Матвеев Дмитрий Николаевич: другие произведения.

Основать род. Часть 2. Черное и белое

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Новинки на КНИГОМАН!


Peклaмa:


Оценка: 7.96*55  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Отгремела финальная битва, но интрига до конца не разрешилась. Откровенно говоря, я и сам не знаю теперь, каким будет финал


   Основать род.
   Часть 2. Черное и белое.
  
   Серж Комаровский заскочил домой на пару минут. Собственно, не Серж, а Сергей. Но имя Серж ему нравилось больше. От него веяло европейским шиком и крутым выпендрежем. Серж - это Париж, огни Елисейских полей, дорогой коньяк, крутые машины и роскошные женщины. А Сергей - просто серый работяга, обреченный до пенсии вкалывать на дядю. А еще ему нравилось, что Серж созвучно со словом "сержант". Собственно, Сержант - это было его прозвище в стрелковом клубе. И в Сети он обозначал себя Сержантом. Или, иногда, брал ник GunFighter, то есть Стрелок. Стрельба была его первым и до поры единственным увлечением. Он был завсегдатаем оружейных форумов, прочитывал всю попадающуюся по теме литературу. Об оружии знал все. Ну, почти все. И любил стрелять. Еще в детстве он просаживал выданные родителями деньги не на газировку, кино и мороженое, а на пневматический тир, который размещался в старом списанном львовском автобусе. Спортивная стрельба ему показалась скучной, хотя в стрелковой секции тренер возлагал на него большие надежды и сулил блестящее будущее. В армии тоже не понравилось, ходить строем - это было не для него. И хотя майор сулил золотые горы - как же, лучший снайпер полка - на сверхсрочку он не остался. После дембеля устроился работать, начал обзаводиться своими стволами (в рамках законодательства, конечно), а когда в его городке появился стрелковый клуб, стал там завсегдатаем и быстро приобрел репутацию признанного гуру. Особенно ему нравились пистолеты. Настолько нравились, что обходными путями и тайными тропами, через хороших приятелей и подозрительные знакомства добыл себе собственный короткоствол, итальянскую машинку "Beretta 92F". Из нее на пятидесяти метрах он выбивал девяносто очков из ста, а с двадцати пяти мог положить всю обойму в одну точку. Особенно ему нравилась стрельба на скорость. В этом деле он со временем достиг изрядных высот и за считанные секунды мог выпустить все полтора десятка патронов по полутора десяткам мишеней и практически без промаха.
   Так вот, Серж Комаровский по прозвищу Сержант заскочил домой на пару минут. Все, что ему было нужно - это забрать из сейфа две упаковки патронов. Не сказать, что патронов у него было мало но оставлять их в таком ненадежном месте он не хотел. Выждав наступления сумерек, он тихонько, не включая фар, проехал по пустым улицам к своей девятиэтажной "свечке". Остановив джип за кустами, чтобы его нельзя было разглядеть издалека, он вышел, бесшумно закрыл дверь машины, нажал кнопку брелка сигнализации, настроенной на тихую охрану. Из-под куртки достал пистолет, передернул затвор, огляделся. Тишина. Никого. Поднялся на крыльцо, взялся за дверную ручку. Прежде, чем потянуть, еще раз огляделся. Все спокойно. Дверь подъезда противно скрипнула, открываясь. Черт! Как он мог забыть об этом! Будем надеяться, что в доме никого нет. А если есть, не станет любопытствовать на свою голову. Быстро прыснул на петли смазкой из баллончика. Закрылась дверь уже беззвучно.
   Не торопясь, оглядываясь и прислушиваясь, Серж поднялся на восьмой этаж, подождал. Ни звука. Брызнул смазкой в замок и на дверные петли - на этот раз все получится тихо. Замок, открываясь, негромко щелкнул. Сержант шагнул через порог и бесшумно закрыл за собой дверь.
   В квартире было неуютно. А чего еще, собственно, можно было ожидать? Он давно здесь не появлялся, как минимум пару месяцев. Да и прежде приходил сюда лишь ночевать. Контрольные метки были нетронуты, никто посторонний сюда не входил. Воздух был душным, затхлым. Плотные тщательно задернутые шторы надежно отгораживали комнату от тусклых вечерних сумерек. Сделав несколько шагов, частью по памяти, частью на ощупь, Серж включил тактический фонарь. Узкий белый луч высветил дверцу встроенного в стену сейфа. Положив "беретту" на стоявший рядом стол, он достал из кармана ключи и присел к дверке. Набрал сложную комбинацию цифр, повернул ключ. Дверца отворилась абсолютно беззвучно. Еще бы, он в свое время лично об этом позаботился. За дверцей лежало два свертка. В каждом - по двадцать пять пачек патронов 9х19 para, всего - две с половиной тысячи штук. Пачки были завернуты в старые газеты и перемотаны скотчем. Серж зачем-то взял одну, взвесил в руке. Немалый вес, в сумме тридцать килограмм! Он взял из кладовки старый станковый "Ермак", сгрузил в него патроны, завязал мешок, затянул ремни, прислонил к стене. Закрыл и запер сейф. Все он проделывал не торопясь, тщательно. Спешить было некуда. Прежде, чем надеть рюкзак, немного постоял, послушал. Кажется, все спокойно. Откуда появился звук, он сообразил не сразу, лишь несколько секунд спустя. Пищал брелок сигналки. Кто-то пытался взломать его машину. Ну, сейчас эти суки получат! Серж кинулся, было, к окну, но Фортуна сегодня была явно не на его стороне. Он зацепился ногой за лямку рюкзака и полетел на пол. Успел, правда, частично прикрыться руками, но все равно въехал головой в батарею. И отключился.
   Сознание возвращалось медленно. В глазах мутилось, голова разламывалась от боли. Все-таки крепкая штука, этот радиатор парового отопления. Сергей ощупал череп: вроде, дырок нет. Но волосы слиплись, значит, рассек кожу. Тошноты, вроде, нет - обошлось без сотрясения. Надо попытаться встать на ноги. Нет, сперва на четыре кости. Ветерок подул... Хорошо, освежает, даже боль немного ослабела. Ветер в квартире? Сквозняк? Нет, это невозможно. Он оперся на руки, приподнялся... А это что такое под руками? Откуда на полу иголки? Что за хрень? В форточку, что ли, накидало? На восьмой этаж? Так все форточки он закрыл своей рукой, еще во время последнего визита. Ключей от квартиры ни у кого нет, один комплект в кармане, еще два в "Ковчеге". Когда выходил, они были на месте. Нет, как все-таки голова болит! Интересно, в домашней аптечке осталось что-нибудь вроде анальгина, или он успел все забрать подчистую? Вот, на колени уже встал. Что-то пол какой-то мягкий. Или это галюны пошли? Крепко, видать, врезался. Следующий этап - встать на ноги. Сейчас, сперва взяться за батарею... А где батарея? Под рукой что-то шершавое, похожее на... ствол дерева? Ладно, пусть будет дерево, попробуем встать. А откуда в квартире дерево? Хрен его знает. О, крыша тихо поехала. Видимо, легкий сотряс все-таки присутствует. Все, встал. Покачивает. Но пока дерево обнимаешь, держаться вертикально получается. Значит, все-таки, дерево. В квартире дерева быть не может, значит он не в квартире. Ого! Уже соображать получается! А если он не в квартире, то где? Надо открыть глаза. Хотя бы попытаться. Хреново получается, хоть пальцами веки разлепляй. А хоть бы и пальцами. О, один открылся. Левый. Наполовину. Теперь правый. Нет, лучше закрыть, а то двоиться начинает. Все-таки стоять пока что тяжко. Надо сесть и оглядеться.
   Цепляясь за трещины коры, Серж опустился и сел, вытянув ноги и прислонившись спиной к стволу. В таком положении голова почти не кружилась, да и болеть, кажется, стала меньше. Снова открыв левый глаз, начал осматриваться. Он сидел на земле. На толстом слое порыжелых сосновых иголок. Прямо перед ним возвышалось еще одно дерево. Огромная сосна, не меньше двух обхватов толщиной и высотой... нет, голову задирать пока рано. Сергей осторожно повернул голову влево, затем вправо. Со всех сторон, насколько можно было видеть, стояли такие же деревья. Лес. Он в лесу. Теперь нужно сообразить, где может быть такой лес. У его дома, да и у "Ковчега", нет никаких сосен. Там, главным образом, пирамидальные тополя. До ближайшего сосняка несколько сот километров. Интересно, кому это понадобилось - перевозить его в лес, да еще на такое расстояние? Проще было пристрелить, пока он лежал в отключке, да там же в квартире и бросить. Или придушить, чтобы шум не поднимать. Две с половиной тыщи патронов - вполне достаточный повод, чтобы прикончить обладателя. Но везти хрен знает куда никто не станет. Максимум - утащат в мусоропровод. Или в канализационный колодец. Ладно, время на подумать еще будет. Давай сперва проверим, что осталось в карманах.
   В камуфляжной куртке - ключи. От квартиры, от "Ковчега", от машины. Странно: уж если его кто-то выследил и взломал дверь, то ключи-то уж должен был в первую очередь забрать. В "Ковчеге" замки не чета квартирным, да еще и ловушки есть. Без ключа не войдешь. Серж пару раз после возвращения из очередного рейда закапывал чересчур любопытных в ближайших кустах. Слева под мышкой кобура. Пустая. Ну да - он же сам выложил пистолет на стол прежде, чем лезть в сейф. Есть только запасная обойма. Все пятнадцать патронов на месте. Документов никаких, так он никогда и не брал документы в рейд. О, на кисти, на капроновом шнурке, болтается фонарик, включенный. Горит ярко, даже днем видно. Не похоже, чтобы батарейки подсели. Видимо, он валяется тут недолго. А, собственно, можно же на часы глянуть. Ага, восемь часов вечера ровно. В квартиру он вошел без четверти восемь. Минут десять осматривался, возился с сейфом, с рюкзаком. Получается, без сознания он был минут пять. За это время до леса его никак не успели бы довезти. Или прошли уже сутки? Но за это время фонарь бы наверняка погас. Его выключили в квартире и включили здесь, в лесу? Еще более невероятно, чем транспортировка Сержа в лес. Скорее всего, просто сняли бы с руки и забрали себе. Он потер рукой подбородок. А щеки-то гладкие! За сутки он бы оброс, ладонь бы чувствовала щетину. Его побрили? Это вообще из области фантастики. Ладно, поехали дальше.
   В нагрудном кармане рация. Он брал ее специально, чтобы слушать чужие переговоры. Большинство обитавших неподалеку от него групп не догадывались использовать шифрование. Разок одни лохи за это поплатились - он вперед них успел к аптечному складу и вывез самое ценное. Надо бы сразу поставить на сканирование. Может, что найдется. В правом набедренном кармане коробка аптечки АИ-4, в левом - пакет ИРП, на ремне в ножнах - спецназовский нож для выживания "Эльф". Шикарный экземпляр, в свое время Серж отвалил за него ползарплаты. В подсумке - небольшой рулон скотча и моток тонкого капронового шнура, двадцать пять метров, специально для внезапной мародерки. Короче, все на месте. Все страньше и страньше. Что ж, попробуем разобраться.
   Пока он был без сознания после встречи с батареей, его забрали, привезли в лес и бросили. Ничего из карманов не забрали, хотя и за меньшее могли пристукнуть. Значит, от него чего-то хотят. Чего? Что у него можно взять? Только "Ковчег". Но тогда зачем его везти в лес? Могли просто выследить и подстрелить у входа. Или посадить на одежду "жучка", он бы и не заметил, сам привел бы их к себе. В конце концов, можно было просто пристегнуть его к той же батарее и как следует поспрашивать. Существует много способов заставить человека говорить. Да, как-то не сходятся концы с концами. Единственное, что можно принять за рабочую версию, хоть и с огромной натяжкой, его просто убрали в сторону, чтобы не мешал выгрести содержимое "Ковчега". Правда, это можно было сделать гораздо проще, быстрее и без лишних затрат, там же, в квартире. Зачем понадобилось его сюда везти? Да и, опять же, часы и фонарь... Кстати, он пришел в квартиру поздно вечером, а сейчас, судя по всему, утро. Светает. Кто это мог сделать? Он был очень осторожен, спускаясь в "Ковчег" и выходя из него. Ни с кем не пересекался, хотя видел издалека несколько серьезных банд. Но как раз эти-то банды не стали бы церемониться, просто пристукнули бы и все.
   Все, фантазия кончилась. Кстати, и башка приходит в норму. Боль убавилась до терпимой, головокружение прекратилось. Пора переходить к насущному: что теперь делать. Для начала бы сориентироваться на местности, понять, где он находится. Навряд ли его закинули на другой материк, это уже абсолютно невероятно. Скорее всего, Урал или Сибирь. Кстати, есть не хочется. Он поел как раз перед выходом из "Ковчега". Если его сутки куда-то везли, он бы успел проголодаться. А в то, что кто-то будет питать бесчувственное тело, не верится от слова "совсем". Куда идти? За все время, что он здесь сидит, не было слышно ни одного постороннего звука. Нет здесь людей. Собственно, и раньше можно было найти такие районы, где до ближайшей деревни нужно идти чуть не две недели. А уж после начала заварушки этого сколько угодно. Но в любом случае на западе плотность населения выше, туда и надо двигать. Обязательно найдется дорога, река, рельсы - любой признак человеческой деятельности. А там уже можно и к людям выйти, определиться и двинуть обратно в "Ковчег", разобраться с шутниками.
   Рация закончила сканировать эфир. Как Серж и ожидал, ничего не нашлось. Он выключил "kenwood", чтобы не садить батареи, убрал его поглубже в карман, застегнул клапан. Поднялся, послушал себя - вроде не шатает, организм приходит в норму. Послушал округу - без изменений. Выкрутил из рукояти ножа компас, определился по сторонам света и двинулся вперед. Поскольку он был налегке, то рассчитывал двигаться по десять часов в день, проходя километров по сорок. Дня через три-четыре он планировал найти реку или дорогу и максимум через неделю выйти к жилью. Бодро и энергично он шагал в выбранном направлении, время от времени сверяясь с компасом. Подлесок почти отсутствовал, идти по сосняку было легко. Но не было ни грибов, ни ягод, на которые он, признаться, рассчитывал, хотя сезон был самый ягодный и грибной - конец июля. Вообще говоря, он грибы никогда не собирал и не готовил, но заучил картинки из грибного справочника и рецепты из инструкций по выживанию. Поначалу Серж даже начал мурлыкать себе под нос какую-то песенку, но часа через два монотонность движения убавила эмоций. Несколько раз он замечал кучки звериного помета. Судя по размерам кучек, звери были немаленькие. Один раз, на глинистом выходе, он увидел четкий отпечаток волчьей лапы. Как выглядит след волка, было расписано в тех же инструкциях по выживанию, но вживую Серж увидел его впервые и был поражен размером. Судя по следу, волк должен был быть просто огромным. Интересно, как он собирается справиться с ним с помощью ножика, пусть даже очень хорошего? Серж срубил ножом подходящего размера молодую сосенку, быстро очистил от веток, ошкурил и тут же пожалел об этом - лишенный коры смолистый ствол стал липнуть к рукам, к одежде. Об этом в инструкциях не говорилось. Пришлось рубить еще одно деревце. Он переложил содержимое рукояти ножа в подсумок на пояс, насадил нож на древко и крепко примотал снятым с ножен шнуром. Получилось двухметровое копьецо. С таким оружием в руках Серж почувствовал себя спокойней, но, тем не менее, он стал чаще глядеть по сторонам, высматривая в глубине леса возможную угрозу.
   Остановившись через пять часов, Серж вскрыл пакет ИРП, вынул оттуда полпачки галет и принялся грызть. Он не торопился, растягивал процесс, каждый раз откусывая небольшой кусочек и тщательно его пережевывая. Закончил есть, еще немного постоял, послушал и двинулся дальше, размышляя по дороге все на ту же тему: кто, зачем и куда его завез. И все с тем же успехом. Через час ему захотелось пить. Но, как назло, именно воды с собой у него не было ни грамма. По дороге не встречалось ни ручьев, ни даже луж. В скором времени это могло стать большой проблемой. Но пока жажда не стала запредельной, ее можно было проигнорировать. Ведь не может быть такого, чтобы в лесу не было воды! Ведь все звери где-то пьют, значит нужно только найти это место. А пока пойдем дальше. Где бы добыть фляжку?
   Чем ближе к ночи, тем больше Серж задумывался о ночлеге. Спящий на земле человек - легкая добыча для всяческих хищников. Костер может защитить только с одной стороны. Ложиться меж двух костров как-то боязно, поджаришься и не заметишь. Залезть на дерево? А если свалишься? А есть еще дикие кошки, та же рысь, например... Брррр! Он невольно представил, как зубы какой-нибудь твари впиваются в его руку и передернулся всем телом, сгоняя наваждение. Ему было элементарно страшно. После некоторой внутренней борьбы, он смог себе в этом признаться. Но ситуации признание не меняло. Нужно было найти безопасный ночлег, иначе ему придется всю ночь сидеть у костра, поддерживая огонь. Сможет ли он это сделать? И будет ли он наутро в состоянии идти в нужном темпе?
   После намеченного для остановки времени он шел уже больше часа, но ничего подходящего для ночлега не встретил. Пить хотелось все сильнее, но жажду пока еще можно было терпеть. Еще одна проблема состояла в том, что все содержимое ИРП для употребления или после него требовало воды. Значит, пока он не найдет воду, не сможет и поесть. Еще через полчаса солнце стало заметно клониться к закату, но и лес начал меняться. Сосны стали реже и ниже, появились березы и осины, сухая хвоя под ногами сменилась травой, зарослями папоротника. Потом и березы исчезли, заменясь кустарником, над головой открылось предзакатное небо. Еще немного, и перед Сержем открылся величественный, потрясающий по своей красоте вид. Он забыл про усталость, голод и жажду и какое-то время просто стоял, очарованный зрелищем. Под его ногами, двумястами метрами ниже, расстилался сплошной ковер тайги, местами отблескивающий зеркальцами небольших озер. Немного к югу массив деревьев был прорезан тоненькой серебристой ниточкой реки. Линия горизонта терялась в легкой дымке, раскрашенной заходящим солнцем в розоватый цвет. И сквозь эту дымку над темной громадой леса поднималась тоненькая, как спичка, башня.
   Не то, чтобы Серж очень обрадовался, увидев башню, но испытал определенное удовлетворение - его расчеты оправдались, и башня была весьма наглядным тому доказательством. Кроме того, там, внизу, было достаточно воды - нужно лишь спуститься. До башни было на глаз около двух дневных переходов. С водой это вполне можно одолеть, даже с тем ИРП, что у него есть. Дело за малым - спуститься вниз. Надо поискать более-менее удобный спуск, по отвесным скалам без страховки он ползать не собирается. Если с юга есть река, то она, вполне вероятно, стекает с этого самого плато. Возможно, там найдется более пологий склон, а потом вдоль реки можно будет выйти на нижнюю равнину. Может, у реки найдется более удобное место для ночевки. До темноты еще два-три часа, можно попытаться дойти. Наверное, можно потратить на поиски еще час-полтора, а потом в любом случае придется останавливаться на ночь.
   Сержант повернул налево и двинулся вдоль края плато. Солнце неторопливо, как и положено в средних широтах, продолжало скатываться к горизонту. Идти было уже тяжеловато. Хотя Серж и не считал себя слабаком, но двенадцатичасовой рейд без воды и почти без еды изрядно его вымотал. Но, в конце концов, он получил то, что искал - глубокая расселина с довольно пологими склонами прорезала карниз почти под прямым углом, уходила на восток и скрывалась в лесу. По дну ее протекал ручей. Вот надо же было столько терпеть! А ведь всего в трех-четырех километрах к югу можно было спокойно напиться. Серж был недоволен собой. Он, конечно, тренировался переносить голод и жажду, но зачем это делать без необходимости! В поисках безопасного спуска, он немного прошел вдоль расселины. Наконец, ему показалось, что он нашел подходящее место. Спускаться в сумерках по каменистому склону - чистое самоубийство. Но жажда перевесила осторожность. Он еще раз осмотрелся по сторонам и двинулся вниз.
   Путь оказался не таким уж простым. На спуске хватало огромных камней, курумника и каменных осыпей. Серж имел равные шансы сломать как ногу, так и голову, но ему повезло, и он, в конце концов, без происшествий добрался до дна расселины. Напился от души. Вода была вкуснейшая, холодная - аж зубы заломило. Сергей в очередной раз пожалел, что у него нет фляжки, с собой воду не унести. Но теперь нужно было как-то устраиваться ночлег. Спать на камнях у ручья - не самый лучший вариант. Подниматься наверх? Не слишком хочется, тем более, что уже почти стемнело. В конце концов, тут, внизу, есть несколько упавших сюда деревьев, веток, на небольшой костер хватит. Замерзнуть не должен. Серж перетащил все найденные дрова за большой валун, чтобы иметь прикрытую спину в случае нападения зверей. Вынул из ИРП таблетку сухого горючего, запалил, сверху накидал сухих веток - костер готов. Разогрел на огне кашу с мясом из ИРП, срубал. Аккуратно, чтобы не измять, сполоснул баночку из-под каши, согрел в ней воды, побултыхал пакетик чая, подсластил полудозой сахара и, не торопясь, выпил с парой галет. Тщательно прибрал все оставшееся в коробку ИРП и сложил ее в карман. Обрывки упаковки сжег. Усталость, горячая еда и тепло костра быстро разморили путешественника поневоле. Он положил в костер два больших бревна, чтобы вышло подобие нодьи, улегся между костром и валуном и отрубился.
  
   *****
  
   Небольшой пароходик, бодро шлепая плицами по воде, тащил баржу с грузом угля вверх по Щитовой. Немногие пассажиры гуляющий по палубе ветерок предпочли духоте кают и, расположившись на баке, любовались неторопливо проплывающими мимо живописными пейзажами. До Малой Сибири оставалось меньше часа ходу.
   Женя вместе со всеми сидел наверху, примостившись между задраек на крышке люка. Но сейчас его не трогали природные красоты. Из головы не шло последнее совещание у Сотникова, с которого, как раз, он и возвращался домой.
   На этот раз круг собравшихся был весьма ограничен: главы фортов, главный вояка Руслан Бероев, начальник сибирских гарнизонов Андрей Касаткин, главный пограничник Игорь Фокин, главный дипломат-разведчик Сергей Демченко и (куда же без него) главный научный деятель анклава Марк Львович Гольдбрейх.
   Сотников оглядел собравшихся.
   - Ну что, товарищи, - начал он, - нас ждут очередные проблемы. Неожиданными их нельзя назвать, но приятнее они от этого не становятся. У нас, у Русского Союза вообще и замка Россия в частности, появились враги. Не противники, соперники, а именно враги. И это не мы их себе назначили. Инициатива в этом вопросе целиком на их стороне. В первую очередь, это наши нежно любимые зусулы, то бишь эфиопы. Мы их жестко остановили год назад, и, казалось бы, надолго отбили охоту воевать. Но, в последнее время у них появился союзник. И это, как считают наши военные, сильно прибавит им прыти. Но давайте по порядку. Сейчас Марк Львович обзорно осветит историю вопроса, чтобы в курсе были абсолютно все, а потом специалисты изложат свои соображения по данному вопросу.
   Женя еще с первой встречи проникся к профессору уважением, граничащим с благоговением. Он на собственном опыте оценил Гольдбрейховские широту охвата вопроса и точность прогнозов. И хотя он знал тему, как говорится, изнутри, уселся поудобнее и приготовился слушать.
   Профессор поднялся, в свою очередь оглядел присутствующих, откашлялся, огладил эспаньолку и начал:
   - Думаю, все хорошо знакомы с картой расположения основных анклавов. После возвращения уважаемых Кастета и Гоблина, нам известно почти все. Но сейчас нас в первую очередь интересует Эфиопский анклав с центром в Аддис-Абебе. Большую часть информации мы получили от члена ударного отряда, год назад захваченного в плен присутствующим здесь Евгением Михайловичем.
   В этом месте Гольдбрейх слегка поклонился в сторону Жени, чем вызвал у последнего немалое смущение, и продолжил.
   - По воле Смотрящих, Эфиопия изначально получила большое преимущество в численности населения. Как известно, это обусловлено значительным количеством различных племен в составе старой Эфиопии. Такой бонус никак не стимулировал развитие экономики анклава. Общественное устройство быстро скатилось к примитивному феодализму. С другой стороны, ширина канала не позволяла стабильно снабжать предметами промышленного производства столько людей. Поэтому периферийные эфиопские племена были брошены на произвол судьбы и, по сути, обречены на бандитизм. Многие даже не пытались присоединиться к центральному кластеру, хотя и знали о его существовании. Свою немаловажную роль сыграла в этом и давняя вражда между двумя основными народами Эфиопии: Амхара и Оромо. Со временем, руководители анклава сообразили, что, незаметно для соседей управляя этими бандитами, можно, с одной стороны, создавать напряженность на границах, попутно отвлекая ресурсы сопредельных анклавов на оборону, с другой - разведывать и осваивать большие пространства, окружающие метрополию. Конечно, непривычный климат оказывает свое влияние, невозможно хозяйствовать по старинке. Но и это оказалось решаемым вопросом. Здания локалок стали для племен образцами при постройке домов, вопрос с семенами был решен канальными поставками.
   Сделав ставку на "управляемый бандитизм", эфиопы стали засылать в периферийные области своих агентов влияния. Одним из таких был небезызвестный собравшимся Джамал Сага. Их задачей было, по сути, создание небольших мобильных армий, имеющих видимость самостоятельных формирований, но при этом подчиненных центральной власти. Аддис-Абеба сквозь пальцы смотрела на самоуправство командиров и использование этих отрядов в своих целях, если главные поставленные задачи при этом выполнялись. Джамал и его коллеги занимались рекрутингом людей, обучали набранных стрельбе, тактике боя, отрабатывали действия в группе и применяли эти навыки на практике, бандитствуя в пограничных областях. Используя свои многочисленные по местным меркам и хорошо вооруженные боевые группы, они могли контролировать множество местных племен, ставя их, по сути, на положение кормовой и рекрутинговой базы. Неудача немецкого анклава на старте дала эфиопам дополнительные возможности и ресурсы, поэтому группировка Джамала в юго-западном секторе была особенно сильна по сравнению с другими подобными формированиями.
   Как известно, Смотрящие не слишком одобряют милитаризацию анклавов, поэтому с определенного момента у Аддис-Абебы остро возник вопрос с вооружением своих армий. Найденное в локалках и полученное через канал оружие было распределено между отрядами, но его не хватало. По нашей информации, в какой-то момент им был установлен полный запрет на заказ любого огнестрельного оружия. Как следствие, большинство эфиопов до сих пор вооружены хаудахами - по сути, оружием ближнего боя для стрельбы в упор. Вместе с тем, военная сила прочих анклавов также возросла, и эфиопские мини-армии не могли рассчитывать на успех в серьезных операциях, так что наступил своего рода баланс: численное превосходство одних компенсировалась огневой мощью других.
   С появлением фортов ситуация кардинально поменялась. Мы сейчас не станем подробно рассматривать причины их появления. Но очевидно, что форт Сибирь не первый, возникший на периферии Эфиопского анклава. Об этом говорит то, что Джамал, а после и ударная группа целенаправленно шли к платформе для ее активации и создания форта. Основным мотивом здесь является не столько создание своего рода центров силы, сколько получение дополнительных каналов поставки. Так же очевидно и то, что Смотрящие пытались с помощью этих фортов ограничить поле действия Эфиопии с целью понизить агрессивность этого анклава и одновременно простимулировать другие анклавы к совместным действиям против общей угрозы. Об этом говорит, в частности, русскоязычное наполнение локалок, найденных вблизи форта Сибирь. Но пассивность Дели и Берна дали в руки анклава-раздражителя дополнительные ресурсы для продолжения милитаризации.
   К счастью, в результате известных всем событий форт Сибирь достался именно нам. Также большим ударом для эфиопского анклава стала смерть Джамала и распад его боевой группировки. То, что произошло в дальнейшем - возникновение фортов Алтай и Заря, а так же гибель элитного отряда, еще больше ослабило Аддис-Абебу, а последующие, можно сказать, массовые присоединения периферийных амхарских племен к русскому союзу полностью расстроили милитаристскую экспансию на юго-западе. Вместе с тем, возможности наших противников далеко не исчерпаны, как в плане человеческого ресурса, так и в плане вооружений. Опять же, успех России вызывает естественное озлобление эфиопской верхушки, получившей весьма болезненную оплеуху, и, как следствие, жаждущей реванша. По сути, заняв три форта, мы стали для Эфиопии врагом номер один. Соответственно, это приводит к концентрации внимания и усилий Аддис-Абебы на юго-западном направлении.
   Этому способствует два фактора. Во-первых, это Северный союз. Изначально агрессивное образование, нацеленное непосредственно против замка Россия. Мы не знаем, что для них послужило причиной выбора врага, но это именно так. Как известно, они усиленно строят бронированные тяжеловооруженные корабли, но у них нет достаточного числа солдат для активных действий на суше. И в этом плане, как говорится, они с Эфиопией нашли друг друга. Соединив усилия, они могут представлять серьезную угрозу для нас. Эфиопская пехота, поддержанная с реки шведскими мониторами, может создать большие проблемы для нашего анклава, и в первую очередь - для Берлина. Вторым фактором может являться наличие израильтян на северо-востоке от АА. Как известно, многие старейшие и знатнейшие эфиопские кланы ведут свой род от царицы Савской. Часть абиссинских племен даже была признана одним из колен Израилевых, так что между Аддис-Абебой и Новым Иерусалимом почти наверняка существуют кровные связи. Конечно, евреи не станут воевать на стороне эфиопов. Но если увидят какую-то материальную или политическую выгоду для себя, то вполне могут поставить оружие и снаряжение. Собственно, у меня все.
   Гольдбрейх раскланялся и сел на свое место.
   - Что-то душновато стало.
   Сотников подошел к окну и приоткрыл створку.
   - У кого-нибудь есть вопросы к профессору? Нет? Тогда давайте послушаем разведку.
   Поднялся Сергей Демченко с блокнотиком в руках.
   - Как уже отметил Марк Львович, основной интерес для нас представляют два анклава: это Северный союз и Новый Иерусалим. И тот и другой весьма закрыты, избегают общения на любых уровнях, поэтому информация о них достаточно скудна. Начну с евреев, да простит меня наш уважаемый профессор.
   - Ничего-ничего, - откликнулся Гольдбрейх, пряча в глазах вековую грусть своего народа.
   - Так вот, о них мы знаем только со слов Берна. И на старой Земле Израиль был теократическим, по сути своей, государством. Здесь же власть в анклаве, насколько нам известно, захватили ортодоксальные иудеи. Со всеми своими атрибутами и догматами. В том числе о земле обетованной и о том, что евреи должны править миром. Видимо, именно попытки реализовать эти догматы привели к тому, что швейцарцы перекрыли реку и не пропускают их вниз по Рейну. На попытки установить радиосвязь они не откликаются. Мы пробовали отправить туда человека для установления личных контактов, но его завернули на первых же блок-постах и в грубой форме дали понять, что не желают общаться с нами. Тем не менее, с эфиопами они контактируют. С недавних пор у зусульских отрядов стало появляться разнообразное оружие: немецкое, британское, французское, даже чешское. Думаю, это связано с тем, что, хотя современное нам государство Израиль появилось после второй мировой войны и собственного оружейного производства не имело, эти территории длительное время были под британским и французским патронажами в рамках мандата Лиги наций. Так же после войны СССР передал Израилю большое количество трофейного немецкого и чешского оружия. Так что, хотя у нас нет явных подтверждений этого факта, но мы полагаем, что Новый Иерусалим вооружает эфиопов. Главный вопрос заключается в том, что евреи рассчитывают получить взамен. И достоверного ответа на него пока нет.
   Теперь о шведах. Поскольку они ближе, то и информации о них больше. Кроме того, мы налаживаем отношения с китайцами, которые сидят на Волге еще севернее. Для них шведы тоже являются серьезной проблемой. Если бы не они, мы бы давно уже напрямую торговали с Китаем. Войну они устраивать не хотят, а все попытки переговоров с соседями окончились ничем. Со своей стороны мы тоже пытались установить контакты с северным союзом и тоже безуспешно. Известно, что к ним присоединились прибалтийские монокластеры, все, как один, ярые русофобы. Известно, что они заложили два серьезных по меркам нашей Платформы 5 военных судна, и на их постройку уходит большая часть ресурсов канала поставки. Часть реки, которую шведы считают своей территорией, они отгородили цепями, протянутыми с берега на берег, выше и ниже по течению от цитадели анклава. В последнее время пограничники стали замечать шведскую активность на Волге в районе устья Шпрее. С верховьев приходят быстроходные катера под мощными моторами, ведут съемку береговой линии и промеры глубин в прибрежных водах, но в открытую вниз по реке пройти не пытаются. При появлении наших кораблей, быстро сворачиваются и уходят. На попытки контакта не отвечают, но и агрессии не проявляют. В ночное время было зафиксировано две попытки прохода катера до устья Щитовой. На расстоянии около пяти километров ниже устья Шпрее был осуществлен перехват. После предупредительных выстрелов катер развернулся и на максимальной скорости ушел вверх по Волге. Нужно отметить, что катер имел специальную окраску, снижающую заметность на радаре и малошумный двигатель. Думаю, это свидетельствует о том, что постройка водных шушпанцеров завершена и сейчас Северный союз активно ведет разведку. Не исключено, что на нашу территорию засылаются и пешие разведгруппы для скрытного изучения местности.
   Какую же выгоду они могут преследовать? В первую очередь, конечно, захват фортов. Это выгодно всем трем анклавам, так как увеличивает возможности снабжения, в том числе и армий. Кроме того, форт - это точка силового доминирования в регионе, и никто из этой троицы не откажется от расширения владений. Опять же, потеря Сибири и Алтая сильно тормозит дальнейшее развитие промышленности Русского Союза и отрезает нас от уже присоединившихся к нам эфиопских племен. К тому же, это для нас серьезнейший репутационный ущерб. Нет сомнений в том, что при захвате фортов никто не озаботится сохранением жизней защитников. Те же, кто выживет, станут рабами. Потери людей будут чудовищными, абсолютно неприемлемыми. Потери в плане оружия и техники также достигнут непозволительного уровня, тем более, что это оружие тут же начнет стрелять в нас.
   На смену Сергею поднялся Руслан Бероев.
   - Значит, так, - начал он. - В оборонном отношении форты для нас очень важны. Наличие их и присутствие в каждом военного гарнизона сильно ограничивает набеговую активность эфиопов. Конечно, большую роль в этом сыграла и ликвидация группировки Джамала. За последний год в районе Берлина и по берегам Шпрее зарегистрированы лишь единичные случаи нападений, причем, как правило, небольшими и плохо вооруженными группами. Форты, и, в первую очередь, форт Заря, весьма уязвимы в военном отношении. Они, хотя и имеют достаточно сильные гарнизоны, оторваны от метрополии и поставка им подкреплений из центра весьма затруднена. А сделать это быстро вообще невозможно. Кроме того, состояние дорог у фортов таково, что устроить засаду на них очень просто. Достаточно свалить три-четыре дерева, чтобы заблокировать дорогу, а потом фланговым огнем уничтожить всю группу. Конечно, форты автономны, имеют каждый свой канал снабжения и потенциально способны выдержать длительную осаду. Но мы не можем предугадать, какую военную хитрость используют эфиопы, чтобы захватить форт. А тот же Джамал показал, что они могут быть весьма изобретательны. Кроме того, если в распоряжении у нападающих окажется хотя бы один миномет, то обороняющимся придется весьма кисло. Так что необходимо, прежде всего, непрерывно вести разведку. Один из вариантов - это выставление на наиболее вероятных направлениях постоянные секреты с целью заблаговременного выявления приближения сил противника. Со своей стороны, я усилю все гарнизоны еще двумя-тремя бойцами, дополнительно придам по одному пулемету. Кроме того, в форте Сибирь мы формируем тяжелую мангруппу для оперативного реагирования на возможные угрозы. На Сибирском тракте ставим стационарный блок-пост. В устье Шпрее установлены автоматические посты наблюдения. Мы пытались установить подобные станции выше по течению Волги, но они были быстро обнаружены и уничтожены.
   Далее. Мы пытались спрогнозировать наиболее вероятные действия противника. Скорее всего, первым под ударом окажется форт Заря. В силу своего географического расположения, он наиболее уязвим для нападения. Во-первых, он соединяется с остальными фортами единственной дорогой, которую легко блокировать и, таким образом, исключить доставку подкреплений. Во-вторых, население форта весьма малочисленно по сравнению с другими поселениями, а, значит, противнику будет легко создать численный перевес. Ну и еще немаловажно то, что он ближе всего к Аддис-Абебе. Скорее всего, с момента начала нападения на форт Заря, один из шведских кораблей перекроет выход в Волгу из Шпрее, чтобы блокировать Нерпу. А второй, прикрывая десант, двинется к устью Щитовой. В случае взятия форта, отряды от Зари выдвигаются к форту Сибирь. Одновременно с этим десант на скоростных катерах поднимется вверх по Щитовой, захватит перевалку и примет участие в штурме Сибири. Корабль же будет блокировать Щитовую с целью недопущения переброски подкреплений. С этой же целью один из отрядов противника перекроет дорогу от форта Алтай к Малому Алтаю. После взятия Сибири противник сможет не торопясь и без помех штурмовать форт Алтай.
   - Руслан, если ви знайт, как путет действоват шветт, то почему не сделайт засатт?
   Это задал вопрос Курт Шрайбер, глава форта Сибирь. Мужик умный, по-немецки дотошный, местами даже занудный.
   - Мы думали о возможности засады. Но дело в том, что это лишь один из вариантов, хотя и самый вероятный. Мы проработали их все, но каким из них воспользуется противник, мы не знаем. Кроме того, нам неизвестно и время начала операции. Мы не можем держать все силы в одном месте, так как существует значительная вероятность того, что именно в этом и состоит цель их активности. Опять же, помимо шведов и эфиопов есть еще и сомалийцы. Крайне необходима разведка, раннее обнаружение врага. Евгений Мхайлович, это уже по вашей части. Вам нужно будет объехать эфиопские поселки и предупредить их, договориться, чтобы они информировали вас о незнакомых людях в лесу и, тем более, о группах людей.
   - Я обязательно это сделаю. И, кроме того, постараюсь собрать из эфиопов группу ополчения, чтобы в случае нападения на форт можно было атаковать врагов с тыла. Но как раз на направлении главного удара у меня пусто. Все поселки расположены вдоль Сибирского тракта к югу. А к северу и к востоку от форта только тайга и болота.
   - Жаль. Остается надеяться, что у зусулов нет хороших проводников.
   Итоги подвел Сотников.
   - Надеюсь, все присутствующие понимают, что положение крайне серьезное. Мы не можем себе позволить потерять даже один форт. Но дело даже не в этом. Мы не станем атаковать ни эфиопов, ни шведов, у нас и без них дел по горло. И они, сучьи дети, это прекрасно понимают. Если их затея удастся хоть в малой части, можно сказать, что они победили. Так что мы просто обязаны отбить нападение. Но это - задача-минимум. Не получится сейчас - они через год попробуют еще. Нужно сделать так, чтобы отбить у тех и других всякое желание вообще когда-нибудь воевать с Россией. Руслан, Андрей, от вас я жду в кратчайший срок предложений по этому вопросу. Ни лиги наций, ни ООН здесь не существует, мировое сообщество никому ничего предъявлять не станет, апеллировать не к кому. Никто нам не поможет, кроме нас самих.
   Следующий момент - противостояние на воде. Как понимаю, Дункан против шведа не выстоит. Значит, от военных и ученых жду реалистичных и быстрореализуемых предложений по противодействию этим речным мониторам. Причем в идеале необходимо вывести из строя корабль так, чтобы мы могли его захватить, отремонтировать и сами использовать. Завтра утром у меня совещание по этим вопросам вместе с капитанами. На сегодня - все.
  
   И вот теперь Женя сидел и старательно напрягал мозги, пытаясь придумать решение двух вопросов: как отбиться от злобных зусулов и как спровадить Ольгу в метрополию. Причем, второй вопрос был на порядок труднее первого. За весь путь от замка Россия так он ничего и не смог изобрести.
   Но вот за очередным изгибом реки показалась пристань Малой Сибири. На ней выстроилась группа людей: встречающие и несколько человек, собравшихся ехать в замок Россия. Одна фигурка показалась знакомой. Женя прищурился, напрягая зрение. Неужели?.. Точно, она! И что ее потащило сюда по всем буеракам?
   Буксир проскрипел кранцами о стенку дебаркадера, матросы закрепили швартовы, положили сходни и едва не подпрыгивающий от нетерпения Женя вместе с остальными сошел на берег.
   - Привет! Ужасно рад тебя видеть.
   Он осторожно обнял Ольгу, нежно поцеловал в губы, не стесняясь сновавших мимо людей.
   - Давай отойдем в сторонку, чтобы под ногами не мешаться.
   - Давай.
   Они присели на лавочку у домика начальника пристани.
   - Я очень скучал по тебе.
   - Я тоже соскучилась.
   Она провела рукой по Жениной щеке.
   - Ты почему с утра не побрился? И такой колючий еще лезешь целоваться.
   - Да я на пароход опаздывал, - стал оправдываться тот.
   - Значит, надо было пораньше встать.
   Ну как объяснишь женщине, что после мужских посиделок в кофейне раньше встать просто физически невозможно!
   - И зачем ты решила сюда приехать? А если бы что случилось?
   - Ничего бы не случилось, ты напрасно переживаешь. Не забывай, мне виднее, - Ольга указала глазами вниз.
   Только тут Женя заметил стоящий у ее ног небольшой рюкзачок.
   - Ты... уже? От внезапной догадки у него перехватило горло.
   - Ага. И не надо так нервничать. Когда-то это должно было случиться.
   - Так скоро...
   - Ничего, все через это проходят.
   Пароход гуднул, приглашая пассажиров на борт.
   - Ну все, пока, мне пора. Не провожай, не надо. Вон, Фима тебя ждет, сейчас прокатитесь с ветерком до самого форта.
   - До свидания.
   Он не сказал слово "любимая", но Ольга и так поняла. Улыбнулась, взъерошила Жене волосы, быстро чмокнула в щеку, подхватила свой рюкзачок и, поддерживая одной рукой живот, вперевалочку, чуть откинувшись назад, зашагала к сходням. Один из матросов взял ее вещи, и она вслед за ним скрылась в каюте. Пароход дал гудок, отчалил, ловко развернулся практически на одном месте и бодро побежал вниз по течению. Через каких-то полчаса он скрылся за излучиной реки.
   Женя подошел к "кюбельвагену", за рулем которого сидел Фима Максаков, а на заднем сиденьи - пара серьезных ребят из ведомства Бероева, поздоровался. От забот не осталось и следа. Настроение мгновенно поднялось до отметки "восторг". Еще бы - главная проблема решилась сама собой, да еще таким расчудесным образом. Дело оставалось за малым - накостылять эфиопам.
   - Ну что, поехали. Гони, кучер, сегодня гулять будем!
  
   Все население форта, за исключением дежурной смены на стенах, собралось в столовой. Вообще в форте народу жило немного. Если не считать ежемесячно сменяющихся бероевцев, шестнадцать человек. Сейчас, когда Ольга уехала в замок Россия, пятнадцать. Год назад, после такого внезапного для всех появления новых фортов, возник вопрос об их заселении. Ведь мало захватить точку, надо еще ее удержать. Поэтому по Русскому союзу кинули клич. И таки нашлись люди, пожелавшие сорваться с насиженных мест и отправиться к черту на куличики обживать новые места.
   Из форта Сибирь следом за Женей снялись Клаус Лори (чем несказанно удивил), Григорий Смыков, Вячеслав Григорьев, которого все в глаза и за глаза обычно звали просто Иваныч, Шурик со своей Дашкой (и это тоже было неожиданно), Жора-байкер и Федька Прачкин. Как уж Федька уламывал бабу Лису, осталось тайной. Злые языки утверждают, что после того знаменательного разговора видели у него красные глаза. Но к вечеру второго дня существования форта он уже гулял по коридорам, выбирая себе комнату. Хотел переехать и Касаткин, но служебный долг оказался сильнее. Полетаева же сманили в замок Россия, там всерьез озаботились развитием авиации. Так и распался союз преферансистов. Но Григорьев не терял надежды заразить преферансом пару-тройку человек. Из станицы Заостровской почти подпольно приехал могучий - косая сажень в плечах - казачина Илья Туголуков с молодой женой Настей из клана Пантюховых. Уж неизвестно по какой причине, а только родители с обеих сторон наотрез отказались благословить молодых под венец. Не помогли ни уговоры Ильи, ни слезы Насти. Но любовь, как говорится, зла, и теперь в форте Заря были свой кузнец и своя агрономша. А по весне Настю Туголукову свезли на неделю в замок Россия, и сейчас весь двор форта был затянут веревками, на которых сушились детские пеленки. Вскоре после этого в форт нагрянул сам глава Заостровской Семен Туголуков. Чинно за руку поздоровался с Женей, в один взгляд оценил двор и хозяйство, сходил поглядеть на внучку Варвару, потом махнул рукой и изрек:
   - Живите с богом, дети.
   К концу лета к Заре пробили просеку. Из форта Сибирь отдали две машины: маленький одноместный квадр из еще первых трофеев, и полюбившийся Жене "кюбельваген". К огорчению Жоры-байкера, "ковровец" ему забрать с собой не дали, но Женя посулил при первой возможности обеспечить адекватную замену. Слово свое он сдержал и теперь Жора раскатывал на новеньком эндуро Honda XR400. "Кюбельваген" перегонял в форт Заря парень из новеньких Ефим Максаков. Он оказался шустрым малым и за неполных два месяца успел найти себе подругу из таких же, как он сам, потеряшек, Люду Гонтареву. Ее и привез с собой. Еще с ним приехали Евсей Кузьмич Приходько и, к огорчению населения Сибири, Василиса Феофановна Прачкина. Как-то сложилось у Кузьмича с бабой Лисой. Сам бывший колхозный сторож объяснил свое решение тем, что в форте Сибирь стало слишком суетно.
   И вот все пятнадцать человек собрались в столовой. Женя не стал ходить кругами и прямо вывалил на головы людей всю привезенную информацию.
   - В общем, в ближайшую пару недель, скорее всего, предстоит нам снова отбиваться от эфиопов. - закончил он свое выступление. - И в этот раз ситуация будет посерьезней, чем в прошлом году. Так что я, прежде всего, предлагаю Анастасии погостить с Варварой у бабушек и дедушек. Пароход до замка Россия будет послезавтра.
   - Это что же, Илью одного здесь оставить? - тут же возмутилась она. - Да ни за что!
   - Настенька, ну что же ты, я ведь не маленький, - прогудел могучим басом супруг, - Ты, действительно, съезди к батюшке, они тебе все рады будут.
   - Ни за что, и даже не надейся! Ты тут под пулями будешь шастать, а я там цветочки собирать? А если что с тобой случится?!
   - Ты, девка, не о том думаешь, - вступил Кузьмич. - Ты должна сейчас перво-наперво о дочке думать. Ибо это окромя всего еще и продолжение рода вашего. И твой первейший долг в том и состоит, чтобы пока муж твой боронит форт от ворогов пакостных, дитя ваше уберечь, ибо в нем суть продолжение ваше.
   Настя смолчала, но было видно, что отступать не собирается. Вот ведь характер! А Кузьмич продолжал.
   - Вот ты ерепенишься, а лучше бы прикинула: бой будет жаркий, всякое может произойти. И если, не приведи Господь, что с Варенькой случится, как ты потом Илье в глаза глядеть будешь? А как перед собой оправдываться? Как ты жить вообще сможешь, ежели знать будешь, что могла дочку сберечь и не сделала того по причине вредности натуры и ослиного упрямства? Ехай, поперечница!
   Сторож не на шутку разошелся, аж ногой топнул.
   - Лучше мужа нонеча как след приласкай! Глядишь, одного дитенка на руках увезешь, а другого - во чреве.
   - Так уже... - растерявшись от такого напора, выдала Настя тайну, и, осознав конфуз, покраснела и стушевалась. Кузнец только ахнул. Видимо, и для него это было новостью.
   - А коли так, - не смутившись, продолжал Кузьмич, - тем более не след здесь задерживаться.
   Видя, что упрямицу общими силами удалось победить, Женя продолжил.
   - Я завтра с утра начну объезжать вассалов, требовать исполнения обязательств. Пусть будут в курсе и держатся настороже. Нам бы неплохо патруль запустить, чтобы пара человек километров на пять от форта лес просматривала. Клаус, определи очередность дежурств. И, главное, по одному из форта ни ногой. Оружие берите соответственное. Никаких хаудахов, полноценные ружья и запас патронов. Обязательно каждому иметь при себе рацию. Мне не нужны неожиданности. Задача минимум - разобраться с эфиопами без раненых. Даже без царапин. Не дергайтесь понапрасну, но будьте наготове. Настя, какие у нас ближайшие работы на огороде?
   Агрономша успела уже слегка прийти в себя после перенесенного культурного шока.
   - Да только поливать нужно. Остальное все сделано. До конца августа никаких масштабных сельхозработ не предвидится. Ну а там уже начнется уборка да заготовка.
   - До тех пор и с неграми дела порешим. Тогда - все. Спасибо за внимание.
  
   На закате на верхней площадке донжона собралась теплая компания. Такие посиделки становились пусть не ежедневными, но все-таки вполне традиционными. В последнее время женщин на них не стало - они предпочитали кучковаться рядом с Настей и ее детским садом, и на башне собирался этакий мужской клуб. Вот и нынче свободное от вахты мужское население форта наслаждалось закатом, вечерней прохладой и умеренным количеством крепких спиртных напитков. Остатки элитного коньяка Женя зажал, ибо нефиг. Праздничное блюдо, употребленное в будни, быстро лишается своего ореола праздничности. Но среди множества талантов обитателей Зари нашелся и винокуренный. Кузьмич оказался весьма сведущ в технологии домашнего виноделия и самогоноварения. И в подвалах форта теперь стояло (периодически прореживаемое) изрядное количество бутылей и бочонков с лучшими образцами его продукции. Для повышения уровня он недавно специально ездил в Заостровскую и на Кордон, к признанным специалистам в этом вопросе на предмет обмена опытом и секретами мастерства. После возвращения внес несколько существенных изменений в конструкцию своего перегонного агрегата. И сейчас на столике среди богатой и разнообразной закуски стояла для дегустации бутыль с чистым, как слеза, продуктом новых технологий. Самогонщик собственноручно разлил по первой в стопочки "от Скленаржа" и провозгласил:
   - Ну, за чудный вечер.
   Компания согласно прозвенела хрусталем.
   - Ух, крепка ты советская власть! - прокомментировал Григорьев и аппетитно хрустнул соленым груздочком местного же посола.
   - А то ж, шестьдесят градусов! - похвалился Кузьмич, разливая по новой. - Между первой и второй...
   - Касаткин сейчас бы сказал - "чтоб пуля не пролетела". - А где он? Что-то давно не заглядывал. - Клаус Лори уже не удивлялся привычкам "этих странных руских". Он настолько обрусел, что даже изрядно продвинулся в изучении языка. Кое-кто утверждал, что в этом ему активно помогает одна молодая дама из Сибири, и что именно к ней он мотается каждую неделю, а отнюдь не на совещания к капитану.
   - Послезавтра обещался быть, - сказал Женя. - Привезет смену бойцов из замка. Может, задержится до утра. Вон, с Иванычем пульку распишет.
   Григорьеву удалось-таки обратить нескольких человек, в том числе и Клауса, в страстных преферансистов. И вечерами, особенно долгими зимними, можно было слышать странные для непосвященных реплики, доносящиеся из апартаментов Иваныча: "Под игрока с семака", "хода нет - ходи с бубей" и эмоциональное "да за такое канделябром!" Поэтому приезд признанного преферансного гуру был воспринят с немалым воодушевлением. За это незамедлительно было опрокинуто еще "по писят".
   - А ведь у нас еще сегодня повод есть.
   Кузьмич поднялся, держа в одной руке посудинку с порцией огненной воды, а в другой - тонкий ломтик копченой оленины.
   - Командир наш нынче супружницу свою в замок Россия отправил, так что в ближайшие дни ждем пополнения гарнизона. Давай, Евгений Михалыч, за продление твоего рода.
   Неугомонный Федька влез под руку.
   А чего это вы, Евсей Кузьмич все про род да про род? На кой он вообще нужен?
   Тот, уже поднесший стопку ко рту, чуть было не поперхнулся, но совладал с организмом. Выпил, смачно закусил, а затем смазал пытливому вьюноше хорошего леща.
   - За что? - возмутилась жертва.
   - За то, что ты чуть гармонию не нарушил. Думать надо допрежь слов. А про род я тебе вот что скажу: это у каждого человека - главное. В старину как было? Прежде, чем парня оженить, або девку за мужа отдать, смотрели, что за род у кандидата. Большой ли, богатый ли. Ежели род худой, значит и заступиться, и помочь при нужде некому будет, случись что - и загинет кровиночка. А коли род большой да сильный... Вот, скажем, надо тебе дом построить. Сможешь в однова-то? Могет, и построишь, только намаешься досыта, а то и пуп сорвешь. А коли род за тобой - кинул клич, собрались братья, дядья, да кумовья, во три дни сруб поставили, да под крышу подвели. А деды проследят, все ли по правилам сделано, нет ли изъяна какого, да совет подадут, да поправят вовремя, коль что не так. Все в роду кровушкой повязаны, все друг за друга держатся. И пенсий никаких не надобно - коли сыновей много, так обеспечат стариков на старости лет, что никакому государству и не снилось. Ежели род большой да сильный, тать какой еще призадумается, стоит ли связываться: глядишь, себе дороже выйдет. Коли обида какая случись одному родичу, так весь род за него встает. Но и как напакостил, ответ перед всем родом держать приходится. Самая страшная кара была - из рода изгнать, изгоем сделать. Худо одному, тяжко жить без роду без племени. В городах на старой-то земле, люди об этом забывать стали, там жисть легкая пошла. Вспоминают о родичах тогда только, когда загинаться начинают, а некому и стакан воды поднести. Вон, и мы с бабкой твоей на старости лет друг к дружке прислонились.
   - Так, выходит, у нас и рода-то почти нет ни у кого? - не унимался Федька.
   - Глупый ты головастик!
   Настроение у Кузьмича было благостное, и он не прочь был поговорить.
   Род у нас есть, да еще какой! Токмо не кровью своею мы повязаны, а фортом нашим, что с боем взяли у негров, хай сто чертей им в печенки. Всею нашей жизнею здесь повязаны. Эти узы, они не слабей кровных. Вот мы все, кто тут в Заре живет, и есть род. И Михалыч тому роду голова по всем статьям и заслугам. Так что пусть детки появляются, пусть наш род силы набирает. Вон, у Дашки талия тож округлилась. Через полгодика и ее рожать отправим. Было бы нас не пятнадцать душ вместе с Варькой, а пятнадцать тышш, ни один эфиоп и близко бы не сунулся. Ну, давайте за наш род!
  
   *****
  
   Серж проснулся от холода. Утро еще даже не думало начинаться, небо затянуло тучами, кругом темнота - как у негра в... тендере. Вокруг тихо, и из-за этого плеск воды в ручье кажется почти оглушительным. Костер погас, камни, на которых он лежал, остыли и начали ощутимо студить тело. Он поднялся, покрутил руками, сделал несколько наклонов и приседаний, чтобы разогнать кровь. Едва немного согрелся, как возникла новая неотложная потребность: все-таки он с вечера изрядно выпил воды - неслабый был сушнячок. Гадить там, где спал, он не хотел, даже если он на это место никогда не вернется. Глаза потихоньку привыкли к темноте и стало возможным различать хотя бы контуры предметов. Серж припомнил расположение ближайших камней, взял свое копьецо и осторожно, нащупывая ногой дорогу, стал пробираться к выбранному под туалет месту. Он успел сделать два десятка шагов, когда позади раздался легкий шорох. Обернулся - никого. Послышалось? Но едва он успел так подумать, как у его костра мелькнула еле заметная тень. Человеческая. Потом еще одна. Это было уже страшновато. Сержант присел и замер, весь превратившись в слух. Ему показалось, что он слышит шепот, разговор, но не мог разобрать слов. Он читал, что близкая бегущая вода может вызывать слуховые галлюцинации, но проверять как-то не хотелось. Он подобрался. Усталость, ощущавшаяся в теле после вчерашней прогулки, исчезла, остатки сна бесследно испарились, все физиологические нужды временно отключились. Даже если ему привиделось и послышалось, немедленно возвращаться к месту ночевки не стоит. А если не привиделось - тем более. Нормальный человек даст о себе знать. Голосом ли, светом, но обозначит свое присутствие. А вот если молчком да тишком - скорее всего, по его душу пришли. Может, как раз, те самые шутники, что сюда его закинули. Ну что ж, поиграем в прятки. Нужно обойти кругом и посмотреть с другого ракурса. И Серж осторожно, чтобы не шумнуть, начал двигаться в сторону. Сделав несколько шагов, он остановился и разобрал свое копье. Точность движений сейчас важнее дистанции. Наматывать шнур на ножны некогда, сунул в карман. Пошел дальше. Еще немного и уперся в гранитную стену. Дальше - только вверх. Продвинулся немного вдоль стены, остановился. Тут легкий ветер чуть усилился и на секунду раздул оставшиеся от костра угли. Но этой секунды и этого слабого света вполне хватило, чтобы увидеть двоих человек, одетых в камуфляж. Один стоял к Сергею спиной, виден был только контур, и на этом контуре над правым плечом четко вырисовывался ствол оружия. Карабин или автомат - пока неясно. Другой был напротив первого и его Серж разглядел более подробно. Лесной камуфляж, наколенники, берцы с камуфлированным верхом, широкий ремень с подсумками, ножнами и кобурой. Лифчик разгрузки, в нем явно рожки для автомата. Сам автомат, видимо, за спиной -через грудь от правого плеча налево к поясу идет ремень. Лицо скрыто капюшоном, виден только острый, чуть с горбинкой, нос и широкий шрам через черную правую щеку. Правая рука в беспалой тактической перчатке держит пистолет, "Beretta M1934".
   Тот, что стоял спиной мгновенно среагировал и растоптал угли, но Серж уже увидел все, что хотел. Теперь можно отступить и сделать выводы. Во-первых, за ним действительно следят. Во-вторых, судя по экипировке, ребята серьезные. Непонятно только, почему при таком крутом снаряжении такой древний пистолет. Было бы резонно ожидать, что у них на вооружении "Глок", "USP" или хоть та же "Beretta 92F". Днем он никого не видел, значит на нем маячок. Вряд ли в снаряжении. Хотя могли, конечно, запихать в коробку аптечки, но это легко проверить. Скорее всего, в одежде, в каком-нибудь шве. Найти практически нереально, придется расстаться с костюмчиком. Но голым по лесу тоже не побегаешь... Ладно, пока подождем. Однако же к месту ночевки они вышли, стоят с оружием наготове, а вот его в десяти метрах не видят. Да и сканера у них в руках не было видно. Или человек со сканером гуляет где-то неподалеку? А, может, просто совпадение? Опять сплошные нестыковки. Еще момент - черное лицо человека. Негр или показалось? Огонь может сильно искажать цвета. Да морду лица могли просто измазать камуфляжем. Что касается сканера, можно сейчас проверить. Он нащупал под ногами небольшой камушек и метнул его на другую сторону ручья. Камень легко стукнул поодаль. Вблизи пару раз хрустнуло, потом плеснуло в районе ручья. Все-таки сканера у них нет, ориентируются на звук. Тогда как нашли его здесь, у ручья? Тепловизором? Тогда он бы уже лежал с дыркой в башке. Остается предположить, что шли туда же, вниз, в долину и случайно наткнулись на него. А прикончить хотят на всякий случай, чтобы никто не знал об их выдвижении. Значит, это какая-то другая группа, с его похитителями не связанная, может даже конкурирующая группировка. Но в любом случае от них нужно отстать подальше. Лучше всего сейчас уйти в сторону, найти какое-нибудь убежище и в нем дождаться утра. Посмотреть, как эти ребята будут спускаться и через пару часов двинуться следом. А уже внизу сместиться в сторону, выйти на параллельный курс и постараться больше не встречаться.
   Если честно, у Сержа был соблазн пока один мужик ускакал на другую сторону ручья, прирезать второго и выпотрошить на предмет оружия и снаряжения. Но, поразмыслив, он отказался от этой идеи. Во-первых, он ни разу не убивал человека. Ни ножом, ни пулей. Конечно, на занятиях по самообороне он много упражнялся с макетом ножа, но никогда не делал этого на практике. Кроме того, отработанные им приемы требовали подойти к объекту вплотную. А вдруг у него на спине рюкзак? Страховки у него нет. Малейшая ошибка, и ему придется переваривать свинцовые пилюльки. Так что нафиг такие приколы, лучше отсидеться и переждать. Светать начнет примерно через полчаса, максимум через час. Так что за эти полчаса-час он должен укрыться так, чтобы его не видели, а он бы, желательно, всех видел. Ну, вперед.
   Сергей потихоньку продвигался вдоль правого берега ручья, стараясь держаться края расселины, чтобы быть менее заметным на фоне скалы. Торопиться не стоило, если он не хочет переломать себе все ноги. Собак у тех мужиков нет, их было бы сразу слышно. А следов на камнях не остается. Если он успеет укрыться, его не найдут, разве что случайно наткнутся. Ну, так на этот крайний случай есть нож.
   По мере движения журчание ручья усиливалось. С одной стороны, не нужно было так красться, с другой - не было слышно возможную погоню. Через полчаса по приблизительным своим прикидкам Серж ушел от места ночевки почти на километр. Можно было не бояться, что его случайно увидят или услышат. Начало светать, идти стало легче. Но зато теперь появлялась опасность, что его силуэт могут заметить на фоне неба. Еще через четверть часа рассвело достаточно, чтобы отчетливо видеть. Но подходящего укрытия так и не нашлось. Более того, стало очевидно, что русло ручья обрывается вниз водопадом, а спуск в долину идет по левому берегу. То есть, чтобы продолжать уходить нужно перебраться на другой берег ручья, который стал шире и глубже. Промочить ноги, конечно, не страшно. Но вот при этом как минимум пять минут придется маячить на открытом месте. Из хорошего карабина снимут влегкую. А что если посмотреть хоть маленькую нишку вплотную к скале по правому берегу? Это займет минут пять, а если ничего не отыщется, придется скакать козлом по курумнику на другой берег.
   Сказано - сделано. Серж прошел вдоль скалы почти до самого обрыва. В другое время он бы обязательно остановился полюбоваться красотами, но сейчас было не до того. Скальная стенка справа заканчивалась приличных размеров выступом, этакой каменной плитой шириной метра полтора. Угол между выступом и стенкой зарос длинными жесткими стеблями какой-то травы. Может, там хватит места для укрытия? Осмотр займет не больше минуты. Если нет - придется галопом чесать через ручей.
   Травы наросло действительно много. Вполне достаточно, чтобы спрятаться взрослому мужчине. Конечно, не Бог весть что, но пока не подойдут вплотную, не заметят. А вот если бежать на ту сторону, заметят наверняка. Скорее всего, эти люди хорошо знают тропу. Или у них есть проводник из местных. А это значит, что они, в конце концов, его догонят. А тут у него, по крайней мере, появляется шанс. Может, это и паранойя. Но проверять это на себе нисколько не хотелось. Держась рукой за скалу, он шагнул внутрь травяного островка и потерял равновесие, не встретив под ногой опоры. Успел выставить руку и пребольно треснулся локтем о гранит. Хорошо еще, что не головой. Яма? Нора? Осторожно нашарив ногой край углубления, он заглянул внутрь. Ничего не видно. Сергей присел на край ямы и решился включить фонарь. Это была и не яма, и не нора. Это был ход, уводящий вниз и влево. По ощущениям -прямо под водопад. Если кто-то полезет за ним, то, по крайней мере, у него, Сержа будет преимущество внезапности. Если, конечно, не станут бросать гранаты. Раздумывать было некогда и он спрыгнул в ход.
   Видимо, когда-то им пользовались люди: под ногами обнаружились высеченные в камне грубые подобия ступенек. Спускаться пришлось изрядно. По ощущениям, метров на тридцать, но в конце пути Серж действительно оказался на каменном карнизе, спрятавшемся за небольшим водопадиком. Можно было быть абсолютно уверенным, что это убежище абсолютно не видно ни спереди, ни с боков, ни, тем более, снизу. Это, конечно, была далеко не Ниагара, но шуму хватало. Влажности тоже было в избытке. В предутренних сумерках не было видно всех полагающихся каждому водопаду красот: ни переливчатого облака брызг, ни множества маленьких сверкающих радуг, зато прямо напротив потока воды чернел вход в пещеру.
   Вряд ли там был какой-нибудь зверь, иначе были бы следы на входе, запах. Но все-таки Сержант приготовил нож, мимоходом пожалев о разобранном копье. С ножом и фонарем он заполз внутрь. Низкий тоннель, по которому приходилось двигаться на четвереньках, уходил вглубь горы метров на пять, после чего круто поворачивал направо и почти сразу же снова налево. Это хорошо, гранату от входа не закатить. Еще через два метра ход расширялся, открываясь в небольшой зал. Это было почти идеальное убежище. Сухая, чистая пещера, с высоким - можно было свободно выпрямиться во весь рост - сводом, размером примерно десять на пятнадцать метров. По полу, в каменном желобке вдоль стены, протекал ручеек. Посередине выложен камнями очаг, над ним - тренога для котелка. Котел тут же, рядом. Видимо, где-то наверху были отдушины - воздух не был спертым, дышалось легко. У дальней от входа стены на небольшом возвышении что-то лежало. Серж подошел, посветил фонариком и на миг отшатнулся. В узком луче света скалил зубы человеческий череп.
   Нет, он не боялся ни скелетов, ни мертвецов. После начала заварушки этого на улицах хватало с избытком. Но уж больно неожиданно это было, да и антураж соответствующий, как из фильмов-ужастиков. Внутренне посмеявшись над своим секундным испугом, Сергей начал более детальный осмотр. Череп и весь остальной полагавшийся к нему набор костей лежали на покрытой тряпками соломенной подстилке. Скелет был одет в камуфляж явно зарубежного образца. Куртка и штаны были разорваны и покрыты коричневыми пятнами засохшей крови, из дыры на куртке виднелись обломки ребер. Скорее всего, человек встретился с каким-то зверем, получил смертельные ранения, но смог добраться до своего убежища, где и благополучно отдал концы. Рассудив, что мертвому больше ничего не нужно, Серж принялся тщательно обыскивать карманы камуфляжа. На шее болтался армейский медальон, его в карман. Куртка пуста. На поясе фляжка в чехле. Вода в ней, конечно, уже протухла. Ну да ничего, главное - есть емкость, и теперь он вполне автономен. По крайней мере, такого экстрима, как был накануне, уже не случится. Продолжим осмотр.
   Подсумки у скелета были пусты. В карманах штанов - тоже ничего. Да, негусто. Но и немало. Рядом с изголовьем обнаружилась керосиновая лампа. Конечно, пустая. Но неподалеку стояла канистра, и в ней немного плескалось. Серж заправил лампу, зажег (отметил себе: осталось восемь спичек) и продолжил осмотр. Рядом с ложем лежал карабин, итальянский, системы Каркано, Moschetto Mo. 1891. Древняя конструкция, не слишком хорошая, да и калибр 6,5 мм, ни то, ни се. Весь разбитый, с расщепленным прикладом. Интересно, где это покойничек умудрился так его приложить? В патроннике оставалось три патрона. Видимо, еще три были выпущены по неведомому зверю. А потом на ближней дистанции пришлось отбиваться прикладом. В ногах - кожаная сумка с длинным ремнем, вешать через плечо. В ней - несколько заплесневелых галет, две банки консервов сомнительной годности и - Бинго! - полевой бинокль в кожаном футляре. Это уже кое-что.
   Интересно, а как хозяин жилища добывал огонь? Ни спичек, ни зажигалки, ни даже огнива Серж не обнаружил. Он еще на раз осмотрел пещеру, все пространство вокруг ложа, тщательно прощупал одежду - ничего. А где еще не смотрено? Да под телом же!
   - Извини, мужик, придется тебя немного побеспокоить.
   Серж осторожно оттащил скелет с ложа. Череп упал и откатился в сторону, но сейчас это было не важно. Под соломенной подстилкой в каменном возвышении была ниша, закрытая сверху деревянной крышкой. Вот тут-то и ждала настоящая находка. Под крышкой лежал солдатский ранец образца хрен знает какого года. Такие Сергей видел только на картинках, да еще в старом, советском еще, фильме-сказке "Огниво".
   Ранец был почти полон. Сверху лежали патроны. Винтовочные, итальянские, 6.5х52, в пачках по 6 штук. Двадцать пачек. Неплохой запасец, только стрелять ими теперь не из чего. Во-вторых, рация. Не такая мыльница, как у него, явно мощнее и круче. Но вот как с ней работать? Все надписи на иностранном языке, куча кнопок, инструкции никакой. Да и вдруг при включении выдаст кодированный сигнал и через десять минут в радиусе километра ничего живого не останется. Нафиг нам такие штучки. В третьих, пистолет. Вот это было для Сержа самой ценной находкой. Будь у него ночью пистолет, он просто пристрелил бы обоих гостей, и дело с концом. Пистолет был тоже итальянский, "Беретта". Такой же, какой был у ночных визитеров, М1934, под патрон .380 ACP. Но вот с патронами была беда. В обойме из семи патронов оставалось только два. Запасная обойма была пуста, и в ранце таких не нашлось. Еще был запас продуктов - консервы, крупа, еще что-то по мелочи, пара натовских рационов. Судя по датам на упаковке, вполне годных к употреблению. И отдельно в деревянной шкатулке, в бархатном мешочке странный шар. Светло-коричневого цвета, размером примерно чуть больше биллиардного. На шаре тонкими линиями были вырезаны очертания незнакомых материков. Мини-глобус? Собственно, лежи шар просто на дне ранца, он бы никакого внимания к себе непривлек. Но такая неординарная упаковка говорила о немалой ценности этой вещи. Вместе с шаром в шкатулке лежала тщательно завернутая в полиэтилен записная книжка, исписанная почти наполовину, но прочесть написанное было невозможно. Таких букв он никогда в жизни не видел. Или это был какой-то шифр?
   После недолгих раздумий, Серж прицепил на пояс тщательно промытую флягу с чистой водой, в сумку сложил натовские пайки, бинокль, блокнот и шар в мешочке. Пистолет не входил в кобуру, пришлось сунуть его вместе с пустой обоймой в боковой карман куртки. Все, что осталось, сложил в ранец, прибрал его на место, расстелил поверх солому и сверху со всей возможной аккуратностью пристроил скелет. Подобрал череп, приложил его на место. Взялся за карабин, но в это время из норы послышался шорох. Сержант мгновенно задул лампу и бесшумно отскочил ко входу. Через некоторое время в кромешной тьме показался лучик света. Что делать? Шуметь, а тем более стрелять, нельзя, можно насторожить того или тех, кто остался снаружи. Тут он обнаружил, что все еще сжимает в руках сломанный карабин. Взял его поудобнее, приготовился. Шорох становился сильнее, света стало больше и, наконец, из дыры показалась голова в капюшоне. На эту голову Серж, не раздумывая, опустил с маху приклад карабина. Вползавший человек сразу обмяк. Серж ухватил его за куртку и втащил в пещеру. Перевернул, осветил лицо. Это был тот самый человек со шрамом, виденный ночью. И это действительно был негр. Ну, по крайней мере, кожа его лица была глубокого коричневого цвета. Женя быстро охлопал его по карманам. Пусто. Хотя нет, вот в одном китайская газовая зажигалка. Возьмем, пригодится. На поясе нож, ну так у него есть один и весьма неплохой, а этот снимать долго. В подсумках патроны, но не те, то ли винтовочные, то ли автоматные. Ладно, хорош шмонать. Надо выбираться, пока второй не забеспокоился.
   Серж приготовил на всякий случай пистолет и полез наружу. Шумнуть не боялся. Снаружи все оказалось еще проще, чем внутри - напарник негра со шрамом сидел на корточках на краю карниза рядом со входом в пещеру и любовался окрестностями. Один хороший толчок, и он полетел вниз. Криков слышно не было - водопад заглушил все звуки. Пора было вылезать отсюда и идти дальше. Серж поднялся наверх, осторожно высунул голову из хода и осмотрелся. Рядом стояли вооруженные люди, десять человек. И все - негры. Экипировка такая же, что и у тех двоих, а вот оружие... Пистолеты в кобурах, их не видно, но, вроде, одинаковые - такие же "беретты М1934". У двоих - чешские винтовки "Vz. 24", клоны немецкого "Mauser 98", все с оптикой. Еще у двоих британские "Lee Enfield". Три немецких автомата "Sturmgewehr (Stg.44), два британских пистолета-пулемета "Стэн", кажется, третьей модификации. И у одного - пулемет "MG-34".
   Дело принимало новый оборот. У него два патрона в пистолете, а здесь нужны пара гранат и калаш. Как скоро эти интернационалисты хватятся тех двоих? Максимум, минут через десять. Надо срочно что-то предпринимать.
   Снова спустившись вниз, Серж лег на карнизе на живот и стал осматривать скалу под собой, пытаясь увидеть возможный вариант спуска. И такой действительно нашелся. Со скалолазанием у него было не очень - несколько занятий и всегда со страховкой. Ему было откровенно страшно спускаться с такого надежного карниза. Но оставаться было явным самоубийством. Ну, допустим, он пристрелит первого, кто полезет. Допустим, даже заберет у него оружие. Но потом начнут кидать гранаты, загонят в норку и хана. Он проверил все карманы и клапаны. Одежда, сумки - все должно быть надежно закрыто. Еще раз посмотрел вниз, оценивая предстоящий маршрут, вздохнул и начал спускаться.
   Главное правило скалолаза - всегда должно быть не менее трех точек опоры. Это в Сержанта вдолбили намертво. Цепляясь пальцами за трещины в скале, он нащупывал опору для одной ноги, потом для другой, потом перехватывался руками и снова нашаривал ногой уступ или трещину. Он потерял ощущение времени и не смог бы сказать, сколько уже прошло из отведенных ему на спасение десяти минут. Но, иногда посматривая вверх, не видел на карнизе под водопадом человеческих фигур, значит еще не все кончено.
   Ему повезло. Спускаясь, он заметил в скале небольшую нишу, примерно два на полтора метра. Сверху он ее не видел, а это значит, что не увидят и негры, можно будет переждать. Он так и сделал. Отвел себе на отдых полчаса. Прикинул, что дольше его караулить не будут. Но оказаться внизу в любом случае нужно было первым. Достал остатки ИРП, доел. На таблетке сухого спирта подогрел воду из фляжки, дополоскал в ней чайный пакет, размешал остатки сахара, выпил с последними галетами. Все клочки упаковки собрал, свернул и сложил в сумку. Поглядел на часы - пора. Осторожно глянул наверх - вроде, никого. Глянул вниз - осталось еще три четверти пути. Осторожно вылез из ниши и продолжил спуск.
   Пару раз выбрал не тот путь, приходилось подниматься обратно и искать другую дорогу. Однажды чуть не сорвался - казавшийся вполне надежным камень под ногой вылетел из трещины, и Серж повис на скале на кончиках пальцев. Когда это случилось, он чуть не помер со страху, но как только обнаружил, что еще не летит вниз, сумел собраться и нащупать новую опору. В одном месте ему пофартило. Он нашел две глубокие наклонные трещины как раз на расстоянии его роста друг от друга. И по ним, как по рельсам, спустился метров на тридцать. Но на последних пяти метрах скала пошла с обратным уклоном. А поверхность внизу, как назло, была усыпана большими и маленькими камнями. Серж посмотрел в одну сторону, в другую - другого пути нет. Нашел более-менее ровный участок, тихонько спустился, повиснув на руках, ноги свел вместе, присогнул в коленях, напружинил и отпустился. Постарался сгруппироваться, как при парашютном прыжке. Приземлился на обе ноги, повалился набок, ушиб колено. Все, прилетели.
   Сергей ощупал себя, подвигал руками-ногами. Вроде, все цело. Проверил багаж. Тоже все в порядке. Ну, может, ложки и сникерсы в пайках поломались. Бинокль тоже уцелел. Но вот руки и ноги мелко дрожали. Еще бы - такого экстрима у него еще никогда не было. Но как бы там ни было, надо было двигаться вперед. Серж осмотрелся. Водопад и речка остались в полусотне метров справа, наверху на скале никого не было видно. Насколько он опережает негров? Кто знает, как идет тропа. Скорее всего, у него не меньше получаса форы. А что если попробовать пошмонать того, кто упал в водопад? Оставить на то, чтобы оторваться десять минут, этого будет вполне достаточно. В лесу без хорошего следопыта хрен найдешь человека.
   Водопад лился в круглую окаймленную кустарником чашу диаметром метров двадцать, из которой вытекал ручьем, скрываясь в чаще леса. Тело негра прибило течением к противоположному берегу чаши. Это тоже хорошо - он будет упражняться в мародерке подальше от той группы.
   Путь до водопада занял минут пять. Серж нашел подходящее место, перешел по поваленному стволу ставший уже довольно широким ручей и, прорубившись сквозь ивняк, добрался до плавающего в воде трупа. Винтовки не было видно, покойник держал ее в руках, и она ушла на дно. Тело же зацепилось лямкой рюкзака за ветку и, притопленное весом груза, плавало примерно в метре от берега. Ситуацию осложняло то, что берег более, чем на полметра возвышался Сергей подобрал валяющуюся невдалеке палку и стал пытаться подтянуть труп поближе, так, чтобы можно было дотянуться рукой и втащить на берег.
   Чем Сержант почувствовал опасность, он и сам бы не сказал. Как говорят, спинным мозгом. Он резко обернулся. У него за спиной стояла, пригоготовясь к прыжку, огромная кошка. Размером намного больше тигра, серо-коричневого окраса и с торчащими из пасти здоровенными кривыми клыками. Позиция у него была, мягко говоря, невыгодная. Он сидел на корточках, вполоборота к зверю. В руках - только тонкая палка. Справа и слева - кусты, ни отпрыгнуть, ни перекатиться. Почти на автомате дернул из кармана пистолет, но от резкого движения потерял равновесие и рухнул в воду рядом с берегом. Не успел вынырнуть и отдышаться, как его накрыла волна. Потом, вспоминая этот момент, он понял, что сделал, пусть и невольно, единственно правильное действие. Прыгнувшая кошка промахнулась мимо намеченной добычи и плюхнулась в воду в пяти метрах от берега. Потоком выплеснувшейся от падения такой туши воды Сержа вместе с телом негра буквально швырнуло в сторону метра на два. Прикрываясь трупом, и не выпуская хищника из виду, он осторожно погреб к месту, где из чаши вытекал ручей. Там можно было выбраться из воды и на мелководье опустошить карманы покойника. Зверь попытался выбраться на берег в том месте, где упал, но не смог преодолеть полуметровый барьер. Удивительно, но кошка не стала искать более удобное для выхода из воды место, а с тупым упорством снова и снова штурмовала берег.
   Серж снял с тела рюкзак, вывернул карманы, срезав тренчики, забрал ремень с кобурой и подсумками. Всю добычу, не разглядывая, сунул в рюкзак и выбрался на берег. Отойдя на несколько шагов, он быстро разделся, отжал воду из одежды. Сейчас, когда адреналин начал спадать, он вдруг ощутил, насколько холодной была вода в чаше. Дрожжа всем телом, он натянул мокрые вещи, надел трофейный рюкзак, прикинул по компасу направление на башню и как мог быстро зашагал вперед.
   Сейчас идти было труднее. Вместо просторного, хоть и темноватого, сосняка были сплошные заросли ельника. Картина, казавшаяся сверху величественной, снизу была угрюмой и мрачной. Вспомнилась слышанная где-то присказка: "в березняке жениться, в сосняке веселиться, а в ельнике - удавиться". Еще не просохла утренняя роса, но Сержу это было фиолетово. Он и так был мокрым - дальше некуда. Минут через пять позади раздалось несколько винтовочных выстрелов. Он был от преследователей примерно в полукилометре. Можно было быть спокойным - в таком лесу его не найдут. И он, постепенно согреваясь от ходьбы, шел в выбранном направлении.
   Под ногами регулярно хлюпало. Хорошо еще, что сейчас лето, вода низкая. Осенью здесь, поди, вовсе гиблое место. Было ясно, что никаких сорока километров он сегодня не пройдет. Ну не пройдет, и ладно. Сколько получится, столько и хорошо. У него теперь есть еда на двое суток, фляжка - не пропадет. Рюкзак трофеев тоже требуется разобрать. Да и пистолет, хоть и с двумя патронами, это вам не комар чихнул. Конечно, его сейчас надо разобрать вытереть, просушить и смазать. Но этим он займется вечером, перед сном. Так просто теперь его не схарчить. Главное, не пересечься с той группой. Кстати, откуда это в Сибири вдруг взялись негры? Что им, в Африке места мало? Да и набор оружия странный - такой разнобой, и все из начала двадцатого века. И что им было нужно? Зачем они хотели его убить? Просто как возможного свидетеля? Свидетеля чего? Наверное, самого факта их присутствия здесь. Одно очевидно: нет никакой связи между ними и теми, кто закинул его сюда. А что им вообще нужно? За чем они полезли в эту пещеру? Скорее всего, за шаром. Или за блокнотом. Или за тем и другим. А если это так, то получается, что теперь они будут искать его, Сержа. Чтобы эти вещи забрать. И даже если он их выбросит, закопает, утопит в болоте, они не поверят и будут спрашивать, пока не получат ответ. В любом случае, итог будет один. И совсем нерадостный. А если бы он не брал этих вещей? Да, тогда у него был бы шанс ускользнуть. При условии, что его не заметили бы эти люди. Ну да что тут теперь говорить, дело сделано. Теперь нужно как можно быстрее добраться до жилья. А еще лучше - вообще убраться из этих мест. В лицо его никто не видел, уедет подальше и ищи ветра в поле! Ну а поскольку шар и блокнот все равно у него, хорошо бы узнать, в чем ценность шара и что написано в блокноте. Может, он сможет сам использовать эти вещи для своей пользы. Ну а пока надо идти.
   Для дневного привала Сергей выбрал более-менее сухое место. Поесть можно и на ходу, но нужно было разобрать рюкзак, выкинуть из него все лишнее, чтобы зря не тащить. Он снял куртку, развесил на ближайшей елке, чтобы проветривалась, и просто высыпал содержимое рюкзака на траву. Сам рюкзак тоже не мешало отжать. Почти полрюкзака занимали патроны. Натовские, 7.62х51 в пачках по 20 штук, которые были ему абсолютно ни к чему. 30 пачек, 600 патронов. Почти 10 килограмм. Плюс еще были снаряженные магазины в разгрузке, не меньше четырех, да еще один в винтовке. Это очень даже приличное количество, должно хватить на небольшую войнушку. Это куда же прется дюжина негров, увешанные оружием и с морем патронов? Ну да ладно, думать будем после. Что у нас еще? Еда. Тонкие лепешки в холщовом мешочке размокли и слиплись, превратившись в кашу. Жаль. Зато есть еще два натовских пайка и четыре банки каких-то консервов. Какие-то надписи на них странные. Часть по-английски, а часть... А значки-то как раз как в блокнотике! Выходит, это не шифр, а какой-то незнакомый язык. Два пластмассовых футляра с электроникой. В одном навороченный тепловизор, в другом - ПНВ. К сожалению, купание было для них фатальным. Тут Серж сообразил и схватился за карман. Его рация тоже приказала долго жить. Вот черт! Еще в рюкзаке блок незнакомых сигарет, свернутый коврик и тонкий легчайший спальник, последний технологический писк. Это хорошо, теперь с ночлегом проблем будет меньше. Если, конечно, после встречи с кошкой он решится спать на земле. Из того, что было в карманах - еще одна зажигалка, еще две пачки тех же сигарет. Одна целая, одна, открытая, раскисла. Сергей не курил, сигареты ему были без надобности. Но, может, где-то сработают как средство платежа, поэтому выкидывать не стоит. Еще какая-то бумажка с такими же странными письменами, фонарь (кстати, получше, чем у него), натовская индивидуальная аптечка, небольшой складешок "викторинокс" и горсть каких-то монеток в кожаном мешочке.
   Ремень с содержимым Серж оставил "на сладкое". Сам ремень был великолепен. Толстенная натуральная кожа, богато украшенная тиснеными узорами, мощная пряжка. За пару часов, проведенных в воде он почти не пострадал. В ножнах был крутейший "Extrema Ratio Fulcrum S", в кобуре - пистолет, такая же "Beretta М1934" с запасной обоймой. Что особенно порадовало, в подсумках нашлось еще полсотни патронов и набор для чистки. Это было просто супер! Теперь у него есть два пистолета и к ним приличный боекомплект. Уход за оружием был оставлен на вечер, а сейчас пора было идти.
   Под корнями ближайшей елки трофейным ножом была вырыта достаточно глубокая яма, в которую были закинуты ненужные патроны и промокшие гаджеты. Испорченные продукты и сигареты были закопаны метров на сто в стороне. Все вещи были аккуратно сложены в рюкзак, кобура с пистолетом и подсумки нацеплены на пояс. Серж поднялся, нагрузился, подтянул все ремни, попрыгал, проверяя качество укладки и отправился дальше.
   Теперь он мог не переживать: продуктов ему хватит с лихвой, жажда тоже не грозит, защититься от врага он сможет. Правда, вряд ли такой, откровенно говоря, слабоватый пистолетик спасет от подобной киски. Тут нужен калибр посерьезней. Кстати говоря, если здесь такие ходят, то спать на земле не стоит. Придется искать подходящее дерево и привязываться. Опять же, фигура на дереве видна издалека и для негров - отличная мишень. И, в случае чего, быстро вниз не спрыгнешь - пока еще отвяжешься. Хотя... Ту заразу пристрелили. Такой крупный хищник, скорее всего, контролирует изрядную территорию и не пускает конкурентов. Так что в эту ночь можно быть спокойным - вторая такая страшилка не придет. А на зверя поменьше есть ножи и пистолеты.
   К вечеру он прошел от силы километров двадцать. Сказывались усталость, недосып, нервное напряжение, да и сложность маршрута. Постоянно приходилось перебираться через завалы, продираться сквозь чащобу, обходить болотистые участки. Получалось, до башни ему идти еще по меньшей мере два дня. А сейчас надо бы выспаться и перекусить. Кроме того, хотя одежда частично просохла, многое осталось сырым, надо бы просушить. Да и горячая пища лишней не будет. Ветер с северо-востока, преследователи не учуют. Значит, решено. Серж нашел местечко повыше, посуше, вырезал большой кусок дерна и на этом месте разложил костер. Развесил вокруг на палках мокрое, открыл и поставил греться банку тушеных бобов с мясом и занялся оружием. Разобрал один из пистолетов и разложил детали на расстеленной футболке. Потом тщательно вытер каждую насухо, смазал и собрал снова. То же и со вторым. Разрядил обоймы, протер их и патроны, снова снарядил. Вытряхнул запасные патроны из расползшейся коробки, перетер, набил пустые обоймы. Оставшиеся "маслята" ссыпал в подсумок. Ну вот, теперь он вооружен. Два ствола, четыре обоймы, три с половиной десятка патронов в запасе. Теперь можно и покушать.
   Горячая сытная мясная пища - самое то для иззябшего организма. Серж сполоснул банку из-под бобов, вскипятил в ней воды, заварил сорванные по дороге листочки малины и брусники и с наслаждением выпил. Блаженствуя от ощущения тепла во всем теле, он одел теплую сухую одежду, загасил костер, закрыл костровище дерном. Спальник решил не разворачивать: в случае чего на то, чтобы вылезти придется тратить лишние секунды. Залез под огромную ель, расстелил коврик, устроился на нем, приготовил нож и пистолет, чтобы они были под рукой, и уснул, едва закрыв глаза.
  
   *****
  
   Женин день по обыкновению начинался рано. Он давно привык к этому, как и к тому, что все его время было обычно до отказа заполнено самыми разными делами. В обязательной программе значились зарядка, тренировка с пистолетом, ежедневный сеанс поставки и вечерний обмен информацией с другими фортами и с замком Россия. Все это вместе занимало три-четыре часа. Остальное время Женя занимал по усмотрению и в зависимости от текущих потребностей. Бывало, требовалось съездить в форт Сибирь, бывало - приезжали эфиопы. Хотя рыночная площадь была построена близ Сибири и все сделки происходили именно там, многие эфиопские вожди предпочитали предварительно провести переговоры непосредственно с Женей. Так уж вышло, что он создал себе среди выходцев из Африки репутацию большого человека, от которого многое зависит. И сейчас, хотя он оставил форт Сибирь Курту Шрайберу и ушел в сторону от местного мейнстрима, они предпочитали вести дела именно с ним. Особенно, когда дело касалось не простой торговли, ставшей уже вполне привычной, а чего-нибудь особенного. Например, когда очередное племя решало, наконец, присоединиться к форту. Или когда в окрестных лесах обнаруживалась какая-нибудь находка, которую местные эфиопы сами использовать не могли, но хотели получить от нее максимальную пользу. Правда, почти все местные эфиопские племена и так уже присоединились, а ближние леса были добросовестно прочесаны и все мало-мальски ценное прибрано в хозяйство. Впрочем, и уже найденного было очень даже немало. Понятное дело, продукты, вещи и инструмент эфиопы забирали себе. Но Жене удалось договориться, что если они не могут что-то использовать сами, то не курочат, а за соответствующее вознаграждение отдают форту. Договоры обеими сторонами соблюдались неукоснительно. Был даже случай - о нем Женя узнал много позже и окольными путями - когда вождь одного из кланов вознамерился кинуть Женю в какой-то мелочи, и был тут же низложен возмущенными соплеменниками.
   Так вот, Женя проснулся, по обыкновению, рано. Было немного странно просыпаться одному - он уже привык, что рядом с ним всегда любимая женщина. Быстро оделся, сделал зарядку и, опоясавшись своим верным "люгером", отправился на стрельбище творить свое воинское правИло. Он был уже совсем не похож на того полуинфантильного толстяка, который проснулся с бодуна в своей палатке год назад. Жир с пуза сошел, заметно прибавили в объеме грудь и плечи. Активная жизнь и регулярные упражнения привели к тому, что теперь не стыдно было порой сверкнуть на людях голым торсом. С оружием он тоже неплохо освоился. Из винтовки уверенно попадал в цель с трехсот метров. Но больше всего ему нравился пистолет. Женя любил свой "люгер". Нормативы, некогда установленные Григорьевым, он давно перевыполнил. Ему теперь ничего не стоило попасть в "яблочко" навскидку с пятнадцати метров. Полгода назад к обычным упражнениям с пистолетом добавились еще перекаты и уходы. В последний свой приезд Касаткин поглядел на Женины кувырки и щедро плеснул ему бальзама на душу:
   - Неплохо, неплохо. Тебе еще маятник выучить, да рукопашку подтянуть - и будешь вполне готовый боец ближнего боя.
   Сказать, что Женя был доволен жизнью, означало ничего не сказать. У него было все: дело, однозначно важное и нужное, люди, которых он, не покривив душой, мог назвать друзьями и, что было для него самым главным, женщина, которую он любил и которая - в этом не было никаких сомнений - отвечала ему полной взаимностью. Вихрь событий, который захватил Женю чуть больше года назад, присбавил скорость, но даже и не думал прекращаться. Правда, уже не было перестрелок, погонь и прочих источников адреналина. Но и того, что осталось, вполне хватало для ощущения полноты жизни. Конечно, форт Заря был окраиной, провинцией, если сравнивать с фортом Сибирь и, тем более, со столицей - замком Россия. И народу меньше, и досуг скромнее. Конечно, если есть желание, можно и съездить, развлечься, но до форта Сибирь два часа езды, а в замок Россия и вовсе день добираться надо. Это если по реке. Конечно, есть вертолет, но только для особо экстренных случаев. Сотников планирует строить прямые дороги в форты Сибирь и Алтай, но это дело будущего, возможно, что и отдаленного. Форт Алтай оказался ближе всех к найденному месторождению меди. От реки Звонкой к нему, как ранее от Щитовой к форту Сибирь, прорубили просеку. Перевалки на Звонкой и Щитовой разрослись до небольших поселков, и теперь дважды в неделю найденный на Щитовой колесный пароходик с небольшой баржей на буксире курсировал по маршруту Малый Алтай - замок Россия - Малая Сибирь.
   В первое лето основные усилия были направлены на прокладку дороги в форт Сибирь. Но кое-что построить все же смогли: во-первых, баню. Как бы там ни было, но вопрос гигиены всегда стоял остро. Во-вторых, кузню. Вернее, сообща поставили под нее сруб, а Илья уже сам принялся мастырить печь, меха, прочую оснастку. Наковальню заказали каналом в Сибири, вшестером выволокли ее с платформы терминала и на веревках спустили через окно сразу в кузов грузовика. И теперь целыми днями Илья пропадал в кузне, выполняя различные заказы и фортов, и эфиопов. Хватало ему времени и на работу "для души". Своей ненаглядной Настеньке он выковал такую оправу для зеркальца, что все мужики форта ходили поглядеть и полюбоваться.
   Байкер по велению души стал главным автомехаником форта. Автомотопарк был пока невелик, времени на уход и ремонт требовал немного, и Жора в свободное время уходил к Илье. Где-то подсоблял, а где-то и толково советовал. Перспективы у такого сотрудничества открывались весьма широкие.
   Фима Максаков оказался спортсменом, стрелком из лука. По его просьбе Женя добыл ему спортивный углепластиковый лук, две дюжины стрел и Фима периодически тренировался, не желая терять навыков. Как-то раз он поспорил с Григорьевым, а потом пошел с ним в лес и одним выстрелом с расстояния в сто пятьдесят метров завалил косулю. После этого Иваныч, на радость публике, честно откукарекал под столом, а потом выпросил у Жени еще один лук и начал тренироваться. Правда, чуть позже он, в свою очередь, отправил под стол Фиму, попав из своего карабина "Lee Enfield" в яблочко с километровой дистанции. И тут уже пришел черед Максакова брать уроки пулевой стрельбы.
   Фимина подруга, скромная застенчивая девушка, оказалась профессиональной ткачихой. Причем не только по профессии, но и по велению сердца. Женя организовал ей ткацкий станок и она просиживала за ним часами, создавая буквально шедевры ткацкого искусства. В прошлой жизни Жене доводилось видеть такие разве что в музеях. Не отставала от нее и Настя, кузнецова жонка. Поскольку зимой она ковыряться в земле не могла, то стребовала с Жени литературу, инструмент и теперь к звукам ткацкого станка в форте добавился перестук коклюшек.
   В общем, каждый человек обзавелся каким-нибудь хобби. Женя, в свою очередь, мало-помалу пристрастился столярничать. Что-то подсмотрел у Ганса Грубера, что-то вспомнил из отцовских наставлений, что-то со школьных уроков труда. В одном из пустующих помещений на первом этаже форта устроил себе мастерскую, постепенно обзавелся разнообразным инструментом и принялся за дело. Понятно, получаться стало далеко не сразу, но к концу зимы Женя обеспечил крепкими стульями и табуретами своего изготовления весь форт и стал задумываться о более сложных вещах - шкафчиках и буфетах. С наступлением лета свободного времени почти не стало, но следующая зима была уже не за горами, и Женя активно строил планы и придумывал новые конструкции. А у Шурика обнаружился талант к резьбе по дереву, и он украшал Женины поделки все более затейливыми узорами.
   Форт жил своей жизнью, неторопливой и размеренной, и Женю это вполне устраивало. Но нельзя сказать, что он занимался исключительно развлечениями. Просто текущие дела не требовали большого количества срочных действий. Но методично и регулярно, хотя и, может, незаметно, появлялись новшества. Так, все обращенные во двор крыши были покрыты панелями солнечных батарей. После раздумий и консультаций, от ветряков решили отказаться: достаточно сильные ветра были скорее редкостью. Зато в несколько приемов был выписан через канал вполне современный шестицилиндровый радиально-поршневой паровой двигатель. Легкий, мощный, оборотистый и потребляющий абсолютно любое топливо. К нему присобачили генератор, и теперь проблем со светом в форте не было, даже имелись избыточные энергетические мощности. Женя съездил в замок Россия и долго консультировался с тамошним радистом. А после его возвращения в форте появилась новая радиостанция - мощный цифровой трансивер. Женя собственноручно смонтировал и настроил ее и теперь при желании мог связаться напрямую с любым анклавом континента. Точно так же он разобрался, установил и настроил мини-РЛС, теперь плюсом к двум бойцам на стенах форта, у монитора непрерывно дежурил и кто-нибудь из гражданских. Хотя какие там гражданские! Все жители форта научились неплохо стрелять, а некоторые, вроде Ольги, делали это лучше большинства вояк. Оно и понятно - в случае серьезного нападения на стены придется выходить всем без исключения.
   Оружия в форте хватало. Женя не стал претендовать на запасы Сибири, но наглухо зажал свои трофеи. Помимо вооружения военных, в форте было два пулемета, семь штурмовых винтовок "Sturmgewehr 44", один АКМ и четыре карабина с оптическими прицелами. Это не считая гладкоствола. Впрочем, при таком арсенале дробовики использовались исключительно для охоты. Лес вокруг форта на пятнадцать-двадцать километров был исхожен и разведан. Крупные и опасные хищники частью были выбиты, частью ушли сами. Так что женщины могли при желании спокойно идти по грибы да по ягоды. Не забывая, конечно, взять с собой ружье. А патронов Женя потихоньку-полегоньку натаскал столько, что хватило бы на небольшую войну.
   Время от времени в форте случались праздники. Традиционные, типа Нового Года и Восьмого Марта, это само собой. Дни рождения - тоже. Но были и праздники особые, которые праздновались с особым размахом. Таким праздником была, например, свадьба Жени и Ольги. Ее гуляли в октябре, после окончания всех сельхозработ. Гостей наехало столько, что свободных комнат форта и поставленного рядом с ним обширного гостевого дома для ночлега не хватило, спали как придется, вповалку. Во дворе форта поставили столы, накрыли от души. Женя в течение месяца помалу тянул деликатесы на угощение. Подарков навезли столько, что в большой окованный железом сундук, подаренный совместно Грубером и Туголуковым, все не вошло. Сотников сам не приехал, но прислал заместителя - Сергея Демченко, с надлежащего уровня подарками. Что примечательно, эфиопы тоже принимали участие в гуляниях и по-своему одарили молодых: привезли лучшего своего колдуна и тот, невзирая на нетерпение гостей, стынущие пельмени и греющийся самогон, полчаса отгонял от молодоженов всевозможных злых духов. Одним словом, все прошло на высшем уровне, и рассказы об этой свадьбе еще долго ходили по всему Русскому Союзу. Чуть позже окрутили Шурика Сорокина с Дашей Мокрецовой. А по осени, похоже, придется венчать Фиму и Люду.
  
   Выполнив обязательную программу, Женя стал собираться на поездку по племенам. Концы были приличные, прокататься придется до вечера. Обед он гарантированно пропустит и хорошо, если успеет к ужину, так что нужно было сходить к бабе Лисе за холодным перекусом. Там его и отыскал Федька.
   - Дядь Жень, там эфиопы пришли!
   Эфиопы - это хорошо, - рассуждал Женя по дороге. Это значит, что в какой-то поселок заезжать не придется. Интересно, по какой нужде прибыли? Хорошо бы, привезли потеряшек. Может, кто-то из них согласится остаться в форте. А вообще, за все лето и полудюжины не набралось. И все они почти сразу уехали. Двое мужиков - питерцы, станочники с Кировского завода, были увезены в хозяйство к Дугину. Еще одна женщина, лаборант с Магнитогорского металлургического, подалась на Алтай. А двое двадцатилетних близнецов, брат и сестра, посмотрели форт, покрутили носами, поморщились и махнули в стольный замок поближе к цивилизации. Вообще как-то так выходило, что в Зусульском районе Русского Союза людей, в основном, выбрасывало в районе форта Сибирь. А там сейчас местность вполне оживленная. По меркам Платформы, разумеется.
   За воротами стояло целых шесть эфиопов, и все до единого незнакомые. Выглядели бедно. Одежда была грязной, местами рваной. С оружием - полный раздрай. У одного, с большой серьгой в ухе, был трехзарядный французский карабин Лебеля образца 1907 года. Скорее всего, он был у них предводителем. Еще у троих разнообразные помповые ружья, у одного охотничья двустволка, а у последнего вообще хаудах. Судя по знакам, все из разных племен. И, причем, не из местных. За год с хвостиком Женя волей-неволей научился различать, кто откуда. И даже более-менее освоил язык. Но сейчас это умение ему не понадобилось. Все эфиопы сносно владели английским. У одного из них, того, что с винтовкой, и вовсе едва ли не оксфордский выговор. Видимо, он был в компании предводителем, он и начал разговор.
   - Меня зовут Мерон Херси. Я и мои спутники приветствуем тебя, Юджин. Мы много слышали о тебе. И если хотя бы половина того, что говорят люди, является правдой, ты действительно выдающийся человек. Мы пришли, чтобы увидеть тебя, поговорить с тобой и понять, что из рассказов правда, а что - людской вымысел.
   - Я приветствую тебя, Мерон. Я вижу, что ты тоже незаурядный человек. Я не прочь ответить на твои вопросы. Но ты сказал не все. Целых шесть мужчин из разных племен, двое Амхара и четверо Орома шли несколько дней через леса и болота только для того, чтобы поговорить? Если ты хочешь откровенности, будь откровенен и сам.
   В глазах эфиопа промелькнуло удивление, сменившееся уважением.
   - Ты, Юджин, действительно умеешь видеть больше других. Действительно, мы пришли не только для того, чтобы поговорить. Мы ищем человека, которого сочтем достойным встать над нами. И от разговора с тобой зависит и наше решение. Мы все хорошие солдаты, и если увидим что ты таков, каким тебя описывают, то будем честно служить тебе и воевать под твоим началом.
   Вот такого захода Женя никак не ожидал. Он постарался скрыть изумление и сильно надеялся, что ему удалось сохранить на лице невозмутимое выражение.
   - Я вижу, это будет серьезный и долгий разговор. Но здесь, у ворот, неподходящее для этого место. К тому же дела вынуждают меня сейчас уехать. Я провожу вас в дом, где ты и твои спутники сможете отдохнуть после дальней дороги и подкрепить силы. Мои люди принесут вам все необходимое. Я же, как только вернусь, приду к вам, и мы сможем обо всем поговорить.
   Кивком головы отправив открывшего рот Федьку за тем самым необходимым, Женя отвел эфиопов в гостевой дом, предусмотрительно выстроенный за периметром форта. Разместив пришельцев, он степенно, неторопливым шагом отправился в форт. В голове был бардак. Только позавчера у Сотникова говорили про эфиопов, и тут же они заявились. Правда, с виду мирные, пальбу сходу не открывают, но кто ж их разберет! Бдительность, осторожность... Вот поди прояви тут ее. А ведь вечером придется к ним идти, говорить, решение принимать... Нет, надо посоветоваться, коллективно поразмыслить. Когда? Времени не будет, разве что по дороге. А кто лучший советчик? Конечно, Григорьев! Женя собирался нынче посадить за руль "кюбельвагена" Федьку, но придется переиграть расклад. Разминувшись в воротах с Людой и Дашкой, тащивших эфиопам еду и закуски, он побежал к отставному сержанту. Тот сидел в своей комнате за столом, рисуя какие-то эскизы. В последнее время он стал, по сути, главным печником всех фортов и периодически уезжал "в командировку" то строить новые дома в Сибири, то класть плавильную печь на медном заводике в Алтае, а нынче решил изобрести какую-то новую суперэкономичную печку, и вот уже неделю просиживал целыми днями за столом в своей комнате, переводя карандаши и бумагу.
   - Иваныч, бросай все дела. Поехали к неграм.
   - Ух, какой ты нынче нетерпеливый! Ладно, выкладывай, что там у тебя стряслось.
   - Да вот пришли эфиопы, просятся в армию. Вечером с ними придется разговоры разговаривать, а до тех пор надо бы подумать да посоветоваться. А то в свете последних инструкций как-то боязно. И, вроде, похоже на правду, и верится, но кто ж его знает...
   - Ну что ж, поехали, побалакаем дорогой.
  
   Григорьев сидел за рулем. Ехал он спокойно, ровно, надежно. Где надо - добавлял газ, где надо - притормаживал, вовремя переключал скорость. Все намеченные поселки были уже посещены, все вожди предупреждены. Все пообещали в случае нападения на форты прислать людей в ополчение. Они и сами понимали, что если эти земли перейдут под контроль Аддис-Абебы, их сытая и вольготная жизнь тут же кончится, и за свое безбедное будущее готовы были повоевать. Практически в каждом племени гостей угощали, так что стряпня бабы Лисы не пригодилась, так и ехала в узелке на заднем сиденьи. Под колесами лежал сибирский тракт, ехать предстояло еще часа два. Самое время было поговорить
   - Так ты говоришь, эфиопы просятся в армию? - спросил бывший сержант.
   - Просятся.
   - Опиши-ка их поподробнее. Прежде, чем решать, что с ними делать, надо понять, кто они, откуда пришли, чего хотят на самом деле, насколько их вид соответствует тому, что они говорят. Какие детали, особенности ты заметил?
   - Ну, во-первых, все они из разных племен. При том, что зачастую эфиопские племена враждуют между собой. Потом, одеты они все вразнобой, а обувь одинаковая. Все с оружием, стволы у всех разные, потрепанные, древние, но все выглядят ухоженно. Судя по виду, шли пешком через лес, в волосах у некоторых хвоя застряла. Все неплохо знают английский язык, а главный, Мерон, судя по речи, вообще учился в каком-нибудь британском университете.
   Какое-то время Григорьев молча крутил баранку, потом спросил.
   - Ну а ты сам что об этом думаешь?
   - Скорее всего, они действительно входили в какую-нибудь военизированную групировку, которая потом распалась и они ищут, под чью руку бы им встать. За это говорит и одинаковая обувь, и состояние оружия. Да и не стали бы они заявляться солдатами, если где-то не воевали.
   - Так и есть. А какая группировка распадалась не слишком давно?
   - На Джамала намекаешь? Так это Когда еще было!
   - А ты подумай о том, что люди эти ходят пешком, переход туда-сюда занимает не один день, да и в первую очередь они попробуют к своим приткнуться.
   - Ну ладно. Допустим. А если это засланные казачки?
   - Тогда ты бы уже валялся перед фортом с простреленной башкой.
   - А если они рассчитывают потом в бою пострелять всех в спину?
   - Вряд ли они такие наивные. Ни один руководитель не будет полностью доверять подчиненным, пока не проверит их в деле. Ты же не собираешься их селить в форте?
   - Нет, конечно. А если это часть ударного отряда? Накопятся под стенами и нападут.
   - А ты им копиться не давай. Сегодня с ними разберись, а завтра отправь, в зависимости от решения: на дело или восвояси.
   - Допустим, они честно пришли ко мне. Но ведь армия мне не нужна, я их просто так кормить-поить не стану.
   - А чего ты вообще хочешь? Как ты видишь перспективы форта?
   Это был для Жени самый сложный и самый главный вопрос. Он думал об этом уже не раз, практически с того самого момента, как принял решение остаться в Заре, но решения как-то пока не находилось. А вопрос-то был архиважным. Чтобы куда-то двигаться, нужно выбрать направление, определить стратегические цели: чего он вообще хочет добиться в конечном итоге? Сотников строит промышленность. Он бьется за станки, металл, мастеров. А он, Женя, как-то отошел в сторону от, так сказать, линии партии. У него образовалось что-то типа хутора. Вроде, на самообеспечении, ничего из центра не тянет, но и конкретной помощи от него не сказать, чтобы много. Разве что эфиопские набеги прекратил. Хочется вернуться в русло? Чтобы жизнь кипела и бурлила? На какой-то период, пожалуй, да. А вообще, по большому счету? Куда рулить? Зайдем с другой стороны. Для чего Сотникову медицина и промышленность? Самоцель? Нет, он через это хочет стать наиболее предпочтительным партнером в торговле и, в дальнейшем, этим фактором подталкивать другие анклавы к присоединению. То есть его главная цель - экспансия. Территориальная и численная. С расширением Русского Союза растут и его возможности. Вон, арабы сделали бездымные нитропороха. А Сотников наладил выпуск капсюлей и теперь пытается делать свои патроны. То есть и в военном плане он получает преимущество, а вместе с ним и все присоединившиеся анклавы. Получается, что главная цель союза - глобальное доминирование, чтобы никакие шведы и пискнуть не смели. А поскольку форт Заря входит в союз, то глобальные цели у него должны быть те же - расширение территории и разведка и хозяйственное освоение новых земель, присоединение новых кластеров. Значит, надо искать новые платформы и ставить новые форты. Надо организовывать экспедиции по зусульским территориям, искать локалки, расселять вокруг лояльные племена. По хорошему, надо бы вообще поставить блок-пост на перекрестке Зусулки и Сибирского тракта, но для этого надо так прижать Аддис-Абебу, чтобы она раз и навсегда отказалась от поползновений в западном и юго-западном направлении. Вот это все Женя и выдал Григорьеву.
   - В общем-то, разумно ты все разложил, - одобрил он. А теперь прикинь, куда этих людей можно встроить в рамках твоих планов. Армия здесь действительно не слишком нужна. По крайней мере, регулярная. А вот что тебе нужно, так это поселенцы. Вспомни, как янки обживали дикий запад.
   - То есть ты считаешь, нужно предложить им землю? А если откажутся?
   - А если откажутся, пусть валят нафиг. Заодно и проблема с засланцами разрешится. Если они примут предложение, отведешь их на место для поселения, подальше от форта. А если не примут, пусть уходят. А вот если не уйдут, то можно будет их поспрошать с пристрастием.
   - Отлично. Так и сделаем. Предложу землю, стартовый набор - топоры, пилы, лопаты, может, патронов немного подкину, продуктов на первое время. Хорошо себя покажут - оружия подкину. Пусть строятся, занимаются чем-то. Надо поискать литературу по эфиопам, что им в перспективе предложить.
   Женя задумался. Интересно: все эфиопы, которых он встречал, живут на уровне захудалой деревни. Но ведь на старой Земле в Эфиопии пусть пятнадцать процентов, но было людей, переселившихся в города, получивших образование, профессию. А тут, поскольку старые знания и навыки еще сохранились, вернулись к корням. Устроить бы опрос в племенах на эту тему. Может, удастся найти среди сотни эфиопов хоть десяток знающих людей, которые могут быть использованы на производствах. И вот этот Мерон. Кем он был раньше, прежде, чем попал на Платформу? На простого крестьянина совсем не похож. Надо позадавать им эти вопросы.
  
   Когда Женя вернулся, уже начинало темнеть. Наскоро поужинав, он направился в гостевой дом. Его ждали. Все пришлые эфиопы во главе с Мероном Херси уже сидели у стола, но при Женином появлении дружно вскочили с места. После взаимных приветствий все уселись. Гости по одну сторону стола, Женя - по другую.
   - Вы хотели задать вопросы. Спрашивайте, - сказал он.
   Вопросов было много. О самом Жене, о присоединившихся племенах, о торговле, о том, как был убит Джамал, о том, откуда взялись Форты. На большинство вопросов он отвечал подробно. Но на некоторые давать ответ отказался.
   - Это относится к категории государственной тайны, - объяснил он. - А я еще не взял вас к себе на службу, чтобы делиться с вами секретами.
   Больше всего их поразило то, что Джамала застрелил подросток. Узнав это, они некоторое время вполголоса переговаривались между собой.
   - Если вы не доверяете моим словам, могу сейчас пригласить его сюда. Он покажет вам пистолет Джамала, он получил его в награду за то, что сделал.
   - Не надо, мы верим тебе, Юджин. Но удивительно, чтобы такой человек, как Джамал оказался слабее мальчика с хаудахом.
   - И, тем не менее, это так. Теперь, когда вы задали мне все свои вопросы, я тоже хочу кое-что узнать у вас. И, прежде всего, как вы попали к Джамалу.
   Эфиопы были поражены этим вопросом, а Женя наслаждался произведенным эффектом.
   - Как ты смог узнать об этом?
   - Пусть это останется моим секретом. Но все же ответьте мне на вопрос.
   Мерон начал говорить за всех.
   - После того, как мы все попали сюда, у каждого из нас было свое племя. Мы жили в разных местах и тогда не были знакомы. Каждое племя обнаружило дом с некоторыми запасами на первое время. Конечно, все здесь было незнакомо и непривычно: эти леса, этот климат... Мы, племя Херси, поселились на берегу большого озера, начали возделывать землю и пасти скот, как делали это с начала времен. У нас было достаточно еды для всех, и достаточно места, чтобы не мешать друг другу. Но не всем повезло. Одни умерли холодной зимой, не сумев построить теплый дом и обогреться. Кто-то столкнулся со страшными монстрами, которые убили большинство людей племени. Некоторые не смогли вырастить урожай и умерли от голода. У Херси сначала все было хорошо. Эти беды нас не затронули. Но потом пришли другие племена, которые захотели отнять наши земли. У них было хорошее оружие, много оружия. А нам нечем было защищаться. Те, кто пытался сопротивляться, были уничтожены. Кто-то смог уйти в другие места. Мое племя тоже пыталось уйти, но у нас не вышло. Большинство мужчин было убито, а женщин забрали в рабство. Мне удалось выжить. Не только мое племя было уничтожено. Люди рассказывали, что не меньше двух десятков племен потеряли свои земли. После этого в лесах на севере собралось много мужчин, которые лишились своих родов по какой-то причине. Потом появился человек, который сказал, что здесь, на юге, великий воин Джамал Сага собирает большое войско, чтобы отомстить обидчикам. Тогда мы все пошли к Джамалу.
   - А что было потом? У вас очень разное оружие. Это Джамал вас так вооружил?
   - Нет, Джамал дал нам автоматы, русские АКМ. Он научил нас воевать. Мы надеялись, что сможем вернуться и отомстить тем, кто выгнал нас с нашей земли. Довольно долго мы были с ним, но ты его убил. Мы не знали, что делать дальше. Войско Джамала распалось на несколько мелких отрядов. Мы пытались присоединиться к другим группировкам, но все они хотели использовать нас как пушечное мясо. Мы пытались вернуться в свои земли, но у нас не хватило сил прогнать чужаков. Мы пошли в Аддис-Абебу, но там мы тоже были не нужны. С нами обращались как со скотом. Самый последний мальчишка, живущий в крепости, смотрел на нас с высока. От нас хотели, чтобы мы выполняли всю грязную работу. Чтобы нападали на поселки белых и приводили оттуда рабов, чтобы карали непослушные племена. Но мы не хотели этого делать. Тогда мы решили, что раз нас не хотят считать за людей в своем народе, мы найдем себе место у других. И тогда мы подумали о тебе. Имя Юджина известно во всех поселках. Ты стал легендой у нашего народа, почти как Робин Гуд в Англии. Тогда мы подумали, что если ты смог убить Джамала, значит или ты сильнее, или твоя удача больше, чем у него. А удача для воина важнее, чем сила. И решили прийти сюда, чтобы узнать, что в историях о тебе правда, а что - вымысел и принять решение. Но когда мы отказались воевать с белыми, Оромо в Аддис-Абебе забрали себе все оружие и снаряжение, которое у нас было. Но кое-что все же осталось. С этим мы и пришли к тебе.
   - Я вижу, вам многое пришлось пережить. Мне нравится ваша откровенность. Но есть три момента, о которых я должен сказать. Во-первых, если я возьму вас на службу, то вполне возможно, что вам придется воевать с людьми вашего народа. Сам я не ищу врагов, но так получается, что враги сами меня находят. Во-вторых, если вы рассчитывали, что я помогу вам отомстить, то вы ошиблись. Я не собираюсь воевать с войсками Аддис-Абебы, если только они не нападут первыми. И не собираюсь нападать на ваших обидчиков, потому что после придется воевать с Аддис-Абебой. И третье: Все жители этого форта умеют хорошо стрелять, даже женщины и дети. У меня достаточно оружия и патронов, чтобы защитить себя и своих людей. С того момента, как я захватил эту крепость, я ни с кем не воевал и стрелял только для тренировки или на охоте. Мне не нужно много воинов, я не собираюсь содержать армию. Но мне нужно много рабочих рук. У меня есть много земель, на которых некому жить. Если вы согласны жить рядом со мной, приходите сами, приводите тех, кто еще остался в живых из ваших родов. Если кроме вас в клане никого не осталось, я помогу вам взять жен из других племен и вы сможете возродить свой род. Я дам вам землю, я дам вам оружие и свое покровительство, помогу построить дома и дождаться первого урожая. Если нападут враги, ваши женщины и дети смогут укрыться в форте, а вы будете защищать их с оружием в руках на стенах. У меня есть врачи и школы. Но взамен я потребую от вас участия в обороне форта в случае нападения, участия в общих работах и доли в добыче и урожае.
   Было очевидным, что это не совсем то, чего ожидали эфиопы. Но Женя и не собирался вести с ними какие-то игры.
   - Я даю вам время подумать до утра, - закончил он свою речь. - Завтра я приду к вам, и вы дадите мне свой ответ. Если вы согласны на мои условия, то завтра же вы начнете обживать свои новые земли. Если же нет - идите дальше, пока не найдется кто-то, кому нужны солдаты, а не, например, строители или врачи.
   И прежде, чем повернуться к выходу, он увидел, как дернулось лицо у Мерона при его последних словах.
  
   На улице был уже поздний вечер. Солнце давно скрылось за горизонтом и только светло-синяя полоска на западе была видна над черной полосой леса. Разговор с эфиопами утомил Женю. Ощущая безмерную усталость, он добрел до башни, усилием воли втащил себя наверх, а раздевался уже машинально, в полусне. И, уже проваливаясь в сон, вспомнил, что так и не спросил Мерона о том, где он учился.
  
   *****
  
   Серж проснулся от того, что кто-то дергал его за ногу. Рывком повернувшись, с пистолетом в правой руке и ножом в левой, не сразу понял, где находится. А когда секунду спустя все вспомнил и осознал, расслышал тоненький голосок:
   - Ну, слава Богу, я уж думала, что ты помер.
   "Думала" - значит, женщина. Вот свезло так свезло! И не бросишь, и идти нормально не сможешь. А эфиопы на хвосте, да и еды не лишку. Похоже, до конца выспаться не удалось. Но солнце уже взошло, и даже хорошо, что его разбудили. Что ж, посмотрим, кого черти принесли.
   Серж убрал оружие и выполз из-под елки. Его вид - с помятой мордой, всклокоченными волосами, налипшей на все места хвоей - вызвал легкое хихиканье. Некоторое время Серж недовольно разглядывал смешливую. Судя по виду, девочке лет двадцать. Но вот от девочки у нее остался только тембр голоса. Перед ним стояла невысокая, но очень широкая, почти квадратная, девушка. Круглое лицо, нос-кнопка, вокруг которого рассыпались конопушки, румяные щеки, пухлые губы. На голове черная бандана с черепами. Плотное, без малейшего намека на женские округлости, тело туго затянуто в джинсу. На поясе - широкий ремень с кучей заклепок, На ногах высокие берцы, на руках - беспалые кожаные перчатки. Сзади увидишь - примешь за пацана. На спине - небольшой городской рюкзачок.
   - Галка.
   Девушка перестала хихикать и протянула руку.
   - Серж.
   Пожатие было крепким, мужским. У Сержа появились интерес и надежда: скорее всего, местная, к жилью выведет.
   - Ты откуда здесь?
   - Да сама не понимаю. Ехала на тренировку, моцик у клуба поставила, дверь открыла, шаг сделала и в лесу очутилась. Аж голова закружилась.
   - А клуб твой где?
   - Да в Перми, в центре города.
   - И где ты сейчас, ты не знаешь, - уточнил Серж на всяких случай.
   - Нет, не знаю. Думала у тебя спросить.
   Обломчик, дорогой, никто никуда не выведет. Сам выбирайся.
   - А я, вот беда, тоже не местный. И что ты теперь делать собираешься?
   - Само собой, выходить отсюда. Места гиблые, жуткие. А ты здесь как оказался?
   - Пришел.
   - И на кой тебе это надо?
   - Тренировка по выживанию.
   - А-а-а! Ты типа крутой мэн! Уважаю.
   И все это без тени иронии. Серж пристально посмотрел на Галкино лицо, но не обнаружил даже малейшего признака улыбки.
   - Спасибо. А что за тренировка у тебя была?
   - Каратэ. Стиль Сётокан.
   Ого! Это многое объясняет во внешнем виде девушки. Такая действительно может здорово помочь.
   - И до какого уровня ты натренировалась?
   - Черный пояс, второй дан.
   - Однако!
   А девочка-то, судя по лицу и фигуре, пошла в боевые искусства комплексы по поводу внешности залечивать. Да уж, такой скажешь что поперек, и не поймешь, откуда прилетело. Неизвестно, что лучше - боевая подруга с непредсказуемым поведением или традиционная блондинка с накладной внешностью.
   - Я примерно знаю, где есть жилье. Сейчас как раз туда и пытаюсь выйти. Хочешь - пойдем вместе.
   - А что, давай.
   Дальнейшая беседа продолжалась уже на ходу.
   - Ты есть хочешь?
   - Не, я недавно порубала.
   - А с собой какая-нибудь еда есть?
   - Два протеиновых батончика. Я ж на тренировку шла, вот и взяла. Один - до, другой - после.
   - Тогда пока придержи их. У меня сухпай есть, его сперва съедим. Раз ты не голодная, я один перекушу.
   - Хавай, без вопросов.
   Да, интеллектом девочка не обезображена. Простая, как сапог.
   После перекуса идти стало веселей.
   - Галя, ты говоришь, просто шагнула и здесь оказалась?
   - Ну да, только что в Перми была, потом один шаг и уже в лесу.
   - А рядом с тобой никого не было?
   - Не-а. А почему ты спрашиваешь?
   - Любопытно.
   - А когда ты сюда попал, кто был рядом?
   Упс! Получил, Серж? И поделом, не делай поспешных выводов.
   - Да тоже никого. Вот и пытаюсь выяснить, что произошло, кто и куда меня заслал.
   - Да ладно тебе, не парься. Дойдем до людей, все узнаем.
   Некоторое время шли молча. Но одно дело молчать в одиночку, и совсем другое - когда вдвоем, да после двух дней молчанки. Просто тянет на разговор.
   - Галь, ты давно тут бродишь?
   - Да нет, попала сюда, огляделась, гляжу - нога из-под елки торчит. А ты?
   - Третий день уже пошел.
   - Ух ты! Круто. И как ты - без палатки, без спальника?
   - Да вот так, как придется. Ну что поделаешь, если ее нет?
   Да уж, а вот если будет спальник, кровать, одеяло - как с такой девкой рядом лечь? Расценит какое-нибудь движение за попытку изнасилования и прибьет, чтоб неповадно было. А вот еще момент - что это у нее клуб работает, да еще в центре города, когда вокруг всякая хрень с неба валится?
   - А как у вас с метеоритами?
   - Какими еще метеоритами?
   Приехали. Это что, разная реальность? Ну-ка, дадим парочку дополнительных вопросов... Нет, это разное время! То есть ее воспоминания заканчиваются на два года раньше. Это уже из области фантастики. Серж фантастику не любил, считал пустым занятием. Реальный человек жить должен в реальности. Но тут реальность явно дала сбой. Причем уже во второй раз. Если его попадание из квартиры в лес еще можно было худо-бедно и с гигантскими натяжками объяснить, то тут материализм оказывался абсолютно бессилен. Но Галин категорический прагматизм объяснений и не требовал. Обычный лес, те же земные елки, такое же небо, такая же вода, обычные люди, опять же по-русски разговаривают, рано или поздно они к жилью выйдут - и нечего забивать голову всякой фигней. Зато упоминание Сержа о метеоритах ее конкретно зацепила и она, как маленький ребенок, засыпала его кучей вопросов.
   - А что за метеориты? А откуда они взялись? А что случилось с людьми? А как ты уцелел?
   Потихоньку она вытащила из Сержа всю его историю. Добившись, чтобы он начал рассказывать, она не успокоилась, пока не выпытала все до конца.
   После армии Сергей жил в одном из небольших городков на берегу Черного моря. Работал строительной фирме, поднялся до заместителя начальника. Женился, у него родился сын. И все шло по накатанной - денег хватало на все хотелки, жена была довольна и новыми шубами, и сережками с брюликами, и заграничными курортами. На оружейные интересы смотрела снисходительно, как на мужскую блажь. Мол, каждый сходит с ума по-своему. Случилось так, что на одном из курортов его жизнь кардинально переменилась. Он познакомился с компанией выживальщиков. Эти люди были всерьез озабочены тем, как выжить в случае глобальной катастрофы. И Серж как-то незаметно для себя заразился этими идеями. И с присущей ему целеустремленностью начал претворять их в жизнь.
   Сначала жена была довольна, когда он начал строить большой загородный коттедж. Потом, когда он начал копать яму для бункера, хмурилась, но не возражала. Но чем дальше двигалось строительство, чем больше оно отвлекало на себя средств, чем больше Серж проникался идеей выживания, тем громче она выражала свое недовольство: деньги тратились не на семью - как она это понимала - , а на оборудование убежища, загрузку его запасами. Серж пытался ей объяснять, пытался приобщить к теме, но ничего не выходило. В ее глазах он постепенно превратился из слегка чокнутого стрелка в абсолютного кретина-выживальщика. В идиота, свихнувшегося на бредовой идее. Собственно, она была не так уж далека от истины, Сергей действительно стал одержим своей идеей. В один прекрасный момент, когда вместо билетов на Канары он купил тур выживания в джунглях амазонки, она устроила грандиозный скандал, а потом, когда он вернулся, то не нашел дома ни ее, ни ребенка. Первой его реакцией было бешенство. Но потом он сказал себе, что раз эта дура не смогла оценить его усилий, его заботу о ней, то пусть валит куда хочет. И занялся своим делом с удвоенной энергией. Он достроил бункер, оснастил его, загрузил запасами и назвал "Ковчегом". Пошел в рукопашную секцию, изучил множество руководств по выживанию, стал выживальческих форумов - короче, готовился по полной.
   Когда начались падения метеоритов, Серж даже обрадовался - вот оно, доказательство того, что он был прав. Он засел в "Ковчеге" и переждал первые самые страшные недели. Спустя пару месяцев после начала катаклизма, он решил начать выбираться на разведку. Радиус вылазок постепенно расширялся. А потом он решил забрать из городской квартиры запас пистолетных патронов, которые не успел вывезти в "Ковчег".
   Выслушав эту историю, Галя сказала:
   - Ты, конечно, умный мужик. Но такой дурак!
   Серж обиделся и, хотя постарался виду не показать, дальше шел молча.
   Примерно через час после полудня они остановились отдохнуть и перекусить. Добили на двоих остатки рациона, немного посидели и двинулись дальше. Но не успели пройти и полсотни метров, как неподалеку перед ними раздались крики и выстрелы. Судя по звуку - натовские штурмовые винтовки. Для более точного опознавания знаний не хватало. Совсем рядом затрещало, кто-то ломился сквозь елки прямо на них. Серж отпрыгнул в сторону и скрылся за ближайшим деревом, утащив с собой подрастерявшуюся Галю. Чуть раздвинув ветки, он принялся наблюдать.
   На небольшую прогалину, по которой они только что шли, выбежала девочка лет тринадцати с расширенными от ужаса глазами и кинулась дальше мимо них. За ней следом выскочил здоровенный увешанный оружием мужик. Мужик был совершенно незнакомый, причем, белый. Зато оружие и снарягу Серж опознал мгновенно. Такие же, как у той группы, которая караулила выход из пещеры. А девочка - черная. Вот же хрень! Все перемешалось.
   Девочке не повезло. Она запнулась за корни и полетела на землю, как раз рядом с елкой, за которой они укрылись. Мужик подскочил к ней и, обернувшись, крикнул что-то назад. Язык был абсолютно незнакомый. Девочка попыталась подняться, но мужик наступил ей на спину ботинком и принялся расстегивать штаны, явно намереваясь воспользоваться правом сильного. Правда, не успел он справиться и с парой пуговиц, как полетел на землю, схлопотав в голову тоби маэ гэри.
   - Ты что, охренела? - прошипел Серж. - Тут же их наверняка не меньше десятка! Перестреляют в два счета.
   - Не гони волну. Добей козла и валим.
   Он достал нож, склонился над поверженным врагом. Тот лежал с мутными глазами, мотал головой, пытаясь понять, откуда прилетела кувалда. Серж не мог себя заставить воткнуть нож в человека, который просто так лежит и не сопротивляется. Хоть он трижды враг и сволочь, но вот не получалось. Вот из пистолета бы - рука, наверное, не дрогнет, а так... Крови он не боялся, покойников - тоже, но убивать самому еще ни разу не приходилось.
   - Чего копаешься?
   Серж, так и не решившись, просто добавил еще один удар в голову. Мужик перестал ворочаться и затих.
   - Давай быстрее!
   - Сейчас, обшмонаю малость!
   В кобуре пистолет. Вроде, похоже на "люгер". Ладно, сейчас некогда, в карман его. После посмотрим получше.
   У дальних елок заколыхались ветки - кто-то еще шел сюда. Серж присел около девочки, начал ее тормошить, но она, видимо, от страха, впала в ступор.
   - Пошли, она потом очухается!
   Галя легко вскинула девочку на плечо и побежала в сторону, Серж последовал за ней.
   Минут через пять бега сквозь лес перешли на шаг, а еще через десять - остановились. Но не потому, что устали, а потому что девочка, видимо, приходя в себя от шока, начала плакать и что-то говорить. И опять Серж не смог понять ни слова. Зато Галя присела, обняла ребенка, что-то пошептала на ухо, чмокнула в макушку - и ребенок успокоился.
   - Нам нужно бежать дальше, там команда не меньше восьми человек, с автоматическим оружием. Они сейчас прикинут, что и как, и начнут нас искать. Нужно оторваться минимум километров на пять. Или найти укрытие, в котором можно отсидеться, пока эти гады будут бегать за нами по лесу. Я здесь такого укрытия не знаю.
   - Тогда нечего стоять, пошли.
   - Погоди, раз уж остановились, надо глянуть одну вещицу. У того кадра позаимствовал.
   Серж вынул из кармана пистолет. Нет, это никакой не "люгер", это шведский "лахти М/40", тип 3. И он как раз под парабеллумовский патрон. Обойма полная, да еще лежит в кармане запасная от его "беретты", всего получается двадцать три патрона, почти что три полных обоймы для "лахти". Да еще две древних "беретты" с неплохим боезапасом. Теперь уже можно немного повоевать, но, правда, только на ближней дистанции.
   - Галя, ты стрелять умеешь?
   - Никогда не пробовала. Да мне и незачем было.
   - А с ножом работать?
   - Немного умею. Но еще не очень. Некоторые приемы выходят плоховато.
   - Тогда вот тебе нож, на всякий случай. Игры кончились, теперь надо всех этих бандосов валить сразу без предупреждения.
   Он достал из рюкзака трофей.
   Галя взяла мощный клинок, со знанием дела осмотрела, проверила баланс, удовлетворенно кивнула.
   - А ты того мужика добил?
   Серж пару секунд колебался.
   - Нет. Не смог так, лежачего. Добавил ему в башню, чтобы окончательно отрубился. Пулей бы получилось, наверное, а ножом - духу не хватило. Но стрелять там было нельзя.
   - Это хорошо.
   - Что хорошо?
   - Что положительного в тебе больше, чем я думала.
   Вот и пойми их, этих женщин.
   С полчаса шли на север, потом снова свернули на запад. Девочка шла следом, не отставая. Впрочем, Серж темп не поднимал. Лучше пусть она идет сама, чем ее придется нести. Через пару часов сделали привал у небольшого ручейка. Напились, наполнили флягу, передохнули, пошли дальше. Еще через час вышли к небольшому круглому озеру. С одной стороны, неплохое место для ночевки, можно даже попробовать рыбы наловить. Если на двоих еды еще хватало, то на троих уже было маловато. С другой стороны, надо бы еще хоть немного пройти, подальше от потенциальной погони. Как долго будут их искать? А кто ж его знает! Костер разжигать опасно, а без огня рыбу не приготовить. Вот, млин, набрал на свою голову команду... Галка - та еще ничего, а девчонка - что от нее ждать? И не поговорить, не спросить, не объяснить. Ладно, попробуем порыбачить, а потом еще с час пробежимся.
   Серж добыл из рукояти ножа рыболовную снасть, срезал подходящую палку, насадил на крючок пролетавшую мимо стрекозу. Но за полчаса не было даже поклевки. Да и у берега не было видно обычных стаек рыбной мелочи. Вообще озеро какое-то странноватое. Берега слишком ровные, сразу от берега глубина начинается - специально палку взял, померил. Вода черная, дна не видать. Вот и рыбы тоже нет.
   - Слышишь? Что это такое жужжит? - спросила вдруг Галя.
   - Комары, что ж еще?
   И Серж смачно хлопнул себя по шее, изничтожая очередного кровопийцу.
   - Не получается ничего. Хотя места дикие, клевать должно просто непрерывно. Ладно, давайте еще немного пройдемся. Поищем подходящее местечко на ночь.
   Через час вышли еще к одному озерцу. Серж, памятуя прошлую неудачу, даже не стал пытаться экспериментировать с удочкой. Но тут девочка стала что-то говорить, показывая на воду, на нож, на лежащую неподалеку палку. Галя тут же сообразила - примотала нож к подходящей палке, дала девочке. Та, поддернув юбку повыше, зашла в воду, какое-то время стояла неподвижно, а потом - Серж даже не успел заметить движение - на копье затрепыхалась крупная рыба. Вскоре на траве лежало уже шесть рыбин. Девочка быстро вычистила и выпотрошила рыбу, скидала потроха в воду, с поклоном отдала нож Гале и опять что-то стала говорить, показывая то на рыбу, то на сухую упавшую лесину. Тут и гадать было нечего - хочет приготовить.
   Серж чуть отошел от берега в глубь леса, чтобы с воды не был виден огонь, наломал сухих нижних еловых веток и через минуту на небольшой полянке уже горел костер. Девочка тем временем где-то на берегу отыскала глину и стала обмазывать ей рыбу. Тут в процесс вмешалась Галя. Она где-то отыскала ольху, нарвала листьев и обернула ими рыбу, а потом уже стала мазать глиной. Девочка понятливо кивнула, и в скором времени вся рыба была подготовлена к дальнейшему процессу. Три рыбины закопали в угли, еще три оставили ждать своей очереди. Пока рыба готовилась, Галя выяснила, что девочку зовут Теген. Каким-то непостижимым для Сержа образом, она нашла с ней общий язык с помощью жестов и мимики. И через непродолжительное время на лице Теген появилась робкая улыбка.
   Рыба была хороша. Пусть без соли, пусть местами испачкалась, а местами обуглилась. Но после трех дней почти что одного сухпая горячая пища казалась божественно вкусной. Когда вторая партия рыбы испеклась, Серж затоптал костер. Во-первых, чтобы не светить лагерь, во-вторых, чтобы не слепить себя. К счастью, ночи были еще теплые, замерзнуть шансов не было. Договорились с Галей дежурить по очереди, сменяясь через два часа. Ему достались первая и последняя вахты. Галка улеглась под раскидистой елью на кучу лапника, обняла прижавшуюся к ней Теген, укрылась спальником и вскоре обе уже тихо сопели.
   Серж обошел кругом стоянку, вышел к озеру и присел, выбрав себе место, где его не было заметно ни с воды ни с берега. Нужно было о многом подумать.
   Ясно, что еще раз им придется ночевать в лесу. Это как минимум. С девочкой скорость движения упадет километров до трех в час. Да и остановки делать придется чаще. С другой стороны, она не избалована, к лесу привычна, не ноет и не жалуется. Хотя повод у нее есть - родители, судя по всему, мертвы. Интересно, где это она успела научиться рыбу острогой бить? Он сам пытался несколько раз - ничего не вышло, быстроты не хватает. На троих есть три рациона и три банки консервов Худо-бедно должно хватить. Но если рыба будет, то можно и перебиться. Скажем, оставить сухпай на завтрашний обед. На завтрак есть рыба, на ужин - еще наловим. Гораздо больше тревожит этот гадский отряд. Были негры, стали белые. Разные группировки? Наверняка. Интересно, конкуренты или союзники? Идут сюда с востока, и у них явно есть какая-то цель. И цель эта как-то связана с найденным шаром и с блокнотом. Еще интересно - они шли за ним по следу или просто своим параллельным маршрутом? Скорее, второе, иначе прихватили бы его за задницу во время ночевки. Ну а теперь, когда они снова пересеклись - будут гнаться или пойдут за своей целью? А они знают, что это был он? Тот насильник-неудачник вряд ли что успел увидеть. Разве что кто-то еще из кустов наблюдал. А зачем они стреляли? Вряд ли на них кто-то напал. Скорее, просто убирали случайных свидетелей. Дикость, конечно. Но он-то сам тоже свидетель. И если бы было у него чуток поменьше умения и везения, лежали бы сейчас его белые косточки на камушках у того ручья. Еще вопрос: будет ли та команда двигаться ночью? Вообще, вполне возможно. Ведь они его чуть не прихватили в темноте. Хотя может быть вариант, что увидели издалека огонь и выслали группу для устранения. Опять же, они не роботы, спать тоже когда-то должны. Но надо будет пораньше сняться. Пусть не затемно, но на рассвете обязательно. Быстро перекусить и рвать когти. Лучше перебдеть, чем недобдеть
   Ладно, это о текущем. А вот еще одна важнейшая тема - о том, как он здесь очутился. И как здесь очутилась Галя. Ладно, он был в отключке. Отрубился в квартире, очнулся в лесу. Но она-то сознания не теряла. Просто только что была там, а потом хлесь - и здесь. Кстати, она упоминала о головокружении. У него тоже такое было. Может, все-таки это был не сотряс, а результат... чего? Переноса? Ну, пусть пока будет так. Давай примем эту версию за рабочую. Если некто или нечто осуществило мгновенный перенос его, Сержа, оттуда сюда. То что получается? А то, что тогда все сходится. И то, что содержимое карманов на месте, и то, что фонарь не выключен, и то, что по часам пять минут только прошло, и что борода отрасти не успела. Фантастика! Но тогда, значит, никто в квартиру не вламывался, и его две с половиной тыщи патронов так в ней и стоят, упакованные в рюкзак. И "беретта" лежит на столе. И "Ковчег" стоит со всем содержимым, никто на него не покушается. Машину, правда, грабанули, или даже угнали, но это не слишком важно. Теперь про временные коллизии. Если версию переноса принять, то и разница исходного времени становится объяснима. Теперь следующий момент - где они сейчас. В астрономии он не слишком силен, но основные созвездия на небе видны и находятся на привычном месте. Дальше гадать можно бесконечно: Земля в прошлом, Земля в будущем, альтернативная Земля, параллельный мир... Гораздо важнее, можно ли отсюда вернуться обратно. Ну, пока это не актуально. Другое дело, раз здесь есть какие-то постройки, то там могут быть люди, знающие больше. И тем важнее становится добраться до них, и, желательно, целыми и невредимыми.
   Серж еще раз обошел стоянку, послушал лес - все тихо, никаких посторонних звуков. Глянул на часы - пора сменяться. Осторожно толкнул Галю. Та проснулась легко и быстро.
   - Пока все тихо. Будет что подозрительное - буди, не раздумывая. Некогда будить тихо - кричи.
   - Ладно, не боись. Ложись, дрыхни.
   Серж лег рядом с девочкой, обнял ее, мгновенно к нему прижавшуюся, и, прежде чем уснуть, успел подумать: "А ведь у меня где-то есть сын".
  
   *****
  
   Женя проснулся рано. Вчерашней усталости не было и в помине. Голова была свежей и ясной, а тело - бодрым и полным сил. Обязательные занятия он выполнил быстро, позавтракал и двинулся в гостевой дом.
   Эфиопов в доме было лишь четверо. Они ждали Жениного визита, стоя посреди комнаты. Мерон сделал шаг навстречу.
   - Юджин, мы приняли решение. Ты сделал хорошее предложение и мы знаем, что ты всегда держишь свое слово. Мы остаемся здесь. Будем строить новый поселок, и каждый из нас сможет возродить свой род.
   - А как насчет стрелять по своим?
   - Мы думали об этом, и это было самое сложное. В конце концов, мы решили, что если наши соотечественники нападут на тебя, то каждый из нас будет воевать не против них, а, в первую очередь, за свою землю и за свой род.
   - Что ж, это хороший ответ. А где еще двое?
   У них осталось в живых несколько человек из их племен. Поскольку мы не были уверены в результатах наших переговоров, они спрятались в лесах, в двух днях пути отсюда. Ынгыда и Алему ушли, чтобы привести своих людей сюда, на новое место.
   - Понятно. Давайте сядем за стол и я задам вам еще несколько вопросов.
   - Спрашивай, Юджин, - сказал Мерон, когда все расселись.
   - Вы были в Аддис-Абебе, и сравнительно недавно. Я ничего не знаю об этом анклаве. Они не отвечают на запросы по радио, не принимают послов, не поддерживают никаких контактов. Ни официальных, ни тайных. Расскажите, пожалуйста, что сможете. Мне важна любая информация.
   - Нас не пускали в саму крепость, мы ничего не знаем о том, что находится внутри. Снаружи крепости большое поселение, около сотни домов. На башнях видны пулеметы, но я не знаю, как они называются. Рядом с крепостью нефтяная скважина, нефтеперегонный завод и заправка. Крепость стоит на берегу озера. Есть небольшой катер. Живущие в замке - это привилегированная группа. Их не очень много, чуть больше сотни человек, и все они Оромо. Все остальные работают на них.
   - Мне бы хотелось знать, планируют ли они напасть на форт.
   - Они очень злы на тебя. Ты разрушил многие их планы. Но они боятся - вернее, тогда боялись - открыто напасть на твою крепость, потому что за твоей спиной стоит весь Русский Союз. Они пытаются найти возможности для реванша, но я не знаю, что задумывают и в каком направлении ищут. Я ведь никто для главных Оромо, и при мне не ведутся важные разговоры. А ты не знаешь, ищут ли они союзников на севере?
   Один из спутников Мерона внезапно вступил в разговор.
   - Однажды ночью, примерно с полгода назад, еще зимой, я дежурил на западном блок-посту. Внезапно на пост пришел офицер из замка. Он заставил всех уйти в караулку. Но из окна кое-что было видно. С запада по дороге приехала машина. Она остановилась на минуту. Одному из пассажиров стало плохо, его укачало и сильно тошнило. И он вышел, чтобы выплеснуть содержимое желудка и немного передохнуть. Я разглядел его. Он был белый, в теплой камуфляжной куртке и меховой шапке.
   - Ты сможешь узнать его, если увидишь снова?
   Эфиоп кивнул.
   Что ж, это подтверждало все то, что говорилось на совещании у Сотникова.
   - Как вы сюда добирались? Ведь все дороги контролируются солдатами из Аддис-Абебы.
   - Дороги они, конечно, охраняют. Но леса - нет. Где находится твоя крепость, знают все. К востоку отсюда, примерно в трех днях пути, лежит горное плато. Мы шли по нему лесом, пока не дошли до его края. Оттуда видна башня твоего форта. Дальше - три дня пути через болота. Там плохие места.
   - А не видели ли вы что-нибудь особенное, необычное?
   - Видели. К концу второго дня мы дошли до странного озера. Оно совсем круглое и вода в нем черная. Если подойти близко, то вода становится красной, и со дна доносятся жуткие звуки. Можно подумать, что там живут злые духи. Мы шли без сна полночи, чтобы не ночевать рядом с этим неприятным местом. Еще мы видели крышу посреди болота, но не смогли подойти близко - слишком топкое место.
   - Ты сможешь отвести меня туда? Я сам хочу увидеть это озеро и эту крышу на болоте.
   - Да, Юджин. Я отведу тебя.
   - Скажи, Мерон, а как звали того человека, который позвал вас к Джамалу?
   - Никто не знал его имени. И никто не знал, откуда он пришел. Но я сам видел его и смогу узнать. На правой щеке у него большой шрам.
   Эта часть рассказа эфиопов показалась Жене особенно интересной. "Проклятое озеро" - это, наверняка, плита терминала, которая по каким-то причинам провалилась в болото. Трогать ее сейчас, конечно, нельзя. Но если довести границу жилых земель до тех краев, то, наверное, можно осушить болото, понастроить дренажа, и, когда вода уйдет, спокойно получить еще один форт. И со временем перекрыть эфиопам всякую возможность пакостить Союзу. Ведь если к нему сюда уже добираются люди, то чем ближе к Аддис-Абебе будет форт, тем легче будет обиженным племенам из других секторов приходить к нему. Крыша в болоте - тоже интересное место. Неизвестно, что там на самом деле. Может, островок с заглубленным в землю срубом, как та оружейная локалка. А, может, локалка просто ошибочно закинута. Кастет с Гоблином рассказывали про такие шутки Наблюдателей. Однако же, помнится, они говорили, что если одна локалка попала не туда и содержимое испорчено, то рядом ставят другую, нормальную. Надо обследовать те места. Может даже попросить Сотникова заслать на это дело сталкеров.
   - Вы рассказали мне много интересных и важных вещей. Напоследок у меня еще несколько вопросов. Что вам будет нужно для того, чтобы начать строить новый поселок?
   - Самое главное - инструмент. Топоры, пилы, ломы, лопаты, стамески, молотки. Потом - скобы, гвозди. Было бы хорошо немного патронов, чтобы мы могли охотиться. И еще - посуда. Котел, чайник, миски, ложки, кружки.
   - Все это вы получите. Чем вы собираетесь жить, чем кормиться в будущем?
   - Наш народ всегда занимался земледелием. Мы расчистим достаточное количество земли и будем сажать то, что может вырасти в этих краях. Мы надеемся, что ты сможешь подсказать оптимальные для этой земли культуры.
   - Конечно, наш агроном поможет вам с выбором. И я дам необходимое количество семян для посева. Кроме того, ты сможешь побывать в других поселках и спросить у своих соотечественников. Думаю, они не откажут тебе в совете.
   - Я тоже надеюсь на это. Кроме того, у нас были распространены ремесла. Мы можем плести корзины и изготовлять глиняную посуду. Но это позже. На это у нас будет вся зима.
   - Хорошо. Я рад, что у вас есть четкое видение будущего. Но у меня остался еще один вопрос. В каком университете Англии ты получал образование?
   Мерон улыбнулся.
   - Понимаю, меня выдало произношение. Я учился в университете Кардиффа.
   - И какова твоя профессия?
   - Я - врач. Терапевт.
   Вот это была удача! Свой собственный врач в форте! Правда, Зенгер постарается забрать его в замок Россия, но тут есть несколько доводов, с которыми она не сможет спорить.
   - Почему же ты с такой ценной специальностью не остался в Аддис-Абебе?
   - На это есть несколько причин. При переносе сюда, в этот мир, я попал в обычный поселок своего племени. И мне пришлось вспомнить все свои умения, чтобы выжить вместе со своим родом. И в дальнейшем никого не интересовала моя прошлая специальность, ты первый, кто спросил об этом.
   С остальными эфиопами так не повезло. Один был гончаром, другой - пастухом, третий - водителем грузовика.
   - Мерон, я предлагаю тебе поселиться в форте. Ты сможешь заниматься исключительно медициной. У тебя будет все, что нужно для комфортной жизни из того, что в моих силах, и любые инструменты и медикаменты, какие только ты попросишь. Кроме того, в замке Россия есть большое количество врачей, там серьезная прекрасно оснащенная клиника. Ты сможешь свободно общаться с коллегами, расти, как специалист. Возможно, ты станешь руководителем местного филиала клиники.
   - Не скрою, Юджин, это очень заманчивое предложение. Но я вынужден отказаться.
   - Почему же?
   - Я отвечаю за этих людей, которых я привел сюда. Они поверили мне и я не могу бросить их сейчас. Когда они устроятся на новом месте, я обещаю вернуться к этому разговору. Но если ты дашь мне с собой небольшую аптечку, я смогу лечить людей в любом месте.
   - Конечно, я дам тебе все необходимое.
   - И когда ты сможешь показать нам свободные земли для поселения?
   - У меня есть несколько хороших мест. Каждое из них примерно в десяти километрах от форта. Хотите ли вы поселиться вместе или каждый из вас хочет построить свой отдельный поселок?
   - Пока что мы решили построить два поселка. Нас слишком мало, чтобы защитить свои дома в случае нападения. Поэтому мы пока будем жить вчетвером. А когда вернутся остальные со своими людьми, они будут строиться в другом месте.
   - Хорошо. Тогда сегодня в два часа пополудни приходите к воротам, я отведу вас.
  
   Настроение у Жени, и без того вполне хорошее, поднялось до заоблачных высот. Еще бы - у него селятся не дремучие полудикие люди, а вполне цивилизованные ремесленники. Это при том, что во многих западных районах старой Эфиопии до сих пор пашут деревянной сохой или даже просто ковыряют землю деревянной палкой. Шофер по сравнению с таким уровнем - это просто суперспециалист. Появление же врача - это просто сказочная удача. Кроме того, судя по всему, эти люди - последние, кто остался в их племенах. И их согласие на присоединение скорее всего отзовется каким-нибудь бонусом от Наблюдателей. Поэтому, вернувшись в форт, Женя сразу поспешил к терминалу. Тот настойчиво пиликал. На планшете светилась надпись:
   Значительное расширение этноформата.
   Стимулирующая поставка. Доступно 12 шт.
   7,62-мм винтовка системы Мосина обр. 1891 г. (1891/30 гг.)
   7,5-мм винтовка системы Шмидта-Рубина обр. 1931 г. (Schmidt-Rubin K31)
   7,35-мм винтовка системы Манлихер-Каркано M91/38
  
   Женя за последний год поднатаскался по оружию. Конечно, до уровня Касаткина ему было еще далеко, но тут выбор был не слишком сложным. Итальянцы - это, конечно, далеко не самое лучшее. Швейцарские винтовки очень хороши, но сложно устроены и требуют аккуратного обращения и тщательного ухода. Мосинка же проста и крайне надежна. А куда он будет их использовать? Для себя - так у него все есть. И карабины, и автоматы. Ему бы пара пулеметов не помешала, а так - ни к чему. Значит, будет давать эфиопам. Значит, берем трехлинейки. А вообще интересный момент: в прошлый раз, когда винтовки давали, этих итальянок не было. Зато были немецкие маузеры. А сейчас вот так. Ну, с мосинками понятно - большая часть людей в форте русские. Швейцарские - тоже, есть Клаус. А вот как Италия и Эфиопия связаны? У эфиопов, насколько помнится, своего оружейного производства никогда не было. А, вот что! Ольга как-то давно говорила, что Италия с 1936 по 1941 годы оккупировала Эфиопию. Хотя там и англичане были, и французы краем пробегали, и даже евреи отметились. Лучше бы Наблюдатели "ли энфилдов" подкинули. Эту винтовку Женя успел оценить.
   А что, дать эфиопам пару мосинок, да пару помповушек и они будут довольны до скончания веков. Опять же, много ли они навоюют с хаудахами, если завтра враг нагрянет? Нет, ополчение надо вооружать. А всю остальную мелочевку наберем в сеанс поставки. Сразу в двойном экземпляре, чтобы на следующую группу хватило.
   Только стаскали новенькие винтовки в оружейку, как прибежал Федька.
   - Дядь Жень, еще какие-то эфиопы!
   Вот же понесло их, буквально пачками.
  
   Прежде, чем выйти к воротам, Женя поднялся на стену и посмотрел на новых пришельцев. Перед фортом стояла группа людей. Было видно, что они проделали пешком немалый путь, чтобы попасть сюда. Пятеро мужчин, семь женщин, трое детей, примерно от трех до десяти лет. Одежда весьма бедная, обувь у большинства вообще отсутствует. У ног тощие мешки. У троих из мужчин оружие: два хаудаха и что-то длинноствольное, скорее всего дульнозаряное, как бы не кремневое ружье. Точно, кремневое - вон, пороховница висит на боку. Хорошо еще, не фитильное. Вряд ли это засланцы из Аддис-Абебы. Ну что ж, будем разговаривать.
   Женя вышел из ворот и остановился перед людьми. Сейчас, вблизи, крайняя их бедность и истощенность буквально бросались в глаза. Да, такое инсценировать затруднительно.
   Эфиоп с музейным экспонатом в руках подошел к Жене и начал говорить. Знаний амхарского хватало, чтобы вполне понимать сказанное и строить простые фразы. Помогало и то, что в эфиопском много заимствований из английского.
   - Селам, масса Юджин. Я - Зеуде, вождь племени Гуджи народа Оромо.
   - Здравствуй, Зеуде. Я вижу, ты и твои люди проделали трудный путь, чтобы прийти сюда. Что же привело вас ко мне?
   - С тех пор, как воля Всевышнего перенесла нас на эту землю, мы жили в предгорьях к юго-востоку от Аддис-Абебы. Как и многие поколения наших предков, мы обрабатывали землю и растили ячмень и просо. Конечно, здесь было труднее жить, но нас были хорошие земли у небольшой реки, текущей с гор, мы собирали обильные урожаи и были довольны своей жизнью. Но недавно на нашей земле нашли уголь. Пришли люди из Аддис-Абебы и там, где еще недавно были наши поля, теперь выкопана огромная яма. Мы и раньше не видели от них много хорошего, хотя отдавали им четвертую часть урожая и добычи и, сверх того, посылали своих мужчин на работы. А теперь, когда мы пытались протестовать, солдаты просто сожгли наши дома. Мы остались без урожая и зимой, без сомнения, нас ждет голодная смерть. У нас нет средств, чтобы купить еду и семена для посева на будущий год.
   "Вот же суки", - подумалось Жене. - "Своих же людей выгоняют. Видимо считают, что у них есть лишние. Ну да ничего, у нас-то лишних нет и, надеюсь, не будет. Но и так просто и легко принимать их тоже не стоит". Тем временем, Зеуде продолжал.
   - Мы слышали много рассказов о тебе. О том, что ты великий воин и мудрый правитель, что ты щедр и справедлив. И мы решили прийти к тебе в надежде на помощь. Гуджи просят тебя дать им землю в твоих владениях, семена для посева и достаточно еды, чтобы пережить зиму. Но ты не подумай, Гуджи не попрошайки! У нас есть, чем тебе заплатить. По дороге, в полудне пути отсюда, мы нашли еще нетронутый склад. Но его охраняет огромный зверь, вдвое больше самого большого медведя. Ты видишь, у нас нет такого оружия, чтобы справиться с этим монстром. Но я уверен, что у тебя такое оружие есть. Я прошу отдать Гуджи этот дом и землю вокруг него. За это я отдам тебе половину всего, что есть в этом складе. В дальнейшем Гуджи будут ежегодно отдавать тебе четверть урожая.
   - Ты заинтересовал меня, Зеуде. Я близко к сердцу принял беды, постигшие твой род. Но мне нужно время, чтобы подумать над твоей просьбой и принять решение. Тебе тоже стоит подумать и вот о чем: люди из Аддис-Абебы в любое время могут напасть на меня, и мне придется убивать их. Какую сторону ты займешь в этом случае? Будешь ли ты готов стрелять в соотечественников? Ты не сможешь остаться в стороне. Или ты будешь сражаться за меня, или против. Я вернусь через час после полудня, выслушаю твой ответ и объявлю о своем решении. А пока мои люди накормят вас.
   С этими словами "великий воин и мудрый правитель" удалился.
  
   - Что думаешь, Иваныч? Мне кажется, им можно поверить.
   Женя опять отвлекал Григорьева от проекта. Тот, хоть и был не в восторге от этого, но недовольства не выказывал, понимая, что дело по сути своей государственное.
   - А что тут думать? Простые люди, бесхитростные. Не без лукавства, конечно. Но какой вождь не станет лукавить, чтобы своему народу лучший кусок добыть? Вон как он тебя улещивал, дифирамбы пел "мудрому и щедрому". Вряд ли этот Зеуде много присочинил. И в своих запросах он, в общем-то, скромен. Ничего лишнего не попросил. Что же до четверти урожая, то можно так сделать: он будет по твоему заказу растить то, что тебе нужно. Зато привлекать на работы - это будет полезно.
   - А почему бы просто не дать им всего и пусть живут?
   - Вишь ли, тут есть один момент: чем труднее достается что-либо, тем оно дороже ценится. То есть, дорого доставшийся инструмент они не будут ломать, бросать, портить. Опять же, если ты предложишь слишком много, а цену возьмешь слишком низкую, то могут решить, что ты просто не понимаешь стоимости своих вещей, а, значит, тебя можно безнаказанно дурить. Могут попытаться вообще сесть тебе на шею. И куда ты денешься, если уже их принял и землю дал? Это с тем врачом ты можешь цивилизованно говорить об абстрактных вещах. Здесь же все должно быть предельно конкретно и четко разложено: что они получают и что за это отдают. Кстати сказать, это касается и технологического уровня даваемых вещей. Тому же эфиопскому водителю можно спокойно дать бензопилу и знать, что он будет ее беречь и за ней ухаживать. А вот этот Зеуде через месяц придет, скажет, что пила не работает и потребует новую. И ты ему дашь. А окажется потом, что бензин неправильно с маслом развели, или еще что-нибудь в этом роде. А если они станут гвозди пилить, порвут цепь и та отхватит горе-пильщику полноги, то виноват в этом окажешься ты. Так что щедрость проявить нужно, но в меру. И за эти щедроты они должны обязательно платить. Тут уже сам подумай, что и за что с них можно брать.
   - А про эту локалку что думаешь? Не может быть подставой?
   - Может быть, а может и не быть. Тут же вот как выходит: если локалка стоит и ее охраняет пещерник, то атакующие отряды могут запросто зверя грохнуть и избушку выпотрошить. Если же это подстава, то можно принять меры. У нас людей хватает. Скажем, ты с парой человек пойдешь на зверя, а еще три-четыре бойца скрытно двинутся за вами следом и, в случае чего, прикроют. Вечером Касаткин смену гарнизона привезет, договорись с ним, чтобы задержался до твоего возвращения. Тогда сможешь и людей в лес повести, и форт не оголишь. И вообще, тебе неплохо бы уставы воинские почитать, да с тем же Петровичем тактикой позаниматься. Чувствую я, пострелять еще не раз придется. Не по эфиопам, так по шведам. Или еще какой чухонец объявится.
   - Тогда расскажи, из чего пещерника убить можно.
   - Тварь это живучая и прыгучая. Мы, когда еще со стен Сибири ее мочили, уцелели только потому, что сидели наверху, она допрыгнуть не могла.
   - Вот я потому и спрашиваю, чтобы можно было издалека его прикончить.
   - Вообще говоря, тут бы снайперку крупнокалиберную. Или ПТР. На худой конец - охотничий карабин "Тигр" под патрон 9,3х64. Можно попробовать нарезные штуцеры например, Holand & Holand под патрон .600 Nitro Express. Есть крупнокалиберный гладкоствол. Вот хотя бы наш КС-23. Но это все для близких дистанций, 50-70 метров, максимум 100. Да и отдача у этих монстров зверская, запросто может с ног свалить. Но и с пулеметом тоже можно. Вон, МГ-34 есть, пару лент засадить, да из карабинов добавить - скопытится. Могу еще совет дать - чтобы не скакал зверь, бей по суставам. Обездвижишь - потом хоть ножиком зарежь.
   - Ладно, спасибо. А сам не хочешь на пещерника сходить? Ружья я добуду.
   - А что, можно и сходить. Но пулемет для страховки возьмем обязательно.
  
   Со всеми утренними событиями прошло изрядное количество времени и пора уже было готовиться к сеансу поставки. Все эти железяки изрядно весили. А поскольку Женя решил сразу набрать все три комплекта инструмента, то суммированная поставка за несколько дней пришлась как раз кстати. Подумав о крутых фискарсовских топорах и титановых лопатах, он отказался от этой идеи. Деревянное топорище можно вырезать самому. А если сломается стеклопластиковая рукоять "фискарса"? Сломанную железную лопату можно заварить в кузнице. А вот титановую - только на специальном оборудовании в среде инертных газов. Так что, следуя заветам Григорьева, он взял лучшего качества, но самый простой инструмент. От себя добавил точильные камни и трехгранные напильники. А теперь пришло время попробовать взять суперпушку.
   "Оружие нарезное". "Ружья охотничьи".
   Позиция недоступна. Перейдите к другой позиции.
   Ну и ладно. Собственно, это ожидалось. Хотя была, конечно, надежда. Тогда пойдем другим путем.
   "Оружие гладкоствольное".
   Вот тут без проблем. Но с патронами напряг - нет готовых пулевых калибром больше 12. Разве что самому снаряжать. А тут пробовать нельзя, нужно сразу наверняка. А что если...
   "Оружие нарезное". "Штуцеры охотничьи".
   О, проскочило! Ну, давай парочку закажем. И патронов полсотни. И наушники, чтобы не оглохнуть. Вот теперь держись, пещерник, белая северная лисичка непобедима, и она идет за тобой!
  
   В час дня Женя вышел к воротам. Его уже ждали.
   - Ты подумал над моими словами, Зеуде? - спросил он вождя.
   - Да, масса Юджин. Если ты примешь меня и поможешь моему племени пережить эту зиму, Гуджи будут сражаться за тебя.
   - Если так, то я готов принять твой род. Я дам тебе землю, где вы будете жить. Дам инструменты для работы, семена для посева. Дам оружие и патроны, чтобы Гуджи могли охотиться и защищаться от врагов и достаточно продуктов, чтобы вы не бедствовали зимой. Взамен я потребую от вас четвертую часть от всей добычи и участия в общих работах. Например, мне нужно будет прорубить просеку от будущего селения Гуджи до форта. Если на мои земли придут враги, то, кто бы они ни были, мужчины Гуджи должны будут сражаться с ними. Нужно ли тебе время, чтобы обдумать мои слова и принять решение?
   - Мне не нужно времени, чтобы увидеть, кто на самом деле друг, а кто враг. Я принимаю твои условия. Гуджи станут частью твоего народа.
   - Тогда завтра утром пойдем к складу. Я убью зверя и отдам тебе дом и земли вокруг. Мы вместе посмотрим, что хранится в этом доме. И если в нем не будет достаточного количества инструментов и продуктов, ты придешь ко мне в форт или пришлешь своих людей, и я дам тебе необходимое. Отныне и навсегда Гуджи будут под моей защитой.
   Эфиоп приосанился и придал своему лицу торжественное выражение.
   - Я, Зеуде, вождь Гуджи, благодарю тебя, Юджин, от всего племени. Да благословит тебя Аллах.
   - Я принимаю твою благодарность, Зеуде. До завтра ты и твои люди смогут отдохнуть в доме для моих гостей. Я вернусь к тебе завтра утром. А сейчас мне нужно заняться другими делами.
   Прям как в старые добрые времена. То ни гроша, то вдруг алтын. Уж почти год, как никто не просился под крыло. Все племена сектора, не привязанные к Аддис-Абебе, присоединились к анклаву в первые месяц-два после смерти Джамала и развала его войска. А тут дважды за день звякает. Ну что, пойдем посмотрим, что выписали наблюдатели за этот случай.
   Терминал пиликал, но не так, как обычно. Тон сигнала был совсем иным, мелодичным, переливчатым.
   Расширение этноформата за счет части селективного кластера.
   Стимулирующая поставка.
   Выберите:
   Пулемет ДШК, 4 шт.
   Отара овец, 12 шт.
   Вот тут Женя призадумался. С одной стороны, четыре ДШК наглухо перекрывают все подходы к форту. При таком вооружении атаковать его можно только на танке. Учитывая надвигающуюся угрозу, лишними они не будут. Но четыре пулемета - два своих, два у бероевских ребят, у него есть. Кого на ДШК поставить? Людей у него не лишку. А с другой - вот, пожалуйста, то решение, которое он так искал. Если он начнет разводить овец, то у него всегда будет мясо, молоко, сыр и шерсть. Шерсть можно прясть, и из этой пряжи Люда Гонтарева наделает шерстяных тканей. Или же Настя навяжет свитеров и шапок. А можно - валять, делать войлок и катать валенки. Ткацкий станок, да и шерстобитный, можно автоматизировать, прикрутить к ним паровой привод. Или электрический. Электричества они потребляют во много раз меньше плавильной печи. Тогда можно наладить массовый выпуск шерстяных тканей. Да это же ключ к экономической независимости форта! Пусть на Алтае горнорудная отрасль, в замке Россия - металлургия и металлообработка. А его форт займется легкой промышленностью. И это будет его уникальный товар, его звено в общем разделении труда Союза. Так что перекуем мечи на орала. Да здравствует мирный сельскохозяйственный труд! Только вот вопрос: кто-нибудь в форте знает, как обращаться с этими овцами? И куда их сбросят? Они же разбегаться начнут! Да и кормить их надо, сено на зиму запасать. Вот не было у бабы забот...
   Женя поднялся на стену. Уфф, все-таки наблюдателям свойственен комплексный подход: в сотне метров от восточной стороны появилась бревенчатая стайка с загоном, по которому бродили и блеяли результаты выбора. Рядом со стайкой были аккуратно сложены несколько тюков прессованного сена. Теперь нужно будет выделить пару человек на это хозяйство и притащить каналом литературу по овцеводству. А если все-таки эфиопы нападут? Они ценную скотину просто зарежут на мясо. Или пристрелят в ходе боевых действий. Надо сегодня же, ну край - завтра, угнать овечек подальше отсюда.
  
   - Пойдем, Мерон. И бери своих людей. Возьмете вещи, которые я для вас приготовил. Я покажу тебе то, что ты возьмешь с собой.
   Эфиопы вошли во двор форта. Они оглядывались по сторонам, удивляясь толщине стен. Вслед за Женей они подошли к стене, возле которой на дощатом помосте были разложены инструмент и посуда. Мерон внимательно осмотрел все, проверил и остался доволен. Потом из оружейки Клаус принес две новеньких, в смазке, мосинки и две помповых "бенельки", а Федька притащил запас патронов.
   - Зачем это? - спросил доктор.
   - Ты слишком ценная для меня находка, и я не хочу, чтобы тебя съел какой-нибудь зверь. Я все-таки надеюсь, что однажды ты переедешь жить в форт.
   Мерон улыбнулся.
   - Здесь не весь инструмент, который ты просил. Но самое основное из того, что нужно для начала. Кое-что, например, ломы, сделает наш кузнец. Но ему на это нужно время. Через несколько дней придешь или пришлешь кого-нибудь за остальным. Возможно, у тебя появятся новые пожелания. А вот это - тебе лично.
   Женя передал эфиопу коробку с медикаментами и кобуру с револьвером.
   - Ну а теперь грузитесь и пойдем. Я и мои люди проводим вас.
  
   Женя взял с собой Григория и Клауса. Иваныча решил не трогать - пусть творит. Эфиопы забрали все до последнего гвоздя, навьючились по максимуму, но никому не позволили им помогать. Из-за этого путь к будущему поселку занял около четырех часов.
   Место, которое решили определить для поселенцев, было просто шикарным. В другое время Женя с удовольствием построил бы себе там дачу. Небольшое лесное озеро с выбегающим из него ручьем, обширная поляна на берегу, светлый сосновый бор - красота!
   - Живите здесь, стройте дома, расчищайте поля. Ваша земля будет будет продолжаться на половину дневного перехода от этого места. Я обещаю, что никто не выгонит вас отсюда. Через четыре дня я со своими людьми приду к тебе и мы пойдем смотреть плохое озеро и крышу на болоте.
   - Хорошо, Юджин. За четыре дня мы успеем построить один дом. Я смогу оставить своих людей здесь и пойти с тобой.
   - Я дам тебе еще кое-что.
   По его знаку Смыков и Лори скинули свои рюкзаки.
   - Вот мешок риса, здесь десять килограмм, вам хватит надолго. Вот ящик тушенки на первое время, немного чая и сахара. И еще - он достал из своего мешка - рация и запасная батарея. Ты всегда сможешь связаться с фортом и передать сообщение или попросить о помощи. Смотри, как ей пользоваться...
   На прощание Мерон от души пожал Жене руку.
   - Спасибо, Юджин. Ты много сделал для меня и моих людей. Я этого не забуду.
   - Я буду ждать тебя в форте. Обещаю, работы тебе хватит. Здесь в округе живет много эфиопских племен, у тебя будет большая практика. Если захочешь, построим тебе дом за стенами форта. Если нужно будет выезжать в племена, обеспечу тебя транспортом.
   - Хорошо, я приду. Как обещал, как только эти люди устроятся на новом месте.
   - До встречи, Мерон.
   - До встречи, Юджин.
  
   Вернулись в форт уже затемно. Всю дорогу Женя размышлял об открывающихся перспективах и возникающих потребностях. Сейчас август, садить что-либо уже поздно. До зимы новые поселки успеют только-только построиться и, может, пробить просеки у форту. Дороги, конечно, очень нужны. Нужна возможность быстрой переброски сил в случае возникновения угрозы в одном из поселков. Ну и возить, все-таки, легче, чем таскать. Надо поискать возможность выдать в каждый поселок по пулемету. Может, попробовать заказать каналом, вдруг прокатит? Интересно, то, что звякнуло утром - это за всех эфиопов, или только за оставшихся четверых? Было бы хорошо, если бы за тех двоих Наблюдатели еще чего-нибудь подкинули. Тех же пулеметов, например.
   Поехали дальше. Урожай будет только через год. Значит, до того времени эфиопы будут сидеть у него на шее. Он будет должен их кормить, по крайней мере, до следующего августа. Давай посчитаем: четверо этих, еще минимум шестеро вместе с теми двумя, еще полтора десятка сегодняшних - двадцать пять ртов. Более, чем удвоение народа. Ну, круп, допустим, можно набрать. Мясо, рыба - пусть охотятся и ловят. Сколько нужно того же риса на неделю? При трехразовом питании - 75 порций в день. В 1 килограмме примерно 16 порций. Ну, 15 для простоты счета. Итого на неделю нужно 35 килограмм крупы. В принципе, вполне приемлемо. Канал такую нагрузку потянет. А если еще придут? У него 150 кг в день. Если в неделю один день поставки расходовать на прокорм эфиопов, то получится до ста человек, если держать на крупе. Конечно, это не очень хорошо. Но выгонять людей накануне зимы как-то не хочется. Да и есть вероятность, что если тут все сладится, а год подождать - не так много времени, то переток племен от Аддис-Абебы к нему усилится, потихоньку можно и до затопленной платформы добраться. А вообще было бы неплохо обсудить этот вопрос с Сотниковым, он мужик головастый, да и возможности у него другого уровня. Может, закинет на барже одним рейсом несколько тонн зерна или крупы, да и закроет тему. А в качестве компенсации возьмет какие-нибудь ценные вещи канальной поставки. Хотя бы тот же металлорежущий инструмент.
   Интересно, насколько сельскохозяйственные навыки эфиопов поддаются коррекции? Климат совершенно другой, другие почвы, другие культуры, другие сорняки и другие вредители. Как бы не пришлось учить их всему этому. Конечно, они где-то и как-то хозяйствовали, но кто ж знает, как именно. Агроном в форте есть. Вопрос - послушают ли они. Тем более, женщину. У них на старой Земле местами еще деревянной сохой пашут. А тут? Нужно учить севообороту, применению механизации, обращению с техникой... Зато можно, например, в счет оброка часть земель заставить засеивать льном и получать волокно для производства тканей.
   Детей надо отдельно учить. Ну, тут Жене есть чем похвастать. Он много разговаривал с вождями, убеждал, приводил всяческие доводы и вот теперь в этот год после сбора урожая пятеро парнишек из разных племен поедут в замок Россия учиться. Этого, конечно, мало. Все эфиопские дети с определенного возраста должны проходить обучение вместе со всеми сверстниками из остальных поселений анклава. Но это дело будущего. А пока нужно сосредоточиться на текущих проблемах.
  
   В форте уже ждал Касаткин.
   - Ну что, капитан, - сказал Женя после взаимных приветствий, - есть одна тема. Как раз по твоей части. Если выгорит - можно будет крупно наказать эфиопов. А если повезет, то и не только их. Давай я расскажу тебе, что знаю, и будем писать диспозицию. Пошли сядем поближе к рации, Бероеву тоже будет интересно поучаствовать в разговоре.
  
   *****
  
   Последняя, предутренняя вахта тоже досталась Сержу. Ночной холодок прогнал остатки сна. Поеживаясь, Сергей медленно нарезал круги вокруг стоянки, стараясь двигаться максимально беззвучно. Периодически он выходил к берегу озерца и, стоя за деревьями, осматривал берега. Не обнаружив ничего подозрительного, он отступал вглубь леса и продолжал обход. Предутренний лес был почти беззвучен. Ночная жизнь уже затихла в преддверии утра. От воды потянулся туман и густой белой пеленой покрыл и зеркало озера, и прибрежный лес. Густая дымка скрыла землю и, деревья, казалось, плыли в белом молочном киселе. Очертания предметов можно было отчетливо различить на расстоянии не более пяти метров. Мир вокруг стал казаться зыбким, призрачным, нереальным. Сергей закончил очередной круг и опять остановился у берега озера. В прошлой своей жизни он не слишком обращал внимание на природные красоты. Наверное, из-за вечной своей беготни и занятости. Но сейчас он был буквально заворожен открывающимся ему зрелищем. Он наблюдал, как непроглядная еще недавно тьма становится мутно-серым сумраком, как черное небо становится темно-фиолетовым, как на востоке появляется тоненькая светлая полоска...
   От созерцания красот отвлек странный жуткий звук: не то рычание, не то утробный вой, и над лесом на востоке, как раз там, где оставалось непонятное озеро, полыхнули вспышки багрового света. По спине пробежали мурашки, Серж невольно поежился. Ощущения были крайне неприятными. А он еще хотел поймать там рыбу! Минут через пять звуки и сполохи повторились. Бр-р-р!
   Из-под елки выползла заспанная Галя, за ней - Теген.
   - Что это было?
   - Кто ж его знает! Какая-то гадость. Ну, раз вы все проснулись, давайте перекусим и двинемся. Что-то мне неспокойно стало. А еще лучше - давайте отойдем немного и там уже поедим.
   - Ну что ж, раз ты такой чувствительный - давай отойдем. Только сперва я одна отойду. Да и Теген тоже, наверное нужно.
   Галя с девочкой пошли за ближайшие елки, а Серж принялся собираться. Собрал и надел рюкзак, перекинул через плечо сумку, сложил в нее рыбу, проверил, чтобы после них на земле ничего не осталось, закрыл костровище дерном. Вдруг из-за деревьев, куда ушли дамы, послышалась громкая возня, потом детский вскрик и сочные матюки, выдаваемые девичьим звонким голосом. Серж бросился на звук, на ходу выдергивая из кобуры пистолет. Сквозь туман прорисовалась картинка: Галя со спущенными штанами стояла на коленях, а за спиной у нее здоровенный негр, судя по снаряжению - из той, уже знакомой, группы, крутил ей руки. Рядом на земле лежала Теген. Увидев вооруженного противника, тот выпустил девушку и тоже схватился за оружие, но тут же повалился с выпученными глазами, судорожно хватая ртом воздух, получив от нее два сильнейших удара - в пах и в солнечное сплетение. В стороне из-за елки выскочил туманный силуэт, уже с автоматом наперевес. Не раздумывая, Серж дважды выстрелил в него, тот упал. Убит или ранен - проверять было некогда. Подхватив девочку, он бросился в сторону, противоположную той, откуда появился враг. Галка, успевшая натянуть джинсы, от всей души добавила с ноги в челюсть первому, катавшемуся по земле, и кинулась следом. Через пару минут остановилась.
   - Отвернись, я джинсы поправлю. А то так сотру все себе в кратчайшие сроки.
   Сергей послушно отвернулся. За его спиной коротко вжикнула молния, послышалась возня. Пользуясь остановкой, он коротко изложил план действий.
   - Туман продержится еще с час. Нужно за это время максимально оторваться. Тут, вдоль берега, деревья пореже, пробежимся в темпе с полчаса, потом зайдем в лес, передохнем и двинем дальше.
   Молния вжикнула еще раз, Галя взяла девочку на руки.
   - Ну что, рванули?
   И они побежали дальше.
  
   - Все, передышка.
   Остановившись в густых прибрежных кустах, Серж скинул рюкзак, Галка осторожно опустила давно уже очнувшуюся Тэген на землю.
   - Рубаем по-быстрому.
   Холодная рыба была не такой вкусной, как свежеиспеченная вчера вечером, но вполне съедобной. Садиться не стали, поели на ногах, запили водой из фляжки. Пока Тэген бегала с фляжкой к озеру, Сергей тщательно закопал рыбные кости. Огляделся, прислушался, вскинул на плечи рюкзак, скомандовал:
   - Пошли.
   Двигались, по возможности, скорым шагом, стараясь уйти подальше от странных и страшных людей. Девочка держалась наравне со взрослыми.
   До ночи Серж планировал пройти хотя бы километров пятнадцать. Конечно, чем больше, тем лучше, но тут уж как получится. Неизвестно, на что способна прибившаяся к ним малолетка. Он взял градусов двадцать к северу от направления на башню. На другой день повернет на юго-запад.
   Вскоре лес стал гуще, шаг пришлось убавить, зато стало возможным поговорить. Сейчас, когда опасность стала настолько явной и коснулась их всех, Сергею пришла пора открыть карты и рассказать спутнице обо всем, что ему было известно.
   - От кого удираем?
   Судя по голосу, Галя ничуть не запыхалась.
   - От негров.
   - Это-то я поняла. А конкретнее?
   - Сейчас объясню. Меня закинуло километров на сто западнее от этого места. И я по дороге повстречался с этими неграми. Просто чудо, что остался жив. Организм поднял за полминуты до того, как они пришли по мою душу. Судя по виду, все они профессиональные солдаты или наемники. Не то спецназ какой, не то диверсионная группа. Экипированы - аж завидки берут. Вооружены до зубов. Отряд большой, их было двенадцать человек. Один упал со скалы, одного я сегодня подстрелил, одного ты сегодня евнухом сделала. И, скорее всего, челюсть ему сломала. Пришли они откуда-то с востока. Я думаю, у них какая-то тайная миссия в этих краях. Настолько тайная, что они убивают всех, с кем встречаются по дороге. Но вот тот кадр, который гнался за Тэген, он не негр, он белый. И оружие у него другое. Видимо, это еще один отряд. Откуда он пришел и куда идет, я не знаю. Возможно, эти две группы встретятся и будут действовать вместе, возможно - это конкуренты. Но мы ухитрились насолить и тем, и другим.
   - Ты говоришь, всех убивают. А меня они пытались поймать.
   - Тут есть один момент: когда я от них прятался, нашел тайник с парой интересных вещичек. Остановимся - покажу. Эти диверсанты, как потом выяснилось, тоже за ними шли. Я смог сбежать, немного оторваться. В лесу без серьезных навыков следопыта человека найти очень сложно, особенно, если он прячется.
   - Но шарик и прочее забрал ты, а вязать они собрались меня.
   - Понимаешь, они меня до сегодняшнего утра в лицо не видели. Кроме того, ты уж извини, но тебя со спины запросто можно принять за пацана. И они вполне могли решить, что это именно ты утащила у них шар и блокнот. И собирались тебя допросить, чтобы вернуть эти вещи. А потом, вне зависимости от результатов допроса, разумеется, убили бы.
   - А как они нас нашли в тумане?
   - Скорее всего, случайно наткнулись. Шли своим маршрутом и тепловизорами проверяли местность, чтобы в тумане на какого-нибудь зверя не напороться. А напоролись на нас.
   - То есть, нас специально не искали?
   - Думаю, нет, просто совпали маршруты. У них, скорее всего, есть несколько задач, и добыть эти вещи - не самая важная из них. Кроме того, у них, видимо, есть определенные сроки, которые не дают им сильно отвлекаться от главной цели.
   - А какая у них цель?
   - Не знаю. Но думаю, что это как раз та башня, к которой мы идем. А остальное - это попутные второстепенные задачи.
   - Они, что, живут в этой башне?
   - Вряд ли. Иначе бы они так не прятались и всех встречных-поперечных не стреляли. Скорее всего, они хотят что-то оттуда забрать. А, может, и саму башню себе отжать. Но, в любом случае, пересекаться с ними еще раз у меня нет никакого желания. Поэтому сейчас мы уходим чуть в сторону от направления на башню. А завтра повернем обратно и выйдем чуть с другой стороны.
   - А мы не попадем туда как раз в самый разгар разборок? Может, как раз лучше побыстрее дойти до башни?
   - Нет, не лучше. Тут вот какой расклад: за нами сейчас идет довольно большой отряд. На протяжении двух дней наши маршруты совпадали, значит, они могут предположить, что мы идем туда же, куда и они. Мы их обнаружили, и если дойдем до башни первыми, они потеряют преимущество внезапности. Толковый командир, который хочет соблюсти секретность, вполне может отрядить трех-четырех человек, которые пойдут в ускоренном темпе, чтобы нас перехватить. Нам идти еще примерно полтора-два дня. Бегать по лесу тяжко, сама ведь почувствовала. Тэген наверняка не выдержит. Ты тоже вряд ли сможешь два дня бежать с девочкой на руках. И я не возьмусь. Кроме того, бегущий человек оставляет много следов, сильно шумит, а сам при этом ничего не слышит. Так что если пойдем прямо на башню, перехват у них вполне может получиться. Нет, мы сделаем крюк, пойдем посильным темпом, без погонь и перестрелок. Главное - мы должны дойти до места целыми. А там будем по обстоятельствам определяться, что делать дальше.
  
   По мере движения, лес немного поменялся. Он стал суше, почва под ногами стала тверже, но идти легче не стало. Приходилось то продираться через кусты, то перелезать через завалы, а то вообще искать обход. Так что когда Серж объявил очередной привал, все были этому рады. Даже он сам.
   Он прислонился к стволу сосны рядом с Галей и достал фляжку. Отхлебнул и передал ей. Она тоже сделала пару глотков, дала напиться девочке.
   - Надо сегодня пройти еще столько же. Как минимум. Ты как?
   - Не боись, бывало и круче.
   Галка с вызовом посмотрела на наглеца, посмевшего усомниться в ее силах.
   - Ты не дергайся, никто на твою девичью гордость не покушается. Мне нужно точно знать твои возможности.
   Каратистка насколько быстро вспыхнула, настолько же быстро и угасла.
   - Возможностей у меня хватает. Еще бы возможность сполоснуться организовать - можно хоть сутки без перерыва топать.
   - А Тэген?
   - Эта коза еще нас с тобой обскачет! Прыгает по кустам, на ходу какую-то траву объедает. Увижу, что уставать начала, скажу. Ну что, идем дальше?
   - Пошли.
  
   На обед остановились около очередного крошечного озерца. В поперечнике - и сотни метров не будет.
   - Ну что, русалка, иди, плещись, пока я паек делю, - великодушно разрешил Сергей.
   Галка не заставила себя дважды упрашивать. Уже из кустов, раздеваясь, крикнула:
   - Только чур не подглядывать!
   - Вот только подглядывать мне еще не хватало.
   Эту фразу Серж пробурчал себе под нос, вслух говорить не решился. Кто ж знает эту сумасшедшую девчонку. Еще решит, что он ею пренебрегает. Выдал Тэген бинокль, показал, как пользоваться, вызвав неописуемый восторг. Жестами объяснил, что нужно караулить периметр. Та, кивнув, умчалась.
   Он посмотрел ей вслед и вдруг поймал себя на том, что беспокоится за нее. Это открытие повергло его в шок. За последние несколько лет он привык быть одиночкой. Ни от кого не зависеть, ни на кого не надеяться. Он не сближался с людьми, не обременял себя обязательствами кроме деловых. А тут вдруг ни с того ни с сего на него свалились женщина и ребенок. Правда, женщина была вполне самостоятельной и опеки не требовала. Более того - за попытку опекать могла и пришибить. Ребенок тоже был далеко не комнатным растением. Но вот только он вдруг ощутил себя ответственным за них. Уже давно, с тех пор, как ушла жена, он отвечал только за себя. А тут...
   Не успел Серж оправиться от одного морального потрясения, как на него обрушилось следующее: кусты, отделяющие его от озерка раздвинулись и перед ним оказалась девушка, одетая лишь в доходящую до середины бедра белую куртку-уваги, затянутую на талии черным оби, открывающую сильные и весьма стройные ноги. Влажные темно-русые волнистые волосы падали на грудь, обрамляя показавшееся вдруг удивительно миловидным лицо. И это та самая квадратно-гнездовая джинсово-кожаная оторва?
   В чувство его привел насмешливый голос:
   - Подбери челюсть, волк-одиночка. Не ровен час, муха залетит.
   "Волк-одиночка" судорожно сглотнул и потряс головой, сгоняя наваждение.
   - Джинса в обтяжку, на мокрое тело шиш налезет, - объяснила Галя, присаживаясь на коврик и укладывая рядом с собой стопку одежды.
   Позвали Тэген, она тут же прибежала, с поклоном вернула бинокль.
   На оставшихся от ИРП таблетках сухого спирта в банке из-под консервов вскипятили воды, заварили пакет растворимого кофе. Девочка попробовала, поморщилась и отказалась. Тогда они с Галкой выпили его напополам, а ребенку вручили шоколадный батончик и фляжку с водой. Сейчас, когда опасность миновала, утреннее приключение стало казаться даже забавным.
   - Ты представляешь, сижу это я под кустом с трусами на коленках, - давай рассказывать Галка, - вдруг мне кто-то сзади в спину долбанул и давай руки крутить. А я ни повернуться, ни встать не могу.
   Вспомнив, как выглядела его спутница со спущенными штанами, Сергей невольно улыбнулся.
   - Что, подловил девку на горячем, а теперь зубы скалишь?
   Галина попыталась нахмуриться, но тоже улыбнулась. Через минуту они уже ржали в голос.
   - Как ты того мужика саданула! Я думал, у него шары на лоб вылезут!
   - Ты такой грозный выбегаешь с пушкой, а я, блин, стою с голым задом!
   Но досмеяться у них не получилось. Тэген начала быстро говорить, показывая пальцем куда-то в сторону озера.
   Серж осторожно выглянул из-за кустов. Вдоль берега прямо к тому месту, где расселась компания, шли двенадцать человек. Он взял в руки бинокль.
   - Опять эти негры! Хотя нет, это какие-то другие, у них оружие другое. Причем у двоих британские бесшумные карабины De Lisle Commando. Однако, надо линять!
   Он повернулся. Галка уже стояла полностью одетая, со своим рюкзачком на спине. Остатки еды, упаковка - все уже было убрано. Тэген протягивала грамотно свернутый коврик. Еще минута, и троица скрылась в лесу. Нужно было снова думать, а пока нового решения нет, шли прежним курсом.
   Похоже, ту самую башню, к которой они шли, серьезно обкладывают со всех сторон. Плохо, что он не знает местных раскладов: кто с кем воюет. Но эти негры ему конкретно не понравились еще с первой встречи. Вторая встреча была ничуть не лучше. Да и белые, по крайней мере, тот, который гнался за Тэген, образцом добродетели не являлись. Так что будем условно считать их плохими. А кто же сидит в башне? Условно хорошие? Или еще хуже? Ладно, поживем - увидим. А сколько всего групп движется к той башне? Только эти три? Или есть еще где-то? Похоже, он крупно попал, причем между молотом и наковальней.
   Что же делать дальше? В одиночку с пистолетом, даже с тремя, устраивать войнушку против дюжины вооруженных автоматами солдат - самоубийство. Пистолет - это только средство на крайний случай, если их все-таки обнаружат. Он пристрелит одного, при везении - двоих, а третий положит его самого. Конечно, будь у него винтовка, желательно с оптикой, расклад был бы совсем другой. А так - остается только идти вперед, надеясь, что у них хватит сил опередить этих негров.
   Шли до тех пор, пока не начались сумерки. Все устали, вымотались и проголодались. Тэген уже не скакала, а понуро брела, часто спотыкаясь. Остановились на ночь у очередного озерца, еще меньшего, чем то, у которого обедали. Костер разжигать Серж побоялся. Ужинали холодными консервами, по банке на человека. Химические НАТОвские подогреватели тут были бесполезны. Запили холодной водой из фляжки, сложили девочку в спальник. Галя легла рядом с ней на коврик, а Сергей отправился караулить.
  
   Ночь выдалась теплая, ясная. Полная луна проложила по озерной глади серебристую дорожку, небо усыпали яркие звезды. Смолкли лягушки, дневные птицы. Тишина стояла такая, что слышны были малейшие шевеления листвы под легчайшим дуновением ветерка. Благодать! Вот так бы без всяких негров, без погонь и напрягов, просто сидеть на берегу и наслаждаться красотой, попивая свежезаваренный чай с травами да ягодами. Да обнимать при этом теплое плечо прильнувшей к нему женщины, зная, что никто, ни одна душа не потревожит их уединения...
   Идиллию нарушил хруст сломанной ветки. Серж резко присел и обернулся на звук. Меж деревьями показалось две фигуры. Не прячась и не скрываясь, они вышли на берег озера, огляделись, протопали мимо Сергея и углубились в лес с другой стороны. Те самые негры из последнего встреченного отряда! Он быстро разбудил Галю. В двух словах объяснил ситуацию.
   - Я пойду посмотрю, куда это они ломанулись. А ты тут покарауль, чтобы вас нечаянно тепленькими не заловили. Пистолет приготовь на всякий случай. Я вернусь примерно через час.
   И он растворился среди темных силуэтов деревьев.
   Стараясь идти как можно тише, Серж пробирался по ночному лесу. Минут через пятнадцать он услышал впереди треск веток под ногами, шуршание веток о рукава курток. Стараясь держаться на границе слышимости, он крался следом за неграми. Еще через четверть часа шаги стихли. Обойдя стороной, чтобы не сигать в кусты, наткнувшись на возвращающихся людей, он рискнул подкрасться поближе. Услышал тихую речь: двое вполголоса говорили между собой. Язык был совершенно незнакомый.
   В ожидании дальнейших событий, он стал прикидывать возможные варианты. Здесь, сейчас он вполне может пристрелить обоих солдат. И получить столь полезный автомат, даже две штуки. А что будет дальше? Скорее всего, если они ко времени не вернутся, начнутся поиски. А это значит, что им с Галей и Тэген придется срываться с места и ломиться ночью сквозь лес. А для чего здесь эти негры? Наверное, с кем-то встречаются. Скорее всего, с кем-то из башни. Или, как вариант, с командирами других отрядов. В любом случае стоит подождать. Конечно, есть риск, что его засекут тепловизорами, но, эти двое шли спокойно, ничего не боялись, никого не опасались. Возможно, и остальные так же придут без опаски.
   Серж продвинулся еще немного и различил впереди небольшую поляну. Пара негров стояла на краю леса, продолжая негромко о чем-то разговаривать. Тут затрещали ветки на другой стороне поляны. Солдаты схватились было за оружие, но, видимо, узнав пришедшего, опустили стволы. На поляне появился еще один человек. И тоже чернокожий. Яркий свет луны позволил хорошо его рассмотреть. Между людьми начался разговор на все том же непонятном языке. Сначала говорил пришлый негр. Двое внимательно слушали. Потом заговорил один из них, причем явно в приказном тоне. В голос пришедшего сперва звучал твердо, но потом в нем послышались заискивающие и даже умоляющие интонации. Скорее всего, от него требовали какого-то действия, а он пытался отказаться. В конце концов, видимо, у парочки нашлись достаточно веские доводы. Пришелец сник и кивнул. Один из солдат достал из кармана револьвер - британский "уэбли-смит" и передал негру. Тот взял оружие сунул его за пояс и ушел туда же, откуда появился. Один из солдат с коротким смешком хлопнул другого по плечу, они развернулись и тоже отправились в обратный путь. Ситуация была понятна и без слов: человека заставляли выстрелить в спину тому, от которого зависела оборона башни. Может, и не в спину, но выстрелить, и этим облегчить задачу атакующим.
   Что делать дальше? Догнать и пристрелить солдат? Негр все равно сделает свое черное дело. Догнать и пристрелить негра? Это не отменит атаки, да и негр явно не хочет стрелять. Бросить все так, как есть? Грохнуть всех троих? Черт! Нужно решать быстро, время уходит.
   Лихорадочные мысли Сержа были внезапно прерваны. Давешний негр с револьвером в руке снова появился на поляне. С ним был еще один, с помповым ружьем. Ситуация явно переменилась. Да они же сами хотят этих крокодилов пристрелить! А зачем? Какую власть имеют те негры над этими? Может, где-то держат их родню? И тут щелкнуло в голове: Тэген! Нет ли тут какой связи? Попробовать стоит. Дождавшись, когда негры пройдут мимо него, он тихонько позвал.
   - Эй!
   Негры мгновенно развернулись. Стволы направились в сторону кустов, за которыми прятался Сергей. Один из них что-то сказал на своем языке.
   - I don't understand. Do you speak English?
   - Yes. Go out.
   Серж вышел на поляну.
   I am Russian, I'm lost.
   Негры переглянулись, немного переговорили между собой, потом снова перешли на английский.
   - Ты действительно русский?
   - Конечно.
   - Скажи что-нибудь по-русски.
   - Пожалуйста. Водка.
   Негры опять переглянулись.
   - Откуда ты пришел?
   - С востока, я иду уже четыре дня.
   - Ты видел в лесу эфиопских солдат?
   Ага, значит это эфиопы. А все равно - один хрен африканские папуасы.
   - Да, видел несколько раз. Они тоже шли с востока и убивали всех, кто им попадался по дороге. Даже женщин и детей.
   У одного из негров сжались кулаки.
   - Я спас от них одну девочку. Ее имя Тэген.
   - Тэген?
   Лицо одного из негров отобразило сильнейшее волнение.
   - Где она? Я хочу ее увидеть!
   - Она сейчас спит в моем лагере.
   - Отведи меня туда!
   - Сперва объясни, зачем тебе это нужно.
   - Моя дочь с остатками рода пряталась в этих лесах. Ее звали Тэген. Эти, - он мотнул головой в сторону ушедших солдат, - говорили, что захватили их и требовали убить Юджина, иначе убьют мою дочь и всех остальных. Но если Тэген у тебя, тогда мне наплевать на этих...
   Тут негр перешел на свой язык. Видимо в английском не было достаточно слов, чтобы описать все отрицательные качества солдат.
   Все оказалось именно так, как и предполагал Серж. И если эта найденная девочка действительно окажется дочерью этого негра, то задача выхода к жилью, фактически, решена. Со стороны этих людей каких-то враждебных действий можно не опасаться. Зато они могут сильно помочь разобраться в местных раскладах и понять, кто же с кем воюет.
   - Пойдем, я отведу тебя, - сказал он. - А ты расскажи мне, кто такой Юджин, и что это за башня, к которой так стремятся эти эфиопы.
  
   *****
  
   Женя в сопровождении Григорьева и Лори, вышел к ожидавшим его людям. Все трое были с ног до головы увешаны оружием. В рюкзаках за спинами - изрядный боезапас и трехдневный паек. Чтобы не слишком быстро двигаться, было решено выдать Гуджи помимо инструментов приличный запас продуктов. На предмет вооружения племени накануне крепко думали. В конце концов, решили дать им тот же набор, что и предыдущим поселенцам: две помпы и две мосинки. Решающими аргументом в споре по оружию было то, что идти все равно придется вместе, плотной группой, а из хаудаха в упор застрелить можно так же верно, как и из винтовки. Кроме того, терминал все-таки пиликнул на присоединение племени. Это значит, что их желание влиться в ряды было вполне честным и искренним. Но меры предосторожности были приняты. Через полчаса, когда первая группа скроется в лесу, следом выдвинется еще одна - Гриша Смыков, Фима Максаков, Илья Туголуков и Жора-байкер. Они сперва пойдут в другую сторону, чтобы обмануть возможных наблюдателей, но, зайдя в лес, повернут и пойдут за Женей, ориентируясь на сигнал радиомаяка. Особо позаботились о связи. У всех были включены рации, у первой тройки еще и гарнитуры. На всякий случай, у каждого были еще по два запасных аккумулятора. В форте на связи было организовано непрерывное дежурство. Если у локалки засада, вторая группа должна атаковать нападающих сзади. Если все в порядке, поможет разобраться с добычей. Все это и кое-что еще было придумано накануне, так что Женя был вполне уверен в успехе операции и даже почти спокоен, но уйти, как было задумано, не удалось. Уже выйдя во двор форта, он услышал необычный для форта шум толпы. А выйдя наружу, на миг потерял дар речи.
   Приготовившееся отбывать к новым местам племя Гуджи было оттеснено в сторону. Перед воротами стояло два с лишним десятка людей: мужчины, женщины, дети. Если бы не темно-коричневые лица и простая одежда, Женя решил бы, что перед ним цыганский табор. Молчаливые мужчины поодаль. Оружия не видно, но, скорее всего, оно неподалеку. Гомонящие женщины, голозадые младенцы на руках... Осталось только услышать вечное "Позолоти ручку, касатик, все как есть скажу". Но вместо этого к Жене подошел немолодой эфиоп в самой простой одежде. Интересно, что же ему нужно?
   - Здравствуй, великий вождь Юджин, - начал старик по-английски. - Меня зовут Бырхан, я вождь народа Харари.
   "Ну все, - подумал Женя. - Сейчас этот старик затянет хвалебные песни на полчаса. Хотя какой же он старик? Вполне крепкий мужик лет пятидесяти."
   Конечно, не полчаса, но минут пять наверняка Бырхан изощрялся в красочных похвальбах "великому вождю". Сам "мудрый правитель" изо всех сил старался сохранять на лице невозмутимое выражение, разглядывая самого Бырхана и его людей. Что-то в них было не так, что-то неправильно. Хотя и родовые знаки на месте, и одежда, казалось бы, соответствует...
   Закончив славословия, эфиоп перешел к сути:
   - Правители Аддис-Абебы изгнали нас из наших земель, отобрали все наше имущество. Нам нечего есть и нечем защищаться. Харари просят милости великого Юджина. Мы просим дать нам оружие для защиты от врагов и еды, чтобы мы могли накормить своих детей.
   С этими-то желаниями все было ясно с самого начала. Что-то густо повалили эфиопы, буквально табунами ходят. Подозрительно все это...
   - Я услышал тебя, Бырхан. Сейчас мои дела вынуждают меня покинуть форт. Я вернусь к вечеру и завтра утром дам ответ на твою просьбу. Сейчас вы можете разбить лагерь у стен форта так, чтобы не мешать проходу. Мои люди накормят тебя и твое племя. А сейчас отойдите в сторону, дайте пройти тем, с кем уже заключен договор.
   Женя сделал знак Зеуде. Люди Бырхана расступились и мужчины Гуджи прошли во двор форта. Выдача оружия, инструментов и припасов прошла под восхищенные возгласы одаряемых. Женя же, пока Зеуде восхищался винтовками, успел перекинуться парой слов с Григорьевым и Касаткиным. Все трое сошлись в том, что поведение новых гостей им не нравится.
   - Если начнут проситься в форт, значит, точно засланные, - резюмировал Касаткин. А если засланные, то сегодня вечером или, край, ночью будет атака. Так что будьте втройне осторожны.
   - Ты, Петрович, тоже бы поосторожничал, - возразил Григорьев. - Под стенами они тоже могут шухеру навести. Если у них под полой хотя бы револьверы, они тебе высунуться не дадут, пока из лесу подкрепления подходят. Стрелки спрячутся за бабами и детьми - ты сможешь всех подряд валить? Да и ночью они будут не видны, а твои бойцы на стене, да на фоне неба - отличная мишень.
   - Слушай, капитан, а если их запустить в какой-нибудь каземат, да там и запереть? - подал идею Женя.
   - Вряд ли выйдет, могут упереться во дворе. А начнешь силой гнать - повыхватят наганы и начнется пальба в упор. Нет уж, лучше со стен их встречать. А вот если бы вы вечером от леса зашли, да с тыла этих негров шуганули, то было бы здорово.
   - Тут как уж выйдет. Но, конечно, постараемся. Ну да ладно, пора двигаться. Гуджи, вон, уже нагрузились. Будем держать связь. Да и метрополию стоит поставить в известность. Раз тут что-то затевается, возможно, что и в других местах приготовления идут.
   - Это само собой. Если у нас все сладится, может, еще и шведов щипанем за мягкое.
  
   Проходя мимо табора Харари, Женя приглядывался к людям. Он пытался понять, что же в них его так смутило. Им уже принесли еду, они сидели, ковыряясь в тарелках. Внезапно его осенило: да они же сытые! Таким наблюдением надо было срочно поделиться с Григорьевым.
   - Иваныч, ты видишь? Казачки однозначно засланные.
   - Вижу, сейчас Петровичу расскажу, пусть сам посмотрит.
   По спине пробежал холодок. Только теперь Женя почувствовал реальность угрозы. До сих пор он воспринимал информацию о готовящемся нападении как-то отстраненно, не всерьез. Он принимал решения, выполнял нужные действия, но это было похоже на своего рода игру. И только теперь для него все стало по-настоящему.
  
   Отряд двинулся на северо-восток. Дорога была монотонная, однообразная. При всей своей любви к лесу, Женя вскоре устал от простого созерцания и принялся размышлять. Итак, они идут на северо-восток, в сторону Аддис-Абебы. Собственно, Женя и сам хотел поселить Гуджи в тех краях, даже место придумал - у небольшого родника. Но тут придется переиграть. Да и ладно. Давно уже новых локалок в этих краях не находили. Даже если это универсальная, такая, какая попалась ему в первые дни на Платформе, это очень неплохо. А если какая-нибудь особая - с металлопрокатом, например, или с техникой какой-нибудь. А то и вовсе оружейка! Мечты, мечты... Внезапно в голову пришла мысль.
   - Зеуде, - спросил он шедшего рядом с ним вождя, - мне рассказывали об эфиопе с большим шрамом на правой щеке. Ты знаешь такого человека?
   - О нем все знают, и его все боятся. Он нигде не задерживается подолгу, появляется и исчезает. Ходят слухи, что это демон и его невозможно убить. Там, куда он приходит, вскоре случаются плохие вещи.
   - А откуда он взялся? Как его зовут?
   - Я не знаю. Люди боятся спрашивать такие вещи.
   - Ты видел его?
   - Да, я видел его один раз, перед тем, как нас выгнали с нашей земли.
   - Спасибо, это важно. А люди, которые сегодня пришли, они действительно Харари?
   - Да, но не все.
   - А ты знаешь кого-нибудь из них?
   - Да. Я знаю одного человека. Он высокий, очень сильный, у него на голове нет волос.
   Женя припомнил такого среди толпы Харари.
   - А кто он?
   - Я не знаю его имени. Он не из Харари. Я видел его, когда он сопровождал человека со шрамом.
   А вот это уже была ценнейшая информация. Григорьев, шедший рядом и слышавший разговор, тут же начал вызывать форт. Касаткина необходимо было поставить в известность. Раз один здесь, очень может быть, что и второй неподалеку.
   - А сколько там еще людей не из Харари?
   - Трое. Двое мужчин и одна женщина.
   Итого четыре засланца. И кто знает, на чьей стороне будут Харари, когда начнется стрельба. Но кто предупрежден, тот вооружен. Касаткин будет начеку. А сведения, данные Зеуде, красноречиво говорят о честности его намерений. Значит, засада у локалки возможна только в том случае, если его используют втемную. Это внушает оптимизм и надежду на благополучный исход операции.
   Вот, спрашивается, чего нужно этим эфиопам? Что им неймется? Ведь уже получили по сусалам. Что, оскорбленная гордость взыграла? Что им нужно - по большому счету? Простым людям - это Женя сам видел - нужно просто спокойно жить. Им не нужны форты, им не важно, посчитают их подданными Аддис-Абебы или замка Россия. Главное, чтобы урожай был обильным, цены на рынке выгодные, а выкуп за невесту - умеренный. А что вообще нужно образовавшимся здесь, на платформе, маленьким государствам? Ведь эта цель определяет и действия. Цель Русского Союза - экспансия. Но не банальных захват земель. Его экспансия торгово-экономическая, основанная на постоянно укрепляющемся промышленном потенциале. Не за горами день, когда произойдет переход от штучного и мелкосерийного производства к массовому. И тогда все те, у кого нет своей промышленности, хоть какой-нибудь, потянутся к Сотникову на поклон. А тот, как старый иезуит, будет хмуриться, изображать крайнюю занятость и ставить свои условия, двигающие Союз в общем стратегическом русле.
   Стратегическая цель шведов пока что довольно очевидна: тоже экспансия, но только военная. Просто пойти и захватить то, чего у них нет. Что послужило причиной такого уклона - неизвестно. Может, Главному Шведу приснилась тень Карла XII и потребовала взять у русских реванш за Полтаву и Гангут. А, может, чухонцы, то бишь, литовцы нашептали, что все зло от русских. Или им просто нужна техническая база замка Россия для постройки нового супер-оружия. Но только взялись шведы за дело серьезно. Сковали чудо-оружие и стали искать возможность применить его. И вот, видимо, нашли. Интересно, что они сделают, если в очередной раз получат по сопатке. Утрутся и будут строить новую вундервафлю? Или в мозгах у них что-то прояснится? Тут ответ может дать только опыт. Очевидно только, что без хорошей оплеухи они не успокоятся. Вопрос только в том, сколько оплеух понадобится для того, чтобы они убедились в несостоятельности своей стратегии.
   А евреи? Этим-то богоизбранным что нужно? Из того, что известно - тоже экспансия. Только политическая. Установление контроля над остальными анклавами и манипуляция ими в своих интересах. Конечно, тут у них вряд ли проканает, не позволит Сотников собой манипулировать. Но заставить их прекратить попытки гадить будет намного сложнее. Потому что намного сложнее нанести им неприемлемый ущерб. Они ведь не сами будут воевать, а посылать других, тех же эфиопов. А эфиопам-то что нужно? Они хотят Великую Эфиопию от моря до моря? Да вряд ли. Скорее всего, людям, захватившим власть и терминал, нужна просто сытная и роскошная жизнь наверху пирамиды эфиопского общества. А если они поддаются влияния Нового Иерусалима, то своей внятной стратегии развития не имеют и, видимо, вообще не являются выдающимися мыслителями. Живут так, как привыкли, как жили тысячелетиями до переноса сюда. И не хотят ничего менять в устоявшемся жизненном укладе. Волюнтаристы! Ну да ничего, удары самолюбия о действительность бывают очень болезненными. А если еще исчезнут грамотные советчики типа Джамала... Кстати, тот, со шрамом, он тоже, наверное, человек образованный. Прищучить бы его в темном лесу на узкой тропинке...
  
   - Юджин, мы почти пришли.
   Слова Зеуде прервали раздумья.
   - Дальше надо идти налегке.
   Эфиопы шустро скинули с плеч груз, оставили с кучей имущества женщин, детей и двух человек с дробовиками для охраны. Григорьев переломил свой штуцер и загнал в каждый ствол по чудовищному патрону .600 Nitro Express. Еще четыре таких патрона разложил по карманам куртки. Свой любимый "Lee Enfield" оставил за спиной. Женя проделал то же самое, с той лишь разницей, что за спиной у него остался висеть трофейный "SturmGewehr 44". Клаус зарядил и проверил пулемет, приготовил два запасных магазина. Зеуде с мосинкой в руках, которую успел по дороге оттереть от заводской смазки, повел всех дальше в лес. Отряд замыкали еще двое мужчин племени. Естественно, с оружием. Самое гадкое в затее было то, что чудовищная убойная сила штуцеров сохранялась на дальности не более семидесяти метров. Это означало стрельбу почти в упор. На всякий случай Клаус должен был их подстраховать с пулеметом.
   К локалке подобрались с подветренной стороны. Размеров она была изрядных. В восточной стене были видны ворота, что означало наличие внутри какой-то техники. Но вот транспортировка этой техники в форт могла стать серьезной проблемой. Но это уже потом. А нынешняя проблема лежала неподвижно рядом с локалкой. Такого монстра Женя видел впервые, и ему стало страшновато.
   - Иваныч, что будем делать?
   - Давай попробуем ближе подойти. Остальные пусть отсюда страхуют.
   Стараясь двигаться по возможности тихо, они приблизились к зверю на расстояние выстрела. Как действовать, обговорили еще в форте. Григорьев покрепче упер в плечо штуцер, а Женя подпер его плечом со спины.
   Ба-бам! Ба-бам! Два выстрела оглушительно прогремели один за другим. Рев боли огласил окрестности. Охотники быстро поменялись местами. Теперь отставной сержант подпирал Женю сзади, одновременно перезаряжая свой штуцер. Зверь мотал головой, стоя на трех лапах. Четвертая - правая передняя, беспомощно болталась. Видимо, удачный выстрел перебил кость. Женя выстрелил, целясь в правую заднюю лапу. Ба-бам! Приклад зверски лягнул плечо. "Гарантированный синяк", - подумалось мельком. Если бы не напарник, подперший сзади, он наверняка опрокинулся бы на спину. Промах. Чудище скакнуло в сторону, попыталось опереться на перебитую лапу и потеряло равновесие, заревев от боли. Еще раз: Ба-бам! Есть попадание! Заревев, пещерник рухнул и принялся, загребая уцелевшими конечностями, отползать в сторону. Они снова поменялись. Женя, уперевшись в спину Григорьеву, переломил штуцер и выбросил из стволов дымящиеся гильзы. Нашарил в кармане патроны и один за другим вставил в казенник ружья. Ба-бам! Ба-бам! - ударил в уши грохот. Снова переход. Иваныч попал удачно: зверь уже не отползал, а лежал на брюхе, бессильно скребя лапами по земле.
   - Михалыч, давай подойдем ближе, - крикнул Григорьев. - Пещерник, похоже, отбегался!
   Они приблизились метров на тридцать. С такого расстояния зверь, даже сильно раненый, выглядел жутко.
   - Давай!
   С такого расстояния можно было особо и не целиться. Промахнуться по здоровенной туше было просто невозможно.
   Ба-бам! Выпущенная почти в упор шестидесятиграммовая пуля пробила череп монстра, и он, затихнув, замер посреди поляны.
   - Повезло, что удалось его спящим застать, не то побегали бы сейчас.
   Григорьев, опустившись на траву, уже не торопясь, перезаряжал свой штуцер. Женя махнул рукой остальным и последовал его примеру. От туши ветерок нес жуткое зловоние, к которому примешивался знакомый уже химический запах.
   - Точно.
   Подошли эфиопы и Клаус. Зеуде был в восторге.
   - Масса Юджин великий воин! Он убил зверя!
   Пожалуй, если дать ему копье и набедренную повязку, он запросто сплясал бы вокруг туши пещерника ритуальный танец.
   Наконец, все успокоились и пошли смотреть добычу. На первый взгляд, это была обычная универсальная локалка. В первом помещении было все, как обычно: тяжелая добротная мебель, запасы продуктов и инструмента, тысяча всяких бытовых мелочей. Пожалуй, этого вполне хватит Худжи, чтобы прожить до следующей осени. Ну, может, что-то придется докинуть. Например, семян. А где же Клаус? Он пошел в "гараж" посмотреть технику и пропал. Женя двинулся следом. Швейцарец стоял там, прислонившись к стене, и лицо его сияло от восхищения, граничащего с благоговением. Женя переступил порог, повернул голову и обмер. Солидно и спокойно, отсвечивая матовыми боками в пустынном камуфляже, стоял немецкий полугусеничный бронетранспортер SdKfz 250/9. Из открытой сверху башенки торчали стволы 20-мм автоматической пушки KwK 38 L/55 и пулемета MG-34. Вот это круть! Да ради такого приза можно было бы завалить не одного, а целую дюжину пещерников! Все. Шведы вместе с эфиопами могут тихо курить в сторонке. Теперь Женя станет королем этих мест! И если они понимают только грубую силу, то вот им сила, которую они ни за что не смогут игнорировать. Дело за малым: доставить броневик в форт. Только даже со всеми своими гусеницами он по лесу не проедет. А рубить пятнадцатикилометровую просеку - это займет не меньше полутора-двух месяцев. Конечно, Сотников, узнав о находке, пришлет людей, но тоже не лишку. Но главное - это то, что сперва нужно разобраться с эфиопами. А броневичок очень бы в этом помог. Ладно. Надо идти договариваться с Зеуде о разделе имущества. Тот, поди, тоже сейчас охреневает от свалившегося с неба изобилия.
   - Что, Клаус, нравится машинка?
   - Не то слово, Ойген! Да я... Да на ней... Да это же...
   - Вижу, вижу. Не переживай, это наш трофей, никому не отдам. Но придется тогда выезжать на нем патрулировать сибирский тракт, иначе Сотников его в Сибирь заставит перегнать.
   - О чем речь, Ойген! Да я всю Зусулку на нем патрулировать буду!
   - Ладно, договоримся. Давай, пока что, запрем ворота изнутри на всякий случай. А ты полезай с пулеметом на чердак, покарауль окрестности. Да и там тоже пошукать стоит. Помнится, год назад я на таком же чердаке новенькую бенельку нашел, да еще с мешком патронов.
   - Jawohl!
   Клаус, весь сияющий от восторга и не имеющий иной возможности выразить свои чувства, лихо отдал честь, щелкнул каблуками берцев и полетел выполнять распоряжение. Вскоре с чердака уже спускали футляр с помповым ружьем и мешок патронов, а Женя подошел к Зеуде.
   - Я вижу, ты доволен содержимым склада.
   - Да, Юджин. Это большое богатство. Но ты, я вижу, тоже что-то нашел.
   - Да. В той половине дома стоит бронированный автомобиль. Не думаю, что ты сможешь его использовать для вспашки полей или постройки домов. В качестве своей доли я хочу забрать его и все полагающиеся к нему принадлежности. Этот дом и все прочее, что в нем есть остаются во владении Гуджи. Так же, как и земли на половину дня пути отсюда. Я думаю, это будет справедливо.
   Тут Зеуде вдруг резко превратился из бедного вождя бедного племени в богатого и тороватого собственника.
   - Те вещи, которые ты дал нам в форте тоже пойдут в счет твоей машины.
   Пришлось торговаться. Благо, в этом искусстве Женя руку поднабил за год общения с эфиопами. В конце концов, соглашение было достигнуто. И когда уже ударили по рукам, он напомнил:
   - Не забывай, Зеуде, что Гуджи стали владеть этим домом, его содержимым и окрестными землями только потому, что я им это позволил. Если ты не будешь вести со мной дела честно, найдется другое племя, которое будет радо здесь поселиться. А раз тебе нет нужды немедленно строить дома, пусть твои люди начинают рубить просеку к форту. Мне нужны дороги, которые будут связывать все поселки на моей земле.
   Зеуде проникся.
   - Я услышал тебя, Юджин. Гуджи будут тщательно соблюдать наш договор. А сейчас я пошлю людей, которые приведут сюда остальных.
   Но не успел он отдать приказ, как в лесу рядом с ними простучала короткая автоматная очередь и голос на амхарском прокричал:
   - Этот дом и все его содержимое объявляется собственностью короля Аддис-Абебы. Я даю две минуты на то, чтобы покинуть его с пустыми руками и тогда я сохраню вам жизнь.
   Оба-на! Появились претенденты на броневичок! Так шиш им!
   - Иваныч, свяжись с группой поддержки и с фортом. Пусть ребята делятся на пары и заходят этим крокодилам с флангов. Фима же наверняка со своим луком? У него есть прекрасная возможность поиграть в индейцев.
   - Клаус, что видно сверху?
   - Я вижу троих, они на границе леса, в двухстах метрах. Скорее всего, есть еще кто-то.
   - Подожди, пока не начнут двигаться к дому.
   - Зеуде, кто у тебя лучший стрелок?
   - Вот он, Алему. - вождь указал на молодого парня с винтовкой в руке.
   - На чердак ко второму окну, нужно следить за подступами.
   Хорошо, что догадался изнутри запереть ворота. Есть только один вход, и его можно будет контролировать. Плохо, что нет окон, обзор только на две стороны. Надо дверь открыть и навалить какой-никакой заслон. Хоть ту же лавку поперек прохода.
   - Зеуде, давай строить оборону, если не хочешь потерять все свое имущество.
   Вчетвером подтащили лавку к двери и положили на бок. Поверх накидали мешки с крупой и сахаром. Не особо хорошо, но все же хоть какая-то защита. Григорьев отложил в сторону штуцер и взялся за винтовку. Проверил магазин, снял чехол с оптического прицела. Лег за баррикаду, рядом разложил запасные обоймы. Женя приготовил свой "SturmGewehr", достал из рюкзака и распихал по карманам магазины, расстегнул кобуру и проверил, как вынимается "Люгер". Иваныч будет отстреливать дальние цели, а он - работать по ближним.
   Снова раздался крик из леса:
   - Вы не подчинились требованиям короля! Вы все будете убиты!
   Тут только Женя сообразил: раз обращаются на амхарском, значит думают, что локалку захватили эфиопы. Значит, о нем ничего не известно и эта толпа просто шла мимо и прибежала на выстрелы. Что ж, для них будет хороший сюрприз.
   - Зеуде, скажи своему Алему, пусть стреляет в каждого, кого увидит на поляне.
   - Да, Юджин.
   - Теперь поищи в барахле зеркала. Нам нужно видеть стены, чтобы никто незаметно не подкрался.
   - Командир, они пошли, - раздался в гарнитуре голос Клауса.
   - Отлично. Как отойдут от леса метров на пятьдесят, вали всех.
   Через полминуты с чердака раздались короткие пулеметные очереди, а со стороны леса - крики умирающих. Одновременно с этим сухо треснула винтовка Алему, затем еще раз. Раздался еще один крик.
   - Минус два, - доложил Клаус.
   - Один враг мертв - крикнул с чердака эфиоп.
   Из леса больше никто не выходил, зато вокруг окошек залетали пули. Пробить толстую бревенчатую стену они не могли, но густо втыкались вокруг окошек.
   - Клаус, отодвинься пока от окна, смотри сбоку, а то еще зацепит ненароком.
   - Понял.
   Зашипела рация. Гриша Смыков.
   - Командир, мы с Фимой на позиции, Илья и Жора будут на месте через пять минут.
   - Принял. Начинайте, не ждите. Пусть Фима оторвется со своим луком, ты его пострахуй, да посмотри, чтобы не увлекался. На поляну к локалке не выходите, чтобы мы сами вас не подстрелили.
   - Добро.
   Подошел Зеуде, притащил поднос из нержавейки. Женя осторожно высунул его слева, оглядел правую часть стены, затем перешел на другую сторону проема, осмотрел левую. Все пока чисто. Зашевелился Григорьев.
   - Ну-ка не мешайте, вот и мне пришла очередь пострелять.
   Он приложился к винтовке, несколько секунд целился, затем выстрелил. В кустах напротив двери со стоном осел человек.
   - Нефиг на нас в бинокль пялиться, - заявил Иваныч.
   Несколько минут все было тихо и Женя начал беспокоиться. Одна стена была слепой. Подойдут вплотную, закинут в дверь гранату - и привет. Но и светиться в дверях тоже не стоило. Наверняка кто-нибудь сидит и наблюдает. Пришлось идти на хитрость. Зеуде, стоя с одной стороны дверного проема, высунул поднос, а Женя, с другой стороны, в него заглянул. Чисто. Поменялись местами. Так и есть, не зря беспокоился. Вдоль стены крадется человек. Медлить нельзя, и с автоматом не сунешься. Женя достал из кобуры "люгер". Стараясь не слишком светиться, он высунул руку из проема и наугад трижды выстрелил. В ответ раздался крик. Он снова спрятался за стену и тут же в проем, в то место, где он только что стоял, влетела пуля и ударилась в противоположную стенку, куда-то в содержимое стеллажа с барахлом. Григорьев отработал четко: три выстрела подряд, и где-то в лесу раздался вскрик. Женя рискнул высунуться наружу. Подстреленный им эфиоп пытался отползти за угол, но не успел. На таком расстоянии Женя мог попасть в цель с закрытыми глазами. Один выстрел в голову, и враг отползался.
   Сколько же их всего? Пятеро убито. Еще один не то убит, не то ранен. Это немало. Помнится, Бероев рассказывал, что во время операции "рассвет" потеряли двоих убитыми и считали это чрезмерными потерями. А тут за короткое время пятеро. И еще есть две пары прикрытия, они тоже без дела не сидят. Кстати, самое время спросить, как у них дела. Там более, что стрельба в лесу начала стихать.
   - Гриша, что у вас?
   - Двое холодненьких. Даже не успели понять, откуда что к ним прилетело.
   - Отлично. Проверьте лес напротив двери. Там может оставаться подранок.
   - Сейчас сделаем.
   - Илья, как дела?
   - Погоди чуток, - прогудел тот.
   Через минуту простучало несколько очередей, одиночных выстрелов и все стихло.
   - Минус два, - пробасил кузнец.
   Это сколько уже? Получается, девять трупов и один раненый. А сколько их всего?
   - Гриша, вы там подранка, если брыкаться не будет, постарайтесь живьем взять.
   - Без проблем. Вон он, сам уже руки кверху тянет. Не стреляйте, сейчас к вам выйдем.
   - Хорошо, давайте.
   И по-амхарски:
   Зеуде, давай отбой своему стрелку, вроде бы все кончилось.
   В это время на востоке, несколько поодаль, грохнул ружейный выстрел. Тут же простучало несколько автоматных очередей, перемежающихся с частой пистолетной стрельбой. Еще один ружейный - и опять тишина. Женя включил рацию.
   -Илья, проверь, что там было, и возвращайся к локалке. Только осторожно, а то твоя супружница мне мои карие очи повыцарапает.
   Тут кусты на краю поляны расступились, и из леса вышли Фима с Григорием. Они тащили с собой эфиопа в камуфляже. Тот держался рукой за бок, вокруг ладони расплывалось красное пятно. Григорий на плече тащил камуфлированный рюкзак, Фима - винтовку.
   - Твоя работа, Иваныч, - подколол Женя.
   - Что, не нравится? Ничего лишнего не задето, сейчас уколем, перевяжем и разговаривать сможет. Видишь, пуля скользом попала. Мышцы порвала, а нутро невредимым осталось. Только он еще этого не понял. Видишь, в шоке мужик.
   Раненого дотащили до дома, опустили на траву. Сняли куртку, срезали майку. Вкололи анестетик, обработали рану, перебинтовали. Заодно избавили от личных вещей. Тщательно прощупали штаны, в потайном карманчике обнаружили малюсенький двуствольный дерринджер, а в пристегнутых к лодыжке ножнах - стилет. На поясе - здоровенный тесак в ножнах, что-то из арсенала итальянского спецназа. В поясной кобуре - пистолет, "Беретта 1934" с запасной обоймой. В подсумках - снаряженные обоймы к винтовке, чешской копии немецкого "маузера 98К". В куртке - сигареты и зажигалка, носимая рация, несколько безделушек, НАТОвская аптечка. А вот в рюкзаке помимо боекомплекта, продуктов и спальника, лежала вполне серьезная рация. Но эфир постоянно прослушивался на всех волнах, ничего не было. Значит, группа выдвигалась скрытно, сохраняя радиомолчание, и только в определенный момент должна была была связаться. С кем? С другими группами? С теми, кто их послал? С наводчиком? Шпионом? Ну да ничего, сейчас все узнаем. Но самое первое:
   - Сколько вас было в группе?- спросил Женя по-амхарски.
   - Двенадцать человек.
   Ну, можно немного расслабиться. Десять сосчитаны, а про судьбу еще двоих скоро узнаем. Можно вести сюда остальных людей.
   - Зеуде, посылай за своими людьми. Здесь безопасно. Твой стрелок убил одного врага. Он может забрать его вещи и оружие. Остальных убили мои люди. Это мои трофеи.
   Вождь кивнул, отдал распоряжения.
   - Ребята, останьтесь кто-нибудь со мной, а остальные пройдите по лесу, пошмонайте эфиопов. Тащите все сюда, тут разберемся. Нам все пригодится. Что-то заберем с собой, а что-то здесь же сменяем.
   Все разошлись, у локалки остался только Клаус с пулеметом. Женя продолжил допрос.
   - Куда вы шли, с какой целью.
   - К форту Заря. Мы должны были выйти на исходный рубеж и по сигналу атаковать форт вместе с другими группами.
   - Сколько всего групп было послано для захвата форта?
   - Я не знаю. Командир рассказал только о наших задачах и только после того, как мы вышли на задание.
   Вполне вероятно. Можно поверить.
   - Ты радист?
   - Да.
   Это понятно. Пойман с поличным, отпираться глупо.
   - Когда вы должны были выйти на связь?
   - Мы должны были слушать на определенной волне сигнал к атаке.
   - Какой сигнал? Какая волна?
   Эфиоп назвал. Это были уже данные чрезвычайной важности. Теперь Касаткин вовремя сможет узнать о начале наступления и вовремя начать действовать. Вряд ли пленный радист знает еще что-то серьезное. А вот командир знает. Пока шел допрос пленника, тела убитых эфиопов успели стащить в одно место на краю поляны. Их вещи были скиданы в кучу около сруба локалки.
   - Ходить можешь? - спросил Женя радиста. Тот кивнул.
   - Тогда пойдем, посмотришь, нет ли его среди убитых.
   Пленный с видимым трудом поднялся и подошел к выложенным в ряд трупам.
   - Его здесь нет, это все простые бойцы. Нет ни командира, ни его помощника.
   Тут в гарнитуре затрещало и сквозь помехи прорезался бас Ильи:
   - Командир, мы выходим. Не стрельните ненароком.
   - Выходи, не бойся.
   Кусты затрещали, и из них на поляну выбрался Илья, толкая впереди себя еще одного эфиопа в камуфляже со связанными за спиной руками. На одном плече он нес оружие, свое и трофейное, на другом - рюкзак, очевидно принадлежавший пленнику. За Ильей шли еще два эфиопа в простой одежде Один из них был перевязан, за руку другого крепко держалась темнокожая девочка лет тринадцати. Приглядевшись, Женя узнал в них тех двоих, которые приходили с Мероном и ушли за остатками своих племен. Следом за ними шел вполне европейского, даже, пожалуй, русского вида крепкий мужик средних лет, увешаный оружием и рюкзаками, явно трофейными - уж больно они походили на те, что лежали кучей у стены локалки. Замыкали шествие Жора-байкер и не то парень, не то девица в джинсе и бандане.
   - Ну что, командир, принимай трофеи и пополнение, - сказал Илья, подводя процессию к Жене. И, обращаясь к европейскому мужику, добавил:
   - Ты хотел поговорить с Юджином, ну так вот тебе Юджин, разговаривай.
   И широко улыбнулся.
  
   *****
  
   Когда Серж появился из темноты в сопровождении двух негров, Галя поначалу испугалась, даже попыталась не то схватиться за пистолет, не то встать в боевую стойку.
   - Не гоношись, все в порядке, это свои, - успокоил ее Сергей. - В смысле, наши. То есть, друзья. Ну короче... В общем, ты поняла.
   - Поняла, поняла, красноречивый ты наш - съехидничала Галка.
   "Красноречивый" подколку проигнорировал.
   - Это - Анбэсса, - указал он на первого, высокого седоватого мужчину с револьвером за поясом. - А это - Кыбрит.
   Худой негр с дробовиком в руках коротко кивнул.
   - Галина, - представил Серж свою спутницу.
   - Где Тэген? - спросил по-английски Анбэсса, с трудом сдерживая нетерпение.
   - Здесь, спит.
   Сергей подвел негра к ели, под которой спала девочка. Тот осторожно раздвинул колючие тяжелые лапы, и лицо его, суровое и твердое, вдруг смягчилось, изменившись почти до неузнаваемости. Сильный и суровый воин во мгновение ока превратился в нежного любящего отца.
   Несколько минут полюбовавшись спящей дочерью, Анбэсса поднялся. Лицо его снова приняло жесткое, строгое выражение.
   - Ты спас мою дочь, Серж. Я в долгу перед тобой. Что я могу для тебя сделать?
   - Для начала я хочу понять, где мы находимся. Мы с Галиной попали сюда случайно и внезапно, и ничего не знаем о том, что здесь происходит. Я видел страшных зверей, которых не должно быть, мы встречались со странными людьми, которые стреляют прежде, чем поздороваться. Я хочу узнать, что это за башня на востоке, и кто такой Юджин, которого ты не хочешь убивать и кто эти люди, которые заставляют тебя убить его.
   - Это долгий рассказ.
   - Ничего, до рассвета много времени. Начинай. Только не торопись, я буду переводить своей подруге.
  
   Долгий рассказ оказался не таким уж долгим. Все даже успели поспать по нескольку часов. Утром произошла трогательная сцена. Проснувшаяся Тэген спросонья не сразу узнала отца, но потом с радостным визгом бросилась ему на шею, рассказывая что-то. Потом, видимо вспомнив о погибших, горько разрыдалась и отец нежно ее утешал. Успокоившись, девочка принялась что-то рассказывать, а Анбэсса слушал ее и что-то рассказывал ей в ответ. Видимо, эти двое могли так просидеть еще долго.
   Сергей подошел к ним и тронул эфиопа за плечо.
   - Ты обещал отвести меня к Юджину.
   Анбэсса поднялся.
   - Серж, я обещал и я выполню свое обещание. Собирайтесь. Выйдем через час, к вечеру будем на месте.
   Все позавтракали, умылись, собрали вещи и двинулись в путь. Анбэсса шел впереди, его молчаливый друг - сзади. Утренний туман поредел, потом исчез. В просветах деревьев засинело небо, иногда проглядывало солнце.
   То ли эфиопы знали все местные тропинки, то ли владели неким секретом, но идти за ними было намного легче. Не приходилось так часто продираться сквозь кусты и перелезать через завалы. Может, путь вышел чуть длиннее, но устали они намного меньше. Времени встречались небольшие озера, приходилось перебираться через полноводные ручьи. А в одном месте Серж увидел нечто поразившее его до глубины души.
   - Что это? - спросил он у Анбэссы.
   Картинка была престранная: посреди болотного озерца из воды торчала деревянная крыша.
   - Крыша торчит из воды, - невозмутимо пожал плечами тот, недоумевая, зачем спрашивать об очевидных вещах.
   - А что там внутри?
   - Никто не знает. Вода.
   - И что, никто не пытался заглянуть внутрь?
   - А зачем? Какая польза от дома, утонувшего в болоте?
   - Но ведь интересно, что там.
   - Нет пользы, нет интереса.
   Через четверть часа небольшой отряд подошел к полянке у ручья. Видимо, здесь было обычное место стоянки: костровище было аккуратно выложено добытыми из ручья камнями, рядом был выстроен шалаш. Негры достали какие-то лепешки, полоски вяленого мяса. Серж распечатал предпоследний пакет рациона. Все вместе было достаточно сытно. Быстро прикончив свою порцию, он поднялся.
   - Пойду, прогуляюсь.
   - Ты куда собрался?, - спросила Галя.
   Таиться не было смысла.
   - Да к той крыше, хочу на нее посмотреть поближе. А вдруг там спрятан клад?
   - Что, правда может быть клад?
   - Нет, конечно. В смысле, бриллианты пролетариата тут вряд ли найдешь. Но, судя по рассказам эфиопов, здесь даже лишний ножик вполне сравним по цене с куском золота.
   - Я с тобой.
   Интересно, зачем? А, впрочем, пускай. Подстрахует, если что.
   - Пошли.
   Серж в двух словах объяснил Анбэссе, куда они пошли. Тот равнодушно пожал плечами. Мол, дурная голова ногам покоя не дает. Сказал только:
   - Уложись в полчаса.
   И продолжил разговаривать с дочкой.
  
   До озерца добежали рысью, за пять минут.
   Небольшой сруб почти полностью ушел в воду. Над поверхностью оставались лишь верхний венец и двускатная крыша. Сергей остановился.
   - Я сплаваю к домику. Может где-нибудь доска отошла, так залезу, погляжу, что там внутри.
   - А зачем?
   - Да любопытно стало. И развлечение тоже неплохое. Опять же, вдруг будет какая-нибудь добыча. Хотя бы дырявый горшок.
   - Или два дырявых горшка! - Галя хихикнула.
   - Ага, - улыбнулся он в ответ. - Ты покарауль, не появится ли кто чужой. На берех не выходи, будь за кустами. Если какие-нибудь шустрые ребята меня на воде заловят, я почти наверняка труп. У тебя ведь пистолет остался?
   - Да, вот он.
   Ирина вынула "лахти" из кармана.
   - Как стрелять, помнишь?
   - Ага.
   - Это на крайний случай. Увидишь кого - подай сигнал. Свистни там, каркни. Умеешь свистеть?
   - Умею.
   - А каркать?
   - У меня квакать хорошо получается.
   - Значит, квакни два раза подряд. Стреляй только в крайнем случае и только наверняка.
   - Хорошо.
   - Ну ладно, я пошел.
   Серж выбрал сухое место, разделся, аккуратно сложил одежду, надел на руку темляк от фонаря, попутно порадовавшись, что в свое время не сэкономил и купил водонепроницаемый, взял в зубы нож в ножнах. Проваливаясь и оскальзываясь на болотистом берегу, добрался до воды. Она была теплая, хорошо нагретая за день летним солнцем. Кладоискатель неторопливо поплыл к торчащей из воды крыше. Передвигаясь вдоль ската, он по очереди проверял доски, пытаясь их приподнять. Ира с берега наблюдала за его действиями, не забывая посматривать по сторонам.
   Проверив все доски одного ската, Сергей переплыл к другому. Третья по счету доска неожиданно легко поддалась. Да еще и не одна, а вместе с несколькими соседними, образуя лаз. Он забрался внутрь. Свет, проникавший из небольших окошек Пусто. По стенам паутина, под ногами толстый слой традиционного народного утеплителя - земляной засыпки. Что удивило - отсутствие трубы. Не топили в домике. Хотя крыша была еще вполне целой, земля от постоянной влажности отсырела и слежалась.
   Посередине чердака был лаз. Для любого настоящего кладоискателя просто невозможно забраться на чердак затопленного дома и не попытаться заглянуть внутрь. Серж подошел проему, встал возле него на колени около проема и посветил фонарем. То, что он увидел, повергло его в крайнюю степень изумления. На всякий случай, он несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, как следует проморгался и посмотрел еще раз. Воды в доме не было. Не было даже луж на полу. Зато вдоль стен стояли штабели коробок и ящиков. Все выглядело нетронутым. Надписи на коробках однозначно свидетельствовали о содержимом. Это было оружие. Оружие и патроны. Много оружия и много патронов. Тут же ожили старые бункерные привычки: неплохое убежище. Недостаточно, конечно, тайное, но неплохое. Нет, эту кладовочку светить до поры не стоит. Сюда бы вернуться со временем, устроить неподалеку хатку, да и перетащить туда добро. Еще найдется какой-нибудь любопытный, да и оприходует. А если самому попользоваться будет проблематично, то можно попробовать выменять ее у Юджина например, на переброску обратно к "ковчегу". Серж выключил фонарь, выбрался с чердака и через минуту уже отжимался и одевался за кустами.
   - Ну что, нашел что-нибудь?, - спросила Галка. Ей было ужасно любопытно.
   - Нет, пусто. Только мутная вода, - ответил ей Серж, стараясь, чтобы голос звучал как можно более безразлично.
   Еще через пять минут они вернулись к стоянке, разобрали вещи и двинулись дальше.
  
   Небольшой отряд успел пройти не более километра, как впереди раздались выстрелы. Лес сильно глушил звуки, но можно было с уверенностью сказать, что стреляют из чего-то крупнокалиберного. Причем, скорее всего, двухствольного. Выстрелы шли парами, с небольшими перерывами. Два, еще два, еще, потом недолгая пауза и, наконец, одиночный выстрел.
   - Большого зверя убили, - обернулся к Сергею Анбесса. - Большой зверь охраняет большой склад. Сейчас весь отряд Тэсэммы прибежит туда. Он жадный человек, он захочет забрать склад себе. Надо пойти, посмотреть, может быть, помочь тем, кто нашел склад. Может быть, удастся убить Тэсэмму, тогда у меня станет на один долг меньше.
   - А как быть с женщинами? - возразил Серж. - Не стоит их тащить туда, где стреляют.
   - Мы оставим их в укромном месте. После битвы вернемся.
   Галка, когда ей объяснили диспозицию, сперва взъерепенилась и наотрез отказалась отсиживаться в кустах во время драчки.
   - Ты пойми, - увещевал ее Сергей, - там не будет близкого контакта, руками-ногами махать бесполезно, если враг от тебя в сотне метров и у него автомат. И, главное, кто убережет Тэген, пока мы будем воевать?
   Наконец она сдалась. Для нее с девочкой нашли подходящее укрытие и мужчины отправились в ту сторону, откуда еще недавно были слышны выстрелы.
   Они прошли меньше четверти пути, как прозвучала короткая отрывистая очередь. Натовская винтовка 7.62, - определил Серж. В нем потихоньку просыпался почти уже забытый Сержант. Чувства обострились, кровь, обильно приправленная адреналином, побежала быстрее. Он вынул из кобуры "беретту", снял пистолет с предохранителя, дослал патрон в ствол. Дальше пошли тихонько, осторожно, крадучись. Через пару минут протрещали две короткие пулеметные очереди. "Ого! Это уже МГ-34", - безошибочно опознал Сержант. Сразу же хлопнула трехлинейка. Раз, затем еще. Потом какая-то другая винтовка, затем пистолет и снова винтовка. Похоже, защитники склада оказались зубастыми. Интересно, сколько времени понадобится этому Тэсэмме, чтобы понять, что нынче ему не пощастит?
   Анбэсса остановился.
   - Дальше идти опасно, можно попасть между атакующими и защитниками. Мы подождем здесь.
   Все рассредоточились, укрылись в зарослях. Минут через десять-пятнадцать впереди справа простучало несколько очередей и одиночных выстрелов. Перестрелка продолжалась всего несколько секунд и опять все стихло.
   Они подождали еще немного. Вдруг впереди затрещали кусты. Серж насторожился. Рука, сжимавшая рукоять пистолета, внезапно вспотела. Он перехватил оружие другой рукой, вытер ладонь о штаны. Из-за деревьев появились две фигуры с автоматами в руках, они бежали прямо на него. Это были два давешних эфиопа, за которыми он следил прошедшей ночью. Наверняка один из них тот самый Тэсэмма, крови которого так жаждет Анбэсса. Сержант прицелился в ближнего, ожидая, когда он приблизится до двадцати метров. Справа прогремел выстрел из дробовика. Бежавшего впереди отшвырнуло, он опрокинулся на спину. Второй тут же упал на колено и начал короткими очередями поливать кусты, из которых был сделан выстрел. Не раздумывая, Серж выдал подряд два дабл-тапа по корпусу автоматчика. Стопроцентно попал, но без ожидаемого результата. В бронике он, что ли? Ну и ладно, каски-то у него точно нет. И остаток обоймы ушел в голову эфиопу. Тот, уже мертвый, начал заваливаться и тут грохнул еще один выстрел из гладкоствола, опрокинув тело назад.
   Сергей быстро сменил обойму в "беретте" и пошел к лежащим в траве телам. Один был мертв стопроцентно, контроль не нужен. Три пули разнесли череп эфиопа на куски. Зато второй шевелился. Видимых ранений нет. Видимо, под камуфляжем у них действительно были броники. Но выпущенный почти в упор тридцатиграммовый кусок свинца - это вам не комар чихнул. Как минимум, ребра мужику переломало. Лежащий потянулся было к кобуре, но, увидев направленный ему в голову ствол пистолета, замер.
   - Вот так, паскуда, - резюмировал Сержант. - Game over. Анбэсса, иди сюда. Это и есть твой Тэсэмма?
   И заорал во все горло.
   - Галка, двигай сюда! Наши победили!
  
   Галина с Тэген прибежали через несколько минут. Все это время пришлось караулить Тэсэмму: Кыбрита зацепило двумя пулями, пробило плечо и ключицу. Анбэсса его перевязал, как сумел. По крайней мере, кровь остановить удалось. Подоспевшая Галка взяла поверженного врага на мушку, пока Серж освобождал его от лишнего груза. Он забрал пистолет и нож, охлопал карманы штанов и куртки на предмет спрятанного оружия, подобрал автомат (надо же, шведский АК-4! Вот это редкость).
   - Поднимайся!
   Пленник пошатываясь и морщась от боли поднялся на ноги. Ему связали руки за спиной. Тем временем, Анбэсса с помощью дочери закончил перевязывать своего напарника. Он подошел к Тэсэмме и что-то резко ему сказал. Тот отвернулся. Анбэсса поднял данный ему ночью револьвер, но Сергей его остановил.
   - Это командир группы, он может много чего знать. Отведи его к Юджину. Думаю, он по достоинству оценит твой подарок. А убить его никогда не поздно.
   Стали собираться. Серж из-под куртки убитого эфиопа снял бронежилет, надел на себя. Трофейный рюкзак решил пока не потрошить, оставить до более удобного места. Свой прежний с первыми трофеями и остатками продуктов передал Галине. Разгрузка с магазинами оказалась почти не испачканной и тоже была снята. Пояс со всем, что было к нему прицеплено и содержимое карманов было тоже переложено в рюкзак. Ботинки у покойника были просто шикарными. Сергей, поразмыслив, прикинул размер. Практически такой же, как у него! Отбросив сомнения, он один за другим стянул обувку. И тут заметил, что из-под одной штанины что-то торчит. Он задрал ткань. К лодыжке были пристегнуты ножны с острым, как бритва, стилетом.
   - Анбэсса, проверь повнимательней своего клиента, - окликнул он.
   Второй стилет тут же был изъят.
   Ну все, трофеи были собраны и навьючены. Пора было двигаться дальше. Но не успели они сделать и дюжины шагов, как из кустов появилась могучая фигура с автоматом наперевес и густым басом на чистейшем русском языке произнесла:
   - Что тут у нас происходит?
  
   Культурный шок длился недолго. Эфиопы, видимо, были уже знакомы с гостем, поэтому даже не дернулись к оружию. Сергей, глядя на них, тоже не стал рваться к кобуре. С другой стороны из кустов выступил с таким же автоматом худощавый молодой человек. Анбэсса предупредил:
   - Серж, это люди Юджина.
   - А что, сам Юджин тоже где-то здесь? - спросил Сергей по-русски, обращаясь к здоровяку. - Мне нужно с ним поговорить.
   - Здесь, а как же, - ответил тот. - Ну, давайте знакомиться, потеряшки. Меня зовут Илья.
   Он протянул здоровенную ручищу, больше смахивающую на лопату.
   - Сергей.
   Пожатие было нежным, почти бережным, словно илья боялся раздавить попашую в его руки хрупкую вещь. Впрочем, скорее всего, так оно и было.
   - А тебя, красавица, как звать?
   - Галина, - ответила красавица и внезапно, неожиданно для себя, зарделась.
   - А я Жора-байкер, - представился молодой. То есть Георгий.
   Галка на слово "байкер" тут же сделала стойку.
   - Что, ты взаправду байкер?
   - А то разве не видно?
   - Было бы видно - вопросов бы не было.
   Галя женственным движением поправила бандану.
   - А на чем катаешься?
   - На "Хонде XR400".
   - Эндуро - отстой, - безаппеляционно заявила девушка. Чопперы рулят.
   - Тут асфальта нет, - отпарировал Жора. - На чоппере доедешь только до ближайшего пня.
   - Ну все, сцепилась языками сладкая парочка - прокомментировал Илья. - Как бы до драки не дошло. Ладно, их теперь друг от друга палкой не отгонишь. Пойдемте, время дорого.
   Он повесил на плечо автомат, легко, как пушинку, подцепил рюкзак Тэсэммы и углубился в лес. За ним потянулись остальные.
  
   Идти оказалось недалеко. Через четверть часа процессия выбралась к солидному рубленому из внушительных бревен дому. У стены были небрежно свалены трофеи: рюкзаки и оружие. Возле них тусовалась группа людей, вооруженная самым разнообразным оружием. Серж выделил из них двоих: седого здоровяка под два метра ростом со снайперкой "Lee Enfield!" и среднего роста блондина практически арийской внешности с пулеметом "MG-34" Чуть в стороне прислонились к стене два эфиопа с мосинскими винтовками в руках. Поодаль, у кромки леса, были рядком выложены тела убитых. Рядом с ними находилось два человека: эфиоп в знакомом уже камуфляже с перебинтованным торсом, явно из группы нападавших, и неопределенного возраста мужчина, чуть полноватый, но крепкий. Стоял прямо, не сутулясь, голову держал высоко. Он повернулся навстречу подходившим к нему людям. Илья пропустил колонну вперед и прогудел, обращаясь к Сержу:
   - Ты хотел поговорить с Юджином, ну так вот тебе Юджин, разговаривай.
   И широко улыбнулся.
  
   Женя внимательно посмотрел на пришедших, представился потеряшкам:
   - Меня зовут Каплин Евгений Михайлович, я начальник форта Заря. Добро пожаловать на территорию Русского Союза. Вам уже объяснили в общих чертах, что с вами произошло и где вы оказались?
   - В общих чертах объяснили. Что-то и сами поняли, пока сюда добирались. - ответил Сергей, пожимая протянутую ему руку.
   - И долго шли?
   - Я - пять дней, она - три.
   - Немало. Предлагаю пока посидеть, отдохнуть. Чувствую, нам предстоит большой разговор, а времени у нас мало. Я сейчас по-быстрому разберусь с остальными и вернусь к вам.
   И, не дожидаясь ответа, повернулся к эфиопам.
   Сержа такой прием обескуражил и несколько обидел. Он нахмурился и вместе с Галкой отошел в сторону. Она, впрочем, была этому рада - от соседства со свежими покойниками ее мутило. Впрочем, ему было о чем подумать. Найденная им кладовочка оказалась в опасной близости от жилых мест. Не ровен час, найдут и сокровища уплывут в чужие руки. Надо решить, что с этим можно сделать, и решить быстро, пока этот хренов Юджин болтает с папуасами.
  
   Женя решил говорить с эфиопами по-английски, не обнаруживая раньше времени своих лингвистических познаний.
   - Я помню вас, - начал он. Вы двое пришли с Мероном, но потом отправились за остатками своих племен. Я не помню ваших имен, назовите себя.
   - Меня зовут Анбэсса, моего спутника - Кыбрит.
   - Если я правильно понимаю, эта девочка - все, что вам удалось найти.
   - Ты правильно понимаешь, Юджин. С востока идут отряды из Аддис-Абебы, они натолкнулись на моих людей и всех убили. Удалось спастись только моей дочери, благодаря этим людям - обернувшись, он показал на Сергея и Галину.
   - Что вы собираетесь делать дальше?
   - Мы хотели бы, как и прежде, поселиться на твоих землях и построить свой поселок.
   - А хватит ли у вас сил втроем обрабатывать землю?
   - Я хочу попытаться.
   - Кыбрит серьезно ранен, он в ближайшие два-три месяца будет не в состоянии работать. Ты сможешь в одиночку построить дом? Кстати, кем ты был в старом мире?
   - Электриком.
   - Кыбрит, а ты?
   - Я работал механиком на фабрике по производству упаковки.
   - А ты сможешь, скажем, починить автомобиль?
   - Конечно. У нас был древний фордовский пикап, я чинил его каждую неделю.
   - Вот что, я вам предлагаю поселиться в форте и работать по специальности. Ты, Анбэсса, будешь электриком, а ты, Кыбрит, автомехаником. Не понравится у нас, вас с удовольствием возьмут хоть в форте Сибирь, хоть в замке Россия. Люди с такими профессиями всегда нужны. Девочка сможет учиться в школе. У нас есть врачи и лекарства. Тебя, Кыбрит, вылечим. Если нужно - отправим на пароходе в больницу, сделаем операцию. Захотите жить отдельно - поможем построить дом рядом с фортом. Будете важными людьми, вам в племенах отдадут в жены лучших девушек без выкупа. А если выкуп потребуют, так собрать его будет несложно. Сейчас ответа не прошу, у вас есть время обдумать мое предложение, пока не вернемся в форт. А это кто?
   Женя указал на пленника.
   - Это командир отряда, который напал на склад. Я его знаю хорошо, это умный и хитрый человек, но очень жадный. Жадность его и погубила.
   - Где вы его поймали?
   - Он пытался со своим помощником сбежать. Кыбрит выстрелил в него из ружья, но не убил, у него под курткой оказался бронежилет. Помощник начал стрелять, он и ранил Кыбрита, но тот парень - Анбэсса снова указал на Сержа, - застрелил его из пистолета.
   -Ясно. Мне нужен переводчик. Поможешь допросить этого жадину?
   - Конечно, Юджин.
   Анбэсса подтолкнул пленника к Жене.
   - Как тебя зовут?
   Тот молчал.
   - Его зовут Тэсэмме, - вмешался Анбэсса.
   - Хорошо. Так скажи мне, кто тебя послал, что твоя группа должна была сделать, с кем встретиться, какова конечная цель атаки - короче, все, что знаешь.
   Тэсэмме сплюнул под ноги и отвернулся.
   - А мне говорили, что ты умный человек. Нет, ты просто дурак. Тебя зря поставили командиром. Я и так уже знаю почти все. Знаю, что вас послали захватить форт Заря, что ты должен вблизи форта дождаться остальные группы, что по условному сигналу начать атаку. Мне не хватает лишь деталей: времени начала атаки, дополнительные цели рейда и прочие мелочи.
   - Ты ничего не знаешь, Юджин. И никогда не узнаешь. - гордо заявил эфиоп.
   - Ты действительно глуп, Тэсэмме. Ты влип настолько, что тебе уже некуда деваться. Ты, конечно, надеешься, что я не стану тебя пытать и просто пристрелю. Но я ведь могу отдать тебя другому человеку, и он сумеет развязать тебе язык. Ты слышал о Гоблине?
   Услышав это имя, пленник вздрогнул.
   - Вижу, слышал. А потом, когда ты все расскажешь, я не стану убивать тебя. Я просто отвезу тебя с телами твоих людей к ближайшему блок-посту эфиопов и оставлю там с подробным описанием твоих подвигов. В Аддис-Абебе очень заинтересуются, почему твоя группа не участвовала в атаке на форт. Тебя, конечно, убьют. Не сразу, правда, дадут возможность помучиться и осознать свои ошибки. А что сделают с твоей семьей, я даже загадывать боюсь. Но можно поступить по-другому. Ты сейчас мне все рассказываешь, подробно и без утайки. Я везу тебя к врачу, который осмотрит тебя и, если это возможно, вылечит. А твои хозяева будут думать, что ты геройски погиб, сражаясь с ужасным Юджином. Твоей вдове, может, даже назначат пенсию. Она переедет с детьми куда-нибудь в деревню, а оттуда однажды просто исчезнет. И появится рядом с тобой на другом материке. У тебя на размышление минута.
   Женя демонстративно засек время на наручных часах. Когда секундная стрелка завершила оборот, он снова обратился к Тэсэмме.
   - Время вышло. Ты будешь говорить?
   Эфиоп выдавил сквозь зубы:
   - Где гарантии, что ты выполнишь обещание?
   - Ты знаешь, кто я?
   - Знаю.
   - Тогда ты знаешь и о том, что я всегда веду дела честно и всегда держу слово, даже если это встает мне в убыток. Так что, будешь говорить?
   - Буду. Задавай свои вопросы.
   - Сколько всего групп выдвигается к форту кроме твоей?
   - Четыре.
   - Каков общий план действий?
   - В сумерках племя, разместившееся около форта устроит беспорядки, отвлечет внимание охраны. Тем временем из леса с нескольких направлений выдвинутся штурмовые группы. Выйдя на огневой рубеж, будут подавлять огонь со стен. Среди племени есть несколько бойцов. Они должны подняться на стены и открыть ворота остальным группам. Отдельная группа должна заблокировать дорогу, чтобы отрезать подкрепления.
   - Что предполагается дальше?
   - После захвата форта отправляется сигнал об успехе операции. После этого в форте остается трофейная команда из легкораненых. Остальные на захваченном транспорте и пешком выдвигаются к форту Сибирь. Туда же должен подойти из Аддис-Абебы броневик.
   - Что за броневик, какое вооружение?
   - Я этого не знаю. Это один из самых больших секретов короля.
   - Какой сигнал должен быть о взятии форта?
   - Не знаю. Это знает только человек, который командует всей операцией.
   - Кто это?
   - Его зовут Уольде Сэмайят.
   - Есть у него какие-нибудь особые приметы, по которым его можно узнать?
   - У него большой шрам через всю правую щеку.
   Вот это удача! Если получится этого Уольде Сэмайята убить или, еще лучше, поймать, можно будет хорошо надавить на эфиопский анклав.
   - Во сколько вы должны выйти на позиции для атаки?
   - В 19-00.
   Женя глянул на часы. Начало второго. У него меньше шести часов. Конечно, пешком он успеет вернуться и за два часа. Но не хочется оставлять здесь "ганомаг". Опять же, его появление спутает все карты эфиопам.
   - Какие еще анклавы участвуют в операции?
   На лице Тэсэмме промелькнуло выражение суеверного ужаса. Женя порадовался про себя: как полезно порой знать чуть больше других.
   - Об этом никто не говорил, но ходят слухи, что будет участвовать два отряда шведов и одна группа израильтян.
   - А евреям-то что здесь понадобилось?
   Женя разыграл неподдельное удивление.
   - Об этом тоже не говорят вслух, но у правительства Нового Иерусалима есть кровные связи с правительством Аддис-Абебы. Кстати, Уольде Сэмайят прибыл сюда из Иерусалима.
   Да, еще один веский довод, чтобы взять этого со шрамом живьем. Да и еврейский отряд захватить не помешает. Да и просто положить его - тоже будет неплохо. Сколько там у евреев числилось племен и народностей? Скорее всего, и нет ни одного. Они всегда боролись за чистоту расы. Разве что эти их тринадцать колен Израилевых... Это 120 человек первичного кластера и 12 монокластеров по 24 человека. Всего 408 человек и все. Ну, понятно, потеряшки будут. Но в каком количестве? Ясно, что общего населения там максимум пять-шесть сотен человек, и больше взять им неоткуда.. Поскольку они живут на севере, добывать пропитание им труднее, соответственно, меньше людей выделяется в армию. Так что потеря одного этого отряда ударит по ним очень больно.
   - Хорошо. Теперь давай конкретней. Как должна наступать ваша группа?
   - По сигналу мы броском выходим на рубеж пятьсот метров. Там остаются два снайпера. Остальные идут дальше. На двухстах метрах остаются шесть автоматчиков. Еще четверо с пистолетами-пулеметами идут под стену. Как только начнется перестрелка, они забрасывают кошки и поднимаются наверх. При одновременном действии всех групп потери должны быть минимальными.
   - Вас заметят. В форте есть тепловизоры.
   - Мы используем теплоотражающие накидки. Они позволят приблизиться на расстояние открытия огня.
   - Уольде Сэмайят будет участвовать в штурме?
   - Нет. Он будет ждать сигнала о взятии форта.
   - Какой будет сигнал?
   - Белая ракета. Она лежит в моем рюкзаке.
   - Пока все, Тэсэмме. У меня есть фельдшер, он тебя осмотрит и, если надо, перевяжет.
   А ведь вырисовываются интересные возможности. Надо до вечера обсудить все это с Касаткиным.
  
   Перед разговором с потеряшками нужно было решить еще один вопрос. Женя подошел к стоявшим отдельной группой "фортовским".
   - Мужики, есть одно дело. Нужен ваш совет. Клаус, открой ворота гаражика.
   Когда ворота распахнулись, все ахнули. На свету "ганомаг" смотрелся еще внушительней.
   - Успеете еще насмотреться и даже потрогать. Дело вот какое: через шесть часов эфиопы вместе со шведами будут штурмовать наш форт. Есть ли у нас шансы за это время доставить к форту это чудо техники? Сможем ли провести его через лес? У него гусеницы, лебедка, все дела. В локалке наверняка есть пара бензопил, я договорюсь с вождем об аренде. На худой конец, выкуплю.
   - Тут километров пятнадцать, такую просеку надо пару недель пилить. - почесал затылок Жора.
   - Думайте, мужики. Тонкие стволики он, думаю, без проблем снесет. Главное, чтобы через чащу рубиться не пришлось. Сколько мы можем пробить за шесть часов?
   - Если лес частый да ядреный, с километр, не больше - пробасил Илья.
   - А знаешь что, Михалыч, - выдал, подумавши, Григорьев, я ведь в эти места хаживал, уток бил. Только тогда здесь локалки не было. Свеженькая она, видать. Отсюда к западу место приметное - затонувшая локалка, сруб по крышу в болоте увяз. Тут к северу сплошь болота, они до самого форта тянутся. Деревья там никакие, тонюсенькие. Редко когда встретится действительно большое, так его спилить либо объехать можно. Отсюда до болотины с полкилометра, не больше.
   - А пройдет по нему техника?
   - Пройдет, куда ж денется. Во-первых, на гусеницах. А во-вторых, сейчас конец лета, дождей мало было, болото высохло, один кочкарник остался. Проедем.
   - Ну что ж, давайте сделаем. Я пошел за пилами. Жора, твоя задача подготовить шушпанцер к выезду. Сколько тебе нужно времени?
   - Ну, хотя бы полчаса.
   - Даю тебе час. Заправь, проверь, заведи, загрузи трофеи.
   Придется еще отложить беседу с потеряшками. Надо мужикам фронт работ обеспечить.
  
   Женя направился к Зеуде. Он как раз встречал свой табор со всем скарбом.
   - Зеуде, мне нужна твоя помощь.
   - Я слушаю тебя, Юджин, - с готовностью отозвался тот.
   - Мне нужно быстро прорубить полкилометра просеки на север до болота. Мне нужны твои люди и бензопилы из склада.
   - Мне тоже нужны люди, - заупрямился вождь. Ты же видишь, - пришли женщины и дети, надо их разместить, позаботиться обо всех.
   - Зеуде, ты, наверное не понимаешь, что происходит. Ты видел - я со своими людьми защитил тебя, твое племя и твой дом от нападения. Если бы не я, ты бы сейчас в лучшем случае голым сидел под елкой, а в худшем - лежал в ближайших кустах с дыркой в башке.
   - Да, я видел это. Но мои воины тоже воевали.
   - Твои воины убили одного. Мои - девятерых и двоих взяли в плен. Но дело не в этом. Вечером такие же люди нападут на форт, только их будет намного больше. Если я не смогу отбиться, то форт займут люди из Аддис-Абебы, я потеряю все, что у меня есть. Ты тоже потеряешь все. И дом, и его содержимое. Так что в твоих интересах дать мне то, что я прошу. Я честно расплачусь с тобой, но не сейчас. Дорога каждая минута.
   Хитрый эфиоп тут же проникся содержанием момента.
   - Хорошо, Юджин. Я дам тебе все, что нужно. Мы заключили союз и должны помогать друг другу. Ты помог мне, теперь я помогу тебе. Пойдем, ты выберешь инструмент.
   - Иваныч, иди с Зеуде, возьми бензопилы, бензин, цепи - все, что нужно. Потом собирай всех, кого сможешь, кроме Жорика, наших и эфиопов. Анбэссу тоже запрягай. И рули, делай просеку до болота. Я чуть позже присоединюсь.
   Самое срочное сделано, теперь можно и с новенькими пообщаться.
  
   Женя подошел к парочке. Они уселись на траве, подстелив явно трофейный коврик. Он опустился напротив.
   - Ну что ж, давайте побеседуем. Извините за то, что вам пришлось подождать. Но обстоятельства требуют срочных действий. У нас есть около получаса. Для начала представьтесь.
   - Сергей.
   - Галина.
   - Очень приятно.
   Дежурная фраза, может, и неуместная, выскочила сама.
   - Сперва я вкратце расскажу основное. Что-то вы уже знаете, о чем-то догадываетесь, но прошу выслушать до конца. Первое: вы не на земле. Это планета, по астрономическим параметрам полностью соответствующая Земле, но с другими материками, другими ландшафтами. Звери, птицы и рыбы здесь раза в полтора крупнее земных, в том числе и хищники. Встречаются также и ископаемые виды. Например, пещерные медведи - он кивнул в сторону туши - и саблезубые тигры. Второе: неизвестные, но очень могущественные силы перенесли сюда людей разных национальностей и продолжают это делать. Обратной дороги отсюда нет. Вы здесь навсегда. Про возвращение и все, что там у вас осталось, забудьте, и чем скорее, тем лучше. На Земле произошла катастрофа, в результате которой неизбежно вымрет подавляющее большинство населения. А те, что выживут, опустятся в технологическом уровне едва ли не до каменного века. Людей сюда перенеслось немного. Всего здесь от силы наберется тысяч пятнадцать-двадцать. Они более-менее равномерно разбросаны на материке размером, примерно, со старую Австралию. Третье: людей перенесли не просто так, их организовали в национальные анклавы и каждому дали свой замок - не удивляйтесь, самый настоящий, со стенами и башнями - и канал поставки. Канал - это источник снабжения всем, чем угодно. Ограничение - вес. Еще ограничено оружие. Сильно ограничено. Поэтому масштабные войны здесь невозможны. Максимум - вылазки небольших групп. Одиночкам здесь не выжить, поверьте на слово. Поэтому все, даже небольшие группы стремятся присоединиться к крупным анклавам. Некоторые сразу, некоторые - помаявшись самостоятельно и потеряв до двух третей численности в стычках с дикими зверями и бандитами, которые тут тоже встречаются. Как-то само сложилось, что все одиночки автоматически присоединяются к анклаву. Впрочем, если вы решите остаться сами по себе, я настаивать не буду, хотя и надеюсь на лучшее. Естественно, я предлагаю присоединиться к своему анклаву. То есть не к своему, а к русскому. Центр его - замок Россия. Форт Заря, которым я управляю, это форпост Союза на северо-востоке. Лишних людей у нас нет, поэтому каждому из вас мы все будем очень рады. Анклав заботится о своих людях. Социалка у нас на уровне, не хуже, чем в СССР. Мы можем гарантировать жилье, питание, медобслуживание. Взамен от члена анклава требуется работать на него. Сейчас уже не первые дни, когда стоял вопрос выживания общества. Но содержать нахлебников мы себе позволить не можем. Кто не работает, тот уходит на все четыре стороны. У нас нехватка любых профессий. Каждый может найти себе дело по душе. Вот в замке Россия один бывший автомеханик с ВАЗа решил завязать с прошлым и заняться старым хобби. Теперь делает бумагу. Или Григорьев. Видели здоровенного седого мужика? Он сержант милиции в отставке, на пенсии подрабатывал в ЧОПе охранником, а сейчас - лучший печник по всем фортам. На досуге же охотой промышляет. К сожалению, не все анклавы стремятся к мирному развитию. Как видите, эфиопы решили, что они самые хитрые. Пришлось объяснить им, что это не так. Но текущая войнушка еще не закончена. Готовится масштабное нападение на форт, поэтому сейчас все рубят просеку, чтобы найденный в этой локалке - Женя кивнул на дом - броневик доставить к форту. Военная техника - это редчайшая находка. И появление ее у форта в нужный момент кардинально изменит расклад сил. Теперь задавайте вопросы.
   - Евгений Михайлович, а интернет у вас есть? - спросила Галина.
   - Нет. Ни интернета, ни телевидения, ни телефонной связи. Только радио.
   - В смысле, рации?
   - Рации, это само собой. Но я говорю о радиовещании в FM-диапазоне. Кстати, неплохую музыку передают.
   - А рок гонят?
   - Нет, рок не гонят. Но кто ж тебе мешает в качестве хобби организовать свой радиоканал и крутить свою музыку? С аппаратурой я помогу, съездишь в замок Россия, пообщаешься там с радистами - и дерзай. Авторское право здесь отсутствует. Только имей в виду - если захочешь на постоянку засесть в радиорубке, тебе придется взять на себя всю радиосвязь форта. Если не умеешь, придется учиться. А иначе - вечерами, в свободное время.
   У Галки загорелись глаза.
   - Круто! А байк дадите?
   - Что, Жорка проболтался? Дам. Любой, на выбор. Хочешь - "харлей", а хочешь - "каву". Только дорог здесь мало, погонять особо негде. Да и бензина лишнего у нас нет. Но мотоцикл дам. Станешь радисткой Кэт - будешь гонять по всем фортам, связь налаживать.
   - А просто так погонять, что, нельзя?
   - Да гоняй на здоровье. Зарабатывай себе на бензин, да и гоняй. Байк я тебе обещаю. Ты, как я понимаю с нами.
   - Угу.
   - Сергей, а у тебя есть вопросы?
   - Как у вас с оружием?
   - С оружием у нас вот как: оно востребовано. Те силы, которые организовали этот сабантуйчик, дают только гладкоствол. Нарезное - либо за особые заслуги, либо в локалках.
   - В чем?
   - В складах типа этого, - Женя опять кивнул в сторону дома. - Нарезное оружие, особенно автоматическое, и, тем более, пулеметы - это стратегические ресурсы. К сожалению, у нас хватает врагов, да есть и просто бандитские шайки. Те же эфиопы, сомалийцы...
   - Я не совсем об этом спрашивал. Как у вас с владением оружием?
   - С владением все в порядке. Оружие здесь есть у каждого, причем не по одному стволу. Оно здесь нужно, просто необходимо. Здесь вообще за ворота без оружия выходить не стоит, а уж в лес соваться - почти что самоубийство. У всех обязательное обучение стрельбе. Понятно, в форте стволом махать ни к чему. Держи в кобуре, и никто слова не скажет. В случае нападения на форт, на стены с оружием выходят все жители, и стар, и млад. У нас один из лучших снайперов - наша повариха, баба Лиса. Ей 63 года нынче стукнуло, на прошлой неделе отмечали. Ты, я вижу, парень тертый, хороший стрелок, пистолетчик. Твои умения могли бы очень пригодиться, и причем прямо сегодня вечером. Ну что, ты с нами? Решай. Времени рассусоливать нет. Только смотри, если не уверен, то лучше не дергайся. У моих людей форт - это их дом. И за него они бьются всеми силами. Если ты приходишь ко мне, это становится и твой дом тоже. И если ты не готов свой дом защищать, то лучше иди в лес рыть землянку. Или, вон, к эфиопам в рабство. Это фронтир, здесь нет середины - типа, вы там бейтесь, а я постою, посмотрю, чем дело закончится. Хатаскрайников мне не нужно.
  
   Сергей был в замешательстве. Он не ждал такого напора. И не был готов к такой постановке вопроса, к делению мира на своих и чужих. К тому же, он именно так и собирался поступить - подождать, пока разборки с эфиопами не закончатся, а потом, не торопясь, присматривать себе местечко в новом мире. Он словно раздвоился. Одна была готова принять и поверить, с энтузиазмом рвалась в бой за своих, а другая, бункерная, требовала отсидеться в стороне. Все время, ожидая разговора с Юджином, он размышлял, что ему делать со своей находкой. Оставаться здесь, в лесу - подозрительно. А учитывая идущую войнушку, просто опасно. Поселившиеся же здесь эфиопы в ближайшее время обнаружат кладовочку и заберут все себе. Опять же, что он может сделать один? Даже перетащить все в более безопасное место - а ящики с оружием штука тяжелая - потребуется куча времени и сил. А если спину сорвет? Где лечиться будет? Хоть сразу в гроб ложись. Отдать кладовочку Юджину? За нее надо бы поторговаться. А то еще прикарманит, а его кинет. А как торговаться? Что просить? Он еще ничего толком не знает. А хочется ведь не прогадать, за ценный груз сполна компенсации получить. Жабец и здравый смысл безуспешно боролись, никто не мог победить. Разговор же и вовсе поверг его почти что в ступор. С одной стороны, здесь почти коммунизм. Вон, Галка захотела байк, так вот тебе пожалуйста. Оружия - сколько хочешь, владение чуть ли не в принудительном порядке. Все необходимое - приди и возьми, только трудись на благо общества. А сколько тебе нужно для жизни? Вот если честно? Двое штанов враз не наденешь, два куска в одно горло не пропихнешь. "Чтобы было" - не аргумент, запасы здесь, очевидно, централизованные. И действительно, выжить тут в одиночку может быть проблематично. Вон, тот мужик в пещере. Он-то был подготовлен, и убежище было у него на славу, и оружие было, и еда, и, наверняка, снабжение с какой-то периодичностью. А вот пришел к нему писец, и некого было позвать на помощь. Но если пойти в форт, надо принимать и все правила жизни в нем. Нет, все же не стоит пока делиться. Он пойдет, малость повоюет, прикинет что к чему, да и решит, что ему взять за кладовку. Дом этот в болоте давно торчит, никто не догадывается, что он внутри не затоплен. Эфиопы сперва начнут обживаться, обследовать окрестности у них не сразу руки дойдут. С неделю времени у него есть. Не понравится ему в форте, махнет хвостом, и поминай, как звали. Но сейчас кочевряжиться не время. Можно обрубить себе на будущее возможность присоединения. Так что заключим временный союз, а потом - по обстоятельствам. А пока что можно отдать этому Юджину записнушку. Все равно сам он ничего в ней не разберет.
   - Ну так что, Сергей?
   - Я с вами.
   Он постарался, чтобы эта фраза звучала честно и открыто, но почти физически ощутил собственную фальшь. На душе почему-то стало гадко. Юджин говорил с ним прямо, без утайки, а он вроде как булыган за пазухой затаил. Галка-то как обрадовалась, заулыбалась. Вот, млин, непредвиденная ситуация! И, заглушая угрызения совести, он заторопился:
   - Я тут по дороге нашел пещеру, там лежал померший эфиоп, его какой-то зверь подрал. При нем была записная книжка с каким-то непонятным текстом. То ли шифр, то ли буквы какие.
   - Покажи-ка.
   Серж покопался в мешке, вынул блокнот и передал его Жене. Тот полистал, вернул.
   - Это по-амхарски, я на этом языке читать не умею. Спрячь пока. В форт приедем, там найдутся грамотные люди.
   Вот же хрень! Блокнотик полистал безразлично, даже спасибо не сказал. Ни про эфиопов не спросил, ни про все остальное. А Серж-то нес важные сведения, помочь хотел, предупредить. А этот даже спрашивать не стал. Ну да, конечно, ему вон пленный эфиоп все, что нужно, рассказал. А кто его поймал? Юджин просто свинья неблагодарная! А Галка-то дура, повелась на обещание халявного байка. Ну да ничего. Шар и кладовочка у него. Захочет - продаст тем же эфиопам.
   А Женя продолжал:
   - Коли уж ты с нами, пошли работать.
   - А я? - пискнула Галка.
   - А ты - вот что: Жорик сейчас немецкого монстра заводит, помоги ему. Авось, два байкера справятся с чудо-оружием третьего рейха.
  
   На просеке Женя приостановил работу и созвал людей.
   - Мужики, этого парня зовут Сергей. Он из свежих потеряшек, пять дней к нам выходил. Хороший стрелок, на его счету один эфиоп уже есть. Пока будет жить у нас в форте, потом решит, что будет делать дальше. В общем, прошу любить и жаловать.
   Люди подходили, жали руку, искренне хвалили, хлопали по плечу и Серж опять почувствовал себя не в своей тарелке. К нему всей душой, а он к обществу...
   - Хорош курить, работаем дальше!
   Григорьев прервал паузу и аврал продолжился, но почти сразу же и закончился: за деревьями показался просвет, а за просветом - дорога, уходящая на север.
   - Вот тебе и болото, едрен батон!
   Эта реплика Фимы Максакова отразила мысли каждого.
   - Что делать будем, командир? - спросил Григорьев. - Эта дорожка запросто может до Зусулки тянуться.
   Женя задумался. У него родилась одна идея. Авантюра, конечно, но может сработать.
   - Иваныч, сколько отсюда до зусулки?
   - Да, считай, сотня верст будет.
   - А если вкруговую до форта махнуть? Клаус, какая у нашего зверька максимальная скорость?
   - В документации написано, что семьдесят шесть километров в час. По дороге километров шестьдесят уверенно пойдет, а если нужно - может и прибавить.
   - Хорошо. А запас хода у него какой?
   - Триста двадцать километров.
   Иваныч, хватит кругом прокатиться?
   - А давай прикинем. Сотня до зусулки, полсотни до сибирского тракта, потом еще сотня с хвостом на юг по Сибирке и километров десять до форта по просеке. Считай, около трехсот и будет.
   - При скорости около шестидесяти это пять часов. Темнеет сейчас примерно в девять, до темноты атаку не начнут. У нас есть семь часов для того, чтобы крутнуться. Вполне можно успеть.
   - А блок-посты? - спросил Илья. - Там наверняка их не один.
   - Наш трофей проговорился, что у эфиопов в операции будет участвовать броневик. Так что никаких проблем. Будут думать, что мы - это они. Кроме того, кто будет останавливать военную машину, едущую от Аддис-Абебы? А вон Анбэсса будет им махать рукой и товорить что-нибудь вроде "именем короля". Да и укрепления все построены для обороны со стороны Берлина. Будут попытки остановить - разнесем все к чертям. Броня у него спереди 14 мм, пробьет только крупнокалиберный пулемет или пушка. А крупняка на зусулке нет. Зато пушка у нас как раз-таки есть. Причем в боекомплекте есть бронебойные снаряды, так что и эфиопский броневик можем при нужде грохнуть.
   - Ну раз так, тогда шансы есть. Надо только предупредить наш блокпост на сибирке, чтобы по ошибке не долбанули.
   - А как быть с локалкой? - подал голос Григорий Смыков. - Сейчас дорогу раскупорим, а завтра сюда команда эфиопов прискачет.
   - Дорога все равно уже есть. Пройдет не больше недели, и ее найдут. И обязательно отправят по ней разведку. Зато если нынче у нас все задуманное выйдет, то завтра эфиопам будет не до этой дороги. А то, глядишь, и свой блокпост поставим на этом перекрестке.
   - Разумно.
   - Тогда вот что, мужики. Тачанка трехместная. Еще двоих могу взять сидеть на мешках. Я ведь еще собираюсь все трофеи увезти. Так что вам придется топать назад пешедралом. Сейчас я с Касаткиным свяжусь, планы согласую и двинемся. Вам приказ, как говорится, на запад, нам - в другую сторону.
  
   Вернулись к локалке. Вывели "Ганомаг" из гаража, загрузили трофеями. Женя подошел к Зеуде отдать последние распоряжения.
   - Это - мой человек, его ранило сегодня, когда он защищал твой дом, - сказал он, указывая на Кыбрита. Вот эта девочка, Тэген, тебе поможет. Сейчас я не могу взять их с собой, потому что иду воевать. Эти двое - пленники. Они оба тоже раненые, но вон тот, Тэсэмме, опасен. Ты их корми, обращайся с ними хорошо, но будь настороже, держи связанными. Я вернусь завтра, заберу раненых и все остальное, что не смог взять сегодня. И еще: раз дорога есть, ты за ней присматривай. Можешь завал сделать, чтобы прямо к дому нежданные гости не вырулили. Не думаю, что в ближайшее время кто-то по ней приедет, но осторожность не помешает. Если же что-то будет, отобьетесь. У вас теперь, не считая гладкоствола, две винтовки и автомат.
   Вождь кивнул, переспрашивать не стал.
   Все было готово. В "Ганомаг" Женя взял Клауса, Галину, Сергея и Анбэссу, остальные шестеро пошли пешком. Лори сел за руль и тронул тяжелую машину с места. В кузове было тесно, жарко и душно, поэтому открыли все люки и лючки кроме кормовой двери. Спасало еще и то, что башня сверху была открыта. Туда посадили Анбэссу, одетого в снятый с убитых камуфляж. Он должен был изображать солдата эфиопской армии.
   По ровной свежей дороге Клаус раскочегарил броневик до семидесяти километров в час, и к четырем часам "Ганомаг" подкатил к леску, отделяющему новую дорогу от зусулки. Галку с биноклем и рацией послали в дозор, а сами вчетвером принялись расчищать проход. Неширокий, чуть больше двух метров, только чтобы можно было проехать. Вчетвером работать было труднее, и процесс шел медленно. Потом наловчились машиной оттаскивать спиленные деревья, дело двинулось куда как быстрее, но все равно провозились больше часа. Закончив работу, долили баки под пробку и двинулись дальше.
   При выезде на Зусулку у Жени начался небольшой мандраж. Им предстояло почти час двигаться по вражеской территории, могло случиться всякое. Да и эфиопский блокпост на перекрестке с Сибиркой почти наверняка доставит проблем. Каждый ствол мог оказаться полезен. Поэтому за руль посадили Галку. Видя сомнения мужиков - как же, тяжелая машина, древняя конструкция, никаких тебе усилителей руля, автоматической коробки и прочих прелестей - она просто скинула джинсовую куртку, оставшись в безрукавой майке-борцовке. И вот тут челюсти попадали у всех: такой мускулатуре позавидовал бы сам Шварценеггер. Серж вспомнил того негра, который схлопотал от нее прямой правый по муди. Да уж, незавидная будет теперь у парня половая жизнь.
   За дорогой явно никто не следил. Ухабы и выбоины были на каждом шагу, и скорость пришлось сильно сбавить, но броневичок, пусть и помедленнее, но вполне уверенно и бодро продвигался вперед. В кузове стоял непрерывный лязг и грохот. Трясло так, что Женя вместе с Сержем поспешили разрядить все сваленное на пол трофейное оружие, опасаясь случайного выстрела. Поэтому мотоциклиста услышали только тогда, когда он поравнялся с "Ганомагом". Он махал рукой, требуя остановиться. Анбэсса, высунувшись из башни, прокричал, перекрывая лязг и грохот:
   - Что тебе нужно?
   Тот помахал вынутым из-за пазухи конвертом: мол, пакет из штаба. Галка остановила броневик. Анбэсса, перегнувшись через борт, принял пакет, расписался в получении. Курьер развернулся и умчался назад.
   Женя разорвал пакет, вынул из него бумагу, исписанную эфиопскими значками.
   - Анбэсса, ты можешь прочесть, что там написано?
   - Конечно!
   Он взял в руки бумагу.
   - Если выбросить титулы и величания, то все сводится к тому, чтобы вместе с гарнизоном блок-поста перейти в атаку и принять участие в уничтожении блок-поста Русского Союза на Сибирском тракте.
   - Интересная получается штука. Ну, почему отправили курьера можно понять: радиомолчание до начала операции. Да и в этих краях никогда не бывало никого кроме эфиопов. А почему он отдал эту бумагу нам? И даже нисколько не засомневался. Объяснение может быть только одно: эфиопский броневик точно такой же, и он где-то впереди нас. Скорее всего, стоит на том самом блок-посту. Мы едем минут сорок, средняя скорость около сорока километров в час. То есть до поворота на Сибирку еще минут двадцать - полчаса. Давайте-ка проедем еще четверть часа и сходим посмотреть.
   На разведку Женя взял с собой Сергея. "Ганомаг" остался стоять на обочине дороги. Из трофейного оружия Серж выбрал себе все тот же АК-4, по сути, копию немецкой G3A3, с прикрученным к нему четырехкратным оптическим прицелом. Собравшись, они вылезли из машины и двинулись вдоль дороги по ее северной стороне. Как оказалось, они не доехали до своротки совсем немного, и через десять минут уже наблюдали за людьми на блок-посту. Там было около десяти человек. Двое стояли на посту, остальные что-то жарили на разведенном неподалеку костре. Эфиопский броневик стоял рядом с блок-постом, с открытой задней дверью. В нем никого не было видно. Видимо, экипаж пировал вместе с остальными. План созрел мгновенно.
   - Серега, наша с тобой задача, чтобы никто не залез в бэтээр. Сможешь?
   - Еще бы!
   - Тогда готовься.
   - Надо бы запасную позицию оборудовать, на всякий случай.
   - Не переживай, скоро им будет не до нас, - успокоил его Женя и взял в руки рацию.
   - Клаус, залезай в башню. Все же ты лучше Анбэссы владеешь пулеметом. Потихоньку выезжайте к перекрестку, до него километра полтора, и валите всех на блок-посту. Мы позаботимся, чтобы второй "Ганомаг" вам не помешал. Постарайся по нему не стрелять. Я хочу забрать его целым. Тогда точно один у нас оставят, будет у тебя любимая игрушка. И постарайтесь не перекрывать нам сектор стрельбы.
   Через пару минут послышалось урчание мотора. Мощный "Майбах", скрытый под броней, уверенно тянул вперед массивную тушу броневика. На блок-посту услышали шум. Один из эфиопов вышел на дорогу, увидел приближающуюся машину, замахал руками, приглашая присоединиться к гулянию. Но в ответ получил пулеметную очередь. Эфиопы кинулись за оружием, трое побежали к броневику, но ни один не смог даже приблизиться к дверце. Один из караульных развернул ручной пулемет и принялся обстреливать "Ганомаг", но от брони только искры летели. Клаус чуть довернул башню, и короткой очередью срезал стрелка.
   Бойня продолжалась не больше минуты. Как только стихли выстрелы, дверь броневика распахнулась, и оттуда, пошатываясь, вылезла бледная, как мел, Галина. Ее тошнило. Сделав несколько шагов в сторону леса, она увидела лежащие на дороге окровавленные тела. Это было последней каплей. Жестокий спазм согнул ее буквально пополам, выворачивая желудок наизнанку. Когда она пришла в себя, мародерка уже шла вовсю. Оружие, патроны, разную мелочевку собирали и сгружали в новый трофей. Увидев, что девушка почти оклемалась, Женя подошел к ней.
   - Как ты?
   - Уже в порядке.
   - На, держи платок.
   - Спасибо.
   - Ты не переживай, в первый раз со всеми так. А бывает и еще хуже. Помню, меня в первый раз нервная дрожь колотила минут пять, пока отпустило. А ты - молодец.
   - Ну да, молодец, - засмущалась она, - чуть костюмчик себе не испортила. Хорошо еще в машине не стошнило, смогла выбраться.
   - Ты не подумай, что здесь у нас каждый день такая войнушка идет. Просто вы с Серегой так удачно попали, к самому началу боевых действий. По мне, так вообще бы оружия в руки не брал, да вот приходится. И тренироваться нужно постоянно, форму поддерживать. Вот отобьемся от эфиопов, и снова только стрельбище и охота. Надеюсь, не меньше, чем на год им урока хватит. А, может, и на большее время. Для меня это - неприятная необходимость. Я должен защитить свой форт и своих людей. И хорошо, что я не сам по себе, а часть большого и сильного союза. Иначе можно было бы сразу поднимать лапки кверху. В форте живет полтора десятка человек. Если их атакует полсотни обученных бойцов, шансов практически нет. А так, пока мы сейчас раскатываем по лесам, в форте сидит дюжина солдат во главе со своим капитаном, а сколько людей сейчас ждет команды на старт - я даже и не знаю. Да здесь, в этом мире, по другому и нельзя. Поэтому каждому пришедшему рады, поэтому эфиопские племена привечаем. Чем нас больше, тем мы сильнее. Самое лучшее - это если ни у кого даже мысли не возникнет на нас напасть. Как говорит Алексей Александрович Сотников, командор замка Россия, нужно, чтобы для сопровождения женщин на базар в соседний анклав было достаточно подростка с прутиком. Как писал китайский военачальник Сунь Цзы в книге "Искусство войны", сто раз сразиться и сто раз победить - это не лучшее из лучшего; лучшее из лучшего - покорить чужую армию, не сражаясь.
   Галка уже совсем пришла в себя.
   - Ну что, дальше рулить сможешь? - спросил Женя.
   - Ага, - кивнула она.
   - Ну тогда по машинам. Садись с Клаусом в наш броневик, а я с остальными трофей поведу.
  
   Подошел Серж, хлопнул ее по плечу.
   - А ты крепкая девчонка. Меня после первого жмура чуть не полчаса полоскало.
   К его удивлению, Галка отстранилась.
   - Ты почему про шар не рассказал?
   - А что тут такого?
   - Не притворяйся, что не понимаешь. Ты что говорил? "Я с вами". А сам? Зажал шарик. Поди, хотел за него что-нибудь выторговать. А что? Дворец с лебедями? Черный джип с охраной? Дюжину наложниц? Ты и так мог получить все, что захочешь, все, что действительно нужно. Жлоб ты. И душа у тебя жлобская. Правильно жена от такого сбежала. А в том домике точно ничего не было? Что-то я тебе теперь не верю.
   - Галка, тебя какая муха укусила?
   - Я тебе не Галка, а Галина Андреевна. Все. Иди себе мимо, копай свой персональный погреб.
   Она резко отвернулась и полезла в нутро "Ганомага". Вспышка гнева окончательно привела ее в норму. А Сергей остался стоять со смешанным чувством. С одной стороны, он был оскорблен в лучших чувствах - как же, хотел подбодрить, а получил в ответ черную неблагодарность. А с другой - она точно попала по больному месту и дала точное определение его планам. Он знал, что она права, и это знание усиливало раздражение. Вот чего она прикопалась!
  
  
   Очень быстро все мало-мальски ценное было прибрано, тела убитых были аккуратно сложены у сруба блок-поста.
   - Сергей, ты как с пулеметом, справишься? - спросил Женя, усаживаясь за руль трофея.
   - Без вопросов.
   - А с пушкой?
   - Не уверен, попрактиковаться надо.
   - Анбэсса, а ты?
   - Нет, я лучше из винтовки.
   - Тогда садись справа. А ты, Серж, полезай в башню.
   Трофейных раций хватило на всех. Женя нажал кнопку передачи:
   - Галка, я иду головным, ты - сзади. Клаус, разверни башню назад. Мало ли какой мотоциклист еще появится. Ну, поехали.
   Колонна тронулась. Был уже седьмой час, до начала атаки оставалось два, максимум два с половиной часа, а впереди еще были полторы сотни километров по скверной дороге. Женя переключил волну рации и вызвал форт. Касаткин, видимо, сидел у рации рядом с дежурной, потому что почти сразу включился в разговор.
   - Как дела, Михалыч?
   - Петрович, я еду по Сибирке, примерно километров пять от перекрестка. Снес зусульский блокпост на перекрестке, они не ожидали атаки с тыла, и захватил эфиопский бэтээр. Теперь у нас два "Ганомага".
   - Ну ты, брат, даешь всем прикурить! - восхитился капитан.
   - Теперь вот еще что: мне эфиопский посыльный по ошибке вручил пакет с приказами. Броневику приказано взять на борт десант и участвовать в уничтожении нашего блок-поста. Передай ребятам, чтобы были начеку. Я у них буду примерно через полчаса.
   - Хорошо, сейчас с ними свяжусь.
   - Как там наш план? Бероеву понравился?
   - Еще бы! Он просто в восторге! Командор тоже одобрил.
   - Тогда действуем, как договорились. Где-то к восьми я рассчитываю добраться до поворота на форт. Мне бы туда к этому времени группу бойцов.
   - Обеспечу.
   - А по зусулке - сейчас она чистая, пустая. Надо бы ставить блок-пост на новом перекрестке. Теперь это будет наша дорога.
   - Уж само собой. Вот форт отстоим, и прокатитесь до эфиопского блок-поста у Берлина. С другой стороны подойдет шишига с бероевцами, втроем раскатаете там все, и потом марш-бросок до перекрестка. Заодно Руслан и твоих раненых-пленных заберет. Там у себя и поспрошает их поподробнее.
   - Добро. Ну, как эфиопов отобьем, мы еще с тобой встретимся. Конец связи.
  
   Когда через полчаса Женя подруливал к блок-посту Союза, его уже ждали. Он вылез из броневика и подошел к командиру гарнизона, молодому смутно знакомому лейтенанту. Было приятно после рейда по вражеским тылам, пусть и не слишком долгого, очутиться среди своих, на своей территории.
   Тот, козырнув, представился:
   - Лейтенант Русского Союза Евгений Воротынский. Здравствуйте, Евгений Михайлович.
   - Здравствуй.
   Женя пожал протянутую руку.
   - Воротынский - это из дворян?
   - Никак нет.
   - А, теперь вспомнил. Ты из потеряшек, в конце прошлого лета в Сибирь попал. Была группа курсантов из военного училища.
   - Ага!
   Юное лицо с едва пробившимися усиками осветилось улыбкой.
   - Спасибо вам за предупреждение, оно очень вовремя подоспело. Я только успел развернуть людей, огневые позиции расставить да сектора обстрела распределить, как явились, голубчики. Вон стоят.
   Он указал куда-то назад. Женя всмотрелся. В направлении, указанном тезкой, в тени деревьев под охраной одного из бойцов уныло сидели четверо эфиопов.
   - А сколько их всего было?
   - Шестеро. Они думали нас врасплох застать. Да так и было бы, если б не вы. Ан все наоборот повернулось. С двух сторон по ним полоснули. Двое с копыт долой, а остальные винтовки побросали и руки вверх тянут. Лопочут что-то, поминают какого-то Юджина.
   - Это интересно. Пойдем-ка с ними поболтаем.
   Вместе с тезкой Женя подошел к пленным и обратился к ним по-амхарски.
   - Селам. Кто вы такие, из какого племени, кто вас сюда послал?
   Пленные эфиопы загомонили, перебивая друг друга. Изо всех Женя выделил одного, выглядевшего более уверенно, нежели другие, и указал на него.
   - Ты говори.
   - Мы не хотели воевать, нас послал сюда человек со шрамом. Мы не смели ослушаться. Он страшный человек. Он пришел в нашу деревню, с ним были солдаты. Он забрал половину мужчин на войну. Один из тех, кого убили - это его человек. Теперь его нет, и мы хотим уйти обратно.
   Остальные эфиопы согласно кивали.
   - Сколько людей у человека со шрамом?
   - Много. Очень много.
   - А где он сейчас?
   - В лесу возле крепости.
   - Почему же вы сразу не убили вашего командира, а пошли сюда?
   - Говорят, что человек со шрамом - колдун. Мы тоже так думаем. Мы боялись, что он узнает об этом и убьет всех нас.
   - А почему вы так думаете?
   - Когда он пришел в нашу деревню, наш вождь выстрелил в него из ружья, но не смог убить его. Тот только рассмеялся и застрелил вождя.
   "Интересно, - подумал Женя, - это какого же уровня должен быть броник, чтобы выдержать пулю из дробовика без вреда для человека. Впрочем, с этим надо кончать."
   - Я Юджин, - заявил он, и в глазах суеверных эфиопов появился страх. - И я обещаю убить этого человека. Неважно, колдун он или нет. Вы слышали, что я всегда исполняю свои обещания. У меня есть власть над человеком со шрамом - я знаю его имя. Вы останетесь здесь до утра. Вас накормят, а утром отпустят. Можете идти обратно в свои деревни.
   Страх в глазах эфиопов сменился благоговением.
   - Вот что, тезка, - обратился Женя к лейтенанту. - Это - простые неграмотные эфиопские крестьяне, которых сюда пригнали практически пинками. К тому же они суеверны, как все старые бабки вместе взятые. Один из тех, кого вы убили, вел их сюда и отдавал им приказы, а они не смели ослушаться. Ты их накорми, но держи связанными и под присмотром. Не то, чтобы они опасны, но если их перехватят эфиопы посообразительней, то наш замысел может и не сработать. Утром, когда заварушка закончится, отпусти. Естественно, без оружия. А личные вещи - всякую мелочевку - отдай. Если с харчами у тебя туго, я сейчас из своих трофеев чего-нибудь подкину. Будет начальство наезжать - ссылайся на меня. Мол, Юджин приказал.
   - Так вы и есть Юджин?!
   От изумления глаза лейтенанта, и без того не слишком узкие, еще более округлились.
   - А то ты не знал, - усмехнулся Женя.
   - Нет. - ответил тот. - Мы думали, Юджин - это какой-то секретный агент Командора.
   - В какой-то мере, так и есть. Да не бери в голову. Это эфиопы так меня прозвали. Евгений по-английски как раз звучит как Юджин.
   - Я в школе немецкий изучал.
   - Учи языки, брат, это порою полезно. Ну так что с харчами?
   - Да есть у нас еда, на всех хватит.
   - А что кобуры на боку нет? Не дают пистолета? Это ж самое офицерское оружие.
   - Нет, не выдают. Короткоствола на всех не хватает.
   Подойдя к броневику, Женя порылся в груде трофеев, вынул "беретту".
   - Тогда вот, тезка, держи от меня на память. Кобуру и патроны сам добудешь. Ну ладно, нам пора ехать.
   - Удачи вам, Евгений Михайлович!
   "Ганомаг" рыкнул мотором, и колонна, тускло отсвечивая железными боками, проползла мимо радостно машущего вслед лейтенанта, сруба блокпоста, улыбающихся бойцов и хмурых пленников на юг. Туда, где ждали заботы, бои, эфиопы и человек со шрамом Уольде Сэмайят где-то в лесу около форта.
  
   Бэтээр, переваливаясь из ямы в яму, достаточно шустро полз вперед, но ехать оставалось еще изрядно.
   Женя поерзал по сиденью, потянулся, насколько это было возможно.
   - Что-то скучно стало, надо бы развеяться, - сказал он. - Сергей, если не трудно, достань свой блокнотик.
   Серж, уловив момент, когда дорога стала чуть ровней, соскочил с сиденья башенного стрелка и вынул из своего рюкзака записную книжку.
   - Анбэсса, попробуй это прочесть, я не силен в амхарской грамоте.
   Эфиоп взял блокнот из рук Сергея, перевернул несколько страниц.
   - Это записи какого-то человека, который исследовал территорию. Здесь даются координаты, но они указаны относительно какого-то водопада. Здесь описаны различные озера, одно из них очень странное. Тут написано - озеро дьявола. Судя по описаниям, это озеро мы с Мероном видели, проходили мимо, когда шли к тебе. Вот описания каких-то камней, скал. А вот тут он пишет, что нашел какие-то древние развалины, а в них какой-то шар. Он пишет, что это - глобус этой планеты, что это - огромная ценность. А вот последние страницы. Он нашел недалеко от своего жилища какое-то здание, которого раньше не было. И что он собирается его посетить. Я думаю, это был какой-то ученый, который пытался собрать сведения о планете, на которую попал.
   - Думаю, надо эту книжку перевести, и вместе с копией перевода отправить профессору Гольдбрейху в замок Россия. Ему будет очень интересно посмотреть эту книжицу.
   Женя крутнул руль, объезжая большую выбоину, сделал перегазовку и переключил передачу. Тяжело все-таки рулить на этом "Ганомаге". Не то, что маленький легкий "Кюбельваген"
   - Сереж, ты говорил, что в какой-то пещере нашел тело человека, и при нем эту книжку.
   - Да, только не тело, а уже, практически, скелет.
   - Это непринципиально. А ты хорошо осматривал эту пещеру? Там не было того шара, про который тут было написано? Это очень важно.
   Вот, млин, попал! Сдаться сразу - возникнет подозрение: мол, чего сразу не сказал, для чего утаил, не на врагов ли работает. Не сдаваться - как потом выйти с шаром к этому сволочному Юджину, как объяснить, откуда взял, опять же, почему сразу не отдал. Хоть выбрасывай его нафиг! А чем тогда торговаться?
   - Сергей, ты просто не в курсе, что это за устройство. Это не просто камень, это устройство, созданное теми, кто всех нас сюда поместил. Их называют по-разному: Писателями, Смотрящими, Наблюдателями. Так вот: время от времени эти Наблюдатели добавляют в заваренную ими тут человеческую кашу новые возможности. Например, панели терминалов, "помогайки" - это такие планшетики одноразовой доставки. Но самое важное - это началось чуть больше года назад, в начале прошлого лета, они размещают на планете, порой в самых труднодоступных местах, терминальные платформы. Шарик, который описан в блокноте, помогает находить эти устройства. На определенном расстоянии он начинает жужжать и вибрировать. А такую платформу он активирует, и на ее месте во мгновение ока образуется новый форт - полноценное укрепление со своим каналом поставки. Все дело в том, что такой форт одному удержать невозможно. Для этого нужно хотя бы два десятка человек. Да и этого зачастую может быть мало. Вот сейчас в моем форте сидит двадцать человек. Но снаружи сосредоточено пять-шесть десятков. И они вполне могут победить, если только наш план не сработает как надо. А если они победят, то сильных и здоровых увезут батрачить, а остальных пристрелят. Или прирежут, чтобы патронов не тратить. Как только форты стали появляться, за них началась ожесточенная борьба. За форты и за такие шары-индикаторы. К примеру, если эфиопы - те, кто понимает, конечно - увидят у тебя в руках такой шар, то тут же убьют и заберут шар себе. Там это делается быстро. Я же тебе могу дать почти все. Только оружие - не любое.
   - Да нет у меня ничего, что ты привязался!
   Серж натурально психанул. Он и сам знает, что эта вещица цены немалой. А вот только хрен он отдаст шарик этому Юджину. Вот бывают же такие мерзкие типы! И смотрит-то как рентгеном, будто насквозь видит. Лучше бы на дорогу смотрел, не ровен час, на пень наскочит.
   - Ну нет, так нет. Не дергайся, скоро приедем.
   Сергей в негодовании откинулся на трофейные мешки. Этот идиот Юджин разболтал самый, наверное, большой секрет - для чего нужен шарик. Он, Серж, найдет эту хренову платформу и сделает себе свой форт, и это будет куда как круче, чем "Ковчег". А с каналом поставки от неизвестных Писателей-Наблюдателей у него будет все, чего душа пожелает. Вот тогда он заживет! И эта Галка еще пожалеет, что так с ним разговаривала. А двадцать человек - да набегут сами к нему.
   Постепенно эмоции схлынули, и мысли приняли более рациональный характер. А что если эти люди не набегут? А если придут эфиопы, те же два десятка? Он ни за что не отобьется от них в одиночку. Одни будут его дразнить, а тем временем с противоположной стороны заберется один мерзавец и пустит пулю в затылок. А если он платформу не найдет? Так и будет мотаться по тайге, пока его либо эфиопы не пристукнут, либо звери не схарчат. А если найдет, и люди к нему придут - он сможет им доверять? Не захотят ли они пристукнуть его и забрать себе форт и канал? Вот, млин, ситуация! Есть в кармане клад, а использовать его возможности нет. Эти-то все заодно, на Юджина разве что не молятся, слушаются беспрекословно. Это с чего он такую власть над людьми поимел? Поди, поставками рулит. Одному даст, другому не даст. Да нет, тот же Илья - он в плечах косая сажень, у него бицепсы как у Сержа нога. Он может запросто любому шейку свернуть. Захочет - и сам у руля встанет. А если не встает... значит, не хочет? А почему? Чем его Юджин повязал?
   Размышления Сергея прекратились одновременно с подпрыгиванием и раскачиванием "Ганомага". Приехали.
  
   Женя вылез из броневика. Снаружи были уже ранние сумерки. У перекрестка стоял знакомый "додж 3/4", а рядом с ним - группа людей в камуфляже. Он подошел к людям, заговорил со старшим.
   - Добрый вечер.
   - Добрый.
   - Ребята, мне вот что от вас нужно: наверняка дорога до Зари перекрыта отрядом эфиопов. Этот отряд нужно выявить и ликвидировать. Я должен доставить эти броневики к форту до начала нападения, а сидя в железном ящике, я могу только отстреливаться, да ждать, когда заберутся в мертвую зону и закинут внутрь гранату. Поэтому ваша задача идти лесом по сторонам дороги в качестве боевого охранения, а когда обнаружите врага, дайте мне знать, я поддержу вас огнем. Как группу ликвидируем, можете возвращаться в Сибирь. Додж можете пустить следом за броней. Как задачу выполните, так погрузитесь в машину, да поедете обратно.
   - Добро, пошли. А что броневик вперед не пустить? Он выманит на себя засаду, а мы ее прихлопнем.
   - Дорога может быть заминирована. Это хоть и броня, но килограмм пять пороха под колесом она не выдержит.
   - Ясно. Ну, двинулись ребята!
   - Погодите, я перетасую своих людей.
   Женя заглянул в замыкающий бэтээр.
   - Клаус, перебирайся ко мне. Тебе, Галина, придется пока поскучать. Как к форту подъедем, посажу к тебе стрелков.
   Затем в головной.
   - Ты, Клаус, в башню за стрелка. Анбэсса, ты - заряжающим. Клаус, научишь напарника?
   - Нет проблем!
   - А я? - подал голос Сергей.
   - А ты вылезай. Вон, "Додж" стоит, садись туда со всем своим барахлом. Я тебя в бой не возьму.
   - Это еще почему? - возмутился он.
   - Потому что темнишь ты, недоговариваешь, врешь. И в бою доверить тебе свою спину я не могу. Мои люди бьются за свой дом, за своих родных, за Родину, если хочешь, а не крохоборствуют, не прикидывают выгоды. Наемники мне не нужны. Очисти помещение. Трофеи свои не забудь, мне чужого не нужно.
   Это была оплеуха, удар под дых. Несколько секунд Серж просто открывал рот, как рыба, не в силах сказать ни слова. В конце концов, он молча поднялся, собрал вещи и уселся в джип подальше от водителя переживать обиду.
  
   Колонна двинулась. Ехали потихоньку, часто останавливаясь, ожидая сообщений от ушедших вперед бойцов. Женя начал уже беспокоиться, что не успеет к сроку. Но километра через три в наушниках гарнитуры раздался голос старшего:
   - Юджин, давай продвинься метров двести вперед, тут, кажется, как раз тебя ждут.
   Он дал газу, и через две сотни метров перед ним предстала чудная картина: шестерка бойцов боевого охранения мирно беседовала с шестеркой ребят в знакомом камуфляже, вооруженных пистолетами-пулеметами МП-40. У одного был британский пулемет Bren Mk2. Перед ними был растянут плакат, на котором большими буквами было написано по-русски: "Мы ждем Юджина".
   Женя вылез из броневика.
   - Что за чудеса? Ждете Юджина, вот и дождались. Вы откуда, ребята?
   - Мы из Израиля. Новый Цахал Нового Иерусалима, - ответил ему тот, что с пулеметом, на чистейшем русском языке.
   - Вот это номер. Давайте-ка поподробней.
   - Видишь ли, - можно на ты, да? - так вот: Мы переехали на ПМЖ в Израиль довольно таки давно. А когда случился перенос, нас вместе со всеми в первой партии заслали. Мы уехали из России в девяностые, можно сказать, что за колбасой. Но там как-то все было пристойно. Хочешь - ходи в синагогу, не хочешь - не делай обрезания. А тут все в приказном порядке, до мельчайших деталей. Ошибешься в какой-нибудь мелочи, раввин потом епитимьями замучает. А тот такой случай подвернулся! Мы и на старой Земле в армии служили, и здесь туда же пошли. Служба тут ненапряжная, врагов не было, пока начальники сами их себе не нашли. Вот как стали сюда отряд собирать, мы и напросились, чтобы момент улучить, да и свалить по-тихому. С нами послали двоих религиозно-упоротых. Вон они под елочкой тихо лежат. Живые, только упакованы хорошо. Ну, а мы к Юджину хотели. О нем слава даже до нас добралась.
   - Рад, что вы здесь, и что без крови обошлось. Только я вас принять к себе не могу, пока форт свой не отстою, от эфиопов не отобьюсь. Как вы поняли, Юджин - это я.
   - Ты нас прими, мы с тобой пойдем повоюем. Всем эфиопам сейчас наваляем.
   - А шведам?
   - Что, там и шведы есть? Да и им заодно.
   - Подумайте, мужики. А если кто из вас не доживет до победы мировой революции? Пульки-то летать будут взаправдашние.
   - Сто лет слова этого не слышал - Мужики! Звучит-то как по-русски! Не доживем, значит судьба. Йосс, как говорят китайцы.
   - Раз вы так уверены, тогда давайте. Мне во второй броневик нужен стрелок в башню и заряжающий. Кто из вас пулеметчик?
   - Так я и есть, пиши - Яков Штукерман.
   - Писать после будем, тех, кто жив останется. Кого в напарники возьмешь?
   - Да вот он пусть будет, Аркаша Гройсман.
   - Тогда занимайте места согласно купленным билетам. МП-40 это, конечно, хорошо, но не слишком. Давайте сюда, подберите себе что-нибудь получше.
   - Ого! Да у вас тут целый арсенал!
   - Прибарахлились? Ищите себе место. До форта доедете внутри, потом побежите пешком. Ну, вперед.
   Вот же чудеса - евреи бегут из Израиля в Россию!
   Осталось отпустить пехоту.
   - Спасибо, ребята.
   - Да чего там! Никаких проблем.
   - Вы этих двоих, - Женя указал на связанных ортодоксов, - заберите с собой. Потом отправите подарок Сотникову.
   - Хорошо. А с тем что делать?
   Старший группы кивнул на видневшуюся в "Додже" фигуру.
   - А что хотите, он сам по себе. Хотите - в Сибирь увезите, нет - здесь оставьте.
   - Не, у нас и так тесно. Этих евреев еще везти. Хочет - пусть пешком идет.
   Сержа высадили из джипа, загрузили "подарки", уселись и покатили обратно. Женя махнул им вслед и полез в свой броневик.
   - А я? - растерянно спросил Сергей.
   - А ты - как хочешь. Мы в бой идем, нам пассажиры не нужны.
   И броневики исчезли в густеющем сумраке.
   Вот же козел! Просто взял и бросил на дороге, сука.
   - Су-у-у-ка!
   Обидно было до слез. Ведь бросил. Его, Сержанта, Ганфайтера - и бросил, побрезговал, гад. А ведь он боец не из последних, а стрелок - так и вовсе из лучших. А Галку, девку эту чертову, взял. И евреев этих взял, даже документы не спросил, на слово поверил. А его вот так, как последнего эфиопа, оставил. Да что там, эфиопа-то взял, к пулемету посадил. Ну ничего. Он доберется до этого чертова форта, и этого сволочного Юджина пристрелит нахрен. За все сразу. А там - хоть трава не расти.
   Разозлившись, Серж собрался. Набил один из рюкзаков по максимуму, надел на спину. Второй, оставшийся полупустым, нацепил спереди. Автомат повесил на шею, проверил карманы, подсумки, кобуру, патроны в обоймах и размеренным шагом двинулся вслед за укатившими броневиками..
  
   К форту подъехали в половине девятого. Уже почти стемнело, но Женя не включал фары. Пока возможно, нужно соблюсти секретность. Он остановился, заглушил двигатель, вылез наружу. Вслед за ним посыпались остальные, последней на землю спрыгнула Галина. Потянулась, разминая затекшие мышцы.
   - Сильно устала? - обратился к ней Женя.
   - Есть маленько с непривычки, - улыбнулась она. - Все же первый раз на броневике еду.
   - Может, тебя подменить?
   - Не, справлюсь. Как я понимаю, скоро уже финиш.
   - Точно. Ну, давайте, последний инструктаж.
   Скоро, максимум через полчаса, в форте начнется перестрелка. Потом над ним взлетит белая ракета. Мы выжидаем после этого ровно десять минут и выдвигаемся. Идем вокруг форта. Я - вдоль леса, ты, Галина, примерно посередине между лесом и фортом. Движемся против часовой стрелки, потихоньку, чтобы наша пехота не отстала. Пулеметчики, ваша задача - валить всех подряд, кого заметите. Кроме тех, у кого на голове белая повязка. То есть, она не белая, но в ночной оптике будет выглядеть белой. Мы - как пастухи, загоняем стадо, отрезая от леса. Мы должны зажать эфиопов и всех остальных между фортом и нами, взять их в два огня. Пехота может вообще ни в кого не стрелять. Ваша задача - не дать противнику подобраться вплотную к машинам и использовать гранаты или еще что-нибудь гадкое. С пушками разобрались?
   - Так точно, Ойген, - отрапортовал Клаус.
   - А у вас как, Яша с Аркашей?
   - Пулемет мы освоили, а с пушкой пока не очень.
   - Клаус, покажи ребятам, пока время есть. Остальным - десять минут на покурить и оправиться, потом - по местам и ждем сигнала.
   Через десять минут все сидели на своих местах в ожидании начала. Наконец, ожила рация.
   - Юджин, ответь Заре.
   - Юджин на связи.
   - Ну что, Михалыч, как у тебя дела? Готов?
   Даже сквозь помехи в голосе Касаткина слышалось удовлетворение.
   - Готов, жду отмашки. У тебя получилось?
   - Все по плану, даже лучше. Твои хлопцы пришли, все нужное принесли. Так что начинаем представление.
   - Понял.
   - Ну тогда конец связи.
   Из форта донесся выстрел, потом еще, потом загрохотало вовсю. Через минуту выстрелы стали реже, потом еще реже, потом наступила тишина. Прозвучало еще два одиночных выстрела, и в небо взвилась белая ракета. Женя запустил мотор. Стосильный "майбах" мягко заурчал. Было слышно, как позади завела свой "Ганомаг" Галина. Бензина в баках оставалось с гулькин нос, но и ехать нужно было совсем недалеко.
   Секундная стрелка на часах завершила свой десятый оборот. Женя вызвал по рации Галку.
   - Ты стартуешь после меня через тридцать секунд.
   - Ясно.
   - Все, я пошел.
   Он включил передачу и дал газ. Мотор взревел, и "Ганомаг" двинулся вперед. Женя вел машину в полусотне метрах от леса. Тонкие лучи света, бьющие из прикрытых стальными крышками фар, путь освещали весьма скудно. Тут из форта взлетела осветительная ракета и повисла над полем. Следом - еще одна. В их свете можно были отчетливо видны идущие к форту группы людей.
   Ду-ду-ду-ду-дум!
   Автоматическая пушка выплюнула кассету. В середине ближней группы встали фонтанчики разрывов. Рев мотора заглушал крики, но было видно, как несколько фигур упало, а остальные забегали по полю, пытаясь понять, что происходит. Чуть в стороне встала еще цепочка взрывов, упало еще несколько фигур. Это добавили перца Яша с Аркашей.
   Корпус броневика мелко задрожжал - пока Анбэсса перезаряжал пушку, Клаус переключился на пулемет.
   Через несколько секунд снова:
   Ду-ду-ду-ду-дум!
   И опять пулеметные очереди. Стены форта осветились вспышками выстрелов. На короткое время стало темно, но из форта взлетели еще две ракеты, залив пространство вокруг мертвенно-белым светом.
   Ду-ду-ду-ду-дум!
   Женя вел машину почти механически, глядя в прорезь смотровой щели на великое избиение. Ему хорошо было видно, как мечущиеся по полю фигурки падали, сраженные выстрелами. То ли убитые, то ли раненные. Некоторые просто бросали оружие и ложились на землю, закрыв голову руками, пытаясь спастись от пуль и осколков. Были и такие, кто сохранил самообладание и пытался, отстреливаясь, скрыться. Но таких стрелки выцеливали в первую очередь. Иные, отчаявшись укрыться, вставали на колени и поднимали руки вверх, сдаваясь на милость победителей, но и это спасало не всегда.
   Вакханалия смерти продолжалась всего пятнадцать минут, но Жене показалось - прошло не меньше часа.
   Ду-ду-ду-ду-дум!
   Пушка прогрохотала в последний раз и смолкла. Было слышно, как звенят, падая на стальной пол, гильзы. Он остановил броневик, заглушил мотор и вылез из железной, насквозь пропахшей пороховой гарью, железной коробки. От леса, следом за ними, цепью шла трофейная команда из эфиопских племен. Они собирали оружие, снаряжение, деловито добивали тяжелораненых, а уцелевших и тех, кто мог самостоятельно передвигаться, отводили к воротам форта. Раздетые донага трупы (что зря пропадать хорошим вещам) стаскивали в общую кучу. В какой-то момент некурящему Жене остро захотелось закурить, чтобы отвлечься от этого чудовищного зрелища.
   - Салют, командир! - раздался позади него знакомый голос. Он обернулся. Там стояли его ребята: Илья, Фима, Гриша, Жорик. Они тащили с собой троих человек, двух чернокожих и одного белого. Женя внимательно посмотрел на пленных. У одного из них на правой щеке виднелся глубокий шрам.
   - Селам, Уольде Сэмайят.
   Тот с ненавистью посмотрел на Женю и отвернулся.
   - Я не собираюсь с тобой говорить. - продолжил Женя по-амхарски. - Просто хочу вблизи посмотреть на человека, помешанного на убийстве. Ты видишь трупы? Все эти люди погибли по твоей вине. Да, их убил я. Но именно ты послал их на смерть. Сегодня Аддис-Абеба потеряла не меньше сотни обученных бойцов, со всей экипировкой и оружием. Ты видишь, твои хитрости обернулись против тебя. А чтобы тебе было веселее путешествовать в замок Россия, где умеют спрашивать по-настоящему, я скажу, что сейчас, в этот момент, один из шведских мониторов уже захвачен на Шпрее, другой - в устье Щитовой. А десант на катерах попал в засаду у Малой Сибири. У вас ничего не вышло. Ты только впустую потерял людей, ресурсы и оружие. Но это была твоя последняя операция. Ты никогда не вернешься в свой анклав. Если оттуда поступит официальный запрос о твоей судьбе, мы ответим, что ты был убит при атаке на форт. И это будет правдой. И умирать ты будешь, зная, что проиграл все. И что Юджин, которого ты так ненавидишь, оказался сильнее тебя. И никакие еврейские связи тебя не спасут.
   Женя помолчал, потом сказал, обращаясь к своим:
   - Садитесь, ребята, в железяку, да везите эту троицу в форт. Я пройдусь пешком. Устал я что-то за день.
   - Евгений Михайлович, наденьте тогда броник - сказал Жорик. - Вот с этого, со шрамом, сняли. Мало ли что может случиться, с нас потом Ольга Валентиновна головы снимет. И это если сильно не разозлится.
   Женя не стал спорить, натянул на удивление легкий бронежилет, прихватил свой "Штурмгевер" и, не торопясь, отправился в сторону ворот, где уже собралась изрядная группа пленных. Краем глаза он заметил Фиму с луком в руках и пару беглецов из Израиля, идущих следом. Спорить и возражать не стал, сил на это не осталось. Да и понимал, что бесполезно. Придерживая на плече автомат за ремень, он брел к воротам форта. Ему очень нужна была эта небольшая передышка прежде, чем на него снова обрушится поток событий, дел и забот, ставший в последние дни просто колоссальным.
   Он запнулся за невидимое в темноте тело и чуть не упал навзничь, успев в последний момент опереться на руку. Прямо перед ним сквозь ночной мрак проступило бледное лицо с беззвучно шевелящимися губами. Женя включил фонарик, осмотрел человека. Ни малейшего ранения. Приложил руку к сонной артерии, ощутил под пальцами слабую пульсацию. Скорее всего, контузило близким разрывом. Он махнул рукой шедшей за ним следом непрошенной охране. Отметил, что подбежали двое, а третий остался бдить.
   - Ребята, давайте-ка этого счастливчика отнесем к форту. У парня ни царапины, а эфиопы разбираться не будут. Пристрелят - и дело с концом.
   Израильтяне приподняли человека с земли, сноровисто подхватили под руки и быстро потащили к воротам, не забыв вынуть у него из кобуры пистолет. Женя обернулся к оставшемуся с ним Фиме.
   - Пойдем и мы. Хватит расслабляться, нас ждут и люди, и дела.
   Он глубоко вдохнул, резко выдохнул и размашисто зашагал к форту. Догнав солдат, тащивших контуженного, он подхватил счастливчика за ногу. Подоспевший Фима - за другую и так впятером они подошли к форту. Здесь скопилось уже два десятка человек под охраной четверых бойцов из гарнизона. Женя на секунду остановился, посмотрел на них, черных и белых, стоявших и сидевших вперемешку, и вошел в ворота.
  
   В форте было людно и шумно. Никто не спал, по двору то и дело пробегали посыльные с поручениями, на ходу приветствуя своего командира. Женя поднялся в башню, к узлу связи, ставшему на время штабом. Здесь вовсю распоряжался довольный, как слон, Касаткин.
   - О, Михалыч! Здорово!
   Он крепко обнял Женю.
   - Все, все получилось, до самых мельчайших мелочей. Только что говорил с Бероевым, Руслан прыгает чуть не до потолка, командор тоже ходит как именинник. Мало того, что такое пополнение матчасти, так есть еще и весомые пленники, я бы даже сказал, очень весомые. К Синему на уголь вон целая армия набралась.
   - Ты про израильтян уже знаешь?
   - Нет. А что там с ними?
   - Шестеро солдатиков из ЦАХАЛа, русских евреев, бывших эмигрантов, скрутили своих ортодоксальных командиров и сидели на просеке с плакатом "Ждем Юджина". Командиры сейчас в Сибири, а сами бойцы здесь, в форте. Кстати, я из них команды в "Ганомаги" набирал, нормально отработали ребята.
   - Ух ты! Везунчик ты, Женька, тебе ништяки сами в руки падают. Ушел отвести на место эфиопов, вернулся с кучей трофеев, да еще и без малого десяток людей привел. Я девчонку эту видел, Галину. Ты в курсе, что она каратистка?
   - Нет, не успел толком поговорить.
   - Черный пояс. Она куртку сняла - от такого зрелища все мужики челюсти пороняли. А где еще один?
   - А хрен знает. Ты понимаешь, он по дороге, пока сюда шел, ништяков понаходил, трофеев набрал, пару эфиопов уронил - вроде бы, молодец. Индикатор, кстати, нашел. Но сидит, понимаешь, и на прямой вопрос в лицо врет. Я его и высадил. Сказал, что в бой не возьму. Мол, наемники мне не нужны.
   - Индикатор нашел? А где он?
   - У него, конечно. Не стану же я отбирать его силой. А он отпирается, сучий потрох. Думаю, он хотел его подороже да повыгодней продать, а теперь не может признаться, не потеряв лицо.
   - И ты отпустил человека с индикатором гулять по лесу, полному разбежавшихся эфиопов?
   - Да не мечи ты икру, Петрович. До утра твои эфиопы будут сидеть под кустами, как мыши, а потом потянутся, кто уцелел, в Аддис-Абебу. Ну, или в Стокгольм. А он помается, да придет. Не сюда, так в Сибирь. Но я так думаю, что придет он сюда, будет со мной счеты сводить. Уж больно я его разозлил. Видишь ли, через негатив легче людей с места стронуть, чем через положительные эмоции. А негатива в нем - выше крыши.
   - Психологом заделался? Ну-ну.
   - Поспорим?
   - На что?
   - На традиционное. Проигравший кукарекает под столом.
   - А давай. Ну, а теперь - о деле.
   - А что у нас с делами?
   - Нужно врача раненым.
   - А что, - Женя встрепенулся, - кого-то задело?
   - Да нет, свои все целы. Я про пленных.
   - А-а, я уж было испугался. Скажи Гришке, пусть займется перевязками. Тяжелых - в форт, в подходящий каземат с крепкими дверями и хорошими замками. Что там с племенем?
   - Сидят.
   - Утром выгоню на все четыре стороны. Пусть валят нафиг. Кстати, как ты их победил?
   - Это благодаря нашему профессору. Голдбрейх подсказал один простой но эфективный рецепт: смесь углекислого газа и диэтилового эфира. Быстрое и безвредное усыпляющее средство. Две минуты отключки и полчаса до полного восстановления мышечного контроля. Я думал понести им ужин и распылить газ, но они сильно помогли, давай сами в форт ломиться. Я их и впустил. Четверых боевиков разоружил и упаковал, а остальных закрыл в свободном подвале. Туда им дал свет и еду. Сидят тихо, не буянят.
   - А мои как?
   - Да нормально. За вас переживали сильно. Потом, когда к вечеру пришли Григорьев с Ильей, подуспокоились. Ты где, кстати, столько осветительных ракет набрал?
   - Да в "Ганомаге", в том, что в локалке стоял. Они, видать, каким-то боком в комплектацию входили.
   - Нет, все-таки как здорово вышло!
   Капитан никак не мог сдержать восторгов. Да, собственно, не сильно и пытался.
   - Твои мужики этого Уо... эфиопа со шрамом нашли и тихо его пасли на отдалении. С ним было еще четверо охранников. И этот швед, начальник операции от их союзников. Как ракета взлетела, он сразу на рацию, команду, видать, дал. Потом швед туда же, тоже, видать, сказал чего надо. Связь закончили, моментом свернулись и к форту двинулись. Только из леса вышли, твой лучник начальников тупой стрелой в темя - тюк! И одного, и другого. Остальные троих охранников в секунду положили, а четвертый сам лапки задрал. В Малой Сибири на пристани группа была загодя замаскирована, с тремя пулеметами. Там уж никаких тупых стрел, положили всех без разбора. Один катер утопили, но на мелководье, поднимем на неделе, а два других целехонькие достались. Как уж там Бероев с кораблями боролся - не знаю, но оба взял. Один без царапинки, а один долбануть пришлось, но на плаву остался. Что с экипажами делал - тоже без понятия. Да сам потом у него спросишь. Все равно тебе теперь к Сотникову ехать на доклад, пленных везти.
   - Вещи начальников где?
   - Тут, я за этим особо проследил. Потрошить пока времени не было.
   - Это-то всегда успеется.
   Прибежала баба Лиса с подносом, принесла чего-то мясного, восхитительно пахнущего. Тут только Женя вспомнил, что сегодня с полудня крошки в рот не брал. Он сглотнул мгновенно набежавшую слюну.
   - Кушай, Женечка. Поди, голодный весь. Я вот тебе поросенка тушеного принесла. Девка твоя, Галка-то уже вторую добавку уминает.
   - Баба Лиса, спасибо тебе. Принеси, если не сложно, чашку кофе. От горячего я сейчас разомлею, а у меня еще дела. Я лучше после к тебе дойду. Вот с капитаном вместе порубаем, да по соточке с устатку примем. Вот что, я сейчас к тебе приведу шесть голодных мужиков, к нам пришли аж из Иерусалима, их бы накормить. А для нас с Петровичем ты на плите оставь под крышкой две порции. Супостатов всех разогнали, сегодня больше стрельбы не предвидится. Ты Галину, как повечеряет, определи на ночлег. Или поручи кому из наших девчат. Есть ведь еще свободные комнаты.
   Примчался Федька. Раскраснелся, глаза горят.
   - Здрасьте, дядь Женя.
   - Здорово.
   - Там, это, эфиопы.
   Вот, млин, эти эфиопы, даже кофе выпить не дадут.
   - И чего они хотят?
   - Трофеи притащили.
   - Ну пошли, посмотрим, что там они приволокли.
   У ворот форта стояла целая вереница самых разнообразных самобеглых колясок. Большие и маленькие джипы, квадроциклы с прицепами и без. Особо порадовал мотоцикл с коляской. Только вместо коляски был установлен большой деревянный ящик. От него так и повеяло русской глубинкой.
   В кузовах и прицепах были сложены рюкзаки, винтовки, разгрузки, ремни с обвесом и прочая аммуниция, которую Женя потребовал ему привезти. Одежду и обувь эфиопы без стеснения забирали себе. Эфиопы по очереди сваливали добычу в общую кучу, получая взамен уговоренную плату за участие - десятилитровую канистру бензина. Куча вышла изрядная. Бойцы Касаткина под руководством Клауса Лори сразу же принялись таскать все в оружейку.
   Закончив с этим делом, Женя принялся разбираться с другими. Он подошел к Григорию, который уже заканчивал перевязку раненых. Посмотрев на пеструю толпу бывших солдат, Женя вспомнил "дерринджеры" в потайных кармашках и стилеты на лодыжках. Он подозвал Клауса.
   - Слушай, возьми пару бойцов и обыщи всех этих как следует на предмет спрятанного оружия. Помнишь, что было у тех, у локалки?
   Лори понятливо кивнул и побежал исполнять приказание, а Женя пошел обратно к штабу.
   Во дворе форта, прислонившись к стенке, сидели шестеро "цахаловцев" во главе с Яшей. Ну как он мог про них забыть! Женя подошел к ним.
   - Пойдемте, ребята. Я чуть снова про вас не забыл. Сейчас поедите горячего и вас устроят на ночь. А завтра днем, если захотите остаться в моем форте, выделим постоянное жилье.
   Он отвел их на кухню, познакомил с бабой Лисой и хотел уже вернуться к Касаткину, как вспомнил про Анбэссу. Его он нашел сидящим около форта рядом с воротами.
   - Прости, я чуть не забыл о тебе. Ты наверняка голоден. Пойдем, тебя накормят.
   - Спасибо, Юджин. Я понимаю, что у тебя сейчас много разных дел.
   - Ты не решил, что будешь делать дальше? Останешься в форте, уйдешь к Мерону или попытаешься построить свой поселок?
   - Я не могу решиться. Я хочу построить свой поселок, чтобы в нем жило мое племя, мой род. Но ты прав, сейчас мне не хватит на это сил. Не за горами холода, я могу не успеть сделать все в одиночку. И я хочу, чтобы мои знания были нужны людям. А для этого я должен остаться в форте.
   - Я хочу предложить тебе вот что: оставайся в форте до весны вместе с Тэген. За это время ты попробуешь эту жизнь на вкус. К тому времени поправится твой напарник. И если тебе не понравится - уйдете строить себе новую жизнь. Ну что, по рукам?
   - Это хорошее предложение, Юджин. Я его принимаю.
   - Тогда завтра съездим с тобой за Тэген и вы подберете себе комнату. Правда, сейчас их стало меньше.
   - Хорошо.
   Женя собрался уйти, но Анбэсса остановил его.
   - Я хочу сказать про того парня, который был с нами. Он молодой и делает глупые поступки, но он понимает, что такое честь, и он еще может понять, что такое благодарность. Не убивай его.
   - Ты говоришь так потому, что он спас твою дочь?
   - Нет. Потому, что я когда-то тоже был таким.
   - Хорошо. Я обещаю не убивать его. Если он не окажется настолько глуп, чтобы попытаться убить меня.
Оценка: 7.96*55  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  М.Атаманов "Искажающие реальность-2" (ЛитРПГ) | | А.Емельянов "Мир Карика 3. Доспехи бога" (ЛитРПГ) | | Есения "Ядовитый привкус любви" (Современный любовный роман) | | Д.Эйджи "Пятнадцать" (ЛитРПГ) | | С.Волкова "Кукловод судьбы" (Магический детектив) | | М.Боталова "Академия Невест" (Любовное фэнтези) | | Д.Острожных "Эльфийские игры" (Любовное фэнтези) | | А.Минаева "Академия Галэйн-2. Душа дракона" (Любовное фэнтези) | | Ю.Меллер "Опустошенный север" (Попаданцы в другие миры) | | Р.Свижакова "Если нет выбора или Герцог требует сатисфакции" (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Арьяр "Академия Тьмы и Теней.Советница Его Темнейшества" С.Бакшеев "На линии огня" Г.Гончарова "Тайяна.Влюбиться в небо" Р.Шторм "Академия магических близнецов" В.Кучеренко "Синергия" Н.Нэльте "Слепая совесть" Т.Сотер "Факультет боевой магии.Сложные отношения"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"