Майер Стефани: другие произведения.

Глава 2. Раскрытая книга

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
 Ваша оценка:

  РАСКРЫТАЯ КНИГА
  
  
   Следующий день был лучше. И вместе с тем хуже.
   Лучше уже оттого, что не шёл дождь, хотя небо было плотно затянуто хмурыми облаками. На душе у меня стало спокойнее, так как теперь я знала, чего ожидать от нового дня. Майк подсел ко мне на английском, а потом под сердитыми взглядами Эрика-'шахматиста' отправился провожать меня на следующий урок; всё это было приятно. Сегодня на меня уже обращали гораздо меньше внимания. В обеденный перерыв я сидела за столом в большой компании ребят, среди которых были Майк, Эрик, Джессика и ещё несколько человек, чьи имена и лица я наконец-то запомнила. Я больше не чувствовала себя беспомощной утопающей - я всплыла со дна и уверено барахталась на поверхности.
   Хуже было оттого, что я очень устала: ночью мне опять не давал покоя шум ветра, разносившийся по всему дому. Хуже было оттого, что мистер Варнер вызвал меня на тригонометрии, хотя я не тянула руку и не знала правильного ответа. Кроме того, мне пришлось играть в волейбол, мяч полетел прямо на меня, и как-то само собой получилось, что он угодил в голову одному из игроков нашей команды.
   А ещё в этот день в школу не пришёл Эдвард Каллен.
   Всё утро я трепетала в ожидании обеда, страшась натолкнуться снова на его дикий взор. С одной стороны, мне хотелось подойти и потребовать объяснений. Лёжа в кровати без сна, я даже придумывала, что и какими словами ему скажу. Нет, я прекрасно себя знаю. Мне такое не по зубам. Это же всё равно, как если бы Трусливый лев вдруг возомнил себя терминатором.
   Когда мы с Джессикой входили в столовую, я тщетно пыталась совладать с собой и не смотреть в сторону Калленов. Но всё-таки заметила, что четверо его так называемых "родственников" сидят вместе за тем же столом, а Эдварда с ними нет.
   Затем на нашем пути возник Майк и потащил нас за свой стол. Джессика вся светилась от удовольствия. Вскоре её друзья тоже подсели к нам. Они беспечно о чём-то болтали, я же была как на иголках. Каллен мог войти в любую минуту. Я надеялась, что когда он придёт, то просто не обратит на меня внимания и таким образом мои сомнения развеются.
   Время шло, а он всё не появлялся. Моё напряжение росло.
   На обед Каллен так и не пришёл, поэтому перед биологией я немного осмелела. По дороге в класс Майк не отставал от меня ни на шаг, убедительно демонстрируя повадки ретривера-поводыря. В дверях я затаила дыхание, но Эдварда Каллена не было и тут. У меня словно камень с души свалился; я вздохнула и отправилась на своё место. Майк следовал за мной по пятам, рассказывая про грядущую поездку на пляж. Пока не прозвенел звонок на урок, он крутился возле моей парты, а потом, грустно улыбаясь, отправился на своё место - рядом с девочкой с брекетами и неудачной химической завивкой. Всё идёт к тому, что придётся придумывать, как быть с Майком. И это будет непросто. В маленьком городке, где все друг у друга на виду, просто необходимо быть дипломатом. Я же не отличалась тактичностью в подобных делах: мне ещё не приходилось отшивать надоедливых ухажёров.
   'Хорошо, что его нет. Парта только моя', - повторяла я про себя. И всё же мне не давало покоя подозрение, что это из-за меня Эдвард не пришёл в тот день. Было бы слишком самонадеянно, даже нелепо считать, что я могла оказать на кого-то столь сильное влияние. Это просто невозможно. Однако я никак не могла отделаться от чувства, что всё было именно так.
   Второй день в школе завершился очередным волейбольным конфузом. После физкультуры я быстро переоделась в джинсы и тёмно-голубой свитер и поспешила покинуть женскую раздевалку, радуясь, что мой приятель-ретривер на какое-то время будет сбит со следа. Я торопливо вышла к стоянке, с которой уже вовсю разъезжались ученики. Забравшись в пикап, я проверила сумку, чтобы убедиться, что не забыла взять всё необходимое.
   Прошлым вечером выяснилось, что всё, что умеет готовить Чарли - это яичница с беконом. Поэтому я выдвинула свою кандидатуру на роль заведующего кухонными делами на весь период моего пребывания в Форксе. Чарли охотно передал мне эти полномочия. К тому же в его доме я вообще не обнаружила съестного. Поэтому, прихватив с собой список покупок и деньги из банки с надписью 'На еду', стоявшей в буфете, я решила отправиться в 'Трифтвей' (прим. переводчика - the Thriftway - сеть продовольственных магазинов, расположенная в штате Вашингтон).
   Я вдавила педаль газа в пол, и мотор оглушительно взревел. Не обращая внимания на повернувшиеся в мою сторону головы, я аккуратно сдала задним ходом и заняла место среди машин, ждущих своей очереди, чтобы выехать со стоянки. Пока я ждала, делая вид, что громыхает вовсе не моя машина, я заметила, как Каллены и близнецы Хейлы садятся в сияющий 'Вольво'. Ну, конечно. Раньше я замечала, как они одеты - так как была не в силах отвести взгляда от их лиц. Теперь же разглядела: одежда на них была по-настоящему элегантна - простая на первый взгляд, но в то же время можно было догадаться, что вещи дизайнерские. С такой внешностью, с их манерой держаться, они бы и в тряпье выглядели отлично. Деньги, красота - не слишком ли много всего и сразу? Хотя в жизни часто именно так и бывает. Правда, вряд ли это принесло им расположение местных жителей.
   Нет, я чувствовала - причина в другом. Пожалуй, они сами стремились к уединению, - ведь перед подобной красотой должны были распахиваться все двери.
   Пока я проезжала мимо, Каллены, как и все остальные, провожали глазами мой грохочущий пикап. Я старалась не смотреть по сторонам, и вздохнула свободно только когда школьная территория осталась позади.
   'Трифтвей' находился недалеко от школы, в двух улицах к югу, в стороне от шоссе. Оказавшись внутри супермаркета, я испытала приятное чувство - здесь всё было обыкновенным. Дома, в Финиксе, я занималась закупкой продуктов, поэтому сейчас с радостью окунулась в привычное занятие. Магазин оказался изнутри довольно большим: барабанивший по крыше дождь было не слышно, поэтому я даже не вспоминала, где на самом деле нахожусь.
   Вернувшись домой, я разобрала сумки и распихала продукты всюду, где только оставалось свободное место. Наверняка, Чарли не стал бы возражать. Завернув в фольгу несколько картофелин, я засунула их запекаться в духовку; замариновала мясо и поставила в холодильник, водрузив его на упаковку с яйцами.
   Покончив с готовкой, я отправилась наверх, прихватив сумку с учебниками. Перед тем, как приступить к домашнему заданию, я переоделась в сухой тренировочный костюм, собрала влажные волосы в хвост и впервые со дня приезда открыла электронную почту. Мне пришло три сообщения.
  "Белла", - писала мама...
  
  Как доберёшься, сразу напиши мне. Как прошёл полёт? Идёт ли дождь? Я уже соскучилась. Я почти собрала вещи для Флориды, но никак не могу найти розовую блузку. Ты не знаешь, куда я её засунула? Фил передаёт привет. Мама.
  
   Я вздохнула и принялась за второе письмо, которое было отправлено через восемь часов после первого:
  
  Белла,
  Почему ты до сих пор мне не написала? Чего ты ждёшь? Мама.
  
   Последнее пришло сегодня утром:
  
  Изабелла,
  Если сегодня до 17.30 я не получу от тебя вестей, я звоню Чарли!
  
  
   Я сверилась с часами. Ещё целый час в запасе, но зная маму, лучше поторопиться.
  
  Мама,
  Не надо паники! Я уже пишу тебе. Не стоит совершать опрометчивых поступков.
  Белла.
  
   Отправив это сообщение, я тут же принялась за новое.
  
  Мама,
  Всё отлично! Конечно же, идёт дождь. Просто я ждала, чтобы случилось хоть что-то, о чём можно написать. Школа неплохая, но программа немного отстаёт. Я познакомилась с отличными ребятами, и мы теперь вместе обедаем.
  Твоя блузка в химчистке. Надо было забрать её в пятницу.
  Чарли купил мне пикап, представляешь? Он мне нравится. Он старый, но очень крепкий. А это для меня, сама знаешь, немаловажно.
  Я тоже скучаю. Скоро напишу снова. Но предупреждаю - проверять почту каждые пять минут я не буду. Расслабься, успокойся. Люблю тебя.
  Белла.
  
   Чтобы скоротать время, я решила перечитать "Грозовой перевал" - мы как раз проходили его по литературе. Я совсем потеряла счёт времени и очнулась, только когда вернулся Чарли. Заслышав его шаги, я вскочила и понеслась вниз - вытаскивать картошку из духовки и жарить мясо.
  - Белла, это ты? - громко спросил Чарли, когда я спускалась по лестнице.
   'Кто же ещё', - подумала я.
  - Привет, пап. Добро пожаловать домой!
  - Спасибо.
   Пока я суетилась на кухне, Чарли повесил ремень с кобурой на крючок и разулся. Насколько я знала, ему ни разу не приходилось применять оружие на работе, но он всегда держал его наготове. Раньше, когда я была маленькой, Чарли всегда разряжал пистолет, как только переступал порог дома. Видимо, теперь он полагал, что, с одной стороны, я уже достаточно взрослая для того, чтобы ненароком выстрелить в себя, а с другой - что я не в том состоянии, чтобы совершить самоубийство.
  - Что на ужин? - с опаской спросил он.
   Мама подходила к процессу приготовления пищи крайне творчески, и её изобретения порой оказывались просто несъедобными. Поразительно, он и этого не забыл.
  - Бифштекс с картошкой, - ответила я, и, кажется, у него отлегло от сердца.
   Ему было неловко стоять на кухне без дела, поэтому он, неуклюже ступая, отправился в гостиную смотреть телевизор в ожидании ужина. Таким образом мы могли не стеснять друг друга. Пока жарились бифштексы, я приготовила салат и накрыла на стол. Когда ужин был готов, я позвала Чарли. Войдя на кухню, он одобрительно втянул носом воздух.
  - Пахнет вкусно.
  - Спасибо.
   В течение нескольких минут мы ели в молчании, не испытывая по этому поводу никакого смущения. Тишина совсем нас не тяготила. В некотором смысле мы прекрасно уживались друг с другом.
  - Итак, как тебе новая школа? С кем-нибудь подружилась? - спросил он, накладывая себе добавку.
  - Ну, на некоторых уроках я сижу с девочкой по имени Джессика. Обедаем мы за одним столом с её приятелями. Ещё есть один парень, Майк. Он всегда готов помочь. Все довольно милые.
   За одним поразительным исключением.
  - Это, должно быть, Майк Ньютон. Хороший парень. Его отец держит магазин спортивных товаров, прямо на выезде из города. Он неплохо зарабатывает на всех этих любителях походов, путешествующих по нашим местам.
  - Ты знаешь Калленов? - решилась я, наконец, задать вопрос.
  - Семью доктора Каллена? Конечно. Доктор Каллен - прекрасный человек.
  - Его дети...они очень сильно от всех отличаются. Кажется, в школе их не очень-то любят.
  Чарли вдруг рассердился.
  - Ну, что за люди! - загрохотал он. - Доктор Каллен - блестящий хирург. Он легко мог бы заполучить должность в любой клинике мира и зарплату в десять раз больше, чем он получает тут, - он повысил голос, - Нам просто повезло, что он живёт и работает здесь, что его жене захотелось жить в маленьком городке. Он - достояние общества; а что касается его детей, они хорошо воспитаны, порядочны. Когда Каллены только-только переехали сюда со всеми этими усыновлёнными подростками, у меня были кое-какие сомнения на их счёт. Я думал, трудностей будет не избежать. Но они - взрослые, разумные люди. Никогда не приносили никаких неприятностей. Чего не могу сказать о детях из некоторых семей, из поколения в поколение живущих в этом городе. Каллены держатся вместе, как и полагается настоящей семье. Каждые выходные уезжают за город... Они нездешние, потому люди и болтают всякую чушь.
   Это была самая длинная речь, какую я когда-либо слышала в исполнении Чарли. Видимо, людские пересуды сильно задевают его за живое.
  - Мне они показались довольно приятными людьми, - пошла я на попятную, - Просто я обратила внимание, что они держатся особняком, - и вежливо добавила, - И они очень хороши собой.
  - Видела бы ты доктора! - с улыбкой сказал Чарли. - К счастью, у него крепкий брак. В нашей больнице у медсестёр всё из рук валится в его присутствии.
   Покончив с ужином, мы снова замолчали. Чарли вытер со стола, а я принялась за мытьё посуды. Затем он вернулся к телевизору, а я, домыв вручную посуду (посудомоечной машины у Чарли не было), нехотя поплелась наверх, делать домашнюю работу по математике. Такие вечера уже начали входить у нас в традицию.
   Наконец-то выдалась тихая ночь. Обессилевшая, я быстро уснула.
  
   До конца недели не произошло ничего интересного. Я освоилась с новым расписанием уроков. К пятнице начала узнавать если не по именам, то хотя бы в лицо, почти всех в этой школе. В спортзале ребята из моей команды сообразили, что не стоит давать мне пас, а также приловчились быстро загораживать меня, если кто-либо из команды противника пытался воспользоваться моей слабостью. Я и не думала им в этом препятствовать.
   Эдвард Каллен в школе так и не появился. Каждый день я тревожно наблюдала, как Каллены входят в столовую. Убедившись, что его среди них нет, я успокаивалась и присоединялась к общей беседе за столом. В основном, обсуждалась поездка к океану, в Ла-Пуш, которую организовывал Майк. Меня тоже пригласили, и пришлось согласиться - скорее из вежливости, потому что особого желания ехать не было. В моём понимании пляжи должны быть жаркими и сухими.
   К пятнице я уже совершенно спокойно входила в класс биологии, более не опасаясь увидеть там Эдварда. Кто его знает, может он вообще бросил школу. Я старалась о нём не думать. Глупость, конечно, но меня всё ещё терзали смутные сомнения, что именно я - причина его затянувшегося отсутствия.
   Мои первые выходные в Форксе также прошли без приключений. Чарли, не привыкший сидеть в пустующем доме, почти все выходные провёл на работе. Я прибралась, быстро управилась с уроками и написала маме, постаравшись придать письму как можно больше жизнерадостности. В субботу я честно съездила в библиотеку, но даже записываться не стала: выбор был крайне невелик. Надо выбрать день и съездить в Олимпию или Сиэтл, чтобы найти хороший книжный магазин. Я вдруг представила, сколько бензина съест мой пикап по пути туда, и содрогнулась от этой мысли.
   Все выходные шёл мелкий дождь. Наконец-то он не стучал по крыше, и я смогла нормально выспаться.
   В понедельник утром на стоянке многие здоровались со мной. Я не всех знала по именам, но каждому махала в ответ и улыбалась. Утро выдалось холодным, зато без дождя. На английском Майк, как всегда, сел со мной. Мы писали тест по "Грозовому перевалу"; он оказался совсем несложным.
   Я и не думала, что так быстро здесь освоюсь. В целом, вопреки моим ожиданиям, я чувствовала себя совсем неплохо.
   Когда мы вышли на улицу, в воздухе кружились крошечные белые хлопья. До меня доносились возбуждённые голоса - все что-то кричали друг другу. Щёки и нос щипал студёный ветер.
  - Ух, ты! - обрадовался Майк. - Снег пошёл.
   Я наблюдала за маленькими ватными пушинками: какие-то собирались в комочки вдоль тротуара, другие хаотично носились перед моим лицом.
   - Кхм.
   Снег. Конец моему хорошему дню.
  - Ты не любишь снег? - удивился Майк.
  - Нет. Ведь даже дождь не может пойти - настолько холодно.
   Это же очевидно.
  - Кроме того, я всегда думала, что снег - это снежинки; знаешь, каждая снежинка неповторима, и всё в таком духе. А это выглядит так, будто кто-то распотрошил ватные палочки.
  - Ты что, никогда не видела, как идёт снег? - недоверчиво спросил он.
  - Видела, конечно, - я сделала паузу. - По телевизору.
   Майк рассмеялся. И тут же большой комок мокрого липкого снега попал ему по затылку. Мы обернулись, чтобы посмотреть, откуда прилетел снежок. Я подумала на Эрика: повернувшись к нам спиной, он направлялся вовсе не в ту сторону, где у него должен был быть следующий урок. По всей видимости, у Майка возникло точно такое же подозрение. Он наклонился и начал сгребать в кучу белую жижу.
  - Увидимся на обеде, хорошо? - проговорила я на ходу. - Когда начинают швыряются мокрой гадостью, я отсиживаюсь в помещении.
   Он лишь кивнул, не сводя глаз от удаляющейся фигуры Эрика.
   Всё утро только и разговоров было, что о снеге. Видимо, это был первый снегопад в этом году. Я помалкивала. Безусловно, снег не такой мокрый, как дождь. Но только до тех пор, пока он не начинает таять в ваших ботинках.
   После испанского, когда мы с Джессикой направлялись в столовую, я опасливо оглядывалась по сторонам. Мокрые снежки так и свистели в воздухе. В руках я держала папку, и была готова прикрыться ею в случае чего. Джессика считала, что мне весело, как и всем остальным, но что-то в выражении моего лица всё же удержало её от того, чтобы бросить в меня снежком.
   Майк догнал нас у входа в столовую. Он смеялся; льдинки таяли в его торчащих ёжиком волосах. Пока мы стояли в очереди за едой, они с Джессикой оживлённо обсуждали снежную битву. По привычке я бросила взгляд на столик в углу, и застыла на месте. За столом сидели пятеро.
   Джессика потянула меня за руку.
  - Белла, очнись! Что ты будешь?
   Я опустила глаза; уши горели. 'Тебе нечего стесняться, - сказала я сама себе, - Ты ничего плохого не сделала'.
  - Что случилось с Беллой? - спросил Майк у Джессики.
  - Ничего, - сказала я, вставая в конец очереди, - Я, пожалуй, возьму только газировку.
  - Ты совсем не хочешь есть? - спросила Джессика.
  - Да просто не очень хорошо себя чувствую, - сказала я, всё так же не поднимая глаз.
   Я дождалась, пока они возьмут себе еду, и затем, глядя под ноги, пошла вслед за ними к столу.
   Медленно, маленькими глотками я пила свою газировку; в животе происходила революция. Майк зачем-то дважды спросил, как я себя чувствую. Я отвечала, что всё в порядке. Но про себя подумала, а не разыграть ли мне и вправду недомогание, чтобы в течение следующего часа можно было скрываться в кабинете медсестры.
   Вздор. Мне незачем скрываться.
   Взгляну-ка я разок на семейный столик Калленов. Если увижу, что он сверлит меня взглядом - не пойду на биологию. И пусть я буду последней трусихой.
   Не поднимая головы, я бросила на них взгляд сквозь ресницы. Никто из них даже не смотрел в нашу сторону. Я подняла голову чуть выше. Они смеялись. Волосы парней намокли от снега, и Эммет тряс мокрой головой прямо над Элис и Розали, которые пытались уклониться. Каллены радовались снегу, как и все остальные здесь. Правда, выглядела эта сцена как в кино.
   Но помимо смеха и игривого настроения, изменилось что-то ещё, и я никак не могла понять, что же. Я внимательно рассматривала Эдварда. Его кожа выглядела менее бледной - наверное, разрумянился во время снежной битвы; круги под глазами почти незаметны. И всё-таки было ещё что-то. Пристально вглядываясь, я пыталась понять, что именно.
  - Белла, на что ты так уставилась? - до меня донёсся голос Джессики; она смотрела в ту же сторону, что и я.
   Именно в это мгновение, наши глаза встретились. Я поспешила опустить голову, чтобы волосы скрыли моё лицо. Но я точно была уверена, что в его взгляде не было неприязни или враждебности, как в прошлый раз. Только заинтересованность и словно некая неудовлетворённость.
  - Эдвард Каллен пялится на тебя, - хихикнула Джессика прямо у меня над ухом.
  - Он вроде не выглядит раздражённым? - не удержалась я.
  - Нет, - озадачено ответила она, - А должен?
  - Мне кажется, я ему не нравлюсь, - призналась я.
   К горлу подкатила тошнота. Я положила голову на руки.
  - Калленам никто не нравится. Они же никого вокруг не замечают, вот им и не может никто понравиться. Но он всё ещё глядит.
  - Прекрати смотреть на него, - прошипела я.
   Она прыснула, но глаза отвела. Я приподняла голову, чтобы убедиться, что она послушалась меня, с твёрдым намерением применить силу, если понадобится. И тут вмешался Майк: он собирался устроить после школы грандиозное снежное побоище на стоянке и хотел, чтобы мы присоединились к нему. Джессика с готовностью согласилась. Её красноречивые взгляды в сторону Майка не оставляли сомнений в том, что она поддержит любые его начинания. Я хранила молчание. Придётся отсиживаться в спортзале, пока стоянка не опустеет.
   Оставшееся до конца обеденного перерыва время я внимательно разглядывала стол перед собой. Я выполню условия сделки, которую заключила сама с собой: он не выглядел раздражённым, а значит, я иду на биологию. При мысли о том, что придётся сидеть рядом с ним снова, в моём животе что-то испуганно подпрыгнуло.
   Идти в класс вместе с Майком совсем не хотелось - он был слишком популярной мишенью для метателей снежков. Но когда мы подошли к выходу, все вокруг хором застонали от огорчения. Дождь смывал остатки снега, последние льдинки уносило ручьями, стекающими вдоль бордюров. Тихо радуясь про себя, я надела капюшон. Теперь ничто не помешает мне отправиться домой сразу после физкультуры. Зато по дороге к четвёртому корпусу мне пришлось выслушивать сокрушения Майка.
   Войдя в класс, я вздохнула с облегчением - за моей партой пока никого не было. Мистер Бэннер ходил по классу, расставляя на столах микроскопы и коробки с предметными стёклами. Прошло несколько минут после звонка, прежде чем началось занятие; в классе не стихал гомон. В задумчивости я чертила ручкой на обложке своего блокнота, как вдруг отчётливо услышала рядом с собой звук отодвигаемого стула. Я сосредоточилась на выводимом мною рисунке.
  - Привет, - услышала я тихий мелодичный голос.
   Совершенно ошеломлённая тем, что он говорит со мной, я подняла глаза. Он сидел настолько далеко от меня, насколько это вообще было возможно, но стул был повёрнут в мою сторону. С растрёпанных волос стекали капельки воды, и всё же он выглядел так, словно только что закончил сниматься в рекламе геля для волос. Ослепительной красоты лицо выражало дружелюбие и открытость, на идеально очерченных губах блуждала улыбка, но в глазах читалась насторожённость.
  - Меня зовут Эдвард Каллен, - снова заговорил он. - Я не имел возможности представиться на прошлой неделе. А ты Белла Свон?
   Я отказывалась что-либо понимать. То есть мне всё привиделось? Сейчас передо мной - образец благовоспитанности. Надо было что-то ответить - он ждал. Что говорят в таких случаях?
  - Откуда тебе известно моё имя? - запинаясь, спросила я.
   Он рассмеялся завораживающим тихим смехом:
  - Ну, я думаю, здесь всем известно, как тебя зовут. Твоего прибытия весь город ждал.
   Я поморщилась. Примерно так оно и было.
  - Нет, - зачем-то упорствовала я. - Я имею в виду, почему ты назвал меня Беллой?
   Вопрос привёл его в замешательство.
  - Ты предпочитаешь, чтобы тебя называли Изабеллой?
  - Нет, мне нравится имя Белла. Просто дело в том, что Чарли... мой отец за спиной называет меня Изабеллой. И поэтому все здесь знают меня только как Изабеллу, - пыталась объяснить я, но, кажется, получилось глупо.
  - О, - проронил он.
   Дурацкое положение. Я отвернулась. К счастью, в эту минуту мистер Бэннер начал урок. Я пыталась вникнуть в его объяснения по поводу сегодняшней лабораторной работы. Предметные стёкла в коробках были разложены не по порядку. Работая в парах, мы должны были определить, какую фазу деления клеток корневого чехлика лука мы видим на том или ином предметном стекле, и отметить их соответственно. Учебником пользоваться было нельзя. Через двадцать минут мистер Бэннер собирался проверить, кто как справился с заданием.
  - Начали! - скомандовал мистер Бэннер.
  - Прошу, напарник, - сказал Эдвард.
   Мой взгляд упал на красиво изогнувшиеся в улыбке губы, и я так и застыла, таращась на него как дурочка.
  - Могу начать я, если хочешь.
  Улыбка исчезла с его лица. Наверняка задавался вопросом, всё ли в порядке у меня с головой.
  - Нет, - произнесла я, краснея, - Я начну.
   На самом деле я немного лукавила. Я уже делала эту лабораторную и знала ответы, а значит, справлюсь легко. Я вставила предметное стекло в микроскоп и быстро настроила объектив. Потратив совсем немного времени на изучение стекла, я уверенно выдала результат:
  - Профаза.
  - Не возражаешь, если я взгляну? - спросил он, задерживая своей рукой мою в тот момент, когда я собиралась вытащить стекло.
   Его пальцы оказались ледяными, будто он всю перемену продержал их в сугробе. Но не потому я резко отдёрнула руку. Едва он прикоснулся ко мне, между нами пробежал электрический разряд.
  - Прости, - тихо сказал он, быстро убрав руку, при этом всё же завладевая микроскопом.
   Я наблюдала за ним в полной растерянности. На то, чтобы изучить стекло ему понадобилось даже меньше времени, чем мне.
  - Профаза, - согласился он, аккуратно вписывая ответ в первую свободную графу нашего листа. Он быстро сменил стекло и мельком взглянул на него.
  - Анафаза, - продиктовал он сам себе.
  Я постаралась придать своему голосу побольше безразличия:
  - Можно мне?
   Усмехнувшись, он подвинул ко мне микроскоп. Предвкушая, как я сейчас обнаружу его ошибку, я прильнула к окуляру. Но меня ожидало разочарование. Чёрт, он был прав!
   - Стекло номер три, - попросила я, протягивая руку и не поднимая головы от микроскопа.
   Он передал мне стекло; мне показалось, что он пытается избежать соприкосновения с моей кожей. Я постаралась как можно быстрее оторваться от микроскопа.
  - Интерфаза.
   Он не успел попросить, а я уже подвинула к нему микроскоп. Быстро взглянув, он сразу же записал результат. Пока он смотрел в микроскоп, я могла бы и сама записать данные, но глядя на его превосходный ровный почерк, не стала этого делать. Не хотелось портить страницу своими каракулями.
   Мы закончили раньше всех. Я наблюдала, как Майк и его сосед в который раз сравнивали два предметных стекла, а одна пара подглядывала под партой в учебник.
   Делать было нечего, и я все силы бросила на то, чтобы не смотреть в сторону Эдварда. Напрасно. Подняв глаза, я встретилась с пристальным взглядом, в котором отражалось всё то же непонятное разочарование. Внезапно до меня дошло, что именно столь неуловимо переменилось в его лице.
  - У тебя линзы? - выпалила я.
   Такого вопроса он явно не ожидал.
  - Нет.
  - А мне казалось, твои глаза были совсем другого цвета, -пробормотала я.
   Он только пожал плечами и отвернулся. Но я была уверена в своей правоте. Я отлично помнила, какими непроницаемо чёрными глазами он сверлил меня в прошлый раз. Контраст с его бледной кожей и тёмно-рыжими волосами поражал воображение. Сегодня его глаза были совсем иного цвета: необыкновенный оттенок охры, темнее, чем цвет жжёного сахара, но с тем же золотистым отливом. Если он не врал насчёт линз по каким-то ему одному известным причинам, то я даже не знала, что и думать. Или может это Форкс потихоньку сводил меня с ума, в прямом смысле этого слова? Я взглянула на его руки: они опять были крепко сжаты в кулаки.
   Тут к нашей парте подошёл мистер Бэннер, чтобы поинтересоваться, почему мы не работаем. Он заглянул в заполненную таблицу из-за наших спин, и принялся с усиленным вниманием проверять ответы.
  - Так, Эдвард, не считаешь ли ты, что Изабелле тоже надо было дать возможность поработать с микроскопом? - спросил мистер Бэннер.
  - Белле, - машинально поправил его Эдвард. - На самом деле, она сама определила три образца из пяти.
   Мистер Бэннер с подозрением посмотрел на меня.
  - Ты делала эту лабораторную раньше? - спросил он.
  Я робко улыбнулась.
  - Не на корневом чехлике лука.
  - На бластуле сига?
  - Да.
   Мистер Бэннер кивнул.
  - В Финиксе ты училась в классе с усиленной программой?
  - Да.
  - В таком случае, - сказал он, помолчав мгновение, - хорошо, что вы сидите вместе на лабораторных работах.
   Отходя от нашей парты, он что-то ещё приговаривал себе под нос. Как только он удалился, я снова принялась рисовать на блокноте.
   - Ты не рада снегу, не так ли? - спросил Эдвард.
   Было такое чувство, что он прилагает неимоверные усилия, чтобы поддержать беседу. Меня снова охватил приступ паранойи: он будто подслушал, о чём мы с Джессикой говорили за обедом, и теперь старается меня переубедить. Я не стала притворяться ради того, чтобы показаться такой же как все, и честно ответила:
  - Не очень.
   Я усиленно отгоняла глупые подозрения, и никак не могла собраться с мыслями.
  - Ты не любишь холод, - это прозвучало как утверждение.
  - И сырость не люблю.
  - Тебе, наверное, нелегко жить в Форксе, - задумчиво произнёс он.
  - Ты даже представить себе не можешь, - угрюмо проговорила я.
   По какой-то неведомой причине мои слова привели его в восторг. Глядя в его лицо, я начинала забываться, и мне стоило огромных усилий смотреть на него не чаще, чем того требовали правила приличия.
  - В таком случае, зачем ты сюда приехала?
   Никто ещё не спрашивал меня об этом так прямолинейно и так...настойчиво.
  - Это сложно объяснить.
  - Думаю, я пойму, - настаивал он.
   Я долго хранила молчание, но потом допустила ошибку - позволила себе посмотреть в его глаза цвета тёмного золота, которые привели меня в такое смятение, что я тут же ответила:
  - Моя мама снова вышла замуж.
  - Это, кажется, несложно объяснить, - возразил он, и спросил с неожиданной благожелательностью: - Когда это случилось?
  - В прошлом сентябре, - мой голос стал совсем бесцветным.
  - И он тебе не нравится, - всё так же мягко предположил Эдвард.
  - Нет, Фил отличный парень. nbsp; Лучше уже оттого, что не шёл дождь, хотя небо было плотно затянуто хмурыми облаками. На душе у меня стало спокойнее, так как теперь я знала, чего ожидать от нового дня. Майк подсел ко мне на английском, а потом под сердитыми взглядами Эрика-'шахматиста' отправился провожать меня на следующий урок; всё это было приятно. На меня обращали гораздо меньше внимания, чем вчера. В обеденный перерыв я сидела за столом в большой компании ребят, среди которых были Майк, Эрик, Джессика и ещё несколько человек, чьи имена и лица я наконец-то запомнила. Я больше не чувствовала себя беспомощной утопающей - я всплыла со дна и уверено барахталась на поверхности.
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&
&  - Почему ты не осталась жить с ними?
   Я ломала голову, чем же был вызвын его интерес, но Эдвард продолжал испытующе смотреть на меня. Можно было подумать, что услышать сейчас историю моей скучной жизни - вопрос жизни и смерти для него.
  - Фил много путешествует. Зарабатывает на жизнь игрой в мяч, - слабо улыбнулась я.
  - Я мог слышать его имя? - улыбнулся он в ответ.
  - Вряд ли. Он не настолько хороший игрок, играет в низшей лиге. Много разъезжает по стране.
  - И твоя мать отправила тебя сюда, чтобы иметь возможность путешествовать вместе с ним, - высказал он предположение.
   У меня дрогнул подбородок.
  - Нет, не отправляла она меня. Я сама себя сюда отправила.
   Его брови сошлись на переносице.
  - Я не понимаю, - признался он с расстроенным видом.
   Я вздохнула. С какой стати я ему всё это объясняю? Его глаза были полны нескрываемого любопытства.
  - Первое время мама оставалась со мной. Но она скучала по Филу, это делало её несчастной...вот я и решила пожить какое-то время у Чарли, - хмуро закончила я.
  - И теперь несчастна ты.
  - И что? - с вызовом спросила я.
  - Это несправедливо, - пожал плечами он, напряженно всматриваясь в моё лицо.
   Я грустно рассмеялась:
  - А тебе никогда не говорили, что жизнь вообще несправедлива?
  - Кажется, нечто подобное я уже где-то слышал, - холодно согласился он.
  - Ну, вот и вся история.
   Он обдумывал мои слова.
  - Ты неплохо притворяешься, - медленно проговорил он, - Но я могу поспорить, что ты страдаешь, хотя и не показываешь этого окружающим.
   Ужасно захотелось показать ему язык, словно мне было лет пять. Но я лишь отвернулась, скривившись.
  - Я неправ?
   Я не стала отвечать.
  - Думаю, прав, - самодовольно протянул он.
  - Тебе-то какое дело? - всё больше раздражаясь, спросила я, следя за передвижениями учителя по классу.
  - А вот это очень хороший вопрос, - сказал он так тихо, что можно было подумать, он разговаривает сам с собой.
   Подождав некоторое время, я смирилась с тем, что другого ответа на свой вопрос не получу. Сердито разглядывая доску, я вздохнула.
  - Ты сердишься на меня? - спросил он. Кажется, его это забавляло.
   Я снова неосмотрительно взглянула на него...и опять сказала правду:
  - Не столько на тебя, сколько на себя. Моё лицо всегда выдаёт меня с головой. Мама говорит, что меня можно читать как раскрытую книгу.
   Я нахмурилась.
  - А мне, напротив, очень сложно прочесть, о чём ты думаешь.
   Несмотря на всё, сказанное нами друг другу только что, он говорил совершенно серьёзно.
  - А ты, надо думать, легко читаешь чужие мысли.
  - Обычно да, - он широко улыбнулся, обнажив ровные белые зубы.
   В этот момент мистер Бэннер призвал всех к порядку, и я с облегчением приготовилась слушать. В голове не укладывалось, что я только что выложила всё о своей совершенно неинтересной жизни этому странному красивому парню, который, возможно, просто презирал меня. А может, и нет. Мне казалось, он был так поглощён нашим разговором, но сейчас, следя за ним краем глаза, я совершенно точно могла видеть, как он снова отодвигается от меня, с остервенением вцепившись руками в края парты.
   Я попыталась сосредоточиться, когда мистер Бэннер начал с помощью слайдов и проектора демонстрировать нам то, что я уже видела через микроскоп. Но мысли разбегались в разные стороны.
   Как и в прошлый понедельник, когда наконец прозвенел звонок Эдвард поспешно и грациозно бросился вон из класса. А я, так же как и тогда, ошарашено смотрела ему вслед.
   Сбоку ко мне тут же подскочил Майк, и собрал за меня все мои учебники. Для полноты картины ему только виляющего хвоста недоставало.
  - Это было ужасно, - жаловался он, - Все образцы выглядели одинаково. Тебе повезло, что Каллен твой напарник.
  - У меня не возникло никаких трудностей, - обиделась я, и тут же пожалела о своей резкости. - Просто я уже делала эту лабораторную раньше, - исправилась я прежде, чем он успел почувствовать себя задетым.
  - Вроде сегодня Каллен вёл себя достаточно дружелюбно, - заметил он, когда мы надевали плащи.
   Такой поворот событий, кажется, пришёлся ему не по душе. С деланным равнодушием я произнесла:
  - Непонятно, что на него нашло в тот понедельник?
   Пока мы шли в спортзал, мне никак не удавалось сосредоточиться на болтовне Майка. Физкультура также не способствовала концентрации моих мыслей. Мы с Майком оказались в одной команде. Он великодушно прикрывал мою позицию, с таким же усердием, как и свою. Поэтому из задумчивости я выходила, только когда наступала моя очередь подавать. Каждый раз, когда я бралась за дело, члены моей команды предусмотрительно разбегались в стороны.
   Когда я шла к стоянке, дождь уже превратился в лёгкий туман, но в сухой кабине было всё-таки гораздо приятнее. Я включила печку, и впервые мне было решительно наплевать на оглушительно взревевший мотор. Расстегнув молнию на куртке, я сняла капюшон и встряхнула волосами, чтобы они немного высохли, пока я буду ехать домой.
   Оглядываясь вокруг, чтобы убедиться, что дорога свободна, я заметила неподвижную белую фигуру. Через три машины от моей, опираясь на переднюю дверь "Вольво", стоял Эдвард Каллен, и неотрывно смотрел в мою сторону.  []Я быстро отвела взгляд и включила заднюю передачу, в спешке чуть было не стукнув чью-то ржавую "Тойоту Короллу". "Тойоте" повезло: я успела нажать на тормоз. Такую машину мой пикап точно превратил бы в кучу металлолома. Я глубоко вздохнула, и осторожно начала выезжать; на этот раз мне это удалось. Проезжая мимо "Вольво", я смотрела прямо перед собой, краем глаза стараясь всё же не упускать Эдварда из виду. Могу поклясться, я видела, что он смеётся.
  
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com О.Обская "Возмутительно желанна, или Соблазн Его Величества"(Любовное фэнтези) Е.Азарова "Его снежная ведьма"(Любовное фэнтези) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) Н.Изотова "Последняя попаданка"(Киберпанк) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) П.Роман "Ветер перемен"(ЛитРПГ) А.Верт "Нет сигнала"(Научная фантастика) Eo-one "Зимы"(Постапокалипсис) А.Григорьев "Биомусор 2"(Боевая фантастика) А.Минаева "Академия Алой короны. Обучение"(Боевое фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"