Зимин Д., Зимина Т.: другие произведения.

Тригинта. Меч Токугавы. гл 11-16

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
 Ваша оценка:

  ГЛАВА 11
  
  
  
  НАОМИ
  
  
  
  
  
      Петербург.
  
  
  
      Оставив крузер Коляна на людной заправке, мы пешком добрались до станции электрички. Затем метро, автобус, снова метро, маршрутка, такси, несколько пеших переходов, и наконец мы в центре, у ворот новой высотки.
  
  - Ты здесь живешь? - задрав голову, я оглядывала здание. - А не боишься, что твою берлогу уже вычислили?
  
  Тристан только фыркнул и повел меня внутрь.
  
      
  
      Поднялись на грузовом лифте из гаража, прямо в просторный холл квартиры. Я с интересом огляделась. Черный ковер на паркете из светлого ясеня, черные же, непонятные панели на стенах цвета яичной скорлупы - язык не поворачивается назвать их картинами... Если это и есть прославленное сидхейское искусство, то я молчу.
  
  - Проходи, будь как дома! - Тристан гостеприимно махнул рукой.
  
  - Ты один живешь?
  
  Так, на всякий случай. А то выйдет из кухни сидхейская мадам... Но жильем не пахло. Воздух такой, какой бывает в пустых домах.
  
  - Теперь с тобой. - поймал мой взгляд и подмигнул. - Да ладно, ничего твоей девичьей чести не угрожает.
  
  - Вот еще: всяких волчат бояться... - и тут я вспомнила, что нахожусь в гостях. - Извини. Ты сам меня провоцируешь.
  
  - Ну, так же веселее, правда?
  
  Глянул из-под длинной челки, ухмыльнулся и двинулся вглубь квартиры. Я покорно поплелась следом. Кроссовки, кое-где расползшиеся, с оборванными шнурками, сиротливо притулились у входной двери, как брошенные щенята.
  
  - Твоя спальня. - он распахнул дверь в светлую, просторную комнату. - Ванная здесь же. Дальше - моя половина. Спальня, гостиная, кабинет и так далее... Без приглашения не входить. Шучу. Налево - кухня, столовая, направо - библиотека, зимний сад...
  
  
  
      Вспомнился наш домик. Тот самый, в котором я выросла у дедушки с бабушкой. Три комнатки, удобства на улице. Летняя кухня, огород, виноградник, беседка.
  
   Дедушка в сером саржевом кимоно сидит за низким столиком. Перед ним - тонкая рисовая бумага. Одним росчерком беличьей кисточки, едва касаясь листа, он пишет моё имя. Два иероглифа: "прежде всего, красота..."
  
  
  
  - Эй, ты чего зависла?
  
  Я моргнула, отвела взгляд от панорамы за широким, во всю стену, окном.
  
  - Нерпивычно. Я выросла в предгорьях: степь, затем яблоневые сады на холмах, за ними - заснеженные вершины... Здесь не так.
  
  - Домой хочешь?
  
  Я дернула плечом. Какая разница, чего я хочу?
  
  - Пойду в ванну. Слушай... - я замялась. - У меня из одежды - только то, что на себе. У тебя стиралка есть?
  
  Штаны пропитались кровью, куртка - грязью, на майку вообще лучше не смотреть.
  
  - Твои обноски реабилитации не подлежат. Выброси всё. Я тебе что-нибудь подыщу.
  
  - Ух ты! На довольствие, стало быть, определяешь? А паек? - он не поддался. Только голову опустил и, по-моему, посчитал до десяти. 
  
  - Иди уже, замарашка.
  
  - На себя посмотри.
  
  
  
      ...Не отказала себе в удовольствии понежиться в ванне. С пеной,  лосьоном, пахнущим сиренью, и морской солью. Погрузившись в горячую воду по самую шею, поняла, насколько чудесно это забытое ощущение.
  
      В стае мылись, как придется: в речке, на колонке, из-под шланга... Зиму проводили на море - в тепле, но без комфорта. Точнее, это мне было неуютно спать на земле, есть из походной миски и мыться холодной водой. Марико, помниться, ради меня даже перешла на горячее питание: по вечерам мы разводили костер, что-нибудь варили в котелке или жарили на вертеле... В зависимости от добычи. У оборотней почти никогда не бывало денег, всё нужное доставалось охотой, обменом или шабашкой по случаю.
  
      Я год не спала в постели, на простынях. И не принимала горячую ванну. Закрыв глаза, лежа в ароматной пене, чувствовала, как уходит усталость, мышцы расслабляются, а кожа наполняется влагой. Да, к хорошему привыкаешь быстро. Правильно сказал Тристан: замарашка. Золушки из меня не выйдет, разве что какая-нибудь сиротка - Марыся.
  
      На кровати ждала шелковая пижама. Черная. Мой новый друг, я смотрю, не отличается фантазией в выборе цветов.
  
  
  
      ...Штаны пришлось затянуть поясом, чтобы не спадали, а куртка  сделана, как кимоно. Дедушка носил кимоно, саржевые или бумазейные - летом, простеганные сашико - зимой. Никодим носил халат пао или рубашку ханьфу... А вот Яррист предпочитал белоснежные сорочки из сидхейского хлопка - того, который чуть царапает кончики пальцев. И костюмы вампирских брэндов: Манчини, Борджа или Сфорца. Это когда вылезал из своего любимого камуфляжа.
  
      Сашка, да и другие оборотни в стае, довольствовались кожаными косухами и джинсами, а меня Марико научила носить короткие замшевые юбочки с бахромой и ковбойские сапожки... Она же заставила отрастить волосы, которые Никодим стриг мне сам, портновскими ножницами, "под мальчика".
  
      Надеть кимоно было всё равно, что заглянуть домой. Всего на минутку: заглянуть в комнаты, почувствовать родной запах... 
  
      На глаза навернулись слезы. В сто пятьдесят четвертый раз представила, как бы сложилась моя жизнь, не погибни дедушка с бабушкой. 
  
      Я могла бы стать художницей. Друг дедушки, дядя Улукбек, говорил, что у меня прирожденный талант к технике сумиё-э. Никодим тоже говорил, что у меня талант. Но не к рисованию. 
  
      Если бы я могла изменить судьбу! Завести нормального парня, уютный дом... Но будем смотреть правде в глаза: я - киллер. Я не должна быть ни с кем. Потому что... Потому что, стоит мне расслабиться, почувствовать вкус к жизни, как случается что-нибудь плохое и всё рушится.
  
      Так было, когда я потеряла стариков. Так было, когда я наконец простила Никодима и поняла, что отныне моя семья - это он; Так было, когда я вообразила, что Яррист любит меня. Так было, когда я поверила, что смогу быть счастлива в стае оборотней...
  
  
  
  - Эй, ты что, спишь? Зову, зову, а она и ухом не ведет. - я незаметно вытерла слезы. - А чего глаза на мокром месте?
  
  - Мыло попало.
  
  - Ага, конечно... - он скептически сморщил нос. - Ладно, не дрейфь. Я поесть приготовил, а потом... - он внезапно отвернулся.
  
  - Что?
  
  - Суп с котом.
  
  Никак я не могу понять этого сидхе. То он милый, почти что друг, а то... Вот, как сейчас. Я расклеилась, а он, вместо того, чтобы утешить, надулся, как жаб.
  
  
  
      Пока я плескалась в ванне, Тристан приготовил пасту с шампиньонами. Интересно, а где он продукты взял? Или у него вечный запас в морозилке? Ладно, на халяву, как говорится... А вообще недурно. Готовить он умеет.
  
  - А почему сам не ешь?
  
  - Сыт. 
  
  - И когда успел?
  
  - Не твоя забота.
  
  Я отложила вилку. В конце концов, что я такого сделала?
  
  - Послушай, я могу уйти прямо сейчас, если ты передумал. Просто скажи.
  
  Он невесело усмехнулся.
  
   - Так и пойдешь, в моей пижаме?
  
  Я дернула плечом и усмехнулась.
  
  - Как-то я оказалась на Майорке. Без денег, паспорта и с огромным счетом в ресторане: Яррист привез отмечать мой день рождения. Он был мистер Романтик: цветы, шампанское, оркестр в мою честь... А потом извинился, и отошел в сортир. Всё.
  
  Зачем я это рассказываю? Сама не знаю.
  
  - И как ты выкрутилась? - Похоже, Тристан приходит в себя.
  
  - По всякому. Тебе будет неинтересно.
  
  - Ладно, не обижайся. Я не на тебя злюсь.
  
  - А на кого?
  
  Он вздохнул.
  
  - Бэлль Морт. Я наконец-то вспомнил, где тебя видел. Портрет в галерее Тэйт... Отмытая, ты очень похожа на... саму себя. 
  
      Я нарисовала автопортрет лет в шестнадцать, под руководством дяди Улукбека. Он его очень хвалил, а потом, никого не спросив, отослал на какой-то престижный конкурс. В конце концов портрет попал в Лондон и неожиданно прославился.
  
      Я была изображена в рыцарских доспехах. Под определенным углом лицо, под низко надвинутым шлемом с пышным плюмажем, превращалось в череп.
  
      Бэлль Морт, Красавица-Смерть. Так окрестили портрет с легкой руки какого-то журналиста...
  
      Мне понравилось, что греха таить, и я взяла этот псевдоним, когда стала охотницей на вампиров. 
  
  - Накрылась медным тазиком наша идея пристроить тебя в полк. Если я тебя узнал - и другие найдутся.
  
  Мне аргумент Тристана показался слабоватым - мало ли, какой там портрет? Но спорить я не стала. Ему виднее.
  
  
  
  ГЛАВА 12
  
  
  
  ЯРРИСТ БАРБАРОССА
  
  
  
  
  
      Замок Маннергейм, Австрия.
  
  
  
  - Но ведь это вы сделали её убийцей!
  
  - Вы говорите совсем как ди Кампанелла, прекрасная Лилит.
  
  Всё чаще я жалел, что делю ложе с этой... стервой в каменном обличье. Казалось, Голем считает меня своей собственностью: как властная жена - мужа подкаблучника.
  
  - Докажите, что мы с Гроссмейстером не правы.
  
  Я невольно поморщился.
  
  - Наоми воспитывалась в тепличных условиях. Дед, самурай до мозга костей, растил её так, как растили детей высшей аристократии в Японии: рисование, лирика, кэндо, беседы о Буси, танцы с боевым веером... Никого так не воспитывают вот уже сто с лишним лет!
  
  - Но ведь вы и сами приверженец старых традиций, дорогой Яррист.
  
  - Всему есть предел! У нее не было друзей - сверстников, только несколько  учителей, которых отбирал сам барон. А потом, когда его не стало и воспитанием занялся Никодим...
  
      Почему я всё время чувствую себя так, будто оправдываюсь?  И вправду, как муж, не угодивший благоверной. Война... Как много в этом звуке. Хочу на войну. Подальше от этого проницательного взгляда и язвительного языка.
  
  
  
      ...Никодим в каком-то смысле продолжил традицию Ямады. Наоми не училась в школе, не общалась с другими детьми - словом, не получила навыков социальных, как сейчас модно говорить, взаимодействий. А в шестнадцать, на целых два года, девочку отправили в Иокогаму, в школу гейш. 
  
      Обучение искусству ниндзя требует наивысшего напряжения сил, как вы понимаете, времени ни на что другое не остается. Словом, к восемнадцати, когда она попала ко мне, Наоми, как говориться, совершенно "не нюхала жизни". Большой мир она представляла по рассказам Никодима, немногим телевизионным программам и учебникам. Плюс ко всему: голова забита Бусидо, Гири и чайной церемонией.
  
  
  
  - И вы решили продемонстрировать ей эту самую жизнь.
  
  - Она должна быть готова, иначе ничего не получится! Вы же понимаете, Лилит: Ш"хине придется действовать в реальном, лишенном условностей мире. Если она не будет его понимать...
  
  - И, конечно, было обязательно начинать с убийств.
  
  
  
      Я вышел на балкон, встал так, чтобы Голем меня не видела и несколько раз врезал кулаком по колонне, поддерживающей портик. Подождал, пока срастутся кости, а затем вернулся в спальню. 
  
  
  
  - Она выполняла штатные обязанности Рыцаря первой ступени. - я старался говорить так же бесстрастно, как на ассамблее, к примеру, ООН. Но там, честно говоря, было не в пример легче. - Отлов взбесившихся вампиров, уничтожение умертвий - Печати, как вы знаете, иногда эманируют слишком сильно и те, кому не посчастливилось оказаться поблизости, меняются необратимо. Общество нуждается в защите от этих тварей, иногда, к сожалению, имеющих человеческое обличье.
  
  - Но она - всего лишь ребенок!
  
  - Мне было тринадцать, когда я убил своего первого Носителя, Безумного Аль-Хазреда, забрав у него Печать Четвертого Благополучия.
  
  - Вам помогла ваша мать, Зарина.
  
  - Это правда. Моя благословенная мать послала восточный ветер. Под покровом бури я проник в крепость Ексерогорго незамеченным... 
  
  - Вы хотите сказать: Наоми, чтобы стать Ш'хиной, должна преодолеть ряд испытаний? - я поморщился.
  
  - Не всё так банально, прекрасная Лилит. Вы же знаете: были и другие Ш'хины. Ни одна из инициированных не дожила до совершеннолетия: Рок преследовал их по пятам, несмотря на все наши усилия сохранить девушкам жизнь. В случае с Наоми Никодим решил нарушить все правила. Он задумал сделать оружием саму Ш'хину.
  
  - По-сути, превратив её в живой артефакт.
  
  - Д-да. Наверное. Не знаю.
  
  Я застыл, как громом пораженный. Новая идея распахивала в сознании всё новые и новые, казалось бы, наглухо закрытые, двери...
  
  Превратить живого человека в оружие. Точнее, в орудие. Орудие воли. Так же, как мастер выковывает новый клинок, придавая ему определенные качества: гибкость, остроту, закалку... Так же поступить и с человеком. Вложить только то, что нужно, остальное отбросив за ненадобностью.
  
      Ш'хина должна выжить, любой ценой - считал Никодим. И я ему в этом помог: закалил её волю, ожесточил душу, натренировал тело... Я могу гордиться своей работой: Наоми стала божественным воином. Скорость её рефлексов превосходит всё, виденное мною раньше - у людей, разумеется. Она в одиночку справилась с Носферрату!
  
      Но... что твориться в её душе? Интересно, мой отец задумывался хоть иногда: что твориться у девочки в душе? А я? Конечно, задумывался. Но считал это несущественным - на данном этапе. Главное, сохранить ей жизнь.
  
      Неужели мы с Никодимом вновь просчитались? Слишком сосредоточившись на том, чтобы сохранить ей жизнь, упустили главное. То, что и должно сделать её Ш'хиной!  
  
  - Как можно сохранить жизнь ребенку, бросая его в водоворот сражений? - оказывается, я говорил вслух, и Лилит всё слышала.
  
  Я вздохнул: она - Голем. Она просто не понимает. Каменная баба, созданная Творцом из Первичного хаоса и глины.
  
  - Суть не в том, драгоценная, чтобы запереть её в самой высокой и неприступной башне. Так мы тоже делали, и это не работает. Суть в том, чтобы... даже оставшись в полном одиночестве, без всякой поддержки, она могла бы выжить. Несмотря ни на что.
  
  - Но ведь есть другая крайность. - напомнила Лилит. - Ахамот.
  
  - Она никогда не станет Ахамот! - рявкнул я.
  
  - Наоми чуть не убила вас самого, дорогой друг.
  
  - Вот именно! Она смогла удержаться. Преодолеть этот зов! Ей это не грозит.
  
  - Кто знает, какие испытания её ждут. Стать чудовищем внутри, не меняясь снаружи - не об этом ли мы говорили недавно?
  
  - Я верю. - я сказал так убежденно, как мог. Главное, напоминать себе об этом почаще.
  
  
  
  
  ГЛАВА 13
  
  
  
  НАОМИ
  
  
  
  
  
      Петербург
  
  
  
      Выйдя их душа следующим утром, обнаружила обновку, красиво разложенную на кровати. Не удержалась и погладила ткань: шелк цумуги ручной выделки. Такой гладкий, что хочется зарыться в ткань лицом... По лазурному фону - водяные лилии и стрекозы.  И такую роскошь воплотили всего лишь в домашнем кимоно. 
  
  - Солнце, солнце, распахни оконца! - Тристан влетел в спальню без предупреждения, веселый, как жаворонок. Я напряглась, покрепче вцепившись в полотенце. Надо было догадаться, что он не будет соблюдать церемоний. - Вот он я, твое солнце! Как подарок? Понравился?
  
  У меня защемило сердце. Ну почему он такой милый? Это ведь не правильно, я этого не заслужила. Собравшись с силами, я сказала холодно:
  
  - Рисунок не тот.
  
  - Чего? - у Тристана вытянулось лицо.
  
  - Нужен цветочный мотив, только предвещающий лето.
  
  - Какая разница, Фоморы тебя побери?
  
  - Дарить летнее кимоно весной - жуткая безвкусица.
  
  - Ладно, считай, что справилась. - пришла моя очередь обескураженно пучиться. - Ты как-то упоминала, что провела несколько лет в Японии, и у меня возникла одна идейка. Походу, всё получится.
  
  - Поясни...
  
  - Анклав Эдо - самый удаленный и изолированный, оттуда мало кто приезжает. Хочу выдать тебя за княжну. Если будешь выглядеть, как японская аристократочка, никто и не вспомнит о Бэлль Морт. Окончила, мол, школу и родители отправили в Европу, на мир посмотреть, себя показать... 
  
  - Ну конечно. Надо же как-то девушек из хороших семей замуж выдавать. - буркнула я сердито. Идея стать аристократкой что-то не очень нравилась. Другое дело - полк Фиан.
  
  - Замуж, чтоб ты знала, можно только по генетической карте. С этим жестко.
  
  - То есть, никаких тебе "по любви" и "сердцу не прикажешь"?
  
  - Да почему? Люби, сколько влезет! Но потомство - только по расчету. Чтобы исключить "дикие гены". Ладно, не об этом сейчас. Во избежание недоразумений: ты говоришь по-японски? 
  
  - Домо оригато гоцзаимасьта. - я сложила руки перед грудью и поклонилась. - Тристан уважительно кивнул. 
  
  - Ты где училась? 
  
  - В школе гейш в Иокогаме, затем в Камакура.
  
  - О как! А я-то предполагал какой-нибудь Шаолинь.
  
  - Шао-Линь в Китае. И туда берут мальчиков. Для девочек - школа гейш. Игра на сямисене, чайная церемония и танцы с веером. - Тристан смотрел с недоверием.  Я рассмеялась.
  
  - Что смешного-то?
  
  - Да так... вспомнила нашего мастера Иай-до. У нее был такой писклявый голосок... "Буредокаракетзики-о-ферихару-у"... - я изобразила, как это звучит. Тристан усмехнулся. 
  
  - Это тебе кажется смешным?
  
  - Иногда, чтобы подчеркнуть доброе ко мне отношение, она говорила по русски: - Стряхните с кринки кровь... Очень смешно.
  
  Тристан потряс головой и отмахнулся. 
  
  - Надевай кимоно. Заодно попрактикуешься. - скомандовал он.
  
  - Зачем?
  
  - Сегодня в Эрмитаже открытие выставки современного искусства сидхе Эрина. Там будут все на свете - отличная возможность представить тебя широкой публике, так что ты уж постарайся. Представлю тебя, как свою новую девушку.
  
  - И в чем прикол?
  
  - Потом узнаешь. Но это - идеальное прикрытие, уж поверь.
  
  - Ладно. - мне и самой хотелось куда-нибудь выбраться. Нарядиться, посмотреть на нормальных людей, которые не убивают друг друга каждые пять минут. - Но кимоно нужно другое. Тем более у этого - домашние рукава. Слишком короткие. 
  
  - Да понял я, понял... Там, в прихожей несколько пакетов, тащи сюда.
  
  - Сам тащи, а мне причесаться надо. Прямо не знаю, что с этим делать... Может, подстричь? - я стала осторожно драть волосы, после мытья похожие на клубок мокрых водорослей.
  
  За последний год волосы сильно отросли, я к таким не привыкла.
  
  - Дай сюда! - он дернул меня за руку, я отскочила, чуть не оставшись без полотенца.
  
  - Чего?
  
  - Отдай расческу. И присядь. - он требовательно протянул руку. Я осторожно села на краешек кровати, Тристан пристроился у меня за спиной. - Вот так... От кончиков, медленно и аккуратно...
  
      Его дыхание щекотало шею, руки ловко разбирали длинные пряди. Я вновь пожалела о том, что одета только в полотенце. Хоть бы вчерашнюю пижаму напялила... По животу начал растекаться жар, в голове зашумело. Ну почему этот лукавый сидхе так на меня действует?
  
  - Где ты научился обращаться с женскими волосами? Парикмахером работал? - он не обиделся.
  
  - Моя мамочка обожала, когда её расчесывали. Правда, у братца получалось не в пример лучше...
  
  Впервые он что-то рассказал о себе. 
  
  - А кто еще у тебя есть? Сестры? Невеста? Может, жена и дети? - то, что он молодо выглядит, еще ничего не значит. Тристану вполне может быть лет пятьдесят.
  
  - Только отец.
  
  - Чем занимается?
  
  - На государственной должности. Он, как бы это сказать, функционер.
  
  Тристан коленом наступил на полотенце, оно поползло вниз. Я судорожно вцепилась в  край и вскочила.
  
  - Хватит! Спасибо, дальше я сама. Феном вот подсушу...
  
  - Чего ты боишься? - он подошел вплотную. Так, что я ощутила жар его тела.
  
  - Я не боюсь. Просто...
  
  Сидхе провел кончиками пальцев по моей спине и, стремительно наклонившись, легонько поцеловал в шею, под ухом. Стало невыносимо жарко, захотелось отбросить полотенце...
  
  Вывернувшись из его рук, я сбежала в ванную. Не сейчас. Не с ним. Это слишком больно. Быть с кем-то, а потом всё потерять... Снова.
  
  
  
      Надев пижаму, я выглянула из ванной, надеясь, что Тристан ушел. Но он ждал,  глядя в окно. 
  
  - Вот... - вытащив из кармана коробочку, протянул её мне. - Это к кимоно.
  
  Набор заколок для волос: нефритовые бабочки на длинных стальных иглах.
  
  - Как красиво... - я улыбнулась. 
  
  У моей бабушки была серебряная заколка, борабори. Иногда, чтобы порадовать деда, она надевала кимоно и делала прическу. Только  кимоно было очень простое, с набивным рисунком, а заколка всего одна. Мы вообще жили небогато...
  
      Заколку дедушка подарил, на свадьбу. Такие украшения дарят женихи невестам. Тристан, наверное, об этом не знает.
  
  - Прости. Такие заколки тоже не годятся.
  
  - Да что с тобой такое? Белены объелась? Тихо свистишь, низко летаешь...
  
  - Дорогие кандзаси носят только замужние дамы! - я чуть повысила голос. - Девушкам положены цветы и ленты, но ни в коем случае не глицинии. Те только для майко. - Тристан закатил глаза.
  
  - С ума меня сведешь.
  
   Я притворно-равнодушно пожала плечами.
  
  - Сам хотел правдоподобия. 
  
  После того, как я довольствовалась одной сменой одежды круглый год, все эти  хэйянские церемонии казались ненастоящими. Игра в театр.
  
  
  
  - Одевайся! - пока я пряталась в ванной, пытаясь совладать с чувствами, Тристан принес другое кимоно, упакованное в  рисовую бумагу. - Это, надеюсь, подойдет?
  
      Я развернула похрустывающий сверток: пионы и бабочки. Фон - увядшая роза, густо-кофейный по подолу и прозрачно-розовый, как заря, к плечам. Оби, как и положено, черный. 
  
      Нижнее, батистовое кимоно - белоснежное, как вершина Фудзи зимой, узор - тоже бабочки, вышитые белым по белому.
  
  Восхищенно присвистнув, я посмотрела на Тристана.
  
  - Да вы меня балуете, господин сидхе. Это поистине королевский наряд.
  
  - Для княжны из Эдо - в самый раз. Одевайся же!
  
  Он чмокнул меня в щеку и убежал.
  
  
  
      А я села на кровать, ткнулась лицом в колени и разревелась. Никак не могла успокоиться. Ну какая из меня княжна? Тоже мне, принцесса сидхе!
  
      Подойдя к окну, я прижалась лбом к стеклу и стала смотреть на город. Машины, люди, мосты... Там живут те, кому не надо задумываться: будут ли они живы, например, завтра? Для кого Носферрату - не больше, чем ночная страшилка, а Орден - всего лишь красивая форма и помпезные парады по телевизору.
  
      Вот если б... Если б я могла сбежать ото всех? Познакомиться с обычным парнем, каким-нибудь инженером. А еще лучше - писателем или художником. Гулять, ходить в кино, сидеть в кафешках - просто так, убивая время в компании друзей.
  
      Забыть, как страшный сон, вампиров, оборотней, Рыцарей... Просто жить.
  
  
  
  
  ГЛАВА 14
  
  
  
  НАОМИ
  
  
  
  
  
      Петербург
  
  
  
      Успокоивишись, начала вспоминать, чему меня учили в школе гейш. Одной из самый важных дисциплин и являлось преображение... Старуха, девочка, нищий, подавальщик, торговец - в официальных преображениях я была первой на курсе. Изобразить принцессу сидхе, я думаю, не составит труда. Главное здесь что? кукольное личико и надменный вид.
  
      Прическа бункин симада, традиционная для дочек аристократов. Макияж почти отсутствует, только тонко подведенные брови и чуть подкрашенные губы. Остальное - игра мимики.
  
   Теперь кимоно. Я усмехнулась. В Японии говорят: девушка, не умеющая завязать оби, ничего не умеет. 
  
      Гэта надевать не буду, без практики обязательно споткнусь. Возьму чудесные ботиночки с высокой шнуровкой и стальными набойками, что оказались в одной из коробок, принесенных Тристаном. Лучше не придумать! Под длинным кимоно никто и не заметит.
  
      Внимательно оглядела себя в зеркале: губы сложены в "кукольную" улыбку, тяжелый узел волос на затылке выглядит как надо, кимоно запахнуто до самого горла, зато сзади воротник опускается почти до середины лопаток, трогательно оголяя шею. Видел бы меня дедушка! 
  
      Пришлось сделать несколько быстрых вздохов, чтобы слезы и не испортили макияж. Ладно. Надеюсь, Мацухико-сан не пришлось бы за меня краснеть.
  
      А теперь... Голову чуть на бок, чтобы кандзаси в прическе мелодично позванивали, кисти рук спрятать в рукавах, и не забывать семенить, будто на ногах - гэта на высоких платформах.
  
  
  
      Когда я вошла в гостиную, Тристан вскочил с дивана и замер. Разглядывал меня добрую минуту, затем у него вырвалось:
  
  - Всё-таки ты очень похожа на мать!
  
  Я моргнула.
  
  - Что ты можешь знать о моей матери? - в горле откуда-то взялся песок. 
  
  - Значит, тебе так и не сказали.
  
  - Что? - пальцы дрожат, и я изо всех сил сжимаю кулаки.
  
  - Твоя мать - сидхе. Сейчас она живет в Анклаве Кюсю, в Кагосиме... Прости, если ты не знала. 
  
  Ноги слабеют, и я, пошатнувшись, сажусь на край дивана.
  
  - Извини, что вывалил вот так. - он похлопал меня по плечу. - А теперь пойдем, нам пора. Хотел еще угостить тебя чашечкой кофе, но ты слишком долго одевалась.
  
  - Подожди! - я вскочила. - Ты только что перевернул с ног на голову весь мой мир, а теперь заявляешь, что нам пора? Ничего не объяснив? Ты...
  
  - Ну, успокойся. - В один миг Тристан оказался рядом и осторожно меня обнял. - Перестань вырываться, кимоно помнешь. Не плачь, моя девочка, всё это пыль... - он прикоснулся кончиками пальцев к моей мокрой щеке. - Нимэйн очень тебя любит, поверь. У нее есть все твои фотографии. 
  
  - Мою мать зовут Нимэйн? - как сделать так, чтобы не дрожали губы?
  
  - Похоже на Наоми, правда? 
  
  - А отец? Мне сказали, они с мамой уехали. Бросили меня, когда я была совсем маленькой.
  
  - О твоем отце я ничего не знаю. Только то, что он умер. После его смерти Нимэйн вернулась домой...
  
  
  
      Моя мать жива, она - сидхе, а отец мертв... Так и с ума недолго сойти. Увижу Никодима - всю душу вытрясу. Почему меня держали в неведении, как последнюю дурочку? Что я им такого сделала?
  
  
  
  - Ты же говорил, что сидхе могут иметь детей только по какой-то там вашей программе, а мой отец точно был человеком. 
  
  - Любовь твоих родителей достойна отдельной поэмы. Им никто не мог противостоять.
  
  
  
      Ладно. Всё это требует тщательного осмысления, а сейчас некогда. Вернемся, устрою допрос этому лукавому сидхе. Клещами буду тянуть. Но была еще одна мысль...
  
  - Портрет тут ни при чем, да?
  
  Тристан обернулся от двери.
  
  - Что? Какой портрет?
  
  - Бэлль Морт. Ты понял, что в корпусе Фиан узнают дочку Нимэйн. И почему это должно прокатить в качестве твоей девушки? Если я так похожа на мать, нельзя же...
  
  - Я же сказал: всё объясню потом. - почти грубо оборвал Тристан. - Пошли! Опаздываем уже.
  
  
  
      В Эрмитаже нас принимали, как каких-то королевских особ. Подходили, негромко и почтительно говорили с Тристаном, мне - кланялись и подносили маленькие подарки. 
  
      Все эти хэйянские церемонии были в новинку. Если подумать, я вообще впервые попала на такую тусовку... Яррист по выставкам да театрам не ходил, да и никодима представить на светском рауте, при всем желании, не получалось.
  
      Я решила пройтись по залам: увидеть подлинники работ, знакомых только по альбомам, было здорово. Но в то же время было интересно смотреть и на гостей. Люди - поодиночке, группами и парами, целый выводок сидхе, разодетых, как стайка пестрых попугаев: тут и цепи с кусочками меха и шелка, и брутальная черная кожа с заклепками, а  прически я только в модных журналах и видела. Зря боялась, что в традиционном японском наряде буду бросаться в глаза... 
  
      Нибелунги высились над пестрой толпой, как гранитные памятники на кладбище. В одинаковых, тускло-серых, отдающих металлом костюмах, разумеется, при оружии. На шеях поблескивают платиновые цепочки, манжеты рубашек застегнуты бриллиантовыми запонками. Бороды заплетены в косички.
  
      
  
      Наконец объявили об открытии перформанса, и все повалили в главный зал. 
  
      Сначала было непонятно, что там происходит. Зрители выстроились вдоль стен, а на большом постаменте в центре расположились несколько девушек и парней - сидхе. Издалека казалось, что на их совершенных телах - обтягивающие трико, но Тристан объяснил, что это голографическая нано-краска. 
  
      Сидхе были раскрашены с ног до головы, включая лица, и представляли собой живые картины. Публике полагалось ходить вокруг и смотреть на фигуры.
  
      Через некоторое время заиграла музыка, а сидхе, выстроившись в ряд и обняв друг дружку за талии, составили единое полотно. Поменялись местами - другое, затем третье... Их движения завораживали, как калейдоскоп. С каждым поворотом - новый узор. Публика рукоплескала.
  
  - Картины, составленные из живых тел, символизируют быстротечность и мимолетность бытия, зыбкость мироздания, где всё подвержено изменению, распаду и, в конце концов, смерти... - голосом гида вещал на ухо Тристан.
  
  
  
      ...Последнее полотно рассыпалось, краска на телах потускнела, затем исчезла совсем, будто впитавшись в кожу, и публике явились прекрасные нагие тела в первозданной красоте. Но вдруг... Модели начали корчиться, кожа с них начала слезать, растворяться, будто под струями кислоты. Обнажились мышцы, затем исчезли, слой за слоем, и на подиуме в живописных изломанных позах застыли чистые, будто выбеленные солнцем, скелеты. Гости онемели от изумления, но через мгновенье пришли в себя и разразились овациями.
  
  
  
      Прием, устроенный после перформанса, тоже оказался вполне ничего. Все смеялись, болтали, ели крошечные бутерброды с икрой, пили шампанское... Тристан вдруг замахал одному из Нибелунгов, одетому попроще, чем остальные. Гном подошел. Кланяться не стал, зато хлопнул Тристана по плечу так, что тот пошатнулся. После взаимных представлений сидхе заметил: 
  
  - Не ожидал тебя здесь увидеть!
  
  - Освальд послал. Вот, вожусь с делегацией Вёльсунгов. - гном кивнул на своих  собратьев. - Они, между прочим, по твою душу. Тристан, коротко глянув на меня, потащил гнома в сторону, шепча на ходу:
  
  - Тихо ты, не видишь, я с девушкой... 
  
  Гном мне понравился. Щечки - яблочки, борода, жилетка с кучей карманов, джинсы... Этакий боровичок. Росту, правда, в боровичке было добрых два метра. Он единственный отнесся к Тристану как к старому приятелю, а не особе королевских кровей.
  
  
  
      Пока Тристан секретничал с Полди, так звали боровичка, моё внимание привлек необычный человек. Короткие серебристые волосы, яркие серые глаза, твердая складка рта... Повадки хищника. Как у оборотня, который проводит много времени во втором облике.
  
      Поймав мой взгляд, незнакомец чуть кивнул, а затем, сделав вид, что заинтересовался работой, расположенной за моей спиной, подошел.
  
  - Вам удалось прекрасно замаскироваться, Наоми. - произнес он, встав рядом и делая вид, что смотрит на картину. 
  
  Показалось, что в груди взорвалась пуля. Только диким усилием воли удалось сохранить самообладание.
  
  - Откуда вы меня знаете? 
  
  - Неправильный вопрос. - он даже не взглянул в мою сторону. - Вы должны спросить, кто я такой.
  
  - Как раз это мне неинтересно. Кто бы вы ни были, вам не полагается знать обо мне, а значит...
  
  Хотела выпалить, что ему придется умереть, но поняла: это будет слишком по-детски и ничего, кроме смеха, не вызовет.
  
  
  
  - Успокойтесь, Наоми. Вам ничего не грозит. По крайней мере, от меня. Давайте начнем наше знакомство заново...
  
  - Но я не хочу с вами знакомиться! Кто бы вы ни были, у нас нет ничего общего.
  
  - А вот тут вы ошибаетесь, Ямада-кун. И перестаньте придумывать способы меня убить, у вас ничего не выйдет. У Бога нет мертвых.
  
  Почти год мне удавалось избегать встреч с Ярристом. Но он всё же меня настиг...
  
  - Где он? - спросила я. Главное, не поддаваться панике.
  
  - Кого вы имеете в виду?
  
  - Не морочьте мне голову! Вы же из Ордена, так? Вы назвали пароль! Значит, Яррист где-то поблизости!
  
  
  
      Незнакомец недоуменно пожал плечами, всё так же глядя мимо меня. На его правой щеке был шрам. Начинаясь у виска, он шел тонкой нитью через скулу на подбородок и скрывался под рубашкой. Странно. Если он оборотень, то шрама быть не должно. При смене облика срабатывает клеточная память, восстанавливая организм в первозданном виде...
  
  
  
  - Объяснитесь, или я за себя не ручаюсь! Вы от Ярриста? Откуда вы знаете этот пароль? - меня начало потряхивать. - Это не может быть совпадением! Говорите, ну!
  
  - Не здесь. Не сейчас. Вы еще не готовы. И... я не из Ордена. Я, если можно так выразиться, из соперничающей организации.
  
  Многозначительно подмигнув, он вновь переключил внимание на картину. Даже поближе подошел, будто заинтересовался какими-то мелкими деталями. Нечего там было рассматривать: пустой черный треугольник. 
  
      Пришлось собрать всю выдержку, чтобы не свернуть ему шею прямо здесь. Воображаю: я, в своем кимоно с пионами и бабочками, на глазах у праздношатающейся публики, дерусь с полярным волком. Театр Кабуки на выезде. 
  
  - Хочу напомнить, что вам со мной не справится, так что перестаньте обдумывать планы моего уничтожения, Наоми. - он наконец отвлекся от картины и теперь смотрел мне в глаза, подступив очень близко. - Вы очень похожи на свою мать. Особенно характером. Нимэйн всегда была вспыльчива... 
  
  
  
      В доме моего деда было не принято говорить о родителях. Я ничего о них не знала, совсем ничего. Никаких рассказов перед сном, никаких фотографий или памятных вещиц.
  
      Я привыкла жить так, будто их не было вовсе. Моей семьей были дедушка и бабушка. Затем, когда их не стало - Никодим. И, честно говоря, этого было достаточно!
  
  
  
  - Что вам от меня нужно?
  
  - Я хотел, чтобы вы знали: у вас есть союзники, Наоми, только и всего... Вот, возьмите. - он протянул визитку. - Барон Ростов, к вашим услугам. - по-военному четкий поклон. - Позвоните, если всё обернется плохо. До встречи. - и он быстро, ни на кого не глядя, удалился.
  
  - Кто это был? - подошел Тристан.
  
  - Какой-то барон Ростов. Слышал когда-нибудь?
  
  - Лицо знакомое. Возможно. Чего хотел?
  
  - Ничего. Просто представился.
  
  Я не рассказала о предупреждении, высказанном новым знакомым. Его слова о том, что всё может обернуться плохо, я приняла исключительно на свой счет.
  
  - Пойдем. Отвезу тебя домой, а потом у меня еще дела.
  
  Я не стала капризничать. И так слишком много впечатлений для одного вечера.
  
  
  
      Насторожилась, когда поняла, что лифт едет слишком долго.
  
  - Мы спустились ниже уровня парковки.
  
  Тристан кивнул.
  
  - Знаю. Встань позади меня.
  
  - Еще чего... Ты понимаешь, что происходит?
  
  - Кажется. Извини, что втравил тебя во всё это.
  
  - Это был наш общий план. 
  
  - Я рассчитывал, что будет немного проще.
  
  - Расслабься. - я улыбнулась и поцеловала его в щеку. - Никогда не бывает проще.
  
  
  
      Двери открылись: просторный, ярко освещенный зал. Малахитовые колонны, багровые ковры, хрустальные люстры, на стенах - картины в золоченых рамах. Кажется, я узнала Левитана, Айвазовского и Гогена. Ну конечно, это же Эрмитаж: чего только нет в запасниках! 
  
      В уютных нишах - бильярдные и карточные столы. Сбоку поблескивает витрина с напитками, отгороженная массивной барной стойкой. Какой-то закрытый клуб? Впрочем, это не важно...
  
  
  
  - Стой здесь. - бросил Тристан и крадучись вышел в зал.
  
  Ага, сейчас... Буду я стоять, как кукла какая-нибудь. Я шагнула вслед за Тристаном, двери лифта закрылись. Справа от нас, опершись на бильярдный стол и картинно сложив руки на груди, стоял высокий сидхе. 
  
      Волна черных завитых волос падает на плечи, оттеняя высокие, как небоскребы, скулы. По тонким, чувственным губам змеится улыбка, в глазах светится торжество.
  
      Не понравился мне этот новый сидхе. Было в нем что-то отталкивающее. Крысиное. Багровые зрачки... Странно. Такие глаза я частенько видела у вампов, только что напившихся крови. Но сидхе?
  
      
  
   - Дирг! Какая неожиданная встреча. - хотя мне показалось, что Тристан не очень удивился. - Что, снова не позвали на вечеринку и ты сидишь один-одинешенек и плачешь? Ну, не горюй. Когда-нибудь тебя обязательно пригласят. Главное, будь готов.
  
  По лицу незнакомца пробежала судорога. 
  
  - Ты так и не приобрел хороших манер, братец. - голос лениво-снисходительный, чуть визгливый. - И как ты собираешься править?
  
      Вот паззл и сложился. Тристан - тот самый пресловутый принц! Недомолвки, оговорки, пиетет, с которым к нему обращались на выставке... Он - будущий правитель сидхе Эрина, и даже не потрудился мне об этом сказать. Вот паршивец!
  
  - Что тебе нужно, Дирг? Говори быстрее, я тороплюсь.
  
  - Это твоя новая подружка? - не обращая внимания на враждебный тон, брюнет подошел к нам. - Миленькая. - он попытался взять меня пальцами за подбородок.
  
  - Даже не думай. - Тристан перехватил его запястье. 
  
  - Да ладно, я не хочу ничего плохого! Так, отведать свежего марципанчика...
  
  - Ты не понял, братец. - принц заговорил снисходительно и насмешливо. - Моя невеста сломает тебе руку, если ей покажется, что ты перешел границы. Она - девушка строгих нравов.
  
      Невеста? Значит, мои шуточки на тему "выйти замуж за принца" были не так уж невинны? Святые Серафимы! 
  
  - Ты всегда тяготел к простушкам, брат. Ума не приложу: и что ты в них находишь? - Дирг состроил презрительную гримасу, но отступил.
  
  - Ближе к делу. Почему мы здесь?
  
  - Дуэль. Честный поединок.
  
  - Честный? - Тристан расхохотался, запрокинув голову. - Ты никогда не мог меня победить, даже пользуясь своими подлыми штучками, братец! Где тебе выстоять в честном бою? Разве что... Разве что ты изобрел какой-то новый способ жульничать?
  
  - Приветствую тебя, сын! - голос принадлежал очень властной на вид даме. Она вышла из-за колонны.
  
  
  
      Более красивой женщины мне видеть не доводилось. Именно про таких и слагают бессмертные поэмы... Миниатюрная, но пышных форм фигура облита сверкающим, как язык пламени, платьем с щедрым декольте. Острое личико не вмещает огромных глаз, алые губы, соблазнительно припухшие, улыбаются. Волосы, такие же огненные, как и платье, взбиты в высокую прическу.
  
  
  
      Женщина приблизилась к нам и Тристан, отвесив ей церемонный поклон, отступил подальше. Лицо его вдруг стало очень сосредоточенным, спина напряглась.
  
  - Не хочешь поцеловать маму? - лукаво спросила женщина.
  
  - Боюсь быть отравленным. Так что спасибо за предложение, но нет. - он повернулся ко мне: - Познакомься, Наоми: моя мать, Маха. Королева в отставке. Когда-то отец женился на этой женщине, плененный её красотой. Но затем развелся, не в силах выдержать склочный нрав.
  
  - Ты забываешься, сын. - слова хлестнули, как бич.
  
  - Но это сущая правда! - Тристан прижал руку к сердцу. - Чего только папа не предпринимал, пытаясь обуздать...
  
  - Замолчи! - лицо Махи пошло красными пятнами. Почти в тон платью. - Мы здесь не за этим. - она схватила Дирга за локоть и толкнула его к Тристану. - Вы должны сразиться! 
  
  - Поединок не может состояться без свидетелей, иначе его не засчитают. - предупредил Тристан.
  
  - Свидетели есть. - тетка победно оскалилась. - Твоя мать и твоя... невеста. Мы будем беспристрастны. Правда, детка? - это последнее предназначалось мне. Я сделала вид, что не расслышала.
  
  - Но ты же знаешь, что Дирг проиграет. Он всегда мне проигрывал, сейчас не будет ничего нового.
  
  - Конечно, ты дерешься лучше меня... - встрял Дирг.
  
  - Это потому, что я тренировался, дорогой братец, а не торчал в дамских комнатах, собирая сплетни и плетя интриги за спиной у отца!
  
  - Сейчас это не важно! - отмела возражения Маха. - Вы будете драться в истинном облике. - Тристан вновь рассмеялся.
  
  - Думаешь, я не надеру ему задницу, когда он перекинется? Ты слишком наивна, мама. Ничего не выйдет.
  
  - Посмотрим. - она сложила руки на груди и повелительно кивнула: - Дирг, раздевайся.
  
  Тот улыбнулся, и, рисуясь, рванул полу синего бархатного камзола,  брызнули бриллиантовые пуговицы.
  
      Тристан пожал плечами и скинул пиджак. Затем повернулся ко мне и подмигнул.
  
  - Это ненадолго, любовь моя. Скоро пойдем домой.
  
  
  
  
  
  - Я заставлю тебя сдаться, братец. - Тристан начал расстегивать брюки. 
  
  Я не стала смотреть - оборотни не любят перекидываться при посторонних. Но Маха и не думала отворачиваться. Интересно, каково это: стравливать собственных детей? 
  
  - Мы будем драться до смерти. - оскалился Дирг. - Королем должен стать я. 
  
  - Послушай... Ты же не хочешь умирать? - принц, похоже, был всерьез обеспокоен. - Ведь это мать заставляет тебя драться! 
  
  - По старшинству, королем должен стать я. Оберону следовало выбрать меня!
  
  - Если б ты доказал, что сможешь, он бы так и сделал. Поверь.
  
  - Он просто любит тебя больше! - Дирг сорвался на крик. Он был полностью обнажен, как и Тристан, но их это совершенно не смущало. - Папа носился с тобой с самого детства! А меня не замечал. Как я могу еще доказать ему, что достоин?
  
  - Даже если у тебя получится победить... Даже если. Оберон не засчитает эту победу. Вы застали меня врасплох, свидетелей нет. Как ты понимаешь, мама - не в счет. У короля будут веские причины  не поверить.
  
  - Ему придется! - вновь подала голос Маха. - Ему придется смириться с поражением, и залогом этому послужат его собственные слова! - из складок платья она достала диктофон и нажала кнопку. В зале зазвучал властный, чуть хрипловатый голос: - "Если этот слюнтяй сможет победить Тараниса в честном поединке, то, Фоморы меня побери, я подумаю о том, чтобы сделать его наследником." - Вот! Ты слышал? Дирг должен стать королем по праву рождения! Он первенец! - Тристан усмехнулся.
  
  - А ты, конечно же, метишь в консорты, мама. И с детства пресекала попытки брата вырваться из-под твоего тяжелого крылышка... Дирг! - он повернулся к брату. - В последний раз спрашиваю: ты действительно этого хочешь?
  
      Вместо ответа тот начал трансформацию. Проходила она медленно и мучительно, и это было странно. Насколько я помню, метаморфоза происходит почти мгновенно и практически безболезненно. По крайней мере у тех оборотней, которых я знала.
  
  
  
      Тристан уже стоял, вздыбив загривок и оскалившись, а Дирг все еще продолжал борьбу со своим телом. Этак на сам поединок у него и сил не останется. Но Маха улыбалась, как ни в чем не бывало.
  
      Наконец Дирг встал на лапы и встряхнулся. Святые Серафимы! Он был крупнее Тристана раза в два. Челюсти неестественно вытянуты и не смыкаются из-за огромных клыков, тело покрыто клочкастой, свалявшейся шерстью, а лапы будто принадлежат льву, а не волку...
  
      Вот почему Маха была так уверена в победе сына. Эдакий Грендель...
  
      В глазах Тристана читалось сочувствие. Он как бы говорил: - "что ты с собой сделал, брат?" 
  
  
  
      Как только бой начался, стало понятно, что Дирг не боец: слишком жалеет себя, слишком боится. Взвизгивает и отскакивает всякий раз, когда Тристану удается рвануть его зубами. Я решила, что волноваться за принца не стоит.
  
  
  
  - На какой помойке он тебя нашел, незаконнорожденное отродье моей младшей сестры?  - ко мне подошла Маха. Я в ответ злобно усмехнулась.
  
  - Так значит, ты моя дорогая тетушка? Вот радость-то...
  
  - Не смей называть меня тетушкой! Ты, полукровка, даже не мечтай, что сможешь быть нам ровней!
  
  - Не больно-то и хотелось! 
  
  - Ты...
  
      Маха хотела вцепиться мне в волосы, но я увернулась и подставила ей ножку. Упав, злобная тетка зашипела. Очень хотелось хорошенько пнуть её по ребрам, но я сдержалась. Бывшая королева, как-никак.
  
      
  
      С ума можно сойти! Мало узнать о том, что мама жива, так еще и родственники объявились! Получается, Тристан тоже как бы родственник? Типа, двоюродный братик? Не зря я не доверяла этому лукавому сидхе, ой не зря! Будущий монарх, да еще и брат - это уже слишком.
  
  
  
      Пока мы с Махой выясняли отношения, ситуация осложнилась: Тристан лежал на полу. Над ним, вывалив язык, с которого капала розовая слюна, навис Дирг. Правый бок его был липким от крови, и он поджимал заднюю левую лапу, но ведь Тристан лежал на полу! Слава Богу, хоть дышал... Эта стерва меня отвлекла, и я всё пропустила! Что теперь делать?
  
      Тристану было худо. Дышал он хрипло, бока ходили ходуном, по шее текла кровь и впитывалась в ковер. Дирг выглядел не лучше. Пасть разодрана - походу, он ранился о собственные зубы; голый хвост, еще недавно походивший на грозный бич, уныло тащился по полу.
  
      Маха тоже обеспокоилась: поднявшись, она прокричала Диргу что-то ободряюще-грозное, тот отвлекся и Тристан, воспользовавшись моментом, вывернулся и поднялся на лапы.
  
  
  
      Впервые мне в голову закралась мысль, что он может проиграть. Точнее, умереть. Ведь схватка до последней капли крови... Что мне тогда делать?
  
  - Убью стерву. - решила я. - Вмешиваться в драку оборотней я не могу - Тристан не оценит, но, если дело обернется совсем скверно, сверну шею его мамочке. Она это, Господь свидетель, заслужила.
  
  
  
      Дирг бросился на брата и вцепился ему в шею, мощными задними лапами раздирая брюхо. У Тристана закатились глаза...
  
  - Нет! Не смей умирать! - закричала я, не помня себя, и бросилась к волкам.
  
  - Ты не помешаешь триумфу моего сына! - Маха вцепилась в меня мертвой хваткой. 
  
      Я попыталась её пнуть, но нога запуталась в подоле кимоно.
  
  
  
      Тристан не подавал признаков жизни. Святые Серафимы! Неужели мы оба так и сгинем здесь, в подвале? То-то Яррист порадуется! Его непутевая ученица нарвалась таки на проблему не по зубам...             Впервые за долгое время я вспомнила о дедушкином мече. Насколько было бы проще, если б он всё еще был у меня...
  
  
  
      Изо всех сил я толкнула Маху, но она, вместо того, чтобы упасть, начала меняться. Она тоже оборотень, Ктулху меня заешь!
  
      Выскользнув из платья, она взмахнула руками - крыльями и взмыла под потолок. Сова! Огромная такая совища... 
  
      Места под потолком было мало, она кое-как развернулась, задевая крыльями колонны и спикировала на меня, выставив огромные когти. Я увернулась, получив крылом по голове. В голове загудело.
  
      Маха затормозила у самого пола, вспоров когтями ковер. Подпрыгнула, и, балансируя крыльями, попыталась достать меня страшным черным клювом. Я нырнула под бильярдный стол и выскочила с другой стороны.
  
      Раздался хриплый клекот: сова не смогла пролезть вслед за мной. Видно, мозгов во втором облике - тоже как у птички... Тогда она вновь взмыла под потолок. Круглые глаза сверкают яростью и безумием. Пахнуло птичьим пометом.
  
      Со стороны донесся рык пополам с визгом. Ктулху меня заешь! Тристану нужна помощь, а я тут в прятки с сумасшедшей совой играю! Подождав, пока она вновь спикирует, я впечатала подошву тяжелого берца прямо в совиный клюв. Раздался хруст, Маха рухнула на пол, раскинув крылья и смешно задрав лапы. Глаза её  подернулись пленкой.
  
  
  
      Пока я дралась с тетушкой, Тристан смог вырваться из хватки Дирга и теперь волки тяжело топтались друг против друга, низко опустив головы. Ковер под ними был залит кровью и покрыт клочьями шерсти. В воздухе клубилась плотная взвесь пота и мускуса. 
  
      Убрав волосы с глаз, я пристально следила за их движениями. Последний бросок всё решит.
  
      Огромный оборотень прыгнул вперед, Тристан, увернувшись, схватил противника за загривок и резко мотнул головой, будто рвал тряпку. Раздался хруст. Дирг, истошно взвизгнув, покатился по полу и замер. Тристан тяжело навис над ним, угрожающе рыча. Дирг перевернулся на спину, обнажая беззащитное брюхо.
  
      Тристан мог его убить. Рвануть зубами яремную вену, или перекусить хребет... Но он не стал. Куснув брата в шею, он отошел и начал трансформацию.
  
      
  
      Как и в начале, метаморфоза Дирга длилась мучительно долго. В какой-то момент показалось, что он так и останется наполовину зверем, наполовину человеком...
  
      Надев штаны, Тристан подошел к брату, и, обняв за плечи, удерживал, пока тот не перекинулся полностью. Потом коротко прижал к груди, и оттолкнул.
  
  Дирг, ни на кого не глядя, пошел к своей одежде.
  
  - Я предупреждал, что так будет. - сказал Тристан ему в спину.
  
  - Я почти победил. Еще чуть-чуть... - Дирг посмотрел через плечо, как побитый пес.
  
  - "Почти" не считается, братец. "Чуть-чуть" - та самая пропасть, через которую тебе никогда не перепрыгнуть. - он хлопнул Дирга по плечу, тот дернулся. -  Поговори с мамой. Ты же понимаешь, к власти рвется она, а не ты. Из-за этой своей мании она искалечила наши с тобой жизни. Если отец узнает о сегодняшнем, вам не миновать расплаты. На сей раз Оберон будет беспощаден.
  
  - Ты так думаешь? - оказывается, Маха пришла в себя. Она стояла, гордо выпрямившись, совершенно обнаженная. Только нос, кажется, немного припух.
  
  - Уходите, мама. Я не буду сообщать отцу, если вы сейчас же уберетесь отсюда.
  
  - Ты абсолютно прав. Мой бывший муженек никогда не узнает, как погиб его любимчик!  - она пронзительно свистнула. 
  
  
  
      Из-за колонн выступило несколько фигур. Вампиры!
  
  Тристан покачал головой.
  
  - Как низко ты пала, мама! Тебе, сидхе, связаться с врагом рода человеческого! 
  
  -  Дирг! - Маха, не обращая внимания на слова Тристана, повернулась к его брату. - Мы уходим.
  
  Изящно наклонившись, подцепила платье, потянувшееся за нею огненно-шелковым озерцом, и пошла к лифту. 
  
  - Она знала, что ты не победишь! - крикнул Тристан. - Иначе зачем вампиры?
  
      Кровососы негромко шипели, сужая круг...
  
  
  
  
  ГЛАВА 15
  
  
  
  ЯРРИСТ БАРБАРОССА
  
  
  
      Петербург
  
  
  
  - Почему вы не спешите ей на помощь, Яррист?
  
      Я поднял глаза от тарелки и посмотрел на брата. Он всё тот же: серебристо-седые волосы, старый, вытянутый ниткой шрам на щеке, прямая осанка... Как будто не было всех этих долгих лет разлуки.
  
  - Присаживайся, Иван. - я указал на соседнее кресло. - Тебя ведь теперь так зовут, верно? Барон Иван Ростов? И кстати, мы что, снова на "вы"?
  
  - Так будет проще нам обоим. - брат устроился в соседнем кресле. - Так почему вы сидите здесь?
  
  - Занимайтесь своими делами, барон, и не вмешивайтесь в мои.
  
  - Именно к этому я и стремлюсь. Как ни странно это звучит.
  
  - Хотите сказать, Никодим перепоручил её вам? - я чуть не вскочил. Ростов откинулся на спинку кресла.
  
  - В некотором роде, в некотором роде. Учитывая то, что вы свою миссию провалили.
  
  - Это не так! Она сама...
  
  - Ну вот, вы уже оправдываетесь, брат мой. Не надо. Вам это не к лицу.
  
  Вилка в моей руке неожиданно сломалась.
  
  - Не тебе меня судить, Семъяза!
  
  
  
      Выпалив его имя, тут же понял, что совершил глупость. Резко потемнело, в небе грохотнуло, по ветвям лип над головой пробежал тревожный шепот. Вот, сейчас...
  
      Я напрягся, собираясь принять удар на себя, сдержать энергетическую волну... Но ничего не произошло.
  
   Просто темная густая туча закрыла солнце, вот и потемнело. Похоже, собиралась гроза... Расслабившись, я усмехнулся: старые привычки отмирают труднее всего.
  
  Брат тоже улыбнулся, показав, что не обиделся.
  
  - Трудно побороть древние инстинкты, не правда ли? Так почему вы не мчитесь на помощь ученице, когда ей грозит опасность? - спросил он вновь. Я невольно поморщился.
  
  - С ней Тристан. Думаю, они прекрасно справятся.  
  
  - Тоже ваш ученик. - притворно-легкомысленно кивнул Ростов. - Ну, будем надеяться... В конце концов, вечностью больше, вечностью меньше. Найдете другую Ш"хину.
  
      Я осторожно отложил нож и сжал кулаки под столом. Но он всё равно заметил.
  
  - Если отец прав, у неё всё получится. - сказал я. Получилось, будто я опять оправдываюсь.
  
  - Никодим всегда прав, - согласился Ростов. 
  
  - Вы её видели? - в свою очередь спросил я. Не удержался. - И как? Какое впечатление на вас произвела Ш'хина?
  
  
  
      Брат пожал плечами.
  
  - Она неопытна и самонадеянна. Непредсказуема, капризна, избалована... Вами, между прочим.
  
  Я усмехнулся: Наоми поразила его в самое сердце, это заметно. Своей наивной непосредственностью, искренностью, готовностью принять удар на себя... Поразила так же, как и меня.
  
  Ни у брата, ни у меня  нет таких качеств. Мы можем только имитировать участие. Сопереживание. Любовь... 
  
   - Хотя... Насчет любви я бы поспорил.
  
  - А вот Наоми считает, что я обращался с нею слишком жестоко. - сказал я, чтобы хоть что-то сказать.
  
  - Это всё любовь, драгоценный брат мой, вам ли не знать? - я вздрогнул. Семъяза всегда отличался проницательностью. Вот и сейчас он сходу уловил то, о чем я думаю... 
  
  - Она хотела, чтобы я был чутким, отзывчивым, романтичным... 
  
  - Но вы не умеете, Брат. Не умеете и не хотите учиться. Она для вас всего лишь материал. 
  
  
  
      Чтобы не броситься на него прямо здесь, чтобы успокоиться, я не придумал ничего лучшего, чем махнуть официантке: пусть принесет кофе. Присутствие постороннего поможет прийти в себя.
  
   Барон с предубеждением посмотрел на кофейник.
  
  - Давайте лучше выпьем виски, дорогой брат! А? Давно мы с вами не сидели вот так, вдвоем.
  
  - Лет пятьдесят, как минимум. - кивнул я. Выпить действительно хотелось, до судорог в животе. - Рассчитываете таким нехитрым способом вызнать что-нибудь? 
  
  
  
      Ростов некоторое время сидел молча, глядя мне в глаза, шрам на его щеке то и дело  нервно подскакивал к виску.
  
  Наконец он взял себя в руки.
  
  - Не хотите со мной пить - скажите так: вы действительно отпустите Ш'хину? Позволите выйти замуж? Может, вы всё это и подстроили, а, Яррист? Познакомить двух своих лучших учеников...
  
  - Закон сидхе Эрина запрещает браки с людьми.
  
  - Но Таранис - будущий монарх, он сможет изменить закон. К тому же, она не совсем...
  
  - Боюсь, они просто не успеют. И... я их не знакомил. Представьте себе, это была случайность.
  
  - Случайностей не бывает. - рыкнул Ростов. Он мне не верит.
  
  Зазвонил мобильник. Брат ответил, затем извиняюще улыбнулся и поднялся.
  
  - Придется выпить в другой раз, Командор. Пора. Не передумаете насчет Наоми? 
  
  - Она скорее умрет, чем примет помощь от меня.
  
  - Тогда придется помочь мне. Уж не обессудьте... 
  
  
  
  
  ГЛАВА 16
  
  
  
  
  
      НАОМИ
  
  
  
      Я посмотрела на Тристана. Он тяжело дышал, был бледен, глаза всё еще светились желтым.
  
  - Ты как?
  
  - Прорвемся. - он сплюнул кровь. - А ты?
  
  - Нормально.
  
  Тристан кивнул на дальнюю стену:
  
  - Постараемся добраться до той двери.
  
  - А что за ней?
  
  - Не знаю. Надеюсь, что пожарная лестница.
  
  - Вот, держи. - достав из рукава кимоно топорик для рубки костей, я передала его принцу. Себе взяла тесак, прикрепленный резинкой к ноге.
  
  - Эй! Это же мои кухонные ножи!
  
  - Никогда не выхожу на улицу безоружной.
  
  - Я люблю тебя! - Тристан жарко поцеловал меня в губы.
  
  Около двадцати кровососов. У некоторых автоматы. Нас не собираются брать в плен. Нас просто убьют.
  
  - Я тоже тебя люблю. 
  
  - Тогда погнали.
  
  
  
      Я умею драться с вампирами. Этой стороне моего образования Яррист уделял самое пристальное внимание. Охотиться на свихнувшихся людоедов, на старых вурдалаков, проспавших несколько сот лет в каком-нибудь склепе, и считающих, что любой человек - их законная добыча; на оголодавших отщепенцев, брошенных на произвол судьбы собственным Мастером... Я сражалась с Носферрату, в конце концов!
  
      Десять против одного. Может, и вправду прорвемся.
  
  
  
      Когда вампиры начали стрелять, я нырнула за тумбу бильярдного стола. Вокруг свистели щепки, летела каменная крошка, хрустальные слёзки люстр... Две минуты. Всё, у них опустели магазины. Я метнула  несколько тяжелых шаров и побежала. 
  
  - Тристан? - крикнула на бегу.
  
  - Жив. Как сама?
  
  - Цела.
  
  Прыгнула за массивную стойку бара и согнулась, прикрывая голову руками: кто-то дал очередь по витрине с бутылками, на меня обрушился дождь осколков. Запахло выпивкой и почему-то заболело плечо. 
  
  
  
      Подобрав несколько бутылочных осколков, я метнула их веером, как сюрикены. 
  
  - Так и будешь здесь прятаться, пока я всех не замочу? - за стойку вкатился Тристан. Щека и бок в крови, штанина прорвана.
  
  - Нужно подождать, пока не кончатся патроны. - я наскоро осмотрела раны принца. - Жить будешь, твоё скорокоролевское.
  
  - Обиделась, что не сказал? 
  
  - Не моё это дело. - я прислушалась. - Кажись, стихло. Погнали?
  
  Дверь была справа от нас, метрах в пятнадцати.
  
  - Эй, подожди! Что у тебя с плечом? - он наклонился ко мне.
  
  - Не знаю. Наверное, стеклом порезалась.
  
  - В тебя попали, радость моя. Пуля всё еще внутри, лопатка остановила.
  
  - Крови много?
  
  - Не так, чтобы очень.
  
  - Тогда забудь.
  
  Я высунулась, оценила обстановку и спряталась назад.
  
  - С твоей стороны семеро, с моей - пятеро. Остальных не вижу.
  
  - Остальные не в счет. - он помахал топориком. - Гномья сталь, подарок друга. Рубит шеи, как сосульки!
  
  - Выпендрежник.
  
      Я выскочила из-за стойки: - одного по горлу, второго - по груди, третьего пнула в живот - не до него сейчас... Тристан был рядом, я всё время его чувствовала. Почему он не перекинется? Так и чешет в одних штанах, рубашку где-то потерял.
  
      Еще одна очередь - я едва успела прыгнуть за колонну, присела, перекатилась к тому, что целился в Тристана, дернула сзади за пояс, когда обернулся - открытой ладонью в нос... И всё время поглядывала на дверь: не верилось, что Маха ограничилась одной засадой. Как она вообще договорилась с вампирами? Но пока дверь оставалась закрытой. А вдруг она заперта? Я бросила взгляд в другую сторону, на лифт. Вряд ли получится сбежать тем путем: Маха наверняка его заблокировала.
  
      Выглянув из укрытия, я окинула взглядом зал. Картины побиты пулями, от люстр остались одни пеньки, гардины валяются на полу, из антикварных диванов клочьями лезет набивка. Кому-то крепко достанется за разгром.
  
      А вампиры? Я знаю, что они живут среди людей, в больших городах легко прятаться. Но вот так, в наглую, заявиться в музей и открыть пальбу? Хотя, конечно, деньги открывают большинство дверей...
  
      Тристан залег метрах в трех от меня, за полукруглым карточным столом. Я его не видела. Оттолкнувшись от колонны, рванула к следующей. За ней стоял вамп с ПП, стволом кверху - виднелась его тень. Я метнула тесак ему в затылок, череп треснул, как арбуз. Забрав нож, подняла короткий УЗИ, проверила магазин: наполовину пуст. Переключила на одиночную стрельбу...
  
  
  
      Когда через три минуты мы вылетели за дверь, в зале никого живого - условно живого - не  было. На замок, кстати, пришлось потратить последний выстрел.
  
      Прислонилась к крашеной серой краской стене, отбросила бесполезный автомат. Голова кружится, в носу - едкий запах вампирской крови. Вверх и вниз уходит затхлая лестница, по ступенькам перекатываются комки пыли.
  
  
  
      Тристан подступил вплотную, обнял и вознамерился поцеловать. Я его отпихнула.
  
  - Ты чего?
  
  - Ты сказала, что любишь меня!
  
  - Беру свои слова обратно. - он недобро сощурился. - Я думала, нам хана! Тем более, ты почти что король, так что...
  
  - Еще не вечер. - перебил он меня. - Точнее, не утро. Неизвестно, что нас ждет: может, никогда мне больше не целовать красивых девушек... - он снова потянулся ко мне губами.
  
  - Спокуха! - я отодвинулась. - Не будет красивых - обойдешься некрасивыми. А сейчас погнали.
  
      Взбежав на один пролет, я остановилась. В глазах потемнело, к горлу подкатило...
  
  - Эй, что с тобой? - Тристан склонился к моему лицу.
  
  Уперев руки в колени, я молча мотаю головой. Растрепавшиеся пряди метут бетонные ступеньки. Слюна очень горькая, приходится то и дело сглатывать, чтобы не стошнило. Плечо болезненно дергает, кимоно липнет к спине. Чувствую, как меня берут на руки...
  
  - Отпусти, я сама!
  
  Но он и так уже ставил меня на пол, отодвигая себе за спину.
  
  Наверху стоит человекоподобная фигура. Оплывшие плечи, голова - всего лишь крупный нарост на шее, тело приземистое, с четырьмя длинными руками.
  
  - Что это? 
  
  - ОРК. Модель "телохранитель", судя по конфигурации. Иногда я очень не люблю гномов. - устало говорит Тристан.
  
  
  
      Объединенная Робототехническая Компания. Много лет назад они начинали с производства горнодобывающих проходчиков, оснащенных примитивным искусственным интеллектом. Еще ОРК выпускает охранников и телохранителей - чрезвычайно дорогих; боевые модификации не появляются на общем рынке.
  
      Гномские роботы славятся высокой функциональностью, бесконечным ресурсом и общей неубиваемостью. Ну за что нам такое, а? Лучше бы парочку Носферрату прислали!
  
  - Его можно как-то отключить? - без всякой надежды спросила я. - Твой дружок-гном никогда не делился техническими подробностями?
  
  - Единственный способ - вырубить процессор. У меня в детстве был такой робот. Я заставлял его катать меня по дворцу...
  
  - Больше никаких конструктивных мыслей?
  
  - Предохранитель - сзади, под "головой". 
  
  - Ладно. - я достала из волос чудом уцелевшую заколку. Осмотрела острие, взвесила на ладони... - Ты сможешь его отвлечь? Чтобы он повернулся спиной?
  
  Тристан хмыкнул. Оценивающе оглядел лестницу. Затем подмигнул и полез по перилам наверх.
  
      Перед глазами всё плыло, но руки еще не дрожали. Сверху послышались звуки ударов - будто стальная баба рушит стену. Мелькали ноги Тристана.
  
  - Что там у тебя? - крикнула я.
  
  - Их двое!
  
  Ктулху меня заешь! Два ОРКа - это капец. 
  
  
  
      На несколько мгновений я замерла - так, как учил Никодим. Понадобятся все силы, вся сноровка, всё моё мастерство. Нужно забыть о ране, об усталости и боли, о потере крови. Всё потом.
  
      Шум наверху успокаивал: значит, Тристан еще жив. Зажав в одной руке тесак, а в другой - заколку, я сделала пару шагов навстречу ОРКу. Уловив движение, тот развернул верхние конечности в боевое положение. Мимо не проскочить.
  
      Оглядела стены: под самым потолком шли трубы, тонкая и потолще. За спиной ОРКа - декоративный карниз, еще есть перила лестницы. Нужно оказаться у него за спиной. Задержать дыхание и прыгнуть...
  
      Пролетев над головой робота - он едва не сбил меня на пол, как муху - зацепилась за трубу, затем оттолкнулась и обеими ногами ударила его в голову. ОРК, не удержав равновесия, загрохотал вниз, а я метнула ему в основание шеи тесак. Гномская сталь и вправду хороша: голова отскочила и запрыгала по ступенькам, как углепластиковый мяч. Робот так и остался лежать кверху задом, бессильно скребя конечностями. Слышно было, как повизгивают сервомоторы.
  
      Второй ОРК прижал Тристана в углу. Раздался грохот, посыпалась каменная пыль - кулак робота ушел в бетонную стену, сидхе едва успел уклониться. Половина его лица уже превратилась в фарш. Робот занес конечность для нового удара... Я метнула иглу. ОРК застыл. Без сил упав на ступеньку, я облегченно зажмурилась.
  
      Очнулась вниз головой. В первое мгновение вообразила, что меня поймал ОРК, но учуяла знакомый запах. Щека терлась о горячую спину Тристана... Я похлопала его по заднице в знак того, что пришла в себя. 
  
  - Ну, ты как? - прислонив к стенке, он заглянул мне в лицо.
  
  - Сойдет. Где мы?
  
  - Почти добрались до парковки.
  
  - Больше никаких сюрпризов?
  
  - Не знаю.
  
  Вместе мы поковыляли наверх.
  
  
  
      На парковке было тихо. Мигали лампочки сигнализаций, где-то негромко капала вода, пахло выхлопами и сыростью. Стараясь не попасться на глаза охраннику в будочке, мы пробрались к "Майбаху" Тристана. Я уже хотела открыть дверцу и упасть на сиденье, предвкушая скорый отдых, но принц предостерегающе поднял руку. Затем показал знаками, что нужно отойти.
  
      Мы вернулись к двери на пожарную лестницу, а затем, убедившись, что рядом с машиной никого нет, Тристан нажал кнопку автозавода на брелке.
  
      Когда раздался взрыв, я подскочила. До последнего надеялась, что он перестраховывается! Завыли сигнализации, включилась пожарная система, охранник выскочил из будочки и засвистел. Под шумок мы выбрались на улицу.
  
  
  
      ...Брезжило утро. Сырой туман катился вдоль проспекта, из него выступали отдельные детали: угол дома, ствол дерева, ранний прохожий, выгуливающий собаку...    Чудо будет, если нас не остановит полиция. Представляю заголовки газет: "Наследный принц сидхе Эрина найден на улице весь в крови..." 
  
  - Может, в больничку? - просипел Тристан.
  
  - С ума сошел? В телевизор хочешь попасть? Как-нибудь дохромаем до твоей берлоги, там и полечимся.
  
  - Майбах жалко...
  
  - Ничего. Ты же принц, новый купишь.
  
  - И то верно! - легко согласился Тристан. - Но ты всё равно язва.
  
  - Спасибо на добром слове.
  
  - Всегда пожалуйста, любовь моя.
  
  
  
  Услышав мягкий шорох покрышек, я приготовилась к очередной атаке. Тристан зарычал. 
  
  
  
  - Помните, я просил вас звонить, если всё обернется плохо? - в представительном Бентли сидел давешний барон Ростов.
  
  - Как-то не до звонков сейчас. - буркнула я.
  
  - Подвезти? А то, знаете ли, вас уже ищут...
  
  - Очень обяжете! - Тристан взялся за ручку двери. - В долгу не останусь...
  
  - Ну разумеется. - В голосе Ростова сквозил неприкрытый сарказм.
  
 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  Эль`Рау "И точка" (Киберпанк) | | Б.Толорайя "Чума" (ЛитРПГ) | | М.Иван "Пивной Барон 2: Староста" (ЛитРПГ) | | А.Каменистый "S - T - I - K - S. Цвет ее глаз" (Постапокалипсис) | | А.Каменистый "S-T-I-K-S Шесть дней свободы" (Постапокалипсис) | | A.Opsokopolos "В ярости (в шоке-2)" (ЛитРПГ) | | В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа" (Боевик) | | Ю.Королёва "Эйдос непокорённый" (Научная фантастика) | | Е.Флат "Невеста на одну ночь" (Любовное фэнтези) | | Е.Боровикова "Подобие жизни" (Киберпанк) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "То,что делает меня" И.Шевченко "Осторожно,женское фэнтези!" С.Лысак "Характерник" Д.Смекалин "Лишний на Земле лишних" С.Давыдов "Один из Рода" В.Неклюдов "Дорогами миров" С.Бакшеев "Формула убийства" Т.Сотер "Птица в клетке" Б.Кригер "В бездне"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"