![[]](/img/m/matweewa_n_w/sovpadenija9/sovpadenija9-1.jpg)
![[]](/img/m/matweewa_n_w/sovpadenija9/sovpadenija9-2.jpg)
Винсент Ван Гог. Звёздная ночь. 1889.
**** **** ****
Поль Верлен (1844-1896) -
проницательный и горестный певец
"конца века"
![Поль Верлен []](/img/m/matweewa_n_w/sovpadenija9/polx_werlen.jpg)
Из книги
"САТУРНИЧЕСКИЕ ПОЭМЫ"
Посвящённые
Ты знаешь, мудрецы с издавних пор мечтали
(Хотя задача их разрешена едва ли)
На языке небес прочесть судьбу людей
И связь у каждого найти с звездой своей,
Насмешки злобные в ответ им раздавались,
Хоть часто те смешны бывали, кто смеялись!..
Но тайна страшная пленила разум мой,
Я знаю, кто рожден под вещею звездой
Сатурна желтого, столь чтимого волхвами,
Тому Судьба грозит несчетными скорбями:
Смутится дух его тревожною мечтой,
Бессильный разум в нем замолкнет пред судьбой,
И ядовитою, горячею волною
Польется кровь его кипящею струею;
Тоскуя, отлетит на небо Идеал,
И повелит Судьба, чтоб вечно он страдал,
Чтоб даже умер он, терзаясь бесконечно
(Ведь можно допустить, что здесь ничто не вечно),
Тому влияньем чар от века предрекла,
Увы, всю жизнь Судьба, безжалостна и зла.
Перевод Эллиса
**** **** ****
Эмиль Адольфус Верхарн (1855-1916) -
бельгийский поэт-символист,
драматург и критик.
![Эмиль Верхарн [Пьер Гандон]](/img/m/matweewa_n_w/sovpadenija9/emile_verhaeren.jpg)
Пьер Гандон.
Портрет Эмиля Верхарна.
1923.
Мир
Мир состоит из звезд и из людей.
Там, в высоте,
Спокон веков, таинственно далеких,
Там, в высоте,
В садах небес, роскошных и глубоких,
Там в высоте,
Вкруг солнц, бесчисленных и сходных
С огнистым улеем, там, в высоте,
В сверкании пространств холодных,
Вращаются, впивая дивный свет,
Рои трагических планет.
Неведомо когда,
Как рою пчел, им жизнь дала звезда,
И вот они летят - пылинки мира -
Среди цветов и лоз, в садах эфира;
И каждая из них, свой вечный путь чертя,
Сверкая в тьме ночной, а днем в лучах сокрыта,
Уйдя далеко, вспять бежит своей орбитой
И к солнцу-матери влечется, как дитя.
Там, в белой немоте, есть строй непоколебимый
В движенье яростном тех золотых шаров
Вокруг костра огня, вокруг звезды родимой, -
В круговращении неистовом миров!
Что за чудовищность бессчетных порождений!
Листва из пламени, кустарник из огней,
Растущий ввысь и ввысь, живущий в вечной смене,
Смерть принимающий, чтоб вновь пылать ясней!
Огни сплетаются и светят разом,
Как бриллианты без конца
На ожерелье вкруг незримого лица,
И кажется земля чуть видимым алмазом,
Скатившимся в веках с небесного лица.
Под цепким холодом, под ветром тяжко влажным
В ней медленно остыл пыл буйного огня;
Там встали цепи гор, вершины леденя;
Там ровный океан взвыл голосом протяжным;
Вот дрогнули леса, глухи и высоки,
От схватки яростной зверей, от их соитий;
Вот буря катастроф, стихийный вихрь событий
Преобразил материки;
Где бились грозные циклоны,
Мысы подставили свои зубцы и склоны;
Чудовищ диких род исчез; за веком век
Слабел размах борьбы - ударов и падений, -
И после тысяч лет безумия и тени
Явился в зеркале вселенной человек!
Явился господином,
Меж всех земных существ единым,
Стоявшим прямо, к небу поднимавшим очи.
Земля, ее и дни и ночи,
Пред ним распростирала круг
С востока к западу и с полночи на юг,
И первые полеты первых мыслей
Из глуби человеческой души
Державной,
Взнесясь в таинственной тиши,
Незримыми гирляндами повисли.
Мысли!
Их яростный порыв, их пламень своенравный,
Их ярость алая, аккорд багряный их!
Как там, на высоте, меж облаков седых,
Горели звезды, так они внизу сверкали;
Как новые огни, неслись к безвестной дали,
Всходя на выси гор, на зыбях рек горя,
Бросая новое всемирное убранство
На все моря
И все пространство.
Но чтоб установить и здесь согласный строй,
В их золотом и буйственном смятенье,
Как там, на высоте, да, как и там, вдали,
Священной чередой,
Как солнц небесных повторенье,
Возникли гении меж расами земли.
С сердцами из огня, с устами как из меда,
Они вскрывали суть, глася в среде народа,
И все случайные полеты разных дум,
Как улей, собирал их озаренной ум,
И тяготели к ним приливы и отливы
Исканий пламенных, разгадок горделивых;
И тень прислушалась, впивая их слова;
Дрожь новая прошла по жилам вещества:
Утесы, воды, лес почувствовали нежно,
Как дует ветер с гор иль ветерок прибрежный;
Прибой возжаждал плясок, листок обрел полет,
И скалы дрогнули под поцелуем вод.
Все изменилося до глубины заветной -
Добро, зло, истина, любовь и красота;
Живыми нитями единая мечта
Соединила все в покров души всесветной,
И мир, откуда встал невидимый магнит,
Признал закон миров, что в небесах царит.
Мир состоит из звезд и из людей
Перевод В.Брюсова
Человечество
Распятые в огне на небе вечера
Струят живую кровь и скорбь свою в болота,
Как в чаши алые литого серебра.
Чтоб отражать внизу страданья ваши, кто-то
Поставил зеркала пред вами, вечера!
Христос, о пастырь душ, идущий по полянам
Звать светлые стада на светлый водопой,
Гляди: восходит смерть в тоске вечеровой,
И кровь твоих овец течет ручьем багряным...
Вновь вечером встают Голгофы пред тобой!
Голгофы черные встают перед тобою!
Взнесем же к ним наш стон и нашу скорбь! Пора!
Прошли века надежд беспечных над землею!
И никнут к черному от крови водопою
Распятые во тьме на небе вечера!
Перевод В. Брюсова
**** **** ****
![[]](/img/m/matweewa_n_w/sovpadenija9/sovpadenija9-4.jpg)
***
P.S. Звёздное небо притягивает взгляд, рождая у каждого из нас свои ассоциации, размышления и чувства.
Не так давно попалось мне прекрасное стихотворение польского поэта, писателя, драматурга и переводчика Ярослава Ивашкевича.
Это стихотворение посвящено Болеславу Мециньскому, тоже поэту и переводчику.
В качестве эпиграфа Ивашкевич взял часть фразы, принадлежащей Иммануилу Канту: "Две вещи наполняют душу всегда новым и все более сильным удивлением и благоговением, чем чаще и продолжительнее мы размышляем о них, - это звездное небо надо мной и моральный закон во мне".
===
Итак.
***
Ярослав Ивашкевич
Болеславу Мециньскому
...звёздное небо надо мной
Моральный закон во мне...И.К.
***
Когда я ночью с бездной останусь
Наедине,
Вижу я звёзды, мрак и туманность
Там в глубине.
В чёрные яры пропасти вечной
Жутко взглянуть,
В вихре творенья развеян млечный
Солнечный путь.
Но больше, больше я ужасаюсь
Глядя в себя,
Где беззаконный кружится хаос,
Вихри клубя.
Там не таятся, не зреют зёрна
Новых светил,
Мрак беспросветный, бездонный, чёрный,
Иммануил!
Перевод Н.Астафьевой
В.Британшского
|