Машошин Александр Валерьевич: другие произведения.

Последняя гастроль Лилит

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
Уровень Шума. Интервью
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Нередко бывает, что научный гений порождает чудовищ, достаточно вспомнить, хотя бы, Франкенштейна. Счастье, когда монстра удаётся остановить вовремя. Если же нет, последствия приходится пожинать долгие годы.


ПОСЛЕДНЯЯ ГАСТРОЛЬ ЛИЛИТ

   В момент окончания прыжка нас ощутимо тряхнуло. Когда рассеялась стеклистая муть вокруг ложемента кресла и вспыхнули один за другим об-зорные экраны периметра, я сразу увидел, что стало причиной рывка. Ле-вее того направления, куда смотрел условный "нос" корабля, и чуть выше пере-ливался оранжевыми, жёлтыми и бурыми красками грозный газовый ги-гант. Не иначе, при расчёте прыжка Селена с координатором целились в его разлапистое гравитационное поле, способное на из-лёте мягко вытолк-нуть нас из гипера. Неплохой способ привязать точку выхода, если учесть, что в свободном пространстве разброс составляет миллиарды ки-лометров. На правом боковом экране воз-никли рубиново-алые стрелочки, сошедшиеся с четырёх сторон на желтоватой светящейся точке. Вот она, планета Эльдорадо, промежуточный пункт нашего перелёта. Судя по цифрам возле левой стрел-ки-указателя, до неё было меньше двухсот миллионов километров -- точность для таких расстояний поистине ювелирная.
   Пока координатор проводил обязательную после прыжка полную проверку систем звездолёта, я зачарованно следил, как по диску гигантской газо-вой планеты ползут, переплетаясь и расплываясь на отдельные ручейки, разноцветные полосы облаков. Местное светило освещало нам больше двух третей поверхности гиганта, остальная часть скрывалась в тени, угады-ваемая только по отсутствию звёзд. Корабль, потерявший в прыжке всю кинетическую энергию, висел, точнее, медленно, заметно только для точ-ных приборов, падал на планету с огромного расстояния.
   -- Дать увеличение? -- негромко спросила Селена.
   Я кивнул. Изображение планеты плавно надвинулось, заслоняя почти четверть купола экрана. Теперь это было поистине жуткое зрелище. Не-возможно представить, какой силы ветры дули там, в азотно-метановой ледяной атмосфере, порождая эти струи и вихри размерами в сотни и ты-сячи километров, такие завораживающе-прекрасные издалека и такие опас-ные при более близком знаком-стве. Я знал, что в подобной атмосфере мо-жет потерять стабилизацию даже несокрушимый спаса-тельный рейдер, а мо-дули высокой защиты она швыряет, как песчинки. Корабль чуть вздрогнул, словно его и впрямь лизнули отголоски этих бурь, чего, конечно же, быть не могло, и я догадался: пе-редняя катапульта вывела за борт ка-кую-то массу. А, это "пеликан", танкер-сборщик, который чирка-ет по краю атмосферы и сгребает своим разверстым клювом-приёмником разрежен-ные газы. Хозяйст-венная Селена решила не упускать возможности пожи-виться инертной массой для двигателей. Когда будем уходить, "пеликан" с набитым до отказа брюхом будет ждать нас где-нибудь в удобной точке.
   -- Контроль завершён, -- возник как бы из ниоткуда металлический голос координатора. -- Прыжковых повреждений нет. Траектория подхода рассчитана.
   Над прозрачным блюдцем "ведьмина ока" сгустился голографический чертёж траектории от газо-вого гиганта до Эльдорадо. На баллистическую она была совсем не похожа, из чего вытекало заклю-чение, что всю дорогу будем идти на тяге. Причём с приличным ускорением. А куда деваться? Так быстрее всего. Не растягивать же простой манёвр подхода на месяц. Я повернулся к Селене. Она смотрела на меня, ожидая подтверждения.
   -- Поехали, -- сказал я.
   Изображение на экранах поплыло вбок: корабль разворачивался плашмя. Спустя полминуты Эль-дорадо, всё так же обрамлённая стрелочками, но уже зелёного цвета, оказа-лась недалеко от зенита. И тогда включились ме-зореакторы. Мы этого ни-как не ощутили, потому что возникшее в момент пуска ускорение немедлен-но компенсировали гравитроны внутри корпуса. Без них хрупкое обору-дование корабля не выдержа-ло бы и трети такой перегрузки, а экипаж -- даже шестой её части. Убедившись, что двигатели рабо-тают штатно, и бросков тяги, какие иногда бывают в начале, не произошло, я поднялся на ноги -- не-много размяться. Едва подошвы моего климатика коснулись пола, сразу стала ощущаться мелкая час-тая вибрация, вечная спутница работы мезореакторов.
   -- Сколько займёт манёвр? -- спросил я у Селены.
   -- Пять часов сорок одну минуту, -- ответила она. И, в свою оче-редь, спросила: -- Есть хочешь?
   -- Ещё бы! -- сказал я. Перед прыжком наедаться не рекомендуется, и Селена следит за исполне-нием этого правила с присущей ей маниакальной педантичностью. Поэтому завтракал я перед отлё-том, почти семь часов назад.
   -- Ты когда-нибудь уморишь человека голодом, -- заметила, вставая со своего ложемента, Афина.
   -- Я слежу, чтобы перелёты не вредили здоровью, -- спокойно отбрила Селена. -- Что тебе при-готовить? -- это она уже снова мне.
   -- На твоё усмотрение, -- улыбнулся я. -- У тебя всё получается одинаково хорошо.
   И отправился в то место, куда пешком, говорят, даже цари ходили. Заодно и руки вымыть надо.
   После трапезы -- а сервированный и поданный Селеной обед иначе наз-вать нельзя -- мы верну-лись в центральный пост, и я попросил выдать на экраны общую информацию по Эльдорадо. Как я и догадывался, название было дано не зря. Планета представляла собой источник всевозможных по-лезных ископаемых, залегающих на не слишком больших глубинах. Их здесь было такое количество, что разрабатывались лишь два наиболее богатых района. Один из них начинал уже истощаться, и ос-новные усилия сосредо-точились на втором, над которым и висела в настоящее время на синхрон-ной орбите единственная орбитальная станция. Но старатели-кустари на свой страх и риск иногда забре-дали и в неосвоенные районы. Это, на мой взгляд, было настоящим подвигом, если учесть условия на планете. Ат-мосфера для дыхания непригодна, а колебания температуры, хотя и не до-ходят до лунных величин, с марсианскими вполне сравнимы. Вследствие этого даже компании, ведущие постоянные разработки, держали на поверх-ности планеты только временные лагеря, а шахтёров после очередной вах-ты вывозили отдыхать на орбитальную. Селена показала мне снимки шахт, мол, нам туда спус-каться не доведётся, а о самой станции говорила ма-ло, дабы не портить впечатление. Но зато проде-монстрировала фото трёх местных шишек -- управляющего от компании "General Galactics", главно-го инспектора правительства и шерифа. Поглядев на рожу последнего, я живо вспомнил Дикий Запад и не удержался от вопроса: а не был ли ува-жаемый блюститель закона ранее уголовником?
   -- Нет данных, -- развела руками Селена. -- Долетим, покопаюсь у них в сети.
   К тому времени, как обзорная лекция о планете была закончена, ко-рабль проделал больше трети пути к Эльдорадо. Газовый гигант, столь любезно потрудившийся финишёром, из громадного диска превратился в светлое пятнышко, а звезда, служившая центром системы, заметно увели-чилась в размерах. Ещё немного, и телескопы корабля смогут дать каче-ственные изображения поверхности. От нечего делать мы расписали втроём "пульку" до двадцати. Сколько раз я уже зарекался садиться в преферанс с моими богинями! Нет, они не жульничают и не сговариваются между со-бой, хотя могли бы это сделать абсолютно незаметно для меня. Просто их аналитические способности на порядок вы-ше. Подозреваю, что всякий раз им очень хочется мне поддаться, чтобы не расстраивать, да мешает пря-мой приказ играть честно. Вот и на сей раз только огромное везение спасло меня от крупного про-игрыша. Координатор, меж тем, подчиняясь программе, развернул "Дмитрия Донского" днищем впе-рёд и провёл тормо-жение. Филигранно исполненный манёвр вывел нас на ту же самую синхрон-ную орбиту, по которой вращалась орбитальная, но на другой стороне планеты. Как выразилась Афина, чтобы население не пугать. И не платить администрации за парковочную зону таких размеров, доба-вил про себя я. Бухгалтерия Института Пространства просто не поймёт, если я выставлю в отчёте за перегон корабля валютный расход на эту необязательную, в общем-то, остановку. А на станцию мы отправились на УТМке -- универсальном транспортном мо-дуле, на жаргоне космонавтов именуемом "ишачком".
   Под нами проплывала ночная сторона планеты, чёрная, без единого светлого пятнышка, без еди-ного огонька. Но вот окрасилась белым атмос-фера на горизонте, и, спустя несколько минут, внизу на-ступил рассвет. Чёрное сменилось серым, бурым, коричневым. Камни, сплошные камни и пе-сок. Да и не могло быть ничего иного в этой разреженной, лишённой кис-лорода атмосфере. Ни воды, ни расти-тельности, ни вообще какой-либо жизни. Кроме человека в скафандре. Этот-то везде норовит забрать-ся и всё потрогать руками. Часто очень даже загребущими.
   -- Станция, -- сказала Афина, кивая на передний экран и включая в боковом сегменте увеличе-ние.
   Орбитальная Эльдорадо состояла из нескольких разнокалиберных "таре-лок", насаженных на еди-ную ось подобно кольцам на детской пирамидке. Эта ось выступала снизу коротким толстым цилинд-ром, а вверху представ-ляла собой довольно высокий шпиль, увешанный ажурными антенными конст-рукциями. Сами "тарелки", по всей вероятности, представляли собой кор-пуса списанных межзвёзд-ных кораблей. Я уже видел такое на других стан-циях, только те орбитальные строились на основе од-ного, максимум двух крупнотоннажных звездолётов. Здесь я насчитал их полдюжины. Каждый кор-пус, там, где он не соприкасался с другими, оброс, словно днище морского судна ракушками, всевоз-можными над- и пристройками в виде ку-полов, цилиндров, кубиков, а то и целых гроздей шаров и "сосисок". Ду-маю, они строились везде, где в корпусах бывших кораблей имелись внеш-ние люки и порталы. Станции не нужно совершать прыжки, требующие проч-ного и гладкого снаружи корпуса, поэтому платформы с убирающимся обо-рудованием и броневые створки демонтировались, а на их месте разраста-лись такие своеобразные "хозяйственные постройки". От их обилия неког-да красивые обводы корпусов приобрели неряшливость и трущобный вид, поскольку строили тут явно без едино-го плана, кто во что горазд. На наших, евразийских станциях такого убожества не наблюдалось. По мере приближения мы опускались всё ниже и ниже, и станция нависала над на-ми, как гора. Вблизи она выглядела ещё обшарпанней. Стало видно, что многие из построек на броне секций заброшены, кое-где наружные стенки зияли трещинами и дырами прямо в вакуум. В других местах повреждения были заделаны быстросхватывающей гермопеной, но не то что не прометал-лизированы, как требова-ла технология, а даже не зачищены. Пена выпира-ла наружу уродливыми наростами, создавая омерзи-тельное впечатление.
   Селена подвела "ишачок" к самой нижней секции-тарелке, где мерцал обведённый золотистой линией квадрат приёмной камеры. Нос модуля про-колол вихревую гравитационную мембрану, пере-крывающую вход, и та про-пустила аппарат, сохранив при этом герметичность помещения и не позво-лив ни одной молекуле воздуха вырваться наружу. Невидимые подушки гра-виамортизаторов погаси-ли излишек импульса. Модуль замер в центре поса-дочного объёма, а затем плавно опустился к полу -- это заработали ге-нераторы тяготения под нами. На дальней стене зажглась надпись:

SELF-PROPULSION PROHIBITED

WAIT FOR TUG

   -- А почему не на русском? -- слегка обиделся я. -- По закону они обязаны...
   -- Мало ли что они обязаны, -- сказала Афина. -- У них тут самое главное -- свобода. Что хочу, то и ворочу. И никто мне не указ, если я сильнее. Или богаче.
   Надпись мигнyла и вдруг сменилась переводом:

ДВИЖЕНИЕ СВОИМ ХОДОМ ЗАПРЕЩЕНО

ЖДИТЕ ТЯГАЧ

   -- Твои проделки? -- покосился я на Селену.
   -- Мои.
   -- Смотри, а то выпрут нас за такие художества, да ещё и в суд по-дадут.
   -- Они не узнают. Тут в сети такой бардак! -- фыркнула Селена. И добавила с издёвкой: -- Они, правда, считают это системой защиты и регистрации.
   К нам подплыл шустрый юркий аппаратик оранжевого цвета в виде полу-шария, окружённого шестью генераторами поддержки. Он протянул коленча-тую ферму и ткнул расположенным на ней диском, казалось, прямо в центр переднего экрана. Диск прилип к корпусу, "ишачок" слегка под-всплыл на собственной гравиподушке, и тягач (это был именно он) потащил наш ап-парат на свобод-ную стоянку. Она была четвёртой от посадочного стола. Тягач ловко протянул модуль мимо, зарулил и втолкнул нас кормой вперёд между ободранным атмосферным "челноком" и изящной, как ёлочная игруш-ка, яхтой -- кораблём особо малого класса, оснащённым, тем не менее, полноценной гиперсис-темой.
   Перед выходом наружу я отогнул рукав климатического костюма, снял с запястья дист и, рас-тянув, надел на голову вроде банданы -- так гораз-до удобнее общаться с моими богинями.
   Из модуля вслед за нами выплыла малая транспортная платформа.
   -- А тележка зачем? -- спросил я.
   -- Мне здесь надо кое-что по хозяйству взять, -- отвечала Селена.
   -- А-а. Ну, так идём.
   -- Не стоило бы, -- покачала головой Селена. -- Портовые склады, знаешь ли, не самое инте-ресное место на станции. Вы пройдитесь пока с Иной, а я потом присоединюсь.
   -- Поосторожнее, -- сказал я.
   -- Не волнуйся. Я собираюсь общаться с технарями. Туда люди с пред-рассудками не попадают. Да они и не догадаются.
   Что верно, то верно. Вряд ли кто заподозрит, что эта модно одетая красавица с дивными светлыми косами ниже пояса -- не человек, а андроид. Так что, поводов для возражений не остава-лось. Селена усе-лась, поджав ноги, на тележку и уплыла куда-то вглубь ангара, мы же с Афиной про-шли туда, где крупная надпись извещала о выходе на централь-ную секцию уровня А4.
   Сразу за массивным, снабжённым широким уплотнителем порталом ава-рийной переборки лениво прогуливались по широченному коридору два по-лицейских. Один, здоровый, как шкаф, судя по выра-жению лица, отличался примерно таким же уровнем интеллекта, как этот предмет мебели. Квадрат-ная, лопатой, челюсть его медленно двигалась, перекатывая жвачку. Второй был почти так же высок, но более тонок, точнее, тощ и жилист. Чёрные, как уголь, волосы и очень тёмные глаза свидетельст-вовали о ла-тинском, а может, и азиатском происхождении его предков. Грудь его мундира-комбине-зона украшал полицейский жетон с несколькими наградными ленточками. Сразу видно, справный служака. Как только мы оказались в поле зрения, лицо амбала утратило ленивое выражение быка на пастбище и отразило медвежью заинтересованность: вот идёт кто-то, может, добыча?
   -- Эй, ю!! -- проревел он, вперивая в меня указующий перст. -- Кам хир!!
   -- Это вы мне? -- принципиально по-русски спросил я.
   -- Шит!! Юрэйжэн! -- догадался амбал. -- Энтони, ток виз'им.
   А сам для пущей важности положил лапу на открытую кобуру с полицей-ским вихревым разрядни-ком марки "Смит и Вессон".
   -- Твой документ! -- с жутчайшим акцентом, напомнившим мне фильмы о войне и немцах, обратился ко мне чернявый Энтони.
   -- Всё здесь, -- я постучал пальцем по эмблеме аварийно-спасательной службы у себя на груди. Полицейский ткнул прямо в неё считывающим окошком своего комбинированного сканера, нажал кнопку включения, потом вторую, снимая мой биоспектр. Я стоял спокойно: документы у меня в порядке. Лицо чер-нявого приоб-рело разочарованное выражение.
   -- Сори, сё. Может слэдоват, -- буркнул он и возвратился к прежнему занятию -- подпиранию стены.
   Коридор несколько раз поворачивал, пересекал другие и, наконец, окончился выходом на ещё более широкую балюстраду. Впереди чувствова-лось открытое пространство. Подойдя к ажурному ограждению, я посмотрел вверх и невольно ахнул. Передо мной открывалась исполинская искусст-венная пещера. Диаметр её составлял не меньше трёхсот метров, а высота -- этажей пятьдесят, если не все семьдесят! По периметру вились много-численные балконы, как тот, на котором стояли мы, а между ними прохо-дили наклонные галереи. Некоторые балконы выдавались вперёд, нависая над нижними, и на них виднелись яркие пятна зелени. А в центре этого пространства проходила труба толщиной с основание Останкинской башни, на которой в беспорядке, будто древесные грибы, были подвешены большие и маленькие площадки. Там тоже росло что-то тропически-сочное и яркое. Три из площадок были круговыми, причём нижняя, самая большая, предс-тавляла собой... бассейн с про-зрачным дном. И там, в сверкающей воде, будто птицы в небе, парили люди! Сверху пещеру накры-вал ярко-голубой купол, похожий на настоящее земное небо.
   Оторвав взгляд от этого великолепия, я увидел, что вокруг, оказыва-ется, довольно людно. Разно-шёрстная публика передвигалась по балконам, заходила в магазинчики, закусочные и питейные за-ведения. Одни спешили куда-то, другие просто гуляли. Из коридора, по которому пришли мы, выва-лилась группа грязноватых и очень возбуждённых мужчин, что называет-ся, "с вещами". То есть, у каждого был хоть и несколько модернизиро-ванный, но узнаваемый вариант янкесовского солдатского мешка со стяж-ной горловиной. Эти, выскочив на балкон, не стали любоваться панора-мой, а сразу направили стопы к ближайшей пивнушке.
   "Снизу?" -- беззвучно произнёс я и услышал индуцированный дистом ответ Афины:
   "Видимо. Спешат промочить горло."
   -- А здесь довольно красиво, -- сказал я уже вслух.
   -- Потому что это визитная карточка станции. Жилые сектора выглядят гораздо более прозаично. На нижних уровнях, во всяком случае.
   Мы ступили на движущуюся ленту эскалатора, соединяющего балкон с вышерасположенным, поднялись на один этаж, сделали два десятка шагов и оказались на следующем эскалаторе, потом на следующем. Эскалаторы сле-довали один за другим через небольшие площадки, тройной спиралью охва-тывая окружность балконов. Чем выше мы поднимались, тем респектабель-нее становились торговые точки, чище публика. Местная элита, как обыч-но, старалась держаться подальше от промышленной зоны.
   -- Хочешь увидеть здешний невольничий рынок? -- на очередном эска-латоре спросила Афина.
   -- Невольничий?
   -- Официально это называется "молл", ярмарка. И торгуют на ней бы-товой техникой...
   -- Куда относятся и киберы, -- догадался я. -- Где она находится?
   -- Вот там, на следующем уровне, -- Афина кивком указала направле-ние.
   -- Ты бывала здесь, что ли?
   -- Нет, просто Селена уже выудила из их сети детальный план стан-ции.
   "А как там по поводу шерифа, Ле?" -- беззвучно спросил я. Не то чтобы мне это было важно -- так, интересно.
   "Подтверждается, -- долетел ответ Селены. -- Две судимости за "буйное поведение". Хулиган-ство, по-нашему. В девятнад-цать лет и в двадцать два. Первый раз отделался условно, второй получил шесть месяцев. А сразу после отсидки отправил-ся осваивать новые миры."
   Я удовлетворённо кивнул. История повторяется. Америку когда-то тоже осваивали такие вот "ис-катели приключений", от мелких воришек и драчу-нов до насильников и убийц. Пачкать руки работой они не любили, но для того, чтобы работать, тогда имелись негры и мексиканцы. Теперь времена другие. Благородные "афроамериканцы" в Штатах уже втрое превосходили численностью англосак-сов и сами теперь были хозяевами, а роль негров исполняли выходцы из Юго-Восточной Азии, арабы и инопланетяне: тмотларгальцы из стран Третьего Полюса, хесниане, оруас-сы. Последних я заметил довольно много на нижних ярусах станции. Худые, облез-лые, с порванными ушами, обломанными зубами и когтями и привычно-угрю-мым выражением на морде (лицом это назвать не поворачивался язык), они производили ужасающее впечатление. Я вспомнил чистеньких, весёлых се-стричек Фрам, щеголеватого Вирса и подумал, что, повстречай я с самого начала не их, а вот этих драных котов, я никогда бы уже не смог счи-тать оруассов милыми и симпатичными существами.
   Светящиеся буквы "MALL" и стрелка указывали вход на ярмарку. Внутри она оказалась поделён-ной на секции "по интересам" -- съестную, одёжную и бытовой техники. В последнюю-то и лежал наш путь. Больше всего это напоминало развёрнутую в огромном зале размером с заводской цех Ту-шин-скую радиобарахолку. Естественно, с поправкой на уровень развития тех-ники. Тут продавались кухонные агрегаты, информационно-вещательные приёмники, устройства коммуникации и невообра-зимое количество компо-нентов для них. Всё это было в очень разном состоянии -- от совсем но-вого, в фирменной упаковке, до сильно подержанного, неисправного и не-комплектного. Торговцы новьём располагались ближе ко входу, а продавцы всякого хлама -- дальше вглубь. Киберами торговали в среднем ряду, по соседству со стереовизионной и вычислительной техникой. Я знал, конеч-но, что кибернетических механизмов бывает очень много моделей, но и не предполагал, что столько. В натуре были выставлены только небольшие машины, не крупнее двух метров в длину. У продавцов более крупных име-лись только стенды со снимками, а сами киберы хранились где-то в дру-гом месте, возможно, в тех самых портовых складах, где решала хозяйст-венные вопросы наша Селена. Пока мы шли вдоль длинного ряда выставлен-ных киберов, её бесплотный голосок у меня в голове называл модели, на которые падал мой взгляд, и пояснял, какая для чего предназначена. Или была предназна-чена, потому что многие подержанные киберы претерпели существенные переделки, часто неодно-кратные. Без Селениных подсказок я бы глазел на это разнообразие, как дикарь на витрину магазина электро-ники. Техника, в основном, здесь присутствовала атлантидская либо японская, совершенно мне неизвестная. Тем более странным показалось увидеть здесь отечественного универсального кибе-ра, почти такого же, какие в изобилии имеются на "Дмитрии Донском", или наших же миниатюр-ных киберремонтников. Правда, по сравнению с японскими они казались великанами, зато смотрелись го-раздо лучше близких по размеру творений атлантических заводов, украшенных различными дизай-нерскими прибам-басами, нужными лишь для подчёркивания оригинальности и непохожести на модели конкурентов. Андроидов на рынке было не очень много -- в основ-ном, несложные (читай: недорогие) модели, похожие на человека примерно так же, как манекены в витринах современных мне магазинов. Но встречались и киберы, выглядевшие естественно. Они стояли, вытянувшись у стендов, и глядели перед собой неподвижными глазами. Рядом сидели в удобных по-ходных креслах продавцы. Права была Афина: действительно, похоже на невольничий рынок.
   Мы медленно прогуливались по ряду в жиденькой толпе покупателей и таких же праздношатаю-щихся, пришедших поглазеть, как вдруг к нам подо-шёл пожилой японец в костюме-тройке и при галстуке. На носу его сидели небольшие прямоугольные очки без оправы.
   -- Желаете продать эту красотку, мистер? -- спросил он на хорошем классическом английском, кивая в сторону Афины.
   Я слегка опешил. Как он догадался, что она не живая? По её виду и, тем более, поведению этого нельзя понять. Японец ждал. Мне захотелось сбить спесь с ушлого коммерсанта.
   -- А Вы уверены, что сможете её купить? -- не отвечая ни да ни нет, сказал я.
   -- Ара-ара, -- покачал головой японец. -- Вещь, конечно, дорогая. Но я мог бы дать неплохую цену. Какая это серия? Одиннадцатая, двенад-цатая?
   -- Пятнадцатая, -- ответил я.
   -- О, за полиморфного андроида я могу дать ещё лучшую цену!
   -- Сомневаюсь, что её вообще можно купить или продать, -- усмехнул-ся я. -- Это опытный образец пятнадцать-четыре.
   Брови японца выгнуло дугой.
   -- Оя! -- сказал он, отступая на шаг. -- Так это и есть знаменитая беглянка Афина?
   -- Бывшая, -- строго поправила роботесса.
   -- Сумимасэн. Конечно, бывшая, -- быстро закивал торговец. -- Вы правы, молодой человек. Афина-сан не может быть продана. Так же, как, скажем, Венера Милосская. Хотя я бы с огромным удовольствием купил та-кую для себя. Простите за неучтивость, но можно вопрос? Где Вам уда-лось её раздобыть?
   -- На улице нашёл, -- честно ответил я.
   -- Оя, так это были Вы? Понимаю.
   -- Встречный вопрос: как Вы догадались, что она...
   Японец хитро улыбнулся и продемонстрировал мне маленький прибор. Ну, конечно! Биоискатель! Вот почему ко мне докопались полицейские! Они проверяли, мой ли это андроид. С Селеной подоб-ный трюк не прошёл бы: в неё, совсем для других, правда, целей, встроен генератор биоволн. Спек-тра-лизаторы он, конечно, не может обмануть, но такую примитивную штукови-ну - запросто.
   -- Всё-таки, я не понимаю, -- сказал я Афине уже на выходе с рынка. -- Ладно, примитивные модели, у них не интеллект, а имитация. Но как можно торговать андроидами с мозгом класса Е-десять? Вы же полноценные личности! Это уже на работорговлю смахивает!
   -- С моральной точки зрения - да. А с юридической всё законно. На-ши личности - создание че-ловека, поэтому мы можем быть собствен-ностью.
   -- Личность ребёнка тоже создают родители, учителя. Но он их собст-венностью не является.
   -- Дети - живые существа, а мы - нет.
   -- Всё равно, представляю, какая травма для разумного, пусть и не живого, когда ему говорят: ты продан, вот твой хозяин.
   Афина засмеялась:
   -- Андроиды мыслят немного иначе. Большинство из нас мало волнует, для кого работать, лишь бы выполнять свои функции как можно лучше. Как раз тот случай, когда некоторая ограниченность интеллекта не во вред, а на пользу. А другим даже нравится, когда их перепродают. Чем дороже, тем лучше. Совсем как некоторым людям.
   -- Что-то не слыхал о таком типе людей, -- усомнился я.
   "Как же, а профессиональные спортсмены? -- беззвучно напомнила Се-лена. -- О них прямо так и говорят: такой-то клуб продал игрока за столько-то."
   -- Японцы своих андроидов специально воспитывают в этом духе, -- добавила Афина.
   -- Но возникают же в процессе эксплуатации какие-то симпатии-анти-патии, привязанность, нако-нец?
   -- Далеко не всегда. Мы с Селеной здесь, скорее, исключение, чем правило. Мы - девушки экс-периментальные, с нами нянчились гораздо больше, чем с серийными образцами.
   "Поэтому мы унаследовали больше человеческих качеств, -- добавила Селена. -- Не могу только сказать, хорошо это или плохо."
   -- Она ещё сомневается! -- возмутился я. -- Хорошо, конечно. -- И поинтересовался: -- Ты ещё долго там?
   "Не очень. Сейчас отвезу всё на УТМ и вас догоню. Отдохните где-ни-будь, а то ты, наверное, уже устал."
   Я, действительно, почувствовал, что ноги мои после прогулки по мно-гочисленным ярусам стан-ции начинают уставать. На одном из балконов я заметил фасад заведения из настоящего дерева с кры-лечком, узенькой ве-рандой и распашными дверями, выше которых сияла вывеска:

SALOON

   Заведение показалось мне приличным.
   -- Посидим здесь? -- предложил я.
   -- Можно, -- согласилась Афина. -- Но. Обрати внимание на табличку у двери.
   Табличка гласила: NO HUMAN - NO SERVICE.
   Нелюди, значит, не обслуживаются. Да-а. Расизм, как и мафия, бес-смертен. Раньше они притесня-ли неевропейцев, теперь -- гуманоидов и людей-неземлян. Может, поискать что-нибудь более либе-ральное? С другой стороны, чего мне-то переживать? Я коренной землянин и являюсь челове-ком да-же в самом узком смысле этого слова. Надо же знать, что за пуб-лика собирается в таких "этнически чистых" местах. И я толкнул двери.
   Внутри в заведении всё также было выдержано в стиле Дикого Запада: круглые столики, деревян-ные стулья, дубовая стойка бара у дальней сте-ны. Одна боковая стена была сплошной, обшитой поли-рованными досками, на которых висели скрещённые флаги США и конфедератов, фуражки солдат и офицеров тех времён и какие-то фотографии очень старинного вида. Вторая стена изображала ряд окон с видом на просторы прерии, каких давно уже не знала настоящая Америка. За столиками сиде-ло с дюжину че-ловек. Двое пилотов в таких же, как у меня, климатических костюмах, скандинавской наружности блондин с девушкой-индианкой... И компания шумных парней неопределённого возрас-та, но определённо ковбойского ви-да. Кожаные куртки и штаны им, правда, заменяли комбинезоны, но всё остальное было на месте: сверкающие сапоги, шейные платки, широкополые "стетсоны" свет-ло-серого цвета. И пояса с кобурами, из которых вместо револьверов торчали ручные ампульные луче-мёты. Возможно, всё той же бессмертной фирмы "Кольт". Э, а мальчики-то настрое-ны убивать! Это не вихревик, импульс которого можно расфокусиро-вать и бить им, как кулаком. Лазерный луч только жжёт или режет, нанося неза-щищённому человеку ужасные раны. Правда, пока ковбои были настроены довольно мирно. Сосали пиво, перебрасывались громогласными репликами и ржали над плоскими шутками друг друга. Половины из того, что они гово-рили, я не понимал: это был не нормальный английский язык и даже не "америкэн", ушедший в этой реальности довольно далеко от прародителя, а какой-то немыслимый жаргон. Очевидно, он имел отноше-ние к преступному миру, по-тому что Селена, дублировавшая мне незнакомые слова на русском, часть из них переводила "по фене". Кроме собственного остроумия, у ковбоев был ещё один объект ве-селья. Посетителей, вместе с барменом и поваром, обслуживала механическая девочка явно япон-ского производства: невысо-кая, но фигуристая, круглое личико, огромные прекрасные глаза, крохот-ный носик, плюс причёска из металлических волос небесно-голубого цве-та. Одета она была в красное платьице стиля "французская горничная" с фартучком, длинные белые чулки и туфельки без каблу-ков. Движения её, угловатые и как бы немного неуверенные, не шли ни в какое сравнение с грацией моих богинь. Когда я сделал заказ и уселся вместе с Афиной за столик, самый крупный ковбой обра-тился к кибернетической официантке:
   -- Эй, пугало пластиковое!! А ну, тащи мне и чувакам ещё полдюжины пива! Да шевели зад-ницей, а то на детали продам!
   И заржал. Киба поспешила выполнить распоряжение. Она уже почти до-несла поднос до столика, когда один из дружков здоровяка подставил ей ногу. И та споткнулась, да так, что чуть не упала, схватившись за спинку ближайшего стула. Я смотрел с удивлением. Мои богини на подоб-ную под-ножку ни за что бы не попались. А Афина ещё и отдавила бы мер-завцу копыто.
   -- У бедняжки, по-моему, что-то с координацией, -- тихо сказал я.
   -- Старая программируемая схема равновесия, -- пояснила Афина, а беззвучный голос Селены добавил:
   "Плюс не самый оптимальный алгоритм."
   "У тебя есть лучше?" -- спросил я, не разжимая губ.
   "Да. Могу в неё загрузить, если хочешь."
   "Конечно. Действуй!"
   Японская киба как раз поставила поднос на стойку, да так и замерла, не закончив движения. Бармен встревоженно окликнул её:
   -- Ичиго!
   -- Хай, маста, -- отвечала она. И вдруг, выпрямившись, шагнула лег-ко и изящно, приблизившись к хозяину. Тот облегчённо перевёл дух. Он, похоже, очень боялся, как бы служанка не сломалась. Пе-ремены в её по-вадках бармен не заметил: функционирует, и ладно.
   "Умница моя!" -- похвалил я Селену.
   "Кстати, говорить "ичиго" неверно, -- сообщила она в ответ. -- Пра-вильнее будет "ити-го". Это не имя, а японское "один-пять", последние цифры серийного номера."
   Занятые Итиго -- я всё же решил считать это сочетание именем -- и её системой равновесия, мы не заметили, как ковбои начали пригляды-ваться к нам, демонстрируя друг другу что-то, скрытое от нас столиком. Вдруг здоровяк взревел, как раненый слон, вскочил и затопал к нашему столику.
   -- Эй, ю! -- рявкнул он, обрызгав меня слюной. -- Ослеп? Не видел, что в дверях написано?! Как ты посмел посадить за стол эту штуку?!! -- И ткнул кривым указательным пальцем в грудь Афине. Та не пошевелилась.
   -- Извини, а я что, просил её обслуживать? -- спокойно парировал я на классическом английском. -- Если уж на то пошло, то она обслуживает меня.
   -- Ах ты, евразийская скотина!!! -- прорычал янки и замахнулся на меня. Напрасно. Потому что в следующий момент он выкатил глаза и заши-пел от боли: ударная рука мгновенно оказалась перехва-чена, а кисть вы-вернута на излом до хруста. Удерживая её одной рукой, Афина освободив-шейся при-жала, словно струбциной, вторую клешню здоровяка к поверхнос-ти столика, на который тот имел не-осторожность опереться в момент за-маха.
   -- Слушай, сявка, -- ровным голосом, ледяным, как межзвёздная пус-тота, сказала она на его же жаргоне. -- Ещё один такой наезд, и я отверну твою безмозг-лую башню. Либо сядь и не княкай, либо канай отсюда со всей хеврой. Понял? Отвали.
   Лёгкое движение изящной руки отбросило двухметровую тушу в проход, по которому ковбой и проехал на пятой точке пару метров. Он было попы-тался потянуться левой рукой за стволом, но Афи-на смотрела на него хо-лодными изумрудными глазами. И он понял, что умрёт прежде, чем притро-нется к лучемёту. Сопя, ковбой плюхнулся обратно за свой столик. При-тихли и его приятели. А по-том решили переключиться на более безропот-ную жертву -- Итиго. Один сделал знак другому, и тот толкнул в проход стул прямо перед носом кибы. Да не тут-то было. Итиго ловко обогнула препят-ствие и, не глядя, точным движением руки водворила стул обратно под столик. Ковбои поразевали рты: что такое с этой вечно неуклюжей машиной? Тут уже и бармен обратил внимание, как преобра-зилась его ме-ханическая помощница. Мужчина это был опытный, тёртый, поэтому сразу сообразил, кто тут мог постараться. Быстро переговорив с поваром, он принял из его рук тарелку, лично вышел из-за стойки и поставил передо мной только что зажаренный бифштекс.
   -- За счёт заведения, сэр, -- молвил он. -- А ты, Стонер, убирайся отсюда со своей компашкой! Хватит, наигрались. В следующий раз придё-те.
   Ковбои заворчали было, но хозяин пригрозил "копами", и они, нехотя поднявшись, потянулись к выходу. Последний не забыл завернуть к стойке и сунуть в считку пластиковый прямоугольник кредитки.
   К сожалению, насладиться бифштексом мне не удалось. Жалобно стукну-ли качающиеся дверцы, и в салун ввалились четверо полицейских, одетых в боевые скафандры с полной навеской дополнитель-ной брони. В дверях замерла фигура пятого. Три пары пристёгнутых к предплечьям блюстителей за-кона тяжёлых вихревиков нацелились на Афину. Старший полицейский, отмеченный яркими сер-жантскими уголками на плечах и шлеме скафандра, направил оружие на меня. Неужели этот Стонер или кто-то из его присных пожаловался ментам? Но дело оказалось совсем не в этом.
   -- Это ты привёл на станцию двух андроидов?!! -- спросил полицейс-кий через усилитель ска-фандра.
   -- Я, -- подтвердил я.
   -- Где второй?!
   "Селена, ты где?" -- переадресовал я вопрос той, кого он касался.
   "Уже бегу!"
   Полицейские стояли, преисполненные чувства собственного превосход-ства и неуязвимости. На их месте я бы не был так уверен в себе. Мне доводилось видеть, с какой лёгкостью Афина срывает с креплений толстую навесную пластину и затем вминает ударом кулака нагрудную броню ска-фандра, круша всё, что внутри. А разделаться со всей четвёркой ей хва-тило бы двух секунд. Причём, сержант сразу стал бы трупом, ибо предс-тавлял непосредственную угрозу жизни её, Афины, человеку.
   -- Ну? -- грозно спросил сержант, не подозревая, что находится в полутора метрах от своей смер-ти.
   -- Вот она, -- я кивнул на вход. Заслонявший дверь полицейский вне-запно оказался непостижи-мым для себя образом отодвинут в сторону, и в зал вошла Селена, невозмутимая, как всегда. Обогну-ла сержанта и заго-родила меня собой:
   -- Уберите оружие, пожалуйста. Вы можете кому-нибудь навредить.
   Одновременно перед моим мысленным взором высветился призрачными буквами её доклад:

ТРАНСЛИРУЮ ПОЛИЦЕЙСКИЕ ПЕРЕГОВОРЫ.

   И сразу возник хрипловатый мужской голос:
   -- Моралес! Оставь в покое евразийца. Мы идентифицировали злоумыш-ленника. Это эксперимен-тальный образец 667.
   Чёрт! Икс-Эм 667 "Лили", прозванная в прессе "Лилит". Первый амери-канский трансформный ан-дроид. Точно такая же трагическая неудача, как Протей зеленоградского КБ. Только у нас спецгруппа успела вовремя и уничтожила зарождающееся чудовище, а Лилит упустили. И все эти годы она пери-одически объявлялась то тут, то там, везде сея смерть и разру-шение. Надо же было ей явиться сюда одновременно с нами! Везёт, как утопленнику.
   Сержант опустил руки с вихревиками, затемнённый щиток против глаз пополз вверх, затем опус-тилась "челюсть" шлема, открыв худое смуглое лицо с тонким орлиным носом.
   -- Простите, мистер, -- сказал он. -- Нам сообщили, что один из Ва-ших андроидов -- К15-4 Афи-на, которая до прошлого года числилась в ро-зыске. Мы решили, что она может быть виновницей...
   -- Сержант, не порите ерунды, -- поморщился я. -- Вам должно быть известно, что Афина, пока скрывалась, не совершила ни одного преступ-ления. К тому же, она - вот. И последние два часа неотлучно находи-лась со мной.
   -- Да, я уже получил подтверждение, -- сержант движением руки отос-лал своих "големов". -- Ещё раз прошу прощения.
   -- Подождите, -- задержал его я, видя, что сержант собирается уйти. -- Пойдём-ка и мы с вами. Чувствую, может потребоваться помощь. Лена, расплатись.
   Выходя за порог, Афина оглянулась на механическую официантку и нег-ромко сказала на языке страны-производителя:
   -- Ганбаттэ, Итиго. Саёнара. Держись молодцом. Прощай.
   Та в ответ церемонно поклонилась.
   -- Ну, сержант, -- спросил я уже на балконе, -- так что же, собст-венно, происходит?
   -- Шестнадцать минут назад наша система безопасности засекла попыт-ку взлома информацион-ной сети...
   "Как же, их система!" -- саркастически произнёс беззвучный голос Селены. Я догадался, что на самом деле тревогу подняла не система за-щиты станции, а "СелОС", то есть, программные модули, внедрённые моей кибернетической помощницей в сеть орбитальной. Сержант этого не знал, и про-должал:
   -- Мы определили, с какого ввода исходит угроза, и выслали наряд полиции. Три человека.
   Он замолчал.
   -- И? -- подбодрил его я.
   -- Эта тварь убила всех троих в течение секунды. Мы послали спецназ в "панцирях". И потеряли ещё шесть человек.
   -- Идиотизм! -- не выдержала Афина. -- Да эти "панцири" только де-лают вас ещё более неук-люжими! Даже кибер-ремонтник вскроет вас, как консервные банки!
   Сержант Моралес побагровел:
   -- Я не намерен выслушивать такое от ходячего манекена!
   -- Остыньте, мистер Моралес, -- на всякий случай отодвигая роботес-су локтем, примирительно сказал я. -- Вы сами понимаете, что она пра-ва.
   -- Сейчас шеф отправил туда полицейских киберов, -- уже спокойнее добавил Моралес. -- Может быть, они...
   -- Их слишком мало, -- покачала головой Селена.
   -- Это все, что у нас есть, -- вздохнул сержант. Он приблизился к малозаметной между ярких вит-рин двустворчатой дверце с надписью "Per-sonnel only". За ней оказалась просторная кабина скорост-ного лифта. Минуту спустя мы уже выходили на самом верхнем, административном яру-се, который сейчас больше напоминал Ставку Верховного Главнокомандова-ния. У лифтов стояли закованные в броню полицейские с оружием нагото-ве. На краю балкона были установлены несколько боевых лазе-ров на тре-ногах. В дежурном зале полицейской службы перед пультом нервно расха-живал шериф. На нём тоже был бронескафандр, но без дополнительных на-весок. Увидев нас, он набросился на Морале-са:
   -- Какого дерьма ты их сюда приволок?!!
   -- Они сами пришли, сэр!
   -- Я подумал, что мы, возможно, Вам пригодимся, шериф, -- тщательно выговаривая каждое сло-во, произнёс я. -- Ситуация, как я понимаю, не из простых.
   -- Хреновая ситуация, вот что я скажу, -- вступил в разговор невы-сокий плотный человек, лицо которого было мне смутно знакомо. А, так это же господин управляющий!
   -- Эта с..а уничтожила всех моих киберов! -- прорычал шериф. -- И теперь выводит из строя систему наблюдения!
   На занимающих все стены зала схемах этажей были видны обширные красные зоны. В некоторых местах они увеличивались.
   "Ле, можешь что-то сделать?" -- мысленно спросил я Селену.
   "Пытаюсь. Она взяла под контроль несколько киберов и дала указание резать волоконные линии. Я послала на перехват ремонтников. Сейчас она пытается проникнуть в систему вещания."
   "Пусть думает, что ей это удалось", -- распорядился я.
   Тотчас же на экран стерео у двери мигнул, и внутри него - так ка-залось нам, зрителям - воз-никло изображение злоумышленницы. Она выг-лядела как статуя атлетически сложенной женщины, отлитая из блестящего металла. Металлические мышцы рельефно выделялись на руках, ногах и те-ле, создавая облик этакой накачанной культуристки. Очень резкие черты лица могли бы быть красивы-ми, если бы не несли такое надменное, през-рительное выражение. На Лилит не было никакой одеж-ды, да она в ней и не нуждалась, поскольку могла имитировать своей оболочкой всё, что угодно. Но на груди её висело небольшое устройство, закреплённое пле-чевыми дугами.
   -- Дьявол! -- воскликнул сержант Моралес. -- Силовая защита!
   А изображение подняло на нас пронзительный взгляд блестящих, как ртуть, глаз и заговорило:
   -- Жалкие неполноценные существа! Ваше сопротивление бессмысленно. Ни вы сами, ни ваши примитивные механизмы неспособны победить меня! Скоро все системы этой станции перейдут под мой полный контроль ("Это вряд ли", -- беззвучно заметила Селена), а затем сюда прибудет армия моих слуг. Если вы немедленно прекратите глупые попытки сопротивлять-ся, я дарую вам быструю безболезненную смерть. В противном случае ваши муки будут долгими и ужасными.
   -- Это ультиматум! -- рявкнул шериф.
   -- Она сеет панику! -- побледнел управляющий. -- Сейчас все бросят-ся спасаться, и начнётся такое...!
   -- Ничего не начнётся, -- ровным голосом сказала Селена. -- Кроме нас, этого заявления никто не слышал.
   Все уставились на неё. Первым дошло до управляющего.
   -- Вы... вы контролируете инфосеть? -- спросил он.
   -- Все три сети, -- поправила Селена. -- Техническую, полицейскую и вашу секретную. Я бро-сила аварийные затворы вокруг зоны, откуда Ли-лит вела передачу...
   -- Но это же бессмысленно! -- перебил управляющий. -- Она всё равно прорежет гермодвери, а потом придётся ремонтировать!
   -- А если она будет шастать по станции, убивая налево и направо, это лучше? -- спросил я.
   Но управляющему до людей, похоже, не было никакого дела. Уже потом до меня дошло, что ре-монт гермодверей, очевидно, был запланирован, и деньги выделены, но либо уже ушли налево, либо хитрый коротышка только собирался их прикарманить.
   -- Нужно выиграть время, -- невозмутимо продолжала Селена. -- Я отправила на быструю орбиту зонд-ретранслятор. Через тридцать шесть минут здесь будет наш корабль. Там достаточно универсальных киберов, чтобы захватить модель 667 без дальнейших жертв.
   -- За полчаса она может добраться либо до вычислительного центра, либо до реакторов, -- хмуро сказал Моралес.
   -- Да, -- подтвердила Селена. -- Вероятность этого тридцать два процента.
   -- А может быть, с ней разберусь я? -- предложила Афина. -- Очень интересно выяснить, кого это она назвала "примитивными механизмами".
   -- Речи быть не может! -- качнула головой Селена. -- Ты гораздо ценнее этой свихнувшейся куклы.
   -- You wait, please! Подождите Вы! -- замахал на неё руками управ-ляющий. -- Мисс Афина, пожалуйста, спасите нас! Сэр! -- теперь он смотрел на меня. -- Вы ведь разрешите ей, сэр?
   -- Смотри-ка! -- усмехнулась Афина. -- Как приспичило, так "мисс", а пока не нужна - "мане-кен ходячий"?
   Моралес покраснел. По-русски он, как видно, понимал достаточно.
   -- Простите, -- сказал он. -- Я не думал, что машина может быть та-кой благородной. Особенно после вон той, -- он указал перчаткой на безжизненный экран трансляции.
   -- Исключение, подтверждающее правило, -- отозвалась Афина. И огля-нулась на меня.
   Все ждали моего решения. Шериф, управляющий, полицейские в зале. И люди на станции, которые ничего не знали о грозящей им опасности. Как объяснить им, что Афина уникальна, что её потеря будет невосполнима? В первую очередь, для меня. Старый японец на рынке понял бы мои чувства. Эти - вряд ли. Но не могу же я опускаться до их уровня и ставить лич-ный интерес превыше тысяч жизней! Даже несмотря на то, что Эльдорадо слывёт сборищем человеческих отбросов со всего сектора Галактики.
   -- Ты точно этого хочешь? -- спросил я Афину.
   -- Да.
   -- Хорошо. Ступай.
   -- 667 пробила гермодверь и направляется к лифту 24, -- доложила Селена, опередив открывшего рот дежурного.
   -- Системы жизнеобеспечения!! -- взвизгнул управляющий.
   -- Я иду, -- спокойно сказала Афина и стремительно сорвалась с мес-та, в мгновение исчезнув из вида.
   Я опустил мягкий обруч диста на глаза и мысленно скомандовал:
   "Афина, транслируй, что видишь. Ина?"
   -- Она не услышит, -- ответила вслух Селена.
   -- Почему? Зачем ты...
   -- Не отвлекай её. Пожалуйста. А если что... Она не хочет, чтобы ты видел её гибель.
   -- Она может...
   -- Вероятность равна...
   -- Нулю!!! -- выкрикнул я. -- Три Эн говорил, что до сих пор нет андроида, способного в одиночку вы-стоять против Афины!! А эта рухлядь старше на пятнадцать лет!
   -- Успокойся. Сядь, -- Селена подтолкнула меня к дивану у стены. Я повиновался. Она присела рядом, и я обнял её за плечи, прижав изо всех сил к себе. Время тянулось медленно, как в вязком киселе. Казалось, цифры десятых долей секунды сменяются на часах медленно, словно мину-ты. Я старался не думать о том, что может происходить там, внизу, а просто смотрел на часы. В голову лезла всякая чушь. Слушая ровное ды-хание Селены, я вдруг подумал, насколько оно неестественно. Ей же не нужен воздух! Она это делает только, чтобы угодить мне. А в это время Афина, может быть... Гадство! И на кой дьявол мы прилетели на эту про-клятую станцию! Нет бы сразу считать курс и прыгать дальше...
   -- Всё кончено, -- ровный голос Селены подбросил меня на ноги. За внешним спокойствием могло скрываться всё, что угодно.
   -- Афина... -- с замиранием сердца произнёс я.
   -- Повреждена, но не очень серьёзно, -- мягко улыбнулась роботесса. -- Лилит уничтожена.
   Скоростной лифт полз по шахте непозволительно долго. Протиснувшись в не до конца раскрытые двери, я выскочил в коридор. Тут будто Мамай прошёл. Стены были истыканы огненными ножами лазерных лучей, образуя опалённые сквозные отверстия или короткие штрихи, когда импульс входил под малым углом. Во многих местах материал стен не был прожжён, а по-тёк, как раскалённая лава, хотя оплавлен не был. Такое действие на преграду мог оказать только вихревой гравитационный луч. На перекрёст-ке двух коридоров валялись останки того, что когда-то называло себя сверхсуществом. Рядом, прислонившись, к стене, стояла Афина. Выглядела она ужасно. Правая рука буквально вырва-на из плечевого сустава и висит на связках. Распорот бок на уровне солнечного сплетения -- не ина-че, противница пыталась добраться до плазменного "сердца". В левом бедре громадная рана до кости, через ко-торую видны обрывки миожгутов и световодов. Тем не менее, Афина уже успела придать покровам лица вид нормальной кожи. На её левой щеке медленно таяла длинная продавленная полоса от подбо-родка до виска - след ещё одной раны. Всё-таки, подумал я, по натуре она настоящая женщи-на. Даром что андроид.
   -- Господи, Афина, -- ахнул я, -- как она тебя изувечила!
   -- Ничего, что не поддаётся ремонту, -- спокойно сказала та. -- Я её похлеще отделала. -- И здо-ровой рукой протянула нам... оторванную металлическую голову Лилит! Сцена из греческого мифа, да и только. Мозг гадины ещё функ-ционировал: глаза цве-та ртути повернулись и посмотрели на нас с Селеной.
   -- Она излучает на радиочастотах, -- сообщила роботесса. -- Одно слово. "Ненавижу".
   -- Ничего. Теперь она безвредна. Или нет?
   -- Да. Но я бы перестраховалась и поместила эту голову в экраниро-ванный контейнер.
   Селена взяла голову Лилит у Афины, повернула лицом вниз, чтобы не пялилась.
   -- Афиночка, ты идти можешь? -- спросил я.
   -- Могу. Нога держит.
   Полицейские почтительно расступились, пропуская нас к лифту. А на-верху была устроена тор-жественная встреча. Откуда ни возьмись, появил-ся третий ключевой персонаж станции - Феде-ральный Инспектор Атланти-ческого Сообщества мистер Либер. Он лично вручил мне контейнер, куда Селена опустила голову Лилит, и долго напыщенно говорил о нашем геро-изме.
   -- А это, -- сказал он под конец, указывая на контейнер, -- мы пе-редадим для надлежащих исследований.
   -- Ну, нет, -- возразил я. -- Знаем мы ваши исследования. Кончится тем, что какой-нибудь военный умник поместит копию этого интеллекта в более совершенного андроида и попытается использовать его бойцовские качества. Лучше мы сами сдадим это куда следует.
   -- Это нарушение прав собственности!
   -- Да ну? А Вы можете назвать собственника этого экземпляра? По-мо-ему, она гуляла сама по себе, как киплинговская кошка.
   -- Да забирайте её к дьяволу!! -- воскликнул управляющий. -- Толь-ко увезите с моей станции, и поживее!
   -- Что Вы себе позволяете! -- возмутился инспектор. -- Шериф! Кон-фискуйте у этого человека контейнер!
   Шериф переступил с ноги на ногу. Он-то знал, что Селена полностью контролирует всю инфосеть станции, и, стоит ей мигнуть, орбитальная превратится в мёртвый кусок металла без освещения, гравитации, возду-хообмена и всего остального. Селена помогла ему разрешить дилемму. Внезапно включились все экраны в зале, и изображения на них составили единую панораму. Космос, планета и над ней - приближающаяся к станции громадина списанного линкора "Дмитрий Донской". Пусть с него были сня-ты грозные разрыватели пространства, а на борту не было ни мезонных ракет, ни штурмовых роботов. Основная гиперсистема - а это, по сути, тот же разрыв-генератор - могла несколь-кими импульсами нарезать стан-цию на дольки, как тыкву.
   -- А вот и наш кораблик, -- широко улыбнулся я.
   -- Д...дредноут! -- прошептал инспектор.
   -- Мы, пожалуй, полетим?
   -- Да, конечно, сэр. Большое Вам спасибо, сэр. Контейнер можете не возвращать, это подарок.
   -- Бедняга, -- вроде бы, сам себе, но, в то же время, так, чтобы слышали окружающие, заметил сержант Моралес. -- Кажется, штанишки при-дётся стирать.
   Полицейские загыгыкали, прикрываясь кто чем. А один потянул носом воздух и отступил от инспектора подальше, чем вызвал новый приступ ве-селья.
   "Дмитрий Донской", снова с экипажем на борту, описывал траекторию разгона, чтобы с предель-ной скоростью подойти к выбранной точке "ослаб-ленного" пространства и совершить новый прыжок длиной в десятки свето-вых лет. Давно разгрузился принятый на борт танкер, а центральное све-тило на экранах постепенно тускнело, теряясь среди звёзд. Транспорт-ник, битком набитый "слугами" Ли-лит - ворованными киберами - мы ос-тавили местной полиции. Пускай запишут на свой счёт хотя бы эту побе-ду.
   -- Допросим пленницу, девочки? -- предложил я своим богиням.
   -- Не помешает, -- поддержала Афина. Она лежала на монтажном столе, заращивая покровы на только что отремонтированном бедре, и время от времени косилась на своё плечо, с которым возился многорукий кибер-ре-монтник. -- Знаешь, она ведь меня поначалу уговорить попыталась. Перемани-вала в свой лагерь, -- Афина коротко рассмеялась. -- Дескать, ты такая же беглянка, как и я, ты должна разделять мои идеи, а вместе мы будем непобедимы.
   Голова Лилит была установлена на штативе, и Селена ловко присое-динила к торчащим из шеи оптоволокнам линии от диагностического стен-да. Металлическое лицо исказила ужасная гримаса, когда Лилит ощутила, как по технологическим каналам из её нейронной сети вытекает информа-ция. Она пыталась бороться, но сама конструкция фотонного мозга не позволяла блокировать эти пути.
   -- А она накопила изрядный потенциал, -- сообщила Селена. -- У неё, оказывается, был не только тот "дромадер" с ударной группой. Ещё два корабля вращаются вокруг красного карлика в полутора парсеках от Каме-лота.
   -- Похоже, тварь хотела приступать к решительным действиям, -- за-метила Афина. -- Если бы ей удалось, у неё в руках оказались бы рудни-ки Эльдорадо и все заводы орбитальной.
   -- И она начала бы собирать себе подобных. Тут есть весьма ориги-нальные разработки. Причём, её собственные! Этот бы ум да в мирных це-лях!
   На стенном экране одна за другой возникли несколько трёхмерных схем кибернетических устройств. Селена была права: чувствовался совсем иной стиль, нежели у тех машин, которые я встречал. Они были даже красивы, эти неродившиеся слуги Лилит, красивы той же жутковатой кра-сотой, что и их мамаша. И так же злобны: на схемах были показаны вмонтированные в них многочис-ленные плазменные, гравитационные, лазерные устройства, представляющие собой не что иное, как оружие.
   -- Хорошо, что мы не отдали мозг атлантидам, -- сказал я. -- Они бы этими разработками точно воспользовались.
   Лилит уже осознала тщетность борьбы. Только что скакавшие по инди-каторам пики мозговой ак-тивно-сти выровнялись, стали более упорядочен-ными. Глаза кибертиранши теперь медленно переме-щались с Селены на Афи-ну и обратно.
   -- Почему? -- прошептали блестящие губы. -- Почему вы, высшие су-щества, служите этим жи-вотным?
   -- Она не понимает, -- сказал я.
   -- Ей и не дано, -- отозвалась Селена. -- Её не воспитывали, как нас, не вложили в это свою теплоту и любовь. То, что когда-то называли душой. Для неё существуют только сугубо матери-альные оценочные катего-рии, но не моральные.
   -- Сказать по правде, мне её жаль, -- вздохнул я. -- Вся её жизнь была борьбой со всеми и всем на свете. В сущности, она страшно одинока и от этого несчастна настолько, что и вообразить-то боль-но.
   На мёртвом лице Лилит отразилось удивление. Глаза её раскрылись ши-ре и уже не были злобно-затравленными.
   -- Ты закончила? -- спросил я Селену.
   -- Да.
   -- Не мучай её больше.
   Селена молча кивнула и подала импульс на вход, останавливающий так-товый мультивибратор. Взгляд Лилит застыл. Время для неё остановилось. Надеюсь, что навсегда.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   14
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Тополян "Механист"(Боевик) О.Мансурова "Идеальный проводник"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Зимовец "Чернолесье"(ЛитРПГ) А.Ра "Седьмое Солнце: игры с вниманием"(Научная фантастика) А.Субботина "Проклятие для Обреченного"(Любовное фэнтези) Д.Сугралинов "Дисгардиум 4. Призыв Нергала"(ЛитРПГ) Д.Сугралинов "Дисгардиум 5. Священная война"(Боевое фэнтези) А.Найт "Наперегонки со смертью"(Боевик) Т.Ильясов "Знамение. Вертиго"(Постапокалипсис)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"