Эсаулова Марфа: другие произведения.

10. Чай? Кофе? Потанцуем?

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Книга также в бумажном варианте.

  
  - Чай? Кофе? Потанцуем? - прыщавый ухажер с чашечкой кофе заслонил прекрасный вид на море.
  - Родриго, или как тебя зовут - Родригос - отстань, репейник! - Я в досаде сжала бокал с ледяным апельсиновым соком, с трудом сдерживала желание метнуть бокал в кокосовую голову настырного паренька. - Плыви отсюда, с голубой акулой танцуй!
  Она на голову укоротит твою глупость.
  - Sí, la chica, - паренек по-обезьяньи перекрутился вокруг своей оси, подпрыгнул и улетел в облаке пыли - летучий Голландец.
  - Скукотиииищщаа! Родители нас обманууууулллии! - с соседнего лежака взвыла Анжелика, слегка поджаренная и просоленная на Солнце у океана. - Единственное развлечение - утопиться, а затем вытащат, откачают - красота!
  Я думала, что нет ничего хуже, чем родительская забава - дом в комариной деревне, а, оказывается, что и кокосы и море и песок могут встать поперек горла.
  - Терпи! Билеты халявные, отель за треть цены - давись, но ешь, даже, если не нравится отдых!
  В школе за трещащей партой лучше, чем на лежаке у океана? - я привстала, поставила стакан с соком в песок.
  Апельсиновый свежевыжатый сок - не очень вкусный, даже - не вкусный очень.
  О! Как я закруглила мысль, скаламбурила.
  Девочка - шутница, лучший юморист года на Кубе.
  Мы - я, моя сестра Анжелика, мама и папа - слетали в Бразилию на карнавал!
  Родители месяц назад не замышляли никакие путешествия, даже не знали, мне кажется, где Бразилия и, кто в ней водится.
  Но случилось - чудо, не чудо - авиакомпания дешево отдавала свои билеты на полёт в Сан-Паулу, и отели - почти даром.
  В Анапе отдохнуть у нас дороже, чем обошелся перелет с отдыхом в Бразилии - волшебство быстрого века, когда интернет обгоняет мысли.
  В Сан-Пауло (или Паулу? броненосец язык сломает) папа в местной туристической конторе нашел новое приключение на наши... на наши головы.
  Он утром отравился за жареными креветками - гадость. ФУЙ!
  Креветки какие-то не правильные. Мы привыкли к замороженным в Москве и лилипутским на Черном море, а в Сан-Паулу даже жареные креветки - агрессивные, выглядят, как анаконды с ногами.
  Вернулся папа через два часа - без креветок, но со свежей идеей на завтрак.
  "Куба! Куба далеко, Куба рядом! - папа изобразил индейский танец.
  По его географическому и биологическому мнению на Кубе проживают Чингачгуки и танцуют в перьях. - А не замахнуться ли нам на Варадеро"?
  "А сколько стоит это... Варадеро?" - мама среагировала быстрее нас с Желой.
  Если бы я поумнела за время полета в Сан-Паулу, то я бы бросилась в ноги мамочке, обняла бы её колени, орошала бриллиантовыми слезами и умоляла вернуться домой, в Москву.
  Мама не поняла сначала, что за Варадеро, но у неё сработал женский инстинкт - сколько денег ЭТО?
  Если дешево, то - можно брать, а потом разобраться.
  Если дорого, то тем более - нужно брать, потому что плохое за дорого не продают.
  Оказалось, что Варадеро - курорт на Кубе - острове в неспокойном месте, где крокодилы целуются с акулами.
  Папе предложили, а я подозреваю, что подсунули, сбыли залежалый товар (кто из Бразилии за деньги полетит отдыхать на Кубу? Питон? Броненосец?).
  По Московским ценам перелет и отдых в отеле "Сueva" на курорте Varadero стоят дешевле, чем обед в "Шоколаднице" на станции метро "Октябрьская".
  "Когда нам представится еще уникальный случай - полёт на Кубу? - папа загорелся, ходил по комнате, ударялся головой о низко свисающую лампу в бамбуковом абажуре (я понимаю, что бамбук - дешево, экономия, но разве он не загорается от электричества?). - Перелет - по пути в Москву!
  Вы пальчики оближите, меня век благодарить будете, после отдыха с морскими ежами и голотуриями"!
  "Папа, а голотурии - это русалки?" - я пошутила.
  Напрасно шутила, отвлеклась от темы, за своей шуткой пропустила главное - рассмотреть отдых с точки зрения руссо-туристо.
  Четырнадцатилетняя школьница шахматистка и фотомодель - не суровый седоусый опытный разведчик, который знает ходы и выходы в любом лабиринте.
  Моей сестре Желе - недавно исполнилось тринадцать лет, а выглядит она на все сто... сто процентов.
  У нас с Анжеликой разная красота, написанная масляными и акварельными красками.
  Я - акварель, а красота Желы - броская, как говорит мама - стандартная и вечная.
  В Анжелику мальчики влюбляются и краснеют вареными бразильскими креветками.
  Меня обожают скромно - с раскрытыми щенячьими ртами и бормотанием снежных людей.
  Исключение - Родриго, или Педро, или Гомес, который уже достал со своим: Чай? Кофе? Потанцуем?
  Ни учтивости, ни интеллигентности, ни тонкостей в ухаживании; бык на водопое, слон в капустной (или обувной? как в поговорке написано?) лавке.
  Из Бразилии мы полетели на Кубу - в край кокосов и табака.
  Табак меня не интересует, а кокосы - пусть кокосы достанутся обезьянам.
  Ничего не вижу привлекательного в твердом орехе с мохнатой шкурой Гималайского медведя.
  Может быть, Гималайский медведь - не мохнатый, и у него нет волос на теле, как у мексиканской голой собачки.
  Но никто меня не подловит на сравнении кокоса с Гималайским медведем.
  Я - неуловимая фея!
  УФФФФФФ! Расхвалила себя, и есть - за что!
  В самолете мы с Анжеликой дрожали осиновыми листьями в летний безветренный день.
  В деревне мы видели колдовство - листья осин трепещут даже без ветра; дядя Николай сказал, что в корнях осины прячутся черти.
  Иуда на осине повесился, с тех пор под осиной черти пируют.
  Бесы дергают за корни, оттого и трепещут осинки поэтически.
  Я бы поверила народной легенде о чертях в корнях осины, если бы не глупость - делать больше нечего чертям, как дергать за корни дерева.
  Сидит черт и за корни зубами хватает - нелепость, более глупо, чем игра на скрипке.
  Анжелу родители пытают музыкальной школой по классу скрипки.
  Жела сопротивляется, но вынуждена "доучиться", чтобы не пропали годы репетиций, бесцельно прожитые годы.
  ХА! Ирония - мой конёк, без иронии я бы осталась простой красавицей моделью, чемпионкой по шахматам... ХМ! Снова самоирония.
  В полете из Москвы в Сан-Паулу, в Бразилию мы познакомились с мальчиком-чертом.
  Очень он любил натягивать на лицо маску дьявола.
  И самолёт оказался - адский.
  Сначала нас испугал террорист псих, обмотанный взрывчаткой.
  Террорист требовал, чтобы самолёт изменил курс и приземлился в аэропорту Сан-Паулу... Но мы и так летели в Сан-Паулу.
  Террорист хотел то, что ему и без взрывчатки предоставляли - перелет из Москвы в Сан-Паулу.
  В нашем самолёте два веселых бледнокожих оживших мертвеца перевозили гробы со змеями и истлевшим шахматистом - тоже из Москвы в Бразилию.
  Неужели, в Москве шахматисту в гробу и гадюкам настолько неуютно, что они бегут в Бразилию, к диким броненосцам, похожим на кошек.
  Ядовитые змеи расползлись по салону, падали из багажных отсеков на головы пассажиров.
  Оживший шахматист потащил меня в загробное царство.
  Террорист свихнулся окончательно и мемекал.
  Вообщем, обыкновенное путешествие без происшествий, скукотища, наподобие той, о которой Анжелика уже который раз взвыла со своей лежанки.
  Полагается называть - лежак, но на самом деле - топчан, лежанка.
  Не убили нас в самолете до Сан-Паулу, не затащили в ад, не закусали до смерти ядовитыми кривыми зубами, поэтому мы - счастливы.
  Во время перелета на Кубу нервы мои не выдержали, и я, когда увидела мужчину в чёрном с головы до ног, пронзительно завопила.
  Крик мой отразился от джунглей, прошелся по волосам пассажиров и закончился на языке Анжелики.
  Желка на всякий случай влила свой вопль в мой крик - вдвоём кричать громче и спокойней.
  Стюардесса тоже бы закричала, но положение запрещает ей умирать от страха.
  Пусть самолет разваливается над океаном, пусть он падает в джунгли с рогоносцами... броненосцами.
  Но стюардесса должна всегда улыбаться, даже в пасти крокодила.
  Оказалось, что чёрный-пречёрный дяденька - не оживший мертвец, не слуга дьявола, а артист кино - Бандерос.
  Мы с Анжеликой сразу смекнули, что выглядим глупо со своими воплями кладбищенского ужаса, и перестроились.
  Перестройка у нас в крови.
  Мы убедили родителей, пассажиров и даже Бандероса, что у нас, в России, криками ужаса и пронзительным визгом выражают запредельную, адскую радость.
  Мы, якобы вопили от восторга, что увидели кумира кино.
  Теперь у меня и Анжелики есть автограф знаменитого гитариста и бандито Бандероса.
  Прилетим домой, я выставлю автограф на Авито за сто долларов, или двести евро - я ещё не решила.
  Помимо страха и зубовного скрежета, я в самолете занималась изучением места, где нам предстоит провести девять незабываемых дней.
  О незабываемых днях сказала папа, а Анжелика добавила (она тоже любит шуточки, и при выборе - сыронизировать или сказать серьёзно - всегда выбирает шутку):
  "Паааааап! Незабываемые дни с какой стороны?
  Мы три незабываемых дня провели в деревне: комары слоновьи - незабываемые, мошки вампирские - незабываемые, призраки - незабываемые, даже туалет - незабываемый".
  Но папа, когда приходит в восторг, ничего плохого не видит и не слышит.
  А от нас с Анжеликой он ожидает шуточки, поэтому заранее ставит розовый экран на уши.
  Отзывы туристов, отдохнувших в "нашем" отеле не вдохновляли, не разжигали костёр в душе.
  Ничего плохого не написали, но и ничего сверхъестественного, а мы ожидаем от экзотических поездок Райский отдых и золотые горы.
  "Персонал приветливый, но немного тормозит в обслуживании.
  Но это у НИХ везде так. Дайте им один кук (кук - это боксерский удар? хук слева, хук справа?), и всё сразу сделают".
  "Лифт не работал! Еда простовата"!
  "Вляпался в колючие кусты, распух, как бочка.
  Но надо позитивно смотреть на отдых, даже через щелочки опухших век".
  Я съежилась в кресле, но так как ни террориста, не гробов с гадюками, ни ожившего мертвеца рядом не оказалось, то я успокоилась: простую еду перетерплю, я на модельной диете, в колючие кусты не полезу даже за Райскими яблоками, лифт мне не нужен, потому что я своими идеальными ногами в модельных туфлях на каблуках-шпильках и по лестнице - ТОПИ-ТОП - побегаю, потренируюсь.
  Самолёт приземлился в аэропорту Варадеро, аэропорт имени Хуана Гуальберто Гомеса.
  Я ткнула пальчиком в экран мобильника и предупредила Анжелику:
  "Ты ОБЯЗАНА выучить имена, отчества, фамилии всех народных героев Кубы, иначе тебя отдадут на съедение золотым рыбкам".
  Анжелика долго повторяла имя родоначальника аэропорта, каждый раз перевирала его имя: не знаю, то ли Жела подшучивала надо мной - делала вид, что поверила, то ли на самом деле испугалась, но я долго смеялась.
  Мы в аэропорту имени Хуана Гуальберто Гомеса узнали интересную новость, слаще которой только турецкий рахат-лукум.
  Самолет опустился не в Варадеро, а в Гаване - в ста пятидесяти километрах от нужного нам отеля.
  Вечерело, зомби поднимали свои головы.
  Над кладбищем клубился липкий туман, который сжирал все крики грешников.
  Может быть, я придумала о зомби и тумане, но ощущение - не из приятных, словно мне обещали золотую рыбку на обед, а подсунули вареный мертвый лук (любимое кушанье папы).
  Папа воодушевился, он сказал, что путешествие из Гаваны в Варадеро - романтическая, ни с чем не сравнимая поездка - подарок нам за наши доблести.
  "Междугородний общественный транспорт на Кубе - картинка из нашего колхозного прошлого!
  Мы окунёмся в Мир Социализма, вернёмся к истокам, когда каждая девушка - и доярка, и строительница коммунизма!" - глаза папы полыхнули синим пламенем (мы надеялись, что синее - цвет восторга).
  Междугородний общественный транспорт оказался грузовиком с ржавым кузовом, и палкой, вместо поручня в метро.
  Я взглянула и сказала, что лучше упаду с высоты своих каблуков, чем полезу (в юбке) в кузов этого Космолёта.
  Мы с Анжеликой переглядывались в аэропорту, подмигивали друг дружке - школьные годы не омрачит даже вынужденная посадка в другом аэропорту вечером.
  "Где люди? АУ! Мы в пустыне?" - я приложила ладошку ко лбу козырьком, шутила, а шутки у меня незамысловатые, как плиты на взлётной полосе.
  "Я никого не вижу", - Анжелика встала на цыпочки, цокала языком, изображала белку в дупле с грецкими орехами.
  "Не дурачьтесь! На вас люди смотрят!" - папа зашипел, ему очень неловко за длинных дочерей в стране среднего роста.
  Мои сто семьдесят пять сантиметров и сто семьдесят три - Желкины, плюс десятисантиметровые каблуки наши модельные подняли нас над толпой.
  Мы смотрели поверх головой и дурачились (а, что еще делать в незнакомом месте, на острове, на краю Света двум школьницам из Москвы?).
  Я опустила глаза и чуть не потеряла их от ужаса:
  "АААА! Чёрт! Крокодил", - вопль мой перекрыл выступление оперных певцов в Милане.
  Ноги покрылись пупырышками, кровь стала вязкой, а в голове искрился праздничный салют.
  "Не крокодил, и не чёрт, зоологию изучай тщательно, Марина! - папа ладонью прикрыл мой рот, со стороны, наверно, казалось, что отец душит дочь.
  Никто на помощь девочке не пришёл! - Обыкновенная игуана, наверно, просит покушать!" - на всякий случай папа отошёл от крокодила.
  А я отлетела - ведьма на метле.
  "Сигуапа, - заросший шоколадный мужчина внимательно осмотрел меня, не улыбался, не подобострастничал, и самое страшное - не подластивался к фотомодельной красавице. Подумал и повторил! - Сигуапа!"
  "Он сделал мне комплимент?
  Сражен моей красотой или очарован игуаной?" - я пробормотала, когда мы спрятались в здании.
  "Наверно, на кубинском наречии Сигуапа означает - красавица!" - мама неуверенно произнесла и сразу зарылась в сумки - отдушина для женщин.
  "Или Сигуапа - чудовище!" - Анжелика захихикала мелкой дробью.
  Я уверена, что Жела с силой выдавливала из себя смех, назло мне, и Сигуапу нарочно прировняла к чудовищу.
  А Сигуапа по-кубински - лучшая из лучших, красавица из красавиц.
  В тот момент я даже не подозревала, что Анжелика угадала, предсказала кошмар.
  
  Отель в Гаване стоил от ста евро, а нас - четверо, значит - минимум двести евро за ночь - есть от чего папе почесать нос, а маме - сдвинуть в недовольстве брови.
  Ночевать в аэропорту - позорно, неуютно, гадко.
  И что это за отдых, если начинается с мучений, словно нас бросил в средневековую темницу на гнилую черную солому?
  "Касу партикуляр нам поможет!" - папа вычитал в интернете подсказку, немного ожил, даже лицо приобрело цвет свежеоткопанного мертвеца.
  За стойкой Viazul добрая, потому что улыбчивая, девушка на трёх языках объяснила папе, что частная комната стоит на ночь двадцать пять евро, намного дешевле, чем в гостинице, где те же условия, но только по ночам зомби не поют под окнами.
  Я много не поняла из объяснений работницы, но о зомби она явно упомянула, потому что зомби гуляют везде.
  На папу девушка за стойкой смотрела ласково, с пониманием и сочувствием, словно молча говорила:
  "АХ! Синьор! Вижу, что вы мучаетесь, вам трудно, когда вас не понимают, особенно эти две палки на палках, и нарядились на свадьбу.
  ФУЙ! Разве культурная школьница вырядится куклой Барби?
  Девушка должна готовить салат из кокоса и суп из кукурузы.
  Бросьте ЭТИХ, ваша жена найдет себе подходящего мачо, а я стану вам любящей и кулинарной женой.
  Дочки ваши - ни к чему не пригодные, потому что длиныне, не работящие, прокормятся протухшими улитками и гнилой травой".
  Возможно, что я придумала за работницу аэропорта, но у нас, у девушек, всегда идёт, невидимая для окружающих, война.
  Даже с сестрой мы воюем, хотя иногда садимся за стол переговоров с шоколадным тортом.
  За двадцать пять евро - дороже, чем в Москве - таксист довез нас до Касу (Деньги в кассу!).
  В комнате скромно стояли четыре кровати и... всё.
  По стене ползло миленькое насекомое с крылышками, лапками и генномодифицированным хоботом - комар-переросток.
  Комната скромно стоила пятьдесят евро на четверых за ночь - к гадалке не ходи, потому что мы догадались, что всё на Кубе для туристов округлялось до нулей и пятерок, цифры 1, 2, 3, 4, 7, 8, 9 - не в почете, даже с маринадом они не интересуют продавцов.
  "Я с ЭТИМ ночевать в одной комнате не собираюсь!" - Анжелика брезгливо сморщила носик, играла в собачку шарпея.
  "Ты еще не видела ЭТИХ в туалете, думаю, что зрелище - лучше, чем поход в театр! - я, якобы не боялась монстра на стене. Анжелика говорит "нет", значит, я должна сказать "да", и, наоборот. - И где же ты переночуешь?
  В саване со львами?
  В тундре с тиграми?
  В пустыне с имбирём?"
  "В тундре тигры не живут, потому что холодно адски в тундре! - папа медленно, очень медленно, по-саперски, приподнял подушку.
  Из-под подушки молнией выскочило ядовито черное и скрылось в щели в полу. - Если бы здесь водилось что-то опасное, то люди бы давно исчезли!
  Нам только одну ночь ЗДЕСЬ пережить, а утром - нас ждет замечательный, шикарный, модерновый отель на берегу океана! ОЛЛ инклюзив!"
  "А, если не переживём эту ночь?" - я пошутила и резко сбросила матрас на пол - вдруг, под ним затаилась анаконда или акула?
  Папа, мама и Анжелика не засмеялись, не поняли, что я шутила.
  Час мы обустраивались, причем папа в хоре пел сладко, мама держала нейтральную дистанцию (не позорить же мужа), мы с Анжеликой завывали - коротко и ясно.
  Собаки с дальнего кладбища оптимистично нам подвывали.
  Анжелика выдвинула теорию, что в гамаке во дворе спать безопаснее, потому что змея вывалится из дырки в гамаке.
  Жела где-то читала, или видела в кино, что в джунглях отважные путешественники ночуют в гамаках.
  Я возразила (должна была возразить), что не в джунглях спят путешественники, и они - не путешественники, а артисты в гамаках отдыхают на съёмочных площадках в Голливуде.
  Те, кто спал в гамаке в джунглях, уже ничего не скажут - мертвые молчат.
  Анжелика ответила, что я завидую, потому что другого гамака в Касу нет.
  Кондиционер работал, но, наверно, фильтр давно не меняли, поэтому першило в горле, на ресницах висели едкие слёзы.
  Папа выключил кондиционер, обозвал его чайником, а не холодильным агрегатом.
  "Папа, а где здесь носик припудривают, в Касу?" - перед сном я собралась на вынужденную прогулку - припудрить носик и принять ванну, желательно - джакузи с молоком Египетских ослиц.
  Желание скромное и не выходит за рамки обычных желаний Московской школьницы.
  Царица Клеопатра каждое утро принимала ванну с молоком, а я не хуже царицы, даже в сиксилиард раз лучше.
  "За углом и направо, в садике", - папа присел на кровать, вскочил, лицо его перекошено в смертельном ужасе приговоренного под топором палача.
  Папа сдернул одеяло; лицо из крахмальнобелого превратилось в зеленую лужайку с красными цветками клевера:
  "УХ! Всего лишь черепаха.
  Что черепахи делают в постели?"
  "То, что и в пустыне делают черепахи - живут!" - я не очень остроумно, но и не без юмора ответила.
  Приподняла своё одеяло, затем - простыню и матрас - этажи леса, многоэтажка для животных и насекомых.
  Чисто, всего лишь бабочка выпорхнула с вертолетным стрекотом крыльев.
  Большая бабочка, величиной с круглый аквариум, и чернее ночи.
  Может быть, не бабочка, а - летучая мышь.
  Но я хотела верить, что вылетела бабочка, а не карликовый вампир.
  "За углом и направо в садике?" - моему сарказму можно поставить памятник в Одессе.
  Предложить дочке пойти ТУДА, где прячутся самые злостные преступники животного и насекомого мира Кубы?
  Но молодость тем и прекрасна, что мы вынуждены идти туда, куда нас посылают.
  Подожди, любимый папочка.
  Подрасту, тоже буду посылать тебя припудрить носик в садик за углом.
  Нет, передумала, я не стану садисткой!
  "Лён! Я с тобой припудрить носик!" - Анжелика сняла комнатные тапочки и натягивала туфли на высоких каблуках-шпильках.
  Папа с удивлением посмотрел на подготовку к дефиле.
  "Нужны ли туфли ТАМ?" - мама протянула нам два НАШИХ полотенца для процедур после припудривания носика и принятия ванны с молоком ослиц.
  "Модельные туфли нужны везде! - Анжелика в центре внимания, в центре Мира важно подняла подбородок (девяносто градусов к телу - к выходу на подиум). - Принц в садике заваляющийся... завалящий... безысходный... бесприсмотрный...
  Или маньяк, а против маньяка шпилька в глаз - лучшее оружие несчастной девушки, которая вынуждена пешком за три моря идти припудривать носик!" - Анжелика сегодня в ударе.
  В нас накопилось столько яда, что своей иронией мы прожгли бы гору.
  Жела разумно не конфликтовала со мной, потому что поход в гримерку важнее перепалки перед сном.
  Кто много шутит со старшей сестрой - тот спит в гамаке не мытый.
  Мне пришлось тоже надеть модельные туфли: не могу же я казаться ниже ростом рядом с младшей сестрой.
  Вдруг, на самом деле - Принц или маньяк, кто их знает, эти Касу.
  Мы робко - как юные артистки - вышли из домика.
  Ватное черное покрывало ночи накрыло нас.
  Сначала полукаменная дорожка освещалась жидким светом пятиваттной лампочки, а потом оборвалась в асфальтовом мраке с шумящими травами и деревьями, через два метра наступила могильная тьма.
  "Ты уверена, что нам ТУДА?" - Анжелика включила мобильник, подсветила путь - всё равно, что спичкой освещала бы огромную пещеру в Уральских горах.
  Тьма сжирает свет с жадностью - так голодная собака проглатывает аквариумную рыбку.
  "В темноте любое место может быть гримеркой, - я ответила шикарно, остроумно, с двойным дном.
  Где трибуны восторженных Принцев? И отдельные ложи бельэтажа для Белых коней Принцев? - Сложнее с джакузи.
  У меня нет желания купаться в бассейне с крокодилами; пусть даже местные называют их игуанами".
  "Не вылетела бы Царская Охота!" - Анжелика засмеялась, посветила на куст, свет мобильника отразился в маленьких глазах полосатого любопытного зверька.
  Душечка! Сюсеньки зверушка плюшевая!
  Я обязательно заберу с собой в Москву это чудо, если оно не питается человечиной.
  Воспоминания о Царской Охоте всколыхнули мою память и ночь.
  Летом мы в далекой таежной деревне по ночам с ужасом наблюдали Царскую Охоту: карета с Императрицей Екатериной, всадники, собаки, - всё призрачное, из древних времен.
  Царская Охота ревностно охраняла золото, сокровища Императрицы.
  Мы бы с Анжелой обязательно выкопали клад, но помешали суеверия, внезапно материализовавшиеся: оживший утопленник или утопленница (сейчас я не уверена в половой принадлежности улыбающегося мертвеца), а также - кнут призрака.
  Привидение кнутом ударило по спине Анжелы, и остался горящий красивый неоновый след, видный по ночам.
  Я немного завидовала - Анжелика получила редкую, потому что - мистическую, татуировку на спину, татуировку неоном или другим загробным газом.
  Вообщем, не получили мы заколдованное золото, а в Москве забыли, что хотели вернуться и снова попытать счастья в борьбе с призраками.
  Хорошее со временем забывается, а плохое обрастает ракушками новых ужасов.
  Царская Охота вылетала ночью, а сейчас ночь - Кубинская, другая, далекая, но для Царской Охоты, расстояние, возможно, не помеха, не новые ворота для барана.
  "Здесь, если пролетает Царская Охота, то - другая, южно-американская.
  Мучачо в сомбреро, текила, сигары, кальвадос, самбука, бомбилья! - я шутила, нащупывала ногами дорожку - не наступить бы на анаконду или на крокодила. - Анжела, приподними футболку: след от кнута Царской Охоты ЗДЕСЬ светится?
  Анжелика! Жела! Не дури, а то я так с тобой пошучу, что утром лысая проснешься!" - я остановилась в капкане страха.
  Анжелика - негодяйка - убежала, скрылась с единственным нашим источником света.
  Не отзывается, не звонит, не хохочет под ногами, словно её невидимая Кубинская Царская Охота с собой увезла в золотой клетке.
  Я возвращаюсь, но еще приду к тебе, моя гримерка.
  У меня есть, что сказать доброго, мягкого и культурного родителям и сестре.
  Океан покраснеет от моей предвыборной Президентской речи.
  Я эффектно развернулась на каблуках, дошла до точки подиума, попозировала для японских фоторепортёров в кустах.
  Японцы обожают фотографировать, снимают на камеру всё, что видят и не видят.
  Фотоаппарат у них заменяет глаза, а чип - мозг.
  Где они находят столько свободного времени, чтобы просмотреть обыкновенные скучные фотки и видео?
  Представляю ужасные посиделки в японском домике фанзе или фазенде: каждый тычет под нос свои видео, ругаются, требуют, чтобы сначала просмотрели их бесконечные съемки.
  Я манией фотографирования не страдаю: если увидела подходящий фон для селфи, то не делаю больше двадцати снимков.
  Я посмотрела на дом, окружённый праздничным светом Кубинского карнавала.
  Эй! Где свет? Где дом?
  Бережливые хозяева подумали, что мы легли спать и выключили ради экономии электричество; или у них - плановое отключение света ночью?
  Караул! Ужас! Я одна в ужасной тайге, или саване!
  Анжелику уже утащили призраки в сомбреро и в бомбильях на ногах.
  Кричать - страшно! Вдруг, маньяк, который меня не видит, придет на голос?
  И вопящая в пустыне фотомодель девочка Московская школьница - лучшая реклама отдыха на Кубе.
  А я бесплатно не рекламирую.
  Тихий страх поднимался по моим застывшим ногам.
  Я чувствовала волны холода и пламени, они подбирались к сердцу, останавливали - безысходностью и чёрным ужасом - моё дыхание.
  Справа зашуршало - не громко, но в тишине - зловеще.
  "Анжелика, не обижайся, если я в темноте нечаянно продырявлю твой лоб каблуком!" - я сняла туфельку - оружие фотомодели, зажала в руке - каблуком-шпилькой в сторону воображаемого противника.
  Папа говорит - "вероятного противника".
  Договорились мальчики и юноши: вероятные противники, виртуальные войны.
  Мне кажется, что настоящие жестокие войны давно исчезли в истории.
  Сейчас война - способ развлечься для ленивого мужчины.
  На войне не нужно пахать, сеять, стоять по десять часов у станка, строить дома.
  Сиди, иногда постреливай в сторону "вероятного противника"; ломать - не строить.
  Убивать на войне - нежелательно, потому что вероятный противник может рассердиться и убить в ответ, что - невыгодно для солдата.
  На войне мужчины скрываются и от домашних дел: вари кашу, жена, расти моих десять детей, а я вернусь с войны, напишу книгу, присяду в кресло-качалку к камину и расскажу тебе и детям об ужасах войны и о своём беспримерном героизме.
  В садике на тропинке, в темноте под кодовым названием "Глаз выколи" (сто шансов выколоть глаз о ветку или иголку, или коготь летающего броненосца) моя истерия и ненависть к Анжелике, к мужчинам усилились.
  "Вероятный противник, вероятный противник!"
  Что ж ты, папочка, не проводил дочек до гримерки в саду?
  Это твоя война, папа!
  "Жела? Папа?!" - я пропищала, но с места не сходила приклеенная ужасом.
  Слышала по телевизору, что не имеет смысла удаляться от места катастрофы; около большого предмета - упавшего самолёта, сгоревшей машины, на тропинке возле тысячелетнего баобаба - быстрее найдут потерявшуюся школьницу.
  Родители через три минуты обеспокоятся отсутствием дочерей, поднимут тревогу, с факелами, поисковыми собаками и МЧС России и Кубы найдут меня и Анжелику.
  Обеспокоятся ли? Может быть, уже спят на муравейнике в кровати?
  Шорох приблизился, и я - оледеневшая от жуткого липкого ужаса - поняла: не ветер бушует над бором.
  Отлично пошутила, к месту. Занесите меня в Красную книгу исчезнувших поэтов.
  Среди могильного мрака вдруг вспыхнул адский огонь.
  Пламя метнулось мне в глаза, вырывало жуткое сипение из горла.
  По-настоящему, положено вылететь крику, но в пересохшем бумажном горле крик превратился в жалкое:
  "ЫЫЫЫЫХХХХЫЫЫЫ!"
  Когда пелена первого ужаса упала, я поняла - не Олимпийский факел зажгли, а - спичку.
  Но лицо, освещенное огнём спички, не принадлежало существу из нашего Мира.
  Чёрное, со змеями на подбородке, под носом и на лбу.
  Горгона Медуза ожила и пришла за мной.
  Вопрос: зачем чудищу четырнадцатилетняя школьница, когда миллиарды более достойных женщин - именитых, прославленных, побитых жизнью - разгуливают на свободе.
  Рука с туфлей пришла в движение, полетела к намеченной цели, к вероятному потустороннему противнику.
  Я понимала, что туфлей, каблуком-шпилькой привидение не убью, не испугаю, но что-то я должна делать, чтобы не замерзнуть от страха?
  Каблук ударил во что-то твёрдое, в древесину, наверно.
  Не думала, что на Кубе призраки сделаны из дерева.
  Привидение ожидаемо завопило, выронило спичку (зачем призрак подсвечивал моё лицо, если прекрасно видит в темноте даже без глаз?).
  Душераздирающий пронзительный вой поднял стаю ночных животных.
  Вокруг меня ожило, в доме вспыхнул свет, и я через кусты, через бомбильи и калебасы ломанулась в дом.
  О моделях не говорят, что они "ломятся через кусты", но я именно ломанулась.
  В руке модельная туфля, на ноге - пустота.
  Золушка без принца.
  Я забежала в нашу комнату, инстинкт бросил меня на кровать.
  Анжелика раскрыла глаза в восторге, она догадывалась, что шум в садике, вопли - моих рук, ног и головы дело.
  "В саду ужас! Призрак, летящий на крыльях ночи!" - я просипела, натянула туфельку и тут же - каламбуром натянула самую приветливую улыбку из серии "Барышня из Института благородных девиц".
  Самые беззащитные, поэтому всегда виноватые - девочки.
  Мальчик может послать недобрым словом, или ударит обидчика, а девочка - девочку можно укорять, бранить, учить жизни.
  Даже, если я убила в саду чёрта, то меня посадят в местную Кубинскую тюрьму в одну камеру с оленем и игуаной.
  Объявят, что я лишила Республику единственного и неповторимого, охраняемого законом, доисторического лешего.
  В комнату осторожно постучали и неосторожно сразу за стуком вошли: бородатый смуглокожий седой дед, и Фрекен Бок - няня Малыша.
  Дед Мазай размахивал ружьём - допотопным, с треснувшим, поэтому перевязанным веревкой деревянным прикладом.
  Ружьё - для устрашения, стрелять из него, наверно, невозможно, потому что ржа съела ствол до дырки, но в качестве дубинки ружьё пригодится.
  Фрекен Бок с подозрением осмотрела своих постояльцев (за наши деньги! мы должны были выставить счет за то, что нас беспокоят ночью).
  Разговор пошёл на ломаном русском и на еще более сломанном английском языках.
  "Хозяйка говорит, что на Педро в саду напала Сигуапа, - мама бросила быстрый взгляд на меня и на Анжелику, она догадывалась, кто напал на - пока нам неизвестного - Педро. Но из солидарности делала вид, что для неё новость - шок. - Педро в саду ловил охмулей..."
  "Кого ловил? Омулей в саду?" - я раскрыла (изумительный, обожаю его) ротик в ВЕЖЛИВОМ ВНИМАНИИ, девочка примерная прислушивается к советам взрослых.
  "Охмулей! - мама прибила меня взглядом к кровати. - Охмулей ловил для своих целей.
  Может быть, на рыбалку на акулу собирался Педро.
  Сигуапа ударила пальцем в лоб Педро, пробила ему череп... не до конца пробила, потому что лобная кость Педро очень крепкая, настоящая кокосовая.
  Если бы не мужество Педро, то она бы убила Педро!"
  "Убила бы непременно! - Анжелика изобразила губками буковку "О", превратилась на радость хозяевам в куколку Барби. - Обидно, что мы сидели в комнате и не помогли Педро сражаться с Сигуапой!
  Пропустили народное гулянье!"
  Мама еще минут пять поговорила с хозяйкой (дед Мазай прятался за ружьё и разглядывал исподтишка маму).
  И нам - О, ЧУДО! - включили свет в садике на дорожке вплоть до двух гримерок: одна - пародия на джакузи, но в ней плещется теплая вода без крокодилов, а другая - носик припудрить.
  Мы с Анжеликой выскочили на улицу, пока Сигуапа не пришла и не отключила свет в стране.
  При слабом освещении садик уже не казался братской могилой крокодилов и игуан.
  Немного деревьев, кустов, травы - скромненько и со вкусом банана.
  "Ты зачем выключила в темноте телефон и убежала от меня?" - я схватила Анжелику за руку, шипела, оглядывалась по сторонам - не выскочит ли раненый Педро.
  Получил каблуком-шпилькой в лоб - пусть радуется, что я ему глаз не выбила.
  У страха Педро глаза слоновьи.
  Храбрый виртуальный воин подумал, что его Сигуапа - загадочная для нас - ударила, а не Московская перепуганная школьница с изумительными ногами, водопадом потрясающих волос, коралловыми губками...
  "У меня мобильник выключился! Я от страха на карачках поползла в направлении дома!" - Анжелика оправдывалась - обманывала или нет, не знаю, я не Шерлок Холмс в юбке.
  "На четвереньках... Почему?" - обида и злость на сестру проходили, потому что она предстала в позорном виде - модель передвигается на четвереньках, как кошка.
  "Боялась глаз выколоть о ветку, и внизу мне казалось спокойнее!
  Близко земля, не боязно падать с высоты каблуков! - Анжелика в образе куколки Барби округлила глазки инжиринами (но меня представление не обманет; и я тарелками свои очи распахиваю, и губки у меня - ОГОГО! Бантиком, буковкой "О", и взгляд смущенный, и ножки вместе, и ручки крендельком или прижаты к груди... когда нужно). - Лён! А почему тебя сегодня два раза обозвали Сигуапой, а один раз - здесь - даже приняли за НЕЁ?
  Ясно, что Сигуапа - не дурочка, потому что Педро не признался бы, что его в лоб ударила дурочка.
  Кто она? Местная русалка?"
  "В инете посмотрим, найдём Сигуапу! - я буркнула и открыла дверь в ад - в сарай! - Бойся, что тебя еще хуже и зловещее обзовут!"
  "Ой! Я боюсь! Я так боюсь!" - Анжелика дурачилась, и я засмеялась.
  Если постоянно кривить лицо, то оно покроется трещинами морщин.
  Мы вернулись в домик умиротворенные, словно нас обмакнули в молоко с мёдом.
  Анжелика - всё-таки назло мне - ушла спать в гамак.
  Встреча с загадочной Сигуапой Анжелику не пугала, потому что Сигуапа спала в комнате с родителями.
  Что-то трещало за окном, ухало, ахало, и к утру я решила, что пусть сто сиксилиардов зомби сейчас полезут в комнату, но я в усталости на них не обращу должного внимания, даже не испугаюсь до седых волос.
  На следующий день мы удачно не встретились с Педро, наверно, он побежал в магазин за клеем, склеивать свой череп.
  Если бы столкнулись, то, возможно, узнал бы меня, понял, что не с Сигуапой ночью столкнулся при свете Олимпийского факела спички.
  Мы с чемоданами погрузились в машину, забитую огурцами людей.
  Толкучка в кузове, но что-то дикое притягивало в поездке в кузове - ветер, видно во все стороны, местный колорит: трава, деревья, дорога, камни... ОХ! Утомило меня всё!
  Папа пытался слиться с местными, даже запел - на русском - песню, в которой молотом бил по ушам, и серпом резал слух куплет:
  "Небо надо мной, небо надо мной - как сомбреро, как сомбреро!
  Берег золотой, берег золотой - Варадеро, Варадеро!
  Куба далека, Куба далека. Куба - рядом! Куба рядом!
  Это говорим, это говорим - мы!"
  Местные с подозрением отодвинулись от восторженно розового папы.
  Мама дернула его за рукав и на грани слышимости прошептала:
  "Замолчи! Нас неправильно поймут!"
  "Ага! Обязательно неправильно поймут, даже, если вы всё сделаете правильно! - заросший кубинец в рубашке с пальмами неожиданно произнёс на чистом русском Московском языке. - На всякий случай держите при себе мелкие деньги.
  За деньги поймут и простят!"
  Наконец, мы высушенные и потрясенные - во всех смыслах этого ёмкого слова - заселились в отель "Куева".
  Название красивое, а переводится - Пещера.
  Отлично: отдыхаем в Куева в Варадеро, то есть: в пещере в сарае для лодок.
  И песня о сарае для лодок.
  Автор слов, наверно, не залез в словарь, не перевел на русский язык Варадеро.
  Иначе, что это за песня? "Берег золотой! Берег золотой - сарай для лодок, сарай для лодок".
  "Папа, вы с мамой снова купили дом в деревне?" - я не верила, что хижина из тростника и палочек - отель четыре с половиной звезды.
  По моим неизбалованным понятиям (балуют ли понятия?) отель - нечто высокое из железобетона и стекла, роскошное, с лифтами, красными дорожками, пальмами в кадушках и лакеями в красных смокингах с золотыми пуговицами.
  Но домик под крышей из сухих листьев на звание ОТЕЛЬ не тянул.
  С железобетонным "Хилтоном" отель мог тягаться только по пальмам... на берегу.
  И еще нелепее - Отель "Пещера"!
  Я стиснула зубы, вспомнила правило - приехали отдыхать, значит, нужно отдыхать, хоть на грязевом вулкане в Антарктиде в компании со снежными зомби.
  За пять минут мы с Анжеликой обежали окрестности отеля, еще пять минут понадобилось на море.
  Мы бы провели в воде целых шесть минут или даже - ОГОГО! - семь, но в Бразилии накупались до икоты, даже прыщики мелкие побежали по телу - кошмар! Ужас! Ужааааассс!
  Прилегли в шезлонги, приготовились лениво отбиваться от толпы мальчишек - поклонников нашей диковиной заморской красоты.
  "La chica quiere jugo de naranja?" - надо мной склонился мальчик лет четырнадцати-пятнадцати, не паренёк, не парень, а - мальчик.
  Худой, копченый, обветренный, а в глазах - наглость величайшая.
  "Чё?" - я позволила своему языку отдыхать на курорте.
  До длинного "Что" не дошла.
  "Если хочешь, чтобы тебя поняли, то говори по-древнерусски!
  На русском языке разговаривал Миклухо-Маклай!" - Анжелика акулой вступила в разговор, небрежно сняла с подноса ломтик ананаса, критически осмотрела и положила обратно.
  Ананас - кислый, едкий - не в радость.
  "Если девушки дадут мне денег, то я принесу то, что пожелаете! - на лице услужливого мальчика расцвела фальшивая улыбка. - Чай? Кофе? Потанцуем?"
  "Чё?" - я не оригинальничала в выборе слов.
  Слово - не игуана, выбежит - поймаю! ХА! Шутка!
  "Где ты наловчился разговаривать по-древнерусски? Окончил школу Миклухо-Маклая (и привязался же к Желе Миклухо-Маклай). - Анжелика вытянула ноги, чтобы ЭТОТ язык потерял от восторга. Сразу загрузила мозг мальчика другим тяжеловесным вопросом. - Ты подумай, холопчик, что просишь.
  Ты у самых красивых в Мире девушек просишь денег?
  Перегрелся на Солнышке?"
  "Если вы дадите мне денег, то я на эти деньги вас вечером приглашу в ресторан! - мальчик с логикой дружил. - Если же не дадите денежку, то, как же я вас приглашу?
  Которые без денег с девушками не ходют!
  Писатель Зощенко сочинил эту замечательную фразу".
  "Чё?" - я полна иронией, как коробочка Коробейника полна ситца и парчи.
  "Мы жили в Санкт-Петербурге, а потом папа решил, что нужно возвратиться на историческую родину, - глаза мальчика блеснули недобро. Молнии из глаз прожгли бы его папу, если бы он в сомбреро проходил мимо на охоту на крокодила. - В Санкт-Петербурге нас ценили за самобытность, а здесь - мы растворились среди своих, как соль растворяется в банке с помидорами.
  Вместо школы я подрабатываю служкой в отеле, а в России мечтал строить железные дороги".
  "Чё?" - я сложила руки за головой (чтобы живот втянулся до безобразия, до рыбьих костей).
  "Ну и чё? Строй железные дорогие здесь!" - Анжелика заразилась от меня "чё", и предложила гениальный проект - опутать Кубу сетью железных дорог, ГАВ - Гаванно-Варадерская магистраль.
  Родриго привязался, не отставал, клянчил деньги - клещ, а не человек.
  Я называла его Рамиресом, Родригесом, Родригой - на всё соглашался, или, вероятно, скрывал своё настоящее имя - на случай конфликта с нами.
  Конфликт назревал сливой в саду.
  Надоели мне его "Чай? Кофе? Потанцуем?" - не шутки, а предложения на полном серьёзе.
  По поводу чая и кофе - шутка, потому что у Родриго нет денег ни на чай, ни на кофе; либо он жадничает.
  Потанцуем - приглашает на танцульки куда-то в деревню, в камыши.
  Отправят меня в рабство на галеры, разберут на органы за мои же деньги.
  Но на острове для нас - кроме шуточек Рамиреса-Родриго других приключений не предвиделось.
  Скукотища - даже скулы сводит, как от незрелой хурмы.
  К Анжелике привязалась точная копия Родриго, тоже мальчик без имени, и Жела назвала его Гомесом.
  Сначала хотела - Педро, но имя Педро вызывает у нас смех до слёз, поэтому Анжелика остановилась на имени - Гомес.
  "Они всех русских девушек Наташами называют, и не стыдятся своего остроумия!
  Для меня тогда все - Гомесы, а для тебя - Родриго!" - Анжелика заявила за ужином и подмигнула мне, кивнула головой в сторону родителей - притихших, сумрачно спокойных.
  Оказывается, на пляже около мамы вертелась толпа Родриг, предлагали свои услуги по массажу, по сопровождению на прогулки в океан, в степь, по деревьям - куда угодно, за мамин счет.
  Возле папы место тоже не пустовало: русалки расписывали красоты родного края и обещали показать нечто великолепное в океане (за деньги).
  Мама на солнце расплавилась и заплатила черноволосому накачанному красавцу мачо за массаж.
  Папа задыхался от возмущения (сам он не любил делать массаж маме, жаловался, что не хватает сил, что руки болят, а у мачо и сил хватало, и руки - стальные мускулы).
  Папа лопнул бы от возмущения, но его успокоила одна из русалок, массировала плечи, делала успокаивающий массаж (разумеется, за деньги и за немалые).
  В итоге мама и папа в столовой (в отеле ОНИ называют ЭТО рестораном) дулись друг на друга и на себя за минутную слабость.
  Напрасно ссорились, каждый получил то, что хотел, лишь денег выброшенных жалко.
  На следующий день я с утра заняла место в лежаке с видом на воду с волнами.
  Минут десять искала в себе мысли, потом поняла - пустое и трудоёмкое это дело - думать.
  Я чувствовала, что на соседний лежак опустилась Анжелика, чувствовала, но не находила сил и знаний, чтобы повернуть голову.
  Сколько же нужно усилий телу, сколько отдать приказов, чтобы голова повернулась, а язык что-то выдал, отличное от БЕЕЕЕ и МЕЕЕЕЕЕЕЕ!
  - Чай? Кофе? Потанцуем? - Родриго с пальмы свалился с чашкой кофе. Оживил меня на время.
  Я изысканно послала мальчика - любителя дармовых денег.
  Заодно и потренировала свой юмор стальной.
  Приготовилась снова окунуться в кому, но Анжелика не дала, вытащила меня за плечи из воды забвения.
  - Лён! Если мы сегодня не встанем с лежаков, то врастём в них и превратимся в игуан!
  - И чё?
  - А ничё! Спроси у Родриго, почему тебя обзывали Сигуапой, и, кто она.
  Не спросишь - потом пожалеешь, жизнь потратишь на поиски разгадки.
  Струпьями покроешься, лишаями, лежалыми пятнами, пролежнями.
  - Спасибо, Анжелика! Трупьями покроюсь!
  Иногда ты права на один процент! - Я подняла вялую, но белую, замечательную модельную руку: - Услужливый - сказку!
  Из пыльного облака появился Родриго, на лице - понимание и сочувствие, плюс желание - рассказать и показать достопримечательности острова.
  Что смотреть, если всё на земле одинаковое?
  Горы, леса, реки, поля, луга, небо, вода, звери, люди.
  При излишках фантазии можно найти различия между двумя птицами или кошкой и собакой, и это - все достопримечательности.
  - Родригейро! Я дам тебе кук, если ты расскажешь и покажешь Сигуапу!
  - Два кука! - мальчик не растерялся, с детства учится выбивать деньги из людей, а не из колосьев пшеницы и рыбы. - Один кук за рассказ, и один кук - за моральный ущерб.
  - Чё? Моральный ущерб? Мы не в США! - я даже приподнялась на ложе - величественная царица, окружённая полком невежественных слуг. - Один кук, или я открою интернет и сама всё узнаю!
  Иди, звони своему адвокату, Рамирес.
  - Один кук, но только ради твоей красоты, прекрасная Елена! - Родриго изобразил поклон и тут же плеснул чернил в стакан с молоком, или положил бочку мёда на ложку дёгтя. - И, потому что ты, похожа на Сигуапу!
  Кожа у вас голубая, светится и волосы голубые!
  - У меня кожа мраморно-белая, белая до синевы.
  Волосы покрасила, поэтому в океане голову не смачиваю, краска нестойкая, к школе смою за один поход в душ! - я накрутила на палец синий локон.
  В Сан-Паулу шутки ради (и для смены имиджа на неделю) я купила краску карнавальную, окрасила волосы и щеголяю в образе Мальвины!
  - Ты великолепна, поэтому тебя, наверно, путают с Сигуапой, она - легенда! - Родриго присел на песок, рядом со мной не осмелился опуститься на лежак, иначе улетел бы сразу к Сигуапам.
  Комплиментом - ОГО! - мигом растопил моё застывшее к нему отношение.
  - В интернете вы найдете описание Сигуапы, но не живой, а - мифической! - Ромео отрабатывал свой кук (что-то между долларом и евро, около семидесяти рублей). - Я же покажу вам Сигуапу в природе, где она живёт в камышах, среди золотых слитков и бриллиантовых россыпей.
  Сигуапы приплыли к нам из Доминики, у нас им лучше - привольней и сытнее.
  У Сигуапы синяя кожа, цвета твоих волос, Елена.
  Ноги Сигуапы по-балерински вывернуты назад.
  Синие длинные волосы покрывают обнаженное тело Сигуапы.
  Она ведет ночной образ жизни, шляется по ночам по тропинкам...
  - Точно! Педро ночью тебя увидел на тропинке и обомлел, Лён! - Анжелика приподнялась на левом локте, при этом - то ли автоматически (а я думаю, что хорошо рассчитала) водопад её волос сместился влево и таинственно прикрыл половину лица - фотоэффект. - Он подумал, что ты... эта... ну, как её... Сингапура.
  Волосы у тебя синие, сбрей их.
  - Свои сбрей! - я огрызнулась, но не ехидничала, не иронизировала, не топила Анжелику в волнах своего сарказма. Она права - великий ученый, естествоиспытатель, зоолог и биолог некрофил Педро - из-за синих моих волос принял меня за Сигуапу.
  А, если бы я выкрасила волосы в зеленый, или - в красный, или - в фиолетовый?
  Спутали бы меня с другой Сингапурой, Сигуапой, у которой волосы не синие?
  - Из-за того, что волосы Сигуапы перекручены задом-наперед, нельзя по следам определить - в каком направлении она двигается. - Родеро отрабатывал свой кук, или им двигало желание покрасоваться - рассказать девушкам страшилку, чтобы мы дрожали, всхлипывали, залезли от страха под лежаки и умоляли Родриго спасти нас от ночного кошмара с вывернутыми балеринскими ногами.
  - У меня ноги назад не выворачиваются, к сожалению! - я поднялась, потянулась, чтобы на животе не образовалась предательская складка кожи.
  Я не толстая, наоборот - худая спица в колесе, но даже у скелетов опытный бородатый модельер Карабас Барабас найдет избыток веса. - Балерины и циркачки ноги выворачивают по-обезьяньи.
  Но сомневаюсь, чтобы прима-балерина или акробатка нарочно прилетела на Кубу, да еще за свой счет, поселилась в Пещере и потехи ради выворачивала по ночам ноги задом-наперед, пугала туристов.
  - ХА! Если Сингапура ваша, якобы выворачивает ноги, и её никто не видел, то, как узнали, что у неё ноги вывернуты? - Анжелика показала краешек ума. - Может быть, она прогуливается с нормальными, не вывернутыми ногами?
  Ты же сказал, что нельзя определить - задом-наперед, или передом-назад, прямо она шла.
  Зачем ноги назад девушке выдумали?
  Фантазии не хватает?
  Ваш талант съел крокодил?
  - Почему крокодил съел талант? - Родриго почесал голову, вытаскивал из черепа скудные сведения, воспоминания о русских девушках - шутим мы, или говорим серьезно о крокодиле?
  Но не хватило груза ума, чтобы он распутал поговорку "крокодил съел талант".
  - Анжелика переделала поговорку "его талант съел баран" - не очень умная поговорка, но простим мою сестренку за волнение. Она влюбилась в Гомеса, поэтому плохо контролирует свои слова, мысли, движения и поступки.
  Любовь - не радуга над полем, не пахнет дождём. - Я натянула лёгкое платьице - с виду простое, но - дорогущее, сшито для меня.
  Оно уютненько облегает мою идеальнейшую фигуру, заканчивается линией по коленочкам - якобы, скромненько, но - шикарно, по-Парижски.
  Нарочно вставила в речь о баранах и крокодилах Гомеса и любовь.
  Анжелика пока ничего плохого мне не сделала, но прошло сто веков времени с завтрака, обязательно подшутит, поэтому я запустила бомбу первая.
  Пусть снаряд разорвет налетающую вязкую скукотищу.
  - Анжелика влюбилась в Гомеса? - Родриго в удивлении раскрыл рот, показал сто рядов акульих зубов. - Невозможно... хотя, - Родриго нарисовал пальцем на песке сердце и проткнул его веточкой баобаба (я не древесный хирург, чтобы знала каждую веточку) - очень остроумно.
  Крыша Мирового юмора!
  Обсмеяться над художеством Ромео.
  Голос Родригеса треснул по швам от досады.
  Мальчик не понимал, почему Анжелика влюбилась в Гомеса, а Елена Прекрасная не полюбила до потери сознания его - Ромео.
  По умозаключению Родриго, сначала я должна была влюбиться в него, а затем - Анжелика в Гомеса.
  Сложная шахматная партия на фоне баобабов и секвой с дубами и кедрами вокруг пальм.
  Анжелика никак не прокомментировала моё выступление - подленькое, игольное.
  Жела молчала и улыбалась - самое умное, когда девочка не оправдывается и не доказывает.
  Если девочка оправдывается, значит - она виновата, или будет казаться виноватой.
  А от молчания не отщипнешь ни кусочка.
  Анжелика не переиграла меня пока, но и не проиграла - опытная двенадцати-тринадцатилетняя интриганка.
  - Ничего удивительного, что туристка влюбляется в местного, наоборот, по-другому и не может быть, потому что мы - горячие Кубинские парни! - Родриго выдал, наконец, бомбу дня.
  Я и Анжелика не сдержали удивления, распахнули глаза, моргали; ресницы порхали шелковыми бабочками.
  Родриго не только допустил мысль, что супер красавица Анжелика влюбилась в невзрачного (с нашей точки зрения невзрачный) Гомеса, но и сделал обобщение на всех туристок: на меня, на маму, на женщин вокруг стола с бутылками под пальмой.
  Самомнение южного парня поставило Мировой рекорд по прыжкам в высоту.
  Мы недоумевали, накапливали злость, а Родриго продолжал забивать гвозди в наши души.
  - Елена тоже влюбилась, но по северным законам не выдаёт свои чувства, сдерживает внутри.
  Не нужно скрывать любви, Елена, - Родриго протянул ко мне руки-палки. - Любовь вырвется наружу, или разорвет человека, как мина замедленного действия.
  Не знаю, кого из нас ты полюбила, возможно - меня, или - Гомеса, или Валентина - скажи, признайся, легче станет.
  Скинешь тяжесть тайны со своих хрупких плеч. - Ромео буравил меня взглядом черных глаз, молча требовал:
  "Признайся, что полюбила меня.
  Я - лучший парень в Варадеро, в Сарае для лодок!".
  Мы с Анжеликой переглянулись, пожали "хрупкими" хрустальными плечами.
  Если Ромео иронизирует, то он показал нам мастер-класс иронии.
  Не выдал ни шуткой, ни мелким хихиканьем своих настоящих эмоций.
  - Родриго, ты - барабанщик? - я спросила, чтобы разбить стекло непонимания, и нужно злость выплеснуть, а то она перекинется на тростниковую пятизвездочную хижину и спалит её дотла.
  - Да, я барабанщик! На карнавале стучу в барабан! Откуда ты узнала, Елена?
  Понимаю, - Родриго махнул рукой - величественно, народно-артистически, изображал (или верил) великого музыканта. - О моих талантах трубят на каждой дороге.
  - Нет, не узнала, что ты барабанщик.
  Но подозревала, потому что ты языком барабанишь! - я съязвила, но сарказм пропал под лавиной слов Родриго, под его раздувшимся, словно барабан под дождём, самомнением.
  Мальчик, конечно, не поймёт мою тонкую нитевидную шутку.
  Обрезаться можно о мой юмор! ХА-ХА-ХА!
  В хижине заготовлю шутки, а то экспромт у меня хромает на Кубе.
  - Герой-любовник! Рассказывай дальше о Сингапуре - уплачено! - Анжелика подтолкнула мысли Родриго в сторону, противоположную любовным треугольникам.
  - Сигуапа? - Родриго ладонью растирал лоб, полировал матовую кожу. - Сигуапе нельзя смотреть в глаза.
  Если посмотришь, то она заколдует немедленно.
  - Поэтому ты избегаешь моего взгляда? - ФУ! Штампованная пыльная фраза. Я пыталась взглядом поймать глаза Родригноса, но мальчик отворачивался, опускал голову и даже приложил ладонь козырьком ко лбу. - Если ты полюбишь девушку, а она окажется Сигуапой, то, как же ты в глаза своей невесте посмотришь.
  Вдруг, я - Сигуапа? И ты на свидании зароешь голову в песок, превратишься в страуса?
  - Неееее! Елена! Я тебя не полюблю! - Ромео ударил меня в лоб палкой отказа. Я не набивалась ему в подружки, и тем более - ни за что бы не прогулялась даже до пальмы.
  Родригос-бигос не в моём вкусе, даже, если бы с голода умирала на необитаемом острове, то не съела бы Родриго.
  Я его не замечаю, он для меня - столик, стул.
  Но, чтобы он первый мне отказал, нагло отшил - ОГОГО!
  Оскорбление для девушки.
  Я отомщу! Обязательно по-девичьи отомщу.
  Северное сияние побелеет от ужаса, когда месть свершится.
  - Ты, Елена, не обижайся, но - слишком худая.
  И Анжелика - тощая, не кормленная.
  Родители, наверно, жалеют денег вам на еду! - Родриго пел соловьем, не подозревал, что оскорбляет двух Звёздных красавиц, сидящих на строгой диете балерин. Он, наверно, думал, что помогает нам добрым советом сказочника. - Ничего на вас не выросло (мы покраснели - от стыда и от злости, неужели, паренек из сарая не знает, что подиумные модели - чем худее, тем - лучше).
  В здоровом теле - здоровый дух.
  Девушка, женщина должна много кушать, но не до той степени, когда не сможет самостоятельно передвигаться из-за большого веса, а до пределов - шара.
  Хотя, если женщина и не поднимается на ноги - очень красиво! - Родриго мечтательно закатил глаза под брови, превратился в слащавого мальчика из погребка дяди Джо. - Если свинья худая, то она - болеет.
  - Ты сравниваешь нас со свиньями? - Анжелика засунула пальчик в ротик, раскачивалась - куколка Барби заинтересована.
  Я изображала девочку ВЕЖЛИВОЕ ВНИМАНИЕ: ротик приоткрыт сердечком, глазки распахнуты, качаю головкой в такт словам.
  Но наши трюки для Родригеса - ужимки обезьян.
  Если мальчик уверен, что чем толще девушка, тем она красивее, значит мы для него - кошельки с деньгами, и из нас он выкачает золото.
  - Гомес! Гомес влюбился в худенькую Анжелику? - я улыбнулась робко, улыбкой номер семь. Все улыбки у меня пронумерованы - от робкого первого номера до шестьдесят седьмого - рот растянут на пределе, мышцы лица рвутся в хохоте. - Гомес - отклонение от нормы?
  Он извращенец, потому что ему нравятся тощие модели?
  - Гомес - очень жалостливый! - Родриго усмехнулся, с презрением посмотрел на мои ноги (идеальные для меня), видел в них спички. - Жалостливый и беспредельно культурный.
  Он жалеет животных, каждый день ходит к рыбакам, покупает живую рыбу и отпускает в океан.
  Если видит худую кошку или собаку, то плачет от жалости.
  Я думаю, что Гомес пожалел худенькую Анжелику, - Родриго с той же заботой и лучиками презрения осмотрел Анжелику: - Возможно, что принесет вам в подарок таблетки от глистов.
  Если у животного глисты, то оно худеет.
  Я почувствовала, как завтрак поднимается на лифте выше и выше - к выходу из горла.
  Однажды я случайно в интернете посмотрела японский фильм, будь он трижды японский городовой.
  Девушки выехали на природу, поймали рыбу, разрезали её живот и достали огромного извивающегося белого червя. БРРРРР!
  Одна японская модель проглотила его, чтобы рыбный глист сделал её худой.
  Я улыбнулась, и меня очень мило вырвало в песок.
  Тут же вырвало и Анжелику - две сестры, два сапога в одном сарае для лодок.
  Мы быстренько присыпали песочком безобразие, вытерли слезы и с белыми лицами цвета скорби посмотрели на Родригеса.
  Оказывается, Гомес (если бы по-детски влюбился в Анжелику, мы бы думали, что влюбился) пожалел мою сестру за худобу, за жадность родителей, и подарит таблетки от глистов.
  - Вас вырвало, первый признак - глистов! - Родриго праздновал победу.
  И мы поняли, что на его поле уверенности в себе, мы не обыграем.
  А проигрывать с Анжеликой мы не любим. Ненавидим проигрывать мальчикам.
  Мы были уверены, что, если бы на чемпионате Мира играли в футбол против мужской сборной Аргентины или Бразилии, то галантные кавалеры нам бы проиграли.
  Сейчас наша уверенность покачнулась; настоящие мачо проиграли бы толстым, потому что считают круглых женщин красавицами.
  Нас бы бравые парни не заметили на поле и накидали столько голов, что мы бы с калькуляторами за год не подсчитали.
  Мир повернулся ко мне и Анжелике другим боком - азиатским, пищевым.
  Я вспомнила, что в Индии тоже почитают крупных дородных женщин, сравнивают их с коровами, поклоняются.
  А худая, значит - больная!
  Деньги на лекарство переводи, откармливай непутевую, некрасивую девушку, а она - еще и не откормится, неблагодарная.
  Неужели, годы наших похуданий, диета, весы, ежедневное обмеривание талии и ниже талии - пустое, неправильное, Вселенский обман?
  И нужна другая диета - обжористая, многокалорийная - ешь от пуза, и тебя полюбят.
  Переворот в сознании, Революция на подиуме.
  - У Сигуапы пронзительные гипнотические глаза. Она взглядом парализует жертву и нападет на мужчину! - Родриго галантно ушел от темы нашей с Анжеликой неполноценности, продолжал рассказ о Сигуапе.
  Она - толстая? Наверняка, четвертой степени ожирения, то есть - четвертой степени красоты по-Родриговски.
  Нет, меня же приняли дважды, трижды за Сигуапу, и не только из-за синих волос.
  Возможно, что Сигуапа - отрицательный персонаж, поэтому - худая.
  Над ней смеются, её худобы боятся.
  - Сигуапа парализованную жертву затаскивает в лес или в пещеру...
  - В наш Отель? Отель - Пещера! - я нашла в себе каплю иронии.
  - Затаскивает и съедает! - Родриго не сходил с трамвайных рельсов рассказа. Он жалела нас, убаюкивал страшилкой. - Голос Сигуапы - голос птицы.
  Сигуапа прогуливается по ночам, и волосы её блестят в свете Луны, что производит жутчайшее впечатление.
  Сигуапа - магическое существо, она появляется перед одними людьми красавицей, а перед другими - в безобразном кошмарном виде.
  - Красавица, значит - толстая?
  В безобразном виде, значит - худая, как я? - я, наконец, полностью отгадала загадку, почему меня приняли за Сигуапу - оттого, что худая и с синими волосами.
  Передвигалась в Касу ночью, в аэропорт прилетела вечером - легенда на самолёте.
  Все знают, что Сигуапа - ужасно злое существо, в ней нет ни капли добра.
  - Вы придумали, что она злая, потому что худые девушки вас отсылают в океан раков ловить? - Анжелика начинала прокручивать сарказм, пускала волны мести. - Может быть, вы выдумали, что толстушки - красавицы?
  Высокомерная худая модель не смотрит по сторонам на холопчиков, а толстушка со всеми приветливая, хочет каждого съесть.
  Может быть, толстые девушки - Сигуапы?
  Они по ночам пожирают путников - рыбаков, охотников, собирателей малины?
  - Красивые, но жестокие, звери, а не девушки! - Родриго закончил свой рассказ, поднялся, собирался пойти по своим делам - искать толстых невест.
  - Родригео! Ты обещал, что покажешь нам Сигуапу! - я снова - ДЕВОЧКА ВЕЖЛИВОЕ ВНИМАНИЕ.
  В моём голосе слышатся подобострастные нотки, разумеется, я подластиваюсь - никому не нужная длинная худышка - к красавчику.
  Родриго молча осмотрел меня - от макушки до пяток, и от пяток до подбородка, в глаза не глядел.
  Молча ответил, чтобы я встала перед зеркалом, тогда увижу Сигуапу, а вслух произнёс с сожалением, что тратит на меня своё сверхдрагоценнейшее время:
   - Может быть, и покажу! - и - наглец - собрался уйти не побитый.
  - Родригосман! Ты в шахматы играешь? - моя месть тлела, и я её раздувала. Мальчики, не называйте девочку дурнушкой.
  - В шахматы? Я - чемпион Варадеро! - взгляд Родриго плавающий, не цеплялся за меня.
  - Давай сыграем... на деньги! На один кук!
  Ты выиграешь - разбогатеешь, а, если я выиграю, то ты вернешь мой кук за рассказ о Сигуапе.
  На денежку я куплю булочку и потолстею на пятьдесят грамм, обещаю.
  - В шахматы? С тобой? Елена? - Родриго поднял руку, мне показалось - хотел ударить за наглое предложение, всё равно, что я бы предложила ему работу на галере или у станка. - Ты играешь в шахматы?
  - Немножко играю! - Я опустила взгляд, пальчиком левой ноги на песке нарисовала кривую ромашку, стёрла её.
  По мнению Родриго - худая, поэтому некрасивая, Сигуапа, к тому же еще - и школьница, не имеет права прикасаться руками к шахматам, потому что ничего не смыслит в игре.
  Девушка может проглотить шахматную фигуру, потому что девочки все - невообразимо глупенькие, беспомощные.
  Родриго пожалел меня, куколку Барби.
  Подумал, что я хочу всеми силами удержать его - красавца - еще на несколько минут.
  ХМ! А минут пятнадцать назад я была уверена, что Родриго в меня влюблен, дыхание у него замирает от моей красоты Вселенской.
  Жадность фраера сгубила.
  Желание выиграть кук, плюс милосердие к худющей, поэтому - больной туристке.
  Родриго слетал в хижину, вернулся с шахматной доской - прабабушкой всех современных шахматных досок.
  На ней, наверно, играли пираты Флинты и предки Капабланки (всегда путаю его с Касабланкой).
  Да, фигуры из разных времен и от разных народов.
  Склееные, перевязанные веревочками, похожи на карнавальных танцовщиков.
  У меня в глазах зарябило от разномастных фигур.
  К тому же - испанцы, кубинцы, бразильцы - неплохо играют в шахматы.
  Вдруг, я проиграю кук и свою месть?
  Денежку не жалко, мало ли в Бразилии и на Кубе этих куков. Шутка!
  Страшно проиграть.
  Анжелика придвинула свой лежак ближе к моему.
  Она не сомневалась, что я легко переиграю Родриго, и покажу во время игры не только шахматное, но и театральное шоу.
  Родриго - потому что джентльмен и милосердный, жалел больных девочек - предоставил мне право играть белыми.
  - Белые первые начинают? - я округлила глазки Гжельскими блюдцами, обратилась за советом к Анжелике.
  - Не знаю, по-расистски звучит, что белые - первые! - Анжелика - пожала плечами (обсмеянными Родригесом за худобу).
  - Белые начинают и выигрывают! - Родриго засмеялся, даже откинулся на кварцевый песок.
  Шутка показалась ему верхом остроумия, вершиной горы Джомолунгма.
  На горе тоже заседают веселые шахматисты - любители толстых девушек?
  Я покажу Родриго, что белые, под моим руководством, действительно - начинают и выигрывают по-Наполеоновски.
  Нарочно поставила королевского коня на место слона, поменяла их местами.
  Родриго молча поправил фигуры, он подписывал мне приговор.
  Посмотрим, кто кого приговорит.
  В последнее время я сильно подтянулась в шахматах, повысила рейтинг, и на Московских соревнованиях часто вхожу в пятерку призеров... призерок.
  Я подняла пешку, и Анжелика подыграла мне:
  - Первый ход пешкой можно сделать длиннее, перепрыгнуть через клеточку.
  - Спасибо! Я знаю! - ответила важно, но в голосе играла неуверенность, будто до этого момента не подозревала, что пешка на первом ходу имеет преимущество. - Я читала о ходе е2 е4.
  Родриго взглянул на нас, записал в конце списка самых несчастных некрасивых и глупеньких девочек.
  Мой соперник посмотрел на небо, затем взглянул на пирующих туристок (одна из отдыхающих спала на песке, около стола под пальмой; подружки не заметили потери бойца).
  Я закусила губу: пожилые, поэтому женщины в теле - выглядели для местных мальчиков красавицами.
  Родриго ответил е5 и снова взглянул на тетушек, петух, а не мальчик.
  - Ой! Запер мою пешечку. Как же она будет ходить дальше? - я ладошками сжала щечки, покачала головкой.
  Анжелика сочувственно охала и ахала.
  Я сделала ход пешкой - а4.
  Месть окажется слаще, если я выиграю у Родриго по-дурацки, чтобы он не догадался, что я умею играть.
  Пусть думает, что я передвигаю фигурки бездумно; ход а4 - из серии бессмысленных в начале игры.
  Родриго не собирался мне сдаваться, подыгрывать, он прямой дорогой шел к своему выигрышу - ферзь h4, с угрозой на пешку е4.
  Передо мной встала задача - защитить пешку - так поступил бы любой умеющий играть в шахматы школьник, или не заметить угрозу - низший уровень игры.
  Родриго не ферзя должен был двигать, а развивать коня на f6.
  Значит, отдам ему пешку, якобы "зевнула".
  Я продвинула пешечку - а5.
  Черные съели пешку на е4, с шахом.
  - Шах! - Родриго объявил шах, хотя в больших шахматах, на турнирах слово "шах" не произносят.
  - Шах? И что я должна? - Я надула губки - обиженная куколка Барби. - Закрыть короля?
  Я знала, что нужно прикрывать конём на е2, но поставила ферзя, чтобы в начале партии разменять ферзей.
  Родриго мог забрать мою пешку на с2, в ответ я бы съела королевскую пешку чёрных.
  Но слишком умно для худенькой девушки, которая должна прятаться в чулане со связками чеснока и лука и не показывать свою неполноценность.
  Черные забрали ферзя на е2.
  В ответ я взяла ферзя Королём - наихудший из вариантов, потому что нужно развивать коня и слона, а я слону дорогу закрыла и лишила короля рокировки.
  Король пошёл в центр в начале партии - нельзя... но, если ферзи разменены, то можно, особенно, если противник показывает, что скучает, вертит головой, как пожарной башней.
  Я двинула пешку дальше - на а6.
  Со стороны кажется бессмысленным, но вскрывает ферзевый фланг противника... если черные заберут пешку на а6.
  А, если не возьмут, то я сама съем пешку на b7.
  Родриго автоматически взял пешку, и я с жеманством и испугом:
  - Ой! Мою пешечку опять скушали, - сходила королем на d1. - Королик, прячься в домик.
  Теперь, словно случайно, на пешку а5 двойное нападение, и нет защиты.
  Но Родриго двинул коня на b4, на один ход спас пешку.
  - Коник нехороший пришёл! Кыш, коник, уходи! - я пешкой с3 прогнала коня на d5.
  Всё: у белых неплохая позиция, в развитии не отстают - не недоразвитые, а - доразвитые.
  Я похвалила себя за каламбур и взяла пешку на а6.
  Могла бы повременить, но пора развивать ладью.
  Мы обменяли слонов, моя ладья вышла на а6.
  Черные ответили нейтральным - конь f6.
  Я же поставила коня на h3.
  Конь на краю доски - позор игроку.
  Но в данной ситуации - наилучший ход.
  Конь пошёл по намеченному маршруту.
  Родриго не понял замысла, тем более что конь на h3 смотрится дилетантски, скудоумно, бедно.
  Черные вывели слона на е7, Родриго готовил рокировку.
  Она ему нужна?
  По-моему, не обязательна, лишняя трата времени, и король уходит из центра.
  - Башня, иди на чистое поле! - ход ладья е1.
  Нападение на пешку е5.
  Случайное нападение, о котором я, якобы, не подозреваю.
  Просто двинула ладью на чистую линию.
  Рамирес незамысловато защитил пешку пешкой d6.
  - Королик, иди в домик! - король с2.
  Розовые ходы куколки Барби. Никто не заподозрит, что сейчас начнется атака.
  Родриго рокировался - напрасно, ох, напрасно.
  Ничего страшного, если бы он играл с Карлсоном и обдумывал каждый свой ход, но сейчас мальчик мечтает о победе, о триумфе и о лишнем куке.
  Кукиш, а не кук, юноша!
  Расист ты, Доминго Родригес.
  Не любишь девушек с голубой кожей и синими волосами, свысока смотришь на Сигуап.
  Конь на а3. Второй конь на краю доски - мой триумф нелепых (со стороны) ходов.
  Гладко получается по моему сценарию: ходы выглядят непрофессионально - два коня, якобы выведены из боя, но они - лучшие ходы.
  - АХ! Красиво! Две лошадки по краю пасутся! - я захлопала в ладоши, пустила бы слюни, превратилась в дурочку, но у меня есть предел перевоплощений: хоть в Бабу Ягу превращусь, но только - в красивую Бабу Ягу.
  Всё безобразное и отвратительное я выкидываю на помойку.
  Родриго ответил - h6 пешка.
  "Форточка" для короля.
  Конь белых застрянет на h3.
  Не застрянет, не надейся.
  Конь с4.
  Черные двинули короля на h7 - трусливый ход, пассивный, тем более что против меня Родриго может играть одной пешечкой.
  Мне кажется, что он перестал думать о партии, заранее понял - выиграет, поэтому и короля двинул - лишь бы сходить, а партия сама сложится в его пользу.
  Партия-самобранка. Новобранка.
  - Пусть пешечки погуляют, а то застоялись, мои славные пешульки, - пешка белых d3.
  Открываю линию слону.
  - Лён! Пешечка первым ходом идет на две клеточки, - Анжелика "подсказала мне", - а ты двинула на одну.
  - А я и забыла! - я покачала головкой и засмеялась, махнула ручкой, по-Принцессовски.
  Но Родриго уже поставил на нас штамп - не годны в красавицы, поэтому каждое - даже выверенное модельное движение - запишет в неуклюжее.
  Он ответил - конь b6, с идеей забрать моего коня на с4 и сдвоить пешки по линии с.
  Сдваивай, мне же на пользу.
  Я сходила - пешка f3.
  - Знаю, что она может еще на одну клеточку уйти, но пусть пешечке другой - калеке - не обидно будет, что не только она на одну клеточку прыгнула. - Провела ладошкой по волосам, синяя краска легко сходит, ладонь окрасилась в цвет неба.
  Море синее, а у приморских жителей глаза черные, на Севере камни чёрные, а глаза северян - синие. Парадокс.
  Но моя пешка на f3 - не парадокс, не картинный ход, а профилактика против прыжков чёрного коня с f6.
  Родриго забрал моего коня на с4, сдвоил мои пешки, пусть радуется, наивный мальчик с кокосом вместо головы.
  Трубы гремят, моя победа скачет на Белых конях удачи.
  Принцы с коней упали, и коням легче.
  Родилась поговорка: Принц с коня - коню легче.
  Нет, не поговорка, а - глупость, даже не шуточка.
  Родриго замечтался, упорхнул в облака, и логично выдвинул ладью с f8 на b8 - вывел на чистую воду.
  Я в ответ поставила коня на f4, под пешку, на битое поле.
  Анжелика охнула (она не сильна в шахматах, и, вероятно, её "ох" - искренний), подумала что я прозевала коня.
  И я ойкнула, словно в ошибке.
  Пешка быстро взяла моего коня, Родриго вырыл могилу своей победе.
  Пешка вышла под бой моего слона.
  - Коника жалко! Ну и ладно, на то они и животные, чтобы их кушали, - начала с добра, а закончила плотоядно, даже губки облизнула. - Ой! Я что, ладейкой могу забрать офицерика? - я посмотрела на Желу, на Родриго (он быстро опустил глаза, боялся взгляда Сигуапы).
  Моя ладья забрала слона чёрных на е7.
  Перевес в сторону белых, значительный перевес.
  Родриго не обеспокоился (разве можно опасаться ходов куколки Барби? забыл, что назначил меня злой и коварной Сигуапой), он двинул ладью на d6.
  К размену великому.
  Хочешь размен, получи!
  Я "наивно" забрала ладью, а Родриго, вместо того, чтобы забрать мою ладью пешкой с, взял со стороны а.
  Полагал, что умно открыл линию перед своей оставшейся сироткой ладьей.
  - Ах! Я разве могу скушать пешечку? - подняла глазки - голубичные, и алчно забрала ладьей пешку на с7.
  Затем заберу на f4 или f7.
  Родриго проиграл, но еще не понял, что упал в яму.
  Слишком велики суеверия, что школьница - худая и белоснежная - не обыграет красавца шоколадного.
  Для "глупости" я в эндшпиле отдала ненужную пешечку и доскакала другой пешкой до ферзя.
  Выглядело - фантастически, будто случайно.
  Родриго до конца сражался, а я "дилетантскими", "наивными" ходами довела парня до мата.
  Партию - до мата, а Родриго - до шока.
  Впрочем, он отнёс свой проигрыш - к случайному.
  В голову не вмещал мысль о том, что я играю лучше, чем он.
  Никто не играет сильнее Родригеса в шахматы.
  Слышите, конкистадоры, Родриго - Король шахмат и Король танца.
  - Еще партию? - мальчик без моего согласия снова расставлял на доске фигуры.
  Зачем? Чтобы я показала своё мастерство и тем самым снизила иронию первой партии.
  - Девочки в шахматы не играют! Пока-пока, Родриго! - Анжелика помахала парню ручкой, сдвинула коленки, завернула ступни вовнутрь. - Встретимся за обедом.
  Блестяще Анжелика пошутила - сто баллов по шкале землетрясений.
  Родриго не поймет суть иронии, и не догадается, что мы можем шутить.
  "Встретимся за обедом" - конечно, встретимся за обедом, потому что Родриго прислуживает за столами.
  Намёк на расстояние между нами - пропасть, а на дне - ад с грешниками.
  Хотя, кто знает: кто выше - услужливый холопчик или Звезда за столом?
  По крайней мере, холопчик о каждой котлетке расскажет - из чего сделана, валялась ли на полу, каталась ли по тарелке, и, может быть, вчерашние объедки свалили в одну кучу и сделали из них начинку для картофельной запеканки?
  Миллионер не подозревает, что кушает, а официант не станет есть дорогущий салатик с креветками, салатик, в который повар чихнул три раза.
  Встретимся за обедом. ХМ! Чтобы официант Родриго пожалел нас и подложил три десятка жирных котлет - для увеличения веса?
  - Родригео! - я остановила мальчика робким полушепотом. - Ты около меня вертелся, спрашивал: Чай? Кофе? Потанцуем?
  Я подумала, что нравлюсь тебе! - я надула щеки, старалась, что бы лицо покрылось ложным румянцем стыда.
  Напрягала бесконечно длинные ноги.
  От усилий глаза мои вылезли теннисными мячиками.
  - Чай? Кофе? Потанцуем? - Родриго пропел, повеселел. - Причем здесь нравишься-ненравишься?
  Мне поговорка по душе пришлась, а не ты.
  - АХ! Поговорка! Прекрасно! Восхитительно, если юноша любит слова, а не девушек! За поговорками наше Будущее! На афоризмах улетим в Космос. - Я чувствовала, что покраснела, но не от стыда, не от ложной скромности, а - от злости.
  Пусть любит свою поговорку и целуется с ней.
  Мы с Анжелой по куцей тропиночке пошли в наш Отель.
  Тропиночка меня обозлила - в туфлях на каблуках-шпильках не пройдешь по национальному колориту.
  И не колорит это, а - лень, по лени идём.
  Модельные туфли томятся в хижине, ждут асфальта и подиума, а сейчас - стыдно сказать - вышагиваем в пляжных тапочках, похожи на продавщиц семечек и сушеной рыбы.
  Администраторы отеля ради экономии засыпали дорожку песком - на плитку тротуарную денег нет, но выкрутились, языком, фразами, как Ромео - назвали песок национальным колоритом и дерут за него в десять раз дороже, чем за подиумную дорожку.
  Пальмы, кокосы, соленая вода вокруг куска суши, - меня всё угнетало, потому что источник злости находится в человеке, и он занавешивает глаза черным туманом недовольства.
  Через черный туман любое развлечение, даже отдых у океана, покажется походом по тундре с разлитыми нефтяными озерами.
  Анжелика не иронизировала по поводу того, что меня принимают за Сигуапу с загнутыми ногами.
  Жела - со мной в одной лодке - худая, фотомодельная, но наше фотомодельничество и подиумность - только для Москвы и еще кучки городов, где ценят худых, длинноногих длинноволосых девушек.
  Вся остальная часть суши и Мирового океана - девяносто девять процентов - восхищается коротконогими короткострижеными тучными девушками.
  Решила - набираю вес; сначала до ста, ста тридцати килограммов.
  Вечером остригу волосы, смою остатки синей краски, надую щеки, напихаю в живот булок и мёда.
  У меня закружилась голова, ком подступил к горлу.
  - После обеда отправляемся в долину Виньялес, в Сьерра-де-лос-Органос!
  Главное сокровище - холмы Моготе, высотой до четырехсот метров, возраст которых не меньше ста шестидесяти миллионов лет.
  Посетим великолепные пещеры, самые значительные из которых носят собственные имена! - папа отловил нас у входа, скороговоркой прокричал, улыбался, но в улыбке пробивали молнии напряжения.
  Папа знал наш характер - дикобраза сумасшедшего легче уговорить прыгнуть в костер, чем затащить меня или Анжелику туда, куда нам не нравится.
  - Сто шестьдесят миллионов лет! - Анжелика закатила глазки, упала в кресло-качалку, вскрикнула - Что за чёрт!
  Поднялась, поправила сломанную веточку в качалке, сплетенной из прутьев, разумеется, местный колорит - прутик в ягодицы из качалки.
  Полагаю, что досада с креслом уменьшили процентов на тридцать желание Анжелики посетить горы и пещеры.
  - Папа, а кто измерял возраст гор? - я проявила географическую сообразительность - капитан Крузернштейн... Урзенштейн... Крузенбах.
  Мужчина, если открываете новые земли, то смените фамилию на более понятную и простую.
  Американцы, например не мучаются - Земля Скотта в Антарктиде, каждая школьница запомнит и не сломает язык. - Почему сто шестьдесят миллионов лет, а не сто семьдесят?
  Земле пять милилардов лет, и смею предположить, что возраст всего на Земле - пять милилардов лет.
  - Ученые подсчитали... - папа отступал, но отстаивал горы и пещеры, словно в них зарыты наши предки.
  - Ученые? Это кто? Седобородые дяденьки в халатах со звездами и в длинных колпаках?
  Старички в подзорную трубу смотрят по ночам на небо - не спится дяденькам. ЭТИ ученые в трубу глянули на горы в Сера... в твоём Серале, папа и узнали, что горам сто шестьдесят миллионов лет?
  - Не цепляйся к словам и фактам! Съездим, посмотрим - четыре часа туда, четыре часа обратно! - мама ставила точку в споре, забивала гвозди в наши несмышлёные детские головки. - Я хочу в пещеру Санто-Томас, она вытянулась на сорок пять километров и самая протяженная в Латинской Америке.
  - Полазим по скалам, покатаемся на горных велосипедах, понаблюдаем за местными птицами, а затем отправимся на экскурсию на плантацию табака, попутно посетим сад Казновы... Каза-де-Каридад, - папа питался энергией мамы, обрадовался, снова пошёл в наступление.
  Садист - пытался затащить дочерей в пещеры, сделает нас рабами на табачной плантации, а затем похоронит в саду имени Казановы.
  Табачная плантация - ФУ! Нечего там кушать.
  - Сфотографируемся на фоне огромной "Доисторической фрески" художника Леовильдо Гонсалеса.
  Он разрисовал скалу.
  - Миллионлетнюю историческую скалу испортил своими каляками-маляками? Загадил пейзаж? - я удивилась не столько достопримечательностью, а тем, что мама сумела выговорить имя и фамилию художника, или говорила наугад - абракадабра.
  - Нееееее! После обеда четыре часа в кузове грузовика - я отказываюсь, примите мои соболезнования! - Анжелика перекинула ноги через подлокотник кресла; подозрительно затрещало: то ли кости Анжелики, то ли качалка. - Я чё, дура?
  Папа с мамой переглянулись, переваривали информацию, и - я заметила - не очень удивлены отказом дочки поехать в замечательное тряское путешествие к разрисованной скале и дырке в земле.
  Тут прибежал маленький невидимый бес и дернул меня за язык.
  - От пляжа уезжаем в горы - нелепость, сравнимая с купанием в проруби в Антарктиде.
  Если прилетели на Кубу, то лучше посмотрели бы подводный Мир, ныряли с маской.
  Мама и папа внимательно взглянули мне в глаза - не сошла ли дочка с ума?
  Я отстаивала синюю краску на волосах, не ныряла, а теперь предложила сама понырять, тогда моей Мальвиносности - конец.
  Вернется великолепный природный цвет моих волос.
  Волосы мои затмевают Солнце, соперничают с ночью, заставляют покраснеть от зависти вечер и утро.
  Когда я красиво ступаю на подиум, волосы мои...
  - Хорошо! Сегодня поездка в океан с нырянием, а завтра - долина Виньялес с птицами, пещерой, плантацией табака! - мама запустила часы на атомной бомбе.
  Из кресла донеслось шипение.
  Анжелика превратилась в змею.
  Полагаю, что прогулка в океан не входила в её планы по освоению Кубы.
  Но жребий брошен, мы выторговали отсрочку в один день, а завтра, может быть, дожди зальют Варадеро, и до конца отпуска мы спокойно просидим в бамбуковой хижине имени синьора дяди Тома.
  За обедом Родригос прислуживал нам с улыбкой.
  - Чай? Кофе? Потанцуем? - солнечные слова летали и колом вставали в горле вместе с кусками помидоров.
  - Не потанцуем, - у меня свело скулы от злости, и кусок овоща застрял между губ, словно второй язык - зловещий, ведьминский.
  - Ваша дочь синими волосами похожа на Сигуапу! - Родригос подложил маме на тарелку мятый баклажан, улыбнулся, полагал, что похвалил меня, а родителям приятно, когда их детей расхваливают, называют академиками и генералами.
  Мама тепло улыбнулась Родригесу.
  Папа холодно растянул губы в гримасе покойника.
  Представление начиналось, зрители занимают места в первом ряду.
  Родриго забыл моё имя и заменил его нейтральным "ваша дочь"?
  Любопытно, сколько еще нелепостей, хамства допустит мальчик за дни нашего знакомства - знакомство в морге.
  О морге я подумала не просто так, настроение, будто меня только что поместили рядом с мертвыми.
  - После обеда мы изучаем океан, плаваем, осматриваем достопримечательности! - голосок Анжелики робкий, и она похожа на скромницу, которую престарелые родители впервые вывели на бал.
  Почему Анжелика рассказала о прогулке в океан?
  Что задумала хитрое?
  Без причины не скажет ни слова, слова у Желы - золотые.
  - На Кубе нет животных, которые были бы опасны для человека - нет крокодилов, гадюк, бегемотов и Сигуап, - Анжелика (глазки блюдцами, губки бантиком) читала с экрана мобильника, как из памяти. Добавляла своё, но родители и Родриго не догадывались об ироничных вставках. - Рыбы, птицы, моллюски, голотурии, мурены и акулы - не только деликатес для гурманов, но и предмет подводной охоты для незадачливых туристов, которым некуда девать деньги.
  Однако не забываем, что принципы защиты и сохранения подводных экосистем лежат в основе развития подводного плавания на Кубе с прямым выходом на экономику и на курс кука, который привязан к туристам и легендам о Сигуапах.
  Особую статью дохода купания на мелководье приносит экспорт женщин с весом не менее ста килограммов каждая (папа с подозрением посмотрел на Анжелу (и как она просто выговаривает умные слова - "экспорт", "мелководье", "статья дохода"?) - не иронизирует ли дочка).
  Отметим, что в зависимости от того или иного места погружения меняются подводные ландшафты, структура рифов и кораллов, особенно, если у ныряльщиков коралловые губки.
  Подводные сады кораллов, морские губки, ракушки причудливых окрасов - от чёрных до глубоко могильно черных.
  Несомненно, стоит уделить внимание затонувшим кораблям с прикованными скелетами пиратов, римских воинов и водолазов.
  О похождениях пиратов, о затонувших миллиардах тонн золота, бриллиантов, рубинов, изумрудов у бедного населения скопились миллионы легенд.
  Поэтому, будьте внимательны, когда оставляете на берегу одежду.
  Рыбаки могут принять её за доспехи доисторических пиратов и присвоить вместе с вашими сокровищами: телефоном, деньгами, механическими часами китайского производства! - Анжелика намекнула о часах папы.
  Купил задорого китайскую подделку, но уверяет себя и нас, что - часы оригинальные.
   Понятно, почему Анжелика начала разговор о подводном плавании - разминала язык, скидывала плохое настроение, загруженное тачками в наши головы.
  - Пляжи! Океан! - Родриго закатил глаза, щелкнул пальцами, подмигнул маме (мама опустила глаза, папа надувался, похож на рыбу-шар). - Разрешите, многоуважаемые родители, я вечером проведу экскурсию для Елены и Анжелики (вспомнил наши имена, снизошёл к дрожащим худым девочкам), прогуляемся по пещере Амбросио.
  - Пещера Амбросио? Разрешите многоуважаемые родители? А у многоуважаемых дочерей многоуважаемых родителей забыл спросить - хотят ли дочки прогуляться ночью в пещеру ужасов?
  Или ты уверен, что на любое твоё предложение две школьницы из Москвы должны бежать, раскрыв пещеры ртов?
  И несем в подарок мешок куков за то, что обратил на нас великосветское внимание.
  Ага, уже спешим, на поворотах нас заносит, шины туфель скрипят! - Я отложила вилку, смотрела в глаза Родригеса, пробивала насквозь его самодовольный череп.
  Писатель посмеялся бы надо мной, сказал, что череп не бывает самодовольным.
  Но смеялся бы писатель недолго.
  Пусть я худая, поэтому - некрасивая во многих точках Планеты, выгляжу больной, но из худобы выходит много злости, особенно мести.
  И не стоит смеяться писателю над словами девочки, иначе - веревка на шею, и с тазиком с цементом в музей подводного плавания отправляется на встречу с Пегасом.
  Я одернула себя: злюсь с утра, накачиваюсь злобой, а ведь я еще и куколка Барби - миленькая, сюсюсю, зюзюзю!
  Сахарная девочка, послушная ученица, пример для подражания остальным девочкам.
  Родригео нечаянно встретился своим взглядом с моим, задрожал, заледенел и побледнел, то есть - посерел - кофейная кожа мальчика покрылась серыми пятнами - так на сыре выступает мучная плесень.
  Неблагородное сравнение для гурманов, но и плесень бывает благородной.
  Родригос не смог отвести приклеенный взгляд, трясся в народном грузовике страха.
  В его глазах мелькнул многовековой ужас, и волна кошмара подняла мои крашеные в синий волосы Сигуапы.
  Родриго не шутил утром, когда рассказывал о Сигуапах - он их боится и принимает меня за одну из Сигуап, или не верит, но на всякий случай боится заранее.
  Вдруг, я - ОНА?
  Сегодня состригу волосы и смою краску... нет, пожалуй, подожду со стрижкой, и набиранием веса.
  Кажется, что еще миг - и Родригес упадёт на колени передо мной, начнёт умолять о пощаде.
  Родители опустили глаза в тарелки - интеллигенты в сто первом поколении.
  Наверно, прокручивают в головах истории из книги по детской психологии "Поведение девочки, когда мальчики её не замечают".
  - Пещера Амбросио - рядом, в двух шагах!
  Наскальные рисунки! Летучие мыши, тараканы - экзотика! - Родриго торопливо собирал грязные тарелки, видел в них наше любопытство.
  Я величественно подняла со стула шикарное тело манекенщицы.
  Пусть в других Галактиках и на островах не оценят мою худобу, но меня мой вес устраивает.
  Может быть, в Чёрной Дыре, или в пылевой туманности Андромеды найдутся ценители тощих фотомоделей с Планеты Земля.
  Ради Родригеса я не хочу таскать верблюжий горб с запасом жира.
  - Елена! Я обещал! - Родриго догнал меня, гремел тарелками, смотрел по сторонам, облизывал внезапно пересохшие и почерневшие губы.
  - Обещал, что я растолстею?
  - Обещал, что покажу Сигуапу! Доминго сказал, что старый Гонсалес вчера ночью ходил на охоту на лангустов и встретил Сигуапу.
  Сигуапа сидела обнаженаня на камне на берегу, причесывала свои волосы, а ноги у неё вывернуты задом-наперед.
  - Наверно, балерина из Москвы купалась ночью! - я фыркнула - коза на лугу. - Балерины и фотомодели - не любим солнечный свет (нарочно подчеркнула, что я - фотомодель, но Родригес, погруженный в ужас, как в бассейн с серной кислотой, не отметил мои заслуги перед подиумом).
  Кожа модели и балерины должна быть изумительно, сверкающе, болезненно снежной.
  Мы - Снежные Королевы!
  Поэтому балерины часто купаются по ночам и... обнаженные.
  Материал купальника стягивает кожу и от него часто после купания выскакивают маленькие красные прыщики, о которых тебе и твоему рыбаку Хулио...
  - Гонсалес!
  - ... Хулио Гонсалесу не обязательно знать.
  Волосы балерины в синем свете Луны выглядели синими, Мальвиновскими без окраски.
  Может быть, балерина вывернула стопы, разминалась, а Гонсалес, вместо того, чтобы ручку поцеловал знаменитости из Большого Театра, записал балерину в ведьмы и сбежал, радостный, что его не затащили в пещеру и не съели.
  Храбрый мужчина, настоящий рыбак на гуппяшек.
  Родриго на минуту задумался, мои доводы показались ему убедительными, наверно, процентов на десять.
  - Ты сама посмотришь и скажешь - Сигуапа, или балерина купается, одетая только в свои волосы.
  - Не запрягай! Не поехали! - я возмутила каскад волос. - Встретимся за ужином, амиго. - Я остановилась перед зеркалом, рассматривала свою шикарную прядку изумительнейших волос, замаскированных под Сигуапские.
  Мир остановился; Звезды зажигались и гасли.
  Инопланетяне сражались за свои рудники.
  Космолёты падали в Чёрную дыру.
  Космонавты растягивались в пространстве и времени.
  Молочницы давали по сто рекордов молока от одной пятнистой коровы, но всё меркло перед моей прядкой волос.
  Неужели, она укоротилась, стала меньше, или мне кажется в свете дурного утра?
  Меня тормошили люди, кажется - родители с обеспокоенными красными, после простенького обеда с перцем, лицами.
  Щипали - Анжелика.
  Наконец, я вздохнула и оторвалась от самого важного и нужного дела в Мире - самосозерцания.
  - Лён! Ты без купальника пойдешь на подводную охоту? - Анжелика заинтересовано разглядывала моё одухотворенное - после самоанализа - личико.
  - Что? Купальник? Кто купальник? Водяной?
  Охота? Кому и что охота? - я медленно возвращалась в Мир людей, обыкновенных серых будней, коричневых кокосов и разнузданных игуан с глазами убийц. - АХ! Мы же отправляемся в увлекательное путешествие с камнем на шее.
  Пираты людей насильно бросали на дно.
  Бандиты убивали людей, топили в океане, а мы еще и деньги платим, чтобы нас спустили в кошмарный мир акул, людоедов, капитанов Немо и скелетов, закованных в золотые цепи.
  Синий! Я возьму синий купальник - под цвет моих волос.
  Реквием по волосам Мальвины.
  Что-то подсказывает мне, что вернусь уже без синевы, столь диковиной для обитателей острова.
  Если они каждую девушку с синими волосами принимают за Сигуапу, то с фантазией у островитян слабовато - в летучей мыши увидят дракона.
  Я забежала в номер, захватила синий купальник: не голубой, не лазурный, а - синий!
  Подумала взять подиумные туфли на высоченном каблуке.
  На дорожке к яхте... как она называется? подиум? приз? пирс? в синем купальнике и в шикарных туфлях я затмлю... победю Солнце.
  Медузы с распахнутыми пастями выпрыгнут на берег, зачарованные моей потрясающей красотой, диковиной для мест, в которых колобок является идеалом красоты.
  Туфли не захватила, справедливо подумала, что подиумной дорожки на пляже нет - баран её съел или игуана.
  - Которая из них наша? - Анжелика на берегу осматривала лодки с парусами, лодки без парусов, катера, подобие яхт, летучие голландцы.
  Некоторые корабли - реликвия из пиратских времен.
  Я похвалила себя за слово "реликвия" - память не подводит, хотя значение слово "реликвия" от меня уплывает розовой чайкой.
  Девушка не обязана знать смысл длинных слов.
  Главное - произнести, а затем ножку отставить назад, руки - в бока, подбородок под девяносто градусов, грудь вперед, и на личико повесить самую наивную из улыбок феечки Винкс или куколки Барби.
  Солнышко светило ярко, небо - синее с далекими серебряными облачками, лазурное море с хрустальными барашками волн, золотой песок ластится, расстилается Голливудской дорожкой славы.
  И среди временного великолепия раздался пронзительный визг - мужчина вопил, или поросёнок.
  За визгом паровозиком последовали добрые слова, полные душевной теплоты:
  - Спердоляй, курва!
  Испанец в широчайшем сомбреро, в шортах с пальмами, в тапочках-вьетнамках, в рубашке с золотыми рыбками (усы гусарские на половину лица) помахал нам рукой - то ли прогонял, то ли приглашал.
  - Мануэль? - папа обернулся к нам, гордый, что знаком с рыбаком, хозяином великолепнейшей яхты под названием - лодка из сарая. - Мануэль! Буэнос тардес! - Папа засветился всеми цветами радуги, гордый, что приветствовал аборигена на местном языке.
  И обратился к нам: в глазах мольба и тревога, чтобы мы с Анжеликой не испортили великолепнейшее погружение в волны Кубинского океана:
  - Мануэль - хозяин лодки и наш гид до вечера!
  - Мануэль? - я пожала плечами и взглянула на Анжелику: заметила ли она, что этому Мануэлю до настоящего Мануэля, как мне пешком до Луны.
  Испанец после замечательного "спердоляй курва", плюс усы превратился в поляка, который усердно маскируется под рыбака кубинца.
  Я подошла к лодке, потрогала пальчиком подозрительно мягкую деревяшку:
  - Синьор - курва? Пся крев? Дупа? - я вспомнила небольшой набор слов по-польски.
  С третьего класса по пятый с нами учился эмигрант поляк мальчик по имени Марек и по фамилии Павловский.
  Марек после каждого слова, даже во время ответа на уроке, добавлял - "курва", а, если получал двойку, то разнообразил речь словами "пся крев и дупа".
  Я не знаю, что они означали, но подозреваю, что что-то вроде нашего - японского городового, или извините.
  - Пожонтная кобьета! - испанец добро меня осмотрел, улыбнулся; наверно, я затронула серебряные струны его польско-кубинской души.
  Он подал мне руку, как Принцессе.
  Точно - поляк. Только польский пан имеет понятия о куртуазности и плезире.
  Слово "плезир" я вычитала в древней повести о Петре Первом, а куртуазность - не помню, откуда взялась, но, наверно - родная сестра плезира.
  Лодка оказалась маленькая, рыбацкая - подобная тем, на которых в наших парках малообеспеченные менеджеры катают еще менее обеспеченных работниц библиотек.
  Анжелика в недоумении переводила взгляд с меня на Мануэля, не верила, что я согласилась, царственно ступила в корыто под название лодка.
  Мама и папа не удивились, они, наверняка, видели лодку, когда торговались, и, судя по величине океанического лайнера, заплатили не слишком много.
  Мы погрузились, и я успокаивала себя тем, что хорошо плаваю, и в бухте нет хищников, которые заинтересуются приманкой в виде моих костей.
  "Мануэль" закурил толстую сигару, отхлебнул бурую жидкость из бутылки с надписью "Ром" и взялся за весла.
  Почти каждое движение он сопровождал смачным культурным "курва".
  - Если ясновельможный пан не против, то завезите нас на мелководье, чтобы не глубже, чем по шею, - я ударяла по черно-белым клавишам души Мануэля. - Можно в сад кораллов - и рыбку посмотрим и не утонем.
  - Вшистко впожонтку, паненка! Но пасаран! - матрос - он же капитан и владелец судна - налегал на весла, на сигару и на ром.
  Через пятнадцать минут он бросил якорь - не знаю, что Мануэля остановило - отсутствие сил и интереса к гребле на байдарках и каноэ, или мы прибыли в Райский коралловый сад.
  Я взглянула за борт и не сдержала крик восторга, будто меня укусила кобра альбинос.
  Вода - воды словно нет, и в серебряных лучах красуются рубиновые, и яхонтовые (яхонт - жемчуг или бриллиант?) кораллы.
  Рыбки - разных размеров и цветов, словно ждали нас.
  По кораллу проползла, показала себя чёрно-зеленая гадина и ухнула в бездонную пропасть.
  Пока я восхищалась красотами родного края Мануэля, Анжелика опустилась в воду - как всегда первая, первопроходка, Магеллан в купальнике.
  Вода - если не набегала проказливая волна - по грудь Анжелике.
  Жела сразу начала фотосессию: селфи на фоне Солнца, на фоне волны, на фоне золотой рыбки, на фоне берега, на фоне лодки, на фоне усатого гренадерского лица закаменевшего Мануэля.
  Я отчаянно завидовала, но не пошла по пути Анжелики.
  Сделала вид, что селфи меня не интересует, а самое главное для модели в океане - познакомиться ближе с рыбкой, посмотреть глаза в глаза.
  Пусть Анжелика в тапочках - чтобы не уколоть ноги о кораллы и о ядовитого злого морского ежа - фотографируется, а я натяну ласты.
  Не туфли, конечно, на высоких каблуках.
  Но в ластах удобнее плавать, чем в подиумной обуви.
  Мама и папа тоже снаряжались, осматривали ласты и маски.
  Мне, как знатоку истинного кубинского польского языка, Мануэль презентовал кусочек мыла - дурнопахнущего, наверно - натурального, из настоящей собаки или игуаны.
  - Чтобы стекло маски не запотевало, смажь мылом! - добрый совет инструктора, погрузившегося в нирвану.
  Очень далеко ушла техника Силиконовой долины, в Новосибирске изобрели механическую собаку Стрелку, которая заменила легендарную Белку и Стрелку.
  А у Мануэля в лодке - ни современной маски для путешествия в коралловом Раю, ни жидкости для протирки стекла маски, а - старые традиционные приборы и мыло.
  Я не спорила, спор грозит высадкой на остановке, и придется дожидаться следующего Мануэля на лайнере.
  Смазала мылом маску, натянула на идеальное личико, неловко перекувырнулась с лодки, чуть не ободрала великолепнейшую белейшую кожу о кораллы - никакие они не красивые, а - зловещие, как кусты боярышника на Ново-Архангельском кладбище в Москве.
  Чудом проскользнула мимо Анжелики и кораллов, выплыла за границу - жуть.
  Подо мной - бездна: корабли в ней, затонувшие Боинги или ад - не знаю, и знать не желаю.
  Мануэль нас высадил на коралловом островке, и наше дело - плавать вокруг и заглядывать в пропасть, прислушиваться к бульканью грешников в котлах с кипящей лавой, или нежиться на мелководье кораллового рифа.
  Я выбрала - пограничье: не отплывала от островка, но и не подвергала себя мелководным опасностям: мурена за живот укусит, или морской ёж в досаде на всё человечество выставит ядовитые шипы.
  Вокруг меня расстилалась синева океана.
  Он шумел, как оркестранты во время антракта в Большом Театре.
  Голубая долина преследовала меня, и через бесконечное время - под водой нет времени - я поняла, что смывается синяя краска с моих волос.
  До свидания, образ Сигуапы, здравствуй, Алёна Собакина в первозданной красоте.
  Мимо мелькнули ноги папы, затем показалась его голова, слишком большая для человека.
  Папа показал мне большой палец, выставленный вверх, что означает - Жизнь прекрасна.
  Мама топталась рядом с Анжеликой, а папа осмелился и заплыл чуть дальше меня - капитан Немо.
  Я проявила инициативу, поплавала рядом с лодкой, отплыла, засмотрелась на рыбок, они взирали на меня.
  Одна даже жизнерадостно повернулась вверх брюхом в облаке синей краски с моих волос.
  Ни сундуков с золотом, ни затонувших американских эсминцев с грузом золотых слитков и вечнозеленых - как пальма - долларов.
  Я отплыла чуть дальше, вода сделалась холодней, значит, подо мной огромная глубина, первозданная, вечная.
  Папа подплыл слева, размахивал руками.
  Короткие волосы папы, в преломлении лучей под водой, казались длинными.
  Они окрасились в синий цвет краски моих волос.
  От меня ушло - к папе пришло.
  Папа в Бразилии научился плавному плаванью без закидонов, без взбрыкиваний.
  Пьяные мужчины на карнавале танцевали, высоко поднимали ноги и сгорали в танце за одну, две минуты.
  С красными лицами опадали под березы и пальмы, стонали, словно дикие кошки, объевшиеся ящериц.
  Папа в океане первые дни вёл себя подобно пьяному клоуну на карнавале: брызгался, шумел, совершал сиксилиард бессмысленных телодвижений, которые по его мнению означали - Веселье.
   Он полагал, что за свои деньги в Бразилии должен получить максимум брызг в океане.
  Затем папа научился плавать спокойно, по-черепашьи.
  Он под водой коснулся рукой моего плеча.
  Почему без маски, и что это за водоросли колышутся на голове папы, как змеи на голове Горгоны Медузы?
  Повезло Горгоне; она - единственная и неповторимая девушка со змеями вместо волос.
  О ней слагают легенды, её помнит история.
  Папа повернул голову, приблизил лицо к моей маске, и из голубого облака краски моих волос появилось...
  Ужас! Кошмар! В сказке не напишут, потому что человеческая фантазия всегда заканчивается Колобком и Василисой Прекрасной.
  Нечеловечески красивое женское лицо.
  Удлиненные скулы, миндалевидные глаза, белая - даже под водой ощущается, что - белейшая, до синевы - кожа.
  Купальщица полностью обнажена, будто только что вышла из бани.
  Балерина, о которой рассказывал Ромео, и, её видел старый одноногий моряк Мануэль?
  Она заплыла в океан слишком далеко.
  Либо не боится безобидных робких акул.
  Об акулах в справочнике туриста пишут, что они спасаются бегством, когда увидят туриста.
  Если бы акула прочитала о себе в справочнике, то сошла бы с ума от гомерического хохота.
  Что означает гомерический хохот?
  Гомер с лютней хохотал громче своих друзей, заливался смехом, смехом топил вражеские корабли, построенные по чертежам Архимеда?
  Уроки истории переплелись в моём мозгу с кошмаром, который предстал перед моей маской.
  Почему кошмар?
  Потому что неожиданная встреча в океане, пусть даже с красивой (по Европейским меркам, оттого, что худая) девушкой - пугает.
  Всё равно, что в дикой тундре, когда за тысячу километров в округе нет ни одного человека, из-за дерева, или из-за куста саксаула выходит маньяк с топором.
  Девушка постучала ногтем по стеклу моей маски.
  Ногти на белых пальцах пианистки - синие, длинные, ухоженные - сразу видно - из балета.
  Смелая купальщица развернулась и поплыла от меня.
  И тут кошмар, который уже сходил с меня трупными пятнами, пламенем снова охватил мозг и тело.
  Руки и ноги перестали двигаться, а в глазах поплыли золотые рыбки с механическими ключиками над спинным плавником.
  Я смотрела вслед уплывающей Сигуапе - она, несомненно Сигуапа - и медленно погружалась в пучину, где нет дна.
  А, если и упаду на дно через сто лет, то меня морские черти подхватят и утащат через трещину в дне в ад.
  Ступни девушки легко извернулись задом-наперед.
  То нормально повернет ступни, то перекрутит - удобно для плаванья.
  Гуттаперчевая акробатка Сигуапа.
  Мир вокруг меня изменился, почернел.
  Вода охладилась до точки замерзания.
  Я почувствовала себя пингвином в жидком азоте.
  Остатки Разума (и желание еще раз выйти на подиум) рванули меня вверх.
  Ноги не слушались, а руки двигались машинально.
  Критически не хватало кислорода в лёгких.
  Я нырнула на половинку минутки, а ощущение - будто прошла неделя под водой.
  Беспорядочные взмахи рук лишь немного меня подняли под водой, достаточно, чтобы я в последний раз ухватилась за луч Солнца.
  Всё, свои игрушки завещаю себе, пусть их похоронят со мной в одной могиле.
  Стоп! О какой могиле мечтаю, если со дна морского меня никто не поднимет.
  Разве, что Сигуапу позовут на службу доставальщика утопленников.
  Через три дня я под водой оживу, превращусь в русалку или в Сигуапу, по ночам стану заманивать девочек в воду, дергать за волосы и топить, умножая племя нечисти.
  От недостатка кислорода мозг мой рисовал картины, достойные музея в Амстердаме - ужасы, крики, слоны на нитевидных ножках, часы с глазами.
  Вдруг, тень акулы заслонила последний в моей жизни луч Солнца.
  Монстр быстро приближался.
  Мысленно я видела огромные зубы, сто рядов острых пилообразных зубов.
  Акула подхватила меня под руки - оригинальная акула - и потянула вверх, к воздуху и жизни.
  Я поплавком вынырнула, жадно глотала воздух, кушала его, не боялась, что растолстею от обжорства воздухом.
  По мере того, как кислород обогащал мой мозг (или мозг обогащался кислородом) я приходила в себя.
  Могильные памятники превращались в милые белые барашки волн.
  Кладбище друидов перевоплотилось в водную гладь теплого, ласкового кисельного океана.
  Под носом у акулы выросли усы.
  Пан Мануэль спас меня, подтянул к коралловому островку.
  Я встала на дрожащие ноги, улыбалась натянуто, потому что улыбка скроет всё, даже самый сильный ужас.
  - Алёна, ты слишком опасно ныряешь!
  У тебя открылось третье дыхание? Никогда бы не подумал, что ты разработала лёгкие и можешь находиться под водой до трёх минут! - мама покачала головой, но смотрела не в глаза мне (мой взгляд, в котором еще плескался ужас от встречи с Сигуапой и кошмар опускания в ад выдали бы меня).
  Мама, папа и Анжелика разглядывали мои волосы.
  В них запуталась медуза или краб.
  - Я под водой руками ерошила волосы, сбивала с них синюю мальвинистую краску!
  Даже забыла под водой, что нужно время от времени всплывать подводной лодкой и дышать! - я соврала, но нисколечко не стыдилась лжи.
  Из-за моей неправды Мир не рухнет.
  Безобидная робкая трясущаяся от страха Правда.
  - Краска сошла, но пятна остались! Ты похожа на лишайного больного, - Анжелика полностью увела внимание от моих трясущихся рук.
  Синие, омертвевшие от ужаса губы можно объяснить долгим купанием и прохладной водой.
  Пан Мануэль единственный понял, что у меня проблемы под водой, поэтому сиганул на помощь, не раздеваясь.
  Я посмотрела ему в глаза, он подмигнул мне.
  Не в интересах пана рассказывать близким почти покойницы, что их девочка чуть не утонула.
  Смерть клиента бросила бы тень на бизнес пана Мануэля.
  И конкуренты рыбаки, лодочники, каждый раз, когда новые туристы подыскивали бы себе лодку для прогулки и купания в океане, шептали бы и тыкали в сторону Мануэля пальцем:
  "С Мануэлем не ходите в океан.
  Со мной идите, мне куки отдавайте.
  Мануэль девочку утопил, не доглядел по пьяни".
  И я не расскажу родителям, что видела под водой Сигуапу.
  Видела ли? Или морской ёж выпустил в океан яды, и они затуманили мой незрелый мозг?
  Или синяя краска - токсичная - впиталась в кожу и показала мне галлюцинации?
  Нет, не галлюцинации - в волнах далеко в океане - появилась синяя точка.
  Не синяя птица чайка. Не голубая радость собаковода.
  Я уверена - голова Сигуапы.
  Сигуапа - не русалка, Сигуапе воздух нужен.
  Что делало - уже не мифическое существо - под водой?
  Почему подплыло ко мне, не боялось других людей?
  И, отчего не заманила в пещеру и не съела?
  Возможно, потому не убила меня, что я - девочка, а Сигуапы истребляют только мужчин.
  Неужели, Сигуапы - души разъярённых балерин и подиумных моделей?
  Местным мужчинам не нравились, не нравятся, и не будут нравиться худые женщины.
  Гонсалесы и Педро насмехались над худышками, возможно, что в давние времена казнили тех, кто весит меньше пятидесяти килограммов.
  В Европе инквизиторы сжигали ведьм и топили в озерах, как котят.
  А потом инквизиторы воспевали озёра; страну, где погибло самое большое количество ведьм, назвали страной миллиона озёр.
  Ведьмой в Европе считали каждую красивую худую девушку, которая весит меньше пятидесяти килограммов.
  Мужчины полагали, что колдовская метла не поднимет груз свыше трех пудов.
  Сами подсчитали инквизиторы, или им подсказали древние ученые в белых чулках и в цветных панамках - шахматках?
  Ученые в доисторические пещерные времена очень любили белые чулки, туфельки с серебряными пряжками, женские камзольчики и белые кипящие рубашки.
  На археологических картинах ученые изображены в женских одеждах.
  В наше время ученые мужи одеваются по-мужски (за редкими исключениями), но занимаются ерундой, как и их предшественники.
  Высчитывают на компьютерах подъёмную силу, или тягу, или мощность, или энергию, или гипотенузу.
  Рассчитывают вес метлы, ведьмы и дальность полёта на Ведьмину Гору.
  Лучше бы на компьютере создавали новые одежды для девушек, выбирали наиболее оптимальную колодку для подиумных туфелек с феевскими каблучками-шпильками.
  Двадцать первый век на дворе (почему "на дворе", а не на лугу, не в лесу?), а мы мучаемся, подбираем экспериментально обувь в магазине.
  И всё равно, сколько бы ни примеряли, ни отбирали - туфли сотрут пятку.
  За мыслями об ученых, о том, что они извели худых красавиц на всех континентах и даже на островах, я забыла о Сигуапе.
  Видение или привидение - далеко.
  И, даже, если мне Сигуапа не померещилась, и синие волосы вдали (то спрячутся под водой, то покажутся на миг), то мне нет дела до суеверий островитян.
  Утопили балерин - пусть радуются без балета.
  - Я всегда купаюсь в одежде. Очень удобно - сохраняет прохладу, - Мануэль объяснял моей маме, забирался в лодку.
  Подхватил из океана сомбреро (нырнул за мной в шляпе, почувствовал, или увидел, что я ухожу на дно).
  Спасибо пану Мануэлю с польскими корнями.
  Галантный мужчина, даже не сказал, что ему не нравятся худые девушки.
  Меня выручил, придумал о купании в одежде.
  Думаю, что после моря ему придется поласкать свои шорты, рубашку и сомбреро в питьевой воде.
  Иначе - соль океаническая превратит тряпки в наждачную бумагу.
  - Я поймал дикого ежа! - папа тюленем вернулся на мелководье.
  На лице папы нет восторга от пойманной добычи.
  Наоборот, гримаса боли и отчаяния скрутила лицо папы, перекрутила, как ноги Сигуапы.
  - Где он? Покажи! - Анжелика с любопытством рассматривала пустые руки папы (интерес к ежу не помешал сестренке забраться в лодку и занять лучшее место).
  Папа в ответ поднял правую ногу, пытался изобразить балерона в лучшие моменты на сцене.
  Из пятки торчали длинные тонкие - похожие на шпильки модерновых туфель - иголки.
  Ёж остался в океане, и полагаю, что сейчас под водой ругается матом на неосторожного человека, который на него наступил.
  Брань морского ежа вызовет стыдливый румянец на бледно-голубых щеках Сигуапы.
  Возможно, что морские ежи и паны Мануэли делятся друг с другом новинками в нецензурной речи.
  - Круто, папа! Ты теперь не ершистый, а - ежистый! - я пошутила, и моя шутка пришлась к месту, волнами пошла по океану.
  Дойдет до Японии, японский рыбак из волны выудит мою шутку и морским ужом загнется от хохота.
  Анжелика недобро сверкнула глазищами; не нравится ей, что я обошла в популярности.
  А кому нравится?
  - Синьор умрет, не доживет до утра! - Мануэль закурил новую сигару, отхлебнул из бутылки.
  Возможно, что в бутылке у него не ром, а - чай на полезных травах.
  Положено, чтобы морские волки пили ром, а на Солнце каждый день пить крепкий алкоголь - опасно для здоровья, поэтому моряки маскируются.
  Для девушек красуются с бутылками, наполненными чаем.
  - Почему умрёт? - мама с сомнением посмотрела на Мануэля, затем перевела огненный взгляд на папу.
  В планы мамы не входила экскурсия в палату реанимации больницы для бедных в Гаване.
  Разумеется, для мамы - папа сам виноват: нарочно наступил на дикого ежа.
  - Яд курумбе убивает медленно, но верно! - Мануэль выбросил спичку за борт, с интересом следил за ней - так детишки пускают в грязных ручьях кораблики из спичек и соревнуются: чья спичка быстрее.
  - Я умру? - папа позеленел стручком гороха, с гримасой ужаса выдирал иголки из пятки.
  - Все умрут, пан! - Мануэль сделал величайшее открытие в демоноогии.... геронтопарадонтологии...
  В науке о людях и стариках.
  - И нельзя спасти? - я не беспокоилась, потому что при Солнце, когда овевает теплый нежный мохнатый ветерок, волны бархатными ручками ласкают тело, а Сигуапа уплыла далеко-далеко - девочка не верит в смерть.
  Смерть - когда осень, зима слякотная, под ногами пепельный снег и глина.
  Ветер пронизывающий, иголками уродует тела близких усопшего.
  Моросит дождик со снегом, ветки деревьев на кладбище мокрые и тёмные, похожи на пальцы оживших мертвецов.
  - Спасти можно! Но зачем? - пан Мануэль, оказывается, еще и китайский философ с уклоном в древнерусские былины.
  Пан Мануэль зажал правую ноздрю большим пальцем правой руки, дунул, свистнул в нос (денег не будет от свиста), и смачно высморкал океаническую воду обратно, в её стихию.
  Аква Марис не нужно покупать - ныряй к кораллам, морским ежам и Сигуапам - промывай носоглотку.
  - Морской ёж - не курумбе!
  - Не курумбе, а кто? - я превратилась в девочку ВЕЖЛИВОЕ ВНИМАНИЕ.
  - Морской ёж - не курумбе! - Мануэль то ли пояснил, то ли повторил.
  Рассчитано на красивых девушек - объяснение без объяснения. - После иголок морского ежа нога распухнет, поболит, а потом отвалится.
  ХА-ХА-ХА-ХА! - Мануэль засмеялся, и я оценила его глупую, но действенную шутку, от которой у пациента останавливается сердце.
  Если у врача появляется возможность для черного юмора, то доктор не упустит момент - подколоть пациента.
  Мы поняли чёрный юмор Мануэля - папа не умрёт, а то, что нога распухнет - не беда.
  В Москве мы каждый день подвергаем свои ноги опасности попасть под колесо пенсионерской клетчатой тележки.
  Старушки с тележками выискивают хрупкие ножки с белыми косточками и двигают колёса по ногам.
  В последнее время я стала подозревать, что в ЭТОМ - высшее предназначение пенсионерки.
  В инете читала японскую поэму по имени хайку:
  "Одинокий цветок в саду!
  В этом - высшее предназначение цветка!"
  Если у цветка предназначение - скучать в японском саду под сакурой, то у некоторых пенсионерок развлечение - превращать свою тележку в морского ежа и ежом по ноге - ЦАП-ЦАРАП!
  С экскурсии в океан мы вернулись счастливые, поэтому умиротворенные.
  Мама радовалась, что я и Анжелика не нахамили лодочнику пану Мануэлю.
  Мануэль счастлив, что подшутил над нашим папой.
  Заодно, может быть, гордится немножко, что спас самую красивую девочку в Мире.
  Я и Анжелика традиционно рады, что путешествие в мир солёной воды и опасных ежей закончилось.
  Папа - он радовался больше нас, потому что не умрёт от иголок дикобраза.
  Мануэль вытащил лодку на берег, собрался уходить, но застыл, будто его вкопали в землю вместо столба для электричества.
  - Две белые собаки! Не чёрные, не цветные, а - белые! - голос Мануэля треснул глиняной вазой под копытом ишака.
  Для меня ишак и осёл - одно и то же, и звук треснувшей обожжённой глины я представляю, как голос пана Мануэля.
  Я взглянула на берег - два белых лабрадора играли, бегали друг за дружкой.
  - Собаки. Белые. Не черти же! - я осторожно произнесла, потому что чувствовала за собой вину, оттого и должна подластиваться разговором. - Чёрные псы охраняют вход в ад, а белые собаки - радуют взгляд!
  - Белые собаки - к несчастью!
  - И женщина на корабле - к несчастью, и еще сиксилиард поговорок - матросам в море делать нечего, поэтому приметы выдумываете. - Я эффектно выгнула спину, отставила правую ногу влево.
  Без модельных туфель поза теряла половину своей силы, но я должна тренироваться, даже во время разговора с солёным морским польским волком.
  - Здесь никогда не было белых собак - их сразу убивают.
  Кто убьёт белую собаку, тот получит Рай! - Мануэль - садист - не шутил.
  Если он хочет заработать Рай, убив этим миленьких лабрадоров или пуделей, то я отправлю садиста в ад.
  - Наверно, богатые американцы с собой привезли белых собак.
  У богачей причуды, непонятные простым людям, которые копят два месяца на модное платье.
  - Паненка обыграла Родриго в шахматы, - полувопрос, полуутверждение, - Мануэль отложил на полку вопрос о белых собаках, которые приносят морякам несчастье (и худые балерины тоже - к несчастью для местных рыбаков).
  Он внимательно посмотрел мне в глаза, словно проверял зрение перед полётом.
  В голосе пана Мануэля, в его взгляде - ни капли алкоголя.
  Либо организм гида быстро усваивает ром и текилу, либо Мануэль пил чай под видом пиратского рома.
  - Слухи по побережью носятся быстрее белых собак! - я нарочно упомянула о белых собаках, чтобы Мануэль вздрогнул.
  Девочки обожают животных, ласкают, охраняют их, но любят мучить людей.
  - Парень сказал, что ты выиграла случайно!
  Но я не мальчик, я не верю в случайности в шахматах, особенно, если играет красивая паненка.
  - Спасибо за комплимент, Мануэль! - я, наверно, покраснела. Получать комплименты нужно тоже уметь, и без тренировки, без подготовки - трудно удержать румянец. - Мне казалось, что местным парням нравятся женщины в теле.
  - Я не мужчина! - пан Мануэль сделал шокирующее признание для жёлтой прессы. Жевал кончик сигары, подражал Шварцнегеру. - Я - супер мужчина! - улыбка мелькнула и пропала в каньонах щёк пана гида.
  Я оценила его тонкий рыбацкий юмор.
  - У меня к паненке будет одна очень большая просьба! - Мануэль натянул сомбреро, превратился в огородное пугало. - Просьба деликатная. - Мануэль понизил голос до критической отметки, ниже ватерлинии.
  Я вспомнила одно из слов одноклассника Марека, он часто употреблял "деликатно", "деликатная".
  Что означает в переводе с польского на русский "деликатное"?
  Может иметь смысл, совершенно противоположный русскому.
  Например, польская уродина... уродина с польского языка переводится на русский - красавица.
  - Я с мужчинами не деликатничаю, - натянула маску безразличия.
  Пан Мануэль сделает мне предложение руки и сердца?
  Неравный брак - четырнадцатилетняя школьница и седой пан моряк.
  Я вспомнила картину "неравный брак": дедушка в сюртуке идёт под венец с молодушкой.
  На лице девушки написаны Вселенские муки.
  Нам критики доказывают, что девушка не хочет замуж за старика, мечтает о молодом Принце на Белом коне.
  Страдает, но ВЫНУЖДЕНА идти под венец со стариком, потому что она - бедная, бесприданница, никому не нужна.
  Картина вызвала во мне - как говорят искусствоведы - противоречивые чувства: от жалости (на что картина и рассчитана), до ненависти и презрения к девушке.
  Получила богатого деда и корчит в недовольстве рожу.
  И лицо не фотомодельное.
  Её пригрели, накормили, обещали денег, а она "мучается".
  Что же она не подумала о том, что "хорошие", потому что молодые женихи не взяли её на полное обеспечение под своё крыло?
  Отчего же, если она полагает себя красавицей, умницей работящей, она не нравится молодым?
  В сказках Принцы не смотрят на бедность девушки - подхватывают на Белого Коня, и в - замок.
  Почему девушку на картине молодые красавцы не подхватили, не увезли в Замок?
  У Принцев нет денег?
  Или молодые красавчики мечтают о неравном браке с богатой купчихой?
  Красавчик, когда женится на богатой старушке - счастлив.
  Но почему, красавица замужем за богатым старичком - страдает?
  Мне кажется, что страдания молодых в неравном браке - враки, позерство.
  Не то прекрасное великолепное позерство, которое у меня - позерство на дефиле, а лживое позерство.
  Слово "позерство" прилипло к языку, тьфу на него, на липкое.
  Сказал бы старец в неравном браке на картине своей недовольной несчастной невесте:
  "Душечка! Я не неволю тебя!
  Хочешь - ступай к себе в избу, не иди под венец со мной.
  Не мучай себя!
  Я найду другую молодую красавицу, которая не будет рожи корчить на свадьбе, а искренне обрадуется неравному браку"!
  - Если пани поможет мне, подскажет в шахматах - в острые моменты, то я отблагодарю пани.
  Двести евро - всё, что могу.
  - Помочь вам в шахматах? Решить задачку? - у меня в горле пересохло - не от жадности, а от денег, которые мне очень нужны на новые туфельки - муси-пуси.
  Туфельки чёрные, кожанные за семь тысяч, и еще останется сто евро на другие одёжки.
  На коромыслах правосудиях, как на весах американской железной девы, качались два моих чувства: за двести евро помочь - если нет подвоха в просьбе пана Мануэля, или...
  - Я согласна, если вы не шутите и не готовите гадость, Мануэль! - "Мануэль" я нарочно произнесла с нажимом, чтобы пан понял, что я не вижу в нём Мануэля, скорее всего - Збишек, или Мирек. - И я ваша должница... Вы вытащили меня из воды, когда я тонула.
  - Глупости, пани! Вы не тонули! - Мануэль сказал твёрдо, словно стеклом по вене провёл (Неужели, не все джентльмены спились и утонули в реке забвения?) - Двести евро.
  Деньги большие, но и спор великий.
  Я играю в шахматы, очень хорошо играю.
  Гонсалес - чемпион Гаваны среди молодежи в одна тысяча девятьсот шестьдесят девятом году.
  Гонсалес меня обыгрывает, жестко обыгрывает, а потом насмехается, ржет, як сивы мерин.
  Я хочу отомстить, обыграю Гонсалеса при свидетелях, захохочу.
  И потом - больше не сяду с ним за шахматную доску.
  Пусть мучается до конца жизни, что не обыграл меня, что последняя партия осталась за мной.
  - Мудрое, жесткое и, поэтому - мужское решение! - я кивнула идеальной головкой, большим пальцем правой ноги нарисовала на песке шахматного коня - очень похоже. - План моей помощи, пожалуйста, раскройте... пан.
  - Мы присядем, как всегда, за доской у моей лодки.
  Вы с сестрой выйдите на пляж играть в мяч.
  - Моя сестра - своеобразная белая акула! Вдруг, Анжелика, не придет на пляжный волейбол.
  - Насколько я знаю дивчин, а я ИХ знаю - многих утопил за дурость, то ваша сестра придёт.
  Пляжный волейбол - не просто перекидывание мяча из рук в руки красавицы, а - подиум.
  Девушки на пляже пьют через трубочку ненавистные им коктейли и играют в мяч, чтобы мужчина оценили грацию и стать.
  - Мы не девушки! Мы - девочки!
  - В каждой девочке живет девушка! - пан Мануэль снова встал на опасные рельсы китайской философии.
  Китайские мудрости в устах кубинского поляка - гремучая смесь.
  - Ты будешь подбегать за мячом, упавшим рядом с нами, подсматривай на доску, а затем условным языком сигналов передавай мне, какой ход полагаешь нужным в той или иной ситуации.
  Возможно, что мне не понадобится твоя поддержка, но это - маловероятно, как и то, что белая собака за ночь почернеет.
  В критический момент я буду сбивать сомбреро на затылок!
  И, если, всё-таки ты не поможешь, или я сам выиграю, то всё равно, двести евро отдам.
  Хотя я полагаю маловероятным, что МЫ с тобой проиграем.
  Ты же призерка Москвы прошлого года, Алёна Собакина. - Пан Мануэль помахал рукой в сторону моих родителей и - расцветшей от любопытства (о чём это я шепчусь с рыбаком?) - Анжелики.
  ОГО! Из интернета пан шпион выудил мои шахматные звания.
  Смекалки у него больше, чем у Родригеса.
  Сначала рыбак в отеле выяснил моё имя и фамилию, а потом пробил в интернете шахматные достижения - не Олимпийские рекорды, но и не по самым низам я брожу в шахматах.
  - Завтра вечером, после ужина приходи на пляж, чемпионка! - Мануэль, как после спасения на водах, подмигнул мне - старый ловелас.
  Но я на него не обижалась и не дулась.
  Я не воздушный шарик.
  - О чём вы мило разговаривали? - мама спросила из любопытства, а Анжелика превратилась в одно огромное ухо.
  - О методах лечения папы от укуса и иголок морского ежа!
  Нужна мазь из золотой пыли! - я опустила глазки, веерами ресниц поднимала пылевую бурю.
  Анжелика догадалась, что я шучу, поэтому потеряла к беседе интерес, проткнула шарик иголкой.
  - Золотая пыль? - мама с недоверием осмотрела меня, словно я - фея, обсыпанная золотой пылью.
  - Шутка! Йод и воздух! Главное, чтобы папа дышал, а болезнь сама пройдёт стороной!
  Я пошутила, но шутка моя не зацепилась за точки восприятия юмора родителей.
  Лишь Анжелика косо на меня взглянула - она всегда глядит косо... на всякий случай.
  Мы шли к домику - отелю - бунгало - вилле, или - пусть, как захотят обзывают нашу лачугу - сарай для лодок, в котором мы временно поселились и заплатили за аренду, как за полет на другой конец Вселенной.
  На пути Анжелики, из-под пальмы вылез, как чёрт из табакерки - Гомес.
  Мальчик выдающейся робости, потрясающей культуры и жалости.
  Я раскрыла рот, приготовилась к акту, к праздничной передаче таблеток от глистов: Гомес спасает Анжелику от похудания.
  Анжелика опередила мои мысли и опасения.
  Американской белкой она набросилась на Гомеса, даже хвост распушила.
  - Гомес! Мальчик мой ("мальчик мой" прозвучало на пике иронии, очень круто)! - Анжелика приняла одну из самых эффектных поз модели на подиуме, засияла в свете прожекторов Солнца и Луны. - Мы с Лён слышали из непроверенных источников (изумительно ввернула!), что тебе нравятся толстые девочки.
  Ты общаешься и подходил ко мне из жалости, жалел глистов, потому что полагаешь: если худая, то - больная глистами или другой сибирской язвой.
  Почему же ты не бежишь от больных девочек, мучачо, тореадоре?
  - Я... Оно! Они! - Гомес поправил очки на переносице (впервые вижу очки у островитянина; в Бразилии очки не носят, на Кубе очки - пережиток прошлого, всё равно, что Джека Воробья - капитана пиратов - за нос повесить). - Любое существо, при стремлении к совершенству увеличивает свой объём.
  - И чё? Чё тебе надо от нас, мальчик? - я, подогретая комплиментами старого пана Мануэля, чувствовала себя на горе Арарат. - Что ты пылишь около нас?
  - Русский язык сложный и несовершенный, поэтому - непонятный! - Гомес поправил очки (он, наверно, только и умел двигать очки, очкист...). - Не пойму подтекст вашей речи.
  Вы, Анжелика, мне нравитесь, как человек, а не как девочка... в смысле, руки, ноги, личико, улыбка.
  Вы умная, а то, что болезненно худенькая - со временем исправится, обрастёт жирком.
  В ваших глазах мелькают искорки ума.
  - И ты не боишься, что искорки ума будут погребены под слоем жирка - жира, жирища? - я снова влезла не в свою свадьбу.
  - Извините, что вас побеспокоил! Я думал, что девочкам вашего телосложения, к которым никто не подходит, будет приятно, если мальчик обратит на вас внимание.
  Хотел помочь вам побороть безысходность и чувство отчаяния.
  - То есть, милейший из милейших Антонио ван Хулио Гомес, ты из жалости подошёл ко мне, взял над дурнушкой шефство? - Анжелика медом растекалась по пирогу с маком.
  Я насторожилась: чем сильнее Анжелика кого-то расхваливает, подластивается, тем больше ненавидит.
  Месть её может растопить льды Антарктиды и водой потушить Солнце.
  С друзьями Анжелика пренебрежительно хамовитая, потому что с друзьями можно расслабиться, пошутить резко.
  Но, если - не друг, а человек, который унижает, оскорбляет, то Анжелика переходит на рельсы ОСОБОЙ вежливости, подхалимства.
  И жертва не догадывается, что в похвалах и комплиментах Анжелики скрыт самый убийственный яд на Земле.
  - Спасибо, Гомес! Ты - душечка! Настоящий друг! - Анжелика ринулась к Гомесу, страстно поцеловала его в губы и отпрянула, словно попала под дождь из расплавленного свинца. - Я страдала! Да, действительно страдала - дурнушка, худышка, неуклюжая: всё время путаюсь в своих длинных бесконечных ногах, нарочно приделываю к ногам туфли с каблуками-шпильками, пытаюсь походить на людей.
  Мне неуютно с длинными волосами ниже попы.
  И нет у меня попы, потому что я слишком худая, я - вешалка, селёдка.
  Ты любишь селёдку, Гомес?
  - Селёдку? ГМ! Люблю очень! - Гомес распахнул глаза, впитывал "унижения" Анжелики.
  Наслаждался триумфом и не подозревал, что чем чаще соглашается с Анжеликой, тем ниже падает в бездну, где адские крики грешников перекрывают пар котлов с кипящей смолой.
  - Селёдка! Рыбка! С чешуей! Я похожа на селедку!
  Прости, Гомес, что не оправдала твоих надежд, что не растолстела за два дня, не достигла уровня красивой девушки. - Анжелика надула губки, с печалью вековой Беловежской пущи смотрела на мальчика.
  Слишком сильно задавила его иронией, а он не подозревает, что он - утка, а Анжелика - охотник.
  Я видела, что Анжелика нравится Гомесу, но он плывет против всех течений, пытается доказать себе, что не сошёл с ума, если ему нравится худая девочка с костями вместо жировых складок, с плоской грудной клеткой и с бесконечно длинными ногами - очень неудобными при работе на табачной плантации и вытаскивании крабов из нор.
  - Ах! Я так страдаю, что недостойна тебя! - Анжелика махнула ручкой, и прежде, чем Гомес открыл оловянный рот, ускользнула в домик.
  Отличный ход, теперь мальчик не заснёт, завязнет в своих желаниях и мечтах.
  
  После ужина за нами зашел Родриго фон Ромео.
  Он в два пальца доказал, что забирает дочерей в безопасную пещеру на прогулку.
  А родители обязательно насладятся вечерним шоу для взрослых: Педро пародирует Майкла Джексона.
  Я представила магнитофон на песке, песню Майкла Джексона, песню, в которую он вложил душу, и Педро - в парике под Майкла Джексона, с набелённым лицом (белила украл у гейши).
  Разве кривляния под музыку в маске - пародия?
  - Пещера закрыта, уже поздно! - мама взглянула на опухшего, но счастливого папу.
  В яде морского ежа содержится не только боль, но и вещества, вызывающие восторг.
  - У меня ключик! - де Рамирес Родригес выпятил ребра, что означало - гордится собой!
  Ужин сегодняшний прошел в дружеской спокойной атмосфере всеобщего уважения и почитания.
  Короче - мы жрали, как свиньи после голодовки.
  УФ! Высказала, и на душе полегчало - сто тонн пшеничного хлеба с плеч упало.
  После убийственного ужина следовало пробежать марафонскую дистанцию... три раза.
  Но мы с Анжеликой завалились в лежаки и чувствовали себя китами, выброшенными на берег.
  - Чай? Кофе? Потанцуем? - голос из тучки пытался растормошить меня, вывести из состояния Чёрной Звезды - всё поглощаю.
  - Чё?
  - Родя, ты ничо не забыл? - Анжелика даже руку не подняла для приветствия. - Утром ты нас обсе... обсмеивал.
  Не толстые мы, больные; а теперь подластиваешься, выгоду свою ищешь.
  - Вечером вы не столь худые, как утром.
  Поправляетесь, умнеете, красивеете! - Ромео закидал нас сомнительными комплиментами, от которых у меня ноги напряглись, руки превратились в пружины и вышвырнули меня с лежака.
  Потолстели? Поправились? Мне сегодняшний ужин пять лет отрабатывать голодовкой.
  - Собирайтесь! Я же обещал - сначала пещера с наскальными историческими рисунками, а потом - Сигуапа! - Родригео имел иные планы на вечер, чем у нас.
  Наверняка, влюбился, и мы ему нравились, а подшучивал и врал нам - ради маскировки.
  Пройдется с двумя ослепительными девушками по пляжу, чтобы все друзья увидели его в компании Звёзд.
  Обзавидуются друзья, локти друг другу обкусают.
  Сами до локтей зубами не достанут, я уверена.
  Пробовала укусить свой локоть - не получается, лишь - недоразумение Вселенского масштаба.
  Либо руки укорачиваем, либо зубы отращиваем, чтобы укусить локоть.
  Зубы заговоренные, зубы заговаривать.
  - Полюбуйся - наскальная пляжная древняя живопись! - Анжелика уже нарисовала прутиком на песке палку-палку-огуречик - вот и вышел человечек.
  Рядом с палочно-тростниковым человечком - подобный, но меньше, и третий - самый маленький, что означает - семья.
  Палочники протягивали друг другу линии рук. - Дорисую крокодила, потому что ты, амиго, любишь игуан и крокодилов. - Анжелика в ироничной последовательности изобразила коня с толстым хвостом и пилой во рту. - Доисторический крокодил.
  Этой фреске не меньше ста пятидесяти миллионов лет!
  И в пещеру не нужно спускаться на съедение летучим мышам.
  Я уверена, что вы нацарапали в пещере на стенках "древние" картины, чтобы привлечь туристов.
  Простейший способ, как урок химии: выбираете пещеру рядом с отелями, или сами её выбиваете в камнях, царапаете гвоздиком человечков, рыбок, птиц и животных - реклама и капкан для денег туристов готовы.
  - Анжелика, твоему рисунку три минуты, а не сто шестьдесят миллионов лет. Ты только что нарисовала, и на песке рисунки долго не сохраняются, - Ромео вступил на опасную тропу спора с девочками.
  Индеец Джо на Военной тропе в далекой Америке вздрогнул от ужаса.
  Индейцы - мудрые, они не выходят на тропу войны против скво.
  Скво - индейская женщина.
  Родригео - не Чингачгук Большой Змей, Родригео - неосторожный.
  - Не сто шестьдесят миллионов лет? А ты докажи! - Анжелика подняла бровки треугольниками. - Папа сказал, что завтра отправимся на экскурсию в куда-то, а в куда-те гора стошестидесятимиллионлетняя.
  Если возраст горы подсчитали, то и моему рисунку сто шестьдесят миллионов лет.
  - Уже нет рисунка. Песок не сохраняет наскальную живопись! - Родриго с торжественным лицом - медной трубой сияло от открытия и подвига - ногой стёр каляку-маляку Анжелики.
  Подписал себе смертный приговор.
  Я представила, как прокурор от скуки пишет на себя бумагу, сам себя подписывает и хохочет в кабинете над проказой.
  В это время входит солдат, читает этот приказ и ведет прокурора на расстрел.
  Прокурор с хохотом вырывается, доказывает человеку с ружьём, что пошутил, что сам написал и сам подписал.
  Но солдат доводит прокурора до стенки и расстреливает.
  Если есть приказ и подпись действующего прокурора, то это - не шутка с бананами в зоопарке.
  - Караул! Только что уничтожено великолепное наследие прошлого - наскальная фреска с изображением пещерной семьи. - Анжелика закричала слишком громко, перекричала чаек и перебранку далеких рыбаков.
  Рыбаки не поделили русалку. Шутка!
  Родриго вжался в песок, уменьшился в росте и в весе - волшебник.
  Я пожалела мальчика - его могут пожурить за то, что вывел из равновесия туристку: пусть не богачку, пусть не мадам, а - девочку, но с посетителями отеля не спорят.
  С трудом подняла чужое тело - смотрела на себя неповоротливую со стороны (где грация балерины, где изгибы и плавные лебединые движения?) - с лежака:
  - Эта... ну, я иду, одеваюсь на экскурсию, Педро Родригес.
  - И я пойду, скормлю тебя летучим мышам, Гомес Ромео! - Анжелика прошипела, на ходу обернулась, красиво, выдержала паузу, как в фильмах: - Я вернусь, детка!
  Ты уничтожил стомиллионлетние рисунки, и теперь не докажешь обратное.
  Ты - как разбушевавшаяся... червяки... чёрная туча...
  - Разбушевавшаяся чернь! - я блеснула знаниями истории Русской Революции.
  Из знаний выплывали островки: разбушевавшаяся чернь, голубая кровь, пролетариат.
  Опс! не оскорбила ли я Ромео, назвав обслуживающий персонал чернью разбушевавшейся.
  Неполиткорректно, не толерантно (слова произносятся с нажимом!).
  Нет, Родриго не понял своего счастья, а мог бы подать на нас в суд в Гааге или в ООН за оскорбление человеческого достоинства и выплатой ста милилардов долларов.
  Удобно придумали американцы: не работай, а поджидай, когда богатый оступится - так рыбак с удочкой поджидает золотого неосторожного карася.
  Миллионер устроил праздник детишкам из бедных семей - миллионера записывают в маньяки и отсуживают у него десять миллионов долларов.
  Пролила толстая неповоротливая бабёха на себя кофе в Макдоналдсе - получи, получи, женщина моральную компенсация - два миллиона долларов за то, что обожгла кофеем жировые драгоценнейшие телеса.
  Мужчина неосторожно улыбнулся на улице - маньяк, его осудят за сексуальное домогательство.
  В толпе толкнул плечом - засудят за то, что нарушил личное пространство - прайдеси... прайвеси... дуядейси - Человека с Большой Буквы.
  Умер от рака лёгких? Вдова выиграет в суде у табачной компании сорок пять миллиардов долларов за то, что муж курил.
  В бунгало (избе, хижине дяди Тома) я выкинула из головы (и так места мало мыслям) нелепости мира богатых и бедных задумалась об обуви на прогулку под Луной.
  Без модельных туфелек на десятисантиметровых каблуках порядочная девушка по пляжу не гуляет.
  Но в туфлях - неудобно, и в темноте никто не разберет - в подиумной обуви красавица, или босиком.
  Каблуки утонут в грязи или в песке.
  Да, остановлю свой выбор на кроссовках - фирменные, с лейблами.
  В пещере, возможно, водится маньяк.
  От него в туфлях неудобно убегать и - потешно.
  Я представила девушку в короткой юбке или в черном полупрозрачном вечернем платье с глубокими вырезами.
  Девушка на каблуках-шпильках летит от убийцы, падает, поднимается, охает, ахает, взывает о помощи, призывает Принца и Белого Коня.
  А калека маньяк никак не догонит, запутался в обязательном длинном черном плаще.
  Все маньяки носят длинные плащи.
  Наконец, после сточасовых сборов (миленькая розовая маечка с ромашкой; ромашка - оригинально, потому что обычно на маечках девочек красуются собачки и котятки, особо стоят умилительные муси-пуси енотики с нарисованными черными очками; лимонные шортики, белые носочки, кроссовки супер!) я вздохнула - почти готова.
  На все сто процентов девочка никогда не готова к выходу в свет.
  Что-нибудь не хватает, что-нибудь не согласуется в одежде, как говорил поляк Марек - не пасует.
  В сумочке - обязательные - шокер и баллончик со слезоточивым газом.
  Пригодятся против гиены, игуаны и маньяка.
  Я не виновата, что орудия самозащиты стали также необходимы девушке, как помада и духи.
  - Жела! Я готова! Сто часов уже тебя жду! - крикнула в пустоту - так космонавт на Звездолете играет в прятки с отражением в зеркале.
  Молчание мне ответило самим собой, то есть - молчанием.
  Тишина в ответ чёрная.
  Гнетущая липкая тишина.
  Колыхания за окном, потрескивание разваливающейся пятизвёздочной избы - не в счёт.
  В фильмах ужасов герой остается один в бесконечной квартире с тысячекилометровым подвалом.
  Зачем-то герой опускается в подвал. Оно ему нужно?
  Мне не нужен подвал, и нет его в хижине дяди Сэма.
  Сэм, Джо...
  Наверно, Анжелика затаилась и решила, что напугает меня.
  У нас взаимовыгодная игра - вылетать из-за угла и ухать филином.
  Чем сильнее напугаешь, тем больше баллов наберешь в игре.
  Я на всякий случай спряталась за занавеской, превратилась в веник.
  Анжелика надеется, что напугает меня, а получит - испуг в лицо.
  Минут через пять послышались шаги - не осторожные, а уверенные - Анжелика шла напролом.
  Я ошиблась, она не слышала меня, и не собиралась пугать.
  Тогда я - первая и единственная пугальщица в этом отеле!
  Шаги ближе, пружина во мне сжимается.
  Еще ближе, уже дыхание Анжелики колыхнуло занавеску.
  Я резко рванула шторину в сторону, открыла рот в пугающем вопле сфинкса или филина.
  И... закричала! Вопила от ужаса!
  Синее лицо, синие волосы - Сигуапа.
  Она пришла за мной
  В океане присматривалась, а сейчас нашла.
  Затащит в пещеру и съест.
  Сигуапа еще не ужинала - в отличие от меня.
  Сердце колошматило грудную клетку, хотело вылететь - предатель.
  Сердце на тоненьких ножках убежало бы, ушло к другой хозяйке, а я бы без сердца бродила по Варадеро, пугала рыбаков и белых собак.
  В горле застрял снежный ком с иголками.
  - АААААААА! - Сигуапа завопила в ответ, наши голоса слились - поразительный дуэт на фоне океана и вечернего шоу с поддельным Майклом Джексоном.
  Майкл Джексон умер, а танец его живёт.
  Я побежала к двери.
  Сигуапа не преследовала меня, орала за спиной, уверенная, что найдет меня ВЕЗДЕ.
  Даже в Москве.
  Дверь внезапно распахнулась в мою сторону и монстр - ужасное чудище из кошмарных снов - налетел на меня.
  Оно вопило, открывало бездонный капкан рта.
  Но смотрело не на меня (неужели, я даже чудищу в Варадеро не нравлюсь, потому что худенькая?).
  Монстр испугался Сигуапы.
  Глаза его вылезли на лоб, а затем повисли на ниточках, болтались колокольчиками.
  Неужели, Сигуапа питается и монстрами?
  Я бы убежала, но что-то останавливало, до зуда в ушах - знакомое.
  Я оглянулась.
  Да, нотки Анжелики, её одежда, а Сигуапа в легендах расхаживает обнаженная.
  Не тратит куки на модные наряды.
  Платье из своих волос (головных) - пикантно, удобно и надежно.
  - Лён! Ты сдурела? Напугала меня! Я чуть не умерла от ужаса, когда ты выскочила из занавески, - Сигуапа голосом Анжелики произнесла, и столько в голосе знакомого осуждения, что я поняла - настоящая Анжелика.
  - Не из занавески я выскочила, а - из-за занавески! - я открыла урок русского языка для русскоязычных девочек. - Зачем ты лицо выкрасила и волосы?
  Волосы - понимаю, позавидовала моей славе Сигуапы, а лицо?
  - Лицо синее? - Анжелика подбежала к зеркалу, провела пальчиком по лбу! - ХА! Краска на лице осталась!
  Прикольно, как на Бразильском карнавале с барабанами и юбками на мужчинах.
  Сейчас смою! - Анжелика убежала в сторону ванной комнаты.
  Надеюсь, что воду не отключили, не подшутили над синелицей Анжеликой.
  Подозреваю, что Анжелика нарочно измазала лицо синей краской, думала напугать Родриго.
  Отомстила бы за стёртый "доисторический" рисунок.
  Цель достигнута - Ромео близок к обмороку.
  Медленно отходит, вращает остатками глаз, хватает жадно воздух, похож на карпа в магазине в аквариуме.
  - Ты думал, что Сигуапа кричала и вышла тебе навстречу? - я сделала вид, что участвовала в сценке, кричала нарочно, а не оттого, что у меня сердце и почки поменялись местами от ужаса.
  - Что тут думать. Сигуапа ищет жертву и не успокоится в Варадеро, пока не утащит за собой в ад или в пещеру, где съест.
  - Родригео, мальчик тундры! - я наладила сердечный ритм, успокоила дрожь в губах и коленках, чувствовала себя учителем в начальных классах школы. - Представь худенькую обнаженную девушку с синими волосами.
  И к тому же - инвалидка, ноги задом-напреед вывернуты.
  Ручки - тростиночки, ножки - палочки.
  И ты, кабан, крокодил, игуана средиземноморская, боишься худенькую манекенщицу Сигуапу?
  Неужели, вы, рыбаки, охотники, мачо, не верите, что запросто заломаете беззащитную голую Сигуапу?
  Сами себя обманываете, когда приписываете ей злую нечеловеческую силу?
  Или обреченно подставляете шею под острые зубы злодейки:
  "На, ешь меня, синевласка Мальвина Сигуапа!
  Я в твоей власти, не смею сопротивляться!
  Трясусь осиновым листом, подчиняюсь, кланяюсь, лобызаю ручки и ножки!"
  Я увлеклась, заламывала руки в театре наций, а, когда взглянула на Родригеса, удивилась его душевному возвращению.
  Мальчик снова уверен, глаза на месте, и, судя по взгляду, обдумывает мои картины.
  Представляет себя в пещере Сигуапы.
  Склоненный, но чрезмерно счастливый, что достанется на ужин девушке с вывороченными ногами.
  А что ей еще остается, если выбор пищи невелик.
  Кабана она не заломает, оленя не догонит - с вывернутыми ступнями трудно, рыбу не ухватит.
  Остается самая легкая добыча - мужчины.
  Женщина обругает Сигуапу, поколотит, волосы великолепные выдерет.
  И пойдет ощипанная Сигуапа задом-наперед от обидчицы.
  А мужчина слюни выпустит, глаза вытаращит - бери его, ешь загипнотизированного.
  Наконец, как парада, мы дождались Анжелику.
  Анжелика смыла синеву с белого лица и сделала - на мой взгляд - еще более устрашающую маску.
  Обильно наложила белила, по японско-гейшевски.
  Нереально белое лицо, а над ним - синие волосы.
  Анжелика добилась, чтобы я закусила губу от зависти.
  Сестра обогнала меня на финише.
  - Чё мы стоим, как вкопанные?
  Нас еще не закопали! - я попыталась пошутить, но получилось жалко и хамовито.
  Мы вышли из тростникового Дворца.
  Взрослые и их маловозрастные дети крутились около песочной площадки.
  Под песню Майкла Джексона (из магнитофона) двигалась угловатая тень.
  Шоу началось. Их шоу!
  А до нашего - копейки времени.
  Повеселимся в пещере с летучими мышами.
  Из тени вынырнул Гомес, поздоровался с Родриго, а на нас политкорректно не смотрел, чтобы его культурные глаза не выдали жалостливое отношение хозяина к нам.
  Изредка Гомес бросал короткий резкий взгляд на Анжелику.
  Мне показалось, что Гомес очарован белым лицом и синими волосами Анжелики.
  Вот-вот упадёт на колени и завоет от восторга.
  Можно презирать девушек за худобу, и в то же время возвеличивать за оригинальность.
  - Мы идём в пещеру Амбросио, - Родриго произнёс важно, словно сам вырыл пещеру, нарисовал на камнях человечков и занёс в пещеру тараканов и летучих мышей.
  Предводитель стада, Родриго сразу на себя взял роль командира, капитана.
  Пусть тешится до поры до времени, амиго.
  Родригеос не догадывается, что девочки - командиры от рождения.
  Куда рукой махну - туда и Солнце сядет.
  Мы прошли немного, и Цивилизация исчезла, ночь её смыла.
  Звуки шарманки по имени "Старый магнитофон" доносились издалека, как из маленького телевизора.
  На берегу горели костры, но, сколько до них идти - год или сто лет, не известно.
  Огонёк в ночи обманчив, клоун.
  Папа рассказывал, что однажды он ночью с другом ехал через степь в Казахстане.
  Вдали мелькал огонёк костра.
  Папа предложил доехать до костра и переночевать с добрыми людьми.
  На что товарищ ответил, что до костра можно ехать до утра, он - за сотни километров.
  - Далеко пещера? - я приоткрыла сумочку, зажала в руке баллончик со слезоточивым газом.
  Вдруг, Сигуапа вылетит, ухватит, укусит, утащит меня, потому что я - самая красивая на Земле девочка.
  - Ногами до пещеры Амбросио не дойдешь! - из темноты рыкнуло.
  Мохнатая железобетонная рука схватила меня (почему снова меня? оттого, что я только что подумала, что я - самая красивая девочка во Вселенной?) за локоть.
  Душа у меня на оборвавшемся лифте упала в шахту пяток, затем поднялась с гневом.
  Монстры, маньяки расшалились.
  Не за ту руку ты меня схватил, зомби.
  Я нажала на красную кнопку в ядерном чемоданчике.
  ХА! Шутка! вдавила красную кнопку на баллончике.
  Но для монстра струя едкого газа в пасть и глаза (сколько пастей и глаз у ночного чудовища?) страшнее атомного взрыва.
  Ночь раскололо бранью и подвываниями.
  Наши кавалеры слились с песком, замаскировались, чтобы древнее зло не утащило их на потопленный корабль.
  Среди междометий и всхрюкиваний я выделила "пся крев", "курва" - достаточно, чтобы определить - пан Мануэль по ночам превращается в зомби и охотится на стайки юношей и девушек.
  - Мануэль? - Родригес проявил отчаянную храбрость - выглянул из-за плеча Анжелики.
  - Зловона дупа! А кто же ясще? Глаза жжет! Во рту - пустыня. Цо это было? - зомби щелкнул фонариком и по-полицейски посветил в лицо мне, затем направил луч света в тёмном царстве Сигуап на лицо Анжелики.
  Побелка на лице побелела сильнее самого белого, если подобное возможно.
  Во Вселенной правят абсолютно Чёрные дыры, значит, есть и Белые дыры.
  Белые кони для рыцарей рождаются в Белых Дырах!
  - Цо за чёрт! - голос Мануэля сорвался на визг.
  Фонарик упал и освещал мои кроссовки - чудесненькие кроссовочки, миленькие - сюсюсю!
  АХ! Да! Мануэль ужаснулся, когда в мертвенно бледном свете фонаря взглянул на белолицую синеволосую Сигуапу.
  Но он - рыбак, поэтому через тонну времени взял себя в руки.
  - Амбросио! Пещера! ОХ, пся крев, глаза выжигает! Добрый газ у тебя в баллончике, Елена! - пан Мануэль звонко и трубадурно высморкался. - Наскальная живопись!
  Родриго, хватит дурить головы девочкам! - Мануэль перехватил штурвал корабля.
  Теперь он - Звезда и генерал в нашей компании. - Признайся, что пещеру сделали под туристов, нарисовали ерунду на камнях.
  - Всё равно - интересно! - Гомес заступился за народное творчество.
  - Шли бы на пляж под фонарь, сыграли в волейбол! - пан Мануэль пристально посмотрел мне в глаза, пытался что-то сказать молчанием.
  Я - не дурочка из шкатулочки.
  Мануэль после экскурсии предлагал мне помочь ему в шахматах, завтра.
  Но, возможно, планы изменились, и игра начнется сегодня.
  Поэтому Мануэль спешил в отель за мной.
  А я - волчица среди красных флажков - бегу ему навстречу.
  - Волейбол? Сейчас? На пляже? - Гомес недоумевал, открыл свой научно-познавательный ротик.
  - Лучше, чем подставлять головы под мышиный помет! - Мануэль сразу оборвал наш интерес к пещере.
  Девочка в здравом уме не согласится, чтобы летучие мыши испражнялись на голову.
  - Команда местных парней против туристок девчонок! - Мануэль говорил политически убедительно.
  Отхлебнул из бутылки, опустил её во мрак, а затем протянул Родригесу.
  Я заметила, что сделал глоток из одной бутылки, а парню предложил другую - похожую, той же марки, но на прежней уголок этикетки оторван, а на этой - целый.
  Значит, я права - хитрый пан рыбак пьет чай из бутыли с этикеткой "Ром".
  Для друзей носит вторую бутылку - с ромом.
  Родриго приложился к бутылке - настоящий мужчина.
  На Украине Гоголь писал, что здоровье хлопца определяли по тому, сколько он выпьет горилки.
  Возможно, что метод проверки здоровья с помощью алкоголя универсален для всех стран и народов.
  Гомес в свою очередь сделал малюсенький глоточек, закашлялся.
  Анжелика участливо хлопнула ладошкой мальчика по круглой спине.
  У Гомеса от удара очки свалились в луч света фонарика.
  - Собралась теплая компания: Педро, старый Гонсалес, Эстебан, Доминга, Эртнесто, Лусия, - пан Мануэль заманивал мальчиков компанией.
  Он сделал ударение на "старый Гонсалес".
  Я узнала одно имя - Гонсалес, старый Гонсалес - тот, который видел Сигуапу, и с которым Мануэль должен сразиться за шахматной доской.
  - Лусия? Лусия пришла? - голос Родриго дрогнул струной на ветру.
  Мальчик посмотрел на Гомеса. Гомес натянул очки, и после слова "Лусия" они мигом запотели, словно в баню сходили.
  Лусия, наверняка, легенда Варадеро.
  И ради неё парни откажутся от путешествия в пещеру Амбросио с двумя тощими никудышными Московскими школьницами.
  - А то нет! - пан Мануэль ответил по-русски. - Мы сделаем ставки: кто на вас, кто на, - пренебрежительный кивок в нашу сторону, - на девочек.
  После игры устроим карнавал!
  Что-по подсказывало мне, что пан Мануэль из интернета узнал не только о моих шахматных достижениях, но и выкопал информацию о районных волейбольных соревнованиях.
  Мы с Анжеликой засветились, волейбольные фаворитки - самые результативные.
  Полагаю, что Мануэль сделает ставку за нас.
  Идея унизить девочек очень понравилась мальчикам.
  У Гомеса даже щечки свеколками покраснели (или пофиолетовали?).
  Взыграют, покрасуются перед Лусией, и еще денег заработают на своей победе... мечтайте.
  Один раз Родриго уже "заработал" в игре в шахматы со мной.
  Мы вышли в круг огня.
  Кто-то включил фары машин и мотоциклов.
  Неужели, пан Мануэль заранее знал, что встретит меня, и предупредил мучачос об игре в волейбол?
  Стратег, тактик! Наполеон из гроба ему шлет свои поздравления.
  Нас подбадривали, обнимали, пожимали руки!
  Милые, сердечные, веселые люди!
  Мне приятно, когда вокруг смех, радость, и не поддельный смех и не нарисованная радость, а - искренние.
  - Я делаю ставку на прекрасных сеньорит! - Мануэль поднял руку, нарочно покачнулся, как пьяный на корабле. - Сто кук! Да, сто кук не пожалею! - хитрющий пан Мануэль при следующей качке, оказался рядом со мной и шепнул: - У лодки, видишь? Гонсалес!
  Он играет черными!
  Я начну испанскую партию.
  Как только сдвину сомбреро - подбегай, смотри.
  Поднимешь левую ногу - значит, я должен сходить конём
  Правую - слоном. Откинешь голову назад - королём.
  Кивнешь вперед - ферзём.
  Левая рука - ладья. А остальное я сам додумаю, не из крокодильего яйца вылупился. - Мануэль сдвинул сомбреро на лоб и нетвердой походкой двинулся на удивительный шахматный тур.
  Я подумала, что нехорошо поступаю со старым Гонсалесом.
  С другой стороны - он смеялся над поверженным проигравшим соперником, а я ненавижу, когда проиграю, а надо мной смеются!
  Понимаю чувства продувшего пана Мануэля.
  Анжелика условной улыбкой просигналила мне вопрос:
  "Заговор? Вы что-то задумали?"
  Я в ответ по-Барбиевски улыбнулась и кивнула очаровательной Луной головы:
  - Мы выиграем... и не только в волейбол! - я шепнула и подхватила мяч - китайскую подделку, но неплохая подделка.
  Я увидела, что Гомес и Родригеос вручили несколько мятых бумажек толстому весельчаку с драконьими усами.
  - Наши противники поставили на себя, а мы поставим на нас! - Анжелика беззаботно выкрикнула, извлекла из шортиков сто долларов! ОГО! Её сокровище!
  Направилась к букмекеру (слово спортивное я вспомнила! умничка: не только красавица, но и гениальша!).
  По дороге Анжелика запуталась в своих длинных березовых идеальных ногах и упала.
  Поднялась - губки сердечком, глазки - блюдца - наивная куколка Барби.
  После падения Анжелики, полагаю, что против нас поставили даже сомневающиеся.
  Одновременно начались: Карнавал, тур в шахматы и первая игра в пляжный волейбол.
  Мы с Анжеликой больше не дурачились, и решили закруглить игру в рекордно короткий океанический срок.
  Для победы нужно выиграть две партии - по двадцать одному очку.
  Первую партию мы с Анжеликой закончили со счетом двадцать один - ноль.
  Мир вокруг замерз.
  Мануэль пока не подавал мне условный сигнал, чтобы я пришла на помощь.
  Вторую партию мы тоже выиграли (заодно и деньги!), но Анжелика допустила досадную ошибку и счет - двадцать один - один.
  - Чай? Кофе? Не потанцуем! - я задорно выкрикнула Родригесу.
  Проигравшие раздумывали - утопить нас, или возвеличить, но - добрые, теплые люди разразились аплодисментами - хотя проиграли свои ставки.
  Нас обнимали, поздравляли, даже подбросили пару раз в воздух (не уронили!).
  Родригеос и Гомес чуть не плакали - сначала от досады и позора, потому что проиграли девочкам, потом - от всеобщего нахлынувшего счастья.
  Старый Гонсалес встал из-за шахматной доски, обнял нас, подарил частичку своего пота.
  Он направился к морю, наклонился, ополоснул распаренное лицо.
  Я решилась - ни за деньги, ни за славу пана Мануэля - не обижу старого, пусть и злого, рыбака.
  Подошла к океану, не знала, с чего начать признания - ведь предам пана Мануэля - тоже отвратительно.
  - Сигуапа! Я видел Сигуапу! - Гонсалес повернул ко мне голову, но, смотрел сквозь меня. - Она вчера сидела на камне - красивая, убийственно страшная!
  ИЫЫЫХ! Наверно, мне померещилось! Сказка!
  Перепил "Гавана клаб". Сигуап не существует! - Гонсалес снова склонился над набежавшей волной.
  И по Лунной дорожке, по воде к нам вышла обнаженаня женщина с синей кожей.
  Синие волосы элегантным дорогим платьем ниспадали на её тело.
  Ступни выворочены назад.
  Синеволосая легенда улыбнулась мне, как давней приятельнице - еще бы - сегодня вместе плавали в океане.
  Я открыла рот, а старый Гонсалес икнул по-боцмански.
  В глазах его разгоралось красное пламя восторга.
  Сигуапа подала руку Гонсалесу, и он поспешно вложил лопату ладони в ручку девушки.
  И не страшная она, а - загадочная.
  Они уходили в океан - вечно живущая и умирающий.
  Глаза мои набухли, веки закрывались от нахлынувшей золотой тяжести.
  - Сигуапа не похищает мужчин. Они сами с ней уходят! - я обернулась к подошедшим Анжелике и пану Мануэлю: - Жела! Смой немедленно известку с мордашки и синюю краску с волос.
  На сегодня одной Сигуапы достаточно.
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"