориток" Д.Смекалин "Счастливчик" И.Шевченко "Остров невиновных" С.Бакшеев "Отчаянный шаг"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"