Мерайли: другие произведения.

Испытание

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
 Ваша оценка:

Испытание

Э-э, юнга! Думаешь, совсем боцман Фетюшонок с ума спятил на старости лет? Да ты драй, драй палубу-то — говорить я буду.

Конечно, на судне такого класса, как наша "Малышка", есть занятия и повеселее, чем соблюдение чистоты и порядка по всему объему. Что говорить, в молодости всем не терпится дорваться до штурманской рубки — или, на худой конец, поковыряться в двигателе. Не спеши, юнга, — еще надоест до конца рейса. А что до порядка — это, я тебе скажу, отнюдь не стариковская блажь. Работа у нас того требует. Слыхал, небось, о бродяге Джо? Ну да, тот самый, что сейчас долечивается на Гавайях, — газеты про него много шумели. Журналист-то, он приврать не дурак — и, по- ихнему, Джо, выходит, нечто вроде супермена галактического масштаба. Впрочем, справедливости ради, не все в прессе его по головке гладили... Разобраться что к чему стороннему человеку трудно — но я эту историю не понаслышке знаю. Я ведь был тогда на "Стрекозе", с Джо Стэффордом, в последнем для них обоих рейсе...

Ну, что ты строишь удивленные глаза? Что особенного? Лучше растирай мастику поровнее, да мягче веди — прибор сломаешь!

Так что, уж кто-кто, а я знаю досконально, что там из-за чего произошло. С той поры и голова у меня вся седая. Народ из Специальной Комиссии, понятное дело, отнесся с подозрением — они с Джо одним миром мазаны! Но я-то чую, что есть у них кадры, которые до сих пор сидят подальше от света, да проверяют каждое ударение в каждом отчете. В конце концов, они отвечают за безопасность полетов — и не в их интересах оставлять какие бы то ни было неувязки. Рассказать, говоришь? Ну что же, рассказа как раз на этот трюм хватит...

"Стрекоза" была четвертым судном с гиперсветовой установкой на борту. Первые два шли на автоматах — и возвращались штатно, ни на микрон не сбившись с запрограммированного маршрута. Третий корабль вернулся, так и не выполнив скачка, — команда заметила подозрительные сбои бортового компьютера при подходе к барьеру. Поэтому "Стрекоза" уходила тихо, даже в Штатах лишь короткое сообщение промелькнуло в прессе. Понятно, что состав на судне был достаточно пестрый, — ох уж эти мне совместные программы! Ну, что касается француза-бортпрограммиста и медика-болгарина, с ними все было в порядке. От нас шли двое: капитан Пешков, да я, по хозяйственной части. Американцев тоже дали двоих. Один — физик-гиперсветовик, как водится, китайского происхождения. Он-то с самого начала числился в команде, так что притирались обычным образом, на Земле. А вот со вторым американцем накладка вышла. Что там у них произошло с первоначальными кандидатами, одному аллаху известно, — но, по политическим соображениям, "чтобы не нарушать равновесия", а также чтобы не отменять старт, который уже съел немалые миллионы, после долгих переговоров, подсунули нам Джо Стэффорда.

По всем стандартам, такой человек, как Джо, никак не мог попасть в группу подготовки астронавтов, а уж тем более, в экспериментальный рейс. Говорят, у него была сильная лапа в канцелярии президента и в госдепартаменте — и какие-то разборки с приятелями, из-за которых ему позарез надо было учудить нечто необыкновенное, вроде полета на гиперсвете. Специальностью он был астрофизик, а в жизни — среднее между творцом теории относительности и Великим Комбинатором. Характер у него, по большому счету, был ничего себе, тихий. Одна только неприятность — неряшлив до одури. Трюмная вахта с ним превращалась просто в ад, а о собственной его каюте и говорить нечего. Поначалу просили его быть поаккуратнее, чтобы в критический момент не искать нужное позарез оборудование по всем отсекам, и не восстанавливать каждый раз порядок кассет в полетном архиве. Бесполезно. Не то, чтобы это намеренно как-нибудь, по злобе или что... Просто воспитание такое: до других дела нет. Как там у него: hell, it ain't no damn business of yours! — и в том же духе. Любое замечание капитана Джо сразу стал воспринимать как очередную провокацию русских — да и с другими лаялся не меньше. В конце концов, в случае чего, предпочитали не связываться и молча терпели — только бы не портить настроение команде.

Худо-бедно, к восьмому месяцу вышли на простор и запустили цикл подготовки к прыжку. При хорошем раскладе, еще через два месяца должны были вплотную подойти к барьеру... Что зубы-то скалишь, юнга! Сроки не мы придумывали, на то головы поумнее нас вместе взятых. А там очень скоро стало не до юмора. Невесомость, скажу я вам, это еще ничего. Бывало, люди годами болтались без ускорения — и никаких трагических осложнений. Тренажеры, спецодежда, спецпитание — короче, есть способы бороться. Иное дело — два месяца перегрузки. От нее, окаянной, никуда не сбежишь, ничем не компенсируешь. Уже через две недели не то что двигаться — дышать не хочется, мысли вырастают в каких-то допотопных ящеров, медленно втаптывающих тебя в переборки...

Полируй пластик, юнга, — чтобы отражение можно было в микроскоп разглядывать!

Джо, легко догадаться, сломался в первую же неделю. Просто заперся в каюте, не реагируя на сигналы, и целыми сутками валялся в амортизаторе. Под конец доктору пришлось приставить к нему робота-няньку и наладить искусственное питание. Тогда еще не умели как следует выводить людей из анабиоза — приходилось бодрствовать. Впрочем, в экспериментальном рейсе просто глупо замораживать людей в самый интересный для исследования период — разве только ЧП произойдет. Работы у всех было в те дни сумасшедшее количество — да только попробуй, оторви от нее, когда человек всю жизнь мечтал о таких возможностях, когда новое навалилось сплошным потоком, и самое обыденное событие на его фоне выглядело чудом... Эх, да что говорить!.. Незабываемое времечко. Но порядок на судне блюли. Вахты шли, как обычно, хотя, сам понимаешь, драить палубу в перегрузку — это не коктейль в баре пропустить. Конечно, техника там была самая-самая, не чета "Малышке", — только легче не было. И лишь в каюте Джо царил первозданный хаос. Никто туда, по молчаливому уговору, не заходил, разговаривать тоже избегали.

За неделю до скачка Клод — это наш программист, он тогда стоял вахту в центральной, — так вот, Клод заметил ни с чем не связанные провалы в системном журнале бортового компьютера. Капитан собрал всех в рубке, стали думать. В конце концов решение было принято: подойти как можно ближе к скачку и, если сбои повторятся, начать торможение. Ну а так как я отвечал на судне за материальную часть, именно мне с Клодом пришлось заняться выяснением причин нестабильностей в вычислителе. До сих пор удивляюсь, как это мы додумались до квантовых флуктуаций? Сейчас-то каждый курсант знает о квантовых микроскачках вблизи барьера: дело-то ведь почти очевидное — туннельный эффект. А мы тогда два дня перебирали панели и не могли взять в толк, почему на стенде все работало штатно, а в блоке начинало творить чудеса. Зато потом нашему гиперсветовику пришлось немало попотеть, чтобы за оставшийся срок состроить хоть минимум теории и понять, что практически никаких изменений в программе не потребуется... Одним национальным усердием тут не обойтись!

Так и получилось, что мы стали первыми людьми, совершившими гиперсветовой скачок. И пока последними — Спецкомиссия закрыла пилотируемые скачки до окончательного выяснения обстоятельств... Они даже не рискнули поверить в реальность нашего пребывания Там. Ну, за славой никто из нас никогда не гнался, — хотя Лю все-таки получил Нобелевскую премию за теорию предпороговых флуктуаций; как истинный джентльмен, он устроил всей команде — кроме Джо, разумеется, — блестящий сезон на Фиджи...

Спрашиваешь, как оно было Там? А можешь ты, юнга, вообразить, что тебе приставили три головы, соединили желудок с легкими — и после этого вывернули наизнанку? Слабо? То-то... Человек может описать все — если оно хоть сколько-нибудь похоже на что-то ему известное. Все наши понятия, в сущности, представляют собой выделение общеизвестного из сутолоки единичных вещей. Когда же люди приходят в столкновение с принципиально новым миром, процесс познания начинается практически с нуля. Сначала — действия, за ними образы, представления, и лишь после этого — слова и понятия. Алисе в Зазеркалье было куда проще, однако же и там не обошлось без словотворчества. Когда-нибудь люди придумают подходящие названия для гиперсветовой реальности — но лишь после того, как многие ощутят ее сами.

По крайней мере, ясно, что тело конечного объема почти всегда будет занимать ограниченную область в пространственно развернутом времени. Нынешняя молодежь изучает основы комплементарной физики на старших курсах университетов и лучше меня может растолковать связь организации тел с траекториями по ту сторону барьера и технику проецирования на пространственную ось для возвращения обратно в нужной точке обычного, трехмерного пространства. Автоматы давным-давно проделывают такие трюки — и к этому уже привыкли. А нам не повезло. Легко догадаться, почему: каюта Джо Стэффорда. Я уж не говорю о том, что она расплылась Там на все три стороны просто до неприличия — самое неприятное, что траектория у Джо получилась крайне причудливая, и уж никак не по пути с кораблем. Короче, когда через положенные тридцать секунд компьютер выбросил нас обратно в полумиллионе километров от расчетной точки, Джо с нами не было. Разумеется, все каюты герметичны и обладают немалой автономией, — так что особого вреда ни "Стрекозе", ни Джо приключиться не могло. Нам на судне ничего не оставалось, кроме как заканчивать программу и спускаться на Землю — прямо в руки Специальной Комиссии по Расследованию. А вот Джо остался один на один с абсолютно неведомым миром: без связи, без вычислителя, без мощных силовых установок. Немудрено, что теперь им занимаются психиатры!

Все, говоришь? Ну-ка, посмотрим... Действительно все. Однако, умеешь! Ладно, перекур до конца рассказа. На чем это я остановился? Ах да!..

Долго ли, коротко ли мотался Джо по ту сторону светового барьера — про то нам не ведомо. Только через пятнадцать лет обнаружили его где-то в районе Проксимы Центавра — в каюте, с почти нетронутым аварийным запасом и с дикими, блуждающими глазами. Ничего кроме бессвязного лепета и совершенно неописуемых цветных пятен на гипнограмме от него добиться не смогли. Были попытки приписать нам "оставление в опасности" — да только как подошьешь к делу, что найден был Джо по другую сторону от Солнечной системы, с вектором скорости от Солнца? Никакой релятивизм не развернет каюту без двигателя на 180 градусов, когда она удаляется лишь на десяток процентов медленнее света. Опять же, пройди он мимо Солнечной системы — окраинные посты наверняка бы засекли. Концы никак не хотели сходиться с концами, вплоть до столь нашумевшего сообщения от "духов"... Я всегда считал довольно пошлым такое название для обитателей "той стороны", однако другого теперь уже, видимо, не будет... Вот и стал Джо Стэффорд первопроходцем-гиперсветовиком, по случайности открывшим людям путь к самым дальним уголкам Вселенной, а заодно и установившим первый контакт с внеземной — и даже вне-Вселенской — цивилизацией. Впрочем, контакт состоялся гораздо раньше: "духи" ведь зарегистрировали уже первые, беспилотные скачки — и подумывали об организации связи. Надо отдать им должное: сообразили, как, не имея столь развитой техники, использовать наши автоматические корабли — и сумели вернуть Джо почти точно по обратному адресу. Если при этом они спроецировали его на пятнадцать лет вперед — это ничтожно малая погрешность для первой транспортировки.

К чему я все это веду? Так уж оно установилось, что курсанты-выпускники стажируются на медленных юпитерианских грузовиках, вроде нашей "Малышки" — на официальном названии язык сломаешь. И пока мы ползем от Земли до базы на Ганимеде, юнга должен научиться чему? — правильно, палубу драить. За пять месяцев перехода порядок, хочешь не хочешь, войдет в плоть и кровь. Не сегодня, так завтра — запрет на пилотируемые скачки снимут, и кто-нибудь из нынешних стажеров пойдет поближе знакомится с нашими потусторонними коллегами. Так давайте не будем повторять ошибки стариков: компьютеры — компьютерами, а своя голова на плечах не помешает. Может быть, я, по старости лет, малость преувеличиваю — но вот запала мне одна дума... Команда на судне должна быть крепкой — иначе разойдутся наши пути так, что никакие "духи" не сумеют собрать людей воедино. А для них мы не просто какое-то количество индивидуальностей, мы — одно целое, человечество. Каждый имеет право отличаться от других, но сможет ли он быть собой, разорвав ту неуловимую нить, которая связывает его с людьми? И если чье-то нежелание считаться с кем-либо кроме себя мешает преодолевать разделяющие нас барьеры — это непорядок.

Пошли, юнга, еще два отсека осталось!


 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга вторая"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) М.Боталова "Темный отбор 2. Невеста дракона"(Любовное фэнтези) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) А.Верт "Пекло 3"(Киберпанк) М.Юрий "Небесный Трон 3"(Уся (Wuxia)) А.Кутищев "Мультикласс "Союз оступившихся""(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Е.Вострова "Канцелярия счастья: Академия Ненависти и Интриг"(Антиутопия)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Институт фавориток" Д.Смекалин "Счастливчик" И.Шевченко "Остров невиновных" С.Бакшеев "Отчаянный шаг"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"