Матвеева Эйли: другие произведения.

Две стороны бури

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    В мире, где чародейство и технология сосуществуют в хрупком равновесии, а стихийные бедствия - не редкость, жизнь и судьба во многом зависят не только от знаний и силы духа, но и от удачи. За стенами огромного путевого дворца бушует жестокая стальная буря, и не менее опасная буря захлёстывает людей, укрывшихся в нём. Молодая хозяйка, которой грозит гибель от рук тёмного волшебника, не просит помощи, но среди постояльцев есть люди, которые хотят спасти её. Ради победы над заклинателем, использующим запрещённую магию, известный наёмник вынужден заключить союз со своей добычей - не менее известным преступником. Так ли сильно, как кажется, схожи их намерения и расходятся их пути? Сумеют ли настолько разные люди объединиться во имя общей цели? И смогут ли они, пережив обе бури, вновь увидеть небо?

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Эпилог


Благодарности:

Яне Бесшабашной - за неоценимую помощь с картами таро;

Рейчел, моему семпаю - за тренировки с рапирой в маленьком помещении и на крыше;

Марьюшке А. - за краги (увы, запоздавшие);

Тиму, моему старому верному другу - за мяту и мелиссу к чёрному чаю.

Недавно у моей кузины на свет появился сын и его (несомненно, по случайности) назвали созвучно с одним из героев книги.

Малыш, тебе повезло с родителями - пусть повезёт и со всем остальным.

Я верю, что твоя жизнь будет счастливей, чем у твоего книжного тёзки.

  

  

Пролог

  
   Небо на горизонте стремительно темнело, вместе с тем словно бы выцветая из пронзительно-синего в безликий серый.
  
   По тракту, стрелой рассекавшему огромную равнину надвое, еле-еле полз потрёпанный жизнью паромобиль, чей изначальный цвет надёжно скрывала толстая корка пыли, грязи и копоти. Левое крыло его было помято давним сильным ударом; зеркало заднего вида болталось на хилой заклёпке; правая дверца, с покорёженным замком, закрывалась неплотно и громко лязгала на каждом ухабе. Крыша-навес из кирзы, продырявленная в нескольких местах, хлопала на ветру, будто парус; оборванным стягом проигравшей стороны мотался туда-сюда почти оторвавшийся от тента клок с дыркой посередине.
  
   Водитель в кожаном шлеме и очках-гогглах, покрытых мелкими царапинами, высунулся из бокового окошка и вгляделся в облака, низко нависшие над горизонтом, над горами, укутанными туманной дымкой. Шелестели солнечным золотом спелые колосья, пока не пригибаясь под порывами смертоносного ветра, но всё к тому идёт; какая-то птица с пронзительным криком рванулась прочь, к леску тонких деревец, который, похоже, скоро поредеет. Либо гнись не хуже ивового лука, либо будь осанист с малолетства - таковы правила выживания деревьев на этой земле. Иначе тебя однажды вырвет с корнем и перемелет в щепки стальная буря.
  
   Издали донёсся слабый, но отчётливый раскат грома. Путник чертыхнулся, торопливо убрал голову и попытался поднять стекло. Ручка, крутившаяся с надрывным скрипом, заклинила на полпути; раздался звон и тотчас же за ним - мелкое, дробное бряцанье. О сапог водителя стукнулась вывалившаяся из щели в обшивке дверцы шестерёнка. Путешественник чертыхнулся ещё раз, но теперь скорее устало, чем раздражённо. Плащ-палатка с артефактом прочности позволит человеку укрыться от несущего погибель урагана в первые часы, но на паромобиль защиты не хватит, а расставаться с ним жаль - пусть и ненадёжный, пусть готовый развалиться, но он был верным боевым товарищем, который вместе со своим владельцем преодолел не одну и даже не десяток тысяч километров. Нужно найти убежище получше. Тепловой артефакт-камень тревожно горел красным, но шофёр всё равно прибавил скорость, моля судьбу, чтобы колымага не вздумала заглохнуть на пустынном тракте, и сощуренными глазами высматривая хоть одно здание.
  
   Лес вырос перед путешественником резко, вмиг заслонив половину небосклона. Между тёмных стволов клёнов, высоких пирамидальных тополей и совсем юных светлоствольных липок, чуть в стороне от дороги, в низине, угадывались очертания мощного каменного строения. Ограда щетинилась железными пиками прутьев. Вскоре стали различимы рыжевато-золотые узоры на выкрашенных в лазоревый стенах, стрельчатые окна с резными рамами и тяжёлыми ставнями, часы с витой стрелкой на центральной башенке, а также - приоткрытая створка ворот.
  
   Путник с облегчением улыбнулся. Он был спасён.
  
  

***

  
   Примерно в это же время другой человек, в пыльном дорожном плаще поверх костюма и с небольшой котомкой за спиной, решительным, целеустремлённым шагом отмерял двадцать второй километр злополучного тракта, который успел изрядно набить оскомину однообразным пейзажем. В отличие от водителя, он прекрасно знал, что впереди, поблизости от равнины, есть огромный путевой дворец, где можно переждать стальную бурю.
  
   Правда, горожанин среднего достатка, которому пришло бы в голову воспользоваться гостеприимством этого места, наверняка попрощался бы со всеми своими деньгами в первый же день. Но путешественник не видел смысла волноваться по этому поводу, и основной причиной тому служили отнюдь не грозившиеся порвать хлипкий кожаный бумажник ассигнации.
  
   На границе редкого леска и сада, высаженного чьей-то заботливой рукой, притулились разномастные деревянные домики. Жители посёлка уже подготовились к скорому бедствию - земля с грядками укрыта стальными листами, прибитыми к земле длинными, толстыми кольями; во дворе не осталось никакой утвари; калитки и ворота - на засовах, закреплённых цепями; окна - под защитой прочных ставен, тоже запертых.
  
   Человек также знал, сколько времени займёт дорога до убежища, и опасался, что не успеет до начала бури. Он шёл всё быстрее и быстрее, придерживая закреплённые не по-походному ножны шпаги, то и дело чиркавшие по ноге, и поминутно оглядывался по сторонам, ища взглядом что-то.
  
   Наконец путешественник заметил у крайней избушки лошадь, чьи поводья были крепко-накрепко привязаны к ограде. Нетипично изящная для крестьянки, серая в яблоках, темноглазая особа тревожно пряла ушами и беспокойно переминалась с ноги на ногу.
  
   Одного беглого взгляда на двор хватило, чтобы обрисовать картину. Широкие верёвочные качели, сейчас намертво примотанные бечёвкой к широкому суку яблони, помнившей эту местность ещё сплошной равниной; приземистая деревянная скамеечка у высокого крыльца; пара отдельных грядок под самыми окнами - в доме живут дети, скорее всего, двое. Они достаточно взрослые, чтобы обучаться работе по дому, но ответственностью не отличаются. Наверняка захлопотались и позабыли про малополезную в суровом деревенском быту тонконогую красавицу. Когда вспомнят - едва ли скажут об этом старшим, а родители, даже узнав, не сумеют принять хоть какие-то меры. Сарай надёжно... якобы надёжно заперт на два тяжеленных амбарных замка и засов, а если учесть баррикаду у двери...
  
   То, что забирает стальная буря, как известно, больше никогда не найти.
  
   Пальцы машинально расстегнули верхние пуговицы сюртука, отсчитали третий кармашек слева на уровне сердца. Сквозь подкладку прощупывались карманные часы, лежавшие в наружном кармане, но конец тонкой золотистой цепочки был вшит в ткань. Возле грубых стежков плотной шерстяной нитью рука нашарила маленький свёрток из папиросной бумаги.
  
   Сахар за время дорожной рутины не отсырел, лишь чуть-чуть осыпался по краям. Скормив лошади три кусочка рафинада -- всё, что оставалось - человек достал из закреплённых в рукаве ножен стилет и ловким, ёмким движением обрезал повод. Серая дёрнулась и замерла, когда её спины коснулся артефакт-предмет - прямоугольничек из тёмной кожи. Шипение, блёклая вспышка - и новенькое, с иголочки, седло радостно звякнуло застегнувшимися пряжками.
  
   Путник отвёл лошадь подальше от дома, на ходу растирая поводья ладонями. Срез пропал, словно его и не было; с кожаной ленты исчезли изломы и трещины. Узда теперь выглядела менее старой и сделанной из хорошего материала опытными руками. Двумя щелчками пальцев человек убрал с лица, волос и одежды большую часть грязи и пыли, что осела на сухом, ветреном тракте. Вскочил в седло и пустил спасительную находку шагом; когда крыши домиков скрылись из виду, перевёл её на рысь. Небо стремительно темнело, в воздухе разносился едва слышный, тонкий звон и тихий, но всё равно неприятный скрежет - будто по металлу неспешно ведут лезвием остро заточенного клинка.
  
   Между верхушек двух клёнов мелькнула светлая башенка дворца.
  
   Всадник улыбнулся краешком губ и активировал второй артефакт-предмет, превративший его котомку в прочный деревянный чемодан, обитый замшей. Путешественник со скудным багажом всегда подозрительней странника, который тащит на себе весомый скарб.
  
  

Глава 1

  
   Пока парнишка-слуга, пыхтя, вытягивал из намертво заклинившего багажника паромобиля пару тощих сумок, Олаф пытался вытрясти из дорожной куртки хотя бы часть пыли, которой та пропиталась за последние недели. Сапоги, покрытые застарелой коркой грязи, также требовали чистки, причём немедленной - появиться перед гостями путевого дворца в столь непотребном виде юноша не мог себе позволить. Да не то что перед гостями - даже перед лакеями!
  
   - С вашего позволения, я решу ваше затруднение, - пожилой, лет шестидесяти, подтянутый мужчина с пенсне на носу и зачёсанными назад седыми волосами провёл по сапогам Олафа узкой деревянной щёткой, в рукоятку которой был вмонтирован артефакт-камень.
  
   Грязь и пыль с обуви исчезли как ни в чём не бывало.
  
   - Благодарю, - кивнул молодой человек, скрывая смущение - он не ожидал помощи. - А куртка...
  
   - Не волнуйтесь, я займусь ей, - слуга без малейшей тени брезгливости перекинул через руку потрёпанную кожанку с латкой на локтях. На рукаве его чёрного фрака остались серовато-коричневые разводы. - Господин...
  
   - Олаф Риверджейс. Вы давно здесь работаете?
  
   - Я сопровождаю юную госпожу Росаву Нэль-Амлас на инспекции заведений, принадлежащих её отцу, графу Нэлю. Госпожа велела мне помочь с обустройством постояльцев, поскольку из-за стальной бури гостей больше обычного, а смена стражи и часть слуг не успели вернуться из города. Обращайтесь ко мне по любым вопросам, которые у вас возникнут, - старик растянул губы в подчёркнуто-вежливой улыбке. Седая щёточка усов дёрнулась, будто бы от смеха. - Меня зовут Джек.
  
   Он произнёс своё имя растянуто, почти превратив "э" в "а", и Олаф с трудом удержал равнодушно-вежливое выражение лица - такое распространённое, популярное, привычное слуху имя вмиг обрело некрасивое, неестественное звучание, от которого хотелось брезгливо поморщиться и отряхнуться, как от налипшего на светлую одежду комка грязи.
  
   - Спасибо.
  
   - Рад услужить, - Джек убрал щётку в тканевый чехол. - Ваш паромобиль мы разместим в гараже, в пятом отсеке. Гаражи и конюшня находятся рядом с дворцом, туда ведёт укреплённый ход со второго этажа правого крыла. Что же касается комнат, могу предложить вам тридцать шестой номер. Он однокомнатный, зато не угловой и весьма просторный. Стальная буря продлится около трёх-четырёх дней. Рассчитываем на четыре - таким образом, с вас восемьдесят тысяч тэе. Вас устроит этот вариант, или?..
  
   - Устроит, - решительно, пресекая сожаления, прервал слугу Олаф. С самого начала он догадывался, что с последним гонораром предстоит попрощаться, и радовался хотя бы тому, что после незапланированной остановки у него останутся деньги на еду.
  
   - С учётом места для паромобиля получается девяносто тысяч тэе. Пожалуйста, пройдите со мной в кабинет регистрации для оформления договора.
  
   Значит, и о сытных обедах в придорожных харчевнях придётся забыть до следующего заработка. Ничего, решил юноша. Верный револьвер не даст умереть с голоду. Лишь бы удача не подвела.
  
  

***

  
   - Сегодняшний ужин организует госпожа Росава Нэль-Амлас. Он начнётся в шесть часов вечера. Приглашены все гости путевого дворца, - пролепетала голубоглазая, веснушчатая служанка с копной рыжих кудряшек и задорным курносым носиком. Опустив голову, она с неуместной застенчивостью смотрела в пол, явно опасаясь напороться на холодный и острый как нож взгляд Олафа. - Парадная одежда не обязательна, разумеется, всё-таки это внеплановое мероприятие... ну...
  
   - Я понял, - поторопил её юноша, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. Невнятное блеянье девушки, чувствовавшей себя не в своей тарелке рядом с постояльцем, порядком его раздражало. Олаф очень не любил, когда собеседники не могли чётко изложить свои мысли. - Приду.
  
   - Если вам необходимо постирать какие-то вещи помимо... Здание... ну... из-за стальной бури, конечно же, мы не сумеем воспользоваться колодцем, но... ну... нам это и не нужно. Здесь есть водопровод. Поэтому все хозяйственные работы будут выполняться, э-э-э, как надо, и, ну...
  
   - Да-да, - покивал Олаф, поправляя перекинутую через руку куртку, наконец-то чистую. - Ясно. Идите.
  
   - А... Эм-м-м... - служанка, запутавшись окончательно, нервно вцепилась руками в белоснежный передник, надетый поверх длинного синего платья. Гость, утомлённый её бормотанием, не стал дожидаться, пока девушка соберётся с мыслями - захлопнул дверь прямо перед её носом и дважды провернул ключ в замочной скважине.
  
   Куртка отправилась на прочный металлический крючок вешалки. Пройдя вглубь не особо просторной, но толково обставленной комнаты, молодой человек устало упал на кровать. Коридорные часы глухо пробили пять часов, и вновь воцарилась тишина, нарушаемая лишь свистом, тонким звоном и неприятным скрежетом за окном. Стальная буря набирала силу, но каменные стены и надёжные ставни, обитые медью, не оставляли ей ни шанса пробраться во дворец.
  
   "Вещи разбирать нет смысла, - вяло подумал Олаф, перевернувшись с живота на спину. - Такие бури никогда не длятся дольше пяти дней. Обе сумки забросить в шкаф как есть. Достать зубную щётку, а ещё... Да, точно. Проверить клинки. И привести в порядок второй револьвер - мелкие неполадки я выправлю и без посторонней помощи. Эх, плохая была идея - швырять его в противника, когда патроны закончились. Но действенная - вырубился же..."
  
   Открыв глаза, юноша тотчас зажмурился вновь - свет от хилой лампочки под потолком на миг показался ему нестерпимо ярким. Надо же, электричество в такой дыре, мысленно хмыкнул путешественник. Граф изрядно заморочился, чтобы угодить даже самым придирчивым гостям. Вон, на письменном столе стоит керосиновая лампа - специально для тех, кто с недоверием относится к новейшим достижениям цивилизации. Рядом - две толстые свечи в мощных стеклянных подсвечниках, спички и огненный артефакт-камень. Правильно, каждому своё. В коридорах такой богатый выбор постояльцам не предоставили - повесили на стены газовые рожки, которые наверняка горят круглосуточно.
  
   Молодой человек рывком сел на постели и неуклюже выпутался из дорожного жилета. Предмет одежды, после нескольких дней на тракте нуждавшийся в услугах прачки, повис на спинке стула, обе кобуры легли на застеленный белоснежной кружевной салфеткой комод тёмного дерева, норовивший слиться со стеной. Чёртов старик Джек, мог бы и с чисткой костюма помочь... Искать слугу по всему дворцу юноша не собирался -- лень и усталость побеждали без боя, проигрывая одному азарту охоты. Ведь тот, кого Олаф преследовал, вряд ли успел добраться до ближайшего города -- иначе они столкнулись бы на тракте.
  
   Запасная рубашка пришлась впору, а вот редко надеваемые сюртук и брюки были широковаты. Недостаток питания отразился не только на силуэте, но и на лице: серо-голубые глаза, глубоко посаженные, ввалились ещё сильнее; щёки опали, из-за чего обветренное квадратистое лицо обрело черты круга. Молодой человек недовольно поцокал языком, крутнувшись возле зеркала. Олаф со своим ростом метр восемьдесят с гаком слегка не дотягивал до определения "дюжий" или "крепко сбитый", но от понятия "хлюпик" он отстоял гораздо дальше - сказывалась опасная работа с постоянными физическими нагрузками. Заметив, что шрам на шее немного виднеется из-под рубашки, юноша поднял воротник. Чем меньше рубцов и оружия выставлено на всеобщее обозрение, тем меньше пересудов.
  
   Вода в кране была прохладной - верно, не успела прогреться из-за резко упавшей температуры за окном. Тщательно умывшись и наспех пройдясь бритвой по начавшей отрастать бороде, которую Олаф заводить не планировал, он с силой провёл влажными руками по короткому ёжику белёсых волос, решив пока ограничиться этим. Конечно, до шести часов - прорва времени, но молодой человек не был уверен, что ему удастся сразу отыскать зал. Кроме того, он хотел прогуляться по этажу, прикинуть план здания и, возможно, увидеть других постояльцев до начала ужина.
  
   Револьверы отправились на передышку. Рядом с ними, в самый низ сумы, юноша затолкал несколько потайных клинков, которые сейчас едва ли ему понадобятся -- не начинать же охоту прямо сейчас, да и состоится ли она? Парные сабли в ножнах на поясе -- вполне приемлемое оружие для путешественника-одиночки. Помимо этого, при молодом человеке остались стилет в рукаве, нож в голенище сапога и артефакт-камень на цепочке под рубашкой.
  
   Олаф был уверен, что этот арсенал позволит ему справиться с любым постояльцем путевого дворца.
  
   Разумеется, если этот постоялец не окажется одарённым магом.
  
  

***

  
   Потолок залы был куда выше, чем в других помещениях - видимо, ради такого размаха архитекторы объединили аж три этажа. Теперь ясно, почему все двери в комнаты расположены по внешней стороне, подумалось Олафу. Весьма удачное решение. Но один существенный недостаток у него всё же имелся - недостаток окон. Точнее, их полное отсутствие. Разумеется, три хрустальные люстры, сверкавшие сотнями магических камней, сполна компенсировали нехватку солнечного света, но энергии эти конструкции, несомненно, потребляли уйму.
  
   Зато до зала не долетали отголоски бушевавшей снаружи стальной бури, и люди вели беседы тихо, вполголоса, не пытаясь перекричать надоедливое бряцанье и вой вихря.
  
   Гостей во дворце было человек пятнадцать, юноша убедился в этом, взглянув на стол, где слуги уже расставили тарелки и разложили приборы. Слуги... Интересно, а сколько их? Здешних, наверное, чуть больше десятка, раз часть в городе. А не местных, прибывших со своими господами? Впрочем, тот, кто нужен, вряд ли скрывается под личиной слуги. Слишком мало свободы, слишком много дополнительных хлопот и неизбежных загвоздок. Хотя... Нет, проверить придётся всех.
  
   На стуле у самого входа сидит женщина лет тридцати пяти - стройная брюнетка с миловидным лицом, которое ощутимо портит чрезмерно суровое, едва ли не брюзгливое выражение. Скромное изумрудно-зелёное платье и шляпка леди, лишённые каких бы то ни было украшательств, грозятся слиться со стеной. Специально подобрала такую одежду, чтобы выглядеть как можно незаметнее? Нет, точно нет. Глупость. Скорее всего, её интересы лежат в сферах, сильно далёких от моды. Дама с головой ушла в чтение толстого, увесистого талмуда. Руки в длинных, до локтя, белых перчатках слегка подрагивают от напряжения. Из корешка книги торчат два карандаша: один сломанный, другой остро заточен, с помощью механической машинки - обычный нож такой ровности не даст.
  
   Девушка, почти ещё девочка, кареглазая, с растрёпанными рыжевато-медными волосами, в смешном цветастом балахоне, совершенно не вяжущемся с торжественным обликом дворца. Рассматривает потолок, запрокинув голову и приоткрыв рот от восхищения. Удивляться есть чему - искусная лепнина с позолотой притягивают взгляд, а растительная роспись по-настоящему очаровывает тонкостью прорисовки. В руках девчушки Олаф углядел изрядно потрёпанный этюдник. Так, здесь всё понятно...
  
   Мужчина лет сорока, в неброском, но дорогом костюме и начищенных до блеска чёрных ботинках. На фраке и жилете - позолоченные пуговицы. Идеально уложенные волосы, совсем короткие на затылке и висках, на макушке - подлиннее, чёлка немного выступает вперёд и такая ровная, будто её срезали по линейке. Богатей, причём не аристократ - нет той особой утончённости движений, которая выдаёт всякого дворянина, зато имеется увесистая трость, в которой наверняка скрыт клинок. Значит, кто-то из фабрикантов... Вид у незнакомца отталкивающий - уж больно тяжёлый взгляд. И рука, верно, такая же тяжёлая, подумал юноша, кинув взор на одетого в недешёвые вещи, но тощего как палка темноволосого мальчишку лет десяти. Тот, забитый, с испуганным видом, стоял возле мужчины, держа в руках его цилиндр. Отец и сын? Вероятно, хотя существенного сходства между русоволосым, сероглазым богачом и пацанёнком с оленьими очами Олаф не приметил. На шее у парнишки висит кожаная маска с фильтром. Ясно. Приехали из крупного промышленного города. На это указывают и грязные манжеты рубашки мальчика, и сероватая пыль на подтяжках, торчащих из-под жилета, и едва заметные следы копоти на пиджачке. Франт, прибыв во дворец, сменил костюм, но не озаботился гардеробом ребёнка. Пацанёнок, судя по чистым рукам и лицу, более-менее привёл себя в порядок, но нормально вычистить одежду не смог.
  
   Парень и девушка. Обоим - лет по восемнадцать-девятнадцать. Смуглый, черноволосый молодой человек в потрёпанном коричневом сюртуке, бриджах и грязных от дорожной пыли гетрах выглядит встревоженно, мнёт в руках бежевый картуз. Неудивительно - девушке явно нехорошо. Бледный лоб под светлой чёлкой, болезненный румянец на высоких скулах... Должно быть, молодожёны, и в путевой дворец попали по случайности. Под дорожным платьем незнакомки виден сильно округлившийся живот. Ей бы сейчас дома отдыхать, или, на худой конец, отлёживаться в номере, а не сидеть здесь, в гостевом зале. Тёмно-зелёная обивка стула с неудобной спинкой совершенно не сочеталась с цветом одежд беременной - броским красно-персиковым.
  
   Юноша, ровесник Олафа или чуть младше, худой, нескладный дылда, похожий на аиста, с бледно-голубыми, будто подёрнутыми льдом глазами. Вертит головой по сторонам, нервно теребит пальцами сальные пряди длинных, ниже плеч, волос шоколадного оттенка. На лбу - очки с двойными стёклами в тяжёлой роговой оправе и шестерёнками по бокам. Самодельная комбинация лупы и бинокля? Чего только не придумает городская молодёжь... За ухом торчит огрызок карандаша, из кармашка фрака выглядывает скрученный в трубочку лист бумаги. На груди и манжетах кружевной рубашки, которая ему ощутимо велика - следы чёрной туши; чёрный жилет, тоже слишком широкий в плечах, расстёгнут, нижней пуговицы не хватает. Бордовая широкополая шляпа, почти утратившая форму, висит за спиной на тонкой верёвочке. Ещё один творческий человек, а? И, судя по залёгшим под глазами теням, не спит вторые сутки, а то и третьи - движения чересчур неуклюжие и вялые, а реакция ощутимо замедлена. Служанке пришлось четырежды попросить его убрать руку со столика, чтобы расставить фруктовые закуски, предварявшие ужин.
  
   Взрыв смеха вынудил светловолосого гостя обернуться. В углу зала кучковалась небольшая разномастная компания. Эпицентром её был парень лет двадцати, стройный, гибкий, в кофейно-коричневом сюртуке поверх белой рубашки и расстёгнутого жилета, бриджах в тон и замшевых гамашах, закрывающих верх начищенных до блеска ботинок на толстой подошве. При шпаге и кинжале - стало быть, дворянин или пытается таковым казаться. Обшлаги рукавов украшены тонкими кожаными ремешками; на шее поверх платка, вопреки всем правилам приличия, болтаются гогглы со слегка затемнёнными стёклами, головной убор отсутствует -- впрочем, как и у самого Олафа, но ему-то простительно. Вьющиеся каштановые волосы собраны в неровный хвостик со смешной завитушкой на кончике, причём удерживающая их лента подозрительно напоминает обрывок резинового приводного ремня. Вишнёвые глаза, ярко выделяющиеся на треугольном, осунувшемся лице, смотрят весело и бойко, но чернота под ними выдаёт - этот живчик не спал как минимум столько же, сколько блеклоокий бедолага. Держится, тем не менее, хорошо, даже отлично. Активно жестикулирует, рассказывая что-то. Девушки-близняшки в одинаковых розовых платьицах с турнюрами хохочут как резаные, у одной аж причёска набок сбилась - из высокой копны светло-русых волос вот-вот вывалится шпилька; пожилая дама в кружевном чепце и платье с кринолином, кутаясь в шаль, изо всех сил старается выглядеть чопорно, но дрожащие губы и румянец на пухлых щеках выдают её с головой; лысый, плотный мужичок лет сорока гогочет, хлопая затянутой в белую перчатку ладонью по ноге, скрытой тёмно-коричневой профессорской мантией, время от времени пытается зажать рот мясистой рукой -- тщетно, богатырский хохот всё равно прорывается наружу. Со стороны за происходящим наблюдает костлявый, горбатый, скрюченный, точно вопросительный знак, в прошлом явно отличавшийся немалым ростом старик с растрёпанными седыми волосами, усиками-стрелочками, аккуратной бородкой в пол-ладони и на удивление пышными бакенбардами. Он кутается в профессорскую мантию, накинутую на плечи поверх изрядно поношенного тёмно-синего жилета, и пристально следит за нитью стремительной беседы. Это удаётся ему с переменным успехом, и над многими шутками дедок смеётся вяло, чисто за компанию. Выцветшие зелёные глаза, один из которых наполовину заслоняет оправа монокля, тем не менее, живые и внимательные, в них ощущаются недюжинный ум и какая-то навострённая, заточенная решительность, как у бывалого вояки, исследователя или опытного, хваткого дельца. Учёный? Наверняка -- такую мантию ни за какие деньги не купишь, добудешь только навыками и способностями. Но что он изучает? В глаза бросилась неестественная тонкость правой ноги старика. Под плотной тканью брюк-галифе на уровне колена виднелись очертания чего-то плоского и округлого, напоминавшего шестерёнки. Похоже, одна нога у старика искусственная. Но увечье старое - иначе учёный не стоял бы так расслабленно.
  
   - Госпожа Росава Нэль-Амлас! - донёсся от дверей громкий, хорошо поставленный баритон слуги.
  
   Лет графской дочурке было шестнадцать или около того. Она, несомненно, волновалась, появившись в зале, где собралось столько не знакомых ей людей, но успешно это скрывала - лишь наблюдательный человек, вроде Олафа, мог заметить некоторую нервозность в её движениях и беспокойство во взгляде. Перед прочими присутствующими девушка наверняка предстала именно такой, какой хотела казаться - изящной и уверенной в себе. Пышное светло-фиолетовое платье не молодило её, но смело открытые плечи и чёрный корсет, стиснувший ещё не оформившуюся подростковую фигурку, словно подчёркивали, что дочка владельца дворца - взрослая и имеет право распоряжаться здесь. Спину Росава держала прямо, но голову слегка наклонила как бы в знак почтения к собравшимся. Ноги в туфельках на низком каблучке ступали по паркету легко и плавно. Несколько светло-русых с золотисто-пшеничным отливом локонов, будто случайно выпавших из высокой причёски, покачивались в такт шагам; лицо с родинкой на щеке обрамляли две курчавые прядки, лоб наполовину скрывала короткая чёлка. Серо-зелёные глаза, немного вздёрнутый носик, затемнённые брови и ресницы, подкрашенные губы; красавицей Росаву нельзя было назвать, но она, тем не менее, выглядела чрезвычайно мило и не повторила ошибки большинства сверстниц, нередко перебарщивающих с косметикой. Аметистовые серьги, кольцо и пара тонких браслетов, несомненно, изготовил один и тот же мастер - и он великолепно справился с работой.
  
   Гости пришли в движение, вслед за хозяйкой проследовав к длинному столу у дальней стены зала. Там уже вовсю суетились вынырнувшие из-за узкой дверцы в стене слуги - переставляли многочисленные яства с тележек и подносов на белоснежную скатерть. О посуде и приборах для постояльцев позаботились заблаговременно, но никаких табличек с именами или иных знаков, указывающих на порядок рассадки, Олаф не увидел. Росава заняла кресло во главе стола - изумрудно-зелёное, с покатыми подлокотниками и бархатной обивкой, расшитой цветами и птицами - роскошное, но менее удобное, чем расставленные в зале стулья. Молодой человек, притворно замешкавшись, охотно пропустил дам вперёд, подождал, пока они рассядутся, и одним из последних опустился на мягкое сиденье, подальше от госпожи Нэль-Амлас, между странной девушкой в балахоне и юношей-молодожёном. Краем глаза он заметил, что отец с сыном выбрали ближайшие к хозяйке места. Напротив них пристроился старичок-учёный - видимо, чисто по рассеянности. Темноволосая дама, отложив талмуд на принесённый услужливым слугой пуфик, сверлила наглеца раздражённым взглядом - верно, собиралась сесть поближе к Росаве, но не успела. Сбоку послышались смешки - каштановолосый наглец, даже очутившись за столом недалеко от хозяйки, продолжал что-то рассказывать близняшкам, зажавшим его с двух сторон. Росава смерила парня недовольным взглядом и легонько постучала десертной ложечкой по кромке фужера. Шепотки смолкли, гости повернулись к девушке, готовые слушать.
  
   - Я рада приветствовать всех вас в Восточном путевом дворце моего отца.
  
   Голос у леди Нэль-Амлас был высоким и чистым - будто хрустальные колокольчики звенят. Говорила она заученно, монотонно, словно читала по бумажке текст, не успевший набить оскомину, но вскорости грозящийся это сделать.
  
   - Обстоятельства, которые вынудили нас собраться и задержаться под этой крышей, нельзя назвать весёлыми, но я надеюсь, что пребывание здесь принесёт вам удовольствие. Сообщают, что стальная буря будет сильной, около семи баллов из десяти...
  
   Раздался звон - сонный юноша, походивший на аиста, зацепил локтем фужер, и тот опрокинулся прямёхонько в тарелку. Пробормотав какие-то извинения, красный как рак гость поспешил вернуть бокал на место. Юная госпожа, не меняясь в лице, дождалась, пока в зале вновь воцарится тишина, и продолжила:
  
   - Но причин для беспокойства нет. Здание прекрасно подготовлено к неприятностям подобного рода. Стены дворца прочны, их толщина составляет ровно метр. Все входные двери изготовлены из металла и ни опилкам, ни более крупным обломкам не удастся даже поцарапать их. Крыша трёхслойная, чердак изолирован. Оконные ставни укреплены, на многие из них установлены специальные замки - они не сломаются под резкими порывами ветра, а особый механизм петель не позволит сорвать их даже заклинанием. Ключи от ставен сейчас на хранении у Джека, моего помощника. Альтернатива - засовы и щеколды специальной конструкции. Вентиляционная система защищена и от обломков, и от мелкого стального песка - за это отвечают артефакт-камни. Все механизмы, обеспечивающие нас электричеством, водой и прочими удобствами, без которых трудно обойтись городскому жителю, находятся ниже уровня земли, поэтому их работа не зависит от погодных условий. Если у вас появятся какие-либо вопросы или просьбы - в каждой комнате есть шнур для вызова прислуги. А если же из-за длительности бури у вас возникнут финансовые затруднения с пребыванием здесь - не стесняйтесь сообщить мне об этом. Поскольку ситуация экстренная, я готова войти в ваше положение. Выгонять кого бы то ни было из дворца я не собираюсь. (Беременная девушка с облегчением выдохнула и сильнее стиснула руку мужа). Вновь повторю: я рада видеть вас здесь. Все вы - мои дорогие гости. На этом я закончу, поскольку длинные речи - не то, что требуется после долгой дороги и беспокойного дня. Приятного вам аппетита!
  
   Зала вмиг наполнилась шумом - лязгом столовых приборов, звоном посуды, голосами, просившими передать какое-либо блюдо или кувшин. Олаф хотел было помочь рыжеволосой художнице, но та уже перетащила на свою тарелку здоровенный кусок бифштекса. Вытряхнув на него пару ложек овощного салата, девушка с аппетитом набросилась на еду. За манерами она особо не следила - не потрудилась воспользоваться тканевой салфеткой, попросту откинув её в сторону; мясо положила в глубокую тарелку, проигнорировав мелкую, и схватила рыбный нож вместо столового. Решив, что делать замечание постороннему человеку - не слишком вежливо, юноша торопливо отвёл взгляд, чтобы не привлекать внимание к невоспитанной гостье своим удивлением.
  
   - Прошу прощения, - раздался шёпот справа. Паренёк-молодожён, по-прежнему державшийся с супругой за руки, нервно покусывал нижнюю губу. - Мы с женой опасаемся нарушить правила приличия, а я не разбираюсь во всех этих столовых премудростях. Вас не затруднит объяснить, какой посудой нам воспользоваться, чтобы их соблюсти? Моя Лизбет предпочла бы какой-нибудь суп и немного воды, а мне, признаться, всё равно, съем что угодно. Только без алкоголя! Лизбет может стать дурно от его запаха.
  
   - Я и сам весьма поверхностно знаком с правилами этикета, - признался молодой человек, - но основы объяснить постараюсь... Как вас?..
  
   - Меня зовут Патрик, сэр.
  
   - "Сэр" - это лишнее. Олаф.
  
   - Очень приятно.
  
   - Взаимно. Итак. Для супа надлежит использовать верхнюю тарелку. Но для начала - салфетки...
  
   Каштановолосый наконец-то заткнулся - отвлёкся на еду. Он так ловко и шустро разделывал кусок рыбы, отделяя мясо от костей, что Олафу стало немного стыдно за свои манеры. В то же время этот тип не нравился ему всё сильнее. Парень напоминал ему куницу - та же стремительность и лёгкость движений, такое же лукавое выражение на остром лице, такой же внимательный и цепкий взгляд... и наверняка - такие же клыки под мягким, пушистым мехом. Раздражал и очкарик-аист, клевавший носом в опасной близости от хрупкой посуды. Леди в чепце, севшая напротив сонного недотёпы, взяла над ним шефство. Стремительно наполняя его тарелку кулинарными изысками, она не переставала щебетать, описывая достоинства того или иного блюда. Подопечный слушал её рассеянно и вяло, по чуть-чуть пробуя предлагаемые неугомонной дамой угощения. Толстяк-профессор, наполняя рюмки ближайших к нему гостей коньяком, не обделил и засоню; Олаф не сомневался - стоит вымотанному юноше сделать хоть один глоток, как его сморит окончательно. Сам он предпочёл яблочный сидр с ненавязчивым, приятным ароматом и щекочущим послевкусием.
  
   Заводить светские беседы не спешили. Хозяйка потихоньку нарезала на мелкие кусочки и без того мелко нашинкованные овощи - есть ей явно не хотелось, но и начинать разговор она не собиралась. Это неудивительно, подумалось молодому человеку. Все присутствующие здесь проделали до дворца долгий путь; кто-то предполагал остановиться здесь заранее, а кто-то, как и он сам, попросту бросился к выглядевшему таким надёжным зданию, спасаясь от бури. Может, у кого-то и есть желание отвлечься от происходящего за стенами, но усталость берёт своё.
  
   За спиной послышалось громкое чавканье. Обернувшись, Олаф увидел двух дюжих ребят, румяных и русоволосых, в одинаковых кирасах поверх фиолетовых одежд - должно быть, телохранителей хозяйки. Охранники прислонили пики к стене и сейчас с удовольствием набивали животы фруктовыми закусками, расставленными на маленьких столиках по периметру зала. Что-то уж больно оголодали защитнички - вон с каким аппетитом еду уминают. Их внешнее сходство поражало, но всё же молодой человек нашёл пару отличий между ними: один из стражей был постарше, лет тридцати пяти, голубоглазым, с волосами малость потемнее, чем у напарника; второй - моложе, чем кажется при первом впечатлении, с зеленовато-карими глазами и более высокими скулами, а его едва отросшая борода наверняка будет курчавой, как и непослушная шевелюра. Охранники определённо не приходились друг другу родственниками, но их одинаковость наводила мысль о некоем эталоне облика, к которому, сами того не осознавая, постепенно приближаются любые вояки, как бы они ни выглядели в самом начале. Усмехнувшись краешком рта, Олаф отмахнулся от дурацкой мысли, точно от назойливой мухи, и тут заметил, что Росава уже поднялась из-за стола и собирается покинуть залу. Кое-кто из постояльцев тоже привстал, намереваясь последовать её примеру, но девушка властно махнула рукой, давая знак, что гости могут продолжать ужин.
  
   - К сожалению, - госпожа Нэль-Амлас слабо улыбнулась, - я вынуждена покинуть вас немного раньше. Прошу простить мне эту бестактность. Приятного вечера всем вам. Йохан, Карл, оставайтесь здесь. Возвращайтесь, когда закончите трапезу.
  
   Молодой человек с недоумением смотрел вслед хозяйке, не понимая, что на неё нашло. Но слишком медленная походка, прямая спина при наклонённой голове и ладонь, отдёрнутая на полпути к виску, объяснили всё. У многих представителей старинных семейств, неразрывно связанных с магией, во время стальных бурь начинались приступы мигрени. Бедная девушка, верно, не была исключением из этого правила, невзирая на юный возраст. Сейчас ей требуются лекарства, выправляющие магические токи, и отдых, а не посиделки в пиршественной зале.
  
   Озадаченная тишина, повисшая после ухода девушки, продлилась недолго.
  
   - С вашего позволения... ну, и со всеобщего... в общем, мы тоже пойдём, - сообщил Патрик, помогая жене встать. Лизбет была бледна, на её лбу выступила испарина. - Не волнуйтесь, помощь не нужна, - добавил он, увидев, что Олаф готов вскочить на ноги. - Наша комната совсем близко к залу. Лизбет, мне тебя понести?
  
   - Не надо, милый, - слабо улыбнулась та, облокотившись на руку супруга. - Я дойду сама.
  
   - Я, пожалуй, как и вы... эм... Ну, вот, - сонно промямлил высокий парень, с ощутимым трудом выпрямляясь и потирая лоб.
  
   - И я тоже, - засуетилась дама в чепце.
  
   - И я, пожалуй, - вздохнул старик-учёный, с деланной неохотой покидая удобный стул.
  
   Дама в зелёном платье молча забрала с пуфика книгу и решительным шагом направилась к выходу.
  
   Но не успела она пройти и половины пути, как в холле раздался быстрый цокот каблуков. Спустя мгновение в зал влетела изрядно запыхавшаяся, белая как мел Росава. В дрожащих руках она держала поднос, по которому перекатывалось туда-сюда нечто чёрное, бесформенное, влажно блестевшее в свете люстр.
  
   - Охрана! Помогите! Кто-нибудь! Я нашла это в моей комнате, и... - девушка запнулась, замолчала, явно не зная, что сказать. Словно не могла понять, почему все взгляды устремились на неё, не осознавала до этой минуты, что здесь есть ещё кто-то помимо её сопровождающих и местных слуг.
  
   - В чём дело? - резко и немного недовольно спросила дама в чепце.
  
   - Эм-м... - госпожа Нэль-Амлас похоже, изо всех сил пыталась подавить подступающую панику. Её немилосердно трясло, на глазах выступили слёзы, но она всё крепче сжимала зубами краешек нижней губы, хотя уже прокусила её до крови.
  
   - Что за... - начал было франт, но его голос потонул в визге перепуганной Лизбет.
  
   На подносе, принесённом Росавой, лежала отрезанная голова ворона, утыканная иголками. На пол капала кровь - кровь птицы и кровь самой хозяйки, сочившаяся из глубокого пореза на запястье.
  
  

***

  
   Ужин был забыт. Из зала выпустили только Лизбет, которой стало совсем дурно. Патрик, вместе с одним из охранников проводив её до комнаты, оставил жену на попечение служанки и вернулся. Теперь он сидел на ближайшем к выходу стуле, отбивая ногой нервный, дёрганый ритм и скрестив руки на груди.
  
   - Я вернулась в комнату и решила зажечь лампы, - объясняла хозяйка, отстранённо наблюдая, как Джек бинтует её руку. - Шнур в покоях моего отца короткий, под его рост. Чтобы дотянуться, я встала на цыпочки и хотела облокотиться рукой на этажерку. Но напоролась на одну из этих иголок. Свет всё-таки загорелся и тут я увидела... увидела это... и растерялась, - девушка сглотнула и обвела присутствующих твёрдым взглядом, в котором притаилась тень страха. - Непосредственно перед ужином я не заглядывала в покои, занялась ревизией сразу после приезда. Поэтому не знаю, как давно там эта... это. Я хочу сказать...
  
   - Вы считаете, что эту мерзость вам подложил кто-то из гостей? - осведомилась дама в зелёном.
  
   - Именно это она и говорит, - бросил франт. - Что предпримете? Допросите каждого на предмет, кто где был до шести вечера и чем занимался?
  
   - Вряд ли это имеет смысл, - мягко заметил толстяк в профессорской мантии. - Большинство из нас не знакомо друг с другом. Мы впервые встретились на ужине и вряд ли сталкивались ранее. Дворец слишком велик для таких случайных встреч. Разве что останки ворона сумеют помочь. Если выяснить, кто привёз сюда птицу...
  
   - Брать с собой во дворец каких бы то ни было птиц запрещено, - неприятно растягивая гласные, проговорил Джек. - Ворона пронесли тайком. Ни я, ни мои помощники не могли пропустить птичью клетку, если таковая нашлась бы среди чьих-либо вещей.
  
   - Наверное, это сделал кто-то, затаивший злобу на госпожу Нэль-Амлас, - азартно предположила одна из близняшек. - Глупый маленький розыгрыш...
  
   - О, боюсь, это вовсе не розыгрыш, - вздохнул стоявший рядом с Олафом старик.
  
   - Что вы имеете в виду? - недоумённо нахмурился один из телохранителей.
  
   - Для начала мне хотелось бы принести свои глубочайшие и искренние извинения юной госпоже, - учёный отвесил в сторону хозяйки неуклюжий, кособокий поклон, стеснённый горбом. - Поскольку я сейчас озвучу не слишком приличный вопрос, который не принято задавать какому бы то ни было постороннему лицу. Тем не менее, от ответа на него зависит её жизнь, поэтому ответ этот должен быть честным. Скажите, милая леди, вы проходили ритуал магической Инициации? И если да, то какой вариант использовали?
  
   - Задавать госпоже Нэль-Амлас подобные вопросы - это верх неприличия... - начал было Джек гневную тираду, но хозяйка торопливо перебила его:
  
   - Нет. Ещё не прошла. Церемония через две недели. И это будет нейтральный вариант "учитель-ученик", без создания заклинательной пары. Ритуал проведёт моя мать. Она сказала, что с моей силой и образом жизни магический партнёр не нужен, и...
  
   - ... и вам, прежде всего, надлежит пройти обучение, - закончил дедок. Росава согласно кивнула. - Что ж... Мне безумно жаль, юная леди, но произошедшее - это не чья-то дурацкая шутка. Это - часть ритуала Очищения сущности. Некий волшебник выбрал вас в качестве жертвы, поскольку вы подходите на эту роль - для обряда необходимы люди с магическими способностями, готовые к Инициации. И вашу метку, увы, снять не удастся.
  
   - Что это за ритуал? - боязливо спросила дама в чепце.
  
   - Запрещённый, - просто ответил старик. - Спустя три дня после получения метки жертва должна погибнуть от рук заклинателя. Полагаю, вы знаете, что магия внутри человека начинает портиться от его дурных поступков, вносящих ненависть и смуту в наш мир? - спросил он, обведя слушателей взглядом, проигнорировав их испуганные вздохи и пробежавшие шепотки. - Ритуал Очищения сущности позволяет вновь обесцветить волшебство. Для этого чародей на миг меняется магическим телом с другим человеком, после чего сразу же убивает его и оставляет при себе его волшебную сущность, чистую. При этом Метка Инициации на маге уже есть, поэтому его дар не исчезает... Неприятный ритуал. Мерзкий. Но сложный - нужны обширные знания, чудовищная сила воли и соответствующие способности.
  
   - Я правильно понимаю, что провести этот обряд может только маг? - брезгливо спросил франт.
  
   - Правильно, - согласился учёный. - У меня, к примеру, не выйдет это сделать. Хоть я и посвятил изучению волшебства всю свою жизнь, но сам не обладаю ни крупицей чародейского благословения. Приходится использовать в экспериментах артефакт-камни. Ритуал Очищения сущности, в свою очередь, требует наличие у заклинателя магического тела. Это - обязательное условие. Более того - магия инициатора должна достичь по меньшей мере второй ступени, иначе её не хватит даже на начальные пассы. Но способности и их величину невозможно определить без оборудования, которое есть лишь в некоторых крупных лабораториях, или без другого чародея...
  
   - Значит, - вмешалась в беседу дама с талмудом, - нам надо определить, кто из нас маг, и изолировать его? Это всё?
  
   - Чтобы определить, кто из нас маг, нужен другой маг, - вмешалась девушка в балахоне. - Но вряд ли кто-то добровольно признается, ведь он сразу попадёт под подозрение, не так ли?
  
   - Логично, - признала дама. - Как вы поступите, госпожа Нэль-Амлас?
  
   - Я... - начала было девушка и сглотнула. - Я не знаю, но... Но ведь навредить собираются одной мне. И, если среди вас нет будущих магов, ожидающих Инициации, то все вы в безопасности. Тогда... Йохан! Карл!
  
   Телохранители, протиснувшись мимо вставших полукругом гостей, торопливо преклонили колени.
  
   - Я не хочу запирать постояльцев в их комнатах, поскольку это не вяжется с законами гостеприимства, - подрагивающим, но решительным голосом сообщила Росава. - Если маг нацелился на меня - пусть приходит. Без боя я не сдамся. И в этом бою вы поддержите меня.
  
   - Как прикажете, - хором отозвались охранники.
  
   "Смело, но глупо, - подумал Олаф. - Одолеть опытного мага оружием и артефакт-камнями крайне тяжело. Чёрт... Как же мне быть? Есть то, что я должен сделать. Никто другой не выполнит эту работу за меня. И есть дело, в котором я могу помочь и от исхода которого зависят чужие жизни. Впрочем..."
  
   - Правильно ли я понимаю, - осведомился каштановолосый молодой человек, и учёный проворно повернулся к нему, - что маг проведёт ритуал ровно через три дня? Что случится, когда срок пройдёт? Метка исчезнет?
  
   - Исчезнет, - подтвердил старик. - Касательно трёх дней... По правде говоря, я взял приблизительные цифры. Если обозначать точно, то срок - от пятидесяти шести до семидесяти двух часов. Таким образом, спустя ровно трое суток юная госпожа будет в безопасности. Начать главную часть ритуала раньше времени не выйдет - метка не успеет распространиться по магическому телу. Так что...
  
   - Я займу покои в дальнем крыле, - прервала его Росава, - на верхнем этаже. Они далеко от гостевых комнат. Поэтому вам не о чем тревожиться, дамы и господа. Даже если начнётся бой, вы не пострадаете. Моё несчастье не затронет никого из вас, будьте в этом уверены.
  
  

***

  
   Олаф лежал на неразобранной постели, подложив руки под голову и закинув ноги в сапогах на спинку кровати. Закрыв глаза, юноша вслушивался в непрерывный свист и звон стальной бури, пытаясь сквозь эту какофонию разобрать, что творится в замершем дворце.
  
   Он не сомневался, что большая часть постояльцев бодрствует, невзирая на поздний час.
  
   Вопрос в том, кто из них не спит именно из-за страха перед нависшей опасностью.
  
   Хозяйка поступила смело. Смело, но глупо. Она не учла, что целью мага может быть не только сам ритуал.
  
   Значит, заклинателя нужно остановить. И ещё...
  
   Спустив ноги с кровати, Олаф поплотнее затянул оружейный пояс - наконец-то оба револьвера исправны! - подкрался к дверям и, приложив ухо к замочной скважине, прислушался.
  
   Ни звука.
  
   Торопливо натянув тонкие кожаные перчатки, молодой человек бережно вставил ключ в замочную скважину и медленно повернул его. Дверь едва слышно щёлкнула, неохотно, натужно открываясь. Юноша тенью скользнул в коридор, где не было ни души. Комнату он запирать не стал - всё равно красть нечего, а путь к отступлению оставить надо.
  
   Покои графа Нэля находились на втором этаже. Дочка владельца дворца наверняка перебиралась в другую комнату с крайней поспешностью и в одну ходку, забрав с собой лишь самое необходимое. Наряды, украшения, книги - всё это, несомненно, брошено там же, где было после приезда. И тот, кого ищет молодой человек, скорее всего, выберет в жертвы самого богатого из всех, кто находится во дворце. Росава - основная претендентка. Франт, конечно, тоже из зажиточных, но дорогих вещей у него всяко меньше, чем у девушки, которая очень хочет выглядеть красиво и тщательно продумывает каждый наряд. Банковские бумаги и ассигнации - отменная добыча, но цель всегда предпочитала драгоценности.
  
   Конечно, если первая часть поисков окажется бесплодной, придётся проверить третий этаж. Потом - четвёртый. Затем - пятый, шестой и так далее. Последовательность важна. Если её соблюдать, никогда не собьёшься с толку.
  
   Газовые рожки горели еле-еле, через один, но и такого хилого освещения Олафу с его острым зрением вполне хватало, чтобы видеть все детали. Он не запнулся на складке бордового ковра, образовавшейся на стыке дорожек, не задел стоявшую у бледно-розовой стены этажерку с каким-то цветком, не издал ни единого звука, когда за спиной, в глубине коридора, послышался громкий щелчок замка, в котором на всякий случай ещё разок провернули ключ. Юноша терпеливо двигался вперёд, то и дело прислушиваясь и внимательно осматривая каждую встречавшуюся на пути дверь.
  
   Здесь кто-то живёт. Вдоль порога - золотистая полоска света. Дрожащие блики от горящей свечи и два перешёптывающихся голоса - старый и молодой, оба женские. Помещение для прислуги? Похоже на то - комнатушка совсем мала, до следующей двери всего пять шагов, до предыдущей - три.
  
   Здесь никого нет. Заперто.
  
   Идти медленно, ни в коем случае не спешить.
  
   Здесь тоже пусто. Молчание.
  
   Дышать поверхностно, легко, невесомо. Помнить про ритм.
  
   И тут тоже ни души. Всё замерло...
  
   Едва слышный звук на самой грани восприятия, пробившийся сквозь тихий, монотонный гул стальной бури - звяканье металла. Дверь закрыта. Закрыта, но не заперта - в щели между ней и косяком нет тёмной прожилки засова. Олаф сглотнул и аккуратно положил руку на рукоять револьвера. Выхватить оружие он, если что, успеет. Он успеет...
  
   Петли смазаны хорошо - не раздалось ни скрипа, ни шороха. Юноша бесшумно юркнул внутрь, притворив за собой дверь. Лампа в прихожей не горела, но дальше, в комнате, полумрак разгоняло робкое свечение газового фонаря. На стене дрожала тень - худощавый силуэт перед туалетным столиком, ссутуленный, как ни иронично - коленопреклонённый. Второй огонёк, крохотный, но яркий, приплясывал чуть ниже зеркала, напоминавшего сейчас спокойную гладь глубокого озера, до которого сквозь тонкие облака пытается дотянуться звезда.
  
   Олаф ожидал ловушки. Какой угодно - лески, раскиданных под ногами железных колючек, артефакт-камня "третьего глаза" или "сигнализации"... Но наглец, похоже, не озаботился даже самой элементарной защитой. Чёрт возьми, он ещё и под нос что-то тихонько мурлычет! Каков нахал!
  
   Рывок вперёд, пошатнувшаяся газовая лампа, лязг, приглушённый звон свёртка, упавшего на пушистый, мягкий ворс ковра. Искорка камешка-светильника ударила в глаза, и юноша, коротко рыкнув, одним движением сорвал с жертвы гогглы, отшвырнул куда-то в темноту. Очки, к сожалению, приземлились на ковёр. Лучше бы о паркет их шмякнуть - разбились б...
  
   - Так и думал, что это ты, - процедил Олаф, приставив дуло револьвера к животу оппонента. Другой рукой он удерживал тонкое запястье со стилетом, приплясывавшим напротив его горла.
  
   - И кто же я, по-твоему? - негромко спросил насмешливый голос, лишённый малейшей тени страха.
  
   - Тот, кого я ищу, - с напускным спокойствием ответил молодой человек. - Тот, кого зовут Призраком. Вор, ставший легендой. Вор, чьего лица никто никогда не видел, чьего настоящего имени никто не знает. Единственный в истории преступник, выбравшийся из королевской сокровищницы с добычей. Тот, кого уже шесть лет ищут по всей стране и даже кое-где за границей. Ты - Призрак, верно?
  
   - Неплохо, - с одобрением произнёс его противник. Вишнёвые глаза сощурились, вглядываясь в лицо напротив. Рука разжалась, тонкий клинок упал на пол. - Впрочем, я не удивлён. Великий Олаф Риверджейс, знаменитый Олаф Бронзовый, славный наёмник, охотник за головами, верный защитник слабых, что-то там ещё, гордо звучавшее... Кому другому удалось бы меня поймать?
  
   - Как ты узнал, кто я? - Олаф с силой вжал револьвер под рёбра каштановолосого болтуна. - Подслушал? Подсмотрел в книге гостей?
  
   - Ну-у, зачем усложнять, - немного сдавленно, но всё так же ехидно ответил Призрак. - Ты ведь сам заявился на ужин при оружии. Две парные сабли в чёрных ножнах, рукоять одной украшена синим шнуром, на навершии гравировка, волчья голова с плоским пятиконечным топазом вместо глаза. Тебя было трудно не заметить.
  
   - Вот оно как, - медленно проговорил Бронзовый. - Умный, значит...
  
   - Не настолько, насколько хотелось бы, - беспечно отозвался его оппонент и улыбнулся, почувствовав, что дуло больше не упирается ему в живот, лишь касается легонько. - Например, я не понимаю, как ты нашёл меня. Расскажешь? Не бойся, убегать не стану. Мне слишком любопытно.
  
   "Вот наглец", - с удивлением подумал Олаф. Он давно привык, что все встречавшиеся на его пути преступники, узнав, кто перед ними, вмиг робели и начинали просить пощады. Кое-кто порой пытался оказать сопротивление - но, разумеется, безуспешно. Сейчас, глядя в вишнёвые глаза, под которыми залегли глубокие тени, Бронзовый отчётливо видел и был уверен - Призрак ни капельки не боится ни наёмника, ни своей вероятной смерти. Вора будто бы совершенно не волновала ситуация, в которую он влип. Интересно, почему? Надо бы разговорить парня. А лучший способ сделать это - ответить на заданный вопрос, благо новое знание не изменит расстановку сил.
  
   - Отыскать тебя в зале было легко. Под подозрение, помимо тебя, попали ещё два-три человека, но ты выглядел самой подходящей кандидатурой. Во-первых, гогглы. Предполагается, что ты приехал на паромобиле и попросту забыл их снять. Но оправа твоих очков немного шире, чем у стандартных, из-за вмонтированных сбоку крохотных магических камней, а на линзы нанесено специальное затемняющее покрытие. Из артефакт-камней самые мелкие размеры при сохранении работоспособности - у "светляков", а они - обязательный инструмент для профессионального вора. Во-вторых, сюртук. Согласен, что такая плотная подкладка нужна в это время года - осень, ветер. Не факт, что в неё вшито множество дополнительных карманов. Я даже допускаю, что приталенный крой со складками ниже пояса - дань столичной моде. Но вот ремешки на рукавах слишком тщательно проработаны для декоративных. Такое ощущение, словно у них есть более осмысленное предназначение, чем простое украшательство. Например, они помогают удерживать в подкладке разный мелкий арсенал - артефакты, отмычки и тому подобное. И, наконец, обувь. Можно подумать, что ботинки с такой толстой, рифлёной подошвой изготовлены по спецзаказу. Для того, кто путешествует пешком и при этом стремится выглядеть выше ростом - идеальный вариант. Но вот незадача - хотя цвет другой, крой я узнал. Такую обувь носят армейские группы лазутчиков. Это не ботинки, а укороченные до середины икры сапоги на шнуровке. Верх не виден благодаря гамашам, на которых, кстати, тоже есть ремешки - смотрю, ты распихал инструментарий по всему костюму, да?.. Так вот. Готов поспорить, если я вытяну те едва заметные металлические полоски по бокам и вытащу из каблуков штифты, верхняя подошва отстегнётся и под ней окажется вторая, так называемая "тихая" - тонкая, обшитая специальной тканью, предназначенная для бесшумного передвижения. А верхняя часть используется при ходьбе по неровной местности и подъёмах на стены, если есть подходящая опора. Я угадал, не так ли? Последнее - руки. Ты озаботился надеть перчатки, но за столом снял их. Думаешь, пластыря достаточно, чтобы скрыть характерные мозоли на пальцах? Уверен, ты упражняешься во вскрытии замков каждый день.
  
   - Великолепно, - негромко произнёс Призрак. - Но такую задачку решил бы и опытный сыщик, разыскивающий какого-нибудь вора-взломщика. Ты не сказал главного. Как ты догадался, что я буду во дворце?
  
   - Я - не следователь, - жёстко произнёс Олаф, - и не считаю, что знаменитый преступник склонен к похищению наиболее дорогих драгоценностей в каждом городе. Составляя карту твоих перемещений за последние полгода, после перерыва, я заметил кое-что интересное. Шесть краж всегда совершались в течение двадцати с небольшим дней. При этом, если просуммировать число и месяц каждого преступления до одного знака, получится числовой ряд, содержащий в разной последовательности одни и те же цифры - от единицы до шести. Седьмую кражу ты оставляешь на конец месяца, чаще всего - на последнюю неделю. Если присвоить ей номер "семь" и соединить на карте все места, где за месяц ты успел натворить дел, получится семиконечная звезда с удлинённой верхушкой - герб полиции. За сентябрь произошло шесть краж: второго, шестого, десятого, двенадцатого, четырнадцатого и двадцать второго числа. Вообще-то я ожидал встретить тебя не здесь, а в ближайшем городе, но... Ты попросту издевался над сыщиками, парень. И вот, наконец, доигрался. Думал, никто не сообразит?
  
   - Я не думал, - с лукавой улыбкой признался каштановолосый.
  
   - Вот именно. Ты недооценил людей, которые разыскивают тебя...
  
   - Да нет же! Я не думал. Вообще не думал. Я делал то, что хотел, а детали не играли роли.
  
   - Ага, конечно, - проворчал Бронзовый, которого не покидало странное ощущение, будто вор ему не врёт. - В любом случае, твоим похождениям конец. Я вытрясу из тебя все детали, все подробности того, как ты проворачивал свои затеи, - продолжил он, с удивлением заметив, что успел отвести револьвер в сторону. Теперь ствол смотрел Призраку в плечо, и Олаф поспешил исправить ошибку, с прежней силой прижав дуло к впалому животу парня. - И начну я, пожалуй, с твоей биографии. Вероятно, твоё имя ранее мелькало в полицейских списках, и, если я его узнаю...
  
   - Вито. Вито Луциано.
  
   - ... то в твоё досье доба... Чего?
  
   - Вито Луциано, - покорно повторил Призрак. - Так меня зовут. Но поверь, охотник, это бесполезно. Меня поймали один-единственный раз, в столице, посчитав зачинщиком драки. Но свидетели сообщили, что никакого боя на улице я не затевал, просто очутился поблизости в неудачное время. Тогда меня сразу перевели из обвиняемых в жертвы. Вопрос с неправой стороной удалось решить выгодным договором, так что до суда дело не дошло. Слушай, может, уже отпустишь мою руку? Я не вооружён ничем, кроме острого языка... Ай-ай-ай!
  
   Олаф, напоследок до хруста вывернув запястье противника, всё-таки разжал хватку. Вор, кривясь и шипя от боли, осторожно потёр пострадавшую конечность и с трудом согнул-разогнул пальцы:
  
   - Ну и манеры у тебя, Бронзовый. Как у солдафона из провинции.
  
   - С чего бы тебе называть мне своё настоящее имя? - наёмник, увлечённый, пропустил укол мимо ушей. Раздумав стрелять преступнику в живот, он выбрал новой целью бедро: от такой раны парень не помрёт, но прыти у него поубавится. - Почему я должен тебе верить?
  
   - А ты не задумался, почему такой сообразительный, многоопытный и способный малый, как я, не установил сигналку на случай появления кого-то постороннего?
  
   - Так ты же не думаешь, - ядовито ответил Олаф, передразнив интонацию Призрака. - Вон, полез в первую же ночь воровать...
  
   - Ничего подобного! - возмутился Вито Луциано. - Я полез ставить магические метки на вещи, которые планирую забрать! Какой смысл уносить их сейчас? Я ведь не сумею удрать из-за стальной бури. За два-три дня, что всем нам сидеть здесь, слуги обшарили бы замок и наверняка нашли бы если не самого виновного, то его следы... Нет уж! Слишком хлопотно. Красть надо накануне отъезда! Я покинул бы дворец после тщательного первого обыска, очутившись вне подозрений.
  
   - Тогда зачем...
  
   - А разве не очевидно? - лукаво улыбнулся Призрак, чей бледный лик со следами недосыпа в свете газовой лампы действительно казался чем-то эфемерным. - Я хотел встретиться с тобой, Бронзовый. И заключить союз. Временный, разумеется. Ты же не оставишь без помощи ту девчонку, которая пытается быть отважной и взрослой не по возрасту? Точно не оставишь, нет. Мало того, что она безвинная жертва, так ещё и платёжеспособная.
  
   - Предположим, я и не собирался бросать её в беде, - настороженно признал Олаф, не сводя пристального взгляда с парня, всё сильней напоминавшего ему куницу. - Но тебе-то какое дело до графской дочки? Легальное вознаграждение соблазнило? Что-то не верится.
  
   - Закон одной цели, Бронзовый. Помнишь такой?
  
   - Само собой, - кивнул наёмник. - Едва ли не единственное правило, которое до сих пор повсеместно чтут в криминальном мире. Если преступник или банда выбрали себе жертву, то до осуществления задуманного нанесение этой жертве любого ущерба кем-либо из конкурентов считается оскорблением, которое возможно смыть только кровью. Хочешь сказать, что Росава Нэль-Амлас была твоей целью до того, как маг оставил на ней метку?
  
   - Именно! Умница, Бронзовый!
  
   - Заткнись, кунья морда, - процедил Олаф. - Повторюсь: с чего я должен тебе верить? Минуту назад ты сознался, что планируешь поставить заклинания-метки. Значит, колдовать умеешь. Я и до этого почти не сомневался в наличии у тебя дара - не все твои трюки объясняются простой ловкостью. Теперь, как видишь, всё подтвердилось и сошлось. Говорят, магическими способностями обладает каждый двухсотый, но тут статистика почему-то летит ко всем чертям. Признавайся - ты и есть тот самый заклинатель, который вздумал провести ритуал?
  
   - Ритуал Очищения сущности? Ты мне льстишь. Я - чародей второй ступени? Моя магия еле до четвёртой дотягивает!
  
   - Да, вряд ли ты настолько силён, - кивнул Бронзовый. - Но вероятность остаётся.
  
   - Тогда союз даст тебе отличный шанс проследить за мной и моими действиями. Разве не выгодное решение? Ты уже имел дело с ребятами третьей ступени. Если я вдруг сделаю что-то не то, ты без особого для себя ущерба остановишь меня. Не так ли?
  
   - А с чего ты взял, что это решение самое выгодное? - ледяная улыбка, появившаяся на лице наёмника, не обещала Призраку ничего хорошего. - Гораздо проще арестовать тебя сейчас.
  
   - И три дня разрываться между охраной опасного преступника-меня и защитой девчонки? Брось, - засмеялся парень.
  
   - Вырублю тебя так, чтобы ты спокойно полежал где-нибудь в подвале до конца стальной бури, а потом отвезу в город.
  
   - Я маг, не забыл? Если я владею целительскими чарами, очнусь раньше времени и сбегу.
  
   - Тогда приготовлю сонный порошок, благо основа у меня есть. Как раз отоспишься, а то на лицо смотреть страшно.
  
   - Это вряд ли. Я о-о-о-очень давно не могу отоспаться, - беспечно улыбнулся Призрак.
  
   "И, похоже, успел изрядно чокнуться от такого недосыпа", - едва не сорвалось с языка Олафа.
  
   - К тому же, аллергия на травы и прочие ингредиенты народных рецептов - не редкость, - Вито растянулся на ковре, подложив одну руку под голову, а вторую, пострадавшую, вытянув вдоль тела. Бронзовый, зло скрипнув зубами, выбрал новой мишенью для вероятного выстрела плечо противника. - Особенно на хмель, валериану, мёд и пустырник. А ведь они в большой пропорции входят во все более-менее действенные отвары. Рискнёшь проверить, есть ли аллергия у меня? Подсказываю: есть, и очень сильная. Как минимум на две составляющие из перечисленных. Интересная лотерея, правда? Пуста лишь половина гнёзд в барабане револьвера, и курок не заклинит.
  
   - Тогда я просто убью тебя, и дело с концом, - раздражённо выпалил Бронзовый, которому порядком надоел издевательский тон Вито Луциано.
  
   - И заберёшь всего-то пять процентов вознаграждения за мою голову, - грустно вздохнул парень. - Сколько это, примерно триста... Четыреста двадцать тысяч тэе? А в моих закромах между тем лежит сумма в десятки раз солиднее. Да ещё и нераспроданные драгоценности, включая те, что я вытащил из королевской сокровищницы - их непременно потребуют вернуть. Плюс к этому тебе придётся доказывать, что ты приволок с собой труп именно Призрака, а не какого-нибудь случайно подвернувшегося бедолаги. Мороки будет... А! Слушай! Может, позволишь мне откупиться? У меня с собой уйма денег!
  
   - Засунь свои деньги... сам знаешь, куда, - проворчал наёмник, неохотно опуская револьвер. Призрак, на поверку оказавшийся ехидным трепачом себе на уме, был важной, дорогостоящей добычей (и прекрасно это осознавал), но сейчас из него получится неплохой союзник: парень находчив и наблюдателен, да и навыки его весьма полезны. Ценный инструмент, этакий козырь в сложившейся ситуации, обладающий умениями, которыми Олаф по той или иной причине не овладел после смерти деда. Пусть даже и сбежит потом - ничего страшного, наёмник видел преступника в лицо и с удовольствием поможет полиции с его портретом. Тогда поимка нахального проныры станет лишь вопросом времени. Кунья морда... Хотя краж он совершил немерено, бесспорно одно - за те годы, что Вито Луциано занимается любимым делом, он ни разу никого не убил. Люди, столкнувшись с ним, отделывались сравнительно лёгкими травмами. Переломы рук и рёбер были самым существенным вредом, который Призрак когда-либо причинял своим противникам. И, что примечательно, каждый раз при нанесении кому-либо таких телесных повреждений он бросал часть награбленного в непосредственной близости от раненого, будто пытаясь откупиться. Что за чокнутое милосердие...
  
   Олаф не слишком любил охотиться за нарушителями закона. Куда больше его прельщали сражения с опасными существами и зачистка разбойничьих лагерей. Именно на таких миссиях он набирал опыт - Риверджейс-старший, учитель и напарник, другими вариантами наёмничества не интересовался. Нынешние обстоятельства в стандартную схему не вписывались, поэтому вызывали растерянность, которую было трудно скрывать под маской спокойствия. За Вито Луциано Бронзовый погнался по единственной причине - глупо было отступать, когда удалось, пусть и по чистой случайности, разгадать последовательность действий столь известного преступника. Погнался без тщательно продуманного плана - и вот итог, хотя едва ли тактика спасла бы. Здесь Олаф один, без старых боевых товарищей, зато у него есть как минимум один сильный враг, замысливший недоброе - убийство другого человека. Если Призрак - действительно тот маг, что решил провести запрещённый ритуал, то проследить за ним, заделавшись союзником, будет проще. Если же парень не имеет к инциденту никакого отношения, что куда вероятней, то наёмник получит в распоряжение человека, который обладает весьма полезными в сложившейся ситуации способностями - умеющий вскрывать замки, быстро проводить обыск, творить мелкие заклятья (какие - надо бы узнать) и отвлекать людей, доводя их своей болтовнёй до белого каления. Или ведя легкомысленные разговоры, как тогда, за ужином. Сколько бы богатств кунья морда ни стащил за свою жизнь, даже все они, вместе взятые, не перевесят ценности одной души, обречённой на гибель.
  
   Что ж, выбор очевиден. Прищучить Призрака всегда успеется. Жизнь юной госпожи Росавы несравнимо важнее охотничьего азарта, а присутствие напарника, пусть и не слишком чистого перед законом, здорово упростит задачу. Союз с преступником противоречит кодексу чести, но Олаф рыцарскую цепь не получал и привык обращаться с правилами весьма вольно - то есть так, чтобы они ему не мешали. Сейчас - как раз тот случай, когда стоит закрыть глаза на деяния другого человека, ведь живым и свободным он будет куда полезней, чем пленённым или мёртвым. Как говаривал дед, "пускай в ход всё, что поспособствует твоему делу". Правда, фраза подразумевала предметы и обстоятельства, а не легендарных воров.
  
   - Так что со мной будет? - в тоне Вито проскользнуло подчёркнуто серьёзное беспокойство. - Сэр Бронзовый, я и четверти века не прожил на этом свете, поэтому хотел бы побыть здесь ещё немного. Я не успел попробовать все коллекционные вина, ни разу не летал на воздушном шаре и даже постоянной любовницы не завёл. У меня вагон, локомотив и дирижабль грандиозных планов, которые ждут осуществления, и пара-тройка симпатичных девочек на примете. Давайте вы всё-таки не станете меня убивать? Я могу пригодиться.
  
   - Можешь, - зловеще улыбнулся Олаф, убирая револьвер, и с удовольствием заметил в вишнёвых глазах напротив тень испуга. - И будешь. Который сейчас час? Около полуночи, верно? Думаю, шести часов на сон тебе хватит. В десять минут седьмого встретимся на ближайшей лестнице, на площадке между вторым и третьим этажами. Завтрак обещали в семь утра. После вчерашнего постояльцы едва ли спокойно усидят в своих номерах. Нет, большинство из них выйдет, чтобы разведать новости. Людям всегда любопытно, что творится поблизости, особенно если это связано со смертью. С семи до девяти часов блюда будут на столах, после зал продержат открытым где-то минут сорок-пятьдесят, чтобы те, кто пришёл в самом конце, успели поесть. Получается где-то три часа. Всё это время я буду следить за присутствующими и сообщать тебе об их перемещениях. Твоя задача - обшарить комнату каждого - слышишь? - каждого гостя! Особое внимание удели... всем удели. Ко мне нос не совать, само собой. Понял?
  
   - И как же мне, по-твоему, добыть списки постояльцев? - осведомился Призрак, шаря руками по ковру в поисках рассыпавшихся отмычек. - Я не вездесущ, знаешь ли. И не в курсе, какие номера и кем заняты.
  
   - Полагаю, великому вору будет несложно пробраться в кабинет у входа и взглянуть на перечень за сегодняшнее число, - нарочито дружелюбно произнёс Бронзовый. - В конце концов, от тебя требуется только обыск. Остальным займусь я.
  
   - Ага-ага, - пробормотал Вито, затолкав свёрток с инструментами куда-то за пазуху.
  
   - Ты меня слушаешь? - холодно поинтересовался Олаф.
  
   - Да. Просмотреть книгу регистрации. Шесть часов десять минут, лестничный пролёт, - Призрак вернул стилет в рукав, поправил ремни на обшлаге и вновь нацепил очки на шею. - Я умею слушать, что мне говорят, и одновременно с этим делать что-то. Весьма полезная способность.
  
   - Замолчи, кунья морда.
  
   - Молчу-молчу!
  
   Шкатулка с украшениями щёлкнула, захлопнувшись, и Бронзовый спохватился - он совсем позабыл про метку! Надеялся ведь подсмотреть, где и какой знак оставил каштановолосый воришка. Такой простой промах, и всё из-за чужой болтовни!
  
   - Заткнись!
  
   Вито нарочито испуганно зажал себе рот ладонью.
  
   - Вот шут, - пробормотал наёмник себе под нос. Союзник-то нашёлся способный, но неуправляемый и непредсказуемый. Что же творится у него в голове? Поразмыслив над этим с полсекунды, юноша понял, что не хочет знать ответ на этот вопрос.
  
   - В каком номере ты остановился?
  
   Преступник лаконично-печальным жестом указал на свой рот и развёл руками.
  
   - Говори уже, - устало буркнул Олаф. - Хватит придуриваться.
  
   - Подставь-ка руку, - лукаво улыбнулся Призрак.
  
   Бронзовый машинально протянул вперёд ладонь, в которую Луциано вложил что-то холодное, продолговатое и тяжёлое.
  
   Ключ. Ключ от номера. Почти точь-в-точь такой же, как тот, которым запиралась спальня наёмника. На навершии болтался кожаный брелок с числом 41, прикреплённый к середине узора из мелких кружочков и капелек - цепочка была продета через центральное отверстие.
  
   - Значит, ты в сорок первой комнате, на четвёртом этаже, - наёмник убрал ключ в карман. - У тебя есть запасной?
  
   - Зачем? У меня есть навыки, которые нужно постоянно тренировать, - ухмыльнулся Вито. - Так что не утруждайся поисками дубликатов. Я смогу войти в твою комнату, когда пожелаю.
  
   - И сдохнешь от пули в животе, - в тон ему ответил Олаф.
  
   - Ой-ой, как жестоко, - хихикнул Призрак, приподняв тяжёлый газовый фонарь за вдетое в верхушку кольцо. Шипение - и комната погрузилась во мрак. Пока Бронзовый, машинально ухватившись за рукоять револьвера, неистово вертел головой по сторонам и вслушивался в шорохи, дверь в коридор беззвучно приоткрылась. На миг в проёме мелькнул тёмный силуэт - и всё стихло.
  
   Выйдя в холл, охотник огляделся, но вор уже скрылся из виду - похоже, поспешил в свою комнату, пока наёмник не поменял своё мнение относительно союза.
  
   Бронзовый понял, что ошибался, добравшись до поворота, ведшего к лестнице: за его спиной раздался тонкий стальной звон и сразу за ним - едва слышный скрежет. Оборачиваться Олаф не захотел и торопливо покинул внезапно ставший неуютным второй этаж.
  
   Он не сомневался, что теперь дверь в покои графа Нэля заперта на то же число замков и оборотов, что и прежде.
  
  

Глава 2

  
   Всю ночь Олаф беспокойно ворочался на кровати, вслушиваясь в скрежет стальной бури, глухо доносившийся из-за прочных ставней, силясь различить сквозь гул хоть какие-нибудь отголоски шума в коридоре, с беспокойством думая о том, что предстоит утром, и пытаясь понять, правильное ли было принято решение.
  
   В сложившейся ситуации наёмник остро ощущал нехватку опыта. Юноша привык к простым, прямолинейным заданиям: защитить, обезвредить, поймать. Нынешняя работа - работа ли, раз даже контракта нет? - строилась иначе, сложнее. Здесь не было привычной прозрачности, приходилось действовать вслепую, наугад.
  
   С чего начать? Что важнее? Поиск? Оборона? Или устроить западню? Охотник терялся в догадках и вариантах, надеясь на своё чутьё, но не очень-то ему доверяя. Лишь бы его сомнений никто не заметил! Лишь бы их не заметил самый непредсказуемый и оттого опасный игрок.
  
   Несколько раз наёмник погружался в зыбкую, вязкую дремоту и тотчас сбрасывал её с себя, стряхивал, словно налипший на одежду снег, едва до слуха доносилось нечто, хотя бы отдалённо напоминавшее скрип входной двери.
  
   "Я смогу войти в твою комнату, когда пожелаю", - сказал Призрак Вито перед тем, как раствориться в сумраке графских покоев. И Бронзовый верил ему. Знал - войдёт, если захочет. Искуснейшего из воров в своё время не остановили высокие стены, надёжные засовы, хитроумные ловушки и опытная стража королевского дворца. И в комнату здешнего хозяина он проник запросто; вскрытие шкатулки вовсе посчитал развлечением. Иначе парень, ковыряясь в замке, не мурлыкал бы легкомысленную песенку, мотив которой сейчас, в полусне, удалось опознать: похабные куплеты про Дженни и Джонни, популярные в кварталах красных фонарей приморских городов. Значит, кунья морда часто бывал в тех краях?.. Как бы то ни было, с незамысловатым механизмом в двери номера Призрак справится в два счёта.
  
   Стоит признать, у Вито Луциано не только впечатляющие способности взломщика, но и железные нервы. Он понимал, что наёмник в любую минуту может появиться на пороге и начать встречу не с разговора, а с пули или острого клинка. И всё же спокойно занимался своим делом, пока не почуял постороннего, не подпустил вплотную к себе. Даже с прислонённым к животу дулом револьвера, обездвиженный и безоружный, Призрак не боялся. Что это? Безрассудство? Смелость? Или же его магический дар настолько велик, что для волнений нет причин при любом раскладе?
  
   Этот парень - действительно тот самый легендарный вор. Олаф не усомнился в этом ни на секунду. Что-то было в этом лукаво-насмешливом выражении чертёнка с куньей мордой. Что-то, дававшее понять - этот человек способен на многое, включая гладкий, не распознаваемый обман.
  
   Но в нынешней ситуации он не станет лгать или подставлять. Он не станет. Ему это не нужно. Ему нужно не это...
  
   "Я смогу войти в твою комнату, когда пожелаю".
  
   Бронзовый резко открыл глаза. Он не заметил, когда успел задремать. Свеча на прикроватном столике почти догорела. Стоявшие рядом небольшие механические часы щёлкнули минутной стрелкой, переведя её с "48" на "49". Часовая же дотянулась витым краешком до шести.
  
   - Тьфу ты, чёрт, - ругнулся наёмник, щёлкнул рычажком будильника и, с неохотой поднявшись, побрёл умываться.
  
   В его мыслях слово "чёрт" сейчас отчётливо ассоциировалось с собранными в хвост каштановыми волосами, кофейно-коричневым костюмом и яркими, чуть прищуренными глазами на бледном лице. Бледном... Точно, Призрак же маг. Вероятно, у него в периоды магических ветров и стальных бурь портится самочувствие, как и у леди Росавы?
  
   Нет, вряд ли. Уж больно резво двигался он вчера. Охотник поневоле провёл указательным пальцем по шее под кадыком, куда накануне едва не вонзился чужой стилет. Интересно, это была максимальная скорость его оппонента? Или он сдержался, опасаясь ненароком убить будущего союзника? Скорее, первое, решил Олаф, вспомнив, какие тощие у парня запястья в сравнении с его собственными. Всё-таки вор есть вор. Боевые навыки у него, конечно же, имеются, но они второстепенны.
  
   Лишь бы вчерашняя травма не помешала Вито сегодня.
  
   - Тьфу ты, чёрт, - пробормотал наёмник уже в свой адрес. Знай он заранее, что ему пригодятся способности пронырливой куньей морды, зависящие от ловкости и подвижности пальцев и запястий - не стал бы так сильно выкручивать руку этому надоедливому типу.
  
   Драгоценная коробочка с нужными для исполнения утреннего плана артефакт-камнями отыскалась в самом низу сумы. Бронзовый вытряхнул её содержимое на ладонь, мельком осмотрел, удовлетворённо кивнул и поглубже затолкал в потайной карман у отворота сюртука.
  
   На месте встречи он очутился ровно в шесть утра, ощущая себя загнанным в западню зверем. Узкое пространство винтовой лестницы, втиснутой в тонкую башенку, лишённое окон и слабо подсвеченное газовыми рожками, нагоняло тоску и навевало воспоминания о детских страшилках про привидения и ужасных чудовищ, таящихся в старинных замках. Клаустрофобией Олаф никогда не страдал, но всё же на клети лестничной площадки с низко нависающим каменным потолком было как-то неуютно. Несколько раз ладонь инстинктивно ложилась на кобуру, касаясь револьверов, но юноша тотчас одёргивал себя и, сердясь, засовывал руки в карманы. Да, он действительно стоит здесь в ожидании призрака, но этот Призрак - из плоти и крови, как и все люди. То, что состоит из плоти и крови, можно убить с помощью оружия - охотник прекрасно помнил эту простую истину и утешал себя ею. Даже если союзничек, появившись, неожиданно попытается нанести удар, на него найдётся управа.
  
   Спустя некоторое время наёмник взглянул на часы и с удивлением заметил, что минутная стрелка успела одолеть треть круга. Кунья морда опаздывал, и опаздывал значительно. Неужели испугался и смылся? Но бежать ему некуда - из дворца хода нет, пока не окончится стальная буря. Не желая терзаться ненужными сомнениями, Бронзовый вытянул за витой шнурок, привязанный к цепочке часов, два ключа от номеров - своего и чужого.
  
   Комната Вито Луциано оказалась совсем рядом с лестницей. Судя по расположению дверей, она была попросторнее спальни Олафа. У входа на стене висел ящичек для корреспонденции, из которого торчала скрученная в трубочку позавчерашняя газета. На пороге лежал слегка потрёпанный жизнью, но сохранивший достойный вид половик. "Похоже, парень обосновался с большим шиком, чем я", - вздохнул про себя наёмник. Мысль, что преступник позволил себе номер лучше, чем у известного охотника, раздражала.
  
   Громко постучавшись, Бронзовый не стал дожидаться приглашения и отпер дверь сам. Уже сунув ключ в замочную скважину, юноша вдруг усомнился - а что, если кунья морда всучил ему фальшивку? С него станется. Вор, как-никак. Но нет - замок глухо щёлкнул, и Олаф, готовый в любую секунду выхватить револьвер, осторожно ступил на чужую территорию.
  
   Наёмник очутился в широкой, но короткой прихожей, изрядную часть пространства которой занимала огромная полка для обуви. Пустая стойка-вешалка щетинилась металлическими крючками. Под ней робко притулилась корзина для зонтов. Бело-голубой зонтик, покрытый изрядным слоем пыли, скорее всего, принадлежал дворцу-гостинице.
  
   - Я не проспал! - взъерошенный Призрак в расстёгнутой, запахнутой рубашке на миг высунулся в коридор, смерив визитёра недовольным, мутным со сна взглядом. - Не проспал, ясно? Буду готов через три минуты. Жди в комнате, ничего не трогай!
  
   - Ясно, - пожал плечами Олаф, подчёркнуто не замечая разобранную, мятую постель - на кровать такого размера легко поместились бы человека три-четыре - и, обогнув круглый столик с подсвечником, опустился в глубокое, мягкое кресло с широкими подлокотниками. Кунья морда, подхватив жилет, сюртук и расчёску, скрылся за узкой дверцей ванной. Послышался скрип открываемого крана, и к какофонии стальной бури прибавился шум воды.
  
   Комната Вито действительно была куда просторнее номера Бронзового. Да и выглядела она намного уютнее: обои на стенах гораздо новее, и не навязчивого бирюзового, а приятного глазу салатового оттенка; прикроватного коврика нет, зато есть пушистый ковёр, зелёный с белыми завитушками, полностью закрывший пол; окно занавешено плотными тёмными шторами, немного приглушающими звон и скрежет за окном, из-под них выглядывает краешек полупрозрачного тюля; справа от входа, за кроватью, в дальнем углу - длинный диван, с такой же изумрудной узорчатой обивкой, что и кресло, в котором сидел наёмник. Другое кресло стоит возле письменного стола светлого дерева; на него небрежно брошена небольшая кожаная торба. На спинке стула, родного брата мебели из залы, висит тонкая, но прочная верёвка с металлическими нитями в обмотке - важная часть снаряжения альпинистов и воров. Высокий шкаф с отполированными до блеска, покрытыми лаком дверцами; из замочной скважины нагло торчит ключ, словно намекая, что внутри нет ничего интересного. Два комода, на один из которых водружён серебристый поднос с чайным сервизом белого фарфора, другой занимает тарелка, украшенная цветными квадратиками мозаики по краю - такие, помнится, расставили по залу перед ужином. На секунду приподнявшись, охотник успел увидеть на дне тарелки яблочный огрызок и расслабленно рухнул обратно в кресло.
  
   Лампочка не горела, комнату освещал уже знакомый наёмнику газовый фонарь на прикроватной полке. Рядом, в залитой воском пепельнице, в россыпи десятка обгоревших спичек чадил огарок свечи, окончательно утративший форму. Олаф потянул носом воздух, но не учуял ни запаха табака, ни аромата благовоний. Похоже, сегодня не ему одному паршиво спалось.
  
   Внимание юноши привлекла колода карт на круглом столике по правую руку. Судя по потрёпанным краям и пожелтевшему белому канту вдоль пятнистого красно-бордового узора рубашки, использовались они очень часто. Сам не зная почему, охотник потянулся к колоде, чувствуя слабое покалывание в пальцах...
  
   - А ну не трогать! - Призрак стоял в дверях ванной, полностью одетый и собранный. Бронзовый, которого застал врасплох неожиданно резкий и жёсткий окрик, вмиг остановил почти завершённое движение руки. Мимоходом бросив взгляд на союзника, он заметил, что Вито выглядит намного лучше, чем вчера: тени под глазами побледнели, на скулах проступила хоть какая-то краска. Значит, стальные бури на его самочувствии не сказываются. Всё дело в том, что до этого парень не спал пару дней. Может, и крыша у него поехала именно на фоне недосыпа... Запястье правой руки туго стягивал эластичный бинт. Наёмник ощутил укол совести.
  
   - Кто же чужие карты таро в руки берёт, а? - укоризненно произнёс вор, быстрым шагом приблизившись к столу, и выдернул колоду из-под широкой ладони охотника. - Сдурел?
  
   - Откуда мне знать, таро это или нет? - полыхнул Олаф, ужасно не любивший, когда на него повышают голос. - Я просто хотел посмотреть!
  
   - И часто ты вот так, без оглядки, хватаешь вещи чужого человека, помня, что он маг?.. Ага, вижу. Все пальцы на месте. Так что нечасто, - усмехнулся Призрак, тасуя карты. Бумажные прямоугольнички легко и привычно порхали в его пальцах, стремительно меняясь местами, перегруппировываясь и переворачиваясь. - Молодец.
  
   - Я всегда думал, что таро - женское дело, - грубовато брякнул Бронзовый.
  
   - Индюк тоже думал, - карты, крутнувшись в последний раз, легли на тыльную сторону ладони вытянутой вперёд руки, - и закончил весьма плачевно... Разделение магии на мужскую и женскую - это предрассудки. Женщины в большинстве своём наблюдательнее, они тоньше чувствуют природу этого мира. Мужчины предпочитают логичные и прямолинейные действия. Но что первому, что второму научиться может любой. Это не так трудно, как кажется, и во многом полезно. Кстати, гадание на таро изобрели мужчины. Знал об этом?
  
   - Нет, - раздражённо буркнул Олаф. И хмуро добавил, не сводя взгляда с колоды: - Ну? И что мне пророчат твои карты?
  
   - Вау! - протянул Вито, не скрывая удивления. - Тебе интересно? Не ожидал. Сейчас посмотрим...
  
   Карты снова пустились в пляс. Бронзовый отвёл взгляд от надоедливого мельтешения и только теперь приметил мятый уголок бумаги, торчавший из-под подушки. Скорее всего, это список постояльцев... Отлично, одной проблемой меньше!
  
   На столик с негромким щелчком легла карта.
  
   - Что там? - наёмник уже жалел о заданном вопросе. Не мог, чёрт побери, сдержать любопытство, которое тут совершенно не к месту!
  
   - Повешенный, - будничным тоном сообщил кунья морда.
  
   - Ну... - в груди шевельнулась змейка тревоги, - и что она означает?
  
   - Двенадцатый аркан, - насмешка не испарилась из голоса вора, но стала куда умеренней. - Означает паузу, испытания. Короче говоря, тебе стоит притормозить и переосмыслить ситуацию. Вероятно, ты видишь картину немного неправильно. Проявишь терпение и пересмотришь план - тогда, возможно, из этого получится что-то хорошее. А так - успеха не жди. Ты и сам это понимаешь, верно?
  
   - Я не собираюсь пересматривать план, - буркнул Олаф, поднимаясь. - И в гадания твои не верю, - добавил он, мельком кинув взгляд на карту. Изображённый на ней мужчина в костюме, подвешенный за ногу кверху тормашками к ветви раскидистого ясеня, выглядел на удивление бесстрастным, будто примирился со своей участью. - Список добыл?
  
   - Ага, - кивнул Призрак.
  
   - Разобрался, кто есть кто?
  
   - Угу.
  
   - Сколько комнат занято гостями? Девять, не считая наших и хозяйки?
  
   - Десять.
  
   - Есть другие постояльцы? - нетерпеливо уточнил Бронзовый, глянув на часы и с ужасом увидев, что на подготовку осталось двадцать с небольшим минут. А ведь предстоит ещё осмотреть второй этаж, запомнить расположение комнат и лестниц, объяснить порядок действий куньей морде и успокоиться после этого.
  
   - Нет, но...
  
   - Если кому-то приспичило занять две комнаты - пусть их, - бросил наёмник, вытряхивая из потайного кармашка клипсу, украшенную синим камешком, и булавку с золотистым навершием. - Бери серёжку и надевай на ухо. Прикрой волосами.
  
   Вито, опасливо взяв клипсу двумя пальцами, закрепил её на мочке левого уха и немного ослабил хвост. Мера не помогла - пряди всё равно не заслонили серьгу полностью.
  
   - Чёрт с ним, - отмахнулся Олаф. Едва ли Призрак согласится распустить волосы - это станет заметной помехой работе. - Итак. Это - парный артефакт, переговорник. Я приколю булавку под воротником... Вот так. Теперь ты можешь слышать, что я говорю. Я прихвачу газету для маскировки, сяду в зале и буду сообщать тебе, кто из постояльцев пришёл, кто собирается уходить и так далее. Ты, согласно списку, обыскиваешь комнаты, пока хозяев нет. Всё ясно?
  
   - Не всё, - недовольно заметил кунья морда, пряча список за пазуху. - А завтракать мне когда? Надеюсь, хоть чашку кофе в начале трудового дня ты позволишь?
  
   - Нет уж, - отрезал Бронзовый. - Дело важнее. Из-за того, что ты, видите ли, не проспал, мы опаздываем. Шевелись давай!
  
   Вор открыл было рот, чтобы возразить, но напоролся на ледяной взгляд наёмника и, тотчас раздумав затевать очередной спор, направился к дверям. Обернулся на пороге:
  
   - Дверь сам запрёшь. Сравнительно свежую прессу наверняка принесут вместе с завтраком, так что газету проще взять там. - И, помявшись, добавил: - Удачи.
  
   - Рассчитываю на тебя, - коротко ответил Олаф, выходя из комнаты вслед за Призраком.
  
   "Но с оглядкой", - мысленно добавил он. Охотник никогда и никому не доверял полностью. Всецело полагаться на союзника с его ехидством, необязательностью, магическими штучками и бардаком в голове юноша не планировал с самого начала.
  
  

***

  
   Завтрак был организован на популярный в купеческой среде манер "свободного стола". Длинные тумбы по периметру залы были заполнены всевозможными горячими блюдами, салатами, закусками и выпечкой. Еда явно готовилась с запасом - её хватило бы и на полсотни человек. В середине помещения столпились маленькие, человека на два-три, осанистые столики, покрытые белыми скатертями, в окружении уже знакомых стульев. Возле чайников и кофейников, подогреваемых артефакт-камнями, дежурила низенькая, пухлая служанка, чьи длинные русые волосы были собраны в косу и скручены в "бублик" на затылке.
  
   - Вы бы могли попросить принести вам завтрак в номер, - ласково проворковала она, окинув взглядом гостя, толком не отдохнувшего.
  
   - Я не люблю одиночество, - Олаф выдавил из себя условно искреннюю улыбку, за что немедленно был вознаграждён дополнительной ложкой абрикосового джема к чаю. Абрикосы юноше не нравились, но говорить об этом он не стал, боясь обидеть добрую девушку.
  
   Прихватив пару сэндвичей с ветчиной и обещанную "свежую прессу", датированную вчерашним числом, Бронзовый удалился за угловой столик. Пододвинув стул так, чтобы сесть точно напротив выхода, он развернул газету и притворился углубившимся в чтение статьи о каком-то очередном международном конфликте. Стычки на границах происходили часто и успели набить оскомину всем, включая правителя, но варвары с северо-востока, кочевники с запада и южные корсары продолжали свои бесплодные попытки проникнуть в сравнительно богатый Тэнгшор, надеясь быстренько ограбить пару-тройку мелких поселений и удрать. "Будто у нас своих грабителей и воров мало", - с раздражением подумал наёмник, вспомнив про неожиданного союзника.
  
   Союзнику, кстати, пора бы подкинуть работёнки - в зале появился ещё один постоялец.
  
   - Толстяк-профессор, - коротко охарактеризовал его охотник едва уловимым шёпотом.
  
   Артефакт-камень в клипсе работал не только на приём звука, но и на его передачу. Различив чуть слышное "двадцать три", Олаф закинул ногу на ногу и потянулся к сэндвичу. Мельком глянув на учёного мужа, медленно выбиравшего себе блюда, тихонько добавил:
  
   - Не спеши.
  
   Следующие гости подошли минут через десять. Девчонкам-близняшкам, по-видимому, тоже не спалось: обе отчаянно зевали, обе с помощью макияжа скрыли залёгшие под глазами тени - увы, не очень успешно; обе в первую очередь взяли по чашке крепкого кофе; обе, покосившись на толстяка, жадно уминавшего омлет с беконом, решили, что светловолосый молодой человек будет всяко поосведомлённей, и накинулись на Бронзового в расчёте вытрясти из него пару-тройку новостей о происходящем в путевом дворце. Тот, еле успев подать Призраку сигнал, оказался втянут в беседу, где по большей части играл роль слушателя: после сорвавшегося с его уст "понятия не имею" девушки принялись наперебой строить свои версии вчерашнего события, не пытаясь отыскать наиболее правдоподобную из них, но сочиняя самую красивую. Их внимание удалось отвлечь при появлении старика-профессора - Олаф заявил, что специалист по магии наверняка знает поболе простого путешественника, в надежде, что Вито всё услышал и понял правильно. Дедок порядком удивился проявленному вниманию, но к обсуждению подключился, временами вставляя короткие, но меткие комментарии.
  
   Вопреки чаяниям наёмника, близняшки не пересели за другой столик вместе с учёным, а попросили появившегося в зале Патрика сдвинуть три стола в ряд, чтобы уместиться за ним всем вместе. Бронзовый сумел сохранить выгодную позицию напротив дверей, но необходимость поддерживать худо-бедно связный разговор отнимала немало сил. Юноша чудом не прозевал даму в зелёном, которая предпочла оживлённому обществу вчерашний талмуд. Тем не менее, Олаф был уверен - женщина внимательно слушает, о чём говорят другие постояльцы. Недолго думая, он решил использовать ситуацию в своих интересах - чем больше люди вокруг него общаются, тем выше шанс, что кто-то из них проболтается или подкинет пищу для размышлений, нечаянно углядев какую-нибудь важную деталь.
  
   К личности самого юноши не проявляли особого интереса, удовлетворившись коротким "служил", и охотника это радовало - соврать при необходимости он мог, но вряд ли преуспел бы в сочинении полноценной фальшивой биографии. Сообщать постояльцам о своей настоящей профессии молодой человек не собирался - и плану помешает, и головной боли добавит, ведь излишне подозрительные и боязливые гости наверняка попытаются навязать ему работу личного охранника.
  
   Поскольку плохо чувствовавшая себя Лизбет отдыхала в номере, обыск одной из комнат отменялся. Молодого горожанина с женой Бронзовый подозревал едва ли не в последнюю очередь, но неприятный осадок остался. Не торопился и вчерашний франт - на завтрак пришёл лишь его сын, всё в том же сером костюмчике и с маской-респиратором на шее. Расспрашивать мальчика, куда подевался его отец, было не слишком тактично, и Олаф поспешил привлечь к происходящему внимание одной из близняшек. Реакция последовала незамедлительно.
  
   - Мой отец ненавидит магию, - тихо ответил парнишка; ему явно не понравилось чрезмерное любопытство девушки. - К тому же, его заводы сейчас пытаются перекупить конкуренты. Отец поднялся очень высоко и боится потерять то, что у него есть. Он занят подготовкой к суду почти всё время.
  
   "Высокое положение в обществе, плюс ненависть к магии и уверенность, что удержаться на вершине после потери состояния не получится... Магией владеют только аристократы, способности к ней передаются исключительно по наследству. Будь этот тип волшебником, ему было бы проще, но промышленники в большинстве своём вышли из простолюдинов, потому колдовать не умеют и чародейство не чтят. Значит, то, что отец мальчика - маг, крайне маловероятно", - сделал вывод Бронзовый и немного успокоился. Франт действительно ни капельки не походил на волшебника - в его взгляде не хватало той живости, той самой искорки, которую любой более-менее внимательный человек заметит в глазах одарённого. Юноша был доволен, что его первоначальное впечатление совпало со свежей информацией. Впрочем, теперь добавилось вопросов к Призраку - если он не солгал о своих колдовских способностях, откуда они у него? Неужели парень - отпрыск знатного рода? Верилось в это слабо, но Олаф поставил себе мысленную галочку - расспросить союзника при первой удобной возможности. В идеале - после того, как на запястьях Вито Луциано сомкнутся наручники, но до прибытия стражей закона.
  
   В художнице, появившейся уже после девяти часов, магическая искорка чувствовалась. Наёмник хотел пригласить её присоединиться к компании, но медноволосая будто не расслышала его слов. Усевшись за столик в другом конце зала и даже не притронувшись к еде, она с упоением принялась рисовать. "Ну и ладно", - решил охотник, уверенный, что Призрак в этот самый момент вовсю обшаривает комнату девушки в поисках улик.
  
   Полная дама в капоре пришла одной из последних. За ней, буквально засыпая на ходу, ввалился расхристанный юноша с сальными волосами. Завтракать в чужом обществе он не пожелал - на скорую руку набил переносной короб для еды пирожными и торопливо удалился.
  
   Буквально за шесть-семь минут до окончания завтрака на входе в зал возникла округлая женская фигурка, укутанная в пуховый платок. Патрик с громким "Лизбет!" бросился к ней, а Бронзовый, старательно сдерживая ликование, громко порадовался, что сегодня девушка выглядит куда бодрее вчерашнего. Вор, наверняка улавливая в динамике-клипсе посторонние голоса, не рисковал отвечать, и наёмнику оставалось лишь надеяться, что шустрая кунья морда успеет проверить комнату новоиспечённой семейной пары.
  
   Кстати, о куньей морде. Только сейчас до Бронзового дошло, что отсутствие Вито наверняка заметят и заподозрят, что что-нибудь не так. Сказалась-таки привычка работы в одиночку - охотнику было внове прикрывать чужую спину. Вот зараза...
  
   - Как жалко, что того симпатичного юноши с хвостиком сегодня нет, - как почуяв, вздохнула одна из близняшек, наблюдая, как молодожён усаживает супругу в стороне от остальных, чтобы никто случайно не толкнул её. - Он так интересно рассказывал про свои путешествия...
  
   - Извините, что вмешиваюсь в вашу беседу, господа, - встряла пухленькая русоволосая служанка, убиравшая со стола пустую посуду, - но вряд ли он появится в зале раньше обеда. Бедный молодой человек сегодня ночью дважды вызывал прислугу - просил что-нибудь от головной боли, которая не давала ему уснуть. Немагической боли, - добавила она, вздрогнув и слегка побледнев под настороженными взглядами постояльцев. - Сказал, что это от усталости. Я уверена, что лекарства и компрессы помогли, но ему нужен отдых.
  
   "Надо же, какой предусмотрительный, - удивился Олаф. - Или у него действительно болела голова?.. Нет, не сказал бы. Утром кунья морда казался вполне здоровым".
  
   - Дорогие гости, почти десять часов, зал закрывается, - вежливо сообщила другая служанка, стройная и темноволосая. - Если вы хотите взять с собой в номер какие-либо из наших блюд или напитков, можете попросить об этом слуг или наполнить переносные контейнеры самостоятельно. Мы были рады видеть вас и надеемся, что вам всё понравилось!
  
   Наёмник задумчиво покосился на довольно крупные, в локоть шириной, металлические короба с ручками сверху и по бокам - они громоздились на этажерке у выхода из зала. После чего перевёл взгляд на благоухавшую свежим кофе турку и неохотно поднялся на ноги.
  
   - Через три минуты у моей комнаты, - тихонько буркнул он в навершие артефакта-булавки, отмахнулся от поспешившего на помощь разносчика и стряхнул в чистую тарелку пару сэндвичей с курицей и овощами, ещё горячих.
  
  

***

  
   Изрядно нагруженный контейнер заметно оттягивал руку. Сама по себе тяжесть не доставляла Олафу хлопот, но ношу приходилось удерживать в строго горизонтальном положении - иначе изрядная часть еды рисковала искупаться в кофе. Чайные ложки надоедливо звенели о чашки, вдоль длинного края короба перекатывалось что-то тяжёлое, и Бронзовый не один и не два раза проклял свою чёртову доброту, пока добирался до номера.
  
   Дверь удалось открыть со второй попытки - замочная скважина располагалась слишком низко, а наклониться юноша не мог. Кое-как справившись с ключом, наёмник переступил порог и, бережно опустив дурацкий контейнер на пол, включил свет.
  
   За время его отсутствия обстановка в комнате претерпела некоторые изменения. В частности, прикроватный коврик переполз подальше от кровати. На нём, закинув ноги на стену, лежал Призрак и рассматривал сквозь лупу артефакт-камень в клипсе. Его сюртук валялся рядом.
  
   - Что ты тут делаешь? - немного рассерженно спросил Олаф. Разумеется, он догадывался, что вор не станет дожидаться его в коридоре. Но лёгкость, с которой преступник проник в комнату, пугала и в то же время злила. Действительно, вошёл, когда пожелал...
  
   - Вообще-то, - Вито ловко перекувыркнулся через голову и сел вполоборота, скрестив ноги, - я собирался пожаловаться тебе на полное отсутствие сил, ставшее следствием пропущенного завтрака. Но ты, как я вижу, принёс с собой нечто, напоминающее контейнер для доставки еды в номер, которым обычно пользуются слуги. Смею надеяться, там найдётся что-нибудь для меня.
  
   - Найдётся, - буркнул Бронзовый, плюхнувшись на край постели, прикрытой покрывалом. - Но сначала - сведения.
  
   - Сведения не могут быть важнее еды, - возразил Призрак, пожирая короб жадным взглядом.
  
   - А по шее?! - возмутился наёмник, но чёртова доброта опять перевесила. - Ладно уж, - вздохнул он, махнув рукой. - Открывай.
  
   Вор аккуратно подтащил контейнер к себе и, щёлкнув боковыми рычажками, распахнул крышку. Осторожно заглянул внутрь. Зажмурился. Снова открыл глаза, словно бы неверяще рассматривая кулинарное изобилие, которое Олаф умудрился неведомо как затолкать в короб, почти не помяв - десяток сэндвичей, несколько блинчиков с разными вкусами, запеканку, пирожные, фрукты, наполненный под завязку кофейник и щедрую горсть леденцов в ярких обёртках. Перевёл озадаченный взгляд на охотника. Вновь воззрился на контейнер, не скрывая изумления.
  
   - Ну, чего тебе? Не нравится, что ли? Ешь давай! - не выдержал наёмник.
  
   - Бронзовый, - голос куньей морды дрожал, будто парень с трудом сдерживал слёзы, - ты, оказывается, прекрасный человек!
  
   - Чего-о-о? - растерялся охотник, не понимая, издевается над ним союзник или нет.
  
   - Нышефо! - бодро ответил Призрак, запихнув в рот сразу половинку сэндвича. От его вчерашних манер, проявленных за ужином, не осталось ни следа. - Фпафыбо!
  
   - Да не за что, - пробормотал Олаф, наблюдая, как Вито расправляется с едой с проворством голодной лисы, которую по ошибке заперли в курятнике и вот-вот заметят эту оплошность. - Ты, смотрю, и об алиби позаботился.
  
   - М?
  
   - Притворился, что страдаешь от головной боли.
  
   - У-гм.
  
   - За ночь дважды просил принести лекарства.
  
   - Трижды, - поправил Призрак, отвлекшись от сэндвичей. - Первый раз меня спалили в холле, когда ходил за списком. Спрятаться не успел, пришлось врать. Старикан насторожился, решив, что я собираюсь что-то украсть, - вор хихикнул, - но я был достаточно убедителен. Шнур для вызова прислуги на всякий случай заранее закинул на шкаф. Выглядело так, словно после уборки его забыли спустить, и несчастный постоялец, мучимый мигренью, вынужден был отправиться за помощью сам. Роль удалась, и я понял, что игру стоит продолжить - перевёл будильник сначала на без чего-то два, а потом на четыре. Видимо, не зря.
  
   - Не зря, - подтвердил Бронзовый. - Твоё отсутствие заметили и насторожились, но служанка очень кстати сообщила о твоём состоянии... Я правильно понимаю, что стальные бури на тебя никак не влияют?
  
   - Правильно понимаешь.
  
   - Тогда из-за чего у тебя вчера был такой измождённый вид?
  
   - А ты вспомни, где произошла кража двадцать второго сентября, - самодовольно улыбнулся вор, доставая из контейнера чашки. - И взгляни, где я очутился за какие-то три дня... Кофе будешь?
  
   - Буду, - кивнул наёмник. - Так, сначала предместья, потом... Погоди-ка. Ты за три дня добрался сюда аж с южных островов? Две с половиной тысячи километров?! Это невозможно!
  
   - Как видишь, возможно, - Вито высыпал в чашку весь скудный запас сахара, завёрнутый в конфетный фантик. - Но времени на отдых не остаётся. Совсем. Сначала - частное судёнышко, затем - скорый поезд до ближайшего крупного города, причём в открытом вагоне, оттуда - дирижабль в центр, потом - наёмный паромобиль без водителя, опять поезд, верховые, щедро оплаченная дрезина по строящейся ветке, паршивый дилижанс и, наконец, прогулка, частично пешая, частично конная. Не мог же я запороть собственную работу! Мне давно хотелось прочертить на карте звезду со стольным градом в центре. Получится просто фантастически!
  
   - Да уж, - поморщился Олаф. Разговор, как назло, увлекал его. То и дело забывалось, что сидящий напротив человек - враг, преступник, которого надлежит схватить и передать суду. Строго говоря, ради его поимки охотник и отправился в путь...
  
   - Ого! Даже знаменитый наёмник признал мой талант! Я польщён, - кунья морда склонил голову в издевательском полупоклоне.
  
   - Ты доел? - вспылил Бронзовый. - Вижу, что доел. Давай, рассказывай, что выяснил!
  
   - Да подожди ты, - пробурчал Призрак, растянувшись на полу и неторопливо слизывая с пальцев крем от пирожного. - Не помню, когда у меня в последний раз был такой роскошный завтрак. Здешние повара хороши.
  
   - Рассказывай, кому говорят!
  
   - Погоди, погоди! Я обещал, что расскажу всё после еды, но не уточнил, когда именно, верно? Прояви немного терпения, а! - Вито, перевернувшись на живот, с интересом разглядывал оконные ставни. - О, посмотри-ка, тебя от стальной бури отделяют всего два засова и щеколда! Так близко... Чувствуешь это леденящее волнение, которое способно подарить лишь тесное соседство со страшной смертью?
  
   - И будь уверен, - процедил Олаф, - если ты немедленно не расскажешь мне, что и у кого нарыл, я с удовольствием отодвину эти чёртовы засовы и открою чёртову щеколду, чтобы вышвырнуть тебя прочь за эти чёртовы ставни! Я понятно изъясняюсь?
  
   - Понятно, - со вздохом согласился вор, закрыв глаза. - Хотя и однообразно. Я бы сказал, чертовски однообразно... Так вот, - продолжил он совершенно иным тоном, деловым и сухим, чуть оттенённым иронией, - твоими стараниями почти вся публика задержалась в зале до конца завтрака, так что успел я многое. С кого бы начать... А, вот. Барышни-близняшки чище первого снега. Я сунул нос в их личные дневники, не надо смотреть на меня с таким укором, Бронзовый, я его даже сквозь веки чувствую... В общем, у них там сплошь мечты об Инициации с каким-нибудь богатым красавчиком в качестве партнёра. До "пробуждения" девчонкам далеко - ни у той, ни у другой пока нет ни одного симптома, и они ужасно переживают по этому поводу. Дама-книгочея тоже особых подозрений не вызывает. В её номере - уйма статей, книг, вырезок и отличный инструментарий, но всё это касается не магии, а науки, по большей части химии. В формулах и реагентах я толком не шарю, но отличить магическое от немагического вполне способен, как и любой человек с мозгами. Парень-засоня, считай, пустой, зато при альбоме с набросками и планами зданий. Похоже, обучался в какой-то академии искусств, рука у него набита. Далее. У учёного, который пожирнее, трактаты в чемодане и две фляги отменного крепкого коньяка под матрасом. Как и положено философу и литературоведу, изучающему наследие древних цивилизаций. Пожилая леди возвращается откуда-то из гостей - в её вещах много сувениров и подарков, но маловато денег. Эти четверо, которых я упомянул, едва ли владеют магией - у них в комнатах полные наборы бытовых артефакт-камней. А вот насчёт тощего учёного сомневаюсь. Он слишком хорошо для не-волшебника разбирается в заклинаниях. Либо колдует тайком, либо гений. Третьего не дано.
  
   - Значит, старикан, - пробормотал Олаф, потирая виски. Чашка кофе искушала невероятно, но сейчас важнее было дослушать союзника. - Ещё кто?
  
   - Художница, - Вито лениво потянулся. - В её набросках многовато страниц из заклинательных книг и зарисовок обрядов. Но оно всё как-то... хаотично, что ли. Не структурировано, будто она просто коллекционирует понравившиеся ей детали, не вдаваясь в их смысл и назначение. Но если судить только по артефакт-камням, из неё такой же высококлассный маг, как из тебя - воришка.
  
   Бронзовый шутки не оценил.
  
   - А Патрик?
  
   - Его комнате я уделил прискорбно мало внимания, - признался кунья морда, - но и смотреть там толком было нечего. Самый дешёвый номер, вроде каморки для прислуги. Вещей - необходимый минимум. Серебряные серёжки с яшмой наивно спрятаны под подушкой. Единственный артефакт-камень - жёлтенький, без оправы, облегчающий боль, почти разряжен. По одной смене одежды, документы, немного лекарств - и всё. Я уж думал, не подкинуть ли им втихушку пару-тройку ассигнаций. Но у этой парочки чересчур честные рожи. Готов поспорить - муженёк, едва найдёт под кроватью деньги, полетит сдавать их в потерянные вещи вместо того, чтобы присвоить, как любой нормальный гражданин. Пришлось ограничиться пополнением магического камня. Не волнуйся, они не заметят.
  
   - Филантроп, - неверяще фыркнул охотник. - Так, с этими ясно. Комнату отца с сыном, значит...
  
   - Комнату мальчишки осмотрел. Комнату отца - нет.
  
   - Погоди-ка, - изумился Олаф. - Они живут в разных номерах?
  
   - Я тоже удивился, - кивнул Призрак. - Хотел сообщить тебе ещё утром, но ты меня прервал. Да, они в разных комнатах. Даже не в соседних. Это действительно странно. Фамилии одинаковые, и в книге регистрации указано, что они родственники. В комнате мальчика ничего подозрительного, нормальный набор для ребёнка. Но видно, что мелкий заселялся сам, сам распаковывал вещи, сам пытался привести себя в порядок, в одиночестве коротал досуг. Постель заправлена очень уж аккуратно - подозреваю, что спать мальчишка предпочёл на диване. Отец за ним не следит... Жалко его, - добавил Вито с неожиданной печалью в голосе.
  
   - Может, другого варианта заселения не было? - предположил наёмник.
  
   - Да нет, - вор грустно усмехнулся, - были, причём дешевле и практичней. Аналогичная комната рядом с папашкиной. Двухкомнатные покои при общей гостиной. Трёхкомнатный номер с раздельными входами. Четырёхкомнатные апартаменты, занявшие целое крыло. Отец хочет, чтобы сын находился подальше от него. Ты ведь видел всё вчера, верно? Для этого толстосума его отпрыск - пустое место. В лучшем случае - слуга или помощник, но не более того. И дело здесь не в равнодушии. Я отчётливо вижу неприязнь. Если верить фотографии на тумбочке в спальне, у мальчонки есть мать, которая его любит. А вот отец...
  
   - Может, ребёнок приёмный? - Бронзовый задумчиво нахмурился.
  
   - Или папаша неродной.
  
   - Тоже вариант, - согласился охотник. - Ладно. Семейные дрязги нас сейчас не интересуют. Займёмся художницей. Пока что она - главная подозреваемая. Нужно проследить за ней, собрать доказательства вины... или невиновности, как получится.
  
   - Так каков план действий?
  
   - Я же сказал - проследить, - повторил Олаф. - Где она живёт? Установим наблюдение за комнатой. Будем контролировать её перемещения и действия. Как только выясним, замешана она или нет...
  
   - Мне эта идея не нравится, - отрезал Призрак.
  
   - Это почему? - возмутился Бронзовый, с ночи наметивший именно такой путь.
  
   - Потому, - Вито выразительно глянул на ножны с саблями, притулившиеся у шкафа, - что он ненадёжный и непоследовательный. Делать выводы ты умеешь, а принимать должные меры - нет, это невооружённым глазом заметно. Что, если девчонка - не маг? Мы глупо потеряем время, а настоящий враг тем временем подберётся к Росаве. У тебя неправильно расставлены приоритеты, сечёшь? Ты боишься, что заклинатель натворит что-нибудь ещё. Кроме того, пытаешься воспользоваться кратчайшим путём, чтобы как можно скорее сосредоточиться на главном противнике, то есть мне. Зря. Я никуда не денусь, а постояльцы настороже, так что любой лишней суетой злоумышленник сразу же себя выдаст. Ему невыгодно привлекать внимание, понятно? А лёгкость, которую ты видишь, мнимая...
  
   - Так что ты предлагаешь?! - не выдержал охотник.
  
   - Охранять Росаву, - твёрдо сказал Призрак. - Ты ведь известная персона, о твоих боевых подвигах болтают много и охотно. Ты уже превзошёл Риверджейса-старшего. Славой, по крайней мере. Предложи госпоже Нэль-Амлас нанять тебя в качестве телохранителя. Она не откажется от такой помощи, я уверен. А я буду следить за происходящим во дворце и сообщать всё тебе. Так ты и меня из-под контроля полностью не выпустишь, и жертву защитишь.
  
   Олаф скрипнул зубами. Кунья морда был прав. Бронзовый привык выслеживать только тех преступников, чья личность установлена, а мотивы ясны. Кроме того, наёмник слишком мало знал о магии как таковой - его всегда больше волновали способы противостоять волшебству, чем принципы и законы его творения. Но согласиться с союзником не позволяла гордость, которую и так пришлось изрядно потеснить для пользы дела, оставив вора на свободе.
  
   - Так в какой комнате живёт художница? - спросил охотник, не посчитав нужным поумерить грубость в голосе. - Говори!
  
   Вито едва слышно вздохнул. Покосился на ладонь Бронзового, привычно лёгшую на рукоять револьвера, и нехотя ответил:
  
   - Двухэтажные апартаменты, прямо над залом. Шестой и седьмой этажи. В номере есть панорамные окна в зимний сад. Через них видны гостиная на нижнем этаже и две смежные комнаты на верхнем. Дарита Жозе устроила мастерскую в одной из них.
  
   - Кто-кто?
  
   - Так зовут художницу, - пояснил Призрак. - Я успел догадаться, что тебя мало волнуют другие люди, но хотя бы имя объекта слежки мог уточнить на всякий случай? Леди Жозе, вообще-то, известная художница, пейзажистка. Две премии Королевской Академии Талантов, множество международных выставок. В столичном Музее Высоких искусств есть её картины.
  
   - Сейчас это несущественно, - отмахнулся наёмник. - Значит, так. Встречаемся через десять минут на шестом этаже, у лестницы. Помнится, у тебя в номере была верёвка? Принеси её, она понадобится.
  
   - Я не знаю, что именно ты задумал, - медленно произнёс Вито, - но твой план мне категорически не по душе, зуб даю.
  
   - Твоё мнение меня не интересует. Делай, как я сказал, - Олаф поднялся с кровати, давая понять, что разговор окончен. Желания пререкаться с куньей мордой у него не было. Охотник хотел как можно скорее приняться за работу и не собирался тратить время зря.
  
   - Ох, не нравится мне это, - пробормотал вор, отвернувшись от союзника. - Совсем не нравится...
  
  

***

  
   - Бронзовый, это плохая идея.
  
   - Замолчи.
  
   - Это очень, очень, очень плохая идея.
  
   - Заткнись и помогай! - повысил голос Олаф и боязливо огляделся - не слышал ли кто. Но нет - к счастью, коридор пустовал.
  
   Зимний сад занял практически весь шестой этаж. Он не был отделён от основного коридора ни стеклом, ни сеткой. Там, где мягкая, влажная, рыхлая земля граничила с каменным полом, был воздвигнут приземистый парапет, перемахнуть через который не составило бы труда даже для ребёнка. Что до холла седьмого этажа, он представлял собой длинный балкон с немного волнистым краем. Отсюда открывался эффектный вид на раскидистые деревья со странноватыми кудрявыми листьями и высокие кустарники, усыпанные мелкими пунцово-розовыми цветками. Но вот незадача - широкие, пышные ветви растений заслоняли панорамные окна номера леди Жозе.
  
   Два ажурных дуговых мостика соединяли противоположные балконы-берега коридоров, разделённые зелёным морем. Одна из переправ, середина которой почти затерялась в густой листве, проходила совсем близко к прозрачной стене апартаментов художницы. Именно этот участок и облюбовал для наблюдения наёмник. Сейчас он привязывал верёвку союзника к одному из столбиков парапета, старательно, но не особо умело затягивая узлы. Для Бронзового не составляло труда упаковать преступника в путы так, чтобы пленник не выкрутился, но спуск по свободно свисающей верёвке без дополнительной опоры вроде стены или скалы был ему в новинку.
  
   - Плохая идея, плохая идея, плохая идея... - бормотал Вито себе под нос, нервно озираясь по сторонам. Наверняка удерёт, едва что-то пойдёт не так, и заранее ищет пути отступления. Вот кунья морда...
  
   - Хватит. Замолчи.
  
   - Плохая, плохая, плохая идея...
  
   - Перестань это повторять! Заткнись!
  
   Призрак послушно умолк, но Олаф не сомневался - вор продолжает с исступлением истинно верующего твердить эту мрачную мантру про себя.
  
   Скрутив замысловатый узел вокруг петли на противоположном конце, охотник пару раз дёрнул за верёвку -- убедиться, что она привязана крепко. Сюртук и жилет снял, повесил на перила моста - при спуске они могли помешать; сабли он на сей раз оставил в комнате, решив, что револьверов вполне хватит на всякий экстренный случай.
  
   - Значит, так, - наёмник повернулся к союзнику. - Я спущусь по верёвке на пару-тройку метров ниже. Тогда мне будут хорошо видны и мастерская, и гостиная. Посмотрю, чем занимается эта леди, как её там... Не суть. Ты стой здесь и стереги. Заметишь постороннего - отвлеки его. Чтобы во время слежки ничья нога и шагу не ступила на этот мостик! Тебе понятно?
  
   - Чего ж тут непонятного, - пробормотал Вито и разразился подчёркнуто унылым вздохом. - Плохая идея... Опору получше затяни. Узел того и гляди заскользит. Тебе оно надо?
  
   - И так сойдёт, - недовольно буркнул Олаф. - Зато петля ровно на той высоте, которая мне нужна. Сяду в неё, как на верёвочные качели - отличный выйдет наблюдательный пункт. На таком и до вечера продержусь, если потребуется. Ладно, я пошёл.
  
   - Жаль, что ты такой несговорчивый, - покачал головой вор. - Поумерил бы гордость и...
  
   - Заткнись и стереги, - прорычал Бронзовый, осторожно сев на парапет и спустив ноги вниз. Он слабо представлял, как будет спускаться, но не сомневался, что способен на это.
  
   - В последний раз тебе говорю, тупоголовый! - взвыл Призрак, патетически схватившись за голову. - Так слежку не ведут, и так мы мага не поймаем! Прекрати упираться!
  
   - Трус, - припечатал наёмник и, неуклюже зажав верёвку скрещенными ногами, сполз с перил.
  
   Первые несколько секунд мучительно не хватало опоры для рук. Трос заходил ходуном, юноша приложился о мостик сначала боком, а потом плечом. Спустя полминуты и один метр стало гораздо проще. Плотные кожаные перчатки не скользили, спуск давался сравнительно легко; болтало ощутимо, но не настолько сильно, чтобы упасть. Вскоре Олаф благополучно достал ногами до петли. Покрепче вцепившись в верёвку, он подождал, пока та перестанет так опасно раскачиваться, и рискнул обернуться к окнам апартаментов.
  
   Художница была там. Стоя спиной к наблюдателям, она с упоением малевала что-то непонятное на здоровенном, в человеческий рост, холсте. Длинную белую рубаху покрывали разноцветные пятна свежей краски; краской были заляпаны и босые ножки девушки, и паркетный пол, даже на оконное стекло попало несколько ядовито-зелёных брызг. Сощурившись, наёмник всмотрелся в картину, пытаясь разглядеть, разгадать хоть какой-то смысл в пёстрой мешанине. Увы - яркие пятна и штрихи не вызывали ни единой стойкой и отчётливой ассоциации. Единственное, что пришло в голову -- потрясающее сходство творения леди Жозе с детской мазнёй. И в каком месте, спрашивается, она "пейзажистка"?
  
   Дарита приподнялась на цыпочки, дотянулась кистью до самого верха холста. Рубашка задралась, обнажив колени и край нежно-лимонных кружевных панталон. Бронзовый покраснел, только сейчас сквозь пелену охотничьего азарта осознав, что девушка и не одета толком. О боги, неужели у неё под рубашкой ничего нет? А как же нижние юбки?!
  
   - Так во-о-о-от в чём дело! - протянул сверху ехидный голос. - Наконец-то я понял. А вы не такой невинный, каким казались на первый взгляд, господин Бронзовый! Столь хитроумный план, и всё ради того, чтобы полюбоваться на симпатичную барышню...
  
   - Завянь! - огрызнулся Олаф, смущённо отведя взгляд от окна. - Тебе-то почём знать, что я там...
  
   - Я углядел в зазоре между ветвей очертания нижней части бедра, очаровательную впадинку под коленом и стройную икру. Смею предположить, что господин Бронзовый обратил внимание на то же самое, но, - Призрак выдержал многозначительную паузу, - в совершенно ином ракурсе. Завидую... Впрочем, недаром говорят, что у истинного мастера во время работы непременно найдётся место и для любви!
  
   - Заткнись! Хочешь, чтобы она нас увидела?
  
   - Если это произойдёт, я перережу верёвку, - доверительно сообщил Вито, понизив голос и перегнувшись через парапет, чтобы его было лучше слышно. Он широко улыбался, в вишнёвых глазах приплясывала искорка весёлого, жгучего безумия, которую Олаф приметил ещё во время ночного столкновения. - После чего доложу прекрасной леди Жозе, что остановил злодея, подглядывавшего за процессом её творчества. У меня было немало разных девушек, но с известными художницами я ни разу не...
  
   - Я вооружён, - криво ухмыльнулся наёмник, выразительно похлопав ладонью по кобуре. - И успею пальнуть в тебя прежде, чем долечу до земли.
  
   - Уверен?
  
   - Слышал байку про то, как я подстрелил цель через чуть приоткрытое окошко встречного поезда?
  
   - Слышал, - настороженно кивнул Призрак.
  
   - Это не байка.
  
   Вор разочарованно вздохнул.
  
   - Знаешь, Бронзовый...
  
   - Хм?
  
   - Мне ведь не обязательно высовываться, чтобы срезать верёвку, ты в курсе?
  
   - Есть рикошетные пули.
  
   - Ого... Думаешь, сумеешь попасть в мага?
  
   - Думаешь, промахнусь?
  
   - Я не думаю, - напомнил Вито, улыбнувшись ещё шире. - Кстати, как там маг потенциальный?
  
   - А?
  
   - Леди Жозе.
  
   - А! Погоди... Чёрт возьми, тебе обязательно было меня отвлекать?
  
   - Не-а, - тень, покачивавшаяся на широком листе трепетавшего от сквозняка папоротника, мотнула головой. - Но так гораздо веселее!
  
   - Я, вообще-то, занят важным делом! Спасаю чужую жизнь...
  
   - ... шпионя за другой жизнью, такой чуждой и заманчивой? М-м-м, какое пикантное спасение!
  
   - Ах ты... - наёмник рефлекторно дёрнулся, намереваясь заткнуть рот не в меру языкастому союзнику.
  
   Всё произошло настолько быстро, что Олаф даже не успел понять, что и как именно случилось. Нога внезапно заскользила, туго натянутая верёвка дёрнулась под рукой и выскочила из ослабевших пальцев, мир перекувыркнулся - перед глазами мелькнули окно, раскидистая крона какого-то дерева, папоротники, цветы... Цветы. Один из них, ярко-розовый, с плотными, широкими кожистыми листьями, очутился прямо над головой Бронзового. Щиколотку правой ноги сдавило, ступня заныла; рывок вниз и в сторону - свод стопы свело от боли; юноша с удивлением ощутил, что не может ею шевельнуть.
  
   Верёвка. Чёртова верёвка, стянувшаяся чёртовой петлёй, сжала ногу так сильно, что даже плотная кожа сапог не спасла. Олаф позорнейшим образом повис вниз головой на тонком тросе, неуклюже размахивая руками в безуспешной попытке остановить мерное раскачивание из стороны в сторону.
  
   - Вот чёрт.. Чёрт побери! Проклятье!
  
   Художница, к счастью, не обернулась - то ли не расслышала шум, то ли была поглощена процессом творчества. Наёмник с ужасом осознал, что новый ракурс куда лучше подходит для постыдных подглядываний, на которые чуть раньше так активно намекал Вито.
  
   - Кунья морда! Немедленно вытащи меня отсюда! Слышишь?!
  
   Едва ли стоило рассчитывать на вора. Призрак, судя по звукам, был очень занят - катался по полу, подвывая от смеха. Вот гадёныш...
  
   - Да что б тебя! Луциано! - гордость не позволяла Бронзовому когда бы то ни было озвучивать просьбы о своём спасении, но нынешняя идиотская ситуация, определённо, требовала крайних мер. - Помоги!
  
   - А верёвку отстрелить? - послышался сверху насмешливый голос.
  
   - Я не уверен, что сумею сгруппироваться, и...
  
   - До этого ты говорил совсем другое.
  
   - Я хотел бы избежать травм, учитывая ситуацию! Прекрати издеваться и скорее...
  
   Щелчок. Сразу же следом за ним - негромкое жужжание разматывающегося металлического троса.
  
   В отличие от Олафа, Призрак подготовился к спуску основательно. Тонкий шнур, отливавший серебристым, заканчивался узкой перекладиной. Вито непринуждённо сидел на ней, скрестив согнутые ноги. Закреплённый на запястье механизм, стуча шестерёнками, торопливо отмерял сантиметры, напротив крутилась обмотанная резиной рукоятка. Жилет и сюртук наёмника висели на крюке в середине рукояти. Охотник был не прочь поинтересоваться, откуда у куньей морды одна из новейших военных разработок, но предпочёл промолчать, отложив расспросы до более удачного и удобного момента.
  
   Притормозив возле Бронзового, вор поставил рукоятку на блокировку, передвинув стальной штырь сбоку, и протянул напарнику руку:
  
   - Хватайся.
  
   Олаф, у которого к тому моменту от болтанки вверх тормашками начала кружиться голова, пререкаться не стал и послушно вцепился в забинтованное запястье. Вито помог наёмнику нащупать трос и застегнул на его предплечье ремешок-фиксатор из толстой, грубой кожи.
  
   - Сейчас немного тряхнёт. Приготовься.
  
   - Собираешься срезать верёвку? - пропыхтел Бронзовый, краем глаза наблюдая за окном. Леди Жозе отвлеклась от холста и сейчас, стоя на коленях вполоборота к окну, возилась с кистями и палитрой. Лишь бы ей не вздумалось повернуться чуть левее!
  
   - Ага.
  
   - Но как? Пистолет...
  
   - ... магу не нужен, - бросил Призрак, прочертив в воздухе линию указательным пальцем.
  
   Разрез вышел на удивление ровным - рассекло только верёвку, не зацепив ни перила, ни нависшие над мостиком листья растений. Наёмник ухватился за фиксатор и второй рукой, справедливо опасаясь, что такой рывок может повредить сустав. Боль была ощутимая, но вполне сносная. В глазах потемнело; юноша зажмурился, борясь с дурнотой. Болтанка прекратилась на удивление быстро. Звонко щёлкнул рычажок блокировки, возобновился мерный речитатив шестерёнок - медленней, чем до этого.
  
   - Побыстрее никак?
  
   - А тебе не поплохеет? - в голосе Вито промелькнула обеспокоенность. Мнимая или нет - Олаф не знал и, пожалуй, не хотел знать.
  
   - Нет.
  
   - Молодец. А механизму поплохеет. Он как бы рассчитан на одного человека.
  
   - Да тут спускаться всего ничего!
  
   - Терпение - величайшая добродетель, Бронзовый. Будь терпелив - и тебе воздастся.
  
   Наёмник не уловил момент, когда его сапоги коснулись земли. Он ощутил под собой твёрдую опору лишь после того, как фиксатор перестал тянуть запястье, и, сдёрнув ремешок с руки, повалился на колени, упёрся ладонью в рыхлую, надёжную почву. Спохватившись, торопливо стянул с ноги злополучную петлю.
  
   - Ненавижу высоту...
  
   - Да на здоровье. Птичка из тебя так себе, - ехидно протянул Призрак, и юноша запоздало сообразил, что произнёс фразу вслух. - Взлетать не умеешь, приземляться без помощи - тоже, паришь исключительно вниз головой... Берегись!
  
   Олаф едва успел отбить падавший на него крюк, обещавший приземлиться точнёхонько на темечко:
  
   - Поаккуратней никак?
  
   - Извини уж. Я эту штуку использовал второй раз в жизни, - вор с сожалением рассматривал разрезанную верёвку. - Эх, такую хорошую вещь испортил... Требую компенсацию за твоё разгильдяйство.
  
   - За моё? Моё?! - возмутился Бронзовый, кое-как поднявшись на ноги. - Я бы не накосячил, если бы меня не отвлекала не в меру говорливая кунья морда!
  
   - Странно, - каштановолосый озадаченно нахмурился, продолжая сматывать трос. - Мне казалось, настолько опытный боец не должен так бурно реагировать на внешние раздражители.
  
   - Я работаю в одиночку, - Олаф с силой растёр нывшую после браслета-фиксатора руку, - поэтому не привык, что меня так отчаянно пытаются заболтать.
  
   - О, я могу считать себя привилегированным? - поинтересовался Вито, сцепляя крючья у середины механизма-катушки. - Стать напарником такого уважаемого человека...
  
   - Не забывай: ты - моя будущая добыча, - рассердился Бронзовый. - Трофей, за который я получу хороший куш от правительства. Я согласился сделать тебя моим союзником, чтобы поймать мага, намеренного совершить убийство. Только ради этого. И ты...
  
   Узкая, холодная ладонь Призрака неожиданно грубо зажала Олафу рот. В следующий миг наёмник, сбитый с ног ловкой подсечкой, лежал на земле. Затылок и спина, чересчур резко встретившиеся с землёй, заныли, между лопаток что-то неприятно хрустнуло. Вор распластался рядом, вжавшись в низкую, густую травяную поросль.
  
   - Ш-ш-ш, тиш-ше, - прошелестел Вито. - Она смотрит сюда.
  
   Бронзовый оглянулся на стену апартаментов, наполовину скрытую от него папоротником. В зазоре между двух листьев он углядел тонкие щиколотки и переминавшиеся босые ноги, заляпанные краской. Девушка замерла у самого окна - видимо, разглядывала сад.
  
   - Она заметила нас? - еле слышно спросил наёмник у союзника.
  
   - Не должна была, - шёпот Призрака едва улавливался. Парень боялся даже шевельнуться: его, в отличие от Олафа, здешняя растительность от любопытствующих взглядов из апартаментов практически не защищала. Вито лежал на самой границе света и тени от нависшего сбоку деревца. - Что она делает?
  
   - Вроде просто стоит, - Бронзовый сощурился, всматриваясь.
  
   - И как оно?
  
   - То есть?
  
   - Видишь её ножки?
  
   - Ты хоть когда-нибудь бываешь серьёзным? - сварливым шёпотом осведомился наёмник.
  
   - Я серьёзен, - Вито осторожно повернул голову и теперь сверлил охотника тоскливым взглядом. - Как мне не быть серьёзным, скажи? Вероятно, сюда вот-вот прибегут вызванные ею слуги, вооружённые до зубов и злые как черти. Они сочтут нас злодеями, вмиг схватят и убьют, не утруждая себя разбирательствами. Но я не могу вот так умереть. Есть вещи, которые мне непременно нужно узнать перед своей бесславной и досрочной гибелью. Например... - вор многозначительно замолчал.
  
   - Ну? - прошипел Олаф.
  
   - Например, есть ли у неё под рубашкой нижняя юбка?
  
   - Заткнись, озабоченный, - прорычал наёмник, борясь с желанием придушить вишнёвоглазого паршивца.
  
   - Бронзовый, умоляю... - жалобно протянул вор.
  
   - Панталоны у неё, - капитулировал охотник, поняв, что парень от него не отвяжется. - Лимонного цвета. Но сейчас только щиколотки различаю, тут листья... О! Она сделала шаг назад.
  
   - И?
  
   - И всё... Погоди-ка. Она краски смешивает! Аж брызги летят.
  
   - Значит, не заметила, - выдохнул Призрак, закрывая глаза. - Как отвлечётся, беги к галерее. Видишь, там кусты в ряд посажены? Вот вдоль них и беги. Пригнувшись. Я сразу за тобой.
  
   - Угу, - буркнул Олаф, приподнявшись на локтях. Да, такая позиция была более удачной: теперь он мог разглядеть голову и плечи художницы. Взор девушки был прикован к полукруглой пластинке палитры; на окно она не смотрела вовсе и, несомненно, не обратила внимания на двух подозрительных посетителей в зимнем саду.
  
   - Что такое? - встрепенулся Призрак. - На что ты так пристально смотришь? Неужели панта...
  
   - Замолчи уже, наконец! - Бронзовый рискнул повысить голос. - Она нас не видела и не видит! Лишь на краски свои...
  
   - Творческие люди переменчивей погоды на морском побережье, - мурлыкнул вор, - и поступки их непредсказуемы... Не спеши. Жди, пока отвернётся. Терпение и ещё раз терпение.
  
   Наёмник поморщился. Терпение, одно из немногих верных его умений, напрочь отказывало рядом с новоиспечённым союзником, воплощённым нарушителем спокойствия.
  
   Ждать.
  
   Брызги красной и оранжевой красок летят на стекло.
  
   Ждать.
  
   Дарита Жозе задумчиво переступает с ноги на ногу. Прядь волос, выскочившая из короткой, но пышной косы, шаловливо чиркает кончиком по палитре. Локон стал двухцветным: сверху - рыжим, снизу - ядовито-зелёным.
  
   Ждать.
  
   Художница переводит взгляд на окно, и у охотника от волнения перехватывает дыхание. Неужели они попались? Нет - девушка изучает лист напротив стекла, наполовину свёрнутый в тугую трубочку, наполовину раскрывшийся, нежно-салатовый.
  
   Стоп. А зачем прятаться? Двое постояльцев решили прогуляться по зимнему саду - что в этом подозрительного?..
  
   - Не вздумай, Двенадцатый аркан.
  
   - Чего? - ошалело переспросил Олаф. - Какой ещё... - и тут наёмнику вспомнилось утреннее гадание. Предсказание по картам таро - абсолютно верное, что б его, предсказание!
  
   - Повешенный, - хихикнул Призрак. - И впрямь Повешенный... Повешенный! Двенадцатый аркан!
  
   - Заткнись, кунья морда!
  
   - Если ты сейчас вскочишь, - предупредил Вито, - леди Жозе увидит в окошке молодого человека при оружии, но без верхней одежды и шейного платка. В мятой рубашке с рваным рукавом, чумазого, как поросёнок после грязевой ванны. Ты уверен, что стоит показываться перед дамой в таком виде, а, Бронзовый?
  
   - Она отвернулась, - пробурчал наёмник, поглядывавший в сторону окна. - Опять малюет что-то на хол...
  
   - Ну так галопом, Двенадцатый аркан!
  
   - Прекрати меня так называть! - прошипел Олаф, подбирая вещи, валявшиеся в травяной поросли.
  
   Вито, насмешливо хмыкнув, ловко перекатился через плечо и с низкого старта рванул в сторону галереи. Наёмник, чертыхнувшись сквозь зубы, бросился следом.
  
   Почему-то ему казалось, что после глупо закончившейся затеи и дурацкой перепалки вор сбежит, испарится без следа, оставив союзника в гордом одиночестве. Но нет - кунья морда ждал у лестницы, торопливо отряхиваясь и радостно сияя, как новенькая, до блеска начищенная монета.
  
   - У тебя трава в волосах, - буркнул Бронзовый, неохотно натягивая сравнительно чистую одежду поверх замызганной рубашки.
  
   - А у тебя волосы в траве. Травы больше, - прыснул вор.
  
   - Сколько раз я просил тебя заткнуться, а?!
  
   - Достаточно, чтобы понять, что я не заткнусь, - безмятежно ответил Призрак, запихивая скорбные останки верёвки то ли в потайной карман, то ли прямо в подкладку сюртука. - Итак, затея собрать улики и отыскать мага потерпела крах? Да? Я прав? Тогда что будем делать дальше?
  
   - Без понятия, - поморщился Олаф. Следующую фразу, крутившуюся на языке, произносить не хотелось совершенно, но Вито, словно почуявший добычу пёс, уже вскинул голову и с интересом смотрел на охотника. - Что предлагаешь?
  
   - Вау! - восхищённо выдохнул вор. - Неужели я действительно это слышу? Двенадцатый аркан, ну ты даёшь! Решил прислушаться к чужому мнению! Надо же! Я так счастлив, ты не представляешь...
  
   - Я уверен, что у тебя есть готовый план, и потому не вижу смысла изобретать на ходу, - в голосе наёмника прорезались стальные нотки, до этого тщательно сдерживаемые. Во взгляде каштановолосого охотнику чудился горделивый победный огонёк, и это невероятно злило. - Рассказывай, кунья морда. Что ты успел напридумывать?
  
   - Ну, не так много, как тебе кажется, - Призрак повёл плечами, будто одежда вдруг стала ему узка в плечах. Малозаметное движение, которое, тем не менее, сообщило Бронзовому прорву информации разом. Во-первых, Вито Луциано сильно нервничал. Во-вторых, он порядком переволновался во время неудачной вылазки - отсюда и брешь в тщательно скрываемых эмоциях. И, наконец, в-третьих - вор в самом деле демонстрировал далеко не все свои чувства. Скорее всего, маскировал их за несерьёзностью. Но полностью ли напускной была эта несерьёзность, эта легкомысленность, этот подчёркнуто-инфантильный задор? Насколько прочна невидимая броня? Олаф не знал.
  
   - Ну?
  
   - Довольно простой план. Я вроде как объяснял ранее, но тебе ведь так трудно слушать чужие умные речи, увы... Если хочешь выследить преступника, займи позицию рядом с его жертвой. Нам точно известно, что он придёт за леди Росавой, так? Значит, нужно наладить контакт с юной госпожой, и - вуаля! - вор звонко прищёлкнул пальцами.
  
   - И как я его налажу, по-твоему? - ворчливо осведомился наёмник. - Охрана-то бдит. Едва ли к графской дочке подпустят постороннего.
  
   - Но они наверняка обрадуются Олафу Бронзовому, знаменитому неподкупному наёмнику, и распахнут перед ним все двери, - лукаво улыбнулся Призрак. - Для кого-то вроде тебя будет естественным желание предотвратить преступление и немного заработать на этом, не так ли? То, что ты - не маг, знают все. В тебе не усомнятся. Так что ты посторожишь бедняжку, а я тем временем...
  
   - Стащишь из её шкатулок побольше украшений?
  
   - Как можно? - Вито трагично всплеснул руками. - В такой опасной ситуации? Ни в коем разе! Я займусь разведкой, как обещал. Буду следить за происходящим во дворце и обо всём докладывать тебе. Тогда у тебя останутся глаза и уши за пределами бастиона, а я, если вдруг что, назовусь твоим помощником. Идёт?
  
   - Ловко ты устроился, - качнул головой наёмник. - Хитро. Собираешься запереться в своей комнате и притворяться, будто...
  
   - Ничего подобного! - возмутился Призрак. - Я правда хочу тебе помочь! Серьёзно!
  
   - Ну-ну...
  
   - У тебя есть переговорные артефакт-камни. Заряда на них вполне хватит до завтрашнего вечера, а потом я их подзаряжу, - вор упрямо гнул свою линию. - Пойми, от меня не будет толку, если я вместе с тобой и охраной останусь куковать в покоях Росавы! Сам же будешь дёргаться на каждое моё движение, ожидая подвоха. Лучше доверь мне разведку. Ты ведь из-за моих навыков согласился со мной сотрудничать, верно? Вот и сотрудничай правильно - поручай мне то, что я умею делать!
  
   Олаф едва заметно поморщился - в словах союзника, как ни обидно, был смысл и крылась ощутимая польза.
  
   И не только для самого наёмника.
  
   - Если попробуешь выкинуть хоть что-то непотребное, прикрывшись моим именем, я немедленно вышвырну тебя за окно, под стальную бурю, - зловеще предупредил Бронзовый, красноречиво положив ладонь на рукоять револьвера.
  
   - Ты что? И в мыслях не было! - вор аж подскочил от возмущения. - У меня, вообще-то, тоже есть кодекс чести, которому я следую! И один из пунктов этого кодекса гласит, что не все свои достижения стоит скрывать. Моя основная работа, разумеется, дело тайное. Но творить непотребства я предпочитаю под своим именем, а не из-под чужого крылышка! Спокойно, спокойно, - примирительно добавил он, когда у Олафа нервно дёрнулась бровь. - Это была шутка, просто шутка. Я что, похож на человека, способного сделать гадость в такой опасной ситуации?
  
   "Похож", - чуть не брякнул наёмник, но кое-как сдержался.
  
   - Нам обоим требуется пауза, чтобы привести себя в порядок, - приободрившийся Вито нетерпеливо покачивался с мыса на пятку. - Думаю, часа как раз хватит...
  
   - Долго, - перебил напарника Бронзовый. - Полчаса.
  
   - Это Двенадцатому аркану долго, а для меня в самый раз. Мне, в отличие от некоторых, нужно время на отдых, - насупился Призрак.
  
   - Полчаса, - отрезал Олаф. - Или двадцать минут, по истечению которых я решу обшарить твои вещи на предмет улик, которые протянут ниточку от тебя к вчерашнему инциденту. Все инструменты взлома будут изъяты и немедленно уничтожены. Выбирай. Выбрал? Чтобы через полчаса был на связи! Проследишь, не будет ли кто наблюдать за моими перемещениями. Понятно?
  
   - Злой ты, - грустно качнул головой вор. - И эгоист жуткий. Куда больший, чем я.
  
   - Заткнись, кунья морда, и марш к себе, - рыкнул наёмник, ощущая, как недавно опорожненная чаша терпения стремительно наполняется, грозясь расплескать изрядную часть своего содержимого.
  
   - Злой, злой, - подтвердил Вито, пятясь к лестнице. - Кстати, ты же не в курсе, где сейчас твоя будущая подопечная? Так вот, слушай. Она в западном крыле. Верхний этаж, дальше - по коридору до винтовой лесенки. Подняться на полтора пролёта. Госпожа Нэль-Амлас заняла покои под самой крышей. То ли две, то ли три смежные комнаты - не знаю, внутрь не совался... Ну как, я достаточно полезен?
  
   - Вполне, - настороженно согласился Бронзовый, уже ощущая какой-то неясный подвох.
  
   - Тогда позволено ли будет скромному мне дать господину великому наёмнику малю-ю-юсенький совет, способный изрядно помочь на непростом жизненном пути?
  
   - Валяй, - кивнул Олаф, не сводя пристального взгляда с лица союзника.
  
   - Найди себе девушку, Двенадцатый аркан. И кидайся на неё - в постели, а не трахай мозги окру...
  
   - Кунья морда!!! - рявкнул охотник и на автомате выхватил револьвер, чувствуя, как лицо заливает краской смущения.
  
   Призрак нервно хихикнул, вильнул в сторону, ускользая от прицела, и нырнул в полукруглую арку - выход на лестницу.
  
   - Не обязательно так бурно реагировать! - донёсся его весёлый, беззаботный, нахальный голос, разбавленный дробным стуком сапог.
  
   Бронзовый тяжело вздохнул и вернул револьвер в кобуру. Ему ужасно хотелось догнать гадёныша и всыпать ему по первое число, но время было дорого. За полчаса нужно успеть не только привести себя в порядок, но и восстановить душевное равновесие. Также следует обмозговать, что говорить, а о чём умолчать во время визита к хозяйке дворца. Кроме того, побитый союзник вряд ли утратит свою болтливость, а вот сноровку утратит точно.
  
   - Не вздумай подвести меня, кунья морда, - пробормотал Олаф себе под нос и торопливо юркнул на лестницу: в галерее послышались чьи-то шаги. Судя по лёгкости и стуку каблуков - женские, принадлежащие одной из служанок. Встреча со здешним персоналом совершенно не вписывалась в планы наёмника - слишком много объяснений придётся давать, и далеко не всё можно рассказывать посторонним. Да что там - о случившемся казусе он и наставникам бы поведать постеснялся...
  
   Бронзовый намеревался взяться за работу всерьёз, пусть и понимал - с таким напарником, как Призрак, ему едва ли удастся сделать хоть что-то по-настоящему серьёзное.
  
   Дарита Жозе, с интересом наблюдавшая за перепалкой двух молодых людей, повернулась к мольберту. Смерила картину критическим взглядом и прицельным броском отправила испачканные кисти в металлический поддон, притулившийся в дальнем углу.
  
  

Глава 3

  
   Вода была тёплой, даже немного горячей. Встроенный в стенку ванны ярко-красный магический камень-подогрев еле слышно жужжал, старательно поддерживая температуру на постоянном уровне. Рядом синел второй камешек - морской кристалл, почти отработавший своё, но всё ещё способный от души насолить. Во всех смыслах этого слова.
  
   От солёной воды ощутимо щипало стёртую кожу на ногах - два десятка километров пешком в тяжёлой обуви давали о себе знать. Припухшее запястье, напротив, ныло постоянно и нудно, будто тянуло единственную жалостливую ноту.
  
   - Тупоголовый Бронзовый, - пробормотал Призрак, рассматривая посиневшую кожу. Тратить на лечение артефакт-камень не хотелось - его энергии хватит на единственное средненькое исцеление. Сам Вито не владел заклинаниями такого типа. Единственная существенная прореха в образовании, которую так и не вышло залатать - за неимением предрасположенности.
  
   - Тупоголовый Бронзовый, - со вздохом повторил юноша и, откинувшись на бортик ванны, закрыл глаза.
  
   Половина жизни Призрака состояла из блеска драгоценностей, а другая половина - из милосердия.
  
   Если сомнений в первом ни у кого из знакомых с Вито Луциано не возникало, то ко второй части нередко возникали вопросы. И -- очень часто, считай, всегда - недоверие. Обычно слова молодого человека о милосердии воспринимали как шутку.
  
   Да и с первым, строго говоря, всё было далеко не так прозрачно, как казалось бы.
  
   Ярче самых прекрасных бриллиантов сверкала для вора жизнь человека, который не пытался свалить на чужие плечи предназначенную ему ношу. Росава Нэль-Амлас, добровольно изолировав себя от гостей, и не подозревала, что этот поступок позволил ей заполучить неожиданного союзника.
  
   Милосердием же была пронизана вся жизнь Призрака Вито, начиная с первого момента его биографии, о котором могли поведать окружающие. Но как объяснить это тупоголовому Бронзовому? Да никак. Сколько ни пой перед ним соловьём, Двенадцатый аркан не расслышит самого главного, уловив исключительно детали, связанные с законом и наёмническим делом.
  
   Вито Луциано стал частью преступного мира, будучи трёх месяцев от роду. Тогда главарь крупной воровской банды, матёрый Дарто, не сумел равнодушно пройти мимо колыбели с младенцем, которую нелегалы-работорговцы собирались вытащить на аукционный помост. Чёрный Волк был суров с виду, но всё же в его сердце сохранилось немного места под милосердие. Милосердие грабителя спасло недавно появившегося на свет ребёнка от уготованной ему страшной участи - жизни раба, вечного слуги или чернорабочего на какой-нибудь подпольной фабрике.
  
   Милосердие окружающих выручало Вито каждый день - краюшкой хлеба, глотком воды, щедрым шматом мяса и чаем после чьего-нибудь особо удачного дельца, шерстяным пальто и сапогами на меху в холодное время года, спиртом и бинтами на содранные локти и коленки - в тёплое, заступничеством перед другими группировками - постоянно, вплоть до самого конца, вероятно - до сих пор. Когда дали о себе знать магические способности, мальчик был уверен, что от него поспешат избавиться. Но нет - милосердие его опекунов простиралось гораздо дальше. Один из самых одарённых магов города быстро и по нелепой случайности оказался у Дарто в должниках, из-за чего вынужден был принять восьмилетнего пацанёнка в ученики. В тот же год Вито впервые совершил кражу - разумеется, под пристальным надзором милосердия старших по цеху. Миссия, несмотря на крайне неудачный форс-мажор, была выполнена настолько чисто, что и сам Чёрный Волк не нашёл, к чему придраться.
  
   Невзирая на полуголодную, ненадёжную, рискованную жизнь в трущобах, мальчик никогда не чувствовал себя несчастным, попросту не видя на это причины. У него была большая семья - множество братьев и сестёр, дядюшек и тётушек, связанных не кровью, но куда более надёжным образом: общим делом, одной судьбой и именем Портовой Стаи, с которой опасались сталкиваться не только другие банды, но и местные блюстители закона. Дарто, ставший для Вито отцом, обучил его всему, что умел сам - воровскому и грабительскому ремеслу, обращению с оружием и выживанию даже в самых опасных обстоятельствах. Роль матери взяла на себя София Луциано, владелица нескольких публичных домов в Красном квартале. От неё мальчик получил не только фамилию, но и сравнительно неплохое образование - мадам Софи, обладавшая цепкой памятью и острым умом, в своё время успела закончить столичный женский Лицей, сбежав из дома с каким-то пройдохой-моряком сразу после выпускного. Жизнь, как выяснилось, бывает куда суровей, чем стрекочут книжные романы, но девушка быстро выплыла на поверхность и взяла успешный курс. Широкоплечая, дородная мадам, обожавшая пышные платья, с кричаще яркой алой помадой на пухлых губах, с чёрной тушью на коротких, пушистых ресницах, с неизменной высокой причёской, из которой выбивались вороные с проседью кудри, держала своих подопечных в ежовых рукавицах, но необычайно ласково относилась к проворному, отчаянному, любопытному, схватывавшему всё на лету Вито.
  
   И милосердие это не пропало зря. Малыш Луциано впервые угодил в водоворот взрослой жизни в восьмилетнем возрасте. Сейчас, спустя тринадцать лет, он - Вито-Призрак, легендарный вор, о чьих похождениях судачит вся страна. Преступник, не оставляющий следов, которого до недавнего времени никто из чужаков не знал в лицо.
  
   Пока на сцену не вылез тупоголовый Бронзовый, который прекращает тупить в самый неудачный для своих оппонентов момент...
  
   Пока на сцену не шагнул загадочный маг, которому приспичило нацелиться на леди Росаву.
  
   Тупоголовый Бронзовый, как бы он ни был силён, вряд ли совладает со злоумышленником в одиночку. И Вито не совладает тоже - намеченный ритуал более чем наглядно иллюстрировал разницу в способностях. Значит, объединиться? Только так, только так. Чёрный Волк любил повторять, что главный критерий при выборе союзника - схожее направление цели, а сторона не играет роли. Он много чего говорил - делился опытом, набранным за длинную, непростую жизнь. Он рассказывал, сидя на широком деревянном парапете и по-юношески задорно болтая кривоватой правой ногой, неровно сросшейся после переломов, пуская колечки дыма из облезлой боцманской трубки, а за его спиной, простираясь до самого горизонта, шумело море, море, море, шумело, шелестело, убаюкивало...
  
   Почувствовав, что сползает в дремоту, юноша с усилием разлепил веки и звонко хлопнул себя по щекам. Нет уж, тонуть в ванне он не намерен! После яркого детства в портовом городе принять смерть на суше вдали от настоящей, свободной воды - это не просто кощунство, это ещё и глупость неимоверная.
  
   Задержав дыхание, Вито расслабленно соскользнул с бортика в воду, которая ни теплотой, ни солёностью ни капли не походила на море. Распластавшись на дне широкой ванны, он прижал ладонью мазнувшие было по лицу каштановые кудри и начал неспешный обратный отсчёт от ста. Перед глазами смутно покачивался белёсый потолок, расчерченный бликами от многочисленных ламп. Сбоку, почти уткнувшись в рёбра, теплел алый как кровь артефакт-камень.
  
   "Тупоголовый Бронзовый", - словно заклинание, повторил парень въевшуюся фразу и фыркнул пузырьками воздуха, вспомнив озадаченное выражение лица Двенадцатого аркана, взиравшего на карту Повешенного.
  
   На смену этому образу явился другой - старательно сдерживаемая паника в низком голосе, затянувшаяся на ноге петля, скрип верёвки по перилам моста, неуклюже вращающееся в воздухе тело и какой-то жалобно-испуганный, нерешительный взгляд, как у провинившегося охотничьего пса, по-дурацки упустившего добычу, невзирая на все свои усилия и выучку. И этот нелепый, чисто инстинктивный взмах руками в бесполезной попытке выбраться из ловушки собственной невнимательности...
  
   Сдержать смех не получилось. Вито вынырнул с шумом и брызгами, неистово кашляя сквозь хохот. Кое-как успокоившись, вор повернул рычажок душа - отведённое на отдых время заканчивалось, и спустя какие-то десять минут один нетерпеливый наёмник вполне мог вломиться в покои своего напарника, угрожающе потрясая саблями. Эта сцена предстала в воображении настолько ярко, что парень снова взвыл от смеха и чудом не поперхнулся лившейся на голову водой.
  
   Одежду удалось почистить и разгладить с помощью простенького заклинания. Немного поразмыслив, юноша изменил форму воротника рубашки, сильнее закруглив углы. Призрак хорошо знал, чего порой стоит уверенность в непроходимой глупости окружающих. Если кто-нибудь заметит, что один из постояльцев несколько дней подряд носит один и тот же костюм, на котором нет ни следа грязи и пота, непременно возникнут вопросы, ответы на которые вряд ли понравятся хоть кому-нибудь.
  
   Расчесав и заодно высушив волосы заклинанием, парень собрал их в подчёркнуто небрежный хвост и с неохотой нацепил пижонистую серёжку-клипсу. Кто вообще додумался придать переговорному устройству такую форму? И какого чёрта Бронзовый выбрал столь неудобный в использовании артефакт?.. Вспомнив краску на лице Двенадцатого аркана после предложения завести девушку, Призрак ухмыльнулся. Похоже, среди знакомых знаменитого наёмника не значилось ни одной бордель-маман. Какое упущение, какое вопиющее соблюдение приличий для такого отчаянного человека...
  
   - Эй, кунья морда! - донёсся из клипсы недовольный голос Олафа. - Сам выйдешь или тебя поторопить?
  
   - Прошло двадцать шесть минут, - Вито собирался огрызнуться, но в последний миг передумал и придал голосу обеспокоенно-удивлённую интонацию. - Не знал, что у Двенадцатого аркана так плохо со счётом...
  
   - Я выдвигаюсь к Нэль-Амлас. Ты?
  
   - Последую за тобой так, чтобы никто не видел. Но перед этим, пожалуй, застегну жилет. Ты ведь не против?
  
   Бронзовый что-то неразборчиво рыкнул.
  
   - Кстати, как убавить звук в клипсе? Повернуть камень?
  
   - По часовой стрелке, - помолчав, ответил Олаф. - Когда я попытаюсь связаться с тобой, она нагреется.
  
   - Ты уже со мной связался, Двенадцатый аркан. Поздно спохватился.
  
   Из серьги донеслось успевшее стать привычным "заткнись" и короткое шипение - похоже, наёмник первым приглушил голос напарника.
  
   Призрак, бросив взгляд на своё отражение в зеркале, поправил якобы прикрывавшую ухо прядь и толкнул дверь в прихожую.
  
  

***

  
   Коридоры пустовали. Обсудив вчерашнее происшествие за завтраком, постояльцы благоразумно решили не высовываться из своих комнат. Это изрядно облегчало Олафу работу - обнаружить слежку или заклинание будет гораздо проще. Кроме того, охотник всё же счёл сюртук слишком неудобным и вновь переоделся в латаную-перелатанную кожаную куртку, не уместную в обстановке дворца, зато исключительно практичную.
  
   Тишина, также обещавшая немалую помощь, напротив, отчего-то напрягала. Шипение газовых рожков казалось оглушительно громким. Хотелось услышать хоть один живой звук - голос или смех, кашель, скрип половицы, шорох ткани, звон посуды, шарканье ног. Это позволило бы почувствовать, что поблизости есть другой человек, и рассеяло бы иллюзию путешествия по мёртвому, давно опустевшему дому. Бронзовый любил одиночество, но сейчас оно не радовало, а, напротив, тяжело давило на плечи, лишая мужества.
  
   Нервы были натянуты, точно тетива лука, готового к выстрелу. Наёмник замедлил шаг, настороженно озираясь и борясь с желанием достать и держать наготове саблю, а лучше - огнестрел. Рука сама легла на кобуру, в ладонь уткнулась рукоять револьвера-"кангана" - надёжного боевого товарища, который ещё ни разу не подвёл.
  
   Ощущение постороннего присутствия возникло резко, вторгшись в звуковой фон слабым движением воздуха. Олаф стремительно развернулся, выхватывая оружие.
  
   - Всё-таки надумал от меня избавиться? - Призрак насмешливо прищурился, будто бы не замечая направленное ему в лицо дуло револьвера. - Не советую. С укрывательством трупа возникнут проблемы.
  
   - Я же просил тебя следить на расстоянии! - прошипел Бронзовый с едва скрываемым облегчением, запихивая "канган" обратно в кобуру. - Забыл?
  
   - Я следил, - Вито трагично взмахнул рукой, - но усилия мои пропали втуне. За тобой никто не наблюдает. Я не засёк поблизости ни одного живого существа. За исключением тараканов и мух, но их ты не учитываешь, да?.. И заклятий тоже нет. Почти что скукотища.
  
   - "Почти что"? - настороженно переспросил наёмник. - Значит, всё-таки что-то есть?
  
   - Ага, - согласился вишневоглазый, вмиг посерьезнев. - Нашёлся один пунктик.
  
   - И какой же? - нахмурился Олаф.
  
   - Я понял, что общаться с тобой ужасно весело, - лукаво улыбнулся вор и торопливо пригнулся, упал на одно колено, увернувшись от крепкого кулака напарника. - Вот видишь? Я же говорил, что весело!
  
   - Кунья морда...
  
   - За нами не наблюдают, - Призрак ловко вильнул в сторону, ускользая от очередного выпада, - но есть другое. У меня такое ощущение, словно мы на территории врага. Маг уже обосновался здесь, понимаешь? Он превратил дворец в свой заклинательный полигон и начал разворачивать на нём... как ты там обычно выражаешься? Чёртов обряд, во. Сила этого чёртового колдуна повсюду. Это чувствуется. В чёртовом воздухе, в чёртовом свете рожков, в чёртовом... ладно, не чёртовом вкусе пищи и плеске воды. Он считает дворец своей территорией и не боится. Похоже, силён мужик.
  
   - Или женщина.
  
   - Ты всё ещё хочешь тща-а-ательно досмотреть леди Жозе? - ухмыльнулся Вито. - Гляжу, принципы у тебя чугунные. Раз начал путь, то в сторону точно не свернёшь. Да, Двенадцатый?
  
   - Прекрати меня так...
  
   - ... так называть. Заметил? Слово "аркан" я убрал, но ты всё равно полагаешь, что речь именно о таро. Эта мысль так плотно угнездилась в твоей голове, что...
  
   - Кем бы ни был тот маг, - Бронзовый худо-бедно вернул себе самообладание, - он силён, если его колдовство ощущают другие чародеи. Он делает это неосознанно? Или...
  
   - Надо же, правильные вопросы задаёшь, - одобрительно кивнул Призрак. - Или. Во-первых, противник умело скрывает границы заклинания в этой искусственно созданной дымке, чтобы никому не удалось вычислить центр - то бишь самого чародея. Во-вторых, пытается припугнуть тех, кто может попробовать помешать ему. Но ты, я смотрю, не особо боишься.
  
   - Разумеется, - буркнул Олаф. - Бойся не бойся, а стычки не избежать... Скажи-ка, а способен ли этот тип взять под контроль всё здание? Ну, отслеживать перемещения постояльцев, как-то влиять на их мысли...
  
   - Вряд ли, - голос вора, увы, прозвучал не слишком уверенно. - Мне кажется, он - не ментальщик. И не настолько сильный. То, что ты описал, умеют лишь некоторые гениальные ребята первой ступени... Если бы он манипулировал эмоциями и восприятием других людей, то просто скрыл бы своё заклятие, а не замаскировал его. Так ведь намного безопаснее. А вот я, - чуть пободрее добавил кунья морда, - в этом шарю. Так что мигом замечу воздействие на разум и сразу пресеку его.
  
   - Если маг пошвыряется заклинаниями, маскировочная дымка спадёт?
  
   - Не-а, - протянул Вито, покачиваясь с мыска на пятку. - Помнишь, что сказал профессор Старикан-Со-Стальной-Ногой? Вторая ступень. Такой может держать штук пять заклятий одновременно, и ни одно не собьётся. Хорошая попытка, охотник, но ход неверен. Придётся пойти длинной дорожкой.
  
   - Жаль, - вздохнул Бронзовый. - Что ж... Тогда веди наблюдение за передвижениями других людей. Не только попавших под подозрение - всех, кого получится. Утром они удовлетворили любопытство и теперь вряд ли захотят покидать номера. Большинство попросит принести обед в комнату. Но кто-нибудь обязательно выберется прогуляться. Устанет бояться или решит, что ему опасаться нечего...
  
   - Да-да, я в курсе этой особенности психологии обывателей, давно не маленький, - Призрак с наслаждением потянулся, хрустнув суставами. - Опыт есть, и о-го-го. Слышишь, как трещат мои мудрые старые кости?
  
   - Не паясничай, а иди работать.
  
   - Есть, шеф Двенадцатый! - бодро оттарабанил Вито и, криво отдав честь, нырнул в малоприметное ответвление коридора, одно из многих на этом участке.
  
   - Вот ведь... кунья морда, - пробормотал наёмник, всё ещё не зная, стоит ли радоваться такому ветреному союзнику.
  
  

***

  
   Прозрачный как вода магический камень светился охровым, разбрасывая вокруг тревожные искорки, потрескивающие, словно бенгальский огонь.
  
   Бережно укрыв хрустальный шар батистовым платком, маг подоткнул края и опустил крышку шкатулки. Замочек звонко щёлкнул.
  
   Чародей тщательно вытер руки тонким полотенцем и хлопнул в ладоши, безжалостно испепелив покрытый ало-бордовыми разводами кусок ткани. Взглянул в зеркало, оправил задравшийся воротник рубашки и потянулся за перчатками.
  
   Провести ритуал будет не так просто, как предполагалось, но маг был уверен, что управится и с хлипкой охраной девушки, и с двумя занятными молодыми людьми, которые, вне всякого сомнения, попытаются вмешаться.
  
   В дверь постучались. Волшебник едва заметно улыбнулся и смахнул с рукава несуществующую пылинку.
  
   Пора выходить.
  
  

***

  
   Кунья морда не обманул - указанный им путь действительно привёл Олафа к покоям Росавы Нэль-Амлас.
  
   Сейчас, замерев напротив расписных дверей розового дерева, в стороне от чужих глаз, наёмник позволил себе небольшую слабость длиной в несколько секунд: он подверг сомнению то, что собирался осуществить. В самом деле - к навязыванию своих услуг ему прибегать ещё не доводилось. Поначалу спасала слава деда, а к моменту гибели Риверджейса-старшего пять лет назад слухи об умениях и честности его внука Олафа, на тот момент только-только заслужившего прозвище "Бронзовый", расползлись по всей стране. Как правило, клиенты сами искали охотника и просили его о помощи. Количество заказов при этом в разы превышало возможности даже самого способного и неутомимого мастера клинка и пистолета, но наёмнику было важнее качество.
  
   Как отреагируют Росава и её свита на появление наёмника на их пороге? Нет, прежде всего - кто вообще входит в свиту девушки? Так. Во-первых, телохранители - те двое, которых Олаф видел вчера на ужине. Во-вторых, должна быть горничная. В-третьих - как минимум один слуга. Богатые графские дочки не в силах обходиться без посторонней помощи в обыденных делах. Впрочем, эта особа может оказаться исключением из правил - уж больно отважно и отчаянно она поступила вчера.
  
   Бронзовый провёл рукой по коротко остриженным волосам, ещё слегка влажным после душа, и постучался в дверь.
  
   Из комнаты донеслись неразборчивые голоса и отчётливое, весьма красноречивое звяканье стали. Ага, вот и телохранители...
  
   - Кто там? - послышался грубоватый мужской голос.
  
   "Свои", - чуть не брякнул Олаф, но вовремя прикусил язык. Воистину, общение с чокнутым вором повлияло на него не в лучшую сторону...
  
   - Я один из постояльцев путевого дворца, - громко сообщил Бронзовый. - Наёмник. Пришёл предложить свои услуги.
  
   Неясные шепотки, шорох шагов. Похоже, к дверям приблизился и второй защитник.
  
   - Сколько весит твоя рука? - всё тот же хрипловатый бас. Ага, знакомый вопрос. Значит, по меньшей мере один из охранников знает общие пароли гильдий наёмников.
  
   - Не больше платы, которая мне нужна.
  
   - Что принесёшь в обмен?
  
   - То, что для вас равноценно золоту.
  
   - Что нужно тебе для этого?
  
   - Пистолет, клинок и верная удача.
  
   Охранники вновь зашептались. Наёмник терпеливо ждал, привычно положив ладонь на рукоять револьвера.
  
   - Как твоё имя? - послышался второй голос, звучный, приятный баритон.
  
   - Олаф Риверджейс. Меня также знают как Олафа Бронзового.
  
   Пауза. Вновь - бас, в котором явственно ощущалось недоверие:
  
   - И что здесь забыла такая знаменитость?
  
   - Я преследовал кое-кого, - охотник не видел смысла скрывать всю правду, потому утаил только её часть. - Но в пути меня застала стальная буря, и пришлось остановиться здесь. Я рассчитывал отдохнуть перед продолжением погони, но решил, что госпоже Нэль-Амлас может пригодиться моя помощь.
  
   - У тебя ведь есть герб на оружии? - в баритоне скользнуло любопытство.
  
   - Есть. Могу показать. Понимаю причину вашего недоверия, поэтому не прошу приглашать меня в комнату. Согласен положить саблю у входа, а сам отойти к лестнице.
  
   - Сабля, всё верно, - удовлетворённо произнёс собеседник. - Проходите. Как войдёте, встаньте у стены. Мы вас досмотрим.
  
   - Понял, - коротко бросил Олаф.
  
   Щелчок одного замка, второго, звяканье цепочки, жужжание артефакт-камня. Да, охранники, ожидая появление врага, подготовились на славу. Увы - едва ли такая простенькая защита спасёт от мага второй ступени.
  
  

***

  
   - Никого, - пробормотал Призрак, сунув короткую слуховую трубку обратно в карман.
  
   Комната франта, единственная, которую пришлось пропустить во время утреннего променада, пустовала. Изнутри не доносилось ни звука, свет не горел, внутренний замок бездействовал. Номер заперли на два оборота ключа, запустив артефакт-сирену на случай, если кто-то попытается взломать дверь. Впрочем, с такими магическими штуками у Вито никогда не возникало проблем...
  
   Осматривать или нет? Непонятно, когда жилец вернётся. Попасться - легче лёгкого. И всё же вор решил рискнуть. Коснувшись двери левой рукой, он заблокировал действие охранной системы - замкнул её на второй контур, используемый, когда номер открыт. Правая рука привычно сжала отмычки. Подсветка в гогглах работала исправно. Вскрыть такой замок - дело одной минуты. В личинке раздался чуть слышный щелчок, и Призрак улыбнулся, наслаждаясь кратким мигом торжества - в мире стало на один поверженный им замок больше.
  
   Тихие, частые шажки и тотчас же - предупреждающий сигнал заклятия-следилки: стежок электричеством - словно в плечо иголкой ткнули. Вито торопливо провернул и выдернул отмычки, отшатнулся от входа и огляделся. Если верить плану здания, соседнее помещение - нежилое. Стало быть, заклинание-сигнализация там отсутствует, а замок совсем простой...
  
   Призрак едва успел прикрыть за собой дверь, когда в коридоре показалась служанка, толкавшая перед собой тележку с тряпками и чистящими средствами. Ага, пришла по вызову постояльца, чтобы убраться в номере. Как долго она провозится? Минут пятнадцать-двадцать? А потом франт наверняка вернётся. Вот зараза, а.
  
   Юноша ужасно хотел от души выругаться вслух, но прикусил язык. В подсобке-каморке было темно и довольно тесно. Если он вздумает шевельнуться, непременно заденет что-нибудь и поднимет шум. Не надо бы, ой, не надо.
  
   За спиной вора послышался громкий треск. Парень обмер. Сердце заколотилось быстро-быстро, на лбу выступили бисерины пота. Неужели в чулане есть кто-то ещё? Его засекли? Поймали? Проклятье! Так глупо попасться... Треск повторился. Сглотнув, Призрак медленно обернулся. Сощурился от предательски ярких лучей камней-светляков. Не заметив никого позади, опустил взгляд на пол и с облегчением выдохнул:
  
   - Мышь...
  
   Мышь. Просто маленький серый зверёк, которому приспичило погрызть свежие, гибкие прутья новеньких мётел. Вито восстановил дыхание, снял гогглы, выключив подсветку, и провёл ладонями по лицу. Мышь, всего лишь мышь. А у одного воришки, кажется, нервы расшатались не на шутку. Чёртов Двенадцатый аркан так забавно выглядит, когда его дразнят, но как же тяжело даётся это удовольствие! Знал бы он, каково его напарнику.
  
   Не узнает, конечно.
  
   Служанка скрылась в номере. Юноша неслышно выскользнул из подсобки, запер дверь и промчался по коридору, бесшумно ступая по ковру тонкими подошвами сапог.
  
   Отойдя достаточно далеко от злосчастной комнаты франта, он громко, непристойно выругался, хлопнул себя ладонью по лбу и зашипел от боли, пронзившей замотанную бинтом руку.
  
  

***

  
   - Вы не помните меня, верно?
  
   Кареглазый, курчавый телохранитель, не намного старше самого Олафа, держал наёмника под прицелом пистолета, пока его напарник обыскивал гостя.
  
   - Нет, - признался Олаф. - Прошу простить, если задел вас.
  
   - Ничего. Я не удивлён, - охранник робко улыбнулся, - вы ведь постоянно в разъездах, постоянно новые лица... Мы виделись давно, где-то лет десять назад. Осада замка оборотнями. Припоминаете, может? Тогда вы и ваш дед, Род Риверджейс, подоспели к нам на помощь. Невероятно, как быстро летит время. Почти десять лет! Я от рядового дослужился до сержанта и ушёл в телохранители, а вы стали одним из лучших наёмников страны. Надо же, вы почти не изменились за эти годы! Взгляд такой же прямой и решительный, аж до мурашек. Только в плечах шире...
  
   - Карл, помолчи, - осадил напарника второй телохранитель. - Хоть ты сказал, что узнал его, я всё равно не доверяю этому типу. Наёмники обычно порослее да покрепче, а этот что-то хиловат.
  
   - Мышцы бесполезны, если их обладатель не умеет ими пользоваться, - спокойно возразил охотник. С этими ребятами общаться было приятнее, чем с Призраком. Они тоже солдаты - считай, "свои", а на поле боя - свои безо всяких кавычек. Никаких двусмысленных шуточек, никаких закулисных интриг. Простые, честные вояки, исполняющие свой долг.
  
   - Два револьвера, две сабли, три ножа, стилет, защитный артефакт-камень, два дымовых и один светошумовой артефакт-камень, один камень-противоядие, один камень-переговорник, отключенный. Всё верно, - подытожил старший. - Герб вижу. Что ж, похоже на правду. Садись, Риверджейс. Потолкуем.
  
   Олаф, сместив ножны сабель немного вбок, опустился в кресло. Темноволосый защитник занял соседнее. Второй, что помоложе, замер посреди просторной комнаты, сосредоточенно вслушиваясь в тишину, нарушаемую лишь дыханием и негромким тиканьем часов.
  
   Как и предсказывал Вито, покои госпожи Нэль-Амлас состояли не из одной комнаты. Войдя внутрь, наёмник очутился в гостиной, через которую можно было попасть в остальные помещения. Очевидно, одна из дверей, с мозаикой, вела в спальню девушки; за второй, узкой и хлипкой, скрывалась комнатка для прислуги. Разноцветные птицы из кусочков стекла в обрамлении светлого дерева смотрелись интересно и радовали глаз.
  
   Мозаичная дверь была самой яркой деталью интерьера, совершенно не сочетавшейся ни с окружающей обстановкой, ни с серьёзностью ситуации. Вся мебель, пусть и выполненная хорошим мастером, наводила скуку. Два прямоугольника строгих, жёстких кресел возле квадрата-столика уравновешивали длинную линию дивана напротив; чётко выверенный, впритык вписанный куб шкафа - в простенке у алькова, где стояла широкая кровать с балдахином, не застеленная. Письменный стол скрывался в тени, лампа над ним не горела. Рядом темнел силуэт стула с низкой спинкой. Ореховая с нежно-бежевыми вставками мебель - пятнами вдоль молочных обоев, на паркете кофейного оттенка. Высокий потолок, на фоне которого терялся хрусталь маленькой люстры. Окон не было, и искусственный свет создавал впечатление, будто вот-вот наступит ночь, хотя на самом деле ещё даже вечер не начался. Вой стальной бури практически не слышался в просторном помещении, все двери в которое были заперты.
  
   - Я - Йохан Бет, - представился старший телохранитель. - А это, - он кивнул на напарника, - Карл Прето. Оба служим графу Нэлю пятый год, и за это время успешно предотвращали все покушения. Сейчас ситуация иная. Двое охранников - слишком мало, чтобы противостоять магу. Поэтому от помощи мы бы не отказались. Но перед этим нужно кое-что уладить.
  
   - Меня устроит стандартная оплата, - Олаф нарочито расслабленно откинулся на спинку кресла. - Я не беру лишних денег за своё имя.
  
   - Насчёт гонорара договоримся, я уверен, - кивнул Йохан. - Но это не всё. Я хочу, чтобы ты поклялся на артефакт-камне, что не причинишь вреда госпоже Нэль-Амлас. Без обид, Бронзовый.
  
   - Понимаю, - охотник склонил голову, - и не имею ничего против.
  
   - Подождите, пожалуйста!
  
   На пороге спальни стояла Росава Нэль-Амлас - в чёрном платье, подчёркивавшем бледность её усталого лица, прямая, решительная, с отчаянно горящими глазами, пшенично-русые кудри рассыпались по плечам.
  
   - Я ведь говорила, что не буду втягивать в это других постояльцев! - девушка умоляюще смотрела на старшего телохранителя. Перевела взгляд на Олафа. - Я не допущу, чтобы из-за меня пострадали непричастные люди!
  
   - Я - наёмник, - непререкаемым тоном возразил Бронзовый. - Наёмник гильдии, а не один из тех сомнительных ребят, которые шатаются по городам и весям, гоняясь за лёгкими деньгами. Я вижу, что здесь для меня есть работа, и намерен выполнить её. Так велят мне мой долг и мои жизненные принципы.
  
   - Если я откажусь платить вам, вы уйдёте? - выпалила Росава.
  
   - Нет, - охотник качнул головой, - но буду весьма опечален пустотой в моём кошельке и сообщу о вашей неблагонадёжности, куда следует.
  
   - Что мне сделать, чтобы вы передумали помогать мне? Хоть какой-нибудь способ! - госпожа Нэль-Амлас не желала сдаваться. - Я не хочу, чтобы из-за меня кто-либо погиб, тем более - посторонний человек!
  
   - Во-первых, я не погибну, - отсёк Олаф и краем глаза уловил на себе восхищённый взгляд курчавого Карла. - Во-вторых, моя работа - поимка преступников и защита мирных граждан. Я уйду, когда маг, сделавший вас кандидаткой в жертвы ритуала, будет повержен, и не раньше.
  
   - Прошу меня простить, госпожа, за то, что встреваю в разговор, - встретивший наёмника на входе во дворец слуга, Джек, вынырнул из-за спины девушки и с недоверчивой неприязнью воззрился на Олафа. - Пусть господин наёмник выполнит ещё одно условие.
  
   - Какое же? - спокойно поинтересовался Бронзовый.
  
   - Молва молвой, - старик, облачённый в изящный чёрный костюм, ненавязчиво оттеснил Росаву назад, заслонив собой, - но я верю лишь тому, что видят мои глаза. Я не могу препоручить защиту жизни моей госпожи человеку, чьих умений я не знаю. Я требую, чтобы вы сразились с Йоханом Бетом и Карлом Прето. Двое на одного, прямо сейчас. Если то, что о вас говорят - правда, то выиграть такой бой не составит для вас большого труда. Я прав?
  
   - Правы, - склонил голову наёмник, не обращая внимания на реакцию телохранителей: старший явно рассердился, а младший не сумел до конца скрыть испуг. - Где...
  
   - Здесь, - твёрдо произнёс Джек. - Комната достаточно просторна.
  
   - Мы повредим мебель.
  
   - Это не важно.
  
   - Может пострадать леди Нэль-Амлас.
  
   - В ваших интересах, чтобы этого не произошло.
  
   - Что ж, - вздохнул Олаф, нехотя поднимаясь. - Господа, предлагаю обойтись без огнестрела. Шальная пуля - редкостная дура.
  
   - Согласен, - пробасил Йохан и, встав, с кряхтением потянулся. - Трупов нам тут не нужно.
  
   - Разве что труп мага, - попытался пошутить Карл.
  
   - Смотри, как бы твой труп прежде не лёг! - повысил голос старший. - Ну-с... Джек, вы эту кашу заварили, вам и командовать начало.
  
   - До трёх ударов? - спросил наёмник, скидывая куртку.
  
   - Давай, - согласился Йохан.
  
   - Как на дуэли? - робко уточнил младший охранник, которого совершенно не радовала мысль о предстоящем поединке. Юноша, предполагая очерёдность, заранее настроился на проигрыш, и охотник прекрасно понимал причину:
  
   - Нет уж, давайте по-боевому, всерьёз. До трёх ударов. И не вздумайте меня щадить! Двое против одного - годный расклад.
  
   - Готовы? - осведомился Джек и мелкими шажками попятился к дверному проёму, оттесняя леди Росаву от места будущего боя. - Тогда по моему сигналу...
  
   Олаф занял позицию возле письменного стола, встав спиной к стене. Телохранители замерли напротив - руки на рукоятях палашей, одинаковая поза с лёгким наклоном вперёд. Раз защитники госпожи Нэль-Амлас работают вместе не первый год, они, несомненно, не раз и не два оттачивали совместные действия в бою, привыкли прикрывать друг другу спину и умеют действовать слаженно, без лишних слов. Пытаться пробить их оборону одной лишь грубой силой - не вариант. Придётся рассчитывать на скорость. Уловок бы добавить, но они пойдут в минус - Джек наверняка придерётся к хитростям. Таким, как он, подавай честный, прямолинейный поединок.
  
   Парные сабли, которые так любил Бронзовый, обеспечивали ему неоспоримое преимущество перед традиционными прямыми палашами: их гораздо быстрее вынимать из ножен. Это предоставляло наёмнику неплохой шанс застать противников врасплох. Карла наверняка будет просто сбить с толку. Йохан - противник поопасней, у него больше опыта. Что ж...
  
   Хлопок ладоней прозвучал в воцарившейся тишине подобно грому выстрела. Охранники рванули вперёд, планируя зажать оппонента с двух сторон. Не вышло - охотник оказался проворней. Молниеносно проскочив между противниками, он на ходу выхватил сабли и мимоходом чиркнул ими по кирасам зазевавшихся телохранителей. Карл замедлил бег и удивлённо захлопал глазами.
  
   - Не тормози! - прикрикнул на него Йохан, развернувшись лицом к Олафу. Его напарник, спохватившись, отскочил, но всё равно не смог до конца уйти от удара - очередной выпад срезал прядь волос с его макушки, сабля немного вильнула, чтобы не задеть голову.
  
   Действительно, в манёвренности охранники ощутимо уступали Бронзовому, зато превосходили его в силе. Наёмник в последний миг увернулся от стула, который швырнул в него старший, вскочил на стол и налетел на Карла, сбив его с ног. Противники покатились по полу; оба вовремя сгруппировались и отделались парой мелких ушибов.
  
   - Карл Прето выбыл! - провозгласил Джек. Восторга по этому поводу в его голосе не чувствовалось.
  
   Охотник хотел подняться на ноги, но ему не дали этого сделать - возникший за спиной Йохан атаковал стремительно и точно, целясь в плечо оппонента. Олаф проворно откатился в сторону, нырнул под стол и едва избежал удара сапогом в лицо. Подсечка не удалась, охранник остался на ногах, но на мгновение потерял равновесие. Этой запинки Бронзовому хватило, чтобы вскочить на ноги и извлечь из ножен убранную было вторую саблю. Телохранитель выхватил кинжал.
  
   "Он что, ушёл в оборону? - изумился наёмник, тщетно пытаясь пробиться через два клинка, которые ловко приплясывали в крепких, мускулистых руках. - А ведь отлично держится. Как бы мне не..."
  
   Удар он почти пропустил и, поняв, что не успевает защититься, поспешил ответить. Чужой клинок коснулся плеча самым кончиком; сабля порезала Йохану воротник. Охотник, пригнувшись, принял следующий выпад на скрещенные клинки. Извернувшись, крутнулся и что было силы заехал охраннику сапогом под колено. Мужчина пошатнулся, и острие сабли прочертило на кирасе едва заметную царапину.
  
   - Достаточно! - скомандовал Джек.
  
   Йохан, тяжело вздохнув, небрежным движением вернул оружие в ножны. Олаф, поднявшись, зачехлил сабли и приблизился к строгому слуге, извлекшему из кармашка фрака небольшой артефакт-камень золотистого оттенка.
  
   - Вы прошли, - недовольно произнёс старик. - Похоже, слухи не врали о вашей силе. Тем не менее, требуется ещё одна проверка. Это - клятвенный камень. Зажмите его в ладонях и произнесите, что не намерены причинять какого бы то ни было вреда госпоже Росаве Нэль-Амлас и не замыслили против неё ничего дурного. Если же вы соврёте... полагаю, мне не нужно объяснять, что произойдёт. Готовы?
  
   - Разумеется, - согласился наёмник и потянулся за камнем.
  
  

***

  
   - Ого, - не удержался Призрак Вито, остановившись на пороге огромного помещения, куда более просторного, чем все виденные им за это утро. - У них тут и концертный зал есть, что ли?
  
   Но, едва войдя внутрь, парень понял, что ошибся. Музыкальный инструмент здесь был только один - пианино красного дерева на возвышении у стены, благородно блестевшее лаком на отполированных до блеска боках, с фарфоровой статуэткой балерины над пюпитром. Дальше, за рядами кресел, обитых красновато-лиловым бархатом, темнел проход в лабиринт высоких книжных стеллажей - индигово-синяя ковровая дорожка, почти чёрное дерево шкафов.
  
   "Похоже, библиотекарь поблизости не водится, иначе бы для него выделили удобное местечко у входа", - рассудил вор. Искушение стащить какую-нибудь сравнительно дорогую книгу с крайних полок вмиг сделалось практически непреодолимым. Блаженны владельцы богатств, уверенные в добропорядочности всех без исключения гостей...
  
   Чтобы дать себе время одуматься, юноша поднял крышку пианино и наугад нажал несколько клавиш. Инструмент был настроен и звучал неплохо - не так чисто и величественно, как в иных столичных салонах, но вполне качественно. "Интересно, вспомню ли я, скажем, мелодию из оперетты "Томми и маркиза"?" - мысленно прикинул Вито, а руки уже на автомате потянулись к нужным клавишам.
  
   Мотив всплыл в памяти быстро и легко - мадам София потратила немало часов, вколачивая в непоседливую голову воспитанника верную последовательность нот. Стальная буря за прочными ставнями монотонно выла, стабильно удерживая ноту "си" большой октавы; паркет слегка поскрипывал под правой ногой - от привычки покачиваться в такт музыке избавиться так и не удалось, разве что сесть, но обувь не очень подходила для педалей; весёлая, задорная мелодия, напоминавшая скачущий по камням весенний ручеёк, бойко лилась из-под пальцев, заполняя мёртвую тишину.
  
   "Мёртвая тишина, - сообразил Призрак. - Вот в чём штука. Именно это и беспокоило меня с самого утра. Дворец кажется мёртвым. Такое ощущение, будто я один в этом здании".
  
   Интересно, служанка, пришедшая убраться в комнате неприятного дядьки-франта, чувствовала то же самое? Вероятно, стоило помочь ей разбавить это одиночество? Волосы девушка убрала под чепчик, так что ни цвета, ни длины не разглядеть, но вот фигура была во всех смыслах выдающаяся...
  
   Замечтавшись, парень отвлёкся и пропустил какую-то клавишу. Оглушённый и обиженный, он замер над пианино, так и не коснувшись фа-диеза безымянным пальцем. Разочарованно цокнув языком, вор опустил крышку. Пора возвращаться к работе - пока тупоголовый Бронзовый не бездельничает, его напарника тоже ждёт тяжкий труд на благо прекрасной дамы.
  
   Обогнув кресла и поднявшись по низкой, в четыре ступеньки, лестнице, Вито углубился в дебри книжных шкафов, кое-где мерцавшие слабыми электрическими лампочками - на энергии явно экономили, скорее всего, из-за стальной бури. Читать при таком освещении было совершенно невозможно, разве что светляки задействовать. В то же время не верилось, что хозяин дворца допустил такой просчёт, планируя расстановку мебели.
  
   А расстановка, несомненно, была распланирована до мельчайших деталей. Библиотека представляла собой простенький, но, тем не менее, самый настоящий лабиринт. Высота шкафов не позволяла как-либо подсмотреть верное направление движения; впрочем, узор многочисленных стеллажей был предельно прост. Гость быстро запомнил нужный ритм - два шкафа, вправо, обогнуть стеллаж, влево до поворота - и теперь продвигался вперёд машинально, практически не задумываясь ни о направлении, ни о расстоянии.
  
   Впереди забрезжил свет. Спустя несколько шагов Призрак, вынырнув из обширного книжного города, очутился в читальном зале, обставленном достаточно безыскусно - ряды столов с торшерами и строгие кресла с прямыми спинками и узкими подлокотниками. Возле второго входа нашлась-таки конторка библиотекаря, пустая; рядом, на тумбе, высилась стопка пухлых томов с позолоченными корешками. Пол был устлан ворсистым синим ковром, чуть светлее дорожки в библиотечном лабиринте; стены и окна скрывались за гобеленами со сценами битв и портретами правителей. Стук тяжёлых сапог почти не различался - ткани заботливо приглушали любые звуки. Даже вой стальной бури доносился глухо и размыто, точно утонув в слоях бархата.
  
   Едва Вито сделал несколько шагов к дверям, как понял, что его уединение вот-вот будет нарушено. Из коридора послышался мужской голос - резкий, отрывистый, жёсткий. Вор стремглав ринулся обратно, в лабиринт стеллажей. Он еле успел - гости показались на пороге ровно в тот миг, когда юноша спрятался за ближайшим шкафом.
  
   - ... сколько раз тебе повторять? Ты - мой преемник и будешь делать то, что я велю! Иначе забудь о наследстве!
  
   - А я не хочу ваше наследство! Я хочу стать магом, как мама, и я им буду! Мама говорила, что маг - это призвание! У меня есть способности, поэтому я могу стать магом и буду магом!
  
   Громкий хлопок двери. Присев на корточки, Вито осторожно выглянул в читальный зал. Возле входа, положив ладонь на дверную ручку, стоял высокий мужчина в костюме-тройке - простом с виду, но только с виду. Вор не мог не оценить качество кроя и дороговизну ткани. Такую одежду в состоянии себе позволить лишь очень обеспеченный человек. Тонкую, но явно тяжёлую трость Призрак тоже опознал довольно быстро. Одно время он и сам присматривался к моделям такого типа, с потайным клинком и утяжелённым концом, но в итоге забраковал этот вариант, малополезный в его работе, требовавшей ловкости и скорости. Напротив франта замер темноволосый мальчишка лет десяти, в светло-сером, заметно мятом костюме. Он пытался держаться так же гордо и решительно, как его собеседник, но пальцы, стиснувшие полу пиджачка, выдавали страх.
  
   "Насколько я помню, это та странная семейка, поселившаяся в двух разных комнатах, - сообразил парень, не отрывая от нежданных посетителей настороженного взгляда. - Климент и Юрек Мабе. Мабе... Минуточку. Не те ли это Мабе, что владеют заводами по производству дирижаблей? Монополисты, подмявшие под себя весь рынок летательных аппаратов? Ну дела! Каким ветром сюда занесло такую важную птицу? Да ещё и с потомством в охапке. Надо же".
  
   - Хоть ты мне и не родной сын, - здесь следовало выбрать увещевательный тон, но мужчина, очевидно, знал всего одну интонацию, повелительную, - ты являешься моим наследником. Единственным наследником, который в состоянии принять руководство, когда я отойду от дел. Никто в моей семье никогда не обладал магией. И новый глава "Крыльев Мабе" не станет исключением. Для промышленника занятие волшебством - это невероятный позор!
  
   "Вот те на... Магия - удел тех, в чьих жилах течёт кровь Первомагов, и способность к чародейству всегда считалась величайшим даром, показателем чистоты рода. Так у нас зародилась крамола? И какое славное место выбрала - высокое да богатое!" - юноша не сдержал насмешливой улыбки.
  
   - А мама говорит, что магия - сама по себе привилегия!
  
   "Ага, ага. Вот более общепринятая формулировка."
  
   - Твоя мать глупа! Однажды она поймёт свою ошибку и пожалеет об этом.
  
   "Спорим, давно пожалела, но о совсем другой ошибке. Мужей выбирают не по богатству. Впрочем, если она вдова, выбор был невелик... Упс, они идут сюда!" Вито бесшумно скользнул в соседний проход, уже знакомым путём петляя между стеллажами, точно заяц. Отчим и сын двигались за ним по пятам уверенно и легко - видимо, Мабе-старший бывал здесь ранее и запомнил правильный путь сквозь бесконечные книжные шкафы. Не отвлекаясь от дороги, мужчина продолжал беседу с сыном на всё более повышенных тонах.
  
   - Я записал тебя в финансовую школу при крупнейшем столичном университете. Ты будешь посещать подготовительные курсы, начиная с середины октября, а в декабре поступишь...
  
   - Не хочу! И мама не хочет!
  
   - Твоя мать не высказала никаких возражений.
  
   - Потому, что она не знает об этом! Ты ей не сказал, да? Ты опять её обманул!
  
   - Не смей обращаться ко мне на "ты". Для тебя я - господин Мабе. Ты сейчас не дома!
  
   - Ты всегда требуешь, чтобы я обращался к тебе, как к чужому, когда мамы нет поблизости! Ты её боишься? Боишься, да? Ты боишься её магии! Поэтому не хочешь, чтобы я тоже научился колдовать! Тогда тебе придётся бояться и меня!
  
   Климент Мабе не ответил. Прибавив шаг, Призрак с разбега перемахнул парапет, отделявший библиотеку от музыкального зала, и метнулся к окну. Шторы немного не доставали до пола, и парень вскарабкался на подоконник, прижавшись спиной к вибрирующему оконному стеклу. Кончик ножен шпаги пришёлся впритирку к плотному бархату занавеси. От надсадного воя и близости стальной бури резко замутило; Вито наклонился вперёд, обхватив руками колени, чтобы не касаться дребезжащей рамы и не выдать своего присутствия, случайно колыхнув золотистую ткань.
  
   - Юрек, ты обязан меня слушаться.
  
   - Не обязан! Я тебе ничего не обязан! Не хочу!
  
   Ссорившиеся родственники добрались до музыкального зала, но вниз спускаться не стали - остановились на лестнице, продолжая отчаянно спорить.
  
   - Мама согласна, что мне нужно заниматься магией! Она верит, что я буду ещё способней, чем папа!
  
   - Мне нет дела до того, что она решила, - медленно, с расстановкой проговорил Мабе-старший. - Женщина не имеет права командовать в семье.
  
   - Она и не командует! Она выбирает то, что лучше для меня!
  
   - Это только её мнение. Мне виднее.
  
   - Зачем ты прогнал того дядю-волшебника, которого она прислала? Мама говорила, мне давно пора пройти Инициацию!
  
   "Что?" - Вито затаил дыхание, не веря своим ушам. Вероятно, это из-за шума за окном ему послышалось что-то не то?
  
   - Никакой Инициации не будет. Ты выше этого. Ты пересилишь свою магическую сущность и останешься нормальным человеком! Ты меня слышишь, Юрек?
  
   "Что!?"
  
   В горле встал ком; ладони сами собой сжались в кулаки.
  
   До последней реплики промышленника вор предполагал, что разногласие между отчимом и сыном - простая ссора, из числа тех, что случаются хотя бы раз в каждом семейном гнезде. Но последняя фраза совершенно меняла ситуацию.
  
   Человек с даром к чародейству не знает, когда начнёт просыпаться его сила, и, как правило, не способен контролировать собственную магию. Тело не выдерживает волшебства, буквально рвущего его на части, быстро чахнет и умирает. Единственный путь к спасению - обряд магической Инициации. Он налаживает потоки энергии и ограничивает их на том уровне, который новоиспечённый чародей в состоянии вынести. Отказаться от проведения Инициации - обречь себя на верную гибель. Мальчишка нуждался в помощи умелого мага, и как можно скорее, иначе...
  
   Иначе он пополнит список жертв заклинателя, затеявшего ритуал Очищения сущности.
  
   - Бронзовый, - едва слышно шепнул Вито, повернув артефакт-камень в клипсе. - Слышишь меня? Можешь говорить? Эй!
  
   Судя по глухому молчанию в передатчике, Двенадцатый аркан ничего не слышал. Значит, говорить в этот момент он не мог.
  
   - Это пустой спор! Я давно всё распланировал. Твоя мать не сумеет обеспечить тебе блестящее будущее. Я - обеспечу.
  
   - Я стану магом! Я так хочу! И выхода у меня всё равно нет!
  
   Призрак осторожно растёр руки, в которых надсадно аукалась застарелая боль магического переполнения. Он уже понял, что собирается сделать несусветную глупость, и решил пока ни о чём не думать - проще положиться на рефлексы, они точно не подведут.
  
   Неслышно соскользнув на пол, вор прокрался мимо собеседников, очень кстати вставших к нему спиной, и, откинув крышку пианино, нажал на клавишу "фа" первой октавы.
  
   Эффект, произведённый высоким, громким звуком на фоне монотонного гула и бряцанья за окном, был подобен грому среди ясного неба. Франт подскочил, как напуганная курица, и едва не выронил трость. Мальчик пискнул придушенной мышью и, ломанувшись в сторону, врезался в своего отчима, основательно приложив того макушкой пониже рёбер. Призрак закусил губу, пытаясь не заржать в голос; кое-как восстановив дыхание, выразительно прокашлялся.
  
   - Я не заметил, что здесь есть кто-то ещё, - недовольно сообщил Мабе-старший.
  
   - Вы крайне невнимательны, - наставительно произнёс Вито, неспешно выводя левой рукой на клавишах начало "Томми и маркизы". - Прошу простить, что оказался невольным свидетелем вашей семейной сцены.
  
  

***

  
   - Вас действительно устроит стандартная оплата? - вопрос задавался уже в третий раз. Теперь его озвучил Карл.
  
   - Да, да, - терпеливо согласился Олаф. - Более чем.
  
   - Но всё же защита в таких обстоятельствах...
  
   - Для вас эти обстоятельства необычны, - Бронзовый скрестил руки на груди, - для меня рутинны.
  
   - Но стычка с таким противником...
  
   - Надбавку за риск я учёл, - повёл плечами наёмник.
  
   - Договор заключён, - невозмутимо сообщил Джек. В его голос вернулся тот спокойный, уверенный тон, который Олаф слышал накануне, по прибытии во дворец. - Прошу вас.
  
   Наскоро просмотрев короткий текст, наёмник окунул перо в чернильницу и поставил небрежный, размашистый росчерк в правом нижнем углу листа.
  
   - Госпожа...
  
   Подпись Росавы, маленькая, витиеватая, осторожной птичкой примостилась рядом с автографом Бронзового.
  
   - Готово.
  
   - Спасибо, Джек, - леди Нэль-Амлас слабо улыбнулась. - Можешь быть свободен.
  
   - Прошу прощения?.. - старик нахмурился, насторожился, подобрался, точно гончий пёс перед прыжком.
  
   - Ты говорил, что для моей защиты нужны как минимум трое, - девушка заправила за ухо упавшую на глаза прядь. - С этой минуты у меня трое охранников.
  
   - Но...
  
   - Ты не умеешь драться, Джек, - в голосе Росавы прорезались неожиданно жёсткие, хлёсткие нотки. - Ты не маг и никогда не брал в руки оружия. Если на меня нападут, ты попытаешься заслонить меня собой. Я этого не допущу. Помни, что ты, прежде всего, ближайший помощник моего отца. Тебе нельзя расставаться с жизнью.
  
   - Моя госпожа...
  
   - Ступай, - голос графской дочки заметно потеплел, - и займись тем, чем должен. Мы приехали сюда проверить, как обстоят дела во дворце, не так ли? Пожалуйста, займись этим. Успокой слуг и наведи среди них порядок. Я рассчитываю на тебя.
  
   - Как прикажете, - старик низко поклонился. - Молю вас, берегите себя.
  
   - Не переживай, - Нэль-Амлас продолжала непринуждённо улыбаться. - Всё будет хорошо.
  
   Девушка изо всех сил старалась не выказывать страха - держалась прямо, двигалась плавно, не забывала про приветливое выражение лица. Но, едва Джек скрылся за дверью, самообладание ей изменило. Росава упала в кресло и закрыла лицо руками.
  
   - Всё в порядке, - глухо произнесла она, когда встревоженный Карл метнулся на помощь. - Извините меня, я немного устала... Сэр Бронзовый, спасибо вам.
  
   - Пока не за что, - Олаф, хмурясь, пробежался взглядом по гостиной. - Поблагодарите меня, когда всё закончится.
  
   - Вы так уверены в успехе?
  
   - Разумеется. Я знаю себя и свои силы.
  
   - Тогда я полагаюсь на вас, - леди Нэль-Амлас, якобы растирая пальцами лоб, попыталась незаметно смахнуть с ресниц набежавшие слёзы. Жест, тем не менее, не укрылся от взгляда наёмника, тактично промолчавшего. - И, сэр Бронзовый...
  
   - Лучше просто Олаф. Сейчас не до церемоний, - бросил охотник.
  
   - Что-то не так? - Йохана, похоже, возмутило проявление неуважения к его госпоже, но беспокойство за её жизнь пересилило.
  
   - Да как сказать, - юноша поднял голову, рассматривая замысловатый узор на деревянных досках потолка. - Видите ли... Мне не нравится, что здесь так много дверей, но при этом очень мало смежных стен. Вот и всё.
  
  

***

  
   - Направить своего отпрыска на верный путь - это долг каждого родителя. Другое дело, что путь можно навязать. К счастью, ребёнок в состоянии свернуть с такой дороги, если у него есть голова на плечах и хоть капля настоящей решительности, - губы Вито тронула лёгкая улыбка, но взгляд был холоден и сосредоточен. Олаф Бронзовый, будь он здесь, здорово бы удивился, узнав, каким серьёзным становится его напарник, когда того требуют обстоятельства. - Но то, что вы собираетесь сделать со своим сыном, называется "убийство", и никак иначе.
  
   - Я не намерен выслушивать претензии от юнца, у которого ещё молоко на губах не обсохло, - сухо ответил Мабе-старший, неторопливо спускаясь в зал. - Или же, - глаза мужчины сощурились, рука ухватила навершие трости, готовясь высвободить клинок, - вы маг?
  
   - Что вы! - засмеялся Призрак. - Во мне всего половина дворянской крови. Этого слишком мало.
  
   - Для манер аристократа, полагаю, тоже.
  
   - Ну, - протянул вор, осторожно опуская крышку пианино, - умудряетесь же вы руководить своими заводами, невзирая на неумение рассуждать здраво. И руководите неплохо, надо сказать. За первое полугодие прибыль "Крыльев Мабе" увеличилась на двенадцать процентов. На какой годовой рост рассчитываете? Процентов двадцать? Больше? Ах да, у вас же суд...
  
   - Так вам известно, кто я. Откуда?
  
   - Мы временами сталкиваемся на мероприятиях. Правда, представлены друг другу так и не были. Наши интересы лежат в разных сферах... - заметив, что бинт грозится высунуться из-под манжета, парень как бы невзначай оправил рукав. - На наше с вами счастье. Но оборвать жизнь собственного ребёнка я вам не позволю. Моя честь будет запятнана, если я допущу его гибель.
  
   - Честь, - Мабе-старший процедил это слово с отвращением, буквально выплюнув сквозь сжатые зубы. - Ненужный пережиток дрянной "чистой" крови...
  
   - Судя по тому, что ваш приёмный сын предрасположен к магии, вы рискнули жениться на представительнице этой самой "дрянной" чистой крови. Не стыдно вам говорить такое о матери вашего наследника?
  
   Климент Мабе, опомнившись, вздрогнул и обернулся. Мальчонка стоял у шкафов, таращась на отчима злым, отчаянным взглядом загнанного в угол волчонка.
  
   - Кажется, юный господин не в восторге от ваших речей. Да? - Вито аккуратно отогнул полу сюртука, демонстрируя кинжал в ножнах, инкрустированных мелкими рубеллитами, и как бы невзначай одёрнул начищенную до блеска портупею со шпагой. - Как предпочтёте поступить? Покинете зал, уведя мальчика силой? Преподадите ему урок боли в своём номере, подальше от чужих глаз и ушей? Я не хотел бы затевать драку, но...
  
   Франт, поджав губы, буравил взглядом кинжал, закреплённый на тонком поясе-ремешке. Затем его взор сместился к полоске второго такого же ремешка, поблёскивавшего пряжкой чуть выше первого.
  
   - Ну так что? - поторопил мужчину Призрак в отчаянной надежде, что до стычки дело не дойдёт. Правое запястье побаливало, и юноша всерьёз опасался, что не сумеет удержать в руках оружие при сильном ударе.
  
   Почему-то вор был уверен, что сейчас Климент Мабе обогнёт кресла, приблизится вплотную к нежданному защитнику и хорошенько врежет ему, следуя неписаным, но проверенным временем правилам кулачного боя. К счастью, обошлось. Промышленник развернулся на каблуках и прошествовал к выходу, будто бы резко утратил интерес и к разговору, и к сыну. Дверь за ним захлопнулась с такой яростью, что косяк жалобно затрещал. Мальчишка, дёрнувшись, насупился и втянул голову в плечи. В зале воцарилась тишина, нарушаемая лишь воем бушевавшей за окном стальной бури.
  
  

***

  
   - То есть вы предлагаете перебраться в один из номеров в середине здания?
  
   Леди Росава смотрела на наёмника с осуждением, Карл - с изумлением. Лишь во взгляде Йохана Бронзовый увидел тень понимания. Разумеется, опытный воин уже понял преимущества такой позиции. Вероятно, старший телохранитель с самого начала был против идеи забаррикадироваться в башне.
  
   - Я объясню, почему, - Олаф, сидевший в кресле, наклонился вперёд, облокотившись на колени и положив подбородок на скрещенные пальцы. Наконец-то, впервые со своего прибытия во дворец, он ощущал себя в своей тарелке. Именно с переговоров подобного рода когда-то началась его первая практика с Риверджейсом-старшим. Настроиться на рабочий лад удалось удивительно быстро; остатки нерешительности и неуверенности в себе, вызванные провальной слежкой, испарились без следа. - Рассмотрим личность мага, который намерен причинить вред моей клиентке. На что он способен, а на что нет? Что он планирует, какие события ему помешают? Схема видится мне достаточно ясно. Преступник хорошо спрятался и не сомневается в своём алиби. После гибели госпожи Нэль-Амлас... которой, само собой, не случится, - торопливо поправился юноша, заметив недовольство и настороженность на лицах телохранителей, - он затеряется среди прочих постояльцев, будет трагично заламывать руки, удивлённо хлопать глазами и недоумевать по поводу произошедшего. Он уверен, что выйдет сухим из воды, невзирая на все проверки. Следовательно, о его даре к волшебству не знает никто или почти никто.
  
   - Что-то не разберу, - Карл взлохматил и без того взъерошенную шевелюру. - Вы хотите сказать, что магу было бы проще убить всех постояльцев?
  
   - Разумеется, проще! - повысил голос Йохан, которого явно раздражала бестолковость товарища.
  
   - Но почему он не может сделать это после ритуала?
  
   - Ага, а силёнок-то хватит? - хмыкнул Бронзовый. - От такого мощного действия, как этот обряд, и отдача прилетит нехилая. Какое-то время бедняге будет не до колдовства, и тогда он останется беззащитен.
  
   - Тогда... - младший охранник задумчиво пожевал губами. Встрепенувшись, звонко хлопнул в ладоши. - А! Маги второй ступени ведь умеют чувствовать других магов, да? Наверное, он учуял тут более сильного мага и отказался от своего плана!
  
   - Ага, конечно, - хмыкнул Йохан. - Сначала подсунул госпоже это... эту мерзость обрядную, а потом внезапно нашёл могущественного волшебника и передумал. Нет, наш противник не болван. Он на этом не прокололся бы.
  
   - Таким образом, - подытожил Олаф, - враг не сможет действовать масштабно, если будет риск навредить непричастным лицам. И чем больше этих непричастных лиц крутится в сравнительной близости от нас, тем труднее придётся магу и легче - нам. В башне нас достать проще простого, пара заклинаний-заслонок - и мы отрезаны от дворца. Добыча как на ладони, и делай с ней, что хочешь. Госпожа Нэль-Амлас, я настаиваю на том, чтобы переселиться в одну из комнат на средних этажах, и побыстрее. Также полезно будет менять помещения время от времени. Разумеется, не сообщая об этом слугам. Пусть здешние работники сконцентрируются исключительно на помощи гостям и не бродят по коридорам без лишней надобности. Чтобы как можно меньше лишних глаз и суеты.
  
   - Л-ладно, я передам им, - Росава нерешительно кивнула. - Я пойду собираться?
  
   - Только в нашем сопровождении, - предупредил старший телохранитель. - Простите, но нам нельзя выпускать вас из виду. Плохо, что среди нас нет ни одного мага. С магом было бы проще.
  
   "Упс, а про союзника-то я позабыл! - спохватился наёмник. - Сообразить бы раньше... Ладно, лучше объясниться сейчас. Если затянуть, будет хуже."
  
   - Простите, что не сказал сразу, - произнёс охотник, - но один маг у нас есть. Мой напарник. В данный момент он на разведке - по моей просьбе. Парень не особо силён, но сигналки расставить в состоянии... Да, да, виноват, - кивнул он в ответ на рассерженный взгляд Йохана. - Надо было предупредить, но я запамятовал. Редко работаю с кем-либо ещё. Я свяжусь с ним позже, когда леди Нэль-Амлас сложит вещи.
  
   - У нас нет клятвенного камня для вашего напарника, - бросил Карл. Он выглядел уязвлённым.
  
   - У нас есть слово сэра Бронзового, - непреклонно возразила Росава, встав между Олафом и младшим охранником. - Если бы союзник с его позволения собирался причинить мне вред, то артефакт бы остановил сердце господина наёмника. Вы ведь доверяете своему товарищу, не так ли? - мягко спросила она Олафа.
  
   - Да, - согласился юноша, с немалым трудом натянув уверенную, доброжелательную улыбку, - разумеется, доверяю. Нет причин для беспокойства.
  
  

***

  
   "И что теперь?"
  
   Отвернувшись от мальчика, Вито озадаченно рассматривал статуэтку балерины - белую, чуть подкрашенную золотом. Ему было не по себе - парень не привык к семейным сценам в целом и вмешательству в них в частности. Гроза миновала, но что последует за этой грозой?..
  
   - Спасибо.
  
   Юноша обернулся и с удивлением воззрился на необычайно серьёзного, неестественно спокойного Мабе-младшего.
  
   - Спасибо, что заступились, - мальчик, успевший приблизиться к Призраку вплотную, смущённо отвёл взгляд. - Меня впервые защитил незнакомый человек. До этого только мама... Я - Юрек Мабе. Могу я узнать ваше имя?
  
   - Вито Луциано. Давай-ка без выканья, - вор присел на корточки напротив парнишки. - Ты говорил, что тебе пора пройти Инициацию. То есть пробуждение уже началось, я правильно понимаю?
  
   Мальчик нерешительно кивнул.
  
   - Позволишь проверить? Я немножко в этом шарю... Ну-ка, посмотри на меня. Постарайся не моргать.
  
   Первый симптом - посветлевший зрачок и переливчатую пигментацию на радужке - Призрак приметил сразу. Лоб у Юрека был ощутимо горячий - второй признак, куда более опасный. Если обнаружится и третий - сине-серые кровоподтёки - то тогда...
  
   - Покажи руку. Сними перчатки и засучи рукава. Хотя бы до локтя. Сможешь?
  
   Мабе-младший послушно закатал рукав пиджака и расстегнул манжету рубашки.
  
   - Твою мать... Прости, малец, не твою, - торопливо исправился Вито, ошеломлённый увиденным.
  
   Запястье и предплечье мальчишки почти сплошь залило индигово-серым. Кожа припухла, на ней проступила тёмно-бордовая, пугающе чёткая сетка кровеносных сосудов.
  
   "Твою мать, твою мать, чёрт побери... Как он умудряется терпеть... такое?" - ужаснулся юноша, понимая, что времени у Юрека осталось совсем мало. Не полмесяца и не неделя даже - скорее всего, мальчишка не доживёт и до конца стальной бури.
  
   Нужно что-то делать.
  
   - Плохо, да? - еле слышно спросил парнишка, тщетно скрывая испуг.
  
   - На шее пятна есть?
  
   - Утром вроде не было, - Мабе-младший аккуратно оттянул воротничок, под которым зловеще темнела всё та же серебристая синь.
  
   "Значит, до мозга эта хрень доползёт к ночи, утром - кома, спустя три-четыре дня - смерть. Метка проявляется от двух до восемнадцати часов... Если разбираться, то сейчас. Прямо сейчас, не дожидаясь, когда соизволит ответить тупоголовый Бронзовый!"
  
   - Я умру, да? - Юрек смотрел на Призрака серьёзными, взрослыми глазами человека, который уже ощутил на себе прикосновение смерти. - Но я не хочу. Я хочу жить. Я столько всего хотел сделать!
  
   - Ты не умрёшь, - уверенно ответил Вито, тщательно контролируя интонацию: голос должен звучать ровно, не срываться и не дрожать. - Шанс есть, но действовать нужно быстро. Прежде всего, твой отчим...
  
   - Ему до меня нет дела. Он не следит, где я и чем занимаюсь. И не вмешивается, - невнятно проговорил Юрек, зубами натягивая на отёкшую руку плотную чёрную перчатку.
  
   "Жаль, что эта позиция не относится к магическим аспектам", - промелькнуло в голове вора. Он торопливо прикидывал, какие карты из доступных ему можно сбросить, а какие козыри стоит придержать в рукаве на будущее.
  
   - Слушай внимательно. Буду говорить начистоту, ты ведь умный малый и заметишь ложь, если я попытаюсь соврать... Сколько тебе лет? Восемь? Девять, да?
  
   - Девять с половиной, - поправил пацанёнок, застёгивая манжету еле гнущимися пальцами.
  
   - Девять... Ты почти взрослый и вправе сам выбрать, что делать дальше. Малец, если хочешь жить, тебе позарез нужно заключить контракт сегодня до девяти-десяти вечера и сразу начать магическую Инициацию. На любых условиях, пусть даже с совсем хилым магом! Получается, - Вито вытащил из кармана часы и глянул на циферблат, - у тебя около шести часов на размышления.
  
   - И думать нечего! - мотнул головой Мабе-младший. - Я на что угодно согласен! Но, - добавил он чуть тише, ссутулившись и опустив голову, - маг во дворце всего один. И он собирается...
  
   - Не один, - перебил мальчика Призрак. - Ещё есть я... Спокойно! - произнёс он куда более резким тоном, когда Юрек отшатнулся от него с испуганным лицом. - Спокойно. Не бойся. Я - не тот, кто затеял ритуал Очищения сущности. Я охочусь за этим магом. И я не один. Точнее, я помогаю в поимке преступника одному человеку, который тоже здесь, во дворце. Ты наверняка о нём слышал. Об Олафе Бронзовом.
  
   - Олаф Бронзовый? - неверяще протянул парнишка. - Тот самый наёмник? Который в одиночку победил подземное племя у горных заводов? Он правда тут?
  
   - Да, да, - торопливо закивал вор. - Ты ведь был вчера на ужине и утром на завтраке, да? Значит, точно видел его. Молодой человек немного старше меня, среднего роста, с короткими светлыми волосами и двумя саблями на поясе. Это он.
  
   - И где он сейчас? - требовательно поинтересовался Мабе-младший.
  
   - Беседует с охраной леди Нэль-Амлас. Хочет, чтобы его наняли. Может, он уже освободился. Погоди минутку, попробую с ним связаться, - юноша повернул артефакт-камень в клипсе. - Эй, Ту...т ещё один человек, которого надо взять под защиту. Ты там скоро?
  
   Передатчик молчал.
  
   - Похоже, занят пока, - пожал плечами Вито с деланной беззаботностью. - Ничего, как только, так сразу... В общем, слушай. Я в ритуалах Инициации не очень, да и сильным магом меня не назовёшь. Но я могу попытаться провести обряд по самому простому варианту - нейтральному, бесконтрактному. Идёт?
  
   Юрек молча таращился на Призрака из-под растрёпанной чёлки недоверчивым взглядом дикого зверька.
  
   - Подумай сам, - вор заговорил мягче, осторожно подбирая слова, - ты ведь знаешь, как проходит магическая Инициация. Знаешь же? Ага, - удовлетворённо произнёс он в ответ на нерешительный кивок. - Значит, если увидишь, что я делаю что-то не то, просто отскочишь в сторону - и всё, заклинание прервётся, каким бы оно ни было. Это - первая причина, по которой злой маг не предложил бы тебе такое. А вторая - ещё проще. Для того запрещённого обряда годятся только те люди, которые готовы к Инициации, верно? Так какой смысл человеку, затеявшему ритуал, проявлять твою магическую Метку? Ведь после этого человека в жертву уже не принести. М-м-м?
  
   - Ну... да, - неохотно согласился мальчишка, переступив с ноги на ногу. - Логично звучит. Тогда я согласен. Проведи Инициацию, пожалуйста. И поскорее, ладно?
  
   - Я начну её сейчас, - ободряюще улыбнулся Вито, извлекая из рукава стилет. - Это легко. Правда, немного болезненно. Смотри. Нужен небольшой порез. Такой, чтобы хоть чуть-чуть показалась кровь. Вот так, - клинок чиркнул по пальцу Призрака, оставив алую полосу. - Можно и менее глубоко, я слегка переборщил.
  
   Мальчик послушно взял стилет, снял перчатку с левой руки и, сглотнув, провёл самым кончиком лезвия поперёк подушечки указательного пальца. На царапине сразу выступила крупная капля крови.
  
   - Молодец, - одобрительно произнёс юноша. - Ничего, у меня есть пластырь, потом заклеим. Прижми свою ранку к моей и повторяй за мной заклинание, чётко и без ошибок...
  
  

Глава 4

  
   - Многовато, - пробормотал Йохан.
  
   - Многовато, - тихо согласился Олаф, - но могло быть хуже.
  
   - Куда ещё хуже? - удивился Карл. - Целый чемодан...
  
   - Один чемодан, - возразил наёмник, подчеркнув голосом слово "один". - Ты никогда не работал с мирным населением во время эвакуации? Сразу видно, что нет. Один чемодан - это мало. Очень мало.
  
   - И кто его потащит?
  
   - Ты и потащишь! - Йохан хлопнул напарника по плечу. - Будешь охранять вещи госпожи Нэль-Амлас. Ну и саму госпожу заодно, само собой. А мы с Бронзовым, если вдруг что, в бой.
  
   - Но...
  
   - Или хочешь, чтобы она сама волокла эту тяжесть?
  
   - Пожалуйста, не спорьте! - Росава, выбежавшая из своей комнаты, всплеснула руками. - Я сама его понесу! Вам сейчас каждый лишний клинок важен, верно?
  
   - Эм... ну да, - охотник выразительно взглянул на кобуру, торчавшую из-под сбившейся набок тёмно-фиолетовой накидки, украшенной кружевными оборками. - Но вам будет трудно идти быстрым шагом с такой тяжестью. Так что лучше поручите вещи Карлу.
  
   - Вы взяли только самое необходимое, я надеюсь? - требовательно спросил старший телохранитель, которому ситуация явно не нравилась. Прищуренными глазами он с крайним неодобрением рассматривал светло-бежевый чемодан с тёмно-шоколадными, блестящими ремешками-застёжками, в котором поместилась бы и сама госпожа Нэль-Амлас, будь она года на три-четыре моложе.
  
   - Конечно! - девушка намертво вцепилась в ручку драгоценного багажа и с заметным трудом приподняла его на пару-тройку сантиметров. - Сменную одежду, немного украшений, деньги, две пары обуви...
  
   Йохан возвёл глаза к потолку.
  
   - ... документы, тёплый плед, аптечку с лекарствами и перевязочными материалами, фляги с питьевой водой, консервы, спички, связку свечей и подсвечники, верёвку и наручники для преступника, сигнальные артефакты, четыре ампулы хлороформа, две дымовые шашки, патроны, - продолжала перечислять Росава, не обращая внимания, как выражения лиц защитников меняются с недовольных на недоверчивые, а с недоверчивых - на удивлённо-радостные. - Весь мой арсенал. И три бутылки коньяка с дорожным набором рюмок. Я должна была передать их дядюшке, но ситуация экстренная, так что нам они нужнее. Отец говорил, что после боя выпивка никогда не помешает. Я ничего не перепутала, надеюсь?
  
   - Нет, - Олаф не удержался, улыбнулся уголком рта, глядя на бледную, но решительную госпожу Нэль-Амлас. - Вы отлично справились. С таким арсеналом мы точно не пропадём... Карл, бери чемодан. Выдвигаемся. Как дойдём и обустроимся, свяжусь с напарником.
  
   - Восхитительная, - пробормотал Йохан себе под нос, косясь на графскую дочурку. - Хоть женись.
  
  

***

  
   - Кажется, мне уже не так больно, - неуверенно проговорил Юрек, с интересом изучая побледневшую, растормошённую пятнистую синеву на запястье. - Эти странные синяки скоро пройдут, да?
  
   - Не очень скоро, - качнул головой Призрак, осторожно высунувшись за двери музыкально-библиотечной залы. - Пока только первый этап.
  
   - Первый?
  
   - Твоя Метка начала формироваться, - пояснил вор, крутя головой по сторонам и тщательно осматривая буквально каждый сантиметр видимого пространства. Возле сердца отчётливо пульсировала милосердная, но неприятная боль. - Сейчас её силу сдерживаю я. Поэтому в ближайшие часы ты должен находиться возле меня. Не отходи дальше, чем на четыре с половиной метра. Крайний предел - пять. Иначе твои магические силы выйдут из-под контроля и... сам понимаешь.
  
   - А потом, когда она появится, управлять магией буду я? Метка покажется там же, где у тебя, да?
  
   - Ага, на левом плече. Сформируется не позднее завтрашнего утра. Потом будет стабилизироваться где-то сутки. Но, чтобы стать чародеем, тебе предстоит пройти курсы волшебства, так что не вздумай колдовать, - предупредил Вито, убедившись, что за ним и его подопечным никто не следит.
  
   - Не буду, - твёрдо пообещал Мабе-младший. - Я ведь знаю, что это опасно. Мама рассказывала, что сначала надо выучить самые основы, а потом проверить, что тебе лучше даётся, и заниматься уже именно этим... А у тебя какой профиль?
  
   - Секрет, - многозначительно улыбнулся юноша.
  
   - Ну ла-а-адно, - разочарованно протянул Юрек. - А куда мы теперь пойдём?
  
   - Сообразим по пути, - с деланной беззаботностью бросил Призрак. - Малец, возьми меня за руку, понял? И не отпускай.
  
   Тонкие, холодные пальчики мальчишки вцепились в ладонь вора, который слегка поморщился от боли, но не попросил ослабить хватку.
  
   Ситуация была скверной. Вито не видел отчётливых предпосылок к плохому исходу, но слишком уж много всевозможных "а если" сгрудилось вокруг, не позволяя разглядеть выход. Шагая по бордовой, словно кровь, ковровой дорожке, юноша чувствовал себя мишенью, чёрной как смоль кошкой на белом снегу. Что, если противник прямо сейчас атакует его и Юрека? Здесь не спрятаться, не скрыться, и убежать не получится - пацанёнок передвигается всяко медленней взрослого человека. И удрать в одиночку мальчонке не удастся - нужно соблюдать дистанцию, обязательно соблюдать дистанцию. Нарушение ритуала Инициации всегда бьёт рикошетом по обоим участникам. Призрак, случись что, выдержит отдачу. Мабе-младший в его нынешнем состоянии - нет. Эх, сообразить бы раньше, что обряд стоит отложить до... До - чего?
  
   Нужно найти убежище. Скооперироваться с тупоголовым Бронзовым и найти убежище. Тупоголовый Бронзовый не очень тупоголовый, когда дело касается боевых действий. Он наверняка решит, что в башне небезопасно, и уведёт оттуда милашку Росаву. Тупоголовый Бронзовый не займёт заведомо проигрышную позицию, это не в его характере, да и опыта, такого опыта, у наёмника более чем достаточно. Он - паршивый командующий, но вояками руководить всяко проще гражданских... Правое запястье запульсировало болью, будто в знак согласия.
  
   И сама Инициация - с чего бы ей идти по плану? Сбои во время ритуала - явление не такое уж редкое. Опытные маги знают, что предпринять, если что-то где-то нарушилось. Вито Луциано - нет. Попросить совета будет не у кого. Разве что леди Нэль-Амлас озаботилась изучением теории перед первой в жизни практикой.
  
   А ещё - отсутствие связи с Двенадцатым арканом, отключившим переговорник. Будь вор один, с лёгкостью бы обежал всё здание в поисках охотника, но он не горел желанием таскать с собой Юрека. И опять же, мальца отпустить нельзя, иначе бедолаге конец - быстрый, печальный и далеко не приятный.
  
   Поспешить в башню, в покои Росавы? Но что, если девушку уже увели оттуда? Нет, слишком рискованно. Остаётся только двигаться вперёд, озираясь по сторонам и прислушиваясь. Быстрый темп держать не выходит, мальчонка и так еле поспевает. Не жалуется, правда - молча топает чуть позади, опустив голову и закусив губу.
  
   - Мне идти помедленней? - на всякий случай спросил Призрак.
  
   - Н-нет, - сипло выдохнул мальчишка; ему едва хватило дыхания на эту короткую реплику.
  
   - Ладно, - бросил Вито и немного умерил шаг.
  
   Силы Мабе-младшего иссякли после четырёх лестничных пролётов и полутора коридоров. Зимний сад остался позади, когда Юрека резко повело в сторону. Он упал на колени, судорожно хватая ртом воздух. Мальчика ощутимо трясло; пальцы, сжимавшие руку Вито, сделались совсем ледяными.
  
   - Если тебе настолько паршиво, нужно было сказать об этом раньше, - наставительно заметил Призрак, присев перед мальчишкой на корточки.
  
   - Я н-не думал...
  
   - Прямо как я, - поневоле восхитился вор.
  
   - ... н-не думал, что мне так плохо.
  
   - Какое-то время тебе будет хуже, чем до Инициации, - лоб Мабе-младшего казался раскалённым. Вито дотронулся ладонью до своей шеи, заподозрив ошибку, но нет - его собственные руки были чуть прохладными. - Придётся потерпеть. Ничего, как доберёмся, сможешь полежать.
  
   - Куда доберёмся? - требовательно спросил пацанёнок.
  
   - Ну... - произнёс вор, по-прежнему толком не знавший, куда держит путь.
  
   И сбился с мысли, ощутив, что что-то не так.
  
   Интуиция не раз спасала Призрака, не позволяя ему лишиться жизни и свободы. Он привык безоговорочно доверять своему чутью, даже если глаза и уши не соглашались с загадочным шестым чувством.
  
   Что-то было не так. В хорошо освещённом коридоре, где нет ни мебели, ни открытых дверей, притаилась опасность. Тёмно-красный ковёр и до этого навевал не самые приятные ассоциации; теперь к нему подключились желтовато-бежевые обои, цвет которых был точь-в-точь как у человеческих костей в склепе, куда юноша забрался пару месяцев назад, за вызвавшим интерес сокровищем. Сокровище, кстати, оказалось неплохо сработанным и полезным, поэтому заняло место на оружейном поясе, отправив в отставку своего предшественника - небольшой клинок, формой напоминавший старинные мизерикорды.
  
   - В сторону!
  
   Юрек придушенно пискнул, когда Вито ухватил его за шиворот, оттолкнув к стене. Метательный нож просвистел у самого уха вора, чудом не сбив клипсу и надрезав прядь волос. Призрак, почувствовав движение за спиной, обернулся, извлекая из ножен кинжал, и еле успел парировать удар короткого, широкого клинка, рукоять которого крепко сжимала рука в перчатке.
  
   - К-кто... - выдохнул Мабе-младший, держась за ушибленное плечо, которое на отлёте свело близкое знакомство со стеной.
  
   - Назад, малец! - повысил голос Вито, выхватывая шпагу.
  
   Противник был силён - в этом сомневаться не приходилось. Лишь в этом; остальное было надёжно укрыто от глаз посторонних. Чёрные одежды - широкие, не стесняющие движений роба и штаны, заправленные в низкие сапоги на тонкой подошве; не обтягивающий, но плотно сидящий на голове капюшон, оставивший открытым только лицо; перчатки из тонкой кожи. На поясе и за плечами - по паре ножен, обмотанных тканью, что не позволяло хотя бы прикинуть форму и размер оружия. Главное же...
  
   - Зачем тебе гогглы и маска? - осведомился Призрак, умело замаскировав страх издевательским тоном. - Рожей не вышел, что ли?
  
   Человек в чёрном ответил, но, разумеется, не вслух - вор едва угнался за чужим клинком, отбив выпад. Сталь зазвенела гулко, низко, точно далёкий отзвук огромного колокола. Обычная шпага, вероятно, переломилась бы от этого удара, и Вито про себя порадовался, что в своё время раздобыл такую редкость - оружие из горного сердечника, особого металла, отличавшегося гибкостью, лёгкостью и прочностью. Такое оружие могло отразить даже пулю - разумеется, при должном мастерстве его владельца. Юноша фехтовал несколько хуже, но в арсенале врага огнестрела не наблюдалось. И на том спасибо - сердце неприятно закололо, правая рука заныла с новой силой, не выдерживая нагрузки. Тупоголовый Бронзовый, неужели нельзя было обойтись с союзником помягче? Например, вывернуть всего один палец, безымянный - мало того, что самый ненужный, так ещё и занудную ношу обручального кольца готовый на себя принять...
  
   Выпад, выпад, выпад - отбить, заблокировать, увернуться. Попытаться контратаковать. Противник выхватил второй клинок - видимо, парный с первым. Лезвие рассекло рукав сюртука и рубашки, чиркнуло по эластичному бинту. Вито отшатнулся, и человек в чёрном немедля воспользовался промедлением оппонента, развернувшись к белому как мел Юреку, прижавшемуся к стене.
  
   - Не позволю! - выкрикнул Призрак. Рука, выронив кинжал, на автомате скастовала одно из заклинаний воздушной школы - удар сжатым воздухом. Незнакомец споткнулся, неуклюже взмахнул руками, пытаясь удержать равновесие на одной ноге; другую зацепило выше колена - словно скальпелем разрезало. Ранило глубоко - достало до кости. Тем не менее, Вито сильно сомневался, что такая травма помешает человеку в чёрном догнать свою жертву, вздумай та убежать.
  
   Жертва... Противник, кем бы он ни был, нацелился на Юрека - в этом нет сомнений. Сражаться, одновременно прикрывая Мабе-младшего - плохая, плохая идея, ничуть не лучше выходки тупоголового Бронзового, из-за которой вор лишился мотка отличной, совсем новой верёвки, приготовленной на будущее. Удрать не получится. Поэтому нужно сделать так, чтобы до пацанёнка не добрались.
  
   Весь этот худо-бедно упорядоченный ворох мыслей промелькнул в голове юноши за долю секунды, пока глаза судорожно обшаривали коридор в надежде найти хоть какое-то укрытие. И надежда оправдалась - взгляд приметил рядом, буквально в двух шагах, узкую дверцу чулана, запасника местных блюстительниц чистоты.
  
   В том, что отмычки от комнатушки возле номера Климента Мабе подойдут и к этому замку, парень не сомневался - вряд ли слуги таскают с собой ворох ключей от разных подсобных помещений. Использованный инструментарий по-прежнему лежал в боковом кармане; за сохранность инвентаря во дворце не беспокоятся - замки паршивые, можно открыть одним движением. Главное - успеть с этим самым движением и не промахнуться. А дверь явно прочная, такую даже пуля с первого раза не пробьёт.
  
   Развернувшись на одной ноге, Призрак воткнул отмычки в широкую замочную скважину. Руки дрожали от волнения - конечно, вору не впервой попадать в переделки, но сейчас от его скорости зависел необычайно большой куш, целая человеческая жизнь, жизнь мальчика, которому рано отправляться на тот свет.
  
   Удар сердца. Человек в чёрном наклонился, перенося вес на другую ногу.
  
   Удар сердца. Юрек зажмурился и выставил перед собой руки - отчаянный жест человека, который сильно испуган, но слишком горд, чтобы закричать или позвать на помощь.
  
   Удар сердца. Подброшенная шпага кувыркнулась в воздухе; до высокого потолка ей ещё лететь и лететь. Запястье снова пронзила боль - чрезмерно резкий рывок, да и пацанёнок не такой лёгкий, как казалось на первый взгляд. Мабе-младший испуганно ойкает, влетая в чулан взлохмаченной башкой вперёд. Захлопнуть дверь, рявкнув: "Сиди здесь". Поворот отмычек - на этот раз в обратную сторону. Прыжок назад - и правая рука неуклюже ловит рукоять. Ширина коридора - около трёх метров. Теперь главное - не отходить далеко от убежища мальчишки, чтобы не нарушить ритуал Инициации.
  
   Незнакомец что-то коротко рыкнул сквозь зубы. За следующим его движением Вито не уследил, но каким-то чудом отбил сверкнувший у шеи клинок. Вновь - боль, но куда более острая, чем раньше. Пальцы свело, ладонь рефлекторно разжалась, выронив шпагу. Призрак поймал оружие левой рукой, ощущая, как нагрелась клипса на ухе. Тупоголовый Бронзовый, выбрал время потрепаться... Ничего, подождёт. Не до этого!
  
   Не до этого, совсем не до этого - у противника весомое преимущество в силе и мастерстве. Должно быть, прошёл специальную подготовку - стандартная военная муштра таким вывертам не учит, Призраку это точно известно, ведь он помнит боевую школу одного из старших братьев. Зато у него самого в запасе есть магия и пара-тройка... десятков грязных приёмчиков, вбитых в голову на курсах уличного выживания. Например - дёрнуть заклинанием ковровую дорожку ровно перед тем, как человек в чёрном изготовился атаковать. Потеря равновесия - ненадолго, но вору и этого хватит. Единственная возможная сейчас позиция - спиной к двери, тактика - сбивать врага с ритма и наносить в момент его растерянности максимум ударов. Повязка на запястье намокла от крови. Значит, гадёныш таки задел его? Ладно, ядом вроде не воспользовался, и на том спасибо...
  
   Длинная шпага против двух коротких клинков - паршивый вариант. Разок опоздаешь с движением - и оборона будет пробита. Уйдя в глухую защиту, вор лишил себя шанса создать подходящий момент для контратаки. Контратака... Несомненно, заклинательная. С одной стороны, не перестараться бы. С другой - своя жизнь и жизнь Юрека всяко ценнее душонки этого раздражающе умелого хмыря. Итак... Что же выбрать? Где ослабить внимание, чтобы ударить в ответ? Юноша колебался недолго. Разумеется, плечо - бесполезное плечо дурной правой руки, которая не в состоянии держать оружие. Исцеляющий артефакт-камень, к сожалению, остался в комнате. Впрочем, так или иначе травма не должна получиться серьёзной, ни в коем случае не должна, иначе до конца её не залечить.
  
   Упав на одно колено, Вито что было силы вонзил шпагу в бедро противника. Тот приглушённо замычал - ага, проняло! - но движение парных лезвий не прервалось. Как и ожидалось, одно из них удалось отбить. Другое вонзилось в ковёр, задев руку немного выше локтя. Призрак, зашипев от боли, перекатился набок, закрывая себя пеленой иллюзорной магии, и метнулся в сторону. Так, теперь незнакомец не в состоянии ни увидеть, ни услышать, ни учуять, ни каким-либо ещё образом понять, где на самом деле находится вор. Человек в чёрном уверен, что юноша лежит на полу перед ним, а не стоит рядом. Ага, вот и выпад - неверный выпад, разумеется, зато в спину ему прилетит самый настоящий...
  
   Легко развернувшись, человек в чёрном чуть наклонил кинжал. Уверенная атака - рубанул наотмашь, будто бы знал, куда бить... нет, отчётливо зная, куда - слишком точный выпад, слишком расчётливый и, что б его, неожиданный! Вито отклонился, почти потеряв равновесие; чужой клинок прочертил линию поперёк груди, слева - едва заметную, справа - опасно глубокую. Юноша кувыркнулся назад, оттолкнувшись от пола здоровой левой рукой, вскочил, налетев спиной на стену, и выставил шпагу вперёд.
  
   - Так-так-так... - сохранять непринуждённый, с небольшим светским оттенком тон было неимоверно тяжело. - А вот это уже любопытно. Чья же эта магия, сэр незнакомец? Ваша? Или ваших гогглов?
  
   Мужчина, не ответив, подобрался, перехватил кинжалы поудобнее - приготовился к новой атаке.
  
   - Не ответите? Очень жаль... - протянул Призрак, насмешливо воззрившись в затемнённые стёкла. - А, постойте, постойте! Я понял! Сударь, вы мим?
  
   Мим, не вняв просьбе, молча ринулся вперёд и налетел на заклинание-взрыв, которое вор успел поместить на ковёр во время кувырка. Заслонившись от ударной волны воздушным щитом, Вито сощурил глаза, всматриваясь в тело, отброшенное в сторону метра на четыре. Шум от падения, по счастью, вышел несильный - едва ли его расслышали за дальними запертыми дверями занятых на этом этаже номеров. С трудом шевельнув пальцами раненой правой руки, Призрак разделил щит на множество мелких кусков. Подойти к противнику не получится из-за ритуала Инициации, да и не надо бы - мало ли, что ещё умудрится выкинуть этот опасный тип. Пусть наслаждается дождём из сотни полупрозрачных, острых как скальпели лезвий.
  
   Поток ветра устремился в сторону человека в чёрном. То ли загадочный противник не рассчитал момент, то ли действительно был в отключке какое-то время, но он вскочил на ноги слишком поздно. Бешеная пляска клинков впечатляла - продемонстрируй он такое мастерство минутой ранее, вора уже не было бы в живых. Но сейчас мужчина был не в состоянии избежать многочисленных осколков воздуха, сверкающим хороводом кружившихся вокруг него. Переливающиеся в свете газовых рожков лезвия, рассекая одежду, оставляли на его коже мелкие порезы - безобидные с виду, но берущие верх количеством.
  
   Один из кинжалов стремительно вошёл в ножны, издав негромкий, неприятный скрежет. Человек в чёрном, развернувшись, бросился бежать. Закрыв голову одной рукой, а другой продолжая вращать клинок, он стремительно летел по коридору, которым чуть ранее прошли его жертвы.
  
   "А ну, не зевать!" - одёрнул себя Вито, которому сейчас больше всего на свете хотелось лечь на пол и закрыть глаза. Кровопотеря вначале показалась ему несущественной, но накатившая слабость отчётливо дала понять, что юноша ошибся. Вбросив шпагу в ножны и подобрав выпавший кинжал, Призрак приблизился к двери чулана и постучался:
  
   - Живой?
  
   - Да, - голос Юрека прозвучал тихо и неуверенно.
  
   - Хорошо. Этот тип смылся, - вор аккуратно вставил в замочную скважину отмычки, действуя на ощупь и скорее инстинктивно, чем осознанно, - так что теперь я открываю дверь и мы со всех ног мчимся в мой номер. Ты понял меня?
  
   - Угу, - испуганно ответил полумрак, когда дверь распахнулась. - Ой... Вы... Ты ранен?
  
   - Совсем немножко, пустяки, - нарочито расслабленно улыбнулся Призрак и как бы невзначай шагнул вбок, заслоняя бордовые пятна крови на несколько более светлом ковре от взгляда белого как мел мальчика. - Давай руку. Надо уходить. Вдруг он вернётся.
  
   Мабе-младший шмыгнул носом и вцепился в протянутую ладонь.
  
   На этот раз бежать пришлось куда быстрее, чем перед столкновением с врагом. Юноша почти волоком тащил за собой Юрека, пошатываясь, не глядя по сторонам, упрямо игнорируя боль возле сердца, удерживая возле себя сразу четыре заклинания-следилки.
  
   За мальчишкой охотятся. Вито не усомнился в этом ни на секунду. Нападавший пытался добраться до мальчишки. При этом он осторожничал и не рисковал бить в полную силу. Вероятно, намеревался захватить пацанёнка живым? Этот вывод казался логичным - и тем хуже выглядел расклад. Человек в чёрном способен видеть сквозь магические иллюзии. Создавать миражи умеют многие маги, а вот сопротивляться наваждениям - далеко не все. Для этого нужны особые способности и нехилая сила воли. Конечно, имеется вероятность, что гогглы были мощным артефактом, сотворённым одарённым магом высокой ступени. Но вероятность эта настолько мала, что нет смысла брать её в расчёт... или же он есть? Враг мог запросто схватить мальчишку, использовав заклинания-ловушки, но не сделал этого. Почему? Почему он применил сложную магию, но не прибегнул к простой, когда, например, защищался от воздушных лезвий?
  
   До сорок первой комнаты оставалось всего ничего, когда Юрек, застонав, рухнул на пол. Призрак резко остановился, почувствовав, что подопечный больше не держит его за руку, и встревоженно склонился над задыхающимся мальчиком. Под глазами Мабе-младшего залегли чёрные тени, губы приобрели синеватый оттенок. Кожа стремительно серела.
  
   - Эй, вставай! - вору не удалось до конца приглушить нотки испуга в голосе. - Ещё чуть-чуть! Малец, мне тебя не дотащить!
  
   Юрек, ничего не ответив, закрыл глаза.
  
   - Обморок, - пробормотал Вито. - Вот чёрт...
  
   Юноша был уверен, что ему, раненому, не хватит сил поднять пацанёнка. Действительно, Мабе-младший оказался всяко тяжелее той добычи, которую Призрак обычно утаскивал из сокровищниц. "Но жизнь человека и не может весить меньше", - мысленно усмехнулся вор, с трудом делая первый шаг на подкашивающихся ногах, неуверенный и нечёткий.
  
  

***

  
   - Не отвечает, - растерянно пробормотал Олаф, убирая руку от переговорного артефакт-камня.
  
   - Вероятно, с ним что-то случилось, - Росава обеспокоенно теребила подол платья, уже не скрывая нервозности.
  
   "Ага, случилось. Например, нежелание выходить на связь после того, как я его проигнорировал", - подумал наёмник недовольно. Вслух же произнёс:
  
   - Это вряд ли. Он силён.
  
   "Силён ли?" Бронзовый только сейчас сообразил, что так и не поинтересовался боевыми навыками напарника. Да, при столкновении в графских покоях Призрак сумел парировать атаку охотника. Не очень ловко, зато без волшебства. Какой магией он вообще владеет? Четвёртая ступень означает широкое применение заклинаний средней силы, для чего-то крупного недостаёт либо ресурса, либо концентрации. При этом используется примерно шестьдесят процентов заклятий из общего арсенала. И, разумеется, присутствует почти полностью сформировавшийся центральный Дар - уникальная способность, передающаяся по наследству, которой невозможно обучиться, будь ты даже величайшим волшебником на свете. Скорее всего, Дар Вито Луциано как-то связан с иллюзиями. Иначе правительственные чародеи давным-давно отыскали бы воришку. Или же некое воздействие на структуру пространства? Нет, вряд ли. Хотя...
  
   - Предлагаю переместиться в свободную комнату на пятом этаже, - Йохан нетерпеливо барабанил пальцами по дверному косяку. - Мы не можем ждать твоего помощника. Предстоят другие дела. Не пойми неправильно, Бронзовый, но...
  
   - Знаю, - решительно кивнул Олаф, теребя злосчастный артефакт-камень. - Подождите-ка, - добавил он с радостным удивлением, уловив донёсшийся из переговорника шорох, - кажется, есть связь! Эй! Кунья морда! Ты меня слы...
  
   - Тупоголовый Бронзовый!
  
   Голос Вито звучал устало и немного хрипло, но всё так же раздражающе.
  
   - От тупоголового слышу! - огрызнулся охотник. Карл сдавленно фыркнул, леди Росава прыснула, уткнувшись лицом в рукав. - Какого чёрта ты не отвечаешь?
  
   - Это я должен тебя спросить! И прекрати на меня орать! - Призрак повысил голос, причём с заметным трудом.
  
   - Что случилось? - беспокойство таки пересилило, и Олаф перешёл на деловой тон. - Слушай, мы собираемся занять комнату получше, так что...
  
   - В мой номер. И быстро.
  
   От тени затаённой насмешки не осталось ни следа. Вор говорил сухо, отрывисто; Бронзовый теперь явственно расслышал и сбившееся, тяжёлое дыхание, и старательно сдерживаемую слабость. Неужели парень ранен?
  
   - Так что им...
  
   - В мой номер, - с расстановкой повторил Вито. - Тут такое... Короче. На леди Нэль-Амлас могут напасть. Человек в маске и чёрных одеждах. Фехтует отменно. Видит сквозь иллюзии, то ли с помощью артефакта, то ли магией. Оружие - два коротких клинка, и в арсенале точно есть что-то ещё. Чем скорее объединимся, тем лучше, так что шевелитесь.
  
   - Эй! А поподробнее? - Бронзовый, встревоженный, стиснул артефакт-камень, сильно оттянув ворот. Ткань жалобно затрещала.
  
   Переговорник молчал. Наёмник, со вздохом оправив рубашку, повернулся к телохранителям и девушке, напряжённо следившим за разговором.
  
   - Что будем делать? - младший охранник первым нарушил тишину.
  
   - Выходим, - коротко, хмуро скомандовал охотник. - Номер сорок один. Пойду первым. Леди Нэль-Амлас и Карл - за мной. Йохан - замыкающий. Возражений нет?
  
   Охранники переглянулись, и старший склонил голову в знак согласия. Олаф понимающе кивнул, извлёк из кобуры револьвер и, приоткрыв дверь, опасливо выглянул в коридор.
  
   - Порядок, - шепнул он, и Росава, стиснув кулачки, отважно шагнула за порог вслед за юношей.
  
  

***

  
   Исцеляющего артефакт-камня хватило впритык. Первая рана, по-прежнему кровоточившая, затягивалась медленно; вторая, из которой кровь уже не шла, заросла гораздо быстрее, после чего поубавились и слабость с головокружением; запястье заживало неохотно, ежесекундно напоминая о себе дёргающей болью. На мелкие царапинки, синяки и содранную кожу ушли последние крохи магии. Призрак, сидевший на краю кровати, осторожно пошевелил пальцами правой руки, согнул и разогнул локоть. От стычки с человеком в чёрном не осталось ни следа - если не считать окровавленной, порезанной одежды. Осуждающе покачав головой - работа предстояла не из лёгких - юноша положил ладонь на рваный рукав рубашки, тёмно-бордовые кляксы на котором успели подсохнуть. Восстановить ткань - дело нехитрое, а вот с пятнами придётся повозиться.
  
   Монотонное шуршание белых хлопчатобумажных нитей успокаивало. Прищурив глаз, Вито прокручивал в голове неожиданный бой, выискивая свои ошибки и хоть какую-то информацию о противнике. Получалось не так уж много. Строго говоря, используй вор свой Дар, он наверняка справился бы с мимом, а если и нет - всё равно было бы гораздо проще. Но что-то подсказывало Призраку, что сейчас не время разбазаривать свои секреты. Приём всегда срабатывает лучше, если враг ничего о нём не знает. А стычки ещё непременно будут, в этом сомневаться не приходится.
  
   Стряхнув обрывки нитей с залатанной заклинанием рубашки, парень занялся жилетом и сюртуком. Первый практически не пострадал, второй же обещал возни поболе, чем другие предметы гардероба: требовалось починить его так, чтобы не испортить ни одного потайного кармана и не повредить их содержимое.
  
   Позади раздался шорох. Стремительно развернувшись, юноша несколько секунд не сводил глаз с укрытого покрывалом Юрека. Мальчишка по-прежнему был бледен, но уже не в таком кошмарном состоянии, как несколько минут назад, когда с трудом добравшийся до номера Вито сгрузил на кровать бессознательное тело. Румянец на лицо пока не вернулся, под глазами залегли глубокие тени, но зато дыхание в норме. "И пульс тоже", - отметил про себя Призрак, ненадолго прижав пальцы к тощему запястью пацанёнка. Неровный серебристо-синий разбился на множество пятен - островков на светлой, едва тронутой загаром коже. Значит, отвар амаранта помог, и вор вовсе не переборщил, щедрой рукой влив в Мабе-младшего аж полпузырька довольно мощного средства.
  
   Стальная буря поутихла, теперь её монотонные гудение и лязг напоминали звук движения неспешно разгоняющегося тяжёлого товарного поезда. Закрыв глаза, Вито представил себя едущим в люкс-купе. Попутчиков нет; на столе - скромная закуска из местного вагона-ресторана, предваряющая ужин, бутылка коньяка и хрустальная рюмка у окна терпеливо ждут своего часа; вот - последний гудок, эхом вторящий ему сигнал в здании вокзала, неразборчивое объявление в громкоговоритель - почти старушечье бормотанье, бессвязное и лишённое смысла, для пассажира-то уж точно; вагон слегка дёргает, платформа ползёт назад, сначала незаметно, неторопливо, лениво, потом быстрее и быстрее; всё решительнее и чётче стучат колёса, ускоряя ритм; стена вдоль путей заканчивается небольшой башенкой, увенчанной фонарём, можно различить канареечно-жёлтую форму дежурного в полукруглом окошке; вынырнувшее солнце бьёт в глаза наотмашь, попытка проморгаться, приспособиться - когда это удаётся, вокзала нет и в помине, только унылые ряды заборов, дешёвые ночлежки, кирпичные здания заводов с обильно чадящими трубами и едва живые коряжистые деревья...
  
   Почувствовав, что заваливается набок, парень торопливо выставил руку. Звучание стальной бури изменилось - в нём появились высокие, визгливые нотки. Сколько времени прошло? Если верить карманным часам - не более трёх минут. Отлично. Нет уж, во второй раз торжественное прибытие Двенадцатого аркана проспать нельзя! Наверняка же полезет с вопросами, увидев в комнате постороннее лицо. Попрёт напролом, не разобравшись в ситуации, не ведая, что половина жизни Призрака состоит из блеска драгоценностей, а другая половина - из милосердия; что милосердием пронизана вся жизнь Вито Луциано. Милосердие опустившихся на дно людей, пренебрегавших законом, вырастило и воспитало его, сделало тем, кем он стал теперь - Вито-Призраком, легендарным вором, которого до недавних пор никто из чужаков не знал в лицо. Пока не вылез этот чёртов наёмник...
  
   Юноша покосился на Юрека - нынешнюю драгоценность, ставку в рискованной игре, отчаянно нуждавшуюся в милосердии.
  
   Тупоголовый Бронзовый вряд ли поверит словам вора и непременно измыслит всё по-своему. Например, тупоголовый Бронзовый может решить, что мерзкая кунья морда окончательно обезумел и в порыве отчаяния захватил заложника. Тупоголовый Бронзовый не поймёт милосердия Призрака Вито, он и союзничество-то так и не принял до конца.
  
   Милосердию нельзя быть сильно убыточным. Сокровища всегда должны блестеть немного ярче, чтобы благодетеля не утянуло на дно вместе со спасаемым. Вор помнил это и ощущал, что тяжесть мальчишки способна навсегда утащить его за собой в бездну. Но храбрый, почти лишённый надежды взгляд и плотно сжатые губы ребёнка, пытавшегося быть по-настоящему взрослым и отважным, весили куда больше всех доводов разума, которые Призрак был в состоянии отыскать. Сбежать не получится. Юрека бросать нельзя, иначе он погибнет. Значит, если тупоголовый Бронзовый не войдёт в положение, придётся... вывести его из игры? Обмануть? Нанять? Подкупить? Нет, последнее - точно нет, разве что схитрить как-нибудь. Что ж, дело родное, привычное.
  
   Впрочем, присутствие леди Росавы и её охранников может изменить расклад не в пользу охотника.
  
   И ведь угораздило же вляпаться в такую историю! Начнись буря часом-двумя позже, Вито успел бы добраться до города. Выпотрошил бы домик какого-нибудь местного богатея, снял номер в дорожной гостинице и отдыхал бы три, а то и четыре дня - без забот, хлопот, волнений и тревог. И знать бы не знал ни о тупоголовом Бронзовом, ни о ритуале, ни о Мабе-младшем...
  
   Ни о Мабе-младшем, который без помощи вора был бы обречён на смерть.
  
   Юрек медленно, с ощутимым трудом открыл глаза и попробовал пошевелиться. Похоже, тело слушалось его плохо.
  
   - Ты как? - обеспокоенно поинтересовался Призрак.
  
   Мальчишка недовольно засопел и слабым, но возмущённым голосом заявил:
  
   - У меня под головой нет подушки, а под ногами есть!
  
   - Пусть там и остаётся, - Вито ответил довольно резко, заметив, что пацанёнок пытается сесть. - Так положено при обмороке. Не суетись.
  
   - У меня был обморок? - Мабе-младший не смог скрыть дрожь в голосе.
  
   - Был. И случится снова, если не будешь лежать смирно ближайшие часа полтора, - предупредил Призрак, открывая шкаф. Как и ожидалось, на верхней полке имелся некоторый запас постельных принадлежностей - два одеяла, покрывало и подушка. Привстав на цыпочки, юноша ухватился за уголок стопки и потянул на себя. Шерстяное клетчатое одеяло проскользило по отполированному дереву, как по льду катка, и Вито успел лишь испуганно ойкнуть, прежде чем на него рухнула пёстрая, тяжёлая груда. Поднялось облачко пыли.
  
   - Ты живой? - нерешительно спросил Юрек. И тотчас же встрепенулся, порываясь вскочить: - Постой! Ты же был ранен!
  
   - Так, малец, лежать! - вор повысил голос и закашлялся, прикрыв нос и рот ладонью. - Успокойся. У меня был исцеляющий артефакт, так что сейчас я здоровёхонек. В отличие от тебя.
  
   - Ох, я так рад... Спасибо тебе! Ой! Ух ты! А зачем нам столько одеял? - теперь в пацанёнке проснулось любопытство. - Ночью будет холодно? Ой, а который час? Уже вечер, да?
  
   - Четыре с небольшим, - выдохнул Призрак, с размаху роняя ворох на край кровати. - А одеяла и всё остальное нужно для тех, кто скоро к нам присоединится. Ту... Бронзовый и телохранители ведут сюда госпожу Нэль-Амлас. Мы решили, что надёжней будет держаться вместе.
  
   - Правильно решили, - серьёзно кивнул Мабе-младший. - Подожди... Ты сказал, что сюда придёт Олаф Бронзовый?
  
   - Ну да.
  
   - Ух ты! Настоящий? Здорово! А он даст автограф, если я попрошу?
  
   - Эм... не уверен, - откликнулся юноша, слегка оглушённый восторгом подопечного. - Возможно. Если будешь лежать смирно и не доставишь ему лишних хлопот.
  
   - Хорошо, - торжественно заявил Юрек. - Я так и сделаю. Обещаю.
  
   - Вот и славно, - пробормотал Вито, вытаскивая из комода простыни и наволочку.
  
  

***

  
   Пока процессия, спустившись по узкой лесенке, миновала пару коридоров, Олаф убедился, что правильно распределил силы. Карл был весь на нервах - поминутно озирался, воинственно сжимая ручку чемодана. Если засечёт какое-нибудь движение, наверняка замахнётся на вероятного противника багажом своей госпожи, причём неосознанно. Младший телохранитель привык к рутинному сопровождению и прямым стычкам. В условиях, когда нападение ожидается с любой стороны и в любой момент, он чувствовал себя неуверенно. Йохан же, напротив, был нарочито спокоен; осматриваясь на ходу, не забывал поглядывать и на потолок, и под ноги. За авангардом опытный воин не наблюдал, всецело предоставив его наёмнику. Такое доверие было не только важно в текущей ситуации, но и приятно. Даже немного льстило, чего греха таить.
  
   Вопреки ожиданиям сопровождающих, Росава шагала довольно быстро, легко держа темп, ненавязчиво задаваемый охраной. Она не запыхалась, не просила о передышке, не жаловалась. Бронзовый заметил, что девушка сменила туфельки на более практичные ботильоны, на низком каблуке, подобающем скорее ребёнку, чем леди. Хорошо. В такой обуви девушка, если понадобится, сможет нормально бежать. В глаза бросалась и простота платья - сравнительно узкий подол без уймы нижних юбок и громоздкого каркаса, никаких украшательств, закрытые плечи и спина, неглубокое декольте. А вот корсет леди Нэль-Амлас оставила, хоть и ослабила. Замечательно. Послужит дополнительной защитой, случись что. Олаф не сомневался в своих силах, но противостоять магу вдвоём - Карлу в бой не надо бы - та ещё морока. Без ущерба точно не обойдётся.
  
   Спуск на четвёртый этаж показался мучительно долгим - здесь было труднее из-за более тусклого, чем в коридорах, освещения. Ближайшей к комнате напарника лестницей наёмник воспользоваться не рискнул - опасался провести не видимого пока противника прямиком к будущему убежищу. Лучше пройтись по прямому как стрела коридору, где совершенно негде укрыться - тогда маленький отряд не застанут врасплох...
  
   Угрозу охотник не разглядел - почувствовал за мгновение до атаки. Всего миг назад перед ним были лишь алая ковровая дорожка, светло-персиковые стены, лепнина потолка цвета слоновой кости, множество закрытых дверей, синеватый свет газовых рожков. В следующую секунду чужой клинок промелькнул у самого лица, и Олаф парировал не задумываясь, машинально, пока только пытаясь понять, откуда взялась фигура в чёрном посреди пустого коридора. Краем уха и сознания он уловил скорее удивлённый, чем испуганный, возглас Росавы, грохот проехавшегося боком по стене чемодана, громкое "Назад!", которое Йохан выкрикнул резко, зло, будто ножом полоснул.
  
   Вторая сабля, ещё выскальзывая из ножен, начала стремительное движение к противнику, но тот выгнулся, извернулся - и лезвие зазвенело, наткнувшись на лезвие. Удар, удар, поворот, ложный выпад, пинок в живот - заблокирован; подсечки удалось избежать, подпрыгнув. Знакомые приёмы. В своё время Риверджейс-старший заставлял внука отрабатывать их до тех пор, пока руки были способны поднимать тяжёлый, не для ребёнка предназначенный меч.
  
   - Разведшкола, - выдохнул Бронзовый. - Вот оно как...
  
   И перестал сдерживаться, атаковав яростно, безжалостно, без оглядки, уверенный, что телохранители уже окружили леди Нэль-Амлас с двух сторон, вынудив прижаться к стене. С девушкой ничего не случится, если наёмник не подведёт.
  
   Человек в чёрном не просел и не сбился с ритма. Похоже, он не уступал охотнику ни в силе, ни в скорости, ни в мастерстве. Это стало неприятной новостью. Бой на истощение - паршивый вариант. Выиграет тот, кто первым подловит оппонента на ошибке. Или же... тот, кто первым использует что-то из другого арсенала. У Олафа в запасе были револьверы и кое-какие артефакты, но попробуй-ка выгадай время на то, чтобы хотя б дотянуться до кобуры...
  
   - Попался!
  
   Йохан с пистолетом в руке вынырнул откуда-то сбоку. Грянул выстрел; враг, пригнувшись, увернулся от выпущенной в него пули и на секунду застыл, запутался, не зная, чего ожидать. Всего одна секунда, но Бронзовому её хватило, чтобы вбросить одну из сабель в ножны и вытащить револьвер. Он не промахнулся. Человек в чёрном покачнулся, прижал кулак к плечу. На пол упало несколько капель крови.
  
   - Отлично! - выкрикнул Карл. - Вы его...
  
   - Стой! Рано! - рявкнул Олаф.
  
   Резкий, немного неловкий взмах раненой рукой. Наёмник едва успел парировать невидимый, но необычайно мощный удар, эхо которого отозвалось болью где-то в затылке. Теряя равновесие, юноша оттолкнулся от стены рукой, в которой всё ещё сжимал верный "канган". Второй незримый клинок еле-еле заблокировал Карл, но не так удачно, как охотник: заклинание оставило на кирасе длинный, узкий разрез - точно по бумаге скальпелем провели. Старший телохранитель не растерялся - выстрелил во второй раз. Воспользовавшись заминкой противника, Бронзовый торопливо сунул руку в кармашек на оружейном поясе - хранилище артефакт-камней.
  
   - Берегись!
  
   Заклинание дымовой завесы сработало на ура: бледно-серая пелена, не спасавшая на открытом воздухе, в помещении повела себя совсем иначе - сгустилась, потемнела, полностью скрыв и противника, и союзников.
  
   - Сюда!
  
   Росаву и Карла удалось отыскать чисто на ощупь. Одной рукой ухватив тонкое запястье девушки в кружевной перчатке, другой Олаф подтолкнул замешкавшегося охранника в нужном направлении.
  
  

***

  
   - Интересно, почему всё так устроено, - Юрек, повернувшись на бок, наблюдал, как Призрак запихивает подушку в наволочку. - Очень сложно.
  
   - На философию потянуло? - застегнув последнюю пуговицу, Вито швырнул подушку на диван. Пододеяльников не нашлось, а одеяла неприятно кололись. Придётся накрываться простынями, а потом уже утепляться.
  
   - Я про магию. Мама говорила, когда-то Инициация была не нужна.
  
   - Если верить легендам о сотворении мира, так и есть, - кивнул вор, потянувшись за дорожной сумой. С самого её дна он вытащил небольшой пистолет и коробку с патронами. - Ты её знаешь?
  
   - Нет. Я хотел прочесть, - Мабе-младший попытался сесть, но передумал и вновь улёгся, подложив согнутую в локте руку под голову. - Но отец выбросил книжку. Я думал попросить у мамы новую, но не стал. А ты помнишь эту легенду?
  
   - Эм... - юноша нахмурился, выуживая из глубин памяти прочтённый давным-давно миф. - Так себе.
  
   - Расскажешь?
  
   - Я плохо её помню, правда.
  
   - Ну пожалуйста, расскажи!
  
   - Уф... - Вито недовольно покосился на оживившегося подопечного. С одной стороны, надо бы зарядить пистолет и подготовить ещё одну линию магической обороны. С другой - этим можно заняться и во время болтовни, а мальчишку стоит отвлечь от происходящего, тогда ритуал пойдёт быстрее и проще. - Ну... ладно. Я попробую. Только не перебивай, а то запутаюсь.
  
   - Не буду! - Юрек умоляюще смотрел на юношу, смяв беспокойными пальцами угол покрывала. - Пожалуйста, очень тебя прошу!
  
   - Хорошо, - вздохнул Призрак. - В общем... Когда-то какой-то там бог сотворил наш мир, заселил его разными животными. Но ему было скучно наблюдать за происходящим, ведь мир не развивался и не менялся. Тогда он создал людей. В первом племени было восемь человек. Их связывали узы крепкой дружбы. Но им пришлось нелегко в том суровом мире, в окружении существ, многие из которых превосходили их в силе. Шестеро из племени погибли - кто-то замёрз холодной ночью, кого-то растерзали дикие звери, кто-то утонул, кто-то сгорел в лесном пожаре... Остались лишь двое, мужчина и женщина. Они ждали рождения ребёнка, но боялись, что младенец не выживет в таких опасных условиях. Тогда они взмолились о помощи, и бог подарил им способности и знания волшебства. Через полгода на свет появились двое детей, мальчик и девочка, ещё более сильные маги, чем их родители... Шло время, человечество развивалось, осваивало этот мир. Большинство людей умело колдовать. Те, кто не обладал даром, жили под их гнётом. Люди возгордились и захотели с помощью магии призвать бога на землю, чтобы поработить его. Их попытка не увенчалась успехом, но бог ощутил её и решил, что человечество стало слишком дерзким и властолюбивым, что его нужно приструнить. Тогда он отправил на землю своих детей и верных слуг - драконов, которых сотворил в порыве ярости. Драконы спустились в наш мир и устроили хаос. Они были гораздо, гораздо сильнее людей. Стальные драконы своим дыханием могли создать огромную горную гряду, состоящую из руды. Ветровые драконы поднимали ураганы и смерчи, которые длились долгое время. Даже сейчас не все шторма тех времён погасли. Встречаясь с металлическими горами, они приносят нам стальные бури. Водные драконы одним выдохом превращали низины в озёра, драконы земли вызывали землетрясения... Всего за несколько дней человечество было почти полностью истреблено. Но нашлись смельчаки - семнадцать чародеев, не участвовавших в ритуале призыва бога. Они устремили свою молитву к небесам, прося прекратить катаклизмы. Бог услышал их. Он к тому моменту и сам был не рад тому, что так вспылил - ведь порождения его злобы чуть не уничтожили мир, который он так любил. Было заключено новое соглашение. Драконы покинули землю - кроме тех, что воспротивились воле своего создателя, но таких оказалось немного. Люди лишились волшебства, способности остались лишь у семнадцати избранных, которым предстояло править всеми землями под этим небом. Но и их силы заметно ослабли. Более того - теперь каждый человек, предрасположенный к колдовству, должен пройти магическую Инициацию, а потом - учиться использовать свои силы. Если никто из чародеев не согласится провести ритуал, сочтя человека недостойным, того ждёт смерть... Вот как-то так.
  
   Мабе-младший молчал какое-то время, елозя под покрывалом и над чем-то размышляя. Наконец обиженно сообщил:
  
   - А та книжка была о-о-очень толстой!
  
   - Я же сказал, что не помню эту легенду! - взвился Вито. - Постой-ка...
  
   Юрек и сам испуганно притих, точно мышка. Ошибки быть не могло - снаружи, в коридоре, прозвучал выстрел. Следом грохнуло ещё раз, и Призрак сорвался с кровати, держа заряженный пистолет наготове. Прислонившись ухом к входной двери, он положил руку на вертушку замка и замер, дыша через раз.
  
   Чей-то вскрик. Звон металла. Опять выстрел, и почти одновременно с ним - хлопок активированного артефакт-камня.
  
   - Вито... - мальчик, съёжившись от страха, не сводил глаз с двери.
  
   - Ш-ш-ш.
  
   - Вито...
  
   - Цыц, малец! - вора и самого потряхивало от волнения, но он не сходил с места. Ждал, когда в коридоре послышатся шаги - и лучше бы это был цокот дамских туфелек вперемешку с топотом сапог Двенадцатого аркана...
  
   Уловив звук то ли трёх, то ли четырёх пар ног, юноша решительно распахнул дверь - и тут же болезненно сощурился, прикрыл нос и рот ладонью: из холла повалил тягучий тёмно-серый дым от магического артефакт-камня.
  
   Госпожа Нэль-Амлас влетела в номер первой, явно не без ускоряющего толчка в спину. За ней последовал телохранитель, заботливо прижимавший к рассечённой кирасе здоровенный чемодан. Затем из дымки вынырнул Олаф и, пропустив отчаянно кашлявшего второго охранника, вошёл внутрь. Призрак бесшумно повернул вертушку и бросился в комнату, соображая на ходу, какое бы заклинание применить, если противник всё же появится на пороге.
  
   Бронзовый захлопнул дверь в коридорчик и для пущей верности придвинул к ней кресло. Леди Росава, которую защитники торопливо оттеснили к окну, твёрдым, отточенным движением навела на дверной проём маленький дамский пистолетик. Юрек хотел было что-то сказать, и Вито торопливо, грубо зажал ему рот ладонью. Вслед за напарником он взял на мушку дверь - чуть выше спинки кресла и немного левее, поближе к замку. Мальчишка пару раз дёрнулся, пытаясь вырваться из хватки, потом угомонился, едва заметно дрожа и комкая несчастное покрывало.
  
   - Тише, - шикнул на него Призрак; голос скользнул по самой грани слышимости, но Мабе-младший понял и разжал пальцы. Если враг владеет заклинанием или артефактом, усиливающим слух, ему будет нетрудно догадаться, куда делась добыча. То же самое - если он различает "живые следы", что оставляет за собой каждый человек; иногда их свечение сохраняется два-три дня. От чтеца-следопыта не сбежать, а вот доверяющего слуху реально обмануть, укрывшись за двумя прочными стенами.
  
   Или же...
  
   Вор осторожно отнял ладонь от лица Юрека и потянулся за лежавшим на столике мешочком с картами таро. Олаф смешно округлил глаза и покачал головой - то ли осуждающе, то ли неверяще. Сейчас, встрёпанный и встревоженный, он напоминал настороженного сыча. Вито шикнул на напарника, приложив палец к губам, вытряхнул колоду на кровать и принялся тасовать одной рукой - аккуратно, бесшумно, стремительно.
  
   На мятое-перемятое покрывало легла карта Башни. Призрак поморщился, вернул зловещий багряно-фиолетовый прямоугольник обратно в стопку и перемешал карты ещё раз.
  
   Король Мечей - перевёрнутый. Значит, пока нет. Расслабляться рано.
  
   Справедливость - перевёрнутая. По-прежнему - нет. Ловушка остаётся ловушкой.
  
   Снова - перевёрнутый Король Мечей. Руки трясутся, будто от холода. Карты таро не слушаются, их значение смазывается, смысл ускользает. Страх - верный союзник ошибок. Нужно успокоиться и спросить прямо, а не ходить вокруг да около. Спросить столько раз, сколько придётся.
  
   Когда, выскользнув из дрожащих пальцев, на кровать упала Четвёрка Мечей, Вито несколько секунд молча смотрел на серовато-жёлтую картинку, не шевелясь и даже не дыша. После чего бережно, точно боясь повредить, опустил рядом вторую карту, Шестёрку Мечей. Неверяще, словно ожидая подвоха, он внимательно разглядывал результат долгого, нервного гадания. И, наконец, с громким "Уф!" шумно плюхнулся на кровать, раскинув руки и закрыв глаза, чувствуя, как схлынула волна затянувшегося испуга, как расслабляются напряжённые мышцы, а мысли возвращают себе прежнюю, ироничную, лишённую страха окраску.
  
   - Эй, кунья морда! - шёпот Олафа, непонимающий и встревоженный. - Что случилось?
  
   - Он ушёл, - выдохнул вор, только теперь осознав, что забыл про дыхание почти на целую минуту.
  
   - Кто?
  
   - Ваш противник. Временно, правда... Но мы можем расслабиться на какое-то время.
  
   - Уверен?
  
   - Абсолютно, - пробормотал Призрак, с силой проведя ладонями по лицу.
  
   - Вы в порядке? - ага, вот и леди Росава. Заботлива и бдительна. И прелестна, однозначно, прелестна! - Вам плохо?
  
   - Мне хорошо, - возразил Вито, с неохотой открыв глаза. - Чертовски хорошо. Я, в отличие от одного наёмника, не привык к таким опасным ситуациям. У меня другой профиль работы.
  
   - Какой? - не замедлил поинтересоваться приободрившийся Юрек. Он всё-таки сел, уже не облокачиваясь на подушку, но ни сил, ни желания одёргивать его у вора не было.
  
   - Специфичный. Очень специфичный. И невероятно секретный.
  
   - Ага, конечно, - пробормотал охотник.
  
   - Молчал бы, Двенадцатый... Кто на вас напал?
  
   - Человек в чёрном, кто же ещё? Силён. И навыки разведшколы в придачу.
  
   - Ой! Вы же Олаф Бронзовый, да? - встрепенулся Мабе-младший. - Настоящий? А это у вас сабли, да? Можно посмотреть? Можно же?
  
   - Эм... - наёмник, растерявшись, вмиг утратил весь боевой настрой, аж револьвер наконец-то соизволил опустить. - Ну да, это я...
  
   - Здорово! А автограф дадите? Ну пожа-а-алуйста!
  
   Наблюдая за тем, как тупоголовый Бронзовый пытается спасти ножны сабель от цепких пальцев любопытного пацанёнка, Призрак коротко хохотнул - и даже грозный взгляд, что метнул в него светловолосый напарник, не испортил вору настроение.
  
  

***

  
   Появление нового действующего лица стало для Олафа неприятным сюрпризом. Тем более, что лицо отчего-то ужасно хотело получить у наёмника автограф или какую-нибудь памятную мелочь. И ведь не заткнёшь же надоеду - ребёнок, что с него взять.
  
   Что он здесь делает, этот мальчишка? Пришёл сам? Или кунья морда притащил его с собой? Второе звучит правдоподобней. Тогда встаёт вопрос - для чего? Присмотреть? Взять под защиту?.. Что за вздор!
  
   - Вы же ещё не знакомы, верно? - Луциано нарочито мягко, расслабленно улыбался, но лукавый блеск в глазах выдавал его с головой. - Малец, это - Олаф Риверджейс, он же Олаф Бронзовый, собственной и неповторимой своей персоной. Бронзовый, это - Юрек Мабе, кандидат в жертвы ритуала, который скоро лишится этого паршивого титула.
  
   - Прошу прощения, - тон, вопреки словам, обещал, что прощение Йохан вытребует насильно, - а вы кто такой?
  
   - Прощаю, - Вито порывисто развернулся к телохранителю, державшемуся возле своей госпожи, и негромко зашипел от боли, прислонив ладонь к грудной клетке. Тотчас, тряхнув головой, вернул на лицо приветливое выражение. - Вито Луциано, в данном месте и в данное время - напарник Олафа Бронзового. Посредственный маг и непосредственный специалист по ловушкам и прочим неприятным сюрпризам. А вы...
  
   - Это Йохан Бет, - буркнул наёмник, уже привычно ощущая очередное переполнение чаши терпения. Ему нужно немедленно переговорить с чёртовым союзником и узнать, что произошло на самом деле - с Призрака станется прилюдно выдать фальшивую версию. Да, наверняка он так и поступит, а ведь охотник ещё не выяснил роль мальчишки во всём происходящем. - И Карл Прето. Господа... и леди, - он коротко кивнул Росаве, - приношу свои извинения, но мне надо переброситься с Вито парой слов. Мы покинем вас на минуту...
  
   Быстро уйти не получилось - злосчастное кресло у дверей надёжно преграждало путь. Торопясь обезопасить спутников, Олаф передвинул громоздкий предмет мебели легко, рывком, не задумываясь. Теперь кресло стало неповоротливым, непомерно тяжёлым, и юноше стоило огромных усилий вернуть его на место.
  
   - Выйдем, - велел он вору, пытавшемуся запихнуть пистолет в кобуру.
  
   Призрак, оставив оружие лежать на кровати, на удивление покорно последовал за напарником и притворил за собой дверь. Бронзовый потянул за короткий, тонкий шнур с кисточкой на конце, свисавший с потолка и надоедливо задевавший ухо. Лампочка загорелась с негромким щелчком. Блёклый огонёк превратил кромешную темноту в терпимый полумрак, высветил клубившийся по углам дым от магической завесы. Из комнаты не доносилось ни звука - то ли компания молчала, то ли звукоизоляция была хороша. В коридоре тоже царила тишина. Олаф был не прочь разведать обстановку, высунув нос и револьвер за порог, но сначала требовалось разобраться здесь. Разобраться тщательно, желательно - с применением грубой силы; едва ли наглец расколется, заговори охотник на более мягком и мирном языке. Ох, вручили же высшие силы это недоразумение вместо нормального союзника...
  
   - Какого чёрта? - прошипел наёмник, сграбастав Луциано за грудки и слегка приподняв над полом, вынудив вора привстать на цыпочки.
  
   - С каждой нашей встречей твои манеры всё хуже, - сипло посетовал Вито.
  
   - Признавайся, кунья морда! Что ты затеял? - Бронзовый не рисковал повышать голос, всё же опасаясь, что его услышит не только надоедливый сотоварищ.
  
   - Отпусти, пожалуйста, - попросил Призрак с приторной улыбкой. - Я совсем недавно починил эту рубашку. Не хочу, чтобы она снова порвалась.
  
   Смерив парня полным подозрения взглядом, Олаф неохотно разжал хватку.
  
   - Благодарю... Так вот, - оправив одежду, вор тотчас перешёл на противный светско-деловой тон, - я познакомился с юным Юреком Мабе в ходе выполнения возложенной на меня миссии, которая включала в себя...
  
   - Я знаю, что она включала! Говори короче!
  
   - Скучный ты, - протянул Вито и прислонился к стене, зацепившись большими пальцами за карманы жилета. - Так вот. Малец был готов к ритуалу Инициации. Более того - он срочно нуждался в этом обряде, поскольку его жизнь уже была под угрозой. Его отец искренне полагает, что сыну магия ни к чему. Строго говоря, он бросил мальчика умирать - для такого отношения даже твоё чертыхание слабовато. Поэтому я взял Юрека Мабе под опеку...
  
   - Ты? Под опеку? - охотник не удержался от нервного смешка.
  
   - ... и начал ритуал магической Инициации по нейтральному варианту, - всё тем же непринуждённым тоном закончил Призрак.
  
   - Ты... что? - неверяще переспросил Бронзовый в надежде, что ослышался. - Ты начал ритуал?
  
   - Ага, - кивнул Вито, внимательно рассматривая плинтус у ног собеседника.
  
   - А как же разведка?
  
   - Придётся с ней повременить. Ничего, перебьёмся.
  
   - Сдурел? - выдохнул наёмник. - Ты хоть понимаешь, в какой мы ситуации?
  
   - Да, - склонил голову вор, - понимаю.
  
   - О, неужели? Ты что, не мог подождать?
  
   - Мальчику оставалось жить около трёх дней, - Вито передёрнул плечами. Ага, знакомый нервный жест, попытка сдержать эмоции... Какие, интересно, эмоции?
  
   - Что, не захотел оставить мальчишку без помощи? - насмешливо осведомился Олаф.
  
   - Да, - согласился Призрак.
  
   - За деньги?
  
   - Нет, - неожиданно резко отсёк каштановолосый и, наконец, поднял голову.
  
   - Милосердие взыграло? - ухмыльнулся Бронзовый и осёкся, натолкнувшись на внимательный, серьёзный взгляд усталых глаз с радужкой необычного насыщенно-вишнёвого цвета.
  
   - Я не мог по-другому, - произнёс вор негромко. - Да, я помню про период проявления метки для ритуала Очищения сущности. Я понимаю, что Юрек вот-вот будет вне опасности... этой опасности. Несомненно, он станет нам обузой, когда угроза для него исчезнет. Но поступить иначе я не мог. Мальчик не дотянул бы до окончания стальной бури. Кроме того, за ним охотятся. Враг, похоже, не в курсе, что мальца уже не удастся использовать в качестве жертвы. Поэтому он непременно нападёт снова. Ты успел оценить силу человека в чёрном. Хочешь, чтобы ребёнок сражался с таким противником? В одиночку?
  
   - И что теперь? - недовольно спросил охотник, старательно скрывая замешательство. Он ожидал от вора чего угодно, но действия Луциано, даже предсказуемые, всё равно ощутимо выбивали из колеи, не позволяя сосредоточиться, делая привычный мир вокруг шатким и ненадёжным. И впрямь - что теперь? Как быть и как относиться к слишком доброму для преступника человеку, до этого - просто добычу, за которую власти обещают нехилый куш?
  
   - Что? - непонимающе переспросил Вито.
  
   - Возьмёшь на себя ответственность за жизнь мальчонки? Если ритуал пойдёт не как надо...
  
   - А разве я не взял? - Призрак удивлённо изогнул бровь. - Ты ведь видишь, даже сейчас я продолжаю Инициацию. Прямо во время нашей беседы. Или это не в счёт?
  
   Наёмник тяжело вздохнул, потирая лоб.
  
   Кунья морда поступил правильно. Более того - он поступил благородно, словно истинный дворянин или уважаемый наёмник гильдии. Спас чужую жизнь, не гонясь за прибылью, и самоотверженно держит её в своих руках с немалым риском для себя самого. Вор поступил так, как не подобает вору, и это невыносимо раздражало Олафа, пусть он и признавал правильность действий союзника.
  
   - Всё равно я тебе не верю, - бросил Бронзовый.
  
   - Рад, что мы хоть в чём-то сошлись, - усмехнулся Вито. - Я тоже себе не верю... Вернёмся к остальным?
  
  

***

  
   - Во-первых, нам нужен пароль, - Йохан подчёркнуто неторопливо, даже слегка вальяжно, расхаживал туда-сюда по комнате, заложив руки за спину. В коричневой кирасе, из-под которой торчали фиолетовые рукава и полы куртки, он напоминал странную заморскую птицу, всё перепутавшую и на исходе сентября прилетевшую с юга в более северные земли.
  
   - Во-вторых, нам нужен шифр, - продолжал телохранитель, минуя занявших диван сосредоточенного Карла и недовольного мельтешением Олафа. - Вдруг понадобится обменяться посланиями в письменном виде. В-третьих, надо придумать условный стук, по которому мы будем отличать и впускать своих... Прекратить! - всё-таки сорвался вояка, стремительно разворачиваясь к засевшей на кровати троице.
  
   Бронзовый подавил смешок. Такая реакция охранника на трепавшихся Вито, Юрека и Росаву была вопросом времени, но наёмнику было любопытно, как долго продержится бедняга Йохан. Защитник не выстоял и минуты.
  
   Если быть точнее, болтал в основном Призрак, отчаянно жестикулируя, размахивая пустой кобурой в правой руке. Сейчас он рассказывал о каком-то гроте, в котором жили не то светлячки, не то похожие на них насекомые. Юрек слушал вора, восхищённо приоткрыв рот. Росава мечтательно улыбалась, рассматривая потолок с растительной лепниной вдоль стыков. Охотник догадывался, что кунья морда не просто так затеял разговор - он пытался отвлечь жертв от пугающей, мрачной действительности. Что самое удивительное - справлялся на "ура", даже у самого Олафа немного отлегло от сердца. В самом деле, здесь ведь четверо бойцов! В комнате вполне безопасно, защитный контур заклятий расставлен. Враг не проберётся в номер незамеченным. Лишь бы мальчишку и девушку не терять из виду, не выпускать наружу одних. А так всё более-менее утряслось и вошло в свою колею, только стальная буря свистит себе за окном, надрывается...
  
   И Йохан надрывается тоже - на свой лад, человеческий обеспокоенный.
  
   - Вот вы, Луциано! - ткнул он пальцем в каштановолосого юношу, почти коснувшись его лба. - Что вы можете сказать по поводу шифра... например, морского образца?
  
   Вито подчёркнуто тяжело вздохнул и развёл руками - мол, простите, дорогие слушатели, не по своей воле прерываюсь - и взглянул на телохранителя снизу вверх, не скрывая усмешки:
  
   - Я скажу вам, что разгадать этот шифр проще простого, а запомнить трудно. Особенно, если человек раньше никогда не работал с кодами. Вообще все эти стандартные схемы якобы тайнописи расшифровываются без особых усилий, если подумать над ними головой, а не... низом спины. Коллективно пораскинув мозгами, мы наверняка создадим отличную альтернативу, достойную патента в Бюро Изобретений, но к тому моменту угроза минует, и наши труды пропадут зря.
  
   "Надо же, - удивился Бронзовый, - соображает. Я рассуждал в том же направлении, но не решился бы высказаться настолько открыто... и язвительно. Интересно, насчёт пароля кунья морда не сглупит?"
  
   - И с паролем - не меньшая лажа, - продолжал Призрак, откинувшись на скомканное одеяло и подложив руки под голову. Йохан навис над парнем угрожающей тенью, но вор и бровью не повёл. - Заклинания телепатии считывают именно слова, и в первую очередь те, которые человек изо всех сил старается не забыть. Запишешь ключ в магический камень - приготовься, что артефакт украдут, или что ты сам посеешь его где-нибудь. Вот условный стук - другое дело. Для каждого он будет разным. Кому-то - инструкцией, кому-то - ритмом или музыкой... Договориться, тихонечко простучать всем вместе пару-тройку раз - и готово. Надёжней некуда.
  
   - Значит, стук, - подытожил наёмник. - Какие варианты?
  
   - Ну-у-у... - протянул Вито и, свесившись с кровати, выбил кулаком по её ножке какую-то быструю, бойкую мелодию.
  
   - Извините, - выдохнул Карл спустя несколько секунд всеобщего молчания, - но вы издеваетесь! Это невозможно выучить!
  
   - Э?.. Ну и ладно, - Призрак, мгновенно потеряв интерес, перекатился на другой бок, едва не врезавшись в Юрека. Тот, громко ойкнув, торопливо отдёрнул край покрывала, в которое замотался по подбородок.
  
   - Мне кажется, нужно что-то попроще, - произнёс младший телохранитель, наблюдая, как Мабе-младший, извиваясь гусеницей, отползает к стене. Похоже, пацанёнку заметно лучше - когда Олаф только пришёл, бедолага был мертвенно-бледен и даже сесть мог с трудом. Да, дети шустро оправляются...
  
   - Что, например? - Йохан обернулся к напарнику.
  
   - Эм-м... Вот... - курчавоволосый приглушённо хлопнул ладонью по столешнице. Один удар, пауза, удар... Один короткий, три длинных, два коротких, один длинный...
  
   - Добавь ещё два коротких в конце, - посоветовал Олаф. - Тогда это будет похоже на одну походную наёмницкую песню...
  
   - Или арию Матильды из новой оперы! - оживилась леди Нэль-Амлас.
  
   - Вы видели "Ущелье странных снов"? - вздрогнул Вито.
  
   - Оно великолепно! - Росава порывисто развернулась к вору. Скинула ботильоны, чтобы забраться на кровать с ногами. - Мне так понравилось!
  
   - Да, сильная вещь, - согласился кунья морда, запрыгивая в середину. Разуваться он, в отличие от девушки, не стал. - Особенно начало второго акта.
  
   - Да! Но и середина первого...
  
   - Жжётся, - неожиданно произнёс Юрек натянутым, напряжённым голосом.
  
   - Что? - каштановолосый мигом переключил внимание на подопечного.
  
   - Руку жжёт, - пожаловался мальчик. - Левую.
  
   - Наверное, проступает Метка, - пробормотал Призрак и оглянулся на Олафа. Наёмник заметил в глазах союзника беспокойство и не удержался - поднялся на ноги, подошёл поближе, хоть и не понимал, чем его присутствие поможет ритуалу.
  
   - Мама говорила, в таком случае надо проверить знак, - Росава нахмурилась, вспоминая. - Если в нём нет прорех, то всё хорошо. Тогда боль скоро утихнет.
  
   Мальчишка, расстегнув жилет и рубашку, приспустил рукав. Кожа его практически утратила опасный сине-серебристый цвет, осталось всего два припухших островка-очага - ближе к шее и под ключицей. На бледной коже плеча темнел узор, словно выдавленный штампом - замысловатый чёрный вензель в обрамлении резких, хищных багряных линий-зигзагов, срезанный сбоку, почти до середины.
  
   - Красная часть - моя, - объяснил Вито, рассматривая ровную половинку знака, края которой с одной стороны причудливо переливались, будто алмазная пыль на свету. - А чёрная, значит, перешла тебе от матери... Нарушений я не вижу. Всё ярко и чётко. Боль пройдёт через несколько минут, а пока придётся потерпеть.
  
   - Ладно, - серьёзно согласился Юрек, поправляя перекрученную подтяжку.
  
   - Метка врезалась довольно глубоко, - девушка задумчиво накручивала на палец прядь волос. - Мне рассказывали, что так бывает не всегда. Только при большой разнице в силе между инициируемым и мастером, проводящим ритуал.
  
   - У меня четвёртая ступень. Несколько лет назад была, во всяком случае, - Призрак аккуратно свернул серый пиджак, который Мабе-младший бросил скомканным. - Так что...
  
   - Магия Юрека либо ниже пятой ступени, либо выше второй, - кивнула Росава. - С первым проблем не будет, но если вдруг...
  
   - Справимся, - непререкаемо возразил вор, уловив на себе встревоженный взгляд подопечного. - Прямо сейчас нет смысла об этом думать. Всё равно не подготовиться. Продолжим разговор?
  
   - Перед этим, - Олаф мельком посмотрел на часы, - проверь, в безопасности ли мы. Это во-первых. Во-вторых, надо раздобыть ужин на всю нашу дружную компанию. Леди Нэль-Амлас, если я попрошу еды на кухне, минуя зал и официантов, к этому отнесутся с пониманием?
  
   - Я напишу записку, - улыбнулась Росава. - Тогда блюда будут не только свежими, но и бесплатными. У меня с собой есть письменный набор. Кто-нибудь, передайте чемодан, пожалуйста!
  
   - Лучше бы мне туда прогуляться, - с неодобрением произнёс Йохан. - Ты, Бронзовый, в защите получше меня будешь.
  
   - Я хотел бы перенести вещи из своей комнаты, - качнул головой наёмник, - так что отклонено. Если карты лягут...
  
   - Карты легли удачно, - Вито бережно выровнял колоду таро и убрал в мешочек. - Иди. Но не задерживайся.
  
  

***

  
   Шесть человек в одной комнате - это много, если этим шестерым предстоит безвылазно сидеть там как минимум сутки.
  
   Шесть человек - это целых два короба провизии, и оба - покрупнее утреннего. Зато еды хватит не только на ужин, но и на завтрак. Полупустой утренний контейнер Олаф вернул слугам, попросив заодно, чтобы ни его, ни Вито не беспокоили. Посторонним лучше не знать, что в комнате охотника никого нет.
  
   Несмотря на это, Бронзовый не рискнул забрать из своего номера подушки и одеяла, ограничившись багажом. Пледов и покрывал в нынешнем убежище как раз на шестерых, а подушки понадобятся не всем. Наёмник заранее смирился с мыслью, что спать придётся в кресле - и не ему одному. Мебели - одна просторная кровать, на которую, тем не менее, всем не поместиться, плюс диван и два кресла. Госпожа Нэль-Амлас наверняка потребует себе отдельное ложе и будет совершенно права. Всё-таки не пристало графской дочке ночевать в одной постели с незнакомым мужчиной, вне зависимости от обстоятельств. Впрочем... Охотник вспомнил, как девушка целилась в дверь из пистолета. Не как глупый, ничего не соображающий от страха новичок, отнюдь нет. Она держала оружие в двух руках, правую используя как основную, а левую - для поддержки. Не перекосила локти, прищурила один глаз, выпрямилась, выровняла дыхание. Нет, юная леди - не дилетант. Её, вне всякого сомнения, учили стрелять. Она не просто так, бесцельно, в панике наставила ствол на середину дверного проёма. Она именно целилась, и целилась весьма неплохо, с отличным шансом попасть в незваного гостя, не зацепив при этом союзников. Плюс содержимое чемодана... Видимо, отец счёл женский пансион не слишком подходящим вариантом для своей дочери и занялся её воспитанием лично, молодец какой. И теперь Росава умудряется сочетать в себе нежную, утончённую женственность и по-мужски крепкую хватку. Она с пониманием отнесётся к неудобствам; не испугается и не сдастся чёртовому магу без сопротивления.
  
   Основная проблема сейчас не в девушке. И даже не в Юреке - Вито взял мелкого под опеку и сам разберётся, что к чему. Как ни странно, в группе риска первым значился старший телохранитель - Йохан Бет. Мужчина явно не привык к тому, чтобы им командовал посторонний человек, и наверняка взорвётся, если отстранить его от ключевых задач. Охранник сознаёт, что у Олафа больше опыта, но трое суток в постоянном напряжённом ожидании противника из кого угодно сделают дёрганого, неуравновешенного, угрюмого типа.
  
   Решено. Телохранителям госпожи непременно нужны дополнительные обязанности и важные роли в действиях. Нагрузить их - и они, ощутив собственную ценность, не взбрыкнут, если наёмник продолжит командовать ими. А ещё надо попросить кунью морду поставить какую-нибудь магическую защиту сверх нынешней...
  
   Едва переступив порог номера, юноша ощутил - что-то поменялось за время его отсутствия. Разобрать бы, что. Лишь заперев дверь, Бронзовый понял - тон беседы иной. Во-первых, разговор вёлся тихо, на пониженных тонах; во-вторых, ощутимо не хватало звонкого, наглого голоса одного завзятого болтуна.
  
   Войдя в спальню, охотник опустил один из контейнеров на стол, а второй, за неимением места, пристроил на полу. Успокаивающе кивнув Йохану - мол, всё в порядке, без происшествий - Олаф махнул рукой в сторону мирно посапывавшего Призрака, которого кто-то заботливо укрыл покрывалом:
  
   - И давно он?..
  
   - Почти сразу после вашего ухода, - Росава сидела в изголовье, приобняв за плечи нахохлившегося Мабе-младшего. - Добавил два слоя барьеру и велел, чтобы до завтрашнего утра не будили. Посоветовал нам с Юреком держаться возле него, чтобы мы были ближе к центру линий защитного заклинания. И сразу уснул, я даже про устройство заклятия не успела спросить.
  
   - Я что-то не заметил новшества, - недоверчиво нахмурился наёмник. - Почему барьер не среагировал на меня?
  
   - Из-за артефакта-переговорника, - пояснил Карл, напряжённый и настороженный, сидящий на краешке дивана - точно пёс, ожидающий, что его вот-вот прогонят. Неужели до сих пор дуется на союзников за слишком незначительную роль в схватке? - Сказал, завтра перенастроит и подзарядит сами камни, а пока пусть побудет так.
  
   - Решение недурное, - вынужден был признать Олаф. Действительно, из-за того, что разговаривать ему с куньей мордой пришлось меньше запланированного, энергии в артефакте оставалось порядочно. Если же кому-то понадобится покинуть номер, без переговорника его не отпустят. - А где?..
  
   - Вот, - догадливая девушка отвела в сторону заслонявший ухо локон. Висевшая ближе к верху ушной раковины клипса смотрелась на удивление изящно, невзирая на то, что подобным образом серьги крепили только пираты да кочевники. Ничего не поделать - у леди Нэль-Амлас были проколоты уши. Не убеждать же её снять эти простенькие, но симпатичные серёжки-колечки с клочками облезшей позолоты - несомненно, старый подарок от хорошего, но небогатого друга.
  
   - Отлично, - выдохнул Бронзовый, слабо представлявший, как можно стянуть клипсу с уха Вито, не разбудив его. - Итак. Раз мы за магической защитой, не обязательно дежурить всем скопом целую ночь напролёт. Хватит одного человека на смену. Каждому - по три часа... Первым предлагаю сделать Карла.
  
   - Почему я? - растерялся телохранитель.
  
   "Потому, что вероятность нападения в первой половине ночи минимальна".
  
   - Так удобнее... Я подежурю вторым, потом - Йохан.
  
   - Почему? - настойчиво повторил младший охранник, заметив, что его напарник не против такого расклада. Старший телохранитель даже улыбнулся - немного, самым уголком рта. Молодец, сообразил, что рубеж ночи и утра - самое опасное время, самый крепкий сон за не пропускающими солнце ставнями. Получается, Йохану достаётся ключевая роль...
  
   "... потому, что после бодрствования в середине ночи я едва ли усну крепко. Значит, мгновенно вскочу по тревоге".
  
   - А он, - Карл кивком указал на Вито, - не будет дежурить?
  
   "Хотелось бы и его припрячь, не спорю. Но как? Принудить - не вариант, натворит что-нибудь в отместку. Лучше пусть дрыхнет и не вмешивается, тогда не придётся тратить дополнительные силы и нервы на этого проныру".
  
   - Не будет, - решительно отсёк наёмник, стараясь притвориться хотя бы немного обеспокоенным состоянием союзника. - Последние ночи он плохо спал, а сейчас ему особенно нужен отдых.
  
   "Когда проголодается, проснётся", - мысленно добавил охотник и вспомнил, что в последний раз Призрак ел утром. А теперь ещё и расходовал свою магию на установку защиты. Бронзовый с удивлением понял, что благодарен паршивцу - тот действительно отлично потрудился за день.
  
   - Мы закончили обсуждение? - деловито осведомился Юрек.
  
   - Думаю, да, - согласился Йохан, взволнованный неожиданно серьёзным тоном пацанёнка.
  
   - Раз так, - мальчик перевёл полный надежды взгляд на контейнеры, - то можно ужинать?
  
   Росава прыснула, заслонив рот ладонью.
  
   - Можно, - добродушно усмехнулся Олаф, открывая первый короб. Карл поспешил на помощь, приняв из рук наёмника стопку тарелок.
  
  

Глава 5

  
   Уснуть удалось далеко не сразу. Свет не потушили до конца: одна блёклая лампочка горела у входа в комнату, вторая - над письменным столом. Стальная буря, более не приглушаемая голосами и дневными шорохами, выла вовсю, дребезжа оконными ставнями. Стекло тоненько, противно звенело; этот звук не гасили даже плотные шторы, с наружной стороны обшитые чем-то вроде ваты. Было ощутимо прохладно, зато дышалось свободно: телохранители немного повозились с вентиляционной системой, и теперь в комнату поступало куда больше воздуха.
  
   Росава устроилась в середине кровати, прижав к себе Юрека. Мальчика к ночи начало знобить - довольно частый эффект Инициации, которая прямо сейчас перекраивала его тело, терпеливо адаптируя к новым способностям. Мабе-младшего поплотнее закутали в плед, рядом оставили второй на случай, если не хватит общего с девушкой одеяла.
  
   Вито лежал на самом краю постели, рискуя свалиться. Покрывало наполовину сползло с него, и наёмник не удержался - набросил на союзника одеяло. От взгляда Бронзового не укрылось, что вор во сне прижимает к себе ножны со шпагой. На полу, буквально в паре сантиметров от свесившейся с кровати руки, поблёскивал кинжал.
  
   Йохан занял диван. Перед этим он долго и ожесточённо спорил с охотником, доказывая, что без проблем проведёт ночь в кресле. Олаф в ответ поинтересовался, часто ли охраннику доводилось спать сидя. Как выяснилось - было дело, но так давно, что уже не считается. Карл напарнику соврать не дал, и старший телохранитель нехотя перебрался на выделенное ему ложе. Уснул он быстро - видимо, вымотался за прошлую тревожную ночь. Или просто привык отсыпаться, пока можно - славная солдатская выучка...
  
   Наёмник соорудил себе ложе из кресла и низкого столика. Теперь он полулежал в импровизированной постели, закинув ноги на столешницу. Было на удивление удобно, и сабли рядом - под боком, у самой ладони. Револьвер юноша положил на колени, точно зная, что не уронит оружие во сне. Для Бронзового подобные условия ночёвки были обычной ситуацией, неотъемлемой частью работы.
  
   Карл сидел за письменным столом и, судя по еле слышному характерному шелесту, раскладывал пасьянс. Карты, порядком потрёпанные и замаранные, нашлись на дне походной сумы охотника. После ужина хотелось чем-нибудь заполнить паузу перед сном, и молчаливая, не лишённая азарта игра пусть не раззадорила, но здорово приободрила. Ставкой служили конфеты - чисто ради смеха и ощущения хоть какой-то победы. Вначале выигрывали попеременно, а потом Росава изъявила желание присоединиться. Ей не посмели отказать и потом здорово об этом пожалели - девушка оказалась заядлой картёжницей, и даже втроём вояки не одолели её. Олаф был уверен, что госпожа Нэль-Амлас мухлевала, но так и не понял, как именно и в какие моменты она это проделывала. Неужели девушка, наблюдая за игрой с самого начала, умудрилась запомнить внешний вид рубашки каждой карты - все потёртости, помятости и пятна? Иного объяснения юноша не видел. Не магия же, право слово...
  
   С кровати донеслись шорох и негромкое позвякивание металла. Вито перекатился на правый бок, окончательно запутавшись в покрывале; левая рука теперь лежала неприлично близко к Росаве, пальцы почти коснулись спинки кровати. Юрек, что-то пробормотав во сне, вцепился в манжету рубашки вора. Бронзовый, наблюдавший из-под полуопущенных ресниц, едва не хмыкнул, но всё же сдержался, продолжив притворяться спящим. Во время ритуала Инициации наставник и его подопечный чувствуют местонахождение друг друга даже во сне. И, разумеется, будущий маг подсознательно ощущает поддержку своего ведущего, остро нуждается и тянется к ней. Хоть бы обряд прошёл как надо и завершился благополучно. Пожалуйста...
  
   Под закрытыми веками вперёд и в стороны разбегалась равнина - красно-коричневая земля под пасмурным небом. Вдоль горизонта серела зыбкая полоса - то ли лес, то ли горы, то ли далёкое селение... Нет. Это враги. Полчища чудовищ надвигаются на заводы. Их шаги и помыслы стремятся к узкой тропинке на дне ущелья и месту, куда должна привести их эта тропа. Куда должна. Но не приведёт. Это - путь к смерти, их смерти. Хилый заградительный отряд, которым командовал Риверджейс-старший, не выстоял - и неудивительно, здесь нужен полк, а не горстка стражей. Но помощи ждать неоткуда. Олаф - последняя надежда рабочих, очутившихся в каменной ловушке. Он будет сражаться до конца и отдаст свою жизнь, если того потребует его работа. Охотник обязан любым способом продержаться до подхода войск; сколько часов или дней - не имеет значения, что будет после - не его забота. Точно не его забота. Будь что будет. Арбалет тяжёлый, неуклюжий, кто вообще пользуется арбалетами в наше время? Но любое оружие сгодится. Заряженные ружья и винтовки разложены рядом, наготове. Если на этот бой хватит удачи, то...
  
   - Сэр Бронзовый, - шёпот у самого уха, - проснитесь, пожалуйста. Ваша очередь дежурить.
  
   Карл ещё не произнёс фразу до конца, а наёмник уже спустил ноги на пол, потянулся, разминая затёкшую спину. Шея звонко хрустнула - болезненно, но приятно. Револьвер - в кобуру, сабли - на поднятую руку.
  
   - Тихо?
  
   - Да.
  
   - Происшествия?
  
   - Ничего. Ни шороха.
  
   - Хорошо. Отдыхай.
  
   Телохранитель застенчиво улыбается, кутаясь в колючее одеяло. Меч он, по примеру Олафа, поставил у стены. Попытался положить на колени пистолет, но тот чуть не соскользнул - вышло подхватить за мгновение до падения. К счастью, выпендриваться защитник не стал - это было бы чревато всепробуждающим грохотом. Приткнул кобуру рядом, между подлокотником и бедром. Так-то лучше. Аккуратная стопка игральных карт светлеет на столе. Интересно, сколько раз охранник разложил пасьянс, пока охотник спал?
  
   Стальная буря набирает обороты, но шторы худо-бедно приглушают доносящиеся с улицы звон и лязг. Росава морщится во сне, проводит тыльной стороной ладони по лбу. Кажется, не просыпается. Бедная. Конечно, у неё есть лекарства, способные справиться с недомоганием в такие трудные для чародеев периоды, но они лишь приглушают симптомы, не убирая их до конца.
  
   Карл негромко всхрапывает и вздрагивает, потревоженный. Смешно это - почти проснуться от звука, который сам же и издал... Йохан, уткнувшийся лицом в спинку дивана, ничего не слышит сквозь собственное шумное дыхание. Со стороны кровати - всё то же дружное размеренное посапывание. Положив руку на револьвер, Бронзовый несколько долгих секунд борется с желанием приставить ствол к виску мирно спящего Призрака, сейчас совершенно беспомощного... Беспомощного ли? Нет, нет, в любом случае это глупо. Спокойно. Это просто-напросто дурацкий всплеск злости, последствия бурного дня. Эх, если бы кунья морда всегда был таким тихим, как сейчас...
  
   Олаф присел на край стола, тот легонько скрипнул - будто бы кратко, ёмко выказал недовольство. Прошло меньше часа с начала дежурства. В коридоре - ни звука, в соседних комнатах - тоже. Заклинания-сигналки молчат, молчат барьеры, молчит и наёмник, ощущающий себя муравьём под половинкой скорлупки грецкого ореха. Пристанище выглядит надёжным, но какие силы действуют за его пределами? Что будет с этим хлипким приютом, какой удар опрокинет его навзничь? Или не опрокинет, а пронзит - и всех укрывшихся осыплет осколками якобы незыблемого колпака?
  
   Завтра придётся сменить убежище. Дважды. Сначала - в комнату охотника. Потом, к ночи, перебраться куда-нибудь ещё. Может, прямо в покои графа Нэля? Вряд ли маг ждёт от своей добычи такой очевидной наглости.
  
   Ритм дыхания Юрека сбился, стал дёрганым, неспокойным. Проскочившие на вдохе-выдохе хрипы сдёрнули Бронзового с удобного сиденья, вынудив приблизиться к кровати. Мальчишку била крупная дрожь, и даже в блёклом свете двух лампочек было видно, как побледнело его лицо. Ладошка, стиснувшая рукав рубашки Призрака, ослабела и почти разжалась, когда её перехватила узкая рука вора. Вито приоткрыл один глаз, в полумраке, казавшийся тёмно-карим, с пугающим бордово-кровавым отливом. До слуха наёмника донеслось чуть слышное бормотание на путаном, царапающем слух драконьем наречии. Пальцы каштановолосого торопливо вырисовывали на предплечье Мабе-младшего какие-то символы, оставляя за собой стремительно таявшее золотистое свечение. Дыхание мальчика выровнялось практически сразу. Дочертив вязь и дочитав заклинание, парень уткнулся лицом в подушку и, похоже, мгновенно отключился, не заметив замершего рядом Олафа.
  
   Бронзовый медленно, с негромким присвистом выдохнул и тяжело опустился на стул. Растёр ладонями лицо, вынуждая себя хоть немного расслабиться. Он - дежурный, просто дежурный, и его единственная задача - не пропустить появление противника. Ритуал Инициации можно и нужно доверить тому, кто его проводит. Нет необходимости беспокоиться лишний раз - Призрак только что продемонстрировал, что прекрасно справляется.
  
   Справляется - но справится ли? Впереди ещё не один час трудов. Мало ли что... Нет. Всё равно это - не забота наёмника. Вито - редкостный придурок, но не дурак, попросит о помощи, если потребуется. А помимо него есть леди Нэль-Амлас, готовая в случае чего поддержать и дать совет. Вот дополнительная причина защищать девушку - сейчас жизнь Юрека зависит и от неё тоже.
  
   Бесцельно тасуя и перекладывая карты, вслушиваясь в приглушённый, несмолкающий шум, разбавленный дыханием спящих, юноша дождался окончания своей вахты. Разбудив Йохана точно в срок, охотник лёг на диван, перевернул тощую подушку, раздражающе тёплую, и провалился в сон, будто нырнул в глубины тихой стоячей воды.
  
  

***

  
   - ... видите? Не выходит!
  
   - Амарант пробовали?
  
   - Не помогает!
  
   - Что ещё можно сделать?
  
   - Попытаться перетянуть магию во второй раз, но...
  
   - Так не сработало же! Или...
  
   - Юрек!
  
   - Эй, малец! Держись!
  
   Последняя реплика звучала странно, ненормально. Неправильно звучала. Бронзовый успел привыкнуть, что этот голос изрекает лишь насмешки да похабные мысли. Сейчас в голосе Призрака сквозила самая настоящая паника.
  
   - Что случилось? - Голова была тяжёлой, оно и понятно, ночные бдения ещё никому не шли на пользу. Удивительно, что наёмник проснулся только теперь - обычно, чтобы стряхнуть пелену сна, хватало небольшого шороха.
  
   Вопрос был глупым. Что именно случилось, толком не знал ни один из присутствовавших - иначе кто-нибудь уже принял бы меры. В общих же чертах ситуация была ясна. Росава и Вито хлопотали над мальчиком, чья белая словно бумага кожа стремительно покрывалась серебристо-синими пятнами. Мабе-младший тяжело, прерывисто дышал сквозь сжатые зубы. Из носа и ушей сочились тонкие струйки крови, тоже отливавшей серебром. Йохан грозно навис над кроватью, скрестив руки на груди. Судя по суровому взгляду, он был всерьёз напуган происходящим и размышлял, чем может помочь в сложившейся ситуации.
  
   - Давно это началось? - спросил Олаф, приблизившись к постели.
  
   - Пару минут назад, - выдохнул вор, торопливо чертя на лбу Юрека какие-то символы перемазанным кровью пальцем. - Магия просто... просто хлынула. Будто плотину прорвало... Нет, и это не действует!
  
   - Рост пятен замедлился, - заметила леди Нэль-Амлас, с громким шелестом перелистывавшая тетрадь в тёмно-коричневой коленкоровой обложке. - Попробуйте чтение Ядвига, оно мощнее!
  
   - Я его не помню! - Призрак наспех, неуклюже резанул палец кинжалом, зашипел от боли, когда первые алые капли упали на простыню. - Может, лучше рондовым ритуалом...
  
   - У меня есть текст. Я буду читать, а вы за мной... Ой, а это?..
  
   - Выиграет немного времени, - Вито спешно вывел на белой ткани простыней несколько символов драконьего языка. Его кровь приобрела серебристый оттенок, как и у Юрека. - Двенадцатый, есть идея. Она тебе не понравится, но иного выхода я не вижу.
  
   - Определённо, не понравится, - вздохнул Бронзовый, оглянувшись через плечо на Карла, с неохотой разлепившего глаза. Молодой охранник зевнул, прикрыв рот кулаком, и сонно уставился на встревоженное сборище. - Не понравится, - повторил юноша, - но так и быть, иных-то вариантов нет... Йохан, список постояльцев на столе. В какой комнате остановился тот старик?
  
   - Старик? А, профессор? - сообразил телохранитель, проглядывая записи. - Так-так... В тридцать девятой.
  
   - Приведи его сюда.
  
   - Что? - выдохнул Йохан.
  
   - Нет! - выпалил Карл испуганно. - Он же...
  
   - Затей он чёртов ритуал Очищения, - буркнул Олаф, - он бы о нём не рассказал. Если я ошибаюсь, не беда - оглушим и скрутим. Мальчонке конец без его помощи. Веди сюда старика.
  
   - Но... - младший охранник округлил глаза.
  
   - Быстрее! - прорычал охотник. - Или я пойду за ним сам!
  
   Йохан, к счастью, решил не продолжать спор и поспешил к двери.
  
   Ожидание стало настоящей пыткой. Время тянулось мучительно медленно и в то же время мчалось с бешеной скоростью курьерского поезда, заливая кожу Мабе-младшего цветом страшной смерти - смерти от собственных магических способностей. Росава, стиснув края тетради так, что обложка начала рваться, скороговоркой зачитывала текст заклинания, делая паузы через каждые девять-десять слов и спотыкаясь на сложных драконьих согласных, изначально не предназначавшихся для человеческой речи. Равномерный, торопливый речитатив Призрака проскакивал эти звонкие зацепки и рычащие зазубрины легко и привычно - вор, похоже, нередко практиковался в их произношении. Пальцы танцевали по простыне, оставляя пятна крови на контуре еле видимого ритуального круга, намеченного чуть заметным блёкло-лазоревым сиянием. Бронзовый не мог не оценить, как быстро Вито и девушка приспособились к читке: их действия были синхронны, точно у двух давних напарников. Слова Ядвига работали на большой мощности - рост сине-серебристых пятен замедлился, почти остановился, едва коснувшись головы; смерть мальчика была отсрочена. Карл наблюдал за происходящим со смесью страха и любопытства на раскрасневшемся от волнения лице.
  
   Стук в дверь - короткий, короткий, три длинных, два коротких, один длинный, пауза и два кратких, сильных удара.
  
   - Открой, - бросил Олаф, мельком глянув на младшего телохранителя, и, прижавшись плечом к дверному косяку, достал револьвер.
  
   Охранник, не прекословя, приблизился ко входу.
  
   Звонкий щелчок замка, слабый скрип петель.
  
   - Привёл, - голос Йохана, мрачный, недоверчивый, тяжёлый. Мужчина стремительно пересёк номер, встав у окна. В руке телохранителя был пистолет, и убирать его в кобуру защитник не собирался.
  
   - Не прерывайте чтение, - предупредил старик. Он ступил в комнату безо всякой осторожности, беспечно, будто вошёл в собственный кабинет. - Меня любезно ввели в курс дела. Постараюсь вам не помешать. Если помешаю - не стесняйтесь отодвинуть меня в сторону.
  
   Вито рассеянно кивнул, продолжая бубнить слова заклинания. Учёный, согнувшись ещё сильнее, из-за чего спина его приобрела окончательное и бесповоротное сходство с вопросительным знаком, склонился над Юреком. Оттянув ворот рубашки, тщательно осмотрел тёмные пятна. Аккуратно приподнял веко мальчика мизинцем, задумчиво кивнул при виде посветлевшего зрачка.
  
   - Не подскажете, где Метка?
  
   - На левом плече. Проявилась нормально, - наёмник не спешил убирать револьвер, готовый, чуть что, всадить в гостя пулю. Старик, казалось, совершенно не обращал внимания на нависшую над ним угрозу. Призрак, скосив глаза, следил за дедком, который, расстегнув пару пуговиц, приспустил рубашку с плеча Мабе-младшего и извлёк из складок мантии небольшую лупу в медной оправе. Инструмент, похоже, приходился учёному ровесником или даже старшим товарищем.
  
   - Да, всё чисто, - пробормотал дед, распрямившись, насколько возможно, и пригладил пальцами бородку. - Не волнуйтесь. Есть способ спасти мальчика.
  
   - Говорите, Метка проявилась чисто? - Олафу очень хотелось опустить оружие, но он боялся довериться гостю. Для неожиданной атаки магу второй ступени не требуются какие-либо пассы и произнесение заклинаний вслух. - Тогда что пошло не так?
  
   - Ритуал проведён не слишком профессионально, но в целом верно, - сообщил старик, поправив монокль. - Без ошибок. Единственная проблема заключается в соотношении сил.
  
   - Это как? - Йохан всё-таки убрал пистолет в кобуру.
  
   - Ступень вашего напарника? - учёный повернулся к Бронзовому.
  
   - Говорил, что четвёртая, - нехотя ответил наёмник, ожидавший подвоха.
  
   - Вероятно, так и было к завершению его обучения, - дедок качнул головой, пышные бакенбарды забавно колыхнулись. - Сейчас я вижу силу его чтения и с уверенностью говорю: третья ступень. Чародей второй ступени обратил бы процесс вспять, а четвёртой - сработал бы куда хуже... Вам просто не повезло. Владей мальчик силой мага второй ступени, Инициация прошла бы благополучно и безболезненно. Но он сильнее. Настолько одарённые волшебники встречаются крайне редко. Молодой человек старается изо всех сил, но он не в состоянии полностью взять под контроль магию инициируемого. Оттого и переполнение.
  
   - Вы хотите сказать, - Карл порывисто шагнул вперёд, не сводя со старика изумлённого взгляда, - что этот мелкий уже обладает силой первой ступени? Что же будет, когда он окончит магическую школу?
  
   - Я полагаю, - старик улыбнулся, его лицо приобрело мечтательное выражение, - что его деяния окажут заметное влияние на нашу тревожную эпоху. Надеюсь, перемены будут к лучшему... Отлично справились, - обратился он к Вито, наконец-то дочитавшему заклятие и переводившему дух. Росава, захлопнув тетрадь, придвинулась ближе к Мабе-младшему, словно намеревалась заслонить его собой.
  
   - Что я должен сделать? - голос вора прозвучал слегка сипло.
  
   - Убрать излишки магии, - объяснил учёный. - Это просто. Вы ведь умеете создавать связь с чужим разумом? Установите контакт и отделите все образы, которые увидите. Я уверен, у мальчика их полно. Материализуйте его мысли - не нужно отчётливо, лучше призрачно. Так вы выведете ту часть его сил, которую не обуздали. Справитесь?
  
   - Постараюсь... Да, - уловив напряжение во взгляде Бронзового, кунья морда тотчас придал лицу решительное выражение, а голосу - твёрдость.
  
   - Прекрасно, - удовлетворённо кивнул старик, осторожно присаживаясь в кресло. - Вперёд!
  
   Призрак сцепил пальцы в замок и потянулся. Поморщился от негромкого хруста в плече. Тряхнул кистями рук, положил скрещенные ладони на бледный, покрытый испариной лоб Юрека и закрыл глаза.
  
   Бронзовый не торопился опускать револьвер, хотя интуиция подсказывала ему - пацанёнку ничего не грозит. Учёный оказался союзником, и союзником драгоценным - умным, рассудительным, спокойным. Дедок не бросился всеми командовать, едва переступив порог комнаты, не прервал чтение заклинания, не запаниковал. Он действует сообразно обстоятельствам, осознавая и принимая причину, по которой наёмник продолжает держать его на мушке, обходясь без замечаний и не выражая недовольство. Удивительный человек, редкий пример старости, обретшей мудрость, а не впавшей в маразм.
  
   Полупрозрачный корабль, расправив паруса, воспарил под потолок и растворился без следа. Пёстрый клубок призрачных драконов рассыпался разноцветными искрами нежных пастельных оттенков. В дымке городского силуэта густо зачадили трубы заводов, и исходившая от них чернота была куда материальнее пепельно-серых зданий. Вереница дирижаблей разных размеров, от крохотного, в ладонь, до заполнившего половину комнаты гиганта, потянулась к оконным створкам, будто следуя по невидимой нити сквозняка, и исчезла, стёртая невидимой рукой. Образы, крутившиеся в голове мальчика, чередой обретали зыбкую плоть и спустя несколько секунд уступали место следующим видениям. Одни из них были неотличимы от настоящих, другие словно намалевала неуклюжая, лишённая таланта художника детская рука. По рукаву Вито, шипя и разбрасывая искры, взбежала золотистая спираль. Вор всегда остаётся вором - даже сейчас, во время сложнейшей процедуры, хитрец не забывал поглощать часть энергии, благо обряд Инициации это позволял. Вот же... кунья морда.
  
   Залившее кожу Мабе-младшего серебристо-синее сперва отступало лениво и неохотно. Но минула одна минута, другая - и пятна начали стремительно испаряться. Остатки их стягивались к левому плечу, к магической Метке, полыхавшей зловещим багрянцем.
  
   Последние тёмные кляксы достигли переплетения линий и окончательно потеряли цвет, лишь их серый контур продолжал мерцать, размываясь. Спустя несколько мгновений исчез и он. Юрек, выглядевший теперь куда более живым, шевельнулся. Веки мальчика задрожали.
  
   - Прекрасно сработано, молодой человек, - похвалил учёный Призрака, озадаченно рассматривавшего свои припухшие ладони. - Не переживайте, это эффект от прямого контакта, пройдёт через несколько минут... Прошу прощения, я так и не соизволил представиться. Профессор Клод Гюрен фон Шен, доктор магических наук. Сам я не чародей, но всю свою жизнь посвятил изучению этой удивительной части нашего мира. Преподаю в Престольном Университете, там же заведую лабораториями... Как вы себя чувствуете? - обратился он к Юреку, всё ещё слегка оглушённому, но сумевшему сесть, облокотившись на плечо Росавы.
  
   - Вроде неплохо, - удивлённо проговорил мальчик, потирая лоб. - А что это было?
  
   - Добро пожаловать в ряды волшебников, малец! - оживившийся Вито потрепал Мабе-младшего по голове, взлохматив и без того топорщившиеся волосы.
  
   - Спасибо вам, - Олаф торопливо, смутившись, вернул револьвер в кобуру. - Если бы не вы... Извините, что держал вас на мушке.
  
   - Ничего, ничего, - старик, смеясь, махнул рукой, - я понимаю. Вы выполняете свою работу. Подозреваете каждого, не так ли? Нелегко вам... На этом пока всё. Готов помогать и в дальнейшем, если потребуется. А сейчас, с вашего позволения, откланяюсь. Нынешняя погода навевает сонливость.
  
   - Я вас провожу, - выпалил Карл, которому не терпелось хоть как-то поучаствовать в происходящем. Он не желал оставаться наблюдателем и дальше - охранник жаждал деятельности, ответственности, возложенной на его плечи.
  
   Но наёмнику пришлось возразить:
  
   - Лучше я. Скоро завтрак, не так ли? Загляну в зал, разведаю, что к чему. Заодно добуду еды на всех. Защиту госпожи Нэль-Амлас и сборы поручаю вам. Будьте готовы к очередному переезду.
  
   - Можете рассчитывать на меня! - младший телохранитель, к счастью, наживку заглотил.
  
   - Хорошо, - интонация Йохана категорически расходилась с ответом, но охранник всё же не стал перечить Бронзовому.
  
   - Сначала завтрак! Много свежей, горячей еды!
  
   - Тогда препоручаю свои дела тебе, идёт? - охотник с напускной прохладой взглянул на кунью морду.
  
   - Спасибо, обойдусь. У меня свои есть, - ухмыльнулся Вито.
  
   - Сидеть в номере и бездельничать? - хотя за ним наблюдала не одна пара посторонних глаз, Олаф не удержался от шпильки.
  
   - Нести ответственность за магическую оборону, - наставительно произнёс Призрак, - причём на пустой желудок. Как насчёт трезвой и непредвзятой оценки моего героизма?
  
   - Посмотрим по итогам, - буркнул наёмник, опасаясь, что его вот-вот втянут в очередную бессмысленную перепалку. Портить в кои-то веки приподнятое настроение не хотелось.
  
   - Я, пожалуй, прогуляюсь до зала с вами, - улыбнулся профессор фон Шен, переступив с ноги на ногу. - Сон - занятие хорошее, но вкусная пища даёт не меньше удовольствия... Я верно предполагаю, что вы предпочли бы не афишировать наше знакомство? В таком случае я пойду первым, а вы последуете за мной. Вас устроит такой вариант?
  
   - Более чем, - с облегчением признал охотник, которого не тянуло делать лишний крюк до номера старика.
  
  

***

  
   - Я всегда интересовался магией. С самого детства. До последнего надеялся и ждал Пробуждения. Моя старшая сестра достигла десятой ступени. Самой низшей, да, но мне хватило бы и этого. Чуда не случилось, но я не смог забыть о своей мечте. Конечно, надо мной смеялись - как же, что за сумасброду взбрело в голову изучать чародейство, не владея им?.. Запомните, молодой человек - не стоит слушать окружающих, которые ничего о вас не знают, но заранее уверены в ваших неудачах. Как начнёте пропускать их слова мимо ушей, так дела ваши сразу пойдут в гору.
  
   - Зачем вы мне это говорите? - озадаченно спросил Олаф, шагавший рядом. Профессор хромал на удивление резво, ничуть не уступая спутнику в скорости. Наёмнику оставалось лишь поражаться, откуда в таком хлипком с виду теле столько энергии. Впрочем, его дед был таким же...
  
   - Внимательность проявляется с годами, как мудрость и болезни, - фон Шен произнёс эти слова серьёзно, но приподнятые уголки губ выдавали его эмоции. - Вы с вашим напарником не так давно знакомы, верно? Он - из числа людей, которые не могут не подшучивать над окружающими. Я бы сказал, что его насмешки - это признак доверия к вам.
  
   - Сдалось мне его доверие, - коротко и немного зло выдохнул Бронзовый, ощущая досаду. Он был уверен, что несработанность действий охотника и вора не бросается в глаза. Выходит, он ошибался?
  
   - Не спешите себя корить, - старик ободряюще хлопнул Олафа по спине узловатой рукой. - Это заметил один я. Телохранители - опытные бойцы, но им недостаёт гибкости ума, они привыкли выполнять приказы, а не рассуждать. Что до юной леди Нэль-Амлас и мальчика, у них пока маловато жизненного опыта. Будь ребята постарше лет на пять... Кстати говоря, слепо полагаться на суждения телохранителей я бы поостерёгся. Подвергайте сомнению всё, что кажется им аксиомой. Ваших способностей на это хватит.
  
   - Что вы имеете в виду?
  
   - Йохан сообщил, что нападению подверглись и юная леди, и мальчик, - профессор остановился, выжидающе глядя на Бронзового. Наёмник тоже притормозил и повернулся к собеседнику, взор которого растерял всю весёлость. - Целями были именно они и никто другой. Вы согласны?
  
   - Да.
  
   - И вы уверены, что преступник не намеревался их убить?
  
   - Абсолютно.
  
   - Тогда почему вы решили, что загадочный человек в чёрном и маг - одно и то же лицо?
  
   - Я... - охотник запнулся, только сейчас осознав своё заблуждение. Вот дурак! Нет, дурень! Дурная башка! "Тупоголовый Бронзовый", - так его обозвал Призрак. И был прав, чёрт возьми!
  
   - Не упрекайте себя, - фон Шен сохранял бесстрастное спокойствие, тон его был абсолютно нейтрален, и всё же юноше чудился оттенок сочувствия в его голосе. - Это задание труднее рутинных убийств монстров, которыми вы промышляли в одиночку. Вы с тремя незнакомыми людьми пытаетесь защитить от неведомого преступника двоих гражданских, детей, которые сами не могут постоять за себя. Потому с головой ушли в дело, сосредоточив на нём всё своё внимание. Неудивительно, что эта деталь ускользнула от ваших глаз.
  
   - Мне нужно вернуться, - выдохнул Олаф, потирая ладонью висок. - И...
  
   - Нет, всё в порядке, - мягко прервал его старик. - Полагаю, ваш напарник это понял и принял меры. Он не стал раскидывать по коридору одноразовые заклинания-следилки. Он воздвиг барьер, который выдержит множество атак с разных сторон. Верно?
  
   - То есть он догадался? - наёмник чуть было не саданул кулаком по стене, но заставил себя обуздать неуместные эмоции. - Так почему же...
  
   - Почему он не сказал вам об этом? - с хитринкой улыбнулся учёный. - А почему вы не попросили его поделиться с вами своими заключениями?
  
   - Ну...
  
   - Вы ему не доверяете, - фон Шен продолжил путь, и Бронзовый вновь зашагал рядом с ним. Теперь он слушал профессора с удвоенным вниманием. - Ему это не нравится. Ему обидно. Юный Луциано не проходил никаких специальных тренировок по взаимодействию, в отличие от людей военных, и не привык подчиняться. Полагаю, пару-тройку его идей вы встретили в штыки, я прав? - Олаф пристыженно кивнул. - Вот и причина. Он больше не сообщает вам о своих догадках, и он слишком горд, чтобы сказать о своём огорчении. Поэтому решил сделать всё, как считает верным, втайне от всей вашей группы, и прежде всего - от вас. Но я сомневаюсь, что молодой человек при всей его изворотливости и сообразительности обладает столь обширным опытом сражений, как у известного наёмника. Попытка сделать всё в одиночку может плохо для него закончиться. В ваших силах проследить, чтобы этого не случилось.
  
   - Вы хорошо разбираетесь в людях, - со слабой усмешкой признал Бронзовый. - Даже чересчур хорошо.
  
   - У меня есть вторая специальность, не магическая, - старик остановился у дверей в залу, из-за которых доносились голоса. - Магия идёт от сердца, стало быть, и человеческое сердце изучить не помешает. Пусть вам не приходится часто и помногу контактировать с другими людьми, умение заглядывать в себя нельзя недооценивать... Как я говорил ранее - если вам потребуется моя помощь, любая помощь, обязательно зовите. Я понимаю, что этим предложением ставлю под угрозу свою безопасность, но в мои годы бояться смерти как-то зазорно.
  
   - Спасибо вам огромное, - склонил голову Олаф. - Я постараюсь использовать ваши советы.
  
   - Правильно говорите, что "постараетесь", - с одобрением кивнул фон Шен. - Вы не даёте пустых обещаний, вопреки досадной моде вашего поколения. Это ценно... Что ж, первым иду я.
  
  

***

  
   Войдя в зал спустя пару минут, Бронзовый тотчас был замечен и едва не сбит с ног звонкоголосыми близняшками. Из поднятого ими гвалта наёмник уяснил только одно: каким-то образом барышни разузнали, что он стал охранником леди Нэль-Амлас.
  
   Профессор, вовсю судачивший о чём-то с дамой в зелёном, бросил в сторону охотника предупреждающий взгляд, который можно было истолковать как настоятельное предложение подумать над произошедшим. Олаф счёл совет дельным и поинтересовался, кто сообщил девушкам о его новом контракте.
  
   Близняшки с недоумением захлопали глазами и озадаченно переглянулись.
  
   - Не помню! - выпалила одна из них.
  
   - Пришли, а тут кто-то об этом рассказывал, - пожала плечами другая.
  
   Привычно нагружая контейнеры едой - сегодняшней наглости, подросшей за ночь, хватило на то, чтобы утащить всю кастрюлю с блинчиками - Бронзовый размышлял. Строго говоря, размышлять-то особо было не о чем. Претендентов на звание главного болтуна всего двое - повара, которые вчера обеспечили ужином графскую дочку и её компанию. У Карла, куньей морды, Юрека и Росавы не было шанса с кем-либо связаться, а Йохан вряд ли проговорился бы посторонним. Дворцовая обслуга подняла бы визг, нарвавшись на сражение в коридоре - значит, они не стали свидетелями боя. Джек, будучи старым и опытным человеком на службе у графа, не мог не понимать, что огласка событий навредит его госпоже, и наверняка будет держать язык за зубами, невзирая на обстоятельства. Что до профессора - он попросту не успел бы так быстро и незаметно разнести весть. Да и опять же - не дурак ведь, и на подлеца не похож.
  
   Если кто и похож на подлеца, то...
  
   В виске заныло. Олаф, кляня полубессонную ночь, прижал раздражающе тёплые пальцы к пульсировавшему болью месту. Ничего, скоро пройдёт. Пара чашек кофе легко решит эту проблему.
  
   На опустошённую стараниями юноши часть стола упала чья-то тень. Подняв глаза, Бронзовый наткнулся на колючий взгляд серых глаз Мабе-старшего.
  
   - Я не сомневаюсь, - фабрикант говорил тихо, не пытаясь подчеркнуть громкостью резкие слова, - что знаменитый наёмник искушён в... выборе союзников. Вот только на этот раз вы ошиблись. На вашем месте я бы держался подальше от этого мальчишки, Луциано.
  
   - С чего бы это? - с деланным равнодушием осведомился наёмник, отодвигая контейнер в сторону. Металлический короб стоял слишком близко и помешал бы выхватить револьвер.
  
   - Он маг, - слово "маг" франт произнёс с отвращением, - и крайне неуравновешен. Вам ли не знать, что у заклинателей Воздуха самый нестабильный характер из всей этой их... братии. Уберите его от леди Нэль-Амлас ради её же блага и не позволяйте ему приближаться к моему сыну.
  
   - С чего вы взяли, что мой напарник, - Олаф подчеркнул голосом последнее слово, - маг?
  
   - Мне рассказали, - спокойно ответил Климент Мабе.
  
   - Кто?
  
   - Не имеет значения.
  
   - Кто? - настойчиво переспросил юноша, нарочито неторопливым движением, как бы невзначай, потянув оружие из кобуры.
  
   - Женщина, что сейчас беседовала со стариком, - нехотя сообщил фабрикант, на миг оглянувшись: дама в зелёном мгновением раньше вышла в коридор. - Видите? Сбежала, едва заметила, что я подошёл к вам. Поймите, - тон его внезапно стал мягче, зазвучав почти просительно, - у меня есть причины ненавидеть магов.
  
   "И причина убить собственного сына, пусть и неродного, тоже?" - Бронзовый был готов озвучить эту вертевшуюся на языке фразу, швырнуть её прямо в лицо чёртовому отчиму, а потом... Что? Вызвать его на дуэль? Глупости. Сообщить, что в курсе состояния Юрека? И это нельзя - франт, что б его, мозгов не лишён, сразу сложит два и два и догадается, что мальчика если не спасли, то хотя бы попытались это сделать. Кстати говоря, проводить ритуал Инициации для несовершеннолетнего без разрешения родителей или опекунов - преступление, которое карается законом, и исключений тут не предусмотрено.
  
   - Господин, вам помочь с выбором напитков? - сбоку вынырнула служанка с русыми волосами, заплетёнными в тонкую косу.
  
   Пока растерявшийся юноша соображал, что сказать - ему, уставшему, было трудновато с ходу переключиться на другую тему - Климент Мабе скрылся из виду, то ли присоединившись к кучковавшемуся в дальнем углу обществу и спрятавшись за кем-то из постояльцев, то ли потихоньку прошмыгнув в холл.
  
  

***

  
   - Значит, теперь подозреваем даму в зелёном? Думаешь, это она затеяла обряд? - речь Вито звучала не слишком разборчиво. Прерывать трапезу он не собирался, откладывать разговор, видимо, тоже.
  
   - Я бы рассматривал кандидатуру фабриканта, - Олаф покосился на приунывшего Юрека, - но не вижу мотивов. Более того - его стремления почти противоположны тому, что затеял обрядник. Как бы то ни было, есть вероятность, что маг сговорился с кем-то из слуг или подослал своего шпиона. Боец в чёрном проходил разведшколу, это не подлежит сомнению. Леди Нэль-Амлас...
  
   - Лучше просто Росава, - перебила его девушка. - В нашей ситуации формальности только помешают, как вы говорили вчера.
  
   - Но позвольте! - встрепенулся Йохан. - Вы - наша госпожа! И обращаться к вам в такой форме...
  
   - Пока вы будете произносить "госпожа Нэль-Амлас, пожалуйста, пригнитесь", я успею умереть не один раз, - Росава попыталась улыбнуться как можно непринуждённее, словно придумала действительно смешную шутку, но вышло у неё натянуто. - Ни одно правило хорошего тона не стоит того, чтобы отдавать за него жизнь. Сэр Бронзовый...
  
   - Кхм, - отчётливо произнёс Призрак, расправившийся с остатком своей порции.
  
   - Извините... То есть... Бронзовый, - щёки девушки слегка покраснели, - здешних слуг нанимали помощники моего отца. Разумеется, всех проверяли. Я не уверена, что биографии тщательно просматривали, но военные точно привлекли бы внимание. Их всегда отправляют в охрану. Что же до Джека, он с отцом со времён его молодости. Моей матери он обязан многим - она выхаживала его после пожара.
  
   - Пожара? - переспросил Карл.
  
   - Дом Джека сгорел, и сам он был на грани смерти. Но моя мама прекрасно владеет исцеляющей магией, - Росава, зардевшись, потупила взгляд. - У Джека не осталось ни одного шрама. С тех пор он и служит нам. Более двадцати лет.
  
   - Солидный срок, - с уважением кивнул наёмник. - Так вот. Не сказал бы, что предвзято отношусь к любителям науки, но эта дама постоянно носит при себе талмуд. И её длинные перчатки...Есть вероятность, что под ними она прячет Метку. Ловить её мы не будем. Шанс ошибиться велик, а разделять силы неразумно. Просто имейте в виду, что она - наверняка наш враг. И, как я говорил ранее, маг может быть не один. Мы не знаем, вместе или по отдельности действуют обрядник и человек в чёрном. Не знаем даже, сколько человек нам противостоит - один, двое или ещё больше. Защиту ослаблять нельзя. После завтрака переберёмся в мою комнату. Потом Вито пойдёт на разведку...
  
   - Я бы проверил и Климента Мабе тоже, - заметил вор. Налив себе кофе, он пересел в кресло, где вальяжно развалился, закинув ногу на ногу. Охотнику ужасно хотелось пнуть кунью морду обратно на кровать, где сидели остальные, но он сдерживался, настойчиво повторяя в уме советы профессора фон Шена. Поэтому лишь спросил:
  
   - Зачем?
  
   - Без понятия. Не нравится он мне.
  
   - Это не причина.
  
   - Слушай, - Призрак, поставив чашку на столик, наклонился вперёд, поближе к сидевшему напротив Олафу, - ты ведь сам только что сказал, что отправляешь меня на разведку, так? Вот я и разведаю всё как положено. А от кого и как будут получены сведения - не суть, правда?
  
   - Уж не вздумал ли ты осмотреть его комнату? - настороженно уточнил Бронзовый.
  
   - Она одна осталась белым пятном на нашей карте, - с напускным равнодушием обронил Вито. - Надо закончить работу, верно?
  
   - Потом закончишь! Пойми, сейчас тебе нежелательно отделяться от группы. Ты - единственный, кто может использовать заклинания без артефакт-камней. Но мне придётся ненадолго тебя отпустить, поскольку ты один годишься для такого дела. Проверь эту дамочку и возвращайся.
  
   - И что же мне, по-твоему, проверять? - осведомился вор, широко ухмыльнувшись. - Артефакты, описания обрядов и прочее я не нашёл. Что ещё нужно выяснить? Цвет её панталон? Значит, до этого ты пытался подать мне пример?
  
   - Ты и сам прекрасно знаешь, что нет! - рявкнул Олаф, покраснев.
  
   - Тогда что?
  
   - Слушай, ты и сам понимаешь, что делать, так? Ты о многих вещах догадываешься раньше меня. Мог бы и делиться своими соображениями!
  
   - А что, для своих соображений соображалки маловато? - хихикнул Вито. - Двена-а-адцатый...
  
   Охотник и сам не понял, как это произошло. Тело само рвануло вперёд. Стойкая, прочная мысль, что Бронзовый и кунья морда должны поддерживать иллюзию давней совместной работы, на время испарилась из головы. Вскрик леди Росавы взлетел и разбился о стены комнаты, до этого служившей приютом, единственным во дворце надёжным, спокойным местом.
  
   Прижатый к двери Призрак был вынужден приподняться на цыпочки, чтобы хоть как-то доставать до пола. Узкая рука расслабленно лежала на кулаке наёмника, стиснувшем ворот рубашки каштановолосого наглеца.
  
   - Я просто пошутил, - вымученно улыбнулся вор. - Ты же меня знаешь, я иногда перебарщиваю. Вот и теперь перегнул палку... Извини, пожалуйста.
  
   - Ещё раз так сделаешь... - прошипел Олаф, с неохотой разжимая хватку и потирая руку.
  
   - Эм... У вас всё хорошо? - осторожно полюбопытствовал Йохан. Он вскочил почти одновременно с охотником, поспешив заслонить свою госпожу от возможной опасности.
  
   - Всё отлично, - зло пробурчал Бронзовый.
  
   - Мы иногда немножко расходимся во мнениях, - обворожительно улыбнулся Вито, поправляя одежду. - Прошу вас, не обращайте внимания. Такое у нас в порядке вещей.
  
   - Вы и вправду напарники? - уточнил Карл, изготовившийся защищать Юрека. Мальчик робко выглядывал из-за спины телохранителя, не без испуга косясь на охотника.
  
   - Да вот... угораздило, - выдохнул наёмник. - Так. С завтраком закончили? Собираемся.
  
   - Как Климент Мабе узнал, что я маг? - неожиданно резко спросил Призрак.
  
   - Что? - Олаф, потянувшийся было за сумой, обернулся.
  
   - Как он узнал об этом? - вор закинул в чашку пригоршню кубиков сахара и принялся размешивать кофе, неприятно звеня ложечкой о фарфоровые стенки. - Я не говорил ему о своих способностях.
  
   - Ты устроил бой возле галереи, - сварливо напомнил союзнику Бронзовый, протягивая Росаве свёрнутый плед. Девушка, склонившись над чемоданом, перекладывала багаж; похоже, она решила отправить свои личные вещи на самое дно, а аптечку разместить повыше. - Наверняка тебя кто-нибудь видел или слышал. Та же художница, например. Или тебя выдал профессор фон Шен. Он ведь беседовал с этой дамой, и разговор шёл довольно бойко.
  
   - Ясно, - с безразличием ответил Вито.
  
   То, что это безразличие было фальшивым, наёмник понял, только когда группа благополучно добралась до его номера и очутилась под защитой нового барьера, невидимого, но действенного. Призрак исчез стремительно, незаметно, не попрощавшись и не сообщив, что именно намеревается сделать. "Ладно, потом потолкую с ним", - обещал себе Олаф, чувствуя нечто, напоминавшее угрызения совести.
  
   Удостоверившись, что заклинание свободно впускает и выпускает всех присутствующих, распознавая их уже не по наличию артефакта, Бронзовый ощутил пробежавший по спине холодок тревоги. Лишь сейчас, когда все скучились в маленькой комнате, он обнаружил, что недостаёт ещё одного человека. В том, что мальчишка удрал вместе с Вито, сомневаться, увы, не приходилось.
  
   Клипса так и осталась на ухе Росавы.
  
   Кунья морда то ли нечаянно, то ли намеренно не взял с собой переговорник.
  
  

***

  
   Номер сорок четыре. Четвёртый этаж, направо.
  
   Призрак не удосужился запомнить, как зовут даму в зелёном. Кажется, её фамилия начиналась на букву "С". Или "Ф"? Впрочем, не суть. Вряд ли разговор продлится дольше минуты - такие строгие и надменные леди не склонны к приятному времяпровождению с незнакомцами, особенно если эти незнакомцы спешат. Лишние расспросы пресекутся на корню. Если же ритуал Очищения сущности действительно затеяла она, переход на язык магии и клинков будет быстрым.
  
   - Вито! Эй, Вито! Подожди!
  
   "Только этого мне не хватало!" - мысленно взвыл вор. От тупоголового Бронзового можно на время скрыться и сделать всё правильно, но Юрек...
  
   - Вы поссорились, да?
  
   - Тебе нужно вернуться в комнату, - немного сердито сказал Призрак, глядя на изрядно запыхавшегося Мабе-младшего.
  
   - Почему? Я теперь не стану жертвой мага! - выпалил мальчик. - И хочу помочь...
  
   - Послушай, малец, - юноша наклонился к лицу подопечного, его пальцы больно впились в мальчишечьи плечи, но Юрек даже не поморщился. - Ты всё ещё в опасности. Не факт, что напавший на тебя тип - тот самый маг. Вдруг это кто-то другой, с иными мотивами? Кто-то, желающий получить за тебя выкуп или взять в заложники?
  
   - Ой, - тихо, испуганно произнёс мальчишка, вмиг растеряв изрядную долю уверенности. - Я об этом не подумал...
  
   - Об этом никто не подумал, - Вито разжал хватку. - Бегом обратно.
  
   - Мы довольно далеко ушли от номера, - заметил пацанёнок, тщетно стараясь скрыть плутовскую улыбку. - Тебе придётся меня проводить!
  
   - Тьфу ты, - обречённо выдохнул вор. С силой провёл ладонями по лицу, плавно выдохнул, пытаясь успокоиться. - Ладно уж. Держись рядом. Если я скажу тебе бежать - беги. И не смей колдовать!
  
   - Я и не собирался, не дурак, - огрызнулся Мабе-младший. - Так куда мы идём? К той даме, да?
  
   - Угу.
  
   - Думаешь, она как-то связана с магом?
  
   - Не совсем, - на этот раз Призрак шагал стремительно, размашисто, но подопечный от него больше не отставал.
  
   - Тогда что ты будешь делать?
  
   - Соображу, - нетерпеливо бросил Вито, почти взбегая по лестнице.
  
   Сейчас он решал в уме маленькую, с виду простую задачку.
  
   Граф, проектируя дворец, наверняка планировал проводить здесь балы, пиры, карточные вечера и прочие шумные сборища.
  
   Да, тракт, возле которого отгрохан восьмиэтажный исполин, сравнительно оживлённый, когда нет стальных бурь. Но всё же комнат слишком много. Где-то восемьдесят, получается? Нет, ошибочка. На первом этаже номеров нет, там живут слуги, это - в минус. Плюс - спальни в башнях. Плюс роскошные покои самого хозяина, в которых так неудачно попыталась переночевать его дочка. Апартаменты, библиотечно-музыкальный зал...
  
   Восемь этажей, около сотни комнат. Достойный размах! Вероятно, тут намечалось постоянное дворянское гнёздышко, такое, чтобы на всю родню хватило? Или же граф затевает строительство очередного завода, а дворцу уготована участь центра города? Вариант. Около сотни комнат, восемь этажей, зимний сад, библиотека и музыкальный зал. Говорят, граф Нэль здорово разбогател за счёт приданого своей жены. И, разумеется, поспешил вложить эти деньги во что-то такое, что представительница на редкость вздорной семейки не сумеет полностью присвоить себе в случае развода. Похоже, характером Росава пошла в отца. Повезло... всем. Папаша ещё и научил дочь стрелять из пистолета. Предполагал худшее? Вряд ли такая подготовка - дань новомодному свободному воспитанию.
  
   Сотня комнат, восемь этажей. Тридцать человек, из которых треть, то бишь почти вся прислуга, кучкуется на первом. Округлим оставшихся до двадцати одного, так проще посчитать. Двадцать один разделить на семь - получается три.
  
   В среднем - по три человека на одном этаже.
  
   Вприпрыжку - по мягкой ковровой дорожке. Притормозить у поворота.
  
   - Слышишь, малец?
  
   - Что? - взволнованно переспросил Юрек.
  
   - Здесь тихо, - прошептал Вито, - очень тихо. Представь себе - на этом этаже сейчас находимся мы, дама в зелёном, может, одна или две симпатичные горничные - и всё. Больше никого.
  
   - А почему симпатичные? - въедливо поинтересовался Мабе-младший, покосившись на юношу.
  
   - Потому что у графа хороший вкус, - ухмыльнулся Призрак и потрепал подопечного по голове. Мальчишка недовольно мотнул головой и пригладил встопорщившиеся вихры. - Видишь, коридор сворачивает?
  
   - Ну да, - ответил Юрек таким тоном, будто его спросили, какого цвета свежевыпавший белый снег.
  
   - Встань за углом и хлопни в ладоши. Два-три раза. И как можно громче!
  
   Мальчик, смерив вора недовольным, непонимающим взглядом, послушно прошёл вперёд и скрылся за поворотом. Словно бы издалека прозвучали тихие, еле различимые шлепки, точно по кожаной куртке. Вито бросился на шум.
  
   - Ну что, слышал? Понял? - выпалил он, с нетерпением воззрившись на Мабе-младшего.
  
   - Ой, а что я должен был...
  
   - Малец, - Призрак понизил голос, наклонившись поближе к пацанёнку, - тут вчера развернулась славная битва. Со стрельбой. С криками. Как думаешь, что сделал бы человек, если бы в коридоре на его этаже затеяли драку? В данном случае?
  
   - Ну...
  
   - Он вызвал бы прислугу с помощью шнура в комнате. А прислуга выпросила бы подмогу в виде хотя бы дворецкого, этого Джека, и осмотрела бы соседние комнаты в поисках плохих ребят-затейников. Но к нам никто не заглядывал, а на завтраке про бой никто не упоминал! Что это значит?
  
   - Дама в зелёном... слышала выстрелы, но промолчала? - нерешительно предположил Юрек.
  
   - Я тоже так считал, - кивнул юноша. - Но здешние коридоры спроектированы весьма хитроумным образом. Акустика тут - как в зрительном зале театра, оснащённом артефактами-глушилками. Гасит все звуки. Понимаешь? Место стычки Бронзового и сорок четвёртый номер находятся в двух поворотах друг от друга. В противоположных частях этажа! Ну же!
  
   - Так она просто ничего не слышала! - радостно выпалил мальчик, ошарашенный собственной догадливостью.
  
   - Именно, - согласился Вито. - Прислуга этого номера пользуется не той лестницей, которая у моей комнаты, а другой. Горничные сейчас стараются как можно меньше передвигаться по дворцу - им ведь страшно! Выходят только по вызову постояльцев. Или если нужна помощь по хозяйству на первом и втором этажах. Они знают о магии гораздо меньше всяких там наёмников, профессоров... ну и магов, конечно. Они не видели, что тут творилось, и не проверяли, всё ли в порядке. Готов поспорить, с зимним садом та же история... Или не та, но мы-то были на другом этаже, а жалоб от постояльцев на шум, похоже, не поступало. В общем, теперь я почти уверен в непричастности этой дамы с фамилией на букву "С", - резюмировал он, остановившись возле двери с числом "44" на медной табличке. - Осталось проверить один пунктик...
  
   Отодвинув мальчика в сторону, Призрак жестом велел ему сохранять молчание. И громко постучался в дверь - два раза, потом ещё дважды; наконец, нетерпеливо и беспорядочно загрохотал кулаками по гладкому дереву.
  
   - Прекратите ко мне ломиться! - донёсся изнутри крайне недовольный женский голос. - Кто там? Я не звала прислугу!
  
   - Прошу прощения за беспокойство! - вор говорил настолько вежливо, насколько вообще возможно при такой громкости. - Я один из гостей дворца. Хотел бы узнать, что вы обсуждали за завтраком с моим торговым партнёром!
  
   - Кем-кем? - раздражённо переспросила дама.
  
   - Торговым партнёром моей фирмы, Климентом Мабе. Он говорил что-то по поводу выкупа контракта...
  
   Дверь приоткрылась. В лицо Вито уставилось тёмное дуло старомодного, но качественно сделанного пистолета. Вор, ощущая лёгкое дежавю, поднял руки:
  
   - Спокойно. Я... вооружён, не спорю. Но, как видите, нападать не собираюсь.
  
   - Объяснитесь, - властным тоном велела женщина в зелёном платье. - С кем, по вашим словам, я разговаривала?
  
   - С Климентом Мабе. Высоким мужчиной в чёрном костюме-тройке и цилиндре, с тростью. Он сказал, что беседовал с вами о чём-то, касающемся моей фирмы. Вас не затруднит поделиться подробностями? С соответствующей оплатой, конечно.
  
   - Для чего?
  
   - Мой шеф будет мной недоволен, если я упущу такой выгодный контракт, - печально вздохнул Призрак. - Он и так не очень мной доволен в последнее время.
  
   - Ваше имя?
  
   - Вито Луциано.
  
   - Что ж, Вито Луциано, послушайте меня, - прохладно, но уже не настолько сурово произнесла дама, опуская оружие. - Вас дезинформировали. Я пришла в зал всего на несколько минут. Вскоре появился профессор фон Шен... Вы знакомы с ним?
  
   - Нет, - мотнул головой Вито, мельком бросив взгляд на Юрека. Тот тихо стоял за дверью, вне поля зрения постоялицы, и с любопытством взирал на происходящее, точно смотрел увлекательный спектакль.
  
   - Мужчина в профессорской мантии. Тот, который старше.
  
   - А, теперь понял, о ком вы.
  
   - Я немного побеседовала с ним, после чего вернулась в комнату. С Климентом Мабе мы никогда не общались. Я только что с ваших слов узнала, как он выглядит и что он здесь.
  
   - Ясно, - пробормотал Призрак. Вид у него был такой расстроенный, что холод окончательно испарился из голоса постоялицы:
  
   - Не переживайте. В газетах писали, что у него сейчас проблемы с законом. Возможно, он занят подготовкой к суду, поэтому решил вас спровадить. Попробуйте ещё раз. Если контракт обсуждался ранее, даже Климент Мабе не посмеет проигнорировать договорённости.
  
   - Спасибо, - слабо улыбнулся юноша. - Простите, что помешал.
  
   - Ничего, - тон женщины вновь сделался деловитым и сухим. - Всего хорошего.
  
   Дверь захлопнулась.
  
   Вор попятился осторожно, плавно, стараясь не издать ни единого звука. Махнул рукой Юреку - идём, мол. Мальчик покорно последовал за Вито.
  
   Несколько шагов они прошли в молчании.
  
   Потом сорвались на бег.
  
   - И что дальше? - глаза Мабе-младшего восхищённо горели. - Ты так ловко всё у неё выведал!
  
   - Дальше, - Призрак не разделял восторга подопечного, - будет хуже. Предстоит тяжёлый разговор с вероятным соучастником... или жертвой обстоятельств.
  
   - Это с кем?
  
   - Малец, подумай сам, а?
  
   Малец думал до середины спуска, после чего остановился на узком лестничном пролёте, ссутулившись, словно под тяжестью непосильной ноши.
  
   - Я не хочу идти к отцу, - признался он дрожащим голосом. - Я... Я вообще не хочу к нему возвращаться. Я боюсь. Он ненавидит, когда ему задают много вопросов, он разозлится!
  
   - Тебе рано или поздно придётся вернуться к нему, - Вито приобнял Юрека за плечи. - Но ненадолго. Я приму меры. Отчим поставил твою жизнь под угрозу, не позволив пройти Инициацию. Если твоя мама об этом узнает, ей это не понравится, да?
  
   - Очень не понравится, - мальчик торопливо смахнул слёзы рукавом. - Она ужасно рассердится! Они уже ссорились раньше, но понемногу. А теперь поссорятся сильно, и она его прогонит! Просто...
  
   - Просто - что? - спросил вор, когда пауза затянулась.
  
   - Ты... вы все ко мне относитесь лучше, чем он. Я не хочу видеть его. Хочу быть с вами!
  
   - Ты его и не увидишь, - улыбнулся юноша. - Побудешь пока с Бронзовым. Он надёжнее меня.
  
   - Но Бронзовый - это Бронзовый, - тихо, рассудительно произнёс Юрек. - Он наёмник, знаменитость. Я рад, что познакомился с ним, но только это. А ты - будто бы старший брат. У меня нет родных братьев и сестёр, но я ездил в гости к кузену. Он старше меня на семь лет и очень добрый. Ты похож на него. И ростом, и причёской. Даже улыбкой - немножечко. Я всё боюсь, что оговорюсь и назову тебя братом. Это будет глупо.
  
   - Д-да ладно тебе, оговаривайся на здоровье! - смутился Призрак. - Я... У меня большая семья, но они меня... как бы... приютили. Усыновили. Так что по крови они мне не родные. Но я всё равно звал братьями и сёстрами тех, кто мало отличался от меня по возрасту. Так было как-то проще. Ну и правильней, да.
  
   - Ты сирота? - округлил глаза Мабе-младший.
  
   - Ну... да.
  
   - Тогда я буду оговариваться, - решительно заявил мальчик, вцепившись в рукав Вито. - Тогда твоя семья станет ещё больше... Ой!
  
   - Осторожней, - юноша едва успел оттащить зазевавшегося подопечного, опасно покачнувшегося на краю площадки. - По лестницам надо ходить, а не летать... Эй, что с рукой? - спросил он обеспокоенно, заметив в полумраке, как сморщившийся от боли Юрек держится за запястье. - Я переборщил? Извини.
  
   - Нет, - качнул головой пацанёнок, - это старая царапина. Она с позавчерашнего.
  
   - Ну-ка, дай взглянуть, - строго произнёс Вито. - Так, тут слишком темно. Давай спустимся на этаж.
  
   Они встали у входа в коридор, под газовым рожком. Мальчишка, расстегнув манжету, засучил рукав и показал вору короткий, тонкий порез - словно по коже чиркнули чем-то бритвенно-острым, вроде скальпеля...
  
   Или чем-то магическим.
  
   - Когда, говоришь, появилась? - Призрак, присев на корточки, осторожно изучал царапину, уже подзажившую.
  
   - Позавчера вечером, - принялся объяснять Мабе-младший. - Когда приехал. Оте...отчим попросил помочь с вещами, достать из его чемодана папку. В комнате было темно, а свет почему-то не загорался. Я решил, что найду на ощупь. Сунул руку в чемодан - и вот, поранился обо что-то. Но папку сразу же нашёл! Она красивая такая, коричневой тканью обшита. Немного влажная была, липкая, как в киселе. Я думал, банка с микстурой от кашля лопнула и испачкала.
  
   - Когда я осматривал твои руки перед Инициацией, - спросил Вито, пытаясь сохранять спокойствие, - я её не видел. Почему?
  
   - А, ну... Когда я порезался, пятен на руке ещё не было. А потом они вылезли, и царапина как бы втянулась внутрь. И потом, я показывал другую руку, левую...
  
   - Втянулась внутрь, - повторил вор, поднимаясь на ноги. - Вот как.
  
   Порез. С виду почти обычный, но не от ножа или иголки - очень уж тонок. Будто сделан хирургическим инструментом. Или магией.
  
   Позавчера, когда приехал. Получается, перед общим ужином в большом зале? А затем мальчик с отцом покинули свои комнаты. Они живут в разных номерах. И вещи у них в разных чемоданах.
  
   Ненависть к магии... И что с того? Ненависть - лучшее прикрытие, куда весомей неумения. Если человек терпеть не может собак, никто ведь не подумает, что это его пёс потоптал клумбы во время прогулки? К примеру.
  
   Втянулась внутрь... Раз царапина втянулась в пятно, возникшее по причине магии, значит, она тоже магическая. А после появилась вновь. Как ни в чём не бывало.
  
   Климент Мабе знает, что Призрак - маг. Откуда? Фабрикант попытался отвести подозрения, переключив внимание Двенадцатого на даму в зелёном, которая в тот момент покидала зал. Без списка постояльцев с датами рождения отыскать во дворце нужного жильца практически невозможно. Женщина выглядит не слишком общительной и вряд ли захочет лишний раз покидать номер ради светской болтовни.
  
   Царапина просто втянулась внутрь. Какого роста был незнакомец в чёрном?
  
   - Скажи, Юрек, - медленно произнёс Вито звенящим от напряжения голосом, - твой отчим, случаем, не служил в армии?
  
   - Служил, - еле слышно прошептал мальчик, напуганный резкой переменой в голосе и выражении лица вора.
  
   - Кем? Какой у него профиль?
  
   - Ближний бой, а потом... Потом - разведка, - одними губами произнёс пацанёнок, побледнев.
  
   Сообразительный малец. Как некстати. Далеко пойдёт... если выживет.
  
   - К Бронзовому, - нервно, дёргано выдохнул юноша сквозь сжатые зубы и, ухватив подопечного под локоть, почти поволок по коридору. - Если он доберётся до Росавы раньше...
  
   От бесшумного хлопка магической бомбы-невидимки стоявшая на этажерке ваза опасно покачнулась и лишь чудом не упала на пол.
  
   Огоньки газовых рожков тревожно колыхнулись.
  
  

Глава 6

  
   - Это плохо, - в очередной раз повторил Йохан, кружась по комнатушке наёмника беспокойной гончей, потерявшей след. - Мы не знаем, когда он вернётся, и не можем с ним связаться. Ещё и мальчишка следом ускакал. Бронзовый, ты уверен, что обойдётся?
  
   - Мой напарник силён, - буркнул Олаф, не отрывая от пола угрюмого взгляда. Подняв голову, он рисковал нарваться на полные осуждения глаза госпожи Нэль-Амлас, поэтому продолжал сидеть, ссутулившись и навалившись локтями на колени.
  
   - Как-то не особо вы с ним ладите, - осторожно заметил Карл. - Вы...
  
   - Редко работаем вместе, - охотник провёл рёбрами ладоней по щекам и шумно выдохнул. - Да и ладим паршиво. Собственно, поэтому-то и...
  
   - Мы это поняли, - ледяным голосом отозвалась Росава, теребившая клипсу-артефакт.
  
   - Слушайте, - наёмник всё-таки выпрямился и обвёл собравшуюся в номере компанию тяжёлым взглядом, - что вы предлагаете? Пойти за ним и извиниться за то, что вспылил? Нет. Во-первых, перепалку начал он. Во-вторых, моя миссия - это защита леди Нэль-Амлас. За мелкого кунья морда отвечает сам. В-третьих, нам нельзя разделяться. Втроём мы выстоим против мага, случись что. Вдвоём - нет.
  
   - Я тоже умею драться, - напомнила девушка. - И хорошо стреляю.
  
   - Я верю, - кивнул Бронзовый, - но волшебники крайне не любят, когда в них швыряются посторонними предметами. Первая ваша пуля не долетит. Второй уже не будет. Останутся клинки и артефакт-камни. Врукопашную тоже нельзя.
  
   - Почему? - полюбопытствовал Карл.
  
   - Маг, шарящий в ритуалах. Ритуалах, где используются люди. Наверняка он способен натворить бед с чужим телом парой-тройкой прикосновений. Не лучший противник для кулачного боя, да?
  
   - Эх, - вздохнул младший телохранитель. - И не поспоришь... А с оружием он такого не провернёт?
  
   - Для этого надо знать алхимию, - пояснил Йохан. - Там другие заклинания. Да и состав веществ при построении заклятий нужно учитывать. Иначе ничего не выйдет.
  
   - Кстати, - Олаф осторожно закинул удочку, пытаясь сменить тему, - леди Росава, у вас, как я вижу, нестандартный пистолет. Заграничный?
  
   - Нет, - мотнула головой графская дочка. - Но сделан по спецзаказу. Дальность стрельбы мала, зато отдачи почти нет. Можно стрелять одной рукой. По-моему, очень удобно.
  
   - А я бы дальности добавил, - проворчал старший вояка.
  
   - Зачем? - изумилась девушка. - Мне ведь не для наёмнической работы. Это на случай, если кто-то нападёт на меня, обойдя охрану. Тут дальность не играет роли, и прицелиться легко, с трёх метров разве что дурак промажет. Важнее отдача и число патронов. И быстрая перезарядка.
  
   - Логично, - охотник с удивлением понял, что девушка разбирается в оружии лучше среднестатистического аристократа. - И как часто пускаете его в ход?
  
   - Пока только дважды, - призналась госпожа Нэль-Амлас. - Один раз я застрелила из него бешеную собаку, которая забежала в наш сад. А другой раз - в прошлом году, когда возвращалась из театра. Меня попытались схватить, когда я садилась в карету. Одного Йохан сбил с ног, а второму я попала в бедро.
  
   - Обычно в таких случаях стреляют в живот...
  
   - Когда собираются убить, а я этого не хотела, - объяснила Росава. - Мне надо было просто остановить его, чтобы он не мог напасть или убежать. Если бы этот человек был с огнестрельным, я бы целилась в плечо, но он держал нож. Я тогда даже не успела испугаться. Лишь потом, когда сидела в полицейском участке, стало страшновато... Я осваиваю стрельбу из двух пистолетов сразу, но получается плохо. Поэтому ношу один.
  
   - С вами занимается ваш отец? - поинтересовался Олаф.
  
   - Да, - кивнула девушка. - Стрельбой и немножко фехтованием. А вот капитан нашей стражи объяснял мне, как драться без оружия. Как вырваться и убежать, как ненадолго оглушить или ударить так, чтобы было очень больно. Мне это не нравится, я больше люблю пистолеты.
  
   - И всё равно продолжаете тренировки? - уточнил Бронзовый.
  
   - И всё равно продолжаю, - подтвердила его собеседница. - Каждый человек должен уметь постоять за себя. Если он не научится этому только потому, что не любит и боится драться, это будет глупо, правда?
  
   - Такое ощущение, будто вы нам не доверяете, - немного раздосадованно бросил Йохан.
  
   - Доверяю, - улыбнулась Росава, - но я хочу доверять и себе тоже. Не сваливать же всё на папу и остальных!
  
  

***

  
   Одно из наиболее раздражающих отличий магического взрыва от обычного - разница в громкости. Вторые - всегда шумные, резкие, норовящие оглушить. Первые беззвучны, слуха коснётся разве что лёгкое шипение.
  
   Если сравнивать ударную волну, возможности магических бомб гораздо шире - её размерами и даже формой можно управлять.
  
   Впрочем, сработавшее в коридоре заклинание было предельно простым. И, к счастью, не слишком мощным - видимо, чтобы свести к минимуму ущерб самому зданию.
  
   Призрак еле успел прижать к себе мальчишку, заслонив собой. Взрывом их отбросило метров на пять. Спасло спешно выставленное заклинание воздушной подушки - иначе парой синяков не отделались бы.
  
   - Малец! Цел?
  
   - Д-да, - выдавил из себя сбитый с толку Юрек, не понимающий, что происходит.
  
   - Тогда бегом!
  
   - Куда?!
  
   - В сторону! - рявкнул Вито, оттолкнув подопечного к стене.
  
   На этот раз от ударной волны удалось отградиться воздушным барьером. Ухватив Мабе-младшего под локоть, вор бросился бежать, петляя по коридору туда-сюда, словно ошалевший заяц. От магических взрывов беспокойно колыхалось пламя газовых рожков, успешно и не очень пытались упасть с подставок вазы и статуэтки, кренились рамы с картинами; на ковровой дорожке оставались проплешины, точно от пролитой кислоты. Призрак, будто предчувствуя, где активируется очередное заклятие, торопливо сворачивал, уклонялся, проворно заслоняясь защитными чарами.
  
   - Ты предвидишь, где будут взрывы? - мальчик был напуган, но любопытство пересиливало.
  
   - Не совсем, - сквозь зубы произнёс Вито, тщетно пытаясь высмотреть атаковавшего их мага. Коридор был пуст, а за узкими, изящными ажурными этажерками разве что кошка спрячется.
  
   - То есть? - не унимался Юрек.
  
   - То есть совсем не... Держись!
  
   Расстояние, отделявшее от гостеприимно распахнутой прочной двери, юноша преодолел одним прыжком. Ударная волна куда более мощного, чем предыдущие, взрыва буквально зашвырнула их в заставленное скульптурами и увешанное картинами помещение. В следующий миг раздался громкий лязг - тяжёлая металлическая створка захлопнулась. Щелчок и сразу за ним - короткая вспышка, высветившая силуэт барьера вдоль стен. Она была светло-лиловой - значит, тех, кто очутился внутри заслона, лишили возможности колдовать и здорово подрезали им магические силы. Антимагический барьер - сложное, громоздкое заклинание, на которое способны лишь волшебники второй ступени и выше.
  
   Призрак вскочил на ноги и тут же едва не потерял равновесие снова. В голове неприятно гудело, комната приплясывала и покачивалась. Рассеянный взгляд безуспешно старался выцепить хоть один предмет из окружающей обстановки и сфокусироваться на нём, но зрение подводило. Кое-как доковыляв до двери, вор всем весом навалился на неё, пытаясь открыть. Стальная громада даже не шелохнулась.
  
   От страха засосало под ложечкой. Головокружение слегка отступило, и Вито уже уверенней потряс дверную ручку - круглую, с выгравированными на блестящей серебром поверхности скрещенными письменным пером и кистью. Пошатнувшись, сел, почти сполз на пол, тщательно ощупывая гладкий, холодный металл в поисках замочной скважины или хотя бы щели у притолоки. Ничего. Безнадёжно.
  
   Олух! Попасться в такую простую западню! Юноша, прорычав крайне непристойное ругательство, чересчур грубое даже для портовых кабаков, зло шарахнул кулаком о стену и охнул от боли.
  
   - Нас заперли? - осторожно спросил Юрек, не рискуя приближаться к Призраку.
  
   - Да, малец, - согласился выпустивший пар парень, вставая. - И самим отсюда никак не выбраться. Разве что громко позвать на помощь...
  
   Гулкий удар по двери с противоположной стороны красноречиво разъяснил, что этого делать не стоит.
  
   - Он скоро войдёт сюда, - прошептал Мабе-младший. - Братец Вито, как нам быть?
  
   - Хороший вопрос, - тщательно сдерживавший панику вор торопливо озирался по сторонам, соображая, что можно предпринять.
  
   Ловушкой для юноши и его подопечного стала галерея - место, которому подобает иметь хорошую защиту от взлома. В длинном, просторном помещении царил близкий к идеальному порядок: на паркетном полу ни пылинки, статуи и рамы сияют чистотой. Ценитель прекрасного - наверняка граф Нэль! - пренебрёг нынешней модой на смешанные экспозиции. Статуи выстроились вдоль одной стены, все без исключения картины висели на другой. В начале и в конце залы размещалось по одному высокому полукруглому столу-конторке с пухлыми каталогами произведений искусства, над ними светлели выкрашенные в белый вентиляционные решётки. Стальная буря едва слышалась сквозь единственное окно, зашторенное плотной пепельно-серой тканью. Спрятаться негде, и второго выхода не наблюдается - разве что стену проломить...
  
   Или нет.
  
   Очередной удар. Дверь жалобно скрипнула, давая понять, что долго не продержится.
  
   - Может, сами выбьем...
  
   - И попадём прямо под атаку противника? - криво усмехнулся Призрак. - Без магии? Нет уж.
  
   - Тогда...
  
   - План "бэ", - деланно бодрым тоном сообщил вор, водружая на стол банкетку с немного согнутыми, якобы изящными ножками - они пришлись впритирку к каталогу.
  
   Выход был. Какой-то частью разума, самой уравновешенной и не затронутой опасной реальностью, вор понимал, что такой лазейкой сумеет воспользоваться только Юрек, но сейчас его это не волновало. Главное - вытащить мальчишку. Глупого мальчишку, который увязался за своим недоспасителем, мальчишку, уверенного, что Вито непременно выручит его из любой передряги и запросто разберётся со всеми проблемами, возникшими и возникающими. Мальчишку, считающего, что он будет в абсолютной безопасности возле преступника, разгильдяя, который, поддавшись чувствам, исколол напарника насмешками, оставил клипсу-переговорник в комнате и теперь сполна расплатится за это.
  
   Или, быть может, повезёт? Ещё раз, в последний раз. Где-то на задворках сознания неторопливо складывался план "вэ", предназначавшийся персонально вору, и эта идея была куда более дурной и безнадёжной, чем попытка Двенадцатого выяснить цвет панталон леди Жозе. Строго говоря, этот план следовало окрестить тройной буквой "с", поскольку он был смелым, сумасшедшим и смертельно опасным. На такое бы не решился даже тупоголовый Бронзовый. Даже сам Олаф Бронзовый не рискнул бы! Желание показать наёмнику, что его напарник тоже не лыком шит, царапнуло в груди ненавязчиво, но чувствительно. Глупость какая, нашёл время...
  
   Крестовая отвёртка второго размера подошла идеально. Саморезы были ввинчены довольно плотно; тем не менее, сил Вито худо-бедно хватало на распотрошение работы неизвестного, но умелого мастера. Первый занял секунд десять, дальше работа ощутимо ускорилась.
  
   - Зачем ты откручиваешь решётку? - спросил Юрек с настороженностью, тщательно маскировавшей надежду.
  
   - В больших зданиях вроде этого система вентиляции очень мощная, - спокойно ответил Призрак. Настолько спокойно, что и самому стало не по себе. - Слышал, что сказала Росава в первый день, за ужином? Тут куча фильтров и прочая лабуда, а для хорошей магической заслонки от стальной бури короб должен быть широким. Настолько широким, что пролезет ребёнок. Сейчас мы на третьем этаже...
  
   - То есть, - обрадовался Мабе-младший, - мы доползём до Бронзового по вентиляции?
  
   - Во-первых, не до Бронзового. Его комната - в другой части дворца. Тебе помешают воздухоочистители в середине. Поэтому ты отправишься к профессору фон Шену. Он доказал свою непричастность к ритуалу и предлагал помощь. Попроси старика дойти до Олафа. Помнишь номер комнаты?
  
   - Эм-м... - мальчик наморщил лоб. - Тридцать шесть?
  
   - Точно. Пусть тебя заберут наши. Сам комнату фон Шена не покидай, сиди тихо, будто тебя там нет. Как вернёшься к Бронзовому, расскажи, что мы узнали. Нужно быстрей его предупредить. С твоего отчима станется постучаться и спросить, где гуляет его сын. Ему откроют дверь - и всё.
  
   - А ты разве не...
  
   - Во-вторых, - Вито аккуратно снял тяжёлую, неуклюжую решётку, - посмотри на размеры этой дыры. Для тебя в самый раз, а мне маловато. Лови!
  
   Юрек едва успел поймать глухо звякнувший брезентовый свёрток.
  
   - Здесь набор отвёрток, - объяснил юноша подопечному, который был одновременно в ужасе и восторге от предстоявшего приключения. - Вернёшь потом в целости и сохранности, понял? Он мне дорог.
  
   - Понял! - выпалил пацанёнок и подпрыгнул от неожиданности - новый удар в дверь оказался сильней предыдущих.
  
   - Быстрее, - занервничал Призрак. - Вижу, маска при тебе. Гони сюда!
  
   Респиратор Мабе-младшего вор сразу нацепил на шею. Да, мальчишке такой явно велик, а ему будет впору. Вот и славно.
  
   - Лезь!
  
   Ухватившись за протянутую руку, Юрек шустро вскарабкался на стол, а оттуда - на банкетку. Вито подсадил подопечного, помог ему забраться в зловеще темневшую трубу, уходившую в никуда. Да, разогнуться малец не сумеет, а вот на четвереньках пролезть - в самый раз.
  
   - Держи, - Призрак с трудом достал до ладошки мальчика, вложив в неё колбу с магическим светляком, чуть послабее того, что поблёскивал в оправе его гогглов. - Запоминай путь. Сейчас направо, оттуда налево и прямо - пока не увидишь фильтр. Там будут вентилятор и артефакт-камни, не пропустишь. К ним не суйся! Сразу направо и до второй развилки перед фильтром. Удачи! - последнее слово вор попытался произнести как можно более жизнерадостным тоном и тут же, не медля, водворил решётку на место, прижав локтем поднятой руки.
  
   - Братец Вито, а как же ты? - донёсся до юноши голос Мабе-младшего.
  
   - Я выберусь, - буркнул каштановолосый, смущённый тёплым обращением, и принялся вкручивать первый саморез. - Брысь!
  
   - И тебе удачи, - пробормотал полумрак голосом Юрека.
  
   Возвращая белоснежную решётку обратно на стену, Призрак старательно вслушивался в доносившиеся из вентиляции шорохи, прикидывая, насколько шумным будет путешествие мальчика. Он опасался услышать грохот, но подопечный двигался на удивление тихо. Вот и отлично - шансы, что мальца поймают, стремятся к нулю.
  
   По входной двери побежала первая трещина.
  
   Спрыгнув на пол и вернув банкетку на положенное ей место, Вито тщательно отряхнул бархатное сиденье от пыли и оправил ткань - улик оставлять никак нельзя!
  
   После чего, на ходу прилаживая гогглы, приблизился к окну. Что ж, здесь, в отличие от комнаты Двенадцатого, озаботились защитой покачественней. Думают, врезали замок - и всё, помещение в безопасности? Наивные. Храните высшие силы таких наивных - именно их наивностью кормятся Призрак и его коллеги по цеху.
  
   Оконная ручка, основательно смазанная, повернулась легко. Зажав в зубах нужные отмычки, вор скинул сюртук, сложил его в несколько раз и обмотал им голову и шею на манер кочевнего платка. Ощущение было не из приятных, связанные узлом рукава плотно прижали к коже пряжку ремешка от респиратора. Ничего, потерпим.
  
   Пока Юрек доберётся до профессора фон Шена, пока старик на своём протезе доковыляет до номера Бронзового, пока медленно запрягающие телохранители решат, кого отправить за мальчиком, пока приведут Мабе-младшего - пока будет длиться вся эта возня, пройдёт уйма времени. А предупредить союзников надо как можно скорее - мало ли, что успеет натворить чёртов Климент Мабе!
  
   Ставни сами защёлкнутся изнутри, когда их закроют, а окно можно запереть уже заклинанием, очутившись вне контура антимагического барьера, в широком зазоре между рамами и внешней защитой. Вот, как раз в самый раз, теперь бы с отмычками извернуться.
  
   Едва ли противник поверит, что волшебник добровольно сунулся в стальную бурю, где магия практически не работает. Из огня да в полымя.
  
   Доносившиеся снаружи грохот и лязг оглушали даже здесь. Металл вибрировал и дребезжал, как пустая консервная банка, пущенная вниз по бугристой мостовой. На всякий случай Вито поставил на окно барьер - вдруг стальная стружка умудрится просочиться в галерею! - надел респиратор и, притиснув последнюю отмычку, опасливо приоткрыл ставни.
  
   Точнее, попробовал приоткрыть - у ветра на этот счёт имелись свои планы.
  
  

***

  
   Олафа грызла совесть.
  
   Точнее, грызла она его давно - с самого начала. То есть с того мгновения, когда будто бы сама собой опустилась рука, прижимавшая напарника к стене. Призрак ухмылялся - эта зараза любит ухмыляться, хобби у него, видать, такое. А вот глаза его - это осозналось позднее - не смеялись ни капельки.
  
   Вестей от вора не было, клипса сиротливо лежала на краешке стола, и Бронзового, поглядывавшего на артефакт, снедало ощущение, что Вито Луциано ушёл насовсем. Словно покинул эту комнату - молча, не оглядываясь, бросив переговорник на рассохшуюся плоскость столешницы, которую не удосужились в своё время хорошенько обработать и покрыть лаком.
  
   Барьер стоит, как стоял, никакого сигнала о вторжении кого-то постороннего не подаёт, функционирует исправно. Интересно, как долго проработает заклинание? И через сколько часов, минут, секунд вору надоест поддерживать волшебство, которое ему самому вот вообще не сдалось? Может, уже надоело и заклятие спадёт, едва исчерпает скудный запас магии?
  
   Йохан и Карл резались в карты, не обращая внимания на происходящее. Они уверены - случись что, барьер заслонит, Бронзовый спасёт. Спасёт, конечно. Вот только как самому-то спастись - от неожиданно нахлынувших паршивых мыслей и дурных предчувствий?
  
   Это всё из-за нудного сидения на одном месте. Если бы можно было выйти из комнаты и хоть немного прогуляться - сразу стало бы заметно легче. Но нет - нельзя. Леди Нэль-Амлас здесь, леди Нэль-Амлас помешивает чай, ложечка легонько скребёт по дну чашки. Леди Нэль-Амлас обеспокоенно следит за мрачным, углубившимся в свои думы наёмником.
  
   - Вы переживаете за своего товарища, да? Волнуетесь, что перегнули палку? - Росава наблюдательна и умеет делать выводы. То ли к счастью, то ли к сожалению, но она чересчур рассудительна для своих шестнадцати лет. Интересно, какое воспитание нынче дают высокородным девицам? Похоже, их не одним лишь танцам и музыке обучают. Её-то уж точно.
  
   - Есть такое, - неохотно признался юноша, проведя ладонью по короткому ёжику светлых волос. - Да и переговорник этот...
  
   - Не беспокойтесь зря, - девушка придвинулась поближе к Олафу. Кровать коротко скрипнула. Сидевшие на полу охранники даже не дёрнулись - полностью ушли в игру. Это паршиво, так и врага прозевать недолго. Бдительность при таком напряжённом режиме начинает подводить быстро...
  
   - Всё не так плохо, как вам кажется, - уверенно продолжала леди Нэль-Амлас, искоса поглядывая на замершего, точно каменный истукан, наёмника. - Вито вернётся, ему ведь не защитить Юрека в одиночку. Он обязательно вернётся...
  
   - И что я ему скажу? - выдохнул Олаф со злостью. - Что ему вообще можно сказать? Как объяснить то, что случилось?
  
   - Зачем объяснять? - удивилась Росава. - Вам ведь нужно просто извиниться перед ним. А он тогда извинится перед вами.
  
   - Хм-м...
  
   Действительно. Просто подойти и извиниться. То есть сказать что-то вроде: "Извини". Или "Извини, был неправ, погорячился". Простой выход, которым Бронзовый всегда умело пользовался - как в обывательской жизни, так и в ситуациях, связанных с работой.
  
   Но одно дело - печально изречь формулу "прошу-меня-простить", отвечая купцу, чей груз не удалось довезти в полной сохранности, и совсем другое - озвучить то же самое, глядя в глаза человеку, который тебе весьма неприятен и успел изрядно достать своими подколками и выходками. Кунья морда непременно сообразит, что слова произнесены чисто "для галочки", с минимальной долей искренности и сухим расчётом на взаимные извинения. И, разумеется, выкинет ещё какой-нибудь фортель.
  
   Нельзя доверять преступнику. Это правило Риверджейс-старший долго и упорно втолковывал внуку. В итоге нехитрая истина намертво вбилась в голову. Едва ли она испарится оттуда, не выдержав единственной проверки реальностью. Доверять нельзя... но на этот раз - можно и нужно. Что бы Вито не вытворял, он ни разу не причинил вреда никому из своих союзников. Более того - как и Олаф, рисковал своей шкурой ради малознакомых людей. Рисковал, не будучи связанным контрактом служителя клинка, не требуя и не ожидая никакой платы. Нет, платой, несомненно, станет какое-нибудь украшеньице из шкатулки леди Росавы. И всё же не каждый, далеко не каждый согласится защищать незнакомого человека ради призрачной награды.
  
   "Я не мог по-другому", - вспомнились Бронзовому слова напарника. Тихая, отчаянная фраза, взгляд насмешливо-непроницаем, но где-то в глубине зрачков - тоска пойманного зверя. Луциано сам, добровольно заковал себя в цепи чести и долга, подобающие рыцарю, но не вору, и теперь отчаянно бьётся в них пойманной птицей.
  
   Мысли спутались, смешались, настоящее ни в какую не желало примиряться с опытом прошлого. Наёмник тяжело вздохнул и поскрёб ногтями щеку, которой через пару дней опять понадобится бритва.
  
   Леди Нэль-Амлас сцепила пальцы в замок и зябко поёжилась.
  
   - Что-то не так? - забеспокоился охотник.
  
   - Не знаю, - девушка повела плечами, - пока не знаю. У меня какое-то странное предчувствие...
  
   Окончание фразы потонуло в звонком треске. Сигналки, тем не менее, по-прежнему молчали.
  
   Росава, Олаф и вскочившие на ноги охранники непонимающе озирались, разглядывая проступившие на прозрачном барьере тёмные трещины.
  
  

***

  
   Однажды, когда Вито был маленьким, он спросил своего опекуна, Дарто, каково это - очутиться в стальной буре.
  
   Чёрный Волк в ответ рыкнул что-то бессвязное и едва ли цензурное, отвесил воспитаннику подзатыльник и ухромал прочь, на ходу вынимая из-за пазухи фляжку.
  
   Пожалуй, другому человеку такая реакция ни о чём бы не сказала, но мальчик выяснил более чем достаточно. Дарто выругался - значит, приключение получилось крайне паршивым. Раз добавил оплеуху - ещё и безумно опасным, такое повторять ни в коем случае не стоит. Быстро прервал беседу, торопясь приложиться к горячительному - до сих пор стесняется своей реакции на произошедшее. Единственным чувством, которое старший никогда себе не позволял, был страх. Всё, мозаика сошлась, ответ найден - и будущий вор никогда более не возвращался к этому вопросу.
  
   Правда, мадам Софи сообщила другую немаловажную вещь - по-видимому, Дарто повредил правую ногу именно во время вылазки в самый разгар бури. Но Чёрный Волк не был магом, в отличие от Вито. Да, любое заклинание под гнётом смертоносного ветра рассыплется за несколько секунд. Но ведь несколько секунд - это не так-то уж и мало!
  
   Таковы были расчёты Призрака, но реальность, как водится, оказалась непредусмотренно хуже.
  
   Грохот, лязг и бряцанье стальной бури не просто слышались отовсюду - они звучали в самой голове, перекатываясь свинцовыми шариками внутри черепа, простреливая болью в затылке и висках. Глаза, надёжно защищённые гогглами, щурились сами собой, различая вокруг смутные оттенки серо-чёрного, помрачневшего мира. Дышалось с трудом, респиратор жалобно похрустывал - в фильтр, должно быть, набилось много мелких опилок. Интересно, как долго маска продержится? Интересно, как долго продержится он сам - с исцарапанными руками, в стремительно покрывающейся мелкими прорехами одежде, вжимающийся в шершавую стену дворца, балансируя на узком карнизе? Сфера воздушного щита раз за разом вспыхивает, заслоняя от ураганного ветра, и тотчас гаснет, роняя отяжелевшие синие искры. Заледеневшая ладонь судорожно стискивает узкий нож - старый товарищ не раз выручал на тяжких подъёмах, но сейчас грозит вот-вот сломаться. Укрепляющий артефакт-камень светится блёкло-коричневым, заклинание то и дело барахлит, но худо-бедно работает. Всё ещё работает.
  
   Резкий, рваный вдох, слишком поспешный выдох. Пока разваливается очередная защита - торопливо проползти три шага, цепляясь за стыки камней кончиками пальцев. Кажется, ноготь содрало. Не понять, какой. Не важно. Не суть. Четыре шажка, точнее, три с половиной, лезвие входит в узкий зазор излишне ровной кладки, перед глазами пляшут мушки, барабанные перепонки вот-вот лопнут от невероятного, невыносимого шума. Три шага. Ну же...
  
   Теперь - целых пять. Ну же, давай!
  
   Нож рассекает пустоту. Стена закончилась. Надо поворачивать. Каким-то образом перескочить с одной части карниза на другую, что за углом. Тогда ветер будет дуть не в бок, а в спину. Двигаться, вероятно, станет проще. Проще, но опасней - стали прилетит гораздо больше.
  
   Какой-то обломок, покрупнее других, наискось чиркает по тыльной стороне ладони, разрезая изодранную в лохмотья перчатку. Несколько капель крови мгновенно уносит ветром, на кажущиеся серовато-бордовыми липкие потёки стремительно оседают песок и мелкая стружка. За спиной жалобно хрустит дерево, у его верхних ветвей практически иссяк запас прочности.
  
   У дерева - иссяк, а у тебя - ещё нет. Двенадцатого нужно скорее предупредить, что Климент Мабе опасен. Ну же, Вито-Призрак, где твоё упрямство? Раз тебя хватает на подтрунивание над тупоголовым Бронзовым, то силы шагнуть за угол найдутся и подавно! Просто поставить щит немного другой формы, сместить его и...
  
   Ураган на мгновение стихает - точно сгущается, концентрируется, готовясь к новому выдоху обломками стали.
  
   Судорожный, неуклюжий, почти панический рывок. Кладка скребёт по лбу, замотанному в плотную ткань сюртука, сбивает маску немного набок; шпага, чёртова шпага, с неслышным, но ощутимым звяканьем ударяется о стену, чуть не зацепившись за предательски выступивший кирпич. Плечо и ободранные подушечки пальцев саднят, но он - на другой стороне! Получилось, всё получилось! Мгновенная замена крошащегося барьера, шаг, другой...
  
   Порыв ветра подло бьёт в спину, впечатывая в стену. Кусок наштукатуренного карниза, предатель, обрушивается - едва успелось перескочить с обвалившегося участка. Ничего, недалеко осталось...
  
   Упс, а тут уже окна начались! Какое из них - то самое? Какое по счёту? Третье? Четвёртое?
  
   Иди. Просто иди вперёд и ни о чём не думай.
  
   Очередной удар с тыла. Не терять равновесие! Слегка согнуть ноги и наклониться вперёд, насколько возможно. Вот так, отлично.
  
   Рукоять шпаги стучит по подоконнику. Придержать заразу, на миг оторвав сухую, пропылённую ладонь от заветной стены - единственной опоры. Здесь придётся быстро-быстро перебирать руками по краю ставней. Карниз резко сужается. Ох уж эти декоративные элементы, так не приспособленные для любителей острых ощущений и ночных похождений за сокровищами...
  
   Впиться онемевшими пальцами в пока ещё прочный кусок металла. Не смотреть вниз. Не оглядываться. Не думать. Почти полупрыжок в простенок. Стальная буря потихоньку крепчает. Куда уж сильнее-то?!
  
   Второе окно. Виски сдавило - магические силы заканчиваются. Слишком новые ставни. Те будут старыми. И замок. Они непременно будут без замка. Ставни, на которых - два засова и щеколда...
  
   Не думать. Просто двигаться вперёд и ни в коем случае не думать. Экономить силы.
  
   В запястье что-то хрустит. Руки теряют последние крохи тепла, а с ними - остатки чувствительности. Они ведь должны болеть, разве нет?
  
   Если удастся выбраться - пожертвовать в первом же храмовом приюте половину суммы следующей добычи. А вторую половину раздать нищим... Хорошо, хорошо, дотащить до ближайшей таверны, высыпать хозяину на стол и громко крикнуть: "Угощение всем - за мой счёт!" Только, пожалуйста, позвольте выжить и сделать то, что обязан, пожалуйста, великие боги-драконы, пожалуйста, пожалуйста...
  
   Третье окно - не то. Опять не то! Или это уже четвёртое? Трудно считать. Ноги дрожат, с трудом удерживая тело в вертикальном положении. Щит слетел на следующем же шаге. Ну же...
  
   Пальцы цепляются за очередной подоконник, сработанный куда более грубо, чем прочие. Ставни на ощупь совсем другие, и оттенок... Не такой оттенок, как у предыдущих, верно? Больше в красноватый, медный. И множество застарелых мелких вмятин от стальных бурь.
  
   Неужели, неужели, неужели?.. О, небеса, спасибо!
  
   Стоп, не радуйся раньше времени, олух! Тебе ещё внутрь надо попасть. Барьер, что стоит в номере, пропустит человека, но не ветер. Так, нужно добраться до второго ставня, Бронзовый наверняка распахнёт тот, другой...
  
   Звон разбившегося магического щита. Дыхание резко перехватывает. Жуткий, неожиданный, непонятный холод возле лопатки, и тут же - жгучий жар, словно раскалённым прутом саданули. Что-то горячее, липкое течёт по спине. Левая рука бессильно опадает, мир перед глазами стремительно темнеет, тело наливается свинцом.
  
   Нет, нет, нет! Не сейчас, только не сейчас! Ведь цель так близко!
  
   Ну же, держись, потерпи, всего-то полминуты - и сможешь провалиться в эту тьму, в это надоедливое жужжание в ушах на ноте... какая это нота?..
  
   Подними руку, придурок. Просто подними руку, давай!
  
   Полуразжатый кулак наотмашь бьёт по ставню. Один удар, вдох-выдох, замахнуться, удар - один короткий, три длинных ...
  
   Новый порыв стальной бури напрочь вышиб воздух из лёгких, оставив во рту горько-солоноватый привкус крови и морской воды.
  
  

***

  
   Галерея пуста. Все картины, статуи и немногочисленная мебель - на месте.
  
   Человек мечется по залу ищейкой, пытаясь отыскать хотя бы пару следов, но его усилия безуспешны. Он находит лишь небольшой скол краски на безупречно белой оконной раме. Но не могли же эти двое сунуться наружу в такое время! Нет, никак не могли. Это - верная смерть.
  
   Разворот. Тёмный силуэт легко перемахивает через сорванную с петель покорёженную металлическую дверь и исчезает в коридоре.
  
   Придётся пустить в ход запасной план, но для этого нужна некоторая подготовка. Полчаса... Нет, дольше, но время терпит. Пока - терпит.
  
   Ничего страшного. Добыча загнана в угол, и бежать ей некуда.
  
   Надо только подобрать хорошее ружьё для пары-тройки не в меру усердных охотничьих псов.
  
  

***

  
   Ещё одна тень меряет коридор шагами - чётко, неторопливо, точно инструктор, прогуливающийся по плацу в ожидании учеников.
  
   Скрип двери. Человек, вышедший из номера, тотчас спотыкается о ковёр и растягивается на полу. Ойкает, поднимается на четвереньки, долго - секунд двадцать - шарит под этажеркой в поисках ключа.
  
   Нашёл. Запер комнату. Поднялся, отряхнулся и сонно побрёл в сторону лестницы, не увидев ничего странного и никого постороннего.
  
   За ним следуют плавной, осторожной походкой, не обратив внимания на тонкий взлохмаченный силуэт в арочном проёме лестницы.
  
  

***

  
   Артефакт-камень, сработав, собирается взвыть сиреной, но его мгновенно глушит ладонь в длинной шёлковой перчатке.
  
   Дама в зелёном закрывает талмуд, заворачивает его в плотную льняную ткань, перевязывает лентой. Открывает чемодан, бережно кладёт книгу внутрь и достаёт расшитый бисером ридикюль, в котором лежат отнюдь не косметические принадлежности.
  
   Она всегда вовремя чуяла приближение неприятностей и предпочитала готовиться к ним загодя.
  
   Вопрос в том, кто на нужной ей стороне - надменный, надёжный, уверенный в себе и своих силах Климент Мабе или каштановолосый Вито Луциано с подозрительно плутовским, но при этом добрым взглядом.
  
  

***

  
   Этажом ниже Юреку наконец-то удаётся просунуть отвёртку в узкий зазор прутьев вентиляционной решётки. Мальчик с ног до головы покрыт пылью и никак не уймёт кашель.
  
   Профессор фон Шен торопливо вспоминает юношеское искусство лазанья по высоким книжным стеллажам без помощи специальной лестницы. Взгромоздившись на кресло с ногами, прямо в расписных тапочках с загнутыми носами, он, кряхтя, перелезает на стол. Ухватив стул за спинку, ставит его рядом, так, чтобы ножки не оказались на бумагах, и продолжает упорно карабкаться к закрытой белой сеткой полутьме, откуда на него испуганно и нетерпеливо взирает пара тёмных, влажных, как у молодой лани, глаз.
  
   - Успокойтесь, молодой человек, - голос старика скрипит под стать мебели, не привыкшей к такому обращению, - ваша Инициация прошла не так давно. В течение двух суток у вас остаётся контакт с наставником. Если он умрёт, ваша магическая Метка сообщит об этом.
  
   - А вдруг я пропустил знак? - глухо отзывается голос Мабе-младшего.
  
   - Боль будет настолько сильной, что вы потеряете сознание. Так что не пропустите.
  
   - Надеюсь, обойдётся, - пробормотал мальчик, бережно опуская отвёртку в широкую дряблую ладонь.
  
   - Я тоже. Если с вами случится такое, моих сил не хватит вытащить вас из этой трубы... Да и юношу жалко. Что-то подсказывает мне - его особый Дар весьма занятен. Уж больно необычный узор у Метки. Сложный узор. Навевающий воспоминания.
  
  

***

  
   - ... как умудрился?
  
   - Да чего он вообще туда полез?
  
   - Ты помогай давай! А то так и не узнаешь.
  
   - Лечилка есть, но сначала - железка.
  
   - Так, ну-ка, сюда...
  
   Тишина после воя бури, наполненного грохотом и лязгом, оглушала. Голоса еле слышались, будто беседа велась где-то вдалеке. Различить их обладателей никак не удавалось. Вспомнить - тоже. Единственное, что Призрак сейчас понимал - его то ли ведут, то ли волокут куда-то под руки. Кажется, он пытался хоть как-то перебирать ногами. Кажется, у него немного получалось.
  
   - Клади, аккуратненько...
  
   - Госпожа, пожалуйста, отвернитесь.
  
   - Я изучала медицину, Йохан. Уместней просить у меня помощи, а не безучастия.
  
   Дышать стало легче - кто-то расстегнул и бережно снял маску. Гогглы, напротив, содрали довольно грубо... Гады! Они хоть понимают, сколько стоит такая штучка на чёрном рынке? Вот респиратору по-любому конец, он не приспособлен для условий, в которых нельзя жить.
  
   Стоп... Они? Кто - "они"?
  
   Почему ничего не видно? В глазах темно. Может, веки закрыты?
  
   В подбородок уткнулось что-то мягкое. Потеплело. Звон в ушах - оказывается, всё заглушал звон! - начал отходить на задний план. Потом вышло худо-бедно проморгаться. В поле зрения приплясывал кусок паркетного пола, часть его заслонял угол тощего прикроватного коврика, на котором валялся скомканный, перекрученный в несколько раз сюртук. Давно знакомый, ставший родным, столько раз переделывавшийся, старый-добрый компаньон. Похоже, сшитые из прочной, укреплённой заклятиями ткани карманы худо-бедно уцелели. Значит, и их содержимое в порядке.
  
   Спина и плечо пульсируют нестерпимо жгучим, что-то вязкое насквозь пропитало жилет и рубашку. С одной стороны - боль, с другой - плотное, душное шелковистое покрывало. Ясно. Положили на живот, голову немного свесили вниз, к полу, чтобы прилила кровь. Правая рука, здоровая, ощущается, но шевелиться не хочет. Сил вообще нет, силы кончились, их хватило впритык до...
  
   - Многовато. Троих достаточно.
  
   - Но я...
  
   - А стеречь кто будет? - знакомый голос, низкий, рутинно раздражённый, ни намёка на испуг. Точно! Нужно сказать, сообщить, но язык не слушается, длиннющее "Двенадцатый" не выговорить, как и "тупоголовый Бронзовый". Вот жалость-то.
  
   - Олаф...
  
   - Кунья морда! Очухался? - о чудо, неужели радуется? Или померещилось?
  
   - Слушай. Времени мало, - слова слышны, но плохо различимы, горло хрипит, словно у дряхлого, насквозь прокуренного старикана. - Юрека послал к Шену. По вентиляции. Отправь к-кого-нибудь за ним.
  
   - Зачем вам вообще это понадобилось? - осуждающий голос, слишком уж осуждающий. Йохан, да?
  
   - Выбора не было. На мальце т... тоже метка того ритуала, - речь вроде становится более внятной, но всё так же раздражающе медленна. Ещё и с запинками. - Он напоролся на лезвие в вещах отца. Климент Мабе н-не спрашивал... у той дамы, маг ли я. Это он... был ч-человеком в чёрном.
  
   - Вы бредите? - а вот у Карла голос удивлённый. Так и всплывают перед мысленным взором полные недоумения щенячьи карие глаза.
  
   - Я спросил Юрека. Отчим служил в разведке. Как т-только мы это выяснили, на нас напали. Загнали в зал с одной дверью и внешним замком, заперли в антимагическом барьере и стали рваться внутрь. Я н-не смог бы защитить мальца в серьёзной драке. П-побоялся, что он угодит в ловушку Мабе или его сообщников. Пришлось выбираться вот так.
  
   - Йохан, - наёмник заговорил жёстко, отрывисто. Сориентировался. Молодец... - Пока стой на страже. Как освобожусь - бегом к профессору.
  
   - Понял, - ага, решил не перечить... Охранник - охранник же? - помогает вытянуть вперёд и вверх сравнительно целую правую руку и вкладывает в неё бутылку.
  
   - Глотните-ка.
  
   - Зачем?
  
   - Для анестезии. Мелочь юная леди промывает. Не чувствуете?
  
   - Немного, - так вот почему многочисленные царапинки и порезы так дружно напоминают о себе.
  
   - С большой будет труднее. Сейчас там Бронзовый ткань дочикает... Заклинанием закроем, но перед этим нужно вынуть обломок. Сами понимаете...
  
   - Потерплю.
  
   - Есть артефакт-противоядие, так что это ненадолго. Как закончим, снимем.
  
   - Ладно. Помогите подняться.
  
   Мир перед глазами делает кульбит, ноги оказываются согнутыми в коленях, пятая точка обретает надёжную опору на перемазанной кровью простыне, под подбородок подсовывают жёсткую подушку-валик, на которую вполне можно облокотиться. Что в бутылке, Вито не спросил, уверенный, что разберётся сам, но вкусовые рецепторы подвели. Неизвестная дрянь обожгла и без того саднившее горло, на глазах выступили слёзы. Замутило - мерзко, но несильно, и на том спасибо. Глаза вор предпочёл закрыть. Бутылка то ли сама выскользнула из рук, то ли её кто-то забрал - в любом случае, очень кстати. Пальцы надо как-нибудь сцепить в замок, чтобы не дёрнуть невзначай плечом и не выронить драгоценную опору, без которой тотчас утратится равновесие.
  
   По телу разливается приятное тепло, становится немного жарко. Плавное покачивание вверх-вниз - не чета штормовой болтанке, будто спокойное море несёт. Услышать бы сейчас его шум... Что это за гул? А, стальная буря. Её отголоски, если быть точнее. В сон клонит нестерпимо. Он сказал то, что должен был, тогда...
  
   Короткая вспышка острой боли, вскрик, бессознательная попытка рвануться, но чьи-то руки придержали. Знакомое покалывание - заработало заклинание лечащего артефакт-камня. Сквозь полуопущенные ресницы видно правую руку, на которой стремительно затягиваются многочисленные порезы. Затягиваются, но не заживают до конца. Кожа теперь вся в рубчиках, в подражание модной когда-то расцветке мебели "однотонный светлый с меланжевыми крапчатыми искрами". В голове, как по щелчку, проясняется, тошнота отступает, простенький узор обоев прекращает своё надоедливое колыхание. Холод накидывается резко, выбивая неудержимую дрожь. Подушку из рук буквально вырывают, покоцанные жилет и рубашку - они оба в мелкую дырочку с рябой бордовой обводкой кое-где - разрезают ещё раз, с другого бока. Лёгкие, прохладные ладошки с тонкими пальчиками и ровными, до блеска отполированными ноготками ловко оборачивают бинт вокруг грудной клетки, скользят вдоль руки. Узел затягивается спереди, где-то над ключицей, на спину набрасывают колючее, но тёплое шерстяное одеяло; простынь, покрытую уже начавшими подсыхать бордовыми пятнами, выдёргивают, да так резко, что Призрак теряет равновесие. Под головой оказывается не бортик кровати, а мягкая, чистая подушка. И на том спасибо.
  
   - Придурок, - выплёвывает Бронзовый, и до Вито доходит, что последнюю мысль он умудрился произнести вслух.
  
   - От придурка слышу, но ты чертовски оперативен. Спасибо.
  
   - Будто у меня был выбор. Взгляни.
  
   Обломок. Точнее, не обломок - обломище. Кусок. Кусман металла - хвала небесам, не ржавого! - условно треугольной формы, едва поместившийся на широкой лапище охотника. С одной стороны отполированный почти до блеска, с другой угрожающе бугристый, один из углов покрыт красноватой коркой.
  
   - Убери, - буркнул вор, зажмурившись. Его снова замутило, но уже не от алкоголя.
  
   - Ты везунчик, знаешь? - Олаф говорил совершенно спокойно, словно каждый день пачками вытаскивает здоровенные стальные осколки из чужих тел. - Вошло у лопатки, наискось. Но ничего важного не задело. Скользнуло по кости мимо крупных сосудов. Ударь оно немного выше - мы бы ничего не успели сделать... Йохан пошёл за Юреком. Лежи пока.
  
   - Йохан? Лучше бы...
  
   - Мне нужно подготовиться к бою, - наёмник выразительно похлопал ладонью по оружейному поясу. - Вы с охраной останетесь здесь. Сейчас отдыхай, но после моего ухода тебе придётся поставить барьер, и помощнее.
  
   - Угу.
  
   - На случай, если сообщник полезет.
  
   - Угу.
  
   Из ванной доносится плеск воды - младший телохранитель и леди Росава решили не откладывать стирку в долгий ящик. Кровь быстро въестся в белую ткань и уже не отстирается полностью. Дверь приоткрыта, но вряд ли сквозь резонирующие шум крана и рокот бури удастся расслышать, о чём ведут разговор в комнате.
  
   - Почему ты не сказал мне об этом раньше? Почему не сообщил сразу, что маг может быть не один? Не поделился подозрениями?
  
   - Я пытался.
  
   - Паясничал.
  
   - И это тоже.
  
   - Мы ведь союзники, разве нет? - требовательно спросил Бронзовый.
  
   - Не знаю.
  
   - В смысле?
  
   - Двенадцатый, - Вито с трудом повернул голову к охотнику. Дурнота на миг вернулась и тут же схлынула, присмирела уставшим девятым валом. - Союзники должны доверять друг другу, но ты мне не доверяешь. Получается, ты - мой союзник, а я для тебя таковым не являюсь.
  
   - А ты? Доверяешь? - Олаф ещё не закипает, но костёр под чашей его терпения так и пышет жаром, раскидывая хищные искры.
  
   - Да. Время от времени. Иначе бы не ушёл. Отказался бы от разведки. Не лёг бы спать ночью. Я слушаю твои суждения и следую приказам, хотя не обязан. Мы же напарники, а не шеф и подчинённый. Ты не в состоянии ответить тем же. С телохранителями как-то худо-бедно...
  
   - Я же только что поручил тебе защиту комнаты! - наёмник хотел было вскочить на ноги, даже привстал, но раздумал и плюхнулся обратно на стул.
  
   - Потому что у тебя нет выбора. Именно тогда ты и перекладываешь работу на меня. А когда твоя тупоголовость напоминает о себе...
  
   Бронзовый всё-таки поднялся и навис над вором грозной тенью, уперев руки в бока.
  
   - Лучше прими героическую стойку с мечом, - пробормотал Вито. - Тогда это будет больше похоже...
  
   - На что?
  
   - На смерть.
  
   - Хватит! - прорычал наёмник. - Твоя рана почти затянулась, кровопотеря наполовину восполнена. Не изображай мне тут умирающего!
  
   - Да я вроде не...
  
   - Ты говоришь о доверии, - Олаф, присев на корточки, наклонился к самому лицу Призрака. - Но как тебе верить, кунья морда? С твоими насмешками, подколками... всеми этими выходками?
  
   - Манера речи не должна и не может влиять на такие вещи.
  
   Лба неожиданно коснулась чужая ладонь, жёсткая и холодная, с мозолями от клинка.
  
   - Рана закрылась, но жар не прошёл до конца. Полежи минут двадцать. Спокойно полежи.
  
   - Двенадцатый, я в норме. Готов подновить барьер.
  
   - Ты бредишь, - отрезал наёмник, разгибаясь. Оглянулся на дверь ванной - журчание воды стихло. Судя по хлопкам, теперь охранник со своей госпожой пытались расправить выстиранную простыню. - Когда понадобишься, скажу, а пока отдохни. План защиты зависит от тебя, не вздумай нас всех подвести.
  
   - Не вздумаю, - пробурчал Вито и закрыл глаза. Он больше не видел смысла в этой беседе.
  
   Куда приятней сейчас была тьма, на этот раз дружелюбная и уютная, мягкая, точно пуховая перина.
  
   Скрип входной двери и звонкий мальчишечий голос прозвучали где-то на самом краю сознания, практически его не затронув.
  
  

***

  
   Вернулись! На удивление быстро, Олаф ожидал, что Йохану ещё предстоит выковырять пацанёнка из вентиляции. Но нет, Юрек и дедуля, похоже, справились сами. Не без последствий, правда: профессор держится за поясницу, у мелкого на лбу набухла шишка.
  
   - Без особых происшествий, - кратко отчитался телохранитель. - Фон Шен решил пойти с нами на случай, если понадобится помощь.
  
   - Вито! - Мабе-младшему нет дела до беседы взрослых. С размаху он плюхнулся на колени возле кровати и встревоженно всмотрелся в бледное лицо мага. Перевёл взгляд на руку с заклеенными пластырем пальцами, высунувшуюся из-под одеяла. Хорошо, что мальчишка не знает, в каком состоянии вор ввалился в комнату, пройдя сквозь стальную бурю. Даже у наёмника ёкнуло сердце при виде посеревшей физиономии союзника и куска металла, вызывающе торчавшего из спины, точно плавник.
  
   - Он просто спит, - полушёпотом объяснила леди Нэль-Амлас, наклонившись к Юреку. - Раны почти зажили. У Бронзового был исцеляющий камень.
  
   - Последний, - охотник с лёгким недовольством оглянулся на остальных через плечо. - Так что в ваших же интересах больше не получать серьёзных травм... Йохан, что значит "без особых"? Хочешь сказать, что были какие-то "не особые" происшествия?
  
   - Что-то вроде, - кивнул охранник. - Мы наткнулись на постояльцев. Рыжеволосая девушка и женщина в зелёном. Шушукались о чём-то, потом заметили нас. Поинтересовались, что творится во дворце. Я тогда спросил, что приключилось у них. Прямого ответа они не дали...
  
   - А какой дали? - нахмурился Олаф.
  
   - Сказали, что видели, как Климент Мабе шёл за парнем в очках. Тихонько так шёл, будто опасался попасться тому на глаза. Очкарик ничего не заподозрил. Похоже, направлялся в библиотеку. Он нёс в руках список книг.
  
   - Чёрт, - пробормотал наёмник. - Заложник... Йохан, нужна твоя помощь, иначе никак. В бой вступать не прошу. Вытащишь парня, когда Мабе отвлечётся.
  
   - А ты-то сам как? - забеспокоился старший телохранитель. - Против мага же...
  
   - У меня есть кое-что в запасе, - Бронзовый выразительно похлопал по нагрудным карманам куртки. - Как раз для такого случая.
  
   - Гм...
  
   - Я предпочёл бы пойти один, - признался охотник, - но в таких обстоятельствах придётся рискнуть и оставить охрану на Вито.
  
   - А, может, ну его, этого Мабе? - нерешительно предложил Карл, переводя взгляд с напарника на Олафа и обратно. - Вторые сутки заканчиваются! Ещё один день в обороне, всего один, и...
  
   - Судя по тому, что мне успели рассказать, - вмешался фон Шен, - противник силён и не побоится ударить в открытую. Раз есть шанс уменьшить угрозу, пренебрегать им не стоит.
  
   - Верно, - кивнул Бронзовый, видя, что младший телохранитель собирается возразить. - Чем ближе обряд, тем меньше терпения у врага. Или врагов. Не выйдем сейчас - будем потом сидеть в ожидании хорошо продуманной и подготовленной атаки. Нет уж.
  
   - Согласен, - Йохан хлопнул наёмника по плечу. - Тогда...
  
   - Вито! - в голосе Юрека ощущалась такая смесь радости и неподдельного облегчения, что никаких пояснений к случившемуся и не требовалось.
  
   - Прости, малец, - голос у Призрака немного сиплый, подрагивающая неуверенно рука треплет пацанёнка по голове, по покрытым пылью тёмным вихрам. - Твоя маска сломалась, и починить не выйдет.
  
   - Ничего, - мальчик, улыбаясь, шмыгнул носом, - я и так не хотел дальше её носить! Просто забыл снять, когда из города уехали. А возле маминого дома заводов нет, там воздух чистый и очень много деревьев! Много-много! Липы, яблони...
  
   - Успокойся, - рассмеялся Вито. Как-то слишком уж непринуждённо рассмеялся. - Профессор, так вы тоже здесь? Спасибо вам. Но лично вести мальца сюда...
  
   - Я, помимо этого, принёс артефакт-камни, - фон Шен отогнул полу мантии, продемонстрировав туго набитый замшевый мешочек, подвешенный к поясу. - Полагаю, кое-какие вам не помешают. Боевых и лечебных, увы, нет, а вот бытовых в достатке.
  
   - А защитные? - встрепенулся Йохан.
  
   - Одну минуту, - старик, сев за стол, начал аккуратно разматывать стягивавшие верхушку кулька тесёмки.
  
   - Мы с Йоханом отправляемся за Климентом Мабе, - Олаф не был настроен на длинные речи, его больше волновала работа. - Похоже, он взял в заложники парнишку-архитектора... или же решил скооперироваться с сообщником. В общем, номер на тебе, как договаривались.
  
   - Знаешь что, Двенадцатый? - вор смотрел на союзника невинными, как у младенца, глазами.
  
   - Ну?
  
   - С тех пор, как я связался с тобой, я постоянно получаю травмы. Сначала рука. Рабочая, заметь, рука! Потом - ранения от человека в чёрном. После меня цепляет взрывной волной, и не одной, даже не двумя. Барьер, забравший у меня половину магических сил, которые теперь восстанавливать, и, наконец, весёлый поход сквозь стальную бурю. И всё это время ты не позволяешь мне ни поесть как следует, ни нормально отдохнуть.
  
   - К чему ты клонишь? - напрягся Бронзовый. Он ощущал подвох, но, как ни силился, не мог его разглядеть. Не собирается же парень отказаться от союзничества?
  
   - Ни к чему, - пожал плечом кунья морда и насмешливо прищурился. - Высказал то, что накопилось. Точнее, то, что раздражает и злит. Ты-то это регулярно делаешь. В более агрессивной форме, но так же адресно.
  
   - Ну? Полегчало? - наёмнику очень хотелось разозлиться, но перепалка сейчас была совершенно не к месту.
  
   - В основном у меня укрепляющие артефакты, но есть и то, что пригодится вам в бою. Вот пять защитных, - профессор фон Шен пересыпал полупрозрачные кристаллы в подставленные Йоханом ладони, сложенные лодочкой. - Один восполнитель магии, вам ведь нужен такой, я прав? - Призрак, в чью сторону был устремлён взгляд учёного, кивнул, явно приободрившись. - И, полагаю, не помешал бы артефакт расширения пространства. Не сочтите за грубость, но не слишком удобно такой толпе в маленькой комнате. Камня хватит на пару дней, а деактивировать его можно в любое время. Вы не возражаете?
  
   - Только после моего ухода, - охотник, забрав у старшего телохранителя два защитных артефакта, торопливо копался в своей суме. К битве с магом второй ступени требовалось основательно подготовиться. Горка боевого скарба на полу росла медленно, но уверенно.
  
   - Как скажете, - согласился старик. - Молодой человек, вы разберётесь, как активировать этот камень?
  
   - Уже, - вор, севший на край кровати, поигрывал продолговатым кристаллом, от которого исходил блёкло-фиолетовый свет. Причудливая игра сиреневых бликов завораживала, но Олаф принудил себя не отвлекаться на постороннее. Сражение проигрывать нельзя ни в коем случае, рассчитывать на серьёзную поддержку тоже не приходится - значит, всё должно быть идеально. Ремни ножен с потайными клинками привычно охватили икры и предплечья; припрятать что-нибудь полезное нужно в голенища обоих сапог. Куртка не подведёт, вшитая в карман напротив сердца металлическая пластина цела и не вываливается из подкладки. Осмотреть и подтянуть оружейный пояс, проверить револьверы. Внимательно оглядеть клинки, убедиться в их остроте - легонько, ногтем большого пальца. Всё хорошо, к мастеру их нести ещё не скоро. Дымовые шашки на месте, все артефакт-камни пересчитаны и разложены по карманам. Отлично!
  
   - Йохан, ты всё?
  
   - А как же, - охранник хлопнул ладонью по кирасе. - Идём!
  
   - Идём, - выдохнул Бронзовый. Начиналась его самая любимая часть работы. Погоня за добычей, известной в лицо, всегда будоражит кровь и позволяет ненадолго отключить чрезмерную расчётливость разума. Разведка и интриги - это не в духе наёмника, его удел - поле боя, а не закулисья заговоров. Закулисьем пусть занимается кунья морда - если возникнет необходимость, конечно же.
  
   - Ни пуха ни пера, - пожелала Росава, тщательно маскировавшая волнение натянутой улыбкой.
  
   - К чёрту, - охотник протянул руку к ручке двери, но на полпути остановился и обернулся к союзнику: - Кунья морда, не отлынивай! И не подведи!
  
   - Да не буду я отлынивать... И не подведу, - проворчал Вито, к которому вместе с магическими силами в полной мере вернулась и легкомысленность с примесью балагурства. - Сам-то не подведи! Ты хоть в курсе, где здесь библиотека, умник?
  
   - Где? - требовательно спросил Олаф у старшего телохранителя. Йохан, негромко фыркнув - от смеха, скорее всего, - ответил:
  
   - Немного выше. Я проведу. Заодно расскажу про её устройство. Ты ведь ещё не успел заглянуть туда, я прав?
  
   Изрядно рассерженный и смущённый своей беспомощностью наёмник исподлобья зыркнул на Призрака. Вор оскалился в улыбке, обнажив ряд ровных белых зубов, из которого немного выбивался один клык - скошенный, будто когда-то расстался со своей верхушкой.
  
   - Зачем вам столько укрепляющих артефактов? - не выдержал Карл, которого так и распирало от любопытства.
  
   - Никогда нельзя быть уверенным, что они не пригодятся, - наставительно заметил профессор, пересыпая камни обратно в кулёк.
  
  

***

  
   "Не подведи". Хорошая такая фраза, ёмкая. "Не подведи". Если повторить её несколько раз, эффект, определённо, усилится. Тогда действительно никто никого не подведёт. Правда, Двенадцатый аркан?
  
   "Не отлынивай". Призраку одновременно хотелось обидеться, уснуть, напиться до беспамятства, бросить всё это дело, которое совершенно не по его плечам и не по профилю, разбить Олафу нос, наконец. Но отчаянно решительное лицо леди Нэль-Амлас и лежавшая на локте ладонь Юрека будто бы держали в тисках, из которых нельзя вырываться. Вито вымученно улыбнулся и отодрал прилипший к волосам мальчишки комок паутины.
  
   "Можно подумать, я так настаивал на союзничестве... Раз тебе не понравилась идея, почему не отказался? Обозначил бы сразу мой статус прислуги, а не напарника".
  
   - Профессор фон Шен, полагаю, сейчас самое время для артефакт-камня, меняющего пространство. Что скажете?
  
   - Абсолютно с вами согласен, молодой человек, - серьёзно кивнул старик. Взгляд его, тем не менее, был устремлён отнюдь не на разложенные на столе персиково-розовые бляшки. Учёный пытался не просто вникнуть в суть происходящего - в уме он терпеливо раскладывал и расставлял осколки-зёрна своих мыслей, отделяя их от плевел, спускаясь от холодных размышлений на уровень сердца и тотчас возвращаясь обратно. Призрак не сомневался: фон Шен догадывается о его не слишком тщательном соблюдении законов. Тем не менее, вора ни капельки не волновало возможное разоблачение. Такие, как этот дед, хранят чужие тайны при себе и уносят в могилу огромные тюки случайно и не очень услышанных и увиденных секретов. Нет причин беспокоиться, что Вито раскроют.
  
   - Я читала о пространственных заклинаниях, - Росава трогательно нахмурилась, вспоминая. - Нужно закрепить направляющие маячки, сделанные из осколков основного артефакта, на каких-либо плоскостях. Например, на потолке. После этого активируют камень.
  
   - В общих чертах верно, - подтвердил фон Шен, - но эти камни немного особенные. Они невидимы во время работы. У меня всего четыре маячка, мы зафиксируем их на стенах и встанем в середине комнаты, не касаясь ни мебели, ни чего-либо ещё. Ноги должны твёрдо стоять на полу...
  
   - Тогда надо убрать это, - Юрек кивком указал на щуплый прикроватный коврик. Карл проворно поднял ковёр за угол и отбросил в сторону. Только теперь, проследив за полётом половичка, Вито заметил несколько бордовых пятен на подоконнике и на полу возле окна. Пришлось закусить губу - воображение, что б его, немедля подсунуло мысленному взору далеко не приятную картину: нечто окровавленное, смутно напоминающее человека, протискивается в широкую щель дружелюбно приоткрытого ставня и падает на пол бесформенным куском мяса... Нет, не мяса, конечно. Всё было не так. Не так! Вор мотнул головой, словно стряхивая сырость и холод случайных мыслей. Между прочим, у него даже одежда худо-бедно уцелела! Кстати, о птичках... Заклинание подействовало на удивление быстро - ткань рубашки, жилета и брюк слегка истончилась, зато от прорех не осталось ни следа. Сюртук тоже предстоит подлатать, но попозже. И крайне желательно заняться этим подальше от лишних глаз. Посторонним совсем не обязательно знать расположение всех карманов и тайничков верного хранителя воровского арсенала. Но прежде всего - восполнить магические силы по максимуму, любым из доступных способов. Мало ли...
  
   Младший телохранитель уже стоял в середине комнаты, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. Леди Росава замерла рядом, бережно прижимая к груди коленкоровую тетрадь. Вито ухватил Юрека за запястье, втащил в широкий зазор между кроватью и стулом, сам втиснулся рядом. Профессор, оглядев разномастную компанию, хмыкнул - скорее смешливо, чем одобрительно - и закрепил под подоконником первый камень, тут же намертво прилипший к стене.
  
   - Я никогда не видела, как работают пространственные заклинания, - девушка отчего-то понизила голос, словно боялась разбудить спящего. Неужто решила, что разговор способен отвлечь старика? - Сейчас увижу в первый раз. Так здорово.
  
   - Я тоже не видел, - признался Карл полушёпотом.
  
   Мальчонка разве что не подпрыгивал от нетерпения. Он был единственным в комнате, кого заклятие по-настоящему интересовало. Любопытство госпожи Росавы и её телохранителя было напускным. Призрак был не прочь присоединиться к этому фарсу, но что-то останавливало его - то ли нелепость ситуации, то ли тревога за Олафа и Йохана.
  
   Леди Нэль-Амлас, казалось, читала мысли юноши.
  
   - Вы уверены, что они справятся? - еле слышно осведомилась она. Пальцы на миг, всего на миг, вцепились в подол платья и тотчас расслабились, явно по принуждению.
  
   - Уверен, - ответил Вито.
  
   - В самом деле?
  
   - Да. Йохан опытен, а Бронзовый... Я ему доверяю.
  
   - А вот он вам, похоже, не очень, - вору почудилось, или в голосе профессора действительно прозвучала горечь? - Что ж, артефакты я закрепил. По одному на каждую стену, стало быть, высота комнаты не изменится - только длина и ширина. Точечные артефакты увеличивают размер примерно в полтора раза. Таким образом, мы получим, грубо говоря, четырёхкратное расширение. Я полагаю, это неплохо. Начнём, пожалуй.
  
   Призрак не сдержался - вздрогнул от неожиданности и зажмурился, когда стена перед его глазами подалась вперёд, будто бы сдвинутая в сторону решительным и чётким движением гигантской руки проектировщика-любителя.
  
  

***

  
   - Значит, мы при любом раскладе сосредоточимся на Клименте Мабе, - подытожил Йохан. Он шагал немного впереди, показывая дорогу наёмнику, который так и не удосужился полностью осмотреть дворец. Впрочем, не до того было...
  
   - Да, - Олаф двигался гораздо тише спутника, чьи пряжки и кираса позвякивали при каждом шаге. М-да, надо было сказать, чтобы телохранитель поснимал с себя всё лишнее железо и прочее, что звенит, бряцает и малополезно в бою с магом. Так ведь не убедишь - упрямец по-любому останется при своём.
  
   - А что очкастый парниша?
  
   - Я сомневаюсь, что он маг второй ступени, - признался наёмник. - Слишком молод.
  
   - А я бы поставил на него, - не согласился охранник. - Вон, у мальчонки первая ступень, а он ведь едва пробудился!
  
   - У Мабе-старшего могут быть весьма мощные способности, - продолжал гнуть свою линию Бронзовый. - Но он не успеет ничего сделать, если вовлечь его в ближний бой и не дать сосредоточиться. Помнишь стычку в коридоре? Он легко навязал нам свой ритм.
  
   - Это да, - приуныл Йохан.
  
   - Теперь первыми атакуем мы, - Олаф как бы невзначай коснулся рукояти револьвера, - и он окажется в невыгодном положении.
  
   - А очкастый...
  
   Охотник призадумался.
  
   - Лучше его оглушить, - решил он, поразмыслив несколько секунд. - Так, чтобы очухался быстро, без последствий. И оттащить подальше от поля боя. Сначала разберусь с Мабе, а потом вернёмся к нему.
  
   - По-твоему, я прав? - уточнил телохранитель.
  
   - Нет, - мотнул головой наёмник, - но проверить нелишне будет.
  
   - Странный ты, - заметил охранник. - Мне, выходит, доверяешь, а своему напарнику - нет. Как так-то?
  
   - Ну, - Олаф, не ожидавший такого вопроса, запнулся, - мы-то с тобой оба, считай, вояки. А он - мирный... условно мирный гражданин, воевать не обучен. Да и чёрт разберёт, что творится в его голове.
  
   "И вправду. Один чёрт и разберёт. И что творилось в голове у меня, когда я согласился на эту нелепость с союзничеством?"
  
   Что-то доказать? Разобраться, так ли правдивы стереотипы и верны дедовские советы? Нет. Не без труда Бронзовый признал: то, что произошло в первую ночь во дворце, случилось по причине его собственной слабости. Охотник поддался искушению пойти самым простым путём - не в одиночку, чтобы рядом было чьё-то плечо, на которое можно опереться, случись вдруг что. Вот только эта рука, чужая рука, способна превратиться в ядовитую змею, готовую, чуть что, укусить. Это как-то не учлось. Думалось, что хватит выдержки. Вот её и хватило - почти на два дня, исключительно на то, чтобы не пристукнуть паршивца.
  
   Когда разборка с обрядником закончится, нужно, наконец, заняться делом и взять кунью морду в плен. Мага третьей ступени наёмник одолеет и с минимальным арсеналом артефакт-камней. Правда, запас исцеляющих вышел, а без ран точно не обойдётся. Не слишком ли высока цена за одного из самых знаменитых преступников?.. Нет. Причина не в цене. Призрак опасен, так что его надлежит схватить и отправить под суд. Охотник попытался представить, как передаёт связанного каштановолосого двум дюжим полицейским офицерам, но воображение почему-то не желало работать.
  
   Получается, Вито будет наказан и за свою помощь? Он говорил про закон одной цели, но поступки его расходятся со словами. Слова сулят выгодную добычу. Поступки - выматывают, ставят жизнь на кон и взваливают на плечи непростые обязательства, которых легко избежать при отсутствии совести. Вор, при всех своих странностях и кривляниях, был полезен. И что же? Олаф отблагодарит его за неоценимый вклад, застегнув наручники на тонких запястьях и выбив на скамье подсудимых местечко потеплее?
  
   Дед бы не колебался - сразу арестовал бы нарушителя закона. Но то, что Бронзовый не следует всем заветам своего наставника, не делает его плохим учеником и паршивым наёмником.
  
   Остаётся лишь принять решение - выбрать игру. И довести её до конца, не смалодушничав и не бросив всё на середине.
  
   - Уже скоро, - прошептал Йохан. - За этим поворотом. Первая дверь слева.
  
   Юноша кивнул. Бесшумно юркнув за угол, бочком, вдоль стенки, пробрался к приоткрытой створке. В зале, судя по подрагивавшим оранжевым отблескам, горели свечи. Довольно странный выбор для библиотеки - уж сюда-то хозяева должны были провести электричество едва ли не в первую очередь, пожарная безопасность и всё такое... Выходит, Мабе подготовился к бою. И источники огня припас заранее. Так что, прежде всего, нужны водные артефакт-камни. И, разумеется, нельзя забывать про защиту.
  
   Подкравшись к самой двери - не так изящно и тихо, как кунья морда, но всё же весьма ловко - Олаф жестом велел телохранителю не шевелиться и осторожно заглянул внутрь.
  
  

Глава 7

  
   - Я начинаю жалеть, что согласилась на этот шаг, - леди Росава дотронулась ладонью до стены и отдёрнула руку, точно ожёгшись. - Комната смотрелась гармонично, когда была небольшой. А сейчас она выглядит как-то...
  
   - Пусто, - подсказал Призрак, когда девушка запнулась. - Слишком мало света и мебели. Зато мы все без проблем в ней поместимся.
  
   - Сидеть всё равно не на чем...
  
   - Сбросьте постель на пол, тогда будет на чём.
  
   Юрек тотчас же радостно запулил подушкой в стену. За ней последовал аккуратно сложенный плед, в полёте развернувшийся и зацепившийся за ногу Карла. Телохранитель с недовольной миной отбросил его пинком сапога. Получилось неуклюже.
  
   После ухода старшего товарища его молодой напарник изо всех сил старался придать себе суровый, солидный вид бывалого вояки. Из находившихся в комнате людей лишь он один имел некоторый подтверждённый боевой опыт и теперь, на правах бывшего офицера, пытался командовать остальными и контролировать происходящее.
  
   - Молодой человек, держитесь в стороне от двери. Если нас атакуют, враг наверняка попробует прорваться через неё.
  
   Мабе-младший недовольно засопел, но послушался - ухватив плед и подушку, поволок их по полу в дальний от входа угол.
  
   - Профессор фон Шен, не подходите к защитному барьеру. Его могут проломить, и тогда вы попадёте под удар.
  
   Старик вздохнул, укоризненно покачал головой и вернулся к столу.
  
   - Леди Нэль-Амлас, осторожней, не заденьте артефакт-камни! К стене на этом участке лучше не прикасаться. И барьер, барьер!
  
   Источник заклинания находился заметно выше, но девушка сочла лучшим вариантом подчиниться, чтобы не затевать спор с собственным телохранителем.
  
   - Луциано, слезьте с подоконника. Если вы заденете раму, в комнату просочатся опилки с улицы.
  
   - Не-а, им барьер помешает.
  
   - Кстати, защиту надо сделать мощнее.
  
   - Обойдётесь, - вор лениво потянулся, - этого вполне хватит. На лучшее я, знаете ли, пока не способен.
  
   Коса нашла на камень. Карл, грозно нахмурив брови и для пущей внушительности выпятив нижнюю челюсть, уставился на закутанного в плед Вито, растрёпанного, беспечно болтавшего ногой. Призрак ответил ему безмятежным, слегка рассеянным взглядом. Похоже, фляга, которую Йохан одолжил "сорвиголове, рванувшему через стальную бурю во имя долга", успела опустеть по меньшей мере наполовину, а действие артефакта-противоядия постепенно сходило на нет.
  
   - Это опасно, - телохранитель сменил тон на занудно-увещевательный, словно беседовал с маленьким ребёнком. - Если вы зацепите ставни...
  
   - Если я задену оконную ручку, открою створку, отодвину засовы и сниму барьер, стальная буря, несомненно, ворвётся в комнату, - согласился юноша. Говорил он куда бодрее, чем десять минут назад, перед уходом Бронзового со старшим охранником. Да и выглядел гораздо живее: на бледном лице проступил румянец, глаза заблестели. Сперва младший телохранитель обрадовался, что Вито так быстро оклемался; теперь, поняв причину, насторожился и подобрался, будто готовый к прыжку хищник - он не желал, чтобы его приказы игнорировались. Вот только в хищнике наблюдалось многовато травоядных черт - не попасться бы в острые куньи зубки.
  
   - Но вам не кажется чрезмерным такое количество случайных телодвижений?.. - продолжал парень, выстукивая по стеклу ритм медленного вальса. - Особенно барьер. По-вашему, я могу снять защиту, которую обещал держать?
  
   - Тогда отдайте флягу, - Карл не отступал.
  
   - Не хочу.
  
   - Если вы будете не в состоянии управлять заклинанием...
  
   - Чтобы этого не случилось, передайте мне закуску. Канапе ещё остались?
  
   - Да, - Росава уже вовсю копошилась в коробе с едой. - И сэндвичи.
  
   - Лучше канапе.
  
   Трёхъярусная тарелка удобно угнездилась между ногой и стеклом, слегка покосившись из-за складки на пледе. Девушка смотрела на бутерброды, как на недоступное сокровище: грустно и с проблеском надежды. Похоже, из-за стальной бури её продолжала мучать головная боль - леди Нэль-Амлас налегала на крепкий чёрный чай и кофе с сахаром, игнорируя пищу. Исключение составляли шоколадные конфеты, поддерживавшие силы.
  
   - Слушайте! - сорвался телохранитель, когда после второго канапе Призрак в очередной раз приложился к фляге. - У вас есть хоть какой-нибудь боевой опыт?
  
   - Не очень.
  
   - В смысле?
  
   - Не очень боевой, - Вито покрутил в руках шпажку и с неожиданной ловкостью метнул её в шкаф. Тонкая металлическая палочка вошла точно в зазор между дверцами. Юрек восхищённо присвистнул и повернулся к магу:
  
   - Научишь?
  
   - Нет. Баланс паршивый... Впрочем, - добавил вор, увидев, как сник мальчишка, - есть другой вариант. Тренировка, полезная как волшебникам, так и бойцам. У кого-нибудь найдутся две монеты? Лучше серебро, они подходящего размера.
  
   Профессор фон Шен расстегнул кошелёк и вытряхнул на ладонь пригоршню мелочи, в которой Юрек тотчас принялся деловито копошиться.
  
   - Берёшь по монетке в каждую руку, - Призрак сбросил с плеч плед, оставшись в полурасстёгнутой рубашке - и подбрасываешь. Одновременно. Как можно выше. Ту монету, которая была в левой руке, ловишь правой, и наоборот. Попробуй.
  
   Мабе-младший, смешно подпрыгнув, подкинул серебряные кругляшки с раскрытых ладоней. Одна монета врезалась в потолок и, срикошетив, громко звякнула об пол - впритык разминулась с коробом для еды. Вторую мальчик почти поймал, но та проскочила меж растопыренных пальцев и, приземлившись на ребро, радостно покатилась под кровать. Росава прижала монетку ногой.
  
   - Сложно, - пожаловался Юрек.
  
   - Само собой, - согласился Вито, - но в магической школе тебя ждёт ровно то же самое. Малец, только представь: первое занятие по базовой физической подготовке, все мучаются с этим упражнением, а ты уже его освоил! Тебя сразу переведут на следующий уровень, к заклинательной практике.
  
   - Тогда я буду тренироваться! - выпалил пацанёнок, подбирая монеты.
  
   - На тренировках в армии мы тоже ловили предметы, - в голосе Карла проскользнуло одобрение. - Нам объясняли, что это помогает скоординировать движения клинков. А волшебникам оно зачем?
  
   - По той же причине, - вор тряхнул кистями рук, разминая пальцы. - Синхронизация. Одна рука выполняет одни пассы, другая - другие. Так можно задействовать несколько заклинаний сразу и наложить их друг на друга. Заодно развивается сосредоточенность - учишься творить чары, одновременно уворачиваясь от ударов противника, например... Важная вещь.
  
   - И какое же учебное заведение вы закончили? - полюбопытствовал профессор фон Шен, присевший на край кровати. - На своей кафедре я вас не видел.
  
   - Никакое. У меня был личный наставник.
  
   - И вы, тем не менее, работаете в паре с известным наёмником, - старик был сама доброжелательность, но по спине Призрака пробежал холодок. - Как так получилось? Насколько я понял, вы специализируетесь не на боевой магии...
  
   - Вито умеет вскрывать замки и использовать заклинания воздуха, - сообщил Юрек, пытавшийся дотянуться до укатившейся под шкаф монеты. - А ещё он фехтует, но не так, как мой дядя на дуэлях, а по-другому. И, - добавил маленький ябеда, - он умеет сидеть в засаде, тихо подкрадываться и выведывать у людей то, что хочет узнать!
  
   - Интересно, - по лицу Карла пробежала тень. - Чем же вы зарабатываете себе на хлеб, Луциано?
  
   Вор, невозмутимый, сделал пару глотков из фляжки, вытер губы тыльной стороной ладони и негромко рассмеялся:
  
   - Если я отвечу, мне придётся лишить вас памяти.
  
   - Секретная информация? - насторожился телохранитель.
  
   - О, вы не представляете, насколько, - невнятно ответил Призрак, рассматривая опустевшую шпажку.
  
   - Тем не менее, в магии вы разбираетесь отнюдь не поверхностно, - фон Шен кивком указал на флягу в руке юноши. - У каждого волшебника есть свой способ быстрее восстановить силы, и способ этот подходит только ему. Обычно чародеи не утруждают себя выяснением этих условий, но вы, как я погляжу, не столь легкомысленны. Тепло и спирт, я верно понимаю?
  
   - Крепкий алкоголь, ветер и что-то шерстяное. Баланс меняется, но элементы остаются. Артефакт-противоядие не мешает действию, так что почти весь запас магии я восполню, оставшись в здравом уме и всего за пару-тройку часов. Мои чародейские способности - залог нашего выживания, так что это - в приоритете, пусть и в ущерб прочему. Что же до метода... Не самый удобный вариант, но бывает и хуже. Мой наставник, например, был вынужден курить залежалый табак и жевать имбирь с лимоном. При слабых лёгких и чутком вкусе эти условия - настоящее наказание, поэтому колдовать лишний раз он не любил.
  
   - Я поймал обе монеты! - гордо сообщил Юрек. Росава, разливавшая по чашкам остатки кофе, не удержалась - хихикнула в кулачок, видя искреннюю, непомерную радость начинающего волшебника.
  
   - Хорошо. Теперь, - Карл направился к столу, попутно хлопнув мальчика по плечу, - проделай-ка это три раза подряд.
  
  

***

  
   - Господа, вы полагали, я не приму меры?
  
   Олаф, укрывшийся за книжным шкафом, торопливо перезаряжал револьвер, одновременно прислушиваясь к происходящему в читальном зале. Йохан спрятался за гобеленами, и наёмнику оставалось лишь догадываться, где его напарник. Впрочем, самое главное - что телохранитель в порядке и артефакт деактивации - при нём. От защитника госпожи Нэль-Амлас требуется только подкинуть камешек поближе к полупрозрачному колпаку, под которым беспечно дрыхнет юноша-очкарик, схватить заложника и удрать как можно дальше. На этом работа охранника будет окончена. А вот наёмнику ещё предстоит потрудиться.
  
   Свист заклинания. Магическая пуля рассекает тонкую огненную дугу пополам, пламя гаснет, напоследок щедро осыпав искрами ковёр. Использовать огненные заклятия в библиотеке - самоубийство, но Климент Мабе уверен, что спасётся при любом раскладе. Эта уверенность более чем справедлива - ведь франт силён и сумеет, случись что, избежать последствий своего же колдовства. Но и Бронзовый не лыком шит. Он знает, что подготовка ритуала расходует силы противника и занимает определённую долю внимания. Победить обрядника легко как никогда... Увы, атаковать фабриканта нельзя - любой нанесённый его телу урон мгновенно передастся заложнику. Вот же угораздило... Всех угораздило!
  
   Самый милосердный и прямолинейный способ - оглушить Климента. На очкарике, который и так без сознания, это особо не скажется. Затем - скрутить мага, прицепить поглощающий силы артефакт-камень куда-нибудь на одежду, спокойненько разбить заклинание-ловушку и вытащить разиню. Но вот незадача - Мабе-старший тоже в курсе этого простенького, напрашивающегося на воплощение плана и поэтому не позволяет подобраться близко. Пока не позволяет. Если бы не Йохан, бой был бы проигран в первую же секунду. Двое против одного - не подлость, а уравнивание шансов.
  
   Прыжок в сторону - из-под падающего стеллажа; два выстрела; от воздушного резака проще уйти, пригнувшись. Франту совершенно не жаль библиотеки, охотник же мысленно подсчитывает убытки - Росава-то вряд ли сильно рассердится, а вот с её отца или Джека станется вычесть из гонорара сумму ущерба. Вот поэтому, именно поэтому сражения стоит вести в коридорах или залах, там не опасаешься невзначай повредить какое-нибудь произведение искусства, при этом удобно держать дистанцию... Дистанция! Её надо сократить, но как? Столы в читальном зале уже сметены в сторону первым же воздушным заклинанием, между фабрикантом и книжными шкафами - пустое пространство. Впрочем, способ есть - наглый и самоуверенный, вполне в духе Призрака, Олаф такие приёмы никогда не любил, но обстоятельства порой вынуждают. Человек, который не в состоянии осознанно пренебречь своими надуманными и бесполезными принципами, если того требует ситуация - слабак. Бронзовому нельзя быть слабаком. Не сейчас. Преступник сбежит, а кунья морда наверняка от души поиздевается над Двенадцатым арканом за такой досадный промах, после чего удерёт, прихватив драгоценности госпожи Нэль-Амлас. Разумеется, удерёт. Так поступают все нечистые на руку люди. Что-то в глубине души подсказывает, что на этот раз охотник ошибается, но этого не может быть. Оставшись без присмотра союзника, Вито Луциано сделает ноги, как же иначе?
  
   Удерёт?
  
   Олаф активировал и не глядя метнул из-за шкафа артефакт-камень воздушного барьера. Заклинание сработает спустя две секунды. Этого времени хватит, чтобы выскочить из укрытия. Манёвр, такой безнадёжный с виду и такой безумный по сути...
  
   Рывок, прыжок, поворот и - под защиту округлого спасительного купола. Огненные дуги разбиваются о полупрозрачную завесу. Теперь - ещё прыжок, вверх. Высота воздушного заслона - больше двух метров, с такой физической подготовкой, как у наёмника, на него вполне реально вскочить с разбега. Ладонь цепляется за зыбкую верхушку. Забросить тело на узкую, шаткую линию, пригнуться, оттолкнуться, выхватить сабли... Вперёд!
  
   Климент Мабе, никак не ожидавший такого, едва успел извлечь из ножен клинки. Стандартный армейский палаш с характерной чёрно-белой обмоткой на рукояти и узкий кинжал, какие обычно прячут в трости.
  
   Да, Вито был прав, но непонятно, во всём ли. Предположим, фабрикант охотился за Росавой и своим пасынком; поняв, что раскрыт, попытался обезвредить жертв. Беспроигрышный вариант - запереть добычу в комнате с одним-единственным выходом, урезав чародейские силы и заблокировав их остатки, после чего пробиться внутрь и начать разговор с мощной магической атаки. Да вот добыча оказалась шустрая, смекалистая и не боящаяся рисковать... точнее, лишённая изрядной доли инстинкта самосохранения, свойственного человеку. То ли трус, то ли храбрец, то ли безумец - не разобрать, но его стараниями Олаф практически не отстал от преступника, очутившись на какие-то полшага позади. Эти полшага можно нагнать. Запросто. Уже начинает получаться - клинки мелькают с бешеной скоростью, франт пока не сдаётся, но и творить чары перестал. Он не в состоянии колдовать сейчас - ему попросту не хватает времени на то, чтобы скастовать хотя бы хиленькое заклинание!
  
   Они на равных, наёмник и его противник. Они на равных, но цель охотника - как можно дальше отвести Климента Мабе от заложника. Для этого придётся пятиться. Придётся допускать ошибки. Разворот никак не выходит, значит, шаг назад - словно прогнулся под натиском - блок, попытка контратаки, удар... не слишком удачный. Такова цена специально сбитого ритма. Кинжал рисует на руке алую полосу, палаш чиркает по бедру. Ничего. Раны неглубоки, за пять минут без перевязки он кровью не истечёт. Плохо только, что все исцеляющие артефакты истрачены на одну неудачно прогулявшуюся по карнизу кунью морду.
  
   Звон разбившегося воздушного колпака.
  
   - Бронзовый!
  
   Йохан, перекинув через плечо тощее тело, широкими прыжками мчится к дверям. Отлично! Одной заботой меньше. Если, конечно, очкарик не притворялся - мало ли. Фабрикант оглядывается через плечо - оглядывается нервно, почти панически! Всё верно, человек, связанный с ним заклинанием, больше не в его власти! Теперь - самое время атаковать всерьёз. Прекратить отступление! Перехватить рукояти поудобнее. Сабли пускаются в дикую пляску, звуки ударов сливаются в сплошной звон, ошарашенный франт надламывается, огрызается - хило. Защиты - всё меньше, у обеих сторон: палаша кое-как удаётся избегать, кинжал же раз за разом оставляет поверхностные, но неприятные порезы. А стальных близнецов утихомирить невозможно, клинки жаждут победы, и они вырвут её, не разменяв при этом и жизнь своего владельца!
  
   Выстрел.
  
   Танец металла обрывается. Климент Мабе, пошатнувшись, оборачивается к дверям; на его плече расплывается кровавое пятно. Йохан держит пистолет в вытянутой руке, тщательно целится - чтобы на этот раз не вскользь...
  
   Прокрутить саблю в ладони. Рукоятью - чётко в висок, аккуратно, чтобы не переборщить. Противник покачнулся, выронил кинжал, но палаш не отпустил. Второй удар - чуть посильнее предыдущего. Тут же - замах для следующего. Не понадобилось.
  
   Потерявший сознание маг рухнул на пол. Олаф, опустившись на колено, торопливо стянул запястья преступника его же брючным ремнём - ничего, штаны не свалятся, одежда на франте почти в облипку. Ноги пришлось связать фраком - неудобно, зато надёжно, такую ткань ни растянуть, ни порвать. Артефакт-камень под пряжкой пояса загорелся блёкло-оранжевым. Отлично, всё работает!
  
   - Что с заложником? - спросил наёмник, вытряхивая из кармана рулон бинта. Раны несерьёзные, но это не значит, что их можно игнорировать. И ему, и пленнику.
  
   - Оклемался, - Йохан кивком указал на силуэт, привалившийся плечом к дверному косяку. - Как договаривались, проверил с клятвенным камнем. Парень непричастен. Он не маг и никакого отношения к ритуалу не имеет.
  
   - Хорошо...
  
   - Ничего хорошего! - голос спасённого, неожиданно низкий, бьёт по барабанным перепонкам. Бронзовому отчего-то представлялось, что голос у заложника будет тонким, срывающимся на истерический фальцет, но реальность, как водится, предположений не слушала и никак не учитывала.
  
   - Ничего? - Олаф, игнорируя лёгкое головокружение, неторопливо поднялся на ноги. - Прямо-таки ничего? То, что вы целым и невредимым выбрались из серьёзной передряги, вас не устраивает?
  
   - Я потерял список книг! - возмутился парень.
  
   Телохранитель дёрнулся было вперёд, явно желая объяснить глупому гражданскому всю опасность ситуации - вероятно, без помощи слов - но наёмник придержал Йохана решительным взмахом руки:
  
   - Не надо. Послушайте, - он повернулся к очкарику, недовольно скрестившему руки на груди и нервно притоптывавшему ногой, - только что тут закончилась битва с магом, чья сила равняется как минимум второй ступени. Обычно после такой стычки от помещения ничего не остаётся. Вы всё ещё считаете, что вам не повезло?
  
   Тощий юноша сморщился, будто щедро глотнул концентрированного лимонного сока, и смущённо отвёл взгляд в сторону.
  
   - Вот что, - Олаф шевельнул плечом и осознал, что и дальше откладывать обработку повреждений не стоит. - Нельзя недооценивать магию. И степень угрозы - тоже. Возвращайтесь в свою комнату, молодой человек. И, прошу, не покидайте её, пока стальная буря не закончится. Это ради вашей же безопасности. Сейчас ваша задача - выжить, а не почитать интересные книжки.
  
   Парень хмыкнул, раздражённо зыркнул на бессознательного Климента Мабе и развернулся, собираясь уходить. Наёмник вздохнул и осторожно опустился на пол - слабость отчётливо дала ему понять, что силы нужно экономить. Он был уверен, что освобождённый заложник уже ушёл, но тут из коридора донеслось:
  
   - И запомните моё имя! Я - Дориан Эйвон, и я оч-чень не люблю, когда ко мне обращаются фамильярно!
  
   Дверь захлопнулась.
  
   - Угораздило же парня, - с лёгким оттенком сочувствия заметил Йохан. - Вышел прогуляться в самое неподходящее время - и на тебе, влип.
  
   - Да уж ...
  
   - Бронзовый, дай-ка помогу. Тебе руку зацепило.
  
   - Справлюсь, - буркнул Олаф, стягивая куртку. Придержав край бинта зубами, он всё же смог наложить повязку - не слишком аккуратно, но вполне надёжно. С бедром оказалось посложнее, пришлось надрезать ткань штанов и перевязать рану поверх одежды.
  
   - Ну как? - обеспокоенно спросил Йохан, глядя, как охотник не без труда поднимается и накидывает на плечи кожанку, не вдевая рук в рукава.
  
   - Сойдёт. - Помимо порезов, ныли ещё и рёбра: на входе в зал наёмника зацепило заклинанием взрыва. Скорее всего, не перелом, просто сильный ушиб. Расправив плечи, Бронзовый сделал глубокий вдох и плавно выдохнул, приноравливаясь к неприятным ощущениям чуть ниже сердца.
  
   - А с этим что? - телохранитель ткнул мысом сапога в бесчувственное тело Мабе-старшего.
  
   - Тащить. Либо на манер тюка, либо волоком, - пожал плечами наёмник. - Как тебе удобней.
  
  

***

  
   Дориан Эйвон притормозил у лестницы, решив на всякий случай проверить карманы. Он думал, что нёс перечень в руках, но вдруг ему повезло?
  
   Заветный листок, к огромной радости владельца, обнаружился в рукаве. Видимо, юноша, погрузившись в размышления, обмотал бумажку вокруг запястья на манер чертёжной шпаргалки.
  
   Отвлекшись, он не расслышал, как сзади к нему приблизились два человека.
  
   - Похоже, вы спаслись, - прохладный, строгий голос дамы в зелёном рассёк тишину подобно щелчку хлыста. Дориан, подскочив от неожиданности, выронил список. Листок ловко поймала рыжая девушка в балахоне - прижала коленом к стене.
  
   - Эм... Спасибо, - покрасневший парень принял помявшийся ещё сильнее перечень из тонких пальцев с косо срезанными ногтями, под которые забилась засохшая краска. - А что вы...
  
   - Мы пытаемся разобраться, что происходит, - женщина произнесла это настолько обыденным тоном, словно сообщала, что хочет заказать на обед или какие вещи отправились в стирку. - Я не люблю, когда мне что-то непонятно, и тем более не люблю, когда такие непонятные события затрагивают меня.
  
   - Ты пойдёшь с нами и поможешь! - бойко заявила рыжеволосая. - И расскажи, что с тобой сейчас случилось. Подробно расскажи, угу?
  
   - Ладно, - выдохнул Дориан. Что-то подсказывало ему - так просто его не отпустят. Его собственное любопытство, как назло, шевельнулось и подняло голову, почуяв приключения. Перспектива очутиться близко к эпицентру событий - как будто он только что не вырвался из этого самого эпицентра! - не прельщала, но раздражение, вызванное кратким, резким то ли предупреждением, то ли приказом наёмника, пересилило. Нет уж. Решать, что можно, а что нельзя выпускнику архитектурного факультета Дориану Эйвону, имеет право лишь Дориан Эйвон и никто более!
  
  

***

  
   - За время вашего отсутствия происшествий не было! - выпалил Карл, едва его напарник вслед за наёмником переступил порог номера.
  
   - Ого, - не удержался Олаф, озираясь. Комната стала почти в два раза шире; насчёт длины сказать что-либо было затруднительно, поскольку помещение разделял непрозрачный заклинательный барьер. За ним, по-видимому, оказались стул и письменный стол.
  
   - Это Вито сделал, - объяснила Росава, сидевшая на коврике и раскладывавшая на полу пасьянс. - Сказал, что для преступника было бы неплохо подготовить каморку, непроницаемую для магии, изолированную и с глушением звука.
  
   - Верное решение, - одобрил Бронзовый, не ожидавший такой сообразительности от союзника.
  
   - Да ты что? - голос Призрака прозвучал глухо и неразборчиво. Вор лежал в постели, уткнувшись лицом в подушку. На его рубашке вызывающе темнели успевшие засохнуть кровавые пятна, которые юноша то ли не смог, то ли не захотел убрать заклинанием. Жилет Вито почему-то был на Юреке; мальчишка, важно расхаживавший по номеру вплоть до возвращения бойцов, теперь скуксился и прижался к сидевшему на краю кровати профессору фон Шену. Глаза пацанёнка неотрывно смотрели на безвольное тело отчима, которое Йохан перекинул через плечо как мешок с картошкой.
  
   - Мага - за барьер, - коротко распорядился охотник. - Привязать к стулу, с ловушкой... Нет, лучше я сам, - добавил он, заметив недоумение на лице Карла. Действительно, едва ли телохранителям когда-либо приходилось заниматься допросом пленных.
  
   Памятуя про немаленькую физическую силу Климента Мабе и разведшколу, Олаф решил перестраховаться и прикрутил стул к тяжеленному даже на вид столу. Чтобы лишить фабриканта не только возможности, но и желания шевелиться лишний раз, наёмник смастерил хитроумную петлю, более сложную, чем обычная "удавка". Теперь при малейшем рывке верёвка не просто туже затянется вокруг шеи мага, а поддёрнет его голову - благо высота спинки стула позволяла.
  
   Оставив Карла сторожить пленника, Бронзовый вернулся в жилую часть комнаты, где за время его отсутствия стало гораздо шумнее.
  
   - Нет, ну ты представляешь? - кипятился раздосадованный Йохан. - Ты представляешь?! - громко повторил он, подскочив к охотнику.
  
   - Не представляю, - спокойно ответил Олаф. - Что?
  
   - Коньяк! - трагично выдохнул телохранитель и потряс перед лицом охотника пузатой фляжкой. - Отборнейший! Тут два с лишком стакана было, а он всё уговорил, пока мы с Мабе возились!
  
   - Да кто? - наёмник с трудом сдержал смех. Уж больно забавным выглядело подчёркнутое огорчение охранника.
  
   - Да напарник твой!
  
   Смеяться вмиг расхотелось. Подойдя к кровати, Бронзовый тряхнул за плечо каштановолосого проныру, которому, видимо, окончательно и бесповоротно отказало чувство ответственности:
  
   - Сдурел? Я же тебе комнату поручил!
  
   - Молодой человек, - мягко произнёс фон Шен, - остыньте. Это был единственный способ быстро восстановить его магические силы. Без них у нас не было бы ни допросной, ни усиленной защиты всего номера, даже простых сигналок. Я наблюдал за Луциано. Он не сделал в заклинаниях ни одной ошибки.
  
   - Но... - растерялся охотник, которого застало врасплох неожиданное заступничество профессора.
  
   - Поверьте, он в состоянии отвечать за себя, - старик погладил по голове Юрека, опасливо высунувшегося из-за его плеча. Мабе-младший сверлил барьер испуганным взором, точно в любую секунду ожидал появления своего отчима, злого как чёрт и непобедимого, словно божество.
  
   - Ну... ладно, - неловко пробормотал Олаф и наклонился над растрёпанной головой. - Эй, ты-то что скажешь?
  
   - Он был один? - пробубнила подушка.
  
   - Чего?
  
   - Климент Мабе был один? Без сообщника? - Вито повернул голову набок, вперившись взглядом в сапоги наёмника. Речь его была вялой и несвязной, лицо раскраснелось, но вишнёвые глаза смотрели более чем осмысленно.
  
   Бронзовый осторожно, стараясь не потревожить рану на бедре, опустился на пол.
  
   - Он захватил заложника. Парнишу-очкарика, Дориана Эйвона. Но тот оказался непричастен, Йохан проверил это клятвенным камнем. Мабе я допросить не успел. Мы сразу вступили в бой, он вовсю швырялся заклинаниями... в общем, я оглушил его, но в чувство пока не приводил. Сейчас займусь.
  
   - Допрос нужен, - Призрак прикрыл глаза, - но этого мало. Обыскать его комнату. Тщательно. И хотелось бы, чтобы на подхвате был кто-то, шарящий в магии лучше меня.
  
   - Я с радостью помогу, - учёный оправил смятую полу мантии. - Как видите, меня в ваше дело уже утянуло с головой. В таком случае я предпочёл бы принести пользу, а не сидеть на ваших шеях бесполезным грузом.
  
   - Спасибо, - искренне поблагодарил наёмник. - Вы и раньше, и теперь очень нас выручаете. Кунья морда, с допросом подсобишь?
  
   - Нет, - вяло отозвался Вито. - Этот изолирующий барьер... Я никогда его раньше не ставил. Меня научил профессор фон Шен, прямо перед твоим приходом. Схему я понял быстро, но заклинание...
  
   - Сложное? - подсказал Олаф, когда союзник запнулся.
  
   - Энергоёмкое и многоступенчатое, - поправил его вор. - Пять уровней. А я не восстановился как следует. Должен сконцентрироваться, иначе чары спадут. Как закончишь, я уменьшу площадь, чтобы в допросной остался один Мабе... старший, - добавил он слегка торопливо, когда Юрек шмыгнул носом. - Тогда будет попроще.
  
   - Ну... ладно, - охотник поднялся на ноги. - Что такое? - поинтересовался он у мальчика, ухватившегося за край кожаной куртки.
  
   - Что с ним будет? - спросил пацанёнок с необычной для ребёнка мрачностью в голосе.
  
   - Зависит от того, что твой отчим сделал, - Бронзовый решил, что стоит дать честный ответ. Юрек - сообразительный малый и наверняка почует фальшь в интонациях. - Скорее всего, я конвоирую его в ближайший город, где препоручу полиции. Расскажу им всё, что мы нарыли. После этого его ждёт суд. Если выяснится, что он действительно собирался использовать запрещённое заклинание, его казнят.
  
   - Ясно, - пробормотал Мабе-младший, с неохотой разжимая пальцы.
  
   - Расстроен?
  
   - Не знаю, - мальчишка пожал плечами и поплотней закутался в слишком длинный для него жилет вора. - Вроде бы нет. Даже рад, что он получит по заслугам. Но в то же время мне жаль... Ну... То есть... Мы ведь семья, так что мне нельзя радоваться...
  
   - Попытайся вспомнить, сколько счастливых моментов твоей жизни связано с Климентом Мабе. Потом пересчитай все неприятности, в которых так или иначе виновен он. Посмотри, чего вышло больше, и разобраться в своих чувствах будет проще, - посоветовал Олаф, положив широкую ладонь в кожаной перчатке на плечико пацанёнка. - Но не забывай, что твоя семья, твои родители и родственники - это не то, что ты волен выбирать сам. Поэтому они могут быть и плохими людьми. Такое иногда бывает. Твоей вины в этом нет. Вот если паршивцами оказались твои друзья - это уже повод задуматься.
  
   - Мне повезло с мамой, - робко улыбнулся Юрек. - Я уверен, что она всё поймёт и не будет меня ругать. Она в последнее время часто с ним ссорилась. Она мне поверит.
  
   - Вот и хорошо, - кивнул наёмник.
  
   - Моя помощь нужна? - Росава, закончившая с пасьянсом, собрала карты и потянулась так сильно, что спина захрустела.
  
   - Да, - ответил охотник. - Будьте добры, введите Карла в курс дела, когда он выйдет из допросной, и отправьте за ужином. Время позднее.
  
   - Хорошо, - леди Нэль-Амлас, поднявшись с пола, торопливо сунула колоду в руки фон Шену. Тот, заговорщически подмигнув девушке, таинственным полушёпотом поинтересовался у Юрека:
  
   - Молодой человек, а известна ли вам особая магия карт, для которой важна лишь ловкость рук?..
  
  

***

  
   Олаф терпеть не мог допросы. В преследовании преступника присутствовала ощутимая доля охотничьего азарта, сражение было своеобразным соревнованием - кто кого пересилит, кто окажется удачливей и проворней, кто более умелый боец. Здесь же вступала в игру психология, при этом сама игра, по сути, становилась односторонней: цель сильного - выведать как можно больше, цель слабого - сказать как можно меньше. Деду эта наука давалась куда проще, но здесь сказывалась его способность проявлять жестокость. Бронзовый не был сторонником подобных методов. Разумеется, он умел, сохраняя каменное выражение лица, потихоньку, час за часом, крайне болезненно приближать жизненный путь жертвы к печальному концу. Умел - но не любил.
  
   Наёмник сомневался, что у Климента Мабе есть слабые места. Семьёй, как выяснилось, он не дорожит. Фабрики? Вероятно, но едва ли человеку, обречённому на пожизненный тюремный срок или казнь, будет любопытно, что произойдёт с его имуществом - семейное дело так или иначе продолжат другие. Пытаться подкупить - бесполезно: франт сразу раскусит ложь, услышав о крупной сумме денег, а мелкие его не прельстят, с таким-то состоянием. Надавить на жалость тоже не выйдет. Значит, единственный вариант - попробовать сыграть на ненависти преступника к магии. Если хорошенько его разозлить, всё получится. Такие люди, как этот чёртов фабрикант, не придерживают коней, когда сталкиваются с препятствиями - наоборот, только пуще распаляются.
  
   Карл, помогавший с приготовлениями, покинул допросную неохотно, страстно желая и в то же время явно боясь увидеть, что будет твориться в полутёмном помещении, полностью изолированном барьерами от внешнего мира. Его интерес можно было понять, но охотник непреклонно указал телохранителю на выход. Беседа один на один - наилучший вариант, топчущийся поблизости посторонний человек ощутимо подпортит атмосферу.
  
   Мабе-старший всё ещё был без сознания. Голова его склонилась набок; от виска к подбородку протянулась полоска запекшейся крови. Взяв со стола заранее принесённый графин, Олаф плеснул немного в стоявшую рядом чашку, а остальную воду - холодную, щедро приправленную солью - безжалостно вылил на голову пленника.
  
   Климент дёрнулся, будто его стегнуло током, пробормотал что-то неразборчивое и громко вскрикнул от боли и неожиданности, когда вслед за холодным душем его окатило успевшим немного поостыть кипятком из второго графина, с обмотанной полотенцем ручкой.
  
   - Очнулся, - с мрачным удовлетворением произнёс Бронзовый, без труда выдержав полный ненависти взгляд мага. - Отлично. Побеседуем.
  
   - Я не намерен беседовать с вами о чём бы то ни было, - процедил франт и поморщился от боли. Рассечённый висок снова закровоточил, но несильно, перевязка ждала.
  
   - Это был не вопрос, - сухо сказал Олаф, нарочито неспешным движением извлекая из ножен стилет.
  
   - Думаете, заставите меня...
  
   - Разумеется, - кивнул наёмник. - Это дело времени, а время у нас есть. Обрати внимание на окруживший нас барьер. Сквозь него никто не увидит, что происходит внутри, никто не услышит твоих криков, не подаст какой бы то ни было сигнал. Уйти отсюда ты не сможешь - заклинание не пропустит. Кроме того, я - не единственный здесь специалист по допросам. Когда устану, меня сменит другой человек и твои мучения продолжатся. Так стоит ли тянуть резину?
  
   Пленник молчал, тяжело дыша сквозь сжатые зубы и сверля охотника злобным взглядом.
  
   - Я начну с ногтей, - монотонно, безэмоционально заговорил юноша, покачивая клинок на ребре ладони. - У меня нет специальных инструментов, так что придётся не выдёргивать, а снимать. Разберусь с руками, потом - с ногами. Затем перейду к пальцам - они у тебя длинные, тонкие, как у пианиста. Хорошие. Это прекрасно - легко достать до кости. Рассечь вдоль и медленно, по одному, отсекать ножом фалангу за фалангой. После этого опробую стилет на твоих рёбрах. Буду срезать кожу полосами, потихоньку, пощекочу тебе косточки. Далее - лицо. Большинство полагает, что глазами следует заниматься в первую очередь. Я так не считаю. С носом и зубами тоже можно сделать много чего интересного. А ещё ушные раковины... У меня есть замораживающий артефакт, так что смерть от потери крови тебе не грозит. Ты, как я погляжу, крепкий, за собой следишь. Это хорошо. За сутки не помрёшь, хотя останешься калекой. Весьма печальная участь для человека, который на дух не переносил магию и при этом сам так зависел от волшебства. Подумать только, сколько же лицемерия...
  
   - У меня не было выбора! - Мабе-старший дёрнулся и захрипел от боли в заломленных за спину руках. Петля затянулась туже, ощутимо впившись в шею.
  
   - Да, совсем забыл предупредить, - Бронзовый сместил один из узлов на верёвке, вновь ослабляя удавку, - тебе лучше не шевелиться. Иначе допрос окончится преждевременно и неприятно. Итак. У меня всего четыре вопроса. Первый: для чего ты затеял ритуал Очищения сущности? Второй: имена твоих сообщников. Третий: зачем ты скрываешь свой магический дар, маскируя его этой смешной ненавистью? И четвёртый: почему ты пытался убить своего сына, пусть и неродного? Я не верю, что из-за одной лишь магии.
  
   - Разумеется, из-за магии! - сипло выдохнул фабрикант. - Из-за чего же...
  
   - Ложь, - припечатал Олаф. - Будь это правдой, ты никогда не женился бы на женщине-чародейке. Ты догадывался, что её ребёнок, потомок знатного рода, будет обладать магическими способностями. Ты не выглядишь глупцом, как ни пытаешься - актёр из тебя паршивый. Так что не томи, признавайся. Рассказывай, как всё было на самом деле.
  
   Франт молчал, и наёмник, наклонившись над выглядывавшей из-под многослойных пут изящной дланью, не привыкшей к тяжёлой работе, чиркнул стилетом вдоль ногтя мизинца - аккуратно, но глубоко. Мабе-старший не сдержался - охнул. Лезвие вспороло кожу, обводя ноготь, и пленник заскулил от боли.
  
   - Я надеялся услышать не стоны, а ответы на мои вопросы, - заметил Бронзовый, потихоньку загоняя стилет под край ногтевой пластинки. Пальцы франта пришлось сжать до хруста, зафиксировав, чтобы не ошибиться с разрезом. - Ручки-то холёные. Не жалко? А я ведь только начал, дальше будет гораздо хуже... Ну так что?
  
   - Завещание, - срывающимся голосом проговорил Климент. - Это из-за него. Завещание моего отца... Он подозревал, что у него есть бастарды. Моя мать была красива и легкомысленна... В крови его детей магии неоткуда было взяться, пришлось скрывать...
  
   - Так что с завещанием? - грубовато спросил охотник, похлопав клинком по кровоточившему пальцу.
  
   - "Крылья Мабе" не может унаследовать маг. Или тот, у кого дети - маги... Он не учёл приёмышей...
  
   - Тогда зачем ты женился на потомке Первомагов?
  
   - Увеличить производство, - объяснил фабрикант. - За счёт её денег и магии. Я был на грани. Смены правления избежали, но этот суд... Если узнают, что мой пасынок - волшебник, моё предприятие получит младший брат, а долги всё равно стребуют с меня... Это недопустимо, я никому не позволю присвоить то, во что вложил всего себя!
  
   - Оно и видно, - с деланной задумчивостью произнёс Олаф. - Для других людей у тебя сердца не осталось.
  
   - Вы не понимаете!..
  
   - Понимаю. Деньги и всё такое... Не ты первый, не ты последний. Кто научил тебя магии?
  
   - Человек из охраны моего отца... Бывший убийца... Мне приходилось помогать ему с его... его...
  
   - Дополнительными заработками? - наёмник с трудом сдержал отвращение. Прошлое Климента Мабе, неохотно выбиравшееся наружу рваными, ломаными фразами, вызывало омерзение. Людей, ставивших деньги превыше прочего, Бронзовый презирал и не скрывал этого.
  
   Может, поэтому он и поверил Призраку Вито? Ведь легендарный вор, срывавший один крупный куш за другим, не поддавался шелесту ассигнаций и блеску золота. Для него это было развлечением, но не целью. Дороже всего кунья морда ценил то же, что и Олаф. То, что, однажды потерянное, никогда не вернётся назад - хрупкий огонёк человеческой жизни.
  
   - Д-да... - в горле франта неприятно булькнуло. - Это очернило мою магию. Наставник мёртв, а я близок к грани... Я не могу всё потерять... Не могу!
  
   Нет, была не только гадливость. Охотник сильнее сжал кисть фабриканта и провёл стилетом, замкнув дугу и поддев ноготь сбоку.
  
   - Я же всё рассказал! - закричал пленник. Скорее возмущённо, чем испуганно. - Не надо...
  
   - Рассказал, - согласился Бронзовый, - но правду ли?
  
   - Правду... Клянусь, чистую правду...
  
   Правду, значит. Олаф, выпрямившись, потянулся за чашкой. Струйки солоноватой воды потекли по лицу мага. Тот зажмурился и приоткрыл рот, пытаясь слизнуть языком хоть каплю влаги.
  
   - Так и быть, - наёмник убрал стилет в закреплённые на предплечье ножны, - я милосердно предоставлю тебе время на размышления. Возможно, когда я вернусь, ты поведаешь мне что-то другое.
  
   Фабрикант не ответил.
  
  

***

  
   - Как прошло? - спросил Йохан, покосившись на перемазанные кровью ладони Бронзового. Дверца ванной находилась в открытой части номера, и охотник не успел сполоснуть руки.
  
   - Да как сказать, - вздохнул Олаф. - Он много чего наболтал, но...
  
   - Но? - Карл, подойдя к напарнику, принял ту же позу, что и старший телохранитель: скрестил руки на груди и выдвинул вперёд правую ногу. Смотрелось это настолько комично, что наёмник ожидал услышать смех и немного удивился, когда веселья не последовало. Погружённому в размышления профессору фон Шену явно было не до шуток, Юрек сидел рядом с ним с решительным, жёстким выражением на усталом лице. Лишь тасовавшая карты леди Нэль-Амлас отметила забавное сходство своих защитников - уголки губ красноречиво дёрнулись.
  
   - Он слишком быстро раскололся и слишком охотно говорил, - объяснил Бронзовый. - Подождите, скоро вернусь.
  
   Вода, шедшая из-под крана, была приятно прохладной. Кровь под ногтями до конца вычистить не удалось, но юношу это не смутило - впереди маячила перспектива более жёсткого допроса. Вторую беседу, вероятнее всего, придётся провести сразу после обыска. Ключ от комнаты Мабе-старшего лежал во внутреннем нагрудном кармане куртки, слабо прощупываясь под тощей стопкой ассигнаций. Хотя время было раннее - самое начало вечера - наёмник чувствовал себя вымотанным: сказывались паршивый сон и кровопотеря. Ничего, на отдых время будет, перед этим - дело...
  
   "Перед этим - ужин", - мысленно поправил себя Олаф, вернувшись в комнату. Вито времени зря не терял - как и обещал ранее, уменьшил допросную, сжав до размера кладовки. На полу теперь стояли огромные блюда с заблаговременно разрезанными продолговатыми пирогами, стопка глубоких тарелок и белоснежная супница с розово-зелёным цветочным узором вдоль края. Росава как раз вытаскивала из короба ложки, завёрнутые в накрахмаленные салфетки. Поднос с чайником и чашками примостился на краю кровати, в ногах у Призрака. Вор, по-прежнему лежавший неподвижно, накрылся пледом с головой; видимо, он в очередной раз собирался проигнорировать приём пищи. А потом кунья морда опять начнёт жаловаться, что его не кормят... Наверняка! Охотник тряхнул союзника за плечо. Тот, высунувшись из-под пледа, смерил наёмника обиженным взглядом и ещё сильнее закутался в мягкую, плотную ткань, свернувшись калачиком.
  
   - Хочешь снова пропустить трапезу? - Бронзовый ткнул клетчатый ком кулаком. Наугад - под пледом было не разобрать, что и где; похоже, попал под рёбра. Тело дёрнулось, то ли от боли, то ли от неожиданности - скорее всего, и от того, и от другого.
  
   - Не-е-е, - донеслось в ответ невнятное мычание.
  
   - Тогда вылезай! Чёрт возьми, ты не маленький ребёнок, чтобы тебя опекали!
  
   - Я поужинаю позже, - ком зашевелился, зашуршал и неуклюже перевалился на дальний край кровати. Высунувшаяся наружу рука похлопала по простыням, нашарила подушку и, вцепившись в добычу, поволокла под плед. Из-под красно-белой тёплой ткани остался торчать уголок белоснежной наволочки.
  
   Олафа так и подмывало напомнить куньей морде, что и постель, и подушка, нагло им присвоенные, временно принадлежат хозяину номера, то бишь Бронзовому. Но затевать пустой спор не хотелось, и охотник, усевшись на пол, потянулся за аппетитно благоухавшим мясным пирогом. Ужин не успел остыть и, вероятно, был неплох, но юноше, механически жевавшему свёрток тонкого теста с островатой начинкой внутри, чудился запах крови, капавшей на пол с израненных пальцев Климента Мабе. Жаль, что барьер не пропускает и запахи. Было бы полезно подразнить пленника ароматом свежей выпечки и тем самым отбить у него изрядную часть самоуверенности.
  
   Остальные присутствовавшие, в отличие от Олафа, заметно приободрились, предвкушая сытную трапезу.
  
   - Кому супа? - Йохан, склонившийся над кастрюлей, воинственно взмахнул половником.
  
   - Мне супа! - бойко отозвался фон Шен, подражая интонации телохранителя. Юрек отрицательно мотнул головой и взял кусок яблочного пирога.
  
   - Мне сщас надо бут, - прочавкал Карл, почти разделавшийся с первой тарелкой.
  
   - Чай! - торжественно возвестила Росава и звонко рассмеялась. Грохнула о поднос чайником, едва не опрокинув наполненную до краёв чашку. Неуклюже, несвязно, будто была не в себе, будто опьянела...
  
   Они все пьяны - пьяны этой победой, такой лёгкой с виду, пьяны чувством безопасности. Они радуются, что всё благополучно закончилось, упуская из виду, что это вовсе не так. Напротив - всё только начинается. Так говорит чутьё, и ему стоит верить, а несвязный рассказ пленника только подтверждает это. У Мабе-старшего, скорее всего, есть сообщник. Но кто? Обыск прояснит это быстрее пыток.
  
   Вот-вот грянет буря, и пострашнее той, что бушует за стенами дворца.
  
   Профессор фон Шен, довольно улыбаясь, повернулся к наёмнику. Монокль тускло блеснул в свете лампочки. Когда старик его нацепил? Когда застегнул и оправил мантию, когда закрепил магический жезл с артефакт-камнем на искусственной ноге, чтобы быстро выхватить оружие, случись что? Взгляд учёного, в противовес расслабленному выражению лица, был тяжёл и сосредоточен. Что ж, хоть один человек сообразил - угроза не миновала.
  
   Один? Или двое? Бронзовый оглянулся. Призрак всё так же лежал на кровати в позе эмбриона, полностью замотавшись в плед. Просто отдыхает? Или накапливает магические силы? Спросить бы. Взять и спросить - нормальным, обычным тоном, как бы невзначай. Поинтересоваться: "Ты тоже считаешь, что нужно быть настороже?" Взять и спросить - чего уж проще. Но что тогда? Исчезнет это весёлое оживление? Исчезнет, конечно, но суть не в этом. Один-единственный вопрос - и Вито Луциано, которого долг требует схватить и передать в руки закона, окончательно перестанет быть Олафу врагом. Он сделается... другом? Нет. Ни в коем случае. Этого нельзя допустить! Главное правило при общении с преступником - сохранять дистанцию. Позволишь себе пересечь черту, отделяющую разумный подход от сердца - больше не сможешь зваться наёмником и вести себя так, как положено человеку твоей профессии.
  
   Охотник отвернулся, закусив щёку, и забрал с блюда последний кусок мясного пирога. Он не проронил ни слова, размешивая в чае кусочек сахара, допивая чашку, проверяя клинки и револьверы, чувствуя, как одиночество затягивает вокруг его шеи тонкую стальную леску. Интересно, его союзник ощущает то же самое? Что же всё-таки творится в голове у Вито Луциано?
  
   - Итак, друзья мои, - вздохнул учёный, неторопливо поднимаясь и придерживаясь за поясницу, - любую работу надо выполнять в своё время. Полагаю, нам пора нанести визит в комнату негостеприимного хозяина?
  
   - Да, - согласился Бронзовый. - Какой там у него номер?
  
   - Двадцатый.
  
   Когда Вито успел выпутаться из пледа? Сидит, поджав под себя ногу. Лицо бледное и какое-то напряжённое, глаза потемнели. Словно куница, изготовившаяся к прыжку, но не знающая, когда придёт время сорваться с места.
  
   - Что-то случилось? - вздрогнул наёмник.
  
   - Нет, - качнул головой Призрак. - Пока нет. Но вам лучше поспешить. Не в ущерб тщательности, но...
  
   - Опять нагадал что-то? - встревожился Олаф.
  
   - Издеваешься? - прыснул вор. - По-твоему, мне сейчас хватит сил на таро - с двумя-то барьерами?
  
   - Йохан, Карл, оставайтесь здесь, - тоном, не терпящим возражений, велел наёмник. - У кого переговорник?
  
   - У меня, - Росава пальцем приподняла клипсу, висевшую на мочке уха рядом с золотистым колечком.
  
   - Отлично... Пойдёмте, профессор фон Шен!
  
   "Расспросить бы его поподробней, да, похоже, некогда," - с сожалением подумал охотник. Ничего, едва ли обыск будет долгим. Если что - попросту свалить все подозрительные вещи в какой-нибудь мешок и разобрать их после возвращения. Да и помощь учёного обещала изрядно облегчить работу. А потом, когда Бронзовый закончит все дела, они поговорят. Непременно сядут, нальют себе чего-нибудь и поговорят, наконец, нормально. По-человечески.
  
  

***

  
   Когда за стариком и Двенадцатым захлопнулась дверь, Призрак незаметно вытащил из-под подушки иссиня-чёрную карту. Тринадцатый аркан таро, "Смерть", лёг в колоду, попутно зацепив кувыркнувшееся "Колесо Фортуны". Вор еле успел поймать золотисто-синюю карту и торопливо сунул её в мешочек вместе с остальными.
  
  

***

  
   - Номер на втором этаже, - Олаф был не прочь идти побыстрее, но учёный не поспевал за слишком стремительным шагом наёмника. Приходилось терпеливо ступать со ступеньки на ступеньку, не перепрыгивая ни одной, сдерживаться, не лететь вниз выпущенным из пращи камнем, азартным гончим псом. А ещё - слушать, что говорит фон Шен.
  
   - Я вижу, к чему вы клоните, - профессор, вымотанный событиями длинного дня, тяжело опирался на перила, и Бронзовый всерьёз начинал опасаться, что не сумеет защитить медлительного дедка, случись вдруг нападение. - Покои графа Нэля, в которых сперва остановилась юная госпожа, расположены по соседству, не так ли? Да, соглашусь с вами. Климент Мабе мог подкинуть ей голову ворона по пути в обеденный зал.
  
   - Я пришёл последним, поэтому не в курсе. Но вы, вероятно, знаете. Скажите, мальчонка и отчим явились на ужин одновременно? Или порознь? Я как-то не уточнил этот момент.
  
   - Что ж, - фон Шен нахмурил брови, морщины на высоком лбу стали заметнее, - я был одним из первых и какое-то время наблюдал за другими постояльцами. Скука и любопытство - дурное сочетание, очень дурное... Да, припоминаю, что Юрек Мабе опередил Климента на пять или шесть минут. При этом он нёс трость и цилиндр своего отца. Мне уже тогда это показалось странным, но у каждого человека есть свои чудны?е привычки, поэтому я решил не заострять на этом внимание.
  
   - Вот как. Благодарю, - Олаф на миг высунулся в коридор, проверяя дорогу. Никого не было, артефакт-следилка ни на что не реагировал, и юноша посторонился, вежливо пропуская профессора вперёд. - А вот куда он дел голову после...
  
   - Мальчик сказал мне, что уколол руку перед ужином. Таким образом, первым метку получил он, второй - юная госпожа. Во время ритуала понадобятся булавки и лезвия, омытые в крови жертвенного ворона - все или хотя бы часть. С другой стороны, сильный маг способен обойтись и без этого, добавив одно весьма занятное и запутанное, но незатратное заклинание.
  
   - Но с булавками ему было бы проще?
  
   - Да, существенно, - подтвердил старик. - И с кровью ворона, и с его головой, но мало кто держит их целых три дня в непосредственной близости от себя. Разве что зимой, подвесив за окном... Был в моей молодости один такой случай. К счастью, мага быстро нашли - как раз благодаря тому, что он хотел сохранить все нужные для обряда элементы.
  
   - Что с ним стало? - поинтересовался Бронзовый.
  
   - Казнили на месте, - учёный печально развёл руками. - А жаль. Светлый был ум.
  
   - И тёмные помыслы?
  
   - О да, - согласился фон Шен. - И не только помыслы, но и дела. Из-за этого и возникла необходимость в ритуале. Чем глубже очерняется магия, тем меньше в ней подвижности. Зато ощутимо увеличивается сила, что и подкупает.
  
   - То есть после ритуала магическое тело осветляется, но...
  
   - Да, - с необычайной серьёзностью ответил профессор. - Мощь остаётся, гибкость возвращается. Несколько веков назад технику ритуала Очищения сущности предложили передавать строго наследникам древних родов. Тогда главы кланов продлят срок своей службы короне, выполняя свои обязанности - весомый аргумент для тех времён. К счастью, спустя несколько поколений обряд всё же был запрещён. Правительство пошло на этот шаг, испугавшись волны протестов побочных семей. Они, несчастные, постоянно боялись за себя и свою родню, особенно детей, ведь какой-нибудь высокопоставленный родственник мог потребовать от них принести в жертву кого-то из близких.
  
   - Одного человека?
  
   - Не всегда, - прищурился старик. - Иногда и двоих, и троих. Иные волшебники порой забирали и дюжину. Но здесь есть риск. Если жертва окажется слишком маленькой, магическое тело попросту не очистится до конца. Если же на стороне жертв будет существенный перевес, самые сильные спасутся, а заклинатель погибнет. Наш противник взял двоих, и это немного странно.
  
   - Почему? - удивился Олаф, остановившись возле двери с медной табличкой "20".
  
   - Отчим не мог не знать о силе сына. Судя по тому, с какими ранениями вы вернулись, Климент Мабе хорош в бою, но...
  
   - Ему хватило бы одной жертвы?
  
   - Нет, - поправил наёмника профессор. - Ему хватило бы мальчика.
  
   - Тем не менее, он решил заполучить ещё одного непробуждённого.
  
   - И девушка прибежала в зал с криками о помощи, - напомнил старик.
  
   - Как будто он планировал привлечь всеобщее внимание к ней, чтобы пацанёнка никто не заметил. - Бронзовый сжал ключ с такой силой, что тот слегка погнулся. - Вот сволочь...
  
   - У вас на удивление внимательный и везучий напарник, - одобрительно улыбнулся фон Шен. - Не столкнись он с семейством Мабе и не вмешайся, мы бы уже проиграли.
  
   - Вы правы, - признал притихший охотник и вставил ключ в замок.
  
   Да. Всё верно. Цель - не защитить леди Нэль-Амлас. Цель - поймать гадину, вздумавшую использовать других людей ради своей тёмной цели. Наёмник чувствовал это с самого начала, поэтому и рвался на поиски мага. Но план не сработал, и Вито предложил другой, а потом привёл вторую жертву и взял мальчишку под защиту. Схожие намерения - выручить тех, кто в опасности, но совершенно иной способ это сделать, куда более сложный, замороченный и опасный.
  
   Ключ повернулся несколько туго - Олаф немного повредил его. За дверью царила тьма, ближе к порогу разбавленная лившимся из коридора светом. Бронзовый нашарил шнур выключателя, дёрнул его, прикрыл ладонью глаза - загоревшиеся огни оказались нестерпимо яркими - и присвистнул, не скрывая изумления:
  
   - Ничего себе хоромы!
  
   - Да, - сдержанно согласился профессор. - Впечатляет.
  
   Помещение, в котором очутились охотник и учёный, размерами не уступало комнате Олафа. Всё бы ничего, но это была всего лишь приёмная - за широкими двустворчатыми дверьми виднелся огромный зал. Пушистый шерстяной ковёр, явно сотканный вручную, мягко пружинил под ногами, заглушая шаги. Панели красного дерева, украшенные тончайшей резьбой, дорогая и роскошная замена обоев, восхищали, но их оттенок создавал зловещее впечатление. Лепнина на высоком потолке, крест-накрест - две линии хрустальных плафонов. Бронзовый прикинул силу удара, который такой светильник при падении обрушит на чью-нибудь невезучую голову, и невольно поморщился.
  
   Гостиная была выдержана в тех же тонах, что и предыдущее помещение. В люстре юноша насчитал целых шесть лампочек. Вся мебель была выполнена из дерева, гаммой схожего с настенными панелями, но куда более светлого оттенка. Обивка дивана и кресел поражала белизной; охотник с невольной усмешкой подумал, что скрыть на ней пятна крови было бы крайне сложно. Многослойные, плотные шторы практически полностью сводили вой стальной бури на нет.
  
   Спальня оказалась заметно меньше гостиной, но в ней хватило места на огромную кровать с балдахином. Кабинет удивил неожиданной скромностью; наёмник был почти на сто процентов уверен, что в широком нижнем ящике стола находится встроенный сейф. Изрядную часть ванной занял мраморный бассейн не слишком большой, но достаточной для плавания глубины; полупрозрачная стеклянная перегородка отделяла мелкую его часть. Полотенец на сушилке висело столько, будто отчим Юрека наворовал их из всех номеров средней руки.
  
   - С чего планируете начать? - поинтересовался учёный, разглядывая синий с белым узором халат из тёплой, но лёгкой ткани. Бронзовый вздрогнул и вынудил себя оторваться от рассматривания мозаики, где из густого переплетения водорослей на зрителя лукаво поглядывала грудастая русалка. Почему-то наёмнику очень не хотелось, чтобы эту картину увидел Призрак - кунья морда наверняка не промедлит с придумыванием очередной обидной подколки для Двенадцатого аркана.
  
   - Хм... С кабинета, пожалуй.
  
   - Какая от меня требуется помощь? - старик с готовностью засучил рукава мантии и крест-накрест закрепил их галстуком. Охотнику вспомнилось, что женщины в горных деревнях схожим образом фиксируют свои широкие одежды во время домашних и садово-огородных работ.
  
   - Поставьте артефакты на случай, если содержимое какого-нибудь ящика или шкафа опасно для нас. Больше ничего не нужно.
  
   - Молодой человек, - в голосе фон Шена прозвучала укоризна, - я, конечно, старше вас, но я не ветхий старик. Я не развалюсь, если мне придётся наклониться или поднять стопку книг.
  
   - Тогда, - предложил наёмник, ощутив, что у него горят уши, - проверяйте бумаги. Я плохо представляю, что надо искать, в отличие от вас. И я буду спрашивать у вас совета, если найду что-то необычное.
  
   - Так-то лучше, - одобрительно кивнул учёный. - Что ж, за дело!
  
  

***

  
   "Тупоголовый Бронзовый опять не понял. А я не сказал".
  
   Призрак перевернулся с живота на спину и поплотней закутался в плед. Рана всё ещё саднила, но совсем слабо - как почти заживший порез, который с самого начала не был глубоким. Тем не менее, сейчас травмы служили прекрасным оправданием лежания в постели. Никто не пристаёт, никто ни о чём не спрашивает и не просит что-либо сделать. Все и так довольны воздвигнутыми барьерами и пленением мага... Мага ли?
  
   Про обряд, временно передающий магические силы волшебника обычному человеку, Вито когда-то слышал от наставника. До сегодняшнего дня он сомневался в существовании такого ритуала. До сегодняшнего дня.
  
   Климент Мабе ненавидит всё, что связано с чародейством. Климент Мабе швырялся в Двенадцатого заклинаниями? Просто "швырялся"? Маг второй ступени? Специалист по обрядам? Пусть и занятый ритуалом Очищения сущности, но всё же, всё же. Или наёмник оказался настолько сильным противником, что франт, вымотанный подготовкой к сложному чародейству, даже не попытался составить более продуманный план?
  
   Сумеет ли тупоголовый Бронзовый провести обыск как подобает? Всё-таки детальное исследование помещения - это работа для вора, а не для охотника за головами. Профессор фон Шен поможет разобраться в магических аспектах, но вряд ли заметит заклинание-ловушку или потайную лазейку.
  
   Олаф без тени сомнения взял осмотр комнаты предполагаемого преступника на себя, ни на секунду не усомнившись, что лучше всех годится для этой работы. Надо было возразить ему и напомнить о себе. Сказать, что рана несущественна и не стеснит движений. Что голова ни капельки не кружится. Что барьер не ослабнет, если заклинатель покинет его пределы - это, кстати, правда. Надо было, но...
  
   Перед мысленным взором возник аркан "Смерть", выпавший Двенадцатому четыре раза подряд. Двенадцатый есть Двенадцатый. Тринадцатый номер ему не подойдёт. Незачем прибавлять эту единичку Мага. Маг прибавится другому магу. Или... Призраку.
  
   Где-то в глубине души вора трепыхалась живая, горящая ярким пламенем уверенность, что он выкрутится. Сколько в его жизни было опасных ситуаций? Много - не сосчитать. Нужно всего лишь извернуться в очередной раз. Вот и всё. Никаких сверхъестественных усилий.
  
   Проблема заключалась в том, что на остальных людей, присутствовавших в комнате, Вито так и не решился сделать полный расклад. Только убедился, что им не грозит смерть, если Олаф покинет номер. А вот если его на обыске заменит кто-нибудь другой - грозит.
  
   Выходит, Бронзовый просто-напросто должен побыстрее закончить и вернуться. Всего-то...
  
   Что ещё предпринять, чтобы отвести удар? Как определить без помощи артефакт-камня, действительно ли человек является магом? Парень рывком сел на кровати, скрестив ноги и сплетя пальцы в замок.
  
   С Юреком это получилось бы благодаря взаимосвязи, созданной Инициацией. А с его отчимом? Кровной связи между ними нет, но она и ни к чему, эта кровная связь! Если попытаться забрать у человека то, чего у него нет, это будет видно, не так ли? Дар придётся очень кстати. Профессор фон Шен не предложил союзнику воспользоваться такой возможностью, поскольку не знал о её существовании.
  
   Мысли вора пустились в пляс - в бесконечный неровный танец по кругу, стремительно обретающий ритм и чёткость. Вито силился вспомнить то странное, зыбкое ощущение, которое испытал, вытягивая из Мабе-младшего излишки магии. Чувство ускользало, не поддаваясь ни воспроизведению, ни вербальному описанию, ни стройным математическим расчётам. Но что-то всё же было в нём. Что-то было...
  
   - Вы в порядке? Луциано!
  
   Кажется, его окликали не в первый раз. На плечо легла чужая рука - крепкая, накачанная, в чёрно-лиловой перчатке. В глазах Йохана читалась неприкрытая тревога.
  
   - Вы плохо выглядите. Что-то заметили? - это уже Росава. Сидит с другой стороны, наклонившись почти к самому лицу Призрака. Она на удивление проницательна, эта девушка. Как же некстати!
  
   - Всё нормально, - вор слабо улыбнулся, ощущая, как бешено колотится сердце. Не так бешено, как во время смертельно опасной прогулки по карнизу, но юношу всё же потряхивало. Он дёрнул плечом, сбрасывая широкую ладонь телохранителя, и подавил желание немедленно достать таро, чтобы сделать детальный расклад. Карты и так подтвердили, что что-то тут нечисто, да и Олаф будто бы сомневался, когда уходил. Сейчас настало время действовать, и парень, игнорируя не до конца прошедшую слабость, зашевелился.
  
   Почему-то ему было как никогда страшно.
  
   Шелковистый с виду коврик оказался неожиданно жёстким и шершавым, а вот паркетный пол приятно холодил стопы. Похоже, мозоли всё-таки лопнули, но успели подзажить; тем не менее, влезать в сапоги всё равно было больновато.
  
   - Куда вы собрались? - младший охранник на удивление точно копирует неодобрительный тон старшего. Какая прелесть.
  
   - Недалеко, - словно бы со стороны услышал Вито свой спокойный, безэмоциональный, слегка надтреснутый голос. - Нужно кое-что проверить.
  
   Так, теперь - залатать, наконец, прорехи в сюртуке. Аккуратно, пусть не слишком качественно, лишь бы костюм выглядел более-менее прилично. Не появляться же перед Климентом Мабе в дырявой одежде! А вот барьер придётся расширить - опять. Вдвоём туда никак не поместиться. К тому же, за происходящим наверняка захочет понаблюдать ещё пара, четвёрка, а то и поболе любопытных глаз.
  
  

***

  
   - Сколько же барахла он с собой приволок?! - не выдержал Олаф, свалив очередную стопку бумаг на табурет перед профессором фон Шеном.
  
   - Он весьма тщательно готовится к суду, - старик, удобно устроившийся в кресле, торопливо изучал содержимое ярко-красной папки. Он не пропускал ни одного листка, при этом тратил на каждую страницу порядка пяти-шести секунд. Бронзовый был чертовски рад, что учёный предложил свою помощь - в одиночку наёмник провозился бы со всей этой макулатурой гораздо дольше.
  
   Прочтённые материалы отправились на стул с высокой резной спинкой. Охотник лёг на пол, протиснулся в узковатый для него зазор между ящиками и раздражающе пушистым ковром, запустил "светлячок". Камень, вставленный в позолоченную оправу, был менее удобен, чем гогглы Вито - такие вещи обычно не приспособлены для серьёзной работы. Впрочем, у них обоих нет выбора - и у Бронзового, который проводил обыск всего пару-тройку раз за всю свою жизнь, и у артефакта, нашедшегося в запасниках профессора.
  
   Было бы проще отправить сюда Призрака. Было бы проще, но...
  
   Олаф, вздохнув, немного выдвинул нижний ящик и внимательно осмотрел образовавшийся зазор.
  
   Проще бы не было. Пора, наконец, перестать поддаваться влиянию остальных и признать простую, незамысловатую истину: к вору доверия нет. Как бы кунья морда не лез вон из своей пушистой шкурки, на него нельзя полагаться, потому что он - вор. И не суть, что Вито Луциано сделал и с чем помог - это ни на что не влияет. В глазах наёмника, по крайней мере. Призрак - вор, преступник. Это всё. И какая, какая, к чертям, разница...
  
   О боги! Дед бы не мучился сомнениями. Скрутил бы добычу и затолкал в какой-нибудь чулан, предварительно от души напоив снотворным. Потом нашёл бы мага, допросив всех, кто есть во дворце, и обшарив все помещения. Бронзовый не мог заставить себя так поступить. Во-первых, не хочется грубо врываться в жизнь ни в чём не повинных людей. Во-вторых, для него важно, чтобы обошлось без жертв и раненых. В-третьих...
  
   Бесполезно перечислять. Такие жестокие методы давно устарели. Сейчас они не только не спасут, но и добавят хлопот при дальнейшем разбирательстве с законом. Да и клиентам это не понравится.
  
   За вторым ящиком тоже ничего не обнаружилось. Охотник отодвинул третий, верхний, с трудом просунул руку и нащупал под столешницей тонкую леску. Камень, опознававший другие артефакты, не среагировал, и Олаф, кое-как дотянувшись второй рукой до рукава, извлёк стилет. Лезвие полоснуло практически вслепую. Раздался шелест; на лицо юноши острым углом вниз спикировал сложенный треугольником листочек, чудом не угодив в глаз.
  
   - Что-то нашли? - меланхолично поинтересовался фон Шен, услышав краткую, но меткую бранную тираду.
  
   - Вроде да, - пропыхтел наёмник, выползая из-под стола.
  
   Бумага была не из дешёвых - плотная, гладкая, белоснежная. Материал такого качества далеко не всякому по карману. То, что треугольник спрятали за ящиками, подвесив на леске, говорило само за себя. Можно предположить, что это - важный документ, но тогда лист убрали бы в сейф и не стали бы так сильно мять.
  
   Бронзовый бережно, опасаясь порвать истончившиеся заломы, развернул треугольничек.
  
   На пол скатилась испачканная в чём-то тёмном булавка. Узкое, тонкое лезвие охотник подхватил у самого пола.
  
   - Что там? - старик смешно вытянул шею и прищурил глаз за стеклом монокля, пытаясь разглядеть, что в руках у юноши.
  
   - Булавка и лезвие, оба испачканы в крови, - сообщил Олаф, осторожно кладя свою находку на стол. - А это... Не могу разобрать. Вроде буквы какие-то.
  
   Идеально ровные ряды непонятных витиеватых знаков занимали всю импровизированную обёртку. Почерк был совсем мелкий, чёткий, едва ли не машинный. Не будь хвостики некоторых символов смазаны, наёмник решил бы, что эти строчки написаны с помощью трафарета.
  
   - Позвольте, - цепкая рука учёного выдернула бумажку из рук Бронзового. - Ага... Это текст заклинания на драконьем языке. Но весьма странный. Будто бы часть пропущена. Ну-ка, ну-ка... - фон Шен уткнулся в листок, поднеся запись настолько близко к лицу, что почти задевал её носом.
  
   - Так что это? - не выдержал охотник спустя полминуты.
  
   - Это текст заклятия, молодой человек, - профессор нахмурился, голос его зазвучал отрывисто. - Точнее, ритуала. Ритуала Очищения сущности, о котором я упоминал ранее. Но здесь только половина заклинания.
  
   - Половина?
  
   - Лист разрезали пополам, - фон Шен провёл пальцем вдоль края страницы. - Очень аккуратно. Разделение заклятия, чтобы оно не сработало по случайности - весьма распространённая практика. У меня был артефакт, способный помочь с поиском второй части. Завернём жертвенные обратно... Ну-ка, ну-ка, ну-ка...
  
   Полупрозрачный бирюзовый камешек, коснувшись вновь сложенного треугольника, ярко, пронзительно засветился и зажужжал, точно сонная весенняя муха. Старик опустил листок на пол, и камешек бойко запрыгал по ковру, волоча за собой записку, словно та была привязана к нему тонкой резинкой.
  
   - Вторая половина где-то неподалёку, - объяснил учёный. - И она приближается к нам.
  
   - Хотите сказать, - Олаф потянулся за револьверами, - кто-то несёт её сюда?
  
   - Именно так, - подтвердил профессор, утирая рукавом выступившую на лбу испарину.
  
   Артефакт-сигналка оглушительно заверещал, оповещая о направленном на наёмника и старика заклинании.
  
   И в тот же миг комнату заволокло серебристо-лиловой дымкой.
  
  

***

  
   - То есть вы считаете, что Климент Мабе - просто пешка? - скепсис в голосе Йохана не опознал бы разве что глухой.
  
   - Предполагаю, - поправил его Вито. - Мой наставник был магом второй ступени, и его уровень сильно отличался от того, что вам с Двенадцатым продемонстрировал этот тип с тросточкой. Даже с учётом ритуала ему должно было хватить сил на куда более изощрённый план. Он отвлекал вас. Точнее, отвлекал всех нас, чтобы его сообщник успел завершить подготовку.
  
   - И как вы это проверите? - в голосе Росавы, напротив, сквозило любопытство. Проницательная девушка уже сообразила, к чему клонит Призрак, и верила ему, поставив под сомнение выводы Олафа. Это льстило, но вору было недосуг заниматься самовосхвалением и самолюбованием. Прежде всего - дело, сложное и малоприятное; немного опасная, но стоящая свеч игра. Игра с картами, картами таро. Кому какой аркан предназначался, чья ставка весомей, кто более удачлив?
  
   - Есть способ... Я изменю барьер, - предупредил юноша. - Так вы будете слышать, что происходит за его пределами. Но тогда кому-то придётся стоять на страже - прочность тоже уменьшится.
  
   - Хорошо, - кивнул Йохан. - Карл, побудешь здесь. Присмотришь за мальчишкой и леди...
  
   - Я иду с вами, - Росава торопливо перебила телохранителя. - Я не маг и мне далеко до профессора фон Шена, но я всё равно могу помочь.
  
   - Уверены? - искоса взглянул на неё Вито, проигнорировав рассерженные взгляды охранников. - То, что вы увидите, вряд ли вам понравится.
  
   - Я готова, - леди Нэль-Амлас очаровательно нахмурилась, и Призраку немедля захотелось узнать её поближе. На войне как на войне, а жаль. Очень жаль. Такое колоссальное упущение!
  
   Извлечённый из-под гамаши стилет привычно лёг в руку. Расстояние, отделявшее кровать, этакий островок комфорта посреди безопасной зоны, от колдовской завесы, парень преодолел быстрым шагом. Он поленился выяснить состояние пленника после того, как тот побеседовал с Двенадцатым, и сейчас немного жалел об этом. Впрочем, на то, чтобы оттолкнуть девушку, его реакции вполне хватит...
  
   Обошлось. Ничего криминального, только несколько кровавых клякс на полу. Похоже, Бронзовый решил начать с ногтей. Надо же, не такой-то уж он и тупоголовый!.. Нет, всё равно тупоголовый. Где это видано, чтобы маг второй ступени сдался после первого же увечья, ещё и такого крохотного! Или же...
  
   Климент Мабе, помятый и побитый, утративший изрядную часть лоска, неохотно поднял голову и безучастно взглянул на вошедших. В его глазах не отражалось ни страха, ни интереса, и вор решил бить наверняка:
  
   - Нам всё известно про заклинание и место проведения обряда. Кто твой сообщник?
  
   Молчание. Фабрикант рассеянно рассматривал переливчатый узор барьера, напоминавший перья павлиньего хвоста.
  
   - Кого ты выгораживаешь? И не стыдно тебе? Соловьём заливался, рассказывая, какие маги нехорошие, а сам сотрудничаешь с одним из них?
  
   - Заткнись, - сорвавшееся с губ Мабе-старшего слово прозвучало еле слышно, но голос быстро окреп. - Если Юрек станет магом, я лишусь всего, что у меня есть. Предприятия перепишут на другого человека, а деньги со счетов моей жены уплывут этому мальчишке, сильнейшему волшебнику рода. Я этого не допущу! Пусть она родит мне нормального сына, а этот... этого...
  
   Пока мужчина хрипло, отрывисто объяснял, в какой ситуации очутился - точно старый ворон каркал - юноша присел на корточки и проверил путы, стягивавшие запястья пленника. Артефакт тускло поблёскивал из-под верёвок, но достать его было весьма затруднительно - уж больно узкий зазор. Вито бы справился, но у него есть дело поважнее - успеть дать отпор, если Климент соврал. А значит...
  
   - Леди Росава, будьте так добры, вытащите камень блокировки. Далеко не убирайте, можете даже не вынимать до конца. Главное - чтобы не было контакта с кожей.
  
   Девушка, кивнув, опустилась на колени и бережно коснулась многослойного верёвочного кокона. Призрак терпеливо ждал, готовый, чуть что, мгновенно сжать и уплотнить барьер. Йохан держал пленника на мушке, целясь тому в лоб - промахнуться по такой мишени с трёх шагов было практически нереально.
  
   - Готово, - сообщила госпожа Нэль-Амлас.
  
   - Хорошо...
  
   Закрыв глаза, вор воспроизвёл в памяти то ощущение, которое прошло, будто ток, через его пальцы, когда он пытался унять магическую энергию Юрека. И, глубоко вдохнув, активировал свой Дар.
  
   Искры, рассыпавшись, ощутимо обожгли кожу, но не оставили ни следа. Образы в голове вспыхнули и пропали - беспомощные, бессильные. У Климента Мабе не было магического тела, а заклинание не могло переместить то, чего не существует.
  
   - Он обычный человек, - выдохнул парень, открывая глаза и отступая назад. - Не чародей.
  
   - Точно? - Йохан глядел на Вито недоверчиво, неодобрительно, словно вор подверг сомнению фундаментальнейшую из истин - неприкосновенность драгоценностей в шкатулке дочки графа Нэля.
  
   - Да. Абсолютно, - Призрак попятился за пределы импровизированного карцера. Полной уверенности у него не было, но имевшаяся близилась к стопроцентной.
  
   - Ну что? - Карл, прислонившийся к стене, с плохо скрываемым нетерпением воззрился на вора. Юрек, сидевший на кровати спиной к остальным, слегка повернулся, показывая, что слушает.
  
   - Он не маг, - старший телохранитель, появившись из допросной одновременно с Росавой, успел с ответом чуть раньше юноши. - Но говорить ничего не хочет. Видимо...
  
   В дверь трижды постучались, и Йохан, сорвавшись с места, торопливо оттолкнул леди Нэль-Амлас назад, к переливчатой завесе. Девушка, чьи губы сжались в тонкую ниточку, потянулась за пистолетом.
  
  

Глава 8

  
   Сознание возвращалось медленно и неохотно. Олаф попытался пошевелить правой рукой - и не смог. Потом сообразил: оно и к лучшему. Враг, вероятно, всё ещё здесь и абсолютно уверен, что ядовитый газ убил непрошеных гостей - так пусть остаётся при своём мнении и дальше.
  
   Неторопливо, по цепочке, восстановились в памяти предшествовавшие события. Сообщение Вито, добравшегося до номера по улице, сквозь стальную бурю. Сражение с Климентом Мабе. Допрос. И, наконец, обыск, завершившийся, едва успев начаться. Повезло, что у Бронзового давно выработалась привычка носить на себе артефакт, защищающий от ядов. Камень среагировал вовремя, он действовал и сейчас: ощутимо нагревшийся, пульсировал под ключицей.
  
   А вот у профессора, запоздало сообразил наёмник, такой полезной вещицы под рукой не было. Дозировка, использованная противником, несколько превышала смертельную, иначе юноша не отключился бы. Вот чёрт...
  
   С трудом разлепив веки, охотник уставился на ножку табурета, очутившуюся буквально в ладони от его лица и перечеркнувшую комнату пополам. Осмотрелся, до предела напрягая глаза и тщательно вслушиваясь в еле различимый гул. Уши не уловили ни посторонних шагов, ни шороха одежды. Олаф осторожно перекатился с бока на живот и встал на четвереньки. Перед глазами резко поплыло; парень зажмурился, переводя дыхание и усмиряя тошноту. На ноги он поднимался неспешно, плавно, опираясь на стул и стараясь как можно меньше двигать головой. Понять бы, что стало причиной такой сильной боли во лбу и висках - только ли отравление, или он умудрился до кучи заработать сотрясение при падении?
  
   Все просмотренные учёным папки лежали нетронутыми. Ящики стола были слегка выдвинуты - видимо, после наёмника их содержимым никто не заинтересовался. Фон Шен лежал в углу, скорчившись в три погибели и, кажется, не дышал. Упавший монокль, словно слеза, поблёскивал между ворсинок ковра треснувшим стёклышком.
  
   Оружие Бронзового было на месте, и старика, похоже, никто не обыскивал.
  
   Единственным пропавшим предметом стал свёрток с булавкой, лезвием и заклинанием ритуала.
  
   - Чёрт, - прошептал охотник, облизнув пересохшие губы.
  
   Раздавшийся кашель вынудил юношу вздрогнуть и потянуться за револьвером. Профессор сел, держась одной рукой за горло, будто пытаясь себя задушить, и утёр со лба пот. Увидев Олафа, он попробовал что-то сказать, но вновь зашёлся кашлем и выплюнул на ковёр что-то маленькое и округлое, размером с абрикосовую косточку.
  
   - Безоар, - сипло пояснил он, заметив недоумение на лице наёмника. - Универсальное противоядие. Был в кармане на всякий случай.
  
   - Отлично, - выдохнул Бронзовый, не скрывая радости, и с силой провёл ладонями по лицу, стряхивая остатки вялости.
  
   - Заклятие у вас? - спросил учёный.
  
   - Нет, - охотник покаянно опустил голову. - Я проявил непозволительную беспечность. Прошу прощения.
  
   - Не вижу оснований винить вас в беспечности, - фон Шен вскочил на удивление проворно, точно на миг скинул с полсотни лет. - Будь оно так, вы бы лежали здесь мёртвый. Я же становлюсь неуклюжим, увы. Это был мой любимый монокль, самый удобный. Теперь его можно починить лишь алхимией.
  
   Юноша аккуратно, стараясь не спровоцировать очередной приступ головокружения, наклонился, подобрал расколовшуюся пополам стекляшку в покорёженной оправе и вернул владельцу.
  
   - Какая дерзость! - возмутился профессор, рассмотрев повреждённое имущество. - Это не от удара при падении, ведь здесь ковёр! На него наступили! Варварство, какое варварство...
  
   - Согласен, - кивнул Олаф, не особо вслушиваясь в старческое ворчание и подчёркнуто не замечая гнева на изборождённом морщинами лице. - Нам нужно быстрее вернуться в номер. Маг...
  
   - ... несомненно, отправился туда, - продолжил мысль фон Шен. - Но в состоянии ли вы сражаться? Если он переключится на вас...
  
   - ... то у меня не будет выбора, - перебил наёмник собеседника. - Я понимаю, что подвергаю вас опасности, но вам придётся пойти со мной. После случившегося нам нельзя разделяться.
  
   - Вы уже пытались связаться с юной госпожой? - поинтересовался учёный.
  
   - Только что, - Бронзовый стиснул рукоять сабли. - Переговорник работал во время нашей беседы. Ответа нет. Поспешим.
  
  

***

  
   Если бы у Вито было право выбрать танец, он бы предложил морскую джигу или польку-трио. На худой конец - манерный придворный полонез, которым его в своё время мучили почти год. Увы - вариант у Призрака был всего один, поэтому сейчас он отплясывал бешеный южный вальс в паре со смертью.
  
   Ждать подмоги неоткуда. Йохан, парализованный, полулежит, привалившись к стене. Карл валяется на полу возле входной двери, и остаётся лишь надеяться, что младший телохранитель жив. Но, если и жив, двигаться он не сможет - с такой-то травмой. Удивительно, если мозги охранника не превратились в кашу, нашпигованную осколками черепушки...
  
   Теперь - только танцевать, пуская в ход всё: клинки, пистолеты, уловки и выверты, потайное оружие, магию, грязные приёмчики. Весь арсенал - и не для сокрушительной победы, а ради того, чтобы выжить. Весь арсенал... кроме Дара, который нельзя видеть посторонним. Он пока - для мелочей, не более.
  
   Кто бы мог подумать, нет, ну кто бы мог подумать!
  
   Леди Росава - молодец. Не теряет присутствия духа. Не ошарашена происходящим. Сверх того - она умудряется помогать. Будь девушка незнатного происхождения, Вито поволок бы её к Волку и попросил включить в боевую ватагу. А потом, ха-ха, женился бы. На такой - самое оно, хотя вор всегда предпочитал женщин старше себя. Тупоголовый Бронзовый, правда, тоже с руками бы оторвал такое сокровище - и в наёмники, без обучения и прочей галиматьи...
  
   - Справа!
  
   Отклониться в сторону, неприятный скрежет по шпаге.
  
   - Сверху!
  
   Скользнуть вбок, одновременно делая шаг вперёд - воздушное лезвие проносится впритирку к плечу и рассекает щедро покрытый лаком паркет. Да, на таком полу - ни умирать, ни жить, лишь танцевать!
  
   - Подсечка!
  
   Прыжок, кувырок, оттолкнуться от стола - и с размаху ногой в лицо! Что, не нравится? Барьер не спас? Ха!
  
   - Выпад!
  
   И как углядела-то? Глаза отчаянные, волосы растрепались, на щеках - очаровательный румянец... Красота. Юрек, белый как мел, держится за подол её платья, словно в мамашкину юбку вцепился. Впрочем, мальца только понять и простить. Так и не отвязанный от стула отчим с рассечённой пополам башкой - зрелище не из приятных, такое отобьёт аппетит даже Двенадцатому аркану. Вражеское заклинание не срабатывает: лезвие брошенного ножа будто разрывает изнутри, часть обломков, вопреки всем законам физики, оказывается позади мага. Жаль, не бьёт, вхолостую падает на пол. Что такое? Озадачен? Ну, поразмысли теперь, каким магическим Даром обладает вор? Хоть бы не дошло, а!
  
   Оттеснить бы его к стене - и тогда девушка с мальчишкой сумеют удрать. Пусть бегут к Бронзовому, с ним безопасней... если он жив. Жив, конечно, жив! А дедка жалко. Сам же, добровольно полез в это болото. Неужели нарвался? Нет, не факт. Фон Шен куда хитрее, чем кажется, а старческий маразм таких, как он, обходит стороной. Старик наверняка выкрутится, таро на его стороне. Да будет так!
  
   Лезвие, скользнувшее возле уха, надрезает прядь волос. И откуда в таком слабом с виду теле столько проворства? Эх, сообразить бы раньше, тогда что-нибудь можно было бы изменить, где-то налажать поменьше, где-то нагромоздить побольше. Что, так и поступил бы? Вряд ли.
  
   Клинки и вспышки заклинаний мелькают с бешеной быстротой. Вот хмырь, шустрый какой, и это явно не предел! Значит, придётся как-то ускориться. Нельзя отставать. Собьёшься - пропустишь смертельный удар. Это пляска со смертью, горячий южный вальс на краю обрыва.
  
   Шаг вперёд. Один-единственный шаг, но как же тяжело он дался! Враг начинает прогибаться под натиском, уступая более молодому и проворному противнику. Ещё полшажка. Получается! Всё получается! Маг второй ступени, потративший часть сил на подготовку к ритуалу, слабее мага третьей! Перевес мизерный, но он есть. Нужно им воспользоваться! Подгадать шанс и...
  
   Выстрел. Леди Нэль-Амлас времени зря не теряет. Умница, целится не в голову, а в корпус, куда гораздо проще попасть. Серьёзность ранения здесь не играет роли, важен фактор неожиданности, который позволит выцепить момент - уже позволил!
  
   Два выпада, фальшивый - в ногу, настоящий - в живот. Вот зараза! Промазал, а ведь было так близко! Шпага скользнула по боку, толком не навредив оппоненту, лишь одежду надрезала... Стоп. Так промахнуться? Невозможно!
  
   Девушка снова стреляет, но пуля уходит по дуге, минуя мага. Призрак едва успел пригнуться - ещё чуть-чуть, и свинец вошёл бы ему промеж глаз. Вор закусил губу, злясь на себя. Как же глупо! Поверив, что сумеет победить, он чудом не загнал сам себя в ловушку. Совсем забыл, что Дар есть у каждого волшебника, без каких-либо исключений!
  
   Звон стали возобновился, но теперь Вито отчаянно оборонялся, пытаясь отойти как можно дальше от дверей. Плевать, что с ним станет, но Юрека и Росаву этот тип не заберёт! Ни в коем случае, иначе...
  
   Короткие клинки в руках оппонента движутся с такой скоростью, что выглядят размытыми пятнами. Тем не менее, приём узнаваем. Навязать ритм, а затем - резко сбить с этого ритма, после чего переломить шпагу и выбить из руки кинжал. Помним, проходили! Только бы не отстать...
  
   То, что этот план слишком прост для такого противника, Призрак понял за секунду до того, как запнулся о треклятый угол чёртова прикроватного коврика.
  
   Пронзительный крик мальчишки, короткий взвизг графской дочки, которая упрямо целится, но ужасно боится попасть не в того. Вой стальной бури резко усилился, заглушив все остальные звуки. Комната погрузилась в сумерки, разбавленные тупой болью в левом виске.
  
   Нет, нельзя падать! Тогда маг окажется впереди. Нужно выпрямиться, развернуться и заблокировать удар. Ради Юрека, ради Росавы! Отбить отливающее серебристым лезвие, что уже коснулось стягивающей волосы ленты...
  
   Он опоздал всего на полмгновения.
  
  

***

  
   Онемевшие ноги поначалу шевелились с трудом, но Олафу было не до выкрутасов собственного организма. Он шагал так быстро, как мог, игнорируя и хилое, но ощутимое нытьё порезов, и головокружение, и слабость, и профессора фон Шена. Старик, впрочем, жаловаться на задаваемый темп не собирался, молчаливо топал позади, стиснув в ладони артефакт. Какой-нибудь поддерживатель физических способностей, наверное - учёный совершенно не запыхался, даже испарина не выступила.
  
   После очередного поворота коридора наёмник всё-таки перешёл на бег - издали ему показалось, что дверь в ставший родным тридцать шестой номер приоткрыта. Как выяснилось спустя несколько секунд - не показалось, а жаль. Деревянная створка, покорёженная, странно изогнувшаяся, будто смятый лист железа, висела на одной петле. В прозрачном барьере зияли огромные тёмные прорехи, точно кошка подрала лист тонкой бумаги.
  
   - Во имя всех наук, - растерянно пробормотал за плечом Бронзового обмерший профессор, - что здесь произошло?
  
   Вопрос был глуп. Не понять, что произошло и кто наведался в комнату в отсутствие Олафа и фон Шена, мог лишь непроходимый дурак.
  
   Старик, войдя в комнату первым, сразу же склонился над бесчувственным Карлом. Охотник заметил это - и тотчас забыл. Рассеянным, мутным взглядом он обвёл комнату, фиксируя и тут же теряя детали: полулежащего у стены Йохана с широко открытыми глазами, смешно и нелепо завалившегося набок, точно пьяный; брызги крови на пледе, сползшем с кровати; разряженный пистолет Росавы и валяющуюся совсем рядом клипсу-переговорник; глубокие царапины на паркете; идеально ровный срез по линии бровей, распополамивший голову Мабе-старшего, и недостающую часть черепа - внизу, у ног, в жуткой кроваво-серой склизкой каше; глубокую выбоину от магического взрыва на стене; сломанный клинок в красноватых разводах... Юноша не видел ничего из этого - его внимание приковало к себе тело, лежавшее посреди комнаты в луже крови, края которой продолжали медленно, неустанно расползаться.
  
   А ведь собирался же после возвращения всё обсудить. Спокойно поговорить, как нормальные люди. С коньяком или с горячим чаем. Или с глинтвейном - почему-то казалось, что собеседнику нравится глинтвейн.
  
   Так и не спросил - откуда у него магический дар? Кто обучил его волшебству и тому ремеслу, которое стало делом его жизни? Хотелось узнать. Очень хотелось. А потом, может быть, рассказать про своих родителей. Про двух отчаянных, отважных придурков, конструктора воздушных шаров и исследовательницу древних мифов, которые не вернулись из Вечноснежья, куда отправились на поиски последнего дракона льда. Над четой Риверджейсов и их мечтами смеялись все. Но он, думалось Бронзовому, не засмеялся бы. Точно бы не засмеялся.
  
   - Карл жив, но ему срочно нужна помощь, - сообщил учёный, рванув подол мантии. Нитки жалобно затрещали, но старик упорно продолжал тянуть кант вниз и в сторону. Наконец от ткани оторвалась широкая полоса, которой фон Шен тут же принялся перевязывать молодого телохранителя.
  
   Олаф не ответил. Ступив в густое, винного цвета озерцо, он пересёк его медленными, неверными шагами и, не пожалев одежды, опустился на колени возле гибкого, худощавого тела с рассыпавшейся гривой каштановых волос.
  
   Наёмнику ещё ни разу не приходилось видеть своего напарника настолько серьёзным. Ухмылка нечасто покидала лицо Вито, а если и исчезала на время, в глубине вишнёвых глаз всё равно оставались ехидные искорки. Сейчас глаза вора были закрыты; из приоткрытых губ по щекам и подбородку струились ручейки крови. Паршивец выглядел как никогда сосредоточенно, будто всецело проникся важностью происходящего и полностью сконцентрировался на процессе умирания.
  
   В том, что Призрак умирает, никаких сомнений не было. Две глубокие раны - на шее и наискосок через грудную клетку. Исчезни одна из них, вторая всё равно прикончила бы кунью морду, немилосердно растянув неизбежный процесс.
  
   Четвёртый раз, сообразил охотник. Четвёртая атака. Первую травму парню нанёс сам Олаф, своей рукой, когда схватил в покоях графа Нэля. Второй раз - в битве с Климентом Мабе, человеком в чёрном. Охотник так и не озаботился спросить, серьёзно ли ранило его союзника. Третий раз - в стальной буре. Воришка рискнул жизнью, чтобы предупредить товарищей об опасности, и едва не погиб. Не жаловался, не роптал, когда наёмник скидывал на него всё больше дел, всё больше задач. Не требовал и не клянчил извинений за неудобства. Поблагодарил, когда подлечили. А сам Риверджейс-младший хоть раз произнёс слова благодарности? Попросил прощения за неприятности, за недоверие, за недовольство, за резкие слова и жёсткое обращение? Правда ведь - жёсткое. Как с инструментом, который потом, когда всё закончится, можно будет попросту выбросить. Но Призрак выплеснул то, что накопилось в душе, всего один раз - спокойно, без лишних эмоций. Ждал признательности? Извинений? Должен был услышать - и то, и другое, но тупоголовый, действительно тупоголовый Двенадцатый аркан так ничего и не понял. Не задумался. Не сказал.
  
   Преступник. И при этом - отличный малый, снискавший уважение всех, даже охранников Росавы, бывших военных. Если не учитывать, что парень - легендарный вор, все, абсолютно все его поступки и мотивы становятся предельно ясными. Милосердие. Доброта. Желание уберечь от гибели. Олафу было важнее поймать мага. Как он ни крутился, как ни менял планы, намерение схватить обрядника засело в его подсознании главной целью. Его союзник расставил приоритеты иначе. Он хотел защитить Росаву и Юрека. И ради этого был готов на всё, включая союз со своим преследователем. Выслушивал упрёки, своими силами спасал от полного краха чужие дурацкие планы. Тоже ошибался, но исправлял свои ошибки, не щадя себя. И ни разу не попытался сбежать или напакостить. Без него наёмник не смог бы даже начать дело, не то что распутать большую часть клубка.
  
   Он знал. От неожиданности этого очевидного, элементарного вывода у Бронзового перехватило дыхание. Вито Луциано знал, что ждёт тех, кто останется в комнате! Именно поэтому он не возражал, когда охотник вызвался на обыск: хотел дать наёмнику шанс самостоятельно отыскать доказательства, что Климент Мабе - лишь разменная фигура в этой игре. Именно поэтому просил вернуться побыстрее. Ничего лишнего не сказал, не объяснил. Не предупредил, хотя видел, что произойдёт - карты, как обычно, сообщили. Не сказал, поскольку побоялся довериться. С самого начала Призрак верил своему союзнику и полагался на него, а Олаф это доверие уничтожил. Вот и итог. Парень решил пойти более длинным и сложным путём, втихомолку, поставив на кон свою жизнь. Наверное, надеялся выкрутиться своими силами. Не справился.
  
   - Кунья морда, - коротко, зло выдохнул наёмник, чувствуя, как предательски защипало в глазах, - ну как же так... Какого чёрта, а?
  
   Разумеется, его не слышали. Судя по кровавым пузырям у носа и рта, Вито ещё дышал, но свист и бульканье в горле и лёгких обещали, что это не продлится долго. А Олаф всё всматривался в посеревшее лицо напарника, медленно пересекавшего зыбкую, невидимую, неосязаемую границу между жизнью и смертью. Всматривался пристально, старательно, не в силах отвести взгляд.
  
   - Придурок. Придурки. Мы, оба. Вот чёрт, а... Вот чёрт...
  
   Охотник не раз и не два видел чужие смерти, куда более страшные. Но никогда раньше последние минуты чьей-то жизни не были для него такими мучительными. Словно нарочно усугубляя и без того невыносимую пытку, память подкидывала фрагменты разговоров, все те резкие фразы, которыми наёмник так бездумно швырялся и на которые Призрак так лихо, так искренне отвечал.
  
   Отвечал, разряжая обстановку, поддерживая, спасая. Где были твои глаза и уши, а, Бронзовый? Какая неприятная тишина повисала в комнате, когда паршивец замолкал. И как привыкнуть теперь к этой пугающей, мёртвой тишине? Лучше бы вор издевался, лучше бы выставил союзника на посмешище... Нет, не выставил же. Всерьёз - ни разу. Наоборот - изо всех сил прикрывал чужую лажу.
  
   Охотник потёр лоб и торопливым, незаметным движением смахнул набежавшую слезу. Он понимал, что ошибки в работе неизбежны, и всегда гордился тем, что вовремя их предотвращал. И что же? Зная, что идёт не тем путём, Олаф продолжал ломиться вперёд и... уцелел. Цена его промаха - другие жизни. Другие, но уже не чужие. Дело не в проваленном задании - впервые проваленном! - а в том, что каштановолосый насмешник действительно мог бы стать ему другом. Почти стал. Если бы Бронзовый не постеснялся сказать пару лишних тёплых слов, всё сложилось бы иначе, гораздо лучшим образом, чем сейчас.
  
   Ясно вспомнился кусок короткого разговора после самой рискованной авантюры Призрака.
  
   "Лучше прими героическую стойку с мечом. Тогда это будет больше похоже..."
  
   "На что?"
  
   "На смерть."
  
   Так и есть. Смертью Вито Луциано стал Олаф Риверджейс, Олаф Бронзовый. Что дальше? Тащить вора туда, куда грозился - в полицейский участок, надеясь получить хоть часть вознаграждения? Попросить профессора фон Шена подтвердить личность? Юноша был уверен, что не способен на это - от одной лишь мысли о таком волной поднималось отвращение.
  
   Союзник. Напарник. Друг. Обещал не подвести - и не подвёл... не подводил до сих пор. И подвёл, выходит, не по своей вине. Совсем не по своей!
  
   - Он дрался как зверь. Как берсерк.
  
   Вздрогнув, Олаф обернулся на голос. Йохан, с которого профессор снял парализующее заклятье, сидел, опираясь на стену и вытянув ноги. Охранник говорил неразборчиво, еле ворочая языком - онемение не успело пройти до конца.
  
   - Он был великолепен, - телохранитель на миг прикрыл глаза, переводя дух. - Они сражались на равных. Такая скорость - я едва мог уследить. Луциано стал его теснить. А потом... Похоже, его противник использовал свой Дар. Парень увернулся бы, но, наверно, состояние сказалось. Споткнулся о ковёр, промедлил чуть-чуть... Но таки ранил, а наша леди добавила ещё. Не дала добить, когда упал, всю обойму точно в цель спустила, умница девочка. И кинжалом. Но не осилила. Не ожидала, наверное, что его придётся так... Да и я не ожидал, и Карл. Потому-то нас так быстро и вырубили. Отчего же он...
  
   Наверное, стоило спросить, кто же это был, но Бронзовый промолчал. Время текло удивительно медленно и в то же время слишком быстро. Дыхание Призрака постепенно стихало, пугающий клокот сходил на нет. Кровь на одежде начала подсыхать - скоро превратится в корку, которую ни отмоешь, ни отдерёшь... да и зачем?
  
   - Вот же придурок чёртов... - с горечью пробормотал наёмник. Прочие слова закончились, а действия - любые - сейчас были совершенно бесполезны. Оставалось лишь сидеть, наблюдая, как смерть постепенно берёт своё, перекрашивая кожу в сероватый и вытягивая на паркет всё больше крови.
  
   - В сторону!
  
   Когда они успели появиться? Охотник не видел и не слышал посторонних вплоть до этой секунды. Неужели он настолько отвлёкся, что прозевал появление аж трёх новых лиц? Может, это морок? Нет, определённо, нет - рыжеволосая художница и засоня в очках затормозили на пороге, задержанные барьером собственного страха, а темноволосая дама в зелёном платье, поставив чемодан у двери, уже ступила в комнату. Её шаги были решительны, на лице - ни испуга, ни тени сомнения. Сорвав с рук длинные, по локоть, белоснежные перчатки, она небрежно отшвырнула их в сторону. Олаф ошалело вытаращился на её испещрённые рубцами руки. На грубых, шелушащихся ладонях алели свежие, едва подзажившие мелкие ожоги, скорее всего, химического происхождения.
  
   Как ни в чём не бывало женщина пересекла лужу крови и, не подобрав подола, опустилась на колени рядом с Вито. Из расшитого бисером ридикюля она вынула камень необычного цвета - пятнистого изумрудно-золотого с крохотными оранжевыми искорками.
  
   Бронзовый ошарашенно воззрился на артефакт, заключённый в тяжёлую золотую оправу. Он знал, что это, хотя никогда не видел вживую. Камни-восстановители первого уровня, способные излечить любого тяжелораненого и даже вернуть к жизни недавно умершего, были потрясающей редкостью. Более того - учёт настолько мощных артефактов вёлся правительством. Далеко не каждому позволялось пользоваться ими.
  
   Затаив дыхание, наёмник смотрел, как дама бережно кладёт оправу на грудь его напарника и активирует камень лёгким прикосновением пальцев.
  
   Жужжание оглушило и тотчас стихло, убавившись до чуть различимого шума. Раны Призрака начали стремительно затягиваться; они становились всё уже и уже, пока не превратились в тоненькие рубцы. Мертвенно-серая бледность уступила место бледности обычной, еле заметной - такой, которая случается от усталости или болезни. Веки каштановолосого дрогнули, и последовавший вдох был совершенно нормальным, здоровым, без жуткого свиста и клокотания.
  
   - Камень почти разряжен, - женщина, подняв потускневший, выцветший артефакт, затолкала его обратно в сумочку. - Травмы не исцелились до конца, но его жизнь вне опасности.
  
   - Как же вовремя вы подоспели, - в голосе профессора фон Шена звучало нескрываемое облегчение. - Какое счастье, что вы не прислушались к моим словам!
  
   - Разумеется, - прохладно согласилась дама, вставая и оправляя пропитавшиеся кровью юбки. - Я всегда слушаю лишь саму себя, иначе бы не стала той, кто я сейчас. И вам это прекрасно известно, не так ли?
  
   - О да, - тепло произнёс старик. - О да!
  
   - Эй! Осторожно! Вам нельзя двигаться! - художница вцепилась в локоть Карла, который успел сесть, тяжело привалившись к стене.
  
   - Ничего, исправим, - бросила женщина в зелёном, развернувшись на каблуках и вновь запустив руку в ридикюль.
  
   Олаф видел происходящее словно сквозь пелену. Внезапно подоспевшая помощь выбила его из колеи. До этой минуты наёмник отчего-то не задумывался, что в огромном дворце, помимо него, союзников и противников, есть другие постояльцы. И, что гораздо важнее и куда более странно, они сами, добровольно пожелали включиться в происходящее! Хотя Бронзовый старался не контактировать с посторонними, они всё равно появились, приняв какое-то своё, отличное от планов юноши, решение.
  
   От сумбурных мыслей, наводнивших голову, охотника отвлёк слабый стон, перешедший в кашель. Вито, перекатившись набок, сплюнул остававшуюся во рту кровь.
  
   - Эй! Ты как? - встрепенулся Олаф, наклонившись к напарнику.
  
   Призрак хотел было что-то сказать, но поперхнулся. Осторожно сел, придерживаясь за голову, рукавом попытался стереть с лица кровь, только сильнее её размазав. Открыв глаза, рассеянным, непонимающим взглядом обвёл комнату. После чего опустил взгляд вниз, на ало-бордовое. Пару секунд с недоумением рассматривал покрывшуюся плёнкой алую жижу. Дёрнулся, будто от удара током, побелел и зажмурился, зажав ладонью рот.
  
   - Всё нормально? - наёмник робко коснулся дрожавшего плеча союзника. Почему-то он был уверен, что парень сбросит его ладонь.
  
   - Помоги встать, - глухо пробормотал вор, вытянув руку вперёд и немного вверх.
  
   На помощь пришёл успевший оклематься Йохан. Вдвоём они легко, точно пушинку, вздёрнули Вито на ноги и подволокли к кровати, усадив так, чтобы в поле зрения не попадало кровавое озерцо. Призрак ссутулился, опершись локтями на колени, и сосредоточенно уставился в стену, стараясь ненароком не отвести взгляд.
  
   - Я не привык к такому, - ответил он на невысказанный вопрос Олафа. - Подожди. Прости. Мне нужно немного прийти в себя.
  
   - Да я и не тороплю, - наёмник шевельнул плечами, словно куртка резко стала ему мала.
  
   - Дамы и господа, - женщина в зелёном прицельным броском метнула потрескавшийся артефакт-камень в корзину для бумаг, - я требую, чтобы вы ввели меня, Дариту и господина Эйвона в курс дела. Именно требую. Вы так или иначе втянули нас в происходящее, поэтому теперь вам не отвертеться от нашей помощи.
  
   - Отвертеться от помощи, - заулыбался профессор фон Шен, утирая лоб полой мантии. - Как великолепно звучит!
  
  

***

  
   - Ясно, - кивнула дама, когда осипший, уставший говорить Олаф замолчал.
  
   "Ясно ей!" Наёмник страдальчески поморщился. Рассказ отнял немало времени и сил; досконально всё вспомнить и сопоставить было непросто. Услышать одно-единственное короткое слово в ответ на свой продолжительный монолог было слегка обидно.
  
   Оставшиеся от кровавой лужи редкие пятна, на которые не хватило камня-чистильщика, телохранители накрыли простынёй. На тело Климента Мабе, развязанное и уложенное в углу, накинули плотное покрывало, под которое сунули холодильный артефакт. Бронзовый очень надеялся, что на него не свалят проблему с уборкой: во-первых, наведение порядка - забота местной обслуги; во-вторых, он, строго говоря, понятия не имел, куда деть образовавшийся труп. Франта не было жаль ни капли, но на душе ощущался горький осадок - охотник хотел передать мерзавца в руки закона, а не мараться самосудом. Что ж, самосуд так и не состоялся, но вот истинный виновник событий...
  
   - Мага нужно убить, - безапеляционно заявил Йохан. Даже слишком безапеляционно. - Он опасен. Нам ни за что не сдержать его. Мы не сможем довезти его до города!
  
   - Но... - заикнулся было Карл.
  
   - Что? - рыкнул старший охранник, рассерженно зыркнув на напарника.
  
   - Вдруг нам удастся его переубедить? - дрогнувшим голосом предположил кудрявый телохранитель. Помолчал и, не услышав отговорок, продолжил решительней. - Это же Джек! Старый добрый Джек! Он - доверенное лицо графа, его надёжнейший соратник! Он с нами так давно! Он...
  
   - Он столько лет проворачивал за нашими спинами тёмные делишки! Всё выспрашивал, вынюхивал, лелеял какие-то там свои планы! - Йохан позволил ярости выплеснуться наружу. Его кулак грохнул по столу настолько звучно, что сидевшие на кровати художница и очкарик подпрыгнули от неожиданности. - Никакой жалости! Жизнь нашей госпожи в опасности, и её спасение - в приоритете!
  
   - Так что же в приоритете? - безмятежно спросил Вито. Лёгкий, не подходивший ситуации тон дался ему с трудом, но заметил это, похоже, только Олаф. - Спасение жертв ритуала или убийство мага?
  
   - Я же сказал - спасение! - телохранитель снова саданул рукой по столешнице.
  
   - Не надо бить мебель, она ни в чём не виновата, - к Призраку возвращалось его былое ехидство. Парень всё ещё был бледноват и старался не смотреть в сторону лежавшего на полу покрывала, но был близок к тому, чтобы полностью оклематься. Во всяком случае, когда он собрал вымытые волосы в хвост и завязал их одолженной у Дариты лентой, руки у него почти не дрожали. - Врежьте лучше себе. За наивность и излишнюю доверчивость. Потом, если угодно, встанете в очередь жаждущих набить мне морду, начистить рыло и провести иные подобные процедуры. Глядишь, лет через двадцать дождётесь.
  
   - Кунья морда, прошу, не тяни. Что ты успел придумать? - наёмник повернулся к Вито, упрямо притворявшемуся спокойным. Сутки назад Бронзовый, вероятно, не различил бы скрытой части ни в интонации вора, ни в выражении лица. Сейчас всё стало гораздо проще - будто бы стена, обернувшись стеклом, обрела прозрачность. Юношу с головой выдавал азарт во взгляде. Несомненно, план уже не один раз прокручен в голове.
  
   - Ничего особенного, - пожал плечами Призрак. - Так, маленькое разделение функций.
  
   - Поясните, - отмерла дама в зелёном. Выглядела она недовольной, но это было скорее постоянным свойством её лица, нежели отношением к нынешней ситуации.
  
   - Поясняю, - Вито развернулся к охотнику, подпиравшему стену возле кровати. - Телохранители спасают Росаву и Юрека. Мы с тобой колошматим Джека.
  
   - Не слишком ли рискованно? - засомневался профессор фон Шен, не побрезговавший присесть на стул, который ранее занимал пленник. - Шансы против мага второй ступени у вас обоих невелики, несмотря на его нынешнюю слабость. Для ритуала требуется большое помещение, не менее пятидесяти шагов в длину и ширину, без мебели. У вас не будет даже укрытия. Предстоит бой на открытом пространстве.
  
   - Зато у нас не дрогнет рука, - немедля возразил вор. - Йохан и Карл знакомы с ним много лет, а я и Двенадцатый впервые встретили его позавчера. Или позапозавчера?
  
   - Время... - очкарик покосился на потрёпанный жизнью здоровенный циферблат наручных часов. - Половина первого ночи. У нас в запасе где-то два часа до обряда.
  
   - Мне нравится план, - сникший было Карл воспрянул духом. - Луциано верно говорит. Мы, охранники, давно знаем... знали Джека, а он...
  
   - А он хорошо знает нас, - перебил напарника Йохан. - Эта крыса подколодная столько лет крутилась возле господина Нэля, всё вынюхивала, выискивала, расспрашивала! Не сомневаюсь, нас не раз видели в деле. Тренировались-то мы всегда в открытую, на заднем дворе. Кто угодно из домашних мог за нами следить.
  
   - Это всё правильно, - Дарите наскучило сидеть на кровати, она перебралась на стол и пристроилась на самом его краешке, неуместно и по-детски болтая ногами. - Но не кажется ли вам, что вы кое о ком забыли? В комнате нас не четверо, а больше.
  
   - Гражданским не стоит в это лезть, - Бронзовый мгновенно понял, куда клонит девушка. - У вас нет ни боевого опыта, ни подходящих умений. Ситуация опасная, и вы не можете...
  
   - Не решайте за меня, что я могу, а что нет, - неожиданно жёстко и резко, словно щелчком хлыста, отрезала дама в зелёном.
  
   - Вы хотите сказать, - Олаф повернулся к ней, - что вы военная? Колдунья? Или наёмничаете?
  
   - Мой профиль несколько иной, - надменно произнесла женщина. - И здесь он как нельзя кстати.
  
   - И на чём же вы специализируетесь? - охотника начинал раздражать высокомерный тон собеседницы.
  
   - Химия, - дама выразительно похлопала ладонью по гладкому боку чемоданчика. - Кислоты и взрывчатые вещества. Несколько лет назад я создала особые бомбы для использования внутри здания. Они разбрызгивают кислоту, опасную для живых существ, но безвредную для всего остального.
  
   - Так вот оно что, - пробормотал Дориан Эйвон. - А я-то всё гадал, где встречал вас до этого... Научный диспут в отеле "Аква" о совмещении знаний физики, химии и магии! Вы - Сесиль Сандар, не так ли?
  
   Олаф, изумлённый, развернулся к женщине, на чьих губах появилась торжествующая улыбка. Дама благосклонно кивнула очкарику. Что ж, следовало признать - леди Сандар по праву входила в число самых знаменитых химиков современности. На её счету было изобретение десятка с лишним совершенно новых веществ, каждое из которых нашло применение в какой-либо отрасли. Действительно, знания учёной сейчас пришлись бы к месту.
  
   - Нам понадобится кислота, способная разъесть верёвки и цепи, не навредив человеку, - Вито сориентировался быстрее союзника. - Пленников наверняка связали или даже сковали. Сомневаюсь, что у нас будет время распутывать узлы и размыкать звенья.
  
   - Немедленно займусь... Освободить стол! - властно приказала Сесиль. Дарита торопливо соскользнула со столешницы и плюхнулась прямо на пол, облокотившись на ноги залившегося смущённым румянцем Дориана. Старик также поспешил перебраться на кровать. Бронзовый с удивлением наблюдал, как на столе стремительно разрастается настоящая походная лаборатория - нагромождение колб с разноцветными жидкостями, баночек с разномастными порошками, подставок с пробирками и причудливых стеклянных трубок. Леди Сандар зажгла спиртовку, надела резиновые перчатки и потянулась за высокой, узкой бутылочкой, затесавшейся в ровный ряд ампул. Пробка выдернулась легко; раздалось негромкое шипение, повалил пар, неприятно защекотавший ноздри. Наёмник не удержался - чихнул, после чего опасливо отодвинулся подальше от передвижного химического полигона:
  
   - Она нас тут не потравит?
  
   - Нет, - успокоил его профессор. - Если бы эти вещества были ядовиты, госпожа Сандар уже выгнала бы нас отсюда.
  
   - Это радует, - выдохнул охотник и повернулся к леди Жозе и Дориану Эйвону. - Ну а вы? Участие фон Шена в нашей затее я вынужден поддержать - он лучше всех нас разбирается в магии. Вы, вижу, тоже хотите присоединиться?
  
   - Да, - обворожительно улыбнулась художница, словно не замечая хмурого выражения лица наёмника. - Я люблю новые впечатления и смогу защитить себя, если попаду под удар. Я - маг десятой ступени. Балластом не стану, не сомневайтесь.
  
   - Не очень убедительно звучит, - поморщился Олаф, - но ладно уж, одним человеком больше... Ну а вы?
  
   - Я? - вздрогнул задумавшийся о чём-то очкарик. - Я архитектор... то есть недавно доучился и теперь я архитектор, я же сказал... а, я не сказал вам об этом. Я буду помогать... ну, с чем-нибудь помогу. Вдруг вам потребуется сделать что-то со зданием... Точно потребуется, я уверен, так что не смейте отмахиваться от моей помощи!
  
   Бронзовый обречённо закатил глаза. Собиравшийся на выручку жертвам отряд не внушал ни капельки доверия. А вот ужас - внушал, вот только отнюдь не противнику. Наёмник, вор, два телохранителя, профессор магии, изобретательница с глубокими знаниями химии, художница и архитектор... Ну и компания! И ведь тех, кто явно будет лишним на поле боя, никак не отговорить, не утихомирить - непременно взбунтуются.
  
   - Да мы почти как старинный орден! - восхитилась Дарита. Мысли её, похоже, текли в том же направлении, что и у Олафа, но совершенно иными путями и руслами. - Нас так много, и все такие разные! Чудесно, чудесно! Нам надо дать какое-нибудь запоминающееся название! Какое-нибудь... эдакое!
  
   "Запоминающееся? Чем, интересно, запоминающееся? Слабоумием, отвагой и непригодностью к сражениям?" - охотник укоризненно взглянул на Призрака, еле сдерживавшего смех.
  
   - Что-то со словом "стальное"? - предложил Дориан. - Тогда оно будет звучать мощно, как нам подобает. И решительно при этом.
  
   - Орден Стального Меча! - радостно выпалила девушка.
  
   - Не пойдёт, - полушутливо ответил ей профессор, - мечи давно никто не использует. Лучше бы "Орден Стальной Шпаги"...
  
   - Тоже не годится, - высказал своё мнение Карл, не заметив свирепого выражения на лице напарника. - Шпага есть только у Луциано. Пусть будет "Орден Стального Пистолета".
  
   - Я не умею стрелять, - медленно, напряжённо произнесла Сесиль, стараясь не отвлекаться от работы - сейчас она смешивала содержимое двух пробирок; в колбе над спиртовкой что-то пенилось и булькало. - Орден Стальной Воли.
  
   - Сомневаюсь, что она у меня стальная, - хмыкнул вор. - А вот "Стальная удача"...
  
   - Как-то не очень, - Йохан против воли втянулся в набиравшую обороты дискуссию. - Орден Стальной... стальной...
  
   - Просто "Стальной Орден", - буркнул Олаф, которому изрядно надоел развернувшийся вокруг него театр абсурда. Нет, в самом деле - расслабленно и весело обсуждать название ненадолго созданной команды вместо того, чтобы думать, как спасти пленников и справиться с магом! Идиотизм как он есть... Стальной идиотизм. И самоуверенность - стальная. Но не произносить же это вслух - обидятся.
  
   - Да будет так, - торжественно провозгласил Вито. - Двенадцатый, ты командуешь!
  
   - Куда уж денусь, - проворчал наёмник, ощущая нечто, похожее на обречённость. Именно такие чувства охватывают при виде стальной бури, землетрясения или наводнения - бедствия, которого не избежать, кем бы ты ни был. - Отправимся, когда госпожа Сандар закончит. Сколько времени вам нужно?
  
   - Пятьдесят минут, - рассеянно пробормотала женщина, натягивая затемнённые гогглы.
  
  

***

  
   Плавно, бесшумно настолько, насколько возможно, Олаф крался по коридору. Он держал путь к дальней лестнице - той, которая пронизывала весь дворец сверху вниз, от подвальных помещений до верхнего этажа.
  
   - Хреновый из тебя лазутчик, Двенадцатый. Топочешь как слон. Стадо слонов.
  
   - Заткнись, кунья морда, - прошипел наёмник, не оборачиваясь. Вито следовал прямо за ним, шаг в шаг. Он был единственным в цепочке, кто действительно не издавал ни звука при движении. Кроме, разумеется, раздражающей болтовни.
  
   - Ты слишком сильно скрипишь подмётками. И слишком шумно дышишь.
  
   - Заткнись, кому сказал!
  
   - Нет смысла красться. Уверен, Джек нас не слышит.
  
   - Да знаю я!
  
   Бронзового тянуло обернуться, а лучше - поменяться с Призраком местами. Пусть вор сам ведёт команду, куда сочтёт должным. У охотника по-прежнему не было ни одной догадки, где сейчас окопался чёртов маг.
  
   - Вот и отлично... Тогда и ответ на мой вопрос ты наверняка знаешь.
  
   - Да пошёл ты... - начал было Олаф и осёкся, когда на его плечо легла узкая, цепкая рука, вынуждая развернуться.
  
   - Скажи честно, - Вито, на удивление серьёзный, смотрел в глаза наёмника. - После боя с Джеком я... Ну, то есть, - вор замялся, подбирая слова и тщетно стараясь скрыть тревогу, - меня воскресили?
  
   Ах, вот оно что.
  
   Как среди простолюдинов, так и у военных с давних времён существовало поверье - если воскресить умершего артефактом-Восстановителем, этот человек утратит и часть своей магии, и власть над своей душой. Эту нелепую выдумку не раз опровергали результаты экспериментов и выводы из наблюдений, но она упорно продолжала жить, неискоренимая, точно сорняки, на благодатной почве народных баек.
  
   - Да не умирал ты, - Бронзовый сбросил чужую ладонь с плеча. Повторил настойчивей, не отводя взгляда: - Ты не умер. Когда леди Сандар активировала камень, ты ещё дышал. Еле-еле, правда. Счёт шёл на секунды.
  
   - Вот как, - приободрившись, произнёс Призрак и слегка улыбнулся. - Спасибо.
  
   - Мне-то не за что, - смутился наёмник.
  
   - Эй, чего застыли? - зашипел Йохан с другого конца цепочки. Стоявший перед ним профессор нетерпеливо переминался с ноги на ногу. Дарита, раззадоренная любопытством, подпрыгивала, пытаясь высмотреть за макушками Карла и Дориана, что происходит впереди.
  
   - Сэр Риверджейс захотел поболтать с напарником, - холодно бросила Сесиль из-за спины вора. - Разобрались? Теперь идёмте. Сами же твердили, что времени мало.
  
   - Мало, - согласился Олаф. - Поэтому предлагаю прямо сейчас решить, откуда мы начнём поиски. Если разделяться, то на две группы - иначе переговорников не хватит.
  
   - Джек в подвале, - с неожиданной уверенностью подал голос очкарик.
  
   - Это почему? - дёрнулся старший охранник и, нарушив строй, приблизился к парню, который от волнения ссутулился ещё сильнее. Покинув комнату, Дориан растерял изрядную часть своей отваги.
  
   - Причина? - поинтересовался наёмник, обрадованный, что хоть кто-то помимо него размышлял о стоявшей перед отрядом проблеме - обыске одного огромного здания.
  
   - Профессор фон Шен говорил, для ритуала требуется большое помещение, - пояснил юноша, вытирая рукавом широкой рубашки выступивший на лбу пот. - Я примерно узнал планировку... ну... то есть я догадываюсь, что тут и где. Нужно что-то вроде зала. Это или обеденный зал, или зал на верхнем этаже, но там будет влияние стальной бури и... ну... вряд ли Джек пойдёт туда. А вот в подвале должны быть хранилища и общее убежище на случай нападения. Разве это не самое подходящее место?
  
   - Тогда проверим подвалы, - скомандовал охотник. - И...
  
   - Не надо проверять. Он там.
  
   Олаф резко обернулся на голос. Дверь соседнего номера приоткрылась совершенно бесшумно - наёмник и не заметил. С лёгкой досадой Бронзовый признал, что, будь за ней маг, охотник не избежал бы тяжёлого ранения - в лучшем случае.
  
   - Я слышал в коридоре шаги и странное жужжание, - Патрик встревоженно, испуганно смотрел на Олафа. - Дверь была приоткрыта, я закрываю её на цепочку, иначе в номере душно и Лизбет становится плохо. Пожилой мужчина во фраке пошёл вниз по лестнице, я долго слышал его шаги. От него тянулось что-то вроде паутины, и в ней будто бы запутались леди Нэль-Амлас и мальчик. Мне показалось, они спали.
  
   - Спасибо, - поблагодарил наёмник. - Ты здорово облегчил нам работу.
  
   - Скажите, чего нам ждать? - Патрик осмелел, голос его зазвучал живее и жёстче. - Что будет с нами? Со мной и Лизбет? С вами? Со всем дворцом?
  
   - Без понятия, - честно ответил охотник. - Но мы постараемся избежать худшего.
  
   - В дальней части дворца, - вмешался Йохан, - есть башня. Советую перебраться туда, в одну из комнат на втором или третьем этаже. Если по пути предупредите других постояльцев и обслугу, что скоро может начаться бой с магом, я буду вам очень благодарен. И они - тоже, когда всё уляжется.
  
   Патрик молча кивнул и поспешно захлопнул дверь.
  
   - Ты поведёшь, - коротко распорядился Олаф, бросив быстрый взгляд на старшего телохранителя. - Ты лучше знаешь план дворца. Я поменяюсь с тобой, буду замыкающим.
  
  

***

  
   Подвальное помещение, в которое спустился разношёрстный "Стальной орден", отличалось внушительной длиной и куда меньшей шириной. Втроём разминуться ещё вышло бы, вчетвером - уже вряд ли.
  
   - Странно, - Бронзовый рассматривал обитые металлическими листами стены. Поднял голову, изучая белёсый потолок, и переключился на каменный пол под ногами. - Я не вижу тут ни одной двери, кроме этой, в которую мы вошли. Йохан?
  
   - Тут точно кто-то был, и не так давно. Вон, "светляки" остались, - телохранитель неприязненно кивнул на десяток крохотных заклинаний вдоль притолоки. - Дверь есть, но она потайная. Я не в курсе, где она. Может, Карл запомнил...
  
   - Я не знаю! - выпалил младший охранник, вмиг почувствовавший себя неуютно под гнётом ответственности. - Господин Нэль никогда не бывал здесь, а если и бывал, то не брал меня с собой! А мастеровые с запасными ключами - в городе!
  
   - Ясно, - вздохнул профессор фон Шен. - Придётся искать и как-то выламывать.
  
   - Тут не менее восьмидесяти квадратов, - леди Сандар недовольно поджала губы. - Я не хочу здесь задерживаться. Неуютное место.
  
   - Противоположная стена, примерно в двадцати шагах отсюда, - неожиданно произнёс Дориан.
  
   - Почему? - полюбопытствовала художница, единственная, кто получал удовольствие от происходящего.
  
   - Я узнал планировку, - пояснил архитектор. - Лет двадцать назад активно строились дворцы, ну, подобного стиля, старо-островного. Подвальный и первый этажи у всех них почти одинаковые. Проверьте. Пятнадцать метров от нас, размер проёма будет примерно такой же, как у входа.
  
   Пока телохранители неловко переминались с ноги на ногу, решая, кому идти первым, Призрак легко скользнул вперёд. Отмерив двадцать шагов, он начал осторожно простукивать стену. Удары звучали приглушённо - под металлом скрывалась кладка.
  
   - Нельзя ли пошустрей? - возмутилась Сесиль.
  
   - Можно, - согласился Вито, - но тогда из ловушки, если таковая найдётся, мне вас не вытащить... Есть! - воскликнул он, затормозив возле листа, с виду ничем не отличавшегося от своих соседей. - Дверь тут. Ширина небольшая, замок... - плоский брусок металла брякнул об пол, - вот он.
  
   - Что скажешь? - Олаф, поравнявшись с союзником, склонился над тремя замочными скважинами. Две из них казались совершенно обычными, третья же, широкая, с поблёскивавшими в тёмной глубине шестерёнками, напоминала сейфовую. Очень надёжную сейфовую. - Справишься?
  
   - Куда же я денусь, - вор, опустившись на колени возле замаскированной двери, нацепил гогглы. На одной из линз зияла сквозная трещина; наёмник хотел было уточнить, не помешает ли Призраку этот дефект, но промолчал, побоявшись отвлечь.
  
   Разложив на полу свёртки с отмычками, тонкими стальными стерженьками, леской и прочим скарбом взломщика, Вито увлечённо принялся за работу.
  
   - С верхним и нижним проблемы не будет, - невнятно пояснил он, держа в зубах что-то вроде шила, - а вот с последним предстоит повозиться. Постерегите пока. Не хочу отвлекаться.
  
   Йохан и Карл послушно заняли позиции слева и справа от каштановолосого юноши, с подозрением на него косясь. Олаф, помявшись рядом, всё же переместился ближе к выходу на лестницу - мало ли какая неожиданность может свалиться на головы горе-спасателей. Остальная часть отряда постепенно переползала поближе к потайной дверце - понаблюдать за Призраком. У того, надо признать, дело спорилось - с первым замком уже было покончено, на него ушло не более полуминуты. Второй, нижний, ощетинился кучей мелких, узких иголок, которые Вито как-то умудрялся придерживать всего одной рукой, осторожно крутя их туда-сюда.
  
   Негромкий щелчок. Единственную выпавшую отмычку вор мгновенно поймал.
  
   - Теперь, - произнёс он, через плечо оглянувшись на собравшихся, - прошу вести себя как можно тише. И отойдите подальше. Последний замок сложный. По-настоящему сложный. Похожий я видел только однажды, в королевской сокровищнице. Одно неверное движение - и сработает ловушка. Непонятно, какая, но едва ли мы уцелеем, и про дальнейший путь придётся забыть.
  
   - Но ты ведь разберёшься с ним, верно? - с надеждой спросил наёмник. - Раз ты уже...
  
   - Я не говорил, что вскрыл его. Я сказал, что видел похожий.
  
   Охотник хотел сказать что-нибудь в ответ - правда, сам не знал, что. То ли пожурить союзника, то ли похвалить его. Но Вито не оставил ему такого шанса, занявшись странной замочной скважиной.
  
   "Давай же! - мысленно подбадривал Призрака Олаф, - давай! У тебя всё получится! Чёрт возьми, кто, если не ты?"
  
   - Мы можем просто выбить дверь, разве нет? - Карл попытался понизить голос до шёпота. Вышло устрашающе.
  
   - Не можем! - шикнул на него Йохан. - Ловушка сработает!
  
   - Дверь выламывать нельзя, - прошелестел Дориан. - Здесь отличная акустика. Джек услышит грохот.
  
   - Помолчите, - даже шёпот леди Сандар имел прекрасно различимую интонацию приказа, которому нельзя не подчиниться. Все послушно притихли, продолжая наблюдать за действиями вора. В воздухе повисло ощутимое напряжение - тот самый его вид, что рьяно подхлёстывает беспокойство и тревожные мысли. "Интересно, - подумалось Бронзовому, - кто следующим не выдержит и рискнёт заговорить? Карл? Или художница?"
  
   Наёмник прогадал оба раза. Профессор фон Шен, вяло созерцавший труды Вито, встрепенулся и боком пододвинулся к охотнику, неловко звякнув протезом:
  
   - Прошу простить моё любопытство, молодой человек, но у меня немаловажный вопрос.
  
   - Какой же? - Олаф слегка повернул голову в сторону старика.
  
   - Известно ли вам, чем занимался юный Луциано до того, как стать вашим напарником?
  
   - А что? - напрягся охотник. Призрак, вне всякого сомнения, слышал слова учёного - плечи парня чуть заметно дёрнулись. От смеха, надо полагать - вряд ли этот проныра испугается разоблачения в такой момент.
  
   - Видите ли, меня несколько приводит в недоумение и настораживает набор его навыков. Кроме того, была упомянута сокровищница королевского дворца...
  
   - Дамы и господа, - голос вора прогремел колоколом, перекрыв шорохи, шепотки и звуки дыхания, - а вот теперь я действительно прошу вас замолчать. Всех. И не издавать ни звука. Начинается самая трудная часть. Если я облажаюсь, все двери в подвал захлопнутся, а вы лишитесь опоры под ногами. Под ней довольно много пустоты, знаете ли. Лететь будете долго и приземлитесь не на пуховую перину.
  
   - Сколько времени тебе потребуется? - охотник с облегчением отошёл в сторону от профессора. Врать Олаф не умел и не любил, а ситуация, в которой он очутился, однозначно вынуждала прибегнуть ко лжи.
  
   - Около шести-семи минут, - Вито тряхнул кистями рук, разминая пальцы, словно пианист перед исполнением сложного произведения. - Надеюсь.
  
   И, достав моток тончайшей проволоки из горного сердечника, приник к замочной скважине, почти вжавшись в неё гогглами.
  
   Фон Шен с нетерпением поглядывал на Бронзового. Наёмник с напускным, не очень убедительным разочарованием пожал плечами и кивком указал на союзника, который, мурлыча под нос какой-то простенький, смутно знакомый мотивчик, просунул в скважину скрученную спиралью стальную ниточку.
  
   Ожидание сделалось невыносимым.
  
   - Эм, - на этот раз Карл и впрямь говорил совсем тихо, большая часть произносимых им слов различалась лишь по вялому движению губ. - Всё точно будет в порядке?
  
   - А что?
  
   - Ваш напарник напевает мелодию похоронного марша...
  
   Охотник прислушался и в самом деле различил знакомые нотки - чередование низких и высоких, два через три и два через четыре, с протяжным выдохом в конце каждого такта. Юноше резко стало не по себе. Возникло острое желание опрометью броситься назад, на относительно надёжную лестницу. Или оттащить кунью морду за шкирку от опасной игрушки.
  
   Но в этот момент замок щёлкнул, ободок скважины развернулся на девяносто градусов и ушёл куда-то вглубь. Застрекотали шестерёнки, зазвенели цепочки. Механизм ожил - зашелестел, заскрипел, забренчал. Глухой, низкий звук, будто от смещения чего-то тяжёлого - и дверь, лязгнув, с натугой приоткрылась.
  
   - Готово, - весело сообщил Призрак, стягивая гогглы. - Кто пойдёт первым?
  
   - Ты, - буркнул Бронзовый.
  
   - С чего бы это? - возмутился Вито.
  
   - Сам открыл дверь - сам и проверяй, что за ней, - с неожиданным даже для самого себя ехидством заявил наёмник. - Спасибо за отлично проделанную работу!
  
  

***

  
   Сильнее всего болели руки. Джек не пожалел ни верёвки, ни усилий. Пальцы практически не шевелились, но Росава продолжала упрямо сжимать-разжимать кулаки, преодолевая онемение.
  
   Ощущение подсохшей крови на виске, стянувшей кожу, тоже было не из приятных, но на него девушка решила не обращать внимания. Как и на путы, стиснувшие лодыжки, и на неприятный холод каменного пола, и на разорванную по шву юбку, и на саднившие колени и локти. Если она достаточно ловко согнётся и дотянется зубами до корсажа, то, вероятно, сумеет вытащить короткий, тонкий стилет - подарок мамы.
  
   Когда-то, ещё до смены гувернантки, слуги застукали юную госпожу за самовольной тренировкой с кинжалом и донесли об этом дворецкому. После этого Росава заверила Джека, что больше не возьмёт в руки оружия - разумеется, за исключением того, что ей выдаст отец для занятий или самозащиты в дороге. Какое счастье, что она не соблюла это обещание! Из-за него бывший помощник обыскал её кое-как, поверхностно. Разряженный пистолет - невелика потеря. К тому же все пули попали в цель. Выражение муки на лице Джека при каждом неосторожном движении левым плечом дарило странное чувство удовлетворения.
  
   Девушка не сомневалась, что помощь в пути. Вопрос лишь в том, успеет ли она вовремя. Юреку ничего не грозит - он прошёл Инициацию. Хорошо, что дворецкий не увидел Метку - его ожидает неприятный сюрприз. С другой стороны, неплохо было бы напомнить перепуганному мальчишке, что он в безопасности - а нельзя. Иначе тайное станет явным, а это лишит жертв их маленького, но важного преимущества.
  
   Куда сильнее графскую дочку беспокоила судьба Вито Луциано. Будь она на пару лет моложе и года на три глупее - непременно влюбилась бы по уши в защищавшего её симпатичного и бойкого молодого человека. Но пора девичьих грёз о принце на белом коне миновала довольно быстро, поскольку всем сказочным историям Росава Нэль-Амлас предпочитала реальный мир. Ведь сказку, какой бы чудесной она ни была, не сделать явью. Изменить реальность куда проще.
  
   Каштановолосый юноша тоже не грустил о несбыточном, а действовал, опираясь на то, что у него есть. В какой-то момент девушке показалось, что Вито побеждает Джека. Но защитник проиграл, хотя старался изо всех сил. Интересно, как он сейчас? Первая рана уже была серьёзной, а потом, после неудачной контратаки, к ней добавилась вторая. Грустно это признавать, но вряд ли Луциано выжил. Как отреагирует Бронзовый на гибель своего напарника? Он точно не бросит задание, но добьётся ли успеха без чьей-либо помощи? Йохан и Карл выведены из строя и едва ли смогут взяться за оружие.
  
   Отец всегда говорил, что самый страшный и опасный враг - это бывший друг. Он не счёл нужным разъяснить значение этих слов, но Росава всё равно поняла. Союзник хорошо знает тебя, твои умения и привычки. Этот багаж после предательства никуда не денется и подскажет слабые точки, куда удобнее всего нанести удар. Джек так и поступил, только вот юную госпожу Нэль-Амлас он знал плохо. Потому не предвидел ни меткой стрельбы, ни кинжала, ни прицельного удара каблуком в раненое плечо, ни стилета под корсажем. Скинув фальшивую личину, он не стал кем-то другим. Он по-прежнему был Джеком, дворецким графа Нэля, и краткая стычка с теперь уже бывшей госпожой прекрасно это продемонстрировала.
  
   Девушка закусила губу, не выпуская на волю отчаянную улыбку.
  
   Она знала уязвимые стороны Джека лучше, чем он - её слабости, и не собиралась сдаваться.
  
  

***

  
   - Такие магические узоры называют "замка?ми", - профессор фон Шен неприязненно рассматривал сложное переплетение линий, покрывавшее двухстворчатую дверь. - Весьма неприятная вещь. Чтобы убрать шифр, нужно написать расшифровку, а на её изображение мы потратим много времени. Один плюс - пока мы снаружи, нас не слышно.
  
   - Что будет, если выбить дверь? - Йохан по мере приближения к врагу приобретал всё более свирепый вид. - Или стереть эту хрень?
  
   - Пространство комнаты будет полностью изолировано от этого мира, - Вито, покачиваясь с мыска на пятку, внимательно изучал золотистую вязь. - Я бы проскочил, пожалуй... Но взять с собой кого-то ещё не смогу, а в одиночку мне придётся несладко, сами понимаете.
  
   - Значит, этот вариант вычёркиваем, - Олаф машинально потёр шею, глядя на слой бинтов, закрывавший почти зажившую рану вора. - Что именно надо нарисовать?
  
   - Как видите, узор ромбовидной формы, - учёный протянул было руку к светящимся полосам, но опомнился и тотчас отдёрнул. - Требуется разбить его на четыре части, по диагоналям. После чего перерисовать рядом каждую четверть, но не точь-в-точь, а зеркально относительно длинной стороны. Ошибиться на пару сантиметров можно, но крайне нежелательно, и...
  
   - Так это же легко! - выпалила Дарита Жозе. - Дайте мне краски, и я вмиг всё сделаю!
  
   - Юная леди, - наставительно произнёс старик, - это вовсе не так просто, как кажется.
  
   - Я часто рисую орнаменты, - хвастливо улыбнулась художница, - и ловко пользуюсь своей магией, чтобы достичь идеальной симметрии. Итак?
  
   - Краска есть, - Сесиль Сандар уже копалась в чемоданчике. - Сурик годится? Его больше.
  
   - Нормально, - кивнула девушка, вытряхивая из широких карманов балахона связки разномастных кисточек и перьев.
  
   - Пока есть время, договоримся, как будем действовать, - Олаф, ухватив Призрака под локоть, оттащил любопытную кунью морду от раскрытого чемодана леди Сандар. - Чтобы снять магическую преграду, достаточно перерисовать узор?
  
   - Разумеется, нет, - укоризненно качнул головой фон Шен, всем своим видом демонстрируя, что не ожидал услышать от молодого человека подобную глупость. - Понадобится магия. Совсем немного, справится любой со способностями выше девятой ступени.
  
   - Активация? - уточнил Вито.
  
   - Именно.
  
   - А потом выбиваем дверь? - нетерпеливо вмешался Йохан.
  
   Бронзовый с сомнением взглянул на прочные металлические створки:
  
   - Едва ли. Больно тяжёлая. Убежище, как-никак. Разве что заклинанием...
  
   - На вашем месте, - надменно произнесла Сесиль, - я бы предпочла взрывчатку или кислоту.
  
   - Кислоту, мгновенно разъедающую металл? - оживился фон Шен. - Одно из ваших изобретений? Позволите посмотреть?
  
   - Я позволю её бросить, - женщина сунула в ладонь наёмника крохотный, с ягоду, шарик, плотно замотанный в папиросную бумагу. - И бросать малую бомбу будет тот, у кого наибольший опыт в сражениях с магами. Растираете в ладонях, чтобы нагреть, и кидаете, целясь ближе к верху. Коже и одежде она вреда не причинит.
  
   - Спасибо за доверие, - выдавил из себя охотник, не слишком обрадованный дополнительной ответственностью. Он предполагал ворваться первым, чтобы отвлечь Джека на себя. И вот...
  
   - Первым пойду я, - словно прочитав его мысли, заявил Призрак. - Наш противник уверен, что убил меня. Устроим ему неприятный сюрприз, - добавил он с широкой ухмылкой.
  
   - Ладно уж, - вздохнул Олаф. - Тогда я сразу за тобой. Запущу дымовой артефакт. Следом - Йохан и Карл. Когда маг сосредоточится на нас с Вито, проскользнёте внутрь, держась ближе к стенам. Освободите Росаву с Юреком и немедленно - слышите, немедленно! - уберётесь оттуда.
  
   - Думаете, мы струсим и бросим вас? - младший охранник, кажется, был на грани серьёзной обиды.
  
   - Если жертвы не покинут пределы ритуального круга на полу зала, обряд всё равно начнётся, - возразил ему профессор. - Тогда ваши усилия пропадут даром. Пленников необходимо вывести, особенно юную госпожу.
  
   - А мальчишка... ах да, точно же! - телохранитель рассмеялся и с размаху шлёпнул себя ладонью по лбу. - Ещё один подарочек врагу!
  
   - Рано радуетесь, молодой человек, - учёный не разделял настроя Карла. - С таким катализатором магический круг сдетонирует так, что от дворца ничего не останется. Мальчика нужно вытащить тоже.
  
   - Интересно, а буря уже закончилась? - протянул Дориан Эйвон, полностью отрешённый от происходящего. Он задумчиво разглядывал красновато-серую каменную кладку, явно размышляя о чём-то своём.
  
   - Могла, - Дарита на миг отвлеклась от работы. Следовало отдать ей должное: узор разрастался на глазах. Девушка рисовала двумя руками одновременно, с огромной скоростью и, судя по удовлетворённому выражению лица наблюдавшего за ней фон Шена, пока не допустила ни одной ошибки.
  
   - Надеюсь, что да, - пробормотал себе под нос Вито.
  
   - Боишься, что всё здесь взлетит на воздух? - нервозность в показушном веселье Карла грозилась перейти все границы.
  
   - Да, - серьёзно кивнул вор. - Вы с напарником так и не обсудили, кто из вас кого спасает. Врываться в зал, не прояснив этот вопрос - плохая идея. Очень плохая идея.
  
  

***

  
   Молиться богу? Какому именно? Или поверить в судьбу и своё высшее предназначение, позволившие избежать смерти? Может, воздать хвалу каждому из своих неизвестных родственников колена эдак до седьмого, десятого, пятнадцатого?
  
   От одной только мысли, что со смертью удалось разминуться буквально на волосок, Призрака кидало в дрожь. Умом он понимал, что сейчас не время для подобных размышлений, сантиментов и всего такого прочего, но в глубине души ощущался неприятный, липкий осадок.
  
   Если бы леди Сандар опоздала на какие-нибудь две-три минуты, его бы уже не было в живых. Это представлялось с трудом, но реальность такова. Вор навсегда, несомненно, навсегда запомнил странное, жуткое, мерзкое, неописуемое ощущение, как остро заточенная сталь рассекает шею. Тело всё ещё летит вперёд, понукаемое гранитным "надо", но слабость стремительно расползается по нему, мысли и движения теряют синхронизацию, а мир вокруг будто бы останавливается, погрузившись в вязкий туман.
  
   А потом - второй удар. Резкое потемнение в глазах при попытке вдоха и - пустота. Мрак. Ничто. Небытие как оно есть. Он падал, растворялся в этом небытии, но вдруг вернулись тепло и звук, лёгкие обожгло, в горле неприятно заклокотало. Глаза снова увидели свет, а в нём - силуэт напарника, который, кажется... плакал? Да нет, быть не может.
  
   Отвернувшись от союзников, юноша закусил губу и непроизвольно коснулся пальцами грудной клетки. Рана неприятно пульсировала, но теперь - еле-еле, совсем слабо. Она не откроется от одного неосторожного рывка, не парализует резкой болью. Она окончательно затянется буквально через неделю - превратится в длинный, ровный рубец, который всю оставшуюся жизнь будет напоминать вору о собственной глупой решительности.
  
   Драгоценность двух чужих душ давным-давно перевесила. Перевесила настолько, что сломала весы. Стрелка погнулась, коромысло треснуло, тяжёлая чаша опустилась на столешницу, вторая, лёгкая, накренившись на ослабевшей цепочке, просыпала почти всё - включая тот груз, который ни в коем случае не следовало терять. Его собственную жизнь, жизнь Вито Луциано, а заодно - славу Призрака, огромную семью в портовом городке, планы, пути и амбиции.
  
   Чтобы что-то сохранить, нужно чем-то пожертвовать. Какие карты сбросить на этот раз, парень уже выбрал. Ничего не поделаешь - придётся на полную катушку использовать свой магический Дар, о котором знали лишь наставник и Дарто Чёрный Волк. Хорошо, что в самопровозглашённом Стальном ордене острая нехватка сплетников и болтунов. Способности легендарного вора вряд ли станут достоянием общественности. Все кусочки паззла будут на руках у одного Бронзового, а тот попусту не треплется. Если приспичит - свяжет и подвезёт до ближайшего отделения полиции, но не более того. Двенадцатый не любит судебные процессы, пытки, казни и прочие развлечения среднестатистического мещанина.
  
   - Я закончила, - сообщила Дарита Жозе и торопливо отскочила от дверей, прижимая к себе весь свой скудный инвентарь - бутыль с краской и испачканные кисти.
  
   - Хорошо, - наёмник медленно кивнул, будто бы только что очнулся от глубоких, глубже морской бездны, раздумий. И откуда у него столько мыслей, интересно? Точнее - что это за мысли? Временами Вито казалось, что его союзник - дальний родственник медузы: плавает по жизненной глади медленно и вальяжно, строго по течению, шарашит ядовитыми щупальцами всех, кто рискнёт приблизиться, и не имеет даже зачатков головного мозга. Иллюзия, способная обернуться ловушкой: проблемой Бронзового были банальная невнимательность и нехватка жизненного опыта, всего-то.
  
   Художница с архитектором синхронно, словно партнёры по танцу, пятятся в сторонку. Охранники, похоже, наконец-то разобрались, кто из них кого спасает, и Призрак готов поспорить на все свои и соседние чужие ассигнации, что Росаву будет вытаскивать Йохан. Какую бы опасность ни представляло присутствие Юрека на ритуале, телохранители считают главной драгоценностью свою госпожу и отрядят на выручку юной леди того, кто сильнее.
  
   Профессор вслед за леди Сандар тоже отошёл на несколько шагов от входа. Старшие и опытные ведут себя смелее и в то же время предусмотрительнее молодых - встали поближе, скученно, и вытащили на всякий пожарный артефакт-камни.
  
   - Двери открываются наружу, - предупредил взволнованный Карл.
  
   - Дверей сейчас не будет, - нетерпеливо бросил распалённый предвкушением боя Йохан.
  
   Опуститься на колено у кромки причудливого узора из коротких, широких линий-мазков. Встряхнуть кисти рук. Магия ведь не подведёт, правда? Раз жив, она не подведёт.
  
   Замок заполыхал охрово-красным, зашипел и, сверкнув напоследок, стремительно потускнел, выцветя до буровато-серого.
  
   И в тот же миг Олаф швырнул бомбу.
  
  

Глава 9

  
   Кислота сработала куда быстрее, чем Бронзовый ожидал. Уже спустя секунду в двери появилась метровая дыра. Ещё секунда - и проём расширился настолько, что позволял свободно пройти, не наклоняясь и не перешагивая через остатки металла. Дымовая завеса запоздала; телохранители торопливо попятились в разные стороны, подальше от входа, чтобы Джек их не заметил.
  
   - На аборда-а-аж!!! - рявкнул Вито, да так громко и свирепо, что очкарик-архитектор аж подлетел от неожиданности. Пригнувшись и предусмотрительно не выхватывая оружия, Призрак скрылся в дыре. Наёмник поспешил следом, распахнув полы куртки, чтобы укрыть револьверы и рукояти любимых сабель от остатков кислоты, капавших сверху.
  
   Он сразу увидел Джека. Маг стоял посреди комнаты, почти в самом центре огромного заклинательного узора. У дальней стены, на краю пронзительно-медной вязи, лежали два тела, связанные по рукам и ногам - скорчившееся мальчишечье и болезненно изогнувшееся девичье, золото волос рядом с чёрными прядями; две пары глаз, полных радостного изумления и надежды, устремлены на вошедших.
  
   Кунья морда медлить не стал - вмиг налетел на дворецкого, тотчас огородившегося воздушной стеной. Охотник был уверен, что вор сейчас врежется в едва различимую преграду, но Призрак взмахнул рукой, будто отгоняя надоедливую муху - и барьер очутился шагах в пяти от Джека, поднявшись на высоту человеческого роста. Маг замешкался, и Олаф, воспользовавшись шансом, атаковал старика с другой стороны.
  
   Шпага и сабля замерли, чуть-чуть не добравшись до противника. Колдун растянул губы в хищной улыбке.
  
   Удар, обрушившийся на Бронзового, был чудовищным - словно паромобилем на полной скорости. Наёмник еле успел сгруппироваться, но при этом каким-то чудом удержал клинок в руках. Его отбросило к стене; в спине что-то неприятно хрустнуло, дыхание сбило. Закашлявшись, охотник согнулся пополам. Слезящимися глазами он силился высмотреть в нахлынувшей тьме, что происходит и чего ждать дальше. Наверняка маг решит как можно скорее добить своих противников!
  
   Нет. Не добьёт. Точнее, ему не позволят.
  
   Каким образом Вито сумел удержаться на ногах, Олаф не знал. Точнее, догадывался, но только в самых общих чертах. Вне всякого сомнения, Джек воспользовался своим Даром - уж больно мощным, стремительным и сложным для стандартного набора было это заклятие. Призрак же, сочтя ситуацию действительно опасной, рискнул раскрыть свой Дар - тот, с помощью которого он ранее переместил заклинание старика.
  
   Одно дело - вмешаться в битву стали против чар, и совсем другое - встрять в сражение волшебников. Маги двигались с такой скоростью, что казались размытыми пятнами; Бронзовый умудрялся различать их движения лишь благодаря большому боевому опыту. Болезненно щурясь, он наблюдал, как худощавый парень раз за разом наскакивает на оппонента, точно гончая на старого, матёрого волка, а тот отмахивается от ударов - сначала лениво, потом всё быстрее, прицельней, безуспешно ища возможность для контратаки.
  
   В такой ситуации оставался один-единственный вариант поддержки союзника.
  
   Олаф медленно поднялся на ноги и осторожно, боком, стараясь не привлечь ничьего внимания, поковылял вдоль стены - нужно было выбрать позицию, такую, чтобы пленников не зацепило шальной пулей. На ходу достав револьвер, наёмник навёл его на дерущихся и приготовился стрелять - в тот же миг, когда враг откроется, а напарник отодвинется подальше от линии огня.
  
  

***

  
   Клинки против клинков. Магия против магии. Сталь о сталь - удар за ударом, летят искры. На заклинаниях толком не сосредоточиться - на это не хватает времени. Есть всего два варианта: швыряться мелочёвкой и использовать Дар. Заклинания воздуха держатся, ускоряя в разы.
  
   Дар тоже приходится применять осторожно. Джек - опытный чародей, он способен на ходу, в разгар боя, проанализировать колдовство противника и разработать контрприёмы. Призрак ни капли не сомневался, что старикан прямо сейчас составляет какой-нибудь хитроумный план, который позволит ему одержать победу. Но вот беда - слуга, точнее, бывший слуга, сражается с магом-дворянином Вито Луциано, а надо бы - с Вито-Призраком, вором, пронырой и лжецом.
  
   Очередная волна ветра смещается под потолок; по зале проносится мощный порыв ветра, который непременно задрал бы юбку леди Росавы, если бы девушка не сидела на полу... Впрочем, нет. Не тот человек и не тот случай. Интересно, как отреагирует госпожа Нэль-Амлас на особо настойчивые ухаживания? Скорее всего, вежливо попросит прекратить. А потом, при следующей попытке, хорошенько саданёт по лицу, и это будет отнюдь не хиленькая девчачья пощёчина.
  
   Не отвлекаться! Один раз Вито уже угораздило проиграть графскому помощничку. Второго раза не будет.
  
   Краем глаза удалось заметить, как из клубившегося у дверей дыма в зал скользнули два силуэта. Йохан и Карл время зря не теряют - бросились к пленникам, пригнувшись, огибая середину помещения с разных сторон. Отлично. Теперь главное - даже не победить, а просто отвлечь оппонента, чтобы он ничего не смог сделать с крохотным отрядом освободителей. Это проще, гораздо проще. С учётом повреждений, которые есть...
  
   Стоп. Джек не владеет целительскими чарами? Или же не хочет использовать их на полную катушку? Похоже, второе. Если верить Йохану, в мага всадили восемь пуль и слегонца порезали кинжалом до кучи. Без восстанавливающих заклинаний старик попросту не держался бы на ногах. Но раны не затянулись до конца - под продырявленной в нескольких местах рубашкой виден пластырь, запястье забинтовано. Жалко, что левое, а не правое...
  
   Ещё одно заклятие Дара; на этот раз цепочка крохотных взрывных заклинаний, направленная на Призрака, окружила старика, обернувшись вокруг его талии, и тотчас сдетонировала. Ритуальщик заорал от боли, и его Дар вышедшим из-под контроля бешеным зверем рванулся вперёд, намеренный снести всё на своём пути.
  
   Прыжок, кувырок в полёте, ладонь отталкивается от блестящей макушки с редкими седыми волосами. Разворот и тут же - выпад; шпага зазвенела о палаш, завибрировала, загудела, едва не вывалившись из руки... Нет, это не только клинок - это ещё и заклинательная атака! Вор увернулся в последний момент, чуть не лишившись весёлой завитушки на кончике хвоста. Джек, вот гадёныш!
  
   - Прекратите целиться в мои волосы! - возмутился Вито, слегка неуклюже блокируя выпады оппонента. Запястье начинало неметь, из-за чего движения шпаги стали зажатыми, прямолинейными, негнущимися. - У меня больше нет запасной ленты!
  
   Старик не ответил. Точнее, промолчал - но палаш ринулся на врага с удвоенной яростью. Да, бывший дворецкий разозлился, и юноша отчётливо видел это. Джек столько лет скрывался под фальшивой личиной, натянув на себя маску слабака - и вот человек, узрев его истинную силу, усмехнулся вместо того, чтобы испугаться... Или же это игра, притворство, чтобы вор потерял бдительность? Ну-ка, проверим!
  
   - Что, дедуль? Устал, небось!
  
   Не выпад, даже не удар - неожиданный, дурацкий, но действенный приём. Маг, заблокировав палашом вялую шпагу, ухватил Призрака за ворот сюртука и активировал заклинание электрошока. Вито судорожно рванулся, упал на колени, каким-то чудом выпутавшись из рукавов. Оружие пришлось бросить, но ненадолго: секунда - и парень вновь сжал ставшую родной рукоять. Поморщился - пальцы всё-таки немного зацепило заклятием. Не глядя, безжалостно вонзил клинок в тёмную подкладку, точно меж двух потайных карманов. Острие шпаги вошло в плечо ритуальщика. Тот не сдержался - вскрикнул.
  
   - Правый бок, чуть ниже рёбер! - уверенный голос леди Росавы. И сразу за ним - хлопок выстрела. Олаф стоял возле пленников, сжимая "канган" в вытянутой руке. Восхитительное зрелище, достойное кисти известнейших портретистов. Или же баталистов? В любом случае, теперь понятно, почему Джек атаковал так скованно, боясь полностью выйти из обороны. Всё решило присутствие обладателя громкого имени, неподкупного наёмника, меткого стрелка и кого-то там помимо этого, сейчас не вспомнить, пожалуй...
  
   Стоило зазеваться - и палаш прочертил в воздухе идеально ровную вертикальную линию. Повезло, ещё миг - и вместо тонкой царапинки на ключице появился бы глубокий порез от подбородка до... Да, было бы чем похвастаться дамам. Упс, не зевать!
  
   Снова - заклинание. Узкий серп воздушного резака. Ага, похоже, враг попался! Что, думал, Дар Призрака перемещает именно заклинание и именно целиком? Ан нет!
  
   В образовавшийся проём удалось проскочить впритык; недостающая часть полупрозрачной дуги бьёт Джека в спину. Тот разворачивается, пытаясь задержать чары палашом, отвлекается - и пропускает Йохана, пронесшегося мимо с освобождённой леди Нэль-Амлас на руках. Отлично, Росава спасена! А что с Юреком?
  
   Вито кидает быстрый взгляд на Карла, в три погибели согнувшегося над путами, стягивавшими руки мальчика. Так, а вот это плохо. У телохранителя проблемы. То ли он тупит, то ли лажает, то ли делает оба дела одновременно. Вот гадство!
  
   Миг рассеянности обходится дорого. Заклинательный таран обрушивается сбоку. Убрать его вор никак не успел бы - и потому перемещает себя на пару метров в сторону, словно за шиворот из воды выдёргивает. В горле что-то царапает, хрип переходит в кашель. Неужели повреждение настолько серьёзное? Нет. Это всего лишь не зажившая до конца рана на груди. Из-за удара она заболела. Возможно, даже открылась. Или обошлось? Призрак не стал утруждать себя её осмотром во время перевязки. Видимо, зря. Надо всегда проверять свои ранения, чтобы знать, подведёт тело или нет.
  
   Тело подводило, но кое-как шевелилось. Изогнулось в прыжке, проскользнув в зазор между воздушными резаками, летевшими параллельно полу, перекатилось через плечо. С подсечкой не сложилось, клинок скользит наискось, стремясь к плечу... А за его спиной, за спиной Призрака - Юрек. Получилось! Старик развернулся!
  
   Карл всё ещё возится с путами мальчика. Похоже, большую часть кислоты неуклюжий телохранитель вылил на пол, мимо верёвки.
  
   А рядом с охранником - знакомая коротко стриженая белобрысая шевелюра, ствол револьвера ловит луч потолочного светильника...
  
   Упасть на спину - шея разминулась с лезвием на пару миллиметров. Зажать чужой меч, заклинив его в изящной витой гарде. Съел, дедуль? Решил, что противник начнёт отбиваться и отползёт в сторону? Ан нет. Противнику сейчас не нужно двигаться. Ведь противник не один!
  
   Выстрел. Джек, сипло выдохнув, покачнулся, упёрся коленом в жёсткий каменный пол, но рукоять палаша не выпустил.
  
   Вторую пулю остановил воздушный щит.
  
   Третья и четвёртая достигли цели, поскольку заклинание переместилось на несколько метров в сторону. Старик попытался встать, но подбежавший Олаф с разгона саданул его револьвером в висок. Следующий удар союзники нанесли одновременно: кулак вора впечатался в левую скулу бывшего дворецкого, Бронзовый метким ударом заехал в правую. Глаза мага закатились, и он повалился на спину, так и не разжав пальцы, намертво стиснувшие верный меч. Вито, ойкнув, еле успел выпустить шпагу - развернувшийся палаш грозился пройтись по его пальцам.
  
   - Он умер? - боязливо осведомился Карл, заслонивший собой Мабе-младшего.
  
   - Оглушён, - буркнул наёмник. "К сожалению", - добавил он про себя. Бессознательное тело предстояло связать и оттащить подальше от места проведения ритуала; с трупом хлопот было бы поменьше. Кроме того, Джека следовало допросить и зафиксировать его показания в присутствии хотя бы двух свидетелей - иначе за преступника не выдадут награду.
  
   - Отлично, - выдохнул Призрак. - Теперь можно отдыхать?
  
   И, не дожидаясь ответа, вновь опустился на пол. Закрыл глаза - мягкое, но навязчивое кружение залы порядком надоело. Было необычайно приятно ощутить под спиной надёжную опору, насладиться воцарившимися покоем и тишиной...
  
   - Вито-о-о-о-о!
  
   Юрек, наконец-то освободившийся от пут, рванул к старшему товарищу. Тот, едва приподнявшись, тотчас был прижат к полу влетевшим в него на полном ходу телом мальчишки. "Такое ощущение, что малец весь состоит из острых локтей и коленок", - слегка недовольно подумал юноша, морщась от боли в затылке, повстречавшемся с камнем.
  
   - Вито! Ты живой!
  
   "Уже не очень, ты отлично постарался", - мысленно сострил вор.
  
   - Живой же? Да?
  
   - Живой, живой, - ворчливо подтвердил Призрак, приоткрыв один глаз. - Слезь с меня, пожалуйста. Ты тяжёлый.
  
   - А, извини... Так ты живой, да? Я помогу встать!
  
   Меньше всего на свете вору сейчас хотелось вставать, но мальчишка так старательно тянул его за руки, что пришлось подчиниться и сесть, неловко поджав под себя ногу.
  
   - Я думал, тебя убили, - Мабе-младший трогательно шмыгнул носом. - Столько крови было...
  
   - Как видишь, обошлось, - поморщился Вито. Он пока не был готов обсуждать случившееся. Впечатления от пробуждения в луже крови были слишком свежи, и парень догадывался, что ближайшие несколько ночей его ждут исключительно высококачественные кошмары. - Ты-то как?
  
   - Я? Нормально! - заулыбался Юрек. Призрак подметил, что у пацанёнка слева не хватает одного зубика - клыка, верхнего - и испытал жгучее, не свойственное его дружелюбной натуре желание пересчитать Джеку все зубы, рёбра и другие части тела, чем болезненней, тем лучше.
  
   - Вставай, кунья морда! - Олаф величественно возвышался над связанным стариком, уперев руки в бока, словно бранящаяся торговка. Верёвки наёмник одолжил у самого преступника - использовал уцелевшие путы для жертв. Карл уже шагал к выходу, к маячившим на пороге переживающим зрителям. - Помоги мне оттащить этого типа.
  
   - Попроси кого-нибудь другого, а? - Вито постарался сделать голос как можно более жалобным. - Ты же видишь, я устал и ранен...
  
   - Ранен? - Мабе-младший встрепенулся и с тревогой воззрился на вора.
  
   - Ну... немного, - юноша пожал плечами. - Так, мелочь.
  
   - Тогда помогай с пленником! - привычно рыкнул Бронзовый. - Мне тоже досталось, знаешь ли!
  
   - В твоей душе ощутим острый дефицит милосердия, - ухмыльнулся Призрак. - Интересно, как это связано с тем, что у тебя нету дев...
  
   - Заткнись!
  
   - ...в-виза наподобие "Несу мир и добро"? Один револьвер назови "мир", другой - "добро". Как тебе, а, Двенадцатый?
  
   - О, боги... Прошу, хватит умничать и вставай!
  
   - Прекратите спорить! - возмутилась нетерпеливо притопывавшая ногой леди Сандар. Она была единственной из команды поддержки, кто рискнул войти в зал. Правда, дама отошла всего на пару шагов от порога.
  
   - Она права, - серьёзно произнёс Вито. Он сам не понял, как поднялся на ноги. Ушибленный затылок неприятно пульсировал, раны ныли блёкло, но нудно и настырно; больше всего неудобств причиняла слабость. - Прекрати спорить.
  
   Олаф сделал глубокий вдох, готовый разразиться гневной тирадой, но не смог. Призрак стоял перед ним, слегка пошатываясь, дыша часто и неровно - вероятно, аукнулись незажившие ранения. Даже в день приезда, после бешеной гонки на скорость, вор выглядел менее потрёпанным и усталым, чем сейчас.
  
   - Знаешь, почему тебе всё время прилетает сильнее, чем мне? - наёмник неохотно потянул за верёвку. Джек оказался не таким лёгким, как юноша надеялся, но не тяжелее амбалов, которых Бронзовый не раз и не два оттаскивал в полицию. Если бы не травмы...
  
   - И почему же? - любопытство вора было неискоренимо.
  
   - В отличие от тебя, я не лезу на рожон. А если и лезу, то не в одиночку и не увлекаюсь боем... Эй, никто не хочет помочь? - окликнул охотник телохранителей, переминавшихся с ноги на ногу у входа.
  
   Карла явно не порадовало предложение вернуться в зал с заклинательными узорами на полу, Йохан был куда смелее. Подтолкнув леди Нэль-Амлас к младшему охраннику, он решительно ступил на отливавшие медью переплетения линий.
  
   Вояка успел дойти почти до середины помещения, когда огромная магическая вязь вспыхнула ярко-красным.
  
   - Мне хватит и одной жертвы, - глухо прохрипел Джек. Лёжа на полу лицом вниз, он умудрился как-то извернуться и дотронуться пальцами до пола, невзирая на то, что руки его были крепко связаны за спиной. - Хватит мальчишки...
  
   По стенам и потолку зазмеились глубокие трещины.
  
   Наёмник и вор переглянулись.
  
   - Упс, - сказал Олаф.
  
   - Да, - согласился Вито.
  
   Времени выбраться из зала не оставалось. Призрак, вцепившись в плечо испуганного Юрека, снова активировал Дар; спустя мгновение пацанёнок приземлился точнёхонько на Йохана, во весь опор мчавшегося к выходу. Телохранитель не растерялся - ухватил Мабе-младшего поперёк туловища и, не сбавляя хода, влетел в скучковавшихся на пороге союзников. Кажется, охранник сбил кого-то с ног - вор не обратил внимания. Последним рывком он переместился вплотную к Бронзовому и, собрав остатки сил, попытался развернуть защитный купол. Увы - дрожавшая, словно желе, полупрозрачная завеса едва ли выдержала бы и булыжник, чего уж говорить о рушащемся своде подвала. Зажмурившись, парень вцепился в куртку союзника и приготовился умереть во второй раз за день - теперь уже наверняка.
  
   Когда тряска утихла, а с потолка прекратила сыпаться каменная крошка, Вито рискнул открыть глаза и был очень удивлён, увидев всё тот же зал - только более потрёпанный, чем до этого, и без линий магического ритуала на полу. Скорее машинально, чем осознанно, юноша попробовал ляпнуть какую-нибудь дурную шутку, настолько земную, что душа бы вмиг передумала покидать тело - и поперхнулся, едва сделав вдох. Царапучей серой пыли в воздухе парило столько, что помещение выглядело окутанным дымкой.
  
   Сквозь каменный туман проступил знакомый сгорбленный силуэт в мантии.
  
   - Как я... кха-кха-кха... и говорил... кха... укрепляющие артефакты лишними... кха-кха... не бывают! - со всей возможной горделивостью провозгласил неистово кашлявший профессор фон Шен.
  
   - Похоже, - заметил наёмник, чья бледность была видна даже под слоем серой пыли, - Джеку теперь не нужны верёвки.
  
   Призрак опустил взгляд и, испытав крайне неприятное дежавю, спешно попятился, стремясь скорее выйти из подёрнувшейся седой коркой лужи крови.
  
  

***

  
   Начавшийся новый день Олаф хотел полностью посвятить сну.
  
   Увы, всё сложилось иначе. Приведение подвальных помещений в относительный порядок, разъяснения не причастным к событиям людям (трясущиеся стены и ходящий ходуном пол, само собой, вызвали град вопросов); проверка состояния дворца (к счастью, разрушение ему не грозило, но некоторый ремонт всё же требовался); составление списков ущерба, разбор договора - всё это отняло куда больше времени, чем планировал юноша. По контракту Бронзовый оказался в ощутимом плюсе - госпожа Нэль-Амлас сочла причинённый зданию ущерб несущественным и уменьшила гонорар на смехотворную сумму, чисто "для галочки". Полученные деньги покрыли все дворцовые траты, да и на дальнейший путь теперь хватало, что вызвало у наёмника вялый, но искренний восторг.
  
   До кровати - в другом номере, просторном двухкомнатном, щедро предоставленном леди Росавой за её счёт - юноша добрался ближе к вечеру. Не раздеваясь, рухнул в постель и тотчас провалился в сон, разбавленный шелестом ветвей за окном и запахом прелой листвы - стальная буря закончилась, и окна были распахнуты настежь.
  
   Через пару часов в дверь громко постучались. Олаф сквозь сон распознал условный стук - один короткий удар, пауза, короткий, три длинных, ещё два коротких, один длинный и после паузы - два коротких, торопливых. Спустя мгновение этот шум уже ощущался частью сна, и Бронзовый вновь погрузился в дремоту, откуда его выдернул шорох в замочной скважине, не слишком характерный для ключа.
  
   Пока наёмник, зевая и потягиваясь, неохотно выбирался из плена мягких подушек и тёплых одеял, Призрак успел зажечь свет, бросить на ковёр походную суму и встать рядом с ней - чинно-ровно, вытянувшись в струнку, словно солдат.
  
   - Ты... чего? - не проснувшийся до конца Бронзовый красноречием не отличался.
  
   - Разве не очевидно? - сверкнул белозубой улыбкой Вито. - Сдаваться пришёл.
  
   - Что?! - сонливость вмиг схлынула с Олафа - точно водой окатили. - Какое, к чёрту, "сдаваться"?
  
   - Ну, - вор скромно потупился и шаркнул ножкой, - насколько я понимаю, ты свою добычу упускать не привык и схватишь меня в любом случае. Но дворец и так понёс ущерб, да и постояльцам надо бы отдохнуть и расслабиться после всех волнений, верно? Так что я решил не затевать драку. Лучше тихо-мирно сдаться, не привлекая лишнего внимания... Пытки я не очень люблю и буду рад, если обойдёшься без них. Все улики - в моей торбе. Там же -- верёвка, я её починил. Запястья стягивай поосторожней, ладно? И отправь, пожалуйста, моё прощальное письмо на указанный адрес. Оно у меня в правом кармане. Хочу, чтобы моя семья знала...
  
   - Пошёл вон, - пробормотал Бронзовый, потирая ладонью занывший лоб.
  
   - Что, прости? - растерялся Вито.
  
   - Брысь с глаз моих, кунья морда! - рявкнул наёмник, для большей наглядности шарахнув кулаком по спинке кровати. Та, не привычная к столь грубому обращению, жалобно скрипнула. - И только попробуй ещё хоть раз попасться кому-нибудь! А не то...
  
   - Понял! - выпалил Вито, счастливый, как неожиданно сорвавший джек-пот игрок. - Спасибо, Двенадцатый!
  
   И, ухватив суму, вылетел из комнаты как ошпаренный. Замок громко лязгнул.
  
   - Вали на все четыре стороны, - пробормотал Олаф, задумчиво пялясь в пространство и пытаясь найти в душе хоть толику той ненависти, которую испытывал к Призраку при первой беседе. После чего погасил свет и снова лёг - на этот раз уже без обуви и оружейного пояса.
  
   На самой грани яви и сна юноше стало немного любопытно, погадал ли Вито на таро перед тем, как идти к наёмнику.
  
   Что-то подсказывало Бронзовому, что после боя с Джеком каштановолосый ещё ни разу не притронулся к картам.
  
  

***

  
   В следующий раз в номер Олафа постучались, когда за окном забрезжил слабый, неуверенный сероватый рассвет. Некто колошматил в дверь так отчаянно, будто спасался от следовавшей по пятам смерти. Наёмник кубарем скатился с кровати, схватил револьвер и, прижавшись к стене возле входа, осторожно повернул вертушку замка.
  
   Тревога оказалась ложной. Из коридора на охотника смотрел запыхавшийся, взмокший, неуместно радостный Юрек.
  
   - Что стряслось? - юноша спрятал револьвер за спину, ощущая непонятную досаду.
  
   - Мне сказали, что вы основали орден, чтобы спасти меня и Росаву! - сообщил мальчишка.
  
   - Кто сказал? - изумился Бронзовый.
  
   - Все говорят! - Мабе-младший порывисто шагнул вперёд, вынудив наёмника попятиться. - И я придумал ему отличное название! Как в рыцарских романах!
  
   - И какое же? - осторожно спросил Олаф.
  
   Пацанёнок сделал глубокий вдох и вдохновенно продекламировал:
  
   - Орден Стальной Подвязки!
  
   Охотник едва успел зажать себе рот ладонью, чтобы не расхохотаться во весь голос. Юрек, не обращая внимания на замешательство Бронзового, по-прежнему стоял с широкой улыбкой на лице, сияя, как новенькая монета, а за его спиной кто-то старательно, но безуспешно пытался сдержать хихиканье.
  
   Грубовато отодвинув мальчишку в сторону, наёмник вышел в коридор. Так и есть: чуть в стороне от двери, уткнувшись лицом в охапку полотенец, трясся от беззвучного смеха Вито.
  
   - Опять сдаваться заявился? - ехидно полюбопытствовал Олаф.
  
   - Я... Ох, чёрт! - воскликнул Призрак, с испугом глянув на свою ношу. - Мне же велели быстро...
  
   И опрометью бросился в сторону лестницы.
  
   - Что это было? - поинтересовался охотник у Юрека, когда топот стих.
  
   - А, - глубокомысленно изрёк мальчик, - это его леди Сандар отправила за чистой тканью. И не только за ней. До этого Вито ещё воду носил. А тот парень, Патрик, ничего не делает. Он упал в обморок, и его отстранили.
  
   - Патрик? - Бронзовый вспомнил смуглого юношу в поношенном сюртуке. - А что у него стряслось?
  
   - Не у него, а у его жены. Ей вечером стало плохо. Мы с Вито позвали леди Сандар, а она сказала, что начались роды, служанок оставила, а нас выгнала из комнаты. Но Вито она велела помогать, а мне запретила даже подходить к двери, - в голосе Мабе-младшего прозвучала обида. - Будто я никогда не слышал, как люди кричат!
  
   - А она кричит? - наёмник неспешно обулся и застегнул оружейный пояс.
  
   - Ага. У леди Сандар был обезло... Обезболивающий артефакт! Но тётя Лизбет всё равно кричит.
  
   - Ясно, - вздохнул Олаф. - И где они сейчас?
  
   - На третьем этаже, - Юрек, видимо, окончательно проникся чувством собственной важности. Ещё бы - ему задаёт вопросы сам Бронзовый! - Номер комнаты я забыл, извините. Вы идите на крики, тогда не заблудитесь.
  
  

***

  
   - И давно ты на подхвате?
  
   - С девяти вечера, - вор сидел на полу в тени этажерки, облокотившись на стену и вытянув ноги. - Недолго.
  
   - Недолго? Почти полдня!
  
   - Так с перерывами ведь, - пожал плечами Призрак, повысив голос: за дверью напротив снова раздался крик. В нём не было боли, скорее испуг, но Бронзового всё равно передёрнуло.
  
   - Что, страшно? - хихикнул его союзник.
  
   - Заткнись, кунья морда.
  
   - Всё та же фраза. Приятно, хоть какое-то постоянство...
  
   - Иди спать, - буркнул наёмник, которого отнюдь не радовало сероватое лицо союзника с чёрными кругами под глазами.
  
   - Я спал, пока ты не пришёл.
  
   - Под крики? Серьёзно? Да как в таком шуме... Эй!
  
   Вито не ответил.
  
   Охотник хмыкнул и пригубил чашку с ароматным, совсем свежим кофе. Кто-то заботливый оставил в коридоре поднос с кофейником и белоснежным фарфоровым сервизом - строго говоря, чайным, но юноше было не до тонкостей.
  
   - Извините...
  
   Патрик, всклокоченный, словно воробей после купания, неуверенно переминался с ноги на ногу. Похоже, будущего отца отвели в соседний номер и велели не мешать, но тот, услышав знакомый голос, не удержался.
  
   Олаф похлопал ладонью по ковру. Смуглый юноша смущённо улыбнулся и осторожно присел рядом.
  
   - Простите, что причинил вам столько хлопот, - произнёс он, не решаясь посмотреть в лицо собеседнику.
  
   - Да нет, я же не делаю ничего... - Бронзовый с удивлением понял, что происходящее сейчас по сложности не терпит никакого сравнения с событиями последних дней, участником которых он оказался - и, тем не менее, ощущается куда более важным и волнительным.
  
   - Когда Лизбет сказала, что у неё сильно болит живот, - Патрик дрожащей рукой налил себе кофе, но чашку так и не взял, - я выскочил из комнаты, не представляя, что делать. К счастью, вскоре я наткнулся на мальчика, который сказал мне, у кого просить помощи. И он разбудил...
  
   - Леди Сандар?
  
   - Нет, господина Луциано...
  
   Наёмник сочувственно покосился на союзника, чья голова склонилась набок, и с удивлением заметил на его ухе клипсу-переговорник.
  
   - Господин Луциано сказал, что надо позвать профессора фон Шена, он в этом осведомлённей, - продолжал юноша. - Когда мы бежали к его номеру, я споткнулся о складку ковра и громко вскрикнул. Это услышали молодой человек в очках и рыжеволосая девушка. Дальше мы шли вместе. Профессор фон Шен сказал, что здесь он бесполезен и нам нужно к леди Сандар. Тогда мы отправились к ней. По пути нас догнала госпожа Нэль-Амлас с охраной...
  
   Олаф закусил губу, сдерживая улыбку.
  
   - ... ну вот, мы пришли к ней все вместе, а леди Сандар говорит, сурово так: "Все пошли вон! И пришлите двух служанок. А вы идите со мной." Это она ко мне обратилась. Но господин Луциано и мальчик не послушались. Леди Сандар велела мне помогать. Я принёс воды, но, когда вошёл в комнату и увидел... ну, плохо мне стало как-то. В глазах потемнело, странно зазвенело в ушах... Тогда леди Сандар выставила меня вон. А потом поглядела на господина Луциано, который расхохотался, и строго сказала: "Раз у вас есть силы на смех, то на дело точно есть. Молодой человек, не забудьте, вы у меня в долгу". А он вдруг так посерьёзнел и спросил, что от него требуется. Ну и вот...
  
   - Ясно, - вздохнул охотник. Действительно, чего он ожидал от союзника? Что Призрак добровольно явится и тотчас предложит свою помощь? Разумеется, кунья морда ни за что бы так не поступил. Он от души повеселился, насладился суматохой вокруг, выполнил просьбу молодожёна... и нарочно задержался, побалагурил, не сомневаясь, что попадёт под горячую руку леди Сандар.
  
   Патрик молчал, рассматривая узор на канте ковра. Олаф решил не настаивать на продолжении беседы. Бросив взгляд на легкомысленно дрыхнувшую рядом макушку ценой в восемь с лишним миллионов тэе - этих денег хватило бы на небольшую усадьбу - он машинально коснулся ладонью рукояти револьвера и закрыл глаза.
  
   Должно быть, минул не один час, когда на пороге номера семейной пары возникла усталая, но не менее обычного серьёзная леди Сандар в испачканном кровью переднике и сухо сообщила:
  
   - Двойня. Девочка и мальчик. Оба здоровы.
  
   Патрик удивлённо захлопал глазами. Смысл сказанного дошёл до него не сразу, но спустя несколько секунд на лице смуглого юноши робко расцвела застенчивая, смущённая улыбка.
  
   Знакомое хихиканье отвлекло Бронзового от созерцания физиономии папаши-счастливчика. Призрак, ехидно улыбнувшись, громко прошептал:
  
   - Сколько людей во дворец приехало, столько и уедет.
  
   - Тебе затрещину лёгкую или утяжелённую? - грозно поинтересовался наёмник.
  
   Вито хмыкнул, но, заметив суровый взгляд учёной, поспешил рассыпаться в поздравлениях новоиспечённому отцу. Тот, правда, не слушал - опрометью бросился в комнату, едва женщина шагнула в сторону, освободив ему путь.
  
   - Теперь Стальной орден продемонстрировал, что может помочь и в рождении, а не только в смерти, - оптимистично заявил вор, потянувшись за кофейником, и ойкнул, схлопотав подзатыльник от леди Сандар.
  
   - Меня, пожалуйста, не бейте, - попросил Олаф, которого строгий взгляд дамы пригвоздил к полу не хуже оков и цепей. - Я ничего такого говорить не собирался.
  
   - Идите-ка отсюда, - велела Сесиль Сандар, вытирая и без того чистые руки полотенцем, которое ей торопливо подала пухленькая служанка. - Ваша помощь больше не нужна, а посторонние здесь неуместны.
  
  

***

  
   - Профессор фон Шен и леди Сандар уезжают завтра утром, - обстоятельно перечислял Юрек. Он сидел на банкетке возле пианино, болтая ногами; его ботинки не доставали до пола совсем чуть-чуть. - Дарита и Дориан останутся на неделю или дольше, у них вдохновение. Росава отправила телеграмму папе и ждёт ответа. Мне она тоже помогла с телеграммой. Мама будет тут завтра, и Росава присмотрит за мной, пока меня не заберут. Мы напишем разрешение на мою Инициацию задним числом, так что ты не переживай... А Патрик и Лизбет вообще не знают, как им быть. У них одна лошадь, и та заболела. Но им очень нужно в город, к доктору. Вот.
  
   - Ага, спасибо, - рассеянно кивнул Вито, рассматривавший лепнину на потолке.
  
   - Я всё сделал, как ты сказал! Я никому не говорил, что это ты велел.
  
   - Молодец. А что Две... Бронзовый?
  
   - Я спросил, куда он собирается. Он ответил, что во Флигмос. Ну, соседний город. А я ему: "Да, точно, братик Вито упоминал Флигмос. Вы же вместе едете, да? Вито сказал, что шёл сюда пешком. Вы специально разделились, чтобы никто ничего не заподозрил?" Так и сказал, слово в слово.
  
   - И как?
  
   - Бронзовый подавился котлетой. Слегка. Йохан его хлопнул по спине, и всё стало нормально.
  
   - Какая потрясающая впечатлительность, - прыснул вор.
  
   - Я ничего не напутал? - забеспокоился Мабе-младший.
  
   - Ты сделал всё замечательно, малец, - юноша потрепал подопечного по голове, взъерошив волосы. - Даже лучше, чем я рассчитывал. Но у нас с тобой есть ещё одна задачка, и крайне важно успеть с ней до отъезда.
  
   - Какая задачка? - нетерпеливо спросил пацанёнок.
  
   - Сейчас скажу. Дай мне пару минут, надо подумать.
  
   Мальчик кивнул, соскользнул с банкетки и спустился вниз, к окну. Призрак запрокинул голову и прикрыл глаза, пытаясь решить непростую головоломку, состоявшую сплошь из неизвестных переменных. Единственными константами в ней были лошади - одна краденая, но здоровая, другая больная, зато купленная честными людьми на заработанные ими деньги.
  
   Вытряхнув таро из потрёпанного мешочка, парень ленивыми, размашистыми движениями перетасовал колоду и вынул две карты. Ухмыльнулся, достал из кармана блокнот с коротким, замусоленным огрызком карандаша и старательно вывел на листочке:
  
   "Тебя хотят подставить. Увольняйся немедленно."
  
   - Что ты там пишешь? - полюбопытствовал подошедший Юрек.
  
   - Слушай внимательно, малец, - Вито, вырвав листок из блокнота, сложил его треугольником, подогнув края. - Мне нужно доставить письмецо в посёлок возле Флигмоса. Там есть почтовое отделение, оно прямо у тракта, на въезде. Я хочу, чтобы Патрик отвёз эту записку симпатичной девушке, которая работает на этой почте. Послание важное, его ни в коем случае нельзя вскрывать. Пусть передаст этот листок и сразу уйдёт, ничего не объясняя. Она сама разберётся.
  
   - И? - поторопил вора Мабе-младший, когда тот замолчал, вновь погрузившись в размышления.
  
   - Ты говорил, вы с отцом приехали сюда в экипаже?
  
   - Ага, - кивнул мальчик. - В коляске. Я, он и кучер. Потом оте... отчим велел кучеру вернуться в город, взяв одного коня, а другой остался. Это самый старый экипаж в коллекции, он даже не украшен. Там только эмблемы по бокам и сзади.
  
   - Твоей маме будет затруднительно забрать эту коляску, верно?
  
   - Я думаю, она бросит её здесь, - уверенно ответил Юрек. - Она любит паромобили.
  
   - Отлично! Итак, - Призрак, присев перед пацанёнком на корточки, слегка сжал его острые плечи своими длинными, тонкими пальцами. - Нам надо подпортить эту коляску. Точнее - подправить её внешний вид. Слуги не удивятся, увидев, как ты срываешь с неё вензеля "Крыльев Мабе", учитывая всё произошедшее. Сейчас ты считаешься единственным владельцем этого экипажа, они не имеют права запретить тебе сделать с ним что-либо. В общем, коляска должна выглядеть совершенно обычной, не новой, потрёпанной, но ещё пригодной для езды, без опознавательных знаков фабрики и всего такого прочего. Потом запряжём в неё коней - вашего и моего. Они составят вполне пристойную пару, если пойдут шагом или лёгкой рысью. И всё это вручим Патрику и Лизбет в качестве платы за срочную доставку письма. Понятно?
  
   - То есть сначала я отрываю эмблемы...
  
   - Нет, - качнул головой Вито. - Сначала я отдам тебе свою лошадь. Потом ты займёшься остальным. Можешь подойти к леди Нэль-Амлас и сказать, что даришь свой экипаж молодожёнам. Уверен, она оценит этот щедрый жест. Заодно попросишь её слуг позаботиться о больной лошади.
  
   - А ты?
  
   - Мне нужно уладить кое-что, - вор лукаво улыбнулся уголком рта. - Не переживай. Ты со всем справишься, малец. Удача с тобой... Идём.
  
   - Идём! - выпалил мальчишка и вслед за стремительно шагавшим Призраком помчался к дверям.
  
  

***

  
   Большая часть артефактов разряжена, перевязочные материалы закончились, всего две коробки патронов в запаснике. Неутешительный итог, но Олаф понимал, что могло быть и хуже. Добыть всё необходимое - не проблема, средств более чем достаточно.
  
   Вариант с передачей тел Мабе-старшего и Джека в ближайший полицейский участок наёмник отмёл сразу. Во-первых, он не собирался надолго задерживаться в городе. Во-вторых, без свидетельства Юрека и леди Росавы не обойтись. В-третьих, вознаграждение за трупы свежеиспечённых преступников будет настолько мизерным, что еле покроет все бюрократические расходы, не считая платы за пищу и ночлег. Проще вернуть тела семействам Мабе и Нэль, чтобы они уладили всё по личным каналам и согласно своим предпочтениям, чем возиться с бумажками и допросами.
  
   Кроме того, охотник не представлял, как ему объяснить участие в событиях лица, которое не является ни военным, ни госслужащим, ни наёмным солдатом. Законники наверняка захотят тщательно покопаться в прошлом Вито Луциано, а Бронзовый не был уверен, что там всё гладко.
  
   Строго говоря, гордиться Олафу было нечем. Миссия, хвала клинку, не провалена, но не привычный к подобной работе юноша всё-таки изрядно напортачил. Поимка монстров и беглых преступников была куда проще, не требовала таких усилий, таких сложных планов, таких сосредоточенности и отдачи. С неохотой Бронзовый признал, что браться за миссии-расследования ему рановато. Нужен опыт, и в основном не боевой. Умение договариваться с людьми, слушать, делать выводы и руководить - вот чего недоставало наёмнику, который оказался не готов к обрушившейся на него славе.
  
   Если бы дед был жив...
  
   Если бы дед был жив, Вито-Призрак сейчас был бы либо мёртв, либо покалечен.
  
   А Юрек Мабе? Что стало бы с ним?
  
   Значит, Флигмос...
  
   Окинув рассеянным взглядом упакованные вещи, охотник вспомнил, что за сегодня успел поесть всего один раз, а вчера вовсе ограничился парой чашек кофе. Придётся зайти на кухню. Заодно попросить слуг сложить для него припасы в дорогу. Побольше, чтобы точно хватило на двоих.
  
  

***

  
   - Это так мило с твоей стороны! - восхитилась Росава. - Так мило! Да, конечно же, я помогу тебе. Юрек, ты умничка, так чудесно всё придумал!
  
   - Спасибо, - потупился мальчик. - Я рад, что ты согласна мне помочь.
  
   - Конечно же, я помогу, как иначе? - девушка, подскочив к пацанёнку, звонко чмокнула его в щёку.
  
   - Интересно, - подал голос подпиравший стену Йохан, - что это за послание такое, раз Луциано так щедро платит за его доставку? Надеюсь, это что-то легальное.
  
   - Разумеется! - возмутилась леди Нэль-Амлас. - Он ведь напарник Олафа Бронзового! Ему можно доверять!
  
   - Госпожа, - произнёс телохранитель настоятельно, - я же рассказывал вам, как лихо он разобрался со сложнейшей системой замков! У него навыки взломщика, и отнюдь не любительского уровня! Законопослушный гражданин, даже наёмник, на такое не способен!
  
   - И что? Кем бы он ни был, он работает с Бронзовым. Должен же кто-то ассистировать знаменитому охотнику в сложных делах и расследованиях, вспомните детективные романы!.. Для нас это не должно иметь значения, Йохан. Мы ведь обязаны жизнью им обоим. Не поднимай эту тему, ясно? Юрек, идём. Нужно поговорить с Патриком.
  
   - Я с вами, - непререкаемым тоном сообщил охранник. - Карл пусть отдыхает, так и быть, но с вас я глаз не спущу и больше не оставлю!
  
   Росава изумлённо воззрилась на мужчину. До вояки не сразу дошла двусмысленность его фразы. Только когда его госпожа, зардевшись, отвернулась и потянула Мабе-младшего за рукав, телохранитель охнул и залился пунцовым.
  
  

***

  
   - А теперь добавим жёлтый...
  
   Дарита взмахнула кистью, прочертив на холсте косую полосу ярко-цыплячьего цвета.
  
   - ... и вот, смотри! Совсем другая картина, правда? Она летняя!
  
   - Угу, - кивнул Дориан, с любопытством разглядывая мешанину линий. - Знаешь, было бы занятно построить здание с огромным стеклянным куполом. Чтобы узор на этом куполе менялся в зависимости от температуры воздуха.
  
   - Вот! Ты понял мою идею! Правда, я планировала оконные витражи...
  
   - Можно начать с них, - архитектор азартно наклонился вперёд, почти лёг на заваленный чертежами стол. - Но надо продумать всё так, чтобы сложилась цельная композиция, согласующаяся с планировкой...
  
   - Да, обязательно! Форма, размер...
  
   За окном апартаментов лениво покачивались листья растений, радовавшихся свежему, не отфильтрованному воздуху. Пахло дождём.
  
  

***

  
   Проникнуть в покои графа Нэля было просто - как конфетку у ребёнка отнять. Знакомый замок, уже известная планировка; комната неплохо освещена - солнце очень кстати решило показаться из-за отощавших дождевых туч. А шкатулка - вовсе как старая добрая подружка. Защита - примитивнейшая, "маячок" слабо, но ощутимо пульсирует, щекоча пальцы. На этот раз отмычки не потребуются. Хватит одного-единственного заклинания...
  
   Лежавший на диване Карл всхрапнул и смачно причмокнул. Вито замер в нелепой позе - нагнувшись над туалетным столиком, одна рука над шкатулкой, пальцы растопырены, другая, сложенная горстью, заведена за спину, в зубах - маленький бумажный конвертик. Убедившись, что телохранитель не проснулся и вряд ли сделает это в ближайшее время, Призрак чуть слышным щелчком пальцев активировал свой Дар.
  
   Заветная добыча негромко брякнула во вмиг потяжелевшей ладони, еле уместившись в неё. Вор довольно улыбнулся, убрал ношу в потайной карман за пазухой и двинулся к выходу, комкая конверт на ходу.
  
   Он едва успел отскочить в сторону, когда дверь распахнулась. Рыжеволосая служанка, чудом не заметив незваного гостя, пытавшегося слиться с вешалкой, прошла в комнату.
  
   - Ой, а где госпожа? - донёсся её удивлённый голос. - Она просила принести ей чай, но я забыла уточнить, какой...
  
   - М-гм, - сонно пробормотал Карл. - Она... Стоп, - голос охранника окреп, стремительно сбрасывая остатки сна, - где леди Нэль-Амлас? И Йохан? Куда они исчезли? Почему не сказали мне?!
  
   - Я не знаю, - пролепетала служанка, пятясь к выходу, - я только что сюда...
  
   Вито, не дожидаясь окончания фразы, юркнул за дверь и бросился бежать.
  
   Почти добравшись до поворота, он услышал, как телохранитель, шумно дыша и бряцая оружием, выскочил из номера.
  
   - Эй! Луциано! - заорал горе-охранник. Громкость его голоса впечатляла - впору парадами командовать. - Где госпожа? Ты её видел?
  
   - Кажется, она ушла куда-то с Юреком! - крикнул Вито в ответ.
  
   И поспешил свернуть на лестницу, пока вояке не вздумалось вытрясти из Призрака пару-тройку подробностей встречи, которой не было.
  
  

***

  
   - То есть у нас будет транспорт? - поражённо переспросил Патрик. - Всего за одно поручение?
  
   - Да, - мягко улыбнулась леди Росава, пытаясь не морщиться от боли: взволнованный молодожён слишком сильно сжал её руку. - Неплохая сделка, не так ли?
  
   - Неплохая... Нет, она... Она ужасно, потрясающе выгодная! Но я не... Это как-то...
  
   - Что? - удивилась графская дочка.
  
   - Ну...
  
   - Что? - повторила госпожа Нэль-Амлас немного настойчивей.
  
   - На благотворительность похоже, - выпалил юноша и покраснел как варёный рак. - Простите.
  
   - Мы вас обидели? - в интонации Юрека ощущалась неприкрытая горечь.
  
   - Нет-нет, что вы! - свежеиспечённый отец тотчас пошёл на попятный. - Мы очень рады вашей доброте и... Лизбет, что скажешь?
  
   - В экипаже мы доберёмся до больницы всего за два часа, - слабым, но решительным голосом произнесла девушка. - И нужно ехать поскорее, - добавила она, с нежностью взглянув на детскую кроватку, которую успели принести горничные. - К ночи похолодает, и я не уверена, что малыши нормально перенесут дорогу.
  
   Мабе-младший вытянул шею и привстал на цыпочки, желая получше рассмотреть два кокона из простыней.
  
   - Тогда отправляйтесь сейчас, - кивнула Росава. - Я позову слуг, чтобы они помогли...
  
   - Эй, а они должны быть такими красными? Они не заболели? - громко поинтересовался Юрек, показав рукой на кроватку.
  
   Йохан, до этого молча подпиравший стену, коротко хохотнул.
  
   - Да, обычно они как раз такие, - невозмутимо ответила леди Нэль-Амлас. - Так мы договорились?
  
   - Конечно, - Патрик бережно убрал свёрнутую треугольником записку в карман. - Спасибо. Мы с Лизбет не забудем вашего милосердия.
  
  

***

  
   - И почему я совсем не удивлён? - вздохнул Олаф, присаживаясь на кровать.
  
   - Мне-то почём знать? - развёл руками Вито. Он полулежал в широком кресле, закинув ноги на подлокотник. - Или я становлюсь предсказуемым?
  
   - Похоже на то, - наёмник кивнул на короб с едой. Призрак проворно скатился на пол, приоткрыл металлическую крышку и удивлённо присвистнул:
  
   - И впрямь... А почему только сэндвичи?
  
   - Не хочу доплачивать за посуду.
  
   - Скупердяй, - хмыкнул вор. - Тебе одолжить деньжат?
  
   - Нет, - быстро ответил охотник. - Не нужно. Сейчас мне важнее другое.
  
   - Что же? - с любопытством спросил Вито.
  
   - Уехать без всех этих прощаний, благодарностей, пожеланий счастливого пути, обещаний новых встреч и прочих сантиментов. И без похвал, которые я не заслужил. Мне от них тошно.
  
   Призрак растянулся на полу, подперев кулаком щёку. Перевернувшись на спину, задумчиво оглядел белоснежный потолок, окаймлённый бледно-зелёной стеной.
  
   - Да, - согласился он. - Так будет лучше для всех.
  
   Олаф фыркнул. Сполз на пушистый салатовый ковёр и прислонился к лакированному боку кровати, запрокинув голову.
  
   Блёклые изумрудно-зелёные обои с позолотой, расписной потолок, шкаф размером с небольшой дом, огромная, непривычно мягкая постель. Письменный стол, на котором разве что карты чертить, стулья настолько тонконогие и резные, что на них страшно класть что-либо - вдруг сломаются. Кофейный столик с нижней полочкой, пухлые кресла, сервант с фарфоровой посудой. И на предметах сервиза, и на мебели, даже на плотных бархатных портьерах - один и тот же узор, замысловатое переплетение вензелей со схематичным гербовым зверем семейства Нэль, то ли оленем, то ли косулей. Картины на стенах, под ладонью - густой, приятный на ощупь ворс ковра. Этот спокойный, тихий, в меру роскошный и безмерно уютный мир затягивал, маня задержаться хотя бы на денёк, но наёмнику в таких хоромах не место. Миссия окончена, угроза устранена, стальная буря стихла. Вряд ли скромный филиал гильдии в мелком городишке откажет самому Бронзовому в срочной выдаче временной лицензии для постороннего человека, не проходившего экзамен. Олаф Риверджейс поднялся незаслуженно высоко, и пора стать воином, достойным своего имени и своей славы.
  
   Охотник не обманывался мнимой слабостью Росавы, в которую так неистово верили её телохранители, и терпеть не мог семейных сцен.
  
  

***

  
   - Госпожа, это не слишком честно с вашей стороны, - укоризненно заметил Йохан. - Почему вы не сказали сразу, что наш... что Джек и есть тот самый маг?
  
   - Я очень, очень сильно сомневалась в своей правоте, - каблуки мерно цокали по каменному полу прохладного коридора, которым обычно пользовались только слуги. - Боялась перестать доверять тому, кого знала с детства. Поэтому молчала. Сейчас я осознаю, что поступила крайне глупо. Пусть опасения и выглядели безосновательными, надо было сообщить о них Бронзовому и Луциано. Я же ограничилась тем, что подняла шум в зале, чтобы спутать противнику карты. Зря.
  
   - А мы? - возмутился Карл.
  
   Росава, резко остановившись, развернулась и скрестила руки на груди:
  
   - И вы поверили бы?
  
   Телохранители пристыженно замолчали.
  
   - Разумеется, нет, - уже мягче произнесла девушка. - И это понятно. Джек казался нашим средоточием порядка, оплотом надёжности, правда? Никто ни о чём не подозревал, даже представить не мог! Лишь моя мама насторожилась с самого начала. Она ведь перевязывала раны Джека, когда лечила после пожара. У него было родимое пятно в форме повёрнутой набок буквы "И" на бедре. Как у моего отца. Как и у меня, - добавила она, слегка покраснев.
  
   - Полагаете, - спросил старший охранник, - он приходился вам роднёй?
  
   - У моего деда, отца моего папы, было много бастардов, - леди Нэль-Амлас передёрнула плечами. - До встречи с будущей женой, моей бабушкой, он славился своей... беспутностью. Жизнь в разъездах способствовала этому. Когда бабушка перед свадьбой приказала ему прилюдно поклясться в верности, он подарил ей ожерелье из чёрного жемчуга. Число бусинок в нём - число его "незабвенных ошибок прошлого", как он тогда объяснил. Я уверена, что дедушка соврал, но папа говорил, что его ни разу не застали в...
  
   - В пикантной ситуации, - подсказал Карл, когда Росава запнулась.
  
   - Да, - стук каблуков возобновился. - В ожерелье ровно пятьсот двадцать одна бусина. И это - лишь "незабвенные" ошибки! Сколько же забытых? Я не удивлена, что один из бастардов решил попытаться завладеть нашим богатством.
  
   - А я не удивлён, что ваш дедушка погиб от рук наёмных убийц сразу из четырёх разных группировок, - пробормотал Йохан.
  
   - Папа в последнее время опасался, что Джек начнёт ориентироваться в наших финансовых делах лучше него самого. Если бы меня, Отто и Виолы не стало, бастард мог потребовать свою долю наследства, и никто не оспорил бы его прав на наше имущество.
  
   - И как, по-вашему, он устранил бы вашего брата? - озадаченно нахмурился младший телохранитель. - Допустим, для юной госпожи Виолетты несложно подстроить несчастный случай, маленькие дети часто калечатся. Но господин Отто сейчас служит в королевской гвардии и не получает опасных заданий!
  
   - Я не знаю, что творилось у него в голове, - вздохнула девушка. - И не горю желанием разбираться, если честно... Мне пора наряжаться к приёму отца. Если хотите, перед этим я покажу вам это ожерелье, - добавила она более оживлённым тоном, остановившись у дверей графских покоев. - Хоть вы и видели его раньше, но...
  
   - Это будет честью для нас! - восторг в голосе Йохана звучал настолько чинно, что впору было заподозрить неискренность.
  
   - Хорошо, - ответила Росава. - Подождите минуточку в приёмной.
  
   Войдя в спальню, леди Нэль-Амлас встала перед туалетным столиком, не удостоив вниманием своё отражение в зеркале. Она прекрасно понимала, что выглядит не ахти - сказывались последние дни, опасные, но при этом невероятно интересные.
  
   Жаль, что сюрпризов больше не будет - никаких. Ни приятных, ни неприятных. Всё закончилось, и жизнь вот-вот вернётся в привычную колею. Служанка принесёт чай с опозданием. На лестнице расстелют чёрно-лиловую ковровую дорожку. А отец, несомненно, пожелает увидеть на шее дочери то самое ожерелье из чёрного жемчуга, о котором девушка так увлечённо рассказывала стражам. Ожерелье, а к нему - комплект, который граф долго и старательно собирал, делая заказы только у лучших ювелиров. Его совершенно не заботило, что наследница не любит такие крупные и громоздкие украшения, предпочитая более простые, лёгкие и не такие дорогие вещицы, после которых не болят шея и запястья.
  
   Откинув крышку шкатулки, Росава вытащила лежавшие в нижнем отсеке бархатные подушечки, на которых переливались в свете ламп её любимые серебро и аметисты. После чего ногтями нажала две скрытые пружинки на боковых стенках.
  
   Потайное отделение распахнулось с тихим щелчком.
  
   Девушка ахнула от неожиданности. Широко раскрытыми глазами она воззрилась на клочок белой вуали, проткнутый чёрной булавкой с полукруглым навершием-хрусталиком - знак Призрака, легендарного вора, которого не первый год безуспешно искали по всей стране и кое-где за границей.
  
   Кроме булавки и неровно отрезанного кусочка полупрозрачной ткани, в атласной ячейке ничего не было. И жемчужное ожерелье, и золотые нити для волос, и перстни, и парные браслеты, и серьги, и заколки, и брошь - весь драгоценный гарнитур исчез.
  
   - Что-то не так? - в дверном проёме возник широкий силуэт Йохана.
  
   - Простите меня, пожалуйста, ради всех богов, - вопреки словам, сожаления в улыбке Росавы не ощущалось, - я забыла вам сказать. Помните, мы останавливались в гостинице накануне приезда сюда? Той ночью я слышала странный шорох в моей комнате, но решила, что мне пригрезилось, и не сообщила вам об этом. Увы, я ошиблась. Меня обокрали... Не переживайте, - торопливо добавила она, увидев, как вытянулось лицо старшего телохранителя. - Уверена, папа вас простит, когда узнает, кто это сделал. Мы ведь понятия не имеем, как это случилось, верно?
  
  

***

  
   - Так они уехали? - фон Шен отложил в сторону надкушенное печеньице и понурился.
  
   - Полчаса назад, прямо перед Лизбет, - прохладно ответила Сесиль и кивком указала служанке на чайник. Та встрепенулась и торопливо наполнила опустевшую чашку ароматным чёрным чаем с мятой и мелиссой - любимым напитком леди Сандар.
  
   Профессор перевёл взгляд на окно. На миг ему почудилось, что у самой линии горизонта в середине ровной полосы тракта мелькнула тёмная точка паромобиля.
  
   - Вы вполне можете их догнать. Если хотите.
  
   - Нет, - старик грустно качнул седой головой. - Годы не те, чтобы рваться за молодыми. В науке ещё куда ни шло, а так... Надеюсь, свидимся однажды.
  
   - Я собиралась поговорить с ними, но не успела, - женщина сердито звякнула ложечкой. - Девушка, извольте покинуть нас на пять минут.
  
   Светловолосая служанка в кружевном переднике поверх синего платья склонила голову и проворно скрылась за дверью.
  
   - Так вот, - продолжила леди Сандар, едва услышав щелчок замка, изнутри отпиравшегося без ключа, - я была уверена, что Олаф Бронзовый или Луциано закупят у меня хотя бы небольшую партию кислотных бомб. Даже была готова сделать им скидку.
  
   - Вероятно, они попросту не знали, какой адрес указать для доставки, - фон Шен ненадолго прервался, вспомнив про печенье. - Жизнь наёмника - это дорога, богатая событиями. Такие ребята следуют на зов денег и происшествий. Не создают для себя тихую гавань, не стремятся к покою. Вдруг через месяц-другой их забросит в края, куда не провели телеграфную линию и где не работает почта?
  
   - Никогда не понимала прелестей такого образа жизни, - Сесиль неодобрительно поджала губы.
  
   - Полагаю, мы с нашими ценностями не в состоянии их увидеть, - профессор почувствовал, что чрезмерно рассыпчатые печеньица начинают ему надоедать, и потянулся за вафлями. - Я был бы не прочь произнести какой-нибудь тост за них, но здесь только чай...
  
   - Я закажу вино.
  
   - Очень великодушно с вашей стороны.
  
   - Разумеется, ведь платите вы.
  
   Профессор крякнул.
  
   - Я думала, "Новейшая теория магии" принесла вам хорошую прибыль, - женщина удивлённо вздёрнула бровь.
  
   - Да, но эта прибыль лежит в банке, - слово "банк" старик произнёс странно, между "н" и "к" проскочило стремительное "э".
  
   - Тогда я пришлю вам счёт.
  
   - Буду ждать.
  
   - Так отчего же вы расстроились, Клод?
  
   - Я хотел спросить у Вито Луциано кое-что, - фон Шен чуть заметно нахмурился.
  
   - О его умениях? - прохладно осведомилась дама.
  
   - О его Даре.
  
   Повисло молчание. Сесиль Сандар, вернув чашку на блюдце, пытливо рассматривала лицо собеседника, словно изучала карту или искала недостающий кусочек мозаики.
  
   - Дар у него необычный, - тихо проговорила она, мельком оглянувшись на дверь. - Телепортация заклинаний...
  
   - Нет, - неожиданно резко оборвал собеседницу старик. - Это не просто телепортация заклинаний. Я знаю этот Дар под названием "Искажение магического пространства". Он подразумевает перемещение чего бы то ни было, содержащего частицы магии, именуемые маной, в пределах видимости волшебника. При этом чары, даже если нарушить их целостность, не спадут. Но здесь немного другой случай. "Искажение" не работает на крупных живых объектах. С его помощью можно переместить животное размером с ворону или котёнка, но не человека. А Вито Луциано...
  
   - Да, я видела, - в голосе леди Сандар змеёй скользнула настороженная заинтересованность. - И кто же обладает этим Даром?
  
   - Великий герцог Маджести.
  
   Сесиль недоверчиво прищурилась.
  
   - Да, - кивнул фон Шен; голос его зазвучал взволнованно, отрывисто. - Юлиус Маджести. Мы были знакомы в молодости, я не раз наблюдал его Дар в действии. И магические Метки... То, что было на малыше Юреке... Они не одинаковы, но весьма похожи. Впрочем, если Инициацию Луциано проводил не кровный родственник...
  
   - ... Форма Метки могла исказиться, - закончила леди Сандар. - Форма, но не цвет.
  
   - Именно! И сама способность также претерпевает изменения в каждом поколении. Вероятно, Дар юного Луциано имеет несколько иную природу...
  
   - Что вы собираетесь делать с этой информацией?
  
   - Простите? - удивился старик.
  
   - Семья сына герцога Маджести считается пропавшей без вести после кораблекрушения. Столкновение военного судна и торгового "Грация", помните? Это случилось... двадцать лет назад, кажется, - женщина потёрла лоб, вспоминая, - нет, побольше. Двадцать один. О происшествии стало известно не сразу, а туман затруднил поиски. Далеко не все тела удалось найти, опознать и предать земле.
  
   - Да, так оно и было.
  
   - Если мы сообщим герцогу, что один из его родственников выжил, - заговорщически прошептала Сесиль, - он будет счастлив. Очень счастлив.
  
   - И поспешит испортить жизнь хорошему человеку, - фон Шен, напротив, повысил голос. - Парень сейчас на своём месте, там, где желает быть! Вы видели его взгляд? Он - в своей стихии, в мире, где ему нравится. Он доволен своей судьбой! А вы предлагаете разрушить то, что этот юноша сам терпеливо, камень за камнем, возводил и успешно выстроил в итоге? Да ни за что! Не делайте этого, милая. Не смейте!
  
   - "Не делайте", значит? - женщина попыталась возмутиться, но получилось у неё неубедительно. - Что вы замыслили, Клод? Что предлагаете? - спросила она, всматриваясь в подозрительно спокойное лицо притихшего после вспышки злости старика.
  
   - Я предлагаю выпить за здоровье Олафа Риверджейса и Вито Луциано, - заявил профессор и подмигнул ошалевшей от неожиданности леди Сандар. - За здоровье и удачу двух смелых наёмников, отчаянных искателей приключений и просто славных ребят, коих в наш век не так много, как хотелось бы!
  
  

Эпилог

  
   - Мне казалось, паромобиль известного наёмника должен быть поновее.
  
   - Замолчи.
  
   - Серьёзно, эту модель впору в музей отправить! А ты, гляжу, не слишком-то бережно обращаешься с раритетом.
  
   - Заткнись.
  
   - Просто признайся, сколько преступников повстречалось с её капотом?
  
   - Заткнись, кунья морда, или иди пешком!
  
   - Ну ладно, ладно! Успокойся! Прости, мне очень жаль! - похоже, вид у наёмника был действительно свирепый, раз неугомонный союзник так стремительно переключился на заискивающий тон. - Хорошая машинка. Выглядит... внушительно. У обшивки оригинальный цвет, кстати. Мне нравится этот чудный серовато-ржавый.
  
   - Она чёрного цвета.
  
   - Ой, правда? Извини.
  
   - Да ну тебя, - выдохнул Олаф, отмахнувшись.
  
   Первые несколько минут поездки Вито сидел на удивление тихо. Охотник догадывался, что Призрака изрядно напрягает близость не закрывавшейся до конца покорёженной дверцы. Проблему решило небольшое заклинание, худо-бедно выправившее погнутый металл, после чего замок защёлкнулся как положено. Одержав эту маленькую победу, оживившийся напарник принялся вертеться на сиденье, осматривая салон. Высунулся было из окошка, но однообразный пейзаж - поля да поля - мгновенно наскучил вору. Тогда и посыпались ехидные замечания, которые Бронзовый выслушивал, скрипя зубами - автомобиль принадлежал его дедушке и был старым боевым товарищем, на котором Риверджейс-старший и его внук объехали почти весь континент.
  
   После вспышки гнева наёмника Вито умолк, пристально изучая приборную панель. Потом зажёг "светляк" на рабочих гогглах и наклонился к рычажкам. Вот чёрт, лучше бы трепаться продолжал...
  
   - Так, а ну не трогать!
  
   - Почему? - невинным голосом спросил Призрак.
  
   - По кочану!
  
   - Это не объяснение, Двенадцатый, - парень рукавом протёр спидометр, после чего принялся отколупывать ногтем мизинца застарелую грязь с продолговатой кнопки рядом. - Что-то не так с артефакт-камнем, образующим пар. Скорее всего, он недостаточно плотно состыкован с трубкой. Поэтому мы еле ползём, а расход энергии летит быстрее звука. Было бы неплохо это подправить, да?
  
   - Что ты де... Стой!!! - заорал Олаф, но вор уже до хруста вдавил кнопку в панель, запустив какое-то заклинание.
  
   Паромобиль содрогнулся, шины пронзительно взвизгнули. Наёмника вдавило в спинку сиденья. Стрелка на спидометре скакнула с тридцати километров на сотню с лишком. Призрак стянул гогглы, с восторгом глядя на размывшуюся полосу тракта.
  
   - Пристегнись! - рявкнул охотник, торопливо проверяя свой ремень безопасности.
  
   - А? Подож...
  
   Не дослушав просьбу, Бронзовый вдарил по тормозам. Вито едва успел наколдовать воздушную подушку; не будь её, юноша влетел бы головой в лобовое стекло.
  
   Машина замерла посреди дороги, пыхтя и жалобно поскрипывая. Союзники, ошарашенные, смотрели друг на друга со смесью удивления и обиды.
  
   - Я хотел как лучше, - пробубнил вор, отведя взгляд.
  
   - А я об этом не просил, - буркнул Олаф.
  
   - Если что-то сломано, это надо починить.
  
   - Но не на ходу же, - наёмник осторожно нажал на педаль газа. Паромобиль плавно, нерешительно пополз вперёд, постепенно разгоняясь до уместных на тракте пятидесяти километров.
  
   - Я потом гляну её повнимательней.
  
   - Когда доедем до города, валяй на здоровье, - согласился охотник. - Но за помощь платить не буду, так и знай. Только поблагодарю.
  
   - Да мне и не нужны твои деньги, - слегка усмехнулся вор, сунув руку во внутренний карман сюртука. Он так и не соизволил пристегнуться, и Бронзового тянуло повторить урок безопасности, но теперь без предупреждения. - Фух, уцелело... У меня чуть сердце не остановилось.
  
   - Что... - Олаф потрясённо уставился на громоздкое, явно старое ожерелье из чёрного жемчуга с золотыми вставками. - Эй! Какого чёрта, кунья морда?!
  
   - Тут целый комплект, - доверительно сообщил Вито. - Браслеты, серьги...
  
   - Ты... Ты... - сомнений в том, кто из постояльцев стал жертвой Призрака, к сожалению, не было. Ни малейших. Лишь одной женщине, а точнее, девушке было по карману и статусу такое дорогое украшение. - Ты что, обокрал Росаву?!
  
   - Просто забрал свою часть гонорара, - пожал плечами вор.
  
   - Ага, и она в десятки раз больше моей доли!
  
   - Я бы сказал, в сотни... С тобой поделиться?
  
   - Заткнись! Росава...
  
   - Юная госпожа Нэль-Амлас вовсю радуется этому происшествию, - маг поднял руку, рассматривая золотую нить с россыпью чёрных жемчужинок. - Готов поспорить на свою голову.
  
   - Что за чушь?!
  
   - Двенадцатый, - вздохнул Призрак, бережно сворачивая украшение и запихивая обратно в карман; вытащив перстень с украшенным жемчужинками золотым цветком, зубами стянул с руки перчатку и примерил добычу. Кольцо без труда налезло на его тощий безымянный палец. - Я уже тебе говорил. Ты ничего не смыслишь в женщинах. Вспомни, как выглядит Росава. Волосы светлого оттенка, серо-зелёные глаза. Что она надела в первый день, на общий ужин? Чёрно-фиолетовое платье. И другие её костюмы были тех же цветов, того же тона! Она любит чёрно-фиолетовые сочетания. Любит серебро и аметисты. А это что? Ожерелье не новое, да, но прочие побрякушки - свежак. Получается, милой девушке досталось в наследство украшение, которое она не хочет носить, которое наверняка причиняет ей массу неудобств, а её родня собрала целый комплект из чёрного жемчуга и золота, тем самым вынудив бедняжку чаще носить этот жуткий гарнитур. Юной леди нужно что-то более лёгкое, ажурное, воздушное. А не этот кошмар, тяжёлый, как наручники, - юноша выразительно потряс мощным золотым браслетом, - раскрашивающий нежную девичью кожу кровоподтёками. Ну, дошло?
  
   - А-ага, - Бронзовый перевёл взгляд на дорогу, переваривая неожиданную информацию.
  
   - Так что это не кража, а акт милосердия.
  
   - Ага... Нет! - наёмник резко повернулся к Вито. - Это не оправдание! Воровство есть воровство, как его ни назови!
  
   - Но я ведь вор, - хихикнул каштановолосый юноша, застёгивая карман.
  
   Охотник громко чертыхнулся.
  
   - О, привычная тема, - ухмыльнулся Призрак, сползая по спинке сиденья. - Сколько до Флигмоса? Пара часов, да?
  
   - Около того.
  
   - Отлично. Разбуди, как приедем, я тебя сменю.
  
   Олаф с удивлением покосился на союзника:
  
   - Да ну? Спать в таком грохоте? Серьёзно?
  
   - А в тишине я не умею, - вор, приоткрыв один глаз, сонно посмотрел на водителя. - Мне обязательно нужен шум, чтобы заснуть. Любой, абсолютно. Вой стальной бури, болтовня, стук колёс, да что угодно. И эти кошмарные звуки, что издаёт твой драндулет, идеально подходят. Они прекрасно успокаивают. Убаюкивают. Тут гораздо лучше, чем было во дворце, - закончил он еле слышно, сбившись на бормотание.
  
   Наёмник очень хотел сказать хоть что-нибудь, но не мог подобрать слов. Фраза Призрака про жуткий рокот мотора паромобиля одинаково смахивала и на оскорбление, и на комплимент, а сам автор не собирался разъяснять, в каком ключе воспринимать его реплику.
  
   Поправив гогглы, Бронзовый сбавил скорость до сорока.
  
   Со стороны полей пахло прелой травой и соломой. Дорога влажно шелестела под колёсами.
  
   Октябрь вступал в свои права.
  
  
  
  
  

Москва-Рязань-СПб

2018-2020

  
  
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Т.Ильясов "Знамение. Час Икс"(Постапокалипсис) Д.Сугралинов "Дисгардиум 6. Демонические игры"(ЛитРПГ) Ю.Резник "Семь"(Киберпанк) Э.Моргот "Злодейский путь!.. [том 7-8]"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) Т.Мух "Падальщик 2. Сотрясая Основы"(Боевая фантастика) А.Куст "Поварёшка"(Боевик) А.Завгородняя "Невеста Напрокат"(Любовное фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Путь офицера."(Боевое фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Решение офицера."(Боевое фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"