Матейчик Наталия Васильевна: другие произведения.

Четверо и Мертвое озеро

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Peклaмa:


Полный текст книги можно купить здесь: https://feisovet.ru/%D0%BC%D0%B0%D0%B3%D0%B0%D0%B7%D0%B8%D0%BD/%D0%9D%D0%B0-%D1%81%D0%BA%D1%80%D0%B8%D0%B6%D0%B0%D0%BB%D1%8F%D1%85-%D1%81%D1%83%D0%B4%D1%8C%D0%B1%D1%8B-%D0%9C%D0%B5%D1%80%D1%82%D0%B2%D0%BE%D0%B5-%D0%BE%D0%B7%D0%B5%D1%80%D0%BE-%D0%9D%D0%B0%D1%82%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D1%8F-%D0%9C%D0%B0%D1%82%D0%B5%D0%B9%D1%87%D0%B8%D0%BA Аннотация: Валия - прекрасный, магический, колдовской мир. Здесь летают на воздушных шарах, ходят по воде и творят магию. Но этот мир охвачен войной - здесь жгут города, здесь льётся кровь и здесь убивают. Влад и его друзья идут своей дорогой, но они даже не подозревают, с чем им придётся столкнуться на этот раз. Им предстоит выпутаться из ловушки энерговампира, посетить затерянный в горах "летящий" храм, найти таинственный Яшмовый кинжал, встретиться со смертельной опасностью, заглянуть в глаза смерти, ощутить горечь потерь и повзрослеть. Вторая книга тетралогии. За обложку спасибо Галине Прокофьевой.
Оценка: 9.47*4  Ваша оценка:
  • Аннотация:

  
  
  Четверо и Мертвое озеро
  
  Глава первая.
  Неожиданная слежка.
  
  По безлюдному стылому коридору небольшого полуразрушенного замка стремительно шли трое мужчин - орн, лешан и эльф. Звуки их шагов глушил тяжелый сырой воздух, а черные шелковые плащи, украшенные искусной золотой вышивкой, летели за спинами, словно крылья. Мужчины свернули за угол и остановились перед небольшой неприметной дверью, у которой стояли на часах два высоких стражника-лешана.
  - Пропустите его! - велел стражникам высокий пожилой орн, указывая на одного из своих спутников.
  Стражники расступились, и под прицелом четырех взглядов мужчина сделал несмелый шаг к двери.
  - Жди в комнате, - велел ему все тот же высокий орн.
  За спиной вошедшего неслышно закрылась дверь, и мужчина стал осторожно оглядываться. Он оказался в большой комнате с низким потолком, углы которой были сплошь затянуты столетней серой паутиной. Через огромные окна лился холодный утренний свет, звезды меркли. Комната была пустой, лишь по стенам стояли застекленные книжные полки. В комнате не было холодно, но мужчина поежился.
  Вдруг одна из книжных полок мягко отъехала в сторону, открывая узкую потайную лестницу, по которой быстро спускалась высокая фигура, затянутая в лиловый шелковый плащ. Это был мужчина неопределенного возраста, холодный и властный.
  Едва увидев приближающегося к нему человека, ожидающий вздрогнул и склонился в низком поклоне.
  - Ну? - взмахнув золотым браслетом, холодно бросил вошедший. По комнате брызнули золотые искры.
  Мужчина в страхе отпрянул, но Марготт лишь наколдовал глубокое, обитое малиновым бархатом кресло, и уселся в него. Марготт был высоким и хорошо сложенным, его лицо можно было бы назвать красивым, если бы не та злоба, которая читалась во взгляде серых глаз - мертвых, невыразительных и как будто припорошенных инеем. Взгляд этих глаз насквозь пронзил стоящего у стены человека.
  - Ну? - снова спросил Марготт, небрежно поправляя полу плаща.
  - Люди говорят, что мальчишка действительно нашел перстень, и артефакт признал его, - опустив глаза, тихо ответил мужчина, теребя рукой черный плащ. - Но доподлинно это неизвестно...
  - Что говорят люди - я и сам знаю, - резко сказал развалившийся в кресле Марготт. - Я ждал от тебя большего.
  Его собеседник вздрогнул, отступил назад и неуклюже привалился к стене.
  - Я старался, - едва слышно пролепетал он, - я очень старался. - Вы же знаете, что я...
  - Мне нужны не пустые слова, а действия, - холодно ответил Марготт. - Ты должен выкрасть мальчишку и доставить его сюда. Обязательно вместе с перстнем.
  - Я... Это почти невыполнимо, - пробормотал, не поднимая глаз, мужчина.
  Сидящий в кресле, кажется, и не слышал его:
  - Помни: я на тебя рассчитываю, - ледяным тоном сказал Марготт. - Не подведи меня, а иначе пожалеешь. Очень пожалеешь.
  С этими словами он встал с кресла, которое тут же исчезло. Сверкнул зеленоватый луч, полка медленно отъехала в сторону, открывая потайную лестницу, и через минуту мужчина в черном плаще одиноко стоял посередине пустого зала, неподвижным взглядом уставившись в пол, и, как рыба, хватая ртом воздух.
  Тем временем Марготт, взбежав по потайной лестнице, оказался в большом, богато убранном зале. Он изо всех сил хлопнул дверью и опустился в глубокое, обитое бархатом кресло. Этот семнадцатилетний вышкворок начинал его напрягать. Схватив со стола любимую хрустальную вазу, Марготт в бешенстве швырнул ее на каменный пол. Хрусталь разлетелся осколками по комнате, и этот звук разбитой вазы странным образом успокоил Марготта.
  
  ***
  
  - У меня для вас хорошая новость, - сказала Менея, заходя в палату к Вадь. - Сегодня вечером мы вас отпустим домой. Рада, что вы выкарабкались - ведь вы три дня балансировали на грани жизни и смерти. Кстати, к вам посетители, - продолжала целительница. - Третий раз уже приходят, но раньше вы были слишком слабы и мы к вам их не пускали. А пока вы были без сознания, каждый день наведывался какой-то гадкий пижон, на весь свет костерил официальную медицину и даже пытался оставить вам какое-то обезболивающее, видимо, всерьез считая, что его варево лучше, чем те анестетики, что предлагаем мы... - целительница слегка улыбнулась, небрежно поправляя полу белоснежной туники.
  - И где же это обезболивающее? - спросила Лея.
  - Мы спустили этого "знахаря" с лестницы вместе с его отравой.
  - Зря. Я бы не отказалась попробовать. Хуже, наверное, не будет, - сказала Вадь.
  Рану вроде бы залечили неплохо, но иногда плечо отзывалось сильной болью то ли на перемену погоды, то ли на фазу Луны, а те обезболивающие мази, которые предлагали ей в клинике, помогали мало.
  На лице целительницы отразились, сменяя друг друга, удивление, возмущение, обида, а затем она, насупившись, молча вышла из палаты. Несколько секунд спустя в дверь тихонько постучали.
  - Войдите, - откликнулась Лея, и на пороге появились двое: Батир Рел, следователь-лодиарий, занимавшийся делом Таниты Лиран, с букетом легенвилий в руках, и еще один неизвестный ей лодиарий. Оба были одеты в наглухо застегнутые строгие черные костюмы.
  От неожиданности девушка едва не вскрикнула.
   - Что вам от меня нужно? - резко спросила она, садясь на кровати.
   - Мы должны задать вам несколько вопросов касательно событий на Картрском поле, - слегка смущенно начал Рел. - Это - мой коллега Изар Тай, - представил он второго лодиария.
   Тай окинул палату быстрым изучающим взглядом, пододвинул стул поближе к кровати и сел. Из небольшой кожаной сумки он достал кусок пергамента и перо. Рел так и остался стоять у входной двери, смущенно перекладывая букет из одной руки в другую.
   - Черный перстень найден? - без всякого вступления внезапно спросил Тай, впиваясь цепким взглядом в лицо девушки.
   - Нет, - ответ прозвучал твердо, но, возможно, чуть быстрее, чем следовало бы. Лал просил Вадь никому не говорить о том, что перстень найден. Лодиарий что-то быстро записал на листочке пергамента.
   - Вы уверены? - снова переспросил он, не поднимая головы.
   - Абсолютно.
   - Где Лал спрятал перстень? - снова резко спросил Тай, сверля глазами лицо эльфийки.
   - Я не понимаю, о чем вы...
   - Хватит, - внезапно вмешался Рел. - Ты забываешь, что она - не подозреваемая, а просто свидетель...
   Как ни странно, слова подействовали, и Тай, воздержавшись от дальнейших расспросов, протянул Лее перо и пергамент.
   - Распишитесь.
   Отказываться было бессмысленно. Эльфийка, пробежав глазами текст, поставила свою подпись, и лодиарий направился к двери.
   - Подожди минуту, я сейчас, - сказал Таю Рел.
   Когда Тай исчез за дверью, лодиарий, подойдя вплотную к кровати, продолжил:
   - Я хочу извиниться за то, что был так жесток к вам, - эльф протянул Лее легенвилии, но девушка от него отшатнулась:
   - Уходите! Убирайтесь вместе со своими цветами!
   - Я уйду, только выслушайте! Я не верил ни единому вашему слову, я считал вас убийцей девочки, ваше упрямство бесило меня... Лея, поймите: на допросе не до любезностей: без строгости, а где-то и жестокости не обойтись...
   - Убирайтесь вон, а иначе я за себя не отвечаю! - закричала эльфийка, хватаясь за браслет. - Лучше всего человек раскрывается в том, как он относится к зависимым от него людям, - продолжала она. - Вот тогда наружу вылазит вся подлость, циничность и жестокость.
   - Простите меня, - отводя глаза, еще раз повторил Рел. Он положил цветы на кровать и быстро вышел за дверь.
   Вадь вскочила с кровати, схватила букет легенвилий и, как была босиком, выскочила в коридор:
   - Забирайте свой веник, мне он не нужен!
   Она всунула цветы в руку Рела и, прежде чем тот успел хоть что-то сказать, убежала в палату.
   Забравшись с ногами на кровать, эльфийка сжалась в комок, натянула на себя одеяло и закрыла глаза. Внутри нее все кипело. Ей было страшно вспоминать те, казавшиеся бесконечными, недели, проведенные в Идоне. Ежедневные допросы сводились к одному: "Как в ладонь убитой попали ваши волосы? - этот вопрос в различных интерпретациях задавался ей по нескольку раз в день. - Мы знаем, что ты - убийца. Признавайся".
  Ее попытки доказать обратное уходили куда-то в пространство. Во время первого же допроса Лея попросила снять наручники, стягивавшие за спиной руки, но Рел ответил, что на убийце должны быть наручники - без них она опасна для окружающих. Не сдержавшись, эльфийка язвительно спросила, неужели вооруженный браслетом и двумя кинжалами человек боится безоружной девушки, но ее слова не задели Рела. Он не опускался до рукоприкладства, а всего лишь полностью запретил свидания с друзьями и родственниками, а также всяческие передачи, а под тоненьким, как бумага, одеялом, несмотря на начало норали, спать было невероятно холодно. Кроме того, тюремная пища была очень соленой, а пить практически не давали. Когда через шесть недель такой жизни эльфийке сказали, что ее выпускают на поруки до суда, Лея не сразу в это поверила. И вот теперь этот человек явился просить прощения! Оригинал!..
  Эльфийка была счастлива наконец-то вырваться из клиники и оказаться дома, но к вечеру не на шутку разболелось плечо. Ни одна из предписанных целителями мазей не помогала. Лея рано легла спать, надеясь обмануть боль, но сон не шел. Устав бороться с бессонницей, девушка занялась чтением, но и это не помогло. Лишь ближе к утру усталость все-таки взяла верх, и она забылась коротким тревожным сном.
  
  ***
  Кутам Лал, медленно потягивающий травяной чай на балконе своего дома, насилу оторвался от огромной ужасной статьи о разгромленном Призраками Киете и открыл следующую страницу. "Черный перстень - слухи и домыслы" - гласил заголовок большой, на целый разворот, статьи. В ней уже в который раз опровергались слухи о том, что таинственный Черный перстень найден, однако молва об этом продолжала жить. Лал приложил все усилия к тому, чтобы сохранить факт нахождения перстня в тайне, запретив всем говорить об этом кому бы то ни было, кроме проверенных членов Братства, но... "Люди издерганы, запуганы, - думал эльф, - нет ничего удивительного в том, что они хватаются за перстень, как за соломинку".
  В другой небольшой статье сообщалось о том, что в Лайтайских горах нашли двух молодых обезглавленных эльфов, в телах которых не осталось ни капли крови - как будто ее высосали. Такие сообщения время от времени проскальзывали в газетах, пугали своей необъяснимостью, а потом, обрастая немыслимыми домыслами, передавались из уст в уста.
  Лал отложил в сторону газеты, за чтением которых он провел все утро, и взял в руки письмо, которое полчаса назад свалилось прямо к нему на голову. Он в который раз вчитывался в скупые строчки письма, в котором Татур Вар, Великий Магистр Белой Ложи и его старинный друг - а дружили они вот уже сто тридцать два года - просил (а, точнее, приказывал) ему явиться к нему на аудиенцию. И принести с собой Черный перстень. Кутам глубоко вздохнул - у него были все основания считать, что предстоящий разговор будет не из самых простых. Затем эльф встал, накинул на плечи темно-бордовый дорожный плащ и направился к выходу. Он вышел на прилегающую к дому лужайку и телепортировался в Греаль.
  Оказавшись в своем кабинете, Лал вынул из тайника цепочку с перстнем и надел ее себе на шею.
   Через двадцать минут он уже входил в огромную гостиную одной из неофициальных резиденций Великого Магистра. Это была небольшая вилла, утопающая в зелени огромного кипарисового парка, прорезанного системой каналов. Татур встретил гостя на пороге гостиной, стены которой были сплошь покрыты картинами. Это был орн высокого роста, крепкого телосложения и приятной наружности, спокойный и уравновешенный. Магистр был одет в ниспадающую до земли белоснежную хламиду, расшитую семиконечными серебряными звездами; на его худом и бледном, с резкими чертами, лице и в живых серо-голубых глазах, обладавших гипнотическим взглядом, которые то блестели необычайно ярко, то угасали, отражались смелость, великодушие, самолюбие и ум. Голову украшал массивный серебряный обруч искусной работы, в который были вправлены три ярких рубина - символа власти, шесть крупных сапфиров, олицетворявших собой мудрость, и десять жемчужин, символизирующих чистоту помыслов. На плечи свободно падали длинные волнистые светлые волосы. Татур, как и Кутам, излучал силу и мощь.
   - Садитесь, Кутам, - орн указал на одно из удобных кожаных кресел. - Разговор, я думаю, будет долгим. Не желаешь ли что-нибудь выпить?
   - Нет, спасибо.
   - Как ты мог догадаться, говорить мы будем о Черном перстне, - сказал Татур, когда его гость удобно устроился в кресле. - Полюбуйся, - он протянул Кутаму несколько листочков пергамента - это были показания, подписанные Леей и еще несколькими людьми, которые знали о том, что перстень найден, однако, отрицали это. - Ты, я вижу, подобрал неплохой персонал, - с улыбкой продолжал Магистр.
   Лал скользнул взглядом по листочкам пергамента, а затем выстрелил в них искрой и через несколько секунд убрал пепел синим лучом.
   - Это я просил их об этом, - сказал он, - так что ответственность за ложные показания лежит на мне.
  - Перестань, никто не собирается из-за этого дергать девушку и остальных, - с легкой улыбкой ответил Татур. - Наоборот, я рад за тебя: в большинстве своем, персонал у тебя надежный... Возвращаемся к перстню, - продолжал Магистр. - Ты прихватил его с собой?
  Лал кивнул, снял с шеи цепочку с перстнем и передал ее Вару.
  - Что ты планируешь с ним делать? - спросил Магистр, осторожно снимая перстень с цепочки.
  - Отдам Владу, - после продолжительной паузы ответил ректор.
  - Это - не самая лучшая идея, - тихим голосом возразил Татур. - Да, я знаю, мальчик нашел перстень, и перстень его признал, но не слишком разумно отдавать величайший артефакт подростку именно сейчас. Не забывай - Владиславу всего семнадцать лет. Он еще не в состоянии понять, что это такое, - с этими словами Вар надел Черный перстень на указательный палец правой руки. Голубой камень как был, так и остался тусклым и мертвым.
  - Тебе прекрасно известны свойства этого артефакта, - сказал Лал, искоса поглядывая на руку Магистра.
  - Да, они мне известны, - ответил Татур, любуясь перстнем. - Владелец перстня, в котором сам перстень признал своего хозяина, никогда не будет захвачен врасплох врагами, - задумчиво продолжал Магистр. - Стены Греаля - достаточно надежная защита для мальчика, но все же он не всегда будет защищен стенами. Как бы этот перстень не навлек на Владислава беду. Люди слабы... Эта схватка - самая трудная. Трудная, но не безнадежная, хотя у Марготта и огромные силы... Что, если Влада подкараулят где-нибудь агенты Марготта - а их развелось сейчас предостаточно - вспомни Сарр. Ты думал об этом? Тогда и перстень ему не поможет. Я надеюсь, ты не думаешь, что я стараюсь заполучить артефакт с тем, чтобы самому им пользоваться. Я беспокоюсь, в первую очередь, о безопасности еще толком ничего не понимающего подростка... ну, и, конечно, о безопасности перстня. В моей резиденции есть надежный тайник, в котором мы можем до поры до времени хранить артефакт... Кутам, - продолжал Магистр, видя, что его гость неодобрительно качает головой, - это не просьба и не предложение. Это - приказ...
  - Татур, в Греале, в моем кабинете, тоже есть очень надежный тайник, - после продолжительной паузы ответил Лал. - Давай остановимся на компромиссе, - продолжал он. - Я не отдам перстень Владу, но он будет храниться в Греале в моем тайнике...
  - Нет, - ответил Магистр. - Я хочу, чтобы все - и в первую очередь Марготт и его приспешники - увидели Черный перстень на моей руке. Я хочу, чтобы все они знали: артефакт у меня. Да пойми же - я хочу отвести от Владислава беду!
  Взгляд блестящих серо-голубых глаз скрестился со взглядом карих. В воздухе повисла довольно долгая пауза.
  - Хорошо, пусть будет так, - медленно ответил, наконец, Лал.
  - Кутам, я вот еще о чем хотел у тебя спросить, - Магистр на секунду запнулся и продолжал, - ты полностью доверяешь Пери?
  - Да, полностью, - кивая головой, твердо ответил старый эльф.
  - Тогда почему ни ты, ни я, ни Братство - никто - не был предупрежден о готовящемся нападении на Киет? - спросил Магистр, глядя прямо в глаза собеседнику. - О Кидо речь не идет, - продолжал он. - Нападение на это поселение было спонтанным, но налет на Киет, я уверен, планировался заранее, и мы должны были быть о нем предупреждены... Почему ты не получил никакой информации о том, на кого работает Сарр - и это при том, что она, как нам теперь известно, два года была агентом Марготта?
  - Я думаю, у Пери просто не было возможности использовать для пересылки писем пространственные искры, для телепатической связи, как ты знаешь, не было и нет подходящих условий, а почтовые вороны могли быть перехвачены. Это - касательно передачи информации о нападении на Киет, - ответил Лал. - Что касается Сарр, то она, похоже, была очень глубоко законспирирована... Я думаю, о Сарр и о том, какую работу она выполняла, знало весьма ограниченное число самых близких и доверенных людей Марготта. Пери, к сожалению, к их числу не относится...
  Магистр недоверчиво покачал головой:
  - На все-то у тебя есть ответы...
  - Зато, как я тебе уже говорил, - продолжал Лал, - я получил от Пери предупреждение о том, что агенты Марготта постараются испортить предстоящий конноспортивный праздник. Может, лучше его отменить?
  - Я не буду отменять праздник, Кутам, - категорично ответил Магистр. - У людей так давно не было никаких развлечений и поводов для радости. Я прикажу удвоить число патрулирующих лодиариев. Думаю, все обойдется...
  - Ладно, тебе виднее, - после паузы ответил эльф.
  Лал сам был Великим Магистром и правителем Валии в течение двадцати лет, а потому он прекрасно понимал, как тяжело сейчас Вару, как трудно ему поднять дух уставших от долгой войны людей.
  - Кстати, а почему ты не в лиловом? - спросил Лал, желая, похоже, этим слегка ироническим вопросом немного разрядить обстановку.
  Татур хмыкнул:
   - Сам понимаешь: после того, как Марготт сделал лиловый цвет своим, я испытываю к нему стойкое отвращение.
  - Татур, я хочу с тобой посоветоваться, - после небольшой паузы продолжал гость. - В Академии на данный момент есть две вакантные должности - преподавателя практической магии и преподавателя телепатии и ливато. На свете, к сожалению, спокойнее не становится... История с Сарр тебе известна... Что же касается Итима Лана, то он не может больше преподавать по состоянию здоровья. Как я не упрашивал его - увы...Ты сам понимаешь - мне нужны проверенные люди. Жалованье в Греале не самое плохое, так что, может быть, ты можешь мне кого-нибудь порекомендовать?..
  
  ***
  ...Две недели в Праге промелькнули, как один день. Отец с сыном, отколовшись от группы туристов, днями напролет бродили по лабиринтам узеньких пражских улиц и Пражскому Граду, то и дело возвращаясь к притягательному магниту по имени Староместская площадь. Они говорили обо всем на свете и не могли наговориться, а почти каждый вечер Влад устраивал в "Crowne Plaza", отеле, где они остановились, гитарные концерты до полуночи, несмотря на бурные протесты соседей. Будучи людьми любознательными, отец и сын посетили все обязательные туристические места Праги, и, прижав ладонь к знаменитому барельефу под статуей Яна Непомука на Карловом мосту, Влад загадал желание: "Хочу, чтобы отец не был одинок и несчастлив".
  Прага околдовывала: они вставали все раньше, а ложились все позже, но времени осмотреть весь город всё равно не хватало. Часто они днями бродили по Праге абсолютно бесцельно, просто растворяясь в этом городе. За эти несколько дней Владиславу стало ясно: этот мир ему уже чужой, с ним его ничего не связывает, кроме отца. Интернет, из которого раньше его было не вытянуть за уши, и компьютерные игры совершенно не привлекали.
   - Да, ты стал совершенно другим за этот год, - в первый же день сказал Владиславу отец, глядя на заметно окрепшего и возмужавшего сына. - Где и чему тебя там учат?
   - Да как тебе сказать... Учусь я в каком-то гибриде Шаолиня и Военной академии, - с улыбкой ответил Влад. - Тяжело, но нравится.
   - Тебе действительно там нравится? - с недоверием переспросил отец.
   - Да.
   - А зачем тебе эта штука? - Александр Яковлевич глазами указал на браслет на запястье сына.
   - Это - оружие, и очень серьезное, - ответил Влад, - но здесь, в этом мире, нам запрещено использовать браслет, так что извини - ничего показать тебе не могу, - добавил он, заметив, что отец готов попросить его продемонстрировать свойства c виду такой безобидной серебряной ленты.
  - Ну, и как там вообще жизнь? - спросил отец.
  - Да нормально, - Влад решил не вдаваться в подробности о том, что Валия вот уже двадцать лет как охвачена войной.
   За время пребывания в Праге Владислав, в первый день с непривычки смотревший на свой мобильник, как папуас на лампочку, несколько раз созванивался с Артемом и Алисой. И Артем, и Алиса были в восторге от отдыха в Египте, где они никогда не бывали ранее, хотя, как и он, скучали по Валии. Брат с сестрой не теряли времени даром: они вместе с матерью съездили на экскурсии в Каир, Мемфис и Луксор, посетили лазерное шоу у пирамид. Не обошлось и без казусов: Никаноровы умудрились встретить в Египте свою бывшую "француженку", которую на чистейшем французском без особого труда убедили в том, что они - это не они. И как было бедной женщине не поверить - ведь ее трагически погибшие в автомобильной катастрофе ученики, как две капли воды похожие на молодых французов, по-французски и двух слов связать не могли!
   - Папа, а в день моего рождения ...не произошло ничего особенного? - как-то вечером спросил Влад отца. Он долго собирался с духом, чтобы задать этот крайне важный для него вопрос.
   - Звезды с небес точно не падали, - с улыбкой ответил Александр Яковлевич.
   У Влада отлегло от сердца: значит, легенда указывает не на него!
   - Правда, - продолжал отец, - в тот день было полное солнечное затмение, что очень напугало твою мать. Вот уж не думал, что Береника такая мнительная.
   Владислав вздрогнул. "Мама знала легенду, как ей было не испугаться", - подумал он и почувствовал, как на мгновение замерло сердце, а по спине пробежал холодок.
  В последний день отдыха в Праге Влада разбудило ни свет, ни заря громкое воркованье голубей. Владислав сладко потянулся и повернулся на другой бок, намереваясь еще немного поспать, но вдруг в его сознании звякнул колокольчик тревоги: что-то было не так. Он, не открывая глаз, прислушался - полная тишина. Влад глубоко вздохнул и понял, что так его насторожило: в воздухе витал едва уловимый запах лаванды.
  Здесь недавно был эльф! Чистокровный эльф! "Неужели за мной следили"? - вихрем пронеслось в голове. Встревоженный этой мыслью, Владислав вскочил, откинул шторы - дверь на балкон была приоткрыта. Он выскочил на балкон, огляделся - нигде никого. В поле зрения был только неуклюжий дворник в соломенной шляпе и потертых джинсах с вызывающей невольную улыбку огромной метлой.
  - Извините, - по-чешски крикнул ему Влад, - вы здесь, на этом балконе, никого не видели?
  - А кого я должен был видеть у тебя на балконе? - не поднимая головы, раздраженно бросил на том же языке мужчина, неловкими движениями сметая в кучу мусор. - Карлсона?
  Смущенный Влад вернулся в комнату.
   - Пап, ты оставлял с вечера открытым балкон? - встревожено спросил он только что проснувшегося отца.
   - Да, ведь в номере очень жарко, - ответил тот.
   Владислав снова глубоко вздохнул. Запаха лаванды уже не было. "Померещилось, - подумал он. - Я, похоже, становлюсь параноиком".
  Влад попытался успокоить себя, однако он был уверен, что запах лаванды ему не померещился.
  Ближе к вечеру Владислав собрал рюкзак, повесил на плечо зачехленную гитару, простился с отцом, который должен был на следующий день уехать домой с группой туристов, и поехал на окраину города к порталу. Добравшись до знакомого камня, он перешел через портал в Валию, и обнаружил себя неподалеку от Желтого дома - так они с Эдной называли свое жилище. Влад решил, что сначала он заглянет домой, а уж потом, как и обещал, отправится в Греаль и заберет из тайника перстень.
   - Ну и как тебе Прага? - с любопытством расспрашивала внука Эдна, подкладывая ему в тарелку фаршированную рыбу. - Понравилась?
   - Разве Злата Прага может не понравиться? Это - один из самых красивых лердовских городов, - с наполненным ртом кое-как ответил Влад.
  - Ты еще не видел самых красивых городов Валии, - с улыбкой ответила Эдна. - Да, кстати, за время твоего отсутствия из Греаля прислали список учебников для второго курса, и, кроме того, тебе пришло аж три письма: от лока Лала, от Иды и от Артема, - продолжала она.
   Первым Влад вскрыл письмо, пришедшее из Греаля: "Владислав, я жду тебя в Греале для важного разговора. Отправляйся в крепость сразу же, как прибудешь в Валию. Надеюсь, ты хорошо провел время в Праге. К. Л".
   Артем написал письмо по-русски: "Привет! Мы с Алисой надеемся, что у тебя все О.К. Надо бы встретиться, поговорить. Пиши".
   Ида писала, что за то время, пока Влад был в Праге, произошло много важных событий, которые надо бы обсудить, и предлагала встретиться на следующий день в Йете.
   Вечером Владислав телепортировался в Греаль. Ректор ждал его в своем кабинете. Он передал Владу весь свой разговор с Великим Магистром и решение, к которому они пришли.
   - Мне бы очень хотелось, чтобы Черный перстень был постоянно с тобой, - сказал Лал, - но, возможно, Великий Магистр не совсем неправ. Этот артефакт сейчас привлекает к себе слишком большое внимание. Пусть он до поры - до времени побудет у Магистра. Не возражаешь?
  Влад кивнул, давая тем самым понять, что он не возражает, хотя на душе почему-то скребли кошки.
  - Вот, посмотри, - ректор протянул Владиславу газету, на первой странице которой была размещена огромная пиктограмма: Магистр с Черным перстнем на правой руке объявлял сотням тысяч людей, собравшимся на главной площади Йета, о том, что один из древнейших артефактов, принадлежавших Великой Четверке, действительно найден и находится у него. Влад с удовлетворением отметил, что камень, вставленный в перстень, не сиял - он был тусклым и мертвым.
  - Черный перстень не меняет хозяев, - будто прочитав его мысли, тихим голосом сказал Лал. - Нового хозяина он выберет только после твоей смерти.
  Влад продолжал внимательно разглядывать пиктограмму.
  - Весь этот спектакль разыгран, в первую очередь, для твоей безопасности, - продолжал ректор. - Будет лучше, если Марготт и Призраки будут знать, что перстень у Магистра.
  Влад отложил газету и кивнул. Поколебавшись с минуту, он решил поделиться с ректором своими подозрениями насчет возможной слежки в Праге. Выслушав его, Лал несколько минут сосредоточенно молчал, барабаня пальцами по ручкам кресла, а затем сказал:
   - О том, куда именно ты был отправлен для встречи с отцом, знало весьма ограниченное число людей. Я никого не просил присматривать за тобой. И это меня очень пугает.
   Влад, глядя на не на шутку обеспокоенного ректора, уже пожалел, что заговорил о своих подозрениях.
   - Наверное, мне показалось, - неуверенно сказал он. - Как бы то ни было, ведь я здесь, я жив-здоров, так что беспокоиться не о чем.
   - Ты ошибаешься, - задумчиво ответил Лал. - Повод для беспокойства есть, и весьма серьезный. Но не переживай, - продолжал он, - я попытаюсь с этим разобраться, - с этими словами эльф поднялся и подошел к резной деревянной этажерке, на которой стопкой лежали листки пергамента.
  Ректор взял несколько листочков пергамента и вернулся в кресло.
   - Я желаю тебе хорошо провести оставшуюся часть каникул, - сказал он, поднимая глаза на Влада. - Второй курс будет намного труднее первого, так что отдыхай, пока есть возможность.
   - Лока Лал, а как раненый стражник? - спросил Влад, вставая.
   - Он умер, - тихо ответил ректор, отводя взгляд. - Рана была смертельной... Целители оказались бессильны.
   Владислав вздрогнул - еще одна жертва Сарр... Молча кивнув ректору, Влад вышел за дверь.
  Оставшись один, Кутам Лал тут же написал несколько коротких писем и отослал с воронами. Стемнело. На небе зажглись первые звезды.
   Менее чем через двадцать минут те пятеро, которым были адресованы письма, вошли к нему в кабинет: Диро, Чернов, Руни, Яф и Вадь. Эта пятерка, да еще Саита Ютт, уехавшая отдыхать на Бурный океан, Лита Санг, которая была на крупном семинаре, посвященном использованию мандрагоры в нетрадиционной медицине, и Аретт Нури, ушедший в одиночный поход в Даянские горы, были теми людьми из окружения Лала, которым он доверял безоговорочно. Старый эльф скользнул взглядом по бледным, сосредоточенным лицам. Все явившиеся к нему понимали: если их на ночь глядя срочно вызвали в крепость - значит, произошло что-то особенное. Что бы он делал без них всех - без Диро с его умением всегда и везде сохранять спокойствие, без ума и интуиции Яна, оптимизма Саманты, без Самира, который мог найти выход из любой, самой безнадежной ситуации, без спокойной преданности Леи. Лал рассказал пришедшим о своем разговоре с Владиславом и, помолчав, спросил:
   - Какие у кого есть мысли по этому поводу?
   Долгое время никто не проронил ни слова. Наконец заговорила Саманта:
   - Я не запрещала Владиславу говорить друзьям о том, куда он отправляется на каникулах для встречи с отцом, и его могли подслушать. Но только...
   - Неужели в Греале есть еще кто-то из людей Марготта? - тихо спросила Лея.
  - Очень надеюсь, что нет, - ответил Лал. - Может быть, кто-нибудь из вас говорил о Владиславе с кем-то из своих знакомых? - спросил он.
  - Нет, - в один голос ответили Диро, Чернов, Руни и Яф, а Вадь молча покачала головой.
  В кабинете повисло молчание.
  - К счастью, Владислав жив и здоров, - наконец сказал, прерывая молчание, Лал. - Но я прошу вас всех быть максимально осторожными, - эльф медленно обвел глазами присутствующих. - А теперь все свободны, - продолжал он. - Тебя, Лея, я попрошу задержаться...
  Яф, Диро, Руни и Чернов поднялись и молча вышли.
  - Ты в порядке? - мягким голосом спросил Лал эльфийку, когда они остались вдвоем.
  - Да, стараюсь, - не очень уверенно ответила Вадь.
  Старый эльф внимательно посмотрел в глаза девушке и сказал, покачивая головой:
  - Врешь.
  - Ну, если честно, я немного побаиваюсь, - тихо ответила Лея. - Даже не немного. Мне очень страшно. Боюсь представить, что меня ждет в Академии, когда начнется учебный год. Если кто-нибудь из студентов напишет на дверях моего кабинета "Убийца"...
  - Лея, я убежден, что этого не будет, - спокойно ответил ректор. - А если найдется "весельчак", способный так жестоко пошутить, то я его найду и самолично выпорю, хотя этот вил наказания не используется в Греале уже много лет... Ну вот, наконец-то ты улыбнулась, - добавил эльф после небольшой паузы.
  
  ***
  
   Влад, Артем, Алиса и Ида встретились через несколько дней в Йете.
   - Пошли в кафешку, - предложила Ида. - Погода на улице не самая лучшая.
   Они зашли в небольшое наполовину пустое кафе.
  - Знаете, я вам почти завидовала, - сказала Гельде, когда они устроились за столом и заказали напитки и сладкое. - Пока вы отдыхали в мире лердов, тут такие дела творились! Призраки разгромили Киет, небольшой город в трехстах километрах от Йета. Раньше они боялись так далеко на север соваться, а теперь... Они напали глухой ночью, нападение было внезапным. Призракам удалось перебить стражу и ворваться в город. Много людей погибло. Они не смогли телепортироваться. В городе, похоже, действовали несколько агентов Марготта. Они поставили массу антителепортационных ловушек. И большинство жителей оказалось в западне. Всего около тысячи человек смогли вырваться за город и спастись, остальные погибли.
   - Хоть кто-то из тех, кто не смог вырваться за город, выжил? - мрачно спросил Артем. - Теперь понимаю, почему отец спрятал от нас все газеты, - добавил он.
   Влад промолчал. Он тоже не смог найти дома ни одной газеты - Эдна сказала, что она их выбросила. Это разозлило. "Почему от нас все скрывают? Почему нас до сих пор считают детьми"? - думал он.
   - Спастись смогла только одна шестнадцатилетняя девушка, - со вздохом ответила Ида. - Она, я думаю, притворилась мертвой, - добавила она. - В газетах писали, что у девушки шок. Она не помнит ничего, кроме своего имени. Не удивительно - наверное, всех ее близких убили у нее на глазах.
   Наступило долгое молчание.
   - Три дня назад было еще одно нападение, - продолжала Ида. - На этот раз Призраки напали на Кидо - небольшое поселение в горах. Это нападение было, видимо, спонтанным - в нем участвовало порядка ста человек, большая часть из которых была перебита. Среди жителей Кидо тоже были потери - погибло сорок восемь человек, и среди них - орна Альдена Риторо, одна из красивейших девушек Валии...
   - Давайте сменим тему, - вздохнув, сказала Алиса. - Как там твоя подготовка к скачкам? - спросила она у Гельде. - Я надеюсь, их не отменили из-за событий в Киете?
   - Не отменили, но перенесли на более позднее время, так как еще не закончился траур по погибшим, - ответила Ида. - Чем ближе скачки, тем больше я боюсь, - добавила она. - В этом году будет невероятно сложно пробиться в финал, не говоря уже о том, чтобы что-то выиграть. Неделю назад было подано около шестидесяти заявок на участие в моей возрастной группе - а про другие группы и говорить нечего. А в финал выходят только двенадцать человек... Кстати, - понизив голос продолжала Ида, - в свободное от подготовки к скачкам время я учила староэльфийский и шаталась по библиотекам - искала любую информацию о Великой Четверке. Глухо... - со вздохом добавила она. - А я так надеялась наткнуться на какое-нибудь упоминание об артефактах...
   - Ты как хочешь, Ида, а с меня достаточно и перстня, - резко оборвал кузину Влад. - Тебя там, на Картрском поле, не было, ты не сталкивалась лицом к лицу с Марготтом, ты не видела осатаневшую Аймиру, ты не знаешь, что такое белый луч и...
   - Я слышала об этой невероятно жестокой пытке, которую часто используют Призраки, - тихо ответила Ида. - Несчастные, которых длительно ей подвергают, обычно сходят с ума от непереносимой физической боли...
   Между ними повисло тягостное молчание. Владислав уже жалел об этой вспышке. Разговор не клеился, и друзья стали прощаться.
  Расставшись с Артемом, Алисой и Идой, Влад пошел в Карренскую библиотеку - полистать газеты. То, что он увидел в них, было действительно кошмарно: десятки, сотни убитых людей. Мужчины, старики, женщины, дети... Младенцы... Владислава трясло от гнева и ужаса. "Нужно попытаться найти остальные артефакты, - подумал он, - ведь, похоже, это - единственный шанс навсегда остановить Марготта".
   Вечером придя домой Влад застал в гостиной незнакомую черноволосую девушку. Заплаканная гостья была одета дорого и изысканно. Эдна отпаивала красавицу-валькирию крепким чаем:
   - За счастье свое всегда нужно бороться, - сказала она. - Сама решай, Нирвюра, что для тебя более важно - любимый человек или мнение твоих родителей...
   - Кто эта девушка и зачем она приходила? - спросил Влад, когда гостья ушла.
   - Нирвюра - валькирия, как ты сам мог заметить, - ответила Эдна. - Она из очень богатой и знатной семьи, наследница большого состояния. А полюбила, по мнению ее родителей, не того человека - эльфа-полукровку. И родители грозятся выгнать ее из дома...
   - А почему она пришла именно к тебе? - удивленно спросил Влад.
   - Ну, я всегда старалась помогать молодым парам, попавшим в такую ситуацию, - со вздохом ответила Эдна. - Особенно раньше, когда у меня было побольше денег.
   - Если так, то ты явно успела нажить себе врагов, - заметил Влад.
   - Недоброжелатели имеются, не без этого, - усмехнувшись, сказала эльфийка.
   - И много здесь таких, которые считают, что полукровки - люди второго сорта?
   - К счастью, единицы, - ответила Эдна, и быстро отвела взгляд.
   Они ужинали при свечах в увитой плющом беседке на берегу озера. Точнее, Влад ужинал, а Эдна перелистывала книгу. Тишину летнего вечера нарушало лишь кваканье лягушек, стрекотание невидимых сверчков да соловьиные трели. Неожиданно раздался тихий всплеск воды, и Влад, взглянув на озерную гладь, не поверил своим глазам: из воды высунулся сначала длинный спинной плавник, а затем - смеющаяся морда дельфина. Дельфин издал резкий протяжный свист, сделал несколько высоких изящных прыжков и снова исчез в воде. Влад, все еще не придя в себя от удивления, спросил у Эдны:
   - Неужели это дельфин?
   - Ну да, дельфин, ты же сам видел, - смеясь, ответила эльфийка. - Озерный дельфин. Его зовут Титор. Озерные дельфины - большая редкость. Дельфины пришли в озера и крупные реки из открытого океана много миллионов лет назад и приспособились к жизни в пресной воде.
   - Но почему я никогда раньше не видел его? - спросил Влад.
   - Титор не любит чужих, - ответила Эдна. - Целый год он к тебе присматривался, и вот сегодня показался. Это значит, что он тебя признал.
   Владислав встал из-за стола и подошел к самому озеру, надеясь еще раз увидеть Титора, но дельфин больше не показывался.
   - Неужели кроме Великой Четверки никто и никогда не пытался убить Марготта? - спросил Влад, снова усаживаясь за стол.
   - Нет, почему же, пытались, - ответила эльфийка, откладывая в сторону книгу. - Лет десять назад среди приближенных Марготта возник заговор. Мне сложно говорить о причинах - возможно, у кого-то из его приспешников открылись глаза или заговорили остатки совести... Целью заговора было магическое покушение. Это была попытка уничтожить Марготта при помощи магического воздействия на изображающие его восковые фигурки. Заговор был раскрыт, четверо заговорщиков после пыток были казнены, шестеро успели покончить жизнь самоубийством.
   - Это покушение хоть как-то повлияло на Марготта? - спросил Влад.
   - К сожалению, нет. Он жив-здоров.
   Порыв ветра вздыбил на озере мелкую рябь, закачались заросли прибрежной травы.
  - Потом нашлись еще отчаянные головы, - продолжала эльфийка. - Трое членов Белого Братства - эльф, лешан и орн - совсем молодые, им было лет по двадцать, в плащах Призраков пробрались в самое логово Марготта, тихо сняли стражу, но были схвачены уже в самом замке. Больше никто не пытался убить Марготта.
   Владислав допил чай, опустил чашку на блюдце, и, подняв на Эдну глаза, спросил:
   - Как ты думаешь, почему Марготт стал тем, кем он стал?
  - Он с детства был любимчиком: первый мальчик, родившийся в семье за более чем триста лет, - после продолжительной паузы ответила Эдна. - Он никогда ни в чем не знал трудностей: умный, красивый, обожаемый родителями и сестрой. И Марготт возжаждал абсолютной власти - захотел, чтобы ему служили все. В нем живет неутолимая жажда крови и чужих страданий, - помолчав, добавила эльфийка. - Марготт трясется за свое физическое существование, он жаждет бессмертия, возможно, понимая, что после смерти за все придется платить.
  Женщина замолчала, сорвала небольшую ромашку и стала медленно обрывать лепестки цветка.
  Прежде чем задать следующий вопрос, Влад долго смотрел на солнечные блики, вспыхивающие и гаснущие на глади воды.
   - А пророчество...пророчество о том, кто остановит Марготта - кому оно принадлежит? - наконец спросил он, избегая смотреть на Эдну.
   - Пророчество это - и о самом Марготте, и о том, кто его остановит - было сделано более тысячи лет назад, - после долгой паузы ответила эльфийка. - Принадлежит оно знаменитой пророчице - валькирии Дальфе Ларро. Дальфа была слепой от рождения, а люди, и особенно - дети часто жестоки к тем, кто хоть чем-то отличается от них, - со вздохом продолжала женщина. - Поэтому бедная девочка была изгоем среди сверстников. Они придумали жестокую забаву: Дальфу стегали осиновыми прутьями и крапивой, зная, что она не увидит, кто ее обижает и не пожалуется на обидчиков, или сталкивали в глубокую яму и, хихикая, смотрели, как она на ощупь выбирается оттуда.
   Влад почувствовал, как у него запершило в горле и защипало глаза. Он уже был не рад, что задал этот вопрос.
  - Жаловаться Дальфе, по сути, было некому, - между тем продолжала эльфийка. - В семье девочку тоже шпыняли, считая, в первую очередь, лишним ртом. Только одна из старших сестер - Алара - относилась к Дальфе с сочувствием и постоянно ее защищала. Когда Алара вышла замуж, она забрала сестру в свою семью, и Дальфа жила там до самой смерти, а умерла она рано - в тридцать три года... Так вот, касательно пророчества, - после паузы продолжала Эдна, - Дальфа с самого детства время от времени впадала в состояние транса. Это случалось с ней не часто - один-два раза в месяц. И тогда она не своим голосом выкрикивала пророчества, которые сбывались с поразительной точностью. Эти пророчества дошли до нас благодаря все той же Аларе - валькирия не поленилась их записывать.
  - А как звучит само пророчество? - тихо спросил Владислав, поднимая глаза на Эдну.
  - Дословно я тебе не скажу, - качая головой, ответила эльфийка, - но приблизительный текст таков: "Придет черный властитель и убьет светлого, и затмит своею силой всю Валию. Четверо смелых с четырьмя дарами встанут у него на пути и почти одолеют его, но и сами будут повержены. А потом придут еще четверо, и среди них один, рожденный в день, когда исчезнет солнце. Этот один впитает силы погибшей четверки, он найдет четыре дара, и они признают его. И повержен будет черный властитель, и обратится он в прах".
  Голос Эдны умолк. Владислав сидел молча, пристально глядя на озерную гладь.
  - А правда, что в день моего рождения было солнечное затмение? - тихо спросил он, по-прежнему глядя на озеро.
   - Да, это правда, - вздрогнув, ответила эльфийка.
   Больше они не разговаривали. Они сидели и смотрели, как гаснут последние лучи заходящего солнца, как медленно сгущаются сумерки, и лишь когда полностью стемнело, ушли в дом.
   В тот же вечер Владислав отослал Иде письмо, в котором он предложил ей вместе искать информацию об оставшихся артефактах. Меньше чем через полчаса прямо перед ним на пол упало ответное письмо. Гельде предлагала поискать необходимую им информацию в закрытой секции Карренской библиотеки. Они подключили к поискам Алису и Артема, однако кропотливое копание в книгах успеха не принесло.
  
  
  Глава вторая.
  Сорванный праздник.
  
   - Да не дергайся ты так, - спокойно сказал Чернов Саманте. - Телепортацией воспользовался только я, так что если кого и вызовут "на ковер" в Департамент, так это меня.
   Нервная и взвинченная Руни автоматически кивнула.
   Они только что вернулись из весьма специфической "командировки" в мир лердов. Ян и Саманта должны были выкрасть из столицы Греции Оливию Сеттор, эльфийку-полукровку, которую мать наотрез отказалась отпускать в Валию. Спокойно и цивилизованно поговорить с женщиной не удалось, хотя Чернов и Руни предприняли несколько попыток: мать Оливии устроила настоящий скандал и на пушечный выстрел не подпустила их к дочери, а, кроме того, тут же вызвала полицию, так что гостям пришлось уносить ноги.
   Хотя Оливию постоянно отвозила в школу и забирала из нее гувернантка с машиной, Саманте и Яну удалось на перемене поговорить с девочкой. Они думали, что столкнутся с недоверием и страхом, но гречанка, улыбнувшись, вдруг заявила:
   - А я давно знала, что я не такая, как все. Не знала, правда, что я - эльфийка. Это здорово.
   Оливия согласилась отправиться с ними в Валию. Ян написал короткое письмо матери девочки - мол, с вашей дочерью все в порядке, она жива и здорова, и вернется либо через пять дней, либо вы ее увидите через год. Однако случилось так, что Сеттор, уходившую из школы в компании двух незнакомцев посреди учебного дня, увидела в окно одна из преподавательниц и тут же позвонила матери девочки, а та поставила на уши всю полицию.
   Их засекли на одной из афинских улочек и окружили, приказывая лечь на землю. Саманта на мгновение растерялась, а Чернов, схватив за руки обеих спутниц, крикнул девочке: "Задержи дыхание!" и телепортировался к находящемуся неподалеку порталу.
   - Ух ты, здорово! - воскликнула, оглядываясь, Оливия. - Это у вас все так перемещаются?
   Чернов, ничего не ответив, опустился на землю. Телепортация в абсолютно неподходящей для этого энергетической обстановке отняла массу сил.
   - Ты только сознание не теряй, ладно, - тихо и слегка испуганно по-эльфийски сказала Яну Саманта. - Мы так не договаривались.
   Ян, переводя дыхание, молча кивнул. Чернову потребовалось около получаса, чтобы прийти в себя.
   - Не пугайся, - сказал он Оливии. - Такое случается, если телепортироваться в непредназначенной для этого энергетической среде. Ничего страшного.
   На самом деле, все было далеко не так безобидно: телепортация подобного рода сильно сбивала сердечный ритм, что было очень опасно.
   Сдав девочку с рук на руки ее отцу, Ян и Саманта отправились в Греаль - сочинять официальный отчет, который, как они знали, очень скоро от них потребуют... Что касается вызова "на ковер", то алхимик не ошибся на этот счет: буквально на следующий день его действительно вызвали в Департамент, и разговор не обещал быть приятным.
   - Все, описанное вами, выглядит, по меньшей мере, как разгильдяйство, - строго взглянув на Чернова, произнес молодой служащий Департамента, когда тот описал ситуацию, с которой столкнулись они с Самантой.
   Ким Масор репетировал эту фразу в течение целого часа, но надлежащего эффекта она почему-то не произвела. Едва скрывая насмешливую улыбку, Чернов спокойно ответил:
   - Вам виднее.
   - Подробно изложите все в письменной форме, - велел Масор, придя в ярость от насмешливого тона собеседника.
   Чернов взял лист пергамента и вкратце изложил ситуацию.
   - Вы получите официальное решение Департамента в отношении вас по почте, - холодно сказал эльф, забирая листок.
   - Жду с нетерпением, - хмыкнул Чернов и, хлопнув дверью, вышел из кабинета.
   Ян, однако, понимал, что Масор постарается, используя ситуацию, отыграться и за этот разговор, и за кое-какие давние счеты.
  
   ***
  
  Теплым летним вечером Санг выбралась в аптечную лавку за различными химическими ингредиентами, которые ей необходимо было закупить к началу учебного года. Открыв дверь лавки, она едва не оглохла от крика:
  - Мне нужны именно эти анестезирующие средства! И вы мне их продадите!.. - орал молодой светловолосый мужчина с большой родинкой над левой бровью.
  - Я вас понимаю, но я не могу отпустить вам эти лекарства без необходимых документов, которых у вас нет, - ответила молодая валькирия, стоявшая за прилавком.
  Лита несколько минут стояла у входа, надеясь, что вся эта ситуация как-то разрешится сама собой, однако, похоже, ее надеждам не суждено было сбыться - молодой мужчина и валькирия продолжали орать друг на друга.
  - Что происходит? - наконец вмешалась Санг.
  Незнакомец быстро повернулся к девушке. Ростом он был несколько выше Санг, его движения, несмотря на некоторую резкость, были осторожными и ловкими, лицо, не лишенное привлекательности, хранило следы недавно пережитого глубокого горя, но во взгляде темных глаз мимолетно проскальзывало что-то хищное. При виде молодой орны брови мужчины удивленно поднялись вверх, и у Литы возникло странное чувство, что он узнал ее. Ей же этот человек был совершенно незнаком. Или, может, они где-то встречались?.. Нет. Определенно, нет. Хотя у нее никогда не было хорошей памяти на лица.
  - У меня мать умирает, - тихим голосом сказал, наконец, мужчина. - У нее страшные боли, а мне не продают необходимых лекарств.
  Позже Лита никак не могла взять в толк, почему она вот так, сразу, поверила человеку, которого видела впервые в жизни. Что-то задело ее - его искренность, отчаяние или боль, звучавшая в голосе. Девушка колебалась не больше минуты:
  - Какие анестетики вам нужны? - спросила она.
  - Кидор и озаро. Другие уже не помогают. По три упаковки каждого.
  Санг купила анестетики - провизор посмотрела на нее с явным неодобрением, но не посмела отказать постоянной клиентке - а затем купила необходимые ей химические ингредиенты, и вместе с мужчиной вышла из лавки. На улице Лита передала незнакомцу шесть небольших тяжелых коробочек. Он протянул ей деньги, она молча взяла их.
  - Спасибо, - коротко сказал незнакомец. - Спасибо - и прощайте.
  Санг кивнула головой и быстро пошла вниз по улице. Она уже сворачивала за угол, когда снова услышала голос незнакомца:
  - Спасибо, Лита.
  Вздрогнув от неожиданности, девушка повернулась к мужчине, чтобы напрямую спросить его, откуда он ее знает, но задавать этот вопрос было уже некому: таинственный незнакомец бесследно исчез...
  Примерно через неделю Санг, гуляя по Йету, услышала обрывок разговора двух мужчин, шедших по улице впереди нее. Оба незнакомца были одеты в длинные темные шелковые плащи и широкополые шляпы, скрывавшие лица.
  - ... шары нужно устанавливать очень осторожно, - сказал один из них. - Сейчас люди ко всему относятся крайне подозрительно, да и вся служба безопасности стоит на ушах...
  Девушка не поняла, о чем идет речь, но голос, который, как ей показалось, она узнала, ужаснул ее. Сорвав с руки браслет, Лита хотела обогнать мужчин, чтобы заглянуть в лицо говорившего, но их разделила толпа, а когда Санг, наконец-то из нее выбралась, незнакомцы уже исчезли.
   В тот вечер Санг долго не могла заснуть. Голос незнакомца растревожил воспоминания, о которых она старалась забыть. Память, вырвавшись из тисков самоконтроля, стремительно откручивала время назад...
  ...В тот год Лите только-только исполнилось двадцать лет. Она училась на первом курсе магистрата и мечтала об успешной карьере. Лита пользовалась успехом и знала это. Она знала цену своей улыбке, знала, как красиво блестят на солнце ее светлые волосы, когда небрежным движением головы она отбрасывает за спину непослушную гриву.
  С Рафом Бейком, орном из богатой семьи, она познакомилась в кафе совершенно случайно. В тот вечер Санг в одиночестве сидела за столиком на открытой летней террасе. Она беззаботно смотрела на медленно опускающееся за горизонт солнце, и, перелистывая книгу, пила коктейль. Теплый ветер лениво играл складками ее тонкой шелковой туники, расшитой серебром - Лита была еще той модницей.
  - И почему такая красавица скучает в одиночестве? - внезапно зазвучал над ее головой приятный голос.
  Раф Бейк, высокий, белокурый, красивый как-то совсем по-хозяйски подсел за ее столик. Он нравился многим едва ли не с первого взгляда, но Лита, гордая и переборчивая, очень долго не обращала внимания на его настойчивые и упорные ухаживания - а потом растаяла. Умная, красивая, уверенная в себе, Лита привыкла быть в центре внимания, но Раф показался ей раскованным, но не наглым, веселым, обаятельным - в общем, в ее вкусе.
  Однако, вскоре Санг поняла, что она ошиблась, а также поняла, какой у Бейка "чудный" характер. Как-то раз во время пустячного спора он, видимо, в качестве "дополнительного аргумента", ударил ее по лицу.
  Несколько секунд девушка стояла, словно окаменев, а потом взвилась и замахнулась, намереваясь влепить Рафу пощечину, но он ловко уклонился, а в следующую секунду ее горла коснулось лезвие ножа, и Бейк, чеканя каждое слово, сказал:
  - В следующий раз убью. Тебе ясно? И не вздумай меня бросить - если кто кого и бросит, так это я тебя.
  И это была не шутка. Вскоре у Литы не осталось сомнений: Бейк не любил ее, он просто хотел завладеть вниманием умной, красивой, яркой и популярной девушки, похвастаться ею перед приятелями.
  В службу безопасности идти она побоялась, как побоялась и бросить Бейка. Лита знала: если она сделает что-то, что сильно не понравится Рафу, то придется поплатиться. И очень жестоко.
  Однако, вскоре произошло событие, которое положило конец их отношениям.
   Это случилось во время празднования дня основания Йета. Утром, воспользовавшись праздничной скидкой, Раф купил себе в зоомагазине перламутрового бельчонка - очень дорогого и экзотичного зверя, а потом Лита и Раф решили прогуляться по знаменитому Стоарочному мосту, протянувшемуся на пять километров над живописной пропастью между двумя горами. Точнее, Раф решил, что они пойдут гулять на мост, а Лита, которой совершенно этого не хотелось, возражать ему не осмелилась.
  На почти отвесных склонах гор, покрытых бурым мхом и лишайниками, над которыми протянулся мост, то там, то тут виднелись чахлые сизые ели, приземистые горные сосны и стройные пихты. Тонкими струйками поднимался в небо пар от горячих горных источников, далеко, почти у самого горизонта, виднелась голубая чаша ледникового озера Велле, в которую, скользя по безоблачному небу, медленно и величественно опускалось солнце. Издали доносился монотонный шум водопада.
  На мосту, несмотря на открывающееся с него великолепное зрелище, было немноголюдно.
  Тем временем бельчонок, устав от жары и, видимо, проголодавшись, начал громко цокать, вырываться из рук, а потом, на свою беду, укусил Рафа за палец. Бейк вскрикнул, отодрал бельчонка от пальца и сжал в руках так, что зверек заверещал от боли, а затем швырнул его в пропасть. Все произошло так быстро, что Лита ничем не успела помешать Бейку, но от увиденного она пришла в ярость, а ярость растопила страх. С криком: "Живодер"! она ударила Бейка по лицу, а затем мост уплыл из-под ног, и девушка увидела под собою пропасть... Лита закричала от ужаса и тут же услышала мужской голос: "Это что за шутки такие"? Она не помнила, как снова оказалась на мосту. Ноги подкосились от страха, и девушка, упав на колени, снизу смотрела на спасших ее людей - если бы не они, она бы точно улетела в пропасть. Их было шестеро: лешан, двое эльфов и три валькирии, не намного старше ее самой. Бейк что-то говорил - она от страха не разобрала слов - и ее спасители уже собирались уходить, когда Лита вцепилась в руку одного из эльфов, умоляя не оставлять ее наедине с Рафом. Все шестеро смотрели на нее, как на безумную.
   - Хорошо, пойдемте с нами, мы проводим вас домой, - сказала одна из валькирий.
   Прощаясь с молодыми людьми у дверей своего дома, Лита, волнуясь, сказала:
   - Вам нужно быть очень осторожными. Этот человек - псих. Он неадекватен в своих действиях, словах, мыслях. Бейк, я уверена, постарается вам отомстить. Нам лучше завтра всем вместе пойти в службу безопасности...
   - Ну, пусть попробует, - смеясь, ответил молодой лешан.
   - Вы ничего не понимаете! - нервничая и злясь, закричала Лита, но молодые люди, похоже, не восприняли всерьез ее слов, и, попрощавшись с испуганной девушкой, растворились в темноте.
   Лита, пересилив свой страх, на следующий день все-таки пошла в службу безопасности, однако там не придали особой важности ее словам, как она не пыталась убедить лодиариев в том, что спасшим ее молодым людям угрожает опасность. Беда не заставила себя долго ждать: примерно через неделю Лита, просматривая газеты, наткнулась на небольшую заметку о том, что служба безопасности ищет преступника, тяжело ранившего молодого лешана, и обещает крупное вознаграждение за любую информацию, которая может помочь следствию. На небольшой пиктограмме девушка без труда узнала одного из своих спасителей.
  - Ну, я же предупреждала! - разорванная на куски газета полетела на пол.
   Санг тут же отправилась в службу безопасности, но попытка задержать Бейка успеха не принесла: он успел скрыться, а впоследствии присоединился к шайке Марготта.
   К счастью, молодой лешан выжил. Лита только через год смогла окончательно избавиться от страха перед Бейком, но сейчас, по прошествии десяти лет, она готова была схватиться со своим обидчиком один на один на браслетах, мечах или кинжалах.
  
  ***
   В мрачный сырой день Влад выбрался в Йет за учебниками. Они с друзьями договорились встретиться в кафе. Артем и Алиса пришли вовремя, а Ида запаздывала. Прошло пятнадцать, двадцать, тридцать минут... Наконец, слегка запыхавшаяся и улыбающаяся Гельде вбежала в кафе.
   - Пойдем куда-нибудь туда, где нет лишних ушей, - шепнула она друзьям.
   - Ида, ты в курсе, что воспитанные люди вначале здороваются, а потом, если опоздали, объясняют причину своего опоздания? - спросил Артемий.
   - Ну, привет-привет. Пошли в парк. Там все и объясню.
   Когда они вошли в огромный старинный парк, протянувшийся гигантской зеленой змеей через весь Йет, Ида, оглянувшись по сторонам, сказала:
   - Я только что из Карренской библиотеки. Рылась в сборнике старинных легенд и случайно наткнулась на информацию о Яшмовом кинжале...
  - О чем? - спросила Алиса.
  Яшмовый кинжал - еще один артефакт Великой Четверки, - ответила Ида. - Он принадлежал эльфу Нанилу Эфту. Говорят, что кинжал этот пробивает любые доспехи, и нет оружия, которое могло бы его остановить. Если верить легендам, Нанила после его гибели похоронили в тайном месте, и никто не знает, где его могила. Есть мнение, что его похоронили на дне реки... А следы кинжала теряются в веках - его, очевидно, тоже где-то спрятали.
  - А почему кинжал яшмовый? - спросил Артемий.
  - Если верить легендам, рукоятка кинжала сделана из буровато-зеленой яшмы, - ответила Ида. - Отсюда и название.
   - И никаких указаний на то, где искать этот кинжал? - после небольшой паузы спросил Владислав.
   - Никаких.
   - Ну, уже кое-что, - сказал Артем.
   - Ладно, пошли покупать учебники, а то скоро закроются все лавочки, - предложила Алиса.
   - Мне еще нужно купить метательный кинжал, - напомнил друзьям Влад.
   Он с сожалением подумал о потерянном на Картрском поле кинжале с перламутровой рысью на рукоятке.
   "Телепатия и ливато", "Иридостика" прочитал Влад на обложке двух учебных пособий для второго курса.
   - Телепатия - это чтение мыслей и передача информации путем обмена мыслями, верно? - спросил Владислав.
   Ида кивнула.
   - А что такое ливато? - спросил ее Артем.
   - Защита от телепатии, - ответила Ида. - Это способ защитить свои мысли от считывания. А иридостика, - продолжала она, предугадав следующий вопрос, - это хождение по воде.
  В оружейной лавочке Владислав выбрал недорогой и удобный кинжал. Оружие было хорошим, однако, засовывая кинжал в ножны, Влад снова пожалел о своем потерянном ноже.
  - Слушай, Ида, а может, ты покажешь нам свою лошадь и приготовленный для скачек костюм? - вдруг спросил Артем.
  - Не вопрос. Идем, - улыбнулась Гельде, и все четверо, взявшись за руки, телепортировались к ее дому.
  Влад, Артем и Алиса вслед за Идой осторожно вошли в расположенную за домом конюшню. Там стоял тяжелый сладковатый запах овса и прелой соломы. В конюшне находилось трое лошадей, но при виде Иды заржала, приветствуя хозяйку, белая.
  - Вот она, моя красавица, - с улыбкой сказала Ида, подходя к стойлу. Эльфийка ласково погладила точеную морду лошади и запустила руку в ее шелковистую гриву. - Ее зовут Канди, что на староэльфийском означает "молния", - продолжала она.
  Влад, Артем и Алиса подошли к лошади и тоже стали гладить ее, мешая друг другу.
  - Идемте, я покажу вам свою амазонку, - сказала Ида, заметив, что ее любимица уже не знает, куда деваться от направленного на нее со всех сторон внимания.
  В комнате Иды Артем и Алиса на полчаса прилипли носами к аквариуму. Когда они, наконец, отклеились от стекла, Ида показала друзьям свой костюм для верховой езды. Длинная, сказочно красивая амазонка из черного шелка была отделана по вороту и рукавам тонкой серебряной вышивкой.
  - Ида, сколько это стоит? - делая большие глаза, шепотом спросила Алиса. - Это же настоящий шедевр!
  - Не спрашивай, - Ида отмахнулась, пряча наряд в шкаф. - Вот, смотрите, - с этими словами эльфийка сняла с верхней полки черную кружевную шляпу, расшитую мелким белым жемчугом. - Правда прелесть? - блестя глазами, спросила она. - Амазонка амазонкой, но шляпа - действительно прелесть!
  Вырвавшийся у Алисы вздох восхищения был ей ответом.
  - Не знаю, Ида, станешь ли ты первой на скачках, - качая головой, сказал Артем, - но самой красивой наездницей ты будешь точно.
  Эльфийка смутилась и вспыхнула.
  - Ты действительно будешь очень эффектно смотреться в черной амазонке на белой лошади, - сказала Алиса. - А черная кружевная шляпа прекрасно подчеркнет светлые волосы.
   - Ну, увидимся завтра на стадионе, - на прощание сказал кузине Влад. - Удачи тебе! Мы все будем за тебя болеть. Точнее, за вас с Канди.
   В первый день соревнований проводились только квалификационные заезды, однако, несмотря на это, зрителей на стадионе собралось столько, что яблоку негде было упасть. Влад никогда не думал, что предварительные заезды вызовут такой ажиотаж. На стадионе, покрытом молодой зеленой травой, были установлены препятствия для конкура.
   - Смотрите-ка, - оглядываясь по сторонам, сказал друзьям Влад, - здесь есть люди примерно нашего возраста, которых мы никогда не видели в Греале, - Владислав взглядом указал на трех лешанов-подростков, очевидно, братьев, сидевших неподалеку от них. - Это странно.
   - Ничего странного в этом нет, - ответила Алиса. - Не все посылают своих отпрысков учиться в Греаль в такое неспокойное время. Некоторые предпочитают давать им домашнее образование, потому что боятся отпускать детей от себя.
   - Да, но Греаль, считай, самое безопасное место, - заметил Владислав. - Крепость круглосуточно охраняют стражники...
   - Не всем это объяснишь, - ответил Артем. - До некоторых не доходят очевидные вещи.
   Действо обещало растянуться на несколько часов, и поэтому у большинства зрителей были с собой бутылки с питьевой водой и легкий перекус - фрукты, орешки, бутерброды. У всей небольшой группы поддержки, состоящей из родителей Иды, Влада, Алисы, Артема, Эдны и Марита, которого сын и дочь уговорили пойти на скачки, были неплохие места - второй ряд центральной трибуны. Немного выше, на пятом ряду, Влад заметил Самира Яфа и Литу Санг.
  Владислав заерзал на кресле, устраиваясь поудобнее, и вдруг у него упала на землю сумка, а из нее выпали бутылка с водой, пакет с бутербродами и нож, который закатился под кресло. Влад наклонился, поднял нож и замер: под соседним креслом, на котором сидел Артем, был приклеен какой-то странный желтый пульсирующий шар.
  - Смотрите, что здесь такое, - позвал он друзей.
  Однако, первыми под кресло заглянули Ремм Гельде и Марит, и, переглянувшись, побледнели.
  - Так, - Ремм едва сдерживал волнение, - вы все сейчас быстро идете к выходу, а затем телепортируетесь домой. Без всяких вопросов.
  - Что это? - не удержавшись, спросил Влад, указывая глазами на пульсирующий шар.
  - Это - колба с отравляющей летучей суспензией, - хмуро ответил эльф. - "Подарок" Призраков.
  - А как же Ида? - спросил Артем.
  - Об Иде я позабочусь.
   Переглянувшись, Эдна, Веренея, Влад, Алиса и Артем быстро направились к ближайшему выходу со стадиона.
  Марит тем временем осторожно отсоединил шар от кресла, сунул его в темный пакет и помчался к лодиариям. Ремм же бросился к выходу на поле, на котором вот-вот должны были появиться тридцать участниц первого квалификационного заезда - и Ида в их числе. Подскочив к одному из рефери, он рассказал ему о найденном шаре. Как раз в этот момент над полем загремел усиленный динамиком голос лодиария, призывающий зрителей соблюдая спокойствие быстро покинуть стадион. Большая группа людей, занимавших центральную трибуну, в том числе Санг и Яф, побежали к выходу.
  - Значит, я, наверное, не ослышалась, - тихим шепотом сказала сама себе Санг. - Значит, это действительно был Бейк. Призраки пробираются куда угодно...
  - Что ты там бормочешь? - спросил Яф.
  - Так, ничего, - встрепенулась Лита.
  Они выскользнули за ворота и побежали подальше от стадиона.
  Много народу ударилось в панику: женщины кричали, у кого-то началась истерика. Небольшая группа лодиариев рассосалась между рядами кресел и стала быстро и беспорядочно их обыскивать. Большинство зрителей все же успели покинуть стадион до того, как взорвались шары, и над стадионом, медленно расплываясь, повис золотой туман. Воздух тут же налился удушающей вонью. Дыхание спирало, да и дышать было попросту нечем.
  Глядя на густой золотистый туман, Лита окончательно поняла, что испугавший ее знакомый голос не был галлюцинацией. Если бы она только не потеряла их в толпе... Хотя справиться в одиночку с двумя Призраками шансов у нее было немного. Тем временем лодиарии расстреливали золотой туман алыми лучами, бьющими из браслетов, и, мало-помалу, он начал редеть. Влад увидел, как несколько эльфов и валькирия, потеряв сознание, упали на землю. Он рванулся к ним, но Эдна схватила его за руку и остановила. В голосе эльфийки звучал металл:
   - Им помогут, мы же должны телепортироваться домой и не создавать лишней паники.
  Владислав увидел, как к упавшим бегут лодиарии, и нехотя подчинился.
  Ремм, Марит и бледная, испуганная Ида появились на пороге Желтого дома примерно через час.
  - Просто повезло, что никто серьезно не пострадал, - сказал Ремм. - На редкость слаженно и четко сработала служба безопасности. Несколько человек отправлены в клиники, но, я думаю, с ними все будет в порядке.
  - Призраки совсем оборзели, - мрачно добавил молчавший до этого Марит. - Никогда ранее они не осмеливались на такое.
  - Влад, если бы не ты, мы бы все погибли, - тихо сказала Ида. - У зрителей были на руках браслеты, они могли хоть как-то себя защитить, а участники заездов сняли оружие в соответствии с правилами...
  - Владислав, я думаю, все крупные газеты захотят взять у тебя интервью, - с улыбкой сказал Марит. - Прославишься на всю Валию...
  - А вот это - лишнее, - тут же отрезала Эдна. - Ему совершенно незачем светиться.
  Через пару часов, обсудив случившееся, гости отправились по домам. Влад в кои-то века выкроил время, чтобы посидеть над "Хроникой смутного времени", когда на ковер перед ним упало письмо. В письме была только одна фраза: "Никаких интервью! К.Л". Несмотря на настойчивые просьбы репортеров, Владислав решил, что лишняя популярность ему ни к чему, и отказался от интервью.
  Эдна в тот вечер долго сидела над одной из газет. В ней была пиктограмма той самой девушки, спасшейся из разгромленного Призраками Киета - хрупкой, белокурой, нежной. "Рада нашла себе новую семью"! - было написано над пиктограммой.
  - Я готова поклясться, что где-то видела эту девочку, - сказала Эдна. - Не могу только вспомнить, где, когда, и при каких обстоятельствах... Хотя, - она нахмурилась, - это невероятно, но мне кажется, что я встречала девочку, очень похожую на Раду Бейль, во времена моей юности. Бывают же такие похожие люди! Кстати, Владислав, - продолжала эльфийка, откладывая в сторону газету, - завтра мы с тобой отправимся к заклинателю. Нужно заговорить твой кинжал.
   С утра они телепортировались к подножию хребта Малиу, где среди глухого леса и жил заклинатель. Этот старый, даже древний старик-лешан по имени Алур одиноко жил в большом приземистом доме, сложенном из грубо обработанного серого камня. Заклинатель был высок и худ, его смуглое лицо покрывала сеть бесчисленных глубоких морщин, а спутанные седые волосы были заплетены в несколько тонких кос. Старик был одет в длинную черную рубашку из искусно выделанной тонкой кожи и черные кожаные брюки. На груди в несколько рядов висели нанизанные на тонкий шнурок бусы из крупных разноцветных каменьев, между которыми кое-где были намотаны небольшие пучки сухой ароматной травы. На запястьях обеих рук виднелось несколько массивных серебряных браслетов, а в уши были вдеты длинные золотые серьги в виде полумесяцев.
  Оглядевшись по сторонам, Влад заметил, что на огромной ели, растущей у самого дома, сидит крупный черный гриф. "Священная птица заклинателей", - пронеслось у него в голове.
  Эдна протянула лешану небольшой мешочек с серебром и купленный Владом кинжал. Алур молча взял мешочек и положил его на небольшой камень, лежащий у входа в дом.
   - Неплохое оружие, - сказал старик, касаясь пальцем острия кинжала. - Ну что, идем, - продолжал лешан, жестом указывая Владу на небольшую вымощенную камнем круглую площадку.
  Заклинатель положил кинжал на стоявший посередине площадки круглый плоский камень, взял в руки небольшой бубен, который представлял собой странный длинный барабан, и две тонкие кипарисовые палочки. Они с Владом сели на замшелые камни напротив друг друга. Старик ударил в бубен, и воздух наполнили тихие ритмичные звуки. Вдруг Влад вздрогнул: вокруг небольшой вымощенной камнем площадки, на которой они сидели, взметнулось прозрачное зеленоватое пламя, окружая их словно завесой. Алур шептал себе под нос что-то напевное, и вокруг кинжала появлялись и исчезали крохотные алые искры. Влад не знал, сколько времени так продолжалось - он погрузился в какое-то состояние полусна, из которого его вывела резкая боль. Заклинатель рассек ему ладонь кинжалом, на лезвие брызнула кровь. Кинжал на мгновение засветился ярким белым светом, который тут же потух.
  Звуки бубна оборвались, призрачное зеленоватое пламя, окружавшее их, исчезло.
  - Вот и все, - сказал старик, протягивая Владу нож. - Теперь твой кинжал знает своего хозяина и подчиняется только тебе.
  Через несколько дней к Владиславу совершенно неожиданно явилась Веренея с крохотной резной шкатулкой в руках.
  - Влад, я хотела с тобой кое о чем поговорить, - сказала она.
  Эльфийка открыла шкатулку и протянула ее племяннику. Изнутри шкатулка была выложена алым бархатом, на котором лежала, поблескивая, серебряная брошь - два целующихся голубя, украшенных бриллиантами, рубинами, хризолитами и белыми сапфирами. Это была очень красивая, массивная, и в то же время изящная вещица искусной ручной работы.
  - Это - любимая брошь твоей матери, - тихо сказала Веренея. - Береника оставила мне ее на хранение незадолго до своей смерти. Теперь она принадлежит тебе.
  Владислав подкинул серебряную побрякушку в воздух, поймал, снова подкинул:
  - А какой была моя мама? - неожиданно спросил он, поворачиваясь к эльфийке.
  - Береника была очень упорной, настойчивой в достижении целей, - с легкой улыбкой сказала Веренея. - У нее всегда была инициатива, задор, энергия... А еще она была очень хороша собой, добра и приветлива... Многие восхищались ею, когда она украшала редкие студенческие балы своей грацией и изысканными нарядами - мы были тогда богаты...
   Веренея, задумавшись, замолчала. Владислав тоже погрузился в мысли о матери.
  - Да, вот еще, - эльфийка протянула племяннику еще одну серебряную вещицу. Это была половинка дубового листа, на которой было выгравировано несколько слов. Владислав попытался разобрать надпись, но слова обрывались на половине - чтобы прочитать написанное нужна была вторая половина листка.
  - Что это? - спросил Влад.
  - Это тоже принадлежало твоей матери, - улыбнувшись, ответила Веренея. - Когда-то дубовый лист был одним из символов Белого Братства.
  - Так мама состояла в Братстве? - удивленно спросил Влад.
  - Да.
  - А ты?
  - Я - нет, - эльфийка покачала головой.
  - А почему здесь только одна половинка? - спросил Владислав, снова пытаясь разобрать написанное.
  - Я не знаю, - ответила Веренея.
  Владислав повертел половинку в руках. Листок был, как живой - на нем были даже видны прожилки. Он решил, что обязательно возьмет брошь с собой в Греаль, чтобы она напоминала ему о матери, а половинку дубового листка, пожалуй, лучше оставить дома.
   - Можно мне взять с собой в Греаль какую-нибудь пиктограмму мамы? - вечером спросил Влад у бабушки.
  Эдна молча вынесла из своей комнаты небольшую пиктограмму, отпечатанную на хрустале. На ней Береника, одетая в длинную небесно-голубую тунику, беззаботно улыбалась, стоя у раскидистого куста жасмина, сплошь покрытого белыми цветами. Пиктограмма, вне всякого сомнения, была сделана в Греале.
  - Мне кажется, эта пиктограмма - одна из лучших, - сказала она.
  Две последние декады краптали пролетели совершенно незаметно. На день рождения Влад с друзьями устроили небольшой пикник. Кроме того, в свой день рождения Владислав наконец-то познакомился с Ясеном, который вырвался по такому случаю в отпуск на пару дней. Ясен Гельде приехал верхом на прекрасной породистой лошади по кличке Хита, шерсть на которой блестела, как полированное черное дерево.
  - Настоящий мужчина должен уметь ездить верхом, - сказал Ясен Владиславу и Артему, восхищенно разглядывающим его скакуна.
  Лошадь и впрямь была восхитительной: сильная, поджарая, с тонкой гибкой шеей, блестящими выразительными глазами и тонкими стройными ногами.
  - Это - лошадь керейской породы, - продолжал Ясен, ласково поглаживая шею Хиты, - а кличка ее на староэльфийском означает "ветер". Лошади этой породы славятся тем, что они безошибочно выбирают путь на узких горных тропах и обладают поразительной способностью находить дорогу в густом тумане или темноте.
  Ясен оказался общительным и компанейским - своим в доску. Сразу было видно, что он не из тех, кто будет давить авторитетом, подчеркивать на каждом шагу, что он - старше, наставлять.
  - Держи, парень, - Ясен протянул Владу небольшой флакон с темной жидкостью. - Это - "Слезы гор", - продолжал он. - Первоклассная вещь. Это зелье содержит в своем составе восемнадцать целебных минералов и вытяжки из тридцати трех редчайших горных трав. Оно здорово укрепляет организм и помогает держаться в самых сложных ситуациях. Дневная норма - одна чайная ложка. Это - тоже тебе, - продолжал Ясен, протягивая Владиславу объемную картонную коробку.
  Парень открыл ее. Внутри оказались высокие кожаные сапоги для верховой езды. Черная начищенная кожа тускло блестнула.
   - Спасибо, - улыбнулся Влад. - Это - именно то, что мне нужно.
  По просьбе Владислава родственники и друзья подарили ему деньги: Влад загорелся идеей купить породистого жеребца, а хорошая лошадь стоила дорого. У Эдны, конечно, были неплохие лошади, но всем им было далеко до Хиты.
  На следующий день по предложению Ясена Влад с друзьями выбрались на прогулку по "Звездной дороге" - коридору с прозрачным дном, протянувшимся на сто двадцать агдаров над дном изумительнейшего по красоте ущелья Улару на высоте птичьего полета. Ущелье это считалось священным. Суровые покрытые снегом башнеобразные горы разрывали острыми пиками линию горизонта, а рев водопада Рор, который и был целью этого небольшого путешествия, был слышен за десять агдаров. По мере приближения к водопаду, воздух все более насыщался крохотными капельками водяной пыли, и, наконец, они увидели эту жемчужину: вода спадала в ущелье с семи отвесных базальтовых ступеней многочисленными струями и потоками, разделенными крохотными островками, покрытыми пышной зеленью. Пораженные открывшимся зрелищем, Влад с друзьями долгое время в молчании вглядывались в грохочущую и пенящуюся под ними воду, а затем Ида, перекрывая шум водопада, прокричала:
  - Ради таких минут стоит жить! Созерцание всей этой нетронутой красоты, незабываемые впечатления - не это ли и есть счастье!
  Через два дня, тридцатого краптали, Ясен уехал.
  
  
  Глава третья.
  Новые предметы.
  
  Оттащив сумки в комнаты, выпустив из клеток ворон и наскоро позавтракав, Влад, Артем, Алиса и Ида поспешили в Белый зал. Усевшись за факультетским столом, они принялись с любопытством разглядывать слегка оробевших от пристального внимания всего зала первокурсников. Зал гудел, как пчелиный улей: студенты делились летними впечатлениями, но вот появились преподаватели, и шум утих. Лал, сев во главе стола, обежал глазами зал:
  - Приступим к распределению!
  Ютт тут же поднялась и развернула пергамент.
  - Веда Лайто!
  Из-за круглого стола поднялась худенькая, бледная, почти прозрачная черноволосая девушка. Она медленно подошла к урне и, после долгих колебаний, наконец-то вытащила шар.
  - Мельян! - раздался голос Саиты, заносящей фамилию первокурсницы в свой список.
  - Лайто - вайлерт, - тихо шепнула Владу Ида.
  - Кто?
  - Вайлертами называют детей от смешанных браков, - шепотом объясняла Гельде, - браков эльфов с валькириями или женщинами, принадлежащими к расе орнов, а также эльфиек с лешанами или орнами.
  - Ты забыла про лердов, троллей, гномов, и великанов, - улыбаясь, сказал Влад.
  - Эльфийки, валькирии и орны очень редко выходят замуж за гномов или великанов, а эльфы, лешаны и орны-мужчины, как правило, не женятся на великаншах, - не оценив его юмора, ответила Ида. - Таких браков за всю историю Валии - по пальцам одной руки пересчитать можно. А людей, один из родителей которых является лердом, называют все же полукровками.
  - Получается, Марготт - тоже вайлерт? - спросил Владислав.
  - Да, - кивая головой, ответила Ида. - Он - вайлерт. Его отец был орном, а мать - валькирией.
  Ида несколько минут колебалась, а затем, наклонившись к самому уху Влада, едва слышно прошептала:
  - Я слышала, Лайто немного странная...
  - Что ты имеешь в виду? - спросил Влад.
  Ида неопределенно пожала плечами.
  - Вот уж не думал, что ты - любительница досужих сплетен, - сказал Владислав кузине.
  Лицо Гельде вспыхнуло:
  - Я - не сплетница, - сквозь зубы прошипела она и отвернулась.
  Между тем распределение продолжалось.
  - Оливия Сеттор!
  Красивая темноволосая девушка подошла к урне, быстро вытащила шар и протянула его Саите.
  - Мельян!
  Ида, похоже, обиделась не на шутку. Она по-прежнему сидела, демонстративно отвернувшись от Влада, сцепив в замок руки и упрямо сжав губы. Владислав решил дать кузине возможность остыть, и тем временем внимательно разглядывал сидящих за учительским столом преподавателей. Среди них было двое новых. Один из них был молодой, довольно франтоватого вида лешан, сидевший на углу стола, второй - неопределенного возраста болезненный на вид эльф в ярко-красной тунике, занимавший место рядом с Ареттом Нури. Вадь, сидевшая в дальнем конце стола, о чем-то тихо разговаривала с Яфом; она была бледнее обычного, но, похоже, чувствовала себя неплохо.
  - А это кто? - тихо спросил Влад у сидевшей с другой стороны от него Алисы, показывая глазами на миловидную эльфийку средних лет. - Я в прошлом году постоянно ее видел, но не знаю, кто она такая и какой предмет она преподает.
  - Это - Таврия Силено, - шепотом ответила Алиса. - Она преподает литературу и искусство.
  Владислав искоса посмотрел на Иду. Она молча сидела, уставившись в стол, но, похоже, уже не слишком на него дулась. Выждав еще несколько минут, Влад толкнул кузину локтем:
  - Не злись, - примирительным тоном шепнул он. - Это тебе не идет.
  Гельде с минуту колебалась:
  - Ладно, забыли, - наконец сказала она.
  Распределение шло своим чередом, проректор вызвала очередную студентку:
  - Рада Бейль!
  По залу прокатился легкий шумок.
  Влад, оторвавшись от своих мыслей, поднял голову. Подходившая к столу с урной девушка-эльфийка вызывала всеобщее умиление: маленького роста, хрупкая, белокурая, нежная, она казалась такой ранимой и беззащитной, что сразу хотелось взять ее под свое покровительство, защитить. Девушка запустила руку в урну, быстро вытащила шар и протянула его Ютт.
  - Альциат! - валькирия слегка улыбнулась.
  Рада подошла к факультетскому столу и скромно присела на краешек крайнего стула. Алиса, Ида и еще несколько человек ободряюще ей улыбнулись. Когда распределение завершилось, Лал перекинулся парой слов с сидевшей неподалеку от него Руни, и та поднялась из-за стола:
  - Приглашаю всех первокурсников на небольшую экскурсию по Греалю, - сказала она.
  - Ну, ничего себе! - возмущенно воскликнула Алиса. - Для нас никто и не думал проводить никаких экскурсий.
  Когда Руни вывела гурьбу первокурсников из Белого зала, Лал встал и поднял руку, требуя тишины.
  - Я хочу рассказать вам немного подробнее о Раде, - сказал ректор. - Рада - сирота, - продолжал он. - Люди из Белого Братства месяц назад случайно наткнулись на нее в сожженном Призраками Киете... Из тех, кто не смог выбраться из города в живых осталась только она одна. Скорее всего, девочка потеряла сознание, и Призраки сочли ее мертвой. Родителей Рады и остальных ее родственников убили Призраки, так же, как и всех остальных жителей города. Пережитый стресс был настолько силен, что девочка забыла все - она не помнит ничего, кроме своего имени... Две недели назад Раду удочерила семья Бейль из Йета, и девочка, к счастью, снова обрела отца, мать и сестру. Я прошу всех вас относиться к Раде как можно мягче, - продолжал Лал. - Ей теперь как никогда требуются душевная теплота и внимание.
   Тем временем первокурсники вернулись с экскурсии и вновь расселись за факультетские столы. После представления деканов факультетов, Лал сказал:
   - А теперь я хочу представить вам двух новых преподавателей. Савит Тор, - при этих словах под аплодисменты зала из-за стола поднялся молодой франтоватый лешан, - будет преподавать практическую магию. Цир Веро займет должность преподавателя телепатии и ливато.
   Эльф в ярко-красном встал и приветливо кивнул окружающим.
   - Теперь - несколько объявлений, - продолжал ректор. - Начну с приятного. Департамент образования принял решение, что с этого года студенты второго, третьего и четвертого курсов будут иметь в месяц три свободных дня для самообразования, поскольку образование подразумевает, в первую очередь, умение самостоятельно овладевать знаниями. В этот день у вас не будет уроков, вместо них вы сможете отправиться, например, в Карренскую библиотеку и заняться самостоятельной подготовкой. Еще одна хорошая новость, - продолжал Лал. - По решению Департамента, с этого года в Греале вводится свободная форма одежды. Форменные туники остаются обязательными лишь в особо торжественных случаях. Так что на занятия можете приходить в обычной повседневной одежде. А теперь о неприятном: господа из Департамента проголосовали против очередного повышения стипендий... - при этих словах зал зашумел, как растревоженный улей. - Понимаю ваше неудовольствие, - продолжал ректор, когда гул начал стихать. - Надеюсь, что застолье, которое вас ожидает, хоть чуточку скрасит последнюю новость. Так что поспешите в трапезную.
   Повторять не пришлось - студенты тут же вскочили из-за столов и ломанулись к выходу.
  - У меня такое впечатление, - услышал Влад насмешливый голос Санг, - что вас всех все лето не кормили, и теперь вы спешите наверстать упущенное.
  Влад с друзьями, которые в первых рядах пробивались к двери, при этих словах Санг переглянулись и сбавили обороты.
  - Смотри, не затопчи первокурсников, - продолжала Лита, обращаясь к огромному старшекурснику-лешану со своего факультета, который, как мамонт, напирал на впереди идущих. - Ты, Далан, похоже, тут самый голодный.
  Неуклюжий верзила нехотя отступил к стене.
  На выходе из Белого зала Владислава перехватила Вадь:
   - Спасибо за все, - тихо сказала она. - Если бы не ты... я боюсь даже думать.
   Влад пожал плечами:
   - Да любой поступил бы так же на моем месте, - ответил он.
   Эльфийка покачала головой:
   - Неправда, не любой.
   Влад кивнул Вадь и вслед за Артемом, Алисой и Идой заторопился в трапезную.
   - Ну, теперь тебе можно особо не беспокоиться о подготовке домашних заданий по ментальной защите, - шепотом сказал Артемий.
   - Боюсь, с ней этот номер не пройдет, - усмехнувшись, ответил Влад.
   Пропустив к двери молодую, гудящую толпу студентов, к Лее подошел Лал.
  - Жду тебя в своем кабинете через десять минут, - сказал он. - Есть важный разговор.
   Войдя в кабинет Лала, Вадь увидела там самого ректора, незнакомого ей высокого светловолосого мужчину и Саиту Ютт. Все трое сидели за небольшим круглым столом, и, похоже, о чем-то горячо спорили. Спор оборвался, как только эльфийка вошла в дверь.
   - Сатон Бейль, - представился, поднявшись из-за стола, мужчина. - Я - приемный отец Рады. А вы, наверное, специалист по гипнозу и ментальной защите.
   Лея кивнула.
   - Дело вот в чем, - продолжал мужчина. - Я бы хотел просить вас, чтобы Рада, в виде исключения, была освобождена от посещения уроков гипноза и ментальной защиты...
   - Об этом не может быть и речи, - ответила Вадь. - Ваша дочь должна получить полноценное образование.
   - То есть, на девочку вам наплевать...
   - Как раз наоборот.
   - Вам наверняка известны обстоятельства, при которых нашли Раду, - с нажимом продолжал мужчина. - Девочка получила сильнейший стресс. Кроме того, некоторые из Призраков, используя гипноз, мучили своих жертв перед тем, как убить их. Рада рассказывала, что они заставляли людей под гипнозом брать в руки раскаленные угли... Рада не хочет, чтобы кто бы то ни был вмешивался в ее сознание.
   - Я же не изверг, - ответила Вадь. - Могу вас заверить: я не заставляю учащихся под гипнозом брать в руки угли, а если бы заставляла, то, надеюсь, здесь бы уже не работала. В Греале, учат, в первую очередь, тому, как защититься от направленного против вас гипноза. Думаю, вашей дочери...
   - Я вам повторяю: Рада пережила сильнейший стресс. На ее глазах, используя гипноз, мучили ее родственников. Ее саму заставляли брать в руки угли. Я не позволю вам травмировать ребенка...
   - Давайте пригласим сюда саму девочку, - предложил молчавший до этого Лал.
   Ютт вышла и через некоторое время вернулась вместе с испуганной первокурсницей. Рада сделала попытку забиться в угол, но Лал лучом пододвинул к столу еще один стул и предложил девушке занять его.
   - Рада, почему ты не хочешь посещать уроки гипноза? - спросила первокурсницу Вадь.
   - Я не хочу, чтобы меня заставляли брать в руки угли. Это очень больно, - едва слышно ответила девушка.
   - Никто не будет заставлять тебя делать ничего подобного, - заверила эльфийка. - Давай сделаем так: ты позанимаешься месяц...
   - Нет, не хочу!
   - Ну, давай ты хотя бы сходишь на пару-тройку уроков, а если тебе не понравится, то будем как-то улаживать этот вопрос, - предложила Вадь.
   - Не хочу, не хочу, не хочу! - Рада разрыдалась.
   Сатон Бейль бросил на эльфийку убивающий взгляд. Лал что-то шепнул Ютт, и она вывела заплаканную девочку из кабинета.
   - Вот, оказывается, как у вас обращаются с детьми, - бросил Бейль, подходя вплотную к Лалу. - Я думал, что мне все удастся решить, думал, мы с вами договоримся, но вы и ваши сотрудники, очевидно, понимаете только язык силы. На днях я написал заявление в Департамент образования с просьбой о том, чтобы Раду освободили от уроков гипноза. Как оказалось, не напрасно. Там нормальные люди работают. Вот, - мужчина бросил на стол свиток пергамента.
  Лея развернула его. Департамент образования действительно удовлетворил ходатайство о том, чтобы Раду Бейль, в виде исключения, освободили от посещения уроков гипноза. Вадь долго смотрела на до отвращения знакомую вычурную подпись Кима Масора. Как он, наверное, злорадствовал, подписывая этот документ! В верхнем углу страницы стояла подпись и печать главы Департамента. Эльфийка швырнула пергамент на стол:
  - Уверяю вас: человек, подписавший это, - она указала на лежащий на столе документ, - в самую последнюю очередь думал о благополучии вашей дочери. А я хочу хотя бы попытаться поработать с ней, - эльфийка взглянула на ректора, надеясь на поддержку.
  - Я думаю, это разумно, - сказал Лал. - В любом случае, стоит хотя бы попробовать...
  - Вы же видели реакцию ребенка! - почти прокричал Бейль.
  Лал и Вадь переглянулись.
  - Ну, хорошо, - сдалась Вадь.
  - Обещайте мне, что вы не будете предпринимать попыток силой затащить мою дочь даже на один урок.
  - Обещаю, - после продолжительной паузы ответила эльфийка.
  - Именно это я и хотел от вас услышать, - резюмировал Бейль. - И вот еще что, - продолжал он, поворачиваясь к ректору, - я бы хотел просить вас, чтобы Раду поселили в комнате одну. Так будет лучше для нее. Понимаете, после всего, что ей пришлось пережить, девочка очень беспокойно спит и часто кричит по ночам.
  - Хорошо, - после непродолжительной паузы ответил Лал. - Мы поселим ее в отдельную комнату.
  Сатон Бейль удовлетворенно кивнул, пробормотал что-то похожее на "спасибо", и, попрощавшись, вышел из кабинета.
  - Мне что-то совсем это не нравится, - покачивая головой, сказала Вадь.
  Студенты тем временем сражались в трапезной с бесчисленными яствами, украшавшими праздничный стол. У праздничного меню был только один недостаток - съесть все эти блюда за раз было нереально, а оставить их несъеденными было жалко - следующий такой пир будет только через год...
  ... - Чтение мыслей и обмен мыслями - это не фантастика. По научному это называется телепатией, - говорил Цир Веро, сопровождаемый взглядами притихших заинтригованных второкурсников. Одетый в ярко-красную тунику и такой же плащ, эльф чинно расхаживал между рядами парт. - Это - самая настоящая реальность, - добавил он после небольшой паузы.
  В воздух взлетела рука Леды Симаро.
  - А защититься от считывания мыслей никак нельзя? - спросила орна. - А если я не хочу, чтобы кто-то читал мои мысли?
  - Методы защиты мы с вами изучим позже, - ответил Веро. - А сейчас выйди к доске, - велел он Леде.
  Когда девушка вышла к доске, Веро сказал, обращаясь к классу:
  - Сейчас я продемонстрирую вам чтение мыслей на практике...
  Смутившись, Леда попыталась остановить поток мыслей и ни о чем не думать.
   "Четыре, пять, шесть, семь", - повторял Веро, считывая мысли вспыхнувшей до ушей девушки. - Ну как, все верно? - спросил он ее.
  Леда, щеки которой были просто пунцовыми, кивнула.
   - Это просто неприлично - вот так, не спросив разрешения, вторгаться в чужие мысли, - тихо прошептала Алиса.
   - Это же просто цифры, - ответил Артемий. - Веро ведь не озвучил ничего неприличного. Он просто наглядно продемонстрировал нам возможности телепатии.
   - А ты бы хотел, чтобы в твоей голове вот так копались? - спросила Ида.
   Артем промолчал.
   На первом же уроке практической магии второкурсники поняли, что в этом году халявы точно не будет.
   - Я наслышан о том, кто и как учил вас в прошлом году, - на первом же уроке сказал Савит Тор, который, сидя в кресле, то наполовину вытаскивал из ножен массивный длинный меч, то снова прятал его в ножны. - Так что будем теперь вместе подтягивать "хвосты", - добавил он. - Я сейчас покажу вам действие нескольких важных заклятий.
   С этими словами Тор встал и снял со стола небольшую клетку, покрытую темной тканью. В клетке обнаружилось трое мышей.
   - Вам предстоит увидеть сейчас не самое приятное зрелище, - сказал он, - но вы должны это знать.
  С этими словами Тор снял с руки широкий золотой браслет, и, направив его на одного из находившихся в клетке зверьков, воскликнул: "Сэнто!"
   Из браслета Тора вырвался и полетел в мышь серый луч. Зверек, не успев и пискнуть, упал на пол клетки. По классу прокатился глубокий вздох.
   - Мышь жива, - раздался голос Тора, - она просто оглушена.
   В подтверждение его слов, через несколько минут грызун зашевелился.
   - Теперь я покажу вам еще одно заклятие, - продолжал одетый в золотистый плащ франт. - Это заклятие обычно называют "Белый луч"...
  - Не надо! - испуганно воскликнула Ида.
  Однако Тор, не обращая ни малейшего внимания на ее возглас, прошептал "Дэт!" и выстрелил белым лучом в следующую мышку. Грызун громко запищал.
  - Прекратите! - в один голос закричали Алиса, Ида, Веда и Бьянка.
  Луч потух. Мышь, раскрыв рот и тяжело дыша, лежала на боку на полу клетки.
  Влад посмотрел на друзей. На глазах Иды и Алисы блестели слезы.
  - Как вы наверняка знаете, "Белый луч" - это пыточное заклятие, которое вызывает у человека, на которого оно направлено, нестерпимую физическую боль, - сказал Тор.
  В классе стояла густая, вязкая тишина.
  - Да, это жестоко, - продолжал преподаватель, - но вы должны знать, от чего вам придется защищаться... А теперь - убивающее заклятие, - сказал Тор, и, прежде чем кто-нибудь из учащихся успел что-либо сказать, он, прошептав "Имэль", выстрелил оранжевым лучом в третью мышку.
  Грызун, не издав ни звука, замертво упал на пол клетки.
  Влад, Артем, Алиса и Ида молча сидели, уставившись в стол.
  - Каждое из этих заклятий можно отразить "зеркальным щитом", можно парировать лучом, от этих заклятий можно прикрыться "энергетическим щитом", и, конечно, от любого заклятия, имея хорошую реакцию, можно попросту увернуться, - сказал Тор. - А сейчас я покажу вам, что такое "зеркальный щит".
  Тор тихо сказал: "Миртэ", и в воздухе повисла тонкая блестящая пелена. Пелена эта висела в воздухе около минуты, а затем неспешно растаяла.
  - "Зеркальный щит" отражает обратно любое направленное на вас заклятие, - сказал Тор. - Это - довольно действенная защита, но сотворить его непросто...
  - А можно ли при помощи "зеркального щита" защититься от холодного оружия? - спросила Грета.
  - Нет, "зеркальный щит" эффективен только при отражении заклятий, - ответил Тор. - В этом году мы с вами будем изучать так называемые "тихие" или невербальные заклятия, - продолжал он. - Хватит вам орать заклинания во весь голос: уже не первокурсники. По сравнению с вербальными, "тихие" заклятия имеют одно неоспоримое преимущество - быстроту. Кроме того, вашему противнику намного труднее предугадать, какое именно заклинание вы собираетесь использовать, что также является дополнительным преимуществом. Так что ваша главная задача сейчас - увеличить свою ментальную силу и научиться контролировать потоки ментальной энергии. А для этого нужно научиться концентрации сознания. Для концентрации сознания, - продолжал Тор, - я советую вам выбирать определенный объект, хотя у некоторых лучше получается сосредоточиться на пейзаже. Для того, чтобы использовать "тихие" заклятия, нужно научиться объединять ментальную энергию и внутреннюю волю. А сейчас начинаем концентрироваться на отдельном объекте...
  ... - Итак, сегодня у нас первое занятие по иридостике, - сказала, стоя у края бассейна, Нета Леви, тоненькая хрупкая валькирия, одетая в темный брючный костюм. - Как вы знаете, студенты - тролли освобождены от этих занятий, потому что они по природе своей не обладают способностями к иридостике, а для вас всех, - молодая женщина обвела глазами без малого почти четыре десятка студентов, разместившихся на полу возле небольшого бассейна, - для вас научиться ходить по воде - вполне реально, - добавила она. - Для этого вам нужно научиться мысленным усилием правильно распространять свою энергию по всему телу. В организме существует двенадцать обычных энергетических каналов и семь чудесных. Эти каналы - огромный потенциал для подчинения себе стихии воды. Смотрите, - с этими словами Леви сбросила обувь и босиком ступила на воду.
  Студенты не смогли сдержать удивленно-восхищенного вздоха: ноги валькирии едва касались воды, и она ступала по водной глади с такой легкостью, как будто с рождения ходила только по воде.
   - Когда мы освоим иридостику, - шепнул Владу Артем, - надо будет подкинуть идею о введении нового вида спорта - футбол на воде.
  Владислав едва сдержался, чтобы не рассмеяться, и ущипнул друга за руку.
  - А в обуви ходить по воде нельзя? - спросила Алиса.
  - Нет, - ответила Леви. - Для достижения эффекта иридостики вода должна контактировать с кожей. А теперь все снимают обувь и становятся на воду, - велела она, сходя на берег.
  С причитаниями: "А вода же холодная", "А мы не сможем", "А у нас не получится" второкурсники ступили в бассейн. Естественно, удержаться на поверхности воды не удалось никому - все тут же провалились в воду по колено.
   - А теперь внимание, - Нета Леви снова ступила на воду. - Закройте глаза и представьте на мгновение, что вы стоите на твердой земле. Вы не сможете освоить иридостику за один час - придется запастись терпением. Кроме того, вам бы не мешало освоить успокаивающее дыхание - плавное и более глубокое. И самое главное - помните: вода и камень точит, а лень губит все остальное.
  На первом же занятии по спиритуализму пожилой преподаватель-лешан, которого звали Сент Ламен, сказал:
  - Со временем вы поймете, что развоплощенные, или, как их еще иногда называют - "духи" - еще тот "подарок". Общение с ними подчас бывает более сложным, чем общение с живыми. Ни в коем случае не оскорбляйте "духов" и не смейтесь над ними - они очень обидчивы... Ну что ж, будем считать, что первый инструктаж вами пройден. Тарелки, пергамент и перья перед вами - приступайте.
  После того, как Владу, Артему, Алисе и Иде удалось установить контакт с кем-то из развопрлощенных, о чем свидетельствовали пять отрывистых громких стуков, донесшихся с тарелки, Влад мысленно задал "духу" свой первый вопрос: "Какую оценку я получу на зачете по алхимии"? - и получил исчерпывающий ответ: "На глупые вопросы я не отвечаю". "Ну, да, их обидишь, - подумал Владислав, - они сами кого хочешь обидят".
  Следующий мысленный вопрос задал Артем: "Где спрятан Яшмовый кинжал и как его найти"?
  Ответ превзошел все ожидания: "На трудные вопросы я не отвечаю".
  - Да ну его, этого болтуна, - возмущенно воскликнул Артемий. - Давайте поищем кого-нибудь посерьезнее.
  Однако следующий вышедший на контакт "дух" выстукивал лишь: "Какие у вас, Ида, красивые глаза", чем по уши вогнал Гельде в краску, и наотрез отказывался говорить о чем-нибудь еще...
  Еще одним новым предметом была минералогия, на которой студенты изучали целебные и магические свойства различных драгоценных камней.
  - Рубин называют камнем-целителем, - говорил студентам орн Диляро Латт, преподаватель минералогии, покручивая в руках блестящий алый кристалл. - Этот камень обладает самым высоким сознанием среди минералов, - продолжал он. - Приложенный к ране, рубин прекрасно останавливает кровь и способствует заживлению ран.
  "Ну, это уже сказки, - подумал Влад. - Чтоб камни обладали сознанием... Рубин - это же обычный минерал".
  - А что вы скажете о яшме? - спросил он Латта.
  Преподаватель повернулся к Владу:
  - О, яшма... Яшма - это высокоэнергетический камень, - ответил он. - Этот камень придает смелость, дарует твердость духа и усиливает способность к предвидению. Кроме того, зеленая яшма нейтрализует некоторые очень сильные растительные яды.
  На первом же уроке боевого искусства второкурсники поняли, что лето не прошло для них даром.
  - Если хочешь преуспеть во время боя, - сказал Измайлову лока Яф, легко разгадав обманный выпад Влада, и, отбив его, приставляя лезвие деревянного меча к горлу противника, - учись планировать свои действия на несколько шагов вперед. Вижу, что за лето вы позабыли почти все, чему научились за прошлый год, - продолжал он, убирая меч от горла Влада и поворачиваясь лицом к группе наблюдавших за боем студентов, - так что уж не обессудьте: работать придется много. Кроме того, в этом году ваша главная задача - научиться биться, держа меч в левой руке, хотя бы так же ...плохо, как вы делаете это правой. Кстати, вам пора уже усвоить, что гарда предназначена для защиты руки от ударов противника - вы же то и дело умудряетесь сами поранить о нее руку, - добавил Яф, заметив свежую ссадину на руке Владислава.
  С самых первых дней как-то сразу стало понятно: второй курс - это второй курс. Никогда раньше им не задавали домашние задания в таком объеме, никогда раньше с них так строго не спрашивали. Ну и, конечно, с началом учебного года у Влада и Иды, которые теперь были включены в основной состав факультетской команды, возобновились командные тренировки.
  - Капитан, с тобой тут девушка хочет поговорить, - перед началом одной из тренировок крикнула Лему Тила.
  Ви, подкатившись на вьюре к краю бассейна, быстро спрыгнул с шара. Рядом с Тилой стояла хрупкая белокурая Рада.
  - Тебе чего? - удивленно спросил Лем эльфийку.
  - Возьми меня в команду, - напрямую сказала девочка.
  От такой наглости Ви просто лишился дара речи, а придя в себя, сказал:
  - Что ж, давай, становись на вьюр, и покажи, на что ты способна.
  
  
  Глава четвертая.
  Стансы Савельева.
  
  - Я хочу еще раз напомнить всем вам о важности травоведения как предмета, и о необходимости уделять ему самое пристальное внимание, - на первом же уроке строгим голосом сказала классу Санг.
  - Как это знакомо, - беззвучно смеясь и закрываясь от Санг рукой, прошептал Артем. - В лердовской школе каждый учитель считал своим долгом напоминать с завидной регулярностью, что именно его предмет - самый важный.
  Лита между тем продолжала:
  - Цветы - это дар неба земле, они накапливают и конденсируют прану, и, вдыхая их аромат, вы можете подпитываться жизненной энергией. Травы могут излечить практически любую болезнь - словом, они - очень ценные наши помощники, а помощников своих нужно знать. Сегодня мы с вами поговорим о легенвилии, - Санг указала рукой на крупные цветы с ярко окрашенными прицветниками, растущие в левом углу оранжереи. - Легенвилию еще называют цветок "вчера-сегодня-завтра", или радужный цветок, потому, что ее лепестки в течение трех дней меняют окраску с ярко-красной до нежно-фиолетовой, - продолжала она. - Это растение прекрасно гармонизирует ауру и очищает атмосферу, а спиртовая настойка легенвилии отменно нейтрализует яд практически всех змей... А теперь запишите состав нового кровоостанавливающего зелья, - сказала Санг, стреляя золотыми лучами в доску, на которой тут же появились написанные столбиком мелкие убористые строчки. - И поторапливайтесь - добавила она. - До конца урока - всего пару минут. Ваше домашнее задание: самостоятельно найти и проанализировать состав суспензии Савельева. Суспензия эта незаменима при лечении гнойных ран, - продолжала Лита. - Именно благодаря ей Савельеву удалось спасти Брунгильду Вейрэ, когда во время одного из боев валькирию ранило отравленной стрелой в руку и у нее началось нагноение... Кстати, после окончания Первой войны Савельев несколько лет преподавал в Греале алхимию, - добавила Санг. - Он является автором справочника по использованию рубинов при приготовлении различного рода укрепляющих зелий. Также, - продолжала Лита, - вам нужно будет найти и законспектировать магические свойства жасмина.
  Аудитория, скрипя перьями, склонилась над тетрадями.
  - Суспензия Савельева? - тихо переспросил Влад. - Я никогда не слышал о ней.
  - Суспензия названа так по имени своего изобретателя, - тихим шепотом ответила ему Алиса. - Александр Савельев - эльф-полукровка из Суздаля. По летоисчислению лердов, он родился в самом конце семнадцатого века. Я кое-что читала о нем.
  После уроков четверо друзей отправились в библиотеку и зарылись там в медицинские справочники. Состав суспензии Савельева они нашли достаточно быстро. От остальных себе подобных она отличалась тем, что, кроме обычных в таких случаях ингредиентов, включала в себя вытяжку чеснока и спиртовую настойку яда и кожи памы - редкой змеи, которую тролли считают священной, а также растертый в порошок черный жемчуг. Именно эти последние составляющие прекрасно нейтрализовывали практически все яды и были эффективны при лечении воспалений и гнойных ран.
  "Надо будет при случае побольше узнать об этом Савельеве", - подумал Влад.
  Влад, Артем, Алиса и Ида наскоро законспектировали магические свойства жасмина. Оказалось, что жасмин - очень сильное растение с множеством магических свойств, которое усиливает способности к ясновидению, очищает и гармонизирует ауру, облегчает и усиливает контакт с развоплощенными, а также повышает работоспособность и улучшает концентрацию внимания.
  - Смотри-ка, - сказала Алиса, указывая рукой на небольшую сноску внизу страницы, написанную мелкими рунами: "Жасмин является единственным растением, аромат которого лишает энерговампира силы и погружает его в состояние сна".
  - А вот это интересно, - сказала Ида, переписывая сноску в тетрадь. - Надо будет запомнить. Вдруг придется с энерговампиром встретиться.
  - Ага, раскатала губу, - рассмеялся Артемий. - Энерговампиры тут тебе по Греалю толпами ходят.
  В первый же день самоподготовки Алиса отправилась в зал редкой книги Карренской библиотеки, чтобы попытаться незаметно вклеить в "Морскую книгу" вырванную Владом страницу. Успешно выполнив эту довольно опасную операцию, Алиса подошла к стойке библиотекаря, чтобы сдать фолиант. Перед ней у самой стойки стояла пожилая сухонькая орна. Взгляд девушки случайно упал на две небольшие книги, которые собиралась сдавать женщина. "Загадки Александра Савельева", - прочитала она на обложке одной из них. Вторая книга называлась "Легенды Валии".
  - Можно я возьму посмотреть эти книги? - Алиса намертво вцепилась в хрупкие фолианты.
  Женщина выпустила книги из рук.
  - Дайте мне, по крайней мере, внести их в ваш регистр, - сказала удивленная библиотекарша, с трудом выцарапывая фолианты из рук девушки...
  - В общем, слушайте, - Алиса еще раз оглянулась на дверь комнаты отдыха, где они заперлись посекретничать сразу после ее возвращения из библиотеки. - Александр Савельев был ближайшим другом Нанила Эфта - эльфа, входившего в Великую Четверку, того самого, про которого нам Ида рассказывала. В книге упоминалось и о том, что Брунгильда Вейрэ была влюблена в Савельева, и отнюдь не без взаимности. С именем Савельева связывают и тот самый таинственный Яшмовый кинжал, который считается одним из артефактов Великой Четверки, хотя сам Савельев никогда не подтверждал, что именно он является хранителем кинжала... И еще, - продолжала Алиса, - перед смертью Савельев сам написал несколько строк, которые, по его завещанию, должны были разместить на надмогильном камне, который должен был быть установлен у него на могиле, причем Савельев сам определил цвет каждой руны - надпись должна была быть выложена разноцветной смальтой. Эти строки получили название "Стансы Савельева". К чести друзей Савельева - они в точности выполнили его завещание...
  - Ну, ты и везучая, - со вздохом сказала Ида. - Это я должна была все это найти. Я почти два месяца безвылазно просидела в библиотеках, пытаясь отыскать хотя бы крупицу информации о Великой Четверке, а ты просто увидела нужную книгу на стойке библиотекаря...
  Алиса улыбнулась:
  - Главное - оказаться в нужное время в нужном месте, - ответила она. - Так вот, - продолжала Алиса, - самого Эфта, как следует из легенд, после его гибели похоронили в строжайшей тайне двое близких друзей - Александр Савельев и лешан Зимар Якх, а также валькирия Лария Бетта - его невеста. Лария - еще одна загадка: после похорон Эфта ее никто больше не видел. В общем, как уже говорила нам Ида, никто толком не знает, где могила Эфта. Все это я вычитала в сборнике легенд, а старинные легенды часто правдивы.
   - Хорошо, а что нам это дает? - спросил Артем. - Мы же не знаем, с какой стороны подступиться ко всему этому.
   - Лиха беда - начало, - ответил Влад. - Уже кое-что. Просто теперь надо напрячь извилины и думать.
   На следующий день, придя раньше всех на урок практической магии, Влад и Артем увидели посреди кабинета перевернутую парту, а вокруг нее - осколки разбитой тарелки.
   - Кажется, кто-то из малолеток-первогодок вызывал здесь духов, - присев на корточки и внимательно разглядывая осколки, сказал Артем. - Давай-ка все это уберем, пока не пришел Тор, - предложил он, - а то начнут теребить мелких - искать виновного.
   Артемий выстрелил в осколки синим лучом, и они тут же исчезли. Затем они с Владом поставили на место парту, заметя таким образом следы попытки общения с духами неизвестного им первокурсника.
   - Кто-то из этих малолеток нам теперь по гроб жизни обязан, - заметил Артем, - только благодарности мы вряд ли дождемся.
   Неделю спустя Влад проснулся ночью от жажды - во рту пересохло и хотелось пить: на ужин была страшно соленая копченая рыба. Идти за водой на кухню было лень, но Владислав понял, что иначе он не уснет до утра. Нехотя поднявшись и накинув на пижаму длинную, похожую на халат рубашку, Влад вышел в коридор, спустился по лестнице на первый этаж, завернул в длинный переход, ведущий к трапезной, и замер - ему показалось, что он попал в прошлогодний кошмар, и где-то за углом притаилась с кинжалом в руках Аймира...
   Бьянка Ли лежала на полу без движения, уткнувшись лицом в каменные плиты. По спине валькирии, укрыв ее почти целиком, рассыпались длинные черные волосы. Забыв про жажду, Владислав бросился к девушке, опустился рядом с ней на колени и схватил за запястье. Пульс, слабый, неровный, все же прощупывался. Крови нигде не было видно. Влад подхватил валькирию на руки и понес в медицинский корпус. Боясь опускать Бьянку на пол, он колотил в дверь ногой, пока, наконец, на пороге не показалась заспанная и злая Равия.
   - Совсем замучили детей учебой, - ворчала целительница, пытаясь привести валькирию в чувство. - Садись, - обратилась она к Владу, кивая головой в сторону стула, - а то сам шатаешься.
   Владислав опустился на стул. "А каково было в прошлом году Артему найти мертвую Таниту"? - мелькнула мысль.
   Равия растирала виски и лоб девушки какой-то терпкой ароматной настойкой, но Бьянка не приходила в себя. Нахмурившись, женщина взяла бокал и подошла к небольшому шкафчику, стоявшему в углу комнаты. Поколебавшись с минуту, Равия открыла шкаф и вынула оттуда большую темную бутыль с длинным горлышком. Целительница отлила из бутыли немного ярко-малиновой суспензии и повернулась к Владу:
   - Помоги мне, - велела она. - Тебе нужно будет слегка приподнять Бьянку за плечи, чтобы мне было удобнее дать ей лекарство.
   Влад сделал, что было велено, и Равия, осторожно разжав рот девушки, медленно влила содержимое бокала ей в рот. Целительница несколько минут пристально вглядывалась в лицо Бьянки, а затем, вздохнув, молча поставила бокал на стол и снова вернулась к кровати.
   - Что с ней? - осторожно спросил Владислав, но Равия сделала рукой гневный жест, заставив его замолчать.
  Они в молчании просидели у постели Бьянки еще минут десять. Валькирии, кажется, становилось лучше: дыхание девушки стало глубже, ровнее, и, наконец, она открыла глаза.
   - Тихо! - быстро сказала целительница. - Никаких разговоров! Тебе не больно?
   - Мне больно вот здесь, - прошептала валькирия, поднося руку к затылку.
   - Дай я посмотрю, - Равия приподняла голову девушки, раздвинула волосы и внимательно осмотрела затылок. - Крови нет, - с явным облегчением сказала она. - Теперь ложись и спи, - велела знахарка Бьянке. - Она останется здесь до утра, - продолжала Равия, обращаясь к Владиславу, - ты тоже можешь остаться...
   - Нет, я пойду, - ответил Влад.
   - Хорошо, тогда загляни, пожалуйста, по дороге, в комнаты лока Санг и - Равия поморщилась - лока Чернова, и скажи им, что я просила их подойти сюда.
  И Санг, и Чернова Влад разбудил быстро. Оба, не задавая никаких вопросов, тут же направились в медицинский корпус. Сам Влад не помнил, как добрался до своей комнаты. Едва переступив порог, он упал, и, забыв про жажду, моментально уснул.
  "Неужели Бьянки не будет в трапезной, - думал Владислав, спеша следующим утром на завтрак. - Неужели с нею что-то серьезное". Он очень обрадовался, увидев сидящую за столом валькирию. Если не считать легкой бледности, она была, похоже, в порядке.
  - Ты как? - спросил Влад, усаживаясь рядом с девушкой и пододвигая к себе тарелку с гречневой кашей.
  Валькирия улыбнулась:
  - Спасибо, нормально. Сегодня утром меня осмотрели Равия, Санг и Чернов. Они сказали, что я в порядке, просто небольшой упадок сил.
  В начале палонли Чернов велел второкурсникам написать реферат об использовании бирюзы при приготовлении укрепляющих составов.
  - В качестве источников информации вы можете использовать лечебник Савиты Таро "Целебная сила камней", книгу "Минералы-целители", написанную Александром Савельевым, а также другие книги, - сказал алхимик. - Кстати, авторский экземпляр книги Савельева хранится в нашей греальской библиотеке.
  После уроков четверо друзей корпели в библиотеке над рефератом.
  - Я пойду возьму еще несколько книг, - сказал Артем и отошел.
  Когда Артем, нагруженный стопкой книг, возвращался к своему столику, Армит Рец, сидевший за одним из передних столов, ловко подставил ему подножку, и Артем, выронив книги, упал на пол.
  - Рожденный ползать ходить не может, - смеясь, заявил Армит.
  Влад увидел, как Артем сморщился от боли - он сильно ударился об пол при падении.
  - Рец, отстань от него, - закричала сидящая на другом ряду Бьянка. - Что ты к нему цепляешься? Что он тебе сделал?
  Армит не успел ответить - Владислав схватил лежавшую перед ним толстую книгу - это были "Минералы-целители", подбежал к Рецу и с размаху опустил книгу ему на голову. Дэйвид и Дин - всегдашние подпевалы Реца - бросились на Измайлова, Влад отбросил в сторону труд Савельева и полез в драку, все трое упали на пол, Артем бросился на помощь другу, но в него мертвой хваткой вцепился Рец, который был его на голову выше и как минимум вдвое толще. Алиса и Ида пытались совместными усилиями отодрать Дэйвида и Дина от Владислава, но безуспешно, но тут в схватку вмешались Верна Тур и Самир Яф, который зашел в библиотеку по каким-то своим делам: из их браслетов вырвались зеленые лучи, и противников разбросало в разные стороны. Вставая, Влад заметил, как Артем, перед тем, как подняться на ноги, быстро схватил с пола что-то белое и зажал в кулаке.
  Результаты драки впечатляли: у Армита был разбит нос, у Артема на одном ухе болтались чудом уцелевшие в драке очки, а в углу рта виднелась большая кровоточащая ссадина, у Влада сильно болела кисть руки, на которую со всей дури наступил Рец, Дэйвид и Дин отделались парой синяков.
  - Армит, Дэйвид, Дин, Владислав и Артем - наказание, - сказал Яф. - Сегодня в шесть жду вас, всех пятерых, в своем кабинете.
  - За что? - взвился Влад. - За что наказание? Рец, как всегда, полез первым...
  - За то, что устроили здесь сумасшедший дом, - ответил декан Альциата.
  - А что, нам нужно было это терпеть? - язвительно спросил Артем.
  - Словом можно ударить больнее, чем кулаком, и не нужно превращать читальный зал в ринг.
  - Рец слов не понимает, - заявила Алиса. - Для него существует единственный аргумент - кулак.
  - Рец действительно полез первым, - сказала подошедшая Бьянка. - Я - свидетель.
  Яф, не говоря ни слова, повернулся и вышел из библиотеки, давая тем самым понять, что разговор окончен.
  Алиса и Ида подняли разбросанные по полу книги и собирались снова засесть за учебники, но Артем с загадочным видом знаком отозвал друзей в дальний угол библиотеки.
  - Когда ты двинул Реца по башке "Минералами-целителями", - сказал он Владу, - из корешка книги выпало вот это, - он протянул друзьям маленький сложенный вдвое листочек пергамента.
  Владислав взял его и развернул. Первые две строчки были написаны замысловатыми значками древнеэльфийских рун, но то, что Влад увидел ниже, заставило его вздрогнуть. Две нижние строчки были написаны по-русски кириллицей: "Кто ищет Яшмовый кинжал - приходите ко мне на могилу. Она укажет путь. А.С.".
  - А.С. - это инициалы Савельева, - тихо сказала Ида. - Записку, несомненно, написал он...
  - Кто-нибудь знает, где похоронен Савельев? - спросил Владислав, не отрывая глаз от пергамента.
  - Он похоронен на Кессенском кладбище Йета, - все тем же тихим голосом ответила Ида. - Кстати, могила Брунгильды также находится на Кессенском кладбище, только в другой стороне, - добавила она.
  - День самостоятельной подготовки у нас только через две недели, - почти простонала Алиса. - Как долго ждать!
  - Придется подождать, у нас нет выбора, - ответил Артем. - Ладно, нам пора к Яфу, - поторопил он друга.
  У человека, впервые вошедшего в кабинет Самира Яфа, могло сложиться впечатление, что он попал в музей холодного оружия: по стенам были развешаны бесчисленные мечи, стилеты, ятаганы и кинжалы разной длины и форм.
  Когда наказанная пятерка расселась за парты, Самир раздал студентам большие листы пергамента, перья и чернильницы и сказал:
  - Сейчас вы будете заниматься чистописанием. Вы, - обратился Яф к Армиту, Дэйвиду и Дину, - пишете следующую фразу: "Я никогда больше не буду задирать Владислава, Артема, Алису и Иду и драться с ними". Вы двое, - Яф повернулся к Артему и Владу, - пишете следующее: "Я никогда больше не буду драться с Армитом, Дэйвидом и Дином". Приступайте.
  Владислав и Артем переглянулись. Им совсем не хотелось писать явную ложь, но выбора у них не было. Владислав, однако, несколько видоизменил фразу. Он написал: "Я не буду драться с Армитом, Дэйвидом и Дином, если они сами не будут на это напрашиваться". Два часа тишину кабинета нарушал лишь тихий скрип перьев.
  В начале девятого лока Яф встал из-за стола, за которым он просматривал какие-то старые книги в потемневших от времени кожаных переплетах, и собрал листы пергамента.
  - Не нравится мне твоя оговорка, - прочитав написанное, сказал он Владиславу.
  Влад пристально посмотрел в глаза преподавателю:
  - Лока Яф, - наконец сказал он, когда Рец с дружками вышли за дверь, - если бы при вас били вашего друга, вы бы просто стояли в стороне и на это смотрели?
  - Владислав, - ответил Самир, - нужно учиться хотя бы терпеть друг друга, если приходится сосуществовать под одной крышей, а не махать кулаками по поводу и без повода...
  - Вы это Рецу скажите, - буркнул Влад.
  - А что касается твоего вопроса, - продолжал Яф, - нет, я бы, конечно, полез в драку, - эльф попытался сдержать улыбку, - даже если бы мне потом пришлось всю ночь заниматься чистописанием.
  Наконец настал долгожданный день самоподготовки. Оказавшись на Кессенском кладбище, четверо друзей без труда нашли могилу Савельева - туда вела основательно протоптанная тропка. Сама могила утопала в цветах.
  - А у этой Вейрэ был хороший вкус, - внезапно сказала Ида, вглядываясь в фигуру человека, изображенного на прозрачной надмогильной плите. Это был мужчина атлетического телосложения с притягательным, открытым и смелым лицом.
  - Вот ведь как, - тихо пробормотала Алиса. - Представляете, люди любили друг друга, строили планы на будущее, надеялись, что когда-нибудь наступит мир, боролись за него, а потом она погибла. Непрожитые дни, несбывшиеся мечты...
  - Ты знаешь, как погибла Брунгильда? - спросил Владислав Алису. Та покачала головой.
  - Я знаю, - ответила Ида. - Ее убил лешан Каррит, один из самых свирепых воинов Марготта, о жестокости которого ходили легенды. Брунгильду называли Королевой кинжалов - равной ей в искусстве метания ножей не было, и, наверное, уже не будет, - продолжала она. - Во время того, последнего боя, Брунгильда откололась от своих, ее окружили шестеро Призраков. Пятерых она наповал убила кинжалами, а Каррит убил ее. У Брунгильды был бы шанс отбиться, но кинжалы закончились. Ну, а самого Каррита убил Савельев - отомстил за смерть любимой.
  - Я бы на его месте не отпускал Брунгильду далеко от себя, - сказал Артем.
  - Ну, ты даешь! - воскликнула Ида. - Это же бой. Они потеряли друг друга из вида во время битвы.
  - Есть легенда, что вечером, накануне боя, во время ужина, Брунгильда видела пятна крови на своей тарелке. Она рассказала об этом Савельеву, и тот очень просил ее не принимать участия в предстоящей битве, - сказала Алиса. - Однако, Вейрэ его не послушала.
  - Она не могла поступить иначе, - тихо ответил Артем. - Брунгильда ведь была одной из предводителей Добровольческой армии. Все армии во все времена зависят от участия в битве своих командиров. Бегство предводителя зачастую равносильно поражению. А теперь представьте, что было бы, если бы люди узнали, что Брунгильда не примет участия в битве.
  - Да, верно, - откликнулась Ида. - Поступить по-другому она не могла.
  - Интересно, а почему хранительницей Черного перстня стала Ри? - спросил Влад. - Было бы логичнее, если бы Брунгильда попросила Савельева в случае своей смерти позаботиться о сохранности артефакта.
  - Я читала, что Савельев сам был тяжело ранен во время той, последней битвы, - ответила Алиса. - В течение долгого времени его жизнь висела на волоске. Видимо, именно поэтому перстень остался у Мииты Ри. Кстати, именно из-за этого ранения Савельев так и не смог присутствовать на похоронах Брунгильды, - добавила она. - Валькирию похоронили без него. Савельев смог присутствовать только на похоронах Нанила Эфта, потому что, как следует из легенд, невеста Эфта, Лария, очень долго вообще отказывалась предавать тело любимого земле. Тело Эфта было забальзамировано, а похоронили его только через полтора месяца после гибели.
  Несколько минут все молчали, вглядываясь в лицо человека, изображенного на надмогильной плите.
  В ногах фигуры у самой надмогильной плиты из земли выступал гладкий серый камень, на котором были выбиты несколько строк: "Совершенствуйте себя во всех науках, давая пищу для ума", "Кормите лошадей сеном, но воронам давайте только зерно". "Нас немного, но мы едины, и цель у нас одна". "В вечность уходя - остаться навсегда". "Все едино: как вверху, так и внизу во всех мирах". Надписи были сделаны на современном эльфийском.
  - Это и есть знаменитые "стансы Савельева"? - недоверчиво спросил Артем.
  - Похоже, что да, - ответила Ида.
  - Но ведь ты говорила, что надпись на камне выложена разноцветной смальтой, - удивленно сказал Влад, поворачиваясь к Алисе.
  - Я и сама теряюсь в догадках, - пожав плечами, ответила та.
  Владислав достал из сумки чернильницу и чистый лист пергамента и тщательно переписал выбитые на камне строчки.
  - Я пока не вижу в написанном никакого смысла, - сказала Ида, в пятый раз внимательно перечитывая стансы. - Может быть, надпись нужно читать с конца? - Гельде, наморщив лоб, зашевелила губами. - Нет, ерунда получается, - через несколько минут сказала она.
  - Возможно, здесь зашифрована какая-то анаграмма, - задумчиво сказала Алиса. - Может, надпись не стоит воспринимать буквально?
  - Знаешь, здесь, наверное, десятков пять анаграмм, - ответил Алисе брат.
  - Мы можем спросить об этой надписи у кого-нибудь из преподавателей - например, у Санг, - без особого энтузиазма предложила Ида. - Возможно, она что-нибудь знает. Ведь, однозначно, - это - не та надпись, которую выложили по просьбе Савельева.
  - Ладно, пойдем, - зябко поеживаясь, сказал Артем. - Карренская библиотека ждет. Совесть зовет нас корпеть над учебниками.
  - Давайте сначала сходим на могилу Брунгильды, - предложила Ида. - Это недалеко.
  Они дошли до могилы валькирии по узкой дорожке, вымощенной разноцветной плиткой. За исключением надмогильной плиты, могила Вейрэ была сплошь засажена белыми розами. Черты женщины, изображенной на плите, не отличались идеальной правильностью, но в ней была изюминка, которая дороже красоты.
  "Придет день - и солнце взойдет над свободной от страха Валией", - Ида тихим голосом прочитала надпись, выгравированную по краю надмогильной плиты. - Смотрите, - она указала рукой на яркий рубиновый треугольник, горящий в правом углу плиты. - Это - символ насильственной смерти.
  Постояв в молчании у могилы еще несколько минут, Влад, Артем, Алиса и Ида отправились в библиотеку: уроки - увы - никто не отменял.
  Вернувшись поздно вечером в крепость, четверка столкнулась на коридоре с Санг. Владислав решил не откладывать дело в долгий ящик:
  - Лока Санг, мы недавно были на Кессенском кладбище, на могиле Александра Савельева... - начал Влад.
  Тонкие брови Литы удивленно поднялись вверх.
   - Ну, нам просто захотелось посетить его могилу, - добавил Влад в качестве объяснения. - Я слышал, - продолжал он, - что надпись, которую надлежало разместить на надмогильном камне, придумал сам Савельев...
  - Да, это действительно так, - ответила Санг и наизусть повторила выбитые на камне строчки.
  - Вы так хорошо их помните? - удивилась Алиса.
  - А как же, - улыбнулась Санг. - Все-таки Савельев - довольно известная личность.
  - Но, говорят, что надпись, в соответствии с последней волей самого Савельева, должны были выложить разноцветной смальтой, - продолжал Владислав, - а на могиле - обычный серый камень и выбитые на нем строчки.
  - Изначально, на первом надмогильном камне, надпись действительно была выложена разноцветной смальтой, - ответила Лита. - Но потом тот камень забрали в музей, а на втором камне, который установили на могиле через несколько лет, надпись решили просто выбить, уже не соблюдая цвета.
  - А где находится первый камень? - быстро спросил Влад.
  - В Митерском музее Йета, - ответила Санг. - Этот музей посвящен Великой Четверке.
  Владислав поблагодарил Санг, и друзья поспешили в комнату отдыха - обсудить план дальнейших действий.
  Лита тем временем остановила идущую по коридору Вадь:
  - Слушай, если у тебя есть на выходных свободное время, не могла бы ты пойти со мной в лес и помочь насобирать...
  В этот момент окно, возле которого они стояли, со звоном разбилось, и из темноты в коридор, как маленький метеорит, влетел булыжник. К счастью, он пролетел над головами обеих собеседниц, ударился о стену и, отскочив, упал на пол.
  - И кому это мы с тобой так насолили, что он решил нас убить таким вот экзотическим способом? - воскликнула первой пришедшая в себя Лея, бросаясь к в дребезги разбитому окну и стреляя в ночную темноту лучами.
  Лита подбежала к ней, и лучи двух браслетов осветили пустынный двор крепости. Санг и Вадь спустились во двор крепости, обыскали его, но безрезультатно. Переговорили со стражей. Оказалось, что стража никого не видела и ничего подозрительного не слышала.
   - Я пойду поставлю в известность Лала, - сказала Санг, когда они с Леей вернулись в крепость. - Так вот, - сказала она, возвращаясь к прерванному разговору, - не поможешь ли ты мне на выходных насобирать дикорастущей мандрагоры?
  - Помогу, - ответила Вадь. - На выходных я свободна. А теперь я пойду и попытаюсь найти Вирота - надо же как-то починить окно. Ума не приложу - кто и зачем это вытворил.
  Тем временем Влад, Артем, Алиса и Ида спорили о том, что они будут делать дальше:
  - Не понимаю - зачем нам зря тратить время на музей? - спрашивала друзей Ида. - Ведь, как оказалось, надпись на надмогильном камне в точности дублирует надпись на том камне, который находится в музее...
  - Если ты не забыла, первоначально, на первом камне, надпись была выложена разноцветной смальтой, - сказал Артем. - Александр Савельев - далеко не дурак, и, возможно, тут дело не столько в смысле самой надписи, сколько в цвете.
  - Но что может означать цвет? - спросила Алиса.
  - Ты знаешь, - ответил ей брат, - даже моя гениальность имеет границы. Я не могу знать ответы на все вопросы. Кроме того, мы еще не видели надпись в цвете.
  - До следующего дня самоподготовки ждать целых две недели, - вздохнула Ида.
  - У тебя есть предложения получше? - спросил Владислав.
  - Ну, в принципе, можно было бы, как в прошлом году, воспользоваться помощью Ясена...
  - Оставь Ясена в покое, - ответил Влад. - Его помощь может нам понадобиться в экстренном случае, а если Ясен слишком часто будет присылать ректору письма с просьбами отпустить нас по какой-нибудь надуманной причине, то очень скоро Лал перестанет этим письмам верить.
  - Ладно, подождем, - подвела итог всему разговору Алиса. - Пошли в читальный зал. Нам еще эссе готовить по телепатии для синьора-Помидора.
  Несколько секунд все молчали, а затем Артем и Владислав буквально зашлись от хохота: они смеялись так, что, шатаясь, едва не падали со стульев. Ида не могла в полной мере оценить удачную шутку - она не читала "Приключения Чиполлино", однако, и Гельде шутка понравилась.
  - А ты точно подметила, - улыбаясь, сказала она. - Толстенький неуклюжий Веро в своей неизменной красной тунике действительно очень похож на помидор.
  Кличка, раз сорвавшись с языка, приросла намертво - теперь все четверо между собой называли Веро только Помидором.
  Через несколько дней Ида показала друзьям нарисованную ею карикатуру на Веро, на которой она изобразила его в облике Помидора. Рисовала Гельде неплохо, и сходство с оригиналом было поразительным.
  - Да у тебя талант пропадает, - усмехнулся Артем. - Спрячь этот шедевр куда подальше, а то как бы он не попался на глаза оригиналу.
  Ида вложила рисунок в тетрадку по телепатии и забыла о нем.
  К следующему дню самоподготовки им задали кучу заданий, которые необходимо было выполнить, однако, наплевав на уроки, все четверо с самого утра направились в Митерский музей.
  Музей располагался в огромном белоснежном дворце и состоял из девяти десятков залов, однако у друзей не было времени на то, чтобы осмотреть их все, поэтому они сразу поднялись по прекрасной нефритовой лестнице на третий этаж. В одном из залов этого этажа и был установлен камень с могилы Савельева.
  На красиво блестящем красно-коричневом камне действительно была выложена та же самая надпись, которую они уже видели на кладбище, однако, эта надпись была сделана на староэльфийском, и каждая руна имела свой цвет. Цветов было семь: черный, белый, желтый, красный, голубой, зеленый и фиолетовый.
  Алиса вытащила из сумки блокнот и самые обычные лердовские фломастеры, и, тщательно соблюдая все цвета, скопировала надпись.
  - Ну, что, теперь - мозговой штурм? - улыбнулся Артем, когда они спускались вниз по лестнице.
  - Ага, теперь самое время думать, - ответил Владислав.
  
  
  Глава пятая.
  Странные события и их расследование.
  
  Конец палонли ознаменовался сразу двумя странными событиями, похожими друг на друга, как две капли воды.
  С разницей менее чем в неделю две студентки второго курса - орна Эстела Риви и эльфийка Айя Мар - были обнаружены глухой ночью без сознания в коридоре первого этажа. Рядом с обеими девушками были найдены осколки графинов - видимо, они шли на кухню за кипяченой водой. Обе были оглушены заклятиями, обе лежали навзничь на полу, обе, придя в сознание, не смогли рассказать ничего, что могло бы хоть как-то пролить свет на происходящее. Эстела жаловалась на пульсирующую боль в области солнечного сплетения, а у Айи болел лоб. Ни одна из девочек не видела нападавшего, обе после случившегося ощущали полный упадок сил.
  После нападений на Эстелу и Айю преподаватели долго обсуждали произошедшее, но никто не мог предложить какое-либо разумное объяснение происходящему. В крепости сразу же были введены ночные дежурства - каждую ночь дежурили двое преподавателей, но, несмотря на это, вскоре произошло еще одно нападение: на этот раз все в том же коридоре без сознания была обнаружена Лакшми Мей. Аретт Нури и Цир Веро, дежурившие в ту ночь, не слышали даже крика. Как и первые две жертвы, Лакшми не смогла сказать ничего определенного о том, кто на нее напал. Девушка жаловалась на слабость и тупую боль в области затылка.
  Студенты тоже живо обсуждали происходящее, зачастую добавляя все новые и новые немыслимые подробности.
  - Странно, - сказал Владислав, раскачиваясь на стуле в комнате отдыха. - Все жертвы - девочки. Получается, нападающий, видимо, не отличается особой силой и смелостью, раз нападает из-за угла и только на девочек.
  - Это еще совершенно ни о чем не говорит, - рассудительно заметил Артемий.
  После третьего нападения, основательно взвесив все "за" и "против", Лал и Ютт поставили Департамент образования в известность о происходящем, решив, что они не имеют права делать вид, что ничего особенного не происходит.
  Реакция Департамента не замедлила последовать: в Греаль прибыла комиссия из трех специалистов Департамента и двух целителей, чтобы попытаться сообща разобраться в том, что происходит в крепости. Комиссию возглавляла Гризельда Гар - пожилая орна, о которой поговаривали, что по строгости она может дать Ютт вперед сто очков форы. Кроме Гар, в состав комиссии входил тот самый молодой франт, эльф Ким Масор, который инспектировал Греаль в прошлом году, и неулыбчивая валькирия средних лет по имени Клэт. Целителей было двое: молодой эльф Клатр Сото и пожилой молчаливый лешан, которого звали Тиур.
  В первый же день по приезде Масор вручил Чернову тисненый кожаный конверт с официальным решением Департамента относительно использования им телепортации в Афинах. По решению специальной комиссии, Чернову было запрещено посещать мир лердов в течение двух лет, а, кроме того, ему надлежало выплатить небольшой штраф.
  - Замечательно, - с язвительной улыбкой сказал Масору алхимик, ознакомившись с решением Департамента. - В следующий раз, когда какая-нибудь несговорчивая дама с неустойчивой психикой категорически откажется отпускать своего сына или дочь на чертовы кулички, я надеюсь, вы сами отправитесь к ней и сумеете ее переубедить. А я посмотрю, как это у вас получится.
  Масор в ответ лишь ухмыльнулся.
  - Да они совсем там с ума посходили! - возмущенно воскликнула Саманта, таки выпытав у Яна, чем же закончилась его разборка с Департаментом. - Они совсем не знают реалий, а еще берутся давать какие-то советы!
  По странному совпадению, после того, как комиссия прибыла в крепость, непонятные нападения прекратились - по крайней мере, три недели прошли абсолютно спокойно.
   Тем временем настал Праздник Осени, который проводился в этом году несколько позднее обычного, и на который были приглашены и присутствующие в Греале члены комиссии.
   День выдался на удивление теплым. С облаченных в золотой и багряный наряд деревьев, медленно кружась, падали листья. Когда были съедены все колбаски, бутерброды и выпит почти весь эль, студенты начали развлекаться - кто во что горазд. Влад, Артем, Алиса, Ида, Грета, Бьянка и двое орнов-второкурсников - Атлис Шун и Най Кэви - стали соревноваться в меткости метания кинжалов, бросая их в дерево.
   - Ай, Бьянка, - через полчаса бесплодных попыток переиграть валькирий сказал Атлис, - с тобой и Гретой соревноваться бессмысленно: вы все равно все время выигрываете.
   Валькирии рассмеялись, вытащили из ствола дерева кинжалы, и вся группа направилась к поляне, на которой, сидя на земле, кругом расположились отдыхающие.
   Подходя к поляне, они заметили Веду Лайто, в одиночестве стоявшую у ствола громадной сосны. Веда смотрела странным остановившимся взглядом на небольшую группу первокурсников, расположившуюся кружком на поляне, и что-то скороговоркой бормотала себе под нос.
   Они услышали обрывки слов:
   - Старая ... страшная...злая...
  Последовала пауза, а затем Веда заговорила снова:
  - А за ней женщина... Молодая злобная женщина...
   - Веда, что с тобой? - громко спросила Алиса.
   От звука ее голоса Лайто вздрогнула, будто очнувшись, перевела на девушку странный, ничего не выражающий взгляд, а затем, покачав головой, отошла к краю поляны, уселась на трухлявый пень, и, сцепив на коленях руки, снова ушла в себя.
   - Какая-то она странная, - тихо сказал Атлис.
   - За ней водятся и другие странности, - едва слышно ответила Алиса. - Знаете, Лайто живет в комнате одна, - шепотом продолжала она, - потому что никто из девочек не хочет с ней жить. Я слышала, как первокурсницы шептались о том, что Лайто разговаривает во сне, а иногда ходит по комнате, как лунатик.
  - Именно поэтому Лайто и отселили в отдельную комнату, - шепотом вставил Артем. - Ночные выходки Веды пугали ее соседку.
   - Ну вот, а ты называл меня сплетницей, - обиженно надув губы, сказала Владу Ида.
   Артем и Алиса молча переглянулись.
   - Ну, извини, - тихо ответил Владислав, бросая на кузину быстрый взгляд. - В Лайто действительно есть что-то странное, - после паузы добавил он.
   Они присоединились к кругу сидящих на земле студентов. В этот момент раздался голос Савита Тора:
   - Желающим предлагаю принять участие в магической дуэли, - молодой лешан вышел в круг, и, сняв с руки браслет, небрежно покручивал в руках оружие. - Обещаю сильно не бить, - улыбаясь, добавил он. - Заодно и согреетесь.
   И студенты, и преподаватели рассмеялись. Несколько минут никто не решался принять брошенный то ли в шутку, то ли в серьез вызов, а потом под одобрительные возгласы двух сотен зрителей в круг вышел Диро. Противники стали друг против друга и обменялись приветственными полупоклонами.
   Это была невербальная дуэль. Первые заклятия были касательными, зондирующими, а затем выпады стали все быстрее, острее, темп стал возрастать, и, наконец, мощное парализующее заклятие Тора пробило энергетический щит и накрыло противника, швырнув его на траву.
   - Вето! - Тор оборвал действие заклятия, Диро медленно встал, и противники пожали друг другу руки.
   Старый орн был заметно расстроен - он рассчитывал, что, если и проиграет Тору, то продержится намного дольше. В этот момент тишину разорвали аплодисменты - это, ободряюще улыбаясь Диро, аплодировал молодой целитель Клатр Сото. Вслед за ним остальные зрители тоже начали аплодировать проигравшему.
   - Ну, кто следующий? - весело спросил Тор, когда аплодисменты, наконец, стихли. Он, похоже, воспринял овации исключительно на свой счет.
   Лита, держа в руках кубок, поднялась, чтобы налить себе эля.
   - Прошу, - слегка снисходительно улыбнулся Тор, жестом приглашая девушку в круг.
   Несколько секунд Санг колебалась, а затем, поставив кубок на траву и сняв с руки браслет, ступила в круг. Мельян тут же стал громко аплодировать, поддерживая своего декана.
   - Вы за кого болеть будете? - шепотом спросил Влад у друзей.
   - За Литу, - в один голос ответили Алиса и Ида. Помолчав, Ида, усмехнувшись, добавила:
  - Сам понимаешь: женская солидарность.
   - По-моему, у нее нет шансов, - тихо сказал Артем. - Тор все-таки преподаватель практической магии и, кажется, спец в своем деле.
   - Я тоже хочу, чтобы победила Санг, - ответил Влад. - Этот зазнавшийся индюк сильно напоминает мне Аймиру.
   - Не забывай: "Быть можно дельным человеком и думать о красе ногтей..." - с улыбкой продекламировала Алиса.
   Тем временем Тор и Санг обменялись первыми заклятиями, и, похоже, Тор сразу понял, что эта дуэль будет не из легких: хотя его заклятия несколько превосходили по силе заклятия Литы, Санг была более быстрой, ловкой и верткой. Поединок набирал обороты: шутки кончились - теперь противники сражались в полную силу. И Тор, и Санг то и дело наполовину пробивали заклятиями защиту друг друга, причиняя боль, но, похоже, не собирались заканчивать дуэль, не выяснив, кто из них сильнее. Над поляной нависла напряженная тишина. Долгое время ни один из противников не мог окончательно пробить сеть защитных заклятий другого, но все же, в конце концов, Тор ловким обманным движением обыграл соперницу. Бордовый луч, который не смогла парировать Санг, с силой швырнул девушку на ствол огромной сосны, и она, сильно ударившись, выпустила из рук браслет и сползла к подножию дерева. Зрители ахнули, но Лита, поднявшись на ноги и потирая ушибленное плечо, с несколько натянутой улыбкой поблагодарила Тора за интересный поединок. Грянули бурные аплодисменты. "Вы - великолепны"! - крикнула Санг какая-то старшекурсница с Мельяна.
   - Зря он так, - тихо сказала Ида. - Она все-таки женщина - зачем нужно было так сильно бить заклятием?
   - Я не думаю, что Тор сделал это специально, - ответила Алиса. - Скорее всего, он думал, что заклятие будет отбито.
   - Ну, если на то пошло, - встрял в разговор Артем, - Призраки в случае чего никому не будут давать поблажку. Им наплевать, кто перед ними - мужчина, женщина или ребенок. Так уж лучше шандарахнуться спиной о дерево сейчас и сделать из этого вывод, чем допустить такую же ошибку во время смертельного поединка.
  - Ты глянь-ка! - с удивлением воскликнул Влад.
  Артем, Алиса и Ида глянули туда, куда смотрел Владислав, и увидели, что в круг решительно вышел Чернов. По рядам сидевших пробежал шумок и тут же стих. Противники кивнули друг другу, из их браслетов вырвались лучи, и нескладная фигура алхимика внезапно обрела быстроту и гибкость.
  - Ты, я слышал, преподаешь ментальную защиту? - спросил Клатр Сото, подходя к Вадь и усаживаясь рядом с ней на траву.
  Хотя комиссия работала в крепости уже три недели, времени поговорить с бывшей однокурсницей у него до сих пор не было - у Вадь было много уроков, а в трапезной она за все это время так ни разу и не появилась.
   - Да, верно, - автоматически ответила девушка, не отрывая взгляд от сражающихся.
   - Могу поспорить - дерешь со своих студентов три шкуры, - с легкой улыбкой продолжал эльф. - Они, наверное, тебя ненавидят так же, как мы в свое время ненавидели...
   - Замолчи! Я не хочу об этом вспоминать!
   - Лея, прости, - извиняющимся тоном сказал Клатр. - Я не думал, что для тебя это все еще... - но девушка уже не слушала. Эльфийка, вскочив, отошла от Клатра, и, прислонившись к разлапистой березе, снова сосредоточилась на поединке.
   Тем временем лица обоих противников посерели от напряжения - в ход шли уже самые сильные оборонные и атакующие заклятия, каждый выискивал брешь в защите другого, каждый выжидал, когда же соперник совершит ошибку. Тор сделал быстрый обманный выпад и тут же молниеносно ударил бордовым лучом. Казалось, что этот луч невозможно отбить, но Чернов использовал зеркальный щит, и отраженное заклятие попало в лешана, отшвырнув того метров на пять и с силой приложив о землю.
  Над замершей поляной раздались громкие аплодисменты - на губах аплодирующей Леи бродила легкая улыбка: вне всякого сомнения, поединок закончился именно так, как ей того хотелось. Остальные зрители тоже начали аплодировать. Чернов, прислонившись к дереву, тяжело дышал и не улыбался. Тор поднялся с земли и молча пожал противнику руку.
   Клатр подошел к Вадь, держа в руках два кубка с элем.
   - Ты злишься на меня?
   - Нет.
   - Докажи, - он протянул один из кубков эльфийке.
   Лея, улыбнувшись, взяла кубок.
   - Пошли пройдемся, - предложил Сото, кивая в сторону едва различимой тропки. -Поговорим. После окончания Академии наш выпуск так ни разу и не собрался, - продолжал он. - А помнишь, на выпускном говорили, что каждый год будем встречаться? - слегка улыбаясь, добавил эльф.
   - Все так говорят, - вздохнула Лея, маленькими глотками прихлебывая из бокала горячий эль. - А потом все как-то забывается за ворохом дел и событий... Ты лучше скажи мне начистоту, что ты думаешь обо всей этой чертовщине, что в крепости творится?
   - Никаких конкретных гипотез у меня нет, - помолчав несколько минут, ответил Клатр. - Как целитель, могу только отметить, что у Эстелы Риви, Айи Мар, Лакшми Мей и Бьянки Ли наблюдался сильнейший упадок сил... Я делаю это заключение на основании записей Равии, - добавил он.
   - И какие могут быть причины? - спросила Вадь.
   Сото только развел руками и покачал головой.
   - Может быть, сильные учебные нагрузки? - неуверенно спросил он.
   - Не сходи с ума, - ответила эльфийка. - Это исключено.
   Несколько минут они молча пробирались сквозь заросли гигантских папоротников, под листьями которых мог без труда спрятаться человек.
  - Как Ута? - прервав молчание, спросила Вадь, когда они, наконец, снова выбрались на тропинку. - Ты что-нибудь слышал о ней?
   - Мы потерялись, - ответил эльф. - С тех пор, как Уту со скандалом выгнали из Горманта за два месяца до получения сертификата, а потом еще на три месяца посадили в тюрьму, от нее ни слуху, ни духу.
  - Я тоже с тех пор ничего о ней не слыхала, - сказала Вадь. - Вся эта история с исключением какая-то странная, - добавила она. - Уту обвинили в неоказании помощи человеку, находящемуся в опасности. Вроде бы это послужило причиной смерти. Хоть убей - не поверю, что она на такое способна...
  - Я пытался несколько раз навестить ее в тюрьме, - сказал Клатр, - но все свидания были запрещены...
  - Я тоже приходила к ней, и тоже без толку, - вставила Лея. - А после выхода из тюрьмы Ута пропала. Я долго пыталась тогда ее искать, писала ей письма... Тюрьма опустошает, - со вздохом продолжала эльфийка, - по себе знаю...
  Маленькая птица, едва не коснувшись волос Леи, пролетела прямо над ее головой и заставила эльфийку вскрикнуть от неожиданности.
  - Мы виделись с Утой где-то месяца за три до всех этих событий, - тихо сказал Сото. - Ута вырвалась домой на пару дней, я пригласил ее на верховую прогулку, она согласилась. У меня остался неприятный осадок от этой встречи, - продолжал эльф. - От Уты исходила какая-то тревога... Она была молчалива и задумчива, не улыбалась, в глазах не было привычного блеска... Это была не та Ута, которую мы знали.
  - Ты не пытался поговорить с ней? - спросила Вадь.
  - Ты же знаешь, что Уту бесполезно о чем-либо расспрашивать, - ответил Клатр. - А помнишь, - после паузы продолжил он, - как мы, все трое, скрывая друг от друга, послали документы на рассмотрение в Гормант?
  - Конечно, помню, - улыбаясь, ответила Лея. - И в результате оказалось, что из всего нашего выпуска документы на рассмотрение посылали десять человек, но приняли только Уту и Шона.
  - Я тоже закончил Гормант в прошлом году, - как будто между прочим сказал Сото, внимательно наблюдая, какое же впечатление произведут его слова.
  - Ну, ты даешь! - в голосе Вадь слышалось восхищение, к которому, однако, примешивались едва заметные нотки легкой зависти.
  - Почему ты не посылаешь свой сертификат об окончании магистрата на рассмотрение в Гормант? - после паузы спросил ее Клатр.
  - У меня нет шансов, - с грустной улыбкой ответила эльфийка.
  - Почему?
  Вадь покачала головой, давая понять, что она не желает говорить об этом. Гормант был элитарным учебным заведением, попасть в которое мечтали все.
  - А Шон Кретт, как ты, наверное, знаешь, в прошлом году вошел в состав Белой Ложи. Об этом трезвонили на каждом углу... Похоже, он там не на самых последних ролях. По крайней мере, он вхож к Великому Магистру, и Магистр, говорят, ему полностью доверяет, - заметил Сото.
   - Я всегда знала, что у Шона большое будущее, - ответила Лея. - Он и Ута были, пожалуй, самыми талантливыми в нашем выпуске.
   Клатр недовольно поморщился:
   - Не люблю зубрил. К тебе и Уте это, конечно, не относится...
  Вадь безуспешно попыталась скрыть улыбку:
  - Ну, и на том спасибо, - смеясь, сказала она. - Ты можешь недолюбливать Кретта, - продолжала эльфийка, - но нужно признать, что мозги у него на месте. И потом, ведь это Шон тогда первым предложил написать письмо в Департамент...
  - Лея, я думаю... в общем, неважно, - Сото быстро отвел взгляд.
  Тропинку, по которой они шли, перебежала белка. Заскочив на ствол раскидистой сосны и чувствуя себя в безопасности, рыжая бестия распушила хвост и зацокала, ругая бродяг, нарушивших ее покой.
  - Диро сильно сдал, - продолжал эльф после небольшой паузы. - Ты заметила? Он ведь когда-то входил в двадцатку сильнейших магов Валии...
   - Время идет. Нам тоже уже не по семнадцать, - ответила Вадь.
   - Диро просто спас нас тогда, - задумчиво сказал Клатр. - Если бы он не вступился за нас, то нас, всех троих, точно бы исключили... Кто бы мог подумать, что тихий и замкнутый астроном на такое способен? Ведь, в принципе, он рисковал, защищая нас...
   Лея кивнула:
   - Да, руководство Греаля его не очень-то жаловало.
  Они уже достаточно далеко отошли от поляны, и, петляя по тропке, углубились в лес.
  - Лея, а почему ты все же решила специализироваться в области ментальной защиты и гипноза? - неожиданно спросил Сото. - Ты же всерьез интересовалась травами. Неужели все...
  - Я же сказала, что не хочу об этом говорить, - раздраженно бросила эльфийка. - Не зли меня... Скажи мне лучше, что здесь делает Ким Масор? - продолжала девушка. - В прошлом году он тоже был в комиссии. Проверяльщик... - в голосе эльфийки явственно звучала неприязнь.
  - Похоже, ты от него не в восторге, - тихо заметил Клатр. - Почему ты так недружелюбно к нему относишься?
  - Это человек, которого я презираю, ненавижу, не хочу видеть, не могу терпеть... У меня с ним связаны ужасные воспоминания, - блеснув глазами, ответила Лея.
  - Так вот почему ты и не появляешься в трапезной, - тихо сказал Клатр.
  Вадь хмыкнула:
  - От одного взгляда на Масора мне кусок в горло не лезет, - ответила она.
  - Так ты что - голодаешь? - удивленно спросил эльф.
  - До этого еще не дошло, - улыбнулась девушка. - Я просто прошу элементалей приносить еду в мою комнату. Конечно, они от этого не в восторге.
  - А это правда, что между тобой и Масором было...что-то серьезное? - неосторожно спросил эльф, и тут же понял, что этот вопрос лучше было бы не задавать: девушка отшатнулась от него, побледнела, а затем повернулась и почти бегом направилась к поляне.
  - Подожди... Послушай, я не хотел тебя задеть, - Сото догнал Вадь и схватил ее за плечо, но эльфийка ударила его по руке, вырвалась и убежала.
  Клатр чувствовал себя виноватым: Лея была одним из лучших его друзей. Они трое - он, Ута и Лея - сдружились в конце первого курса: попытка защитить однокурсницу, над которой издевался преподаватель гипноза, последовавший за этим острый конфликт, общие наказания и угроза исключения сблизили их. До этого у Клатра была масса приятелей, но ни одного друга, на которого он мог бы положиться, а девочки были одиночками - они все время проводили за книгами. Клатр, Ута и Лея стали настоящими друзьями - первый хулиган Академии и две отличницы. Впрочем, девочки оказались не такими уж безнадежными заучками - Сото довольно часто удавалось подбить их на разного рода авантюры. "Неразлучная троица" - так их звала вся Академия. Случалось, они ссорились, но всегда и во всем могли друг на друга положиться - ведь настоящая дружба предполагает откровенность и взаимовыручку.
  Клатр шел к поляне, досадуя на себя: ну зачем ему нужно было задавать этот глупый вопрос? Как и предыдущий - о причинах, по которым Вадь после окончания Академии решила специализироваться в области гипноза. Они, эти причины, были ему хорошо известны: Сото прекрасно помнил полные ужаса и слез глаза Леи, когда, выйдя из карцера, куда их отправил Ларон Застр, досадуя на то, что из-за защиты Диро ему не удалось добиться исключения этой троицы, Клатр, Ута и Лея узнали о том, что Ильра Сахель, не выдержав унижений, после очередного урока гипноза сбросилась с Квадратной башни и разбилась. Он помнил, как Вадь сказала сквозь слезы:
  - Я сама стану преподавателем гипноза и научу своих студентов защищаться от ментальных приказов, чтобы никто никогда не смог унижать их, используя гипноз.
  После гибели Ильры ректор не мог больше закрывать глаза на "неповторимый педагогический почерк" Застра. В Греаль прибыла комиссия из Департамента. Смерть Сахель развязала языки однокурсникам Клатра, Уты и Леи, которые раньше боялись поддержать их. Застра посадили на три года в Идон за доведение до самоубийства и издевательства над учащимися, а, выйдя из тюрьмы, он присоединился к Марготту...
  Сото так и не удалось поговорить с Леей за ту неделю, которую комиссия еще проработала в крепости - эльфийка старалась его избегать.
  Через несколько дней, войдя в кабинет, где у нее должен был быть урок со вторым курсом, Вадь увидела, что в дальнем конце комнаты за одним из столов сидит Масор - нежданно-негаданно он заявился к ней на урок.
  - Что вы здесь делаете? - ледяным тоном спросила эльфийка. - В ваши функции не входит контроль учебной деятельности - комиссия работает в крепости с другими целями, так что покиньте мой кабинет.
  Масор не нашел, что сказать в ответ: он встал и, хлопнув дверью, вышел из класса.
  - Вадь, похоже, сегодня в ударе, - тихо сказал Владу Артем. - Хорошо, что меня вызывали на прошлом уроке...
  Прошло еще несколько дней - нападения не возобновлялись.
  - Вам не кажется, что ваши студентки просто выдумали всю эту историю с нападениями? - спросила Лала Гризельда Гар, осторожно помешивая остывающий чай. - Может быть, они просто сидят на каких-нибудь изнуряющих диетах и довели себя до галлюцинаций? Ведь за те четыре недели, что комиссия работает в крепости, так и не было зафиксировано ни единого нападения.
  - Исключено, - ответил Лал. - Такое не придумаешь. Это - не детские фантазии. Просто нападавший - кем бы он ни был - затаился.
  - Ну, как бы там ни было, - продолжала Гар, - я пока не вижу дальнейшей необходимости в присутствии комиссии в Греале. Если снова что-нибудь случится - сигнализируйте.
  Перед самым отъездом комиссии Сото перехватил Вадь в коридоре:
  - Неужели мы с тобой так и расстанемся в ссоре? - напрямик спросил он ее.
  - Я не ссорилась с тобой, Клатр, - ответила Лея. - И я не обижаюсь на тебя - добавила она. - Мы по-прежнему друзья, по крайней мере, я тебе друг. Однако, существуют вопросы, которые лучше не задавать - это я касательно твоего вопроса о Масоре. Что же касается вопроса о том, почему я решила специализироваться в области гипноза...
  - Лея, если тебе неприятно говорить об этом - не надо, - перебил Клатр эльфийку.
  - Чувство вины, Клатр, - серьезный аргумент, - продолжала Вадь.
  - Лея, мы сделали все, что могли, нам было всего шестнадцать, мы, как и все, боялись Ларона Застра...
  - Нет, Клатр, - резко ответила Вадь. - Если бы мы сделали все своевременно, если бы мы с самого начала не испугались Застра, Ильра не сбросилась бы с Квадратной башни, не сбросилась бы... Ее призрак видят иногда возле того самого окна, - едва слышно добавила эльфийка. - Она выбрасывается из него снова и снова...
  - Я вижу, память об этом у тебя превратилась в застарелую боль, - тихо сказал эльф.
  Пойдем ко мне, - после паузы предложила Лея. - Я угощу тебя чаем. Не хочу, чтобы мы расставались вот так.
  Вадь принесла поднос с чашками и печеньем, и, поставив его на стол, потянулась за вытисненной на хрустале небольшой пиктограммой, которая стояла на полке. На пиктограмме были запечатлены они - все трое - во время какой-то верховой прогулки. Клатр и Лея, смеясь, неслись во весь опор по покрытому цветами лугу за Утой, скачущей впереди на рыжем иноходце. Ута была очень хороша собой - блондинка редкой красоты с ярко-голубыми глазами и изящным овалом лица, густые вьющиеся волосы которой летели, струясь, по ветру. Эту пиктограмму Ута подарила после окончания Академии на память лучшим друзьям. Эльфийка перевернула пиктограмму. На обратной стороне были выгравированы несколько строк: "Когда-нибудь среди вещей под толстым слоем пыли найдешь ты это - и тогда ты вспомнишь, как с тобою мы дружили".
  Девушка протянула пиктограмму Клатру. Эльф долго внимательно ее рассматривал, а затем, вздохнув, сказал:
  - У меня она тоже стоит дома на самом видном месте и поднимает мне настроение в самые тяжелые и черные минуты.
  
  Глава шестая.
  Белый Пром.
  
  Ида с размаху шмякнула на кровать толстенную книгу в потертом кожаном переплете с вытисненными на обложке золотыми рунами.
  - Что ты там снова в библиотеке выудила? - не поднимая головы от пергамента, на котором она конспектировала лечебные свойства мандрагоры, спросила Алиса.
  - Да вот, ищу во всех возможных источниках любую информацию о Савельеве, - со вздохом ответила Ида. - Ведь мы пока без понятия, с какой стороны подступиться к этой словарно-цветовой головоломке.
  - Ты думаешь, знание биографии Савельева нам чем-то сможет в этом помочь? - с улыбкой спросила Алиса, отрываясь от пергамента и поворачиваясь к Гельде.
  - Ничего я не думаю, - огрызнулась Ида. - Просто никаких других идей у меня пока нет. Придумай что-нибудь сама, если такая умная.
  Никанорова, ничего не отвечая, снова углубилась в свой конспект. Около полутора часов тишину комнаты нарушал лишь мерный шелест страниц.
  - Смотри! По-моему, это то, что мы ищем! - вдруг воскликнула Ида.
  Она, как была, босиком, соскочила с постели и подбежала с раскрытой книгой к Алисе. Палец Гельде дрожал под одной из последних строчек страницы. Алиса, склонившись над книгой, прочла следующее: "По воспоминаниям соратников и друзей, Александр Савельев живо интересовался цветологией - влиянием определенного цвета на душевное и физическое состояние людей. Всем известно, что красный цвет возбуждает нервную систему и повышает аппетит, зеленый - комфортен для глаз, а темно-голубой, синий и фиолетовый помогают расслабиться..." У Никаноровой заблестели глаза:
  - В нашей библиотеке есть какой-нибудь справочник по цветологии? - спросила она.
  - Может и есть, - ответила Ида, - но ты посмотри на часы - без трех минут двенадцать. Ты хочешь нарваться на наказание?
  - Я прямо сейчас иду рассказать обо всем Владу и Артему, - ответила Алиса. - Ну, а если нарвусь на кого-нибудь из преподов - плевать на наказание.
  - Тогда пошли вместе, - предложила Ида. - В конце концов, эту информацию нашла я, а тебе что - сливки снимать?
  Спустившись по боковой лестнице этажом ниже и разбудив Владислава и Артема, которые уже видели пятые сны, девушки рассказали им о своем открытии.
  - Я тоже думаю, что дело здесь, скорее, в цвете, а не в самих словах, - широко зевая, сказал Артемий. - Завтра после уроков идем в библиотеку, - добавил он, - и штудируем все справочники по цветологии, какие только сможем найти.
  Они провели в библиотеке много вечеров, однако бешеный трехнедельный поиск ничего не дал.
  - Да зачем тебе эта тоненькая книжка? - удивленно спросила Ида Алису, притащившую из библиотеки старую потрепанную брошюру "Тайны цветологии". - Мы уже столько толстенных энциклопедий просмотрели.
  - Я привыкла делать все до конца, - ответила Алиса, забираясь с ногами на кровать и раскрывая книгу.
  - Ида, иди сюда, - примерно через час дрогнувшим голосом позвала Никанорова. - Смотри.
  Ида склонилась над последней страницей книги и прочла: "С древнейших времен желтый или золотой цвет является символом посвящения в тайну".
  - Так, посмотрим, что это нам дает, - сказала Алиса, доставая из сумки свой блокнот.
  Девушки выписали на отдельный листок пергамента те руны, которые были выложены желтой смальтой на хранящемся в музее могильном камне.
  - Редский Пром. Браслет, - тихо сказала Ида.
  - Что ты говоришь?
  - Желтые руны дают нам надпись "Редский Пром. Браслет" - повторила Гельде.
  - Какой такой еще Редский Пром? - удивленно спросила Алиса.
  Ида рассмеялась:
  - Алиска, ты, похоже, на уроках слушаешь, но не слышишь, - со вздохом ответила она. - В прошлом месяце Силено рассказывала нам про знаменитую скульптуру лешана Войтана Лодо "Белый Пром". "Редский Пром" - второе название этой же самой скульптуры, оно идет от названия города, в котором она установлена.
  - Ладно, не умничай, - беззлобно огрызнулась Никанорова. - Пошли расскажем, как мы расшифровали тайнопись. Влад и Артем умрут от зависти.
  - Как вы думаете, а к чему здесь указание на браслет? - спросил Артем, выслушав Алису и Иду, которых просто распирало от гордости. - Думаете, в браслете Прома есть какой-то тайник?
  - Не знаю, - ответила Ида. - Все может быть, но мне так не кажется.
  - Надо будет спросить об этом у твоего потустороннего воздыхателя, - со смехом сказал Артемий. - Завтра как раз урок спиритуализма...
  - Отстань! - огрызнулась Ида, махнув рукой в сторону Никанорова. - Он меня уже достал.
  Дух, называющий себя эльфом Кироном, действительно на каждом уроке спиритуализма докучал Гельде своими бесконечными комплиментами.
  - Ида, Артем дело говорит, - вступилась за брата Алиса. - Вдруг этот дух действительно подскажет нам что-то толковое...
  - Не думаю...
  - Ида, это идея, - сказал Влад. - Не зря ведь духов называют всезнающими.
  - Ладно, - после паузы ответила Гельде. - Посмотрим.
  - А пока давайте пойдем и посмотрим, что есть о "Белом Проме" в библиотеке, - предложил Владислав.
  В энциклопедии они нашли следующее: "Белый Пром" или "Редский Пром" - работа скульптора Войтана Лодо. Материал - черненое серебро. Год создания - 2537. Скульптура установлена на центральной площади города Редса на мраморной башне высотой сто двадцать метров. Высота самой скульптуры - тридцать семь метров. Белый Пром за двадцать четыре часа совершает полный оборот вокруг своей оси таким образом, чтобы солнце всегда падало на лицо скульптуры. Правую руку Прома украшает серебряный браслет".
  К сожалению, размещенная в книге пиктограмма была не самого лучшего качества: на ней сложно было рассмотреть даже лицо Прома, не говоря уже о браслете. Друзья перерыли все имеющиеся в библиотеке книги по искусству в целом и скульптуре в частности, но ни в одной из них не было хотя бы какой-нибудь иллюстрации браслета.
  - Придется ждать дня самоподготовки, - со вздохом сказал Влад. - Может, в Карренской библиотеке что-то будет. Ну, и, конечно, остается надежда на завтрашний урок спиритуализма, - добавил он, искоса глядя на Иду.
  Назавтра, через несколько минут после начала спиритического сеанса, с тарелки раздались громкие приветственные стуки, а затем из рун сложилась привычная фраза: "Привет, Ида. Это - Кирон. Ты сегодня просто потрясающе выглядишь". Несмотря на то, что Гельде уже порядком надоели все эти бесконечные комплименты, она впервые была рада слышать своего навязчивого бесплотного воздыхателя. Вопреки всему, что Ида говорила друзьям, в глубине души она надеялась, что дух сможет им помочь. "Привет, Кирон, очень рада тебя слышать, - мысленно сказала эльфийка. - Мне нужна твоя помощь", - продолжала она. С тарелки понеслись быстрые громкие стуки: "Я всегда рад помочь такой красивой девушке", - шепотом прочитал полученную фразу Артем.
  Влад и Алиса, кусая губы, изо всех сил старались не рассмеяться.
  "Кирон, скажи, пожалуйста, есть ли тайник в браслете, который надет на руку Редского Прома"? - мысленно спросила Ида.
  Дух не отвечал очень долго. Наконец с тарелки донеслись громкие сердитые стуки. Дух выстукивал фразу так быстро, что Влад и Артем едва успевали повторять алфавит, но вот раздалось пять ритмичных прощальных стуков - и тишина.
  - Ну, что он там выстучал, - Ида нетерпеливо склонилась над пергаментом. - "Как такая красивая девушка может задавать такие глупые вопросы? - по слогам прочитала она. - Нет никакого тайника в браслете Прома".
  - Ну, вот: из-за вас я потеряла такого кавалера! - смеясь, сказала Гельде.
  - Не расстраивайся, он вернется, - подыграла подруге Алиса.
  - Надеюсь, что нет, - быстро ответила Ида.
  - Самое главное - теперь мы точно знаем, что в браслете тайника нет, - сказал Влад.
  - Может быть, на браслете есть какая-то надпись? - предположил Артем.
  Влад, Алиса и Ида пожали плечами.
  Урок закончился, и друзья поспешили на обед. По пути в трапезную они увидели в коридоре странную сцену: Яф, Чернов, Нури, Диро и смотритель Вирот растерянно стояли у вдребезги разбитого окна, по всему коридору были разбросаны осколки стекла, а у стены лежал небольшой булыжник. Вдруг Вирот, оголтело взмахнув своей единственной рукой, закричал:
   - Ну, вы можете мне объяснить, кто и с какой радости разбил это окно? Это уже второй подобный случай!
  Влад, Артем, Алиса и Ида переглянулись и поспешили уйти, дабы не попасть под горячую руку.
  В трапезной небольшая группа студентов окружила испуганную, растрепанную Бьянку, которая была, по всей видимости, очевидцем произошедшего. Четверо друзей подошли к группе:
  - Ну, мы с Гретой и Вегой шли по коридору, - рассказывала валькирия, - и вдруг одно из окон разлетелось вдребезги, и в коридор влетел булыжник - представляете? Нам просто повезло, что он не попал кому-нибудь из нас в голову, и мы все отделались парой царапин от летящих осколков стекла, - Бьянка указала на перевязанную выше локтя правую руку.
  Того, кто разбил окно, так и не нашли.
  В конце следующей недели Влад и Артем проснулись посреди ночи от страшного грохота, несущегося откуда-то сверху. Натянув поверх пижам свитера - все-таки бьянли на носу - друзья выскочили в коридор и, прыгая через три ступеньки, взлетели по боковой лестнице на четвертый этаж. Около выбитой двери одной из классных комнат они увидели Алису, Иду, Грету, Бьянку, а также несколько испуганных первокурсниц, Лала, Ютт, Яфа, Вадь и Чернова.
  - Это что-то странное, - тихо сказал Владислав, заглядывая внутрь кабинета. - Что за буйнопомешанный это творит?
  Классная комната представляла собой весьма жалкое зрелище: три прочных деревянных стула и два стола были буквально разнесены в щепки, а на полу валялась сорванная со стены доска.
  - Идите все спать, - хмуро сказал Лал, окинув взглядом растерянные лица студентов. - Надеюсь, в эту ночь никто больше не устроит нам экстрим-побудки, - добавил он.
  Обменявшись взглядами с Алисой и Идой, Влад и Артем направились к лестнице. Уходя, они услышали, как Лал тихо спросил:
  - У кого-нибудь есть какие-нибудь мысли по поводу произошедшего?
  - Может, это - дистанционный гипноз? - тихо спросил Чернов у Вадь.
  Эльфийка покачала головой:
  - Не похоже.
  Ютт и Лал молча переглянулись.
  - Идемте в мой кабинет, - тихо сказал ректор. - Надо обсудить все это.
  Накануне дня самоподготовки, перед телепатией, которая была последним уроком, Рец в компании Дина и Дэйвида начал доставать Артемия:
  - Эй, очкарик, ты без очков в двух метрах от себя слона увидишь?
  - Рец, заткнись, - бросил ему Артем. - Я - очкарик, а ты - дурак. Это намного хуже.
   Армит хотел что-то сказать в ответ, но Ида замахнулась на него тетрадкой, метя в лицо, и Рец, сделав попытку уклониться, неуклюже привалился к стене. В этот момент из тетрадки Гельде вылетел белый листок и, красиво спланировав, упал прямо под ноги лока Веро, который как раз в этот момент вошел в класс.
  - Нет! - прошептала, бледнея, Ида.
  Владислав, Артем и Алиса обмерли. Они прекрасно знали, что это за листок - на нем была нарисованная Гельде карикатура.
  - Ну, говорил же я ей - спрячь подальше этот шедевр, - прошептал Артем.
  Влад бросился наперерез преподавателю, пытаясь выхватить злополучный клочок пергамента прямо из-под рук Веро, но эльф оказался проворнее. Веро поднял листок и стал внимательно его разглядывать. Через секунду он покраснел, а потом стал абсолютно белым.
  - Это чьё? - громко спросил Веро.
  Артем тут же встал, давая тем самым понять, что изображенная на пергаменте карикатура - его рук дело, но Ида, не вставая с места, закричала:
  - Это - моё! Это - моё, - повторила она, глядя прямо в глаза Веро. - Не верьте ему, он просто меня защищает.
   - Гельде и Никаноров - наказание, - резким тоном сказал Веро. - В какой день и какое именно, я решу позднее.
   - За что вы наказываете Артема? - тихим голосом спросила Ида.
   - За попытку обмануть преподавателя! - рявкнул Веро. - После уроков, Гельде, к ректору, - добавил он.
   За все время урока Цир Веро даже не глянул в сторону стола, за которым сидели четверо друзей. Артем злился на Иду и до вечера с нею не разговаривал - ну не могла она промолчать, что ли?
   - Цир, я не думаю, что это - тот проступок, за который лишают на месяц стипендии, - спокойно ответил Лал, выслушав раздраженного Веро.
  Ида, сжавшись на стуле, уставилась в узорный пол кабинета таким взглядом, будто там были написаны все тайны мира.
  - Я могу показать вам довольно приличную коллекцию карикатур на себя любимого, - продолжал между тем ректор. - Эти карикатуры принадлежат студентам разных лет, и среди них есть весьма талантливые работы. Вы, конечно, имеете право наказать Иду, если считаете, что она задела вас или оскорбила ваше достоинство... но позвольте вам сказать, что к карикатурам нужно относиться с юмором.
  Ида и Веро молча вышли из кабинета Лала. Во время всего разговора Ида думала только об одном: как бы Веро не решил назначить ей и Артему наказание на день самоподготовки - ведь тогда они не смогут отправиться в Редс и попытаться разгадать тайну браслета. Однако преподаватель, думая о чем-то своем, угрюмо шел впереди девушки, и Ида, решив не искушать судьбу, свернула на боковую лестницу и помчалась в комнату отдыха, где ее дожидались друзья.
  - Ну что, Лал ругался? - в один голос спросили ее Влад и Алиса.
  - Не особо, - ответила Ида. - Самое главное - это то, что завтра я абсолютно свободна: Веро не назначил мне наказание на завтрашний день!
   Вылазка в Редс, вопреки ожиданиям, не дала ровным счетом ничего: скульптура была установлена на такой высоте, что не было никакой возможности рассмотреть в деталях, что представляет собой браслет, потому что он был виден снизу только как ярко блестевшая в лучах солнца тонкая серебряная ленточка.
   - Даже владей мы левитацией, мы все равно не смогли бы подняться на такую высоту, - тихо сказала Ида, - потому что при помощи левитации можно взлететь над землей максимум на высоту священного локтя.
   - Значит, нужно что-то придумать, - упрямо сказал Влад, не отрывая глаз от сияющего браслета.
   - А что ты тут придумаешь? - резко спросила Ида. - Предлагаешь накинуть на шею Прома веревку и залезть по ней на постамент, как по канату? Это же не реально.
   Влад промолчал. Он по-прежнему стоял, задрав вверх голову, и, защищая глаза от солнца, напряженно всматривался в скульптуру.
  Расстроенные неудачей, друзья отправились в Карренскую библиотеку, однако и здесь их ждало разочарование - во всей библиотеке не нашлось ни одной приличной репродукции "Белого Прома" - такой, чтобы на ней можно было рассмотреть детали скульптуры, и, в частности, браслет.
   - Ладно, давайте заниматься уроками, - после трех часов бесплодных поисков со вздохом предложил Артем. - Селено нам столько задала ... Она просто монстр.
  За ужином все четверо были молчаливы и погружены в свои мысли. Из задумчивости их вывел неожиданный громкий звук: Оливия Сеттор выронила бокал, который она держала в руках, и тот, упав на каменный пол, разбился. Девушка покраснела, а выскочивший из боковой двери элементаль быстро вытер растекшуюся по полу лужу и убрал осколки стекла.
  После ужина, по дороге в читальный зал, друзья наткнулись в коридоре на Оливию и Чернова:
  - Зачем ты разбила бокал? - допытывался у первокурсницы алхимик.
  - Я разбила его случайно, - испуганно лепетала девушка.
  - Не лги мне, - тихо сказал Чернов. - Я все видел.
  Оливия, опустив голову, молчала.
  - Ну вот, Чернов нашел себе новую жертву, - тихим шепотом сказала Ида, когда они отошли настолько, что алхимик железно не мог ее услышать. - Ну, разбила она этот чертов бокал и разбила - не велика важность! Оливия же разбила его не специально...
  - Ты что, не знаешь Чернова? - возмущенно воскликнул Артем. - Ему дай только повод для наказания! Теперь, я боюсь, Оливия на целую неделю "пропишется" на кухне у элементалей, - добавил он.
   - Вы кошку мою, случайно, нигде не видели? - перебила их разговор выскочившая из-за угла Леда. - Она маленькая такая, черная, с белым хвостом.
  Все четверо отрицательно покачали головой.
  - Вот уж тупое создание, - продолжала орна. - Выскочила из комнаты и помчалась куда-то сломя голову, а мне ищи ее теперь.
  Девушка быстро пошла по коридору, а Влад, Артем, Алиса и Ида вышли на лестницу и стали подниматься по ней.
  - Смотрите - кошка Леды! - воскликнул Владислав, заметив на ступеньках черную с белым хвостом кошку. Не заметить ее было трудно: кошка, злобно шипя, выгибая спину и делая "горб", стремглав неслась вниз по лестнице. Шерсть на загривке стояла дыбом.
  - Не подходите к ней! - воскликнула Ида. - Может, она бешеная...
  Однако, Алиса бесстрашно присела на корточки перед шипящим горбатым чудовищем и протянула к нему руки. Как ни странно, на руках у Алисы кошка успокоилась, убрала "горб", перестала шипеть и даже не пыталась вырываться.
  - Интересно, что ее так напугало? - оглядываясь, спросил Владислав.
  Алиса пожала плечами:
  - Вы идите в читальный зал, - сказала она, - а я найду Леду и верну ей это блохастое сокровище.
  Поднимаясь по лестнице, Влад, Артем и Ида столкнулись с небольшой группой первокурсников.
  - Так ты, Рада, действительно будешь играть в факультетской команде? - спрашивала Бейль невысокая валькирия-первокурсница с такими тяжелыми черными волосами, что было непонятно, как она эту тяжесть на голове носит.
  - Надеюсь, что да, - ответила эльфийка. - По крайней мере, мне это обещал капитан.
  - Бейль действительно включена в основной состав команды? - удивленно спросил Артем, когда они разминулись с первокурсниками.
  - Похоже, что да, - ответил Влад. - У нее действительно превосходная реакция, и играет она на удивление здорово - где только научилась.
  - Ой, через неделю игра! - воскликнула Ида. - Я так боюсь! Мы наверняка проиграем. У нас ведь новый вратарь, и он, что ни говори, не чета предыдущему: в ворота попадает все, что туда летит.
  - Да ладно тебе, - возразил Влад. - Лих уже совсем не так плох, как раньше. Раньше действительно складывалось впечатление, что он просто не знает, что делать с битой. И вообще, что за настроение! Не будь паникершей!
  Накануне осеннего матча Владислав вышел в трапезную за кипяченой водой. В нескольких метрах от трапезной он увидел Ганса Вагена, который, прислонившись к стене, сидел на полу посреди разбросанных по всему коридору осколков стекла и обеими руками тер лоб.
  - На тебя напали? - быстро спросил Влад, опускаясь на корточки рядом с Гансом и окидывая взглядом пустынный коридор.
  Ваген кивнул:
  - Кто-то ударил меня сзади по голове, и я потерял сознание, - ответил он. - Лоб болит, - Ваген снова потер рукой лоб и поморщился.
  - Давай провожу тебя в медицинский корпус, - предложил Владислав.
  - Да перестань, ерунда, - ответил Ганс. - Обещай, что никому не расскажешь об этом, - попросил он, - а то скажут: "Ваген раскис, как девчонка".
  - Ганс, ты обязательно должен рассказать об этом Лалу, - настойчиво сказал Влад. - Возможно, это важно...
  - Влад, я жив-здоров и прекрасно себя чувствую, - запальчиво ответил Ваген. - Поэтому не нужно раздувать из мухи слона. Обещай мне, что будешь молчать.
  - Ладно, тебе виднее, - после паузы сказал Владислав. - Я буду молчать.
  Ганс кивнул, с трудом поднялся на ноги, выстрелил синим лучом в осколки, и, шатаясь, побрел к лестнице.
  День, на который был назначен матч по ларбошу, выдался на удивление теплым и солнечным. Алиса и Артем нарисовали два магических плаката с портретами Иды и Влада, и заключили между собой пари на итоговый счет матча: в том, что победит Альциат, ни брат, ни сестра не сомневались, вопрос был только в том, с каким же счетом.
   Это была, наверное, одна из самых удачных игр Альциата за много-много лет.
  - Пасуй мне! - через несколько минут после начала игры крикнула Владиславу Рада, и когда тот удачным броском передал рейфл эльфийке, Бейль длинным - через всю площадку - и точным броском забросила ее в створ ворот. Рада играла "первую скрипку" в течение обоих таймов. Она, казалось, была неутомима и умудрялась быть одновременно в разных местах площадки.
  Влад получил точный пас от Иды, ловким ударом забросил рейфл в створ ворот, и тут же, почувствовав резкую боль, упал с вьюра в воду. Оглянувшись, Влад увидел улыбающуюся физиономию Реца - это он ударил его сзади битой по ногам. Игра была остановлена.
   - Рец, на выход, быстро! - крикнул Бар, который был судьей матча. - Ты отстранен от игры.
  - Играть сможешь? - склонившись с вьюра, спросила Влада Ида.
  Владислав, морщась, взобрался на шар.
  - Смогу, - кивнул он.
  Болельщики Альциата неистовствовали: с трибун доносился оглушительный рев, в небо десятками летели плакаты с портретами игроков.
  Бейль забила семнадцать голов из двадцати шести, в ворота Альциата рейфл не попал ни разу - собственно, во время этого матча вратарь был Альциату не нужен: команда Мельяна и не думала об атаке, все, о чем она могла только мечтать - это как защитить свои ворота.
  - Качать Бейль! Качать ее! - закричал Лем, когда отзвучала финальная сирена.
  Лем, тролль Лих, Влад и орн Сатор подхватили эльфийку на руки и пару десятков раз подбросили прямо в высокое небо.
  Когда команда Альциата, с трудом прокладывая себе дорогу через толпу болельщиков, пробиралась в учебный корпус, Влад перехватил удивленные и не слишком дружелюбные взгляды, которыми провожали Раду болельщики команды Мельяна.
  А на следующий день произошло ужасное по своей бессмысленной жестокости событие. Вечером, когда стемнело, возвращающиеся из трапезной студенты увидели, как во дворе крепости одновременно взвилось и запылало несколько огромных костров - это горели подожженные магическим огнем кусты боярышника и жасмина, старая береза и две вековые сосны. Стражники, в первую секунду остолбеневшие от неожиданности, бросились сбивать огонь и заливать его водой, к ним на помощь из учебного корпуса выбежали Лал, Яф, Диро, Чернов, Вадь, Ютт и Санг. Студентов, которые также хотели помочь, к пылающим деревьям и кустам и близко не подпустили, а потому Влад, Артем, Алиса, Ида и еще несколько десятков высыпавших во двор человек оставались лишь пассивными наблюдателями. Когда пламя все-таки удалось потушить, стало очевидно, что сосны, может быть, еще и отойдут, но береза, боярышник и жасмин погибли.
  - Да вы просто вандалы! - закричала студентам Мельяна с ног до головы перепачканная в золе Санг. - Я выношу на рассмотрение ректора, - Лита повернулась лицом к Лалу, - вопрос о запрещении дальнейших игр в ларбош до тех пор, пока наши учащиеся не научатся достойно проигрывать, а болельщики команд - адекватно себя вести.
  При этих словах Санг все студенты, столпившиеся во дворе крепости, затаили дыхание.
  - Я думаю, лока Санг, что это - слишком суровая мера, - ответил Лал, и толпа учащихся облегченно вздохнула.
  - В таком случае, - с нажимом продолжала Санг, - как декан Мельяна, я запрещаю дальнейшие тренировки факультетской команды до тех пор, пока варвары, сотворившие этот кошмар, - она указала рукой на обугленные остовы деревьев, на испепеленные веточки боярышника и жасмина, - не будут найдены и наказаны.
  С этими словами Лита повернулась и едва ли не бегом скрылась в крепости.
  Поджог оставил горький осадок на душе у всех, но Санг, всегда трепетно относившаяся к растениям, восприняла случившееся как личную трагедию. Мало кто сомневался, что поджог устроили раздосадованные поражением болельщики команды Мельяна.
  - Это просто кошмар какой-то! - с возмущением сказала Алиса. - Лердовские болельщики-вандалы жгут машины, болельщики Валии - деревья.
  - Команда Мельяна действительно отстранена от дальнейших тренировок, - сказал на следующий день Лем Ви. - Они вместе с болельщиками ходили сегодня к Санг, пытались ей что-то доказывать, но все без толку - виновные в поджоге не найдены, и Санг непреклонна в своем решении...
  - Нам же лучше, - вставила Тила. - Чем меньше они будут тренироваться, тем легче мы их в следующий раз обыграем.
  - Да, - отозвался Лем, - но только в том случае, если нам будет с кем играть - если Санг не добьется запрета на проведение дальнейших игр, а она это может.
  - Не добьется, - с уверенностью ответил Влад. - Лал же ей прямо сказал: дальнейшие соревнования запрещены не будут.
  В один из дней самоподготовки Влад, Артем, Алиса и Ида корпели над книгами в Карренской библиотеке, готовясь к зачету по литературе и искусству.
  - Гляньте-ка, - Артемий замер над разворотом огромной старинной энциклопедии. В энциклопедии давалось детальное описание скульптуры "Белый Пром", сопровождающееся иллюстрациями. К счастью, на одной из иллюстраций они увидели массивный серебряный браслет, украшающий правую руку Прома. Браслет был инкрустирован перламутром: четко просматривалась высокая крепостная стена, какие-то суровые здания с башнями и несколько массивных колонн.
  - Как же мы в прошлый раз пропустили эту книгу, - пробормотала Алиса.
  Ида тихо ахнула, низко склонилась над потертой страницей и начала пристально разглядывать инкрустацию.
  - Если следовать логике вещей, - тихим шепотом сказал Артем, - то, похоже, Савельев намекал в своем послании на то, что Яшмовый кинжал спрятан в одном из этих зданий. Знать бы только, что это такое.
  - Это - знаменитая крепость Джур-Джар, что на староэльфийском означает "неприступная твердыня", - тихим расстроенным голосом сказала Ида. - Крепость эта располагалась в узкой седловине между двумя горными пиками, и считалось, что взять ее невозможно. Когда-то эта крепость была одним из крупнейших оборонительных сооружений Валии...
  - Откуда ты все это знаешь? - удивленно воскликнула Алиса. - И почему "была"?
  - Откуда я это знаю? - переспросила Ида. - Книжки умные надо читать, вот откуда, - ответила она. - А "была" потому, что сто восемьдесят лет назад Джур-Джар была до основания разрушена тремя воинственными племенами великанов, а все ее защитники были убиты. Теперь от крепости остались только развалины, - тихо добавила эльфийка.
  - И что мы сейчас делать будем? - после продолжительной паузы спросил Артем.
  - Не знаю, - помолчав, ответила Ида. - По-моему, это полный тупик.
  - Нам остается только сконструировать машину времени и отправиться на сто восемьдесят лет в прошлое, - со смехом сказала Алиса. - Других предложений у меня нет.
  - У кого-нибудь есть идеи получше? - спросил Влад. - Менее фантастические и более серьезные?
  Алиса, Артем и Ида молча переглянулись.
  
  
  Глава седьмая.
  Одержание.
  
  Учебная жизнь тем временем шла своим чередом, и второкурсники начали-таки демонстрировать определенные успехи в иридостике.
  Первым, к своему огромному изумлению, на воду стал Артемий. В тот день он, абсолютно ни на что не рассчитывая, ступил в бассейн, ожидая, что, как обычно, провалится в воду по колено... и вдруг его ноги запружинили по поверхности воды. Артем округлившимися от удивления глазами несколько минут смотрел себе под ноги, а остальные - квадратными глазами на Никанорова. Наконец Артемий осмелился сделать шаг. Он осторожно поднял ногу и снова поставил ее на воду. Нога запружинила, во все стороны полетели мелкие брызги.
  Все студенты, видевшие это, не смогли произнести ничего, кроме банального: "Ух ты-ыыы"!
  Вода надежно держала Артема, но червь сомнения не давал прийти к выводу: получилось! Он сделал еще несколько шагов по искрящейся блестящей поверхности, отчаянно напрягая мозговые извилины и пытаясь понять, как же такое возможно, а потом ошалело пробормотал:
  - Этого не может быть, просто не может, - и тут же по колено провалился в воду.
  - Неуверенность в собственных силах и неверие - от них все беды, - тихо заметила Нета Леви. - Учитесь верить в себя.
  В течение следующей недели на воду стали практически все студенты, за исключением Реца и Дэвида Рэ, а еще через пару недель они не просто ходили по воде, а даже пытались бегать.
  Санг по-прежнему оставалась непреклонной - с момента поджога прошло уже более трех недель, а запрет на проведение тренировок команды Мельяна оставался в силе, поскольку поджигатели так и не были найдены.
  В среду в полдвенадцатого ночи Владислав и Ида как обычно возвращались с вечерней тренировки. Влад спешил - ему нужно было еще выполнить домашнее задание по травоведению. Неумолимо приближался конец семестра, а вместе с ним - зачеты и экзамены, и Санг начинала лютовать, задавая с каждым разом все больше и больше. Влад обогнал слегка приотставшую Иду, которая остановилась, чтобы завязать шнурок на ботинке.
  Владислав не сразу понял, кто на него набросился - все произошло слишком быстро, да и лицо выскочившей из-за угла девушки было искажено до неузнаваемости. Лишь только когда напавшая сбила его на пол и принялась душить, Влад понял, что перед ним - Оливия Сеттор, превратившаяся в безумную, злобную фурию, в налившихся яростью глазах которой была видна лишь жажда крови.
  Ида оглушительно закричала и бросилась к борющимся на полу Владу и Оливии. Владислав чувствовал, что его противницу наполняет какая-то странная сила. Он поразился силе ее рук, намертво вцепившихся в его горло, как клешни; время шло, и Влад начинал уже задыхаться. Ида, пытаясь отодрать Оливию от Измайлова, продолжала истошно кричать.
  Почти теряя сознание, Владислав увидел, как по коридору к ним бегут трое, и через мгновение кто-то отодрал руки Сеттор от его горла. Держась правой рукой за горло, с трудом переводя дыхание и почти ничего не видя, Влад огляделся. Заплаканная Ида, дрожа, прижалась к одной из стен коридора, у противоположной стены Чернов и Яф с трудом удерживали вновь пытающуюся наброситься на Владислава Оливию. Нури, присев перед Сеттор на корточки, пристально вглядывался в лицо оглушительно вопящей, беснующейся девушки.
  - Да это же одержание, - тихо сказал он. - Одержание чистой воды.
  - Владислав, ты в порядке? - быстро спросил Чернов.
  - Кажется, да, - едва слышно ответил Влад.
  - Идите в медицинский корпус, - велел алхимик Владу и Иде. - Ее тоже нужно доставить туда, - кивнул он в сторону Оливии, и они вместе с Яфом потащили по-звериному воющую девушку по коридору.
  - Тебе повезло, - сказала Равия, закончив осматривать Влада. - Она вполне могла задушить тебя... Давайте я накапаю вам обоим успокаивающей настойки и идите спать.
  - Не надо настойки, я и так усну, - сказал Владислав, прислушиваясь к громким беспрестанным крикам, доносящимся из соседней комнаты.
  - Я тоже, - сказала Ида, отстраняя протянутую Равией ложку с темной жидкостью.
  - Как хотите, - проворчала знахарка, пряча темный флакон в висящий на стене небольшой шкафчик.
  - А что с Оливией? - тихо спросил Влад.
  - Одержание, - помолчав, хмуро ответила целительница. - Идите спать, - велела она. - Да, и попрошу - не особо болтайте о случившемся.
  Влад и Ида переглянулись, кивнули и быстро вышли за дверь.
  - Одержание - это опасно? - спросил Влад у кузины, когда они поднимались по лестнице.
  Гельде молча кивнула.
  - Вы понимаете весь ужас ситуации не хуже меня, - тихо сказала Равия Чернову, когда руки и ноги Оливии были надежно привязаны к кровати, а сама девушка наконец-то успокоилась и уснула - ей влили в рот лошадиную дозу снотворного. - Помочь ей может только Лал, а его уже пять дней как нет, - продолжала целительница. - Никто из учащихся не должен знать, что с Оливией, - добавила она. - Мы ее изолируем, поставим звукопоглощающий барьер. Думаю, нет смысла отправлять ее в клинику...
  - Шила в мешке не утаишь, - ответил алхимик. - Рано или поздно студенты, если они не полные дебилы, поймут, что происходит что-то странное.
  - Так вот оно в чем дело, - задумчиво сказала Санг, когда Чернов рассказал ей о случившемся. - Теперь понятно, кто нападал в коридоре на студентов, кто бил окна, кто устроил разгром в классе посреди ночи и, наконец, кто устроил поджог, - продолжала она. - Оливия боролась с одержателем, пока это было в ее силах, но сегодня вечером агрессия вышла наружу... Рано или поздно это должно было случиться. Ты сможешь приготовить микстуру Фельке? - спросила Санг Чернова. - Я бы сама ее приготовила, но у меня дел невпроворот.
  Алхимик кивнул.
  - Микстуру-то я смогу приготовить, - ответил он, - но нужно срочно искать Лала. Он один может помочь.
  На следующий день Санг сняла запрет на тренировки команды Мельяна.
  Владислав и Ида рассказали о своем ночном "приключении" только Алисе и Артему, однако, хотя истины не знал никто, внезапная болезнь Оливии стала обрастать самыми нелепыми слухами. Через три дня Влад, Ида, Артем и Алиса около полуночи возвращались из библиотеки.
  - Почему вы не в своих комнатах? - сердито спросила их неожиданно вынырнувшая из-за угла Вадь. - Вам уже давно пора находиться в кроватях. В Греале такие дела творятся...
  - Еще без пяти минут двенадцать, - ответил Влад.
  Эльфийка, похоже, хотела сказать что-то резкое, но сдержалась.
  - Лока Вадь, что с Оливией? - тихо спросил Владислав. - Только не лгите.
  - Оливия, похоже, занималась спиритуализмом, - после долгой паузы шепотом ответила эльфийка, оглядываясь по сторонам, - и заполучила одержателя. У нее пробита аура, виден энергетический "хвост". Скорее всего, она привлекла одержателя своими мыслями, чувствами... В этом случае эта сущность может войти в человека и обитать внутри него. А может, одержатель просто из злобы вселился в беззащитную девочку, желая свести ее в могилу...
  При этих словах Леи Влад и Артем обменялись красноречивыми взглядами.
  - Теперь одержатель потихоньку высасывает из нее жизненные силы, - продолжала девушка, - и если его не "снять" в самое ближайшее время, то Оливия умрет.
  - И что можно сделать? - спросил Артем.
  - В том-то и беда, что никто не может ничего сделать - тихо ответила Лея. - Целители бессильны. Мы - тоже. Не в наших силах "снять" одержателя и закрыть "окошко" в астрал.
  - А кто в силах это сделать? - напрямую спросил Влад.
  - Лока Лал или Великий Магистр... Есть еще несколько отшельников, которые могли бы помочь, но с ними очень трудно связаться. А лока Лал и Великий Магистр сейчас оба отсутствуют, - усталым голосом ответила эльфийка.
  - А где они? - спросил Артемий.
  - Лока Лал не обязан отчитываться перед кем-либо, куда и зачем он направляется, - раздражаясь, ответила девушка, - а Великий Магистр и подавно...
  - И совсем ничего нельзя сделать? - тихо спросила Алиса.
   Вадь покачала головой:
   - Мы делаем все, что можем, - ответила она. - Лока Чернов, лока Санг и Равия поочередно дежурят в медицинском корпусе в комнате Оливии, дают ей укрепляющие настои, поддерживают жизнь алхимическими снадобьями. Но мы можем только замедлить процесс. Необходимо дождаться возвращения лока Лала... А теперь идите спать, - резко сказала Вадь, - уже десять минут первого. В следующий раз, если я увижу кого-нибудь из вас на коридоре после двенадцати, вы будете наказаны. Ясно?
   Вадь быстрым шагом направилась в Северную башню, а четверо друзей вышли на лестничную площадку.
  Поднимаясь по лестнице, Влад сказал Артему:
   - Похоже, те осколки тарелки, которые мы с тобой убрали, остались после спиритического сеанса Оливии. Может быть, если бы мы не уничтожили все улики, преподы бы намного раньше догадались, в чем тут дело.
   - Не дурак сказал: "Благими намерениями вымощена дорога в ад", - со вздохом ответил Никаноров.
   Алиса и Ида обменялись быстрыми взглядами - Влад и Артем ничего им раньше об этом не рассказывали.
   - Ну, в самом деле - не кричать же вам было на всю крепость: тут кто-то спиритуализмом занимался! - сказала Ида. - Вы хотели, как лучше, - добавила она.
   - А получилось - как всегда, - хмуро ответил Артем.
   Друзья в молчании разошлись по своим комнатам. Артем сразу же засел штудировать травоведение, а Владислав полез в тумбочку за книгой "Энерговампиры: от древности до наших дней. Теории, домыслы, факты". Влад взял эту книгу в библиотеке уже неделю назад, но еще не раскрывал ее - времени не было. Сегодня он собрался почитать ее перед сном, чтобы отвлечься. Владислав забрался с ногами на кровать и наугад раскрыл книгу:
   "Энерговампиризм - крайне малоизученное в настоящее время явление, что приводит к возникновению различных фантастических слухов и домыслов, - прочитал он. - Немногочисленные достоверные факты таковы: энерговампирами не рождаются - ими становятся по собственной воле во время особой Черной мессы, которая проводится на ущербной Луне. Во время мессы желающий стать энерговампиром должен принести жертву - убить ребенка, которому в этот день исполнилось семь лет, и съесть его сердце, на которое налагаются особые темные заклятия. Энерговампиры бессмертны и неподвластны старению - они навсегда остаются в том самом возрасте, в котором ступили на стезю вампиризма, обладают колоссальной физической силой, имеют полный иммунитет ко всевозможным ядам, абсолютно неподвластны гипнозу и умеют совершенно бесшумно ступать по любой поверхности. Убить энерговампира можно только специально заговоренной серебряной стрелой с рубиновым наконечником, или при помощи суспензии на основе сока из лепестков белой розы, которая для них смертельна. Запах жасмина вводит энерговампиров в состояние сна. Вампиры "высасывают" энергию из своих жертв через три основные энергетические точки: на затылке, в районе солнечного сплетения и на лбу между бровями - в районе "третьего глаза". Кошки и собаки прекрасно чувствуют энерговампиров и боятся их..."
  Влад с отвращением захлопнул книгу и наклонился, чтобы положить ее в тумбочку. Вдруг его взгляд упал на небольшой флакон, стоявший на нижней полке. Это были "Слезы гор".
   - Артем, я на пять минут в медицинский корпус, - сказал он, хватая флакон и выскакивая в коридор.
   Осторожно постучав в дверь, Владислав вошел в комнату, где поместили Оливию. Ему сразу бросилось в глаза, что руки девочки были привязаны к изголовью кровати, а ноги - к изножью. Оливия дремала; она дышала тяжело и прерывисто, кожа лица была серой, щеки запали, растрескавшиеся губы спеклись.
   - Что тебе нужно? - спросила Влада бледная и расстроенная Санг, сидевшая у кровати больной. - Кто тебя сюда звал?
   - Мне говорили, что это - очень хорошее средство, - Владислав протянул Лите стеклянный флакон.
   У Санг загорелись глаза:
   - "Слезы гор"! - воскликнула она, выхватывая флакончик из руки Влада. - Да, это они! Это как раз то, что нужно... Мы обращались во все аптеки, в клинику имени Береты Тисс, но их нигде не было... Откуда они у тебя?
   - Мне дал их один человек.
   - Влад, какое количество настойки я могу использовать? - спросила Санг. - Ты должен знать, что это - редчайшая и очень дорогая вещь.
   - Берите столько, сколько нужно.
   - Спасибо. - Лита устало улыбнулась. - А теперь иди, - продолжала она, - я буду ее будить, а она очень буйно себя ведет, когда просыпается. Лучше тебе этого не видеть.
   Как только Влад вышел за дверь, Санг положила свою руку на плечо девушки и осторожно потрясла. Оливия проснулась не сразу, но как только она открыла глаза, взгляд ее налился смертельной ненавистью, и она сделала попытку впиться зубами в руку Литы, а затем разразилась потоком ругательств. Санг с трудом отвинтила тугую крышку, и в нос ей ударил сильный сладковатый запах. Она взяла чайную ложку настойки, и, с трудом разжав посиневшие губы девушки, влила содержимое ей в рот. Эффект стал очевиден уже через пять минут: из глаз Оливии исчезло выражение дикой ненависти, взгляд стал осмысленным: девушка пришла в себя.
   - Лока Санг, что со мной? - тихо спросила она.
   - Ты немного приболела, - отводя глаза, тихо ответила Лита.
   - Я ...я умру? - вдруг спросила Одивия.
   - Нет, конечно, - вздрогнув, ответила Санг.
   - Не лгите мне: я чувствую, что умираю, - едва слышно сказала девушка. - Она высасывает из меня силы.
   - Кто "она", Оливия?
   - Не знаю. Знаю только, что она сильная и злая... и жить мне осталось недолго.
   - Не говори ерунды, - быстро сказала Санг. - Все будет хорошо... Оливия, ты вызывала духов? - после паузы спросила она.
   Девушка кивнула.
   - Я не думала, что такое случится, - тихо прошептала Сеттор. - Я вызвала духа - это оказалась какая-то женщина. Она спросила, сколько мне лет, я ответила, что тринадцать, и тут же почувствовала сильный укол в сердце...
   - Одержательница пробила твою энергетическую защиту, - тихо сказала Оливии Санг, - вот почему ты почувствовала укол в сердце...
   - А зачем вы меня привязали? - спросила Сеттор.
   - Для того, чтобы ты не причинила вреда ни себе, ни другим, - ответила Лита.
   Санг встала и накапала в бокал с водой десять капель какой-то золотистой суспензии.
   - На вот, выпей, - сказала она, поднося бокал к губам девушки и приподнимая ей голову, чтобы Оливии было удобнее пить.
   Вскоре девушка уснула. Через час в комнату вошел Чернов, который должен был сменить Санг и дежурить у Сеттор в течение следующих четырех часов.
   - Смотри-ка, - радостно сказала Санг, показывая алхимику флакон.
   - Откуда у тебя "Слезы"? - спросил ее Чернов.
   - Это - настойка Измайлова.
   - "Слезы", конечно, помогут Оливии продержаться еще дней восемь-десять... - тихо сказал Чернов. - Но, в конце концов, она все равно умрет, если Лал не вернется к этому времени... где его носит, хотел бы я знать!
   - Ты же знаешь, что, как только стало ясно, что мы имеем дело с одержанием, Вадь сразу же написала пять писем Лалу, прося его как можно быстрее вернуться в Греаль, и отправила их с воронами, а три дня назад написала еще четыре, - сказала Санг. - Хотя бы одна из птиц должна долететь, что бы ни случилось. Вот только как долго птицы будут его искать...
  - Почему Вадь не использовала пространственные искры? - спросил Чернов. - Она что, не могла послать письма из Йета и воспользоваться для пересылки искрами? Это было бы намного быстрее.
  - Лея пыталась, но искры не сработали, - ответила Лита. - Видимо, Лал и Великий Магистр находятся на какой-то особо защищенной территории... Ладно, я пойду, - зевая, добавила Санг, - ужас как спать хочется.
  С этими словами она вышла из комнаты, тихо притворив за собой дверь.
   Через несколько часов, ближе к утру, когда эффект зелья уже прошел, в палату Оливии зашла Вадь. Сеттор не спала. Отвернувшись от Чернова, она что-то монотонно бормотала себе под нос. При виде эльфийки девушка страшно взвыла, на лбу набрякли вены, глаза выпучились. Она резким рывком разорвала веревку, привязывавшую ее правую руку к изголовью кровати, и потянулась скрюченными пальцами к Лее. Девушка не успела отреагировать - схватившись за подол туники, Оливия подтащила эльфийку к кровати:
   - Ты убила меня - я убью тебя, - проорала она.
   Чернов, подскочив к Сеттор, с трудом отодрал ее пальцы от туники Вадь и снова привязал руку к изголовью.
   - Вот оно что - Оливия заполучила дух Сарр, - тихо сказал алхимик.
   - Ты не смогла убить меня, - придя в себя, прошептала Лея, на всякий случай отступая в дальний угол комнаты, - и ее ты тоже убить не сможешь. Мы найдем на тебя управу.
   Сеттор взвыла по-звериному.
   - Не зли ее, - тихо сказал Чернов. - Так будет лучше для Оливии.
   Он накапал в бокал снотворного зелья и силой заставил девочку выпить. После этого Оливия уснула.
  - Ты зачем пришла? - спросил эльфийку Чернов.
  - Не спится, - Лея уселась с другой стороны кровати.
  Вскоре сменить Чернова пришла Равия.
  Вадь с Черновым молча вышли из комнаты и стали спускаться по лестнице к трапезной. Тут алхимик заметил, что эльфийка, то и дело морщась, потирает левое плечо.
  - Что с плечом? - спросил он. - Все еще беспокоит рана?
  Вадь кивнула:
  - Я уже несколько ночей не сплю от боли в плече, - тихо сказала она, - а все обезболивающие мази, которые предлагает мне Равия, помогают мало...
  Чернов, нахмурив лоб, задумался. Вадь не мешала ему думать - она знала, что алхимик очень силен в травах, силен настолько, что Санг - уж на что самолюбива и в зельях мастер - в спорных вопросах советовалась с ним на равных.
  - В наших клиниках, Лея, умеют лишь калечить, - тряхнув головой, холодным голосом ответил, наконец, Чернов. - Официальная медицина только этим и занимается: попадешься к ней в лапы - уже не вырвешься, - добавил он, с сочувствием глядя на девушку.
  Взгляд эльфийки мельком скользнул по длинному тонкому шраму на левом виске: "В плену у великанов натерпелся? - мелькнула мысль, - или это как-то связано с его ненавистью к официальной медицине"? Вадь знала, что Чернов провел полтора года в плену, а точнее, в рабстве у великанов, куда попал вместе с сотоварищем по экспедиции - они что-то искали в Туманных горах. Им многое пришлось пережить: почти год в цепях, тяжелейшая работа по восемнадцать-двадцать часов в сутки, золотодобыча и сбор кореньев... Там-то Чернов и поднаторел в травах: великаны - травники что надо, этого у них не отнять. После того, как надзор за пленниками немного ослаб - с них наконец-то сняли цепи (видимо, великаны решили, что несчастные смирились со своей судьбой) - те совершили дерзкий и рискованный побег, на который решиться еще надо было: если бы их поймали, то наверняка бы убили. Слухи об этом упорно ходили в учительской среде, и за два года работы в Греале Лея волей-неволей наслушалась их предостаточно. Сама Вадь всегда обрывала подобные разговоры, когда они заводились в ее присутствии: многие жалели Чернова, а жалость унизительна.
   - Пойдем в мой кабинет, - предложил алхимик. - Я дам тебе зелье - скажем так, "скорую помощь". Оно снимет боль, а чтобы устранить ее причину, нужна очень сложная настойка - она готовится два месяца, так что будешь пока спасаться тем, что есть.
   Когда они вошли в кабинет, Чернов снял с одной из верхних полок массивный флакон с золотистой настойкой и протянул его Лее.
   - Надеюсь, это тебе поможет, - сказал он.
  Вернувшись в свою комнату, эльфийка приложила к плечу пропитанную настойкой вату, закрепила ее повязкой, и сама не заметила, как уснула - тупая игла, беспрерывно мучившая ее вот уже несколько суток, исчезла, как будто ее вынули.
   Между тем Оливии становилось все хуже и хуже - через восемь дней и "Слезы гор" уже не помогали. Девушка была постоянно подконтрольна своей одержательнице: она кричала, пыталась освободить от веревок руки и ноги, плевалась, а силы таяли - стало ясно, что предстоящей ночи она не переживет.
   Равия и Чернов остались дежурить у Оливии. Лита, ничего не видя из-за застилавших глаза слез, в первом часу ночи шла в свою комнату и столкнулась на коридоре с Ведой Лайто. На мгновение отвернувшись, Санг смахнула с глаз слезы и набросилась на девочку:
   - Почему ты не в своей комнате?
   Веда стояла и улыбалась едва заметной застенчивой улыбкой:
   - У вас болит голова, вы расстроены, вот вы и злитесь, - тихо сказала она.
   Санг автоматически поднесла руки к вискам - голова действительно раскалывалась.
   - Как ты об этом узнала? - только и смогла спросить она.
   - Я просто это вижу, - ответила Веда. - А он уже здесь, - добавила она.
   - Кто - он?
   - Тот, кого вы так ждете. Ректор. Он только что вошел в двери.
   Санг недоверчиво смотрела на девочку.
   - Я вижу это, как картинки, - объяснила Веда.
   - Ты владеешь инсайтом?! - удивленно воскликнула Лита. - Это - очень редкий дар...
   - Я не знаю, как это называется...
   - Веда, мы поговорим об этом как-нибудь в другой раз, - сказала Санг, - а сейчас иди в свою комнату.
   Девушка кивнула и стала подниматься вверх по лестнице, а Лита помчалась, прыгая через три ступеньки, вниз, и почти тут же столкнулась с Лалом.
   - Как Оливия? - быстро спросил старый эльф.
  Он выглядел смертельно уставшим, темный дорожный плащ был с ног до головы заляпан грязью и пятнами крови.
   - Плохо, - ответила Санг. - Вы ранены? - встревожено спросила она, внимательно разглядывая плащ.
   - Немного задета рука, - ответил Лал. - А на плаще - кровь Призраков.
  Они почти побежали в медицинский корпус.
   - Выйдите все из комнаты, - тихо сказал Лал, переступая через порог. Равия и Ян, переглянувшись, в молчании вышли в коридор.
   Эльф подошел к кровати, на которой лежала Оливия, вытащил из висевших на поясе ножен небольшой кинжал, перерезал веревки, привязывавшие руки девочки к изголовью, а затем освободил ей ноги.
  - Уйди, Аймира, - тихо, но властно сказал Лал, глядя прямо в глаза Оливии. Девочка не могла оторвать своих глаз от повелительного взора старого эльфа. - Она - не твоя, и твоей никогда не будет, - продолжал он. - Тебе не удастся ее убить. Я тебе не позволю. Уходи.
  Эльф поднял руки над лежащей девушкой, и из его ладоней вниз полился мягкий ровный свет. Воздух в комнате стал густым, насыщенным, тяжелым, энергия, исходящая от Лала, становилась все более и более интенсивной, то тут, то там в воздухе на мгновение вспыхивали и тут же гасли крохотные разноцветные пульсирующие искры.
  Вдруг Оливия закричала. Равия, Ян и Лита, стоявшие в ожидании в коридоре, хоть и были людьми не робкого десятка, вздрогнули: это был не человеческий крик, а жуткий звериный вопль. А потом девушка упала с кровати, забилась в судорогах на полу у ног Лала и, наконец, затихла. Эльф поднял Сеттор на руки, уложил на кровать и влил ей в рот несколько капель снотворного. Затем он заботливо укрыл ее одеялом и вышел за дверь.
  - Все, Сарр ушла, - сказал Лал ожидающим. - Оливии нужен теперь сон и покой, - добавил он, обращаясь к Равии. - В течение следующих двух дней продолжайте давать ей "Слезы гор", я видел флакон на прикроватной тумбочке. Это просто замечательно, что они у вас оказались...
  - Это - зелье Измайлова, - сказала Санг. - Он сам мне его предложил. Если бы не оно, то, я думаю, Оливия бы до сегодняшнего дня не дожила.
  - Вот как... Что ж, я сам поблагодарю Влада за этот поступок, - сказал Лал.
  - Как она? - взволнованно спросила подошедшая Ютт, переводя взгляд с Лала на Равию.
  - Оливия в порядке, - ответил эльф. - Она будет жить.
  Валькирия облегченно вздохнула.
  - Вам не кажется, что Сеттор нужно примерно наказать за весь этот "кордебалет"? - спросил Чернов.
  - Вы в своем уме? - возмутилась Ютт. - Бедняжка едва не умерла.
  - Именно поэтому ее и нужно примерно наказать, - ответил Чернов, - чтобы ни ей, ни другим неповадно было на первом курсе в спиритуализм соваться.
  - Пожалуй, я согласен с тобой, Ян, - сказал Лал. - Я сам накажу Оливию. По-своему... Ну, надеюсь, что на этом лимит неприятностей на этот год у нас исчерпан, - устало улыбнувшись, добавил ректор. - Саита, Ян, Лита, я жду вас через десять минут в своем кабинете, - с этими словами Лал повернулся и направился к лестнице.
  Когда Ютт, Чернов и Санг вошли в кабинет ректора, там, кроме Лала, уже находились Диро, Яф, Нури, Вадь и Руни, которых пригласил сюда один из двух элементалей, выполняющих при ректоре функции секретаря.
  - Вы, наверное, за эти дни не раз в душе задавали себе вопрос, куда же я отправился, бросив крепость, - сказал ректор, окидывая внимательным взглядом присутствующих. - Что ж, сейчас вы вправе узнать ответ. Мы с Великим Магистром искали тайную пещеру Марготта. В распоряжение Магистра не так давно чудом попала карта погибшей экспедиции, - продолжал он, - той самой, которую возглавлял Асат Реми. Как вы помните, шесть лет назад они тоже пытались найти тайное убежище Марготта, но, не достигнув Туманных гор, все были перебиты Призраками...
  - И вы отправились в экспедицию вдвоем? - удивленно спросил Самир. - Великий Магистр не взял с собой даже своих телохранителей?
  - Зачем без нужды рисковать большим количеством людей, - ответил Лал. - В экспедиции Реми было двенадцать человек, и все они погибли... Мы не нашли пещеру Марготта, - продолжал он, - хотя облазили Туманные горы вдоль и поперек. Пару раз мы натыкались на довольно большие группы Призраков, но отбились, один раз чудом спаслись от вайдеров...
   При этих словах Лала Ютт, Вадь и Санг вздрогнули. Вайдеры были порождением черной магии, жуткими уродливыми карликами, не ведающими жалости слугами Марготта.
   - Легенды упорно связывают местонахождение убежища Марготта с Туманными горами, - задумчиво продолжал Лал, - но я уже ума не приложу, где его искать.
   - Самое главное - вы оба вернулись оттуда живыми, - тихо сказала Ютт.
   На следующий день Лал лично поблагодарил Владислава за то, что он предоставил в распоряжение Равии, Санг и Чернова "Слезы гор", а еще через пять дней, когда Оливия полностью пришла в себя, Владу вернули настойку - ее осталось всего-то треть флакона.
   После выздоровления Оливии Лал подарил ей старинную книгу из своей личной библиотеки - "Одержание и одержатели", и велел тщательно ее изучить, предупредив, что он сам проверит, насколько внимательно она читала данный трактат. Это и было ее наказание.
   Через неделю Лал вызвал Сеттор к себе в кабинет:
   - Ну, прочитала книгу? - спросил он девочку.
   - Прочитала.
   - И как впечатления?
   - Ужасно! - вырвалось у Оливии. - Лока Лал, поверьте, я больше никогда-никогда...
   - Вот и хорошо. Я тебя еще кое о чем хочу спросить. Это ты била стекла?
   - Я, - тихо ответила Оливия. - Поймите, я не могла контролировать себя...
   - Оливия, я тебя ни в чем не обвиняю, мне просто нужно понять... Скажи, это ты устроила погром в классной комнате?
   - Я, - еще тише ответила девушка, отводя взгляд.
   - Ты устроила поджог во дворе крепости после матча по ларбошу?
   - Нет! - закричала Оливия. - Поверьте мне - это не я! Это не я! Я не поджигала деревья! Это не я!
   В комнате повисла длинная пауза. Лал в глубокой задумчивости барабанил пальцами обеих рук по подлокотникам кресла.
   - Ты совершала нападения на учащихся? - наконец спросил он.
   - Только на Владислава Измайлова, - тихо ответила Оливия, глядя в пол. - На Бьянку, Эстелу и Айю я не нападала! Я говорю правду.
   В кабинете снова повисла глубокая тишина. Наконец ректор сказал:
   - Хорошо, Оливия, иди, ты свободна. И помни, что ты мне обещала не лезть в спиритуализм до конца учебного года.
   Когда Сеттор вышла из кабинета, Лал долго сидел в глубокой задумчивости: либо девочка из страха лжет о том, что оставшиеся нападения совершала не она, либо... Об этом втором "либо" думать совершенно не хотелось.
   В конце недели Веро вспомнил о наказаниях: Иде и Артему были назначены отработки на все выходные. Артем два дня перебирал и расставлял по полкам залежи старых книг, а Ида подклеивала оторванные страницы. Занимаясь монотонной работой, Гельде полностью ушла в свои мысли, то и дело возвращаясь к Джур-Джар.
  Веро, сидя за учительским столом, вяло перелистывал какую-то книгу в темном кожаном переплете и изредка исподлобья поглядывал на девушку. Он велел Иде и Артему прийти на отработку сразу после завтрака, а отпустил их и в субботу, и в воскресенье только к обеду, но, несмотря на это, Артем сказал, что ожидание наказания хуже самого наказания, и теперь, по крайней мере, над ними ничего не висит.
  
  
  Полный текст книги можно купить здесь: http://iknigi.net/avtor-nataliya-mateychik/106104-derzkie-dni-nataliya-mateychik.html
Оценка: 9.47*4  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  А.Респов "Эскул. Небытие" (ЛитРПГ) | | В.Мельникова "Жених для васконки" (Любовное фэнтези) | | A.Maore "Жрица бога наслаждений" (Любовное фэнтези) | | В.Мельникова "Избранная Иштар" (Любовное фэнтези) | | А.Енодина "Не ради любви" (Попаданцы в другие миры) | | Б.Толорайя "Найти королеву" (ЛитРПГ) | | Л.Петровичева "Попаданка для ректора или Звездная невеста" (Любовная фантастика) | | Н.Любимка "Рисующая ночь" (Приключенческое фэнтези) | | LitaWolf "Проданная невеста" (Любовное фэнтези) | | А.Атаманов "Ярость Стихии" (ЛитРПГ) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Атрион. Влюблен и опасен" Е.Шепельский "Пропаданец" Е.Сафонова "Риджийский гамбит. Интегрировать свет" В.Карелова "Академия Истины" С.Бакшеев "Композитор" А.Медведева "Как не везет попаданкам!" Н.Сапункова "Невеста без места" И.Котова "Королевская кровь. Медвежье солнце"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"