Меллер Юлия Викторовна: другие произведения.

По зову сердца

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
Оценка: 8.19*43  Ваша оценка:
  • Аннотация:

    Попаданка. Спокойная, подробная, бытовая женская история.


    Нина училась, потом работала не покладая рук и не заметила, как прошла молодость, а она всё одна и одна. Решила бороться с одиночеством, взяла экстрим-путевку, полезла в подземелье, провалилась в яму. Она ждала помощи, но пришлось спасаться самой. У неё был выбор, шагать в чуждый мир или надеяться, что о ней вспомнят и спасут. Нина осознанно сделала шаг в неизвестность.

    Огромная благодарность за помощь в редакции моей читательнице Algambra

    Текст выложен полностью.


  Любимые читатели, что ожидать от этой книги?
  Это чисто женская бытовая история, без оригинальностей, довольно спокойная в изложении. Задуман классический вариант попаданки, с учётом опыта всех предыдущих писателей, но не исключая собственных ошибок. Героиня будет стараться устроиться в новом мире, будут у неё помощники, взлёты и падения, польза от неё миру будет и, конечно, ХЭ! Я постараюсь сделать нереальную историю правдоподобной, жизненной, без раздражающих резкостей.
  
  
  
  

Глава 1.

  
  
  Подземелье.
  
  - Не советую, - неожиданно раздавшийся сбоку голос чуть не довёл до инфаркта. Нина резко дёрнулась, отскочила, будто кошка, в сторону. Только что девушку окружали мёртвая тишина, беспросветная темнота и полная безнадёжность - и вдруг рядом раздался женский голос.
  Нина, уже отпрыгивая, заметила, что никто из терпеливо ожидаемых спасателей к ней не подкрался, а жуткая ситуация, в которую она попала, продолжается без изменений.
  При свете едва горящего фонаря, который с трудом отгонял темноту, появился призрак. Самый настоящий, со всеми предполагаемыми эффектами. Немного холода, прозрачность и лёгкое внутреннее сияние, наверное, чтобы этих сущностей не теряли в темноте.
  Ни щипать себя, ни тереть глаза Нина не стала, в своём разуме и других чувствах она не сомневалась. Было ли ей страшно? Уже нет. Определённо, в какой-то момент чрезвычайных событий любой человек переходит границы и устаёт бояться.
  Почти сутки она находится в подземном лабиринте, и никто из группы её не нашёл, а выбраться она сама не может. Вода в бутылке есть, перекусить тоже есть чем, а вот надежды на благополучный исход уже нет. Поэтому, когда показалось, что в коридоре, где она провела некоторое время, темнота слегка посветлела, она собралась с силами, чтобы проверить, не несёт ли ей угрозу особая подрагивающая темень с разводами. Вот при подходе к этой как бы живой темноте, и прозвучал неожиданно голос.
  Нина чуть помолчала, настороженно присматриваясь к сущности, призрачная фигура не исчезла после своего предупреждения. Тогда девушка решилась спросить:
  - Вы не знаете, меня ищут?
  - Нет.
  - Простите, нет - не знаете или нет - не ищут?
  - Они ушли. Две девушки сказали, что видели, как вы вернулись на базу.
  - Но... как же так?
  Призрак пожала плечами. Чем больше Нина присматривалась к потусторонней сущности, тем лучше могла разглядеть её.
  Молодая женщина, пожалуй, постарше Нины лет на пять, значит чуть за тридцать. Одета в платье конца девятнадцатого века, причёска тоже того времени.
  "Интересно, - закралась мысль, - может, призрак врёт. С чего бы бывшим спутницам лгать?"
  А потом пришло осознание, что группа вообще сложилась паршивая. Все они, в том числе и Нина, взяли путёвку в надежде познакомиться с интересными мужчинами. Вот только мужчины, похоже, сидят дома на диване, а не лазают по подземельям, не изучают остатки древних городов и не скатываются в ямы, из которых не выбраться.
  Это ж надо, в группе из десяти человек, только двое ребят оказалось. "Неужели её приревновали? Глупость какая!"
  Один ровесник, ему двадцать восемь, а второй ещё младше, ну и зачем они ей?
  "А не глупостью ли было сюда лезть? На что одиночество только не толкает!"
   Нина вздохнула, призрак смотрела на неё, никуда не уходила.
  - Эта чернота, - кивок в сторону трепещущей тьмы, - опасна?
  - Сама по себе - нет, а вот трогать её не надо, - ничуть не раздражаясь любопытством, ответила призрак.
  - Быть может, вы знаете, как отсюда выбраться? - с надеждой спросила Нина.
  - Выходы все перекрыты, случайность, что вы упали в эту часть подземелья, - с сочувствием произнесла женщина, изящным жестом поправляя идеальную причёску.
  - Есть шанс, что меня всё же схватятся и будут искать? - почему-то казалось, что призраки должны знать многое, но не повезло.
  - Вряд ли, сюда никто не приходил после того, как произошёл обвал. А я не имею права покидать это место.
  - Вы привязаны к этому месту? - с удивлением уточнила Нина.
  - Сторожу, - теперь уже призрак кивнула в сторону тьмы.
  Девушка отошла ещё подальше от темноты, которую надо сторожить. Возможно, стоило бы уйти подальше и от призрака, но с ней как-то не так страшно.
  - Как вы сюда попали? - проявила интерес женщина.
  "Как? От большого ума!"
   Нина подавила в себе раздражение на собственную неосмотрительность и, усевшись поудобнее, начала рассказывать:
  - Учуяла интересный запах. Везде пахнет либо одинаково, либо воняет, а тут... - девушка запнулась, подбирая слова, - вроде как парфюмом, но нашу группу предупредили, что кроме нас здесь никого нет. Я посмотрела, вся команда на месте, тогда решила пройти немного, ведомая запахом, ну и отдалилась.
  - Неосторожно с Вашей стороны, - заметила призрак.
  - Понимаете, там везде дыры в потолке, довольно светло и поэтому возникало чувство безопасности, а потом, я недалеко отошла и всё время контролировала, где находится группа.
  Женщина изогнула бровь и снисходительно улыбнулась.
  - А потом я как-то так вышла, что увидела наших совсем рядом, только расщелина нас разделяла. Прыгать я не стала, решила обойти её, не возвращаясь прежним путём, вот в этом была моя ошибка. Заспешила, а там повороты, один за другим, потом я ещё раз увидела группу и успокоила себя, что ничего страшного, они же рядом...
  - Всё понятно, дальше там был обвал, и вы угодили в яму, - закончила призрак.
  - Да, я кричала, пыталась забраться обратно сама, но съехала ещё дальше вместе с грудой камней. Пыталась сделать себе ступеньки, но горка всё больше осыпалась, и я испугалась, что меня скинет вниз. Там обрыв, поэтому я отошла в сторону.
  - Зачем же вы сюда, в самую глубь пробрались? - спросила призрак.
  - Почуяла свежесть и пошла, - грустно ответила девушка, - думала, что есть выход.
  - Как интересно, вы второй раз ведётесь на запах.
  - Да, это специфика моей профессии. Вообще-то я дегустатор, но вполне могла стать нюхачем.
  - Пфф, - фыркнула женщина.
  - Напрасно вы так, это очень редкие профессии. У меня не получилось выучиться на парфюмера-мастера, это очень долго и требуется значительная финансовая поддержка родных, а вот на дегустатора чая, ещё нас называют титестер, удалось.
  - Странная профессия, - с неверием протянула женщина.
  - Ничего странного, - улыбнулась Нина, - сейчас в мире более полутора тысяч сортов чая и производят его более двадцати пяти стран. Приплюсуем сюда фруктовые добавки, травяные, цветочные и становится вообще нереально разобраться во всём многообразии. А если ещё учитывать воду, используемую в регионах, куда пойдут поставки чая, то без нас вообще не обойтись.
  Призрак с сомнением посмотрела на девушку, но ничего не сказала. Мало ли, как изменился мир за время её службы в подземелье.
  - Значит, вас сюда привёл запах?
  - Да, но знаете, что странно, сколько здесь сижу, он всё время меняется и источником служит вот эта тьма, - указала рукой Нина.
  Призрак как будто в первый раз посмотрела на темноту.
  - Не верите? Оттуда пахло свежестью, потом зноем, после чем-то неприятным, причём запах менялся несколько раз, но оставался гаденьким.
  Женщина слушала с огромным любопытством.
  - А сейчас? - спросила она.
  - Сейчас оттуда тянет влажной жарой, прелой листвой... не знаю, я же не стала всё-таки парфюмером-носом, значит, не набрала в свою память, какой запах к чему относится.
  - Всё так сложно?
  - Да, чем больше опыта - тем легче определять.
  Возникла небольшая пауза, но Нина разбила её вопросом:
  - А что это за тьма?
  Призрак немного заколебалась, сомневаясь, имеет ли она право отвечать, но всё же решила поделиться сведениями.
  - Вообще-то я сама не знаю. Моё дело - уничтожать вылезающие оттуда существа и предупреждать об опасности наших людей.
  - Там другой мир? - ахнула девушка.
  Женщина немного замялась и принялась размышлять вслух:
  - Думаю, там другие миры. Сначала я решила, что там живут духи, но если бы вы видели, какие оттуда лезут ужасные существа! - у призрака проскочили жалобные ноты, вкупе с долей азарта. - Однажды выскочил муравей, и он был ростом мне по грудь! Представляете! Ещё как-то вылезла гигантская змея, если бы я не была мертва, то скончалась бы на месте от ужаса.
  - Но как же вы с ними справляетесь?
  - У меня есть сила касания. Прикоснусь - и существо помирает, - с облегчением произнесла призрак. - Правда, пока не увидела, как это действует, поначалу жутко боялась сторожить.
  - А кто вас сюда поставил?
  - Вам об этом знать нельзя, - мягко отказала в ответе женщина.
  - Как интересно у вас тут, - вежливо продолжила разговор Нина.
  - Вообще-то не очень. Я тут больше сотни лет, а случаев у меня было немного, пальцев одной руки хватит.
  - Ну, если так, то, пожалуй, скучновато, - вежливо согласилась девушка.
  Они помолчали. Тишину нарушила снова Нина:
  - Вы сказали, что с нашей стороны кто-то подходил к тьме, они послушались вас и отходили, или входили в неё?
  -Трое мужчин. Один оказался благоразумным и ушёл, а двое вошли. Ничего не могу сказать, было только ощущение, что они погибли сразу.
  - То есть проход убивает?
  - Нет, - призрак задумалась, - они перешли и потом донёсся отголосок смерти.
  - Знаете, если там разные миры, то возможно не все они пригодны для жизни человека.
  - Возможно, - с энтузиазмом согласилась женщина.
  - Там же может быть что угодно, - рассуждала девушка. - Если ориентироваться на мой нос и ваши сведения, то миры могут быть населены кем-то чуждым для нас, но также есть шанс... - Нина замолчала, погрузившись в свои мысли.
  Они сидели долго, невыносимо долго. Девушка смотрела на часы и отмечала, что прошли ещё сутки.
  Вода заканчивалась, есть хотелось давно, но она оставила себе ещё пару конфет на самый крайний случай. Нина уже ходила туда, где скатилась в провал, попыталась ещё раз вылезти самостоятельно, но всё чуть не закончилось большей трагедией.
  Чуть успокоив перепуганное сердце, она бродила в поисках места, где могла бы появиться связь для телефона, но безуспешно, и всё чаще приходила мысль о том, что суждено глупо, совершенно бестолково погибнуть.
  Нина вернулась к возможному переходу между миров. Немного поболтала с призраком. Каждая рассказала о своей жизни.
  У призрака ничего особенного не было, родилась, училась, вышла замуж - и ошиблась. Муж показался скучным, любовник чудесным, пока не растратил всё её приданое. Муж обратно не принял, а она назло всем отравилась и вот, посмертная служба в подземелье.
  Слушать было интересно, а удивляться не хватало душевных сил. Может из-за ситуации в целом, а может, призрак как-то воздействовала, не давала разбушеваться эмоциям.
  Нина тоже поведала о себе.
  В детстве она мечтала выйти замуж за короля.
  - Знаете, на игральных картах рисуют валетов, они как бы принцы, и королей. Девчонкам нравились валеты. Они выбирали тёмненьких или светленьких, пристраивали карты в игрушечные домики, а я всегда выбирала себе мужа из королей. Они такие серьёзные, с бородой или усами, надёжные и умные.
  - Пф, - веселилась призрак, слушая о детских мечтах Нины. - Скукота! У меня муж был серьёзный и надёжный, я с тоски на стены лезла.
  Девушка ничего не стала напоминать призраку из её же рассказа, а продолжила говорить о себе. Самой было интересно, что именно она вспоминает в столь безнадёжной ситуации.
  - Потом я подросла, много читала не только для учёбы, но и для души. Стала мечтать о том, что хочу встретить истинную пару.
  Видя, что призрак не очень понимает, о чём идёт речь, Нина начала приводить примеры из современной литературы. Женщина вальяжно расселась на неровном валуне, положив ногу на ногу, но иногда забывалась, и видно было, как она, то слегка погружается в камень, то наоборот подвисает в воздухе. Слушала призрак с огромным интересом, чуть ли не с открытым ртом.
  - Начиталась я о такой любви и меньшего мне уже не хотелось, - подытожила Нина свой просветительский рассказ об истинных парах.
  - Ну, ещё бы, - мечтательно вздохнула собеседница.
  - Поначалу я училась и ждала. Потом до меня дошло, что если я хочу мужчину вроде короля, то и сама должна что-то из себя представлять. Мои родители - обеспеченные люди, к сожалению, заняты только собой и политикой, но дали мне возможность получить высшее образование, сначала в Грузинском субтропическом институте, потом я окончила курсы в Москве, дальше практика в Индии, а после мне родители помогли устроиться на работу в большую фирму. На этом не только помощь закончилась, но и интерес ко мне вообще, а я столкнулась с жёсткой конкуренцией. В выбранной мной профессии предпочитают семейные династии, а меня взять взяли, но без опыта пришлось тяжело. Можно сказать, я держалась там, выгрызая себе место, но с каждым годом становилось всё легче и спокойнее. У меня не было времени искать друга, я работала. Взяла кредит и после не могла позволить себе даже на день заболеть. И вот, мне двадцать восемь, у меня хорошая квартира, правда, без ремонта, но это мелочи. У меня отличная работа, я ухожена, подтянута, умница и красавица, только ужасно одинока.
  - Вы, конечно, стары, но действительно очень хорошо выглядите, - сделала неоднозначный комплимент призрак, - неужели не понравились никакому мужчине? Или всё короля ждёте?
  - Нет, конечно, уже давно не жду, - улыбнулась Нина, - они у нас очень неприглядны. Я даже большой любви не жду. Был у меня один ухажёр, хороший мужчина, звал замуж. Теперь вот думаю, надо было соглашаться и выходить за него.
  - Почему же не согласились?
  Нина вздохнула, ну как тут объяснить.
  - Не смог он разбудить во мне женщину.
  - Это как? - не поняла призрак.
  - Ну, в постели, никак мне с ним. Все говорят, что должно быть "ах!" и "ох!", а я вроде только начинаю что-то чувствовать - и никак.
  - А-а-а, это важно конечно, - согласилась собеседница, - а больше никого не было?
  - Было, - уныло ответила Нина.
  - Расскажите, - воодушевлённо попросила призрак.
  - Не так давно, на работе познакомилась с очень интересным мужчиной. Красив, умён, богат. Я тоже вроде как под стать, не с такими деньгами, но не нищая. Заинтересовала его, возникла между нами симпатия, дошло дело до постели - и всё. Я стараюсь, он лениво принимает, я к каждой встречи готовлюсь, думаю, чем поразить его, а он позволяет себя удивлять. Противно стало, обидно. Чего ради я так из кожи вон лезу?
  - И что, дальше что?
  - Ничего, рассталась, продолжала работать. Потом подумала, надо искать себе мужа в других сферах, не там, где я кручусь. Взяла путёвку, экстрим, и вот я тут. Сижу.
  - Да-а.
  С опасной темноты повеяло приятной свежестью. Возникло ощущение, что там лес. Морская свежесть или близкая вода пахнет по-другому.
  - А что, если мне шагнуть туда? - озвучила Нина давно зревшую мысль.
  Призрак пожала плечами.
  - Вы не против?
  - Моё дело предупредить, выбор за вами. Я вам всё рассказала, что знаю про эту штуку, - женщина небрежно указала подбородком на охраняемую темень.
  Нина поднялась, размяла затёкшие ноги, спину. Начала активно сжимать-разжимать ручку у фонарика, чтобы он стал давать больше света. Собрала вещи, повесила рюкзак себе за спину. Ничего в нём особого не было, ведь их группа должна была за один день обернуться, но кто знает, что пригодится в новом мире?
  Утром выходили с базы, взяв верёвку и еду. Два широких термоса для обеда, где лежали картошка с котлетами, и суп, один узкий термос с горячим компотом и пара пластиковых бутылок обычной минералки. Вся эта тяжесть была почти съедена перед входом в пещеры. Ещё в кармашке валялся складной швейцарский нож, спички, батарейки, два фонарика, один с возможностью механической зарядки, косметичка, аптечка, зажигалка, коврик, чтобы не сидеть на земле, это всё было куплено по рекомендациям опытных туристов заранее. Вот и весь набор.
  Нина собралась, подошла поближе к тьме и сосредоточилась. Сейчас ей надо принять решение, от которого зависит вся её дальнейшая жизнь. Она постояла, обернулась.
  - Я смогу вернуться через этот проход?
  - Не уверена, - задумалась призрак, - миры сменяются, вы же сами сказали, что чувствуете переходы запахов. Потом представьте, вы можете шагнуть в воду или вдруг проход окажется на высоте хотя бы метра? Или вы делаете шаг, а мир в это время уже сдвигается? Мы же ничего не знаем...
  - Всё же я готова рискнуть, без воды я долго не протяну, - Нина стояла рядом и думала о том, что оставляет на Земле.
  Родители? Она звонит им время от времени, а им некогда поговорить с ней: то у них митинги, то выборы, то участие в дебатах... Наверное, через год вспомнят о ней, ещё через год дойдут руки самим позвонить. Квартира? Пропадёт. Деньги на карте останутся. Друзья? Нет их, разошлись как-то, разъехались по разным городам, появились новые интересы, зато есть хорошие знакомые. Они могут обеспокоиться, но ей в данных условиях не дождаться помощи. Либо шагать сейчас и получить невероятный шанс на "кота в мешке", либо ждать и ощущать тихое увядание без воды в темноте. Это страшно.
  Нина втянула воздух, пахло хорошо. Она оглянулась и, подмигнув призраку, без лишних слов шагнула.
  
  
  

Глава 2.

  
  
  Новый мир.
  
  Соображать надо было быстро и, если что, то прыгать обратно. От напряжения и ответственности за своё действие, сосредоточенность как назло подвела. Первые впечатления: лес, похожий на земной, тепло, день, дышать можно. Нина зачем-то сделала шаг назад, и наполовину очутившись в проходе и во тьме, крикнула призраку:
  - Лес, всё тут знакомо, прощай! - и сразу же вернулась в новый мир. Вдруг именно сейчас идёт движение миров и её рассечёт? Но дать надежду для других таких же возможных страдальцев как она ей показалось нужным.
  Уже через несколько мгновений Нина почувствовала чуждость мира и радость от того, что она шагнула не в вулкан или океан, поутихла. Всё вокруг было чуть более крупным, воздух насыщен не только лесом, но и особой, запоминающейся свежестью. Она ощущается всеми людьми после того, как проходит долгожданная гроза, даря исключительную чистоту эфиру и свой неназываемый аромат.
  Сделав первые шаги, девушка осознала ещё одно отличие: она как будто порхает. Осенила мысль, что ощущение лёгкости - это подарок от издёрганных нервов, но, подумав, решила, что притяжение к земле здесь несколько слабее, чем на родной планете.
  Спустя несколько минут тело перестало чувствовать разницу, и Нина успокоилась. Кто знает, насколько опасно для неё меньшее притяжение? Ведь тогда многое меняется, но, похоже, оно совершенно незначительно. Интересно было бы понять, попала она в другое измерение всё той же Земли или это другая планета?
  Версию о том, что она продолжает лежать в подземелье, надышавшись испарениями, отвергла как несостоятельную и бесполезную. Да и потом, что толку догадаться, что ты в коме и грезишь? Сесть и умирать во сне от бездействия? Нет, ей надо двигаться и необходимо найти воду.
  Нина сняла рюкзак, успокоила мысли и начала принюхиваться. Первое же осознанное рабочее движение выбило её из спокойного состояния. Запахи рванули к девушке с такой силой, что она не справилась с ними. Было впечатление, что врождённые качества в несколько раз усилились. Мозг не справился с поступавшими данными. Привычка определять регионы чая, давность сбора, сорт, условия хранения сейчас подвели и запутали. Запахов рвануло к ней много и с разных расстояний, они засорили не готовое к такому масштабу восприятие.
  Взбудораженная Нина отошла к дереву, подтащила рюкзак, расстелила коврик, нарочно неторопливо расселась, не давая себе паниковать и попробовала сосредоточиться исключительно на воде.
  Хорошо сидела! Голова закружилась, воду она почуяла с разных сторон, даже условно могла бы теперь определить, как далеко та находится, но к работе носа присоединилось новое ощущение.
  Оно родилось изнутри и было необычным. Инстинктивно следуя внутреннему чувству, Нина повернула голову и начала всматриваться. Ничего не увидела, но это внутреннее чувство, настроенное на поиски воды, дало уверенность, что в земле именно в той стороне её много.
  Глубоко вздохнув, Нина отпустила новое для себя чувство, дающее ей столько лишних подробностей. Это ей сейчас не надо, и она ещё раз сосредоточилась только на воде, нашедшей выход наружу и только на своём носе. Получилось. Облегчённо выдохнула, собралась и пошла в ту сторону.
  Шла, прислушивалась к лесным звукам и думала о своих открывшихся возможностях. Они больше походили на звериные. Ещё на Земле она отмечала, что у её отца, несмотря на возраст, отменное зрение, слух и т.д., и т.п. Она явно в него пошла развитыми чувствами, да ещё и усовершенствовала часть из них до профессиональных навыков. Здесь же все органы чувств в ней намного превосходят возможности обычного человека.
  Несомненно, если освоиться с новыми умениями, то это должно помочь в адаптации, но чтобы набрать и осознать в голове запас запахов, нужно время. Что толку, что она ощущает сейчас их великое множество, если не знает природу их происхождения?
  Дальше возникает следующий вопрос: надо ли скрывать свои способности, или здесь все обладают схожими умениями? Ожидать ли ей, что она вскоре обратится в диковинного зверя? Или оборотни всё же книжная выдумка её мира?
  Нина продвигалась достаточно осмотрительно и медленно, успевая и думать, и озираться. Природа была знакома, но слегка видоизменена. Больше оттенков зелёного в листве, крупнее попадавшиеся ягоды, ярче сыроежки, выше и толще деревья.
  Изучая в институте биологию, она отметила, что здесь встречаются незнакомые растения, не только свойственные данному лесу, но и не знакомые в принципе. Это настораживало. Теперь вполне реально предполагать, что здешние животные могут оказаться тоже не все знакомыми.
  С величайшей осторожностью Нина подходила к ранее не виденным ягодам, кустам, деревьям и осматривала их, принюхивалась, старалась запомнить. Идеально было бы зарисовать, но блокнотик был мал, он использовался только для коротких записок, пометок. Фотографировать на телефон не было смысла, батарея почти села.
  Через полчаса Нина вышла к ручью. Чавкая кроссовками по влажной почве, ей с трудом удалось найти сам источник. Она достала складной нож и ложку, которой начала скрести по мокрой земле, помогая ножом. Необходимо было сделать углубление, куда набралась бы вода, чтобы стало возможно зачерпнуть её кружкой.
  Незатейливая работа увлекла. Как ребёнок, дорвавшийся до лужи, девушка всё улучшала и обустраивала родник.
  Земля поддавалась легко, вскоре в дело пошла металлическая кружка вместо ложки и потихоньку появилась приличная ямка для родника, а потом и русло для него.
  Требовалось время для того, чтобы вода промыла своё новое обиталище, поэтому Нина от нечего делать продолжала раскапывать канавку для воды, чтобы излишки уходили в сторону и не заболачивали полянку. Она раскраснелась, устала, но отдохнуть было негде, слишком влажно вокруг, а отдаляться в поисках сухого места было уже лень.
  Вернулась к роднику, занялась ополаскиванием термосов, сама умылась, уложила лишнюю одежду в рюкзак. День был в самом разгаре, погода стояла тёплая, и она осталась в футболке и штанах. Немного подумав, Нина сняла нижнее бельё и, как сумела, освежила его в ледяной воде без мыла. После, сжимаясь от холода, обтёрлась сама.
  Не хотелось бы, чтобы кто-то такой же нюхастый, как она, учуял бы её нечистоплотность. Вскоре стало возможным набрать чистую воду в ёмкости. Источник порадовал вкусной водой, которую давно уже она не встречала в городах Земли.
  Усталая, с потяжелевшим от набранной воды в бутылки рюкзаком, на котором растянула сохнуть трусы и бюстгальтер, Нина двинулась дальше. Запахов жилья попаданка не почуяла, шла она по еле заметной тропке. Знаний, звериная это тропа или людьми протоптанная, у неё не было. Теперь она сосредоточилась и попыталась почувствовать ягодную поляну, представляя себе земляничный запах. Судя по всему, лето здесь в разгаре и первый день можно прожить на подножном корме.
  Толстые ровные сосны с чуть более удлинёнными иголками, чем на Земле, уступили место здоровущим тёмным елям, а те, в свою очередь, быстро сменились на смешанный лес. Идти стало тяжелее, грязнее, но вместе с тем интереснее.
  Новинки начали мелькать чаще. Прошла она полянку плотных грибов в полоску, росших ведьмиными кольцами, с опаской миновала ягодный кустарник, листья которого были припорошены пыльцой. Кто знает, для чего эта пыльца?
  Незнакомые травинки почти не привлекали внимания, зато поразило одно дерево с гигантскими листьями. Они свисали, собираясь складками, и при порывах ветра, раскрывались веерами. Интересное зрелище, хорошо бы узнать применение этих листьев в быту!
  Пока Нина шла, нижнее бельё высохло и, подойдя к привлекательной полянке для отдыха, она вновь надела его.
  Вооружившись палкой для проверки, нет ли в траве змей, девушка приступила к сбору ягод в рот и впрок. После, раздражённая укусами комаров, она обложила себя подорожником, ругая их и жалея себя. У неё, единственной из всей группы, оставшейся на Земле, не было с собой никакого средства от укусов насекомых.
  Специфика работы, строгая диета, исключающая жареные и копчёные продукты, минимум соли, отказ от сладостей, любой парфюм под запретом, включая пахучие кремы, мыло, многие зубные пасты. К тому же, человек, желающий общаться с дегустатором чая, вынужден так же придерживаться многих ограничений.
  Уставшая от впечатлений, от напряжения, да и просто от длительной ходьбы по лесу, землянка, устроившись в тени, отдыхала. Вскоре её сморил сон. Проснулась она к вечеру, подмёрзла и снова проголодалась. Ягоды уже не вызывали первого восторга, видимо, организм достаточно принял в себя всю их пользу и настойчиво требовал более основательной пищи. Идти куда-то уже не было смысла, а вот устроиться на ночь уже стоило бы.
  Для начала Нина решила воспользоваться своими усилившимися возможностями. Она удобно уселась на коврике, прижалась спиной к дереву и, сосредоточившись на запахах животных, замерла.
  Как пахнут собаки, она знала, в лесу же обнаружилось множество похожих ароматов. Тяжкий вздох невольно вырвался из груди, но паниковать она себе не позволила. Не время, не место, да и жаль сил. Пришлось подняться и искать подходящее дерево, надеясь, что не всем учуянным животным она нужна, а тем, кто ею заинтересуется, не хватит умений залезть на дерево.
  К сожалению, ей тоже оказалось не под силу залезть ни на одно приличное дерево. Пришлось отступить и подумать о новом месте. Были мысли натянуть верёвку вокруг, ограждая место ночёвки, чтобы незнакомое животное запуталось, но будет ли толк?
   Вспомнив о выданной на базе верёвке, Нина достала её и покрутила перед носом.
  Ну и зачем им всем всунули десять метров тонкой синтетической верёвки? Если кого-то тащить с её помощью, то скорее покалечишь попавшего в беду. Девушка уже хотела убрать моток обратно, когда вспомнила передачу, в которой за кокосами по гладкому стволу лазали с помощью закреплённой на ногах верёвки. Чисто теоретически такой способ должен оказать помощь неподготовленному туристу, но практически человеку, не обладающему силой и хоть какой-то спортивной подготовкой, это не поможет. И всё же девушка решила попробовать, надеясь на то, что находится в хорошей форме и к тому же похудела за последние дни.
  Нина сложила верёвку в несколько раз и, обвязав ноги, попробовала влезть на дерево. С первых попыток поняла, что шанс есть, но требует больших усилий, и выдыхается она быстро. Если получится, то только одним рывком с первых попыток. Девушка оставила дерево, засеменила со связанными ногами к рюкзаку, надела его и вернулась к стволу.
  Три метра высоты дались нелегко. За первую ветку она схватилась, будучи пунцового цвета и пропотевшей насквозь. Ненадолго задержалась на ветке, дала себе отдохнуть, сняла с ног верёвку и полезла выше, уже опираясь на растущие ветви. Вскоре она достигла примеченной снизу развилки и втиснулась в неё. Даже если уснёт, то не упадёт, скорее, есть шанс застрять меж расходящихся веток, если тело затечёт.
  Минут через десять сидеть стало неудобно; не прошло и часа, как нестерпимо захотелось размяться. Ни о каком сне речи не было! Во-первых, выспалась, во-вторых, зажатые бёдра онемели и было ужасно. Всё плохо, невыносимо, а ночь ещё только наступила! Подумать о том куда попала, что делать, да даже составить план на завтра не удавалось. Выбранное место для ночёвки оказалось кошмарным.
  Мысли о том, что спуститься утром с дерева не удастся, всё больше тревожили Нину. Ночью пробегали какие-то животные, некоторые задерживались у её ствола, шкрябались, и от этого, как ни удивительно, легче стало переносить муки птичьего существования. Рано утром, как только хоть что-то можно стало разглядеть, Нина принюхалась, но кроме утренней влаги и ароматов трав, ничего не учуяла.
  Вытащить зад из разветвления оказалось сложно. Она пробовала себя вытолкать рывком, пробовала вылезать по чуть-чуть, обдирая штаны и кожу, но всё было бесполезно. Крепко засела, а удобной опоры для ног не было. Отчаяние накатило и ушло. Ну не умирать же на этом дереве, значит, надо пытаться снова и снова.
  В какой-то момент она продвинулась, а дальше уже стало легче. Спуск дался сложнее, чем подъём, но Нина не позволила себе спрыгнуть. Подвёрнутая нога для неё опасна больше, чем усталость.
  Спустилась, отдохнула, посетовала на то, что она исключительно городской человек, а потом похвалила себя. Всё-таки она жива и здорова, да ещё некоторый опыт выживания приобрела!
  Дальше девушка решила искать реку в надежде, что удастся порыбачить.
  Ориентируясь на водную свежесть, к полудню Нина вышла к узенькой речке. Рыба в ней водилась, но была она размером с мизинец. Не зная, в какую сторону идти дальше, девушка передохнула и пошла по течению. Живот тоскливо прилипал к спине, но жгучее чувство голода словно смирилось и ушло. Так всегда, стоит перетерпеть день вынужденной диеты, дальше становится легче. А потом она заметила раков и, воодушевлённая, начала обустраиваться на берегу.
  Нужно было придумать, как их наловить, как устроить костёр и заранее сообразить, где она будет ночевать. Прошла она прилично, сколько идти ещё дальше - неизвестно, значит, первоочередная задача себя накормить.
  Поначалу Нина загорелась устроить ловушку для раков, и она уже присматривала, что можно использовать из одежды, но тут же пришла мысль, что нет смысла что-то портить из вещей, если нет возможности всех раков разом приготовить, да и приманить их не на что. Нина села подумать.
  Нужен костёр, дрова, тара для кипячения воды, а без этого она не представляет, что делать с раками. Именно этим и занялась девушка. Набрала всё, что ей пригодится для костра, а пока собирала хворост, палки, задумалась, какой у неё будет костёр, большой или маленький?
  Решила использовать в качестве кастрюльки широкий термос, предварительно вытащив из него колбу. Надо было предусмотреть, чтобы металлическая основа не прогорела. Чем дальше копошилась, тем больше приходило мыслей по вариантам использования посуды. Она даже срезала приличный кусок коры дерева, в надежде, что удастся изготовить из него прямоугольную коробочку-кастрюльку.
  С костерком сложностей не возникло, дров набрала в избытке, оставалось дело за раками.
  Вода была прозрачной, и Нина медленно вошла в реку. Раков в ней было много, и они лениво убегали от неё, стараясь спрятаться. Поначалу дело шло не очень, не хотелось излишне намокать, зато хотелось поскорее похватать речных жителей и выскочить на берег. Но когда она, оскользнувшись, упала в реку с головой, то дело пошло на лад.
  Очень быстро вырисовалась новая проблема: как сторожить выловленных раков.
  Костёр горел, широкий термос разобран и ждал своей очереди, береста лежала, а раки расползались из рюкзака. Пришлось вылезти из воды и заняться дальнейшим обустройством места отдыха. Промучившись, кое-как удалось скрепить бересту в коробочку, зажимая углы расщеплёнными на конце палочками как прищепками.
  Вышло коряво, вряд ли берестяная коробочка выдержит подвешивание над углями, но, оставаясь на песке, воду она удержала, и Нина выловленный десяток раков поместила в неё, прикрыв сверху кофтой. Закончив с этим, она повозюкала в воде бельё, включая футболку и даже лёгкие штаны. Погода позволяла надеяться, что к ночи всё высохнет.
  Потом девушка поймала ещё десяток раков и вышла обратно на песочек. Вроде всё делала быстро, а костёр уже прогорел, углей образовалось достаточно, и можно было попытаться вскипятить воду.
  Посмотрела на объём термоса, на выловленных раков и поняла, что неделя уйдёт на то, пока она будет варить по одному, максимум паре раков в термосной банке. Пришлось ещё один широкий термос разобрать и пристроить его тоже над углями.
  Просидела минут десять в ожидании, когда вода закипит, не дождалась и пошла за следующим куском бересты.
  Провозилась долго, пытаясь отодрать цельный кусок, но когда вернулась, вода уже закипела.
  Нина взяла парочку раков, прополоскала их в воде от песка и сунула по одному в каждый термос. Пока ждала, попробовала из нового куска бересты сделать котелок. В этот раз выходило легче, аккуратнее и быстрее. Скрепила палочками углы и, набрав воды в берестяную посуду, поставила её прямо на угли. Сгорит - так сгорит; а нет - всё быстрее дело пойдёт.
  Еле дождалась, дрожа от нетерпения, когда первая пара раков сварится. Выдернула их из термосных банок, закинула вторую пару раков. Давая время готовым ракам остыть, она с удовлетворением убедилась, что береста ещё держится на огне, не прогорает, но вода там не торопится закипать. Первые приготовленные раки уже не обжигали, и Нина с жадностью принялась их есть.
  Привыкшая за свою жизнь к пресной пище, она с удовольствием умяла маленькую порцию, и с предвкушением следила за следующей партией варящихся раков. Время бежало быстро, вскоре в бересте вода пошла пузырьками, и Нина решилась туда тоже покидать пяток раков. Дело пошло живее, настроение улучшилось, и обстановка вокруг показалась более милой, даже поэтичной.
  Одежда высохла, первый голод был утолён, и пришло время подумать о ночлеге. Лезть на дерево больше не хотелось.
  Девушка отошла в сторону от костра, продышалась и попробовала учуять животных. Они никуда не делись и продолжали бегать где-то неподалёку. Тогда она отправилась на поиски палок и добавки дров. Времени до наступления ночи оставалось мало, Нина торопилась, но лес был щедр. Приходилось надеяться, что дикие звери летом находят для себя достаточно корма, чтобы не зариться на неё.
  Уже в темноте она доделывала себе шалаш из палок. Была огромная надежда на костёр, что она сумеет поддерживать его всю ночь и что укрытие защитит её от некрупных хищников.
  В общем, как надеялась, так и вышло, только ночь оказалась всё равно бессонной. Всё время приходилось прислушиваться, принюхиваться, сквозь запах костра, находиться в напряжении и без конца подбрасывать корм огню. Что на дереве проводить ночь ужасно, что недалеко от берега, особенно при пришедшей дурацкой мысли: "А вдруг оттуда крокодил выползет?"
  Рано утром Нина собралась и выдвинулась дальше вдоль реки. Она решила идти, пока не рассеется утренняя сырость, потом подбадривала себя, что пока не жарко самое лучшее - это продолжать двигаться, а когда солнце начало выбивать пот и ноги едва переставлялись, то нашла себе укромный уголок, огородилась палками и уснула.
  Отдых пошёл ей на пользу. Появились свежие мысли по поводу, а куда, собственно говоря, она идёт и стоит ли торопиться? Что она может придумать для себя на ночной период времени? Стоит ли подробнее сейчас познакомиться со своими способностями и применить их к облегчению своего вынужденного затянувшегося похода?
  Оставшийся день Нина провела, никуда не уходя. Основываясь на земных знаниях, она сумела разыскать пару растений, которые добавили вкуса её выловленным и приготовленным ракам. У берега надёргала себе молодых побегов рогоза, с жалостью посмотрела на стрелолист и сусак зонтичный, его ещё называют якутский хлеб, но эту подкормку пришлось оставить. Весна уже прошла, следующий сбор у них осенью. Зато выкопала несколько корней одуванчика и, нарезав их, засушила на плоском камне, положенном в угли. Была надежда получить из сушёных корней аналог кофе.
  Третья ночь прошла спокойней, удалось поспать, вполглаза отслеживая обстановку вокруг. Да и со сбором дров у неё наладилось. Теперь она не собирала хворост, а находила сухое стоящее дерево, такое, что смогла бы унести, толкала его, а после тащила к своей стоянке. По пути высматривала близко расположенную парочку деревьев. Они ей нужны были, чтобы использовать их как стопор для рычага. Своё брёвнышко, которое было совсем нетолстым, она пропихивала между парой деревьев и надавливала вбок. Длинный сухостой, зажатый деревьями, ломался, и повторяя так несколько раз, девушка получала уже охапку почти приличных дров, которые горели значительно дольше, чем горы хвороста.
  А утром после третьей ночи Нина побаловала себя одуванчиковым кофе. Странный получился напиток, особенно учитывая обострённые вкусовые рецепторы. Он был сладковатым, горьковатым и едва ли похож на кофе, но настроение поднялось, и дальше девушка шла бодренько. По пути встретились заросли лопуха, где, пользуясь свои крохотным ножом, удалось вытащить несколько клубней; гораздо легче поддался выдёргиванию кипрей. Правда, его корни узковатые, зато вытаскивались из земли отлично. Меню Нины расширялось, и опасаться, что организм в ближайшее время загнётся от нехватки каких-либо веществ, не приходилось.
  Лишь через десять дней девушка вышла к месту, где изменился запах, и она стала надеяться на встречу с человеком. За это время она сделала себе удочку. Первую удочку она смастерила всё из той же синтетической верёвки и швейной иголки, следуя советам бывалых. Рыба очень активно крутилась возле червяка, в которого была вставлена игла прямо вдоль его тела. Но то ли рыбий рот был маловат, чтобы правильно заглотить так, чтобы игла встала враскоряку, то ли надо было всё-таки попытаться на огне нагреть иглу и согнуть её в виде крючка, но рыбка не давалась Нине. Да и не было ощущения, что нитки, примотавшие иглу к толстой верёвке, выдержат полуторакилограммовую рыбу, ради которой ловля и затевалась.
  Нина попробовала стоять с заточенной палкой, и использовать её как копьё, но плюнула на это дело почти сразу. Чтобы она попала в рыбу надо делать двадцатизубую широкую вилку как минимум, тогда появлялся шанс зацепить вёрткую еду.
  С раками было проще, да и опыт уже наработался, но по мере продвижения река углублялась, делалась шире, и рыба плескалась всё чаще, дразня своим количеством проходящую мимо Нину. Казалось, она кричит: "Вот нас сколько, хватай хоть руками!"
  Это был вызов, и невольная путешественница решилась попробовать ещё пару вариантов. Были у неё мысли распотрошить зажигалку, там внутри должна быть пружинка, из которой реально сделать крючок, только зажигалка ещё наполовину полная и, скорее всего, опасно расковыривать её.
  "Ведь есть ещё пружинка в автоматической ручке, - размышляла девушка, - но она мягковата и выдержит ли хотя бы среднюю рыбу?"
  Девушка встала, подошла к берегу, в паре метров от неё одна из рыб красуясь, выпрыгнула, сверкнула бочком и исчезла.
  -Зар-раза, - с раздражением выругалась Нина. Не во всех местах плещутся столь крупные особи. Чаще мальки у берега, чуть глубже появляются рыбки с ладонь, а чтобы вот такие "киты"! Это же сразу целый ужин бултыхнулся.
  Девушка вернулась к рюкзаку, посмотрела, нет ли на нём металлических частей, из которых приличный крючок можно сделать. Вытащила спортивного типа кофту, следом ветровку, думала просмотреть, что там у неё ещё завалялось. Кофта зацепилась шнуром, продетым через край капюшона. Нина дёрнула сильнее, обратила внимание на пластиковые штучки-фиксаторы, расположенные на концах шнура. От них толка в рыбной ловле не будет, а вот...
  Она воодушевилась, отложила кофту и толстый шнур, взяла ветровку, там точно так же был продет шнур в капюшоне и ещё шнур шёл по низу куртки.
  Вот тонкий нижний шнурок она и выдернула, сделала петлю на конце, потом в эту петельку продела другой конец шнура, получилась свободно скользящая удавка. Полная надежды девушка подбежала к брошенной палке, к которой недавно крепила кусок десятиметровой верёвки, отвязала её и привязала к ней своё новое устройство.
  Вошла в воду и замерла.
  Когда-то давно, в детстве, ей приходилось видеть, как один пацан выловил таким образом рыбу. Куча мальчишек, да и взрослых, сидели на берегу и ждали, получится у него или нет. Может, поспорили они, может, ещё что... Нину родители везли тогда в пансионат, а её укачало, и они остановились у реки, а там этот пацан...
  Она стояла поодаль и не совсем тогда поняла, что произошло, когда тишина неожиданно прервалась всплеском, а следом раздался оглушительный рёв наблюдателей. Заинтересовавшись происходящим, она пригляделась и увидела на палке болтающуюся в затянувшейся петле рыбу. Народ радостно кричал поздравления пойманной щуке.
  Вот такой способ и решила попробовать Нина. Она стояла, не шевелясь. Рыба наглела, некоторые "ужины" даже касались её ног, но ни одна не лезла в покачивающуюся в воде петлю.
  "Надо было совместить два способа", подумала она и уже готовилась выйти из воды, чтобы сообразить, как приделать к середине петли червяка-заманилочку, как одна из серебристых нахалок буквально проплыла сквозь петлю, а Нина от неожиданности даже не дёрнула удавку!
  Хотелось всё бросить, ну, как же так?! Вот ведь разиня! Тут подплыла ещё одна, и внаглую повторила манёвр первой. Девушка в этот раз не оплошала, резко дёрнула и сразу махнула палкой к берегу, чтобы рыба, если и не успела зацепиться жабрами за сужающуюся петлю, то хотя бы на песке оказалась. Но рыба именно попалась, как и у виденного в детстве пацана!
  Первый свой улов тогда Нина приготовила на углях. Вышло вкусно и костляво. Что это за рыба была, девушка не знала, не лосось, не сёмга, а другую родители не покупали. Потом ей ещё удавалось выловить таким способом несколько раз рыбку, где их было много, и она сварила себе уху, та ей больше понравилась.
  Но вообще-то очень нервотрёпный способ оказался, держащий в напряжении, хорошо, что всё-таки действенный, во всяком случае, когда рыбы в реке в изобилии. Но раки так и оставались основной её пищей. Ягоды, мясистые корни лопуха, кипрея, побеги рогоза, крапива, даже ряска, стали её дополнительной пищей.
  Если что-то нельзя было есть сырым, то Нина варила, засушивала и после заваривала, надеясь поставлять в организм таким путём всё, что не хватало ему. Когда она поняла, что выходит к дороге, то потратила целый день на приведение себя в порядок.
  Косметичка с пилочкой для ногтей, ножничками, иголкой с ниткой, шпильками, резиночками для волос бережно хранилась в рюкзаке, и ногти были аккуратно вычищены и обработаны. Лицо ещё не требовало правки, ведь брови только недавно зажили после татуажа, а ресницы были окрашены в парикмахерской прямо перед поездкой.
  Оставались сальные волосы, заплетённые в косу и забранные под платок. Для них ещё два дня назад были вырыты корни мыльнянки и подсушены. В общем, целый день ушёл на приведение себя и одежды в порядок. Слава Богу, для зубов ещё во второй день путешествия были набраны дубовые палочки, и их Нина мочалила зубами каждый день, пока шла, а если встречала живицу, то брала её в рот вместо жвачки. Чистку зубов золой она отринула; с проваренными веточками ивы тоже дело не пошло, слишком хлопотно, как и мяту искать, заваривать и полоскать. А вот к палочкам она привыкла.
  Простые методы ухода за собой занимали значительно больше времени, чем если бы она была дома, но от дикого вида девушка избавилась и могла позволить себе выбраться из лесу. Впервые сердце тревожно сжалось: вот он, момент истины!
  Что будет?
  Чего ожидать?
  Как она дальше?
  
  

Глава 3.

  
  
  Дорога.
  
  Последние метров двадцать дались с раздражением. Густой кустарник, цепляющийся за рюкзак и норовящий воткнуться в глаз, измучил. Вот она дорога, её видно, но не подобраться. За кустарником прорыта канава и нет уверенности, что хватит сил перепрыгнуть её. Воды в ней едва ли по колено, но снимать обувь и пачкать ноги не хотелось. Пришлось идти вдоль дороги, пролезая через кусты и ждать, когда будет возможность перескочить.
  Выводы напрашивались сами собой: дорога искусственно облагорожена. Она чуть выше леса, достаточно широка, чтобы разминулись две машины, немного разбита, но вполне ухожена. Это радовало и намекало о наличии государственной заботы или о рачительном хозяине данных мест. Оставалось решить, кем себя представить в этом мире.
  Если ориентироваться на практические умения, то занимать ей самую низшую ступень. Нет профессиональных навыков шитья, ни повар, ни доктор, ни садовод. Чтобы стать дегустатором в этом мире необходим опыт работы. В средневековье на Земле она могла бы пробовать еду на наличие ядов, та ещё работка, но она позволила бы выиграть время, чтобы освоиться, присмотреться, но опыт! Всё упирается в опыт.
  Ещё Нина думала, что могла бы сориентироваться в торговле, но не на уровне лавочки, а в крупной, отраслевой. Оценка общего рынка, прокладывание путей доставки, отбор и расчёт количества поставок, возможно, даже организация мелкооптовой торговли. Она видела, как многое делается, в чём-то принимала участие, не весь же рабочий день она чай дегустировала и составляла новые сборы!
  Без знаний рынка и как там всё крутится, результата не выдашь. Но как всё это применить в новом мире? Надо себя суметь преподнести, выгодно подать, но кому? Как дожить до того момента, когда найдёшь себе удовлетворительное место? А вдруг мир не развит? Вдруг женщины тут не работают? А может, тут вообще женщин нет?
  Нина нашла осыпавшуюся часть канавы и перепрыгнула. Она продолжала идти и придумывать всё новые и новые страхи.
  Шанс столкнуться с неприятным сюрпризом всё больше занимал её мысли, и жизнь в лесу дикарём представлялась теперь более привлекательной. Наверное, чисто теоретически, она могла бы выжить в лесу, если бы научилась охотиться. Осенью будет много растений, пригодных для питания, гораздо больше, чем сейчас, в середине лета. Вот только найти бы жильё и лопату, да топор бы не помешал, пилу ещё надо бы, да и...
  Нет, не выживет.
  Нина вздохнула. Попасть впросак из-за того, что недодумала сейчас что-то, не предусмотрела, очень не хотелось.
  Сколько бы ни думала девушка, без посторонней помощи ей не обойтись, как ни горько ей было это признавать. Она давно уже ни на кого не надеялась, всегда знала, что если с ней что случится, то полагаться не на кого, и вот теперь придётся зависеть от кого-то. Нет речи о взаимовыручке, когда ты мне - я тебе, а просто довериться... Всё внутри противилось этому, но приходилось смирять себя, уговаривать.
  Нина всё шла и шла, незаметно она задумалась о помощи вообще, о жизни. Ей не приходилось никому помогать безвозмездно, просто так, от души. Она могла бы, но как-то так получилось, что в её окружении никому эта помощь и не требовалась. "Странно, - думала она, - может поэтому мне так тяжело попросить помощи у кого-то?"
  Девушка вспоминала свои наивные мечты, потом как училась и работала. Думала о том, что старалась себя совершенствовать, благоустроить своё житьё-бытьё, чтобы...
  А что "чтобы"?
  Вот он, парадокс, ведь она уже давно не надеялась на великую любовь, а всё равно готовила гнёздышко для будущей семьи. Годы уходили, подаренные работе, быту, надежды растаяли, а всё равно продолжала крутиться ради будущего. А этот демарш с путёвкой? Вот так гениальная мысль, а главное, не у неё одной возникла!
  Нина всё сильнее чуяла, что приближается к населённому пункту. Скорее всего, это деревня, так как запах навоза был наиболее ощутим.
  Она шла, а потом резко остановилась. А вдруг то, что с ней происходит сейчас, это шанс на то, чтобы реализовать себя как женщину? Вдруг на Земле она никогда не смогла бы вырваться из той благополучной жизни, что с большим трудом заработала себе? Может, именно встряска ей нужна, чтобы разбить свод правил, которыми она окружила себя?
  Да и новые возможности организма теперь не забьёшь чашечкой кофе или пирожным, а как иногда хотелось жареного мяса с перцем! В голове затуманилось, и хороводом всплыли страстно желаемые блюда: маринованный маленький перчик фаршированный сыром или пряная селёдка с луком... и во всём этом она себе ранее отказывала. А каково ей было в Германии, когда она проходила по рынку в Мюнхене мимо разносолов, как аппетитно там пахло! А Нина от всего отнекивалась, лишая себя даже этих, маленьких радостей.
  Что за жизнь у неё была?
  Ради чего она упиралась?
  Ну, выплатила бы она кредит, отремонтировала бы квартиру, потом, может, купила бы дачу, и что дальше? Уже через пять лет она заработала бы на всё, о чём мечталось в юности, только порадует ли её пустая квартира?
  Девушка зашагала бодрее, увереннее. Да, не стоит воспринимать всё случившееся с ней как несчастье, возможно, это её спасение. Она не может, пока не в силах отказаться от мысли, что для неё жизненно важно обустроиться с комфортом, но быть более внимательной к людям она обязана. Иначе это повтор пройденного пути, а он, как ей уже известно, ведёт к одиночеству и потери смысла жизни вообще.
  Вот так воодушевив себя, Нина подходила к деревне. Поначалу встретились низенькие дома, окошки у них находились почти на уровне земли, но пройдя буквально пару огородов, показались более крепкие и симпатичные строения. Девушка пыталась ничего не пропустить, хотя и сама не знала, на что надо обращать внимание, попав в чужой мир и войдя в первое селение.
  Хорошие, добротные на взгляд туристки домики, дома и домища, приличное количество бегающей птицы во дворах, часто слышалось хрюканье, мычанье, и забывалось, что находишься не в своём мире. Человеческой суеты не было слышно, находящиеся маленькие дети во дворах не обращали на чужачку никакого внимания.
  Женщины, вышедшие из дому и украдкой наблюдающие за проходящей девицей, таились. Она была чужая, и это сразу бросалось в глаза. Нет, их не настораживало, что пришлая была в штанах, в деревне все носили штаны, это удобно, практично, дёшево. Волосы у чужачки были забраны в платок и подвязаны на манер наёмников, иногда так делали крестьянки в поле, ничего необычного.
  Подозрительным было само лицо, чистое, аккуратное, с вычерченными бровями, яркими ресницами, может, и не неописуемой красоты, но приятное, ухоженное, холёное. Сразу становилось интересно посмотреть на руки, и они подтверждали, что девица из благородных, и тогда возникал вопрос, что она тут делает, почему не в платье, и чем грозит местным, что она сюда приплелась?
  Нина шла, надеясь понять, люди здесь живут или эльфы, оборотни, а местные, заметив её, старались укрыться от её взгляда. От благородных одни неприятности, а если ещё эта фуфыря сбежала из дому, то ожидать вскоре им на постой ищущих её наёмников, служивых из замка или родственников. Всех их надо встретить, накормить, ночлег обеспечить, а заплатят ли они, никогда не угадаешь. Может, озолотят, а может, плетьми одарят.
  Девушка замедлила шаг и осторожненько поглядывала по сторонам. Судя по попавшимся ей на глаза детям, то живут здесь люди, и фантазии свои о новых расах можно позабыть.
  "Взрослый человек, а в голове белиберда и чепуха", - укорила она себя.
  Нина приметила впереди большой двор. Он не был ничем загорожен и там стояли две гружёные телеги, одна карета с сундуком позади, и в стороне лошади на привязи.
  "Наверное, что-то вроде постоялого двора", - подумала попаданка и, держа спину прямо, сделав умное, в меру доброжелательное лицо, заспешила туда.
  
  Дом старосты деревни после того, как выросли дети и обзавелись собственным жильём, начали использовать как гостевой. Путников приходило не так уж много, но и немало, так что спрос был. Глава деревни поначалу всячески выказывал недовольство, а потом смирился.
  Хлопотное это дело - привечать разных людей; но дело это неожиданно оказалось выгодным. Староста - мужик не глупый, односельчанам жаловался, рассказывал о сложностях с постояльцами, но на деле всё было не так плохо, как он расписывал.
  Бывало, приходилось встречать ему противных людей, но даже они оставляли кое-какие деньги за постой. Можно было бы назвать свой дом постоялым двором, но тогда следовало бы получить разрешение в городе, всегда иметь меню для посетителей и несколько комнат с хотя бы минимально соответствующими регламенту удобствами, выдерживать проверки на соответствие предоставляемых услуг и оплаты. Ну и зачем ему всё это, когда можно так, по-домашнему, встретить путника, и получить в благодарность за гостеприимство гораздо больше, чем при фиксированной оплате. Тут, конечно, возникали риски: если хозяину ничего не заплатят, то и жаловаться не моги, но пока ничего, Богиня миловала, всё терпимо.
  Вот к такому двору и подходила Нина, держась уверено, скрывая волнение и беспокойство. Выбежавший из дома мальчик окинул её взглядом, поклонился, на что она приветливо кивнула, и побежал дальше. Нина не стала у него ничего спрашивать, а смело шагнула на крыльцо, пару раз ударила в дверь, обозначая себя, и открыла её.
  Лёгкая полутень скрывала обстановку, но первое впечатление было, что попала в хозяйственное помещение. Стояли бочки с водой, скамья, в углу расположились инструменты, и что делать дальше, Нина не знала. Если это не общественное заведение, то она излишне смело ввалилась в частный дом. Теперь отступать глупо: если она выскочит обратно, могут счесть за воровку, и она прошла дальше.
  Большая светлая горница, два стола. Длинный стол, рассчитанный на компанию и маленький, на четырёх человек. Все они были заняты, но Нина решила, что это всё-таки своеобразная таверна.
  За большим столом сидели явно крестьяне, не бедные, на её взгляд. Второй стол занимал приятной, да что там, благородной внешности старик. Одет он был сложнее, чем другие посетители. Как могла называться его одежда, Нина не знала, но старик не ограничился рубашкой и штанами, как крестьяне.
  - Кхм, - привлёк внимание девушки вышедший грузноватый мужчина с ровно подстриженной "лопатой" бородой. Он выглядел хоть и по-простому, но солидно. На рубаху ушло много ткани, чтобы сделать летящие рукава, напуски на груди и спине, а ещё широкий, богато расшитый цветными нитками пояс; потом объёмные штаны и кожаные, короткие, мягкие сапожки исключительно для дома.
  Нина оценила хозяина быстро, он произнёс, по-видимому, приветственные слова, а может, спросил, что ей надо. Самый ужас состоял в том, что язык был совсем не знаком. Как глупо было надеяться, что раз в ней произошли удивительные изменения, то и говорить с местными она сумеет тоже. Но надо как-то выкручиваться, взаимодействовать.
  - Добрый день, я путешествую, могу ли я поесть у вас? - с уверенностью, будто она не сомневается, что её должны понять, выдала Нина.
  Одно дело, если ОНА не понимает, а вот теперь это проблемы хозяина, это ОН не понимает! Хитрые навыки из прошлой жизни, когда в случае необходимости ловко перекидываешь проблему на чужие плечи, а потом великодушно помогаешь её решить. Сколько раз проворачивали с ней такую штуку в первый год её работы, и она ещё после должна была благодарить за оказанную помощь.
  Хозяин немного растерялся, подумал, посмотрел на старика и что-то сказал ему. Старик в свою очередь внимательно посмотрел на Нину и одобрительно кивнул, тогда хозяин дома жестом руки пригласил её присесть за стол к старику.
  Девушка благосклонно отнеслась к инициативе и прошла к малому столу. Она скинула рюкзак на лавку, достала кошелёк, подозвала хозяина и высыпала себе в руку мелочь.
  Нина не хотела отдавать ему все монеты, она показала жестом, что желает получить еду и предлагает выбрать ему оплату. Хозяин дома замешкался, тогда девушка выбрала пятьдесят копеек и протянула ему. Мужчине не понравилась затёртая монета, тогда она вернула её на ладошку и предложила рубль, но он и его не принял. Нина сделала вид, что задумалась и протянула другой рубль, только новенький.
  Увидев сомнения хозяина, она чуть подержала монету, потом сделала недовольное лицо и показала, что раз так, то она уходит. Старик и хозяин заговорили одновременно. Нина позволила себе якобы успокоиться, смилостивилась, и с подозрением во всех грехах глядя на хозяина, погрозила ему пальцем и села ждать еду.
  Кто бы знал, как было страшно ей, но она следила за выражением своего лица, следила, как держит руки, не позволяя себе суеты ни в жестах, ни во взглядах. Она царственно уселась, как будто имела право задирать нос перед всеми, благожелательно посмотрела на старика и пожелала ему приятного аппетита. Он, конечно, ничего не понял, а Нина состроила расстроенное лицо и тяжело вздохнула.
  Она предположила, что карета на улице принадлежит старику, и он вполне мог помочь ей сделать первые шаги в этом мире. А вообще он ей чисто внешне понравился. Старость не стёрла остатки благородной красоты, она не сомневалась в том, что этот мужчина был любимцем женщин, но не было в нём развращённости, пресыщенности. Если его внутреннее содержание соответствует внешности, то Нина сочла бы за честь знакомство с таким человеком, и ей заранее было неловко сейчас втираться к нему в доверие.
  Но был ли у неё выход? Она достаточно повидала людей, чтобы понять, что тот же хозяин этого заведения повёл бы себя совершенно по-другому, если бы она вошла сюда скромной "женщиной в беде".
  
  Старик присматривался к вошедшей девушке. Она была молода, но не юна, одета явно не соответствующе своему положению. Не приходилось сомневаться, что в пути чужеземка не первый день и, скорее всего, ей приходилось голодать.
  Нина удивилась бы, если бы узнала, что старик определил её возраст слегка за двадцать, но это была не столько её личная заслуга в уходе за собой и наследственности, сколько быстрая потеря молодости местными женщинами. Ранние браки, частые роды, всё это присутствовало в этом мире и не продлевало молодость юным женщинам.
  Ещё мужчина отметил внимательный, настороженный взгляд вошедшей девушки. Она явно привыкла думать, но насколько хорошо у неё это получается, если она оказалась в таком положении, как сейчас? Когда он понял, что она не знает языка, то он переспросил её на языке соседней страны.
  Нина оценила попытку старика поговорить с ней. Она поняла, что он начал спрашивать её на другом языке, потом ещё раз и ещё. Старик оказался полиглотом, если она не ошиблась, но слишком похожи все люди по поведению, когда пытаются определить общий язык.
  Он заинтересовался ею, и Нина решила, что сейчас самое время втянуть его в другое общение. Она начала знакомиться. Этот момент она предусмотрела давно. Называться просто Ниной, она не могла, не хотела, чтобы по короткому имени её приняли за не имеющую поддержку семьи простую женщину.
  - Нина Александровна Нарибусова из семьи политиков, - немного небрежно, но с гордостью произнесла она и ладошкой на себя показала. Вышло по делу, длинно, и всё правда. Старик понял, привстал, назвался.
  - Имрич Ветус кустус конвалис эр палис.
  Старик представился довольно скромно, назвал самый минимум необходимого, всего лишь имя, род, и стандартную прибавку "владеющий долиной и болотом". Он мог вместить ещё титул, данный королём, но не стал излишне загружать незнакомыми словами собеседницу.
  Нина не смогла уловить и запомнить с первого раза всю фразу, об этом не подумала заранее, иначе бы записала. Впрочем, судя по тому, что он улыбнулся, у него та же проблема. Тогда Нина улыбнулась в ответ и, показывая на себя тихонько, как будто только для него произнесла:
  - Нина.
  - Имрич, - совершенно верно понял её старик и тоже назвал себя коротко.
  Взаимопонимание было достигнуто, но также стало ясно, что эти имена только для них двоих, пока никто не слышит. Ну что ж, хотя бы с этого начать, подумала девушка. А дальше она достала из рюкзака свою кружку, ручку, блокнот и, показывая на кружку Имрича, сказала:
  - Кружка, - потом ткнула на свою и повторила, - кружка, - и уставилась на старика с вопросом, надеясь, что он поймёт и назовёт по-своему предмет. Так и вышло.
  - Гальт, - ткнул пальцем Имрич и после указал на кружку Нины, - гальт.
  Она улыбнулась и меленько записала в блокнотике. Дальше они прошлись по предметам, а Нина записывала, повторяла, пока не принесли еду. Последующее общение вышло несколько сложнее, старик решил назвать блюдо целиком, потом показывал на кусок мяса, на гарнир, но что он имел в виду, Нина лишь надеялась, что поняла правильно.
  Мясо могло оказаться стейком, говядиной или ещё чем-то, а варёный овощ мог быть гарниром или собственным названием. По вкусу девушка не узнала, что она ела: не картошка, не лопух, но из разряда крахмалистых овощей.
  Еда вообще глоталась с трудом, несмотря на радость организма получить дополнительное питание. Нина учуяла запах плохо вымытой кастрюли, а запах застарелого жира чуть ли не доводил до тошноты. Мясо едва жевалось, а ягодное нечто, выданное за морс, сводило скулы от кислоты и всё той же грязной посуды. Вот и первые минусы от обострённых чувств, зато понятно, что тонкими рецепторами в данном месте обладает она одна. И всё же приятная сытость пошла на пользу телу. Повысилось настроение, снизилась нервозность, и взгляд у Нины стал более мягким, от чего лицо сделалось нежнее.
  Имрич по-доброму улыбнулся ей, чуть покивал своим мыслям. Он живёт слишком долго, чтобы не заметить, что девушка оказалась в сложном положении и нуждается в помощи.
  Она явно из другого королевства и точно не из соседних. Ему знакомо более десяти языков, и ни на один из них она не отреагировала узнаванием. Судя по её одежде ей явно дали возможность собраться в дорогу, а вот потом, похоже, ей открыли произвольный портал. Сделать это могли совсем немногие, и отсюда приходила следующая мысль, что девушка близка к какому-то королевскому роду, где оказалась неугодна.
  Ну что ж, не убили, дали сомнительный шанс на жизнь далеко от места рождения, по-видимому, она заслужила его. А ещё Имрич подумал, что ему осталось жить не так уж много, недаром он возвращался сейчас из гостей от своей пра-пра... внучки и попрощался с ней. Её отец был жадным дураком и вынудил в своё время бежать от него малышку. Если бы на её пути не попался порядочный мужчина, то для неё всё окончилось бы плохо. А так девочка попутешествовала со своим будущим мужем, посмотрела на мир и осели они в соседнем королевстве.
  У Имрича были свои тайны, особые отношения с родственниками, но сейчас для Нины главное то, что он захотел выплатить долг перед жизнью за удачную судьбу внучки: помочь девушке освоиться и осесть в их королевстве.
  Нет, он не собирался обеспечивать её как муж, отец, вовсе нет! Одиночество давно стало любимой подругой старого Имрича Ветуса, к тому же на пути маячила другая подруга старости - смерть, но кое-чем он помочь может.
  Нина узнала несколько слов, язык не был сложным, в нём хватало гласных, чтобы не запинаться, было достаточно согласных, чтобы слова не походили на песню. И всё же учить язык без перевода пугало, но тут же вспоминались предки, которые открывали новые земли и были в таком же положении, что и она, если не хуже.
  Землянка не знала, как ей навязаться в попутчицы к Имричу, как показать ему, что ей нужна помощь хотя бы в освоении языка. Всё-таки она не привыкла к положению просительницы, и внутренний конфликт набирал силу, мешая ухватиться за шанс.
  Имрич видел смятение девушки, не желая ставить чужеземку в неловкое положение, он обратил её внимание на себя. Нина подняла глаза, испугалась, что он встаёт, а значит, сейчас уйдёт, и она останется одна с равнодушными, практичными людьми, которым нет дела до неё. Старик позвал её подойти к маленькому окошку, делая вид, что не заметил мелькнувшего отчаяния в её глазах и потыкал пальцем в карету. Нина также жестом показала, что поняла о принадлежности экипажа ему. Тогда Имрич попытался дать понять, что приглашает её ехать с собой. Взгляд признательности появился раньше, чем Нина взяла себя в руки, сделала вид, что думает, а потом неспешно кивнула.
  - Ну, вот и хорошо, - сказал на своём языке Имрич Ветус и решил, что не стоит задерживаться в неуютной таверне, маскирующейся под обычный жилой дом.
  Девушка и старик собрались, вышли во двор, Имрич крикнул слугу и все они укатили. Хозяин дома последил за ними в окошко и с облегчением вздохнул. Спокойные господа оказались, поели, заплатили и вон пошли. Девка, конечно, странная, жаль, что не подошла чуть позже, когда старик уже уехал бы. Можно было бы вытянуть из неё ещё монет, она явно никогда не расплачивалась деньгами. Это ж какая дурь у аристократов: держать дочек дома, не знакомя их с окружающей жизнью! Потом они сбегают, чудят, соблазняют честных тружеников лёгкими деньгами и своими прелестями... тьфу!
  
  Нина расположилась в карете спиной по ходу движения, приметив по вмятинам, где Имрич предпочитает сидеть. Экипаж двинулся плавно, на ямках он мягко покачивался, но могло быть значительно хуже. Шторки на окошках путешественники раскрыли полностью. Немного повозившись, хозяин кареты пристроил в пазы на дверце столешницу и предложил Нине записывать слова на ней. Обучение началось.
  
  Первые дни девушка набирала словарный запас исключительно из существительных. Присматривалась, как ведёт себя Имрич с встречающимися людьми, отмечая, что он бывает разным. Старик в свою очередь приглядывался к Нине. Её покладистость, вежливость, тактичность заставили его сомневаться в её королевском происхождении, но чуть позже он стал замечать другие её черты. Она была очень брезглива, до собственной дурноты. Не терпела ни малейшей грязи, резких запахов, да и не резкие, вполне обычные, тоже не любила. С трудом заставляла себя есть из не особо свежей посуды, а уж ночёвку они теперь выбирали с особым тщанием.
  Как бы Нина не старалась в себе многое подавлять, прикрываться вежливостью, уступчивостью, но было видно, что она совсем не привыкла к простым условиям жизни. Тогда Имрич снова стал думать о ней как об особе королевской крови, только очень, ну прямо очень далёкого королевства. Пришло к нему понимание и того, что Нина всеми силами старается учиться, показывает ему, что очень ценит его помощь. Девушка осознает, в каком положении оказалась и стойко переносит тяготы.
  На пятый день совместного путешествия Нина с компаньоном прибыли в большой город. Сердце её сжалось в предчувствии расставания.
  Она уже знала около сотни слов, понимала, как себя необходимо вести и это ей позволило бы продержаться несколько дней, но дальше... что делать дальше? Напрашиваться в дом к Имричу она не смела. Во время пути из-за незнания языка особо сблизиться не удалось, и Нина снова находилась в отчаянии.
  Надо быть проще, уговаривала она себя; то, что в ней до сих пор кипит, это не гордость, а гордыня; но никак не могла переломить себя и показаться перед Имричем попрошайкой. Перед кем-то другим, наверное, ей было бы проще, но только не перед ним!
  Ей не приходилось ранее общаться со столь мудрыми людьми. Нина наблюдала за стариком, как он смотрит на встречных, как он к ним относится, как поступает с ними. Казалось, что он видит души насквозь, никого не торопится осудить, но и добрым его назвать было нельзя. Нина всю дорогу ехала с ним на равных, несколько раз даже оплатила их ужин. Он тогда что-то понял и просто слегка улыбнулся, приняв угощение. И как же теперь быть? Процесс обучения только-только начал удаваться, осели прочно первые слова, язык перестал казаться чужим, и они собрались приступить к глаголам.
  Нина паниковала, а Имрич остановил карету возле тесно стоящих узких домов и подошёл к дверям магазинчика, приглашая её войти внутрь. Не выказывая удивления, а проявляя только полное доверие, девушка, слегка опираясь на предоставленную руку, вышла из кареты и проследовала за ним.
  Они миновали тёмный коридор, и вышли в помещение, освещаемое зависшими в воздухе спиралью огоньками. Нина остановилась и сразу отвела взгляд, чтобы не выдать себя. Магия. В этом мире есть магия! Может, не такая яркая, как она могла бы ожидать, но она есть!
  И снова в голове всё закрутилось: какова роль магов в обществе, есть ли магия у неё, если есть, как узнать и что делать... Впрочем, если нет, вставал тот же вопрос. А Имрич обратился к продавцу и получил на выбор несколько карт.
  Нина подошла поближе. Лорд Ветус, а на людях она только так его называла, ткнул в один лист и назвал его:
  - Арт.
  Потом упёрся пальцем в другой лист с забавным изображением местности и так же назвал:
  - Арт.
  Нина повторила, перед ней лежали только карты одного королевства. Возможно, Имрич именно такие и попросил, а, возможно, тут не представляют, как выглядит их мир. Она не удержала тяжелый вздох. Трудно, очень трудно ей понимать перевод слов. Видимо что-то поняв, старик взял другой лист, на нём было нарисовано несколько государств, но он показал рукой и опять назвал то же слово.
  "Значит, всё же карта, а не название страны", - подумала девушка, а лорд продолжил учить, совершенно не обращая внимания на продавца.
  - Мы сейчас вот здесь, - постучал он костяшкой согнутого пальца по подробной карте, где изображено всего одно государство, - это Равнинное королевство. Смотрите, Нина, равнина, - и показывает рукой, что всё гладко, снова повторяя слова.
  - Равнинное королевство, - согласно улыбнулась девушка. Она поняла, что это название, но зачем его гладят, до неё не дошло.
  - Это земли Горного короля, Горное королевство, вот горы, - указал лорд на соседнее государство - и Нина стала понимать, в чём смысл первого названия. Горы на карте были изображены более понятно.
  Имрич показывал ей на карте остров, море, реку, город, следил, чтобы подопечная записывала, а потом вдруг начал объяснять другое:
  - Смотрите Нина, мы здесь, мой дом - здесь. Помните слово "дом"?
  - Да, - в её глазах зажглось понимание, что их совместный путь ещё не заканчивается. Дальше Имрич показал, где он встретил Нину, и становилось понятно, что ехать им ещё долго-предолго...
  
  
  

Глава 4.

  
  
  Общение с Имричем Ветусом.
  
  Они вышли из магазина, купив пачку листов для Нининых пометок и для записи здешнего алфавита. В этот день им удалось отдохнуть от дороги. Остановились они в очень неплохом местечке, где было чисто, уютно и наконец-то вкусно кормили. Более того, на следующий день они никуда не уехали, а почистив пёрышки, отправились менять Нинины деньги.
  Имрич остановил девушку, когда она хотела зайти с ним в лавку менялы, показал, что он пойдёт один. Нина поняла так, что женщине нельзя заходить, но на самом деле к меняле больше одного человека или не человека, а бывали здесь и такие, не пускали. Либо девушке самой менять свои монеты - либо лорду Ветусу торговаться за неё.
  Лорд недолго пробыл в лавке, часть Нининой мелочи он действительно поменял, но самые блестящие монетки спутник оставил себе в коллекцию, отдав девушке вдвое больше, чем предлагал меняла. Более того, вернувшись к ней, усевшись в карету и снабдив её мешочками с золотыми и серебряными монетами Равнинного королевства, он предложил ей поменять несколько её бумажных денег дома. Он уже разглядывал их, ощупывал, а сейчас, увидев алчный взгляд менялы, решил оставить несколько диковинных денежных бумаг для себя.
  Нина очень хорошо поняла, что ей бы с таким богатым уловом после размена денег не вернуться. Она была очень благодарна Имричу и в порыве даже поцеловала его. Старик опешил, обычно в знак признательности целуют руку, а так, в щёку, только если маленькие дети... но ведь она по сравнению с ним сущий ребёнок! Ладно, пусть её! Это даже приятно.
  Целый день потратили на покупки. Нине пришлось купить добротное дорожное платье, смену белья, снадобья, чтобы избавить кожу от загара. Имричу не хватало ещё слов, понятных для Нины, чтобы объяснить, что всё это для её безопасного нахождения в их обществе.
  Есть правила, а если их нарушаешь - готовься к последствиям. Некоторые дерзают, но за ними стоит семья, а Нине не нужны проблемы. Все должны сразу видеть, какому слою общества она принадлежит, и не сомневаться в её статусе.
  Имрич допускал, что раньше у девушки был выбор, тем более, если он прав и она из королевской семьи - родная, неродная, неважно. Под патронажем короля она могла себе позволить многое, а сейчас, если ты в штанах, то иди в поле и работай; если ты в юбке и блузе, то твоё место среди швей, вышивальщиц, мыловаров, маслёнщиц, художниц, учителей, повитух, переплётчиц книг, поварих или среди торговок на рынке, да где только женщины не работают!
  И только платье могут позволить себе носить аристократки. Тут нет разницы, нищий род или богатый, только у них в достатке время выглядеть прилично, чисто, элегантно. Кожа их бела, волосы уложены в замысловатую причёску, а не косу, руки ухожены, поведение тихое, но не забитое, они леди, хозяйки жизни.
  Нина ещё многого не знала. Она попала в настоящий магический мир! Но, вот парадокс, уже очень давно королям надоели перевороты в обществе, маговские выверты, и они провернули очень интересную штуку. Не сразу, не за одно поколение, но аристократам в результате навязанных перемен стало стыдно владеть, а тем более пользоваться магией.
  Магия стихий есть у кузнецов, у горшечников, у стеклодувов, они руководят огнём, есть похожая магия у крестьян, они воздействуют на погоду, есть знания, совмещённые с магией у других ремесленников, занимающихся исследованиями, создающих для королевства новые вещества, материалы, но это совершенно отдельный и малочисленный слой общества.
  Все секреты, связанные с магией, передаются исключительно по семейным линиями из поколения в поколение и не раскрываются чужакам. Каменщики, литейщики, парфюмеры, кожевенники, обувщики, копатели, строители, мельники, животноводы... не перечислить всех, у них есть определённые способности по своему направлению в разной степени.
  Если аристократ обнаруживает у себя магию и желает её использовать, то изволь, надевай фартук и работай!
  Королевская династия до сих пор корректирует внутреннюю политику, опасаясь своих же лордов, и во избежание вольнодумства придумала, что не модно аристократам вообще делами заниматься. Это очень, очень стыдно и по-деревенски!
  Поначалу юные лорды, чтобы прослыть образованными, должны разбираться в винах, потом их знакомят с опытными женщинами, дальше у них тратиться время на освоение искусства любви и следом - познание разницы между сексом и святым чувством.
  Не успели оглянуться, молодым повесам уже двадцатый год идёт, а это самый возраст жениться. И вот королевский двор покинут, несколько лет дома пролетели, радость от статуса семьянина утихла, первым детишкам около пяти лет, а папашам двадцать пять, тогда их настигает правда жизни. Оказывается, отцы их очень даже работают, управляют имениями!
  До тридцати лет король даёт возможность научить уму разуму взрослых отпрысков, а дальше для лучших из них начинается королевская служба. Конечно, в каждой семье соблюдается своя личная политика, вносящая коррективы в обучение мальчиков, и те не остаются безграмотными, ведь есть знания, которыми они, само собой, должны обладать. Например, слагать стихи, освоить музыкальный инструмент и танцы, владеть оружием и знать историю войн; поощрялось понимание географии и некоторые представления о жизни соседних государств. Однако, общего стиля жизни, навязанного королевским двором, было не избежать.
  Очень хитрая политика, не дающая времени буйным головам задуматься о многом, а когда они поумнели, то уже их дети подросли, и пора бы уже ими заниматься, да вникать в своё хозяйство, а не мыслить в государственных масштабах.
  Всё это Нине не объяснишь и не послушаешь её о жизнеустройстве в родном ей королевстве. И есть, конечно, разница даже между лордами. Королевские дети чуть ли не с пелёнок обучаются лучшими учителями многим предметам как широкого направления, так весьма специфических, вплоть до того, сколько потребно крестьянину времени на покос травы с поля размером в стандартный квадрат, но это скрывается.
  Да сейчас и неважно это для Нины, главное, чтобы она была соответствующе одета, занялась сложением стихов и песен, обучилась женскому поведению равнинного королевства, и это избавит её в будущем от многих проблем.
  Посвежевшие и отдохнувшие от дороги, путешественники продолжили путь. Чем больше набирала словарный запас Нина, тем легче шло дальнейшее обучение и интереснее. Сыграло свою роль и полное погружение в языковую среду.
  Девушка не только набирала запас слов из общеупотребляемых, но и на остановках водила Имрича от цветка к цветку, спрашивая местные названия. Он заинтересовался её способностями чуять запахи, и они даже проводили эксперименты. Он прятал пахучую веточку, а Нина находила её, ориентируясь только на свой нос. Многое для него становилось понятным в поведении спутницы, после даже воспользовались её уникальной способностью обнаруживать источники воды в дороге из-за того, что Нина пару раз забраковала деревенскую воду из колодца.
  Имрич не мог понять, своеобразная магия это у девушки или отголоски смешения крови с другими расами. Чисто внешне в ней не было признаков ни тонких, длинноухих вельфов, ничего от подгорных жителей и ни следа от ледяных демонов. Хотя те как раз больше всего внешне похожи на людей, только излишне светлые глаза выдают их, да, впрочем, они и есть люди, только со своеобразными возможностями, чтобы ни придумывали о них бездельники.
  Лорд раздумывал над особенностями Нины и решил, что ей лучше не афишировать их, во всяком случае, пока она не почувствует себя уверенной в новой обстановке.
  
  Ехать по королевству вдвоём всегда веселее, чем одному, а тем более, когда есть чем заняться, и ты не успеваешь замечать, как из одного города попал в следующий. Оба вежливые, предусмотрительные, умеющие не только интересно общаться, но и многозначительно молчать. Они нисколько не стесняли друг друга, и их общение пришлось обоим в радость. Попав через пару недель в столицу, решили задержаться в ней, сделать покупки для Нины, а Имрич собирался навестить своего родственника.
  Город Нине понравился, но ничем не поразил её. Ей приходилось бывать в Европе, гулять по старым улочкам, которые в современном мире были ухожены, радовали высаженными цветами. Увиденное походило именно на старые европейские города, по которым сейчас бродили туристы.
  Подспудно она надеялась, что перед ней раскроются совсем другие виды, другая архитектура, но, видимо, здешние люди мыслили примерно по-европейски. Грязь на улицах была, но при конном движении избежать этого невозможно, даже при запрете проезжать деревенским телегам через город после десяти утра. Всадники, кареты, открытые экипажи в движении придерживались середины дороги, но они проезжали довольно часто и растаскивали колёсами конные отходы по всей улице.
  Под окнами домов пешеходы ходили смело, не прикрываясь широченными полями шляп на случай, если кто-то решит опорожнить ведро на голову. Это радовало, иначе Нина совсем издёргалась бы, не зная куда смотреть: по сторонам, на людей или наверх.
  Имрич дал указание своему кучеру, бывшему ещё и слугой ему, сопровождать леди Нарибус (Нарибусову), по городу. Нина волновалась, впервые она должна будет общаться без поддержки лорда.
  Девушка не очень хорошо представляла, что ей необходимо купить, чтобы было к месту, но в то же время не стало бы дополнительным грузом для неё в крайнем неблагоприятном случае. Она не торопясь шла по не особо людной улочке, краем глаза смотрела на прохожих. Отмечала разницу в их одежде, в поведении.
  Действительно, даже богато одетый торговец уступал дорогу аристократу в потёртом камзоле. Путешественница пока не слишком хорошо различала мужскую одежду, но запомнила одно: только лорды могут носить пояс с металлическими бляшками. Нина сейчас не думала о справедливости деления общества на слои и их взаимоотношениях, а радовалась, что её не толкали, аккуратно обходили и открывали двери магазинчиков, если она притормаживала возле них.
  Платье её не было богатым, скорее добротным и хитро пошитом. Летом в дороге невозможно не вспотеть, а стирать платье каждый день не хватит сил, да и ткань жалко, не говоря уже о том, что юбка не высохнет, если прачка не владеет стихией воздуха. Поэтому широкий тканый пояс, маскирующийся под деталь платья, прикрывал, что оно составное, а подкладки под мышки снимались каждый вечер, чтобы утром чистенькими пришивать их обратно.
  Тоже самое делалось ежедневно с воротничком, которых Нина купила несколько. Узенькие, с ними платье выглядело более чем скромно, и широкие, ажурные, привлекающие внимание. За всем приходилось следить ежедневно, вставать раньше, чтобы лорд Ветус не стеснялся своей спутницы.
  Ещё Нина мучилась по утрам с причёской. Никаких ракушек, кичек, закрученной на голове косы Имрич не принял. В первом же городе девушка по его совету искала лавку, где можно было бы купить себе локоны и каждое утро прикалывать их, усложняя нечто простое, сооружённое на голове, но цвет волос у Нины оказался редким. Подумать только, насыщенный русый - и вдруг редкий цвет! Уж как его не хвалили продавцы, называя тёмным золотом, поздним мёдом или сравнивая с булочками за углом, Нина все равно не понимала произносимых восхвалений, главное, что её проблема оставалась нерешённой.
  Жители Равнинного королевства были обладателями разных оттенков волос, но значительно темнее землянки. Встречались на её пути и светленькие, но они опять-таки находились в далёкой от Нины палитре, только теперь излишне светлых тонов, намекая обывателям, что в них есть примесь вельфской крови.
  Приходилось девушке каждый вечер накручивать на тряпочки локоны с боков и спереди, чтобы поутру, соорудив на голове крупное гнездо, украсить его несколькими выпущенными завитушками.
  Нина шла по улице, украдкой наблюдала, как на неё реагируют другие аристократки. Убедившись, что в неё пальцем не тыкают, она немного успокоилась и решилась, наконец, зайти внутрь магазинчика.
  - Добрый день, - поприветствовали её, на что она, копируя Имрича, благосклонно кивнула, а от себя лично улыбнулась, хотя в носу у неё ужасно свербило. Она вошла в магазин, товаром которого были травы. Вокруг пестрели мешочки для прокладывания их между тканями, лежали спрессованные травяные таблетки для сбивания запахов в отхожих местах. Аккуратным рядом лежали крохотные мешочечки, больше похожие на игрушечные. Их подвешивали на шею, под юбку, или на пояс. Эти крохотулечки исполняли роль простейших духов.
  Нину привлекли травы в банках, она собиралась купить что-нибудь, чтобы получился витаминный чай. По лесу ей бродить некогда, да и не сезон сейчас для многого, но от местной бурды, подаваемой в деревнях кто во что горазд, у них с Имричем уже изжога.
  В названиях она разбиралась ещё неважно, поэтому доверилась своим глазам, и с радостью увидела сушёный шиповник, сушёные яблочки, ягоды, на которые уже была скидка, так как через месяц ожидались свежие поставки. Прикупила Нина всего по чуть-чуть, надеясь всё-таки часть необходимого добрать в ближайшей деревне, хотя бы листья смороды, малины, мяты, но настроение у неё поднялось. Правда, немного огорчил её внезапно нахлынувший зуд по работе. Она бы тут развернулась, сама бы составила сборы и нафасовала бы, но помощников в лавке и без неё хватало. Содержание магазинчиков тут дело семейное.
  В общении не оказалось ничего сложного, тем более, когда клиентку хотят понять. Дальше девушка решилась поискать лавку, где могла бы прикупить заколки для волос. Есть ли в этом городе отдел галантереи? Или, может, искать ювелирный? Нина растерялась и, побродив немного, решилась попросить совета у девушек её предполагаемого сословия.
  - Прошу прощения, что вынуждена обратиться к вам за помощью, - медленно проговорила она выученную с Имричем фразу.
  Девушки, совсем юные, под присмотром стоящих рядом слуг, благосклонно отреагировали на просьбу. Они с величайшим достоинством повернулись к Нине, одинаково, совсем чуть-чуть склонили головы, присматриваясь к подошедшей. Слегка дрогнули уголки их губ, обозначая улыбку и готовность слушать дальше. Только сейчас Нина поняла, о чём пытался ей растолковать Имрич, когда показывал, как должна уметь вести себя "девушка в платье". И он не изображал оскал, как она тогда подумала, а показывал, что улыбок много и у каждой своё значение.
  Эти девушки мгновенно произвели оценку Нины и отмерили ей своё внимание.
  - Показать мне, где я мочь купить... - иномирянка запнулась, слова "заколки" она ещё не знала.
  Девушки молча ждали, когда Нина продолжит. Их лица ничего не отображали, кроме спокойного вежливого ожидания. Они как будто замерли, время для них остановилось, даже по глазам нельзя было прочитать, раздражает их ситуация или они действительно хотели бы помочь иностранке.
  Нина чуть стушевалась, сейчас она себе показалась недорослем, который не контролирует себя. "Ну и девочки!" Стало стыдно, ну куда она лезет? Да она сейчас по сравнению с местными просто клоунесса, столько успела выдать эмоций! И всё же, раз начала, надо бы заканчивать.
  - ...вещь для волосы, - выдохнула Нина, ужасно жалея, что обратилась к аристократкам, а не к женщинам попроще.
  Мгновение девушки переварили просьбу, не резко, а плавно качнули головами, что, мол да, они подскажут. Поменяли положение тела, придерживая платье, давая знак слугам, чтобы те расступились. Нина ждала, боясь пошевелиться. Встав по-другому, одна из девушек повела рукой вдоль улицы и произнесла.
  - Салон для леди в десяти минутах ходьбы отсюда.
  Голос у неё был спокойный, речь текла ручейком, а Нина всё прослушала, отвлекшись на жесты, звучание и перевод первых слов. Она поняла, что салон, поняла, что он для леди, а дальше десять. Десять чего? Нет, переспрашивать она не будет, к таким беседам надо готовиться заранее. Но, видимо, она не так хорошо владела своим лицом, потому что девушка, посмотрев на неё, дала указание своему слуге:
  - Шейн, проводи леди до салона, - и интонация была уже повелительной, но всё равно Нина поймала себя на том, что ей неважно, что говорит девушка, а просто хочется её слушать. Так у неё это приятно выходит!
  Девушки и Нина друг перед другом раскланялись, что выражалось в приподнимании платьев, дабы при легчайшем наклоне они не касались мостовой; все слегка повели плечами, обозначая малый прощальный поклон, предназначенный для улиц.
  Дальше Нина пошла за Шейном, а за ней слуга Имрича. Чувство самозванства никуда не уходило, а лишь обострялось. Путешественница внимательнее присматривалась теперь к встречным женщинам, они все вели себя намного сдержаннее, чем она привыкла.
  Даже простые городские жительницы не повышали голоса в беседах, не размахивали руками, а если смеялись и не могли сдержаться, то прикрывали лицо руками. Тут Нина вспомнила земную передачу, где любят пошутить и показывают, как в зрительном зале сидят красивые девушки и реагируют на шутки. Они, когда смеются, раскрывают рот так, что не только гланды видны, но ещё и задняя стенка гортани. Аккуратные рты превращаются в разверстые пасти. Тогда её раздражала показная вульгарность, здесь же настораживала сдержанность. Как говорится, всё хорошо в меру.
  И всё же, она могла думать что угодно, но вести себя ей придётся по здешним правилам, и чем быстрее она их примет - тем для неё же лучше!
  Шейн вёл девушку всё дальше и дальше, уже миновали десять домов, Нина подумала, что надо считать не дома, а улицы, они здесь всё равно короткие. Но и с улицами не вышло, пришли раньше. Мужчина указал рукой на нужную дверь, поклонился и заспешил к своей хозяйке.
  Нина немного трусила. Она при выходе на прогулку переживала, что основной её проблемой будет слабое знание языка, а теперь наглядно видит, чем и насколько она отличается от местных. Подумалось, что Имричу непросто с ней, ведь она часто помогает себе при разговоре руками и его вынуждает к этому. Но стоять перед раскрытой дверью было ещё более неловко, чем заниматься самоедством, и она шагнула внутрь.
  
  Это был столичный рай для женщин. Нину встретила администратор или хозяйка, она не поняла, и повела её от витрины к витрине. Они проходили мимо предметов для рукоделия, мимо шарфиков и лент, остановились у сумочек. Женщина вопросительно посмотрела, но девушка решила начать с заколок.
  С любопытством посмотрела на расчёски, не особо качественные зеркала и, наконец, увидела нужное. Как только Нина попросила посмотреть поближе, женщина махнула кому-то рукой и девушку пригласили к большому прилавку, куда начали приносить полный ассортимент.
  Крупные заколки, закрепляющиеся на палочке, незаметные шпильки, зажимы, подкладки под волосы для объёма, гребни для украшения и для поддержки, обручи, диадемки, нити с камушками, жемчужинками для вплетения.
  Землянка на всякий случай отметила, что до крепления крабиком здесь не додумались, как и до заколок с замочками.
  Кое-что Нина для себя выбрала и надеялась, что теперь ей легче будет делать себе причёску. Дальше прошла она к витрине с духами. Ей опять попытались предложить полный ассортимент, но она вынуждена была отскочить от первой же бутылочки, настолько резким и прямолинейным был запах.
  Возможно, это для неё шанс: немного подучиться и попробовать себя в составлении новых ароматов?
  Нина вернулась к сумочкам, выбрала себе нейтральную и сложила туда свои покупки. На сегодняшний день ей больше не хотелось гулять, стоило обдумать всё, что она увидела; быть может, в чём-то кроется её будущий источник заработка.
  Она без приключений вернулась в съёмные покои, сняла платье, надела длинную рубашку, в которой она спала, а на Земле вполне могла бы в ней гулять летом. Дело в том, что платье Нины было пошито из плотной ткани, а день выдался жарким, и снова приходилось заниматься мутотенью: отпарывать воротничок, подкладки и стирать их. Ещё и себя не мешало бы освежить.
  Откровенно было жаль времени, которое уходило на все эти процедуры. Ей бы лёгкое платье купить, но ткань, используемая для их пошива, очень дорога, а Имрич сказал, что через пару недель станет прохладнее. Вот Нина и парилась, проклиная свою экономность и дожидаясь смены погоды. Закончив со своими делами, она развалилась на кровати и, повторив записанные слова в салоне, принялась искать своё место в мире.
  Можно было бы попробовать новаторство. Роль пружинки здесь явно недооценили. Её можно использовать в заколках, в парфюмерном деле для изготовления флакончиков с пульверизатором... нет, пожалуй, это сложно, тогда пружины для дверей, или в кровати, или в оружии... Тут Нина сникла, вспомнив, что карета мягко покачивалась благодаря пружинам, и она не будет первооткрывателем в этой области. А на Земле пружины использовались уже в древности в катапультах, вряд ли здесь народ глупее. Похоже, останется этот мир без заколок-крабиков, ради них возиться неохота.
  Нина перевернулась на бок и продолжила искать свой путь к благополучию.
  Жаль, что здешнее общество изготавливает вполне приличную бумагу, стекло. Она могла бы научить их основам производства, ведь с удовольствием смотрела научно-популярное кино "как это делается?".
  Отчаянно хотелось придумать нечто из ряда вон выходящее, что вознесло бы её сразу в спокойные сферы существования, но нет, ничего глобального в голову не приходило.
  Придумать английский замочек у серёжек? Нет, не то. Быть может, ввести в моду напиток, напоминающий кофе? Здесь достаточно растений, которые могли бы послужить заменителем известного ей вкуса. Опять нет. Пожалуй, не хватит сил и влияния на внедрение его в жизнь.
  Нужно что-то простое, и чтобы сразу спрос был.
  Тогда тушь для глаз? Раз более-менее развита парфюмерия, значит, спирт есть, можно раздобыть смягчающие масла, за воском дело не станет.
  Нина воодушевилась, ей бы местного химика найти, уровень жизни здесь таков, что вполне возможно получили уже глицерин, а может и парафин. Нет, для парафина нужна нефть, а если бы она здесь была, то при их развитии был бы уже и керосин, и тогда бы она увидела хоть какое-то подобие керосиновых ламп. А здесь свет везде полумагический. Заряженные тонюсенькие спиральки горят и дают эффект светлячка, пока не прогорают полностью. А ещё они держатся на притяжении магнита, из-за этого кажется, что они парят в воздухе. Сложное устройство, но эффектное, ещё не надо бы было подносить к ним для включения света палочку с зажжённым огнём, а при выключении махать перед светлячком другой палочкой, на конце которой кристалик-погаситель, тогда было бы здорово.
  Нина тяжело вздохнула.
  Ей не пришло в голову, что кроме освещения в торговых залах, съёмных номерах и в тавернах она другого не видела. В простых же домах крестьяне уже давно пользовались аналогом керосиновых ламп, если в семьях не было огневиков, которые могли заставить долго гореть почти любой предмет, давая слабый свет.
  Где же ей приложить себя? Так не хочется ползать по лесу, вынюхивая и собирая разные полезные травы, но если она ничего не придумает, то этим всё закончится. Вряд ли её пустят в семейный бизнес, да ещё на чистенькую работу титестера.
  Девушка схватила ручку, на которую весьма вялое внимание обратил Имрич, и принялась делать пометки, где она могла бы пристроиться. Надо будет с лордом поговорить, послушать, что он посоветует. Ведь аристократок не кормят за одно лишь ношение платья. Зря он её пестует в этом плане, всё равно ей придётся работать и носить максимум блузу с юбкой, а то как бы не пришлось переходить на штаны. Если такое случится, то купит себе жёлтые штаны, как в фильме "Кин-дза-дза", штаны для привилегированных!
  В дверь постучали, и слуга старика крикнул, что лорд Ветус ждёт её у себя через полчаса на обед.
  Нина засуетилась: скорее надо пришить свежий воротничок, подставить новые вкладыши в пройму платья и опять поправлять "вавилон" на голове. Хоть с последним теперь будет проще и быстрее.
  В этот раз ей удалось соорудить себе подобие земной прически "бабетта". Собрала высокий хвост, подсунула себе подкладку под волосы, начесала, закрепила и украсила гребнем. Принцесса!
  Влезая в недавно купленные туфельки, отметила, что они долго не прослужат. Тканая основа разболталась, а пробковая подошва с углов уже истёрлась. Надо бы поискать обувной магазин, пока они в столице, быть может, удастся купить что-то посовременнее. Вот ведь, поначалу даже не знаешь, на что обращать внимание! У Имрича вроде подошва чёрного цвета, надо бы присмотреться, из чего она сделана.
  
  Гостья с Земли могла бы считаться умеренно обеспеченной женщиной. Лорд выгодно обменял её мелочёвку, и она, при желании, спокойно могла бы купить себе крохотный особнячок для одинокой леди с маленькой деревенькой в два-три дома в придачу и жить на доходы с неё. Возможно, раз в год она могла бы покупать себе платье, может, даже из шёлка, раз в пять лет ездить в столицу, и уж точно регулярно ела бы мясо, хлеб, варенье.
  Для многих это была мечта, но Нина не могла, не представляла себя сидящей на месте. Она привыкла к движению, к массам людей на улице, к потоку информации, и чтобы всё это сменялось тишиной на работе, чистотой и порядком. А потом снова люди, мнения, книги, выставки, чтобы после, дома, устало сесть и закрыть дверь, отсоединяя себя от города, наслаждаясь спокойствием. И эта круговерть без конца настолько стала привычной, что Нине пока не представлялось иной жизни.
  Приведя себя в порядок, девушка поприветствовала лорда и прошла к столу.
  Он изменился.
  Наверное, хорошо посидел с родственником или чрезвычайно рад ему был. Имрич посвежел, поздоровел, можно сказать, даже помолодел, но точнее было бы определение, что он теперь очень крепкого здоровья старик. Перемена разительная, но спрашивать неловко, да и что толку, как ей понять ответ?
  Обед уже накрыли, и они молча приступили к нему. Хоть здесь ничему не пришлось учиться девушке. Уроки этикета давали ещё в школе, потом в институте, а после не раз приходилось бывать на званых обедах. В этом плане она могла бы дать фору местным сливкам общества. Чего стоит их убогая двузубая вилка! А ложка размером с поварешку! Не зря Имрич всегда пользуется своей ложкой, вот только носит её, закрепляя за сапог. Пусть это будет его единственный недостаток.
  Девушка закончила есть и по глоточку потягивала травяной сбор. Чуть сладковатый, довольно приятный, но вообще-то он лечебный и предназначен для усиления отхождения мокроты.
  - Нина, как вы погуляли? - начал беседу лорд. Он уже выслушал доклад от слуги, но ему хотелось, чтобы девушка сама рассказала. Для неё это практика говорить, тем более она справилась, не растерялась.
  Нина, подбирая слова, обо всём рассказала, показала на свою голову, хвастаясь покупками. Речь её была больше похожа на дикарскую, глаголы она пока использовала в неопределённой форме, и Имрич решил, что пора девушку учить говорить правильно. А Нина продолжала рассказывать и уже начала интересоваться его мнением по поводу своей будущей работы.
  - Нина, - Имрич нахмурился, девушка неверно понимала своё положение, а тонкости объяснить ему всё ещё не хватало слов, - ...не надо думать о работе, вам надо освоиться.
  - Но, Имрич, я видеть много женщин работа!
  - Они все под защитой семьи. Они работают для отца, брата, мужа, сына. Они просто работают, мужчина их кормит, одевает. Вам это не надо.
  - Но ...женщины хорошо жить... они хорошо... - опять нехватка слов, чтобы выразить, что она не увидела недовольства на лицах работниц, что они ухожены, получше её одеты. Лорд понял и попытался донести разницу между тем, что он хочет для Нины и тем, что она видела. И как же он будет рад, когда услышит рассказ, каково же общество в Нинином королевстве! Появилось подозрение, что там правит совет, а не король, возможно, совершенно другие законы.
  - Нина, надо учить язык, показать, что вы леди. Леди может быть хозяйкой дома.
  Девушка вздохнула, она умрёт со скуки быть домохозяйкой, но лорд продолжал:
  - Хозяйка - это судья своим людям, - видя, что слово непонятно, поправился, - закон, правило своим людям. Хозяйка показывает, как надо работать, она смотрит за всеми. Леди определяет доход рабочим.
  Нина слушала и до неё начало доходить, что леди - это управленец в малых и больших масштабах. Так вот что он имеет в виду! Но справится ли она?
  - Нина, вам надо учить законы, но сначала язык, потом чтение и письмо.
  Что могла возразить девушка? Только поблагодарить и попытаться не строить планы, пока не разберётся, что за жизнь в этом обществе.
  
  Столицу они покинули на следующий день. Нине не зря показалось, что Имрич поздоровел. Как только они выехали из города, он пересел на лошадь, в ближайшей деревне и для спутницы приобрели клячу, на которой она ехала часть пути, не оставляя карету надолго.
  Лорд настолько активно занялся обучением девушки, что она теперь не только в мыслях говорила на равнинном языке, но и во сне. Он чрезвычайно заинтересовался, почему Нина не умеет ездить на лошади и ждал теперь, когда она расскажет ему о повозках, которые едут сами.
  Девушка с каждым днём начинала всё больше понимать, куда она попала, что собой представляет королевство. Этот мир был собран словно из лоскутов разных миров-планет. Несколько людских королевств, собранных на одном материке, называемым "Светлый мир", очень походили на земные земли, только с магическим флёром.
  "Светлый мир" - это не планета в целом, а только место, где живут люди. Он на севере соединяется крупным перешейком с другой землёй. И там совсем другой мир, где живут ледяные демоны и царствует холод. "Демоны" немного крупнее людей светлого мира, у них иногда слегка фосфоресцируют глаза, но это только когда вокруг них исключительно слепящий снег. Ещё они осознанно регулируют теплоту тела, а ещё говорят, что они могут очень быстро перемещаться на большие расстояния. Слухов о них ходит много, хотя они не закрытый народ, но желающих съездить туда и познакомиться поближе находится мало.
  В Светлом мире на территории Горного королевства вместе с людьми живут подгорные жители, однако численность их невелика. В других людских королевствах изредка в глухих местах встречаются представители очень редких рас, о которых даже учёные мало что знают.
  За морем есть ещё материк, там нет смены сезонов погоды и живут там вельфы (эльфы). Они между собой делятся на разные народы, но вся торговля с ними осуществляется на берегу, и информация о них скудная. К общению с другими расами вельфы не расположены.
  Мореплаватели обнаружили ещё материк, но к нему нет возможности подобраться из-за очень сильных течений. Может, оно и к лучшему, свои земли не все освоены, не обжиты, куда уж до других.
  С религией на Светлых землях было сложно, многообразно, но главной была Богиня света, то есть Солнышко, если по-русски. Главенство женщины в божественном пантеоне во многом сыграло положительную роль в отношении к жительницам Светлого мира.
  Нина хорошо помнила историю Земли, когда в древние века церковь очень серьёзно обсуждала, является ли женщина человеком или животным. Здесь царило почитание женщины, но весьма двоякое.
  Женщину любили и уважали, особенно, когда она осваивала профессию и работала на семью, ведь заработок забирал отец, брат, муж или сын. Их прямая обязанность была умело заботиться о женщине, тем более, если ей некогда это сделать и она вся в работе.
  Женщина в Светлом мире - свет в окошке, радость для близких, и мужчина по своему разумению прикладывает все силы, чтобы холить её и беречь. Однако понятия у мужчин о потребностях женщин у всех оказалось разное, и чаще всего они полагали, что хрупким существам надо очень мало для жизни.
  Почти во всех слоях общества сложилось такое двоякое отношение к женщинам, когда гладят умиленно по голове и смотрят, чтобы не сидела без дела. Но для леди, бывает, наступает момент, когда у неё подрастают дети, муж возвращается к королевскому двору и несёт службу на благо родины. Тогда, если нет свёкра, конечно, управление всем хозяйством она берёт на себя и, самое главное, что ей становится доступным управление деньгами.
  Именно при таких обстоятельствах леди на своих землях является высшей властью, ей вершить суд, заниматься налогами, давать разрешение на открытие новых дел, поощрять исследования, поддерживать работников в неудачные годы и многое другое. По мановению волшебной палочки домашняя леди, умело слагающая стихи и нянчившаяся с детьми, должна стать матёрым управленцем земель. Нина только ухмылялась, осознавая, насколько причудливо вывернуто всё вокруг.
  
  С того момента как Имрич пересел на лошадь, а следом посадил Нину, минуло две недели. Девушка вполне сносно уже разговаривала, многое узнала и теперь с ужасом понимала, насколько наивна она была, надеясь пристроиться самостоятельно на работу. Практически любой работодатель мог оформить над ней опекунство и заботиться о ней в соответствие с законами, а она пахала бы на него до конца своих дней за одежду и еду.
  И всё же были лазейки, позволяющие жить неглупым женщинам припеваючи, не теряя самостоятельности. Всё те же леди из разорившихся родов. Если старший мужчина погибал или умирал от болезни, а юный отпрыск срочно возвращался домой и принимал на себя обязательства, то вот здесь давала сбой политика короля по обучению юношей, и чаще всего в таких случаях род ждало разорение, а дочерей, если они были достаточно умны, свобода.
  Молодой наследник, не управившись с делами, возвращался к королю, под его опеку, а женщины получали выбор. Либо тоже к королю под крылышко, либо, если уверены в своих силах, то в "самостоятельное плавание". Были леди, зарабатывавшие себе на жизнь написанием картин, музыки, были и те, кто на спрятанные деньги открывал собственные предприятия. Некоторые увлекались наукой и совершали открытия, привлекая к себе внимание и финансовую государственную поддержку, но нередки были случаи, когда они теряли собственность, неосторожно выходя замуж или привечая обратно непутевого брата.
  Нину вся эта неопределённость по поводу женщины пугала. Она поняла одно: ей жизненно необходимо быть леди и быть очень осторожной с выбором мужчин. Даже Имрич, пропутешествовав с ней более месяца, имел право стать ей опекуном и контролировать её. Ему она, может быть, и доверилась бы, но его родственникам - нет. Сплошная неопределённость в будущем, потеря самостоятельности, бесконечная перемена мыслей о своём месте в новом мире очень угнетали.
  И всё же Нина не могла не признать, что на сегодняшний день её жизнь складывалась удивительно интересно. Ощущение поддержки от Имрича, которую ей не оказывали даже родители, ограничиваясь исключительно денежной помощью. Познание другого образа жизни, встреча с людьми, которые мыслят совершенно иначе, попытки понять мироустройство Равнинного королевства, роль магии в нём, надежда увидеть новые расы - разве всё это не интересно?
  Нина не помнила, в какой момент перестала ковыряться в себе и в будущих перспективах. Наверное, с того времени, как выехали со столицы, не оставалось свободного мгновения на посторонние мысли. Остаток пути пролетел быстро, вот только вчера она с опаской подходила к купленной для неё лошади, а сегодня она уже уверенно сидит на ней и ведёт беседу с Имричем.
  - Итак, Нина, запомните, вы моя гостья, - повторил лорд при подъезде к своим землям, - подруга моей праправнучки, оставшейся в Песчаном королевстве. О большем старайтесь не распространяться. Жили там, обстоятельства сложились так, что вы вынуждены были покинуть те земли. Если же королевские службы каким-то образом заинтересуются вами, то расскажите им всё как есть. Ваше королевство очень далеко, на неизведанных землях, для вас открыли портал, вы шагнули и оказались здесь. Вы говорили, что в тех обстоятельствах для вас это было спасением?
  - Да, - кивнула девушка.
  - Поскольку ваше королевство очень далеко, а о нас вы не знали, то совершенно понятно, что на карте вы ничего показать не можете.
  - Почему, я могу показать границы своего государства, - напомнила Нина.
  - Толку от этого нет, - вспомнил лорд, как подопечная вырисовывала свою страну в виде кривой лепёшки, - если бы хоть где-то ваша родина соприкасались со знакомыми нам границами!
  Спутница опустила голову. Она ничего не скрывала, кроме того, что сделала шаг из другого мира. Ни к чему эта информация, только излишнее любопытство разжигать. Вдруг у кого-то возникнет желание проверить, какого цвета у неё кровь или её возможности приносить потомство от здешних жителей? Да мало ли каких фанатиков пошлёт ей судьба, вдруг в закромах библиотек хранятся какие-нибудь пророчества, касаемые пришельцев извне?
  Тьфу, тьфу, на них всех!
  
  
  

Глава 5.

  
  
  Дома у лорда Ветуса.
  
  Они ехали по ровной дороге, проезжали мимо квадратов полей, пастбищ, сменяемых лесными угодьями.
  - Мои земли, - коротко сказал Имрич, и Нина начала с большим интересом присматриваться к окружающему.
  Земли обжитые, людей живёт много, в основном занятые сельским хозяйством.
  - Имрич, а города на вашей земле есть?
  - Только один, он образовался на месте бывшего болота.
  - Болота? - не сдержала удивления девушка, - у нас считалось, что рядом с болотом, а тем более на болоте, вредно для здоровья жить.
  Лорд усмехнулся.
  - Так и есть, я долго не мог понять, почему люди болеют, потом осушил его и дело пошло на лад. С тех пор прошло уже сто лет, так что город разросся и даже успел потерять своё первоначальное значение.
  - Сто лет? - ахнула Нина и с подозрением посмотрела на спутника. Он ей подмигнул.
  - Я долгожитель, уникальный долгожитель, так что не удивляйтесь, моя дорогая гостья.
  Нина покачала головой, показывая, что потрясена и рада за него.
  - А зачем был нужен город на болоте? И вообще, какова его история?
  - Ничего интересного, - лорд чуть привстал, опираясь на стремена, и вгляделся вдаль, - раньше добывали болотную руду, получали из неё железо, торговали как сырьём, так и изделиями для крестьян. А потом наладили торговлю с Горным королевством, и поначалу затихла торговля, а после и для себя перестали добывать. Слишком хлопотно, трудоёмко и качество уступало привозному железу горцев, а особенно не сравнить было с изделиями подгорных жителей. Город на болоте стал умирать, тогда я решил часть его осушить. Дорого обошлось мне это, пришлось нанимать копателей с магией земли, но всё получилось. Теперь есть у нас чистое озеро, город на равнине, и остался приличный кусок болота на границе моих земель. Женщины ходят туда собирать ягоды, травы, мох. Опять же птица там, животные редкие, ну и красиво, - обаятельно улыбнулся Имрич.
  - Опасная красота, - нахмурившись, поправила Нина.
  - Не без этого, но для женщин у меня там мостки каждые пять лет обновляют, опасные места каждый год помечают, а охотники - народ привычный, внимательный, за ягодками не пойми куда не полезут. Другие же с детства знают, где можно гулять, а где не стоит.
  - А чем сейчас город живёт? Вы сказали, что он даже разросся.
  - Разросся, - лорд совершенно неожиданно лукаво посмотрел на девушку, - а вы не почувствовали никаких запахов, пока мы ехали?
  - Запахи? - Нина давно уже училась не внюхиваться, а абстрагироваться от запахов, иначе жить было невозможно. Она потянула носом воздух и неожиданно задохнулась. Среди запаха дороги, трав, которые росли по бокам, ударил с ног сшибающий аромат цветов.
  - Цветы, много цветов, - выдохнула она и без напряжения, ещё раз вдохнула. Хороший запах, чуть убавить интенсивность - и цены ему не было бы!
  - Да, цветы. Жаль, что мы подъезжаем с другой стороны, - посетовал лорд, - поля фиалок, фрезии, пиона, ландыша, апельсиновые деревья, жасмин и куда же без розы! Поначалу что-то росло само, полянками, что-то осталось от любительниц цветов, были у нас такие женщины. Одно время прямо бум был на жасмин, новые сорта вывели, разные запахи сумели получить, жили продажей засушенных цветков. Я тогда много путешествовал, искал, чем можно занять рынок, чтобы доходы вернуть после осушения болота, и приметил, что в цене пахучие масла. Причём грамм золота стоил меньше грамма масла. Начал с жасмина и фиалок, не прогадал. Теперь вот зерно, овощи, фрукты выращиваем только для себя, а цветочные поля посадили для получения масла и продажи цветов.
  - Так у вас тут парфюмерная фабрика? - опешила Нина.
  - Не совсем, ну, то есть, у меня есть люди, которые получают масла при помощи жира и использовании специальных перегонных аппаратов (прим.авт. похожи на самогоноварочные аппараты), а дальше мы продаём полученное в столицу. Чтобы самим делать духи, у нас не хватает разнообразия запахов. Мой сосед, например, получает душистое масло только из лаванды. Он её ещё и засушенной продаёт, но мне не нравится её запах, хотя должен признать, что синие поля - это красиво.
  Нина слушала и удивлялась: ну надо же, как свела их судьба. Всё-таки подобное притягивается к подобному. Неизвестно, будет ли польза для неё, перспектива проявить себя в парфюмерии, но находится рядом с человеком, придающим большое значение запахам, для неё радость. Лорд - фанат чистоты, и для него важно знать, что от него пахнет либо приятно, либо никак.
  Девушка хотела побеседовать на близкие ей темы, о запахах, о торговле, но Имрич показал рукой вперёд и увиденное заставило её не только замолчать, а потерять мысль.
  Они подъезжали к огромному дому, возможно, переделанному замку, но оставшемуся без ограды. Почему-то Нина, опираясь на то, что одет лорд добротно, но небогато, не задумывалась о его жилье. Она полагала, что он владелец небольшого дома, конечно, больше крестьянского, но не значительно, а перед ней - чуть ли не дворец. Господи, там, наверное, сотня слуг! Она с опаской посмотрела на Имрича, а он, неверно поняв её, принялся успокаивать:
  - Не волнуйтесь, Нина, мы уже давно не воюем и нет нужды воздвигать валы и стены. Граница далеко, а если что-то случится, то нынешние армии никакая стена не остановит, придётся прятаться жителям в болоте.
  Девушка с трудом отвернулась от приближающегося дома, не сразу сообразив, что Имрич оправдывается, ведь он уверен, что она принцесса.
  Через силу улыбнулась и решила, что умнее будет помолчать. Пусть думает, что хочет. А ей предстоит сдача экзамена перед новыми людьми, которые вынуждены будут ей подчиняться.
  Надо настроить себя на позицию "начальник-подчинённый", так будет спокойнее. Имрич ведь ведёт себя похоже, только он решает вопросы, касающиеся не исключительно работы, но и лезет в личную жизнь. Нина видела, что старик купил в столице новые сапоги слуге, запретил ему куда-то ходить там. Значит, ей тоже надо будет быть внимательнее к слугам, не отстраняться от них.
  "Господи, ну почему всё так сложно!" - воскликнула она в душе. Лезть в личное пространство и следить за моральным обликом, по её мнению, неприлично, а по-здешнему означает проявлять равнодушие, если не делаешь этого.
  "Я справлюсь, я справлюсь, - убеждала она себя, - да что ж у вас тут всё не как у людей!", - тут же вылезало раздражение, хотя ещё никто ничего от неё не требовал, но Нина накрутила себя прилично. Забытое чувство, когда на работе в первый свой год нельзя было ошибаться, а некоторые коллеги так и норовили подставить, создать неприятности, снова возникло. Нужно соответствовать, а опыта нет, хотя делаешь вид, что его в избытке. Она выдохнула.
  "Ничего, по чуть-чуть, маленькими шажками буду осваиваться, пусть сочтут меня за нелюдимую, а я присмотрюсь", - приняла она решение и смогла успокоиться.
  Лорд ускорился, он очень соскучился по дому. Больше полугода его не было здесь, хотелось очутиться в родных стенах, заснуть в своей постели, узнать, что дела без его внимания не ухудшились. Да и с новостями поскорее хотелось ознакомиться, может, что интересное случилось, пока он отсутствовал.
  Чем ближе был дом, тем скорее они разгонялись. Во двор лорд с Ниной влетели, словно за ними гнались. Имрич кузнечиком спрыгнул на землю, довольно ухмыляясь разносившимся крикам:
  - Лорд приехал!
  - Хозяин здесь!
  Суета поднялась неимоверная. Народ метался бестолково, выскакивая на улицу, чтобы тут же побежать в дом, поправить чепчик, оповестить подружку и снова выбегали. Лорду нравилось наблюдать, какой он устроил переполох своим прибытием. Имрич повернулся к Нине, продолжавшей сидеть на лошади, и подмигнул. Стало понятно, что он специально не предупредил о своём возвращении, чтобы насладиться кутерьмой, а заодно проверить, как тут без него живут.
  Он поддержал девушку, пока она слезала с животного и вместе они, рука об руку, развернулись к дому. Их встречало около двадцати человек, все они выстроились в ряд и дарили улыбки. Нине стало очень приятно, что Имричу здесь рады, искренне рады. Девушке доставались любопытные взгляды, но украдкой, в остальном на неё смотрели вежливо-доброжелательно.
  Нина в душе ухмыльнулась. Имрич ей всю дорогу внушал о сдержанности, а сам спровоцировал своих людей на яркую эмоцию и наслаждается ей. А она-то уж поверила, что у всех здесь выдержка - кремень! И, тем не менее, за лицом своим следила, улыбку сдерживала, лишний раз глазами не хлопала, любопытства в ответ не выказывала.
  Имрич провёл Нину к входу, поднялся с ней на ступеньки крыльца и развернулся, поворачивая и спутницу спиной к двери, лицом к людям:
  - Я рад вас всех видеть! Мне приятно вернуться домой, встретить вас всех радостными, здоровыми. А сейчас я хочу представить вас моей гостье, которая некоторое время будет жить здесь.
  Все с новым интересом начали смотреть на Нину.
  - Господин Джул, - представил лорд подошедшего мужчину, - мой бессменный управляющий делами более тридцати лет. Джул проживает здесь, но так часто находится в разъездах, что лишь изредка вы сможете столкнуться с ним за ужином. Рад, что сейчас нам удалось застать его дома.
  - Очень приятно, господин Джул, познакомиться с вами.
  Подтянутый мужчина с сединой на висках поклонился.
  - А вот душа дома, госпожа Бедрич, по всем вопросам удобства прошу обращаться к ней.
  - Рада нашему знакомству, госпожа Бедрич, - вежливо кивнула Нина.
  Следующим подошёл повар, господин Дюз, который лично представил своих поварят по имени. Правда, это были не дети, но относился он к ним по-отечески, щедро раздавая подзатыльники. Потом лорд представил оставшихся женщин, выполняющих работу по дому, которые подходили, немного стесняясь.
  Нина даже сумела запомнить нескольких человек. Джула запомнила, он выглядел не хуже лорда, разве что без металлической бляшки на поясе. Не забыла возрастную, довольно симпатичную госпожу Бедрич, повара Дюза и полноватую служанку Мирту. Всем Нина уделила внимание взглядом, кивком, кому-то произнесла приветственные слова, и краем глаза увидела, что Имрич остался доволен.
  Девушка даже удивилась, а что он ожидал? Что она бросится обниматься со всеми? И она очень удивилась бы, если бы узнала, что он опасался, что его гостья наоборот холодно воспримет работающих на него людей. Это было бы нормально, но ему было по душе, что Нина без напускного небрежения отнеслась к его людям. Ведь именно этому он старался научить её во время пути. Лорд вздохнул: "Всё-таки жизнь сложная штука".
  Двухэтажный дворец с мансардой впечатлял своей роскошью. Большие окна, залы, обставленные виртуозно изготовленной мебелью. Можно было останавливаться у каждого стула, разглядывая сложную в исполнении резную спинку, у каждой двери, изучая сюжет, изображенный на ней либо художником, либо резчиком по дереву. Некоторым вариантам комода, Нина даже не знала названий на Земле. Наверное, буфеты или секретеры, с множеством ящичков, выдвижных деталей, украшений, которые тоже являлись функциональными. Госпожа Бедрич, переговорив с лордом, провела гостью в крыло с башенкой.
  - Вот ваши покои, - распахнула она двери в овальное светлое помещение.
  - Солнце встаёт в стороне, так что по утрам оно не будет будить вас. Вот здесь комната для приведения себя в порядок, - женщина толкнула высокую картину, которая оказалась дверью, и дала дорогу Нине.
  Девушка высоко оценила туалетную комнату с большим зеркалом, составленным из кусков, но подогнанных довольно ровно, приличных размеров глиняную ванну, подачу холодной и горячей воды. Возникало одно "но": чтобы мыться, надо садиться в ванну из-за низкого расположения крана. По жаре иногда хочется быстро ополоснуться под душем, а тут предусмотрен только один вариант. Нина ничего не сказала, ладно хоть горячая и холодная вода подаётся через кран, а там уж она извернётся, и будет ополаскиваться, не набирая воды.
  Очень порадовало наличие канализации. Девушке было бы стыдно, если бы за ней выносили ведро, а к тому же запах хранящихся отходов и дожидающихся, когда их вынесут, свёл бы её с ума и заставил бы бегать по кустам.
  С большой гордостью госпожа Бедрич показала наличие раковины. Нина не сразу поняла, а потом сообразила, что в этом мире ещё нигде не видела раковины с краном для воды. Были столики для умывания, в них крепились тазики, под ними стояло ведро. А вода находилась рядом в кувшине. Здесь даже не додумались до подвесного деревенского рукомойника, как на Земле.
  Нина улыбнулась:
  - Всё просто прекрасно, лорд Ветус шагает в ногу со временем и у него всё очень современно, - наугад похвалила девушка.
  Госпожа Бедрич с достоинством приняла похвалу.
  "Вроде довольна", - отметила Нина, - "ох уж эта их сдержанность!"
  Гостья обошла покои, не отпуская домоправительницу, посмотрела, открываются ли окна, сразу приоткрыла, так как комната за день нагрелась, и было душно. Плюхнулась на кровать. Перина, но хорошо, что не безумной мягкости, а то утром из середины кровати не выбраться будет. Особенно порадовало её, что нет балдахина, хотя опоры по краям кровати были.
  Госпожа Бедрич, приметив, что гостья смотрит на опоры, сразу пояснила:
  - Я велела снять балдахин, чтобы не собирал пыль. Мы не ожидали гостей, так бы я обязательно вовремя вернула бы его на место.
  - Не стоит, мне так нравится. Я очень не люблю пыль.
  Женщина чуть задумалась.
  - А если лёгкий, хотя бы для того, чтобы он защищал вас от налетевших комаров? Я девочкам велю, чтобы его часто скидывали и выносили вытряхивать. С лёгкой тканью это не сложно проделывать.
  Нина с удивлением посмотрела на домоправительницу. Та могла просто согласиться, ей же хлопот меньше. Могла встать в позу, настаивая на заведённых порядках, ведь положено! Но она решила угодить, хотя наличие леди в доме может попрать её значимость.
  До Нины хозяйкой дома была Бедрич, а сейчас гостья может взять на себя командование. Другое дело, что не собирается этого делать, но вполне может, и другая бы леди так и сделала, это почти её обязанность, помочь приютившему её неженатому мужчине.
  - Здесь много комаров? Открытая местность, солнце, вроде бы не должны...
  - О, конечно не столько, сколько в лесу или у водоёмов, но хватает нескольких, чтобы испортить сон - чуть виновато улыбнулась женщина.
  - Хорошо, давайте сделаем так, как вы предлагаете, - согласилась Нина, - и ещё, госпожа Бедрич, я с огромным уважением отношусь к лорду Ветусу, очень ценю его покой и комфорт. Я не сомневаюсь, что за долгие годы службы вы лучше всех знаете, что необходимо лорду, чтобы он любил бывать дома.
  Женщина согласно кивнула.
  - Поэтому говорю вам сразу, чтобы вы не волновались, не слушали чужие пересуды, а знали из первых уст, что я не буду вмешиваться в заведённые порядки и не планирую надолго здесь задерживаться. Вы, должно быть, догадались по моему акценту, что я иностранка?
  - Да, леди Нарибус, вы говорите хорошо, но несколько непривычно, - подтвердила женщина, уловив не только акцент, но и несколько слов, неправильно произнесённых.
  - Моя страна очень далека отсюда, у нас другие дома, отличаются продукты питания, имеется разница в ведении хозяйства. Лорд Ветус хочет, чтобы я научилась, знала всё, что здешние леди знают. Поэтому я здесь и не собираюсь вмешиваться в вашу работу, но буду учиться у вас. Без знаний мне не найти места в вашем королевстве.
  Нина выдохлась. Она уже хорошо говорила, но всё ещё приходилось подбирать слова попроще.
  - Я поняла вас, - опустив глаза, произнесла женщина, и добавила: - с удовольствием поделюсь с вами всеми своими знаниями.
  Обещание помощи прозвучало несколько двойственно, впрочем, как и всё тут. Хочет управительница поскорее вложить необходимые знания, чтобы леди поскорее убралась отсюда - или по доброте душевной спешит помочь? Да так ли это важно Нине? Главное, что она вовремя нашла общий язык с женщиной, которая вполне могла бы усложнить гостье жизнь.
  
  День для Нины закончился ужином, на котором она уже зевала. Всё-таки много сил забирает езда на лошади, пусть даже это кляча, едва успевающая переставлять ноги. Королеву, так в шутку назвала свою лошадь Нина, отвели в деревню, где ей и место. Девушка же занялась приведением себя в порядок. Принятие ванны доставило несравненное удовольствие, еле-еле подняла себя из воды, заканчивая мытьё и ополаскиваясь под струей воды. Привычка пользоваться бегущей водой взяла своё, и Нина, спустив воду в ванне, изгибалась, подставляя под низко расположенный кран то голову, то части тела и только вылезши, заметила стоящий в стороне кувшин для воды.
  Потом была ежедневная морока с платьем, с причёской. В помощь Нине дали средних лет женщину, которая тут же сообщила, что госпожа Бедрич хотела послать помогать гостье толстушку Мирту, но та слишком потеет, а леди, как и лорд, не любит запахов. Впрочем, кроме болтовни, Рина быстро управлялась с делами.
  Нина перед ужином позвала госпожу Бедрич и объяснилась с ней насчёт платьев. Она дала пояснения, что не покупала себе ничего в дороге, чтобы не задерживать лорда и не создавать проблем с дополнительным багажом. Женщина покивала, даже заметила, что вскоре с каждым днём будет всё холоднее по ночам и потребуются совершенно не летние вещи.
  Нина уже знала, что зима в понятии местных это ноль - минус один, но лето уже действительно сдавало свои позиции, и ночами едва ли было пятнадцать градусов, а скоро и днём так будет. Самое главное, ради чего Нина позвала женщину, это узнать, где можно заказать себе одежду.
  - Можно пригласить к нам госпожу Каджин, у неё все девушки мастерицы и сошьют всё быстро, качественно, но лучше съездить к ней в салон. Выбора тканей там больше, она соседствует с двумя лавками, торгующими тканями, а напротив неё продают украшения на платья, кружева, ленты...
  - Очень хорошо, не составите ли мне компанию?
  - Почту за честь, леди Нарибус.
  Этот недолгий разговор забрал последние силы у Нины, на ужин она уже плелась, а от еды совсем разомлела и, вернувшись к себе, скинула платье, упала на кровать и заснула, чтобы проснуться среди ночи от холода. Оказывается, она плюхнулась прямо на одеяло и замёрзла, так как забыла закрыть окно. Заново устроившись, поворочавшись, крепко заснула.
  
  Лорд Ветус погрузился в дела, много разъезжая по имению. Иногда он только завтракал с Ниной, не возвращаясь на обед, а часто пропуская и ужин. Он спрашивал, как девушка устроилась, хвалил её и госпожу Бедрич. Он собирался поговорить с домоправительницей насчёт гостьи, но та, похоже, сама догадалась, что чужеземке нужна помощь и предоставила её. Приятно, когда не разочаровываешься в людях. Госпожа Бедрич тоже себя похвалила, когда увидела, что лорд доволен тем, что она возится с леди Нарибус как с неопытной девочкой, показывая азы хозяйства.
  Нина с утра первого дня съездила в город, заказала себе полный гардероб и при домоправительнице расплатилась. Ей не нужны были слухи, что она живёт за счёт лорда, но показала этим жестом всего лишь, что лорд - не официальный опекун ей. А потом они вместе посидели в единственной в городе кондитерской и выпили чая с печеньем.
  - Наш господин Дюз лучше готовит сладости, - заметила домоправительница, а Нина добавила:
  - А я знаю сборы трав, которые имеют более приятный и насыщенный вкус, чем то, что мы сейчас с вами пьём, а главное, они по душе лорду.
  Обе женщины кивнули в своём согласии, что кондитерская не ахти как хороша и, прикупив трав для чая в лавке, вернулись домой. Там Нина составила несколько витаминных сборов, общеукрепляющих, записала их состав для госпожи Бедрич, и подсказала, с помощью каких специй можно разнообразить вкус некоторых компотов. С тех пор управительница окончательно успокоилась, решив, что с леди вполне можно общаться и даже слегка дружить, если она действительно намерена уехать после получения необходимых знаний.
  Так время и потекло: лорд пропадал по делам, госпожа Бедрич обогащала словарный запас Нины, поправляла акцент, а самое важное, она преподавала ведение домашнего хозяйства. Гостья открывала для себя огромный мир тонкостей хранения продуктов в подвалах, нюансы подготовки помещений под эти самые продукты, и только когда подошли к вопросам консервации, тогда Нина смогла внести свой посильный вклад.
  Маринование овощей при помощи уксуса распространялось по Равнинному королевству медленно, так как не было понимания, почему в одних случаях те же огурцы могут храниться чуть ли не годами, а в других, спустя время всё же портятся.
  Здесь-то гостья и раскрыла секреты! Она начала с азов. Рассказала о микробах, притащила даже из кабинета лорда редкую штуку - микроскоп, и при её помощи показала в воде этих монстров. Дальше Нина наглядно показала роль кипячения, после продемонстрировала, как у неё в королевстве ставят наполненные подготовленными продуктами банки в горячую воду и стерилизуют их. В процессе объяснила о целесообразности умеренного потребления уксуса вообще, и только когда дело дошло до закрытия банок, замолчала. Крышек для них подходящих не было. Тогда повар налил сверху масла и закрыл чистой стеклянной крышкой, обвязав её веревочкой, чтобы не соскакивала.
  Больше Нина не совалась со своими советами, так как не была уверена, что при здешних условиях есть от них толк. Зато внимательнее слушала, записывала и пробовала сама вялить, сушить, солить, квасить, и даже, если что-то знала, то помалкивала. Разве что когда спустилась в очищенный подвал, который мыли и дезинфицировали, подготавливая для заготовок, Нина посоветовала травы, отпугивающие насекомых и мышей.
  Госпожа Бедрич активно вталкивала знания Нине. Выбравшись из кухни, они переходили в помещения, где хранилась одежда, бельё, и там проводили ревизию. Что-то доставали на проветривание, где-то перекладывали травами, а в чём-то уже не было необходимости и надо было подумать о придании новой жизни пожелтевшему белью или проеденному молью кафтану.
  Изучала Нина, как проводится уборка в таких больших домах, сколько для этого потребно разных средств. Рассказывала домоправительница и о ведении хозяйства в тех местах, где нет водопровода и канализации.
  Подход к делам там был другой, и важно было предусматривать многие вещи. Где расположена кухня, колодец, куда выносить отходы, где обустраивать прачечную, следить, чтобы возле колодца на расстоянии пятидесяти шагов ничего не выливали, желательно ещё присматривать за ближайшей речкой, чтобы не загрязняли её.
  Нина одуревала от стольких тонкостей, и ей казалось, что она никогда в жизни не справится с бесконечными хлопотами хозяйки дома. А потом начался сбор урожаев на полях, и большая часть служанок в доме отпросились, чтобы помочь родным.
  Нина оказалась предоставлена сама себе. Госпожа Бедрич крутилась, пытаясь поддерживать дворец в порядке малым количеством слуг, и ей было не до гостьи. А иномирянка, наконец, смогла подвести итоги своего пребывания в новом мире.
  Странное дело, получается, попала она в мир магии, где есть другие расы, а ей приходится целыми днями по хозяйству хлопотать, как будто в деревне у бабушки живёт. Страх пропасть в незнакомом мире ушёл, в душе поселилось ожидание чуда, но жизнь каждый день доказывает, что правит бал здесь обыденность.
  Наверное, это судьба. Кто-то на ровном месте приключения находит, а кое-кто даже шагнув в другой мир, огурцы солит и подсчитывает, сколько соли надо ещё закупить.
  Вроде бы всё хорошо, но получалось, прицепилась она как блоха к лорду и живёт благодаря ему. Сейчас у неё ещё есть деньги, но если её засосёт рутина, то через пару лет ей ничего не останется, как оставаться тут навсегда в качестве приживалки. Осознание этого напугало девушку.
  Годы-то не желали подождать, пока она освоится, сообразит, что к чему, дождётся случая для удачного самостоятельного шага в жизнь. Ещё несколько месяцев - и ей двадцать девять стукнет, и нет уверенности, что за последующий год она как-то успеет устроиться.
  Сердце тоскливо сжалось, не желая принимать правду, что по здешним меркам она близка к возрасту бабушек. Если у неё не сложится с любовью к мужчине, то надо хотя бы родить, иначе... сердце опять сжалось, как всё по-дурацки получается. К чёрту мечты, душить их надо, чтобы не питали ложные надежды!
  Нина вздыхала: замкнутый круг! Она так надеялась на этот мир в плане нахождения мужчины для себя, даже об эльфе думала в первые дни. Кстати, одного она видела в городе как-то, он посещал фабрику лорда и оставил заказ на доставку в их земли фиалкового масла. Худенький, гибкий, светловолосый, с ушками. Местные называют их вельфы и тихонько смеются над их хлипким телосложением. На лицо, честно говоря, он был не очень, но оно и понятно: мнение о себе высокое, а люди не понимают его величия, так где же взяться приветливости и улыбке? Пыталась вызвать в себе восторг, мол, "вау, эльф!" но как-то не вышло. Может, если бы он из лука пострелял, с дерева на дерево попрыгал бы, тогда бы вышло "ах"?
  Нина почувствовала себя старой, усталой, скучной и очень расстроилась тогда, что из-за увиденного эльфа, а главное, из-за того, что он не произвёл на неё никакого впечатления, забыла попробовать заказать себе туфли на толстой подошве, какую ставят на мужские сапоги.
  А потом снова вокруг всё изменилось, вернулись слуги, дома стал чаще бывать лорд Ветус, болтал с ней о технических штуках на её родине, посетовал, что отсутствие школ в королевствах людей замедляет прогресс, но зато живут они ровно и спокойно. И самое главное: к ним в гости начали приезжать юные леди.
  Вот тут Нина пожалела о своих предыдущих унылых мыслях!
  Скучно ей, видите ли, стало, перспектив для себя не увидела, теперь скучать некогда. Имрич приметил, что она неприкаянно бродит в свободные минуты, и подружки четырнадцати-пятнадцати лет стали постоянными гостьями в его имении.
  Осень на носу, все леди заняты хозяйственными делами, та же Бедрич раньше всех встаёт, позже всех ложится, а вот юные леди порхают в поисках женихов. И кто бы мог подумать, что лорд Ветус завидный кандидат в мужья!
  Девочки, с нежными овалами лица, с пушистыми ресницами, с глазами как маслинки, выпытывали у Нины, какие у неё с ним отношения, что он любит и как ему угодить. Подопечная Имрича поначалу не знала, как вести себя со свалившимися ей на голову ангелочками. Очень милые девушки, каждая красивая по-своему, очень воспитанные, приятные, и постоянно старающиеся выпытать полезную для себя информацию.
  - Лорд Ветус сказал моей маме, что вам чуть больше двадцати, и вы не замужем, - как-то произнесла одна, когда Нина в очередной раз вместо ответа на вопрос, отослала спрашивать к самому лорду.
  Леди Нарибус посмотрела на нежное создание, которое, судя по всему, перешло в наступление.
  "Как же её зовут? Леди КолОман? Подруги называют меня Альбина!" -вспомнила она.
  - Леди КоломАн, не хотите ли чаю? - пригласила Нина девушку за столик, куда Мирта принесла чайничек с чашками.
  - Я КолОман, - обидевшись, поправила юная леди.
  "Щучка ты, а не КолОман", - подумала Нина, но миролюбиво ответила:
  - Конечно, простите, я ещё не всегда правильно говорю.
  - Так вот, мне кажется, что вы старше, чем считает лорд Ветус, - и замолчала, ожидая, что скажет в своё оправдание изображающая из себя хозяйку чужеземка.
  Нина налила себе чаю, сделала глоток, поставила чашечку, улыбнулась и посмотрела на собеседницу, ожидая, что ещё та скажет. Две другие девушки, качаясь на качелях, навострили ушки и затаились.
  Нина ждала с абсолютно безмятежным выражением лица, а Альбина Коломан не знала, что дальше сказать. То есть она, конечно, могла бы, но вроде как по плану приживалка должна была оправдываться, а сейчас получается, что Альбине надо бы как-то продолжить затеянный неловкий разговор.
  - Вы же не думаете, что, не смотря на возраст лорда Ветуса, вам есть на что рассчитывать? - выпалила всё же она.
  Нина подняла бровь, ещё чуть шире растянула губы в улыбке. В принципе, Коломан сказала то, о чём все девушки думали. Однако говорить это было неприлично, и две подружки Альбины заметили, что леди Нарибус, несмотря на то, что она иностранка, да ещё часто ошибается в тонкостях этика, прекрасно поняла в результате оплошности Альбины, что род Коломан очень молодой и несдержанный.
  Нина меньше всего думала о древности рода, ей просто стало грустно и неприятно. Прелестные создания, юные и трепетные, небезосновательно подозревались ею, как особы несколько меркантильные, но она почему-то верила, что это влияние их родителей.
  Ну, кто ещё мог научить дочь стремиться выйти замуж за старика, которому больше ста лет и ждать, когда он умрёт? А вот сейчас она убедилась в хищности одной из самых очаровательно глазастых девушек. Нина сама тонула в наивном взгляде Альбины, а каково же мужчинам? И вот, пожалуйте, полезло из неё.
  Девушка вспомнила себя в её годы. Они тогда с подругами о многом говорили довольно цинично, рассуждали, как опытные дамы, а дома рисовали сердечки и мечтали о глупостях, а не о стариках. Мечтали и верили, что готовы идти за любимыми на край света, только подругам об этом знать не надо, чтобы не сочли за дурочку. А здесь всё наоборот: говорят красиво, приятно, и лишь временами вылезают настоящие неприглядные мысли.
  - Альбина, тебя мама ждёт сегодня к обеду, - выручила из неловкой ситуации черноглазая Власта. Нине она нравилась больше всех. Живой взгляд, любит рассказывать, чем дома занимается. Её семья помимо выращивания цветов разводит редкие породы кошек. А сама девушка удивила Нину своим увлечением писать миниатюры. Иногда проскакивало в её разговоре, что если не удастся выйти замуж за лорда Ветуса, то она вступит в жрицы и будет работать на себя, отдавая процент только храму женщин.
  Нина позже спросила у Имрича, что это за храм.
  - Это на самый крайний случай, - подумав, ответил тогда лорд. - У посвященных жриц есть небольшие обязанности, чаще всего присутствие на массовых праздниках, но в основном цель храма - заменить роль опекуна-мужчины. За это храм забирает тридцать процентов дохода.
  - Ого!
  - Да, но защита того стоит. Храм бережёт своих жриц от любого давления и посягательств.
  - Так почему вы как-то неласково об этом говорите?
  - Видите ли, Нина, пока вы приносите доход не менее, скажем, пяти золотых в месяц, всё хорошо; как только вы заболели, состарились, да мало ли что в жизни произошло, так храм от вас отказывается.
  Иномирянка даже опешила от такой несправедливости, а Имрич сложил руки на груди, уставился в окно и пояснил:
  - Правда, выбор жрицам дают, они могут остаться жить в храме и работать на него, отдавая всё. Дальнейшая их жизнь будет зависеть от того, насколько разумна настоятельница. Можно до гроба заниматься знакомым делом, переплетая книги, а можно и уборные чистить. Так что, Нина, это самый крайний случай для вас. Заключить соглашение с храмом легко, станете жрицей, а вот разорвать его по своей воле вы не сможете.
  Девушка тогда только покивала, что всё поняла, а для себя решила, что никогда, лучше сдохнет, чем в такую кабалу попадёт. Тут, как ни крути, лучше один муж, даже кровопивец, чем организация на плечи.
  И вот Власта Эвзен, рассматривающая храм, как будущее своей жизни. Никакая жена Имричу не нужна, на это ей надеяться не стоит, а значит, храм? Неужели решится? Что ж они так шарахаются от молодых лордов?
  Нине хотелось бы поговорить по-дружески с этой девочкой, быть может, лорд Ветус не всё знает, в конце концов, его информация могла устареть, но девушки, будучи воспитанными леди, не раскрывались, не беседовали по душам даже с подругами, а тем более уж со "старушкой" леди Нарибус. Конечно, ей же больше двадцати, у других уже двое, а то и тройка ребятишек в ногах ползает в этом возрасте!
  - До скорой встречи, леди Нарибус, - попрощалась Альбина. - Девочки, вы со мной? - спросила она у подружек.
  - Нет, лорд Ветус приглашал нас на обед, - мило улыбаясь, ответила третья леди.
  Коломан покраснела, но нашла в себе силы приподнять кончики губ, и в этот момент она была необычайно трогательна. Девушки, включая Нину, раскланялись с ней и продолжили проводить время в саду, надеясь, что лорд Ветус выйдет к ним.
  - У вас очень вкусные чаи заваривает повар, - сделала комплимент третья леди.
  "Боже, как же её зовут?!" - терзалась подопечная Имрича.
  А юная леди тем временем подошла к столу и подвинула к себе чашечку. Можно было подождать прислугу, а могла оказать честь хозяйка и угостить гостью. Нина взяла чайничек и наполнила чашечку девушке.
  - Квета, подожди меня, - попросила Власта и, спрыгнув с качелей, подошла к столику. - Какой у вас чай?
  - Фруктовый, - ответила Нина.
  - Ум-м, мой любимый, - попыталась Власта быть излишне приветливой, чтобы загладить оплошность Альбины.
  "Квета Радко", - вспомнила землянка.
  Девушки молча, делали глотки, иногда подхватывая с тарелочки крохотные печенюшечки.
  Вот так и общались.
  Бывали обеды, когда собиралось много народу, бывало, что Имрич, словно дразня соседей, собирал дома цветник из юных дев. Нине все эти подружки поперёк горла стояли, а лорд был рад, что его подопечная стала осторожной в высказываниях, стала прятать свою искренность и начала больше думать, прежде чем кого-то жалеть.
  Нина постепенно менялась, приноравливаясь к новым условиям, находясь всё время под защитой лорда и под опекой управляющей. Наверное, она стала мягче, задумчивее, и осознала это, когда уступила госпоже Бедрич, позволяя той натянуть в своих покоях на опоры плотный балдахин. По ночам пробирали сквозняки, и был выбор либо спать в ночном колпаке, либо опускать занавеси и спать в тканой коробочке.
  Пришло осознание, что со многими надеждами пришлось распрощаться окончательно. Сначала оказалась несостоятельной надежда стать парфюмером. Она ведь всё-таки съездила на фабрику Ветуса, но при подходе к ней, развернулась и укатила домой. Её обостренное обоняние не справилось с силой царивших там ароматов.
  Потом умерла надежда на работу в чайной компании. Да что там, в чайной лавочке, где она хотела бы искать новые сочетания вкусов. Тут её мечты разбила Алика Бедрич. Нина немного сблизилась с ней и как бы та не желала бы, чтобы гостья, наконец, покинула дом, всё же честно обрисовала ей перспективы работы с травами в их городке.
  В общем, ничего нового она не поведала: надо либо входить в семью лавочника, либо открывать свою лавку. Только вот беда, спрос, конечно, есть, но не так велик, чтобы в городе открывался ещё один чайный магазинчик. Многие жители вообще составляют себе сборы самостоятельно, сами же и собирают летом и осенью травы и экономят на этом деньги.
  Нине было бы тяжело работать при нынешних возможностях организма титестером, но она готова была рискнуть, надеясь в будущем обустроить себе хорошо проветриваемое помещение, но жертвы её оказались ненужными.
  Несколько раз Нина помогла Имричу в делах его крестьян и нашла тем воду, которую можно было использовать на дальних огородах и при выпасе животных. Но разве на доходы от такой работы проживёшь? Ей сделали подарки: торжественно, с поклонами вручили курицу и корзинку яиц. Она поблагодарила и сдала всё на кухню господину Дюзу.
  А ещё присосавшиеся к их дому девицы! Нина упала в их глазах, когда оказалась совершенно не способной слагать стихи и к величайшему своему сожалению не смогла вспомнить ни одного стихотворения из своего мира. Хотя нет, муха-цокотуха всплыла в тот момент у неё в голове, но чтобы перевести толково, необходим талант, а его, увы, у Нины тоже не было.
  Леди Нарибус потихоньку сдавала свои позиции, подстраивала свои планы под существующие условия и стойкость современной успешной земной женщины утекала вместе с уверенностью в себя. Однажды Власта пришла одна, она накануне пообещала рассказать и показать, как она работает над миниатюрами.
  Нина уже видела готовые миниатюры, выполненные несколько своеобразно, но тщательно. О похожести модели с рисунком речи не шло, но по платью и украшениям объект узнать было можно. Леди Нарибус от души похвалила.
  Кто знает, может девочка - талант, и это новое слово в живописи? А может, у них так все рисуют, простите, пишут. Нина была любителем достоверных картин, а не детских мазилок или задумчивых точек. Ещё ей нравилось, как рисуют на шкатулках сказки. Властины миниатюры подкупали яркостью красок и горящей надеждой в глазах девушки. Разве она могла не похвалить?
  Теперь они вдвоём шли к талантливейшему человеку, который работал у лорда Ветуса и сделал ему всю мебель. Все резные штучки на стульях, дверях, деревянных жалюзи, ручки, буфеты... да всё, что состоит из дерева, изготавливал Хонза. Он даже не господин, потому что у него магия чувствовать дерево. Он ремесленник, но государственного значения.
  Имрич хвастал, что даже в королевском дворце многое изготовлено Хонзой. Его уговаривали остаться в столице, но мастеру нравилось уважение, которое оказывали ему на землях Ветуса, а в столице он этого не нашёл. Самолюбие у Хонзы имелось, и он по-другому общался с теми, кто называл его господин Хонза. Власта, поддерживая исключение из правил, обратилась к мастеру, как ему нравится. Ей требовались особые деревяшечки для работ.
  - Господин Хонза, только вы умеете находить тёплое дерево, на котором краски лежат ровно и долго, - подлизывалась она, и Нина понимала, у мужика нет шансов отказать ей.
  Пока они ковырялись в подходящих дощечках, землянка походила по мастерской. Запах в ней был резковат, но приятен. Она подошла к выложенным в ряд плашкам и постучала косточкой пальца. Потом вспомнила детскую штуку - ксилофон - и взяла в руки палочку. Нина попробовала настучать мелодию, но разницу в звуках могла уловить только она своим обостренным слухом. Власта и Хонза замерли, не понимая, что леди делает. Нина обернулась и улыбнулась, заметив, как смешно смотрят на неё мастер и девушка.
  - У нас есть интересный музыкальный инструмент, он из дерева. Плашки расположены похоже, вот и навеяло.
  - Леди Нарибус, вы нас с девочками совсем не баловали рассказами о своей родине, - начала Власта, - не могли бы вы объяснить господину Хонзе, что за инструмент вы вспомнили, вдруг у него получится сделать? - и послала умоляющий взгляд ей и мастеру вопреки всем правилам скромного поведения.
  Первым сдался Хонза.
  - Отчего же не попробовать, если он из дерева, то, может, что и получится, - кидая взгляды на юную леди и на леди постарше, он надеялся угодить Власте и получил в ответ благодарную улыбку.
  - Почему бы и нет, тем более я прекрасно знаю, как его сделать, - доброжелательно улыбаясь, ответила Нина.
  Ведь действительно, почему бы и нет, вдруг это то самое, что поможет ей шагнуть дальше! Огонёк надежды забрезжил в её душе, и она начала пояснять мастеру, как изготовить музыкальный инструмент.
  Это было несложно, не так давно она в подарок одному сотруднику на Земле, конечно, покупала ксилофон на пятилетие его дочки. Ей показалось, что он понравится ребёнку, так и вышло. А вот другой гость сделал точно такой же подарок, только смастерил его сам!
  Нина тогда не поверила, это же так сложно! Залезла даже в интернет и - оп-па! - нашла подробную инструкцию. Она изучила её и пришла к выводу, что у человека, у которого есть рабочий инструмент, всё должно получиться, и кроме некоторых хлопот, затруднений возникнуть не должно.
  И сейчас она уверенно начала чертить какой ширины должны быть плашечки, какой высоты, длины.
  - Всего восемь штук, - произнесла она, а потом справедливости ради добавила, - правда, я сейчас рассказываю, как сделать детский вариант.
  - Ничего, попробуем для начала детский, - подбодрил мастер. Старшая леди оказалась тоже очень приятной и любезной. Но Власта ему нравилась больше, она ему казалась огоньком, хоть и вела себя сдержанно, но живые глаза не скроешь. А вот леди Нарибус ближе к воде, спокойная, выдержанная, хотя если вода выходит из берегов, то катастрофы не миновать.
  Вот так интересно сравнил двух девушек мастер.
  - Вы сначала сделайте их одной длины, а потом мы с Властой придём, или я одна, и будем постукивать по ним и определять по звуку, сколько срезать. Самая маленькая будет вот такая, - Нина отчертила на глаз двадцать пять сантиметров, - а самая длинная вот такая. Если что, то потом мы их ещё подрегулируем, подрезая.
  - Так просто, леди?
  - Как вам сказать, это конечно просто, но хлопотно. Дальше приступим к следующему этапу. Нам надо будет их расположить в ряд и наметить, где делать дырочки для крепежа, в этом деле есть нюансы, но с настройкой к этому моменту должно быть покончено.
  Она взяла одну из лежащих заготовок у мастера и, хотя та была великовата для ксилофона, начала на ней показывать.
  - Смотрите, примерно с краю, чуть отступив должна быть дырочка, но более точно поможет определить щепотка соли. Насыпаем её на край, слегка отступим, а с этого края постукиваем по плашечке. Стучать надо не рукой, а палочкой. Видите, соль чуть подрагивает от вибрации, я продолжаю стучать, а соль начинает собираться в точке, где нет вибрации.
  - Действительно, - удивился мастер.
  - Вот так мы найдём точное место для дырочки. С каждой стороны, на каждой деревяшке. Необходимо проследить, чтобы дырочки были на одной линии, и сама дырочка была чуть больше гвоздика.
  - Зачем? Тогда не будет достигнута плотность, - возразил мастер.
  - А здесь она не нужна. Наша деревяшка должна свободно вибрировать, издавая звук.
  Нина продолжала максимально подробно объяснять, как делать. Ей очень хотелось, чтобы у мастера получилось, тогда можно будет замахнуться и на настоящий инструмент. Если Власта заинтересовалась, то у них тут такого точно нет.
  Девушка в душе ликовала: " Ну надо же, не зря говорят, не отчаивайся, лови любой шанс, а она разнюнилась!"
  А ведь есть ещё треугольник, по которому надо бить, чтобы он издавал звук, и, главное, никаких сложностей в его изготовлении; есть маракасы, которые она сообразит, как сделать. Господи, как же она забыла про деревянные ложки или висящие на деревяшке металлические палочки, наподобие "музыки ветров", (прим.авт. - бар чаймс) как же их называют? Впрочем, назвать можно по-своему. Что же там ещё, кастаньеты, тогда и танец с ними можно ввести, уж на это она способна! Правда, вряд ли танец примут леди, да даже не леди, но среди крестьянских девушек найдутся отважные.
  Нина выдохнула, заставляя себя успокоиться... зачем ей отважные? Ей нужен спрос, и ксилофон подойдёт, хотя бы как детская игрушка.
  К концу объяснений у неё пересохло горло, но мастер был возбуждён, заинтересован, да и Власта довольно сверкала глазами, едва удерживая губы от счастливой улыбки, наверное, от причастности к созданию новой вещи. Нина сдерживаться не стала, а открыто улыбаясь, пригласила девушку на обед.
  Уже на следующий день они обе вернулись к Хонзе и принимали работу. Ровненькие прямоугольнички были гладкими и действительно тёплыми, как раньше упоминала Власта.
  Нина поймала себя на желании держать деревяшки в руках и гладить их. Они потратили уйму времени, подравнивая дощечки и добиваясь нужного звучания за счёт их подрезания. Уже несколько раз им казалось, что всё получилось, они отдыхали, пробовали послушать заново звучание и разочаровывались. Нина хорошо слышала разницу, но не знала, как нужно, а Власта знала, как должна правильно звучать октава, но звуки деревяшек для неё не были привычными, и она несколько терялась.
  Только после обеда, придя снова к мастеру, они достигли согласия. Господин Хонза приступил к дальнейшей работе и на следующий день ксилофон был готов и сох после покраски. Мастер занялся палочками, а Нина не могла дождаться, когда сможет показать инструмент Имричу.
  Прямо с утра она побежала к Хонзе, чтобы расплатиться за труды, хотя он ни разу не упомянул о деньгах, и забрать ксилофон.
  - Доброго утра господин Хонза, как наш инструмент? Уже можно опробовать?
  Мастер слегка удивился, а может, Нине показалось.
  - Забава ваша высохла, и звуки издаёт интересные, но леди Эвзен уже забрала его.
  - Леди Эвзен? - недоумение на лице леди смутило мастера. Неужели он сделал что-то не так?
  - Ваша подруга, леди Власта Эвзен, - Хонза чуть покраснел от того, что вслух назвал по имени юную прелестницу.
  - Надо же, - Нина не знала, что сказать, и мастер решил помочь ей.
  - Она расплатилась со мной, довольно щедро. Я не хотел брать, ведь забава, но она сказала это важно, чтобы инструмент правильно зарегистрировали.
  - В нашем городе есть такая услуга? - словно бродя в тумане, леди Нарибус спрашивала, а сама пыталась осознать, как её развела малолетка.
  - Не то, чтобы есть, но управляющий лорда Ветуса, господин Джул, имеет право регистрировать и отправлять документы в столицу. Если штуку, которую я сделал, будут покупать, то леди Эвзен будет получать доход с неё.
  Сказал и сам, наконец, понял, что произошло.
  - Как же так леди, ведь вы вроде вместе, а она одна... Простите меня, отдал, я же не думал, что это всё серьёзно... думал, забава...
  На мастера было жалко смотреть. Он не ожидал такой хватки от чаровницы, "леди Огонька", как он иногда про себя её называл. Может он так не расстроился бы, если бы не побывал в положении, в котором сейчас оказалась леди Нарибус.
  Сколько у него украли разработок лаков, улучшенных инструментов для труда, разных хитрых креплений. Он каждый раз сторожится, но ведь умеют нечестные люди находить подход и утягивать разработки, оформляя патент на себя! Вот и от "Огонька" он не ожидал, она же леди! Зачем ей это?
  Просто Власта мечтала о свободной жизни, а разговоры про храм были ради красного словца, вдруг кто-то пожалел бы её, озаботился бы решением проблемы, подсказал бы что.
  Упустить шанс стать изобретательницей она не могла. Пока эта дура иностранка сообразит о возможностях, которые даёт статус разработчицы нового, она уже всё провернёт, и раздувать склоку Нарибус не посмеет, ведь это только себя позорить. Тем более на приживалку злы все местные леди, у которых дочери, так что пусть только вякнет!
  Нина возвращалась в дом, испытывая чувство гадливости. Да, ей было неприятно, что её обманула понравившаяся ей Власта. Другие девушки недолго таили свой нрав и пытались рано или поздно уколоть, задеть репликой, мнением, открываясь тем самым перед нею.
  Леди Эвзен оказалась хитрее всех, она совместила искренность с ложью и от того была убедительна. Как там говорил незабвенный Дейл Карнеги? "Хотите манипулировать людьми, будьте искренне с ними!"
  Да, Власта не выспрашивала о стране, из которой прибыла Нина, видя, что это неприятно ей, зато она охотно поддерживала темы, которые были интересны им обоим, и в этом она была искренна.
  Если бы Нина знала, что уже много лет существует королевская программа для женщин-изобретательниц, которая при выполнении определённых условий даёт шанс на полную самостоятельность, даже на основание нового рода, то расстроилась бы значительно больше.
  Но она шла и размышляла обобществлено. Вот корень всех семейных проблем в этом мире! Лживые насквозь юные ангелы-леди изначально считают счастливой жизнью свободное существование. Лучший брак, когда муж на последнем издыхании и без родственников!
  И если юные лорды ещё учатся относиться к девам с уважением, лелеют какие-то мечты, то спустя годы брака, бегут из дому на королевскую службу. Жёны ненавидят мужей, а мужья больше не испытывают иллюзий по поводу улыбок и красивого поведения жён. Да и сами девушки быстро теряют свою красоту, рожая и никого не любя, а только жалея себя.
  Замкнутый круг, рождающий неприязнь, выплескивающуюся в злость в отношениях, и дальше кто во что горазд.
  "У них тут всё через попу, а я должна страдать!" - разозлилась Нина, встречая госпожу Бедрич, занятую раздачей мыла.
  Мысли Нины переключились на Алику. Она крутится по дому, как заведённая, в надежде дожить здесь в спокойствии свои дни. Что с ней будет, если Имрич умрёт? Хотя, осекла себя Нина, что это она, как юные цветики! Имрич всех переживёт, вон он как после встречи с родственником ожил! Ей, молодой, не сравнится с ним в выносливости!
  - Госпожа Алика, можно вас отвлечь, - тихо позвала домоправительницу Нина, намереваясь посоветоваться с той.
  - Конечно, леди Нина.
  - Вы не поможете мне уточнить кое-какие детали произошедшего. Я понимаю, что меня обманули, но не в курсе насколько.
  - Рассказывайте, я помогу вам разобраться.
  Нина коротко изложила произошедшее. Женщина с шумом втянула воздух через нос, сжав зубы, и после начала объяснять:
  - Леди Эвзен лишила вас шанса на самостоятельную жизнь. Он был очень мал, можно сказать, это даже не шанс, а лишь шаг к этому шансу, но думаю, вы бы справились.
  Дальше Алика Бедрич поведала о тонкостях статуса женщины-изобретателя, о поддержки его королевской программой. Оказалось, что статус надо подтверждать почти на протяжении всей жизни, через определённые промежутки времени, что новинка должна приносить доход королевству.
  - Понимаете, что обидно, - вдруг зло сказала женщина, - вы бы смогли, если не придумать, то привнести новое в жизнь нашего королевства, используя опыт своей страны, как произошло с вашим инструментом, а Власта не сможет ничего придумать, и толку ей нет от кражи. Господин Джул зарегистрирует её, даст пять лет на подтверждение статуса, а что она может придумать?
  - Найдёт ещё кого-нибудь, - тут же ответила Нина.
  - Да, пожалуй, вы правы, - сдулась женщина и посмотрела с сочувствием на леди-иностранку. Как бы она не ревновала за своё место, гостью она считала честной девушкой. Сейчас уже леди научилась скрывать свои эмоции, но Алика настолько привыкла к ней, что всё равно догадывалась о бродивших в ней чувствах и стала больше понимать, что собой представляет Нина.
  - Знаете, я не конфликтовала с этими юными созданиями, старалась обходить острые углы, но это не значит, что позволю себя обманывать, - спокойно произнесла девушка.
  - Леди, позвольте вам дать совет, - почти взмолилась Алика, - не выносите этот случай на всеобщее обсуждение. Общественное мнение не будет на вашей стороне, даже если вы сто раз правы!
  - Что вы, я и не думала, - отмахнулась Нина, - я просто сделаю украденное открытие бесполезным.
  И видя непонимание домоправительницы, пояснила.
  -То, что утащила Власта, было детской ерундой, совершенно невзрачной, надо сказать, а я сделаю... - Нина задумалась, стоит ли говорить, но решила не обижать недоверием женщину, - ...более эффектную штуку и намного лучше.
  - Знаете, если у вас получится... даже не так, если лорд Ветус, господин Джул, признают, что ваша вещь лучше, той, что была зарегистрирована ранее, то условия для леди Эвзен сразу же пересмотрят.
  - Хм, даже так...
  - И попросите помощи лорда, он к вам хорошо относится, - совсем тихо закончила Алика.
  Нина внутри вскинулась на слова "попросите помощи" и сразу сникла.
  Лорд никогда, никому не отказывал в помощи, если он в силах помочь. Если Нина затаится, не расскажет ему о том, что с ней случилось, то он обидится, воспримет это как оскорбление.
  Девочки ослеплены желанием устроить свою жизнь за счёт Имрича, и не желают видеть умного, мудрого, человека в лорде, а он собирает их вместе, даёт возможность им пообщаться. В их ситуации даже сам повод выехать куда-то следует ценить.
  Девушкам их возраста уместно крутиться во дворце, но раз они туда не поехали, значит, не смогли, и стоило бы не лезть в супруги к лорду Ветусу, а попробовать подружиться с ним, уговорить его устроить всеобщую вечеринку, праздник! Такие мысли бродили у Нины время от времени, когда она высиживала положенное время с гостьями.
  
  По своему поводу она смогла встретиться с Имричем только за завтраком следующего дня. Накануне вечером он приехал уставший, и она не стала его беспокоить. Зато утром коротко обсказала, в какую неловкую ситуацию попала, пояснила, что считает подобный поступок оставлять безнаказанным безответственно, но в то же время понимает, что её положение в обществе шатко, и она предлагает...
  Выдохлась, когда пояснила, что хочет по-быстрому перебить значение открытия новой поделкой.
  - Металлофон! Он звонче, чище звук, - Нина чуть замялась, не будучи музыкантом, она не знала слов для описания того, что слышит.
  Лорд тяжело вздохнул. Он давно находился под прессингом своих соседей, считавших его завидным женихом.
  Сейчас, открывая свой дом для гостей, он преследовал две цели. Во-первыхон просто уступал своим соседям, которые за время его отсутствия ужасно "соскучились" и усиленно намекали, что не против для своих девочек получить приглашение в его имение, а второй причиной являлась Нина, которая должна была пожить, покрутиться среди леди и проникнуться духом общения.
  Честно говоря, он ожидал, что какая-нибудь из приглашённых девушек сорвётся на подленький поступок, но не ожидал, что это будет Власта Эвзен. Скорее Альбина Коломан могла, по его мнению, выкинуть подобное, у них все женщины в роду хорошенькие, застенчивые и кроткие с виду, а внутри фанатичное себялюбие.
  - Нина, мы отправимся прямо сейчас в деревню, где стоит отличная современная кузня. Там более двадцати мастеров разных направлений, не считая их помощников. Думаю, мы найдём того, кто справится с тонкой работой, которую вы ему поручите. Я буду рад, если ваш план удастся. Вы правы, шум поднимать мы не будем, и если ваш заново изготовленный инструмент окажется лучше, более востребованным у населения, то Джул пересмотрит условия соглашения для леди Эвзел, а вам даст статус изобретателя.
  - Что значит "пересмотрит условия"? Само изобретение, если я не оспариваю, у неё не отнимут?
  - Да, изобретение деревянной музыкальной игрушки останется за ней, но как оказалось, вещь сразу устарела, так бывает. Польза для королевства от её изобретения несущественна, и условия участия в программе для неё поменяются. Если раньше ей давали пять лет для подготовки и предъявления нового изобретения, то сейчас я попрошу господина Джула обозначить минимальный срок. Если через полгода она не принесёт ничего необычного для подтверждения статуса полезного изобретателя для королевства, то за ней останется только патент.
  - А патент ничего не значит в этой программе, если не приносит дохода?
  - Да. У неё есть шанс самой организовать торговлю своей вещи, доказать, что она приносит доход в казну в виде налога и добиться пересмотра решения, но для этого за спиной надо иметь капитал. Я не уверен, что у неё хватит умения организовать производство и продажу, да и отец её не позволит всем этим заниматься. Всё-таки ваш ксилофон - это игрушка, а не вещь государственного масштаба.
  - Значит, если мой металлофон будет пользоваться спросом, если я за пять лет предоставлю ещё хотя бы одно полезное изобретение, то могу жить одна и спокойно владеть каким-либо делом, не опасаясь, что мои доходы у меня отнимут?
  - Почти так, добавлю, что если вы за это время не выйдете замуж, не обзаведётесь опекуном и не родите сына.
  - А ребёнок тут причём?
  - Сын станет владельцем вашего дела с момента рождения. Даже, скажем, в десять лет он будет иметь право всё продать. Это осуждается, но случается. Вы же понимаете, что всегда найдутся нечистоплотные люди, подговорят ребёнка и совершат сделку.
  - Но почему же не принять закон, запрещающий это делать?
  - О, не всё так просто! Согласитесь, что одиноких женщин, имеющих право на своё дело, ничтожно мало в королевстве, чтобы из-за них собираться и решать эту проблему. И потом, сын, родившись, становится владельцем всего того, что заработала мать, и часто бывало, что это для него спасение. Женщины слабы здоровьем, болеют, умирают и не каждый ребёнок сможет отстаивать свои права на наследство без старших родственников, а тут он всё получает по праву рождения.
  - Как у вас всё круть-верть!
  - А у вас не так?
  Нина задумалась.
  - Пожалуй, так же. Закон, а к нему поправки, добавки, особые случаи и вот один за краденую бутылку вина сидит в тюрьме, а другой, стащив миллионы, уже, видите ли, отсидел дома, пока следствие шло и претензий к нему нет.
  - Давненько мы с вами не общались, - посетовал лорд, - дела закружили.
  - Да, - улыбнулась Нина.
  - Ну что ж, не будем терять время, едемте в деревню.
  Собрались быстро. Лорд щеголял на красавце коне, поражающего картинной статью, а Нина ехала на спокойной лошадке, несомненно, красавице, но большой любительнице пощипать травку, не торопясь пройтись и лишь изредка побегать ради своего здоровья. Девушку это устраивало, она так же, как и её транспорт, так и не стала любительницей гнать во весь опор.
  Имрич знал, что Нина берёт лошадь только по необходимости и задал темп, комфортный для девушки. Сначала они ехали молча, а после разговорились.
  - Нина, мне не хотелось бы, чтобы вы думали, что у нас плохо живут люди в королевстве. Конечно, есть недостатки, но поверьте, есть счастливые браки и их немало.
  - Да, наверное, - вяло согласилась спутница.
  - Я, например, был очень счастлив со своей женой, как и она.
  Нина с любопытством посмотрела на лорда. Он ей тепло улыбнулся в ответ, а может своим воспоминаниям.
  - Я был женат три раза.
  - Ого! - девушка скептически посмотрела на лорда. Что-то у него не особо удаётся воспеть семейную жизнь.
  - Первый раз меня женил отец. Я уже не помню даже её имени. Тихая скромная девушка с хорошим приданым. Я ей казался монстром, потому что её вынудили вступить в брак родители. Она делала мне всё назло, причём умудряясь не закатывать громких скандалов. Я был молод, открыт для любви, но натыкался каждый раз на взгляд исподлобья, на попрание моего авторитета. Очень быстро я потерял к ней интерес, а она совсем озлобилась. Не буду утомлять вас Нина подробностями, но погибла она по своей глупости, и кроме раздражения она у меня до сих пор никаких эмоций не вызывает.
  Девушка вздохнула, всё-таки Имрич продукт своего времени и мира.
  - А сколько вам было тогда?
  - Восемнадцать.
  - О-о, - ситуация всё-таки вызвала сочувствие. Два молоденьких птенчика, не сумевших найти подход друг к другу.
  - Во вторую жену я влюбился без памяти вскоре после гибели первой. Страстная была девушка, крови она у меня попила много. Мы с ней прожили десять лет, пять раз она уходила от меня и возвращалась. Не знаю, как я её сам не прибил, но Марго была такая живая, яркая, всё делала от души. Любила, как никто другой, и ненавидела так же. В шестой раз убегая ночью, запуталась в платье и свернула себе шею на лестнице.
  - Она убегала, вы её прощали?
  - Думаете, она к любовнику убегала? - усмехнулся лорд, - нет, она могла меня бросить, потому что я не оценил её платье, а значит, бесчувственный чурбан, могла бросить, потому что меня долго не было в доме. Но это всё по молодости, а потом она очень переживала, что не может родить мне наследника. Бросала меня ради моего благополучия.
  Имрич замолчал, переживая заново давно минувшие дни. Потом вздохнул:
  - Вам интересно?
  - Очень, - поспешила ответить Нина, хоть и недоумевала, в каком месте прозвучали слова о радостях семейной жизни.
  - В третий раз я решился связать себя с женщиной, будучи в зрелом возрасте, - и сам усмехнулся.
  Нина вопросительно посмотрела на него.
  - Нина, как вы думаете, сколько мне лет? - неожиданно спросил Имрич.
  - Я догадалась, что вам больше ста, впрочем, вы и сами об этом упоминали.
  - Да, упоминал. Я не распространяюсь о том, сколько мне на самом деле, но это не тайна и думаю, вы должны кое-что знать. Мне почти пятьсот лет.
  Иномирянка недоверчиво посмотрела на него. Она точно знала, что здесь люди живут столько же, сколько на Земле, причём до освоения электричества. Были столетние индивиды, чуть чаще восьмидесятилетние старцы, а в основном мужчины едва ли до шестидесяти дотягивали, а женщины дольше пятидесяти не жили в большинстве своём. И вдруг такое признание!
  - Мне было около сорока лет, когда я познакомился с внебрачной дочерью короля. Умная, целеустремлённая, не очень привлекательная внешне на первый взгляд. Вся пошла в батюшку красотой, - усмехнулся Имрич. - Я познакомился с ней случайно, разговорился, подружился и очень скоро понял, что для меня прекраснее женщины нет. Король был недоволен, но дал согласие на брак. Она была младше меня на двадцать лет. Её за глаза называли перестарком, но я ни дня не пожалел, что добился её любви. Она родила мне прекрасных детей, стала замечательной хозяйкой, а через десять лет её отец решил, что я достоин занять одну очень особенную должность.
  Нина заслушалась, увлеклась рассказом и даже затаила дыхание. Пятьсот лет! Подумать только! Да ещё и любовь! Как лорд говорит о любви, Господи, вот бы в неё кто так же влюбился!
  - В пятьдесят лет я стал хранителем священного озера долголетия.
  Нина вскинула бровь: "Что правда, что ли, или над ней шутят?"
  - В столице, под дворцом, есть подземное озеро, доступ к которому имеет только король. Так бы и оставалось, если бы не приходилось присматривать за озером, время от времени допускать туда особо полезных людей, чтобы они сделали глоток-другой.
  - Вода омолаживает? - ахнула девушка.
  - Нет, молодость не вернуть, только здоровье, а с ним долголетие. Кто знает, если бы люди не болели, то может, жили бы вечно?
  - Нет, - возразила Нина, - старость всё равно приходит и берёт своё, - закончила она со вздохом.
  - Как только я стал хранителем, то получил возможность пить воду из озера. Но только я, не жена, даже если она дочь короля.
  - Это... несправедливо и больно, наверное, если любишь?
  - Да. Мы с ней поговорили, я ведь старше её и поэтому начал пить воду. Прошли годы, мы сравнялись с ней возрастом. Я пытался принести ей воды, но та теряет свои свойства очень быстро. Я пару раз тайно провёл её к озеру, но король предупредил меня, что не потерпит обмана. Стоит разрешить одному родственнику, потом потребуется разрешение детям, внукам... Тогда я тоже перестал пить.
  - А потом?
  - Потом, Ива простыла и умерла, взяв с меня клятву, что я буду пить эту поганую воду, чтобы присмотреть за нашими детьми. Я присматривал за детьми, за внуками, за правнуками... многих уже не знаю, но некоторые нашли место в моём сердце и ради них я всё пил и пил эту воду.
  - Грустно. Вроде бы пить волшебную воду и быть здоровым, остановить старение - это радость, а получилось, как тяжелый груз. Но сейчас вы уже не хранитель?
  - Уже нет, теперь хранитель мой праправнук, он раз в год проводит меня к озеру, так как король не против. Нина, я давно уже устал жить, но от меня столько людей зависит, что я езжу каждый год в столицу к Милошу. Я хочу, чтобы мой дом достался ему. Он давно ждёт смены на озере и хочет уехать из столицы, но его величество не отпускает его.
  - М-да, дела.
  - Ну, про воду я рассказал вам, чтобы вы понимали, что король мудр, многое понимает, что происходит у него в королевстве. Даже не так, жив ещё первый король, который затевал перемены, он сейчас в тени, как и его сын, внук, а на престоле сидит правнук, и ему больше ста лет. Вскоре он также уйдёт в тень, давая дорогу поздно рожденному наследнику.
  - Вы меня ошарашили, - выдохнула Нина.
  - Я сам застал времена, когда на наших землях царило разорение после бунта магов. История доказала, что в каждом поколении рождаются маги, желающие взять всю власть в свои руки. Сейчас, как видите, это невозможно.
  Тут Нина поспорила бы, похоже, здесь нет опыта революций, но она покорно кивнула. Послушать было интереснее, чем спорить.
  - Потом королевство, едва вставшее на ноги, замучили заговоры родственников. Племянникам хотелось власти. Было время, когда король давал жене родить только одного наследника. Но, как вы понимаете, Нина, разные случайности никто не отменял. Не хотел бы я быть на месте короля в тот период. А потом в королевской семье придумали, как держать детей всех лордов у себя на глазах. Появилось понятие "королевский двор": все под контролем, король заранее присматривает себе будущих служащих. Несмотря на то, что юноши ведут довольно бестолковый образ жизни, отношение к женщине им прививают уважительное, чего не скажешь о девочках, остающихся в семьях.
  - Я всё понимаю, - начала Нина, - политикой на всех не угодишь, я не критикую, потому что сама не могу ничего идеального предложить. Но почему все доходы работающей женщины должны храниться у мужчины?
  - Нина, когда есть доверие в семье, то это нисколько не умаляет права женщины.
  - Нет, вы не понимаете, ведь женщина хозяйка, ей необходимо распоряжаться деньгами, неужели каждый раз надо ходить и кланяться мужу, - кипятилась девушка.
  - Каждая хозяйка знает, сколько ей потребно в месяц денег на ведение хозяйства, а остальное неплохо бы обсудить с мужем. Мне всегда интересно было участвовать в дополнительных тратах Ивы, пусть то платье или украшения. Мне нравилось знать о её вкусах, желаниях, так мне легче было делать ей подарки. Я точно так же советовался с ней, когда мне нужно было прикупить коня или оружие. Дело не в том, что она коневод, зато она отвечала за хозяйство и должна была создать условия для приобретённой редкой породы. Так же насчёт оружия, я часто пропадал месяцами, а она должна была понимать, что у меня есть в оружейной комнате, кто может прийти туда и почистить всё для меня необходимое. Поймите, Нина, когда есть доверие, то никакие правила и законы не помеха. А когда один норовит урвать у другого, то ничто не поможет.
  Нина запуталась. Они с Имричем влезли в дебри рассуждений, и толка от этого нет. А с другой стороны, её отпустило. В какой-то момент она стала как юные леди бояться связи с мужчиной в этом королевстве, а теперь снова верит, что быть одинокой и самостоятельной не самый лучший путь.
  Больше они не разговаривали до самой деревни. Обоим было что вспомнить, о чём подумать.
  Когда подъезжали, Нина заметила, что Имрич поскромничал, называя небольшой городок деревней. Кузня походила на маленький заводик. Все мастера там были одарены магически либо стихией огня, либо пониманием металла, так же как Хонза чувствовал и воздействовал на дерево.
  Нина очень быстро накидала чертёж, выдала нужные размеры, всё подробно объяснила. Про настройку, про крепление к основе, про шайбочки между основой и деталями. В этот раз она задумала сделать металлофон из шестнадцати пластинок. Загвоздка вышла с палочками. Она попросила сделать деревянные набалдашники и спросила совета по поводу материала, похожего на пробковое дерево, но более пластичное. Мастер подумал и предложил попробовать материал, используемый на подошве мужских сапог.
  Обсуждение заняло время, потом лорду нашлось неотложное дело, после Нина, посмотрев, что изготавливает заводик, дала пару советов, чем разнообразить ассортимент.
  - Смотрите, если по краю столового ножа сделать зазубрины, то им будет значительно легче резать мясо. А ещё, извините, но неужели вы считаете, что эти вилки удобны?
  Вопрошала она одного из мастеров, поставленного ей в няньки, пока лорд был отвлечён спешными делами.
  - Нужен небольшой изгиб, зубья подлиней просятся, и не два зубца, а четыре.
  - Так как же цеплять еду этой вилкой!
  - Во-первых, ткнуть в еду ею тоже можно, но посмотрите, как надо есть.
  Нина взяла образец двузубой вилки, ножик и, делая вид, что ест, показывала, как она ножичком подталкивает еду на вилку. Показала, как она упёрлась вилкой в кусок якобы мяса и резала его ножом.
  - Ну, ежели так...
  - А что ещё вы здесь делаете?
  - Так много чего... - мастер с тоской оглянулся на лорда, скоро ли его освободят и он заберёт назойливую леди. А Нина обиделась, она ему задарма идеи поднесла, а он нос воротит.
  - Ну что ж, пожалуй, здесь жарко, - потеряв интерес к мастеру, произнесла она, - я подожду лорда на улице.
  Девушка вышла, а к мастеру подошёл его коллега:
  - Ну, ты и дурак Павол, послушал бы, что тебе леди рассказывала. Чай, больше не доведётся пообщаться и узнать, что в их кругу потребно.
  - Так я... много ли она понимает...
  - Я и говорю, дурак, жаль, что именно тебе достался столь сильный дар металла.
  - А ты не завидуй! - огрызнулся Павол.
  - Чему завидовать? Умение есть, сила есть, а ум гонор затмил! - сказал - и вышел вслед за леди.
  - Вы не стойте тут, продуть может, - неловко обратил на себя внимание мастер. Уже немолод, но ещё и нестар, - хотите, я вам покажу, что ещё мы делаем? У нас есть специальный зал для покупателей нашей продукции.
  - Конечно, только... - и оглянулась на беседующего лорда.
  - Фьить, - свистнул мастер молодого парня, - Тим, передашь лорду Ветусу, что я повёл нашу гостью в выставочный зал.
  - Позвольте представиться, я мастер Леос, в моём ведении получение новых металлов, - сказал и запнулся. Только что ругал Павола, а сам загружает леди ненужной информацией. Но девушка благосклонно покивала, и он продолжил:
  - Вот, сюда, прошу, - открыл двери, заметался, то ли вперёд пройти и подержать дверь, то ли раскорячиться и пропустить леди? Она рукой махнула, чтобы он прошёл и держал тяжелую дверь.
  Как только Нина прошла, Леос отпустил дверь, и та захлопнулась. Оказывается, она была демонстрационной, на пружине, самозакрывающаяся, только получилось неловко. Мастер с леди остались в темноте.
  - От ведь зайцы патлатые, - выругался мастер, - простите, я сейчас.
  Леос засуетился, схватил длинную палку и начал водить её по потолку, вскоре он сумел зажечь одного светлячка, а дальше уже стало легче. Нина делала вид, что всё в порядке и с каким-то чисто женским удовольствием смотрела, как смущается и суетится мастер.
  - Вот наш товар. У нас не только столовые приборы, мы и для крестьян, для охотников, рыбаков многое делаем. Для ремесленников, для строительства домов. Задвижки, приспособы для... впрочем, вам, наверное, интересно, что у нас для рукоделия?
  - Да, пожалуй, - неуверенно согласилась Нина, так как толку от неё в замках и шпингалетах не было совсем.
  - Смотрите, у нас большой выбор ножниц, игл, крючки есть.
  Нина присмотрелась, подумала, поделиться идеей скрепки или нет? Решила придержать для себя, надо разделаться сначала с одной проблемой, а потом уже скрепки внедрять. Прошла дальше, уткнулась в столовые приборы. Вспомнила, что на кухне у Дюза тарелки расставляются как картины или складируются в высокие стопки.
  - Дайте-ка мне пишущую палочку, - потребовала она. - Смотрите, на кухне не хватает вот такой полочки, чтобы тарелки можно было ставить сушить, и они не занимали бы много места. Вот, я не мастер рисовать, но должно быть понятно, они будут стоять как книги.
  - Да, да, я понимаю, - расцвёл мастер.
  Нина снисходительно на него посмотрела. Вот ещё один хитрец на её голову.
  - А ещё для сыра желательно не нож, а ... - девушка замялась, подыскивая слово, - закреплённая тонкая металлическая нить, не помню, как это на равнинном...
  - Проволока?
  - Да! Ножом удобно отрезать кусок сыра, два, а если больше, то он пачкается...
  - Да, да, знаю, проблема. Приходилось пробовать. Думаете, зафиксированная проволока поможет?
  - Уверена, только вам решать, из чего должна быть изготовлена проволока.
  - Можно попробовать, тут не всякая подойдёт, вы правы, - задумался мастер и снова с надеждой посмотрел на леди.
  - Если будете заниматься подбором проволоки для еды, то можете из выбранного материала сделать яйцерезку. Несколько закреплённых вдоль проволочек разрежут яйцо сначала вдоль, потом можно его развернуть и пропустить ещё раз, получится мельче.
  - Но как же яйцо резать? - опешил мастер.
  - Варёное, господин Леос. Я говорю о варёном яйце. Хозяйкам частенько требуется покрошить быстро этот продукт.
  - А-а, простите, не догадался сразу, - и покраснел.
  Мужчина ещё поводил Нину по выставочному залу, кое-где она могла бы внести предложения, но лимит её щедрости закончился. Она поддержала сказку о том, что леди и лорды знают всё и прекрасные хозяева, и достаточно.
  Вернулись Нина с лордом быстро. Девушке надоело любоваться природой, поэтому в деревне они отказались пообедать, а в животе теперь подсасывало, и она сама подгоняла свою кобылу. Очень уж хотелось оказаться поскорее дома. Имрич только усмехался и не отставал.
  В имении их ждали гости. Стайка девушек, привезённых родителями, гуляла по саду, двое мужчин, видимо отцов, дожидались лорда.
  Имрич сделал вид, что рад гостям, Нина подыграла, но сразу убежала в свои покои "переодеться". Поменять платье после езды на лошади было необходимо, но и поваляться на кровати, отдохнуть тоже хотелось, а то всё на ногах! Бедный Имрич, он же тоже на ногах!
  К обеду Нина вышла, взяла на себя обязанности хозяйки за столом, угощала, вела беседу. Лорд благодарно на неё посмотрел и вскоре откланялся, сославшись на дела. Нина ещё пообщалась с отцами девушек, узнала об их интересах, выразила восторг по поводу их дочек и вежливо выпроводила всех.
  Следующий день прошёл в ожидании весточки о металлофоне, а когда её получили, то Нину сопровождал господин Джул и наблюдал, как она помогает настраивать инструмент. Неожиданно мужчина оказал неоценимую помощь, так как увлекался музыкой.
  - Я был удивлен, когда леди Эвзен принесла мне новую штучку...
  - Ксилофон, - подсказала Нина.
  - Да, вряд ли у этой новинки будет большое будущее, но звук неповторимый и оригинальный. Невысокая цена, безусловно, привлечёт к нему внимание, а вот пойдёт ли дело дальше, не знаю. Но от леди я не ожидал...
  - Что она способна придумать?
  - Да, - чуть смутился управляющий, - она милая девушка, приятная, неглупая, но...
  - Раньше за ней тяги к новаторству не водилось.
  - Вы правы, именно так. Я искренне порадовался за неё, но как видно, зря. Не ожидал, что она так поступит. Честно говоря, отношусь с уважением к её семье, но дочь они избаловали.
  Нина по дороге беседовала с управляющим на разные отвлечённые темы, немного о делах, немного о личном, но всё в меру. А ещё через день они повторили свой вояж в кузницу и получили готовый металлофон. У Нины было время подумать, какую мелодию она сможет сходу отстучать на инструменте. Прямо во дворе кузни ей поставили стол, водрузили немного тяжеловатую конструкцию, и Нина, взяв палочки, начала ударять по ним. Подобрала подходящие звуки и, торжественно оглядев всех, начала отбивать мелодию всем известных гусей, тихонько напевая слова:
  "Жили у бабуси два весёлых гуся
  Один серый, другой белый,
  Два веселых гуся..."
  В общем... в целом, у неё получилось, а то, что мастера улыбались, так это от удовольствия. Господин Джул, не скрывая своей улыбки, подошёл, взял палочки у Нины и, приноровившись, изобразил более сложную мелодию.
  - Превосходно, - с удовольствием похвалил он, - я бы ещё добавил нот.
  - Думаю, можно сразу делать и ножки, чтобы металлофон не лежал на столе, тогда, мне кажется, звук будет ещё лучше. И попробуйте вот эти палочки, а потом эти.
  - Из разных материалов?
  - Да.
  - Давайте, - и мужчина с удовольствием подобрал мелодию какой-то популярной песенки, которую сразу узнали мастера.
  - Даже не ожидал, что так хорошо выйдет. И вариант, который у вас украла леди Эвзен, действительно годен разве что для малышей. Едемте регистрировать, а я лорду посоветую изготовить полсотни штук и отвезти их сразу в столицу. Думаю, наша молодёжь быстро освоит этот инструмент. Музыка там в почёте.
  Нина с приподнятым настроением отправилась с управляющим в город. Он, не колеблясь, оформил на неё патент и подробно разъяснил ещё раз, что за программа у них в королевстве для женщин-изобретательниц.
  - Многие женщины грезят о свободе, король дал поблажку дамам, принесшим пользу королевству, но нужна ли она Вам?
  - Честно говоря, не знаю, господин Джул. Вы же понимаете, я здесь чужая, и лорд Ветус постарался всячески предостеречь меня от оплошностей. Я прекрасно осознаю, что по вашим меркам я уже немолода и рассчитывать на удачный брак не могу, поэтому лорд всячески расписал, что меня может ожидать, а потом, признаюсь, пытался немного развеять те ужасы, о которых он наговорил.
  - М-да, вам просто надо быть осторожной, а пока вы вполне можете заработать себе приданое, пользуясь тем, что лорд Ветус оказывает вам дружеское покровительство.
  Нина чуть смутилась, но понимала, что управляющий не имеет в виду ничего скабрезного, ведь он проживает вместе с ними и прекрасно знает об отношениях лорда и его подопечной.
  - Лорд не впервые помогает, но вы первая, кто не пытается сесть ему на шею, а действительно ищет свой путь, - неожиданно выдал мужчина.
  - Да, - кивнул он, подтверждая свои слова, - он как хозяин обязан заботиться о своих людях, что лорд и делает, но без конца сталкивается с проблемой, что очень быстро люди перестают сами что-то делать для себя. Доходило до смешного: когда ураган сорвал крыши с домов, народ больше месяца жил, ничего не делая, ожидая, когда лорд приедет из столицы и оплатит им ущерб, как в другой деревне при схожем случае. Шли дожди, многие заболели, от сырости портились вещи, но так и продолжали ждать.
  - И что?
  - Ничего, когда лорд Ветус приехал, то посмотрел и велел оплатить услуги местной знахарки. "Дети не должны страдать из-за глупости родителей", - сказал он.
  - Очень поучительный случай.
  - Если бы! Ведь бывает, что без помощи лорда не обойтись, он помогает, а они снова надеются на подарки.
  - М-да.
  Что могла сказать Нина, люди разные, кто-то упирается, всё сам да сам, а кто-то успешно халявку ловит. Для себя же отметила, что хорошо, что она оплатила весь свой гардероб сама. Люди всё подмечают, и отношение Джула к ней очень ценно, потому что она сама с уважением к нему относится, как и все слуги в доме.
  
  Лорд Ветус вечером устроил небольшой праздничный ужин в честь Нины и её металлофона, а на следующий день пригласил гостей. Нина была рада, что господин Джул и Имрич оценили её музыкальную забаву как перспективную.
  Управляющий вообще всю ночь стучал палочками, разучивая мелодии. А днём начали приезжать гости. Хорошо знакомые юные леди, почти незнакомые их родители и несколько молодых лордов. Это были уже не посиделки, а настоящий званый обед. Госпожа Бедрич объяснила, как они проходят, и Нина испугалась, что у них нет развлекательного момента перед самим обедом.
  - Не волнуйтесь, господин Джул взял это на себя. Всё будет хорошо. Если бы потребовалось ваше участие, я бы обязательно предупредила.
  Так и вышло. Когда всех гостей собрали в общей зале на первом этаже, то слуга вынес металлофон.
  - Уважаемые леди и лорды, представляю вам инструмент, который очень популярен в стране, где жила моя гостья. Прошу вас, господин Джул, - лорд произнёс торжественную короткую речь и отступил, оставляя светящегося радостью управляющего на виду.
  Он сыграл несколько узнаваемых гостями мелодий, заслужил одобрение и удивление. С удовольствием дал постучать палочками всем желающим. Пока не прозвучало:
  - Прошу всех к столу.
  За столом самой популярной темой стало обсуждение музыкальных инструментов.
  После обеда молодым леди и лордам дали свободу в выстукивании мелодий на металлофоне, а к Нине подошёл Имрич с гостем.
  - Леди Нарибус позвольте представить вам лорда Эвзена.
  Нина с лордом раскланялись, и она с настороженным любопытством посмотрела на него. Что ей ожидать? Будет предъявлять претензии?
  - Ловко вы моей дочери утёрли нос, - неожиданно произнёс он. Нина лишь слегка улыбнулась, едва заметно. А лорд продолжил:
  - Очень надеюсь, она правильно воспримет урок, и спасибо, что не подняли шум из-за её поступка.
  - Это было не в моих интересах, - вышло немного суховато, но интонацию Нина подобрала мягкую.
  - Никого не украсило бы участие в конфликте, ни проигравшую сторону, ни выигравшую.
  Леди Нарибус соглашаясь, кивнула.
  - Многие девочки с восхищением смотрят на леди Ктибор. Не слышали о ней?
  - Как же, конечно, ваша дочь и другие леди, бывавшие здесь часто, упоминали её и действительно выглядели при этом очень восторженно, - подтвердила Нина.
  - Самостоятельная леди, известная поэтесса, автор многих баллад, неплохой художник, между прочим, всё это восхищает молодежь и рождает последователей её образу жизни. Пришлось сказать дочери, что эта самая леди живёт на средства покровителя и вся её смелость заключается в частой смене покровителей.
  Нина не знала, как реагировать на такое признание. Возможно, мужчина просто злословил о выдающейся женщине, поэтессе, а может ему как раз отказали в покровительстве, и он распускал гнусные слухи.
  - Да-да, вижу, смотрите на меня волком, как и моя дочь. Я всё думал, она маленькая, чтобы знать о таких вещах, а теперь она поклонница этой Ктибор, и мне как отцу страшно подумать, куда заведёт её почитание недостойной женщины. Как видите, первые плоды я уже пожал.
  - Скорее это я пожала первые плоды поклонению свободному образу жизни, - попыталась пошутить Нина, но больше сказать ей было нечего в ответ на страдания отца.
  Они немного постояли вместе, потом Нину отвлекли, и она принимала поздравления от юных леди, которые очень завидовали ей, что она получила статус изобретателя.
  Власта прожигала её злыми взглядами, но не позволила себе ни одного плохого слова. Леди постарше пытались посчитать, сколько может Нина заработать на своём изобретении, как долго оно будет востребованным и удастся ли ей привнести в общество ещё что-нибудь новое. И только после того, как все наелись пирожных, гости разъехались, и наступила тишина.
  "Никто никого не любит, не уважает, но умеют дружить против кого-то", - сделала вывод Нина после встречи с соседями Имрича.
  В какой-то момент девушка поняла, что Алика научила её всему необходимому, однако Нина опасалась помогать управляющей - слишком переживала та за своё место, а портить отношения с ней девушка не хотела. Нина от управляющего делами узнала, что половину зарплаты женщина отдаёт брату покойного мужа. Правда, это называется наоборот, что деверь щедро выделяет деньги на одежду Алике. Первые годы вдовства невестки он забирал все деньги и покупал ей платье сам, и только после внушения лорда, что если та не будет подобающе одеваться, то он откажет ей от места, ситуация изменилась. Старший родственник оказался разумным человеком, всё посчитал, и решил не забирать в свою семью одинокую сноху.
  Всё чаще Нине стал уделять время господин Джул, давая пояснения ей по некоторым законам, уча, как можно повернуть ситуацию в свою сторону. Он даже чаще начал приезжать обедать в имении, внося оживление за столом своими рассказами о смешных случаях в работе.
  
  Металлофоны изготовили и отправили в столицу. Неделю они пролежали там, никого не интересуя, пока одну штуку не купил какой-то франт, через два дня всю партию разобрали. Нина получила небольшое вознаграждение, которого хватило на приобретение непромокаемого сундука с внутренними вставками для ларца, шкатулок и прочего. Она была рада, ведь с неё не потребовали денег на изготовление первой партии, лорд потратился сам, на свой страх и риск, и хорошо, что он оправдал свои вложения.
  В тот же день он ещё обменял несколько Нининых бумажных денег, заинтересовавшись качеством изготовления бумажек и степенями их защиты. Девушка с благодарностью приняла выданную ей сумму и спрятала в тайничке сундука. В этом мире она стала очень экономной, даже жадноватой, боясь тратить деньги не зная, каковы её доходы будут в дальнейшем.
  
  На улице стало значительно холоднее, солнце ещё грело, но ветер выдувал всё тепло, сохранённое телом, из-под одежды. Нине пришлось купить себе тёплую накидку, к которой она попросила пришить капюшон, тёплую обувь, да не одну пару, из-за чего она очень сердилась. Сапожки не обладали влагоотталкивающими свойствами и промокали очень быстро, чуть ли не набирая влагу из земли, именно поэтому потребовалась вторая пара на смену.
  Однажды им в дом принесли подарок от мастера Леоса: подставку под тарелки, яйцерезку, полдюжины ножей с зазубринами и вилки к ним с четырьмя зубцами. Все очень удивились, и Нина рассказала о своём давнишнем визите в кузнечный цех.
  - Вы зря не оформили на себя патент, - укорил её господин Джул.
  Нина пожала плечами. Не захотела тогда, не было настроения, зато сделала что-то хорошее. Кузница принадлежит Имричу, пусть её новшества станут своеобразной благодарностью ему.
  - Впрочем, мастер Леос не приходил ко мне оформлять на себя ни один из этих предметов. Думаю, он заслужил премию.
  - А вы не знали, что на кузне всё это делают? - поинтересовалась Нина у управляющего.
  - У старшего мастера всегда есть небольшой лимит материала и средств, чтобы пробовать нечто новое. В конце месяца он мне отчитывается, что получилось удачно, а что пошло в переплавку. Так что я был не в курсе, что у нас расширился ассортимент.
  - Мне будет приятно, если мое пребывание здесь принесёт пользу лорду Ветусу.
  - Уже принесло, вы напрасно скромничаете, - как-то немного неловко произнёс господин управляющий, а Нина вдруг поняла, что мужчина ей симпатизирует.
  Надо же, сидела с ним в библиотеке, обедала, ужинала, бывало, гуляла по парку, слушала как он играет на разных инструментах, а сегодня дошло, что она ему нравится.
  Может, он её судьба? В общем, привлекательный, поддерживает себя в форме, разница в возрасте немалая, но если тут кто-нибудь узнает, что ей под тридцать, то будет ли вообще у неё шанс на семью?
  Несколько дней Нина промаялась, поощрить ухаживания или нет, какие чувства он у неё вызовет, если она поцелуется с ним? А если в постель? Пока никаких, но, может быть, позже, когда они узнают друг друга получше? Ох, лучше бы она оставалась в неведении.
  
  Нина крутилась у зеркала после своего открытия по поводу чувств Джула, пробовала новые причёски, разглядывала себя. Вот ведь не страшная, по статусу леди, Алика считает её даже красивой, но никто не бежит к ней признаваться в любви. Только намозолила глаза господину управляющему.
  На Земле уже было такое, что она жалела, что не вышла замуж за... Господи, забыла даже его имя... опустила руки, собранные волосы без поддержки заколок развалились... и что она мечется, то верит, то не верит, то трепыхается, суетится, в ожидании чего-то, то считает ушедшие года и уверяет себя, что надо бы смириться.
  Осмотр себя в зеркале неожиданно принёс огорчения. Пришлось констатировать, что ресницы уже давно не такие яркие, как были после окраски, правда, брови ещё держатся, а что она будет делать потом, когда придёт время обновления татуажа? Интересно, они у неё порозовеют или посинеют? Знала бы, что в другой мир шагнёт, не делала бы.
  Ещё неделя прошла у Нины в терзаниях. Может, была виновата ветреная погода, сменяемая дождями, может, замучили изворотливые законы, в которых она с трудом разбиралась, а скорее всего её мУки по поводу того, как жить дальше.
  Джул всё чаще задерживал на ней взгляд, слуги в доме начали перешёптываться, Алика невзначай поговаривала, что господин управляющий хороший, честный мужчина. Лучше бы не говорила, Нина терпеть не могла, когда на неё пробовали давить. А тут все ждали, благоволили, создавали условия для нечаянных встреч, только лорд Ветус усмехался, но не лез.
  Нина должна сама принять решение, но его мнение, леди негоже выходить замуж за простолюдина, пусть даже такого умного, как дружище Джул. А управляющий его глупец, если думает, что сделает счастливой такую особенную девушку, как Нина.
  Имрич понимал, что ей все тычут на её возраст, но ему казалось, что ей не стоит торопиться. Ощущение, что у неё всё впереди, не отпускало его, однако обнадёживать он не смел. Если бы у него был дар предвидения, а так, просто внутренняя уверенность и ничего конкретного. Он ничего не будет ей говорить, пусть решает сама.
  
  Через несколько дней в имение пришло письмо от давнишнего товарища лорда Ветуса. Тот писал, о возросшем спросе на душистые масла, прогнозировал его увеличение на ближайшие годы, а также спрашивал, нет ли на примете молодой леди, готовой стать хозяйкой замка Алоиза по договору, а впоследствии может и женой лорда Алоиза?
  
  
  

Глава 6.

  
  
  Договор.
  
  Имрич удивился запросу, не так давно, казалось, он слышал, что лорд Алоиз отдавал замуж одну из своих дочерей, а в придачу старый замок с прилегающими землями и имя. Если учесть, что у старого лорда ещё две дочери с наследником оставались, то щедрость была подозрительна.
  Солидное приданое вместе с невестой получил тогда сын изгнанного из рода Питера Барвинка. В своё время изгнание дало пищу для создания многих любовных баллад. На самом деле всё было довольно печально: молодой лорд влюбился и женился на пастушке. Общество раздирало от споров, что превыше - любовь или долг перед родом, а король резко осудил произошедшее.
  Дело в том, что избранница обладала даром общения с животными, и крайне нежелательно было, чтобы этот дар передался по наследству аристократу. Совершенно ни к чему возрождать магию в тех слоях, где не положено. Однако окончательно споры прекратил отец свежеиспечённого семьянина. Он вычеркнул сына из наследников, лишил фамилии и предоставил парня самому себе. А именно:
  - Паси коз вместе с ней! - пожелал лорд на прощание.
  Старый лорд своей рукой пресёк древний род Барвинков. Всё имущество с его смертью отошло короне, а сын выкупил небольшой крестьянский дом и вёл маленькое хозяйство вместе с женой.
  Лорд Ветус был знаком с Питером Барвинком, видел девушку, ради которой тот решился на женитьбу. Когда они были молоды, то счастье жило с ними рядом. Спустя двадцать лет бывший лорд и крайне располневшая прекрасная пастушка, с обвислыми щеками счастливыми уже не выглядели.
  Но это история прошлого, а настоящее гласит, что сын этой пары женился на леди и получил в своё распоряжение значительное приданое! Имрич был знаком с родом Алоиз и знал, что в семье царят строгие порядки. Значит, они всё-таки не углядели, и старшая как-то опозорилась. Чтобы тень не падала на младших дочерей, старый лорд, похоже, пошёл на серьёзные уступки, выдавая замуж старшую.
  Лорд Ветус попытался вспомнить ещё какие-либо слухи. Пожалуй, ничего. Потомок Барвинка, лишённый своего имени, стал лордом Алоизом и никаких сплетен об этой паре не было. Имрич открыл ежегодник, где указывались все рода, полистал его, нашёл древо Барвинка. Да, род не восстановлен, старый лорд умер, наследство отошло короне, как он и вспомнил. Имрич, нахмурившись, увидел пометку редактора, что отверженный Питер тоже скончался год назад. А вот этого он не знал.
  Впрочем, важно другое. Надо проверить, всё ли чисто со смертью молодой леди Алоиз, и если всё в порядке - а иначе её отец обвинил бы зятя - то ему есть, кого порекомендовать на должность леди-хозяйки.
  Имрич улыбнулся: как вовремя Нина получила статус женщины-изобретателя! Вот у неё и появился выбор, пусть попробует вкусить самостоятельной жизни в их королевстве, людей посмотрит, себя покажет. Опять же столица всего в трёх днях пути, тоже хорошо.
  Настроение улучшилось, лорд, напевая игривую песенку о пастушке, начал писать письма.
  Во-первых, необходимо внести Нину в ежегодник как прибывшую из далёкой страны леди Нарибус и сделать пометку для редактора, что в леди течёт королевская кровь, хоть она и в изгнании. Эта информация напечатана не будет, но останется в архивах, подтверждённая им, лордом Ветусом, владельцем равнины и болота, бывшим хранителем озера. Нужно ещё отметить её свободное положение и участие в программе короля.
  Во-вторых, стоит послать письмо старому Алоизу, хотя после передачи исконных земель Алоизов лорд, наверное, взял себе другое имя. Имрич снова уткнулся в ежегодник и посмотрел, как обращаться теперь к старому лорду.
  - Так, сын у него - лорд Арност... неплохое наследство, глиняные карьеры, предприятия, а сам он уехал на побережье и стал лордом Валмиром. М-да, далековато. Значит, столица больше их не привлекает.
  Лорд вздохнул и решил написать ответное письмо своему знакомому и в нём задать интересующие его вопросы.
  Покончив с делами, Имрич решил подкинуть дополнительной работы своему управляющему, чтобы тот пореже виделся с Ниной. После пригласил Алику Бедрич и приказал ей ненавязчиво подготовить девушку к управлению замком Алоизов.
  - Это замок на горе?! - ахнула домоправительница. - Там же никаких условий!
  - Ошибаетесь, госпожа Бедрич, замок почти пять лет принадлежит молодой чете, и не сомневаюсь, что они там провели необходимый ремонт.
  Алика покачала головой. Их дом стоит на ровном месте, а перепланировка, внедрение водопровода, канализации заняли около десяти лет. А замок Алоизов стоит на вершине горы! Это в первую очередь крепость, а не жильё. Чем ближе к столице, тем опаснее было жить. Хорошо, если новые владельцы подлатали стены, и по замку не гуляют сквозняки. Лорд Ветус, как всегда, слишком оптимистичен. Да и где ему знать все сложности проживания, если для него во все времена первому растапливали камин, приносили горячую воду, а в постель заранее клали грелки.
  В подробности старый лорд не вдавался и управляющая с поклоном удалилась. Позже она тихонько заглянет в ежегодник и полюбопытствует, что случилось с родом Алоизов, зачем им потребовалась леди-хозяйка. Такое случается и нередко, леди погибают, рожая наследников, простужаются, падают с лошадей.
  Хорошо, если живы ещё старшие родственницы, но чаще всего у тех своё хозяйство, а вот для молодых леди, не вышедших вовремя замуж, это хороший шанс устроить свою судьбу.
  Алика вздохнула: только не спешат нынче девушки замуж, грезят о самостоятельной жизни. Ну и пусть мечтают, зато для таких, как она, появилась надежда на подобную работу.
  Когда-то и её предки были лордами, только сгубило их обилие рождённых детей. Каждому наследство выдели, найди пару, вот и растеряли своё лордство. Бабушку выдали замуж за обеспеченного купца, а родители Алики и вовсе ремесленничать начали.
  Слава Богине, хоть её выучили, думали, прорвётся она обратно, наверх, но жизнь правит по-своему. Никого в живых не осталось, только чужие люди, к которым привязана она, на своё несчастье.
  Может, спросить у леди Нарибус разрешения на использование её наработок по обуви? Очень практичными вышли у неё новые туфли на толстой мужской подошве. Ну и что, что громоздко, можно украшение приделать, бляшкой украсить, зато ноги от земли не так мёрзнут и не промокают быстро.
  
  Дела на Нину навалились неожиданно. Алике вдруг потребовалась помощь в отдельном флигеле, где надо было разобрать и осмотреть помещение, определить, какой ремонт потребен, и подумать, к чему пригодно освободившееся место. А ещё домоправительница увлекла Нину идеей популяризировать новый вид обуви. Девушке на женскую модель пришлёпнули подошву от сапога, и выглядело это несочетаемо и безвкусно. Обувщик попался упёртый, без вдохновения, и соединил без души два образца, что имелись у него.
  Теперь вечером Нина вместе с Аликой рисовали модели из грубоватой, толстой кожи, которая уместно смотрелась бы с крепкой подошвой. Аккуратный носик обуви, сужающийся каблучок заметно меняли весь облик обуви, придавая ей изящество. Девушка не чувствовала себя дизайнером, она подкинула пару вариантов, а вот Алика загорелась и всё рисовала, рисовала, и получалось у неё поначалу всё красиво и элегантно, а потом даже экстравагантно.
  - Госпожа Алика, не забудьте прислать в подарок пробную партию. След ноги я вам оставляю, - сгребая и вручая женщине все изрисованные листки, однажды произнесла Нина, - только мне из первых ваших наработок, где носик был аккуратным, а не вытянутым чрезмерно, и каблук рюмочкой, а не клешнёй.
  Домоправительница застыла, схватила все рисунки в кучу, а потом села и расплакалась. Теперь для неё было будущее при любом раскладе, и она не упустит своей возможности!
  
  Осень вступила в свои права. Солнце обманывало жаркими лучами, припекая днём, но стоило отойти в тень, как ветер мстительно прогонял накопленное тепло, напоминая, что не время расслабляться.
  Все в имении торопились подготовиться к зиме, чтобы засесть возле печей и заняться неторопливым рукоделием. Есть прелесть в холодах, когда сидишь себе спокойно, делаешь дело, слушаешь чужие враки, время от времени отвлекаешься, чтобы попить чая с пирожком - и снова за дело.
  Особенная радость, когда сидишь у окна и смотришь на тех, кто на ветру, а то и под дождём со снегом чем-то занят. Глаза у них шальные, щёки красные, нос красный с висящей каплей на кончике, руки красные, и ловишь мечтательные взгляды замёрзшего человека, который сейчас всё бы отдал, чтобы также сидеть, вязать или вышивать в тепле и тишине.
  
  Госпожа Бедрич ахнула, когда узнала, что в своём обучении Нины пропустили такие навыки, как разделка птицы и тушек животных.
  - Алика, я же никогда сама! Если я готовила, то только из готовых кусочков, - оправдывалась Нина. Она снова опростоволосилась, сделала шикарный сладкий соус, взяла ощипанную куру у одной из девушек, подумала, отрубила ей голову, обмазала соусом и сунула в печь. А внутри у непотрошеной курицы растёкся желчный пузырь и всё испортил.
  Ничего сложного не оказалось в разделке, но некоторые навыки закрепить было необходимо. Вот в эти, чрезвычайно насыщенные новыми умениями для Нины дни, вернулся слуга, которого лорд Ветус посылал к товарищу за пояснениями об Алоизах, и принёс ответ.
  С этого момента дела закрутились. Сначала беседа Нины с Имричем, потом сборы, а после слёзы расставания и дорога. В один миг жизнь иномирянки вильнула и решила идти самостоятельно.
  
  В пути Нина тряслась уже вторую неделю. Лорд Ветус торжественно вручил ей письма, поцеловал ручку и посадил в карету. Нина едва успела со всеми попрощаться, оставить маленькие презенты на память о себе, прижаться щека к щеке к Алике, слегка клюнуть в щёку господина Джула под укоряющим взглядом Имрича, а самого лорда крепко обнять.
  Он отправил её под присмотром кучера, он же воин-охранник, и в сопровождении господина Генти, помощника Джула. Втроём они быстро выработали дорожный распорядок дня и без приключений оставляли за собой деревни, городки, поля, леса...
  Когда осталось ехать чуть больше половины дня, господин Генти отправился дальше один, чтобы найти товарища лорда и вернуться вместе с ним к леди.
  Незадолго до отъезда Нина узнала, что последние дни в гостях у лорда её готовили к жизни в не очень обустроенном замке, поэтому во время пути девушка много чего для себя прикупила, пытаясь подготовиться к любым условиям.
  Она позаботилась о своём здоровье, поэтому в углу кареты на полу лежал огромный мешок с травами и разогревающими тело мазями. Ничуть не меньшего размера на сидении покоился мешок со сладостями, приобретённым в одном из городков. Это, конечно, не было необходимостью, но чай лучше пить вприкуску с чем-нибудь. Нина всю жизнь была лишена сладостей и теперь не могла наесться их, они у неё были повсюду, даже в сундуке в новенькую обувь она вложила мешочки с засахаренными орешками, чтобы пустое место не пропадало.
  Приобрела она несколько грелок. Это были не резиновые грелки, привычные ей, а одна металлическая, чем-то напоминающая военную флягу, только более плоской формы; парочка керамических с длинными ручками, и одна медная, тоже с ручкой.
  Грелку, похожую на флягу, необходимо заполнять горячей водой, и её Нина уже опробовала в карете, подкладывая то под ступни, то под спину. Грелки с ручками напоминали по виду сковородки с плотно прилегающей крышкой, в которой были проделаны дырочки, и нужно было насыпать в них горячую золу или угли.
  Девушка подумала, что попробует вариант с углями или купит камни у огневиков. Некоторые мастера находили особые камни, которые очень долго держали тепло. Крупные камни такого рода стоили дорого, а вот если набрать мелочёвку, разогреть их и ссыпать в грелку, то, пожалуй, кровать они хорошо прогреют и остывать будут долго.
  Не прошла Нина мимо огромных тёплых шалей, в которые куталась во время пути. Обзавелась она тёплыми штанами под платье, купила шкурку какого-то пушистого зверя, разрезала его на кусочки. Потом утеплила капюшон толстой тканью, а из кусочков меха, свернув их шариками, сделала украшение на капюшон и на саму накидку.
  Нина очень гордилась своей придумкой: жалкая шкурка преобразила верхнюю одежду и выглядела теперь очень богато. Шить на стоянках Нине не всегда хватало света, поэтому она прикупила себе несколько маленьких магических светильничков, прикрепила их на палку и получила переносной торшер. Чуть позже господин Генти помог выбрать ей керосиновую лампу и научил пользоваться ею, хотя выразил сомнение, что та понадобится ей в замке.
  В дороге девушке слегка вскружили голову свобода, самостоятельность и чувство безопасности, ведь за ней присматривали двое мужчин, и она сделала несколько лишних покупок. Но иногда необходимо себя слегка побаловать и купить ерунды, позабыв о тревогах.
  Нина приобрела хорошую бумагу, краски, собираясь писать "Полезную книгу чайных рецептов". Насмотревшись на местных художниц, она решила попробовать себя в изображении растений.
  Глупость, конечно, скорее всего, ей будет некогда этим заниматься, но почему-то так захотелось! За покупкой красок потянулось приобретение баночек для разведения краски в них, специальных палочек, кисточек... всё это можно было бы сделать самой, но так захотелось указывать пальчиком в лавке на товар и смотреть, как продавец торопится принести его ей. Безусловно, глупое желание, но настроение поднялось, и она сама поверила, что она леди, возможно, даже принцесса в изгнании...
  Вообще Нине понравилось вести себя нарочито спокойно, с непоколебимым достоинством, говорить приятным голосом, доброжелательно и со вниманием относиться к собеседнику. На Земле частенько всё торопилась, перебрасывалась фразами на ходу, здесь она такого себе не позволяла. Более того, теперь она уединялась и выполняла физические упражнения, чтобы в теле была лёгкость, а жесты приобретали грациозность. Если уж быть леди, то самой лучшей, такой, о которых слагают баллады.
  Нина что-то замечталась; целый день просидеть в маленькой таверне в комнате, где насекомых давят на стенах - не самое лучшее времяпровождение.
  Но господина Генти можно ожидать не раньше завтрашнего дня, и что ещё делать, как не мечтать? Пожалуй, можно сейчас как раз и размяться.
  Девушка поднялась, лениво помахала руками, покрутила кистями, сделала наклоны. Потом выполнила хореографические упражнения, как будто маленькая девочка у станка. Незаметно увлеклась и всё придумывала для себя разминку, делала то так, то эдак.
  Довольная собой, спустилась поужинать, а после спать. Утром всё тело скрипело, и пришлось заставлять себя разминаться столь же активно, как и накануне. Дальше суета с обмыванием, приведение себя в порядок и вот долгожданный стук в дверь.
  - Леди Нарибус, приехал господин Генти вместе с другим господином, и они ждут вас внизу.
  "Дождалась!"
  Внизу помощник управляющего беседовал с подвижным толстячком. Со стороны казалось, что толстячок невысок, но в этом мире как раз Нина оказалась невысокого роста, хотя раньше считала, что метр семьдесят - это слегка многовато. Возможно, чуть меньшая сила тяжести на планете сказалось на росте местных людей, и Нинин рост здесь соответствовал земному метру шестидесяти пяти сантиметрам. Толстячок был слегка выше её, а господин Генти возвышался на целую голову над ним.
  - Леди Нарибус, позвольте вам представить господина Штерца, управляющего делами лорда Алоиза.
  - Рада с вами познакомиться, господин Штерц, - посылая лёгкую улыбку, смотря спокойно, внимательно, доброжелательно и выжидающе, сказала Нина.
  Толстячок засуетился. Он захотел сразу вручить свиток леди, но тут же передумал: надо ведь сказать, что он тоже весьма, прямо-таки весьма рад встрече, но они ещё ничего не обговорили и вдруг леди откажется от договора! Надо бы сначала об условиях договориться и всё-таки заметить, что она прелестна, что лорд Ветус молодец, раз отыскал такую замечательную леди...
  Генти впервые принял чопорный вид и с нескрываемой усмешкой наблюдал за Штерцем.
  - Быть может, мы покинем таверну и в пути обсудим наше с вами дело? - немного вкрадчиво, чуть слышно, чтобы не привлекать внимание других любопытных посетителей, произнесла Нина, прекращая смятение толстячка.
  - Да, конечно, я и сам... - затарахтел господин Штерц.
  Со вздохом облегчения леди вышла из таверны, вдыхая полной грудью свежий воздух.
  - Прошу вас, - Нина указала рукой на карету господам Генти и Штерцу.
  Мужчины, передав своих лошадей кучеру, чтобы он привязал их позади, залезли внутрь, и расселись друг против друга. Генти, как доверенное лицо лорда Ветуса и леди Нарибус, расположился рядом с ней.
  Толстячок начал говорить, слегка путаясь, но речь его быстро приобрела деловые нотки, и он больше не сбивался, хотя Нины отчего-то смущался и мило краснел, натыкаясь на её взгляд.
  - Договор предлагаю составить на год, оплату думаю прописать ежемесячную, безопасность гарантируется при разумном поведении леди.
  - Минуточку, - Генти подался вперёд, - требую уточнения!
  - Замок стоит на горе и в нём полная безопасность. Ежели леди захочет выйти погулять, то необходимо организовывать охрану. По лесу сейчас волки стаями бегают, снежные заносы у нас бывают, люди разные...
  - Нас с лордом Ветусом волнует безопасность чести леди Нарибус. Лорд Алоиз может гарантировать это без всяких дополнений и уточнений?!
  - Безусловно! Лорд осознаёт, какую ответственность на себя берёт! И поверьте, если бы не необходимость, он бы не стал...
  - О необходимости потом, лорд Алоиз понимает, что если леди Нарибус заявит, что её честь была скомпрометирована им, то лорд Ветус обяжет его жениться на ней?
  Управляющий лорда Алоиза посмотрел на Нину более цепко.
  - Лорд не против ещё раз жениться, но хотелось бы убедиться, что леди - хорошая хозяйка.
  У девушки ёкнуло сердце. Странно всё это, немного неловко, но вообще-то разумный подход для брака по расчёту. Вступить в брак, рассчитывая на уважение, добившись дружбы, проявив единомыслие... может, это и неплохо, но она как-то не готова об этом говорить столь открыто, возможно, потом, присмотревшись... Генти, как будто почувствовав неловкость, быстро начал сыпать следующие вопросы:
  - Отчего умерла леди Алоиз? Хорошая ли она была хозяйка? Насколько мне известно, она оставила наследника лорду?
  - Э-э, леди умерла в прошлом году, застудилась, долго болела, но не справилась с болезнью.
  - Лекарей ей приглашали?
  - А как же! - вскинулся толстячок, - приглашали, лечили, стало ей лучше, но она была не самым послушным пациентом, к сожалению.
  Негодование столь искренне выплеснулось из Штерца, что его слова не вызывали сомнения.
  - Какой она была хозяйкой? - продолжил управляющий Алоиза. - Поначалу не очень, - нехотя признался он. - Леди была в положении, после занималась ребёночком, ну, а когда тот окреп, то рьяно взялась за дела. Она многое успела сделать. Осыпавшиеся стены заново отштукатурили, окна везде вставили, закупили магические светильники, часть каминов заложили, чтобы не утягивали тепло через дымоходы. Она полностью отремонтировала общий зал, кухню, избавила подвалы от застарелой плесени. Восстановила работу кружевных мастерских в замке.
  Господин Штерц перевёл дух, и с гордостью произнёс:
  - Наши кружева славятся по всему королевству! Ещё леди закупила новые современные ткацкие станки, нашла и обучила мастериц для работы на них. Она была утончённой натурой - и одновременно очень практичной. Миледи любила рисовать новые узоры, предназначенные для тканей. Это она придумала ткань в полосочку. Вся столица ходила тогда в нарядах из нашей ткани. Сколько планов было у неё - и вдруг простыла...
  Толстячок прервался, чуть отвернулся и сделал вид, что сморкается, но на самом деле украдкой вытер выступившие слёзы.
  - Сколько лет наследнику? - напомнил о своих вопросах Генти.
  - Почти пять лет, - чуть тише произнёс господин Штерц.
  Господин Генти хмыкнул, а Нина не совсем поняла, в чём подвох.
  - Ясно. Ну что ж, продолжим. После смерти леди разве у лорда Алоиза не осталось родственников, желающих помочь?
  - Вам, наверное, известно, из какого рода молодой лорд и почему он взял фамилию этого места?
  - Да, печальная история рода Барвинка нам известна.
  - Так вот, старый лорд, который перестал быть лордом, отдавал все силы, чтобы помочь сыну освоиться с этими землями. Он как будто ожил, сбросил прошедшие годы, схватился за все дела разом и надорвался. У нас основной доход идёт с реки, протекающей по всей территории нашего имения. Лорд поставил на берегах несколько мельниц, где измельчают рыбные кости, обрабатывают чешую; он построил современные коптильни для рыбы; обустроил места, где варят клей; купил речные баржи. Наши люди возят в столицу не только копчёную, солёную, свежую рыбу, но и костную рыбью муку, блестки из чешуи...
  - Кому это вы умудряетесь блёстки продавать? - удивился Генти.
  - Есть спрос, - солидно произнёс Штерц, - художники берут, маляры, знахарки для женских помад.
  Управляющий чуть высокомерно посмотрел на господина Генти:
  - У нас есть целая артель, вываривающая рыбьи головы, ту же чешую, и получающая желатин. На него спрос есть у крестьян, у лекарей, да и в столицу отвозим, в рестораны. Развернулся бывший лорд, ничего не оставил без своего присмотра, да только сердце не выдержало нагрузки. Он днём понервничал, всё грудь потирал, но даже не прилёг, а вечером упал с коня. Не успели оплакать его, как угасла леди Алоиз.
  - М-да, печальная история, - посочувствовал господин Генти.
  - Да, - подтвердил Штерц, - лорд Алоиз старается во всём следовать отцу. Очень старается, но дом остался без присмотра, и его мать взяла на себя обязанности хозяйки.
  Нина с недоумением посмотрела на толстячка.
  "Как же так! Зачем она сюда едет, если есть хозяйка?! Только как предполагаемая невеста? Но это..."
  - Прошу простить меня, - бросился пояснять Штерц, - я бы никогда не позволил себе говорить столь открыто, но раз я затеял всё, то мне и ответ держать. Госпожа Бовач, мать нашего лорда, оказалась несколько неготовой к свалившейся в её руки ответственности. Она прекрасно ладит с животными, у неё лучшее молоко в деревне, но после того, как она стала хозяйкой, у нас в замке прекратили свою работу все мастерские, организованные леди Алоиз. Сокращён штат прислуги, закрыто больше половины замка, а значит, прекращено отопление той половины, и за год по стенам снова пошла плесень. Но и это не самое важное; дело в том, что со смертью леди Алоиз её муж потерял авторитет. Он сам ещё не очень хорошо ориентируется в отношениях между лордами, часто не знает, как себя вести, а когда госпожа Бовач стала хозяйкой замка, то от него отвернулись все соседи и перекрыли проход по реке на своих территориях.
  - Ого! - не удержался Генти. - Вашему лорду бросили вызов.
  - Да, с его отцом дела поддерживали, общались с ним на равных, хотя знали, что он больше не лорд. А вот сын для них вдруг стал отождествляться с сыном пастушки, а не лорда.
  - Зависть. Похоже, дела у вас пошли очень хорошо.
  - Всё так, доходы, благодаря стараниям отца лорда, увеличились в разы, особенно удачным был год перед его смертью. Несомненно, зависть, подогретая нехорошими слухами о поведении госпожи Бовач, которые распустили выгнанные работники. Всё использовали умело, но мы не опускаем руки, так как сотрудничество всё равно выгодно всем, но вот повод для злословий надо убрать. То, что госпожа Бовач стала хозяйкой старинного замка Алоизов, все восприняли как оскорбление. Отец лорда понимал такие тонкости, он никогда не приглашал свою жену погостить в замок к невестке дольше, чем на пару дней.
  - М-да, стоило бы попросить помощи у тестя.
  Господин Штерц тяжко вздохнул и, глядя с тоской в глазах на собеседников, вымолвил:
  - Лорд Валмир не простил дочери... падения и того, что ему пришлось дорого за неё заплатить. Приданое для его младших дочерей оказалось сильно урезанным, а после смерти новоиспеченной леди Алоиз получается, что имение вообще утеряно для их рода.
  - Простите, господин Штерц, - обратилась Нина, до сих пор сидевшая молча и только слушавшая, - почему утеряно, ведь наследник - это внук?
  Толстячок опустил глаза, покраснел ещё больше. Девушка переглянулась с Генти, неужели это она так влияет на Штерца, или в чём-то неудобный вопрос?
  Генти пожал плечами в недоумении.
  - Видите ли, уважаемая леди Нарибус, вы, несомненно, сами догадались бы, поэтому я вам скажу сейчас... хотя, возможно, из-за этого вы откажетесь от договора, но так будет порядочнее... ведь если потом, то вы обидитесь, подумаете, что вас обманули, а мне не хотелось бы...
  - Господин Штерц, говорите, а то я увезу леди Нарибус прямо сейчас!
  Толстяк вздрогнул.
  - Ни лорд Валмир, ни его сын и брат нашей леди лорд Арност не признали рождённого ребёнка. Так случилось, что его отец - из ледяных демонов, именно поэтому за леди дали столь богатое приданое, именно поэтому не было выбора в женихах. Всё, что сделала семья для леди, это нашли ей мужа, который признает ребёнка своим сыном. Более они видеть её не захотели, как и рождённого ею малыша.
  Нина не стала спрашивать, как на этот брак отреагировали столь щепетильные соседи, так как понимала, что тут опять-таки всё сложно. Приличия соблюдены, молодой муж признал ребёнка и, значит, ничего не произошло. И в то же время никто не осудил семью леди, отказавшуюся от неё.
  "Высокая политика! Пестики-тычинки! Моралисты бракованные!" - сердито подумала Нина, и как-то упустила из виду упоминание о ледяных демонах. Мужчины выдохнули, реакция могла быть разной, но их устроило спокойствие девушки.
  Ситуация для землянки более-менее обрисовалась. Ничего хорошего её не ждало, трудностей будет много, а вот ожидается ли поддержка от самого лорда, пока непонятно.
  То, что очевидно его управляющему по поводу матери-пастушки, может стать сюрпризом для молодого хозяина. Нина старалась ничего не упустить, давая вести переговоры с толстячком господину Генти.
  Всю дорогу он себя никак не проявлял. Был вежлив, старался проследить, чтобы его подопечная получала максимум удобств в пути, но в принципе он был очень обычным, даже невзрачным человеком. Сейчас же помощник управляющего расцвёл, выжимая из Штерца всю информацию, уточняя детали, добавляя со своей стороны нюансы в пользу Нины, и без конца всячески стращал о карах на головы самого Штерца и лорда Алоиза, если Нину обидят.
  Было ужасно стыдно за поведение Генти, что он запугивает Штерца - и в то же время чертовски приятно!
  Какое-то глупое удовольствие от ощущения мужской поддержки, которая сейчас как раз была на острие, задвинув Нину в сторону. Девушка даже стала жалеть своих работодателей, а вдруг это их надо защищать от неё! Вдруг она проходимка какая-то и залезет сама к лорду в постель, а потом не справится с хозяйством и потребует нанять другую управительницу уже себе в помощь!
  Нина мыслила в этом случае как жительница Земли. Вряд ли местные леди стали бы сражаться за лорда Алоиза, отверженного соседями, и за его плесневелый замок, в котором командовала пастушка! Но мысли свои Нина не озвучивала, поэтому не узнала, что переживания её за лорда безосновательны, и именно за себя надо беспокоиться. Зато она доверилась господину Генти и не прогадала.
  Они ехали все вместе, находя темы для обсуждений, пока не приблизились к замку.
  - Леди Нарибус, не сочтите за нахальство, но я предлагаю выйти вам и посмотреть на замок снизу, пока мы не начали подниматься на гору, - обратился управляющий лорда Алоиза.
  Конечно, Нина не сочла за нахальство, а с удовольствием выскочила, хотя бы ради того, чтобы размяться. Пригревшуюся в карете девушку сразу охватил озноб, но посмотреть было на что.
  Торчащая как прыщ среди леса, гора была спиралью окружена дорогой. На вершине разместился замок. Верхушки строения не было видно из-за низко проплывающих облаков, цвет замка оказался невнятно-серым, и общее впечатление от него было унылым. Непроизвольно вырвался тяжёлый вздох.
  "М-да, вверх-вниз не набегаешься!"
  Может, летом здесь было симпатичнее, но сейчас, когда зелени нет, деревья серые, земля грязно-серая, и замок всё в тех же серых тонах, да ещё волки где-то бегают, серые. Нина поёжилась, обнимая себя руками.
  Всё же леди нашла слова, чтобы выразить свой восторг:
  - Он очень большой, надёжный, высокий, - похвалила она увиденное - и господин Штерц расцвёл. Было видно, что замком он гордился и любил его.
  - Да, очень высокий, - подтвердил Генти, но в его искренность Штерц не поверил и немного резко отрыл дверцу кареты, приглашая леди вернуться и занять место в ней.
  - А я, пожалуй, сяду на свою красавицу, - ещё раз оценив подъём, произнёс Генти.
  Нина осталась одна в карете, чтобы лошадям было легче её тянуть, мужчины поехали верхом. Она с удовольствием вытянула ноги, размяла руки, понаклонялась в разные стороны.
  Беседовать было интересно и полезно, но несколько часов в тесном помещении с мужчинами забрали силы. Слегка размявшись в карете, она выглянула в окошко и сразу отпрянула. Казалось, что карета едет по краю обрыва. Появилось острое желание выпрыгнуть с другой стороны и идти пешком. Она ещё раз посмотрела в окошко, подсела поближе и, прижавшись к стеклу, увидела, что это только кажется, будто карета скользит по краю, на самом деле их отделяет не меньше метра от обрыва. Но все равно Нина отсела к другой дверце и была готова, если что, выскочить незамедлительно.
  
  Всю дорогу, начиная с первых дней, она пыталась представить, что её ожидает. Сердце то сладко замирало, то сжималось в тревоге от неизвестности и вот, практически у ворот замка, услышав о проблемах, ожидающих её, Нина успокоилась. Впереди работа, где потребуется полная самоотдача. Хорошо, если у неё всё сложится с лордом, тогда она останется здесь хозяйкой навсегда.
  Перед девушкой рисовался образ мужчины, упорно преодолевающего неприятие общества, тратящего все свои силы на развитие земель, а дома никакой поддержки от матери, потерявшей голову от свалившегося богатства. К концу подъёма на гору у лорда, по представлению Нины, должен был быть особый, пронизывающий насквозь взгляд, плотно сжатые губы, морщинка меж бровей. Она обязательно растеряется, когда он будет её разглядывать и давить властной аурой. Надо взять в руки сумочку, чтобы её смущение было не так заметно.
  
  Лорд Алоиз, получивший накануне записку от своего управляющего, что леди Нарибус прибыла, вышел встречать её во двор.
  Мать закрылась у себя и плакала, жалуясь на бессердечие сына. Его сердце разрывалось от мысли, что отец был прав, когда не давал ей в замке задерживаться. Но оставить её одну в их старом доме он тоже не мог. Она достаточно настрадалась от небрежения отца в последние годы, от непосильной по возрасту работы.
  Как он мог оставить её одну, если она единственная пришла ему на помощь после смерти отца и жены? Штерца хотелось придушить за его намёки о нецелесообразности её нахождения в замке, тем более, что он сам замечает - она не справляется.
  Всё, во что вкладывала столько труда его жена, всё порушено. Они с Хелен только последние годы нашли общий язык, объединились, начали помогать друг другу. Ему было с ней интересно, он рассчитывал прожить с женой долгую жизнь, но всё вышло, как вышло.
  Его замку необходима леди. Все прошлые годы он следовал за отцом, их жизнь не была лёгкой, чистой, сытой, но он хорошо прочувствовал, что значит быть лордом-хозяином и запомнил, какая должна быть леди. Его мама, любимая, любящая его, стала вдруг чужеродным элементом, даже вредным, и что делать - он не знал, но очень надеялся, что приехавшая леди подскажет выход.
  
  Дверцу кареты открыл господин Штерц, он же, оттеснив Генти, подал леди руку и подвёл её к встречающему их лорду.
  Нина не растерялась, она, наоборот, очень быстро оценила ситуацию. Потрясающее запустенье, малолюдье, уныние - и волнующийся хозяин замка перед ней.
  "Валет!" - неожиданно пришло слово из детства и... всё. Исчезли рассуждения о любви, о браке, о романтике. Где-то в глубине трепыхнулась мысль, что нельзя же так, с первого взгляда, ставить крест! Надо приглядеться, пообщаться, привыкнуть, а там и дело сдвинется. Но, видимо, в глазах у девушки что-то изменилось, и молодой лорд ещё больше заволновался, а Нина окончательно почувствовала себя старшим товарищем.
  Молодой лорд Алоиз ей понравился. Высокий, крепкий, симпатичный, даже сексуальный. К нему подбежала огромная собака, повиляла хвостом, выпрашивая ласку, в которой он не отказал. Значит, любит животных и не имеет ничего против ласки.
  Нина сделала ещё шаг и слегка поклонилась:
  - Лорд Алоиз, - мягко произнесла она.
  - Леди Нарибус, - ответил поклоном он ей и предложил руку.
  В замок они входили вместе. Молодой человек косил взглядом на невозмутимую гостью и восхищался ею. Цвета тёмного мёда волосы были забраны в сложную причёску, украшенную жемчугами, отделанная меховыми помпонами тёплая накидка не скрывала ладную фигуру девушки. Серо-голубые глаза покоряли мягкостью взгляда и внимательностью, появлялось желание сесть и рассказать ей всё о своих бедах. Притягивали взгляд её кисти рук, тонкие пальчики с нежно-розовыми ногтями.
  Леди не была юна, но, пожалуй, намного привлекательнее, чем любая юная девушка. Каждое движение гостьи казалось наполнено смыслом, от неё невозможно оторвать глаз. Вот она вошла в общий зал, слегка развязала накидку, осмотрелась. Стало теплее от того, с какой нежностью она провела по полке камина ладошкой.
  - У вас невероятно брутальный замок, - расцветая, словно стала самой счастливой женщиной, произнесла она свои первые слова. - Думаю, он не потерпит нечуткого к себе отношения, - и снова новая эмоция. Она улыбнулась, слегка игриво, как будто шутит.
  "Ну конечно, она шутит! Говорит о замке, как будто он живой! Впрочем, Хелен тоже относилась к нему как к живому, только как к чудовищу, заглотившему её".
  - Вы молчите? - леди приблизилась к хозяину, посмотрела на него с вопросом. - Наверное, вы недовольны инициативой своего управляющего? - она слегка, по-дружески, а может, по-заговорщицки, коснулась его руки. - Ничего плохого не случилось, я просто передохну у вас с дороги и отправлюсь домой, - тихо произнесла она только для него.
  Без сомнений, у каждого мужчины от рождения отрабатывается хватательный рефлекс, так и лорд, не успев ничего сказать, уже крепко ухватил леди за руку.
  - Нет, - вышло нечётко, и он твёрже повторил, - нет.
  Она слегка приподняла брови, задавая немой вопрос.
  - Не спешите, леди Нарибус, прошу вас, останьтесь, присмотритесь... - лорду стало неловко: мама наотрез отказалась подготовить гостевые покои для леди, а малочисленная прислуга сегодня вообще куда-то испарилась. От стыда за запустение краска залила лицо.
  Гостья свободной рукой накрыла ладонь лорда и сдвинула её, освобождая из плена другую руку.
  - Простите, - пробормотал он.
  - Лорд Алоиз, давайте пройдём в ваш кабинет и поговорим. А господин Штерц пока устроит моего сопровождающего и найдёт для меня горничную.
  - Да, конечно, господин Штерц, вы слышали?
  Толстячок поспешно кивнул, не понимая, почему в замке вообще никого нет, и бросился выяснять, что произошло, пока его не было, и отдавать распоряжения.
  По поводу леди Нарибус он не ошибся в своём чутье, приехала настоящая леди-хозяйка, теперь следовало поскорее пригласить в замок уволенных ранее госпожой Бовач всех людей, чтобы леди было кем командовать, а с лордом она сама управится.
  - Что это вы радуетесь? - тихо прошипел ему господин Генти, - как можно было довести замок до такого состояния?! Если моя леди простынет здесь и заболеет, то мы с лордом Ветусом ославим вас на всё королевство!
  - Окститесь, всё будет хорошо, покойная леди многое сделала, как только всё протопим, так сразу станет лучше. Небольшая уборка, вкусная еда - и всё будет замечательно! - проговаривая слова, толстячок отступал и юркнул за дверь.
  - Проходимец, - сплюнул Генти.
  Ему были даны чёткие инструкции лордом Ветусом и управляющим Джулом: пристроить леди с наиболее выгодными условиями. Отстоять все возможные её права и запугать всех, чтобы ни у кого ничего даже в мыслях не было! Мужчина уже сделал вывод, что молодой лорд Алоиз поплыл с первого взгляда на прибывшую леди и, скорее всего, у неё всё сложится с ним неплохо, правда, если она захочет. Хотя будет жаль, если она останется тут навсегда. Мелковат для неё этот лордишко. Может, лет через пять он войдёт в силу, а сейчас он щенок! Но и от него надо обезопасить её. Помощник управляющего оглянулся, ища глазами слуг, но никто не вышел даже полюбопытствовать, кто тут приехал, что совсем на людей этого сословия не похоже.
  
  Нина шла рядом с хозяином замка и размышляла.
  На первый взгляд неплохой парень, упёртый, раз до сих пор не сдался, а барахтается. Видно, что привык прислушиваться к постороннему мнению, что нынче для него не есть хорошо. Судя по всему, отец требовал безоговорочного подчинения, учил всему на ходу, а сейчас молодому лорду не хватает его уверенного слова. Обычно со временем это проходит, но в данном случае со смертью отца всё пошло наперекосяк и уверенность растеряна. Девушка вздохнула, ей надо прямо сейчас определиться: либо она его подминает под себя, либо делает из него настоящего мужчину, то есть лорда.
  Впервые Нина почувствовала свою женскую силу, это немного кружило голову, но прошлые годы, осевшие багажом жизни за плечами, не давали беззаботно порхать на обретённых крыльях.
  Приходило понимание, что несколько лет она могла бы спокойно манипулировать лордом Алоизом, но в конце концов он сбросит гнёт, и во что превратится её жизнь? Кричать ему в исступлении, что потратила на него лучшие годы жизни, а он не оценил? К тому же так не хотелось взваливать всё на себя, выдвигаясь на первые позиции!
  Значит, надо сразу выстраивать исключительно дружеские отношения и с самого начала объявить себя временным помощником.
  Нина повернула голову к хозяину, заметила, что он старается незаметно следить за ней, улыбнулась.
  Несколько мягкие черты лица, наверное, от матери, по слухам в молодости она была очень хороша собой, а вот стать у него от отца.
  
  Кабинет лорда находился на втором этаже сразу за поворотом в коридор. Поначалу, войдя со двора, показалось, что в замке тепло, но сейчас Нина ощущала, что он совершенно не протоплен. Стало неуютно, но под пытливым взглядом хозяина она лишь попросила поставить тяжелый стул поближе к столу.
  - Благодарю вас, лорд Алоиз. Простите, если мой вопрос покажется вам бестактным, но сколько вам лет?
  Он удивился, но сразу же скрыл эмоции и нейтрально ответил:
  - Двадцать три года, а...
  - А у женщин, даже у крестьянок, никогда не спрашивают, - остановила его Нина.
  - Но как же...
  - Брать на работу?
  - Да, - не смог не ответить улыбкой чуть веселящейся леди.
  - По внешнему виду оцените возраст, здоровье. Что толку знать, что деве восемнадцать, если она перед вашими глазами шевелится со скоростью улитки или узнать, что активной женщине уже за сорок?
  - Да, наверное, но тогда зачем вам знать мой возраст?
  - Только чтобы понимать, на какой срок я могу у вас задержаться.
  - И на какой же? - нахмурился хозяин замка.
  - Думаю, за год мы управимся, а там вам уже легче будет найти себе жену.
  - Значит, вы не...
  Нина постаралась изобразить ласковое выражение лица:
  - Только леди-хозяйка на год, - ответила она.
  - Но...
  - Лорд Алоиз, невозможно всё время находиться в том положении, что вы сейчас оказались. Либо мы всё исправим за год, и у вас всё наладится. Либо...
  - Сдаться? - опустив глаза, чуть набычился лорд.
  - Либо перейти к силовому воздействию.
  Хозяин замка в изумлении поднял глаза:
  - Но мы же давно не воюем! Отец говорил, что спорные вопросы надо решать в королевском суде!
  Нина задумалась, постучала пальцами по столу, встала, прошлась по кабинету и, подойдя к окну, посмотрела во двор. Стекло поставлено хорошего качества и было отлично видно, что на улице начало темнеть. Много ли она понимает в этой жизни, имеет ли право разглагольствовать? А почему бы и нет, если местные умники ничем не помогли парню! Во всяком случае, она выскажется.
  - Я думаю так: если бы вам помешал один сосед, то можно было бы полагаться на королевский суд. Но вас окружили, изолировали, вам объявлена своего рода тихая война. Мы за год попробуем воздействовать на каждого в отдельности, где налаживая личные контакты, где оказывая услугу, а где надавим выгодным сотрудничеством. Как вам такой план?
  - Прекрасный план, но вы говорили о силовом воздействии.
  - Если у нас, а в основном у вас, не получится ничего изменить к лучшему, то ждать дольше нет смысла. Советую начать исподтишка разбойничать.
  - Но это не благородно! В этом нет чести!
  - Я бы могла предложить вам собрать войско и как в древние времена с флагом, с горном, кричать иду: "На Вы!" Но в этом случае ваши соседи побегут, как тараканы, жаловаться в королевский суд. Хотя, может, кто-то и решит развлечься, выйдет вам навстречу сражаться. В общем, проявляя открытость, вы проиграете.
  Молодой лорд поднялся, подошёл к окну, встал рядом.
  - Запомните, лорд Алоиз, и когда будете сомневаться, всегда это вспоминайте. Лорд - это тот человек, который никогда не отдаст своё. Вас сейчас культурно грабят, а вы ищите выход! Никто не будет уважать вас, если вы не сумеете отстоять своё.
  - Даже если король вернёт мне всё?
  Нина повернулась к нему лицом:
  - Вы знаете, что почти все предки лордов - это разбойники? Жадные до чужого добра воины? Надо было не просто награбить, но ещё и удержать своё. Сейчас многое изменилось, основались новые рода, но одно осталось неизменным: если вы не зубасты, то вас разделают, как овцу. Не бойтесь надавать по загребущим рукам, на вас будут огрызаться, но поймут, что в вас течёт древняя кровь и отступят.
  - Тогда, может, прямо сейчас нанять ещё отряд и начать действовать?
  - Держите эту мысль в голове и приглядывайте себе воинов, - кивнула Нина, - но сначала уберём раздражающие всех факторы и попробуем договориться. Возможно, не придётся скатываться в воинственные времена.
  - Вы про мою мать? - нахмурился лорд.
  Нина тяжело вздохнула. Было бы здорово, ткнуть пальцем в постаревшую пастушку и объявить её во всём виноватой, но она лишь катализатор во всей ситуации. Хотелось бы в лоб сказать лорду всё то, что говорил Штерц, но зачем повторять чужие ошибки?
  - Как вы думаете, лорд Алоиз, ваша мама счастлива здесь?
  Лорд слегка растерялся, потом хотел уверенно подтвердить, но захлопнул рот.
  - Не знаю. Она раньше просто ворчала, а теперь всё время недовольна, ей кажется, что все меня обкрадывают, а её не уважают.
  Гостья сочувственно покивала, но обречённость в её душе поселилась. Возиться с мамой лорда придётся ей, это уже понятно. Если он выставит свою мать из замка, то как его можно уважать? А если не выставит, то всё будет только хуже.
  Нина с тоской посмотрела в окно.
  " Может, свалить отсюда?" - мелькнула предательская мысль, и вдруг слово "свалить" показалось таким чужим, совершенно не подходящим отражающейся в окне элегантной леди в дорожном платье.
  Леди Нарибус снова развернулась к лорду, он стоял и ожидал её слова. Молодой хозяин по-разному представлял себе едущую к нему леди, но она оказалась ни на кого не похожей. Внешне очень привлекательная, но не краше его матери в молодости. Было в гостье что-то притягивающее, тёплое, душевное. Очень хотелось, чтобы она осталась, но последнее время все только отворачивались от него, и он не смел давить, а просить гордость не позволяла.
  - Лорд Алоиз, я подпишу договор после того, как вы его обсудите с господином Генти. И хочу сразу вам сказать, что оставаясь здесь, буду действовать только в ваших интересах.
  Лорд чуть растеряно посмотрел на гостью, но не успел ничего ответить, в двери кабинета постучал сопровождающий леди:
  - Лорд Алоиз, леди Нарибус, я хотел бы уже сегодня обсудить договор, - чопорно произнёс господин Генти. Внизу он так никого и не дождался из слуг, поэтому решил сразу приступить к делу, пока окончательно не околел в этом Богиней забытом месте.
  Нина отошла в сторону, предоставляя возможность мужчинам самим решать спорные вопросы. Генти оказался изворотливым крючкотвором, на месте хозяина замка она ни за что не подписала бы предлагаемый договор. Каждый её чих мог рассматриваться как непредоставление подходящих условий, и она имела право требовать компенсацию. Лорд хмурил брови, наверняка жалел, что его управляющий сейчас не с ним, но всё же поставил свою подпись. А потом как-то немного обиженно выпалил:
  - Я бы без всяких договоров предоставил бы леди все необходимые для неё условия и ни в коем случае не задел бы её честь!
  - С договором оно надёжнее будет, - довольно ответил человек Ветуса.
  А Нине стало жалко парня.
  - Лорд Алоиз, всё будет хорошо, мы со всем справимся, - негромко, но уверено сказала Нина.
  Он благодарно на неё посмотрел, а Генти хмыкнул. Молодому лорду нельзя пока самостоятельно вести дела с такими людьми, как он.
  - Леди Нарибус, поставьте свою подпись, пожалуйста, - со всем уважением господин Генти обратился к ней.
  Нина подошла к столу, взяла документ. Она почти всё слышала, многое знала заранее, но решила преподать первый урок лорду. Какие бы люди, леди, лорды ни были бы в кабинете, как бы ни торопились, надо внимательно читать, что подписываешь. Он же только слушал, спорил, соглашался, обсуждал, но не прочитал.
  Девушка подошла поближе к свету и не спеша начала читать. Иногда она удивленно изгибала бровь, но по каждому пункту кивала. Под конец стало интересно: а у домоправительницы Имрича такие же условия работы и ответственность за неё у лорда, или этого удалось добиться только для неё?
  Она вздохнула, ещё раз с сочувствием посмотрела на парня и подписала. Зарплата у неё будет пятьдесят золотых в месяц, это примерно три-пять шёлковых платьев. Сейчас у неё в наличие около шестидесяти золотых. В дороге она потратилась, да и на гардероб много денег ушло. Значит, всё-таки есть ради чего пахать тут.
  После подписания договора все обессилили, проголодались, стало немного неловко, но Нине необходимо было ещё решить несколько вопросов.
  - Лорд Алоиз, мне надо знать, сколько вы можете выделять денег на приведение замка в порядок. Будем ли мы восстанавливать работу мастерских, желаете ли вы, чтобы я поискала дополнительный заработок для вас, используя территорию замка?
  - Я скажу своему управляющему, чтобы он предоставил вам полный список всех ранее работавших здесь людей, и какую оплату за труд они получали.
  Нина кивнула. Это поможет ей сориентироваться.
  - Мастерские приносили небольшой, но стабильный доход, и мне бы хотелось, чтобы вы смогли восстановить их работу. Ничего нового, думаю, пока не стоит затевать, - произнёс лорд.
  - Хорошо, сегодня уже поздно, а завтра вы представите мне как леди-хозяйке всех наших работников. Оставьте мне, пожалуйста, в распоряжении хотя бы на несколько дней господина Штерца и после мы с вами ещё раз встретимся и обсудим наши дальнейшие действия. Вы согласны?
  - Согласен, леди Нарибус.
  Нина поднялась, вслед за ней поспешил встать господин Генти. Даже девушка уже обратила внимание, что в замке катастрофически не хватало слуг, некому было проводить гостей. Но леди не стала заострять внимание на этом, наоборот, воспользовалась некоторой свободой, спустилась вниз и прошла на кухню.
  - Добрый вечер, - обратила Нина на себя внимание хлопочущей там женщине, - подайте, пожалуйста, нам горячего чаю, - Нина огляделась, увидела стоящий в углу стол и пригласила господина Генти.
  Тот прибывал в шоке: Штерц смылся, кроме хозяина они встретили здесь только кухарку. Ему всё это очень не нравилось, и только спокойствие леди удерживало его от высказывания претензий хозяину.
  - Проходите, думаю здесь мы дождёмся управляющего и не замёрзнем.
  Генти неодобрительно фыркнул, но не на действия леди, а на негостеприимность этого места.
  Гости не знали о небольшом демарше госпожи Бович: когда она узнала, что сегодня прибудет леди, чтобы занять её место, то она, воспользовавшись занятостью сына и отсутствием Штерца, отпустила всех в деревню. Чтобы гостья точно знала, что ей здесь не рады, не ждут и не хотят видеть впредь.
  Была бы Нина в другом положении, может она и обиделась бы, но разного рода мысли ушли прочь, стоило ей увидеть зарплату. Деньги ей нужны, и они сейчас в приоритете. Поэтому они спокойно сидели с Генти и пили гадкий чай, принеся из кареты небольшой бумажный пакетик со сладостями. Почему гадкий? Нина почувствовала в воде неприятный металлический вкус, что ей очень не понравилось. К этому можно привыкнуть, но такая вода ничего, кроме вреда, здоровью не принесёт. Вот и ещё одна проблема в этом замке.
  Вода.
  
  
  

Глава 7

  
  
  Замок и его обитатели.
  
  Вскоре на кухню поскрёбся кучер Нины.
  -Лошадок я пристроил, а чего дальше делать не знаю, - смущаясь, произнёс он, увидев распивающих чай леди и господина.
  -Милая, - обратился господин Генти к кухарке, - у тебя хоть покушать, есть что?
  -Есть, - угрюмо ответила женщина.
  -Ну так покорми человека с дороги! - теряя терпение, повысил голос Генти.
  Кушать хотелось всем, но аппетитных запахов по кухне не витало и кучеру предстояло первым испробовать стряпню неприветливой женщины.
  Миска с кашей и несколько кусочков мяса в качестве украшения были всунуты в руки кучеру. Тот поблагодарил и сев в уголочке, приступил к еде. Нина с Генти решили пока потерпеть и заесть голод, припасёнными девушкой орешками. Вскоре послышался гневный рёв хозяина замка.
  -Да где все!? Что происходит, выдеру на конюшне, если сейчас же никто не появится!
  Гости обменялись взглядами. Значит, всё-таки что-то произошло и это не норма, что замок безлюден. Лорд Алоиз не иначе как ведомый запахом, примчался на кухню. Замер, разглядывая сидящих за столиком своих гостей.
  -Вы ... тут?
  Господин Генти не удержался и язвительно бросил.
  -Наслаждаемся вашим гостеприимством.
  На молодого хозяина было страшно смотреть, он бросил взгляд на кухарку.
  -Ханна, а ты что здесь делаешь? - сквозь зубы процедил он.
  -Леди Бовач велела что-нибудь приготовить, - буркнула она и тут же шваркнула ложкой об пол, - а как я могу готовить, если не знаю, где что лежит!
  Лорд сжал кулаки и выбежал вон. Нина укорила себя за появившиеся противные мысли, что матушка лорда здорово подставилась со своим протестом, а вот Генти расцвёл. Старуху из замка надо убирать и лучше, если она исчезнет по желанию лорда, без втягивания в семейные конфликты леди Нарибус.
  Гости утомились ожидать управляющего, но покидать единственное тёплое место в замке они не решались. Приход Штерца ознаменовался разноголосым шумом, смехом, и казалось, замок наполняется жизнью. На кухню ввалились женщины, заметив господ, поклонились, и первым делом презрительно кривя губы, прогнали "кухарку Ханну".
  Следом появился толстячок.
  -Леди Нарибус, сейчас всё будет, - успокоил он, одобрительно поглядывая на суетящихся женщин. - Если вы не против, то выберите себе покои, а девочки по-быстрому приберутся там, принесут печь. А мы пока посидим в библиотеке, там должно было сохраниться тепло.
  -Штерц! - появился хозяин дома, - куда вы пропали?
  -Я людей привёл, лорд Алоиз, - с укором посмотрев на него, произнёс толстячок. Тот сдулся, кто виноват в том, что произошло, он уже знал. С матерью вышел крайне неприятный разговор, она плакала, от чего самому за себя было противно.
  Нине, рекомендованное к поселению помещение, показалось неуютным, но подкупило наличие туалета под названием "ласточкино гнездо". Старинное изобретение, когда к замку лепятся крохотные пристройки на высоте и все отходы падают сразу на улицу. Зад свой морозить Нина не собиралась, но это давало шанс самостоятельно выливать горшок. Было что-то стыдное в том, что слуга понесёт через весь замок отходы жизнедеятельности леди.
  Понравилось Нине, что выходная труба огромного камина была почти полностью закрыта, а в комнату принесли печь размером с большой комод, и вместили её на место гигантского камина. Печь была облицована красивыми керамическими плиточками и уже немного потеплела. По просьбе девушки всю кровать заполнили грелками, так как та казалась ей сырой, а после она спросила, нет ли ещё свободных печей.
  В комнате размером не менее шестидесяти квадратных метров три переносные печки совсем потерялись. Одну поставили, прикрывая туалет, а третью поместили возле окна, выводя трубы на улицу. Новоиспеченная леди-хозяйка только морщилась от обнаруженного количества слегка заделанных дыр в стенах. Нина легла спать, укутавшись всеми купленными шалями с ног до головы.
  Проснулась она рано, от скрипа дверцы в печке, подвинула занавес, прикрывающий её в кровати, и увидела суетящуюся девушку. Та поочередно подходила к печам и подбрасывала дрова в них. Нина вытащила сбившиеся в ногах комки шалей наружу, отложила их в сторону и закрыла глаза. Помещение прогрелось, она больше не мёрзла.
  В следующий раз она проснулась, когда услышала тихий разговор.
  -Скоро завтрак, леди будешь будить? - спрашивал женский голос.
  -Ой, не знаю, она всё-таки с дороги, да ещё вчера так поздно все спать легли.
  -Она вчера не ужинала, так что думаю на завтрак, надо её поднять, - настаивал первый голос.
  А Нина поняла, что выспалась, отогрелась, и даже неплохо отдохнула. Теперь бы ей оказаться в одиночестве, спокойно привести себя в порядок, но при нынешних условиях жизни, похоже, это будет непросто.
  -Мируна, - позвала Нина девушку, которую ей представил вчера Штерц.
  Хлопнула дверь, и служанка поспешно откликнулась.
  -Доброе утро леди, что вы хотите?
  Нина никак не могла справиться с закрывающими её плотными занавесями балдахина. Не хотелось пылить с силой дёргая их, и получалось только хуже.
  -Вот пакость, Мируна, помоги отодвинуть эту тяжесть, только не вороши сильно, а то я задохнусь.
  Девушка глядела на леди во все глаза. Конечно, вчера та была красавицей, а тут обычная молодая женщина, да ещё и растрёпанная. Однако обычность прошла сразу, как та начала разговаривать.
  -Мируна, ты раньше прислуживала леди Алоиз? - и такой проникающий в душу взгляд, всё понимающий.
  -Да, миледи, - неожиданное волнение мешало полно отвечать.
  -Тебя устраивала твоя работа или ты хотела бы сменить её? - и снова внимательное участие, уважение к желаниям.
  -Меня всё устраивало, - девушка закивала, как болванчик. Не находя слов, чтобы объяснить леди, что любая работа в замке намного лучше, чем дома в деревне.
  -Хорошо, посмотрим. Думаю, первое время мне действительно будет без тебя не обойтись.
  -Но как же...
  -Сейчас мне нужна тёплая вода, чтобы хотя бы обтереться. Вчера с дороги этого сделать не удалось. Сегодня, ближе к вечеру, приготовь, пожалуйста, достаточно воды, чтобы я могла полностью помыться. Комната должна быть протоплена. Попроси, чтобы тебе помогли управиться с балдахином, и вытряхни его, как следует. Проследи, чтобы всегда возле туалета стояло ведро с водой и лучше прижми его к стенке печки. Днём прибегай сюда, подтапливай, если меня здесь нет.
  Нина оглядела комнату, поморщилась. Она, камин, три печки, кровать и её сундук. Никакого уюта, хорошо хоть рядом в соседней комнатке стоит письменный стол.
  -Полы должны быть вымыты, в туалете побели стены извёсткой высотой где-то по пояс, поищи подушки или покрывала, чтобы положить их на подоконник и прикрыть оконные щели. Пока всё.
  Девушка выскочила, а Нина поплелась посмотреть насколько всё ужасно в "ласточкином гнезде".
  Худо-бедно, но спустя сорок минут иномирянка, красивая и пригожая, вышла в малую гостиную на завтрак. Мужчины приступили к еде, не дожидаясь её. У всех свои дела, но Нина с утра выпивала лишь чашечку чая, закусывая бутербродом, поэтому закончили завтракать они все одновременно. За столом девушка встретила игнорирующую её госпожу Бовач и леди ограничилась лишь общим приветствием. Дальше, насущные дела захватили её.
  День начался с того, что всех обитателей замка собрали в общей зале, и после того, как объявили, что леди Нарибус с сегодняшнего дня будет выполнять обязанности леди-хозяйки, начали ей представлять людей.
  Набралось около сотни человек. Первыми отпустили мужчин, сопровождавших лорда в его разъездах по землям. Они патрулировали земли нынче ежедневно, чтобы жители видели заботу о себе, а ещё отлавливали подозрительных людей, шныряющих с разведкой по предприятиям.
  Следующими ушли конюхи и разнорабочие. Нина только пометила у себя, кто у них старший, чтобы потом с ним посмотреть, что делается на территории двора и в хозяйственных помещениях.
  Дальше ей представили женщин, работающих ранее на кухне, и их девушка тоже пока отпустила. Ей хотелось посмотреть, как поведёт себя старшая повариха, вернувшись из изгнания. Примется ли за чистку кухни, проверку вверенных ей продуктов или нет. Потом хотелось оценить, как она готовит.
  Остались женщины, занимающиеся уходом за одеждой, уборкой помещений и мастерицы. От простых домохозяек их отличали магические способности. Не сказать, чтобы у прачки бельё само стиралось, но умение договориться со стихией воздуха ей очень помогало. У неё в огромном чану вода сама могла по кругу двигаться и бултыхать бельё, а когда она развешивала чистое, то приманенный ветерок за короткий срок всё высушивал.
  Так же и служанки пользовались своими хитростями, взаимодействуя со стихиями. У них вода по полу сама могла плескаться, правда был ли толк в этом, Нина ещё не была уверена. Маленькие воздушные вихри сгоняли пыль на пол, откуда её легче было собрать. Некоторые девушки умели вытягивать грязные пятна из тканей, очень полезное умение в отношении мебели. Сила у служанок была не велика, да и фокусов с её применением они знали немного, но всё же у таких слуг в помещениях всегда было чище, и уборка проходила быстрее и легче, чем у не одаренных.
  Дав задание рабочим снять все ограждения с перекрытой части замка, навести там порядок и начать протапливать, леди Нарибус прошла в мастерские. Приступить к работе немедленно не было никакой возможности.
  Помещение отсырело, и требовалась элементарная уборка, но главное, дорогие станки нуждались в наладке. Не очень разбираясь во всех тонкостях работы станков, Нина всё же порекомендовала сначала почистить всё, после смазать оставленным мастерами-установщиками маслом соприкасающиеся детали.
  -А там посмотрим, если не получится запустить, то придётся из столицы вызывать наладчика, - сказала она работнице.
  -Я всё попробую сделать, как вы сказали леди Нарибус, - нахмурясь ответила женщина, - наладчика ждать долго, а работа нам давно нужна.
  -Только не суйтесь что-либо поправлять при включённой мельнице, - напоследок напомнила леди.
  У каждого хитроумного станка была своя мельничка, которая запускала в работу станок. Своего рода вечный двигатель на энергии стихии воздуха и огня. Раз в пару часов необходимо было либо влить в неё стихию воздуха, либо разогреть лежащие в ней камни, которые также запускали мельничку в работу, а она уже механически заставляла двигаться станок.
  Ценность станка состояла в том, что он мог и нитку крутить, и ткань ткать, используя около десятка цветов нитей одновременно. Сложность была задать программу, а дальше только следить за подзарядкой и за тем, чтобы нити не обрывались.
  Раздав всем задания, Нина отправилась смотреть, кто как работает. На кухне дела кипели, и она порадовалась. Похвалила кухонный состав и отправилась дальше. Несколько раз, проходя мимо, она заметила активно общающихся служанок, из кухни уже разносились вкусные запахи, а девушки возле одних покоев застряли и всё сдвинуться в работе дальше не могли, занятые обсуждением новостей.
  Нина спустилась во двор, подозвала к себе старшего и пошла с ним осматривать хозяйственные пристройки. В нос шибали запахи навоза и мочи. Мужчины не затрудняли себя поиском укромного места для справления нужды, захотелось, отвернулись, сделали дело, дальше пошли. К концу её прогулки в горле стоял ком и это в прохладное время года, а что за вонь тут летом?
  -Не двор, а огромный нужник, - не выдержав, произнесла она.
  -Что миледи? - старший, ответственный за содержание лошадей и собак, прервался на рассказе о тех породах, которые у них есть.
  -Мало обладать чем-то ценным, господин Бехар, надо уметь ещё это подать. Извините, но я задыхаюсь и не могу даже нормально вас слушать.
  Мужчина нахмурился, всё-таки с женщинами сложно иметь дело.
  -Вы же следите за чистотой лошадей, они у вас сияют, но почему я вынуждена идти смотреть на них, давя дерьмо под ногами? - не сдержала досады Нина.
  Бехар опустил глаза и действительно, несколько куч растоптали сапогами и чистого места не оставалось. Да ещё и собачьи отходы сверху лежали живописной кучкой, а у леди расшитые сапожки на тоненькой подошве.
  -Собаки очень умные животные и если проявить терпение, то совсем не сложно научить их ходить в туалет за территорией двора, - пытаясь унять раздражение на то, что её не хотят слушать, продолжила леди. - И начинать обучение надо со щенячьего возраста.
  -Но миледи...
  -У вас достаточно людей, чтобы выпускать животных погулять три-четыре раза в день. Или вы боитесь, что они разбегутся? Они вообще у вас какие-либо команды знают?
  -Конечно миледи, это обученные псы!
  -Вот и хорошо, даю вам месяц на то, чтобы научить собак не гадить здесь. Теперь о людях. Посмотрите, где есть необходимость устроить закутки для людей, чтобы они могли справлять нужду не как животные. Назначьте дежурных, чтобы они следили за чистотой в этих закутках. Посмотрите сами, где можно поставить для этих целей ведро, где вырыть яму, но чтобы больше запаха никого не было! А чтобы мои требования выполнялись, то каждого, кто присядет возле стеночки или решит полить её из своего "краника", штрафовать на ползарплаты. Всё ясно?
  -Да леди Нарибус.
  -Ну вот и хорошо, как только я смогу дышать здесь, так сразу ещё раз пройдёмся и посмотрим, что вам необходимо прикупить, какие средства надо выделить на покупки, и всё такое, - Нина обворожительно улыбнулась и оставила возмущенного Бехара переваривать полученные указания.
  У него на лице было написано: "Разве чем-то пахнет?! Ну, скажите, где тут запахи!?" Он даже носом водил, но вокруг ощущался привычный аромат и никаких замеченных леди гадостей.
  Нина вернулась, продышалась, попила водички и поморщилась от её вкуса. Сходила посмотреть на девушек-болтушек, они всё так же не расставались. Леди-хозяйка прошла к себе, там занималась уборкой Мируна. Нинина горничная подошла к делу основательно. Щёткой скребла каменный пол, макая её в щелочной раствор, а после собиралась протереть всё влажной тряпкой.
  Нина не ожидала от неё такого трудолюбия, думала, что как раз она заартачится и будет филонить. Похвалив свою служанку, леди отправилась к господину Штерцу. Ей требовалась нормальная вода для питья, а не техническая. Вместе со Штерцем застала в кабинете господина Генти и, заполучив его поддержку, насела на местного управляющего по поводу качества воды. Нина пояснила, что вода в замке возможно пригодна для стирки, для мытья посуды, только не для потребления внутрь.
  -Господин Штерц, я бы даже не рекомендовала бы пить эту воду вашим животным, но понимаю, что ежедневная её доставка в больших количествах может вызывать затруднения.
  -Но леди, что вам не понравилось? Нормальная вода, я ничего не чувствую, - отбрыкивался Штерц, - да и откуда привозить вам другую воду? Река не близко, разве что из ближайшей деревни?
  -Неужели у вас нет рядом никаких источников? Так не бывает, - уверенно возразила Нина. - Идёмте на улицу, сейчас найдём.
  Господин Генти знавший, что леди на землях его лорда нашла несколько источников, взбодрился и с удовольствием начал собираться. Ему было очень интересно посмотреть, как леди будет искать воду.
  Штерцу не хотелось выходить, но отказать леди он не посмел. Они вышли все вместе, слегка поёживаясь от ветра. Нина потянула носом воздух и едва не сплюнула. Моча, везде запах дерьма с мочой. Отвратительно.
  Она решительно зашагала вон из замка. Вышла за ворота, чуть спустилась и снова потянула воздух. Стало лучше, Нина успокоилась, подышала, а потом попыталась почувствовать воду. Внутри неё что-то инстинктивное, испытывающее жажду, повело в сторону. Как будто только там можно было наконец-то напиться.
  Девушка делала шаг за шагом. Вот она сошла с дороги, Штерц хотел её остановить, но Генти замахал на него руками, чтобы тот не мешал, и приготовился поддержать леди, если она оступится, но не отвлекая её. А девушка уже почуяла воду, но не источник, а подземную жилу. К сожалению, она находилась в самом низу горы. Нина вздохнула и остановилась.
  -Жаль, сначала показалось, что близко, но нет. Приличная вода должна быть у самого подножия горы. Можно вырыть там колодец и возить воду оттуда. Кстати, господин Генти, у вас остались данные того мастера, что проводил в имении лорда Ветуса водопровод и канализацию?
  -Конечно миледи, хотите провести здесь?
  -Да, было бы неплохо провести его тут. Но сначала нужно, чтобы мастер посмотрел, посчитал, сколько потребуется материала и обозначил стоимость работ, сроки.
  Штерц кивал головой, подтверждая, что сначала надо бы всё разузнать.
  -Господин Штерц, после обеда начинайте копать, я спущусь с вами и покажу точное место.
  -Леди Нарибус, но у нас столько дел, надо ли этим сейчас заниматься?
  -Обязательно, я не желаю травиться вашей водой. Если за неделю вы мне не добудете чистой воды, то начнём возить её из деревни.
  Опираясь на руку господина Генти, девушка забралась обратно на дорогу, и они прошли в замок. От неё ожидали хозяйского пригляда, но не думали, что потребуется менять свои привычки и прилагать усилия. Она сердилась, но Генти слегка пожал её локоть и, дождавшись её внимания к себе, одобрительно кивнул ей.
  -Всё хорошо леди Нарибус, они тут немного опустились, разленились, без догляда леди, но вы справитесь.
  Нина была благодарна этому мужчине за поддержку. Поначалу он не произвёл на неё впечатление, но теперь становилось понятно, что он специально во время пути, стал незаметным, чтобы не утомлять её собой, не навязывать своё общество. Завтра он собирался уезжать, и Нина сделала для себя заметку, обязательно написать благодарность лорду Ветусу за господина Генти.
  
  Во дворе леди Нарибус и господ управляющих караулила помощница поварихи. Увидев их, она побежала обратно крича, что все возвращаются и можно подавать еду.
  -Время обеда, - оживился Штерц и заспешил в замок.
  Нина с Генти не сдержались и рассмеялись. Только что толстячок плёлся позади, спотыкаясь, скользя на подмёрзшей дороге, и бубня о предстоящих излишних хлопотах, а теперь в считанные мгновения вырвался вперёд и стоял у входа.
  
  За столом сидела всё та же компания. Молодой хозяин, его мать, управляющий Штерц, леди Нарибус со своим доверенным Генти. Стол был красиво накрыт, сияла белизной скатерть, выставлена была красивая дорогая посуда. Госпожа Бовач смотрела на всё крайне неодобрительно, а Нина никак не могла понять себя, что её беспокоит.
  Ей подали бульон, положили рядом на тарелочке крохотные помпушечки, она уже хотела с удовольствием приступить к еде, как вспомнила, что дома, на Земле, она в детстве крошила булку прямо в бульон, и тогда казалось, что его нет, а есть только вкусная набухшая булка. И вот тут её осенило, а где маленький лорд? Где ребёнок, мать вашу! Она целый день носилась по замку и не видела ни одного мальчика и ей не представили его няньку.
  -Лорд Алоиз, здоров ли ваш сын? - да, она знала, что мальчик не родной, но мужчина его признал, получил за него титул, замок, и сейчас хотелось укусить этого красавчика лорда, напомнить, кому он всем обязан.
  Начавшийся стук ложек прекратился, а госпожа Бовач впервые раскрыла рот, для того, чтобы сказать гадость.
  -Ублюдку здесь не место.
  Не то чтобы Нина была защитницей детей, собак, а также любых других существ, вовсе нет.
  Но вот тут так всё сложилось в кучу, вчерашний приезд, холод в замке, на голодный желудок легли спать, тишина, потом суета и смотр того, что досталось лорду в наследство. Она ведь себя уже хотела осадить, быть может ребёнок в отъезде, в гостях у какого-нибудь приятеля, а она сразу о плохом принялась думать, но оказывается нет!
  Нина отложила столовые приборы, она не стала смотреть на женщину, она уставилась в глаза молодому лорду. В душе она уже выкрикнула ему многое, что он мерзкий гадёныш, упырь, что он получил всё только благодаря этому наследнику, что... в общем, много гадостей, но на самом деле она, молча смотрела на него, потом прикрыла глаза. Бесполезно, надо не так, нельзя ему в лоб говорить, тем более стыдить, корить.
  -Ну что ж, ваше право отца демонстрировать, как надо относиться к юному лорду Алоизу, - показательно демонстрируя натянутость улыбки, хотела всё-таки ещё съязвить, но сдержалась. Любое неосторожное слово спровоцирует некрасивую склоку, а ребёнку это не поможет.
  Совершенно без аппетита Нина отобедала, а ещё больше демонстрировала, что ей неприятно в данный момент находиться в обществе лорда, его матери и господина Штерца. Мужчины поняли молчаливое осуждение, а женщина воспряла духом, что может ситуация непростая сложилась и возникло недопонимание?
  После обеда Нина, взяв с собой в сопровождающие Генти, попросила служанку показать, где проживает маленький лорд, попутно отмечая, что пока примеченные с утра болтушки прибрались лишь в одном помещении, в то время как другие женщины уже закончили уборку на этаже и дружно занялись коридорами.
  Чем дальше удалялись от центральной части замка, тем всё с большим недоумением переглядывались Генти с леди. В жизни лордов всякое бывает и порой ненужных детей изживают, но не так открыто и уж тем более не столь показательно.
  Наконец их вывели к винтовой лестнице, и служанка пояснила, куда вообще гости попали.
  -Мы вышли к башне, у неё есть отдельный вход, а юный лорд после смерти леди Алоиз поселился на самом верху.
  -Там какое-то притягательное место для него? - всё ещё с надеждой спросила Нина. Вдруг малыш сам отделился ото всех?
  -Нет, леди Нарибус, маленького лорда отвёл туда его слуга, чтобы не мозолить глаза госпоже Бовач и лорду Алоизу.
  -Мальчик живёт один?
  Девушка смутилась, что не может правильно объяснить.
  -Нет, они там с Хайром, его слугой живут, вместе. Как же ребёнку одному?
  
  Нина больше ничего не спрашивала, она поднималась по крутым ступенькам.
  -Ужас, господин Генти вы как? Мне кажется я сейчас упаду, конца края этому подъёму нет.
  Мужчина выглядел значительнее бодрее леди, и она решила, что зря сегодня не сделала зарядку. Генти её старше, а она, гордясь тем, что так хорошо выглядит, на поверку оказалась рохлей.
  -Уф, есть кто живой? - постучал Генти в дверь.
  Им открыл мужчина непонятного возраста, лохматый, заросший. За ним прятался тоненький мальчик с притягивающими внимание очень светлыми глазами. От глаз было не оторваться, настолько они были непривычны, но Нина, помня о приличиях, отвела взгляд и окинула помещение в целом.
  В башне не было вставлено даже окна, а двое жильцов стояли перед ней в верхней одежде. За ними прямо на полу располагалось спальное место, сбоку валялись всякие деревяшки, они были расставлены в особом порядке и похоже предназначались для какой-то игры.
  -М-да, не ожидал от молодого лорда такого. Лучше бы отправил мальчика в сиротский дом, чем так.
  Нина тоже была шокирована, раньше ей казалось, что она уже научилась более-менее разбираться в людях.
  -Э-э, - леди повернулась к служанке, которая разглядывала помещение во все глаза, - милая, пригласи сюда лорда Алоиза, прямо сейчас.
  Девушка кивнула и помчалась. "Ой, что будет! А ведь никто и не знал, как устроился старый Хайр с мальчиком. Никому нет дела, приходить сюда, а он лишний раз не мелькает перед другими".
  Лохматый слуга настороженно следил за поднявшимися в башню господином и леди. Он готов был ползать на коленях, лишь бы дали пережить здесь зиму, а дальше они попробуют уйти. Малец уже подрос, сможет оставаться один дома, а он заработает им на еду, да жильё.
  -Как вас зовут юный лорд, - обратилась Нина к ребёнку, приседая, чтобы оказаться с ним на одном уровне. Мальчик сначала растерялся, но после выступил вперёд и, как положено, представился.
  -Дар Алоиз, миледи, - и слегка поклонился.
  Видя, что мальчик не запуган, она не торопясь встала, сделала шаг назад.
  -Леди Нарибус, хозяйка вашего замка на один год, - и так же как он, поклонилась, - а это господин Генти, он меня сопровождал к вам сюда.
  -Рад знакомству леди Нарибус, господин Генти, - ответил малыш одной из расхожих фраз.
  -Вы не представите вашего человека, лорд Дар Алоиз?
  -Это Хайр, - улыбнулся мальчик и прижался к мужчине, не в силах выдерживать официоз.
  Нина сделала кое-какие выводы. Пока была жива леди, с мальчиком явно занимались, а после убрали с глаз долой и забыли. Могло быть и хуже, но тут подул ветер в окно и леди поёжилась.
  -Вы, наверное, очень мёрзнете здесь?
  -Я не очень, у меня отец из ледяных демонов, а Хайр немного мёрзнет, - признался малыш.
  -А кушать вам приносят сюда или вы сами спускаетесь?
  -Я только гулять выхожу, а Хайр за едой к Розе спускается без меня. Но она собирает корзинку нам только поздно вечером, когда старая госпожа уже спит.
  На лестнице раздались быстрые шаги взбегающего по ступеням лорда. Он не заставил себя ждать. В недоумении хозяин шагнул в башню и, раскрыв глаза, осматривал помещение.
  "Неужели не знал?", и стало ещё неприятнее, был бы злодеем, можно было бы ненавидеть, а так гадостливое ощущение вытесняло первое впечатление и уважение к парню таяло.
  -Дар? Ты тут живёшь? - спросил лорд Алоиз ребёнка.
  Нина, Генти, Хайр, даже мальчик, посмотрели на лорда широко открытыми глазами. У Нины непроизвольно ноздри затрепетали от гнева, Генти презрительно выгнул бровь, а Хайр отвернулся. Лишь мальчик стоял и ничего не понимал, что ему ожидать от визита опекуна.
  -Я не знал, леди Нарибус, - принялся оправдываться лорд, - мама сказала, что Дар играет в волшебника и захотел переселиться в башню.
  Нина не поднимая глаз, чтобы не испортить отношения с хозяином замка в первый же день, покивала, что, мол, она всё понимает.
  -А как давно это было лорд Алоиз? - не удержалась она от вопроса.
  -Почти сразу после смерти Хелен, Дар очень грустил, не выходил из своих комнат, а потом захотел переехать.
  -Да-да, я понимаю, а вы были заняты, да к тому же ничего страшного не случилось, вы ведь тоже, наверное, жили в похожих условиях? - Нина боролась с желанием наговорить гадостей, ударить сына пастушки, и пыталась исправить положение малыша, но видимо опыта ещё было мало.
  -Нет, у нас был тёплый дом...
  -Вы же понимаете, лорд Алоиз, - жёстко начал говорить господин Генти, - что вашим соседям не за что вас уважать? Первое ваше дело после смерти жены, это травля признанного вами же наследника, за которого, как все знают, вам дали замок, земли, имя.
  -Я не...
  -Это никого не волнует, что "вы НЕ", если бы малыш погиб, то вас обвинили бы в этом и казнили бы на площади, как клятвопреступника, как детоубийцу!
  Лорд сжал кулаки, беспомощно обводя взглядом вокруг. Он прибежал в одной рубашке и теперь мёрз. Леди не смотрела на него, её доверенный напротив, зло прожигал лорда взглядом, а тот чувствовал себя ужасно противно, как никогда в жизни.
  Нина собралась с силами, убрала разочарование из глаз, спокойно посмотрела на хозяина замка.
  -Ну что ж, теперь надеюсь недоразумение будет улажено?
  -Да, конечно, - схватился за её доброжелательность, как за соломинку лорд Алоиз.
  -Дар, возвращайся в свои комнаты, - велел он.
  -А как же госпожа Бовач? - подал голос слуга и нарвался на гневный взгляд лорда.
  -Разберёмся, - рыкнул он и побежал вниз.
  -Хайр, скажешь девочкам, чтобы вымыли вам помещение, поставили туда печь и сам приведи себя в порядок.
  -Слушаюсь леди.
  -Лорд Дар, - обратилась Нина к малышу, - я поселилась пока на втором этаже, так что будет время, заходите в гости. Сегодня жду вас за ужином в малой гостиной.
  Нина с Генти развернулись и ушли, оставляя немного ошеломлённых мальчика со слугой. Они ещё не могли понять к добру ли грядущие изменения или только хуже будет.
  Как только ступеньки закончились, так Нина остановилась и от души поблагодарила сопровождающего, за его слова.
  -Спасибо, господин Генти, что высказали лорду насчёт мальчика. Я послежу, чтобы ребёнка не обижали, а вами я восхищаюсь и горжусь нашим знакомством.
  Мужчина не ожидал таких слов от леди, он поцеловал ей руку и заспешил по каким-то неотложным делам, лишь бы она не видела его лица.
  А Нина в этот день больше особо ничего не успела сделать. Занял время спуск с горы, чтобы указать точное место для будущего колодца, потом ковыляла наверх, после, прилюдно рассчитала служанок-болтушек и оставалось время только помыться, да обсохнуть.
  За ужином к взрослым присоединился маленький лорд, а после все разошлись по комнатам. Вот так и прошёл первый день в замке.
  На следующий, прямо с утра Нина отправилась в мастерские. Кружевницы приступили к работе, а станки так и не удалось запустить. Иномирянка наведалась к Штерцу надеясь и не напрасно, что у него завалялись схемы станков.
  Узнала, что лорд Алоиз уехал на предприятия по переработке рыбы, там возникли проблемы, к рабочим не прибыли телеги с солью. К тому же требовалось организовать сопровождение готовой продукции по дороге, пока река перекрыта соседом. Весь последний год, несмотря на то, что торговлю удавалось продолжать, расходы на охрану, на доставку необходимых материалов, опять же под охраной, не позволяли молодому лорду ничего заработать.
  Штерц подсчитал, что они продержатся от силы ещё три года, но ситуация уже была плачевна. Лорд продержится, а вот люди, занятые у него на работах, уже бросают нажитые места.
  Но это проблемы мужчин, Нина же, пока обживалась и решала назревшие дела в замке. Спросив совета у Генти, она написала несколько писем в столичную контору, где могли бы подыскать ей учителей для Дара. Ещё девушка не забыла о письме Имричу, в котором выразила свою искреннюю признательность за посланного с ней человека. Пришло время прощания с господином Генти, а после, Нина отправилась беседовать с госпожой Бовач.
  Она весь вчерашний вечер размышляла, как поступить с этой женщиной. Больше всего хотелось пойти по простому пути, надавить на лорда и выставить её вон. Но за ужином Нина разглядывала пастушку и увидела её натруженные руки со скрюченными пальцами, которые с трудом держали вилку. Приметила она, что женщина крайне бережёт спину, особенно это заметно, когда она садится и встаёт. Не могла не заметить, как она ловит взгляд сына и пытается соответствовать гордому званию леди в том понимании, какое сложилось у неё.
  Если бы Бовач не сидела бы молча, ограничиваясь неприязненными взглядами на Нину и ребёнка, то землянка не стала бы задумываться, а каково самой пастушке живётся? Но в тишине она поняла, разве можно было ожидать от простой малограмотной женщины другого поведения? Не удивительно, что она потеряла себя, вкусив свалившуюся власть.
  Нина решила дать ей шанс, да и себе тоже. "Рубить с плеча" она не будет, надо найти подход и поговорить.
  Леди постучала в покои матери лорда. Ей открыла Ханна, неприветливая женщина, которую она встретила в свой первый день в замке на кухне.
  -Сообщите, что к госпоже Бовач пришла леди Нарибус.
  Ханна стояла неподвижно и не понимала, зачем повторять то, что только что произнесла леди.
  -Госпожа Бовач здесь? - проявила терпение девушка.
  Женщина спустя время кивнула. Нина чувствуя, что раздражается из-за неё, отодвигая её, прошла вперёд.
  -Госпожа Бовач, я к вам в гости, - громко крикнула она.
  Ей были не рады, но проскользнуло и удивление неожиданному визиту, что подбодрило девушку.
  -Госпожа Бовач, я к вам с угощением, - Нина положила на стол печенье и конфеты, продолжая говорить.
  -Не всё можно сказать при всех, но мне хотелось выразить вам своё восхищение.
  Недоверчивый взгляд, готовый перейти в обиду и стать поводом для скандала, ожёг девушку. Она прошлась по комнате, взяла стул и, подтащив его к столику, села на него, продолжая монолог.
  -Не в каждом поколении нашего королевства рождаются современницы...женщины, - быстро поправилась Нина, боясь что речь может оказаться непонятной крестьянке, - которые завоёвывают любовь лорда.
  Бовач хмыкнула, что за глупости, ведь этих дурочек познавших любовь лордов полно, а потом до неё дошло.
  -Таких женщин за тысячу лет было всего несколько, и их истории стали красивыми сказками, - Нина с грустью посмотрела на Бовач, прониклась ли она.
  -Красивыми сказками, - повторила та и с горечью поджала губы.
  -Да, никто не пишет, как жили те женщины после того, как прошёл обряд, объединяющий их перед Богиней. Писать было не о чем, - чуть жёстче произнесла Нина, - от кого-то отказывался род и потомки терялись в суете жизни, а тех, кого вроде как приняли, ждало горькое разочарование и травля.
  Госпожа Бовач слушала с жадностью.
  -Потом, спустя время, не дети, а внуки, даже скорее правнуки, уже с гордостью говорили, что у них прабабка была неописуема красива и из простых. Начинали вспоминать, что она многое умела, какие у неё яркие черты характера были и всё то, за что её презирали при жизни, вдруг приобретало ореол романтичности.
  Нина перевела дух и подошла ближе к волнующему её вопросу.
  -Вы уже вписали своё имя в историю, пройдут года, и никто не вспомнит, как вы проживали год за годом вместе с мужем, зарабатывая себе на жизнь трудом. Никто не задумается о том, чего вам стоило вести хозяйство и учить всему молодого лорда. Что вам пришлось вынести, когда жизнь для него вдруг обернулась тяжёлым испытанием.
  Нина говорила наугад, она могла только догадываться, только предполагать, почему у пары всего один ребёнок. Девушка замолчала, надеясь, что женщине есть что сказать и не ошиблась. Та посмотрела на леди глазами наполненными слезами, наглядно подтверждая все Нинины домыслы. А потом её как прорвало.
  -Питер старался, очень старался, но он не привык к тяжёлому каждодневному труду. Он же привык, что если уставал, выбивался из сил, то в замке его ждали горячая вода, сытный стол и отдых, а наша жизнь совсем другая. Я брала на себя все женские заботы, а часто и мужские. Он искал выход, желал подняться и доказать, что без денег отца сможет многого добиться! Но так и не представилось случая заработать достаточно, чтобы вложиться во что-то более доходное. Он ненавидел себя за прежнее расточительство, даже за то, что гордо ушёл из дома в том, в чём был и наше счастье, что на поясе у него висел кошелёк с суммой, которой хватило на покупку небольшого домика.
  Нина слушала затаив дыхание. Вот она сказка, вот о чём поют менестрели, складывая слова так, что начинаешь мечтать об этом, не видя, какая скрывается реальность за романтикой.
  -И все равно Питер любил меня! - с вызовом Бовач посмотрела на леди. - Очень любил и был счастлив, когда у нас родился Резар. Золотой луч на старом языке. Он стал ещё больше работать, но бедным, как ни бейся, не выбраться в люди. То неурожайный год, то скот болеет, то волки обезумели и погрызли ...
  Нина пыталась разглядеть остатки былой красоты, но тщетно, а ведь Бовач около сорока лет, возможно даже ещё только будет.
  -Нелегко вам пришлось, но у вашего сына появился шанс.
  -Да, у сына появился, но его не принимают.
  -Мне бы хотелось сказать вам, что всё будет хорошо, но это не совсем так, - начала Нина, - вашему сыну всю жизнь придётся доказывать, что он достоин быть лордом. За ним будут следить и ждать его ошибок, ждать, когда он ослабнет, чтобы укусить.
  Женщина нахмурилась и слушала, никто с ней не говорил о её жизни так, как эта леди.
  -Вы сделали для мужа, для сына, всё что могли. Ваш Питер в любую минуту мог отказаться от вас и вернуться с покаянием к отцу, уверена тот ждал этого. Но ваша любовь горела, во многом благодаря вашей самоотверженности. В простой семье, где приходилось много работать, вы сумели вырастить сына, который не выглядит пастухом. Простите, если вам это обидно.
  -Мы с Питером не жалели денег на книги, на учебники, - вставила своё слово Бовач.
  Нина кивнула, показывая, что так она и думала.
  -Сейчас для вас сложный момент, и тяжёлый выбор. Вы же видите, что происходит вокруг, так определитесь "кто вы?". Можете побыть ещё годик леди и вместе с сыном вернуться в старый дом, а можете поднять своё, собственное хозяйство и с гордостью за него, ждать, встречать внуков, рассказывая им о своей жизни и не стыдясь её!
  -Хотите прогнать меня? - зло спросила госпожа Бовач.
  -Зачем? Вы мне не мешаете, я здесь всего на один год. А что будет с вами, когда сын обозлится на вас, считая, что у него всё плохо из-за вас, что будет, когда он приведёт в дом юную леди?
  -Уж я сумею поставить её на место, - вдруг разозлилась женщина.
  -Вы были полновластной хозяйкой у себя в доме, а сейчас вы при сыне! Многих ли ваш Питер слушал, когда вы были рядом с ним?
  -Никого он не слушал, он меня любил!
  -Ваш сын очень похож на мужа, хоть есть в нём и ваши черты, - успокаивающе произнесла Нина, уже думая, что у неё ничего не получилось, но женщина так же быстро затихла, как и вспылила.
  -Так что же мне делать? - с надеждой, перемешанной с недовольством, недоверием, раздражением, спросила она.
  -У вас же дар общения с животными! Поднимайте своё хозяйство, берите деньги у сына, закупайте животных, нанимайте работниц и ведите дело. Если у вашего сына всё будет плохо, ему хоть будет к кому прийти. И я думаю, если у вас получится фермерствовать с выгодой, то сын будет гордиться вами.
  -Питер всю жизнь пытался стать крепким хозяином, но он мыслил слишком широко, не по-крестьянски, а я могла бы, только никогда не было денег, чтобы закупить породистую живность, - задумалась Бовач.
  Нина уже подумала уходить, но следующие слова заставили её подождать с уходом.
  -Вы не такая, как покойная жена моего сына. Та хоть и была потаскушка, а фыркала в мою сторону, да подбородок задирала.
  Землянка отвела глаза и, подумав, произнесла.
  -Госпожа Бовач, вы ведь уже много чего повидали, подумайте сами, а как себя могла вести юная леди в её положении?
  -Сидеть тихо.
  -Нет, тогда её загнобили бы соседи. Она должна была себя вести показательно горделиво, задирая свой нос высоко, чтобы ни у кого и в мыслях не было, что её можно осуждать. И не забывайте о её очень юном возрасте.
  Женщина не согласилась.
  -Пойду я госпожа Бовач, у меня ещё много дел.
  
  
  

Глава 8

  
  
  Жизнь в замке.
  
  Первый месяц пребывания в замке пролетел быстро и безрадостно. Кроме кухонных работников Нину никто не любил. Только к замковой поварихе и её окружению у леди не было претензий, а искренняя благодарность всегда звучала после трапезы.
  В крепости не осталось ни одного мужчины, у которого бы она не урезала зарплату из-за справления ими нужды в неподходящем для этого месте. Да ещё для них добавились дежурства по поддержанию чистоты этих самых мест, что тоже не вызывало приязни к молодой леди.
  На место уволенных служанок Нина новых не взяла, посчитав, что они вскоре будут лишними. Она была права, но оставшимся девушкам пришлось тяжело, пока они приводили запущенный замок в порядок.
  Не испытывали радости от возвращения к работе и кружевницы. Мастерицы плели с раннего утра до темноты, стараясь наверстать упущенный год, но чтобы отвезти кружева на продажу лорд Алоиз ждал оказии, опасаясь посылать товар без охраны. Вроде и нет вины Нины в этом, но зарплату-то она не выплатила, поскольку неизвестно, в какую нынче цену уйдут ажурные изящества!
  Сердился на леди и господин Штерц - времена трудные, а леди пригласила двух учителей для мальчика. Невелики расходы, но всё же траты, к тому же не первой необходимости.
  Ещё ужасно объедал их, по мнению Штерца, господин, приехавший посчитать прокладку водопровода и канализации. Нина могла бы только улыбнуться на ревность Штерца по поводу исчезающих вкусностей со стола, но к обиженным леди-хозяйкой присоединился маленький лорд наследник.
  Мальчика заставляли учиться, причём помимо приехавших учителей с ним ещё по просьбе леди ежедневно проводил занятия молодой воин, гоняя малыша, чтобы он наращивал мышцы, а после ещё занимался начальник стражи. Он учил маленького лорда Дара Алоиза держать в руках разное оружие. У ребёнка не осталось свободного времени, к которому он так привык. Лишь его слуга Хайр один раз сказал спасибо, когда по велению Нины ему выдали зарплату за весь год, что он провёл с малышом.
  Иногда девушка сидела и думала: может, для всех было бы лучше, если бы она не приезжала?
  Госпожа Бовач съехала неделю назад. Она немного разорила сына, зато теперь её бывший дом можно было гордо называть фермой. Нина думала, что её давнишний разговор с женщиной не удался. Та все последующие дни не выказывала хорошего настроения, всё молчал да зыркала, но потом стала часто уезжать и вот - быстрее своего сына встала на ноги.
  Лорд Алоиз почти не появлялся, он разъезжал по деревням, мастерским, предприятиям, старался быть на глазах у своих людей и у тех, кто шпионит, показывая, что он не сдастся. Последние дни приходили неутешительные новости из столицы: ему снизили цену закупок, и при нынешних условиях торговля уже шла в убыток.
  Штерц целыми днями подсчитывал доходы-расходы, писал письма в столицу, искал новый рынок сбыта и ломал голову, как поладить с соседями, особенно со Скендером. Все уже знали, что в замке поселилась леди-хозяйка, но это никак не отразилось на их благорасположении по отношению к Алоизу.
  Нина переживала.
  Она понимала, что времени прошло мало, что судить о её работе ещё не стоит, но простые люди эмоциональны и не привыкли к тактичности. Ей, чтобы появиться во дворе, приходилось собираться духом, чтобы спокойно реагировать на хмурые взгляды. К тому же ей казалось, что Штерц и Резар Алоиз попадают под влияние общего настроения и косятся на неё с неудовольствием.
  С одной стороны, девушке не нужны были влюблённые взгляды от молодого лорда, но и уловить в нём разочарование не хотелось. Обидело её и выражение лица Штерца, когда он выдавал ей заработанные деньги. Не осталось и следа от мило краснеющего толстячка, лишь цепкий взгляд и сведённые к переносице брови.
  - Господин Штерц, - обратилась она тогда, проявляя полную невозмутимость и всегдашнюю доброжелательность, - для мастериц пора покупать нитки, как для кружевниц, так и для станочниц.
  - Леди Нарибус, придётся подождать. К тому же для станков ещё в избытке имеется шерсть.
  - Всё так, господин Штерц, но я нашла прекрасные зарисовки, оставшиеся от леди Хелен, и чтобы по ним сделать ткань нам не хватает некоторых цветов.
  - Все покупки только после того, как продадим изготовленное, - поджал пухлые губы Штерц.
  Нина, чуть склонив голову набок, разглядывая мужчину, предложила:
  - У меня, как у хозяйки, уже внушительный список потребных нам вещей для замка. Я думаю послезавтра выехать в столицу и могу забрать продукцию наших мастерских. Вы мне только подробно распишите, куда везти, почём продавать, и в каком случае ни при каких обстоятельствах не уступать цену.
  Штерц быстро сообразил выгоду и расцвёл. Отличная мысль посетила леди. Её карету никто не посмеет остановить, и это большая удача, что она согласна побыть посредником между замком и столицей.
  Нину отправили без задержек уже через день. Посмотрев, с каким энтузиазмом загружают её карету, она решила ехать с Мируной. Всё-таки три дня в дороге в один конец, потом неизвестно, сколько в столице, почему-то за свой счёт, и после три дня обратно.
  В дороге девушка размышляла, в чём она ошиблась и когда она позволила сесть себе на шею. Почему она вообще считает себя неудовлетворительной хозяйкой, принимая близко к сердцу раздражение людей за назначенные ею штрафы. Как будто она в свой карман всё кладёт!
  Нина тряслась в карете, оплачивала еду Мируны, кучера, коняшки, свою, а также их ночлег и выходила приличная сумма. В столице всё будет стоить дороже, и если всё сложить, то почти десять золотых уйдёт за декаду. То-то так обрадовался Штерц её предложению!
  
  До столицы она добралась спокойно, поселилась в приличном отеле, правда, на верхнем этаже, там было подешевле. Проехалась с кружевами по указанным магазинам, но цену за них ей предлагали значительно ниже той, что указал как крайнюю Штерц.
  Нина приценилась к кружевам, лежащим на прилавке, они стоили дорого, но продавцы не скрывали тот факт, что спрос на них упал. Девушка в растерянности покидала один магазин за другим, и с тоской отмечала, что мода переменчива. Единственное, что ей удалось к концу первого дня выгодно продать, так это ткань их станков, которые уйму крови выпили, прежде чем их удалось запустить.
  Вернувшись в отель, Нина не могла заснуть, измучив себя мыслями, как выкрутиться из сложившейся ситуации. Единственное дело, которое она возродила в замке, оказалось ненужным.
  На следующий день с утра она выяснила, где находятся самые дорогие и лучшие салоны в столице и, приодевшись, отправилась туда. Мируна спешила чуть позади с тяжёлой сумкой, наполненной рулонами кружев.
  Леди Нарибус встретили в салоне со всем почтением, пока не услышали, что она пришла не заказывать наряд, а кое-что предложить хозяйке салона. К ней вышла настороженная дама и в зале установилась тяжёлая тишина. Нина не совсем понимала, чего сотрудницы, да и хозяйка так напугались, но отступать не собиралась.
  - Госпожа, попросите девушек принести разного цвета ткани и разной фактуры. А я пока покажу вам кое-какие зарисовки и хочу, чтобы вы оценили их.
  Хозяйка только дала знак своим девочкам, чтобы они принесли, то, что попросила леди, а сама выжидающе следила, как посетительница достаёт из папки листы.
  - Видите ли, я не увлекаюсь рисованием моделей, но поскольку в этом году я работаю в замке леди-хозяйкой, то у меня возникла проблема сбыта кружев.
  Женщина ещё больше напрягалась. Кружевные воротнички выходили из моды и, похоже, ей предстоит выпроваживать леди. Если она устроит скандал, то для салона это может выйти боком.
  А Нина достала первый листок и показала рисунок. Почти обыкновенное платье, чуть изменённый рукав, привычная длина, только поверх платья было накинуто ещё одно, но оно состояло всё из кружев.
  - Понимаете, в зависимости от модели сверху можно надевать коротенькую кофту или удлинённый кардиган, или вообще платье целиком пошить из кружева.
  - Но как же целиком, ведь оно прозрачно?
  Сотрудницы принесли ворох тканей и сгрузили всё на край огромного стола.
  - Смотрите, - Нина встала, вытащила из сумки кружево и приложила его к ткани нежного цвета.
  - Вы видите, под кружевом может быть тон в тон платье, а можно, наоборот, сыграть на контрасте.
  Нина вытащила чёрный шёлк и закрыла его сверху белым полотном кружев.
  - Мне кажется, если брать контрастные цвета, то лучше не шить целое платье, а только что-то вроде накидки с рукавами, быть может добавить перчатки, да ещё кружевной зонт, сумочку...
  Хозяйка с любопытством посмотрела на леди, подложила под кружева кусок другой ткани, недовольно поморщилась, выбрала однотонный ровный розовый и снова прикрыла плетением.
  - Что вы хотите за свою идею? Вы же понимаете, что стоимость платья и любой другой вещи из кружева будет высокой, и нет гарантии, что вещь найдёт покупателя, - сразу принялась сбавлять цену женщина.
  - Я хочу, чтобы вы покупали кружева у меня. Вот примерный объём того, что производит мастерская, и раз в месяц вам будут доставлять столько же, - Нина подвинула сумку и раскрыла её, показывая сколько там рулонов кружев.
  - По какой цене?
  Нина озвучила цену, она была соразмерна прошлогодней, когда спрос ещё держался.
  - Но я дешевле могу договориться с частными мастерицами, - возразила хозяйка салона.
  - А вы приглядитесь, у меня в мастерской все девушки прошли одну школу и я вам предлагаю метры одинаковых кружев, а что вы накупите у разных людей? Вам же вещи шить, а не на шею накинуть кусочек и всё. К тому же есть шанс, что снова появится спрос, и тогда закупочные цены подскачут.
  - Я не знаю, мне надо посчитать, подумать, - засомневалась хозяйка. В принципе идея уже прозвучала, и можно было бы поискать поставщиков посговорчивее.
  Нина не стала спорить.
  - Ну что ж, ваше право, а салон госпожи Сони через улицу отсюда?
  - Да, - кивнула хозяйка, - а вы туда?
  Леди улыбнулась и радостно подтвердила:
  - Конечно, к ней, потом в следующий салон, пока не пристрою свою сумку.
  - Но тогда о вашей идее они все будут знать и вдруг они воспользуются ею, а кружева у вас не купят?
  - Если воспользуются, то уже к вечеру найдут меня, так как спрос поднимется уже сегодня и именно на работу артельных мастериц. До свидания.
  Леди ничуть не расстраиваясь, бодренько поднялась и заспешила на выход.
  - Подождите! - догнала её хозяйка салона. - Я думаю, имеет смысл попробовать. Вполне возможно, пару сезонов новая мода продержится, и я хочу быть первой.
  Это была удача! Нина даже поджала пальчики на ногах от удовольствия.
  - А вы хваткая, - польстила-похвалила леди Нарибус хозяйку салона, и они ещё немного поговорили, пока ожидали человека, скрепляющего договор о поставке кружев.
  Освободилась Нина только к полудню. Найдя приличное место для обеда, она наслаждалась покоем, атмосферой заведения и убранством. Угрюмый замок сейчас представлялся сараем на фоне выбранного ею ресторана. В восторг её привела подача блюд. Они просто появлялись на её столе как по волшебству, но ведь так и было! Один из посетителей громко удивился и ему пояснили, что у одного из официанта дар перемещать предметы на небольшое расстояние.
  Нине немного стало грустно: если бы в королевстве существовали школы, то, возможно, этот официант стал бы магом-пространственником, а так его удел либо воровство, либо посетителей удивлять перемещением блюд.
  И всё же девушка была довольна, что приехала в столицу, особенно вернули ей уверенность в себе удачно выполненные поручения и не вызвавшие никаких затруднений покупки для мастериц. Слишком близко к сердцу она приняла всю ситуацию и, возможно, выбрала неправильную линию поведения. Не стоит ей быть пушистой овечкой, как-то окружающие быстро "стричь" привыкают, не отдавая ничего взамен. Чай её весь выпили, сладости съели, всё это припоминать мелочно с её стороны, но вот о расходах за поездку опять-таки, ни слова не сказал Штерц, а она надеялась до последнего, давая ему шанс не разочаровывать её.
  Леди дождалась десерта, с умилением наблюдала, как огонь, пляшущий в бокале, менял цвет, а после рассыпался искрами. Нина подняла глаза и увидела мужчину, который занимался украшением её десерта огнём, и чуть склонила голову, показывая, что ей очень понравилось маленькое представление.
  Сама же леди, наслаждаясь десертом, продолжила размышлять над тем, что же она за зверь? На роль хищника Нина себя не определяла, но беззащитной она себя не чувствовала. При необходимости она могла в замке такого зверя сыграть, тем более, при том договоре, что для неё составил Генти, что...
  Чего это она раскипятилась? Нет нужды изображать тигра, настало время лишь слегка показать, что есть зубки и коготки, осадила она свои фантазии. Составить отчёт о заработанных деньгах вместе с тратами и отдать их, предварительно забрав своё.
  Вполне в духе господина Штерца, а если он вякнет, то на первый раз достаточно укорить его взглядом, а если не поймёт, то придётся сесть с ним за стол и многое совместно посчитать.
  Восстановленная кружевная мастерская окупила не только Нинину зарплату, но и возвращение слуг в замок. Мужскую ораву, что сопровождает лорда, она в расчёт не брала, не её епархия. А ещё доход от ткацких станков! Так что она как леди-хозяйка себя оправдала, о чём теперь с гордостью может сказать!
  Леди подозвала официанта.
  - Для моей служанки нельзя ли заказать такой же десерт? - спросила она.
  Очень хотелось Мируну порадовать. Девушку с собой она не могла провести в зал, но для сопровождающих слуг было своё помещение, которое она придирчиво осмотрела и осталась довольна. Так они и обедали, Нина в одном зале, Мируна в другом.
  Расплатившись, девушки вернулись в отель. Нужно было спрятать деньги и подумать, чем занять себя на оставшийся день.
  - Мируна, вот тебе два золотых, погуляй по столице, побалуй себя покупками. Я довольна твоей работой.
  Девушка обрадовалась и растерялась. Так сразу и не придумаешь, на что деньги тратить. Обычно этим занимаются отец с матерью, а если привезти премию домой, то они всё заберут.
  Сначала у неё мысли скакнули в сторону сладостей, но леди сама покупает их в достатке и никогда не жалеет, угощает. Потом показалось, что разумно купить украшение, но родители могут забрать его для младшей сестры, ведь ей скоро замуж выходить.
  Нина спросила, о чём Мируна усердно думает и, услышав о затруднениях, предложила:
  - Знаешь, неизвестно, удастся ли тебе ещё раз выбраться в столицу. Любая покупка со временем истреплется и пропадёт. Потраться лучше на хорошие воспоминания.
  - Это как?
  - Когда мы оформлялись вчера, внизу на тебя всё смотрел симпатичный мужчина, кажется, он работает здесь охранником.
  - Вы думаете, он меня в чём-то подозревает? - ахнула Мируна.
  - Я думаю, что ты ему приглянулась. Так бывает, кто-то более симпатичен, чем другие, - тактично пояснила Нина.
  - Думаете? - застеснялась девушка.
  - Только ты не придумывай себе ничего лишнего, - осадила появившуюся восторженность в глазах Мируны леди, - у тебя сейчас свободное время, ты могла бы погулять по городу, сходить в кафе, в цирк, а тебе не с кем.
  - Это точно, одна я не осмелюсь.
  - Возьми и пригласи того мужчину. Так ему и объясни, что завтра мы уезжаем, а тебе хочется увидеть самые красивые, запоминающиеся места, сходить на представление и, самое главное, у тебя для этого есть деньги, которые ты готова потратить. Заодно и посмотришь, что за человек, как он поможет тебе два золотых истратить.
  - А что, посмотрю, - задумалась Мируна, - при распределении чужих денег как раз характер и виден. У меня отец не жадный, даёт матери столько, сколько ей нужно, а вот в других семьях мужчины зажимают деньги.
  - Только если и охранник жадным окажется, не жалей, считай, что ты приобрела очень хороший жизненный опыт и всего-то за два золотых.
  
  Спускались вниз вместе. Мируна попрощалась с леди и отважно отправилась приобретать впечатления, проявив немного авантюризма, а Нина остановилась узнать, где для леди можно прилично провести свободную вторую половину дня.
  Ей рассказали об открытие выставки художников, про дом лорда Виара, в который ещё неделю будет открыт свободный доступ и там можно посмотреть на предметы, привезённые им из разных экспедиций.
  Нина попросила сопровождающего для своего кучера и отправилась покататься по городу, а заодно и в дом Виара.
  Вернулась усталая и немного разочарованная. Всё-таки люди здесь хоть и интересные, многие даже талантливые, но совершенно не умеют оформлять и подавать материал. В доме лорда Виара она увидела кучу предметов, даже прочитала подписи под ними, но мало что поняла.
  Ну что такое кукузума? Лежит палочка с дырочками, похожа на флейту и под ней надпись: "Кукузума".
  Нина побродила среди немногочисленных посетителей, которые делали вид, что им интересно, но вскоре вышла и зашла в ресторан, где была днём. Вот там её удивили, накормили, да ещё она посмотрела развлекательную вечернюю программу. Низкопробная радость вышла взамен культурного отдыха, но так уж получилось.
  Выехали из столицы с утра, поначалу настроения не было, возвращаться в замок не хотелось, но вскоре девушки разговорились. Мируна поделилась своими впечатлениями от прогулки, Нина своими. Её смелое предложение Мируне пригласить охранника оказалось донельзя удачным. Они вместе прошерстили весь город, побывали в культурных заведениях и не очень. Честно потратили все деньги и получили массу впечатлений.
  - Но замуж я за него не пойду!
  - Жадноват?
  - Ну, не то чтобы, но расчётлив. Погуляли хорошо, но...
  Нина кивнула: мужчина с фантазией, но за деньги спутницы.
  - Не жалеешь, что потратилась?
  - Нет, миледи, ни капельки! У меня сейчас голова пухнет, столько я вчера всего увидела, но потом я ещё долго буду вспоминать. А так у меня всё есть, одета, обута, сыта, мать следит за нами, грех жаловаться.
  
  По дороге Нина сделала последнюю закупку двух мешков соли, уложила их под сидения. Для своего удовольствия купила сладостей в примеченных ранее лавках, трав для чая. Позади кареты был закреплён сундук, забитый швейными принадлежностями, это всё для работы мастериц.
  В этом месяце Нина решила рискнуть и сплести кружева из чёрных и коричневых ниток. Даже если мода не примет подобное отклонение от традиции белоснежного плетения, то чёрный цвет в редких случаях все равно необходим, так что не пропадут экспериментальные образцы, только дольше продаваться будут.
  
  Они уже были близки к землям Алоиза, когда карету догнали и остановили какие-то люди. Мируна аж спала с лица, Нина тоже перепугалась, но должен же был кто-то оставаться в разуме, поэтому девушка решительно открыла дверцу кареты.
  Несколько мужчин держали их лошадей, а всадники кружили вокруг, нагнетая нервозность. Как только леди при помощи палки откинула для себя ступеньки и соскочила, на неё сразу обратили внимание. Нина уже поняла, что это соседи хулиганят, и противостоять им можно только давя авторитетом леди.
  "Вот сейчас я и узнаю, что за зверь я в гневе!" - посмеялась над собой Нина и прошла вперёд, ближе к наблюдающему за разбоем всаднику.
  
  - Представьтесь! - строго потребовала она.
  Мужчина лишь насмешливо на неё посмотрел. Девушка не сдвинулась ни на шаг и, задрав подбородок, умудрялась делать вид, что она смотрит сверху вниз на недостойного.
  Хаос вокруг поутих, все ждали реакции своего предводителя. Нина прекрасно понимала, что они не могут ничего ей сделать, иначе она потом опозорит их лорда на всё королевство. Она леди!
  Но в крайнем случае, можно ведь и убить, чтобы некоторые леди не разносили ненужных слухов! Об этом Нина старалась не думать, всё-таки не так далеко зашло противостояние между Алоизом и соседями.
  - Лорд Скендер, - назвал себя всадник, - а вы - леди Нарибус?
  - Вы правы, лорд Скендер, что у вас случилось?
  - У меня?!
  - Да не просто же так вы остановили мою карету! Поэтому я спрашиваю, какую помощь от меня вы хотите получить?
  Лорд с любопытством смотрел на хорошенькую молодую леди. Очень хорошенькая, глаза блестят, белоснежные зубки прикрывают удивительно розовые губы, а прядь волос, выбившаяся из-под шляпки, необыкновенного цвета.
  И надо же, какая храбрая! Кучер вон в кусты убежал, а она смотрит на него, как стражник на карманника.
  - Помощь мне ваша не нужна, леди Нарибус, но я хотел бы пригласить вас к себе. Вы уже дольше месяца живёте в замке Алоиза и ни разу никого не навестили из соседей, - прозвучало чуть насмешливо и с упрёком.
  "Лорд Скендер - тот самый сосед, что перекрыл реку. Он один из самых активных организаторов травли Алоиза, - соображала Нина. - У него люди тоже занимаются промыслом рыбы и возят её в столицу торговать, только не в тех масштабах, что устроил отец Резара".
  - Да, пожалуй, вы правы, - совершенно неожиданно для лорда Скендера согласилась леди. - Думаю, нам есть что обсудить, и надеюсь, у вас вкусно кормят. Я принимаю ваше приглашение.
  Маленькое удовольствие Нине доставило ошеломлённое выражение лица лорда.
  - Мы с леди Скендер будем рады принять вас, - ответил он дежурной фразой, и пока леди дожидалась возвращения из кустов своего кучера, лорд отправил вестника домой предупредить супругу, что вернётся с гостьей.
  
  Наверное, нужно было отбиваться словами, а не ехать к лорду в логово, но Нина решила, что ссориться у неё получается хуже, чем выстраивать деловые отношения. К тому же она очень оценила в этом мире почитание леди.
  Пока она себя ведёт достойно, никто не посмеет её оскорбить ни словом, ни делом. Только если уж совсем на мерзавца нарвётся, но тут уж не предугадаешь.
  Правда, сделанные ею выводы могли иметь нюансы вроде того, как Штерц не постеснялся попробовать зажилить ей деньги за поездку, или кидаемые недобрые взгляды людей Алоиза за ущемление их прав в поведении. Но это всё давление на нервы, а вот поездка в гости ничем ей не грозит. Именно это она повторяла про себя, и очень обрадовалась, что лорд женат, а то мало ли...
  
  Встретили леди Нарибус хорошо, вежливо, с улыбкой. Леди Скендер оказалась матерью трёх детишек, которые с любопытством смотрели на гостью. Можно было предположить, что леди одного возраста с Ниной, но роды и недостаточный уход за собой прибавил ей десяток лет. И всё же гостья находила её привлекательной.
  После приветствий и дежурных фраз все прошли в столовую. Гостья похвалила искусство местного повара, хотя Алоизам намного больше повезло в этом плане, а когда дети побежали играть, то между хозяевами и ею завязалась беседа.
  Поначалу Скендеров интересовало, из каких земель прибыла леди Нарибус, а после незаметно перешли к животрепещущим темам.
  - Не понимаю, как такая леди, как вы, могла согласиться стать леди-хозяйкой у сына пастушки! - не выдержал лорд, и все разговоры сразу прекратились. За столом сидели помимо хозяев их управляющий, учителя младших лордов, старая родственница.
  Нина с удивлением, развернулась к лорду. Она уже примерно оценила, что это за человек и понимала, что стоит говорить в его присутствии, а о чём лучше помолчать.
  - Лорд Скендер, о чём вы! Разве может кровь пастушки забить кровь лордов? Я видела портрет старого Барвинка и, поверьте, избавление от крючковатых носов - это всё, что внесла та пастушка в родовую линию. Иногда такое вливание свежей наследственности только на пользу.
  Леди Скендер улыбнулась на упоминание крючковатого носа, как и старая родственница. А лорд Скендер не знал, что и ответить, с этой стороны он никак не рассматривал ситуацию. Нина решила воспользоваться некоторым замешательством и, пользуясь своим земным преимуществом поглощать абсолютно разную информацию и умением ею оперировать, продолжила:
  - Вы читали торговые сводки за последний год?
  - Э-э, время от времени, - и бросил взгляд на своего управляющего. Тот со вниманием посмотрел на гостью.
  - А у меня всё как-то не было возможности, и вот только сейчас, будучи в столице, мне удалось просмотреть всё разом. И знаете, что неприятно поразило?
  Нина дождалась полного сосредоточения на себе.
  - Нижнее герцогство почти полностью подмяло под себя рыбный рынок. Ещё немного - и скоро они начнут диктовать свои цены столице, а там дело времени, когда закроют доступ к рынку всем остальным.
  Первыми оценили новость леди Скендер и управляющий. Лорд поначалу только хмыкнул, его подрывная деятельность по отношению к лорду Алоизу, сделавшему ставку на рыбную торговлю, получила наглядное подтверждение. Он основательно подгадил соседу и закрыл ему основной источник дохода.
  Правда, возникло беспокойство, что при агрессивной политике Нижнего герцогства его собственная торговля рыбой может пострадать, но он особо не потеряет, ведь его люди не этим живут. На землях Скендера река соединяется с несколькими более мелкими реками, и он богатеет на пошлине за проезд, за обслуживание барж, у него же можно закупить льда для тех, кто везёт свежую рыбу издалека.
  Хлопотное у него хозяйство, подчас он и сам не знает, сколько услуг оказывают его люди речному транспорту, но налоги они все платят исправно и жаловаться ему не приходится.
  Нина заметив, что управляющий нахмурился, а леди тревожно посмотрела на него, потом на мужа, больше не стала ничего говорить. Лорду всё объяснят в семье, чем грозит его существованию дальнейшее давление на Алоиза и главенство позиций Нижнего герцогства в столице. Лишь бы поздно не было.
  Чисто по-соседски Нина поделилась с хозяйкой собственноручно составленным из трав и кусочков фруктов чаем, пообещала ещё заезжать в гости и распрощалась со Скендерами. До ночи она намеревалась проехать приличное расстояние. Лошади отдохнули, поэтому завтра уже днём она окажется в замке.
  Поздно вечером, когда Нина останавливалась на ночлег, она не выдержала и попеняла кучеру за трусость. Он оправдывался и рассказал, что за ними целый день следили, но окружили только когда появился лорд. Девушка не поняла, чем для кучера лорд страшнее его людей, но для себя сделала вывод, что на карету не рискнули напасть без хозяина. Всё-таки страх имеют.
  На следующий день всё казалось приключением. Уже хотелось вернуться в замок и поделиться новостями. Нину ждали чуть позже, поэтому её приезд вызвал ажиотаж. Мируна выскочила и крикнула прибежавшим мастерицам, что весь товар они с леди продали. Наконец-то леди-хозяйка увидела радостные взгляды, направленные на неё.
  Расчёты производили в тот же день. Когда Нина высчитала из дохода потраченные ею деньги на дорогу, Штерц хотел было внести поправки, но девушка приподняла бровь, послала ему насмешливую улыбочку, и было в этот раз что-то в её глазах такое, что господин управляющий решил не связываться, а леди, словно прочитав по его лицу мысли, удовлетворённо кивнула.
  "Всё-таки она очень привлекательна и необычна", - подумал он, скрываясь за бумагами, чтобы не показывать, что он смущён проявленной проницательностью и догадками его экономии за её счет.
  Нина ликовала. Всё у неё получилось, без высказываний она сумела отстоять свои позиции и можно впредь продолжать быть лояльной особой. А если ещё и лорд Скендер изменит своё поведение, то она вообще молодец!
  
  Второй месяц ознаменовался приездом магически одарённых рабочих, занявшихся прокладыванием труб. Двор снова был загажен, и местные со злорадством смотрели на леди и ждали, что она будет делать. Нина только пожала плечами, тактику штрафов никто не отменял, главное вовремя об этом оповестить новых людей. Прибывшие рабочие гораздо спокойнее местных приняли существующие правила и выполняли все требования, заведённые в замке.
  Из-за большего количества проживающего народа увеличилась нагрузка на кухню, и пришлось нанять ещё женщин-помощниц. В суете время летело быстро, и Нина мимоходом получила свою зарплату. Только когда следующую партию кружев человеку управляющего не удалось продать, господин Штерц позвал её и начал выяснять, как она умудрилась втюхать по приличной цене их товар.
  Раньше управляющему это было неинтересно, он с удовольствием забрал деньги тогда у леди и не полюбопытствовал, были ли сложности у неё в сбыте. Сейчас он слушал со вниманием про упавший спрос и про договор, который Нина заключила с салоном.
  - Надо было заключать договор на имя лорда Алоиза, - попенял он.
  - Надо было послать со мной доверенного человека, тогда он и проследил бы за правильностью оформления договора, - тут же парировала леди. - Простите, но вывоз товара и поиск покупателя не входят в мои обязанности, - обиженно добавила она.
  - Простите, леди Нарибус, и примите мою благодарность.
  Нина с вопросом в глазах посмотрела на Штерца, подразумевая, что хотелось бы ощутить финансово эту самую благодарность, но толстяк сделал вид, что не понимает, хотя озарение снизошло на него довольно ярко. Леди сохранила безмятежный вид, но в душе хмыкнула и обозвала Штерца жадиной.
  - Вы поистине бесценный управляющий для лорда Алоиза, бережёте каждую монетку.
  - Леди Нарибус, не согласитесь ли вы съездить ещё раз в столицу? Вы сможете отдохнуть немного, сменить обстановку и заодно сдать в салон наши ткани с кружевами.
  - Может быть, и соглашусь, тем более обещала навестить чету Скендеров.
  - Да, нехорошо тогда вышло, вам пришлось ехать к ним.
  - Почему же нехорошо, мы очень толково с ними поговорили, и думаю, пришло время теперь и вам встретиться с управляющим лорда.
  - Да? Раньше он не хотел со мной разговаривать, - буркнул Штерц.
  - Раньше никто не обращал его внимание на то, что Нижнее герцогство успешно захватывает рынок сбыта рыбы. Если так пойдёт и дальше, то нет смысла мелким торговцам везти рыбу в столицу, а значит...
  - Наступит затишье у лорда Скендера. Я всегда говорил, что он недальновиден! Так вы думаете, что они готовы к переговорам?
  - Уверена, что его жена и управляющий уже многое разъяснили лорду. Так что попробуйте найти общий язык. Сами они не придут первыми, гордость помешает, а вы будьте умнее. А то все земли вокруг пострадают. Герцог не тот зверь, которого легко будет вытеснить со столичного рынка, так что как бы не опоздать!
  - Да, вы правы леди, что же вы раньше не рассказали?
  - Раньше вы были очень расстроены выплатой непредвиденных расходов на поездку, - мстительно напомнила Нина.
  - Ну, миледи, что это вы о старом вспомнили...
  - Да вот как-то накануне новой поездки и вспомнилось.
  - Э-э, вы тогда остановились в неплохом отеле, только, похоже, заняли верхний этаж?
  - Всё верно, пришлось экономить.
  - Мы всё исправим, это же недопустимо! Когда вы готовы будете выехать, леди Нарибус?
  
  
  Поездки в столицу Нине очень нравились, тем более теперь она останавливалась в достойном номере. Ближе к лету в салоне выставили несколько платьев и жакетов, изготовленных из кружев мастериц замка Алоиз.
  Несмотря на то, что хозяйка салона ради удешевления стоимости умело использовала вставки из тканей в изделии, платья всё равно стоили очень дорого. Несколько дней на них только смотрели, а потом покупатель пошёл косяком. Вещь стала статусной, и позволить её могли только очень обеспеченные леди.
  Нина побывала в столичном театре, один раз была в цирке, очень ей понравились выступления артистов-магов. Она уже знала, какие в столице лучшие рестораны, обзавелась некоторыми знакомыми и совершала визиты по приезду в город.
  Обстановка в замке спустя полгода её работы кардинально изменилась. Больше никого штрафовать не приходилось. Более того, Нина занялась облагораживанием двора. Она наняла садовника, и часть стены замка уже украшали растения, не говоря о том, что появился маленький садик с цветами.
  Недавно девушка переехала в другие покои, где был проведён водопровод и появился настоящий туалет. Счастью её не было предела!
  Госпожа Бовач прочно заняла позиции главного поставщика продуктов для замка и всё чаще поглядывала на леди Нарибус как на свою будущую невестку.
  Маленький наследник постоянно прибегал к ней, чтобы похвастаться тем, чему его научили, и ждал ласки. Нина поначалу радовалась почувствовавшему вкус учёбы ребёнку, но позже сменила поведение и оставалась строгой с мальчиком, не желая привязывать малыша к себе, но даже её немногословность и скупое поглаживание по голове ожидались им и совсем не отталкивали от неё. Мальчик был не против, если бы леди-хозяйка навсегда осталась в замке.
  Потом она начала замечать, что соседи стали поговаривать о том же, её кандидатура в качестве леди Алоиз их очень даже устраивала. Тем более вышел новый ежегодник, и там о ней всё так загадочно написано, а знакомый редактора по секрету сказал, что леди из королевской семьи. Так кто не захочет получить в соседи принцессу?
  Положение лорда Алоиза выровнялось, как только лорд Скендер начал пропускать баржи молодого соседа по реке. Его решение послужило сигналом о прекращении блокады, и Штерц с молодым хозяином активно возобновили переговоры со всеми соседями. Они все даже создали некое сообщество, призванное противостоять Нижнему герцогу, который не терпел конкуренции и всячески препятствовал появление чужого товара на рынке. Лорд Алоиз ранее был основным поставщиком рыбной продукции и теперь у него появился новый враг, но Нина уже не вмешивалась в эту войну.
  Она была довольна своим положением, ей нравилось заслуженное уважение, перемены совершенно справедливо связали с ней, и пусть она дала только толчок, а молодой лорд не оплошал и сумел подхватить новую волну деловых соглашений, всё же без неё многого могло и не быть.
  Каждый свободный вечер Резар караулил Нину и рассказывал ей о делах. Она выслушивала его, хвалила, добавляла уверенности там, где он сомневался. Девушка давала общие советы вроде тех, что не стоит бояться ошибаться, этого не избежит ни один человек действия. Что иногда надо поставить себя на место другого и подумать, как тот человек поступил бы и тогда станет понятным, чем руководствуется оппонент, что для него важно, а где можно добиться уступок. Нине было смешно, что молодой лорд слушает её с таким неподдельным восхищением. Наконец-то банальности её мира принесли ей дивиденды!
  В общем, всё было хорошо у Нины, но с каждым днём она всё больше ловила себя на раздражении, когда ей намекали, что неплохо бы выйти замуж за Резара.
  Он, конечно, милый парень и очень представительный. За полгода в нём произошли разительные перемены, впрочем, как и в Нине. Но оставаться в этом захолустье она не желала.
  А Резар всё настойчивее проявлял к ней мужское внимание, бросал страстные взгляды и буквально проходу не давал при полной поддержке всех своих людей. В конце концов, Нина поняла, что против неё затеян заговор, и если она ничего не придумает, то останется здесь женой лорда Алоиза к всеобщему счастью.
  В следующей поездке в столицу после снизошедшего откровения, она приобрела свежий ежегодник и начала подыскивать жену Резару. Выбрала нескольких леди с подходящей родословной и капиталом, потом написала письмо с описанием своей проблемы Имричу, а после начала подготовку к балу.
  Нина чуть не придушила Штерца, когда тот отказался тратиться на организацию летного праздника, но девушка костьми легла в этом вопросе. Ей оставалось продержаться ещё четыре месяца, и бал должен был помочь в этом.
  
  Леди Нарибус выложилась, как могла, только чтобы поразить, удивить гостей. Лучшая музыка, самые интересные артисты-маги, нашла человека, который смог бы исполнять роль массовика-затейника для лордов и леди. Пригласила из столицы официантов, умеющих подавать еду "как по волшебству". Проявила земную фантазию по украшению помещений, удивила всех разнообразием новых напитков.
  По окончании летнего бала, к удовольствию Нины, гости ещё долго говорили о нём, даже в столице прошёл слушок о необычайно удачной организации праздника в замке Алоиза. Но самое главное - молодым лордом заинтересовались несколько семей с девушками на выданье.
  Всем им Нина прислала по письму, где указывала, сколь много у лорда предприятий, и какой доход они приносят ему. Не очень хороший поступок с её стороны, но она уже начала опасаться за свою честь. Не то чтобы ей так страшно было бы оказаться с Резаром в постели, вовсе нет. Для здоровья этот молодой экземпляр очень даже подходил, но политика отношений этого никак не позволяла. Даже если они потом разбегутся, в чём она сомневалась, то впоследствии ей не хотелось бы, чтобы в будущем её муж столкнулся в одном зале с её бывшим любовником. Лордов очень мало в королевстве, а мир тесен, и... в этом деле лучше конюха найти, чем связаться с лордом!
  Вот так Нина и дотягивала свою службу леди-хозяйкой. Почти под самый конец у неё появилась передышка, когда к ним в гости привезли невест. Это добавило больше хлопот, но от навязчивости Резара леди Нарибус избавилась.
  Юные девушки спокойно проживали в замке, подчиняясь воле родителей, а вот леди Тсера Ширай, будучи чуть постарше других кандидаток, начала брачную охоту на хозяина замка.
  Ей было двадцать, хотя Нина определила её возраст как двадцать пять. Тсера была по-своему притягательна, черноволосая, яркая, с какой-то безудержной страстью в облике. Хозяйство Алоиза она сразу оценила, всё ей пришлось по душе. Нину она предупредила, чтобы та не рассчитывала оставаться леди-хозяйкой ещё на год. Тсера редко улыбалась, но не капризничала, как некоторые юные невесты, оставаясь наедине с прислугой.
  Один раз Тсера спасла Нину от попытки Резара проявить настойчивость.
  Лорд Алоиз видя, что леди Нарибус ускользает от него, решился действовать активно и подловил её в библиотеке. Он начал с горячих признаний в любви, продолжил жаркими объятиями с намерениями закончить всё в спальне.
  Нина не могла даже толком отбиться, так крепко он её прижал! Не могла она позвать на помощь, это заставило бы её принять его предложение. С задранной юбкой, с разорванным платьем, бесстыдно стащенным почти до пояса, она с отчаянием отпихивала от себя лорда, когда неожиданно получила свободу. Леди Тсера, не особо таясь, подкралась и огрела пылкого лорда вазой по голове.
  - Надеюсь, дурачком не станет, - прокомментировала она свой удар, глядя на упавшего хозяина замка.
  - Спасибо, - выдохнула Нина.
  - Если увижу ещё раз вас вдвоём, вы об этом пожалеете, - пригрозила она, опускаясь на колени и подкладывая подушку под голову молодого мужчины.
  - Да больно надо, - огрызнулась Нина, - как мне теперь отсюда незаметной выйти? Ведь назло кто-нибудь попадётся!
  Тсера сняла с плеч кружевную накидку и подала её расхристанной Нине.
  - Прикройся! - чуть брезгливо бросила она.
  "Ну и с-сука!", - оценила помощь пострадавшая.
  С того дня она вела себя чрезвычайно осторожно, всегда запиралась и чувствовала себя в осаде. Резар не сдавался, чем всё больше распалял Тсеру. Какое же счастье было, когда за неделю до окончания срока договора приехал господин Генти! Нина завела его в уголок, огляделась, заперла дверь и бросилась ему на шею со слезами, так её достала парочка Резар-Тсера. Все гости спустя пару недель разъехались, а эта упёртая девица осталась и добивалась своего.
  - Ну что вы, леди Нарибус, что вы, - боясь даже приобнять, растеряно повторял Генти. - Я только хотел отметить, что вы изменились за год, стали очень уверенной в себе, властной, а вы тут...
  - Простите меня, - неприлично шмыгнув носом, выдавила Нина, - устала. Днём и ночью ожидаю подвоха. Резар одержим мною, а я затеяла его пристроить мужем какой-нибудь подходящей леди, так теперь тут ещё одна одержимая, только уже им. Они оба сводят меня с ума, - и совсем жалобно, просяще добавила: - Нельзя ли мне уехать пораньше?
  - Не получится, но я тут, и намерен следовать за вами по пятам и защищать вас ото всех, - подавая платок, очень нежно произнёс Генти.
  - Спасибо, я тут так расстаралась, - невесело усмехнулась девушка, - что союзников по делу "поскорее покинуть замок" у меня нет.
  - Ничего, мы справимся, а они вас не получат, раз вы не хотите, - поддержал мужчина.
  - Только у меня для вас плохие новости, леди Нарибус.
  Нина насторожилась, что ещё могло случиться.
  - Лорд Ветус не поехал в этом году в столицу, и годы взяли своё, - печально произнёс он.
  "В столицу? Ах, он же в столице пьёт воду!"
  - Но почему он...
  - Просто устал, - сразу понял, о чём хочет спросить леди.
  - И... он умер?
  - Нет, жив, но, может, пока меня не было...
  Новость опустошила землянку.
  - Я ездил в столицу, оповестил лорда Милоша Ветуса, нынешнего хранителя озера и правнука нашего лорда. От него я сразу бросился к вам. Мы получили ваше письмо и если бы не плохое самочувствие лорда, то я тотчас бы к вам поехал, а не к Милошу.
  - Да, я понимаю.
  
  Генти сдержал обещание и не выпускал леди Нарибус никуда одну. Он с удовольствием хвалил её, видя, как жизнь в замке преобразилась, стойко противостоял лорду Алоизу и Штерцу, и в этом ему помогала активная леди Тсера Ширай.
  А Нина теперь малодушно спрашивала себя, куда она поедет, где будет жить и что ей делать дальше? Лорд Ветус был её надеждой, опорой, стабильной точкой, от которой она отталкивалась. Она ругала себя за эгоистические мысли, но что делать-то, если он умрёт?!
  
  

Глава 9.

  
  
  Прощание.
  
  Отъезд леди Нарибус из замка напоминал бегство. Нина, нервничая, то смеялась, что уносит ноги, чтобы не залюбили на долгие годы в этом гостеприимном доме; то досадовала: ведь если бы с самого начала все готовы были сотрудничать, то она смогла бы сделать намного больше. А так, водопровод и канализация проложены только для хозяина и, соответственно, для тех, кто ниже или выше его покоев поселился.
  Можно было ещё полгода назад докупить ткацких станков, но Штерц сделал ставку на кружевниц, вызнав, что Нина не умеет придумывать рисунки на ткань, а значит, не стоит расширять в этой области производство.
  Было желание у леди-хозяйки по-особому подать на продажу фермерскую продукцию госпожи Бовач, но и здесь она столкнулась с придирчивым вопросом: "А вы уверены, что дополнительные вложения в упаковку оправдают себя?"
  Леди не смогла поручиться стопроцентно, что всё будет тип-топ, и её инициативу вежливо затоптали, а сама она не чувствовала себя настолько опытной, чтобы браться самостоятельно за организацию нового дела.
  Зато последний месяц прошёл под лозунгом: "Любой каприз, только останьтесь!"
   И снова смешно стало, господин Штерц по пунктам озвучил все Нинины капризы. Он готов был сиюминутно выделить деньги на проведение водопровода и, соответственно, водяное отопление по всему замку; на новое помещение для псарни за стенами замка; на покупку ещё двух станков, даже трёх, но в этом пункте рука толстячка непроизвольно придерживала нервно реагирующее на расточительство сердце.
  Щедрость управляющего простиралась даже на организацию нового дела, в разумных пределах, конечно. Тут, правда, управляющий мялся, краснел, так как в своё время выкинул идеи Нины из головы и никак не мог вспомнить, что же она хотела, но ведь расстроилась тогда, это он точно помнил.
  Девушка оценила все его старания, мысленно вылила ему на макушку чернила, размазала, а наяву хищновато улыбнулась. Вслух произнесла лишь: "ДорогА ложка к обеду!" и оставила Штерца обдумывать, что она имела в виду и стоит ли включить в список капризов закупку столовых приборов.
  Сложнее всего было с лордом. Он возмужал, почувствовал уверенность в себе, у него всё теперь получалось, неудачи остались в прошлом, он хозяин своих земель, людей! Энергия власти с каждым днём ощущалась в Резаре Алоизе всё сильнее и, по мнению Нины, у молодого лорда появлялась угроза потерять себя, зарваться во вседозволенности, потерять голову от успеха, почитания, уважения, да и от раболепствования многих перед ним.
  Нина стала бояться, что он запрёт её в замке, а люди промолчат.
  
  Леди Ширай всех настораживала, она была полной противоположностью леди Нарибус, очень любила лошадей, не боялась садиться на едва объезженного жеребца, немного резкая, ревнивая, порывистая. Могла сама слуге пощёчин надавать, могла служанке дорогое платье отдать за незначительную услугу. Кого-то её яркость и непредсказуемость восхищали, заставляли крутиться рядом в надежде угодить и получить дорогой подарок, но кто был постарше, те старались держаться от неё подальше.
  Резара леди Ширай по-своему привлекала - и в то же время раздражала. Он разрывался между желанием выставить её голой из замка за навязчивое поведение или, наоборот, показать ей в спальне, сколько негодования у него накопилось. Будила в нём Тсера буйные чувства, и он опасался, как бы не прибить её ненароком.
  Нина в последнюю неделю научилась шнурком просачиваться в щёлки, давать указания и исчезать, только чтобы в очередной раз не сталкивать между собой сопровождающего её повсюду господина Генти и лорда Алоиза. Слишком разные у них весовые категории, с какой стороны не посмотри, но помощника управляющего она зауважала от души. Не останавливали его ни тяжелая рука лорда, ни его властность, ни охрана. К слову, последние уже сами избегали язвительного человека леди, чтобы не попасть под суд, чем он рьяно грозил всем.
  Не хотелось леди Нарибус расставаться с Мируной. За год Нина не раз убеждалась, что Мируна - хорошая девушка, честная, трудолюбивая, добрая, умеющая собирать в себе житейскую мудрость, обладающая внутренним благородством. Именно благодаря ей все неудобства проживания в замке обошли Нину стороной. Она хотела бы предложить Мируне работу горничной при ней, и знала, что та согласится, но не могла позвать девушку за собой в никуда! Что толку от небольших накоплений, если будущее её теперь в тумане и каждый прожитый месяц будет означать лишь, что денег осталось меньше.
  Был ещё один момент, который огорчал Нину - отношение к маленькому лорду. Резару до него как не было, так и нет дела. Может, мальчик и смог бы при нём вырасти сорной травой, но Тсере малыш не понравился. Она демонстративно отворачивалась, бубня про жуткие бесцветные глаза Дара, и от неё можно было ожидать всего.
  "Шальная она какая-то", - с неприязнью думала о ней Нина.
  Пыталась леди Нарибус просить соседей присмотреть за юным наследником, но те предлагали ей самой остаться и воспитывать мальчика, попутно намекая на продолжение традиции по устройству балов по праздникам. Что ответить на такие пожелания, девушка не знала и решила хотя бы писать лорду и Штерцу, спрашивать, как поживает малыш, чтобы не думали, что о нём все забыли.
  Нина оставила щедрые вознаграждения начальнику стражи и молодому воину за их уроки с юным лордом. Поблагодарила кухонных работников замка за их прекрасную службу, а особенно Розу, которая подкармливала малыша с Хайром, когда они жили в башне. Больше она не знала, что может сделать для наследника, быть может, всё у него обойдётся, и он вырастет спокойно.
  
  Всё это волновало Нину, когда она находилась в замке, а когда вырвалась, то в пути её напугал лорд Скендер, нагнав со своими людьми и устроив почётный эскорт, за что она от души пожелала ему провалиться где-нибудь куда-нибудь. Вот дала же Богиня леди Скендер такого шебутного мужа!
  А потом Нина ехала, подпрыгивала на ухабах, выглядывала в окошко, и не верилось ей: неужели год прошёл, и она вырвалась?! Сумасшедший год, сколько он принёс ей переживаний, чего она только не думала о себе из-за всех окружавших её людей! Жизнь в замке - это какая-то прилюдно-общественная жизнь без права на уединение! Принять, ужиться в этом закрытом замковом мирке оказалось непросто. Слава Богу, да и Богине, что всё позади!
  О многом в дороге думала Нина Александровна. Щемило сердце об оставленных родителях. Как они там? В данном случае очень хорошо, что они у неё такие занятые эгоисты, а то переживали бы, здоровье потеряли. Конечно, погорюют, но не верилось, что это будет долго, ну и пусть. Вот бабушка бы не пережила известия о невесть куда пропавшей внучке, душевным она была человеком, но нет её, и уже давно.
  Перетекали мысли с воспоминаний о прошлом, далёком и не очень, к лорду Ветусу. Много ли она с ним общалась? Пожалуй, нет. Но вот его поддержка, даже не просто как человека, а как мужчины, позаботившемуся о незнакомой женщине, стала ценной.
  Именно благодаря ему Нина снова поверила в любовь. Как он тогда рассказывал о своей Иве! Принцесса Ива, никому не нужная, наверное, уже отчаявшаяся найти кого-то, кому потребовалось бы тепло её души. У Нины наворачивались слёзы, когда она мусолила эту историю, иногда самостоятельно додумывая детали.
  Бывало, господин Генти усаживался в карету и тогда рассказывал, что изменилось в имении Ветуса. Алика Бедрич продолжала работать домоправительницей, а заодно занялась изготовлением обуви. Конечно, сама она не шила, но рисовала, отбирала материал, оплачивала работу, всё своими силами.
  - Она обещала мне прислать готовую модель, - с укоризной вспомнила Нина.
  Генти в защиту госпожи Бедрич только и сказал, что пока не получается у неё добиться крепости моделей. Красивая обувь, но каблуки у её полусапожек ломаются чуть ли не в первую же неделю.
  - Ой, как жаль, - расстроилась девушка, пытаясь догадаться, в чём может быть проблема. Когда они придумывали модели с Аликой, то всё казалось просто выполнимым, а вот на деле появились нюансы, понадобились специфические знания, и как бы она не разорилась теперь!
  Неловко было спрашивать о господине Джуле, а именно, не женился ли он, но, похоже, нет. Рассказывал спутник о кузне, тамошние мастера много новинок за прошедший год ввели в своё производство, особенно в области кухонного хозяйства.
  - Чуть не забыл вас порадовать! - воскликнул господин Генти, - довольно неплохим спросом пользуется ваш металлофон! Ажиотажа больше нет, но за год мы продали ещё почти сотню штук. Господин Джул немного усовершенствовал его, добавил деталей, теперь он на нём столько всего может сыграть!
  - Здорово, я не ожидала, что инструмент приживётся, - счастливо улыбнулась Нина.
  - Ваши отчисления хранятся у господина Джула. Немного, но всё же будет подспорье Вам.
  - Спасибо, хорошие вести.
  
  Торопились, как могли, и если люди могли терпеть напряжение дороги, то животные требовали отдыха, и приходилось отдыхать вместе с ними. В эти дни Нина особо активно придумывала новшества для этого мира. В зависимости от окружающих её условий тянуло заняться то изготовлением дорожных сумок, то обедов в дорогу, то организацией общественного транспорта, то прокладкой дорог... Всё ей казалось по плечу, особенно в минуты сильнейшего раздражения.
  Когда карета приближалась к имению, то Нина отчётливо почувствовала, что они не успевают. Она не выдержала и, стукнув в стенку, за которой сидел кучер, закричала:
  - Гони! Живее давай, гони!
  Генти, ехавший верхом рядом, с беспокойством посмотрел на неё и всё же кивнул кучеру, подтверждая команду леди. Они влетели во двор, и только длинная дорожка к подъезду не позволила им разбиться. Нина выскочила, запнулась о своё же платье, упала, ободрав выставленные ладони. Генти подскочил к ней:
  - Ну что же вы... зачем... - укорил он её за поспешность.
  - Чую, уходит он, - сдавленно прохрипела она.
  Мужчина рывком поднял её, чтобы не путалась в длинном подоле, и Нина побежала. Ей навстречу выскочила полная Мирта, ахнула и замахала руками.
  - Леди скорее, скорее, ждёт...
  Леди Нарибус бежала, оскальзывалась на гладком полу, падала, поднималась и, задрав юбку, бежала дальше. Мирта, побежав за леди, свалилась на повороте и, поняв, что не догонит, осталась баюкать разбитую коленку. А Нина затормозила только перед покоями лорда и увидев, что там есть люди, не сомневаясь, вбежала.
  Лорд лежал на кровати, похудевший, даже скорее высохший и неестественно длинный. На лице остались одни глаза, которые всё ещё ласкали своим теплом присутствующих.
  - Леди Нина, сюда, он ждал вас, - ахнула Алика, уступая место у кровати.
  Нина бросилась вперёд, упала на колени и подползла поближе. Она схватила Имрича за руку и, целуя её, зашептала:
  - Как же так, почему всех бросаешь, Имрич, зачем спешишь?
  Он скосил на неё глаза, чуть углубились морщинки вокруг них из-за попытки улыбнуться.
  - Не плачь... ждал... - сил на слова у него не было, но он очень старался сказать, - ...Нина... не бойся... Ива сказала... ...верь...
  Все ещё прислушивались, ждали, что он скажет, а Имрич так светло улыбнулся, лицо его стало таким счастливым, что не сразу и поняли, что шагнул он к своей Ивушке.
  Нина ещё держала его руку, пытаясь повторить про себя слова, что Имрич сказал, увидела, что лицо его разгладилось, и на миг подумала, что ему лучше, что он заснул здоровым сном, но реальность обрушилась на неё произнесённым словом за спиной: "Всё, ушёл", и она не выдержала. Внутри что-то резко сжалось, жар хлынул в голову и впервые в жизни, девушка потеряла сознание от избытка чувств.
  
  Очнулась она от резкого, прошившего мозг, запаха и непроизвольно отдёрнула голову назад, ударяясь о бортик кровати. В беспамятстве она пребывала ровно столько, сколько потребовалось сходить за нюхательными солями. Никто не подхватил её на руки, не отнёс в покои, не положил бережно на кровать, прикрывая шторы, чтобы не слепило солнце в глаза. Мир поменялся в один миг, и имение Ветуса перестало ассоциироваться с домом. Понимание этого пришло сразу с ударом об деревяшку кровати.
  - Ну что же вы, леди Нарибус, надо быть осторожнее, - произнёс мужчина, похожий на покойного Имрича глазами. Он был в возрасте, на вид ближе к пятидесяти, но угадывать годы хранителя озера - дело неблагодарное. Такой же высокий, как был Имрич, осанистый, по-своему привлекательный, но благородством от него не фонило, увы. Нет, это не означало, что он плохой человек, может быть, даже хороший, но он зауряден. Крепкий, солидный, деловой мужчина в летах.
  Госпожа Бедрич помогла подняться Нине и поддержала её, когда та шарахнулась от флакончика с солями.
  - Простите, мне нехорошо...
  - Да-да, я понимаю, - произнёс родственник Имрича, пытаясь придать интонации сочувствие, - если вы не против, то ваши покои свободны и можете там отдохнуть. Думаю, вы никуда не спешите?
  - Спасибо, лорд Ветус! Да, я никуда не спешу, - грустно подтвердила Нина.
  Выходя из спальни покойного лорда, девушка столкнулась с господином Джулом, он поприветствовал её, выразил сочувствие, как и она ему, а после управляющий, вежливо оттеснив Алику, проводил Нину в покои.
  - Леди Нарибус, отдыхайте, набирайтесь сил.
  - Благодарю вас, господин Джул, помогите мне дойти до этого кресла. Не хочу лежать, чуточку посижу и всё будет со мной в порядке. Я здорова, это просто нервы, сейчас всё пройдёт.
  Мужчина усадил Нину в кресло, придвинул ей подставочку под ноги, и хотел было уйти.
  - Господин Джул, чего нам теперь всем ждать? Что будет с вами, с госпожой Бедрич, с господином Генти?
  Управляющий, спросив разрешения, присел. Начал говорить он не сразу:
  - Я остаюсь управляющим, как и Генти моим помощником.
  - Это хорошо? - уточнила Нина, - вы ведь привыкли здесь работать?
  - Да, для меня ничто не меняется. Лорд Милош Ветус ещё несколько лет будет жить в столице, король его не отпускает с должности хранителя.
  Девушка кивнула.
  - Но кое-что изменилось: госпожа Бедрич неделю тому назад стала леди Ветус.
  Нина в удивлении распахнула глаза и по-детски приоткрыла рот, но, поймав взгляд Джула, приняла невозмутимое выражение лица.
  - Уточните, пожалуйста, за кого именно Алика вышла замуж?
  - За ныне покойного лорда Ветуса. Это его последнее доброе дело. Он освободил нашу Алику от родственников мужа, договорился с Милошем Ветусом, что тот оставит её в должности управляющей на прежних условиях на неопределённый срок и не будет претендовать на её доходы. Леди Ветус очень надеется, что ей удастся запустить в производство свою обувь и провести её как изобретение, чтобы попасть в королевскую программу.
  - Но пока у неё не получается...
  - Да, не получилось зарегистрировать новые модели как новинку. Не получилось изготовить их толком, но если у неё перестанет ломаться каблук, то технологию его изготовления можно будет попробовать провести как изобретение, всё-таки у неё довольно смелые идеи.
  - И тогда она не будет уже точно зависеть от Милоша Ветуса, - кивнула Нина.
  Мужчина улыбнулся:
  - Он порядочный человек и не стал бы присваивать заработок Алики, а в случае необходимости защищал бы её.
  Нина с сомнением посмотрела на управляющего. Не в её интересах оспаривать его слова, но новый лорд Ветус выглядел более практичным, что ли.
  Перебросившись ещё несколькими фразами, касающихся похорон, Джул оставил леди Нарибус. Как только он ушел, из Нины как будто стержень вынули. Она горевала о Имриче, не пришла на ужин, плакала, думала, надеялась, что Имрич действительно встретился со своей Ивой.
  Потом думала о себе. Для неё не было сложности в изобретении полезной вещи для королевства, но заковыка состояла в том, что очень даже неплохо было бы, чтобы вещь приносила доход. А это означало, что надо оплачивать изготовление, пристраивать на продажу и проталкивать её в массы.
  Давно мелькала мысль ввести в обиход скрепку, но чтобы определить, из какого материала её делать нужно, необходимо проводить исследования, потом пробные эксперименты - и за всё надо платить! Нет никаких гарантий, что изобретение не утащат на последнем этапе. Где взять денег, чтобы сразу наштамповать тысячи штук?
  В создании металлофона Имрич всё взял на себя, точнее, обязал Джула всё сделать. Теперь условия изменились, и она оказалась в равном положении с той же Властой, зарегистрировавшей ксилофон и без поддержки родственников не сумевшей пропихнуть его в продажу.
  
  На следующий день леди Нарибус вышла к завтраку, всех поприветствовала, отметила, что Алика теперь садится с ними за стол и разместилась рядом с ней, выражая ей поддержку.
  После завтрака госпожа Бедрич занялась своими обязанностями, а когда освободилась, они долго беседовали с Ниной.
  Обе леди ещё раз оплакали Имрича и перешли к делам. Землянка рассмотрела все пробные модели обуви Алики, и смогла только посоветовать вставлять в мягкое дерево железный штырь. Они долго рисовали, какой формы он может быть, и пришли к выводу, что гриб - самый лучший прототип внутренней основы каблука. Пятка модницы будет как бы на шляпке "гриба", а его ножка послужит стержнем каблука.
  Поговорили они о металлических набойках, попробовали отказаться от каблука вообще, и сделать обувь на небольшой платформе, как у гейши. Алика увлеклась и этим вариантом. Многое упиралось в то, что только в пригороде столицы существовало предприятие, специализирующееся исключительно на изготовлении подошв и, в основном, к мужским моделям. Свою технологию и мастеров они хранили крепко, но разнообразием моделей не баловали. Спрос у них был невероятным, и рисковать, вкладываться в развитие чего-то нового пока резона им не было.
  Если госпожа Бедрич не придумает, как обойтись тем материалом, которым располагают местные обувщики, то придётся ей ехать и договариваться самой с ними. Нина больше ничем не могла помочь, только порадоваться, что денег у Алики теперь чуть больше и никто её обирать не будет.
  В тот же день господин Джул отдал леди Нарибус процент с дохода металлофонов. Вышла целая зарплата в пятьдесят золотых, которую она получала в замке.
  
  Имрича похоронили на третий день. Приехавшие жрицы находились с ним всё это время, готовили его, а после сожгли, отдав прах земле.
  Нина ощущала опустошение, на неё накатывало уныние, одиночество, но она заставляла себя ходить, общаться, интересоваться делами.
  На улице шли дожди вперемешку со снегом. В прошлом году она в это время обживалась в замке, а сейчас тенью ходила по дому Ветуса и не знала, чем себя занять. Ничего не хотелось делать, забиться бы в уголок и продолжить рисовать цветочки, каллиграфическим подчерком подписывая их названия и ниже приводить возможные рецепты напитков из них. Рисование стало отдушиной, бесполезным, дорогим удовольствием, которое вскоре она не сможет себе позволить.
  Но если Нина обладала временем предаваться унынию хотя бы несколько дней, то хранитель озера не мог засиживаться в имении и торопился в столицу. Путь неблизкий, да ещё и дорога разбита, слякоть и грязь. Каждый день он с надеждой смотрел в окно и ждал, когда дорогу подморозит, но зима всё никак не могла разгуляться.
  Лорд Милош Ветус принял дела имения, проехался по землям, показался людям, обозначился у соседей...
  Оставалось ещё одно дело.
  Совершенно неожиданное, с непредсказуемыми последствиями, близкое даже к авантюре, прозвучавшее по приезду, как шутливое предложение, которым заинтересовался дед. Потом, при выяснении подробностей, они разругались с Имричем, но Милош, наоборот, решил, что польза от затеи будет и, как минимум, он заслужит королевскую благодарность.
  Теперь оставалось поговорить с леди Нарибус, таинственной, загадочной принцессой из далёкой, невидимой, неведомой страны. Чисто внешне её отличал цвет волос, который ни к светлым не отнесёшь, ни уж тем более к тёмным. В остальном она казалась довольно обычной, привлекательной леди, как многие другие.
  Правда, невозможно определить её возраст, она не юна, и даже двадцать ей не дашь. Она, несомненно, старше, и всё же леди выглядит скорее девушкой, чем женщиной, за плечами которой брак и дети.
  Наблюдая за её поведением за столом, за её спокойным отношением к окружающему, за умением держать себя доброжелательно, Милош отмечал некоторую чуждость, как будто действительно она пришла издалека, где совершенно по-другому строятся взаимоотношения между людьми, где более вольно выражают эмоции. Она держалась отлично, но стоило подсказать наблюдателю, что леди не из этих мест, как тот тут же радостно воскликнул бы: " Точно, а я думаю, что не так!"
  Для леди Нарибус всё это могло сыграть как положительную роль, так и отрицательную. Милошу девушка понравилась, как и у прадеда, она вызывала у него желание помогать, но не в ущерб себе.
  Вскоре настало время для их разговора.
  - Леди Нарибус, дед просил меня поискать для вас повод переехать в столицу, и я могу предложить вам интересный вариант.
  Нина не ожидала, что в предстоящей беседе ей будут изложены какие-то перспективы на будущее. Она ждала, что новый лорд спросит сейчас, как долго она намерена оставаться в его имении, и не загостилась ли она?
  - Благодарю за вашу заботу и с удовольствием выслушаю вас, - вежливо ответила девушка.
  - Вы, наверное, уже знакомы с географией нашего королевства?
  - Более-менее, - расплывчато ответила Нина, совершенно не зная, что ей ожидать, а сюрпризы она давно уже разлюбила.
  Лорд снисходительно улыбнулся: юные леди могли знать наизусть все существующие рода, но географию как отдельный предмет им не преподавали. Хотя девушки чётко знали, какой род каким количеством земли владеет. Что могла знать иностранка, предугадать сложно, поэтому он решил подробно объяснить:
  - Наше королевство входит в состав Светлого мира. Основные жители - люди. Мы поддерживаем отношения с соседним континентом, где живут вельфийские народы. Им разрешается вести торговые дела, выдаётся разрешение на поселение, но, честно говоря, я знаю, что лишь в столице проживает несколько семей светловолосых белокожих вельфов.
  - А какого цвета кожи ещё есть вельфы? - стало интересно Нине.
  - Ну, есть смуглые, а ещё они различают друг друга по цвету глаз. С нами в основном общаются прибрежные синеглазые вельфы, а есть ещё зеленоглазые, красноглазые и сиреневоглазые, но, признаюсь, не приходилось видеть. Они очень закрытый народ, думаю, потому что слабы здоровьем. Вы их на своих землях не видели?
  - Нет, впервые их увидела уже здесь. Тоненькие, хлипкие, но что-то в них есть, - побоялась совсем уж критиковать эльфов девушка.
  - Мы отвлеклись, а я больше хотел обратить ваше внимание на земли ледяных демонов. Мы связаны с ними перешейком, и это совсем другой мир. Для нас он бесполезен, чужд и агрессивен. В принципе, нашему королевству без разницы, заселен был бы этот кусок льда или нет, но вышло так, что там живёт особая раса. В наших интересах, чтобы они там и сидели. Не буду рассказывать о политических ошибках, когда мы конфликтовали с тем народом, но сейчас положение таково, что мы с ними сотрудничаем.
  Нина слушала, затаив дыхание. Для неё оживала сказка. Когда она читала о эльфийских лесах и о том, что климат там неизменен, или о снежных пустынях демонов, то всё время казалось, что это выдумка, басня, а теперь Милош совершенно спокойно говорил об этом, доказывая обыденность явления.
  - Демоны не закрывают свои земли, как вельфы, но желающих к ним ходить найдётся мало. Снега, льды, вьюги, странные опасные животные... Мало приятного даже для бесстрашных, алчущих быстрой поживы торговцев. И всё же мы поддерживаем с ними связь значительно активнее, чем с вельфами.
  Девушка слушала внимательно, подбадривая кивками рассказчика, старательно подбирающего слова. Нине всё больше становилось интересным именно то, о чём не хотел бы проговориться лорд Милош Ветус.
  - Позвольте полюбопытствовать, какого рода торговля между нашими странами?
  Леди немного сбила Милоша.
  - Э, их интересуют больше всего поставки зерна, тканей из растительных волокон, но это и понятно, если у них повсюду снега...
  - А мы что покупаем у них?
  - Мы? - лорд вздохнул. - На некоторых предприятиях требуется много животного жира, они его поставляют. Есть редкие ингредиенты для лекарств, которые можно раздобыть только на их землях. Но это всё мелочи, в основном наше королевство закупает драгоценные камни для себя и для перепродажи в другие королевства.
  - Это выгодно? Неужели у нас столько аристократов, что за долгие годы рынок не насытился?
  Милош с удивлением посмотрел на Нину. Сидит себе, видно, что немного волнуется, можно подумать, что она любовную балладу слушает, ну, в крайнем случае, распределяет зарплаты служащим, а она тут о королевской торговле переживает. Своих забот мало?
  - Видите ли, леди Нарибус, камни расходятся по всему Светлому миру, а это немало, смею вас уверить. У нас есть своя добыча драгоценных камней, Горное королевство кое-что добывает, но этого не хватает, особенно последнее время. Спрос есть, и он будет расти. Камни используются не только в ювелирном деле, но и в промышленности. Даже мой дед закупал у демонов мягкий пахучий камень, когда пытался сам делать духи, правда, вышло очень затратно, и он оставил эту затею.
  Нина сразу задумалась, что за пахучий камень, неужели амбру здесь так назвали? Но если это так, тогда враки это, что на землях демонов сплошной снег. На Земле амбру находили на тёплых берегах, хотя на льдах никто и не искал. (прим.автора: амбра - это вещество, образующееся в пищеварительном тракте кашалотов, находят её на берегу, стоит баснословно дорого. В парфюмерии используют как фиксатор запаха.)
  - Мы с вами снова отвлеклись, а до дела так и не дошли.
  - Я слушаю вас, лорд Ветус, со всем вниманием слушаю.
  - Я лишь хотел подчеркнуть, что торговые взаимоотношения с демонами для нас важны и вот тут мы переходим к возникшей проблеме.
  - Да, я вся внимание, - подбодрила мужчину Нина, видя, что тот опять замолчал и подбирает слова.
  - Перешеек - это связующая нас земля. Сейчас он принадлежит нам и по договору, пока жив род герцогов Керидских, так и будет.
  - Но? - Нина уже ничего не спрашивала, чтобы не отвлекать. Лорд выталкивал из себя слова ужасно медленно, ей не хватало терпения слушать.
  - Да, возникло "но". Герцог Керидский пропал. То есть не "пропал" в смысле украли, а он сам то ли отпросился съездить в экспедицию на разведку новых земель, то ли сбежал и не вернулся.
  - Сбежал? - улыбнулась леди.
  - Да, вполне могло такое быть. Герцог Керидский очень любознательный, активный мужчина, его крайне тяготит обязанность сидеть на этом перешейке и беречь себя, как последнего из рода Керидских. Его дом превратился для него в комфортабельную тюрьму, поэтому не удивительно, что ему захотелось вырваться хоть ненадолго. Уверен, он и раньше проделывал это, но сейчас он не вернулся.
  - Думаете, он погиб? Может, просто задерживается?
  - Он жив, это известно доподлинно, но демонам это неважно. Для них это повод забрать перешеек себе. Наследника нет, леди Керидской нет, значит, можно оспорить смежные земли.
  - О, но там же, наверное...
  - Простите леди, я перебью вас. По договору, составленному более двухсот лет назад, перешеек принадлежит роду Керидских, и каждый год представитель этого рода должен являться на встречу для ведения текущих дел. Там всё просто, герцог обновляет, подтверждает текущие торговые договоры, ничего особенного, главное, он должен быть там самолично. Срок ежегодной встречи приближается и уже понятно, что герцог не сможет вернуться вовремя.
  - А...
  - Леди Нина, вы потом в любом учебнике сможете прочитать, о доблестном предке герцога, которые занял узкую полоску земель, соединяющую разные расы, государства, миры, если хотите.
  - Да я не...
  - Наследника и правда нет, но жена вполне может появиться.
  - Но толку-то?! - удалось вставить Нине. - Только если жена беременна.
  - Ошибаетесь, толка не было бы, если бы не было точно известно, что герцог жив. Подсунуть ребёнка не удастся, верно, а вот леди Керидская вполне может выиграть время.
  - И вы хотите, чтобы я попробовала себя на роль леди-хозяйки в этом герцогстве?
  - Нужна не просто леди-хозяйка, необходима леди с именем Керидских, а в нашем случае значит - жена.
  Нина чувствовала себя взбудораженной. Сразу и не сообразишь, хорошее ей дело предлагают или нет. В чём подвох, а может, это шанс один на миллион?
  - Знаете, я думаю, что получить статус приближённой леди к королевской семье захотели бы многие леди, - высказала свои первые сомнения девушка.
  - Вы правы, желающих много, но не все подойдут. Есть невеста из близкого окружения короля, но ей только исполнилось двенадцать лет, и провести обряд с ней сейчас невозможно. А нам надо предъявить жену уже через пару месяцев. Брать леди из более низкого круга нежелательно, к тому же у них всегда есть родственники и... в общем, нет.
  - А я одинока, заступиться некому, - подытожила Нина.
  - Зато у вас появился шанс войти в близкий круг короля.
  - Если я соглашусь, что со мной будет, когда объявится герцог?
  - Во многом, думаю, ваше будущее в ваших руках. Разве не может случиться так, что ваша кандидатура в качестве жены вполне устроит герцога?
  Нина хмыкнула:
  - Смотря сколько лет он будет отсутствовать! Кстати об этом, мне ведь хочется свою семью, пусть не сейчас, но я всё-таки надеюсь.
  Милош задумался, а потом встрепенулся:
  - Знаете, ситуация действительно неоднозначная. Кто знает, где герцог пропадает и когда вернётся, а наличие жены - единственная пока бескровная возможность не отдавать перешеек. Ледяные уверены, что без герцога леди не родит, будут ждать спокойно. Они долго ждали, и ещё двадцать-тридцать лет им не помеха.
  Нина быстренько прикинула, какой срок жизни ей отпустили, да ещё и бездетный, вскочила:
  - Нет. Ни за что!
  - Подождите, дослушайте. Я к чему веду, король вынужден будет допустить вас до озера. Вы ведь знаете о нём?
  Нина остановилась.
  - Знаю, но...
  - Будете пить воду - и годы для вас остановятся. Вернётся герцог, либо подтвердит ваш статус жены - либо разойдётесь, поводом для развода будет, что за столь долгое время вы так и не родили ему наследника.
  - Я... мне всё это не нравится. А вдруг после вашей воды я не смогу родить?
  - Сможете. Королева пила и рожала.
  - Вдруг он мне не понравится, а я ему понравлюсь, и он меня не отпустит?
  - Хм, простите, не хочу вас задеть, вы очень красивая, но герцог тоже недурен собой. Скорее всего, это вам надо беречь своё сердце от него.
  Немного обидно было такое слышать, да что там - немного! Нину задело это высказывание. Вспомнился красавец-мужчина на Земле, которого она обихаживала, и стало противно. Повторять подобное не хотелось, но чужое мнение, что она не способна привлечь интересного мужчину, обижало.
  Нина поднялась, прошлась, прилипла к окну, так лучше думалось. Иррациональная обида на "понравится она или не понравится" сбила её с толку.
  Милош предлагал чистейшей воды авантюру, где вызывали сомнения даже его полномочия. Ну, кто он такой, в конце концов? Разве в его компетенции решать подобные вопросы? Да ещё и разрешением на воду приманивает!
  - А герцогу сколько лет? Он тоже пьёт воду?
  - Лорду Керидскому тридцать лет и нет, он воду не пил. Король даёт разрешение на воду только жене и своему прямому наследнику. Изредка ею лечат нужных ему людей или продлевают жизнь некоторым, особо ценным работникам.
  Нина тяжело вздохнула, всё больше ей казалось, что обладание озером сродни наказанию, а не ценностью.
  - Мне надо подумать, - строго произнесла она и ушла, размышляя о том, как тактичнее отказать.
  Связываться с сильными мира сего не хотелось. Даже ради воды. Вдруг этот герцог действительно будет шляться по каким-нибудь джунглям двадцать-тридцать лет, жить себе спокойно, семью заведёт, а ей, как сторожевой собаке, на перешейке сидеть, не пойми кого изображать.
  Нина чем больше размышляла об озвученном ей предложении, тем больше приходила в негодование. Выставить щитом женщину перед демонами, пока что-нибудь другое не придумают!
  А что она будет чувствовать, когда ледяные сочтут, что она зажилась на этом свете? А как ей устраивать свою жизнь дальше, если герцог, наоборот, через полгода вернётся и выставит её вон? Какие слухи поползут об этом браке?
  Правда, возникали и такие вопросы, сколь щедро заплатят? Сможет ли она заслужить пожизненную самостоятельность по блату и не бояться в будущем неудачного брака, что он разорит её? И всё же Нина не сомневалась, что откажет лорду Милошу.
  Пришла на ум Алика, как она упорно идёт к своей цели и смело тратит деньги, не боясь, что на старость ничего не останется. И девушка как-то стала поувереннее думать о себе, ведь она тоже многое уже смогла сделать и неопытной её не назовёшь.
  Сначала, конечно, будет тяжеловато, любое дело требует вложений, но потом она всего добьётся сама. Грустно, что годы утекают, но, может, и в этом плане что-то получится? Как там Имрич сказал: "Не бойся, верь!"
  К чему бы это "не бойся, верь"? Что-то важное, раз ждал, держался.
  Нина решилась сходить к господину Джулу и посоветоваться с ним на счёт своего дальнейшего будущего, уже подошла к его кабинету, а потом сбилась. А вдруг он начнёт намекать на совместное будущее?
  Нет.
  Тогда уж надо было оставаться в замке и не капризничать. Леди развернулась и пошла к себе, но по пути её перехватила госпожа Бедрич.
  - Леди Нина, я хотела с вами поговорить, - чуть тише обычного произнесла она, чем заинтриговала девушку.
  Нина привела её в библиотеку, но Алика отчего-то смутилась и тихонько попросила:
  - Давайте лучше к вам, там нас точно никто не услышит.
  "Вот так тайны!" - насторожилась девушка и заспешила к себе. Закон подлости никто не отменял: как только кто-то хочет сообщить нечто важное, как тут же находится другой, кто мешает это сделать. Нина даже под локоток взяла Алику, чтобы ту у неё никто не отнял. Так парочкой они и вошли в покои леди Нарибус.
  - Я слышала, как вас к себе звал лорд и догадываюсь, о чём он говорил, - начала она.
  Нина боялась спугнуть Алику, так и знала, что с предложением не всё чисто!
  - Он же звал вас в столицу, представить королю, как решение возникшей проблемы с перешейком?
  - Да, верно, - согласилась Нина.
  - Может, уже и без вас всё решили, ведь путь не близкий, - ничего не сказав, начала отступать женщина.
  - Надеюсь, - не скрыла недовольства леди Нарибус и перекрыла выход.
  - Знаете, в прошлый раз наш лорд и... - вздохнула, - и нынешний наш лорд ссорились в библиотеке из-за вас. Там такая акустика, что если находишься над библиотекой, то всё слышно. Так вот, лорд Имрич поначалу выразился резко отрицательно, потом ему стало хуже, он слёг. Иногда он бредил, а может и действительно разговаривал со своей бывшей женой. Я слышала, как он просил её подождать чуть-чуть, что он передаст её слова вам.
  - Мне? Я помню, да это при вас было. Он сказал, чтобы я не боялась, верила...
  - Да, мы все это слышали, но вы, наверное, не поняли, к чему он это.
  - Теряюсь в догадках, - подтвердила Нина.
  - Если не знать, о чём, то слова бесполезны и, может, даже вредны, - уверенно произнесла Алика.
  - А вы знаете, что он имел в виду? - подалась вперёд Нина.
  - Это касается предложения о герцогстве. После того, как лорд Имрич стал впадать в беспамятство, то он изменил мнение и ждал вас, чтобы уговорить принять предложение.
  Чего угодно ожидала иномирянка - чуда, пророчества, мудрого напутствия, но не пожелания вписаться в заведомо проигрышную для неё авантюру!
  Она отступила, поймала себя на мысли, что не верит Алике. Даже плохо подумала о ней, что та хочет поскорее от неё избавиться. Отвернулась. Она и не собиралась здесь задерживаться.
  - Он знал, что если его наследник скажет вам обо всём этом, то вы не согласитесь, поэтому он изо всех сил держался, чтобы лично... - леди Бедрич затихла, понимая, что звучат её слова неубедительно и только доверие придаст им весу.
  Нина развернулась, посмотрела на Алику. Та прекрасно поняла, какие сомнения терзают леди.
  - Простите, он верил, считал это очень важным, только поэтому я обратила ваше внимание, - и собралась уходить.
  - Леди Ветус, постойте, - Нина подошла ближе и, волнуясь, попыталась объясниться.
  - Вы тоже простите меня, я страшусь будущего, боюсь ошибиться. Предложение выглядит ненадёжным и рискованным. Мне бы не хотелось привлекать королевское внимание к себе. Ваш путь трудом добиваться успеха, положения мне кажется более разумным, спокойным, чем рывок в герцогини при неблагоприятных обстоятельствах.
  - И всё же, Нина, прислушайтесь к последним словам лорда Ветуса, он умел многое чувствовать, и он был целиком на вашей стороне. Ни на стороне королевства, ни на стороне короля или герцога, а на вашей стороне!
  - Но вдруг он всё же был не в себе?! - Нина не замечала, как на нервах принялась активно жестикулировать, чего не делала уже очень давно.
  - Последнее время лорд жил на два мира, он был с нами и там. Я слышала, как он снова разговаривал с лордом Милошем и пояснил, что изменил своё мнение, но он так же понимал, что вы его наследнику не поверите.
  - Вы правы, он чужой для меня человек, который пытается выгадать что-то для себя за мой счёт.
  Алика кивнула, полностью соглашаясь, и хотела ещё что-то добавить, но, видимо, сочла бесполезным.
  - Отдыхайте леди Нина, лорд Ветус собирается уезжать завтра, думаю, он не будет против, если вы останетесь здесь.
  Женщина ушла, а Нина пробормотала, что очень даже сомневается, что лорд будет не против её дальнейшего пребывания в имении. Её уверенность в неприемлемости услышанного предложения была снова поколеблена.
  "Да что же я как флюгер!" - злилась она на себя и никак не могла отважиться ни на решительный отказ, ни на робкое согласие. Может, она вообще зря паникует; откуда Милошу знать, вдруг герцог уже вернулся и всё улажено? Вдруг... впрочем, всё это будет известно потом, а сейчас надо исходить из того, что дано. Едет она - или не едет? Готова рисковать своей репутацией - или остережётся?
  До конца дня девушка ходила и терзалась сомнениями, а потом пошла и, как в омут с головой, дала своё согласие. Какая репутация? Она старая дева без денег, и это уже конец любой репутации! А в крайнем случае, можно же и сбежать в другое царство-государство! Что её тут держит? "Легче, легче надо по жизни идти, Ниночка!" - убедила она себя.
  Лорд Милош Ветус уже не ожидал получить согласие, он видел, что предложение вызвало неприятие у леди, и тем радостнее оказался сюрприз. Рано утром, как он планировал, выехать не удалось, но сборы леди Нарибус много времени не отняли. Скорее, даже задержал осмотр кареты и её подготовка к длительному пути, чем беготня по спешным делам гостьи.
  
  
  

Глава 10.

  
  
  Короли.
  
  Хранитель озера, несмотря на возраст, предпочитал ехать верхом, лишь изредка усаживаясь в карету, когда мокрый снег хлестал в лицо. Не сразу они с леди Нарибус разговорились, но ближе к концу пути уже начали считать себя хорошими знакомыми.
  Лорд Милош поведал о той стороне жизни королевского двора, что была скрыта от многих. Он настраивал леди на деловой лад общения, пытался преподнести рассказы о балах, о поэтических дуэлях, о порхающих, как чудные видения юных леди, в насмешливом тоне.
  Нина слушала, иногда расстраивалась, что даже помечтать ей Милош не дал, но в тоже время успокаивалась, понимала, что впереди её ждёт работа, а в этой области она уже не новичок.
  Хранитель многое поведал о своей службе, о том, сколько пользы и горя приносит королю владение источником.
  Он рассказывал, что были года, когда старый король, самый первый из нашедших воду, возненавидел найденный источник. Он пытался намертво запечатать доступ к целебной воде, чтобы не было ни у кого соблазнов, но в королевстве вскоре наступили тяжелые времена, и смена наследника престола принесла бы вред королевству, и ему приходилось снова пить воду.
  Был в истории хранителя и такой период, когда вода раздавалась не только всем членам королевской семьи, но и многим заслуженным людям, однако опыт оказался чрезвычайно печальным и породил не благодарность, а привел к ненависти, к мщению долгожителей за тех близких, кто не получил воду.
  - На сегодняшний день, - поделился Милош своей печалью, - многие в столице считают мою должность номинальной, данью традиции. У меня нет официального запрета разговаривать об источнике, но о нём предпочитают не говорить, разве что дети читают сказки о живой воде. Думаю, лет через пятьдесят никто не поверит в его существование. Может это и будет решением многих проблем, связанных с ним.
  - Но близкие короля, а их, наверное, немало, всё равно об этом знают, - недоумевала Нина.
  - Они знают об источнике меньше, чем вы сейчас, - чуть грустно улыбнулся лорд. Девушка удивительно быстро включалась в чужие проблемы и переживала их, попутно ища выход.
  - Не может быть, - не поверила землянка.
  - А зачем им знать? Когда у них возникают вопросы, то члены королевской семьи получают ответы, а также предупреждение о том, как тяжело жить долго, хороня близких. Историю им могут рассказать очевидцы тех событий.
  - Но почему всем не дать воду?
  - Что, прямо всем? - усмехнулся мужчина.
  - Ну конечно!
  - Не знаю, но это невозможно! - Милош нахмурился, причин много, всё не так просто. Что значит взять - и дать священную воду всем?! Но леди молода, ей надо объяснить, привести примеры.
  - Долгие годы вырабатывалась политика, как воспитывать общество, как подходить к обучению отпрысков аристократических родов и, представляете, леди Нарибус, вдруг у всех появится время учиться, раздумывать над смыслом жизни. Непременно начнут задаваться вопросом, имеет ли право кто-то один стоять во главе, и почему именно он? Я вам говорил, что был период, когда многим лордам открывали допуск к воде, но каждый раз заканчивалось всё глупыми идеями и бунтом. И ладно бы дело ограничивалось простыми заговорами, так нет же, придумывали новые формы власти, вносили сумятицу в головы народа. А соседи наши с радостью откусывали у нас земли, расширяя свои территории.
  - В других королевствах аристократам тоже зазорно пользоваться магией? - поняв, что спорить бесполезно, когда на любой довод долгожитель сыпет примерами из жизни, Нина переключалась на новую тему.
  - Кое-где магия запрещена под страхом смертной казни, но это уже крайность. У нас есть выбор, а в других королевствах если есть дар, то маг обречён служить обществу. В пустыне дети, умеющие искать воду, забираются из семьи. Они будут окружены почётом, но и работать им предстоит, не покладая рук до последнего вздоха. В Горном королевстве так же в почёте маги, чувствующие землю, металл, воздух, и они всегда обеспечены работой, но самая тяжёлая нагрузка ложится на их плечи. Чем больше сила - тем больше спрос с таких людей.
  Так вот и спорили, понемногу сближаясь, принимая заботы, волнения ближе к сердцу.
  Милош мечтал оставить пост хранителя и не хотел, чтобы кто-нибудь из его рода занял бы освободившееся место. Он верил, что, оказав услугу королевской семье, сможет попросить награду, а именно свободу.
  Нина попыталась развеять его мечту, но он защищал эту надежду отчаянно. Поначалу она удивлялась: умный мужчина и вроде прожитые годы лишили его наивности, а тут верит. Потом думала, что, возможно, есть какая-то традиция, на которую надеется Милош, а после оставила его в покое.
  Ей уже не слишком верилось, что она едет в столицу не зря, всё казалось глупостью. Страха перед будущим не было, хватило времени всё обдумать, разбить на этапы, к тому же лорд предоставлял жильё, чем в первые дни пребывания в столице Нина собиралась воспользоваться.
  Когда они приехали, то девушка вполне по-хозяйски осмотрела особняк лорда Милоша, он ей очень понравился. Двухэтажный дом с мансардой, обустроенными подвалами, в нём хватало места для проживания слуг, для хозяина и нескольких гостей.
  В доме было проведено отопление, вода, канализация, оставалось мечтать только о телефоне и телевизоре. Обставлен дом был немного старомодно, но намного современнее, чем замок Алоиза. Нина решила копить деньги на похожий по размеру дом и долго не могла уснуть, представляя, как она обставит своё жилище.
  Рано утром лорд уехал на службу, а гостья наслаждалась покоем и тишиной.
  Уделила время своему телу, с тревогой осмотрела начавший проявляться голубоватый оттенок бровей там, где когда-то был проведён первый этап татуажа. Обещали, что обновлять придётся через год-два, и ей не повезло. Пришлось доставать давно забытый карандаш для бровей из косметички, который уже давно просрочен, и возобновлять привычку каждодневного подкрашивания бровей.
  Нина долго крутилась перед зеркалом, отмечая, что кожа требует всё больше ухода, чтобы оставаться свежей, волосы, наоборот, воспрянули духом без шампуней и начали расти погуще. В целом она была довольна, как выглядит, но прекрасно понимала, что это долго не продлится.
  Милоша долго не было, и Нина решила реанимировать подсохшую косметику, чтобы подкраситься как когда-то. Темноволосые обитательницы королевства обладали более яркими природными красками, поэтому Нина не боялась переборщить, когда красила ресницы тушью, обводила губы карандашом, а потом им же закрасила их. К сожалению, помада, хоть и выглядела нормально, но запах приобрела препротивнейший.
  Когда Милош вернулся домой, чтобы пригласить Нину во дворец, то не сразу узнал её. Он находил её по-своему привлекательной, обладающей нежной красотой. Теперь же перед ним была гордая красавица, которую не заметить было невозможно. Сердце предательски ёкнуло, и появилось желание оставить Нину себе. Практичные мысли сразу заполнили сознание: "Она сейчас надеется на него, потеряна, вполне можно сыграть на этом и позаботиться о ней".
  - Лорд, вы кажетесь растерянным, - обворожительно улыбнулась гостья и с беспокойством посмотрела на него.
  "Нет, найду себе женщину попроще", - отступил он, но продолжал рассматривать её.
  - Вы изменились, я покорен вашей красотой, - раскланялся лорд.
  Нина пожала плечами.
  - Вы просили привести себя в порядок, намекали, что, возможно, сегодня будет встреча с королём.
  - Да. Я пришёл за вами. Его величество заинтересовался вашей персоной и желает познакомиться.
  Нина в замешательстве замерла. Всё-таки за время пути она сумела себя разубедить в том, что едет в столицу решать проблему со спорным перешейком. Собственно говоря, она в пути обдумала множество вариантов, включая и этот, но когда прозвучали слова, растерялась. Почему-то сам лорд Ветус тоже выглядел сбитым с толку и от этого Нина ещё больше начала нервничать.
  - Так что же, прямо сейчас идти? - вышло робко, Милош отвёл глаза, а гостья ещё больше заволновалась.
  Лорд протянул руку, совсем нехотя леди Нарибус вложила свою и они вышли на улицу. Чего только Нина не напридумывала себе, наблюдая за Милошем, который растерял всю свою солидность и уже два раза без повода поцеловал ей ручку. Ей казалось, что её посылают на смерть, что как-то узнали, что она иномирянка и будут пытать её.
  При выходе лорд совершенно излишне крепко прижал её к себе, поддерживая, и Нина совсем упала духом.
  "Везде она облажалась, дура доверчивая. Всё кончено, и бежать поздно". Она выпрямилась до боли в спине и, бросив взгляд на лорда - "эх ты, предатель!" - гордо понесла себя вперёд.
  Лорд Милош Ветус до сих пор не мог избавиться от обрушившейся на него женской красоты. Как он раньше не замечал, насколько выразительны глаза у Нины, а губы такие яркие, блестят, и кажутся столь аппетитными, что не знаешь с каким фруктом сравнить. Давно уже он так не заводился от близости женщины, и брала досада на самого себя, что прозевал её, не сделал даже попытки поухаживать. Как можно было счесть просто симпатичной такую красавицу! Наверное, смерть Имрича застила глаза ему.
  В растрёпанных чувствах леди Нарибус и лорд Ветус дошли до королевского кабинета. Он, чувствуя её отчуждение, пытался успокоить её, брался за локоток, улавливал её пальцы, а Нина всё больше пугалась странного его поведения. Они с лордом ехали в столицу почти месяц, и ни разу он не касался её, разве что при выходе из кареты подавал руку и сразу отпускал.
  Если бы король оказался занят, то неизвестно, до чего додумалась бы Нина и как поступила бы, но их сразу проводили в кабинет. Секретарь чинно произнес имена, а король, поднявшийся из-за письменного стола, вышел навстречу леди и смотрел благосклонно, с любопытством.
  - Лорд Ветус, Хранитель Озера, владетель равнины и болота, и леди Нина Александровна Нарибус из королевского рода Политик.
  Девушке пришлось опустить глаза, чтобы брызнувшее из них веселье не испортило момента. Она уж и забыла, как представилась первый раз Имричу, и не думала, что он запомнил.
  Король разглядывал её с интересом, отмечая, что и леди бросает на него взгляды, любопытствуя. Он проявил любезность, лично усадил её в кресло у стола, сам уселся напротив, а Милош остался стоять.
  - Лорд Ветус, вы можете подождать свою гостью в приёмной, - милостиво посоветовал король.
  Нина и величество остались одни. Она его оценила как довольно симпатичного мужчину, не лишенного обаяния, несмотря на возрастные залысины и чуть выпирающий животик. Глаза у короля были выразительные, и если он их прищуривал, то сердце начинало биться сильнее. Но это всё лирика, которая быстро отступила, пока король молча разглядывал Нину. У неё возникло ощущение, что она сидит перед работодателем. Знакомые чувства помогли мобилизоваться, и она чуть вопросительно, но твёрдо и уверенно посмотрела на короля. Никто не любит мямлящих сотрудников, всем нужны бойцы на их фронте работ.
  Его Величество повеселел, наткнувшись на деловой взгляд леди.
  - Вам рассказали, какая услуга требуется от вас? - расплывчато спросил он.
  - Возможно, - в тон ответила ему Нина.
  - Нельзя ли пояснить, - чуть приподняв бровь, уточнил мужчина, - не люблю загадок.
  - Как и я, - согласилась леди. - Лорд Ветус сам не совсем хорошо понимает, что потребно Вашему величеству, ещё более смутно описал мне, а я все равно собиралась ехать в столицу, поэтому согласилась.
  - Кхм, понятно, - лёгкая весёлость прошла, и король сидел чуть озадаченный.
  - Быть может, Ваше величество мне более ясно объяснит, в чём должна заключаться моя помощь, и тогда я не буду думать, что лорд Ветус проявил некоторую фантазию.
  - А, так вы не поверили ему? - обрадовался мужчина.
  Нина постаралась выдать мимикой, что предложение прозвучало столь странно, что ей, как иностранке, многое показалось выдумкой.
  Король откинулся назад, наверное, вытянул ноги под столом, взял пишущую свинцовую палочку, обмотанную тонкой кожей, и начал крутить её в пальцах.
  - Видите ли, леди Нарибус, нам потребовалось организовать фиктивный брак на неопределённый срок с герцогом Керидским, но подходящей кандидатуры нет. Мне бы хотелось побольше узнать о вас, прежде чем что-то предложить. Вы для нас слишком таинственны.
  - Я ничего не скрываю, Ваше величество, просто по совету покойного лорда Ветуса стараюсь не распространять слухов о себе.
  Дальше Нина рассказала о далёкой земле, где она жила, о том, что случайно шагнула в портал во время путешествия и как встретила Имрича.
  Король вскочил.
  - Ну, надо же, - не выдержал он, - ещё одна путешественница на мою голову! Вот и Керидский, наверное, так же шагнул и теперь неизвестно где! А я тут голову ломай, как исправить ситуацию.
  Нина приготовилась рисовать свои земли, отвечать на вопросы как у них там... а король завёлся с полуслова, услышав о портале.
  - Вернуться вы можете? - чуть поутихнув, спросил он.
  - Нет, Ваше величество, если только такая же случайность.
  - М-да. Эх, молодёжь! Всё вас тянет куда-то! И чего вам во дворце не сиделось?
  - Скучно, - выдавила леди, - захотелось мир посмотреть, - сказала и поняла, что наступила ещё на одну королевскую больную мозоль. Видимо, у всех принцев и принцесс такая же проблема, но не признаваться же, что жениха поехала искать.
  - Ладно, Ваше высочество, - обратился к ней король, - делом Керидского занимается лорд Луан, отправляю вас переговорить с ним.
  У Нины сердце прыгнуло, когда к ней король обратился как к принцессе.
  - Не стоит меня титуловать, Ваше величество, - произнесла она.
  - Это почему же?
  Нина опустила голову.
  - Глупо к вам попала, теперь стыдно. Пусть буду инкогнито, - чуть отрывисто ответила.
  - Это хорошо, что вы понимаете, насколько безрассудно у вас всё вышло, - удовлетворённо кивнул король. Больше ничего не сказал, лишь проводил до дверей, и этот жест был красноречивей слов.
  - Лорд Рейн, проводите леди Нарибус к лорду Луану.
  Девушка запуталась, она никак не могла сообразить, хорошо для неё то, что происходит или караул кричать надо. Вроде король её неплохо принял, но при имени лорда Луана у Милоша в глазах появилась тревога, но он вообще сегодня какой-то дёрганый и только настораживает зазря.
  - Пройдите ко мне, лорд Ветус, - по-деловому пригласил Милоша король, а Нина последовала за лордом секретарём.
  Девушка плыла за провожатым царственной походкой.
  Им многие встречались, расступались перед ними, смотрели с любопытством, юные лорды с интересом, девушки ревниво. Изредка они натыкались на спешащих по делам аристократов в возрасте.
  Нина порадовалась, что надела лучшее своё платье, которое все равно уступало местным нарядам, но могло сойти за дорожный наряд. Зато она очень вовремя подкрасила лицо и уделила внимание причёске. Иначе она потерялась бы среди юных дворцовых красавиц.
  Шли с секретарем они долго. Лорд провёл её застеклённой галереей из одного здания в другое и Нина уже не нашла бы дорогу назад. Опасение, что её ведут в какое-то служебное здание, не оправдалось.
  Попала она во дворец, только меньшего размера и оставили её в богато обставленной гостиной. Лорд-секретарь раскланялся и покинул её, а она осталась одна. Сначала спокойно сидела, после обошла всё помещение, нашла металлофон. Почему-то стало радостно, и Нина схватила палочки.
  - Во поле березонька стояла, - стучала она и тихо напевала, - во поле кудрявая стояла...
  Дальше запуталась, так как мечты брать уроки музыки так и остались мечтами.
  - Чудесно, леди, у вас очень милый голосок, - похвалил её, появившийся мужчина.
  Он был высок, как и все в этом мире, довольно хорошо сложен, статен, властен. Несомненно, человек привык командовать, и был он похож на короля.
  "Ох!" - дошло до Нины. Перед ней - не кто иной, как отец или даже дед нынешного величества.
  "Король пиковый, не иначе!" - мелькнула озорная мысль.
  Увиденный ранее действующий монарх был солидным, но было в нём нечто живенькое. Он явно многое любил или не любил, и не считал нужным это скрывать. Сейчас перед Ниной предстал абсолютный король. Пронизывающий взгляд, величие и лёгкая снисходительность. Властность и самоуверенность подавляли, а ещё яркая харизма... слишком в нём было много всего. Если бы Нина захотела нарисовать злодея колдуна или тирана, то взяла бы его за образец. Готовый типаж упитанного некроманта!
  - Нравлюсь? - неожиданно спросил он, чуть разрушая сложившийся неприступный образ.
  Девушка едва некультурно не раскрыла рот в возмущении, переспрашивая: "Мне?!"
  Всего-то кинула на него взгляд, а он уже вообразил Бог весть что! А главное, не знаешь, что и ответить. Не скажешь же, что вы, Вашество, очень харизматичны! В нынешнем языке слово звучит ругательно, как если бы в русском сказать: "Ну и харя у вас!"
  Пока мысли метались, не зная, как выразиться умно и необидно о персоне короля, мужчина решил, что леди ошеломлена и в восторге от него. Во всяком случае, удовольствие скользнуло в его глазах.
  "Ну что за день сегодня такой: один примчался и блеял всю дорогу, мусоля руку; второй за бестолковую скучающую дуру принял; третий - за фанатку-тинэйджера!"
  У Нины слегка дрогнули уголки губ, ну да, по сравнению с ним она тинэйджер, а он явно из породы кобелей, раз радуется замешательству молодой леди!
  Мысли у девушки мелькали смелые, но как вести себя, она не знала. Хотелось бы осадить немного королевскую личность, больно уж аура его давила на неё, но разумнее было бы пообщаться в деловом русле.
  - Лорд Луан, я вас слушаю, - официальный тон явно удался, только слова Нина нашла не совсем те.
  Мужчина даже подался к ней, выражая неописуемое удивление, то есть прищурился, как давеча действующий король, и жутковато хмыкнул.
  Нина сцепила зубы, чтобы не начать бросаться словами, оправдываясь, что она имело в виду не то, а это; что её сюда прислали и всё в таком духе. Нет уж, ляпнула - молчи!
  - Ишь ты, - удостоилась она ответа.
  Пришлось отреагировать и гордо поднять голову, мол, да, я такая!
  Лорду доставляло удовольствие наблюдать за трепыханием молоденькой леди. Столько чувств; раззадорилась от одного слова, столько ей хочется высказать ему, что на какое-то время он почувствовал себя молодым.
  Жаль, что она не решилась поскандалить, было бы приятно ощутить себя живым. Но сам виноват - тяжелый нрав, мстительность да жестокость заставляют проявлять осторожность всех лордов и леди. Эта ещё свеженькая, глазами стреляет, не научилась таиться. Он вздохнул - порадовала его девочка, но пора приступать к делу. И началось.
  - Где ваши земли?
  - Кто у вас король?
  - Какая армия?
  - В каком положении находятся маги?
  - Кто ваш отец?
  Нина давно была готова к допросу. Она не собиралась вдаваться в объяснения политического строя, как к нему пришли, что было раньше. Все эти вопросы обязательно возникли бы, если она начала говорить правду. Поэтому звучала адаптированная версия. Страну обозвала империей, тогда с натяжкой, конечно, но можно было признать, что её отец - небольшой королёк. А что, в его "королевстве" не одна тысяча однопартийцев. Так и вышло, что когда придумывала своё прошлое, было смешно, потом как-то привыкла, провела аналогии с этим миром и поверила, что по здешним меркам могла бы быть и принцессой.
  Лорд Луан расспрашивал её долго, часто одно и то же выведывал разными словами, но это извините, дилетантство! Что-то вроде "кручу, верчу, запутать хочу!" это не для современного землянина.
  Закончилось всё неожиданно:
  - Что-то мы увлеклись, не желаете со мной отужинать?
  В этот раз Нина уже не скрывала своих чувств и выдохнула:
  - Ну уж нет!
  - И всё же я приглашаю вас, а то вы что-то бледная, наверное, и обед пропустили.
  "Мерзавец!" - обладатель непоколебимой кошачьей самоуверенности, что можно гадить сколько угодно, а любить все равно будут.
  Девушка поняла, что ужин - последняя проверка и постаралась вести себя обыкновенно. Это местной аристократии стоит поучиться у неё ловко пользоваться приборами, так что пусть изверг наблюдает.
  Лорд Луан действительно продолжал следить за леди и делал выводы.
  В рассказе о себе она частенько лукавила, но женщины нередко расставляют неправильные акценты и, если поверить лорду Имричу Ветусу, что она нежелательная дочь, то её попытки скрыть это только смешат.
  Ему без разницы, случайно она шагнула в портал или её выставили. Главное это то, что она собой представляет. Отличная хозяйка, держит себя с достоинством, в его присутствии не терялась, ну разве что смутилась его мужского обаяния, но это понятно. Важно, что не раболепствовала, это лучше всего говорит о том, что девушка не привыкла этого делать. Более вольна в эмоциях, чем местные леди, что опять-таки подчёркивает, что ограничителей у неё не было, но и к правлению её не готовили. А уж как она гневно посмотрела на него своими глазищами, когда он икнул за столом, ну прелесть, что за девочка!
  По окончании ужина лорд Луан велел проводить своему человеку леди Нарибус до дома лорда хранителя. Милош ждал её, и как только сопровождающий вышел, с тревогой заглянул в глаза.
  - Устала, очень устала, лорд Милош, - пожаловалась Нина.
  - Лорд Луан - наш бывший король, вы догадались? - тихо произнёс лорд. Девушка кивнула.
  - Он тяжёлый в общении лорд, но слава Богине, что Его величество не отослал вас к своему деду.
  Разговор не клеился, не было ни сил, ни желания.
  Пока добирались в столицу, Нина разуверила себя в серьёзности дела, ради которого ехала, поэтому к Милошу смогла относиться лояльно. Однако столкнувшись с сильными мира сего, переволновавшись, к лорду Ветусу дружеские чувства на сегодняшний день истаяли. Он, конечно, мог ещё оказаться полезным и не против был помочь, но видеть его не хотелось.
  Милош уже знал, что леди заинтересовала королевскую семью, и если она пройдёт проверку, то проблема с демонами о принадлежности перешейка будет отложена. В благодарность за сметливость лорду Ветусу было велено озвучить своё желание, что он и сделал.
  - Ну что ж, - с недовольством прозвучало ему в ответ, - ищите себе замену.
  Когда прозвучали заветные слова, то за радостью пришла тревога.
  Королю пришлось не по нраву, что хранителя придётся менять, а это вопрос доверия, которого с каждым десятилетием всё меньше.
  И всё же надежда Милоша на спокойную жизнь, в которой он сможет обрести семью хотя бы в последние годы жизни, затмила нервозность и сожаление, что втянул во всё леди Нарибус.
  
  После отъезда Нины в королевском кабинете за бокалом вина состоялась беседа между действующим королём и его отцом.
  Леди Нарибус произвела благоприятное впечатление на обоих мужчин, и они собирались дать ей имя герцогини Керидской, проведя обряд бракосочетания в ближайшее время. Доверенным лицом собирался выступить сам король, чтобы не поползло ненужных сплетен, а так всем понятно будет - государственная необходимость!
  Потом ещё поговорили о делах насущных, о молодом наследнике, который настораживал своим энтузиазмом в подготовке новых реформ для развития общества и нежеланием заводить отпрысков. Попеняли друг другу на воспитание, пожаловались на деда (отца), который устарел со своими взглядами на жизнь и не даёт шага сделать без его одобрения, да и разошлись. А в спальне Его величество ябедничал королеве, что отец явно запал на будущую герцогиню Керидскую.
  - Неужели так хороша собой? - удивилась женщина тому, что привередливый свёкор не только заметил, но ещё и высоко оценил чужеземку.
  - Не настолько привлекательна, как ты, дорогая, но интересная, - дипломатично ответил супруг.
  - Хм, если она понравится Керидскому, то он её не отпустит, так что тебе волноваться нечего.
  - Ну, у Эди своеобразные вкусы, не думаю, что он вообще готов связать свою жизнь с кем-нибудь. Тем более леди - дева не первой свежести.
  - Придётся, нам нужен наследник рода и пусть потом катится хоть куда! - разозлилась королева.
  - В том-то и дело дорогая, что нужен наследник, а леди Нарибус, повторяю, не девочка...
  - Ах, ты об этом, - задумалась женщина, - не прошляпьте в договоре пункт о разводе, чтобы потом не было проблем с ней.
  - Ты моя умница, - игриво поцеловал в плечико, подобрался к тонкой шее.
  - А что ты сказал по поводу своего отца? - отстранилась она.
  - Мне показалось, что он запал на неё.
  - Он что-нибудь сказал?
  - Только, что она хорошая девочка, но при этом весь оживился, настроение у него поднялось, и всё чему-то улыбался.
  - Плохо, - печально произнесла королева.
  - Думаешь? Ему скучно, пусть развлечётся.
  - Ты не понимаешь, он ведь такой, захочет - и женится! Нашим сыном он не доволен, кто ему помешает родить ещё одного наследника?
  - Что ты, дед его с потрохами за такое сожрёт! Да и не в том возрасте будет леди, чтобы рожать.
  - Дед, дед, - передразнила королева, - твой отец - ещё тот фрукт, а нашего мальчика они ни во что не ставят. И ты не можешь быть уверен, что она не родит!
  - Лапочка, а может, тебе ещё одного родить? - подтянул его величество свою королеву поближе.
  - Боюсь я твоих родственников, замучили они меня со своими разговорами о распрях между наследниками. Хорошо, что второй у нас Лана родилась, а не мальчик, - и уткнулась в мужа, скрывая свои страхи, думы.
  - Лапочка, ну что ты расстроилась, сейчас леди станет герцогиней, когда Эди вернётся, мы по-тихому развод обстряпаем и отошлём чужеземку куда подальше.
  - Твой отец захочет - найдёт, - раскапризничалась женщина.
  - Мы сошлём так, что не найдёт, не волнуйся. В конце концов, герцога найти не можем, вот туда же и леди отправим.
  - Обещаешь? - подняла полные слёз глаза королева.
  - Обещаю, но это если только она не останется женой герцогу.
  
  Вот так решили судьбу леди Нарибус, мимоходом, истинно по-королевски, думая только о себе. У королевы были собственные страхи, в чём-то обоснованные, но больше её раззадорили отзывы дворцовых леди.
  Она действительно испугалась, что свёкор женится и под гнётом коварной иностранки захочет основать новую династию. Для короля симпатичная леди ничего не значила, поэтому он не желал ссориться из-за неё с женой. Пришла из ниоткуда леди Нарибус - и уйдёт в никуда.
  А его отец, если бы знал, что своим вниманием к леди разворошил уйму подозрений, только бы посмеялся. Ну, заинтересовала его девушка, подумаешь, а завтра новый сорт вина выведут, и он снова порадуется, что случаются в его жизни ещё приятные сюрпризы, а невестка всегда излишне всё раздувает.
  Помогло бы Нине знание того, что о ней говорили, или нет, неизвестно. Коготок у птички увяз, и выбора у неё уже не было, как только плыть по течению и быть бдительной.
  
  На следующий день в особняк Милоша Ветуса прислали гонца, который сообщил, что вскоре сюда нагрянут девушки из салона моды, потом почтит визитом секретарь Его величества лорд Рейн.
  - Леди Нина, лорд Рейн придёт обговаривать условия договора, если я смогу, то останусь с вами, но вполне возможно, что всё захотят обставить в тайне и вам придётся самой защищать себя. Прошу вас, не торопитесь ничего подписывать, не верьте улыбкам лорда Рейна, он не зря занимает свой пост.
  - Спасибо за предупреждение и волнение за меня. Думаю, вы правы во всём, - согласилась девушка.
  - Когда решитесь ставить свою подпись, то не оставляйте свободного места между текстом и подписью, - тихо предупредил Милош.
  - Бывали прецеденты? - искренне удивилась она нечистоплотности короля.
  - Ну-у, - лорд замялся, - такие дела, как ваше, не афишируют, но там, где начали лукавить, хоть и против демонов...
  - Понимаю, стоит только начать.
  Упавшее настроение пришлось проигнорировать, как только слуга объявил о приходе работниц мира моды.
  Девушки заполнили собой всё пространство. Сами они были худенькие, но каждая из них держала стопки тканей, платьев, коробочки с кружевами, брошками, пуговицами. Высокая строгая женщина, сопровождающая их, представилась:
  - Леди Нарибус, я управляющая салоном госпожа Ванэс. Мы приехали к вам по велению Её величества. У вас впереди важное мероприятие, и нам велено срочно подготовить для вас полный гардероб.
  - Очень хорошо, госпожа Ванэс, пройдёмте на второй этаж, там есть большое зеркало и много света.
  Вскоре Нина позабыла обо всём. Никогда в жизни ей не оказывали столько внимания.
  Она примеряла платья-заготовки, оценивала фасоны, к ней прикладывали разного цвета ткани, подыскивали наилучшие сочетания.
  Не всегда она могла быстро сориентироваться, к какой ткани какие пуговицы лучше подойдут, а где можно обойтись скрытой застёжкой и бантом. Нужны ли перчатки к каждому платью, и какой они должны быть длины? Платочки, зонтики, шляпки, заколки, шарфики, пояски, туфельки, носочки, всё подбиралось к каждому платью единым ансамблем.
  Конечно, если бы такое происходило с ней регулярно, то Нина, наверное бы, утомлённо фыркала и говорила бы: "Как я всё это ненавижу!" Но сейчас она работала вместе с девушками, составляла, подбирала, высказывалась, что ей предпочтительнее и, наконец, устроила перерыв.
  Всех пригласили в небольшую гостиную, где накрыли стол для сотрудниц салона, и можно было перевести дух. Нина по статусу не могла сидеть рядом с девушками, да и они бы себя чувствовали неловко, поэтому она обедала в своей комнате.
  Вскоре они продолжили работу и, всё зарисовав и записав, раскланялись. Госпожа Ванэс уверила, что её девочки управятся к сроку, а Нина попросила присмотреть для неё что-нибудь из зимних вещей. Вдруг придётся к ледяным демонам идти в гости?
  Внизу уже ждал лорд секретарь. Он принял красивую позу, но через оконное отражение наблюдал за смешливыми девушками, которые дразнили его и копировали, как он заложил руки назад и покачивался с мыска на пятку. Лорд Рейн нисколько не смущался, не злился, наоборот, едва скрывал, что ему смешно.
  - Лорд Рейн, добрый день, прошу вас, - пригласила Нина секретаря в кабинет Милоша.
  - У вас сегодня суматошно, - заметил мужчина.
  - Да, - Нина улыбнулась, - девушки молодцы, очень доброжелательные, хорошо знают своё дело.
  - Ещё бы они были не доброжелательны, - хмыкнул лорд, - заказ Её величества, да ещё срочный. Прекрасная возможность заработать!
  - Наверное, - согласилась Нина и больше без необходимости рта не раскрывала.
  - Вот договор, от вас требуется подпись.
  Мужчина протянул наполовину заполненный листок и вытащил из саквояжа свою чернильницу с пером.
  - Не теряют цвет, не размазываются, - пояснил он.
  - Присаживайтесь, лорд Рейн, - пригласила Нина.
  - Простите, у меня нет времени задерживаться, - вежливо и намекающе глядя на бумагу, ответил лорд.
  - О, тогда не смею вас задерживать. Я изучу договор, впишу недостающие пункты и принесу Его величеству, там мы одновременно подпишем.
  - Вы не доверяете королю!? - ахнул секретарь.
  "Боже, сколько пафоса!"
  Девушке даже стало смешно, а лорд, однако, артист, да ещё и молоденьких девушек любит.
  - Как вы могли такое про меня подумать! - не менее экспрессивно и чуть дразнясь, воскликнула леди.
  Лорд Рейн очень высоко изогнул одну бровь, вперил взгляд в Нину:
  - Вы меня удивляете, - немного томно произнёс он, а Нина не выдержала, рассмеялась.
  Вот так секретарь у короля, весельчак! Он присел и со смиренностью во взгляде принялся ожидать и вздыхать, чем отвлекал от чтения.
  - Суховато и слишком по-разному можно воспринять большинство пунктов, - закончив читать, резюмировала девушка. - К примеру, что значит: "при невыполнении леди Керидской своих обязанностей налагается взыскание в размере месячного обеспечения". Что это такое? Где прописаны обязанности, какого размера это ежемесячное обеспечение? Кто будет определять, выполняю я свои обязанности или нет? Учитываются ли посторонние факторы, как, скажем, проблемы со здоровьем, или нет? А если я нахожусь в таких условиях, что выполнять обязанности не могу, то как?
  - Ой, леди, что вы, что вы, - как старая тетушка затарахтел лорд, - к чему столько подозрительности, никто вас не собирается обманывать! А обязанность у вас только одна - присутствовать на ежегодной встрече с ледяными демонами, и то вам там делать ничего не надо, просто сидеть. За вас всё обговорят, отрегулируют, а вы подпишитесь. Никаких хлопот, никаких взысканий.
  - Размер моего обеспечения? - "вот прохиндей!"
  - Сто золотых, миледи, ежемесячно! - не то чтобы воскликнул, но с гордостью и апломбом произнёс секретарь.
  Нина светло и радостно улыбнулась, как будто девочка, получившая долгожданный подарок. Лорд сразу расцвёл и подсунул перо. Нина ещё немного полюбовалась с лучезарной улыбкой на устах и, клацнув на склонившегося лорда зубами, рявкнула: - Нет!
  Мужчина картинно схватился за сердце.
  - Шалите, миледи, - укорил он её.
  - Воспринимаю ваш договор как шутку. Жалею, что потратила время на сегодняшнюю примерку. Прощайте, лорд Рейн!
  - Миледи, мне известно, что в замке Алоиза вы работали леди-хозяйкой за вдвое меньшую сумму! Чем вы недовольны?! Там вам пришлось поднимать хозяйство, а здесь вам ничего делать не надо. У герцога леди-хозяйкой работает его родственница, и он ею доволен. У него двое отличных управляющих, и вам нет нужды вмешиваться в их дела. Вы вольны делать, что хотите, только проживайте на территории крепости и съездите на обновление договора.
  - Очень удобно для вашего герцога получается. Он может годами пропадать за сто золотых в месяц, а я отсиживай за него! Нет, поищите другую бездельницу! У меня свои дела есть.
  - Леди, вы же понимаете, что это невозможно, - укорил лорд.
  - Времени достаточно, это чистая случайность, что я тут появилась. У вас, наверное, есть ещё принцессы? Предложите им выйти замуж на время за сто золотых в месяц!
  - Но, миледи, как вы можете?!
  - Чтобы ваш герцог долго не гулял, меньше, чем за тысячу золотых в месяц, я дальше разговаривать не буду.
  - А вдруг милорд задержится?
  - Моё ежемесячное обеспечение - хороший повод не ждать герцога, а нанять людей и поискать его. Ещё раз говорю, я не хочу годами сидеть на вашем перешейке! Для вас слишком большой соблазн оставить меня там надолго.
  - Леди Нарибус, я целиком на вашей стороне, я вас понял, отдельным документом оформим ваше содержание, как вы просите.
  И подпихивает перо, чтобы подписала.
  - Лорд Рейн, вы же собрали обо мне какую-то информацию?
  - Кое-что нам известно, - осторожно согласился мужчина.
  - Так что же вы суёте мне документ без исправлений? Неужели вы думаете, что я могла быть хорошей хозяйкой, если бы не думала, что подписываю? Мы теряем с вами время. К тому же мне нужны гарантии, что всё мною заработанное останется при мне, а не отправится в пользу мужа!
  - Леди, вы чрезмерно подозрительны, - и посмотрел, будто он обижен до глубины души.
  - Знаете, лорд Рейн, сейчас я ещё готова сотрудничать, но чем больше устаю, тем больше приобретаю занудность. Вы, наверное, думаете, что устав, я отмахнусь по-быстрому от бумаг? Так вот, наоборот, буду цепляться к каждому слову. И вы меня уже к этой грани подвели!
  - Да?
  - Да! Если вы не обладаете соответствующими полномочиями расширить договор, то мы ничего не достигнем.
  Как оказалось, лорд Рейн обладал полномочиями и над договором они просидели до ночи. Один лист разросся в несколько листов, где было прописано всё.
  За то, что лорд ещё позволил себе немного поиграть с ней, надеясь на свою неотразимость, Нина выполнила свою угрозу и ковырялась в каждом пункте.
  Она потребовала прописать её обязанности в качестве леди Керидской, как леди-хозяйки, как придворной дамы её величества. Настояла, чтобы были прописаны её полномочия по ведению дел, причём принесёнными королевскими чернилами, правда, из мстительности.
  Лорд Рейн пытался ограничить её во всём, и если бы она доверилась его улыбкам, то оказалась бы в заложницах у людей герцога, рассчитывая только на их порядочность по отношению к себе.
  Горничную уволить она не имела права, наказать штрафом леди-хозяйку нельзя, воздействовать на управляющего, Богиня упаси, вообще тронуть их!
  Не то, чтобы Нина собиралась там зверствовать, но если к ней будут относиться неуважительно, то она даже ничего не смогла бы сделать, как только бегать за всеми и просить, давить на жалость. Сам факт этого насторожил её, и она бросилась в битву. Хорошо, если у герцога, как говорит Рейн, работают годами проверенные замечательные люди, а если нет?
  - Миледи, мы с вами всё обговорили, подписывайте!
  - Сделайте, пожалуйста, несколько копий, завтра я прочитаю на свежую голову и поедем к королю подписывать.
  - Но, миледи, Его величество очень занят!
  Леди Нарибус решила не отвечать, она сердито сверлила взглядом секретаря. Если король всячески отбрыкивается от неё сейчас, то это уже ни в какие ворота не лезет и без него она точно ничего не подпишет.
  - Хорошо, как скажете, - смирился лорд секретарь, утомленно потирая глаза. Напрасно его величество решил, что леди "хорошая девочка", им бы самим с этой хищницей пообщаться на предмет договора, тогда, может, кого другого поискали бы.
  На следующий день, принарядившись и подкрасившись, леди Нарибус отправилась подписывать бумаги. Король с улыбкой, с укоризной в глазах, оставил размашистую подпись, не читая, и подвинул листки договора леди.
  - Вы позволите присесть, Ваше величество?
  - Конечно, как вам будет удобнее, - милостиво разрешил король.
  Нина села, взяла договор и начала читать. Король в недоумении посмотрел на секретаря, тот взглядом и руками показывал, что он предупреждал, и оба они стояли и ждали, когда девушка всё прочтёт. Его величество даже несколько раз прошёлся перед ней, почти задевая Нину, показывая своё нетерпение, но она была так увлечена, что оставалось только громко тяжело вздыхать, надеясь на её слух.
  - Кхм, - чуть прокашлялась леди Нарибус, - здесь не прописано, на какую помощь я могу рассчитывать в случае угрозы жизни.
  - Какая угроза, о чём вы? - вкрадчиво спросил король.
  - Вдруг ледяные демоны захотят устранить меня, а я не знаю даже, кто им может противостоять. Потом не будем исключать злой умысел обиженных людей, влюблённых в герцога красавиц, родственников, рассчитывающих на наследство. Что в этих случаях мне делать? Есть ли там служба безопасности, компетентная в этих вопросах?
  - Леди, там гарнизон стоит, - начал говорить секретарь.
  - В гарнизоне есть люди, которые сумеют вычислить отравителя? Простите, я не придираюсь, но вы меня отправляете довольно далеко, и я хочу знать, где я могу получить помощь в каких-то крайних ситуациях.
  - Я вас понимаю, леди, - взялся объяснять секретарь, подсовывая королю бокал с вином, чтобы тот пил и молчал, - не предполагал в вас такой ответственности. На границе с перешейком, то есть ваших будущих земель, стоит город, в котором есть отделение королевской службы, занимающейся преступлениями. Ну, а если демоны нападут, то вы сами увидите, что крепость неприступна и вам придётся полагаться на командующего крепости. Он будет головой отвечать за вашу безопасность.
  - Я поняла. Лорд Рейн, в конце есть свободное место, впишите, пожалуйста, что в случае совершенных преступлений я имею право обратиться в королевскую службу.
  Секретарь с тоской посмотрел на короля, но тот кивнул, и мужчина споро начал дописывать.
  - Благодарю вас, - улыбнулась леди.
  - Ваше величество, подпишите, пожалуйста, каждый лист в каждом экземпляре.
  - Что?!
  - Простите, я должна быть уверена, что спустя время от договора не останется всего лишь один лист. А вы, лорд Рейн, впишите, пожалуйста, ещё, что данный договор составлен на пяти листах.
  Когда Нина покидала королевский кабинет, мужчины вздохнули с облегчением. У Его величества в голове крутились такие слова, что даже перед своим секретарем было неловко говорить так о женщине, но очень уж достала его будущая герцогиня.
  - Вы уверены, Ваше величество, что она одна вам не так обременительна, чем род тех же Ковельских или Хамстоков?
  - Уже не уверен, - выдохнул король, - найди мне лучших искателей и пусть они делают что хошь, только герцога надо найти, пока она нам там дел не наворотила!
  - Слушаюсь, Ваше величество. Обряд будет проходить в главном храме?
  - Нет, шум нам ни к чему, я договорился с главной жрицей, она приедет в малый храм, там и проведём обряд в тихом семейном кругу.
  
  Для Нины время летело с безумной скоростью. Только засыпая, она подумала, что за столь короткий срок познакомилась с двумя королями, а вскоре ещё увидит короля демонов. Правда, секретарь развеял важность его титула. Оказывается, у демонов земли поделены на несколько частей, и Светлый мир общается только с ближайшими ледяными жителями. Вот их главу Нина и увидит. Для людей он король, раз правит определённым участком земли, а для самих демонов он тоже вроде как король, только один из нескольких, которые в какой-то мере подчиняются главному. Но для девушки это не важно, ей просто интересно, не более.
  
  
  

Глава 11.

  
  
  Перешеек Керидского.
  
  Госпожа Ванэс оправдала все ожидания Нины. Волшебство, содеянное руками её девушек, состоялось. Какой бы наряд леди Нарибус не примеряла, он великолепно на ней сидел и подчёркивал всё лучшее, что в ней было.
  Даже если бы девушка не была хороша собой, то в такой одежде её как минимум сочли бы интересной, элегантной, или в самом крайнем случае - ухоженной. Теперь её наряды не уступали одежде королевских модниц и очень хорошо подчеркивали белокожесть леди, необычный цвет волос и глаз.
  В некоторых платьях глаза у Нины казались глубокого серого цвета, а в некоторых - поражали яркостью голубых красок. Не сказать, что раньше девушка комплексовала из-за экономного выбора одежды, но сейчас она почувствовала себя красавицей и это своё новое чувство она очень ценила.
  Впереди тревоги, волнения, новый коллектив, но сейчас она словно королева купается во внимании, восхищении.
  Милош предупредил её, что получил разрешение отвести её на озеро после обряда, и так он будет делать каждый год, пока не приедет герцог. Нина в следующий раз должна будет самостоятельно приехать в столицу, чтобы воспользоваться допуском к воде.
  - Вам, наверное, уже найдут замену, - спросила она.
  - Мне самому придётся искать преемника, а после того, как он приступит к выполнению обязанностей, я ещё года три вынужден буду тихонько понаблюдать за ним. Так что если герцог не вернётся, то приезжайте сразу ко мне, мы вместе сходим на озеро, и я вас познакомлю с преемником.
  - Хорошо, спасибо. Знаете, я ведь не верила, что король выполнит вашу просьбу, - неожиданно покаялась Нина.
  - Не хотел, но он сам спросил, чего я желаю, поэтому... - грустно отмахнулся мужчина.
  Перемены в его настроении гостья не понимала, да и не было времени задумываться об этом. Ей бы в сделке с герцогством не оплошать, кто знает, чем всё закончится. Хотелось бы всё предусмотреть, но в чужие головы не влезешь.
  В день обряда королева прислала свою карету, пару горничных для помощи Нине, и та была ей очень признательна. Девушки помогли леди с причёской, подсказали, как будет проходить обряд, что от неё потребуется.
  Когда леди Нарибус помогали выходить из кареты возле храма, то она с удовольствием отмечала устремлённые на неё восхищенные взгляды. Даже в глазах короля мелькнуло что-то, а лорд Луан, стоящий в стороне, весело подмигнул ей. Нина расцвела, давно она не купалась в мужском внимании.
  Обряд прошёл спокойно, без магического вмешательства, но торжественно. Для всех несколько раз повторили, что Его величество исполняет роль доверенного человека герцога, и что женится не он, а герцог Керидский.
  Подарков Нине не дарили, но она нашла время от души поблагодарить Её величество за заботу и понимание, что за столь короткий срок она не смогла бы самостоятельно подготовиться к торжеству.
  Новоиспеченная леди Керидская думала, что предстоит застолье, но королева шепнула, что благоразумнее будет ей отправиться на озеро, а завтра отлежаться.
  Послезавтра леди Керидской предстояло отправиться в путь на свои земли. Задерживаться было уже нельзя, она и так приедет в последние дни подготовки встречи с ледяными.
  Нина спорить с королевой не стала. Мало ли, по каким причинам не хотят, чтобы она сидела за праздничным столом "среди своих".
  А причина была: король злился на объёмный договор и пожаловался отцу на ушлость иностранки, а тот долго смеялся над ним и хвалил девушку.
  Вот тогда Его величество и подумал, что, пожалуй, жена права, и надо бы леди Нарибус после возвращения герцога услать не в Горное королевство с каким-либо поручением, как он ранее придумал, а ещё куда подальше, чтобы не возвращалась вовсе.
  Помимо того, что королю не хотелось, чтобы герцогиня мелькала перед носом его отца, не желательна была и широкая огласка состоявшегося бракосочетания. Ну, мало ли, когда герцог женился, сегодня или полгода назад? И единственной, кто дал Нине дельный совет, была Ёе величество. Успокоившись обещанием мужа решить назревавшую проблему, она перестала видеть угрозу в леди Нарибус и подсказала насчёт озера.
  Нина, не мешкая, поехала домой и передала пожелание королевы сходить к озеру сегодня же. Милош подождал, пока леди переоденется и повез её к месту своей работы. Он провёл Нину через несколько рядов охраны, потом они долго шли в тишине по узкому коридору, спускающемуся вниз, минуя ловушки, и когда оказались перед массивной дверью где-то в подземелье, то она устало подняла глаза кверху, спрашивая неведомого, за что ей такие мучения.
  - Лорд Милош, я стёрла ноги в кровь, и если за этими дверьми нет озера, то я отказываюсь идти дальше. Мне уже ничего не надо, дайте только спокойно умереть, - уныло пожаловалась девушка.
  - Мы уже пришли, простите, я думал сводить вас завтра с утра, когда вы отдохнёте, наберётесь сил. Давайте, я вас понесу, - предложил лорд.
  - Зачем, раз мы пришли, я потерплю, - благодарно произнесла она, не ожидая, что Милош так серьёзно воспримет её слова.
  Двери открыли, за ними оказалась облагороженная пещера со столиком, креслами, буфетом.
  - Уютно, - призналась Нина, - я думала низкие своды, огромное озеро, а тут небольшой водоём, похожий на купель, мебель...
  - Вот кран, здесь можно набрать для себя воды и выпить.
  - А много надо пить? - заволновалась девушка.
  - Нет, немного, четверти бокала хватит, но если хотите, можете больше, только не думайте, что от количества что-то зависит, - улыбнулся лорд.
   - Боязно мне что-то, а как проверить, действует ли вода?
  - У всех по-разному, я уже давно не ощущаю никакого действия, но живу ведь!
  Нина сделала шаг и охнула. Пока стояла, нога не болела, а сделала шаг - и натёртая пятка вместе с излишне стиснутым большим пальцем пронзили болью.
  - Давайте я посмотрю, - склонился Милош, - Богиня, да у вас уже вся туфелька в крови! Как же так!
  - С обувью всегда всё не слава Богине, - пожаловалась Нина, - сначала вроде ничего, удобно, а спустя время - сплошная пытка!
  Милош усадил Нину в кресло, снял туфельку и покачал головой. Он пытался быть деловитым, и скрывал, сколько волнения вызывает у него маленькая, аккуратная ножка Нины.
  - Его величество не давал разрешения, но я предлагаю вам искупаться, - неожиданно предложил он.
  - Окунуться в воду целиком? Это полезно?
  - Да, усталость снимет, ваша ножка заживёт, а чтобы не травмировать её больше, я вас на руках донесу.
  Нина скептически посмотрела на мужчину, подумала о его возрасте.
  "Седина в бороду - бес в ребро, что ли?" - а потом вспомнила о своём возрасте и решила, что надо принять предложение и поблагодарить.
  - Спасибо, лорд Милош, я бы воспользовалась вашей любезностью, только у меня ведь нет купального костюма, а вы, я так полагаю, не имеете права оставлять меня здесь одну?
  - Оставить не могу, а окунуться вам лучше всего полностью раздетой, - сказал и отвёл взгляд.
  Честно говоря, Нина прошла уже тот возраст, когда стеснялась и вошла уже в тот, когда женщины уверенно говорят, что если ещё есть, что показать, то показывай, не парься! Но это всё было на Земле, а здесь всё приобретало смысл. Даже предложение Милоша, сделанное в качестве хранителя озера, почти доктора, имело подтекст, и землянка, отобрав свою ногу из рук лорда, всё же отказалась.
  - Спасибо, я понимаю, что вы пошли на нарушение правил, предложив мне окунуться, но давайте я просто попью воды, и мы вернёмся домой.
  "Дура, плюнь на всё, раздевайся и ныряй! Ты уже почти старая вешалка! Плевать, что он подумает, ты его уже послезавтра не увидишь!" - но Нина крикливый соблазн в голове игнорировала, почти плакала, но думала о самоуважении. Стоит чуточку сдаться, уступить самой себе - и вот уже ты немного другой человек, у которого расширились рамки дозволенности, а дальше как снежный ком придут ситуации, где ещё и ещё придётся смириться, отступить... и вот уже стыдно за саму себя! Нет, всё это Нина уже проходила на Земле, толкаясь локтями и держась за работу.
  - Миледи, - чуть слышно произнёс хранитель, - вы привлекательны для меня, и я не стесняюсь в этом признаться. Я был бы рад вашей благосклонности, но также я чувствую себя виноватым, что втянул вас в проблемы королевства. Что вас ждёт на перешейке? Герцог, судя по всему, устал от своей земли, не зря же он сбежал. Вам понадобятся силы, чтобы жить там, вода их вам даст. Я не могу выйти, но я обещаю, что не повернусь к вам, пока вы не разрешите.
  Нина хотела что-то сказать, но передумала, надо было торопиться. Она кивнула, принимая доводы, а Милош указал ей рукой за ширму, где можно снять одежду и подсказал, где расположены ступеньки в воду.
  Девушка торопилась. Её счастье, что она переоделась после свадьбы и сейчас могла управиться с платьем самостоятельно.
  Она скинула с себя всё и, вытянув шею, посмотрела, не подглядывает ли лорд. Настроила себя, что готова к ледяной воде и уверено сделала шаг, другой. Вода была прохладной, поэтому зажмурившись, девушка резко опустилась в воду, невольно ахнув.
  Милош испугавшись, что что-то случилось обернулся, и пока Нина барахталась спиной к нему, смотрел на неё. Очень ладная, с чистой белоснежной кожей, как будто ожившая статуя Богини. Он резко отвернулся, поскольку девушка, как и обещала, только окунулась и сразу заспешила выходить. Никакого эффекта она пока не почувствовала, кроме холода, а потом пыталась поскорее разобраться с одеждой и надеть её на мокрое тело.
  - Хорошо, что вы не намочили волосы, охрана увидела бы и доложила, - повернулся Милош после разрешения.
  - А ничего, что мы так долго здесь? - забеспокоилась Нина.
  - Некоторые и дольше сидят, пьют воду бокал за бокалом, - усмехнулся лорд.
  - Мне надо пить или достаточно того, что я купалась?
  - Выпейте немного, пусть вода внутрь попадёт.
  Лорд протянул наполненный наполовину бокал с водой. Нина сделала глоток, замерла. Вода имела свой характерный вкус. Она попробовала описать его для себя, но подходящих слов не было. Несомненно, вкус был насыщенным, но хотелось в его описании приплести несколько возвышенных определений, таких, как вкус грозы, свежести, но это только путало.
  Девушка пила воду профессионально, хорошенько распробовав и запоминая. Выпила всё, не от жадности, а просто хотелось пить.
  Потом она тихонько затолкала в сумочку окровавленный чулок и смяла у туфельки задник. Нога зажила, подтверждая волшебные свойства воды, и снова её калечить не хотелось.
  Вместо обещанной бодрости она почувствовала усталость и вялость.
  Милош заметил манипуляции по обережению ступни, наклонился, поправил задник у туфельки, правильно её одел и с легкостью подхватил леди на руки. Вынес её, поставил, закрыл двери, снова устроил у себя на руках... а дальше Нина не заметила, как сомлела.
  Очнулась она ночью от бунта в животе и бегала в туалет до самого утра. Девушка не знала, что и думать: то ли водичка ей впрок не пошла, то ли по пути где-то отравилась.
  Измученная, обессиленная ночной беготней, она доползла до кровати, легла с краю, чтобы при следующем позыве удобнее бежать было, но время шло, а её больше не несло и не тошнило.
  Проснулась она только к обеду. Чувствовала себя неплохо, даже хорошо, если бы не небольшая слабость. Придерживаясь стеночки, Нина доковыляла до ванной комнаты и остановилась в раздумьях: хватит ли сил привести себя в порядок или полежать ещё?
  Она побрызгала себе в лицо водой, подняла глаза к зеркалу и отметила необычайную белизну кожи. Похлопала себя по щекам, попыталась разогнать кровь, стало получше, но в зеркале она себя не узнавала.
  - Что же такое делается? - не понимая, что смущает в зеркальном отображении, она приблизила лицо к нему.
  Ресницы, брови, волосы разрослись как на дрожжах. Лицо выглядит чуть усталым, но подозрительно здоровым. Нина скинула пеньюар и начала осматривать тело. Первым делом бросились в глаза заросли под мышками, потом золотистые волоски на ногах, которые только что, перед свадьбой все удалила.
  - Эк меня здоровьем шибануло, - выдавила девушка из себя, только чтобы ощутить реальность происходящего.
  Не сказать, что она вдруг юность вернула, но оздоровление налицо. Вроде и не болела ничем, считала себя в меру крепкой, но сейчас отчётливо видно, что глаза сияют ярче, кожа свежее, приобрела персиковую бархатистость, а ещё живот впал. Ну это, наверное, после того, как её целую ночь чистило, но всё же надо бы сохранить эффект.
  Нина попросила подать еду ей в комнату, а сама занялась приведением себя в порядок. Горничной в доме не было, поэтому все процедуры заняли прилично времени: пока подготовишь всё, потом сделаешь, после прибрать надо за собой, и только к вечеру Нина вышла в гостиную.
  Милош разглядывал её как в первый раз.
  Она не воспользовалась в этот раз косметикой, но лорду она продолжала нравиться. В преддверии расставания ему вспоминалось, как они ладили по дороге в столицу, как спорили по некоторым вопросам, как ему было комфортно с ней, и досада брала, что не заметил вовремя, не оценил, не попробовал привлечь, а сразу побежал к королю.
  Однако лорду Ветусу хватило благоразумия не сбивать Нину своими запоздалыми признаниями, и он лишь смотрел на неё, рассказывал ей всё, что знал про демонов, про герцога, про предстоящую дорогу.
  Гостья слушала внимательно, но недолго. Ей предстояли сборы, и доверять укладку вещей ей было некому. Больше всего её волновало, что все свои деньги она таскает с собой. Конечно, она припрятала их по разным местам, но тревожно держать их при себе.
  Было у неё желание пристроить деньги в банк, но, по рассказам Милоша, ни один из них не продержался дольше пятидесяти лет. Рисковать не хотелось всей суммой, а нести часть уже некогда, да и теперь непонятно, на чьё имя открывать счёт и как оно будет после развода? Король отметил в договоре, что все деньги, заработанные леди во время действия этого контракта, принадлежат ей, но здешняя банковская система ей неизвестна и каких проволочек ожидать при смене фамилий - трудно предугадать.
  Голова пухла от мелких проблем. Одного сундука не хватило, пришлось приобрести, не глядя, ещё один, но он оказался без водооталкивающей пропитки. Наряды необходимо было прокладывать лавандой для защиты от насекомых, а этот запах не нравился Нине.
  Волновало её, что она не успела даже пробежаться по магазинам и закупить для себя трав со сладостями. И в самый последний момент её осенило, что она всё-таки может рискнуть и вызвать для себя Мируну. Даже если она продержится замужем всего месяц, то у неё образуется достаточный запас денег, к тому же появился знакомый в столице, и неопределённости в дальнейшем больше нет.
  - Лорд Милош, милорд, - бросив сборы, понеслась вниз Нина, надеясь, что лорд ещё не лёг спать.
  - Да, что случилось?
  - Милорд, я сейчас по-быстрому напишу письмо в замок Алоизов, там у меня была очень хорошая горничная. Вы смогли бы помочь мне с доставкой письма по назначению и, главное, как организовать приезд девушки ко мне? Я ведь уже отправлюсь в путь, а ей догонять меня придётся.
  - Ну, догнать она вас не сможет, слишком большая разница. Письмо послать несложно, а вот организовать сопровождающего...
  - Я оставлю денег, неужели никто не занимается этим?
  - Миледи, пишите письмо, замок же от нас в трёх днях пути?
  - Да.
  - Я завтра же найму сопровождающего, а пока девушка будет добираться сюда, подготовлю свою карету для длительного путешествия.
  - О, вы слишком щедры, - пошла на попятный Нина, - быть может, пристроить Мируну к какому-нибудь каравану, следующему к перешейку?
  - С караваном вы её будете долго ждать. А мне не так уж необходима карета, поверьте, я раньше обходился без неё и теперь обойдусь.
  - Тогда можно, я оставлю вашей домоправительнице денег, чтобы она закупила для меня кое-что, а Мируна заберёт?
  - Это будет разумно, вам совсем не оставили время на сборы, - согласился лорд.
  Нина собиралась полночи, укладывая вещи, делая пометки для управительницы Милоша, что надо бы прикупить. Спать ей не хотелось, энергия била через край и одолевало желание бегать, прыгать, танцевать, двигаться.
  На следующее утро она проснулась от шума, раздающегося с улицы. Весь палисадник был заполнен военными, которые крутились возле небольшого домика на колёсах.
  - Какая прелесть, - ахнула Нина, высунувшись в окно, и поспешила со сборами. Она знала, что ей предоставят сопровождающих, карету, но не ожидала столь симпатичного домика.
  На завтрак строгая управительница по просьбе леди пригласила старшего военного из сопровождения и, завалив его едой, Нина торопилась раздать указания:
  - Милорд, я в кабинете оставила письма для Мируны, для лорда Алоиза, для господина Штерца.
  - Про девушку я помню, но чем дороги для вас названные... - Милош замялся, а гостье некогда было его дослушивать, поэтому она быстро пояснила:
  - Лорду и его управляющему я послала письма вежливости, где интересуюсь, как обстоят дела у юного Дара Алоиза. Я беспокоюсь за мальчика, - девушка посмотрела на военного, не развесил ли он уши, и продолжила, - не очень-то он нужен там, лишний ребёнок...
  - Понятно, - нахмурился мужчина, а военный отвлёкся от крошечных сырничков, которые загребал на вилку группами и с любопытством посмотрел на молодую герцогиню.
  - Я хотела написать ещё госпоже Бедрич, да вашему управляющем и его помощнику, они будут беспокоиться, как у меня тут сложилось, но уже не осталось времени. Я напишу им в дороге и отошлю письма, воспользовавшись почтой. Если вам не трудно, то, когда будете писать в имение, упомяните обо мне, а то мало ли, когда дойдут мои послания с дороги и дойдут ли вообще.
  - Непременно, - твёрдо пообещал лорд.
  - Мне очень неловко, что приходится просить вас о столь многом, но я оставила деньги для вашей управительницы со списком, и деньги для оплаты расходов, связанных с моей горничной.
  - Это было лишним, вы отняли у меня возможность сделать вам подарок, - недовольно произнёс лорд.
  - Не стоит об этом, для меня важно знать, что в столице у меня остался друг, - со смущением произнесла Нина.
  
  Завтрак закончился, старший кавалергард был сыт и благодушен. Два больших Нининых сундука без проблем влезли в домик. Девушка едва успела попрощаться с лордом, как сопровождающие скомандовали отбытие.
  Народ на улице останавливался, смотрели с удивлением на кортеж, некоторые махали руками, полагая, что едет кто-то из королевской семьи.
  Один раз Нина попросила остановиться у кондитерской, из-за чего вышел затор на дороге, и ещё раз они притормозили в лавке трав. Дальше герцогиня спокойно исполняла роль безупречной пассажирки, не капризничала, не привередничала, наслаждалась дорогой и комфортом предоставленного утеплённого домика. Иногда леди предпочитала ночевать в дорожном фургоне, игнорируя некоторые гостевые дома.
  Первое время герцогиня пыталась общаться с сопровождающими её кавалергардами. Все они были из хороших семей, родовиты, но они её вежливость восприняли за желание пофлиртовать, развлечься в дороге, и Нина, напугавшись, отстранилась от них. Утром она лишь кивала на приветствие, если её о чём-то спрашивали, то односложно отвечала.
  Старший принёс ей извинения за грубоватое поведение сослуживцев, ему бы хотелось пообщаться с леди, чтобы она чувствовала себя свободной так же, как в доме лорда Ветуса, но герцогиня больше не дала ни одного шанса заслужить её внимание и уважение.
  Чем ближе подбирались к перешейку, тем холоднее становилось вокруг. Местами даже появлялись намёки на сугробы, кавалькада теперь двигалась от трактира к трактиру. Мёрзли все, кроме герцогини. На каждом постоялом дворе она сама закупала дрова и топила в своём домике маленькую печку, обложенную дорогими, удерживающими тепло, камнями.
  Поначалу кавалергарды думали, что она потребует себе помощника для различных нужд, даже играли в карты на то, кому достанется печальная участь прислужника, но страхи не оправдались. Более того, многие из них стали искать повода заглянуть в тёплый домик и посидеть в нём хоть немного, надеясь, что хозяйка предложит горячего чая, но Нина только единожды допустила такую ошибку и больше никого не баловала своим вниманием.
  Если была ровная дорога, то она пыталась рисовать знакомую ей флору, радовалась, что папочка с рисунками пополняется. Написала письма в имение Ветуса и при случае отправила их.
  Делать особо в дороге было нечего и она, распираемая энергией, тихонько занималась физкультурой, а потом с удовольствием гоняла чаи. Поначалу её тяготила вынужденная отстранённость, но после она оценила свою свободу и пользовалась ей с удовольствием. Для неё эта дорога была самая лёгкая и комфортная.
  
  Нина никогда бы не подумала, что наяву увидит огромную стену, преграждающую путь. Стена стояла поперёк всей ширины перешейка, и верхушка её уходила в проплывающие мимо облака. Девушка не сразу поняла, в чём заминка и почему они дальше не едут. Оказалось, что для дальнейшего проезда требуется пограничный досмотр.
  - Это ещё что, миледи, здесь нас хотя бы перетаскивать через стену не будут. А вот со стороны демонов стоит сплошная стена, и чтобы попасть на их землю, надо подниматься наверх, а потом спускаться вниз.
  - Но как же торговля, телеги с зерном? - недоумевала Нина.
  Старший был рад интересу леди и возможности пообщаться с ней, быть полезным, ведь связи никогда никому не мешали, да к тому же она хорошенькая, ладненькая и уютная.
  - Лорд Керидский соорудил огромные подъёмные платформы, с их помощью преодолевают стену с другой стороны.
  - Но к чему такая высокая стена? Почему не сделать с той стороны проход?
  - Говорят, что демоны очень прыгучие, выносливые и с той стороны не стали рисковать, сделали стену глухой. На этой стороне есть механизм, который в случае необходимости намертво перекроет проход, но чтобы его запустить, нужно время. На той стене не стали рисковать.
  Нина не стала больше ничего спрашивать. Она уже наслушалась разговоров в пути якобы не предназначенных для её ушей про демонов. Какой только чушью не пытались её накормить, чтобы привлечь внимание!
  Правда же была такова, что ледяные демоны, возможно, даже ближе по происхождению к людям, чем эльфы.
  Несколько крупнее, чем жители Светлого мира, цвет глаз светлее и немного особых возможностей.
  Ну, так и маги обладают особыми умениями, так к чему же так живописать про демонов?
  Но жителей королевства пугала способность ледяных выживать в адских условиях, вот отсюда и получил этот народ прозвание "демоны".
  "Они выносливее обычных людей", - слышала Нина ещё в столице, - так жизнь в нелёгких условиях провела свой отбор!" - думала она.
  "Они сильнее", - но если они крупнее, то и мышц больше, возражал в девушке здравый смысл!
  "Ледяные умеют регулировать температуру своего тела и жить прямо на снегу", - но, как говорится, жить захочешь, не к такому привыкнешь!
  "Они обладают умением очень быстро перемещаться, нечеловечески быстро", - снова Нина вспоминала многих магов, которые проделывали разные невероятные фокусы, некоторые даже в огне стоять могли. Так что же их не назовут демонами?
  Дальше сведения, которые раздобыл Милош, были своеобразными и скорее предположительными.
  "Демоны, умирая, превращались в драгоценные камни!" - Нина не верила.
  "Демонам не нужна пища, только их детям и женщинам", - может, в гостях у жителей королевства они боялись, что их отравят? Ведь могли проявлять элементарную осторожность.
  "Ледяные живут под землёй, и там у них горит огонь", - так огонь или снег их среда обитания?
  Возможно, что-то из услышанного не было измышлениями напуганных людей, а может, демоны были разными, и одним требовался огонь, другим снег. Но Нина видела Дара, и правдой было только то, что он мог переносить пониженную температуру воздуха и у него светло-светло-голубые глаза с тёмным ободком. Больше малыш ничем не отличался от сверстников, даже крупным его нельзя было назвать.
  Много вопросов возникало у девушки, когда она стала разбирать, чем торгуют с ледяным народом.
  Может, и правда, что мужчины у них вообще не едят, а может, численность демонов очень мала, что хватает им того зерна, что присылает Светлый мир.
  Но в то же время идёт торговля всякой кухонной ерундой, в малых количествах швейными принадлежностями, но всё же, значит, это потребно ледяным соседям?
  Были торговцы-шпионы, которые доходили до ближайшего города ледяных, но, если верить им, то демоны очень примитивно живут, сбиваясь в большие семьи, где глава семьи руководит всеми родственниками. Однако вооружение у них не уступает людскому, да и драгоценные камни на продажу они поставляют не только сырые, но и умело огранённые.
  У Нины возникало ощущение, что жители ледяных земель искусственно раздували слухи о себе, а люди с удовольствием подхватывали их.
  Когда Нина слушала вечерние байки возле своего домика-кареты о демонах, иногда испытывала непреодолимое желание выйти и рассказать о настоящих демонах, у которых по жилам течёт огонь, которые не знают пощады и не торгуют с людьми, а давят, их как блох, наслаждаясь болью, отчаянием и смертью. Но раз уж не сложилось общение с кавалергардами с самого начала, то приходилось держаться и слушать их враки молча.
  
  Прошло немало времени, прежде чем был открыт проход, и Нинин домик втянулся в него без всякой проверки. Королевские вензеля на попонах, на её домике, без сомнений, торопили местную стражу, но пока все бегали, сообщая друг другу, что на перешеек едет важная гостья, то пришлось терпеливо ждать. Зато, миновав тёмный давящий туннель, леди встречали торжественно, с построением, со звуком фанфар и громогласным: "Вивва!", - что на старом языке означало "здравствуй долго!"
  Кучер вывез домик на площадь и, подчиняясь старшему, остановился. Нина поняла, что ей придётся выйти и показаться людям. Слухи о её прибытии, небось, уже полетели в крепость, а её задерживают, чтобы дать время подготовить встречу. Во всяком случае, хотелось на это надеяться.
  Она накинула белоснежную шубку, что принесла ей госпожа Ванэс и вышла, опираясь на поданную ей руку. Слаженный рёв снова оглушил её и от неожиданности Нина рассмеялась.
  - Мощно, - ахнула она, - сразу видна военная подготовка.
  К ней подошёл мужчина, представился дежурным командиром на этой стене, спросил, как она доехала, не нуждается ли в чём?
  - Благодарю, всё хорошо, - вежливо ответила леди, помахала всем ручкой и поехала дальше.
  Нина думала, что до крепости она доберётся за полчаса, но ехать им пришлось ещё почти полдня. Одно радовало: дорога была идеально ровная, вычищенная от снега, а вот погода менялась с каждым часом. Леди не сразу заметила, сидя в тёплом домике, что её сопровождающие замерзают, и быстрая скачка уже не помогает им. Пришлось остановиться и спросить, долго ли ещё добираться.
  - Крепость находится на середине перешейка, думаю, через три часа мы достигнем её, - ответил ей старший.
  - Ваши люди одеты не по погоде, - сухо заметила Нина, на что получила сердитый взгляд.
  - Я знаю, миледи.
  Пришлось ей сдавать свои позиции:
  - Организуйте очередность, пусть греются у меня. Останавливаться больше не будем, - и захлопнула дверь. Захочет принять помощь - сообразит разбить своих людей на группки, чтобы не тормозить карету-домик и дать им возможность погреться.
  На всякий случай поставила вскипятить воду для чая и начала готовить бутерброды. Печенья на здоровые лбы не напасёшься, а колбасой из трактира можно пожертвовать, охране нужно согреться.
  Через несколько минут домик приостановился и после данного разрешения в него заскочили четверо наиболее молодых кавалергардов. Леди посадила их ближе к печке, поставила кружки, банку с чаем и тарелку с подготовленными бутербродами.
  - Ухаживайте за собой сами, лорды, - скупо бросила она и разместилась в дальнем уголке дома, прячась за ширму.
  Старший дал юнцам полчаса на обогрев, и после отведенного времени сменил их следующими подопечными. Нине пришлось при них хозяйничать, прибирать, готовить новые бутерброды и только после присесть в стороне.
  Внутри она вся изворчалась, что её жалость обернулась для неё работой служанки. Молодым людям даже в голову не пришло, кто будет мыть за ними оставленную посуду.
  Все двенадцать человек по очереди погрелись, поели, попили у неё. Последним зашёл старший.
  - Балуете вы их, - буркнул он, сопровождая жадным взглядом огромный бутерброд и следя за выкладываемыми кусочками колбасы на нём.
  У Нины оставалось время навести в домике порядок, подкраситься самой и при въезде в крепость она выглядела по-королевски.
  
  Встречу ей устроили громкую, слышала она приветственные "вивва", ещё какой-то шум, но проводили её в замок быстро, не морозя во дворе, и искренней радости девушка не заметила. Все ждали герцога, а приехала его жена.
  Любопытство от простого до злого, завистливого - вот что увидела Нина в глазах обитателей центрального замка. Ей ещё предстоит ознакомиться с комплексом составленных вместе жилых домов, но радовало одно: центральное сооружение только с виду было серым и холодным, внутри же в нём поражали множество высаженных в горшки растений, и было оно тёплым, светлым, уютным.
  - Леди Керидская, я леди-хозяйка Куштим, близкая родственница лорда Эди, - чопорно представилась молодая дама, с явным удовольствием называя герцога домашним именем.
  Нина не рискнула бы определить её возраст. Леди-хозяйке могло быть около двадцати двух, но она плохо выглядела, а могла оказаться ровесницей землянки, но всё равно она неважно смотрелась. Резковатые черты лица, слишком толстые и густые чёрные брови, лёгкий тёмный пушок над губой, огромнейшая копна волос на голове, с трудом удерживаемая заколками - и всё это при тоненьких губах и аккуратном островатом носе.
  Ей бы обыграть свою внешность, скрыть темноватые круги под глазами, уменьшить размер буйной причёски, но она, наоборот, выпячивала свои яркие природные данные, подчёркивала чёрным платьем все тёмные краски на лице.
  Тяжёлый взгляд, дисгармония и чернота, всё это отличало леди-хозяйку герцогства, и единственным плюсом было в ней то, что она не была серой мышью и привлекала болезненное любопытство.
  Нина при первом же взгляде поняла, что леди не то что ей не рада, а будет всячески противоборствовать ей, и если бы она была знакома с колдунами вуду, то вся комната у неё была бы забита куклами с иголками. И всё же герцогиня очень надеялась, что у неё будет хотя бы немного времени освоиться, прежде чем она начнёт воевать со здешней леди-хозяйкой.
  Дальше Нине представили мужчин-управляющих, они вели себя вежливо, с достоинством, сказали положенные поздравления и сообщили, что очень рады появлению герцогини.
  Пустая формальность, даже без старания понравиться ей, с огорчением констатировала леди Керидская.
  Возможно, их оповестили, что она - спасательный вариант, а не выбранная герцогом жена, но ей от этого только сложнее здесь будет жить. Настроение мрачнело, приветственная улыбка с каждым новым лицом деревенела. Слуги, горничные, все они смотрели на леди Куштим и искали её одобрения, выказывая герцогине минимум положенного уважения.
  Всё, что Нина могла сделать для себя сейчас, так это отдохнуть и подумать о том, что увидела. Леди-хозяйка должна была приготовить для неё покои, и девушка, подозревая, что та могла приготовить для неё некомфортное помещение, решила слегка задеть профессиональную гордость леди-хозяйки.
  - Леди Куштим, я устала с дороги, надеюсь, вы успели подготовить покои для меня и мне не придётся ждать, как в гостевых домах, когда прогреют кровать и растопят печь?
  - Конечно, - бросила она, сверкнув тёмными глазами.
  "Ух, ну и ведьма!" - обеспокоилась Нина.
  Леди Куштим лично проводила герцогиню в её покои и изображала статую, дожидаясь какой-либо реакции.
  До Нины не сразу дошёл смысл подготовленного подвоха. Ей не предложили покои мужа, не обустроили в срочном порядке смежные с ним покои, а пригласили в комнаты, расположенные всего лишь напротив.
  Леди Керидская придирчиво осмотрела роскошное помещение, и когда до неё дошло, что её как бы отделяют от супруга, то нехотя вышла посмотреть смежные с герцогскими апартаментами. Там было тоже всё красиво, удобно, богато.
  - Меня всё устраивает, - душевно улыбнулась Нина, а леди Куштим отреагировала так, как будто ей улыбнулся крокодил.
  "Теперь постарается с горничной нагадить", - с досадой поняла девушка, но с дороги действительно хотелось отдохнуть, ощутить, что движение и лёгкие потряхивания закончились, что можно понежиться в горячей воде и не бояться простыть на сквозняках. Всё-таки всему должна быть мера, на смену путешествию обязательно требуется статичный покой.
  Родственница герцога прислала двух горничных, молчаливых женщин, которые выполнили свою работу без нареканий. Одна начала разбирать сундуки с одеждой и развешивать её на манекены-вешалки, вторая взялась за подготовку ванны.
  Нина последила за одной, потом за другой, ничего подозрительного не приметила, хотя ощущала себя как при французском дворе из фильмов про Анжелику. Она дождалась, когда горничная, готовящая ванну, сунет туда руку для проверки температуры, и убедилась, что кислоту ей туда не подсыпали. Нина обозвала себя психом, а потом похвалила за бдительность, уж больно сильное на неё впечатление произвела леди-хозяйка, не грех проявить излишнюю осторожность.
  Горничные, закончив свои дела в покоях герцогини, в подробностях доложили свои впечатления о ней леди Куштим, но более никому ничего не рассказывали. Женщины привыкли держать язык за зубами, и персона новой леди продолжала вызывать у всех грандиозный интерес.
  Нина привела себя в порядок после ванны, не пользуясь услугами своих горничных. Посмотрела, как разложили её наряды, поинтересовалась о кавалергардах, сопровождавших её, поняла, что они нигде не пропадут и без её заботы. Сообщила, что поужинает у себя и, погрузившись в мелкие хлопоты, завершила день.
  
  
  

Глава 12.

  
  
  Крепость. Ежегодная встреча ледяных с представителем герцогского рода, т.е. Ниной.
  
  Утром Нина подскочила ни свет ни заря. После употребления воды из озера энергия в ней била ключом. Только учась в институте, она могла бегать целыми днями по делам, а на ночь глядя бежать ещё на танцульки. Пока ехала сюда, то в домике, пользуясь полным одиночеством, она без конца разминалась, тратя распирающую её энергию. Здесь же появилась жажда не просто скакать, приседать, а делать что-то полезное. Но перво-наперво следовало позавтракать, ведь хороший аппетит вернулся вместе с активностью.
  В столовой, больше похожей на оранжерею, ещё только расставляли столовые приборы, и Нина своим появлением навела шороху. Она довольно улыбнулась, а то было у неё опасение, что её могут по наущению Куштим игнорировать. Через несколько минут она сидела во главе стола и приветливо кивала каждому приходящему в столовую залу.
  За герцогским столом пристроилось немало народу. Оба управляющих пришли в числе первых, следом торопилась леди-хозяйка в дорогущем платье из чёрных кружев. Увидев, во что одета леди, герцогине пришлось отвернуться, чтобы скрыть довольную улыбку.
  Это платье было пошито не только из кружев мастериц Алоиза, но и по Нининому эскизу. Хозяйка салона тогда фыркала, говоря, что ни одна леди не наденет его, чтобы не прослыть чёрным вороном. Но нашлась ведь, и платье неплохо сидит на Куштим, если не смотреть на лицо и непропорционально увеличенную причёской голову.
  "Ей бы стрижка пошла, а она гнездо аиста соорудила! - с некоторым сожалением подумала герцогиня. - Богатые волосы так бездарно укладывать!"
  Не могла успокоиться Нина, но отвлеклась на новые лица.
  К ней подошёл засвидетельствовать своё почтение лорд-командующий крепостью. Крупноватый мужчина в годах, следящий за своей физической формой, с величайшей осторожностью коснулся поданной ручки герцогини и едва коснулся её губами.
  Нина улыбнулась ему и подумала, что ей срочно нужны высокие каблуки: надоело быть маленькой, да и не привыкла. В южной части королевства ещё было терпимо, но в столице высоких жителей она заметила больше, а здесь у всех мужчин рост крутится около ста девяносто и выше, да и женщины ненамного отстают, раз они выше Нины сто семьдесят сантиметров.
  Следом за командующим вошли два торговых представителя, прибывших в преддверии переговоров от королевства. Вести они себя старались спокойно, но именно это старание выдавало их непривычность к подобным чопорным застольям. Герцогиня посмотрела на Куштим: как раз она создавала всеобщее напряжение и не давала спокойно есть с удовольствием. Её лицо выражало неодобрение тем, кто постукивал приборами о тарелку, пытался облизать ложечку с вареньем, позвякивал чайной ложкой о стенки чашки.
  Меню на столе было своеобразным и привлекло внимание Нины, тем более, что она оголодала. Творог в плошках, творожные запечённые шарики, внутрь которых хозяйки клали что-нибудь вкусное и сладкое, просто сырники, ватрушки, ленивые вареники ромбиками, кусочки творожной запеканки.
  Не то, чтобы девушка не любила творог, но когда его много, захотелось мяса. Она придирчиво посмотрела на красиво сложенные блинчики, к которым прилагалась сладкая творожная начинка и проследила за подтягиваемой командующим к себе поближе тарелкой с мясной нарезкой. Он споро уложил на тоненько порезанную булку разных видов колбасы с бужениной, от чего булочка малодушно прогнулась, и только открыл рот, как к нему обратилась герцогиня.
  - Лорд командующий, что же это вы выбиваетесь из коллектива? Кушайте творожок, берегите здоровье, - а сама протягивает пустую тарелочку, предлагая положить на неё готовый бутерброд.
  - Спасибо, миледи, за заботу, моему здоровью творог непотребен, - и нагло проигнорировал руку с тарелкой, а бутерброд на всякий случай, демонстративно щедро мазнул горчицей.
  - Монополисты, уважаемый командующий, - строго произнесла леди, - в любой области рано или поздно свергаются, - и ловко краем тарелки дала по костяшке руки мужчины, отчего та дрогнула, и всё наваленное на булку мясо свалилось к Нине на тарелочку.
  Она быстренько взяла себе пару булочек и, смазав ножом излишки горчицы на мясе, соорудила два полноценных бутерброда. Она могла бы забрать у здоровяка большую тарелку с нарезкой, но захотелось созорничать, тем более она видела, как торговцы время не теряли и, используя длинную двузубую вилку, стащили оставшееся мясо себе.
  Изумление на лице лорда командующего развеселило Нину, а то такой серьёзный мужчина, такой сосредоточенный, что руки чесались пошалить.
  Управляющие заметили диверсию и со стороны леди Керидской, и со стороны торговцев. По их лицам ничего нельзя было прочитать, разве что взгляды стали поживее, а вот леди Куштим негодовала.
  Именно она составляет меню на завтраки, обеды, ужины, и она не сомневалась, что приехавшая герцогиня намеренно насмешничает над ней, выражая столь непотребным образом своё недовольство.
  Ладно, лорд командующий, его никто прокормить не может, но молодой леди неприлично есть столько мяса, а уж тем более вырывать его изо рта мужчины!
  Нина не привыкла долго завтракать, тем более, когда нельзя удобно посидеть, взяв газету в руки. Последние глотки горячего ягодного морса она допивала впустую, дожидаясь пока закончит трапезу один из управляющих. Её сейчас интересовал не тот, что следит за отчётностью и движением денег, а непосредственно выполняющий роль хозяина.
  Господин Арлинд уловил внимание герцогини и не стал излишне задерживать её за столом.
  - Миледи, вас что-то интересует? - спросил он, подавая ей руку, видя, что она встаёт вслед за ним и собирается покинуть столовую.
  - Да, господин Арлинд, хотелось бы ознакомиться с крепостью и вообще посмотреть, какое у меня теперь хозяйство.
  - Вы собираетесь заняться управлением? - чуть тревожно уточнил мужчина.
  Нина подняла голову, чтобы хорошо видеть его лицо. Немолод, худоват, темноволос, как и большинство жителей. Управляющий смотрел на неё внимательным взглядом умных глаз, а девушка отмечала, что он вполне обычный среднестатистический мужчина, которого улыбка сделала бы привлекательным.
  Сейчас он строг и сосредоточен, но хочется заслужить его расположение, стереть с его лица ожидание плохого.
  - Господин Арлинд, мне здесь всё не знакомо, и я элементарно боюсь заблудиться. Столько зданий, столько людей, о которых хотелось бы знать. Я могу, конечно, попросить провести меня по территории одну из горничных, что мне предоставила леди-хозяйка, но что она мне расскажет? Где лежат полотенца?
  - Я понимаю, - опустив глаза, произнёс мужчина.
  - А я понимаю ваше беспокойство: вы волнуетесь, что я влезу в налаженное дело и испорчу его. Но это зависит от вас, господин управляющий. Безусловно, целыми днями я не собираюсь сидеть и бездельничать, но у меня хватает опыта руководства, чтобы не рушить чужую работу. Давайте пообщаемся, думаю, вам спокойней будет, если вы убедитесь, что я вполне разумна и адекватна.
  - Миледи, я ничего такого не думал, и не сомневаюсь в вашей разумности!
  - Спасибо за вашу веру в меня, - едва коснувшись его рукой, чтобы остановить оправдания, она слегка улыбнулась и деловито продолжила: - С чего начнём, стоит ли мне переодеться? Мы прямо сейчас выйдем на улицу или пока пройдёмся по этой части замка?
  - Давайте сначала я познакомлю вас с центральным строением, где мы все проживаем.
  Управляющий провёл герцогиню по всем этажам, показывая жилую часть. Везде поражало обилие растений в горшках, ковров, мягкой мебели. Понравилась миледи кухня. С улыбкой она отметила, что некоторые её идеи по хранению посуды дошли и сюда.
  - Это я придумала, - указала она пальчиком на прижатую к стене длинную сушилку для тарелок, - правда, она была короче, чем эта. И вот такую форму вилок тоже я посоветовала мастерам, - прихвастнула Нина, а то управляющий уже все уши прожужжал: герцог то, герцог сё. Со всего Светлого мира он привозит саженцы, побрякушки, ковры, уж прямо такая достославная личность, что дышать в его сторону страшно будет.
  - Насколько я знаю, это из мастерских лорда Ветуса, у него довольно известное предприятие, - с сомнением произнёс управляющий, намекая, что он знает, кто всё придумал, а каким боком тут леди, непонятно.
  - Лорд Имрич Ветус умер, вы были знакомы? - вздохнула она.
  - Не так чтобы очень, я знал, кто он, а вот он вряд ли меня знал, а вы?
  - Он был моим другом, - без всякой мечтательности произнесла Нина.
  Подумал ли что управляющий или нет, он никак этого не показал.
  - Значит, вам довелось работать с его мастерами? А я думал, вы из столицы, - ответил господин Арлинд.
  - Я из другого королевства, путешествовала и вот, как видите, задержалась у вас в стране. Мне понравилось чувствовать себя изобретательницей, кое-что мне в вашем королевстве оказалось незнакомым, а кое-что вы воспринимаете, как диковинку.
  - О, я не думал, - немного растерялся управляющий.
  - А я не думала, что попаду сюда, - поделилась своей растерянностью леди, - видите, как жизнь, бывает, складывается непредсказуемо. А теперь объясните мне, пожалуйста, чем так вкусно пахнет?
  Мужчина принюхался и улыбнулся:
  - Это мясо на обед запекают. Я потом покажу вам нашу мясную продукцию. Не знаю, слышали ли вы о наших колбасках? Они довольно знамениты в столице.
  - Не слышала, не пробовала, - с удивлением ответила Нина.
  - О, сейчас мы попробуем их. Госпожа Ионела, - позвал он женщину, склонившуюся над кастрюлей, - покажите миледи нашу колбасную продукцию.
  Женщина поклонилась.
  - Но у меня здесь мало что есть. В основном всё на кухне для солдат или в цеху.
  - Ничего, показывайте, что есть.
  Госпожа Ионела схватила большой нож и заспешила к дверце, скрытой в стене.
  - Давайте присядем пока, - предложил управляющий, - она пошла в хранилище.
  Пока герцогиня наблюдала за работой кухни, управляющий раздумывал, что ему ожидать от неё. Зарождающийся конфликт между леди-хозяйкой и супругой герцога был налицо.
  Куштим - не самая лучшая хозяйка, но она всегда делала так, как нравится милорду и никогда с ним не спорила. Влюблена в него, почитает, чуть ли не боготворит, долго надеялась, что он женится на ней, но он её как женщину даже не видит. Зато ценит в качестве хозяйки, и при нынешних обстоятельствах наступает конец спокойным дням. Эти две женщины будут воевать, втягивая всех в свою междоусобицу, а окружающим придётся выбирать, кого поддерживать.
  Вернулась госпожа Ионела, нагруженная отрезанными кусками всякой всячины и выложила всё на стол.
  - Ну-ка, ну-ка, что тут у вас, - с любопытством подалась Нина, - о, сардельки, копчёная свинина, балык, да?
  - Да, миледи, - подтвердила женщина.
  - Буженина в перце, а это вяленая? - леди взяла палку колбасы и принюхалась.
  - Да, миледи, сыровяленая, - с достоинством ответила женщина.
  - Чудесно, не ожидала, честное слово, не ожидала. И вот эта с жирком хорошо пахнет, а эта похожа, только запах другой.
  - В этой колбасе, миледи, несколько сортов мяса смешано, а здесь только два сорта.
  - Господин Арлинд, но это пир для желудка, почему же мы на твороге сидим, а солдаты кушают такую вкуснятину? - возмутилась Нина.
  - Миледи, воинам нельзя без мяса, но им, конечно, никто дорогих колбас не даёт, а вот сардельки и котлеты делают для них. Мясо им частенько запекают. Что же касается творога, - вздохнул управляющий - и как-то сник, замолчал.
  Вот тут, пожалуй, настал хороший момент завоевать себе единомышленника. Леди Куштим считала, что завтрак должен быть лёгким. К тому же, у них много творога, а солдатская кухня его не берёт. Но что он мог ответить герцогине? Что леди-хозяйка - плохая? Он пожал плечами.
  - О, сейчас я сделаю знатный бутербродище, и подарим его лорду-командующему, - воодушевилась разложенным перед носом ассортиментом Нина, делая вид, что не заметила нежелания управляющего, нелестно отзываться о леди-хозяйке.
  - Госпожа Ионела, будьте добры, доску разделочную, лук, огурчик, какой-нибудь пикантный соус и горчички. Хорошо ещё, если кусок сыра найдёте.
  Нина, взбодрённая запахами и уставшая от хождения вверх-вниз, почувствовала, что не против ухватить кусочек-другой колбасы или мяса. Она ловко откромсала от всего принесённого госпожой Ионелой по тоненькому ломтику и пробовала.
  - Неплохо, очень даже неплохо. Хотите? - подала она господину Арлинду прямо на ноже кусочек.
  - А давайте, мне этот творог поперёк горла стоят, - решился мужчина. - Мы, кстати, свою мясную продукцию поставляем королевскому двору, - прихвастнул он.
  - Складывайте всё здесь, - дала указание подошедшей женщине Нина, - сейчас я быстренько всё сделаю.
  Она разрезала вытянутый батон пополам, чуть укусила с краешка.
  - Ага, по вкусу похоже на багет, пойдёт, - удовлетворенно констатировала она, подрезая место укуса, и оглянулась. Увидела молодого парня, греющего сковороду и собирающегося на ней обжаривать овощи.
  - Подожди-ка милый, не спеши, - подвинула она парня и плюхнула на его сковородку половинки булок, - последи, чтобы чуть обсохли, и верни, хорошо?
  - Как скажете, миледи, - едва справился с собой парень от неожиданного внимания и большой ответственности.
  Нина попробовала соусы, которые принесла женщина и засомневалась, какой использовать вместо майонеза.
  - Если вы для лорда командующего, то он любит вот этот, - подсказала ей госпожа Ионела.
  - Спасибо, его и возьму, - кивнула девушка.
  - Миледи, булки готовы, как вы желали, - крикнул парень.
  Ну, а дальше на подсушенные тёплые половинки они уже вместе с Ионелой намазали горчички, соуса, уложили тонюсенькие колечки лука, по-быстрому разогретой буженины, добавили полоску маринованного огурца, и только на сыре застопорилась леди.
  - Разве это сыр? - с удивлением смотрела она, - больше похож на творог! Не будем его класть, а то я хотела запечь бутерброды, чтобы сыр расплавился и обхватил их, но добавим зелёного листа и давайте сложим обратно половинки.
  - Аппетитно выглядит ваше сооружение, большим и сытным, - вежливо похвалил управляющий, раздумывая, как кусать эту "башню".
  - Да и вкусно! Здесь все продукты хорошие, так что, думаю, командующий простит меня за утреннюю проделку. Госпожа Ионела, найдётся ли у вас посыльный, чтобы доставить наше с вами сооружение по адресу?
  - Конечно, миледи, не успеет даже остыть, - улыбнулась женщина.
  Сделав доброе дело, герцогиня соизволила покинуть кухню и её повели в святая святых - в герцогскую оранжерею.
  - Богиня, что за чудо! - ахнула Нина, увидев размеры оранжереи. Замковые строения стояли кругом, а в центре оказался застеклённый сверху двор размером со стадион. Вот он и был оранжереей с магической подсветкой.
  - Здесь несколько климатических зон. Его светлость где только не побывал, многое привозил, но не всё приживалось, пока не обустроили теплицу, которая позже разрослась вот в такой сад.
  - Это потрясающе! Не могу даже представить, сколько сил требуется, чтобы ухаживать за всем этим.
  - Ну, сил не так уж много, все садовники у нас с подходящими способностями, но по деньгам выходит накладно. У нас здесь растут редкие съедобные фрукты, но даже они не окупают содержание оранжереи, - с досадой произнёс управляющий.
  Нина сочувственно похлопала его по плечу. Кому как не управляющему задумываться о деньгах! А ей дышалось здесь легко и хорошо. Они прошлись мимо цветов, обошли фруктовую часть, зашли во влажную зону и вернулись к цветам. Девушка решила чуть углубиться с дорожки и обратила внимания, что некоторые цветники окружены аккуратно подстриженными зелёными кустами.
  - Ах, пестики-тычинки! - не удержалась она. - Не может быть!
  Герцогиня рванула к кустам, и управляющему показалось, что она прямо лицом залезла внутрь зелени.
  - Чай! Настоящий чай! - закричала она ему, потрясая сорванными верхними листочками.
  Мужчина улыбался, приятно видеть пораженного хорошей новостью человека, тем более леди.
  - Вы не понимаете, - с досадой посетовала она, - морсы, травяные сборы, всё это хорошо, но вот это - чай! Основа всех основ! Ах, да что я вам объясняю, его пробовать надо.
  - Мне кажется, наш садовник пробовал заваривать листики этого растения, но восторга они не вызвали у него. Хотя я знаю, что иногда отваром полощут горло детям. Говорят, помогает, - вежливо заметил господин Арлинд, чуть обиженный тем, что его подозревают в некомпетентности.
  - Не то, совсем не то, листья должны пройти ферментацию, вам же знакомо это слово?
  - Ну конечно, нам привозят ферментированные листья некоторых растений, их, кстати, тоже называют чаем.
  - Да, да, я пробовала, но у вас растёт совсем другое, чайная трава, а не кустики, как здесь. И ферментировать листья можно по-разному, тогда и чай будет либо "зелёным", он так называется; либо "чёрным", что тоже название, а цвет скорее красно-коричневатый или чёрно-коричневый, или...
  Тут Нина увлеклась и от уточнения оттенков чая, перешла к способам заварки, потом с чем лучше какой сорт пить, после отметила бодрящий эффект, затем перешла на закуски к чаю и остановилась на воде для чая. Мужчина стоял, облокотившись на дверь, они так и не вышли из оранжереи, и прятал зевок.
  - Простите, я увлеклась, вы не устали? - осадила свою радость и желание срочно приобрести единомышленника в чайном деле, девушка.
  - Нет, что вы, миледи! Быть может, теперь оденемся и пройдёмся по другим зданиям? Вас, кажется, заинтересовало, почему мы не делаем сыры? То есть то, что делаем мы, вы не назвали сыром, тогда что же вы имели в виду?
  - О, мы во всём разберёмся, господин Арлинд, мне потребуется пять минут, чтобы накинуть шубу.
  Управляющий хотел было сказать, что будет ждать внизу, но вовремя сообразил, что леди может и не найти дорогу назад. Он проводил её и тогда уже сказал:
  - Я тоже накину что-нибудь и встречу вас здесь.
  На том и разошлись.
  До обеда управляющий с миледи обходили весь комплекс строений. Всё выглядело единой крепостью, но также каждое здание представляло собой наглухо закрытый замок. Народу проживало много, все стражи, которых Нина встретила у стены, в большинстве своём были семейными людьми, и их родные проживали в крепости. Сами они тоже не круглогодично сторожили стену, служба их шла сменами.
  Вдобавок была стена между демонами и герцогством, где службу проходило ещё больше народу. Обслуживание подъёмно-спускового механизма требовалось ежедневное. Во-первых, им пользовались, во-вторых, чем ближе к землям ледяных, тем морознее становилось вокруг и конструкция требовала защиты от погоды.
  Плюс ко всем этим военным добавлялся обслуживающий персонал: кухня, прачечная, ремонтные мастерские. И наконец, просто жители, занимающиеся ремёслами, крестьянством, каждая семья имела в крепости свой закуток.
  Нина осмотрела почти всё. Она с удовольствием поахала над умелым подходом к переработке мяса. Ей хотелось посоветовать, используя опыт бизнеса Алоизов, перерабатывать кости, вываривать желатин, пристроить шкуры, но обо всём этом без неё догадались. Всё то разнообразие мягкой мебели, что она видела в доме герцога, было создано благодаря местным кожевенным мастерским. Шкуры коров, свиней, пух птиц, а она даже не догадалась, что в некоторых случаях диваны обиты не редкой тканью, а хорошо выделанной и покрашенной шкурой.
  Оказалось, во многом это заслуга герцога: он не только саженцы в дом тащил и другие подарки, но и секреты ремесла разных народов. "Удивительно разносторонняя личность", - совсем чуть-чуть ревновала Нина.
  Если поначалу девушке закралась мысль, что управляющий любит своего герцога, потому что тот редко суется в дела и не мешает работать, то вскоре убедилась, что это не основное положительное его качество.
  Герцог - такой же новатор, как она, и заслуженно принимает уважение. Нине ужасно захотелось тоже удивить чем-либо управляющего. Пусть ею тоже гордятся, но вот "открытие" чая мужчину не впечатлило, быть может, потом, когда распробует? А больше ничего в голову не приходило. Как назло, всё у них тут продумано, учтено, впору из столицы приезжать сюда и учиться всему передовому.
  Можно, конечно ручки у кранов по подаче воды сделать не рычажками, как здесь, а круглыми вентилями, или на кран, заменяющий душ, поставить более крупную лейку, а то там лишь несколько дырочек для струй. Можно форму стражей усовершенствовать, а то у них явно не хватает карманов, а ещё лучше термос придумать, как у неё!
  Нина шла за управляющим и всё думала, думала. Но всё придуманное новаторство получалось либо мелким, либо непонятно, как его делать, тот же термос, к примеру. Вспомнились ей солевые грелки, но просто высказывать идею она не хотела, нужен был эффект, а ничего дельного на ум не приходило. Она уж было додумалась до валенок, но едва открыла рот, как увидела приехавших со службы нескольких стражей стены, и они были в валенках. Не удержалась от тяжкого вздоха.
  - Сейчас, миледи, мы уже пришли туда, где перерабатывают молоко. Вы хотели посмотреть, как у нас варят сыр.
  - Да, да, я иду, не волнуйтесь, я устала, но в сыроварню мы заглянем.
  Управляющий провёл леди в большое помещение, где было на удивление мало народу. Они разделись, подошли к работающим людям.
  Господин Арлинд начал объяснять, где собирают молоко, как отстаивают его и снимают сливки. Показал он, какие у них есть приспособления для взбивания масла. Потом рассказал, что после того, как собирают сливки, молоко створаживают и получают конечный продукт - творог, а после ещё раз сыворотку пытаются створожить и тогда у них выходит сыр.
  - Но его получают очень мало и, честно говоря, не все видят разницу между ним и творогом. Разве что он солонее и плотнее.
  - Два раза створаживаете молоко? - удивилась Нина.
  - Да, сыворотки и так много выходит, мы её обратно животным спаиваем, блины печём, они на столе стояли, а так больше и некуда. Некоторые любят её пить, но, честно говоря, на любителя.
  - Знаете, я слышала о сырах, что получают вашим методом, но настоящий сыр вы варите? - допытывалась Нина.
  Мужчина задумался, а потом словно что-то вспомнил, ахнул:
  - Миледи, вы, наверное, в столице пробовали привезённый сыр из песчаного королевства. Он плотный, чуть желтоватый, иногда с дырочками, а то и с дырами?
  - Да, такой, - удивилась девушка, ей недосуг было поинтересоваться, откуда привезён сыр, стоящий на столе у Милоша. Она его давно не ела и когда увидела, то обрадовалась.
  - Песчанники хранят секрет приготовления их сыра. Это основной их заработок, поэтому нам никогда не узнать, как его делают. Знаем только, что это невероятно сложно и почти невыполнимо.
  Нина замерла, она даже дышать забыла.
   "Та-дам! Да какое та-дам, это её звездный час! Она совсем не в той области искала! Ксилофон, скрепка, каблук, краны... она же в этом ничего не понимает, а вот сыры, это почти родное. Есть Бог на свете, и он лучшая Богиня!" - ликовала душа.
  - Миледи, вы о чём-то задумались? - улыбаясь, спросил господин Арлинд.
  Герцогиня чуть не сказала, что она запуталась в богах, кто он: мужчина или женщина, а потом расцвела!
  - Господин Арлинд, я надеюсь, что изготовленный сыр по моему рецепту назовут моим именем. Пусть он будет Нарибус! И, конечно, я хочу, чтобы секрет сыра вы оформили патентом.
  - Вы знаете, как делают сыр песчанников?! - ахнул мужчина.
  - Хуже, я знаю, как делают много видов сыров, а ваши песчанники - дилетанты! А я знаю, как получают массу всяких разных и вкусных сыров! - оглушительная тишина была разорвана упавшей с грохотом кастрюли.
  Нина даже испугалась всех тех взглядов, которыми её наградили. Не работники в фартучках, а голодные зомбики, поэтому она сразу оговорилась.
  - Только я сама никогда не делала, - и гаснущие взгляды ей послужили ответом, - но чисто теоретически знаю, - снова подарила надежду герцогиня.
  Ну конечно, она знала! Ведь они тогда в институте изучали чаи по группам, и когда пришло время запоминать вкус чаёв, которые хорошо идут утречком с сырным бутербродом, то их привели в настоящую профессиональную сыроварню. Два часа им там мозги компостировали, как варят сыр, при какой температуре, сколько выдерживают потом, зачем переворачивают, как хранят.
  А потом пришёл другой преподаватель, и он не знал, что группу студентов уже посвятили в дело сыроварения. Оказалось, что он тоже договорился с частным сыроваром, и всем пришлось ещё раз ехать и слушать, только теперь уже в деревню.
  В принципе, было интересно, тем более что частный мастер научил их варить сыр-верёвочки и даже дал помять руками сырную заготовку. Вот знать бы тогда, что всё это пригодится ей, тогда везде лезла бы потрогать всё, полапать, особенно не воротила бы нос от желудков, из которых делают сычужный фермент.
  - Уже время обеда, пора бы подкрепиться, - чрезвычайно участливо и бережно подал шубку управляющий, - а потом мы поговорим о сырах, да?
  - Несомненно, - кивнула Нина, - только патент...
  - Обязательно, леди Керидская, всё сделаю, как положено, застегнитесь, а то на улице ветер, не дай Богиня простудитесь, вы уж поберегите себя, - придерживая дверь и следя за тем, чтобы леди не поскользнулась, господин Арлинд проводил её в центральную часть.
  Оставив её у дверей, побежал к своему товарищу, управляющему финансовой частью и долго ходил перед ним, не скрывая возбуждённого настроения. Потом поиграл в угадайку, а когда финансист и близко не придумал, чем могла герцогиня так порадовать Арлинда, то выпалил:
  - Илли, дружище, наша светлость знает секрет изготовления сыра песчанников!
  - И ты ей поверил? - усмехнулся господин Илли Лиридон.
  - А почему я не должен ей верить? Она вполне приятная, разумная девушка, - слегка обиделся Арлинд.
  - Глянулась, что ли? Не мне тебе говорить, чтобы на герцогское добро не зарился.
  - Ты не о том...
  - О том, о том. Даже если брак фиктивный, а скорее всего, так и есть, ведь милорд до сих пор не объявился, и девушка просто временное решение проблемы, ему не понравится, что ты ей оказываешь знаки внимания.
  - А ты слишком много слушаешь нашу Куштим! Что она уже наплела?
  - Что ты целый день бездельничаешь и прохлаждаешься с герцогиней.
  - Ревнивая... особа, - хотел выругаться, но сдержался.
  - Ну ладно, чем тебя удивила леди Керидская?
  - Я уже сказал, она знает секрет приготовления сыра песчанников, - уже не так возбуждённо произнёс управляющий.
  Мужчина, сидящий за столом, устало потёр виски:
  - Замучился я с отчётами. Наш командующий опять занимался обменом одного на другое, потом на третье и ничего не записывал. Теперь где-то излишки, а где-то недостача.
  - Сочувствую.
  - Но если миледи и правда знает секрет, то мы хорошо заработаем. Можно будет проложить хорошую дорогу до моря и активно заняться рыбным промыслом.
  - У нас нет рыбаков, нет судна и, самое главное, нет подходящей бухты. Кроме того, я даже не знаю, с чего начинать в этом деле, а ты уже, небось, доходы подсчитываешь, - возмутился Арлинд.
  - Если мы начнём делать сыры на продажу, то денег на всё хватит, и начнёшь ты с найма нужных людей. Рассказывай, в чём секрет, - отмахнулся Лиридон.
  - Она не сказала, уже обед, да и попросила оформить патент.
  - Ишь ты, они в столице все там чуть что изобретателями становятся. Ну и мода пошла, леди замуж не хотят, самостоятельности ищут, а эта замужняя - и туда же. Ей-то зачем?
  - Брось ворчать, сам же говорил, что брак, похоже, фиктивный, вот она о будущем и заботится. И кстати, она не из столицы, она из другого королевства.
  - Говоришь, крепость ей показывал, а она откровенничала с тобой?
  - Не будь деревенским сплетником, - огрызнулся Арлинд.
  - Я не буду, а вот народ у нас при подсказке Куштим слухи понесёт и приумножит. Не навреди ни себе, ни леди, - наставительно пробурчал Лиридон.
  - Ладно, ты сегодня не в настроении, пойдём обедать.
  
  За обедом лорд командующий поблагодарил герцогиню за заботу и вкусный перекус, чем заслужил ревнивый взгляд леди-хозяйки. Ей никто не доложил, когда герцогиня успела пообщаться с ним и за что он её благодарит.
  С интересом на её светлость смотрели не только управляющие, но и торговцы. Леди Куштим уловила только непонятный жест финансиста, похожий на толчок в бок господину Арлинду, и два слова, произнесённые ему про торговых представителей: "Похоже, пронюхали".
  Что те пронюхали, про кого они уже в курсе, а она ничего не знает? Надо было проследить за приезжей, но нашлись свои дела, а Керидская оказалась прыткой персоной и бродила где угодно, только не на виду.
  Обед леди-хозяйке пошёл не впрок, и когда она услышала благодарность герцогини за вкусную еду, то скривилась, подумав об издёвке. А Нина проголодалась и съела всё действительно с удовольствием.
  Не успела она выйти из-за стола, как её взяли в оборот управляющие - и понеслось!
  Они вместе сходили в молочный цех, где взбивают масло, варят творог, посмотрели, какими приборами и кастрюлями обладают мастера. Нина рассказывала всё, что знала, почти всё. И про молочных телят, козлят, что их желудки самые нежные и они лучше всего подходят для изготовления того самого секретного ингредиента. (прим.авт. - речь идёт о сычужном ферменте) Рассказывала, как промытые желудки смешивать с солью, как сушить до состояния пергамента или не сушить, но тогда другая годность у полученного фермента будет. Поясняла, что делать можно этот фермент по-разному, и вкус сыра будет меняться от любой мелочи.
  К вечеру она уже сидела в кабинете второго управляющего, Илли Лиридона, и торговалась о процентах. Пришлось показать договор, где было прописано о личных доходах, на которые не может претендовать герцог. Управляющие уткнулись в него и долго читали.
  - Миледи, в каком банке вам составляли столь мелочный контракт? - не выдержал финансист.
  - Почему это "мелочный"? - обиделась герцогиня.
  - Только они занимаются учётом всех обстоятельств. У вас даже прописано, что в случае задержки выплаты вам ежемесячного дохода, на седьмой день вы вправе потребовать разрыва брачного договора, и храм должен вам предоставить жрицу. Впервые вижу подобное!
  - М-да, - с неописуемым выражением лица посмотрел господин Арлинд на леди.
  - А как вы думали?! - вскинулась она. - Не могу же я вечно здесь сидеть, а Его величество не слишком щедр! Как только у него жадность взыграет, так сразу будет знать, что я отсюда тю-тю, - и помахала ручкой.
  - Эх, миледи, нашему герцогу ещё никто ручкой не махал, - с усмешкой произнёс финансист, - но это, конечно, ваше право. Так кто вам договор составлял?
  - Я сама, - и глазки опустила, весьма довольная ошарашенным видом управляющих.
  Тишина была наградой, но вот следующие слова встревожили:
  - Наша Куштим не переживёт, если узнает о договоре! С одной стороны, здесь чётко указано, что она под дланью нашей миледи, с другой стороны, ваша светлость всё предусматривает, чтобы здесь не задержаться, а этого наша леди-хозяйка никак понять не сможет.
  - Господа, у меня есть разрешение показывать этот договор в особых случаях, хотя вы же понимаете, что это всё же секрет.
  - Естественно, миледи, у нас многие догадываются, что брак фиктивный, но это только домыслы.
  - Быть может, стоит сделать исключение и посвятить в тонкости леди Куштим? - решила посоветоваться Нина. - Она, видимо, влюблена в герцога и ревнует. Мне бы не хотелось, чтобы на этом основании она мне пакостила.
  Мужчины задумались.
  Родственница герцога уже начала вести беседы, где выставляла Керидскую в смешном или откровенно недоброжелательном виде, но собеседников в герцогстве немного и слишком очевидна её обида, чтобы относится со вниманием к едким замечаниям.
  - Нет, миледи, не стоит говорить о договоре леди-хозяйке, она может рассказать о нём своей помощнице, та ещё кому-то... и не заметите, как до демонов слухи дойдут. Одно дело, что они могут о чём-то догадываться, другое - наличие конкретного договора.
  - Ваша светлость, а я хотел бы предупредить вас, что все ваши идеи, будут оформлены в пользу герцогства, и вы можете рассчитывать лишь на крохотный процент, - выдавил из себя господин Арлинд, за что удостоился неласкового взгляда от товарища, но он продолжил:
  - Даже не смотря на ваш чудесный договор, - мужчина потряс в воздухе бумагами, - вы получите крохи, так что если вы хотите заработать, то лучше заняться всем самостоятельно, когда вы будете свободны.
  - Спасибо, господин Арлинд за предупреждение, - улыбнулась леди, - принимайте мою деятельность, как вклад в герцогство, иначе я ничего не рассказала бы до того, как мы договоримся. Мне платят достаточно, чтобы я не сидела, сложа руки, но хоть малый процент меня всё равно порадует, - закончила она, видя, как финансист уже хотел было забыть о мелочах.
  Спорили до хрипоты и договорились только о записи на имя герцогини одного сорта сыра под названием "Нарибус" и оставления за ней права на изготовления сычужного фермента, неважно каким способом, и его продажу. Герцогство могло производить фермент только в личных целях и обязалось хранить это в секрете. Но основной доход ей должны были принести полпроцента со всей сырной продукции герцогства, ушедшей на продажу в течении десяти лет. Сколько это будет, на сегодняшний день подсчитать было сложно, но для одинокой женщины наверняка достаточно.
  Нина радовалась. Ей не столько важен был патент, сколько то, что удалось наладить общение. Она понимала -это не значит, что она приобрела друзей, но хотелось верить: хотя бы за спиной стало меньше народу, кто пожелал бы портить ей жизнь.
  На следующий день в замок приехали ещё торговые люди, которые привезли зерно для демонов по условиям прошлого договора. И после завтрака герцогиню пригласили на совещание по поводу предстоящей встречи. Нина пока ещё не запомнила всех людей, которые поедут с ней, но слушала внимательно, как они переговариваются с управляющими герцога.
  - Его величество настаивает на увеличении платы за наши поставки, - сетовал один из торговцев.
  - Мы и так с них втридорога дерём, куда уж больше, - не выдержал другой, и девушка удивилась: ну надо же, совестливый, а по лицу и не скажешь, но он продолжил:
  - У меня корона выкупила это зерно по самой низкой цене, а проверяли качество, как будто элиту покупают. Да ещё и доставку оплати сам!
  Нина начала различать торговых людей. Одни из них были на королевской службе, другие нанятые по случаю или просто постоянные поставщики.
  Она слушала жалобы на доставку, на сложности сохранения сырья при морозе и влаге, слушала, что лошадей, везущих по их герцогству обоз, надо кормить больше и чаще, а это удорожает поставляемый продукт и, в конце концов, все согласились, что за всё должны заплатить демоны. Вот после этого обратили внимание на неё. Они решают, а ей озвучивать новые условия и настаивать на них.
  "Это ж надо! - негодовала она. - Все всё придумали, а ей идти озвучивать и требовать! Неужели раньше в такой же роли выступал герцог?"
  Во дворце она думала, что это обычные деловые переговоры, где происходит честная торговля.
  "Мы вам это, а вы нам то! А если хотите ещё, то добавьте!" Нина тогда обижалась, что ей намекали о её малой роли в них, думала, что напрасно они недооценивают её способности, ведь она уже поднаторела в таких делах и вот теперь поняла. Предстоит не торговля, а чистая политика. С одной стороны, руку жмут, уверяя в дружбе и дальнейшем сотрудничестве, а с другой - грабят. Теперь ей действительно вмешиваться не хотелось, и даже малая роль "голоса" в предстоящем мероприятии ей крайне не нравилась.
  Однако споры стихли и все выжидающе уставились на неё.
  - Подготовьте для меня договор, который я должна озвучить, - произнесла она в тишине.
  - Уже готово, миледи, - поднялся представитель короны и вручил герцогине бумагу. - Это прошлогодний, исходя из него, мы сейчас привезли товар и получим расчёт.
  Она быстренько просмотрела.
  Поставка зерна в объёме... цена...
  Материал изо льна, крапивы, конопли, вееруса... (прим.авт. - в самом начале книги Нина видела незнакомое дерево с огромными листьями.)
  Сахар в объёме... сушёные ягоды... фрукты... орехи... масло...
  Потом взглянула, чем должны расплачиваться ледяные. Там было написано два варианта оплаты. В одном превалировали ингредиенты для редких лекарств и тонны жира, в другом варианте - драгоценные камни.
  Навскидку Нина определила, что цены действительно завышены раза в три, но это если равняться на столичные магазины и покупку тканей метрами, а зерно мешками. Если же учесть, что везётся всё со склада и закупалось рулонами и телегами, то закупочная цена должна быть ниже.
  Герцогиня, держа в руках бумагу, встала, отошла к окну и повернулась ко всем спиной.
  Обращенные на неё взгляды нервировали, и не хотелось ни на кого смотреть. Она продолжала размышлять. Чтобы доставить сюда обоз, нужно вложить денеги, и тогда действительно стоит накинуть процентов десять. Провести по территории герцогства, сдать на хранение, потом загрузить на местных мохнатых лошадок и перекинуть через стену, это ещё траты. Да, почему бы и не накинуть сто процентов, а то и двести. Люди должны знать, ради чего едут через полстраны сюда.
  Нина выдохнула, и снова посмотрела на договор. Триста процентов, это очень выгодно, но почему же не расширяют торговлю, не шлют больше всего? И сама себе ответила - демонов держат "в чёрном теле", чтобы не разожрались, или создают дефицит, чтобы не падала цена. "Хорошо, с этим разобралась", - девушка обернулась.
  - Новый договор готов? - спросила она.
  - Да, его вы озвучите, как только демоны произведут оплату по-старому, - мужчина протянул более свежий, беленький свиток.
  Герцогиня пробежалась по нему глазами. Всё те же поставки: зерно, ткани и по мелочи: сушеные продукты фрукты, ягоды, сахар; добавили рис, перловку, гречу. Похоже, кто-то проявил фантазию и расширил ассортимент, подсластили новый договор. Оплату за всё запросили уже четыреста процентов.
  Хотела Нина сказать, что демоны сами организуют себе закупку, ведь границы открыты, но сама же и ответила. Наверняка имеются ограничения. Ну, провезёт себе демон один мешок, ну, может быть, телегу, так его тут, в герцогстве, обдерут как липку, а полный караван не дадут провести. Хотя надо будет уточнить это у командующего. Сколько демонов ездит в королевство, пытаются ли они самостоятельно возить товары и почему они не пользуются морскими путями, игнорируя перешеек.
  На совещании Нина ничего не сказала, толку от её замечаний и удивлений не будет. Всё решено, рамки, сколько можно уступить, заданы во дворце, и она ни на что не повлияет.
  Желание отправляться на ежегодную встречу увяло совсем.
  Собственно, на совещании ей делать нечего.
  - У вас есть ещё экземпляры? - она подняла договора, показывая, о чём она говорит.
  - Да, конечно, - кивнули ей.
  - Тогда я забираю эти и прощаюсь с вами до обеда, - и быстрым шагом покинула залу.
  Нина прошла к себе, развалилась на диванчике. Неприятный осадок от посвящения во взаимоотношения между государствами осел прочно. Она попыталась себя настроить против демонов. Они сами виноваты, что позволяют себя грабить! А если они там, у себя, размножатся и полезут на тёплые земли? Королю виднее, как вести политику. Он заботится о своей земле, а ледяные пусть беспокоятся о своей, а ей надо думать о себе. И всё же, хоть и уговорила себя, осадочек никуда не делся.
  Герцогиня взялась за рисование, но только испортила лист и зря развела краски. Тогда начала записывать рецепты, потихоньку увлеклась, в работе требовалось внимание и аккуратность.
  Понемногу Нина успокоилась и после обеда попросила о беседе управляющего Арлинда. Её интересовала техническая сторона переговоров. Точная дата, какие должны быть приветствия, одежда, с кем ей говорить и какой должен быть поклон, другие жесты, возможно, чего-то не следует делать.
  Господин Арлинд отвечал обстоятельно:
  - Миледи, встреча будет на границе. Это значит, что вы покинете герцогство и вам придётся проехать ещё несколько километров, - мужчина чуть засомневался, но спросил, - вы умеете ходить на лыжах?
  - Подождите, какие лыжи? Разве мне не опасно покидать стены герцогства?
  - Миледи, это дело чести! Что вы знаете о древнем договоре?
  Нина пожала плечами.
  - Пожалуй, ничего. Пишут, что в последней битве брат короля, герцог там какой-то проявил недюжинную отвагу и благородство. Не ударил споткнувшегося противника, дал шанс тому встать и продолжить сражение.
  Управляющий хмыкнул:
  - Не знаю, миледи, ничего насчёт споткнувшегося демона, но у нас говорят, что тогдашний герцог с уважением отнёсся к пленным, и когда война зашла в тупик, и пришло время переговоров, то его отношение к пленным сыграло положительную роль. Две стороны сошлись на том, что перешейком будет владеть благородный герцог и его прямые наследники. Перешеек называли Керидским из-за находившегося на нём озере Керид с горячей водой. Сейчас этого озера нет. Герцог к своим разным именам добавил имя герцога Керидского. Старшему сыну всегда по наследству доставался перешеек, младшим отдавали другие земли, и они теряли право на владение этой землёй. Договор магически заверен, и вы в полной безопасности, пока являетесь супругой герцога Керидского, как и ваши дети от него, пока не получат в наследство другие земли.
  - А если всех вас схватят и будут угрожать, что убьют вас, если я не подпишу что-то?
  - Миледи, откуда такие фантазии? Ну, подпишите вы, а кто исполнять будет? Сотрудничество нужно обеим сторонам и не забывайте о нашем командующем. Вся территория будет проверена, вы под охраной, как и все мы, но напомню вам о договоре. Если они причинят вам вред, то во всех делах касательно перешейка удача будет на нашей стороне. Понимаете? Магическая удача у нас, это важно. Не берите в голову, мы давно торгуем с ними, и никогда даже недоразумений не было. Они, кстати, так же волнуются за безопасность своего короля.
  - А он правда король - или командующий?
  - Сложно сказать, нам его представляют королём, но известно, что над несколькими королями есть старший, и его земли намного дальше от нас. Никто из людей туда не доходил.
  Нина вздохнула.
  - Что вы там про лыжи говорили?
  - Видите ли, нашу часть пути лошадям не преодолеть. Льдинки под ногами, да и непривычные они к холодам. На нашей территории ещё ничего, держатся, а вот за стеной намного холоднее. Сажать же вас на местную рабочую породу лошадей не солидно, да и они тоже коротким путём не пройдут.
  - Сразу за стеной похолодает ещё больше, чем сейчас? А как же мы?
  - Ну, мы оденемся потеплее, да к тому же двигаться будем, - принялся успокаивать мужчина, но всё же признался: - миледи, командующий подготовит заранее место стоянки, поставит шатёр там, наберёт с собой вдоволь тёплых камней. Можно вас довезти в саночках, но лучше, если вы сами на лыжах... Это не сложно, мы заранее потренируемся, посмотрим, как... - управляющий всё говорил, доказывал, а леди задумалась.
  Всё так странно было для неё! Резкий мороз за стеной, лыжи... Нина не ожидала подобного, поэтому не знала, что сказать. Хотела выпалить, что на лыжах она с удовольствием с гор каталась, но вовремя задумалась, а что здесь за лыжи? Она не профессионал, так вышло, что сначала научилась кататься на коньках, а после ей подарили коротенькие лыжики. Никто не учил её, и она на них продолжила кататься как на коньках. По лыжне на них не получалось ездить, а вот изображать конькобежцев удавалось легко, да и с горок кататься на коротких лыжах было здорово. Но вообще-то последний раз она каталась лет в тринадцать, и как выйдет теперь, неизвестно.
  - Да, на лыжах надо попробовать, - согласилась герцогиня, - в саночках я, наверное, замёрзну.
  - Всё так, миледи, если устанете, то вас повезут, но лучше самой двигаться, - с радостью подтвердил мужчина.
  И началось: то Нина в оранжерее собирает листики и подготавливает их к ферментации; то она бежит в сыроварню-маслодельню и смотрит, как подсушиваются просоленные желудки козлёнка, телёнка и поросёнка; потом она примеряет местные лыжи и просит снова укоротить их. И всё это на фоне беспокойства по поводу леди Куштим.
  Нина поймала себя на мысли, что боится её. Она всё время ожидает подвоха, видит, что вызывает у леди сильные эмоции, но ничего плохого не происходит. Да, горничные у неё не особо приветливые особы, но они выполняют свою работу добросовестно, а она, как дурочка проверяет, не подложили ли они ей под подушку какой-либо гадости.
  К тому времени, как командующий оповестил, что на территорию герцогства въехала карета лорда Ветуса с девушкой Мируной, Нина вся извелась, испытывая разного рода подозрения к Куштим и убеждаясь, что она напрасно на леди всякое думает.
  
  Вроде дни у Нины были заполнены делами, она со многими людьми общалась, и не сказать, что все из них оглядывались, как посмотрит на это леди-хозяйка, вовсе нет, но атмосфера выжидания ощущалась.
  Каждый взгляд говорил: "Поживи, а мы посмотрим, что ты за птица и вскоре ли улетишь".
  Нина понимала людей, они зависимы, а Куштим доказала уже, что герцог её ценит не только как родственницу, но и как хозяйку. Даже управляющие, вполне независимые и ценные работники, и те старались не сталкиваться в делах с ней.
  Они выбрали доброжелательный нейтралитет. Если у герцогини были вопросы, проблемы, то они всячески содействовали, оказывали помощь.
  В сложившейся обстановке приезд Мируны приобретал большое значение для Нины, девушка становилась не просто работницей, человеком герцогини, она товарищ, соратник.
  Леди Керидская не могла выскочить на улицу встречать свою горничную, но проследить, чтобы той приготовили хорошую комнату, врезали замок, она могла, что и сделала со всей тщательностью.
  За прошедшую неделю Нина приметила, что у леди Куштим есть помощница, госпожа Вибек.
  Совершенно неприметная женщина, подражающая в одежде своей хозяйке. Она одевалась тоже во всё чёрное, и ей это шло ещё меньше, чем Куштим. Но даже такая одежда не могла скрыть, что помощница хорошо сложена, что черты её гармоничны и при небольшой коррекции на лице при помощи косметики она могла заиграть как редкий драгоценный камень.
  При первом впечатлении Нине даже показалось, что госпожа Вибек намеренно чуть сутулится, прячет пухлые губы, сжимая их в нитку, и совсем не смотрит в глаза. Но вскоре она себя осадила: как только приехала, то очень предвзято стала относиться к Куштим, а теперь и в её помощнице выискивает недостатки. Стало стыдно за свои мысли и недоброжелательство.
  Чтобы наладить отношения хотя бы с госпожой Вибек, она обратилась к ней, чтобы та проследила, как подготовят комнату Мируны. А потом уже сама проверила и забрала себе все ключи от замка, думая впредь общаться с Куштим только через её помощницу.
  
  Мируну леди Керидская встретила в общей зале и, не сдержавшись на радостях, обняла. Девушка выглядела уставшей, ведь ей никто не подарил домик-карету и не подкармливал в дороге. Нина уже немного освоилась в замке и приметила слуг, которые крутятся возле неё, готовые исполнять её приказы без промедления. Поэтому глазами нашла такого и велела ему донести вещи горничной до её комнаты.
  - Мируна, вот ключи, бросай вещи и иди сразу ко мне. Я тебя покормлю, и мы обсудим твою работу.
  - Хорошо, миледи, - улыбнулась девушка, не ожидавшая столь тёплого приёма.
  Во время долгого пути чего только себе не надумаешь, как не напугаешь себя, коря за то, что сорвалась в такую даль. Но, Слава Богине, до столицы проводили. Хоть и неприятный человек был сопроводителем, нечестным, экономил на ней, но дальше лорд Ветус сам снарядил её, и уже волновали только тяготы пути да как встретит леди Нарибус. Вдруг уже надобность отпала в собственной горничной, пока она тащится по дороге, всё ж таки теперь леди герцогиней стала.
  Мируна примчалась сразу же, едва леди Керидская дошла до своих покоев. Стол был накрыт, но девушка согласилась только попробовать чая, который нахвалила леди. Терпкий вкус напитка её удивил.
  - А теперь добавь сахара и кусочек лимона, - посоветовала ей герцогиня.
  - Представляешь, здесь есть своя оранжерея и в ней растут не только лимоны, но много чего другого. Я завтра тебя отведу туда, поможешь мне собрать листочки, и я научу, что с ними делать дальше. Заодно познакомлю с садовниками, пусть знают тебя, вдруг фруктов диковинных захочется.
  Мируна пила горячий чай и была счастлива. В дороге последние дни не удавалось ничего горячего урвать, только холодные перекусы. Кучер на неё сердился, что она гонит его, но девушка действительно боялась задерживаться.
  - Как ты добралась, всё в порядке? Рассказывай, - попросила Нина.
  Горничная сначала путалась, но чем дальше, тем спокойнее шёл её рассказ, и она сама удивлялась, какой длинный путь проделала.
  - А когда к стене подъехали, думала, всё, конец света! - поделилась переживаниями она. - Да что я, глупая девка, кучер, которого выделил лорд Ветус, и тот струхнул. Стена высоченная, вход закрыт и только голос из ниоткуда грохочет: "Кто такие, куда"?
  - Ничего себе, а я не помню такого, - удивилась леди.
  - Ну, господин Ивар, так кучера зовут, крикнул, что к светлой герцогине личную горничную везёт, нас и пропустили сразу, - похвасталась девушка.
  Нина кивала, подтверждая, что всё так, именно личная горничная.
  - А за стеной, - продолжила Мируна, - служивых множество, один попросил выйти меня, все смотрят, шуточки значит отпускают. Спрашивают, чем я так хороша, что меня из столицы вызвали. А я что, молчу, что мне им ответить? Если бы простые вояки, там я бы им кулак показала, а там командир их, тоже стоит, скалится.
  Девушка вдруг засмущалась и выпалила.
  - А вообще, говорили они, что в замке нет красивых служанок! Герцогиня - красавица писанная, вот ей под стать и горничная приехала, только врут они.
  - Почему же врут?
  - Ой, ну вы-то красавица, изящная, тёплая, нежная, смотришь на вас - не надышишься! - выпалила Мируна.
  - Да я не про себя, а про тебя, почему ты решила, что врут? Разве ты себя красавицей не считаешь?
  - Конечно, нет, что во мне хорошего? - удивилась девушка.
  - Глупая ты, Мируна, служивые сразу тебя в красотки записали, а ты сомневаешься, - покачала головой Нина. - Всё в тебе ладно, и телом хороша, и душой, люди всё чувствуют. Вот увидишь, какая в замке мода. Все в чёрное рядятся, брови сведут к переносице, губы подожмут по-старушечьи и тенями перемещаются. Чистый ужас!
  - Да что вы такое говорите!
  - Что есть - о том и толкую, - грустно ответила леди, - здешняя управительница работниц по себе выбирала, так они все на один лад и кроены. Захочешь на нормальных женщин посмотреть, так придётся выйти на улицу и в другие части крепости зайти, там хоть цвет в одежде есть, а тут одна чернота.
  Долго ещё беседовали леди с горничной, о многом предупредила Нина Мируну, опасаясь, что той вредить начнут, но не могла не признаться, что пока всё это только её домыслы.
  - Это ужасно, у меня непреходящее ощущение опасности, но ничего не происходит, и я себя по-дурацки чувствую.
  - Зря вы на себя, миледи, наговариваете. Я вам на каждый наряд обережную вышивку сделаю, она будет незаметной. Странно было бы, если бы вам не завидовали.
  Нина отпустила девушку отдыхать, самое важное ей сказала, успокоила насчёт работы, оплату обговорили.
  Выслушала она новости о лорде Милоше Ветусе.
  "Очень представительный мужчина", - сказала о нём девушка. Намекнула леди, что он неспроста столько внимания ей, Мируне, уделил, несомненно, хотел порадовать миледи.
  А ещё его управительница загрузила сундучок, который нельзя было трепыхать по дороге.
  Нина повернулась посмотреть на принесённый девушкой сундук.
  Ещё Мируна привезла новости о замке: лорд Алоиз собирался жениться на леди Тсере Ширай.
  "Ну, к этому дело и шло, ничего удивительного" - подумала Нина.
  Всё остальное в замке на момент отъезда Мируны шло по-прежнему. Маленький лорд учится, госпожа Бовач процветает, все работают. Всё ожидаемо и сейчас Нину больше всего интересовало, купила ли управительница Милоша всё, что она просила. С волнением леди поставила сундук на стол и раскрыла его.
  - Ах, - выдохнула она, - всё довезли, ничего не разбилось, не разлилось, - придирчиво осматривая содержимое, пробормотала девушка. - Спасибо тебе, неизвестный мастер, за продуманный сундук-ларец!
  Перед Ниной стоял набор "юного парфюмера", если можно так сказать.
  Миниатюрный переносной шкафчик с великим множеством маленьких отделений, в каждом из которых стояла бутылочка с маслом. Управительница лорда Милоша оказалась большим молодцом. Она не просто скупила все известные масла, посетив фабрику, куда привозят масло из имения Ветуса, она попросила их правильно расположить, что для неё и сделали. Ряды цветочных масел, древесных, цитрусовых, фруктовых, пряные, животные и другие.
  - О! - в восторге выдохнула ещё раз Нина. Наконец-то она попробует сделать для себя духи, которые не будут раздражать её. Леди прикрыла глаза и сосредоточилась. Она могла уловить запах даже от закрытых бутылочек.
  - Надо быть осторожней, - остановила она себя, - а то нюха лишусь.
  В суматоху следующих дней добавились эксперименты по созданию своего аромата, и удовольствие напарницы по хождению на лыжах. Правда, Мируну учили стоять на них правильно и идти тоже учили, как правильно! Это слово Нина слышала не раз от инструктора, но разобравшись, что им предстоит идти по льдистому снегу, она собиралась поступить по-своему, как умела.
  
  И вот, наконец, настал тот день, ради которого понадобилась леди Керидская.
  - Миледи, я упаковала вам платье, наденете его в шатре поверх штанов, - распоряжалась Мируна.
  - Но я буду как бочка! - возмущалась Нина.
  - А если вы останетесь в штанах, то на вас будут все облизываться, мне уже рассказали про демонов. У них женщины брюки не носят, ни крестьянки, ни леди.
  - С ума сойти, в их холодах только в штанах и ходить, - опешила леди.
  - Не знаю, их девушки меня не волнуют, а для вас я шубку приталила, чтобы фигуру очерчивала, а то давеча видела я, как ветер раздул её, а вы ёжились.
  - Спасибо, это очень даже хорошо. Надо что-нибудь взять, чтобы от пота избавиться, на лыжах идти - все равно, что бежать.
  Мируна кивнула, что мол, готово у неё всё.
  - Что-то я так волнуюсь, - пожаловалась Нина, - неприятные предстоят переговоры, да и стыдно мне за них.
  - Да нешто они не поймут, что вы не причём? А хотите, подарочек возьмите, от себя как бы, лично. Пусть дела ваши сопровождающие решают, а вы для души что-нибудь пожалуете ихнему главному.
  - Какая ты умница, но удобно ли будет? - обрадовалась и тут же засомневалась герцогиня.
  - А вам было бы приятно, если бы их король преподнёс вам что-нибудь?
  - Ну-у, тут сложно сказать. Дорогой подарок - он обязывает, можно расценить как взятку, или как неприличные притязания...
  - Миледи, а вы что-нибудь съедобное. Для них это дорого, вы же говорили, и в то же время сразу видно, что лично от вас.
  - Пожалуй, - Нина задумалась. - Но что? У меня конфеты есть, но это как-то... может засахаренных фруктов?
  - А нам? У вас мало осталось, - с беспокойством раскрыла глаза горничная и бросилась показывать, что мешок полупустой.
  Леди улыбнулась, засахаренные фрукты они очень любили употреблять днём с несладким чаем, сидя у окна. Действительно, надо уже новые заказывать или что-то придумывать другое, но остатки отдавать и правда жалко.
  - У нас здесь отличные колбасы делают, но что же мне со связкой колбасы идти?
  - Мужчины колбасу уважают, тем более такую, как здесь, я ещё нигде не ела, - мечтательно закатила глаза девушка, а Нина сглотнула.
  - Нет, глупая идея, дарят оружие или драгоценности, - расстроилась Нина.
  - Я слышала, что торговец, господин... забыла, у него ещё привычка такая, ус подкручивать, - начала Мируна.
  - А, этот, - вспомнила леди, - господин Джетон... Джатон... нет, Жондан, точно, у него ещё такой хитрый взгляд, оценивающий. Мне он не понравился, всё ходит, смотрит, щупает, фу.
  - За ним следят, миледи, не беспокойтесь. Леди Куштим со своей помощницей всем слугам велели приглядывать за ним, чтобы ничего не стащил. Так вот, он подарок везёт, это мне одна из служанок сказала. И знаете, что?! - раскрыла глаза Мируна.
  - Что? - улыбнулась Нина.
  Девушка выждала паузу и выдала:
  - Бочонок с пивом!
  - Может, это он для себя привёз? У нас здесь все вино пьют, вот он и...
  - Да? Чего ж тогда он раньше не выпил? Сегодня приготовил взять с собой, у дверей стоит, наверное, чтобы не забыть завтра.
  - Надо же, но у нас пива нет, - задумалась Нина, - может, вина? Но я не разбираюсь... а знаешь, что?!
  - Что?! - почти с той же интонацией, что и давеча леди, "чтокнула" девушка.
  - Время ещё есть, мы пойдём и сварим сыр к пиву, - тихо и немного предвкушающе проговорила леди.
  - Но это долго, я слышала, что сыр должен настаиваться, да вы и сами говорили, что ваш "Нарибус" требует выдержки больше месяца!
  - Нет, Мируна, сварить мы успеем, он даже сегодня настоится в рассоле, вот только нам нужно придумать, как защитить руки от очень горячей воды. Вся сложность и секрет в том, что его надо мять как тесто и держать почти в кипятке.
  - Так может, у кузнецов возьмём варежки? Они от огня чем-то обмазаны...
  - Нет, я видела их, в воде они размокнут, - отмахнулась леди.
  - Значит, у садовника! У них есть такие перчатки, их соком дерева мажут, и они как обувь, воду задерживают.
  - А если они в горячей воде расползутся? И сыр нам отравят? - засомневалась Нина, - хотя, если аккуратно и не макать их в воду, а только подхватывать горячий сыр и, думаю, если что, то я почую, что сок дерева потёк... Давай попробуем. Беги за перчатками, а потом в сыроварню, я там буду тебя ждать.
  
  Нина в сыроварне никого не стала брать себе в помощь. Секретов она раскрыла немало, и каждый работник пробовал свой вариант варки сыра.
  Экспериментировали с подготовкой фермента. Его засушивали, засаливали, держа в воде, добавляли помимо соли добавки. Подкладывали фасоль, овёс, пшеничку, рис, сахарок и наблюдали, как наличие добавки отразится потом на сыре. Пробовали разную температуру, время варки, меняли дальнейшие условия хранения и всё записывали.
  На сегодняшний день наварили много сыра, но попробовали из того, что получилось, только малое количество, однако и это уже воодушевляло. Нина подкинула идею делать из сыворотки Айран. Шипучий напиток пользовался бОльшим успехом, чем просто сыворотка.
  На сегодняшний день всё коровье молоко шло на сыры, для творога его раньше было много, а на сыры уже не хватало. Не сезон сейчас для молока, вот через пару месяцев его будет больше. Но во всём этом Нина уже разобралась, и сейчас ей необходимо было ухватить лично для себя огромный чан с отстоявшимся уже молоком. Похоже, его кто-то придержал для себя, но ей же не посмеют возразить!
  
  Когда прибежала Мируна, Нина уже крутилась возле чана и использовала простейший измеритель теплоты, прижимая его сбоку к металлу кастрюли, но вдобавок ориентировалась ещё и на свои ощущения. Поначалу у девушек секретов не было от других работников. Они делали всё так, как при обычном сыроварении. Плюхнули лимонного сока, запустили сычужной закваски и ждали, когда молоко створожится.
  Обе они никогда не пробовали варить сыр, поэтому боялись перелить, перегреть, да вообще всего боялись и действовали очень осторожно. Но молоко не капризничало, створожилось прямо на глазах, и Мируна с Ниной, немного суетясь, выловили всё в дуршлаг.
  - Что теперь? - спросила горничная, рассматривая неприглядную массу, - что-то на косички не похожи.
  - Тише ты, не привлекай внимание, - шикнула на неё герцогиня, - у нас есть время, давай перекусим.
  - Ага, я сейчас сбегаю, принесу что-нибудь, - и собралась бежать, - миледи, а на обед вы пойдёте?
  Нина задумалась, попробовала посчитать время.
  - Наверное, нет, не хочу оставлять без присмотра, - и кивнула в сторону полученной массы.
  - Тогда я чего-нибудь посытнее сюда прихвачу!
  Леди Керидская осталась наблюдать за работой людей. Долг платежом красен! Они за ней следили, пока она возле молока стояла, теперь она за ними присмотрит. Некоторые нервничали, но Нина насмешливо улыбаясь, подбадривала:
  - Ничего, ничего, не обращайте внимания, я же только смотрю, не мешаю.
  Вскоре прибежала Мируна с огромной корзиной.
  - Вот, - с гордостью сказала она, - нам даже супчика налили в кастрюльку, сейчас я накрою.
  Нине было неловко обедать при всех, но Мируна начинала недовольно шуметь, пришлось уступить ей и, расположившись в уголке, вместе с ней поесть.
  А дальше вышло очень хорошо: работники, раззадоренные запахами еды, улучили момент и разошлись пообедать. Герцогиня со своей горничной остались одни.
  - Мируна, сырную массу я уже перевернула туда-сюда, теперь нужны перчатки, но готовься, что и руками мы будем месить.
  Девушки встали у нагретой кастрюли и следили за термометром.
  - Всё, иначе перегреем, - скомандовала леди Керидская, - теперь смотри, вода горяченная, отрываешь кусок массы и в воду его опускаешь, в воде хорошо бы его чуть слепить руками в шар, а потом уже вытащить и как с тестом, помять. Но я боюсь эти перчатки в воду опускать, давай палочками и лопатками держать, а уже на весу подхватывать и обминать.
  Первый кусочек девушки лопатками истрепали, но когда вытащили из воды, то он оказался довольно пластичным и позволил слепить себя в гладкий симпатичный шарик.
  - Давайте я руками, не так уже и горячо, - схватила Мируна кусок массы, - терпимо, в воду можно на палочках опускать, а мять я буду голыми руками.
  - Подожди, не тискай так, - остановила активную девушку Нина. - Продави пальцем дырку в середине, и давай я помогу окунуть кусок снова, он у тебя уже остыл.
  Леди с горничной увлеклись, они приноровились работать вдвоём. Нина удерживала массу в воде лопатками, а Мируна, шипя от горячести, но не желая надевать здоровущие перчатки, раскручивала бублик, складывала пополам и снова крутила его, растягивала, увеличивая дырку.
  Нина выхватывала у неё массу, окунала в воду, а Мируна повторяла процедуру, пока они наглядно не увидели, что сумели вытянуть сыр во множество сложенных длинных лапшевидных нитей.
  - Достаточно, а то на червяков будет похоже, - остановила разошедшуюся Мируну, леди.
  - Фу, вот вы сказали, и точно, - фыркнула горничная.
  Готовые сырные нити они сбрасывали в лоток с солёным рассолом. Девушки торопились, но на каждый кусочек уходило приличное время, и Нина на правах герцогини закрыла вход работникам.
  - А нечего, - сказала она горничной и та одобрительно кивнула.
  Мируна не раз слышала, что леди Куштим требует от слуг, чтобы все рассказывали, чем занята была леди Керидская, с кем она общается, кто ей благоволит, а кто игнорирует.
  У самой девушки из-за этого были проблемы, к ней относились так же, как к герцогине. Кто-то заискивал, старался угодить даже ей, а кто-то, наоборот, пакостил, норовил задеть почём зря.
  Миледи ей выдала всякую мелочь на подарки для тех, кого Мируна сочтёт нужным одарить. Поначалу казалось глупостью делать маленькие подарочки лояльно настроенному к ней персоналу, но очень быстро Мируна сообразила, что способ работает, и ей легче стало выполнять свои обязанности. Где-то лишний раз помогут, предупредят, заступятся, и вот уже жить проще.
  Когда весь сыр они прогрели, обмяли и закинули в раствор, то началась кропотливая работа.
  - Набирай в руку, - поучала Нина, - расправляй нити и плетём косы. У тебя же есть сёстры, плела им?
  - Конечно, миледи, ничего сложного, - и правда, Мируна ловчее леди держала на руке пучок расправленных неравномерных нитей, лапшин, как назвала их Нина и ловко заплетала.
  Вскоре приспособилась и герцогиня. Уже через полтора часа они, гордо взявшись за большой лоток, прикрыв его сверху полотенцем, собрались тащить его к себе.
  - Миледи, вам помочь? - у входа их встретил управляющий. - А я думаю, врут, мерзавцы, лишь бы не работать, а оказывается, вы и вправду что-то затеяли.
  - Ах, господин Арлинд, женщина без секретов - уже не женщина, - пафосно заявила герцогиня, даря свою самую обаятельную улыбку.
  - А кто же? - улыбнулся в ответ мужчина, чрезвычайно заинтригованный деятельностью милой особы.
  - Да кто угодно, - всплеснула руками Нина, - работник, друг, но не Женщина, - с придыханием закончила леди.
  - Но тяжести таскать всё же не стоит, давайте, я вам помогу, - управляющий хотел ухватить лоток, но леди его остановила:
  - Подождите, он заполнен раствором, вы так обольётесь.
  
  Лоток доставили герцогине в покои, а Мируна следила, чтобы туда никто не заглянул. Свою работу они сторожили тщательно, не оставляли без присмотра ни на миг. Через пару часов Нина предложила попробовать, что у них получилось.
  - Ну-у, ничего так, - протянула горничная, - непривычно, но есть можно.
  - А тебе раньше доводилось пробовать сыр? Не творог, а именно сыр?
  - Не-а, откуда? Я только при вас многие деликатесы и попробовала, - призналась девушка.
  Нина вытянула из косички верёвочку и по чуть-чуть откусывала.
  - Его бы подкоптить, но не успеем, да я и не знаю, как, и честно говоря, что-то я устала. Давай-ка мы оставим наши косички ещё ненадолго полежать в рассоле, чтобы посолонее были.
  Через полчаса девушки ещё раз попробовали свой продукт.
  - А знаете, миледи, привязчивый он какой-то, в рот так и просится одна за другой, не остановится. Я думаю, что ваш подарок понравится. Вы ведь говорите, что к пиву сыр этот хорош?
  - Вообще-то да, но я тут подумала, а вдруг у этого Жондана пиво некачественное, а я к нему сыр подарю?
  - Не, вряд ли, он очень надеется на продолжении торговли в обход короны, - сообщила Мируна.
  - Откуда ты узнала, - изумилась леди.
  - Он нашей Рате по секрету похвастал, она с ним втихушку ложе делит.
  - Очень интересно, желание его понятно, но как он намерен обойти наше герцогство?
  - Больше ничего не знаю, миледи, но пиво у него качественное, не переживайте.
  - Ладно, давай наш сыр в вощёную бумагу завернём и между окон положим, там достаточно прохладно, но не морозно.
  
  Ещё не настало утро, как все засуетились.
  Нина с Мируной, качаясь спросонья, собрались сами и начали паковать подарок. В последний момент герцогиня сунула чай в подарочную корзинку, несколько травяных сборов, потом лимонные цукаты, потом её горничная сбегала в оранжерею и притащила полный передник цитрусовых.
  - Миледи, хватит, для нашего сыра уже нет места, - возмутилась горничная, - хотя, можем его себе оставить, я так к нему привязалась!
  - Нет, всё клади, - скомандовала Нина, подыскивая, что бы ещё положить в подарочную корзину.
  
  Через час герцогиню вместе с её служанкой везли в домике-карете в сторону стены. Солнце появилось на горизонте и поднималось всё выше, день обещал быть морозным и светлым.
  Через три часа начало подсасывать в животе, и Мируна с видом фокусницы откинула сидение, под которым оказался огромный плетёный короб с едой.
  - Когда ты успела? - удивилась Нина, прекрасно помня, что девушка с раннего утра была на виду.
  - Это нам госпожа Ионела собрала, она на кухне старшая, - довольно пояснила девушка.
  - О, смотри-ка, здесь огромные бутерброды! Нам такой и не укусить, - оживилась леди.
  - А это госпожа Ионела положила для лорда командующего, очень они ему нравятся, - пояснила Мируна. - Она говорит, что он своим ребятам такие буханки в дозор велит готовить. Они на своей кухне между половинок батона умудряются чуть ли не свиную рульку запихнуть, а называют всего лишь перекусом!
  Судя по жестам горничной, между булочками клали полсвиньи, ничуть не меньше.
  - Надо его разогреть да позвать к нам лорда командующего, - вздохнула Нина, понимая, что потребуется и чай, а потом сладенького, да ещё чайку вослед и чем-нибудь тяжеленьким всё съеденное придавить, чтобы не плескалось.
  Так и вышло: мужчина с удовольствием ввалился в общество дам и мигом умял огромный батон, называемый бутербродом. Чаю ему не хватило, он попросил ещё кружечку ему налить.
  - Лорд командующий, нам долго осталось ехать? - поинтересовалась леди Керидская, пока Мируна выставляла на стол сладенькое.
  - Нет, миледи, мы больше половины пути проехали, сейчас разгонимся и даже раньше срока прибудем. Хороший у вас домик, лёгкий, я думал он тяжелее пойдёт, и рад, что ошибся.
  - А как же телеги с грузом?
  - Сани, миледи, всё сгружено на сани, и они выехали заранее. Их ещё рано утром начали переправлять за стену, и они поедут по дороге.
  - Так может, и наш домик стоило так же переправить?
  - Можно было бы, но путь обходной, дорога вообще-то ведёт к городу демонов, а не туда, куда нам надо. Герцог всегда предпочитал на лыжах пройтись, вот мы и привыкли к короткому пути. Вы ведь не были против? - заволновался мужчина.
  - Не беспокойтесь, господин Арлинд сказал, что всего несколько километров придётся пройтись на лыжах.
  - Да, узкая дорожка, извилистая, раньше с собой лошадей брали, но у них копыта на тропе разъезжаются, местами им тесно и боязно, - принялся объяснять уже в который раз командующий. - Вы не волнуйтесь, мои ребята на месте со вчерашнего вечера. Они за безопасностью присматривают, шатры поставили, расчистили площадку.
  - А груз разве в город идёт?
  - В город демонов он не пойдёт, торговцы встанут на дороге, им там сдавать обоз. Если бы не это, то вы бы за полчаса управились с переговорами, - с сочувствием посмотрел лорд на леди.
  - Да, да, я всё помню, только я думала, что всё, что везут, будет недалеко от нас, а так, получается, действительно долго ждать. Значит, я зачитываю прошлогодний договор, они едут принимать груз, возвращаются, платят, и мы приступаем к новым соглашениям?
  - Всё так миледи, вы как зачитаете условия нового договора, так можете уже возвращаться. Люди короля обсудят всё без вас. Дай Богиня, чтобы они затемно в герцогство вернулись, а то ночевать на озере придётся.
  - На озере?
  - Да, миледи, место, где мы расположимся - замёрзшее озеро. Говорят, именно там было подписано древнее соглашение и теперь по традиции каждый год туда и приезжают потомки Керидских или вот как вы, супруга.
  - А вдруг они протестовать начнут, что я не рождённая Керидская?
  - Нет, миледи, они, конечно, женщин не почитают, как мы, но если мужчина признал свою избранницу перед Богиней, а у них перед Богом, то она считается принадлежащей его роду. Ваш обряд был подтверждён жрицей, она ввела вас в род Керидского, и они это увидят.
  - Как увидят? - опешила Нина.
  - Не знаю, как они умеют видеть, но во время обряда жрица что-то меняет в вас, и демоны это видят.
  - Милорд, - леди наклонилась к нему поближе, - вы же понимаете, что брак состоялся без присутствия герцога, и мы с ним не муж с женой! Как же быть, если демоны всё это видят?
  Мужчина тоже чуть склонился и как маленькой стал пояснять.
  - Миледи, думаю, Его величество всё предусмотрел и раз он решил, что это сработает, то вам не стоит волноваться.
  - Но...
  - Простите меня, но вы ведь не юная дева?
  - Нет, - нахмурившись, ответила Нина.
  - Жрица метку рода вам поставила, а видят ли демоны, с каким мужчиной женщина проводила ночи, не видят, мы не знаем. Уверен в одном, что я не привозил сюда ни одной женщины, которая делила бы ложе с герцогом, так откуда им знать, как в магических планах вы должны выглядеть после разделения постели с герцогом? Чушь всё это, не берите в голову! Даже если что-то пойдёт не так, вам ничто не грозит, не ваша вина.
  Леди вздохнула, а командующий жалобно намекнул:
  -Что-то я от всех этих разговоров проголодался вновь, - повернулся к Мируне, - милая, не соорудишь ли мне ещё чего-нибудь перекусить, а то от сладкого только больше есть хочется, - и с недовольством отодвинул вазочку с последней печенюшкой.
  Когда лорд ушёл, горничная, злясь на то, что он основательно подъел их запасы, проворчала:
  - Теперь понятно, почему он в крепости служит, пока его жена с детьми в столице живёт.
  - У него дети?
  - Да, четверо взрослых ребят, они во дворце, а он здесь, потому что никакое имение такого проглота не прокормит, - погрозила она кулаком ушедшему лорду.
  Нина улыбнулась: да, командующий любитель поесть, но ведь он целыми днями на ногах, на морозе, да и сам он мужчина крупный.
  - Делай вывод, - смеясь, произнесла леди, - мужа надо искать маленького, худенького, чтобы кушал мало. А то ведь не подумаешь заранее об этом, и будешь до конца жизни у очага стоять, еду готовить.
  - Ну, вы как скажете, миледи! - ахнула девушка.
  
  К стене приехали быстро, заболтались и не заметили, как время пролетело. Едва успели одеться и всё самое необходимое сгрузить воинам на саночки.
  Высота стены подавляла, и было бы страшно, если бы не яркое солнышко, которое старательно освещало каждый мрачный уголок и даже старые брёвна под его лучами выглядели не жалко, а изыскано.
  Нина с любопытством начала рассматривать подъёмный механизм.
  Она думала, что есть платформа, есть колёса, которые поднимают груз наверх, но всё оказалось сложнее. Стена была слишком высока, и подъём разбили на три этапа. На небольшую высоту их подняли при помощи противовесов. Снизу не было видно, что стена на этой высоте широка и по ней могли разъехаться две телеги.
  Нина попыталась увидеть, где заканчивается стена, но она уходила вдаль, и сложно было представить, сколько сил было вложено в её строение.
  Дальше они поднимались по ступенькам. Миледи не захотела ждать, пока освободится лифт на следующий ярус и решила, что, будучи налегке, она быстрее поднимется. Вскоре уже Нина ловила на себе осуждающие взгляды Мируны, потом она уже и сама не рада была своей инициативе, но деваться было некуда. Еле доползли до второго яруса и, самое обидно, что их вещи на лифте прибыли раньше их.
  Лифт на второй ярус работал как раз при помощи огромного колеса. Два воина вставали внутрь него, шагали, колесо крутилось, наматывая на себя верёвки, удерживающие кабину.
  Ловя на себе смешливые взгляды, две раскрасневшиеся девушки в расстёгнутых шубках делали вид, что они неплохо размялись. Пока ехали в домике и чаи распивали, казалось, что засиделись, срочно захотелось движения, вот Нина сдуру и рванула, но не признаваться же в этом!
  На самый верх их поднимали на большой платформе. Леди с горничной поставили в самый центр, окружили, Мируну даже немного прижали, усмехаясь в ответ её гневным взглядам, и начался подъём. Нина решила, что этот подъёмник тоже на противовесе работает, так как на середине подъёма мимо них прошелестела такая же платформа вниз, но наверху узнала, что это не совсем так.
  Подниматься им помогал человек со стихией воздуха. Он не тянул их вверх, а давил на спускающуюся платформу, придавая ей вес, равный тому, что поднимался наверх. Нина поёжилась, в этом вопросе она всё-таки больше доверяла механике.
  - Милорд, а если демоны хотят пройти на земли королевства, их так же поднимают и опускают?
  - Для них есть малые подъёмники, чуть в стороне. Вещей у них немного, поэтому нет нужды гонять платформу, но если надо, то и тут поднимем. Стоит для них это недорого.
  - Проход за деньги?
  - Проход через границу бесплатный, у нас мир с ними, а вот за подъём платят все торговцы, и наши, и их.
  - Так зачем же королевские обозы...
  - Миледи, недорого стоит поднять одного демона с ворохом вещей, но совсем другое дело, если у него будет десяток телег с товаром. Уверяю вас, в этом случае всплывает множество деталей, что зерно в таких количествах из королевства вывозить нельзя, что на продукцию других стран налагается дополнительный сбор, что...
  - Понятно, можете не утруждать себя перечислением, - леди помолчала, а потом неожиданно спросила:
  - Милорд, а вельфы к демонам ходят?
  - Было как-то, но его быстро обратно принесли, не выдержал, бедолага, морозов. Тонкие они слишком, а без жирка на холоде делать нечего. Ледяные даже сами тогда его подъём оплатили и проживание в нашем герцогстве, пока на ноги не встанет.
  - И что потом? Он жив?
  - Конечно, миледи, мы ж не изверги, чуть подлечили и отправили в королевство, ему же тепло нужно, солнце, а у нас тут тогда пасмурно было, солнышка не показывалось неделями.
  
  Ну вот, приключение с поднятием-спуском закончилось, и наконец-то все встали на лыжи. Леди Керидская не торопясь, предвкушая всеобщее внимание, закрепила укороченные лыжи на сапожках, взялась за палки, которые были только у неё с горничной, и оттолкнулась. Радостную улыбку она не смогла сдержать и лихо промчавшись мимо лорда командующего, только и крикнула: "Я же говорила!"
  Нина отталкивалась и мчалась коньковым ходом. Поверхность позволяла, палки хорошо втыкались даже прямо в лёд, и ей не нужна была лыжня. Вся охрана стояла, раскрыв рты, а леди похвасталась, промчавшись туда-сюда, вокруг, обратно, даже умудрилась прокрутиться на одной ноге, но только один раз. Испугалась, что ремешки порвутся и не удержат ступню на лыжине.
  Некоторые заинтересовались, как движется леди, попытались повторить, но с наскока ни у кого не получилось. Нина торжествовала. Она же видела, что все сомневались в способности девушек передвигаться на лыжах и считали, что рискуют заполучить в их лице обузу.
  Мируна не могла щеголять так же, как герцогиня, но вполне сносно катилась и тоже поглядывала на служак свысока.
  - Ну, раз у нас так всё замечательно, то вперёд, - скомандовал довольный командующий.
  Первые шаги все шли толпой, но быстро выстроились в цепочку и змеёй втянулись на тропу. Нина уже не щеголяла коньковым ходом, иначе быстро догоняла впереди идущего воина, а местами было узковато, но она справлялась и никого не подвела. Мируна поначалу очень волновалась, но вскоре вошла в ритм движения и спокойно шла в цепочке людей.
  Как первый идущий находил дорогу среди встопорщенных льдов, по каким он шёл ориентирам, Нина не представляла. Дорожка плутала, изгибалась, казалась бесконечной, но изредка оглядываясь назад, девушка видела, что от стены они ушли не очень далеко.
  Спустя час хода командующий предупредил, что они приближаются к стоянке. Герцогиня со служанкой выдохнули облегчённо.
  Шли довольно быстро, лишь несколько раз слегка сбавляли ход, но вскоре снова наращивали. Девушки вспотели, раскраснелись и устали, но всё же обе были довольны, что справились и никого не задержали.
  Глыбы льда разошлись неожиданно, и взору лыжников предстало белоснежно-голубоватое поле. Если бы не шатры, установленные недалеко, то вид получился бы фантастическим и нереальным.
  Местами поверхность, казалась, приобретала светло-голубой цвет, а где-то искрило от лучей солнышка и глаза не выдерживали яркого света. Озеро не было большим и очень жаль, что из-за нагромождённых льдов не было видно горизонта.
  Нина спрашивала, откуда взялись льды, похожие на торосы, но никто не знал ответа, говоря, что многое здесь изменилось когда-то за очень короткий промежуток времени.
  Исчезли одни озера, появились другие, местами из-под земли прорывался огонь, а после только мелкие заснеженные горки остались. Никто ничего не знал, только слухи, но по слухам выходило, что когда-то и перешейка не было, а вырос он из воды.
  Солнце продолжало светить ярко, и видя заиндевевшие лица сопровождающих воинов, Нина подумала, что температура близка к минус двадцати градусам. Сама она пока не чувствовала холода, слишком разгорячена была, но понимала, что это ненадолго.
  - Леди Керидская, восхищён вами, хотя и не сомневался, что вы одолеете этот путь. Только представьте, если бы вы не согласились, то до сих тряслись по объездной дороге и всё равно часть пути пришлось бы сюда идти пешком. А так мы хорошо прогулялись, - весело заметил командующий и совсем неприлично склонился к Мируне: - Ну что, краса девица, есть чем покормить меня?
  Мируна от возмущения надулась как жаба. Хотела возмутиться, да лорду не особо что скажешь, так и осталась она с надутыми щеками, пока не увидела, что над ней смеются.
  - Не пыхти, красавица, иди лучше посмотри, что мои ребята приготовили, да не забудь о поклаже леди. Вон саночки ваши стоят, - указал командующий рукой.
  Девушка засуетилась снимать лыжи да бежать сгружать всё, что они набрали с миледи с собой. Не хотелось бы, чтобы фрукты помёрзли.
  Она побежала затаскивать всё в шатёр. Нина тоже не стала прохлаждаться, решила осмотреть нейтральную территорию. Она проехалась на лыжах к огромному шатру. Внутри него стоял длиннющий стол, стулья вдоль него, ближе к стенкам расположили на высоких ножках широкие медные блюда, заполненные горячим камнем или раскаленным углём. С улицы показалось, что в шатре тепло, но при дыхании всё ещё были видны клубы пара.
  Потом Нина заглянула в шатёр поменьше и чуть не оконфузилась, там за ширмой обтирался лорд командующий.
   "И когда только успел!"
  Она заспешила в свой шатёр и была приятно удивлена. Он оказался двойным, как матрёшка, да ещё и пол выстлали сначала сеном, а на него набросали ковров. Нина остановилась у входа, не зная, надо ли сапожки скидывать.
  - Миледи, вот валеночки наденьте, - подсуетилась Мируна, - нам тут воды нагрели, можно хоть ванну принимать.
  - Тепло у нас, только не вижу, что греет? - с интересом начала осматриваться леди.
  - А вот здесь, смотрите, это не просто лавки, они двойные, оказывается, в них горячих камней накидали.
  - Что, во все? - Нина с ошеломлением смотрела, что лавки стоят по кругу вдоль всего шатра. Это сколько ребята всего тащили сюда?
  - Это что, возле бадьи с водой пол приподняли и тоже тёплым сделали, вы там босичком стоять сможете.
  - Но зачем столько хлопот? Я бы так обошлась... - растерялась землянка, но забота командующего была приятна.
  Девушки сменили пропотевшую одежду, обмылись, и Нина торжественно достала маленький флакончик для себя и Мируны.
  - Вот, смотри, это наши духи, я сама сделала, - гордо произнесла герцогиня и, откупорив пробочку, дала понюхать.
  - Ой, мне тоже? - засмущалась девушка, - разве я заслужила?
  - За службу, Мируна, я тебе плачу зарплату, а вот за человеческое тепло, что ты даришь мне, я дарю тебе своё умение. Только очень прошу тебя, не выливай на себя много. Вот так, достаточно лишь пальцем флакончик прикрыть, перевернуть - и этим пальцем мазни здесь, здесь и здесь.
  Мируна тут же повторила и мазнула по запястью, за ушками и в ложбинке груди.
  - Как пахнет! - с удовольствием потянула носом девушка. - А почует ли мужчина? - тут же забеспокоилась она.
  - Обязательно, - твёрдо ответила леди, - эта малость сейчас смешается с запахом твоего тела и возникнет новый аромат. Ты его чуять не будешь, а вот кто к тебе близко подойдёт, сразу решит для себя, нравишься ты ему или нет.
  - А если ещё капельку по себе размазать? - Мируна никак не хотела выпускать из рук красивую бутылочку, и ей очень хотелось ещё вдохнуть того, что было в ней.
  - Ещё не надо, тогда я от тебя шарахаться буду, слишком сильный аромат и, кстати, он подавит твой. Ты должна понимать, что тебе по нраву запах из флакона, а мужчине нужен именно смешанный запах, какое ему дело до цветочной поляны?
  - А у меня духи из цветов?
  - Да, слегка сладковатый, цветочный. Он тебе подходит, - улыбнулась леди, видя, как бережно прячет подарок горничная.
  Платье Нина не рискнула надевать даже со штанами. Девушки недооценили здешние морозы и слишком узких рукавов платья, которые не позволили поддеть вниз ничего, а если сверху надевать, то красивой одежды не видать вовсе.
  Свежая и довольная Нина выскочила на улицу в штанах, снова надела лыжи и в своё удовольствие начала выписывать пируэты. Забылись тревоги по поводу переговоров, неожиданное воодушевление не давало ей покоя.
  Вскоре ей надоело крутиться на глазах у всех, она утащила с кухни пирожок и поехала искать для себя горку. Двое воинов следовали за ней неотлучно, они вместе полазали среди льдов, но ничего подходящего для скоростного спуска на лыжах не нашли.
  Леди решила вернуться и посмотреть, что за шум на ледяной поляне. Она с охраной отошла совсем недалеко от общей стоянки, но льды, вздыбленные торчком, не давали обзора. Ребята нашли удобный проход и по нему вывели герцогиню обратно на привал.
  - Ух, ты! - охнула девушка: к ним прибыли гости и сразу стало тесно на площадке.
  Множество высоких, крепких, бородатых мужчин и некоторые из них в шапках-ушанках. Нине стало весело: ну надо же, ледяные демоны в шапках-ушанках! Она лихо оттолкнулась палками, заскользила, оставив позади своих сопровождающих, и продвигалась к своему шатру. Демоны обратили на неё внимание и откровенно пялились.
  Нина, чуть красуясь, пользуясь небольшим скатом, разогналась и на скорости затормозила, разворачивая лыжи боком. Выбившийся из-под них снег веером сыпанул на некоторых любопытных. Если бы они не выглядели столь удивлёнными, то, может быть, она чинно кивнула бы, сняла лыжи и удалилась бы в шатёр.
  Но мужчины, будучи очень солидными, с окладистыми бородами, хлопали светло-голубыми и светло-серыми глазами как дети. У Нины мелькнула мысль, что борода вводит в заблуждение окружающих, придавая демонам вид суровый, а на самом деле под ней могут скрываться разные недостатки. Например, ледяные без неё могут походить на смешных лемурчиков, что любят так же столбиком стоять и глазеть! Она рассмеялась.
  Увидела, что командующий грозится и подаёт ей знаки, чтобы она шла в шатёр, стало ещё смешнее.
  - Простите, извините, смешинка в рот попала, - не задумываясь, произнесла она и так озадачила демонов, что пришлось закрыть лицо руками и прямо на лыжах вваливаться в шатёр. Там её уже ждала Мируна.
  - Миледи, вы видели? Все здоровущие, все бородатые, зыркают своими жуткими глазищами, у меня от них сердце стынет, - заспешила поделиться волнениями горничная. - А как появились тут?! Только что никого не было - и вдруг здесь, прямо из ниоткуда!!!
  - Да ну, как так? - обалдела Нина.
  - Ну, вот представьте: ветер листик несёт, то он там далеко, вдруг порыв - и он тут, - зашептала горничная.
  - То есть они не из ниоткуда взялись, а очень быстро перемещаются? - так же тихо уточнила леди.
  - Очень-очень-очень, - подтвердила девушка.
  - Чудеса.
  - Не то слово, - кивнула Мируна и склонилась, чтобы помочь снять лыжи. - Что это вам никто не помог на улице? Меня бы крикнули, я бы разом...
  - Ой, да я сегодня целый день шальная какая-то. Когда приехали, думала всё, упасть бы где и не вставать, да вот видишь, всё на месте не сидится мне. Простор, свобода, нет стен, дышится легко! - леди восторженно перечисляла, чему рада. - Я же не видела, как ледяные прибыли, выскочила из-за льдов, а тут они все развернулись разом, и смотрят.
  Нина выпучила глаза и сделала максимально глупое лицо.
  - Прямо так и смотрели? - ахнула Мируна.
  - Хуже, некоторые ещё рты открыли...
  - Обалдеть, - прикрыла руками свой рот служанка.
  - Я тоже обалдела, и смешно стало, но мне по статусу не положено, вот я и сбежала сюда, пока лорда командующего удар не хватил.
  - Его хватит, как же, скорее он от обжорства умрёт, - тут же отреагировала горничная, - а вас я сейчас быстро в порядок приведу, а то вы на девочку похожи. Вон из-под шапочки прядки выбились, разрумянились как простушка, да глаза весельем плещут. Вам же нельзя так, надо строгое лицо, равнодушие во взгляде, да ручки чинно сложить.
  - Ты права, только, кажется, я снова вспотела, есть у нас ещё рубашка?
  - А то! У меня их полдюжины, мало ли что. Вдруг ночевать остались бы?
  Девушки начали хлопотать, и вскоре Нина смотрела на себя в зеркало. Румянец ещё не сошёл, губы она мазнула жиром, чтобы не обветрились, глаза красить не стала. Среди льдов на солнце они у неё и так ярко-голубые стали, все только на них и смотрят.
  - Миледи, возьмите платок, накройте голову, пока идёте.
  - Может, шапку надеть, там холодно, - засомневалась герцогиня.
  - Нет, миледи, общий шатёр уже прогрели, да и не налезет на такую причёску шапка.
  - Да, - вздохнула Нина, заправляя покрепче в волосы украшения.
  - Мне разрешили там в уголке стоять, если вы всё-таки замёрзнете, вы мне знак дайте, - забеспокоилась Мируна.
  Через минуту леди Керидская выплыла павой из своего шатра и прошла в общий.
  Обстановка в нём изменилась.
  Длинный стол отодвинули к краю, стулья тоже убрали, а хозяева и гости выстраивались двумя кучками. Герцогиню провели к торговым представителям, и она встала во главе их. Среди демонов произошло небольшое движение, и вперёд выдвинулся один из них.
  "Король, что ли?" - гадала Нина.
  Все гости были одеты примерно одинаково, из-за бород становились похожи между собой, да и сложение у всех в их одежде казалось схожим. Она занервничала, - "король - не король?"
  Тут ей шепнули в ухо:
  - Миледи, начинайте.
  "Значит, король".
  - Я, герцогиня Керидская, рада приветствовать вас, - с достоинством приступила к оговоренному ритуалу леди.
  - Я, круль Селвин...
  Нина чуть не прыснула смехом. "Круль! Как имя вредного профессора инопланетянина-спрута из старого фантастического фильма. Кто же ей сказал, что они называют себя королями, они же крули!"
  Мужчина напротив не отрывал от неё глаз, и когда она прикусила губу, потом закусила щёки, чуть сбился, но сразу закончил фразу:
  ... рад приветствовать вас.
  Он закончил, а Нина решила, что уместно будет улыбнуться, а то её прямо-таки распирало веселье, и чем больше она сдерживалась - тем смешнее было.
  - Мы приехали выполнить договор между нашими народами, - сияя, ответила леди.
  Круль отчего-то молчал и смотрел, пока не получил сильный тычок в бок.
  "Ишь, как его, поленом милосерднее было бы", - девушка с укором посмотрела на доброжелателя круля.
  - Мы приехали выполнить договор между нашими народами, - повторил фразу мужчина и такой он потерянный был, что Нина чуть не сказала: "Ну, а теперь прошу всех к столу!"- как будто он стоял позади неё накрытый яствами.
  Но вместо этого вздохнула, достала бумажку и начала зачитывать, что люди из королевства привезли и какую оплату ждут.
  Всё формальности, все всё знают, но зачитать ей прошлогодний договор велели.
  Читала она с выражением, чтобы никто не заснул, по мере перечисления товара и в каждое название вкладывала эмоции.
  Слову "зерно" досталось уважение; слово "ткани" она плавно растянула, чтобы прочувствовали, что товар женский; "сахар" почти весело обозвала "сахарком", ну и дальше проявляла фантазию.
  Закончила читать, никто не уснул, зато пялились на неё с детским изумлением. Она победно улыбнулась, изящным жестом подняла руку с документом, его тут же взял королевский представитель, стоявший на полшага позади неё, и с поклоном передал королю.
  После этого Нина слегка кивнула крулю, не отрывавшему от неё взгляд, и гордо удалилась.
  Первая часть встречи закончилась.
  Теперь ледяные проверят товар, может, сами поедут, может, его уже сейчас их демоны проверяют, но по протоколу перерыв.
  - Миледи, вы прелесть, - в шатре шептала Мируна, - наш лорд командующий был от вас в восторге, да они все слушали вас с таким вниманием, как жриц не слушают. А когда вы перечисляли названия драгоценных камней и приподнимали бровь в изумлении, никто с вас глаз не сводил, а вот когда дошли до мягкого камня, то так сморщили носик, что я даже хихикнула. И знаете, что я вам скажу!
  - Что, наблюдательная ты моя, - улыбнулась леди.
  - Демоны совсем не страшные! Мне рассказывали, что они свирепые, жуткие, злобные, противные, а они как телкИ стояли и на вас смотрели, особенно их кулёк.
  Нина прыснула:
  - Не кулёк, Мируна, а круль, а лучше "король" говори.
  - Простите, миледи, я вся изнервничалась, пока там стояла. Меня же не пустили на вашу сторону, я рядом с демонами затаилась, тряслась.
  - Бедная, ты у меня очень отважная, оказывается, - посочувствовала и от души похвалила девушку Нина.
  Леди разделась, но вскоре заметила:
  - Что-то у нас холодает!
  - Сейчас, сейчас, - засуетилась Мируна, - нам принесли настоящую печурку, на ней надо камни подогревать и снова в лавки класть. Я строго-настрого велела без нас сюда не входить, а сама-то была с вами, вот и поостыли камешки. Сейчас я всё исправлю.
  Горничная начала доставать из лавок камни и укладывать их прогреваться на печь - аналог земной буржуйки. Нина подошла к подготовленной корзине с подарками.
  - Зря мы её собирали, - сказала она.
  - Почему же?
  - Как мне её вручать? Ты видела, сколько там глаз? Все пялятся, всем интересно, - вздохнула и начала смотреть, что можно вытянуть из корзины для себя пожевать.
  - Подождите, миледи, не потрошите, вдруг повод всё ж таки случится. Время обеда, вы сейчас себе аппетит перебьёте, а потом жаловаться будете, что ничего не лезет.
  - Да ты что, мы сегодня так набегались, что аппетит зверский, - живо возразила Нина.
  - Вот и хорошо, нам сейчас поесть сюда принесут.
  Девушки пообедали, после еды их обоих разморило и, уточнив, сколько обычно перерыв между первой частью договора и второй, они решили поспать.
  Через полтора часа их разбудили, времени хватило, чтобы освежить лицо, обновить причёску - и герцогиня снова царственно выплыла из своего шатра. Солнце уже клонилось к закату, и на улице стало заметно холоднее. А может, так показалось при выходе из тёплого помещения.
  Теперь в общем шатре стол стоял посередине, стулья, как положено, вдоль стола. Нина думала, что её проводят и посадят во главе с одного конца стола, а короля демонов в отдалении с другой, но их обоих проводили к краю и усадили друг против друга.
  Девушка не ожидала подобной близости, тем более, что остальные расположились либо через стул и далее, либо за шаг от спины. Получился маленький тет-а-тет.
  Зачитывать новый договор было стыдно. Если во время первой части Нина уговорила себя, что всё это не её дело, то сейчас, под пристальным взглядом круля, ей было не по себе. Даже слово "круль" больше не смешило её.
  Она прошла на указанное место, села, посмотрела на мужчину напротив. Не юнец, наверное, её возраста, может, чуть старше.
  "И где они злобу нашли? Смотрит на меня, как на божественное явление какое-то", - она вздохнула и попыталась чуть улыбнуться. Вышло немного грустно.
  Позади послышалось покашливание, значит, пауза затянулась и её торопят. Нина ещё раз кинула взгляд на короля Селвина, потом мужественно решила, что без неё разберутся и начала зачитывать условия нового договора.
  - Предлагаем зерно...
  - Просим оплату...
  В конце у Нины чуть сел голос, она слегка прокашлялась, успела увидеть, как глаза стоящих позади круля демонов потеряли нечто нежное, детское, чем поразили её днём и теперь сверлили её злой неприязнью. Она, испытывая неловкость, уткнулась в бумажку и дочитала до конца.
  С последним словом леди выдохнула, хлопнула по столу рукой.
  - Всё, - и протянула документ королю, добавляя от себя, - обсуждайте, подписывайте.
  Нина уже хотела встать и уйти, когда молодой король, не сводя с неё глаз, потянулся к чернильнице, обмакнул перо и одним махом всё подписал.
  Миг молчания, он смотрит только на неё, она на него, а за ней все сопровождающие разом ликующе загомонили. За королём наоборот послышались нелестные эпитеты в его сторону, что-то вроде "опомнись, не тем местом думаешь, ум растерял, в небе утонул".
  Герцогиня только и успела встать, но не сделала ни шага, когда всё случилось.
  Из-за её спины потянулись руки забрать договор поскорее, пока демон не передумал, но тут Нина ожила и со всего маха ударила по загребущей руке и схватила сама договор.
  Думала ли она, когда действовала? Нет.
  Наверное, это земное чувство врождённой справедливости, которое сыграло в ней сейчас и опередило раздумья.
  Она схватила договор, хотела подойти к королю, но её люди обступили её, не давая сдвинуться с места. Тогда она прямо через стол склонилась к нему и, подсовывая бумагу ему, тихо произнесла:
  - Ваше величество, торгуйтесь, нельзя же так, - он, молча, смотрел на неё, а она, как дура, стояла в раскоряку и ждала.
  Наконец он произнёс:
  - Свои слова, как и подпись, я обратно не беру.
  "Ну и дурак!"
  Вслух она, конечно же, ничего не сказала, только распрямилась, гордо подняла голову, подарив гневный взгляд сопровождающим, которые только что готовы были удавить её за то, что чуть не вернула демону подписанную бумажку, и вышла из шатра.
  Ощущения были гадкие.
  Зачем он так сделал?
  А торговцы как шакалы рванули!
  Неужели он ради неё так поступил?
  А может, ему вообще вся эта возня с договорами противна и не так уж они нуждаются в этих поставках?
  У выхода к ней присоединилась Мируна, и они вместе добежали до своего шатра, наплевав на репутацию.
  - Ой, что будет? - запричитала горничная.
  - Ничего не будет, - осадила её Нина, - обратно сейчас покатимся в замок, готовься.
  - Ничего-то вы не поняли, миледи, - посетовала девушка.
  - Что я должна была понять?! Что эта подпись - подарок мне? Только во что договор выльется ему, да и мне тоже? У нашего величества хватка будь здоров, посмотрит на такой подарок и решит... - Нина замолчала, а мысленно закончила, "нафиг величеству герцог нужен, когда при её помощи можно выкачивать из демонов камни, пока они своего короля не грохнут за расточительство или её"
  Все эти разумные мысли пришли позже, пока бежала по морозцу из одного шатра в другой.
  Понимала, что круль Селвин ни о чём таком не подумал, когда подписал ей договор, так же как и она, когда пыталась отдать его ему. Надо было самой порвать, а второй раз ему подписать без обсуждения уже свои бы не дали, но, наверное, она не так храбра, раз не решилась. А надо было так сделать, а то свои теперь всё равно коситься будут, да и крулю не помогла, но задним умом все крепки.
  - Миледи, к нам стучат, - тихо произнесла горничная.
  - Стучат? Ах, да, стучат, - и громче, - заходите.
  Он зашёл, а следом за ним два воина, что сопровождали ранее герцогиню, пока она каталась в своё удовольствие днём.
  - Вы? - Нина сделала шаг назад. - Проходите, - ещё раз пригласила, отступая назад.
  Мируна начала выталкивать воинов герцогства, но они протащились следом за главным демоном внутрь шатра. Крепкие ребята, но помельче круля и явно его опасаются.
  - Оставьте нас, - бросила им леди. Они не шелохнулись, тогда она мягче попросила: - Подождите снаружи.
  Воины сделали вид, что их вытолкала служанка.
  Селвин и Нина стояли, и оба не знали, что дальше делать, говорить.
  - Хотите чаю? - выручила привычная фраза.
  - Хочу, - едва слышно ответил он, скорее, Нина догадалась.
  - Присаживайтесь, - леди указала на скамью, которая поостыла.
  - Мы уже собирались уезжать, - она подвинула чайник с горячей водой на центр печки, чтобы он снова закипел, - вы же должны понимать, что договор я зачитывала только из-за древнего соглашения, а так...
  Девушка не договорила. Хотелось оправдаться, сказать, что отношения к международным играм не имеет, но она ведь сейчас жительница королевства, в пользу которого и действует король. Да к тому же она не рядовой обитатель, а герцогиня, земли которой получат свою долю из этой сделки.
  Расстроилась.
  Села напротив, вскочила, и схватила подарочную корзину.
  - А я вот, - снова села, поставила на столик подарок, - когда собиралась сюда, думала надо бы что-то привезти...
  Мужчина сидел молча, только глазел. Пришлось брать себя в руки и по-глупому лепетать дальше, так как ничего умного в голову не лезло, просто вакуум какой-то.
  - Мне Мируна сказала, что наш торговец пиво вам везёт, а я решила приготовить сыр к пиву. Мы с ней вчера весь день с ним возились. Хотите попробовать?
  Чайник закипел, и Нина растерялась: то ли сыр разворачивать, то ли чай заваривать. Гость сидел истуканом, даже, кажется, не дышал.
  - Давайте, я сначала заварю, а то пока настоится, - определилась Нина. - Вот, заварочный чайничек ополоснём горячим, теперь заварку бросить в него, а сейчас кипятком зальём, - проговаривала она всё, что делала, лишь бы не молчать.
  - Сейчас несколько минут подождём. Этот вид чая у нас ещё малознаком, а вам?
  "Молчит, окаянный!"
  - В вашу корзинку положены лимоны, можно, я возьму? - сделала ещё одну попытку разговорить демона.
  Сначала реакции не было, Нина уже подумала, что он не знает языка, но тут мужчина чуть подвинул к ней корзину. Она ободряюще ему улыбнулась.
  - Вот это лимон, - достала она жёлтый фрукт, - он ужасно кислый. Не знаю, знаком ли он вам, у нас он не растёт, любит, когда тепло круглый год, но в герцогской оранжерее вырос.
  Нина поискала глазами нож и не нашла.
  - Надо бы кусочек отрезать, - вышло жалобно, но мужчина отреагировал, чем очень порадовал её. Откуда-то из-за спины вытащил нож, которым и шею быку перепилить можно было бы. Взял лимон и примерился, как отрезать.
  - Вот так, да, больше не нужно. В чай хорошо добавлять, - она взяла ломтик и бросила в кружку.
  Они сидели вдвоём, Нина организовывала чаепитие, доставала сладости, что-то рассказывала, дала попробовать изготовленный сыр. Мужчина подчинялся беспрекословно, слушал её, ел, пил, делал всё, что она велела. В какой-то момент ей показалось, что ступор у короля проходит, что он порывается что-то сказать или спросить, но послышался шум возле входа и Мируна крикнула:
  - Миледи, демоны пришли за своим королём!
  Их демонское величество встал, нахмурился, преобразился, Нине показалось, что он даже сделался свирепым, но к чему это? Она слегка коснулась его предплечья, он вмиг развернулся к ней и выжидающе смотрел во все глаза, как будто прощался. А может, и прощался.
  - Не сердитесь на них, они беспокоятся о вас, - зачем-то произнесла банальность, а с другой стороны, что ещё сказать? Какая-то грусть накатила, что всё глупо и бездарно романтично вышло.
  Король не двигался с места, но полог шатра раздвинулся, и Мируна, делая вид, что визит демонской охраны - вещь запланированная, громко объявила:
  - Его величество просят принять его подданные! - и шустро отскочила в сторону, пока её не втолкнули упирающиеся друг в друга Нинины защитники и наседающие ледяные.
  Демоны, набычившись, смотрели на своего короля, тот отвечал им тем же. Леди Керидская стояла позади Селвина.
  -Ты открыл ей спину, а на нас смотришь как на врагов, - тяжело произнёс один из них.
  "Началось", - подумала Нина и отошла в сторону, чтобы хоть как-то уменьшить последствия поступка короля. Ей было его так жалко, так хотелось помочь, но чем?
  Король, не отпуская взглядом своих поданных, завёл руку назад, взял корзину и вышел. За ним так же молча покинули шатёр все мужчины.
  Нина с Мируной остались стоять и обе выглядели несчастными, растерянными.
  - Будем собираться? - прервала молчание горничная.
  - Да, - вышло чуть хрипловато и едва слышно, но на большее не хватило сил.
  
  Герцогиня со служанкой вышли минут через десять, их уже ждал лорд командующий с отрядом.
  - Думаю, успеем до темноты вернуться, - сухо бросил он, недовольный непредсказуемостью развернувшихся событий.
  Нина проехала немного за воинами, оглянулась. Площадка была заполнена людьми, демонами, они всё ещё продолжали общаться, что-то обсуждать. Часть воинов принялась убирать из герцогского шатра ковры, заносить постели. Наверное, ребята будут ночевать в нём, и только завтра покинут замёрзшее озеро.
  Никто герцогине ручкой не махал, никто не проводил даже взглядом, как будто не было её здесь вовсе.
  
  Добрались до стены засветло, но пока поднимались, стемнело, а спускались в кромешной тьме, где тень от стены не рассеивали даже звёзды.
  - Миледи, прошу вас, следуйте за мной, - устало произнёс командующий.
  - Куда? - угрюмо посмотрев на него, буркнула Нина.
  - Для вас приготовлены покои. Мы все устали и тёплая постель - это то, что нам всем сейчас нужно.
  Она кивнула, лорд прав. День начался затемно, был длинным, наполненным, и заканчивался в темноте. Физическая усталость, моральная опустошенность, сомнения, мысли, предположения, всё утомило. Хотелось только упасть, закрутиться в одеяло и спать бревном, ни о чём не думая.
  
  
  

Глава 13.

  
  
  Леди Куштим и леди Керидская.
  
  По возвращению с переговоров Нина ходила расстроенная и подавленная. Что-то у неё в душе встрепенулось на замёрзшем озере, загорелось - и обиженно погасло.
  Мируна называла это любовью, но Нина, к стыду своему, даже не запомнила, как выглядит Селвин. Большой, бородатый, в чём-то обыкновенный, с хорошими светло-голубыми глазами - вот и всё.
  Поставить в ряд похожих демонов - и она запутается в них, не сумев опознать своего знакомца, так что какая уж это любовь?
  И всё же его поступок не оставил её равнодушной. Она переживала за него, злилась на него, вспоминала, как он вёл себя, как она бестолково суетилась возле него, по-доброму смеялась над его робостью и горько улыбалась, сидя в одиночестве, заново перебирая в голове все запомнившиеся моменты.
  Ну вот, случилась с ней такая штука на переговорах - и что дальше?
  Ждать его, когда он влезет к ней в окно? К замужней женщине высокого положения на чужой территории?
  Мируна собрала все сплетни про быт ледяных. Если король демонов запал на неё, то разбираться он будет с герцогом, с её мужчиной, но по их законам это всё равно очень плохо - лезть в дела состоявшейся пары. И всё же, если не остынет к тому времени, когда узнает, что герцог вернулся, если не выберет себе до тех пор пару в родном краю, если ему свои позволят претендовать на чуждую им всем герцогиню, если...
  Сплошные "если", и всё раздуто из предположений.
  А потом вдруг встаёт другой вопрос: а надо ли ей это?
  Что она забыла у демонов? Сможет ли она у них жить?
  Слава Богу, они пришли на встречу тепло одетыми, а могло оказаться, что им трусы достаточно носить, и каково ей будет в их обществе?
  Стоит ли столько дней вспоминать каждый жест, взгляд, вздох в свою сторону и придавать так много значения порыву ледяного? Наверное, нет, бесполезное и даже вредное занятие растравлять себя глупыми мечтами.
  Перед отъездом торговцев леди Керидская пожелала встретиться с господином Жонданом. Она выспрашивала его, сумел ли он договориться с ледяными от своего лица, но, конечно, он ей ничего не сказал. Тогда Нина намекнула, что не прочь присоединить немного своего товара к его будущему каравану в качестве подарка для демонов, а то при нынешних условиях торговля может вообще оборваться.
  Господин Жондан понятливо покивал, но наотрез отказался, пожаловавшись, что у него всё будет битком забито и даже не отреагировал, когда герцогиня пообещала помочь с переправой лишних телег через стену. Видно было, что расчётливое сердце дрогнуло, но он определенно собирался выкрутиться без неё.
  Нина не могла его осуждать, сейчас она здесь хозяйка, а что будет через год? Она и сама не знала, так к чему эти долгосрочные планы?
  Понемногу ситуация отпускала девушку, обыденные хлопоты затягивали, и она крутилась, отвлекаясь, забывая, как остро отреагировала всего-то на внимание мужчины.
  
  Нина следила за своим сырным детищем; кое-что у мастеров получалось очень даже хорошо, кое-что вызывало сомнения, но ясно было одно: самостоятельно она не справилась бы с таким масштабом работ, какой провели они.
  Сырное дело разрасталось, налаживалось, появлялись отличные перспективы. Вскоре леди перестала часто ходить в сыроварню и занялась дорогими сердцу делами.
  Она составляла новые сборы на основе полученного чая, рисовала много и с удовольствием. Казалось, жизнь потекла ровно, спокойно, предсказуемо. С леди Куштим она не общалась, встречались они только в столовой на трапезах, а если герцогине было что-то нужно, то всё происходило через помощницу леди-хозяйки, госпожу Вибек.
  Идиллия закончилась неожиданно. Однажды утром к леди Керидской зашла горничная, которая была к ней приставлена в первые дни пребывания в замке.
  - Где Мируна? - спросила она женщину, но та лишь пожала плечами и принялась застилать кровать.
  Нина рассердилась, подошла к ней, и, мешая заниматься делами, обратилась к ней снова:
  - Если я что-то спрашиваю, то лучше ответить. Если ты не знаешь, то сходи и узнай!
  Женщина не ожидала напора от всегда спокойной герцогини и, опустив глаза, ответила:
  - Вашу горничную рассчитали за связь с лордом командующим и с позором отправили домой.
  Нина сделала шаг назад, выдохнула, посмотрела на женщину, не врёт ли?
  "Ну, Мируна, когда только успела?"
   Впрочем, что тут успевать, леди грустит, сидит себе, рисует, а старый кобель с первого дня вокруг горничной круги нарезал. Впрочем, это она потом выяснит, но какова Куштим!
  - Что значит "с позором"? - подозревая плохое, нахмурившись, спросила леди.
  Женщина молчала.
  - Последний раз спрошу, и если смолчишь, то следующей с позором вылетишь ты!
  Это было нечестно - давить на того, кто заведомо уязвимее, но разве мягкость поможет сейчас Мируне, если она в беде?
  - Во дворе на рассвете её при всех высекли и как блудницу отправили домой.
  Нина с шумом втянула через нос воздух. Физические наказания в этом мире практиковались повсеместно и относились к ним намного спокойнее, чем землянка. Зверств не было, во всяком случае, их не приветствовали, но за серьёзный проступок могли покалечить. Женщин вообще наказывали очень редко, но если доводилось, то секли по мягкому месту. Попа вскоре заживала, а позор после демонстрации оголенного зада всем наблюдающим за экзекуцией, оставался.
  - Вон! - рявкнула на неё леди и выскочила за ней, заперев двери. - С-сука! - шипела Нина, понимая, кто обстряпал всё это дело.
  Девушка по-быстрому собралась и ринулась к управляющему. Он любил вставать рано и до завтрака работал в кабинете.
  - Господин Арлинд, я требую немедленного расчёта леди Куштим и возвращения своей горничной.
  - Уже знаете, - как-то вяло отреагировал он.
  - А вы?! Вы что же, знали и не остановили?
  - Миледи, я узнал, как только ко мне пришёл мой слуга.
  - И?
  - Послал человека, чтобы вернули вашу горничную. Я же правильно понимаю, что вы не собираетесь с ней расставаться, несмотря на её связь с лордом командующим. Вообще-то у нас это не поощряется!
  - Скажите это лорду!
  Мужчина поставил локти на стол, сцепил ладони и упёрся на них подбородком:
  - Миледи, я прошу вас, не торопитесь избавляться от леди-хозяйки. Всё не так просто, она родственница и, даже не выполняя своих обязанностей, имеет право здесь остаться.
  - Господин Арлинд, я настроена агрессивно по отношение к этой особе и намерена выставить её из дому! Пока она не трогала меня, я игнорировала её, теперь...
  - Но герцог...
  - Вот когда герцог прибудет, тогда он может её снова пригласить сюда.
  - Миледи, прошу вас...
  - Не готова ни к каким доводам убеждения, пока не увижу моей горничной и не оценю причинённого ей ущерба. И где лорд командующий?
  - Думаю, сейчас идёт в столовую, завтракать, - вздохнул господин Арлинд.
  Нина резко развернулась и вышла из кабинета, столкнувшись с подслушивающей Куштим.
  - А-а, вот и наша поборница нравов! - леди сжала кулаки, прицелилась вцепиться в давно раздражавшую её шевелюру управительницы, но гордое поднятие головы и брошенное: "Вы не посмеете!" - сбили её с толку.
  - Что не посмею? - зашипела Нина. - Ощипать вас как курицу и выставить на улицу?!
  Женщина шарахнулась от герцогини, но та сейчас была зла ещё на одного человека и, боясь растерять запал, бросилась к нему.
  - Лорд командующий, - увидев сидящего за столом мужчину, почти пропела она, - ну надо же, аппетит у вас не пропал, совесть спит, а девушку, делившую с вами ночные радости, опозорили. Что же вы за мужчина, что вашу женщину можно высечь во дворе?
  Нина видела, как он меняется в лице, как сжимает кулаки, но ответ поразил её:
  - Я в ваши женские дрязги не лезу.
  Она смотрела на него во все глаза и не верила, что этот, в общем-то, довольно приятный, уважаемый человек, такое говорит.
  Нет, он мог сказать всё, что угодно, но как же он не защитил своё?! Сколько на Земле было противных аристократишек, но пока они спали с какой-то девицей, на неё никто не мог покуситься, иначе не видать ему же уважения. Как же так?!
  Нина отшатнулась от него, он, видя её реакцию, швырнул вилку с ножом на стол, с шумом отодвинул стул и вышел.
  Запал воевать прошёл, непонимание происходящего навалилось тяжестью и леди села на своё место. В столовую больше никто не приходил, она смотрела на накрытый стол и остро чувствовала своё одиночество в этом месте, в этом мире.
  "Нет, с этим надо бороться!" - заставила себя вскинуть голову.
  Мируну она вернёт, а вот как избавляться от Куштим? Высидела-таки, змея! Нина, не задумываясь, положила себе на тарелку мясной нарезки, приготовила булку, но её отвлек шум в коридоре. Она вышла, ей показалось, что идёт драка за углом, прошла, свернула, но услышала только удаляющийся топот.
  - Дурдом.
  Леди развернулась, чтобы вернуться в столовую, но к ней метнулась бледная госпожа Вибек.
  - Миледи, ничего не ешьте, - шепнула она ей и убежала.
  Нина дёрнулась за ней, но не устраивать же забеги по этажу?
  Уже ничего не понимая, она медленно вернулась в столовую. На своём месте сидела напряжённая леди-хозяйка, девушке показалось, что она даже дрожит, и только глаза её были как никогда живыми, пылающими ненавистью и решимостью.
  Леди Керидская нарочно медленно прошла во главу стола, где осталась её тарелка, не сводя глаз с Куштим, всё так же медленно села. В этот момент в столовую вошли оба управляющих. Они извинились за опоздание, с настороженностью посмотрели на обеих леди и приступили к еде.
  Нина взяла тарелку в руки, прикрыла глаза и сосредоточилась на запахах. Колбаса пахла привычно, масло тоже, булка... всё, как обычно, тогда она взяла свою пустую чашку и поднесла к носу, тоже ничего, фарфор и отголоски воды.
  Она посмотрела в упор на леди Куштим, та заворожено смотрела на неё с каким-то ужасом, отчего и управляющие перестали есть, принявшись наблюдать за герцогиней.
  
  Её светлость взяла в руки свой чайничек, где для неё заваривали её чай, открыла крышечку и, даже ещё не нюхая, увидела не растворившиеся чужеродные крупинки. Она потянула носом, но всё, что она уловила -запах чая почти исчез. Это могло случиться при неправильном заваривании или ему что-то помешало.
  - Леди Куштим, не хотите ли чаю? - с нескрываемым подозрением, с показной вежливостью спросила она.
  Та вскочила: она поняла, что герцогиня догадалась; видно было, что ей очень хочется выкрикнуть в лицо гадости, но она не позволила себе этого. С трудом передвигая ноги, леди-хозяйка двинулась к выходу. Но её остановил громкий голос её светлости.
  - Я обвиняю леди Куштим в попытке отравить меня, свою герцогиню. Требую расследования и немедленного обыска её. Ведь должна же она была в чём-то принести яд!
  - Миледи, вы шутите? - неловко спросил Арлинд.
  Герцогиня перевела на него взгляд:
  - Хотите попробовать моего чая? - слегка издеваясь, адресовала ему вопрос.
  - Нет, но...
  - Здесь вообще кто-нибудь способен реагировать на попытку убийства? Или я должна умереть, чтобы хоть кто-то зашевелился? Быть может, я не знаю чего-то? Расскажите мне, господа, мой муж уже нашёлся? Его величество оповестил вас, что герцог уже едет сюда и поэтому вы столь спокойны, что во мне уже нет надобности?
  Нина резко ударила ладонью по столу и громко закричала:
  - Стража! Стража!
  - Миледи, прошу вас, излишнее внимание никому на пользу не пойдёт.
  - А я думаю, наоборот! Меня собирались накормить ядом, предварительно избавившись от той, кто хоть чем-то могла бы мне помочь. Вы, господа, возможно для меня даже лекаря не вызвали бы, чтобы не дай Богиня, не поднять шума? - напирала Нина, изрядно напуганная пассивностью управляющих.
  - Ваша светлость, вы несправедливы!
  - Так докажите делом! Вот стоит отравительница! А вы меня отчитываете, что я не по протоколу резка!
  В столовую ввалились двое воинов, которых, видимо, позвал кто-то из слуг.
  - Миледи, что случилось? - спросил один из них, несколько стесняясь своего присутствия в господском зале.
  - Закрыть двери и никого не выпускать отсюда, пока я не скажу.
  Они с удивлением посмотрели на оставшуюся стоять возле выхода леди Куштим, но, толкая друг друга, вышли и захлопнули дверь перед её носом.
  - Миледи, что вы собираетесь делать?
  - Господин Арлинд, господин Лиридон, я обвиняю эту женщину в попытке убийства. Сейчас я осмотрю место, где она сидела и если ничего не найду там, то обыщу её...
  - Но леди...
  - То обыщу её! - жёстко произнесла герцогиня. - После вы засвидетельствуете, нашла я что-то или нет. Как только мы выйдем отсюда, я требую послать в ближайший город за королевской стражей. В этом вы отказать мне не можете.
  Нина встала, ноги её не особо слушались, но ползти также, как Куштим, ей казалось унизительно. Она прошла к стулу, где та сидела, отодвинула его, посмотрела на пол, приподняла тарелку, ничего. Мужчины наблюдали за ней с неодобрением, но молчали.
  Внутри девушки нарастал нервный комок от всего разом. От того, что случилось с Мируной, что могло случиться с ней за завтраком, от того, что приходится делать сейчас, изображая из себя уверенную в своих действиях женщину. А нервы уже сдавали, мысли, что она неверно поняла помощницу, что она не права, пробирались внутрь, заставляли сомневаться в себе.
  Нина подошла к леди, та сделала шаг назад.
  - Вы не посмеете...
  - Если вы мне помешаете, то я приглашу стражей, и они подержат вас.
  - Миледи, это уже слишком, - начал финансист.
  - Знаете, меня ведь ненадолго отвлекли, и я выходила из столовой. Быть может, вы тоже замешаны, господин Лиридон? Как-то вас не слишком смущает попытка моего отравления, а вот помочь мне разобраться для вас оказывается уже слишком, - зло бросила герцогиня, борющаяся с всё нарастающим чувством, что она одна против всего мира.
  Нина подошла к леди и замерла на миг.
  В чём можно принести порошок? В бумажке. Куда её сунуть по-быстрому? Наверное, в рукав.
  Нина встала так, чтобы мужчины хорошо видели её действия, и очень аккуратно провела пальцами по платью леди от локтя к запястьям. Бумажка у левого края рукава сразу выдала себя шуршанием.
  - Господа, я прошу вас подойти сюда.
  Мужчины встали, и всячески выражая недовольство, выполнили просьбу.
  - Господин Лиридон, я попрошу вас, как наиболее незаинтересованное лицо, коснитесь этого места и вытащите то, что там спрятано.
  Леди Куштим стояла неподвижно и, кажется, уже плохо понимала, что происходит. Она была необычайно бледна и на грани обморока. Управляющие это видели и жалели её, а не деятельную, воинственно настроенную, раскрасневшуюся герцогиню.
  И всё же финансист подчинился, нащупал бумажку, ещё больше нахмурился и аккуратно достал её.
  - Положите её на стол и не ссыпайте оставшиеся крошки на пол, пожалуйста, - сдержанно, почти сквозь зубы проговорила леди Керидская.
  - Господин Арлинд, - повернулась она ко второму управляющему, - есть ли у нас лекарь или человек, разбирающийся в подобном, - и кивнула в сторону бумажки.
  - Да, конечно, лекарь Андрис.
  - Велите позвать его, а также дайте указания, чтобы сюда пришёл лорд командующий.
  Управляющий в точности выполнил все пожелания герцогини.
  Нина взяла стул и протащила его в угол столовой.
  - Леди Куштим, можете сюда сесть, - обратилась она к леди-хозяйке, боясь, что та вот-вот упадёт.
  "Ишь, какая трепетная, как травить, так рука не дрогнула!" - злилась девушка.
  Пришлось прождать не меньше двадцати минут, прежде чем явился лорд, а следом за ним сухонький старичок.
  Командующий с первого взгляда оценил обстановку, хмуро посмотрел на обеих женщин, хотел что-то сказать, но Нина перебила его:
  - Прошу вас, лорд, присаживайтесь, подождём господина лекаря.
  Как только в столовую пропустили лекаря, так герцогиня сразу обратилась к нему:
  - Господин Андрис, будьте добры, посмотрите, на эту обёртку и попробуйте определить, что, по-вашему, в ней за крупинки? Вот здесь стоит мой чайничек, в нем, возможно, ещё плавают остатки порошка, мне бы хотелось, чтобы вы на него посмотрели и высказались.
  - Э-э, миледи, я не совсем понимаю, - растерялся старичок.
  - А что тут понимать, мне в чай подсыпали порошок, я хочу знать, чем мне это грозило?
  Лекарь подошел к столу, взял бумажку, стараясь не ссыпать последние крупинки, и сразу посмотрел на всех господ, пытаясь оценить отношение всех к происходящему.
  - Подозреваю, что это снотворное, - проблеял он.
  Нина думала, что без всякого яда умрёт в этот миг. Всего лишь снотворное! Но старичок взял в руки чайничек, заглянул в него, поболтал, ещё раз заглянул. На этом он не успокоился, налил чуть-чуть в чашку, покрутил на донышке чай, и сделал глоток.
  - Думаю, миледи, что если бы вы выпили полчашечки этого чая, то самостоятельно уже не проснулись бы. Ну, а если всю чашку, то вряд ли вас удалось бы разбудить, - твёрдо закончил он.
  Стыдно признаться, но Нина почувствовала в это мгновение облегчение.
  Господи, она не зря обвинила Куштим, и преступление действительно затевалось. Леди Керидская тяжело осела, а инициативу взял в руки лорд командующий:
  - Вы уверены? Вот сразу взяли и определили? - хмурясь, уточнял он.
  - Милорд, я сам изготавливаю эти порошки и продаю в строго ограниченном количестве. В такую обёртку, - старичок приподнял бумажку, - я пакую маленькие порции, а те, в свою очередь заворачиваю в более тонкую бумагу. Сюда их вмещается десять штук. Леди-хозяйка - особа нервическая* и иногда покупает их у меня. Я всегда предупреждаю её о строгой дозировке. (прим.авт. - "Она очень нервическое существо". А.И.Тургенев.)
  Дальнейшие действия стёрлись из памяти Нины. Командующий вызвал одного из стражей, стоящих у дверей, велел позвать своего человека, ему объяснил, куда тому надо ехать, что сказать. Потом вернулась Мируна, точнее, её привезли, и лекарь занялся ею. По заду девушки знатно прошлись розгами, но следов не должно было остаться. Зато морально она пострадала сильно. Большинство слуг ещё спали, когда её наказывали, а вот военные с удовольствием оценили оголённый зад и щедро сыпали шутками, пока длилось наказание.
  Нина не сразу разобралась, какой обиды в душе у Мируны застряло больше: на прилюдное наказание или на отстранённость лорда.
  Конечно, та не ждала от него многого, но на заступничество его надеялась. Она принимала, что лорд не видел, не знал, что её наказывают. Но девушка видела, что он заметил, как её увозят, и ничего не сделал, только стоял нахмурившись.
  Когда она поняла, что её загрузили в сани, не дав даже собраться, накинув сверху чужую шкуру, а мужчина, который ласкал её несколько ночей, восхищался её телом, ничего не сделал, то она уже не верила, что и герцогиня заступится за неё. Лорды и леди не любят проблем. Уже потом, вернувшись, после лекаря, после того, как леди велела ей устроиться у неё в покоях, лежать на животе и рассматривать картинки, она смогла расслабиться и слезами излить своё горе.
  
  Королевский дознаватель примчался на третий день. Он с одобрением оценил все следственные мероприятия, что провела герцогиня, всё записал, со вниманием прочитал договор леди Керидской и всё, что было прописано по поводу происшедшего случая, а после забрал леди Куштим с собой.
  Нина поинтересовалась, что родственнице герцога грозит, но оказалось -пока ничего, её везут во дворец, и решать судьбу родственницы герцога будет король. Заодно попросили у её светлости домик-карету, чтобы в долгой дороге леди не слишком утомлялась. Её светлость не сразу нашлась, что ответить, так как лезло грубое, возмутительное: "Да сщас!"
  - Спросите у управляющего, у него что-нибудь найдётся для заключённой, - не проявила благородство герцогиня, но и запрещать не стала, когда увидела, что леди Куштим отбыла в герцогской карете, доверху загруженной вещами.
  
  На следующий день леди Керидская обошла замок, посмотрела на него хозяйским взглядом и, переговорив с управляющими, назначила на должность домоуправительницы госпожу Вибек.
  - И не подумайте, что я настаиваю, вы вольны оставаться при своём мнении, но всё же было бы неплохо, если бы вы уменьшили в своём гардеробе объём чёрного цвета, - пожелала Нина.
  - Конечно, ваша светлость, - опустила госпожа Вибек глаза, но довольства от назначения скрыть не смогла.
  А для герцогини почти ничего не изменилось. Помощница полностью заменила леди Куштим, попыталась оказывать дополнительное внимание герцогине, но та оказалась крайне нетребовательной особой. Ей вполне хватало её горничной, и никаких хлопот она не представляла для хозяйства.
  Событий большой важности на территории герцогства не происходило. В коровнике отелилось несколько коров, вскоре ожидались ещё телята, из столицы привезли заказанные её светлостью сладости. Для своего альбома с растениями и рецептами травяных сборов Нина заказала кожаную обложку. Ещё ей удалось составить несколько удачных мужских ароматов.
  Мируна спрашивала, почему леди делает духи не для себя. Но разве объяснишь словами, что хочется почувствовать, как пахнет мороз, который теперь не жжёт, не кусает щёки, а оберегает, вдохновляет, рождает в душе надежду. Что хочется совместить мужество с добротой, расточительную щедрость с теплом и робостью. Всё это обязательно должно как-то пахнуть, вот Нина и подбирала состав, но всё никак не приходило к ней удовлетворение, что она получила то, что нужно. Мируна делала большие понимающие глаза, но Нина и сама не разбиралась, почему у неё возникло такое желание. Наверное, просто от скуки.
  
  На территории королевства уже вовсю хозяйничала весна, а в герцогстве снег, собранный с дорожек ещё чернел по обочинам. Нина получила письма от лорда Милоша Ветуса, от леди Алики Ветус, от господина Штерца.
  Милош писал, что в столице придумали осветляющую краску для волос, и многие леди во дворце теперь ходят со светлыми волосами. Он намекал, что мода эта пошла именно из-за неё. Алика прислала вместе с письмом несколько коробок с обувью. Чудесные сапожки на толстой подошве и высоким каблуком.
  - Она всё-таки добилась! - с удовольствием рассматривая подарок, похвалила Нина.
  В письме леди Ветус рассказывала о незатейливых новостях.
  Все девочки, приезжавшие в гости в дом Имрича, вышли замуж, некоторые уже ждут ребёночка. Господин Джул женился на дочери торговца и у той волосы цвета светлого золота, но сама она слишком хилая здоровьем. Теперь он оберегает её ото всего, собирается занять место её отца, а господина Генти ждёт негаданное повышение.
  Леди Власта Эвзен стала наперсницей леди Ктибор, известной поэтессы и художницы. Вместе они уехали в столицу. Лорд Эвзен поехал за ней, но вскоре вернулся, сказав, что у него больше нет дочери. Но слухи ходят о том, что Власта не погибла, а живёт припеваючи, только несколько вольно, о чём писать неприлично.
  Нина читала, и ей казалось, что сейчас она, как никогда, понимает Имрича. Она сидит, молодая, здоровая, а жизнь проходит мимо неё. Высокие стены крепости больше не восхищают, а душат. Даже великолепная оранжерея уже не приводит в такой же восторг, что в первые дни.
  Однако вскрыв следующее письмо от господина Штерца, спокойно прочитав о состоявшейся свадьбе лорда Алоиза, о продолжении некоторых заведённых ещё леди Нарибус порядках, сердце ёкнуло, когда она узнала, что маленький лорд сбежал вместе со своим слугой месяц назад.
  Возможно, он отправился к своему деду или дяде по материнской линии, но господин Штерц беспокоился, что мальчика, скорее всего, уже нет в живых, так как волки этой зимой сильно осаждали их земли, и передвижение по ним было небезопасно даже с охраной.
  Письмо выпало из рук Нины.
  Она ноет, что ей душно в замке, что стены, призванные защищать, давят на неё, а что бы отдал Дар за то, чтобы сидеть в безопасности, в сытости, с полным штатом слуг?
  Удивительное дело: ещё не так давно она переживала, как бы заработать, чтобы не пропасть, а сейчас у неё в сундуке мешки с золотом, и она боится оставить дверь не запертой. Как же всё меняется, важное становится неважным, а то, на что раньше не обращала внимания, вдруг предстаёт в новом свете! А вообще-то всё не важно, когда ребёнок из-за непредусмотрительности погибает.
  Нина не знала, что делать. Поддаваясь порыву, она нашла ежегодник и стала искать родственников леди Хелен Алоиз. Лорд Валмер, отец, уехал на побережье, есть ещё сестры и брат. Девушка решила написать лорду Валмеру и брату Хелен, лорду Арносту. Несколько часов она просидела, сочиняя письмо, пытаясь коротко и по-деловому изложить: кто она такая, почему её интересует судьба мальчика и почему лордам стоит ответить ей, а не отмахнуться. Она упирала на то, что готова забрать мальчика себе в качестве воспитанника, а с приданым Хелен и безответственностью Резара Алоиза пусть разбираются сами.
  Нина надеялась, что расчётливость, присущая всем хозяевам, заставит лорда Валмера пошевелиться и спросить за внука с опекуна со всей строгостью. Ну, а малыша она прокормит, лишь бы он сам не был против жить с ней. Всё-таки она не проявляла к нему излишнего внимания, просто делала то, что должна была делать.
  Забрав у лорда командующего сметливого воина, она послала его через всё королевство довезти письма и настаивала, чтобы он вернулся с ответом. Теперь оставалось ждать. Но отправив гонца, она поняла, что напрасно цепляется за надежду, что всё хорошо и Дар гостит у родственников. Хочется верить, что это так, но не верит.
  
  Мируна крутилась, как белка в колесе. Ей не доставляли хлопот скромные запросы леди, она старалась вернуть герцогиню к жизни.
  Узнавала самые смешные новости, пыталась заинтересовать проблемами, которые никто не в состоянии решить, а её леди могла бы запросто. Иногда удавалось вырвать хозяйку из состояния заторможенности, но всё чаще леди сидела задумчивой, совсем перестала улыбаться, не прислушивалась к новостям и даже не рисовала.
  Странно было: вот только что она радовалась, точно девочка, присланным сапожкам, а потом - выскользнувшее письмо из рук, и с тех пор она как будто тает. Иногда встрепенётся, затеет что-то, но вскоре снова поникает, словно всё бессмысленно для неё стало.
  Сначала Мируна думала, что миледи задела женитьба лорда Алоиза, но потом отбросила эту мысль. Потом думала, что леди скучает по ледяному королю, но при упоминании о нём она с усталостью говорила, что всё это чушь и фантазии. Мируна не знала, что и думать.
  
  Нине было стыдно, что её горничной приходится развлекать её, она понимала, что скатывается в депрессию, пыталась занять себя, укорить в слабости и заставить действовать, но чувство вины за погибшего маленького лорда съедало. Потихоньку, шаг за шагом, но точило, упрекало, довлело.
  Однажды за обедом лорд командующий поинтересовался:
  - Миледи, мне пришло сообщение с границы, что к нам просятся пройти два голодранца. Я бы не стал отвлекать этим ваше внимание, если бы один из них, тощий старик, не настаивал, что приведённый им ребёнок-смесок - лорд Алоиз младший и ваш знакомый.
  Нина выронила из рук столовые приборы, подняла глаза на лорда командующего. Вроде он что-то сказал?
  - Простите, что? - выдавила она из себя.
  - Я говорю, какие-то голодранцы называются вашими знакомыми.
  - Мальчик. Вы что-то про мальчика сказали.
  - Да, старик называет шкета лордом Алоизом, но пацан явно из демонского отродья, так что я старому дурню приказал всыпать немного за враньё, но он даже на скамье орал, чтобы вам передали...
  Нина вскочила, хотела бежать, ехать на границу, но подумала, что должны же быть у лорда более быстрые способы связи.
  Сейчас она его ненавидела.
  Сидит тут, жрёт, а там...
  Тот час же всколыхнулась обида за то, что недавно он не вступился за Мируну. Пусть она служанка, но... а, да, что говорить, не простила.
  Теперь вместо того, чтобы со вниманием отнестись к словам человека, прошедшего полкоролевства, приказал высечь. Хоть бы подумал: а зачем тому врать? Но такой индивид лорд командующий, в чём-то яркий и харизматичный, а в чём-то упёртый, непробиваемый, дуболом. Жаль, что сейчас он ей нужен, и ссориться с ним не умно.
  - Милорд, маленький лорд Алоиз пропал несколько месяцев назад из своего замка, и если он объявился у меня, то ему следует всячески помочь, - сдерживая волнение, стараясь говорить очень чётко и внятно, Нина продолжила: - Я не знаю, по каким причинам он покинул дом, сам ли сбежал, может, его выкрали, но я вас прошу как можно скорее оказать ему любую помощь.
  - Миледи, но он же смесок! Как такое может быть?
  Нина кивнула:
  - Да, и тем не менее, он - лорд Алоиз, - жёстко произнесла она.
  - Ну, хорошо, - вздохнул командующий, - сейчас дам сигнал накормить, обогреть и сюда сопроводить.
  - Благодарю вас, когда можно ожидать мальчика?
  - К вечеру привезут, - буркнул лорд и попросил выловить ему из супницы пару кусочков мяса, а то одна вода у него в тарелке оказалась.
  Нине кусок в горло не лез, столько волнений и радости принесла весть. Впервые за последнее время она смогла вздохнуть полной грудью, как будто исчезли давящие на рёбра тиски. Хотела продолжить трапезу, но нет, сидеть невозможно.
  - Приятного всем аппетита, - пожелала она, уцепилась взглядом за лорда, как бы напоминая ему о том, что пора бы отложить трапезу и подать сигнал своим.
  Командующий, сердясь, что нет ему покоя, заглотил мясо из супа, не жуя, и сделал вид, что спешит доесть и приступить к выполнению просьбы леди. Герцогиня милостиво поверила, и отправилась искать госпожу Вибек, она должна быть в это время на кухне.
  Поначалу Нина хотела дать управительнице разрешение занять освободившееся место леди Куштим за столом, но вспомнила имение Ветуса: Алика Бедрич, несмотря на самые тёплые взаимоотношения, не ела вместе с лордом, за стол её пригласили только лишь тогда, когда стала леди.
  Нина решила не торопиться в этом вопросе. Не самое разумное повеление будет: сначала оказать честь женщине, пригласить разделить еду, а с приездом герцога, вполне возможно, что придется её выставить вон из-за стола. Да и возникло странное, противоречивое предубеждение против Вибек.
  Она, без сомнений молодец, с управлением справлялась без нареканий, но насколько ловко она проживала в тени Куштим, настолько же естественно сейчас расцвела, преобразилась. В замке нет служб, которые могли бы из неухоженной женщины в один день сделать бриллиант, а она сверкала, причём исключительно своими усилиями. Всё это наводило на мысль, что Вибек - искусная актриса, скрывающая гораздо больше, чем показывает.
  Не Бог весть какое обвинение, но доверять ей Нина не спешила, впрочем, как и взваливать на себя управление замком. Она надеялась, что герцога всё-таки вскоре найдут и притащат домой гуляку, вот пусть он разбирается со своими людьми. Сейчас же ей важно другое.
  - Госпожа Вибек, - обнаружила герцогиня управляющую выходящей из кухни, - к нам везут маленького лорда Алоиза. Подготовьте, пожалуйста, ему покои рядом со мной и новую одежду. С ним будет его личный слуга, тому тоже потребуется одежда.
  - Могу я узнать, миледи, какого сложения наши гости? - коротко спросила Вибек.
  - Э-э, я довольно давно их не видела, мальчику скоро будет семь лет. Думаю, он мне по плечо сейчас, наверное, худенький. Слуга ростом с господина Арлинда, тоже худой. Они вынуждены были пройти через полкоролевства, похоже, остались без денег, так что предупредите слуг, чтобы не стояли, раскрыв рты. Гости наши будут в непрезентабельном виде.
  - Я поняла, Ваша светлость, - смиренно склонилась Вибек, а Нина побежала в оранжерею посмотреть что-нибудь из фруктов. Ребёнку точно нужны витамины!
  До вечера она оббегала весь замок столько раз, что слуги удивлялись, как герцогиня может быть во всех местах одновременно.
  Леди следила за преображением нейтральных гостевых покоев в детскую, сразу организовала учебный класс, озадачила управляющего подыскать учителей для мальчика. Пришлось обратиться к лорду командующему с просьбой подобрать молодого, общительного военного для обучения юного лорда всему тому, что надо знать будущему мужчине. Из фруктов, собранных в оранжерее, сделала фруктовое желе, выдавила сока, нарезала заготовки для цукатов и оставила их пока отмачивать от горечи.
  Давно она не занималась готовкой, а тут как прорвало. Дара хотелось порадовать, удивить, стереть всё плохое, что было у него в пути. Очень славный, думающий малыш, и как он мог раздражать Тсеру? Ну, с ней с самого начала стало понятно, что она своеобразная, мягко говоря, но лорд Алоиз! Теперь жаль, что столько сил вложила в Резара, похоже, как был ведОмым, так и остался. В делах поднаторел, этого не отнимешь, а с женщинами... впрочем, мальчик теперь будет у неё, и нет ей дела больше до лорда.
  В библиотеке Нина нашла детские книги, притащила их в комнаты Дара. Поставила на стол вазочку с леденцами, кувшин с соком, чтобы мальчик чувствовал, что его здесь ждали.
  Обговорила меню на ужин, подбирая специально для оголодавшего малыша лёгкую пищу. Вроде за всем проследила, а вечер всё не наступал.
  Она уж пыль нашла на рамах картин в коридорах, велела протереть, ковры заставила почистить, чтобы какие-нибудь залётные клещи не навредили ребёнку, проследила, чтобы слуги ногти подрезали и выскребли грязь, а то ведь позор! И наконец услышала, что маленького лорда привезли.
  
  
  

Глава 14

  
  Дар и Нина.
  
  Нина поторопилась спуститься. Волнение достигло апогея. Как же она раньше не подумала, что малыш может быть покалечен, измождён до крайности, надо было лекаря пригласить!
  Запугать себя дальше леди не успела, открылись двери и две тощие фигуры вошли в парадную залу.
  Герцогиня последние ступеньки почти перепрыгнула и резво двинулась навстречу.
  - Милорд! Как же вы заставили поволноваться! - укоряла, но не скрывала радости.
  Оба лохматые, одетые не по погоде, ободранные, худющие, но живые. Особенно глаза, в которых тревога, неуверенность с первыми же её словами сменились радостью и надеждой.
  Нина знала, что слуги сейчас как таракашки попрятались по всем щелям и наблюдали за встречей. Даже господа управляющие стояли за балюстрадой и смотрели, ради кого столько суеты.
  - Леди Нина, - склонил голову мальчик, а Хайр низко поклонился. - Примите ли вы меня своим воспитанником? - с волнением сразу спросил маленький лорд и, не дав ответить, бросился пояснять: - Раньше была такая традиция, герцог мог... ему даже положено... давно, правда... - запал у Дара закончился, он сбился, покраснел и чуть не заплакал.
  Да ещё и лорд командующий, с интересом разглядывающий вошедших, довольно громко хмыкнул. Нина чуть не настучала ему по голове. У животных больше такта, чем у него!
  Она и так тут из-за стольких зрителей вынуждена разводить официоз, чтобы все увидели, что мальчик действительно лорд, а он ещё хмыкает! Посмотрела на него, видимо, выразительно, так как командующий отступил назад, а Нина, наоборот, сделала ещё шаг вперёд.
  - Милорд, прошу вас гостить у меня столько, сколько вам захочется, а насчёт того, что вы желаете стать моим воспитанником, так я не против, но давайте поговорим об этом, когда вы отдохнёте, - громко, для всех, произнесла девушка.
  Дар склонил голову, а Нина не удержавшись, взяла мальчика за руку и повела за собой. Он сначала позволил себя держать, оглянулся на Хайра.
  - Госпожа Вибек, проследите, чтобы помогли господину Хайру привести себя в порядок.
  Юный лорд услышал, успокоился, и сжал руку леди.
  - Всё будет хорошо, - шепнула ему ободряюще Нина, - ваши скитания закончились.
  Они дошли до приготовленных покоев, зашли и закрыли дверь.
  Девушка развернула мальчика к себе и обняла его.
  - Дар, я ведь считала, что вы погибли, - поглаживала она, вытянувшегося малыша по спинке и уже не сдерживала слёз, - как же вы решились убегать! Столько опасностей, вы так рисковали!
  Он прижался к ней, и тело его затряслось от тихих рыданий.
  Мальчик не посмел обнять леди, хотя ему очень хотелось это сделать. Они не были ранее близки, просто за всю свою короткую жизнь он понял, что леди Нарибус никогда не оттолкнёт ребёнка и ей неважно, лорд это или простой крестьянский малыш.
  Было ужасно стыдно пользоваться её добротой, осознавать, что он никому не нужен, кроме неё. Но вдруг она побрезгует им сейчас, ведь теперь она герцогиня!
  Никто им с Хайром не помог во время пути, мир оказался жесток и равнодушен к чужой боли. Наоборот, норовили воспользоваться их бедственным положением, заставить работать больше, заплатить меньше. Вся обида на жизнь ожила в Даре сейчас, когда уже всё осталось позади. Неожиданно он почувствовал, что на него капают слёзы леди. Он поднял голову, у него у самого глаза ничего не видели от мокрых слипшихся ресниц. Он протёр их руками, изгоняя свои слёзы, и посмотрел на Нину:
  - Вы... вы примете меня? Леди Нина, я ведь никому не нужен, мне никогда не отдадут наследство. Я теперь всё понимаю... Я бездомный! - зло закончил он.
  - Малыш, - принялась гладить она сильнее, не следя за руками, - ну что ты такое говоришь?! Разве так уж важно, есть у тебя замок или нет? Захочешь - добудешь себе земли; захочешь - купишь корабль и уплывёшь в дальние страны. Ты свободен! Цени это, а помочь тебе вырасти и научить всему - это уже моя забота. Мы с тобой ещё поговорим, так ли много ты потерял, как думаешь, - попыталась улыбнуться Нина.
  Она выпустила Дара, посмотрела на него. Тоненький мальчик с необычайно светлыми демоническими глазами. Ещё год, другой - и он будет с неё ростом.
  Кто-то скажет, зачем герцогине обуза, надо бы своих рожать, а для неё Дар повод не отчаиваться, не опускать руки, ведь появился человечек, который полностью зависит от неё. Это, конечно, не любовь к ребёнку, а всего лишь ответственность, но разве не может она вырасти в нечто большее?
  Нина светло улыбнулась, повторила: "Всё будет хорошо!"
  Дальше она хотела помочь вымыться лорду, но он раскраснелся от возмущения, и Нина только проверяла, как он выполняет своё "я сам!"
  Хайр был занят, а никакого другого мужчину не хотелось приглашать, да и неплохо бы перестать быть зависимым в мелочах от других людей, так почему не начать прямо сейчас? Потом Дара подстригли, примерили принесённую одежду.
  - Ничего, - придирчиво оглядев ребёнка, констатировала Нина, - на первые дни сойдёт. Ну что, пойдём ужинать? Его и так из-за нас задержали на час.
  
  Дар, отмытый, разрумянившийся, чуть сердитый на леди, что та заставила его подолгу тереться мочалкой, смотрелся удивительно аристократично.
  Уже понятно, что он будет высоким, как и все демоны, светлоглазым, но вот некоторую аристократичную изящность он тащит из рода матери. Скорее всего, он останется худощавым, наверное, жилистым, а лицо с годами приобретёт хищность. Сами демоны выглядели тяжеловеснее, попроще, а тут природа подшутила, и из смеска получится весьма колоритный породистый тип, намного демоничнее, чем его сородичи.
  
  За столом управляющие и лорд командующий поприветствовали юного лорда, выразили свою радость по поводу его прибытия, и приступили к еде.
  Дар держался за столом уверенно и поглядывал на мужчин, чуть посмеиваясь. Он понял, что от него ожидали стеснения, но за год, проведённый с леди Нарибус, он многому научился.
  Только когда она уехала, он понял, сколь многое она для него сделала. Учителя преподавали ещё месяц и были потом рассчитаны. А когда на него напали собаки, якобы случайно, а после едва не затоптал насмерть жеребец леди Алоиз, то он понял намёки уходящих учителей, что опекунши нужно остерегаться.
  У них с Хайром были деньги, они уехали из замка вполне подготовленные, но оголодавшая стая волков разрушила все их планы. Они лишь милостью Богини спаслись сами, потеряв лошадей и сумки, висящие на них.
  Весь дальнейший путь он с Хайром смогли проделать только благодаря вложенным в него знаниям. Слуга терялся на незнакомых землях, а Дар, обменивая дорогие вещи из своего костюма на более простые, торговался с дотошностью банкира. Когда не было денег платить за еду, он рассказывал сказки, легенды, которые услышал от леди и учителей, давал советы по ведению хозяйства, что многих умиляло.
  Леди Нарибус при всяком удобном случае, прогуливаясь с наследником по двору замка Алоиз, всегда старалась пояснить, почему сделано так, а не эдак. Иногда это было скучно: подсчитывать, отслеживать разницу на сей момент и на перспективу, но в дороге Дар заметил, что слуга не умеет просчитывать ситуацию наперёд, а он, маленький лорд, может.
  Очень скоро в их тандеме Дар стал главным и это он с упорством шёл вперёд, придумывая способы заработка в соответствии с постоянно меняющимися обстоятельствами, а Хайр выполнял указания, оберегал его. Дару пришлось быстро повзрослеть и сейчас, сидя за столом, он очень хорошо улавливал отношение к себе, потому что вовремя обнаруженная угроза могла спасти жизнь.
  Лордство мальчика ни у кого больше не вызывало сомнения. В любом случае, никто не посмел бы перечить герцогине, но увидеть собственными глазами, что Дар Алоиз не впервые сидит за столом и чувствует себя весьма уверенным в благородном обществе многого стоило.
  Господин Арлинд определился с кандидатурами учителей, командующий так же понял, кто лучше из его людей сможет поладить с мальчиком. А Нина очень гордилась Даром, что он не опустился в тяжкое для него время, ничего не забыл, и вообще радовалась, что он выжил. Он такой красивый сидел за столом, такой грациозный, что она чуть по-глупому не расплакалась от счастья.
  
  Вечером миледи уложила его спать, немного посидела рядом, послушала про опасные "случайности" в замке, про то, что Тсера наедине с мальчиком даже не скрывала степени своей неприязни. С ужасом слушала, как они с Хайром из-за волков сидели почти двое суток на деревьях, дожидаясь обоза. Потом Дар ещё будет рассказывать, как они шли, как их обманывали, как, бывало, убегали голодными, честно отдав плату за похлёбку... Но, наконец выговорившись, мальчик уснул.
  С приездом юного лорда жизнь для Нины закипела.
  Она вдруг заметила, что весна набирает обороты и пора бы приготовить рассаду и развеять мрачность этих мест. Настроение требовало красок вокруг. Подобранные учителя господином Арлиндом герцогине понравились. Она поприсутствовала на первых занятиях и после уже делала вид, что сидит тихонько в уголке и рисует, а сама слушала с большим интересом о малых расах, о землях, изведанных и не очень.
  Снова много хорошего услышала о герцоге. Он, оказывается, написал несколько книг, где описывал свои путешествия и открыл для мира не один десяток растений, животных, даже природные явления.
  Всё это слушать было очень занимательно, но не всегда практично для жизни, поэтому Нина выкраивала часы, чтобы самой кое-чему научить подопечного. Ей казалось важным, чтобы он понимал и мог контролировать работу управляющего. Лорд Алоиз это умел делать, а вот герцог Керидский целиком полагался на господ Арлинда и Лиридона. Это чудо, что ему удалось найти для себя порядочных и умных людей, но не всем так везёт.
  Ещё Нина считала, что хоть как-нибудь, но лорд должен уметь себя обслужить, поэтому иногда они вдвоём пропадали на кухне. Начинали с варки каши, заканчивали обсуждением того, сколько стоит содержать замок, каковы объёмы закупок еды, как сэкономить, что вообще нужно учитывать при покупке продуктов. Все умения касались женщин, но Дар не спорил - он уже понял, что в жизни многое может пригодиться.
  Молодой командир, выделенный юному лорду, обучал его не только владению оружием, но и рассказывал о битвах, учил, как руководить людьми, какими должны быть наказания. Нина в отместку выдала свой вариант наказаний и приводила примеры из знакомой Дару жизни в замке Алоизов. Она опасалась настаивать на своей точке зрения, так как командир усмехнулся тогда и спросил, кого хочет воспитать леди - счетовода или лорда?
  Пришлось отступить, нравы в гарнизоне действительно были грубоватые и отрицать это означало оставить мальчика неподготовленным. Мируна вон до сих пор не любила выходить на улицу, находя себе дело только в центральной части замка. Может, с грубиянами так и надо - чуть что, наказание?
  Но вскоре леди представился повод провести свои методы мщения в жизнь.
  У Нины было подготовлено огромное количество рассады цветов, и она решила высадить их на подъезде к крепостному комплексу. Вообще неплохо бы наметить там будущий сад, так как слишком воинственно всё вокруг смотрелось. Но сейчас она вышла с Мируной и садовником поставить колышки для определения границ первых посадок. И каково же ей было услышать насмешки по поводу своей горничной о её белоснежном заде, который некоторым до сих пор снится по ночам.
  Леди Керидской пришлось всего лишь два раза отправить мечтателей и всех тех, кто смеялся, в коровник, а после в свинарник, навоз разгребать, как шутить перестали.
  Лорд командующий был недоволен, что его солдат определили крестьянам в помощь, но леди напомнила, что она в ответе за всех своих людей и посчитала нужным провести воспитательную работу, раз командирам недосуг.
  - И вообще, милорд, ваши воины грубы, на территории семейных без конца слышатся скандалы, а вы никак не реагируете.
  - Что я, по-вашему, должен делать?
  - Вы лорд! Ваше участие в жизни ваших людей необходимо. У нас стоит замечательный храм, где хорошо говорят, как должны себя вести мужчины, женщины, дети. Мы живём в замкнутом мирке, нельзя опускаться и делать только то, что хочется. Вас слушаются, на вас равняются, поправляйте ваших вояк, когда они приносят казарменную грубость в семью. Учите ценить, беречь прекрасное, оно нуждается в защите! У меня вот выросло несколько тысяч хрупких, нежных саженцев, которые готовы порадовать нас летом красотой, а рук, готовых дать им эту возможность, не хватает.
  Нина замолчала, давая возможность командующему самому предложить помощь, но он только набычился.
  "Ах, вот как!"
  - Объявляю следующую неделю садовой! - радостно произнесла она. - Лопаты всем в руки, и пусть каждый воин посадит хотя бы по десятку цветов! Не знаю, милорд, - сменила тон на сомневающийся, - сумеют ли ваши командиры организовать работу? Всё-таки это не на стене, вылупившись вдаль, стоять, тут аккуратность проявить надо, всё спланировать, чтобы никто никому не мешал.
  Лорд даже не доел десерт. Возмущённо пыхтя, он покинул тёплую компанию. Но на следующий день несколько командиров пришли к леди Керидской, и она провела их в оранжерею, где свободного места уже не осталось: всё было занято саженцами. Наскоро сколоченные стеллажи, дорожки, трава - всё везде было заполонено ящиками с ростками, и они мешали друг другу, требуя больше места, света, свободы.
  За три дня военные управились с масштабной работой, к которой не знали, как подойти садовники. Правда, после вскапывания и посадки, чувствовать себя свободными служивые не могли, теперь требовался полив, прополка, и леди пообещали слегка проштрафившихся солдат присылать для этих работ в течении всей весны и лета.
  Никто не обладал вИдением того, как станут выглядеть чёрные полосы земли с неказистыми саженцами через месяц, а леди смотрела на высаженных плюгавиков, но видела не нынешнюю убогость, а то, как всё зацветёт и порадует глаз.
  Время мчалось, не желая останавливаться, глотая часы, дни, недели. Мируна ворчала, что леди не даёт покоя ребёнку, совсем замучила его учёбой.
  - Но ему нравится, учителя хвалят, - возражала Нина.
  - Да что он может понимать?! Глотает всё с жадностью, а сам зелёный весь! Ему на воздух нужно, а его на улице вылавливает командир - и снова учёба. Так нельзя, миледи!
  - Но я... - леди Керидская хотела оправдаться, но передумала, - ты права!
  Дару только отпраздновали семь лет, а он у неё вовсю в столбик слагает, вычитает, пишет красиво, рисует, да легче перечислить, что он не делает. Нина отложила многие свои дела и, пользуясь хорошей погодой, стала гулять с Даром, играть.
  Они освоили адаптированный под местные возможности бадминтон, стреляли из лука, метали дротики, ловили бабочек, играли в прятки, догонялки. Стали ближе друг к другу, перешли на домашний уровень общения, где позволялось друзьям говорить "ты". Один раз съездили на границу с демонами покататься там на лыжах. Вот тогда Дар попытался узнать, есть ли какая запись о пропускаемых на территорию королевства ледяных.
  Нина и раньше подумала, что можно было бы разузнать об отце Дара, но надеялась, что ему это неважно. Теперь он сам взял инициативу в руки. Серьёзный, деловой, спрашивает, ждёт ответа. Все уже знают, что у герцогини есть воспитанник. Нина никому не говорит, что ещё только получила ответы на свои первые письма, где ей сообщают, что мальчик не появлялся у родных, но обещают разобраться, что произошло в замке Алоиз.
  Леди послала новое письмо, где сообщила, что юный лорд добрался до неё в плачевном состоянии, что ему угрожала опекунша, и она оставляет мальчика у себя воспитанником. Что дальше должно было воспоследовать, Нина не знала. В далёкие времена достаточно было Слова лордов, а как сейчас происходит смена опекунства, ей неизвестно.
  Пока она с Даром каталась на лыжах за стеной, где всегда зима и в избытке лежит снег, а мороз беспечных щиплет за щёки, военные нашли записи о тех демонах, кто пересекал границу в подходящие годы. Их оказалось десять. Возвращаясь в крепость в походном домике, Нина смотрела на список.
  - Дар, вот этих можем смело исключить, - обвела она восьмерых.
  - Почему?
  - Посмотри на сроки пребывания на землях королевства.
  - А-а, ну да, не успели бы добраться до столицы, где жила тогда моя мама.
  - Мало добраться, там надо пожить, притереться, обзавестись знакомыми, - начала пояснять Нина.
  - Тогда вот этот, Волдо? - неуверенно спросил Дар.
  - Похоже, что он, но запомним и второго, на всякий случай. Если герцог так и не появится к следующей встрече с ледяными, то можно попытаться разузнать что-нибудь о твоём отце у них напрямую. Но что ты будешь делать, если увидишь его?
  Мальчик задумался, отвернулся.
  - Дар, тебе разве плохо со мной? Мне казалось, что мы... ну, что мы дружим? Я волнуюсь за тебя, мне не всё равно, что будет с тобой дальше... Дар, у меня нет детей, я не знаю, как это - любить своего ребёнка, но у меня сердце сжимается, когда я вижу, как тебя жёстко тренирует твой командир, а уж что будет, если ты решишь уехать? Я целыми днями буду гадать, не обижают ли тебя...
  Нина признавалась, смотря в окошко, чтобы скрыть наворачивающиеся слёзы, но услышала, как мальчик шмыгнул носом, подсела поближе, приобняла. И впервые он осмелился обнять её в ответ. Оба не сдержали слёз. Не от горя, не от обид, а от того, что всё хорошо. Они есть друг у друга, и оба это приняли. С этого дня Нина стала рассказывать Дару не только поучительное, но и делилась своими мыслями о будущем, о сомнениях, о проблемах.
  Лето пролетело очень быстро. Дар и чуть ревнующий мальчика Хайр немного отъелись. Нина тоже немного поправилась, и Мируне пришлось выпускать в платье ранее забранное в швы.
  Дела шли прекрасно, впервые герцогство повезло свои сыры на продажу. При подъезде к крепости дорогу длиной почти в полкилометра украшали цветные дорожки из цветов, что очень радовало глаз.
  Леди Керидская готовилась к поездке в столицу. Ей ремонтировали походный домик, произвели некоторые изменения по планировке внутри него, увеличив места для хранения вещей и добавив третью кровать для Дара.
  Управляющие вручили леди в дорогу внушительный список, что потребно закупить в столице. Чернила, перья, писчая бумага, свинцовые карандаши, папки, да ещё множество названий, о которых Нина имела смутные представления, но также канцелярского назначения.
  Поездка воспринималась как лёгкое путешествие и радовала всех. Сопровождать леди рвались многие, но командующий строго ограничил число охраны, чтобы не набирать "лишних дармоедов", как выразился он. Нине было без разницы - дюжина охраны или полдюжины, лишь бы они тихо выполняли свою работу, не навязываясь ей.
  Путь до стены, граничащей с королевством, проделали с каким-то ностальгическим чувством. Всем было что вспомнить.
  Нина ехала, вспоминая, как она когда-то волновалась о том, что её ожидает в замке. Мируна с улыбкой поминала свои страхи о том, нужна ли она ещё леди или уже опоздала. Дар лежал, прикрыв глаза, и наслаждался покоем, в противовес прошлым чувствам. Тогда гуляла буря из эмоций в душе. Он вместе с Хайром изводил себя мыслями, примет леди его или отошлёт домой, а может, вообще не пожелает признать в обтрепанном нищем своего знакомого.
  Иногда он сквозь ресницы посматривал на Нину, видел, как ей мешает чёлка, закрученная спиралью и уложенная набок. Та всё время норовила спуститься на глаза и девушка дула на неё, а потом тихонько заправляла за ухо, пока Мируна не замечала и не возвращала её обратно.
  Он улыбнулся: горничная Нины - деспот. В комфортных условиях проживания, где многого от неё не требуется, она стала считать, что смыслом её работы является внешний вид герцогини. Её стараниями леди Керидская всегда выглядела, как божественная статуэтка. Безупречная одежда, причёска, маникюр. Нине иногда просто приходилось соответствовать выпестованному её горничной облику и не позволять себе ничего лишнего. Тем слаще было сбегать от Мируны и играть с Даром в подвижные игры, нарушая гармонию созданного образа.
  
  Наверное, кавалькада герцогини спокойно миновала бы стену, если бы небольшой остановкой перед пересечением границы не воспользовалась бы странная женщина с жалобами.
  - Ваша светлость, - взывала она, падая на колени перед вышедшей из кареты леди размять ноги, - ваша светлость, выслушайте! Ваша светлость, за что? За что наказали? Ваша светлость!
  Нина остановилась, ничего не понимая, она повернулась к женщине. Как ни вглядывалась, она её не помнила. Охрана прикрыла леди Керидскую от крикливой особы.
  - Подождите, - остановила она воинов, - а вы говорите! - велела она женщине. Та подползла поближе и, торопясь, начала рассказывать:
  - Мой муж работал у вас слугой, его зовут Бамбер, - начала она.
  - Бамбер? Не помню такого, - недоверчиво произнесла леди и посмотрела на Мируну.
  - Работал, миледи, - подтвердила та, - только сразу как увезли леди Куштим, его госпожа Вибек уволила. За что - не знаю.
  - Все так, ваша светлость, честно работал, всё делал, что приказывали, а потом эта подхалимка Вибек сказала, что здесь, на стене, его ждёт лучшая работа. Только обманула, мерзавка, из хозяйского дома прогнала, а здесь коридоры чистить, да от господ командиров тумаки получать за меньшие деньги! За что?! Он же всё сделал, как надо!
  Женщина не вставала с колен, но как-то придвигалась всё ближе и ближе, норовя ухватить герцогиню за платье. Она торопилась высказаться, и получалось, что плюётся, и Нина отступала от неё.
  - Что он сделал "как надо"? Почему вы просите за него? Он вправе сменить работу и устроиться в хорошем доме, если он не угодил госпоже Вибек, - нахмурившись, выразила недоумение леди.
  - Где, где тут хорошие дома?! Он с детства в вашем доме работал, добивался должности слуги! Если бы не эта выскочка! Леди Куштим его ценила, хвалила, а Вибек - дрянь!
  - Ну, всё, хватит, я не желаю слушать, как вы поносите управляющую! - Нина посмотрела, что решётка на воротах в туннель уже поднята и вернулась в домик. В след ей летели мольбы, ругательства:
  - Она сама попросила устроить шум, как будто дерутся, а потом за это и выгнала! Разве это честно? - услышала Нина уже из домика.
  
  Кортеж спокойно миновал стену и продолжил путь.
   Леди Керидская разволновалась, всё же кричащая женщина расстроила её.
  С одной стороны, Вибек прекрасно выполняет свои обязанности, и нет ничего странного, что кто-то недоволен её работой. Можно понять, что она убрала неприятного ей человека, воспользовавшись возможностью. Даже если она превысила полномочия, нет смысла возвращать слугу и заставлять управляющую мириться с не пришедшей к её двору персоной.
  Похоже, мужчине не повезло, и если он так хорош, то лучше искать ему работу в королевстве. Но о какой драке шла речь? Не видела Нина ни разу, чтобы кто-то устроил потасовку.
  До вечера леди тревожилась, а на следующий день уже забыла и отпустила от сердца странные слова. Чем дальше они отъезжали от перешейка, тем жарче становилось вокруг, больше красок природы их окружало, и чаще слышался гомон птиц.
  Они ехали, делали остановки, когда им хотелось, покупали, что желали, и радовались встреченным местным достопримечательностям. Иногда, ориентируясь на воспоминая Дара, герцогиня наказывала тех хозяев, кто обманывал Хайра с мальчиком. Она не только взыскивала зажатую мелочь, но и её люди вели себя в указанных тавернах ужасно, показывая хозяевам, что уважаемая роль в обществе всегда может измениться в худшую сторону.
  
  Ближе к столице старший сопровождающий послал гонца в особняк Керидских, чтобы его приготовили к приезду герцогини. Кортеж леди въехал в город уже ночью.
  На следующий день Дар успешнее любого кота облазал весь дворец. Ему нравилось всё! Большие светлые окна, скользкие полы, огромные мрачные подвалы с установленными в них гигантскими бочками, заваленный хламом мансардный этаж, а уж на скольких кроватях он попрыгал, проверяя их мягкость, не сосчитать.
  Хайр следил, чтобы его лорда никто не обидел из местных слуг, хотя это было излишне. Мируна вплыла во дворец царь-девицей и её откровенно побаивались, а управительница забеспокоилась, не ей ли на замену приехала эта особа! Герцогиня же всех умилила. Она с улыбкой смотрела на людей, радовалась восторгу мальчика, с благодарностью приняла заботу о себе, похвалила всех, кто готовил ей покои, еду.
  Нина достаточно долго прожила в герцогстве, наслаждаясь роскошью, но она ещё не забыла, в каких условиях начинала жить в замке Алоизов и была искренне рада, что её так хорошо встретили в столичном дворце Керидского. Люди много что обязаны делать, но всегда же можно слукавить и многое упустить, поэтому Нина просто радовалась, что всё хорошо.
  Уже на следующий день она с прекрасным настроением отправилась с визитом к Милошу Ветусу.
  
  - Миледи, я так рад! - целовал он ей руки, и она видела - действительно рад. - Как вы? Я слышал, что герцогство неожиданно стало продавать сыры! Ваши люди сбили цены песчанников и должны будут вернуться к вам с хорошей выручкой.
  - Приятно слышать, но я решила не вести хозяйство в крепости. Не вижу смысла вникать во всё до приезда герцога.
  - Я слышал, что леди Куштим пыталась вас отравить, - посмотрев в глаза, с тревогой произнёс лорд.
  - Надо же, я думала, этот факт замнут, как неприличный, - немного жёстче, чем хотелось, ответила леди.
  Милош провёл Нину в гостиную, подождал, пока им подадут чай и продолжил:
  - Я нашёл себе замену и теперь со стороны присматриваюсь к господину... впрочем, неважно. И знаете, неожиданно многое стал слышать. Пожил прилично, не придавая окружающему значения, но вот стоило начать присматриваться к одному, как увидел и услышал столько интересного вокруг! Вашу обидчицу сослали в её имение, это та ещё глухомань. Она призналась, что невзлюбила вас с первого взгляда, но надеялась, что как только герцог появится, то он отошлёт вас.
  Нина кивнула, подтверждая, что обо всём сказанном подозревала.
  Сейчас, когда прошло время и страх того дня прошёл, она считала, что сама тоже виновата. Она помнила, что увидела Куштим у дверей и поняла, что та слышала, как она говорила о том, что избавится от неё. Помнила, что в отличие от Куштим в гневе она повела себя недостойно леди и едва не вцепилась той в волосы. Куштим же, разоблачённая, тряслась от страха и ненависти, но ни разу не выкрикнула ей ни одной гадости. Этому можно было поучиться.
  А Милош продолжал делиться новостями, касающимися леди:
  - Как только вы уехали из столицы, так двор заговорил о вас. Многие девушки покрасили волосы в светлый цвет, стали больше улыбаться. У нас даже повысилось количество браков, - радостно оповестил лорд.
  - Ну, ещё бы, ведь улыбка многих красит, - улыбаясь новости, заметила Нина.
  - Да, - забирая снова в своё владение Нинину руку, подтвердил Милош. - Но всё это вы узнаете сами, однако, кое о чём я хотел бы вас предупредить. Вы мне писали, как у вас идут дела, что вы затеваете, как волновались о младшем Алоизе, так вот, все письма у меня забирал почитать лорд Луан.
  Нина не ожидала такого и изменилась в лице. Новость была неприятной. Лорд выглядел удручённым, видя и понимая реакцию, но продолжил признание:
  - Вы ему интересны. Миледи, не подумайте, что я из корыстных целей, но хочу вас предостеречь. Его интерес ничего, кроме несчастья, вам не принесёт. Вам неприятно это слушать, но вы доказали свою разумность, и я осмелюсь сказать, что речи о любви не идёт. Лорд Луан сильно скучает, он давно пресытился и ищет хоть что-нибудь, что ему было бы занятно. Ему не нужна жена, но на какое-то время он не прочь разделить ложе с женщиной. Ему не нужны дети, да и не позволит этому случиться ни его отец, поныне живущий, ни его сын. К тому же, время для лорда Луана бесконечно из-за источника, а вот как отразится на вас политика допуска к воде и последующего запрета - неизвестно. Я не имею в виду физическое состояние, но многие срывались из-за того, что желали быть вечно молодыми и здоровыми.
  - Подождите, милорд, вы пытаетесь отговорить меня от общения с лордом Луаном, но я не жажду его. Однако, я не настолько влиятельна, чтобы игнорировать его приглашения.
  Милош сжал кулаки и отвернулся.
  - Простите меня, я понимаю. Лорд Луан занимается безопасностью трона, и вы не можете отказывать ему во встречах, но когда он перейдёт на личное, то будьте смелее. Всё-таки он старой закалки лорд и никогда не принудит леди, хотя не оставит попыток добиваться. Это уже ближе к охоте, что считаю унизительным для вас.
  - Вы говорили, что я ему всего лишь интересна, думаю, многое раздуто в его отношении ко мне, - возразила Нина.
  - Не помню, чтобы последние лет тридцать ему кто-то был интересен.
  Девушка вздохнула, обрисовалась проблема, которую никак невозможно было предсказать.
  Любовь ей польстила бы, а интерес от скуки - нет. Она могла бы не доверять Милошу, но слишком хорошо помнила свою встречу с бывшим величеством. Ему было забавно, она его развлекала. Не удивительно, ведь королевский двор - это в основном юные леди на выданье.
  Юность прекрасна, но нельзя не признать, что с годами женщины приобретают не только морщинки, но и влекущие индивидуальные особенности. Кто-то открывает в себе лёгкий нрав и не боится уже показывать его, у кого-то просыпается хозяйственность и аура уюта, женственности влечёт мужчин, кто-то, наоборот, кипит активностью и набирает в свою копилку столько интересностей, что не оторваться от их рассказов и живого взгляда.
  Нина всё хорошо понимала, но пока решила не думать об этом. Герцога ещё нет, значит, сидеть ей в герцогстве.
  - Милорд, что слышно о Керидском? Ищут ли его?
  - Ну, конечно, чуть не забыл! Забрался в этот раз наш путешественник на край земли, да попался. Его женили на местной принцессе и следили, чтобы не сбежал.
  - Так значит, нашли! Когда же он прибудет? И как же, он теперь многожёнец?
  - О чём вы говорите! Там же дикари! Весть о бедственном положении герцога послали птицами, а самим спасателям возвращаться ещё долго. Зная его светлость, он не бросит ни одного своего трофея. Так что вам придётся съездить на ещё одну встречу с ледяными, а там уж герцога вернут. Думаю, его теперь долго не выпустят с перешейка.
  Они поговорили о знакомых, о делах, о планах на будущее. Милош рассказал, что слышал о разгоревшемся скандале по поводу владений лорда Алоиза. Лорд Валмир, отец покойной леди, потребовал вернуть приданое дочери, но столкнулся с роднёй нынешней Тсеры Алоиз, бывшей Ширай, и теперь ведутся споры.
  - Уверен, что закончится всё выплатой компенсации, а ваш воспитанник, леди Нина, никому не нужен.
  - Значит, оставят со мной?
  - Не сомневаюсь.
  - Остаётся ли за ним право называться лордом Алоизом?
  - Пожалуй, только право и оставят, причём не ради мальчика, а ради поддержания чести рода. Лорд Валмир настоит на этом.
  - Большего мне и не надо, - облегчённо вздохнула Нина, - мне даже на его лордство наплевать, но он переживает.
  Нина подарила лорду Ветусу собственноручно составленные духи, и передала свою благодарность его управляющей за "набор парфюмера". Ей леди оставила тоже духи и добавила красивый гребень. Несмотря на то, что управительница Милоша была женщиной необщительной, к своим обязанностям она относилась со всем старанием.
  Расстались с Милошем добрыми друзьями, договорившись встретиться на следующий день и сходить к озеру.
  
  В этот раз к источнику вместе с Ниной и лордом шёл новый хранитель. Он проследил, чтобы леди выпила воды, сколько хотела, но ничего не брала с собой, и проводил гостей обратно.
  Лорд Ветус с сожалением развёл руками:
  - Больше я туда не имею права входить без нового хранителя.
  - Я не в обиде, прекрасно помню условие короля. Никаких купаний мне не дозволено.
  
  После озера Нине было нехорошо, но уже не так сильно, как в первый раз. Наверное, не успела за год подпортить себе здоровье. Она укрылась от любопытных глаз, объяснив действие воды Мируне и Дару, и прострадала в одиночестве весь конец дня, чтобы утром порадовать беспокоящихся о ней людей хорошим настроением.
  Живая вода в этот раз добавила немного утерянной за год нежности коже, бархатистости, блеска и жизненной силы волосам, яркости глазам. Всего по чуть-чуть, но внутреннее ощущение плещущейся энергии было сильно.
  Землянка понимала, что подошла к рубежу в тридцать лет, но вода, хорошие условия жизни, позволяли ей выглядеть на двадцать пять. А местные давали ей и того меньше, но это если сравнивать с массой женщин. Тем не менее, жили в обществе и такие леди, что выглядели вполне по-земному.
   Они могли смотреться хорошо в тридцать, в сорок лет, даже в пятьдесят, что считалось здесь основательной старостью, но они держались с достоинством. Нина предпочитала равняться на них, а не на общую массу.
  Вся компания наслаждалась отдыхом. За несколько дней они излазали всю столицу, побывали в театре, в цирке, на рынке, на выставках, на уличных выступлениях магически одарённых артистов, в элитных магазинах, в простых лавочках.
  В процессе гуляний потеряли Хайра!
  Он познакомился с продавщицей цветов и надолго прилип к ней, очарованный её формами и мягкой улыбкой. После того, как его привели в порядок в герцогстве, мужчина перестал выглядеть стариком, только зубы выдавали, что он перешёл сорокалетний рубеж. Нина ради интереса узнала, что за хорошие деньги проблема с зубами вполне решаема в королевстве.
  Некоторые лекари научились выращивать новые зубы у молодых пациентов прямо во рту, а возрастным выращивали зубы из костной ткани животных, а потом вставляли. Но услугу такого рода можно было получить только в столице, где магию совместили с прогрессом. Была у зубных врачей даже лечащая машинка, но вид её крайне удручил Нину. Сверлила она от ножного привода, так что многие предпочитали вырвать заболевший зуб и копить на выращивание нового. Хайр получал приличную зарплату и мог себе позволить обновить весь зубной ряд.
  Много волнений вызвало приглашение леди Керидской во дворец. В этот раз на неё смотрели не ревниво, а с услужливым любопытством. Ей назначено было прийти к чайному часу в малую королевскую столовую.
  Её посадили пить чай вместе с королевской семьёй, где она, держа в руках чашечку с остывшим отваром, отвечала на вопросы, как живут ужасные демоны. Иногда ей давали передышку и милостиво хвалили за успешный договор, а после быстро попрощались. Даже не оповестили её, что герцога Керидского уже нашли и дело времени его возращение в родные края.
  Если бы Нина не узнала о новостях от Милоша, то была бы вполне удовлетворена оказанным ей вниманием, но теперь удерживание её в неведении обидело.
  Королевская чета смеялась над ледяными, над их изумлением, когда они увидели голубоглазую леди, подшучивали над крулем Селвином, а после пожелали Керидской ещё как можно больше принести пользы королевству.
  Вроде ничего обидного не сказали, всё было в рамках и радость их понятна, и похвалили вроде как, но Нина вернулась в дом задумчивой. А на следующий день началось.
  - Дар, я тебе рассказывала, как прошла моя встреча с ледяными? - начала завтрак с этих слов Нина.
  Они сидели вдвоём в небольшой комнате с эркером. Зелёный плющ почти полностью прикрыл окна, и пробивавшиеся лучи отыгрывались слепящими отблесками, попадая на блестящие серебряные предметы.
  - Да, конечно. Я, когда вырасту и заработаю много денег, то тоже брошу всё к твоим ногам, - серьёзно ответил мальчик.
  - Дар! Поменьше слушай Мируну, у неё на одну житейскую мудрость две глупости идут подряд.
  - Всё равно, ты самая красивая, Нина, и самая лучшая, - не дал сбить себя с толку Дар.
  - Я вполне себе обычная, просто у меня красивое платье, завитушки на голове, а если убрать всё, то я затеряюсь среди других женщин.
  - Нет, с твоими глазами и медовым цветом волос ты не затеряешься никогда.
  - Это пока я среди темноглазых и темноволосых, - вздохнула Нина.
  Сейчас Дар решил, что её голубые глаза - это красивое отличие, а про свои светлые глаза думает, что это уродство, и никакие примеры не помогают разубедить его.
  Леди погладила мальчика по руке. Их отношения развиваются, они стали ближе, чем многие родные. Они друзья, партнёры, учитель-ученик. Свою маму Дар запомнил, как светлую часть своей жизни, и Нина не претендовала на неё, но заменила ему всех остальных членов семьи.
  Иногда они менялись ролями, и Дар чувствовал себя ответственным за Нину, не боялся выступать как мужчина рода. Ему приходилось это делать в тавернах, когда охрана немного терялась при встрече с другими лордами. Именно команда юного Дара развязывала им руки в некоторых щекотливых ситуациях.
  Ничего ужасного, но не всегда герцогиня готова была оказывать честь делить с кем-то свой стол для трапезы, а отказать вроде неловко. Или, когда её люди ссорились с людьми проезжего лорда, то и тут выступал вперёд Дар, пока Нина думала, как лучше уладить дело. Всё-таки командир, занимающийся с ним, научил его жёсткости и умению командовать.
  Лорд Дар Алоиз был ещё ребёнком, любил играть, слушать сказки, обожал, когда его гладили по голове и расцеловывали на радостях, но он ещё был лордом. Человеком, которому подчиняются по праву рождения. Его учили ответственности все: Нина, учителя, командир. Мальчик уже сейчас обладал бОльшими знаниями, чем любой его сверстник-лорд и понимал, что значит брать на себя ответственность за чужие жизни. А ещё он очень хорошо понял, что есть он и Нина, а потом уже зависящие от них люди. У него Хайр, у Нины Мируна.
  Сейчас Дар видел, что Нина хмурится, о чём-то усердно думает, выискивает слова, чтобы что-то ему объяснить. Он смотрел на неё, ждал.
  - Я не знаю, наверное, это будет с моей стороны самой большой глупостью, но иначе ужасно противно, - выдавила она.
  - О чём ты? Я ничего не понял, - забеспокоился мальчик.
  Леди смутилась, всё-таки с ребёнком о некоторых вещах говорить не хочется, но мальчиков в этом мире очень рано приучают ко многим вещам, и её Дар не исключение. Всё он видит, подмечает, а что не заметит, в крепости быстро подскажут те, кто постарше.
  - Они, - тут леди посмотрела в сторону виднеющегося дворца, - смеялись над ледяным королём, что тот глуп, раз, не торгуясь, подписал договор. Они ожидали, что им придётся накинуть десяток телег с зерном, но он... в общем, я рассказывала, как он подписал.
  Мальчик тоже посмотрел в сторону дворца.
  Мируна восхищалась Селвином, с каждым её рассказом демонский король становился всё более величественным и прекрасным. И это отношение передалось Дару, теперь ему было неприятно слышать о насмешках над ледяным.
  - Я... у нас достаточно денег, чтобы хоть как-то возместить потери, - начала оправдываться Нина. - Я могла бы сама закупить зерна, но боюсь, что мне не дадут его переправить через стену. Назовут блажью.
  Мальчик задумался.
  - Ты права, нет чести хвалиться нашему королю твоим договором.
  - Как хорошо ты сказал: "нет чести", - оживилась Нина. - А ещё знаешь, лорд Милош мне сказал, что герцога уже везут в королевство. Дорога займёт несколько месяцев, но во дворце мне ничего об этом не сказали. Они не обязаны, но всё же это касается меня...
  - Когда он приедет, мы уедем из герцогства?
  - Не знаю Дар, надо посмотреть, что собой представляет лорд Керидский. Я о нём разное слышала, судя по манере ведения хозяйства леди Куштим, это бывшая леди-хозяйка, ты её не застал, то он весьма капризен, категоричен, своенравен, но и немало хорошего о нём говорят.
  - Ты хочешь остаться его женой?
  - Дар, я его не знаю, но вдруг он моя судьба?
  - А как же ледяной король?
  Нина пожала плечами.
  - Я его видела один раз, и если бы не его поступок, то вообще не обратила бы на него внимание.
  - Так что ты тогда дёргаешься?
  - Я не дёргаюсь, - воспротивилась девушка, - просто мне не нравится принимать похвалу в деле без чести.
  - Ну хорошо, давай думать, - отодвинув тарелку с кашей и начав намазывать на обжаренные ломти булки сладкий джем.
  - Давай, - согласилась Нина.
  - Нам нужно что-то маленькое, но ценное для демонов. Так?
  - Так. Это могли бы быть драгоценные камни, но ими они как раз расплачиваются ледяные.
  - Мука займёт меньше места?
  - Я уже думала, да, меньше, но что толку от одной телеги, да и пока везём, в ней жучок заведётся.
  - Хорошо, а мясо они ценят?
  - Мне кажется, что с охотой там всё в порядке и в мясе у них нет нужды.
  - Ты говорила, что им везут сухофрукты.
  - Я склоняюсь к ним, - воодушевилась леди, не встречая протеста со стороны воспитанника её идее. - Они лёгкие, нам не составит труда их заказать и доставить в герцогство, а потом за стену. Главное беречь их от дождя и влажных помещений.
  - Сейчас уже лето к концу, давай прямо сейчас ягод сушёных закупим.
  - Можно, но это всё же не то. Как-то мелко, понимаешь? Надо с Мируной ещё обсудить, она в этом деле очень толковая. Но я хотела узнать главное: не против ли ты? Знаешь, это своего рода вольность с моей стороны, и она идёт в разрез с короной.
  - Ты подданная короля, выполняешь его поручение, проживая на перешейке, так?
  - Да, мой хороший, так.
  - Он, как твой лорд, спросил у тебя, как ты поживаешь, какие у тебя проблемы, не нуждаешься ли ты в его защите?
  Нина раскрыла глаза.
  - Нет, всё же за столом о многом не поговоришь... - начала она объяснять - и сама поняла о нелепости оправдания.
  А потом посмотрела на Дара, надо ли его продолжать дальше учить, основываясь на понятии чести, долга лорда перед подданными?
  Тяжело ему придётся в жизни, времена нынче другие. И всё же, устами младенца глаголет истина!
  И Нина решилась на собственное мнение в деле переговоров. Умнее было бы многое скрыть, но она слишком заметная персона и вся на виду. Потом либо герцог за неё заступится, либо самой выкручиваться придётся из дрязг.
  - Мы заготовим сухофрукты, орехи, сыры, и маленькие такие пирожки, называются пельменями. Уверена, что ледяные никогда не тратят драгоценную муку на тесто для мяса, а мы их порадуем, и самое прекрасное то, что эти пельмени чудесно хранятся на морозе! Не представляю, в каком виде довозят им зерно, но пельмешки довезут в полном порядке.
  - Значит, мы ещё тут задержимся?
  - Да, сейчас мы закупим сушёные ягоды, оставим заказ на закупку орехов, муки высшего сорта, а молоко с мясом выкупим у себя же, как и сыры.
  - А господин Арлинд не будет против? Он говорил мне, что у хорошего управляющего должно быть всё рассчитано на год вперёд.
  - Слушай, мы же не стадо выкупать собрались, - улыбнулась Нина.
  Мальчик кивнул, и дела их закрутились. К сушёным ягодам добавились неисчислимые запасы сладостей: леденцы, помадки, цукаты, орешки в сахаре, пастила. Нина прикупила сахара, крахмала, пообещала сварить вкусные тянущиеся конфеты.
  Каждому дню задержки радовался Хайр. У него завязался настоящий роман, и он не знал, что делать. Вроде юному лорду он ещё нужен, тот слишком мал, чтобы оставлять его на попечение чужого слуги, а вроде у самого Хайра последний шанс устроить личную жизнь.
  Леди Керидская, узнав от Мируны причины перепадов настроения мужчины, поговорила с ним, и они решили, что ему стоит подождать совсем немного.
  - Уверена, что через полгода всё решится. Либо мы с Даром остаёмся в герцогстве, и вы можете присылать приглашение своей возлюбленной. Жалование у вас достаточное, чтобы помочь ей приехать к вам. Либо нас ждёт путешествие, и я вас отпущу.
  - Как же так, миледи, без мужчины нельзя отправляться в дорогу.
  - Надеюсь, что сопровождающих мне дадут, - улыбнулась герцогиня, - просто я не знаю, куда мы отправимся. Сначала, быть может в столицу, тогда и вы с нами, а как там дальше... боюсь загадывать.
  На том и договорились - подождать полгода. А Мируна с Даром увлеклись покупками, и пришлось покупать ещё фургон для доставки всякой ерунды до герцогства.
  Как только леди Керидскую начали заваливать приглашениями на чай, так она сразу скомандовала отъезд. Повторять чаепитие, подобное королевскому, крайне не хотелось. Интересующие людей вопросы уже были понятны, как и их хвалебные речи по поводу её ловкого обхождения с королём ледяных.
  Закупив всё по списку управляющих, добавив своих покупок, в конце концов, пришлось к купленному фургону добавить ещё один. Кучеров нанимать не стали, а вот своих лошадей гарнизонные кавалеристы не дали впрячь и пришлось прикупить деревенских трудовых животных.
  Обратно ехали без лишних остановок, не заезжая в интересные города. Все устали от впечатлений, витало беспокойство от того, что затевалось. Мируна всю дорогу терзала леди, заставляя пояснять, что за пирожки такие пельмени. Нина была уверена, что они известны в королевстве, но после поняла свою ошибку. Слишком тепло в королевстве для возникновения подобного рецепта. Не нужна местным людям сытость этого блюда, к тому же отсутствие в общей доступности мясорубок, морозилок, да и крепких морозов на улице даже зимой не способствовали.
  Как только вернулись в герцогство, так на следующее утро миледи отправилась с Мируной и Даром готовить пельмени. Они забрали себе подготовленный фарш для котлет и вскоре уже старательно вылепливали по штучке "заморские пирожки", которые надо варить.
  - Всё, надоело, - на пятой штуке сдался Дар.
  Мируна начала бросать жалобные взгляды на третьем десятке. Нина не настаивала, попробовали - и ладно. Она как раз вспоминала, как выглядит форма для одновременного приготовления сразу нескольких десятков пельменей.
  Конечный результат общих стараний порадовал, особенно когда выставили в ряд все соусы к готовому блюду.
  - Мне нравятся больше, когда их ещё обжариваешь, но нам важно было понять, что они собой представляют, - поясняла Нина. - Для нас главная ценность в том, что их держат замороженными.
  - Миледи, вы говорили, что мясо у ледяных есть, а если мы внутрь теста напихаем овощи?
  - Не знаю, - задумалась Нина, - а какие? У нас здесь у самих всё привозное. Мысль хорошая, но для нашего плана, наверное, не подойдёт.
  
  Потихоньку забыли о поездке в столицу; дни снова потекли распланированные, занятые уроками, только Нина носилась по всей крепости вместе с Мируной, как угорелая.
  Заказала форму для пельменей у кузнеца, но посмотрев на то, какой он использует материал, заказала деревянную форму. Договорилась, чтобы для неё откормили хрюшек и мясную корову к срокам переговоров. В сыроварне, где теперь работало вдвое больше народу ей с удовольствием пошли на встречу и пообещали заготавливать сыр для её нужд.
  Леди выбрала особый сорт, который как раз дозрел бы к встрече с ледяными.
  Она не ожидала, что её столь тепло встретят на сыроварне, а мастера улыбались и благодарили её за то, что у них есть на долгие годы вперёд работа. Единственное, что для крупной партии заготовки сыра потребовалось разрешение управляющего.
  - Миледи, десять, двадцать кругов мы сделаем для вас, но вам же нужно намного больше, - шептал старший мастер, - нас обвинят в воровстве, мы не можем, - оправдывался он.
  Нина пообещала всё уладить, хотя не была уверена, что Арлинд и Лиридон откажутся упустить выгоду и увезти сыр на продажу. По ценам столицы она не могла себе позволить его купить, а вот по себестоимости - вполне. Но стоило тщательно продумать разговор, прежде чем соваться с ним к управляющим. Начать она решила с Арлинда, полагая, что если он согласится прикрыть глаза на временное отсутствие доходов от сыра, то и Лиридона он уговорит сам.
  Начала Нина с выяснения себестоимости сыра, а потом вкрадчиво перешла к собственным интересам перешейка.
  - Господин Арлинд, как вы считаете, поддерживать с демонами худой мир лучше, чем полный разрыв отношений?
  - С чего бы у вас, ваша светлость, возникли такие вопросы?
  Светлость пожала плечами:
  - Не понимаю я, почему в столице радуются договору, который означает конец торговым отношениям.
  - С чего вы взяли, что отношения будут прерваны?
  Нина подавила в себе раздражение. Управляющий не отвечал, а сам задавал вопросы, но она витиевато покрутила кистью и нехотя протянула:
  - Ну-у, как же, они же прекрасно знают наши настоящие цены и если раньше принимали во внимание многие обстоятельства, то сейчас им выгоднее заключить союз с вельфами, а королевству, наконец, высказать накипевшее раздражение.
  - Союз с вельфами? С чего вы взяли?
  - Господин Арлинд, а вы не искали бы выхода из сложившейся ситуации?
  Управляющий думал, складывал бумажки в папку.
  - Ледяным не выстоять против нашего королевства, поэтому они будут терпеть.
  - Вы же умный, дальновидный человек! Вы меня удивляете, - усмехнулась леди и посмотрела на мужчину без тени кокетства. - Нынешние договоры сеют ненависть к нам! Сначала демоны будут искать другие способы доставки недостающих им продуктов. Я ведь правильно понимаю, что они вполне способны прокормиться без нас, всё, что они получают от королевства, это лишь разнообразие в их рационе?
  - Да, миледи, абсолютно верно.
  - Так вот, вопрос времени и терпения, когда демоны найдут способы заключить договоры с другими странами, и кто знает, кто ещё недоволен нашим королевством. В одиночку ледяные могут усложнить жизнь перешейку, а в союзе с другими во что выльется взращённая несправедливых отношением ненависть?
  Управляющий слушал, а Нина, высказав основное, продолжала живописать.
  - Вы надеетесь, в крайнем случае, на помощь короля, но что если ему в этот момент будут угрожать с моря, с гор? Разве он бросится вам помогать? Демоны почему-то не хотят селиться в тёплых краях, так что им интересен только перешеек. Вы же понимаете, что даже магический договор - не всеохватывающая защита; достаточно не дать вернутся герцогу из путешествия - и всё.
  - Миледи, вы говорите опасные вещи.
  - Интересы земли, на которой вы трудитесь, не приоритетны для короля. Вот что я хотела сказать. В столице никто даже не задумывается о здешних трудностях. Там затеяно строительство роскошного дворца, королеве на заказ сделали новую корону и всё это во многом за счёт торговли с демонами. Но когда через пять, десять лет здесь случится конфликт с ледяными, с вас спросят, почему вы допустили это!
  - Миледи, вы... впрочем, вы же не просто так нагнетаете тут атмосферу раздора?
  - Моя совесть не позволяет мне оставаться в стороне от заключённого при моём участии договора. Меня учили смотреть вперёд, на год, на пять лет, даже на пятьдесят. Нередко основу многих дел закладывает одно поколение, плоды пожинают внуки. Я за то, что отношения с ледяными надо развивать, а не толкать их к поискам других партнёров, не возрождать в них агрессию к нам, а воспитывать чувство благодарности.
  - Я понял вашу позицию, ваша светлость, и во многом согласен с вами, - медленно произнес мужчина.
  - Я хочу от своего имени добавить в обоз своих товаров, - выпалила леди.
  - Это невозможно, вы разоритесь, - нахмурился Арлинд.
  - Я не собираюсь формировать новый полноценный обоз, лишь добавить...
  - Миледи, вы, похоже, не представляете, какой он, обоз. Это сотни телег, фургонов. Чтобы сгладить нынешний договор потребуется почти столько же, или хотя бы половина. Я на досуге посчитал, сколько денег затребовали с ледяных, так на эти деньги герцогство могло бы кормиться пять лет.
  Управляющий поднялся, отшвырнул в раздражении папку на подоконник и продолжил:
  - Цены на драгоценные камни подскочили. В Горном королевстве в этом году в горах обвал за обвалом. У нас потребность в камнях растёт. Их используют для улучшения качества стекла, для изготовления линз, для укрепления и придания необыкновенных свойств некоторым материалам. У ювелиров камни поднялись в цене почти на четверть! Так что с демонов содрали весьма приличную сумму и, несмотря на то, что они каждый год просят увеличить поставки, с нашей стороны всё остаётся неизменным. Добавляют по мешку новых продуктов, но это разве что только на королевский стол.
  - Я даже не представляла, что всё так, - опустила голову Нина. Все её потуги смешны, а она-то радостная бегала! Что-то не пошло ей на пользу отстранение от дел, сразу в облаках больше витать стала.
  - Миледи, я готов помочь вам, но только, если вы готовы взять многие расходы на себя. Его светлость простит мне, если у него не случится на какое-то время несколько статей доходов, но если будут убытки, то я потеряю своё место.
  - Подождите, вы меня ошарашили, господин Арлинд, вы не возражаете, если часть нашей продукции отправится к демонам? - управляющий кивнул и добавил.
  - В качестве дружественного жеста герцогини Керидской. Хотел бы сказать "от жителей перешейка", но я, в отличии от вас, боюсь гнева короля.
  - Хорошо, я беру на себя ответственность, но что мы тогда можем? Я думала заготовить сыра. Это питательно, полезно.
  - Согласен, но вы берёте на себя оплату мастеров за тот период, что будут работать на вас.
  - Только мастеров? Или молоко, крестьяне...
  - Что-то мы окупим маслом, творогом, теми же колбасами, худо-бедно выйдем в ноль, но мастерам надо заплатить.
  - Удивлена, что вы не торгуетесь, - смущённо улыбнулась леди.
  - Потому что обо всём, о чём вы говорили, я много раз задумывался сам, но успокаивал себя тем, что всегда могу уехать и дожить спокойно где-нибудь в центральной части королевства. Понимаю, что это недостойно, но иногда нет другого выхода, как смириться и скользить по ветру. Я не ожидал, что вы решитесь как-то своими силами начать исправлять ситуацию.
  - Но мои силы оказались смехотворны, - посетовала Нина.
  - Как и мои, - улыбнулся управляющий, - зато я могу позволить вам использовать возможности всего герцогства, а это очень много. Вот только вместе с возможностями вы получите опалу нашего величества, понимаете ли вы это?
  - Да.
  - Ну что ж, с зерном лучше не связываться, об этом надо было озаботиться раньше, но ткани закупить не поздно. У нас женщины не ткут, не из чего, а в ближайших городах за стеной до сих пор можно купить добротного льняного, крапивного полотна. В нескольких днях пути от нас работает сахарный заводик. У них сахар хоть и желтоватый, да не крупинками, как сейчас модно стало, но на вкус это не влияет. (управляющий имеет в виду, что сахар большими кусками) У нас можно выбрать некоторые сорта сыровяленой колбасы, но я слышал, что у ледяных нет нехватки мяса.
  - А сладости им требуются?
  - Этим их никто не баловал, но сахара у них нет точно.
  - Господин Арлинд, у меня есть идея изготовления замороженной продукции, но мне нужны рабочие руки и ледники.
  
  Разговор с управляющим длился больше двух часов, потом к ним присоединился господин Лиридон, и Нине снова пришлось озвучить всё то, что она приметила в столице, их отношение к происходящему и так далее. Расстались трое заговорщиков глубокой ночью, составив подробный план действий.
  
  
  

Глава 15.

  
  Встреча с ледяными.
  
  Очнулась Нина от бесконечного кошмара дел, только когда последний закрытый фургон с товаром для демонов отъехал от крепости. Несколько месяцев промчались, словно одно мгновение. Ещё вчера она проговаривала каждый пункт с управляющими, потом сидела у себя в покоях и подсчитывала, во что ей обойдётся вся авантюра милосердия - и вот теперь настало время для беспокойства о доставке и сохранности произведённого.
  Герцогство обогатилось новыми рецептами. Нина учила женщин варить рахат лукум, делать зефир, цукаты. Количество изготовленных пельменей зашкаливало, в оплату их каждая пятая пачка уходила на солдатскую кухню. Управляющие сначала недоумевали, для чего леди пытается фасовать всё небольшими порциями, но вскоре приняли это, нашли удобным для транспортировки и подсчёта, да к тому же, местная бумажная мастерская оказалась востребована и завалена заказами.
  Их небелёная бумага как раз подошла для изготовления коробочек. Пельмени, сладости, сухофрукты, орехи, ягоды... всё было взвешено килограммами, разложено в коробки, а те, в свою очередь, уложены в сколоченные ящики. Более того, все фургоны Нина утеплила двойными стенками, пространство между которыми было заполнено либо утрамбованной стружкой, либо мхом, либо спрессованным сеном, чтобы продукция за день не проморозилась.
  Скрепя сердце командующий снабдил караван миледи лошадьми, и только тогда девушка узнала, что демоны, получая товар, отдают лошадей, впрягаются сами и с огромной скоростью дотаскивают продукты до своего города. Животных они у себя не держат по причине отсутствия корма.
  Герцогиня вместе с управляющими собрали тридцать фургонов. На фоне привозимого товара из королевства это было немного, но никогда ещё демонам не слали столько сладостей, сахара, заготовленных чайных сборов, местных сухофруктов и привозных. Несколько фургонов были плотно забиты сухарями, галетами, солёной и сладкой соломкой, крекерами. Отправляли всё, что можно хранить долго.
   Все последние месяцы герцогство гудело, сплетничая о деятельности своей леди. Кухня никогда столь часто не узнавала один рецепт за другим. Её светлость в благодарность за отзывчивое отношение поваров озвучивала не только те рецепты, которые нужны были для каравана, но и подсказывала, как можно использовать сыр в каждодневной готовке. С её помощью его начали растворять в соусах, запекать на мясе, на гренках, смелее стали добавлять в салаты. Раньше покупной сыр при свидетелях резали только господам на кусочки, теперь же рождалась смелость в обращении с ним.
  Всё, что Нине, живя на Земле и работая титестером, нельзя было есть, всё это манило, и она досконально узнавала, как всё готовится. Она покупала красивые книги с рецептами, подолгу рассматривала картинки, изучала её. Нинин нос и её вкусовые рецепторы не терпели ненатуральных продуктов, поэтому она всё делала себе сама. Ей пришлось научиться готовить не только простую, ежедневную пищу, но и то, что обычно люди покупают себе: печенье, пирожные, конфеты. Это были очень редкие гости на её столе, но всё же были, и их изготавливала она сама.
  У неё не было желания готовить в замке Алоизов, даже в герцогстве, если она что-то делала, то в основном для Дара, здесь же хотелось показать ледяному королю, что она тоже на что-то способна. Даже во сне она иногда бормотала: "Я тебе покажу! А то, ишь!" - и это совсем не сочеталось с её громкими словами о дружбе народов.
  Всё, что было задумано, было реализовано за прошедшие месяцы. Пельмени, вареники, колбасы, сыры, ткани... ко всему прочему добавились зеркала, ножницы, душистое мыло, шампуни. Именно покупной товар съедал львиную долю денег, но зато Нина поняла, что ужасно богата, и все её траты укладываются в месячный заработок леди Керидской. Она даже подумала, что выплачиваемая ей тысяча золотых в месяц это повод для короля втайне ненавидеть её.
  Дар, не менее занятой, чем Нина, вытянулся за это время ещё больше и с удовольствием учился кататься на лыжах, чтобы не отстать при предстоящей поездке на переговоры. Ему скучно было скользить по лыжне, он предпочитал коньковый ход, но больше всего любил с воплем скатываться с горки, которую сделали военные для него и всех ребят.
  Леди Керидская не оставляла своим вниманием служивых. Они привлекались отныне ко всем крупномасштабным работам в крепости. Всё лето ухаживали за высаженными цветами, соорудили огромную детскую площадку, с наступлением зимы расчищали снег вокруг крепости.
  Если раньше слуги следили только за дорогой и подъездами, то теперь можно было свободно перемещаться повсюду. Мужчины ворчали, а женщины радовались. Орава детей теперь пропадала на выделенной площадке, а не носилась по жилым помещениям. Да и с цветами жить оказалось приятнее, и все гадали, что посадит леди на следующий год и не попросить ли рассаду для себя, чтобы поставить её на подоконник.
  
  Нина, закончив все дела по подготовке своего каравана, облегчённо выдохнула и снова нахмурилась. Арлинд сказал, что переправит её груз раньше других, и есть шанс, что они вообще не будут мозолить глаза приехавшим торговцам. Это всё хорошо, но надо же объяснить ледяным, как хранить подарки дальше! Вдруг они пельмени с варениками затащат в тепло? Или сухофрукты положат во влажное помещение? А догадаются ли они, как подарки приготовить? На коробочках всё написано, но вдруг они не грамотные?
  Чем дольше Нина думала, тем больше вырастали страшные "а вдруг".
  "А вдруг им ничего не надо?" - вернулась самая ужасная мысль. И всё, волнения нового рода захватили её.
  Она вовлекла стольких людей, все пахали последние месяцы и не всегда за деньги - и вдруг всё зря?
  Арлинд постарался её убедить, что с караваном миледи отправил ответственных людей, которые всё объяснят, и уверял, что демоны всё прекрасно сообразят. Нина кивала, но переговорив с Мируной, послала со своими подарками Хайра и горничную. Последняя разрывалась между тем, чтобы проследить, как будет выглядеть миледи перед демонами и желанием самолично убедиться, что ледяные правильно поймут, как беречь подарки.
  Нина настаивала, что справится, но когда Мируна с Хайром уехали, то посмотрела на Дара и поняла, что погорячилась. Поддерживать шатёр в тепле, следить за ребёнком, приводить себя в идеальный вид, да ещё она хотела бы пригласить Селвина на чай или на бокал вина, а может даже на дегустацию пельменей, как получится.
  И снова занервничала.
  - Лорд командующий, нельзя ли выйти пораньше, я без горничной, мне понадобиться больше времени.
  - Больно много на себя берёт ваша горничная, миледи, - буркнул лорд.
  Нина едва скрыла самодовольную улыбку. Ей приходилось с ним общаться по делам, видеть часто за обеденным столом. Она поддерживала нейтралитет, не выказывала ему никаких эмоций. Не злилась, когда он возмущался, что его ребятушек привлекают к бабьим делам, не улыбалась, когда он пытался пошутить. А когда выехали заранее к стене и командующий их сопровождал, то, ввалившись к ним в домик, он ожидал, что ему, как в прошлый раз, накроют столик, однако Мируна поставила горячую воду в кружке и заявила, что собрались быстро и ничего не брали с собой. И это при том, что в домике пахло пирогами, а Дар едва проглотил запихнутую за щёки еду и, широко раскрыв глаза, смотрел на горничную.
  Лорд перевёл взгляд со служанки на леди, а та с сожалением сказала:
  - Здесь хозяйничает Мируна, - и развела руками.
  Краем уха Нина услышала про вредное бабьё, но пусть лучше выскажется, чем после исподтишка нагадит.
  Девушка до сих пор не знала, что ожидать от такого человека, как командующий. Он мог быть разным. Видела она его угрюмым, благородным воином, видела обжорой, любителем пошлых шуток, громогласным, жадным до женщин, но понимала, что он более сложный, непредсказуемый, жёсткий человек, неглупый, и себе на уме. Какие он тайны хранит, ей было не интересно, лишь бы разойтись с ним и больше его не видеть, но пока это невозможно. Страшновато было осознавать, что при желании он их с Мирункой может в порошок стереть и не обеспокоится, что она леди. Но было что-то мстительно-приятное в отказе командующему разделить с ними пищу в домике.
  
  Нина отпустила все тревоги, когда встала на лыжи и заскользила вслед за Даром. Обо всём думать и переживать нервов не хватит, а у неё ребёнок радуется свободе так ярко, что сама поддаётся его настроению и еле сдерживает себя, чтобы не пуститься на перегонки.
  Сопровождающие перешли на коньковый ход, чем удивили Нину, и они все ускорились в разы. Теперь оставалось только следить за дыханием и не отставать от мужчин.
  Озеро открылось неожиданно, и это вызвало восторженный "ах" у юного лорда. Он разогнался и, используя небольшой наклон, с гиканьем спустился, пытаясь резко затормозить, разворачивая лыжи боком, но не удержался и упал, что не умерило его радости.
  Нина увидев, что всё обошлось, так же разогналась и затормозила рядом с сидящим Даром, свершив свой излюбленный трюк и щедро осыпая его выбившимся из-под лыж снегом. Он не ожидал такой шалости от неё и неприлично раскрыл рот, а Нина засмеялась.
  Как же хорошо, когда нет рядом высоких стен, к которым незаметно привыкаешь, и теперь уже появляется обратный страх: начинаешь опасаться выходить за их пределы. Кажется, что они могут защитить ото всего и забываешь, что это всего лишь иллюзия, а самое страшное, что забываешь, как же хорошо за их пределами!
  Шатёр для леди и её воспитанника стоял отдельно, и им пришлось делить его. Нина проследила, чтобы мальчик ополоснулся, и помогла переодеться ему. Воспитанник всё делал сам, но убрать пропотевшую одежду, достать новую, вылить воду пришлось девушке.
  - Дар, только не бегай, опять вспотеешь, а мне некогда тобой заниматься, - дала наставление леди и выставила его вон.
  - Не волнуйся, - пообещал юный лорд и побежал осматривать, что находится в других шатрах и чем там вкусно пахнет.
  Нина подкинула топлива в маленькую печку, достала из некоторых лавок камни и положила их греться. После ополоснула себя, надела сухое бельё и заспешила снимать камни с плиты печки. Уронила, испортила ковер, но всё же ухватила нормально щипцами голыши и вернула их в лавки. Не расслабляясь, повторила процедуру со следующими камнями и начала подготавливать посуду, кастрюльку, столовые приборы на случай, если придётся угощать Селвина.
  Без помощницы было хлопотно, не оставалось времени передохнуть, перевести дух после лыжного забега, но Нина со всем управилась и к появлению ледяных выглядела привлекательно.
  В этот раз она даже подкрасилась, выделив глаза, губы. Долго сомневалась, надевать ли платье, но решила, что если она будет стоять и дрожать в нём, то жалкий вид ей обеспечен.
  Леди выглянула из шатра, посмотрела, где бегает Дар и, выдохнув, шагнула наружу. На неё смотрели во все глаза и сейчас это было приятно.
  Свои вояки глазели, видя, как она преобразилась и чинно вышагивает в сапожках, брючках и приталенной шубке. В ушах болтались массивные серьги, в волосах сверкали заколки, а сама леди улыбалась удивительно розовыми губами.
  Карандаш для губ всё ещё красил, а блеск как всегда придало масло. Вот тушь пришлось реанимировать, капнув воды. Может, она и потеряла в своём составе витамины, но чёрным подкрашивала до сих пор без проблем, как и коричневый огрызок карандаша для бровей. Нина давно уже хотела попробовать местную краску, но не решалась экспериментировать на лице. Всё-таки она на герцогском посту находится, и неловко окрашенные брови вызовут много смеха, который вполне может докатиться до столицы.
  Нина вошла в общий шатёр. Как в прошлый раз, стол был отодвинут в сторону. Её подозвали представители короля. Она с ними уже общалась, пока они сидели в крепости и принимали обоз, потом следили за его отправкой. Всё те же лица, ничего нового, и от этого спокойно на душе.
  - Все в сборе, миледи, можно начинать, - шепнули ей на ухо, и она приветливо улыбаясь, вышла вперёд.
  Ей навстречу шагнул совершенно новый ледяной демон. Высокий, широкоплечий, с кучерявой бородкой, со светлыми глазами. Нина боялась, что не узнает Селвина, но на неё с любопытством смотрел совершенно чужой и незнакомый. Видно, что оценил её как женщину, но до чего же это неприятно! Разве она для него прихорашивалась?
  Нина молчала. Видимо, непонимание отразилось на её лице, и чуть вперёд шагнул другой демон. Его она, кажется, видела в прошлый раз. Он старше Селвина, и да, это он в прошлом году пришёл за своим крулем к ней в шатёр.
  - Светлая герцогиня, перед вами представитель имперо. Достойный Адлар.
  Нина вынужденно кивнула, как будто что-то поняла, и приступила к переговорам.
  - Я, герцогиня Керидская, рада приветствовать вас.
  - Я вербум имперо Адлар, рад приветствовать вас.
  - Мы приехали выполнить договор между нашими народами.
  - Мы приехали выполнить договор между нашими народами, - вторил ледяной, но было, как в прошлый раз, никаких улыбок, игры глазами.
  Формальность с начала до конца. Нина зачитала прошлый договор и вышла.
  Она еле справлялась с постигшим её разочарованием. Дар догнал её и, схватив за руку, спешил за ней.
  - Это не он? Этот Адлар так смотрел на тебя! Мне не понравилось. Наш лорд командующий так же смотрит на зажаренный окорок, когда заходит на кухню к госпоже Ионеле и следит, как она вытаскивает его из печи.
  - Ты прав, малыш. Надень шапку.
  - Но где же тот?
  - Не знаю, ты же видел, меня никто не предупредил, я стояла как дура.
  - Нормально ты стояла, - буркнул мальчик, - и нечего паниковать. Ты же будешь о нашем подарке рассказывать, вот и спроси, где твой Селвин.
  - Он не мой, и вообще...
  Герцогиня развернулась, нашла глазами одного из своих сопровождающих и подозвала его.
  - Э-э, Вин? - Нина боялась, что неправильно запомнила имя молодого мужчины, но он утверждающие кивнул и счастливо разулыбался. - Видите вон того ледяного? Он постарше многих и сейчас смотрит на меня.
  - Да, ваша светлость, вижу.
  - Тихонечко, не привлекая излишнего внимания, особенного их главного, пригласите его ко мне, - склонившись, быстро зашептала она. - И, Вин, если получится, ненавязчиво узнайте его имя, а то неудобно.
  - Всё понял миледи, не беспокойтесь, - быстро ответил воин и заспешил в сторону демонов.
  - Дар, ты со мной?
  - Куда я денусь, - тяжело вздохнул мальчик, - мне ещё про отца узнавать, так, может, у него и выясню.
  - Славный мой, - прижала мальчика к себе Нина, - ты только напрасно не надейся, у них несколько городов, и кто знает, из какого твой отец. Да и жив ли он? Ты должен быть готов ко всему!
  Дар ничего не ответил, кивнул и потянул леди в шатёр.
  Казалось бы, времени прошло не больше часа, а все лавки холодные и снова пришлось заниматься камнями. Теперь помогал юный лорд. Он выкладывал камни на печь, а Нина снимала их щипцами, когда они нагревались, и вкладывала обратно в лавки. Тепло в шатре они восстановили, поставили здоровущий чайник на плиту и только тогда к ним прошмыгнул Вин.
  - Ваша светлость, того демона зовут Вилхелм, и он идёт к вам.
  - Спасибо тебе, Вин, лови, - Нина бросила ему монетку, эквивалентную четверти золотому.
  - Благодарю, миледи, - бодро отрапортовал он и скрылся.
  Как только герцогиня услышала, что воины, крутящиеся возле её шатра, начали спрашивать, кто идёт и по какому поводу, то она сразу выглянула:
  - Прошу вас, проходите, - получилось, что она держала полы шатра и оказывала честь гостю.
  Нина шубу с сапогами скинула, пока хлопотала с Даром в шатре, и предстала перед демоном в валеночках, на которых не было каблуков, в брюках, заправленных в них, и в расстёгнутой приталенной курточке. Вид получился домашний и немного странный в сочетании со сложной причёской. Серьги леди тоже сняла сразу, как пришла, а вот обратно многое надеть без Мируны не успела.
  Ледяной чуть растерялся, он не ожидал, что девушка неожиданно окажется меньше ростом. Маленькая, волнующаяся, очень живая и подвижная.
  - Вот сюда проходите, снимайте вашу одежду, у меня тепло. Дар, помоги нашему гостю, положи его тулуп ну-у... хотя бы сюда, - махнула она рукой.
  - Вас же Вилхелм зовут? - улыбаясь, спросила она, предлагая демону сесть.
  Нина понимала, что суетится, но никак не могла отказаться от земной традиции обязательно встретить гостя, показать ему радость, внимание, обиходить его, чтобы человек расслабился, не смущался. А тут она ещё и волновалась, не знала, как приступить к важному для неё делу.
  - Вы голодны? Я могу вас покормить, - предложила она. Не успел мужчина ничего ответить, как она продолжила:
  - Понимаете, я для Селвина приготовила подарок. В прошлый раз он так неожиданно... в общем, я ничем ему помочь не могла, но я хочу сказать, что не одобряю тот договор, и люди на перешейке тоже не рады ему. Не знаю, примет ли Селвин, но ему послано тридцать фургонов, они там, на дороге, и мне бы хотелось познакомить вас с тем, что я послала.
  Дар тяжело вздохнул и, видя, что вода в чайнике закипела, отодвинул его и поставил кастрюлю. Перелил в неё горячую воду, подождал, пока она заново закипит, начал говорить:
  - Милорд, Нина волнуется, что продукты, посланные вам, не все знакомы.
  - Это лорд Дар Алоиз, мой воспитанник, - не сумев скрыть гордости, вставила леди.
  Ледяной с самого начала был ошеломлен. Целый год подданные Селвина обсуждали, стоила ли светлая герцогиня того, чтобы потерять из-за неё голову или нет.
  Те, кто присутствовал на переговорах, описывали её как великолепную красавицу, снежную королеву с глазами цвета редчайших небесных топазов.
  Любая девочка в их роду, имевшая чуть более насыщенный цвет глаз, считалась любимицей Бога и подданной Снежной Королевы. Нину, выскочившую в первый миг из-за льдов на лыжах и щедро осыпавшую ледяных снегом, приняли за саму Зиму. Но у Зимы белые волосы, и позже многие решили, что она всего лишь любимица Зимней Девы.
  Была ли герцогиня безупречно хороша для демонов? Вовсе нет, у них живут девы краше её, но ни одна из них не обладала таким цветом глаз, волос, и не была столь тщательно ухожена.
  Нина ледяным казалась нереальной, фантастической фигурой, правда, флёр обожания немного развеялся после прочтения договора, но дома, когда описывали её, то вспоминали своё первое впечатление. Ледяным доводилось видеть вельфов, и их восхищали синие глаза жителей леса, но они находили цвет слишком тёплым, глубоким, неярким.
  Сейчас Вилхелм увидел в блистательной светлой герцогине удивительно милую, нежную, живую девушку. Её забота, беспокойство о нём подкупало, и даже если бы она была страшна, как Старуха Вьюга, то он всё равно бы поддался её очарованию. Их женщины по сравнению с ней резки, громогласны, требовательны и наглы, впрочем, мужчины отвечают им тем же.
  Вилхелм понял: только для того, чтобы пережить всю эту заботу о себе, он готов ездить на эти пропащие переговоры и делать всё, только бы его ещё раз пригласили в шатёр.
  Мальчик отвлёк его. Ребёнок был явно из их рода, но вёл себя по-хозяйски.
  "Лорд Дар Алоиз" - очень интересно!
  Вилхелм с любопытством смотрел на пацана. Всё в нём говорило о значимости. Уверенные движения, осанка, одежда, чуть покровительственное отношение к светлой. Она же смотрела на мальчишку с любовью. Могла бы быть матерью, но между ними ничего общего, ни капельки, ни снежинки...
  Юный лорд достал бумажную коробочку, раскрыл её и начал по паре штучек бросать в воду маленькие белые кругляшки.
  - Это пельмени, - важно произнёс он, - они хранятся замороженными. Вам послано их пять фургонов.
  Дар дал одну замороженную пельмешку в руку ледяному. Судя по удивлению, тот видел подобное впервые.
  Расчёт оказался верным.
  А Дар продолжал:
  - Очень сытная еда. Готовится быстро, надо кинуть их в горячую солёную воду и подождать, когда они всплывут. Можно ещё чуть поварить, но, в принципе, когда всплывут, то считаются готовыми.
  -Давайте сюда, брошу, а то таять начала, - Дар забрал пельмешку из рук Вилхелма.
  - Вы пьёте вино? - спросила Нина.
  - Однажды пил, - нахмурился он, - но мне не понравилось.
  - Да? Жаль, а то у меня тут бутылочка вина, и я хотела угостить вас.
  - Что это вы капризничаете? - точно копируя Мируну, неожиданно произнёс Дар, - наша светлость чуть не спилась, подбирая вино к сыру! А вы тут!
  - Дар, что ты говоришь! - попыталась дотянуться до него Нина и хлопнуть по чему придётся, но он ловко переместился.
  Мужчина улыбнулся.
  - Ну, если так, то не откажусь.
  - Понимаете, сыр тоже входит в посылаемые вам продукты, - продолжила пояснения леди, - он полезен всем. Детям, взрослым, старым, беременным. Он изготавливается из молока и его можно по-разному употреблять.
  Нина говорила, а сама расставляла на столе фужеры, резала сыр и ждала, когда демон откроет бутылку, но он наблюдал за ней и не двигался.
  - Сыр хорош с горячим напитком, если его положить на булку или белый хлеб, простите, не знаю, как вы называете хлеб из пшеничной муки. Мы попробуем сыр есть кусочками с вином, а если бы жарили мясо, то бросили бы его в конце жарки сверху, и он чуть оплавился бы, придавая новый вкус блюду. Вы не поможете мне открыть бутылку? - всё же обратилась она к мужчине с просьбой.
  Вилхелм помог бы, но, похоже, он никогда этого не делал. Он боялся сжать её слишком крепко, а поданное устройство не знал, как воткнуть. Дар обошёл печку и подошёл со стороны демона, забрал у него бутылку и мастерски ввёл в пробку штопор.
  - Дар, откуда ты...
  Юный лорд, чуть рисуясь, вынул пробку и разлил вино по бокалам.
  - Командир научил, я уже их столько наоткрывал, что мне даже ночами снится!
  - Ты...? - ахнула Нина.
  - Сам только попробовал, - прервал он её сразу же, - а они, - мальчик махнул рукой, - как напьются, только и знают, что бутылки портить.
  Нина сидела обалдевшая.
  "Боже, кому она доверила ребёнка? Чему его учат? Если она узнает, что её Дар ещё бегает и сдаёт бутылки, то она своими руками задушит того милого командира, что так раскланивается с ней при встречах".
  Вино девушка подобрала красное, так как сыр, получаемый в их сыроварне, обладал мягким, нежным вкусом. Мастера обещали со временем добиться более сильного запаха, резкого вкуса, чтобы он сочетался с белым вином, которое было распространено по королевству больше, чем красное, но пока Нина предлагала гостю лучшую комбинацию.
  Вилхелм осторожно взял фужер, подивился тонкой работе, сделал глоток. Было видно, что вкус его не впечатлил, но он ещё чуть выпил и как-то странно почмокал.
  - Вкус не сразу открывается, он меняется, главное не торопиться, - подбодрила его девушка.
  - Да, теперь я понимаю, как надо пить вино, - кивнул ледяной, и как-то быстро опустошил фужер, не попробовав сыра.
  Он подождал, когда леди нальёт ему ещё, но она не трогала бутылку.
  - Вином за столом занимаются мужчины, - подсказала ему Нина.
  Демону понравилось всё. Вино, сыр, пельмени, конфеты, колбаса, ещё вино, сухофрукты. Он раскраснелся, ел всё, что дадут и рассказывал.
  - Ох, и наделал дел этот ваш договор! Ближники Селвина едва отбивались от родов, желающих его сковырнуть. Имперо слал своих вербумов, это, миледи, значит "доверенных людей, несущих его слово", так вот слал и всячески ругал их устами нашего круля.
  - Вы кушайте, кушайте, - подсовывала рассказчику продукты леди.
  - Наши, конечно, злились на Селвина, но, по секрету вам скажу, нам всегда мало что доставалось от поставок с вашего королевства! Всё слали имперо в столицу. Платим мы, а жрут там! - демон с непривычки чуть захмелел и размахивал руками.
  - Нам присылают еду от разных крулей, обмен у нас налажен, напрасно жаловаться не буду, но ведь хочется хоть изредка и вашей еды попробовать, да детишек вкусным хлебом побаловать. Но вы не слушайте меня, это наши проблемы, внутренние, вам ведь интересно про Селвина? Вот эту штучку на сыр положите мне, очень вкусно, - прерывался Вилхелм, закидывал вкусняшечку в рот и продолжал.
  - А он ездил в центральный город, держал ответ перед имперо. Старый лут и так недолюбливает Селвина, так что оторвался на нём, раз повод подходящий случился. Три месяца наш круль работал на него, выполняя самую тяжелую работу вместе с самыми никчёмными жителями. Всё отработал Селвин, а имперо всё равно не разрешил оставить в нашем городе ни телеги с зерном, ни рулона с тканью. Получается, зря наш круль унижался! Доставлял радость скотине!
  Демон раскраснелся, начинал говорить на повышенных тонах, а Нина, зная, что хоть шатёр и двойной, но всё равно слышимость была отличная, успокаивающе гладила его по плечу, пока тот не начинал хватать её руку и пробовать целовать пальчики.
  Застолье прервала ввалившаяся Мируна.
  - Я здесь, - кричала она с порога, снимая лыжи, - миледи, меня донесли на руках досюда! Не поверите, я ничего не успела заметить, только нос замёрз, как бац - и я туточки!
  Она, наконец, управилась с ненужными лыжами, и вошла в шатёр.
  - Ой, - быстро начала раздеваться девушка, - миледи, всё объяснила, всё сдала, - оттараторила Мируна. Кинула взгляд на Дара и бросила ему:
  - Хайра никто на руках не понёс, так что он со всеми вернётся сразу к стене!
  Вилхелм с пьяным интересом смотрел за новым лицом, что было замечено горничной и её движения приобрели плавность.
  - Ох, давайте-ка, я приберу, да чистые бокальчики вам поставлю. Сейчас салфеточку положу, - и она закрутилась вокруг гостя.
  Нина вздохнула с облегчением, всё внимание демона теперь было щедро подарено Мируне.
  - Милорд, - обратился к ледяному Дар, - я хотел бы узнать, знакомы ли вы с Волдо?
  Вилхелм, не теряя из виду необыкновенную темноволосую красотулю с потрясающими обворожительными глазами, ответил:
  - У нас род Волдо не живёт, они в центральном городе. Зачем тебе эти зазнайки?
  - Я думал, что это один человек, а не род, - сник мальчик.
  - Глава рода - Волдо, а остальные к своему имени добавляют имя рода, - пояснил демон.
  - Видите ли, мы думаем, что Волдо - это отец Дара. Это имя мы нашли в записях тех лет, когда он мог путешествовать и познакомиться с юной леди.
  - Кхм, значит, глава рода. Другим не позволено шляться по вашим землям, слишком слабы, не выдерживают долго.
  Нине хотелось бы узнать, что значит "не выдерживают", но она уже слышала доносившееся оживление сквозь стенки шатра. Это означало, что все начинают готовиться ко второй части переговоров и времени не оставалось.
  - Понимаете, Дару было бы интересно повидать своего отца. Он обеспеченный молодой лорд, ему ничего не нужно от него, но просто хотя бы увидеть...
  Демон нахмурился, посмотрел на светлую герцогиню, на мальчика.
  - Малыш, твой отец очень влиятельный глава, но будь готов, что возле него бегает двадцать, тридцать твоих братьев и столько же сестёр. Поверь мне, я вот смотрю на тебя и вижу, что тебя любят, тобой занимаются, как любимым наследником. Лучше береги, то, что есть, чем гнаться за несбыточным. Тем более, ты, родившись на чужой земле, не можешь владеть нашими способностями.
  - Какими? - запальчиво спросил Дар.
  - Видеть и не слепнуть, когда вокруг бескрайний снег, перемещаться с большой скоростью, делать себя сильнее при необходимости, во много раз сильнее людей.
  - Я не боюсь холода!
  - У нас вроде есть те, что не боятся холода, но толка мало от этого умения и странно, что оно у тебя есть.
  А Нина подумала, что если все мальчику с детства твердят, что холод ему не страшен, то не удивительно, что внушили ему это чувство.
  Все замерли, слушая откровения Вилхелма, он совсем уже трезвым взглядом посмотрел на обеих девушек, на мальчишку и добавил:
  - Мы живём просто, куча ребятишек всегда окружает успешного ропака* (прим.авт.: "ропак" - у нас есть такое слово, это льдина, стоящая вертикально среди относительно ровной поверхности или выдающаяся среди других), но наследником становятся только дети от признанной перед Богом женщиной. Так что не мечтай напрасно, Дар. А вы светлая герцогиня, знайте, что Селвин показал вам, что ценит вас превыше всего в жизни и только то, что вы замужем, удерживает его от более пылких признаний. Хотя куда уж пылче, голову потерял с первого взгляда!
  - Подождите, а почему круль Селвин сейчас не приехал сюда, хотя бы просто поприсутствовать? - начала бодро, а закончила жалобно.
  - Так держат его взаперти сейчас, мало ли что ему в голову взбредёт, когда вас увидит!
  Снаружи начали искать Вилхелма, и он, раскланявшись, поспешил.
  - Какой внушительный мужчина, - замечталась Мируна, - сразу видно основательный, спокойный, добрый...
  Нина не стала слушать её восторгов, ей надо было собираться. Она по-быстрому привела себя в порядок и выскочила вослед демону. Предстояла вторая часть переговоров.
  Садиться напротив вербума имперо было неловко.
  Он нагловато рассматривал её, выражая своё восхищение, но, на взгляд Нины, подобное поведение было вульгарным. Она, приняв наиболее сосредоточенное выражение лица, чтобы сбить накал восторга, зачитала новый договор, он слово в слово повторял прошлогодний и, пожелав удачного обсуждения, вышла.
  Она слышала, что демоны задают вопросы, сколь долго будет отсутствовать герцог Керидский, и жив ли он вообще. Но сейчас её обязанности закончены и очень хотелось уехать, чтобы обдумать всё, что услышала. Мысли крутились вокруг Селвина, мешались, а ведь произнёс Вилхелм что-то важное, и если бы не понадобилось срочно уходить, то она додумала бы.
  Нина вернулась в шатёр.
  - Мируна, собираемся и уезжаем, - скомандовала она и, вытаскивая из волос тяжеленные заколки, замерла. Мальчик сидел никакой, раздавленный, несчастный. Вот тут до неё и дошло, что она упустила! Ребёнку в лицо сказали, что он дефективный и не обладает какими-то суперспособностями.
  Нина по-быстрому всё выдернула из волос, заплела косу, чтобы можно было надеть шапку, и опустилась перед подопечным на колени.
  - Дар, помнишь, мы говорили, что обладание замком - та ещё радость?
  - Помню, одни хлопоты и ответственность.
  - Правильно, так вот их способности наверняка не мешок сахара! Сам подумай, тебя ведь учат многому. Если они умеют ускоряться, то тратят на это энергию, значит, они очень зависимы от еды. Помнишь, нам показывали, как вода в один сосуд прибыла как будто из ниоткуда, но из другого в это же время убыло?
  - Помню.
  - Так и тут, представь, тело выдало потрясающую скорость и, соглашусь, в чём-то это удобно. Захотел - и быстро добежал до города, но потом, уверена, всех скоростников усиленно откармливают после этого. Иначе обессилят, высохнут и загнутся. Гораздо проще сесть в наш походный домик и спокойно доехать. Или вот, он похвастался силой. Да, их боятся, но что же они не отстояли перешеек?
  Мальчик поднял глаза.
  - Потому что нас больше, и мы умнее, - ответил он.
  - Правильно, - улыбнулась Нина. - Сила - это здорово, но нет ничего идеального! На силу можно ответить умом, удачей, в противовес умному найдётся мудрый, хитрый, и так до бесконечности. В прекращении войны с ледяными помогло договориться благородство. Тебе рассказывал учитель, почему именно Керидские здесь сидят?
  - Да.
  - Самое главное, чтобы любые умения приходились ко времени и к месту. Судя по оговоркам Вилхелма, они обладают своими уникальными умениями только на своих землях, и по этим же оговоркам я поняла, что жизнь их тяжелее нашей.
  - Вот, слушайте, что вам миледи говорит! - строго вступила Мируна, - А если вы хотите быть самым быстро бегающим человеком, то вам место среди слуг его величества. Ему будет очень потешно вместо гонца с лошадью отправлять вас, и смотреть, как вы быстро доставите почту! Это надо ж, чего удумали, грустить, что носиться быстрее лошади не можете! У меня вон чуть нос и уши не отмёрзли, пока меня на руках несли быстрее ветра по морозу. Подумайте только миледи, они у своих шапок уши опустили, и им хоть бы хны, а я одурела от холода!
  - Давайте собираться, нам ещё столько бежать на лыжах, - устало произнесла Нина.
  
  
  

Глава 16.

  
  Герцог
  
  До стены докатились на лыжах быстро. Леди, горничная, юный лорд - все были погружены в свои мысли и машинально переставляли ноги. Терпеливо ждали, когда их поднимут на стену, потом опустят, дальше вроде готовились ко сну и очнулись лишь на следующий день.
  Уже рассевшись в походном домике, окружённые суетой Мируны, попытались обсудить прошедшие переговоры.
  Нина проделала огромную работу за последние месяцы, но не чувствовала удовлетворения от неё. Она гоняла в голове множество мыслей, по-всякому объясняла свою деятельность разным людям, вовлекая их в работу, и везде звучала правдивая мотивация, но молчала она только об одном: о своём желании как-то ответить на жест Селвина.
  Никто не понял бы, а она не смогла бы найти слов, чтобы доказать, что это больше, чем романтическая глупость. Сейчас, когда она узнала, как дорого обошёлся договор крулю, её стремление помочь стало выглядеть более обоснованным, но почему она снова чувствует себя опустошённой?
  Как же всё сложно! Может, она действительно его любит?
  Но тогда это очень беспокойное чувство и крайне хлопотное. Разве любовь такова? Да и как можно любить того, кого плохо помнишь внешне и совсем не знаешь?
  Чем больше думала Нина, тем больше раздражалась. Закончила свои терзания, назвав всё большим геморроем, и уделила внимание Дару. Тот уже не так расстраивался, как накануне, но явно что-то затеял. Исподволь выспрашивая его, девушка узнала, что ребёнок составил планы по развитию в себе ловкости, скорости, выносливости.
  "Пусть", - подумала она, может позже успокоится, да и кто знает, что их ждёт. Хотя, к чему пессимизм, когда на руках целое состояние. Всё у них будет хорошо!
  Наконец, Дар и Нина обратили внимание на мечтательные взгляды горничной.
  - Мируна, только не говори мне, что запала на ещё одного старого хрыча! - воскликнула леди.
  - Что значит "старый хрыч!", он мужчина в полном расцвете, вон как глаз зажёгся, когда я ему еду подкладывала! - бросилась на защиту девушка.
  - Мируна! Да что же ты себе выбираешь таких... сложных мужчин! Надо же и головой думать, - рассердилась Нина. - Что тебя может связать с Вилхелмом, кроме одного-двух перепих... - леди хотела выразиться, но вовремя приметила прислушивающегося Дара, поправилась: - ...одной, двух, встреч.
  - Миледи, так ведь, и я не девочка! - с досадой плюхнулась на сидение горничная. - Некоторые в моём возрасте уже своих детей женят, а я всё болтаюсь, никому не нужная.
  Нина откинулась на спинку, подобрала ноги и устроилась поудобнее. Конечно, если считать, что одну из сестёр Мируны отдали замуж в пятнадцать, то да, детки уже немного подросли бы.
  - Ты, Мирунка, красивая девица, - неожиданно выдал Дар, - о тебе много в гарнизоне говорят. Только нос задираешь, боятся к тебе подходить.
  - Да? - искренне изумилась она.
  - Хитришь, ты Мируна, - устало констатировала Нина, - ты молодая, хозяйственная, честная девушка, и не поверю, что ты не видишь, как на тебя облизываются. Только ведь тебе никто не по нраву!
  - Ваша правда, миледи, - сокрушённо призналась она, - только и то верно, что неинтересны мне все те ребята, что на меня глазеют. Я ведь что тогда с лордом командующим связалась...
  - С ума сошла, при ребёнке! - осадила её леди.
  - Ой, да он от служак такого наслушается, а уж про меня и лорда наш милорд знает.
  Дар кивнул, подтверждая, что всё знает.
  - ...мне показался он очень интересным, как будто это не один мужчина, а много в одном. Он мог приказать, а мог и ласково попросить. Ничего не стоило ему развеселить, удивить, а мог молча все соки из меня выжать. Я не жалею, что была с ним, - торопилась выговориться девушка, - знала, что ненадолго, но не ожидала, что так закончится. Он говорил, что мне нечего бояться, что некоторые правила девушки из замка не соблюдают, и никто их не изгоняет.
  - Вот это меня и настораживает, Мируна, что лорд прекрасно знал, что делал, а мы до сих пор не понимаем, зачем. Я вам обоим говорю открыто: избегайте лорда командующего, не связывайтесь с ним! Если он крутит какие-то свои дела, то пусть с ним разбирается герцог. Понятно?
  - Да, - слаженно ответили мальчик и горничная.
  - А ты, Мируна, присматривайся к мужчинам помоложе, и уж тем более не к ледяным. У них, похоже, весьма свободные нравы. Впрочем, - Нина задумалась о своём, - впрочем, - повторила она, - если хочешь, то действительно можешь родить без мужа. Думаю, без мужчин обойдёмся.
  - А я? - возмутился Дар.
  - Да, что это я говорю, у нас есть мужчина! - улыбнулась леди, и прекратили обсуждать щепетильную бабью тему.
  
  Разъехались торговцы, представители короны, последним уехал господин Жондан, заканчивая свои делишки.
  Метания, терзания - всё отступило перед регламентированным распорядком дня. Нина, Дар, втягивались в привычные уроки, хлопоты, Мируна тоже не отставала, а Хайр вообще вспоминал переговоры без всякого душевного трепета.
  Иногда, когда леди Керидская появлялась в мастерских, то мастера благодарили её за то, что она попыталась наладить отношения с демонами.
  - Мы привыкли к спокойной жизни, нам нравится, что мы уверены в будущем своих детей и нам не нужны никакие конфликты, - говорили они. - Миледи, вы уж, когда будете в столице, объясните это королю, пусть он помягче будет с ледяными.
  Нина кивала, обещала, что герцог разберётся, а сама уходила. Неожиданная народная любовь её смущала почище неприязни. Если на неё смотрели угрюмо, то она знала, что делать, а тут от стольких слов, терялась, особенно, когда слышала, что на неё надеются, связывают с ней своё будущее. Людям невдомёк, что брак фиктивный.
  И всё же она не скрывалась в уединении, а причиной послужило её новая затея. За столом господин Лиридон пожаловался, что привезли станки для изготовления тканей, а обещанный мастер, который научил бы на них работать, заболел по дороге и ждать ли его, неизвестно.
  - Но зачем вам станки, - поразилась её светлость, - вы же не держите овец, не выращиваете лён, да и вообще не занимаетесь тканями!
  - Миледи, я посчитал и пришёл к выводу, что мы можем попробовать закупать шерсть и делать простую добротную ткань для солдат сами. Вы не представляете, сколько её нужно ежегодно, и мы могли бы изрядно сэкономить.
  - Я могу посмотреть ваш станок, - задумчиво протянула Нина, - если это знакомая мне модель, то наладить её несложно.
  - Миледи, вы меня поражаете своими знаниями! - воскликнули оба управляющих одновременно.
  - Я этот станок могу с закрытыми глазами разобрать-собрать, столько он нам с девочками-мастерицами крови выпил, пока мы его не запустили в работу, - с отвращением вспомнила Нина. - А всего-то оказалось, что маленькая деталька за год стояния станка без дела прогнила, и нарушилось сцепление между... - леди осеклась, чувствуя, что опять заводится, вспоминая гадкие станки. Но с другой стороны, с тех пор мастерицам Алоиза больше не нужны были никакие столичные наладчики. Всё сами соображали, смазывали, подкручивали, меняли.
  Вот со станка Нинина затеяла и началась. Станки были усовершенствованные, но она быстро запустила их в работу. Сложнее оказалось заставить женщин не бояться их трогать, поправлять, а иногда и пристукнуть, чем потяжелее.
  Но леди увлекла мельничка, заставляющая двигаться станок. Она вдруг представила, что если к ней подставить тележное колесо, то оно закрутится. А если колёса соединить планкой, то закрутятся два колеса. А если на колёсах сделать шипы, то не надо больше через стену на мороз таскать лошадей, а достаточно к телегам, фургонам, подставить эти шипованые колёса - и покатится самодвижущаяся машина по льду! Бинго!
  С той самой минуты, леди Керидская пропала для всех, кроме Дара. Мальчик, выспрашивая её о том, как всё будет происходить, вовремя озадачил проблемой тормозов. Нина голову ломала, что лучше: стопорить колёса вытаскиванием горячего камня из коробочки или позади фургона опускать штуку, напоминающую плуг. Решила оставить решение на потом.
  
  Она целый месяц порхала от одного мастера к другому, подгоняя размер колёс, шипов на них под свой походный домик и пыталась органично поставить двигательные мельнички так, чтобы не мешались внутри фургона.
  Воодушевление било через край, но когда она попробовала на деле свою задумку, то восторг сменился полным разочарованием. Единственной полезной вещью за всё время, что она сделала для домика, оказались боковые зеркала для кучера.
  Все остальные хлопоты потерпели полный крах. Фургон еле-еле сдвинулся с места, при этом приходилось бегать к каждой коробке и вкладывать туда горячий камень, оставляя водительское место, а дальше домик ехал по прямой. Ни повернуть его, ни быстро остановить, ни заднего хода, просто еле тащился по прямой! Ей мастера предложили поставить огромную оглоблю, при помощи которой, можно было бы чуть подкорректировать движение колёс, но сразу предупредили, что силы нужны мужские. Нина была подавлена, ей казалось, что раз есть двигательная коробочка, то дальше ей не составит большого труда всё организовать... и вот столько нюансов всплыло при проверке! Всё, что на Земле было чрезвычайно просто в использовании, воспроизвести кустарным способом соображения не хватило.
  К неудавшейся затее, на которую ушло столько время, добавилась новая проблема. Леди Керидской не выплатили оговорённое содержание. Управляющие пожимали плечами и просили подождать, предполагая простую задержку. Леди соглашалась, но проходили день за днём, и надо было решать, как поступать дальше.
  Либо она поддаётся сложившимся обстоятельствам, входит в положение - либо следует ею же оговорённым правилам.
  В контракте ясно прописано, что на седьмой день задержки выплаты она в одностороннем порядке разрывает договор. Ей стоило больших трудов убедить всех в основательности своей угрозы и сейчас предстояло либо доказать свои слова, либо юлить.
  Целый день она раздумывала и не могла решиться, боясь ошибиться. Ей хотелось познакомиться с герцогом и, быть может, воспользоваться шансом прекратить нестись по миру, не находя себе нигде места.
  Может, пасмурная погода навевала усталость от неопределённости, может, подрастающий Дар останавливал Нину от дальнейших поисков, но очень хотелось, наконец, найти себе пристанище. Не надо уже никаких страстей, не надо дрожания в коленках, пусть рядом будет интересный надёжный мужчина, который возьмёт все проблемы выживания на себя. А она родит ему ребёночка, одного, второго...
  Только Нина успокаивалась и принимала решения не суетиться, как начинали свербеть совершенно противоположные мысли. Она в другом мире, и откуда это упадническое настроение! Где самоуважение? Где тот стержень, который помогает не опускать руки? Какой пример она подаёт Дару, трусливо подстраиваясь под обстоятельства?!
  Под конец дня Нина, ненавидя себя за проявленную принципиальность, поплелась в храм. Народу никого не было, и она, оценив таинственную молчаливую обстановку в храме, попросила подойти главную жрицу. Вскоре та спустилась, они обменялись фразами вежливости и леди, показывая на нужные строки договора, попросила о разводе. Жрица молча зачитала условия, посмотрела удостоверяющие подписи и приступила к обряду.
  - Простите миледи, но я не могу провести развод, - вскоре сказала она.
  Нина не совсем понимала, как действуют жрицы, поэтому подумала, что той нужны ещё какие-то условия. Может, полнолуние, или пятый день после звездопада? Но женщина странно смотрела на неё, и девушке стало не по себе. Она вопросительно взглянула, не в силах выдавить ни слова, так как отчего-то в горле пересохло, и та не стала томить:
  - Вы уже разведены, - слова упали вместе с сердцем Нины. Она была ошеломлена. Пауза затягивалась. Стоять истуканом дальше было уже стыдно и пришлось надевать маску леди.
  - Спасибо, что сказали, - хотела уйти, но пустую голову на удивление посетила мысль спросить, - а как давно?
  - Следы метки уже не видны, значит больше десяти дней точно. Более ничего сказать не могу.
  Теперь уже Нина была раздавлена окончательно. Герцог в столице, на переговоры он не успевал, и решил делать свои дела, не торопясь, а леди-иностранка вполне может посидеть пока в неведении. Девушка попыталась изобразить улыбку:
  - Всё в порядке. Вы, наверное, догадались, что брак был вынужденной мерой, теперь милорд возвращается и всё у вас в герцогстве будет замечательно. Не стоит пока сообщать людям о разводе, они сами вскоре всё узнают.
  Жрица понимающе кивнула, Нина ответила ей тем же и начала переставлять ноги. Кажется, она вполне достойно дошла до дверей, а там подул ветер и её освежил. Какое счастье, что она решила быть принципиальной и всё узнала загодя! Неизвестно, когда ей собирались преподнести новость, что она уже просто залётная гостья, а не её светлость.
  
  Жрица не распространила весть о том, что фактически леди Керидской уже нет, уберегая людей от волнений и досужих сплетен. Спустя неделю управляющие получили письма с оповещением, что их любимый герцог возвращается. Нина не догадалась бы, если бы они не начали вести себя странно. Она заботливо поинтересовалась:
  - Что случилось, господа? У нас какая-то беда?
  - Миледи, - начал господин Лиридон, переглядываясь с Арлиндом, - мы при всём желании не можем сказать, об этом нас ясно предупредили в письмах, что мы получили, но ни я, ни мой друг не понимаем смысла делать из этого тайну.
  Нина смотрела на мужчин, им было явно неловко перед ней.
  - Герцог Керидский возвращается, - спокойно произнесла она.
  - Да, миледи, но откуда вы знаете? Хотя, это неважно, - уткнулся в тарелку Лиридон.
  - Миледи, я не знаю, будет ли у меня потом время признаться вам, но я считаю, что вы лучшая герцогиня, что была здесь за всю историю перешейка, и очень надеюсь, что вы останетесь с нами, - неожиданно высказался Арлинд.
  Нина поблагодарила за лестное мнение и тихо ушла. Вот такая штука жизнь, всё в ней всегда происходит не вовремя.
  У себя в покоях девушка устроила маленькое совещание. О том, что она уже не жена, было поведано только Дару, теперь же Нина обрисовала своё странное положение и перед Мируной и не бралась предсказывать, что её, всех их ожидает.
  По большому счёту, бывшую Керидскую должны были тихо сопроводить из крепости в столицу, что всех устроило бы. Но почему всё происходит столь таинственно, да ещё с зажимом денег за последний месяц, этого объяснить никто не мог.
  Ситуация настораживала, но срываться с места Нина боялась. У неё на руках скопилось почти восемьдесят килограмм золотых монет, и куда она без охраны поедет? Да и надо бы поставить точку в договоре, чтобы не придумывать потом всю жизнь, зачем она понеслась из герцогства и какие к ней претензии у короля?
  
  Герцог въехал красиво.
  Гордо сидя на коне, окружённый кавалергардами. Нина с Даром вышли на улицу вместе со всеми, накинув на плечи шубы. Его светлость озарил всех улыбкой, помахал рукой, кого-то даже дружески стукнул по плечу. Люди ему радовались искренне, шумно, даже со слезами на глазах, как будто их тут угнетали без него. Но это Нина сердилась и злилась на себя, что не надела шубу нормально, просунув руки в рукава, и теперь стояла, мёрзла в ожидании, пока его светлость всем уделит внимание.
  Наконец, черноволосый, статный мужчина подошёл к ней.
  - Миледи, - поприветствовал он её.
  - Милорд, - так же ответила ему Нина и добавила, - это лорд Алоиз, мой воспитанник.
  - Рад знакомству, лорд Алоиз, - вполне доброжелательно улыбнулся герцог мальчику.
  В доме не было ни одного портрета здравствующего герцога, а нарисованные предки больше походили на шаржи, поэтому землянка представляла Керидского по-разному, в зависимости от настроения. То он был слащавым красавцем, то мужественным симпатягой, то казалось, что он должен быть похожим на короля и быть просто нормальным мужчиной. Но его светлость не оправдал ни одно из её ожиданий.
  С первого взгляда он ей не понравился: чёрные пронизывающие глаза, прямой острый нос, тонкие губы на крупном подбородке, который внизу некрасиво чуть раздваивался. Очень колоритный тип, от которого сложно было оторвать взгляд, и был он чем-то похож на Куштим. Нина смотрела на него и не могла понять, какая черта держит его на грани красоты и уродства.
  Мелькнула злорадная мысль, что стоило бы близкому кругу короля снизить количество близкородственных связей. Но вот он улыбнулся и стал необычайно обаятельным, а леди испытала чувство стыда. Нине очень повезло, что её обычную, приятную внешность, здесь восприняли за редкую красоту, а она позволяет себе критиковать мужчину за выдуманные внешние недостатки. Вон как женщины пищат при виде него!
  
  Его светлость по приезду прошёл в свои покои и больше не выходил. Даже еду приказал подать к себе в комнаты. Его желание уединиться было понятно. Мужчине требовалось отдохнуть от дороги, от множества лиц, окружавших его беспрестанно.
  Наутро он вышел к завтраку и занял место во главе стола. Нина спокойно ела рядом, управляющие поприветствовали его, и дальше, без лишних слов, покончили с трапезой. За обедом произошло почти тоже самое, только вообще все сидели молча и ели.
  Нина не понимала, когда ей скажут о том, что она больше не леди Керидская, но сама не лезла выяснять свой нынешний статус. Господин Арлинд выглядел чрезвычайно занятым и, походя объяснил леди, что герцог нервничает, дожидаясь своего обоза с трофеями.
  На ужин она решила не идти, слишком натянутая обстановка получалась, и леди отправила только Дара поесть. Тот, вернувшись с ужина, сказал, что его светлость тоже не приходил есть. Нина чертыхнулась, что зря из-за него пропустила ужин и поспешила восполнить упущенное. Ей могли принести еду в покои, но потом слишком долго пришлось бы ждать, пока выветрился бы раздражающий запах еды.
  Она спокойно шла, зная, что в столовой пусто и думала о том, что ей не сообразить, как нужно вести себя с герцогом. Они (и герцог, и король) молчат о договоре и усложняют этим её положение, а она в отместку тоже молчаливо выжидает, получается, что все ведут себя обидчиво.
  Леди приостановилась, показалось, что слышит женскую речь. Оглянулась - никого. Тогда Нина на цыпочках приблизилась к открытой двери в столовую и попробовала посмотреть в щель между косяком и дверью. Крайне интересная картина предстала перед её глазами.
  Госпожа Вибек, одетая в весьма дорогой костюм, стоит неприлично близко перед Керидским на коленях. Он, откинувшись на спинку мягкого стула, чуть прищурившись, снисходительно-пренебрежительно смотрит на неё, а она торопливо жалуется на кого-то. Нина перестала смотреть, подставила к щели ухо.
  - ...соблазнила обоих управляющих, заигрывала с лордом командующим, бесстыдно выставляла свои прелести напоказ. Мы тут все со стыда сгорали!
  Нина поменяла положение и посмотрела на Вибек. Та почти касалась колен мужчины и понижала голос, чуть растягивая слова, отчего речь выходила томной, и складывался диссонанс от смысла слов и интонации. А Нина хмурилась и не могла понять, кто так досадил Вибек, что она столь душевно распинается.
  - ...предложила себя демонам, открыто, при всех!
  Нина дёрнулась и ударилась головой о стену.
  "Вот так пестики-тычинки!" - обомлела девушка, поняв, о ком жарит непристойности принарядившаяся управляющая.
  Первое желание было войти и что-нибудь сделать, но ощущение дежавю остановило.
  Бывает так, что сходятся все пазлы, и картина проявляется с поразительной ясностью и очевидностью.
  Сначала щёлкнуло в памяти, как Вибек ходила тенью за Куштим, этакая преданная наперсница, доверенное лицо. Потом вспомнилось, как леди Куштим точно также, как она сейчас, стояла за дверью кабинета управляющего и подслушала разъярённую Нину. Следующий пазл подкинул воспоминание, когда она летела в столовую разбираться с командующим, а после его ухода выманили и её. Точно, выманили! Она тогда подумала, что затеяна драка.
  Нина потёрла виски, подгоняя очередной пазл. Странная женщина на границе, которая требовала справедливости для своего мужа. Она утверждала, что отвлекали герцогиню по велению Вибек, и она же потом, став леди-хозяйкой, рассчитала мужчину, услав его подальше.
  Бывшая леди Керидская, ныне снова Нарибус, выпрямилась, обошла дверь, за которой стояла, и тихо вошла в столовую. Вибек уже позволяла себе ручками гладить герцогские колени, но это не волновало Нину.
  - А ведь это ТЫ подстроила так, что леди Куштим сорвалась и подсыпала мне снотворное в смертельном количестве, - в тишине произнесла она, потеряв всяческое уважение к женщине.
  Герцог даже не дёрнулся помочь встать Вибек, лишь заинтересованно посмотрел на вошедшую леди.
  - Она ревновала, - спокойно роняла слова леди, выстраивая их в логическую цепочку для себя и герцога, - измышляла, как навредить мне, но об убийстве и не думала. Не так ли?
  Миледи пыталась увидеть смятение на лице, испуг, но Вибек держала маску невинно оскорблённой. Бывшая её светлость маленькими шажками приближалась к застывшей паре, перекрывая выход и продолжая разоблачать:
  - Леди Кушим не повезло услышать, как я негодовала в ответ на её поступок по отношению к моей горничной и, испугавшись моих угроз, она поделилась с тобой своим смятением. Да в тот момент ей и говорить ничего не надо было! Она была ошарашена моей злой реакцией, а ты ловко воспользовалась благоприятной обстановкой. Не удивлюсь тому, что ты заранее подготовила ещё что-нибудь, чтобы вывести леди Куштим за пределы разумности, но случайности произошли очень кстати и выгодно. Но вернёмся к фактам!
  Дальше Нина перестала рассуждать, а произносила слова жёстко, вбивая их словно молотом:
  - Леди Куштим не смогла бы быстро сбегать за снотворным. А всё происходило в считанные минуты.
  Нина, смотря в глаза Вибек, сделала шаг вперёд.
  - Она не успела бы подговорить слуг, чтобы те отвлекли меня, ведь она едва стояла на ногах от того, на что решилась.
  Нина ещё сделала шаг и, не отрывая взгляда, впитывая внутреннее беспокойство Вибек, продолжила говорить:
  - Я догадываюсь, какими словами ты распалила её больную ревность и подтолкнула к решительному действию, но как только ты всё устроила, то тут же сдала её.
  Герцог выгнул бровь.
  - Да, ваша светлость, именно госпожа Вибек вовремя шепнула мне об отравлении. Видите, какая ловкая женщина.
  Нина опёрлась на спинку стула, придвинутого к столу, и продолжила:
  - Прекрасная актриса, за считанные дни из невзрачной тени превратилась в красавицу, но, что особенно интересно, поменялась не только внешность, ваша светлость. Я вижу, как изменилось её поведение, осанка, взгляд. Более того, могла ли та госпожа Вибек, что мы все знали, вести себя так, как сейчас вела себя нынешняя, наглаживая вас в общей столовой по ляжкам?
  - Не уверен, - поочередно поглядывая на двух женщин, произнёс герцог, - Ада не потерпела бы распущенность рядом с собой.
  А Нина приблизилась к Вибек, выражая всем своим видом, что преступление доказано, норовя тем самым вывести ту из себя, но женщина не спешила сдаваться.
  - Подозреваю, что госпожа Вибек только изображала строгую, верную даму, а сама она из девиц вольного поведения. Не так ли?
  - Милорд, - бросилась домоправительница на колени и умоляюще сложила руки, - не позволяйте меня оклеветать!
  - Думаю, - не отступала леди Нарибус, - если знать, о чём спрашивать леди Куштим, то мы узнаем, сколь значительную роль сыграла в недостойном деле её помощница. А слугу можно спросить хоть завтра, он с удовольствием расскажет, кто отдал приказ отвлечь меня. И я считаю, что эта женщина виновата не меньше леди Куштим, а даже больше. Для меня всё обошлось, а вот ваша родственница теперь пожизненно заклеймена позором, и кто знает, совершила бы она тот поступок, если бы не подзуживание этой дамы?
  - Надо же, как у меня дома интересно, - насмешливо произнёс герцог и оттолкнул ногой от себя прижимающуюся к нему Вибек. Она упала на попу, Нина добавила в её сторону провоцирующий презрительно-победный взгляд, и та всё же сорвалась:
  - Тварь! - кошкой вспрыгнула она из неудобного положения и быть Нине неприлично растерзанной, если бы не мгновенная реакция и феноменальная ловкость герцога.
  Он как будто тоже ожидал, что женщина вот-вот сорвётся, и в долю секунды сменил расслабленную позу на прыжок, хватая Вибек со спины за волосы. Женщина вскрикнула, схватилась за голову, но он не жалея её, дернул сильно назад.
  - Не смей прикасаться к леди, - выдавил он из себя и откинул управляющую к стене.
  Нина внутренне сжалась. Она ожидала, что Вибек сорвётся, но прыжок герцога и его резкость оказались пугающими.
  - Арлинд! - рявкнул он на весь замок, - Арлинд!
  Нина отступила назад.
  Она обвиняла Вибек, чувствуя, что права, но тревожилась, что не сможет найти веских слов в плане доказательств. Поэтому леди пыталась спровоцировать домоправительницу словами и жестами. Ей показалось, что своей насмешливостью герцог подыграл ей, но когда он жёстко схватил управляющую за волосы и отшвырнул, Нина осталась в немом шоке. От лорда Керидского веяло опасностью и непредсказуемостью.
  В дверях появился господин Арлинд, непонимающе он окинул взглядом обстановку, вопросительно посмотрел на герцога.
  - Её в подвалы, - кивок головы в сторону Вибек - и всё. Его светлость вернулся на своё место, взял нож с вилкой и принялся доедать одиноко лежащий на тарелке кусок остывшего мяса.
  Управляющий вопросительно посмотрел на леди Керидскую, заметил, что та напугана. Нина, преодолевая стресс, всё же сочла нужным пояснить Арлинду:
  - Есть подозрения, что эта женщина не та, за кого себя выдаёт. Будьте с ней осторожны, не поворачивайтесь спиной.
  
  Нина и Керидский остались одни.
  - Присаживайтесь, - милостиво пригласил он, - сейчас нам принесут горячее. Зря вы отказались от присутствия слуг во время еды, это неудобно в некоторых случаях.
  - Не люблю, когда я ем, а кто-то стоит и смотрит, - тихо произнесла леди.
  - Как вы здесь так поздно оказались? - Керидский взял тон, как будто ничего только что не произошло. Он спокойно сидел, ел, вёл беседу.
  - Не хотела есть, но сложившийся режим питания одолел, и я всё-таки решила прийти. А вы?
  - А я накусочничался за день, думал, больше не хочу, но передумал.
  В столовую вошли две служанки, они ловко расставили заново подогретые блюда с едой и обслужили припозднившихся едоков. Наступила тишина, герцог и леди ужинали под взглядами девушек.
  - Предлагаю продолжить наше общение в оранжерее. Мне там надо осмотреться, что не помешает беседе.
  Нине оставалось лишь согласиться. Его светлость был вежлив, придерживал её за локоть на ступеньках, не торопился, примеряясь к шагу спутницы. Войдя в оранжерею, он остановился и вдохнул полной грудью.
  - Хорошо!
  - Да, - повторила Нина, - действительно, здесь хорошо дышится.
  - Я остался без управляющей, не согласились бы вы занять её место?
  Нине чуть не выпалила: "Не хочу и не могу".
  - Простите, но я не вникала в ведение замка. Поэтому нет смысла предлагать мне даже временную должность, пока вы не найдёте замену.
  - А вы что, намереваетесь уезжать?
  - Мой контракт закончен, я встретила вас, теперь готовлюсь к отъезду.
  - Хм, я думал, вы захотите задержаться.
  Девушка не ответила, надеясь, что по её лицу промелькнуло достаточно недоумения на предположение герцога.
  - Ну что ж, ваше право. Сообщаю, что мы с вами в разводе, - и снова смотрит чуть насмешливо, однако Нине удалось удивить его:
  - Я знаю. Я ходила к жрице за разводом, и она мне сказала, что метки нет.
  - Хм, никогда ещё леди от меня добровольно не отказывались.
  "Этого ещё не хватало", - с досадой подумала землянка, видя, что его светлость сильно задет.
  - Я же вас не знала, поэтому мне это было сделать легко.
  - А теперь, когда мы познакомились? - лукаво улыбнулся он.
  "Теперь и подавно".
  - О, мне остаётся только кусать локти, что моё замужество с вами в прошлом, - попыталась пошутить Нина, и герцог, удовлетворившись ответом, перешёл к делам:
  - Вы очаровали моих сухарей-управляющих, вас любят мои подданные, более того, вы мне симпатичны, - и смотрит на неё.
  - О, я несколько растеряна. Знаете, мне тут было неплохо, но я вовсе не купалась в любви и обожании, как вы сейчас говорите, - произнесла леди, добавляя благодарный взгляд за прозвучавшее признание. - И мне лестно, что известный путешественник, автор многих бесценных книг, да и вообще, такая незаурядная личность, как вы, находит меня симпатичной.
  - Кхм, вы ловко льстите, но я вправду выдающийся, иначе мне многого не простили бы. Готов признать, что вы тоже в некотором роде выдающаяся личность. Я уже знаю о вашем вкладе в развитие моих земель, о том, что вы попытались сгладить взаимоотношения с ледяными. Одобряю все ваши действия. Мне жаль, что вы не можете остаться моей женой. Уверен, у вас хватило бы ума приспособиться ко мне и стать моей опорой, но мне нужен наследник.
  Нина слушала откровения герцога и внутри обалдевала от его самовлюбленности. Многое он действительно заслужил, но... нет, такая искренность даже подкупала, но... нет, она не могла оформить в слова свои впечатления от его светлости. При словах "мне нужен наследник", она не сдержала благожелательное выражение лица и, видимо, отразила вопрос: "Разве это проблема?", - потому что герцог тут же ответил:
  - Миледи, вы хороши собой, есть в вас нечто особенное, но годы не скроешь, вы стары, - и смотрит так сочувственно, да ещё погладил успокаивающе по ручке.
  Леди Нарибус смотрела на него, раскрыв глаза, и как рыба, открывала-закрывала рот. Керидский счёл поглаживания ручки достаточным успокоением и продолжил прогулку по дорожке.
  - Мне сосватали замечательную девочку, леди Анели Болдер.
  - Но ей же нет даже четырнадцати!
  - Вот и хорошо! Она поживёт здесь, обвыкнет, полюбит меня. Я не кидаюсь на детей! Исполнится пятнадцать, тогда проведём обряд. До этого ей необходимо многому научиться. Я подумал, что вы могли бы взять опеку над ней, мне было бы приятно.
  Нина чуть отвернулась, чтобы скрыть эмоции, которые не желали скрываться под маской доброжелательной вежливости.
  - Милорд, вы очень разумно подходите к делу, - собралась с силами леди Нарибус, - и ваш выбор невесты прекрасен, - смысла возражать не было, ведь всё уже свершилось. - Однако не сомневаюсь в том, что с юной леди родители отправят женщин, которые пользуются их безусловным доверием и им будет поручено подготовить девочку ко всему. Меня же дамы и леди воспримут в этой ситуации как разрушительницу будущего семейного очага, что навредит спокойной обстановке в доме и вам.
  - Да? Вы уверены? Впрочем, наверное, так и случится, у вас, женщин, всё очень сложно.
  - К тому же вам надо подыскивать управляющую. В вашем замке много технических новинок, за эксплуатацией которых надо уметь следить, поэтому не всякая хозяйка вам подойдёт. Быть может, дамы, сопровождающие леди Болдер смогут оказаться вам полезными в этом деле. Всё-таки они из богатого дома.
  - Мне Лиридон рассказал о вашем участии в налаживании ткацкого станка, так что не стоит принижать себя. Я понял, что вы не хотите оставаться ни в качестве кого.
  Леди Нарибус ничего не ответила: догадался, ну и молодец. Его светлость остановился, осмотрелся и подал руку девушке. Они сошли с дорожки и прошли по траве к чайным кустам.
  - Я привёз их из своего первого путешествия. Мне очень понравился напиток, изготовляемый из их листьев, но каюсь, не удосужился узнать, как их подготавливают перед использованием. Здесь мы попробовали их заваривать, сушить, но быстро потеряли интерес к ним, а я, признаться, забыл про эти кусты. Зато вынес урок, что мало привозить диковинки, надо узнавать секреты, касаемые их. Я очень доволен, что вы доказали всем, что мой первый трофей - не пустышка.
  Нина склонила голову, принимая похвалу.
  - Через несколько дней прибудет мой обоз вместе с невестой. Подозреваю, что вы не захотите дожидаться тёплых дней и покинете мой замок раньше. Куда вы поедете?
  Леди не могла сообразить, говорить правду или сказать, что ничего ещё не ясно. Его светлость сверлил её взглядом чёрных глаз, от чего становилось не по себе, и ничего не оставалось делать, как сказать то, что на уме:
  - Наверное, в столицу, там поживу, пока не подберу себе имение для покупки.
  Мужчина прищурился, а Нина посмотрела в сторону, лишь бы не на него. Есть в нём что-то магически притягательное, не хочешь, не нравится, а признаешь его силу, обаяние.
  - Плохо, очень плохо. Вы меня выручили, поэтому слушайте. Надеюсь, вам хватит ума и смелости не отмахнуться от моих слов. Ни на чём настаивать не буду.
  Нина напряглась не только от смысла фразы, но и от тона. Герцог продолжил:
  - Юные восторженные головы в столице, услышав о вашем вмешательстве в подписанный договор, начнут или уже начали, восхвалять вас. Это будет раздражать королевскую семью. А мой друг и так предубеждён против вас. Во-первых, ему до боли в здоровой печени жалко денег, выплаченных вам за присутствие на моих землях. Он мне уже высказал, во сколько ему обошлось моё путешествие. Добавьте к сумме своего гонорара деньги, потраченные на вызволение меня из брачного плена - и вы его поймёте. Во-вторых, вся ваша хозяйственная деятельность привлекла внимание сидящих ныне в тени прошлых наших королей, что вам совершенно не нужно и опасно. В-третьих, наша королева Алечка. Она играет на опережение всех возможных проблем и собирается убрать вас.
  - Как убрать? - прошептала Нина, вспоминая какой милой была её величество.
  - Как получится, но желательно так, чтобы до вас не дотянулся её свёкор, а у него руки длинные.
  Леди Нарибус поняла, что не дышит и резко хватанула воздуха. Если раньше, со слов Милуша она знала о деталях, то теперь перед ней весь расклад.
  - Спасибо, что обрисовали моё положение. Я не предполагала, что стою на лезвии ножа.
  - Красиво сказали, миледи. Пока вы здесь, я могу вас защитить. Делайте выбор, зная все нюансы.
  - Я... - леди замялась, - ...не знаю. Надо думать, но сидеть на месте - это как смириться. А если я уеду путешествовать на год, два, могу ли надеяться, что страсти вокруг меня утихнут?
  - Ну, если вы пострашнеете, то, вполне возможно, больше не будете привлекать столько внимания. Думаю, вам достаточно лет пять для этого провести за границами королевства. Годы странствий ведь никого ещё не молодили!
  - Спасибо, ваша светлость, - выдавила Нина.
  Он галантно поцеловал ей ручку:
  - Вы заслуживаете участия, - произнёс мужчина со всей возможной теплотой. - Я помогу вам тайно проехать мимо столицы, вам надо только решить, куда вы поедете.
  - Милорд, мой воспитанник хочет найти отца. Да и мне покоя не даёт ваша слава первооткрывателя, быть может, я отважусь съездить в ледяное королевство. Тогда и столицу посещать не придётся.
  - Хм, я наслышан о симпатии к вам Селвина. Он достойный мужчина, уважаем своим народом. Если он вас примет, то у вас действительно есть шанс посмотреть земли демонов, если нет, то очень маловероятно, что вы не погибнете.
  - Я ещё не уверена, но вы поможете мне собраться, если я решусь?
  - Да, миледи. Я помогу вам в любом случае, тем более, если вы соберётесь к ледяным. Нас, путешественников, слишком мало, первооткрывателей неизведанного, чтобы не поддержать друг друга.
  - Благодарю вас, милорд, вы великий человек.
  Нина оставила его светлость в оранжерее, не желая с ним даже просто беседовать.
  "Ну его куда подальше!" - думала она.
  Хорошо, что у него есть желание помочь ей, но у этого выдающегося деятеля вполне может оказаться своё вИдение помощи.
  "Пока достигнут консенсус, надо пользоваться моментом".
  Леди Нарибус торопилась к себе.
  Некоторая некомпетентность в обладании титула леди её сейчас очень расстраивала. Всё-таки мало быть образованным человеком, у всех этих леди и лордов в крови какое-то особое восприятие жизни.
  Вроде приличные люди, но если кто не по нраву им, то ни в мозгу нет препятствий, ни рука не дрожит убрать соперника. Как будто ты не человек уже, а досадное недоразумение, и они очень искренни в своих чувствах, вот что добивает! Нет, все эти выверты не для неё!
  В мире и так всё сложно, хорошие-плохие, порядочные-бесчестные, злые-добрые, поди, разберись, а тут ещё новая градация! Как жить? Чему учить Дара? Вдруг она навредит ему своим воспитанием и будет он дон Кихотом?!
  Нина, спешащая к себе, резко развернулась и отправилась на кухню. Ей захотелось самой сделать для себя успокаивающий чай, а то она накрутит себя, а сейчас не время для душевных терзаний. Да ещё надо предупредить госпожу Ионелу, что ей придётся некоторое время самой составлять меню, но, главное, присматривать за тем, как накрывают на стол, убирают, что понравилось лорду, а что лучше больше не готовить. Да и с выдачей денег на траты надо что-то решать, но это пусть Арлинд отслеживает.
  
  Разговор со всегда благожелательно настроенной госпожой Ионелой успокоил леди Нарибус. Она честно предупредила женщину, что грядут перемены, и может случиться как хорошее, так и плохое.
  Незаметно подошло время ко сну, и надо было зайти к Дару, он ждал вечернюю сказку. Нина, поддаваясь настроению и размышлениям о касте аристократов, рассказала ему "Волшебную лампу Аладдина", делая акцент, что не просто приходится человеку, когда он вдруг занимает чужое место. (прим.авт. - ориентируйтесь, пожалуйста, не на мультик, а на книгу или старое кино про Аладдина)
  Утром Нина поделилась своими планами с Даром и Мируной. Та шумно вздыхала, когда леди говорила, что отправляется к демонам исключительно для того, чтобы посмотреть на отца мальчика.
  - А я вот признаюсь! - видя, что на её вздохи никто не реагирует, выпалила она, - что меня интересует лорд Вилхелм и хочу разузнать о его жизни больше! Что плохого в том, что женщину привлекает мужчина? Примите, наконец, что вам нужно встретиться и узнать поближе круля Селвина.
  - Мируна, ты нахалка! Ты знаешь об этом? - вспылила Нина.
  - Я не нахалка, не нужно усложнять то, что просто! - философски заявила она.
  Леди Нарибус отвернулась.
  - Нин, ну чего ты? - потеребил за руку Дар. - Я тебя очень понимаю. На кухню к госпоже Ионеле прибегает дочка, она милая, уютная, а ребята её дразнят толстухой. Я сколько раз хотел сказать ей, что она хорошая, но никак не могу.
  - Зато драться и рвать рубашки вы можете! - тут же вставила Мируна.
  Нина вздохнула и обняла мальчика. У них одна проблема на двоих, а горничная оказалась в оппозиции.
  - Увижу лорда Вилхелма, да так и скажу ему открыто, что понравился он мне, и я хочу от него ребёночка! И мне без разницы, будет он помогать мне или нет. Я ведь не лохмотница какая-нибудь, у меня работа есть, положение! Правильно я говорю?
  Нина не выдержала, рассмеялась.
  - Правильно. Куда мы без твоей заботы!
  - Вот! А я не подведу, миледи. У меня в семье все крепкие, в поле до последнего дня работают, родят - и дальше работать, - принялась убеждать горничная. А потом вдруг всплакнула и призналась: - Я с вами, миледи, столько всего нового узнала, такое чувство, что спала раньше, а не жила. Для меня весь мир заключался в замке Алоизов, а с вами я в столице побывала, столько земель мимоходом посмотрела, здесь пожила и сколько разных людей увидела. И никогда ничего не боялась с вами! Хотите - верьте, хотите - нет, но вы понадёжней любого мужика будете!
  "Вот и ещё один сомнительный комплимент", - подумала леди, но Мируну обняла, всё-таки эта наивная вера в неё льстила.
  Бросились обсуждать, как поедут по землям демонов, что с собой нужно брать в первую очередь, и даже не прозвучал другой вариант событий.
  С Хайром Нина рассчиталась на следующий день, зная, что он волнуется об оставленной женщине, но он решил задержаться, помочь в сборах, и выехать в один день с Даром.
  Хайр, внимательно осмотрев походный домик леди, нашёл несколько изъянов:
  - Миледи, а где вы будете держать дрова?
  - Дрова?
  - Да. Крошечная печка для готовки и обогрева у вас есть, топить углём слишком грязно, поэтому остаются дрова. Вам в пути быть не один день и среди льда вы не найдёте топлива даже чтобы разогреть горячие камни.
  - Но...
  - Вам не обойтись без ещё одного фургона. К тому же необходимо взять корм для лошадей, вы же оставили свою затею самоходки?
  - Оставила, - вздохнула леди.
  - Вот, на ночь лошадок лучше загнать в фургон, чтобы защитить их от ветра. К тому же надо подумать, что можно сделать для укрепления обоих домиков и обезопасить их от хищников.
  - О, Богиня! Хайр, по вашим словам выходит, что мы совершенно не готовы! К тому же ещё один фургон! Кто его поведёт?
  - Разве вы не берёте охрану?
  - Э-э, - слова "вообще-то нет", остались непроизнесёнными, - э-э, ещё не знаю, кого герцог выделит, - выкрутилась Нина.
  - Можно попробовать прицепить к вашему домику фургон, так делают в обозах, но потянут ли лошадки, если стенки обить железными листами?
  "Не потянут", - но вслух сказала:
  - Посмотрим, придумаем что-нибудь.
  До чего же дотошным человеком оказался Хайр! Нет, конечно, он сделал дельные замечания, но как же не хотелось признавать, что всё ужасно. А самое главное, Нина меньше боялась мороза, чем охраны, и всё из-за золота. Слишком большое искушение для простых людей. Достаточно, чтобы в сопровождающих оказался один гнилой человек, и он погубит всех в целях наживы.
  Нина попрощалась с учителями Дара, поблагодарив их за работу, видя, что подопечный последние дни начал уделять всё свободное время тренировкам стрельбы из лука, метанию ножа и другим военным хитростям, сильно уставая.
  Домик-карету Нина не дала обить железом, только окантовку по низу сделала с длинными острыми стержнями. Их можно было прижать к стенкам домика и казалось, что карету обрамляет заборчик, а можно было опустить, и крупное животное не могло подойти из-за торчащих острых пик. Даже дверь не стали укреплять железом, потому что зверь мог её целиком при нужде выбить из стены. Зато прорезали окошечко и закрепили рядом несколько мешочков со жгучим перцем.
  Но самым муторным оказались уроки по уходу за лошадьми. Всё сваливать на Мируну было нельзя, Дар был знаком с обычными лошадьми, а у выведенной породы для использования за стеной имелись некоторые особенности. Нина страдала, запах животных её раздражал, забивал нос на несколько часов, но училась.
  
  От гонки сборов Нину отвлекал герцог. Несмотря на занятость, он заинтересовался землями, из которых прибыла Нина и расспрашивал её, отвлекая от работы. Он гораздо лучше лорда Ветуса и лорда Луана представлял себе, где какие земли находятся за пределами известных стран, и после тщательного опроса про времена года, размеры родных для леди территорий, он пришёл к выводу, что её закинули через океан. Леди Нарибус покорно согласилась.
  Из оговорок Керидского Нина догадалась, что тот приступает к подготовке путешествия по неизведанному материку, который прикрывает течение. Как он собирался туда попасть, где найдёт смельчаков, во сколько это выльется герцогству, его светлость ещё не знал, но главное с чего-то начать.
  Он начал со сбора информации.
  Хотелось спросить, как же его молодая жена, но Нина справедливо решила, что о девочке будет кому позаботится. А вскоре прибыл огромнейший караван с герцогскими вещами и приданым леди Анели Болдер.
  Что это была за встреча! С невестой прибыли несколько компаньонок, роль которых заключалась не только в воспитании девочки, но и в защите её интересов. А это означало, что две дамы надёжно будут держать место в постели Керидского, пока подопечная не подрастёт.
  Весь прибывший коллектив необычайно радушно раскланялся с леди Нарибус, оставив его светлость весьма удовлетворённым проявленным дружелюбием, но Нина сразу поняла, что со сборами надо поспешить.
  Прибывшие леди - не чета той же провинциалке леди Тсере Алоиз. Эти с милыми улыбками, очень деликатно избавятся от задержавшейся бывшей Керидской. Род Болдер прислал элитный отряд дуэний с невестой, так что герцог напрасно питает иллюзии воспитать из Анели влюблённую в него куколку, как бы ему не остались только мечты о путешествиях!
  Нина торопилась покинуть бывшее место работы, а леди-компаньонки планомерно захватывали замок. Менялись служанки, у управляющих появились помощники, намечался ремонт здания.
  На четвёртый день после приезда леди Болдер Нина объявила о своём отъезде.
  - А мы уж думали, что вы решили задержаться, - посетовала одна из компаньонок, - жаль, что мы мало общались.
  - Да, - поддержала Нина, - очень жаль! Если бы не дела...
  - Да, дел полно. Хозяйство большое, мы с ног сбиваемся, чтобы всё наладить,- вроде как ища сочувствия.
  - Конечно, - приторно улыбнулась леди Нарибус, осознавая неравность сил.
  Как говорится, обладающий разумной фантазией легко представит подтекст:
  "Давно ждали, когда ты свалишь!"
  "Рада бы, да не могла".
  "А у нас уже всё готово для полномасштабной войны. Первый удар был бы нанесен как хозяйке-неумехе".
  "Догадалась".
  Окончание разговора можно было бы оценить: "Ну что ж, даём время достойно отступить!"
  
  На следующий день леди Нарибус вместе с юным лордом Алоизом отбыли в сторону границы с демонами. Уезжали они красиво, большим отрядом, под звуки фанфар и высыпавшей во двор коалиции леди Болдер, размахивающей платочками. Первой своё настроение высказала Мируна:
  - Фуф, я уже по замку бегать начала, боялась, что заманят меня в какую-нибудь кладовку и отдубасят. Миледи, новый штат - это такие мегеры! Они бы сожрали Вибек и не поперхнулись. Её счастье, что она так и сидит в подземелье.
  - Её не отвезли в столицу?
  - Она же не леди, её судьбу будет решать его светлость. Только не переживайте за неё, а то вам всех жалко, у всех находите смягчающие обстоятельства.
  - Но это правда, редко, когда совершают гадости, только исходя из своего пакостливого характера, часто люди просто не справляются с жизненными трудностями и думают, что легче у кого-то что-то отнять. Что самое удивительное, для этого прикладывается иногда больше усилий, чем если бы пойти достойным путём. У меня бы не хватило терпения столько времени выжидать, таится...
  - Вот я и говорю, вам уже её жалко.
  - Вовсе нет, я слишком переживаю за наше ближайшее будущее, и мне нет дела до тех, кто остался в замке. Ты, Мируна, переоцениваешь моё мягкосердечие.
  
  Возле границы леди Нарибус загрузили последние продукты, и она удивила всех, изъявив желание отправляться прямо в ночь за стену. Однако это не было спонтанным решением. Сразу после доверительного разговора в оранжерее с герцогом ей пришлось поделиться с его светлостью своими страхами насчёт своего золотого запаса. Он вынужден был признать, что наличие такой суммы - это действительно проблема.
  - Миледи, я бы не советовал вам везти золото к демонам. Вам бы зарыть его где-нибудь, но за стеной это сделать невозможно, вы его потом сами же не найдёте. Быть может, оставите у меня?
  - Ваша светлость, если я пропаду, то ваши недоброжелатели распустят грязные слухи и обвинят вас в корысти.
  - Для меня это не те деньги, чтобы попадать под подобное подозрение, к тому же, никто не узнает!
  - Но без свидетелей я не могу оставить у вас такую сумму, простите! Для меня она очень и очень внушительна. Получается замкнутый круг. Милорд, я по-всякому думала, но идеального варианта нет. Поэтому прошу вас, пусть ваши доверенные люди проводят меня до стены и последят, чтобы хотя бы сутки за мной ни одна душа не отправилась вослед. А там уже как решит Богиня.
  - Оставьте здесь хотя бы юного лорда, я даю вам слово, что присмотрю за ним.
  - Может и оставила бы, но он бросится мне вослед, один.
  - Да, мальчик с характером. Тогда сделаем так. Я сейчас пошлю весть крулю Селвину о вашем приезде, пусть встречает вас.
  Нина обрадовалась и задумалась.
  - Не знала, что у вас налажена связь. Только лучше Вилхелму пошлите сообщение. Из-за поспешного подписания договора позиции Селвина пошатнулись, возможно, известие о моём приезде навредит ему, а так есть шанс, что никто даже не узнает.
  Герцог с сомнением посмотрел на леди, но решил не спорить с ней. Её дело, ей и решать.
  - Как скажете.
  Больше они к этой теме не возвращались. Нина прекрасно понимала, что его светлость сообщение передал, а о дальнейшем он и сам не знает.
  
  Приготовившись ко всему, но всё же надеясь на то, что её встретят на территории демонов, леди отправилась в путь. И когда она заявила, что хочет сей же час преодолеть стену, то её поддержали сопровождавшие воины. Они проследили за подъёмом фургонов, лошадей, проконтролировали, как их опустили на другой стороне, и поставили свои посты на все подъёмники на сутки. Что было не лишним, так как слухи между особо догадливых людей поползли, что у леди с собой приличная сумма денег, и кому они достанутся, если она сгинет в ледяных землях?
  Двое воинов спустились с путешественниками, чтобы помочь запрячь лошадей и сцепить вместе фургоны. Мируна в это время вставляла в держатели магические светильники по углам транспорта и зажигала их. Немного поспорили, кому первому сидеть и править лошадьми, а после выдвинулись в путь. Воинам пришлось подтолкнуть прицепленный фургон, а после он плавно заскользил, не вызывая больших затруднений у рабочих лошадок. Правда скорость была очень маленькая, зато постоянная.
  Нина уступила место кучера Дару с Мируной, а сама прошла внутрь, готовить спальное место мальчику. Если их не встретят демоны, то завтра именно ему придётся править среди бескрайних просторов льда и снега. Леди с горничной должны будут отоспаться после ночного дежурства и пока поберечь глаза от обилия белого цвета. Дару она отдала свои земные солнечные очки, но больше полагалась, что сработает его странный цвет глаз. Впрочем, за несколько часов с ним не должно ничего случиться. На более дальний срок Нина не загадывала, всё-таки теплилась надежда, что они не останутся незамеченными ледяными и им не придётся выживать на ледяных просторах.
  
  
  

Глава 17.

  
  Земли ледяных. Дорога.
  
  За несколько дней до поездки Нины за стену.
  (прим.авт. напомню, ропак - у ледяных глава рода или просто уважаемый житель, состоятельный мужчина. Этакая отдельно стоящая над другими льдина)
  
  - Что-то Вас сегодня слишком много, - недовольно проворчал Вилхелм, поглядывая на толкающихся ребят, выбирающих себе место поближе к нему.
  - Кес, Роб, Хайм, разве Бертолд не занимается с вами? Чего припёрлись сюда? - ропак сверлил тяжёлым взглядом названных мальчишек, а остальные, точно так же пришедшие к нему из других родов, спрятались за спины пригласивших их товарищей.
  Замеченные ребята поникли, толкая друг друга локтём, кому отвечать. Они не боялись получить подзатыльники, это дело обычное, но не хотелось, чтобы их выставили со двора. Первым набрался храбрости подать голос Роб:
  - Ропак Бертолд занимается с нами два раза в неделю, только...
  - Только полная херня всё, что он нам рассказывает, - выпалил Хайм.
  - Кес, дай своему товарищу подзатыльник, чтобы не ругался, - буркнул Вилхелм.
  Ну что тут будешь делать?! Слышал он, как Бертолд, да и Гайдин, занимались со своими детьми. Ладно бы, скука, так ещё полная чушь! А Волф, Джервас, так те вообще ещё беспрестанно раздражаются, когда ребята не понимают, что им рассказывают и принимаются задавать вопросы. Сами не могут толком научить своих детей, а злятся на него, Вилхелма, за то, что ребятня мечтает к нему в род уйти.
  Сплошные проблемы! Лишний раз задумаешься о последствиях, прежде чем одарить добрым словом очередного пацана, с ожиданием смотрящего на него. Тьфу! Что за жизнь пошла!
  - Ладно, рассаживайтесь все кучнее. В прошлый раз мы о Зимней деве говорили, о её помощниках Вьюге, Снеге, Морозе. Я очень рад, что вы все уяснили то, что Зима не терпит беспечности. Сегодня мы поговорим, почему Летняя дева стала для многих из нас чуждой.
  - А я слышал, что тот, кто рождается там, где живёт Летняя дева, то он уже не чужой ей! - выкрикнул один из ребят.
  - Всякое бывает, - уклончиво ответил Вилхелм, - слушайте. Наш исконный мир был прекрасен. Дружно в нём жили все девы сезонов. Они кружили свой хоровод, плавно сменяя одна на другую. Зима, как и сейчас, была ярка, задорна, весела. Ей на смену приходила малышка Весна, пробуждая к жизни заснувшую природу. Потом следила за нашим миром спокойная Лето. Ей нравилось, когда всё росло вокруг, набирали спелость ягоды, плоды, рождались малыши у животных и взрослели под её приглядом. Завершала круг хлопотливая Осень. Всё при ней было красиво раскрашено, прибрано-собрано, а после подготовлено к приходу Зимы. Вот такой у нас раньше был мир.
  - А где он сейчас, ропак Вилхелм?
  - Его больше нет, - вздохнул рассказчик. Потом посмотрел на мальчишек: - Не отвлекайте меня. Наши предки любили учиться и обладали многими знаниями, и додумались до многого. Мне рассказывал отец, а я вам передаю его речи, что могли наши предки летать, плавать под водой, добираться до нутра земли.
  - Но как же так? У них что, были жабры или крылья?
  - Я не знаю, как. Может, жабры были, может, штуки какие, - огрызнулся Вилхелм. - Слушайте дальше. Вместе с нами жили на другой половине мира эльфы. Что случилось у наших народов, уже никто доподлинно не знает. Мне это без разницы. Главное, что прожопили они наш мир, - ропак со злостью ударил по коленке.
  - Как?! - ахнули хором слушатели.
  - У нас пытались изобрести волшебный камень, дарующий бессмертие, задействовали силу мира. У эльфов правители мудрили на своих землях, пытаясь задержать навсегда у себя деву Лето и не пускать Зиму. Что пошло не так, кто разрушил гармонию - неизвестно. Сначала помощники дев сезонов захватили наш мир и начались бесконечные ураганы, вьюги, засухи, болотницы... Всё смешалось, последствия катастроф не успевали исправлять, жить становилось всё хуже и хуже. Потом Великий имперо объявил, что это конец и ничего уже не исправить. М-да.
  Вилхелм с удовлетворением смотрел на приоткрытые рты и заинтересованные глаза и продолжил:
  - Начали наши предки искать себе новый мир. Жили тогда необыкновенные мастера, умели ходить далеко, общаться с мирами могли, как мы с вами меж собой. Нашли они несколько подходящих нам для проживания, но не приняли нас там. Миры - они же живые, своих хотят вырастить жителей, а тут мы стучимся, чужаки. Только один любопытный мир согласился не вредить нам и дать шанс прижиться. И каково же было наше удивление, когда мы узнали, что эльфы тоже сумели договориться только с этим, нынче нашим миром. Он им позволил взять крупный материк себе и устроил им там круглое лето, а нам досталась земля с нескончаемой зимой.
  - Так это из-за эльфов у нас всегда дева Зима?
  - Не надо искать, кто виноват! Нам предложили огромнейшие земли, помогли на них обустроиться, так к чему претензии? - рявкнул Вилхелм.
  Ребята затихли, сжались, стараясь быть незаметными, но ропак не пошёл раздавать подзатыльники, а продолжил рассказывать:
  - Наши предки не создали камень, дарующий бессмертие, но они получили в огромном количестве адамас. Насмешка судьбы! - хмыкнул ропак. - Ладно, сейчас не об этом. Так вот, для нас он имеет большое значение. Если родиться рядом с таким камнем, жить рядом, то мы становимся выносливее, сильнее, быстрее. Все эти способности достались вам не от отца с матерью, а от адамаса. Оглянитесь вокруг: все дома первых построек стоят на адамасе, на каждом втором этаже, если присмотреться, то увидите широкую полосу, отличную от материала остальной части дома. Это тоже адамас. По кругу нашего города стоят дома, полностью построенные из этого камня. Его должно быть много, чтобы он смог оказывать постоянное воздействие и поддерживать нас в форме.
  Вилхелм оглядел тихо шепчущихся пацанов и продолжил:
  - Этот камень - наше спасение и проклятый поводок. Можно всю жизнь жить среди адамаса, но как только уезжаешь вдаль от него, то через несколько месяцев наступает слабость. Сначала мы теряем приобретённые способности и становимся похожими на жителей королевства, а потом болеем и умираем.
  - Но как же ропак Ерс? Он бросил наш город и отправился жить ближе к столице, но до неё не дошёл, а поселился посередине, у дороги. Мама говорит, что никто в его роду не ослабел.
  - Ерсу очень повезло. Он поставил свой дом на адамасе или похожем по свойствам камне. Этому лутову ропаку необычайно повезло, что из-за женщин ему пришлось еле-еле тащиться по дороге, и он наткнулся на дивное место. Это исключительная удача. Думаете, почему из всех человеческих земель нам интересен только перешеек?
  - Почему, - послышался вопрос в разнобой.
  - Потому, что там мы могли бы основать новый город. По всему перешейку есть отголоски адамаса. Люди его не чувствуют, а для нас он - родной камень. Те, кто возвращается ослабленным с человеческих земель, сразу это чувствуют.
  - Так почему бы нам не покупать его?
  - Ты дурень, Кес, - прежде Вилхелма ответил один из его ребят, - представляешь какую они цену заломят за него? А нам его надо много!
  - Правильно. Слушайте дальше. Поставили наши предки роскошные города, но даже в них в первые годы мало кто выжил. Умирали от холода, голода, болезней, от тоски по потерянной жизни. Нас осталось очень мало. Шло время, камень питал наших предшественников силой, они становились похожими на нас нынешних, смогли подробнее изучить данную нам землю. Оказалось, что остались места, где сохранились кусочки лета. Земля там всегда тёплая, из-под неё бьют горячие источники, появилась возможность выращивать еду и дважды в год снимать урожай. Чтобы разнообразить наше питание там построили по окраинам огромные стеклянные одноэтажные дома и посадили в них ягоды. К сожалению, не все наши жители смогли поселиться на чудных островках тепла. Дева Лето там совершенно другая, чем даже на землях людей. Слишком влажно и душно, многие из нашего народа задыхаются, но, к счастью, есть и те, кому по душе и по силам жить там, работать на благо всех нас.
  - Ропак Вилхелм, а если дева Лето могла бы в тех местах водить хоровод с другими девами, она стала бы нам родной? Может, она просто устала без смены сидеть, вот и сделалась душной?
  - Хм, откуда я знаю? Вечно у тебя такие вопросы, Льдинка, на которые нет ответа. Что толку гадать! Ты бы лучше по делу что спрашивал, а то "если бы", да "а вдруг".
  Мужчина почесал голову.
  - Так, о чем я говорил? А, вспомнил! Вскоре наши поселенцы начали находить огромные полости под землёй и до сих пор случаются столь счастливые открытия.
  - Я знаю, я знаю, можно, я скажу, мой дед нашёл такую! Он жил в другом городе у круля Инджа и, возвращаясь с охоты, остановился на отдых, развёл огонь, а к утру, там, где был огонь, оказалась дыра.
  Вилхелм одобрительно кивнул:
  - Да, дедушка нашего Клосса обнаружил вход в полость, где теперь жители круля Инджа выращивают плоские грибы для всех нас, из которых мы печём хлебные шарики.
  Вилхелм посмотрел на ребят, они готовы были ещё слушать, но у некоторых ворчало в животах, и он решил отпустить их.
  - Про полости мы поговорим в следующий раз, - строго произнёс он.
  Ропаку теперь требовалось отделить ребятню своего рода от чужих и отправить на кухню. Жалко пытающихся прибиться под его покровительство детей, но брать на себя лишние рты означает обделять своих. Нахмурив брови, он гаркнул:
  - Ну-ка Бертолды, Гайдены, Волфы, Джервасы, брысь отсюда! Вас наверняка дома заждались!
  Стайка ребятишек прыснула вон со двора Вилхелма.
  - А вы - марш кормиться! Вечером, когда взрослые вернуться, поспрошаю вас, что вы поняли из того, что я сегодня вам рассказал.
  Во дворе наступила тишина. Не успел мужчина облегчённо вздохнуть, как с кухни послышались женские крики:
  - Я вчера накрывала на столы, сегодня твоя очередь! А Малка вообще третий день подряд на раздаче стоит, пальцы в соус макает и облизывает!
  - Всё-то ты за всеми замечаешь, а сама давеча из питья все ягоды вытаскала! Думаешь, я не видела, как ты ложкой туда лезла?!
  Ледяной раздосадовано сплюнул: "Вот бабьё!" - и вспомнил, как хорошо ему было, когда за ним ухаживали сначала светлая леди, а потом черноглазенькая. Улыбка расползлась по лицу, а руки непроизвольно очертили форму бёдер тёмненькой девушки.
  Вилхелм поморщился на усиливающийся гвалт и направился во дворец к Селвину. У того нетронутые бутылки вина стоят, присланные светлой герцогиней в подарок. Так почему бы не помочь своему крулю освободить место в тесно заполненном помещении, пока никто другой не распробовал, что за прелесть некоторые продукты.
  Приосанившись, он проходил мимо ребят, вернувшихся с охоты, и услышал, как его зовут:
  - Ропак Вилхелм, со стены был подан знак, что есть весть для нас. Мы в условленном месте нашли послание, оно подписано. Вот.
  - Для меня? - ледяной удивился, но руку протянул, не задавая никаких вопросов. Перед ним простые охотники, они увидели знак и забрали то, что было в сундучке для вестей.
  На высокой ножке уже несколько лет стоит деревянная коробка, куда при необходимости выдумщик Керидский кладёт свои послания.
  Вилхелм разрывался между желанием узнать, что за вести ему пришли от герцога и продолжить свой путь за парой-тройкой бутылочек вина.
  "Тьфу, что за день такой! Что ни шаг, всё выбирать приходится!"
  Ледяной отошёл в сторонку, прижался к стене спиной и распечатал сложенный кусок бумаги. По мере того, как он читал, глаза его расширялись. Он бросился к Селвину, но тут же передумал и, подозрительно всех оглядывая, спокойно побрёл домой. Внутри всё торопило его: "Давай, давай, быстрее!" - но осторожность, нажитая годами, велела успокоиться и не привлекать абсолютно ненужного сейчас внимания.
  Селвин с братьями держит народ крепко, но Лабберты нынче слишком сильно "грязнят снег", да ещё сторонников себе умудряются приваживать. Ладно бы горлом брали, так нет, подарочками пустозвоны сыплют вокруг себя, откуда только что берётся?
  Похоже, имперо не удовлетворился унижением Селвина и, судя по всему, у него есть планы сменить его на Лабберта. Как же всё плохо! Ропаки словно ослепли, поддаются словам краснобаев. Всю жизнь наблюдают, как те только красиво и в тему говорить умеют, а как до дела доходит, то они лишь с бумажками стоят, отчётность собирают. Тот же Джервас, жадина и скупердяй, и тот смотрит нынче в рот Лабберту. Даже свой поганый язык прикусил, годный только гадости выкрикивать!
  Вилхелм сплюнул.
  "Как же не вовремя светлая едет сюда!"
  Ледяной разрывался на части.
  Ему очень хотелось встретить, уважить светлую, которая наверняка и чернявенькую с собой привезёт, но в тоже время слишком непредсказуемая у них тут обстановка. Влюблённый до одурения Селвин, дожидающийся появления на переговорах герцога, оживившиеся поганцы Лабберты, скорый сбор крулей у имперо! Светлую здесь ни в коем разе оставлять нельзя, но и в центральный город её тоже ведь не потащишь! Если бы она влюбилась в круля, то тогда можно было бы за свои секреты не волноваться, а так ведь тоже проблема. Нельзя ей показывать земли девы Лето. Тайна!
  Пока Вилхелм, не торопясь поспешал, охотника, что передал ему послание, уже опрашивали. Большое событие - письмо от герцога. Всем интересно; вот мужчина с удовольствием и рассказывал о маленьком квадратике, запечатанном так, что не подберёшься. Печать светлого лорда со всех сторон, а написано снаружи: отдать лорду Вилхелму.
  Во дворе ещё долго обсуждали, является ли ропак Вилхелм лордом по людским меркам или нет, а Лабберты уже дотошно выясняли, как выглядел упёртый глава рода после прочтения письма? Думали, кого послать для выяснения деталей.
  Целый день вокруг Вилхелма сновали знакомые, женщины, подростки, все пытались разведать, что же было написано, но тщетно.
  Ни послания, ни необычных указаний, никаких изменений в распорядке дня, ничего от него не услышали. Пару дней ещё наблюдали за ним, а потом уж подзабывать стали о письме, переключились на новое событие.
  Во дворце снова скандал разразился, женщины в клане Селвина передрались из-за тканей. Жёны у его братьев сами по себе не плохие, но как только начнут что-то делить, так весь город ходуном ходит. С первого дня, как стали жить все вместе, так всё соревнуются между собой, втягивая всех в свои склоки.
  В другое время Вилхелм с удовольствием сходил, посмотрел бы, как они во дворце волосья дерут друг дружке, да поплевался бы с другими ропаками на несдержанность баб, но у него же дело! Одна польза от разбушевавшихся дурищ: всё внимание на себе отвлекли, дали возможность с крулем без свидетелей поговорить.
  
  - Ты послушай меня, - пришлось держать влюбленного дурака за грудки, - куда ты мчаться собрался? Время ещё есть, головы не теряй! Сначала подумай, куда ты её приведёшь? К снохам? Так она к этому не привыкла. Ты не видел, как ихние леди живут, а я по молодости побродил по королевству, насмотрелся. Одна леди на один замок, все остальные ей подчиняются. Даже женщины попроще не живут, как мы. У них там только в казармах сразу может столько народу вместе проживать. Вот и думай. А то понёсся он!
  - Но как же тогда? Не выгонять же мне братьев своих и близких рода из дворца? Куда они пойдут?
  - Тут ты прав, родню не выгонишь, но я тебе по-другому скажу, а ты думай. Ещё твой дед начал бороться с рождёнными без благословения детьми. Оно, конечно, каждый ребёнок радость. Когда-то нас было мало и каждую новорождённую душу встречали с любовью. Время прошло, города заполнились, трещат по швам. Дети бегают, и никому до них дела нет. Хуже того, недокормленные ходят.
  - Ну, это ты зря! Я велел из подарка леди Керидской большую долю выделить для общего стола, - возмутился Селвин.
  - Ты, может, приказал, да не проверил.
  - Зачем наговариваешь, Волфы всегда честны были, сами не доедят, но рук чужим добром не замарают.
  - Это я и без тебя знаю, однако ребятня полуголодная бегает, а разобраться некому. Но я сейчас не об этом. Я веду к тому, что времена меняются, а установленные правила - нет. Твой дед призывал к ответственности родителей за зачатое дитя, но его тогда не послушали. Твой отец пошёл другим путём, приступил к поиску залежей адамаса, но сгинул. Они смотрели в будущее и пытались что-то сделать. У тебя налаживаются связи с леди из королевства. Кто знает, может за ней следом со временем придут к нам послы? А где ты их примешь?
  - Во дворце и приму?
  - У себя в спальне? Или, быть может, ради такого случая попросишь полки с просушивающимся мхом из парадной залы снять? К нам вербумы от имперо приезжали, стыдно сказать, у Лаббертов поселить пришлось. Во что это вылилось?
  - Сам знаешь, братьев мне некуда выселять, как и других членов моего рода. Они поддержали меня, а я их, что...
  - Да знаю я, - раздражительно отмахнулся Вилхелм, - помню я, чем город обязан твоей родне и как они все радовались, когда ты им жильё выделил у себя. Теперь врагом станешь, если их выставишь. Но ты думай. Думай обо всём, о сегодняшнем дне, о будущем, решай, что для тебя важнее.
  Селвин нахмурился:
  - Если она едет сюда, то я её встречу достойно.
  - Как скажешь, - покладисто согласился Вилхелм, - быстро ты принял решение. Ладно, пошёл я, подберу ребят для доставки светлой.
  - Я с тобой пойду, - твёрдо сказал Селвин.
  - Ловушки от людей не боишься?
  - Заранее выйдем и последим.
  - И то дело, - не стал спорить Вилхелм, - послезавтра выходим.
  Уважаемый ропак, насвистывая мелодию, ушёл, а круль остался размышлять.
  Дед, отец - каждый пытался как-то решать проблемы города, но без полной поддержки всего населения, без помощи из столицы неуспешно.
  Деду больше всего досталось за то, что нагулянные дети до союза между мужчиной и женщиной вдруг должны были стать нежеланными в их обществе. Раньше-то каждого ребёнка любой отец рад был забрать себе, да ещё хорошие подарки делал матери. Но то было раньше, а сейчас никто не хочет брать себе обузу. Пока ещё ребёнок вырастет да пользу начнёт роду приносить! Женщины не глупы, они нынче только к ропакам в постель лезут, приданое себе собирают, но уже такие времена, что не каждый ропак может позволить себе лишнее дитя.
  Дед всё это предвидел много лет назад, ограничивая свободные связи, а его не поняли. Отец не стал продолжать дедово дело, а начал искать места, где можно было бы поставить новые дома. Не вернулся. А ситуация в городе за последние двадцать лет ещё больше ухудшилась, недалеко до трагедий осталось. Хорошо, ещё действует закон, что на улице никого ночевать оставлять нельзя, иначе много замёрзших находили бы.
  Селвин шагал к дворцу и смотрел на него со стороны. Некогда роскошное белоснежное здание превратилось в потрескавшееся сероватое нечто. Везде, где требовался ремонт, заделывали любым попавшимся под руку материалом. Окна слились со стеной, а он ведь видел в центральном городе, что они должны сверкать! Многие оконные проёмы заставлены в комнатах шкафами или завешаны одеждой.
  Не дворец, а муравейник, точно такой же, как на землях, где тепло. Все снуют туда-сюда, по полу дорожки грязи, крик ругающихся женщин, хохот мужчин, визг детей. Нет у города дворца! Значит, и не город у них вовсе, а раз не город, то и он не круль.
  Как так вышло, что всё запустили? Дед, отец хоть что-то пытались сделать, а он лишь пробивал лишнюю порцию жратвы для своих жителей, да решал текущие вопросы, в том числе и жилищный, за счёт себя. Это тоже дело, но не для круля.
  Если ничего не менять, то обстановка будет накаливаться, позабудутся добрые традиции, разрастётся раздражение среди жителей. Но проблемы города понимает не он один, а вот решения нет.
  Тогда стоит начать с малого.
  - Пошла вон, - рявкнул круль на попавшуюся под ноги девицу, что пыталась у него перед носом натянуть верёвки для сушки мяса, цепляя края за позолоченные вензеля.
  - Нет, постой, - крикнул он убегающей вослед, - срочно позови сюда Вилду и Джису. Бегом!
  Селвин осмотрелся. Сколько раз он проходил мимо, торопясь лечь спать или по-быстрому перекусить и снова уходил.
  Первое время после того, как весь род поселился здесь, казалось, что многое потом можно будет отмыть, но сейчас уже видно, что здание не выдерживает такого количества жильцов.
  Он тяжело вздохнул. Зло взяло на своих соплеменников, что живут в роскошном дворце и совсем не берегут его, как делали это многие поколения старших Селвинов. Именно их дом был когда-то красивейшим, и из-за часто выбираемых на должность круля родичей здание приобрело городское значение. Теперь же от былого блеска не осталось и следа.
  Появились невестки. Вилда, как всегда, раздражена, что её оторвали от дел. Это её девушки сейчас занимались разделкой мяса, и она хотела бы проследить за этим, но не так уж часто её беспокоил Селвин, чтобы отказать ему.
  Джиса, наоборот, спокойна и с превосходством смотрит на перепачканную Вилду.
  Как же он устал от этих молодых женщин, от их бесконечных перепалок, несдерживаемой неприязни, вредительства друг дружке.
  Вилда, деятельная, беспокойная, обожает командовать, за всё хватается, но заканчивает дела с трудом, даже не проследив за их выполнением до конца.
  Джиса в отличие от Вилды никогда никуда не торопится, любит всё контролировать и нудно высказывать обо всех недочётах.
  Селвин подумал о том, что он из-за этих женщин перестал чувствовать свой дом, домом. Пропадает на добыче камней, ездит к соседним крулям проследить за погрузкой выращиваемых у них продуктов, только чтобы лишний раз не оставаться здесь.
  Сердце предательски сжалось от того, что светлой леди дом не понравится - и все мысли о государственной пользе действий разбежались.
  - Весь первый этаж отмыть до блеска, - медленно, зло начал говорить он.
  - Но у нас висят там... - тут же возразила Вилда.
  - Я сказал, всю срань, что вы тут развели, убрать, отмыть.
  Женщины недоуменно переглянулись.
  - Со второго этажа всех выселить.
  - Но как же...
  - Детей на третий, остальных рядом и на чердак.
  - Но, Селвин, чердак не отапливается, - подала голос Джиса.
  - Весь дворец должен быть отмыт от грязи, что развели. Даю два дня. Кто не доволен, может убираться отсюда туда, куда нравится.
  - А мы? Тоже убираться? - обалдела Вилда.
  - Тебе не нравится тут жить?
  - Нравится.
  - Вы обе займёте правое крыло второго этажа. Середина останется общей для всех, левое крыло будет за мной и за гостями. Всё. Давайте, покажите какие вы хозяйки!
  Селвин вышел, надо было ещё поговорить с Волфом. Что это он мутит с общим столом.
  Женщины остались стоять, не понимая хороши для них изменения или нет.
  - Это всё ты, - сердито сказала Джиса, - в своей жадности занять побольше места изгадила весь дворец, а он таким красивым был!
  - Я?! Да если бы не я, вы тут все лапу сосали бы! Только благодаря моим усилиям у нас всегда есть запасы еды и богато накрытый стол!
  - Дура ты, - вяло бросила Джиса, - тебе за кухаря надо было замуж выходить, а не за Кристофа. И что он в тебе нашёл?
  - Что нашёл, тебе не понять, кочерыжка отмороженная! - бросилась в наступление Вилда.
  - Ну, ты поори пока, а я пойду себе комнаты выбирать, - задумчиво произнесла Джиса, только сейчас осознавая, что семьям её и Вилды отдано целое крыло. Не комната, а целое крыло и как на это отреагирует род - неизвестно.
  - Ты что, думаешь, Селвин серьёзно всё говорил? - забеспокоилась жена Кристофа.
  Джиса не знала, что происходит, к чему перемены, но видела, что их круль на взводе. Возражать мужчине в таком состоянии глупо. Даже если он неправ, из принципа упрётся. А немного свободного пространства во дворце никому не помешает, а то как-то обнаглели сородичи, совсем на шею сели.
  Она шла и планировала, какую часть помещений отдать детям, какую возрастным или молодожёнам. Не забыть бы про ребятишек тех семей, которые отныне будут проживать на необустроенном этаже. Впрочем, горячих камней достаточно и никто не замёрзнет там. Просто всем хотелось пожить именно в красивых покоях, насладиться остатками наследия, вот никто и не занимал мансардный этаж. Хорошо бы ещё всех от питания отделить, тогда Вилда могла бы спокойно свернуть свою деятельность, но это только мечты. Если каждая семья начнёт отдельно готовить, то дворец спалят рано или поздно.
  Вилде, в отличие от Джисы, было сложно решить, что делать.
  Подвалы были заняты привезённой продукцией, и куда ей переносить все заготовки? Она же не только для себя делает, у неё на руках больше ста человек! Разве она стала бы портить окружающую красоту, если бы было, где разместиться? Она же не дура, всё понимает! Да и самой жалко потолок в красивой зеркальной комнате, он весь копотью покрылся, когда там коптили, но были такие морозы, что... Ах, подумаешь, потом отмыли бы! Джиса просто завидует, от неё от самой толку мало, всё возится с тряпками, придумала себе чистенькую работу - шить! Всё равно не видно, что под штанами надето, так чего изгаляться?
  
  Женщины нехотя приступали к работе, задействуя остальных сородичей, ведь переселение касалось всех. Кто-то шумел и отказывался, поминая свои заслуги во имя города. Кто-то лениво делал вид, что выполняет требования, выжидая опровержения указаний и надеясь, что всё останется по-прежнему. Большинство мужчин ещё находились на работах и не знали, что теперь спать они будут в других комнатах.
  
  Селвин застал главу рода Волфа дома, он как раз вернулся к обеду. Разговор вышел неприятный для обоих. Выяснилось, что соклановцы Лабберта нашли новую подземную пещеру, и их глава пообещал Волфу работу для его подопечных в ней.
  - Если Лабберты нашли новое месторождение, то они должны были сообщить мне! - возмутился Селвин. - Ты должен был сказать мне, что открыта пещера!
  - Я хотел, но Лабберт предупредил, что она далеко и, возможно, на неё будет претендовать центральный город...
  - Но если она достанется имперо, то как ты надеешься пристроить туда своих?
  - Я надеюсь. Прости, я не для себя. Я же каждый день вижу, что за организованный на городские средства общий стол с каждым месяцем приходит всё больше детей, подростков. Их родителям нужна работа, молодым она позарез нужна, вот я и вцепился в возможность пристроить наших побольше. Я не только для своего рода, я для всех, а Лабберт попросил придержать то, что ты выделил. Он сказал, что когда всё получится, то на праздник и раздать сладости, пемяни.
  - Пельмени, - не задумываясь, поправил Селвин.
  - Что?
  - Я говорю не пемяни, а пельмени. И знаешь что, я разочарован в тебе друг, я думал, ты умнее.
  - Но...
  - Вводи добавку из всего того, что я тебе выдал. Не жди, когда от имперо придёт указание всё переслать ему.
  - Но это же подарок лично тебе от светлой!
  - Волф, если открытая пещера продуктивна, то о ней должен был сообщить Лаберт. Он нарушил наш закон! Если пещера на территории имперо, то будет нарушен закон, если вместо местных жителей на работу возьмут наших - чеканил каждое слово круль. - Ты не чуешь, что происходит? А теперь ты наивно восклицаешь, что подарок не могут отобрать. Не впадай в детство, береги, что тебе доверено.
  Селвин раздражённо отвернулся и зашагал прочь. Ропак Волф всегда был безупречно честен, но, видимо, стоило раз ему оступиться, как глаза замылились, и не увидели подоплёку странного предложения попридержать продукты из королевства.
  Как же всё надоело, паучья возня за город между Лаббертами и Селвинами. Неужели Лабберт думает, что это такое счастье - за всё отвечать?! Что большое удовольствие быть под пятой имперо и поддерживать его из года в год просто потому, что тот встал на его сторону, когда погиб отец, и Селвин был слишком молод, чтобы народ доверил ему правление. Сколько раз порывался молодой круль отказать имперо в своём голосе, но неизменно вставал вопрос: а кого предложить взамен?
  Много ли поменяется, если кто-то из крулей осядет в центральном городе? Нет, ничего не поменяется.
  Все понимают, что нужны новые города, новые подземные полости для выращивания грибов, мха, разведения слизней, для добычи драгоценных камней и топлива. Как жаль, что нет возможности договориться с другими королевствами о торговле. Нужно обязательно искать прямую дорогу к ним, но это только по океану, а здесь тоже свои сложности. Слишком далеко побережье от городов, но находятся смельчаки, пробуют жить там хотя бы временно. К сожалению, никто из отважных ушедших рыбаков прокладывать морской путь к королевствам не вернулся. То ли их хлипкие лодки не годятся для таких путешествий, то ли морские чудовища нападают на них... остается только гадать о судьбе сгинувших ребят.
  Селвин возвратился во дворец, там все бегали, как обалделые. Чище не стало, но все завалы в помещениях разобрали.
  Круль стоял и с тоской отмечал, что испорчен пол, загрязнены стенки, что запах горелого жира въелся намертво в стены залов. Вилда приносила огромную пользу всему роду, но она совершенно не ценила созданную до неё красоту.
  Как можно было в бывшей танцевальной зале с полом, набранным из разноцветных камней, поставить чаны и варить мыло, вымачивать шкуры, мясо или красить ткани. Мужчина прислонился к стене и сам себе ответил, что больше ей это делать было негде.
  Между красивыми особняками, оставшимися с незапамятных времен, лепятся простые дома, подходя вплотную к дворцу, лишая его двора. Места свободного нет, заполонено всё, и не упрекнёшь жителей, что они тянутся к старым зданиям, где заложен в основе адамас. Только этот камень позволяет работать в тяжёлых условиях, добывать еду и выживать на холоде.
  И всё же гадкая мысль о Вилде вползла: "Но сейчас-то ведь нашла, куда всё убрать, а когда-то верещала, что места нет, и брата втравила себе в поддержку!"
  Селвин резко отлепился от стены и направился смотреть, что происходит на третьем и на чердачном этажах. Увиденным остался доволен. Детям вместе будет теплее и веселее, а многие взрослые, оказавшиеся на самом верху, всё равно целыми днями работают, переживут. Прошлое их жильё было теснее, и вся ценность в нём была одна, что дом был построен из адамаса, который и потребовался городу.
  Поздно вечером Селвин предупредил братьев, что к нему в гости едет светлая леди. На вопросы: "Что ей надо?", "Стоит ли принимать?", "Как долго пробудет?" - он только пожимал плечами.
  - Я не знаю о её планах, но светлый герцог сам её отпустил, и я не собираюсь упускать возможность завоевать её сердце.
  - Так она не от королевства сюда едет, а по своей воле? - спросил Кристоф, муж Вилды.
  - Мне без разницы, что послужило поводом для её поездки, главное, что я её увижу.
  - Сэл, ты не злись на нас, но хорошо бы заручиться её поддержкой. Имперо ты неугоден, он договорился с Лаббертами, и они развернулись как никогда. Сегодня на шахты приезжали, агитировали, что если их глава станет крулем, то добыча пойдёт успешнее, заработок будет больше, еды станет - завались.
  - И что, неужели никто не понимает, что всё это чушь?
  - Честно говоря, противно даже, сначала не верят, а потом начинают рассуждать, что, мол, "а вдруг!"
  - Чтобы светлая леди стала нам полезной, она должна будет вернуться в королевство, а я хочу, чтобы она осталась со мной, - немного набычившись на братьев, жёстко произнёс Селвин.
  - Если ты не будешь крулем, то она точно не останется с тобой! Влип ты, братишка!
  - Значит, я останусь крулем!
  Братья переглянулись.
  - Ладно, мы с тобой, жили раньше без поддержки светлой леди и дальше проживём. Раз уж она тебе так люба, то давай, крутись! Будь хитрее лута, умнее лисы, осторожнее мыши!
  -Это ты из-за неё чистку дома затеял? - спросил второй брат, Лукаш.
  - Конечно, из-за неё! Столько лет жили, ему и заботы не было, а теперь разогнал всех по углам! Мне Вилда уже в горло вцепилась, что вся её работа крахом идёт.
  - Вилда у нас молодец, но слишком много воли взяла. Своё дело делает, чужое загаживает, - заметил Лукаш.
  - Ты! - вскипел Кристоф.
  - Хватит, - рявкнул Селвин, - не позорьтесь сварой!
  
  На следующий день на втором этаже гуляло эхо. Мужчины уходили на работы, женщины принимались за дело. Вилда бухтела весь завтрак, но видя, что её никто не хочет слушать, не входит в её положение, обиженно замолчала.
  Дворец начали отмывать. Женщины постарше с удовольствием вспоминали, как дожидались в юности балов, устраиваемых дедом Селвина, и роняли слёзы по ушедшим временам. Тогда здесь было светло, празднично, красиво. Они наряжались, танцевали, заводили романы, пока их семья не успела сосватать. Было весело, радостно, беззаботно.
  
  Никто в городе не заметил, как вместе с охотниками рода Вилхелма ушёл Селвин. Он часто покидал город, но на охоту ходил со своими сородичами, и если бы его заметили, то очень удивились бы. И ещё в большее пришли бы изумление, если бы видели, как волнуется их круль по пустякам, переживая о своей внешности, что ревниво смотрит на ребят Вилхелма и с подозрением на самого ропака, почему это он тоже прихорашивается?
  А потом вдруг круль замирал и думал: а что, если светлая леди едет вместе со светлым лордом? Как же тогда быть? Он заново переспрашивал, что было написано, и пытался гадать, возможно, послание было двусмысленным?
  Селвин изводил себя, Вилхелма, охотников.
  Ему не нравилось, что те приоделись, выровняли свои куцые бородки, даже пояса праздничные надели. Хотелось мелочно заметить, что у некоторых охотников остались дома возлюбленные, а самому Вилхелму через семь лет будет полтинник, и негоже ему предвкушающе сверкать своими похотливыми глазками!
  Еле удержался: всё же, будучи крулем, во многом себе отказываешь, но до чего же раздражает всеобщее оживление и возбуждение! Вьюги бы им в штаны насыпать, для охлаждения! И откуда столько энергии, на работе бы так...
  - Селвин, ты чего всё бубнишь? - добродушно посмеиваясь, спросил Вилхелм.
  - Считаю, когда вернёмся обратно, - буркнул он и заметил, что усы у Вилхелма ровненько подстрижены и подкручены.
  Не выдержал, рванул вперёд.
  - Эй, подожди, ненормальный, - сплюнул ропак и скомандовал своим немного ускориться, - догонять не будем, нечего нам там рано делать, но и сильно не отставать!
  
  
  Нина больше от волнения всё суетилась.
  Она проверяла, хорошо ли разогреты горячие камни, выставляла заготовки к ужину, подготавливала стопку дров на ночь, перепрыгивая узкий проход между фургонами, грела воду, чтобы перед сном Дар обтёрся. Всё это без неё сделала бы Мируна, но без дела сидеть было невозможно.
  Бесконечные мысли: "встретят-не встретят" - сводили с ума. Голова начинала работать, а что делать, если не встретят - и от этого было только хуже. Нина не боялась мороза - позади почти полный фургон дров; не страшен голод - еды в достатке; но вот перед хищниками она трусила. Достаточно лишить их лошадей - и всё пропало.
  Чувствуя, что она одно и то же гоняет в голове по кругу, накинула на себя шубу и выскочила наружу. Лошади везли потихоньку, не составляло труда на ходу соскочить и при надобности войти обратно. Нина пробежала вперёд.
  - Ну, как вы? - весело крикнула она.
  - А-а-а, - заорала Мируна.
  - Ой, - испугался Дар.
  - Миледи, ну и напугали вы нас, - обиделась девушка, - разве можно так выскакивать?
  - Да ладно, ещё же не совсем темно, - растерялась Нина, потом вздохнула, понимая, что все нервничают, - извините, не подумала.
  - Миледи, милорду пора кушать и ко сну готовиться, и он замёрз, - безапелляционно, не смотря на гневные взгляды мальчика, заявила горничная.
  - Мируна, скидывай шкуру и иди вместе с Даром отдыхать. Я пока послежу за дорогой, - велела леди.
  
  Они ехали и ехали. Дар уснул, а Мируна с Ниной часто сменяясь, продолжали путь. Яркие звёзды на небе, колючий мороз, который усилился к ночи, тишина и только поскрипывающий снег под полозьями. Луна, а может, спутник, похожий на неё, освещал всё вокруг, и развешанные по углам домика светляки только мешали, перебивая лунный свет, но они придавали спокойствия, поэтому мысли снять их не приходило.
  Нина думала, что они с Мируной будут меняться через каждые пару часов, а выходило так, что едут они от силы три часа, а меняются каждые полчаса. Мороз не давал никаких шансов замершему без движения человеку. Сначала хватал за щёки и нос, потом подбирался к пальцам рук и ног, чтобы после доползти до нутра. В результате обе девушки не успевали поспать, но зато и не промерзали окончательно.
  План утром поручить Дару сидеть на месте кучера провалился. Он же точно также быстро замёрзнет.
  Нина пила горячий чай, смотрела на спящего мальчика и пыталась отогреть ступни. Бока у печки слишком горячие, к ней ноги не прижать, а на весу держать их муторно, и вот она всё никак не могла решить проблему, как сделать, чтобы и тепло было, и держать не надо...
  - А-а-а-а-а, - истошный визг оторвал леди мгновенно от решения непреодолимой проблемы. Она схватила земной фонарь, мешок с перцем, нож, и наспех сунув ноги в валенки, выскочила на дорогу.
  Разбив темноту более мощным, чем светильнички, лучом фонаря, она перевела дух, увидев, что Мируну никто не жрёт, не тащит, не убивает. Прячась за стенкой домика, Нина теперь уже медленнее обводила фонариком округу, а Мируна, заикаясь, начала объяснять, чего орала:
  - Там, - ткнула пальцем за края дороги, - глаза чьи-то. Жуть жуткая!
  И тут леди чуть сама не заорала от неожиданности: фонарик выцепил фигуру, от которой сначала сердце убежало в пятки, а потом уже пришло соображение, что фигура человеческая и ничего опасного не делает.
  - Миледи, - крикнул кто-то в стороне, - не пугайтесь, пожалуйста.
  Нина перевела фонариком вбок и осветила говорящего. Это был Вилхелм. Его глаза отразили свет как у животного, а он, поморщившись, прикрыл их рукой.
  - Простите, - Нина выключила фонарик, - почему вы там?
  - Светлая леди, мы вас встречаем, но нам надо было убедиться, что это не ловушка для нас. Вы уж не серчайте, но осторожность - прежде всего.
  Нина почувствовала холод. Она выскочила в штанах и кофте. Штаны не успела заправить в валенки, и через открытые места холод просочился к ногам, а тёплая кофта была нараспашку и теперь грудь холодило.
  - Я сейчас, подождите, - бросила она.
  Леди ловко заскочила внутрь, начала спешно одеваться. Руки предательски дрожали, она на пару секунд присела, давая себе возможность успокоиться и справиться с нахлынувшим облегчением. Их всё-таки встретили, теперь не так страшно.
  Скинула валенки, неправильно показывать себя в затрапезном виде при первой встрече. Чуть не упала, пока доставала сапожки, но справилась. Через несколько минут из походного домика выпрыгнула улыбающаяся прелестная светлая леди в милой шапочке, приталенной шубке и в изящных сапожках.
  Мируна не зная, что делать, так и правила лошадьми, замотавшись по самый нос в огромную шкуру.
  Как только появилась миледи, на дорогу стали выпрыгивать ледяные. Они ловко преодолевали сугробы по краям дороги и, пытаясь впечатлить молодую светлую, норовили оказаться прямо у неё перед носом.
  - Мируна, притормози-ка, что это мы на ходу здороваемся с хозяевами земель!
  Горничная остановила лошадей.
  - Миледи, долго им стоять нельзя, мёрзнуть начнут, - предупредила она и юркнула в домик прихорошиться.
  - Рада видеть вас, лорд Вилхелм, - поприветствовала Нина знакомого ледяного.
  - И я рад вам, светлая леди, - с достоинством и важностью ответил мужчина.
  Леди хотела уже спросить о дальнейших планах, как за спиной Вилхелма возник силуэт. Он толкнул плечом одного из ледяных, другого, подвинул Вилхелма и предстал перед гостьей.
  - Круль Селвин, - тихо назвала его Нина - и не знала, что ещё сказать.
  Она всё думала, что не узнает его, что даже не помнит его, но никто в жизни не смотрел на неё так, как он. Во взгляде Селвина читалось напряжение и нетерпение, радость и тревога, беспокойство и надежда. В нём бушевала буря, с которой он не мог справиться.
  Нина видела, что он уже в отчаянии от того, что не может найти слов и должным образом поприветствовать её. Хотела ему помочь, но только набирала воздуха в грудь, чтобы сказать, как рада его видеть, или спросить, как поживаете, и закрывала рот, потому что всё не к месту, всё не то.
  От досады на саму себя, на свалившееся косноязычие, хотелось плакать. Но тут Мируна выскочила из домика, тоже надевшая сапожки с красивой шубкой, и сияющим взглядом, кричащим: "Вот я какая!" оглядела всех.
  Вилхелм элегантным мужским жестом подкрутил усы, залихватски крякнул и собирался сделать шаг к потупившей очи девушке, как его очень ловко отпихнул молодой ледяной и схватил у Мируны ручку, засвидетельствовать своё почтение.
  Нина отмерла, Вилхелм спустя миг взревел бизоном: "Ах ты, щенок!", а Мируна сделала шаг назад и невообразимо глупо раскрыла свои глазищи и рот, как будто собралась произносить букву "О". Завязалась маленькая потасовка. Горничная прижалась к стене домика, даже залезла на ступеньку, а Нину кто-то крепко обхватил и отодвинул в сторону.
  - Ай, - воскликнула леди, спихивая с себя обнимавшие её руки, но увидев, кто её в мгновении ока оттащил от сцепившихся мужчин, застыла.
  - Вы? - промямлила она и смутилась, от того что лучше бы молчала, чем говорить дурацкое "вы?"
  - Я, - получила она ответ и увидела, что круль сердится.
  - Не сердитесь на них, - ожила Нина, - Мируна у меня красавица, я удивляюсь, как это раньше мужчины не сражались за неё, - и в просьбе положила ладонь ему на локоть.
  А он полоснул досадливым взглядом и с надрывом признался:
  - Я на себя злоблюсь! Снова я, как телепень, стою перед вами и умираю от того, что вы могли обо мне подумать.
  - А я думала, что вы меня приняли за суетливую и глуповатую леди, - неожиданно призналась Нина, - и очень переживала из-за этого. Обычно я очень собранная и деловая, но как вас вижу - так глупости несу, - леди вздохнула, посмотрела, как Вилхелм даёт оплеухи молодому парню, что влез перед ним, а Мируна, прижав руки к щекам, совсем обалдела от происходящего.
  - Надо их остановить? - неуверенно спросила леди, но одновременно видела, что другие ледяные с насмешками наблюдают за происходящим, - что-то я совсем не знаю, что делать.
  - Идите в ваш домик и не мёрзнете здесь, я со всем разберусь, - и, отодвигая всех, кто закрывал дорогу к дверям домика, круль проводил Нину. Мируна, опомнившись, выпрыгнула вперёд и повисла на руке Вилхелма. Тот резко развернулся, некоторые ледяные приготовились удержать мужчину, но тот и сам сдержался.
  - Хватит, что за ребячество, - строго крикнула ему девушка.
  - И то верно, - покладисто согласился Вилхелм, улыбнулся и повторил свой красивый жест с усами.
  Тут молодой подскочил, вид у него был вывалянный, но он всё равно задорно вякнул под руку:
  - Моя дева будет! Как хошь, а моя! А тебе, старый валенок, она не достанется!
  - Ах ты, засранец! Ну, погоди уже, домой вернёмся - я с тебя задор сниму, - Вилхелм хотел ещё раз заехать по уху ретивому молодцу, но тот ловко увернулся.
  - Вот ведь ловкий паршивец, - выругался мужчина.
  - Да бросьте вы серчать на него, - чуть заигрывая, произнесла девушка.
  - Разве я сержусь, - неожиданно хохотнул Вилхелм, - поганец весь в меня! Раз глянулась ты ему, прекрасная дева, так теперь он не отстанет! У него глаз верный, с первого взгляда тебя ухватил, пока другие олухи соображали.
  - Как же... - промямлила Мируна.
  - Ну, давай, иди-ка ты в тепло, а то ишь, выскочила, нечего мёрзнуть, давай, давай, слушайся отца мужа, - и прихлопнул её по заду.
  - Но как же...
  Молодого ледяного придерживали свои, пока он рвался отцу руки оторвать, а Вилхелм уже запихнул девушку в домик и присоединился к работе.
  Лошадей выпрягали и собирались сопроводить их обратно к стене. Один из охотников приманивал лутов, чтобы впрячь их. Ребята примерялись к фургонам на случай, если придётся их тащить вручную.
  - Идут, - коротко крикнул один из ледяных и все отошли в сторону.
  Луты - очень коварные и умные животные. На них давно уже никто не охотился, зато луты любили выследить охотников, подождать, когда те удачно поохотятся и отнять у тех добычу.
  Делали они это очень хитро и умело.
  Самки лутов могли отвлечь людей соблазнительными следами любого животного, как будто те пробежали вот прямо сейчас и надо срочно бежать за ними или, наоборот, прятаться, а самцы здорово нагнетали ощущение приближающейся неблагоприятной смены погоды. На открытом пространстве в преддверии той же вьюги оставаться нельзя, и охотникам приходилось срочно решать, что делать с добычей. Иногда они отрезали самые ценные куски, а остальное бросали.
  Во всех случаях людей качественно дурили и отвлекали от туши, а когда те начинали подозревать, что их обманули и возвращались, то добычи уже не было.
  Лутов считали магическими животными и последнее время старались добровольно делиться с ними трофеем, если догадывались, что они рядом. Желание лутов получить еду, не охотясь, позволяла их использовать в перевозках крупных предметов. Их можно было подманить горловым звуком, а дальше приблизить к себе угощением.
  Приходила вся семья, а подходил близко всего один лут и съедал предложенное. Потом он с любопытством смотрел, как на него накидывают крепления и толкают вперёд.
  Зверь прекрасно понимал, что выполняет работу и часто останавливался, считая, что настало время подкормить его или семью. Сородичи шли невдалеке и следили, чтобы работающего родственника не обидели. Иногда подходил ещё один лут и просил себе работу.
  Большие мохнатые животные, чем-то похожие на белых медведей, только морда узковатая и слишком вытянутая вперёд с очень крупным подвижным носом.
  Сейчас неплохо было бы заполучить двух лутов в работу, но этого никогда не угадаешь заранее, тем более, столь близко от стены надежды дозваться их было мало. Во всяком случае, кусочки солёного мяса приготовили для них в избытке.
  Нина не видела, кто отправился возвращать лошадей, кого впрягли вместо них. Она сидела с Мируной в домике и ждала. Только когда тронулся с места их фургон, девушки, воскликнув: "Что же мы сидим!" - бросились хлопотать.
  - Миледи, надо ли нам всех кормить? Да стоит ли вообще пускать ледяных к себе? Будут шуметь, Дара разбудят.
  - Ох, не знаю Мируна, ничего не знаю. Теперь продуктов не жалко, но места у нас, и правда, немного. Двоих можно за стол посадить, хотя тесновато, одного у дверей оставить и всё. Думаю, они это сами понимают.
  - И то верно, - снова села подскочившая было горничная.
  - Но кто-то должен к нам зайти и сказать хотя бы, что дальше, - рассуждала леди.
  - Я видела круля, наверное, он зайдёт, - неуверенно предположила служанка, - надо бы всё же на стол собрать, хоть что-то.
  - Да, достань пирожков, их все равно долго хранить нельзя и порезанное мясо выложи.
  Сама Нина залезла глубже на кровать с ногами, чтобы не мешать Мируне хозяйничать.
  Минут через двадцать в их домик постучали, и горничная метнулась открыть дверь. Она ахнула, заметив, что движутся они с приличной скоростью и быстро отпрыгнула назад, давая возможность крулю запрыгнуть внутрь. Следом появился Вилхелм, но молодой Вилхелмец не дал тому заскочить в фургон, и они оба повалились в снег.
  - Шальные оба, - рассердилась Мируна и, высунувшись наружу и увидев, что никто не пострадал, прокричала:
  - Никого не пускаем больше! - потом с испугом оглянулась на Дара, но тот продолжал спать.
  Нина собралась надевать сапоги, но круль уже плюхнулся напротив и возиться у него в ногах в поисках своих сапожек, а потом там же надевать их расхотелось. Получалось очень неловко и хотелось бы указать на нескромность в поведении, но если бы он остался стоять, то нависал бы сверху, и это тоже плохо. А если бы она встала рядом, то они начали бы походить на обжимающуюся парочку.
  "Всё с ним не слава Богу", - тяжело проплыла мысль, но возникшее недовольство наконец-то развеяло любовную дурь в голове.
  - Вы простите меня за внешний вид, всё же у нас поход. И, если позволите, я останусь без обуви, ноги ещё не отогрелись.
  Селвин с любопытством посмотрел, во что одета леди, потом перевёл заинтересованный взгляд на укрытые тёплой шалью стопы. На неширокой лежанке он приметил белоснежное постельное бельё из наилучшей ткани, торчащее из-под красивых шерстяных покрывал. На стенах домика висели изумительные ковры, даже пол был устлан мохнатой дорожкой, по которой он осмелился пройти в сапожищах.
  Лежанку мальчика, о котором рассказывал Вилхелм, прикрывало висящее расшитое шёлковое полотно. За одну эту ткань светлую леди могли бы убить некоторые обнищавшие жители. В её маленьком домике больше ценностей, чем у многих уважаемых ропаков.
  "Никого нельзя пускать сюда", - принял решение круль.
  Нина спрашивала его, куда они приедут, а он глазами зыркает и молчит.
  - Почему вы не говорите со мной, - бросила она ему упрёк, а он посмотрел на неё удивленными глазами.
  - Я бы не посмел, - как-то растеряно и беззащитно произнёс он, и леди стало стыдно.
  "Может, с мороза разобрало его", - нашла она ему оправдание.
  - Я спрашивала, куда мы едем?
  - В город, - счастливо улыбнулся круль.
  Улыбка ему очень шла, хотя есть ли люди, которых она не красит? Но вот ответ не вносил ясности.
  - Мне будет весьма приятно погостить у вас, - вежливо заметила Нина, - наверное, вам есть, чем похвастать?
  - Нет, то есть да, конечно есть, - в глазах мелькнул испуг, - у нас долго можно всё осматривать, очень долго. Вам же не приходилось раньше бывать у нас?
  - Нет, - улыбнулась разговорившемуся крулю девушка.
  - Прошу к столу, - Мируна прекратила вертеть задом перед носом Нины и Селвина и отсела поближе к Дару.
  - Давайте сюда, поближе, - предложила леди, - и пожалуйста, говорите тише, Дар спит.
  - Как он попал к вам?
  Нина, чуть пожала плечами, посмотрела на ледяного:
  - Познакомились в позапрошлом году. Он жил в своём замке, а потом обстоятельства сложились так, что Дар был вынужден бежать. Добрался до меня, остался со мной в качестве воспитанника.
  Круль слушал внимательно, сейчас он не походил на ошеломлённого влюблённого.
  - У меня к вам просьба, Селвин.
  - Да, слушаю, - и он действительно слушал, показывая, что готов приступать сразу же к выполнению любой просьбы. Это очень подкупало.
  - Дар плохо помнит маму, недавно выяснили, кто его отец. Лорд Волдо проживает в столице, нельзя нам организовать поездку туда?
  Селвин нахмурился. Нина поняла, что нельзя и она напрасно поддаётся его обаянию. Она опустила глаза и сделала вид, что подмеченное ею абсолютно её не затронуло и даже не разочаровало. Взяла щипчики, зажала ими крупный кусок сахара, расколола на несколько мелких частей, один бросила себе в чашку.
  - Пожалуйста, угощайтесь, - подвинула ему вазочку с колотым сахаром.
  - Миледи, если для вас это важно, то я провожу вас в центральный город.
  Девушка подняла голову и посмотрела ему в глаза. Круль всё ещё хмурился.
  - Мы - открытая страна, но есть негласное правило, что дальше моего города никто из чужих не ходит.
  - Значит, моё нахождение там будет незаконно? Или официального запрета всё же нет?
  - Официально мы открытая страна, но лучше бы вам передумать.
  - Я поняла вас, а нельзя ли лорда Волдо пригласить к вам? Быть может ему станет интересно посмотреть на мальчика?
  - Можно попробовать пригласить его, можно вашего воспитанника одного отвезти к ропаку Волдо.
  - Нет, Дара одного я не отпущу.
  - Хорошо, сообщение ропаку Волдо послать несложно, - пришел к компромиссу мужчина.
  - Как долго мы будем добираться до вашего города? - оттаяла Нина.
  - Если лут не раскапризничается, то послезавтра утром мы будем на месте.
  - А лут - это кто?
  - Вы завтра увидите, а я с удовольствием расскажу о них вам. Мы будем делать остановки, и я приглашаю вас прогуляться.
  Нина посматривала на круля и думала, как же всё-таки все мужчины зависимы от еды! Стоило подкормить его - и пожалуйста, уже робости нет, свидание назначает.
  - А ваши люди будут всю ночь на улице?
  - Часть из них вернётся в город сейчас. Опасности нет, мы без них спокойно доберёмся. Оставшиеся ребята нашли место у вас в прицепленном фургоне и заночуют там. Погонщик, естественно, останется присматривать за лутами.
  - Но в фургоне же холодно, вы не боитесь околеть?
  - Мы тепло одеты, всё будет хорошо.
  - У меня есть грелки, могу поделиться несколькими горячими камнями. Они, конечно, всю ночь тепло не продержат, но на час-полтора хватит.
  - Не волнуйтесь, кто начнёт замерзать, тот выскочит наружу и пробежится. Отдыхайте, светлая леди, никто вас не побеспокоит, будьте спокойны.
  - Спасибо.
  Круль поблагодарил за угощение и поднялся уходить. Нина, прикрыв ладошкой рот, зевнула, но лицо старалась держать доброжелательное и как вежливый кролик в мультике про Винни Пуха, предложила:
  - Может быть, вы ещё выпьете чашечку чая?
  Селвин улыбнулся, девушка всё время подкладывала ему пирожок за пирожком, а сама лишь пила чай. Уходить ему от неё никуда не хотелось.
  Всю свою жизнь он к чему-то стремился, что-то делал, старался, надрывался, терпел, но не отступал. Бывало, увлекался девушками, рождались дети, но никогда не было такого острого, выворачивающего душу желания назвать этот крохотный домик своим домом.
  В один миг потерялся смысл всей работы, жизни, оказывается ничего ему не надо, только чтобы светлая леди была рядом. Пусть сидит себе, потягивает чай, или лежит, да хоть что делает, только рядом с ним, и только тогда всё остальное приобретало прежнее значение.
  Его дед говорил, что "дом там, где твоя женщина". Многие смеялись, пошло шутили, а у него сейчас сердце щемит от осознания этой простой истины.
  Ледяной не стал задерживать девушек, было видно, что они устали. Ему надо было подумать. Увидев, как обставлен походный домик леди, Селвин с новой силой заволновался, будет ли удобно и хорошо светлой леди в его дворце.
  Выловив ребят, которые собирались бежать домой, он попросил передать сообщение Джисе, чтобы та нашла самые пушистые ковры, вычистила их и положила бы в комнатах для гостей. Обязательно чтобы она нашла в кладовой красивую посуду и приготовила её, подать на стол. Вспомнил он и про разное бельё, что шили женщины под руководством Джисы и велел передать, чтобы она проследила за тем, что застилает лучшее.
  Ребята убежали, а Селвин всё не мог уснуть и волновался, что не успел сам проконтролировать, как вымыли дворец, как подготовили гостевые покои.
  
  На следующий день вышла неловкая заминка из-за чрезмерного любопытства ледяных к гостьям. Мируне пришлось под множеством взглядов выносить отхожее ведро, но самих хозяев, похоже, ничего не смущало. А Нина стеснялась выйти из-за этого.
  - Ты хоть снежком присыпала?
  - А как же, как всегда, вон лопата в снегу. Нечего им любоваться, чай мы не зверьё, чтобы нас по отходам отслеживать.
  - Это ужасно, когда вся жизнь на виду, - вздохнула леди.
  - И не говорите, я уж тоже отвыкла от многого. Вроде всю жизнь по-простому жила, а вот вкусила другого, понравилось, быстро привыкла и возвращаться к прежнему не хочется. Как там будет у ледяных? Чует моё сердце, что не так сладко, как мечтается.
  - Посмотрим, - Нина никак не могла решить, надеть красивые сапожки и мёрзнуть или тёплые валеночки.
  - Эх вы, женщины, - с превосходством выдал Дар, - у нас столько деньжищ, что мы везде хорошо жить можем. Организуем быт так, как нам нравится!
  - И то верно, - согласилась Нина, - главное, чтобы люди нормальные были, ну или демоны, без разницы.
  Леди уверенно задвинула сапожки в сторону, надела валенки, схватила сладкие карамельки и пошла на выход.
  Солнце, и слепящий снег ударили по глазам. Пришлось сощуриться и отвернуться. Глаза ледяных сильно выделялись на их лицах и привлекали внимание жутковатой красотой. Нина закинула в рот леденец, и пошла посмотреть, кто вёз их всю ночь.
  - Доброе утро, светлая леди, - приветствовали её ребята один за другим.
  - Ко мне правильно обращаться "леди Нарибус", - поправила их Нина, - я больше не жена его светлости герцога Керидского. Поэтому либо "леди Нарибус", либо "миледи".
  Девушку накрыла тень, она оглянулась, - позади неё стоял Селвин и закрывал её от солнца.
  - Вы не жена ему, но он просил позаботиться о вас, - сверлил взглядом круль и непонятно было его настороженное удивление.
  Нина чуть улыбнулась, притянула за ворот мужчину к себе поближе:
  - Это тайна, но с герцогом я познакомилась лишь на днях. Он вернулся из путешествия и надобность в его замещении отпала.
  Мужчина нахмурился.
  - Это из-за договора, да?
  - Да, мне очень жаль, но из-за безалаберности герцога король не мог потерять перешеек, вот и крутились, как могли.
  Селвин резко наклонился, обхватил Нину за талию и, прижав к себе, закружил её.
  - Ай, - пискнула она, - поставьте меня, пожа-а-а-луйста.
  - Простите, простите меня, не сдержался. Значит, вы его не любите?
  Леди проморгалась, несколько раз солнечные блики резанули её по глазам, но стоя в тени от круля, она быстро пришла в себя.
  - Нет, он приехал и отпустил меня. У него свои планы на жизнь, а у меня вот нарисовалось дело касательно Дара. Вы не сердитесь, что брак был липовый?
  - Липовый? А-а, понял, ненастоящий, нет, конечно, я рад. Но он о вас заботится...
  - Разве это странно? У нас мужчины оберегают женщин, - с гордостью произнесла Нина, умалчивая, в какие формы иногда выливается эта опека.
  - Я бы не отпустил вас одну в неизвестные земли. Вы такая маленькая, хрупкая...
  Нина отвернулась: "Ну начинается! Надо было сапожки надевать, там хоть каблук приличный!"
  Круль не понял, что его слова задели, поэтому поспешил оберегать изящное создание дальше.
  - Осторожнее, не подходите близко к лутам, - и протиснулся между ней и представшими перед леди животными.
  Нина в изумлении замерла. На месте лошадей стояли диковинные мишки, которые тянулись к ней, шевеля огромными, смешными носами. Чем больше они принюхивались, тем сложнее их становилось удержать. Девушка смутилась. От неё ничем не должно пахнуть. Прежде чем выйти, она тщательно привела себя в порядок, уж с её-то носом она была уверена в своей чистоте.
  - Круль, я не могу сдержать их, пусть леди подойдёт, они ничего плохого не сделают, - крикнул охотник.
  - Обойдутся, - перекрывая собою доступ к леди, рявкнул Селвин.
  - Почему я их заинтересовала? - вытягивая шею, спросила девушка.
  - Не знаю, миледи, но ваша помощница не произвела на лутов никакого эффекта, - обеспокоенно произнёс мужчина.
  - Круль, я не могу ими управлять в таком состоянии, они тянутся к нашей леди, как дети, - пожаловался охотник.
  - Я могу к ним подойти, но, честно говоря, страшновато. Достаточно им щёлкнуть пастью - и я останусь без головы, - не зная, как поступить, произнесла Нина. Ситуация выходила из-под контроля погонщика и всё из-за неё.
  Селвин начал быстро рассказывать о лутах.
  - Так это магические животные! - ахнула леди и присоединившийся к ней Дар.
  - Сейчас узнаем, что они хотят, - деловито произнёс мальчик и пока все соображали, что он затеял, Дар сосредоточился, несколько раз сменил выражение лица и торжественно выдал:
  - Их привлёк твой леденец! Угости их!
  - Но как? - разом воскликнули все.
  Дар с удивлением посмотрел на Нину.
  - Ты же сама рассказывала, что магические животные общаются телепатически.
  - Я? Ну да, но это было предположение...
  - Извини, не знал, - весело развёл руками юный лорд.
  А луты тянулись к Нине, норовя свернуть домик.
  Она, вздохнув, отчего у них яростно заработали носы, сунула руку в карман и, достав леденцы, принялась их разворачивать.
  - Миледи, поверните руку вот так, - подсказал охотник.
  - Леди Нарибус, положите свою ладошку на мою, или давайте я сам отдам эти штуки.
  - Спасибо, давайте вместе, мне хоть и боязно, но хочется самой. Но вы правы, с вами будет не так страшно.
  Селвин грозно посмотрел на тянущегося лута, принял ладонь Нины на свою и они протянули конфету. Животное сначала понюхало руку, после обследовало носом подарочек и ловко слизнуло. Тут начал толкаться второй лут. Ситуация повторилась.
  - Ух, страшно и здорово! - радостно воскликнула девушка.
  - Нина, дай мне, я тоже хочу угостить их, - попросил Дар конфет.
  Леди забеспокоилась.
  - Я подстрахую его, - успокоил её Селвин.
  Дар с удовольствием скормил все леденцы, прихваченные Ниной.
  - Селвин, - настороженно протянул охотник, - оглянись.
  Оглянулись все, из-за сугробов выходило с десяток лутов и все они торопились к Дару с Ниной. Мальчик был на седьмом небе от счастья.
  - Они все хотят конфет, - с восторгом объявил он всем.
  Нина соображала быстрее всех. Она сделала шаг в сторону, постучала в стенку домика, оттуда послышался крик Мируны.
  - Что такое, случилось чего?
  - Мируна, срочно конфет сюда! Только выходи не спеша, - леди постаралась крикнуть, но так, чтобы не напугать животных.
  Через несколько секунд приоткрылась дверь, и служанка, просунув в неё голову, зашептала.
  - Чего у вас?
  Нина на неё шикнула.
  - Не выходи, сейчас я подойду, - и плавно сделала пару шагов к дверям. Селвин двинулся за ней.
  - Нет, пожалуйста, присмотри за Даром, - попросила она.
  Ледяной не спешил выполнять её просьбу.
  - Для меня это важно, - настояла леди, замечая, как огромные животные окружают их.
  Он кивнул, прикрыл мальчика, но не выпускал из поля зрения Нину. Один лут подошёл к ней совсем близко и тянулся облизать ей лицо, уловив запах конфет от её губ.
  Нина, не желая быть облизанной или укушенной, отпихнула его.
  - Да подожди ты, - буркнула она.
  А охотник пытался выспросить, как Дар понял о конфетах. Мальчик старался объяснить про телепатию вообще, и что сперва он не мог понять, чего луты хотят, но они настойчиво ему показывали картинку губ Нины.
  - Я подумал, что они хотят целоваться, но вовремя сообразил, что у Нины был во рту леденец. Они потрясающе вкусные.
  Землянка с удивлением оглянулась, когда услышала про поцелуи, но Мируна впихивала ей конфеты, нервно обводя взглядом окруживших их животных.
  - Ты не паникуй, - тихо шептала ей леди, - они очень сообразительные, их привлекли наши леденцы.
  В это же время круль велел другим ледяным не выходить из прицепленного фургона. Оттуда слышалось злое бормотание Вилхелма, и раздача им оплеух кому-то.
  Стоящий рядом с Ниной лут никак не давал ей разобраться с леденцами, и она раздраженно отворачивалась от него, пытаясь развернуть немного прилипший фантик.
  - Ну, до чего же ты настырный, дай управиться, нельзя же так, - ворчала она, не видя, как всё больше бледнеет Селвин.
  Их с Даром животные оттеснили и полностью окружили девушку. Лутов привлекал запах, и они уже получили информацию, как выглядит сладенькая пахучая штучка.
  - Ну вот, всё, - подняла она глаза и поняла, что дышит на неё уже не одна морда, а четыре, а за ними пихаются ещё несколько.
  Мируна, подглядывающая в щёлку, просипела:
  - Миледи, да бросьте вы их им все, бросьте, пусть сами разбираются.
  - С ума сошла, меня затопчут! Сиди тихо, - шикнула она на неё.
  - Ну что, ты у нас первый, получай, - развернув ладошку так, чтобы удобно было слизать, она протянула её наиболее активному. В голове мелькнула картинка блаженствующего лута.
  - Ах, вот вы как общаетесь, - ахнула она, - так-с, кому следующему? Держи.
  Каждый успел съесть по несколько конфет, прежде чем заволновались работяги-луты.
  - Леди, подкормите наших везунчиков, пожалуйста, а то они обижаются, - попросил охотник, следящий за рабочей парой.
  - Нина, дай я, дай мне, - заканючил Дар.
  "Легко сказать", - девушка не знала, как выбраться из окружения лутов, которые надеялись ещё получить сладкого.
  Но тут помог Дар и рык рабочей пары.
  - Это я им объяснил, что тебя не пускают с конфетами к ним, - подлетел мальчик к ней и с нетерпением забрал остатки.
  Толпа лутов, обходя Нину, заспешила за ним. Селвин прикрыл лорда, а от Дара, казалось, расходится сияние счастья, так ему нравилось кормить этих великанов. На четырёх лапах они были Нине по грудь или по подбородок, а если встанут на задние лапы, то передние смогут поставить на крышу домика. Нина посмотрела на прикреплённый заборчик из пик к стене домика и горько подумала. "Вот, пожалуйста, они окружены и ничего сделать для своей защиты не успели", - а потом посмотрела на этих нетерпеливых лутов -"ну и ладно, смешные они".
  Еле отогнали нерабочих лутов и принялись завтракать. Мируна подготовила еды для всех, но Селвин не разрешил никому заходить в домик. Сделав из нескольких поленьев подобие столешницы, выставили на неё горячую еду.
  Дар втихушку носил разные продукты рабочим лутам, подкармливая их, за что удостоился необычайного обожания от них. Нина тоже не удержалась и скормила им ещё коробочку пастилы. Заслужила благодарное облизывание, повозмущалась, но не меньше Дара была довольна.
  Мируна хлопотала, с достоинством принимала помощь молодого наглого ледяного, но когда он пытался на ступеньке поддержать её под локоток, свирепо давала ему по рукам. Ледяной смеялся, а она злилась, что ему смешно.
  До самого обеда Мируна не давала покоя ни леди, ни Дару, высказывая им какой нахал "этот наглец", "что он себе позволяет!".
  - Его зовут Иво, Иво Вилхелм. Старших в семье называют именем отца, а всем остальным повезло, имеют собственное имя, - вставил мальчик в её реплики.
  Девушка слушала внимательно, но как только Дар закончил, так сразу фыркнула:
  - Мне без разницы!
  - Ты, Мирунка, только не торопись со своими заявлениями о детях, может, мы тебя замуж выдадим, а то ты ворчливая больно стала, - заявил Дар, а девушка плюхнулась на кровать.
  - Никуда я от вас не пойду! Чего это я ворчливая? Я целый день молчу! - не на шутку занервничала она.
  Нина постучала по лбу, показывая Дару, чтобы думал, о чём говорит и с кем. Он широко раскрыл глаза, показывая, что не понимает. А Нина зашептала: "Она же в неадеквате, ты лучше следи, чтобы не пересолила". Дар показал, что всё понял и убрал солонку вообще.
  На обед ели сладкий суп. Дар пожимал плечами, а Нина делала вид, что всё нормально. Кому-то даже понравилось, особенно лутам.
  Селвин, увидев, что леди вышла из домика и пытается размяться, предложил ей немного покататься по лыжах.
  - Правда, можно? Мне бы хотя бы чуть-чуть, - зацепилась за идею Нина, - очень тяжело долго сидеть без движения.
  На лыжи встала не только Нина, но ещё и Дар. Мируна сказала, что ей некогда упражняться, ей ещё ужин готовить. Леди поспешно закивала, мол, как скажешь. Вдвоём у столика сложно развернуться, но по мелочи Нина помогала девушке. Сейчас же всем требовалось немного свободы, даже Мируне просто полежать и отдохнуть тоже было необходимо.
  
  Селвина обогнать было невозможно, он приотпускал разогнавшихся Нину и Дара, а потом оказывался рядом с ними. Очень быстро подключились к догонялкам свободные луты. Они путали Селвина, и он врезался в сугробы, кружили вокруг него ворох снежинок, и он вынужден был останавливаться, удивленно моргать глазами и отплёвываться, а один раз луты даже закидали его снегом.
  Нина думала, что умрёт от хохота. Звери повернулись спиной и задними лапами зашвыривали на круля горы снега. Все ледяные в ошеломлении наблюдали за проделками зверей и разделились на тех, кто подбадривал Селвина, и на тех, кто "болел" за лутов. Всеобщий восторг заставил выскочить Мируну на улицу, где её тут же закружил молодой ледяной.
  - А ты тоже умеешь так же на полозьях кататься? Научишь меня, красавица?
  - Конечно, умею, - гордо ответил она, отпихивая наглеца, - вот ещё, учить, у меня дел полно!
  Мируна обалдело смотрела на сообразительных играющих лутов. Потом увидела Вилхелма и подошла к нему.
  - Лорд Вилхелм, как поживаете? - спросила она, с удовольствием отмечая, скуксившегося Иво.
  - Плохо, красавица, молодняк ночью храпел, а как поесть предложили, все так чавкали, что я и насладиться не успел твоей стряпней.
  - Я вам отдельно положу в следующий раз, негоже лорду аппетит портить некультурным поведением.
  - Вот, я и говорю, некультурные все, лапы тянут поперёк главы своего, - обрадовался Вилхелм.
  На большее у Иво терпения не хватило, и он, встав перед отцом, улыбаясь во всю ширь, предложил пойти покормить лутов. Он прекрасно, видел какой восторг вызвало кормление у леди и надеялся, что столько же счастливых взглядов перепадёт и ему.
  Мируна оказалась не такой смелой, как её леди, и подходила мелкими шажками, по чуть-чуть, протягивая дрожащую руку, но когда конфетку слизнули, она посмотрела удивленно-восторженными глазами на Иво:
  - Язык-то шершавый какой! Но что им с одного леденца, им, поди, ведро конфет надо!
  Девушка была довольна, что решилась угостить зверя, но погладить его не отважилась. Иво за своё терпение заслужил благодарный взгляд.
  - Ладно, пойду я, дела не ждут, - вздохнула она и позволила довести себя до дверей, более того, даже не оттолкнула поданную руку, а только хмыкнула.
  Уже закрыв дверь, она счастливо улыбнулась.
  "Чудны пути твои, Богиня! Может, и я заслужила настоящую любовь, о которой грезит леди? Или это всё же не для простых людей?".
  Она прижала руки к груди. Нет, нельзя поддаваться наваждению, разве может такой красавчик ею увлечься всерьёз? Да и молоденький он совсем. К тому же сын лорда! Нет, разобьёт ей сердце и исчезнет. Одно дело отпустить от себя просто приятного мужчину, а другое дело влюбиться, зачать ребенка - и расстаться. Надо вообще от Вилхелмов держаться подальше!
  Путешествие продолжилось. Мируна хлопотала по хозяйству, Нина помогала ей чистить, резать, и обе они летали в прекрасных сферах воспоминаний, кто как посмотрел, улыбнулся, сказал.
  Ужин удался, и необычайно строгая Мируна принимала похвалы, едва сдерживаясь, чтобы не расплыться от удовольствия.
  А рано утром гостей разбудили, предупредив, что скоро въезжают в город. Об этом просила Нина, так как считала нужным подготовиться заранее.
  Наскоро перекусив и проведя все утренние процедуры, компания принялась наряжаться. Леди должна выйти в платье, госпожа в костюме, а лорд обязан выглядеть лордом.
  
  
  

Глава 18.

  
  
  Земли ледяных. Город.
  
  Издалека город был восхитительно красив. Поражали высокие белоснежные здания не меньше пяти-шести этажей. Башенки, переходы, ажурные декоративные ограды на высоте, украшения вокруг окон, разноплановость нижних тяжеловесных этажей и более лёгких верхних.
  Понизу шли прямоугольные окна, обрамлённые рельефными наличниками с замковыми камнями, на самых верхних этажах окна были закруглённые, украшенные лепниной. Всё это смотрелось богато, вычурно и интересно, но чем ближе подъезжали, тем больший диссонанс вносили более низкие дома, втиснутые между расположенных на равном друг от друга расстоянии высоких.
  Но самое большое разочарование приходило при ближайшем рассмотрении некогда щедро украшенных домов. Они были стары, украшения осыпались, виднелись выпавшие куски камня и местами висели за окнами мешки с продуктами, которые издалека воспринимались как какие-то элементы декора.
  Внутри города строительная разностильность и разноплановость усиливалась и наполненность улиц строениями доходила до маразма. Селвин предупредил, что походный домик, да ещё и с прицепом, предстоит провести сложным маршрутом, но как ни старались ребята, им пришлось разъединять сцепку, и тащить фургоны по отдельности. Лутов отпустили перед въездом в город.
  Полная зависимость от ледяных немного напрягала Нину, но она прекрасно понимала, что даже если бы у них остались лошади, то им все равно не тягаться со скоростью местных жителей. И всё же, иногда даже иллюзии самостоятельности успокаивают и вселяют внутреннюю уверенность.
  Гости слышали, как их фургоны пытались вместить во двор дворца, зажатого со всех сторон постройками, и всё меньше хотелось выходить из своего убежища. Но вот наступила тишина и в дверь постучали. Переглянувшись, Дар смело выступил вперёд.
  Его глазам предстало множество народу, в основном женщин, которые не отрывали глаз от дверей, а теперь от него.
  - Какой хорошенький!
  - Пригожий-то какой!
  - Ой, ну что за лапочка!
  - Ах, как одет, наверное, принц!
  - Да он же из наших!
  - Быть может, потерянный сын имперо!?
  - Дура, у имперо дети не терялись!
  - Откуда ты знаешь, чей ещё он может быть сын? Уж не твой ли?
  Народ оживал прямо на глазах, Дар произвёл неизгладимое впечатление на местных.
  Внимание смогла отвлечь только следующая появившаяся фигура. Молодая женщина, в длинном платье, ткани на которое не пожалели, поражала с первого взгляда.
  На руках у неё были варежки с раздельными пальцами, из-под рукава шубки виднелся сверкающий браслет. Дальше взгляды бегали, не зная, на чём остановиться. Интересны были торчащие из-под платья изящные носы сапожек и никогда ранее не виденные удивительно высокие каблуки. Некоторых заворожили висящие в ушах серёжки, в форме которых узнавали редкие цветы. Но больше всего удивляли яркие, насыщенные цветом серо-голубые глаза.
  Голову гостьи покрывал тонкой работы, как будто плёл паук, платок. Дальше привлекали внимание её волосы, они были темнее, чем у многих местных женщин, но всё же тёмный золотой был им близок.
  Нине тоже досталось восклицаний. Ахали тому, как выглядят светлые леди, что именно так их себе и представляли. Кто-то называл гостью красавицей, кто-то любимой Девой Зимы, а кто-то разочарованно произносил:
  - Махонькая-то какая!
  Нина до сих пор пережить не могла, что в этом мире она маленькая. На Земле не всегда каблук надевала, чтобы не смотреть на многих свысока, а тут махонькая, видите ли! Она с тоской смотрела на женщин и понимала, что да, средний рост у них ещё выше, чем у жительниц королевства.
  Неожиданно все замолчали. Позади Нины вышла Мируна. Народ с жадностью принялся изучать её.
  Если Нинины глаза им показались яркими, то насыщенный тёмно-карий цвет уроженки королевства их потряс. Они слышали, что такие глаза - норма у людей за границей, но вот так, увидеть воочию! Да к тому же, чтобы у женщины был тёмный цвет волос!
  Мируна появившись и поняв, что именно её появление послужило обрушившейся тишины, замерла.
  - Да живая ли она? Может, это статуя?
  - Так сама она шагнула, ты что, не видел?
  - Яркая-то какая! Как будто сам Мир её расписал!
  - А может, и сам, нам неизвестно.
  - Так может, в бане сотрётся краска с неё? Глазищи-то какие! Разве бывает так?
  - Точно, я знаю, у них там в королевстве ресницы накладные придумали делать. Наш глава ездил туда и много чего порассказал, вернувшись.
  Мируна фыркнула, качнула головой, чтобы висюльки серёг блеснули и, подобрав юбку, сошла вниз к леди и лорду.
  Всё происходило быстро, говорили все почти одновременно, и когда трое гостей двинулись по узкому людскому коридору к ожидавшему их Селвину, то женщины совсем оттеснили немногочисленных мужчин, чтобы в подробностях запомнить, во что одеты были гости.
  Селвин снова чуть не опозорился перед леди. Он забыл, как она может преобразиться, из милой девушки став богиней.
  От неё невозможно было оторваться, всё в ней притягивало взгляд, заинтересовывало, восхищало.
  Вот она с удивлением смотрит на бесцеремонно вылупившихся его сородичей, вот прижимает к себе юного лорда, словно желая мальчика защитить от назойливости, вот весёлые смешинки в её глазах, когда она слышит, как обсуждают её помощницу.
  Светлая леди не произнесла ни слова, но её необыкновенные выразительные глаза завораживают своей реакцией на происходящее. Круль чуть не забыл дать знак, чтобы домик леди охраняли от любопытного вторжения. Поручил он это Иво, понимая его личную заинтересованность в безопасности гостий.
  
  Нина приблизилась к некогда роскошным белым ступенькам, а Селвин не выдержал и быстро спустился вниз, подавая ей руку. Это было не по протоколу: он же круль, а она простая леди, но заострять на этом внимание было бы нетактично. Но на будущее надо будет подсказать ему о соблюдении ранга. Не хотелось бы, чтобы с другими представителями королевства он оплошал.
  Войдя в обширную залу, Селвин начал представлять ей своих родственниц, что тоже было неправильно. Нине стало неловко от оказываемых ей почестей.
  Она постаралась компенсировать неположенный ей почёт приветливостью, но женщинам, похоже, было всё равно. Они рассматривали её, не стесняясь, и хмурились, поглядывая друг на друга. Их одежда была более функциональна. Узкое расшитое драгоценными камнями платье по колено, а из-под него торчали штаны. Поверх платья надет тёплый жилет мехом внутрь. На ногах были мягкие сапожки. Вполне уместный наряд для севера, но женщины явно застеснялись своего вида и расстроились.
  Нина пожалела, что решила выйти во всём блеске. Политически это было верно, но смущать хозяек у неё не входило в планы.
  Селвин очень старался произвести благоприятное впечатление, он постоянно наблюдал за девушкой, ловя малейшие её эмоции. Приметив, что она немного расстроилась при встрече с его снохами, он наградил их таких взглядом, что родственницы отступили назад.
  Круль, минуя многочисленных детей, стоящих кучкой позади Вилды и Джисы, повёл Нину в гостевые покои. Он шёл, придирчиво осматривая отмытые залы, лестницы, коридор. Ему всё нравилось, но его гостья почему-то всё больше сникала.
  Давно уже не было во дворце так просторно, душа Селвина пела, особенно от того, как вписывалась в открывшееся великолепие фигурка скользящей рядом с ним леди. Он смотрел на неё и понимал, что только в такого рода платьях уместно перемещаться во дворцах. И двигаться леди должны спокойно, с достоинством, чуть приостанавливаясь, если что-то заинтересовало.
  Круль даже не замечал, что любое движение, жест Нины воспринимает, как идеал. Бежит она на лыжах, падает, смеётся или задыхается от смеха, смотрит с любопытством или осуждающе приподнимает бровь, с блаженством закидывает в рот леденец или смущенно прикрывает рот ладошкой, после того, как "поползли пельмени назад". Он наслаждался, балдел, открывал для себя женщину, словно целый мир перед ним. Смотреть на неё можно было до бесконечности, чтобы она не делала.
  Сейчас она шла с ним и её всё больше что-то тревожило. Круль решил, что как только закончится день, отдать приказ ещё раз вымыть ночью дворец. Ведь и правда, стены не везде отмыли, да на стыках между камнями видны чёрные полосы, а ещё эхо поселилось на этаже.
  "Ну конечно, барахло убрали, а мебель с чердака не вернули!"
  - Вот ваши покои, миледи, - распахнул он дверь, а сам быстренько попытался осмотреть, всё ли хорошо в комнатах.
  Невестки не подвели. Если бы обе не были труженицами, то он давно бы настоял на их отселении. Братья признали Джису и Вилду единственными перед всеми, но это были, скорее, соглашения между семьями, основанные на симпатии, чем любовь. Жили они неплохо, более-менее ладили, хотя Кристоф и Лукаш слишком редко бывали дома, чтобы успевать ссориться.
  Кристоф следил за добычей камней, топлива в пещерах, Лукаш присматривал за выращиванием в пригодных подземных полостях грибов, мха, некоторых видов насекомых, сбором ценных веществ для продажи в королевство. За Селвином оставался город, те же пещеры и добавлялись охотники.
  Сейчас круль был доволен жёнами братьев, ему нравилось, как они справились с поручениями, но улыбка леди стала совсем натянутой.
  - Миледи, что-то не так? - с беспокойством спросил он.
  - Что вы, всё хорошо, спасибо, - вежливо ответила Нина.
  - Вам, наверное, нужно отдохнуть? - предположил мужчина.
  - Особо уставать мне не с чего, но вот хорошенько помыться хотелось бы, - попросила Нина.
  Круль просиял:
  - Я сам покажу вам всё. У нас на первом этаже есть отличная баня.
  - Баня? Настоящая баня? - воскликнула Нина.
  - Наверное, настоящая, - чуть смущённо улыбнулся Селвин, радуясь, что так обрадовал леди, а вот её помощница совершенно не понимала, о чём идёт речь.
  - Но это не всё, - воодушевился хозяин, - идёмте.
  Он провёл гостей через покои, стараясь не наступать на ковёр, открыл дверцу - и перед ними предстала роскошная комната с пустым бассейном.
  - Здесь, правда, какое-то время вымачивали мясо, а потом что-то случилось, и вода перестала набираться в эту яму, но вот здесь всё работает.
  Селвин провёл леди к потрясающе современной душевой, и Нина остановилась, словно вкопанная. Присутствовало впечатление, что в царском помещении жили вандалы, но к её приезду, что могли - всё почистили. В душевой кабине она увидела остатки сенсорного управления, сейчас все значки были затёрты, а внизу аккуратно отпилена часть и вставлены рычажки. Вот нажимом на эти рычажки и подавалась теперь вода, что и продемонстрировал круль.
  Землянка была потрясена. Здание, без всяких сомнений, ставили намного более высокоразвитые предки. Следующие поколения уже не справились с возникающими поломками, но хоть как-то сообразили использовать то, что есть, а нынешние потомки в бассейне мясо держали в рассоле!
  - Вот здесь отхожая ваза, - продолжал пояснения Селвин.
  - Спасибо большое, мы разберёмся, нечто подобное есть в королевстве, - мягко оттеснила Нина от горшка мужчину.
  - Да? А наши говорили, что у вас ведром пользуются, - непосредственно удивился он.
  - В деревнях, в пути - да, - испытывая неловкость, пояснила девушка.
  - Я всё что-то не то говорю, - расстроился Селвин, - то молчу, то смущаю вас. Мне очень хочется, чтобы вам понравилось у нас, чтобы вы задержались, быть может...
  - Давайте выйдем из туалета, - не выдержала Нина.
  - Туалет? Мы называем такие комнаты уборной, но да, конечно, - замечая, что леди всё больше сердится и как-то всё покашливает, как будто у неё першит в горле.
  Они вышли, Дар, нахмурившись, смотрел в окно, Мируна с беспокойством следила за леди.
  - Благодарю вас за предоставленные покои, если позволите, мы попробуем обжиться здесь.
  - Да, конечно, - с тревогой смотря на всех, согласился ощущающий неладное хозяин и вышел.
  Как только захлопнулась дверь, Нина со стоном выдавила из себя:
  - Мируна, открой окно, я задыхаюсь.
  Дар бросился первым и с трудом приоткрыл створку. Леди рванула к поступающему воздуху.
  - Леди, как же вы? - с жалостью проныла горничная, - даже я, не особо чувствительная, ощущаю резкие запахи. Чем они тут занимались? А уж где тут расположены туалеты, это я вам даже отсюда скажу. Как так можно было запустить дом?
  - Мируна, ты не поняла? - произнёс Дар. - Все, кто нас встречал, живут здесь, а ещё мужчины с работы не вернулись. Вот и представь, сколько народу ходит на один горшок! В казармах каждый день отхожие места чистят, а вонища там всё равно будь здоров к вечеру накапливается.
  - Неужели, - ахнула служанка, - ну, тогда понятно. Но всё же, как нам быть? Миледи плохо, вон она уже с платочком не расстаётся, - кивнула в сторону Нины девушка.
  - Это ты меня спрашиваешь? - картинно изумился Дар. - Тебе мыть наше пристанище!
  Мируна осмотрела всё, потом глянула на себя.
  - А и ладно, дайте время, всё блестеть здесь будет!
  - Помощниц себе возьми, - буркнул Дар, - Нина, отойди от окна, выморозишься.
  - Да, сейчас, только отпускать вроде начало.
  - Иди лучше, попроси круля тебе город показать. А я пока покомандую тут.
  Дар снял шапку, дублёнку, взлохматил себе волосы и, удовлетворившись своим видом, не дожидаясь девушек, отправился решать проблемы.
  Нина, чуть отлепившись от окна, но продолжая жадно ловить струи свежего воздуха, с гордостью, смешанной с грустью, подумала о том, что лордом всё-таки надо родиться. Мальчик отправился руководить, и ему даже в голову не приходит сомневаться в себе!
  Мируна спохватилась и побежала следом. Из коридора уже слышались мальчишеские:
  - Ты, ты и ты, идёте за госпожой Мируной и слушаетесь её! Где покои круля Селвина?
  - Я провожу вас, круль, - пискнул кто-то из отловленных девчонок.
  Нина покачала головой: её Дара уже крулем называют. А потом встрепенулась: зачем подопечному Селвин? Побежала к дверям, вернулась, сняла длинные цепляющиеся за ажурный вязаный платок серьги, намотала его покрепче, сминая причёску, и снова побежала на выход.
  Она выскочила из покоев и столкнулась с Селвином.
  - Мне Дар сказал, что вы хотите прогуляться, пока ваша помощница принесёт вещи и всё обустроит?
  Девушка кинула быстрый взгляд на юного лорда, стоящего с важным видом и наблюдающего за появившимися новыми лицами, что втихушку обсуждали его. Если женщины не исчезнут из поля его зрения, то он их сейчас припашет к работе со всей детской непосредственностью. Нина строго посмотрела на мальчика и предупреждающе протянула:
  - Да-а-а-р! - стараясь вложить предостережение, чтобы не наглел, не нарывался и помнил, что в гостях. И тут же леди улыбнулась Селвину: - Я немного прошлась бы, не хочу мешать Мируне.
  - Вы легко одеты, - начал было мужчина, и тут же поправился заметив, что леди собирается возражать, - но мы можем ненадолго выйти, и я расскажу вам о нашем городе, - внёс он предложение.
  - С удовольствием, - начиная торопиться, так как вдали от окна Нина снова почувствовала, что начинает задыхаться, а нос уже заложен.
  Они быстро вышли, не обращая внимания на взгляды, и леди попыталась продышаться, но накатившее состояние удушья не торопилось проходить.
  - Вы заболели? - с тревогой спросил мужчина, видя, что леди не расстаётся с носовым платком.
  - Я? Не знаю, сильная реакция на какой-то запах, - вынужденно призналась Нина, так как состояние её ухудшалось, и надежда остаться во дворце таяла.
  Селвин мгновенно потерял цвет лица, а до девушки вдруг дошло, что её реакция очень напоминает аллергическую и у неё в аптечке есть таблетки. Она купила их перед самым походом, так как их всех предупредили, что укусы местных насекомых иногда вызывают аллергическую реакцию.
  - Ой, подождите-ка, кажется, у меня есть лекарство, которое поможет мне сейчас, - и Нина бросилась к домику.
  Она была приятно удивлена, что у дверей стоит Иво и охраняет их имущество от любопытных. За золото девушка сейчас не боялась, оно всё было надёжно спрятано в тайник в полу, и чтобы обнаружить его, надо знать, что они его везут, а вот от праздношатающихся охрана не помешает.
  - Подождите, пожалуйста, я быстро, - бросила она крулю, не желая демонстрировать свою аптечку. Слишком много странного увидит он, что вызвало бы вопросы.
  Нина очень быстро вытащила из сундука свой рюкзак, нашла упаковку тавегила. С тревогой посмотрела на срок годности. "Пять лет", прочитала она и с облегчением сразу приняла таблетку. Сопли уже текли безостановочно, платки закончились быстро. Через какое время настанет облегчение, она не знала, так как подобное с ней происходило впервые, но возможность хоть что-то сделать очень обнадёживала.
  Она бросила взгляд в зеркало, расстроилась тому, как быстро задёргала свой нос до красноты, но сейчас не до красоты, лишь бы легче стало.
  - Вы нашли то, что искали? - Селвин подал руку при выходе и с тревогой вглядывался в её лицо.
  - Да, нашла, приняла, осталось только подождать, пока подействует, - отчиталась Нина, сожалея, что доставляет столько волнений этому мужчине.
  - Расскажите мне, почему такая теснота в городе, и вообще обо всём, вы обещали...
  Селвин утвердительно кивнул и, беря под ручку леди, хотя удобнее было бы наоборот, начал рассказывать.
  - Каждый уважающий себя ропак передаёт знания детям о том, как мы попали в этот мир.
  - Попали в этот мир? - изумилась Нина.
  - Да, сейчас предание выглядит как сказка, но это действительно так, и мы не единственные здесь пришельцы.
  Землянка замерла, где же она прокололась, что её так быстро раскрыли? Похоже, ничего страшного не случится, но она же...
  - Эльфы, вы их называете вельфы, пришли немного раньше нас. Возможно, есть и другие, например, слишком странно и подозрительно укрыт течениями соседний с вами материк.
  - Да что вы говорите! - выдохнула Нина, не замечая, что ей уже нет необходимости сморкаться, и дышит она, как прежде.
  - У нас случилась трагедия, мой народ искал новый мир, который бы нам подошёл и принял нас. Мы его нашли, но оказалось, что немного раньше сюда заселились наши соседи. Я не знаю, сумели ли они достичь высокого уровня знаний по изменению погоды, как хотели, или Мир оказался столь благосклонен к ним, что дал им не только свою землю, но и создал там вечное лето.
  - С ума сойти!
  - Да, но в противовес появившемуся вечному лету образовались земли с вечной зимой. Здесь никто не жил до нас, говорят, не спокойное место было.
  - Да, да, я читала, здесь были пусть невысокие, но горы; вулканы, гейзеры и ещё что-то.
  - Всё это изменилось, когда сюда пришла зима. Тогда же появился перешеек, как надежда на возможную нашу связь с местными людьми. Ведь мы тогда были похожи на вас.
  - Похожи? Но...
  - Наши предки были более развиты, но они не могли воспользоваться своим преимуществом перед местными. Уже никто не помнит, на каких условиях нам дали эту землю, но мы должны были осваивать именно её, а не лезть куда-то.
  - О, наверное, это было тяжело, - с сочувствием Нина посмотрела на потомка беженцев.
  - Очень. Многое сумели они взять с собой из гибнущего дома. Отстроили привычные им города, использовали новейшие разработки. Надеждой на спасение и выживание в столь тяжелых условиях послужил искусственно полученный предками камень адамас. Именно он наделяет нас многими возможностями. Правда, происходит это не сразу.
  - Камень? Волшебство какое-то, - улыбнулась Нина.
  - О, в нашем мире магии не было, впервые мы столкнулись с ней здесь. Некоторые странные животные, с необыкновенными возможностями местные люди. Это счастье, что наши заснеженные земли не привлекли в то время магов королевства. Это сейчас их у вас почти нет, а тысячу лет назад они были очень сильны, но тут нам помог ещё и Мир. Он принял нас, позаботился о своих исконных жителях, но и нас в обиду не давал, если всё же нами заинтересовывались бы великие маги.
  - Как всё сложно и интересно, - заслушалась девушка.
  - Всё очень печально. Пока наши предки обживались, очень многие не выдерживали тяжелых условий и погибали. Всё постепенно наладилось, с каждым годом адамас добавлял силы для выживания, только жителей осталось катастрофически мало, и тогда стали поощряться любые связи между мужчиной и женщиной, лишь бы рождались дети. Прошли столетия, и вот у нас перенаселение, поэтому такая теснота.
  - А из города почему никто не выезжает?
  - Не прожить нам без своих возможностей в других местах. А возможности будут только, если проживаешь в городе, среди адамаса.
  Нина хотела поспорить, что на Земли и в более холодных условиях живут люди, но у них есть смена года, а тут - чёрте что!
  - А где же этот камень?
  - Вот, - Селвин подошёл к стене дворца и рукой постучал по нему.
  - Вот этот беловатый камень и есть адамас?
  Девушке стало не по себе: а вдруг он какой-нибудь радиоактивный или вдруг именно на него она отреагировала столь болезненно? Приступ уже прошёл, и она осторожно потянула носом, но от камня, слава Богу, ничем не пахло.
  - Скажите, бывало ли так, что ваши привозили себе девушек из королевства в город?
  - Бывало, но редко.
  - Они быстро умирали?
  - Нет, с чего бы? - опешил круль.
  - Ну, может, лысели, а потом всё же умирали? - допытывалась Нина.
  Селвин засмеялся: "Да что вы такое говорите? Их берегли, жили они как все".
  Леди вроде тоже улыбнулась, но больше из вежливости.
  Как узнать, безопасен ли камень для её кампании, она не знала.
  Разве что попробовать задействовать внутреннее чувство, может оно подскажет что-то? Нина подошла вплотную к зданию, погладила камень рукой, прикрыла глаза, постаралась его почувствовать.
  Он ощущался сильным, богатым, что-то отдающим, и его было много. Насчёт его вредности девушка ничего не могла сказать, а вот его характер запомнила. Очень яркий камень и всё в нём правильно, ровно, идеально. Хотя если учесть, что он искусственно сделан, то тогда понятна эта четкая правильность.
  Нина вздохнула. Толку от её погружения никакого не вышло, страхи остались с ней.
  - Я так поняла, что без этого камня вы не можете отстроить себе новые дома, здесь или ещё где?
  - Да, - подтвердил Селвин.
  - Странно, у вас вокруг вашего дворца в земле остались эти камни. Видимо, когда-то было ограждение, сверху всё разобрали, а основу затоптали.
  - Много? - затаил дыхание мужчина.
  - На город не хватит, - выражая сожаление, грустно улыбнулась Нина, - но на приличный дом вполне наберётся. Сейчас ваш двор застроен, а камень лежит дальше, вон, видите тот серый дом, так под ним проходит бывшая стена и по кругу охватывает ваш дворец. В глубину уходит метра на полтора, считайте сами, много его можно наковырять или не стоит даже начинать работы.
  - СтОит, нам очень нужен дом рядом с самой большой пещерой. Она далеко расположена от города и переселение туда рабочих было бы очень кстати.
  - Ну что ж, ваше дело. Если хотите, можно пройтись, поставить метки, где лежит ваш камень, в некоторых местах вы по нему ходите и не видите.
  Леди под ручку с крулем прогулялись до обнаруженных Ниной остатков ограды. Селвин мысленно представил, как когда-то смотрелся дворец, стоящий в одиночестве на большом куске земли, и с грустью отметил, что свободное пространство вокруг здания очень украсило бы его. Но не рушить же прижатые к дворцу строения!
  - Вы совсем замёрзли, - почувствовал круль дрожание девушки.
  - Да, есть немного, - согласилась она, но как же не хотелось возвращаться во дворец. Едва ли прошло полчаса, и Мируна вряд ли могла что-то сделать.
  - Вам хорошо бы в баньку. Она у нас всегда протоплена, может, прямо сейчас и отправитесь?
  - Не знаю, - растерялась Нина, - можно, я посмотрю сначала, что у вас за баня?
  Селвин повёл гостью внутрь, снова на неё обрушились запахи. Принятая таблетка пока защищала, и Нина пыталась определить, что же её носу так не нравится. Местами присутствовал туалетный запах, где-то старым бельём, едой, очень сильно выделялся запах прогорклого жира, пахло чем-то химическим, и отовсюду равномерно шло что-то резкое, крайне раздражающее.
  
  Баня оказалась очень большой, рассчитанной на большую компанию. Что самое приятное -в ней не было никаких чужеродных запахов. Уходить из неё не хотелось. Тепло, влажно, чуть темновато, но очень приятно и расслабляюще. Нина расстегнула шубу, опустила назад платок.
  - Как хорошо, - с облегчением произнесла она.
  Селвин выдохнул.
  - Я позову девушек, чтобы помогли вам, - произнёс он и собрался уходить.
  - Ой, не надо девушек, если только Мируну. Она принесёт мне одежду, полотна, гребень...
  - Я всё передам, не волнуйтесь.
  Круль ушёл. На ходу он велел позвать к нему Джису с Вилдой, а сам заглянул в гостевые покои. Окна там были раскрыты, в помещении стало морозно, а помощница леди заставляла обтирать всё вокруг. Увидев его, она возмущенно пожаловалась:
  - Такое чувство, что ещё хуже стало! У меня уже глаза слезятся, нельзя миледи здесь находиться. Вы понимаете, у неё уникальный дар, а она чуть не лишилась его за несколько минут!
  - Какой дар? - удивился он.
  - Вы меня слышите? Нельзя леди здесь находиться, - раздраженно обратила внимание на самое важное сейчас горничная.
  Селвин и сам не мог понять, чем провонял весь дворец. Поначалу что-то чужеродное в нос шибануло и его, а потом вроде привык, но вот зашёл в покои - и снова чем-то резким бьёт по носу, несмотря на открытые окна. Он сжал кулаки и прошёл к себе.
  Следом за ним просочились гневно толкающиеся невестки. Видно было, что они опять поругались.
  - Что за вонь вы тут развели?
  - Это она, - тут же сдала Вилду Джиса.
  - Я как лучше хотела! А ты вообще ничего не делала!
  - Я не делала? А кто всех расселил, кто освободил все помещения?
  - Подумаешь, велика важность всё перетаскать?
  - Дура ты!
  - Сама дура!
  Селвин сделал шаг к обоим спорщицам и хотел уже нарычать обеим, что они никчёмные клуши, но тут Джиса спохватилась и принялась объяснять:
  - Эта, - толкнув пальцем в заклятую родственницу, - купила какой-то едкой дряни у старухи Пузырихи и с её помощью мыла весь дворец!
  Мужчина перевёл тяжёлый взгляд на Вильду.
  - Эта дрянь, как ты выразилась, помогла отмыть самую приставучую грязь! Всё надо было отмыть быстро, вот я и воспользовалась проверенным средством. Через пару дней ещё раз помыть всё - и запах уйдёт! - обиженно оправдывалась сноха.
  Селвин отступил назад и присел на край стола.
  - Идиотки, обе, - простонал он.
  - А я тут при чём? - возмутилась Джиса.
  - Но ведь помогло, - слабо оправдывалась Вильда.
  Стало понятно, почему сейчас в гостевых покоях усилился запах. Остатки вещества снова смочили водой, и оно принялось благоухать с новыми силами.
  - Боюсь даже спрашивать, из чего сделано это средство.
  - У Пузырихи всё делается из мочи животных или их дерьма, - добавила огня Джиса.
  - Я хотела, как лучше, - выкрикнула Вильда и расплакалась, - ты сам сказал, чтобы всё блестело! А когда всё разобрали, стены, пол были все в пятнах. Их ни что не брало, только царапало, вот я пошла...
  - Да, Селвин, если бы ты видел, что было, когда всё вынесли, то это просто кошмар. Ведь сколько лет всё только захламляли. Я её не оправдываю, но я видела, как девочки тёрли и ничто не брало грязь. Эта дрянь всё же отмыла застарелые пятна.
  - Вы меня убили, - сокрушённо промолвил мужчина, - она не может здесь находиться, задыхается. Ей даже пришлось пить лекарство.
  - Может, пока поселить её в другом доме?
  - Нет! - с угрозой посмотрел на предложившую дельный вариант Джису, но тут же сник. Другого выхода не было.
  - Селвин, она тебе так нужна? - сквозь слёзы спросила Вильда.
  - Больше жизни, - посмотрев ей в глаза, как никогда серьёзно ответил он.
  Снохи обе вздохнули, а круль подумал, почему они никак не могут найти общий язык. Две хорошие хозяйки, каждая по-своему, отлично управляются с проживающими здесь женщинами, детьми - и всё время борются друг с дружкой.
  - А ещё она может помочь всем нам. Светлая леди нашла достаточно адамаса у нас под землёй, чтобы можно было построить целый дом.
  - Так это же здорово! Ведь есть шанс, что на нашей земле есть ещё камни, она поможет их найти! - воскликнула Джиса.
  Селвин зло посмотрел на неё.
  - На мороз хочешь выставить её?! Она что, по-твоему, должна теперь как мой отец сгинуть где-нибудь?
  - Но ты же сам сказал, что может помочь... - испугалась женщина.
  - Только по её собственному желанию, только в моём присутствии и если я буду уверен, что ей ничего не грозит. В конце концов, сейчас она нашла камень рядом с нами, может, в городе ещё есть места, где остатки камня залегают или по случаю он попадётся ей под ноги. Всё, идите, скоро обед.
  Женщины ушли, а Селвин долго не мог успокоиться. Только под душем он отпустил тревожные мысли вместе с уходящей водой.
  А Нина под воздействием таблетки чуть не уснула в бане и закончила мыться, когда уже готов был обед. Как бы она ни хотела пойти на него, но с мокрыми волосами покидать тёплое помещение было неразумным. Вскоре вернулась Мируна и решила попробовать, что такое "париться". После обе они, сидя в предбаннике, советовались, как дальше быть.
  - Миледи, я напрасно выстудила ваши покои. Когда всё мыли, запах только усилился, потом вроде легче стало, но Дар говорит, что не для вашего носа.
  - Я даже боюсь отсюда выходить. Честно говоря, очень напугалась, когда поняла, что даже горло перехватывает и всё сложнее становится дышать.
  - Но и уехать мы не можем, - вздохнула горничная.
  - Ненавижу, когда столь сильно завишу от кого-то, - с досадой произнесла леди, - сейчас бы собрались, да и уехали бы.
  - Давайте в нашем домике переночуем, - подхватила Мируна.
  - Но это оскорбление! Хотя жить хочется больше, чем загнуться тут к утру, - простонала Нина, - дурацкая ситуация!..
  - Да уж, ничего хорошего не получается пока что из нашего гостевания.
  Если мы в домик свой вернёмся, то непонятно, как готовить, откуда воду брать, да и насчёт туалета... - задумалась служанка.
  - Мы привязаны к дворцу, так что за водой и в туалет всё равно сюда ходить придётся. Я не знаю, что делать, но эту ночь точно переночую у себя, - решилась Нина. - Ты со мной? Можешь остаться здесь, если устала.
  - Конечно, я с вами миледи, за что вы мне тогда платите деньги, если я брошу вас, да и вообще, вдвоем не так страшно, ведь правда?
  - Правда, только спросим Дара, может, он тоже с нами?
  Пока Мируна обсыхала, Нина расчёсывала волосы и думала, как глупо было тащиться сюда. Как наивно было связать последние слова Имрича "не бойся и верь" с Селвином.
  Может, лорд имел в виду совсем другое, а она всё переиначила, подогнала под обстоятельства? Даже сейчас, когда всё зашло в тупик, она ждёт, что круль что-то придумает и извернётся.
  Но если задуматься, зачем она ему нужна? Сплошные проблемы от неё! Это сейчас он трепещет над ней, но что ни шаг, то она приносит ему новые сложности. Город ей не понравился, дворец не понравился, делом уже обеспечила. Как он собирается вытаскивать из земли камень, если почти повсюду уже сверху стоят простые дома? Сплошная головная боль у него от неё.
  Да ещё выразила желание ехать в столицу и более чем уверена, что он попытается придумать, как ей угодить. Никогда ещё, считала Нина, она не доставляла своим присутствием столько неудобств кому-либо. Да ещё было очень неловко за свои негативные впечатления.
  Лучше бы она не видела остатки прошлого величия ледяных, так было бы легче. Они даже не понимают, сколько знаний потеряли! Даже если бы её не прогнал странный запах, то всё равно нет никакого желания оставаться во дворце.
  - Миледи, раз мы в домик возвращаемся, то надо бы протопить его. Он уж выстудился, наверное, - заторопилась Мируна.
  - Пока полностью не обсохнешь, даже не думай выходить отсюда. Тело распарено, а ты его в холод! Посиди спокойно, я сама сейчас соберусь, да пойду посмотрю, как там Дар, а потом и затоплю.
  - Миледи, у фургона Иво стоит, пусть он вам дрова принесёт, нечего ему бездельничать.
  - Хорошо, озадачу его, - улыбнулась Нина.
  
  Миледи проведала Дара, ему, в отличие от Нины, было интересно на новом месте.
  - Малыш, только прошу тебя - не наглей, - попросила девушка, - не злоупотребляй гостеприимством.
  - Но я же по делу всё, - возразил мальчик.
  - Солнышко, вся твоя кипучая деятельность - это упрёк хозяину, что он недосмотрел, не приготовил, не доделал.
  - Что ж теперь, тебе задыхаться?
  - Вот об этом мы сейчас поговорим, но, пожалуйста, дай возможность крулю Селвину самому исправить ситуацию. Прояви тактичность, не усугубляй сложившееся положение.
  Дальше Нина попыталась уговорить подопечного переночевать в походном домике, но тот упёрся и предпочёл мягкую кровать жестковатым доскам.
  - Но ты уверен, что тебя не раздражает запах?
  - Не-а, я его совсем уже не слышу.
  Дальше девушка занялась отоплением их домика. Ей из фургона принесли дров, доставили воды для чая. Близилось время к ужину, и Нина потихоньку собиралась на него.
  За столом она увидели всех обитателей дворца. Вернулись мужчины с работы и все с любопытством смотрели на неё. Только благодаря ещё одной таблетке Нина смогла спокойно сидеть, есть и слушать, что взбудораженные члены семьи болтают о королевстве.
  Мируна не пожелала присесть за стол со всеми. Она демонстративно встала невдалеке от миледи с лордом и сначала принесла из домика столовые приборы, так как вилок у ледяных не было, потом взялась сама подливать воды в кружку леди, так как соседи уже несколько раз забрызгали ее, слишком сильно наклоняя кувшин.
  Нине было неловко, так как за столом сидели абсолютно все, но Мируна словно вызов бросала всему "царившему тут бескультурью". Дар шепнул опекунше, что она сама виновата, воспитала из милой девушки монстра! А Нина чувствовала себя маленькой девочкой наравне с Даром, которым необходима стоящая позади воспитательница.
  Наконец, ужин закончился, леди хотела было в отместку за демонстративную заботу оставить горничную без ужина, но та так тяжко вздыхала, что язык не повернулся её ругать. Предстояло ещё объяснение с Селвином, почему она не останется ночевать во дворце, и пора уже было начинать этот явно неприятный для него разговор.
  Дождавшись, пока круль закончит с едой, Нина вместе с ним вышла из-за стола. Она похвалила еду, рассмеялась, что совсем не поняла, в какой момент ела горного слизня, но уверила, что всё было вкусно. А потом, осторожно подыскивая слова, пояснила, почему она хочет ночевать у себя.
  - Я всё понимаю, - произнёс мужчина, - и выставлю охрану, чтобы вас никто не побеспокоил.
  - Нельзя ли, чтобы Дар оставался не один? Может, мальчик его возраста составит ему компанию?
  - Обязательно, - кивнул Селвин, а леди облегчённо улыбнулась.
  - Миледи, вы же ещё погостите у меня? Это досадное недоразумение с запахами скоро разрешится и всё будет так, как вы хотите.
  Ну что могла ответить Нина, когда на неё так смотрели?
  В этот момент она готова была умереть прямо у него на руках от удушья, только бы уверить, что вот она, здесь, никуда не уходит. Нет, пожалуй, хрипеть, умирая не самый лучший вариант, но до чего же сладок этот волнующийся за него взгляд!
  Селвин провожал её до покоев Дара, а она шла с улыбкой Моны Лизы и всё представляла себя то лежащей в кровати, смертельно бледной, а он сидит рядом и рыдает; то упавшей на снегу, а он прижимает её к сердцу и спрашивает у Мира "За что?!; то её пронзают в грудь враги, а он крушит всех направо и налево, рыча... нет, не надо крушить, тогда она не увидит его глаз... Фантазии пришлось оборвать из-за захлюпавшего носа и обрадовавшегося ей Дара.
  Он поел немного раньше с детьми и сейчас осваивал выделенное ему помещение. Ему досталась небольшая комната с большущей кроватью и горой матрацев.
  - Ой, ты не свалишься? Селвин, зачем ему столько?
  - Милорд сказал, что любит, когда очень мягко, - улыбнулся круль.
  - Нина, это моя мечта! Даже если я упаду с этой горы, я обязательно сползу вместе с тюфяком.
  - Ну, ладно, - с сомнением согласилась девушка, - но как ты залезешь туда?
  В этот момент в покои постучал мальчик и начал втаскивать лестницу. Дар подскочил помогать.
  - Вижу, что я тут лишняя, - вздохнула леди и, поцеловав воспитанника, пошла на выход.
  Круль её проводил до дверей фургона. Видно было, что ему хотелось побыть вместе с ней, но видя, что гостья всё чаще шмыгает носом и торопится уединиться, отпустил её от себя.
  
  Для Нины с Мируной день выдался насыщенный эмоционально и они, немного посидев и занимаясь своими делами, вскоре легли спать. Ещё печурка не успела остыть, как в дверь постучали.
  - Светлая леди, светлая леди... - надрывался женский голос.
  - Не светлая леди, а леди Нарибус, и не толкайся, не пущу, - раздражённо ответил стражник за дверью женщине.
  Нина, ничего не соображая, приподнялась, дотянулась до полешка, открыла дверцу печки и бросила его туда.
  - Леди Нарибус, леди Нарибус, - крики продолжались.
  Нина с Мируной снова приподнялись, теперь уже горничная потянулась за поленом, но так и замерла с протянутой рукой.
  - Леди Нарибус, помогите!
  Спросонья не сразу что-то сообразишь, но непрекращающийся женский крик выводил из сна, и становилось всё более тревожно.
  - Чего это у них там случилось? - прошептала Мируна.
  - А я почём знаю, - выползая из-под одеяла, проворчала леди. С тепла да на мороз выходить не хотелось, но одеваться тоже лень, может там какой пустяк? Но тут прошила мысль "Дар!" Сонную одурь скинуло мгновенно.
  - Сейчас, сейчас, что случилось, - закричала она, зажигая светильник и ища одежду.
  - Дети, леди Нарибус, у нас несколько детей задыхаются так же, как вы недавно! Круль говорил, что у вас есть снадобье, - надрывалась женщина.
  Нина оделась по-походному, причёсываться не было надобности, на ночь она заплетала косу, и сейчас это было кстати. Схватила тавегил, были ещё таблетки от диареи, для снижения температуры, леденцы для горла, но если дети так же, как она, надышались, то хватит только тавегила. Больше она ничем помочь не могла. Если бы часто дома болела, тогда да, а так даже жаль, что опыта никакого нет.
  Она выскочила, за ней сразу метнулся мужчина из тех, кто сопровождал её в город:
  - Я с вами миледи, - коротко сказал он.
  - А здесь кто останется?
  - Да, вон молодняк Селвина кемарит рядом.
  Нина заспешила за одной из снох круля. Она забыла, как её зовут, но сейчас было не до этого. Та тянула леди за собой и пыталась объяснить всё сразу. Говорила про Селвина, какой он хороший, но грозный, про то, что места для жилья многим не хватает, про уборку, про Пузыриху какую-то, про детей. Думали, что они заболели, так случается, но чаще с маленькими, а тут двое старших слегли и ещё маленькая девочка. Ругала она Вилду, снова упоминала Пузыриху и всё это, пока не поднялись на третий этаж.
  Дети лежали рядами и спали, лишь больные находились в сторонке и ни о каком сне не было и речи.
  - Послушайте, я не лекарь, я дам им то же самое, что выпила сама, но поможет ли?
  - Сделайте хоть что-то, старшие ведь уже работники, не зря же их растили, - запричитала женщина. Нина посмотрела на неё, но ничего не сказала. Голова как в тумане то ли из-за прерванного сна, то ли побочное сонное действие таблетки. Она подошла к подростку:
  - Принесите воды, чтобы запить лекарство и одежду. Пока есть запах, им нельзя здесь находиться.
  - Куда же я их поселю?
  - Не знаю, неужели никто не может принять детей на два-три дня? Селвин говорил, что скоро запаха не будет.
  - Ой, не знаю, ночь же, ни к кому не достучаться, - начала сомневаться сноха.
  Другая женщина подошла и передала воду леди. Нина приблизилась к юноше, лицо его чуть опухло, дышал он с трудом, но больше от испуга и от сухости в горле. Девушке доводилось видеть на картинках отёк Квинке, и там было всё ужасно, здесь же всё легче и вселяло надежду, что всё обойдётся.
  - На, выпей эту конфетку, не жуй, а заглатывай, - подала воды, - молодец, одевайся, пойдёшь со мной.
  - Куда вы его забираете?! - испугались женщины.
  - Вы нашли место, где ему спать?
  - Нет, но...
  - Значит, к себе, - устало вздохнула Нина.
  Подошла к следующему юноше, он почти в кровь растёр глаза и ничего не видел.
  - Открой ротик и проглоти то, что я тебе дам, - велела она, - теперь запей. Молодец. Помогите ему одеться.
  После она подошла к девочке. Та лежала тихо и испуганно смотрела на взрослых.
  - Тебе тоже тяжело дышать? - тихо спросила её Нина. Девочка замотала головой.
  - Тогда что у тебя болит?
  - Ничего, - так же тихо ответила она.
  - А почему ты не спишь?
  - Диди тяжело дышал, я думала, он умирает, - пожаловалась девочка.
  - Ты испугалась?
  Малышка с тревогой посмотрела на женщин и спряталась под одеяло.
  - Присмотрите за ней, может, просто переволновалась, - пожала плечами леди и посмотрела, что ребята уже одеты.
  - Идёмте, - вздохнула она.
  - Миледи, вы не можете пустить их к себе. Они уже почти взрослые, - начал убеждать её сопровождающий мужчина.
  - Возьмите их к себе, - борясь со сном из последних сил, предложила она в ответ, - видите же, им тут находиться смерти подобно.
  - Ночью в дом Вилхелма не попасть, а я тута, - принялся оправдываться ледяной.
  - "Тута", - передразнила его Нина.
  Иногда ничего рассказывать не надо, всё видно из небольшого жизненного эпизода. А ей, получается, больше всех надо. Леди сердилась, но вела ребят за собой.
  - Может, круля разбудить? - решился предложить мужчина.
  Нина пожала плечами:
  - Разбудите.
  - Тык мне вас оставить нельзя, а эти ушли куда-то.
  - Вы предлагаете мне идти будить Селвина? Что он может сделать? Пойти лично стучать в дом Вилхелма?
  - Ну не знаю, все же это его дети, - растерялся ледяной.
  Нина шагала дальше, следя, чтобы больные поспевали за ней. В голове крутилось "его дети, его дети", а может это "Его дети"? Не просто подопечные, а его дети? Она остановилась.
  - Что вы имели в виду, когда говорили "его дети"? Он их круль - или он их отец? Я что-то не всё понимаю, как тут у вас устроено.
  - Круль признал своё отцовство и забрал в род пятерых, а остальные живут у матерей.
  Нине что-то стало нехорошо, но силы уточнить нашлись:
  - А много остальных?
  - Не знаю, говорят, вроде двое или трое. Мне нет нужды следить за его отпрысками, у меня своих полно.
  Леди посмотрела на молодого мужчину, ничего не понимая.
  - А сколько Селвину лет? - для начала решила она спросить.
  - Так вроде постарше меня на пяток, значит чуть больше тридцати.
  - Но ребята действительно уже взрослые, - не понимала она.
  - Так девки Селвина в основном в юности и ловили. Род богатый, они и рады стараться, приданое собрать. Это потом он уже умнее стал, заметив, что сам ещё без бороды, а у него полон дом ползунков.
  - Как же так? - всё же не понимала Нина. - Как так можно?
  - Диди, сколько младшему Селвину? - спросил сопровождающий ледяной.
  - Десять, - прохрипел парень.
  - Ну вот, десять, с тех пор больше ни одна исхитриться не смогла, - продолжил пояснения вилхелмовец.
  - Спасибо, что проводили. Мируна, открывай, не морозь нас! - крикнула Нина.
  Двери распахнулись.
  - Давайте, живенько поднимайтесь, - подталкивала она ребят.
  - Мируна, у них - то же самое, что со мной случилось, оставаться в доме им нельзя. Сегодня ночуют у нас.
  - Но где мы их разместим? Одного на кровать Дара, а другого?
  - Другого на мою, а я посижу, порисую. Спать всё равно больше не хочется, - соврала Нина. Голова у неё была чугунная и глаза еле держала раскрытыми.
  Ребята стояли растерянные, Диди смотрел с интересом, а второй, как только пытался раскрыть глаза, так тянул руки и получал по ним шлепки от Нины.
  Девушки уложили ребят спать; потихоньку начинала действовать таблетка и дыхание их выравнивалось.
  - Миледи, ложитесь на моё место, а я посижу, дрова покидаю.
  - Не надо, спи. Тебе хлопотать завтра, бельё поменяешь, а я отосплюсь днём. Давай-ка я светильник прикрою, чтобы тебе не мешал.
  Все успокоились, уснули, а Нина сидела и не знала, что думать. Можно было по-разному повернуть узнанную информацию об интересующем её ледяном, но что ей делать? Если она не отталкивает от себя Селвина, то ей что, надо становиться матерью его детей?
  Вроде бы правильно.
  Она посмотрела на спящего Диди, у него уже выросла пушистенькая жиденькая подростковая бородка. Примерно в этом же возрасте Селвин получается, познал женщину и стал отцом? Дальше осознания этого факта мысли стопорились, никак не могли перешагнуть дальше, и девушка не заметила, как уснула.
  
  Проснулась Нина от осторожного касания Мируны:
  - Миледи, ложитесь, я уже встала.
  - Утро?
  - Да, ложитесь.
  Нина поднялась, посмотрела на спящего Диди, потом на второго юношу. Оба выглядели неплохо, только второму надо было осторожно обмыть глаза. Она знаком показала Мируне, чтобы та проследила за этим.
  - Главное, чтобы грязь не занёс, - добавила она шёпотом и легла поверх пледа, накрывшись другим.
  Сквозь сон она слышала, как проснулись ребята, как приходил Селвин и горничная объясняла ему, что леди ещё спит. Слышала, как прибежал Дар и жаловался, что его кто-то покусал ночью.
  - Клопы тебя поели маленько, - шептала ему Мируна. Потом они долго возились, но вроде ничего ужасного не было, поэтому Нина так и лежала в полудрёме. Сил вставать не было, но и сон толком так больше и не пришёл.
  "Надо вставать", - дала она себе команду и потихоньку разворачивалась из пледа. Стук в дверь заставил её снова лечь, так как показаться в непотребном виде гостю она не могла.
  - Миледи не проснулась ещё? - с тревогой спрашивал кто-то из ледяных.
  - Скоро встанет, - важно сообщила Мируна, видевшая начавшиеся поползновения леди.
  - Дашь знать, как проснётся, - тревожно зашептал мужчина.
  - Что-то случилось?
  - Вербум имперо прибыл. Он привёз послание для светлой леди. Больше ничего не знаю.
  Дверь закрылась, а горничная зашептала:
  - Вставайте миледи, это посыльный был, слышали? Что ихнему перу от вас что-то нужно, ума не приложу!
  - Ох, Мируна, ты только при ледяных их имперо "пером" не назови, - улыбнулась леди.
  Нина приводила себя в порядок, думая обо всём сразу.
  О Мируне и Иво Вилхелме, с первого вздоха, признавшего её своей любимой. Совсем молоденький, а отца отодвинул и не отступает.
  Мируна ещё не готова его принять, она чувствует себя старше, но видно, что это дело времени. И при мыслях о них с Иво разливается такая радость, что улыбка сама по себе ползет по лицу.
  Дару очень комфортно среди ледяных, а ещё он счастлив, что невероятно много знает, в отличие от других детей, и уже пользуется этим. Маленькие детские радости, показывающие, что не зря он столько усилий прикладывал в учёбе, но нельзя надолго задерживать его в этом состоянии. Нина вздохнула: где взять здесь для него учителей? Но время терпит пока, пусть понаслаждается своим всезнайством.
  А вот мысли о себе все мутные, противоречивые. Без конца думается о Селвине. Только, кажется, что можно принять его в сердце своё, как что-то случается и приходится подстраиваться под него, менять свои привычки. Всё это раздражает, а мысли всё равно возле него крутятся, что и он не рад происходящему, что нет гладкости в их общении. Невольно начинаешь завидовать Мируне.
  Нина уселась перед зеркалом, а горничная взялась за расчёску и принялась укладывать ей волосы, скрепляя красивыми шпильками прядки. Делала она всё аккуратно, быстро, леди прикрыла глаза.
  С другой стороны, продолжала она думать, Мируна ещё не представляет, какую ей жизнь предложит Иво, а перед ней Селвин ничего не скрывает, и он всячески пытается показать, что приложит все усилия, чтобы ей было хорошо.
  Господи, ведь он совсем молодой, тридцать с хвостиком лет, а тянет всю эту нищету на себе! Ледяные продолжают работать, пытаются сохранить, что есть, не сдаются. В их положении достаточно низкого душой руководителя, как начнётся полный беспредел в их обществе.
  Нина открыла глаза. Мируне осталось совсем чуть-чуть доделать прическу.
  Как бы леди хотелось думать о глазах Селвина, его губах, руках, которые касались бы её... ан нет, без конца лезут мысли о том, что у него на душе, о его проблемах, о его настроении.
  Интересно, что он думает о ней?
  Наверное, что слаба здоровьем, что маленькая...
  Ну вот, сама себе испортила настроение.
  Переживая о надуманных проблемах, решила подкраситься, чтобы лишний раз уловить восхищённый взгляд и, может быть, успокоиться. Надо думать, об имперо, что за новости её ждут, а в голове кавардак.
  - Всё миледи, вы готовы. Шубку не надевайте, держите накидку.
  - Давай, кудесница моя, - улыбнулась леди.
  Нина вышла на улицу, быстрым шагом миновала кусочек двора и скрылась во дворце. Кто-то из ребятишек побежал сообщить Селвину, что леди проснулась и идёт к нему.
  Девушка притормозила. Действительно, а куда ей идти? Как же всё непутёво складывается! Решила двигаться к покоям Дара, но не успела она далеко пройти, как навстречу ей вышел Селвин.
  - Леди Нарибус, как вы себя чувствуете?
  - Спасибо, намного лучше, чем вчера.
  - Я благодарен вам за помощь Диди и Брунсу. Если бы не вы, мы могли потерять их.
  Нина остановилась, надо бы спросить, как себя чувствуют ребята, но больше всего на свете сейчас хотелось узнать другое.
  - Селвин, ваши дети... их матери... простите, я не знаю, как сказать, что ничего не понимаю. Вы выказываете ко мне недвусмысленный интерес, я в ответ не постеснялась открыто продемонстрировать вам свою симпатию, но, похоже, мы слишком разные.
  - Миледи...
  - Сейчас, подождите, а то я больше не решусь на откровенность. Понимаете, я слишком капризна для ваших условий проживания. На меня смотрят, как на диковинное животное, обсуждают, как будто я не слышу никого. Я не смогу долго жить в общежитии, даже если это дворец. Простите. Для меня семья - это не сто человек. Вечная зима за окном тоже не добавляет настроения, да к тому же её за окнами совсем не видно из-за стоящих напротив домов. Да ещё плюс ко всему у вас полно детей и вольные связи с женщинами. Всё это... ранит меня.
  - Мы в коридоре, прошу вас пройдёмте ко мне, - глухо выдавил Селвин.
  Нина покорно проследовала.
  Она обрисовала себя не с лучшей стороны, но в заданных условиях лучше честность, чем на всю жизнь застрять здесь.
  Леди шла, отставая на полшага от мужчины, смотрела на него и смахивала невольно появившиеся слезинки. Ещё утром она думала, что у неё нет мыслей любоваться им, а сейчас, излив своё беспокойство, так захотелось прижаться к нему и сказать: "Не отпуская меня, ни за что не отпускай!"
  Но слова произнесены, всё честно, всё по делу, пусть знает, что она не такая добрая, как кажется. Одно дело - принять к сердцу ребёнка, у которого нет матери; другое - приблизить к себе детей, матери которых крутятся возле мужа. Она не сможет быть доброжелательно-искренней с ними изо дня в день, из года в год, а дети отплатят ей тем же.
  Жизнь превратится в кошмар.
  Дверь позади захлопнулась, Селвин усадил Нину на стул, а сам расположился на полу и немного робко обнял её ноги, прижавшись щекой к коленям.
  - Миледи, я прошу вас только об одном: не торопитесь, пожалуйста! Дайте мне шанс сделать удобной жизнь для вас. Не хотите жить здесь - построим свой дом.
  - Но как же ваши способности?
  - Вы уже нашли адамас, используем его для постройки дома там, где вам понравится. Если не приживётесь, то мы с вами уедем туда, где вам будет хорошо.
  - Но как же ваши дети, ваш род и вообще?
  - Дети взрослые, только младшего жалко, но женщины позаботятся о нём. Мне очень жаль, что в молодости я был беспечен и не понимал, чем привлекаю девушек, тем более старше себя. Мне жаль, что я не воспринимаю своих детей как любящий отец. Я следил, чтобы заботились о них, уделял им положенное внимание, но только исходя из чувства долга. У нас так принято, и только сейчас я понимаю, как был беден мой мир. Сколько недодал я своим детям только потому, что не любил их матерей, не ждал, что малышей принесут мне в род. Они получали любовь и заботу, но не от меня.
  Селвин посмотрел в глаза леди:
  - Вы попытались расписать себя капризной и эгоистичной особой, но я не согласен. Я сейчас вам открываюсь, боюсь, что вы оттолкнёте меня окончательно, но хочу сказать, что не понимал очень многого, пока не полюбил вас. Для меня обратной дороги в то существование, что я вёл, нет. Если вам не понравится здесь жить, я последую за вами туда, куда вы скажете. Не хотите видеть меня мужем, значит, стану охранником; не сможете видеть меня рядом, значит, буду следовать в отдалении. Для меня противоестественно заставлять вас, я лишь прошу дать мне шанс. Нет для меня больше жизни без вас!
  Круль уткнулся в колени, а Нина очень осторожно коснулась его волос. Потом чуть смелее погладила его. Короткий ёжик смешно распрямлялся, не желая сглаживаться, а Селвин замер.
  - Меня зовут Нина, - тихо произнесла она.
  Он поднял голову, тревожно посмотрел на скатывающиеся слезинки по щекам леди.
  - Моё имя Нина. Обращайтесь ко мне, как Дар.
  - Хорошо, Нина.
  Девушка сглотнула: то, как он произнёс её имя, заставило сердце сжаться. Она вытерла своевольные слёзы.
  - Текут, сама не знаю, почему, - улыбнулась она. Затем провела рукой по щеке Селвина, а он повернул голову и успел коснуться губами кисти.
  - Хорошо, что мы объяснились, - тихо добавила она. - Мы разные, от нас зависят наши люди, большая ответственность за каждым из нас и очень страшно ошибиться. Ведь в случае ошибки больно будет не только нам.
  Нина сглотнула.
  - Я обещаю вам, что не буду торопиться покинуть ваши земли. Может, у меня получится прижиться здесь, ведь мне есть ради кого стараться.
  Селвин быстро поднялся с пола, подхватил девушку на руки, и теперь она сидела у него на коленях. Он нежно коснулся её губ своими, а потом просто крепко прижал к себе. Нина была благодарна, что он не полез сразу с поцелуями и другими страстями к ней. Они только что сблизились душа к душе, и не хотелось переводить душевную близость в иную.
  Им обоим потребовалось время, чтобы настроиться на деловой лад и уже осознавая себя как единство двоих, приступить к обсуждению повода прибытия вербума имперо. (прим.авт. - "несущий слово имперо")
  - Селвин, у вас нет догадок, с каким посланием для меня прибыл глашатай имперо? - оставаясь на коленях мужчины, спросила Нина.
  - Мне было бы приятно, если бы вы звали меня коротким именем, - попросил ледяной.
  - Сэл?
  - Да. Удивительно сладко слышать своё имя в ваших устах. Никогда не думал, что это столь приятно и волнительно бывает. Это магия?
  - Нет, что вы, - засмеялась девушка, - хотя волшебство в этом присутствует. Мне ведь тоже по-особому любо, когда вы произносите моё имя.
  Селвин прижался лбом к виску леди и тихонько, словно боясь спугнуть громкой речью нечто драгоценное, начал говорить:
  - Ваш приезд к нам - не рядовое событие, и имперо обязательно заинтересовался бы вами. Я ожидал, что это произойдёт, но чуть позже. Только сейчас, к примеру, ропак Волдо должен был получить моё послание насчёт своего сына.
  - Вы хотите сказать, что весть обо мне имперо получил значительно раньше моего приезда сюда?
  - Думаю, как только вы появились на границе, так весть о вас понеслась в центральный город. Подобная срочность настораживает меня. Мы не ладим последнее время с имперо, но чего он хочет от вас, я могу только предполагать.
  - Вы говорили, что чужаков в столице не любят. Может, мне и у вас нельзя было останавливаться?
  - В своём городе я решаю, принимать вас или нет. Верно и то, что никогда ранее торговцев не допускали до центрального города, но если имперо вас приглашает, то вы можете ехать спокойно. Для вас может быть щекотливым только доброе расположение ко мне, ему это точно не понравится.
  - Ох, как же мне не по душе игры с власть имущими! Даже если я буду делать вид, что вы для меня самый большой враг, то это вызовет недоверчивое подозрение, да и нужно ли это?
  - Вам не нужно притворяться, просто мы будем ко всему готовы.
  - Вы меня пугаете, этим вашим "ко всему", - нахмурилась Нина, - неизвестность, наполненная страхом, толкает к излишней вредной суете.
  - Давайте сначала выслушаем вербума, - мягко произнёс круль.
  - Да, конечно, он ещё ничего не поведал, а вы меня уже растревожили.
  Они поднялись, круль развернул Нину к себе лицом, аккуратно коснулся руками её опущенных рук, и чуть сжимая кончики её пальцев, предупредил:
  - Не сомневаюсь, что мы сейчас услышим о вашем приглашении в столицу. Я поеду с вами.
  - Лишь бы не прогонял, - буркнула леди.
  - Он не погонит, - с некоторым напряжением ответил мужчина.
  - Ну что ж, идёмте, - вздохнула леди, понимая, что не всё понимает во взаимоотношениях круля с его имперо.
  Селвин привёл девушку в небольшую комнату. Нина с интересом рассматривала её. Набранный из разноцветных камней пол здесь радовал геометрическим узором, на стенах виднелись скромные остатки росписи, а вот окна сверкали чистотой.
  - Хм, всё обтрепалось, а рамы у окон ухоженные, - удивилась леди.
  - Они много лет были полностью заставлены мебелью, вот и сохранились, - ответил круль и добавил:
  - Мы с вами встанем здесь, вербум войдёт и вынужден будет стоя передать вам весть. Если бы я сел, а вербум имперо стоял, то я выказал бы явное недоброжелательство по отношению к самому имперо. Сейчас я вместе с вами демонстрирую ему нейтральное отношение. Не стоит его провоцировать накануне голосования.
  - Голосование? Имперо - выборная должность?
  По коридору послышались чёткие шаги, Селвин заторопился:
  - Раньше съезд крулей всех городов хотя бы походил на выборы имперо, а теперь мы приезжаем, на нас смотрят, не задумали ли мы чего, голосуем и разъезжаемся.
  - Вот в королевстве удивились бы, узнай про голосование, - хмыкнула Нина.
  - Вряд ли удивились бы, ваши от нас готовы всего ожидать. А у нас вот уже сорок лет сидит Варин, и всё идёт к тому, что его место займёт кто-то из его рода, и не по выбору, а по наследству.
  Нина хотела бы ещё поспрашивать, но вошёл "голос имперо", и она замолчала.
  Селвин выступил на полшага вперёд, чуть перекрывая леди плечом, а вошедший ледяной лишь усмехнулся, мгновенно оценив всю обстановку. Мужчина был значительно крупнее круля и мог себе позволить смотреть свысока.
  Ещё миг был потрачен на переглядывания, но последующие действия соответствовали традициям. Вербум склонил голову перед крулем, а Селвин милостиво ответил, что рад видеть посланца.
  - У меня слово для гостьи от Великого имперо.
  - С каких это пор наш имперо стал Великим? Он свершил какие-то деяния?
  - Давний и спокойный срок правления уже есть немалое деяние для всего народа, - весомо ответил вербум.
  - Титул Великого дарует народ по душевному порыву, а не разносится вербумами по указке имперо.
  Ледяной смерил оценивающим взглядом Селвина, что последнего ничуть не смутило. Он стоял уверенно, и Нина почувствовала исходящую от него энергию власти. Сколько ей приходилось управлять людьми, но вот так давить внутренней силой она до сих пор не научилась.
  Вербум смолчал, чуть опустил глаза и теперь смотрел на леди. Она стояла спокойно, выказывая небольшую долю любопытства и доброжелательность. У неё пока нет повода бодаться с властью, зато она готова выслушать, улыбнуться, расспросить, уточнить и далее по обстоятельствам.
  - Леди Нарибус, Ве... - ледяной споткнулся на слове и под давящим взглядом Селвина не стал произносить "великий", - имперо очень рад, что вы решили почтить наши земли своим присутствием. Он знает, что вы больше не являетесь светлой леди Керидской, но понимает, сколь значимы вы в королевстве. Имперо приглашает вас посетить лучший город наших земель и надеется, что вы не откажетесь. Поверьте, нам есть чем вас удивить!
  Нина только открыла рот поблагодарить за приглашение, за внимание, уверить, что рада, и предупредить, чтобы не обольщались на счёт её связей с королевской семьёй, но Селвин опередил её:
  - Имперо прислал сопровождение? - резко спросил он.
  - Когда я покидал город, то это обсуждалось, - уклончиво ответил ледяной.
  - Вам стоило прибыть с более точными данными.
  Вербум ничего не ответил, было понятно, что он приехал лично посмотреть на леди, взвесить, оценить, поведать о её реакции на приглашение, но круль не дал ей и рта раскрыть. Для посланца осталось непонятным, что гостья из себя представляет.
  - Можете передать, что леди приняла ... - тут он чуть повернул голову и, уловив кивок Нины, продолжил: - ...приглашение, но поедет она под моей охраной. Можете не утруждаться, - и более спокойным, небрежным тоном добавил: - Вас покормят, и вы сегодня же будете готовы покинуть мой город.
  - Я бы предпочёл уйти завтра с рассветом.
  - Сегодняшнее позднее утро ничем не хуже, - отрезал круль.
  Вербуму ничего не оставалось делать, как попрощаться. Он вышел, а леди отступила от Селвина на шаг, другой.
  - Почему вы не дали мне самой ответить?
  - Вы обиделись, - обходя Нину и становясь перед ней, констатировал он.
  Девушка ничего не ответила, показывая, что, само собой, её происходящее задело.
  - Простите, в последнее время вокруг меня произошло столько событий и все они имеют отношение к имперо, что я немного переоценил нашего властителя. Я в последний момент понял, что присланный вербум пока просто собирает информацию о вас и не захотел давать ему в этом ни шанса. Пусть гадают, какой найти подход к вам.
  - Селвин, это всё просто жест вежливости, - не зная, как относиться к произошедшему, мягко, как с раскапризничавшимся Дару, ответила Нина. - Вы раздуваете искру подозрений до немыслимого вражеского противостояния!
  - Я был бы рад, если бы это было так, - и столько тревоги было в его глазах, что девушка решила не мешать ему действовать так, как он считает нужным. Ей катастрофически не хватало информации, и в тоже время ей не хотелось бы попасть под влияние какой-то одной стороны. Что толку, если она будет сочувствовать крулю? Проблема между ним и имперо существует, факт. Выход можно увидеть, только если не влезать самой в дрязги, а отстранённо оценить всю ситуацию. Значит, остаётся пока плыть по течению и присматриваться, прислушиваться.
  - Идёмте, перекусим пока, - предложил круль.
  Нина думала, что Селвин поведёт её к общему столу, но оказалось, что им накрыли в странного назначения комнате. Там посередине стоял стол, стулья, а в углу большой буфет с несколькими тарелками в качестве украшения. Малое количество мебели даже не заглушало присутствующее эхо.
  Селвин не совсем уверенно спросил:
  - Я заметил, что вам было неловко ужинать под столькими взглядами, поэтому взял на себя смелость и распорядился отдельно накрыть нам. Ваша помощница проследила, чтобы комнату тщательно отмыли...
  - Спасибо, мне приятна ваша забота, но меня вскоре возненавидят ваши сородичи за то, что я отнимаю вас у них.
  - Они поймут. Мы вынуждены так жить, но это не значит, что мои родственники не мечтают об отдельном доме, поэтому им нет нужды объяснять, что я хочу быть с вами.
  Нина присела за стол, который накрывала явно Мируна. Леди отметила, что служанка сумела разыскать здесь красивую посуду, расставила всё правильно, и если бы ещё в комнате стояло хотя бы пара деревцев в кадках, да на пол бросили ковёр, то было бы почти уютно.
  Девушка кушала не торопясь, а Селвин время от времени замирал, наблюдая за ней. Ела Нина с аппетитом, но не было неаккуратности в её движениях, наоборот, казалось, она проводит ритуал по принятию пищи.
  С предвкушением осматривает накрытый стол, выделяет лакомый для себя кусочек, тянется к нему смешной вилочкой и с выражением на лице славной охоты, перекладывает его в свою маленькую тарелочку. Любая другая дева уже приступила бы к еде, но Нина продолжала охотиться дальше. Ей требовался кусок грибного хлеба, затем она ловко пользовалась тупым ножом и размазывала на нём бесценный квадратик масла, дальше возвращалась к отложенному куску...
  Селвину было неловко пялиться, но он был заворожён тем, как леди использовала множество предметов для простого завтрака, а когда она откусила наконец то, что соорудила, то он невольно сглотнул.
  - Хотите, я вам такой же бутерброд сделаю? - улыбнулась Нина.
  - Хочу, - не смог отказаться круль.
  Они сидели в тишине, ели, перебрасываясь ничего не значащими фразами. Селвин рассказывал, что обычно ест на завтрак, Нина посетовала о своём, что бутерброды - это вкусно, но каши полезнее. Мужчине стало интересно, почему каши полезнее, какие они бывают, кто об этом догадался, каким именно должно быть, по мнению девушки, полезное питание, что могут позволить себе обычные жители в королевстве.
  Никто им не мешал и их завтрак немного затянулся.
  - Как вы отнесётесь к тому, чтобы посмотреть, где мы выращиваем некоторые продукты? Подземные полости очень красивы и мне кажется, вам будет интересно.
  - С удовольствием посмотрела бы, а на чём мы поедем? Они ведь не близко?
  - У нас есть сани для женщин. Выйдем за город, приманим лута, он нас довезёт.
  - А женщины не любят бегать, как вы?
  - Женщины теряют некоторые способности, когда готовятся стать матерью. Их адамас наделяет другими преимуществами. Они легко вынашивают детей, намного легче рожают, чем женщины в королевстве, и наделяют здоровьем новорождённых. Первый год малыши у нас почти не болеют.
  - Надо же, какой у вас камень, даже не верится, что он создан искусственно. А вообще вы болеете?
  - Дети лет до десяти простужаются, бывают, животики у них болят, ну, удары разные, вывихи, а взрослые уже не болеют, разве что по старости.
  - Я пойду теплее одеться, похоже, если простыну, то особо меня лечить некому.
  - Старые женщины знают, как лечить переохлаждение, но вы действительно лучше оденьтесь потеплее!
  Нина пошла предупредить, что отправляется на прогулку, заодно спросить у Дара, не хочет ли он с ней. Как бы ни хотелось подольше побыть с Селвином вдвоём, но будет ли у воспитанника ещё возможность увидеть подземную красоту?
  Оказалось, что юный лорд уже убежал на двор Вилхелма, чтобы рассказать, какие расы населяют этот мир вне территории ледяных.
  Мируна помогла собраться Нине и отправилась посмотреть, как разглагольствует Дар перед собранными ради такого дела ребятишками. А Иво с радостью согласился сопровождать её, оставив от своего рода юных охранников возле походного домика гостий.
  Пока Нина собиралась, Селвин проверил, уехал ли посланник. Его интересовало, с кем вербум успел пообщаться. А ещё круль отослал братьям записки, чтобы те вернулись сегодня пораньше домой. Потом он подумал и написал некоторым уважаемым ропакам, чтобы они зашли к нему вечером.
  Он многие годы, не вступая в открытый конфликт с имперо, отстаивал права своего города, но теперь многое поменялось. Имперо Варин не только засиделся, не оправдав надежд на возрождение народа, но его деятельность приняла угрожающий оборот для всего вольного общества ропаков.
  Прошли десятилетия, когда надеялись, что ему удастся вывести общество из упадка. Сейчас не только очевидно, что принимаемые меры по сдерживанию ухудшения положения не работают, но возмущает тот факт, что имперо присосался всем своим многочисленным родом к власти и все устремления его в последние года нацелены на упрочнение своих позиций. Даже старый круль Индж, неспособный на новшества, будет лучше его в сложившейся ситуации.
  Селвин вздохнул, надо за короткий срок очень многое успеть сделать. Если бы у его народа был лидер, давно бы крули объединились и сковырнули присохшую к трону задницу Варина, но он за долгие годы так и не появился.
  Род Варинов осел прочно в столице. Он раскормил центральный город за счёт окраинных земель, и теперь, столица всегда будет выступать за него.
  Не получить бы гражданскую войну из-за Варина! Но и оставлять всё как есть больше нельзя, а уж то, что имперо что-то понадобилось от светлой леди, и вовсе терпеть невозможно. Значит, надо действовать немедля! Для перемен крайне необходима поддержка большинства крулей, а получить её возможно только, если их напугать, что скоро все полетят со своих мест. И это правда.
  Разослав записки, мужчина взял с собой двух свободных охотников и зашёл за леди. Она себя не заставила ждать, а улыбаясь и предвкушая впечатления, спрыгнула со ступенек.
  - Я готова, взяла немного конфет для лутов, - сказала и смутилась от запоздалой мысли, что здесь дети, наверное, не меньше лутов хотят конфет. Настроение упало.
  - Нина, что случилось? - заглянул ей в лицо Селвин, для чего ему пришлось слегка склониться.
  - Я из-за конфет, не подумала, что лучше ребятишкам отдать, - и протянула мешочек.
  - Нина, вы заблуждаетесь, если думаете, что наши дети не получают сладкое. У нас недалеко от центрального города стоят огромные стеклянные дома, там выращивают сладкие ягоды, из которых много чего вкусного делают. Конечно, они не похожи по вкусу на те сладости, что вы прислали, но они не хуже, просто немножечко другие. А ещё мы продаём вашему королевству сахарные водоросли, их можно вырастить только в подземной пещере, заполненной водой. Ребята их очень любят, и когда будет сбор урожая, то получат их в избытке. Так что не надо переживать напрасно.
  - Хорошо, вы меня успокоили, - улыбнулась леди.
  - Идёмте, я покажу вам сани.
  Они обошли дворец, и вышли к дороге, где уже стояли высокие, неширокие сани-саночки. Если Селвин соберётся садиться рядом, то они будут сидеть в обнимку.
  - На всякий случай приготовил небольшие, чтобы наша прогулка не сорвалась, если лута не найдём.
  - Если не найдём, то вы повезёте меня сами?
  - Обязательно, и это будет даже быстрее лута, только вы можете замёрзнуть.
  - А вот и нет, у меня в сумке лежит плед и горячий чай.
  - Ну что вы, Нина, чай же застынет и разорвёт ёмкость!
  - Посмотрим, - загадочно подмигнула она мужчине, прижимая к себе сумку так, чтобы термос случайно ни обо что не ударился.
  По городу её везли охотники, а Селвин шёл рядом и отвечал на вопросы.
  - А если вы не только кулон, а ещё пояс, бусы, сделаете из адамаса или вообще возьмёте с собой булыжник при поездке в королевство? Это поможет сохранить вам силы?
  - Остались записи уважаемого ропака из рода известного вам Вилхелма, что он брал с собой плиту и ночами спал на ней. Именно его заметки о королевстве наиболее полные, но, думаю, что они уже устарели. Им более шестидесяти лет.
  - О, конечно, устарели, за это время многое поменялось. Так вы не сказали, силы он потерял или нет?
  - Про силы он писал, что ограничил себя в их использовании, чтобы понапрасну не тратить, но болезни все равно навалились на него, и он поспешил вернуться.
  - Знаете, это странно, вот Дара никакие особые болезни не мучают.
  - Я обратил внимание, что ваш воспитанник здоров и очень сообразителен. Это очень чудно.
  - О чём вы, почему бы ему не быть сообразительным, если он от природы неглуп, да ещё с ним много занимались!
  - Что вы, моя леди, я не про это, а о том, что он чувствует себя здоровым. Наши путешественники жалуются на слабость мышц после исчезновения способностей, быструю утомляемость, кружение головы, многих тошнит при поездках, некоторые ужасно мучаются животом. Очень многие ощущают чувство тревоги, страха, когда проходят по лесным дорогам, но это, пожалуй, самое малое. А вообще не перечесть, сколько бед на них сыпется.
  - У всех разные?
  - Да, были случаи, когда в жаркую погоду наших соотечественников начинало трясти, и их прогоняли или, наоборот, запирали в домах.
  - Запирали? Наверное, люди опасались, что заразятся неизвестной болезнью.
  Селвин, нахмурясь, посмотрел на леди, но ничего не сказал.
  - Я не одобряю их действий, - принялась пояснять Нина, - но понять можно. Есть болезни, которые очень сложно и дорого лечить, а распространяются они легко и быстро. Бывали времена, когда люди вымирали городами, пока не стали проявлять осторожность. А вашим путешественникам надо было обратиться к лекарям. Находиться под солнышком в жару стоит с большой осторожностью.
  - Не все ваши соглашаются помогать ледяным демонам, - пытаясь не обидеть, но всё же твёрдо произнёс круль.
  - Я понимаю, легко мне сейчас давать советы, но за столько лет кто-нибудь из ваших детей, рождённых в королевстве как Дар, мог бы за поступающую от вас оплату организовать общий дом, где путешественники получали бы необходимую информацию, помощь, адрес нужных знакомых.
  Круль остановился, но увидев, что ребята продолжают везти леди дальше, сорвался догонять.
  - Миледи, но... - взъерошил волосы, - лут возьми, вы правы! Не так часто кто-то заводит отношения с женщинами в королевстве, но Дар действительно не первый ребёнок, оставленный там. Кто-то из ропаков возвращался, поддерживал своих отпрысков, но никому в голову не приходила идея дать официальную работу и содержать дом для всех наших путешественников! Это можно было бы делать даже не за свой счёт, а прийти к своему крулю, имперо, и я уверен - им не отказали бы.
  - Ну, вот видите, а если бы ваши чаще путешествовали, то к вам люди привыкали бы, менялось бы отношение, а то такие страсти про вас рассказывают! И кто знает, может, удалось выяснить, откуда берутся ваши странные недомогания.
  - Всё может быть. Нина, вы удивительная, так легко привнесли очень полезную идею в нашу жизнь.
  - Спасибо, мне очень лестно, что вы столь восхищены мной, но я ничего нового вам не сказала. Вельфы, к примеру, давно проживают семьями в столице людей, и это несмотря на то, что там есть зима, весна, осень. Уверена, что они помогают своим сородичам во многом.
  - Надо же, какие пройдохи, - растеряно проворчал Селвин.
  - И хочу вам сказать, что если силы вы все теряете одинаково, то и болезни должны быть одинаковыми. У всех повышенное утомление, слабость, дрожь, а не так - у одного живот, у другого жар, у третьего потеря сна.
  - Про потерю сна я не слышал, - улыбнулся круль.
  - Мне у вас тоже плохо было, но я искала причину, нашла и теперь всё хорошо. Так и с вашими проблемами: надо собирать сведения, сравнивать, искать общее, разное, делать выводы.
  - Мы слишком редко покидаем свои земли, чтобы вести учёт, - пожал плечами мужчина, - но вы правы, если бы всё это было сделано, многое стало бы яснее.
  
  Санки с Ниной вывезли из города и один из охотников начал издавать странные звуки. Когда уже казалось, что никто не появится, показалась небольшая семья лутов. Один, самый крупный, тут же вальяжно подошёл поближе. Ему показали упряжь, и он, рыкнув своим, позволил её на себя накинуть. Погонщик сразу угостил его солёным мясом, но лут не тронулся с места, пока каждый член семьи не получил по кусочку.
  - Им же мало того мяса, что вы им даёте, почему они соглашаются везти нас? - спросила Нина.
  - Из-за соли, больше её здесь негде получить, а им хочется. Вы позволите, я прикрою вас от ветра?
  Девушка посмотрела на маячившую невдалеке семью лутов и подумала, что тем ещё нравится общаться, они любопытны, и прибегают помогать не только ради угощения, но их помощь требуется довольно редко. А жаль.
  Селвин расстегнул верхнюю одежду, подхватил Нину на руки, уселся с ней в сани, пристраивая рядом, подвинул её к себе вплотную и завернул в откинутую полу огромной дублёнки. Девушка почувствовала себя котёнком за пазухой. Только хотела вылезти, ведь ничего не видно, как погонщик, стоящий рядом дал команду, и сани понеслись. Охотники легко бежали рядом, а Нину везли со скоростью не меньшей, чем у легковой машины, и нос на мороз высовывать сразу расхотелось.
  Каждые минут десять погонщик менял лутов или подкармливал всю семью.
  - Ишь, какой ответственный, - прошептал Селвин Нине в ухо, отчего стало щекотно.
  - Кто?
  - Лут-самец, - и отодвинув побольше край свой одежды, показал рукой на стоящего в стороне крупного лута.
  - Это он командует, с какой скоростью бежать, когда останавливаться. Они же могут и быстрее передвигаться, но он придерживает нас из-за самочки. Вон она, аккуратненькая такая! Кажется, она беременна, вот он на неё и равняется.
  - Можно, я их сладеньким угощу?
  - Попробуйте, - согласился мужчина, - у нас сейчас запряжён молодой, так что я вас подстрахую.
  Нина с Селвином вышли, подошли к спокойно стоящему запряжённому луту. Девушка достала конфету и положила её на ладонь, но животное никак не отреагировало.
  - Ах, они же не знают, что это вкусно! - леди развернула леденец и положила себе в рот. Вскоре от неё стал распространяться приятный запах, и лут смешно зашевелил носом, норовя коснуться её рта. Нина еле успела отскочить.
  - Ага, заинтересовался! - радостно воскликнула она. - Ну, держи тогда, - и протянула ему следующую конфету. Он слизнул и, не задерживая в пасти, проглотил. На морде отразилось вселенское разочарование.
  - Эх ты, балда, надо так! - и постаралась приоткрыть рот, показывая, как держит во рту леденец. Потом почмокала и показала конфету, ещё раз демонстративно помусолила и опять показала, что леденец всё ещё во рту.
  Лут смотрел внимательно.
  - Ну, надо же, - тихо произнёс погонщик, - слушает так, как будто всё понимает! Леди, угостите его ещё раз, пожалуйста.
  Нина развернула сладкий леденец и в этот раз лут не торопясь, слизнул его и задержал во рту. Ему удалось немного помусолить его, но вскоре он раскусил конфету, как это делали самые первые угощаемые Ниной луты, и вся сладость разом расползлась у него в пасти.
  Все заулыбались, такая умилительная морда у лута случилась! А дальше всё как в первый раз, подошла вся семья, но не толпой, а главный впереди всех и пришлось его угощать. Он "распробовал" только с третьей штуки. Нина хотела возмутиться, а охотники рассмеялись:
  - Дурил он вас, леди Нарибус и показывал молодым, как надо делать, чтобы больше сладостей получить.
  Девушка с возмущением повернулась к огромному луту, а тот так хитро на неё смотрел, что поняла: точно, развёл её!
  После небольшой передышки продолжили путь и вскоре прибыли к небольшому отверстию в земле. Мужчины чуть склоняли головы, чтобы пройти внутрь, а девушке стало страшновато. Вход выглядел как раззявленный рот, и шагать в темноту категорически не хотелось.
  Селвин повернулся, подал руку, и пришлось довериться ему.
  Сначала тьма мешала понять, оценить объёмы постепенно открывающегося помещения. Нина с осторожностью делала шаг за шагом, глаза привыкали к полумраку и впереди открывались необъятные просторы подземной полости. Она плавно уходила вниз, расширялась, и, казалось, конца ей нет.
  - Она огромна! - не сдержала восклицания девушка, - как такое может быть?!
  - Не знаю, но для нас большая удача обнаруживать подобные подарки на нашей земле. Чем дальше от входа, тем теплее, но не раздевайтесь, жарко здесь не будет.
  Нина смотрела на стены, на них полосами рос светящийся слабым светом мох. Селвин сразу же пояснил:
  - Мы собираем цебулярию и подкармливаем ею птиц, оставляя нетронутыми полоски мха на стенах, чтобы не было слишком темно здесь.
  - А если дома в стеклянную вазочку эту цебулярию положить или посадить, она будет светиться?
  - Как только мы её срываем, так свечение пропадает, а высаживать дома... не знаю, я не пробовал, но вряд ли она приживётся, слишком специфические условия для роста у неё.
  Круль вёл гостью всё дальше и дальше. Оглядываясь назад, Нина уже не видела входа, и казалось, что она переместилась на диковинную планету. Мороз спал, она расстегнула шубу, но холод ещё ощущался.
  Вскоре стали попадаться другие ледяные. Некоторые из них спокойно работали, аккуратно счищая широким совочком грибы со стенок и укладывая их в короба. Другие проявлялись то тут, то там, и было понятно, что они задействуют свою феноменальную скорость для работы.
  - Мы сейчас проходим мимо оборудованной комнаты, где сборщики могут передохнуть, перекусить и набраться сил. Стены здесь отделаны адамасом, - пояснил круль и замер, о чём-то задумавшись.
  - Сэл, что-то случилось? - тронула его за рукав Нина.
  - Знаете, я всё не отпускаю мысль из головы, что неплохо бы нам иметь своих ропаков на территории королевства. Смотрю на эту комнату - и думаю, что можно же обязать каждого путешественника оставлять кусок адамаса в общем доме, и тогда со временем можно было бы оборудовать такую же комнату.
  - Замечательная идея, - похвалила девушка, - жаль, что у вас этого камня мало, то есть много, но в то же время в дефиците...
  - Знаете, у вас на перешейке есть этот камень, - неожиданно поделился сведениями круль.
  - На перешейке? Но почему же вы его не попросили добывать?
  - Разве вы согласились бы? Да и какую цену назначили бы?
  - Но... пожалуй, вы правы, хотя знаете, Керидский не стал бы вредничать, он своеобразный, но с ним можно договориться, а вот король... он блюститель своей, общегосударственной политики. Зачем ему ваше усиление? Но, - лукаво улыбнулась леди, - иногда, чтобы решить небольшие проблемы, совсем ни к чему привлекать сильных мира сего! На перешейке полно повсюду бегающих детей, подростков, и если бы ваши путешественники платили по несколько монеток за тачку вашего камня, а потом бы ваши путешественники везли его в столицу, то это назвали бы странностью, но не более.
  Селвин посмотрел на Нину, а она, смутившись, продолжила:
  - Конечно, это возможно, если камень выходит на поверхность или близко от неё.
  - Я не знаю, выходит ли он на поверхность, но это выяснить несложно. Думаете, получится договориться с местными? Но что они подумают?
  - Ваши объяснят, что берут его для отделки дома в столице, что он напоминает им о родных местах, но не тащить же его через стену с ваших земель, ведь лишний вес - это деньги!
  - А на границе перешейка и королевства подъёмников нет, и платы уже не требуется! - с удовольствием и предвкушением закончил круль.
  - Ну вот, видите, начало одному маленькому, но очень полезному делу положено, - с улыбкой завершила тему девушка и побежала под уклон.
  - Нина, осторожнее! - опомнился круль, и когда уже леди слишком разогналась, то обогнал её и поймал, - осторожнее, - повторил он, любуясь выражением восторга на лице леди.
  - Здесь необыкновенно! Это даже не красота, а нечто нереальное, фантастическое. Кажется, что я сплю и окружающее - моя выдумка, выверт моей фантазии. Эти плоские шляпки грибов, создают впечатление мозаичности и иногда даже складываются в рисунок. Вон, смотрите, похоже на склонившегося человека. Видите, под тем выступом голова, дальше тело и вытянутые руки!
  - Действительно, похоже, - улыбнулся Селвин, и сопровождавшие их охотники заинтересованно посмотрели в указанную сторону, а один воскликнул:
  - А вот там как будто птицы летят! - показал он рукой вправо.
  Компания ещё немного прошлась вперёд, подземная пещера чуть поворачивала, местами сужалась, но оставалась очень объёмной. Где-то добавлялись причудливые впадины с мерцающим внутри мхом, выступы-тропинки, позволяющие передвигаться вдоль по стенам.
  Землянку поражало всё: объёмы, чуть грибной воздух, меняющий оттенок подсветки мох, фантазии рабочих, оставляющих его расти по краям тропок или полосками, или красивыми загогульками. Плотно растущие грибы добавляли пещере цвета и гладкости, да и сама полость удивляла торчащими из земли глыбами, природными арками или небольшими озёрцами.
  - Нам пора возвращаться, - чуть приобняв Нину, произнёс круль, - давайте я вас возьму на руки, чтобы вам не утруждаться с подъёмом.
  Нина оглянулась назад: получалось, что они в процессе прогулки прилично спустились вниз и малодушно кивнула. В горку, хоть и пологую, подниматься было лень.
  Мужчина аккуратно поднял девушку, дождался, чтобы она удобно его обхватила, а дальше - вжик!
  Нина даже раскашлялась, так как успела раскрытым ртом схватить много воздуха, когда круль рванул наверх. Он поставил её перед выходом, оправил на ней сбившуюся шубку, помог застегнуться и только тогда они вышли.
  - Смотрите-ка, луты не ушли, рядом гуляли! - с радостью крикнул погонщик, - ну, сейчас мы быстро до города доберёмся.
  Леди тоже обрадовалась. Быстро или нет, но час они сюда ехали, минут двадцать подманивали до этого лутов, ещё полчаса пробирались по дорогам города, а здесь бродили часа полтора. Хотелось уже перекусить, попить горяченького.
  - Ой, у меня же с собой чай! - девушка подбежала к саням и достала термос с печеньем.
  Она деловито открутила крышку, и из колбы повалил пар. Нина с превосходством кинула взгляд на раскрывших рты ледяных и налила в крышку-чашку чая.
  - А вот печеньице подмёрзло, но вроде съедобно, - посетовала она.
  - Ох, как хорошо бежит жар по внутренностям, - воскликнул сопровождающий, сделав большой глоток. Из широкой чашки они все отхлёбывали по очереди.
  Нескольких минут хватило, чтобы выпить весь чай из небольшого термоса. Остатки печенья у Нины выманили луты, причём старший всё так же делал вид, что не распробовал и нагло выпрашивал ещё и ещё. Но он и молодняк свой не обижал, они робко тянулись следом, он отступал, давая им получить свой кусочек.
  
  Вернулись в город без происшествий, Нина прошла к себе в домик, чтобы переодеться, узнать, как провели время Дар с Мируной, а круль не откладывая на потом сверлившую его всю дорогу идею, позвал к себе Вилхелма. Очень ему хотелось узнать, не осталось ли у того случайно детей в королевстве.
  До обеда ещё оставалось время, и леди Нарибус, найдя воспитанника в его покоях вместе с ещё одним мальчиком, осталась пообщаться с ними. Юный лорд, как положено, представил Нине своего друга.
  - Это Стефан Селвин, Нина, он младший сын круля, - развёл руками, показывая своим выражением лица, что вот как бывает.
  - Очень рада знакомству, Стефан, а я леди Нарибус, опекун и друг этого чудесного сорванца, - и взъерошила волосы Дару, как он любил.
  Стефан был крупнее Дара, чуть повзрослее, но смотрел на своего нового товарища с детским обожанием. Было похоже, что юный лорд Алоиз его удивил, поразил, впечатлил и покорил за время их общения.
  Нина поспрашивала, о чём рассказывал Дар ребятам, удивилась, каким способом они получают знания.
  - Нина, все ропаки говорят по-своему, как умеют, это же неправильно! - возмущался мальчик.
  - Солнышко, но хорошо, что хотя бы так знания передаются. У нас многие считают, что нужно знать только то, что полезно для работы, а историю знать и вовсе не желают. Не спеши осуждать. Помнишь, тебя пригласили леди, которые приехали с будущей женой герцога?
  - Да, помню, они фыркали, что у меня плохо складывается рифма в стихах и посчитали, что я неуч.
  - И ты не знал последние новинки баллад, - напомнила о неприятном ему Нина.
  - Резар вообще ни одной не знал, однако хозяйство сумел удержать, - отчего-то вспомнил своего брошенного опекуна мальчик.
  - Да, хозяин он очень даже неплохой, но зато проявил другие недостатки. И ты не спеши осуждать, местных, видишь же, не всё всегда просто.
  - Стефан, а книги у вас есть? Я прошлась по этажу, но нигде не увидела библиотеки, - обратилась Нина к прислушивающемуся мальчику.
  - Нет, нету, - потом, словно счёл нужным оправдаться: - осталось название большой залы "Библиотека", а сами книги, говорят, убрали когда-то на чердак, а они там с годами сгнили. Но это было до меня, так что...
  - Ясно, - погладила мальчика по голове, видя, что он расстроился от того, что нет у них теперь нужной леди библиотеки.
  - Стефан, а кто лучше всех учит вас?
  - У нас по вечерам взрослые по очереди приходят, и что-нибудь рассказывают, а ропак Вилхелм частенько собирает своих, да и наших пускает к себе, чтобы историю народа поведать.
  - А учат вас писать, считать?
  - Это старшие дети делают, на следующий год я уже буду учить малышню буквам, счёту.
  - Очень неплохо, замечательно, - улыбнулась Нина, - а ещё было бы здорово, если бы кто-нибудь из старших ребят записывал рассказы того же Вилхелма. Вдруг он лет через пять перестанет приглашать ребят Селвина, а у вас записи его историй останутся.
  - Ух-ты, можно будет их малявкам прочитать! - воскликнул мальчик и сразу насупился.
  - Не получится? - осторожно спросила леди.
  Мальчик помотал головой.
  - Бумаги мало, и она очень дорогая, да к тому же Вилхелм говорит очень быстро, никто не успеет записать.
  Нина вздохнула.
  - Да, наличие бумаги может стать проблемой, но если аккуратно и меленько писать, то может, и ничего?
  - Может, и ничего, - покладисто кивнул Стефан.
  - А Вилхелма надо внимательно послушать, потом коротко мелком на стене записать. Я видела, у вас маленькие на полу под кроватью рисовали. Так вот, сначала записать то, что вспомнишь, потом другой кто-нибудь пусть проверит, подправит, а дальше уже попросить Селвина выдать хорошую бумагу для дела. Он же не откажет?
  Мальчик пожал плечами.
  - Может, даже подскажет что-то, - подбодрила Нина.
  Ребят позвали на обед, а леди Нарибус пригласила Джису поговорить о моде в королевстве.
  Селвин тоже время не терял, он тормошил пришедшего Вилхелма на предмет выросших детей ледяных в королевстве. Ропак в этом плане оказался безгрешен, но некоторых других сдал, не задумываясь.
  - Как думаешь, выгорит у нас это дело? - возбуждённо спрашивал Селвин.
  - Ну, не сразу, но почему бы и нет. Вот только как наши найдут, где именно лежит адамас на перешейке?
  - Сумели же почувствовать, что он там есть, возвращаясь обратно!
  - Вот именно, возвращаясь, - подчеркнул Вилхелм.
  - Ты старый валенок, Вил, главного не слышишь. Адамас прямо где-то у них на пути. Они же не гуляли там, не рыскали, а почувствовали.
  - А что, верно. Значит, посылаем Гайдина в королевство с драгоценными камнями и жиром? Другого у нас пока ничего нет.
  - Нина сказала, что камни нынче подскочили в цене, - вставил круль.
  - Угу, это хорошо, значит, план таков: Гайдин разыскивает мать своего отпрыска, договаривается с ней о приобретении земли под строительство....
  - Нет, надо сразу достаточно земли и готовый дом покупать. Пока ещё адамаса натаскают! Но почему женщину искать, а не сына?
  - Так мал он ещё, а женщиной он хвастал, она у него лавку держит, деловая.
  - Ну ладно, это он сам разберётся. Договаривайся с ним, согласен ли он организовать общий дом? Подчеркни, не только для себя, а для всех! Это важно. А я помогу с его содержанием.
  - Всё ясно, оформим на тебя и всё. Жди его завтра, притащится детали обсуждать.
  Круль кивнул, а после переговорил с Вилхелмом касательно дел столицы и имперо.
  - Ты, Сэл, где так умный, а где-то дурак! Ну зачем нам старый Индж в качестве имперо? Какой от него толк?
  - От Варина уже давно толку нет, а вот власть под себя он подгрёб, да ещё на Нину зарится.
  - Он же стар, куда ему молодая, да и не видел он её, никак в тебе ревность проснулась, - усмехнулся Вилхелм.
  - Нина была женой герцога, а те, как известно, женятся только в своём кругу, значит Нина королевских кровей или близких им. Для наших людей этого более чем достаточно, чтобы признать её королевой в случае брака с имперо.
  - Но... подожди-ка, ты хочешь сказать, что он через брак объявит, что власть теперь передаётся не выборно, а по наследству? Но это не пройдёт у него...
  - У нас нет, а в столице брак послужит законным поводом к переменам. За сорок лет правления весь центральный город ест у Варина с рук.
  - Я думаю, ты ошибаешься, по твоей логике нужен будет наследник от светлой леди, а у него уже есть наследники...
  - Что-то он не больно-то пускает к власти своих наследников, - усмехнулся Селвин.
  - Ладно, нечего гадать, я думаю, он хочет использовать её для налаживания связей с королевством, надеясь на её высокое положение в нём. Но речь сейчас не об этом, а о том, чтобы не дать произойти непоправимым изменениям у нас.
  - Да, нам нужно время. Избрание Инджа его даст, а там что-нибудь придумаем. Звание имперо должно остаться выборным!
  - Индж не справится, - не согласился Вилхелм. - В столице все ключевые посты занимают варинцы, они просто не дадут ему работать. Я вообще опасаюсь, что там уже поздно всё менять. Пока мы тут пахали, они строили планы, интриговали, а теперь нам останется только принять их условия.
  - Они разорят нас всех, Вил. Я не переживаю, что меня уберут, но Лабберты станут не просто послушными слугами, а услужливыми, и что станет с нашим городом? Посмотри, после того, как на западе Варин поставил абсолютно преданного ему круля, так из города все бегут! Кстати, ты знал, что у них теперь без разрешения нельзя выехать? Говорят, там процветает нищета.
  - Подожди с западом, ты меня отвлекаешь. Я предупреждаю тебя о сложностях и о неудачном выборе.
  - Старого Инджа знают все!
  - Он стар, и дай мне, наконец, сказать! - рявкнул Вилхелм. - Тебя тоже хорошо знают! Даже крули, проявляющие лояльность имперо, а мы знаем, что многие, как и ты, вынуждены её проявлять, так вот, все крули знают и уважают тебя. Если кто-то и мог бы противостоять Варину, то только ты!
  - Я не хочу власти, я очень устал! Я хочу стать хорошим мужем для Нины, хочу насладиться жизнью с ней, узнать каково, это когда любовь в доме. Я...
  - Понял, понял... Не стоит тогда всё и затевать. Я тебе сразу говорю, Индж не потянет.
  - Но нельзя всю власть навсегда отдавать Варину! Кому он её передаст? Сыну? Внуку? Правнуку? Что они из себя представляют? А если он от Нины захочет получить наследника? Я не отдам ему её!
  - Не кипятись, не нужна ему твоя Нина, - буркнул Вилхелм. - Ладно, переговорить с другими крулями по-любому не помешает, - посмотрел на Селвина, тот выглядел активным и мечущимся.
  - К соседям пошлю Кристофа и Лукаша, - перешёл на деловой тон Селвин, а Вилхелм одобрительно кивнул. - К остальным надо кого-то из уважаемых ропаков послать. Я хотел тебя, Волфа....
  
  До обеда молодой правитель города обсуждал с Вилхелмом, о чём разговаривать с другими крулями накануне предстоящего съезда. Подумали они о том, что крули, выражая своё недоверие Варину, сразу предложат свою кандидатуру. Решили подстраховаться и подтянуть всех, кто умеет держать оружие в руках, чтобы не было искушения у столичных деятелей проявить агрессию. О многом поговорили и разошлись.
  Нина же была в это время очень радушно встречена снохой Селвина. Молодую женщину интересовало, что жительницы королевства носят зимой, в чём ходят по дому, как обставляют своё жилище, проводят досуг, работают ли. Вопросы сыпались один за другим. Рядом с Джисой сидели ещё женщины, девушки, все слушали разговор, раскрыв рот.
  - Знаете, а почему бы вам не съездить в гости к герцогу Керидскому? У него сейчас проживает много дам, они смогут о многом поведать вам, через них можно закупать современные товары, не по договору, а по дружбе.
  - Но как же... разве это возможно?
  - А почему бы и нет? Очень полезно будет сразу наладить отношения с будущей женой герцога. Она сейчас совсем ребёнок и ей будет интересно послушать о ваших землях.
  Девушки зашушукались, что может быть у них интересного?
  - Знаете, я бы рискнула, - задумчиво произнесла Джиса, - если Лукаш не запретит, то я бы попробовала.
  - Джиса, какая ты смелая! - заохали женщины вокруг неё.
  - Я напишу письмо герцогу, леди Анели Болдер и, пожалуй, господину Арлинду, - решила Нина.
  - Герцога мы знаем, а леди и господин кто? - немного взбудораженная, спросила Джиса.
  - Леди Анели Болдер - будущая её светлость Керидская, а господин Арлинд - один из управляющих. Господина управляющего я озадачу закупками. Пусть он заранее закажет книги, которые дарят молодым девушкам. В них много расписано о хозяйстве, как вести дом, обставлять его, как сэкономить, что нынче в моде. Со временем такие книги, конечно, устаревают, но ознакомиться с бытом по ним возможно и даже будет интересно. Вы не против, если я закажу ему ещё красочные сказки для детей?
  - Есть специальные книжки для детей? - удивились женщины.
  - Да, причём для разных возрастов, - удовольствием принялась объяснять леди. - Я попрошу его сделать большую закупку и, главное, пусть закажет напечатать дополнительные экземпляры книг под авторством самого Керидского. Герцогу будет это очень приятно, а вам, думаю, понравится узнавать о дальних странах, уютно устроившись на кровати.
  - Удивительно, он сам пишет книги?
  - Он несколько капризен, самолюбив, но при этом он много путешествовал, многое повидал и обо всём, что поразило его, писал.
  - Но это, наверное, очень дорого будет?
  - Я напишу вам примерную стоимость книг, и если господин Арлинд придержится разумных рамок, то вы после лично ему подарите пару камешков из этого браслета.
  Нина указала на браслет, висящий на руке Джисы.
  - Но это же пустяки! - не веря в серьёзность слов, возразила она.
  - Видите ли, книги давно уже не делают вручную, поэтому они не стоят баснословно дорого, как скажем, лет пятьдесят назад. В будущем, возможно, вы решитесь и съездите в столицу, посмотрите, как печатают теперь книги, как вообще изготавливают многие вещи. Ткани всё меньше ткут вручную, металлические предметы тоже стали делать по-новому, вовсю используя формы. Придумано много новых полезных веществ, которые приносят пользу и улучшают качества предметов.
  - Вы рассказываете удивительные вещи, - недоверчиво проворчали женщины постарше.
  - Удивительно смотреть, когда служанки убирают помещения с помощью магии. Вот это кажется чудом! А то, о чём я говорю, это просто умелая передача знаний из поколения в поколение. К сожалению, всё придуманное бережётся в рамках одной семьи, но даже при таком подходе люди в королевстве продвинулись далеко.
  - И всё же... - попытались остудить пыл Джисы наперсницы.
  - И драгоценные камни, которые поставляют от вас в королевство, довольно дорого стоят. Вам будет удобнее их брать для расплаты. Деньги, которые сейчас ходят по королевству, я вам покажу после обеда, хорошо?
  - Да, конечно.
  - Тогда же напишу письмо, а вы поговорите со своим мужем. Наверное, вам понадобится карета-домик, как у меня или...
  - О, это не сложно. Вы же присылали продукты нам в очень прочных фургонах, несложно будет переделать один из них для меня.
  - Конечно, - согласилась Нина, не углубляясь в разницу между мягкостью движения её кареты-домика и транспортного фургона. Не всё сразу!
  
  Леди с крулем обедали вместе, но рассиживаться обоим было некогда. Нине надо было написать письма, а это дело долгое и кропотливое, Селвину предстояли переговоры со многими ропаками, которых он намеревался сразу же отправить к другим крулям.
  После обеда все занялись своими делами, а Мируна потихоньку переселяла леди в гостевые покои. Не меньше пары часов ушло у Нины на составление хитроумных писем для Керидского, для Анели и её сопровождения, и проще всего было с господином Арлиндом.
  Эти письма она принесла Селвину, зная, что все равно ему организовывать их доставку, а если всё получится, то дождаться ответа и отправлять потом женщин в гости.
  Это только считается, что Джиса едет одна, а на самом деле, она леди и ей потребуются охранники, дамы сопровождения, прислуга. Так что наберётся приличная компания и Нина надеялась, что юной леди Анели Болдер будет лестно, что она - первая в королевстве, кто наладит контакт между дамами двух столь разных стран. И пусть король только попробует отобрать у неё эту привилегию!
  - Нина, вы думаете, Джису примут, не обидят её? - с волнением спросил Сэл.
  - Насчёт примут ли, вы узнаете из полученного ответа. Должен пройти минимум месяц, чтобы успеть совершить все закупки, о которых я написала, тогда и позовут. И если пригласят, то опасаться нечего, к леди в королевстве трепетное отношение. Джиса же разумная молодая женщина, спокойная, она сумеет поладить с местными дамами. Уверена, им понравится опекать её.
  Вдвоём они побыли недолго. Пораньше, как и просил Селвин, вернулись его братья и он, извинившись, занялся с ними делами. У Нины тоже появились хлопоты. Дар нахвастал ребятам о её рисунках, и теперь к ней собиралась большая компания детей смотреть их. Просто давать им в руки листы с нарисованными растениями она не хотела, поэтому сидела и вспоминала прочитанные интересные случаи, связанные с ними.
  
  День для многих во дворце круля оказался насыщенным. Женщины переваривали в голове новость о том, что им надо готовиться к визиту в герцогство, дети услышали много забавного про необычайные растения, и им теперь королевство Светлых земель не казалось чужим и страшным. А Нина под светом магических светильников, снятых с кареты, рисовала хвойные иголки и записывала, как из них получают нитку.
  После того, как Дара покусали клопы на горе из матрасов, он с обидой избавился от них и ему принесли матрас, набитый хвойной пряжей. Сначала он думал, что весь исколется, а потом, заинтересовавшись, прорезал дырочку и увидел обыкновенную, чуть жестковатую, плотно уложенную пряжу. Вот об этом он и рассказывал Нине, когда она пришла укладывать его со Стефаном спать.
  - Нина, ты представляешь, из иголок прядут нитки! - всё никак не мог он успокоиться.
  (прим.автора: ссылка пряжа из хвои https://www.livemaster.ru/topic/479213-pryazha-iz-hvoi)
  - Солнышко, ты, наверное, что-то путаешь, - сначала возражала Нина, но тут подключился Стефан и стал объяснять, как женщины вымачивают иголки разными способами, смотря для чего потом пряжу использовать, а потом как дальше чешут их и скручивают нить.
  Нина была потрясена и сразу после укладывания мальчиков спать, пошла рисовать хвою и записывать подробно рецепты предварительного замачивания хвои, чтобы после уже работать с ней как с любыми волокнами.
  А на следующий день Селвин пригласил её посмотреть на наиболее красивые древние дома, потом они съездили на ледяной пик, и Нина была впечатлена красотой ледяной пустоши и одиноко возвышающимся городом посреди льдов.
  - Красиво и сурово. Но вы говорили, что есть места, где тепло, а Стефан вчера рассказывал об использование хвои, значит, у вас есть леса?
  - У нас немало необыкновенных мест, но они все далеко расположены от моего города. Если бы наши предки заранее знали, где что есть, то думаю, они использовали бы другой план постройки городов. А так мы все на равном расстоянии друг от друга вокруг столицы.
  - Ваши предки обладали многими достижениями, разве они не могли исследовать земли?
  Селвин пожал плечами.
  - Я знаю только, что первые годы им было очень тяжело. Зима была не спокойна, постоянные вьюги, были годы, когда солнце вообще не светило. Основной задачей стало забрать из разрушающегося мира как можно больше адамаса, чтобы он наделил нас силой, а дальше считалось, что обладая силами, мы со всем справимся.
  - Да, сложно гадать, как тогда думали спасающиеся, - подтвердила Нина, - но домА они вам поставили на века. Это чудо, что у вас до сих пор работает водопровод и канализация.
  - За этим следят, - как само собой подтвердил круль.
  - Но я заметила у вас в ванной остатки панели настройки подачи воды...
  Леди не знала, как заменить слово технологии, сенсорное управление, но круль её понял.
  - А, знаю, что вы имеете в виду. У нас остался один дом, где до сих пор работает подъёмник по всем этажам. Правда, им разрешается пользоваться только тем, кто не в силах осилить ступеньки самостоятельно. Там есть гладкая доска, на ней значки и если нажимать на них, то подъёмник начинает работать.
  - У вас есть умельцы, кто разобрался, как следить за исправностью этих значков?
  - За подъёмником следят. Мастер говорит, что он особенный, не похожий на те, что стояли в других домах. Он как бы сам по себе и силы работать берёт из длинной трубы, опускающейся под землю. А так, когда что-то переставало работать, пытались переделать по своему разумению. Помещения непонятного назначения давно освободили и используют по делу.
  - Понятно, - вздохнула Нина.
  Они ещё немного постояли на вершине пика.
  - А сейчас у вас часто зима бушует?
  - Бывает, неделю за неделей продыху не даёт, но чаще светит солнышко и мороз. Вы не замёрзли?
  - Нет, - но посмотрела на Села и решила чуть схитрить, добавив, - разве что немного руки, - и протянула их ему.
  Мужчина воодушевился и схватил их греть.
  - Они у вас не холодные, - обеспокоенно произнёс он, - вы не заболели?
  Девушка отняла руки и буркнула: " Нет", - а круль забрал их обратно и поцеловал пальчики:
  - Простите, я сглупил, наверное, потому, что у меня замёрзли щёки, вот я и...
  - Щёки? Как же так? - Нина встревоженно коснулась кистью холодной щеки, а Сэл прошептал!
  - Вроде скула задубела, - она тут же провела по скуле, - и ближе к подбородку тоже холодно, - пожаловался круль, а Нина повела руку гладящим жестом по лицу и улыбнулась его маленькой хитрости, перенятой у неё. Нежно огладила всё его лицо, а потом спросила:
  - У вас мужчины ходят без бороды или это неприлично?
  - Ходят, и с чего вы взяли, что неприлично?
  - Не знаю, но вокруг все с бородой, даже совсем молоденькие, хотя лучше бы сбрили.
  - А я... моя борода... - мужчина отчего-то смутился.
  - Вам идёт борода, но я всё думаю, не помешает ли она целоваться?
  - Зачем думать, сейчас узнаем, - и не успела Нина ахнуть, как они уже целовались.
  Сам поцелуй, даже не он, а сама обстановка, близость и сила стоящего рядом мужчины, вскружили Нине голову, но краснота вокруг рта после поцелуя и возникшее раздражение на лице расстроили её до слёз.
  Может, не надо было целоваться на морозе, может, кожа у неё слишком нежная и волоски бороды искололи её, но первый настоящий поцелуй закончился вопросами по прибытию: "Леди, что у вас с лицом?".
  Вроде и не виновата, а стало стыдно, что Селвин наблюдал её краснющую рожу весь обратный путь. Дошло до того, что Нина сидела в прострации и ныла:
  - Мируна, я не создана для любви! Всё против меня, ну всё!
  Горничная сначала убеждала, что это не так, а потом присоединилась к стенаниям:
  - А уж как мне-то с мужиками не везёт! Много ли я прошу? Тут уж подумала, счастье улыбнулось, может и я достойна любви, так нет!
  - У тебя-то что случилось?
  - Да уж случилось! Думаете, только у круля сотня родственников? Как же! Лорд Вилхелм - уважаемый ропак, а это значит, что у него такая же орава в доме проживает! Я не леди, у нас, знаете ли, тоже все в одной комнате живут, но я не хочу к этому возвращаться, тем более, что родители были хотя бы занавесочкой отделены, а тут...
  Девушки страдали ровно до того момента пока не услышали, как по дому покатился слух, что круль Селвин сбрил бороду. Нина подскочила к зеркалу, краснота уже бесследно прошла, чуть в одном месте шелушилась кожа, но у неё для этого чудесный крем, купленный в столице, есть.
  Теперь леди изводилась от того, что не могла придумать повод, чтобы увидеть Сэла. Однако он сам нашёл её, и когда Мируна тактично покинула их, он, ловя выражение её глаз, склонился и снова поцеловал.
  - Не колюсь? - оторвавшись, спросил он.
  - Нет, - виновато улыбнулась девушка, и ей захотелось его разглядеть.
  - Без бороды вам лучше, вы моложе выглядите.
  - Разве это лучше - выглядеть моложе? Я же не женщина!
  Нина удивилась:
  - Но и годы добавлять ни к чему.
  - Я круль, должен быть солидным.
  Леди фыркнула.
  - Сэл, вас мальчиком не назовёшь, ну а в остальном, когда видишь чересчур солидных, то думаешь, насколько их хватит, долго ли им осталось править, и всякая другая пакость лезет в голову. Тут ведь, знаете, всё зависит от отношения к вам людей. Захотят - найдут преимущества в вашей молодости, захотят - с энтузиазмом опишут недостатки. Тут, видите ли, как ветер подует, а управленцы вроде вас должны уметь этот ветер тихонечко направлять в нужное вам русло.
  - Вы думаете, это честно направлять выгодный для себя ветер по обществу?
  - Это часть вашей работы - доносить плюсы вашего правления. Увы, о минусах расскажут ваши недоброжелатели. Если бы вы занимали невысокий пост, то можно было бы полагаться на то, что подопечные сами всё видят, но вы - круль, многие ли знают, чем вы занимаетесь?
  - Все знают, что я управляю городом.
  - Но что конкретно вы делаете? Ваши жители знают, какие вам приходится решать проблемы? Знают, что именно от вас зависят отношения между другими крулями? А хорошие отношения - это стабильные поставки разного товара.
  - Я понял вас. У нас секретов мало, но кое о чём мне стоит заострить внимание, чтобы народ знал, что у нас происходит.
  - Верно, а то если не скажете вы, расскажут ваши недруги. В королевстве король тщательно следит за настроением общества. Я не одобряю, как он всё контролирует, но и пускать на самотёк общественное мнение не разумно.
  - Мне так жаль, Нина, что нам приходится всё больше о делах говорить. Я бы хотел вас взять на охоту или показать вам каскад замёрзших навечно озёр, а ещё есть отличная пологая горка и вы могли бы там покататься на лыжах вместе с Даром, но мне надо подготовиться к поездке в центральный город. Времени осталось мало, нам пора бы выезжать, если вы не передумали.
  - А если я передумаю, то мне придётся уезжать с ваших земель обратно в королевство?
  - Я бы предпочёл, чтобы вы вышли за меня замуж, но вынужден сразу вас предупредить, что есть большие шансы, что крулем я больше не буду.
  - Сэл, у нас так мало времени узнать друг друга, - с горечью произнесла Нина, - я так жалею, что не могу, не способна уже кидаться в озеро любви, забывая обо всём. Вы не знаете меня и переживаете, что для меня важен ваш пост. Я совру, если скажу, что мне без разницы, какое место вы занимаете в своём обществе. Вы не мальчик и должны были уже чего-то добиться.
  В глазах Селвина всё больше разрасталась тревога, но девушка не закончила говорить, и он слушал.
  - Скажите мне, если вы потеряете свой пост, то кем вы будете?
  - Не знаю, - нахмурился мужчина.
  - У мужчины должно быть дело. Неважно, круль вы, ропак, рабочий, охотник, главное, чтобы вы знали, что вполне способны выполнять взятые на себя обязательства. Мне достаточно, чтобы у нас был свой, небольшой домик, чтобы была в достатке еда на столе и вы сами не жалели бы об упущенном посте.
  Селвин выдохнул:
  - У нас со своим отдельным жильём сложно, но я обещаю вам его при любом исходе. А голодать вы никогда не будете, ни вы, ни Дар. Я хороший охотник.
  - А я, Сэл, неплохая хозяйка, но это в королевстве, здесь же не уверена в себе. Но чтобы вы не думали, что я совершенно бесполезна, то могу похвастаться хорошим приданым. Так что для нас с вами главное пережить раскручивающиеся события, решиться быть вместе...
  - Я уже решил, и отступать не намерен!
  - Не обижайтесь, я не умею так, с первого взгляда... простите, вы мне очень симпатичны, я тянусь к вам душой, но...
  - Я помню, не способны кидаться в озеро любви.
  - Да, не способна. Знаете, я помню, что вы говорили о своих детях...
  - Нина, они уже взрослые...
  - Кроме одного...
  - Да, Стефану десять лет.
  Нина кивнула и продолжила.
  - Я была бы не против, если бы у нас получилась совместная прогулка с вами, Стефаном, Даром. Надо же как-то прилаживаться, но, похоже, у нас и на это нет времени. Тогда после поездки в столицу?
  - После поездки в столицу, - повторил круль, принимая решение Нины.
  Хотелось схватить её, признать её перед всеми своей единственной, и не мучиться сомнениями. Это всё упростило бы, но он чувствовал, что нельзя на неё давить, нельзя хватать, настаивать. Отшатнётся, закроется, отдалится от него и больше не доверится. Все его чувства посчитает обманом, поступкам припишет корыстную выгоду и ничего будет не исправить. Остаётся только отрыто демонстрировать свои чувства, распахнуть свою душу и не думать о том, что делать, если ей он так и не станет нужным.
  Нине тоже непросто давались отношения с Сэлом. Она тянулась к нему, старалась не ранить его чувства, но сама раскрываться боялась. Всё понимала, всё видела и прекрасно осознавала, что вступив в брак до поездки в столицу, обезопасит себя во многом. Сейчас даже непонятно, на каких основаниях Сэл столь яростно опекает её. Но прошлый опыт никуда не денешь, он уложен за спиной и показывает, что не надо торопиться, надо тщательнее знакомиться с местом, где будешь жить, с кем, на каких условиях. Иногда хочется выбросить эту тяжесть и не вспоминать обо всех "надо", но она же не одна!
  В конце концов, пара дней - не повод для оформления пожизненной связи, останавливала все свои терзания Нина.
  
  
  ,h3>Глава 19.
  
  
  Земли ледяных. Поездка.
  
  Не успела Нина вернуться с прогулки, как её нарасхват потащили к себе женщины и дети. Дамам важно было узнать, пригодны ли их лучшие наряды для королевства, какие подарки им уместнее приготовить для проживающих леди в замке герцога. Дети притащили экземпляры выращиваемых в пещерах растений, чтобы леди зарисовала их, а они готовы были рассказать о заготовках, применении их в хозяйстве.
  Леди Нарибус понимала, что без её советов женщинам сложно, но всего не расскажешь за короткий срок, а принесённые ей растения ждать не будут. Пришлось всем перемещаться в огромную залу, где разместились бы все страждущие внимания леди.
  Нина приготовила себе краски, лист для рисования, Джиса с компаньонками расселись вокруг и тоже уткнулись в работу, а разговор потихоньку тёк и приоткрывал собеседницам какая жизнь в королевстве.
  
  Ещё два дня пробыла Нина во дворце круля, и не обошлось для неё без неприятностей.
  
  У Дара, а потом и у неё расстроился желудок. Он напрочь отказывался переваривать обилие грибной пищи. Нине очень нравилось, как разнообразно готовили грибы, и она ела их с удовольствием, но организм взбунтовался и потребовал более привычной пищи.
  
  Поначалу она думала, что они с Даром отравились, потом им стало легче, и они оба осторожно поели, используя грибной хлеб, и им снова стало плохо.
  
  Нина бросилась выяснять, что ест Мируна и чем её меню отличается от их. Оказалось, что служанке грибы не пришлись по душе, и она налегала на мясо, доставляемое охотниками, и тёмный рис, что выращивали недалеко от центрального города.
  
  - Миледи, я сначала испугалась, как это рис может быть чёрным, но по вкусу разницы никакой! И уж простите меня, никаких слизней я в рот не брала. Этого ещё не хватало!
  - Между прочим, слизни вкусные, - обиделась Нина, но в чём-то горничная была права. Глупо было резко менять пристрастия в еде, без конца пробуя новые продукты.
  
  Поправились леди и юный лорд быстро, ума у них прибавилось, и в дорогу они попросили добавить им в рацион еды из присланных в подарок запасов. Стыдно было, но хотя бы немного привычной злаковой пищи им сейчас необходимо.
  
  Селвин пропадал целыми днями, к нему беспрестанно приходили посыльные, уважаемые ропаки, приезжал какой-то круль из дальнего города. Этот круль с большим интересом разглядывал Нину, невозмутимо сидел вместе с женщинами и слушал, что им рассказывает гостья. Поначалу его стеснялись, но он отлично поддакивал в нужных моментах и вскоре стал чуть ли не подружкой.
  
  Каждый вечер Сэл стучал в покои Нины, приносил угощения и сидел у неё допоздна. Вечера, наполненные нежностью и тихим счастьем, сближали их.
  
  Сэл рассказывал о себе, о родителях, о младших братьях. Он не пытался себя приукрасить, честно говорил о своих ошибках, неудачах, о том, чего стыдится сейчас из своего прошлого. Нина видела его самокритичность, ответственность перед людьми, и понимала, что для него сейчас переломный момент.
  Он устал.
  Если бы Сэл не встретил её и продолжал бы дальше только работать, то его характер начал бы стремительно портиться, пока сердце не надорвалось бы и не освободило его от жизни. Его любовь к ней перевернула для него всё и, несмотря на своё желание посвятить всего себя только ей, он учился сейчас жить, совмещая прежнюю жизнь круля с новой, где есть место всепоглощающей любви.
  
  Нина слушала его, думала о нём, и ей хотелось плюнуть на всё, защитить своего мужчину ото всего на свете. Путь от него все отстанут, зачем они треплют ему нервы, наседают на него, не отпускают ни на минуту.
  Хотелось окружить его нежностью и заботой, подарить ему маленькие и большие радости, даже откормить его захотелось! Он слишком часто пользовался своей способностью быстро перемещаться, а она сжигала уйму калорий.
  Но тут приходило осознание, что такой мужчина, как Сэл, задохнётся от чрезмерной заботы. Она могла бы вывезти его в герцогство, отстроить там дом из местного адамаса и жить спокойно. У неё будет семья, дети, но будет ли счастлив Сэл?
  Нина мучилась. Желания у них двоих вроде бы одинаковые, но пути к реализации они видят разными. Значит, им нужно время.
  Общение помогает понять друг друга, доверять. Незаметно привыкаешь к даримой нежности и начинаешь скучать, когда рядом нет ставшего дорогим человека. Не то чтобы тоска съедала, но некая пустота образовывалась, когда Нина узнавала, что круль покинул дворец. Пусть бы решал свои дела где-то рядом, было бы спокойно, но он нёсся куда-то, где не было ни тепла, ни её...
  
  В день отъезда Нину ожидало несколько сюрпризов.
  Джиса поделилась радостью, что окончательно утвердился состав женщин, отправляющихся в гости к герцогу. Чтобы для него было необременительно, жена Лукаша подумала и о выгоде визита. Компаньонок с собой она возьмёт всего двух, а вот жёны соседних крулей будут ей подругами. Но Нина может не волноваться: они привезут богатые подарки и компаньонок у подруг тоже будет не больше двух у каждой, правда, одна женщина берёт ещё двух юных дочерей, но зато те едут без подруг.
  Леди Нарибус стояла с замершей улыбкой и все никак не могла подсчитать, сколько же женщин едет в гости к герцогу и нельзя ли отозвать свои письма.
  А потом представила Керидского, прячущегося в оранжерее, и рассмеялась. Ничего, переживёт нашествие дам!
  Правда, закрались сомнения, позовут ли женщин ледяных в следующий раз и пустят ли её теперь обратно после их визита? А с другой стороны, щедрые подарки да полный воз информации обеспечат компании леди Болден невероятную славу по приезде в столицу. Летом она, скорее всего, отправится с визитом к родственникам, и ей будет, о чём рассказывать своим подругам.
  Нина раскланялась с обеими снохами Селвина. Вилда была немного расстроена, что не догадалась подружиться с гостьей, но немного оттаяла, когда та похвалила её хозяйственность. А Вилда подумала, что когда Джиса уедет, вот тогда она без неё развернётся! В её распоряжении окажется больше помощниц и можно будет многое успеть сделать.
  Леди Нарибус, выбитая из колеи признанием Джисы, пребывала в задорном настроении, и когда её походный домик вывезли из города, она вместе с Даром вышла посмотреть, как будут приманивать лутов, и лишь тихо ахнула.
  Помимо её домика и прицепа выстроился караван из ещё десяти узнаваемых фургонов. Нина поначалу расстроилась, подумав, что часть её подарка Селвин вынужден везти в столицу, но тут заметила, что все фургоны переделаны. Они стали теперь полноценными жилыми походными домиками. Маленькие окошки, торчащая труба из крыши, дверь сбоку.
  - Нина, посмотри, да с нами целая армия едет! - выдал более непосредственный Дар, увидев, что в домики забегают бросить вещи по десятку ледяных.
  - Не армия, но что-то много сопровождающих, - проявила дотошность леди.
  - Не-а, это те, кто с нами, а я видел, как Селвин отправлял ещё охотников. Они доберутся до столицы своим ходом.
  - Но зачем так много? Что он задумал? Дар, ты ничего не слышал? - забеспокоилась Нина.
  - Пацаны болтают, что наш круль едет свергать имперо, - спокойно произнёс мальчик.
  - Ты с ума сошёл! - шикнула на ребёнка девушка. - Думай, что говоришь! Вдруг кто услышит?
  - А что, все об этом болтают, - обиделся Дар.
  - Ты - не все! Ты лорд и должен отвечать за свои слова, - повторила сто раз говоренное леди.
  - Тогда не спрашивай, если не хочешь слышать! - буркнул мальчик.
  - Дар, Сэл не повёз бы нас, если бы затевал нечто подобное! Неужели ты не понимаешь? Он не стал бы нами рисковать.
  Юный лорд нахмурился, ему как раз хотелось верить, что он вместе с крулем едет свергать злого имперо, но вообще-то Нина права. Сэл ни за что не подверг бы её опасности. Об этом пацаны тоже говорили и мечтали, что когда вырастут, то так же сильно влюбятся в самую красивую девушку.
  - Но зачем тогда столько воинов? - сдался Дар.
  - Не знаю малыш, если бы знала, не спрашивала. Сэл очень нервничает, когда мы о положении его города говорим, о столице, об имперо. У него с ним очень непростые сложились взаимоотношения. Скоро у ледяных будут выборы и, видимо, он хочет что-то поменять, но опасается ответных действий. Ты же уже знаешь, солнышко, как лорды умеют держаться за свои блага и преступать законы, а тут целый имперо всю свою жизнь у власти. Всякое может случиться.
  Мальчик кивнул, урок, преподанный ему в замке Алоиз, он запомнил навсегда.
  - Дар, будь осторожен, не болтай о Селвине ни с кем. Мы плохо ориентируемся, что у них тут происходит, и по незнанию можем навредить ему.
  - Понял, не видел, не слышал, не сообразил.
  - Да, моё золотко, давай пока так.
  - Нин?
  - У?
  - А ты Селвину про золото рассказала?
  - Тише, - девушка прикрыла воспитаннику рот ладошкой, - нет, конечно.
  - Странные вы оба, столько общались, а ничего не знаете друг про друга, - возмутился Дар.
  - Ты преувеличиваешь, - смутилась Нина и скорбно поджала губы.
  Ни про золото, ни про свои маленькие доходы на территории королевства, ни про своё попаданство даже в удобоваримом варианте она не рассказала. Всё как-то неуместно, да и не к чему. Какая польза Сэлу сейчас знать, что она из другого мира? Или какая ему разница, есть у неё свои доходы или нет? А золото вообще не в ходу у них. Всё больше серебро, да разные полезные вещи в обмен идут. К чему вешать на него свои беспокойства по его сохранности?
  Суета с отъездом продолжалась. Как только подозвали первых лутов, так отправка каравана совсем застопорилась. Обилие столпившегося народа, множество беспорядочно стоящих фургонов напугали животных, и они маячили невдалеке, опасаясь подходить ближе. Ледяные пытались сами подойти, подманивали угощением, но луты не шли на контакт, хотя и не уходили. Возникал вопрос, что делать дальше -и с ним все шли к Селвину.
  Нина видела, как круль приказал для начала растянуть караван, чтобы он не выглядел огромной бесформенной массой. Луты спокойно наблюдали. Погонщик первого фургона попытался ещё раз привлечь к себе животное, у него почти получилось, но грозный рык появившегося мощного самца остановил его.
  Все замерли, никому ещё не приходилось видеть столь крупного лута.
  Он шёл к ледяным - и никто не мог оторвать взгляда от него, следя как он ставит на снег лапу за лапой. Его мощь завораживала, было что-то волшебное в его плавных движениях. Ледяных впечатлил не только появившийся лут, но и то, как отступили все присутствующие самцы, и в воздухе разлилось ожидание.
  
  Селвин дал команду всем замолчать, а сам выступил вперёд. Ему впервые приходилось не то чтобы встречаться с вожаком лутов, а даже увидеть его воочию. Мужчина хорошо помнил, как Нинин воспитанник общался с животными и сейчас, наблюдая происходящее, пришёл к выводу, что ему предстоит договариваться с вожаком.
  Как это сделать, он ещё не представлял, но то, что это уникальный шанс лучше понять этих потрясающе умных и хитрых особей, он понимал.
  - Круль, может не надо? Нас много, мы и сами дотащил свои повозки, - осторожно подал голос один из ропаков, но его тут же перебил другой:
  - Коль похолодел от ужаса, так иди спрячься, не мешайся!
  
  Нина даже не заметила, как они с Даром сначала вытягивая шеи, чтобы посмотреть, что вообще здесь происходит, подбирались поближе. Вот они уже залезли на сугроб возле дороги, но и это не помогло им хоть что-то увидеть из-за высоченных ледяных.
  Когда вышел вожак, они глядели на него, не отрываясь. Нина с ужасом и восторгом притискивала к себе Дара, а тот раздражённо вылезал из сцепленных вокруг него рук опекунши и подходил всё ближе и ближе. Нина, не отпуская взглядом воплощение звериной силы, догоняла, ловила Дара, обнимала его, и всё повторялось сначала.
  Круль стоял прямо перед вожаком. Казалось, все забыли, как дышать, а тишина обрела звенящую форму.
  Вдруг Дар в очередной раз выкрутился из рук Нины, и смело шагнув вперёд, досадливо выкрикнул:
  - Ему интересно, куда мы едем!
  Все развернулись к мальчику, а он спешил к Селвину. Леди Нарибус чуть не упала, пытаясь ухватить выскользнувшего из объятия воспитанника.
  - Стой, куда? - ахнула она и, спотыкаясь, побежала за ним.
  - Вожаку надо знать, далеко ли везти фургоны, - начал пояснять Дар, встав рядом с Селвином. А Нина жалобно посмотрела на удерживающего её ледяного, и чуть ли не со слезами на глазах попросила:
  - Давайте подойдём поближе, только держите меня, а то ножки мои не слушаются меня и подгибаются от страха.
  Мужчина посмотрел на дрожащую указующую руку, куда идти, нахмурился, но подтащил светлую леди поближе. Если вожак озвереет, уже без разницы, где стоять, не скроется от зверя никто. А переговоры при помощи юного лорда успешно продолжались.
  - Скажи, до центрального города нам надо, - ответил Селвин.
  - Речь они не понимают, я им картинку должен представить. Только я не видел, как выглядит ваша столица, - развёл руками Дар.
  - Тогда представляй трёх этажный дом, вот такой формы, - велел круль и начал рисовать на снегу букву "П".
  - Дом из белого камня, с маленькими окнами, рядом огромная куча чёрного сыпучего камня для отопления этого дома. Там мы сделаем остановку. Дальше около двух дней пути на лутах и будет город раза в три больше нашего.
  Дар кивнул, что понял, и принялся сосредоточенно представлять всё, что описал ему круль, но лут недовольно зафыркал. Мальчик пытался изо всех сил пытался донести до зверя то, что сам не очень понимал, и лут начал помогать ему.
  - Вроде - да, а вроде - нет, - ответил Дар вожаку, а потом обратился к Селвину:
  - Круль, вы сами представляйте город со стороны. Он, - мальчик кивнул в сторону лута, - показывает мне разные картинки, а я не уверен, столица это или нет.
  Селвин ничему не удивляясь, начал усиленно представлять хорошо знакомый ему город.
  - Всё, вожак всё понял, и по ходу нашего пути на дороге нас будут ждать сменные луты.
  Все облегчённо выдохнули и с большим уважением посмотрели на могучее животное.
  "Это ж надо всё сообразить и распределить!" - читалось во взглядах ледяных.
  
  - Теперь его интересует оплата, - неожиданно произнёс юный лорд.
  - Оплата? - недоумённо ахнула толпа, до сих пор ещё не осознавшая и не переварившая способность лутов общаться, составлять план следования по дороге.
  - Он показывает кусочки мяса, - приготовился перечислять Дар, - леденцы, - вокруг загудели: "Какие такие леденцы?"
  - Печенье, - продолжал мальчик, а Нина как-то вся немного сжалась, ей стало вдруг так неуютно среди всех!
  - Что? - возмущённый вопль мальчика заставил всех замолчать, а леди Нарибус уже мило поблагодарила за поддержку неизвестного ледяного и засуетилась спешно вернуться в домик. Без неё разберутся, а у неё столько дел!
  - Нина, ты скормила лутам коробку моей любимой пастилы?!!
  Все развернулись, позабыв о могучем вожаке, о своём любимом круле, даже о чудо-мальчике и смотрели на светлую леди. Нине казалось, что её сверлят осуждающими взглядами. Стало так стыдно: ну как можно было животным отдавать столь дорогое угощение! Как она могла поддаться обаянию этих смешных, тёплых, пофыркивающих носов и скормить им чуть ли не все вкусности! Но, в конце концов, она же не знала, что у ледяных такая напряженка со сладостями и во что её щедрость выльется! Пришлось остановиться и отвечать на обиженный вопль ребёнка:
  - Да что там было-то! Полкоробочки! И вообще, ты рядом был, видел, что они меня не отпускали, обслюнявили всю, дышали на меня своими носами! - перешла Нина в наступление. Ну как можно было в первый раз отказать этим наглым просящим мордам?! Она им тогда много чего скормила, сейчас и не упомнишь, к тому же все в неадеквате были, в том числе и Дар.
  - Но теперь они просят пастилу в качестве оплаты дороги! - голос мальчика звенел от обиды.
  Юного лорда понять было можно. В потреблении леденцов и других конфет Нина его строго ограничивала, а вот пастила, сваренная из яблок, ему не запрещалась.
  "Да что же это такое, кругом виновата!"- рассердилась леди. Она выступила вперёд, и совершенно позабыв, что животные не понимают речь, накинулась на лута:
  - Как не стыдно! У ребёнка выпрашивать последнее! Да там этой пастилы вам на один зубок!
  Почувствовав руки круля, оттаскивающего её от вожака, она тут же переключилась на него:
  - Селвин, предложи ему кусочки сахара, у вас же есть. А вам, уважаемый, - снова обратилась леди к возвышающемуся вожаку, - сладкого много есть вредно! Придумали тоже, вредные излишества для себя! Природа не дура, если бы вам требовалась сладкая еда, то она росла бы повсюду!
  - Нина, я не знаю, как показать, что природа не дура, - пожаловался Дар.
  Голос Дара помог ей утихомирить свою пусть мелкую, но очень обидную обиду и понять, что небольшой стресс от всего происходящего уже прошёл мимо.
  - Солнышко, ты там в картинках-то хоть не выражайся, мало ли что в сердцах не скажешь, - совершенно спокойно, как и положено леди, с достоинством произнесла она нравоучение.
  Нина ещё немного постояла рядом, но странно-весёлые улыбки ледяных её очень смущали. И чего она из-за этой пастилы разнервничалась! Правда, теперь все знают, что это она усложнила общение с лутами, им теперь сладости с печеньицем подавай, но не всегда же быть умной! Кто знал, к чему это приведёт? Селвин ведь рядом стоял тогда и ничего не сказал.
  
  Леди вернулась к домику, рассказала короткую версию происходящего Мируне и чинно уселась на лежанке, сложив ручки на коленях.
  Ещё не меньше часа потребовалось, чтобы доставить разнообразный рацион подкормки для лутов и запрячь их в фургоны. Нина теперь стеснялась выходить на улицу. Ей казалось, что все обвиняют её в том, что массу сладеньких вкусностей пришлось выгрести из её посылок для лутов.
  Вернулся Дар, она вяло поругала его, что он полез к вожаку.
  - Он такой страшный! - бубнила она.
  - Он не страшный, он великий!
  - Я не в том смысле, что он страшен, как бяка, а в том, что страшно рядом с ним, а ты полез! - настаивала Нина.
  - Ты тоже, - отбивался мальчик.
  Так и препирались они, пока Мируна не поставила им на стол еды.
  - Мируночка, сходи, послушай, что там обо мне говорят, - жалобно попросила леди.
  Юный лорд хмыкнул, но счёл нужным успокоить Нину.
  - Не волнуйся, все в восторге от твоей храбрости, когда ты пальцем тыкала в ноздри вожаку.
  - Я не тыкала! - возмутилась девушка.
  - Ну, руками махала, - поправился Дар, - Селвин белее снега был, когда ты полезла оправдывать своё расточительство за счёт вожака. Нина, как ты могла? Я когда просил тебя положить побольше пастилы, ты сказала, что у меня всё слипнется, а потом взять - и отдать всё лутам!
  - Это ж надо, - с удовольствием воскликнула Мируна, - не думала, что увижу, как благородная леди с не менее благородным лордом из-за конфеток разругаются. Ан нет, дожила!
  - Пастила - не конфетка! - отвернулся Дар.
  - Не ругаемся мы вовсе, - фыркнула Нина и протянула мальчику оттопыренный мизинец. Он вздохнул и, не особо поворачиваясь, всё же протянул в ответ скрюченный мизинчик, и ловко уцепившись за Нинин палец, начал трясти руку, проговаривая:
  - Мирись, мирись, и больше не дерись.
  - А если будешь драться, - подхватила леди, и вместе закончили, - то буду кусаться. А кусаться нам нельзя, потому что мы друзья!
  В отдельно взятом фургоне наступили мир и тишина. Дар лежал, рассматривая, нарисованные Ниной картинки и не заметил, как уснул. Вскоре заглянул в гости Селвин и после того, как девушки покормили его, он снова убежал.
  - Неугомонный, - прокомментировала Мируна. - Иво говорит, что их круль хочет выразить недоверие имперо и опасается, что уже поздно это делать. Слишком крепко тот у них сидит.
  - Не вовремя мы приехали, - вздохнула Нина.
  - А у меня бабка всегда любила повторять: "Когда сладко встречают, то после может горько оказаться. А вот когда в лихое время знакомство заводишь, то после уже можно не опасаться, что обманешься в человеке. Всё самое потаённое он уже показал".
  - Ох, Мируна, если бы всю жизнь можно было бы по полочкам разложить, то как всё просто было бы! По-твоему, получается, что коль радушно гостей встречаешь, значит, плохое скрываешь? А коль всю изнанку сразу напоказ, то вроде как есть надежда, что хуже уже не будет?
  - Ну не знаю миледи, а только бабка так говорила, - надулась горничная.
  - Ты, когда лутов менять будут, сходила бы Иво подкормила, а?
  - Вот ещё, - фыркнула девушка, но на остановке всё же собрала ему поесть, а он уже у дверей толокся, её дожидался.
  
  Луты могли везти фургоны быстрее бегущей лошади, но в этот раз они не торопились, и получалось медленнее, чем даже на устроенной для Нины прогулке к пещере. Время от времени домик плавно останавливался, слышно было, как погонщик разговаривает с животными и снова ощущалось движение.
  Нина смотрела в окошко, но однообразный снег с льдинами быстро надоел. Дар проснулся, поел и на очередной остановке убежал к ледяным. В сопровождение были взяты несколько старших ребят из рода Селвина, и они с удовольствием общались с юным лордом. Нина, узнав об этом, сунула убегающему воспитаннику хотя бы сухариков на всю их компанию.
  Круль на каждой остановке подходил, спрашивал, не нуждается ли Нина в чём либо, как она себя чувствует, каково её настроение. Ну, какое может быть настроение, когда ужасно скучно?
  Но девушка улыбалась, говорила, что всё хорошо, лишь бы Сэл не нервничал ещё и из-за неё. Он уходил, а она долго сидела ещё и вспоминала, как он на неё смотрел, как держал за руку, прижимал её к губам, к щеке, и даже не замечал этого. А уж с какой тоской он провожал её взглядом, когда караван снова трогался в путь! Никто никогда в жизни так не тосковал по ней, не беспокоился за неё, даже родители. Нине в эти моменты казалось, что она невероятно ценная, особенная, просто уникальная, и всё это благодаря трепетному к ней отношению Сэла.
  Луты везли всю ночь, меняясь каждые полчаса. Селвин попросил у Нины листы бумаги и записывал, как состоялся контакт с вожаком, о чём они договорились и как их поджидали луты на протяжении всей дороги. Он был в неописуемом восторге от происходящего и хотел, чтобы остались записи о случившемся.
  Нина удивлялась, как же обмен товарами между городами? Неужели раньше не общались столь же тесно и часто с лутами? Оказалось, всё и проще и сложнее. Остались, проложены узкие дорожки с рельсами между городами, по которым и толкают круглосуточно тележки. Лутами они воспринимаются как игрушки, поэтому животных к работе не привлекают.
  Да и образовался целый пласт рабочих, занимающихся ремонтом этих узкоколеек, изготовлением новых тележек и собственно продуманным толканием. Часть сцепленных тележек едет вниз по горке, за их счёт поднимается навстречу другая часть. Ещё Селвин показал руками, что можно беспрестанно дёргать большой рычаг, прикреплённый к тележке туда-сюда, и несколько сцепленных маленьких повозок будут катиться как бы сами.
  - У них много секретов, - закончил круль объяснения про рабочих, обеспечивающих города доставкой продуктов.
  Нина поняла, что, возможно, когда-то тележки по рельсам ездили сами, но прошло время, что-то сломалось, и на сегодняшний день остались лишь механические технологии. Только то, что по силам было обновить и использовать новым поколениям.
  - Получается, что луты тащат больше, - заметила Нина.
  - Но лутам потребна еда, - возразил Сел.
  - Вашим тележкам нужны рабочие, которые тоже едят.
  - Но луты подвержены настроению, могут прийти на работу, а могут не прийти, - не сдавался круль.
  - Если организовывать караваны, то их помощь будет требоваться реже.
  - Не знаю, надо всё посчитать. К тому же при использовании лутов возникнет ещё проблема, что делать с теми рабочими, кто занимался перевозкой? Если забросить колею, то её быстро заметёт снегом, и она придёт в негодность уже навсегда.
  - Вы правы, - согласилась Нина, - просто так хотелось чуда! Эти луты явно разумны, кто знает, чем они ещё могли бы помогать? У них же есть свои уникальные способности.
  - Все их способности пока направлены на задуривание голов охотникам.
  - Не упрощайте, Сэл, вы же видели их вожака. Луты прекрасно соображают, как охотиться самим, просто им интересно запутывать вас. Они играют или даже изучают ваших охотников.
  Селвин хотел посмеяться, но последний опыт общения с лутами показал, что ничего они о них не знают. Хорошо хоть давно уже перестали охотиться на них, а то такой враг на ледяных пустошах смертельно опасен.
  
  Караван остановился для отдыха у дома Ерса. Нина радовалась возможности выйти, прогуляться, но в тоже время с тоской смотрела на отстроенный особняк. Три этажа, вполне классическая форма постройки, где есть центральная часть и два крыла, выдающиеся вперед. Вот только куцые окошки с мутноватым стеклом совсем не смотрелись на фоне белоснежного камня. Дымок из труб поднимался строго вверх, рядом с одним крылом дома навалена была гигантская куча угля, а суетящийся народ возле колодца у другого крыла намекал на то, что дом - не более чем просто коробка, без водопровода и канализации.
  Нина прошла поближе к строению, смотрела с сожалением на здание и думала о том, что в мире всё непостоянно. То общество развивается, то деградирует. А если бы Земля вмиг осталась без электричества, то что было бы через пятьдесят лет? Мысли привели к тому, что либо сразу нашли бы выход, либо капут всем и возвращение к упрощённой жизни как во времена царей.
  Рядом стоял Селвин и выслушивал хозяина дома, а сам косил взглядом на неё. Нина замерла, не зная, куда пройти дальше. Она стояла, освещаемая солнечными лучами, и глаза её снова были ярко-голубыми. В городе многие не верили, что у светлой леди редкого цвета глаза, ведь там, среди высоких зданий или при слабом освещении во дворце у Нины глаза были спокойного серо-голубого цвета.
  Хозяин дома увидел, что круль его не слушает и посмотрел в ту же сторону, откуда не отводил взгляда Селвин.
  - Ах ты ж, откель краса такая! - ахнул ропак Ерс.
  - Моя гостья, леди Нарибус, - не поворачивая головы, ответил круль.
  Нина решила, что стоит проявить вежливость, и она подошла к хозяину дома, чтобы поздороваться.
  - Доброе утро, - улыбаясь, произнесла она.
  - Доброе утро, - разулыбались ей в ответ мужчины.
  - Чудесно начинается день, не правда ли? - спросила она просто так.
  - Да, да, - усердно закивали оба, а Нина ещё больше улыбнулась. Всё-таки мужчины иногда очень забавные и милые.
  - У вас белоснежный дом, это очень красиво, - отдала последнюю дань вежливости леди, и хотела было пойти дальше, но ропак Ерс с гордостью начал рассказывать о том, как случайно он нашёл своё счастье по дороге в центральный город.
  - Все спешат, торопятся, а я вот, как вы, на лутах перевозил свою семью, а иногда и сам тащил повозку. Остановился отдохнуть - и вдруг силы ко мне волной побежали. Обрадовался, да ведь не понял, почему так! Если бы не моя женщина, которая обратила внимание на то, что я ни с того ни с сего снова полон сил и бодр, а ведь даже не успел поесть. Вот тут и задумались мы, откуда бодрость пришла. Вспомнили, что отец Селвина уверен был в том, что адамас есть на нашей земле. В общем, никуда мы дальше не поехали, прямо у дороги встали и начали искать чудо-камень. Нашли! Теперь живём здесь без удобств, но зато привольно. Даже у детей есть свои комнаты!
  - Как хорошо, что адамаса на целый дом хватило, - поддакнула леди.
  - Весь камень, что мы обнаружили, на дом пустили, - лучился довольством Ерс.
  - Вы большой молодец! - с улыбкой похвалила его Нина.
  - Да, очень сильный у меня здесь камень, - с гордостью произнёс мужчина.
  Селвин раздражался всё больше и больше, ропак никак не желал выпускать из поля своего внимания леди, а она вежливо выслушивала его бахвальство.
  - Сэл, так значит, адамас, оказывается, различается по силе? - с удивлением спросила она его.
  - В первый раз слышу. Это у ропака Ерса камень какой-то необыкновенный и особенный, только для его семьи предназначенный, - немного с ехидцей произнёс круль.
  - Как интересно, - не теряла доброго расположения Нина. Её радовал переполненный гордостью за свой найденный камень хозяин дома, смешил ревнующий круль. - Можно, я поглажу ваш камень?
  Ропак Ерс замер, не совсем понимая, о чём говорит девушка, а круль с укоризной посмотрел на ледяного и предложил руку Нине. Он проводил её к дому, она сняла варежку и, прикрыв глаза начала водить рукой по камню. Лицо её приняло безмятежное выражение, потом чуть дрогнули брови в удивлении:
  - Ну надо же! Ропак Ерс, вы уверены, что это адамас?
  Хозяин, дома последовавший за леди, не знал, что и ответить. Как же не быть уверенным в очевидном? Несколько сновавших мимо ледяных остановилось посмотреть, что делает гостья круля.
  Нина снова прикрыла глаза и погладила камень.
  - Вроде он, но этот камень словно бы больше, интереснее, затейливее, шире, что ли, - начала она перечислять свои впечатления. - Камень в городе очень правильный, упорядоченный, а этот индивидуальный, со своим характером как будто. От него веет мощью, силой и спокойствием.
  Леди нахмурила лоб, снова поднесла руку к камню. Вокруг уже собралось много ледяных.
  - Поняла! Тот адамас, который у вас в городе, он сделан, получен, а этот рождён. Он как будто живой, всё в нём дышит!
  - Живой! - подтвердил ропак Ерст. - Мне никто не верит, но чем хотите, поклянусь, что и дом у меня, как живой. Бывает, приду усталый, ну совсем никакой, посижу немного, прижмусь спиной к стене - и уже легче. Ухожу надолго, вокруг простор, свобода, солнце, а я чувствую, что скучаю по дому, и он по мне тоже.
  - Ты всегда был фантазёром, Ерс, - усмехнулись уважаемые ропаки.
  - А вы дальше носа своего никогда не видели! Я вот хоть что-то сделал, рискнул, ушёл и счастье своё обрёл, а вы... - ропак обиженно махнул рукой и отправился по делам.
  - Нина, то, что вы говорите, это странно, трудно принять, - разволновался Селвин, - получается, что это не привезённый адамас, а местный?
  Девушка пожала плечами.
  - Я описала вам то, что почувствовала. У вас в городе все камни абсолютно одинаковые, равномерные, как будто с единым мощным ритмом сердца, а этот... впрочем, я уже рассказала.
  - А вам не сложно ли узнать, весь ли камень вытащил из-под земли Ерс? Может, там ещё осталось? - спросил один ропаков.
  - Сейчас попробую, только, пожалуйста, не отвлекайте, - согласилась Нина.
  Она немного отошла от дома, попробовала сосредоточиться, но пыхтящие ледяные сбивали её. Пришлось махнуть им рукой, чтобы не шли за ней, а самой пройти вдоль дома, отойти от него в сторону - и сразу нахлынуло. Как будто не ропаки, а дом мешал увидеть.
  Нина, боясь потерять концентрацию, подозвала рукой мужчин. Они поняли верно, и она не открывая глаз, услышала, что ледяные уже рядом.
  - Есть, много, но понемногу. Туда, - указала рукой в сторону от дороги леди, - пласт камня лежит, неглубоко, такой же мощный, спокойный, как дом уважаемого Ерса, а потом ничего метров сто - и снова камень. Чуть другой, яркий, радостный, беспокойный, нетерпеливый, за ним снова пустота, а там опять ваш адамас, и снова с другим характером.
  Ледяные, чем больше слушали, тем больше скепсиса рождалось у них на лице.
  - И так очень далеко, камень прерывистой полосой лежит.
  Селвин, прищурившись, посмотрел на разуверившихся в чуде сородичей и скомандовал:
  - Проверить!
  - Да не может быть! Камни с характером, да ещё столь много! - послышались голоса, но несколько ледяных рванули к фургонам, в считанные мгновения вернулись с ломами и отправились туда, куда первый раз показала Нина.
  - Правее, - крикнула она, - ещё чуть-чуть, теперь ближе, стоп!
  Взметнувшийся снег со льдом обозначил, что ледяные работают с ускорением.
  - Есть! - послышался крик, - есть!
  Все побросали свои дела и рванули к обнаруженному камню, а круль поднял Нину, закружил и с такой бурей чувств поцеловал, что она чуть не сомлела тут же под напором эмоций. Он был счастлив, горд ею, восхищён и всё это распирало его, требовало выхода. Чтобы не напугать Нину своими порывами, круль схватил лом и побежал работать со всеми, а она всё прикусывала губы, чтобы удержать бестолковую счастливую улыбку, всё время появляющуюся не к месту.
  
  До обеда ледяные носились по указанной леди прямой, ставили метки, где обнаружен камень. Один из ропаков со вниманием отнёсся к словам леди о разном характере камней.
  - Не знаю даже, как лучше объяснить. Вот варит хозяйка морс, вроде всегда одинаково, но бывает что-то добавила новое или изменила пропорцию, а может, взяла другой сорт ягод - и вот уже вроде всё тот же родной морс, да только вкус чуть другой, - попыталась описать свои чувства при восприятии камня Нина.
  - Я тут подумал, леди, а если строить из этих камней, не будут ли они конфликтовать между собою из-за характеров? Вы же говорите, что они как живые, Ерс тоже это подметил.
  Девушка с большим интересом посмотрела на мужчину. Его мысли были необычны, но они являлись прямым следствием её утверждения про характеры адамаса.
  - Ничего не могу подсказать вам, но вы правы, обратить на это внимание стоит. Хотя бы пометки оставить на камнях, чтобы потом понаблюдать есть ли какое-то воздействие.
  
  Ледяные были возбуждены и радостные реплики постоянно раздавались то от одной группы, то от другой. День начался с открытий и ими же продолжился. Полоса из залежей адамаса уходила далеко, но сюрприз обнаружился на умеренном расстоянии от дома Ерса. Один из охотников заинтересовался цепочкой следов лутов.
  Ничего особенного, пока караван стоял, рабочие луты протоптали основательную тропинку, уходя на прогулку. Ледяному стало интересно, куда торопились животные, и он отправился по следам.
  Едва не упустил их среди, казалось бы, непроходимого нагромождения льдин, но он терпеливо перепрыгивал, пролезал и наконец, упёрся в уходящий вниз зев. Следы заканчивались тут же, и видно было, что за последние час, два, маленький проход прилично осыпался задеваемый протискивающимися тушами животных.
  Охотник влез внутрь, с величайшей осторожностью прошёл дальше и наткнулся на подземное озеро. А луты, рассевшись на валунах, ловили рыбу. Они замирали, бдили за выбранной жертвой и ловко выцепляли её лапой, когда она проплывала вблизи них. Но некоторым не хватало терпения поджидать рыбку-гостью, неподвижно стоя на валуне, и они опускали удлиненную морду в воду и пытались ухватить её прямо там. У кого ловля рыбы шла успешнее, сказать было сложно, так как само зрелище лутов-рыбаков обескураживало. Да и радость от найденного озера с рыбой зашкаливала, и срочно хотелось бежать, поделиться новостью с другими.
  Само озеро было небольшое и не могло иметь городского значения, но для рода Ерса его наличие станет отличным подспорьем.
  
  Селвин не мог отложить на потом новость о найденных камнях. Двое уважаемых ропаков отправились назад в город. Их делом теперь было организовать добычу адамаса на поверхности. Потом уже все вместе будут решать, везти ли его в город или дать возможность организовать людям новое поселение.
  Тогда следовало с умом выбрать место, где была бы вода, удобная дорога, но ещё лучшим решением стало бы продвинуться к землям, где наблюдается хоть какая-то смена сезонов. Пусть дева Лето туда приходит холодная и на короткий срок, но там хотя бы есть лес и гарантирована отличная охота. По нынешним временам, можно надеяться на лутов, да ещё, если есть в наличии адамас, что поселенцы со многим смогут справиться.
  
  Открытие мест с адамасом не давало всем успокоиться до самой столицы. Авторитет леди Нарибус взлетел до невообразимых высот. Какая там любимая дева Зимы? Это уже в прошлом! Посланница Мира, сама Судьба, Надежда всего народа, Пресветлая леди, только так теперь её называли между собой ледяные.
  С одной стороны, для Нины было очень приятно видеть радость на лицах, стоит только появиться в поле зрения, но, с другой стороны, Селвин сходил с ума. Он и раньше боялся везти Нину в столицу, но теперь он и свой город не считал надёжным местом. Он был неимоверно горд за Нину, безумно рад, что она нашла камень, и в то же время ужасно тревожился за неё, теряя сон и покой. Иглой в сердце сидело сомнение, достоин ли он её, но это только внутренняя боль, а сильнее всего он боялся, что на девушку позарится имперо.
  Селвин уже решил для себя, что сделает всё, чтобы не отдать Нину и не потерять её из-за своей осторожности в плане политики. Он приложит усилия и останется крулем, он сдвинет с места засидевшегося имперо, лишь бы тот не смел даже смотреть в сторону светлой леди. Если потребуется, он будет менять всё вокруг, только бы Нина радовалась, улыбалась, смотрела бы на него. Удивительная девушка, и даже закостеневшие в быту ропаки смотрят на неё как на чудо. Именно глядя на неё, у них в глазах зажигается надежда, и это чувство они готовы отстаивать, беречь.
  А леди перед самой столицей чуть было не преподнесла ему ещё один неожиданный сюрприз.
  Мируна решила экономить дрова и ей загрузили уголь из большой кучи у дома Ерса. Она старалась топить аккуратно, отворачивала ковровую дорожку, пока закидывала уголь, но Нина уже ближе к столице заметила, что у них холодает, не смотря на все старания девушки.
  Поначалу все было нормально, и ночью всё хорошо топилось, а потом уголь пошёл странный. Мируна с ним и так, и сяк, а он не желает гореть. Служанка вся перемазалась, за что ни хватится, везде оставляет следы и уже готова была расплакаться.
  - Да выкини ты его! - рассердилась леди на пытающуюся справиться с грязью горничную.
  - Да чтоб я ещё раз! - выкрикнула в сердцах Мируна и с досадой плюхнулась на кровать. Она устало провела чёрной рукой по лбу и в довершении своих мучений оставила на нём яркую серую отметину.
  Нина посмотрела на руки девушки, заглянула в печь, подошла к ведру с углём. Взяла ломик, поковырялась в куче чёрного камня.
  - А знаете, у нас здесь вместе с углём ещё какой-то камень. Очень красящийся.
  Она постучала ломом по выбранному куску, стукнула посильнее, и кусочек развалился на две половинки.
  - Дар, положи лист бумаги на стол.
  Мальчик быстро залез в сундук, достал лист, выложил его на стол и с любопытством уставился на Нину. Леди взяла пальчиками осколок и, подойдя к столу начала им чертить на бумаге. Схематично накидав рисунок лута, используя то один край осколка, то другой.
  - Ух-ты, здорово! - ахнул Дар.
  - Познакомьтесь, перед вами графит! - торжественно произнесла леди, суя спутникам под нос осколок камня.
  - Им здорово рисовать, только руки очень уж грязные, - поморщился мальчик, видя, что Нина боится теперь к чему-либо прикоснуться.
  
  Отмылась Мируна, вымыла руки Нина и началась лекция.
  - Смотрите, вот карандаш, - леди показала крошечный остаточек от карандаша для бровей.
  - Внутри него измельчённый графит, смешанный с очень качественной глиной и некоторыми жирными маслами. Всё это закалили в печке, дали высушиться и сверху надели две половинки деревянной заготовки. Руки не пачкает, брови подкрашивает! Чтобы рисовать на бумаге, то много жира в состав добавлять не надо, как в моём карандаше.
  - А мы можем такой сделать? - воодушевился Дар.
  - Ну-у, теоретически, да, но честно говоря, придётся опытным путём определять пропорции графита, глины, что за масло или жир вводить, как долго греть, какая температура. Да как тоненькие стерженьки в дерево одевать.
  - О-о, дело долгое, - расстроено протянул Дар.
  - Да, тут надо найти человека, который готов был бы посвятить всего себя этому процессу. Хорошо бы использовать возможности королевства. У лорда Ветуса есть кузня, да что там, целый завод, где можно было бы заказать некоторые формы, упрощающие некоторые этапы в работе. Помните мясорубку у Керидского? Тут надо бы тоже воспользоваться помощью разных устройств. Ведь графит надо мельчить, не вручную же это делать. Было бы здорово придумать штуку, которая бултыхала бы всю смесь. А потом нужно как-то выдавить массу в виде тонких палочек. Там много тонкостей, я так с ходу и не скажу всё.
  - Нам на это жизни не хватит, - убеждённо воскликнул Дар.
  - А я считаю, что вам, миледи, надо рассказать об этом пачкающем камне крулю. У него полно ледяных, нуждающихся в работе. Может, кто и возьмётся за это дело. Камень-то, похоже, медяшки стоит, а дерево у нас можно недорого закупить, да и много ли его надо!
  - Мируна, да ты у нас деловая женщина! - хором воскликнули Дар с Ниной.
  Графит отложили в сторонку, а вот круля пока дёргать не стали, пожалели его. Он от беспокойства совсем осунулся!
  
  

Глава 20.

  
  
  Столица.
  
  Специально ради Нины караван приостановили при подходе к столице, чтобы она смогла посмотреть на центральный город издалека. Впереди предстоял плавный спуск, и получалось, что город открывался как на ладони. Значительно крупнее пограничного с перешейком городка, ослепительно белый, с неравномерно торчащими шпилями самых высоких зданий.
  - Красиво, - ровно сказала Нина. Она уже понимала, что столица не вызывает положительных эмоций у Селвина, что белоснежный камень вблизи может оказаться старым и сероватым. Жалко было бы разочаровываться, поэтому сейчас, стоя на возвышении, она сдерживала себя и не восхищалась.
  - Красиво, - ещё раз озвучила свои впечатления, - а что там за тёмная полоса за городом?
  - Там начинается редкий низкорослый лес и тянется он вплоть до побережья.
  - Это далеко?
  - Побережье? Да, далеко.
  - А где ваши теплицы?
  - Теплицы? Да, действительно, теплицы, - улыбнулся круль тому, как назвала леди стеклянные дома с растениями. - Они в стороне, отсюда не видно, но я обязательно вам покажу.
  - Ну что, возвращаемся в домик? А то мне надо переодеться, не могу же я в таком виде прибыть в гости.
  - Да, конечно. Нина, я хочу вас познакомить с Фармом и Винком.
  - Очень приятно, - улыбнулась девушка подошедшим ледяным. Они были чуть постарше круля, оба по глаза заросшие бородой. У Фарма взгляд был острым, чуть прищуренным, а Винк лучился добродушием.
  - Нина, они будут всегда рядом с вами. Не разрешайте во дворце ответственным за ваше расселение разлучать вас. Никуда не ходите без сопровождения, даже на секундочку. Я прошу вас, обещайте мне эту малость.
  - Да, обещаю, спасибо. Я всё понимаю, не волнуйтесь. А Дару не нужна охрана?
  - Ваш воспитанник едет познакомиться с отцом, - напомнил круль, - ему во дворце делать нечего. Он будет проживать либо в роду Волдо, либо вместе с моими сородичами.
  - Да? Я думала, что мы вместе будем...
  - Дворец имперо огромен и проживает в нём слишком много народа. Там случается всякое, - нахмурился мужчина. - Если бы я мог, я приставил бы к вам ещё охраны, но уверен, что их выставят вон.
  - А-а как быть сейчас Винку и Фарму, наверное, надо сразу пройти ко мне? - неуверенно спросила Нина.
  - Сейчас вы спокойно собирайтесь, а когда подъедем ближе, луты уйдут, вот тогда лучше уже вам не разделяться с охраной.
  Девушка согласно кивнула. Разворачиваясь к фургонам, она увидела, что часть из них разъехалась в стороны и отправляется в обход города.
  - Они заедут с других сторон, что не привлекать излишнего внимания жителей количеством.
  - Но фургоны-то одинаковые, - обратила внимание леди.
  - Кому какое дело, - пожал плечами круль, - город большой, здесь каких только повозок нет. Женщин часто приглашают работать в стеклянные дома ухаживать за ягодами, нередко их возят в лес, чтобы набирать опавшую хвою. Так что жители тут ко всему привычны.
  - Какова же численность населения?
  - Когда имперо Варин только сел руководить, то он посчитал всех жителей. На тот момент их было чуть больше сорока тысяч.
  - Всех?
  - В смысле? А, понял. Он считал мужчин, женщин, подростков, достигших пятнадцати лет.
  - На первый взгляд в столице не должно быть такой же тесноты, как у вас, - предположила Нина.
  - Здесь всё по-другому. На окраинах города живут очень плотно, а ближе к дворцу вольготно. Если бы всех распределить равномерно, то было бы, наверное, не так уж плохо, но те же варинцы не живут вместе даже с ближайшими родственниками. Многие из них занимают важные посты и выменяли себе отдельное жильё для своих семей.
  Селвин проводил леди в домик, и остатки каравана продолжили путь.
  Луты быстро домчали поредевший караван до окраины города и удалились на просторы. Послышался многоголосый шум, фургон дёрнулся, и гости почувствовали, что их потащили вручную.
  Нина с Мируной заторопились приодеться.
  Дар уже сидел в расшитом камзоле, в вычурных сапожках с дублёнкой в руках. Девушки придерживались установленного образца одежды в королевстве. На леди было надето платье, её помощница блистала костюмом. Оставались последние штрихи, когда к ним постучал Винк:
  - Пресветлая леди, Фарм сел на кучерское сидение, а я с вами.
  - Да, конечно, проходите, Винк, присаживайтесь вот сюда.
  Мужчина, выгнув бровь, быстро осмотрел домик, сел рядом с Даром, и они уже вдвоём наблюдали, как девушки продолжают сборы.
  - Скажите, а вы не знаете, где будет стоять наш фургон? - спросила леди у Винка.
  - Найдут место, - пожал плечами мужчина.
  - Тут много ценных вещей, я беспокоюсь, - заволновалась леди.
  - Не знаю, пресветлая, что вам сказать, вы первая гостья из королевства, думаю, во дворце не оплошают с охраной вашего имущества.
  - Ну да, ну да, - приходилось соглашаться и надеяться на чистую работу мастеров, что делали двойной пол и куда спрятано золото. Была мысль отправить Дара к родственникам и отдать ему хотя бы часть запаса, но ведь неизвестно, как у него там сложится?
  Да ещё Селвин предупредил, что его разлучат с ней, а его люди будут жить, где придётся. Никаких гостевых домов в столице не держали, но это не значило, что некоторые жители отказались бы от чего-нибудь полезного в обмен на то, что пустят к себе переночевать кого-то.
  Вот и оставалось держать золото там, где спрятано оно изначально.
  
  Чем ближе продвигались к центру города, тем шире становились улицы и лучше выглядели дома. В столице вообще тщательно следили за внешним благополучием, и город не выглядел старым. Если поначалу ещё встречались втиснутые дома из простого камня между старинными постройками, то в центре можно было увидеть первоначальный замысел. Это было красиво, богато, ослепляющее бело.
  Поездка закончилась, Винк открыл дверь и вышел первым, Дар выпрыгнул следом. Нина думала, что ей подаст руку охранник, но встретил её совершенно чужой мужчина.
  Они остановились посреди большого двора. Фургоны уже разделили, и у Селвина оказались свои встречающие, у гостьи из королевства - свои. Она видела, что Сэл не желал следовать за провожатым, а стоял и смотрел, кто подал руку Нине, как долго они разговаривают и куда её повели.
  Дворец предстал перед ней сложным зданием, состоящим из разновысотных частей. Невозможно было сходу определить ни сколько у него этажей, ни форму, ни где расположен центральный вход.
  Встретил леди Нарибус сын имперо ропак Варин. Все старшие сыновья или признанные старшими, получали одинаковые имена. Имперо получил имя от своего отца и стал Варином; его сын от женщины, признанной единственной - наследник Варин; старший внук Варин; старший правнук - тоже Варин.
  Сыну имперо на взгляд Нины было около пятидесяти, выглядел он неплохо, несмотря на небольшую грузность тела. Он подал ей руку, её ладошка утонула в ней, и он побоялся даже сжимать её. Леди сама опиралась, опасаясь поскользнуться на ступеньках, видя, что мужчина опасается ей навредить.
  Он сам быстро и коротко представился ей, Нина ответила тем же.
  - Леди Нарибус, мой воспитанник лорд Алоиз, моя помощница по быту Мируна. Со мной ещё двое сопровождающих Фарм и Винк.
  - Вам здесь ничего не грозит, - бросил неприязненный взгляд на охранников ропак Варин.
  - Мне с ними спокойнее. Если мы вас стесняем, то, возможно, я могу снять отдельное жильё? - тут отреагировала гостья.
  - Не может быть и речи, прошу вас, - и повёл леди к входу во дворец.
  - У меня остались вещи, где моя помощница сможет найти потом мой походный домик?
  Мужчина повернул голову вбок, увидел кого-то и крикнул:
  - Дерв, отвечаешь за сохранность фургона леди. Внутрь пускаешь только её помощницу.
  - Понял.
  Нина поискала глазами, где приехавший с ней круль. Увидела его, обрадовалась, что он всё ещё присматривает за ней и помахала ему рукой.
  - За него тоже волнуетесь? - спросил шагающий рядом мужчина.
  - Есть немного, - улыбнулась девушка, - не хочу, чтобы он за меня тревожился. Всё-таки со мной возникают неожиданные хлопоты. Не всё мне у вас привычно. Я, когда увидела первый раз лутов, то испугалась.
  - Лутов? Они очень умны и совершенно неагрессивны, если их не обижать. Хотя мы к ним привыкли, а вам они могли показаться угрожающими, - согласился мужчина.
  Ропак подвёл леди к лестнице. Красивая, широкая, выписывающая сложный зигзаг, она вела сразу на третий этаж. Нина чуть приподняла платье, чтобы не мешало подниматься, приметила, что ропак даже чуть наклонился, чтобы разглядеть её сапожки и высокий каблук.
  - Если вы позволите, я могу взять вас на руки, - предложил он, с интересом разглядывая лицо леди, оставаясь на пару ступенек ниже.
  - Что вы! Это неприлично, - от смущения воскликнула громко, а закончила уже тише.
  Только бы Селвин не видел всех этих заминок, переглядываний с Варином! Встречающему её ропаку она явно интересна, это ощущение пришло сразу же, когда он побоялся ухватить крепче её вложенную ладошку.
  Они поднимались не торопясь, некоторые ступеньки были покрыты тонкой корочкой льда и ропак придерживал леди за талию. Нина раскраснелась от их вынужденной близости, но помощь мужчины ей требовалась, если она не хотела навернуться. Когда они вышли на площадку, леди подошла к краю и осмотрела с высоты площадь, стоящие вокруг дома. Оценить замысел давно почившего архитектора ей не удалось, круль Селвин так и стоял внизу, не давая себя никуда увести. Нина вздохнула: что Сэл мог о ней подумать? Из-за огорчения махать рукой она ему не стала, постеснялась, повернулась к сыну имперо:
  - Пустынно как-то у вас, - заметила она.
  - Не всегда, - лаконично ответил мужчина, - идёмте, а то замёрзнете. У вас уже нос покраснел.
  Ну, вот такого Нина не ожидала, наградила спутника возмущённым взглядом, а он, оказывается, насмешничал, желая перевести внимание гостьи на себя.
  Ропак Варин сам провожал светлую леди до выделенных ей покоев. Она следовала рядом с ним, без особого восторга осматривая залы, мимо которых он вёл её. Дворец почти ничем не отличался от музеев на оставшейся в прошлом Земле. Они проходили через огромные залы с потемневшими от времени зеркалами, миновали небольшие переходы с диванчиками, малые помещения с висящими на стенах картинами или гобеленами.
  Нина иногда останавливалась у окон, чтобы понять своё местоположение, ориентируясь на площадь, но они всё шли и шли, площадь в окне уже была неузнаваема.
  - Далеко ещё?
  - Мы уже пришли, леди, потерпите немножко, - с некоторой долей ласковости произнёс ропак.
  Он вывел девушек и юного лорда к широкому коридору, по обеим сторонам которого находились двери. Всё было обставлено светло и уютно, чем-то походило на обстановку в дорогих отелях. Фарк и Винк следовали, не отставая.
  - Лорд Алоиз, прошу вас, - мужчина приоткрыл дверь, и Дар с воодушевлением вбежал в комнату. Ему очень нравилось путешествовать, осваиваться в новых домах.
  - Но, возможно, Дар остановится у своего отца, - предупредила Нина, осматривая роскошно обставленную комнату и вспоминая замок Керидского.
  - Остановится или нет, эти покои останутся за мальчиком. Вот ваши комнаты, леди Нарибус, - мужчина открыл дверь напротив и прошёл первым.
  - Спальня, гостиная, комната для вашей помощницы, небольшой зимний садик, ещё какие-то комнаты, потом посмотрите. Надеюсь, вам понравится. Даже вашей охране найдётся место. Прислуга сейчас придёт.
  Сразу раздался стук в дверь, и вошли две женщины средних лет.
  - Ага, а вот и прислуга. Вы... Мируна, командуйте, вещи там, поесть... а мы побеседуем с леди Нарибус.
  Он помог снять шубу леди, свою дублёнку он скинул ещё в самом начале пути по дворцу. Просто бросил на пол, не заботясь о том, поднимет ли кто его вещь, принесёт ли ему. Нина почувствовала себя крайне неловко. На неё пялились пришедшие женщины, не сводил глаз ропак.
  
  Она понимала, что им всем интересно, во что она одета, как выглядит в целом, что для них это непривычно, но всё же за время пути в уединении успела отвыкнуть от бесцеремонности местных жителей.
  - Прошу вас, - Варин снова подал ей руку, хотя нужды в этом не было. Нине пришлось положить ладонь на сгиб его локтя. Ропак нисколько не реагируя на изумленные взгляды служанок, провёл её в зимний сад. Фарм же, в свою очередь нисколько не смущаясь кинутого на него недовольного взгляда Варина, пролез вперёд и окинув быстрым взглядом помещение с растениями, многозначительно посмотрел на леди и нехотя оставил её.
  Комната была едва ли больше тридцати квадратных метров бестолково заставлена растениями, а по центру стоял небольшой столик со стульями.
  
  - Присаживайтесь, - ропак, слегка царапая пол, отодвинул стул, посадил леди и, развернув свой стул к ней лицом, сел напротив.
  - Вы красивая, - после паузы обозначил он.
  Нина чуть улыбнулась, обозначая благодарность за комплимент и молча ожидала дальнейшего.
  Мужчина смотрел на неё, отмечая облегающее по верху платье, оценил, какую ткань использовали при его пошиве, сколь искусные на леди украшения, но первым делом он с удовольствием отметил её фигурку. Вообще-то женщины покрепче да подороднее ему милее, но в леди из королевства подкупало многое. Такую деву не мнут в постели, а любят. Да, пожалуй, именно так. По отношению к ней просыпается желание обихаживать, ласкать, а не хватать и баловаться.
  Интересная особа.
  - На вас больше нет метки жены герцога Керидского, но я знаю, что он хлопотал за вас.
  Нина не видела смысла отвечать, лишь лёгким кивком подтвердила его слова.
  - Вы прислали очень щедрый дар крулю на границе.
  - Прислала, - не возражала она.
  - Как отнёсся к этому ваш король? - чуть насмешливо спросил Варин.
  - Я вынуждена теперь путешествовать, - ответила Нина, а ропак хмыкнул.
  - И долго вам скитаться?
  Леди пожала плечами.
  - Кто знает, всё переменчиво. Время не стоит на месте, вчера был выгоден один договор, сегодня уже в другом может оказаться выгода.
  - Да? И в чём же?
  - Вы меня спрашиваете? Я слишком мало знакома ещё с вашим народом.
  - Но берётесь рассуждать.
  - А почему бы и нет? Всегда интересно поставить себя в другие условия и подумать, а что я могла бы сделать? Но пока, увы, быстрого и верного решения не вижу.
  - А не быстрое?
  - Вам необходимо искать пути для общения с разными королевствами.
  - Ищем, но пока единственный доступный путь - через перешеек.
  Нина промолчала: город Селвина далеко располагается от побережья, ему чужды морские проблемы, а заводить сейчас разговор о том, почему не удаётся плыть по морю-океану, не хотелось.
  Ропак молча разглядывал гостью, что-то для себя решил и, наконец, произнёс:
  - Вечером вас представят имперо, потом будет ужин в кругу семьи. А пока обустраивайтесь, леди Нарибус, отдыхайте. У нас есть отличные бани, массажистки, воспользуйтесь их услугами, не пожалеете.
  - Благодарю вас.
  Мужчина поднялся, не дожидаясь леди, и вышел вон. Нина только и успела, что подняться, как уже осталась одна. Она села обратно. И что он на неё глазел? Да и разговором короткую беседу не назвать. Устойчивое ощущение, что её как вещь в магазине, покрутили-повертели в руках, понажимали на кнопочки и сделали какие-то свои выводы.
  - Леди Нарибус, у вас всё в порядке? - встревожась, спросил Винк.
  - Да-да, всё нормально, не волнуйтесь.
  Нина поднялась, прошлась между кадками с деревцами, ещё немного подумала. В принципе нет ничего неправильного в том, что её оценивали, она же тоже пыталась определить, что за фрукт встретивший её мужчина. Нетороплив, немногословен, держится весьма авторитетно, но оно и понятно, сын Самого! Но он и сам по себе важная здесь персона, это чувствуется. Только она присматривалась ненавязчиво, а ропак Варин встретил, проводил, посидел рядом - и всё с одной целью: приглядеться к ней до ужина.
  - Нина, - позвал Дар, - Нин, можно я в род Волдо схожу?
  - Солнышко, может, завтра вместе сходим?
  - Нет, я сейчас, я с ребятами договорился, они проводят.
  - Но как ты их найдёшь?
  - Они на площади меня ждать должны, сейчас уж, наверное, на месте.
  - Винк, нельзя ли вас попросить проводить Дара, сдать его с рук на руки ребятам?
  - С селвинцами встречаешься?
  - Угу, - недовольный навязанной нянькой, буркнул Дар.
  - Фарм, я скоро, - предупредил Винк товарища и поспешил за юным лордом.
  - Не беспокойтесь, миледи, наш круль не оставит без присмотра мальчика.
  - Он не всесилен, Фарм. Что он может здесь?
  - Наши ребята, как только покидают вещи, определившись с ночёвкой, так вернутся сюда и будут болтаться рядом.
  - Зачем? Чего вы опасаетесь?
  - Скоро съезд, пресветлая, имперо догадывается, что Селвин не отдаст в этот раз голос за него, да ещё и подбивает других крулей отказать ему в доверии, так что есть, чего опасаться.
  - Зачем же он заранее приехал, надо было в последний момент!
  - Заранее он из-за вас приехал и всех сюда притащил. Но есть ведь и другая угроза: если бы приехали в последний момент, то могли бы нас и на дороге подкараулить и задержать.
  - Но тогда теперь во дворце подкараулят.
  - Во дворце сложнее, все видели, что наш круль приехал.
  - Да кто там что видел! Никого же не было!
  - Не скажите, Селвина во дворце видели многие и странно будет, если он здесь сгинет. Ему теперь бы сиднем тут сидеть.
  - Да? Вы так думаете? - скептически отнеслась к полученной информации Нина. - А вы раньше бывали во дворце имперо?
  - В молодости довелось как-то во дворе постоять, а так, чтобы пройтись по парадным залам, как сейчас, нет.
  Нина ободряюще улыбнулась, мол, ещё не раз пройдётся, а для себя поняла одну вещь, что может охотники и смогут быть воинами, но в дворцовой жизни они мало что смыслят.
  
  Леди прошлась по предоставленным ей покоям. Спальня, гостиная, дополнительные комнаты, которые можно использовать в качестве спален охране, и очень порадовала комната, предназначенная для приведения себя в порядок. Сенсорная составляющая не работала и походила больше на декоративное украшение, но переключатель душа на разные струи остался. Всё почти как дома, на Земле.
  Нина дождалась Мируны с помощниками, тащившими сундуки с вещами, и объявила, что отправляется в баню. Давно следовало уделить своему телу побольше внимания, а заодно послушать сплетни о дворцовой жизни. В складывающейся обстановке хотелось бы отчетливее понимать, что собой представляет имперо, его сын, внук, жёны, ближайшие помощники. Местные дамы не могут не болтать в бане, пока наслаждаются процедурами! А сплетницы профессионально выделят главное с интересным и понесут сводку новостей всем желающим.
  Мируна не стала поклонницей бани, но одну отпустить миледи не могла. Когда девушки собрались, вернулся Винк, сообщив, что у Дара есть надёжные сопровождающие. Нина оставила на него охрану покоев, а Фарма взяла с собой.
  Выделенная помощница проводила гостий на подземный этаж, где находилась дворцовая мыльня. Как и говорил ропак Варин, баня представляла собой целый комплекс услуг. Раньше леди Нарибус не приходилось посещать ничего столь же масштабного, но по телевизору она смотрела передачи, где женщины могли целыми днями не вылезать из спа-салонов. Сейчас она столкнулась с похожим сервисом.
  Пока Мируна растеряно жалась к ней, леди спокойно разделась, надела халатик и последовала за появившейся девушкой, слушая, что ей предлагают.
  - Хорошо, я всё поняла. Моей помощнице удалить все волоски на ногах, под мышками, ну и где ещё захочет, поясните ей сами. Потом сделаете ей освежающее обёртывание, лёгкий массаж и отправьте в бассейн приходить в себя. Я же сначала попарюсь, а потом разомнёте мне мышцы. Далее по обстоятельствам.
  В парилке Нина послушала болтовню о том, как любят париться женщины имперо, ведь они уже все в возрасте и для них требуется особый подход. Леди порадовалась, что имперо не ходок по молоденьким и с уважением отнеслась к его бережливому отношению к последней жене.
  Потом Нина посочувствовала сыну имперо, с которым познакомилась накануне. Про Варина-второго говорили, что возле него крутятся несколько женщин и все они жутки стервы, но сейчас ни одной признанной единственной нет, а он очень достойный мужчина.
  Успели гостье рассказать и про заносчивых прелестниц внука имперо, но он такой красавчик, что удивительно было бы, если бы у него оказались другого рода девушки. А вот на восемнадцатилетнего правнука имперо банщица неуважительно фыркнула, что означать могло что угодно, но леди уже выспрашивать не стала, а поползла на выход, пока окончательно не сомлела от жары.
  Раскрасневшаяся, распаренная Нина потащилась на охлаждающие маски и получила там новую информацию. Имперо семьдесят пять, его сыну пятьдесят шесть, внуку тридцать пять, ну а правнуку наследнику восемнадцать. Ещё её завалили знаниями о вторых сыновьях в династии Варина, о третьих, о детях от других женщин, но Нина замёрзла, ошалела от цифр и порядковых номеров родственников имперо, и отправилась в бассейн за Мируной.
  Там плавали несколько девушек. Они ревниво смотрели на темноволосую чужеземку, строили ей презрительные гримаски, а когда опустилась в воду Нина, то переключились выказывать своё недовольство на неё.
  Обитательницы имперского дворца сильно отличались от женщин, проживающих в городе Селвина. Ни о каких достоинствах вроде хозяйственности, деловитости тут речи не было. Выпячивался цвет глаз, красота, фигура, умение одеваться, кто отец или кто возлюбленный, а остальное всё шло довеском. Сложность заключалось в том, что все девушки были хороши собой и все они, так или иначе, имели отношение к роду Варинов. В результате все интриговали, строили друг другу козни, сплетничали и попутно бездельничали, хотя сами девушки сказали бы, что им некогда хозяйничать.
  
  Вернувшись в выделенные покои, посидев в тишине, Нина с удивлением поняла, что предпочла бы жить с более искренними невестками Сэла, чем среди искушённых в кознях красивейших девушек ледяных.
  Подумать над тем, узнала ли она что-то полезное для себя среди вороха высыпанной на неё информации, времени не оставалось.
  В бане они не только мылись, отдыхали, но и пообедали, после чего ещё прошли некоторые процедуры. Обе гостьи сияли ухоженностью, свежестью и теперь необходимо было подготовить Нину к ужину. Помощница, вдоволь насытившаяся недоброжелательными взглядами, разошлась, и желала всем показать, что никто тут ногтя её леди не стоит.
  - Мируна, может, не будем усердствовать, я совсем не уверена, что мне нужно блистать на аудиенции и на ужине.
  - Миледи, ну как же! Нельзя, чтобы эти гусыни смотрели на вас свысока! Доставайте свои краски и делайте лицо, как вы умеете!
  Нина колебалась, но понимала, что без косметики ей не тягаться с местными красавицами.
  Она никак не могла сориентироваться в местной политике, о своей роли в ней, которую ей, несомненно, отводят, о месте и влиянии Селвина на происходящее, а тут ещё добавляется множество раздражающих и отвлекающих факторов.
  Как разобраться, что главное, что второстепенное? Когда утром отпускала Дара, казалось, что главное - это он, сейчас кажется, что женщины в этом гадюшнике играют важную роль. Весомой фигурой показался Варин-сын, но что ей ожидать от них всех, совершенно не понятно, ясно только одно: надо быть осторожной.
  
  Мируна превзошла саму себя, приготовив Нине изысканное платье, тёмно-кофейного цвета с отделкой. В королевстве оно уже выходило из моды, но горничная всё равно упаковала его с собой в поездку, так как оно придавало Нине очарование мягкой женственности. Сейчас леди смотрела на себя в зеркало и лишь слегка подкрашивала глаза, добавляла румянца.
  - Миледи, сделайте поярче, - настаивала горничная, - пусть все упадут, задохнутся от зависти!
  - Нет, достаточно. Мне не тягаться с белоснежными и юными золотоволосыми девушками, да и женщинами постарше, но зато у них нет такой волшебницы, как ты, Мируна. Ты мне ещё никогда так красиво волосы не укладывала, я сама собой не налюбуюсь. Да ещё это платье, золотые украшения, туфельки! Я всё думала, будет ли повод их надеть или так и проваляются, как красивая игрушка. Им бы каблучок повыше, цены бы им не было.
  - Ох, миледи, а вдруг в вас влюбится имперо?
  - Не влюбится, он слава Богине, вполне доволен своей женой и новых впечатлений не ищет.
  - Леди Нарибус, - вышел в гостиную Фарм. Что-то он ещё хотел сказать, но замер, увидев леди и ходящую вокруг неё помощницу.
  - Ну вот, один готов! - с самодовольством произнесла Мируна.
  - Что вы хотели, Фарм? - радуясь торжественному настрою горничной, спросила Нина.
  - Так там... пришли... там ждут... пора...
  - На ужин пришли проводить? - уточнила леди у замявшегося мужчины.
  - Мы вместе идём? А дальше как? Мне кажется, что вам в зал, где сидит имперо, не дадут пройти.
  - Я Селвину завтра скажу, что надо бы ещё двоих ребят сюда, чтобы не оставлять ваши покои без охраны, да и для юного лорда нужен постоянный сопровождающий, - опустив глаза, начал говорить Фарм, - а сейчас я вас провожу и буду дожидаться. Не возвращайтесь одна. Мне здесь не нравится, как будто среди хищников находимся, причём не знаешь, кто опаснее, мелкие грызунчики или матёрые.
  - Скажите, Фарм, Дара проводят обратно до дворца, а вот по дворцу пустят ли его сопровождающих? Может, Винк у входа подежурит, чтобы встретить его?
  - Не волнуйтесь, леди, никто мальчика одного не отпустит. Я вообще уверен, что он останется ночевать у Волдо вместе со своими друзьями.
  - Да, меня Селвин предупреждал, что Волдо захочет познакомиться поближе, присмотреться, - грустно согласилась Нина. Вот ведь дилемма! Во дворце неуютно и боязно, не спокойно оставлять здесь воспитанника, но у предполагаемого отца тоже не хочется оставлять его. Ревность змеёй поднимает голову и шепчет, что отец роднее и всяко лучше, чем она.
  
  Провожали леди Нарибус с Фармом двое дворцовых ледяных.
  - Это не слуги, - тихо шепнул он девушке и держался настороженно.
  Но дошли они до приёмной залы вполне спокойно, более того, встречные, при взгляде на сопровождающих старались испариться с их пути.
  "Да, это не слуги", - повторила про себя Нина и с грустью посмотрела на Фарма. Если что-то случится, то какими бы опытными охотниками не были бы Фарм и Винк, им нечего будет противопоставить тем, кто ведёт охоту на людей, а не на зверей.
  Здесь, небось, в тихих уголках у многих рука не дрогнет придушить неугодного или неугодную. И эта атмосфера витающей осторожности среди обслуживающего персонала многое говорила, о дворе имперо. Даже его наличие уже заставляло относиться с предубеждением. Не в тех условиях находятся ледяные, чтобы содержать толпу бездельников на виду у всех.
  Двери перед леди распахнули, приглашая войти, а Фарму преградили путь и посмотрели на него, как на насекомое. Нина остановилась, повернулась:
  - Фарм, ждите меня здесь, пожалуйста, без вас я не буду возвращаться, - произнесла она не столько для охранника, сколько для её незнакомых сопровождающих.
  - Да, пресветлая, - склонил голову Фарм.
  Леди повернулась и небольшими шагами, что создавало впечатление, как будто она не идёт, а плавно скользит, продвигалась к трону. Зала, по которой она шла, не была огромной, но при необходимости могла вместить двадцать, может, если потесниться, то и тридцать персон. Пройдя немного, она остановилась и слегка склонилась перед имперо.
  
  Мужчина, стариком его назвать язык не повернулся бы, сидел и придирчиво рассматривал леди. Он не был моложав, но в крепости тела ему никто не отказал бы. Густые брови нависали над светло-серыми глазами, рот затерялся в бороде, а мощное тело уверено расположилось в кресле, стоящем на пьедестале. Рядом с имперо стоял его сын и старался придать лицу приветливость.
  - Вы действительно красавица, леди Нарибус, - обронил приятные слова имперо. Нина чуть склонила голову, благодаря за это. Имперо, похоже, больше ничего не собирался говорить, а ей стоять перед ним и молчать было бы неловко.
  - Благодарю вас за приглашение посетить столицу, - нейтрально произнесла она.
  Имперо покивал - мол, да-да, приглашал, и продолжил смотреть на неё, ожидая следующих слов. Нина понимала, что её желают слушать, и вынуждена была говорить, хотя настраивала себя помалкивать.
  - Для меня невероятным открытием было увидеть и оценить красоту ваших снежных просторов.
  - Оценить? И во сколько же вы их оценили?
  - Раз то, чем владеет ваш народ, есть только у вас, то всё это бесценно, - не зная, как отвечать, выкрутилась леди.
  - Разве в вашем королевстве не бывает снега? - усмехнулся имперо.
  - Не везде, а где есть, то его продают, - улыбнулась Нина и с удовольствием увидела удивление в глазах правителя.
  - Как продают? Кому он нужен?
  - Чистейший снег с гор используют для изготовления сладкого лакомства, а лёд с рек в зимнее время снимают и загружают в погреба на лето, чтобы под землёй сохранялся холод и берёг продукты.
  - Надо же, - хмыкнули оба мужчины, - а если мы повезём снег на продажу, его тоже купят?
  - Только если в тех королевствах, в которые не приходит зима. Им было бы интересно посмотреть на снег, но для этого понадобится помощь магов, да не одного, чтобы сохранить лёд в тепле. Вряд ли это выгодно будет.
  - Я слышал, что вы, леди, написали письмо своему бывшему мужу и его будущей невесте, чтобы они приняли погостить нескольких наших женщин?
  - Да, это так, - сердце сжалось от осведомленности имперо.
  - И что, думаете, будет польза от этого?
  - Простите, польза кому? Его светлости? Тем леди, которые собираются поехать?
  - Да бабам что, тряпок наберут и довольны будут, - буркнул имперо, - для нас всех выйдет ли польза?
  Нина чуть улыбнулась, чтобы усилить видимость доброжелательности.
  - Первый визит - всего лишь первый шажок к общению, - осторожно начала она. - Возможно, на нём всё и закончится, а возможно, это только начало и через пять, десять, двадцать лет падёт стена из-за того, что подъёмники не выдержат нагрузки, поднимая груз и ездящих друг к другу в гости ваших и наших жителей.
  - Хм, - перспектива, обрисованная девушкой, обоим понравилась, остальное они не услышали.
  - Не согласитесь ли отужинать в кругу нашей семьи, леди Нарибус? - поднялся имперо и, не дослушивая Нинины "с удовольствием" уже подал ей руку.
  Девушка едва успела ответно протянуть свою, как он ловко уложил её на согнутую в локте руку и поспешил в другую залу.
  - Проголодался я что-то сегодня, - проворчал он.
  Имперо провел её через пару залов, за ними следовал его сын. Нине казалось, что он не сводит глаз с её оголённой шеи.
  Девушки у ледяных носили волосы распущенными, забранными только по бокам тоненькими косичками. Женщины делали себе простые причёски и почти все прятали волосы под косынки, чепчики, шапочки. Делалось это не из каких-то установок и правил, а исходя из удобства. На праздник замужние дамы шли без всяких головных уборов, красуясь лишь чисто вымытой головой и толстой уложенной на макушке косой. Поэтому нельзя сказать, что мужчины напрочь лишены вида тонкой женской шеи, но Нина часто ловила взгляды именно на ней. Иногда она даже лёгким шарфиком её прикрывала, чтобы не привлекать внимания, впрочем, Мируна тоже отмечала подобный интерес.
  Вот и сейчас, идя под ручку с имперо, Нине казалось, что его сын дышит ей уже прямо в затылок и щекочет дыханием волоски на шее. Неважно, что это было не так, ведь ему пришлось бы изогнуться, наступая на подол её платья, но ей так казалось, и мурашки неприязни ползли по телу.
  
  Последние двери распахнули перед ними, и имперо ввёл леди в зал, где сидело около двадцати членов семьи. Все зашумели отодвигаемыми стульями, поднялись, а имперо провёл гостью поближе к своему месту и жестом показал, что можно садиться.
  Стол был уставлен серебряной посудой, украшенной драгоценными камнями. Работа мастеров не была искусной, но богатство вставленных лалов перетягивало всё внимание на себя.
  Некоторые ковши, глубокие блюда были изготовлены в виде головы медведя, но выглядело это нелепо и тяжеловесно. Зато родственники имперо, сидящие за столом, одеты были красиво. Несмотря на то, что одежда на них была схожая с тем, что Нина видела в городе Селвина, она всё же отличалась богатством вышивки, разнообразием расцветок и более дорогой тканью.
  
  Прямого покроя расшитые платья, торчащие из-под него узкие брюки, мягкие туфельки. На стройных девушках и неполных женщинах это смотрелось модно, красиво, а вот объёмные дамы проигрывали в этом одеянии и усугубляли своё положение обилием навешанных бус поверх богатой вышивки, руша всю гармонию этнической одежды.
  Мужчины красовались поясами, жилетами, массивными браслетами, кольцами, а некоторые - элегантными кожаными куртками-пиджаками. Леди уже отметила, что мужчины не меньше женщин любят покрасоваться нарядами, и в столице сейчас была мода на широкие штаны. Невольно она подсчитывала, сколько же необходимо ткани при их росте, причём именно простая ткань имела наибольшую ценность здесь.
  Нине было интересно, во что одеваются ледяные, они тем более интересовались, как одета гостья. На неё смотрели все, каждого привлекало что-то своё.
  Леди Нарибус положили на стол привычный для неё столовый прибор и многие наблюдали, как она им пользуется. Девушке пришлось есть показательно, соблюдая всевозможные правила. Разговорами её никто не отвлекал, и она резала мясо на крохотные кусочки, брала незнакомых овощей на полвилочки, лишь бы не уронить, не раскрыть излишне рот, не причмокнуть.
  Нина ела, время шло. Она тянула, как могла, положенный ей кусочек мяса, лишь бы не добавили еще, или не пришлось бы сидеть с пустым блюдом перед носом и не знать, что делать. Аппетита не было.
  Она ду