# прода от 22.11.2017

С А Мазурев

прода уже включена в основной файл.

Испив молочка из кубышка, что дала старушенция. Мы с Петей немного постояли, каждый думал о своем. Да, жалко девчонку.  И  помочь ей сильно осложнить себе жизнь. Смертельно так осложнить. Только появился шанс найти своих... Нет... Все же мир жесток.  Да и идти мне на эту вакханалию не стоит.  А, то еще чего прибью кого.

-Дядь Серый, бабка Никифоровна, вон тот дом с серой крышей, согласна вас приютить на ночь. Обещала еще и блинов с медом напечь, а наутро и медовуху дать.  - сказал Петя и забрав у меня пустой кубышек направился назад к Никифоровне.

Я, стоял возле нашей повозки и смотрел в спину Петрухи. Все же Петя еще наивен, смел, смекалист, но при этом наивен. Наличие жалости в нашем мире чревато, но человек не умеющий сопереживать уже и не человек.

Вот Петя подошёл к бабкам, сидящим на скамейке, передал кубышек одной из бабок. Показал ей рукой в мою сторону, поговорил еще немного и пошел обратно.

В это время, возле церкви пошло какое-то шевеление. Вышел по-видимому местный батюшка в рясе, перекрестился, и став перед народом на колени начал так же крестится и что-то говорить.  Тут и местные то же повставали на колени. И так же крестясь вступили в диалог с этим батюшкой. Наша повозка стояла далековато от всего действия, так что я просто пока ничего не слышал. Да и наши купцы, возчики и бойцы охраны, так же вели оживленный диалог. Явно нашим то же ситуация была не по нраву. Иннокентьевич уже пару раз обошел караван и заперся  в своей "крепости". Да и Майор, расставив людей присоединился к нему же. Лось с командой явно за деревней нас поджидают. С возникших затруднений в деревню не сунется. Значит, найдет укромное место и будет ждать выхода каравана.  Лось поступил более мудро, чем я. Мне точно надо было до деревни соскочить и обойти её по кругу.  Заныкаться куда?...

Между тем, действие возле церквушки только разгоралось. Из церкви вышли какие-то мужички, в камуфляже и обвешанные оружием. При том что, четверым было явно за сорок, а двое наверняка под двадцать, ну не дашь им больше. Да и гонору у этих двадцатилетних явно больше чем у старших товарищей. Ну не выглядят эти малыши опытными бойцами. Я, бы их отнес к числу одаренных. Все может быть. Те то же зачастую своей крутостью похваляются. Мечи стандарт, славянский вариант. Старшие товарищи при себе еще имеют и метательные ножи, и щиты за спиной. Стрелкового оружия не видно, за то на седлах коней. Те, что возле церкви стоят привязанные,  как раз имеются арбалеты. Как раз на четверых лошадок. Значит, делаем вывод, малыши если к церковной братии не относятся, то явно одаренные.  Если бы относились, значит была бы на них ряса. Да и взгляд у большинства священнослужителей одинаков. Смотрит на тебя и пытается при этом простить. Эти прощать не будут. Им нужно показать свою силу, для них это будет кайф.  Все, принимаем во внимание, что двое малышей одаренные.  Смотрим дальше. Бойцы подошли к постаменту. Встав таким образом, чтобы, никто не смог подойти ближе. При том двое условно одаренных встали за своими товарищами.  Народ и местный батюшка поднялись, от постамента до местных оставалось метров десять. Близко стоят. Вот уже и бабки потянулись. Да и Петя уже стоит возле меня, выглядит растерянным.  "Петруха!, да что с тобой?" Бой с оборотнем пережил и тут справишься. Неужели он не наблюдал подобные мероприятия? Инквизиция везде отметилась, "измененных" жгут, топят, головы рубят. Да это повсеместная практика церкви, не зависимо от места.

- Петь, садись в повозку. И не выходи из неё до распоряжения старших! - сказал я жестким голосом, и махнул головой в сторону повозки... - В повозку! Быстро"!

Не стоит ему сейчас давать слишком много впечатлений, и ночной бой и это "представление".  Пусть займется чем-то иным. Чем же его занять. Ну уж точно не чисткой оружия, а то еще кинется.

- Петь. В повозке ящики твои смещаются. Укрепи их. -и посмотрев как Петруха, почесал голову и полез осматривать поклажу в повозке. Я добавил:

- Я, отойду, на тебе мой рюкзак. От повозки не отходи. Если что пропадёт.... Голову оторву! - да, слегка жестко сказал. Ну, уж лучше так, а то с его не окрепшей психикой. Ну, а сам направлюсь поближе к народу. Послушаю.

Что-то я себя не совсем понимаю, то хотел слинять, чтобы не видеть и не сорваться ненароком, то двигаюсь поближе к месту действий. И расцениваю ситуацию как возможное поле боя. Да не собираюсь я воевать, нафиг. Ноги все равно несут к месту экзекуции. Тут еще один чудик вышел в рясе и мантии с крестом на груди. Мужичок то жилистый. Вот батюшка местный больше похож на старичка добрячка, полноват, бородка добавляла колорита. А, этот точно Печорин, вот и инквизиция. И бородка у него короткая. Да и взгляд волка, смотрящего на стадо.   Не доходя до местного батюшки с прихожанами, начал говорить:

- Дорогие братья и сестры! Сегодня Московская православная церковь осудила ведьмино отродье.... - дальше мне уже слушать и не хотелось.  Рука сама легла на рукоять меча, силой воли я руки отвел за свою спину. Глаза мои смотрели на инквизитора, ни чего хорошего при этом ему не обещав. Закончив обвинительную речь, и воздав хвалу что еще одна душа очистится от скверны и уйдет к господу, инквизитор положил руку на плечо одного из молодых. Тот повернулся к инквизитору, увидев его кивок и ушел в церковь. После чего инквизитор опять затянул молитву и периодически крестился. Крестились то все, молятся же, а постамент то, кто сбивал, явно же не святоша, да и не его цепные псы. Вон как встали, не пленницу они свою боятся. Может есть среди местных все же смелые люди. Ну а левая рука все равно переместилась на меч, сложно быть свидетелем и не вмешаться, очень сложно.

Вот тут этот белобрысый и вывел девочку. На вид ей лет девять. Рыжая, и вправду ушки слегка заостренные, даже из-за волос видно. Светлое, легкое платьице. Идет не сопротивляясь. Да что за жизнь такая! В моей груди зарождавшееся чувство ярости вскипело с новой силой. Мои ноги против моей воли сделали сначала всего лишь шаг. И тут я понял, что допустить эту вакханалию я не смогу. Сделав шаг, я успокоился и уже с отрешенностью во взгляде я пошел вперед. Что-то почувствовав местные поворачивались и моментально уходили с моей дороги. Еще два шага и меня заметили шавки инквизитора. Еще шаг и передо мной уже образовался маленький, но с каждым шагом расширяющийся коридор. И тут на меня обратил внимание сам - инквизитор протоиерей Лука Печорин. А, девочку этот белобрысый уже почти довел до места экзекуции. Подожди немного. Я скоро. Закончив молитву протоиерей Печорин не сводил сводя с меня глаз, и как будто удивился эдак предельно вежливо поинтересовался:

- Сын мой! Чем я могу помочь тебе?

- Ваше Высокопреподобие, отпустите девочку. - тихо сказал я. Приближаясь к постаменту.

- Сын мой! Скверну нужно выжигать, пока она не пустила корни.

- Ваше Высокопреподобие, не берите на себя роль бога. Не вы давали жизнь и не вам её забирать. - мои слова точно инквизитору не понравилось. Вон как посмотрел на меня, да и молодой подтянулся, а белобрысый так и держит девочку. Ну и я еще ближе на один шаг.

- Сын мой, она детище врага рода человеческого!

- Ваше Высокопреподобие, ребенок не может быть врагом богу!

- Сын мой, а какому господу служишь ты? - О..., это уже угроза.

- Ваше Высокопреподобие, вы забыли, что господь един? - с усмешкой добавил я. Но глаза все так же, были невозмутимы.

- Может и в тебе поселилась скверна? - ну что ж, я готов. Еще немного и кажись начнется.

- Дети мои, враг рода человеческого послал своего прислужника, что бы помешать очищению плоти от скверны.... Взять его!!! - сказал инквизитор Печорин и указал своей рукой в мою сторону. Сначала ко мне кинулись местные. Здоровые мужички, но где им знать о том, что я "серый". Убивать их конечно не стоит, вот я и не убивал. Пропуская кулак возле своей головы, нападавшему я просто врезал пальцами в горло, еще одному разворачиваясь ступней влепил в колено, ну а рукой продолжая движение нанес удар еще одному мужичку.