Марков Денис Фаритович: другие произведения.

P&s агентство Пережить Смерть

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
Оценка: 8.50*8  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Бог дал ему Дар переживания чужих смертей... Он заживо горел, задыхался и тонул. Его резали, обливали серной кислотой и сдирали кожу. Он разбивался, его сбивали машиной, расстреливали из автомата, в конце концов, просто погибал от мучительной болезни. И все эти ужасы ради чего? Есть ли смысл бесконечного кошмара? Через что ещё надо пройти, чтобы понять, что всё это не просто так?.. Лишь через боль и лишения познаётся настоящая любовь к человечеству, но не каждый сможет это выдержать. Роман для тех, кто любит драму, мистику и просто, хорошую фантастику. Надеюсь, сцены с чёрным юмором не покоробят читателя. Приятного чтения!

   P&S (агентство 'Пережить смерть')
   Пролог
  
  ...Из живота торчала рукоятка ножа, боли не было, лишь легкое онемение и неприятное чувство инородного предмета внутри. Ну, и еще кровь текла между пальцев - я пытался руками зажать рану вокруг лезвия, но безрезультатно. Силы я терял с каждым пройденным шагом, дикая усталость настигала меня, но я знал, надо было выйти из леса как можно быстрей. Первый снежок крупными хлопьями падал с неба на листву, под ноги. Куда идти, я не понимал - тропа была уже припорошена. Я просто шёл сквозь засохшие заросли, вперед, понимая, что если упаду, то не встану.
  Всё! Ноги подкосились. В глазах кружилось, а ступни сковали стокилограммовые кандалы... Идти я больше не мог и упал на кучу пожухлой листвы. Было приятно и спокойно. Одна снежинка удобно устроилась на моей ресничке и красиво преобразила последнюю картину осеннего леса. Нежные оголённые березки прощаются со мной, и я им улыбаюсь. Эх, Тёма, любимый мой Тёма, как там ты без меня будешь... надо же, и совсем не страшно...
  Приход! В легких не хватает воздуха, и я, с голодным придохом, хватаю ртом кислород. В висках стучит, и я чувствую, как мой организм насыщается жизнью.
  - Уфффффф! - почти всегда, я исторгаю этот неприятный звук, когда прихожу в себя. Спина мокрая, я чувствую, как несколько капель скатываются по позвонку, в сторону поясницы. В руках у меня зажаты кожаные перчатки, я на них смотрю, не понимая еще, что происходит.
  - Сергей Владимирович! Вы как? - услышал я смутно знакомый голос. Сфокусировав свою 'визуалку', я увидел перед собой Антоху, моего секретаря, по совместительству, водителя, и, если честно, ещё и бухгалтера.... Совесть моя немного неспокойна, плачу-то ему только одну зарплату.
  - Антон, всё нормально, - пробормотал я, хватая протянутое полотенце и вытирая лицо от пота.
  - Ну? Сергей Владимирович, ну? - ага, клиенты здесь. Я повернулся на своем крутящемся кресле в их сторону. Мужчина лет пятидесяти, совершенно седой, но фигура моложавая, с трудом сдерживает свои эмоции. Женщина его возраста, немного в теле, но довольно приятная на лицо. Оба смотрят на меня с надеждой.
  - Контакт был! - уверенность в моих словах придала надежды им, они посмотрели друг на друга. Горько, очень горько было на них смотреть, они-то не знают, что если 'контакт' произошел, то для них, почти всегда, ничего хорошего это не несёт, поэтому я продолжил. - Его нет в живых!
  Я - негодяй, но и молчать было нельзя, ложные надежды ни к чему хорошему не приведут. Женщина заплакала навзрыд, уткнувшись в плечо мужу. У мужчины глаза красные, я чувствую, как он себя сдерживает...
  - Его убили! Ножевое ранение в живот, большая потеря крови, - только не судите меня, я просто знаю, что надо это сказать... всё то, что могу, поэтому продолжаю, - его тело находится в каштаксом лесу, в молодой березовой роще. От остановки 'Каштак', строго на север, полтора километра...
  Мужчина не выдержал, заплакал, прижимая к себе жену. Антошка, вытирая рукавом, уголки глаз, отошёл к окну, а что вы хотите, ему всего лишь двадцать два года.
  - Как? Как это произошло? - простонал клиент, его трясло.
  - Не спрашивайте, Семён Андреевич! Просто найдите своего сына, а остальное пусть выясняет полиция...
  - Мне срать на полицию! - закричал клиент. Эх, не люблю я такие моменты, но, увы, такова специфика моей работы. - Они полгода ищут его, безрезультатно! Грош цена их работе!!
  - Семён Андреевич, полиция не всесильна, но если вы найдете сына, то и органы смогут многое сделать...
  - Милый, Сергей Владимирович! - эти просительные ноты я понимал, но не мог ему рассказать больше. - Это мой единственный сын... был, помогите, пожалуйста... Скажите, кто его убил?
  - Семён Андреевич, поймите меня, я не могу рассказать этого. У нас был с вами договор, я нахожу вашего сына живого или... мёртвого, - женщина громче заплакала от моих слов, - но могу вам сказать, что нож в его животе, точней рукоятка, с 'пальчиками' убийцы. Полиции труда большого не составит поиск его, зря вы так про них говорите...
  - Я вам в десять раз больше заплачу от гонорара, только одну фамилию и всё!
  - Нет! - строгость мне не свойственна, но иногда нет выхода.
  - Семён Андреевич, Анна Васильевна, - от окна оторвался Антоха, пошёл на выручку, - ну, в самом деле, Сергею Владимировичу, после сеанса, нужен отдых...
  Очень уважительно, но настойчиво, Антошка взял клиентов за локотки. Помог им встать с дивана и стал сопровождать к двери. Я всем сердцем чувствовал их боль, эта истина убила последние надежды. Но и без упокоя, душу парня тоже нельзя было оставить там... в лесу.
  - Хотя бы скажите, Сергей Владимирович, мой сын сильно мучился? - они остановились в дверях. Я посмотрел в глаза Семёну Андреевичу.
  - Нет! Боли не было! Красивый лес, нежный снежок и последняя мысль - Тёма, как там мой Тёма будет без меня... - зря я это сказал, у женщины подкосились ноги и Антошка подскочил к ней, перехватывая её падение. Секретарь кинул на меня осуждающий взгляд, оттаскивая женщину к дивану. За ними, как в прострации, следовал Семён Андреевич. Последние слова произвели впечатление на моих клиентов, сколько раз себе зарекался лишнего не говорить, а вот опять...
  - Тёма, это его сын.... наш внук. Всё, что осталось от нашей кровинушки. - Заплакала Анна Владимировна, уткнувшись в грудь моего секретаря.
  Пришлось мне взять себя в руки и с дрожью, налить воду из графина на письменном столе, в стакан, и поднести женщине. Ноги были ватные, реально, после таких сеансов я чувствовал себя не очень...
  - Сп... спасссибоо! - поблагодарила Анна Васильевна, стуча зубами по стеклу.
  - Ну, что вы, - отмахнулся я от благодарности, и протянул Семёну Андреевичу кожаные перчатки, - мне они больше не нужны!
  Клиент взял перчатки сына и, прижав их к своим щекам, присел рядом с женой.
   * * *
  - Серёга! Ну, в самом деле, зачем? - я ждал этого наезда от Антоши, после того, как секретарь, наконец, проводил клиентов за дверь. Не удивляйтесь, пусть он и младше меня лет на пятнадцать, но когда мы оставались наедине, я настоял, чтобы он обращался ко мне на 'ты'. Не люблю эти: 'Сергей Владимирович, как ваше ничего?', 'Спасибо, Антон Петрович, моё ничего, очень даже ни чё!'. - Про этого, как там его, совершенно было лишни...
  - Артёмка! - подсказал я Антоше. - Это внук их единственный....
  - Я понимаю, для эффекта это неплохо, но немного всё же - перебор! - мы уже полгода работаем на этом поприще, и Антошка повидал достаточно, но до сих пор, он считает, что наша работа на уровне цирковой битвы экстрасенсов. Наивный.
  - Антоха, прости, само сорвалось, - настало мое законное время. Я открыл дверцу отделения письменного стола и достал оттуда поднос с коньячком и двумя рюмками. Стресс сегодняшнего 'пребывания' надо было немного смягчить. Я вам скажу, не очень приятно умирать в очередной раз. К этому тяжеловато привыкнуть, до сих пор живот холодила сталь ножа. - Может немного?
  - Серёжа! Знаешь ведь, что до 18-ти я ни грамма! - вот парень, уважаю я принципы эти наивные. А ещё, я знаю, что в 17-30, его ждет молодая девочка из соседнего салона красоты, ассистенткой, что ли, работает, и ей не нравятся 'выхлопы'.... Я многое знаю, но молчу.
  - Как хотите, было бы предложено! - не стал я его уговаривать, и налил свою законную рюмку.
  - Шеф, все-таки, как думаете? Найдут труп? А то финансы наши, поют романсы...
  - Найдут, Антоха, найдут, - уверенно выдохнул я, заглатывая свой ядрёный 'напиток', - уууф, как пошло... через пару дней найдут и если совесть есть у них, деньги перечислят...
  - Это хорошо, через четыре дня аренда подходит, а денег почти нема! - ох, как я не люблю эти разговоры про деньги там, или про оплаты счетов, тьфу!
  Уже вечером труп мужчины был найден, об этом известил меня сам Семён Андреевич, всхлипывая в телефонную трубку. Всё как я и говорил, в полутора километрах, от шоссе и остановки, в куче сухой листвы, с ножом в животе. Эта информация была лишней, я же сам эту смерть пережил. Такая вот игра слов -пережить смерть!
   Эта способность жила со мной с детства, но до поры, до времени, я считал это наказанием...
  
   Часть 1
   Глава 1
  
  Первую смерть я пережил, когда мама дала мне орден деда, для игры в войнушку. Было мне лет восемь. Звезда была рубиновая и такая красивая. Я заворожено смотрел на нее, держа на ладони. Минуты две я просто смотрел, и вот тогда-то и началось. Это как потерять сознание и очнуться в сновидении...
   ...Я лежал на кровати, в голове не было никаких мыслей. Я видел свои худые руки с пигментными пятнами и сморщенной кожей. Внутри была дикая боль, разрывающая грудную клетку и этот бурлящий кашель. Было такое чувство, будто котел с кашей кипел в груди, но не было сил отхаркать эту гадость. И еще это желание.... Я дал знак стоящей передо мной девушке, потому что сказать, произнести вслух, сил уже не было. И еще я понимал, что девушка была моей мамой, только очень, очень молодой. Она со слезами на глазах, прикурила папиросу и всунула в мои губы. С большим трудом я втянул табачный дым и тут же закашлялся. Начался острый приступ, после которого потерял сознание.
  Вдох! Помню, как заглатывал воздух, лежа на полу. В ладони была зажата звезда героя, острые края её проткнули кожу. А надо мной склонилась бледная мамочка. Вот так это было. Я и сам напугался вусмерть, и у мамы чуть инфаркт не случился.
  Потом уже, я узнал, что дед мой умер от рака легких, когда матери было лет пятнадцать, и что она, в последние минуты, была с ним, и даже дала ему покурить папироску, напоследок...
  Вы же понимаете, я был мальчишкой, и этот случай просто ужаснул меня, и еще, я такой был уставший после этого первого раза. Два дня лежал в постели, набирался сил, мама хлопотала вокруг меня, отпаивая куриным бульоном. Она думала, что это какой-то новый вид эпилепсии, а я молчал и ничего не говорил.
  Второй случай произошёл лет через пять после первого. Мы с другом пошли на рыбалку, на речку. В тот день рыба не ловилась ни на червя, ни на хлеб, зато друг умудрился подсечь галошу от валенка. Когда поклевка произошла, мы оба обрадовались, тянуло удочку, как будто, там сидел карпище. Но, когда из воды была вытащена галоша, мы заржали как ненормальные. Потом мы стали кидать друг в друга этим резиновым изделием. Наигравшись вдоволь, мы уселись на берегу. Я взял в руки этот предмет, и задумался, ну а через минуту потерял сознание...
  ...Была весна и лед на речке подтаивал, чуть ли не на глазах, но окунёк клевал отменный, как под копирку, граммов по триста. В очередной раз, не успев до дна опустить снасть в лунку, как почувствовал резкий толчок. Выуживая рыбу, я услышал, как лед треснул подо мной, хлестко, как выстрел.
  - Сука... - успел прокричать я и полностью оказался в воде. Из рук выскользнула зимняя удочка вместе с рыбой на крючке. Течение на этом месте оказалось сильным, меня затягивало под лёд. Вынырнув из воды, я машинально попытался ухватить за край льда, но он отломился. Валенки и одежда тянули вниз, ко дну. Пытался дотянуться до обуви, чтобы скинуть, но не смог. Я уже был под водой. Открыв глаза, я понял, что течение меня затащило под лед, в каряги. Солнечные лучи, сквозь слой льда, освещали дно реки: камни, торчащие корни и стайки рыбок... красиво! Я сделал глубокий вдох, наполняя лёгкие водой, надо же, как хорошо день начинался и клёв был отменный...
  - Уфффффф! - Вдох, я лежал на траве и смотрел на проплывающие облака надо мной. Я весь был в поту и чувствовал слабость во всех частях тела. Разжав злополучную галошу, я попытался приподняться. В горле стояла горечь подступающей тошноты, а в глазах мир кружился. Вдоль берега бежали люди в мою сторону во главе с моим другом, видать, пока я был без сознания, он позвал взрослых.
  Какой-то мужик схватил меня на руки, что-то кричал мне в лицо. Я не улавливал смысла его слов, лишь слабо повторял:
  - Там... там, в корнях... под водой... - дрожащей рукой я показывал на берег реки, и весь путь до дому, повторял: - Ему холодно... он лежит в корнях...
  Пока мужик меня нес к матери, мой бред, наверно, засел у него в голове, ибо уже к вечеру нашли почти разложившийся труп рыбака. Именно этот мужик нырял в речку и наткнулся на эту жуткую находку.
   И опять пару дней я отлёживался дома, тогда ещё был хиленьким и слабеньким, и восстанавливался довольно долго. За это время, к нам захаживали медики, пытались найти причины потери сознания. На предложение о детальном обследовании, в клинике, мама категорично сказала - нет! Потом приходили милиционеры, хотели понять, как я узнал про утопшего. На все эти вопросы, я отвечал, что не знаю и не помню. А под конец второго дня, к нам пришла незнакомая женщина и на коленях стояла перед моей кроватью, что-то там говорила и целовала мои руки..., я был в полубредовом состоянии, и вполне возможно, что это могло мне и привидеться.
  После пережитой смерти рыбака, я понял, что мои видения были настоящими, а смерти - реальными! Вещи умерших однозначно связывали меня с последним мгновением их жизни. Всё бы ничего, если бы не одно 'но' - смертельные муки я испытывал реальные. Даже вкус речной воды ощущал своими рецепторами. Повторение подобного, я не желал - однозначно!
  
  
  
  
   Глава 2
  
  Начался второй этап моей жизни - осознание этой странной аномалии и попытка приручить эти способности. Одно я понимал точно, что 'пережить смерть' - это очень болезненно для собственного организма.
  Матери так и ничего не рассказал, возможно, думал, что она не поймет меня - в лучшем случае, в худшем - напугается, ведь я был у нее единственным ребенком. Поэтому эксперименты проводить решил по секрету, никого не посвящая, 13 лет - это такой возраст, любознательный что ли... или дурной.
  Первым опытным объектом я выбрал бабушкин платок, лежащий в шкафу, в спальне. По рассказу матушки, бабушка умерла во сне, от сердечного приступа. Меня пугала эта попытка, до жути, но глупость победила, правда, на всякий случай, мало ли, я написал записку и вложил в книжку Дефо 'Робинзон Крузо'. Так, мол, и так, в случае моей смерти, прошу никого не винить. Простите меня... бла бла бла, я сам типа виноват, ну, и еще дописал, что мамочка моя, ты самая лучшая и т.д. и т.п., детский максимализм, короче.
  Мама была на работе, в моем распоряжении был целый день, и опыт можно было начинать. В зале я устроился на середине ковра, по-турецки поджав ноги. Хотел быть похожим на факира, казалось, что этот момент похож на волшебный какой-то фокус. С гордой осанкой, как настоящий брахмист или там буддист, я взял в руки бабушкин платок. И стал ждать...
  ...Ничего не происходило, тогда я приложил платок ко лбу. Казалось, это верный путь к чуду, но чуда снова не случилось. Тогда мысленно стал искать контакт, в упор глядя на платок и 'прожигая' его своим пронзительным взглядом. 'Прожжённая' ткань пахла нафталином и от неё поднималась пыль, я стал чихать. 'Гипнотизирование' и наложение магнитных волн на платок, не помогло, контакта не было.
  'Магические' силы иссякли, что-то в опыте было не правильно. Я еще не выпустил платок из рук, но мысли мои уже перенеслись в школу. К завтрашнему дню надо было выучить стих Лермонтова, а еще и не приступал даже. По литературе у меня и так две двойки в дневнике краснели за этот месяц - еще одну получу, вызовут маму... И тут меня накрыло! В глазах всё померкло, затылком я почувствовал соприкосновение с полом и 'ушёл'...
  ...Я шла по поляне ромашек, и точно знала, что являюсь маленькой девочкой и что я самая счастливая на свете. От переполнявших чувств, пела песню и вприпрыжку скакала по полю, мне так было хорошо! И тут, из воздуха появилась старенькая бабушка с добрыми глазами. От неожиданности её появления, я застыла на месте, и чуть было не закричала. Тогда бабушка присела на корточки и поманила меня к себе. Я успокоилась, глядя в её добрые глаза, и подошла к ней.
  - Привет, Авдотья, внученька моя!
  - Здравствуйте, бабушка! А откуда вы знаете моё имя? - спросила я, испытывая странные чувства к ней. Вроде не знаю её, но казалось, что она мне очень близка, хотелось её обнять.
  - Потому что, всю твою жизнь я была рядом, оберегала тебя...
  - Странно, но я вас не знаю...
  - Сейчас, Авдотья, это не важно! - бабушка взяла мои ладони в свои руки и посмотрела в мои глаза. - Чтобы я сейчас не говорила, дорогая, не прерывай меня, как бы глупо не звучало, это не для твоих ушей! У нас мало времени!
  - Хорошо! - согласилась я, её руки были теплые и нежные.
  - Серёжа, не удивляйся, я твоя прапрабабушка! Ты сейчас находишься в поиске себя, и я тебе дам пару советов. Такой талант, как у тебя, Он дает людям редко. Ты должен распорядиться им правильно! У меня тоже был дар, в той далёкой жизни, но это неважно сейчас. А теперь ангелом я приставлена к Авдотье, и у меня к тебе поручение от Него!
   Используя этот дар, ты многое увидишь: что происходило с людьми, в последний миг их жизни, какие мысли у них были в этот момент, и главное - иногда ты будешь знать, по чьей вине произошло несчастье.... В этом случае, ты ни в коем случае, не должен говорить имя виновника! Ибо кара убийцы - это не твой удел и не твоя судьба! Ты увидишь ужасные вещи, поганых людей и непотребных извращенцев. Но, как только ты назовёшь имя виновного, дар ты потеряешь! А дар тебе дал БОГ, и ты не вправе его лишиться, как бы иногда не хотелось это сделать! Ты должен знать одно - любое злодеяние будет наказано, и не тебе решать - как!
  Ещё, пожалуй, скажу, что Дар твой не простой, а многогранный и тебе его надо развивать и оттачивать. Много ещё ты откроешь в себе странного и необъяснимого!
  А теперь, Серёженька, пора прощаться! Будь мудр, поступай правильно и развивай свою силу! В твоих руках надежда и добро для многих людей! - после этих замысловатых слов, бабушка нагнулась и поцеловала мой лобик.
  - Бабушка, но я ведь не Сереженька, почему ты так говорила?
  - Так надо, Авдотья! Ну что, моё солнышко, пора и нам в путь? - руки у неё были крепкие, она подняла меня и прижала к себе, поглаживая мои волосы. - Намучилась ты родненькая, но не бойся, теперь нам с тобой будет хорошо, пошли?
  - Пошли! - согласилась я, обнимая шею бабушки.
  Прямо перед нами появился туннель из света, притаптывая ромашки, бабушка понесла меня туда. Мне было хорошо, а свет ярким и при этом, не раздражал глаза. В лучах стояли: мама с папой, муж, сестра и лучшая подруга. Дорогие моему сердцу люди, которых я потеряла на своем жизненном пути - они ждали меня. Вот мы и встретились, родненькие мои...
  - Уфффффф! - Вздох... Я лежал на полу и смотрел на люстру в потолке. Затылок немного болел. Несмотря на ковер, хлопнулся довольно чувствительно. Я стал прислушиваться к своему телу - болезненных ощущений вроде бы не было, разве только легкое покалывание на уровне сердца, ну и затылок. Осмелел и встал на ноги, головокружения не было. Только усталость в ногах и руках, но не смертельная.
  Значит и правда, бабушка Авдотья умерла во сне... и какой же сон у неё был странный... и сон ли это был?
  
   Глава 3
  
  Подойдя на дрожащих ногах к креслу, я решил отдохнуть в нем немного и подумать над контактом с бабушкой. Удивительно, но контакт был еще и с другим человеком, а это было совсем необъяснимо. А еще, несмотря на пережитую смерть бабушки, того упадка сил, что был в других случаях, я не наблюдал. Может из-за того, что Авдотья не мучилась в последние свои минуты, а может, мой организм был готов к плохим последствиям, ведь когда я взял этот платок, то морально ждал боль и мучение.
  То, что я видел последние минуты умерших, не вызывало сомнений, а вот про какие еще возможности говорила прапрабабушка, было непонятно. И еще один вопрос смущал меня - как я вступал в контакт с умершими, то есть, как их вызывал? Личная вещь погибшего была связующим звеном, но как конкретно? Возможно, нужно думать о совершенно отвлеченных вещах? Например, в этот раз я думал о стихах. Опыты надо было продолжать, однозначно!
  Маме я опять ничего не сказал, но так хотелось поделиться с кем-нибудь, ведь это было так необычно и меня переполняли эмоции. Через пару недель, я решился на следующий шаг. Мама меня воспитывала одна, и на вопросы про отца, отвечала однобоко. Служил в армии и погиб на фронте, без всякой дополнительной информации. На каком это фронте в 77 году, я не спрашивал. Когда мы из города уехали и поселились в селе Дубровка, мне было четыре года, и я совершенно не помню той жизни, городской. Так что, ни соседи, ни знакомые моей матери, не могли рассказать про отца, а мама была немногословной, если дело касалось прошлого.
  Отец! Вот кого я выбрал объектом своего следующего опыта, а для этого надо было обзавестись личной вещью папы. Что это могло быть, я не знал, для реализации этого плана, надо было как-то раскрутить мать, может у неё что-то хранилось, на память. Не может же быть, чтоб ничего не было?
  И вот, в один из вечеров, когда мама вернулась с работы, я дождался, пока она управится с домашними делами, после чего подошёл к ней. Обнял её и расцеловал, сказал, что люблю её, то да сё и как мне хорошо, что она у меня есть. Издалека начал, попытался её расслабить - получилось наоборот. Она опять заволновалась: о моём здоровье спросила, терял ли я сознание еще и как себя чувствую? Тогда я решил поменять политику и сыграть нечестно, так, мол, и так, у всех есть отцы, а у меня нет. Здоровье, мол, не очень у меня, а хотелось бы почувствовать мужское плечо, твоё, мама, я чувствую каждый день, но не хватает мужского. Задатки хитрого засранца открывались уже в тринадцатилетнем возрасте...
  - Но ведь отец твой умер, сынок! Где возьму тебе отца? - расстроено произнесла мамочка, прижимая меня к себе. Я ответил, знаю, что он умер, но ведь должно было остаться, хоть что-нибудь из его вещей, я бы взял эту вещь и почувствовал бы его 'плечо', и мне бы стало легче! Мама повздыхала, немного попричитала, как ей было тяжело одной тянуть меня, но всё же сходила в свою комнату и принесла старый фотоаппарат 'Фет' в кожаной кобуре. Это, мол, был аппарат твоего отца, и если ты хочешь фотографировать им, то ничего не выйдет, он сломан. Меня переполняли те же чувства, что и Колумба, увидевшего неизведанные земли в подзорную трубу. С трудом дождавшись, когда мама заснёт, я схватил в руки папину 'мыльницу' и устроился на кровати, в своей комнате. Я готов был отправиться в прошлое и увидеть своего отца, точней увидеть мир его глазами и почувствовать последние мысли.
  До двух часов ночи я крутил этот фотоаппарат, и так, и сяк, думал обо всём, отвлечённом, не получалось! Пробовал включать настольную лампу и выключать, смотрел в щель 'мыльницы'. Принёс даже из кухни свечи, приготовленные на случай отсутствия света и конца света, зажигал их - не помогало. Контакта не было!
  Утром мама меня еле-еле разбудила. С трудом разлепив глаза, я поплёлся мыться. Потом мы разошлись по своим делам - я в школу, мама - на работу в 'базовки', доить коров. К тому времени мы ещё не знали, что подходит развал СССР, и ещё пару лет оставалось, до разрухи нашего колхоза, и не только нашего...
  После учёбы, я на всех порах бежал домой, и это несмотря на конец мая и теплую погоду. Друзья звали играть в футбол, но отказался, дома меня ждали новые испытания с этим 'Фетом'. На этот раз, я решил заняться 'мистикой' где-нибудь в уединенном месте, сеновал - самое то!
  И снова я сидел, поджав под себя ноги, в середине строения. Сена в эту пору осталось уже мало, за зиму скормили нашей коровушке Мане, так что чувствовал я себя здесь довольно просторно, как царь. В ладонях держал фотоаппарат, пытался срастись с чудом техники, найти контакт. Не получалось!
  Мозг снова стал отвлекаться, вспомнилось недавнее выступление на уроке литературы, как я заикался, рассказывая стих у доски, а весь класс ржал над моей путаницей. И как-то машинально, стал повторять тот стих, покручивая в руках вещицу отца:
   Ночевала тучка золотая
   На груди утёса великана;
   Утром в путь она умчалась рано,
   По лазури весело играя...
  И началось... но в этот раз было по-другому! Я почувствовал тепло в руках, почти жар, и бросил взгляд на фотоаппарат. Он превращался в светящийся шар и разрастался на глазах. Я хотел его отбросить в сторону, но не мог, и, как загипнотизированный, смотрел на это чудо. В какой-то момент шар стал гигантским, почти в мой рост, но тяжести я не чувствовал, только жар. А потом свет меня затянул, или точнее, я соединился с этой сферой.
  Свет резко пропал, и я оказался парящим над городком. Подо мной были крыши домов и других зданий, а еще от меня вилась вниз светящаяся веревка.
  - Кто это такой? - почувствовал я чью-то мысль, вроде, как и сам это сказал вслух. - Неужто, Сереженька?
  
   Глава 4
  
  - Не удивляйся! Я всё знаю о тебе! - я был в странном создании, оно делало пируэты в воздухе, опасно пролетая над крышами. Карлсон, что ли? Это создание прочло мою мысль. - Эх, малыш, не Карлсон я... я просто тот, кого вы называете ангелом. А ещё я твой далекий родственник!
  Что-то много я встречаю родственников в последнее время, хотел бы я сказать вслух, но не смог. Это создание меня понимало и без слов, а я вот не мог понять, что оно думает. С теми случаями, что с бабушкой, что с дедушкой, даже с рыбаком, я чувствовал и знал, что они думают в последний момент. А тут было совершенно по-другому. Я подумал про отца, по идее сейчас должен был быть в нём!
  - Серёжа, не надо винить кого-то, но твой отец живой! И это мой подопечный! - но как так? А как же 'убит на фронте'? - Ты можешь не понять взрослых, но они очень часто делают глупости в своей жизни... А потом живут, даже не подозревая о многих вещах. Вова, твой папа, даже и не подозревает о твоём существовании. Тут уже есть часть вины твоей мамы, гордость не всегда бывает хорошим качеством. Я часто пытался во сне надоумить Вову, подтолкнуть немного его мысли, чтобы он попытался поискать свою первую любовь, то бишь, твою мать. Но безрезультатно, твердолобый уж очень, баран, одним словом, гордый...
  В этот момент, создание полетело вниз, прямо в крышу одного из зданий, вслед за тянущейся и светящейся верёвкой. Я хотел было закрыть глаза, но создание контролировало моё желание, не давая мне его исполнить. Мы пролетели сквозь строение и оказались в квартире, на кухне. За столом сидела семья. Мужчина крепкого телосложения, женщина с миловидным лицом и мальчик лет восьми. Все трое хлебали борщ.
  - А это твой отец и мой подопечный! - светящееся нить соединялась с мужчиной, и я парил над их столом. Я как привидение, проходил сквозь потолки и стены. - Видишь, он живой, а это его семья...
  Как же это? Я хотел уйти отсюда, было так обидно видеть своего отца, счастливого и довольного, в другой семье, но не мог, передвижение этого создания было не подвластно мне. Зачем я затеял эти опыты, черт возьми, ведь для меня он был убит на войне....
  - Полетели отсюда, Сережка! - прочёл мои мысли ангел и рванулся вверх, в потолок, пронзая все этажи этой многоэтажки. Мы пролетали через квартиры, и в каждой шла своя тихая жизнь. Наконец, мы взлетели над домом. Создание, специально для меня, смотрело вниз, чтобы я видел эффект ангельского взлёта. А посмотреть было что, мы поднимались всё выше и выше, и под нами тянулась связующая нить, уходящая вниз. Дом уменьшался на глазах, я видел, как начинает клубиться вокруг плотный туман, это создание залетело в облако. Но на этом ангел не остановился, возвышаясь всё дальше, навстречу солнцу.
  - Да, Сережка! Твоя мама пошла на обман, но не надо винить её в этом, жизнь очень сложная, когда-нибудь ты это поймешь, а пока просто, прими эту правду такой, какая она есть! - дома уже не были видны, даже облака подо мной начали растворяться, и тогда я увидел величие нашей планеты. Создание поднималось всё выше, и Земля округлялась, превращаясь в гигантский глобус.
  Красота неописуемая! Леса, поля, озера, а потом я увидел и океан. Мы летели в стратосфере, и, по идее, я должен был задохнуться, но этого не произошло.
  - Красиво? - очень! Подумал я, забывая про недавно увиденного отца. Интересно, а что это за светящаяся веревка, увивающаяся за нами? - Это, Сережа, пуповина ангела, она связывает с подопечным меня. Я каждую секунду чувствую и вижу, что он делает, думает. Даже сны могу контролировать. А иногда, могу с ним общаться там...
  Ладно, это всё хорошо, но как теперь мне относится к этому знанию про отца?
  - Советую оставить всё как есть! Но, тут ты в праве сам решить... ты можешь найти отца, и сказать сам ему всё, а можешь жить своей жизнью... - Создание резко полетело вниз, наверно хотело произвести на меня впечатление и со скоростью истребителя влетело в облако. Впечатлений было море, если бы я сейчас имел тело, то 'брызганул' бы в штаны. - Ну, Сережа, будем прощаться? Второй раз тебе не получится оказаться во мне, так что со мной ты не встретишься больше. Когда ты соединяешься с ангелом, то у него появляется иммунитет на твоё присутствие и второй раз, при всём желании, не получится этого. Прощай, Серёжа!
  - Уфффффф! - выдохнул я, открывая глаза. В руках был зажат фотоаппарат, светящегося шара не было. Боли или другие неприятные чувства отсутствовали.
  Значит, отец был жив.... Меня трясло от обиды и несправедливости!
  
   Глава 5
  
  С этого дня настал мой 'трудный подростковый возраст', ведь я теперь знал, что мать скрывала всю мою жизнь этот факт про отца. На откровенный разговор она не шла, а я не хотел рассказывать про мои способности. Не знаю почему, но хотел держать всё в секрете.
  В 14 лет впервые закурил. По каждой мелочи ругался с мамой, и почти всегда я был инициатором. В школе тоже дела пошли на спад, огрызался учителям, не учил уроки, дрался и вообще, стал прыщавым засранцем, обвиняющим всех и во всём.... Возможно, в этот момент, порция ремня вправила бы мозги но, увы, некому было это сделать, а тот, кто мог - 'вправлял' другому мальчишке.
  В 15 лет, я закончил 'восьмилетку'. В аттестате одни тройки ровным рядом шли друг за другом. Учитывая, что в селе не было полной средней школы, только в районном центре, предо мной предстал выбор: остаться в деревне и окончить трехгодичное училище и получить специальность тракториста, или ехать в город, на его покорение. После очередного скандала с матерью, выбор был сделан. Так, волею случая, я оказался в городе. В чемодан, помимо своих вещей и одежды, я механически закинул шарф своей матери. Никакой цели не преследовал, как говорится - на всякий случай. А времена наступали переломные для страны - путчи, пустые прилавки, беззаконие. Россию-матушку трясло и разрывало.
  Приехав в город, с таким аттестатом я смог лишь поступить в строительное училище, на каменщика. Поселился в общежитии учебного заведения, в четырехместной комнате. Началась обычная жизнь простого человека, со средней мозговой активностью. Мама регулярно, раз в месяц, высылала продуктовые посылки, иногда и деньги, которые чуть ли не каждый месяц менялись из-за политической и экономической обстановки. В течение двух - трех дней, посылочка съедалась дружным нашим этажом. С каждым месяцем содержимое высылаемой помощи становилось все меньше и скудней, и не у меня одного. И ни разу, за весь период своего обучения, я не написал письмо своей матери: ни спасибо, ни привета...
  Вот такая я эгоистичная сволочь, обиженная на мать и отца, который и не знал о моем существовании. Так я и дотянул до получения диплома, с 'чистой' совестью и 'высокими' моральными устоями. А надо сказать, за всё время, от пребывания в ангеле своего отца и до последнего дня учёбы, я так и не совершал больше свои опыты с 'переживанием смерти', благополучно на них плюнув. И вот, наступил день награждения. Весь этаж был в приподнятом настроении, и на вечер мы решили устроить молодежный такой гудеж, по-взрослому, со спиртным. Мне повезло, в номере моего диплома, цифра последняя была однёркой, а значит и потратил я немного, но были товарищи и с девятками, закон есть закон, тут уж кому повезёт.
  Вечер был очень хмельной и весёлый. Из-за тщедушности и слабости, скосило меня одним из первых. Я оставил компанию друзей, и, на заплетающих ногах, попёрся в свою комнату. Соседей не было, они продолжали 'отжигать'. Я, со вздохом, лег на свою кровать и уставился на кружащий потолок, пытаясь безуспешно сфокусировать взгляд - не получалось. Зато, от головокружения, я умудрился свалиться на пол, с кровати, мне было очень плохо. Сам не зная зачем, я подполз к тумбочке, достал из дальнего закутка свернутый мамин шарф и прижал его к своему лицу. Далекий запах любимых духов мамы, обволок меня, я лежал, не в силах встать.
  И опять началось... шарф засветился, и стал превращаться в светящийся шар, поглощая меня...
  
  
  
  
   Глава 6
  
  Существо парило перед моей мамочкой. Я смотрел на неё, моё сознание било в колокол. Родная мамочка сидела перед окном и смотрела потухшими глазами на улицу. Морщины, откуда так много их взялось? Ведь три года назад она была вполне приятной сорокалетней женщиной, а теперь передо мной сидела женщина, постаревшая лет на двадцать... и эти белёсые глаза...
  - Что, Сережа? Довел ты мою подопечную... - эта мысль существа пронзило моё сердце, я не мог этому поверить, - ...да, это всё твоя работа! Она уже как год не работает, колхоз ваш развалился, и работы нет. Она почти все вещи продала за копейки, чтобы тебе выслать хоть что-то...
  Для подкрепления своих слов, существо стало оглядывать комнату. Телевизор отсутствовал, лишь лакированная тумбочка сиротливо стояла в углу, накрытая маленькой скатертью. 'Стенки', за которой мама отстояла, в своё время, три года в очереди на получение, на месте не было. Даже шторы были проданы, осталась только пыльная занавеска на окне.
  Для подкрепления своих слов, ангел полетел в мою комнату, пронзая стену, напрямик. Моего двухкассетного магнитофона 'Соната', на письменном столе не было, как, впрочем, и самого стола. Кровать была так же продана.
  - Вот так вот, Серёжа! Всё для тебя и твоей учёбы! - но как так? Почему она не известила меня? Да я бы работал не только летом, но и во время учёбы!!! Да я бы сам мог содержать нас... - Успокойся... 'мог бы', 'работал бы'... ты вот на неё обиделся, из-за такой ерунды, если честно... а она даже не знает, почему ты так себя вёл! Она души в тебе не чаяла, несколько раз ездила в город, со стороны смотрела на тебя, входящего в училище или в общежитие. Я-то знаю, как её сердце разрывается от любви к тебе, она всё тебе прощает, вон смотри!
  Существо резко подлетело к сидящей маме и сфокусировало свой взгляд на пальцах моей мамы. Они держали маленькое фото с моей физиономией, снимок для паспорта. Большой палец, механически, нежно поглаживал моё лицо. Из уст её, полушепотом лилась колыбельная, которую она в детстве пела мне перед сном. И смотрела при этом, сквозь стекло, на входную облезлую калитку. Я знал - она ждала меня! Я не мог смотреть на эту сцену, хотелось убежать куда подальше, но ангел специально не двигался с места.
  - Тебе не скрыться от совести, Серёжа! Я 18 лет за тобой наблюдаю, так же тебя люблю очень, почти как моя подопечная, но заклинаю тебя! Если ты не успеешь и не вернешься перед её смертью домой, то поверь мне, вина тебя иссушит!!! - перед какой смертью? Хотел я крикнуть, что она не умрет, но не мог... - Мы никогда не врём, я чувствую, что подходит время её, вон и пуповина, почти рассеялась, Он хочет прибрать её...
  И создание бросила взгляд на светящееся соединение с мамой, и правда, пуповина была почти невидима. - Надеюсь, ты понимаешь, что я, как ангел твоей матери, хочу только хорошее для неё. Ты добрый мальчик, но своим поведением сократил её пребывание в этом бренном мире и единственное, что ты можешь ещё сделать - это приехать и предстать перед её взором...
  ...Когда я пришел в себя, то почувствовал, что хмель уже испарился. Мне хотелось тут же сорваться домой, но поздний вечер остудил мой пыл. С трудом дождался утра и рванул к маме на первом же автобусе. Уже в десять утра открывал эту облезлую калитку и, бросив взгляд в окно нашего дома, встретился с потухающими глазами своей матери.
  Момент нашей встречи был очень соплив, не хочу об этом рассказывать много, скажу одно, я как мальчишка ревел, обнимая свою, ставшей на голову ниже меня, маму. Она ужасно похудела. Материнские глаза ожили и засветились. Я всё шептал и просил прощение, а она не слушала меня, и лишь гладила мои волосы, с трудом дотягиваясь до них.
  Весь день мама что-то делала, готовила, полы помыла. Столько энергии у неё появилось, я даже подумал, что ангел приукрасил её физическое состояние, но вечером она прилегла, чтобы отдохнуть. А к утру умерла...
  Вот так! Такая я сволочь и тварь, и нет мне прощения...
  
   Глава 7
  
  Похоронив мать, я продал дом. Ну не мог я находиться в нашем селе. Мне казалось, что все бросали на меня осуждающие взгляды - да, скорее всего, и не казалось. В городе снял комнату, устроился в строительную артель помощником каменщика, и покатилась жизнь по наклонной.
  После работы - выпивка, в выходные - бухаловка... и во время работы - 'употребление', без меры. Два года после смерти матери пролетели в едином угарном сне. Даже и не помню, был ли я хоть один день трезвым - наверное, нет. Однажды, во время очередного тяжкого запоя, мне привиделось, что на меня напала стая диких и страшных пауков с тараканами. Отбиваясь от этой гадости, я выбежал во двор. Там-то меня и встретила бригада скорой помощи. Они разогнали насекомых и погрузили меня в машину.
  Так я оказался в психиатрической лечебнице, на реабилитации. Сколько в меня вкачали физраствора и выкачали 'плохой' крови из вен, не могу сказать. Но, в конце концов, я пришёл в себя и даже стал реагировать на врачей. Затем, ещё целый месяц я провёл в палате с четырьмя такими же 'страдальцами', глотая таблетки в разнообразной цветовой палитре.
  И каждый день, около двух дня, я общался с одним и тем же психиатром, который всё копался в моём прошлом, ища причины моего 'падения' и отмечая прогресс лечения. Мужик был добрый, душевный, и сам не знаю в какой момент, я сорвался и стал рассказывать ему про своё прошлое. Накопилось у меня, мочи не было держать в себе.... И про смерти пережитые рассказал, и про ангелов, и про мать и отца, всё влил в уши этого целителя душ. Три дня исторгал из себя воспоминания, иногда сам себе не верил - даром что дурдом, тут истории и похлеще звучали.
  Наконец я выговорился и почувствовал реальное облегчение. Врач не без интереса смотрел на меня и улыбался. Потом стал говорить что-то про выздоровление, про последний шаг к нормальной жизни, и про замещение реальности выдуманным миром. По его интонации я понял, что он совершенно не поверил моим словам, и тогда я прервал его монолог, предложив ему принести завтра какую-нибудь небольшую вещь. Но, обязательно одно условие - эта вещь должна быть умершего человека - знакомого, родственника или друга. Я предложил доктору провести эксперимент. Он минут пять постукивал шариковой ручкой по столу, обдумывая моё предложение и пронзительно посматривая на меня прищуренным взором. Он согласился. А мне и самому было интересно, смогу ли я снова 'пережить смерть'...
   * * * *
  ...Мне было очень плохо, перед глазами всё расплывалось. Руки, ноги, живот, голова - слились в один клубок боли, пульсируя вместе с уставшим сердцем. Люди в белых халатах суетились вокруг меня, настраивая капельницу в мою вену. Каждая капля раствора прожигала мой мозг. Я чувствовал, что эта суета бессмысленна.
  - Папу... маму... позовите... - прошипел я через трубку в своих ноздрях и прикрыл уставшие веки.
  Через пару минут я открыл глаза, родители уже стояли передо мной и плакали. Я впервые увидел отца со слезами...
  - Не надо.... - прошептал я. Мама, всхлипывая, обхватила мои худые ладони своими руками. От этого материнского прикосновения я испытал дополнительную боль, но терпеть я научился.
  - Сынок... ты нас звал?
  - Да... - я собирался с силами для последних слов, было очень больно, нестерпимо больно. - Па, Ма... не прерывайте меня... времени нет... Грише отдайте мои марки, он давно их хочет... у бабули попросите прощения... это я сломал её педальный 'Зингер'...
  Отец с матерью сидели у моей кровати, на коленях, в тумане я видел их трясущиеся плечи, а лица расплывались.
  - И мама, прости, в том году я украл у тебя деньги... с кошелька... - я немного захлебнулся воздухом, но отдышавшись, продолжил: - Папа, помнишь ту фотографию... с Черного моря... я с крабом?
  - Да...
  - Сделайте мне её на памятнике... на моей могиле...
  - НЕТ!!!! - это был крик моего отца... но он уже звучал где-то очень далееекооо...
  
   Глава 8
  
  - Уфффффф! - судорожно втянул я воздух, разлепляя глаза. Рядом стоял напуганный доктор с побледневшим лицом. Меня, как в лихорадке, трясло от пережитого - я лежал на мокрой от собственного пота, кушетке, и разжал детскую хоккейную крагу.
  - Сережа, вы как? - в этот момент доктор хотел преподнести к моему носу, вату, смоченную нашатырным спиртом.
  - Норм... - прошептал я с усилием и с трудом, отталкивая руку с едким запахом. - Не надо...
  - Сергей, это было ужасно! Я грешным делом подумал, что вы умираете...
  - А я и так умирал... - сказал я, боль от пережитого не покидала меня. Эта смерть мальчика была ужасной и болезненной, до этого момента я не испытывал такого болезненного конца жизненного пути. Даже тяжёлая смерть моего деда, не шла ни в какое сравнение! Я посмотрел на доктора с сочувствием и жалостью - ...умирал вашим сыном... химиотерапия... рак крови...
  - Как?... - выдавил доктор из себя, ещё более испугавшись. Непроизвольно, он присел на стул, рядом с кушеткой, - ...этого не может быть...
  - А вы Грише отдали марки, как просил Антон? - мне было очень жаль врача, с каждым моим словом он всё больше и больше сникал. - И про сломанный 'Зингер' знаю, и про фотографию с Чёрн....
  - НЕТ!!! Хватит!!! - закричал доктор, обхватив голову руками, и навзрыд зарыдал. - ...Пожалуйста, хватит...
  - Я вас прекрасно понимаю, простите... - да, понимал, а так же знал, что никто не поймёт меня. Такую смерть, которую пережил Антон, я бы и врагу не пожелал, ну а мне вот привалило такое 'счастье'. Я весь взмок, меня тошнило. Пока ни ног, ни рук не мог поднять. Прошло минут пять.
  - Как?... Как это может?... - потихоньку доктор приходил в себя и успокаивался. Вытащив из кармана платок, он стал вытирать глаза. - Вот, как мальчишка расплакался... взрослый дядька... в самом деле, было тяжело наблюдать, как чахнет и умирает собственный сын, ему только исполнилось пятнадцать лет... за какие такие грехи?
  - Не думаю, что это за грехи... - зачем-то пробормотал я.
  - Что? - доктор посмотрел на меня с недоумением. - Но тогда почему он так мучился?
  - Вряд ли кто-то сможет ответить на этот вопрос из ныне живущих... - я отдышался и продолжил, - ...но одно я знаю точно, Там, получим ответы на все вопросы... и мы не умираем!
  Доктор взял мою поникшую руку и погладил.
  - Спасибо, Сережа! Теперь я верю, что встречу его в своё время! - доктор улыбнулся, лишь красные глаза говорили о потрясении.
  - Надеюсь, это вы не пристаёте ко мне... я не такой... - с трудом пошутил я, чувствуя, как усталость накрывает меня, - ...вы уж позвольте мне тут отлежаться несколько часов... видите ли, я совершенно сейчас не транспортируемый...
  - Конечно, Сергей, отдыхайте! Я уж вас оставлю...
  А потом я уснул и проспал почти весь день, в кабинет никто не заходил... а может и заходил, кто его знает. Думаю, что если бы прилетел метеорит в этот день, я бы не заметил этого гостя.
  
   Глава 9
  
  Через неделю меня выписали из больницы, и мне некуда было идти. За два года беспрерывного пьянства, я остался без денег от проданного дома, без работы - обратно меня в артель не брали, и без жилья - хозяйка, у которой я снимал комнату, сдала её другим. Я стал бомжом - обычным, довольно таки молодым бездомным, собирающим бутылки и другую гадость, чтобы добыть себе на пропитание. Спал я на улицах, в подъездах, на теплотрассах. Вроде и не запивал сильно, как после смерти матери, но, все равно, дальнейшей цели в жизни - не видел.
  После года мытарств по улицам, я оказался, не без помощи очередной пьянки, 'рабом' на даче Колчедана. Это был, как модно говорить, 'новый русский', предприниматель и директор одного из базаров нашего города. Конечно же, никакого рабства - всё по собственной воле. Мне предоставили на территории фазенды сарай для проживания, еду и каждые три дня бутылку водки, а за это я делал всё! Копал, убирал, ремонтировал и строил.
  Колчедана я называл Анатолий Васильевич, его кличка была ещё и фамилией, ничего общего с пиритом и рудой. Возраста он был среднего, лет сорока, крепкого телосложения, но невысокого роста и с залысиной на затылке. Нрава вспыльчивого, за словом в карман не лез, так же как и за кулаком. Несколько раз от него получал в глаз, в основном по ерунде, ну там кирпичи долго на поддон складывал или после того, как промёл бетонную тропу между яблонями, попалось несколько листочков. Получал за дело, то в левый глаз, то в правый - равномерно и поочерёдно, в шахматном порядке.
  У Колчедана была жена, лет на десять моложе его, стройная такая дамочка, с довольно крупной и высокой грудью. На голову выше своего мужа и всегда в тёмных очках. Слава богу, она меня не била, но думаю с моим 'высоким' самомнением, она вполне бы могла это делать без страха. Если на то пошло, то я для неё был букашкой или привидением, и она просто не обращала на меня внимания. Когда попадался на её пути, она не останавливаясь, шла вперед, как будто я фантом или ничто. Приходилось, как козявке, отскакивать в сторону, с её пути. Она была холодной красавицей, не реагирующая на окружающий мир. И только при виде своей дочери, Лизы, она оживала и становилась настоящей матерью, со всеми этими сопливыми сюсюканьями.
  А дочка у неё была просто совершенно противоположной по натуре, что отцу, что матери. Ей было лет восемь, красивая такая и весёлая, светловолосая девочка, восторженно смотрящая на мир и людей. Запросто подбегала ко мне с вопросами или просто, чтобы поиграть, не стыдясь моего, не очень ухоженного вида. Отказать ей я ни в чём не мог - эти добродушные, голубые глаза, смотрящие на тебя снизу, обезоруживали. Честно скажу, я почти с первого дня испытал нежный трепет в сердце к этому существу. А ещё, она воровала у отца сигареты, и периодически приносила их мне. Я категорически отговаривал её от этого милого табакокрадства, но она не слушалась и снова это делала. Наивная и добрая малышка, которая при виде красивой бабочки или мотылька восторженно щебетала, умиляя отца, мать и меня.
  И случилось несчастье. Это произошло осенью, когда я уже восемь месяцев прожил с Колчеданами на их даче, и, в принципе, привык к их распорядку. Так повелось, что жили они круглый год загородом. Личный водитель отвозил девочку в школу и привозил обратно. И вот, однажды, он приехал без Лизы.
  Начался самый кошмарный период в жизни Колчеданов. Маленькую девочку кто-то украл. Потом уже выяснила милиция, прямо у выхода из школы, мужчина лет тридцати пяти, встретил Лизу, что-то ей сказал, та, взяла его за руку и они ушли вместе.
  Прошло две недели. Милиция молчала, Колчедан ждал звонка похитителей, забросив бизнес, а жена его слегла в постель и чахла. От неизвестности, обстановка в доме накалилась от напряжения, и, была готова взорваться в любой момент. Колчедан под вечер уходил в летнюю беседку, брал с собой бутылку виски и медленно напивался. Уже в кондиции, он вставал, подходил к деревянной опоре крыши, и начинал от бессилия биться лбом о брус. Колчедан был мне неприятен из-за рукоприкладства, но даже моё сердце разрывалось от боли и неизвестности. И в один из вечеров, я не выдержал и подошёл к Колчедану, в беседку.
  - Анатолий Васильевич? - неуверенно я подал голос. В этот момент, Колчедан в очередной раз, долбил головой по дереву. На столе стояла бутылка виски с остатками напитка на два пальца. Меня он не слышал, продолжая проверять прочность своего лба. Тогда прокашлявшись, я более громко, окликнул хозяина: - Анатолий Васильевич??
  - Чёё! - он остановил самоистязание и повернул ко мне затуманенные глаза с красными прожилками. Со лба, по лицу, струилась кровь. - Чё надо?
  - Анатолий Васильевич, я могу вам помочь... - договорить я не успел, он схватил меня за шиворот и подтянул к себе.
  - Ты!!! Тварь, ты что-то знаешь? - я ждал очередного удара и закрыл глаза. В этот раз он меня не ударил, а резко отпустил. От неожиданности я упал и зажал голову руками, возможно, ждал ногоприкладства. Но, вдруг, услышал над собой уставший и дрожащий голос Колчедана: - Как там тебя... как ты можешь помочь?
  - Сергей... меня зовут... - я поднялся на ноги. Он никогда ко мне по имени не обращался, так что его незнание моего имени, не удивляло, - возможно, я смогу найти Лизу...
  - Как? - простонал Колчедан, усаживаясь на лавку, перед столом.
  - Не спрашивайте как, Анатолий Васильевич... принесите любую игрушку Лизы, и я попытаюсь найти её живую... - я всхлипнул, боясь договорить, но продолжил - ...или мёртвую...
  - Не смей так говорить! - сжал кулаки хозяин, прожигая меня глазами. Сделав пару вдохов, он разжал кулаки. - Она живая! Я сердцем это чувствую!
  - И всё же... мне нужна любая её вещь... и я попытаюсь найти девочку...
  
   Глава 10
  
  Я находился в тёмном помещении и, слава богу, девочка была жива - я был ангелом. И на этот раз я не летал... как в других случаях, я просто обнимал девочку и боялся выпустить её из рук. От моих объятий создавалась светящая аура вокруг Лизочки. Девочка сидела на кровати и со страхом смотрела на закрытую дверь. Я не мог понять, что происходит...
  - Привет, Сергей! Почему так долго? - мелькнула мысль ангела, я почувствовал усталость существа. Странно, небесная сущность и усталость, какая-та нестыковка в происходящем. И вообще, какое-то панибратское отношение... мы разве знакомы?
  - В нашем мире тебя уже знают. Такие люди и для нас редкость, хотя многие тут недовольны тобой в последнее время... у тебя такой талант пропадает... - вот, мне сейчас, как раз не хватало воспитательной работы! Но, увы, в теле ангела я ведомый и вникающий в мысль. Очень конечно приятно от этой славы ангельской, но, чёрт возьми, почему сущность так крепко вцепилась в ребёнка?
  - Серёжа, не надо ругаться, это лишнее, учитывая в ком ты! Это называется ангельская стена, этим объятием я защищаю Лизочку! Пока я это делаю, с ней ничего не произойдет... - а девочка всё продолжала смотреть на дверь, она ждала кого-то очень страшного, - ...но пока я это делаю, мои силы иссякают, и я слабею. Если я в сферы солнечные не слетаю, и не заряжусь энергией, то просто растворюсь. И тогда девочка останется без защиты, и с ней может произойти всё нехорошее.
  Но, если мы не вознесёмся, я не смогу сказать, где мы находимся... а значит и спасти девочку не получится... - мелькнула уже моя мысль. И в самом деле, мы находились в маленькой комнате, без окон, только пружинная кровать, а в углу горшок для испражнений. Неуютный свет, исходящий от одинокой цокольной лампочки, по центру, с потолка, нагнетал страх...
  - Я понимаю, что тебя надо вознести, но уже поздно... Он идёт...
  За дверью скрипели половицы, кто-то очень грузный, приближался. Девочка вся сжалась от страха, такого затравленного взгляда я у Лизы не видел никогда. Аура вокруг девочки засияла еще ярче, я всеми фибрами чувствовал напряжение существа, он напрягал свои фантомные силы и был на последнем издыхании.
  Заскрипел засов, дверь отворилась. В комнату вошёл мужчина. В одной руке он держал стул. Без слов, в полном молчании, этот грузный тип сел напротив девочки и стал смотреть своим холодным взглядом на Лизу. Ангельским чутьём я почувствовал черные мысли этого мужика. Я как будто смотрел кино, но по экрану показывали не образы, а чувства, такие же реальные и осязаемые, как кинематографическая картинка. Ненависть, сдобренная злобой, к которой примешивались нотки сексуального влечения, а ещё там была зависть и жестокость.... Передо мной сидел педофил, собственной персоной... Моё нутро возмущалось в гневе, но эта фантомность ангела не могла наказать извращенца...
  - Да, я бессилен физически спасти девочку, поэтому просто скажу адрес... у нас времени всё меньше и меньше, меня хватит ещё на час... и я разомкну в бессилии руки - защита падёт! Улица Вишнёвая 25, подвал, ты обязан это сделать, именно для таких дел тебя избрали! Спаси Лизу!!
  Последние слова были лишними, эту девочка для меня была больше, чем просто дочь моего хозяина, это был мой единственный друг...
  ...Жадный вдох!!! Я открыл глаза и увидел над собой склонившегося Колчедана. На его лице читалась разнообразная гамма чувств одновременно: страх, удивление и надежда. А ещё Колчедан протрезвел, я выпустил из рук куклу.
  - Лиза жива! - просто ответил я на немой вопрос шефа.
  - ААААААА!!! - это был не крик, а рык раненого зверя нашедшего выход из капкана. - Где она???
  - Улица Вишнёвая 25, подвал, у вас времени около часа, спасите её!
  Через 4 минуты Колчедан с водителем, рванули на джипе на адрес. Анатолий Васильевич прихватил с собой ружьё и пистолет, и я надеялся, что это животное они пристрелят. Я лежал на скамье в беседке и думал о своём даре. Именно в этот вечер я выбрал свой путь и решил начать новую жизнь для людей.
  А на следующий день у меня появился банковский счет, на счету около двухсот тысяч долларов и двухкомнатная квартира. Я не хотел брать эти деньги и квартиру, но когда за горло меня взял Колчедан, в прямом смысле слова и пообещал, что если я не возьму это всё, то он меня пристрелит - я согласился. Он был очень убедителен! Что случилось с тем маньяком, я не стал спрашивать - главное, девочка осталась жива и невредима. И только я знал, каких трудов стоило ангелу это спасение, но об этом не рассказал никому, зачем людям лишний головняк...
  
   Часть 2
   Глава 1
  
  Почти месяц я наслаждался новой жизнью: собственная квартира, чистая одежда, возможность купить любую вещь, сходить в ресторан и покушать непривычные деликатесы. Вскоре наслаждение сменилось привычкой, а потом и скукой. Мысль о потерявшихся и потерянных разъедала мой мозг, я чувствовал незримые и осуждающие взгляды небесных существ. Даже еженедельные посещения семьи Колчеданов, не могли отвлечь меня. После случая с Лизой и её спасением, я понимал, что моё назначение - это именно помощь страждущим. Ведь очень много пропавших без вести, близкие и родственники которых 'землю роют' в поисках. А незнание ответа - не это ли самое страшное? Может человеку отшибло память, и он ходит по свету, неприкаянный, не зная куда приткнуться, а мать его или отец, в это время багром прощупывают дно озера.
  Тогда я решился на первый шаг к новому и правильному. Я отправился в православную церковь и впервые в жизни обратился к Богу. Стал читать собственноручно придуманные молитвы перед иконостасами, но почему-то, глядя на нарисованных святых и ангелов, я не находил сходства с теми сущностями, в перьях которых побывал.... Может это грехи мои не давали прочувствовать Истину, а может, все же, советское образование, но как бы там не было, я ничего не чувствовал, разве что хотелось выпить 'беленькую'. Молящие вокруг, сомкнули ладони и шепчут слова Богу, а я с таким же видом, перед свечой, стою со скорбным лицом и представляю полную стопку сорокоградусной. Как-то безбожно и пошло, но ничего не мог поделать с собой, видно я был обожжён бесом.
  Почти две недели, регулярно, я посещал святой дом, где зажигал свечу, втыкая её на острый кол подсвечника. Я просил Его помочь мне в борьбе с зелёным Змием, но как-то молитвы проскакивали мимо. Приходя домой, первым делом наливал полстакана водки и одним глотком проглатывал эту жидкость - молитвы не помогали. Почему-то я понимал, что надо было мне побороть эту болезнь прежде, чем начинать помогать людям. Я решил повторно пройти через покаяние. В своё время в больничке, я это примерно уже делал, правда, тогда передо мной сидел психиатр, но в тот период это мне помогло, помнится.
  В очередное посещение церкви, я стал присматриваться к священнослужителям в поисках того, кому бы мог довериться. Самый главный у них был пожилой, бородатый дядька, весьма не постного телосложения, с весом, в два, а то и в три раза, превышающим мой. Здоровенный золотой крест на массивной цепи болтался на шее, как колокольчик на корове, разве что не бренчал. Не внушал сей божий отрок доверие, немного даже пугал, особенно его бас, когда он читал литургию. А вот другой священник, был очень даже приятен, да и вида был более скромного. И по возрасту, всего лет на десять старше меня. Улучшив момент, когда он остался один, я подошёл к нему.
  - Здравствуйте, святой... ээээ... - я замялся, подбирая слова, как к нему обратится, 'отец'? Как-то помпезно, учитывая, что в отцы-то он мне не годился, разве что в старшие братья.
  - Авелей! Просто Авелей... - прервал моё эканье монах и, положив на моё плечо свою руку, продолжил: - ...что тебя беспокоит, сын мой, и как тебя зовут?
  - Сергей, ваше преосвящ....
  - Не надо, Серёжа, по имени можешь, я всего лишь протодиакон, ну так что тебя беспокоит? - в глазах священника я увидел искренность, и, как бы смешно это не звучало, добро.
  - Аааа... Авелей, у меня большая проблема и я не знаю... что делать... я запутался.
  - Хорошо, Сергей. Ты хочешь исповедаться?
  - Да... нет... не знаю, а просто поговорить мы можем? - я глянул на священника, почему-то он улыбался, и улыбка у него была приятная.
  - Конечно же, можем, пойдем, сын мой, во двор, там ты поведаешь о своей проблеме.
  Мы вышли из церкви и направились к скамье, оттенённой ветками берёзы. Вокруг никого не было. Мы сели рядом и начали разговор наедине, без свидетелей.
  - Сергей, ты крещённый?
  - Да! - ответил я, инстинктивно вытащив свой нательный крестик на верёвочке, и зачём-то показал его, в качестве доказательства. - Мне было лет пять, и я почти не помню этого момента, а потом мама говорила, чтобы я об этом никому не рассказывал...
  - Эээх! - вздохнул печально Авелей и перекрестился. - Да... прости нас Боже, такие времена были, бесстыдные и безбожные... Твоя мама была молодец! А я вот уже в зрелом возрасте крестился... ну да ладно, так с чем ты пришёл к нам? Я за тобой уже пару недель наблюдаю и вижу твоё беспокойство. Если готов, то можешь поведать мне, а значит и Богу.
  - Даже не знаю, как начать... - замялся я, почёсывая голову - видите ли, у меня есть дар с детства...
  - Ага! - ободряюще кивнул священнослужитель.
  - Я могу оказаться в другом человеке, в последние мгновения его жизни... - по изменившемуся взгляду Авелея, я понял, что могу лишиться внимательного слушателя, поэтому, не теряя времени, продолжил, - это на самом деле, Авелей, не подумайте что я сумасшедший...
  - Верю, верю! - эти обволакивающие нотки в голосе я узнал, в психлечебнице только так со мной и разговаривали, - а может у тебя ещё кое-какая проблема есть?
  - Есть! - ну а почему бы собственно нет? Я решил рассказать всё. - А ещё я могу оказаться в теле ангела-хранителя... ну конечно не в теле, а в сущности его, что ли, внутри... но тут еще одна проблема...
  - Какая же? - глаза у диакона, или как там его, расширялись с каждым произнесенным моим словом.
  - Ангелы чувствуют моё присутствие в себе, и самое интересное, они очень любят поучать и командовать, а я ничего не могу с этим поделать...
  - Да что ты говоришь!
  - Ага, а вот когда я переживаю чужую смерть, я всё это испытываю на самом деле. Если человек умирает болезненно, то и я это чувствую на себе... Однажды я тонул другим человеком, вы бы знали как было реалистично, я даже вкус воды помню....
  - Сережа! - прервал мои излияния, Авелей. - А вы случайно алкоголизмом не страдаете?
  - Я собственно и пришёл с этой проблемой, в основном. Пью! - я утвердительно качнул головой. - Не хочу пить, а не могу с собой ничего поделать...
  - Фуу! - с облегчением выдохнул диакон. - Ну, это многое объясняет...
  - Не, не ... я и в самом деле обладаю даром!
  - Так... и как же ты вселяешься в другие...эээ, сущности, - произнеся последние слова, Авелей посмотрел печально на небо и опять перекрестился. - Случайно не после того, как отведаешь огненную воду?
  - Нет, не после того... - ох, чувствовал я, что объяснятся мне, предстоит долго - благо, была середина дня, а значит и времени у меня, было предостаточно.
  
   Глава 2
  
  Долго мы вели разговор, точней я вёл монолог. Батюшка терпеливо слушал меня с сочувствием и вниманием, и я понимал, что он ни слову не верит, но внимает каждому моему слову. Когда я рассказывал про матушку и Лизу, Авелей даже вытащил платок и протёр край глаза - проняло...
  - ...И теперь я не знаю, что делать дальше... вроде добился благополучия, но оно мне поперёк горла стоит. Я чувствую, что создан для людей! - я гордо глянул на диакона. Налетел легкий ветерок, от которого почему-то засвербило в носу. Пришлось чихнуть и невольно испортить 'величественный' момент.
  - Будь здоров, сын мой! - не отводил недоумённого взгляда от меня, Авелей.
  - Спасибо. Ну... так что мне делать? Может в церковь податься? А то на свободе пью и пью... и ничего не могу с собой поделать, а в это время люди теряются, страдают...
  - Знаешь что, Серёжа? Мне кажется, чудеса есть на свете, но иногда нами играют наши же пороки! Алкоголь, сын мой, это самый главный порок в многострадальной нашей стране и часто видения нам странные несёт!
  - Я понимаю это, но первый раз, когда пережил первую смерть, мне было лет семь или восемь... А тогда я точно ещё не употреблял! В это тяжело поверить, особенно в ангелов, но вы же священник! Уж кто, как не вы, должны мне помочь и принять мои слова на веру!
  - Эх, Сергей! Ну-ка, поцелуйте! - вытащил из кармана рясы серебряный крест, Авелей и протянул его к моим губам.
  - Зачем? - в недоумении, я посмотрел на этот блестящий в лучах солнца, крест, наклонился, и всё же поцеловал его.
  - Так, проверить надо.... - внимательно смотрел на мой поцелуй Авелей, как будто и в самом деле, надеялся, что я сгорю после этого прямого контакта с религиозным артефактом, и, так сказать, проблема решится.
  - Видишь ли, Сергей, в нашем мире очень много чудес происходило, и будет происходить, но все же законы математики и физики, преобладают в нём! Я хоть и служитель церкви, но, по секрету тебе скажу, вера в Бога иногда подменяется верой в чудеса! Человек, по своей натуре, пытается свой страх перед смертью смягчить и поверить в бессмертность души. Посмотри, сколько есть религий! И все считают свою веру единственно верной и правильной. Но, это же глупость! Если есть мусульманский Аллах, то, что получается? Все неверные сгинут в геене? Или наоборот? Все мусульмане сгорят в аду, потому что другой Бог правит вселенной?
  - Как то вы не по-православному говорите... - даже немного засомневался, правильно ли я сделал, что обратился именно к этому диакону. На Авелея я теперь смотрел с недоверием.
  - Не пугайся, Сергей, я православный...,просто уверен, что и мусульманин прав, и буддист и даже, тьфу, католик! - Авелей, сплюнув, перекрестился. - Путь к Богу, к Единому Богу, может быть извилист, и через другие веры, но уверен - у Бога нет национальности! А твой дар - это, случайно, не плод твоего воображения после всего пережитого? Иногда мы под воздействием спиртного видим странные вещи и даже осязаем их, как реальность. А это всего лишь страх смерти такими видениями замещает обыденность!
  - Не знаю как насчет подмены... и вообще, Авелей, вы случайно не пытаетесь меня перенаправить в другие инстанции? Я в церковь пришёл за помощью, а не за лекцией на весьма сомнительную тему. - И в самом деле, для священника, его слова попахивали ересью.
  - Нет, Сережа, перенаправлять я тебя не буду, ты пришёл в это божье лоно по нужде, и мы должны тебя принять и по возможности помочь! Я тебе дам очень мне дорогую вещь. - Священник снял с шеи, через голову, медную цепочку с жетоном и протянул её мне. - Она точно принадлежала человеку, ушедшему к богу. Яви чудо!
  
   * * * *
  
  Мы идём по пустому аулу с взведёнными 'калашами', цель - особи мужского пола. 'Язык' направил нас именно в это поселение, где-то тут засела небольшая группа 'душманов'. Наше отделение шерстит западную часть деревни. Я и мой друган Андрюха, заходим в крайнюю хибару, слепленную из глины и дерьма. Нам навстречу выбегает чучмечка лет сорока, начинает трещать что-то на своем тарабарском, и махать руками.
  - Пошла вон! - сплюнул я вбок и рукой толкнул её в сторону. Женщина легкая, одни кости да мослы, отлетела как куль опилок и с придохом 'растеклась' по стенке. Из соседней комнаты выбежали трое детишек. Похоже, младший совсем недавно научился ходить, потому что неуклюже спотыкается. Грязные и голожопые, но крикливые, до ужаса. Я отпихиваю ногой, слегонца, деток в сторону, почему-то мне смешно, - ха ха, Дюша, во обезьянки, не это ли банда 'духов'?
  - Ага! - Андрюха тоже улыбается и продвигается за мной в соседнюю комнату - туда, откуда выбежали дети. В комнате из мебели почти ничего нет, стол деревянный, грубо сколоченный и тряпки на полу - служат, наверно, спальным топчаном для малышей. В углу стоит еще один пацан, лет восьми, тоже без трусов, и зло, исподлобья, на нас смотрит. В помещении больше никого нет.
  - Смотри, Дюх, какой волчонок! Так и прожигает взглядом! - я кивнул на мальчишку. - Ну, всё, закругляемся! Тут чисто!
  Андрей разворачивается, я смотрю на спину его - пятно пота на спине разрастается, конечно, жарища стоит просто убийственная! И тут я слышу очень знакомый щелчок. Удивленно оглядываюсь. Мальчишка вынимает, из-за спины, тяжёлый для него 'калаш', и направляет на нас. Времени море, но я не могу поверить в происходящее.
  - Дюша... шу..... - договорить я не успеваю. Пули разрывают мою грудь. Все как во сне, а я почему-то, даже не слышу звука выстрелов. Вижу, как мальчишка, со слезами на глазах, не может из-за отдачи, удержать автомат. Струя огня уходит в потолок. Я падаю на пол. Через меня перепрыгивает Андрюха. Я смотрю на мальчишку и мне охота вытереть ему слёзы, совсем ребёнок... наверно ещё читать не научился. Тяжело... Не могу вздохнуть. Хочу крикнуть другу - не надо! Не могу.... Мальчишка отлетает к стене, Андрей несколькими точными выстрелами простреливает хрупкое тело... Я не слышу, но вижу. В проёме двери стоит мать детей, на коленях, и рыдает с протянутыми руками. Андрюха что-то орёт, разворачивается к женщине... и пустота...
  
   Глава 3
  
  - Уфффф! - я вдыхаю воздух и открываю глаза. Надо мной лицо постаревшего Андрея, в чёрной рясе, а за ним, качается от лёгкого ветерка, берёзка. Мозг начинает работать... это не Андрей - Авелей. Я, мокрый от пота, лежу на скамье и понимаю, что это было очередное пребывание в чужом теле в последний его миг.
  - Сергей! Вы живой? - священник напуган. Я уже привык к такой реакции человека, первый раз присутствующего при моём перемещении.
  - Всё нормально... Андрюха! - чувствую, как моё сердцебиение успокаивается, но так же, успеваю заметить удивлённые глаза Авелея. - Зачем ты застрелил мальчишку? Он ведь уже мимо стрелял... И ещё... ту женщину ты тоже убил? Я не успел увидеть... я к этому моменту уже умер...
  - Хватит! - Авелей сел на край скамьи и закрыл ладонями лицо.
   - Я был Костяном, твоим дружбаном и зёмой! Афган, 86 год, зачистка аула. И меня подстрелил малыш... я его увидел за миг до этого и мог бы пристрелить... но я не поверил, да и не смог руку поднять на ребёнка... - Авелей прикрывал лицо, но по приглушенному рыданию я понял, что он плачет. - И уже перед смертью, я видел мать этого убитого ребёнка на коленях, и я ушёл так и не поняв, убил ли ты её? Ну что, Андрей? Я явил чудо?
  Я с трудом разжал ладонь. Острые края жетона порезали мою кожу - на землю капала кровь. Потом я протянул руку, возвращая вещь Константина обратно Авелею.
  - Явил! - Авелей взял себя в руки и обратно повесил цепочку на шею. - Я убил её... и ещё тех трёх малышей в придачу... В меня вселился демон. Увидев, как ты, Костя, изошёлся в судороге, я просто озверел. В неистовстве я выбежал на улицу и пристрелил какую-то бабку по пути, там меня наши парни то и скрутили - иначе я бы всех положил в этом селе. Так-то вот! Через месяц меня комиссовали по психическому состоянию. Три года я пил и пытался оттереть руки... в конце концов, я подался в церковь и оказался тут... грехи отмаливаю...
  Я лежал и слушал излияния Андрея, надо же, я и представить не мог, по его добродушному виду, через что прошёл он. А я ещё себя грешным считал... Лишить жизни детей и женщин и потом приехать на родину героем. Зигзаг удачи, елки-палки. Сейчас-то я понял, почему мне показался странным Авелей со своими рассуждениями о Вере. После такого и не такие 'песни' запоёшь...
  - ...ну, так что? Хочешь? - в какой-то момент я упустил, о чём это Авелей уже говорил.
  - Что?
  - Я говорю, могу подойти к протоиерею Василию с твоими проблемами, ты же увидел, что вряд ли я смогу тебе помочь. И, если честно, я бы не советовал тебе идти именно по этому пути, через церковь. У тебя другая дорога. Не могу сказать какая, но другая! Если до верхов дойдет слух про твой дар, то уверяю - тебя затаскают по-полной. Или из тебя сделают святого или, наоборот, Дьявола, но так или иначе, тебе мало не покажется! К нам очень часто приходят страждущие, но реальной помощи достойны единицы из них. Боюсь, если церковь тебя приберёт к своим рукам, то ты будешь лишь инструментом в решении их меркантильных интересов. А ту мизерную единицу к тебе не подпустят... Я отдаю себе отчёт, что услышав такие слова, меня могут отлучить от церкви, но поверь, не всё ладно в православной иерархии. Попробуй найти другой путь, Серёжа! И не надо идти в католицизм или мусульманство, там примерно так же, но с другими нюансами. - Почувствовав, что силы мои прибывают, я, с тихим постаныванием, приподнялся со скамьи. Авелей приобнял меня за плечи, и продолжил свою речь.
   - Но знаешь, Серёжа, твоё чудо укрепило мою веру в истинного Бога и я так рад, что в тяжёлое для себя время, повернулся к Богу лицом. Ну, так что? Мне идти к отцу Василию?
  - Андрей, ты меня убедил... Пожалуй - нет!
  - Вот и хорошо! - вздохнул от облегчения, Авелей. - А бросить пить горькую, я тебе помогу! Я через это прошёл и смог побороть эту болезнь, тут главное понять - что это не организм у тебя требует спиртное, а мозг! Если ты хочешь, то три раза в неделю я буду к тебе приходить после 19-ти, и мы с тобой будем вести разговор. Ну как? Согласен?
  - Согласен!
  
   Глава 4
  
  Андрей, как и обещал, стал приходить вечерами ко мне в гости и вести разговоры о вреде спиртного, о смысле жизни и просто, о бытие нашем мирском. Я вполуха внимал его словам и продолжал употреблять после его ухода, но ему, при этом, говорил, что мне легче с каждой неделей. Нашими днями были понедельник, среда и пятница. В эти дни я пытался быть правильным, а в остальные - уже с утра начинал накачиваться 'водичкой'. Как-то раз, в воскресенье, я особенно сильно напился и спутал дни недели. Поэтому, Андрей заявился для меня нежданно-негаданно, когда я был ещё в пьяном угаре. Был уже вечер понедельника, а я всё еще пребывал во вчерашнем вечере. Священник стоял передо мной и разочарованно смотрел на моё неустойчивое состояние. Я ему объяснял про какие-то выдуманные поминки и про Иисуса, который так же баловался красным вином, угощая апостолов, и всё это время, Авелей просто смотрел на меня. Простояв несколько минут перед моими 'выхлопами' и прослушав мой бред, Авелей отвернулся и молча, пошёл на выход. Уже в дверях, он остановился и, глянув на меня, выговорил:
  - Завтра я приеду в это же время, приготовься к лечению! Я тебя спасу! - после чего, удалился.
  
   * * * *
  
  В 19-00 вторника, я в напряжении сидел в кресле, немного напуганный и с чувством вины. Раздался звонок, и я пошёл открывать дверь, в проёме стояли Авелей и два незнакомых мне монаха, очень даже крепкого телосложения и высокого роста.
  - Добрый вечер, Авелей и... - я надеялся, что Андрей представит двух незнакомцев.
  - Привет, Сережа! Это мои братья, пришли по моей просьбе... ну так что? Перейдем на другой уровень лечения?
  - Что-то мне не очень охота... - засомневался я. Под ложечкой засосало от неприятного предчувствия.
  - А надо! - искры из глаз, звон в ушах и резкая боль в носу. Я потерял сознание...
  ...Открыв глаза, я увидел серый потолок. Подо мной была твёрдая поверхность и почему-то, пахло кислой капустой. В какую ещё историю я попал? - мелькнуло у меня в голове. Я сел и оглянулся.
  Я находился в небольшой комнатушке, четыре стены без всякой штукатурки или обоев, лишь красные кирпичи с бетонными прослойками. Окно, с железной решёткой и деревянная, массивная дверь. В углу стояло ведро. Из мебели - только деревянная скамья, на которой я сидел и тумбочка, с лежащей на ней Библией.
  - Всем привет! - пробормотал я пустой комнате. Голова болела, особенно переносица, видно 'святая' братия приложилась от души.
  Так, надо было взять себя в руки. Что там обещал Авелей? Вылечить от алкоголизма? А, случайно, не слишком ли эти меры радикальные? Без спросу и уговоров, применив силовое давление, увезти куда-то в непонятное место... Конечно, мой нос многое перенёс и выдержал, но всё равно, как-то было обидно.
  - Эй! Есть кто живой? - крикнул я, встав на ноги. Охота было глянуть в окно и понять, где нахожусь. Появилось лёгкое головокружение, но устоял. Пошатываясь, подошёл к оконной решётке. Лес, за стенами деревья и густые кусты. Пахло травой и грибами. Ни одного живого существа, только птичий щебет где-то в зарослях. - Ни фига себе, где это я?
  - В пяти километрах от города! - от неожиданности я вздрогнул. За спиной, у открытой двери, стоял Авелей. Надо же, как бесшумно он вошёл. Петли, наверно, смазаны.
  - Авелей, ну это уже как-то не смешно! Разве церковь может применять силу к страждущему? - Для убедительности я коснулся носа, но, задел, видно, слишком сильно, потому что почувствовал острую боль. - Ой... и вообще, что тут происходит?
  - Прости, Сережа нас! Но так надо! Ты же понимаешь, без радикальных мер тебя не спасти! Ты находишься в одном из наших реабилитационных, православных центров.
  - Но это же бред какой-то... вы же не можете, без согласия, такими вещами заниматься...
  - Эхх, Серёжа... если бы ты знал, сколько к нам обращаются за помощью. Сотни и сотни людей спиваются, наркотиками увлекаются, азартными играми мозг свой сжигают, а страдают ведь близкие люди. Всем мы помочь не можем, но всё же, иногда, берёмся за спасение утопающего. Именно такие центры мы и используем в лечении... - Авелей сел на мою лавку, постучал ладонью по дереву, приглашая меня присесть, и продолжил: - А тут другой случай, за тебя никто не просил, ты сам пришёл к нам за помощью. Силы разговоров и веры не помогли, и я взял на себя ответственность за твое спасение. У тебя есть Дар от Бога, Единого Бога, и ты должен распорядиться им правильно! Теперь тебе предстоит тут прожить довольно длительное время без злоупотребления - только постная еда и вода.
  - Если не секрет, сколько времени вы меня тут продержите?
  - От полугода и больше...
  - Но я ведь сдохну, если не смочу жабры... - мой голос сел от страха. Представить себя 'сухим' такое длительное время, я не мог.
  - На всё Божья воля! - перекрестил меня брат Авелей.
  
   Глава 5
  
  Я метался от стены к стене, бился головой об бетон, просто в апатии лежал, не реагируя ни на что - я хотел выпить! Один раз, почти неделю ни кусочка съестного в рот не положил, надеялся, что меня в больничку отправят на восстановление сил, и ведь почти получилось... Но зашли трое крепких брата, скрутили меня как агнца и силой впихнули еду, и опять нос повредили при этом. На следующий день, эта же троица опять вошла в мою камеру, или в келью, как они сами называли сие помещение, и поставили передо мной тарелку с горкой гречневой каши, на верхушке которой соблазнительно таял кусок сливочного масла. Монахи на меня смотрели выжидающе, готовые повторить вчерашнюю экзекуцию. Я демонстративно стал кушать кашу, периферическим зрением я видел свой фиолетовый нос - за его состояние я испытывал лёгкое беспокойство.
  Как-то я раньше представлял себе православных служителей церкви такими добрыми и всепрощающими, а реальность оказалась совсем иной. Очень крепкие молодчики в рясах, и в глаз могли дать, и, чёрт возьми, в нос, за ними не заржавеет. Правда, перекрестятся и попросят прощения перед Богом - но не за действия свои, а за грешную мою душу...
  Спесь моя потихоньку спадала. Через какое-то время, жгучая жажда алкоголя стала растворяться, отступать. Всё чаще я стоял у окна и смотрел на берёзки, на кустики боярышника и волчьих ягод, на облака, на белые полосы в небе - следы самолётов, и представлял себя птицей, вылетающей из клетки. Сколько прошло временя с того дня, как меня сюда поместили, я не знал, но судя по погоде, месяц уже точно пролетел. Листва на деревьях почти вся опала, была уже глубокая осень. Иногда кружились неуверенно снежинки поутру, и прохлада заставляла меня закрывать форточку.
  В одно такое промозглое утро, ко мне в келью вошёл Авелей и сел на мою лавку. Я стоял у окна и смотрел в мир. Мне очень хотелось пройти по земле, почувствовать ногами грунт и усыхающую траву.
  - Доброе утро, Серёжа! - поздоровался Андрей за моей спиной. Я чувствовал и видел, как он пришёл и сел, но виду не подавал - просто не хотел с ним разговаривать. - Только не надо играть в молчанку, я не хочу с тобой разговаривать как священник, или там ещё как-то, возвышенно... Ты знаешь обо мне такое, что не даёт мне право на такой тон. Но ты должен знать, что я тебе друг и хочу помочь.
  Заинтересованный, я повернулся к нему. Он сидел и смотрел на меня с теплотой.
  - Я вижу, что тебя отпускает болезнь, но ещё очень далеко до полного выздоровления, поэтому могу предложить иногда прогулку по лесу, но под присмотром одного из монахов...
  - Да! Я хочу туда! - тут же подал голос, моё нутро восторжествовало, я не верил услышанному. - Андрей, я хочу прямо сейчас...
  - Хорошо! Тебе принесут через пару минут тёплую одежду, одевайся, и мы с тобой погуляем, есть разговор... И, ещё одно, не называй меня перед моими братьями Андреем...
   * * * *
  Я стоял на опушке леса, растопырив свои руки, как крылья, и смотрел вверх, ртом ловя снежинки. Прохладный ветер обволакивал моё тело. Я себя не чувствовал так хорошо уже очень длительное время, и поэтому ощущал просто какой-то нереальный кайф. Хотелось кричать от счастья...
  - Ууух! - не выдержал я, проухав во весь голос. Эхо унеслось в глубину леса рикошеча от стволов деревьев. Какая-то, не улетевшая в тёплые края, птица, ответила пронзительным, недоумённым визгом. Душа моя пела. - Как классно!
  - Так и есть, мир вокруг нас прекрасный! - за моей спиной стоял Авелей. Я его не видел, но чувствовал, что он улыбается. - Чем больше ты будешь очищаться от затуманенности мозга, тем краски будут сочней восприниматься... я-то знаю, сам через это прошёл в своё время...
  - Андрей, о чём ты хотел поговорить со мной? - у ноги лежала куча сухой листвы, я с воодушевлением её пнул, придавая кратковременную невесомость жухлым листочкам. Такая маленькая глупость, но стало так приятно после содеянного.
  - Я хочу, чтобы ты помог одной женщине... Она ходит к нам в церковь, почти каждый день, ставит свечи 'за здравие' и 'за упокой', одновременно... Улавливаешь?
  - Немного да, но я ведь ещё пока... в тюрьме...
  - Ты неправильно воспринимаешь своё положение. Ты не в тюрьме, а скорей в больнице... на стационаре так сказать...
  - Но суть то от этого не меняется... - я повернулся лицом к Авелею и, подмигнув ему, специально упал на спину, в траву. Надо мной, через ветки деревьев пробиваясь, висело серое небо. Рядом сел Авелей.
  - Эта женщина с каждым днём всё более и более ссыхается от горя. Её сын пропал без вести с полгода назад. Он у неё единственный был... или есть. Мужа схоронила год назад. Такая вот 'счастливая' череда событий...
  - Вы ей про меня уже рассказали?
  - Нет, и не расскажу. Я её приведу просто, и ничего не скажу, только попрошу её прихватить с собой вещь сына. Не буду обнадёживать, а если ты сможешь увидеть что-нибудь, то тогда сам решишь, что сказать... Я боюсь за неё, неизвестность её просто убивает...
  - Я помогу ей! - и обнадёживающе похлопав Авелея по коленке, приподнялся с травы. Почему-то я явственно вспомнил свою мать у окна, и её печальные глаза, смотрящие на калитку, и как она ждала моего появления в своё время...
  
   Глава 6
  
  На следующий день, с утра, меня сводили в баню, находящуюся во дворе дома. Давно я уже не парился берёзовым веничком. Каменка была разогрета до треска, и я чуть не задохся, когда поддал пару. Один из монахов принёс бритвенные принадлежности, и я с удовольствием сбрил свою скудненькую бородку. После того, как обработал свои телеса мылом и мочалом, я вышёл на улицу. Меня пошатывало - отвык от банного духа. У хозяйственной постройки, примыкающей к дому, в кучу были свалены распиленные брёвна, на одно из поленьев я и сел. Воздух приятно пах берёзовыми опилами. Рядом два монаха пилили 'Дружбой' толстое бревно, лежащее на 'козлах'. Из хмурых облаков выглянуло весёлое солнышко, я посмотрел на него и подмигнул:
  - Привет! Давно мы не виделись! Как там, на небе? - монахи перестали пилить, прислушиваясь ко мне. - Братишки, что сегодня у нас на завтрак? Не хотелось бы порцию божьих наказаний получить в очередной раз, а вот яичницу бы... с удовольствием!
  Те, с показным возмущением, оставили ручки пилы, и, немного с пафосом, пошли в дом. Мой нос ещё болел, после последнего нашего общения с этими самыми монахами. Я улыбнулся.
  - Какие мы тут все важные... - с этими словами, я снял с себя рубашку и взял лежащий в ногах колун. Очень уж захотелось почувствовать физическое напряжение в теле, как-то обрюзг я от ничегонеделания в последнее время. На самый толстый чурбан я стал ставить поленья и раскалывать их. Поначалу получалось неуверенно, но после пары неудачных минут, дело пошло споро. Через час, все напиленные брёвна я наколол - теперь они лежали кучей вокруг большого чурбана, как поверженные бойцы. В руках и ногах я чувствовал приятную усталость.
  - Привет, Серёжа! - из дому вышел Авелей, запахивая свою рясу и опоясываясь. - Смотрю, ты в хорошем расположении духа сегодня.
  - Есть немного! - согласился я, надевая рубашку, хоть я и был разгорячён после бани и физической работы, но простыть не очень хотелось. - Андрей, а что вы батенька не в церкви сегодня? Отлыниваете от работы?
  - Что ты! Просто сегодня день намечается богатый на события и отец Василий меня отпустил... Серёжа, я же просил, называйте меня Авелеем перед братьями... Андрей остался там, в мирУ...
  - Как всё у вас просто, батюшка... ну да ладно... когда та женщина придёт?
  - После обеда её привезут, Серёжа, пойдем в трапезную, с сегодняшнего дня ты будешь с нами столоваться, и твоя дверь будет открыта всегда...
  - Не боитесь, что убегу и напьюсь?
  - Боимся, но если что - на дыбу тебя поднимем... делов то на копейку...
  - Ха... - хохотнул я. Не без чувства юмора оказался Авелей-то, но всё же глянул с подозрением на него. Тот мне подмигнул и улыбнулся.
  * * * *
  - Здравствуйте.... эээ, не знаю ваше звание... - женщина взяла меня за руку, пытаясь поцеловать.
  - Что вы... - я вырвал в смущении руку, -зовите меня просто, Сергей! И ни в каком я не звании...
  Мы находились в одной из комнат, вдоль стен которой, стояли деревянные скамьи. Два монаха с опущенными головами сидели у стены, рядом с дверью и перебирали чётки. Авелей стоял рядом с женщиной, положив руку на ее плечо в качестве поддержки. Я, как царь сидел в центре, на стуле. После моих слов, она с сомнением глянула на Авелея.
  - Всё нормально, Инна Васильевна, это он! Сергей не священник, он просто хороший человек и возможно, поможет вам...
  На морщинистом лице женщины отразилась надежда. Она упала предо мной на колени и заплакала навзрыд. Монахи, сидящие на скамье, дернулись было со своих мест, но Авелей жестом их остановил.
  - Что вы... - я растерялся от такой бурной реакции и вскочил со стула, пытаясь помочь ей встать. - Что вы... не надо на колени...
  - Сынок, ради Бога, помоги! Никого у меня нет, кроме сына. Христом Бога прошу! Помоги мне его найти! Отец Авелей сказал, что ты можешь это сделать.
  - Только с колен, прошу вас, поднимитесь! - я взял её за пояс и потихоньку подвёл к скамье. - Садитесь! Я постараюсь вам помочь...
  - Спасибо, сынок, спасибо...
  - Вы принесли какую-нибудь вещь сына?
  - Да! - дрожащими руками она торопливо стала вынимать из своей сумочки ручку, линейку и старую, мятую тетрадку. - Я не знала, что лучше принести.... на всякий случай, несколько его вещей принесла.
  - Хватило бы одной вещи... ладно, дайте, что ли, тетрадь...
  
   Глава 7
  
  - ...а что я могу сделать? Он совершенно не прислушивается ко снам или сердцу... - слава богу, я находился в ангеле, а значит, смерти не было. Сын Инны Васильевны в этот момент наливал в стакан водку. Рядом с ним сидел на потёртой лавке такой же 'герой' отторгнутый обществом. На постелённой газетке стояла открытая банка с надписью 'Кильки в томате'. Видя этот натюрморт, у меня возник маленький вопрос: 'А почему я не вижу ангела другого человека, ведь по логике, он тоже должен был находиться где-то рядом, в висячем состоянии?' - А он есть, только в другом измерении, этих измерений миллионы и миллионы! Это чтоб мы, создания, не сталкивались друг с другом при исполнении своих обязанностей, хотя если захотим, можем и встретиться. Но там, на солнце, мы все видимые и общаемся с себя подобными. И я тебе больше скажу, у нас там своя жизнь...
  Сущность поднялась над двумя 'друзьями', примерно метров на пятьдесят и зависла в воздухе. Стая голубей пролетела сквозь наше эфемерное тело, лёгкое физическое покалывание мы ощутили, как будто немного электричеством протрясло. - Щекотно... это легкое чувство контакта мы чувствуем при соприкосновении с физическим, живым организмом, а вот они совершенно нас не осязают...
  'Всё это интересно, но я тут по другому вопросу. Там мать его от горя умирает, а он тут водку хлещет...' - я пребывал в несколько заведённом состоянии, и если бы имел реальное тело и собственную силу, то подлетел бы к Анатолию и треснул бы по уху! - Я понимаю твоё негодование, Серёжа, но тут не так всё просто...
  И опять, не прислушиваясь к моему мнению и желаниям, ангел полетел ввысь, в облака. В этот раз я испытал страх высоты, сущность заставляла меня смотреть вниз. Я вспомнил, почему-то старты космических кораблей и, иногда, их падения...
  - Я тебя проинформирую вкратце, а ты уж сам решай и будь судьёй. Мой подопечный рос хорошим и добрым мальчиком, любящий своих родителей. Но, чем старше он становился, тем больше у него возникало вопросов. Папа работал на металлургическом заводе, по двенадцать часов - в день, потом в ночь. Мама, Инна Васильевна, была домохозяйкой, а значит - не работала. Всё чаще она возмущалась маленькой зарплатой мужа, в связи с чем, он устроился на подработку в такси, и по выходным раскатывал по городу... - Сущность уже летела в стратосфере, пробивая озоновый слой. Я восхищённо смотрел по сторонам, и если бы контролировал свою мимику, то в удивлении бы охал от всполохов световых лучей в открытом космосе. А ангел продолжал свой рассказ, но не речью, а вбиванием мысли в мой мозг, не обращая внимания на мои эмоции, - ...и вот на таком фоне, начались сначала мимолётные, скрытные гулянки жены, пока муж работал, а потом и откровенные. Инна Васильевна отправляла сына на улицу, играть в 'войнушку' в эти моменты. Муж, без рук, без ног, приходил домой и молчал, о многом подозревая, но почему-то боясь заговорить на эту тему... Даже когда онкология скрутила мужа, она продолжала крутить хвостом...
  Рядом промелькнула сверкающая сталь, я узнал что-то рукотворное, хотел попросить сущность посмотреть на него и показать это мне, но ангел проигнорировал мои желания, продолжая бороздить эфир вселенной. Целью он избрал Солнце.
  - ...это всего лишь китайский спутник... ну так вот, и всё это происходило на глазах этого парнишки. Он любил и мать, и обожал отца. Это я говорю реально, не смотря на то, что он мой подопечный. И когда все же умер отец, Толик не выдержал этой потери... я то - тоже прочувствовал все его переживания. Знаю, что бывают тяжелей ситуации, и люди выдерживают, и живут с этим, но вот он так отреагировал. Бросил институт и исчез без всяких объяснений. Всю вину в смерти отца переложив на мать, тем самым, мстя ей...
  Но это же бред! Как можно так поступить с любимой матерью, какой бы она не была? А мне кажется, вы, ангелы, всегда ищите оправдания своим подопечным, чтобы они не творили! Интересно, чикатилловский ангел тоже оправдывал подопечного?
  - Ну, это ты конечно махнул. Мы всячески пытаемся им внушить через сны, и направить в нужную сторону, но они редко прислушиваются к нам. Твой вон, тоже, наверное, пытается тебя направить в правильное русло, однако ты не очень-то его слушаешь...
  И тут я увидел очередное чудо. Из пустоты, с хлопком, появилась другая сущность. Передо мной возникла светящаяся тень, как привидение - оно не имело очертаний и явно выраженных выпуклостей. Наверно, со стороны, сущность, в которой я находился, выглядела так же.
  - Фу, напугал... - 'сосуд', в котором я был, так же как и я вздрогнул от неожиданности, но направление движения не поменял. Вторая сущность пристроилась параллельным курсом, мы летели к солнцу.
  - Архаим, ты не прав! - прозвучала мысль соседнего ангела. Ага, они ещё и знакомы...
  - Знакомься, Серёжа! Это твой ангел, собственной персоной пожаловал! - мелькнула мысль анатольевой сущности. Удивительно, но я почувствовал недовольство в тоне.
  - Привет, Серёжа! Я не должен был визуально встречаться с тобой, но так вот получилось. Просто меня переполняет негодование! Я как раз работаю на сто процентов, и ты прислушиваешься к моему внушению, а вот он немного фальшивит! Нет, чтоб сейчас работать, а он оставил своего подопечного и ради лишней порции небесной манны полетел к солнцу...
  Нам на встречу попался небольшой метеорит, мы не замедляя скорости, пролетели сквозь него.
  - Ага... то-то он у тебя пьёт как лошадь, такой Дар разбазаривает...
  - Но твой-то тоже сейчас не водичку пьёт, а Серёжа вот борется с этим и надо заметить, не без моего внушения...
  Я невольно присутствовал и пассивно участвовал в споре двух ангелов, и один, при этом, был моим собственным хранителем. Исторический момент, вряд ли кто наблюдал такое в нашем мире. Но, и как-то было обидно - неужели и небесные сущности подвержены нашим плохим, вздорным слабостям? Как-то не так мы, живые, представляли нашу жизнь на том свете. В отличие от 'переживания смерти в чужом теле', время пребывания в сущности ангелов я мог контролировать. Поэтому я решил оставить спорщиков в полёте к солнцу. Пусть они уж выясняют отношения без моего участия. Да и вообще, как-то подустал я от всей этой небесной мистики. Пора было вернуться на землю, тем более я уже и выяснил всё в этом деле. И вообще, даже там, на небе, попахивает формализмом и канцелярией...
  
   Глава 8
  
  - Уфффф!!! - судорожно вдохнул я воздух, открывая глаза. Инна Васильевна и два монаха с испуганными лицами, смотрели на меня. Лишь Авелей спокойно сидел и ждал моего 'возвращения', и после моего вдоха он протянул полотенце.
  - С вами всё хорошо? - с беспокойством спросила Инна Васильевна.
  - Да, всё нормально! - ответил я, вытирая вспотевшее лицо полотенцем.
  - Ну что, Серёжа? Вы поможете?
  Я печально посмотрел на женщину, на её мокрые глаза и морщинистое лицо. Она стояла вся такая потерянная, эти хрупкие плечи укутанные шалью, и представить её 'гулящей' - не мог. Да если даже и мог, как можно сейчас винить её в произошедших событиях? Я не знал что делать!
  - Завтра всё вам скажу, а пока отправляйтесь домой!
  - Серёженька, милый, скажи - он жив? - заплакала женщина, опять падая предо мной и обнимая мои колени.
  - Я не знаю! - соврал я - Завтра... до завтра, ради бога, потерпите!
  Подошли монахи и помогли ей подняться на ноги.
  - Умоляю Серёжа, помоги!!!! - братья уважительно довели её до выхода, она, повернув голову в мою сторону, смотрела глазами, полными страдания. Мне очень было горько. - Я не переживу неизвестность!
  Я не выдержав, опустил взгляд в пол. Дверь громко захлопнулась, плечи мои дрогнули.
  - Что, Серёжа? Сын её, раб божий, Анатолий... покинул наш мир? - спросил Авелей, после того как монахи и женщина удалились.
  - Андрей, нам надо рвануть в другой город, сможешь меня увезти? - проигнорировал я вопрос священника, в голове возник план.
  - Смотря в какой?
  - В Магнитогорск. До вечера обернёмся, если что...
  - Смогу!
  - Ну, тогда собираемся, там всё и узнаешь! - я надеялся, что мой ангел-хранитель уже искушал солнечную манну, и вернулся к исполнению своих обязанностей. Двести пятьдесят километров пути по нашей русской дороге, без его сопровождения, были бы рискованной авантюрой...
  
   * * * *
  Над нами кружилось полчище чаек, издававшее неприятные звуки. Запах нас обволакивал, убийственный. Мы находились на самом верху городской свалки и представляли странный, не в тему, вид. Вокруг сновали мальчишки-цыганята, подбегающие к грузовым машинам, приехавшим разгрузить мусор, свезённый со всех уголков Магнитогорска. Пацанята дрались друг с другом, за право первыми осмотреть выгруженные кучи. Над продуктовыми навалами так же дрались чайки - естественный отбор, в чистом виде...
  - Бедные дети! - вздохнул Авелей, с сочувствием глядя на эту 'движуху'. Я и Авелей были облачены в рясы. Никогда раньше мне не приходилось так одеваться, и теперь я испытывал лёгкую растерянность, но, надо сказать, было комфортно в этом одеянии. На нас с недоумением смотрели местные аборигены - не гармонировали мы с ними как-то.
  - Дяденьки, дяденьки... - к нам подбежал самый смелый мальчуган с протянутой рукой, - ...подайте денежки на хлеб!
  - Сейчас сынок, подожди... - Авелей снял с плеча котомку, засунул туда руку и вытащил хлеб. - Бедненький, на, возьми, поешь!
  Мальчишка удивлённо принял хлеб, посмотрел на Авелея и с презрением откинул хлебобулочное изделие в сторону, - дяденька, ты идиот!
  После чего, быстро отбежал подальше и недвусмысленно, пальцем повертел у виска.
  - Э-эх, Андрей... ну что? Всё ещё думаешь, что они тут бедненькие да голодные? - я улыбнулся, при виде расширенных от удивления глаз диакона.
  - Они дети и ещё не осознают, что творят.... - оправдываясь, пробормотал Авелей и перекрестился.
  - У меня был период в жизни, когда я бомжевал... Вот мне иногда реально было холодно да голодно, а вот те, кто обитал на городских свалках, в любую эпоху жили прекрасно. Сюда попасть не очень-то просто обыкновенным бичам, иерархия блин.
  - Видишь сколько несправедливости в нашем грешном мире! - мы шли по протоптанным в мусоре, тропам. Иногда нам дорогу лениво перебегали жирные крысы. - Ну, долго нам ещё идти?
  - Батюшка, а как же терпение? Шучу, ещё немного! - по своей памяти, я точно знал, где находится 'берлога' этого засранца Анатолия. Когда ангел воспарялся в небо, я видел местность и читал его мысли.
  Наконец мы подошли к цели. Из жестяных листов было собрано подобие палатки, у входа внутрь стояла та самая скамейка, на которой лежали - пустая банка кильки в томатном соусе и две пустые бутылки водки.
  - Мы пришли... Толян! Выходи!
  В палатке зашевелилась куча тряпья, и из этого вороха вылезла встрёпанная опухшая голова.
  - Блять! Чё орёшь? Кто там? - голос был простуженным, но чувствовалось, что молодой.
  - Толик, мы из Челябинска и пришли за тобой!
  
   Глава 9
  - Какого, блять, Челябинска? Кто там ещё такой? - нам навстречу вышел сам Анатолий, собственной персоной. Немного он заплетался после выпитого накануне, одежда провисла от грязи, и запах... даже окружающие ароматы не могли скрыть амбре, исходящее от Толика.
  - Вот, Авелей! Знакомьтесь, Анатолий Беспалов! А это... - немного театрально, руками, я показал на священника, - ...диакон Авелей. Меня зовут просто, Сергей!
  - Чё вам надо? Вы попы что ли? - прищурился Толик, всматриваясь в нас по мере своего приближения. - Оооо, и точно попы! Ха, отпевать сюда пришли или крестить?
  - Инна Васильевна ставит свечи за упокой и здравие этого... человека... а он тут прохлаждается на курорте... - я проигнорировал выпад Толика в наш адрес. Хотелось подойти к этому 'красавцу' и в нос дать, пусть там его ангел-хранитель, любитель манны небесной, как там имя его... Архаим, немного понервничает. Но, я сдержал себя и продолжил: - ...она себе место не находит, куда же девался родной сынишка? Где его бренное тело лежит и что с ним случилось? Муж умер, единственный сынок пропал, больше никого не осталось... а родная кровинушка в это время водку лакает, жизнью наслаждается, в местную богему, так сказать, вливается...
  Краем глаза я следил за Анатолием. Он остановился. По мере моего монолога, по его лицу пробежала целая гамма чувств. Надо сказать, что лицо его было, хоть и обрамлено скудненькой бородкой, но, всё равно оставалось юношеским - ведь ему не было ещё и двадцати лет. Я сам-то был на пару лет старше его, но чувствовал себя лет на двадцать старше. Эффект от моих слов был почти достигнут, поэтому, для закрепления, я продолжил:
  - Мы тут ищем этого мальчика, пытаемся помочь его матушке и вытащить её с того света, а ему плевать на неё, Авелей... И охота спросить у Бога, а нужно ли знание истины Инне Васильевне? Может нам надо ей сказать, что ваш сынок погиб? - Толик уже сидел на скамье и смотрел в пол, обхватив голову руками, - и смотри, Авелей, сейчас Анатолий скажет нам, что мы не поймём. Что мы ничего не знаем. Что мать сама виновата во всём, гуляла с чужими мужиками, загнала папу в могилу. А я скажу одно этому обиженному малышу - ОН ЗАСРАНЕЦ!!!
  Толик уже не сдерживал себя, плечи его тряслись. Диакон хотел подойти к нему и успокоить, но я жестом остановил его.
  - Я на собственном примере могу тебе рассказать, как своей обидой можно убить собственную мать. Я могу ещё рассказать, как потом ты будешь рвать на себе волосы от бессилия на могиле её. А что рассказывать - я могу показать могилу, могилу собственной матери! Короче, Анатолий, собирайся, мы едем обратно, в Челябинск, пока твоя матушка жива... дотемна нам надо добраться!
  - Как вы узнали, что я здесь? - всхлипнул Толик, - никто не знал, где я, даже друзьям не говорил...
  - От Его глаз не скрыться! - я ткнул пальцем в небо, Авелей при этом перекрестился и обречённо вздохнул, слушая мою ересь, но надо отдать ему должное, промолчал.
  - Как там... она?
  - Она??? - чувствовал, что понапрасну закипаю, но не мог себя сдерживать. - Мать! Она твоя родная матушка, единственная! Ты даже не можешь назвать её мамой...
  - Могу! - неожиданно прокричал Анатолий, закрывая свои уши руками. - Мама! Как там моя мама?
  - Плохо! - я так же громко прокричал, хотя, на самом деле я рад был, что так импульсивно отреагировал Толик. Значит, он постоянно думал о своем поступке. - Очень плохо, а как ты сам думаешь? Ужасно, когда мать переживает своё чадо и хоронит его, и ещё ужасней, когда она не знает, что с ним... Только Толик не надо вспоминать об отце и её гулянки...
  - Уууу... - ну всё, Анатолий зарыдал навзрыд, допёк я этого 'засранца'. Могу себе повесить медальку на грудь - миссия выполнена.
  - Всё мальчик, хватит! Всё будет хорошо... - теперь меня удивил Авелей. Он, не побрезговав запашков, не выдержал, и присел к Толику. И, приобняв его, стал успокаивать - тот ещё сильней заплакал. Даже не верилось - этот утешающий дядя, лет десять назад, хладнокровно застрелил женщину, бабушку и четырёх невинных детишек... такая вот фантасмагорическая трансформация человека, блин.
  Ох, не люблю я эти сопли 'санта-барбаровские', поэтому я повернулся и пошёл на выход из этой городской клоаки, выкрикнув этой парочке, чтоб долго не сидели.
  Всю дорогу обратно, в Челябинск, Анатолий сидел с левой стороны заднего сиденья и смотрел в окошко, периодически вытирая своим грязным рукавом, глаза. Перед ним, на водительском месте сидел Андрей и хладнокровно пилотировал нашей 'шестёркой', не реагируя на провон... как бы помягче сказать, пропахнувший салон автомобиля. Три часа мы наслаждались дымом магнитогорских кострищ, исходящим толиковским испарением переработки алкогольной продукции и немного к общему запаху, примешивались рыбно-томатные нотки. Стёкла не было возможности открыть из-за прохладной, осенней погоды, а выкуренные мной сигареты, не заглушали эти запахи. Удивительно, а сам Толик не курил... ну прям пример для меня, один раз он даже попросил поменьше курить, видите ли, надо проявлять уважение к другим, некурящим людям... Ааа, каково?
  
   Глава 10
  
  Потом монахи этого мальчишку помыли в бане, обули, одели, накормили, и спать уложили. А я почему-то злился и на монахов, и на Авелея, и особенно на этого Анатолия с его ангелом, будь он неладен. Этот прохиндей с крылышками, которых на самом деле-то и нет, не без моей помощи, умудрился вытащить со дна этого мальчишку. Получается, он выполнил свою работу по отношению к своему подопечному и заодно спас Инну Васильевну.
  - Молодец, Серёжа! - ко мне в келью зашёл отец Авелей и присел на скамью. Я лежал и смотрел в потолок - побелка местами пожелтела, а в углу даже чернела зарождающая плесень. - Ты сегодня был очень убедителен, у тебя есть талант не только сверхъестественный, но и мирской - сила убеждения!
  - Аааа... - я лишь пренебрежительно махнул рукой, - делов то на копейку... просто несправедливо как-то... неправильно, что ли.
  - Откуда нам знать, что правильно, а что нет? Пути Господни неисповедимы. Аааа, я понял, почему ты такой злой! - печально улыбнулся Андрей.
  - Почему злой? И совсем я не злой...
  - Не обманывай меня. Это из-за твоей матушки, я же помню твою историю. Только сразу не сопоставил...
  - Ну, уж...
  - Ты завидуешь Анатолию, он спасёт завтра свою маму, а ты в своё время - не успел...
  - Но ведь серьёзно! Я-то не убегал, как этот засранец... я не сотворил такую гадость, как он по отношению к любимому человеку! - меня понесло, слишком уж засел сегодняшний день в сердце. - Моя мать знала, где я, она в любой момент могла повидаться со мной! Почему же такая несправедливость?
  - Хватит, Серёжа! Не обманывай себя, это его жизнь и Анатолий должен был пройти через свои тёрны, а ты проходишь через свои! Так всегда бывает, кого-то судьбинушка бьет, а кого-то нежно гладит. Буддисты сказали бы, что это карма с прошлой жизни. А вообще, ещё не известны последствия наших несчастий и счастливых моментов - время всё расставит по своим местам.
  - Ладно, Андрей! Я всё понял... Ты вон, тоже не через медные трубы прошёл...
  - Вот именно... это был мой путь в лоно церкви, и, может быть, сама церковь - это только лишь была ступень к нашему знакомству? Кстати, зависть - это один из грехов!
  - Такой я вот весь погрязший в грехах, - я горько улыбнулся, не отводя взгляда от потолка.
  - Андрей, слушай, а есть в ваших закромах медный купорос и извёстка?
  - Что? - с недоумением глянул на меня священнослужитель. - Наверно есть, а зачем тебе?
  - Косметический ремонт хочу у себя тут сделать, а то чёрная плесень, говорят, мозги разжижает...
  
  * * * *
  
  Утром, после завтрака, мы находились в той же комнате, что и вчера, когда я общался с матерью Анатолия. Я опять сидел посередине, на стуле, монахи на скамье, а рядом с ними, в неведенье, плачущая Инна Васильевна.
  Наконец, отец Авелей ввел, держа за руку, Анатолия - чистого, выбритого и в свежей одежде. Кто бы мог подумать, что ещё вчера этот парнишка наслаждался запахами помой и дыма, вкусом спиртового пойла и находился в компании 'умных и интеллигентных' людей.
  - Мама...привет... - сконфуженно пробормотал Толик, виновато глядя в пол.
  - Сынок!!! - это был не крик, а вопль. Инна Васильевна вскочила со скамьи, руками держась за сердце. - Ты живой!?
  - Да мама... живой... прости меня... - Анатолий подбежал к Инне Васильевне и обнял её. А потом произошло непредвиденное... женщина обмякла в руках сына. Толик в слезах донёс матушку до скамьи и положил её. Монахи засуетились, поднося воду к женщине, смачивая полотенце и вытирая лоб её, а она, как пьяная, открывала рот, пытаясь что-то несвязанно сказать.
  Это был инсульт. Такой вот поворот судьбы... и теперь я совсем не завидовал Анатолию....
  Слава богу, Инна Васильевна выжила, но осталась, парализована на левую сторону. Анатолий взвалил на себя уход за мамой, и в течение пары лет ухаживал за ней. А потом она восстановилась и смогла самостоятельно встать на ноги. Надо отдать ему должное, за эти два года, Толик проявил себя любящим и терпеливым сыном... Но это уже другая история...
  
   Часть 3
  
   Глава 1
  
  В свежепобелённой собственными руками келье, я провёл зиму. Кушал я в общей трапезной, с двумя монахами и Авелеем. Иногда Андрей отсутствовал во время столованья, тогда я немного расслаблялся и распускал свой язык, подначивая двух соседей по столу. Первое время они нервничали и раздражались от моих шуток, но потом привыкли и иногда даже улыбались. Пётр и Фелоний их звали. Сейчас, по прошествии стольких лет, я и не помню их лица, но их рост, на голову выше моего, запомнил и силищу они имели богатырскую... Вот кому бы продолжение рода иметь, но, увы, под обетом безбрачия были.
  Моя борьба с алкогольной зависимостью, вроде, продвигалась успешно. Мысли свои занимал книгами, которые приносил в больших количествах Авелей, руки - рубкой дров, уборкой помещений или борьбой со снегом. Вроде бы не думал о спиртном, пока не видел бутылей. Сыны божьи несколько раз праздновали свои святые праздники и позволяли между постами употребить 'красненькую' не стесняясь моего присутствия, в эти моменты я ненавидел их всем сердцем. Но к концу зимования, настал момент, когда я смог спокойно смотреть на бокал с вином.
  - Понимаешь Серёжа, если совсем не пить - это очень хорошо, но это не совсем правильно. Тут надо научиться контролировать нашу русскую душу...
  - Но ведь восточные народности, я читал, ещё больше подвержены 'тяге к огненной воде'? - прервал я очередную лекцию Авелея 'блеском' своего ума.
  - Поймал, поймал, да уж, немного расизм прозвучал в моих словах... ладно, контролировать любую нашу душу. Когда ты полностью отказался от вина, ты не избавился от главной проблемы. Ты её просто держишь в клетке, до поры до времени, но стоит только оставить клетку незапертой, проблема вырвется наружу... А вот совсем другое дело, когда ты научишься контролировать свою 'тягу' и жить в мире со своей проблемой, тогда и вольер у тебя будет открыт...
  Вот примерно так проходили у нас беседы, и я вроде понимал мысль Андрея, но всё равно боялся этого зверя. Я слушал Андрея, иногда он меня. Время летело.
  Когда Авелей уезжал в церковь по своим обязанностям, я совращал Петра и Фелония, склонял их к азартным играм. Не хватало мне немного драйва, что ли, я научил их играть в дурака на щелбаны. Какое-то время я отбивал свои пальцы об их стальные лбы, но потом монахи набрались опыта, и мне стало не интересно, слишком уж мускулистыми парнями они были. Вот примерно так мы и коротали время, скука полнейшая. Я даже готов был 'пережить смерть' какую-нибудь, чтобы разнообразить этот быт.
  - Андрей, но что там? Не пора ли нам помочь какой-нибудь заблудшей овечке? - иногда спрашивал я Авелея полушутливым тоном.
  - Всему своё время! - лишь отвечал Андрей, в очередной раз, отправляясь на свои служения. Раньше я боялся своих астральных перемещений, но в последнее время меня начинало тянуть снова прикоснуться к этому таинству. Да, иногда мучения предсмертные были ужасные и в физическом и в моральном плане, но вот не хватало мне этого и всё. И я дождался, на свою голову...
   * * * *
  - На этот раз, Серёжа, всё совсем по-другому... тут нет пропавших или заблудших. На этот раз смерть была стопроцентная и жестокая. - Я сидел перед Авелеем, почёсывая затылок. Мне не понравился сегодняшний подход ко мне Андрея, без предисловий и церемоний. Он просто подошёл и заговорил: - ...ты должен помочь моему другу, он работает 'опером' и у него 'висяк'...
  - Но я не могу... я же тебе гово...
  - Я помню, Серёжа... ты не можешь назвать имя убийцы, но послушай меня... В городе 7 смертей с 'расчленёнкой' за эту неделю. Это всё дело одного человека... части тела находят в разных местах города и следствие мнётся на одном месте... Я - как служитель Бога, должен быть в смирении с этим фактом, но не получается.... моё естество меня разрывает. Серёжа, хоть как-нибудь помоги!..
  - Даже не знаю... - я и в самом деле не знал, но чувствовал, что сегодня важный день, и все предварительные события были предисловием к дальнейшему моему предназначению. Выдохнув, я пробормотал важные слова, после которых всё поменялось, - я помогу, Андрей, зови своего друга!
  
  
  
   Глава 2
  
  - Это он? - первые слова, которые я услышал, когда вошел в зал.
  - Да, Дим! Это он! - на скамье сидел мужчина, предпенсионного возраста и скептически на меня смотрел. Рядом стоял Авелей. - Познакомьтесь, Сергей... а это Дмитрий Иванович.
  Я подошёл к сидящему и протянул правую руку. Он соизволил встать и ответить на рукопожатие. Несмотря на возраст, хватка у него была железная, мне немного стало стыдно от своей мягкотелости в ладони.
  - Он же мальчик ещё... - вроде пронзительно смотрел на меня, а обращался к Авелею. - Что-то меня терзают смутные сомнения, Андрюха... он нормальный?
  - Вполне! - не выдержал я такого пренебрежительного отношения в свой адрес, - может только чуть-чуть нервенный... и я не мальчик, мне уже почти 23 года!
  - Аааа, ему почти 23 года! - не отвел взгляда Дмитрий Иванович от меня, я заметил усмешку в его глазах. - Ну, тогда это всё меняет... не могу понять, Андрей, что я тут делаю? Как мне может помочь этот... мальчик???
  - Димон, я понимаю, что ты скептик... но останься на десять минут и не задавай вопросов, а потом ты сам решай - уходить или нет! Ты принёс, что я тебя просил?
  - Блин, Дюха, я пошёл на должностное преступление ради тебя...
  - Дим... не надо лишних слов, поверь, это ты сделал ради людей и справедливости... ну? Принёс?
  - Да! На! - утвердительно ответил Дмитрий Иванович, протягивая мне, вытащенный из кармана штанов, платок.
  Развернув тряпку, я чуть не уронил от неожиданности содержимое. На ткани лежали два золотых зуба.
  - Это единственные вещи, которые материальны... всё как ты и просил, - я не мог понять, он чисто из принципа со мной не говорил, или как? Даже сейчас, вручив два куска металла, в мои руки, он продолжал обращаться к Авелею, - так же мы нашли две руки, одну ногу, голову... думаю понятно, откуда эти зубы? Ещё нашли туловище без конечностей и отдельный скальп... от другой головы...
  Всё это выговаривая, Дмитрий Иванович не отводил своего безжалостного взгляда от меня. По спине пробегали мурашки после каждого слова, но я понимал, что должен был выдержать и не дрогнуть. Желудок засосало от предчувствия, всё моё нутро кричало: 'Брось это всё! Это же какая-то жесть намечается... тебе ведь предстоит это переживать...'
  - ...на пальцах, возможно, были кольца, но убийца предварительно их снял... точней отрезал вместе с пальцами... - продолжал выговаривать 'добрый' опер, чеканя каждое слово, - ...все конечности принадлежат разным людям. Я более скажу, разнополым и разновозрастным... Ни один труп не опознан, отпечатков в базе нет... как бы стыдно не было признавать - но мы мнёмся на одном месте... И чем он может нам помочь?
  - Помоги, Серёжа! - посмотрел на меня Авелей и кивнул головой.
  Я стряхнул зубы с платка и, зажав их в кулак, прошёл на свой стул, стоящий в середине зала. - Постараюсь...
  Минуты три я просидел под насмешливым взглядом Дмитрия Ивановича, всеми фибрами чувствуя его скептицизм. Не выдержав, я отвернулся от 'опера' и Андрея, но даже затылком ощущал почти осязаемое недоверие.
  - А можно он выйдет ненадолго из помещения? - я тоже решил обращаться к нему через Авелея.
  - Серёжа... Дима... вы как дети, ей богу...
  - Ладно, ладно... пойду во дворе покурю. - Я услышал, как дверь захлопнулась, Дмитрий Иванович вышел.
  - Может этих двух зубов мало будет? Обычно более объемные вещи я использовал для 'переживания'? - я повернулся, обратно к Авелею.
  - И рады бы... но нет больше никаких вещей... ты же понимаешь. Убийства очень чёрные, нечеловеческие... ты обязан помочь хоть чем-то ради Добра!
  - Ладно, окей... - я сжал золото ещё крепче в кулаке и закрыл глаза. Надо было думать о чём-то отвлечённом. Я стал вспоминать лица всех своих близких, родных и друзей. Как лента воспоминаний передо мной прошли: мама, друзья детства той, благополучной жизни, соседи, однокурсники и наконец, я потерялся...
  
   Глава 3
  
  Я открыл глаза, яркий свет раздирал моё зрение, заставив зажмуриться.
  - Блять... что за херня... - прохрипел я, пытаясь приподняться. Тело моё было привязано, я чувствовал веревки на кистях рук и лодыжек. - Что тут происходит?
  - Привет, Чипа! Давно мы не виделись? - услышал я рядом мужской голос. От 'Чипы' меня продрало. Так меня не называли лет эдак пять, считай с 95ого... Горячие 'девяностые' походу дела меня настигли... Очертания человека стали проступать сквозь свет.
  - Ты кто? - без обиняков, просто, спросил я, сплёвывая сквозь зубы. Я сидел, привязанный к дереву, вокруг был лес. Понятно, что кричать не было смысла, да и не в моих привычках такие проявления паники. Я глянул мимоходом на ноги, так и есть, они были в крепком соединении с пеньком. Узлы профессиональные, со знанием дела, отметил я.
  - А ты напряги память... млять... - нервно выкрикнул тип и приблизил своё лицо к моему. Изо рта его шёл пар, градусов пятнадцать мороза точно было. - ...Ну, что? Узнаёшь?
  ...Это была моя смерть, ни грамма сомнений. 94 год, нам нужен был этот чёртов хлебозавод ?3... будь неладен. Он не хотел его нам отдавать... идиот. Просто бы подписал документы, и все бы было нормально. На его глазах мы насиловали его жену, дочку не стали, слишком маленькая... что мы педофилы что ли какие... А он всё не подписывал, козёл... Мы просто отрезали у дочки один палец... и он как слизняк, поплыл и согласился, слабак сопливый. После подписи, мы пристрелили жёнушку, дочку и его... если бы сейчас я его не видел, то так бы и был уверен, что и его... А потом трупы сложили на их же даче и подожгли. Надо же, а теперь он стоит живой и в полном здравии. Впору поверить в чудо.
  - Как ты выжил? - уверен, что на моём лице ни дёрнулся ни один мускул, хотя на самом деле я был в ужасе...
  - Когда я очухался, в дыму уже была вся комната, и по стенам растекался огонь. В окне я видел, как вы спешно садились в свои машины... Мои жена и дочка были мертвы... - он всхлипнул от воспоминания, мне даже стало немного жаль его, но совсем немного: - ...я успел выскочить из дома, несмотря на простреленное лёгкое, и выжил... На шесть лет пришлось залёчь на дно, до сегодняшнего дня...
  - Жаль что ты не сдох... - сквозь зубы прошипел я. Интересно как он задумал меня убивать? Не хотелось бы долго мучиться.
  - Неее... обещаю, ты не будешь долго мучиться... - он ещё научился читать мысли за эти шесть лет, - ...ты умрёшь быстро! Но прежде я тебе должен кое-что показать, если не возражаешь...
  Из кармана он достал снимок, сделанный Полароидом и, скромно улыбаясь, поднёс к моим глазам. Меня затрясло. На снимке пластом лежали одиннадцать тел, связанных веревками и с тряпичными кляпами во рту. Они находились в погребе, то ли какого-то дома, то ли гаража. Я узнал всех... Вано, 'Паныч', 'Малёк', мои соучастники того весёлого хлебозаводного дела, а рядом их тёлки... Но, это ещё не все... Там же лежала моя жена, мои два драгоценных сыночка и родная матушка с отцом.
  - Тварь!!! - завопил я, и, пытаясь порвать все путы на своём теле, стал извиваться. - Не смей их трогать!
  Это был какой-то бред, в моем мозгу запечатлелись мои любимые детки, жена и родители. Плевать мне было на дружков и их тёлок, да и на себя... но только не на моих родненьких. Я орал благим матом, рычал как раненый зверь, а этот ублюдок просто сидел на корточках и ухмылялся, вертя между пальцами фотографию.
  - Ори не ори, но тебя никто тут не услышит, Чипа... А? Каково? - тихо зашипел он, приближая своё лицо к моему. - Как ты себя чувствуешь, когда знаешь что твоих любимых будут медленно убивать?..
  - Ты ненормальный... убей меня, моих друзей, мы виноваты в смерти твоей семьи... но бабы то причём, дети... - стал умолять я, перестав вырываться.
  - Ты считаешь, этого будет достаточно? Вы животные насиловали мою жену, потом убили её и дочку... меня, правда, не получилось...
  - Сука! - плюнул я ему в лицо и попал в глаз.
  - Твоих дружков я убью вслед за тобой и баб их... - медленно вытирая платком лицо, заговорил он, - ...но твоих родственничков я буду убивать медленно, и они испытают мучения, соизмеримые с моей болью...
  Я лежал онемевший и смотрел на его перекошенное от злобы лицо. Впервые в жизни я испытывал страх, пробирающий до кости... Меня трясло от бессилия, ужаса и раскаяния, это настал конец всего и я тому был виной...
  - Я их порежу на кусочки и раскидаю по всему городу и если есть там что-то, то твой дух будет ходить по этой земле и каяться до скончания веков. А я полечу в Ад, удовлетворенный содеянным... Адью!
  После этих слов, он поднял с земли прозрачную бутыль и вылил содержимое на мою голову. Почти сразу почувствовал боль и шипение на коже. Это была кислота. В глазах стало всё уплывать, от ужасающей боли я орал, непроизвольно обоссался и не только. А потом я зашипел горлом, это мой мучитель перерезал мою гортань, он сдержал своё слово, и стало темно...
  
   Глава 4
  
  - Уффф! - выдохнул я воздух, откидываясь назад и падая со стула, на пол. Меня трясло, а в носу стоял кислый запах реагента. Кто-то из монахов подхватил меня на руки, как ребенка, и отнёс на скамью.
  - Что за цирк тут происходит, Андрюха? Он же припадочный... - это был голос Дмитрия Ивановича. Наверное, пока я 'переживал', он успел покурить и вернуться в зал.
  - Хватит, Дим! Ты только что наблюдал за чудом... а ты 'припадочный'... не стыдно? Он ради тебя такое испытал, и вряд ли кто ещё из ныне живущих это переживал... Серёжа, как ты? - это уже был вопрос, адресованный мне.
  - Нормально! - а как я мог ещё ответить, после того как меня облили кислотой, наверное серной, а потом ещё и перерезали горло?
  - 'Переживание' было? - с надеждой в голосе спросил Авелей, протягивая полотенце.
  - Было... - утвердительно кивнул я головой, - ...меня живьём жгли кислотой, а потом ещё порезали...
  - Я не пойму, что это всё значит? Кого сожгли кислотой? Вы тут совсем с ума сошли? - Дмитрий Иванович был в смятении, по голосу это чувствовалось.
  - У нас мало времени, возможно, совсем нет... - заговорил я, отдышавшись, не хотелось что-либо объяснять, - ...Дмитрий Иванович, просто ответьте на несколько вопросов...
  - Не понимаю...
  - Дима, делай, что он говорит, ради бога! - почти выкрикнул Авелей. Где его ангельская терпимость?
  - Ну, хорошо... голова этого человека и в самом деле была неузнаваема от кислоты... спрашивай!
  - Скольких людей эти части тела? И если вы уже знаете, кто они и какого возраста?
  - Ну, судя по останкам, семь трупов, три женских, и четыре мужских... - Дмитрий Иванович стоял передо мной, лежащим, и отчитывался как школьник. Он явно был немного шокирован. - При этом один из мужчин пенсионного возраста, трое других - среднего... ну а женщины, все достаточно молодые...
  - Слава богу! - вздохнул я с облегчением. Авелей с Дмитрием Ивановичем в недоумении и осуждающе посмотрели на меня. Я продолжил: - Есть ещё две женщины и два мальчика, и думаю, скоро и они погибнут, если мы не успеем их спасти...
  - Где они? Говори адрес! - выкрикнул Авелей в нетерпении, желваки у него заходили ходуном.
  - Я не знаю.... - я не врал. Знал только лес, в котором меня убил этот псих, но это знание было совершено пока не важным.
  - Говори тогда, кто убийца!!!! - закричал своим басом Авелей, 'опер' стоял рядом в 'непонятках' бросая взгляды то на меня, то на монаха...
  - Не могу... ты же знаешь... - я посмотрел на Дмитрия Ивановича, - ...улица Петра Столыпина, дом восемь, квартира шестьдесят восемь, это адрес погибшего, зуб чей вы мне дали! Взламывайте двери этой квартиры, там никого нет, кроме голодного лабрадора и ведите расследование! Но прежде мне надо, чтобы вы принесли из детской комнаты пару игрушек. Чем скорей вы это сделайте, тем быстрей я скажу, где находятся четыре человека, ещё живых!
  Дмитрий Иванович смотрел на меня с испугом и пятился назад. Я видел, что он поверил, наверно тон у меня был убедительный.
  - Когда принесёте вещи, которые прошу, разбудите меня, не жалейте. А пока я посплю немного... и выключите свет... пожалуйста... - я закрыл глаза, меня сморило. Перед глазами стояло перекошенное лицо человека и эти пустые, чёрные глаза. Я прекрасно понимал его трагедию, ненависть и злобу, и не понимал, одновременно. А ещё этот противный запах серной кислоты, который теперь будет ассоциироваться с такой ужасной драмой. Блин, и пельмени не поесть теперь с уксусом...
  
   Глава 5
  
  Не знаю, сколько я проспал, но когда разбудили, за окном уже было темно.
  - Серёженька! Вставай, родненький. - Разлепив глаза, я увидел перед собой взъерошенного Авелея, с его бороды капали тающие снежинки. Он тряс меня за плечо.
  - Встаю, встаю... - сонно пробубнив, я поднялся со скамьи. За Андреем стоял Дмитрий Иванович с поскуливающим лабрадором на поводке. - Баксик, малыш, привет!
  Услышав своё имя, пес радостно завилял хвостом и глухо пролаял. Такое вот это 'переживание смерти'. Почти все люди, 'через которых' я прошёл, стали одним целым в моём сознании, их чувства, желания... и воспоминания.
  - Дмитрий Иванович, отпустите его... ну как? Вскрыли квартиру?
  - Всё как вы и сказали. Мы без разрешения, на свой страх и риск, выбили дверь... - рассказывал офицер, отстёгивая при этом поводок с шеи Бакса. Тот в нетерпении всё порывался сорваться, - ...и там никого не было, кроме этого создания... В холодильнике хозяев лежала килограммовая палка колбасы... так он за пять секунд проглотил её.
  Создание весело подбежало ко мне и передними лапами облокотилось на мои колени.
  - Баксик, мальчик мой... - умилённо шептал я пёсику, и пёс, без предварительных церемоний, начал лизать шершавым языком моё лицо. Я не слушал Дмитрия Ивановича, а пытался обнять крепкую шею собаки. Он вырывался, так как еще больше меня хотел выразить свою радость.
  - ...И вот мы здесь, сейчас в квартире работают оперативники. - Завершил свой отчёт Дмитрий Иванович. На этот раз он смотрел на меня без пренебрежения и обращался напрямую ко мне, без посредничества Андрея.
  - Принесли, что я просил?
  - Да, конечно! - протянул мне пакет Авелей, - тут машинка, пару солдатиков и мячик... ты уверен, что сможешь второй сеанс провести?
  - Не уверен... - честно ответил я, раскрывая пакет и вытаскивая игрушки наружу. Пёс наласкавшись, улёгся на пол у моей скамьи, и, сложив голову себе на лапы, задремал, - ...но у нас нет времени, каждая секунда сейчас на вес золота.
  - Тогда с богом, Серёжа! - перекрестил меня Андрей. Рядом стоял Дмитрий Иванович и с сочувствием смотрел на меня, наверно Андрей поподробней рассказал про мой дар, пока они ехали на квартиру Чипы.
  - Да уж, бог сейчас нам не помешает... - я взял в руки машинку и удобней устроился на скамье - ноги всё ещё дрожали после недавней смерти.
  
   * * * *
  
  - Наконец то... - проворчал своей беззвучной мыслью ангел, в фантоме которого я оказался. - ...Что-то долго вы там соображаете, тут время на минуты идёт, а вы там тупите...
  Ого, это что-то новое... сущность какая-та ворчливая попалась в этот раз, прям не по-божески как-то...
  - Что ты знаешь о Боге, Серёжа? Мы-то не всё знаем... - мы висели над наполовину разрушенными 'базовками', вокруг которых лежал снежный пласт, с единственной, накатанной дорогой в две колеи, уходящей в лес.
  Где мы? И вообще... почему ты не создаёшь... как там его... щит или ауру защитную? В самом деле, какой-то беспечный ангел.
  - Просто пока передышка... а ты, я смотрю, много уже знаешь про нас, подкован!... - то ли восхитился, то ли удивился фантом, - Ну да ладно, Матвей поехал скидывать руку, поэтому надо делать всё быстро... Я тебе покажу, что этот изверг сделал полчаса назад, это для того, чтобы у тебя сомнений не возникло!
  Мы пролетели через крышу одной из базовок, внутрь. Раньше, в старые добрые времена, тут мирно, в стойлах стояли коровы и жевали сено. Теперь же предо мной предстала картина совершенно противоположная. Миром тут даже не пахло... В стойлах находились люди, прикованные цепями. Для каждого человека - своя стайка, своя тарелка... а в туалет они ходили прямо на деревянный пол. Мы пролетали над ними, и я понимал, что это что-то несусветное. К одному мальчику вилась нить ангела, это был подопечный моего сопроводителя.
  - Это Ваня... бедненький мой мальчик... эта тварь превращает их в зверей... - в этот момент Иван рукой вытаскивал жижу из железной тарелки, ужинал... елки-палки...
  Но мы пролетели в следующее отделение, там лежала женщина в возрасте, без сознания. Я узнал её - это была моя мама! Сначала мне так показалось, но потом видение развеялось... это была мама Чипы, то есть Антона Чипыгина, смерть которого я и пережил сегодня утром. Что с ней????
  - Она без сознания, смотри... - ангел подлетел к женщине, фокусируя свой взгляд на руке... на обрубке... по локоть, конец которого был перетянут жгутом, но кровь потихоньку всё равно сочилась. Пол был весь в крови, как на бойне, благо фантомная сущность не имела обоняния.
  - Нееееет! - неожиданно закричал в ужасе детский голос. - Он едеееттттт!!!!
  Оба ребёнка заплакали в своих местах и загремели цепью. Там за стенкой слышен был двигатель приближающей машины.
  - Сыночки... милые... перестаньте... - это был голос Варвары, жены Чипы, у меня опять было чувство, что это мои родные... Говори - где они находятся!!!! Мне надо спасти их!
  - Успеешь ещё, ты должен ещё кое-что узнать... - что-то мне не понравилось в этой мысли. - Иногда мы ангелы, если по-вашему, превращаемся в других сущностей, но несём ту же функцию, защищать подопечного... и если ты переступил грань, то и мы переступаем свою грань...
  Не понятно, какую грань, кто и что переступил? Какие-то вы замудрёные сущности...
  
   Глава 6
  
  - Сергееееей! - в мозг ворвалась чья-то мысль, полная злобы и ненависти, это точно была не моя сущность, в которой я находился. Мы подлетели к Ване, и накрыли его своим объятием - создали сферу защиты. Если бы я имел сейчас своё тело, то обделался бы от страха.
  Из воздуха материализовалась тёмная аура другой сущности, цвета переливались ядовитыми оттенками. Этот, другой, навис надо мной.
  - Ты видишь, в кого мы иногда превращаемся под воздействием чёрных мыслей наших подопечных... - зашептал мне в мозг мой ангел, если можно так сказать, учитывая, что мысли не имеют звуковых децибелов.
  - Не смей вмешиваться!!! Это не твоё дело, Сергей!!! - не знаю как, но этот тёмный 'орал' над нами, зависая, и он знал о моём присутствии. - Возмездие должно быть полным!!!
  - Дети-то причём?.. - неуверенно, я выпустил свою мысль этому страшному созданию.
  - За свои зверства Чепыгин будет отвечать до пятого колена! Ты представить не можешь, что мы пережили с Матвеем за эти пять лет последних, пока этот Чипа наслаждался жизнью со своими детьми и женой...
  - Если он погубит оставшуюся семью Чипы, от этого ничего уже не изменится... и Матвею от этого легче не станет, ты же понимаешь? - проявил я храбрость, ведь когда твоё реальное тело находится далеко, можно быть смелым, несмотря на страх.
  - Не твоего ума это дело... уйди с дороги! - тёмный дух стал вибрировать своей мыслью, я чувствовал эту атаку, несмотря на защиту.
  В это время сам Матвей прошёл в стойло, к лежащей без сознания, матери Чачи. В руках у него был топор. Моя сущность держала защиту от вибрирующей атаки чёрного духа и смотрела на происходящее в соседнем отсеке. Над лежащей женщиной проявилась бледная, почти прозрачная аура сущности, она на глазах растворялась в воздухе.
  - Я не могу больше, Сергей... - этот третий фантом специально проявился для меня, чтобы показать свой уход. Что-то многие ко мне обращаются, как будто мы знакомы. - Надо остановить этого человека...
  - Умри!!! Мать выродка!!! - выжигала тёмная тень своей ненавистью хватку духа матери.
  - Умри, мать выродка!!! - выкрикнул Матвей вслед своему бесу, опуская топор на голову своей жертве. Раздался хруст.
  - Нееет! - это закричала жена Чипы, дети, почти по-животному, заскулили. Я больше не мог выносить этот хоррор и покинул своего 'провожающего'... вслед летели слова ангела Вани: - От деревни Зубровка, два километра на юго-запад...
   * * * *
  - У нас мало времени, он убил ещё одного человека, в живых осталось трое! - первое, что сказал я, когда открыл глаза - из рук выпала машинка. Дмитрий Иванович с Авелеем нависали надо мной и ждали моего 'возвращения'. - Два километра на юго-запад от деревни Зубровка, там заброшенная ферма... я поеду с вами!
  Дурак... - мысленно я себя проклинал, от этого пережитого ужаса меня трясло. Чёрт меня дёрнул напроситься на эту поездку, но чувствовал, что мне надо ехать и доводить это дело до логического завершения, иначе последствия могут быть еще более трагичными.
  - А ты в состоянии? - почти ласково спросил меня Дмитрий Иванович. - Мы сможем и без тебя всё сделать, как надо... Сейчас позвоню, и взвод ребятишек прихватим...
  - Не надо, время ограничено... и вообще, лишние люди усугубят положение... - Баксик, как будто для подтверждения моих слов, глухо пробухал во сне и дёрнул задней лапой.
  
   Глава 7
  
  До Зубровки мы промчались на одном дыхании с включенной сиреной, на служебной 'девятке' Дмитрия Ивановича. А уже от деревни мы ехали в тишине, не хотелось заявить о своём прибытии раньше времени. Накатанная колея была узкая и один раз мы съехали с неё, застряв в сугробе. Не теряя времени, два монаха и Авелей выскочили из машины, и почти без усилий втолкнули ВАЗ обратно, на тропу, я, виновато потупив взгляд, продолжал сидеть.
  Наконец, когда мы стали выезжать с опушки леса, перед нами предстали базовки, с трубы одной из них вился дымок. Я знал - они там!
  - Дмитрий Иванович, глуши мотор, дальше надо идти пешком.
  Опер, без лишних слов, беспрекословно, нажал на тормоз, и заглушил двигатель. После чего, все впятером, мы вышли из машины, на мороз. Дмитрий Иванович вытащил из-за пояса пистолет и взвёл курок.
  - Сергей, ты хоть скажи, маньяк этот вооружён?
  - Наверно, да... но это не маньяк, там всё сложнее... - мы шли по тропе и представляли собой странный вид для сельской местности: четыре человека, задрав рясы как девчонки, пробирались по снежному насту и один человек в штатском, с пистолетом наперевес.
  Наконец мы подошли к воротам, Дмитрий Иванович повернулся к нам.
  - Ни в коем случае не вмешивайтесь... - зашептал опер, для убедительности своих слов, он пронзительно всматривался в наши лица, - ...вы не вооружены, а от такого человека, который такое вытворяет, можно ожидать любой кульбит... Андрей, я тебя знаю, пожалуйста, не вмешивайся!!!
  Мы кивнули головой и отступили за спину Дмитрия Ивановича. Он сделал пару глубоких вдохов и кулаком постучал в ворота базовки, отводя пистолет за спину. Минуты две стояла тишина, тогда опер ещё раз постучал.
  - Эй, хозяева, есть кто живой? - Дмитрий Иванович безобидно и по-доброму улыбался. Мы за его спинами тоже старались быть естественными, но за себя могу ответить - мои ноги дрожали от слабости и страха.
  - Кто здесь? - одна из досок ворот отъехала в сторону, из щели выглянул глаз.
  - Уважаемый, это иноки из Успенского монастыря, а я их водитель... у нас тут машина заглохла, недалеко... мы замёрзли. Пожалуйста, пустите нас погреться! - мы стояли и мило улыбались глазу.
  - Сын мой, ради Христа, помоги нам, позволь согреться у вашего очага! - Авелей поклонился и перекрестился.
  - Конечно, отцы, конечно... сейчас! - как-то быстро согласился тип за дверями, и мы услышали звук отодвигающей задвижки. Мы с недоумением посмотрели друг на друга. Я заворожено смотрел на чёрный пистолет за спиной Дмитрия Ивановича.
  Ворота открылись, за ними стоял Матвей в сером свитере, знаками приглашая войти. На губах его играла улыбка, в глазах отражался лихорадочный блеск. Дмитрий Иванович повернул ко мне голову - в глазах застыл вопрос, он думал, что я ошибся... И в этот момент, в руках Матвея, по мановению, появилось ружьё.
  - Стоять! Не дёргаться! - в висок Дмитрия Ивановича уперлось дуло оружия. - Осторожно, брось пистолет ко мне в ноги...
  - Тихо, парень, тихо... - зашептал опер, и осторожно, без резких движений, вытащил из-за спины пистолет. Нажав на предохранитель, Дмитрий Иванович откинул в ноги оружие и поднял руки вверх. - Видишь, всё нормально!
  - Вижу... а эти? Серьёзно, монахи что ли?
  - Да сын мой, мы пришли по божьему персту, он указал нам путь! - Авелей глянул на Матвея с взведённым ружьём. Я видел, что монаха переполняла ненависть к этому чудовищу, и могло произойти непоправимое в любой момент.
  - Андрей, не надо! - я сделал шаг вперед, дурак... идиот... мои коленки подгибались, я почти готов был грохнуться оземь и потерять сознание.
  - Стоять! Я его убью! Не дёргайтесь, отцы, мать вашу! - заволновался Матвей. Дмитрий Иванович закрыл глаза под холодящим дулом.
  - Пётр, Фелоний, Андрей... прошу вас, идите к машине... - я ещё сделал шаг вперёд, вопреки приказу Матвея.
  - Я же вас сейчас всех поубиваю... стоять! Смелый самый?
  Живот скрутило, я готов был обделаться, но я сделал ещё один шаг.
  - Ну ладно, сам напросился! - Матвей перенаправил своё ружьё, и в качестве новой цели выбрал мой лоб.
  - Отойди к своим монахам! - пробубнил он Дмитрию Ивановичу, не отрывая свой взгляд от моих глаз. - Иначе я прострелю ему голову!
  Опер, потирая голову, отступил к священникам.
  - Дмитрий Иванович, возьмите их с собой и отойдите к машине... пожалуйста! - у меня совсем не было никакого плана, но так надо было сделать, чтобы остановить эту волну жертвоприношений, я это знал.
  
   Глава 8
  
  - И что дальше? - спросил меня Матвей, дождавшись, когда мои друзья отошли на достаточное расстояние.
  - Хватит, Матвей! Дальше некуда падать!
  - Откуда ты меня знаешь?
  - Оттуда! - я показал глазами на небо, вряд ли Матвей оценил мой ответ, поэтому я продолжил: - Нас Бог сюда направил, Авелей сказал правду! Пути Господни неисповедимы!
  Я сам удивлялся своим словам, видимо длительное пребывание с иноками взяло своё, нахватался я этих хитрых словечек. Как говорится - с кем поведёшься...
  - Чушь не неси! Я же тебе сейчас мозги вынесу!
  - Я знаю, ты этого уже много наделал... но там же дети и женщина...
  - Сука! Ты, я смотрю, много знаешь... зачем вы сюда пришли? Это не ваше дело...
  - Я ещё больше знаю, то, как Чипа с дружками изнасиловали твою жену, как убили её, и твою дочку...
  - Замолчи! - завопил Матвей, разбрызгивая слюни, ружьё у него в руках заходило ходуном. Я надеялся, что он не нажмёт курок, не хотелось бы терять часть головы, с не очень умным содержимым. - Да! Да! Это выродки! Я их уничтожил, разорвал на части! Это нелюди!!!
  - Тихо, Матвей, тихо! Но теперь и ты выродок, как и они...
  - Пускай! Они узнают бездну моей души... узнали...
  - Чипа, когда умирал, плюнул тебе в левый глаз и его яд проник в твою кровь, остановись - дети не виноваты!
  - Ты видел? Как? - Матвей откинул ружье в сторону и стал рукавом оттирать глаз, он плакал.
  - Я был в нём, когда он умирал, ты показывал ту фотографию, облил кислотой и перерезал горло. А ещё я знаю, что тебе пора остановиться, ты переплюнул все человеческие границы в мести своей...
  - Это была моя жизнь, понимаешь. Мне срать на себя, но моя дочка... маленькая девочка, ей только шесть лет исполнилось... - Матвей облокотился спиной к стене и стал съезжать по ней, присаживаясь на корточки, - ...она так любила котят, собачат, ежат, мышат... она всех любила. Всем доверяла... Она верила в меня, что я её защищу от бед. А я не смог... думал, этот Чипа на понт берёт. Дался мне этот, чёртов хлебозавод!...Да я бы всё отдал этим тварям... Как тебя звать, мальчик?
  - Сергей! - ответил я, присаживаясь рядом с ним.
  Мы смотрели в открытые ворота. Снег крупными хлопьями опадал с неба. Уличный фонарь во дворе, пошатываясь от лёгкого ветерка, освещал двор.
  - Понимаешь, она была поздним ребёнком... Десять лет мы её ждали...
  Пока мне изливал свою душу Матвей, я думал над этим всем. Где та грань человеческая - невозврата, и в какой момент человек превращается в чудовище? Убить восемь человек, по-зверски их искромсать на куски, а потом рассказывать про свои потери и причину таких злодеяний. Я простой человек, и такие рассуждения не для меня, но вот волей случая, или странного выбора Сущности, приходится тут сидеть и выслушивать...
  - А ты, правда, был в Чипе? Как дух что ли вселился в него?
  - Ага, примерно...
  - Значит, там что-то такое есть? - Матвей неуверенно указал пальцем вверх.
  - Есть...
  - Надо же...Круто... как думаешь, я, когда умру, увижу дочу и жену?
  - Вряд ли... Да ты и сам знаешь...
  - Ну да, ну да. Ладно, иди за своими монахами. Я с теми ничего не сделаю, отделался уже.
  
   Глава 9
  
  - Можете его брать, он не будет сопротивляться! - когда они увидели меня, приближающегося, то выскочили с машины и побежали навстречу.
  - Серёжа, ты как? Цел? - первым подбежал Авелей и обнял меня, проверяя наверно больше мою целостность.
  - Всё нормально! Идите скорей, там изможденные два ребёнка и женщина...
  Они пошли к базовкам, я тем временем устроился в машине на водительское сидение и завёл двигатель, надо было прогреть салон. Монахи с Дмитрием Ивановичем почти подошли к воротам, когда неожиданно грянул выстрел.
  Я примерно этого и ждал, продолжая спокойно сидеть и смотреть на 'лобовуху'. Снежинки ложились на тёплое стекло и тут же таяли, расплавляя визуальную картинку. Включив дворник, я подтёр потёки.
  Интересно, ангел Матвея очистился в последний миг, или так и остался тёмной сущностью, и что Там будет с ним? И куда теперь направится душа Матвея? Я многое ещё не знал про ту жизнь после смерти, но почему-то, желание постичь эту неизведанную сторону, меня пугало всё больше и больше. Хорошо, что я был простой человек: не судья, не обвинитель и не адвокат в этом кошмарном 'деле', мне было просто всех жаль.
  Я видел, как приближаются монахи. Они несли на руках завёрнутые в тряпки и фуфайки, обессиленные тела детей и женщины. Мелькнула мысль, что сейчас ангелы столпились в воздухе, вокруг своих подопечных и аплодируют своими светящимися ладошками. Хотя, скорее всего, они выполнили свою небольшую миссию на данный момент - спасли своих клиентов защитной аурой и теперь мчатся сквозь эфир пространства к солнышку, чтобы насытиться этой, как там её, манной небесной и восполнить свои потерянные силы. Да, многое уже знал я про них, но ещё больше у меня возникало вопросов...
   * * * *
  Прошла неделя с того дня, как Матвей покончил с собой. Мальчики с матерью выжили и восстанавливались после пережитого. Милиция многое выяснила в этой кошмарной истории, но и многое так не узнала. Дмитрий Иванович пару раз приставал ко мне с расспросами, чтобы расставить некоторые точки по местам в расследовании - безрезультатно. Я сохранял молчание, и так много было сделанного мной лишнего.
  Бакса я решил оставить себе в качестве моральных издержек, да и не отходил пёс от меня, я чувствовал, что он мой. У меня появилось существо, которое души во мне не чаяло, несмотря на мои грешки по жизни. Мы с ним носились по снегу, в лесу, рядом с монастырём. Лабрадор - прекрасная и добродушная порода, но больно уж тяжёл и массивен, когда в порыве страсти напрыгивал на меня.
   * * * *
  ...Я боялся этого момента и надеялся, что пути наши больше не пересекутся. Увы, пересеклись. Они пришли благодарить меня за спасение.
  - Спасибо! Большое спасибо! - зачастила Ирина, опускаясь на колени, прямо в снег, предо мной и пытаясь выхватить мою руку для поцелуев. Я сидел на скамье во дворе и дышал воздухом, Бакс радостно скакал рядом с мальчиками, узнав их.
  - Не надо! Всё нормально! - не дал я свою руку, меня раздирали противоречивые воспоминания. С одной стороны Ирина Чипыгина была мне чужой женщиной, а с другой казалось, что она родная. Такое вот раздвоение личности после всех этих 'переживаний'.
  - Нам рассказал Дмитрий Иванович кто нас спас, я очень благодарна вам, Серёжа! Прости меня, боже... - перекрестилась Ирина - ...но я уже проклинала Бога за то, что мои дети видели, и какая смерть к ним приближалась... Это был кошмар...
  - Ирина, не продолжайте, пожалуйста! - я не выдержал и взял её ладони в свои. Почувствовав трепет и тепло, я посмотрел в такие знакомые и такие чужие голубые глаза. - Я знаю, что вы пережили, какой кошмар и ужас. В последние мгновения жизни, Антон раскаивался в своих делах, которые привели к этой ситуации, и думал только о вас, с детьми... Но, увы, он уже ничего не мог поделать. Не спрашивайте больше, не надо вопросов, Ирина, всё очень сложно.... Идите с миром, и попытайтесь всё забыть. Я понимаю, что это нереально, но всё же... попробуйте просто жить!
  Ирина встала на ноги, подошла ко мне и обняла. Запах фруктового шампуня обволок меня, по щеке моей струилась непроизвольная слеза, я знал, что больше её не увижу и детей, этих двух пацанят... почти моих детей... почти...
  - Бедный мальчик... сколько же тебе ещё предстоит пережить в жизни... - я подумал в это мгновение, по аналогии, 'сколько мне ещё предстоит пережить смертей', - Серёжа, храни тебя Бог! Я никогда не забуду, что ты сделал для нас, и буду молиться за тебя!
  
   Глава 10
  
  Через месяц, уже по весне, я вернулся в свою, 'колчедановскую' квартиру. Началась моя новая жизнь после своего, почти добровольного, полугодового заточения в монастыре. Я поступил в Университет на кафедру юриспруденции, правда, на платной основе, моего валютного счета хватало ещё на несколько лет бездетного существования. У семейства Чепыгиных я не взял ни копейки, хоть Ирина и пыталась мне всучить деньги.
  По вечерам я стал ходить в бассейн на регулярной основе, надоело чувствовать себя 'хлюпиком', на фоне моих друзей и знакомых. Один Дмитрий Иванович чего стоил, в свои пятьдесят лет. В спортзале, мы с ним стали спаринговаться в боксе два раза в неделю, он сделал мне абонемент. А по вечерам ещё стал бегать по парку, вместе с Баксом. Верите, нет - но я излечился от своей напасти. Всё-таки, когда появляются разносторонние интересы, можно больше 'не закрывать ставни своей клетки'. Я уже стоял у бездны и видел, что моя трагедия с матерью, на фоне некоторых других историй, которые происходят в жизни - жалкая пародия на драму.
  А ещё через пару годиков я пришёл к тому, что пришлось открывать частное агентство: 'P & S' - 'помощь страждущим', всё моё окружение прекрасно понимало, что истинный смысл названия этой аббревиатуры - 'Пережить Смерть', но зачем лишний раз напрягать людей? Я всегда был против обогащения за счет боли и трагедий людей, но деньги истощались, а жить на что-то надо было... быть приживальцем своих друзей в планы мои не входило. После всего что пережил, я знал одно - смысл моей жизни, помогать людям!
  Красиво звучит, да?... Ладно, ещё признаюсь, пожалуй... ну не хотел я работать, руки не оттуда растут! Если мозгами пробовать зарабатывать, то их у меня мало, вполне отдаю себе отчёт. Я уж как-нибудь так, поумираю там или в ангелах полетаю, это уж как повезёт. А если ещё и помогу кому-то, то вообще прекрасно!
  
   Часть 4
   Глава 1
   'P@S'
  - Ваша душа неспокойна за пропавшего без вести человека и вы не находите себе места? Возможно, мы сможем вам помочь! Мы предлагаем окунуться в сверхъестественный мир, за ответами на ваши вопросы. У нас нет расценок или ставок, мы берём столько, сколько вам не жалко. Мир вашему дому! -
  
  - Ну не знаю... мне кажется как-то не то.... - я скептически смотрел на объявление в газете, придуманное самим же пару дней назад. Тогда казалось всё очень четко, и по существу было написано, теперь же - наоборот, - ...чего-то не хватает, не раскрыта тема нашего агентства что ли... а может, попахивает фальшивой экстрасенсорикой. Вон, куча объявлений: погадаю, наведу порчу... даже по ауре лечат, нафиг, а тут мы такие... тьфу!
  - Серёга, да нормально всё! Сейчас время такое, на этой теме как раз и надо вылезать! - разгорячённый Антон выхватил из моих рук печатное чтиво и стал им размахивать. - Вон, эта шушера кое-как оплачивает три, четыре слова и номер телефона, а мы? Мы четыре предложения впендюрили и в рамку обвели, это знаешь, как бросается в глаза! Мы мастодонты на их фоне...
  - Вот это-то наверно и лишнее... как павлины... ещё по всякой ерунде начнут звонить сумасшедшие и чушь нести... не хотелось бы херовиной заниматься...
  - Для этого я здесь и нахожусь! Отсею, отфильтрую и подам всё в лучшем виде! Ваше дело, сударь, снизойти к нам в нужный... и оплаченный момент. - Антон театрально и напыщенно поклонился, протягивая мне газету. Молодо - зелено, опять у него проснулась луна во льве.
  - Ну, хорош кривляться, иди уж... сей, фильтратор чёртов... - улыбнулся я, тем более и в самом деле на секретарском столе зазвонил телефон.
  - Алло! Агентство Пи энд Си, чем могу быть... а Лизка, привет! Да, да... тут он, переключаю! - не знаю, зачем надо было все эти коммуникации настраивать, я вполне мог дойти от своего стола до Антошкиного, арендовали мы только один офис, но вот секретарюга мой настоял на этой показухе, по статусу и для перспективы, всё повторял он.
  - Лизочка, привет малышка! - надеюсь, вас не посетили фривольные мысли? Это была Лиза Колчедан, девочка, которую я спас лет десять назад от смерти или чего похуже. Слава богу, не смотря на пережитое, осталась добрым и милым человечком, иногда навещающим мои квартиру и офис, дубликаты ключей она имела по полному праву - я любил её как собственную дочь. Мой мозг по жизни немного рассеянный, поэтому Лиза помогала мне изредка с уборкой, вы же понимаете - холостяцкая жизнь несёт свои минусы. Если бы отец знал, что его драгоценное солнышко бесплатно работает веником да тряпкой, он бы прискочил бы сюда и натянул бы мои трусы мне же на голову, несмотря на все прошлые заслуги.
  - Сергей Владимирович! Я недогую... негодую!!! - так... когда она обращалась ко мне по имени и отчеству, тогда и в самом деле она была зла на меня. Я быстро стал соображать, что я мог сделать плохого, или наоборот... что-то забыть. Глянув на прислушивающегося Антона, я предупреждающе помахал ему указательным пальцем, отключил громкоговоритель на коммуникаторе и взял трубку.
  - Что случилось, красавица? Не пугай меня!
  - Случилось... ха! Это какой-то ужас! У вас над кухонным столом паук свёл паутину, в кастрюле с какой-то бурдой поселилась зелёная плесень, а у Бакса горячий нос, что вы ему давали сегодня есть? - мне было стыдно, я ладонью прикрыл глаза, вспоминая.
  - Лизанька, ты же знаешь, я редко дома ем... не помню уж когда готовил... а Баксика утром покормил сухим кормом каким-то, и кусок колбасы ему давал... вроде бы... и вообще, он старый, нос у него всегда такой.
  - Эээх, дядя Серёжа... какой же ты оболтус, за тридцать лет, почти пенсионер, а как ребёнок... жену вам надо...
  - Надо, надо, - тут же согласился я, чувствуя, что её отпускает, на самом деле про пенсионера она, конечно, махнула, - работаю над этим, просто я немного тяжёлый человек и противный... не каждая выдержит меня.
  - Да уж, это точно. Одна у тебя надежда, дядя Серёжа, на нехватку мужчин в нашем городе - статистика тебе в помощь... а ещё надо немного самому постараться и сил приложить в этом направлении... аааа, с кем говорю... - иногда я удивляюсь, как быстро время бежит. Ещё недавно эта девочка с косами бегала и бабочек ловила, а теперь иногда кажется, что разговариваю с взрослой женщиной. Да уж... старость маячила где-то рядом. - Ладно, я тут немного приберусь... только к паутине с этим лохматым чудовищем не притронусь, сам придёшь и уберёшь!
  - Окей, малышка! Прости меня засранца! Ты лучше скажи как там Анатолий?
  - Аааа, нормально, тут на него новое хобби снизошло, приспичило ему дайвингом заняться, говорит - новый мир увидел... Не знаю, какой это мир в наших-то озёрах ему открылся, щук да карасей королевство? Ладно, дядя Серёжа, мне через пару часов на экзамен идти, а тут столько работы...
  - Понял! Папке привет, мамке поцелуй и спасибо.
  - Пока, пока! Дядя Серёж... я тебя люблю, чмоки, чмоки!
  - И я тебя люблю... - вздохнув, пробормотал я уже коротким гудкам. Вот прямо сентиментальность какая-то настигла и я чуть не всхлипнул. Зависть, плохая штука, но Анатолию Колчедану завидовал... такая у него умная и хорошая дочка.
  
   Глава 2
  
  - Дело в следующем, Серёга, крупный бизнесмен в строительной отрасли совершил сделку на несколько сот тысяч евро, но тут такая незадача... один очень важный человек пропал. Сроки подходят к финишному этапу, пора первый депозит вносить к началу закладки фундамента, все разрешения и проекты согласованы, смета готова, а этого важного человека нет - он, если что, является одним из соучредителей этой сделки. Ни семья, ни друзья - не знают, куда он девался...
  - Не Антоха, это не мой формат... ты же знаешь - с бизнесменами я не работаю, они не нуждаются в моей помощи... не правильно это! - да, такой вот я принципиальный. Всё, что связано с наживой для другого человека противоречит моему правилу - помогать нуждающимся, свой дар использовать только в благих целях, и ни как не для обогащения. Даже если кучу денег предложат, но свои принципы не нарушу.
  - Я знаю! Но ведь это всё же человек пропал... а вдруг его убили? - этот хитрющий ход Антохи от меня не скрылся... знаю я все его уловки. - А если мы сделаем богоугодное дело, но при этом ещё и заработаем? Он же не виноват, что богат... а то Сергей, богатство человека - для тебя прям диагноз...
  - Не в этом дело! Твой клиент озабочен не поиском человека, а скорей своим меркантильным интересом... не буду браться за это дело! - в чувствах я открыл свой ящик с сокровенным любимым напитком, так повелось, для тонуса выпивал рюмку хорошего коньяка с лимончиком. Он всегда поднимал мне настроение, пусть это и не по ЗОЖевски звучит. - Будешь?
  - Не... Серёга, ну в самом деле... у нас не очень дела в финансовом плане, тут ещё 'кварталка' подходит, пятнадцать рубликов как с плеча... нам бы не помешало подзаработать, - этот взгляд просительный, да коровьи глаза с длинными ресницами. Я прямо вижу, как он свои желания воплощает и соблазняет девчонок с соседнего салона красоты. Красивый - шельмец, - и через три дня моя зарплата намечается...
  - Ты тут глазки не строй, со мной не прокатит! Нет и ещё раз нет! Зарплата у него намечается... нашёл чем меня тронуть. Если ты уже взял это дело, то быстро звони клиенту и отказывайся! - теперь я понял по опущенному и виноватому взгляду, что попал в точку. Проглотив содержимое бокала, продолжил: - Не, реально... фффу... ты просто обнаглел! Без моего спросу соглашаться... это просто ни в какие ворота не лезет. Не забывай кто тут шеф!
  - Ааа, ШЕФ... точно обанкротимся с таким подходом... - обиженно махнул рукой, Антон. Набирая номер на телефоне, он продолжал ворчать: - ...будешь вон выступать в дешёвом цирке, а я менеджером пойду работать, больше заработаю...
  Конечно, секретарь вёл немного дерзко и нагло, но работу свою выполнял на 'пять', а если учесть что он брал на себя много функций поверх, то потерять бы я не хотел его. Слава богу, на отдельном банковском счёте, про который Антон не знал, некая небольшая сумма у меня была, и она вполне могла нас продержать на плаву полгода. Так что страхи его были не обоснованы.
  - Алло, Алексей Владимирович... тут такая оказия случилась... - зачем то Антон стал говорить всё тише и тише, со своего места слов я не мог разобрать, но в принципе, без моего желания особо-то он не мог сделать. Мистическая сторона нашего агентства стояла полностью за мной. Со спокойной душой я кликнул мышью по иконке покера и погрузился в раздачу карт. Как говориться, иногда надо расслабиться... тем более с заказами пока не очень, не смотря на такую рекламу в газете. Что-то с рекламным менеджментом у нас плоховато, наверно Антон слишком уверовал в свои организаторские способности. Хотел подколоть этим его, но передумал, и так он там обижен.
  Прошло почти два часа, день перевалил на другую половину и потихоньку скатывался к вечеру. Несколько раз телефон звонил, Антон отвечал, но пока обходился без меня, видать мои прогнозы про сумасшедших подтверждались.
  - Кончай дуться! - не любил я эти молчания, да и у самого игра не клеилась, два стрита пропукал в раздачах, пассанув не вовремя. Если психологически ты немного не в себе, то и в азартные игры нельзя играть. - Не ссы, без зарплаты ты не останешься...
  - А я и не ссу... и не дуюсь, если что, - по голосу почувствовал, что Антоха что-то придумал. Настороженно, я глянул поверх монитора в сторону секретарюги, он сидел очень уж расслабленно, - скоро к нам женщина придёт, клиент.
  - Что за клиент? Какое у неё дело? - так, тут какой-то подвох... нутром чувствовал...
  - Обычный клиент, я особо не расспрашивал, муж у неё пропал. Место себе не находит - беспокоится... да она скоро сама расскажет, с минуты на минуту придёт. Это уж, надеюсь, наши моральные устои не нарушит?..
  Как по мановению, в дверь неуверенно постучались. Такие мы не продвинутые, у нас не было ни звонка, ни другого устройства для оповещения... всё по старинке.
  - Войдите! - что-то уж больно быстровато подскочил Антон. Я исподлобья смотрел на слишком уж оживлённого секретаря.
  - Добрый день, Екатерина Васильевна! Входите! - в дверях стояла красивая и ухоженная женщина, примерно моего возраста. У меня перехватило дыхание - высокая грудь и голубые, прекрасные глаза... Не отдавая себе отчёта, я встал со своего кресла.
  - Здравствуйте... а вы, наверное, Антон? - секретарь, улыбаясь как чеширский котик, слегка поклонился, я вот даже и не припомню, чтобы он кланялся перед кем-то, разве только передо мной, и то когда кривлялся.
  - Вы правы, Екатерина Васильевна, - взяв даму за ручку, Антоха повел её в кресло для посетителей, перед моим столом, - А это Сергей Владимирович, знакомьтесь.
  - Серге..., Серы..., можно просто Сергей! - я почувствовал тепло и нежность кожи её протянутой ладони, не знал, что и делать с её рукой, то ли поцеловать, то ли слегка пожать... выбрал второй вариант - лоб мой покрылся испариной, - присаживайтесь... а вы прекрасно выглядели... ой, выглядите... простите меня... немного оговариваюсь...
  - Ничего страшного... и спасибо! Зовите меня Катя, не люблю я эти отчества!
  - Правда? Знаете, я тоже! - убедившись, что Екатерина присела, я с глупой улыбкой погрузился в свои мягкие просторы подо мной. 'Просторы' потеряли баланс, и я со всей своей восьмидесяти килограммовой массой сделал кульбит назад и рухнул на пол, хорошо так приложившись затылком к твёрдой поверхности. - Вот, блин...
  
   Глава 3
  
  Екатерина Васильевна... Катенька... Катюшенька, что-то мне рассказывала про мужа, что он бизнесмен, много имеет разноплановых предприятий, неплохо играет на фондовом рынке и вообще, талант и вундеркинд в бизнесе. Я заворожено смотрел на её глаза и губы, хотелось встать и приобнять эту принцессу, погладить её тёмные, почти как воронье крыло, волосы. А когда она, иногда, плакала от переживаний за своего пропавшего супруга, то хотелось подойти и платочком обтереть слезы. Никогда со мной такого не было, её красота была неописуемой. Краем глаза я видел ухмылки Антона, стоящего за спиной женщины, но сегодня меня распирало от переполнявших непривычных чувств.
  - Да что вы говорите... ничего себе... я удивлён... - примерно такие выходили из меня короткие предложения во время её рассказа, хотелось надавать себя по губам за такую банальность, но ничего не мог поделать. В меня вселился дух идиота и обосновался, плотоядно поглощая взором посетительницу. Антон периодически показывал мне рвотные спазмы, которые я игнорировал.
  - ...И я теперь не знаю, что и думать... неужели он меня бросил и ушёл к любовнице? А может, его убили и теперь он гниёт где-нибудь, помоги... Серёжа, найди мне его живого или мёртвого! Я оплачу любую сумму...
  - Что вы! - в порыве резко встал с кресла, - я вам помогу бесплатно!!!
  За Катериной Антон закатил глаза и указательным пальцем покрутил у виска.
  - Сергей Владимирович хотел сказать, что постарается вам помочь, по минимальной ставке... - влез в разговор Антоха, - но вы же понимаете, для этого дела он много потратит энергии...
  - Я всё понимаю, Антон, не беспокойтесь по поводу денег... я вас не обижу, поверьте мне - благодарить я умею! - после последнего слова, она пристально глянула в мои глаза, у меня дыхание перехватило от сладостной фантазии. Эх, конечно, нехорошо думать обо всех этих непристойностях, учитывая, что она замужняя женщина... но я ничего не мог с собой поделать. - И кстати, один из коллег и друзей моего мужа, Алексей Владимирович, состоящий в партнёрстве с ним, тоже вложится в ваш гонорар. Я больше скажу, именно он меня и уговорил к вам обратиться...
  Где-то на подкорке зазвенел колокольчик, я медленно перевёл взгляд на Антона. Тот стоял в шоковом состоянии, прижимая ладонью собственный рот. Наши глаза встретились... он медленно повернулся спиной ко мне, и на цыпочках пошёл к окну. Этот мелкий засранец пошёл на хитрость, решил обойти мой запрет и привлёк жену потеряшки... Ах какой мерзавец, с двух сисек решил отпить молочко... все-таки, наверно, из него получится неплохой менеджер, будь они не ладны все.
  - А я, кажется, уже слышал про Алексея Владимировича? - больше для секретаря, почти выкрикнул и учтиво улыбнулся Кате.
  - Ой, кажется, я что-то лишнее сказала? Вот вечно со мной так... - Катерина виновато оглянулась за спину, в качестве поддержки ища Антона, и увидела лишь его спину.
   - Нет, что вы! Всё нормально! Я пообещал, что вам помогу, чего бы мне это не стоило! Но кое-кто из моего коллектива прекрасно сделал ход конём и пусть это будет на его совести. И тот гонорар, который я получу от Алексея Владимировича в случае успеха, пойдёт на нужды Антона Саныча, а я свои правила не нарушу! Хорошо, Антон Саныч? Как вы меня слышите?
  - Да слышу, слышу... - виновато пробурчал Антоха, не поворачиваясь к нам.
  - Я, кажется, внесла раздор в ваши ряды? Вы меня уж простите, я же женщина...
  - Катенька, ничего страшного... всё нормально... наверно вам Антон рассказал, что надо принести какую-либо вещь мужа для сеанса?
  - Да, конечно, вот это его, - она протянула золотую бензиновую зажигалку, и уже с некой осторожностью, продолжила: - ...только я бы хотела узнать одно, в случае если моего мужа убили, вы сможете мне назвать имя убийцы? Это очень важно, вы, надеюсь, понимаете? Мне придётся как-то в милицию с этим знанием идти... а вдруг это чудовище и меня захочет убить?..
  - Катенька, милая, не надо сгущать краски, может он живой, и я просто скажу, где он находится. Ну, а если всё же его убили, хотя думаю, что вы ошибаетесь, то просто укажу место, где находиться тело, а там уже органы пусть сами расследуют, я же просто поисковик, но никак не следователь. У меня есть связи в милиции, всё будет в лучшем виде! - Конечно же, увижу, кто это сделал, но таковы реалии - имя убийцы не мог разоблачить при всём своём желании, иначе я потеряю свой дар, так что, как говорится, ложь во благо. Так и приходится мне жить с этими знаниями, таков удел. - Ну что? Начнём сеанс?..
  
   Глава 4
  
  - Копай, сука, копай, не останавливайся! - мне в затылок упёрлось дуло 'макарыча'. Иллюзий у меня не было, кто-то из моих друзей, в кавычках, меня заказал, не надо иметь семь пядей, чтобы понять эту истину.
  - Окей, окей... - быстро проговорив слова и стряхнув капли пота со лба, продолжил рыть собственную могилу. Я отдавал себе в этом отчёт, и почти смирился, правда, немного было обидно, столько незаконченных дел осталось. С другой стороны, там они уже и не важны будут. Под монотонную работу я очень чётко вспомнил детство, когда в деревне, с любимым дедом копали яму для туалета... Надо же какие аналогии лезут в голову в последние мгновения жизни.
  - Ты это... прости уж меня... - зачем-то нарушил молчание мой будущий убийца, - просто деньги нужны... сам-то я слесарь на заводе... но вот блять, жёнушка тройню родила... прикинь...
  - Ни фига себе... вы молодцы... - почти от души порадовался я за него, забрезжила надежда на спасение, может получиться переманить его на свою сторону.
  - Ничего не молодцы, у нас уже двое было, а зарплата у меня всего пятнадцать рубликов... как жить-то? - сидя на корточках перед моей могилой, слесарюга активно жестикулировал своим пистолетом. - Это вы можете держать десятками на своём попечении, а нам это накладно... вот и приходиться подрабатывать...
  - Слушай, брат... - почти зашептал я, приостановив свою работу, - хочешь, я в два раза больше заплачу, чем твой заказчик... а ещё тебя возьму в свою охрану, стабильно пять кусков зелени в месяц буду платить!!!
  - Прикольно! - восхищенно проговорил многодетный папа. Проступающий утренний свет через листья деревьев, и освещающий фигуру его, внушал надежду. Отпив остатки воды из пластиковой бутылки, он выкинул её в кусты. - И не обманешь?
  - Нет, конечно, брат! Я всегда играю по правилам! - и, откинув в сторону лопату, ободряюще улыбнулся.
  - Дай подумаю... - он встал и вытянулся в полный рост. Я подошёл к краю ямы и протянул руку, уверенный, что сейчас папаша протянет мне для помощи свою.
  - Нетттт!!! - резко закричал мой убийца и со всей силы, наотмашь, ногой ударил по моей голове. Фейерверк искр и дичайшая боль были неожиданностью, я рухнул в землю, уткнувшись в глину лицом. Грязь, кровь и слёзы перемешались под моим виском. - Ты, тварь... я сроду не работал в своей жизни, поверил что ли? И детей у меня нет... пошутил... хахаха...
  - Ты, волчара... - я сплюнул сгустки с выбитыми зубами и с трудом приподнялся на корточки. Голова кружилась, такое чувство было, что я только что выиграл бесплатный взлет на 'Союзе', без подготовки и без скафандра, - моё предложение в силе... Я в пять раз больше тебе денег отдам, тьфу... Оставишь меня в живых, и мы забудем всё, что сейчас произошло. И, если ты мне скажешь имя заказчика, ещё и поверх столько же денег отдам.
  - Извини, Брат... я взял предоплату... а такую предоплату, увы, ты мне не состоянии предоставить... но могу тебе бесплатно сказать, кто тебя заказал! У неё голубые глаза, стройное тело, шикарная грудь... и эти мягкие губы... а какие красивые волосы... ууу, такая секси девочка! - я зарычал, потому что всё понял, это был удар с той стороны, от которой мог только смутно догадываться. - А как она сосёт... её рот просто создан для моего черенка... Так что, такую предоплату ты не в состоянии мне предоставить, при всём желании... разве что если ты сейчас так же сможешь меня удовлетворить... чё, нет? Ну, извиняй...
  - Ублюдок... передай этой твари, что бабки мои ей не получить, я уже как полгода их вывел со счетов, а от последней недвижимости избавился месяц назад...
  - Да срать мне на ваши тёрки... сто косых я получил, а сегодня вечером ещё и раком твою шмару продеру, когда мне ещё перепадёт такое тело? Так что... адью!
  - Будь ты проклят... - выплюнул я кровавую сукровицу в сторону извращенца. Он направил в мой лоб оружие, почти как во сне я увидел столб огня, врывающийся в меня.
  Окружающий мир стал обволакивать дымкой, я лежал и смотрел на тучи, нависающие надо мной. Где-то краем глаза чувствовал сполохи фотовспышки, убийца делал последние мои фотографии, наверно хотел показать доказательства моей дорогой жёнушке... Теперь всё это было так не важно... И темнота...
  
   Глава 5
  
  - Уфффффф! - с трудом разлепил глаза, на меня смотрели Антон с Катериной. Я лежал на диване, лоб мой чесался просто ужасно, хотелось схватить гвоздь 'соточку' и почесать.
  - Ну, как? Контакт был? - секретарь смотрел на меня с сочувствием, вопрос он задал чисто для проформы. Конечно же, когда я так плохо выглядел после сеанса, то потеряшка был мёртв, и мне пришлось пережить эту смерть...
  - Был... - с трудом пробормотал, и глянул на Екатерину Васильевну, - ваш муж застрелен и лежит в лесу, под землёй. Я покажу это место на карте, а дальше пусть разбирается милиция, всё остальное зависит не от меня...
  - Ой, боже мой... - зарыдала Катерина, пошатываясь. Предусмотрительный Антошка подскочил под эту красавицу, не дав ей рухнуть на пол. Надо же, как драматично она играет роль, вот даже в мою душу затесалось сомнение, может я что-то не так понял?
  - Екатерина Васильевна... я глубоко сожалею... - печально и искренне, заговорил секретарь, помогая ей усесться в кресло, - мне очень жаль, что так получилось, но уверен... милиция найдёт убийцу! Мы сделали всё, что в наших силах, простите за такую ужасную новость.
  - Хм... хммм, - она вытирала уголки глаз платком, - Серёжа... вы не могли ошибиться?
  - Нет! - я не отводил взгляда от этих голубых глаз. Как? Как за этим с виду ангелом мог скрываться монстр? Ведь моё сердце почти было покорено этим существом, ещё бы чуть-чуть, и она могла просто махнуть мне рукой, и я бы как собачка пошёл бы за ней. А ещё эти интимные, порнографические подробности с киллером... Теперь в этой сексапильной брюнетке просматривались элементы чудовища, отвращение окутывало меня с каждой секундой. - Пожалуйста, оставьте меня... мне очень плохо, Антон, через полтора часа я очухаюсь, и вызывай Дмитрия Ивановича... и покажу своё место захоронения... ой... Ильи... Сеанс закончен!
   * * * *
  Дмитрий Иванович, в свои шестьдесят, выглядел всё так же молодцевато и подтянуто, иногда мне казалось, что он вкалывает себе формалинчку по утрам. Как только он вошёл в офис, тут же подошёл ко мне и крепко приобнял, я уже к этому времени сидел за компом и слушал Кино.
  - Сережка, сынок, как я рад тебя видеть!
  - Харе, Иваныч... мы же не на спарринге... - немного сконфузился от такого проявления чувств, наверно всё же стареет дед, сентиментальным становится, и все же тоже приобнял его.
  - Давай, показывай место, где он лежит... - конечно, Антон уже рассказал суть дела, ээх, как хотелось рассказать правду про Катерину.
  - Вот... тут! - и развернул монитор к стоящим Антону и Дмитрию Ивановичу, к их приходу я уже раскрыл Дубль Гис и нашёл примерно это место в пригороде, в лесной зоне.
  - Серёга, мне не надо эту байду показывать, я по старинке! - после этих слов, Дмитрий Иванович раскрыл бумажную карту и раскинул её на столе, поверх клавиатуры. - Старый, добрый метод, без всякой вашей электроники, ошибка сведена к нулю!
  Минут пять, я внимательно обсматривал сей целлюлозный артефакт, в некоторых местах стёртый до дыр, и сопоставлял со своим компьютером. Не сказать, что легко, но всё же, не без гордости, ткнул пальцем. - Здесь! Ищите в радиусе ста метров, но думаю, найдете без проблем, прошло всего около двух недель.
  - Понятно! - по-деловому пробормотал Иванович, обводя в кружочек карандашом точку, - думаю, как обычно, ты не скажешь нам имя убийцы? Это я для порядка спросил, мало ли, вдруг там твои ангелы, или бесы, давно тебе зелёный свет включили на эти действия?
  - Нет, Иваныч, не могу... - и тут кое-что вспомнил: - ...но есть маленькая зацепка, которую я вспомнил, рядом с трупом, в кустах будет лежать пустая 'полторашка'. Там точно есть пальчики убийцы, он был без перчаток и пил воду, когда убивал. Думаю, вы сможете раскрутить дальше клубок... надеюсь...
   * * * *
  - Вот умора... как вы смотрели на неё... я думал, у вас язык вылезет как у собаки из американского мультика, не Серёга, а вы прямо бабник... 'я помогу вам бесплатно', ну чистый граф! А как вы с кресла рухнули и затылком... не могу... ухахаха... - всё ржал и не унимался Антоха, сидя за своим столом. Я лишь горестно вздыхал, на самом деле мне сейчас было не смешно. В голове не укладывалось, как могла такая красивейшая женщина пойти на такое? Неужели, это богатство так сводит с ума людей? Побывав в теле Ильи, я черпанул и знания из его головы. Самое интересное-то мне было известно. И про то, что Екатерина была второй женой, а от первой был сын, почти уже взрослый. А месяц назад Илья перевёл почти все выведенные деньги на счета первой жены и сына. Конечно, разлад с Екатериной был налицо, но чтобы до такой степени... а может, это было предчувствие или озарение? Он перевёл почти все деньги... без тех двенадцати килограмм золота, которые находились в спортивной сумке и были прикопаны... опять прикопаны, недалеко от дачи, в дикой роще яблоневых 'дичек'... Интересно, на чтобы пошла эта Катюшенька, узнав про клад?
  Зазвонил телефон, я от неожиданности подскочил.
  - Алло, да... успокойтесь, Катерина... ага, сейчас... - Антон знаками показал на телефон, чтобы я взял трубку.
  - Нет... ни в коем случае! - я отрицательно помахал головой и закрыл глаза. С кем, с кем, но говорить с чудовищем не хотел.
  - Сергей Владимирович ещё не отошёл от сеанса, говорите мне, я передам ему.... Да?.. Ужас... держитесь! Я всё понял... хорошо... вам тоже спасибо... хорошего вечера, ой, что я говорю, простите... да, до свидания! - после того как секретарь положил трубку, он как футболист победно махнул рукой. - Ес! Труп нашли!
  - Не стыдно? - я прервал веселье Антона, - радость твоя не уместна, если что, это смерть человека, такого же, как ты или я.
  - Ой... извини... - густо покраснел мальчишка, - а чего это ты не захотел пообщаться с Катериной, мне казалось, ты очень даже был не безразличен к ней... хотела тебя отблагодарить тет-а-тет... она, кстати, на тебя с интересом поглядывала, я-то точно это видел!
  - Не важно, и слушай сюда... ни в коем случае её не пускай в офис... придумывай там что-нибудь, фантазия у тебя работает...
  - Это наверно из-за того, что сердце твоё ёкнуло? И ты боишься настоящей любви?
  - Примерно, да... - согласился я, с удивлением смотря на Антошку, с чего он выстроил такую шерлокхолмсовскую цепочку? Да, этот парень каждый раз меня удивлял всё больше и больше. Если бы он знал, что я просто боюсь за свою жизнь и от этого монстра в юбке можно ожидать всего.
  - Завтра она деньги переведёт... полтинник обещала! А ещё... - хитро прищурился секретарь, - ...твои слова остаются в силе по поводу денег от Алексея Владимировича?
  - Да... и всё, - я глянул на часы в виндоусе, - пора домой валить, уже восьмой час, переработали уже изрядно...
  
   Глава 6
  
  Бакс как увалень завалился на бок, после того как я уселся на диван и почесал ему живот. В телике горстка археологов раскапывала Архаим, и руководитель группы, очень похожий на американского растамана, рассказывал о величии этого места. На журнальном столике лежала записка, адресованная мне.
  'Дядя Серёжа, в кастрюле борщ, на сковороде котлеты с макаронами, в мешке мусор (обязательно вынеси, когда пойдешь выгуливать Бакса, иначе благоухание дойдёт и до соседей) и это мохнатое существо над плитой - оно пережило готовку!!! Это просто какой-то чернобыльский ужас...'
  - Эй, Баксик, пойдём что ли, прогуляемся перед сном? - у пса приподнялось одно ухо. Почти как человек, он тяжко вздохнул и поднялся на лапы. - Давай, давай, дылда, не ленись!
  И в самом деле, из мешка выходили ядовитые запахи, и пока я спускался с Баксом по лестнице, успел полностью вкусить аромат своего мусора.
  - Ты знаешь какой сложный мир?... Ты, Бакс, просто собака, тебе проще, дождался хозяина, погулял, справил нужду и доволен... Хозяин тебя погладит, помоет, накормит... эх... дурень ты, - пока мы шли по двору, Бакс терпеливо выслушивал меня, шлепая передо мной и периодически поворачивая голову в мою сторону, - и знаешь что, старик? В следующей жизни я бы хотел быть псом у такого как я хозяина! Доброго, красивого, не жадного... вот даже не знаю минусов своих...
  Бакс стал немного поскуливать, поэтому с людьми я стараюсь много не говорить, вон, даже собака устала слушать.
  - Ладно, понял... беги уж! - глухо пролаяв пару раз, лабрадор не очень ловко, рванул в кусты. Так повелось, ошейника пёс не признавал, но в принципе, он ему и не нужен был. Бакс обладал просто ангельским характером, я даже представить не мог, по какой причине он бы мог кинуться на человека. Иногда, представляя себе какого-нибудь недруга, который бы захотел мне сделать плохое, не удивился, если бы мой друг, виляя хвостом, подскочил бы к нему и стал бы лизать вражеское лицо. Сидя на скамье, я вдыхал вечерний воздух, насыщая кислородом кровушку перед сном. Силы мои уже восстановились после сегодняшнего сеанса, а вот в старые, добрые времена, мне требовалось гораздо больше времени, привычка закаляет.
  - Закурить не найдётся?
  - Нет, друг, уже как пять лет бросил курить. - Каждый раз, после такого вопроса, я испытывал гордость за себя и хотел спрашивающего направить на правильный путь. Подняв голову для лёгкого нравоучения, улыбка моя, чуть было не появившаяся на губах, иссохла и скисла. Это был мой убийца... точней Ильи... хотя толком разглядеть его не мог, но в последние минуты жизни, под восходящими лучами солнца, успел запечатлеть это лицо.
  - Можно я присяду рядом?
  - Аааа, уууу... - что же это со мной, ну совсем не могу быть хладнокровным, вот просто по моему поведению всё было ясно... и в покере у меня дела шли плохо, даже виртуально, игроки понимали, что блефую... тьфу.
  - Да ладно вам... что вы так нервничаете! - он сел рядом, улыбаясь мне как старый добрый приятель. - Мне тут про вас рассказали такие вещи мистические... вот, пришёл познакомиться... Лёша!
  - Ссссс, Сааа, Сергей! - рядом пробежал мой охранник, бухая лаем. Метров в двадцати выгуливали боксера брат с сестрёнкой из соседнего подъезда. Они в приветствии махнули мне рукой. Собаки были дружны, и тут же они устроили свой хоровод вокруг детей.
  - Хорошая собака! Я вижу, вы меня узнали... значит, это правда, что про вас говорят, - вздохнув, он оглянулся по сторонам, я тоже. На соседней скамье сидели две местные бабули, дети... и вообще, людей было много в этот вечер. - Вы не дёргайтесь, ведите себя естественно, в правой руке, в кармане, у меня заряженный пистолет... Я хочу пока просто поговорить с вами... Серёжа... ну, хватит молчать, ответь мне хоть что-нибудь... ты нормальный?
  - Да... а вы псих? - думаю, язвить сейчас было не подходящее время, но мой страх сковывал мозг по-полной.
  - Ха... ну, ну... смешно. И что? Прямо видел глазами убитого всё? Как это?.. Ну, расскажи... Интересно ведь, ты может, и мысли его мыслил?
  - Да! И мыслил, и видел... и про твою предоплату знаю, и про несуществующих деток, и про маленькую заводскую зарплату помню, - понесло - помело, иногда надо бы помолчать, а нет, несёт, в самый не подходящий момент. Чувствовал, как Лёха цепенеет от моих слов, - а ещё Илья ждёт тебя ТАМ с нетерпением... и Катеньку тоже...
  - Охренеть, блять! Ты точно был там!... - Я с ужасом ждал выстрела. Так-то не хотелось бы покинуть этот мир раньше времени и встретиться с моими эфемерными друзьями. - Не, реально, это ведь фантастика в чистом виде! Слушай, брат, я пару лет назад живьём закопал одного ублюдка и сохранил его цепочку... ты это... попробуй пережить его смерть... хочу узнать, что он чувствовал...
  - Нет, извращенец! Стреляй! - ноги мои дрожали, по спине тёк пот ручьём, про себя лишь повторял: не стреляй, я просто даун, не слушай меня...
  
   Глава 7
  
  - Ну что ты сразу стреляй? Это никогда не поздно сделать... ты лучше скажи, что менты знают? А уж от этого знания и плясать дальше будем.
  - Они ничего не знают... пока не знают, если что... но в случае моей неожиданной смерти, правда всплывёт на следующий же день! - конечно же, это был блеф, прямо сейчас то и осенило меня, что надо было реально написать письмо и вложить в сейф на работе. Но как говорится - хорошая мысля, приходит опосля.
  - Ой, только не надо врать, я по твоим глазам вижу, что ты гонишь, - интересно, мои глаза как лампочка мигают? Или может они поменяли цвет? Слишком много людей читают по ним, - Катерина в первую же минуту поняла, после того как ты очухался, что знаешь про неё. Уж кто, кто, а эта девочка имеет нюх на мужиков, она читает нас как книгу. Я её отговаривал идти на эту вашу магию, а она заладила, что надо. Типа, чтобы не заподозрил друг этого Ильи, и вообще, роль любящей жены надо было играть до конца... Ну ладно, что случилось, то случилось... ты, правда, не можешь на меня указать ментярам?
  - Да.
  - Это хорошо, думаю, они на меня не выйдут...
  - А вот и нет! - прервал я убийцу, хотелось ложку дёгтя добавить в спокойствие этого изверга, - ты перед убийством Ильи, пил водичку, после чего выкинул пустую бутылку в кусты!
  - О, боже! Блин, точно... елки палки... вот я лох... - мой рот растёкся в улыбке, ну не мог я сдерживать своё злорадство, - что теперь будет? А пальчики-то мои ведь засвечены, две отсидки уже мотанул... придётся валить из этого города... спасибо, друг, что предупредил! Пусть эта сука как-нибудь сама свои проблемы решает...
  Он встал со скамьи и сделал пару шагов в сторону от меня, остановился и повернулся опять ко мне.
  - Серёга, а знаешь... иди ка в баню, ты думаешь, что такой сыщик ох...нный? Я после того, как прострелил лобешник этому оленю, минут пять потратил в поисках соски, и веришь, нет - нашёл её... вот блять, какая у меня интуиция! Прикинь! - он сел обратно на скамью и похлопал меня по плечу, я явственно вспомнил тот момент, когда этот монстр, внушил надежду Илье. Может у него какой-то бзик психический, любит быть двуличным и неожиданным для собеседника.
  Потупив глаза, я сидел как в трауре. И в самом деле, была вероятность, что команда Дмитрия Ивановича отработает с этой 'полторашкой', а теперь шансов всё меньше и меньше. А вот перспектива получить пулю росла семимильными шагами. Лабрадор, наконец, нагулялся и приковылял ко мне. Уселся напротив нас, всем видом показывая, что он нагулялся и хочет домой.
  - Красавец! Но вот бесполезный, ээх, дурила! - Лёха наклонился над Баксом и почесал ему за ухом. Тот, предатель такой, лизнул ему руку. - Молодец... хороший пёс, люблю больших собак... но не могу их держать - то посадят, то бегу по городам... эх, жизнь моя жестянка.
  - Хватит! - не выдержал я, реально, что за психоделика тут твориться? - Что вам, с Катей надо от меня? Я же сказал, не скажу милиции ничего про вас!
  - Эй... оуоуоу! Успокойся! Сейчас узнаешь... - после чего он вытащил сотовый, набрал номер и протянул мне: -На, поговори... она, жаждет общения!
   * * * *
  - Слушаю... - набравшись смелости, выдохнул в микрофон и зажмурил зачем-то глаза.
  - Сергей, не будем играть в игры... вы знаете, что я заказала мужа! Мне Антон рассказал, про ваш талант 'переживания смерти', а, следовательно, вы были Ильёй... я дура уверена была в том, что ваша фирма навариться хочет, и не придала значения... думала, просто подкину немного бабла мальчикам, пусть стучат в свой бубен. А получилось... сама-то себя и сдала. Мне рассказал этот даун... Леша меня не слышит?
  - Нет, - я глянул на Лёшу, тот с упоением гладил моего Бакса. Эта сволочь, то есть мой пёс, просто наслаждался от такого внимания.
  - Ну, так вот, Лёша признался, что перед тем как выстрелить, рассказал про меня... Идиот, что за привычка у вас, мужиков, выёживаться друг перед другом, как дети малые. На что, Илья ответил, типа, что перевёл все свои активы... я-то уже знаю, что да... он меня обвёл вокруг пальца, козёл. Почти сорок миллионов евро выблюдку своему отдал... аааааааа!!!!!! Уё...к! - завизжала Катерина из трубки, я немного отвёл в сторону сотовый. Наконец эта мадам сорвала с себя маску, а то слишком спокойно и уверенно начала разговор. Было понятно, что Катюшенька на самом деле с трудом сдерживала себя, а значит, под ногами горела земля.
  - Она такая! - подмигнул мне, Леша, - Горячая тёлочка!
  - ...Тварина... я три года терпела этого импотента... а он так отблагодарил... фу... фуууу, - сделала пару глубоких вдохов. Катерина взяла себя в руки, и продолжила, уже более спокойно: - Ладно, я попытаюсь что-нибудь по праву получить, не считая квартиры и дачи, но у меня к вам предложение... Не хочу на вас давить, но придется! Я нашла документы на покупку 12ти килограмм золота, то есть, Илюша приобрёл слиток золота и где-то припрятал.... Думаю, вы, Серёжа, знаете, КУДА эта сука его схоронила! Даю два дня подумать над ответом. Если вы пойдёте в отказ, вам не жить, всё очень просто. Рядом с вами находиться Лёшенька... поверьте... он отмороженный! А теперь дайте мне его!
  - На! Тебя твоя королева хочет, - и протянул сотовый Алексею. Два дня... я живу ещё два дня... почти вечность...
  - Ага... ага... понял, целую, девочка моя, до встречи! - после чего, Алексей засунул трубку в карман и посмотрел на меня недобро, продолжая гладить Бакса. - Ну... будем прощаться? И не вздумай играть с нами, иначе тоже будет с тобой!
  Неожиданно, резко, точно выверенным движением, вонзил отвёртку в голову моему псу. Бакс, поскуливая, завалился на тротуар. Я в шоковом состоянии смотрел на своего умирающего друга, и не верил в происходящее. Вокруг всё для меня пропало, только любимое существо, лежащее на асфальте и эта ручка от инструмента электрика, торчащая чуть выше правого уха.
  - Баксик... - из горла вырвался хрип, и я сполз со скамьи, на колени. Меня трясло как в лихорадке, - Да что же вы за изверги... нелюди...
  Рядом уже никого не было, этот маньяк растворился в сгущающих сумерках.
  
   Глава 8
  
  - Сыночек мой драгоценный... радость моя ненаглядная... сокол ты мой сизокрылый... - я стоял и обнимал за ноги свою матушку, а она гладила мои волосы. Мне около пяти лет, а ей чуть за тридцать. Красивая, стройная и такая тёплая. - Потерпи мой малыш, не переживай, ты должен быть сильным и смелым! А если будешь плохо себя вести, не куплю тебе синий трактор!
  Это игрушечное чудо несколько раз попадало на мои глаза, когда мы приезжали в районный центр и проходили возле 'Детского мира'. Он был высотой чуть больше пояса и с вызовом смотрел на меня из витрины. Я прекрасно представлял, как сяду на него, и, помогая себе ногами, помчусь в путь по деревенской дороге, распугивая кур и гусей. А сейчас просто плакал навзрыд, понимая, что мама почему-то всё равно его не купит.
  - Милый, давай не кисни, я не для того тебя рожала, чтобы ты плакал как девочка... ты же мужчина! Ну-ка, иди сюда! - после чего она подхватила меня на руки и прижала к себе. Я ощутил такой любимый аромат её волос и духов.
  - Мама, мне он оцень нузен, - всхлипывая, привёл я стопроцентный аргумент, - ведь я хоцу лаботать на тлактоле, знаес, я без нево не могу. В делевне тлактол тойко у дяди Феди есь, а он узе сталый... а я будю помогать ему на свойём!
  - Хорошо, родной! Иногда надо делать шаг вперед, не оглядываясь на предостережения, я не хочу, чтобы ты из-за своих однобоких мыслей не видел простого пути. Будь попроще, не накручивай лишнего, возможно, ОН хочет не только твоей эфемерности, но и немного твоего физического решения вопроса.
  - Мама, ты боелесь? Я не поемаю сто ты говолис... я хоцу моёзеново! - пришёл к собственному выводу после странных слов мамочки. Слёзы мои иссохли, как только представил себе это молочное, холодное лакомство. Ничего не понял из слов её, кроме того, что очень хочу пломбир в вафельном стаканчике. Тем более 20 копеек у мамы точно есть, возможно, сейчас нет денег на трактор, но можно обойтись и малым.
  - Сынок, у тебя седины добавилось... ээх, малыш, малыш, краской, может, начнёшь пользоваться?.. Давай, постарайся завтра! Ты должен по-новому посмотреть на свой дар и не надо искать крайности, иначе мы с тобой очень скоро встретимся, а тебе ещё рано, ты не прошёл свой отрезок до конца...
  Что-то мне подсказывало, что и мороженого мне сегодня не видать, очень обидно было. Все эти странные слова мамулечки настораживали меня. Хоть она и была на грани сумасшествия, но такая была любимая и родная. Я крепко обнял её за шею.
  - Мамацка, не нада мье малозеново, и тлактол не нузен, не уходи тойко от мея!
  - Прости, сына... - она опустила меня землю и потрепала мои локоны, - Иди, катайся родной, а я пока подожду тебя. И помни - не ищи сложностей, возможно, всё проще, чем кажется...
  Я оглянулся и увидел ЕГО! Он стоял и ждал меня, казалось, что он улыбается пластмассовыми решёткой и фарами. Красивый, синий и с большими колёсами.
  - Ула!!!! - это было счастье в него усесться, почувствовать под собой мощь техники... и не важно, что двигался он за счет собственных ног, при должном воображении эта игрушка превращалась в самый мощный в мире трактор. Мир засиял новыми красками, наконец-то получил его. Сделав пару крутых виражей по зелёной траве, я оглянулся на мать, она должна была видеть, как сын умеет ловко водить транспорт. Но её уже не было, она пропала.
  - Нет! Мама, не уходииии! Я не хоцу тлактор... пьевать мье на яво! Вейнись! - трактор лежал на боку, а я опять стоял и плакал, чувствуя себе одиноким, не зная, куда бежать за ней. Легко сказать, 'будь смелым и храбрым', а если ты не такой?
   * * * *
  Я сидел на кровати и чувствовал себя просто паршиво и этот печальный сон не добавил настроения. В комнате стоял эфемерный запах духов моей матери, на полу валялся резиновый мячик с царапинами от зубов пса, а в ногах пустая коньячная бутылка. Вчера до позднего вечера пил спиртное, после того как похоронил этого увальня, Бакса. Килограммов двадцать пять я тащил в мешке, в парк, думаю, вид у меня был подозрительный. Тем более в руке держал лопату, а из-за пазухи торчал пузырь. Наверно 'зелёные' не оценили бы эти похороны, и возможно ещё в довесок, нарушил пару параграфов в законодательстве, но я сделал это. Что-то за последние сутки очень много занимался земляными работами, наверно, по астрологическому календарю у меня 'земля' - главный элемент, преобладающий над другими.
  Подушка была мокрая, пришлось устроить её на подоконнике, пусть испаряются эти пьяные слёзы от солнечных лучей. Я поплёлся в ванну, ужасаясь собственному запаху изо рта. Очень явственно предстала картина смерти Бакса, ещё этот сноп огня, летящий в лоб и синий трактор... в голове все события вчерашнего дня перемешались в такой наваристый суп. А еще через полтора дня меня застрелят, а может - перережут горло, а может - отравят, а может - задушат. От такого большого разнообразия дух захватывало. Учитывая извращенные мозги двух имбецилов, вполне мог и не отгадать свою смерть, вот прямо Джек-пот, итить, разитить.
  Зазвонил телефон, прервав мою вереницу мыслей. Кинув в умывальник зубную щётку, поплёлся в коридор.
  - Алло! - недовольно прохрипел я в трубку.
  - Оооо, Сергей Владимирович... попахивает прогулом сегодня? - конечно же, это был бдительный Антошка, неужели сквозь провода передался 'душок'? - подозреваю сегодня вас не ждать? А то тут уже дважды звонил Дмитрий Иванович, говорит, дело усложняется, не нашли они бутылки на месте преступления...
  - Антоша, пожалуйста, оставьте все меня на пару дней! Занимайся бухгалтерией, или просто смотри в потолок, как-нибудь без меня...
  - Что стряслось? Серёга, мне приехать? - тон поменялся у секретаря, сменившись с ироничного на озабоченный.
  - Нет! Просто... просто... - только не это, только не это.... что за похмельное состояние неустойчивое такое, как баба. Сорвался и завыл: - Вчера похоронил Бакса... ууууууу...
  - Серёга... сочувствую... как это случилось?
  - Ууу, не важно... так, сейчас... фуу, - и выдохнул резко воздух, - так... Антон... ты ничего не слышал, это просто помехи... два дня.
  - Окей, Серёга... если что, я прискочу, только маякни!
  - Спасибо, Антоша! До встречи! - и нажал на рычажок, и уже коротким гудкам, договорил, - прощай!
  
   Глава 9
  
  - Ага, Серёжа, дома, значит, балдеем? Антошка сказал, что у тебя пёс умер? И, что? В бутылку полез?
  - Иваныч... ну зачем ты так... нет, конечно... - и посмотрел на стакан, в котором бултыхался коньячок, - только немножко выпил...
  Хотелось сказать, что теперь я остался один одинёшенек в этой квартире, нет у меня ни братьев, ни сестёр, ни матери, ни отца, ни жены, ни любовницы... только этот чёртов паук над плитой... А ещё завтра меня изощрённо лишат жизни, но если захочу, то могу спастись, просто тогда лишусь своего Дара. Без дара я превращусь в простое существо, без цели... И скорей всего, я выберу смерть, тем более, больше не для кого стараться. Одиночество - сука! Я же не дурак, понимал прекрасно, что живу только из-за знаний, заложенных бытиём Ильи, а именно этого поганого золота, закопанного под яблоней. Как только Катерине укажу это место, меня уберут тут же, без промедлений.
  - Я же чую, что не 'немножко', эх Серёжка... ну что же ты такой слабак... тьфу. Ладно, кончаем эти сопли. Я звоню тебе по делу, труп мы нашли, сейчас там все в радиусе пятьсот метров обгорожено, каждый сантиметр вынюхиваем. Ты знаешь, погибший каким был человеком? Короче это дело взяли под контроль из Москвы, миллиардами пахнет. Не нашли мы там твоей бутылки, ложную наводку ты кинул, а теперь напрягись... может что ещё вспомнишь?
  - Нет, больше нечего сказать! Прости, Иваныч...
  - Ну что ты за человек... ведь знаешь, кто убил... ну вот нафиг связал себя всякими глупыми условностями? Ладно, мы уже начали раскручивать с другого конца... тебе будет интересно наверно узнать, за полгода, по странному стечению обстоятельств, все деньги были переведены Ильёй Анатольевичем на счета первой жены и сына?..
  - Да, знаю... я ведь сам и был Ильёй...
  - Ну, так вот, алиби нет у них на 14 августа, говорят, дома были, оба... подозрительно да? Учитывая, что это была суббота. Короче мы взяли с них подписку о невыезде...
  - Зря... они ни при чём! Я это знаю точно! Будете только копать не в том направлении...
  - Вот прямо так? Тогда мы останемся ни с чем, ты это понимаешь?.. Ну хотя бы маленькую зацепку? Серёжа?
  - Нет! - и положил трубку, представив себе, как там Дмитрий Иванович маткается и плюётся. Я залпом проглотил напиток, фыркнул и пошёл на кухню, где-то там были котлетки с макаронами, приготовленные Лизочкой.
  Реально, паучок свёл паутинку прямо над плитой... надо же какой смелый. Лиза просила убрать его, но вот теперь, после смерти Бакса, это единственное живое существо, остававшееся в этой квартире, не считая меня, хотя через сутки он будет тут один. В плечо больно укусил комар, почти замахнулся, но передумал и как под гипнозом смотрел на то, как эта самка высасывает мою кровь. Наконец пузо её наполнилось биоматериалом, и она лениво стала вытаскивать своё жало. Двумя пальцами я обхватил насекомое, осторожно, чтобы не раздавить её, как мяч надутое тельце. После чего кинул кровососку на паутину, та, скованная в движениях, вяло потрепыхалась. Паук, не стесняясь моего присутствия, спустился к попавшей в сети девушке и набросился на неё.
  - Приятного аппетита! - меня осенило, какой же я дурень, что не видел такого очевидного выхода из сложившейся ситуации.
  
   * * *
  - Иваныч... еще раз здорова! Я помогу вам, только ничего не спрашивай, а просто слушай! Убийцы знают, что я знаю про них!..
  - Кто они! Говори, кто они! - заревел в трубке Дмитрий Иванович.
  - Я не скажу...
  - Тебя ведь они прибьют, идиот!!!
  - Успокойся, Иваныч, побереги своё сердце. Я же говорю, что помогу вам, но не скажу кто они.
  - Ничего не понимаю...
  - И не надо, просто слушай меня! Я живой пока, только из-за того, что знаю про небольшой клад. Видишь ли, будучи Ильёй в момент его смерти, узнал, где он спрятал двенадцатикилограммовый слиток, незадолго до часа икс. Мне дали два дня на то, чтобы я указал место схрона, иначе убьют в течение двух дней. Я ведь не могу указать на убийц, ты же знаешь, а вот где лежит золото, могу. А ещё я скажу им тоже, где оно закопано...
  - Ах, ты какой шельмец, мальчик мой, я горжусь тобой! Понимаю, понимаю... мы их заманим в свою паутину?
  - Точно! - я как раз смотрел на паутину, в это время паук почти заплел кровопийцу в кокон. Надо же, какое совпадение...
  
  
  
  
   Глава 10
  
  - Катерина, добрый день... я скажу, где золото! Любите дачу?.. Ага, знаете где находится заброшенная яблоневая роща?... Отлично, от тропы, с северной стороны, третье дерево... думаю, если присмотритесь, увидите... Да... Я никуда не уйду... Договорились. - Паутина была сплетена, менты в засаде, а моё дело маленькое - сидеть дома и ждать, ну и немного продолжать попивать.
   Почти час я уже умирал от скуки, очередная бутылка опустела, макароны съел, котлеты проглотил. Что там у Антохи, на работе? Слегка пошатываясь, пошёл звонить секретарю.
  - Алло? Серёжа, у тебя всё в порядке? - ага, он там в определитель смотрел.
  - Ээээээ... уууу... - невнятно промямлил и понял, что зря позвонил. В таком состоянии было тяжело говорить, и я положил трубку. Время тянулось очень медленно. Как там охота на ведьм?
  Звонок в дверь, наверно Лиза пришла проведать дядю Серёжу, а он в таком неадекватном состоянии. Надо было тихонько спровадить её домой, иначе своим ключом откроет, и будет ругаться. В таком состоянии она меня не видела, все же удавалось сдерживать себя уже довольно долгий промежуток времени.
  - Лизочка... я сегодня... ик... занят... пожалуйста, иди домой! - я стоял у двери и соображал, что ещё бы сказать... эдакое, незаплетающееся.
  И тут как во сне увидел разлетающийся замок и услышал выстрел. Как в каком-то дешёвом боевике, со стороны подъезда выпнули дверь и в квартиру влетел Леша, собственной персоной.
  - Привет, сука! - в мой лоб упёрлось дуло то ли ружья, то ли обреза, с него вился дымок, и оно ещё было горячее.
  - Оооо, какие люди... мог бы просто, попросить открыть, ик... а тебя уже выпустили?
  - Очень смешно, ушлёпок... не хило ты обманул Катьку! Видел я всё со стороны, как её повязали... неплохо сработали мусора... У меня дикая интуиция, всегда чувствую палево! Мне теперь срать, эти шакалы всё равно выйдут на меня и раскрутят эту дуру, а вот тебя напоследок заберу с собой! - направив в мои ноги свой обрез, он без промедления выстрелил.
  Было очень больно, но терпимо. Я рухнул на пол, понимая, что пришла смертушка. Наконец-то реально почувствую, каково это по-настоящему быть убитым. И в этот момент испытал облегчение, вот и встречусь с мамой, может она не хотела такого раннего моего прихода, но как говориться - се ля ви. Страх пропал, спасибо алкоголю.
  - Что тварина, пожалел? - он откинул разряженный карабин в сторону, схватил меня, лежащего за шкирку, и потащил к стенке. Я смотрел и удивлялся количеству крови, льющейся из ног, а ещё думал, как это можно с одного выстрела получить столько много кровоточащих ран на обеих ногах.
  - Ну, каково это знать, что сейчас ты реально ноги двинешь? Экстрасенс х...в! - уперев меня к стене, он из кармана вытащил охотничий нож, с зазубринами с тупой стороны лезвия, и поднёс его к моим глазам. - Посмотрим, как ты будешь терпеть, по лоскуткам нарежу кожу твою... как там звали того урода с вырезанной улыбкой?
  - Гумплен... - подсказал я этому уроду, сплёвывая в сторону. С каждой секундой чувствуя слабость, глянул на своего мучителя, просипел: - Ты думаешь, я буду умолять тебя? А вот не дождёшься. Меня сотни раз вешали, жгли, топили, стреляли, кислотой обливали, бетоном живьем заливали, я готов к любой смерти. Дохнуть - моя привычка, мудила! Начинай, только поторопись, могу потерять сознание...
  - Падла! Ааааа! - и тут на меня рухнул мой мучитель, осыпая стеклом.
  - Офигеть... - над нами, лежащими, стоял Антон с коньячной 'розочкой' в руке, - Вот это у вас вечеринка, а меня не позвали...
  И я благополучно, почти с удовольствием, потерял сознание.
  
  * * * *
  
  Почти месяц я пролежал в больничке, десять осколков извлекли из моих ног, и я теперь вправе и без иронии, мог назвать себя стреляным воробьём. Слава богу, важные сосуды не были задеты, обошлось 'малой кровью', литра два, не больше. Отдельно и горячо поблагодарил Лизу за её страх перед пауками, и она, не понимая о чём это, рекомендовала мне обратиться ещё и к психиатру. Антон рассказал, что когда услышал мой звонок, то понял, что это я так маякую ему, хотя на самом деле, просто не мог связать слова, и с чего это он выстроил такую цепочку, непонятно, ну он же мастер логических построений, вы же помните... Такие вот стечения обстоятельств. А ещё, друг Ильи перевёл нам сто рубликов, и как договаривались, все отдал секретарю. Слишком много функций этот мальчик выполняет, теперь ещё и охранные обязательства взвалил на себя, и фигушки я его отпущу в эти менеджеры, будь они неладны...
  По секрету скажу, сын Ильи уговорил меня, за физические увечья и непроизвольную помощь ему, взять десятую часть от клада. Теперь отдельный мой счет пополнен на 3 миллиона... так, на чёрный день, мало ли что....
  
  
  
  
  
   Часть 5
   Глава 1
  
  Когда меня спрашивали, и ответ на вопрос подразумевал либо 'да', либо 'нет', я отвечал - не знаю! Даже если у меня был категоричный ответ, я чисто из вредности выбирал средний вариант. Я любил всем противоречить, и себе в том числе. Мама меня называла несносным ребёнком, учителя - бездарем, начальники на работе - тугодумом... а жена - идиотом. Моё нутро спорило со всеми этими оценщиками, а мой мозг не соглашался с моим нутром, такой вот дисбаланс по жизни, а может и баланс, это смотря с какой стороны посмотреть. Поэтому как-то мягко всё пришло к своему завершению, без боли и обид. Маму я похоронил, учителя растворились в потоке времени, начальники скатились с горочек, а с женой развёлся. Так и остался один на этом свете, как говорится: ни да, ни нет. У меня было очень много 'я' да 'себя' - тавтология одним словом, и не было совершенно друзей или родственников. В своё время завёл черепаху, она не спорила со мной по причине своей немоты и меня это устраивало. Жрала свои капустные листы да морковку и постоянно гадила, где ей вздумается. Мне было плевать, и даже когда она нечаянно перевернулась на спину... а может и чаянно, кто её знает, мимо проходя, я только глянул на неё. Она смешно дергала лапками, я улыбнулся и прошёл мимо, так она и отлетела в мир иной в своём панцире на второй день. Может и в первый, но заметил только на второй.
  Однажды я затеял ремонт и решил наклеить потолочные плиты. Соорудил пирамиду из стульев, взобрался наверх и рухнул со всей полутораметровой высоты. Головой, с размаху и с треском, ударился об металлический набалдашник на подлокотнике дивана. До этого я не мог понять, зачем он нужен был в конструкции дивана, разве что удобно было держаться за него во время просмотра зомбоящика. Оказывается, эта штука несла несколько иную, фатальную цель. Череп лопнул, шея хрустнула... произошёл небольшой такой мокрый конфуз. По одежде стекала клеящая мастика, мозги и кровь, я ещё пару раз моргнул и уставился в стену с голубыми обоями. Почти полгода так лежал, наслаждаясь ванильной текстурой и цветом. Первое время летало много мух, раздражая своим жужжанием и навязчивым щекотанием от откладывания своих яиц, потом они сменились опарышами, поедающими пахучую плоть. Было весело, пока мои соки не истощились, и тогда меня сковало одиночество и обида. Никто из соседей не побеспокоился и не задался вопросом, а куда девался этот вечный 'бука'? И запах, ведь по-любому кто-нибудь должен был учуять, хоть и открытое окно у меня было. Ладно, бог с этими соседями, но ведь в ЖКУ должны были побеспокоиться о неуплаченной квартплате за столь длительный срок? Никто... повторюсь, никто не вспомнил обо мне. Пару раз неуверенно звонили в дверь, по понятным причинам, открыть дверь гостю я не мог, но этим всё и обошлось.
  И наконец, настал момент, когда я поднялся с пола, всему есть предел. Было странно смотреть на своё разваливающееся тело со стороны, но с этого дня мне надо было привыкать к аномальной, новой жизни фантома, раз уж не пригодился на небесах... увы...
  
   * * * *
  Я открыл глаза и ещё минут пять соображал над этим странным сном. То ли сон, то ли видение, но прямо вот целую жизнь прожил, чужую. Василий Егорович Бессмертный... так его звали, и фамилия настоящая - какая ирония. То ли от моих 'переживаний' открылся какой-то новый побочный эффект, то ли настало время, отправится на лечение к психиатру, то ли... что гадать? Всегда можно сделать 'звонок другу', и расставить все точки на 'i'.
  - Алло! Слушаю! - голос у Дмитрия Ивановича был бойкий, а как иначе, он уже лет двадцать, как будильник, в шесть утра делал пробежку по парку. Я своим совиным умом только удивлялся такому чуду.
  - Иваныч, здорова! Как дела?
  - Серёжа, ты что ль? Восемь часов утра, что-то рано для твоего 'как дела?', тем более зная тебя. Давай без обиняков, говори по-существу! - да уж, меня читали как книгу, даже немного было неловко.
  - Тут такая история... не знаю даже с чего на...
  - Хоре жевать, коротко и по-существу!
  - Окей, тогда не задавай вопросы, а просто помоги! Есть куда записать?
  - Найдётся, сейчас... диктуй.
  - Василий Егорович Бессмертный, адрес улица Ленина двадцать восемь, пятый этаж, квартира восемнадцать... надо разузнать про этого человека, и вообще он ли живёт по этому адресу, есть подозрения что уже и не живёт...
  - Пробьём, разузнаем... а ты что? 'Пережил' с утра смерть?
  - Нет, это что-то другое, вопросы потом...
  
  
   Глава 2
  
  Антон, с глупой улыбкой тыкал в своём новомодном смартфоне указочкой по экрану, наверно писал подруге эсэмэску.
  - Привет, Антон!
  - Хай, шеф! - махнул рукой секретарь, продолжая копаться в гаджете, сидя на своём месте. Так повелось, он приходил на работу раньше меня почти всегда.
  - Как там с клиентами? Сегодня что-нибудь намечается с утра? - я не без удовольствия устроился в рабочее кресло и включил компьютер.
  - Да так, 'потеряшка' одна... мамочка хочет узнать про дочку, ерунда... - Антон соизволил отложить в сторону свой аппарат, - ...поссорились они, и девчонка рванула в столицу полгода назад. Только ни письма, ни звонка - гордое молчание. А мать не находит себе места, короче, обычное дело, конфликт поколений, думаю без 'смерти'. Надо бы успокоить женщину. Много не срубить 'бабла', на 'чаЁк' разве что.
  - Разберёмся... на какое время договорился?
  - Через полчаса придёт... - зазвонил телефон, прерывая секретаря. - ПиэндСи, Антон, слушаю... Ааа, доброе утро Дмитрий Иванович... пришёл... Переключаю!
  -Это просто чума, Серёжа! Ты просто жжёшь! - без предисловий заговорил бывший полковник милиции, а ныне заслуженный пенсионер, но всё ещё держащий руку на пульсе закона. Очень много его учеников занимали высокие места на ниве правопорядка. - Представляешь, этот Бессмертный уже как полгода смертный... ладно, не смешно, сам понял. Мои мальчишки взломали дверь по адресу, который ты указал, и там оказался мумифицированный труп мужчины. Судя по всему - это не мокруха, не удачно просто ремонтом занялся человек, но там сейчас работают медэксперты, после их заключения только уверенно можно будет сказать. Ты меня поражаешь.
  - Да ладно, Иваныч, перестань, у меня к тебе просьба, пожалуйста, мне надо попасть в эту квартиру на полчаса хотя бы... - у меня не было какой-то конкретной цели, но вот чувствовал, что надо туда вояж совершить.
  - Зачем? Что-то новое... не знаю даже, ты скажи, если надо что-то получить, я тебе сам принесу. Надеюсь, ты не сатанист начинающий, а то у нас прямо нашествие этих даунов по городу в последнее время. То петухов безголовых находим, то других животных, ужас короче...
  - Иваныч, ты же знаешь, что я не такой... я сам не знаю, как объяснить. Короче, сон приснился, будто бы я это он. Это не мои обычные 'переживания смерти', и не ангелы... тут что-то другое.
  - Ладно, не грузи меня своей мистикой... после работы следователей, я достану ключи от квартиры, есть люди, кто поможет, но только через пару дней!
  - Отлично, Иваныч и спасибо заранее!
  - Это тебе спасибо, надо же полгода пролежал человек, и никто не спохватился. Это всё ваша демократия, в наше время такое представить невозможно было... а сейчас всем плевать на соседей, никто не знает друг друга через лестничную площадку... ээхх, - горестно вздохнул, из динамика коммуникатора, Дмитрий Иванович, - старею наверно и сентиментальным немного становлюсь...
  - Всё нормально, Иваныч...
  - Понял, понял, не продолжай... утомил я тебя, ладно, как только мальчики все работы проведут в квартире, сразу же доставлю тебе ключи! Давай, до встречи!
  - До встречи... - и короткие гудки. Я смотрел на потолок и думал про этого Бессмертного: об его одиночестве, о плохом характере, о человеческом безразличии...
  - Ну же... Серёга... - ворвался в мои мысли, голос Антона.
  - Ааа... что?
  - Я спрашиваю, что там у вас за дела про Бессмертного? Я что-то упустил? - совсем забыл про громкоговорящую связь, надо же, как быстро привыкаешь к этим новомодным штукам.
  - Да так, Антоха, представляешь, сегодня приснилась чужая жизнь и смерть его... и прикинь, реальным оказался сон. Вот теперь думаю, что это было, без всяких чужих вещей, без соприкосновений к ним...
  - Прикольно, а меня возьмёшь с собой?
  - Куда? - не понял я.
  - Ну, туда, в квартиру... что-то мне подсказывает - намечается веселуха.
  - Вряд ли... я сам не знаю, что там произойдёт, но чувствую, что-то или кто-то меня туда зовёт!
  - Блин, жуть, Серёга! Аж, мурашки пробежали по спине от этого - 'кто-то меня туда зовёт', я с тобой!
  - Окей.
  
   Глава 3
  
  - Доброе утро, Антон. - В дверях секретарь встречал посетителя.
  - Доброе, доброе, очень приятно, а вы совсем ещё мальчик, по телефону казалось, что постарше... - услышал я басистый женский голос.
  - Ой, Валентина Ивановна, думаю, время подправит этот мой изъян...
  - Оох, Антон, ты не представляешь, как это быстро произойдёт... ну, где тут находится ваш Великий и Ужасный Оз? - в офис вошла дородная дама, без церемоний и предисловий проходя к моему столу. Я для приличия встал со своего кресла с дежурной улыбкой на губах.
  - Сергей Владимирович! - представился я, отмечая почти мужские замашки у этой женщины. В её взгляде читалась ирония и скептицизм, тяжёлый клиент, одним словом.
  - Валентина Ивановна! - она протянула руку, других вариантов для приветствия представить было невозможно, поэтому я пожал её, чувствуя почти мужское рукопожатие.
  - Садитесь, Валентина Ивановна! - показал жестом на сзади её стоящий диван. - Располагайтесь.
  - Спасибо! Можно я к вам попроще, а то вы в сыновья годитесь...
  - Конечно, я сам это хотел попросить, не люблю все эти акты вежливости.
  - Вот и хорошо! Что-то Серёжа, вы не похожи на этих экстрасенсов, где эта атрибутика чернокнижная? Сумасшедший блеск в глазах, да черепа птиц всяких? И выглядите вы как-то вяло для работника магии, не презентабельно что-ли...
  - Валентина Ивановна, ну я же не клоун... - вот даже обиделся немного, не на 'вяло', а больше на 'не презентабельно', и выпрямил спину, - вы же понимаете, эти киношные стереотипы просто клеше...
  - Не обижайся, Серёжа! И что? Поможешь найти мою дочку? Меня не обманешь, просто так деньги тебе не выкачать, жизнь меня поломала, поверь! - она пронзительно посмотрела, в мои глаза, немного щурясь. В мой мозг наверно пыталась залезть, я улыбнулся в ответ.
  - Я постараюсь помочь, Валентина Ивановна, меня меньше всего беспокоят деньги...
  - Не слушайте его, Валентина Ивановна, Сергей Владимирович немного блаженствует, - вмешался в разговор со своего места, Антон, - конечно же, нам нужна оплата. После проделанной работы, если будете удовлетворены, можете дать столько, сколько сами пожелаете.
  - Хорошо, Антон, я поняла! - не отводя от меня взгляда, бросила фразу секретарю, дама. - Думаю, Серёжа, мы поняли друг друга?
  - Да, - просто ответил, - мы поняли друг друга.
  - Вот и хорошо, - Валентина Ивановна могла улыбаться, я даже немного опешил от этой смены мимики, она откинулась на спинку дивана, - а теперь к делу. Мне надо информацию: адрес проживания дочки в Москве, как она живёт, с кем и чем там дышит!
  - Понятно, а можно узнать, как вы ладили с дочкой? И какой у вас произошёл скандал перед её поездкой?...
  - Серёжа! - она опять пронзительно взглянула на меня, в её голосе прозвучали металлические нотки. - А это не ваше дело! Что за мужики, которые лезут в бабские дела?
  - Окей, - да уж, клиент очень сложный и как-то не очень хотелось браться за эту работу. Но с другой стороны, раз эта дама обратилась к моим услугам, возможно, в глубине души её переполняет материнская боль и любовь к кровинушке родной, и она просто очень умело скрывает свои чувства. - Вам Антон говорил, что надо принести её вещь для сеанса?
  - Да. - Она раскрыла сумочку и вынула маленького плюшевого медвежонка. Я увидел в её глазах надежду, почти с болью, Валентина Ивановна протянула мне игрушку. - Вот!
  - Пожалуйста, разожмите свои пальцы... - мягко попросил я, чувствуя, что она не может расстаться с косолапым.
  - Извини... хммм, - всхлипнула женщина, кольнув моё сердце этим маленьким проявлением человечности, - возьми... И ещё одно Серёжа... Антон сказал, что ты найдёшь её... живую или мёртвую... пожалуйста, если окажется, что она погибла... обмани меня...
  
   Глава 4
  
  Красивая... она просто была восхитительная, до жути. Анна сидела в этот момент на мягком пуфике, в коридоре. Рядом находилось еще несколько девушек, они явно чего-то ждали с нетерпением, припудривая украдкой свои лица.
  - Собеседование, она ждёт своей очереди... я-то уже заглянул в комнату и знаю что там за собеседование... - я был в ангеле, меня соединяла нить с Анной, мы парили под потолком и смотрели на сидящих претенденток, а значит, Валентине Ивановне я мог сказать с чистой совестью, что её дочь жива. - Серёжа, мне очень приятно, что ты посетил нас, я знаю твою работу в мирской жизни и как тебе тяжело это всё переносить. Поэтому большое спасибо за то, что принял маму Анночки. Она очень тяжёлая женщина, властная и вызывающая антипатию у людей при первом знакомстве, но на самом деле она души не чает в моей подопечной. Я понимаю, как этот конфликт мелочен на фоне твоих последних трагичных дел... Ты в Москве когда-нибудь был?
  Нет, подумал я, не понимая, к чему был задан вопрос.
  - Бесплатную экскурсию предоставлю, воспользуюсь, так сказать, своим положением, - после этой мысли, сущность рванула сквозь стены, наружу из здания. 'А как же Анна, ты так просто оставишь свою подопечную на этом подозрительном собеседовании?'
  - Да, я уверен в моральных устоях Анночки, я же её ангел и знаю все 'плюсы' и 'минусы' этой девочки. - Наверно плюсов больше, вспомнил её нежную красоту и обаяние, не скрою, были у меня просчёты после первой оценки женщин, но на этот раз была уверенность, что не в этом случае. Мы пролетали сквозь людей, снующих по каменному тротуару. Ангел подлетел к табличке 'Арбат'. - Я чувствую, тебе понравилась моя подопечная, да и невозможно представить человека, которому бы она не понравилась, отчасти это моя работа... хочешь Красную площадь посмотреть?
  Пока мы прорезали воздух московских улочек, ангел рассказывал о жизни свой подопечной. Про отца, мягкого и доброго, которого Анна обожала всем сердцем, но постоянные скандалы с Валентиной Ивановной, довели его до сердечного приступа, который привёл к смерти. После этого начались регулярные конфликты дочери и матери. Мама занимала должность директора мебельной фабрики, и характер, естественно был у неё жестокий и бескомпромиссный.
  Пролетая у храма Василия Блаженного, сущность сделала пике вверх и вознеслась над Красной площадью, показывая мне красоту центра столицы. Дух захватывало от величия: купола все в лучах утреннего солнца, рубиновые звезды на кремлевских башнях, позолоченные кресты на церквях, широкие белокаменные соборы. Вряд ли кто из смертных удосуживался такой небесной экскурсии по столице нашей матушки России. В это время сущность продолжала изливать историю Анны, про её учебу, сначала в школе, потом в университете, про первые шаги взрослой жизни: работа, первая любовь, неудачи в личной жизни, про предательства близких друзей, и наконец, про непростую жизнь в столице - я всё внимательно анализировал, успевая восхищаться архитектурой.
  - ...так что последний раз в скандале с мамой, Анночка тоже повела себя не хорошо, вбила себе в голову, что ей не нужна мать и она начнёт жизнь свою с нуля, рванув в столицу. Теперь вот пытается найти постоянную работу, не переступая свои моральные устои. А надо сказать, очень тяжело устроиться в Москве без связей и 'мохнатой лапы'. Вернуться домой гордость не позволяет, она даже не понимает, что маму убивает своим молчанием... Ээээх, смертные, как вы иногда выглядите глупо с этими глупыми вашими принципами... Так, очередь подошла... а вот теперь пора тебе глянуть на это.
  Мы были почти под облаками, созерцая панораму города с высоты птичьего полёта, и неожиданно, как по щелчку, всё пропало. Мы материализовались рядом с Анной, в коридоре, где и оставили её. Анна как раз открывала дверь кабинета.
  Горящие софиты ударили в глаза девушки, она, щурясь от яркого света, застенчиво прошла в центр комнаты. Мы следовали над ней, у потолка, и нас не раздражали эти лучи - после путешествий к солнцу за манной небесной, ангелы имели иммунитет к визуальным световым раздражителям.
  - Здравствуйте... эээ, Анна... меня зовут Витасик, я являюсь менеджером по отбору персонала. - Прозвучал тонкий фальцетный голосок.
  - Доброе утро... хм... Витасик, а почему тут так ярко? - пыталась рассмотреть оппонента Анна, приложив ладонь к глазам. Мы прекрасно видели этого Витасика. Щуплый, не высокого роста, с ухоженной бородкой и совершенно лысой головой - паренёк выглядел слишком по-московски. Если бы я мог посмеяться, находясь в сущности, то ухохатывался бы навзрыд, он был ещё напомажен и с наведёнными тенями у глаз. В нашем провинциальном рабочем городе такое и представить было невозможно.
  - Анна, вы ищите работу или как? В этом месте я задаю вопросы... проходите вперед и садитесь на стул... - девушка почти на ощупь дошла до места и присела на пластиковый стул, - вот и хорошо. Я тут прошёлся по вашему резюме... так, вам двадцать восемь лет, не имеете дурных привычек, ага, а как вы относитесь к работе в сверхурочное время?
  - Когда в этом есть большая необходимость, то вполне, если конечно фирма оплачивает за переработку. Ха... извините. - С трудом удержала смешок, Анна наверно, привыкла к софитам и рассмотрела молодого мужчину.
  - Не вижу ничего смешного! - обиделся менеджер, гневно сверкнув очами, его почти женский фальцет мог вызвать повторную реакцию смеха. Надо отдать должное девушке, она стерпела. - Вы же понимаете, что говоря про переработку, я имею в виду совсем другое!
  - Не понимаю вас, профессия секретаря-референта имеет какой-то иной смысл?
  - Ой... не будьте глупенькой девочкой... я думаю, вы прекрасно всё поняли! Мой шеф платит большие деньги, поэтому он вправе рассчитывать и на кое-что иное... - Витасик подошёл к сидящей девушке и положил свою руку на её плечо.
  - Это он зря! - промелькнула весёлая мысль ангела, я был поражён нравами столицы. Девушка с удивлением увидела лак на пальцах менеджера.
  - Витасик! - она с отвращением оттолкнула плечом ладонь менеджера и встала на ноги. Лысина его была по нос Анны, а клинышек бородки уперся в бороздку зоны бикини. - Передай своему шефу, что он ублюдок и негодяй... а ты - маленький извращенец и слизняк.
  - Оой! - Витасик перегнулся пополам от удара коленом в паховую зону. Даже мы с сущностью почувствовали дикую боль и немного пожалели пострадавшего. Я был восхищён Анной. - Ссссууукккаааа...
  - Такая вот моя девочка! - с гордостью за подопечную, подумала сущность, - как бы Анночка не сопротивлялась, но она очень много вобрала от своей матери. Прощай, Серёжа, ты уж там постарайся - надо как-то их помирить. Школьная, тридцать восемь, сорок два.
  
   Глава 5
  - Жива и здорова! - открыв глаза, я увидел склонившуюся над собой Валентину Ивановну, она с испугом смотрела на меня.
  - Ой! - вздрогнула от моих слов, женщина, - вы очень были похожи на моего покойного мужа, он страдал эпилептическими припадками...
  - Знаю, знаю, а ещё у него было больное сердце и слишком мягкий характер, - приподнявшись с дивана, я сделал пару резких вдохов, - поэтому-то вы и ссорились с ним...
  - Ну, прямо Шерлок Холмс, неплохо подготовились, вы мне зубы-то не заговаривайте... что скажете про дочку?
  - Да всё нормально с дочкой, в полном здравии и обидой на вас...
  - Это не ваше дело, и вообще, откуда вы взяли это?
  - Ангелы нашептали... - прошептал правду женщине, по глазам читая недоверие, ну и пусть думает, что это шутка, - а если серьёзно, иногда надо быть помягче с близкими людьми. Семья - это вам не мебельная фабрика, где надо командовать и приказывать... просто любить не пробовали?
  - Оооо ты какооой... я, смотрю, твой Антоша неплохо поработал, собирая про меня информацию...
  -Ооох, - Антоха простонал, сидя на широком подоконнике и закатил глаза. - Ничего я не собирал, вот ещё...
  - Ну, ну... и где же тогда моя дочка?
  - Где, где... в Москве... улица Школьная, дом тридцать восемь, квартира сорок два, снимает комнату. Два месяца работала официанткой в кафе 'Сопрано', три месяца специалистом по документообороту, сейчас безработная, не сошлась характером с начальством, проступил ваш несносный характер в какой-то момент. Через три дня подойдёт оплата за аренду жилья, а в кошельке у неё осталась тысяча рублей. Пока с работой у неё не ладиться и возможно Анфиса Павловна, хозяйка квартиры, выгонит её из комнаты, потому что очень любит деньги и не очень - молоденьких и привлекательных девушек. А ещё она познакомилась с молодым человеком, но тот на днях, в тихаря, вытащил с таким трудом накопленные сбережения и свалил из её горизонта. Так что всё хорошо и прекрасно! И, поверьте, думаю, вы и сами знаете, Анна первая на 'мировую' с вами не пойдёт, даже не могу представить, куда она отправится через три дня, не так всё просто в нашей дорогой столице...
  Из меня выплёскивался не свойственный фонтан красноречия, и по началу Валентина Ивановна смотрела на меня с нарастающим удивлением, а потом и Антошка, прервал свои тыканья на смартфоне, у окна, прислушиваясь к моим словам.
  - ...но знаю точно, - продолжал я словоблудствовать, - в глубине души ей очень не хватает материнской любви, так уж повелось, вы считаете эти проявления слабостью, поэтому даже не знаю, что и делать. А может вам стоит первой сделать шаг, приехать к ней, просто обнять её и поцеловать?
  - Да что вы несёте... что ты знаешь... сосунок... - Валентина Ивановна стояла передо мной, бледная, с дрожащими губами и свирепо прожигала меня глазами, - ...вы... ты... просто... обманщик и негодяй!!!!
  После чего, она резко от меня отвернулась и пошла к выходу, но остановилась и, не поворачиваясь к нам, почти выкрикнула в приказном тоне:
  - Повтори, какой там адрес!
  - Вот, вот... - заискивающе, почти на цыпочках подскочил Антон к даме и протянул бумажку. В какой момент мальчишка успел начеркать на листочке, на своём подоконнике, не понимал, ну вот такой он - ценнейший работник, которому я обязан многим и даже жизнью.
  Дверь громко хлопнула об косяк, я сидел и улыбался. Цель была достигнута - удалось пробить эту крепкую стену и найти брешь в сердце Валентины Ивановны.
  - Серёга... что это было? Я так понимаю - денег нам не видать? Ты же видишь, какая она... зачем начал учить её жизни?
  - Антоха, много ты понимаешь... Спорим, через пару дней мы получим извинения и штуку зелёненьких на стол?
  - Не буду я с тобой спорить, ведьмак ты... - обречённо вздохнул мой друг и махнул рукой.
  Через пару дней, как и говорил, были переведены две тысячи баксов. А ещё через два часа, после перевода денег, позвонила всё же Валентина Ивановна и извинилась и за 'негодяя', и за 'обманщика' и за 'сосунка'.
  Сразу же, после нашего сеанса, она купила билет на самолёт в Москву и приехала на тот адрес, который Антоша начеркал на листок. Были и материнские объятия, и поцелуи и горькие слёзы, об этом Валентина Ивановна не рассказывала, но я об этом узнал позже.
  
   Глава 6
  
  - Ну, это было круто! Серёга, ты как в фильмах про этих американских психологов, такую каменную глыбу распластал и разделал, две штуки за двадцать минут работы в простом ангеле, без 'переживания'...
  - На самом деле это не правильно как-то, не заслуженно... за простые женские разборки... короче, верни ей тысячу, нам и половины гонорара хватит...
  - Ой, хоре, Серёга... ты же сам говоришь, что она директор фабрики... для неё эти бумажки, тьфу...
  - Ты меня услышал? Надеюсь, не надо повторять? - вообще, к деньгам я отношусь ровно, так получилось по жизни - они не вызывают у меня восторг. Но я не сумасшедший, вполне отдаю себе отсчёт, что в нашем мире без них нельзя, тем более с моими талантами к рабочим специальностям. Точнее к полному их отсутствию, хотя у меня есть квалификация каменщика и чисто теоретически, знаю, что такое кладка и ровный шов. Но, увы, практик из меня никакой.
  - 'Не надо повторять', - передразнил Антон - с таким отношением к бизнесу, нам далеко не уехать... и вообще, может Валентина Ивановна решила свою карму подчистить этими деньгами, так сказать, отдать хорошим людям лишнее...
  - Нет, Антон, ты несносный...
  - Да ладно, сейчас же займусь этим, и, правда, зачем нам нужна эта штука? Ведь через три дня мы оплачиваем аренду, а завтра надо коммуналку закрыть. Еще через неделю лучший и пока единственный, наёмный работник этого сомнительного учреждения получает оклад, да что лучший? Самый терпеливый и трудолюбивый, - ворчал негромко секретарь, производя манипуляции на клавиатуре, за своим столом, - а у него ведь как раз самый пик прекрасного возраста и рост гормонов, так сказать. Этому красавцу надо усиленное и правильное питание. Тем более он находится в выборе партнёрши для создания семьи, а это, я вам скажу, очень важный жизненный момент. Конечно же... зачем нужны деньги... всё, командир, я ваше задание выполнил! Ещё ей написал благодарность за такое большое вознаграждение и извинение за то, что мы не можем взять такую крупную сумму, поэтому высылаем обратно половину гонорара. Мы работаем не для обогащения, а для общего благоденствия людей, ведь мы добрые и правильные самаритяне!
  - Вот и молодец! Всё правильно... - я улыбался Антону, конечно, он любит попререкаться, и даже поспорить со мной, но всё же, этот дерзкий мальчишка вызывал симпатию.
  Зазвонил телефон, мы от неожиданности вздрогнули, уже почти обед был, но до сих пор, ни одного звонка не слышали.
  - Пи энд Си! Добрый самаритянин на проводе... а, Дмитрий Иванович....
  - Антон, что за самаритянин?
  - Это я шучу, перевожу... это к вам, шеф!
  - Привет, Иваныч! - совсем из головы вылетел этот Бессмертный, а ведь уже прошло достаточное время для всех положенных экспертиз. Я-то точно знал, что там никакого умысла не было.
  - Здорова, Серёжа, что-то твой подчиненный сегодня странный какой-то?
  - Да так... моноспектакль мне тут бесплатно показывает... ну что? Я могу в квартиру погибшего попасть?
  - Как обещал! Ключи от квартиры будут у старлея Олега, он будет сопровождать тебя...
  - Иваныч, я бы хотел один там побыть...
  - Ничего страшного, перебьешься. Я не знаю, что ты затеял, но всё же не спорь, он будет рядом в любом случае! Это моё условие!
  - Ладно, ладно... когда твой лейтенант приедет?
  - В обеденный перерыв... только Серёжа, часа за полтора постарайся уладить свои делишки, и ещё... там попахивает немного, так что зажуйте мятную жвачку, что ли, всё же полегче будет...
  
   * * * *
  Легче не стало... как только мы открыли дверь квартиры, нас накрыл трупный, зловонный запах. Мы с Антоном немного пригнулись и зажали носы пальцами.
  - Да ладно вам, почти не пахнет, - за нами шёл Олег, молодой парнишка, чуть постарше Антона. По его невозмутимому виду было понятно, что ему было не привыкать, - уже проветрилось, вы же понимаете, полгода пролежать... это вам не на курорте позагорать. Потом пришлось и ковёр, и диван сжигать - все было пропитано сукровицей. Вот когда запах был... убийственный, а это так, лёгкий аромат. Просто соки Бессмертного ещё пропитали доски пола... но это излечимо, потом можно заменить и их, но это уже головняк последующих жителей.
  Мы вошли в обычную, двухкомнатную 'хрущёвку', по скудной обстановке было понятно, что тут обитал закоренелый холостяк. Лакированная стенка с узорчатыми стёклами, пожалуй, самая дорогая из мебели, вещь. Окна были зашторены, поэтому мрачная темнота не добавляла радости.
  - Я открою шторы, а то плохо видно? - Антон сделал пару шагов к окну.
  - Не, лучше не надо... после случившегося многие жители посматривают сюда, и не хотелось бы привлечь чужие взгляды... - зажглась простенькая, пластиковая люстра, модная в советские времена, это Олег нажал на выключатель, - вот вам свет... хотя не понятно, что тут смотреть...
  Я подошёл к небольшой книжной полке, прикрепленной шурупами к стене. На ней стояли книги Достоевского, Дюма и Жюль Верна, а ещё две фотографии умершего в рамках, пяти и восемнадцати летнего.
  - Про вас слухи у нас ходят, будто бы вы умеете разговаривать с умершими? Сергей Владимирович, это правда?
  - Слухи это Олег, - машинально ответил я, взяв в руки одну из фотографий... надо же, был в теле Василия Егоровича, а вот смотрю на него, молодого, и как будто впервые вижу. Надо будет подумать над этим... - уж вам-то должно быть стыдно в такое верить, взрослый дядька, при погонах...
  - Но Дмитрий Иванович говорит, будто вы умеете впадать в транс... и вообще, очень много раз помогали нам раскрывать 'висяки', уж это вы не будете отрицать?
  - Не буду, - пройдя в спальню, я обернулся к стене, уже зная, что увижу. Там висела картина - белая лошадь, бегущая по утреннему полю. По спине пробежали мурашки... её подарила бывшая жена Бессмертного, на его сорока двухлетие. Единственная в жизни вещь, к которой почему-то прикипел покойный. - Это просто я страдаю некими припадками, и иногда вижу, что происходило в прошлом... это сложно объяснить, Олег... но с умершими не разговариваю.
  - Сергей Владимирович, что мы тут делаем? - Антон при чужих разговаривал со мной на 'вы', для статуса, - тут совершенно нечего делать! Это не наш случай, его нашли, не убивали, никаких темных дел не происходило... зачем мы сюда пришли? И вообще - тут воняет!
  - Антон, успокойся, я пока сам не знаю. Олег, вы можете оставить нас на минут десять, одних в квартире?
  - Неее, не имею права нарушить слово, я обещал Дмитрию Ивановичу от вас ни на шаг!
  - Тогда попрошу вас, не обращайте внимание на мои дальнейшие действия и сохраняйте тишину... это и тебя касается... - бросил я взгляд на Антона, - идите к окну и стойте там, но если захотите выйти в подъезд, то не держу вас.
  
  
  
   Глава 7
  
  - Василий Егорович... добрый день, - дрожащим голосом громко сотряс воздух. Краем глаза я видел, как вздрогнули Антон с лейтенантом и переглянулись. На самом деле у меня тоже было чувство совершаемой глупости, но начатое дело надо было завершить, непросто же так привиделся тот странный сон. - Бессмертный! Если вы меня слышите или видите, как-нибудь проявите себя!
  - Сергей Владимирович, это что-то новое... вы не заболели? Вы сейчас дух что-ли вызываете? Ну, это уже ни в какие ворота не лезет...
  - Тихо! - прервал я Антона и поднял руку. - Пожалуйста, минут десять просто постойте тихо, оба, если хотите, можете выйти.
  - Я не выйду! - это сказал Олег, - я никогда не видел, как работают экстрасенсы в реальности... мы тут, если что, не отвлекайтесь, Сергей Владимирович.
  - Василий! Я знаю про вас, отзовитесь! - не смотря на мои слова, я понимал, что за этим спектаклем наблюдают только эти двое, за спиной. Вот аж чувствовал их недоумение затылком.
  - Надо чёрную восковую свечу зажечь! - я с удивлением повернулся к стоящим парням. Олег скромно улыбался. - Я об этом у Стивена Кинга читал, про вызывающего духов... а может не Стивена Кинга. Там чувак так общался с привидениями, а ещё это надо делать в двенадцать часов ночи...
  - Олег, пожалуйста...
  - Извините, молчу! - мой взгляд был красноречив, лейтенант характерным жестом показал 'рот на замок'.
  Я стал не спеша вышагивать то в одну комнату, то в другую. Удивительно, но стоящий неприятный запах, почти не чувствовался, наверно привык к нему. Так, просто звать погибшего было бессмысленно, никакого эффекта. И вообще, зачем я это затеял? Какой был смысл всего этого? Одно знал точно - тот сон нёс за собой предначертание. Возможно, если бы вышел на контакт с неуспокоенным духом, то наверно бы всё понял. Опять подошёл к картине и задумался... а может? И я снял белую лошадь с гвоздя...
  Люстра заморгала...
  - Ох, эти 'хрущёвки' со своей допотопной проводкой... - вздохнул печально Антон.
  - Привет, Василий! - я почувствовал прохладу, почти холод, который ворвался как ветер в квартиру. Он был здесь. - Хорошая картина, а ведь её вам подарила Лариса... и наверно она любила вас...
  Яркость света неожиданно стала увеличиваться, было чувство, будто мы присутствуем при рождении 'сверхновой' и раздался тихий звон в цоколях люстры - перегорели одновременно три лампы.
  - Ух ты! - выдохнул испуганно за спиной, Антон.
  - Что и следовало ожидать от этих советских ламп... - это был Олег, по неуверенному тону было понятно, что и он немного напуган.
  - Василий, я знаю, что у вас при жизни не было никого и даже после смерти, за вами не пришли, чтобы сопроводить вас Туда. У вас сейчас такое чувство, что вы никому не нужны и даже смерть вас предала... - мы все втроём почувствовали завихрение холодного воздуха, турбулентность увеличивалась с каждой секундой. С книжной полки рухнули на пол книжки и фотографии. Шторы от ветра стало раздувать, как юбку у Мерлин Монро и солнечные лучи ворвались в квартиру.
  - Мать вашу! - чуть не фальцетом прокричал Антон и ринулся в коридор. Хлопнула входная дверь. Если честно, было обидно, вроде на него я мог рассчитывать всегда. Но вот в контакте со сверхъестественной силой он дрогнул.
  - Но это не так, Василий! Просто жизнь ты прожил только для себя, - продолжил я, как щит, держа перед собой эту злополучную картину, - ты никого не любил, единственная вещь, к которой прикипел - вот эта мертвая материя с нарисованным на ней животным.
  - ВУУУУУУУ! - в ушах засвистел ветер, и почти различимо можно было разобрать слова: - ПООЛООООЖЖЖЖИИИИИ НАААА МЕЕЕЕСССТОООО!!!!
  Упавшие было предметы поднялись над землёй и закружились в странном танце-смерчи вокруг моей персоны. Я каждой клеткой кожи чувствовал наэлектризованность воздуха, а волосы на голове взъерошились в разные стороны.
  - Блять! С умершими он не разговаривает! - не выдержал и выкрикнул Олег, до этого момента стоящий в оцепенении. И тоже рванулся следом за Антоном, в подъезд.
  - Мы одни! Эта картина сакрально как-то соединят меня с тобой и я её не оставлю, пока не выслушаешь меня. Если ты меня понял, то покажи это как-нибудь! - в то же мгновение движение воздуха стихло, и книги с фотографиями упали перед моими ногами. От наступившей тишины я немного вздрогнул, нда, не приходилось мне ещё с привидениями разговаривать, было как то жутковато. - Вот и хорошо... Меня зовут Сергей, несколько дней назад я пережил твою смерть...
  Минут пять я рассказывал про свой Дар, о том, чем занимаюсь и зачем я это делаю. Хотя 'зачем' - до сих пор мне было неясно, одни предположения да догадки. Ангелы - не очень разговорчивы со мной на темы, которые меня интересуют. Есть подозрение, что и они не всё знают...
  - ...И Он послал мне сон про тебя, - завершал я свой разговор с пустотой, - ты должен как-то заслужить свой 'отлёт' к небу... или как это там у Них называется, и только я могу тебе в этом помочь! Надеюсь, мы поймём как, правда, я пока сам не знаю - как... Всё, собирай свои манатки, если, конечно, они есть у Духа. Ты переезжаешь ко мне! И не спорь!
  Я засунул картину под мышку и пошёл к выходу из этой квартиры, надеясь, что за воровство это действие не посчитают, наследников то у Бессмертного нет...
  Так я обзавёлся собственным привидением, картиной в зале - в спальню почему-то вешать её не захотел, ну и новым другом Олегом, немного поседевшим после этого вояжа в квартиру Василия.
  
   Глава 8
  
  - Серега, с тобой хочет поговорить какая-та девушка, просит соединить... - и многозначительно Антон подмигнул, нажимая кнопку на коммуникаторе.
  - Алло, слушаю! - на этот раз я почему-то сразу отключил громкоговорящую связь и взял трубку. По нахмуренным бровям Антона, понял, что он обижен.
  - Здравствуйте, Сергей Владимирович. Вы простите меня, что вас отвлекаю... меня зовут Анна. - Голос у девушки показался смутно знакомым.
  - Очень приятно, Анна, вы именно меня хотели слышать? Если по делу, то мой секретарь вполне может...
  - Нет, нет, - прервала меня Анна, немного поспешно и сконфуженно, что ли, - я звоню вам... а знаете, наверно зря я это делаю...
  - Ты мне обещала!! - услышал в трубке, чуть приглушенно второй голос...
  - Извините, Сергей Владимирович...
  - Рядом с вами, случайно, не Валентина Сергеевна? - этот властный говор, почти бас, я узнал сразу.
  - Ну да... она говорит что вы тот мужчина, который мне нужен... ха ха, - хихикнула девушка, теперь я и её голос узнал, в груди как-то сладостно защемило, - Вы уж простите, нас, глупых женщин...
  - Что вы, что вы... - зачастил я, выпрямляя свою спину в кресле, мои губы отсоединились от моего мозга в улыбке, - Нисколечко я так не считаю.
  - Ну, так вот, моя мамочка поймала меня на слове... она очень коварная женщина, Сергей Владимирович, и я типа должна с вами сходить... как мне стыдно... не знаю как это сказать...
  - Можно я вас приглашу в ресторан, - опередил я её мысль, при этом заелозив в своём кресле. Неожиданно спина зачесалась, лоб взмок, а щёки загорелись, как у подростка, нечаянно вошедшего в женскую раздевалку.
  - Ой... какой вы молодец... помогли мне... Мне очень стыдно, ведь мы не знакомы, но это только один раз...
  - Что вы, я с удовольствием бы с вами познакомился... ваша мама очень много про вас говорила... Ресторан 'Метрополь', к девятнадцати часам мой водитель за вами заедет и сопроводит. - Я многозначительно посмотрел на сидящего на своём месте затаившегося Антона, у того разве что уши не шевелились в подслушивании разговора. - Как вы на это смотрите?
  - Это так неожиданно, прямо растерялась... ну ладно, уговорили, я согласна! - весёлым голосом прощебетала девушка. Мне понравилось, что Анна пошутила в такой неловкой ситуации. Я даже представил, какими глазами она посмотрела на свою мать, стоящую рядом.
  - Тогда до встречи и передайте привет Валентине Ивановне.
  - Она вас слышит и тоже передаёт привет, до встречи... - и гудки.
  Перед глазами стояла прекрасная женщина с каштановыми и волнистыми волосами, с высокой грудью и самыми красивыми глазами, которые я когда-либо видел, спасибо ангелу, показавшему мне её в самых выгодных ракурсах. А ещё этот резкий удар в паховую зону лысого Витасика нежной и гладкой коленкой. Наверно Валентина Ивановна и Анна помирились, учитывая этот звонок, что меня не могло не радовать.
  - Серёга! Что с тобой? На твоем лице я читаю нежную любовь к бабочкам и милым котятам! Не пугай меня!
  - Хватит, Антоха, что за бабочки да котята? Просто с хорошим человеком поговорил...
  - И пригласил этого 'хорошего человека' на свидание... эта та потеряшка от Валентины Ивановны?
  - Ну да... пришлось пригласить её в ресторан...
  - Это называется - пойти на свидание! Ээх Серёга, на твоём лице можно как книгу мысли читать, как идиот выглядишь с этой улыбкой, ей богу.
  - Говори, да не заговаривайся, кстати, ты сегодня будешь водителем и встретишь девушку...
  - А я подумал, что ты завёл себе ещё одного работника... ха, 'мой шофер', а вы сударь олигарх! Конечно же, у тебя ведь есть Антошка, который безотказный, ответственный и главное - работает на один оклад и все прихоти сумасшедшего ведуна исполняет беспрекословно.
  - Ладно, хватит ёрничать, ты лучше скажи, как это делать? - было немного не по себе совет спрашивать у мальчишки, но особого выбора у меня не было, - я сто лет не ходил на свидание с женщинами, цветы наверно надо купить?
  - Обязательно! Лучше розы или лилии, и ни в коем случае алые. Для первого свидание пойдут розовые или белые. Какую одежду оденешь на себя?
  - В этой и пойду, наверно...
  - Оооох, тяжёлый случай... а почему бы сразу шорты не одеть с футболкой? Костюм, обязательно костюм и хорошую стильную рубашку...
  - А у меня и нет такого ничего, вроде. - Я был в замешательстве, и не понимал, почему эти водолазка с модными джинсами, не подходят для свидания.
  - Всё! Вставай и поехали. Прошвырнёмся по бутикам... и постричь эти пакли на голове не помешало бы... Есть идея, мы прихватим с собой Лизку, женский, беспристрастный взгляд нам не повредит.
  
   Глава 9
  
  - Фуууу! - сморщила в отвращении носик Лиза, большим пальцем показывая вниз. Она сидела на диване вместе с Антоном, а я вышел к ним в очередном костюме. - Отстой!
  - А мне кажется, нормально... - я повернулся боком перед зеркалом, высотой в мой рост и глянул на своё отражение. Бордовый цвет костюма, чуть голубоватая рубашка и серые туфли.
  - Согласен с Лизкой! Серёга, у тебя напрочь атрофировано чувство цвета, как колхозник, ей богу.
  В этот момент с журнального столика упал цветной журнал моды, мы все втроём посмотрели на него. Антом с лёгким испугом, Лиза с недоумением... ну, а я с пониманием. Василию тоже не нравился мой видок, со сверхъестественными силами не поспоришь.
  - Ладно, пойду теперь твой выбор напялю! - я подмигнул Лизе и пошёл в очередной раз в примерочную.
  Мы уже часа полтора ходили по салонам в торговом комплексе и выбирали одежду на выход. Сначала обновку собирал Антон и если бы мне было лет двадцать, то было бы в самый раз. Тогда я решил взять всё в свои руки, полагая, что имею творческую жилку и вкус. Мои друзья, в один голос уже пятый раз твердили, чтобы я заканчивал эти попытки. Возможно, они и были правы, но в глубине души меня терзали смутные сомнения в их компетентности. Лиза сказала, что подберёт костюм с первого раза. И вот теперь настало время напялить на себя её выбор.
  - Василь, ты уж потише себя веди, пожалуйста... не надо привлекать лишнее внимание, не думаю, что мои приятели обрадуются, узнав что рядом, постоянно, присутствует настоящее привидение... - шептал я в полголоса, скидывая с себя очередные брюки, - ...и вообще, ты же дух и тебе наше мирское должно быть не интересно, что ли. Полетай где-нибудь в стороне, а то как-то неуютно чувствовать взгляд с Той стороны... как слышишь?
  Лицом я почувствовал дуновение ветерка, он прекрасно меня слышал.
  - Вот и прекрасно, брат! Ты так близко не подлетай ко мне, а то жутковато, - пробормотал я, надевая на себя рубашку, подобранную моей любимой девочкой, Лизочкой, - а ведь по размеру плеч очень даже ничего!
  Потом я натянул и брюки, и пиджак, и честно признавшись - я был в восхищении. Плечи, пояс, размер груди... все было подобрано со вкусом и под размер. Бывает так иногда, ты чувствуешь гармонию с собственной одеждой в полной мере, до этого момента я никогда этого не испытывал.
  - Ооппп! Не ждали! - я прыгнул в смотровую, где сидели мои дорогие сердцу люди.
  - Вау! Я в ауте!!! - вскричала Лиза, вскакивая со своего места. Молодая девчонка была немного взбудоражена от пары банок какого-то новомодного, андреналиновского, американского пойла. - Сережа, ты просто шикарен!
  - В самом деле, это просто бомба! Кто бы мог подумать, что ты можешь быть таким классным! Это твоё! - не всегда можно верить словам Антошки, но в этот раз я прямо чувствовал его искреннее одобрение. В зеркале на меня смотрел настоящий мачо, с трёхдневной щетиной.
  - Ну ладно, ладно! Ты попала со своим выбором! - согласился я, в лампе над нами замигал слабовато свет, Василий, видно тоже был того же мнения.
  - Что-то в последнее время часто какие-то странности происходят... - проворчал Антон, искоса поглядывая на меня.
   * * * *
  - Добрый вечер, вы восхитительны! - я стоял у накрытого холодными закусками, столика и, выдвинув стул, 'поедал' глазами подходящую ко мне, Анну. Она была прекрасна в обтягивающем голубом платье, подчеркивающую её фигуру и эта улыбка, с ямочкой на правой щеке. В ногах я чувствовал предательскую дрожь, было такое чувство, будто бы всё это снилось.
  - Спасибо, - ответила девушка, грациозно присаживаясь на стул, и многозначительно продолжила: - Так вот вы какой, Сергей...
  - Какой, такой? - немного испугано спросил, усаживаясь на своё место.
  - Просто мама сказала, что вы немного растрёпанно выглядите, и она попросила меня снисходительно к этому отнестись... Но я вижу очень даже симпатичного и достаточно ухоженного мужчину...
  - Ой, да ладно вам, - сконфузился я, польщенный приятными словами, и улыбнулся, - полдня думал, что надеть, а вообще ваша матушка возможна была права, бывает я...
  - Кхм, кхм, кхм! - прокашлял рядом стоящий Антон, прерывая мою словесную горячку. Надо же, я совсем не обратил внимания на своего помощника, который сопроводил девушку до столика и сейчас стоял рядом. - Сергей Владимирович, я могу удалиться?
  - Конечно... того... жди в машине... - махнул рукой немного рассеянно, ну не знаю я как надо вести себя с водителями или прислугами. Возможно, зря стал пыль в глаза пускать Анне, тем более никакие актёрские курсы не заканчивал.
  - Окей... ШЕФ! - немного с издёвкой, подчеркнул последнее слово, Антон и многозначительно подмигнул, стоя за спиной девушки.
  - Приятный молодой человек этот ваш Антон, такой он у вас разговорчивый и весёлый! - прервала паузу Анна, после того как этот негодник ушёл.
  - Да уж! Что-что, а это у него не отнять! - мы ещё не познакомились, а ревность уже начинала колоть. - Ой, совсем забыл!
  В руках всё это время я держал букет белых лилий, почему же иногда во мне включаются идиотские нотки. Просто мозг становится варёным, что не удивительно, я уже и не помню, когда последний раз был на свиданиях с живой женщиной, а то одни ангелы да покойники...
  - Спасибо, Серёжа! - улыбнулась Анна и инстинктивно поднесла цветы к носу.
  Как там Антон показывал? Я поднял руку высоко и щёлкнул пальцами несколько раз, привлекая внимание официанта, пристроенного к нашему столу. Вроде уверенно получилось, только всё это мне было чуждо, поэтому и испытывал дискомфорт в данном увеселительном помещении. Этого ещё не хватало - зачесалась нога... теперь спина...
  - Пожалуйста! - произнёс парнишка с фартуком, невесть откуда появившийся. Он поставил вазу с водой. - Это для букета.
  - Ой, как у них тут всё хорошо организовано, - восхитилась девушка, пристраивая свой подарок, - Серёжа, если не секрет, а кем вы работаете? А то мама что-то не внятно про вас говорит, я так и не поняла, если честно.
  - Да так... полу детектив, полу психолог... а может по бокалу вина? - лучше перевести внимание с опасной дорожки и немного отвлечь Анну. Знал по опыту, когда рассказывал правду людям, они потом странно на меня смотрели и почти всегда просили доказательства. Почему-то этого сейчас не хотелось...
  Пара бокалов вина, вкусные салаты, восхитительное горячее, а потом я расслабился и сделал ошибку... и перешёл на коньячок. Меня понесло на эту злополучную опасную дорожку. Почти всё рассказал о своём даре и о своём небольшом бизнесе. Закончил около двенадцати часов историей, как я познакомился с Валентиной Ивановной и был восхищен красотой её дочки. На следующий день я себя на чём свет ругал и материл, ну какой же дурак и словоблуд. Откуда это у меня? Вспугнул девушку этой, никому не нужной правдой на первом же свидании. Самобичевание продолжалось три дня, Антон уже не сдерживал свою злость на мои причитания, но потом раздался звонок, и из трубки раздался её бархатный голос:
  - Серёжа, может, встретимся второй раз? - и всё изменилось.
  
   Глава 10
  
  Я летел по городу как метеор, пронзая строения, машины и людей. Поздний вечер, пасмурная погода, а мне всё нипочём. 'Живые' на протяжении всей своей истории мечтают о левитации в воздухе, а я это делаю когда захочу, в любой момент и с разной скоростью. То парю как птица, то резко увеличиваю скорость и пронзаю эфир как истребитель, то просто зависну на любой высоте. Могу к любому залететь в квартиру через стену, от меня нет секретов и тайн, но, увы... это всё бессмысленно - ведь я привидение.
  Так, сейчас меня тянет что-то в заброшенный трёхэтажный дом, видимо здание попало под снос. Окна без стёкол, темнота. Не смотря на свою фантомность, испытываю какой-то первобытный страх. Пролетаю через стены и вижу легкий мерцающий свет в сквозном коридоре. Штукатурка местами обвалилась, в полу провалы в нижние квартиры, полное обветшание. И вот я влетаю в помещение, там горят большие чёрные свечи по углам комнаты. Легкий ветерок шевелит огоньки огнив, было бы романтично, если бы не стоящие люди в чёрных плащах и в странных масках, изображающих разных животных. Посередине, на деревянном невысоком столе, возлежала обнажённая девушка, руки, ноги которой были крепко связаны веревкой. Глаза её в ужасе смотрели на стоящих над ней людей, но из-за кляпа во рту удавалось лишь стонать и мычать.
  - Мы к Тебе призываем, О, Повелитель Темноты, и просим силы Твоей! Скоро настанет час Апокалипсиса и четыре всадника возглавят победоносное шествие против Сил Света... - это однозначно был голос подростка, чуть ломающийся и дрожащий, с лицом козла. Что за бред тут происходит, я захотел поднять в воздух предметы и напугать эту шпану, но сил не хватило, лишь чуть-чуть удалось поколебать язычёк пламени свеч да холодом поёжить их плечи. Конечно же, ведь моя картина далеко, а только рядом с ней я обладал материальной силой, видимо, этот странный экстрасенс был прав, говоря про мою сакральную связь с подарком жены. -...Эту девушку выбрал наш тёмный пастор в качестве Твоей невесты...
  - Уммммм... - стоящие посмотрели на стонущую девушку, в углах глаз которой стояли слёзы, она жалостливо смотрела на своих мучителей.
  - Да что же вы делаете, человече? - беззвучно кричал я, подлетая к лицам людей, спрятавшихся за масками. В некоторых взглядах я видел смущение и страх. - Остановитесь!
  - Настало время, Наш Повелитель, и Ты должен принять избранную в своё лоно! А мы твои дети, на правах избранных, клянёмся отдать свои души, для укрепления твоей силы, в тот момент, когда Ты призовёшь нас. Да будет так! - вскричал подросток и вытащил большой медный крест. Перевернув его верх ногами, мальчишка приподнял маску и плюнул в середину артефакта, после чего отдал следующему, в маске поросёнка. Крест пошёл по кругу, впитывая в себя подростковые плевки. И наконец, его кинули рядом с лежащей девушкой. В довершение осквернения, сатанисты не поленились, и каждый подошёл к кресту, чтобы испражниться на него, кто, стоя, а кто и приседая.
  - Глупцы... какие же вы глупцы... - кружились во мне мысли, я не верил в происходящее. Как в нашем провинциальном городе могло такое происходить?
  Но на этом сегодняшний ужас не закончился. Парень, в маске козла вытащил острый кинжал и подошёл к девушке. Та, истерично стала извиваться, пытаясь связанными ногами пнуть подошедшего.
  - Придержите её братья и сёстры, она не ведает, что творит. Как же ей повезло, что она Избранная... - несколько человек в плащах, подскочили к жертве и сковали её движения. - Сатана, прими её в свои объятия!
  И сталь с хрустом вошла в грудь бедной девушки, пронзая её насквозь, до деревянной поверхности стола. Алая кровь вместе с пульсом сердцебиения стала растекаться волнами по обнажённому телу. После содеянного убийства, держащие жертву, в страхе, отбежали вглубь комнаты. И лишь человек с мордой козла, продолжал вжимать орудие в дерево, и, несмотря на предсмертные судороги умирающей, смотреть в утихающие глаза.
  - Ты отдала своё тело Ему, как же я тебе завидую! - прошептал маньяк и снял с себя маску. И, правда, это был подросток лет пятнадцати, не больше. Взгляд его был замутнён, ноздри как у зверя, впитывали запах свежей, льющейся крови. Черпанув ладонью тёплую жидкость, он преподнес её к губам и отхлебнул. Другие его соучастники тоже сняли маски. Это все были подростки, почти дети и у всех, в глазах, я читал страх от содеянного, кроме самого убийцы. Тот стоял и упивался своей мнимой силой с кровавыми потёками у уголков рта.
  Меня переполняли чувства негодования и отвращения к этим малолеткам, как можно столь хладнокровно умертвить себе подобного, откуда в них выросло это человеконенавистничество? Я пообещал, что буду следовать по пятам за этим... в маске козла, и всё узнаю про него. Как его зовут, где он живёт, чем дышит... Такие звери должны быть в клетке!
  
   * * * *
  Я, вздрогнув, проснулся и почувствовал чей-то пристальный взгляд.
   - Ой! - в испуге выдохнул и глянул на край кровати. Там, сидела обнажённая Анна и пристально смотрела на меня. Моя холостяцкая спальня не привыкла видеть чужого человека, что уж говорить обо мне. Тем более со столь прекрасным телом, я улыбнулся: - Доброе утро, солнышко!
  - Привет, Серёжа! Ты как?
  - Всё нормально, - соврал я, перед глазами лежала девушка с кинжалом в области сердца. И этот её обречённый взгляд, пронзающий душу.
  - Просто ты меня напугал, ты стонал и ругался во сне, что тебе приснилось, милый? - в её голосе звучали нежность и сочувствие, я уже и не помню, когда ко мне так обращались, разве что матушка, когда ещё была жива.
  - Это был не сон, - с этого момента, я решил Анне говорить только правду и доверять ей, - я видел ужасное убийство, которое совершили дети сегодня ночью в нашем городе.
  - Бедненький. - Анна пододвинулась ко мне и обняла. Я чувствовал её тепло и нежный запах волос. Сколько же я терял всё это время, живя в одиночестве. - Как же ты это всё выдерживаешь?
  - Спасибо, родная! - я, с трудом сдерживая подступивший всхлип, отодвинул Анну и приподнялся с матраса, - мне надо кое-что сделать, ты только не уходи, я сейчас вернусь!
  * * * *
  Я стоял у картины с лошадью в зале и держал планшет с лежащей ручкой на поверхности.
  - Василь, друг мой... ты меня слышишь? Мне нужен адрес и имя этого 'козла'... помоги... брат! - я почувствовал пронзающий холод, он был тут. Ручка сначала задрожала, а потом поднялась в воздухе. После чего, уверенно, фантом стал писать и напоследок даже поставил в негодовании восклицательный знак!
  А к вечеру команда Дмитрия Ивановича задержала всю горе-команду ревущих малолетних сатанистов во главе с их кровавым и сопливым главарём.
  
   Часть 6
   Глава ?1
  
  Я сидел на диване под картиной 'Лошадь в степи' и 'кипел', только что Василь срубил две шашки и прошёл в 'дамки'.
  - Да как так-то? - задал чисто риторический вопрос пустоте, ответа я не ожидал. Но карандаш поднялся в воздухе и, подлетев к планшету, накарябал на бумажном листке обидное 'ЛОПУХ'. - Вот только на личности не переходи, всё, сдаюсь. Три - два, ты выиграл. Лети Икар, где-то мои подкрадываются.
  Лампа на потолке прощально моргнула, и ветерок вылетел в открытое окно.
  - Вот и давай, а то умные все такие, я смотрю... - ворчал я, направляясь на кухню. Пора было ставить борщ на плиту, оставалось пару минут до прибытия моих любимых. Периодически мы с Василем, ближе к вечеру играли в шашки, пробовали в шахматы, но мне не понравилось, ни разу не удалось выиграть. А вот в шашки, другое дело, тут очень даже часто получалось натянуть фантом на кукан. Он несколько раз в сердцах сжигал лампы в люстре, короче тот ещё псих, а я только хохотал. Пока грелся суп, нарезал хлеб, накромсал лёгкий салат из помидоров и огурцов, и хряпнул рюмашку армянского коньяка, закусив его нарезанным лимоном. И когда в дверях заскрипел вставляемый ключ, я уже довольный и благостный стоял в коридоре и ждал.
  - Папа!!! - заорал сынок, врываясь как ураган в мои объятия. Я обнял его и поднял, целуя в мокрый лоб. - Мы севодя лисовали звеёй и делевья, есё иглали в висибалы и я Юйьке мяцом попай в яйцо...
  - И как Юрка? Бубенцы отошли? - глупо заулыбался я, представив эту картину.
  -Юля, и по лицу... пошляк... привет, родной! - Анна поцеловала в щёку и стала снимать туфли.
  - Бубейцы? Какие бубейцы? А сто это такое? Папа, а ты знаесь сто акуя это не судовисе, а лыба?
  - Да что ты говоришь! А почему же тогда акула кушает непослушных детей? - улыбнулся я, стягивая с сына ботинки.
  - Ооо, нисево себе... - удивился Богдан и открыл рот от странной новости. Я стянул с него куртку.
  - Ну что ты несёшь, Серёжа... потом сам будешь бороться с привитыми комплексами... Оох, какая я голодная, что там у нас? - Анна сняла пальто и одела тапки.
  - Борщ... есть ещё макароны с котлетами...
  - Хосу макайоны! - захныкал сынок, забыв про акул и плохих мальчиков.
  - Сначала переоденься, потом руки помой... порядок знаешь! - мама была жёсткой, полной моей противоположностью. Я когда пытался включать 'строго папу', вызывал лишь противоположный эффект. Богдан побежал в свою комнату.
  - Как работа прошла? Устала? - пока сына не было, я крепко обнял жену, она прильнула головой к моему плечу.
  - Есть немного, милый... сегодня Михалыч скинул 'ежекварталку', два дня нам дал на разбор... А ты как? Сегодня тоже? - мы прошли в зал. Я сел на диван, пока жена переодевалась в 'домашнее'.
  - Да, и сегодня ничего... наверно я сдулся... - уже почти полгода у меня не получалось 'пережить смерть', что-то случилось со мной и мои способности куда-то пропали. Агентство 'P&S' пока не прикрывал, а Антону выписывал лишь оклад. Увы, я знал, что денег платил ему мало из своего счёта и вполне парнишка мог уйти от меня. Со своими организационными талантами, Антон мог рассчитывать на более высокооплачиваемую работу и держать его я не был в праве. Спасибо ему, пока он не заикался об уходе.
  - Не говори глупостей! Ты самый лучший, просто наверно так надо провидению... потерпи, родной! - Анна нагнулась надо мной, застёгивая на халате последнюю пуговицу, и поцеловала меня в губы. Я успел выхватить краем глаза её милые груди. - Если ты переживаешь о деньгах, то не надо. Нам вполне пока хватает денег, и вообще, я-то работаю, не забывай...
  - Знаю, солнышко! Я вот думаю - настало наверно время прикрыть агентство и отпустить Антона... Аренда большая, Гарик каждый месяц увеличивает плату, да и всякие лишние расходы...
  - Макалоны! Хоцу макалоны! - в зал вбежал Богдан с натянутой задом наперёд футболкой, прервав наш разговор.
  - Оох, оболтус, иди сюда! - жена подтянула сына к себе, снимая с него футболку. - Сколько можно говорить... вот этикетка, надо чтобы она была на спине...
  - Мама, а посему на люне никто не зивёт? Там зе долзны быть люнатане... - нда, вряд ли Богдан вслушался в поучительные слова Анны.
  - На луне нет воздуха, там нечем дышать, всё, кушать! - с одеждой было 'покончено', и мы отправились на кухню.
  Уже после того как поужинали, посмотрели мультики и уложили спать сына, мы лежали в нашей спальне. Мне надо было озвучить свои мысли, слишком долго я думал об этом в последнее время.
  - Анюта, мне надо кое-что сделать... даже не знаю, как об этом тебе сказать...
  - Если ты все же решил закрыть агентство, то делай это. Я твоя жена и всегда буду на твоей стороне, но мне кажется - это не правильно...
  - Да нет, я пока не об этом... Мне надо на неделю уехать к моему, очень близкому другу и поговорить... Возможно он мне поможет определиться, что делать дальше...
  - Кто этот друг? Надеюсь, это не подружка там твоя? А то завёл уже, может, интрижку на стороне...
  - Кроме шуток... ты же знаешь, что ты у меня единственная, ну и сына наш...
  - Да ладно... что за друг такой? Я его знаю?
  -Нет, я тебе не рассказывал про него... Очень давно я был на перекрёстке дорог... надеюсь, ты понимаешь, что это риторически про 'перекрёсток'?
  - Понимаю, родной, продолжай.
  - Ну так вот... он меня в своё время вытащил, можно так сказать, с того света и показал мне правильный путь. И я надеюсь, он мне и сейчас поможет. Ну, так что? Отпустишь?
  - Серёжа, если тебе это надо, то езжай! Кто хоть твой загадочный друг и как его зовут?
  - Авелей и он священник...
  
   Глава ?2
  
  Ну, насчет священника я приукрасил, точней не договорил. Лет восемь назад Авелея отлучили от церкви за его не вполне православные речи с прихожанами о Едином Боге. Митрополит, Челябинский и Златоустский, Корнилий узнав про это, подверг анафеме Авелея и лишил его сана. Тот, недолго думая, с пол силы, дал в глаз Корнилию и ушёл раскольником, в глушь уральской тайги. Зная горячий нрав Авелея, в миру - Андрея, я не очень удивился этому поступку, и на долгое время наши пути разошлись.
   И вот настало время для нашей повторной встречи. От райцентра 'Мирный' меня сопроводил местный лесник на своём 'Уазе'. Километров сорок мы проехали по кое-как видимой в траве, лесной дороге. И наконец, среди реликтовых сосен предстала деревянная изба, в которой и жил мой друг. Попрощавшись, лесник оставил меня у дома и, развернув машину, отправился в обратный путь. Я стоял и чувствовал дрожь в ногах. Столько лет прошло от нашей последней встречи, старался вспомнить его лицо, не получалось. Время подточило воспоминания, оставив только смутные очертания. А ещё я помнил, как он хватал за низ машины и приподнимал её из снега, сила и мощь была в его ручищах необыкновенная.
  - Кто там? - из открытой двери вышел дед, и близоруко щурясь, стал всматриваться в меня, вытирая платком проступающую влагу из глаз.
  - Сергей! - просто ответил я, в горле стоял ком. Боже, как он изменился. Мне сейчас тридцать семь, он был всего-то лет на пятнадцать старше меня, и ему, значит, около пятидесяти двух. Но сейчас, передо мной стоял иссохший старик с полностью седыми волосами и сеткой морщин на лице, а ещё эта белёсая борода, которая старила его ещё больше.
  - Серёжа?! - он сделал пару шагов навстречу, - Боже мой... это ты?
  - Да, Андрей... это я! - положив дорожную сумку на траву, я подошёл к Авелею и обнял его. - Что с тобой произошло? Ты на себя не похож...
  - Ээх, Серёжа... грехи иссушили... Да что говорю-то... Проходи в дом, иван-чай попьём с собственным мёдом. А ты возмужал я смотрю... идём, не стой как истукан...
   * * * *
  - ...и вот теперь у меня совершенно не получается 'пережить смерть', уже полгода как ничего... что делать, Авелей?
  - Понятно... - вздохнул Андрей и с хитрецой прищурил глаз, - ты вот лучше мне скажи как твоя семейная жизнь? Я слышал - женился?
  - Да, - я с теплотой улыбнулся, представив Анну и сына, находящиеся в ста километрах от меня и гостившие в моё отсутствие у Валентины Ивановны, то бишь любимой тёщи. - У нас сыну пять лет как исполнилось.
  - Молодец, Серёжа, вот и наладил ты свою жизнь... я горжусь тобой, - опять в уголках глаз у него проступили слёзы, которые он подтёр платком, - ты уж прости меня, старого... Но я от души рад за тебя! Помню, как ты пришёл в церковь, вот как вчера... Ты был потерянный и на грани... Эхх, Серёжа, как часто в последнее время я вспоминаю те дни... Кха, кха...
  Авелея накрыл приступ кашля, и он не мог остановиться. Я испуганно встал со стула, не зная, что делать. Всё его тело содрогалась от этого дикого, похожего на глухой лай, кашля. Он скрючился на лавке, знаком показывая, чтобы я не подходил к нему. Я стоял и понимал, что у него какой-то опасный недуг с лёгкими. Эти грудные выхлопы в практике своей встречал не один раз, я их узнал в 'пережитых смертях'. Через минут пять приступ стих и к побледневшему лицу стала приливать кровушка, на щеках появился нездоровый румянец. Он приподнялся, оттирая свои губы тряпкой. Алые пятна на ткани я успел углядеть, и от этого мне стало не по себе.
  - Авелей... ты болен, и тебе надо ехать в больницу как можно скорей...
  - Я знаю, Серёжа... - тяжело отдышавшись, Авелей продолжил: - и ещё, не называй меня больше Авелей, ты же знаешь, что меня лишили сана... теперь я опять Андрей. Прошлое вернулось, и мой самый большой грех накрывает меня...
  - Не говори глупостей, сегодня же едем в город...
  - Тихо, Серёжа... не надо... Я сам этого хочу, пора мне ответить перед Богом за те убийства, что совершил... Почти каждую ночь мне снятся они... те мальчики... дитятки... и женщина с бабкой... Я знаю - они меня ждут Там...
  
  
   Глава ?3
  
  Потом мы пили чай с терпким мёдом и сушками, которые привёз с собой из города. Я рассказал про свою жизнь, про агентство, про дела, которыми гордился, что скрывать - многим удалось помочь, а некоторых, спасти от смерти, благодаря Дару. Он поведал мне, что нашёл, наконец, Истину в этом уголке природы. Почти до заката солнца, мы вели разговор о жизни, вспоминали былое, а потом легли спать. В течение ночи хозяин несколько раз заходил в приступе, сотрясая избу. Я лежал и с ужасом прислушивался к его порывистому дыханию в перерывах между кашлем. И только под утро мне удалось забыться в тревожном сне, прерываемый харканьем Андрея.
  Когда проснулся, было уже почти одиннадцать часов утра, сказалось ночное бодрствование из-за состояния Андрея. Умывшись из ручного рукомойника, прибитого к дереву рядом с домом, я решил немного помочь своему другу. Он всё ещё спал на своём топчане, очень уж много потерял за ночь, сил.
  Схватив колун, пошёл рубить дрова, сваленные с восточной стороны избы. Работа была в радость, давно не приходилось заниматься этим делом. Последний раз-то и махал топором в монастыре, в бытность, когда Андрей был ещё монахом, надо же какое совпадение. Почти час я разрубал поленья, наслаждаясь этим монотонным и физическим трудом.
  - Доброе утро, Серёжа! - за спиной стоял Андрей, с накинутой на плечи, фуфайкой - его трясло в ознобе. Голос был слаб и дрожал, - зря ты это делаешь, мне не пригодятся больше дрова.
  - Чушь не неси! - зло крикнул взад, не поворачивая головы, и продолжил колоть древесину, с придохом. - Сейчас вот наколю, затоплю баньку... фу... веником тебя обхожу - всю ерунду... фу... выбью из твоей башки... фу...
  - Баня, это хорошо... - вздохнул Андрей и присел на бревно, - видишь, как всё вышло... кхе, кхе, кхе... ты приехал за моей помощью, а теперь сам мне помогаешь... Но я тебе скажу одно - мой путь подошёл к конечному назначению и тут уже ничего не поделать...
  - Хватит! Замолчи!!! - со всей силы я вбил топор в рядом стоящую сосну, лезвие глубоко вошло в дерево. - Я звоню в город и вызываю врачей, что за упадничество? Андрей, ты же всегда был боец!
  - Тихо, Серёженька, всё нормально... - Андрей проковылял ко мне и как мальчика обнял и прижал к себе. Надо же, меня затрясло от бессилия. - Пойдём, присядем. Нам надо поговорить, может ты и не зря приехал...
  Мы пошли к скамье, стоящей у входа в дом, видимо, вечерами, Андрей очень часто тут сидел, созерцая природу уральского бора. Воздух был насыщен еловым духом и грибным запахом.
  - Знаешь... я почти, всю ночь не спал, и думал о твоей проблеме... - сразу начал говорить Андрей, как только мы сели, - и мне кажется, я знаю причину, почему ты потерял свой дар...
  - Андрей, сейчас это не важно - гораздо важней твоё состояние. Ты очень серьёзно болеешь... твой кашель... он разрывает твои лёгкие! Неужели ты этого не понимаешь? - я посмотрел на своего друга, он укутанный, сидел и дрожал, наверно у него температура поднялась.
  - Я многое понимаю, увы, очень даже... и со мной всё ясно... кхе, кхе... уф, уф... - отдышавшись, после очередного приступа, Андрей продолжил: - но ты должен меня выслушать, пока я могу говорить...
  - Но я не по...
  - Тихо, Серёжа, помолчи немного, а потом делай что хочешь - главное, выслушай!
  - Я слушаю, но потом звоню в город!
  - Договорились... ты не потерял Дар, просто Он тебе дал отдых...
  - Глупости, какой отдых? - я зачем-то улыбнулся, представив себя в отпуске на Чёрном море.
  - Да это я так, шучу... на самом деле, ты сейчас находишься в психологическом благополучии. У тебя всё хорошо, любимая жена, обожаемый сын и ты по-настоящему счастлив.
  - Ну, тогда и нет проблемы?! Я и в самом деле счастлив, правда, если сейчас вызову врачей, то буду вдвойне счастлив! - я попытался прервать Андрея и встать.
  - Подожди, брат... не торопись, Бог тебя выбрал не для этого, я то это точно знаю... Знаешь, почти все святые страдали, им Бог посылал большие испытания и им суждено было проходить через них...
  - Эка ты махнул, то святые... скажешь тоже...
  - Слушай дальше, я тебе не всё ещё сказал... Под утро мне приснился вещий сон... Будто бы ты стоишь над пропастью и оглядываешься назад, из глаз твоих льются кровавые слёзы. Потом ты сделал шаг вперед и полетел вниз... Через пару секунд, в то место, где ты стоял, ударила молния... кхе, кхе... И из пропасти вылетел ангел с горящим алым нимбом, крылья у него были чёрные... это был ты! Скоро тебе предстоит великое испытание... ради Бога, ты должен выдержать его!
  - Ты меня пугаешь! Андрей, у тебя температура... - конечно же, его била лихорадка, и не такие сны привидятся в таком состоянии. - Всё! Я звоню!
  - Тихо, тихо, дослушай меня... пожалуйста... - он схватил меня за руки, придерживая мой порыв, - это нужно тебе... Когда ты вылетел из пропасти, в тот момент на тебя упал луч света... А это значит, Бог вернёт тебе Дар... но в своё время... Готовься, скоро ты вступишь в чёрную полосу... кхе, кхе, кхе... я бы душу свою отдал, чтобы этого не произошло... Но у Него другие планы, твоему благополучию скоро придёт конец...
  - Но я не хочу никаких испытаний... Я сейчас как нормальный человек, Бог с этим Даром. Если надо будет, пойду работать грузчиком, лишь бы всё оставалось так, как сейчас... Андрей, я по-настоящему - счастлив!
  - Я верю тебе... но у тебя другая миссия. То, что предначертано судьбой - не избежать, увы, Серёжа. И постарайся выдержать...
  - Всё, хватит... У тебя горячка, сейчас наговоришь бред всякий... Я звоню...
  
   Глава ?4
  Пришлось звонить Дмитрию Ивановичу, они были хорошие друзья в старые добрые времена, поэтому на его помощь я мог рассчитывать. Узнав про неважное состояние Андрея, бывший опер, а ныне пенсионер, сам рванул в тайгу за нами.
  Уже в настоящей лихорадке, почти в обморочном состоянии, мы его везли в город, в клиническую больницу, где и сдали медсёстрам. Пара дней обследований и диагнозы - сначала воспаление лёгких, потом туберкулёз и завершающий, так сказать, контровой, рак последней стадии, наверно первых два показалось мало... Как говориться - наша медицина самая лучшая в мире. Благо, Андрей был всё это время в бессознательном состоянии, и про эту коллизию своих болезней не знал.
  Три дня пролежал под искусственной вентиляцией лёгких, а потом он пришёл в себя. Я как раз находился в палате, когда Андрей открыл глаза.
  - Костян, здорова! - прохрипел он, снимая с себя кислородную маску. Кто такой 'Костян' я знал, в своё время был им и пережил даже его смерть в Афгане. А значит, Андрей не вполне пришёл в себя.
  - Привет, Дюха! - там, в той далёкой жизни, именно так Константин обращался к своему корешу, и я решил не разрушать иллюзию своему другу, хоть и было немного обидно, что он не узнал меня.
  - Костя, а где... уфффф... те дети и женщины? Они меня ждут?... уфффф... - отдышавшись, он протянул мне высохшую, с пигментными пятнами, руку. Я взял её в свои ладони.
  - Ждут, Андрюха... они поведут тебя... но я тоже пойду с вами, потому что ты мой лучший друг...
  - Спасибо, брат... - после чего, Андрей сделал последний глубокий вдох и улыбнулся, пронзительно смотря на меня.
  Всё... Моя миссия для Андрея была закончена. Только я один знал, через какие грехи он прошёл, и какую цену за это пришлось заплатить. Каждое твоё действие во вселенной не остаётся не замеченным, и рано или поздно предстоит отвечать. Для многих атеистов в своё время будет большим сюрпризом узнать, что там есть большой дядя, который с тебя спросит. Я-то это точно знаю... правда не уверен, что это дядя или даже тётя...
  - Всё будет хорошо, Андрей... прощай... - прошептав последние слова своему другу, я заплакал, продолжая сжимать его руку.
  Странно как-то получилось - ехал к Андрею за помощью и советом, а приехал к его последним дням и похоронам. Через двое суток мы, с Дмитрием Ивановичем, схоронили его, и всё это время, я ночевал у опера - почему-то не хотел ехать домой в таком состоянии. В голове крутились слова Андрея про тот, странный сон, о котором он рассказал там, в тайге. Какую-то тревогу в сердце зародил этот ангел, вылетающий из пропасти. Я прекрасно понимал, что у него была лихорадка, а что только не привидится в таком состоянии, но от этого 'понимания', легче не становилось.
   * * * * *
  - Любимый, наконец-то, привет, ты как? - в дверях меня встретила Анна, обняв, она погладила мою щеку.- Родной, ты что? Не брился всё это время?
  - Привет, солнышко. Да я же в лесу был, зачем там бриться?.. - обняв жену, я понял, как соскучился по дому. А ещё не хотел никаких испытаний, и плевать мне на свой Дар, пусть буду простым человеком, но любящим.
  - А чего это у тебя глаза такие красные? Ты заболел? - она отодвинулась от меня и стала внимательно всматриваться.
  - Да нормально всё, устал просто... тайга, сама понимаешь... - я стал раздеваться, - где сын?
  - Они с мамой в цирк пошли, я вот, уборкой занялась... ты мне зубы не заговаривай, что у тебя произошло? - да уж, Анночка как опытный психолог, читала меня, как открытую книгу.
  - Да так...ерунда... приехал я к своему другу за советом и помощью, а он, бац, такой... заболел и умер... короче, говорю же, ерунда...
  - Малыыыыш... как такое случилось?!.. - она опять обняла меня и прижалась ухом к моей груди, - сочувствую... почему ты не позвонил мне?
  - Не знаю... ну всё, хватит... со мной всё нормально... - мой голос дрогнул, в горле запершило, - хммм, я в ванную... а то грязный - как чёрт...
  
   Глава ?5
  - Антон, привет! - выкрикнул я, входя в свой офис. Всего неделю отсутствовал, а было такое чувство, как будто меня не было полгода.
  - Тихо... - прошептал секретарь, делая знаки, чтобы я помолчал, он как раз с кем-то разговаривал по телефону, за своим столом. - Матвей Анатольевич, наш товар сертифицирован... да, и имеет все документы... ага... хорошо, на пять процентов мы сможем сделать скидку...
  Я мрачно прошёл к своему столу, возникло чувство, что Антоша, потихоньку меня кидает, он явно в этот момент занимался сторонними делами. Конечно же, я не вправе был его обвинять, учитывая, что давно моё агентство только номинальное. Но всё равно было обидно. В пол уха я продолжал прислушиваться.
  - ... ну, всё... договорились... Завтра к одиннадцати я к вам приеду за подписью... да, и вам надо подготовить пакет документов... ну, да... всё как обычно, огареэн, иэнэн и аренду... вы по факту? Тогда аренду не надо... Всё, до завтра... - положив трубку телефона, Антон с улыбкой повернулся ко мне, ну ни грамму сожаления, какой же он наглец. - Доброе утро, Серёжа! Как ваше ничего?
  - Ничего... - пробубнил я, исподлобья посматривая на своего визави.
  - На твоём столе плюшевый медведь потерянного малыша, платок заблудившейся бабушки и складной перочинный нож какого-то братка... но думаю, с последним всё ясно, скорей всего кормит рыбок в каком-нибудь болоте, хотя возможны варианты... - я виновато глянул на вещи, лежащие на моём столе, и правда... надо было попробовать поработать, - а ещё звонила Лиза, спрашивала про тебя и жаловалась на твой выключенный мобильник...
  - У меня были проблемы, Антон, неделю был не в зоне доступа... - почему, когда можно было просто ответить и правдиво, я использовал мелкую ложь, выдумывая всякие несуразицы? Сказал бы просто, что выключил мобильник, потому что провожал и хоронил своего лучшего друга... Но, я продолжил фигуристо накручивать финтифлюшки. - На охоту рванул с друзьями, хотел отдохнуть от городской суеты, первобытный дух нюхнуть ноздрями, почувствовать себя частью природы...
  - Ого! - восхитился Антон, немного чувствовалась ирония в его 'ого'. Стало стыдно, но немного. - А ты прямо Данди уральского разлива.
  Охоту я ненавидел всей душой, и представить не мог себя с ружьём, даже чисто теоретически. Так, надо было переменить тему.
  - Слушай, ты тут зубы не заговаривай... ты лучше объясни, о чём это разговаривал по телефону пару минут назад? Может ты уже нашёл другую работу?
  - А почему бы нет? Я молодой человек, в самом расцвете сил и на пике развития своёго интеллекта, очень много организаций хотят меня заполучить... Тут у нас обстановка не очень, я бы даже сказал, мы почти банкроты... Как говориться - карп ищет где поглубже... - ну вот... настал этот момент, когда пора было сворачиваться. Было обидно слушать про неважные дела 'P&S', но надо смотреть правде в глаза. Много в своё время мы сделали полезного для людей, теперь, увы, стали бесполезны...
  - Хватит, Антон, я понял... Мои способности пропали, и я ничего не могу с этим поделать... Завтра я пойду в налоговую закрывать ИП. В течение трёх дней, получишь полный расчет за три месяца... Ты в своё время спас меня, поэтому отдельным счётом переведу тебе на карточку полмиллиона - отказ не приемлю!
  - Ээх, Серёга... я думал мы друзья...
  - Мы в самом деле друзья, и вообще, ты для меня как сын... Но я понимаю твоё стремление к карьере, поэтому...
  - Поэтому... - прервал меня Антон, улыбаясь, - я, пока тебя не было, решил на свой страх и риск, расширить наше агентство. Теперь мы дистрибьюторы нескольких фирм по производству телефонных гаджетов и оргприборов из Китая... Извини, но пора выходить на новый уровень, двадцать первый век за окном, а мы всё гоняемся за фантомами да ангелами... У нас уже есть небольшой арендованный склад в пригороде, газель с водителем, кладовщик с грузчиком а завтра приходит первый груз из Китая... А в налоговую, Серёг, иди... надо подать документы на переоформление, из ИП в ОАО... нам система налогооблажения нужна другая... Я тебе всё объясню, что надо сделать...
  - Антон... зачем это всё... почему... - я не находил слов от испытанного шока после лавины новостей, которую обрушил на меня секретарь.
  - Зачем, зачем... Неужто ты думал, что я тебя брошу? Ты меня взял восемнадцатилетним пацаном под своё крыло, когда я остался один, как перст в этом мире. И ты десять лет показал мне другую жизнь, правильную... а ведь я как раз только схоронил единственную мать и остался сиротой... а ещё... я поверил в чудеса и Бога... И мы пройдём через все тёрны, если надо будет!
  - Спасибо, Антоха... Идём, я тебя обниму, что ли!?.. - я встал с кресла и пошёл к секретарю.
  - Но, но, я не такой... не потерплю! - он тоже поднялся со своего стула, и сделал неуверенные шаги в противоположную от меня сторону.
  - Ладно, если что, ничего не было... - я обнял его, такой вот сентиментальный становлюсь с возрастом и глаза на мокром месте...
  - Ээх, только без соплей... на мне новая рубашка...
  - Ясень пень, - всхлипнул я, крепко сжимая Антона, - мы же мужики...
  
   Глава ?6
  Такой вот оказался Антошка, пока я отсутствовал, он успел по доверенности подписать контракты с фирмами-производителями, договора на поставки товара, арендовать помещение под склад и взять на работу людей. Немного даже стало страшно от такой предприимчивости секретаря, я с открытым ртом наблюдал за его действиями, откуда в нём столько энергии?.. Только один ответ был на этот вопрос, видимо, накопил за те полгода, пока у меня не получались сеансы контактов.
  Как-то было не привычно чувствовать свою некомпетентность в новом деле, и совершенно не понимал, что происходило в своей же фирме. Несмотря на то, что я стал генеральным директором ОАО, на самом деле всем заведовал Антон, и надо отдать ему должное, всё у него получалось на 'высоте'. Моя работа заключалась в том, что неделю пришлось побегать в налоговую для переоформления документов и ещё постоянно проставлять автографы на всё новых и новых договорах, подносимых Антоном.
  Через месяц мы расширили офис и сняли ещё два кабинета на этаже, а ведь совсем недавно хотел наоборот, закрываться. Лизка, закончившая уже университет, согласилась в первое время помочь нам с бухгалтерией, благо, она была свободна и проматывала состояние своего отца - хорошо родится в богатой семье. Сам Колчедан милостиво согласился с новой работой единственной дочки, предварительно предупредив меня, если что пристрелить или утопить... старые добрые привычки...
  У меня появился отдельный кабинет, у Антона тоже, так же как и у Лизы, как говориться - даешь квадратные метры каждому трудящемуся.
  Всё складывалось как нельзя лучше, только одно гложило меня - дар так и не вернулся. Эти игрушки да вещи, пропавших без вести, лежали в столе. Я периодически брал их в руки, пытался сфокусироваться, впасть в транс, даже старый проверенный способ попробовал использовать - поэзию... бестолку... как отрубило. Правда после зачитывания этих стихов меня потянуло на поэтические сайты, лирика из меня пёрла со всех щелей... проникся, что ли... Про любовь стал читать, если строки были про детей, умилялся... А потом дошло до того, что сам стал пописывать, надо же сколько я упускал... поэтического... Пока Антон занимался, от моего имени, бизнесом, а Лиза - бухучётом, я стал посещать вечера околотворческого бомонда уральского пошиба. Оказалось, наш город просвещён и насыщен культурой. Жена с подозрением смотрела на мои эксперименты, но мирилась, и даже иногда слушала свежесочинённые 'шедевры', наиграно умиляясь. Пару раз сам устраивал встречи местных поэтов и прозаиков, оплачивая закуски и напитки. Когда зачитывал свои тексты, все присутствующие с восторгом хлопали в ладоши и хвалили - тешили моё тщеславие.
  Прошло ещё полгода, бизнес наш с Антоном стал приносить хороший доход, не сопоставимый с прошлыми временами, когда я был в 'контакте' с потусторонним миром, Василь со своими шашками не в счёт. Как говориться, жизнь была налажена и в творческом плане и в финансовом. И ничего не предвещало беды...
   * * * *
  Пока она не пришла, вальяжно выбивая ворота ногой...
  Я сидел в своём кабинете, близился конец рабочего дня. Сегодня хотелось найти поэтический ритм для небольшой строки 'бьёт в грудь твоя кибернетика взгляда...', казалось, столько мудрости в этих нескольких словах, но дальше муза зевала и филонила. Периодически забегали Антон или Лиза с кипой документов, для подписей, прерывая моё вдохновение. Конечно же, они со своей работой отвлекали меня от поэзии, пришёл я к мысли в конце дня, спокойно обвинив их в своём рифмовом бессилии. И потом зазвонил сотовый, глянув на экран, увидел неизвестный номер и почему-то, почувствовал первобытный страх, до дрожи в коленях.
  - Алло? - тихо прошептал я в трубку, все романтические глупости вылетели из головы безвозвратно.
  - Здравствуйте, Сергей, я старший лейтенант Семён Анатольевич Макаров - тон неизвестного мужчины был нарочито печален, - вам знакома Анна Геннадьевна Дещенко?
  - Да... это моя жена... - в глазах стало мутнеть, сердце в груди чуть не выскакивало.
  - Мне очень жаль... но час назад на неё и, наверно, вашего сына, наехала машина... Они переходили через доро...
  Дальше не слышал, что говорил лейтенант, мозг отключился. Я не мог поверить в происходящее, как будто это было не со мной, и я смотрел сюрреалистичный фильм про белые панели на стене моего офиса. Надо же, зачем я выбрал белый цвет? Почему не выбрал серый или чёрный? И вообще, зачем панели, а не обои? А ещё эта бесявая люминесцентная лампа над потолком?
  - ...вам надо подъехать в больницу...
  - Они живые? - выловила моя подкорка слово 'больница' и схватило его двумя руками.
  - Видите ли, Сергей...
  - Они живые? - закричал я истошно, меня начинало трясти.
  - Жена ваша умерла на месте, защитив сына собой... И теперь он в реанимации... врачи всё делают, чтобы спасти его...
  
  
  
   Глава ?7
  А вы спрашиваете, есть ли АД? Нет, не так... Вы спросите: есть ли АД?.. Тоже не то... Ну может тогда по-другому подойти к вопросу... Есть ли ТУТ АД? Я отвечу вам - ДА! И я в него ворвался с разбегу - дальше начались футуристические дни в кошмарном обрамлении. Маленькие сцены сменялись тьмой и провалом памяти.
   Посещение морга. Санитар под лёгким шафе, с резиновым фартуком, замазанным в крови, ведёт меня к столу. На нём лежит кукла, очень похожая лицом на мою Анночку, но из-за рваной раны на щеке, не уверен. Я ему говорю, она не похожа на мою жену. Тогда этот 'добрый' самаритянин, сплёвывая под ноги, стаскивает с тела покрывало. У неё переломаны конечности, из кожи на левом боку, торчит острый обрубок ребра, а левая нога вывернута наоборот, пяткой вверх, на большом пальце другой ноги весит бирка. Она ужасно обнажена, я кричу этому извергу, чтобы он накрыл её... Да, да, да - это она! Ты сука, ты нелюдь... что же ты творишь?.. Санитар безразлично отвернулся от меня и задвинул труп в ячейку холодильника. Конечно, же, он-то уверен, что всех нас так 'задвинет' в своё время... Будь ты проклят, урод... Он только кивает и суёт мне документ для подписи... извращенец... маньяк... я дрожащими руками оставляю бессмысленную загогулину... И пустота...
  
  Посещение больницы. Идёт операция, меня не пускают к сыну. Я сижу в приёмном покое и мучительно жду, потеряв понятие времени. Ко мне подходил Семён Макаров, тот самый лейтенант, который и звонил. Что-то мне говорил про несчастный случай, о чём-то спрашивал, кому-то давал указания по телефону... все эти действия были как во сне, я не мог ни о чём думать. Где-то взор выхватил Лизу с красными глазами, потом мелькал Антон, о чём-то он договаривался, кто-то меня обнимал, другие, как в немом кино, говорили, беззвучно открывая рот.
  - Ты меня оставил без ребёнка... убил мою дочку... - в какой-то момент ворвалась Валентина Ивановна, несколько раз она ударила меня по щекам... Я, немного сконцентрировал внимание и смотрел сквозь пелену на свою тёщу. Она рыдала... после она меня обнимала и просила прощение, потом опять проклинала... Я себя тоже...
  Наконец доктор вышел к нам, сказал, что ребёнок прооперирован удачно и он жив... только маленькая такая проблема осталась, мальчик без сознания... И сейчас он в коме, и когда придёт в себя - неизвестно...
  Потом небольшой провал... и вот мы уже стоим в палате... На кровати лежит маленькое тельце, от него выходят какие-то трубки, провода, он весь перебинтован. Большая махина с поршнем, возвышается над ребёнком, прокачивая воздух в Богдана, грудь которого, как волна ходит то вверх, то вниз. На мониторе прыгают электрические дуги, я смотрю и говорю врачу, чтобы он разбудил сейчас моего сына, вы зачем так издеваетесь над малышом? Он же просто ребёнок, дайте мне его, я сам его разбужу, раз вы, идиоты не можете... Я пытаюсь подойти к кровати, меня хватают какие-то люди, среди них узнаю Антона, врача... Кричу им - вы изверги, что же вы делаете? Это же мой сын и он меня зовёт... отпустите меня... Кто-то мне поставил укол, пока держали. И опять пустота...
  Похороны и кладбище... идёт дождь, мокро, слякотно... Мы стоим у вырытой ямы, священник читает молитву, бабы кругом плачут. Подходим и кидаем вниз поднятую с кучи, грязь. Валентина Ивановна у края застывает и падает на колени, с головы соскальзывает чёрный платок и устремляется к красному гробу. Я как сомнамбула подхожу к тёще, и так же встаю на колени, беру её за руку. Мы вдвоём плачем, она навзрыд стонет, я беззвучно сотрясаюсь, не в силах издать звук. Работники похоронного бюро, сплюнув на руки, дружно стали закапывать. Один из них, подошёл к берёзе и обвязал ствол полотенцем. Хруст от лопат, вгрызающихся в землю, скребёт мои нервы - испытываю почти физическую боль. Вдохи, выдохи работников, стоны и плач окружающих людей, все эти звуки вбиваются в мой мозг, как гвозди в дерево. Я теперь знаю, какие буду видеть сны в ближайшем будущем. Попозже, после того как последняя глина легла на свежий холмик и притопталась лопатой, ко мне подходит бригадир копателей и таким наглым тоном просит своим напарникам по сто рублей, каждому поверх, видите ли, сильный дождь и очень тяжело... Я дал ему тысячу без сдачи и пожелал счастье... Установили большой деревянный крест. С удивлением смотрю на даты... тридцать три года, всего лишь тридцать три года, а нет... она два месяца не дожила до тридцати трёх лет... Дальше провал...
  Опять больница. Мы с тёщей практически живём в палате, периодически сменяя друг друга, без лишних слов, в молчании. Один раз пришёл мужчина с цветами и апельсинами, извинялся за случившееся, просил прощения, говорил, что теперь не сможет жить... Я ему сказал, что сможешь, у тебя ведь жена и дети живые, и вообще, сука, зачем ты принёс цветы и апельсины? Неужели тебе не сказали, что малыш в коме? Он пятился к двери, отводя свой взгляд. И вообще, чтобы мои глаза больше не видели тебя, иначе я могу впиться зубами в твою шею. Он больше не появлялся в больнице. Где-то там шли расследования да суда, но это в параллельном мире, не в моём. Мне глубоко было ср...ть что с ним будет, посадят его или нет, ведь он уже сделал своё дело... разбил мою жизнь на осколки...
  Так, отрывками, пролетел месяц, а сын так и не выходил из комы...
   Глава ?8
  - Сынок, ты как?.. Вчера я летал на луну и лунатяне тебе привет передали, спросили, как у тебя дела? Я им ответил, нормально... - мне сказали врачи, что надо разговаривать с сыном, возможно, он слышит, и я ухватился за эту соломку. - Они тебя ждут в гости, Богдан. Ты знаешь, сына... я люблю тебя! Не оставляй меня, пожалуйста...
  Его личико такое нежное, я смотрю на него. Пока нахожусь в палате, моё сознание живёт надеждой, что ребёнок сейчас проснётся. Как только выхожу из больницы и сдаю дежурство тёще - из головы всё вылетает и приходит уничтожающая пустота.
  - Сергей, доброе утро! Вы неважно выглядите, вам надо отдохнуть... - в палату вошёл доктор и сел рядом со мной.
  - Угу... - промычал я в ответ, не отводя взгляда от пикающего монитора и прыжков сердцебиения светящейся линии.
  - Мне надо поговорить с вами...
  - Я слушаю!
  - Нет, Сергей! Пойдёмте в коридор... - доктор бросил виноватый взгляд на сына.
  - Ну, хорошо, - я встал со стула, - надеюсь, глупостей не услышу...
  - Не знаю с чего начать... - тон врача мне не понравился, мы сели на лавку, обитую коричневым дерматином. - Видите ли, Сергей... Прошёл почти месяц, а ваш сын всё ещё находится в атонической коме. У нас не получается у него вызвать какие-нибудь рефлексы и даже элементарные вегетативные функции центральной нервной системы. Он в очень глубокой коме и боюсь, прогнозы на вывод его из коматозного состояния с каждым днём падают...
  - Хватит, я не хочу вас больше слушать! Вы несёте какой-то бред! Он же дышит и сердце бьется!
  - Поймите, если в течение трёх недель не получается вывести человека из комы третьей стадии, то шансы на благоприятный исход падают почти до девяносто восьми процентов и каждый день, в математической прогрессии, клетки мозга отмирают... Если бы ваш сын сохранил хоть какие-то вегетативные функции, то мы могли бы его держать в этом состоянии некоторое время... но увы... боюсь, в вашем случае...
  - Заткнись, докторишечка... если ты намекаешь на деньги - то я тебе отдам хоть сколько... Сколько тебе надо? Говори!!!
  - Эхх, Сергей Владимирович... мне жаль, вы не хотите меня слушать...
  - Милый Равиль Фаритович, не обижайтесь... пожалуйста... ещё неделю... у меня никого больше не осталось, это мой единственный сын... У вас дети есть?
  - Ооох... - вздохнул доктор и встал на ноги, - три дня, ещё даю три дня, после чего отключаем систему жизнеобеспечения... Есть у меня дети... и вашей судьбы я не пожелаю и врагу...
   * * * *
  Три дня... Ещё три дня... Когда пришла Валентина Ивановна, я ей рассказал про разговор с доктором. Она пришла в ужас, но по глазам прочёл обречённость и понимание. Оставив её в слезах рядом с Богданом, я рванулся домой - у меня оставалось семьдесят два часа, а это целых четыре тысячи триста двадцать минут. Мне надо было добраться до Небес, чего бы это мне не стоило, и схватить за горло кого-нибудь из эфемерных командиров и вытрясти с них душу моего сына...
  - Василь, ты здесь!!! - заорал на всю квартиру, как только открыл входную дверь и включив свет. - Ты мне нужен!
  Лампы в люстре моргнули.
  - Мне надо добраться до Этих, на Небесах! Как мне это сделать? Помоги, ты же дух, хоть что-то должен знать?! - Схватив с журнального столика планшет с ручкой, я подошёл к висящей картине с лошадью.
  По спине пробежал холод. Ручка поднялась в воздух. Повисев пару секунд, она стала выводить буквы на бумаге, зажатой в крепителе планшета.
  'Я не знаю... прости, Сер...'
  - АААА! - закричал я и кинул об стену бесполезную связь с привидением, - я теряю сына... пойми ты бестолочь!.. Ладно... я сам как-нибудь...
  Вбежав в детскую комнату, я сел на пол, среди игрушек сына. Мне надо было войти в контакт, я стал перебирать детские сокровища.
  - Давай, ты что ли?! - я обхватил руками полицейскую машинку, самую любимую игрушку сына, побывавшую во всех закромах нашего дома. Закрыв глаза, попытался войти в контакт с объектом. Ничего... что там говорил Андрей? Должен пройти испытания, чтобы вернуть Дар? А не прошёл ли я их уже? Что ещё должно случиться, чтобы мои способности нормализовались? Любимую похоронил... потерять в довесок и сына?? Тогда мне не нужны такие способности... Будь прокляты Небеса, если они хотят такую цену заполучить! А может можно обмануть Их? Я вскочил на ноги и рванулся в зал, а оттуда на балкон... Конечно же, как я раньше не додумался...
  - Анночка, милая моя... я к тебе, это всё ради жизни нашего сына... - шептал я несуразицу, открывая нараспашку окна. Я взобрался на подоконник и стал смотреть - внизу, с высоты пятого этажа мир казался таким умиротворенным. Мальчишки играли в футбол на спортивной площадке, дворник мёл опавшие жёлтые листья, на лавке сидели две старушки и беседовали. Два подростка показывали на меня пальцем и что-то говорили. Затылком я чувствовал движение ветра за спиной, наверно Василь пытался привлечь моё внимание. Но я был непоколебим... и сделал шаг вперёд...
   Глава ?9
  Кругом свет, такой яркий, что ничего другого не видно. Я иду вперёд, на ощупь, ступая ногами. Поверхность гладкая, но не скользкая. Моё зрение начинает привыкать, и я различаю вокруг себя людей, так же идущих вперёд. Они все одеты в одинаковые белые рубашки. Бросив взгляд на себя, убедился в схожей одежде. Рядом идёт узкоглазый старичок, я приветственно киваю головой.
  - Привет, отец... тоже умер?
  - Сяву хао (Добрый день)... щи, айзцы (Да, сынок)... - заулыбался он, многократно кланяясь и продолжая идти.
  Китайский язык, в той жизни не знал, но странное дело, я его прекрасно понял. Вздохнув, продолжил путь.
  - Серёжа, привет! - из света, навстречу проступили две тени.
  - Милая... это ты? Я знал... я знал, что ты будешь меня встречать... - странно, в фантомном сердце защемило, а ещё я почувствовал облегчение и свободу. Они подошли ко мне, и я рассмотрел второго человека, это была мама. Та мама, которая осталась в моих воспоминаниях, с печальной улыбкой и добрыми, всёпрощающими глазами. - Мамочка... и ты тоже...
  Мы остановились друг напротив друга и просто смотрели. Я 'поедал' любимых своих женщин взглядом. Моя любовь была безграничной, наконец-то мои страдания закончились, и теперь только небесная жизнь. Вся эта несуразная и несовершенная жизнь осталась где-то там, за спиной. Мы втроём стояли, а рядом с нами продолжали свой путь в световом потоке, души. Почему, когда я находился в ангелах, во время сеанса, сущности были бесформенные, а сейчас погибшие очень походили на обычных людей?
  - Потому что они не перешли ещё Порог, - ответила мама, вполне человеческим языком, прочитав мой мысленный вопрос, - и сейчас они Туда держат свой путь. Там и решиться их дальнейшая судьба.
  - Тогда не будем стоять... Я понимаю, что совершил глупость, но это всё ради нашего сына, - я глянул на жену, а потом на маму, - и твоего внука... Он должен жить, ведь мальчик ещё совсем маленький... Пусть Там небесные командиры, возвращают Богдана на землю а меня наказывают... вперёд!
  Они остались стоять на месте, с печалью смотря на меня, я отвернулся от них и сделал несколько шагов по 'течению' направления идущих душ.
  - Да что же это такое? - зло выкрикнул я, увидев, что не сдвинулся с места, как будто решил пройтись по эскалатору против его движения. - Анна, мама... ну помогите мне... тут что-то сломалось...
  - Сынок... родной... тебе пока нет дороги Туда... - я в ужасе повернулся к ним. Жена стояла и плакала, мама с печалью в глазах, улыбалась. - Ты не прошёл свой путь, и твоя Божья миссия не выполнена... Предначертанное судьбой - не обмануть! Даже твоя попытка самоубийства - это божий промысел, суть которого не известна никому, кроме Его...
  - Ничего не понимаю, я же здесь! Ведите меня к Нему, ну же... ведь вы пришли за мной?!
  - Мы здесь только для того, чтобы сказать тебе об этом... и мы пришли не за тобой...
  - Мама!!! Папа!!! - я в шоке повернулся навстречу голосу, к нам бежал Богдан, над головой которого светился нимб, - я тяк дойго ходиль в темьноте... быля так стласно...
  - Нет!!! - я упал на колени. Анна в этот момент подхватила нашего сына и со слезами стала жадно его обнимать и целовать.
  - Всё, сына... успокойся, я с тобой... - шептала жена на ухо Богдану.
  - А посему папья на коенях? Ему пйохо? - я встал на ноги и подошёл к ним.
  - Нет, сынок... мне не плохо... Просто я тебя люблю!
  - Конесно, я ведь колосый... А ты плавда бый на люне? Я слысал, кагдя быйо темно, как ты пло эта гавалил и они мье пливет пеледавали? - Богдан обнимал за шею Анну и смотрел на меня с открытым ртом.
  - Да, сынок... правда... А ещё сейчас вы с мамой и с твоей бабушкой пойдёте к ним, в гости...
  - Бабуска? Это бабуска... не моя...
  - Это другая бабушка, но тоже твоя... а ещё это моя мама...
  - Ух ти... а ти с нями подёсь?
  - Нет, родной... я потом к вам на Луну прилечу, после работы...
  - Спасибо! - сказала Анна, целуя в лоб Богдана, и поверх его волос, с теплом, смотря на меня. - Мы тебя будем ждать... в своё время...
  - Идите быстрей, не разрывайте мне сердце... - они отвернулись от меня и пошли к Свету. Сын мне махал рукой и улыбался... А потом пришла Темнота, длившаяся вечность...
  
   * * * *
  Я открыл глаза и упёрся взглядом в белый потолок. Рядом пикала какая-то аппаратура. Всё тело болело, хотел приподняться, но сил не хватило. Тогда с трудом повернул голову влево. На стуле спала Лиза, умудрившаяся, на небольшом участке, дико вывернутся и подложить под ухо, руку. Я даже слышал тихое девичье сопение.
  - Привет, Лизка, - тихо просипел я через капельничные трубочки, свой же голос звучал как-то чуждо и не узнаваемо.
  - Ой... - встрепенулась девушка, чуть не упав со стула от неожиданности, - Серёжа... Серёжка... Ты пришёл в себя?
  - Как видишь, солнышко...
  - Дядя Серёжа... милый... - она подскочила ко мне и приложила своё лицо к моей груди. У меня было такое чувство, что Лиза решила меня добить, очень было болезненно такое соприкосновение, видимо дела у меня были не самые лучшие.
  - Тихо, тихо... возможно скоро ты меня всё же раздавишь...
  - Ой... прости, меня... - приподняла Лизка голову надо мной и стала смотреть на меня. В уголках глаз нарастали капли слёз, она готова была разрыдаться, - Серёжа... вчера мы похоронили...
  - Я знаю, Лиза, - вокруг становилось всё расплывчатей и мутней, грудь разрывало, но не физической болью, - я знаю...
  
   Глава ?10
  Ну что? Кто ещё завидует моим способностям? Хотите, я с вами поменяюсь местами?
  Два месяца я пролежал в больнице, и месяц практически был обездвижен. Шестнадцать переломов, множество внутренних и внешних разрывов, небольшая титановая пластина в черепной коробке. Так что совет всем любителям с суицидными наклонностями, сначала хорошо подумайте, прежде чем делать этот шаг, а если всё же надумали, то постарайтесь подняться повыше, дабы исключить шансы на спасение. Зачем вам это надо, раз уж вы больны на голову... Всё это время я испытывал ужасные физические боли: внутренности разрывало, кости стонали, под повязками кошмарно чесалось. Плюс ещё моральные унижения, когда из-под тебя тряпками вымывали твои жидкие испражнения или сукровицу, сочащую из твоих кровоточащих, гнойных ран. А ещё каждый день снились сны с погибшими, которых я потерял. И сын, и жена, и Андрей, и мама, и даже старый пёс, Бакс - регулярно навещали мои видения, иногда сливаясь с реальностью. Наверно от такого можно сойти с ума, и так бы со мной и произошло, если бы не мои друзья, терпевшие мои психические капризы и физические боли. Лиза приходила каждые день, проводя со мной по нескольку часов, бывало даже, я её ругал и гнал с палаты, на что она только улыбалась, оставаясь на месте. Антон тоже по вечерам навещал почти каждый день, но учитывая занятость в фирме, иногда у него все же не получалось доехать до больницы. Дмитрий Иванович с тёщей тоже очень часто гостили у меня, и странную тенденцию я стал замечать в последнее время. Все чаще и чаще они стали приходить вместе, странно посматривая друг на друга.
  Тяжёлая реабилитация, через которую мне пришлось пройти. Я многому учился заново, даже просто держать ложку с едой. Потом первые шаги на сросшихся ногах. И наконец, меня выписали домой, на домашний стационар, где ещё три месяца восстанавливал своё здоровья, с почти ежедневными посещениями медицинских учреждений. А один раз Антон увёз меня на кладбище.
  - Привет, любимые! - Я стоял перед двумя, рядом лежащими, могилами. Костыли больно натёрли под мышками, но на такую мелочь давно научился не обращать внимания. - Как вы там? Лунатяне встретили вас?
  Могила Богдана была игрушечно маленькой, на холмике сидел плюшевый медвежонок, узнаваемо проступающий сквозь снежный наст. На чистый, белый снег я положил полицейскую машинку, а на могилу жены, две гвоздики.
  - Простите меня, родные... Это из-за меня Он забрал вас к себе... но обещаю, я к вам приду... Только вот доделаю эту свою миссию, будь она неладна... - я поднял голову к небу, на лицо падали снежинки и таяли, перемешиваясь со слёзами. За серыми тучами небесные жители с любопытством смотрели на наш мир... а где-то там, за спиной, Антон терпеливо ждал меня. Пора было возвращаться к прерванной работе...
  * * * *
  - Может ещё рано... Ещё пару месяцев отдохнёшь? - с сочувствием смотрел на меня Антон.
  - Наотдыхался, хватит, аж тошнит... - я взял платок потерявшейся бабушки, закрыл глаза и почти без усилия оказался в ней...
  ... Я шла через парк в тёмное время суток, можно было пройти по улицам, но вот решила сократить расстояние. Идя по тропе, думала о незавидной судьбе дочки, муж её почти месяц пьет, а недавно ещё и поднял руку на неё. Какой же он шакал, ирод проклятый... и как же держит земля такого изверга... Бедные внучата... Нет... пора писать заявление в полицию, а то она будет терпеть и надеяться...
  - Мама... привет! - я оглянулась на голос, это был зятёк, собственной персоной. Странно, откуда он тут? - по спине пробежал озноб страха. Со свистом я успела увидеть приближающийся острый топор, а ещё озлобленный оскал зятя. И темнота...
  ...Я открыл глаза... странно боли почти не испытывал, несмотря на такой удар топора. Раньше полдня приходилось восстанавливаться после 'переживания смерти', но теперь такого не было...
  - Она убита топором в парке, - я посмотрел на Антона, он поёжился от моего взгляда, - убийца - зять! Зови Дмитрия Ивановича...
  Антоха открыл рот от удивления... Теперь я точно знал, что все предыдущие договорённости со Сферами сгорели... Забрав моих любимых, они разбили мои оковы и теперь я держал Дамоклов меч в своих руках...
  
   Часть ?7
   Глава ?1
  Они мне сразу не понравились, как-то странно оглядывались по сторонам, настороженно, что ли... Сначала подумал, что-то замышляют украсть и не хотел тратить на них своё бесконечное, но всё равно драгоценное, время. А потом, когда увидел отражённый фонарный свет от металла у одного из их компании, он что-то прятал за пояс своих штанов, решил немного последить за ними. Подозрительная троица подошла к подъезду пятиэтажного дома. Одинокая лампа зловеще освещала их фигуры. Я парил за спинами и прислушивался к ним, мало ли, вдруг услышу разговор и всё пойму. Как назло, они за все пять минут, как я за ними увязался, молчали. Открыв входную железную дверь ключом от домофона, они вошли внутрь, закрыв её перед моим носом. Тогда я пролетел через слой металла, за ними, делов то на копейку. Самый невысокий ростом, парнишка, остался стоять на первом этаже, видимо на 'стрёме'. Я нечаянно его задел, пролетая рядом, и заставил, поёжится от холода.
  Другие двое молодых человека поднялись на второй этаж и остановились, прислушиваясь к тишине подъезда. Через пару минут, один из них вытащил из-за пояса рожковый ключ и подошел к газовому стояку.
  - Димон, пробегись по этажам, проверь окна... если будут открыты - закрой! - дал команду своему напарнику, парень, и стал откручивать винтовую заглушку на газовой трубе. Дмитрий рванул по лестнице вверх. Стояк был выкрашен в жёлтый цвет и из-за толстого слоя засохшей краски, с трудом удалось сорвать резьбу. Зашипел газ...
  - Всё нормуль, Генка, окна закрыты! - вернулся Дмитрий, подмигивая своему другу.
  - Тогда валим, по бырому! - из кармана Геннадий достал шашку зажигательной свечи, подключённую к часовому механизму. Выбив на электронном циферблате тридцать минут, он засунул её между трубой и стеной, так, чтобы со стороны не было видно. - Полчаса, мужики... гоу!
  После чего эти типы рванули на улицу, а я полетел следом за ними, но предварительно, благо, стартовую скорость могу развивать гигантскую, завернул за угол и глянул на табличку дома. Есть, конечно, небольшое преимущество в фантомной жизни, но я бы её променял на обычную, человеческую, не раздумывая...
  * * * *
  - Фууу! - я вскочил с постели и резко встал. Под ногами зазвенела бутылка от виски, закрученная моей ногой. - Блять... Эх, Василь... Не спиться тебе...
  Пошатываясь, вышел в зал. Включил свет и глянул на часы. Четыре часа ночи, нормальные люди смотрят самый смак сна. Дошаркав до телефона, взял трубку и набрал номер. Почти минуту слушал длинные гудки, 'наслаждаясь' собственным перегаром. На меня с фотографии осуждающе смотрели моя жена и сын. Я пальцем провёл по лицам моих любимых.
  - Алло! Серёжка, ты чтоль? - прохрипел в ухо недовольный голос Иваныча, даже для этого старого жаворонка, было рано. - Ты знаешь сколько время?
  - Знаю, Иваныч... Ну, извини... улица Каслинская 21, третий подъезд... там это... как его? Теракт готовят, открутили какую-то штуковину с газовой трубы и заложили, что-то типа бомбы... так... через минут двадцать пять будет Большой Бум!
  - Это что? Опять типа твои ангелы нашептали? - тон Дмитрия Ивановича напрягся, появилась сталь в голосе.
  - Ага, примерно...
  - Ёлки палки... так, думаю... рядом то и нет вроде постА, а я в другом конце нахожусь... Ладно, время не теряем, отбой. Сиди дома, утром я к тебе подкачу... вот же ты задачку задал... - и короткие гудки...
  - Анночка... Богдан... ну хватит уже так смотреть! - я отвернулся и пошёл на кухню курить. Да, после смерти моих любимых, старая привычка вернулась с новой силой. Затянув горький дым, посмотрел на пол и удивился количеству стеклопосуды, валявшеюся тут и там. На сердце было не спокойно... Так, эта чёртова улица в пятистах метрах от моего дома, что же я как сыкло, вечно прошу помощи у пенсионера? Открыв холодильник, посмотрел на пустые полки и одиноко стоящий коньяк, с четвертинкой на дне. И прямо из горлышка замахнул пару глотков. - Ооох, ма...
  Дыхание спёрло, но мозг прояснился. Конечно же, могут не успеть архаровцы Иваныча, а там сотни людей спокойно спят и ничего не подозревают. Резко сделал несколько затяжек и потушил сигаретку в пепельнице на подоконнике. Почти побежал в зал, чувствуя, что теряю драгоценные минуты. Где эти штаны? Они валялись под столом, вымазанные в чём-то подозрительном, да и Бог с ними, натянул прямо так. На носки даже заморачиваться не стал, надел только кофту и рванул в прихожую.
  На улице ещё темно, бегу по тротуару, вдоль дороги. Машин пока нет, только одиноко едет первый троллейбус. Вытащив из кармана смартфон, глянул на время, шесть пятнадцать, должен успеть. Жёлтый свет от фонарей, отражается от луж на асфальте, утренняя такая пробежка... Ага, вот и Каслинская, семнадцатый дом, слышу гогот парнишек, идущих с ночного клуба или ещё откуда. Девятнадцатый дом, рядом проезжает иномарка, обрызгивая меня с ног до головы, из открытого окна звучит смех. Весело убогому, да и ладно, не обращая внимания, продолжаю свой марафон. Вот и двадцать первый дом, останавливаюсь и тяжело дышу, в боку закололо. Сам виноват - закурил...
  Четыре часа двадцать одна минута, вроде успеваю. Обхожу дом и захожу во двор, дыхание восстанавливается. И тут мне в голову приходит мысль, а как мне открыть дверь? У тех засранцев был ключ от домофона а у меня то нет!
  - Братан, есть закурить? - рядом проходит мужик с синюшной щетиной, перегара не чувствую, так как сам такой, только я ещё и без носков. Хлопаю по пустым карманам, сигареты оставил дома.
  - Прости, брат... - извиняюще пожимаю плечами и вот он, подъезд. - Дома оставил...
  - Бывает... - увязался за мной мужик, - а ты, братан, к кому? Ты не нашенский?!
  - Нет, так... по делам забежал... - уклончиво ответил я, раздражаясь немного на такую навязчивость. Остановившись у закрытой двери, задумался... Стучать ли в окна первых этажей, или просто орать?
  - Братан, выпить хочешь? У меня есть! - мужик вытащил бутылку водки и заговорщески подмигнул.
  Да уж... предложение заманчивое. Глянул на часы, четыре часа и двадцать шесть минут. Времени мало, а что-то никого от Иваныча нет...
  - Сергей! - представился я, и выхватил протянутый пузырёк.
  - Семён! Братишка, у меня стаканчик есть...
  - Не надо! - и сделал изрядный глоток, дыхание перехватило. Семён протянул огурец.
  - Только и мне оставь...
  - Сёма, слушай, а ты не с этого подъезда? - откусив овощ, остатки протянул мужику.
  - Нет, я оттуда... - кивнул в неопределённую сторону, Семён.
  - Мне вот прямо срочно надо сюда попасть... - глянул в смартфон, - в две минуты...
  - Базар тебе нужен... - он подмигнул, зажимая на домофоне какие-то кнопки. Пикнул механизм и замок открылся. - Пожалуйста!
  - Спасибо, Сёма! Потом ко мне в гости прогуляемся, там есть сиги... я мигом, жди меня... - я рванулся внутрь, слыша за спиной вой приближающихся сирен. Увы, времени почти не было.
  В подъезде стоял насыщенный запах газа, пахло страхом и ужасом... по спине забегали мураши, а сердце учащённо забилось. Проскочив два лестничных пролета, я оказался рядом с трубой и газовым свищем. На автомате выхватил спрятанный брусок с прикреплённым часовым механизмом и рванул обратно, на выход. Глаза щипало, но на циферблате уже отщелкивали последние секунды.
  Выбегая на воздух, увидел приближающийся свет от фар машин и проблесков сирены. Мне было не до них, на последней секунде, я закинул шашку в кусты. Тут же раздался хлопок, и в глаза ворвался яркий сноп огня.
  Моего нового друга нигде не было, пропал он, что ли?.. Из машин выбегали полицейские.
  - Стоять, сука! - один служивый направил в меня пистолет. - Руки вверх и на колени...
  - Да ладно, мужики, я свой...
  - Ага, свой... - тут же, получил в висок чем-то твёрдым, и с недоумением потерял сознание...
  
   Глава ?2
  - Где он? - ворвался в кабинет Дмитрий Иванович, меня как полчаса уже допрашивали и несколько раз, от души врезали по лицу. Они не знают, что вся эта боль для меня, как мёртвому припарка... развил иммунитет к таким 'мелочам', благодаря своим способностям, будь они прокляты. Полицейские хотели от меня получить информацию и признание в теракте, я ничего лишнего не говорил, только всё просил о встрече с Дмитрием Ивановичем. - Я тебе сказал сидеть дома, идиот, ты чё попёрся!.. Малой, быстро наручники с него отстегни...
  - Дмитрий Иванович... но он же...
  - Ты глухой? Снимай! - взревел Иваныч, зло зыркнув глазами на старлея.
  Виновато и чуть поспешно, полицейский подскочил ко мне за спину и щёлкнул замком. С облегчением потирая кисти рук, я встал на ноги - немного пошатывало.
  - Здорова, Иваныч... блин... курить охота... - чуть не кланяясь, старлей протянул пачку сигарет и зажигалку.
  - Они чё, тебя били? - бесцеремонно обхватил ладонью мою физиономию пенсионер и приблизил, меня к себе, внимательно рассматривая.
  - Да не, Иваныч... сам упал... - он учуял мои алкогольные пары и презрительно посмотрел в глаза.
  - Вижу... докатился... Ладно, ты какого хера туда рванулся? Больной?
  - Да хоре, Иваныч, - я втянул дым, спокойствие стало растекаться по организму, - я рядом ведь живу, пока твои прикатят... а там люди...
  - Ох, дурила... - я поперхнулся от неожиданности дымом, так как Иваныч схватил меня, и крепко обнял, - ты пойми, Серёжка... ты нам нужен живой... Фууу... ну ты и воняешь...
  - Извиняюсь... какой есть... - отпихнулся я от поползновений Иваныча, и подошёл к открытому окну.
  - Чудило, ты как бомж... ещё и без носков... - улыбнулся пенсионер и, повернувшись к полицейскому, с металлическими нотками в голосе, проговорил: - Он со мной...
  - Но он же с бомбой был...
  - Ты даун, или притворяешься? Он спас сотни людей, а вы его...
  - Я так не могу...
  - Мальчик, как тебя звать?
  - Иван.
  - Ваня, Палычу скажешь, что я забрал его... не боясь, через несколько часов раскроешь это дело, и будут тебе преступники... Серёга, туши свою гадость, поехали!
  - Иду, иду... - вдавил сигарету в пепельницу и, подмигнув сочувственно старлею, пошёл за своим провожатым, из кабинета.
   * * * *
  - Что это было, Серёжа?.. Ну, у тебя и срачь... - мы пришли ко мне домой, и теперь сидели на диване. Иваныч презрительно рассматривал моё жилище, знаю, небольшой хаос присутствовал во всём своём многообразии. Пустые коробки от пицц, грязные тарелки и кружки, нестиранная одежда по углам... ага, один носок висел на люстре, интересно, где находился второй?.. Совершенно не было стыдно, вот нисколечьки... Теперь у меня такая жизнь, утром иду в офис, работаю до последнего клиента, потом прихожу домой, по пути прикупая что-нибудь жидкое да горючее и тихонько накачиваюсь. - Лизка не помогает что ли?
  - Ааа... - махнул я рукой, - замок сменил... нуу всех, на работе хватает её и Антошиных нравоучений... Как-нибудь сам...
  - 'Как-нибудь сам', - обидно передразнил меня Дмитрий Иванович, - сам ты никак, идиот... пропадёшь и сгоришь... дурила...
  - И ладно... может, я и хочу быстрей сгореть? Что вы все лезете в душу то? Мне тридцать восемь лет, вполне отдаю себе отчёт в собственной жизни!.. - а эта немного истерика у меня началась, наверно похмельный синдром, да и раннее утро немного необычным выдалось, будоражащее кровушку. Я даже свои капли увидел, выпрыгивающие из собственного рта.
  - Слушай! - он встал с дивана, схватил меня за кофту и прижал к себе, в упор глянув в глаза. Я почувствовал себя куклой в руках медведя. - Ты при мне ЭТО не устраивай, не потерплю! Авелея на тебя нет, замуровать бы на год в монастырь...
  - Всё, Иваныч, понял... - прохрипел я... вот же какой пенсионер, да на нём пахать надо!
  - То-то же... - отпустил меня Иваныч, - чёрт с тобой, это твоя жизнь, не мне тебя учить, я не психолог... Давай, говори, откуда ты узнал про этих, блять, минёров!?
  - Во сне приснились...
  - Давай без шуток, Серёга!
  - Да не, серьезно... У меня есть приятель и я иногда вижу его глазами...
  - Ничего не понимаю... что за приятель?
  - Привидение, и он живёт в моей квартире... Помнишь такого, Василия Егоровича Бессмертного... он ещё пролежал...
  - Ааа, это несостоявшийся ремонт... помню, ты нам сам подсказал про него...
  - Да, точно. Так вот, теперь этот Бессмертный живёт со мной, и он иногда мне помогает. Его дух по ночам делает вылазки в город, и я вижу его глазами...
  - Нда... у тебя какой-то магнит притягивать всякую шушеру фантомную... И этот, твой Бессмертный, наткнулся на этих гадов?
  - Угу, - утвердительно качнул головой, вставляя курево в рот.
  - Серёга, не при мне! - выхватил из моих губ, сигаретку, и скомкал её в своей ладони. Ладно, старости можно всё. - И как теперь нам этих ублюдков найти?
  - А вот так! - я хитро улыбнулся, встал с дивана и подошёл к рабочему столу. Там лежал мой канцелярский планшет с вставленным листком бумаги, так сказать, моя сакральная связь с бессмертием и потусторонним. Настало время 'погутарить с духом'. - Только не пугайся, Иваныч!..
  - Не смеши, Серёга, я за долгую свою практику чего только не видел...
  - Этого ты точно не видел!.. - немного зловеще прозвучало, я подошёл к висящей картине бегущей лошади. Положил ручку на планшет, держа его горизонтально, перед полотном. - Василь, помоги... Ты проследил за ними? И где эти твари находятся?.. Нам надо узнать адреса!..
  - Серёжа, та насмотрелся эту, как там называется... битву экстрасенсов? - в комнате стало холодней, а это значит, Он был рядом. - Что-то у тебя тут где-то дует...
  - Давай, Василь... не бойся, это мой друг... - ручка задрожала и поднялась в воздух...
  - Мать твою!.. - вскричал от неожиданности Дмитрий Иванович, вскакивая на ноги. - Что это?
  - Это Василий... а это мой друг, Дмитрий Иванович... - для приличия представил пустоту с пенсионером, - при нём можно... я жду, Василь... Где нам найти этих террористов?
  Василь уверенно стал писать своим немного корявым и танцующим почерком.
  - 'УлИЦа ГагАРинА 34 кв. 68___ ЭтА КвАРирА ГеНнАдиЯ ЛоХиНа__ ОН ГЛавНЫй____ ПрияТНо ПоЗнаКомИтЬся, ДмитРИй ИВанОвИЧ___ Ну У Вас и РожА...' - я глянул на Иваныча и засмеялся. Он стоял с побледневшим лицом, с глупым видом открыв рот...
  
   Глава ?3
  'Сегодня была предотвращена готовящаяся серия терактов в городе Челябинске. По информации мужчины, захотевшим остаться неизвестным, были пойманы трое молодых человека. Они пытались устроить взрыв бытового газа в жилом доме и в планах, намечались взрывы ещё в трёх домах. Подозреваемые пойманы и сейчас, по горячим следам, ведётся расследование...'
  - Вот смех, а этот неизвестный, который предоставил информацию, по сути, уже как восемь лет покойник? - Антон сидел на диване, в моём кабинете, и зачитывал интернет новости на компьютере. - Серёга, твой Бессмертный спас кучу народу, пора ему медальку дать и тебе заодно...
  - Мне-то за что? - ох, с утра головушка раскалывалась на мелкие части. События сегодняшнего раннего утра, сейчас казались сном, и всей этой беготни по ночному городу, как будто и не было.
  - Ой, да не скромничай, мне уже всё рассказал Иваныч... и как ты выбежал с этой бомбой из подъезда, и что тебя в обезьянник упекли и там допрашивали, а ещё про этот спиритический сеанс с Василем... бедный дедушка, ты его чуть до инфаркта не довёл...
  - Ну, тут я немного маху дал... напугал, не подумал о его возрасте... - признал свою ошибку и посмотрел на часы, висящие на стене, уже было почти двенадцать часов. - Что у нас сегодня по плану намечается? Клиенты будут?
  - После обеда начнём, три сеанса в плане. Двое потеряшки, а третий клиент, странный, говорит надо провести обязательно с ним работу. Платит штуку евро, типа, человек точно мёртв, но надо убедиться, что смерть не насильственная, ибо терзают его сомнения...
  - Третьего клиента гони сразу в шею с его штукой евро! Я не следователь... 'сомнения его терзают'...
  - Серёга, ну что ты так сразу? А если он сходит с ума от этих вопросов? Ты не допускаешь этого? У него погиб единственный сын и никого не осталось, а обстоятельства там реально подозрительные... - да уж... может это не произвольно у Антона получилось, и он не подумал обо мне, но моё сердце ёкнуло, - ...в больницу мальчика увезли с аппендицитом, там сделали операцию, которая прошла нормально, без эксцессов. А через три часа он впал в кому и умер... Ой, Серёга... я не подумал...
  Я побледнел... перед глазами стоял Богдан и махал мне ручкой. Прошло уже два года, но вот до сих пор гложут меня те события, после которых мир для меня перевернулся с ног на голову. И ничего не могу с собой поделать, хоть ты тресни.
  - Прости меня... я сейчас позвоню клиенту и откажу, блин, вот я лошара... - он вытащил из кармана мобильный.
  - Не надо, Антон... - остановил его порыв, - пусть приезжает... я помогу ему!
  - Я честно, Серёж, говорю... не хотел этого... просто мужик был очень убедителен, и мне стало его жалко...
  - Ладно, проехали... а где Лиза? Что-то я сегодня её не наблюдаю!?.. - и в самом деле, за последние два часа, как я пришёл, моя любимая девочка до сих пор не зашла в кабинет ко мне. Хотя, обычно по нескольку раз забегает с документами на подпись, ну и с очередными нравоучениями.
  - А... попросила день за счёт отпуска, свидание что ли с молодым человеком... Пусть девчонка немного развеется, как-нибудь уж без неё справимся один день... - знаю я Антоху, чувствую, какой-то подвох. По глазам вижу, обманывает.
  - Вы что-то задумали? - пронзительно я посмотрел на этого шельмеца... ага, отводит взгляд, - говори, что там у вас?!
  - Это не я! - поплыл Антон, - это всё Дмитрий Иванович... сказал, что у тебя в квартире бардак полнейший и крысы бегают в объедках, по полу... Лизка бросилась в бой, на выручку... ты же знаешь, что её не остановить, когда она в голову себе втемяшит...
  - Она же знает, что в двери другой замок...
  - Да... поэтому я выкрал у тебя ключ и отдал ей... - а глаза у этого вора честные и наивные, согрел на груди интриганов. Да что же это такое, кругом предатели...
  -Пошёл вон! - я выпучил глаза и вскочил на ноги, меня переполнял гнев в первобытном его состоянии. - Что же вы лезете все, туда, куда не надо!! И нет у меня никаких крыс, если что - это наглый наговор!..
  Антон уже закрыл дверь, юркнув за неё. А я всё продолжал стоять, кипя и негодуя... Так, взяв трубку и набрал номер Лизы.
  - Алло?
  Пару раз вздохнув, взял себя в руки.
  - Лизочка, привет! Что случилось? - мой голос был спокойный, никакая фибра не дрожала. - У тебя свидание?
  - Эээ... да... - она там немного напряжена, чувствовалось.
  - Эх, Лизочка... как я рад был, если бы это было правдой... тебе уже двадцать три года, и в принципе пора... но что-то мене подсказывает, что это не так...
  - Антоха меня слил? - агрессивные нотки появились в голосе у Лизы.
  - Не знаю о чём ты... может тебе есть что сказать? - я хотел строго поговорить, а вот как всегда, не могу, когда слышу её родной голос.
  - Мне есть что сказать, Сергей Владимирович! Вы просто не приспособленный к жизни и безответственный человек. У вас в квартире гора мусора и грязи... эта пустая посуда от спиртного, как можно столько выпить в одно горло? Я наняла грузчиков, так они почти час выносили это всё скопленное вами добро! - когда Лиза переходила на 'вы', то значило только одно - я должен соблюдать беспрекословное молчание и слушать её и ждать, когда она спустит 'пар'. Да уж, порода Колчеданов на лицо, папа у неё такой же, но тот ещё мог дать в лоб, если что ему не нравилось. - Я прекрасно отдаю отчёт в этой трагедии, которая свалилась на нас... да... мне тоже было тяжело пережить то время... Хм... хм...
  Так... она там плачет, не сдержался этот ангел... нет... нет...
  - Нет... Лиза, не надо... - мой голос дрогнул, - давай, солнышко без этого...
  - Хм... - всхлипнув последний раз, она сделала глубокий вдох и продолжила: - Серёжа... мне изготовили второй ключ, и теперь он у меня будет постоянно, и тебе я его не отдам. Мы с Антоном не хотим потерять тебя!
  - Хорошо! - вздохнул я и почувствовал лёгкий подъем души, девочка отошла, это чувствовалось, - у меня ведь нет крыс?.. Иваныч наговаривает на меня...
  - Нету, но есть мыши... - засмеялась Лизка на том конце, - но они совсем маленькие... а ещё тараканы...
  - Спасибо, Лизочка за помощь старому засранцу, я тебя люблю!
  - Конечно же спасибо мне, ээх... вы иногда ведёте себя совсем как дети... Ну ладно, мне ещё полы надо помыть тут... я тебя тоже люблю очень!
  
   Глава ?4
  Раннее утро, солнце только стало выходить из-за горизонта, освещая верхушки деревьев, окружающих это небольшое озерцо. Отчим гребёт веслами, мы плывём на середину водоёма. Над поверхностью воды ещё стоит туман, но он начинает потихоньку рассеиваться. Я ёжу плечами от утренней прохлады, но улыбаюсь от предвкушения предстоящей рыбалки.
  - Димка, сегодня рыба вся наша! - подмигнул мне отчим, перестав грести и вытаскивая вёсла из воды, - вот, пожалуй, тут и кинем груз.
  У нас пока не ладилось с отчимом, мама его обожала, но я подозревал, что он из-за денег живёт с ней. На пять лет моложе, крепко сбитый, наверно красивый, хотя я как оценщик мужской красоты был так себе, женскую - другое дело, оценил бы! Пару раз ругался с Артуром в пух и прах, но мать была влюблена в этого типа, и приходилось терпеть эти отношения. Я даже убегал из дому, как 'Над пропастью во ржи' Селинджера, но кишка тонка - возвращался обратно. В книге герой был двоечник, а я, наоборот, в школе меня называют ботаном и тютей-матютей, и правда, уличная жизнь оказалась не для меня.
  А вчера он меня удивил, предложив настоящую рыбалку на лесном озере, мало кому известное, и скрытое от посторонних глаз. Так и сказал, 'нам надо закопать топор войны и узнать поближе друг друга, ведь через три дня прилетит твоя мама с конференции. Это же было бы круто ей увидеть нас с тобой хоть в каком-то мире...'. В глубине души я понимал, что у меня подростковая ревность и если хочу стать настоящим мужиком, надо осилить эти глупые чувства. И вот теперь Артур кидал в воду камень, привязанный к верёвке, а я улыбался, разбирая спиннинг.
  - А тут щуки есть? - поправил я на носу очки, и привязывая твистер к леске.
  - Конечно! Тут просто кишат воды ими, ещё окуни полукилограммовые встречаются... - какой-то тихий голос у Артура. Кинув взгляд на отчима, увидел его, сидящего на надувной подушке. Он почему-то не расчехлял свои удила, а смотрел как-то странно на меня.
  - Артур... эээ папа... - осилил это ужасное слово, - ты чего? Рыбачить собираешься?
  - Сейчас... - быстро оглядевшись по сторонам, он встал на ноги, в руках держа злополучное весло.
  - Папа... ты чего? - стало немного жутковато, очки вспотели и я снял их, вытаскивая с кармана тряпку, чтобы протереть стёкла.
  - Димка... ттты был прав... теперь я насссследник... - что-то раньше я не замечал, что Артур заикается.
  - Что?.. - свист висла, и я почувствовал удар в голову, в область виска. Сознание не теряю. Лежу на дне лодки и осязаю под собой растекающуюся кровь. Ноги не слушаются, и вообще, не могу пошевелиться. Периферическим зрением вижу резкие движения. Это Артур быстро вытаскивает груз из воды, понимаю, что сейчас меня отправят на корм рыбам. А ведь совсем недавно я серьёзно радовался предстоящей рыбалке, такая вот метаморфоза. Бедная мама, она попалась в хитросплетённый капкан. Из последних сил шепчу, захлёбываясь кровью, - буудььь тыыы пррроккляяятт!
  - Выродок, ты ещё жив? - опять свист и тишина...
  * * * *
  - Уффф! - вскакиваю я с кресла и моргаю. Так, нахожусь в кабинете, передо мной сидит женщина на стуле и рядом с ней стоит Антон. - Где муж?
  - Что? Аааа, в машине сидит, ждёт меня... вы видели моего сыночка? Где он находится? Он ведь уже убегал из дому... пожалуйста, скажите, где он? - затараторил клиент, закидывая меня вопросами. -У мальчика сложный характер, как он сможет быть долго один? Я сама виновата, разбаловала его...
  - Анна Васильевна, пожалуйста, замолчите! - я подошёл к окну и глянул вниз, на стоянку, - какая машина?
  - Белый лексус... я не понимаю, за...
  - Призаткнитесь, Антон вызывай Иваныча и бригаду его... - я с печалью глянул на женщину, в её глазах прочёл недоумение и страх, - ваш муж убил своего пасынка и вашего сына... и вам угрожает опасность...
  - Нет! - взвыла, как раненный зверь, Анна Васильевна, хватаясь за сердце.
  - Успокойтесь, - я подошёл к столу, из графина налил воду и протянул стакан клиенту, - неделю назад вы были на конференции, за рубежом, и в это время произошло убийство...
  - Иваныч, Сергей Владимирович просит помощи, - дозвонился до нашего друга, Антон, подходя так же к окну, - У офиса, на автостоянке за рулём, в белом лексусе, убийца. Надо задержать, подробности опосля...
  - Вы врёте... - всхлипнула Анна Васильевна, стуча зубами по стеклу стакана и глотая воду, - Он же хороший, хм, хм... Я не верю вам...
  - Увы... это правда, мне очень жаль... но всему виной ваши деньги, как бы это не было банально... Антон, закрой дверь на ключ! - вскричал я, увидев в глазах женщины дикую ярость.
  - Я ему глаза выцарапаю... тварь... - Анна Васильевна вскочила, готовая рвануть из офиса.
  - Тихо, тихо... - крепко приобнял я женщину, - не надо... сейчас его задержат...
  - Сука... ублюдок... Димочка, почему я тебя не слушала... - содрогалась она в моих объятиях, - ах ты ж, боже мой, какой же на мне грех...
  Через пять минут приехали две машины с полицейскими, в пару секунд Артурчик был вытащен из иномарки и распластан на асфальте, с завёрнутыми руками за голову. Иванычу я рассказал, где притоплен подросток и как всё произошло, после чего распрощались с Анной Васильевной. А через полчаса пришёл новый клиент, силы меня переполняли, а кровь бурлила в жилах. И никто не мог меня удержать!
  
  
  
   Глава ?5
  - Привет, Сергей! - поздоровался со мной фантом, в котором и оказался. Значит, потерявшийся дед был жив, я видел как светящаяся нить, соединяющая меня с человеком, уходила вниз. Мы парили высоко, в облаках.
  Мне было не до церемоний, раньше, в те далёкие времена, когда мои кровинушки были живы, я был ведомый, находясь в ангеле. И строго зависел от желания этой сущности, если оно хотело, то показывало мне своего подопечного. Но после гибели моих любимых, мой дар трансформировался, и у меня проявились несколько иные возможности. Теперь я полностью контролировал ангела, и его сущность была только где-то глубоко в подкорке.
  Здорова, здорова, подумал я и направил свой полёт, вниз, в сторону уходящей нити, надо было быстро разобраться с дедом, где он и как себя чувствует. Вылетев с облаков, я оказался над своим городом.
  - Меня зовут Ксений, как я рад познакомиться с вами, Сергей, про вас ходят легенды у нас! Нам всем так жалко, через что вы прошли...
   - Хватит! - прервал мыслью словоохотливого ангела, продолжая своё пике, - Ксений, ты уж извини, но мне надо быстро всё сделать, через час жду нового клиента... без обид?
  - Что вы, Сергей! У нас нет таких чувств как обида, нам по статусу мирское уже не положено...
  - Вот и хорошо! - я завис над десятиэтажным домом, связь с человеком уходила в крышу. Не люблю я проходить сквозь искусственный материал, чувствую неприятные покалывания, но это надо было сделать.
  Дедушка находился на шестом этаже и мирно пил чай в комнате, за столом. Рядом с ним сидела дородная бабушка, и они мило беседовали, и даже хихикали, как молодая пара.
  - Это Владимир Петрович, - подсказало существо, - они знают друг друга лет тридцать как... Мой подопечный очень добрый и мягкий человек, в отличие от его жены, поэтому эту связь они скрывали, да и сейчас, он решил просто пропасть для всех. Только любимая внучка Алина, знает про Надежду Григорьевну...
  Ах он старый ловелас... а там его жена, место себе не находит, переживает за него... тьфу. Мне тут было делать нечего, и я рванулся через стену, наружу. Пролетев вдоль окон вниз, я завернул за угол и глянул номер дома. Всё это хорошо, но время лишнее тратить не хотелось, это дело было скучным.
  - Ты пойми, Сергей, это же настоящая любовь, тут нельзя кого-то обвинять или судить...
  - Ксений, хорош трепаться... давай, до встречи! - и я покинул этого разговорчивого ангела, вернув ему обратно фантомную сущность.
   * * * *
  - Уфффф! - я открыл глаза, выдыхая воздух.
  - Он живой? - с надеждой в голосе спросила меня сидящая на стуле, женщина, пенсионного возраста. Она, в готовности заплакать, держала в руках платочек.
  - Всё нормально! С ним всё в порядке... - кивнул я головой и протянул курительную трубку Владимира Петровича, клиенту. - Вам знакома Надежда Григорьевна?
  - Что? - по глазам клиентки ответ уже читался. - У них очень давно интрижка была, мне так стыдно... а при чём тут эта сука?
  - Не надо так ругаться, Галина Фёдоровна, Свердловский проспект, дом шестьдесят четыре... он ушёл к ней. Простите меня, ваша внучка Алина так же всё знает... Антон, проводи клиента... моя работа закончена!
  Когда дверь кабинета захлопнулась, я вытащил бутылку коньяка и рюмку. Пора было поднять тонус, начинали подсыхать жабры.
  - Лихо, Серёга! - вернулся Антоха, потирая ладони, - штуку заработали... может хватит уже бухать?
  - Только не начинай! - выдохнув, резко опрокинул рюмку, - Фууууу, эх, не в то горло... Ну где твой клиент с погибшим сыном?
  - Мы договорились на 15-30, - я машинально кинул взгляд на часы - 15-26, четыре минуты оставалось.
  - Ах, Сергей Владимирович, как же вам не стыдно! - это вошла Лиза со злобой смотря на бутылку коньяка на столе. Я как нашкодивший школьник поспешно схватил коньяк и запрятал в ящик. - Чтобы я этого на работе не видела!
  - Да ладно, Лизочка... Ты уже освободилась? Не надо было сегодня возвращаться на работу, и так, бедненькая, умаялась!..
  - Ага, а кто будет баланс подводить? Конец квартала на носу... возвращаю! - она протянула ключи от квартиры, - теперь я буду регулярно наведываться к тебе, смотри у меня, всю плешь проем, так и знай!
  А Антошка одобрительно подмигивал Лизе, это я заметил. Ох, окружили меня спасатели Малибу, каждый норовит подставить своё плечо. Лизка отвернулась от нас и важно вышла из кабинета, отправившись к себе, в бухгалтерию. Невольно, мы засмотрелись за её статью. Надо же, как быстро эта девочка превратилась в настоящую женщину, казалось, совсем недавно эта семилетняя девчушка воровала сигаретки у отца для меня и вот такая трансформация...
  Заиграла электронная мелодия, в коридоре, за дверью, стоял последний клиент на сегодня. В экране монитора стоял молодой человек, в чёрной шляпе, он печально смотрел в глазок видеокамеры.
  - Входите! - сказал я в коммуникатор и нажал на открытие. - Иди, Антон, встречай его...
  Эх, если бы знал про то, что произойдёт после этого сеанса, вряд ли бы я так спокойно пустил его в наш офис... но, как говориться - пути Господни не исповедимы...
   Глава ?6
  - Когда душа моя ликует,
  Охота взять вас за грудки.
  Хочу я, чтобы ваши чресла,
  Услышали любви моей, гудки...
  ...ну, тут я ещё думаю, что добавить... ищу ёмкую рифму к 'чрёслам', чтобы аж продрало!.. Ик... ой, сорян! - я прижал ладонью вырвавшуюся отрышку, предо мной сидел хороший человек Толян... Пару часов назад я с ним познакомился, выходя из магазина.
  - Сильно! Вот реально сильно! - кивает мне не очень устойчиво стоящий Толик. Он с полной рюмкой ждал конца моего четверостишья и теперь со спокойной душой опустошил её. Я последовал его примеру, после чего мы сели на лавку.
  - Дружище... поэзия это сила! Слова, они же двигатели наших мысля... эээ, мыслей... Это же понимать надо! - я сосредоточился и почти уверенно махнул указательным пальцем, показывая эту самую силу Толяну.
  - Я тоже люблю стишки, хочешь?
  - Ну ка, продикла... эээ, мамируй... сбацай! - глупо улыбнулся я своему новому другу и приобнял его, чувствуя искреннюю симпатию.
  - Мимо тёщиного дома, я без шутки не пройду, то ей х... в забор присуну, то ей жопу покажу... - я с восхищением посмотрел на Толяна, вот же, какой у него, простой, дворовый язык. Не это ли истинное искусство?!
  - Толя, это просто шикарно! Ты знаешь, я столько сборников стихов да песен выпустил, ик... Всякие награды получил, но всё это зря! А знаешь почему? - я доверительно поглядел в глаза Анатолия. После того, как он отрицательно качнул головой, продолжил: - А потому что писал для себя... я был далёк от настоящего народа... такого, как ты! Дай я тебя расцелую!
  Он позволил, вот искренние и тёплые чувства меня обуяли. И ничего, что от него пахнет немного гнилью от испорченных зубов, зато это настоящий человек. Про таких людей надо писать оды!
  - А ты правда поэт? Настоящий?
  - Да что ты! Какой я поэт, так... жалкий стихоплёт, паразитирующий на ушах человеков... хотя сам я человечечько жалкое... тьфу... ну давай, брат, ещё!? - дрожащей рукой я долил остатки Джек Дениэлса и выкинул пустую бутылку в кусты.
  - Не хилые ты напитки пьешь! - посмотрел в свою посуду Толян, после чего резко отправил жидкость в рот, - фууууу... ох... чувствуется сила настоящего вискаря... А я всё водочку да спиртягу, эх, не умею правильно жить, блять...
  - Знаешь, на самом деле это всё показуха... ик... деньги - это просто пыль и грязь... Я песню напишу бредовую какому-нибудь попсовику-гавнюку, он мне сотку перечислит за эту байду... а души то нет! Понимаешь - души нет! - я ударил в грудь кулаком и горько заплакал, - они все меня воспринимают как корову, хм... хм... Му... му... Все хотят доить меня... тьфу... надоели они все и деньги их поганые...
  Я достал из кармана связку банкнот и протянул их Толяну.
  - Забирай эту грязь... бери! - Толик выхватил эти бумажки из моих рук, и быстро спрятал у себя, оглядываясь по сторонам. Была ночь, и мы сидели одни на всей улице. - У меня дома этого добра знаешь сколько?
  - Сколько?
  - Ээээ... - я задумался, соображая, - много... раз десять по столько же... но так противно бывает, выть охота!..
  - А дом у тебя далеко?
  Я с печалью посмотрел на Толяна, вытирая пьяные слёзы.
  - И ты туда же?.. Мы же с тобой друзья...
  - Да неее... как ты мог подумать обо мне такое? - и в самом деле, как мог такое подумать? На меня смотрели настоящие и искренние глаза друга, уж в людях я разбирался! - Я просто боюсь за тебя, проводить надо... а то ты уже того... сдулся!
  - Кто? Я? Сдулся?.. - встрепенулся и чуть не повалился на асфальт, но Толян придержал меня крепкими руками. Понятно! И в самом деле, я уходил в аут. Из внутреннего кармана вытащил свой паспорт и протянул другану. - Там написан... как его... адрес... Идём ко мне!
  - Вот и молодец! - похвалил меня Толян, разворачивая документ на прописке, - Салтыкова, сто восемь, квартира пятнадцать...
  -Ага! - устало кивнул и показал рукой направление, - идём туда мой друг земной, я покажу тебе дорогу...
  И тут я почувствовал резкую боль в сердце, с удивлением увидел торчащую рукоятку в груди. Ноги мои подкосились...
   Кругом обман,
   Вокруг лишь волки
  И скалят острые клыки...
   Ещё я чувствовал, как по карманам моим кто-то шарит... но это уже было не важно...
  * * * *
  Вдох. Я открываю глаза и с удивлением смотрю на клиента. Он иронично улыбается, не отводя своего взгляда от меня.
  - Антон... нас обманули... гони этого типа! Это не отец ребёнка... - улыбка у молодого человека растворилась, он сидел удивлённый и шаркал по карманам, наверно искал оружие, подумал я.
  - Тихо, тихо... - он встал со своего места и вытащил из-за пазухи... красные корочки и протянул мне, - ФСБ, старший лейтенант Валерий Белоусов... Антон пройдите за спину Сергея Владимировича, чтобы я вас видел, а то глупости ещё наделаете...
  Я не разбирался, как выглядят все эти удостоверения, вроде всякие печати да гербы стоят, фотография идентична оригиналу, стоящему сейчас перед нами.
  - Что вам надо? Зачем вы такую историю выдумали, про умершего ребёнка да врачей? - я протянул дневник, исписанный от руки, лейтенанту, - Возьмите обратно...
  - Вы меня простите, просто мне нужен был этот сеанс, чтобы он точно состоялся... Мне пришлось собрать информацию про вас, и я знаю, про ваше несчастье... искренне сочувствую...
  - Не надо... ближе к делу!
  - Хорошо! Тогда я прошу вас... расскажите мне о хозяине этого дневника?
  - Медельштайн Иосиф Бордович, московский поэт-песенник, его зарезали восемь лет назад, ночью, на улице. Он вместе с этим... другом, мать его, Толяном, бухал...
  - Всё верно... а потом ещё его убийца пожаловал к нему в квартиру и ограбил на три миллиона рублей... вы меня поразили! Вы настоящий экстрасенс... наконец-то я вас нашёл!
  - Не понимаю...
  - Это правда, дневник Медельштайна? - я увидел, как руки дрожали у Антона, он протянул их, - а можно почитать? Пожалуйста... это же настоящий артефакт...
  
   Глава ?7
  - Понимаете, Сергей Владимирович, нам нужны настоящие экстрасенсы... вы служили?
  - Нет... по здоровью не прошёл... не понимаю, к чему вы клоните?
  - Начну, пожалуй, издалека... я перешерстил сотни ваших коллег по всей стране, каких только сумасшедших колдунов да ведьм не встречал, но на деле все они оказывались проходимцами и лжецами, а нам нужны истинные... Вам выпал шанс поработать на государство и отдать свой долг родной стране!.. - Валерий торжественно посмотрел на меня.
  - Нет! Я сразу говорю - нет! Все политические понятия я отвергаю, как и саму политику...
  - Сергей Владимирович, вы глупо и наивно себя ведёте... Вы живёте в России и являетесь гражданином Российской Федерации, и хотите вы этого или нет, но вы обязаны подчиниться, иначе...
  - Слушайте меня, старший лейтенант, - я поднялся со своего кресла, - угрозы ваши я не приемлю! Меня сотни раз убивали всеми возможными способами, я потерял самых любимых людей, неужели вы, мальчик, думаете, что со мной можете вести разговор в таком тоне и меня можете напугать?! Повторюсь, уважаемый Валерий Батькович, никогда я не буду работать на какой-либо политический строй! Я служу Единому Богу и Единому народу, потому что Там - это всё чуждо! Вы меня поняли?!
  - Я вас, Сергей Владимирович, прекрасно понял! - старший лейтенант поднялся со стула и хладнокровно на меня посмотрел, - однако вы деньги очень даже принимаете, не уверен, что Там это приветствуется...
  Ах какой он негодяй... ударил в самое больное место. Всегда относился плохо к этим служителям государственных органов, будь они не ладны, лишнее тому подтверждение стояло передо мной и ухмылялось...
  - Я полностью оплачиваю налоги государству, и вы не имеете право меня этим шпынять!..
  - Никто вас этим не 'шпыняет', фу, откуда вы взяли это слово... я предлагаю вам заниматься тем же, чем вы и занимались до этого дня, но под государственным полным обеспечением. Единственное, что мы хотим от вас, это иногда помогать нам... Вы удивитесь, но наши интересы совершенно не расходятся с интересами общемировыми, извините за небольшую тавтологию. У вас есть шанс не зависеть от этих банальных общественных устоев и полностью посвятить себя помощи людям... Подумайте над моими словами, я не требую от вас быстрого ответа, но с этого дня, как бы вы не хотели этого, за вами и вашими друзьями, установится полная слежка, такая уж специфика положения...
  - Убирайтесь! - я свирепо смотрел на оппонента и нажал на кнопку коммуникатора, - Антон... проводи старшего лейтенанта к выходу!
  - Зря вы так, Сергей Владимирович... обдумайте всё обстоятельно, такая возможность выпадает раз в жизни...
  - Вы представляете, Медельштайн уже в девять лет написал 'Чёрного лебедя'... - ворвался в кабинет возбуждённый Антон, с дневником стихоплёта в руках, - какой же он был талант... Спасибо, что дали прикоснуться к этому раритету... возьмите...
  - Пока оставьте у себя, - лейтенант улыбнулся, подмигивая секретарю, - вы же не варвар, надеюсь, не порвёте этот дневник... А я скоро ещё к вам в гости приду... вот тогда и отдадите...
  - Ох... боже... да я с него пылинки буду сдувать, спасибо! - Антон открыл дверь офицеру, уважительно показывая дорогу.
  - Сергей Владимирович... - это уже было обращение в мою сторону, - через неделю я к вам загляну в гости, подумайте над нашим предложением... до свидания!
  И дверь закрылась, оставив меня одного. Я сел обратно на своё место, в бессилии сжав кулаки. Ладно, моя жалкая личность, мне совершенно было наплевать на себя, но я был ещё в ответе за моих друзей, которые работали в этом агентстве. На что могло пойти это ФСБ, знаем, смотрели всякие фильмы про этих типов в чёрных очках и строгих костюмах. Словом Родина они могли прикрыть любые злодеяния и вообще, стереть нас в порошок им было под силу, и никаких следов нашего существования...
  - Серёга, что они хотели? - вошёл секретарь, продолжая сжимать этот злополучный дневник, за ним шла озабоченная Лиза. Оба смотрели на меня вопросительно, с тревогой.
  - Мы закрываем агентство! - ничего лучшего не нашёл, как брякнуть эти слова. Было обидно, что столько пришлось вынести, и теперь не видел другого выхода, как распустить команду. Ну не хотел подвергать опасности своих друзей, и так пришлось потерять многих своих любимых за последние годы. - И не спрашивайте меня ни о чём!
  Как лунатик, я встал и отправился на выход, оставив в недоумении Лизку с Антоном. Как в прострации прошёл по коридору, спустился по лестнице и оказался на улице. Мимо проносились машины, как во сне слышал автомобильные сигналы, визг тормозов и говор прохожих, а я шёл по тротуару, без цели. В голове опустошение, а перед глазами эта наглая офицерская ухмылочка.
  - Привет, Серёга! Как дела? - я вышел из сумрака сознания и с удивлением увидел себя сидящего на скамье. Рядом прохлаждался мужик с недельной щетиной, он очень напоминал мне кого-то, очень смутно знакомого.
  - Лучше всех, - сыронизировал я и прищурился, всматриваясь в человека, - а мы знакомы? Что-то не могу вспомнить...
  - Не важно, братан, я тут всегда... - неопределённо махнул головой мужик, и я вспомнил этот жест.
  - Семён!!! - почти закричал я, удивляясь его появлению и радуясь, одновременно, - ты чего, друг, пропал? Представляешь, мы с тобой спасли кучу народа, а ты слинял...
  - Да ладно тебе, братишка... давай лучше хлопнем чуток, а то вот не допили мы... - он подмигнул мне и вытащил из кармана бутылку водки.
  - Веришь, нет, не хочу! - горестно вздохнул и с печалью посмотрел на своего знакомого. И в самом деле, себя я не обманывал, желание 'надвинуть' пропало.
  - Ну и ладно, я сам её, поганую, не очень... - Семён аккуратно, почти с нежностью, поставил бутылку рядом с ножкой скамьи, - знаешь, Серёга... может иногда надо посмотреть чуть глубже в проблему? Возможно, и нет её? А это лишь шаг на новый уровень к твоим свершениям?
  - Сёма... друг... ты о чём?
  - О чём о чём... если бы я знал... - он подмигнул, улыбнулся и пропал, растворившись в воздухе. Я открыл рот в удивлении и стал оглядываться по сторонам. Семёна рядом не было, только люди, снующие по своим делам...
  
   Глава ?8
  - Антон, слушай...
  - Серёга, это что было?..
  - Подожди, не прерывай меня! У тебя номер телефона же есть этого фээсбэшника?..
  - Ну конечно, а как же я по-твоему...
  - Отлично, позвони ему, пусть завтра приходит в офис с утра...
  - Так что же ты нам...
  - Не спрашивай ничего, завтра всё расскажу... и с утра на работу, оба, забудьте, что я сегодня брякнул... всё, до завтра! - я продолжал сидеть на скамье, но почему-то чувствовал какое-то умиротворение. После разговора с Семёном и его волшебного испарения, испытывал не страх, который по идее должен был меня накрыть, а радость и счастье. Такие чувства меня не посещали уже пару лет. Почти вслух, я прошептал: - Семён, спасибо тебе братишка за подсказку... Интересно, кто же ты такой?
  * * * *
  - У меня нет секретов от моих друзей, отныне на всех разговорах с вами, они будут присутствовать! - я посмотрел на Антона с Лизой, они воровато переглянулись друг с другом, - это Виталий Васильевич, младший лейтенант ФСБ.
  Офицер легко кивнул головой и улыбнулся.
  - А это мои помощники и друзья, Антон и Елизавета... теперь я озвучу вслух ваше предложение, и если я в чём-то не прав, поправьте меня! Можно?
  - Конечно, Сергей Владимирович!
  - Хорошо... нам предложили совместную работу и нас хотят взять на полное Гособеспечение...
  - Да, и финансовый фонд будет неограничен! На этом я бы акцент особый сделал... - прервал меня Виталий, жестом извиняясь и показывая, чтобы я продолжил.
  - Ну, так вот, мы продолжим вести свою деятельность, без изменений, только иногда будем помогать Правительству, я правильно всё понял? - я вопросительно посмотрел на офицера.
  - Всё правильно, Сергей Владимирович! Продолжайте!
  - Мы - команда, поэтому нам решать вместе, соглашаться или нет?
  - Серёга... извините, Сергей Владимирович, а как же наша другая деятельность? Комплектующие? У меня на складе двенадцать человек работают, они тоже перейдут на Гособеспечение? У нас контракты на полгода вперед, если что... - Антон озадаченно почесал затылок и извиняюще развёл руками. Я вопросительно посмотрел на Виталия, предоставляя ответить ему самому.
  - Боюсь, придётся закрыть эту вашу коммерческую деятельность...
  - Но у нас там дохода чистого, почти под двадцать миллионов в год, мы так не можем...
  - Если вы примите наше предложение, обещаю, вам не понадобиться дополнительный доход. Всех ваших служащих мы пристроим и найдём им работу, все зависшие контракты, договора и обязательства мы закроем в финансовом плане. Вы будете только заниматься своей экстрасенсорной деятельностью, и ничем более! Ну, так что?
  - Ну, так что? - повторил я за Виталием, и посмотрел на друзей, - проголосуем?! Кто согласен?
  Я уверенно поднял руку, за мной повторила Лиза и немного кокетливо улыбнулась офицеру. Антон чуток задержался, горестно повздыхал и всё же кивнул головой, соглашаясь.
  - Решение единогласное, ну что Виталий Васильевич, вы добились того, чего хотели... Надо наверно теперь документы подписать кое какие?
  - Да... это вся бумажная волокита попозже, но сперва, мне надо вам ещё кое-что сказать важное...
  - Интересно... и что же это? - ага, тут я почувствовал какой-то подвох и немного напрягся.
  - Нам надо перейти на новый уровень. С завтрашнего дня мы выходим в интернет, и все ваши сеансы будут транслироваться в прямом эфире... Надо стать медийными и нам нужен человеческий поток!..
  - Это какой-то бред... Вы что несёте? - моё возмущение не имело границ, я вскочил со своего кресла, - я на это не пойду! Я что вам? Звезда ютуба какая-та что ли?!
  - Тихо, тихо... Сергей Владимирович, подумайте...
  - Не буду я даже думать, фиг вам! - красноречиво я показал фигу офицеру.
  - Ну? Сколько в день вы устраивали сеансов? Я же навёл справки, бывало, что по нескольку дней у вас никого не было... Все эти рекламы в газетах скорей имели обратный эффект, но ведь вы сами хотите большую эффективность реализации своего таланта... признайтесь в этом честно! А без медийности этого не добиться! Ладно, пока все сеансы не будем транслировать, но давайте хоть пару часов в день вести прямой стрим?!
  Я грозно посмотрел на Лизу и Антона, в надежде увидеть в их лицах возмущение, но они открыли рты и внимали этому бреду офицеру.
  - Что вы молчите? Лизка... Антон? - они отвели взгляды от меня...
  - А в этом что-то есть... - подал голос секретарь и посмотрел на потолок, увидев, наверное, там что-то важное.
  - И вы, Сергей Владимирович, немного отстали от жизни, - виновато улыбнулась Лиза, - без интернета сейчас никак нельзя...
  - Это саботаж! - мой голос немного дрогнул, возможно, я и правда немного отстал от современности. Демонстративно я вышел из своего кабинета, оставив союзную, тройную коалицию в одиночестве.
  
   Глава ?9
  Небритый мужик припадочно закатил глаза и откинулся на спинку кресла. Из уголка рта потекла тоненькой верёвочкой слюна, а потом его начало трясти в мелкой дрожи. Рядом сидела женщина и внимательно смотрела на него, прижимая платок к своим губам, она очень переживала и чуть не плакала.
  - Ему плохо? Боже, как страшно он выглядит, может надо скорую вызвать? - обратилась она к рядом стоящему Антону.
  - Не переживайте, Инесса Степановна, это нормально... он просто в потусторонний мир ушёл на контакт с духами, сейчас его душа вылетела из этого тела, - почти театрально сказал секретарь, бросив печальный взгляд в камеру, - надеюсь, понимаете, общение с мёртвыми - это очень тяжёлый и рискованный труд!
  - Конечно, понимаю, но его так жалко... сколько ещё по времени он будет в таком состоянии?
  - Минуты две, три... хотя бывало, в особых случаях, и минут десять длился транс! - и опять Антон кинул трагичный взгляд в камеру, - но пока он выходил, слава богу, из мира мёртвых... до этого дня!
  - Ой! - испуганно взвизгнула женщина, прижимая рот рукой.
  - Успокойтесь, Инесса Степановна, всё будет хорошо! Сергей Владимирович найдёт вашего сына, мы не оставим вас в этом ужасном состоянии - неведении! Наш девиз - отныне никто и никогда не останется безымянным! - грозный и величественный Антошкин взор из монитора устремился в зрителя.
  - Уфффф! - вдохнул резко воздух мужик и, открыв безумные глаза, посмотрел на женщину. Через пару секунд выражение глупого лица приобрело более осмысленный, - ваш сын живой и он находится на улице Академика Королёва 28, квартира 32. Там наркопритон, и его надо спасать, срочно! Антон, звони Иванычу, вызывай группу, надо разгонять этих утырков, а то всё может кончиться очень плохо...
  - Боже, спасибо! Мой мальчик живоооой... - навзрыд завыла женщина, она встала со стула и, пошатываясь, пошла к гостевому дивану, но в камеру он уже не влазил, поэтому Инесса Степановна пропала из экрана.
  Мужик вздохнув, налил в стакан воду и понёс её женщине, выйдя так же из зоны просмотра...
  * * * *
  - Какой кошмар!!! - я схватился за голову, нажимая левой кнопкой мыши на остановку, выключая видео. - Это просто ужас! Я выгляжу ужасно... как сумасшедший в дурдоме, а эти слюни... фууу. Неее, меня не устраивает такое!
  - Сергей Владимирович, успокойтесь... не так всё плохо... - что-то не очень уверенно прозвучал голос у Виталия.
  - Ваталик, не ври... это какая-та психоделика... неужели я так всегда выгляжу на сеансах? - я вопросительно посмотрел на Антона, тот отвёл глаза в сторону и печально вздохнул, - Боже мой... а ты! Ты что тут на театральных подмостках что ли? Что за 'мир мёртвых'? Что за 'душа покинула тело'? А эти переигранные взгляды в камеру? Тьфу, аж тошнит...
  - Давайте не будем горячится... это был первый такой опыт для нас всех ... Три дня после этой трансляции переждём и посмотрим на результат, сейчас это видео уже пошло по просторам интернета и ничего мы не сможем поделать... Наберёмся терпения...
  - Лизок? - я повернулся к Лизе, - что ты, как самая молодая и продвинутая из нас, можешь сказать про эту вакханалию?
  - Ну... - она набрала воздуха в лёгкие и сделала небольшую трагическую паузу, после чего выдохнула, улыбаясь -...вы оба на экране очень даже фотогеничны и, думаю, пипл это схавает. Я бы точно повелась, а Антоха так просто бесподобен... вангую, завтра на наш канал подпишутся под штуку народу!..
  * * * *
  Утром, проснувшись, первое, что я сделал, это включил компьютер и открыл канал 'P&S' в Ютубе. Мой мозг отказывался верить в происходящее, на нас подписалось почти десять тысяч человек, и на глазах, число подписчиков росло с каждой секундой. Лайки, дизлайки, коменты, так, во всю эту чепуху, мы в один день окунулись с головой, как потом сказала Лиза, мы поймали 'хайп'...
  Видео.
  + 28000; - 822. Подписано: 9833.
  Комментарии:
  Балбес: - Что за типы? Это что? Экстрасенс? +12, -5
  Злой аквалангист: - А что не понятно!? Кто смотрел прямой стрим? Как это было? А то мне скинули уже ссылку видео, упустил такое... +21, - 3
  Скарлет-о-харя: - Я смотрела! У меня по спине бегали мурашки, когда начался сеанс... а от Антона у меня захватывало дыхание, его взгляд просто завораживал! +62, -13
  Андрей-налей: - Да придурок этот Антон, женщине плохо, а он несёт ересь! +8, - 31
  Принцесса Света: - (Андрею-налею) тебе только и вякать с таким ником, что за мужики... а вы знаете из какого города эти экстрасенсы? Из Челябинска! Там не только оказывается заводы... +43, -8
  Михалыч: - Ухаха! А я смотрю, этот Антон похож на Дулина, только помоложе))) +108, -4
  Северный ВолЧара: - Михалыч, респект! Насмешил! Кривой Рог рулит! +32, -8
  Московский кот: - Кончайте ржать... тут у женщины несчастье, а вы как клоуны. Совсем совесть потеряли... Москва рулит, а остальные на нас работают, быдлики! +3, -183...
  Дальше я устал читать комменты и выключил компьютер, пора было идти на работу, с этого дня всё изменилось...
  
  
   Глава ?10
  Наш офис находился в пятиэтажном нежилом доме, и всё здание занимали разные фирмы и компании. На третьем этаже, помимо агентства 'P&S', соседствовали косметический салон, женская парикмахерская и странная фирма по изготовлению печатей. Как-то за десять лет попривыкли друг к другу, и для меня стало полной неожиданностью, когда, резко, без прощаний, все наши соседи съехали в течение недели. Оказалось, теперь весь этаж стал нашим, но о таких грандиозных масштабах я узнал, как всегда, последним, именно в тот момент, когда группа специалистов стала устанавливать железные двери, перекрывая проход с лестницы в наш коридор.
  - Антоха, а что тут происходит? - я вошёл в наши апартаменты, в гостевом зале сидели на диване Лиза с Антоном и пили утренний чай, беседуя. - Что там за команда монтажников?.. Привет, Лизунька!
  - Доброе утро, Сергей!
  - И вам привет, Сергей Владимирович! - немного с обидой поздоровался секретарь, - а это от Виталия всё исходит, прикинь, мы теперь на всём этаже одни хозяйничаем!
  - Ого! Офигеть! - удивился я от души, подошёл к столу и стал наливать в пластиковый стаканчик кипяток из куллера, - сколько же государство готово денежки заплатить Гарику за аренду всего этажа? А это наши налоги, если что...
  - Бери выше, Серёга, что-то мелко плаваешь, - заулыбался Антон и переглянулся с Лизой, - с вчерашнего дня эти помещения в нашей собственности! Мы одни тут хозяева!
  Я сел на пластиковый стул, предназначенный для клиентов, и на автомате, стал макать чайный пакетик в воду. В голове не укладывалось, во что мы вляпались, было такое чувство, будто бы вселенная концентрировалась всё сильней и насыщенней, вокруг моей персоны. В интернете на наш канал в течение недели уже подписалось почти двести тысяч человек, клиентов становилось всё больше и больше, а мы всего лишь три раза транслировали в прямом эфире происходящее на сеансах. Но, несмотря на феноменальный прогресс, на душе было тревожно.
  - Ох, ребята... - вздохнул я, и посмотрел на своих друзей, - во что же я вас втянул?
  - Что за разговоры, господа? - в дверях стоял Виталий и улыбался. Его строгий костюм ладно сидел на подтянутом теле, подчёркивая стать. В руках он держал кейс. - А ну без уныния! Нас ждут свершения и великие дела на благо общества... Сергей Владимирович, нужны ваши автографы... И ещё, в тринадцать двадцать придёт клиент, этот от Нас, вы должны отработать с ним по полной и обязательно надо этот сеанс отстримить по Ютубу и выложить в инет...
  - А если он не согласится? Мы же подписку на разрешение берём у клиентов, прежде чем...
  - Я знаю, Сергей Владимирович, - Виталий раскрыл свой саквояж, достал пачку бумаг и протянул мне их на подпись, - уверяю, этот человек не просто согласится, а скорей всего сам попросит!
  - Окей, а что за документы? - я стал всматриваться в строки, пытаясь осмыслить содержимое.
  - Зачем вам лишний головняк? Поверьте, мы не такая организация, у нас всё чисто и без лжи. Если так интересно, тут всё по вашей новой недвижимости... и не надо переживать по налогам, это теперь наша проблема! Ваше дело - делать то, что вы умеете! Колдуйте и стучите в свой бубен! - я стал чиркать гелиевой ручкой свои иероглифы, при слове 'бубен', вспомнил старые 'добрые' времена, именно так же, очень давно, мне сказала одна женщина, после чего я попал в ужасную историю, едва не стоявшую жизни. - Вот и хорошо! А теперь, мальчики и девочки, предлагаю вам выбрать любые комнаты на этом этаже, кроме двух крайних, у лестницы. Они нужны для вашей охранной группы, теперь у вас новый статус...
   * * * *
  - Ты, козлина пьяная... Опять нажрался?!!! - в дверях стояла Лариска, она немного раздваивалась в моих глазах, но не настолько, чтобы я не смог дать ей затрещину.
  - Сука... отвали! - конечно же, я врезал ей с полсилы, мы же понимаем, все-таки она женщина. В коридоре мне удалось скинуть ботинки, и я поплёлся на кухню. - Ларька, жрать хочу... ик...
  Лариса в слезах стояла у плиты и накладывала картофан в тарелку. Под глазом у неё синел фингал, ну это я позавчера переборщил... но она сама виновата была, в бутылке было грамм двести, так эта дура в умывальник остатки водки вылила, непонятно чего хотела добиться.
  - Ты мне всю душу высосал, хоть бы ты сдох... - она шептала тихо, но достаточно, чтобы я это услышал.
  - Ты, корова! За языком то следи, доиграешься, блядина! - я вскочил со стула и замахнулся...
  - Папа... нет!!! - вбежал шестилетний сын и прикрыл Ларьку собой, точней, прикрыл ноги, малец, что с него взять.
  - Егорка, иди в комнату! Ремня хочешь? - мальчик не отходил от ног матери, схватившись за них. Моё нутро клокотало... в этом доме все меня, что ли, ненавидят? Я тут такой работаю, всё для этих жалких созданий стараюсь, чтобы они нужды не знали... Иногда выпиваю, но как нормальный мужик, в меру... Приходишь, а тут саботаж... - А ну пошёл к себе, ублюдок!
  Схватив за шкирку сына, с силой оттащил от юбки Ларисы и, пропнув под попу, отправил его за дверь.
  - Не смей трогать сына! - взвизгнула Ларька, волосы у неё торчали в разные стороны, как у фурии. Глаза горели огнём, а в руках она держала хлебный нож, направленный в мою сторону.
  - Ты, сучка тупая, нож положи! Думаешь легко убить человека? - я смело стал подходить к ней, эта дура однажды увидела по телику, как резали барана, так потом она полгода мясо не ела. Острый конец упёрся в мою грудь, конечно же, она не посмеет - кишка тонка, - ну что, Ларька, у тебя есть шанс всё изменить!..
  - Встретимся в Аду, милый... - прошептала Лариса и с силой нажала на рукоятку. Острая боль пронзила грудь, как-то слишком мягко вошло лезвие в сердце.
  - Ссукааа... - прохрипел я, чувствуя, как силы мои покидают в доли миллисекунд. Ноги подкосились, и я завалился на пол. В дверях стоял Егорка и навзрыд рыдал, протягивая ко мне руки, - сына... прости...
  И темнота...
  * * * *
  - Уффф! - открыв глаза, я увидел Егорку, он стоял рядом и смотрел на меня, на губах его блуждала улыбка. Мальчик повзрослел, превратившись в зрелого мужчину, но это был всё тот же малец, который в соплях и слезах, стоял у двери в последние мгновения жизни хозяина перочинного ножечка. Я протянул этот складывающийся инструмент Егорке, - мне больше он не нужен!
  - Ну и? - он взял ножечек и положил его себе в карман. Улыбнулся и подмигнул в камеру, вроде старался сделать незаметно, но я успел увидеть это. Какая-та происходила странная игра, смысл которой мне был не понятен. Через пару секунд, он собрался, и сделал скорбное лицо, - где мой отец? Он год назад пропал и теперь мы, с матерью, ищем его...
  - Егорка... - клиент вздрогнул от произнесённого мной имени, - я не понимаю, что тут происходит?
  - Вы что-то путаете, Сергей Владимирович, я Михель...
  - Я и спрашиваю тебя, Егорка, что тут происходит? - я печально посмотрел на Егора, который в списке у нас был записан, как Михель.
  - Сергей Владимирович, это Михель Сажанов, я паспорт у него видел! - вмешался Антон, стоящий за спиной Егорки.
  - Егор, ты взял другое имя? Почему? - я встал с кресла и сделал шаг вперёд, в глазах Егора я прочёл страх, вся его спесь и уверенность пропадала. - Твой отец погиб двадцать лет назад, на твоих глазах. Твоя мама...
  - Не надо... - прошептал Егорка, пятясь назад, от меня, как от приведения, - пожалуйста...
  - Егор, зачем ты устроил этот фарс... ты же знал, что он не потерян... Твоя мама зарезала его на твоих глазах, и когда отец уже умирал, на последнем издыхании, попросил у тебя прощения...
  - Нет... боже... - Егор заплакал, закрыв ладонью лицо, - я, всего лишь хотел вас на чистую воду вывести... хм, хм... Я взял другое имя, я не мог быть Егором...
  Он отвернулся и выбежал из комнаты, оставив нас с Антоном в недоумении.
  * * * *
  Из стрима Михеля Бомбического:
  - Эй, братишки и сестрички, хай! - с экрана смотрел Михель и в этот момент он шёл по улице, держа в руках за селфи-палку с камерой. - Сегодня мы идём к этим пи энд си, пробомбим этих экстрасенсиков. Народу надо раскрывать глаза на эту мистическую шушеру! Вы там подписывайтесь на меня и не жалейте лайктосов! Напомню нашу версию, мы потеряли отца, типа он ушёл из дому и пропал. Посмотрим, что там эти чудики нам наговорят, поржём. А вот мы и на месте!
  Камера направила свой обзор на офисное здание, над входом в подъезд красовалась надпись 'P&S'
  - Ну что? Шоу начинается?! - Михель опять появился в кадре, - пора пробомбить этих гавнюков, выключаю свой стрим. Заходите на канал пи энд си, меняем временно дислокацию и пора им нагадить!..
  ...И выключил видео, дальше я всё уже знал, и пора было ложиться спать. Егорку было жаль, не смотря ни на что... а ещё я решил 'завязать' с выпивкой...
  
   Часть 8
   Глава 1
  - Сергей Владимирович, доброе утро! Региональные новости Челябинска, можно с вами поговорить, две минуты, пожалуйста? - я только что подошёл к входу в офис, чуть не поскользнувшись на крыльце. Несколько типов, из этих появившихся фанатов канала 'P&S', хихикнули от моих брыканий руками. Впереди них стояла дамочка с микрофоном в руках и, направив его в мою сторону, жизнерадостно улыбалась. За ней, сморщившись от утреннего февральского мороза, работал камерой, оператор.
  - Доброе утро... эээ...
  - Ирина! - представилась женщина, в глазах её прочел облегчение. Не очень давно работает, понял я, не умеет скрывать чувства.
  - Приятно познакомиться, Ирина, - обнадеживающе улыбнулся и я, останавливаясь. Валера все уши прожужжал про эту медийную жизнь, в которой нам надо наращивать балы, ибо теперь надо быть доброжелательными ко всем, видите ли, теперь мы - бренд. Бог с этим брендом-френдом, а девушка довольна мила с этой своей неуверенностью, - только, не больше трёх минут... время пошло!
  - Оох, - набрала в лёгкие воздуха, журналист, как перед нырянием, оглянувшись на своего помощника, - вы феноменально ворвались в десятку лучших ютуб-каналов в России, вас, недавно, по опросу в интернете, назвали Прорывом 2012 года... в чём ваш успех, как вам кажется? И ещё, какие у вас планы? Не собираетесь ли вы покинуть родной город и уехать в Москву на волне славы, всем же не секрет, что мы хоть и столица Южного Урала, но всё же, по сути своей, остаёмся провинциальным городком?
  - Столько вопросов задали, боюсь, и не смогу ответить на все, - подмигнул я сначала в камеру, потом Ирине, не научился ещё правильно вести себя на интервью, - что за Прорыв 2012 такой? Звучит как нарыв, не очень приятно... Я работаю для людей, помогаю им, как могу. Просто, по совету моих друзей, стал выкладывать в интернет часть своих сеансов, я, если честно, не очень понимаю всё это. Как там у вас говорят? Я юзер в этих делах, для меня все ваши премии не важны! А планы... ну, делать дальше, то, что умею и помогать людям, пока получается... Нормально?
  - Угу... - кивнула девушка, - а в Москву? Все же хотят там оказаться, там больше возможностей!..
  - Ой, Ирина... кто меня там ждёт? Мне и здесь не плохо... - я пронзительно посмотрел в камеру, так, как делает постоянно Антоха во время наших 'стримов', - Это мой родной город, и я нужен здесь!
  
   Глава 2
  - Привет, Антошка, держи нос картошкой! - хлопнул я по протянутой ладони секретаря, он сейчас стоял с чашечкой утреннего кофе в коридоре офиса.
  - Серёга, ну нескладуха какая та, глупо, что за 'нос картошкой'? - обиделся Антон, отхлёбывая горячий напиток.
  - Не будь занудой! - упал я в гостевую кушетку, ещё минут двадцать оставалось до начала работы. - И вообще, где наш офицеришка? Будут сегодня от него клиенты?
  - Нет... недавно Валера позвонил, срочно, ночью в Москву вылетел, говорит, чтобы мы расслабились... А вообще, пятнадцать сеансов запланировано, из разных городов народ приехал...
  - Понятно... а чё сегодня такой ажиотаж у крыльца, как никогда?..
  - Мальчики, привет! - у двери в свой кабинет стояла Лиза, хитро улыбалась и, держа что-то за спиной. Она почти всегда приходила на полчаса раньше нас, жаворонок, что с неё взять...
  - Привет, красавица! - настороженно поздоровался Антон, щуря глаз.
  - Привет, солнышко... - кивнул и я.
  - Антон, Серёжа... зажмурьтесь... пожалуйста!.. - мы, поколебавшись и неуверенно глянув друг на друга, выполнили её просьбу. - На счёт три открывайте глаза, раз... два... три...
  Раздался хлёсткий и громкий выстрел. Антон в страхе пригнулся к полу, я лишь слегка вздрогнул. На нас сверху посыпалась конфетти и запахло серой.
  - По... здрав... ля... ю! - звонко прокричала Лизка и дунула в расправляющую бумажную трубку, издавая неприятный звук. Из-за её спины показались два охранника, один держал в руках торт, другой тарелку с фруктами и бутылку шампанского. У обоих на головах полосатые, бумажные колпаки, попались под обаяние девчушки сорокалетние мужики, пошли на поводу.
  - Ээй... я что-то пропустил? - неуверенно пробормотал я, судорожно вспоминая дни рождения своих друзей и вопросительно глянув на своего секретаря.
  -Эээ, нет вроде... ничего значимого... - пожал он плечами, если Антон говорит, что 'ничего значимого', значит, так оно и есть, уж за 'такими' днями был строгий контроль с его стороны.
  - Эх вы... горе-блогеры... - печально вздохнула Лизка, - совсем не следите за цифрами... сегодня ночью, на наш канал подписался миллионный подписчик!
  - Ааа, вон оно что... ну миллионный... и что? - совсем не понимал такой радости, скептически улыбнувшись.
  - Я в шоке... 'ну миллионный и что?', - обидно передразнила меня, девчушка, я исподлобья глянул на Лизку, - нет, ну реально, вы не въезжаете? Теперь на каждую трансляцию к нам выстроились очереди рекламодателей в ютубе! Остолопы вы... не понимаете перспектив... Некоторые типы за стотысячную подписку части тела от себя отрезают в прямом эфире...
  - Ну чё, Лиз... открывать? - неуверенно спросил Матвей, один из охранников, выставляя на журнальный столик фрукты, и выкручивая проволоку на горлышке 'игристого'.
  - Да! Так, мальчики... приказываю - праздновать! Дубль два, по... здрав... ля... ю! - раздался хлопок, и запахло сладким вином, льющимся в пластиковые стаканчики.
  - Ура! Ура! Ура! - дружно, в четыре глотки троекратно прокричали мы, заражённые праздничным настроением от неугомонной девчушки.
  * * * *
  Угар! Сегодня лучший вечер в моей жизни! Кровь просто кипит в жилах, от вида с самого высокого гребня горы Манарога на заснеженные скальные холмы, стелющие внизу. Первоначально задумывал покорить 'Народную', но там уж слишком просто взбираться на неё, хоть она и самая высокая гора. А вот Манарога, совсем другое дело! Пять лет я вынашивал мечту побывать в этих краях и сделать красивейшие кадры на Уральскую северную гряду. Именно зима даёт лучшие снимки, оттеняя небо от вековечных сосен, гармония в истинном его смысле слова. Постоянно что-то не срасталось, и поездка срывалась в последний момент. Но в этот раз, я решил довести дело до конца, чего бы мне это не стоило. Толян, мой напарник в этих вылазках, подвёл меня и за неделю до этого дня, разбился в машине... Три дня назад мы его похоронили, и теперь я посвятил это восхождение ему!
  - Толян, братишка... за тебя, чтобы земля тебе была пухом! - я махнул фляжкой в направлении заходящего солнца и сделал добрый глоток коньяка. Смахнув слезу рукавом, снял перчатки, достал фотоаппарат и стал делать кадры с разных ракурсов на эту бесподобную картину величия природы. Надо было поторопиться, скоро наступит темнота, а до этого времени ещё спуститься и устроить ночной перевал. Вбив клин в скальную породу, решил немного спуститься с края нерукотворной гребневой башни, оттуда получатся отличные кадры в ущелье, озарённое заходящими лучами. Я чувствовал, что фото будет отменным, да, немного опасно зависнуть над пропастью в добрых сто метров, но это того стоило!
  - Шикарно! - в объективе я видел верхушки чёрных елей со снежными насыпями и каменную гряду, спускающуюся со стороны горы Студенческой. Вряд ли кто делал такие кадры на всём Приполярном Урале. Одной рукой я придерживался за выступ, другой фотоаппарат и нажимал на кнопку. И тут под ногой шевельнулся камень и полетел вниз. - Упс...
  Камера повисла на шее, освободившейся рукой, я попытался ухватиться за выступ, всё-таки две руки, это лучше чем одна. Но это была моя ошибка, от этого лишнего движения, другая нога поскользнулась, и вот мое тело уже летит вниз. Вобрав воздух в лёгкие, приготовился к резкому толчку и стягивании ремня на груди. Да уж, неприятная ситуация.
  - Уф! - я повис, стропа выдержала и позвоночник цел. Конечно же, рискнул непозволительно для профессионала, но ничего, и не из таких историй выпутывался. - Так, ого...
  Болтаясь на спасительной верёвке, я увидел отличный вид на саму скалу, на которой и повис. Ладно, последняя фотография и надо лезть наверх. И тут услышал неприятный скрип над головой и почувствовал миллиметровую усадку.
  - Блин... блин... блин... - это был клин, он выскальзывал под моим весом из щели породы. Быстро из пояса вытащил ледорубную кирку и стал ногами раскачивать себя, пытаясь дотянутся до стены, чтобы вбить острый инструмент. Со звоном клин выскочил, и я почувствовал свободное падение. Надо мной висели небо и веревка, несущая следом за мной. И даже в последний момент жизни гора была красивая, оттенённая солнцем. И темнота...
  
   Глава 3
  - Уфф! - вздохнул и открыл глаза. Антон стоял и озабоченно смотрел на меня. Опять он переиграл на камеру, вот даже удивительно, от чего молодые девочки млели от этого личика, ну ведь слащавое, до тошноты. Рядом сидел мужчина предпенсионного возраста, первоначально, Иван Васильевич не собирался давать согласие на съёмку, но сообщество альпинистов, в котором состоял его сын, Игнат, настояло на этом. Видимо, кто-то из этих альпинистов, был подписан на наш канал.
  - Говорите, Серёжа! - сжал кулаки клиент, - я знаю, что он погиб... сердце не обманешь, но я хочу найти его тело!
  - Республика Коми, Национальный парк 'Югыд ва', близ городка Инта. Гора Манарога, самый высокий гребень, с восточного склона лежит ваш сын. Он сорвался в пропасть. Его не убивали... стечение обстоятельств, извините, Иван Васильевич... - прикрыв ладонью глаза, отец Игната мужественно выслушивал мои слова. После чего, молча, встал и пошёл к дверям шатающейся походкой.
  - Иван Васильевич, вы в порядке? - озабоченно спросил Антон, сопровождая его.
  - А? Что?.. - он посмотрел на секретаря невидящими глазами, через пару секунд взгляд прояснился, - мальчики, пожалуйста... не занимайтесь опасными глупостями, нет ничего хуже пережить сына... Со мной всё нормально, до свидания!
  Дверь захлопнулась. Антон со вздохом вернулся и сел в кресло для клиентов и печально посмотрел на меня.
  - Тяжелый случай... Ты как, Серёг?
  - Дааа... как всегда... Реально он прав, такая глупая смерть... Только схоронил лучшего друга, вот, звоночек - послушай его, так нет же... Полез один, понадеялся на своё мастерство... Нда, сука, за такие случаи обидно в двойне. Здоровье отменное, не дурак, большие планы... вся жизнь впереди...
  Вошла Лизка и по стеночке, пытаясь не попасть в обзор камеры, дошла до штатива и отключила съёмку. Мы с недоумением смотрели на неё, совсем забыв про сегодняшнюю трансляцию, называется - заработались.
  - Вы... философы...
  -Блин, прости, Лиз, забылись...
  - Ладно, хоть не занесло вас, господа, только 'сукой' обошлось... мальчики, не забывайте, что нас смотрят и дети в том числе!.. Кофе будете? Полчаса до следующего клиента...
  * * * *
  - На счёт десять я нажму на курок, Леха... ты мне не веришь? - в висок упёрлось холодное дуло пистолета. С такого короткого расстояния даже близорукий Гера попадёт, этот тютя по жизни... с первого класса непутёвый, вечно расхлёбывать приходится за ним. - Ну что тебе стоит? Маленькая подпись, и ты свободен! Для тебя эти жалкие два миллиона, тьфу!.. А мне срочно они нужны, пойми!
  - Гера, успокойся... пистолет убери! Мы же с тобой друзья...
  - Блять, Герман, дай я ему голову сейчас... - а это уже его напарник, по роже видно, прожженный уголовник, лапы все в наколках, глаза как у волка. Как этот тютя с ним снюхался?
  - Жора, уйди... Жора! Я сам!.. Леша, пожалуйста... только подпись, мне срочно нужно, пойми! - локтём он подправил съехавшие очки, всхлипывая... Надо же какой он жалкий, но у него пистолет... - Я начинаю считать... раз... два...
  - Гера, что случилось? - тихо спросил я, сохраняя спокойствие и понимая, что возможно мне осталось жить недолго. В эту сторожку, на краю посёлка, меня везли, не закрыв глаза... очень плохой знак. Только связанные руки и этот поганый пистолет у головы...
  - У меня сын болеет... - так сопли и слёзы, как же противно на него смотреть. И в школе он был такой, на жалость всегда давил, - если я не куплю лекарства в Германии, он умрёт через полгода...
  - Герман! Ты чё языком мелишь лишнее, как в Санта-Барбаре... - не выдержал его нынешний друг, Жора.
  - Заткнись! - перенаправил на Жору оружие, Герман. - Я сам знаю, что делать, не забывай кто тут главный!
  - Ладно, ладно... - отступил вглубь уголовник, тяжёлым взглядом смотря на Германа и подняв вверх руки, - делай что хочешь...
  - Три... лекарство стоит полтора лямона... четыре... а у меня нет даже квартиры, я бы продал её... четыре, ой, пять. Лёха, подпиши? Я этими деньгами спасу родную кровинушку, шесть... Жена развелась со мной, и сына оставила мне... семь... Я не хочу тебя застрелить, но я уверяю, восемь, я тебя живого отпущу... ты мой настоящий друг... дееевять... Лёша, я не хочу этого...
  - Хоре! - я оттолкнул Германскую руку с пистолетом, - давай, подпишу! Какой же ты нюня... но сын твой не виноват... Это для него!
  Оставив автограф на документах, я посмотрел на радостного Геру. Руки у того дрожали, в глазах его прочел облегчение.
  - Ты ведь не нажал бы курок?
  - Не знаю... честно тебе скажу, Лех, не знаю...
  - Гера, бере... - не успел я предупредить, как в затылок Германа, со всего размаху приземлилась монтировка, раскалывая черепную коробку. - Блять... сука...
  - Как он задолбал, не люблю таких нытиков... - Жора нагнулся к раскрытой ладони дергающегося в судорогах, Германа, и взял пистолет, - ну что? Спасибо, брат! Ты настоящий мужик, до последнего стоял... ничего личного...
  - Но там же фамилия Геры стоит, ты не сможешь бабло получить! - зацепился за последний шанс я, с трудом отведя взгляд от умирающего Германа... даже сейчас жалко этого дурня.
  - Этот очкарик не прочёл шапку, реальный баран. Я ещё вчера подменил документы, жаль, конечно, его сына... но что поделать?! - и он выстрелил точнёхонько в мой лоб.
  
   Глава 4
  - Уффф!.. Киров, от посёлка Лазурного, два километра, отдельно стоящая сторожка, усадьбы Костылева... В зимний период там никого нет, не считая самого сторожа. Его зовут Жора, возможно, он есть в данных полицейских. Где-то, недалеко от самой сторожки, два трупа... Вы извините, но один из них ваш муж, второй его приятель, Герман... - я отложил на стол брелок погибшего.
  Женщина завыла и упала на колени, я встал и отошёл к окну, раньше мне было тяжело произносить правду людям, особенно про смерть близких, но за долгие годы немного сердце очерствело. Достав сигарету, закурил, пока Антон утешал клиента. Добрый этот мальчик, удивительно, но он до сих пор сохранил милосердие и понимание.
  - Антон, звони Иванычу, пусть он подключает свои каналы в Кирове. Этот Жора - убийца, надо как можно быстрей его выцепить, расскажи ему всё... - я смотрел на улицу и на снежинки, медленно танцующие в воздухе от порывов ветерка. И думал о людях, о пороках, о глупостях... и вообще... для чего это всё?
  - До свидания, Серёжа... и спасибо! - в дверях моего кабинета женщина с Антоном остановились, и она оглянулась в мою сторону.
  - До свидания! - тихо попрощался я, махнув рукой с дымящейся сигаретой. Мне было немного неуютно от её присутствия, будучи её мужем, хоть и короткое время, часть мыслей и памяти его, остались в моей голове. И я прекрасно помнил её обнажённой и страстной, у них была очень горячая любовь. Мне этого не хватало. Дверь захлопнулась, заставив меня вздрогнуть, я остался один.
  Иногда, мне снился странный и страшный сон... Как будто бы я - большая луковица, со множеством слоёв. И каждый слой - это какой-то другой человек, со своей жизнью. Так и в реальности, иногда путал свои воспоминания с наслоенными воспоминаниями людей, которыми умирал. Были подозрения, что очень скоро у меня будут проблемы с психическим состоянием. Пока мне удавалось абстрагировать свою жизнь от чужой, но с каждым годом, это становилось всё тяжелей и тяжелей делать...
  - Серёга, Иванычу позвонил, доложил и проводил клиента... - прервал мысли Антон, докладывая, - лихо ты отработал сегодня, пятнадцать сеансов без задержек, тютелька в тютельку...
  - Тютя... тютя-матютя... Гера-тютя... - зашептал я, впадая в транс. Отчётливо вспомнил Богдана, родного мальчика, как он лежал маленький, хрупкий, на больничной койке. И эта дикая машина по закачиванию воздуха в лёгкие...
  - Серёга?! Что с тобой? - услышал где-то на подкорке, испуганный голос секретаря.
  - Ааа? - сфокусировал взгляд на Антоне, - дааа, так... Слушай, Тоха, нужна твоя помощь!
  - Окей! Только не проси мою почку или печень, а так, хоть что! - сострил Антон, улыбаясь.
  - Ну вот, ты меня обломал, мне именно почка твоя и нужна была... А если серьёзно, лети в Киров, проконтролируй там это дело...
  - Не понял? Ты серьезно?..
  - Да! Меня интересует кое-какая информация, как я и говорил, там два трупа, один Алексей, именно им я и был, второй Герман, его друг... противный такой тип, хоть и плохое не говорят о покойнике. Ну так вот, проверь там всё про этого Германа, узнай, есть ли у него сын, он, наверно, в больнице находится... Пробей про этого мальчика всё, чем болеет, можно ли его вылечить, поговори с врачами. Если есть возможность чем-то ему помочь - мы это сделаем! Любая сумма, Тоха... Мне это надо сделать, обязательно! Больше у мальчугана никого нет... только я...
  * * * *
  - Василь, здорова! - поздоровался я со своим фантомным другом, входя в коридор своей квартиры и начиная снимать с себя зимнюю одежду. - Давай, партейку в шахматы, чур, я белыми!
  Лампа в плафоне над дверью мигнула, и на лице почувствовал холодок. Василь был дома, и он был согласен сыграть. Но сначала я заварил байховый чай и нарезал пару бутербродов с колбасой, так сказать, для подзарядки мозга. А то привидение вполне могло натянуть меня на кукан, ему-то ничего уже не надо, он всегда заряжен на победу.
  - Слушай, брат... может нам с тобой чего-то не хватает? Живём как одинокие волки, уже под сорок лет, а кругом пустота... - я сделал ход пешкой. Через пару секунд, конь соперника поднялся в воздух и двинулся на С 3. - А как ты смотришь на то, чтобы усыновить одного мальчика?
  На диване, под картиной лежал планшет с зацепленной бумагой. Василь взял ручку и стал писать своим корявым почерком:
  - 'Ты сХодИшЬ С сУМа, теБе ОбязАТелЬно кТо-То НУЖеН... УсЫнОвЛяй!!____'
  
   Глава 5
  -Я взял работу на дом! - улыбался Валера, он с утра прилетел из Москвы, и сейчас вальяжно устроился в гостевом кресле с чашечкой кофе. - Ну у вас тут и холодрыга, а в столице, представляете, нет снега... дожди идут!.. Смотрел я вчера вас в инете, не плохой эфир получился с этим скалолазом, а последнии рассуждения ваши, 'пиплу' понравились, хотя надо осторожно со словами...
  - Я тоже самое сказала этим двум философам! - многозначительно посмотрела на меня Лиза, я ей улыбнулся и подмигнул.
  - Ты молодец, Лиз, вся надежда на твою внимательность, а где, кстати, Антон? Уже скоро девять часов...
  - А его сегодня не будет! Я его в командировку послал, в Киров...
   - Что-то важное?
  - Очень! - твёрдо ответил я, не вдаваясь в подробности.
  - Ну и ладно, пусть развеется, значит, пока его замещать будет Лиза? Я не могу, мне нельзя лишний раз светиться перед людьми, сами понимаете...
  - Понимаем... А что ты имел в виду, когда сказал про 'работу на дом'? - я был насторожен и немного обеспокоен.
  - Сергей Владимирович, не бойтесь, вас не напрягу лишним, что идёт против ваших принципов. Это в интересах нашей страны и вообще, мира. Я из Москвы привёз три личные вещи возможно погибших людей. Мне нужно как можно больше информации, кто их убил, за что и как, а если кто-то жив, то где он. Сразу скажу, два человека мои коллеги, а третий - простой человек, но очень важный для одного дела. Это именно та работа, которая будет иногда нужна нашему государству...
  - Это срочно надо будет сделать? - тихо спросил я Валеру, постукивая пальцем по поверхности своего стола.
  - Не так уж... но хотя бы в ближайшие три дня. Там будут ждать результата, - показал бровью вверх, Валера, - Сергей Владимирович ... это как раз те задания, на которые будут смотреть важные люди и от конечных результатов которых, зависят будущее моей карьеры и нашего общего дела... Очень уж много недоброжелателей появилось на высшем уровне из той... старой школы...
  - Я понял, Валер, не буду оттягивать, сразу же, сегодня, после всех запланированных сеансов, мы отработаем твою, 'на дом' взятую работу!.. - я ухмыльнулся и обнадёживающе подмигнул офицеру.
  * * * *
  - Привет, крыса! - с головы сняли мешок, но руки не развязали. На меня смотрел Артурчик, собственной персоной...
  - Артурчик, ну ты чё? Какой я тебе крыса? Мы с тобой десять лет на нарах пропарились...
  - Сука! - он хорошо так, коленом, приложился по моему животу. Я согнулся от боли. - Баха... именно от тебя я этого и не ожидал...как ножом по сердцу... Когда эти шакалы успели тебя приголубить? Я тебе доверял как брату...
  - Артур... не делай глупость, я реально твой брат! Что тебе про меня наговорили? - я стал оглядываться, вокруг собралась братва. Почти все смотрели на меня со злобой и ненавистью, лишь пара корешей, с сочувствием.
  - Знаешь, Баха, если бы мне кто-то сказал такое про тебя, я бы глотку ему зубами разорвал... - он подошёл ко мне и приобнял, по щекам бежали слёзы. Конечно, Артур мастер психологических выходок, этим и завораживал поциков, уж я-то его давно раскусил. - Помнишь тот рыбзавод в девяносто третьем? Когда нас прострелили насквозь и как ползли сквозь кусты, и друг друга поднимали?..Мы же с тобой тогда выжили, не смотря ни на что...
  - Помню, Арт... я никогда это не забуду... а ещё, если надо, я прикрою тебя от пули собой... брат... я не 'крыса'... - я храбро посмотрел Артуру в глаза. Как же я ненавидел этого типа, каждый божий день мечтал вонзить в его сердце кинжал. Сколько же этот бес жизней погубил самыми разными способами, сколько он унизил женщин и девушек, сколько моральных норм переступил создавая свой синдикат... Ни один Чикатило с количеством трупов Артурчика не сравнится. Мне тоже приходилось марать руки кровью, для конспирации, но никто из его окружения не сравнится с ним самим. Двадцать лет я ждал отмашки Оттуда, чтобы прекратить всё это, но, видать, так и не дождался. Сто килограмм самого разного компромата ждали своего часа под деревянным порогом в баню. Ээх, обидно... сгниют не про что, под носом Самого...
  - Блиин, Баха, как я хочу тебе поверить! - он оглянулся на окруживших нас, дружков и показушно вытер слёзы, - но факты на лицо! Знаешь, у меня Там тоже завелась 'крыса'...
  И он включил диктофон на своём смартфоне. Это был мой голос и Артёма Палыча, мы сидели в кофе, и пили капучино. Я сливал ему две последние сходки в Новгороде и Баку, а ещё просил меня отозвать, так как, документов мной собрано на десяток сроков Артурчику...
  ...Это был приговор, карта моя была сыграна, и я остался в дураках. Интересно, кто сделал запись? Сам Артём или его коллега, Тимурчик? Ведь в тот день нас было трое за столиком, хотя все эти вопросы сейчас были не важны...
  - Ну что, блять, братишка?.. - смачно плюнул мне в лицо, Артур, парни одобрительно зашумели, - что за компроматы ты там нарыл, крыса? Где они?
  - Нах...й пошёл... - как же хотелось дотянуться до его кадыка, и хлёстко по нему треснуть, чтобы он мучительно задохнулся, - ты, тварина, получишь ещё по заслугам, может и не сейчас... Помнишь, в девяносто третьем, ты изнасиловал Варьку Калинину?
  - Чего? - с недоумением выпучил глаза Артур, - какая Варька? Из 'Лагуны', официантка?
  - Да, она... ты ей потом живот вспорол и её кишки на шею накинул...
  - Хаааа, помню эту шлюшку... ломалась, шмара, сама виновата... а при чём ты-то?
  - А при том... мы собирались свадьбу с ней сыграть и она была беременной... А ты, ублюдок, такое с ней сотворил... тогда то я и подрядился работать на ментов. Вот, братишки... на кого вы работаете... - я посмотрел в лица своих некогда друзей и почувствовал их неуверенность.
  - Да и срать на твой компромат, один хер найду, всё переверну у тебя дома... Адью... брателло... - в мой живот вошёл любимый нож Артура, именно им он и убил моё солнышко, надо же какое совпадение. На землю, с всплеском, вывалилось моё нутро, ноги стали подгибаться. - Ах, как сладко извивалась твоя сучка подо мной... Баха...
  - Артуууррр... - прошипел я, чувствуя подкрадывающуюся смерть, - я теееббяяя буууддддууу ждаааать в Адддуууу...
  
   Глава 6
  - Адддуууу! Уффф! - вырвался я из объятий смерти и посмотрел на испуганную Лизу и нервного Валеру.
  - Ну? - вопросительно наклонился офицер в мою сторону, - говорите, Сергей Владимирович!
  -Баха, Бухарин Алексей Анатольевич, меня... эээ, его зарезал Артур Костомар, собственноручно...
  - Молодец, Сергей Владимирович, продолжай, это мы примерно и сами знали... Меня интересуют знания Бахи!
  - Так Лиза, пожалуйста, выйди, тебе не стоит это всё знать... - я дождался, пока девочка вышла, кинув на меня недовольный взгляд, и продолжил: - ...Короче, Валер, у вас в конторе, на которую работал Баха, завёлся крот. Двенадцатого сентября, двенадцатого года была встреча Артёма Павловича Антонова с Бахой, а ещё присутствовал Тимур Рустамович Галимов. И кто-то из этих двух записал на диктофон разговор, а потом слил Артурчику. Думаю, ваши люди отработают этих двух...
  - Это уже дело техники, - записывал в блокнот фамилии, Валера, - мне ещё нужно что-нибудь... Сергей Владимирович, повспоминай, ради бога!
  - Там и вспоминать нечего, этот Артур - исчадие ада! За ним полтысячи покойников числятся в Саратове - он всю область держит в кулаке почти двадцать лет. Но можно за жабры схватить эту тварину, Баха очень много сделал для этого... Он этого очень хотел, методично собирая компромат на Костомаровскую мафию... Пиши там у себя, Саратовская область, вилла Костомара близ села Усть-Курдюм, русская баня на самой территории, под деревянным настилом, под порогом спрятан металлический ящик. Прямо под носом Артурчика лежат документы, диски, фотографии и много чего ещё. Уверен, что он уже почти полгода роет окрестности в поисках этого сундучка. Только ради бога, постарайтесь полицию местную не подключать, боюсь, прогнил местный аппарат до самых корней...
  - Спасибо! - нетерпеливо вскочил возбуждённый Валера, - я на минут десять к себе... Ты представляешь... вы представляете, Сергей, что... эээ, чего стоит эта информация? Вот! Ради этого вы и нужны Родине!.. Боже мой... Да вместе мы горы свернём...
  Дверь закрылась, офицер побежал в свой кабинет делать звонки в Москву.
  - Баха, ты умер не зря... Эта сволочь получит своё! - прошептал я, вспоминая ещё не успевшие развеяться тени Артура, его шоблы, и той девушки, которую любил Баха.
  - Серёжа, может кофе или чай? - вошла Лизка, держа в руках две чашки и проходя к столу.
  - Чай... - улыбнулся я, смотря на такую родную малышку и на эти милые ямочки на девичьих щёчках.
  - Тогда я кофе! - улыбнулась в ответ, Лиза, протягивая горячий напиток.
  - Слушай, Лиз, ты с этой работой совсем не имеешь личной жизни... Так то мы с твоим отцом уже ждём... - я многозначительно подмигнул и отхлебнул чай.
  - Не понимаю, о чём это ты... - покраснела девушка, устраиваясь в гостевое кресло и чуть не расплескав кофе.
  - Да хватит тебе - всё ты понимаешь! На свадьбе охота погулять, пока не стал старым пердуном, а то потом не потанцевать, не повеселиться...
  - Аааа, вон о чём... папа мне мозг выносит, а теперь ещё и ты... Это он тебя попросил со мной поговорить!?
  - Нет... никто, ничего не просил... - оторопел от такой агрессивной реакции девочки на такие безобидные слова. И тут меня спас зазвонивший смартфон. Пальцем я показал тишину и, приложив к уху, нажал на разговор. - Здорова, Антоха!
  - Серёга, привет! Всё узнал, о, величайший чернокнижник и чародей...
  - Хоре, кривляться, давай по-существу! Есть у Германа сын?
  - Да!.. И он болеет очень серьезно! Сейчас он лежит в лечебнице, но в скором времени его отправят в сиротский дом, в интернат, умирать. Мальчику четыре года, что-то там у него с иммунитетом и позвоночником, докторишки называли диагноз, название хитрое, язык сломаешь... Есть мать, но она отказалась от ребёнка, короче... ничего хорошего!..
  - Не увиливай, ты забыл, что я тебе наказывал?
  - Ну, Серёжа, чего ты хочешь? Ребёнок почти обречён... Он очень плохо выглядит... - я почувствовал, что голос у Антона дрожал, как бы он не напускал на себя весёлость, но что-то там его очень тронуло. Мне надо было это выяснить!
  - Договаривай! Говори всё, что узнал и не надо хитрить!
  - Эээх, ну значит так... Есть лечебные средства чтобы остановить болезнь, в Германии, но они стоят почти два миллиона рублей... Но это ещё не всё, а потом надо делать операцию и пересаживать костный мозг от донора и его ещё найти надо... это ещё два миллиона... Даже если всё это сделать, и то, только тридцать процентов на успех...
  Я знал, что делаю глупость, и меня накрывает сумасшествие, но ведь мальчику надо дать шанс, пусть он мизерный...
  - Антон, оплачивай, мы будем его спасать! И ещё... как его зовут? - не знаю почему, но я насторожился, как будто чего-то ждал такого зубодробильного.
  - Уффф... эх... хм... хм... - там, в Кирове, этот баламут, вечный весельчак, сдулся и захныкал. По моей спине пробежали мурашки, - Богдан...
  И короткие гудки, Антон отключил связь.
  - Что с тобой, Серёжа? - испугалась Лиза, увидев моё перекошенное лицо.
  Я не ответил, перед глазами ясно стояла картина. Анна держит в руках Богдана, и они идут к Свету, удаляясь от меня всё дальше и дальше. И сын машет прощально рукой...
  - Ничего... - наконец ответил Лизе, - просто у меня, кажется, появился сын...
  
   Глава 7
   Где мы находимся? - вопросил я фантом, в котором оказался. Подо мной голубели чистые воды, а чуть правей расположилась береговая линия, именно туда и отходила соединительная нить ангела с его подопечным. Слава богу, клиент был жив и здоров.
  - Привет, Сергей! Какие люди пожаловали по нашу душу... - тон мысли сущности, мне не понравился, нотки язвительности присутствовали... нда, очень уж по-человечески. - А вы, смотрю, перешли на служения Государству? Нехорошо, очень нехорошо...
  Тебя не спросил... - подумал я и рванул в полёте к пляжу. Надо было убедиться, что с ним всё в порядке и где он находиться, а то я от этого ангела ответы могу и не дождаться.
  - Он пятнадцать лет просуществовал, скрывая свою настоящую жизнь, вечно кого-то играл, жил чужой жизнью ради твоих дружков... имеет он право быть простым человеком? - мы подлетели к большому навесу от солнца, сделанного в виде зонта, под который уходила нить. Там, на пластмассовом лежаке возлежал клиент и попивал из трубочки коктейль, рядом устроилась красивая, светловолосая девушка, судя по вздыбленному животику, на сносях. - Да, как видишь - подруга беременная... Он пятнадцать лет отдал Государству свою личную жизнь, с помощью его информации были предотвращены десятки терактов, задержаны радикальные группы по всему миру... Пожалуйста, Сергей, дай ему шанс на новую жизнь, он устал...
  Я завис над этой парочкой, соображая. Вот он встал с лежака, выдавил крем от загара на ладонь и стал нежно втирать в спину своей любимой, приговаривая что-то на английском. Она ответила, мило улыбнулась и протянула свою руку. Он опустился на колено, в мягкий песок и поцеловал сухими губами её пальцы. Другой рукой, девушка погладила его волосы на голове. Стало неловко, как будто я подглядывал за чужой жизнью, хотя так это и было, по сути.
  - Посмотри на их глаза, Серёжа! Они достойны друг друга, это настоящая любовь, кстати, если тебе будет интересно, эта женщина - коллега по работе, правда английская разведка... Так-то вот, брат, и она тоже пропала для своих... - в этот момент, я поднялся в воздух, над отдыхающими, - Ты что там затеял? Хочешь всё же узнать, где он находится? Пожалуйста, ради ребёнка, который ещё не родился, не надо...
  Да пошёл ты... братишка... - и я рванулся в голубой океан, как же я хотел искупаться в нём и раствориться в прохладе...
  - Спасибо, Серёжа! - услышал я краем уха, прежде чем оставить фантом ангела.
  * * * *
  - Уффф! - я открыл глаза и посмотрел на Валеру.
  - Ну? Он живой? Мы с ним начинали вместе, это мой друг, мне надо знать! - не выдержал моего взгляда, офицер, - если его убили, нужны подробности и имя убийцы, пожалуйста...
  - Успокойся, Валера... с ним всё в порядке! Живее всех живых...
  - Где он? Сергей Владимирович, не томи, он очень много знает...
  - Не знаю... - улыбнулся я, - просто, не знаю и всё...
  - Что за шутки? Сергей Владимирович, ты не понимаешь? Этот человек был вхож в террористические группы, от многих дел у него ключи в руках... это не смешно! Он нам нужен!..
  - Валера, ты его настоящий друг?
  - Конечно же, и я не хочу, чтобы он пострадал, он нам нужен живой и дома!
  - Ну, так вот, он сжёг все мосты с вашей организацией, он хочет начать новую жизнь... у него другая фамилия, есть невеста, а скоро родится ребёнок... и если ты его настоящий друг, прими как есть... и больше я ничего не скажу!..
  - Ээх, Сергей Владимирович... - вздохнул Валера, поднимаясь с кресла, - вы меня разочаровали... но я рад, что он живой и с ним всё хорошо... Вы устали, последнее задание отработаем уж завтра вечером... Всего хорошего!
  - До завтра, Валера! - офицер вышел из моего кабинета, оставив меня одного. Я смотрел в окно, вечерние сумерки сгущали краски. Это где-то там жарко и светло, а у нас уральская зима и февральский колкий ветер. Немного было завидно последнему моему клиенту.
  - Всё, Серёжа! Пора по домам, - появилась в зимней одежде, Лиза, - Тебя ждать?
  - Нет, милая, едь одна, а то уже темнеет...
  -Ну ладно, тогда пока!
  - До завтра, солнышко!
  Вот и закончился очередной рабочий день, и пора было возвращаться в холостяцкую свою квартиру, к Василю - духу, который умер в одиночестве и не нашедший покой даже после смерти. Нашли два одиночества друг друга, один смертный, другой бессмертный, надо же какое мистическое совпадение... А ещё у него и фамилия Бессмертный... нда...
  
   Глава 8
  - Игорёк, братишка, ты как? - озабоченно смотрел на меня Петр, - Что-то ты бледный сегодня... через пятнадцать минут наш выход, там уже усатый на сцену вышел...
   - Всё нормально, Петруха! Зажжем эту публику, не ссы кипятком по ляжкам... Что там с 'фанерой'? Готова?.. - посмотрел я на своё лицо в зеркало, промокая тряпкой каплю пота проступившую у края глаза, аккуратно, стараясь не задеть наложенный макияж.
  -Да, Игорь, пока не забыл... Слушай, ты там много то не глаголь на сцене, нам надо уложиться в рамки по времени, строго восемь минут дали на всё про всё, планы знаешь ли...
  - Задолбали эти пережитки прошлого, всё им планы подавай, семьдесят лет им было мало... твари...
  - Игорь, не начинай...
   - Да пошёл ты... - руганулся себе под нос, чувствуя вину перед Петром. Да, часто я срывался на нём зазря, как он ещё терпел мои выходки. В коридоре, за дверью, начался какой-то шум и крики. - Иди, узнай что происходит!
  Пока отсутствовал мой друг, я мрачно смотрел на своё отражение. Как уже надоела эта русо-рыжая копна волос и эта борода, так хотелось всё это убожество сбрить и вообще, уехать на пару лет на Байкал, в глушь, и просто отдохнуть от этого всего. Я и первозданная природа... красота...
  - Игорь, там блять, Костик оборзел... - ворвался в гримёрку Петруха, с перекошенным лицом, - говорит, что Азидова, хочет выйти предпоследней, говорит, что не успевает переодеться... а сейчас, чтобы мы...
  - Сука... - мозг мой вскипел, как эта девчонка смеет? Я вскочил в коридор, схватив со стола газовый пистолет, и рванулся за Петром. Там мой администратор набросился на клубок из мужиков. Мои охранники скрутили этого сумасшедшего боксёра-телохранителя Азидовой, но он умудрился выкрутиться, вытащить свой наган и даже пару раз выстрелить в пол. Тут уже и Петруха помог, они выкрутили ему руку, и оружие упало на пол.
  - Блядь! - заорал и выстрелил газом, облако которого накрыло меня же. Будь прокляты эти китайские самопалы. Ну да, немного непутёвый я и горячий. Краем глаза видел, как из других комнат выскакивали люди, где-то в глубине души внутренний голос говорил мне, не глупи, не вмешивайся... А нет же, отплёвываясь от перчичного едкого запаха, прыгнул на этого дикого психа, считай только вчетвером нам и удалось сковать Азидова мужичищу. Он брыкался, как раненый бык. И тут я увидел в руках Петра наган, до этого валявшийся на полу. Незаметно для других, он направил его на меня и выстрелил... Ах, как подло... ведь сам же пригрел эту змею...
  - Оххх, как же больно, божеее... - прошипел сквозь зубы я, с трудом встав на ноги. Грудину разрывала ужасная боль. Парни в страхе все расступились, пропуская меня в последний путь к сцене. Сделав пару шагов вперёд, я завалился на бок. Перед глазами стоял свет софит и одинокий микрофон, они звали меня к себе, чтобы я спел песню... и темнота...
  * * * *
  - Уффф! - ворвался я в свой мир и с удивлением посмотрел на лейтенанта, он с опущенным взглядом ждал моего прихода. - Это что было, Валера? Ты дал мне ручку самого Галькова? Это же не правильно... За двадцать с лишним лет вы не арестовали убийцу, и только теперь пытаетесь найти виновного?.. А может уже не важно, кто его убил? Ааа? Есть же такое понятие - как давность преступления?
  - Да есть... - согласился Валера, вздыхая, и тут же продолжил: - но и есть другое понятие - виновный не должен уйти от ответственности и рано или поздно люди должны узнать правду! Смерть его, до сих пор вызывает бурные дискуссии и споры, увы, милиция тогда отработала ужасно. Сам понимаешь, девяностые года, полный развал строя и анархия, профессионалы ушли а пришли на их место дилетанты... Так и получилось, ещё к тому же показания свидетелей путаны, один говорит одно, другой совершенно другое, а при таком раскладе никак однозначно нельзя обвинить кого-нибудь. Да и сам Гальков, творческая личность, разгорячился почём зря и засучил рукава... Там очень было всё тяжело, на пистолете отпечатки почти всех, кто дрался...
  - Знаю... видел...
  - Ну, так что? Игорь видел, кто выстрелил?
  - Да... это был Пётр, его администратор, и не случайно... А какую цель он вынашивал, совсем не понимаю... Сам Игорь был удивлён в последний миг своей жизни... это уж вы сами раскручивайте...
  - Спасибо, Сергей Владимирович! Вы помогли очень...
  - Кончай уже с этим 'Владимирович', напрягает, давай на 'ты'!? И тебе попроще, и я расслаблюсь... договорились?
  - Окей... Серёга... - улыбнулся офицер.
  - Вот и ладушки!..
   Глава 9
  Мальчика Антон привёз в Челябинск и устроил в областной онкологический центр. Лекарства доставили в течение трёх дней, после чего начался курс лечения и подбор донора по имеющейся базе данных. Слишком много было странных совпадений, поэтому однажды я поехал, и сдал кровь из вены на проведение тканевого типирования, а ещё заодно познакомился с Богданом.
  - Привет! - я сидел на стуле, одетый в белый халат и в марлевой повязке на лице. На кровати лежал мальчишка, весь исхудалый, без волос на голове, в респираторе, и с большими синими глазами. Сердце моё сжалось, ребёнок был такой маленький и хрупкий.
  - Пливет... - тихо ответил мальчик, крепче прижимая к себе плюшевого медвежонка. Видно было, что он насторожен и испуган.
  - Не бойся, малыш... меня зовут Серёжа. У тебя тут друзья есть? - Богдан не ответил, а показал свою игрушку, после чего опять крепко её обнял. - Понятно... Это хороший друг! Хочешь, я иногда буду к тебе приходить по вечерам и читать сказки?
  Мальчик кивнул и улыбнулся.
  - Вот и договорились! Ну-ка, как меня зовут?
  - Сеёза!
  - Молодец, Богдан! Ну ладно, завтра вечером я приду со сказкой, ты давай, жди меня, никуда не уходи!..
  - Я боею... кудя я уйдю? - удивился мальчишка...
  Так мы и познакомились. После чего я стал ходить к нему каждый вечер, не считая тех дней, когда у него были облучения, тогда меня не пускали к нему. Через неделю доктор сообщил, что в международной базе доноров совпадений не было, а это порядком нескольких миллионов людей по всему свету. Ну а вот мой анализ, поразительно, оказался положительным... На самом деле, на интуитивном уровне, я знал, что мой костный мозг подойдёт...
  * * * *
  Трансляция ? 66 от 15 февраля 2013 год 9 - 10 по местному времени:
  - Доброе утро, мальчики и девочки! Сегодня прекрасная погода, солнечная... весной немного пахнет, чувствуете? - Антон для убедительности повёл носом, как будто принюхиваясь, лучезарная улыбка на пол лица. - Сегодня у нас сеанс под номером шестьдесят шесть - магическое число! Представляете? Я чувствую волшебство всеми фибрами! Ну что, начнём работу?.. Так, глупости вон и быстренько пробегусь по клиенту. Раиса Михайловна, фамилию она не разрешила называть, только имя и отчество. В октябре месяце муж у неё ушёл в гараж за картошкой и так и не вернулся. Полиция, поисковые команды прочёсали весь Магнитогорск, никаких следов. Прошло почти полгода а человека так и не нашли... Такие братья и сёстры, дела...
  Заиграла музыкальная тема из 'Секретных материалов', Антон кинул взгляд на мой стол, именно за ним он и сидел, пока меня не было, и нажал на кнопку.
  - Антон, тут Раиса... эээ как? Михайловна, подошла...
  - Матвей... проводи её! - мой помощник многозначительно посмотрел в камеру, - начнём, господа! Не забываем ставить лайки под видео...
  - Ну, всё, хоре! - в кадре появился мой затылок, я отправился к креслу, на котором проводил встречи клиентов. Антон уступил мне место, зачем-то подмигивая в камеру. Да, вид у меня с утра был не очень презентабельный, глаза чуть припухшие, недельная щетина с вкраплениями седых волосков и небольшой бугорок на носу, результат от давнишнего удара кулаком. Я пренебрежительно махнул рукой в приветствии, - привет, друзья!
  - Можно? Доброе утро, Сергей Владимирович... - включилась вторая камера, и теперь на экране показывали одновременно два изображения. На одном, я сидел за столом, на другом - в дверях женщина предпенсионного возраста, в тёмном платье и с чёрным платком на голове. Она прошла вперёд и с надеждой посмотрела на меня.
  - Проходите, Раиса Михайловна... И если вам не трудно будет, называйте меня Сергей, без отчества.
  - Хорошо, Серёжа...
  - Вот, садитесь сюда... пожалуйста, - Антон уважительно взял за локоть женщину и провёл её на мягкую гостевую кушетку. Камера сфокусировалась на госте, это с недавнего времени мы приобрели вторую камеру, которой манипулировала Лиза в своём кабинете. Двадцать первый век в действии. - Вы принесли, что я просил?
  - Ааа? Да, Антон, вот... - она немного нервно вытащила из своей сумочки старый раскладной телефон Нокио и протянула Антону, - пойдёт?
  - Да, всё отлично! - Антон передал его мне в руки.
  - Понимаете, он ушел только с ключами от гаража... даже телефон не взял, а погода дождливая была... Ни денег, ни документов при нём не было... Когда стемнело, я стала беспокоиться... - всхлипывая, рассказывала Раиса Михайловна. На другой половине экрана, я взял телефон в ладони и закрыл глаза, - бывало иногда, он там со своими дружками зависнет... хм... потом пьяный приходил, так что я не сразу спохватилась... А правда, что сейчас смотрят на нас люди? Куда смотреть?
  Женщина стала крутить головой.
  - Вон, две камеры, - по очереди показал в два экрана пальцем, Антон, и кинул взгляд на монитор компьютера, - да, правда. Сейчас прямой эфир, сто восемьдесят тысяч людей в онлайне.
  - Ух ты, как много... - она жалостливо посмотрела в камеру, - Федя... если ты ушёл к другой женщине, пожалуйста, отзовись! Я всё пойму и отпущу тебя, но, ради Бога, ради наших детей... Хм... хм...
  Раиса Михайловна не выдержала и заплакала, промокая глаза платком. Антон, уже со стаканом воды, появился с левой стороны и протянул женщине.
  - Уффф... - ну это уже я зафыкал, впадая в транс. Глаза ужасно закатились, с угла рта пошла пена, моё тело затряслось. На экранах происходили странные вещи. Одновременно стало всё светлей и светлей, было такое впечатление, как будто где-то рядом команда сварщиков стала приваривать металл, через пару секунд свет пропал.
  - Боже мой... что происходит? - слёзы просохли а на лице Раисы Михайловны и появился страх.
  - Ооох же... - взъерошился Антоха, подбегая к окну и открывая его нараспашку. - Смотрите, это ракета взорвалась! Ничего себе!
  Женщина подошла к Антону и с удивлением стала смотреть на небо. На экране они были с левого края, почти не попадая в камеру. Тогда Лиза повернула объектив в их сторону. А на другом изображении, я продолжал пускать пузыри и дёргаться, как паралитик, в то время, когда в голубой синеве стелился дымовой след от взрыва небесного объекта.
  - Странно... а может это самолёт взорвался или столкнулся... а ничего не слышно, так-то мы должны услышать хоть что-нибудь...
  - А может война началась? Боже... как это страшно... А с Сережей всё нормально? Он совсем ничего не слышит?..
  - Он сейчас в потустороннем мире, далеко от нас, - закрыл окно, Антон, не отводя взора от неба, - почему нет взрыва? По виду там бахнуло не хило так...
  И в этот миг раздался взрыв, которого так ждал Антон. Камеры трясануло, как при землетрясении. За спиной секретаря стёкла вылетели из окна, завизжали сотни автомобильных сигнализаций на улице. В ужасе Раиса Михайловна и Антоха припали к полу. В кабинет вбежала Лиза.
  - Раиса Михайловна, Антон, вы в порядке?
  - Охх... вроде со мной всё окей... - привстал секретарь, оттряхивая пыль.
  - Я тоже...
  Они втроём стояли, с недоумением смотря на мои конвульсии. Я продолжал эпилептически медитировать в экране, за моей спиной валялся шкаф, документы со стола были сметены звуковой волной, а на волосах белела, как перхоть, штукатурная пыль, упавшая с потолка.
  - Уффф! - я жадно вдохнул воздух и уставился на Лизку, Антона и Раису Михайловну, - у вас такие лица, как будто вы увидели инопланетянина... Извините меня, но ничего обнадёживающего я вам не скажу Раиса Михайловна. Ваш муж убит в 308 гараже, Германом Андреевичем, они вместе выпивали в тот день... Антоха, звони Иванычу, пусть вызывает опергруппу... Ещё раз простите...
  На экране я встал с кресла и повернулся к окну...
  - А что тут произошло?..
  Конец трансляции...
  1268321 лайков
  Вот так, в прямом эфире сто восемьдесят тысяч человек встретили небесного гостя, прилетевшего к нам из космоса, а мне лишь удалось посмотреть на это событие в записи...
   Глава ?10
  - Знаете, Сергей Владимирович, я подписан на ваш канал!.. - я лежал на операционном столе, спиной к верху, рядом стоял парнишка в белом халате. Он как фокусник, настраивал свой анестезийный аппарат. - Вы не бойтесь, анализы у вас хорошие, вроде, аллергии на анестезию нет...
  - 'Вроде' прозвучало не очень уверенно!?
  - Давайте уберём это 'вроде', - сквозь марлевую повязку, улыбки не было видно, но я почувствовал её, - всё будет хорошо!.. А круто получилось с этим метеоритом, один из лучших ваших эпизодов! Жаль, я не в прямом эфире смотрел, работа, знаете ли... У нас тут мы даже не заметили, что произошло... даже немного обидно было! После операции, когда мы вышли, народ бегает по залам... кто орёт 'война началась', другие 'НЛО сбили'... вакханалия... Ну, что? Готовы?
  - Да! - что-то я устал от такого разговорчивого анестезиолога.
  - А вы молодец... для незнакомого мальчика на такое пойти... - после чего, он одел на моё лицо, маску, с отходящими шлангами и зашипел газ. - Не нервничайте, на счёт три вы уснёте... Раз... вам становится спокойно и хорошо, два... всё не так важно... три...
  Хотел я сказать, что ничего не происходит, даже успел моргнуть, и резко накрыла темнота...
  * * * *
  Я сидел на зелёной травушке, надо мной раскинули свою листву берёзы, пряча от меня солнечные лучи.
  - Привет, Серёга! - рядом из воздуха появился Семён, он, крякнув, присел по-турецки напротив меня, - ох, спина побаливает...
  - Здорово, Семён! Ты тогда, на скамейке, помнишь - пропал!? Ты не человек что ли?
  - Дурак ты, Серёж, конечно же человек... вон, и спина болит... - почесал свою щетину Семён и вытащил из-за пазухи бутылку водки, - будешь? Ну как хочешь, а я всё её, голубушку, не могу допить...
  - Ты мне помогаешь, а потом пропадаешь... зачем ты это делаешь?
  - Так надо, Серёжа, для Него, - он посмотрел на небо и вздохнув, продолжил: - я должен тебе передать - ты всё правильно делаешь и не сворачивай с своего пути. Помнишь такую сказку, 'Звёздный Мальчик' называется?
  - Эээ, да... к чему ты это?
  - Ну... эээ, блин, мысль вылетела... - хитро улыбнулся Семён и отхлебнул с бутылки, - фууу... не важно...
  - Сёма, - я стал вслух рассуждать, - в той сказке мальчик был звездой и упал на землю... Он был подарок для человечества, но это не поняли люди... Или ты про этот 'метеорит', который у нас недавно упал?.. Совсем запутал ты меня, брат...
  - Ох... ну у тебя и фантазия... просто береги сына, Серёга, не каждый день Он признаёт ошибку Свою и делает ход назад...
  - Чего? Не понимаю...
  -Эхх, если я понимал... - и опять Семён растворился, как дымка развеянная ветерком.
  Ну и мне пора было возвращаться обратно, ведь меня ждало будущее и надежда на благополучный исход, пусть и всего лишь тридцати процентное...
  * * * *
  Через два месяца мальчик пошёл на поправку, болезнь уходила семимильными шагами. Он привык к моим посещениям, а потом даже обнимал меня, уткнувшись головой в плечо. Сердце моё учащённо билось в такие моменты, я чувствовал, что возвращаюсь к жизни, которую считал потерянной навсегда. А ещё через месяц, Богдан вернулся в мою квартиру, и я стал его отцом, пройдя все стадии усыновления... но это совсем другая история и совсем неинтересная...
   Часть 9
   Глава 1
  - Дядя Вася, а посему у тебя не било сина или доськи?.. А посему анна не хотейа?.. Пьохо... дети веть нузны... дядя Вася, а ты мозесь целез стену плоходить?.. Ооооохоооо! Кйасно!.. - я стоял за дверью, и по моей спине бежали мураши от страха. Так получилось, что сначала хотел зайти в комнату к Богдану, и тут услышал этот разговор его с пустотой, ну и замер, поражённый. Мальчик как-то видел Василя и даже больше... он с ним разговаривал. - Дядя Сеёза говолит, сто я колосий майцик, но я не осень колосий... Всела в садике я Малинку пьнюль а ана пйакала, гломко... дула... сто с неё взять?.. Посему нейзя?.. Холосо, не буду!
  - Кхм, кхм... - прокашлял я, прежде чем открыть дверь, - Богдан, а ты с Василем разговариваешь? Ты его видишь?
  - Да, вот онь! - как ни в чём не бывало, показал рукой мальчик перед собой, сидя на полу и совершая манёвр на игрушечной полицейской машине. - Дядя Селёз, а он сейсяс плоходил серез стеню, онь войцебник! Я когдя выласту, тозе наусусь!
  - Конечно! Василь, друг... можно с тобой поговорить... на пару слов... Идём за мной, брат! - я закрыл дверь детской и прошёл в зал, надеясь что привидение отправилось за мной. - Василь, и как давно ты с мальчиком общаешься? Ты же понимаешь, что это не нормально?
  'ДвА Дня наЗаД оН МенЯ увИдЕл...' - начал писать своим корявым почерком на планшете, Василь. Я устроился на диване, под его сакральной картиной и стал смотреть на танцующую в воздухе ручку. - 'Я ТоЖЕ УдИВИлсЯ и ИспУГалСя СпЕРвА, А тЕпеРь даЖе раД! ТепЕрЬ я ХоТЬ не оДин... А вооБЩе, Вы, Оба СтРАннЫе!'
  - Кто бы говорил... - пробубнил я обиженно, но надо было провести краткий ликбез Духу, поэтому продолжил: - Василь, друг... тебе надо как-то объяснить, чтобы он про тебя не говорил людям. А то из опеки придут и услышат про твои похождения, и как ты сквозь стены шуруешь. Его заберут, а меня в сумасшедший дом отправят. И так они на меня косо смотрели, когда оформлял опеку, вы, говорят, звезда ютуба, да ещё и экстрасенс. В тоне их я сразу прочёл свой диагноз, так что, Василь, надо как-то поосторожней! Ты меня услышал, брат?
  'УсЛЫшаЛ... нО тЕБе бЫ нЕ помЕШалО бЫ к ПсиХОлогУ на пАру сЕаНСов схОДитЬ!' - после восклицательного знака ручка упала на планшет, что говорило о конце разговора.
  - Шутник вы, однако, - вздохнул я и, улыбнувшись, крикнул: - Богдан, идём в коняшки поиграем!
  - Улаааа! - завизжал мальчишка, вбегая в комнату. Я смотрел на него и поражался с тем контрастом, каким он был всего лишь с месяц назад. Исхудалый, с нездоровым блеском в глазах и совершенно безволосой головой. У него даже брови отсутствовали тогда, а теперь это был совсем другой ребёнок. Набрал мясца на костях, оброс русыми волосами сантиметра в два и красивые реснички с бровными дугами проявились. Чудеса да и только.
   * * * *
  - Антоха, здорова! Ну, как брат дела? - наконец-то я набрался духу и позвонил в 'P&S'. Где-то в глубине моей души свербило, от понимания того, что я своих друзей почти на полтора месяца бросил одних с этим агентством. Конечно, за долгие годы без отпуска, я вполне заслуженно ушёл на отдых, хотя какой это был отдых? Двухнедельное восстановление после трансплантации костного мозга, скрещивание пальцев на то, чтобы прижилась моя ткань, и не появился регресс у мальчишки и только недавно врачи сказали, что можно вздохнуть свободно - мальчик здоров. И опять, спасибо Лизке, она как всегда была рядом, помогая по дому, по хозяйству. А наш боец внутренних сил, Валера, на время моего вынужденного 'прогула', укатил в Москву, видимо, очередной раз что-то затевал к моему возвращению.
  - Ооо! Какие люди соизволили позвонить на работу... Ну, здорова, коль не шутите!
  - Да, ладно, тебе... рассказывай, как вы там?
  - Да мы-то ничего, работаем в поте лица... только и успеваем записывать на приём к вам, сударь... Я даже пару раз пробовал сам войти в транс с потусторонним миром, но там, наверху, в небесной канцелярии, мне сказали, что без Сергея Владимировича не будут работать...
  - Язвишь? Ты думаешь, я мог бы поступить по-другому с этим ребёнком?
  - Эээх, да ничего я не думаю... - вздохнул печально в трубке голос секретаря, - я, когда в первый раз увидел Богдана на кроватке, такого худого и слабого... сердце знаешь, как больно кольнуло? Прости меня, Серёга, но я подумал в тот момент, что он не жилец... Я не хотел, чтобы ты себя растрачивал на него... но когда ты настоял на его спасении а потом ещё из двух миллионов доноров, именно ты подошёл по всем показателям...
  - Антон... не надо...
  - Нет, дай договорю! После этого разговора, я никогда не буду говорить про... и знаешь, даже хорошо, что между нами расстояние... Я понял тогда, что это провидение! Именно так и надо было сделать, как сделал ты... И это было задумано Им!.. Несвязанно говорю, но думаю, что ты улавливаешь мою мысль?!
  - Улавливаю, братишка... спасибо...
  - Уфффф... - выдохнул на том конце, Антоха, взяв 'себя в руки', - окей!
  - Слушай, - поменял я тему, - а как там ютуб? Заваливается? А то я совсем не слежу за новостями...
  - Да нет, народ ждёт возвращения своего героя! Представляешь, в инете появилась куча фанфиков...
  - Давай без этих хитрых словечек...
  - Короче, много пародийных стримеров-экстрасенсориков, один с черепом общается, несёт такую ересь, а пипл хавает...
  - Опять?
  - Сорян... Другой впадает в, якобы, транс, с соплями и криками... А твой последний стрим с метеоритом оброс кучей пародийных роликов, со взрывами стёкол, бетонных стен, а есть даже такой прикол. Ты, такой открываешь глаза, вокруг апокалипсис, всё разрушилось, и говоришь: 'а чё тут произошло?'... Короче, народ креативит по-чёрному.
  - Понятно...
  - Ну что?.. Когда вернёшься?
  - В понедельник, Антон... Устроил я Богдана в садик, тут, рядом с домом. Вроде ему нравиться туда ходить, так что пора. Можешь уже анонс размещать, первый же сеанс в онлайн! Хватит курковать!
  - Ура! А то мы тут уже засиделись от скуки...
  
  
  
   Глава 2
  - Привет, дорогие мои друзья и подруги! Наконец-то мы дождались этого дня, наш Гуру возвращается после длительного отпуска... - я стоял у двери и смотрел на кривляния Антона перед камерой, ну не исправим этот мальчик, хотя какой это мальчик, ему уже было под тридцать. Надо же, уже больше десяти лет прошло, с того дня, когда я его взял на работу. Прыщавый восемнадцатилетний парнишка, сирота и с испуганным взглядом. И кто бы мог подумать, что он превратится в прекрасного молодого человека, пленяющего многие женские сердца. - После того феерического метеоритного дня прошло полтора месяца, многие из вас с нетерпением ждали возвращения нашего любимого путешественника в потусторонние миры, Сергея Владимировича. Добро пожаловать Дамы и Господа в новую вселенную и обновлённую студию!..
  Да уж, в моё отсутствие, многое поменялось в кабинете, и я его с трудом узнавал. По углам стояли чугунные канделябры с вставленными, зажженными свечами. На шкафу возвышалось чучело филина или Совы, я не зоолог, как их различить - не знал. На зелёных стенах кто-то умный нарисовал магические руны, смысл которых мне был не понятен. А на середине стола лежал череп, очень напоминающий человеческий. Но на этом нововведения не заканчивались, теперь, помимо центральной камеры, стоящей на треноге, у нас появились два оператора, они вели съёмку с двух разных боковых ракурсов. Один из них сейчас направил свой аппарат с мигающей лампочкой на меня и делал какие-то знаки.
  - Ах... ежесь... - вспомнил я напутствия перед началом трансляции и нажал кнопку на левом скрытном наушнике.
  - Серёжа... не тупи... улыбнись, сейчас ты в экране... - зашептал голос нашего режиссёра Лёвы, приехавшего из Москвы и работавшего до этого дня в каком-то крутом телевизионном агентстве. Я не очень красочно растянул с трудом слушающиеся губы. - Ориентируйся на мигающую лампочку на камерах, если загорает, значит, она в данный момент передает изображение! Ну у тебя и улыбка... это какой-то кошмар...
  После чего загорелась лампа центральной камеры, перед которой стоял Антошка и вёл пламенную речь. Смысл его слов от меня ускальзывал, я всё оглядывался по сторонам и понимал, что этот антураж мне не нравится. Вот прямо совсем, какой-то клешовый, как будто подсмотренный в этих американских дешёвых фильмах про мнимых магов. Я понимаю, красные шторы, закрывающие окна, должны были создать волшебную световую палитру и придать мрачность обстановки, но мне это не нравилось.
  - Вы издеваетесь?! - не выдержал я, прерывая вступительный монолог Антона.
  - Это не по сценарию, Сергей, придерживайтесь... - занервничал в ухе Лёва.
  - Да срать мне на сценарии! Что тут происходит, елки-палки? - я вытащил наушник и кинул его под ноги. - Мы что? В крематории находимся?
  Я прошёл к шторам и раскрыл их, впуская дневной свет.
  - Хай молодежь... и не очень! Неужели вам нравится всё это? - я кивнул на горящую свечу и задул её, после чего пошёл к другим канделябрам, - Мне, лично не по вкусу, мы же не в средневековом веке, в конце концов...
  Потушив все огоньки, я подошёл к столу.
  - А это вообще безвкусица... тьфу! - сплюнул я под ноги и, схватив череп, выкинул его в мусорную корзину. Секунду подумав, двинулся к шкафу, с отвращением посматривая на птицу, - Антон, зачем ты позволил такое убожество? Ты же знаешь, я ненавижу эти высушенные трупы... Ох... чёрт!
  Чуть не остановилось у меня сердце от неожиданности, филин или сова, крутануло башку и мигнуло - оно было живое! Антон в этот момент улыбался от всей души и показывал мне большим пальцем вверх.
  - Нда... - взял я себя в руки и отвернулся от крылатого, пусть уж сидит там, бог с ним, - Зови клиента, Антон, пора начинать!
  После чего сел в своё любимое кресло и вдохнул, испытывая приятное чувство удовлетворения, и понимая, как же я соскучился по своей работе.
  * * * *
  - Добрый день! Меня зовут Алексей!
  - Привет Лёша, Иван Васильевич... - протянул свою мозолистую ладонь мужик, левой рукой ловко подправляя рулём движение машины. Я ответно пожал, чувствуя шофёрскую крепость. - Куда направляешься, если не секрет?
  - Какой тут секрет? - улыбнулся я, мечтательно улыбаясь, представляя перед собой морские волны, окутывающие ноги, - в Сочи, в Ясную Поляну путь держу...
  - Не плохо! Ну ты паря смелый... один... и автостопом, в наше то неспокойное время... - осуждающе мотнул головой Иван Васильевич, со скрежетом включая пятую скорость.
  - Я верю, что в большинстве своём люди хорошие! Что может случиться со мной? Я ни кому не желаю вреда, ко всем добр... Мы все пассажиры в этом поезде жизни и едем в одном направлении!..
  - Так-то оно да! Ты наверно студент?
  - Угу... юрфак... три года ещё учиться... Если не секрет, вы куда путь держите?
  - В Шахты, так что примерно через двести километров пути наши расходятся...
  - Я всё равно рад! Конфуций говорил, что счастлив не тот, кто имеет всё лучшее, а тот, кто извлекает всё лучшее из того, что имеет...
  - Ха... - хихикнул Иван Васильевич, изречение понравилось ему, - мудро сказано, эх, моей бы жёнушке твои слова в голову бы втемяшить, вечно недовольна моей зарплатой... Слушай, а как ты без денег? Жрать же что-то надо?
  - Что вы, Иван Васильевич... автостоп это философия, а не материальное положение. Мой папа вполне обеспеченный, да я и сам в инете неплохо подрабатываю, с голоду не умру! - улыбнулся я наивности водителя.
  - Понятно... а я то думал... - зашептал мужик, бросая взгляды по боковым зеркалам. Машина стала терять обороты и скорость падать. - Бляха муха... что-то с движком...
  - Бывает, я вам помогу, немного разбираюсь, если что!.. - скинул я свой дорожный рюкзак с колен, в ноги. Автомобиль остановился и заглох.
  - Спасибо... приятель! - что-то в его тоне мне не понравилось, я повернулся к нему с вопросом и тут получил удар в район левой груди.
  - Чтооо? - дыхание перехватило, сердце резко и больно закололо. С удивлением я смотрел на торчащую рукоятку ножа. В глазах стало темнеть...
  
   Глава 3
  - Уфффф! - открыл глаза и посмотрел на сникшего от горя и переживаний, отца Леши. Он с надеждой сидел на кушетке и смотрел на меня. Антон уже прочёл по моим глазам про смерть парня и сейчас предусмотрительно наливал воду в стакан. - Простите, Павел Николаевич, у меня для вас плохие вести...
  - Нет... нет... - зачастил дрожащим голосом клиент, закрывая ладонями лицо.
  - Его убили ножом в сердце и обобрали. - Перед Алексеем остановилась машина, я очень явственно помнил передок, с облезлым, от перегрева, капотом. - Газель грузовая с номерными знаками... ээээ... Антон дай бумагу...
  Антон протянул стакан Павлу Николаевичу и метнулся к шкафу.
  - Я озвучивать вслух не буду, Павел Николаевич, нас сейчас смотрят в прямом эфире практически полмиллиона людей, надеюсь, понимаете?
  - Да... конечно... - прохрипел посетитель, плечи его содрогались в беззвучном плаче.
  - Трасса М4, двести километров не доезжая до городка Шахты, - я стал записывать Номер Газели с регионом, его имя с отчеством и физические приметы, - где-то там, недалеко от дороги, думаю, убийца и сбросил труп вашего мальчика...
  Павел Николаевич навзрыд завыл, не выдержав последних слов, вот так, за пару минут, человек теряет смысл своего существования... я его понимал всей душой. Жену он схоронил год назад, остался единственный сын, отрада и надежда на будущее... И тут меня осенило.
  - Павел Николаевич, у вашего сына была подруга, две недели назад ему она сказала, что забеременела. У них произошла ссора, и Леша рванул в Сочи, автостопом, развеяться... - слёзы у клиента просохли, плач прекратился, и сейчас он с удивлением смотрел на меня, - возможно, вы успеете спасти вашего внука, но вам надо поторопиться!..
  После, я дал Павлу Николаевичу адрес проживания девушки с телефоном, и он рванул из офиса, забыв бумажку с данными убийцы сына.
  - Антон, звони Иванычу, пусть подключает свои силы в Краснодарском крае, труп надо всё равно найти, и этого козла на Газели, возможно, за ним числится не одно убийство... - я откинулся в своём кресле, почему-то испытывая счастье от возвращения с вынужденного отпуска.
  - Народ, всем пока, до новых встреч, и не забывайте ставить лайки и ещё... - секретарь пронзительно посмотрел в камеру, - Пи энд си вернулось! Для нас нет секретов и тайн... Бойтесь маргиналы и убийцы, мы вас найдём!..
  Лампа на камере погасла, трансляция была закончена.
  - Ну ладно, Серёга, я пошёл к себе, там созвонюсь с Иванычем! А ты пока того... познакомься получше с Лёвой... - и слишком уж поспешно Антон нырнул за дверь, оставив меня с двумя операторами.
  - Это что было, Сергей? - один из снимавших, отложил свой аппарат на стул. Его волосы были взъерошены, создавая над головой творческий хаос, судя по фиолетовому цвету, Лёва не гнушался использовать ядовитые оттенки красок. Московская элита, если коротко и двумя словами. - Валерий Васильевич нанял меня не для того, чтобы какой-то невежа указывал мне как работать! Может, вы и обладаете какими-то мистическими талантами, но у вас совершенно отсутствует вкус! Как мне обустроить это место и какой подобрать дизайн, это полностью моя прерогатива, а ваше дело закатывать глаза в эпилепсии, и нести эту вашу, экстрасенсорную чушь людям! Я десять лет делаю известные шоу разного плана на телевидении, и только я знаю, как зрителя заманить...
  - Лева, не устал? - улыбнулся я фиолетовому москвичу.
  - Что? - сбился с мысли, Лёва.
  - Я говорю - едь обратно в свою Москву! - тихо и миролюбиво проговорил я, чеканя каждое слово, - и забери своего филина, или как там его...
  Птица, как будто поняв, про кого говорю, проухала пару раз и отвернулась к стене...
  
  
   Глава ?4
  Это оказался филин, и Лева его не забрал с собой, но сам уехал, перед дорогой назвав меня самодуром и психом неотёсанным. Я, естественно, умолял его не оставлять нас, одуматься и простить мою грубость... поверили? Ха, класть мне было на него с большой колокольни, а его едкие комментарии, появившиеся практически сразу в ютубе, были узнаваемы, несмотря на хитрые ники - должна же быть у нас оппозиция в инете, в конце концов. Через неделю приехал наш госработник с парой заданий от своей организации. Спросив меня про Леву и услышав ответ, про то, что я его выгнал, Валера только неопределённо махнул рукой. Он явно был чем-то серьезно озабочен, думая о своём. Такое поведение офицера тревожило не только меня, Антон так же косо поглядывал на офицера.
  И наконец, на третий день после своего приезда, Валера созрел для разговора. У меня возникло чувство, что он долго набирался смелости...
  - Серёжа... не знаю даже с чего начать... - Валера мялся как мальчик, елозя на гостевом пластиковом стуле, в моём кабинете. Было почти пять часов вечера, и Антон с Лизой только что ушли домой. Мы остались одни.
  - Валера, не тяни кота за яйца, колись, что там затеяли наши 'папы'? А то мне ещё за Богданом надо в детский сад идти!..
  - Понимаю! Я тогда быстро... а ты уж обмозгуй до завтра, но мне нужен ответ!
  - Давай!
  - Короче, нам надо устроить небольшую инсценировку в прямом эфире...
  - Не понимаю... - прервал я офицера, хмуря брови, - я не актёр, ты же понимаешь!?
  - Это не то, о чём ты подумал! Тебе не надо будет обманывать, отработаешь - как всегда. Но истину, которую узнаешь, есть вероятность, ты не захочешь озвучить вслух!.. Возможно, она будет нелицеприятная, но Оттуда дали отмашку на обнародование правды!..
  - Ты меня пугаешь, Валера... Говори уж как есть, без этих недомолвок... Что за правда?
  - Понимаешь, это касается тайны Второй Мировой Войны, небольшая такая истина, которую надо бы раскрыть человечеству...
  - Ну!? - чуть не выкрикнул я, что-то меня начинал слегка подбешивать наш друг из кое-каких органов.
  - Завтра придёт один историк весьма либеральных нравов, он думает, что является борцом с нынешней властью... но на самом деле, всё несколько иначе! Этот чудик вступил в политические игры совсем других сил, и он просто пешка в этой игре... Он принесёт карманные часы некого известного человека, который точно уже умер, но вот когда? Это вопрос! Но этот наивный дурачок думает, что государство скрывает правду, поэтому тебе надо объявить во всеуслышание! И обязательно ничего не надо таить!.. Уже идёт небольшая реклама в неких мировых информационных кругах, подогреваемая и нашими руками, в том числе. Так что к завтрашнему 'стриму' будет рекордное число зрителей, за миллион точно...
  - Валера, я как понял, все знают, о каком человеке идёт речь, кроме меня? - ох, как-то мне стало не хорошо от недоброго предчувствия, а низ живота закололо...
  - Ладно, и правда, я немного затянул с именем... это Адольф Гитлер...
  - Блять... - я вскочил на ноги, в моей голове набатом застучали колокола. - Вы там совсем с ума сошли?
  - Тихо, тихо, Серёжа! Сделай пару глубоких вздохов и послушай меня...
  - Да не хочу я тебя слушать! Вот ещё... я не хочу быть монстром, хоть и в последний миг его жизни...
  - Серёга, ну ведь...
  - Пойми и меня, Валера, - прервал я офицера, - я уже сотни и сотни раз переживал чужие смерти... Иногда мне снятся странные сны про тех людей, которыми я был. В моей голове происходит наслоения моих мыслей на чужие. В последнее время, я путаюсь в воспоминаниях, где мои, а где их?.. Мне, для общего счастья, не хватает в довесок этого эпического ужаса...
  - Серёжа, если нет, так и скажешь... но - завтра! Переспи с этим ночку, обдумай всё хорошо, а потом ответишь!.. - в глазах Валеры от собственной мысли, загорелись искры. - Тебе самому не интересно? Человек - это такое любопытное создание, а тут такой мировой вопрос, который интересует стольких людей!.. Нам с тобой дали карт-бланш на мировую сенсацию, а ты - 'эпический ужас'...
  - Вроде он отравился, там, в бункере? - задумался я, почёсывая затылок и опять сел. - Какие ещё могут быть вопросы?
  - Там не всё так просто, Серёжа, ведь труп потом сожгли и только по челюстям смогли идентифицировать Гитлера. Личный стоматолог признал того по зубам, а что если нет? А вдруг это мистификация была? Ну?
  - Ну, ну... гну! Я подумаю!.. Завтра, Валера, завтра... Ничего не обещаю, и вообще, мне пора за сыном!
  
   Глава 5
  Мальчишка с упоением носился по детской площадке с себеподобными мелкими оглоедами. Они затеяли безбашенную игру, смысл которой ускользал от моего 'острого' ума. Вокруг сидели женщины разного пола, беседуя друг с другом на разные темы, так же, не подвластные моему пониманию... Как я был далёк от нормальной человеческой жизни. Пришлось отсесть в сторону от всех, на одинокую скамейку, и с грустью поглядывать на матерей. Некоторые из них вполне подходили мне почти в дочери.
  - Здорова, Серёга! Чё скучаешь? - рядом, по левую руку, проявился старый знакомый, с вечно синюшней щетиной.
  - Привет, Сёма! А ты, смотрю, любишь неожиданно появляться из воздуха? - ухмыльнулся я.
  - Ааа... Это когда как, тут волей случая всё... хаотично. Бойкий у тебя пацан, смотрю... - я горделиво улыбнулся, Богдан как раз сейчас бежал к детской горке, для повторного, 'фееричного' спуска, на ходу подтягивая приспущенные штанишки.
  - Ты мне зубы не заговаривай, зачем появился то? Хочешь мне наверно наказ Оттуда дать? - зрачками я указал на небо, - по поводу этого фюрера-мюрера?
  - Сдался этот фюрер Ему... я, если честно, сам не знаю, что тут делаю... вот, думаю, допить эту поганую искусительницу, в конце концов, - он заговорщески вытащил всё ту же бутылку водки, наконец-то мне удалось её рассмотреть вблизи, проклятую. Надо же, ещё та, красная советская этикетка, сто лет не видел такие. - Будешь?
  - Ну, хоре, Семён, тут же детская площадка! - возмутился я предложению, - слушай, брат... а ты случайно не того?..
  - Чего 'того'? - с недоумением посмотрел на меня, Сёма, откручивая крышку с бутылки.
  - Ну это... не дьявол там? Или чёрт какой? - вот серьёзно, закралась такая мысль, с этими странными алкогольными замашками.
  - Дурак ты, уффф... - вдохнул тот воздуха перед изрядным глотком, мне стало стыдно от такого компрометирующего соседства. - Ооох, ядрёная... большой, а всё в сказки веришь...
  - Добрый вечер! - у меня отвисла челюсть. На моего друга села молодая женщина, он, как облако, пропустил её тело через себя. Они одновременно сидели друг в друге, и я видел два лица: его - смеющееся и её - настороженное, - вы на меня, как на привидение смотрите...
  - Простите... - кое-как выдавил я из себя что-то членораздельное, - доброе... утро, ой... вечер!
  - Вы уже несколько раз приходите с тем мальчиком, это ваш сын? - из её нутра выступил Семён, он нагнулся ко мне и подмигнул, - какой я тебе чёрт, Серёжа? Я просто твой побочный эффект... пока, братишка, ещё увидимся!
  И Семён растворился, оставив меня наедине с незнакомкой.
  - Ээээ... уууу... да! Богданом его зовут... - собрался я с духом и ответил, с трудом натягивая улыбку.
  - А моя вот та девочка, Алисочка! Вы немного странный... и очень похожи на ээээ, кого-то, очень знакомого...
  - Сергей! - представился я, протягивая руку для лёгкого рукопожатия, а ещё, чтобы немного её отвлечь.
  - Света... - кокетливо улыбнулась девушка, мягко отвечая на приветствие. Её ладони были тёплые и нежные, они неожиданно стали пробуждать во мне давно забытые чувства. Я посмотрел в её голубые глаза, и понял, что стал утопать в них безвозвратно.
   * * * *
  Я был в прострации, мои внутренности горели и разрывались одновременно. Вокруг мелькали чьи-то незнакомые лица, эти люди вкалывали в мои руки уколы, щупали пульс и закатывали мне веки, высматривая зрачки.
  - Уйдите от меня, чудовища! Будь вы прокляты все! - плевался я словами в адрес этих двуногих существ. Хотел бы я пихать их ногами, но сил не было совсем. Только ужасающая боль во всех своих клетках.
  - caidas de presion... lo perdemos... ojos en blanco... - доносились до меня незнакомые птичьи голоса, очень похоже на итальянский или испанский язык... Как я оказался в незнакомом месте, среди этих черножопых монстров-иноземцев? В глазах стало всё пропадать от нарастающего света...
  Боль резко прошла, я оказался стоящим посреди разрушенного строения. Пахло дымом и жареным мясом, посмотрев под ноги, увидел оторванные конечности, чья-то одиноко валяющая голова и расколотую качалку-лошадку. Пройдя через дымовую завесу, по разбитым кирпичам, вышел на свободное пространство. Надо мной возвышалось серое, грозовое небо, слишком красочное, чтобы быть настоящим. Рядом со мной проходила дорога и по ней шли люди разных возрастов, национальностей и полов. Их было десятки тысяч. Все смотрели куда-то вдаль. Одни были худые как мумии, другие истекали кровью, а некоторые - обгоревшие до костей, но всех объединял блеск фанатизма и одержимости в глазах.
  - Слава Гитлеру! - неожиданно раздался хоровой сдирижированный возглас этой разношёрстной толпы и все резко подняли свои руки в приветствии. Какая-та сила подхватила меня и стала поднимать в воздух, над марширующими. И я увидел всю картину, именно на высоте птичьего полета стали понятны истинные масштабы... Лавина людей уходила за горизонт, конца и края не видно было, их было не десятки тысяч, а миллионы и миллионы. И все, дружно зиговали, сотрясая эфир этого странного мира... Тогда я опустился в середину этой человеческой массы и присоединился к общему помешательству, подняв свою руку. Там, вдали, нас ждал Он... И мы шли чтобы пополнить ряды Его войска...
  
   Глава ?6
  - Уффф! - я открыл глаза и осмыслил только что пережитое. На меня смотрели три объектива камер, Антон и сумасшедший историк со встрёпанной соломенной шевелюрой. Секретарь сегодня особенно был взбудоражен, ещё бы, к началу эфира число зрителей перевалило за десять миллионов, что в десять раз превысило от запланированного количества.
  - Ну... Сергей Владимирович... голубчик... - вскочил на ноги либерал-учёный, его лицо было красным от возбуждения и я напугался, как бы его не схватил удар.
  -Модест Егорович, успокойтесь... Антон, налейте ему воду... вы были правы! Хозяин этих часов погиб не в сорок пятом... - я протянул артефакт, обратно, историку. Он с необычайной проворностью схватил их и чуть ли не на колени присел передо мной.
  - Говорите, уважаемый Сергей Владимирович! Не томите! Пора человечеству узнать правду, которую скрывало наше Государство от Всего Мира! - Он горделиво посмотрел в одну из камер и театрально махнул рукой, делая виртуальный надрез всей эпохе социализма, и одновременно поднимаясь на ноги, выпрямляя свою осанку. - Почти семьдесят лет мы считали мёртвым Адольфа Гитлера, даже не подозревая, что этот, тиран и деспот, всё это время был жив, и его смерть была сфальсифицирована...
  - Да! - прервал я экспрессию Модеста и, вздохнув, продолжил: - Хозяин этих часов дожил до шестьдесят второго года. Он скрывался от правосудия в Аргентине, в одном из посёлков, затерянных в джунглях, в десятках километров от больших городов.
  - О Боже!!! - возликовал историк, отталкивая протянутый Антоном стакан, - я всегда это чувствовал, кто-то из 'сильных' мира сего, помог этому извергу избежать правосудия! Сергей Владимирович, раскройте имена, во имя Человечества!
  - Модест Егорович... даже не знаю, как продолжить?.. Но хозяина этих часов звали не Адольф Гитлер, а Ариберт Хейм... доктор Ариберт Хейм! - я видел, как бледнел историк с каждым произнесённым моим словом, как будто в него вбивали гвозди. - И он, в самом деле, был нацистским преступником, за которым числились тысячи смертей, его искали многие службы мира, но следов так и не нашли...
  - Вы обманываете! - заорал во всю глотку 'культурный' либерал и он в порыве подскочил ко мне... На моё лицо попало несколько капель праведной слюны. - Этого не может быть!
  - Тихо, тихо, Модест Егорович! - между нами оказался мой спаситель, Антон, тот вежливо обхватил за талию, пытаясь оттащить чрезмерно импульсивного историка, - вы ошибаетесь, Сергей Владимирович никогда не обманывает...
  И тут я увидел, как мой секретарь делает кульбит, переворачиваясь через себя, и летит на мой стол, разнося его в щепки. Монитор от компьютера с треском упал на пол, разбиваясь. Все канцелярские принадлежности разлетелись в разные стороны. Филин на шкафу испуганно заухал и прижался к стене, скрываясь от посторонних взглядов. Я, неожиданно, получил хороший такой хук - искры из глаз немного изменили окружающий вид, освещая всё вокруг. Периферическим зрением удалось заметить вбегающую охрану во главе с Валерой и в дверях испуганную Лизочку, покусывающую пальчики. А потом в недоумении потерял сознание...
   * * * *
  - Ох, как он вас! - истерично хохотал Антон, потирая свою шею, - и меня... рыжий Джеки Чан, елки палки... распластал в прямом эфире звёзд ютуба! Разнёс весь кабинет в пух и прах... ох же, чувствую, после сегодняшнего стрима пару миллионов добавятся подписчиков!..
  - Хватит уже... - я сидел и держал лёд, завёрнутый в целлофановый пакет, на пострадавшем глазу, - не вижу повода веселиться, мы только что разрушили человеку весь смысл...
  - Представляете, двенадцать миллионов просмотров к этой минуте... - прервала нас Лиза, не отводя взгляда от своего мерцающего смартфона, - сейчас по всем новостям показывают отрывки из нашего эфира... Мы хайпанули по-полной, мальчики...
  - Что-то мне не нравиться вся эта шумиха...
  - Серёга, хоре нудить! Лизань, кофейка сваргань нашему Учителю, кофеина ему немножко не помешает, а то упадничеством попахивает...
  - А может сам 'сварганешь'? Ты же у нас секретарь, а я просто, бухгалтер, если что...
  - Ну не обижайся, солнышко, ты же видишь, что мы с Сергеем пострадали. Немного женского сострадания прояви, Колчедан, будь человеком!..
  - Да ну тебя, - махнула рукой, Лиза и пошла к выходу из кабинета, - страдальцы вы наши... сейчас, принесу...
  - И мне чашечку! Пожалуйста!!! - умоляюще сложил ладони, Антон, и печально улыбнулся хлопнувшей двери.
   - Я серьезно говорю, не правильно это всё! Нас втянули в нехорошие игры, смысл которых не понятен... Мне кажется, Валера знал, чьи это часы и ему нужен был именно такой финал. Модест Егорович скомпрометировал себя и своих спонсоров этим Адольфом, тут чувствуется чья-то рука...
  - Рука правосудия! - громко прервал мою мысль, Валера. Он стоял в дверях, непонятно в какой момент появившийся. - Вас заносит, Сергей Владимирович! Вы делаете слишком поспешные и неправильные выводы. Да, мы точно знали, что эти часы, не Адольфа Гитлера, но кого именно, это и для нас был большой вопрос... Очень уж много за рубежом, и в наших политических кругах, Модест Егорович мутил воду своей идеей Заговора, идя на откровенные провокации в адрес ушедшего строя и нынешнего. Так что небольшой урок воспитания ему не помешает... Ваше дело помогать людям, а эти рассуждения - от лукавого! Надеюсь, я доходчиво всё объяснил?
  - Очень даже! - я встал на ноги, убирая с глаза лёд, - Валера, мальчик мой, со мной в таком тоне не стоит говорить...
  - Ох... - метнулся к выходу, Антон, - пойду, Лизочке помогу с кофе...
  - Ну, хорошо, Сергей Владимирович, - заискивающе заулыбался Валера, поднимая руки, - я лишнее сказал, вы погорячились - всякое бывает! Обещаю - дальше без политики!
  - Куда вы дели Модеста? - сбавил я обороты, усаживаясь обратно, в кресло.
  - Да так... нежно мы его проводили на выход, представляете, Серёжа. На крыльце море журналистов атаковали своими вопросами, а он там стоит совсем разбалансирован... Опять несёт про Всемирный Заговор...
  
   Глава ?7
  - Сергей Владимирович, 'Комсомольская правда', а как это у вас происходит? Мы наблюдаем со стороны обычную эпилепсию, ну а вы? Вы то, что чувствуете в этот момент? - передо мной сидели журналисты, в руках держащие разные записывающие устройства, а некоторые, просто, блокноты с ручками. Валера советовал устроить пресс-конференцию, и вот, наконец, созрели. Я краснел за столом, созерцая эту разношёрстную компанию.
  - Я чувствую душевный подъём и энергию космоса. Она посылает мне сигнал в мозг и нашёптывает про жизнь человека, чью вещь я использую для контакта, - нёс ересь я этим любителям дешевых сенсаций. Валера так и сказал: 'говори хоть что, главное, с уверенностью. Народ всё схавает, без остатка!'. - А вообще, откуда конкретно появляются эти знания, я не могу сказать... Наверно от Бога, или Всевышнего Разума... это уж кому как угодно.
  - Телеканал 'Россия', региональные новости Челябинска, Олеся Железнова. Как вы относитесь, к тому, что вошли в десятку лучших интернет-проектов? И сколько денег вы получаете за ваши... магические действия? - при слове 'магические', девушка показала пренебрежительно пальцами, кавычки и улыбнулась.
  - Олеся, мои 'магические' действия... - я повторил её жест и подмигнул, - ...не имеют тарифа. Я, лично, всё делаю бесплатно. Если клиенту удалось помочь, он вправе сам вознаградить в денежном эквиваленте любой суммой. Мы не обязуем человека в оплате... а в последнее время, после того как появился наш канал в Ютубе, мы совсем ушли от денежных взаимодействий с клиентом. А если все же вас интересует мой карман, он пустой в данный момент. Спросите лучше о доходах моего друга, Антона или Лизу Колчедан, бухгалтера агентства... И на счет этой 'десятки' интернет-проектов, увы, совсем никак не отношусь, я каждый день слышу про новые номинации, всякие там разные... Ну не понимаю я этих глупостей, и вообще... неприятно чувствовать себя каким-то 'проектом'... Мы просто пытаемся помочь людям, попавших в беду, хоть чем-то... по мере своих сил... Вам хватило?.. Вот и хорошо, задавайте, следующий вопрос!..
  - 'Метро'... Многие экстрасенсы называют вас шарлатаном, а некоторые эксперты утверждают, что вы используете информацию, добытую вашими 'сыскарями' о клиенте, и этим пользуетесь? У вас есть, что ответить этим людям? - и хитрющий взгляд из-под кустистых бровей.
  - У меня в день бывает до пятнадцати клиентов, вы хоть представляете, сколько надо людей задействовать для сбора такой информации? Конечно же это чушь... Я ничего не хочу доказывать, и не буду... А этим, якобы экстрасенсам, я отвечу одно! Вам не языком надо трепаться, про кого-то, а делать своё дело... как-то так...
  - Журнал 'Вокруг Света', Ильдар Хазиров, я тут разговаривал с представителями полиции, они про вас говорят только хорошее. Будто бы вы помогли раскрыть ряд важных, уголовных дел и даже предотвратить теракты, это правда? А то многие вас считают только 'поисковиком'...
  - Ну, косвенно, бывало и помогал... но всё негласно, как говориться - 'по ходу пьесы'. Да, среди работников полиции есть у меня хорошие друзья. Так получилось, что за двенадцать лет работы нашего агентства, приходилось соприкасаться с уголовным миром, очень тесно и иногда болезненно. Спасибо моим друзьям в погонах, им приходилось меня выручать и даже спасать мою жизнь... ну, а долг - платежом красен... Я всегда помогал работником полиции, помогаю и буду помогать, хоть чем-то и по мере моих возможностей. Но, повторюсь, прежде всего, для меня 'протянуть руку' простым людям. Их беды и потери близких людей ложатся на мои плечи, и я всё сделаю, чтобы облегчить... - я проникновенно глянул в одну из камер медийных служб, и завершил затянувшийся, как никогда, ответ: - ...Вашу трагедию!
  Ох, чувствовал, что муть развожу в стакане этими словечками, но мне начинало нравиться такое положение. Куча журналюг сидят передо мной на своих пластмассовых стульчиках, а я, важный, в мягком кресле, сыплю ироничные ответы и философские мысли. Раньше, в старые времена, меня трясло от лишнего внимания чужих людей, но, вот же, созрел и поборол свою стеснительность, не прошло и сорока лет.
  - Сергей Владимирович, а вы знали, до вашего сеанса с Модестом Егоровичем, про доктора Ариберта Хейма? Вчера вечером группа исследователей подтвердила ваши слова, они добрались до деревни, которую вы назвали, и нашли захоронение доктора. Это же один из самых разыскиваемых нацистских преступников был!.. Извините, журнал 'Юность', Лариса...
  - Я рад, что нашли могилу этого изверга!.. Нет, не знал... Видите ли, Лариса, я в юности совсем был далёк от каких либо наук... плохо учился. Это моя ошибка, и мне стыдно... Я назвал эту деревню, в Аргентине, но вот где она находится, даже не представляю... Ладно девочки и мальчики, ещё пять минут и мне пора с вами прощаться. Ещё пара вопросов! Спрашивайте!
  - Радиостанция 'Маяк', Андрей Соловьёв, вопрос от наших слушателей. А вы можете увидеть, что произошло пятьсот, или даже пару тысяч лет назад? Может, вы сможете раскрыть величайшие секреты прошлого? - шёпот собравшихся затих, видимо вопрос многим понравился.
  -Оох, очень тяжёлая тема, боюсь, разочаровать... Пока самоё глубокое путешествие в прошлое - это как раз, Ариберт и был. Я не вполне уверен, что смогу это сделать, но есть и моральная сторона такой попытки... Как бы сказать... А нужны ли человечеству такие знания? Помогать ныне живущим людям, я готов, хоть сейчас, но то, что произошло столетия назад... Подумайте сами, ведь эти знания очень опасны для миропорядка. Наш политический мир и так очень хрупок, и любые острые исторические факты могут пошатнуть сложившийся миропорядок, вы не находите? Так что, вряд ли я возьмусь за такое предложение. Иногда знать истину опасно! Я вполне допускаю, что меня могут обмануть и подсунуть мне в руки что-то подобное, но в таком случае, вы не дождетесь от меня правды! - с каждой минутой я сам себе нравился всё больше и больше, видя эти торчащие микрофоны, диктофоны, камеры, заинтересованные взгляды да бейджики с именами. Начинало сносить 'башку' от собственного величия, прямо как президент какой-то...
  - 'Медицинский вестник', Артур Конопян... Можно задать несколько вопросов сразу? Вы можете ответить коротко: да, нет, не знаю...
  - Можно! - благостно согласился я, улыбаясь, как Папа Римский своей пастве и даже непроизвольно махнул рукой, только перстня драгоценного мне не хватало на пальце, для общей картинки.
  - В девяносто шестом году вам поставили диагноз - шизофрения, в девяносто седьмом - алкозависимость, а два года назад вы пытались покончить с собой и прыгнули с пятого этажа?.. Случайно ваши эпилепсии, это не результат неправильного образа жизни?.. - вот так... быстро же меня спустили на землю. Кому интересны причины всех моих проблем? Я на негнущихся ногах поднялся с кресла.
  - Да, да, да, да и нет... Вы думаете всё так просто?.. - сквозь сжатые губы прошипел я, - эти проклятые способности не спасли моих близких и друзей, я потерял свою жену и сына... а вы тут ухмыляетесь... ага, типа, как мы его, ловко прищучили...
  - Всё, дамы и господа! Конференция закончена... Сергей Владимирович утомился... - подскочил на помощь Антон, прикрывая глаза от фотовспышек и уводя меня в сторону...
  
   Глава 8
  - Добрый вечер, уважаемый Сергей Владимирович... - рядом на скамейку подсела Светлана, в руках держа детский цветастый зонтик. Под вечер сгущались тучи, и с минуты на минуту мог начаться дождь. Женская логика говорят непредсказуемая, но в сравнении с моей, якобы мужской, более логичная и правильная. Я совсем был безоружный в случае начала осадков, а ещё экстрасенсом называюсь. - Я же говорила, что вы кого-то очень сильно напоминаете... Надо же, кто бы мог подумать, что такие люди ходят без охраны...
  - Здравствуйте, Светлана! - я глупо заулыбался и обрадовался её приходу на детскую площадку. С утра выбрил свою недельную щетину, после работы забежал в парикмахерскую и навёл легкий марафет на голове, а ещё, стыдно сказать, надел свежую рубашку. Не то, чтобы я готовился к вечерней прогулке с Богданом, но и не искал повод её отменить. - Да ладно вам... Я и не скрывал себя, если что...
  - А я вчера смотрю новости и ба... это Вы! Ваше, то ещё, с щетиной, лицо на весь экран по новостям... Ого, думаю, с настоящей звездой познакомилась на простой детской площадке...
  - Ну хватит уже... я обычный мужчина...
  - Да нет, Сергей Владимирович, не обычный...
  - Называйте меня по имени, пожалуйста... неужели я так уж старо выгляжу?
  - Да нет, Серёжа, вы хорошо выглядите для шизофреника и алкоголика с суицидальными наклонностями...
  - Ну вот, я смотрю, вы до конца досмотрели эти новости... - печально вздохнул я и посмотрел на детвору, копошащуюся в песочнице. Почему-то сегодня они все дружно избрали лепку всяких фигур из сыпучего материала и на горки совсем не обращали внимания.
  - Досмотрела, и многое понятно стало... зря вы там психанули на этих идиотов, у них такая работа. Им надо взбудоражить и довести до кипения человека, видите ли, тогда материал дороже продаётся...
  - А вы, я смотрю, хорошо разбираетесь в этих делах?
   - Раз уж вы Серёжа, то и я Света!.. Да, разбираюсь, почти десять лет отработала в редакции газеты, пока, вон, не родила этого ангелочка... - 'ангелочек' в этот момент давила ногой чей-то песочный замок под детский плач, - ну вот, сглазила... Я сейчас...
  Я с улыбкой смотрел, как Светлана рванулась в центр детского хаоса, выуживая свою взъерошенную дочку, с курносым носиком. Немного поругав для порядка и хлопнув её по попе, мамочка выпустила дитятко обратно, в гущу событий.
  - Оторвой растёт, доча... - вернулась Света, присаживаясь рядом, - знаешь, есть такой вид девочек, пацанки по характеру... Я сама такой была в детстве, даже дралась с мальчишками, не просто там махала ладошками, а вот прямо кулаками, в кровь... В десять лет даже нос сломали, видите? Горбинка осталась...
  - Она подчёркивает обаяние, если бы ты не сказала, даже не подумал бы...
  - Ой, Серёжа, а ты умеешь сделать комплимент на моём детском комплексе... - Света кокетничала, на самом деле она была очень мила своей непосредственностью.
  - А это не комплемент, это констатация факта, если что... Извини, можно задать немного не скромный вопрос?
  - Нет, не замужем... - опередила с ответом Светлана.
  - Ой, как неловко, я не это хотел спросить, как ты насчёт завтрашнего вечера? Может завтра нам в ресторан сходить с детьми, по-семейному?
  - А вот не вгонишь в краску, Сергей, это твой такой минус в характере!
  - Не понимаю...
  - Всё ты понимаешь, именно про 'замужем' ты и хотел спросить, но быстро переобулся... ээх, мужчины, как же вы не хотите 'читаться' нами, женщинами. Мы вас насквозь видим... Да... я согласна!
  А вот теперь я засомневался в своём предложении. Умный женский пол всегда напрягал меня, но её красота забивала этот гигантский недостаток.
   * * * *
  Я летел над сонным, ночным городом. Над спящими крышами домов, над едущими по дороге, одинокими машинами, над запоздало бредущими прохожими. Никто меня не видел, но я чувствовал тепло людей и уют их жилищ. Почему-то именно сегодня я испытывал настоящую нежность и любовь к человеческой сущности. Хотелось всех обнять и защитить от невзгод...
  - Эх дети, дети... глупенькие вы ещё... сколько вам ещё предстоит пережить, а пока веселитесь! - я завис над тремя парнишками. Они шли немного под шафе и хохотали над шуткой самого невысокого из троицы. Видимо маленький свой рост, он компенсировал своим юмором и наглостью - всегда в компании бывают такие личности.
  У обочины стояло такси с раскрытой дверью со стороны водителя. Мужчина предпенсионного возраста ждал очередной заказ. В руках он держал новомодный смартфон и читал с него какой-то текст.
  - Умаялся... не спиться тебе всё... - я подлетел к нему со спины, через кузов, меня заинтересовало, что там читает таксист. Он повёл плечами, почувствовав холод моего присутствия, и закрыл дверцу.
  - '...и не копайся внутри себя, главное - твоя совесть чиста! Ты же понимаешь, что человеческая оболочка ничего не стоит... - кто-то очень далеко писал в этот момент слова, которые и читал водитель. Удивительно, кто бы мог представить такое чудо лет пятьдесят назад, - ты правильно всё делаешь, но теперь надо довести это дело до конца! Ради Великой Нашей Цели, Ради Будущего Наших Детей! Ты готов?!'
  - 'Да! Учитель!!!' - написал ответ в чат, мужчина.
  - 'Вот и отлично! Теперь я тебе не учитель и мы с тобой Равные! Проверь оборудование, ошибки нам не нужны и начинай закладывать... Утром я буду молиться за наше дело, и не переживай, в Швейцарии открыт счёт на твоё имя, всё как и договаривались. Счастливо!'
  - 'Пока!' - попрощался он и вышел из машины.
  - Что же вы там задумали? - я заинтересовался ситуацией после странной переписки. Удалось застать лишь окончание разговора, но и этого хватило заподозрить зловещий умысел. Таксист настороженно оглянулся по сторонам. Весёлые парнишки ушли далеко, и улица была пуста. После чего, он открыл задний багажник. Я хоть и покончил с собой несколько лет назад, но память человеческую не потерял... Смотрел я эти боевики в своё время, в своих одиноких четырёх стенах. Там лежали бруски динамита, навалено этого 'добра' было 'под завязку', сотня килограмм - минимум... А это уже попахивало террором... Ох же люди, какие вы бываете жестокие к себе подобным... ну ничего, я постараюсь не допустить этого.
   * * * *
  Я открыл глаза. Темнота. Свесился с кровати и на ощупь нашёл смартфон, лежащий на полу. Два часа ночи.
  - Блин, Василь... - прохрипел сонно и недовольно. С хрустом в суставах, встал на ноги и пошаркал на кухню. Не хотелось разбудить сладко спящего Богдана в детской. Открыл форточку, поставил чайник на огонь и закурил сигаретку. - Василь, ты уже прилетел?
  Холодка нет, а значит, он ещё следит за этим таксистом-упырём. Ладно, время ещё есть. Дмитрию Ивановичу решил в этот раз не звонить, нечего тревожить пенсионера, тем более сегодняшнее дело несколько иного ранга. Ничего страшного, пора молодого вводить в курс новых мистических начинаний. И нажал на дозвон.
  - Алло?.. - вялый и безрадостный голос Валеры, - кто это?.. А Сергей Владимирович... сколько время?
  - Третий час ночи... ты извини, что бужу... Одевайся и едь ко мне...
  - Серёга... ты с ума сошёл?
  - Давно уже, есть подозрение, что с детства... Не спрашивай ни о чём, но тебе срочно надо ехать ко мне! Возможно, готовиться теракт, поэтому без вопросов, я пока сам мало что знаю...
  - Хорошо... через двадцать минут буду... Да уж, с тобой не соскучишься... - и короткие гудки...
   * * * *
  Потом было долгое ожидание, сначала офицера, а потом моего друга, Василя. И наконец, я почувствовал прохладу со стороны спины, Валера с подозрением оглянулся по сторонам.
  - У тебя где-то кондиционер дует что ли?
  - Нет... это мой хороший знакомый прилетел... сейчас мы всё узнаем про этого террориста и про закладки... Но прежде, ответь мне... Ты в привидения веришь?
  - Я верю только в то, что вижу своими глазами... Не понимаю, к чему ты это всё? Что за антураж?
  - Да так, пошли за мной... только тихо, шепотом, пацана чтоб не разбудить, - мы прошли в зал, я подошёл к детской, прислушался к мирному детскому сопению и притворил поплотнее дверь. - Главное Валера, соблюдай хладнокровие... Василь, привет!
  - Какой Василь? Ты с кем говоришь? - удивлённо спросил офицер.
  - Да так... сейчас узнаешь, - я взял свой планшет и сел на диван, - Василь ну что? Ты проследил?.. Не бойся, это мой друг, Валера... Нам нельзя терять время, пиши всё, что узнал!
  Я протянул чёрный маркер и из руки его выхватил Василь.
  - Ооох, мать моих ягодиц... - выдохнул в ужасе Валера, побледнев в лице. Я указательным пальцем показал ему тишину, - боже...
  - 'ПрИвЕт, ВАлерА! ПриЯТнО ПоЗнакОмитьСя! - как фигурист на льду, маркер со скрипом стал делать танцевальные па, оставляя корявые и узнаваемые письмена. - ВоСЕмЬ ЗаклАдОк ТротИлоВых БомБ. ВряМя ВзрЫва 8-30, В уТреННиЙ ЧаС ПИК. ЧетырЕ ОпОрЫ 'ЛеНинГРаДскоГо МосТа' и ЧеТрыРе ОпОры МосТа СвеРДлоВсоГо ПросПЕКта. ЧеРЕз Час ГлЕб ГриГОРЬевиЧ СядЕт в ПоЕзд нА Москву, ОН ТЕРРОРИСТ!.. СЕрёЖка, СегоДня ПогОда ШиКарНАЯ... На УЛицЕ тАк ХорОШо... Я прЯмо кАкОй-То ВлюБбЛёнНый!...'
   Глава 9
  Я тоже был влюбленный. На следующий день, вечером мы со Светой зашли в ресторан, сели за столик, а детей своих усадили в игровую зону. Там странный клоун-аниматор устроил представление, полностью заворожив шпану.
  - Какой кошмар сегодня показывали по новостям, наш Челябинск был на всех новостных каналах с этим терроризмом... - Света бегло просматривала меню, а я не отводил от неё взгляда, - ужас, говорят мосты заминировали... представляешь, если бы они взорвались? Сколько могло быть жертв? Там же вечные пробки с утра... боже мой...
  - Давай не будем о плохом, слава богу, наши органы отработали этих тварей и ничего не произошло... - да уж, сегодняшняя ночка взбудоражила ФСБ по полной. Валера до сих пор 'на ковре' и пытался объяснить боле менее логично про информацию, которая так мистически у него появилась. Увы, но при задержании горе-таксиста, на вокзале, тот оказал вооружённое сопротивление и его пришлось уничтожить... И теперь следы зловещего 'Учителя' терялись в десятках левых аккаунтов в интернет-паутине.
  - Да уж... слава богу... А ты знаешь, я сегодня подписалась на ваш канал! - улыбнулась Света, - никогда не думала, что начну смотреть нечто подобное!
  - Ну и зря подписалась... я сам не могу пересматривать эти эпизоды, мои припадки не очень лицеприятные со стороны...
  - Что есть, то есть... Но люди смотрят такие программы для другого, они хотят увидеть чудо и каждый раз ты их не разочаровываешь. А ещё ты даешь надежду и веру, это дорого стоит...
  - Добрый вечер! Меня зовут Анастасия и я ваш официант, - рядом появилась улыбающаяся девушка. Её глаза были направлены только на меня, в них читалось глубокое понимание. Она явно узнала меня, - вы выбрали? Рекомендую попробовать блюдо дня, ризотто с морепродуктами от шеф-повара и, конечно же, на десерт, 'карамельный поцелуй'...
  - Спасибо, Настя! - пронзительно глянула Света на девушку, делая особый акцент на имени. Я конечно, не эксперт, но что-то женское, на грани понимания нами, мужчинами, проскочило между ними. - Мы сможем выбрать сами! Салат цезарь и утку по-пекински... Серёжа, вы выбрали?
  - Аааа, ээээ... - потерялся я в разнообразии меню и наугад, ткнул пальцем, - вот... это... эээ, Лохикейтто... ууу, ещё наверно, Поррусальда кон бакалао и, пожалуй... Вишисуаз...
  Официантка хихикнула, записывая заказы в блокнот. Я с подозрением глянул на неё.
  - Странный заказ... но думаю, вам понравиться! И ещё... вот тут оставьте, пожалуйста, автограф... - девушка протянула листок и ручку, - я просто фанатею от 'Пи энд Си', Антоша бесподобный, ни одного выпуска ещё не пропустила!
  - 'От друга Антохи и его работодателя, по-совместительству, Сергея Дещенко' - и в конце извилистую подпись. Было немного обидно, но такова реальность. Мой секретарь очень уж привлекал женский пол своим обаянием, да и тот факт, что он больше времени перед экраном светился, нежели я, нельзя было сбрасывать со счёта. - Довольны?
  - Спасибо большое! А, правда, что Антон ещё не женат?..
  - Анастасия, а не кажется вам, что вы немного злоупотребляете? - вступилась за меня Светлана и жёстко глянула на официантку.
  - Извините... Через пятнадцать минут будет готово, может, желаете что-то из напитков? - вернулась в реальность, девушка. Лицо её стало официальным. - Может белое или красное вино?
  - Вино? - я вопросительно глянул на Свету.
  - Наверно пока не стоит... ты забыл недавнюю пресс-конференцию? - она улыбнулась и подмигнула. - Пожалуй, потом чай закажем... Ещё две порции мороженного для детей, у Богдана ведь нет аллергии или непереносимость лактозы?
  - Нет... - мне она нравилась все больше и больше, давно уже я так себя хорошо не чувствовал рядом с противоположным полом.
  - Вот и отлично, Анастасия, всё понятно?
  - Да! - немного с холодцой ответила девушка и удалилась, оставив нас одних.
  - А ты бываешь жёсткой! Наверно и в редакции, когда ещё работала, доставалось от тебя некоторым подчинённым? - улыбнулся я.
  - Иногда приходиться быть кремнем, увы, жизнь она такая, чуть расслабишься, и вот из тебя уже верёвки вьют...
  - А я вот не могу так, вечно попадаю во всякие неловкие ситуации из-за этого... А где отец твоей девочки? Если не секрет...
  - Не секрет... он где-то там, -расплывчато махнула ладонью, за спину, Светлана, - я его полюбила от всей души, считала идеалом... умел он обходиться с женщинами, окаянный... Были короткие встречи, цветы, рестораны, обещания, а потом я узнала что он женатый... Банальная история, как в этих примитивных фильмах, которые сама же ненавидела... Было поздно, так сказать, уже залетела. Ничего интересного, он, как только узнал, показал истинное своё лицо. Надо сказать, нелицеприятное, надеюсь, понимаешь?
  - Да... - кивнул я.
  - Не аборт же делать? Как бы я потом с этим могла жить? Пришлось рожать, а это животное... предложило деньги, только чтобы я не доставала его с ребёнком... Он ещё посмел обвинить меня в измене, сказал - не факт, что это его дочка... Короче, я взяла эти паршивые деньги, но в лицо ему всё высказала, что думаю... Как-то так...
  - Нда... - вздохнул я, представляя, как Светлана, с нотками железа в голосе, выговаривала этому слизняку. - Отвратительный тип... а ты правильно сделала, что деньги взяла, а то у многих гордость зашкаливает рассудок в такой ситуации...
  - Я далеко не меркантильная, вполне зарабатывала сносно, да и родители у меня очень хорошие, всё бы сделали для моего благополучия и своей внучки... Если бы лет на пять раньше это произошло, возможно бы я и глупо поступила, кто знает... но когда ты подходишь к тридцатилетнему рубежу, начинают срабатывать совсем другие инстинкты... Ладно, что мы всё обо мне... Ты лучше о себе расскажи? Я, так понимаю, твоя жена погибла? Если не хочешь говорить, то не надо... Понимаю, что такое очень больно вспоминать...
  - Да... очень тяжело... Два года прошло с того дня... Мы были очень счастливы, Анной её звали... сын Богдан, мы почти ни разу не поссорились, шесть лет райской жизни, а до этого меня немного мотало по жизни, если честно... Пока не встретил её... - оох, что-то сердечко застучало, не хватало ещё всхлипнуть, так, возьми себя в руки! - А потом произошел несчастный случай. Моя родная... с сыном... переходили через пешеходный переход, и машина их сбила... Жена погибла на месте, а сын две недели в коме пролежал...
  - Боже мой, хм... - в уголках глаз Светланы я увидел блеск, она ладошкой прикрыла рот, - это ужасно... слава богу ваш сын выжил...
  - Нет... - задрожал мой голос, пару раз выдохнув, я продолжил: - Он погиб...
  - А как же Богдан?.. - с недоумением и испугом посмотрела в игровую зону, где дети прыгали с клоуном.
  - Я усыновил мальчика... совсем недавно... Но эти последние два года я жил в Аду... простите, я ненадолго покину вас... - не выдержал и вскочил на ноги. Я готов был разрыдаться и уже с трудом дотянул свои слёзные железы до туалета.
  Потом уже было попроще, мы спокойно сидели и разговаривали о жизни, иногда к нам подбегали наши дети, возбуждённые детской программой и взахлёб рассказывали о впечатлениях. Когда нам принесли заказы, мы со Светой истерично захохотали над моим ужином, вызывая недоумение у гостей ресторана. Все три выбранных мной блюда оказались супами, пришлось мне напрячься и выхлебать с выражением удовольствия на лице. В тот вечер мы больше не приближались опасно к болезненным воспоминаниям. Я понял, что не изжил ещё из себя ту боль, которая сжигала меня изнутри последние два года, но теперь появилась надежда, что смогу с этим жить...
  
   Глава 10
  - Люди, вы понимаете, что живёте не правильно?! Вы несёте только разрушение и без конца засоряете матушку Землю! - между рядами кресел встал один из пассажиров и стал нести ахинею.
  - Уважаемый, пожалуйста, успокойтесь... - подскочил молодой парнишка-стюард и ухватил его за локоть, немного с нажимом.
  - Семён, он ненормальный... - зашептала моя жена на ухо. Зная её страх полёта, я взял её ладони в свои.
  - Дорогая, успокойся... дыши глубже... - стал тихо шептать, краем глаза посматривая на развивающийся конфликт, - всё будет хорошо!
  - Убери от меня руки! - зло зашипел мужчина, отталкивая от себя парнишку и уже громче, продолжил кричать, привлекая все больше внимания к своей персоне. - Люди! Покайтесь! Наш Учитель пришёл всех спасти через огненный искупительный Свет, пока не поздно, примите в ваши сердца Его безграничную любовь! Только через смерть можно прийти к искуплению...
  - Придурок, ты что несёшь? Тут дети и женщины... - не выдержал я, поднимаясь с кресла. Хотелось дать этому отморозку по 'кумполу', да так, чтобы он до самой посадки 'отдыхал' на своём месте.
  - Не подходи! - завизжал истерично тип, я немного опешил от такой резкой экспрессии, тут явно пахло диагнозом. - Ты, амбал безмозглый, сиди на своём кресле...
  - Ах, ты ублюдок! - вскипел я уже на полном 'серьёзе', готовый вдарить от души.
  - Не смей! - и тут он из кармана вытащил странный предмет, очень похожий на какой-то пульт управления, с кнопками. Этот сумасшедший, всхлипывая, достал с шеи висевший на цепочке чёрный перевёрнутый крест. Обмотал его на свободную руку и стал тыкать им в мою сторону. Я застыл на месте, понимая, что запахло 'жаренным'.- Именем Учителя я обрекаю вас на праведный огонь, во имя Истинного Бога и его сына Ахримана Армилуса... И я, Артур Первый, вступаю в первые жертвы... Я приговариваю вас к искуплению!
  После чего, он нажал на кнопку, я только успел сделать к этому отморозку единственный шаг... и раздался сначала треск, а потом резкая вспышка над головой Артура, мать его, Первого, со стороны багажных полок. Огонь, вихрь, дым, крики и свист в ушах... Боль в голове, холодные и тепловые ожоги одновременно и, наконец, спасительная темнота...
   * * * *
  - Уффф! - я открыл глаза и посмотрел на Валеру. Он с надеждой ждал моего 'возвращения', рядом сидел Антон. - Всё верно... Это был теракт, и опять зловещий 'Учитель'...
  - Да, Серёжа, говори дальше, продолжай... - почти умолял офицер, с недавних пор я заметил во взгляде почти благоговение ко мне, наверно, тот разговор с Василем очень повлиял на него, и лёгкая заносчивость безвозвратно пропала.
  - Там был фанат чего-то непонятного мне, какая-та странная секта... От имени Бога и Праведного Огня, он взорвал 'Боинг'... так, имя 'Ахриман' прозвучало... ещё 'Армилус' какой-то... Совсем ничего не понимаю. Чувствую, тут попахивает чем-то масштабным. Этот тип с бомбой очень конкретно 'съехал с катушек' на фоне какой-то религии... Мне не хватает информации, Валера... понимаешь? - я отложил на стол золотой перстень погибшего.
  - Блин... что делать... что делать... не знаю... - взялся за голову Валера и стал тереть виски...
  - Хотите узнать, что за Ахриман и Армилус? - сощурил глаза Антон и протянул нам свой смартфон, показывая средневековые картинки с чертями и бесами, - это имена одной и той же личности... Ахриман - это Бог Тьмы в древней Персии а Армилус - у иудеев, царь Тьмы, соответственно... И всё это ни больше, ни меньше - культ Антихриста...
  Мы на пару минут замолкли, переваривая только что полученную информацию. У меня низ живота скрутило в недобром предчувствии, и по побледневшему лицу Валеры, я понял, что мы влипли...
  - Это что-то новое... как в фильмах что ли? Секта сумасшедших фанатов угрожает всему миру? - я вопросительно смотрел на Валеру, - это ведь не первый случай, а тот таксист с мостами? Он же тоже от этих?
  - Ну, хватит давить на меня, Серёжа! Я сам в шоке, дай немного приду в себя! - зачастил офицер, присаживаясь на пластиковый стул, - поймите, в последнее время очень много произошло таких подозрительных случаев, и не только в нашей стране, а по всему миру...
  - Валера, нам надо размотать этот клубок... - я встал со своего кресла, меня неожиданно озарило. - Найдите срочно в том месте, где произошла авиакатастрофа, чёрный перевёрнутый крест, с цепочкой! Всё переройте, переберите и найдите его, чего бы это не стоило!..
  - Там был среди собранных, уцелевших вещей, один крест, именно чёрный. Правда, без цепочки. По дырке снизу, его и должны были носить перевёрнутым...
  - Вези крест сюда! Срочно! Я попытаюсь влезть в голову этому ублюдку...
   * * * *
  В голове застучал ритмичный бой с амплитудой в три секунды. Настало моё время, предначертанное моей судьбой. Свет ждал искупления наших грехов, во имя Сатаны, нашего отца, и его сына Армилуса. Я буду первым, кто соединится к Всадникам Апокалипсиса и вступит в ряды Его войска. Я всеми фибрами чувствовал, как пронзительно на меня смотрит Он сквозь тысячи километров, пронзая эфир этого бытия. Он призывал меня!
  - Люди, вы понимаете, что живёте не правильно?! Вы несёте только разрушение и без конца засоряете матушку Землю! - вскочил я ноги, ритм ускорился и вот уже амплитуда в две секунды.
  - Уважаемый, пожалуйста, успокойтесь... - подскочил мальчишка в своей лакейской форме, со значком в виде крыльев на воротничке. Его грязные руки прикоснулись ко мне.
  - Убери от меня руки! - оттолкнул с отвращением этого парнишку, наивный, он ещё ничего не знает... Но ничего, настало время всем узнать правду... - Люди! Покайтесь! Наш Учитель пришёл всех спасти через огненный искупительный Свет, пока не поздно, примите в ваши сердца Его безграничную любовь! Только через смерть можно прийти к искуплению...
  Нужный эффект был достигнут! Большая часть пассажиров с тревогой смотрела на меня. Бой в голове ещё громче стал звенеть в голове, и амплитуда уже была почти секундная...
  - Придурок, ты что несёшь? Тут дети и женщины... - одна из этих свиней встала между рядами, наверно хочет себя показать героем... глупец...
  - Не подходи! - вскричал я, используя приём резкого ультразвука, психологический эффект был достигнут. Великан онемел, я даже слышал, как его извилины с трудом шевелились, переваривая сложившуюся ситуацию. - Ты, амбал безмозглый, сиди на своём кресле...
  Всё! Он мне дал отмашку, я прямо вижу Его жёлтые глаза в этом Мраке, они как лучи, озаряют меня Светом!
  - Ах, ты, ублюдок! - не успокаивался 'здоровяк', дёргаясь в мою сторону.
  - Не смей! - вложил в эти два слова всю свою энергию и он как кролик перед удавом замер. Я быстро накрутил на свой Кулак Возмездия наш артефакт, показывая его этому 'герою' и вытащил пульт.
  - Именем Учителя я обрекаю вас на праведный огонь, во имя Истинного Бога и его сына Ахримана Армилуса... И я, Артур Первый, вступаю в первые жертвы... Я приговариваю вас к искуплению! - нажал на кнопку и закрыл глаза... Прими меня в Свои Объятия Мой Сатана... И долгожданная Темнота...
  * * * *
  - Уффф! - вдохнул я воздух и открыл глаза. - Артур Михайлович Багуров, именно он взорвал самолёт. Уроженец Москвы, проживал по улице Сони Кривой двадцать восемь, квартира сто четыре. Последние три года состоял в секте 'Иной Веры', исповедующую любовь через искупление и просвещение. Полгода назад развёлся с женой и перешёл на новый уровень, перейдя в сан 'приближённых' к Нему. Именно на этом уровне сектанты начинают понимать, истину их Веры и к чему они идут! Гипноз, психотропные вещества, самовнушение... это только малые инструменты подготовки Воинов Тьмы и Сатаны... Это настоящие сатанисты, если что... Они не готы, ни эти малолетки, играющие в мистические игры... Нет... Они с виду обычные люди и ничем не выдают себя... могут даже ходить в нормальную церковь или мечеть. Но именно они готовятся вступить в Войско Армилуса в любую минуту, как только протрубит в рог первый всадник на белом коне...
  - Да что же, чёрт возьми, происходит? - не выдержал Валера, в руках держа включенный на запись смартфон.
  - А происходит следующее... В любую минуту во всём мире, в раз, могут начаться волнения и миллионы этих фанатов хлынут на улицы городов... Они будут сносить культурные ценности, разносить священные места на кирпичики, убивать простых людей без жалости к возрасту и полу... Близится Час Апокалипсиса и кто-то из сильных мира сего держит вожжи в руках, готовый расслабить пальцы и спустить своих Четырёх Всадников... Я не знаю, сколько у нас времени, может год, может десять лет... но нам надо торопиться и выяснить Кто стоит за всем этим. Главный офис 'Иной Веры' официальный в Москве, по улице Мира 13, но он только прикрытие... В Новгороде есть невзрачный филиал этой секты, именно там находится один из Его князей. Но ради Бога, Валера, нельзя вспугнуть Их! Мне нужна его личная вещь, и чтобы никто ничего не заподозрил. Мы вступим в этот Бой!
  Конец Первой Книги
  
  
Оценка: 8.50*8  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Трейси "Селинда. Будущее за тобой"(Научная фантастика) А.Ригерман "Когда звезды коснутся Земли"(Научная фантастика) Н.Александр "Контакт"(Научная фантастика) К.Федоров "Имперское наследство. Сержант Десанта."(Боевая фантастика) А.Кочеровский "Утопия 808"(Научная фантастика) В.Старский "Интеллектум"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"