Машошин Владимир Анатольевич: другие произведения.

Урфин. Глава 2

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:


   Глава 2
   Больничный городок
   Спрятанные от людских глаз в центре пролетарского района притаились больничные корпуса.
   Добротные здания из красного кирпича соединяются между собой: вторые этажи гинекологии и онкологии соединяет надземный переход, главный корпус к тем же отделениям, словно щупальца, протянул подземные туннели.
   Трёхэтажный роддом благоразумно отбросил связи с больными корпусами и стоит отдельно, а чуть дальше среди плотной густой зелени скрыт морг.
   Местами переходящий в кирпичную стену, кованый двухметровый забор защищает больничный двор. За забором пышно зеленеют кусты и деревья, паутиной тянутся асфальтовые дорожки.
   Огороженный комплекс называется больничным городком.
   Сюда не стремятся добровольно, а привозит скорая помощь, везут родственники или сами больные, потеряв надежду на чудо, ковыляют до приёмного покоя. Тут редко увидишь улыбку, лица озабоченные нередко испуганные. Болезнь, выползая наружу, загоняет людей в больничные палаты. Стены пахнут хлорамином, вдоль коридоров мечется тревожный шёпот, шуршат белые халаты.
   Подобно онемевшим плакальщицам, четыре больничных здания выглядывают из-за ограды. Они словно предостерегают - невольным узником городка может оказаться любой.
   Стараясь отвлечься, больные гуляют по асфальтовым дорожкам, радуются цветущему виду деревьев, составляют планы на будущее... лишь бы случайно не упереться в приземистое одноэтажное здание - больничный морг. При виде мертвецкой смолкают голоса, отводятся взгляды, и пациенты торопливо уходят проч.
   Чтобы истребить унылость, год назад корпуса покрасили яркими красками. Не помогло.
   Теперь больничный городок выглядел хуже, чем раньше, словно убийца нацепивший клоунский наряд и зазывающий прохожих. Хорошо, что краска посерела и кое-где уже облупилась, еще пара лет и комплекс вернётся к прежнему виду. Хвала современным краскам.
   Впрочем, старожилы уверяют, будто корпуса от самой постройки выглядели мрачно, а некоторых людей даже сводили с ума.
   Любой человек, оказавшийся внутри, испытывал тревогу и начинал хандрить. Особо впечатлительные пациенты жаловались на ужасные видения.
   Медицинские работники тоже нередко испытывали непонятный страх, больничная атмосфера угнетала, частые увольнения для больничного городка - обычное дело.
   Старики верят, что все беды из-за строителей.
   Городок строили заключенные и ещё живы те, кто помнят о случившейся трагедии.
   Подсобник Кирюха, заросший вечно пьяный старикашка, клянётся, будто знает всю историю. Кирюха уверяет, что несчастье произошло тогда, когда он, будучи еще молодым парнем, работал на строительстве городка электриком.
   Так ли это точно неизвестно, но рассказ подсобника полон стольких деталей и таких мелких подробностей, что похож на правду.
   ***
   Шел 1961 год, строительство больничного комплекса только начиналось.
   Заключенных пригоняли из ближайших лагерей, весь день кипела работа, а к вечеру колонны изможденных зэков возвращались в зону.
   Именно тогда с далекого севера, прислали уже немолодого начальника стройки - Ухватова Сергея Кирилловича. Ходили слухи, что когда-то он руководил особым лагерем, а после закрытия, из-за крутости нрава, кочевал по стране.
   Коренастый широколицый Сергей Кириллович развил бурную деятельность.
   Не считая заключённых людьми, он истребил поблажки. Не выполнил дневную норму? Лишаешься пайка. Нарушил правила? Садись в карцер. Имелись и другие способы устрашения.
   "Зэк - враг, а врагов следует уничтожать..." - часто говаривал Сергей Кириллович.
   Хват, так начальника прозвали заключённые, развернулся широко.
   С опережением графика велась стройка, его квартира блестела после нового ремонта, тюремные рабы: сверлили, строгали, точили нужные вещи.
   Частенько Сергей Кириллович на стройке появлялся неожиданно, под его жёстким взглядом невольники вздрагивали, и всегда находились виноватые.
   Иногда начальник привозил дочь - Любовь Сергеевну, стройную девицу лет шестнадцати с каштановыми волосами и надменным взглядом. Отец водил девушку по стройке, она смотрела во все глаза, заключённые строились, рапортовали: за что осуждены и сколько осталось. Морща носик от грубых запахов, Люба держалась важно.
   Узники подобострастно улыбались, но за спиной начальника сверкали их злобные взгляды.
   Хват жесток, стоит ему только заподозрить враждебность и виновнику жить останется недолго. Тяжёлая работа быстро загоняет в могилу.
   Отчасти по причине жестокости, а отчасти по производственной необходимости, бывшего начальника особлага "Горный", переводили с места на место. Всё-таки Сергей Кириллович ценный работник, старый партиец, верный коммунист. Такими кадрами не разбрасываются, конечно, случались перегибы, однако где бы Ухватов ни оказался, поставленные партией планы выполнялись и перевыполнялись.
   Зэки контингент трудный и потому глаза начальства на многое закрывались, жестокость неизбежна, когда обостренно классовое чувство.
   На строительство больничного городка прибыл Сергей Кириллович среди зимы, когда закладывались фундаменты и рылись подземные переходы. Неизвестно почему, но в России строители предпочитают зимой работать на улице, а летом в помещениях.
   Через шесть месяцев ударного труда, поднялись бетонные коробки зданий, и теперь работа кипела внутри.
   Жарким июльским днём, желая застать отца, Люба пришла на стройку. Её волосы каштановым водопадом омывали плечи, ситцевое платье то и дело подчёркивало привлекательность молодого тела, гордо блестел над грудью комсомольский значок.
   Водимая отцом она много раз бродила между куч строительного мусора, и привыкла к тому, что отмеченные номерами рабочие неизменно улыбались, а солдаты охраны вытягивались в струнку.
   Тайком Люба представляла себя графиней, вот она шествует, блистая красотой и молодостью, а вокруг расступаются многочисленные холопы. Недостойные мысли для комсомолки, но что делать, если они приходят? Вспоминались романы о смелых рыцарях, придворных интригах, в голове возникали образы роскошных красавиц томящихся от любви.
   Люба никогда не задумывалась, что испытывали согнувшиеся под гнётом бесправия грязные люди. Да и возможно ли, чтобы подобные существа чувствовали? Они лишь пешки, серая массовка её театра воображения.
   Возле главного корпуса Люба остановилась, обычно вход охранял солдат, но охранника не было.
   "Видимо, с отцом внутри", - решила Люба.
   Её стройные ножки, увенчанные серыми сандалиями, весело затопали по ступенькам, взлетев на крыльцо, Люба оглянулась. Солнце слепит, дышится легко, запах травы и мокрой глины щекочет ноздри, мирно щебечут птички.
   Вдалеке, словно стайка муравьёв, чёрная группа людей тащила длинную балку, под тяжестью ноши фигуры согнулись и мелко семенили. Справа взревел экскаватор, Люба вздрогнула.
   Из недр здания пахнуло цементом и опилками, Люба брезгливо сморщила носик и шагнула внутрь...
   Хватились Любы тем же вечером, когда она не вернулась домой. Первым делом обошли знакомых подруг, посетили места, где Люба могла появиться, безрезультатно, после обеда её никто не видел.
   Поиски велись пять дней.
   Мать Любы, Ольга Викторовна, маленькая черноволосая женщина, бессмысленно глядя сквозь стену, целыми днями сидела и раскачивалась, пальцы схватили тронутые сединой волосы, заплаканное лицо постарело. Дочь единственный ребёнок, больше детей она не могла иметь, и теперь, когда девочка выросла, Любаши вдруг не стало. Материнское сердце рвалось на части, Ольга Викторовна отказывалась верить, рвался наружу глухой протяжный вой, терзала душу невыносимая боль.
   Сергей Кириллович ходил мрачный, лицо посерело, взгляд подозрительно рыскал кругом. Отец делал что мог: допрашивал солдат, прочесал объекты, разослал ориентировки и, уж конечно, поднял на ноги милицию. Без толку, дочь пропала. Поначалу верил - найдётся!
   Однако дни шли, а вместе с ними, словно чёрный мартовский снег, таяла надежда увидеть дочь живой.
   Возможно, тогда ему припомнился старик-бунтарь, что мог "видеть". Сейчас пригодился бы его талант, и, вероятно, теперь Сергей Кириллович многое бы простил, на многое бы закрыл глаза, только бы Любаша вернулась, но старик канул в безымянной могиле. К горлу подкатывал тугой ком, глаза сурового начальника блестели влагой.
   Недоброжелатели шептались, будто не выдержав мук, Хват пошёл к ведьме. На окраине города одиноко торчал покосившейся домик, там, среди дикой бедности жила ведунья. Одним взглядом бабка могла навести порчу, так, что даже бравые атеисты и красноармейцы обходили её лачугу стороной. Поговаривали, что измученный горем отец, туда отправился тайком.
   Так оно или нет, никто не знает.
   Но на шестой день Сергей Кириллович сам нашёл дочь.
   Начальник, словно ураган, влетел в конвойную комнату, подхватил четырёх бойцов, запихал в кузов грузовика, и машина тронулась.
   Возле стройки грузовик остановился, Сергей Кириллович спрыгнул.
   Угрюмый отец торопливо шёл к главному корпусу, одним прыжком взлетел на крыльцо, солдаты еле поспевали за ним.
   Они спускались в подвал, сапоги топали по ступенькам, внизу припорошенная пылью на полу валялась кувалда, Сергей Кириллович поднял инструмент, конвойные переглянулись.
   Их шаги отдавались эхом и гулко разбегались под землей. Тусклые лампочки не находя сил бороться с темнотой, лишь порождали причудливые тени.
   Вдруг, Сергей Кириллович замедлил шаг, его левая рука поднялась, правая крепче сжала кувалду, он прислушался.
   Дальше двигались осторожно, словно опасались разбудить дикого зверя.
   Внезапно из темноты выплыла стена, туннель закончился, Сергей Кириллович остановился и растерянно оглянулся, потом его взгляд вновь обратился к тупику.
   - Нееет!! - дико заорал начальник, его глаза страшно выпучились, лицо побагровело.
   Конвойные вздрогнули и вскинули автоматы.
   - Будь ты проклята! Тварь! Нечисть! - вопил Сергей Кириллович.
   Кувалда взлетела, и ее увесистый набалдашник глухо ударил в стену, посыпалась штукатурка. Рука Сергея Кирилловича заходила в бешеном темпе, кувалда крушила бетон, разлеталась пыль, на стенах оставались серые безобразные выбоины. Грудь начальника лихорадочно вздымалась, губы побелели, блуждал бешеный взор.
   Солдаты отступили назад и молча наблюдали.
   - Будь... - с треском пробив стену, кувалда застряла.
   Кусок стены оказался муляжом, за фанерной перегородкой была пустота.
   Нога начальника усиленная тяжелым кирзовым сапогом врезалась в перегородку, фанера чуть отошла. Сергей Кириллович пнул сильнее, кувалда пробила ещё одну дыру, начальник пинал, бил рукой и кувалдой, словно брызги, разлетались фанерные щепки.
   Наконец перегородка вылетела, Сергей Кириллович устремился вперёд.
   Проход скрывала непроницаемая тьма, брызгая искрами, чиркнула зажигалка, огонёк вспыхнул и осветил цементные стены. Под сапогами хрустел строительный мусор, вокруг пламени кружился пыльный туман.
   Коридор уходил глубоко во тьму, метров через пятнадцать Сергей Кириллович заметил белое пятно двери.
   Потянул ручку - заперто.
   Пламя зажигалки взлетело над головой, Сергей Кириллович огляделся, рядом из кучи мусора торчал кусок арматуры.
   - Посвети, - приказал начальник и отдал зажигалку солдату.
   Кувалда упала, дрожащие руки, разваливая пыльную кучу, торопливо вытащили арматурный обрубок.
   Тут же арматурина вонзилась в дверную щель, Сергей Кириллович надавил, дерево затрещало, но дверь выдержала.
   Он навалился всем весом, замок с треском вывернулся, дверные петли скрипнули.
   Взору открылась пустая комната, на полу свалена куча тряпья, угол занимало ведро, в нос ударил едкий запах экскрементов.
   - Что это?!!
   - Как?!
   - Мы сто раз проверяли?! - шептались конвойные.
   Их шепот метался по пустой комнате, вдоль стен плясали неровные отсветы пламени.
   Из-под тряпичной кучи раздался стон, куча шевельнулась.
   Начальник и солдаты замерли.
   Из груды тряпок вынырнула белая рука, грязная телогрейка съехала, открылось голое женское тело.
   Слабый мерцающий свет выхватил обнажённую девушку. Заплывшие глаза превратились в щёлки, разбитые губы припухли, густо покрывали кожу ссадины и синяки. Темнеющие широкими кружками сосков, белые груди покрыты круглыми язвами, кое-где виднелись следы от зубов.
   Девушка застонала, её ладошка прикрыла глаза, колени согнулись, широко раздвинулись ноги.
   Челюсть Сергея Кирилловича отвисла, брови взлетели верх, глаза округлились, руки затряслись. Люба, его маленькая Любаша, смысл и радость всей жизни, лежит на цементном полу истерзанная, но живая! Живая!!
   Он метнулся к дочери.
   Солдат выронил зажигалку, металл звякнул об бетон, пламя потухло, все скрыла непроницаемая тьма.
   - Свет! - нечеловеческим голосом, заорал Сергей Кириллович.
   Конвойные засуетились, прозвучало ругательство, лязгнул автомат, веером рассыпались искры.
   Огонь вспыхнул, вдоль стен вновь заплясали тени.
   Накрыв дочь телогрейкой, Сергей Кириллович сгреб её в охапку, его губы поминутно целовали каштановые волосы. Стоя на коленях, он прижимал девочку к груди, Люба стонала.
   Солдаты переглянулись, один выскочил из комнаты и, по коридору гулко застучали его сапоги.
   Остальные молча вышли и прикрыли дверь, вспыхнула спичка, зарделся огонёк сигареты, затем ещё один.
  
   Прошёл месяц.
   Врачи сделали, что могли, Люба шла на поправку.
   Следствие выявило троих виновных - зэки похитили девушку и периодически насиловали.
   Виновники получили высшую меру наказания - расстрел.
   Когда первая радость прошла, Сергей Кириллович вновь помрачнел. Словно грозовая туча, готовая метнуть смертельную молнию, он ходил в угрюмой задумчивости. Низко опущенная бульдожья голова нередко вскидывалась, пытаясь прочитать мысли окружающих, суровый взгляд пронизывал встречных.
   Расследование закончено, виновники найдены и сурово наказаны, но Сергей Кириллович не верил, что виноваты лишь трое.
   Каждый день объект посещала сотня человек, только главный корпус обслуживался тридцатью зэками! Как могли они не видеть, не знать?
   Сергей Кириллович отмечал насмешливые взгляды, слышал за спиной презрительный шёпот, несчастный отец хмурился и скрипел зубами. Иногда, пытаясь определить обидчиков, он резко оборачивался... кто?!!
   В нем прорастало ужасное осознание того, что большинство, этих нелюдей, терзало и мучило его девочку. Сергей Кириллович приходил в бешенство, изматывал заключенных работой, мучил карцером, ничего не помогало.
   Уединённо, между первым и четвёртым корпусом, располагалось приземистое одноэтажное здание, по проекту - больничный морг, однако строение временно использовалось как склад ГСМ. В конце сентября на склад привезли большую партию горюче-смазочных материалов, разгружали приезжие и, как водится, без всякой сортировки забили хранилище под завязку.
   Керосиновые бочки оказались заложены ёмкостями с краской, тут же, беспорядочной горой были навалены баки заполненные соляркой, рядом нагромождены вёдра солидола и масляные канистры, горюче-смазочному лабазу требовалась сортировка.
   Для этой работы Сергей Кириллович выбрал тех самых строителей, что отличились на отделке главного корпуса, не забыл он добавить и нескольких посторонних, чьи насмешливые взгляды успел поймать. Всего сорок шесть человек.
   Ранним осенним утром, сопровождаемая двумя автоматчиками, колонна подошла к будущему моргу.
   Свежий ветерок кружил жёлтые листочки, чистый прохладный воздух бодрил.
   Заключённые, подгоняемые конвоем, вошли внутрь, от резкого запаха у многих прослезились глаза. Складская утроба наполнилась матерными проклятьями, загрохотало ведро, крыша вздрогнула под напором дружного гогота.
   Кутаясь в тонкие шинели, автоматчики сторожили вход.
   Будто из-под земли появился сам Сергей Кириллович, набежал как осенняя непогода и приказал следовать к третьему корпусу.
   Один солдатик козырнул и побежал выполнять, второй не двигался.
   Встретив сопротивление, начальник поглядел мрачно.
   - Выполнять!
   - Разрешите обратиться? - солдат глядел решительно.
   - Разрешаю.
   - Не могу выполнить приказ!
   Сергей Кириллович вопросительно поднял брови.
   - Не могу оставить конвоируемых лиц! - отчеканил солдат.
   Из складского проёма, чуть пригнувшись, выпорхнул худенький зэк, не разгибаясь, подбежал ближе и остановился.
   - Тебе чего? - спросил Сергей Кириллович.
   - Темно, нам бы свету, гражданин начальник.
   - Иди, сейчас всё будет.
   Зэк побежал обратно, а Сергей Кириллович перевёл тяжёлый взор на солдатика.
   - Ответь мне, я могу выполнять обязанности конвойного?
   - Так точно, можете!
   - Ну, так вот, я заступаю на твоё место, а ты, бегом выполнять приказ, вернёшься, доложишь!
   Паренёк потупился, его глаза тревожно забегали, пальцы судорожно сжимали и разжимали автомат.
   - Беегом марш!! - взревел Сергей Кириллович.
   Солдатик вздрогнул, козырнул и, удаляясь, затопал сапогами.
   Оставшись один, Сергей Кириллович приблизился к складской двери, внутри мелькали фигуры, гудели нестройные голоса.
   Начальник задумчиво погладил крепкий дверной косяк, его пальцы коснулись распахнутого висячего замка, вдруг, Сергей Кириллович резко захлопнул дверь, запорная дуга замка скользнула в проушины, замок щёлкнул.
   - Будет вам свет! Всё вам будет!..
   Его глаза лихорадочно заблестели, рот судорожно оскалился, над выключателем нависли скрюченные пальцы.
   Еле заметное движение выключателя и внутри бухнуло, сразу несколько человек испуганно вскрикнули, из-под двери потянуло гарью.
   Жалобным хором нарастали нестройные крики, запертая дверь вздрогнула, зазвенело разбитое стекло, из окна жирным столбом повалил чёрный дым. Среди мажущего копотью дыма замелькали руки, чьи-то пальцы отчаянно хватали решётку.
   Будто ангел смерти, Сергей Кириллович торжественно отошёл и молча наблюдал.
   - А-а-а!.. - завопило в разнобой несколько голосов.
   - Пожар!!
   - Помогите!..
   Дымный столб ширился, копоть густо поднималась вверх, в оконном проёме вместо рук показались языки пламени. Когда жадное пламя коснулось живых людей, человеческие вопли превратились в животный визг.
   - Откройте!.. Да что же вы?! Нелюди! Фашисты!..
   Потемневшие глаза Сергея Кирилловича отражали огненные всполохи, усмешка кривила губы.
   Оранжевые языки вырвались из складских недр, огонь лизнул крышу, вопли стихали, нарастало гудение пламени.
   Отовсюду уже бежали люди, словно развороченный муравейник, стройка ожила, человеческие фигуры метались со смыслом и без, лишь Сергей Кириллович сохранял спокойствие.
   Пожар оказался такой силы, что даже бетонные стены оплавились.
   Приехавшие пожарные ничего кроме оплавленных стен спасти не сумели, тела сорока шести заключённых почти полностью сгорели, жалкие останки похоронили в братской могиле...
  
   Здесь Кирюха добавлял рассказ о своём героическом поведении на пожаре, как рискуя жизнью, чуть было не спас заключённого. Вдохновлённый собственным повествованием, подсобник подворачивал рукав и демонстрировал шрам. Уставившись мутным взглядом на собеседника, подвыпивший Кирюха доказывал, что результат экспертизы - целиком его заслуга. Как опытный электрик он сразу сказал: "Пожар возник из-за неисправной проводки".
   Однако сказать по правде, именно эта часть его рассказа самая сомнительная.
   Следствие быстро установило, что по служебной необходимости конвойные были отправлены на другой объект. Оставшись один, Сергей Кириллович, во избежание побега заключённых, предпочёл запереть склад, а пожар возник в результате короткого замыкания.
   Конечно, начальник получил выговор даже строгий, но виновным его не признали, смерть зэков объяснили несчастным случаем.
   После расследования Сергей Кириллович снова поднял голову, его взгляд обрёл прежнюю уверенность, а на губах нет-нет, да и мелькала довольная улыбка.
   Только долго торжествовать ему не пришлось, через пару месяцев, после злосчастного пожара, Сергей Кириллович исчез.
   Первое время надеялись что объявится, подали в розыск, опросили служащих, допросили заключённых - бесполезно, пропал Хват, будто вовсе не существовал.
   Официальная версия перебрала множество вариантов и остановилась на том, что не выдержав личной трагедии, а так же массовой гибели людей, начальник строительства помешался. Вероятно, покинул город, возможно, потерял память или оказался пациентом дурдома. Увы, запросы, разосланные по психиатрическим клиникам, ничего не дали, равно как и объявление во всесоюзный розыск. Исчез суровый командир, словно в воду канул.
   Лишь спустя несколько лет, пронёсся по зоне слух, будто то ли в морге, то ли в подвале больницы, прежнего начальника замуровали живьём. Некий Краб с подельниками заманил Сергея Кирилловича, оглушил и забетонировал. Таким образом, уголовник отомстил за родного брата, что оказался среди сорока шести погибших.
   Так оно или нет, трудно сказать, но слухи дошли до начальства.
   Для проверки сплетен нужно было сломать часть действующей больницы, готовых взять на себя ответственность не нашлось, потому, судьба Сергея Кирилловича осталась неизвестной.
   А больничный городок приобрёл дурную славу.
   Под крышей лечебных отделений происходили странные вещи, корпуса выглядели мрачно, от них исходила какая-то тоскливая обречённость.
   Кто знает, быть может даже весь город, пропитался вечным проклятьем замученных душ? Никто не сравнивал количества преступлений до и после строительства больничного городка, да и можно ли сравнивать разные времена и эпохи? Однако статистика утверждает, что жители города злее, чем в других подобных городах, ссор и поножовщины тут происходит больше, а самым опасным считается пролетарский район, где старой занозой чернеет больничный городок.
   Скорее всего, именно об этом говорил загадочный старик, когда уверял Булата, что над городом нависла тьма.

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

НОВЫЕ КНИГИ АВТОРОВ СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Сирена иной реальности", И.Мартин "Твой последний шазам", С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"