Певзнер Марк Яковлевич: другие произведения.

Золотой Будда

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    "Потеряв себя - ты найдёшь себя, а найдя себя, ты убьёшь себя, и убив себя - обретёшь себя!" - Что означает это таинственное предсказание?


Все права защищены. Произведение распространяется только в электронном варианте. По вопросам использования обращайтесь к авторам.

Александр Супоницкий и Марк Певзнер.

gendalf@hotmail.com

  

Золотой Будда.

Искать мудрость рассудком - величайшая из всех ошибок.

Третий патриарх Дзэн Сосан "КНИГА НИ О ЧЁМ"

  
   Хорошо, когда в молодости тебе улыбнулась удача, и ты снял сливки с абсолютно бесперспективного пакета акций.
   Именно это и произошло с Джошуа. Разумеется, начальный капитал ему великодушно предоставили родители, и он вернул с лихвой занятые деньги. Джошуа сначала не поверил сказочному везению, но быстро охладил в себе пылающие чувства и принялся благоустраивать свою жизнь. Он приобрёл себе неплохой домик в Кью Гарденс, новенькую машину, а всю остальную сумму - громадную сумму - вложил на дающий солидные проценты счёт в центральном Лондонском банке. Он не был таким идиотом, чтобы просадить всё на скачках, в карты или подвергнуться пагубному влиянию наркотиков. Не желал он морочить себе голову и ведением собственного бизнеса. Джошуа решил просто растянуть дарованные ему судьбой деньги на всю оставшуюся жизнь.
   Шли годы, эйфория молодости отступала, а ей на смену приходила скука и тоскливая душевная пустота, которую ничем не удавалось заполнить.
   Книги, театры, рестораны, кинофильмы забавляли его, но Джошуа остро чувствовал их фальшь и наигранность. Учёба на факультете восточных религий и философий на некоторое время развлекла его, но вскоре Джошуа потерял к этому серьёзный интерес. Поездки заграницу в шумных компаниях быстро надоели ему, и теперь он ограничивался передвижением в окрестностях Лондона. Он не хотел сближаться с какой-нибудь одной женщиной, хотя многие девушки им откровенно интересовались. Обязательства, ответственность и заботы были не для него. Изредка, ближе к вечеру, Джошуа приезжал в Челси и стучался в ничем не примечательные двери без вывесок, покупая пару часов любви за разноцветные бумажки с портретом старой женщины.
   Он покорно являлся на светские встречи, регулярно устраиваемые его матушкой, отбывая таким образом обязательную повинность. Его даже затаскивали на гольф, когда он был не в состоянии отвертеться.
   Годы пролетали один за другим, похожие как две капли воды, унося с собой волоски со лба и желание что-нибудь менять. Бесполезный огонёк в суете громадного мира, отгоревший тридцать восемь зим, но так и не подаривший никому тепла.
   Пожалуй, единственное, что заставляло биться быстрее его сердце, это его коллекция. Коллекция терракотовых фигурок, пришедших к нему из глубины веков. На некоторые экспонаты мог бы даже обратить внимание Британский Музей. Собрание было невелико, немногим более двух дюжин. Он купил первую фигурку, когда ему было двадцать три года по внезапной прихоти, отлично осознавая, что от неё никакого проку не будет. И всё же, неумело исполненная терракотовая статуэтка этрусского божка привлекала его внимание, будила воображение. Джошуа начал приобретать другие экспонаты. У него появились два китайских воина, несколько изображений Будды из разных столетий, созданная в юной Греции небольшая статуэтка Афины. Обоженная глина чудесным образом переносила его в прошлое, заставляла представлять себя живущим в молодом, буйном мире, среди давно умерших людей, которые любили, боролись, ненавидели, возводили исчезнувшие в песке замки, создавали стёртые с лица земли царства. Он до боли в глазах вглядывался в грубые черты запечатлённых в глине представителей чуждых рас из разделённых столетиями эпох, ища разгадки неизвестной тайны. И что немаловажно, его банковский счёт с лёгкостью выдерживал поселение в доме новых молчаливых нетребовательных постояльцев.
   Через некоторое время он знал поимённо всех лондонских антикварных дилеров. Аутентичность фигурок не вызывала никакого сомнения, что и подтвердил ему специально приглашённый профессор истории, выразивший неподдельное восхищение коллекцией, и в то же время недоумение её разношерстностью.
   День, навеки изменивший привычную жизнь, начался с двух телефонных звонков. Во-первых, позвонила его матушка, осведомившись, не забыл ли он, что сегодня вечером она устраивает празднование своего дня рождения, которое, в общем-то, наступит только завтра, но так как вечеринка явно подойдёт к экватору только заполночь, то будет в самый раз. Конечно, мама я всё прекрасно помню, соврал Джошуа, я обязательно буду. Поздравляю тебя. До свиданья, дорогой, ах, кстати, ты познакомишься там с новыми людьми и одной весьма привлекательной леди, так что, пожалуйста, будь на высоте. Разумеется, мама, разумеется... Не забудь хотя бы купить подарок, подсказало услужливое сознание.
   Второй звонок был от Роберта МакГрегора, антикварного дилера, у которого Джошуа год назад приобрёл фигурку кельтской богини плодородия. Он сообщил Джошуа, что к нему, Роберту МакГрегору, попала отлично сохранившаяся статуэтка Будды. МакГрегор попросил Джошуа проверить свой электронный почтовый ящик, куда он послал выполненные с высоким разрешением фотографии Будды, снятые с различных ракурсов. От всех прочих изображений, статуэтка отличалась потрясающей выразительностью черт лица, застывшего с неясной улыбкой в глубокой медитации. И самое главное, фигурка была покрыта позолотой, которая, правда, местами облупилась. Будда, медитирующий на протяжении веков, казалось, что-то хотел сказать ему, именно ему, своей таинственной, почти неразличимой улыбкой, будил неясные воспоминания и ассоциации. Джошуа был просто очарован статуэткой, и обычно неторопливый в своих решениях, тут же перезвонил МакГрегору и договорился с ним о встрече.
   Статуэтка, когда Джошуа увидел её собственными глазами, оказалась ещё лучше, чем на фотографиях. Разумеется, позолоты здесь и там не хватало, время сделало своё дело, мизинец на правой руке был отбит, а черты лица создавались с соответствии с несовершенными законами красоты старых мастеров, но, когда ты приобретаешь вещь, которой несколько сот лет, привередничать не приходится. Джошуа просто пожирал статуэтку взглядом, не в силах оторваться. Какое-то смутное чувство нераскрытой тайны овладевало им, когда он смотрел на золотого Будду.
   МакГрегор попросил позволения оформить все необходимые бумаги и обещал доставить статуэтку завтра утром прямо домой. Магнитная банковская карточка решила все оставшиеся проблемы.
  
   Гости были уже изрядно навеселе, когда Джошуа прибыл к дому родителей. Мама, небрежно поддерживая в руке бокал с шампанским, чмокнула его его в щёку. Она была как всегда очаровательна. Война с возрастом выдалась затяжной, мама оставляла свои позиции чрезвычайно медленно, призвав в союзники всю мощь современной парфюмерии, косметологии и медицины. Отец четыре года назад ушёл в лучший мир, где уже не нужно платить налоги, а ведение бизнеса является менее нервным делом.
   Мама сразу же потащила его в салон, закинув на столик, даже не распечатав, духи в подарочной упаковке, за которые среднестатистический служащий выложил бы свою месячную зарплату.
   - Ты обязан познакомиться с ней. Она просто очаровательна. Подумай только, она журналистка, и пишет статьи о различных древних вещах. Я уверена, вам будет о чём поговорить. Кстати, я не настолько наивна, чтобы подумать, что она пришла сюда ради меня. Ну-ка, не будь деревенским увальнем, - выпалила мама скороговоркой.
   - Афродита! А вот и мой сын, Джошуа. Ой, меня кажется зовут...
   - Очень приятно, как поживаете, - промямлил ошарашенный таким напором Джошуа. Ей было около тридцати, тонкое платье не скрывало очертаний её изящной фигуры, и ему тут же захотелось раздеть её, чтобы рассмотреть получше форму грудей.
   Афродита улыбнулась ему.
   - Я слышала от вашей мамы, Джошуа, что вы увлекаетесь историей.
   - О нет, что вы. Мои знания весьма поверхностны, я скорее любитель.
   - А любите ли вы музыку?
   - Разумеется, у меня есть неплохая подборка дисков. Скажите...
   - Великолепно! - оборвав его на полуслове, почему-то обрадовалась Афродита. Неожиданно, она пододвинулась к нему поближе. Её волосы коснулись его лица, аромат тонких духов достиг его ноздрей, и она заговорщически зашептала ему в ухо.
   - Джошуа, я давно искала встречи с вами. Всё, что я сообщу вам, чрезвычайно важно. Вы знаете, как будет скалистый по-испански? Самый высокий гранит ожидает вас. Сорок пять - десять, сто девять - сорок восемь. Умоляю, подумайте серьёзно о полученной информации.
   Жаркая рука схватила его за запястье. Пристальный взгляд голубовато-зелёных глаз просверливал его насквозь. Соблазнительные губы находились в опасной близости от его рта. Но ради всего святого, он же не шестнадцатилетний мальчик! Не мог же целоваться прямо на вечеринке у мамы. К тому же, охладил он себя, Афродита думала сейчас явно не о сексе.
   Хватка ослабла, Афродита торопливо открыла свою сумочку и вынула что-то плоское, величиной с ладонь.
   - Вот. Обязательно прослушайте это. От вашего решения зависит всё. Поверьте мне, всё!
   В его ладонь лёг переписанный компакт-диск, в прозрачной коробочке без надписи. Молниеносное движение, и мягкие губы, впившиеся в его рот, сделали любое возражение с его стороны невозможным.
   Так же внезапно, Афродита отодвинулась от него. Глаза её были наполнены слезами. Она тихонько провела пальцами по его руке.
   - Прошу вас.., - едва различимо прошептала она.
   - Но.., - только и смог выдавить из себя Джошуа. Тонкая фигура проскользнула к выходу. Афродита ещё раз обернулась, устремив на него полный мольбы и муки взгляд, и выбежала из дома.
   Джошуа, отметая все понятия о вежливости, ринулся за ней, но, выбежав на крыльцо, увидел лишь огни удаляющейся чёрной машины.
   Оставшись в полном недоумении и сжимая в руках компакт-диск, он поплёлся обратно. И тут же столкнулся с мамой. Та весело и загадочно улыбалась.
   - Мама, - спросил Джошуа, - как будет скалистый по-испански?
   - Монтана, - немного задумавшись, ответила мама. - А что?
  
   Джошуа сбежал с вечеринки, не дождавшись её окончания. Причём здесь монтана? Или правильнее - Монтана, американский штат? Какое отношение имеет к нему гранит? Какова форма грудей Афродиты? И что это за чёртовы цифры? Номер сейфа или же её телефон? Да нет, вроде таких телефонных номеров в Англии не бывает...
   Он осторожно положил компакт диск около стереосистемы.
   Х-м. 45-10, 109-48. Высокий гранит... Скалистый по-испански... 45-10, 109-48...Чуть не свалив по пути стол, Джошуа рванулся к географическому атласу.
   Географический атлас сообщил ему следующее.
   Гранитный Пик расположен в Горах Медвежьего Зуба, части Скалистых Гор, в американском штате Монтана. Сорок пять градусов десять минут северной широты, сто девять градусов сорок восемь минут западной долготы. В десяти милях юго-западнее вершины находится город Куки Сити, а двадцатью милями восточнее - Ред Лодже.
   Гранитный пик замечателен грозовыми бурями, которые хлещут его склоны с завидной монотонностью летними вечерами. Недостаток хорошего лагеря у подножия, ужасная подъездная дорога, короткая, но опасная кромка снега и множество предательски неустойчивых камней - всё это делает даже самый лёгкий подъём на этого монстра настоящим мучением. Несколько несчастных случаев произошло среди альпинистов при попытках взятия Гранитного Пика.
   Хорошенькое дело! Как же всё это понимать? В глубокой задумчивости Джошуа поставил компакт-диск в проигрыватель. Почему-то ему снова вспомнился золотой Будда, волнуя его сознания, напоминая о какой-то информации, находящейся в далёком уголке его мозга.
   Раздалась чудесная полифоническая музыка. Вначале шло очень проникновенное вступление. Практически никакой мелодии не было, это был ряд аккордов, которые производили впечатление чего-то очень светлого и в то же время грустного. Через некоторое время возник могучий, тревожный голос в нижних регистрах, который затем стал повторяться в более высоких октавах. Голоса то перекликались, то сливались в одно целое. Музыка плавно перетекала в нежные световые формы, которые начали создавать своё собственное пространство, раздвигая плотные сгустки тьмы. Джошуа осознал, что глаза его закрыты, и все картины возникают перед его внутренним взором. Он увидел медленно падающий снег, целую стену снега. Только вместо хлопьев, он понял это, с неба падали белоснежные крошечные ангелы с переломанными крыльями. Ангелы обращали к нему свои белые, чуть светящиеся лица, в которых застыла мольба и боль. Ангелы-снежинки касались земли и умирали. Вся поверхность была покрыта ковром из мёртвых ангелов. Он стоял один на незнакомой планете, во все стороны до горизонта уходила ровная поверхность, на которую продолжали падать и принимать свою смерть миллионы ангелов. В небе вместо солнца вращались световые фигуры, создаваемые полифонической музыкой.
   Через некоторое время музыка затихла и потрясённый Джошуа, возвратившись в свою собственную комнату, услышал голос Афродиты.
   - Милый Джошуа, - сказала Афродита, - вы единственный живой человек на Земле. Вокруг одни биороботы. Все, абсолютно все, кого вы знаете - биороботы. Родственники, знакомые, друзья ...даже я. Если вы хотите знать больше, то высокий гранит ответит на все ваши вопросы. Поверьте, больше я сказать не могу. Всё остальное зависит только от вас.
   Музыка и голос окончательно умолкли, и из проигрывателя раздалось приглушённое ритмичное шипение, как от старой граммофонной пластинки. Дрожащими руками Джошуа выключил проигрыватель, одновременно замечая, как на его ногах, обутых в домашние тапочки, тают последние снежинки, превращаясь в капельки обыкновенной воды.
   Два китайских терракотовых воина из императорской гробницы строго смотрели на него, словно не веря, что он единственный живой человек на Земле.
  
   - Всё, дальше не могу, - сказал длинноволосый парень - водитель джипа.
   Джошуа вздохнул, отсчитал несколько двадцатидолларовых купюр, и, кряхтя, вытащил из машины громадный рюкзак. В рюкзаке находилось новенькое альпинистское снаряжение, о правилах пользования которым Джошуа имел весьма смутное представление, две бутылки с минеральной водой, три бутерброда и консервы.
   - Через два часа пути вы найдёте заброшенный лагерь, где сможете отдохнуть. А дальше...
   Не закончив, водитель неопределённо пожал плечами и завёл мотор. Из-под колёс застучали мелкие камешки, и джип осторожно покатился вниз.
   Джошуа до сих пор не мог поверить, что он находится в Америке, штате Монтана, у подножия скалистого пика. Он не знает чего или кого ему искать. Он не знает даже, куда точно ему идти. Не собирается же он брать приступом одну из самых суровых вершин, которая трагически оборвала жизнь опытных альпинистов, годами оттачивавших своё мастерство. Он не понимает, какая сила заставила его совершить этот поступок и сесть на самолёт. Афродита? Полифоническая музыка? Видение?
   Всю дорогу из Англии Джошуа подозрительно приглядывался к людям, пытаясь уловить в них что-то искусственное. Какой-то намёк, говорящий о том, что они биороботы. Что-нибудь противоестественное, отличающее их от него.
   Но, надо признаться, он ничего такого не заметил. Вокруг него были самые обыкновенные люди. Или же просто все биороботы сговорились и умело создавали видимость? Или они как раз и вели себя естественно, так, как должны вести себя биороботы, а он, единственный живой человек на Земле, поневоле перенял у них манеру поведения? Знают ли они, что он живой? Знают ли они вообще, что они биороботы? Почему образ золотого Будды навязчиво преследует его? С кем связана Афродита, и почему она решилась сообщить ему всю эту информацию? Или это просто глупая шутка, а он как последний идиот поверил её.
   Сотни сомнений и вопросов роились в его голове.
   Через два часа пути Джошуа не нашёл никакого лагеря, зато он безумно устал, выпил бутылку минеральной воды, съел один из трёх припасённых бутербродов и растянул себе левую лодыжку. Шансы стать знаменитым альпинистом стремительно уменьшались. Он уже неоднократно проклял своё решение решиться на такую безумную авантюру и уже склонялся к тому, чтобы воспользоваться сотовым телефоном и вызвать спасательный вертолёт. Кто именно за ним прилетит - живые люди или биороботы, уже мало его интересовало. Хотя, весьма возможно, сотовая связь здесь не работала, и его вероятность остаться живым сводилась к нулю. Каменная махина Гранитного Пика стояла над ним такая же неприступная, как и в начале его восхождения, не приблизившись ни на миллиметр. Собственно, он даже не начал альпинистское восхождение, пробираясь по загромождённой камнями, медленно набирающей высоту, но всё же относительно ровной местности, не требующей спортивных навыков. То факт, что он уже давно отклонился от правильного маршрута к лагерю, вряд ли придал бы ему большую целеустремлённость. В довершение всех неприятностей хлынул дождь, от которого совершенно негде было укрыться, и Джошуа моментально вымок до нитки. Небо прорезали молнии, по барабанным перепонкам ударили мощные раскаты грома.
   Дорога привела его в тупик.
   Точнее, к пропасти.
   На краю пропасти сидел старик с огромными усами перед столиком, на котором стоял старинный кальян. Удивительно, над стариком завеса дождя расступалась. Прихрамывая, Джошуа вступил в сухое пространство рядом со стариком и столиком. Ведомый непонятно откуда взявшейся решимостью, Джошуа сделал шаг к старику и свалил на землю уже давно стёрший ему все плечи рюкзак. Старик, не говоря ни слова, протянул ему трубку кальяна. Джошуа сделал глубокую затяжку, и тут же понял, что это очень сильный гашиш, воспоминания о котором остались у него с далёких университетских лет. Он передал трубку старику, тот не спеша затянулся и произнёс: "Тотальный ад, тотальный ад!", и продолжил: "Вижу смутный образ Рая, но голоса мне твердят - тотальный ад, тотальный ад."
   Плотную завесу дождя пронзили нити раскалённого железа, загораясь разноцветными огнями. Где-то раздались весёлые женские голоса. Они обсуждали какую-то очень важную вещь. Но какую именно - Джошуа, как ни напрягал свой слух, не разобрал. Засвиристела невидимая птичка. Джошуа мог только проследить её воздушный, окрашенный голубоватым след. Птичка летала между переплетений дождя и металла, создавая удивительные узоры. Из кустов выполз блеснувший старой бронзой варан, из-за туч выглянуло Солнце, посылая во тьму гневные протуберанцы пламени. Мимо прошёл кто-то большой и тучный, заслонив на мгновение свет. Мелкая пыль из перетёртых веками костей грозных воинов взвилась в воздух, раздвигая мерцающие нити, бесцеремонно мешая полёту птички, чтобы осесть где-то в Африке. Заскрежетали гигантские колёса времени и жёлтый туман, коварно крадущийся в низинах, облёк реальность.
   Джошуа усмехнулся (а гашиш-то оказался действительно серьёзный!) и продолжил изучение изменяющегося на глазах мира.
   Громко застучали колёса проходящего мимо поезда. Пассажиры, следующие из небытия в вечность, расплющили свои носы о стёкла, рассматривая морские пейзажи. Рыбак безуспешно пробовал подсечь рыбу. Рыбина оказалось громадной. Это был сам Янь! Он, попирая своим телом биллионы тонн воды, вцепился клыкастой пастью в хвост Иню, который, в свою очередь, кусал самого Яня за хвост. На берегу бушующего моря какой-то безумный человек рубил топором пальму, на которой был построен его дом, два краба боком ползли по песку, скашивая на происходящее недоверчивые глазки на стебельках. Смешанная с запахом сирени, над дорогой неслась бензиновая гарь.
   - Вот, - сказал странный старик. - Возьми ключ.
   Он протянул Джошуа хрустальный многогранный предмет, преломляющийся всеми цветами радуги.
   - Если хочешь узнать больше, используй его. Подняться на нужный этаж ты сможешь на лифте. И запомни: потеряв себя - ты найдёшь себя, а найдя себя, ты убьёшь себя, и убив себя - обретёшь себя!
   - Но я только хотел спросить про биороботов.., - скороговоркой выпалил Джошуа. Однако старик уже исчез, оставив после себя лишь приятную холодноватую тяжесть многогранника в ладони. Вдалеке затихали женские голоса и звуки, издаваемые невидимой птичкой.
   Джошуа оглянулся по сторонам, стряхивая с себя наваждение. Хрустальный многогранник не хотел исчезать из руки, а неподалёку Джошуа действительно заметил то, что старик назвал лифтом.
   Вырастая из пропасти, в небо уходил бесконечный перламутровый, с оттенками жёлтого цилиндр диаметром примерно в три человеческих роста. Через его бока проходили выступы, чем-то напоминавшие гигантские заклёпки. На его матовой поверхности смутно отражались облака. Джошуа осторожно подошёл к цилиндру-лифту и дотронулся пальцем до его абсолютно гладкой, без зазоров поверхности. Внезапно на цилиндре обозначились линии, и открылось что-то похожее на кабину лифта. Джошуа ступил вовнутрь, не забыв подтащить свой рюкзак. Беззвучная дверь сразу же закрылась за ним, создав такую же перламутрово-жёлтую поверхность внутри, как и снаружи. В лифте не было лампочек с этажами, зато находилась панель с десятью цифрами и безымянной кнопкой под ними.
   Испытывая какое-то непонятное ехидство, Джошуа набрал на панели цифры 451010948, а затем нажал на безымянную кнопку. Интересно, в каком это здании может быть почти полмиллиарда этажей?
   К его несказанному удивлению, лифт тронулся. Джошуа уставился на хрустальный многогранник, который старик почему-то назвал ключом. Похоже, вместо того, чтобы получить ответ на свои вопросы, он только увеличил количество имеющихся в его распоряжении загадок. На что это намекал ему этот растворившийся в воздухе любитель сильных наркотиков? Куда он заманил его? Или же во всём виновата Афродита? И что ему делать с ключом-многогранником?
   Раздалось тихое шипение, и панель с цифрами задвинулась в стенку лифта, как вросла в неё. Джошуа нехорошо посмотрел на разгладившееся пространство.
   Джошуа переступил с ноги на ногу. Кажется, лифт подымался уже минут десять. Джошуа взглянул на часы. Чёрт! Часы остановились, и видимо не так давно. Наверное, внутри лифта время прекращало свой бег. Сколько же можно подыматься?
   Секундочку!
   Почему это он так уверен, что лифт подымается? Ну как же, он же набрал положительное целое число. Кроме того, на панели не было знака минус. Но откуда он знает, заговорила коварная, доселе спавшая часть сознания, что он не начал движение с более высокого этажа. Движение!? - взвизгнул подлый предатель внутри него. Откуда ты знаешь вообще, что лифт движется? Он движется, и всё тут. Я... просто ощущаю это. Сколько ему надо двигаться, чтобы достичь требуемой цифры? И сколько этажей он пролетает за секунду? Хватит ли у него воды и еды, чтобы выжить? И куда в конце концов привезёт его этот проклятый лифт?
   Через пятнадцать минут Джошуа захотелось сесть на пол. Он сильно вымок и устал, а лифт мог двигаться неопределённое количество времени...возможно все те несколько дней, что ему осталось прожить. А ещё раньше закончится кислород в замкнутом пространстве, и он задохнётся. Он представил себе, как в звёздном небе, куда уходит бесконечный цилиндр, через пару лет открывается дверь лифта, и его труп ввалившимися глазницами безучастно наблюдает огонь бушующих далёких светил, до которых ещё очень много этажей. Ему стало грустно и тоскливо. Коварные биороботы решили таким вот антигуманным образом ликвидировать его.
   Он примостился около стены. Собственно, стена представляла собой внутреннюю поверхность цилиндра и была поэтому немного загнута на манер спинки стула. Так сидеть было даже удобней. Он закрыл глаза. Перед его мысленным взором тут же возникла фигурка золотого Будды, застывшего в вечной медитации среди ночного неба с алмазами звёзд, перечерченное роскошными хвостами неукрощённых комет.
   Джошуа отогнал от себя посторонние мысли и постарался сосредоточиться на происходящем. Может быть, вызвать к жизни исчезнувшую панель и остановить лифт? А что если двери построены не на всех этажах? И куда вообще могут выходить двери такого лифта?
   Он попробовал простучать стенки лифта. Ничего не произошло. Тогда он достал из рюкзака новенькую кирку и осторожно ударил по поверхности. Кирку отпружинило, как в диснеевских мультфильмах. На перламутровой поверхности не осталось и царапины. Хорошо, что он не приложил всю силу, а то отдача убила бы его. Оригинальный способ покончить счёты с жизнью за несколько дней до неминуемой кончины.
   Джошуа критически посмотрел на рюкзак, будто тот был виноват во всех его напастях. С него стекали струйки воды, следы недавнего ливня, и ... впитывались в пол, который тут же становился таким же сухим и чистым, как и до принятия посторонней влаги.
   Оглядываясь через плечо, будто опасаясь, что за ним подглядывают, Джошуа примостился около круглой стенки и позволил себе опустошить давно возмущавшийся мочевой пузырь. Его поведение вряд ли одобрили бы в высшем английском обществе.
   Хотя лифт безропотно впитал в себя всю жидкость, Джошуа всё же передвинулся в диаметрально противоположную сторону, продолжая подозрительно принюхиваться. Он вынул несколько банок консервов, два оставшихся бутерброда и бутылку минеральной воды, и построил их аккуратной колонной. Интересно, подумал он, биороботы тоже едят нормальную пищу или принимают еду вовнутрь только для виду, а сами в ней не нуждаются и подпитываются из других источников? Впрочем, на данный момент это было не столь важно.
   Он положил под голову всё ещё влажный рюкзак и провалился в сон. В нём он снова увидел снег из ангелов, звёздное небо с созвездиями, выстроившимися в зловещее прорицание старика с кальяном: " Потеряв себя - ты найдёшь себя, а найдя себя, ты убьёшь себя, и убив себя - обретёшь себя!" Появившийся, ставший уже обязательным, золотой Будда принёс в сон смутное раздражение непонятно чем. Правда, ситуацию смягчили дивные глаза Афродиты, затмевавшие огонь звёздных тел...
   Проснувшись через неопределённое время, он почувствовал, что выспался, хотя немилосердно затекла шея и побаливали рёбра. Сколько же он проспал? А вдруг, пока он видел сны, дверь открылась? И он упустил свой единственный шанс спастись! А потом кто-то вызвал лифт на полмиллиарда этажей вниз! Негодяи-биороботы не сконструировали в лифте иллюминатора. А ведь не много нужно человеку, всего-то: посмотреть куда он едет. А вдруг к нему кто-нибудь собирается подсесть? Знаете, попутчик в лифте. Услужливое сознание сразу же нарисовало ужасных монстров...
   Ужасно захотелось принять душ. Почему в этих лифтах не сконструированы горячие души? Не мог он позволить себе и такой роскоши, как почистить зубы. Воду нужно было экономить. А вот воздух совсем не стал затхлым, отсутствия кислорода тоже не чувствовалось. Похоже, чистый воздух каким-то образом циркулировал через стены.
   Он позавтракал (пообедал?) бутербродами и отпил немного минеральной воды. Достав из рюкзака электробритву и показав выразительный средний палец неизвестно кому, он начал демонстративно избавляться от двухдневной щетины.
   И вдруг, словно издеваясь над жалобами Джошуа, все стенки лифта за одно мгновение стали прозрачными! Не ожидавший такого подвоха Джошуа заорал и выронил электробритву. Однако мелодично жужжащий прибор не провалился сквозь пол, а остался лежать рядом с лежащим на невидимой плоскости рюкзаком. Дрожащими руками Джошуа ощупал стену рядом с собой. Стена никуда не пропала, хотя и стала невидима, как и весь лифт. Джошуа просто висел в абсолютной пустоте, находясь на твёрдой поверхности.
   Паника отступила и Джошуа начал рассматривать картину, которую кто-то неведомый решил ему показать. Всё, что Джошуа увидел, показалось ему плохой шуткой, однако не оставляло сомнений в своей достоверности. Лифт находился в пределах Солнечной системы, но какой системы! У Джошуа возникло впечатление, что он смотрит на вскрытый часовой механизм размером с галлактику. Луна, Земля, само Солнце, звёзды - все небесные тела были какими-то объектами, управляемыми умопомрачительными шестерёнками, пружинами и шарниры. По небу неслась невозможная, обёрнутая в блестящую фольгу комета с хвостом из развивающейся бело-красной ткани. К комете были приделаны толстенные канаты, управляющие её движением. Он мог поклясться, что видел на звёздных телах заклёпки. Ему даже показалось, что он различает поскрипывание гигантских шестеренок, хотя в ужасной тишине раздавалось только его тяжёлое дыхание. Даже электробритва, устыдившись своей суеты, прикусила какую-то свою внутреннюю пружинку и замолчала. Во всей этой картине было что-то подавляющее и беспощадное. Вселенная беззвучно смеялась над ним! Этот смех выворачивал наизнанку привычную структуру бытия, все те незыблемые аксиомы, на которых построена жизнь человека.
   Также неожиданно, как и появилась, прозрачность лифта исчезла. На стене прорисовалась и разошлась перламутровая дверь. За ней оказалась дверь гораздо более привычной конструкции - металлическая, со следами ржавчины. В центре, на уровне груди находилось углубление, подозрительно подходившее к кристальному ключу, который выдал ему старик.
   Торопливо запихнув свои пожитки в рюкзак, словно боясь, что лифт передумает и поедет дальше, Джошуа опасливо подошёл к двери и протянул к углублению хрустальный многогранник. Символический ключ, как магнитом, мягко но уверенно притянулся к углублению.
   Дверь открылась, неожиданно шустро для такой проржавевшей старушки взмыв вверх. Обхватив рюкзак как единственное родное существо, Джошуа прошмыгнул под дверью, опасаясь, что та прихлопнет его, раздавит, как ворота крепости - врагов. Ворвавшись во что-то сверкающее, он мгновенно обернулся, и увидел, что дверь за ним растворилась. Двери в мире биороботов имели вредные привычки.
   Пришло время осмотреться. Перед ним лежала узенькая, уходящая в бесконечность дорожка. С двух сторон от неё в бешенном круговороте крутились хрустальные, блистающие миллионами алмазов плоскости, ленты и спирали, создавая и тут же уничтожая фантастические узоры. Среди них возникали видения переплетающихся драконов и ликов внеземной красоты. Видения на секунду преломляли свет и исчезали, уступая место следующим. Как будто он оказался в самом центре непонятного, бесконечно чуждого его миру механизма, который управлял... Чем? Приводимыми в движение с помощью шестеренок звёздами и Луной с заклёпками?
   Тяжело вздохнув, Джошуа поплёлся по дорожке, волоча за лямку позвякивающий новым альпинистским снаряжением рюкзак. Не разбить бы чего, вяло подумал Джошуа. Сломаю механизм, Солнце остановится. Ха.
   Он даже не заметил, как пересёк невидимую границу, как будто нечаянно прорвал тончайшую плёнку, и оказался в просторном матово-белом зале. Обернувшись, он с удовлетворением отметил, что дверь за ним, как обычно, растворилась.
   В середине зала, как бы вырастая из пола, стояло одинокое кресло и перед ним что-то, похожее на белый письменный стол, на котором были отмечены нежно-голубым цветом контуры для двух ладоней. Джошуа подошёл к столу и сел в кресло. Внезапно раздался чеканный, металлический голос: "Джошуа, ты находишься на борту космического корабля, перед тобой пульт управления кораблём. С тобой говорит бортовой компьютер корабля. Ты был, сразу после своего рождения, запущен в космос на этом корабле. Весь мир, который ты до сих пор знал - это имитация того, как выглядит твоя родная планета и её реальность. Все люди, которые тебя окружали в этом корабле, биороботы. Теперь тебе предстоит освоить с моей помощью управление кораблём и вернуться на твою родную планету. На этой планете всё в общем-то то же самое, но там живут не биороботы, а такие же живые люди, как и ты. Понимаешь, Джошуа, ЖИВЫЕ ЛЮДИ!"
   Джошуа задумался. А вдруг он находится в какой-то неведомой ему ловушке. Как он может это проверить? Бортовой компьютер всё очень логично изложил, обычными логическими способами его не проверить. Он покопался в памяти и вспомнил, что в университете его приятель дал ему почитать книгу по Дзену и там была информация о том, что существуют задачи, которые невозможно решить с помощью логики, которые называются коаны. Один коан Джошуа очень хорошо запомнил и решил задать его бортовому компьютеру. Он спросил у компьютера, можно ли задать ему вопрос, и получил положительный ответ. После этого Джошуа произнёс: "Если всё сводится к Единому, к чему сводится Единый?". Из стола появился виртуальный экран, и Джошуа увидел, что на экране стали возникать какие-то образы смоделированных компьютером математических миров. Миры преобразовывались, изгибались, куда-то исчезали, на смену им приходили более сложные. Постепенно стало проявляться очень смутное изображение, которое становилось всё отчётливее и отчётливее, пока на экране не возникло изображение Золотого Будды, которого Джошуа приобрёл у МакГрегора. Приобрёл-то приобрёл, да так и не получил, что было особенно обидно, учитывая нынешние обстоятельства.
   - И это твой ответ? Что значит этот золотой истукан?! - с негодованием воскликнул Джошуа.
   - Таковы мои логические выводы. Я несовершенен. Мне недостаёт много данных. Ты, как человек, способен интерпретировать мой ответ. И пожалуйста, на будущее, не старайся вывести меня из строя. Вопросы типа коанов и сможет ли Всемогущий создать камень, который не сможет поднять, давно мне известны и не влияют на работу моих логических цепей. Джошуа, ты должен достигнуть настоящей Земли, это твоя цель.
   - Как же, - съязвил Джошуа, - мы доберёмся до Земли? Не собираешься ли ты тащить за собой всю галактику, находящуюся внутри космического корабля?
   - Размеры корабля и галактики относительны. Время и пространство по сути гибкие и растяжимые понятия. Всё зависит от того, как ты осознаёшь окружающий тебя мир, каким он представляется в твоём сознании, и как твоя внутренняя сущность способна изменять твоё восприятие, а вместе с ним и внешнюю реальность.
   - Ну, байки об иллюзорности мира я уже давно слышал. В этом нет ничего нового. Эту теорию очень хорошо подкрепляет гашиш, - ухмыльнулся Джошуа.
   - Окружающий тебя мир вполне материален, - уклончиво ответил компьютер.
   - Хорошо, а как насчёт горячего душа? Я, знаешь ли, не расположен к метафизическим упражнениям в немытой бренной оболочке.
   - Ванная комната расположена слева от тебя. Справа столовая, а впереди тренажёрный зал. У тебя будет всё необходимое для периода долгой учёбы и совершенствования.
   - Но где же сам пульт управления? - недоверчиво спросил Джошуа. - И как я буду управлять кораблём, точнее целой галактикой. Точнее галактикой в корабле... или кораблём в галактике... или тем и другим одновременно... Ты понимаешь.
   - Пульт перед тобой. Забудь о лампочках и переключателях. Ты должен положить руки на голубые контуры и начать медитировать, сосредоточив своё сознание на цели полёта. Ты будешь управлять кораблём умственно, силой своего воображения. Я буду помогать тебе, но только до определённого уровня, на который я способен. С главной задачей тебе предстоит справиться самому.
  
   Когда отдохнувший Джошуа снова сел в кресло перед растущим из пола столом, мир показался ему более дружелюбным. Он понял, что если непонятные ему силы намеревались убить его, они смогли бы с лёгкостью совершить это уже давно.
   И он, прикрыв глаза, положил руки на голубые контуры. Мысль об управлении кораблём-галактикой силой воображения в состоянии медитации была, если задуматься, не такой уж и безумной. Оставалось только придумать объект для медитации. Перед ним возникла статуэтка золотого Будды. Ну что же, эта фигура была не хуже, чем любая другая. Он вспомнил её в мельчайших деталях. Будда сидел, сложив ноги, пятки его были обращены вверх. Правая рука покоилась на правом колене, а левая была опущена на правую пятку. Ладонь левой руки была раскрыта, словно Будда управлял энергией в центре тела, под диафрагмой, или выполнял сложное дыхательное упражнение. Тонкая ткань ниспадала спокойными складками, оставляя почти весь торс и правую руку открытыми. У Будды были неправдоподобно тонкие черты лица. Джошуа мог бы поклясться, что они несли ему какую-то информацию, но, что именно - он никак не мог понять. Громадные мочки ушей, изображённых в традициях буддизма, совсем не портили впечатления, а наоборот, гармонировали с умиротворённой и чуть грустной задумчивостью, запечатлённой на лице фигурки. Будда смотрел вниз, но казалось, его взор проникает сквозь пространство и время, испытующе заглядывая в душу. На лбу у него была выпуклая точечка, голову покрывала то ли странная шапочка, то ли стилистически изображённые вьющиеся волосы над высоко выбритым вместе с висками лбом.
   Джошуа сосредоточился на фигурке, пытаясь вообразить, о чём может думать Будда, силясь осознать заложенную в нём тайну и прочитать ответ в его опущенном вниз взгляде. Казалось, фигурка выросла в размерах, а он, Джошуа, превратился в ничтожного карлика, ползающего у основания гигантского монумента. Карлика, ослеплённого странным, пронизывающим душу светом, от которого невозможно скрыться.
   Несомненно, компьютер помогал ему, вливая в его сознание чистую и удивительно мощную энергию. Раньше такие вещи у него не получались, сколько он не пробовал.
   - Эй, там наверху! - наконец осмелился спросить сверкающую золотую гору Джошуа.
   - ЧТО, ДЖОШУА? - свет плавно переходил в информацию, проникающую сразу же через всё тело и необыкновенно чётко отпечатывающуюся в мозгу.
   - Где я, кто я? Какова моя цель?
   - ЖИЗНИ ЛЮДЕЙ - ЭТО ЦВЕТНЫЕ СТЁКЛЫШКИ. СВЕТ РАЗУМА ПРЕЛОМЛЯЕТСЯ В ВИТРАЖЕ ВСЕЛЕННОЙ. ВСЕ МИРЫ - СУТЬ ЕДИНОЕ ЦЕЛОЕ.
   - Что всё это значит?
   На секунду Джошуа показалось, что Будда улыбается. Хотя, конечно, ничего нельзя было сказать наверняка о величественной фигуре высотой в несколько километров.
   - ТЫ НЕОБХОДИМОЕ ЗВЕНО. ОТ ТЕБЯ ЗАВИСИТ ОЧЕНЬ МНОГОЕ. ПРАВИЛЬНО ПОДОБРАННЫЙ КЛЮЧ ОТОМКНЁТ ВЕЧНУЮ ДВЕРЬ. ПОТЕРЯВ СЕБЯ - ТЫ НАЙДЁШЬ СЕБЯ, А НАЙДЯ СЕБЯ, ТЫ УБЬЁШЬ СЕБЯ, И УБИВ СЕБЯ - ОБРЕТЁШЬ СЕБЯ!
   - Я ничего не понимаю. Опять эти слова - загадка! Пожалуйста, объясни мне, - в отчаянии взмолился Джошуа. - У меня миллионы вопросов. Кто такая Афродита? Почему я не замечал биороботов всю свою жизнь? Что значит снег из умирающих ангелов? Кто был тот старик с кальяном? Кто создал весь космический корабль и звёзды-декорации? И зачем? Как я оказался во всем этом?
   Невозможный в своей насыщенности свет на секунду вспыхнул ещё ярче.
   - ТОЛЬКО ПРАВИЛЬНО ПОДОБРАННЫЙ КЛЮЧ ОТОМКНЁТ ВЕЧНУЮ ДВЕРЬ.
   После этого свет внезапно погас. Будда рассыпался маленькими искорками, исчезающими в вечной тьме космоса. Неведомая сила вернула Джошуа в зал управления. Джошуа открыл глаза и ещё долго сидел, уставившись невидящим взглядом на свои ладони, покоящиеся на голубых контурах.
   - С кем же я разговаривал?
   - Не знаю, - ответил ему компьютер. - Мне недоступны верхние уровни человеческого сознания, хотя я и помогал тебе. Именно поэтому только ты можешь управлять кораблём. Весьма вероятно, тебе что-то удалось, а может, ты просто разговаривал сам с собой, вскрыв своим умом, как скальпелем, ранее недоступные тебе пласты реальности.
   - Что же мне делать? Как я могу быть уверенным, что не схожу с ума от всего увиденного, что твоя энергия не разрушает мой мозг, что мы вообще куда-то двигаемся?
   - Ты получишь ответы на многие вопросы, приведя корабль к цели. Пожалуйста, Джошуа, сосредоточься на управлении и медитации.
   Джошуа снова положил ладони на контуры и прикрыл глаза.
   Он не увидел в этот раз Будду, но смутно ощущал его присутствие где-то рядом. Вместе с этим Джошуа почувствовал смутное движение. Сначала он не мог понять, что это за движение, но затем он осознал, что какие-то силы сдвигают корабль-галактику с мёртвой точки, перемещают невозможную конструкцию в пространстве. Или во времени? Или и в пространстве и во времени одновременно? Хорош каламбур, подумал Джошуа. Или всё-таки корабль перемещался в пространстве, точнее, в пространствах? Переходил из одного пространства в другое? Из какого в какое? Где сейчас находился Джошуа? Находился ли он где-нибудь вообще? Или он заблудился в потайных коридорах собственного безумия? Где он находится по шкале времени? Безнадёжно пьяный на вечеринке у мамы или, перекурившись гашиша, на жёстких камнях рядом со странным стариком в горах Монтаны? Может он вообще не выходил всё это время из дома, и все события ему приснились. Однако что-то уверяло его в обратном, и тревожащие душу вопросы отходили на задний план.
   Он чувствовал на себе взгляд Будды, и пронизанный этим взглядом, он двигал корабль вперёд. Он внезапно понял, почему Будда смотрит немного вниз. Если бы он смотрел прямо, то просто не заметил бы ползающих в пыли его ног ничтожных людей. И осознав это, он заметил, что космический корабль набирает скорость. Какую именно скорость - для него оставалось загадкой: обычную, сверхсветовую, скорость перемещения во времени, или скольжение между слоями реальности. Возможно, все вместе взятые или их комбинация. Это не имело значения. Главное - корабль двигался по направлению к Земле, Джошуа был в этом уверен.
   - Ты делаешь это гораздо лучше, чем я думал, - Джошуа услышал в своём мозгу голос компьютера.
   - Да я всю жизнь только этим и занимался, - заявил Джошуа.
   В ответ он услышал что-то похожее на хмыканье.
   Внутренним взором Джошуа увидел, что зал управления кораблём становится прозрачным, совсем как в лифте. Только в этот раз он не увидел бутафорскую Вселенную. Космические тела были самыми настоящими. Он ожидал, что сейчас звёзды сольются в смазанные полосы, как в фантастических фильмах, при преодолении космическими кораблями сверхсветового барьера. Но ничего такого не произошло. Напротив, окружающая его Вселенная как бы замедляла свой бег, если так можно сказать о неподвижных звёздах. Огни постепенно приближались к нему, и Джошуа понял, что видит перед собой скорее не космические объекты, а крупные осколки цветных стёклышек, каждое из которых несло в себе частичку света необычайной красоты. Стёклышки закружились вокруг него как в калейдоскопе, пытаясь восстановить какой-то рисунок.
   Или витраж, о котором говорил Будда?
   Внезапно все стёклышки встали на свои места, образовав витраж, величиной во Вселенную. Свет пронизывал невозможное и величественное сооружение, рассмотреть которое можно, только находясь от него на расстоянии многих световых лет. Не пламя солнца, а свет, шедший изнутри звёзд-стеклышек, создавал изумительно насыщенные цвета с нежными переходами и оттенками.
   Потрясённый Джошуа пытался рассмотреть, что же изображено на этом витраже. Его растерянный мозг никак не мог воедино всё увиденное. Изображение оставалось статическим, но в то же время неуловимо менялось. Вернее, менялось представление об увиденном чуде в сознании Джошуа. Он видел в витраже величественного Будду, голубовато-зеленые глаза Афродиту и себя в то же время. Затем картина сменялась, и он замечал миллионы несущихся к небу белоснежных ангелов, как если бы снег шёл вверх. Ангелов сменяли танцующие хрустальные драконы, а им на смену приходили вечно борющиеся Инь и Янь. Он видел в этом витраже всё что было и всё что будет. Чудовищная волна информации хлынула в его мозг. Миллиарды судеб и жизней, лица, события, тела, мысли - всё слилось в бешенном вихре. Он стал всеми когда-либо жившими в прошлом, настоящем и будущем людьми, он превратился во всевозможные растения и травы, чувствуя сердце свирепого всадника, напряжённые вены несущейся лошади с налитыми кровью глазами, и смятые травинки под её копытами одновременно. Джошуа закричал внутри своего сознания, не в силах перенести такого.
   И тут, словно спасая его в самый последний момент от безумия, изображение сменилось мягким тёплым светом. Джошуа почувствовал, что от витража исходит величайшая любовь. Не любовь кого-то к кому-то, а просто Любовь, которая захлестнула всё его существо, принося облегчение протестующему мозгу, смывая мелочное и ненужное из его души.
   И ещё он увидел маленький голубой шарик, возникающий из света, заполняющего всё пространство.
   Голубой шарик приближался. Несомненно, это была Земля.
   - Ага! - радостно воскликнул Джошуа. - Ну вот мы и дома. Надеюсь, я не протараню Землю. Вряд ли меня за это поблагодарят.
   Он открыл глаза и обнаружил прямо перед глазами массивную бронированную дверь.
   - А где надпись "Открой меня"? - возмутился Джошуа.
   Компьютер молчал. Наверное, он выполнил свою задачу и самоликвидировался.
   - Ладно, диплом космического пилота пришлёшь мне по почте, - сказал в пустоту Джошуа. - Я не гордый. Ни хочешь прощаться, не надо. Ты тут без меня не скучай.
   Дверь, открылась сама, приглашая его изведать счастье жизни среди настоящих людей. Подхватив рюкзак, Джошуа решительно шагнул вперёд... и оказался под весёлыми лучами утреннего солнышка, судя по строениям, где-то в пригороде Лондона. Дверь за ним мгновенно исчезла, не оставив и намёка ни о космическом путешествии, ни о корабле-галактике.
   Джошуа завертел головой в поисках ближайшей автобусной остановки, проверяя карманы на предмет мелочи.
   Из-за угла вынырнула бронированная полицейская машина с кузовом и целеустремлённо направилась к нему.
   Вот и хорошо, обрадовался Джошуа, спрошу дорогу.
   Из машины выскочили несколько полицейских, и, бесцеремонно схватив его под руки, затолкали в закрытый кузов. Полицейские были с оружием. Всё произошло за считанные секунды, но ошеломлённый Джошуа успел заметить что-то странное.
   - Эй!!! - заорал Джошуа. - Это что за произвол?
   Он заколотил в стенки кузова, однако стенки были оббиты чем-то мягким, так что вряд ли его удары потревожили полицейских.
   - Как вы обращаетесь со мной?! Кто вам позволил? Куда вы меня везёте?
   Наконец он понял, что никто не реагирует на его крики, и умолк. В конце концов, ему не связали руки, не отобрали у него рюкзак, и не побили. Значит не всё так плохо. Только вот что ему показалось странным в полицейских? Не в поведении полицейских, а именно в их внешнем виде.
   Форма!
   Форма у них была неправильная. Не носят полицейские такой формы! Знаки различия были в виде каких-то футуристических, звёздных изображений. То ли маленькие кометки, то ли солнца. Стартрек. Капитан Пикар. Ещё не хватало, чтобы у них вместо пистолетов оказались бластеры. Что за бред?!
   Машина остановилась, и, щурящегося на яркий солнечный свет Джошуа вытолкнули наружу.
   - Но позвольте, - попытался было завязать беседу со странными полицейскими Джошуа.
   Не говоря ни слова, полицейские быстро заскочили обратно в машину и умчались вдоль по подозрительно знакомой улице. Ну, конечно! Это же его улица. А подвезли его прямо к собственному дому. Даже на автобусе сэкономил. Ребята капитана Пикара ему явно нравились. Надо будет пересмотреть космическую оперу. Не всю, разумеется...
   Пока он рылся в карманах в поисках ключа, к его дому подъехала машина, в которой он с удивлением узнал сидящего за рулём МакГрегора. На заднем сиденье маячил его ассистент.
   - А вот и мы, - широко улыбаясь, сообщил МакГрегор. - Туризмом увлекаетесь? - он весело подмигнул Джошуа. - А я и не знал. На природу выезжаете? Чудесно, что я вас застал.
   - Да я, собственно,.. наоборот, - промямлил в ответ Джошуа.
   - Хорошо, хорошо. Вот здесь распишитесь, пожалуйста. Куда ставить Будду?
   Ассистент в дорогом костюме уже вышел из машины, бережно поддерживая аккуратный деревянный ящичек с фирменным знаком МакГрегора.
   Всё было обыденно и знакомо, кроме, пожалуй, третьего глаза МакГрегора, доброжелательно смотрящего со лба и шести рук ассистента, удерживающих ящик.
  
   Джошуа распаковал ящик и осторожно поставил фигурку Будды на стол. В нём накапливалось скрытое раздражение глиняным истуканом, с которым он беседовал, медитируя в корабле-галактике. Древняя статуэтка не внушала ему теперь ни благоговения, ни страха. Лишь смутное напоминание о чём-то давно забытом вдобавок к раздражению.
   Зазвонил телефон.
   Мама осведомилась, не забыл ли он, что у нее завтра день рождения, а сегодня вечером она приглашает его на вечеринку. Кстати, там будет одна очень интересная молодая леди.
   - Какую вечеринку? - недоумённо пролепетал Джошуа. - Разве ты не отмечала день рожденья пару дней назад?
   - Где ты успел набраться? - строго спросила мама. - Эх, Джошуа, Джошуа... Я жду тебя сегодня вечером, в девять. Постарайся быть вовремя.
   Джошуа судорожно обернулся к электронным часам с календарём, затем включил информационную программу телевиденья. Всё сходилось. Завтра у мамы день рожденья. Видимо, он попал на настоящую Землю с живыми людьми. Но откуда тогда взялись излишние части тела, не подобающие настоящему джентльмену, у МакГрегора и его ассистента? И кто эти странные полицейские в космической форме? Как вообще этот мир отличается от привычного ему, но заселённого биороботами? Как ему теперь жить? Неужели никто так и не узнает о его настоящей судьбе? А происходило ли с ним что-нибудь? Возможно, мама права, и он перебрал вчера скотча в баре Челси? Или, ещё того хуже, накурился гашиша, и ему всё привиделось, включая видение, что он курит гашиш и от него возникли галлюцинации. Тысячи вопросов и сомнений снова нахлынули на него.
   На столе находились купленные им заранее духи для мамы. Духи?! Он купил их ПОСЛЕ звонка, совсем забыв о мамином дне рожденья. Попав в этот мир, он несомненно, незаметно для себя, испытал некое смещение по временной и событийной канве реальности. Или же просто всё забыл, что с ним произошло вчера, оборвал он себя.
   Но почему он так уверен, что ОН это ОН? Сейчас как войдёт Джошуа с третьим глазом во лбу и шестью руками, и прогонит его из дома! Я просто так не уйду, упрямо подумал Джошуа. Я ему... себе всё объясню. К тому же, я страшно устал, внезапно осознал он, и повалился на кровать. Перед тем, как я себя прогоню, по крайней мере, успею выспаться. Я живой человек среди настоящих живых людей. И неважно, сколько у МакГрегора глаз, главное - он честно выполняет торговую сделку, подумал Джошуа, проваливаясь в сон.
  
   Проснувшись к вечеру, он огляделся по сторонам, но не заметил ничего необычного. Похоже, никто не собирался его прогонять, и появления дополнительного Джошуа не предвиделось. Он чувствовал себя полностью отдохнувшим, и всё происшедшее с ним казалось теперь давним и невероятным сном.
   Гости были уже изрядно навеселе, когда Джошуа прибыл к дому родителей. Однако, к его громадному изумлению, во фраке и галстуке-бабочке Джошуа смотрелся более чем неуместно. Он словно пересёк невидимую границу, попав в мир, дикой смесью сошедший с морских полотен Рубенса и Боттичелли.
   Везде сновали морские коньки, дельфины, диковинные рыбины, пухлые хулиганящие младенцы, обнаженные пышные девы не первой свежести и мускулистые, с изрядной долей жирка мужчины. Водоплавающие джентльмены совершенно бесцеремонно хватали за сочные места заливисто смеющихся девиц, предлагали им раковины-кубки с плещущим через края шампанским. Мама легко выплыла к нему из картинно пенящихся волн в не лишённом изящества наряде из водорослей, раковин и кораллов. Слава Посейдону, хоть она была одета.
   Джошуа свободно рассекал пенящуюся картинную воду, без труда оставаясь наплаву.
- А вот и ты, - сказала мама, - Посмотри, с кем я хочу тебя познакомить.
   Джошуа увидел прекрасную тонкой и беззащитной красотой Афродиту, выходящую к нему из пены. Афродита была полностью обнажена, и не скрывала свою наготу. Джошуа не мог отвести взгляда от её небольшой и нежной груди с тёмно-алыми сосками, тонких щиколоток, почти не касавшихся воды, от призывающего всё его естество лобка с тёмными волосами.
   - Ну, вы тут поговорите, - беззаботно проворковала мама, уплывая к ведущей развратные действия в общественных местах группе мужчин и женщин, частью с рыбьими хвостами. Да ещё и при детях, с беспокойством подумал Джошуа, косясь на морских младенцев.
   Джошуа как бы выпал из окружающего его мира. Он поднялся над поверхностью воды. Во всей Вселенной остались только он и обнажённая Афродита. Он оставался на месте, и Афродита, не двигаясь, чудесным образом приблизилась к нему, касаясь сосками его фрака, призывно открывая губы и пронзая его влажным взглядом голубовато-зелёных глаз. Её волосы, потревоженные лёгким бризом, щекотали его лицо.
   - Милый Джошуа, - произнесла Афродита. - Я давно искала встречи с вами. Всё, что я сообщу вам, чрезвычайно важно. Постарайтесь использовать полученную информацию.
   - Афродита, разве мы с вами раньше не встречались? Я уверен, что знаю вас.
   - Блуждающие души нередко пересекаются на просторах Вселенной.
   У Джошуа создалось чёткое впечатление, что её совсем не смущало отсутствие одежды и вся сложившаяся ситуация. Более того, она совсем не думала о сексе, с сожалением осознал он.
   Её прекрасные глаза наполнились слезами.
   - Джошуа, умоляю вас, прислушайтесь к вашему сердцу.
   В его руке оказалась отполированная раковина. Афродита медленно стала удаляться, растворясь в голубом безбрежном океане. Океан тускнел и терял чёткость, растворяясь в воздухе.
   Джошуа оглянулся по сторонам. Он снова находился в своём доме, его фрак совсем не промок, а в руке он сжимал витиеватую раковину. Он покрутил её перед глазами, и, не зная, что дальше делать, приложил к уху.
   Послышался еле различимый шум прибоя, как это обычно бывает в раковинах. Я знаю, что это не эхо океана, с горечью подумал Джошуа, а просто пульсация крови в ухе, не слышимая без резонатора. Но шум океана не хотел затихать. Напротив, в нём послышалась сначала еле различимая, но нарастающая мелодия полифонической музыки. Мелодия была грустной и тревожной одновременно. Джошуа вначале не мог определить что это за инструмент, но потом понял, что это что-то типа ситара. Иногда в музыкальную ткань вплетались тибетские колокола, звуки шарманки, какие-то нереальные, потусторонние голоса органа "Хаммонд". Музыка оставляла ощущение бреда, который, однако, был чрезвычайно искусно сооружён. Его сознание, увлечённое этой странной мелодией, совершило незаметное перемещёние, и он обнаружил себя стоящим на бесконечной, выжженной до абсолютной черноты плоскости. Над его головой на фоне тёмно-багрового неба бесновались два громадных рассерженных светила, теснивших грозные тёмно-фиолетовые тучи. Вспыхнули ослепляющие зрачки молнии, на мгновение прочерчивая темноту незнакомыми письменами. Раскаты чудовищного грома чуть не разорвали ему барабанные перепонки. Тучи содрогнулись, посылая на черную землю маленькие пылающие сгустки огня. Джошуа увидел, что эти огни живые. Он различил вырисовывающиеся в них кожистые крылья, уродливые тела и злобные скалящиеся лица. Тучи разразились дождём из демонов! Маленькие огненные демоны, проносясь миллионами комет в пылающем пространстве, обращали свои безобразные лица к Джошуа и разражались истерическим смехом. Достигая земли, демоны взрывались маленькими атомными грибами, не прекращая при этом неистово и явно издевательски хохотать. Вся земля покрылась ковром миниатюрных атомных взрывов. Джошуа невольно зажмурился и плотно прижал ладони к ушам, не в силах переносить такое.
   Видение отступило, и он понял, что всё произошло только в его сознании, а он всё это время продолжал сидеть в комнате, прижимая музицирующую раковину к уху. Странно, его дорогой фрак был прожжён в нескольких местах, как будто он долгое время сидел около стреляющегося искрами костра, а его руки были испачканы налётом гари.
   Полифоническая музыка затихла, и он услышал в раковине взволнованный голос Афродиты.
   - Джошуа, вы не такой как все. Вас окружают настоящие, живые люди. Вы - единственный на Земле биоробот!
   - Я!? - изумлённо прошептал Джошуа.
   - Знаю, что вам трудно в это поверить, - как бы отвечая на его мысли, продолжала Афродита, - но это так. Мне очень жаль.
   На его глаза навернулись слёз обиды от такого разочарования. И это вознаграждение ему, после всего, что он перенёс!? Какая чудовищная несправедливость! Нет, здесь должна быть ошибка, ловушка, ложь. Афродита его обманывает. Но невидимый голос в его мозгу говорил ему, что это не ошибка. Всю жизнь он просто не подозревал о своей истинной сущности, но сейчас всё становится на свои места. Он - биоробот! Злобная ирония - у биороботов могут течь слёзы... Более того, их может сбить с ног сам факт того, что они биороботы...
   Джошуа бессильно заморгал глазами, сдерживая готовые вырваться рыдания.
   Но я же многократно проверялся у врачей, пытался он что-то доказать сам себе. Неужели они ничего не заметили. Не глупи, строго сказал голос, ты же не механический и не электрический, ты - БИОробот. В тебе нет шестерёнок и батареек. Врачи ничего не могли заметить. Просто ты не живой человек. Ты НЕ живой! Ты НЕ человек!
   - Не-е-е-т! - гневно закричал Джошуа, дернувшись от возмущения всем телом.
   И свалился с дивана, на котором до этого сидел.
   Падать было довольно больно, хотя и невысоко. Ему показалось, что он свалился не на пол с мягким ковром, а на жёсткие камни. Изверги! Биороботы ощущают боль...
   Жесткие камни оказались жёстким камнями. Он лежал перед балующимся наркотиками стариком, обладателем обвислых усов. Старик, как и в прошлый раз, сидел на краю обрыва, где-то на Гранитном Пике, в Скалистых Горах штата Монтана. По крайней мере, всё выглядело именно так. Правда, окружающие их скалы светились каким-то радужным, совсем некаменным сиянием, свинцовые тучи над головой громоздились уходящими в бесконечность в разных направлениях колоннадами, но Джошуа уже не обращал внимания на такие мелочи.
   Старик помахал Джошуа рукой, как доброму знакомому, и положил себе на язык марку - бумажный квадратик, пропитанный, по всей видимости, ЛСД.
   А старик не промах, подумал Джошуа, получив свою марку и вставая с камней. Он положил в рот бумажный квадратик и стал его посасывать. Да, это было ЛСД, причём очень высокого качества.
   - Перед тем, как ты начнёшь "путешествовать", - сказал старик, - я расскажу тебе о квазипространстве, в которое попадает человек во время своего "путешествия". Если что-то будет неясно задавай вопросы.
   - Существует главное противоречие - мы говорим о квазипространстве, как о реально существующем, однако из названия следует, что это пространство существует якобы, то есть вообще как бы не существует. Тут надо заметить, что существует всё, о чём мы можем подумать, и существует оно в нашей мысли. О том, что мы думаем, мы можем сообщить другим людям, а это может повлиять в свою очередь на их мысли и поступки, так что если мы думаем или беседуем с другими людьми о квазипространстве, то эта, якобы существующая, вещь становится реальностью.
   Джошуа задумался и уточнил у старика:
   - Почему именно квазипространство, то есть вещь существующая якобы?
   - Если мы говорим и думаем о вещи реально существующей, то мы входим в контакт с этой вещью и испытываем на себе её воздействие или действуем на неё. Рассуждения о квазипространстве лишены взаимодействия с ним, так как оно существует якобы. Поэтому мы не тревожим никакие силы мира, а стало быть, по крайней мере, не ухудшаем свою жизнь. Можно определённо сказать, что наоборот, мы её улучшаем, так как во-первых, убираем из своего сознания вещи реально существующие, и во-вторых, плодотворно проводим своё время.
   Идея была для Джошуа очень интересна.
   - Что же можно реально сделать с квазипространством?
   Старик беззвучно рассмеялся.
   - В него можно войти , из него можно выйти.
   Внезапно Джошуа выяснил, что он находится в Париже. Неплохо для начала, подумал он. Медленно сгущалась тьма. Какая-то скрипачка взяла его за руку и отвела к себе домой. Уютная, большая квартира. На стенах картины, стоят шкафы со старинным хрусталём, висят часы с боем. Одна из комнат оказалась химической лабораторией, в которой Джошуа с девушкой мирно пили чай из колб. Девушка выпила чай, вынула скрипку и стала играть что-то из Вивальди. Девушка взяла верхнюю ноту "ля" и опустила смычок. Потом она достала длинную папиросу и прикурила. Сделав несколько затяжек, она передала папиросу Джошуа. К нему в нос залетел какой-то дивный сухой запах. Марихуана, а может быть и гашиш, мелькнула у Джошуа мысль. Девушка посмотрела ему прямо в глаза и он принял решение сделать несколько затяжек. Возникла какая-то странная пауза, во время которой они молча курили эту папиросу.
   Внезапно всё прояснилось. Пришло ясное осознание того, что он сидит в химической лаборатории в центре Парижа, а перед ним какое-то странное существо, которого он совершенно не знает. Скрипачка улыбнулась и коверкая слова, произнесла: "Тотальный ад, тотальный ад."
   Это что же получается, подумал Джошуа, я испытываю воздействие ЛСД, а у меня реальное ощущение, что я курю марихуану или гашиш. Я думаю, что я в горах Монтаны, а я на самом деле в Париже. Или всё-таки в горах? Что там говорил старик о квазипространстве? Или же я в него, в это квазипространство, уже попал? Может быть, хуже того, пребываю там давно, или же даже я не знал с самого своего рождения ничего, кроме квазипространства?
   - Мастер Сосан сказал, - отвлекая Джошуа от размышлений, задумчиво процитировал наизусть старик, - "Великий путь прост для тех, кто не делает предпочтений. Когда нет любви и ненависти, тогда все открыто и ясно. Проведите хоть малейшее различие - тогда и небо, и земля окажутся бесконечно разделенными. Если вы хотите видеть Истину, тогда не выступайте "за" или "против". Борьба между тем, что любят и тем, чего не любят - это болезнь ума."
   Старик порылся в карманах и выудил оттуда абсолютно чистую магнитную карточку, которую и протянул Джошуа.
   - Искать мудрость рассудком - величайшая из всех ошибок, - сказал старик и кивнул головой на пространство за спиной Джошуа.
   Джошуа обернулся и с грустным пониманием выдавил из себя улыбку. Его дожидался жёлтый лифт в уходящей в поднебесье трубе. Джошуа положил магнитную карточку к себе в карман, и, устало махнув опущенной кистью руки на прощанье старику, шагнул к бесшумно раскрывшейся двери.
   По обыкновению, дверь растворилась в стене лифта за ним следом.
   - Снова без мебели, - грустно вздохнул Джошуа и набрал на пульте лифта, повинуясь внезапному наитию, цифру 849010154, перевернув знакомый ему по предыдущему путешествию номер.
   В мозгу загорелась красная лампочка. Первое. Он, таким образом, почти удвоил количество этажей. Второе. В этот раз с ним нет рюкзака с бутербродами и водой.
   Панель аккуратно растворилась в стене, сменившись маленьким баром с завернутыми в полиэтиленовые мешочки бутербродами и бутылкой минеральной воды без этикетки.
   - Перед смертью откармливаете. Ну-ну, - мрачно заметил Джошуа.
   Также без предупреждения из пола выросла высокая табуретка без спинки.
   - И на том спасибо, - сказал Джошуа, откусывая от бутерброда. Даже если бутерброд отравили, ему было уже всё равно. Все мысли куда-то исчезли из его головы. На смену им пришли усталое безразличие и обида.
   Правда, на кого конкретно ему обижаться, Джошуа ещё не понял.
   Он механически дожёвывал второй бутерброд, когда стенки лифта стали прозрачными, открыв ему, как и в прошлый раз, бутафорскую вселенную. Джошуа лениво рассматривал небесные тела-декорации. Звёзды подрагивали, грозясь отвалиться, планеты вращались с судорожными подёргиваниями. Одна комета, оборвав канаты, сиганула куда-то вниз, оставляя клочья тряпичного хвоста на торчащих конструкциях. Ему показалось, что работавший безотказно миллиарды лет механизм вот-вот остановится, что космическим пружинкам и шестерёнкам требуется срочная починка. И точно, к своему неописуемому ужасу, он заметил какое-то движение. Джошуа вскочил с табуретки и притиснулся вплотную к прозрачной стенке. Хотя, вряд ли лишний метр мог серьёзно приблизить происходящее на расстоянии сотен световых лет. Он мог поклясться, что различил руки с отвёрткой, подвинчивающей разваливающуюся галактику. Куда уходили руки, кому они принадлежали? Джошуа расплющил нос о стенку лифта, пытаясь разглядеть лицо, смутно белеющее за застывшим вихрем туманности.
   И тут лифт остановился, одновременно утратив прозрачность.
   На этот раз материализовалась модернистическая дверь из полированного металла с прорезью для магнитной карточки.
   Джошуа вставил карточку в прорезь.
   Ничего не произошло.
   - Эй! - сказал Джошуа.
   На дверь это восклицание не произвело никакого впечатления.
   Ну конечно, требуется набрать код. Набрать? Никакой панели около двери не наблюдалось. Стоп! Почему именно набрать?
   - Искать мудрость рассудком - величайшая из всех ошибок, - сказал Джошуа.
   Дверь бесшумно открылась, пропуская его вовнутрь.
   Джошуа оказался в галерее с живыми хрустальными стенами. Только в этот раз хрусталь был окрашен в тёмно-красные, с прожилками чёрного цвета, что придавало молниеносно меняющимся картинам какой-то жуткий, зловещий оттенок.
   Хрустальная галерея сменилась белоснежным залом - центром управления кораблём-галактикой.
   - Привет, давно не виделись, - бросил Джошуа компьютеру.
   Компьютер ничего не ответил.
   - Зазнался, значит, - с удовлетворением отметил для себя Джошуа. - А ведь мы с тобой почти что родственники... Ну не хочешь говорить - не надо. Главное, помоги мне довести корабль до Земли. Там меня встретят родные биороботы... Или люди, они сдадут меня в лабораторию для опытов. Или у меня прорежется третий глаз... Какое это имеет значение? Тут вот Вселенная разваливается...
   Не переставая бормотать себе под нос, Джошуа уселся перед столиком с голубыми контурами.
   - Что ж, квазипространство, так квазипространство, - сказал Джошуа.
   Созвездия закружились перед его мысленным взором, складываясь в замысловатые узоры, среди которых он различил галереи со множеством колон. Около каждой колоны находилась статуя Будды. Колонны сходились и расходились в пространстве, выстраивая немыслимые перспективы работ Ашера.
   И ещё он увидел руки. Громадные руки, совершавшие какие-то непонятные движения. У него было смутное ощущение, что эти движения имеют какое-то отношение к нему, что он находиться на самом пороге решения чрезвычайно важного вопроса, от которого зависит вся его последующая жизнь. Однако как Джошуа не пытался волевым усилием мысли приоткрыть завесу, скрывающую, как ему казалось, ответ на загадку, у него ничего не получалось. Какое-то забытое, но, несомненно, хорошо известное ему имя вертелось у него на кончике языка, но так окончательно и не определилось. Ему не хватало... ключа, который бы приоткрыл невидимую, но прочную завесу, скрывающую тайну. Зато он почувствовал неимоверное ускорение, которое развил корабль-галактика, подчиняясь энергии его медитации. Ещё раз опалив его ум, перед его мысленным взором возник витраж, величиной во Вселенную. Лавина информации прокатилась по агонизирующему мозгу, удаляясь, превращаясь в голубую точку, к которой нёсся корабль.
   Джошуа открыл глаза, в которые ударяли яркие лучи солнца, непроизвольно задержав взгляд на фраке, прожжённом в нескольких местах злобными огненными демонами.
   - А вот и такси, - обрадовался он, увидев подъезжающую полицейскую машину.
   - Эй, ребята, как дела у капитана Пикара?
   Его вопрос остался не отвеченным. Полицейские в космической форме (теперь Джошуа точно разглядел, что у них были бластеры) молча затолкали его в кузов автомобиля, и через некоторое время также безмолвно выгрузили его около его собственного дома.
   - Они из квазипространства, теперь ясно, - сообщил сам себе Джошуа, заходя в дом.
   В мрачном расположении духа он плюхнулся на диван, исподлобья уставившись на медитирующую статуэтку золотого Будды. Раздражение нарастало в нём, переходя в мощную волну гнева. Его глаза налились кровью, дыхание участилось.
   - Что!? - закричал Джошуа. - Что ты уставился? Проклятый истукан!! Урод! Вот, получай, на тебе!
   Джошуа схватил раковину, полученную миллионы лет назад от Афродиты и с силой запустил её в статуэтку. Раковина врезалась в покрытую позолотой терракотовую фигурку, разбивая её на мелкие осколки.
   Раковина свалилась на пол, а на столике, среди глиняных осколков, остался лежать свиток пожелтевшей бумаги, или, возможно, пергамента, перевязанный почти выцветшими красными верёвочками.
   Переводя дыхание, Джошуа подошёл к столу, осторожно взял в руки свиток и развязал легко разошедшиеся верёвочки. Он ожидал, что бумага разойдётся под его руками, но это не случилось. Очевидно, бумага была пропитана какой-то закрепляющей жидкостью, слабый пряный запах которой Джошуа смутно уловил.
   Джошуа раскрыл свиток, уставившись на незнакомые ему убористо начертанные закорючки. Очередное разочарование. Он не сможет без специалистов прочитать пришедшее к нему через века послание. Его рука уже хотела отложить свиток, но тут огненная плеть хлестнула по его сознанию.
   Он знал язык, на котором было начертано послание! За те несколько секунд, что он наблюдал Вселенский витраж, он прожил миллиарды жизней, и в некоторых из них он, несомненно, был с теми людьми, которые говорили, писали и читали на этом языке.
   Он по-новому посмотрел на свиток. Буквы обрели смысл, начали складываться в слова. Слова в предложения. И он прочитал:
  
   Ключ Будды.
  
   "А теперь слушайте, о благомудрые друзья, это внезапное учение. Люди, изначально находящиеся в неведение, считают иллюзию единственной реальностью. Их реальность, таким образом, совершенно иллюзорна. Иллюзия, по своей природе, делает всё реальным. Если же разрушить иллюзию и войти в царство реальности, то человек постигает, что находился в иллюзии. Иллюзия, которую он принимал за реальность, оказывается за пределами его восприятия. Реальность же для находящегося в иллюзии, подобна иллюзии, он знает о ней, но её не воспринимает, как истинную реальность. Я же делаю акцент, на внезапности этого учения, чтобы обрести подлинное просветление и покончить с иллюзиями. А теперь будь крайне внимателен. Если ты сейчас осознаешь, что я скажу, то ты сможешь разрушить царство иллюзии и войти в подлинную реальность. Итак. Все вещи по природе не таковы, какими они кажутся изначально. Цветок не существует в своей первозданной форме, бабочка не испытывает никаких трансформаций. Жук никуда не ползёт, чайка не охотится за рыбой. Вселенная не функционирует, чай в чашке не остывает. Кто сей змей, что летает по воздуху и ходит без провожатого, тогда как муравей, покоящийся между зубов, получает от этого удовольствие, начало которого в обществе, а конец в одиночестве? Кто сей орёл, свивший себе гнездо на древе, которое не существует? Кто его птенцы, взрастающие, но не среди созданий, кои сотворены на месте, где они не были сотворены? Кто те, что восходя нисходят и нисходя восходят, составляющие одно и одно, равное трём? Кто та прекрасная дева , на которой никто не останавливает своих взоров, чьё тело сокрыто и открыто, которая выходит утром и скрывается днём, надевает украшения, коих нет?"
  
   Что-то произошло. Мир...надломился. Джошуа открыл, последнюю, невидимую дверь.
   Время и пространство сместились.
   Джошуа увидел небольшой монастырь, окружённый низкой оградой. В центре монастыря располагался храм с галереями, по бокам галерей на небольшом расстоянии друг от друга стояли колонны. По всей территории монастыря были расставлены статуи Будды. Статуи находились также около каждой колонны. В главном зале храма огромный золотой Будда занимал центральное место. Джошуа увидел наголо выбритых монахов. Монахи носили жёлто-красную одежду. Пожалуй, статуй было не меньше, чем монахов. Внезапно Джошуа совершенно чётко осознал, что он находится в Непале, в 1563 году по европейскому летоисчислению. Название монастыря - Рандрук Йеше - возникло из глубин его памяти, как если бы он всего лишь забыл на время хорошо знакомое понятие.
   Он хотел подойти и заговорить с одним из монахов, ... но не мог. Как если бы он не обладал телом, и лишь только его сознание присутствовало здесь. Но в то же время он совершенно чётко осознавал, что он находится именно здесь, в это самое время.
   Он оказался в одной из комнат храма. Старый мастер терпеливо создавал из глины фигурку Будды, в которую до этого вложил свиток с Ключом. Его руки создавали тонкие черты. Джошуа узнал эти руки!
   Неведомая сила повлекла Джошуа внутрь фигурки. Он стал частью статуэтки, он слился с ней! Теперь Джошуа видел весь мир из-под чуть опущённых век Будды. Он различил комнату, в которой работал старый мастер. Комната была украшена стилистическими изображениями звёздного неба - падающими звёздами и летающими кометами, фигурками белых и чёрных крылатых людей.
   И ещё Джошуа увидел глаза мастера.
   Голубовато зелёные.
   Как глаза Афродиты. Чьё тело примет через несколько столетий реинкарнацию души старого монаха.
   И ещё Джошуа понял, что все эти столетия находятся в его распоряжении. Для медитаций, для слияния со звёздным витражом, для раскрытия тайн квазипространства.
   Для того, чтобы пожертвовав собой, он донёс тайну до самого себя.
   Неподвижное существо из позолоченной глины, способное почувствовать всю Вселенную, кто он теперь? Человек? Биоробот?
   Разве это имеет значение, подумал Джошуа, и тонкая улыбка украсила его позолоченные уста.

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"