# Книга Тьмы. Часть 2

Олег Викторович Мельник

- А ты не думал, может быть, создание утопии, даже виртуальной, - это и есть главная задача человека? Ведь человечество с древнейших времен позиционировало себя сначала как тварей земных, затем как детей божьих, теперь - как самих богов. То есть, создателей миров. Налицо своеобразный рост, выращивание творческого потенциала. Может быть, создание полноценного виртуального мира и есть итог самореализации человечества как вида? А что если весь наш мир такая же искусственная реальность иных существ - нас других, божественных и забытых, сосланных сюда для творения новых миров? И мы не можем построить такую ракету, чтобы покинуть Землю, потому что еще не создали для себя эти миры? Некуда нам лететь! И вся история человечества - с инквизицией, войнами, пророками, футболистами, ядерным оружием, смартфонами... - все это многообразие направлено на создание виртуальной утопии. И когда мы создадим ее, мы станем иными, забудем себя в этом новом мире и начнем создавать другой.

ЧАСТЬ 2


## Глава 1


С древних времен люди верили, что Солнце - нечто более важное, чем все остальные объекты земли и неба. Солнце всегда выделяли в сознании, боготворили и поклонялись ему. Солнце - Свет Творца, проектор вселенной. Оно не просто освещает или греет, оно создает: мир, людей, животных, леса, горы... Древние люди были правы, когда считали звезды гвоздями, удерживающими небосвод.

Все, что ты называешь плоским словом "вселенная", является Действительностью. Действительность бесконечна и создается непрерывно. Непрерывность достигается благодаря двуполярности бытия: минуса и плюса. Эти минусы и плюсы всем хорошо известны: свет-тьма, добро-зло, электрон-позитрон, прошлое-будущее, холод-огонь, друг-враг, низ-верх, достоинства и недостатки и прочее. Чередование этих полей создает импульс, колебание, движение. Чередование левой и правой ноги создает ходьбу человека. Давление или отсутствие давления на клавишу рояля создают музыку. Процессы в левом и правом полушарии мозга создают мышление. Преступление и наказание создают судебную власть. Мужчина и женщина создают потомство. Бесконечность выглядит именно так - двумерно. Иллюзию многомерности можно объяснить лишь наличием "оттенков", на которые распадаются полярности. Однако каждый "оттенок", в свою очередь, так же имеет антипод.

Взаимодействие полюсов тоже имеет двустороннюю характеристику: Борьбу и Сотрудничество. Борьба проявляется в том, что критерии существования противоположной фракции абсолютно чужды обоим полюсам, попросту отталкивают друг от друга. Как столкновение движущихся навстречу автомобилей. Точка столкновения - это точка сингулярности, сквозь которую проходят противоположные полюса и как бы меняются местами в пространстве Действительности. Здесь полюса проявляют свое Сотрудничество.

Сотрудничество заключается в том, что отсутствие жизнеутверждающих характеристик для полюса А в полюсе Б воспринимается им как пустота, и тогда полюс А стремится занять пустое пространство. Как воздух, устремляющийся в вакуум. Как вода, наполняющая стакан. Только определить, где пустой стакан или вакуум невозможно, вернее - полюса являются и тем и другим одновременно, зависит, опять же, от того, с точки зрения какого поля смотреть на это. В этот момент и возникает самое сакральное во вселенной - Движение: полный стакан наполняет пустой и становится порожним. Полюса поменялись местами. И так без конца.

Вселенная имеет свою противоположность. Хаос. Вывернутый наизнанку Порядок. Отсутствие всего, что тебе известно. Полностью заполнен тем, что тебе неизвестно. Попасть туда значит перестать быть. Полностью утратить материю и сознание. Превратиться в ничто.

Если говорить о зарождении того, что ты называешь Вселенной (я имею в виду тот клочок доступного человеку макромира - Действительности), то описать этот процесс довольно просто. По аналогии с вакуумом в сосуде: воздух (вселенная), проходя через узкое горлышко сингулярности в область вакуума (Хаоса), в первые мгновения контакта (мгновения, конечно, условные) создает взрыв энергии (именуемым Большим), обусловленный маленькими размерами точки сингулярности и большим объемом проходящего через нее воздуха. Постепенно, по ходу заполнения сосуда, давление в нем повышается, и воздух заполняет сосуд с меньшей скоростью, что снизит объем энергии, проходящей через сингулярность - Большой взрыв будет угасать, пока весь воздух не заполнит сосуд. Одновременно с этой точкой сингулярности возникает другая: в сосуд, где до "перекачки" находился воздух, будет поступать вакуум (здесь нам придется отбросить известные физические свойства вакуума, т.к. он служил лишь в качестве примера) из третьего сосуда, и вакуум этот будет выдавливать остатки воздуха в его новое вместилище, будто поршень. Когда воздух перестанет проходить через точку сингулярности, она захлопнется. Дальше, при создании необходимых условий, воздух будет перекачиваться в сосуд четвертый. И так без конца.

Наличие сосудов в этой системе предполагает и границы для вселенной и Хаоса - этими границами служит разность между "агрегатными" состояниями вселенных, то есть их мерности. Эти параллельные вселенные не могут быть Хаосом, но и на нашу они тоже не похожи, что и создает своего рода границы. Бесконечное множество параллельных вселенных подразумевает наличие бесконечного количества сосудов с Хаосом - разделить его на подгруппы, определить его "мерность" или попытаться хоть как-то классифицировать по примеру вселенных невозможно по вполне понятным причинам. Поэтому для нас он - всегда один и тот же Хаос. Таким образом, можно определить форму доступного нам фрагмента Действительности (увидеть макромир большего масштаба невозможно, как молекуле невозможно разглядеть галактику): это своего рода цепи бесконечности, где каждое звено - чередование вселенных и Хаоса, но взаимосвязаны они бесконечным числом точек сингулярности. Если рассматривать эту цепь в трехмерном пространстве, то получится, что все вселенные и весь Хаос собрались в одной точке Действительности. Но Действительность многомерно вытянута в бесконечную гармошку.

Реальность отличается от Действительности тем, что является лишь твоим способом адаптации в Действительности. Это приблизительный набросок вселенной, основанный на познаниях и данных, получаемых с органов чувств и от других людей. Для другого существа, даже человека, Реальность может иметь совсем иную "визуализацию" в то время как Действительность для всех одинакова, но никто не способен ее узреть. По этой причине никакое существо не может увидеть действительный облик Тьмы. Все, что ему доступно - это обнаружить взрывы бессчетного числа микроскопических точек сингулярностей разного рода, которые будто точечный рисунок соединяются линиями причинно-следственных связей, изображая тем самым Реальность.

Откуда берутся параллельные вселенные?

Представь себе Действительность как полотно картины. Это статичное изображение, лишенное Движения. Но когда полюса сталкиваются, изначальная картина искажается - какой-то фрагмент ее становится другим. Это Движение провоцирует цепную реакцию на всем полотне. Но тот момент (не путай с обозначением времени), когда картина была еще цела - он никуда не делся, он остался там же, где и был, но теперь не участвует в представлении. И каждый другой момент, предшествующий Действию, остается на прежнем месте. Таким образом, появляются слои, каждый из которых не похож на предыдущий. Любой новый слой - это и есть отдельная вселенная. Человек, гуляющий по бульвару, пересекает бессчетное количество вселенных - будто проходит сквозь выставленные в ряд полотна картин.

Но ведь человек сам - деталь картины.

Правильно. А сама для себя деталь всегда статична. Изменяемы только декорации.

Значит, не существует другого меня?

Конечно, нет.


Князь Тьмы вышел из медитации и впервые за долгое время увидел свет - бледный луч луны проникал в специальное отверстие на потолке и круглым пятном ложился у ног Князя. Кроме этого тусклого света Храм ничто больше не освещало. Стены и колоннады прятались во мраке. Князь покинул лунный круг и направился в темноту. Эхо от его шагов раненной змеей металось по Храму.

Хаос скоро будет здесь.

К чему мне готовиться?

Будь готов ко всему.

Впереди скрипнули старые створки, узкая полоса пробежала по мраку. Ворота распахнулись перед Князем, впустив в Храм волну горного воздуха. Далекий гул прогнал тишину и наполнил стены святилища. Князь Тьмы переступил порог, и взору его открылась окруженная скалами долина. А посреди долины - сорок тысяч копий, обращенных к небу. Сорок тысяч черных шлемов при лунном свете расплывались в квадратное море. Сорок тысяч беспокойных коней нетерпеливо переставляли копытами, оглашали каменную долину фырканьем и ржанием.

Князь спускался вниз по грубой лестнице, вырубленной прямо в скале. Внизу его ожидали двое - Михаэль и Константин, воеводы армии Стражей.

- Воины готовы, Князь, - донесся бас из-под глухого шлема. Старик Михаэль в доспехах выглядел внушительно: пропала старческая сутулость, седая борода как будто исчезла. Крепкая ладонь уверенно сжимала рукоять черного меча, висевшего на боку.

- Что думаете делать? - спросил Князь Тьмы, глядя куда-то поверх армии.

- Тьма показала нам две кометы, - ответил Михаэль. - Предлагаю разделиться на два равных отряда. Так же следует попробовать сузить сингулярный тоннель, чтобы обрезать избыточную силу Хаоса и не дать ей полностью проникнуть на планету.

- В прошлый раз такой маневр оказался безуспешным, - напомнил Константин. - Давление было слишком велико.

- Щит получился слишком плотный, - объяснил старик. - Сейчас мы попробуем пропустить Его через себя. Стать более гибкими.

- И увеличим поверхность, - кивнул второй воевода.

- Михаэль, бери двадцать тысяч и отправляйся сюда, - в информационном коммутаторе воеводы между словами командира появились координаты. - Константин, ты с отрядом - сюда. Я последую сразу за тобой.

- Константин, не трать много энергии в высоких слоях, - напутствовал Михаэль своего ученика. - Страж слабеет, когда находится далеко от Земли.

Воевода кивнул и, не теряя больше времени, умчался собирать свое войско.

- Князь, я благодарю Тьму за то, что Она послала тебя к нам в этот трудный час, - произнес старый воин. - Я провел немало битв и с каждым разом одолеть Врага становится все тяжелее.

- Хочешь сказать, конец близко?

- Я не стал бы говорить это Константину.

- Думаешь, он сам не осознает этого?

- Стражи понимают все, - кивнул Михаэль. - Но, даже не смотря на всю свою уникальность, воину необходимо поддерживать боевой дух. Если говорить открыто о таких вещах, гнет обреченности переломит нас раньше Хаоса. Пусть уж они надеются на положительный исход.

- Страж исполняет свое предназначение. Никакая надежда не изменит твердости его стремлению противостоять Врагу, - решительно заявил Князь.

- Ты забываешь одно: Стражи не всегда являются Стражами. Когда бой закончится, воины вернуться к человеческой жизни. И тогда предательские чувства поработят их разум. Они сильнейшие из людей, но - все-таки люди. Многие из них попросту не выйдут на следующую битву.

- А ты? Разве на тебя не действует удручающе...

- Я стар, - перебил старый воин. - Мне терять уже нечего. А ты - Князь... у тебя ничего и нет, что ты смог бы потерять в этой войне, - с этими словами Михаэль направился к воинству.

Действительно, Князь Тьмы остался равнодушен к предсказанию воеводы. Но с тем же равнодушием он встретил бы и победу.

Монолит рядов армии дрогнул. Перестраивались десятки, сотни и тысячи, отделялись от общего воинства и создавали новый строй. Копыта коней застучали по твердой почве - две долгие полосы всадников сорвались в галоп и пропали в серой дали где-то за скалами.

Князь остался с десятком тысяч Стражей. Кроме двух воевод у него не было командиров. Вся армия поделена на четыре равные части, именуемые войском. Каждое войско делилось на сто сотен, каждая сотня - на десять десятков. Но ни сотников, ни десятников Стражи не имели. Все команды могли отдаваться одновременно каждому воину или отдельной группе. Что такое совесть, долг и ответственность братству Стражей не требовалось повторять.

Как только угроза приблизилась к Земле, Стражи оставили все свои дела и прибыли на место сбора. В обычной жизни эти воины вели отнюдь не обычную жизнь. Многие из них выбрали путь отшельника, они селились в безлюдных живописных местах, на фермах, в деревнях, рыли землянки в глухой тайге, жили в общинах вдали от цивилизации. Другие, хоть и были приверженцами пути отшельника и стремились разрушить в себе социальную блокировку, использовали знания Тьмы в повседневной жизни, поэтому нередко из таких воинов получались писатели, музыканты, ученые и даже президенты. Исключение составляли только Михаэль и Князь Тьмы. Старый воевода полностью посвятил себя братству, он несколько десятилетий не выходил из Тени, проводил Посвящение и занимался обучением Искателей. Его необычный способ получения энергии компенсировал необходимость организма в пище и сне. Князь Тьмы, сколько он помнил себя, жил всегда в Храме. Ничего другого рассказать о себе он бы не смог.

Сотканный из нитей Судьбы перед Князем возник конь. Это не было животным, скорее - функцией, призванной помогать воину в передвижении. Так же как и меч Стража в действительности не являлся мечом. Конь рванул с места, приглашая за собой остальных всадников; гул копыт снова разбудил долину. Впереди Князь создавал проход - точку сингулярности, пронизывающую пространство и открывающую доступ к другому уголку планеты. Воронка, со свистом тянущая в себя воздух, расширялась, сила ее крепла, пока не грянул настоящий ураган - мощный ветер отрывал копыта коней от земли и поочередно бросал Стражей в темный зев телепорта.


## Глава 2


Отряд переместился на пустырь недалеко от человеческого города. Снежная равнина с одной стороны плавно уходила вдаль и врезалась в стену нарядившихся в белые полушубки деревьев. С другой - разбегалась и падала с крутого склона невысокой горы. Облачное небо укрывало от посторонних глаз спальню отдыхающего зимой солнца.

Стражи строились в длинные ряды, стараясь охватить площадь как можно больше. Несколько маленьких отрядов направились в населенные пункты, чтобы в случай прорыва организовать убежища. Спящая земля гудела от копыт нежданных посетителей, птицы и зверье со страхом покидали это место. Даже человек старался унести свою драгоценную пару ног подальше, ибо внутренним чутьем понимал - скоро здесь будет твориться что-то невообразимое.

Стражи заняли свои места, и на какое-то время под серым небом повисла тишина. Плотная полукруглая стена из трех рядов всадников замерла в ожидании. Князь стоял среди воинов будто неживой. Ни одна мысль, ни один эмоциональный мускул не пошевелился, чтобы выразить себя. Стражи были бесстрастны. Казалось, они могли простоять вот так, будто статуи на снегу, целую вечность.

В сером небе вспыхнуло вдруг желтое пятно. Через какое-то время до земли донесся низкий гул страшного взрыва. Облака разлетелись в стороны, обнажив голубое озеро неба, в центре которого - сияющий белый шар с дымящимся хвостом. Шар пронесся над головами Стражей и пропал за деревьями. Тут же сверкнула яркая вспышка, за ней - грохот, сотрясший землю под ногами. Волна снега и камней поднялась в воздух и обрушилась на воинов. Но кони под всадниками не шелохнулись.

Когда снежный ураган миновал, Князь не увидел перед собой белого поля и лесной стены - вместо нее возвышался вал кратера, усыпанного горящими камнями. Вверх поднимались струи дыма и пара. Тепло расползалось по земле, топя снег, мокрая земля вперемежку с пеплом создавала под копытами черно-серую кашу. На землю рухнула только небольшая часть кометы - ее ядро, так называемое зерно. Основную массу небесного тела испарило Солнце и "отрезали" Стражи из отряда Константина в высоких слоях.

- Окружаем! - приказал Князь. Десятитысячный отряд пришел в движение и, растянувшись, замкнул кольцо вокруг кратера.

В то же миг из-под земли, из самых ее глубин, раздался гул. Он рос и рос с каждой секундой, пока земля не заходила ходуном. Гул постепенно превращался в грохот, будто некий великан стучал кувалдой где-то в недрах Земли. А потом из места, куда рухнула комета, брызнул фонтан расплавленных камней - и грохот прекратился.

На валу началось движение. Существо, выскочившее из дыры, не походило ни на одного из обитателей планеты, но в то же время состояло из плоти, как и другие существа. Каждая часть тела создания Хаоса была сконструирована так, чтобы нанести как можно больше повреждений. Острые шипы спускались от загривка до кончика хвоста, венчавшемуся увесистой "палицей". Длинные острые когти на сильных руках глубоко впивались в обожженную землю. Горящие глаза одинаково подробно видели при свете и в ночи, а оскаленная пасть была вся покрыта острыми зубами. В каждом движении этого зверя чувствовалась мощь и злоба, он готов был крушить и убивать все, что попадется ему на глаза.

Чудовище обследовало поверхность вала и заметило Стражей. В тот же мгновение из глотки раздался душераздирающий визг. По земле прошли вибрации. Рядом с чудовищем появилось второе существо, третье, четвертое...

- Приготовиться!

Воины взяли в руки щиты и закрыли ими левую сторону торса.

Когда демонов собралось столько, что вал был полностью забит хищными созданиями, они, издавая жуткий рев, помчались на Стражей.

- Вперед!

Цепь воинов сорвалась с места и устремилась навстречу Врагу. Ряды перестраивались в движении - по мере приближения к чудовищам диаметр кольца сужался, часть передних рядов отступала во второй, второй ряд перестраивался в третий. Волна всадников ощерилась копьями.

Демоны валили из кратера непрерывным потоком, постепенно заполняя округу. Сначала их были сотни, потом тысячи, затем - миллионы. Густой, кишащий смертоносным оружием муравейник заставлял стонать многомерность. Чудовища лезли друг на друга, карабкались по головам, лишь бы первыми достичь вожделенной цели. Любой живой объект в их поле мировосприятия становился жертвой. Любое движение служило сигналом к атаке.

Острая волна Стражей с шумом вонзилась в океан демонов. Длинные копья нанизывали жуткие туши, словно мясо - на шампуры. Топот лап и копыт сменили рев, ржание, глухие удары по щитам и броне. Воины откинули в сторону копья, в ход пошли черные нематериальные мечи. Кони все еще продвигались вперед, чуть сбавив ход, оставляли позади ковер из перерубленной и стоптанной копытами плоти.

Мирное хлебное поле в одночасье превратилось в мясорубку. Орда демонов, как единый организм бессчетного числа оскаленных пастей и острейших когтей, стремилась рвать, грызть, кромсать, уничтожать. С другой стороны - металлическая броня надежно оберегала Стражей от любых ранений. Идеальное оружие Хаоса столкнулось с идеальным щитом Тьмы. Равновесие этого противоборства могло нарушить даже легкое дыханье ветра.

Уязвимость чудовищ к черным мечам позволяла воинам теснить орду все ближе к дышащему жаром кратеру, но напор бестий не прекращался. В противовес неутолимой жажды демонов встала холодная стена невозмутимости Стражей. Воины не испытывали ни страха, ни злости. Только короткий всплеск боли - когда ослабевший от сопротивления Страж проваливался в реальность людей и там лишался своей непревзойденной защиты. Воина в то же мгновение разрывали на куски. Место павшего занимал другой воин из задних рядов - нарушение стройной стены могло привести к поражению. Стражи могли позволить себе в бою только одну мысль и одно чувство - свой долг: они - последний рубеж, отделяющий существование жизни на планете от полного уничтожения.

Проходили часы, но так быстро или медленно, что за временем нельзя было уследить. И только по тому, насколько широким был ковер трупов за спинами Стражей, можно было предположить, что прошло уже много часов, а демонов словно и не стало меньше ни на одного. Они шли и шли бесконечной смертоносной волной, и даже почва после тяжелых лап превращалась в черную, бесплодную пустыню.

Защитники начинали уставать. Их можно было сравнить разве что с пловцами, решившими пересечь океан. И вот, где-то на полпути, героический заплыв перестал казаться таким уж легким испытанием, как это выглядело вначале. Не смотря на всю свою подготовку и преимущества, Стражи не могли побороть бездонную стихию. Воины братства стали погибать все чаще. Волна, которой войско нахлынуло на орду, стала отходить...

Князь Тьмы рубил демонов с той же легкостью, что и в первые секунды сражения. Крепкие черепа и мускулистые лапы разрубались, едва встретившись с его мечом. Конь вставал на дыбы и копытами превращал в бесформенное месиво оскаленные пасти. Князь был ядром сражения, его целеустремленность разливалась по соседним рядам, подпитывая Стражей новыми силами. Заметив ослабление в какой-то части стены защитников, Князь направлялся туда и своим присутствием латал проявляющуюся брешь в силовом поле своих братьев. Какое-то время его маневры внутри окружения помогали сдерживать натиск, но кольцо Стражей катастрофически редело - его диаметр стал вдвое больше, а воинов - во столько же меньше. И вот уже соседних с Князем Стражей оставляли последние силы.

Только с пятого удара воин Рональд поверг наземь очередную бестию, укрылся щитом. Все его тело содрогнулось от удара, даже пригнулись колени коня. Страж ответил мечом, но ослабевшая рука подвела - тот лишь скользнул по черепу, оставив после себя неглубокую борозду. Демон ударил так, что Рональда вышвырнуло с седла, путлища лопнули. Всадник оказался на земле среди холмов разрубленных трупов. В щит вонзились острые когти и вырвали его из рук воина. Остался только меч и тонкая броня, уже пробитая в некоторых местах. Выпавшего из строя Стража мигом окружили бестии, жить ему осталось несколько секунд.

Князь врубился в окружение, стремясь вызволить Рональда из беды. Уродливые туши разлетались от его меча целым фонтаном фрагментов некогда единого тела. Но Рональд уже едва дышал. Лишенный правой руки, сжимавшей меч неподалеку, с разодранной грудью, в которой видны были белые, окровавленные ребра, Страж стоял на коленях и глядел на Князя. Этот взгляд, полный ужаса и боли, но дикий, освещенный каким-то фанатическим огнем просветления, поразил даже Князя Тьмы.

- Сда-вайся... Князь, - слова выходили изо рта воина вместе с кровью. - Сохранишь...

Кому сдаваться и что он этим сохранит - Князь Тьмы так и не услышал: безжизненное тело Рональда повалилось на землю.

Плохо дело, - подумал Князь, оставляя тело павшего собрата. Раненых и мертвых не выносили с поля боя. Во-первых, потому, что раненых не надо было выносить - каждый воин бился до последнего вздоха. Во-вторых, мертвый Страж больше не являлся ничем, кроме разлагающегося костюма человека. Единственное, что могли сделать Стражи - собрать трупы после сражения и сжечь их, дабы предотвратить распространение заразы. Этот ритуал не носил никакого сентиментального контекста.

Черный силуэт птицы отделился от тела Рональда и направился в хмурое небо. Краем сознания Князь Тьмы следил за полетом тени, вклинившейся в косяк сотен подобных ей созданий, витающих над полем. Эти птицы больше не имели ничего общего с теми живыми организмами, в состав которых недавно входили. Лишенные своих нитей Судьбы, у них не было ни памяти, ни даже того, что человек назвал бы разумом. И невозможно представить себе, как они теперь воспринимают мир и что бы увидели, решив взглянуть с небес на поле боя. Наверно, их взору предстали бы загадочные силуэты непонятных существ, совершающих бессмысленные действия, ибо смысл имеет теперь только одно - воссоединение с Тьмой...

Недалеко от Князя раздался жуткий треск и пронизывающий вопль - воина по имени Махатма несколько чудовищ, схватив за ноги, руки и голову, разорвали на части...

Кольцо Стражей к тому моменту успело отойти от кратера еще на два десятка шагов. Князь остался в окружении чудовищ. Такое положение его нисколько не смутило - волну орды пронзил настоящий водоворот смерти, создаваемый Князем и его мечом. Острейшие клыки и когти бессильно скрежетали по надежной броне, оставляя после себя едва заметные царапины. Воин вертелся будто юла, отражая все атаки противника. Вокруг него постепенно вырастали горы изувеченных трупов.

Но ту легкость, с которой Князь рубил демонов, отяжеляло понимание того, что в одиночку ему не остановить вторжение. Он может сопротивляться сколько угодно, но в конце концов лишь останется последним живым существом посреди мертвой планеты-пустыни.

Цепочка всадников шириной всего в один ряд походила на воздушный шарик, непрерывно наполняемый воздухом. Еще один глоток воздуха, еще один шаг назад - и шарик лопнет. Демоны ворвутся во внутренний мир и посеют Хаос на Земле. Если б можно было дать Стражам короткий отдых, немного времени для восполнения сил...

У Князя не было другого выбора, как отозвать Константина с задания. Ему нужно было укреплять рубежи.

- Константин, пора возвращаться.

- Это невозможно. Мы уже слишком глубоко в воронке. Обратный путь займет много времени, - слова воеводы доносились издалека, с помехами.

- Долго еще осталось?

- Трудно судить. Здесь нет пространства...

Значит, подкрепление будет не скоро.

На какое-то время луч надежды озарил поле боя - птицы павших воинов разогнали снежные тучи на небе, и яркое Солнце глянуло на белую землю. Для Князя это был шанс - с огнем он был в духовной близости, что позволяло использовать силу стихии. Забыв на какое-то время о битве, Князь обратил все свое внимание на бледный желтый шарик в небесах. Блеклое зимнее Солнце ответило на просьбу воина, побагровело, словно раскалившись, и увеличилось в размерах. А потом как будто взорвалось - плотные шторы облаков окрасило алое зарево. Лучи солнца превратились в огненные стрелы и сыпали через просвет на поле. Место сражения оглушили дикие вопли сгорающих демонов. Чудовища прекратили наступление, волна пожара охватила орду, подминая под себя все больше и больше корчащихся в муках безобразных тел. Черный дым, взвиваясь клубами, расползался по земле и тянулся к небу.

- Мы уже близко, я вижу просвет, - сказал Константин.

Скоро пелена гари закрыла Солнце, сила заклинания ослабла и огненный дождь прекратился. Князь Тьмы выбрался из-под холма навалившихся на него сгоревших трупов. Стражи к тому моменту успели перестроиться в три ряда и даже теснили остатки пылающих бестий - на демонов, только что вылезших из кратера, огонь перекидывался редко.

И вдруг произошло то, что в начале битвы казалось неизбежным и в конце ее - невозможным: дышащий шаром котлован покинула последняя тварь Хаоса. Вместо демонов на валу кратера появились всадники Тьмы. Войско Константина гнало орду навстречу растянувшейся цепочке Стражей, и волна таяла на глазах. Спустя какое-то время два отряда встретились посреди поля, туша последнего демона рухнула на ковер его павших собратьев.

Константин с интересом разглядывал черное поле, от края до края заваленное холмами изрубленных тварей. Останки демонов после уничтожения сделались пустотелыми, будто являлись только костюмами для некой нематериальной субстанции. Теперь эти шипастые костюмы лишились своих "наполнителей" и быстро разлагались - стоило наступить на с виду прочный труп как нога проваливалась в пустоту, будто в прогнивший валежник. Плоть крошилась в труху.

- Надо сжечь тела, - обратился Князь к воеводе.

- Я полагал, что у меня опасное задание, - произнес в ответ Константин. - А мы, оказывается, совершили приятную прогулку в верхних слоях.

- Здесь был ужас, - бесстрастно согласился Князь. Ему трудно было понять ни удивления воеводы, ни чувства облегчения, витающее в среде остальных воинов, которые с облегчением избавлялись от доспехов и жадно впитывали в себя энергию каналов Судьбы. Князь сделал свое дело, а чувства можно оставить на потеху людишкам.

- Сколько мы потеряли? - спросил Константин.

Князь обвел взглядом ряды уставших воинов.

- Половину, - просто ответил он. - Нам нужны новые...

Со стороны кратера вдруг раздалось шипение, словно вылили холодной воды на раскаленные камни. И действительно - с той стороны поднимались густые клубы пара.

- Она закрывается? - поинтересовался Константин.

- Ты уверен, что зачистил полностью? - внимательно разглядывая слои измерений, встречным вопросом ответил Князь. Где-то между мерностями происходило неестественное движение.

- Уверен, что так...

Но только Константин успел произнести эти слова, как шуршащая туча вылетела из-за вала и поднялась в воздух. Тысячи крыльев замелькали на фоне грязного от копоти неба. Новые демоны владели явным преимуществом - умением летать. Стая чудовищ кружила над всадниками, будто готовясь к нападению, но вдруг сорвалась с места и понеслась в сторону города.

- За ними! - скомандовал Князь, отправляя своего скакуна вдогонку.


## Глава 3


Копыта, высекая искры, стучали по темному асфальту. Город был пустым и мрачным, но не вечерние сумерки являлись тому причиной, а дух смерти, накрывший мирные улицы. Даже фонари - те, что еще светили, - казались тусклее обычного. На частные дома окраины будто рухнул настоящий смерч, сорвавший крыши, раскидавший автомобили, поваливший деревья и столбы ЛЭП. Кое-где полыхали пожары, наполняя округу рыжим светом и чадным дымом. Но самое ужасное в этой картине - мертвые тела, тела, тела... Они были повсюду - изувеченные, в самых разнообразных позах и в самых неожиданных местах: на ветвях деревьев, под грудами искореженных автомобилей, в черных от крови и копоти сугробах... Это тела не только человечьи: собаки, кошки, домашний скот... - демоны Хаоса не делали биологической сортировки, хотя предпочитали по большей части гуманоидов.

Но было тихо. Если не считать треск пожаров и хруст кирпичной крошки и стекла под копытами. Ни одной живой души - ни человека, ни зверя. Чудовища умчались далеко вперед.

- Они уже заполонили полгорода, - сообщил Александр - один из Стражей, посланных в город на случай прорыва. - Я дам вам координаты, но это не вся информация. Нас слишком мало, чтобы вычислить каждого.

- Мы сильно отстаем, - сказал Константин, изучив отправленную Александром карту.

- Разделим Стражей на отряды, - решил Князь. - Демоны охотятся на то, что дышит и двигается. Собирайте всех выживших в этой точке, - Князь Тьмы указал координаты в центре города. - Это сдержит Хаос от распространения. Не теряйте времени.

Стражи веером разошлись во все стороны. В каждую группу входили от десяти до пятнадцати воинов - итого около ста пятидесяти отрядов. Теперь задачей Стражей было не просто уничтожение противника, но и непосредственная защита всей обитающей в городе живности.

- Константин, как ты мог их недоглядеть? - спросил Князь, когда его отряд отдалился на значительное расстояние от остальных.

- Я был уверен, что все чисто, - без "ноты" оправдания или сожаления ответил воевода.

- Может это быть зерном в зерне? - вступил в разговор третий Страж - Густаво. Информационный канал был открыт всем воинам в радиусе двадцати километров - это был самый распространенный способ общения на средних-близких дистанциях. Существовали и другие, в том числе охватывающие всю планету вплоть до самой окраины атмосферы. Однако такие широкие каналы были доступны не всем Стражам из-за личностных возможностей.

- Думаешь, Хаос начал оставлять резерв? - заинтересовался Константин.

- Я считаю, это было бы логичным для врага, - сказал Густаво.

- Мы сами решаем, что логично для Хаоса, а что - нет, - отрезал Князь.

- Мне все равно это не понятно, - отряд Густаво встретился с демонами, началась битва, но Страж продолжал беседу как ни в чем не бывало. - Неужели Он не обладает никаким разумом? Разве у Врага не существует тактики? Почему нельзя внушить ему, что нападать бессмысленно? Тогда все это прекратилось бы....

- Мы - Его отражение. Он - отражение нас, - сказал Константин.

- Тогда почему мы перестали понимать поведение орды?

- Ты слишком цепко держишься за слова, - сказал Князь. - Их легко исковеркать, ими легко запутать, их можно по-разному интерпретировать...

- Так говорил и Михаэль. Он советовал задавать поменьше вопросов.

- Совершенно справедливо. Если никто не может тебе дать полный и понятный ответ, лучше не задавать вопросов. Только запутаешь себя.

- Чтобы задать правильный вопрос, нужно знать половину ответа, - изрек Константин. - А чтобы понять правильный ответ, нужно хотя бы наполовину понимать того, кого спрашиваешь. Поэтому правильный ответ ты можешь узнать только у Тьмы.

- А другая половина вопроса нужна, чтобы с Ней связаться, - добавил Князь.

Вдруг в небе промелькнула тень, перепрыгнула с одного здания на другое, послышался треск и звон стекла. Отряд сразу же помчался в ту сторону. В свете пожара был виден силуэт крылатой твари - она сидела на балконе жилого дома, пытаясь протиснуться в узкий для нее проем двери, сильными лапами расширяла себе проход, даже грызла зубами бетонную стену.

С той стороны дома послышался крик. Кричал сначала один человек, затем к нему присоединился целый хор голосов. Князь быстро отправил двоих в здание, а сам с основным отрядом поспешил на крики.

Перевернутый взрывом автомобиль освещал двор, на который из подъездов выбегали люди: их полные ужаса глаза уже ничего не видели перед собой, жильцы в панике разбегались во все стороны. А на крыше дома мелькали тени, оттуда сыпались куски кирпича и бетона. Лопнуло стекло, из разбитого окна вылетела фигура человека, следом в проеме показалась морда бестии...

В воздухе кружил дух праздника беды и запах смерти. В городе творилось черт знает что. Конечно, горожане еще не понимали, что в действительности происходит. Демонов Хаоса они видеть не могли. Это была свихнувшаяся стихия, внезапно рухнувшая на засыпающий город. Откуда взялся смерч в этих краях - никто не стал размышлять. Возможно, холодный зимний ветер столкнулся с потоком горячего воздуха, возникнувшим после падения метеорита где-то возле окраины... Население оказалось не готовым. В панике люди покидали свои дома, кирпичные стены крошились, падали столбы ЛЭП, разрывая ночь снопами искр. То и дело вспыхивали пожары. Куда бежать? Что делать? Большая часть подвалов была закрыта на замок хозяйственными гражданами, защищающими свой скарб и спокойствие от нашествия бомжей.

Где-то одиноко завыла сирена. Сначала издалека, звук какое-то время приближался, а потом резко и жевано взвыл в последний раз и затих. Послышался скрежет металла и звон бьющегося толстого стекла.

В небе шуршали крылья. Стая демонов кружила над домами, время от времени пикировала вниз, чтобы схватить в когтистые лапы убегающих. А затем химеры швыряли с высоты безвольные тела - или то, что от них оставалось. Небо то и дело разряжалось красным кровяным дождем; беглецы кто с ужасом, кто даже не замечая, вытирали мокрые лица, оставляя алые разводы на щеках.

Заметив Стражей, исчадия Хаоса как по команде оставили охоту на людей и обрушились на воинов.

- Глупыми этих тварей не назовешь, - заметил Мартин - это было его первое сражение. Молодой Страж орудовал мечом спокойно, ничуть не отвлекаясь от информационного обмена и не смущаясь творимым вокруг адом. - Сначала Хаос представился мне чем-то средним между цунами и горным троллем - неудержимым, мощным, но с точки зрения живого существа - крайне глупым.

- Вы должны понимать, - сказал Константин, - что Хаосу необходимо принять какую-то форму, чтобы проявиться здесь. Самые близкие к нему образы - страхи, способные разрушить не только материальный, но и духовный мир человека. Он лишь копирует уже имеющиеся формы. И благодаря воображению творцов из числа людей (художников, военных конструкторов, религиозников), эти формы становятся все разнообразней и смертоносней.

- Это не объясняет Его тактику. В образах страха нет инструкции по уничтожению.

- Хаос движется по пути наибольшего сопротивления, - объяснил Князь. - Он пожирает сначала то, что проявляет большую активность. В данном случае это Стражи. Затем будут люди, далее - остальной животным мир. И так до менее активных и энергосодержащих элементов Жизни.

- Самый активный среди нас - это ты, Князь, - сказал Чан откуда-то с другого конца города. Его безэмоциональное сообщение ничего не выражало, но каждый Страж понял, что это шутка. - Они реагируют на тебя, как осы на нектар.

Всадники двигались по разоренным улицам, стараясь не сильно ввязываться в сражение: перебить демонов они всегда успеют, а спасать другие жизни требовалось сейчас. Твари Хаоса следовали за отрядом по воздуху, игнорируя горожан, но не прекращая попыток атаковать Стражей.

Люди, подчиняясь некой мягкой волне, шли в окружении воинов и не очень задумывались о цели своего пути. Хотя многие из них в спешке покидали жилища практически без одежды и босиком - в том виде, в котором их вырывали с постели. Родители несли на руках испуганных детей. Ночью мороз окреп, и белый снег колко скрипел под босыми стопами. Редкие старики - те, кто нашел в себе силы покинуть дома, - ковыляли в "обозе" - сами или под ручку. Но большинство пенсионеров попросту остались дожидаться смерти на жестком табурете в кухне перед окошком. Седые супруги, на чью долю выпала уже совсем немощная пара, укрывались теплыми одеялами, разговаривали о прожитых годах и ждали конца. Ни слез, ни отчаяния, ни страха - только буря за окном и самый дорогой человек под боком.

- Но ведь люди их все равно не видят. Они видят только сам процесс разрушения, - сказал Мартин. - Какая разница как выглядит Хаос?

- Это не делает Его бестелесным, - ответил Князь. - Человеческий мозг работает на обобщение, многие детали он старается не замечать. Статистика, психология, массовая культура и производство, этика - почти все сферы деятельности человека - это обобщение. Среднестадная константа от самого великого до самого ничтожного. Чтобы заметить демонов, необходимо знать о них. Незнание может сделать видимое невидимым, но не бестелесным.

По мере продвижения отряд встречался с другими Стражами, держащими свой путь с других концов города. Небо постепенно исчезало за шторой из перепончатых крыльев. Демонов становилось все больше, они уже заметно препятствовали движению. Всадников то и дело вырывали из седел, поднимали в воздух и уже в небе изматывали до полной потери брони и оружия. Стражи теряли свое преимущество и с легким хрустом разбивались об гололед или крыши домов. Целью чудовищ все чаще становились люди - их число почти в сотню раз превышало количество Стражей.

- Придется дать им бой здесь, - решил Князь через какое-то время. - Отправьте людей в ближайшее убежище. Пятерых Стражей для охраны.

Длинные вереницы людей, подчиняясь указаниям невидимых воинов, потянулись в подвал многоэтажки через несколько входов. Темное, сырое помещение быстро заполнялось народом и скоро забилось до отказа. Демоны принялись штурмовать бетонные стены, крушили оконные проемы, врывались в квартиры, но большая их часть уже перенацелилась на Стражей. Во дворах вокруг здания закипел бой.

Князь Тьмы рассчитывал быстро покончить с чудовищами и продолжить путь, но справиться с летунами оказалось непросто. Даже несмотря на то, что все внимание Стражей теперь было направлено на небо, вовремя увернуться или задеть бестию мечом удавалось не всегда. Сражение походило на бой пасущейся коровы с надоедливыми мухами - воины были жестко ограничены в маневрах, тогда как противник владел целым небом. Битва затягивалась.

Ситуацию обнадеживало только одно - разосланные отряды информировали о том, что на другую строну города орда еще не распространилась. Стражи выводили жильцов из домов и без препятствий двигались к месту сбора. Темная, холодная, сонная восточная часть города еще не знала об угрозе, однако чувствовала ее близость - не зря же всю ночь выли сирены и долетали разные слухи, больше похожие на сюжет фильма-катастрофы. Многие из толп шагающих по замерзшим улицам были уверены, что началась война, но держались скорее весело и с предвкушением - горя своих западных соседей люди еще не познали.

- У нас тут более семидесяти тысяч горожан, - доложил Константин. - Продвигаемся медленно - улицы переполнены.

- Предлагаю стянуть все силы Хаоса на меня, - сказал Князь. - Все отряды, кто ведут на хвосте демонов, двигайтесь сюда. Константин, оставайтесь на месте, закрепитесь. Патрулируйте улицы.

- Скоро прибудут спасатели, - известил Александр.

- Не пускать их в город, - отрезал Князь.

- Они помогут раненым, - напомнил Страж.

- Они покажут демонам выход за пределы города. Нам нужна полная изоляция. Перекройте дороги и гасите все поступающие и исходящие сигналы.

Вдруг раздался взрыв - вспыхнул газ, клубы дыма и пламени повалили из разбитых окон, дрогнула земля. Удар был настолько мощным, что перегородки не выдержали, несколько верхних этажей рухнули на нижние, завалив их обломками. Князю Тьмы хватило мгновения, чтобы раздуть вспышку энергии, превратить взрыв в смертоносный огненный поток. Пламенная змея ударила по демонам, вихрем пронеслась по небу, сжигая бестий, раскидывая обгоревшие трупы и пепел далеко вокруг. Стая летунов заметно поредела.

- Какой же тогда информационный обмен может быть самым достоверным, если вербально полная передача данных невозможна? - спросил Густаво после некоторой паузы в начатой беседе.

- Копировально-образный, - ответил Константин.

- То есть тот, который мы используем. Но мое восприятие образов может отличаться от восприятия брата по оружию.

- Тогда общайся с ним его языком, - посоветовал Константин.

- Это как? - заинтересовался Густаво.

- Непосредственно через Тьму, - ответил Князь.

- Ее образы слишком тяжелы. Мне трудно долго разговаривать с Ней...

Где-то в созданных взрывом развалинах раздался глухой крик, приглушенный толщами бетона. Голос был слишком высоким для взрослого человека - это кричал ребенок. Как он оказался в пустом здании - Князь не уловил. Конечно, люди и даже дети не являлись для него такими важными фигурами, чтобы бросаться на помощь сломя голову. Но крик повторялся, затянулся плач, и Князь принял решение оставить бой ради спасения.

- Если Хаос научился нас обманывать, но саму визуализацию Хаоса создают люди, что это получается? - спросил Мартин в продолжение своего разговора.

- Что у человеческого страха появилось второе дно, - ответил Князь.

- Что это означает?

- Скорее всего, сомнение в реальности.

Ни окон, ни дверей на втором этаже больше не было - верхние этажи целого подъезда смялись в одну гору бетона и кирпича. Как в этой железобетонной мясорубке осталось что-то живое - можно было только догадываться. Князь принялся разгребать завалы, откидывая в сторону целые кирпичные глыбы и бетонные плиты. Плач становился все ближе. Наконец, отправив в сторону очередной строительный кусок, Князь Тьмы наткнулся на стенку старого советского шифоньера. Прочности натурального дерева хватило для того, чтобы в горе обломков оставить небольшой мешок безопасности, в который по счастливому случаю угодил ребенок. Но - стоит хоть как-то нарушить целостность этого мешка, - и убежище окажется ловушкой, в которую устремится поток битого кирпича и прочего хлама. Князь пробил дыру в шифоньере - из темноты на него глянули детские глаза. Этот взгляд был такой необычный, что Князь на какое-то время растерялся.

- Не бойся, все будет хорошо, - сказал он в темноту. Глаза моргнули, плач прекратился. Девочка не видела Князя, но слова и присутствие Стража обволокли ее защитным одеялом.

Совершив несколько движений, Князь осторожно расширил дыру и вытащил ребенка из убежища. Девочка была цела, за исключением нескольких гематом и ссадин. Слой пыли на волосах, испачканная одежда и сажа на лице делали из нее настоящего чертенка. Князь Тьмы проанализировал психологическое состояние ребенка и убедился в том, что все показатели находятся в пределах нормы, - для девочки происходящее было игрой, правила которой она до конца не понимала. Самым негативным фактором для нее было отсутствие родственников поблизости - знакомые лица являлись фактором душевной безопасности.

Девочка спала, когда шум на улице вытащил ее из детских грез и поместил в одиночество квартиры - кроме нее дома никого не было. Она поначалу с любопытством глядела в окно, но вскоре чувство тревоги переместило ребенка под компьютерный стол в комнате родителей, где и застал ее взрыв. Накренившийся шифоньер и столешница спасли девочке жизнь.

Пока Князь пробирался обратно по завалам, держа спасеныша на руках, биение сердца девочки окончательно выровнялось и она даже сделала попытку заснуть - усталость и чувство безопасности от присутствия Стража склеивали ей веки. Князь хотел было передать ее в руки воинов, охранявших убежище, но вдруг передумал и отчего-то решил перенести ее сам.

Бой клонился к завершению - огненный смерч уничтожил большую часть стаи. Прибывавшие отряды с дальних концов города приводили с собой все меньше чудовищ. Окончательная победа над Хаосом на этом участке была только вопросом времени.

Убежище напоминало Ноев Ковчег. Длинные коридоры, растянувшиеся на пару сотен метров, были полностью забиты людьми, домашними и уличными животными. Настроение - как в подлодке, медленно идущей ко дну. Громко старались не говорить, где-то плакали, где-то успокаивали, где-то причитали, но большей частью - смиренно ожидали развязку событий. Электричество отсутствовало, в подвале царила ночь, местами нарушаемая небольшими фонариками, телефонными подсветками. Иногда чиркали спички и зажигалки - чтобы на время короткого проблеска отыскать что-то во тьме.

Князь шел вдоль нити Судьбы, тянущейся от девочки у него на руках и пропадающую где-то в глубине мрачного лабиринта. Доставить ребенка необходимо было именно туда. Люди в узких проходах вжимались в стены, чтобы дать воину дорогу, но совершали это непроизвольно и даже как будто не замечали своих действий.

Князь двигался вперед, как вдруг наткнулся на стену. Невидимая преграда, которую без проблем пересекали обитатели убежища, не давала Князю сделать и шага. Первой его мыслью было - Хаос! Но никаких проявлений Врага рядом не наблюдалось - многомерность в подвале выглядела спокойной. Невидимую стену создало что-то другое. Князь пытался обойти преграду - не получилось. Тогда он собрал в кулак большой кусок энергии и, размахнувшись, ударил. Стена поддалась, но не рухнула. Князь нанес еще несколько ударов и увидел, что преграда слабеет. Совершив усилие, полководец все-таки пробил себе проход, но следом за первой стеной возникла новая. Впереди, будто сквозь затемненное стекло, мерцало что-то важное - именно так сознание Князя отреагировало на необычное явление в Тени. Миновав новую преграду, Князь столкнулся с третьей, затем - с четвертой... Будто кто-то нарочно пытался его остановить, но прочность стен с каждым разом делалась все меньше. А напор Князя Тьмы, желающего вопреки преградам добраться до цели, лишь усиливался. Мерцание становилось все четче и ярче. За "стеклом" как будто происходило движение - тени прошлого вынырнули из небытия, словно кинопленка прокручивали события минувшего. Но ни лиц, ни деталей было не разглядеть. Князь больше не пробивал себе дорогу - он уверенно двигался вперед и хрупкие стены, будто стеклянные, разлетались перед ним вдребезги. Что бы это ни было, кто бы чего не скрывал от Князя Тьмы, - он все равно это узнает.

Девочка открыла глаза и тут же радостно вскрикнула: "Мама!". Молодая женщина жадно схватила ребенка, осыпала поцелуями, прижала к себе так крепко, как может только мать, желающая никогда не отпустить и оградить от всех бед на белом свете... Свете... Света!

Светик. Князь вспомнил - девочку звали Светланой.


## Глава 4


Как бы не горело в груди - я вспоминал. Жадно, кусок за куском, вызывая жгучие спазмы в том разделе человеческого естества, которое должно было погаснуть навеки в Князе Тьмы, - душе. Пламя неизвестного происхождения ворвалось во мрак и серость лабиринта воспоминаний. Это было что-то новое для меня, другая жизнь, совсем непохожая на эту. Человеческая жизнь. Детство, семья, институт, "Седьмая тропа", любовь... Любовь? Что это?

Это Вика.

Я помнил все. Каждую нашу встречу. Каждое расставание. Каждое из писем, написанных в самых различных уголках планеты, но так и не отправленных адресату. Особенно меня вдохновляло на это присутствие костра в те дивные вечера и ночи, когда "Седьмая тропа", блуждая с гастролями по миру, разбивала стоянку в глухих местах, недоступных для цивилизации. Иногда в такие вечера мне не спалось, я подолгу сидел у пляски огня, предавался воспоминаниям, давил в себе слезы и общался с памятью о Вике. Я писал ей признания в любви, зная, что Вика никогда не получит их. Свои письма я поутру сжигал в костре...

Так зачем? Почему она вернулась в мою жизнь именно сейчас, когда я праздновал победу над собой? Когда обрел, наконец, возможность не испытывать чувства и забыть - последний из рубежей социальной блокировки (как я понимал когда-то). Когда мне больше не стало равных в этом уголке Действительности.

Я вернулся туда, откуда так долго пытался убежать. Все силы, все старания оказались напрасны.

Разумеется, пистолет не выстрелил. Перспектива самоубийства вывела моих волков из анабиоза. И они, почуяв, что преграды вроде меня перед ними больше нет, сцепились в безумной схватке. Да, я помню, как это было: меня корчило, катало по берегу Кубани. Я кричал. Внутренние звери безжалостно рвали и друг друга, и меня. Не знаю, сколько длился бой - минуты или часы - пока не определился победитель. Им стал черный. Белый волк оказался в заточении, в непроглядной мрачной тюрьме, куда его швырнули вместе со всеми воспоминаниями. Так распорядился победитель, чтобы навсегда отсечь возможность появления своего противника.

Я ошибочно полагал, что силы покинули меня после столкновения с кометой. Наоборот - когда я соткал энергосферу на последнем концерте, то проглотил ее. И стал больше. Не в физическом плане. Того облачка личного света, которым я видел себя в Тени, больше не существовало. Вместо меня появился плотный узор из нитей Судьбы, в котором сконцентрировалось огромное количество энергии. Оттолкнув комету, я истратил львиную долю своих новых сил, но никак не потерял их. То, что я испытывал после концерта, можно назвать голодом. И тогда я еще не знал, как с ним справиться. К тому же, лишившись личного света, я перестал быть коконом в паутине каналов. С того момента я превратился в паука, свободно передвигающегося в пространстве паутины. Это новое совсем сбило меня с толку. Будь я не столь тяжелым в энергетическом плане такое перевоплощение, потеря всех нитей Судьбы, действительно убило бы меня. Я видел, что происходило с девушкой Юлей, умирающей возле моего дома.

Затем я отправился в Храм, прошел Посвящение и проснулся уже Князем Тьмы. Никакого другого меня с этого момента больше не существовало. В небытие отправилось даже имя - последний оплот личностной самоидентификации. Прошлая жизнь целиком и полностью была погружена во мрак, а желание узнать что-то о себе было предано забвению. Я был заново рожден.

А теперь?

Белый зверь выглянул из своей тюрьмы, и Князь Тьмы был этим фактом очень недоволен. А я - снова вернулся.


За окном серел рассвет, но атмосфера вокруг была настолько мрачной, что казалось, Солнце больше не вернется в эти края. Я лежал на кровати в одной из уцелевших квартир и глядел на грязный рассвет. Мир, в котором постоянно обитали люди и в который Судьба теперь обрушила меня, казался неправдоподобно голым, грязным, плоским. Он весь состоял из границ и запретов и больше напоминал палату в психиатрической больнице, чем то место, где должно обитать живое существо. Такой контраст с живостью Тени здорово угнетал.

Когда битва подошла к концу, я не присутствовал на поле боя. Белый волк вернулся и вызвал соперника на поединок. Меня выбросило из Тени, продолжать сражение я больше не мог. Поднявшись в квартиры, я забрался в одну из комнат и рухнул на кровать. Отсюда я наблюдал, как за окном постепенно затихает буря. Стражи одержали победу.

Тихо скрипнула дверь, разорвав тишину, осторожные шаги приблизились к моей кровати.

Я сразу понял, что это Вика. Стражи как будто забыли своего полководца, презрев за слабость, и не старались найти меня или связаться со мной.

- Ты, - первое, что сказала Вика. Я услышал ее голос впервые за много лет. Чужой голос, он жгучей волной накрыл все сознание.

- Как ты нашла меня? - спросил я, не поднимаясь с кровати.

- Кто-то мне сказал в подвале, что ты здесь, - странно ответила Вика.

Разговаривать с ней было мукой, но слова Вики заинтересовали: от кого она узнала? От Стражей? Зачем?

- Кто тебе сказал? - устало спросил я.

- Не знаю. Там было темно.

Значит, Стражи отпадают. Их слова звучат в голове собеседника, как его собственные мысли. Копирование образов.

- Это был мужчина или женщина? - продолжал допытывать я.

- Какая разница? Я не за этим сюда пришла...

- Мне важно.

- Трудно сказать. Этот голос мог быть и мужским, и женским, - вспоминала Вика. - И собеседник... будто невидимый.

Ее описание больше походило на Тьму. Значит, это Она указала Вике дорогу? Как вообще Вика связалась с Тьмой?

Что ты задумала?

Вопрос улетел во Тьму и остался без ответа. Странно, пока я был Князем, то ни разу связь с Тьмой не нарушалась. Я мог вести с Ней беседы целыми сутками, не отрываясь от других дел.

- Куда ты исчез? - Вика, на время озадаченная моими странными вопросами, пошла в наступление. - Твою машину обнаружили на границе с Дагестаном. Ее угнали в Невинке на берегу Кубани - двери нараспашку, ключ зажигания в замке. Ты как будто убегал от кого-то. Но тела не обнаружили - ни в воде, ни в окрестностях. Розыск тоже не дал результатов. Нашли только пистолет, но из него никто не стрелял.

Я хотел было поинтересоваться, откуда у Вики такие подробности, но вспомнил, что она собиралась идти работать в прокуратуру. Но - скорее всего - о деталях дела раструбили вездесущие СМИ.

- У меня были на то свои причины, - огрызнулся я. Почему я до сих пор не послал ее? Что этой женщине нужно от меня?

Вику мой ответ не удовлетворил - ее губы сжались, взгляд опустился. Наверно, я сейчас о себе много нехорошего узнаю. Но Вика промолчала.

- Ты искал меня? - наконец спросила она, подняв голову. В ее глазах больше не читалась ненависть, наоборот - в них проснулась нежность. Нежность эта, будто нож, пронзила всего меня похлеще презрения или злости. Но в ту же секунду ласковые ноты покинули взгляд Вики и сменились разочарованием. Она желчно усмехнулась: - Ну, конечно, нет... Тебе было не до того. Как же, музыкант, звезда, легенда! Ты и рад был, что отделался от меня.

- Зачем все это теперь перебирать? События давно в прошлом. К тому же ты была инициатором расставания...

- Если бы ты по-настоящему любил меня, то нашел бы способ! - не унималась Вика. Меня от ее слов выворачивало наизнанку.

- Я не участвую в любовных треугольниках, - вздохнул я. - Судьба вела меня на Олимп сцены, я не собирался отказываться от такого подарка. У меня не было ни сил, ни времени заниматься интригами. Все эти драмы только истощали мой потенциал. Я творец, мне надо создавать, а не бегать за юбками! Останься я тогда с тобой, начни упрашивать вернуться обратно - и до сих пор гнил бы в том магазинчике, терпел хамство коллег и начальства, лишь бы не потерять свой кусок хлеба! Поэтому считал: ты либо со мной и поддерживаешь меня, либо - проваливай!

Вика отшатнулась от меня, встала с кровати и отошла к комоду. Ее руки дрожали. Вика хотела унять предательскую дрожь, уперлась руками в крышку комода и неловким движением опрокинула небольшую вазу. Та хлопнулась о паркет с легким звоном.

Вика здорово изменилась с момента нашей последней встречи. Она стала какой-то... потухшей, без намека на былой блеск, энергию и целеустремленность.

- Что случилось с тобой? - уже мягче спросил я. - Ты стала рассеянной. И мать из тебя, извини, не очень - трехлетнюю дочь постоянно без присмотра оставляешь!

- А на кого мне оставить Светика? Скажи мне? Может няню пригласить, а? Я и без того пашу как лошадь, чтобы коммуналку заплатить и дочери хоть какое-то детство устроить! - Вика готова была либо гневно вспыхнуть, либо разрыдаться.

- А муж?

- Объелся груш! Какой муж еще?!

- Отец Светы. Кажется, я видел его в тот день, когда захватили ваш дом, - я соизволил встать с кровати и подошел к Вике.

- Это был Игнат. Мой коллега. Когда он узнал про то, что случилось, сразу приехал поддержать меня.

- Кто же тогда отец? Где он? Почему он оставил вас?..

- Ты! - грохнула Вика как атомная бомба.

- Что я?

- Света твоя дочь!

Вот так поворот. Теперь мне стало ясно ее поведение. Однако, сказав это, Вика немножко успокоилась. А затем посмотрела на меня как-то виновато, снизу вверх. Я понял - она сомневается. Не нужно быть большим специалистом по математике, я просчитал - в то время она тайно от меня встречалась с Антоном. Я мог бы "прочитать" ее из Тени, разгадать узор ее нити Судьбы, но как и прежде не стал этого делать. Если в вас когда-нибудь проснется способность видеть жизни других, практически - читать их чувства, никогда не применяйте ее на своих близких - иначе останетесь в одиночестве. И не то, чтобы я этого боялся, но... между нами как будто стояла ледяная стена, которая постепенно таяла и истончалась. У человека должны быть свои тайны, свое личное пространство. Если близкий человек захочет рассказать вам правду - он это сделает. А знать все - это непосильный труд и борьба с самим собой.

- С Антоном мы расстались, как только он узнал, что я залетела, - предугадав мой вопрос, сказала Вика. - Это случилось через неделю после нашего расставания.

- Он свалил?

- Нет. Это я. Я знала, что отец - не Антон. Я надеялась, ты вернешься.

- Откуда ты знала?

- Знала, - Вика потупилась. Такое поведение было ей совсем не свойственно. Раньше Вика редко полагалась на познание чувствами - знаменитую женскую интуицию.

- Почему ты мне не сказала? - выдохнул я. Тьма-тьмущая, о чем я тогда только думал! Я знал, почему Вика не нашла меня - я сам этого не захотел. Ошибка на ошибке... у этой истории не будет хорошего финала.

- Ты сменил номер телефона. Я звонила к тебе домой, но никто не хотел мне ничего говорить. Я не сказала им о беременности, хотя, наверно, стоило бы... Просто не хотела использовать ребенка.

В это мгновение в груди как будто что-то треснуло. Внутренности обожгло болью. Я вновь узнал, что это - боль.

- Так ты был там? Когда террористы...

- Был, - прервал Вику я.

- Что ты там делал? Ты меня видел? Почему не пришел? Боялся, что заметят репортеры? - последний вопрос был пропитан ядом.

- Я видел тебя. И то, что в доме находилось для тебя что-то важное. Там я и наткнулся на... Свету, - язык не поворачивался назвать ее "дочерью". Не потому, что я так не считал - уж как-то резко на меня свалилось это отцовство. - Поначалу я действительно считал захватчиков террористами, но спустя время понял - это был Хаос. И он охотился за мной.

- Что еще за Хаос? - без особого интереса спросила Вика.

- Как бы тебе объяснить поделикатней... Представь себе море демонов, крушащих все на своем пути. И если их не остановить, они пронесутся по планете смертоносной волной.

- Ты здоров? - Вика отошла от меня на шаг.

- Помнишь, тот день, когда я подарил тебе розу на остановке? - Рассказать тайну о себе было трудно, и я решил сразу идти в наступление - бить фактами. - Тогда Антон еще повел себя... странно.

- Да, - припомнила Вика. - Он вдруг замер, как неживой... и стоял так, пока ты не ушел.

- Это я приказал ему.

Будь передо мной другой человек, он не смог бы выудить из меня ни слова. Но рядом стояла Вика. Та, родней которой у меня никогда не было и вряд ли будет, и я желал, чтобы она оставалась рядом как можно дольше. Для этого стоило продолжать разговор, устанавливать контакт, строить мост. Ледяная стена между нами стремительно таяла, спешно заполняя пробел многолетнего отсутствия общения. В холодной глубине моего естества мрачный волк по имени Князь Тьмы все еще противился этому, рычал, пытался укусить, но был бессилен меня остановить.

Я рассказал Вике все: о Тьме, о Стражах, о Храме, о демонах и Хаосе.

- Этот Хаос - он разрушает планеты? - спросила она в конце рассказа.

- Не совсем так. Его целью не является уничтожение крохотных островков во Тьме ради геноцида биологических организмов. Это дело достаточно хлопотное и бессмысленное. Когда поблизости открывается точка сингулярности, мы сами притягиваем Хаос на планету. Землю можно назвать одной из крепостей в этой войне за право быть. Только на Земле и других подобных ей мирах можно остановить вторжение. Если комета Хаоса попадет на звезду - вот тогда случится катастрофа.

- Что может сделать метеорит для целого Солнца?

- Обычный - ничего существенного. Но если попадает именно зерно, то звезда дестабилизируется. К слову, обычно зерно имеет довольно маленький размер по сравнению с другими космическими телами - так его сложнее заметить. Первый этап в плане Хаоса - уничтожить Солнце, чтобы выключить проектор Тьмы. Ему нужно обратить мощь звезды против самой себя. - Я заметил, что слово "Тьма" вызывала у Вики негативные ассоциации - при каждом упоминании о Ней Вика едва заметно морщилась.

- Создать Черную дыру? - когда-то Вика интересовалась астрономией, так что мой рассказ зацепил ее.

- Да. Но Черные дыры вселенная создает и сама - в этом заключается один из аспектов эволюции Тьмы.

- То есть, Хаос помогает Ей?

- Нет. У Него совсем другие цели. На вселенную действуют две силы: внутренняя тянет ее к уплотнению, то есть сужению, а внешняя сила стремится разорвать, для чего расширяет ее, будто тянет простынь за уголки. Так действует то, где ничего нет. Люди ошибочно полагают, будто расширение вселенной - это признак ее эволюции.

- Хаос эта внешняя сила? - догадалась Вика.

- Да. В том месте, где пропадает материя, появляется антиматерия. Плотность вселенной - это ее своего рода щит от Хаоса: чем плотнее вселенная, тем сложнее разорвать ее. Ты ведь знакома с ядерным синтезом? - Вика кивнула. - Внутри звезд под воздействием огромной температуры и давления протоны и нейтроны сковываются вместе и образуют молекулы, - на всякий случай напомнил я. - Получается газ. Затем этот газ прессуется и возникает материя - камень, железо, лед и прочее. Дальше эта материя объединяется в еще большие объекты вселенной по модели Виктора Сафронова. Получаются планеты - но это только одна ветвь соединения и уплотнения материи. Другая ветвь кроется в Черных дырах, и там намного интересней. Черная дыра возникает, если в достаточно большом относительном объеме материи вдруг образуется антивещество, пустота, и по закону нейтрализации материя стремится его вытеснить. Представь себе резко сдувающийся воздушный шарик. Инерционная сила нейтрализации такова, что в какой-то момент материя не успевает остановиться, даже когда вытеснит все антивещество, и прессуется все больше и больше. Возникает небольшой объект с относительной плотностью выше, чем у нейтронных звезд. Скорость инерции увеличивается, продолжает прессовать объект, пока он не начинает выворачиваться наизнанку и прессоваться снова - раз за разом. Как будто бесконечно пожирает самого себя. Такие движения вызывают волнения в окружающей вселенной, возникает нечто вроде воронки, всасывающей все, что попадется ей на пути. Черная дыра наматывает на себя окружающий ее космос и тем самым создает галактики. И чем больше она наматывает, тем тяжелее становится, и тем с большей силой будет продолжать свою деятельность.

- Но ведь не может это продолжаться бесконечно, - в глазах Вики я прочитал явный страх, посещающий людей при мысли о смертоносной и беспощадной Черной дыре.

- Теоретически такую сингулярность может вызвать любой объект, не только звезды, но чем меньше его размер, тем сложнее это сделать. Коллапс автомобиля, например, должен быть быстрее скорости света. Но это еще не все, что я собирался рассказать. Внутри Черной дыры происходят куда более интересные события. Представь, что вселенная сложена из тесно подогнанных друг к другу веществ - элементарных частиц. Они такие крохотные, что между ними нет никакого расстояния. Точнее - есть, но нет ничего, что могло бы протиснуться через такие узкие щели. И вот когда Черная дыра набирает достаточную плотность, она начинает дробить уже не материю, а вещества, из которых материя состоит. То есть, разрушает то, что когда-то было создано звездой: крошит атомы на составляющие. Дальше, после еще большего уплотнения, - электроны, кварки, фотоны.

- То есть, Черная дыра создает новые элементарные частицы? - догадалась Вика.

- Да. Мне приходится использовать грубые физические термины, хотя на деле все обстоит несколько иначе.

- И куда же деваются эти новые частицы?

- Заполняют пространство между прежними элементарными частицами. Вроде как замазывают щели между кирпичами, делая вселенную еще плотнее и прочнее.

- Ты не понял. Эти частицы покидают Черную дыру?

- Разумеется. Вращение Черной дыры создает центробежную силу, которая выбрасывает вещество на периферию к своим стенкам. А уж если эти стенки состоят из элементарных частиц, то новые, еще меньшие частицы проходят через них как через сито, не застревая. А затем разлетаются по всему космосу. Новые частицы как бы осаждаются на дне вселенной, делая ее глубже. Естественно, самые глубокие места во вселенной - непосредственно рядом с Черными дырами.

- Так что же делает Хаос?

- Представь себе вселенную как водную воронку, где вода, вещество, всасывается в одну большую Черную дыру, этакую Большую Дробилку или Мясорубку. На стенках этой воронки находится все: планеты, галактики, спутники, звезды, небольшие Черные дыры... Каждый из этих объектов тоже создает крохотные водовороты разных диаметров и глубин. Но ни один из этих мелких водоворотов не может пробить толщу главной вселенской Воронки и достать до ее дна, где находятся элементарные частицы. Естественно, вселенная будет постепенно приближаться к Большой Мясорубке, которая увеличивается при попадании в нее новых Черных дыр. Задача Хаоса - ускорить процесс увеличения Большой Мясорубки, он словно веником сгоняет к ней все космические тела. Потому что когда Мясорубка наберет достаточно сил, вселенная стремительно обрушится сама в себя. И начнет дробиться, набирая скорость, пока интенсивность дробления не станет таковой, что не будет больше никакой материи - а лишь тяжеленное облако размером с молекулу, стремительно перемалывающее само себя. В таких условиях Врагу будет нетрудно разорвать вселенную на части и выбросить ее на Дно миров, где ожидал своего часа Хаос. Там, в одном из Дне миров, инерционная сила бывшей Большой Мясорубки выбросит тяжелый кусок крохотной вселенной, частицы которой больше не будут удерживаться центробежной силой гравитации, и грянет новый Большой взрыв. Остальные куски бывшей вселенной постигнет та же участь - возникнут миры различных измерений. Уплотнение вселенной с этого момента начнется заново.

- Не понимаю, зачем все это? - задумалась Вика.

- Хаосу нужна позиция, которую занимает Тьма в Действительности. Потому что по соседству с этой позицией находятся еще несколько областей Хаоса - разной мерности. Он хочет поменяться с нами местами и объединиться. Заодно и ослабить Тьму: пока Она будет находиться в состоянии неплотного первовещества, у Него будет больше возможности отбрасывать нас назад все дальше и дальше.

Заметив, что Вике все равно не понятно, я решил помочь ей образно:

- Ты играла когда-нибудь в нарды?

Она кивнула.

- Хаосу необходимо пройти все игровое поле, чтобы вернуться "домой". А для этого нужно, чтобы все пешки его цвета оказались рядом друг с другом в определенной позиции. То же самое делает и Тьма. Вернуться домой - значит объединить все мерности своей фракции в одну неразделимую Действительность. Не думай, зачем это нужно и что будет потом - так течет Сила, и даже Тьма не ответит на этот вопрос.

- Ты говорил, что Хаос - это полная противоположность вселенной, - Вика упорно не желала использовать слово "Тьма", - и что они отталкивают друг друга или... нейтрализуют. Как тогда Он появляется здесь?

- Закон противоположностей допускает наличие в нашей среде противоположной фракции. Антивещество может существовать только до тех пор, пока Тьма не найдет к нему ключ и не создаст точно такое же вещество с противоположными свойствами. Но по закону нейтрализации исчезают оба.

- Куда они исчезают?

- Трудно сказать. Оседают мусором на Дне миров.

- Получается, кометы приносят с собой антивещество?

- Нет. И это не кометы, это зерна. Метеориты, астероиды, кометы - это всего лишь визуализация надвигающейся угрозы. Знамение. Настоящий Хаос появляется позже. Давай объясню чуть проще. Частицы Хаоса проносятся мимо нас с такой скоростью, что зафиксировать можно только редкие антивещества не больше молекулы. Если увеличить поток антивеществ и создать благоприятные условия для восприятия их в нашем мире, то есть вроде как сделать футбольные ворота для мяча или полотно художника для красок, то сила эта уже будет заметна. Объем Своих частиц может увеличить только Хаос, а скорость потока и благоприятные условия создаем уже мы - Стражи. Так получилось, что наиболее близкие к Хаосу образы - это человеческий страх. Неважно какой, сейчас он имеет форму чудовищ, завтра может быть совсем другим. Люди для нас - это фонари, которые освещают частицы Хаоса. Выходит, именно благодаря нам появляются все эти чудовища и разрушения.

- Как это? - Вику это известие окончательно запутало. - Вы притягиваете Хаос на планету, вы же и провоцируете разрушение на ней?

- Я не зря назвал Хаос зерном - потому что так оно и есть. Проникнув на планету, зерно "закапывается", то есть, вытесняет материю. А затем начинает распространять гниль и разложение. Это зараза планетарного масштаба. Чтобы предотвратить это, Стражи вычисляют зерно и проникают внутрь него. А затем выдавливают на поверхность его начинку, как прыщ. Другие Стражи в это время находятся на другом конце и вылавливают появляющуюся гадость. Из-за высокого давления поток орды иногда трудно сдержать, но обычно Стражи справлялись. А сейчас Хаос нашел какую-то лазейку против нас и проник в город. Но я тебе обещаю - мы вылечим пораженный участок Земли.

- Лекарь, - я увидел улыбку Вики впервые за долгие годы, и от этого стало так тепло, что я невольно поразился тому холодному официозу тона, с которым мы разговаривали сейчас с ней. Казалось, она восприняла мои слова родственниками бреда сумасшедшего, ведь в действительности не могла увидеть ни демонов, ни даже Стражей - как они есть. Я был для нее человеком, давно знакомым, пропавшим и вновь объявившимся. Вика не верила мне, для нее весь ад происходящего на улице был плодом разгулявшейся стихии - не больше. А я - слегка тронутая, измученная, исхудавшая и чуть постаревшая закатная рок-звезда. Князь Тьмы внутри попытался было встать во весь рост, чтобы выразить свою волю: "не говори ей, пошли ее подальше!". Но грозный рык белого волка заставил попятиться назад бывшего победителя. Я поделился с Викой своими мыслями насчет бредовости всего, что я ей рассказал.

- Я так не считаю, я тебе верю, - ответила она. - Только все это слишком сложно для понимания. Единственное, во что я не верю, так это в то, что вселенная создала такую богатую, такую прекрасную жизнь на Земле, создала нас, людей, создала природу, создала глубокие чувства, общение - ради того, чтобы мы занимались защитой Солнца. А в конце нас попросту сожрет Черная дыра, скомкает и выбросит на помойку все, что человечество создало. Ты, может быть, знаешь и больше меня, но твой рассказ очень холодный: в нем только борьба, только расчет, только факты. Я не могу поверить, что жизнь так жестока и холодна, что когда-нибудь позволит всему этому исчезнуть.

- Во вселенной все вечно, но не постоянно. В этом и заключается то, что ты называешь красотой. Ты боишься Тьмы и боишься нового. Никто не уверит меня, что ему не страшно покидать зафиксированную зону комфорта. Он может поменять работу, сменить город, друзей или увлечения. А как насчет смены жизни? Да, я сейчас говорю о смерти. Только тот, кто не боится умереть, может говорить о ничтожности зоны комфорта.

- Ну вот, опять этот холод. Одни холодные слова!

- Я тебя согрею: суть вселенной сводится к сохранению формы до самого последнего момента. И она никаким образом не хочет твоих слез. Поэтому Тьма дает возможность существам построить своего рода спасательную капсулу, когда настанет момент отправляться в Мясорубку. Эта капсула для нас - личный мир человечества, состоящий из другой материи, нежели остальная вселенная. Такая материя будет невосприимчива к физическим силам нашего измерения и невредимой пройдет сквозь Черную дыру.

- Интересно. Как построить такой мир?

- Я не могу сказать, я не знаю, - признал я. - Сфера моей функции касается только разрушения, а не создания. Но если сравнивать, то разрушение вселенных можно отнести к вопросу физики, а сохранение - лежит в области духовных практик.

- Это успокаивает, - Вика прижалась лицом к моей груди.

То, что происходило сейчас, происходило не так, как должно было. Я обнимал свою Вику и готов был поклясться - даже если провалится земля в этот момент, мы этого не почувствуем.


Пение птиц и яркий солнечный свет заставили меня оторваться от Вики. Я огляделся. Ни комнаты, ни мрачных разрушенных улиц за окном больше не было. Мы стояли посреди широкого поля, усеянного полевыми цветами и молодой травой. В небе висели низкие, недавно пережившие дождь, густые облака, редкие, не заслоняющие ослепительного солнца. Где-то на горизонте видны были темно-синие сопки. Ветер мягкими порывами приносил к нам запах теплой земли и разнотравья.

Контраст между прошлым миром и этим был так велик, что на время я был сбит с толку.

- Что это за место? - оглядываясь, тихо спросил я.

- Мы были здесь много раз, - улыбнулась Вика. - Ты наверно забыл, а я всегда мечтала вернуться.

- Как оно называется?

- Называй, как хочешь, - засмеялась она. Вика смотрела на меня заигрывающее и таинственно. Ее руки гладили верхушки цветов. - Когда-то мы часто сюда заходили: строили мечты, укрывались от внешнего мира, в общем - были друг с другом...

- Это место реально? - не унимался я. - Где оно находится?

- Странно слышать такие вопросы от человека, рассказывавшего о том, о чем только что рассказывал ты, - ответила Вика. Я понял, что этот мир такая же загадка для меня, как и природа женской души. Вернее - два этих понятия связаны между собой. Здесь мне остается только принять реальность как должное.

- Где Света?

- С ней все хорошо. Твои Стражи присмотрят за дочкой. - "Мои Стражи" - значит, Вика мне все-таки поверила?

- Не хотела тебе говорить, но, знаешь, этот голос, эта... Тьма... кажется, я уже слышала его.

- Когда? - насторожился я. Меня все больше беспокоил тот факт, что Тьма ведет скрытую от меня игру. Вика не являлась Искательницей, я это видел очень ясно, но Тьма по каким-то причинам связалась с ней. Я полагал, что если у нас общий Враг, значит, не должно быть каких-то секретов друг от друга.

- Наверно, когда встретила Антона, - Вика неуверенно опустила глаза. - Меня будто кто-то настраивал, говорил, что он будет отличным и верным мужем... Нет, лучше, наверно, не будем об этом...

Я оставил для себя закладку в этом эпизоде, понимая, что сейчас все равно нет возможности во всем разобраться.

- Пойдем, - пригласила Вика. - Здесь недалеко было озеро с водопадом. - Вика взяла меня за руку и потянула за собой. Она чувствовала себя здесь как рыба в воде, а я - будто только что заново родился. Все это казалось сном, по крайней мере, только так я мог объяснить происходящее.

Обуви на стопах Вики почему-то не оказалось - она шагала босиком, ничуть не опасаясь пораниться, была энергична и вся светилась изнутри. Трава, словно угадывая наш путь, стелилась мягкая, между листьями после Викиных стоп из земли пробивались маленькие синие цветы. Сказочный мир.

- Вечером, после нападения террористов, Света сказала мне, что видела папу, - как бы невзначай обронила Вика. - Теперь я знаю, что она имела в виду.

- Почему ты назвала ее так?

- Хотела, чтобы в жизни у меня появилось что-то светлое, когда от меня все отвернулись: ты, родители... Когда они узнали о беременности и о расставании с Антоном, был жуткий скандал... Светлана, - Вика произнесла имя дочери медленно, смакуя. - И еще прочла описание ее имени и захотела, чтобы моя дочь выросла именно такой... Наверно, это глупо - как имя может повлиять на судьбу человека?..

- Почему глупо?..

- Или как расположение звезд может создать характер новорожденному? Почему люди верят в зодиаки? И почему зодиаки оказываются правы?

- Вся эта наука появилась не на пустом месте. Сотни лет наблюдений и расчетов привели звездочетов к мысли о том, что даже такие далекие от нас элементы вселенной как звезды способны влиять на земную жизнь. И это так. Дело даже не в самих звездах, а в положении Земли относительно них. Наш мир не отрезан от остальной вселенной, он постоянно и непосредственно контактирует с ней. Конечно, влияние других тел зависит от расстояния и силы контакта, но оно всегда есть. Даже ураган не может поднять песчинку с земли и сделать вид, будто ничего не произошло ни для него, ни для песчинки. Для урагана это изменение локальное, для песчинки - глобальное. Их связывают нити Судьбы. И если положение Земли в пространстве таким образом сказывается на обитателях планеты, в этом нет ничего колдовского. Изменись как-то глобально наша солнечная система, например, появись новая планета или вторая звезда, - и вся земная жизнь не будет прежней. Она может стать совершенно иной. Имя, как и прозвище, и должность, и социальный статус наделяет человека определенной ролью, которой он бессознательно следует...

- Хватит умничать! - совсем по-детски рассмеялась Вика и, отпустив мою руку, побежала вперед.

Возле сопок пахло хвоей и тенистым спокойствием. Воздух посвежел, где-то за стеной сосен шумела вода. Мы пробирались по рыжему колючему лесному ковру, Вика иногда кривилась, но продолжала идти босиком - кажется, наличие колкостей вдыхало в нее больше радости, чем самое мягкое, но незаметное для стоп покрытие. Солнце блестело в вышине на остриях сосновых копий. Мы гуляли по этому сказочному миру, и не было ничего желанней него и реальней. Люди со всей своей историей, телевидением, рекламой, соцсетями, рабочими местами, даже Хаос - все это осталось позади в уродливом прошлом...

Воздух зашумел, деревья расступились, открыв чудесную картину: сопки будто постарели, выросли, сменили рубашки из тонкой травяной ткани на твердые каменные куртки. Тонкие струи воды срывались с вершины и создавали широкую почти прозрачную занавеску, за которой в небольшом ложе у ног скалы продолжали зеленеть небольшие деревья и цвести кустарники. Внизу водопад расплывался в темно-бирюзовое озеро, огражденное от леса гладкими каменными берегами, покрытыми зеленым и красным мхом. Солнце глядело сверху и окунало свои желтые лучи в прозрачные воды. Рябую бирюзовую гладь в центре нарушал только широкий плоский камень - будто остров посреди океана.

- Как же здесь хорошо! - воскликнула Вика и помчалась к озеру. На берегу она стянула с себя летнее платьице (я только тогда понял, во что она была одета) и с визгом бросилась в воду.

Я отправился следом за ней. Игры в прохладной воде завершились играми на прогретом Солнцем "острове"...


## Глава 5


Ночь, проведенная с Викой, притупила бдительность белого волка - Князь Тьмы снова проснулся. Девушка выскочила из квартиры задолго до рассвета и не успела застать пробуждение Князя. И сделала это как нельзя кстати. Сам Князь находился в каком-то похмельном состоянии, а прошедшее ночное приключение выглядело для него как удавшаяся пьянка. Его разозлил тот факт, что женщина забрала энергию, необходимую для битвы. Но резервы сил еще оставались, и предводитель Стражей вошел в Тень, облек себя в прочнейшую броню, чтобы не терять энергию на лишние переживания.

Стражи приветствовали Князя Тьмы. Никто из них не покидал Тени всю ночь, братство несло дежурство возле убежищ и ожидало возвращение полководца. Недалеко от города в небо поднимался столб дыма, расползающегося по небу черной тучей - это горели тела погибших людей и павших воинов.

- Уничтожены все? - первым делом поинтересовался Князь Тьмы.

- Странное дело, - ответил Константин. - Незадолго после того, как ты спустился в подвал, все демоны... растаяли в воздухе.

- Может, отступили, решив, что бой им уже не выиграть? - предположил Страж Чан.

Князь понимал, что является для Хаоса целью номер один, и внезапное отступление крылатой орды можно связать с неожиданной слабостью, посетившей Князя после плеяды воспоминаний. Но Хаос должен был перевести все свое внимание на Стражей и людей, а не исчезнуть совсем. Что это могло означать?

- Они могут вернуться в любой момент, - сделал вывод Князь Тьмы.

- Эта битва полна сюрпризов, - сказал Александр. - Хаос появляется из ниоткуда и уходит в никуда. Создается впечатление, будто Он затеял против нас партизанскую войну. Такой прием использовали вьетнамцы против США и других агрессоров: рыли сеть подземных тоннелей, что позволяло незаметно передвигаться по местности и наносить внезапные удары.

- Мы теряем контроль над ситуацией, - подытожил Густаво. - Демоны могут появиться в любой момент на любом конце Земли.

- Это напоминает войну на территории противника, - и другие подобные сообщения жужжали в узком информационном канале.

Стражи все еще находились в своей броне, никакие мысли или доводы не могли сломить их стремления противостоять Хаосу. Но как только угроза исчезнет, воины вернутся в человеческий облик и продолжат свои бытовые дела, сон и еда необходимы даже для них. И тогда страх перед силой Хаоса и безысходность надломят боевой дух Стражей. Об этом предупреждал Михаэль Князя Тьмы перед битвой.

- Спасатели все еще не могут добраться до города, - напомнил Александр.

- Пропустите их, - велел Князь. Затем он попытался связаться с Михаэлем с помощью широкого канала - воевода на тот момент находился в Тибете, на другом конце материка.

- Михаэль, что у тебя? - спросил Князь.

- Зерно упало в труднодоступном месте, населенных пунктов нет, кроме буддистского монастыря, - ответил воевода. - Нам удалось сконцентрировать Хаос в одной локации, но демоны сумели просочиться через пещеры под гору. В подземных святилищах прямо возле воронки находятся люди. Должно быть, Хаос чувствует их и пытается с их помощью найти выход. Я взял отряд и направляюсь туда.

- Мне нужно удержать воинов в Тени, - сказал Князь. - Поведение Хаоса не совсем обычно в этом регионе. Я оставлю Константина на дежурство и с остальными отправляюсь к тебе.

- Как проявляется необычность Хаоса?

- Он как будто прячется от нас.

- Я такого не заметил. Но буду иметь в виду. Вот наши координаты. И еще: пусть Стражи не выпускают людей из виду - у меня нехорошие предчувствия насчет них.

Князь Тьмы получил координаты от Михаэля и начал собираться к отправке в Тибет. Константин рассредоточил по городу две тысячи Стражей в местах наибольшего скопления людей. В воздухе к тому моменту уже шуршали вертолеты МЧС, оценивая урон и выискивая уцелевших. Горожане, дрожа от холода, выходили на улицы. На площадях строились палаточные лагери для тех, чье жилье превратилось в руины.

Через несколько минут воронка телепорта выплюнула отряд Стражей на каменистое плато, едва запорошенное снегом. Вокруг тянулись к небу лестницы гор, вершины гигантов обливались рыжими закатными красками. Недалеко от воинов идеальная гладь горного озера топила в себе вечернюю синеву.

Копыта коней взорвали тишину - грохот многотысячного отряда пересекал долину и устремлялся к скалистым великанам. Высоко над плато посреди белоснежного плаща горных массивов зияло черное пятно воронки от упавшего метеорита. Даже с далекого расстояния в Тени Князь видел Стражей, с трудом пробирающихся в пространстве, но все еще сдерживающих волны демонов - вот уже более тридцати часов подряд. Правда, масштаб сражения был несравним с бойней возле Невинки - диаметр кольца был в разы меньше. В глубине гор в лабиринте черных тоннелей проходила другая битва - сотни бойцов блуждали по пещерам и уничтожали проникнувших через каменные толщи чудовищ Хаоса.

- Мы прогадали с координатами, - обратился Михаэль напрямую к Князю. - Здесь поблизости нет человеческих городов. Только небольшое поселение монахов.

- Мы стараемся притянуть Хаос поближе к людям, чтобы дать Ему возможность обрести форму на Земле. Как же тогда он проявился здесь?

- Я говорил, это будет тяжелая битва. Все, что я знал когда-то о Хаосе, стало непригодным. Его поведение изменилось с твоим приходом, даже будучи учеником ты привлекал свободные частицы Хаоса во Тьме в таких количествах, что никто бы не продержался и недели.

Князь разделил отряд на две неравные части - одна должна была примкнуть к сражению высоко на горных склонах, другая, поменьше, отправится вместе с ним в пещеры.

- Считаешь, это я причина нового поведения Врага?

- Безусловно. Был бы я человеком, давно приказал бы Стражам вырвать тебе сердце, чтобы спасти этот мир, - усмехнулся старик. Князь понял, что он нисколько не шутит. - И ты не смог бы и пальцем тронуть своего брата. Но я давно уже не принимаю человеческий облик. Иной раз мне приходит в голову мысль, что ты - часть плана Хаоса и даже не подозреваешь об этом.

- Это возможно?

- На этой войне все возможно, как видишь. Если даже у Стражей появляются сомнения в своем Князе.

- Не поддавайся Ему! - почти прокричал Князь Тьмы.

- Князь, ты начал испытывать эмоции? Ах да... женщина. Зря... зря...

Слова воеводы заставили Князя вспомнить о Вике, и что-то внутри у него откликнулось на это - слабое чувство нежности и ненависти. По безупречной броне воина пробежала едва заметная трещина, но Страж этого сразу не заметил.

Отряд Князя приблизился к бесформенному рту пещеры. Стражи спешились, и скакуны тут же растаяли в воздухе. Воины зашагали под мрачные своды природных тоннелей.

Сеть пещер была оборудована монахами под свои религиозные нужды - об этом свидетельствовали росписи на стенах, статуэтки Будды, установленные в нишах, цветы и разноцветные ленты. Но чем глубже пробирались воины, тем меньше ритуальной бутафории встречалось им по пути. Гнет колоссальной толщи горных пород, давящих сверху, должен бы сплющить психологическое тело человека. В глубины тоннелей спускались только самые продвинутые адепты - те, кто еще не мог познать Тень, но замечал колыхание легкой, прозрачной занавески, отделяющей реальности.

Отряд разделялся по ходу движения - воины расходились по разветвлениям подземной сети, чтобы заполнить их и не дать Хаосу вырваться наружу.

Стены пещер постепенно уродовались следами битвы: царапины, оставленные длинными демоническими когтями, располосовывали внутреннюю поверхность. Разбитые сталактиты хрустели под ногами. Останки бестий рассыпались в пыль, и горькое облако заполняло пространство, когда Стражи проходили через место прошедшего сражения. Трупы воинов попадались все чаще.

Чуть дальше стали встречаться целые обвалы - каменные глыбы заваливали проходы, иногда полностью блокируя путь вперед. Происхождение этих обвалов сразу стало очевидным - демоны попросту рыли для себя тоннели, наткнувшись на преграду или столкнувшись со Стражами. Воины методично расчищали дорогу, но понимали, что пространство пещер становилось неустойчивым и тонны горной породы могут рухнуть им на головы в любой момент.

Отряды Князя двигались по карте, изображенной Михаэлем исходя из траектории его пути. Судя по этим данным, битва около воронки проходила совсем недалеко.

- А если демоны решили обрушить гору? - спросил Страж по имени Альфред.

В этот момент пространство содрогнулось. Раздался грохот - будто кто-то запустил огромный каменный валун по наклонной. По стене справа от отряда ударило со страшной силой - так что воинов отбросило к противоположной стене. Ударило снова - и по пещере поползла паутина трещин. Стражи укрылись щитами и достали мечи. После третьего удара в отряд швырнуло каменные глыбы. А за ними хлынули демоны.

Биться в узком пространстве тоннелей было довольно тяжело - теснота не позволяла орудовать мечом с максимальной маневренностью. Стражи прикрывали друг друга, держались поближе к стенам, но неудержимый поток бестий отделял воинов все дальше. Ровный строй поначалу разбился на несколько групп, уносимых все дальше от эпицентра волны, затем от групп стали отделяться одиночки.

Князя Тьмы не смущали не размеры пещер, ни количество демонов. Несмотря на то, что вчерашняя битва и встреча с Викой изрядно осушили запасы сил воина, смертоносный вихрь танцевал под низкими сводами, превращая в фарш все, что попадется ему на пути. Горы быстро разлагающихся трупов возводились в мгновение ока. Сколько проходило времени - час или вечность - для Князя было совершенно все равно. Его движения были настолько быстры, что сравнить Князя можно было только со звездой, несущейся в космическом пространстве - его гравитация притягивала к себе демонов, чтобы потом разрубить их на части.

Трещина в доспехе Князя дала о себе знать несколько часов спустя - в едва заметную щель проникло жало одного из чудищ и вонзилось в тело Стража. Боль, вызванная ранением, расширила уязвимое место еще больше. Князь заметил изъян в своей броне, но залатать его уже не представлялось возможным - состояние воина потеряло стабильность, чувства тоненькой струйкой сочились сквозь трещину в холодное сердце. Князь Тьмы начинал злиться.

- Мы уже почти рядом, - донеслись слова Михаэля. - Продержитесь чуть-чуть, мой отряд завяз в битве.

Стражи падали один за другим. Лишенные возможности восполнить силы из-за брони после вчерашней битвы, воины были не так энергичны как прежде. Окруженные, захваченные в плен потоком чудовищ, воины ослабевали и погибали. Они изначально понимали, что идут в ловушку, другого пути у Стражей не оставалось, а теперь в непоколебимый разум воинов долбила одна и та же мысль: выйти отсюда живыми им не удастся. Отряд захлебывался сумасшедшей мясорубкой и пониманием обреченности.

Неожиданно, пролетев тысячи километров, сквозь непроницаемую каменную толщу до Князя Тьмы добрался едва различимый сигнал:

Я жду тебя.

В одурманенном сражением разуме Князя возникла картина: он увидел Вику с засыпающей на ее коленях дочкой - мутное видение семьи и дома в лучах тусклого электрического света. Отопление продолжало работать, горячие батареи наполняли комнату уютом и безопасностью, так что бурлящая за окном зимняя вьюга лишь беспомощно билась в заиндевевшие стекла...

Как ты добралась до меня? - прорычало внутри Князя. - И на таком расстоянии не оставишь в покое! Тьма, твоя задумка? Что Ты делаешь?

А затем - яркая вспышка вонзилась в сознание. Картина проявилась отчетливо и голос Вики, совсем близкий, будто прокричал ему в самое ухо:

Помоги нам!

Чувство опасности хлынуло сквозь трещину в броне Князя, расширив ее до опасных размеров.

Это видение сработало детонатором. Огромное количество энергии потеряло контроль со стороны Князя Тьмы. Ледяная корка слетела с его жаркого сердца, тело воина стремительно разогревалось. Из щели в броне Князя показался язычок рыжего пламени. Огонек быстро перебросился на остальной доспех и он моментально вспыхнул. Подобно звезде, извергающей корональные выбросы, хлестали из воина плети энергии, но общий объем ее все еще держала "гравитация" доспеха. Полыхал даже меч - вернее то, отсутствием чего Стражи именовали своим оружием.

Демонов на миг озадачило перевоплощение своего врага. Первые ряды сгорели, так что и пепла не осталось, дальние на шаг отступили. Но замешательство сторон длилось недолго - теперь уже сам Князь Тьмы кинулся в атаку и, понимая неизбежность столкновения, чудовища ринулись навстречу.

Стражи, "вдохновленные" победами Князя, теперь не отступали. Воины отбросили мысль о поражении и с удвоенным усердием объединяли разрозненные части отряда. Демоны перенацелили свою злобу на главный источник энергии и опасности - пылающего внутренним огнем Князя Тьмы. Стражи били чудовищ в уродливые спины и наивными мотыльками приближались к вожаку.

- Кучнее, ребята, не давайте им снова разорвать ряды.

- Скоро мы их раздавим.

- Князь опять соорудил какое-то заклинание.

- Пожалуй, такое только ему и Михаэлю по силам, - жужжал информационный канал отряда.

Внутри Князя Тьмы бушевала отдельная битва: одно из его начал, дикое, первобытное, именуемое белым волком, услышало сигнал возлюбленной о помощи. Воин рвался покинуть поле боя и устремиться к ней. Другое, более рассудительное и хладнокровное, черный волк, желал остаться верным долгу и продолжать битву, даже если придется пожертвовать родными существами.

Каждое движение воина раздувало пламя все сильней. Все жарче и тесней становилось в пещерах, все больше погибало демонов. И все стремительней разрушалась, плавилась его броня.

Пока Стража оберегал огонь, ранения были не серьезны, но как только энергия выгорит, или произойдет что-то, что заставит пламя погаснуть, Князь останется беззащитен. Сила изнутри ломала контроль над собой, она стремилась вырваться из области своей концентрации, чтобы распространиться в свободном пространстве.

- Вот так. Акияма, заходи справа.

- Постараюсь расколоть их, прикройте мне спину.

- Я чувствую жар энергии даже через доспех...

- Всем стоять! - прорезал вдруг голос Михаэля канал отряда. - Не приближайтесь к Князю!

Закрывайся немедленно! - этот сигнал воеводы был обращен уже напрямую Князю Тьмы, который находился в такой степени опьянения от играющих в нем сил, что мог только слышать, усваивать поступающую информацию. Но ответить на нее или предпринять какие-то действия он был не в состоянии.

От доспеха Князя отрывались целые горящие куски - чтобы плавиться уже на каменном полу пещеры. А под броней воина оголялось что-то совершенно неожиданное, давно уже не посещавшее этот мир благодаря стараниям Стражей, настоящее чудо - там зарождался Феникс.

- Назад! Назад! Назад!..

Глубинную тьму тысячелетних пещер вдруг пронзила ярчайшая вспышка и разлилась по запутанной сети тоннелей. Влажный мрак в ужасе заметался из стороны в сторону и, не найдя прибежища, впитался в дрожащие стены. Остатки доспеха, будто скорлупа, разлетелись в стороны, обнажив сияющую чистым пламенем энергии сказочную птицу.

Два огромных крыла Феникса распустились из кокона силы и плавными, стремительными движениями накатили на стены пещер, накрывая волной Стражей и демонов. Пылающий ураган загудел в тесных тоннелях, собирая предсмертные крики. Кое-где огненные гейзеры мощно выстреливали с поверхности горы.

Соприкоснувшись с пламенем, чудовища моментально вспыхивали, как порох. Стражи еще сопротивлялись. Доспехи воинов какое-то время держались против натиска свободной бесконтрольной энергии Князя, гасили напор, впитывали и нейтрализовывали ее. Это обстоятельство заметно ослабила силу волны, ибо даже тех капель энергии, что еще оставались в сосуде предводителя Стражей, хватило бы на то, чтобы расколоть гору на части.

Но броня воинов разрушалась под натиском бури. Информационные каналы панически шумели не только бессвязными сообщениями отряда, но и тех Стражей, что оставались на поверхности. Все чаще стали раздаваться полные боли крики горящих заживо людей. С легкими хлопками света тут и там лопались доспехи, воины теряли свою защиту, покидали Тень, и оставались один на один с полыхающей смертью. Никто уже не мог им помочь...


Когда я пришел в себя, вокруг было уже тихо. Горячий воздух в пещерах сгустился в горький туман, провоцирующий рвотный, удушающий кашель; руки и ноги липли к черной нефтеобразной субстанции, растекшейся по полу. В тяжелом пространстве вокруг тлели бесформенные огоньки, разгоняющие мрак. Я присмотрелся - и различил в них догорающие останки разорванных на части человеческих тел. Ни демонов, ни Стражей - в пещерах не осталось живого движения.

Что делать дальше в этом кошмаре - я совершенно не понимал. Я был слаб и словно вывернут наизнанку. Вернуться в облик Стража не удалось. В памяти смутно, назойливо отгоняемые желанием поскорей выбраться отсюда, мелькали тени причины возникновения огненного братоубийства и все последующие события. Князь Тьмы куда-то пропал. Кажется, его вывел из себя внезапный сигнал от Вики - эта парочка категорически не переносит друг друга.

Я вскарабкался на ноги и постарался определить, в какой стороне находится выход. Но память не подсказывала ничего - в Тени пространство выглядело совсем иначе, так что ориентиров в ограниченном мировосприятии у меня не было.

Мысль о том, что моим девочкам грозит какая-то опасность на другом конце материка, не переставая, долбила сознание. Следовало куда-то идти, спешить пока не поздно. Я выбрал направление - и пошел.

Но когда последний источник света оказался позади, я остановился. Двигаться в полном мраке по этим пещерам было не только трудно, но и опасно. К тому же отряд забрался слишком глубоко, обычному человеку ничего не стоит сгинуть в таком лабиринте, расширенном не без участия демонов. Фонарика с собой не имелось, смастерить факел не представлялось возможным. Я вернулся на тот участок, где было еще достаточно светло, и стал ждать. Либо меня найдут Стражи, либо я смогу накопить достаточно силы, чтобы вернуться в Тень.

Отряд Михаэля показался спустя долгое время. Почти все угольки к тому моменту успели погаснуть и остыть. В голове жужжали мысли о Вике и Светике. Картины опасности, которой они подвергаются, рисовались в воображении одна страшней другой и я злился от собственного бессилия. Оставалась крохотная надежда на Стражей, оставленных в городе - они-то смогут защитить их от Хаоса. Но если угроза исходит от самих людей - тут Стражи вмешиваться не станут.

- Вот ты где, камикадзе, - насмешливо, без интонации сказал мне Михаэль. Его как будто не смутило мое сожжение сотни воинов. - Нам пришлось оставить удобную позицию, чтобы поспеть к тебе раньше бестий.

В сумраке пещеры замелькали тени и скоро заполнили пространство вокруг меня. Стражи, по всей видимости, отступали, я не знал деталей проходящей битвы, так как находился в состоянии человека.

Положение мое стало критическим - демоны были рядом, я не видел их, но точно знал, что это так. А значит, в любое мгновение смерть может выскочить из невидимого мира и поразить безоружного и уязвимого человечка. Конечно, был мизерный шанс, что демоны меня попросту не заметят, но на это рассчитывать не приходилось. Тем более если Хаос догадается, что Князь Тьмы сокрыт в глубине меня - тогда мне точно не выжить.

Я пятился назад, укрываясь за спинами Стражей, и не видел в этом ничего унизительного. Был миг, когда неуправляемый, животный страх чуть было не погнал меня во мрак пещер подальше от сражения, но один из Стражей ухватил меня за шиворот и приказал:

- Оставайся здесь.

Я знал, что рядом с воинами - самое безопасное место. Отступление Стражей прекратилось, меня окружили плотным кольцом. Что представляет собой Хаос в человеческом восприятии, понять было тяжело - я чувствовал лишь ураган энергии, бушующей по ту сторону стены защитников. Дышать стало практически невозможно - воздух будто окаменел, как эти древние тоннели.

А между тем братство отдавало жизни, защищая меня - заняв невыгодное положение, воины один за другим выпадали из Тени и погибали мучительной смертью.

Михаэль был прав, мне стоило бы вырвать сердце, чтобы остановить вторжение, но вместо этого погибали другие. Какой им толк от Князя, если он сидит сейчас беспомощно на полу пещеры, окруженный трупами павших собратьев? К тому же стал причиной уничтожения остатков своего отряда, пусть даже они и были уже обречены. Может быть, такой исход отвратил бы угрозу и от моих девочек?.. Следовало что-то предпринять, я понимал, что большинству Стражей не выбраться отсюда. Мы и без того потеряли больше половины в этом вторжении. Еще немного - и защищать планету будет уже некому.

- Михаэль! - прокричал я в отчаянии, не задумываясь о смысле своих слов, и очень надеялся, что воевода находился среди Стражей. - Прикажи им убить меня!

- Ты же умный человек, - раздался басистый смех Михаэля совсем рядом, - и понимаешь, что это невозможно. Стражей из моего отряда серьезно потрепал этот Феникс. У них истончилась броня, но они выжили. И не смотря ни на что защищают тебя сейчас. Где твоя благодарность? Жаль, огонь не дотянулся до воронки...

- Зря я привел их сюда, - обреченно проговорил я, взявшись за голову, - следовало бы дать воинам отдохнуть, накопить силу. Я знал, что веду их на смерть.

- Другого выхода не было, - ответил Михаэль так, чтобы услышать мог только я. - По крайней мере, ты дал им шанс.

После этого я сделал глупую попытку вырваться из окружения и попасть в лапы демонов, но кто-то очень грубо оттолкнул меня обратно, так что я врезался затылком в стену и едва не потерял сознание. По рядам защищающих пробежала волна - ураган Хаоса вонзился в кольцо Стражей мне навстречу.

Эти глупые действия заставили меня пожалеть о том, что Князь Тьмы сейчас валяется без сил где-то в глубине моего естества. Он-то уж точно не позволил свершиться таким выходкам. Состояние человека было еще не совсем привычным, и оголенные чувства выливались за край.

- Видишь, ты делаешь только хуже, - прогремел голос воеводы прямо у меня над головой. А затем что-то тяжелое свалилось сверху - это был сам Михаэль в человеческом теле. Старый и опытный воин совсем обессилел и покинул Тень - впервые за долгие годы.

Откуда-то возник тусклый свет, но я не стал выискивать его источник. Всю грудь старика изуродовало кровавое пятно, Михаэль был серьезно ранен. Я посадил воеводу возле стены и собирался как-то осмотреть рану, но он отстранил мои руки.

- Надо же, как давно я здесь не был... - прохрипел Михаэль. В его голосе больше не звучала былая энергия, силы стремительно покидали воина.

- Ты говорил, что Книга Тьмы наделит ее обладателя силой, способной остановить противостояние. Ты знаешь, где ее найти?! - почти кричал я в умирающее лицо старика. Передо мной полулежало ссохшееся старческое тельце, ничуть не похожее на того славного воеводу. Однако глаза его - они были настолько живы, насколько это вообще возможно. Взор Михаэля проходил сквозь меня, сквозь толщу горы, пронизывал пространство и упирался в некую сияющую Истину. Свет ее притянул внимание и ослепил старика, так что воевода не мог и шевельнуться. Мне вспомнился воин по имени Рональд в битве возле Невинки - когда он умирал, глаза его светились таким же просветленным огнем. Рональд советовал мне сдаться, и я решил, что он попросту бредит. Но в этот миг я подумал, что на пороге смерти и ему, и Михаэлю открылось нечто такое, недоступное живым. Даже Стражам и Князю Тьмы.

- Д-да-а...- прохрипел в ответ Михаэль. И умер.

Отчаянию, посетившего меня в следующие секунды, не было предела. Я был ужасно зол на старика, унесшего с собой такую важную информацию. Воины вокруг продолжали погибать, и я обреченно опустил голову - мы проиграли.

Что-то иное, совершенно чуждое, даже из другого мира двигалось по пещере. Вдалеке мелькал огонек - я видел, как свет ползет по своду, удлиняясь с каждой секундой, будто копье.

А затем яркий свет вспыхнул позади Стражей, превратив их темные силуэты в подобие приведений. Меня ослепило, какое-то время я не мог убрать руку от лица - белый нож нестерпимо резал глаза. А когда зрачки приспособились к освещению, я разгадал источник света - это были фонари в руках людей, непонятно как оказавшихся сейчас здесь, среди битвы между Хаосом и Тьмой.

Группа людей шагала по пещере, не обращая никакого внимания на бушующее вокруг них буйство энергии Хаоса - Он только и мог, что трепать полы ярких накидок, не причиняя при этом никакого вреда. Бритоголовые монахи двигались беспечно сквозь сражение, лишь сделали шаг в сторону, чтоб не столкнуться с тенями Стражей.

Такое явление глубоко поразило меня. Будь я в облике Князя Тьмы, непременно нашел бы объяснение этому, но сейчас процессия шагающих сквозь Хаос буддистов была чудом не меньшим, чем хождение Иисуса по воде. Я поднялся с пола и уставился на монахов, пораженный.

- Как вы это делаете? - спросил я. В ответ услышал пригласительную тарабарщину - монахи явно предлагали пройтись с ними.

Я посмотрел на Стражей - они все так же бились с демонами, падали и умирали. Силы во мне было уже достаточно, чтобы вернуться в Тень и продолжить битву, но я должен был использовать энергию для того, чтобы отправиться в Невинку. Это решение приободренный Князь Тьмы встретил протестом и сыпал проклятиями в мой адрес - он не мог оставить братство погибать. А я знал, что моя первоочередная задача - это спасти Вику.

Стражи больше не сопротивлялись, когда я сделал попытку выйти из кольца. Михаэль был мертв. Воины отпускали меня, возможно надеясь, что так я быстрее найду свою смерть. Я действительно рисковал: Хаос мог либо наброситься на меня и разорвать, либо потерять в толпе монахов. Но выбираться следовало прямо сейчас.

Процессия удалялась все дальше от места сражения. Уже не содрогались стены тоннелей от бушующей внутри них силы, запах гари становился еле уловимым. Монахи шагали уверенно, они прекрасно знали эту дорогу. Мы карабкались по грубым, вырубленным в породе лестницам, обходили подземные озера, протискивались через узкие щели проходов. Иногда потолок опускался так низко, что двигаться вперед можно было только ползком. Все эти нюансы я не замечал в Тени, когда шел с отрядом, - тогда пространство выглядело более гладким.

Хаос не делал попыток настигнуть меня: то ли Стражи не давали Ему пройти, то ли действительно демоны не видели во мне угрозу. Я остался жив и был близок к выходу из гнетущих психологическую оболочку горных тоннелей. Понимание этого вдыхало радость в уставшее тело и способствовало быстрой генерации сил. Вскоре я жалел лишь о том, что монахи шагают слишком медленно, в то время как стоило бы бегом бежать из этих пещер на свежий воздух и яркое Солнце!

Желание мое исполнилось довольно скоро. Гора внезапно ожила, тряхнуло, пол ушел из-под ног, меня отбросило к стене. Где-то в глубине каменного исполина раздался гул и треск, будто трутся друг о друга огромные валуны. Сверху посыпались камни с песком. Гул повторился - его зловещее эхо угрожающе пролетело по пещерам. Буддисты ускорили темп, пол под нами ходил ходуном.

Вскоре мы почти бежали, прислонившись к одной из стен, чтобы от толчков нас реже било о твердую поверхность пещеры. К тому времени уже показались первые алтари с золотыми фигурками Будды, насыщенный благовониями воздух смешался с горькой пылью.

Белый свет появился впереди внезапно и так же внезапно охватил меня со всех сторон. Свежий ветер бил в лицо и колюче наполнял легкие. Под ногами мелькала каменно-снежная поверхность. Я бежал, падал, вставал, снова бежал и снова падал... Позади не переставая гудела гора.

Булыжник, подвернувшийся под ноги, вывел меня из равновесия - земля встала вертикально, я едва успел прикрыть голову руками. Затем кубарем прокатился несколько метров по наклонной - и увидел хмурое, полное снежных хлопьев небо.

Я сел и посмотрел на гору. Мои ярко-оранжевые спутники стояли метрах в двадцати от меня и наблюдали за тем, как от громадного каменного массива отделяются целые скальные пласты и рушатся вниз. Словно кто-то божественный режет гору тонкими порциями, будто слоеный торт. Вскоре гора исчезла в сером облаке пыли - о дальнейших разрушениях говорили только страшные звуки, долетающие с той стороны, треск ледника и стоны земли.

Твари Хаоса все-таки вывели каменного гиганта из тысячелетнего равновесия, изгрызли недра горы будто короеды - старый дуб. Появление Феникса завершило работу. К счастью, обрушился только один из склонов - большая часть горы устояла. Мне оставалось только надеяться на то, что некоторым Стражам удалось спастись. Насколько бы сильными не были воины братства - из подобной гробницы не выбраться даже им.

Бросаться откапывать выживших я не стал - затея смелая и благородная, но с малой надеждой на успех. Я забрался в Тень и постарался оценить обстановку: выжившие воины все-таки были - из числа тех, кто находился снаружи. Они постараются оказать помощь тем Стражам, кого еще можно было спасти под завалами. Следов Хаоса не было видно.

Телепорт дался с трудом - я вызывал его уже на краю бессилия. Впрочем, многим из Стражей такой трюк вообще неподвластен. Я мог лишь благодарить Тьму за тот клочок накопленной энергии, позволившей вернуться к Вике. Свистящая воронка быстро набрала достаточно скорости для перемещения, и я с нетерпением запрыгнул в нее.


## Глава 6


Снежное облако, поднятое центробежной силой телепорта, медленно оседало вокруг. За белой пеленой постепенно вырисовывались очертания пейзажа, впрочем, такого же белого цвета. Определить местность удалось не сразу: в спешке я отправил себя не в сам город, а на его окраину - Невинскую гору. Но нет худа без добра - отсюда открывался прекрасный вид на заснеженную долину. Позднее зимнее Солнце едва выглядывало из-за горизонта, позолачивая снизу редкие облака. Небо радостно встречало новое утро.

Со стороны склоны горы выглядели идеально ровными, но стоило сделать неверный шаг - и можно было утонуть в сугробе по горло. Я с трудом пробирался вниз, скользя, падая, проваливаясь, так что очень скоро стал похож на снеговика.

Помнится, местные дети любили накатывать горки на этих склонах, чтобы затем с радостными криками проехаться вниз на большой скорости. Я бы и сам сейчас воспользовался таким транспортом. Но, ни одна горка так и не встретилась по пути.

Хотя картина должна была бы выглядеть более чем забавно: Князь Тьмы, скатывающийся верхом на санках. В сознании человека после этой фразы должен бы возникнуть образ Темного Властелина, облаченного в черный доспех, с водруженным на голову рогатым шлемом, черный плащ развевается на ветру. В черных латаных рукавицах поводья маленьких разноцветных санок. И все каменное сердце Властелина никак не реагирует на то путешествие, которое возбуждает чувство радости у детворы всех времен. Он остается беспристрастен, ибо рожден управлять ордами своих верных слуг и захватывать мирные царства. Все, что ему в данный момент нужно - это спуститься как можно скорее с этой чертовой горы.

Если словосочетание "Князь Тьмы" вызывает в вас подобные образы - вы обмануты.

Холод постепенно сковывал суставы пальцев, однако остальное тело буквально горело от жара. Я покинул мир людей ранней осенью и с тех пор не было возможности посетить магазин одежды. Так что все мое облачение состояло из ботинок, джинсов и футболки с длинными рукавами - все это добро, кроме обуви, одеревенело под действием пота, крови и мороза. Будь я сейчас в Тени, этот факт не имел бы и мизерного значения, но доступ туда на время был закрыт, я с легкостью мог замерзнуть этим чудесным январским утром.

Преодолев последние метры крутого склона, я побежал. Город был в паре километров, но пешком по снегу на преодоление этого расстояния ушло бы много ценного времени. Сигналов от Вики больше не поступало. Успею ли я? чего так боится Вика? - и подобные вопросы сверлили голову. Сфера неведения, окружившая меня, действовала угнетающе.

Солнце уже взобралось на облака, серые многоэтажки вырастали впереди из белого снега. До этой части города демоны не успели добраться, так что на первый взгляд могло показаться, что жизнь течет здесь привычной чередой. Люди собирались на конечной остановке, погружались в автобусы, чтобы отправиться по своим утренним делам. Только вот быстро заполняемая вереница общественного транспорта, впрочем, не спешившего отправляться по маршруту, и неожиданно большое количество пассажиров были не совсем свойственны этому району. К тому же, приблизившись, я разглядел несколько автомобилей полиции и МЧС, сотрудники органов сновали между "пассажирами" на остановке и даже как будто заталкивали их внутрь. Все это выглядело довольно странно. Эвакуация? Похоже на то. Куда же их собираются везти? Неужели орда снова активизировалась?

Собрав последние силы, я ускорил бег. Изо рта к тому моменту вырывались надрывные хрипы, глаза лезли на лоб от напряжения, ноги подкашивались. Я должен был успеть сесть в один из автобусов до их отправки. Если население и правда эвакуируют, это единственный способ как можно скорее добраться до Вики с дочкой.

Последняя группа уже почти погрузилась в салон, когда я добрался до пункта сбора. Несколько спасателей махали призывно руками, требуя поспешить. Затем как-то неожиданно на мне оказалась зимняя куртка со значком "МЧС России".

- Поедешь с нами, - оглядев меня, произнес капитан (если верить погонам) - спасатель лет сорока с твердыми чертами лица - и затолкнул в кабину служебной "Газели" - поближе к печке. Я оказался между капитаном и водителем, зеркало заднего вида висело перед глазами. Вид у меня был не самым свежим - оказалось, я не только был весь в снегу, а по большей части измазанным в крови и саже, оставшихся на память после Тибетских пещер. Стало ясно, почему мне выделили такое "vip-ложе".

- Что случилось, парень? - спросил капитан, когда отдал последние указания и караван автобусов тронулся. - Ты ранен?

- Дом сгорел, - придумал я. Челюсть словно окаменела, слова произносились с огромным трудом.

- Ранения есть? Чья эта кровь? - допытывался спасатель.

- Не моя.

- Андрюх, сделай печку потише, - попросил капитан у водителя. - И постепенно добавляй по дороге.

- Давай, снимай куртку, - сказал капитан, когда воздух в кабине достаточно прогрелся. - Надо снять твою одежду, - и сам принялся стягивать с меня свою фуфайку - в кабине микроавтобуса между водителем и вторым пассажиром сделать это было довольно сложно. - Брюки придется оставить, запасных у меня нету, а вот остальное мы сейчас тебе раздобудем. Сань, - крикнул капитан в салон, - посмотри там возле ящика ботинки стояли. И кинь мою запасную куртку и фуфайку Толька. Она ему уже не пригодится...

Пока я переодевался с помощью спасателя, капитан внимательно искал на мне следы ранений и обморожения.

- Конечно, хорошо бы чаем тебя горячим напоить, - бормотал капитан, - но чего нет, того нет. Ты мне вот что скажи: ты видел... этих? - вдруг спросил он.

- Кого? - не понял я.

- Тварей этих, - неловко пояснил спасатель. Я заглянул ему в глаза - капитан казался абсолютно трезвым и адекватно воспринимающим реальность.

- Каких? - тупо спросил я, грозя выставить себя полным дураком.

- О которых все говорят. Я сам не видел, но склонен доверять докладам своих людей... Блять, хуйня какая-то происходит, не иначе! - вдруг не выдержал и разматерился капитан. - Ладно, хрен с ним, свалился этот метеорит, смерч поднялся, выкосил половину города. Это все нормально, с этим мы, может, и не сталкивались, но все это понятно. Но, сука, когда это зверье появляется прямо из земли и начинает рвать толпу народа... это пиздец полный!

Только тут я понял, о чем говорил капитан. Люди увидели Хаос. Вернее - его скрытую от самих себя визуализацию. Странное дело: сначала одни совершенно игнорируют демонов, причем бестии отвечают им холодной взаимностью, затем другие вдруг начинают видеть то, чего нельзя заметить, не переместив сознания в Тень...

- И что теперь, что вы собираетесь делать? - спросил я.

- Что, что... хорошо бы взять всех разом да вывезти подальше из этого проклятого города. Но Святые Отцы считают иначе.

- Священники?

- Как тебе сказать, - капитан вдруг замялся. - Официальные служители Церкви не дали никаких комментариев. Лишь поддержали МЧС по вопросу эвакуации. Каких-либо активных действий со стороны Церкви не последовало.

- Так что же вам мешает?

- Первая колонна едва успела покинуть черту города. Внутри автобусов после происшествия остался один фарш... Это я сам видел, зрелище жуткое. Просто наизнанку выворачивает...

- Значит, покинуть город не удастся? Они никого не пускают?

- Кое-кому удавалось вырваться, - задумчиво произнес капитан, - но эта бойня в автобусе парализовала страхом весь город. Люди боятся даже сделать шаг из дома.

- А что правительство? Сюда присылали команды МЧС, журналистов, войска?

- Невинка отсечена от внешнего мира. Исходящие сигналы в другие населенные пункты не проходят. Входящие - не поступают. Железные дороги и трассы пустуют, как будто транспорт не может сюда добраться. Но это удивляет меньше всего - недавний буран замел все дороги в этом районе. Заводы стоят. Все стоит. Мы пока не знаем, что происходит в остальном мире, но я боюсь - то же самое. Люди подавлены, одни готовы наложить на себя руки, другие - сделать все, лишь бы этот кошмар закончился.

Я чувствовал, что капитану не по себе. Находись ситуация в логичных пределах, спасатель вряд ли был столь словоохотлив с незнакомцем. Но сейчас он говорил - говорил все, что знал в надежде получить и от меня хоть какую-то информацию, способную объединить происходящее в более-менее разумную картину.

- Куда мы направляемся?

- На место сбора. Вчера вечером Святые Отцы распорядились собрать всех уцелевших возле администрации для богослужения.

- Значит, теперь эти Отцы всем заправляют? - многое же здесь изменилось за сутки! - Кто они такие, если не относятся к Церкви?

Капитан виновато посмотрел на меня:

- Может быть особо верующие, может быть что-то еще... Я думаю, эти люди знают, что делают. Они очень убедительны. Нам больше ничего не остается, как только слушать Отцов.

Кортеж приближался к центральной улице города, дорога впереди была заблокирована длинной цепочкой автобусов и служебных автомобилей.

Началась высадка пассажиров. Люди выходили из салонов, боязливо озирались по сторонам и с недоверием глядели на серьезные лица сотрудников полиции, довольно спешно и несколько грубо организовывающих высадку. Впрочем, ребята из МВД выглядели немногим лучше обычного люда, но привычка исполнять приказы, осознание своей роли во всем этом действе и висевшие на плечах автоматы дарили им иллюзию общности, защищенности и правильности своих действий.

Спасатели МЧС присоединились к работе полицейских, а меня подхватило течение толпы и понесло к морю голов впереди. Уцелевшие жители Невинки выстраивались в длиннющий ряд вдоль главной улицы перед зданием администрации.

Организаторы собрания, видимо, решили соорудить на площади перед "белым домом" церковь под открытым небом. На конструкциях разных размеров, напоминающих мольберты, установлены были иконы, в большом количестве расставлены канделябры с горящими свечами. Позади располагались странные помосты, напоминающие ширмы иллюзионистов, только в разы больше. Содержимое помостов скрывали черные занавеси. Всего сооружений насчиталось двенадцать штук.

В центре площади церковных хор из юношей и девушек, окруженных микрофонными стойками, напевал какую-то песнь или молитву, разносимую динамиками по всей улице:


- Све-е-те ти-и-хий, святы-ы-я сла-а-вы

Бессме-е-ртного Отца-а Небе-е-сного...

Святаго блаженного, Иисусе Христе-е,

Пришедшие на За-а-пад Со-олнца.

Видевше све-ет вече-е-рний,

По-ё-ом Отца-а, Сы-ы-на, и Святого Ду-у-ха Бо-о-ога,

Достоин еси, во вся времена,

Пе-ет быти гла-а-сы преподо-о-обными.

Сы-ы-не Бо-о-жий, живо-от дай,

Тем же ми-ир тя сла-а-вит...

Сла-а-а-а-вит...

Атмосфера претендовала на богослужение. Угнетенное сознание народа при виде такого представления получала дозу надежды, каплю облегчения. Даже ярые атеисты и безбожники всем сердцем тянулись внутренней неумелой молитвой к Богу, лишь бы отпустил их страх и жизнь вернулась в прежнее русло. Многие держали иконы и горящие свечи. По лицам людей текли слезы, губы горячо шептали просьбы, обращенные Небесному Отцу. Не было и намека на беспорядки или протест со стороны других конфессий - перед лицом общего Врага люди объединили и своих богов в Одного Единого.

Отыскать Вику в этой толпе было для меня сложной задачей, почти невыполнимой. Конечно, я мог бы воспользоваться Тенью, но это снова истощило бы меня, а силы необходимо было копить на крайний случай. К тому же я не ел и не спал несколько дней, и энергия Тьмы компенсировала эту потребность, поддерживая тело в жизнеспособном, активном состоянии. Я следовал логике и пробирался на ту сторону дороги, откуда должны были прибыть автобусы из микрорайона Вики. Если ее привезли сюда, значит она где-то там.

Вика и Светик нашлись совершенно случайно - я чуть было не пропустил их, если бы не окрик кого-то, кого я в спешке пихнул по дороге. Мы протиснулись друг к другу и обнялись.

- Я переживала за тебя, - произнесла Вика, уткнувшись мне в грудь. - Ты весь в крови.

- Не моя, - сухо ответил я. Пора бы хоть умыться, а то так и придется бесконечно повторять эту фразу. Потом добавил нежнее: - Я последний человек, за которого стоило бы переживать. Вы в порядке?

Вика посмотрела на меня снизу вверх и кивнула. Я взял Свету из рук Вики, девочка была тепло укутана зимней одеждой, так что видна была лишь узкая полоска голубых глаз между шарфом и шапкой. Дочка вела себя тихо - то ли замерзла, то ли была напугана этим столпотворением.

- Что будем делать? - спросила Вика.

- Мне нужно набраться сил, пока останемся здесь. Я не знаю, что замыслил Хаос. Но пока здесь Стражи, лучше никуда не уходить.

- Это они? - спросила Вика, указывая куда-то поверх голов. Я проследил за ее взглядом и действительно обнаружил темные силуэты воинов, расставленных по периметру улицы.

- Давно ты их увидела?

- Не знаю. Видела, когда садились в автобус, потом когда ехали, и вот сейчас... Вчера еще замечала каких-то странных личностей.

Невысказанный вопрос к Тьме всплыл в моей памяти. Вике по какой-то причине открылся коридор, по которому идут Искатели в поиске Храма. Она общается с Тьмой, видит Стражей, и неизвестно еще какие тайны ей успели открыться. Меня настораживал этот факт. Чтобы из яйца появился птенец, яйцо должно быть разрушено изнутри, а не снаружи. Что бы ни стояло за этим - Хаос или Тьма - оно вряд ли желает Вике долгой и счастливой жизни.

Между тем песнопения кончились. Отсюда не было видно площади "белого дома", так что оставалось только догадываться, что происходит на "сцене" этой импровизированной церкви. После некоторой паузы динамики снова ожили - с их помощью вещал низкий округлый голос, привыкший говорить громко и слегка нараспев:

- Светлого утра в эти темные времена, дорогие братья и сестры! - начал голос, произнеся слово "сестры" непосредственно с буквой "е". - Ужас пришел в наши земли и пленил сердце каждого из нас! Смерть гуляет по городу и разоряет наш народ! Мы все когда-то считали Апокалипсис метафорической страшилкой и пытались найти в словах Иоанна Богослова тайный смысл, икали истину там, где ее нет и быть не может. Но он - любимый ученик Христа - не скрывал от нас правды! - Гремящий над толпой голос напоминал мне заклинание Михаэля в стенах Храма. - Сегодня мы собрали всех вас для того, чтобы сообщить: Суд Божий не за горами! Терпение Его подошло к концу, Господь требует от нас ответа за то зло, которому мы давали возможность твориться на своей земле. Только мы - богоизбранные и верные чада Его - можем положить конец бесчинствам Зверя и его приспешников во всем мире. Отсюда, из Священной Руси, мы начнем свой очистительный поход! Когда-то Господь отдал в жертву сына Своего ради искупления человеческих грехов, но сейчас Он уже не станет этого делать. Сейчас - наша очередь приносить Ему свои жертвы!

Толпа заволновалась - люди стремились скомпоноваться в центре, чтобы лучше разглядеть происходящее на "сцене". Народная волна уносила и нас ближе к администрации, начиналась страшная давка.

- Не суетитесь, братья и сестры, - вновь заговорили динамики. - Сегодня каждый станет зрителем нашего суда!

И действительно - внезапно ожили интерактивные рекламные щиты, транслируя службу неведомых Отцов. На экране возникла фигура человека с микрофоном в руке, облаченного в парадную золотую мантию и клобук. Камера снимала происходящее издалека, сверху вниз под углом, будто была подвешена на фонарном столбе. Отцы хорошо подготовились к своему выступлению.

- Мне очень брезгливо использовать технологии Зверя, - сказал Отец, - но сегодня его оружие обернется против него самого. Мы не стали сразу включать экраны, чтобы не мешать этим вашей молитве.

На мониторах началось движение: десятки людей сновали туда-сюда, переставляли иконы, канделябры и прочие церковные приспособления, чтобы помосты с черными ширмами были лучше видны публике. В толпе разгоралось любопытство.

- Долгие годы зло оставалось безнаказанным, - продолжал вещать святой Отец. - Долгие годы зло судило добро и амнистировало зло. Пока Господь не сказал нам: "Хватит! Либо вы сами это остановите, либо это сделаю Я!". - С этими словами оратор дал знак своим помощникам - и черные занавески слетели с помостов. То, что открылось пораженным зрителям, казалось диким, неуместным, ужасающим, но в то же время вполне ожидаемым - металлические столбы с прикованными к ним фигурами людей. А вокруг столбов - шалаши из тонких досок. В мгновение ока смена декораций превратила импровизированную церковь в эшафот.

По толпе пробежал вздох удивления, но никто не выразил своего протеста. Страх и отчаяние разбудили в людях веру, они обратились к чему-то, чего раньше не понимали, старались обходить стороной, в надежде спасти свой мир, свое сознание. Цеплялись хоть за какое-то привычное понимание всего происходящего безумия. Люди жаждали ответа и Отцы предоставили его им. И если для свершения справедливости необходимы человеческие жертвы - толпа поддержит своих спасителей. Кого угодно, как угодно, лишь бы кто-то другой понес наказание.

- Что они делают, - прошептала Вика.

- Здесь - одиннадцать, предавших народ и учение Иисуса Христа. Те, кто не только сам себя все больше погружал в клоаку грехов, но и поощрял их распространение. Убийства, воровство, жестокость, предательство, алчность, ложь и сексуальные извращения - это лишь часть из списка содеянного этими людьми. Они и подобные им притягивают к мирной земле войско Сатаны и отворачивают светлый взгляд всемилостивейшего Спасителя. Представители коррумпированной администрации и предавшего веру духовенства, жадные бизнесмены и лицемерные стражи порядка. Мы нашли их, с божьей помощью. И никто впредь не укроется от нашего праведного суда! Мы вернем милость Господа и порядок!

Теперь уже не было удивления и недоверия в глазах собравшихся. Теперь они всецело поддерживали Святых Отцов. Любой, кто в Смутное Время сможет дать людям правдоподобный ответ, получит власть управлять ими. Поэтому Смутное Время никогда не кончается на нашей земле.

- Останови их, - шептала мне Вика. - Это же безумие, они ничего не знают. Эти люди на столбах не заслужили такой ужасной смерти. Они, может быть, и виноваты, но... только не так. - По ее щекам катились крупные слезы.

Те, кто захотят обманом уверить в своей правоте, будут рисовать оппонента в самых черных, мерзких, отталкивающих тонах. А себя преподнесут святыми и облаченными в белоснежные одежды. Ибо заставить - их главная цель, превышающая правду. В то время как истина - бесцветна. У этих людей нет ничего кроме своих иллюзий и желания впарить эти иллюзии другим. Если темнота скрывает, то яркий свет может только ослепить.

- Молитесь за их души, - вещал Отец.

- Один столб пустует, - напомнил я. - Вероятно, они ждут кого-то, и не будут пока начинать церемонию.

Но казнь отсрочивать никто не собирался. Может быть, у Отцов возникли некоторые "закулисные" проблемы, связанные с двенадцатым участником аутодафе? Оратор отошел в сторону и отдал "сцену" новому действующему лицу - монаху, с ног до головы облаченному в черную рясу, голову его скрывал глубокий капюшон. В руках монаха пылал чадный факел - Отцы, как приверженцы догм, решили далеко не отступать от средневековой традиции сожжения. Люди на столбах яростно кричали и дергались, стремясь вырваться из пут. Ожидание своей смерти, своей жуткой смерти в огне полностью лишало их рассудка.

В динамиках снова зазвучал хор голосов. Но это были уже не дети, славящие Христа, а густые голоса Отцов, читающих молитву:

- Да воскреснет Бог, и расточатся связи Его, и да бежит от лица Его ненавидящие Его...

- Пожалуйста, - шептала Вика.

Страж никогда не вмешивается во внутренние дела людей. Но я больше не считал себя Стражем. Плюнув на все возможные последствия, я отправился в Тень, чтобы спасти бедняг от лютой смерти.

Пространство исказилось, точнее - вернулось в исходное состояние, и то, что я увидел, глубоко меня поразило: в толпе на улице Невинки собрались сотни демонов самых разных визуализаций. Тех же самых демонов, с которыми совсем недавно бились мои воины. Они находились в толпе, они стояли возле эшафота. Теперь стало ясно, куда делись те исчадия Хаоса - они затерялись в людской массе. Демоны использовали страх людей, чтобы подчинить их себе. Воины братства наблюдали за происходящим в стороне, им не было никакого дела до человеческой возни. Главной целью Стража было отразить атаки Хаоса, если Тому вздумается вновь напасть на город.

- Константин! - воззвал я к воеводе. - Почему вы стоите? Почему не зачищаете город? Демоны здесь, они среди толпы! Битва еще не окончилась!

- Здесь нет Хаоса, Князь, - спокойно ответил Константин. - Здесь только люди, превратившиеся в чудовищ.

Как же они не видят их? Стражи что, ослепли? Это ведь не люди, это Хаос!

Броня Князя на мне представляло собой жалкое зрелище. Некогда идеально подогнанные латы, защищающие с ног до головы, были цельным монолитом на теле. Теперь это был наспех скованный доспех с огромными трещинами, через которые сочился свет внутренней энергии. Стоило больших усилий удерживать пластины вместе, чтобы бронь не развалилась на части. За мной тянулся целый шлейф из кусков рассыпающегося доспеха.

Пробираться сквозь толпу в Тени было намного проще. Я оказался у эшафота раньше, чем монах-палач успел поднести свой факел к первому костру.

- ...Яко исчезает дым, да исчезнут; яко тает воск от лица огня, тако да погибнут беси от лица любящих Бога и знаменующихся крестным знамением, и в веселии глаголющих, радуйся Пречестный и Животворящий Кресте Господень... - продолжал читать молитву хор Отцов, и жужжащий шепот толпы вторил им.

Я устремился к монаху, полный решимости прервать аутодафе, как вдруг кто-то с силой схватил меня сзади и рванул на себя. Я упал. Надо мной выросли двое ликующих демонов. В отличие от исчадий Хаоса эти твари казались менее проворными и не столь смертоносными. Я сразу понял, что это люди с заключенными в них частицами Врага. Почти такое же существо я встретил и в захваченном террористами доме Вики. При этом они видели меня, не находясь в Тени.

Я намеревался бороться с получудовищами, выхватил свой меч, но тот лишь натыкался на живую плоть, не причиняя ей никакого вреда. Мне вспомнилось мое первое знакомство с этим оружием, когда я хотел проверить лезвие на остроту, но оно оказалось неэффективно тупым. В мире материи мое оружие не действовало. Если осьминога в захваченном доме и подобных созданий удавалось сразить, то лишь потому, что я ясно видел в них источник Хаоса. В Отцах же Его доля было несоразмерно мала, так что обнаружить ее, прицелиться и нанести удар было почти невозможно без должной настройки. Враг рассчитывал именно на это.

Попытка подчинить полудемонов своей воле тоже провалилась - Хаос цепко держал соответствующие нити Судьбы и отдавать управление никому не собирался.

Борьба с полудемонами вызвала стремительное разложение доспеха Стража на мне. Я был зол, я был в отчаянии. Чувство обреченности вливало в меня силы для того, чтобы я смог справится с угрозой. Энергия во мне катастрофически росла, броня разваливалась массивными кусками. Моя спасательная операция провалилась и грозилась появлением нового Феникса. Я бы с радостью выпустил его наружу, пусть уничтожит здесь все. Но среди толпы находилась Вика с дочкой. На их жертвы я не готов был идти.

Единственное, что оставалось - это покинуть Тень. Самоубийственное решение.

В лицо ударил зимний мороз, правая щека прижималась к чему-то холодному и мокрому. Я лежал на площади, придавленный грузом двух Отцов. Хор продолжал надрывать динамики, монах поджег первый костер и теперь двигался к следующему.

- ...Прогоняй беси силою на тебе пропятого Господа нашего Иисуса Христа, во ад сшедшего и попявшего силу дьявола, и даровавшего нам тебе Крест Свой Честный на прогнание всякого супостата. О, Пречестный и Животворящий Кресте Господень! Помогай ми со Святою Госпожею Девою Богородицей и со всеми святыми во веки. Аминь.

Удостоверившись, что я выдохся и больше не способен к сопротивлению, Отцы подняли меня на ноги и скрутили руки так, что любое движение отдавалось нестерпимой болью. Я стоял в согнутом положении, так что перед глазами были только заледенелые плитки площади. Чтобы посмотреть вперед, требовалось выгнуть шею насколько это возможно, но даже тогда я мог разглядеть только узкую полоску богобоязненной толпы, с любопытством глядящей на новую жертву.

- Вам знакомо лицо этого человека? - спросил оратор. Отцы чуть ослабили хватку, чтобы я смог немного выровняться, и потерли мне лицо колючим снегом. - Вы вспомнили, кто он такой? Это один из тех, кто обольщал народ по всему миру своими песнями, кто призывал отринуть Божественную почву и падать в неизвестность. Он говорил на равных с еретиками и язычниками. Он говорил, что план - это упование на удачу, и не видел в нем никакого Божьего промысла. Возомнил себя Создателем! И Господь отметил этого человека. В ночь, когда он и его бесовские друзья творили свою отвратительную мессу, призвав на нее весь город, Господь указал на них Своей огненной дланью. Бог хотел, чтобы мы остановили мракобесие. Но мы этого не сделали! Мы проигнорировали знамение, за что теперь и платим своими жизнями. Этот человек повинен в том, что впустил адских тварей на нашу землю!

На удивление мне толпа громко поддержала святого Отца. Отовсюду неслись крики, обвинения, проклятия. За словами могли бы отправиться и камни, если бы рядом со мной не стояли Отцы.

- Но мы помолимся и за твою душу, - милостиво закончил оратор.

Еще один аспект тирании и управления - вменить человеку несуществующую вину и показать свою возможность исправить положение.

Руки снова пронзила боль - палачи отвернули меня от толпы и повели в сторону. Краем глаз я видел приближающийся столб. Отцы знали, что я приду, и оставили один костер для меня. Как же иронично глупо я попался и остался заложником своих сил и возможностей!

Все попытки вырваться не увенчались успехом, Отцы лишь укрепляли хватку. Суставам грозил вывих, но какой толк от целых рук для обреченного? Наоборот - чем больше боли он успеет почувствовать за краткий остаток своей жизни, тем больше получат удовольствия палачи и их паства и тем прочнее станет их вера. Отцы с великим наслаждением подвергли бы пыткам свои жертвы, если бы не торопились закончить казнь.

В какой-то момент монахам надоели мои усилия - и меня оглушили. Спустя паузу беспамятства я очутился уже на эшафоте, несколько Отцов звенели цепями, приковывая меня к столбу. Рядом уже пылало несколько костров, люди выли и кричали за пеленой бензино-древесного дыма. Те, кто ожидал своей участи, рыдали и осыпали проклятиями весь белый свет.

Монах с факелом в руке становился все ближе, все тяжелее давило на голову чувство обреченности, но не страха. Я перестал сопротивляться. Может быть, это справедливо? Может быть, мы, Стражи, действительно заслужили костер за то, что устраиваем поле боя на этой планете, нарушая мирную и счастливую человеческую жизнь? Может быть, я должен погибнуть для того, чтобы братство смогло победить Врага? Может быть, то, что происходит, происходит по велению Тьмы?.. Я уже и забыл, когда в последний раз разговаривал с Ней, но не видел в этом никакой нужды. Когда появился Князь Тьмы, Она стала как будто частью меня самого...

Пропитанные доски подо мной вспыхнули и сухо затрещали. Вот и все, скоро закончится весь этот кошмар. Князь Тьмы уйдет в небытие, Стражи окончательно разгромят Хаос, а Вика... Вика...

В толпе кто-то пронзительно кричал, сквозь пелену черно-серого дыма я едва различил Вику с дочкой на руках. Ее держали двое полицейских на краю площади, несколько Отцов спешили к нарушительнице порядка. После недолгой и грубой возни, Вику повели куда-то в сторону, подальше от толпы. Эти психопаты могли сделать с ними все что угодно, сознание услужливо рисовало страшные картины пыток. Я рассказал ей слишком много, а инквизиторы, узнав обо всем, отправят Вику следом за мной.

Я мысленно выругался за слабость позволить вот так вот запросто приковать себя к жертвенному костру и оставить своих девочек, свою семью, один на один с этим кошмаром. Между тем пламя выросло вокруг меня стеной. Я начал дергать цепи, но прочный металл плевал на жалкие потуги человека. Уходить в Тень было опасно, даже той толике энергии, успевшей накопиться во мне, хватило бы разнести тут все вдребезги. Я понимал, что управлять силой в таком состоянии было невозможно.

И вдруг я осознал, что огонь меня совершенно не обжигает. Я вспомнил, что когда-то держал его в руках, будто маленького зверька. А затем в Храме буквально купался в нем, и тогда жар пламени был не просто теплом, а живительной энергией. Удивительно, но с тех пор я никогда не получал ожоги. И сейчас огонь, мой друг и союзник, не мог причинить мне никакого вреда. Понимание этого моментально окрылило.

Я глубоко вдохнул - и языки огня устремились через ноздри, заполняя легкие. Спустя несколько вдохов пламя уже распространилось по всему телу и стало заполнять его. Цепи застонали, из последних сил стараясь удержать своего пленника. Я вдохнул еще раз - и стальные путы разорвались.

Раньше, когда я впервые увидел себя настоящего - бледное мерцающее энергетическое тело - я был простым существом с небольшим запасом личного света. Затем, на Невинском концерте группы "Седьмая тропа", я сгенерировал огромный объем энергии и впитал его в себя. Конечно, сразу за этим мне пришлось почти всю эту силу израсходовать, но она успела увеличить мой потенциал за счет полной потери личного изначального света. То есть, раздула энергетический сосуд моего тела, как расширяется желудок обжоры. Впоследствии в этот "желудок" я мог накапливать гораздо больше силы, чем доступно простому человеку или даже Стражу, но и не был застрахован от ее полной потери, так как личный свет служил еще и неприкосновенным запасом человека и окончательно мог израсходоваться только в случае смерти. Чем больше размер этого "желудка" у существа, тем легче туда поступает энергия. И тем мощней будет инерционная сила, если этот сосуд резко опорожнить. Я напоминаю это для того, чтобы вам легче было представить все последующие события.

Освободившись от цепей, я ликовал. Я думал, что обманул Хаос, ибо Ему в очередной раз не удалось расправиться со мной. Я ликовал над Отцами, возомнившими себя судьями, десницей своего молодого бога. Я радовался, что мне удалось избежать страшной смерти. Это светлое чувство победы и радости распространялось от меня яркими лучами энергии, расходившимися по всем каналам Судьбы, заполнившей сначала площадь, а затем, пронзая даже бетонные стены домов, охватило весь город. Сила текла из меня так легко, и так приятно было излучать ее, что контролировать этот процесс я больше не мог. Блаженство, эйфория одурманили моих верных волков.

Пораженная площадь смотрела на чудо - костер одного из приговоренных вдруг начал гаснуть. Потом бедолага сбросил цепи и улыбнулся сгрудившейся на площади толпе. На эшафоте воспылало яркое солнце.

А затем - начались действительные чудеса. Снег таял на прогретом асфальте и от теплого воздуха; на деревьях мгновенно возникли и распустились почки; совсем юные светло-зеленые ростки проклюнулись из парящей земли. На клумбах с фантастической быстротой набухали и распускались разноцветные бутоны. Все аккумуляторы ближайших автомобилей, батареи телефонов и прочих девайсов зарядились до отказа. Вспыхнули фонарные столбы, новогодние гирлянды на елках и в окнах домов, зацвели витрины магазинов. Тяжелые облака бросились в стороны прочь от города, слезли с неба, словно старая загрубевшая кожа, обнажив молодую синеву...

Неожиданная весна распространялась от эшафота, заполняла дома, улицы, районы, весь город - и текла дальше по Кубанской долине. За несколько минут в радиусе нескольких десятков километров от Невинки возник цветущий эдем посреди законной зимы.

Неужели это Господь явился к ним? Неужели Он услышал их молитвы и взошел на костер, дабы испытать их веру? Неужели закончится этот кошмар?.. Люди в благоговении опускались на стремительно тающий снег, демонстрируя покорность и свое бессилие перед Высшим Разумом, перед Спасителем.

А Высший Разум тем временем одурманила победа и стремление поднять свой стяг, возвыситься над остальными, так что ни о каком разуме у этого существа и речи идти не могло.

Я, будто набравши полную грудь воздуха, стремительно освобождал легкие, а поток воздуха уносил меня в сторону от самого себя. Чем ярче становился излучаемый свет, тем дальше казался мир. Пока в один момент я не увидел его границы - черный контур за-Реальности вырастал на периферии мировосприятия и постепенно заполнял собой Всё. Мир сужался, превращался в размытое пятно, а затем - в точку. Когда пропала и точка, я пришел в себя от душащего чувства и оказался в абсолютном мраке. Моя сила полностью исчезла. Будто водитель машины, упавшей с высоты в глубокую реку, я на время потерял сознание, а когда очнулся, вокруг была уже одна вода, а в легких - ни глотка кислорода. Я начал выбираться из этого места - туда, где, по моему мнению, находилась точка мира в последний раз. Жажда воздуха все крепче сжимала горло, лишая воли для спасения и помутняя рассудок. Я барахтался изо всех сил, пытаясь всплыть, но ничего не получалось. Более того - внизу появился водоворот, непреодолимая сила тянула на дно еще настойчивее. Воронка выглядела настолько ужасающе, что не оставалось сомнений - по другую сторону сингулярности нет даже смерти.

Я падал бесконечно долго - непроглядно-черное око воронки как будто не приближалось, но контуры ее заполняли большую часть оставшегося во мне сознания. Я знал, что выбраться уже не удастся - силы для этого не оставалось, я израсходовал ее всю до последней капли, и в огромном пустом "желудке" образовался вакуум. Сила вакуума заставила "желудок" пожирать первое, что попадется - то есть меня. Звучит ужасно, но таков реальный мир материи и энергии: я проваливался сам в себя, подобно старым звездам-гигантам. И вес огромной концентрации материи-энергии пробил микроскопическую, не больше ядра атома, Черную дыру, в которую я падал...

Заполнявший все мрак неожиданно затрясло. Послушался "БАМ!", приглушенный вязкой толщиной "воды". Еще один удар, чуть точнее - и по мраку пробежали радужные всполохи. Я понимал, что кто-то или что-то пробивается ко мне, но протянуть навстречу руку не хватало ни сил, ни воли. Удары слышались все точнее, а всполохи горели ярче, пока надо мной не появилась другая воронка - переливающаяся всеми цветами радуги.

Я оказался среди двух сил, жаждущих втянуть меня в себя. Я был настолько крохотным, что разорвать меня на две части они не имели возможности, а лишь растягивали в длинную-длинную точку. И по ходу этого процесса сознание мое светило все ярче, а черная воронка делалась уже. Это происходило с образованием боли и с увеличивающимся чувством собственного объема. В меня вливалось что-то инородное, однако совершенно дружественное и безопасное.

Я начал чувствовать себя: появилась голова, выросло туловище, из него вытянулись отростки рук и ног. В пустом теле возникли внутренние и внешние органы. Я будто рождался заново. Черная воронка исчезла, впереди, набирая яркость, крутилась радуга.

Наконец я смог разлепить веки - и в глаза вонзился ослепляющий свет.

Я понял, что лежу на спине, а щеки и нос щекочут кончики длинных волос. Вика сидела на мне, упершись руками в мои плечи. Сама она была бледна как смерть, глаза безумно горели, а грудь ходила ходуном. Вика требовательно и даже с угрозой глядела на меня, так что казалось, стоит вновь уйти в беспамятство, как она меня тут же прикончит.

Заметив, что я пришел в сознание, черты Викиного лица разгладились, глаза устало закрылись. Дрожащей рукой она вытерла пот со лба и прижалась ко мне.

- Он чуть было не забрал тебя, - прошептала Вика прямо мне в ухо. Я был настолько ошеломлен этим приключением, что не мог вымолвить и слова.


## Глава 7


Вокруг не было слышно городской толпы, криков Отцов и треска догорающих костров, а подо мной явно находились не холодные плиты площади. Мы попали куда-то в совершенно другое место, где тишина была настолько полной, что я слышал биение Викиного сердца. Я прижимал ее к себе, будто спасательный круг, и все остальное теряло значение.

В таком положении мы провели долгое время, пока я окончательно не проявил себя в этой реальности и не почувствовал, что в силах подняться на ноги.

Мы встали и осмотрелись. Окружающее действительно выглядело странно - нас как будто занесло в некий замок или собор. Мы стояли посреди просторного помещения вроде тронного зала, что были во времена средневековья. Ни стен, ни потолка не было видно. Отсутствовали и какие-либо светильники - мы как будто сами излучали свет, позволявший видеть только в радиусе трех метров. Под ногами красная ковровая дорожка пробегала между редкими колоннами и упиралась в широкую лестницу перед троном. Само царское кресло находилось еще далеко и терялось в полумраке. За границами красной дорожки блестели плиты из почти зеркального серого камня. Колонны украшали скульптуры то ли богов, то ли могучих героев.

Мы двинулись вперед по ковровой дорожке, и трон проявлялся все отчетливее. Теперь можно было разглядеть на нем некую фигуру, облаченную в белые одежды и с блестящей короной на голове. Тонкая фигура явно принадлежала женщине, в тонких пальцах, украшенных перстнями, она держала белый резной посох с набалдашником в виде полумесяца. Лицо существа было скрыто капюшоном.

Справа от трона из полумрака выглянула другая фигура - облаченная во все черное, она казалась близнецом-противоположностью "царицы". Вместо огромных перстней на пальцах черной женщины блестели золотые кольца, а набалдашник на посохе имел вид шестиконечной звезды.

Несмотря на кажущуюся хрупкость, фигуры излучали такую мощь и влияние, что, подойди мы вплотную, нас бы расплющило о каменные полы. Мы остановились в двух шагах от лестницы перед троном и выжидающе глядели на особ царского вида. Каким-то внутренним чутьем я распознал их: черная олицетворяла Тьму, а белая - Судьбу. Где бы не находилось это место, мы попали сюда не случайно, скорее всего, в тронный зал нас попросту "вызвали".

- Люди, другие живые существа именуют смерть наибольшим кошмаром и величайшей загадкой всех времен, - вдруг заговорила одна из фигур, какая именно - понять было сложно. Голос был женским, ни высоким, ни низким, настолько живой, с такими мелодичными тонами, что казалось - обладательница его не говорит, а поет. - И это справедливо, ибо сознание существа - это свет, которым он освещает тьму вокруг себя. Померкнет сознание - исчезнет все, даже само существо, даже его любовь, исчезнут даже те, кого оно любило. Но взамен одного сознания придет другое, совершенно иное и жизнь повторится. Эта вселенная живет миллиарды лет, столько же каждому из ее созданий. Единственное, что отличает смертных от бессмертных - это возможность меняться. Действительно страшно - навсегда пропасть из реальности, отсечь для себя любую возможность перевоплотиться, полностью исчезнуть из тела Тьмы.

Речь Высшей Силы казалась пафосным вступлением, которое я, к тому же, знал и без нее. Вика вцепилась мне в руку и боялась пошевелиться.

- Получается, Хаос не собирался меня уничтожать? - спросил я, чтобы подтвердить свою догадку.

- Неверный вопрос. Уничтожать собирался, убивать - нет. Какой толк в смерти Князя Тьмы, если он вновь способен вернуться? Нет, твоему Врагу необходимо было полностью тебя уничтожить, стереть. Выбросить на Дно миров. Чтобы не осталось даже мысли о том, что Князь Тьмы, Защитник Земли, сможет когда-нибудь вернуться в иной ипостаси и продолжить отпор. Единственный способ сделать это - вытянуть тебя в область Хаоса, чтобы навсегда закрыть путь во Тьму.

- И в Хаосе он бы смог нейтрализовать меня.

- Верно. Для этого твой Враг пожертвовал целой "звездой", схлопнул ее на территории Хаоса, чтобы создать Черную дыру, соединить с твоей и через получившийся коридор перетянуть к себе, - знание таких сведений выдали обладательницу голоса - это говорила сама Судьба.

- Он почти сделал это.

- Да. Она тебя вернула, - усеянный перстнями палец указал на Вику. - Женщина - прекрасный проводник энергии. Это она заполнила тебя, когда ты по глупости чуть было не сожрал сам себя, - Судьба позволила себе усмехнуться. Я крепче сжал Викину руку, понимая, что рядом со мной стоит сейчас самая драгоценная и прекрасная частичка вселенной.

- Значит, все это не имело смысла? Я стал Князем, убегая от Хаоса, чтобы Ему было проще меня раздавить?

- Ничто не происходит просто так. Если судить по твоему разумению, то получится, что бессмысленна и жизнь человека, ибо он рождается только для того, чтобы умереть.

- И что теперь будет с нами? - спросил я.

- Вы вернетесь обратно. И в качестве подарка получите от меня все, чего пожелаете.

- А как же Хаос? Он ведь не оставит меня в покое.

- Пока ты с Викторией Князь Тьмы не проявится, а Хаосу нужен именно он. Не давай Князю вырваться наружу, и останешься незамеченным.

- Как-то все это неправильно. Князь Тьмы нужен для защиты этой вселенной, разве не для этого Ты меня готовила? - обратился я к черной фигуре. Та вдруг ожила и повернула пустой капюшон в мою сторону. Из невидимого рта прозвучал голос, обладатель которого мог быть как мужчина, так и женщина:

- Алексей справится с твоей функцией, - сказав это, Тьма снова отвернула капюшон и замерла. Я понял, о ком Она говорит - об Алексе. Это известие меня удивило:

- Разве он Страж?

- Алексей нашел Тьму два года назад, - ответила Судьба. - Он здорово изменился с момента вашей последней встречи. Скоро он пройдет Посвящение и возглавит братство.

Все же Алекс оказался не так-то прост. Честно говоря, я был даже рад за него, ибо в какое-то время считал его прогнившей душой.

- А Стражи? Они не станут мне мстить?

- Ты все еще чувствуешь вину за Феникса... Нет, Страж не опустится до мести.

- Что будет с нашим миром? - продолжал я.

- Мир живет своей обычной жизнью, - лаконично ответила Судьба. - Все, что было непонятным, найдет объяснение, и виновные будут наказаны. Только ваш город никогда уже не вернется к прежней жизни - страх, витающий по его улицам, останется там на века. Он опустеет и превратится в бетонного призрака. Несмотря на официальную версию о падении метеорита и аварии на химкомбинате, будут слагаться разнообразные легенды и приезжать паломники со всего мира. Возвращаться туда не стоит. Найдите, пожелайте от меня себе новый дом.

Вика смотрела на меня сияющими глазами. Я знал, чего она хочет. Я знал, где мы будем с ней жить...

Судьба поднялась с трона и легкой походкой удалилась куда-то во мрак отсутствия нашего мировосприятия. Тронный зал стал терять свои очертания, краски размывались и скручивались. Я смотрел на черную фигуры Тьмы у трона, но Она все так же оставалась недвижимой, будто статуя. Затем и вовсе пропала в молочной пелене, охватившей мое сознание. Туман окружил и Вику, неведомая сила тянула нас в разные стороны. Вика улыбнулась, и я отпустил ее руку: волноваться за нее не было основания, очень скоро мы опять встретимся.

Как только Вика пропала из видимости, кто-то схватил меня за плечо и повернул к себе. Я с удивлением увидел перед собой черный капюшон и вмиг отпрянул, словно от чего-то ужасного.

- На, возьми, - из-за складок длинного балахона появился плоский прямоугольный предмет черного цвета.

- Что это? - спросил я.

- Прощальный подарок, - ответила Она. - Ты найдешь ему применение.

Я взял в руки предмет - это оказался зачехленный ноутбук.

Пол ушел из-под ног, я как будто очутился в невесомости, но при этом чувствовал, что падаю. Ноутбук, для чего бы он ни был мне необходим, я прижал к себе, боясь потерять в круговерти этого пространства.


Твердая почва ударилась в ступни так, что я едва не лишился равновесия. Туман рассеялся, и мне открылось светлое, чистое, легкое полотно неба над ароматным ковром луга из сине-красно-желтых узоров цветов. Высоко в небе свободный ветер-художник рисовал перьевыми облаками то дракона, то стаю дельфинов, то совсем неизвестных волшебных существ и строений, как бы приглашая своих маленьких зрителей на лугу поучаствовать в представлении и отгадать загадку.

Метрах в десяти от меня Вика гуляла со Светиком, взявшись за руки. Они о чем-то оживленно болтали, Вика указывала дочке на тонкую синюю полоску моря, укрывшуюся вдалеке за яркими лугами. С другой стороны свежий цветочный ковер, изгибаясь плавными волнами, менял цвета на фиолетовый и темно-зеленый с белой крапинкой, насыщался кустами, птичьим свистом, пока не густел совсем и не превращался в темный дворец высокого леса. И где-то там, в зеленой сумрачной глубине, вырастал белый купол настоящего тронного зала - гордой серой горы. Сверху лился золотой солнечный свет, так что хотелось лечь в душистую траву и забыть навсегда о том холоде и кошмаре, который остался далеко позади...

Мы находились в том же месте, куда нас с Викой занесло во время неожиданной встречи. Только тогда не было видно моря - мы пришлю сюда с другой стороны. Где мы находились в это время в мире людей - было совершенно неважно. Какое это могло иметь значение, когда внутри это место представлялось именно так, как мы его видели?

Ноутбука у меня в руках не оказалось. Я подумал, что он все-таки выпал где-то по пути сюда.

- Папа, смотри: ванька-кабанька! - воскликнула, подбежав, Светик. На ее маленькой ладошке красный жучок перебегал с тыльной на внутреннюю сторону, так что дочке приходилось вертеть ручкой, чтобы существо оставалось на виду. Девочке весь мир казался таким интересным, загадочным и привлекательным. Но я не мог разделить ее энтузиазма. Я смотрел в ясные, чище неба, глаза своей дочери и с грустью понимал, в какую бездну провалилась моя душа, когда поддалась соблазну черного волка познать Все и соединилась с Тьмой. Я стоял на коленях возле Светика и боялся прикоснуться к этому невероятно живому, сияющему созданию, чтобы не испачкать ее сажей своей обгоревшей души. В этот момент я желал вырвать с корнем свое прошлое, забыть навсегда все эти события или вернуться туда, откуда все началось, и не позволить себе отпустить Вику. К сожалению, ни то, ни другое, ни третье было невозможно. Эти последние четыре года моей жизни пролетели бессмысленно и бесперспективно. Света, моя дочь, мое будущее, мое счастье улыбалась холодной, непроглядной Тьме.

Солнце неспешно тонуло в море, из-за горы шагали сумерки. Над темнеющим лугом замигали светлячки. Мы направились в сторону леса - где-то там должен находиться наш дом. Птицы больше не веселились так оживленно, на место их пения пришло журчание холодной речушки, чьи берега были выложены гладкими камнями, и стрекот жуков.

- Может быть, ты для того и стал Князем, чтобы мы снова были вместе, солнце мое, - улыбалась по пути Вика. - Порой, чтобы увидеть счастье у себя перед глазами, нужно пройти долгий путь.

- Я бы сказал иначе: ты не пройдешь долгий путь, пока не увидишь перед глазами счастье.

- И в чем разница?

- В том, что ходить за три моря в поисках счастья и найти его у себя дома - это кольцо, замкнутый круг. А вот уйти за три моря и понять, что счастье это сам поход за счастьем - это уже спираль, ибо этот поход не имеет конца. Придя домой, ты поймешь, что жизнь все еще продолжается, и только смерть скажет тебе, где было твое настоящее счастье. А по спирали движется даже вселенная, в ней все повторяется, но уже не так, как прежде. Но это не просто спираль, а винтовая лестница, поднимающая мир все выше и выше...

- Ну, перестань! - взмолилась Вика.

- Тебе раньше нравились все эти философские и научные измышления.

- Раньше.

- Да, ты изменилась.

- В худшую или лучшую сторону?

- Трудно сказать. Но я всегда любил тебя, какой бы ты ни была.

- Это Света изменила меня, - Вика посмотрела в даль и ушла в воспоминания. - Когда я окончила институт, зная, что беременна, начала искать работу, чтобы успеть уйти в декрет. Конечно, первым делом отправилась в прокуратуру, меня взяли - я же умница, с красным дипломом! Поработав несколько месяцев, я навидалась там столько разного... Но дело даже не в людях, которые туда попадали или работали в МВД, а во всей этой системе. Человеческая судьба была бумажкой с печатью и подписями, и таких бумажек - высокие стеллажи. Конечно, не все они были ангелами, но ведь почему-то они стали такими, какими стали! Ведь по большей части на преступление идут не для того, чтобы сделать кому-то плохо, а затем, чтобы себе было хорошо. Люди несчастны, потому и воруют, и убивают, и насилуют. А кто их такими сделал? Не сами же они издеваются над собой! И даже не родители и не друзья... Вот кто делает людей несчастными, - Вика указала куда-то на небо. - И как мне судить этих людей, когда судить надо совсем не их! Я потому и попросила тебе тогда помочь тем... на кострах... потому что не могла выносить вида казни невиновных.

- Но ведь на них ты мне только что и показывала, - напомнил я. Вику это смутило:

- Этих тоже кто-то заставляет.

- Кто?

Вика пожала плечами:

- Не знаю, - и повторила со вздохом, - я не знаю...

- Ты сказала, что Света изменила тебя.

- Да, - вспомнила Вика. - Когда я родила, то поняла, что не смогу больше выйти на такую работу как в прокуратуре. Там такая концентрация негатива, что я боялась принести в дом хоть каплю его. Моя дочь должна была воспитываться подальше от всего этого. Когда Светик подросла, я отдала ее в садик и устроилась туда же няней. Зарплата, конечно, была маленькой, приходилось подрабатывать, но зато я почти все время проводила с дочкой. Приходилось заменять ей и маму, и отца.

Я почувствовал укол совести за то, что наслаждался своей музыкальной карьерой, пока моя семья выбивалась из сил, стараясь остаться на плоту в этом жутком мире.

- А что же этот... Игнат?

Вика выдержала паузу и неохотно ответила:

- Он хороший парень, работал у нас охранником. Всегда приходил на выручку, если надо было что-то сделать. Сам понимаешь, без мужской руки в доме не обойтись. Чем дольше мы были знакомы, тем больше он симпатизировал мне. Со Светиком они прекрасно ладили, к тому же Игнат был не женат... Но мы только целовались! - Вика покраснела и выжидающе посмотрела на меня.

- Игнат - не женат, - напел я рифму, Вику это расслабило. - А потом?

- А что потом? Потом пришел этот твой Хаос.

Весь остальной путь мы двигались молча. Вскоре показался одноэтажный сруб, стоящий на опушке между лесом и рекой.

В прохладной комнате было темно, наши вещи лежали так, будто оставленные час назад, когда хозяева решили прекратить свои занятия и отправиться на прогулку. Электричество водилось и здесь (нельзя было оставлять Вику без этого маленького помощника), в глубине комнаты зажглось несколько светильников. Испуганная темнота выпрыгнула из окон и обиженно уставилась на нас оттуда.

Блики света пробежали по лакированному столу-пню на четырех коротких ножках, окруженному тремя массивными креслами. В одном углу раскинулась широкая кровать, в противоположном - будто гора приросших друг к другу камней от пола до потолка растянулся камин. Несколько медвежьих шкур обнимали дощатый пол. На стене у входа висели топоры и двуствольное ружье, возле окон - свисали пучки сушеных трав, распространяющих пряный запах. Под окнами на длинных скамьях красовались цветы. К основной комнате примыкала кухня с большой глиняной печкой, на которой можно было вытянуться во весь рост. Одна из дверей в горнице вела в уютную баньку...

Я развел в камине огонь, теплая волна разлилась по дому. После ужина мы выключили свет, оставив власть над ночью одному пламени, и придвинули к камину два кресла.

Светик очень скоро заснула на моих руках и тихо сопела, не обращая внимания на наш разговор. Я рассказывал Вике о тех странах, в которые заносили меня гастроли, она говорила о своей жизни, о судьбах наших общих друзей и знакомых. Так мы сидели, пока последний огненный танцор из каминного ансамбля не выдохся и, пригибаясь к углям все ниже и ниже, не улегся спать на дотлевающую постель. Только тогда мы покинули кресла и легли спать, прижав между собой нашу дочку.


Заключительная глава


Ноутбук, которым одарила меня Тьма, нашелся в сарае с дровами. Я отправился туда, чтобы пополнить запасы для камина и печки, и неожиданно наткнулся на черный футляр. Как он здесь оказался - можно было только догадываться.

На мониторе компьютера не было панели задач, а вместо обоев очень медленно воспроизводился странный ролик вроде гифки - сквозь пространство вселенной к Земле летело копье, в наконечнике которого я узнал себя. Эта картина меня озадачила, но ни о чем не сказала. Я долгое время изучал повторяющийся ролик, обращал внимание на детали, но так ничего не разгадал. Зато обнаружил на экране единственный ярлычок с буквой "W", спрятанный в углу монитора в сиянии какого-то звездного скопления. Это был офисный редактор, только зачем он здесь - я сразу не догадался.

Мы стали жить в своем доме на опушке леса. Судьба сдержала обещание и баловала нас всеми дарами жизни, так что немногочисленные соседи только завидовали такой просто несправедливой удаче. Мое ружье всегда находило дичь, огонь в камине никогда не голодал от дефицита дров, а погодные ненастья обходили наш дом стороной.

Родственники и друзья, узнав о моем возвращении, наперебой заезжали в гости, так что праздникам в моем доме не было конца. Журналисты тоже наведывались, но не найдя в моем лице энтузиазма, скоро прекратили визиты. К тому же статьи и репортажи об ушедшей в закат рок-звезде скупо приобретались изданиями и не находили интереса у занятой другими темами публики. Хотя коллеги из "Седьмой тропы" частенько уговаривали вернуться в музыкальный бизнес, впадали в ностальгию и мечтали о новых временах всемирной славы. Меня такая перспектива больше не цепляла. Так бывает, когда, дотянувшись до звезд, больше не хочется довольствоваться облаками. Ни Алекса, ни других Стражей я с тех пор больше не видел.


У меня была куча свободного времени, которое я проводил с семьей, тратил на исследование мира, а потом, в очередной раз изучая подарок Тьмы, вдруг открыл текстовый редактор и начал писать.

Писать мне было о чем. Я начал с того момента, который мог бы стать судьбаобразующим не только для меня и Вики, но и для целого мира. Я постарался вспомнить каждую деталь своего путешествия по этой жизни и записывал ключевые моменты. По мере работы над воспоминаниями картина происходящего раскрывалась все шире и шире, и когда последний пазл встал на свое место, я больше не мог находиться рядом со своей женой и дочкой.

Прошу прощение за излишнюю сентиментальность в предыдущей главе, в момент ее написание я был уже далеко от своей семьи и, если можно так выразиться, прощался с Викой и Светиком. Уходя, мне пришлось устроить жуткий скандал, в целое море неприятных слов я окунул свою любимую жену. Никогда раньше мой белый волк не позволял себе такого поступка. Вика должна была меня возненавидеть... и как можно скорее забыть. Надеюсь, это поможет ей вернуться к Игнату или найти другого спутника жизни.

Полагаю, вы уже догадались, что перед вами Книга Тьмы, которой Михаэль пророчил положить конец противостоянию. Он был прав. Тьма не зря оставила мне подарок - Ее Книгу написать должен был именно я. Но значение имеет не сам факт ее создания, а то, что я понял, работая над рукописью.

Первое. Братство Стражей было учреждено Хаосом. С одной стороны для того чтобы выявить потенциального Князя Тьмы и уничтожить его, с другой - именно Стражи позволяли Хаосу проникать в наш мир и копить силы.

Я повторю то, что рассказывал Вике. Хаос - это полная противоположность Тьмы. И если Его орда проникает во Тьму, она попросту остается незамеченной из-за разницы в заряде материи. Так в горах Тибета игнорировали демонов буддистские монахи из числа тех, кто сумел отрезать от себя лишние нити реальности. Стражи необходимы были Ему в качестве полотна из материи Тьмы, на котором Хаос без труда проецировал свои смертоносные частицы. Сами воины в обычной среде очень разнородны, поэтому Враг стремится привести их к какому-то общему виду, прямо противоположному своему оружию. И тогда по закону нейтрализации демоны и Стражи могли взаимодействовать и уничтожать друг друга.

Второе. Земля уже находится под Его контролем. Еще не полным, но усиливающимся с каждым вторжением.

Когда-то даже мне было трудно понять, где именно Хаос вытеснял материю Тьмы на Земле. Вспоминая слова Алекса, я вдруг осознал, эта материя - человеческие мысли.


Когда-то жизнь на Земле была совершенно иной. Трудно объяснить - какой именно. Иной. Тогда еще не было Стражей, тогда каждый отстаивал Жизнь и не перекладывал эту ношу на чужие плечи.

И однажды на Землю пришел Хаос. Зерно гнило в недрах планеты, заражая почву, отравляя воздух, разлагая общество. Как Он это сделал, не имея того полотна материи, которое Хаос соорудил из Стражей? Энергия Хаоса может застрять в нашей реальности, но в таких ничтожных количествах, что она почти незаметна. Для того чтобы заразить всю планету разом, Ему потребовалась бы энергия целой вселенной.

Поэтому сначала появился только Князь Хаоса. Он соорудил Храм и начал поиски воинов, чтобы отвлечь людей от борьбы за Жизнь и запутывать общество в паутину своего сюзерена. Социальная блокировка наслаивалась все больше на каждом из последующих поколений, пока такой тип жизни не стал казаться естественным.

Хаос - мастер маскировки и обмана, Его владычество на Земле характеризуется всеобщей паутиной заговоров, недоверия, тайн, мировых конфликтов и лжи. Главный инструмент Хаоса - зациклить события так, чтобы в лабиринте обмана не нашлось бы ни тупиков, ни выходов. Потому что тупик может вызвать желание пробить стену. Для этого Хаос создает конечные бесконечности вроде интернета, сериалов, юриспруденции, денег, идеологий, сансары, интеллекта и даже круглых планет. Да-да. Действительный облик планет совершенно иной!

Но Хаос не идеален. Эти конечные бесконечности представляют собой клубок ниток, наматываемый на человеческое сознание: если найти концы, клубок можно распутать, но совершить это практически невозможно - чем больше стараешься выпутаться, что-то понять, тем вязнешь еще глубже. Так что неудивительно, что даже воины, лучшие из людей, поддались Его уловкам.

Другими словами - Хаос отводил глаза борцам против Него ложными целями, в то время как зерно успешно развивалось в недрах Земли. Выловить в океане людей воинов, из которых Хаос впоследствии создавал Стражей, чтобы затем планомерно уничтожать, не представляло для Него труда. Жаль, сами воины понимали это лишь перед гибелью, когда нити Судьбы, которыми Враг держал Стражей в своей власти, обрывались. Конечно, Его главной целью на этом участке вселенной всегда оставалось Солнце, но для начала Ему требовалось убрать Землю со своего пути.

Почему же Тьма не сообщила об этом ни мне, ни другим воинам? Птенец вылупляется только тогда, когда яйцо разрушают внутренние силы, а не внешние. Кесарево сечение здесь так же опасно, как и при настоящих родах. Логика Тьмы заключена в том, что воин сам должен увидеть правду, чтобы не считать полученную информацию уловками Хаоса. В таком случае, как я могу доверять сам себе, почему я уверен, что это не очередной узел в паутине Его лжи? Когда оковы слетают с раба, поверьте, он это чувствует очень ясно. Чувствует - но не видит и не знает.

Конечно, я был не единственным агентом, посланным Тьмой с целью свергнуть диктат Хаоса. Но все предыдущие Князья потерпели неудачу. То, что произошло со мной, можно назвать гениальной операцией Тьмы под носом у Врага, выполненной по Его же законам. Тьма, ограниченная в своих действиях, сумела провести меня по тончайшей линии между Полюсами. Вика в этой истории служила как бы рычагом, направляющим меня в нужную сторону. Тьма рисковала, но не собиралась сдаваться. Я стал для Нее ключом, идеальным штормом, пересечением всех дорог. Когда Он разгадает мой план, весь мир встанет на дыбы, пытаясь меня остановить.

Да, это меня империя СМИ возведет на трон самого ужасного злодея истории. Это меня назовут Террористом N1, и прицелы всех снайперов мира будут искать мое лицо среди людских гущ. Это меня проклянут в церквях и запретят произносить даже имя, боясь призвать этим великое горе. И это меня вас заставят ненавидеть всей душой. Я знаю и не надеюсь услышать благодарность за то, что собираюсь совершить.

Покинув свою семью, я отправился в Храм. Закончить рукопись я намеревался здесь, пока еще есть время. Ворота Храма надежно заперты, но когда Стражи узнают о моем плане, это их задержит недолго.

Несколько часов назад я разрубил "цепи" Книги Хаоса - эти меры предосторожности были усмотрены не случайно: как только Книга освободилась, весь Храм наполнился иллюзиями. Слушая рассказ Князя Хаоса, я чуть было не потерял самого себя и не поддался ему. Наверно, именно так и были завербованы первые Стражи. Я слушал повесть воина-предателя древности, но слышал совершенно иное. Стремясь поработить сознание людей, он невольно закопал в своих словах своего рода ключ, открывающий замок к незащищенному сердцу Храма, и оружие - Копье Судьбы. Уничтожить это сердце - значит разрушить Храм и развалить братство Стражей.

Я оставляю эту запись для того, чтобы однажды рухнул и мой мир. А на его месте возник новый - совершенно иной. Почему? Когда-то я представил историю как восходящее движение по винтовой лестнице. Это движение провоцируется отталкивающими свойствами в поле воздействия противоположных полюсов. Как маятник или весы. Электромагнитный двигатель. Восхождение мира может выглядеть только так.

Теперь я точно знаю, почему назвал Тьму именно так - тьмой нарекают что-то неизведанное, неисчислимое. В это неизведанное я и собираюсь отправить весь мир, оживить самый страшный кошмар всех фантастов - погрузить мир во Тьму. Действительно, нет ничего страшнее для социально блокированных людей, чем отправиться в неизвестность.

Что будет дальше? Уничтожив Книгу Хаоса, я, как уже говорил, разрушу Храм. И Стражи, все тридцать девять тысяч девятьсот девяносто девять воинов (звучит как ценник на распродаже), встанут против меня разъяренной стеной. Больше не будет братства, останется орда людей полудемонов, жаждущих вырвать сердце из груди Предателя. Я не в силах переубедить их, влияние Хаоса на Стражей слишком велико. Безумцы, они до последнего вздоха будут верить в то, что сопротивление Врагу однажды приведет их к победе!.. На руинах Храма, на остатках человеческой надежды начнется бой между Князем Тьмы и его былой армией. Единственный способ выжить для меня и для целого мира - это перебить их всех. В этом мне поспособствует оружие против полулюдей - Копье Судьбы. Если у меня это не получится - Земле и всей нашей звездной системе придет конец.

Я вычислил причину внезапного возникновения и исчезновения демонов уже после зачистки зерна: эти твари появлялись не из воронки - они возникали прямо из зараженной земли. Это значит, что Болезнь уже набрала серьезную силу. Об этом, к слову, я мог бы догадаться еще в период обучения, когда меня, чувствуя нарастающую энергию Князя, начинали атаковать мелкие бесы вроде уродливых собак. Или в тот момент, когда простой омоновец принял облик жуткого осьминога. Или тогда, когда один из террористов оказался исчадием Хаоса.

Если у меня все получится, если мне удастся выжить в самом жутком бою с армией Стражей и я останусь один на вершине горы изувеченных тел, призрачная защита Земли рухнет, и Хаос в полном объеме накопленной Заразы вырвется на поверхность планеты. Отсутствие Стражей заметно ослабит Его, но энергетический гнилой дождь наделает много неприятных вещей.

За очень короткое время на планете вспыхнут очаги восстаний и вооруженных конфликтов; приступы необъяснимой и непреодолимой злобы поведут толпы по улицам городов, чтобы жечь и крушить; религиозный фанатизм достанет своего апогея и тысячи людей закончат жизнь массовыми самоубийствами; СМИ, блоги, социальные сети разольются по телевидению и Сети небывалыми лужами дерьма; семейные очаги потухнут от скандалов... Кажется, так должно выглядеть приближение Зверя. Хе-хе...

Впрочем, в мире уже полно людей, имеющих своего рода "зонтики" - разочарованность в реальности и еле уловимое желание отправиться туда, незнамо куда. В этом они похожи на тех монахов в Гималаях. В свое время к созданию таких "зонтиков" приложила руку и группа "Седьмая тропа" своими турне и необычной музыкой.

Прямой путь для Хаоса на Землю будет закрыт, но наше Солнце на время останется без защиты. К тому же Зараза продолжит гулять по планете и ее необходимо будет удалить. Истинная Тьма использует для этого один непревзойденный прием - второе Солнце. Две звезды способны воздвигнуть прочный гравитационный щит, оберегающий от нападения Врага. А так же общим излучением они выжгут остатки Хаоса на самой планете.

Я долго размышлял над тем, каким образом, каким чудом пригнать к нашему светилу напарника. А затем вдруг осознал: этим вторым Солнцем стану... я! Да, эта идея изначально показалась сверхфантастичной даже мне. Но вскоре я понял, что это не столько необходимо, сколько неизбежно. Изначально на такую мысль меня подтолкнула лже-Судьба, сравнив потенциал моей энергии с объемом целой звезды. Конечно, это неправда, но мысль меня заинтересовала. Потом я задался вопросом: как? У меня уже был опыт космических полетов, я собираюсь воспользоваться тем же приемом.

Энергии от взрыва Храма и погибающих Стражей должно быть достаточно, чтобы запустить клубок генерации энергии как это делал Михаэль - посредством заклинания. Полученной силы хватит для полета и на некоторое время существования в качестве Солнца. Да, это будет искусственная, не такая массивная и яркая, но все-таки звезда. Многообразие жизни на Земле от этого не пострадает, но мое излучение изменит планету в корне. У моей звезды будет длинная эллиптическая орбита, и когда через десятки тысяч лет я покину наблюдаемую с Земли зону пространства, то, скорее всего, не вернусь больше на земной горизонт. Ярило, умирающий и воскресающий бог, как сказал бы Семён. Раньше я был рок-звездой, теперь у меня есть шанс стать звездой настоящей.

Если все пройдет успешно, очень скоро жители Земли станут свидетелями небывалого зрелища: над поверхностью планеты пронесется небольшой огненный объект, сорвется в космос, и спустя несколько часов в небе фантастическим фейерверком зацветет новая звезда. Это будет самая красочная картина, которую люди увидят за всю свою жизнь. Прозреют даже слепые - и тогда никто уж точно не сможет отрицать того, что реальность изменчива, что Жизнь существует не только на Земле или где-то там по ту сторону телескопа. Вселенная рядом, ближе, чем вы можете себе вообразить. Она ближе ваших друзей и любимых, она ближе, чем ваше собственное сознание.

Если вы считаете, что это все я делаю из небывалой доброты к людям, рекомендую снизойти с небес на землю. Мой свет предназначен только для двоих - жены и дочки. Я, как и любое живое существо, очень дорожу своим самосознанием. И готов с легкость с ним расстаться, но терять его ради безликой толпы не намерен. Князь Тьмы сожрал во мне сочувствие и милосердие, а превратить святого из куска металла не по силам даже Судьбе.

Мы, родители, выплевываем в этот мир детей, обрекая их копаться в духовном и материальном мусоре своем и своих предков. Поколение сменяют поколения; одни уходят навсегда, удовлетворенно сомкнув веки с чувством выполненной жизни, другие появляются во мрак, вызванные из области чистого света похотью своих пап и мам. Свалка цивилизации с каждым витком истории растет все выше и шире, гниет и распространяет смрад и болезни.

Почему бы не навести порядок после себя, сдать смену, может, и не чище, чем принимали, но хотя бы в равноценном виде? Ибо наши сменщики - совсем не чужие нам существа! Поэтому все, что я делаю, я делаю для будущего своей дочери. Конечно, она не поймет моего исчезновения. Но рассказывать ей бессмысленно и небезопасно. Это единственное, что я в состоянии для нее сделать. Только так я могу выразить Вике и Светику свою любовь. Я очень сожалею и несказанно рад, что это право досталось именно мне. Настало время исправлять свои ошибки. Царству Хаоса будет положен конец.


Я совершил глупость, когда пытался остановить летящую на Землю комету. Стражи, поднявшиеся в верхние слои атмосферы, хорошо знали свое дело и лишь притормозили падение глыбы горящего льда. Я хотел предотвратить катастрофу, но на деле лишь спровоцировал ее - комета устремилась прочь из нашей звездной системы и скоро поразит соседнюю звезду. Так уж вышло, что защищать ее больше некому - Хаос разрушил все крепости этого Солнца. Рядом с нами, совсем недалеко по меркам космоса, откроется мощная Черная дыра.

Созидательное предназначение человечества продолжится с новой точки. Я уже говорил, целью человека является создания собственного мира, и он готов уже на две трети. Каким он станет: миром глобальной лжи или всеобщей свободы - зависит от того, в чьей зоне влияния будет находиться старый мир на момент Творения - Хаоса или Тьмы. Если Тьма продержится на Земле до создания Мира Людей, планета пройдет через соседнюю Черную дыру в целости. Если в это время будет хозяйничать Враг - он не допустит нашего перевоплощения, и мы отправимся на Дно миров. Как видите, выбор невелик.

В этом и состоит Великое Состязание. В этом заключается Игра. На этом моменте сконцентрирована Интрига.

Что такое Новый мир, Мир Перевоплощенных Людей? Это спасательная капсула, зерно Тьмы, отправляющееся в пустоту Хаоса для экспансии пространства Действительности, для создания нового кадра Времен. И Враг не будет ждать нас ТАМ с распростертыми объятиями. Новый мир должен быть силен и готов к борьбе. Закаляет его и обучает противостояние Хаоса и Тьмы здесь.

Надеюсь, теперь вы понимаете, о чем я говорю? Вам ясно, почему я называл Хаос и Тьму Он и Она? Если да, то вы осознаете, для чего мне необходимо появление Князя Хаоса в будущем. Создание конечно-изначального Рая, Утопии, спасательной капсулы невозможно без опыта зон влияния Хаоса и Тьмы. Действительность - восходящая спираль.

Из этого следует еще одно, последнее открытие, известное еще сотни тысяч лет назад. Я знаю, что движет вселенными, и знаю основу основ, ради которой существует Действительность. Я знаю силу, зарождающую Противостояние и поддерживающую Творение. Я знаю, в конце концов, что находится в центре Действительности, вокруг которого вращается Всё. Я предугадываю кислую мину, которая сейчас появится на лице нигилистов и циников. Я почти вижу, как теплые, вдохновленные, но обманутые глаза, улыбаются фразой "по-другому и быть не может!". Представляя все это, я готов расхохотаться холодным смехом Князя Тьмы. Потому что эти двое - все равно ошибаются.

Сила эта - Любовь.


Здесь я заканчиваю. Чувствую, мой черный волк, Князь Тьмы, уже готов выйти на свободу и начать свой последний бой.

Я ошибся в прогнозах - Стражи разгадали мой план раньше времени, они вот-вот проломят ворота Храма. Вика, Светик, я вас целую. Да поможет мне Тьма. Прощайте.


март-ноябрь 2015