Мельник Владимир Анатольевич: другие произведения.

The Мир Войны

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Либерастия победила. История переврана, мозги промыты.И тут появилась Игра....Оруэллу посвящается...

  Пролог
  
  08.00. 12 июля 1943 год. Курская область, район ст. Прохоровка.
  
   Над головами зашуршали-завыли улетающие в сторону "фрицев" гаубичные и реактивные "подарки". Через несколько секунд со стороны тыла долетели звуки залпов, а чуть позже с противоположной стороны гудение и грохот сообщил, что снаряды достигли своих целей. Так продолжалось почти пятнадцать минут - "Боги войны" старались облегчить нам выполнение задачи. Хех, и на том спасибо, что их вообще дали.
   В шлемофоне пророкотал искаженный ларингофоном голос командира танка Ваньки Сидоровченко. "Вперед!" - все, что я умудрился разобрать на фоне работы дизелей, а уже остальное было не столь важным, потому что знал наперед, о третьей передаче и что надо следовать за машиной с бортовым "131" нашего взводного.
   Фу-у-ух! Ну и духотища! И это только утро! К общей парилке от нагретой утренним солнышком брони, добавилось еще и тепло от стучащего на холостых оборотах прогретого дизеля. Гимнастерка, под покрытым масляными и солярочными пятнами комбинезоном, пропиталась потом и противно липла к телу. Несвежий, двухдневный, подворотничок при повороте головы в сторону создавал ощущение, как-будто по шее водят листом крупной наждачной бумаги. Из-под шлемофона на лоб катились крупные капли телесной влаги, застилая глаза. Смахнув их рукавом, вместе с навалившимся мимолетным наваждением, выжал педаль сцепления, воткнул первую передачу и, не спеша, тронулся с места. Машина послушно отозвалась сытым рыком двигателя и, ускоряясь, поплыла на запад, внося свою лепту в общее облако пыли и выхлопных газов стронувшегося в атаку Восемнадцатого танкового корпуса.
   Люк механика-водителя был закрыт, но не заперт, чтобы в случае подбития или пожара можно было быстро выскочить. Так что дальше смотрим через триплекс и если случайно наеду на дерево, к примеру, то это уже его проблемы - уральская броня и не такое выдерживает. Из-за поднятой пыли впереди, в метрах двадцати, едва угадывался силуэт "стотридцать первого". Ну, ни хрена не видно! Хорошо еще, что солнце в спину, а то вообще был бы полный пердимонокль.
   Неожиданно навстречу промчался смутный серый силуэт, а за ним еще и еще. Послышались выстрелы и первые взрывы. Уши как ватой заложило, после того как Сашка Гончар - наводчик наш, выкрикнул: "Выстрел!" и дернул спуск семидесятишестимиллимитеровки. Звон экстрактированной гильзы и кислый запах сгоревшего пороха заполонил боевой отсек. Лязг затвора и крик Ваньки: "Бронебойным! Короткая!" и ткнул меня в плечо ногой. Резко по тормозам. Снова выстрел, торжествующие крики командира и наводчика. Набираем скорость, а теперь вправо, немного влево. Впереди появились играющие блики - река, значит, немного сбились с направления атаки.
  Внезапно я всем телом почувствовал, как-будто кувалдой со всей дури ударили по корпусу нашего танка в районе моторного отсека. Двигатель замолк. Подергав стартер, понял, что все - амбец. Попытался запустить сжатым воздухом - ноль эмоций, видать магистраль задело. Запахло гарью. "Покинуть танк!" - последовала команда от Сидоровченко. Захватив ППШ, откинув ногой люк, протиснулся наружу и, упав на землю, отполз чуть в сторону. Лучше сматываться подальше, вдруг огонь до БК доберется и тот рванет - будет обидно погибнуть от взрыва собственного танка. Взглядом сразу приметил ближайшую воронку и рывками направился туда. И, как оказалось, очень вовремя - так как буквально через секунду после того как я оттуда убрался, по месту, где находилась голова, полоснула шальная очередь. Уффф! Ну теперь можно осмотреться.
  На поле боя чадили подбитые как наши, так и немецкие танки. Пыль и дым драли горло... Непонятными призраками в рукотворном тумане скользили фигуры счастливцев, которые умудрились сохранить жизнь в развернувшейся мясорубке. Ага! Вот и гости! Четыре силуэта в черных пилотках тащили пятого. Немцы, кто ж еще - наших-то по шлемофонам отличить можно. Дернул ручку затвора ППШ назад, приладил приклад к плечу, взял на мушку тех фрицев, что тащили раненого. Вдох-выдох, вдох-выдох, вдох. Палец плавно выбрал слабину спускового крючка, и пистолет-пулемет радостно отозвался очередью смертоносного металла. Троица, в которую целился, распалась: тот, что справа медленно осел, завалившись набок, средний упал ничком и больше не шевелился, а тот, что слева - дернулся несколько раз и грохнулся на спину. Вот вам, паскуды! Привет от тети Кати! Зубы сжались до скрежета, руки, сжимая "папашу", водили смертонесущую железку из стороны в сторону, продолжая поливать гансов, появившихся в ненужном месте, в ненужное время. Двое оставшихся все-таки успели залечь и даже сделали пару выстрелов из пистолетов в ответ. После того, как рядом в землю вонзилась пуля, я упал в воронку. Тем более, что ППШ замолчал - весь диск, до железки, выпустил, а запасные остались в танке. Вот ведь Бога душу сердцу мать! Неожиданно послышались хлопки ТТ - кто-то из наших выручил. Тяжелое сопение и звук плюхнувшегося тела сзади. Оглянулся - это Ванька. Фууух! Ну слава Богу!
   - Жив?! - перекрикивая шум боя, обратился ко мне командир, вытирая пот с чумазого лица не менее грязным рукавом правой руки с зажатым в ней пистолетом.
   - А куда я нахрен денусь?! Только патронов нет.
   - У самого не густо - штуки три, не больше.
   - Там я троих фрицев положил. Сбегаю, может у них чем-нибудь разживусь. Прикрой!
   - Добро! Пошел! - ответил Ванька, приподнявшись над краем воронки, водя своим ТТ по сторонам.
  Тук-тук-тук-тук! Топот сапог по земле слился в унисон со стуканьем моего сердца. Ведь недалеко вроде они лежат, а кажется будто весь путь занял вечность. Добежал до дымящейся "тройки", из открытого люка командирской башенки которой свисал перегнувшийся через комингс труп в эсэсовской форме. Упал возле левой гусеницы, сделал несколько судорожных глотков воздуха, подхватился и поскакал дальше. Впереди, метрах в двадцати, вырос султан взрыва. Реакция, доведенная опытом двух лет войны до автоматизма и уровня инстинкта, моментально бросила мое тело на землю, пальцы вцепились в шлемофон, закрывая голову. Отбарабанили комки поднятой силой взрывчатки земли. Нужно бежать дальше - иначе все - амба. Краем глаза заметил, что Ванька бежал следом, отставая примерно метров на двадцать. Ну вот и фрицы! Быстро стянув с вражеских трупов два МП-40 и подсумок с магазинами к ним. Также, обнаружил сумку с пятью "колотушками". Прошло буквально секунд десять, как я добежал до места назначения, так сказать, но уже начали посвистывать пули. Хоть ты "свою" и не услышишь, но на нервы действовало. Поэтому, схватив добычу, петляя, помчался навстречу приближавшемуся командиру. На ходу кинул ему один из "шмайсеров" и нырнул под стоящую без башни "тридцатьчетверку". Проверять, остался ли кто в живых, было бесполезно - рванул БК, значит внутри "фарш". Да и тошнотный сладковатый запах горелого мяса подтверждал мелькнувшее, в хаотически скачущих мыслях, предположение.
  Следом за мной под днище нырнул и Сидоровченко. Отсвечивать на поле боя не стоило. Невдалеке послышалась работа ДТ - видать, кто-то из наших с фрицами "общался". Пока приводили дыхание в норму, я оторвал от комбинезона полосу ткани и начал из захваченных гранат делать связку. Оставив две штуки на случай встречи с пехотой, принялся всматриваться в окружающую обстановку. Заметив шевеление невдалеке, Ванька дал пару коротких очередей для острастки. Попал или нет - не понятно. Послышался натужный рев "Майбаха" - его с нашим В-2 не спутаешь.
   - Ну что, командир?! Уконтропупим гада?!
   - Давай! Прикрываю.
  Недолго думая, зажав связку гранат в руках, пополз на звук вражеского мотора. Так и есть - Т-III. Давненько я их не видел так близко целыми. Открутив на центральной "колотушке" предохранительную крышку, дернул шнурок, подождав пару секунд - швырнул связку под гусеницу вражескому "панцервагену". Любоваться на дело рук своих не стоило - рыбкой нырнул в воронку, что была в паре шагов слева.
  Бабах! И детище немецкого танкопрома, заскрежетав расстилаемой левой гусеницей, резко повернуло вправо. Выглянул из-за края воронки, "панцер" застыл на месте, но башня медленно повернулась вправо, видимо, что-то выцеливая. Оставшиеся гранаты были у командира. Аж выть хотелось от злости. Хотя толку особого от тех "колотушек"... Неожиданно, на корпус с рублеными очертаниями, обрушились несколько снарядов. Фиолетовая искра рикошета от первого удара. После двух других, "тройка" задымилась, получив в борт возле второго опорного катка и корму, в районе расположения двигателя. Подтянул к себе трофейный пистолет-пулемет и взял на мушку командирскую башенку. Сейчас вы как тараканы, изо всех щелей полезете! Ну я вас и встречу! Откинулся люк, там где и предполагал, появилась голова в пилотке. Та-та-та-та! Два аккуратных пулевых отверстия появились на голове эсэсовца, после чего тот сразу исчез в недрах "панцера". Больше оттуда никто не появился...
  Опять засвистели пули, но грохот боя не давал четко определить, откуда ж бьют. Лучше судьбу не испытывать - нырок на землю, перекат, очередь наугад, вскакиваю и, петляя, пару десятков шагов до спасительного днища подбитого немецкого танка. Фуууух! Пронесло! И Ванька живой!
  - - Ну что делать будем, командир?! - крикнул я Сидоровченко, после приведения дыхания в норму.
  - - Как что?! К своим надо прорываться! - ответил он. - Что у тебя с патронами?!
  - - Один магазин и с десяток патронов в "шмайесере". У тебя как?
  - - Примерно как и у тебя, да еще две "колотухи".
  - - Нда-а-а-а, негусто.
  - - Ничего, может по дороге чем-то еще разживемся.
  - - Хорошо бы... Да попить бы чего.
  - - Фляги в танке остались. Ладно, к своим прорвемся - все будет. Ты первый - бежишь шагов двадцать, вон до той "семидесятки" - я прикрываю. Потом меняемся.
  - - Понял. Я пошел! - крикнул я, три раза плюнул через левое плечо и выскочил на поле боя.
  Пока преодолели метров триста - все было относительно спокойно. Точнее по нам никто не стрелял, во всяком случае прицельно. И это радовало - дает надежду на то, что еще поживем. Направлялись в тыл, понятное дело, во всяком случае, мы так считали. В окружающем дымно-пылевом облаке, поглотившим поле под станцией Прохоровка, ориентироваться было весьма затруднительно. Поэтому, чтобы не потеряться - двигались так, чтобы подбитые советские танки стояли к нам лицом - то есть в противоположном направлении от наступления 18-го танкового корпуса. Понятное дело, если видели, что нашему "разули лапти", то есть сбили гусеницу и его развернуло, то делали поправку.
  Грохот боя постепенно удалялся к западу. И тут уже услышали крики, беспорядочную стрельбу и звуки возни. Выскочив из-за подбитой "семидесятки" увидели, как человек тридцать в советских шлемофонах и комбинезонах, схватились в рукопашной с примерно такой же толпой в черных пилотках. Недолго думая, выпустил остаток магазина в стоявшего ко мне спиной эсэсовца. Времени на перезарядку пистолета-пулемета не было - так как нас заметили и, двое фрицев сразу навалились с ножами наголо. Результат был сразу предрешен - Ванька их срезал очередью. А я схватил МП-40 за ствол и ударил по голове в пилотке, обладатель которой душил молодого щуплого советского танкиста. Впереди была более многочисленная свалка. Люди, озверев от пролитой и проливаемой крови, душили, резали, стреляли друг друга. Врубившись в самую гущу, после двух-трех ударов я лишился своего оружия. В сутолоке прилетел удар по лицу и, по инерции, подавшись назад, споткнулся о чей-то труп. Наконец поймал контроль над телом, после того, как больно ударился о борт дымящейся "тридцатьчетверки". Руки нащупали держак лопаты, как в замедленной съемке, (видать от попадания в башню ее скинуло), крепко сжали. Ну, суки, держитесь! Мать вашу растак да разэдак!
  Теперь я превратился в какой-то механизм: короткий замах, удар и нечеловеческий вопль возвестил, что не промахнулся. Удар! Еще! И еще! В лицо плеснуло чем-то горячим и осклизлым. Но времени разбираться нет - тут гибнут мои товарищи, надо им помочь! С удивлением замечаю, что лопата неожиданно стала легче - поломалась. В руках остался полуметровый заостренный кусок черенка. Замах, и, словно бабочку в коллекции энтомолога, пригвоздил эсесмана, который только что зарезал кого-то из наших и вытирал о труп свой нож. Блин! Опять с голыми руками! В мареве пыли поднятой рукопашной схваткой натыкаюсь на очередного фрица, руки хватают его за горло и, вместе валимся на землю. Хрип, запах пота, смрад дыхания врага вышвырнули последние остатки человека из моего рассудка. Ганс схватился за мои руки и пытается высвободиться, а в глазах нечеловеческий страх вперемежку с какой-то собачьей тоской по уходящей жизни. Неожиданно, врагу удалось сбросить меня со своего тела и теперь мы поменялись. Теперь во взгляде эсэсовца была животная жажда убийства и крови. Но в плане оружия что я, что он были в одинаковом положении - то есть только то, что дала Мать Природа. Руки ганса вцепились мертвой хваткой в мое горло и перед глазами уже начали появляться черные мухи, предвестники удушья. Уже из последних сил притягиваю его голову к себе и впиваюсь зубами в небритую щеку. Во рту почувствовался солоноватый вкус крови, по подбородку потекло, а стиснутые челюсти продолжают рвать вражескую плоть. Немец заорал и захват ослабил, ударил меня, чтобы отпихнуть от себя. Чувствую, что во рту остался еще теплый, мягкий кусок мяса. Выплюнув его, потер горло и подхватил валявшийся неподалеку эсэсовский нож. Врагу было не до меня ибо, зажав ладонями лицо, сквозь пальцы которых сочилась кровь, он орал нечеловеческим голосом. Шаг к нему. Удобнее перехватил клинок, чтобы рука не соскочила... С хрустом лезвие вошло в грудную клетку немецкого танкиста в районе правого легкого. Крик сменился неясным бульканьем. Удар! Удар! Удар! Удар!
  Не знаю, на каком по-счету ударе меня кто-то тряхнул за плечо. И только сейчас увидел размочаленную грудь и живот, с торчащими кишками и их содержимым, вперемежку с кровью, своего убийцы. Замахнулся ножом, чтобы ударить того кто за плечо дернул, но резко тормознулся, так как это был свой, советский танкист. Он что-то кричал и показывал рукой в сторону тыла, но я его не слышал из-за грохота начавшейся бомбежки. Братишка поднырнул под мою руку и попытался подняться, чтобы тащить. Неожиданно почувствовал ощутимый толчок в спину, шею, правое плечо и крестец. Нет, не больно. Просто ноги подкосились и дыхание сперло. Пытаюсь сделать вдох, а не получается. Приближается выжженная солнцем и людьми земля... Тишина... Темнота. Все...
  
  
  Глава 1.
  
  12 июля 2143 года. г. Северск, Томский регион, Административный округ Россия.
  
   Следующий вдох дался с трудом. Мышцы, отвечающие за этот жизненно важный процесс организма, свело судорогой, но уже постепенно приобретали свою естественную эластичность. Поэтому, с каждым разом, это нехитрое подсознательное действие давалось все лучше и лучше, а боль и напряжение отступало.
   Перед глазами горящие огнем, неуловимо переливаясь в кровавые оттенки красного и багряного цветов, буквы на универсе: "Игра окончена". На иссиня-черном фоне изображена советская каска, ППШ и "тридцатьчетверка", а также измочаленные артобстрелом линии траншей, подбитые немецкие танки и сломанная свастика. Следом возникает меню, но мне уже это не интересно. На сегодня хватит!
   Устало отстегнув очки на шлеме мнемотрансивера, отложил их в сторону и начал стягивать сенсорные перчатки. Следующая шла застежка под подбородком, щелчок которой освободил мою голову от этой мозгокрутной каски. Сенсорный комбинезон также быстро удалился с тела. Несмотря на то, что система жизнеобеспечения квартиры поддерживала постоянную температуру 77 градусов по Фаренгейту, меня прошибал озноб. После всего произошедшего в Игре. Да-да, именно с большой буквы. Было как-то не по себе. Причину осадка оставшегося на душе понять что-то не получается. Впрочем, не все ли равно? Это всего лишь симулятор. Интересно, какую дрянь курят или ширяют создатели этой игрушки? Тем не менее, пробирает основательно, даже круче самой тяжелой наркоты. Хотя, можно поспорить еще, что хуже: Игра или, например, "гонщик" - это такой синтетический препарат, воздействие которого заключается в ассоциативных галлюцинациях, связанных с гонками на самой разнообразной технике или мифических животных. Причем, под заказ можно в любой аптеке приобрести тематические "глюки". Привыкание к "гонщику" возникает сразу и передается по наследству. Очередная доза требуется раз в трое суток и в среднем наркоша, подсевший на него, живет максимум около трех лет. Впрочем, в нашем свободном, демократическом обществе, каждый имеет право выбирать свой образ жизни.
   Вот я, например, Джон Соколов, прожил тридцать два года, окончил школу, колледж и теперь работаю техником на заводе по утилизации ядерных отходов. Так вот, наше общество настолько терпимо ко всем проявлениям демократии, что даже в садике и школе, у нас был предмет "Гендерное воспитание". Чтобы каждый еще с детства мог определиться для себя, исходя из собственного мироощущения, в плане половой и сексуальной ориентации. Ведь даже в биопаспорте обязательно заполняются графы: гендерное самоопределение и сексуальная ориентация. И в этих вопросах никто и никого не принуждает, относятся терпимо. Поэтому во всех общественных местах и организациях всегда три туалета или раздевалки: мужская, женская и для неопределившихся. Лично для себя я решил еще в садике - буду мужчиной, а в сексуальном плане - неопределившийся. Тем более, что оба моих отца (они геи) в этом вопросе поддержали. Настоящих родителей своих никогда не видел, впрочем, это и не важно. Ведь их лишили родительских прав из-за противоестественного способа зачатия - в гетеросексуальном браке. А должны были через Центр планирования и регулирования рождаемости - подать заявку, сдать анализы, пройти тестирование, собеседование на предмет лояльности к Мировому правительству и демократическим ценностям, а уж потом получить лицензию на рождение ребенка. Причем зачатие происходит в пробирке, и родители имеют право даже не вынашивать плод - получают готового ребенка. А уж если хотят, то могут и по очереди, либо мужчина, либо женщина. Мои биологические родители дважды нарушили закон: зачали через сексуальное насилие над женщиной (закон о запрете сексуального зачатия, так как это ущемляет права женщины) и не сообщили в Центр. По нормам уголовного права их изолировали от общества и стерилизовали. А меня отдали в приемную нормальную гомосексуальную семью на территории Административного округа Соединенные штаты Америки, в Нью-Джерси.
   Когда еще учился в школе, перед самым выпуском, на уроке "Введение в историю", как-то мельком говорилось, что раньше были какие-то русские, украинцы и еще какие-то белорусы. Что даже в употреблении использовали свои наречия, а не универс, на котором сейчас разговаривает весь мир. Вот ведь придурки! Зачем им свое наречие, если его не понимают другие люди?
   Но Игра меня реально затянула. А кто вообще такие эти Советская армия и Вермахт? Надо будет в сети глянуть. И что это за Битва за Курск? Кажется, это что-то из древней истории. Двести лет назад, какие-то русские проиграли то ли битву, то ли войну каким-то немцам, пока демократические силы несли основное бремя, кажется, Второй Мировой войны, что проходила на Тихом океане. Потом, когда японцы, кажется, проиграли Америке, решили помочь этим дикарям-русским, а заодно приобщить их к общечеловеческим и демократическим ценностям. Вот видите, как хорошо историю знаю - я в классе был лучшим по этому предмету.
   Ладно, надо будет в Сети поискать, да через мнеморекордер закинуть информацию о Второй Мировой войне.
   Прошлепав босыми ногами по прохладной поверхности напольного пластика, отправился к кухонному синтезатору. Нажав на кнопку, из ниши аппарата выехал заказ: "Курица по-пекински" в виде сублимированной таблетки и стакана воды-растворителя. Закинул еду в рот, разжевал и запил. Почувствовал острый вкус пряностей и приятную сытость. От чего сразу же начало клонить в сон. В принципе, еще пара часов до начала рабочего дня была, значит можно подремать.
   Пронзительное пиликанье будильника заставило открыть веки, казавшиеся свинцовыми от недосыпа. Тем не менее, пересилил себя и, откинув в сторону одеяло, опустил ноги на слегка подогретый пластик напольного покрытия. Никогда не носил тапки и терпеть не мог, когда приемные отцы от меня этого требовали. Поэтому, прошлепав босиком, направился в ванный модуль. Кинув в рот очищающе-освежающую таблетку, залез в душевой бокс. "Обычный режим" - сказал я системе управления. И тугие струи воды впились со всех сторон в мое тело. Зажмурив глаза от удовольствия, наслаждался ощущением того, что вместе с этим универсальным растворителем уходит и ощущение сонливости. Одновременно, чувствовалось, что очищается, вымывается водой и что-то накопившееся грязное в душе. На краю сознания крутилась какая-то еще неосознанная, несформировавшаяся мысль. Что это, понять и более-менее объяснить пока не получается. Казалось, будто одновременно что-то незаметно гложет, как если потерял или выбросил нечто важное, и невнятное чувство тревоги. Хотя поводов для этого почти и нет, кроме как существует возможность риска опоздать на работу и получить нагоняй, а может и штраф, от шефа. Ну это если еще стоять в душе и расслабляться. Поэтому не стоит на этом заморачиваться. Тем более, что вода и услуги канализации стоят весьма дорого.
   Открылась капсула ванного модуля, наощупь схватил полотенце и вылез наружу, обильно орошая водой с тела пластик пола. "Кофе и новости!" - приказал я домашнему компьютеру и, через мгновенье, посреди моего жилья появилась небольшая голографическая объемная картинка.
   Кстати, о моей квартире. Сейчас все стремятся иметь маленькое жилье, так как налоги и цены на недвижимость очень высокие. А так как в нашем обществе самое тяжелое преступление после нелояльности Мировому правительству и идеалам демократии, а также убийства, является неуплата налогов, то поэтому и приходится довольствоваться небольшими размерами жилья. Поэтому обитаю в так называемой "ячейке" - комнатка два на три метра и высотой четыре. Мне одному хватает, а вот кто живет парами, да еще и лицензию на ребенка реализовывают - тем приходится очень сильно вкалывать, чтобы обеспечить лишние три-четыре квадратных метра. Потому что если не обеспечивать норму площади для ребенка - его отберут. Почти все жилье ипотечное, поэтому люди и держатся за свои рабочие места. Потому что если не выплатить вовремя взнос и налоги, то тебя изолируют, ведь дома принадлежат подконтрольным Мировому правительству компаниям.
   Звонко дилинькнул кухонный пищевой синтезатор, возвестив о том, что кофе готов. Открыл дверцу и достал одноразовый пластиковый стакан с дымящейся черной жидкостью. В голографической сфере миловидная диктор рассказывала об очередном террористическом акте в Нью-Йорке, который провели остатки исламских фанатиков из Африканского имамата - остатка архаического мусульманского мира, который, несмотря на все старания Мирового правительства, не захотел принять общечеловеческие демократические ценности. Интересно, где эта Африка?
  - - Карту мира! Африканский имамат! - сказал я системе домашнего управления и изображение диктора уменьшилось вдвое, поделив пространство с интерактивной картой.
   Появился напоминающий лист тополя, урезанный возле острого конца, кусок суши. Желтым цветом обозначены пустыни, зеленым - джунгли. Ничего особенного. Северная часть материка выделена красным с подписью "Африканский имамат". В нижней части голограммы появились интерактивные кнопки управления: "География", "История", "Политическое устройство". Протягиваю указательный палец, рука на секунду замирает, потому что интересно все, а с чего начать изучение - не знал. Нажимаю на выбор исторического раздела.
   Закрывая карту материка, понеслись кадры хроники, и диктор бодрым мужским голосом рассказывал, откуда произошло это государство. В середине прошлого двадцать первого века весь западный мир и США объявили идеологическую войну Исламу, как религии, которая противоречит нормам общечеловеческих ценностей, демократии, ущемляет права сексменьшинств и женщин, является угрозой для всего цивилизованного мира из-за радикализма взглядов и методов борьбы за свои цели. Постепенно в странах Ближнего Востока, Персидского залива начали приходить к власти прозападные правительства и лидеры. Серии государственных переворотов, так называемых "радужных" революций и мощная информационная кампания в СМИ, Интернете привели к тому, что сторонников западного образа жизни в исламских странах с каждым днем становилось все больше и больше. Начались массовые выступления протеста против установленных в некоторых государствах шариатского судопроизводства. Прогрессивно настроенная молодежь устраивала акции неповиновения из-за ущемления их прав. Наибольшие и кровавые столкновения прокатились по Афганистану, Ирану, Ираку. Несмотря на то, что в этих странах было некоторое отторжение западных ценностей во время оккупации многонациональными миротворческими контингентами. Выросло несколько поколений, которые уже вкусили некоторые блага цивилизации и возвращаться под гнет исламской морали не хотели, особенно женщины. В конечном итоге, после четырех десятилетий скрытой идеологической и информационной войны, из бывших исламских стран начали выдворять радикалистов, религиозных фанатиков. Которые перебрались в последний оплот мусульманства Ливию. После непродолжительных локальных конфликтов территория страны увеличилась за счет завоевания соседних территорий. В 2115 году было объявлено о создании Африканского имамата. Несмотря на то, что шииты были меньшей частью от общего числа мусульман, но большее (чем у суннитов) количество радикальных религиозных организаций помогло им сохранить многих сторонников. В общем, со всего мира туда начали стекаться последние, еще не принявшие "западный образ жизни", мусульманские фанатики. Выбрали главу государства - имама, в руках которого сосредоточилась вся светская и духовная власть... Ладно, потом дочитаю!
   Голова немножко расшумелась от такого непривычного обилия информации. Но надо было идти на работу, а то если вылечу - ипотеку и кредиты нечем будет оплачивать.
   Входная дверь, бесшумно выехав из-под потолочного пространства, закрыла проем в мою жилую ячейку. Приложил руку к биометрическому считывателю, раздался писк и загорелась зеленая лампочка. Привычно клацнули запоры, а на сенсорном экране появилась надпись: "Система безопасности - активирована". Ну все, теперь можно спокойно идти - автоматика произведет уборку, стирку и все остальное, что необходимо в нехитром холостяцком хозяйстве.
   После озонированного, охлажденного воздуха помещения смог и гарь заводского района, где я жил, нестерпимо драли горло. Пару раз кашлянув, все-таки принюхался-придышался, как говорится. До остановки было рукой подать. Старый добрый поезд монорельса всего за пятьдесят дэрмов отвезет в любую точку Евразии.
   Станция монорельса представляла собой небольшую площадку с навесом, вплотную примыкающую к гигантской металлопластиковой трубе диаметром около пятнадцати метров, по которой мчались со сверхзвуковой скоростью поезда на электромагнитной тяге. Как-то по головизору показывали фильм, в котором рассказывали об эволюции железнодорожного транспорта, так в прошлом веке рельсы укладывали просто на шпалы и под открытым небом. А теперь все линии монорельса защищены от погодных условий и пешеходов прозрачной металлопластиковой трубой, а через каждые сто - сто пятьдесят метров есть специальные переходные мосты, чтобы люди могли безопасно переправляться на другую сторону дороги. На перроне стояло еще человек пять в ожидании общественного транспорта. Один из них - невзрачный мужичонка в юбке и на каблуках, одетый в жакет крикливого розового цвета, что-то оживленно обсуждал по коммуникатору. Вся его моторика движений, мимика и манера говорить, помимо внешности, отчетливо сообщала о сексуальной ориентации и гендерном определении. Рядом с мужичком стояла девушка, в строгом деловом костюме. Она то и дело смотрела на старомодные наручные часы и на лице была тревога. Вроде симпатичная деваха, но скорее всего лесбиянка с мужскими наклонностями - у такой, даже на вопрос "Сколько времени?" ответом будет иск о противоестественных сексуальных домогательствах и половом притеснении. Так что лучше держаться подальше. Потому что однозначно проиграешь и будешь потом всю жизнь выплачивать компенсацию за моральный ущерб. Внимание привлек еще угрюмый мужик, по виду - обычный работяга с не слишком интеллектуальными обязанностями. Вообще, сейчас очень трудно встретить улыбающихся людей на улице. Потому что это сразу наталкивает на мысль, что человек либо под наркотой, либо у него не все в порядке с психикой. Если по поводу первого случая ни у кого, в том числе и властей, никаких претензий не возникает - каждый имеет право проводить свое время как хочет. То по поводу второго могут возникнуть проблемы - принудительное лечение и, если безрезультатно, Антарктическая резервация. Знаю, что это где-то на крайнем юге, где когда-то жили пингвины, а теперь - люди, которые добывают пресную воду из ледников и полезные ископаемые.
   Наконец практически бесшумно подъехал состав монорельса, состоящий из трех вагонов. Солнечные зайчики, от натертого до блеска корпуса перемигнулись с линзами камер видеонаблюдения на перроне и ближайшего дома, убегая по асфальтопласту дороги. Двери разъехались в стороны, зажглась надпись позволяющая войти и я, вместе с остальными случайными попутчиками, вошел в прохладную, озонированно-дезодорированную атмосферу поезда "Квартал КП Љ 5 - Завод Утилизации". Как только все вошли и уселись на свободные места, двери также бесшумно схлопнулись и транспортное средство начало набирать скорость. Ко мне сразу же подлетел робот-контролер и, протянув манипулятор, попросил оплатить проезд. Протянул ему карту, на что тот, чирикнув, считал информацию и проделал необходимые операции по идентификации меня, сравнению с фото в базе данных и снятию пятидесяти дэрмов с банковского счета. Это давало право на проезд в один конец в любую точку материка с учетом пересадок. За происходящим внутри вагона неусыпно следили две камеры наблюдения. И если бы была попытка неоплаченного проезда - то на следующей же остановке тебя встретит полиция со всеми вытекающими последствиями. Ну, а я - законопослушный гражданин, преданный Мировому правительству и идеалам демократии.
   Теперь можно откинуться на спинку сиденья и смотреть в окно, за которым проносились однообразные пустынные пейзажи дымящих заводов и кварталов компактного проживания для работающих там людей. Говорят, что лет пятьдесят назад здесь была дикая степь. Но с приходом к власти Мирового правительства, наш регион начал бурно развиваться , отвоевывая у природы пространства и ресурсы. Основным направлением стала добыча сланцевого газа. Слышал также, что здесь когда-то даже дикие животные водились. Но что-то мне подсказывает о сказочности этого утверждения.
  По головизорам, прикрепленным к потолкам, транслировались новости поп-музыки. Прислушиваться к ним особого интереса не было... До завода еще минут двадцать езды, так что можно и кимарнуть чуток.
   Прислонившись головой о прохладное каленое стекло окна, закрыл глаза. Несмотря на недавнее желание спать, что-то смутное, тревожащее не давало расслабиться. Неожиданно, перед глазами возник эпизод из вчерашней, точнее уже сегодняшней игры...
   Отполированный руками черенок от лопаты как бы вселял некоторое чувство защищенности, вооруженности. Впереди, в пыльном и чадном тумане показались черный китель и штаны, рогатая пилотка... Замах! Удар! В лицо как-будто плеснули чем-то горячим. И, на удивление, никакой брезгливости или еще чего-то, а наоборот - откуда-то из темных глубин души вырывался Зверь. Он как бы взвыл от восторга и торжества, опьяненный вкусом еще горячей вражеской крови. Необъяснимая легкость тела и скорость движений. Хотелось убивать еще и еще, потому что это - Враги. Враги, которые пришли захватить мою землю, убить моих родных и близких. Ринувшись к следующему эсэсовцу, но не успел нанести удар, потому что тот был срезан очередью из ППШ. Но ничего - врагов на всех хватит! Хрресь! Вой очередного немецкого танкиста, у которого из основания шеи, слева, торчал штык лопаты с обломком черенка. Он еще жив! Он еще не убит! Переворачиваю заостренный остаток держака и вонзаю врагу в живот...
   Приятный женский голос оповестил, что монорельс прибыл на конечную остановку "Завод Утилизации", пожелал всем удачного дня и поблагодарил за пользование услугами "Монорельс Компани". Нехотя открыл глаза и, поднявшись с кресла, направился к выходу.
   Странно, почему вдруг вспомнились события и ощущения от вчерашней Игры? Тем более, они мне показались несколько пугающими, но отвращения или еще какого-то негатива они не вызывали. Скорее всего - это глюк от недосыпа. Все! Сегодня не играю, прихожу домой, беру бутылку чего-нибудь покрепче, выжираю в одну харю и баиньки! Хотя, можно попробовать потусить в какой-нибудь другой локации. Пацаны с работы говорили, что во Въетнаме прикольно и Корея с Ираком тоже ништяк. Ну посмотрим, надо главное дотянуть до конца смены. Зажужжал коммуникатор - пришло текстовое напоминание с работы, что до начала смены осталось пятнадцать минут и сетка штрафных санкций за опоздание. Такие мессаги отправляет сервер управления персоналом всем сотрудникам, которые не зарегистрировались на рабочем месте или проходной за двадцать минут до начала рабочей смены.
   Ну вот и проходная. Приложил руку к сенсору, на экране появились мои фото и данные: Джон Малькольм Соколов, 04.07.2111 год рождения, г. Омск, административный округ Россия, пол - мужской, гендерное определение -мужское, сексуальная ориентация - не определившийся, семейный статус - холост, должность - оператор системы диспетчеризации зданий.
   Охранник на входе сверил голопроекцию со мной и кивнул в сторону дверей, ведущих на территорию завода. Началась очередная рабочая смена...
  
  
  Глава 2.
  
   Первым делом, перед заступлением на дежурство, заскочил в туалет. Всю дорогу терпел, чтоб "не выронить", так сказать. А что? Чего я буду тратить воду и лимит на канализацию у себя дома, платить за это бешеные деньги, если можно погадить за счет работодателя бесплатно? Есть, конечно, унитазы со встроенными утилизаторами, которые расщепляют продукты жизнедеятельности на молекулы, но и стоит эта игрушка как моя квартира.
   Двери пульта разъехались в стороны и, в лицо сразу хлынул поток охлажденного, очищенного воздуха. Климат-система здесь как всегда на высоте, несмотря на суточное присутствие Алекса Петрова, который частенько забывает перед работой сходить в душ. Или деньги на коммунальных услугах экономит, или просто грязнуля по-жизни, впрочем, как и все русские. Отцы мне часто рассказывали о так называемом "русском образе жизни", а им в свою очередь их родители. В общем, хорошо, что мы в свое время россиянам дали возможность цивилизоваться, приобщиться к общечеловеческим и демократическим ценностям. Просто ужас берет от того, что здесь раньше творилось!
  - - Привет, Алекс! - кивнул я Петрову.
  - - Здорово, Джонни! - буркнул тот в ответ. - И сколько раз тебе говорить, что бы ты не называл меня Алексом! Как собачья кличка звучит! Меня зовут Александр! Или Саша - для друзей и красивых девушек!
  - - Окей-окей! Не кипятись, Саша! - примирительно поднял ладони перед собой. Люблю просто подкалывать Петрова по поводу имени.
  - - Что там Ребане? Кто или что он сегодня? - продолжил я.
  Урмас Ребане - это наш начальник пульта, родом откуда-то из Прибалтики, поэтому и имя такое странное. Как говорят мои русские коллеги - "уребанское" или за глаза называют шефа "У. Ребан". Что эти слова означают - до сих пор не знаю, но пацаны почему-то откровенно веселятся, когда я у них об этом спрашиваю, и все равно не отвечают.
  Просто мужику уже под пятьдесят лет, но каждую неделю и, иногда даже день, он "коренным образом меняет свою жизнь". Было, что Урмас (у нас принято обращаться друг другу по имени независимо от должности - корпоративная культура) приходил весь в коже, с наращенными на голове волосами под куском черной тряпки с черепом и перекрещенными костями вместо головного убора. Лицо украшала такая же бутафорская борода, а вместо своего обычного электромобиля "Додж" приехал на допотопном двухколесном драндулете с бензиновым двигателем. В таком виде, (благо, что дресскод у нас отменили лет семь назад как дискриминацию) его охрана едва признала, но благодаря биометрии на проходной - начальника пульта все-таки идентифицировали.. Так вот, себя шеф начал величать "Орланом" и заявил всем, что теперь он "байкер", а припаркованный антиквариат - "харлей". Хватило Ури всего на неделю, так как после неудачного приземления с мотоцикла, из-за малого опыта езды на этом чудовище, пришлось провести три дня на больничной койке. Как оказалось, байкерство - это безобидная шалость, по сравнению с тем, что происходило потом. Как-то шеф решил поменять ориентацию, причем заявил об этом во всеуслышание. Следующие два дня у него была несколько странная походка, после чего решил вернуться к своему обычному гетеро-состоянию. Бывало, что вместо привычного Урмаса на работу приходила какая-то мужеподобная тетка - пол менял. Один раз вообще пульт остался без начальника на неделю - Ребане подсел на наркоту. Еще десять дней потом лечился от возникшей зависимости. В общем, как говорится, "понеслась". Каждый раз, как приходишь на дежурство, всегда ждешь от непосредственного начальника какой-нибудь сюрприз. Иной раз удивляешься изобретательности Урмаса: то какой-то гот, то хипстер, то эмо, то эстонский фашист, то садомазохист... Короче говоря, мы с парнями уже ставки начали делать, через какой срок Ребане отмочит что-нибудь новенькое и эдакое.
  - - Сегодня У.Ребан у нас кришнаит.
  - - И что это за хрень? Очередное сексуальное извращение?
  - - Нет, мой маленький западный дружок. - с некоторой долей удивления ответил Александр. - Это одно из направлений индуизма - в принципе, самое древнее религиозное течение, если ты не знаешь.
  - - И в чем прикол? Религия сейчас не в моде, вроде бы!
  - - Ну, может человек открыл для себя что-то новое в плане смысла жизни. Не все же время в очко долбиться. Вдруг ему не хватало чего-то духовного. Типа все есть, а вот "хэппинесса" нету, как говорится.
  - - Видать его опять, как вы говорите, "штырит".
  - - Все может быть. Ладно, принимай смену, а то уже хочется свалить отсюда...
  - - Не терпится снова к Лили из "Коралловой гавани"? Так я слышал, что она - трансвестит.
  - - Тьфу ты, бля! Весь кайф обломал! Ну кто тебя за язык тянул?!
  - - Тебя это смущает? Ты ведь гетеросексуал?
  - - Нет, я лесбиян. - хмыкнул Саша. - Все мужики как мужики, а меня на баб тянет.
  - - Странно это как-то. Как тебя женщины еще по судам не затаскали за противоестественные сексуальные домогательства? Как тебя вообще сюда на работу взяли?!
  - - Ну раз гетеросексуализм у нас считается меньшинством, то при приеме на работу всегда есть определенная квота на таких как я. Ведь я тоже могу в суд подать за дискриминацию.
  - - Но все равно, это извращение какое-то - мужчина с женщиной...
  - - Ты не поверишь, но почти шесть тысяч лет нашей истории связаны с сексуальными отношениями мужчины и женщины. И люди размножались благодаря этому.
  - - Да врешь ты все! - возмутился я. - Мне в школе и колледже на уроках общей истории рассказывали, что общество изначально стремилось к однополым отношениям, так как только мужчина знает как лучше удовлетворить мужчину, а женщина лучше понимает женщину. Взять тот же Древний Рим - там было много нормальных людей, которые предпочитали себе подобных в сексуально-половом плане.
  - - И чем твой Рим закончил? Я считаю, что однополые отношения - это движение против Природы.
  - - Тс-с-с! Я этого не слышал! Ты мне ничего не говорил! Ты просто сумасшедший! За такие слова можно и в Антарктику загреметь!
  - - А что я такого сказал? - удивился Петров. - У нас демократия и свобода слова!
  - - Но гомофобия - это преступление против Принципов Толерантности! Так сказано в Общемировой Конституции.
  - - А с чего ты взял, что я -гомофоб?
  - - Ну, а как еще можно назвать мужчину, которого тянет к женщине?
  - - Нормальным мужиком, мне кажется. - снова хмыкнул Саша.- Спокон веков нормальных мужиков тянуло к женщинам и наоборот.
  - - Неправда! - меня охватило возмущение. - Женщины терпели гнет гендерной дискриминации потому что в обществе еще не было Демократии и Толерантности.
  - - Ну, хорошо! Демократия зародилась в Древней Греции и что?! И тогда женщины трахались с мужчинами, рожали детишек и были всем довольны.
  - - Ничего подобного! Уже тогда было стремление женщин к равноправию, а однополые связи получили тоже свое распространение. Просто тогда был низкий уровень науки, техники и культуры полового воспитания. А варварские предрассудки еще больше разжигали гомофобию.
  - - Это где ты такое узнал? Особенно о низком культурном уровне? Вроде как Античность считалась расцветом искусств и наук.
  - - В учебниках по общемировой истории. И не надо вырывать слова из контекста. Я говорил о низком уровне полового воспитания детей.
  - - Да уж. Хорошо вас там, видать, учили. А сам-то ты кто? Гомик?
  - - Еще не определился, ты же знаешь. И не надо так выражаться. Сам ведь знаешь, какие штрафы за такие ругательства.
  - - Ладно, ты принял смену?
  - - Конечно.
  - - Ну, тогда я пошел. - сказал Алекс и, поднявшись с операторского кресла вышел из помещения пульта.
  - - Джон Малкольм Соколов, Браво, Дельта, Эхо, восемь, семь, два, четыре, шесть, восемь, Браво. - привычно произнес я, усевшись на операторское место.
  - - Голосовая идентификация проведена! - сказал искусственный женский голос системы диспетчеризации. - Поднесите ладони к сенсорам для биометрической идентификации и анализа.
  Тут же на консоли управления, выполненной в качестве крышки стола, появились мерцающие очертания двух ладоней, куда незамедлительно я и положил свои. Узкая полоска света прошлась по коже и раздалось дилиньканье. Тот же женский голос сообщил: "Джон Малкольм Соколов, Браво, Дельта, Эхо, восемь, семь, два, четыре, шесть, восемь, Браво, данные биометрии и голосового анализа совпали. Морально-психологические отклонения препятствующие несению дежурства - результат отрицательный, наличие воздействия алкоголя, наркотиков и других медицинских препаратов - результат отрицательный, наличие воздействия гипноза и других психических технологий - результат отрицательный. Доступ в систему - одобрен."
  - - Привет, Катрин! - привычно поздоровался я с искусственным "мозгом" системы диспетчеризации.
  - - Доброе утро, мистер Соколов! - ответила Катрин. - Чем могу помочь?
  - - Выведи последние логи сработок системы, а также текущее состояние всех подсистем здания в географическом формате.
  - - Сию минуту, мистер Соколов! - ответил искин.
  
  ***
  
  - Ну, и что вы думаете по поводу Соколова после первичной диагностики? - спросил человек в сером костюме, сидящий в шикарном кабинете на шестидесятом этаже.
  - Ярко выраженных отклонений пока не наблюдается. - Ответил мужчина в белом халате, который вопреки устоявшемуся стереотипу на счет медиков, был надет на накачанное мускулистое тело. - Можно сказать, что все в пределах нормы. А откуда такая информация?
  - Просто поступил сигнал, и мы его отрабатываем. Вам переслали записи бесед с ним в неофициальной и формальной обстановке?
  - Еще нет. Но исходя из его послужного списка и данных системы скрытой медицинской поддержки персонала - обыкновенный человек и сотрудник. Если бы что-то было не так - нас бы сразу оповестили. А откуда пришел ваш сигнал?
  - Это вам пока знать не обязательно. Короче говоря, мистер Морозофф, через полчаса, я хотел бы получить полное медицинское дело Соколова, со свежей характеристикой психического состояния.
  - Да, сэр. - сказал медик, поднялся с кресла и, зацокав высокими каблуками "шпилек", направился к двери кабинета.
  - Мистер Солтсби, - обратился Морозофф, обернувшись у двери. - Если у вас есть еще какая-нибудь медицинская информация по психическому состоянию Соколова не известная нам - поделитесь. Чем скорее мы разберемся в сложившейся ситуации, тем скорее примем меры.
  - Если появится что-то новое и касающееся вас - непременно поставлю в известность. - ответил Солтсби, отворачиваясь в кресле к огромному панорамному окну, давая понять, что разговор окончен.
  
  
  Глава 3.
  
  4 мая 1985 года. Район Панджерского ущелья.
  
   Вертушки сопровождения в очередной раз "отнурсили" склон горы справа, откуда несколько минут назад нас обстреляли из безоткатки, "крупняка" и автоматов. Как только засвистели первые пули, меня кто-то схватил за шкварник и скинул с брони вниз. Видимо это и спасло, потому что следующая очередь, выбивая фиолетовые искры рикошетов, прошлась по тому месту, с которого меня мгновением раньше сдернули. Очутившись на земле, неведомый до сих пор инстинкт заставил ужом уползти под защиту брони, прижаться к горячим от солнца и движения каткам БМПшки, прижав к себе выроненный АКМС. Пот градом лился по лицу, застилая глаза, вызывая в них неприятное жжение, как будто только что вынырнул из моря. Лежа к ведущему катку, у кормы "бээмпэшки", с автоматом в руках сидел мой "комод" Сашка Попов, методично посылая одиночные выстрелы в какие-то одному ему намеченные цели. Что-то кричал мне сквозь грохот перестрелки. Подполз ближе.
  - - Ты какого хера сачкуешь? - орал сержант, притянув рукой мою голову к себе. - А ну подорвался и стреляй!
  - - Куда стрелять-то?! - также крикнул в ответ я. - Не видно же нихера!
  - - Туда и стреляй! - махнул он в сторону горы, которую недавно обработала армейская авиация. - Обосрался что ли?!
   Несмотря на то, что "вертушки" открутили "карусель", высадив весь боекомплект на злополучную гору, и ушли на базу для дозаправки и пополнения БК, оттуда велся ураганный огонь из стрелкового оружия. Скорее всего, у них там были укрытия, где "духи" смогли переждать налет "крокодилов", чтобы выскочить и снова нас обстрелять. Изредка раздавались взрывы от попадания выстрелов из безоткатки, щелкали пули по броне и камням вокруг.
   Отщелкнув предохранитель вниз, дернул затворную раму, досылая патрон. Несмотря на почти пятидесятиградусную жару, меня пробрал озноб. Сашка чертыхнулся, упав на задницу, после того, как по броне, в районе десанта, прошлась автоматная очередь. Сделав несколько судорожных вдохов-выдохов, я встал в полный рост и нажал на спуск. Магазин опустел в несколько секунд. Сильная рука сержанта схватила меня за поясной ремень и дернула вниз, к гусенице БМП.
   - - Ты че, долбоеб ебАный, творишь?! - крикнул "комод", пытаясь перекрыть грохот "работы" автоматической пушки БМП за которой мы укрывались. - Без башки остаться хочешь?! И куда ты очередями лупишь?! Есть еще патроны?!
   Расстегнув клапан "лифчика", вытащил полный магазин и протянул его сержанту. Тот быстро перезарядился и кинул мне свой пустой взамен, продолжая посылать одиночные выстрелы в сторону огрызавшейся металлическим шквалом горы.
   -- Чего расселся?! - опять крикнул Попов, - Давай, магазины снаряжай!
   Скинул вещмешок, развязал узел, достал мешочек с россыпью патронов и начал дрожащими от испуга пальцами запихивать их в магазин. Работа скажем мягко, не ладилась, и металлические цилиндры высыпались из рук или отскакивали под действием пружины подавателя. С грехом пополам все-таки снарядил магазин и протянул Попову. Но к тому времени обстрел уже закончился.
   Теперь можно и осмотреться. Из придорожных арыков и из-под техники начали вылезать люди обвешанные оружием. На лицах были серые маски от пыли, которой в здешних краях было в огромном избытке. Не помню, кто-то даже сказал, что за два года в Афгане рядовой пехотинец "съедал кирпич". Это, конечно, образно сказано, но не беспочвенно, так как вездесущий мелкий песок преследовал везде: скрипел на зубах, драл глотку, устилал волосы и, когда потеешь (если есть чем, конечно) налипал на лицо, делая из него серую маску.
   Пацаны отряхивались и матерились. Послышались крики "Медик!" и мимо пробежал прапорщик Мотрюк - наша батальонная медицина. Впереди кто-то истошно кричал, пахло дымом, солярочным выхлопом и пороховым перегаром. Поднявшись на ноги, увидел, как БМПэшка сталкивала в кювет горящий КАМАЗ-"наливняк", которому прямым попаданием из гранатомета разворотило кабину. Водителя опознали по обгорелому куску ПШ, на подкладке которой осталось вытравленное хлоркой тавро с номером военного билета, года призыва и фамилии. Старшему машины повезло больше - его вместе с дверью откинуло взрывом, оторвав левую ногу до бедра, и размолотило руку с той же стороны. Тем не менее - он "получил свое". Наш начмед, вместе с подоспевшим к месту трагедии санинструктором Серегой Павличенко из первой роты, оказывали помощь другим раненным. Мне и еще пятерым пацанам моего призыва досталось огромное "удовольствие" собирать в плащ-палатки останки водителя "наливняка" и старшего прапорщика Куцая, которые вместе с ним был тогда в кабине.
   Наш взвод занял небольшой пригорок у дороги, ожидая борт чтобы загрузить туда двоих раненных и трупы. Перед этим, конечно, "кроты" прошмонали дорогу и площадку для посадки на предмет всяких там скрытых сюрпризов от "духов". Колонна двинулась дальше, оставив здесь навсегда обгорелый остов бензовоза, как памятник двум погибшим людям. Рычащая, скрипящая армада машин и бронетехники растянулась нескончаемой лентой по дороге на многие километры. Во всяком случае, сколько глаз мог охватить - везде были наши. Жара немилосердно выжигала последние остатки жидкости из наших тел. Фляги уже давно опустели, благо на броне у "мазуты" еще был некоторый запас воды в специальных резиновых емкостях. На вкус - как будто покрышку пожевал, но жить захочешь - и не так раскорячишься. Хорошо хоть, что сидим на одном месте и не нужно по горам скакать, как например разведке или десантуре. Хотя оставаться ночью на дороге тоже стремновато - мало ли здесь "духов" шляется. Днем он мирный дехканин, кричит тебе "Дуст!", а ночью как оборотень какой-то, превращается в моджахеда и уже стреляет по тебе, растяжки ставит или фугасы на дороге. Хорошо бы если "вертушка" поскорее бы забрала "двухсотых" и раненных. А мы уж догоним своих...
   Останки мужиков на бешеном солнцепеке быстро "прокисли" и начали давать о себе знать соответствующими ароматами. Каска раскалилась так, что несмотря на подшлемник и поддетую под него панаму, казалось что голова находится в духовке. Но снять ее не разрешали "деды", которые сами не особо соблюдали форму одежды, когда рядом не было офицеров. Часа через четыре, наконец-то подлетела "восьмерка", подняв огромную тучу проклятой пыли. Перед ее посадкой мы обстреляли все подозрительные места, где могли скрываться "басмачи" из всего, что только у нас было. И сделали это с огромным удовольствием, так как чем больше сожжешь патронов, тем меньше их потом на себе тащить. Хотя старослужащие придерживались другого мнения и особо не палили. Когда я одной очередью выпустил второй магазин по развалинам глинобитного дувала, меня пнул в бедро Попов.
   - - Ты куда, дура, палишь?! А если сейчас "духи" зажмут, чем отбиваться будешь?
   - - Так я ж хотел...
   - - Да мне по...й, что ты хотел, боец! Патронов лишних не бывает! Понял, душара?!
   - - Так точно, товарищ сержант.
   - - То-то же. А теперь быстро метнулся на погрузку! Вон, уже "вертушка" садится.
   - - Есть! - ответил я, поставил автомат на предохранитель, закинув в положение "за спиной" и потрусил к сложенным в ряд плащ-палаткам с останками. Из-за поднятой пыли, было почти не видно, кто еще мне помогал тащить "груз двести" до вертушки, которая хоть и приземлилась, но двигатели продолжали работать, а лопасти, соответственно, крутиться. Закрыв глаза, потому что их моментально запорошило, дышать приходилось через раз - так как мелкий подлючий песок лез во все дырки организма, если можно так выразиться. Глухо стукнулась каска о дюраль "вертушки", ощутимый пинок в спину окончательно придал правильное направление к открытому борту люка борта. Закинув ношу, моментально отвернулся и бросился прочь от винтокрылой машины. Взревев турбинами "восьмерка" взмыла в небо, отбрасывая цветочки тепловых ловушек.
   Поступила команда грузиться и выдвигаться дальше, догонять свой полк. Дело это было довольно сложное, так как дороги были забиты проходящими тылами и броней проходящих подразделений. Каждый мудак при погонах считал своим долгом поинтересоваться кто и что мы, а раз отставшие, значит обязательно нужно приказать пропустить его колонну. Так сидя на броне, опершись на башню, сзади, я впадал в полудремотное состояние. Вроде спишь, а вроде и нет. Следишь, чтобы не сверзиться на землю и попасть под гусеницы "бэшки" идущей сзади, хоть и скорость передвижения была черепашья. Чтобы "дедушка" Попов не заметил, а то влететь может, ибо спать "по сроку службы не положено". Да и недавний обстрел произвел впечатление - все время ждал, вдруг опять "духи" валить начнут. С них станется. Хотя, перед тем как запускать колонну, обычно господствующие высоты занимают наши подразделения, чтобы отгонять "басмачей" от дороги. Да и артиллерия с авиацией обрабатывает по запросу неплохо.
   Как же хочется пить... Ноги плохо слушаются, а вещмешок оттягивает плечи - каждый грамм чувствуется. Веревка впилась в шею и ужасно давила сквозь поднятый воротник, а на ее концах болтались по одной минометной мине. Вот ведь напасть - усилили наш взвод расчетом "подносов", а теперь их барахло приходится переть в горы на себе. Скорее бы уже на место прийти... Еще спуск, подъем и мы на задаче. Во всяком случае, так сказал наш взводный, лейтенант Михеев.
   Китель стал белым и стоял колом от выступившей соли вперемежку с пылью. Наконец-то пришли на место... Осталось совсем немного - буквально с сотню-другую футов. Приданные нам "кроты" проверяли высотку на предмет "духовских сюрпризов" в виде мин-ловушек. Ведь совсем недавно они отсюда ушли. Упав со стоном на землю, легкие судорожно хватали раскаленный воздух после подъема на гору с навьюченным грузом за плечами. Сержант-сапер вернулся с высотки и что-то доложил Михееву, а тот, в свою очередь, что-то сказал старослужащим.
  - - А ну подорвались, доходяги! Вперед! Строим СПСы! - пиная ногами лежавших солдат, кричал сержант Хабибулаев, наш "замок". - Чего разлеглись, чумасосы?!
  Все бойцы моего призыва с матюгами и стонам начали подыматься с раскаленной афганским солнцем земли. Часа через два, под руководством "дедушек" соорудили СПСы и, выставив охранение, принялись готовить ужин. Пока "взводные" узбеки возились с едой, наше отделение, под руководством Попова, почистило оружие. Потом сменили охранение, чтобы и они могли привести свои автоматы и пулеметы в порядок. Пару раз наши минометчики накрывали высотку в паре милях от нас с противоположной стороны дороги - там появлялись душманы. Я успел первым избавиться от мин, чему несказанно обрадовался - меньше тащить на себе, в случае чего. Правда, не стоит особо обольщаться, потому что "дедушки" всегда найдут, чем нагрузить.
  Темнота как-то резко наступила. Сегодня я с Васьковым, по кличке "Калуга", делили ночь пополам на посту. Усталость и непреодолимое желание спать свинцом налило веки. Но страх, что из темноты могут приползти "духи" и вырезать наш взвод, был немного сильнее. Раз в полчаса артиллеристы вешали "люстры" и окрестные горы освещались мертвенно белым светом. Временами то мы, то соседи пускали осветительные ракеты. Иногда с позиций остальных взводов нашей роты, расположенных на высотах в километре и двух в сторону Чарикара, стреляли вниз по склону из пулеметов. Неожиданно, показалось возле дороги шевеление, может, конечно, это из-за причудливой игры тени и света при освещении "факелами". Но на всякий случай отправил Калугу к Попову.
  - - И чего ты ждешь? Есть малейшее подозрение - вали на поражение. Нехер думать тут. - дав затрещину Калуге, сказал сержант.
  - - Но там ведь могут быть люди. - возразил я.
  - - Какие в п....ду люди? Люди ночью по дорогам не ходят. Там могут быть только "духи". И могут ставить фугас, на котором кто-то из наших подорвется. Понял, боец?! - и сержант дал несколько неприцельных очередей вниз из автомата.
  - - Так точно.
  - - Ну тогда сейчас глянем. - сказал Попов, запуская в зенит осветительную ракету.
   При бледном свете увидели, как двое "бородачей" тащили третьего. Мгновенно ожил пулемет Калуги, да и сам я мгновенно выпустил магазин короткими очередями. Почти синхронно с нами ожили позиции соседнего взвода. Красивое, но весьма смертоносное, зрелище - полет трассеров в темноте. Склоны соседней горы тоже загрохотали очередями. Тут же запросил по рации комбат о причине шума. При мертвенно-бледном освещении "люстры", которую повесили минометчики, удалось разглядеть, что все трое нежданных гостей лежат у дороги. Утром, как рассветет, придется спускаться за их автоматами, если, конечно, "духи" под покровом темноты не подберут. Хотя, думаю, уже не полезут.
   Попов ушел, и мы, с Калугой, остались вдвоем в СПСе. Мой напарник протянул галету, которую он, видимо, сэкономил за ужином. Есть хотелось, а еще больше - пить, хоть и ночка была весьма свежая. Сказывалось, скорее всего, дневное обезвоживание организма под палящим солнцем Афганистана.
   - Слушай, Серега, - обратился я к Калуге. - А Попов бот, мод или реал?
   - Хрен его знает. - ответил напарник, хрустя галетой. - Скорее всего - бот, который приставлен к нам для прокачки скилов. Ты впервые в этой локации?
   - Да. Честно говоря, тяжковато здесь как-то. Жара, пыль, горы... Но здесь очки рейтинга хорошие дают за выполненные миссии и квесты.
   - Это да. А раньше, по каким локациям тусил? Джон Соколов - это твое настоящее имя или псевдо?
   - Настоящее, не волнуйся. Вот позавчера был на "Курской дуге". Ад кромешный просто! Не могу себе представить, как люди в реале выживали в таких условиях!
   - "Курская дуга" - самая популярная локация среди бывших русских. Правда там рейтинг получается средненький. Я вот в последнее время либо здесь, на Панджшерской операции, либо на "Ржевской мясорубке". - ответил Калуга, достав сигарету без фильтра и приготовившись прикурить ее.
   - А что за "Ржевская мясорубка"? Ни разу не слышал о таком.
   - Это одна из локаций Битвы за Москву.
   - Битва за Москву? А в какой войне? А то эти дикие русские все время с кем-то воюют.
   - Как в какой? - опешил Серега. - В Великой Отечественной войне одна тысяча девятьсот сорок первого тире сорок пятого годов. Ты же вроде тоже русский, судя по фамилии.
   - Ты хотел сказать в Советско-германской войне сорок первого сорок пятого годов?
   - Нет, это вы ее так называете, а для меня - это Великая Отечественная война.
  - Ну, не будем спорить... И вообще, национальность - это пережиток прошлого. - пожал я плечами. - Тем более, что мои отцы были из Нью-Йорка.
   - Так ты из однополых... - протянул Сергей. - Ну, тогда не удивительно, что ты такую промытую херню несешь.
   - Нет, я из однополой семьи, но сам себя считаю мужчиной с гетеро-ориентацией.
   - Это не может не радовать. Хоть можно спокойно спиной к тебе поворачиваться и наклоняться, не боясь того, что ты сразу пристроишься сзади. - хмыкнул Калуга.
   - А ты что, гомофоб? Просто....мне не нравится, как ты отзываешься о людях с другой ориентацией. Это попахивает нехорошо.
   - Знаешь, здесь, на войне, нельзя быть толерантным и терпимым. Здесь все просто - либо ты, либо тебя. А разбираться, кто кого куда долбит - нет времени. "Боевые пидорасы" здесь долго не живут - либо сразу сливаются, либо примерно через день делают ноги.
   - Но это всего лишь Игра! Виртуальная реальность. Этого не существует, а может даже и не было никогда.
   - Дурак ты, Соколов, и не лечишься. Это единственное место, где я могу вспомнить, прочувствовать и гордиться тем, кто я есть по крови. Конечно, это только иллюзия...но она стоит того, чтобы жить. Когда-нибудь, мы, славяне, проснемся от дремоты и вернем былую славу наших пращуров.
   - А кто ты, как ты говоришь: "по крови"?
   - Я - русский. В далеком восемнадцатом веке был величайший русский полководец Александр Васильевич Суворов. Так вот, он не проиграл почти ни одного сражения и был признан практически всеми странами Старого мира. Он сказал, на мой взгляд, самую главную национальную мысль: "Мы - русские! Какой восторг!" Вот так вот. А память крови - не обманешь.
   - Ты осторожнее со словами. А то это могут трактовать как национализм и тебя могут изолировать.
   - А я ничего такого не сказал. Это общепринятый исторический факт. Правда его пытаются убрать и забыть из мировой истории, но это уже другое дело.
   Неожиданно сверкнула вспышка. Спазм и боль охватило тело. Крик попытался сорваться из моих уст, но так и застрял в недрах организма. Темнота...
   На внутреннем мониторе всплыл ролик последних десяти секунд игры. Бородатый "дух" выстрелил из гранатомета, как говорится "на дурняка" и попал как раз в наш СПС.
   На сегодня хватит играть. Пока снимал с себя экипировку, все время думал над тем, что мне сказал Калуга. Странные они, эти русские. Гордятся тем, как уничтожали других людей. При этом если он сам погибает во время войны - это возводится в ранг высшей доблести. Как-то это все странно. Но при этом, не вызывает у меня каких-либо внутренних противоречий, или протеста. Как-будто так и должно быть. Может он прав насчет "памяти крови"? Ведь я тоже имею русские корни. Джеф (один из отцов) рассказывал, что они меня взяли из Центра воспроизведения в Москве... Странно как-то это все. Очень странно. Не покидает ощущение того, что либо я о чем-то великом... нет, не так... Великом не знаю, либо меня обманывают. В общем, непонятное что-то творится. "Ржевская мясорубка"... Надо же, как назвали-то... Кровожадно и трагично одновременно. Я даже не слышал, что была такая Битва за Москву. Надо посмотреть в Сети, что там о ней есть.
   Я залез в спальную капсулу и голосом вызвал мини-голопроектор. В трехмерном изображении засветился логотип провайдера, а потом поисковик. "Ржев" - скомандовал я. Появились ссылки на всю имеющуюся информацию. Перешел на вкладку "История". Оказалось, что это весьма древний город, о котором впервые упоминается в 1216 году. Пробежав глазами по строкам, неожиданно наткнулся на раздел "Ржевская битва 1942-1943 г.". "Может это и есть "Мясорубка"?" - подумал я и перешел по ссылке на основную статью.
   "Ржевская битва - незначительный эпизод в рамках Битвы за Москву в Советско-германской войне 1941-1945 годов. Кровавый сталинский режим погнал на убой сотни тысяч голодных, плохо вооруженных солдат..." Прочитав до конца статью, я был немного в шоке. Как мог один человек заставить пойти на смерть сотни тысяч людей?! Что или кто их заставлял гибнуть за никому не нужный городишко? Что-то тут не так! Надо разобраться...
   Еще походив по ссылкам, случайно набрел на литературный форум, где прочел даже стихотворение о "Ржевской мясорубке". Написал его какой-то древний русский поэт, некий Александр Твардовский. Называлось оно "Я убит подо Ржевом".
  
   Я убит подо Ржевом,
   В безымянном болоте,
   В пятой роте, на левом,
   При жестоком налете.
   Я не слышал разрыва,
   Я не видел той вспышки,-
   Точно в пропасть с обрыва -
   И ни дна, ни покрышки.
   И во всем этом мире,
   До конца его дней,
   Ни петлички, ни лычки
   С гимнастерки моей.
   Я - где корни слепые
   Ищут корма во тьме;
   Я - где с облачком пыли
   Ходит рожь на холме;
   Я - где крик петушиный
   На заре по росе;
   Я - где ваши машины
   Воздух рвут на шоссе;
   Где травинку к травинке
   Речка травы прядет, -
   Там, куда на поминки
   Даже мать не придет.
  
  
   Я долго лежал и "переваривал" прочитанное... Честно говоря, многое было непонятно. И каким-то неведомым ранее шестым чувством понимал, что дух, которым пропитана каждая строка этого стихотворения, не может исходить от "бесправных и угнетенных кровавым сталинским режимом" людей. Ну может массовый гипноз, зомбирование, наркотики... Нет, наверное, тогда еще таких технологий не было. Надо обязательно сходить в эту локацию - "Ржевскую мясорубку". Кстати, тут упоминался Сталинград. А это где и когда? Надо почитать.
  
  
  Глава 4.
  
  14 июля 2143 года. г. Северск, Томский регион, Административный округ Россия.
  
   Утро началось как обычно. Ничего нового или экстраординарного. Все тот же синтетический завтрак, поездка в вагоне монорельса на работу. Всю дорогу думал о вчерашнем разговоре с Серегой Калугой.
  И все время, назойливо сверлила сознание одна и та же мысль: " Почему эти русские, да и другие народы бывшего Союза Советских Социалистических республик, шли на гибель миллионами по приказу Сталина?" Что сейчас может заставить людей добровольно расстаться с жизнью? Под действием наркотиков? Нет, не то. Эвтаназия? Тоже мимо. Гипноз и психотерапия? Скорее всего, нет - ТОГДА они шли в трезвом уме и твердой памяти. Так что же?! Почему русские называют Родину - Матерью? Ведь это замшелое понятие из старины, когда женщин угнетали по гендерному признаку. Не могу понять, ведь у меня не было матери - были Джеф и Билл. Доминирующий и пассивный отец - и это нормальная однополая семья, как и у остальных. Может в те времена люди стремились защитить свои семьи, дом? Так для этого существуют профессионалы - полиция, военные, которым платят за это. А тут, судя по тем материалам, что удалось найти - всеобщий патриотический подъем населения. Как же это объяснить? Так много появилось вопросов, на которые я не могу найти ответов.
  Может они лежат в какой-нибудь другой плоскости, которая мне не доступна. А может и со временем, житейским опытом придет то самое правильное восприятие этих вещей. А вот ты, Джон Соколофф, смог бы добровольно пожертвовать собой, своим здоровьем, жизнью ради кого-то? Не знаю, наверное, нет. Смотря ради кого... например, ради своих родителей, Джефа и Билла? Скорее всего - да. А ради других, совершенно незнакомых тебе людей, которые по определенному признаку являются кое в чем с тобой одинаковыми? Вот видишь, ответ не приходит. А те, русские, украинцы, белорусы, грузины, казахи и много других отдавали жизнь за Родину-мать и без каких - либо оговорок или условий контракта, страховок.
  А что такое Родина? Никогда не задумывался над этим. В сети можно найти кучу определений этого понятия. Но попытайся додуматься сам, сформулируй. Самое простое объяснение: Родина - это место, где ты родился. А где ты родился, Джон? Ты точно уверен, что в Москве, как говорили тебе приемные родители?
  А кто твои настоящие или биологические родители? Джеф говорил, что меня родила женщина, а не вырастили в лаборатории, как других. Значит, у меня есть мать?! А кто она? Где сейчас находится? Как ее зовут? Как она выглядит? Любила ли она меня? А кто и где мой отец? Эх, сколько сразу возникло вопросов... Надо будет после смены заглянуть к своему психоаналитику. А то до добра не доведут такие мысли.
   На пульте наблюдения опять я менял Алекса Петрова. Все как обычно. Проверил работоспособность всех систем и уселся в кресло оператора. Пока мой предшественник собирал свои вещи, наблюдал за ним. Весьма интересный тип, этот русский.
   - Что-то ты сегодня молчалив и задумчив, Джонни. Случилось чего? - участливо спросил Петров.
   - Нет, просто не выспался.
   - У тебя была бурная ночь? Тебе впервые вжарили под хвост? Или ты тыкал в "шоколадный глаз"?
   - Нет.
   - Ну, тогда обрадуй меня! Это была баба?!
   - Алекс, вот у тебя все сводится к одному и тому же...
   - А что тут такого? Все по дедушке Фрейду: секс - это корень всех мотиваций. Как говорил мой дедушка: "Зов влагалища сильнее голоса разума". И еще раз назовешь меня собачьей кличкой - дам в табло.
   - Хорошо, Саша. Просто вчера заигрался в Мир Войны.
   - О, как! Уж лучше бы тебе "гудок прочистили"...И давно ты в нее рубишься?
   - Да нет, совсем недавно, но затягивает. Просто общался с одним твоим соотечественником и вот сейчас обдумываю наш разговор.
   - И что он тебе такого подрассказал, что ты так неприлично напряг свою мозговую кость?
   - Да много такого, о чем я раньше не задумывался даже.
   - Ты задумался?! Джонни, дружище, ну не твое это! НЕ ТВОЕ! - расхохотался Петров. - У тебя ж как у любого обывателя, все сводится к одной поговорке: "Жорево, порево - здорево". Хотя могут быть нюансы - типа Мира Войны или наркоты. Ой, замираю в глубочайшем пардоне: есть еще всякие уникумы типа нашего Уребана. Такие товарищи страдают ерундой по поводу и без, так как деньги позволяют.
   - Иди ты в задницу, Петров! - рассердился я. - Я тут о серьезных вещах говорю...
   - Ну, ладно, не кипятись, - примирительно подняв ладони к груди, усмехнулся Саша. - Ты тоже, своего рода уникум. Ты задумываешься... Вот только интересно, о чем?
   - О Родине... - смущенно произнес я и отвернулся к монитору.
   - О как! О Родине, говоришь, - озадаченно крякнул Петров. - Хм. И что ты думаешь об этом? И с чего вдруг в твой толерантно-демократический мозг залетела такая крамольная мысля?
   - Ну.... Я еще пока сам не определился. Наверное, Родина - это место, где ты родился, вырос и живешь. Где твои родные и близкие.
   - Хех, вполне по Педивикии. Прилизано, зачесано и накрашены губы. Родина - это земля, люди, история, предки и пращуры, песни, сказки, приметы и прочая культурная светотень, даже запахи, за которые тебе не жалко и жизнь отдать, чтобы защитить от зла. Родина - это там, где твой дом, точнее, где ты чувствуешь себя именно "дома", где тебе хорошо, где тебя любят и ждут. А где твоя Родина, Джонни?
   - Я не знаю...
   - Что у тебя в свидетельстве о рождении написано?
   - Ну, Москва.
   - А ты там хоть раз был в зрелом возрасте?
   - Нет. Думал, что как-нибудь еще успею съездить.
   - А где ты вырос? Где твоя семья? Где твои родственники?
   - В Нью-Джерси, там живут мои отцы. Только ехать туда нет желания.
   - Почему? У тебя проблемы с родителями?
   - Я не захотел жить, как они меня заставляли. Решил, что буду строить свою судьбу сам, как захочу. И со скандалом уехал на другой материк.
   - Печально. А связь-то хоть с ними поддерживаешь?
   - Нет.
   - А девушка или парень у тебя есть?
   - Тоже нет.
   - Так ты один, как перст. Ну, тогда не удивительно, что ты во всякую хрень играешься. Давай завтра, после смены, вечерком сходим в одно место и отдохнем?
   - Саша, я ведь не гей...
   - Дурак ты, Джонни, и не лечишься. Я ведь натурал, то есть специализируюсь исключительно по хорошеньким женщинам.
   - Ну, не знаю, надо подумать. Тем более, что у меня были другие планы.
   - В задницу все планы. Поехали, отдохнем, оттянемся.
   - Нет, спасибо. Может как-нибудь в другой раз.
   - Ну, как хочешь. Была бы честь предложена, - скривившись произнес Петров и вышел из помещения пульта.
   Всю смену пытался сосредоточиться на работе, но получалось это с трудом. Благо, поломок и сработок почти не было. На своем коммуникаторе я сидел в инфосети (хоть это и запрещалось инструкциями, но руководство смотрело сквозь пальцы, если это не отражалось на результатах работы). В Фейсбуке, самой массовой и древней соцсети, меня зафрендил Калуга. И как только он меня нашел? Все равно, приятно. Он подкинул несколько ссылок, на воспоминания участников Советско-германской войны сорок первого-сорок пятого годов двадцатого столетия. Почему-то он и эти люди называли эту войну "Великой Отечественной". А что за Отечество такое? Чем это понятие отличается от Родины? Ох уж эти русские - вечно намудрят, напридумывают. Все должно быть просто и понятно. Зачем усложнять?
   Интересно, вот русские называют одно и то же понятие разными словами. Хреново, что я очень плохо знаю русский - в наш век универса, национальные языки практически не нужны. Тем более, что демократия и толерантность дает всем нациям равные права, тогда зачем еще придумывать языки общения?
   А что такое демократия? Надо глянуть в сети. Никогда не задавал себе этот вопрос. Просто это понятие всегда на слуху и в садике, и в школе, и в колледже, поэтому воспринимается как аксиома. Та-а-к. "Демократия - (др.-греч. δημοκρατία - "власть народа", от δῆμος - "народ" и κράτος - "власть") - политический режим, в основе которого лежит метод коллективного принятия решений с равным воздействием участников на исход процесса или на его существенные стадии. Хотя такой метод применим к любым общественным структурам, на сегодняшний день его важнейшим приложением является государство, так как оно обладает большой властью..." Ну, все правильно! У нас есть Мировое Правительство, которое коллективно принимает решения. А членов этого Правительства мы избираем каждые десять лет. И чего тогда есть люди, которые всегда недовольны властями? Ведь получается, что народ избирает самых лучших своих представителей на руководящие посты. Им доверяют принятие самых важных, стратегических решений в жизни нашей планеты. И что в этом плохого?
   А все-таки есть сомнения... Ведь выбираем мы таких же людей, как я, Петров и так далее. Может они получили лучшее образование, сделали головокружительную карьеру, но... Они так и остаются - ЛЮДЬМИ. Со своими слабостями, сильными сторонами, страстями и взглядами. Где гарантия, что избранный нами человек, на людях - примерный семьянин, поборник демократических ценностей, а по вечерам не избивает своего секс-партнера или супругу? Или не сидит на наркоте, а некоторые его решения приняты под воздействием кайфа? Конечно, во внерабочее время представитель народа может делать все, что угодно, если это не мешает соседям. Но становится как стремно, от того, что из-за "прихода" какого-то обдолбанного "слуги народа" тысячи семей могут лишиться работы или жилья. Поэтому, выбираться должны лучшие. Но как показала практика последнего столетия - в Мировом Правительстве сформировались целые династии министров, а также обладателей маломальских постов. Своего рода закрытая каста избранных. И где эта чертова Демократия? Где власть народа? Странные мысли у тебя завертелись, Джонни. Хорошо, что о них никто не узнает, а то не миновать тебе Арктики.
   Так, ну с демократией мы разобрались, а вот что такое "толерантность"? "Толерантность - (от лат. tolerantia - терпение, терпеливость, добровольное перенесение страданий) - социологический термин, обозначающий терпимость к иному мировоззрению, образу жизни, поведению и обычаям. Толерантность не равносильна безразличию. Она не означает также принятия иного мировоззрения или образа жизни, она заключается в представлении другим права жить в соответствии с собственным мировоззрением.
   Хм, тоже интересный момент. Тут же натолкнулся на медицинское значение этого слова: способность организма переносить неблагоприятное влияние того или иного фактора среды. Интересная интерпретация!
   По условиям Игры - персонажи, в которых ты воплощаешься в локациях - реально существовавшие люди, а события воспроизведены с максимально возможной точностью. Во всяком случае, в окружающей обстановке, оружии, технике и так далее. Еда и та тех времен. Правда она как бы виртуальная, но ощущение сытости после ее употребления есть. Таким образом, можно месяцами жить в Игре, без особых последствий для здоровья тела и психики. Ну, так сообщается на сайте производителя.
   Так вот. Исходя из тех событий, что воспроизводятся, те реально жившие сотни лет назад люди, сами по себе должны быть ужасно крепкими и сильными, что душой, что телом. Ибо такую нагрузку и физическую, и психологическую тяжело вынести. А тут, ты знаешь, что всегда можешь выйти из Игры, отдохнуть, когда сам этого захочешь. А теперь представьте, под пулями, снарядами, голодными со смертельной опасностью в обнимку месяцами, годами без возможности сохраниться или выйти на отдых. Может это и есть проявление толерантности в медицинском понимании? Когда организму делают плохо, но он терпит и приспосабливается. Нет, не правильно. Это не толерантность - это что-то другое.
  Они вставали с оружием в руках против врага, потому что не хотели терпеть, проявлять толерантность. Одни Крестовые походы чего стоят... Нет, они защищали свой дом или захватывали чужие пространства, экономики, население для одной и той же цели - тогда люди не могли и не хотели терпеть и жить как раньше. они хотели изменить свою жизнь к лучшему, каждый в своем понимании. Например, немцы хотели оттяпать у Советского Союза полстраны, чтобы расселить свое население, а русские, украинцы, белорусы и другие - были у них в качестве рабов. С одной стороны, они хотели сделать лучше для своего народа. Версальское унижение, видимо, сильно ударило по самолюбию германцев, и они провозгласили себя "высшей расой". Они проиграли эту войну. Причем, это и не удивительно - любое добро созданное за счет унижения других народов - это зло и долго такое продолжаться не может.
  Яркими примерами может послужить все рабовладельческие цивилизации. Они либо были поглощены более сильными державами, либо разрушались в междоусобных войнах внутри страны. Например, Египет - была сильной рабовладельческой державой в свое время, потом как проституткой им владели то Вавилон, то Персия, то Римская империя. Кстати, которая потом не раз подавляла восстания рабов, а потом под ударами внешних врагов и внутренних распалась.
  Что-то я отдалился от темы... Так вот... Русский и другие народы, населявшие Советский Союз, не захотели терпеть унижения, быть рабами и попросту уничтожаться. Вот и пошли на такие испытания.
  Все это потому, что у древних людей не было внедрено в сознание принципы толерантности. Вот сейчас у нас, например, можешь "зиги кидать", можешь Аллаху или Яхве и даже самому Сатане молиться - слова никто не скажет. Если это не задевает кого-либо - делай, что хочешь. А если начнешь приносить кровавые жертвы или избивать арабов или африканоидов - сразу либо отправят в Арктику, либо ликвидируют. Уж у нас полицейский аппарат работает хорошо.
  А вот насчет рабства, какое-то смутное чувство - будто его никто и никогда не отменял. Даже самая прогрессивная за всю историю мира Гражданская война 1861-1865 годов в США и та его не отменила. Во всяком случае, сегрегация де-факто еще существует кое-где. Незримое рабство приняло сейчас изощренные формы. Вроде пропагандируется свобода личности, совести, перемещения, но все равно - мы рабы, в основной своей массе.
  Основным отличительным элементом раба в древности был ошейник или клеймо. Сейчас каждому человеку при рождении в принудительном порядке имплантируют чип. На котором вся информация о владельце, а также его месте нахождении. Чем не ошейник или клеймо?
  Все люди в течении жизни живут в рабстве. Главная причина - это долги. Ибо ты уже рождаешься с несколькими тысячами дермов "в бороде" за медицинское обслуживание. Потом задолженность растет за счет того, что ты ходишь в ясли, садик, школу и колледж. Но до достижения тобою двадцати одного года отроду, с тебя никто не может забрать эти деньги. Задница наступает после совершеннолетия... В среднем, долг к этому возрасту, вырастает до сотни тысяч дермов. Сумма реально огромная. И ты сразу ищешь работу, потому что надо оплачивать кредит.
  Вот у меня зарплата пять сотен дермов в неделю. Это очень неплохие деньги. В месяц это получается примерно две тысячи. При этом, жилье вместе с коммуналкой у меня обходятся в семьсот дермов, погашение кредита - две сотни, медицинская страховка - двести, налоги и другие отчисления - триста, остальное - на еду и проезд. Бывает и хуже, мне хватает даже и откладывать получается. Иногда...
  И вот так всю жизнь - работаешь, чтобы погасить один долг, потом обрастаешь еще другими. И дрожишь за свою работу - чтобы не уволили. Самым крупным преступлением против демократии, после неуплаты налогов, убийства и нелояльность Мировому правительству - это неоплата по кредитам. Даже если ты умираешь, а долги остались не выплаченными - то все движимое и недвижимое имущество, вне зависимости от наличия наследников, а также твое тело переходит в собственность Мирового правительства. Труп твой расчленяют на органы и те, что подходят по стандартам продают нуждающимся. Или же просто тело идет на утилизацию и переработку.
  И где бы ты ни находился, тебя все равно найдут и заставят оплатить по многочисленным счетам. Если ты не можешь позволить себе медицинскую страховку, а сам вдруг тяжело заболел, то по представлению лечащего врача, окружной судья выносит решение об эвтаназии. То есть, два человека решают - целесообразно ли оставить этого человека в живых и попробовать вылечить, либо тупо его усыпить, как собаку. При этом тело идет либо на органы, либо в переработку в счет погашения долга за процедуры, в том числе и саму эвтаназию.
  Есть даже специальная государственная программа, по которой ты, добровольно лишившись, например, почки, или, меняете на искусственный аналог, гасишь все свои кредиты на тридцать процентов. Но при этом, ты становишься нетрудоспособным инвалидом, и живешь на пособие. Потому что потом вряд ли тебя кто возьмет на работу.
  Вот теперь и смотрите, все мы остаемся рабами, только сами же в эту неволю себя и загоняем. И добровольно на это соглашаемся, а потом тужимся, вкалываем на двух-трех работах, чтобы оплатить счета. Деньги - это главный стимул и символ свободы. У кого их больше - тот и чувствует себя вольготнее.
  Смена наконец-то подошла к концу. Еще ни разу она так долго не тянулась. Ну чисто в субъективном восприятии. И чем ближе к завершению, тем медленнее тянулось время. Ну вот и сменщик пришел...
  
  
  ***
   Солтсби сидел за столом, в удобном кожаном кресле и постукивал ногтем указательного пальца по почти зеркально отполированной крышке стола. Рядом лежали листы бумаги, после прочтения которых он и задумался. Когда же этот Морозофф уже придет?
   Секретарша по селектору доложила, что ожидаемый сотрудник уже явился. Ну что ж, пусть заходит.
   - Вызывали, сэр? - спросил Морозофф.
   - Да, опять поступил сигнал на Соколова. И он еще более тревожный, чем в прошлый раз. Что вы можете мне сказать по этому поводу?
   - Исходя из негласного исследования его психического состояния - отклонений не обнаружено. Здесь идет что-то уже психологическое... Такое ощущение, будто кто-то пытается в нем что-то разбудить, спровоцировать. И самое главное, что на подсознательном уровне Соколофф готов к грядущим изменениям. Это опасно, сэр. Неизвестно, что пытаются разбудить и как он себя поведет дальше. Может, стоит его на некоторое время изолировать и провести исследования?
   - Пока не будем торопиться, понаблюдаем. Тем более, что сотрудник, приставленный к его подразделению на работе, докладывает, что пока видимых отклонений нет. А я своим людям привык доверять.
   - Как скажете, сэр. Но потом может быть поздно и последствия могут оказаться весьма серьезными.
   - Морозофф, делай то, что тебе говорят и за что платят деньги. Пока наблюдай и систематизируй информацию. Кстати, Соколофф у нас один попал в поле зрения? Или еще кто-то есть?
   - Пока только один.
   - Ладно, это радует. Скажи, что тебе в нем кажется опасным?
   - То, что он подвержен насилию, агрессии. В случае чего - он сможет и будет готов убивать, хотя сам пока об этом не догадывается. Ему нужно срочно пройти курс принудительного лечения как медикаментозного, так и гипнотического. Его медицинская страховка это позволяет.
   - Пока никаких поводов для этого нет. Формально, мы не можем его упечь в психушку. Но это формально... Впрочем, я пока не вижу смысла это делать, потому что не стоит привлекать внимание к тому факту, что в нашей компании оператором системы диспетчеризации работает человек, которому потребовалась помощь психиатров. Это может негативно отразиться на курсе акций на бирже.
   - Но мы можем это сделать по-тихому. Например, у него дома.
   - Пока не стоит. Может парень просто устал или проблемы в личной жизни.
   - И все же, я рекомендую отправить его на лечение.
   - Посмотрим. Ладно, можете идти, Морозофф.
  
  
  Глава 5.
  
  12 августа 1942 г. 02.59. район высоты 200. г. Ржев.
  
   Над перепаханной взрывами опушкой, перед Русским лесом, стоял предрассветный туман. Ноги и спина ныли от пройденных почти полусотни километров с полной поклажей за плечами. Гимнастерка с кубарями сержанта выгорела на солнце и взялась коркой соли от пропитавшего ее пота. Но это уже все в прошлом: главное - дошли. Теперь мысли были заняты другим. Ты уже думаешь о предстоящей атаке.
  Интересно, а что думал перед наступлением тот сержант, которого я сейчас отыгрываю? Может он вспоминал семью? Наверное, у него были мать, отец, а может и жена или муж с детишками. Хотя вряд ли, тогда еще не было однополых браков.
  До противника по прямой не более полукилометра. В предрассветном сумраке были видны подступы к той самой "высоте 200", где закрепились немцы. Какой-то странный цвет у земли - цвет хаки. Несмотря на то, что все перепахано взрывами, такой вот странный оттенок... Жаль бинокля нет - посмотреть поближе. И встроенного бинокля, как в старых играх, нет. Ну и ладно, иногда это и к лучшему...
  В тылу раздался мощный и стройный гул - заработала артиллерия. Со свистом и шелестом над головой через секунду прошли снаряды и минометные мины, закончив свою траекторию на изломанных линиях траншей фашистов. Превращая ничем непримечательную ранее, до войны, высоту в огненный ад. Не дай Бог там сейчас оказаться. Это же ад кромешный...
   Нас тут было примерно около тысячи с лишком человек. Все как завороженные наблюдали за результатами артподготовки. Оно и понятно - следом же нам идти... Всякие были люди и старые, и молодые. Что-то неуловимое нас всех объединяло. На языке вертится, а вот сформулировать и выразить не получается.
   По проселку, завывая натруженными дизелями, ползли две "тридцатьчетверки". Значит, они нас поддерживать будут. Ну уже немного легче. Пушки и пулеметы при атаке еще никому не мешали. Да и за броней можно спрятаться в случае чего. Это я усвоил тогда, в локации "Курская дуга". Тем более, что почти все солдаты вооружены непривычными для меня "трехлинейками" или винтовками Мосина. А ими особо сильно быстро не постреляешь, чтобы обеспечить большую плотность огня, чтобы противник и носа не смог высунуть. Особенно, если раньше с ними не имел дело. Правда в ротах были "Дегтяревы" и несколько "Максимов". Плюс подтянули три расчета с противотанковыми ружьями. Что тоже немного прибавляло оптимизма перед предстоящей атакой.
   Гул огненного смерча достиг своего апогея. Десятки взрывов вздымались одновременно, перепахивая многострадальную ржевскую землю. Я невольно залюбовался этой несколько варварской картиной разрушения. Что-то в этом есть дикое и по первобытному прекрасное.
   На минуту отвлекся и всмотрелся в глаза людей, которые меня окружали. Кто-то также как и я, секундами ранее любовался бурей из смертоносного огня и металла. Кто-то беседовал с другими бойцами, покуривая самокрутки. Кто-то что-то жевал или рылся в вещмешке. Самое интересное, что у некоторых во взгляде я увидел обреченность. Не знаю почему, но видимо люди чувствовали, что это поле им не перейти. Как у русских в поговорке говорится? Жизнь прожить - не поле перейти. А вот здесь оно и есть это поле длинною в жизнь...
   Интересно, почему люди не пытаются уйти отсюда? Может из-за рейтинга и кредов в Игре? Нет, наверное, тут что-то другое. Мы-то ведь отыгрываем персонажей, которые существовали в реальной жизни. Хоть и при ранении или смерти ты реально все чувствуешь, но не становишься инвалидом или умираешь. А почему ТЕ люди несмотря ни на что пошли на смерть? Тут ведь даже бронежилетов нет. Может им приходилось выбирать между смертью от немецких пуль и от своих? Ведь нам в школе и колледже на уроках истории как-то рассказывали, как воевали эти русские: за каждой дивизией на передовой стоял заградительный отряд с пулеметами и если солдаты отказывались идти в атаку или отступали, то их просто расстреливали. Варвары какие-то...
   - Ну что, Джонни, готов? - кто-то хлопнул меня сзади по плечу. Обернувшись, увидел ухмыляющегося Калугу. Немного непривычно было его видеть в форме лейтенанта РККА до сорок третьего года. Видимо, ассоциативно его больше воспринимал в "песочке" с Афганской войны - где мы впервые встретились и познакомились в локации "Панджшерская операция". - Как тебе локация?
   - О, Калуга, привет, дружище! - обрадовался я, ибо он был единственным знакомым среди всех присутствующих.
   - Но-но, кому Калуга, а кому и товарищ лейтенант! - сразу посерьезнел Серега.
   - Виноват, товарищ лейтенант, забылся!
   - То-то же. - сказал он и отошел к другой кучке бойцов.
   Глянул на часы - почти половина четвертого утра. Над нашими траншеями взлетели три красные ракеты. На бруствер вскочил Калуга, размахивая своим ТТ на револьверном р, и закричал: "За Родину! За Сталина! В атаку! Вперед!" Следом за ним начали вылезать солдаты, с винтовками наперевес. Кто-то на ходу примыкал штыки, кто-то помогал другим вскарабкаться на бруствер. Вся наша солдатская масса зашевелилась и с громким гулом "Урр-а-а-а!" побежали к высоте, на которой еще взрывались крайние "подарки" наших артиллеристов.
   Увлеченный общим порывом, с "мосинкой" наперевес, я тоже бежал и, несмотря на довольно-таки быстрый темп бега, тоже кричал. Правда, это были только самые изощренные ругательства.
   Когда мы добежали к подступам высотки, сразу стало понятно, почему это пространство имело необычный для этих краев цвет хаки. Это были трупы солдат в советской форме. Споткнувшись и упав, тогда я почувствовал запах и понял, по какой "поверхности" приходится бежать. Тела и их фрагменты лежали в два слоя, наверное. Трупы в солдатских гимнастерках разбухли и на жаре "скисли". Сапоги вязли в этой страшной "трясине". Опершись прикладом винтовки как посохом, начал двигаться дальше. Стоять на месте нельзя! И как "в воду глядел": пока передовые бойцы, преодолев эту страшную преграду, начали карабкаться на склоны высоты - вражеские окопы ожили.
   Заговорили немецкие пулеметы и, сквозь их грохот, послышался пронзительный визг минометных мин. Воздух наполнился смертоносным металлом настолько плотно, что несмотря на некоторую долю брезгливости, упал ничком и спрятался за первым попавшимся трупом. И как оказалось - очень вовремя, он принял на себя три пули, которые скорее всего предназначались мне. Над головой то и дело что-то со свистом пролетало. Несмотря на грохот стрельбы, были слышны душераздирающие крики наших ребят.
   Метрах в пяти что-то оглушительно бахнуло, и на меня посыпались комья земли вперемежку с останками погибших ранее ребят. Благо, что осколками не посекло - их принял на себя другой погибший боец. В ушах звенело немилосердно, похоже немного контузило. Повернув на бок тело, попытался осмотреться. Сразу же место моей лежки прочертила очередь из крупняка, обдав осклизлыми ошметками плоти и земли. Подтащив к себе винтовку, положил ее поверх мертвого солдата и попытался прицелиться. Ага, щас! Сразу очередь по моей лежке. Ладно, в принципе, у меня есть около секунды, на прицеливание и выстрел. А то лежать тут совершенно некомфортно, надо что-то делать.
   Несмотря на кромешный огненный ад со стороны немцев, мне удалось соорудить что-то типа бруствера из тел убитых бойцов. Вот это месилово! Нигде, ни в одной еще локации такого не было!
   Неожиданно, грохот стрельбы прекратился. Стало непривычно тихо. Такое ощущение, как-будто кто-то взял и выключил звук. Изредка были слышны крики и стоны умирающих и раненых солдат. Атака захлебнулась...
   Несмотря на свой опыт ведения боевых действий в других локациях, я впервые не знал, что делать дальше. Мозг мысленно вызвал "ЧАВО" по локации и лихорадочно роясь во внедренной в подсознание методичке, искал выход из сложившейся ситуации. Интуиция подсказывала, что пока не стоит ничего предпринимать, подождать надо.
   С другой стороны, можно было сознательно вылезти из своего временного убежища и дать себя убить, чтобы покинуть эту чудовищную мясорубку. Не зря ее так назвали. Ох и не зря! Но что-то скрытое западным воспитанием, глубоко похороненное в душе или, можно сказать, в генной памяти ему твердило: "Держись! Нельзя умирать! Ты должен взять эту чертову "высоту двести"! Ты просто обязан победить!" И эта, сверлящая сознание вереница мыслей, даже команд, не давала встать и получить свое.
  Да, будет немножко больно, не получу репутацию и креды, но всегда можно попытаться пройти снова эту локацию.
  Крики умирающих и раненых вызывали неприятный озноб и страх во всем теле. Тем не менее, начали татакать короткие очереди и, изредка, хлопать винтовочные выстрелы - видимо немцы добивали оставшихся.
  - - Жив, курилка?! - ввалившись в мой "окоп", спросил визитер, в котором я узнал Калугу. Тот сжимал где-то подобранный ППШ, а лицо и офицерская гимнастерка была в грязи и крови.
  - - Калуга! Жив я, жив! - и я действительно был ему рад. - Ты как тут оказался?!
  - - Стреляли, б...! - хмыкнул он. - Вот ведь сволочи, эти артиллеристы!
  - - А что такое?
  - - Да артподготовку некачественно и слишком мало по времени провели. Видишь, как быстро нас тут на фарш нагнули фашики?! То-то и оно, если бы отработали как надо - хрен бы кто уцелел, а мы бы сейчас не за "жмурами" прятались, а в немецких дотах чаи гоняли.
  - - Но может быть что-то еще можно сделать?
  - - А что ты тут сделаешь?! Будем либо ждать следующей волны, либо темноты, чтобы к своим выползти. Иначе никак... - его слова прервал свист минометной мины, которая заставила нас еще больше пригнуться. Рванула метрах в десяти, осколки просвистели, к счастью, не задев никого. - Слушай, как тебя, если что, в реале найти?
  - - А зачем?
  - - Ну пивка попьем, да в реальной жизни пообщаемся.
  - - Калуга, я еще не определился со своими сексуальными предпочтениями, так что...
  - - Дурак ты, Соколов, я ведь не гомосек какой, а так предложил, чисто по-товарищески. Меня твоя задница не интересует - я натурал.
  - - Ну, тогда запоминай номер...
  Со стороны нашего тыла снова донесся гул канонады ствольной артиллерии и рев реактивных установок. Буквально через несколько секунд в воздухе раздался свист пролетавших над головой снарядов, которые в очередной раз заканчивали свою траекторию полета на позициях немцев. В очередной раз смешивая с землей содержимое окопов.
   Снова, сквозь грохот артподготовки, откуда-то сзади послышалось протяжное, коллективное "А-а-а-а!" Снова пошла лавина солдат в выгоревших гимнастерках, с винтовками наперевес. "Пора!" - крикнул мне Калуга, когда передовая цепь наступающих красноармейцев была от нас уже в паре метров.
   Мой товарищ встал в полный рост, заорал "Ура-а-а!" и помчался к склону холма вслед за бойцами. Я выглянул из-за своего страшного "бруствера" и снова спрятался. Мало ли что, вдруг немцы стрелять сейчас в ответ будут. Страшно! Особенно после того, что увидел во время первой атаки.
   - - Ты чего, сука, здесь разлегся?! - раздался надо мной крик, который издал дородный детина с треугольниками старшины на петлицах, державший в руках ППШ. - А ну, встал и вперед! Или я тебя как дезертира и труса на месте сейчас шлепну! Ну!
   Ничего мне не оставалось, как примкнуть штык к ужасно неудобной винтовке, вскочить и, заорав "А-а-а-а!", помчаться вместе с остальными наступавшими.
   Уже заняли первую линию окопов - они оказались практически пустыми и разрушенными нашей артиллерией. Когда уже начали подтягиваться к гребню высоты, неожиданно зататакали пулеметы. Рядом со мной, справа, раздался смачный шлепок, как будто кто-то кинул перезрелый помидор о стену - схватившись за горло, зажимая хлещущую кровь, упал на колени малорослый боец азиатской внешности. Потом еще один, но уже слева, упал ничком, уронив винтовку. Воздух наполнился смертоносным металлом. Я, в этот раз быстро сообразил, что если нырну в еще дымящуюся воронку от тяжелого снаряда, то сумею сохранить свою жизнь. Хоть это и Игра, виртуальная выдумка, связанная с подсознанием, но инстинкт самосохранения сработал быстрее, чем я смог об этом подумать. Лежа на спине, наконец-то смог перевести дыхание. Бег наверх по склону да адреналин в крови заставляли легкие работать в учащенном режиме.
   В течении минуты в мое убежище запрыгнули еще два бойца, в касках и с ошалелыми глазами. Подождав, пока они отдышатся, я осторожно выглянул за край воронки. Ага! Пулемет в ДЗОТе на три часа. До него примерно сорок ярдов. Ага, а вот еще один, только слева на девять часов. Смотри как грамотно нас в огневой мешок взяли!
   - - Эй, парень, гранаты есть?! - сквозь грохот боя спросил один из ранее прибежавших красноармейцев.
   - - Нет. - одновременно отрицательно кивая головой, прокричал я.
   - - Хреново, что тут скажешь. Надо эти ДЗОТы замочить, иначе дальше не пройдем, а если еще эти суки начнут гвоздить из минометов, то вообще все здесь поляжем. - прокричал второй, неожиданно, схватив нас за шеи он резко пригнул ко дну воронки. Как оказалось не зря - буквально в нескольких метрах рванула минометка, а осколки прошли поверх нашего укрытия.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"