Меркулова Злата: другие произведения.

Звезда на Новый год

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Загадав незадолго до Нового года желание, Марина и представить не могла, что оно сбудется самым невероятным образом. Решившись сниматься в экранизации "этого мрачного Достоевского", корейский актер Ю. Чжинхо даже и не думал, что его ждет знакомство с реалиями русской жизни.


   Звезда на Новый год
  
   Глава 1
  
   Мягкий сумрак укутал зимний городок. Он уютно устроился в холмах, две речки, пробегающие по нему, сейчас были стянуты еще некрепким декабрьским ледком. Большие здания в центре мигали разноцветными огнями, частные дома на окраинах согревали душу случайного прохожего теплым светом из-за тюлевых занавесок. Никто даже и не подозревал, что в обычном заштатном городишке, где все скучно и спокойно, может произойти такая необычная история.
  
   Было так достоверно и красиво, что девушка проснулась посреди ночи со счастливой улыбкой. Хотя сон был очень грустный. Будто она вдова своего любимого, провожает его в последний путь и принимает сочувственные взгляды от окружающих, пришедших проститься со знаменитостью. А она втайне радуется: он был ее и остался ее. Ничей больше. Только ее.
   "Правильно. Ну и что, что он далеко? Никто не любит его так сильно, как я. Никто в целом мире! Я докажу. Надо только сильно хотеть то, что принадлежит мне по праву. Он мой возлюбленный. Нет, мой муж.
   И поможет мне моя маленькая тайна. Я все могу. Я получу свое".
   Девушка подхватилась с кровати, достала с полки книгу, потрепанную, всю в закладках, и, чиркнув спичкой, зажгла свечу, тут же на полке, за прикрывающей ее сокровища шторой, примостившуюся в медном подсвечнике.
   - Это должно подействовать! Силы у меня хоть отбавляй. Глупая старуха только зря ворчит, чтобы я берегла энергию. А зачем же она мне еще, как не для того, чтобы получать мое по праву?
   Прошмыгнув в ритуальную комнату, замаскированную под кладовку, девушка неторопливо принялась готовиться. Дело предстояло сложное, долгое, но результат того стоил. Еще немного и ее любимый будет с ней - во плоти и наяву, а не только во сне.
  
   Катенька стремглав ворвалась в бухгалтерию.
   - Привет, девочки. Я не опоздала?
   Вокруг уже начинала намечаться рабочая обстановка, не сразу прорисовывающаяся с утра. Появление новенькой, всегда такой удивленной и наивной, но довольно способной коллеги не осталось незамеченным.
   - Что, Катюша, опять тебя очередной заморский принц поймал и всю ночь спать не давал? - добродушно подколола спец по начислению зарплаты Римма, оглядывая прибывшую с получасовым опозданием, усталую на вид, но счастливую девушку, как раз пристраивавшую молочно-белое пальто в шкаф в углу.
   - Ага, - мечтательно улыбнулась опоздавшая. Все ее лицо светилось таким удовольствием, что нельзя было сердиться. - Сегодня это был не принц, а благородный журналист! Никак не могла от него оторваться - заснула только под утро. Но какой он милашка, вы бы видели! Впрочем, его соперник тоже хорош! Я все еще думаю, кто мне больше нравится.
   Молоденькая сотрудница появилась в отделе осенью - с началом очередного для колледжа учебного года. И за три месяца работы повелительницы цифр и богини финансов, как называл их частенько наведывавшийся в отдел программист Пьеро (по паспорту Петр, прозван Пьеро с подачи новенькой - за легкую бледность от постоянного сидения за компьютером, за некоторую долговязость и даже тощесть, за знание французского и склонность к россыпям комплиментов в стихах и прозе), приохотились к рассказам о мальчиках-красавчиках, с которыми девушка коротала свои ночи. Катя была щедрой рассказчицей и не жалела ярких подробностей и забавных деталей. Вся романтичная натура ее многочисленных избранников представала как на ладони. Один был хорош в гневе, второй уморительно ревновал, третий всегда приходил любимой на помощь, четвертый был чудесным певцом, пятый богатым зазнайкой, перевоспитывавшимся под воздействием любви. Но все как на подбор были красавцами, как ни странно красавцами высокого роста.
   Когда Катя в первый раз упомянула о росте одного из своих любимцев, ей не поверили. Раиса Петровна, счастливая бабушка трех внуков и двух внучек, баловавшая отдел пирогами и историями из жизни своих кровиночек, засмеялась и замахала руками:
   - Да что ты, деточка, разве на овощах и рисе такие вырастут? Ты же к ним с сантиметровой лентой не подходила?
   Пришлось устраивать демонстрацию в доказательство. И юная просветительница принесла из дома на флешке целую энциклопедию - с фотографиями, анкетными данными, статьями, а потом, расхрабрившись, предложила старшим подругам самим выйти в Интернет, чтобы убедиться. Правда, в этот момент показавшаяся из кабинета главный бухгалтер Елена Ивановна строго сверкнула из-под очков проницательными глазами и напомнила, что посещение сайтов знакомств и прочих развлекательных страниц в рабочее время и на рабочем месте запрещено, и их запросто могут лишить доступа в Сеть на месяц. И тут же царственно исчезла за дверью.
   А ее подчиненные переглянулись и прыснули. Сайт знакомств, как же. Откуда она только знает о таких вещах - правильная мать семейства и начальница? Елене была под стать и ее заместительница - Марина Петровна, те же строгие очочки, тот же проницательный взгляд, то же равнодушие к окружающим, выводящее из себя, но любезное. Разница была минимальной - Марина не была матерью семейства и обладала гораздо меньшим ростом и весом. Вот и тогда, в ответ на смешки она холодно улыбнулась и заметила:
   - Может быть, Елена Ивановна и не осведомлена о том, на какой сайт вы собираетесь, но по существу она права - кто интересуется, может и дома заглянуть, приобщиться к фанатским радостям. Есть еще и Интернет-кафе - для страждущих. А сейчас вернемся к нашему дорогому и любимому квартальному отчету и не забудем о его старшем брате годовом балансе.
   Сейчас строгая Хана (которая удостоилась этого прозвища также от новенькой - из-за фамилии Ханжонкина и из-за постоянного подрыва всех и всяческих начинаний этой любительницы красивых и талантливых юношей с необычным разрезом глаз) спокойно выстукивала что-то срочно-нужно-важное и, казалось, была поглощена рядами цифр и списками сотрудников. Поэтому Катя продолжила:
   - А что я недавно узнала!
   Света и Галя, тоже ставшие начинающими фанатками под влиянием новой подруги, приготовились слушать. Обе они очень любили смотреть яркие, похожие на сказку истории - иногда смешные, иногда печальные, но очень-очень романтичные и будоражащие в серой скучной действительности. Но информацию лучше Кати не находил никто.
   А просветительница продолжала:
   - Это пока не точно, но в сети гуляет слух, что Чин-Чин принял предложение сниматься в дораме, действие которой иногда будет происходить в России. Конечно, съемок у нас не будет, но все равно ведь приятно - целый сериал! А вдруг его купят и у нас покажут? Хотя, нет, лучше не надо, а то начнут всякие прокатчики авторские права качать, и мы не сможем его скоро увидеть тогда... А если и увидим, то с озвучкой, а это ведь не то, совсем не то!
   Тройка самых ярых фанаток, пересмеиваясь, приступила наконец к работе.
  
   Сидя на рабочем месте в углу, откуда прекрасно видно весь коллектив, а саму ее заметно не сразу, Марина Петровна перепроверяла квитанции оплаты коммерческих студентов. Направление же ее мыслей удивило бы ее подчиненных, умей они читать мысли вообще и начальственные в частности, гораздо больше, чем если бы она, к примеру, встала и в полный рост спела бы распахабнейшую песню, скажем, группы "Ленинград".
   А думала строгая дама неполных тридцати лет о том, что пора покупать новую коробку дисков. Счастье купить невозможно, но для создания ему условий деньги как раз очень даже нужны. На маленьком сверкающем диске поселяется ее любовь, но она не может даже его прижать к сердцу - видит на гладкой поверхности лишь свое отражение и знает, что его образ там, среди лазером прожженных дорожек, что стоит только вставить диск в проигрыватель - и можно увидеть дорогую улыбку или нахмуренное лицо. И то и другое одинаково прекрасно и греет замерзшее в этом немыслимом, чудовищном холоде сердце. Марина не лицемерила и не обманывала себя - вид его фигуры тоже согревал и не только сердце. И после того как десятый раз девушка просматривала один и тот же фильм с участием любимого актера, а рука все равно тянулась опять нажать на "Воспроизвести", разве можно было отрицать, что он часть ее жизни? Не его герои, талантливо сыгранные, несмотря на довольно глупые просчеты сценаристов или режиссеров, а именно он. Не балагур или бабник-циник, не борец за справедливость, которых он так достоверно изображает, а он сам. Даже не тот, который в интервью. Марина перечитала их массу - спасибо неплохому английскому, спасибо спецшколе, спасибо свободному времени, благодаря которому она начала учить этот странный язык и даже могла теперь бродить по сайтам, знакомиться со свежими новостями. Не говорить - нет, это все-таки сложно, но читать. Буквы, складывающиеся в причудливые узорные квадраты, - в них она пыталась найти настоящего Чин-Чина, нет не так - настоящего Ю Чжинхо.
  
   Южная Корея. Апартаменты Чин-Чина
   Игривый девичий голос, шепчущий какие-то странные, плохо воспринимаемые на слух фразы. Это определенно не английский. Где он мог подцепить незнакомку и что ей от него нужно?
   Чин-Чин сел на огромной кровати и огляделся. Рядом никого не было. Сон был таким реальным, что знаменитый любимец дам от семи до семидесяти лет (а на самом деле от Ю Чжинхо были без ума и младенцы и совсем уж сморщенные старушки, с которыми он распевал народные песни) отправился на поиски неизвестной гостьи. Впрочем, безуспешно. Провал операции "Найди обнаглевшую фанатку" заставил убедиться в том, что поклонницы уже проникают без спроса в его сны. Переработал. Не надо было сниматься в трех сериалах в этом году без отдыха, с перерывом лишь на тур по Юго-Восточной Азии. А теперь еще предстояло готовиться к роли в этой "древнерусской" мелодраме. Сценаристы посходили с ума, а агент его когда-нибудь уморит. Сколько раз надо было повторять, что он устал от ролей раздолбаев с добрым сердцем и ему хочется сыграть что-нибудь серьезное, трагическое и просветляющее что ли? И вот когда он уже смирился с тем, что до конца дней своих будет воплощать на экране очередного плейбоя, влюбляющегося в серую мышку, владеющую блестяще приемами тхэквандо и оттачивающую их как раз на его герое, ему предлагают такое и убеждают, что это роль мечты. Что пришло в голову этому дуэту сценаристов - этим супругам Ли? Взялись переделывать легенды прошлых веков - на здоровье! Куда их понесло в дебри? Зачем экранизировать этого ненормального русского писателя? Кто, спрашивается, будет смотреть сериал с идиотским названием "Кретин"? Или "Придурок"? А может, "Тупица"? И теперь, поддавшись на уговоры агента, он должен читать эту толстенную книгу?
   Чжинхо закатил глаза и продолжил наносить на лицо дневной крем - после душа это было необходимо. Его коже завидовали даже некоторые юные актрисы, а ведь это стоило ежедневного труда. Конечно, как бы он ни ворчал, но сам скоро найдет и купит увесистый том этого русского. Просто прочитать сценарий - это было решением не в его духе. Для него важны были мелочи. Не все можно прописать о характере в сценарии, далеко не все.
   О дотошности звезды ходили легенды. Причем его придирчивость касалась только работы. Никаких длинных списков с требованиями только белых кресел в гримерной или только женщин среди обслуживающего персонала или розовой воды для омывания рук. Но все детали характера героя он продумывал настолько тщательно, что даже явные огрехи сценаристов уходили в тень, а зрители верили в существование именно этого обнищавшего миллионера, который собирается вернуться в мир бизнеса, или этого слепого музыканта, который дождался операции, повернувшей мир другой стороной к нему. А зрительницы влюблялись. Потому что герои его, несмотря на трагические обстоятельства, оказывались веселыми разгильдяями, которые почему-то так нравятся женщинам. Да-да, даже тот самый слепой музыкант - уж на что трагичнее, но раз жанром была заявлена комедийная мелодрама, то актер счел, что не может обманывать ожиданий зрителей, и был забавным.
  
   Снег, как это водится, выпал неожиданно. И невысокие даже на центральных улицах дома Татринска преобразились. Все нежных цветов - розового, розово-серого, палево-желтого, мятного - и в белых снежных шапках. Мороз румянил щеки. Скрипели новенькие сапожки. Девушка спешила домой.
   - Боже, Боже, что случилось, мама? - Марина Петровна вбежала в комнату, не разуваясь.
   - Не упоминай имя Господне всуе! - легкий шлепок полотенцем пониже спины заставил уважаемого и ответственного сотрудника почувствовать себя нашкодившим котенком.
   Мама была жива-здорова и гладила белье, будто ничего не случилось. Будто не было этого панического звонка: "Приезжай скорее, доченька!"
   - Ну и что все-таки за срочность?
   Любящие родительские глаза обеспокоено осмотрели дитятко, и Евгения Петровна махнула утюгом:
   - Неплохо. Но ты должна привести себя в порядок!
   - Я уже в полном порядке.
   - Ну конечно, - вздохнув, мама Марины покачала головой. - Кто в таком виде встречает Новый год?
   - Кто его вообще собирается встречать? И вообще, еще два дня впереди.
   А что вид? Вернувшись в прихожую, Марина критически изучила себя в зеркале. Что немного взъерошенная - так кто в том виноват? Не надо было маме ее спешно вызванивать с работы. Ну... не совсем с работы, а уже с маленького застолья по поводу наступающих недельных каникул.
   "Выходных, Марина, выходных. Ты ведь уже не школьница и не студентка", - нахмурилась и показала сама себе язык.
   - Мам, ты так и не объяснила, в чем дело.
   - Да? Ой... поставь, пожалуйста, свечи в подсвечники. Ну те, из яркого стекла.
   Что-то было нечисто тут. Почему мама явно уходит от ответа?
   Выполнив просьбу, девушка не свернула с пути и повторила вопрос.
   - Ну... как тебе сказать... Олег Николаевич пригласил к нам пару своих подчиненных... Вот я и решила, что тебе надо пораньше быть дома, подготовиться...
   - Нарезать побольше салатов и нажарить побольше кур?
   - Да нет! - всплеснула руками Евгения Петровна. - С этим уж лучше я сама разберусь. А ты прими ванну, намажься там всякими своими лосьонами-мосьонами, скрабами-крабами, маникюр сделай, покрасившее знаешь. А то тут к нам гости придут...
   - Мама! - взмолилась девушка, яростно заталкивая в узкие золотистые трубочки белые свечи, оказавшиеся немного толще, чем надо. - Ты опять за свое? Какие гости за два дня до Нового года?
   - А что опять-то? Вот что опять? Как будто ты меня когда послушала?
   - Десять свиданий за осень. Шесть выездов на шашлыки - каждый раз с новой компанией. У Олега Николаевича оказалось столько же родственников, сколько у какого-нибудь американского миллионера, и всем им срочно понадобилась экскурсия по нашему институту. А ты вспомнила всех своих школьных подруг и решила, что ко всем я должна съездить в гости. А нет, не ко всем - только если у них сыновья на выданье. Мам, когда ты уже перестанешь искать мне мужчину?
   - Когда ты сама его уже возьмешь и найдешь!
   - Мама! Ты так говоришь, как будто это раз плюнуть? Мне где его искать прикажешь? На улицу идти? "Эй ты, подходишь, пошли со мной!" Так? - в лицах изображая сцену знакомства на улице, Марина пыталась не заплакать.
   - Ну уж во всяком случае сидя за компьютером ты вообще никого не найдешь!
   - А вот и нет! Я вчера с китайцем общалась по аське!
   - По-китайски? Неужто от твоих фильмов хоть какая-то польза?
   - По-английски!
   - И как?
   - Мы друг друга поняли. Я ему про свои любимые книги написала и о том, как долго учу английский язык.
   - А он?
   - А он жаловался, что в его классе только два мальчика и ему трудно.
   - Так ты со школьником общалась, что ли?
   "Спалилась...", - Марина озиралась, готовя пути к отступлению. Знакомиться с целым отделением милиции, где начальствовал новый муж ее мамы, как-то не хотелось. Не то чтобы девушка была нелюдимой, но после шума, беготни и волнений на работе все, чего ей хотелось дома, - это переодеться в уютный спортивный костюм, прилечь на диван и, воткнув наушники-капельки в уши, нырнуть, как утка в знакомый пруд, в очередной сериал.
   - Мариша, девочка моя, ну когда же ты повзрослеешь? Когда подаришь нам с Олежиком внучков? Когда уже забудешь этого ирода проклятого?
   - Мама! Больше ни слова!
   - Ого! Почему мои любимые девчонки плачут? - прогремел Олег Николаевич, на всю квартиру. - А елку кто будет украшать? Смотри, Мариш, какая красавица, специально для тебя купил! И подарки будет куда складывать!
   - Они что все пьющие? - хлюпнула девушка носом.
   - Кто? - удивился полуотчим.
   - Подарки твои? Что ты их сразу укладывать собрался?
   - Ах ты, болтушка ты моя, Евгеша! Не могла удержаться? Мы ж с тобой как договаривались? Я обеспечиваю явку молодых бойцов, а ты - моральную готовность нашей Мариши.
   - Вот, вы уже договариваетесь за моей спиной! Дядя Олег, ну что ты? Неужели тоже внуков хочешь?
   - А почему ж нет-то?
   - А знаете что? Ладно, найду я, как внуков сделать, только не надо меня ни с кем знакомить.
   - Ну-ка, ну-ка, дочка, и как ты это делать собираешься?
   - Как-нибудь справлюсь! А то получается-то неудобно: вы пригласили своих подчиненных, они отказаться, может, боятся... И наверное, опять я буду единственной дамой, кроме мамы.
   - Да ладно тебе, красавица ты наша! - здоровяк-отчим приобнял ее за плечи. - Что ж я совсем не кумекаю? Я и парочку женатиков пригласил. К нам вон на пару месяцев прибыл из Москвы майор Сиротин. Жена у него такая куколка. Вот я их и пригласил - и тебе будет с кем поболтать из женского полу и им знакомых надо заводить.
   - Майор Сиротин? - переспросила мама. - Олеж, а его часом не Никита зовут?
   - А ты откуда знаешь? Ну у меня девчонки! Одна счетовод, другая экстрасекс.
   - Старый ты греховодник! Все одно на уме! Экстрасекс - скажешь тоже.
   - Ну попутал, попутал, - шутливо схватился за голову Олег Николаевич, - экстрасенс.
   - И не экстрасенс я. Еще чего не хватало! А просто знакома я с этим Никиткой.
   - Ой, - всплеснула руками Мариша. - Ой-ой, мама, папа, я же вам ничего не сказала толком! Я же эти выходные и Новый год с бабулей провожу. Мы с ней договорились вчера еще!
   Надо было срочно перебить маму. Конечно, она все расскажет своему мужу, но только бы не в ее присутствии. Это будет уж совсем нестерпимо.
   - С бабулей? Евгеша, разве твои родители не в Хабаровском крае живут? Маришка, ты как собираешься туда добираться? Деда Мороза раньше времени вызовем с санями?
   - Да нет, не с ними. А с бабулей! Ну мам, ты не рассказывала? И ухожу я прямо сейчас!
   Бабуля. Крестная Марининой мамы. Бывшая артистка Татринского театра на пенсии. Она поддерживала их с мамой после смерти отца. И ее помощь нужна была Марине сейчас. Никакого уговора у них, конечно, на эти выходные не было. Просто Марина не могла бы себя заставить смотреть на этого предателя. На этого глубоко женатого предателя.
   - Дочь, я не понял, а для кого я гостей назвал? У меня ж такие хлопцы - загляденье! И куда ты без семьи праздновать собралась?
   - Ладно, Олежек. Пусть, - неожиданно поддержала Марину мама. - Мы с тобой сами с молодежью посидим. А эта наша затворница пусть доброе дело сделает хоть одно - пусть с Маргаритой Федоровной пообщается. Да и что такое Новый год? Мы и на Рождество втроем посидим хорошо. Пусть дочка радость бабуле доставит. Ей там нелегко живется, на отшибе-то.
  
   Так, сумку собрала. Пижама дежурная есть в комнате в доме бабули. Компьютер старый Марина тоже туда перенесла. Сколько серий хватит на два дня? Шестнадцать или все-таки двадцать? Комедия или драма? Или вообще чтобы все было плохо и все умерли? Ладно, кинем на флешку парочку сериалов... Не ошибиться бы только, а то ведь там Интернета нет... С бабулей хорошо поговорить... повспоминать... но расставаться со своими любимцами сейчас - это смерти подобно. Только не теперь - когда объявился этот настоящий мужчина и ее первая любовь.
   Полупустой трамвай, ярко-красный как грудка снегиря, как раз подошел к остановке, и на него Марина успела еле-еле: бежала, придерживая сумку на плече. Но расположившись в середине салона, расслабилась: ехать до окраины города, а точнее даже - до поселка-спутника, было долго, около часа. Можно прийти в себя, любуясь на светящиеся дома и убранные к празднику улицы, провожая взглядом железнодорожные пути и немного потряхиваясь, когда трамвай проезжал по мостам, раскинувшимся над извилистыми Татрой и ее младшей сестричкой-речушкой Сонью.
   Маргарита Федоровна жила в небольшом доме с малюсеньким участком земли, на котором нашлось место паре яблоневых и вишенных деревьев, зарослям малины вокруг жилища и небольшим деревцам жерделы вдоль забора из металлической сетки в ромбик. От остановки, предпоследней на маршруте, идти было близко и даже весело. Приземистые домики льнули к земле под тяжестью белых шапок. Снег поскрипывал и сверкал мелкими искрами в лунном свете. Далеко слышны были в чистом воздухе людские разговоры, лай собак, включенные на полную громкость телевизоры. Как будто чем громче звук, тем легче понять весь тот фарс, который обычно показывают там по вечерам. Впрочем, эти вкрапления цивилизации очарования вечера не разрушали.
   Что хорошо было в бабуле - так это ее понятливость. Просто сверхъестественная. Можно было не опасаться ненужных расспросов. Марина постучала в калитку и приготовилась отбиваться от Сайки - бабулиного дворового пса, огромного белого балбеса неизвестной породы, любящего всех и каждого и от избытка добродушия бросающегося в дружбу с разбегу, отчего осчастливленные гости иногда падали на землю, где и бывали облизаны окончательно.
   - Бабуля! Мы встречаем Новый год вместе! - вместо приветствия заявила Марина, поправив тяжелую сумку на плече.
   - Барышня, сколько раз вам говорено: я вам не бабуля, а Марго! - под заливистый лай Сайки калитка отворилась, и перед взором незваной гостьи предстала снежная баба. Ну на нее очень была похожа бабуля в своей снежно-белой шубе пятидесятилетней давности.
   Через пять минут затея встречать Новый год вместе получила одобрение. Бабуля заявила, ежесекундно требуя не называть ее бабулей, что она согласна только на роль Снегурочки, а Деда Мороза будет играть Марина. Зайцев и прочих зверюшек вполне могут изобразить Шило, Шекс и Астра. И елку они нарядят прямо во дворе.
   В теплом коридорчике девушку встретили три бабулиных кошки. Каждый раз Маргарита Федоровна, подбирая котенка, была уверена, что это будет самый настоящий кот, и давала малышу имя в честь своего любимого драматурга, но со временем дымчатый Шиллер приносил котят и оказывался настоящим шилом в мешке, а вовсе не котом, рыжий Шекспир загуливал и давал концерты нежным кошачьим голоском, далеко не таким наглым и циничным, как у котов. Островскому и вовсе повезло. Бабуля подобрала его уже взрослым. Посетовала на то, что кто-то мог выгнать такого упитанного кота, а этот здоровяк через неделю-другую избавился от своей упитанности, и бабуля отправилась пристраивать очередное потомство ее очередной питомицы, переименовав молодую мать белоснежного окраса в Астру. Котоутройство Марго удавалось гораздо лучше: все котята расходились по ее молодым бывшим товарищам и товаркам по труппе, или по ученикам ее драмкружка при Доме детского творчества, или по членам клуба кому за двадцать с небольшим гаком. Пожилые или, лучше сказать, опытные дамы и господа проводили беседы и чаепития, а при хорошем самочувствии одного их них - подслеповатого аккордеониста - могли и станцевать пару вальсов или даже полтанго. Разумеется, Марго, выбившая у того же Дома детского творчества комнату для этих благородных собраний, была там настоящей звездой.
   Трое несостоявшихся кошачьих драматургов дружно терлись о Маринины ноги. Чуяли рыбку, которую девушка прихватила к столу. Ну а может, и ей радовались. Кто этих кошек разберет?
   Ночью девушка на удивление быстро заснула. Видимо, прогулка на ночь на свежем воздухе сказалась, а может, и разговор с бабулей нос к носу или беседа с мамой по телефону. Но лучше бы она мучилась бессонницей. Или лучше бы сидела и пялилась на монитор, сопереживая очередным героям выдуманной истории.
   Снился Марине майор Сиротин. Никитка. Русоволосое счастье ее недавней юности. Мужчина, который попросил ее руки и сердца и получил согласие, а потом отшвырнул и руку и сердце, как ничего не стоящие рекламные плакаты, которые суют вам бесцеремонные распространители.
   Никитка, с которым она встречалась целых семь лет - еще со школы. С ним она училась на финансово-экономическом факультете, с ним уехала покорять столицу. Нет, помогать ему покорять столицу. И продержалась Марина как крепкий тыл целых два года, а потом...
   "Извини, Маша, я женюсь на другой". А ведь Марина даже смирилась с тем, что он называет ее все время Машей, так как ее настоящее имя ему почему-то не по душе!
   "Москвичка? С квартирой?" - спокойно поинтересовалась только что брошенная девушка.
   "Не в этом дело... но да..." - ответил, даже не собираясь оправдываться, изменщик проклятый.
   "А как же я?" - вопрос остался незаданным, повис в воздухе, как паутина в августе на пыльных кустах.
   Марина ушла из квартиры, которую они снимали на двоих, полгода еще проработала офис-менеджером, отказавшись от подработок уборщицей в фирме по соседству по ночам. Теперь, когда ей не надо было оплачивать двушку в двух шагах от станции метро, и лишняя работа ей была ни к чему. Закончив год по контракту, без сожалений Марина вернулась в родной город и отгородилась от друзей, задающих вопросы, спокойным и немного холодным молчанием. "Зазналась она в своих столицах", - вынесли свой суд бывшие одноклассники и однокурсники и особо не досаждали ни участием, ни сочувствием. "Небось, это занудство Никитосу и надоело", - хихикали несчастливые когда-то соперницы ее в борьбе за сердце красавца и умника Сиротина.
   И вот этот разумный мужчина ей приснился. Говорил ласковые слова, предлагал вернуться к нему и жить втроем: он, она и его жена. Обнимал, так как умел только он: Марина сразу чувствовала себя недостающей деталью и устраивалась в его руках просто идеально. Целовал, зная даже во сне, подлец, все ее чувствительные места. И Марина уже задумывалась, а может и правда - согласиться? Ну жена - и что теперь? Она-то с ним раньше познакомилась, у нее и прав больше. А жена пусть подвинется.
   "Нет! Я не такая! Я не буду. Не могу. Не должна. Не хочу. И вообще глупость какая-то. Просто он придет в гости к шефу. Да он даже и не знает, что Олег Николаевич - новый муж моей мамы! Не будет он мне ничего предлагать. И не надо мне вовсе! Мне и с моим Чин-Чином неплохо. Правда, Чин-Чин?"
   Это еще что за шутки? А как этот кореец у нее во сне оказался? И почему она ищет ответа у него? А... это все из-за плакатов, которые она по дури нацепила в своей комнате бабулиного дома! Не важно. Главное, что Никитка исчез. И Чин-Чин тоже испарился. И осталась Марина одна посреди ледяной пустыни. Только лишь в шубе Деда Мороза на пижаму.
   "Не уходите. Не бросайте меня здесь. Не бросайте. Не бросай... Вернись..." - девушка проснулась в слезах.
  
   - За что и перед кем я провинился? - ругался Чжинхо. - Зачем мне вдобавок ко странным снам еще и галлюцинации? Вчера одна воображаемая поклонница, сегодня другая. Это все ваш проклятый Достоевский!
   - Тихо, тихо! - примиряющее поднял руки ладонями вверх Ли Чжихван. - Мы ведь не "Братьев Карамазовых" снимать собираемся. Тут нас японцы опередили, а ведь Ли Джун давно говорила, что можно было бы экранизировать что-нибудь русское...
   - Ли Джун? Твоя кузина? Так это ее мне благодарить за идиотскую роль?
   - Мог бы и не соглашаться, если тебе так не нравится. Снимался бы в очередной мелодраме, которые так любят домохозяйки.
   - Хён! Ты ведь знаешь, что это моя мечта - сыграть что-то классическое, запоминающееся, значимое...
   Двое мужчин устроились в очень дорогом сеульском баре, только для богатых и знаменитых, с повышенной системой контроля, чтобы случайные люди даже кончика носа не просунули, не то чтобы одним глазом взглянуть на жизнь этих самых богатых и знаменитых.
   - Для сагыков я лицом не вышел - не идут мне эти древние одежды, я в них точно ряженый. В Голливуде меня что-то никто не ждет. Одна надежда - стать у истоков новой моды в кинобизнесе.
   - Все, я понял! Можешь не продолжать.
   - И вот когда мне так тяжело дается эта книга, в мои сны являются какие-то дуры и заставляют меня беспокоиться!
   - Может, это одна и та же дура? Может, ты кого-то обидел, а теперь твое подсознание тебе напоминает?
   - Да нет же! Это совершенно разные психованные фанатки! У одной голос такой ласковый и липкий, как мед, а другая вообще ныла. Одна позапрошлым утром меня перепугала, а другая этой ночью. А сегодня днем только на секунду глаза в гримерной закрыл, так сразу ее противный голос в ушах опять заканючил.
   - Это ты просто переработал.
   - Кто говорит? Мой угнетатель и эксплуататор?
   - Твой друг и наставник. И тот, кто платит сегодня за выпивку.
   - Нет, нет, все с меня хватит, я домой. Не хочу выглядеть на завтрашнем шоу пропойцей, - Чжинхо потянулся и, застегнув модный пиджак сливового цвета, поднялся с высокого крутящегося стула.
   - Твоя пра... Стой, это же радио-шоу! Месяц не видел друга и норовишь сбежать? - Ли Чжихван в шутку усадил уходящего как непослушное дитя.
   - А то, хён, ты не знаешь этих сплетниц - ведущих? Несут в прямом эфире всякую чушь, не подумав.
   - Тут, ты тоже пра... Стоп! Тебе же передают список вопросов! И ты вычеркиваешь неподходящие.
   - Риторических вопросов это не касается, к сожалению, и восклицаний вроде "Ах, Чин-Чин, Вы работаете на износ? Почему у Вас синяки на пол-лица? Почему Вы так осунулись?
   - Да... это серьезно... Так, перестань меня дурить: параллельно ведь идет видео онлайн!
   - И мы снова возвращаемся к тому, что я должен выглядеть на все сто.
   - Ладно уж, маменькин сынок, иди, а то тебя будут проверять родители звонком, - ухмыльнулся Чжихван.
   - Кто бы говорил тут! - не спустил другу Чжинхо. - Уж не тот, кто трепещет перед грозной мадам Но.
   Выстрелив этой убийственной репликой, актер спешно удалился.
  
   С директором Ли он познакомился давно, еще на первых пробах в какой-то проходной сериал. Скромный юноша в великоватом костюме не был похож на одного из боссов, поэтому дебютант-актер принял его за возможного конкурента и попытался разузнать, что тому известно об условиях приема. Собеседник смутился, но еще больше смутился сам претендент на роль младшего брата очередной бойкой героини, когда увидел недавнего "конкурента" в зрительном зале, хотя и не среди тех, кто проводил отбор. После того как юный талант был выбран на желанную роль, Чжихван его поздравил и, как ни странно, извинился за то, что ввел в заблуждение. Чжинхо вместо ответа дал зазнайке в нос. Точнее, попытался. Тот увернулся, спокойно заметил, что драться актер Ю не умеет и, наверное, уже не научится, и неожиданно улыбнулся.
   - Что скалишься?
   - Не представляешь, как давно я хотел это кому-нибудь сказать! А то все время меня кто-нибудь да бьет: не брат, так кузина.
   После такого признания Чжинхо почувствовал себя увереннее, а там и до дружбы было недалеко.
   Своим знакомством он не пользовался, но знать, что дружишь с одним из боссов, было приятно. Успокаивало. Главным было не проболтаться о своих связях матери с отцом. А то рвение в построении карьеры их дитяти из здорового может стать болезненным. К тому же, Чжинхо и сам справлялся неплохо.
   Хорошо еще, что суматошная пора перевалила свой пик: Рождество миновало, и Чжинхо посетил все возможные и достойные его внимания шоу, снялся во всех подходящих журналах, провел все фан-митинги. Завтрашнее интервью в прямом эфире было не так уж и важно. С дури согласился, подумав, что перед Новым годом делать будет все равно нечего. А теперь оставалось только надеяться, что все пройдет как обычно - гладко и скучно, несмотря на потуги радио-ведущей острить и заигрывать, как они это всегда делают.
   Наскоро приняв душ и переодевшись, Чжинхо упал на кровать и тут же заснул.
  
   "Знаешь, что, Господи, я, конечно, пощусь и все такое, но вряд ли меня можно назвать достойной христианкой. И молитвой это безобразие назвать язык не поворачивается. Но мне, Боже, так сегодня тяжело, что просто не могу не пожаловаться. Почему я до сих пор одна? Почему не встретила другого мужчину? Никита вон с женой. А я? Неужели так и останусь одна? Хорошего во мне, конечно, мало. Вот на девчонок сегодня окрысилась. А почему? Можно было бы и поболтать с ними минут пять - все-таки увлечение общее. А я просто побоялась. Как же! Несолидно! Эх... и все-таки мне бы так хотелось встретить достойного мужчину и полюбить его, и чтобы он меня тоже полюбил. Разве это так много? Для меня, наверное, много. Но для Тебя-то пустяк! А если нельзя, то может, хотя бы можно сделать так, чтобы я провела праздничную ночь в компании с каким-нибудь симпатичным мужчиной? Ты не подумай - я без всяких задних мыслей. Просто для компании. К тому же Марго рядом будет все равно... Эх... что-то меня вообще не туда понесло..."
   Марина задула свечку перед красным углом с иконами и пошлепала в постель. Сегодня она помогала Марго украшать дом к праздникам. В основном ее помощь сводилась к обезвреживанию кошачьего трио. Девочкам-кошкам не терпелось познакомиться с пушистой сосной, и отгонять их от искусственной красавицы было утомительно. Потом бабуля, постоянно напоминая, чтобы Марина не смела называть ее бабулей, руководила приготовлением начинки для новогодних пирогов - девушка увлеченно перекручивала изюм и грецкие орехи, чтобы получилась однородная паста для рулета, и тонко-тонко резала капусту для пирожков. К тесту ее не допускали, и все равно устала она невероятно. Даже почти не вспоминала о Никите и его жене, хотя и с мамой пообщалась по телефону и отчим назад зазывал. Мама еще обрадовала: ужин, с которого Марина сбежала, не состоялся. Значит, и Сиротин к ней в дом не приходил... Это радовало. Марина и радовалась. Вот только перед сном загрустила - и захотела помолиться, а получился какой-то список претензий. Мужчину ей для компании симпатичного? Да если кто к ним с Марго и придет симпатичный - так это ее верный вечный поклонник Игорь Антонович, режиссер ТЮЗА и воспитатель юных талантов, красивый и семидесятилетний. Не настолько уж Марина и отчаялась, чтобы у бабули кавалера отбивать. А может, новые соседи Марго из дома справа, который пустовал уже полгода, зайдут? Актриса рассказывала, что не такие уж они и новые. Пожилая дочь и древняя мать давно купили этот дом, несколько лет назад жили в нем, а потом все бросили и лишь недавно вернулись. Вроде бы дочь, как и Марина, пыталась устроиться в столице. Правда, у дочери самой был ребенок, и судя по ее возрасту, дитя могло бы быть ровесницей или ровесником самой Марины... И если бы это был сын... Мысли начинали путаться. Блаженная расслабленность не давала додумать, что было бы.
   "Спать, спать и спать. Утро вечера мудренее"
  
   Проснулся он не один. Было полное впечатление того, что вчера он просто на минутку закрыл глаза, почувствовал легкий шум в голове, похожий на свист ветра, хотя и выпил не так уж много; мелькнули перед ним в воображении несколько горячих сцен с неизвестной, и вновь он открыл глаза - а уже утро пробивалось сквозь шторы. Оглядел в рассветном полумраке взъерошенную женщину, лежавшую рядом и тыкавшую в него пальцем с коротким розовым ноготком без маникюра, и поинтересовался:
   - А вы кто такая, ачжумма?
  
  
  
   Глава 2
  
   Так естественно было прижиматься к мужчине, лежащему рядом, устраиваться поудобнее, чтобы быть еще ближе. Он был приятный на ощупь - теплый, кожа нежная, а пальцы нащупывали хорошо выраженные мускулы.
   - Но... - сонные глаза приоткрылись, и лунный свет коснулся их темноты чуть заметным всплеском.
   "В конце концов, мой сон - что хочу, то и делаю", - с этой мыслью Марина потянулась губами к щеке гостя из мира грез. Он удивленно вздохнул и слегка повернул голову, покоившуюся на подушке, присвоенной им самым бессовестным образом. Но возмутиться девушка не успела. Встретились. Разговор без слов. Неслышная мелодия. Поцелуй двух незнакомцев. Правда, кого-то он ей напоминал, но гадать, кого именно, совершенно не хотелось. Да это было и не важно.
   "Впервые вижу такой правдоподобный сон, - довольно улыбнулась Марина, когда ее крепко обнял мужчина-виденье. - И не вздумай останавливаться, а то я немного позабыла, как это делается. И не хочу вспоминать о том, первом, настоящем. И даже имя его помнить не хочу... А ты, кажется, симпатичный...".
  
   Было утро как утро. Разве что еще более снежное, чем обычно в декабре. Но об этом Марина узнала гораздо позже, чем обнаружила в своей постели очередной, как она думала, подарок от Шила, Шекс и Астры.
   Это пушистое трио, кроме постоянного пополнения кошачьего племени, отличалось ловкостью в ловле мышей. Мало того, они еще и регулярно притаскивали Марго, а когда Марина была в гостях - то и ей, свои подношения. Марго реагировала как истинная женщина - визжала на весь дом. А Марина... не хватало ей хрупкости и уязвимости, чтобы заставлять кого-то еще беспокоиться о таких пустяках. Обычно девушка тихонько выкидывала подарки кошек, всякий раз всерьез опасаясь их обидеть. И когда девушка почувствовала, что ее рука затекла, а на животе лежит что-то тяжелое, то первое о чем она подумала:
   "У нас в подполе завелись слоны... А наши кошки их отлично ловят. Одна мышкой напугает жертву, а две другие расправляются", - и только потом открыла глаза и увидела...
   плакат с Чин-Чином.
   - Чжинхо, анёН! - почему-то пробормотала Марина. Никогда так раньше не делала, а сегодня... просто захотелось поздороваться с красивым мужчиной на его языке - хотя бы так. И не вспоминать того, другого, который невольно выгнал ее из родного дома под Новый год. Что-то ей все-таки мешало, маячило какое-то темное пятно у самой шеи. Скосив глаза, девушка обнаружила темную растрепанную макушку у себя почти под носом.
   "От постоянного лицемерия выросла вторая голова. Или борода? Не буду в следующий раз на работе притворяться, что не интересуюсь дорамами".
   Вздохнув, Марина перевела взгляд и обнаружила внушающий опасения бугор на месте когда-то плоского животика.
   "Беременности взяться неоткуда. Значит, пора завязывать с булками, даже постными. Прощайте, мои дорогие пирожные и конфеты, мы с вами больше никогда не встретимся. Хотя... вы, наверное, будете только рады..."
   Рассмеявшись, Марина почти совсем проснулась и поняла, что ошиблась: она в самом сердце царства снов. Потому что наяву в ее объятиях мужчине взяться неоткуда. И некому на нее ноги закидывать.
   Не поверив своим глазам, девушка потрогала спящего пальчиком. Как будто пирог только из печки - гладкий, мягкий и горячий.
   Глаза незнакомца распахнулись, и он задал очень обидный вопрос:
   - А вы кто, тетенька?
  
   Соседи по ночлегу одновременно попытались сесть, отчего Марина вскрикнула, так как получила довольно болезненный пинок локтем в бок. Оба уставились друг на друга, при этом парень судорожно кутался в простыню.
   - А раньше Шекспир и компания только мышей таскали... - ошарашенно хлопая глазами, прошептала Марина.
   "Нет, вру, один раз нутрия была. Но такой песец в первый раз. Дожили, даже кошки озабочены моей личной жизнью - мужиков прямо в постель забрасывают"
   После недолгой паузы, сознание вернулась и к Марине и к парню, и они синхронно закричали:
   - Ты кто и откуда?
   Незваный гость хотел еще что-то выкрикнуть.
   - Нет, - закрыв без лишних церемоний косоватому спросонья юноше рот ладонью, помотала головой Марина.
   "Только не это. Когда я его успела подцепить? Вроде бы шла к Марго одна. В трамвае такого точно не было, да я ни с кем и не разговаривала. А потом... Марго бы что-нибудь сказала, если бы я пришла не одна... Не прятался же он целый день где-то... Нет... быть того не может!"
   Одновременно девушка несколько раз сморгнула, потом крепко-крепко зажмурилась и глубоко вдохнула раз десять. Вновь посмотрела.
   Удивленные карие глаза смотрели на нее с немым упреком.
   "Ну конечно! Надо было выполнить именно эту просьбу! Канун Нового года, елки-палки! Время чудес. Зашибись... И все равно не понятно. Я же лунатизмом никогда не страдала. Должно быть какое-то разумное объяснение, и я его найду. Уже"
   Марина решила, что, должно быть, вчера этот красавец постучался в дом к бабуле поздно вечером и, так как Марго засыпала рано и ее из пушки не пробудить, не то что каким-то стуком в дверь, Марина сама открыла ему дверь. Да-да, помолилась, погасила свет, почти заснула, а тут-то он и нарисовался. Наверное, один из молодых актеров, задействованных в новогодних представлениях, - пришел на консультацию и время не рассчитал. Сейчас же иные личности могут заявиться в гости в полночь и искренне удивляться, что им не рады. Не понятно только, почему она ничего не помнит и как они оказались в кровати вдвоем. Разве что он ее напоил "ершом"... Да вроде не похоже: чувствовала она себя отвратительно бодрой и отдохнувшей, хотя вчера потрудилась изрядно - и уборка, и готовка, и елку нарядить - тоже работа. "Да и ночь провела... не одна... во сне, но ведь не одна... А... лучше не вспоминать!"
   - Ладно, я сейчас выйду, и чтобы тебя не было, когда я вернусь, - девушка накинула на пижаму махровый белый халат в желтых лунах и звездах.
   - Эй... - закашлялся пришелец. - А где я?
   Что бы он вчера не принес, явно пили оба, так что еще не известно, кто кого домогался. Похоже, лучше эту тему не поднимать вовсе. Марина замерла у самой двери и развернулась к вопрошавшему.
   - Приехали! Ты разве вчера не к Маргарите пришел за советом?
   - Не знаю никакой Маргариты, и я вчера лег спать дома, в своей квартире! - в ее белой простыне он был похож на гигантскую куколку или тоненький тюк ткани. Юноша растянулся на всю длину их ложа, и Марина могла получше его рассмотреть. Кого-то он ей напоминал. На рынке, может, такого видела китайца? Или это... Только бы это не был какой-нибудь из студентов РИКИ, где она работала заместителем главного бухгалтера! Некоторые из них ведь параллельно в ТЮЗЕ обучаются, и их руководитель тоже к Марго посылает. Давний ее поклонник, отвергнутый из любви к искусству. Не к добру Марина этого Игоря Антоновича вчера вспоминала.
   "А что этот мальчишка за чушь несет? Лег спать в своей квартире? Не знает Марго? Еще лучше..."
   - И как ты тогда оказался у меня, нет... у Марго в доме?
   - А это вас с ней надо спросить. Зачем вы меня к себе притащили и как смогли взломать замок в моей квартире? Чего вы хотите? Шантажировать? Уже сделали фотографии? Покажите! Давайте свяжемся с моим менеджером и все уладим. А заодно он проверит вашу регистрацию. Что-то ты, тетка, не похожа на гражданку Кореи.
   - Тётка? Регистрация? Шантаж? - не по порядку перечислила девушка основные пункты обвинения, а тип, во сне казавшийся таким безобидным, кивал головой на каждое слово.
   - Ты вообще кто такой? - спросила Марина у незнакомца, нагло обосновавшегося на ее диванчике.
   - Самой догадаться мозгов не хватает? - зло процедил он, обводя глазами стены ее комнаты, где на каждом свободном метре были плакаты и фото с изображением ее любимого Чин-Чина. - Тот, кого вы похитили, разумеется.
   - Он еще и хамит! - сдерживая гнев, вполголоса перешла Марина в наступление. Дальнейший их разговор происходил шепотом, но на повышенных тонах. - Откуда я могу знать, кто ты? Я спала себе, проснулась - а тут ты лежишь.
   - А мне вот кажется, что ты меня отлично знаешь, тетка. - В полутемной, несмотря на утро, комнате его трудно было рассмотреть хорошо, но ясно было, что тип самоуверенный. Все его знать должны - подумать только. Да даже Никита не был такого высокого мнения о себе.
   Вспомнив этого предателя, Марина рассердилась еще больше. Заявление незнакомца очень похоже было на ставший популярным в последнее время телефонный обман. Заспанных людей застают врасплох, позвонив глубокой ночью или под утро, и искаженным голосом требуют перечислить на телефонный номер кругленькую сумму. А тут звонком не обошлись - заявились прямо в дом, наглецы.
   Почерпнув в праведном гневе новые силы, девушка продолжила:
   - Вот это заявление! Имей в виду: никаких потерянных братьев у меня быть не может. Амнезией я не страдала, так что на место забытого мужа ты точно не надейся.
   - Такая же безмозглая, как и все остальные. Сразу видно: ты, дамочка, пересмотрела сериалов, - ничуть не смутился неизвестный. Марина поймала себя на мысли о том, что хочет его получше рассмотреть. Все-таки полумрак хорош только для бессловесного общения. Тут девушка вспомнила, чем занималась с неопознанным явлением недавно, когда считала, что это только сон. Ну, на его счастье, более сердитой она при всем желании стать не могла. Так что просто продолжила на высокой точке кипения, но на пониженных тонах. Может, Марго уже и не спит, но ее вторжение в комнату было бы преждевременным.
   - Ой, только не надо! Свалился на мою голову в одних трусах и учит меня жить! А сериалы сам, небось, смотришь! Придумал тоже - его похитили! Точно, ты ж, наверное, из Средней Азии. Вон у нас неподалеку в поселке стройка большая - ты оттуда сбежал? Взломал дверь, забрался в дом... Зачем, правда, спать улегся - не понятно.
   - Вот ты дура! Я фильмы не смотрю, я в них снимаюсь. Глаза разуй!
   - Да где ты там снимаешься! Я, кроме корейских и японских сериалов, ничего и не смотрю. И подобной наглой рожи там не видала.
   - Слушай, ты меня достала. На стены свои посмотри. Ну и кто, по-твоему, на них?
   Хорошо говорить - рассмотри. Марина отдернула половину шторы. В комнате стало немного светлее. Пасмурный декабрь ясными днями не радовал, но недавно выпавший снег все же делал освещение более обнадеживающим.
   Тщательно изучив лицо и не скрытые под простыней шею, кисти рук и ступни парня, Марина пришла к неутешительному выводу: ей уже везде ее любимый актер мерещится. Впрочем, неудивительно это - не надо было столько постеров клеить. И Марго над ней потешалась. И знакомых в комнату не пригласишь. Вот в этом же пригороде, правда чуть в стороне от трамвайной линии, живет Галка. Можно было бы ее на Новый год позвать, если она дома. Так ведь увидит эти художества - узнает Чин-Чина на них, тоже ведь одна из фанаток, - и все, вся бухгалтерия будет в курсе. Надо будет выпроводить незваного загадочного гостя и избавиться от плакатов. А жаль-то как! Одного, оригинального, особенно жаль. Этот постер Марина честно выиграла в прошлогоднем конкурсе на фанатском форуме для иностранных поклонников Чин-Чина: написала поздравление ко дню его рождения по-корейски, и оно было выбрано лучшим в номинации за искренность. Конечно, ничем, кроме искренности, оно похвастаться и не могло: короткие фразы, небольшой словарный запас. А плакат все равно прислали - с автографом ее любимца. Интересно, поздравление-то ему зачитывали? Или вся акция была затеяна только для выяснения, сколько же дур ради актера-красавца выучат его родной язык?
   Только гость ее уставился - ответа ждет. Марина сообразила-таки, на что он намекал последние пять минут.
   - Ты совсем спятил? Ну похож ты немного на Чин-Чина и что? Типаж один, но вы как небо и земля, зерно и шелуха, цветок и навоз.
   - Немного похож? Занятно... - прошипел оккупант. - Вот они, поклонницы - кричат о любви, а узнать кумира без грима не могут.
   - Ты хочешь сказать, что ты - Чин-Чин? - возмутилась Марина. - Ха. Ха. И еще раз - ха!
   - Смеешься? А я тебе докажу. Где твоя косметика или что там у вас - тушь, подводка, румяна... - незнакомец небрежно помахивал высвобожденной из простынного кокона рукой, перечисляя.
   - Вообще больной? Я после тебя ей пользоваться не буду!
   - Выкинешь! А лучше - продашь на интернет-аукционе как вещи самого Чин-Чина. Я даже сфотографируюсь и автограф приложу к каждой, - пообещал парень. Явно наврал. Кто это разрешит звезде снимки раздавать направо и налево без согласования с его компанией? Но чтобы позабавиться и немного прийти в себя, Марина все-таки покопалась в ящичках своего комода и извлекла какие-то тюбики. Пусть мажется - может, она хоть перестанет видеть в нем того, с кем так славно целовалась утром. Так... Об этом, кажется, лучше не вспоминать самой, а то еще этот тип придет в себя и тоже вспомнит.
   Со знанием дела Чин-Чин-самозванец отобрал самую новую и дорогую косметику, подвел глаза, нанес тон, румяна. Каждое его движение было исполнено уверенности. Он не спешил, видно было, что макияж наносит он не каждый день, но все-таки знает, что к чему, и неплохо. Возможно, лучше, чем сама хозяйка этих тюбиков и баночек со щеточками.
   - Ну? - коротко бросил разрисованный красавчик, выжидающе уставившись на нее крашенными миндалевидными очами.
   - Что ну? - чтобы потянуть время, спросила Марина. Похож был паразит на Чжинхо нереально.
   - Узнала?
   - Ну, отдаленное сходство на лицо, конечно, но есть одно маленькое "но".
   - Какое еще но?
   - Чин-Чин не говорит по-русски! Он - кореец! - торжествующе взглянула Марина на нахала с макияжем. Сходство с ее героем было потрясающее, но против фактов не попрешь. Как ей сразу в голову-то это не пришло? Точно, мошенник. Небось, еще и информацию о ней собирал. Или под окнами ходил и в комнату заглядывал - вот и увидел плакаты на стене, научился краситься как Чжинхо и продумал какую-то аферу. Вот только какую - девушка пока сообразить не могла.
   - Наполовину японец, - начал незваный гость.
   "А он неплохо подготовился", - оценила Марина про себя и продолжила непринужденную беседу.
   - Да ты, я смотрю, такой же фанат, как и я, если даже это знаешь! Неважно. Чин-Чин кореец и японец. Он по-русски не говорит. Если бы говорил - я бы узнала.
   Но гость оказался непробиваемым для доводом разума и продолжал настаивать на своем, хотя его уже почти разоблачили. Фигурально выражаясь.
   - А я по-русски и не говорю. С какой стати? - невозмутимо и раздражающе уверенно заявил он.
   - А как тогда ты меня понимаешь? Я-то по-русски говорю, - еще больше торжествовала Марина.
   - По-японски ты говоришь, по-японски! - ехидно смеясь, возразил лже-Чин-Чин. - И очень невежливо притом. Совсем неженственно. Настоящий мужик. Бандитка.
   - Чего? Я? По-японски? - Сил не хватало на более длинные фразы. Марина и удивилась и возмутилась. Ей никак не могло бы хватить для поддержания такого длинного разговора той пары слов, которые она подхватила, поглощая серию за серией в часы и дни, когда ее охватывала особенно сильная тоска по прошлому и по Никите и она торчала у экрана с коробкой конфет, термосом с отваром шиповника и мобильником, из которого она давным-давно удалила его номер, но всякий раз вспоминала его и вновь заносила в телефонную книгу, непонятно на что надеясь.
   - А либо я по-русски? И не ори так.
   За дверью, в соседней комнате, застучала домашними туфлями на звонком каблучке, хотя и без задников бабуля.
   - Мариночка, ты опять смотришь свою азиатчину с самого утра? Лучшие годы жизни тратишь неизвестно на что! Пошла бы елку во дворе нарядила.
   - Я ничего не смотрю, просто... - крикнула Марина, но было поздно: Марго, в элегантном пеньюаре и в розовых сабо, отделанных крашеным пухом, уже открыла дверь в ее комнату.
   - Ой, деточка, а кто это у тебя? Это твоя подружка?
   - Нет, это не подружка. Это дружок, - вздохнула Марина. - Он так внезапно появился - прямо с самого утра. Не терпелось ему меня увидеть.
   Марго может молодиться сколько угодно, но сердце у нее уже пошаливает, так что волновать ее ни к чему этим пока непонятным случаем. А что у ее молодой подопечной появился поклонник, который ходит в гости исключительно по утрам - так это Марго только обрадует.
   - Ну что ж, молодой человек, - хитро улыбнулась пожилая актриса. - Выглядите вы, может, и по-девичьи, но поступаете и впрямь как пылкий гусар. Эх. Вот мой, Василь Степаныч тоже был нетерпелив и горяч!
   Интересно, а кто такой Василь Степаныч и почему Марго о нем раньше не упоминала? Какой-нибудь генерал проездом?
   Тип, выдающий себя за Чин-Чина, тоже выглядел озадаченным и в ответ на слова бабули просто поклонился, довольно глубоко и медленно. С достоинством, гад. Как настоящий Ю Чжинхо, подлец.
   - Ну, голубки, не буду вам мешать. Мой кофе уже готов. А если есть желание - присоединяйтесь к старухе.
   - Бабуль, он кофе не пьет.
   - Ну какая же я тебе бабуля, дитя мое? Тётя Марго - пора бы уже запомнить за тридцать-то лет.
   Маленькая шпилька в ответ на "бабулю". Кому как ни престарелой комедиантке знать, что ей еще нет тридцати.
   Дверь за тетей Марго закрылась, а тип уставился на Марину.
   - Что у вас за семья такая?
   - А что тебе не нравится? - подхватилась девушка. Она могла сколько угодно критиковать свою замечательную Марго, но другим это лучше не делать. - Кстати, мог бы с бабулей повежливей быть - сказал бы хоть что-нибудь.
   - Да как я могу с ней быть вежливым, если ничего не понял из того, что она говорит? Вот я и спрашиваю - что у вас за семья такая? Пожилая дама говорит, вероятно, по-русски, а ты, тетушка, - по-японски. Поэтому я тебя и понимаю, а твою бабушку - нет.
   Все было еще более странным, если это вообще возможно. Мошенники в конец обнаглели. Теперь этот милашка ее уверял, будто она за ночь освоила иностранный язык - да так, что могла с ним болтать. Мало того, она еще, оказывается, настолько гениальна, что незаметно переходит в общении с русского на японский и обратно. Фантазия богатая у этого пупсика восточного. Марина уже разглядела, что обманщик хорош собой, но это ее еще больше злило: если ты красив внешне, будь добр - соответствуй внутренне. Нельзя красивым людям быть мошенниками - слишком легко им будет даваться каждый обман.
   - Вот что ты выдумываешь! Мы обе по-русски сейчас говорили! И она мне не совсем бабушка, - встряхнулась девушка от ненужных мыслей.
   - А давай-ка проверим, невозможная женщина! Вот пойдем к твоей не совсем бабушке, и я с ней пообщаюсь.
   - Ну и давай. Только учти: ничего продавать моей бабушке не надо, я твою деятельность в раз пресеку, - Марине только что пришло в голову, что тип мог бы быть чрезмерно предприимчивым распространителем чудо-грелок. На что только не шли эти славные торговцы, чтобы проникнуть в дома потенциальных клиентов. И социальными работниками притворялись, и на солнечный и тепловой удар жаловались, прося сердобольных хозяек налить им стаканчик воды и под шумок агитируя на покупку какого-нибудь супертонометра с золотыми нитями, нормализующими давление при каждом измерении оного. Это если, конечно, ее предположение об искусном мошенничестве было неверным.
   - И куда идти? - Тип, пугая своим сходством с Ю Чжинхо, сел на ее диване и высвободил из кокона руки. Любуясь мускулами, девушка почти пропустила мимо ушей половину того, что он говорил. - Она ведь чай готовить пошла? Ты же ей сказала, что я кофе не пью.
   - Хорошо притворяешься. - Марина стряхнула оцепенение. Наверное, он действительно строитель, раз так развит физически, при сравнительно невысоком росте. Ведь строят же что-то неподалеку, несмотря на глубокую зиму. Во всю строят. Очередной торговый центр, будь они неладны, вырастал из-под земли как гриб, не без помощи почти бессловесных рабочих. Может, этот красавчик просто сбежал от строгого прораба? Все равно непонятно, как он очутился... Не думать об этом - не время!
   - Ладно, потопали на кухню - ставить эксперимент, а потом готовься вострить лыжи отсюда. Не пойму вообще, как ты проник к нам в дом.
   - А я вот все-таки думаю, ты меня похитила и собираешься шантажировать мою компанию.
   - Уже я одна, а не мы с Марго?
   - Ну ясно же, что твоя бабушка меня впервые в жизни видит! Я актер, я наблюдать умею за реакциями.
   - Пошли-пошли, актер, не разгова... Стой. Ты в этом зимой по улице ходишь?
   - Нет, чтоб тебя, я в этом сплю!
   - Где твоя одежда? - закричала Марина. Происходящее нравилось ей с каждой секундой все меньше. Лучший момент был, когда она думала, что это все просто сон. Такой приятный утренний сон, без последствий. А тут нате вам - материализация чувственных фантазий.
   - Это у тебя надо спросить и твоих сообщников. Хотя... - нахал окинул ее критическим взглядом. - Ты и одна, пожалуй, могла бы меня вынести. Сила есть, а вот мозгов, чтобы сообразить прихватить для пленника одежду, маловато.
   Марина решительно открыла платяной шкаф, извлекла оттуда, с нижней полки старые джинсы и заношенный, в катышках свитер, когда-то белоснежный, а сейчас скорее бледно-желтый.
   - На-ка лучше переоденься, обносок, - его выпад против ее внешности и умственных способностей девушку странным образом успокоил. Она собралась и решила, что еще успеет все выяснить.
   Да и в одних плавках далеко по улице не уйдешь, особенно зимой в тридцатиградусный мороз. Хотя такого милашку сразу приютит любая мягкосердечная женщина. Если разглядит за сугробами, конечно. И это разрушало ее версию о коммивояжере, так же как и предположение о выпивке с актером, явившимся к Марго за консультацией, да и предположение о строителе-нелегале тоже трещало по швам. Откуда же он взялся, такой неодетый?
   Отвернувшись к двери, чтобы не смущать непрошеного гостя и тем более не смущаться самой, девушка ломала голову над загадкой, которую ей подкинуло это утро.
   На одного из тюзовцев он не похож. На строителя-дезертира тоже. Воры так себя не ведут. Прошлой ночью ей снился Чжинхо. Это совпадение или нет? Вчера вечером она пыталась молиться и просила... Да ладно! Не бывает такого! Но на Ю Чжинхо парень все же похож невероятно.
   - Твои джинсы на мне висят мешком, а твой свитер мне тесен, - ворчал вероятно все-таки Чжинхо, как бы это ни было странно.
   - Ну ясное дело, что ж ты хочешь от тридцатилетней тетки! Тут усыхаю, там раздаюсь, - немного покривила душой Марина. Своей фигурой она была в общем довольна и не так уж сильно увлекалась булками, как горевала о том недавно.
   - Тебе тридцать лет? Да не выдумывай!
   - А что? Молодо выгляжу? Это семейное!
   - Да? Сейчас окажется, что это не бабушка твоя, а мама?
   - Ты это о чем?
   - О том! Тебе лет пятьдесят спокойно можно дать, тетушка!
   - Иди, не разговаривай.
   Никакой это не Чжинхо. Тот ведь всегда такой вежливый, корректный. Фанаток обнимает, какие бы они ни были лицом и фигурой.
   Впрочем, не так важно кто он. Важнее, откуда взялся и что это все значит.
  
   Маргарита сидела на крошечной кухоньке за изящным круглым столиком. На плите шипел кофе в турке. Запах витал просто умопомрачительно прекрасный и такой уютный в это зимнее утро. Кажется, к кофейному аромату примешивались нотки шоколада, ванили и горячего молока.
   В своем закуточке у холодильника мирно паслись кошки, образуя туловищами, расходящимися от мисок, пушистую трехлучевую звезду. Появление Марины с неизвестным существом на секунду привлекло их внимание, но рыбные головы в данный момент были гораздо важнее.
   - Мы все же решили позавтракать. Заодно мой знакомый представится. Давай же, не стой столбом, - Марина ткнула самозванца в бок.
   - Нан согэ-хэдо чокхесымника? Нанын Чжин Хо ираго пурымнида. (Разрешите представиться. Меня зовут Чжинхо.)
   - Да какой ты Чжинхо?! - не выдержала Марина. - Хватит уже выдумывать!
   - Деточка, а что сейчас сказал этот славный мальчик? И зачем ты баловалась? Мужчины - это не куклы, не надо было его красить! Он и обидеться может. Как его зовут, кстати?
   - Бабуль, так он же только что сказал, что его зовут Чжинхо. - А в мыслях девушки мелькнуло: "Вежливый, гад. "Разрешите представиться" - еще бы ножкой шаркнул". Но озвучивать их она не стала, только уверила Марго, что накраситься кавалер пожелал сам и даже настаивал - чтобы лучше понимать женскую душу.
   - Да-а? Как интересно... а я ничегошеньки не поняла из того, что он говорил, - Марго кокетливо стрельнула подведенными слегка глазами в сторону очаровательно потупившегося юноши. Притворщика - так, по мнению Марины, было точнее. Но то, что бабуля сказала, было удивительным. Она-то была уверена, что незваный гость ей просто вешает на уши лапшу. Интернациональную лапшу причем.
   - Ты серьезно? Ничего-ничего? Ни одного словечка? - допытывалась девушка.
   - Деточка, я стара, конечно, но не настолько. Тебя-то я прекрасно понимаю, а его нет. И что это значит? Значит, что он говорит не по-русски. Так, Мариша? - Терпеливо разложила по полочкам ситуацию Марго, а Марине только и оставалось, что кивать. Актриса осталась удовлетворенной поведением почти внучки и продолжила, внимательно рассматривая достойно встретившего вежливой улыбкой ее взор незнакомца:
   - А он кто? Китаец или вьетнамец? Что-то их у нас много стало, все в медицинский институт приехали поступать что ли?
   А вот об этом Марина как-то не подумала... Действительно, в Татринске, кроме их колледжа при институте культуры, был и неплохой медицинский вуз... где училось много студентов-иностранцев... И все равно это ничего не объясняло!
   - Говорит, что кореец. И вроде похож... - ошеломленно протянула девушка, вновь рассматривая самозванца, который стоял скромненький-прескромненький, хорошенький, как куколка и очень похожий на Чжинхо, Чин-Чина, прозванного так за первую роль в дораме - официанта в итальянском ресторане, с которым так хотели выпить богатые клиентки.
   Свет из большого кухонного окна, выходившего во двор, на низенькие кусты смородины и будку Сайки, позволил девушке лучше рассмотреть скромника. Скулы. Нос с горбинкой, слегка крупноватый... Губы... Ох... она все гадала, как он целуется, а сегодня, кажется, узнала. И вот они - знаменитые три родинки на щеке Чин-Чина. Неповторимые.
   - Ну и ладненько, - Маргарита Федоровна не заметила ее смятения. - Я вам там какао сварила, раз кофе не пьете. Детям молоко полезно.
   Марина огорченно поджала губы - в этом вся Марго: сама не постится и ее, как может, искушает. Хотя после того, чем занималась сама Марина рано поутру, кружечка какао не кажется чем-то умопомрачительно греховным.
   - Ты... то есть вы... молоко-то пьете? О ваших пищевых пристрастиях пишут мало, - боясь посмотреть в глаза, находящиеся почти на уровне с ее собственными, лишь немного был знаменитый актер выше Марины - не больше чем на полголовы.
   - Ага, дошло наконец! - почти Чин-Чин мимолетно улыбнулся с превосходством и опять напустил на себя скромненький вид. С поклоном в сторону бабули он прошел к морозному окну и присел на резной табурет.
   - Вы что живете в этнографическом музее? Откуда столько рухляди?
   "Обалдеть! Обалдеть! И еще раз - обалдеть! Кому рассказать - не поверят. А главное, мне не поверят. Катьке еще может и поверили бы - а мне ни за что! Ладно, это Чжинхо, убедили. А дальше-то что?" - Марина пропустила мимо ушей довольно пренебрежительное замечание гостя, но тот вновь воскликнул, на этот раз привлекая ее внимание.
   - Господи! А это еще что? - карие глаза испуганно расширились.
   - О чем вы, Чин-Чин? Что вас так удивило?
   - Да вот это, на улице. Что это такое белое до середины стекла.
   И правда, за окном, почти не покрытом ледяными узорами - так слегка матовым - было нечто непередаваемое. Огромные сугробы. Обманчиво воздушные и мягкие. Обещающие покой. Поэтому так светло было в кухне и так хорошо Марина рассмотрела три знаменитых родинки.
   - Ёлки-палки! Мы попали... Бабуль... опять придется мне лопатой махать, как в прошлом году.
   - Какая лопата? Какой прошлый год? Я долго тут торчать буду? Мы уже познакомились. Я веду себя как цивилизованный человек. Но у меня только одно на уме, - Чин-Чин вскочил и теперь топтался на месте, так как по их небольшой кухне расшагивать было негде.
   - Звучит пугающе, знаете ли, - нервно посмеиваясь, заметила девушка.
   - Какая разница, черт побери, как это звучит?
   - Не чертыхайтесь тут! Что вас так разволновало-то? - Марина недоумевала и сердилась одновременно. Ну снег и снег. Чего он завелся? Сам неизвестно откуда взялся, а еще права качает. Снег ему в России не по душе.
   - Она еще спрашивает!
   - Ну по идее, это мне надо волноваться. Просыпаюсь я такая утром, за городом, в гостях. А у меня в кровати паренек лежит. Мало того, он похож на моего любимого актера. Мало того, утверждает, что он и есть актер. Мало того, еще выясняется, что мы с ним как-то друг друга понимаем. И он утверждает, что я говорю по-японски.
   - По-корейски. Сейчас ты заговорила по-корейски, ачжумма.
   Да что ж он ее все путает и путает! Марина повернулась к невозмутимо следящей за их перепалкой с малолетним нахалом Маргарите.
   - Бабуль, о чем я сейчас говорила?
   - Сколь раз тебе напоминать - я тебе никакая не бабуля! А ты ругала этого своего азиата за то, что он к тебе в кровать ирод забрался и актером назвался, - я как-то к вашим разговорам не прислушивалась - по радио вон передали, что снегопад еще три дня будет. А ты тут раскричалась. Будешь так воздействовать на барабанные перепонки мужчины - он не то что в кровать, он к тебе на пушечный выстрел не подойдет! Хороший скандал надо выстраивать как искусную мизансцену - продумывая все до мелочей, так чтобы выйти безусловной победительницей.
   - Бабуля! - в отчаянии прокричала Марина, получила от актрисы в отставке негодующий взгляд, а вдогонку еще и шлепок деревянной лопаточкой по лбу и наткнулась на злорадный взгляд незваного гостя. - Ага, так ты все понимаешь! - обвиняющее указала пальцем на юношу, позабыв, что недавно примирилась с тем, что это все-таки Чжинхо, каким-то чудом приземлившийся в Татринске настолько "удачно".
   - И понимать нечего. Наверняка, старая леди тебя распекала за то, как дурно обходишься с гостями.
   - Ну... почти.... А насчет снега - так это у нас дело обычное. Мы ведь в России, а не на Занзибаре.
   - Одиэ?!! (Где?) - заорал Чжинхо.
   - Молодой человек, незачем так повышать голос, - покачала головой Марго. - Особенно невежливо в присутствии двух дам выкрикивать непонятные слова.
   - Марго, ты нас извини. У нас есть о чем поговорить, - выдохнула Марина и утащила так и не выпившего ни глотка какао парня назад, в свою комнату.
   Закрыв за собой и гостем дверь, девушка толкнула актера, несколько бесцеремонно, на диван.
   - Давайте разбираться, что случилось, Ю Чжинхо. Все это мне очень не нравится.
  
   Да кому такое вообще понравится? Проклятый демон. Верно их предостерегали в лицее - не доверяйте злым духам.
   Девушка задула бесполезную черную свечу, ожесточенно пнула торчащий из пола нож, опасаясь его вынимать, забросила в угол комнаты книгу заклинаний. Столько труда, столько энергии - и все напрасно! Стоило затевать исполнение своего маленького новогоднего желания? Гадкий, гадкий бес!
  
  
  
   Глава 3
  
   Легко сказать - "давайте разбираться". Чжинхо поверить не мог в происходящее. Его, кажется, на самом деле похитили. А он думал, что это бывает только в сериалах. Некоторые подзабытые знаменитости, правда, сами подстраивают какие-нибудь скандальчики или аварии, чтобы напомнить о себе. Или без их ведома компании проворачивают что-нибудь эдакое - острое, пикантное, но в меру. Все-таки корейская публика весьма капризна и в гневе страшна. Приходится балансировать на грани: будешь вести себя слишком тихо - и тебя посчитают скучным и немодным, а перешагнешь через невидимые границы - и будешь оправдываться перед разгневанными поклонницами за аморальность или грубость или неуважение. Так что его агент вполне мог придумать какой-нибудь роман с одобряемой фанатками коллегой-звездой. Лучше, если роман будет платонический. Но похищение - это слишком. Такое придумать - это сильно рисковать. В голове не укладывалось.
   Комната, куда его затащила невозможная и пока еще безымянная женщина, была маленькой, сумрачной, так как у самых окон чернели какие-то деревья, и смущающей. Дело не только в том, что это была спальня, в которой он некоторое время назад оказался непонятным образом. Это тоже смущало, но причина стеснения актера была в другом. Как-то странно, когда на тебя с одной из стены смотришь ты сам. В сеульской квартире Чин-Чин ни одного портрета своего не держал. Охота была на самого себя любоваться!
   Нет, конечно, он привык наталкиваться повсюду на свои изображения - это часть нелегкой доли актера, публичного человека. Но чтобы вот так - во всю стену и большинство из его фотографий были распечатаны на плохой бумаге, явно это были самодельные плакаты. Только один его портрет был отличного качества - на роскошной глянцевой бумаге и был идеальным воплощением одного из сериальных образов Чжинхо. Адвоката-обалдуя, если он правильно помнит. Конечно, женщины были без ума от этого самодовольного героя, в два счета завоевывавшего симпатии экранных дев-кореянок. Такой постер, вроде бы, выходил ограниченным тиражом...
   Но, впрочем, отвлекаться на пустяки подолгу мужчина не привык. Какая разница, в конце концов? Ее комната - пусть хоть газетами стены обклеит. Надо было выбираться отсюда, и чем скорее - тем лучше.
   - Дай мне телефон, ачжумма! Я позвоню своему менеджеру, он приедет через пару часов, заплатит и все будет в порядке.
   - Через пару часов? Это как он умудрится?
   В голосе женщины явно звучало веселое недоумение. Неужели она думает, что нанять хорошего шофера у его менеджера нет средств?
   - Ну вы, скорее всего, с бабушкой где-то в горах живете. Вот и домик у вас ветхий, явно сельский. Что вас в Корею занесло - я спрашивать не буду...
   - Ты меня не слышал? Какие горы? Мы в России. Знаешь такую страну?
   Женщина насмешливо покачала головой. Ее темные волосы с легкой рыжиной были все еще немного растрепаны. Она так забавно одевалась наспех некоторое время назад. Чжинхо тогда пожалел, что нет у него с собой телефона или камеры - ролик с ее дерганными движениями стал бы на какое-то время хитом Интернета, а он мог бы прославиться анонимно.
   Иногда актер сомневался: так ли хорошо то, что он делает в последнее время, или просто на него уже работает имя и любовь многочисленных поклонниц. И тогда он мог, к примеру, выложить любительский ролик с записью своего исполнения какого-нибудь популярного хита (разумеется, никаких лиц - пусть думают, что балуется какой-нибудь студент-бездельник) и считать, если было свободное время, количество просмотров и лайков. Или просто увидев забавную сценку, снимал ее на камеру, а дальше - тоже следил за своей и не совсем своей безымянной популярностью.
   "Да, да. Это было бы действительно хитом. Нелепая женщина. Главное, чтобы у нее не возникло таких планов на мой счет. Надо поддерживать разговор. Она что-то опять сказала странное".
   - Не дурак, - пожал Чжинхо плечами, чувствуя, как растягивается и немного потрескивает от этого легкого движения заношенный свитер, - конечно, знаю. Поэтому и пропустил мимо ушей твою глупость. Как бы вы успели меня до России-то довезти?
   - А говоришь, не дурак. Марго ты понял? Не понял. Снег видел? Видел. Осмотрись в комнате получше, прояви сообразительность. Все-таки ты хоть в кино, но был сыщиком. Вот и давай - исследуй территорию. Хоть одну знакомую вещь ты тут видишь? - женщина выпалила в него уйму вопросов и предложений, на вопросы сама же ответила. Но совет был дельный, и актер огляделся еще раз.
   Да... на типичное корейское жилище было никак не похоже. Вообще ни на что известное ему не было похоже. Не номер в отеле, определенно. Один диван с прогибающимся даже под его весом днищем чего стоит! А эти шторы на окнах! Полное впечатление, что их вручную плели, такие неаккуратные. Нет, кое-что привычное все же было.
   - Ну свои изображения по всей стене, например, мне знакомы. Могу даже рассказать, когда какое было снято и как именно.
   - Кроме этого, - досадливо отмахнулась женщина и покраснела. Какие у него фанатки интересные есть, оказывается. А он думал, только визжащие девчонки...
   - А вот, - схватив ярко-зеленый томик со знакомым мальчиком в очках и со щрамом-молнией, торжествующе потряс им актер. - Вот же. У меня дома такой же, а ты еще говоришь...
   - Ну так раскрой и прочитай, - пожала плечами незнакомка. Хотя... с незнакомками порядочные мужчины такими вещами не занимаются... Во всяком случае, так говорит мама. Чжинхо хотел оставаться порядочным и поэтому, прежде чем уличить неизвестную во лжи и похищении, поинтересовался, как ее зовут. Имя было простое, хотя и иностранное.
   - Ну так вот, Марина, перестаньте меня дурачить.
   Чжинхо раскрыл книгу, ориентируясь по толщине, примерно на любимой главе, где герой впервые блистает на зельеварении с помощью исписанного прежним хозяином учебника, и...
   Ни одного знакомого слова. Нет, буквы знакомые были: а, с, р, о, е, х, к, еще парочка показались похожими на английские, но толку-то. Видимо, выражение его лица сказало все, что нужно.
   - Убедились, Чжинхо? Уверена, у вас на родине в горном селении не валяются книги на русском языке, - торжествовала незнакомка.
   - И как вы умудрились провезти меня? Частный авиарейс? Все равно вас бы не выпустили...
   - Давайте по порядку.
   Женщина присела рядом с ним на диван, отложив забытую книгу о мальчике-волшебнике.
   - Ни я, ни тем более Марго вас не похищали. Я вчера заснула одна, а сегодня... обнаружила вас. Случилось это часов в восемь утра. Нет... - Марина замялась, покраснела и продолжила. - Часов в пять, наверное, если предположить, что то, что я приняла за сон, сном не было.
   - Лучше бы было, - буркнул Чжинхо, но развивать опасную тему не стал. Его беспокоило другое: почему он так спокойно воспринял этот сон - не попытался сопротивляться, а наоборот, сам перехватил инициативу. Мало того, очень было похоже на то, что ему неосознанно понравилось все то, что они вытворяли. Хорошо еще, что оба ограничились, образно говоря, "закуской" и не дошли до "горячего". Кстати, жаль, что он так и не выпил какао. Хотя, может, это было бы и опасно - поглощать то, что предлагают незнакомые люди в незнакомом месте и в такой ситуации - не очень-то дальновидно.
   Женщина между тем продолжала.
   - То есть у вас было где-то часов десять утра.
   И то верно. Минутку...
   - Значит, сейчас...
   - У нас десять утра, а у вас три часа дня.
   Обычно Чжинхо как раз и просыпался в девять-десять часов. Но накануне встретился с другом, выпил, хотя и немного и...
  
   Но он на самом деле проснулся в это время. Проснулся от того, что его кто-то щекочет. Приоткрыл глаза. В полумраке рядом с ним лежала красивая на ощупь девушка.
   - Ты... - начал было актер, но неожиданный поцелуй отвлек его от мыслей и сомнений, а потом... Надо притвориться, что он ничегошеньки не помнит.
  
   Чжинхо откашлялся, прогоняя мелькнувшие образы, и согласился с Мариной. Точнее, с тем, что их "встреча" произошла именно около десяти утра по сеульскому времени. Как раз незадолго до обычного пробуждения актера. А это значило, что похитить его никто не мог.
   - Но как, черт побери, я оказался у тебя в постели? Да еще в России!
   - В европейской части, заметь, - уточнила эта зануда. - И нечего тут чертыхаться.
   - Ладно, это неважно, - отмахнулся актер. Выяснить, что произошло, можно и потом. Дело - прежде всего. - Мне надо срочно назад. Где твой компьютер?
   Женщина, странно на него посмотрев, показала на небольшой ноутбук на столике рядом со шкафом. Чжинхо ухватился за него, сел назад на диван, водрузил компьютер на колени, раскрыл его и...
   - А модем? Как связываться-то с Интернетом?
   - Никак. Да здесь и нету его ни у кого. Окраина все-таки.
   Вот тут Чжинхо и настигло чувство безысходности. Не веря хозяйке странной комнаты и странного своего положения, он исследовал было содержимое ноутбука (жесткий диск всего 80 ГБ? невероятно! где он вообще оказался?). Но ничего, кроме цифр, понять не смог. Действительно, все было на незнакомом, скорее всего и впрямь русском, языке. Столкнув с колен в сторону ни в чем не повинную машинку и заслужив испуганный и сердитый оклик хозяйки, актер вскочил и стал... топтаться на месте, так как расхаживать особенно было негде.
   - А делать-то что? - приговаривал он, перекатываясь немного нервно с носков на пятки.
   - Не кричать - это самое главное. Сейчас я что-нибудь придумаю.
   И женщина действительно принялась думать. Попутно она морщила нос, щурилась и умудрилась стянуть свои волосы в тугой-претугой пучок.
   - Вот что. Сначала вам, Чжинхо, надо дать о себе знать. А разбираться, что произошло, будем потом, - наконец, выдала она гениальную мысль. А то и так это было непонятно. Хотя выяснить, как так получилось, не помешает, сейчас актера беспокоило не это.
   - Я должен успокоить своих помощников, директора компании, я вообще обещал участвовать в предновогоднем радио-шоу. Последний день года... меня поклонники ждут!
   - Самые верные дождутся.
   С этими обнадеживающими словами Марина ушла, оставив Чжинхо наедине с бесполезным ноутбуком, непонятной, хотя и знакомой, шестой книжкой о Гарри Потере и со смутным чувством сожаления. А еще Чинхо вспомнил сон, который видел этой ночью. Именно сон, а не то предрассветное нечто с Мариной в главной роли.
  
   Снился ему смех. Жуткий. Визгливый. Женский.
   Снился ему извечный конкурент, с которым они делили первое место в сердцах миллионных армий фанаток, выводящий из себя своей безалаберностью и развязностью Чонмин. Мальчишка увел у него в этом году два выгодных контракта! Чжинхо и сам-то не стар еще - всего-то двадцать шесть лет, а поклонницы и подавно думают, что меньше, - и многое успел сделать. Но этот выскочка вообще в главных ролях с восемнадцати лет и ни одного провала. А почему? Чистое везение. И хорошенькая мордашка. И рост под два метра. Гуманоид какой-то, а не корейский мужик. Даже родная мать Чжинхо, обожающая сына, и та млела, когда на экране появлялся этот переросток! И вот поганец припирается к нему в спальню, хватает его поперек туловища и волочет через окно на улицу и... Летит с ним, как с каким-то неодушевленным свертком, так что Чжинхо кожей чувствует холодный ветер, но не успевает замерзнуть. А потом... вспышка яркого, теплого света и все, что он видит в следующую минуту - это смутный силуэт домогающейся его женщины. Ну ладно, не совсем домогающейся, но намекающей. Затем суматошное пробуждение, когда он не заорал лишь потому, что ему нагло заткнула рот горячая ладошка, оцарапав губу шершавой кожей. После такого пробуждения вспоминания о странном сне не казались такими уж важными. И все-таки что-то в нем было неправильное, даже для сна. Но рассказывать ли о нем? Все люди летают во сне, но никто еще не приземлялся после таких полетов в другой стране, да еще и в постели с дамой.
  
  
   Девушка в доме неподалеку была в ярости. Все вчера пошло наперекосяк. И даже неясно было, кого винить. Может, дело в том, что дом незнакомый? Не хотела она ехать в Татринск. Но тетка с бабкой были непреклонны. Сейчас проблемы с образованием для знающих не было. Ведающие люди всегда находили способы обучить своих наследниц или наследников, а уж в информационную эпоху, когда открылось так много учебных заведений, замаскировать под одно их них обычную школу для ведьм, труда не составляло никакого. Тетка с бабкой и сдали ее в прошлом в закрытый лицей для феноменальных детей, они ее и забрали десять лет спустя. Дипломированную и потомственную ведьму. Девушка поупиралась - очень не хотелось уезжать из столицы, но смирилась. А потом поняла, что ничего не теряет: для настоящей ведьмы везде дом родной, кроме некоторых противных мест. Ну и был еще один момент: здесь, в этом неприметном городишке, было их родовое гнездо или типа того. О татринских ведьмах предания даже в разные энциклопедии вошли - от этнографических до оккультных. А значит, именно здесь она сможет стать намного сильнее и умелее. Превзойти своих родственниц, старых перечниц.
   Но жить в глуши было тоскливо, и она нашла себе маленькую забаву - влюбилась в милашку Чин-Чина и решила поупражняться в "большом" колдовстве на нем. А заодно попробовать вызвать какого-нибудь злого духа из мелких. Для разминки.
   И все ведь так хорошо начиналось.
   Славный сон о похоронах накануне был добрым предзнаменованием. Девушка проверила по книгам, помнит ли она последовательность заклинания вызова. Помнила хорошо - отличницей была. Круг заговоренным ножом прочертила - на полу их ритуальной комнаты это был не первый. Нож в середину круга воткнула. Формулу вызова прочитала. День луны для нее был благоприятный. Поэтому девушка не удивилась, когда в круге появилась расплывчатая фигура, с каждой секундой обретающая все более ясные черты.
   Неужели она справилась сама без обращения к нечистой силе? Она ведь ожидала, что появиться какой-нибудь рогатый хмырь с волосатыми ногами и копытами. А пришел... ну не Чжинхо, но ничуть не хуже.
   Высокий, атлетически сложенный молодой мужчина с коротко стриженными темными волосами стоял в круге, пощелкивая пальцами. Его добродушно-красивое лицо было спокойно и расслаблено. Казалось, красавец ничуть не был удивлен тем, что вдруг появился у нее дома. И ведь его-то она не вызывала - долго выбирала между двумя своими любимцами и пришла к выводу, что Чин-Чин более знаменит и любим, а значит, более достоин стать ее игрушкой.
   - Чонмин! Но я... - залепетала, притворно смущаясь, бакалавр оккультных наук. - А, неважно. Ты классный.
   В самом деле, не рассказывать второму своему любимцу, что хотела больше увидеться с первым. Чонмин и обидеться может.
   Ласковая улыбка скользнула по смуглому лицу.
   - Увы, малышка, - знакомый низкий голос с сожалением начал беседу. - Я не твой Чонмин. Я всего лишь бедный дух, который пришел тебе на помощь. И чтобы не пугать тебя, я обернулся актером из числа твоих кумиров.
   - Да? - разочарованно переспросила девушка, поглядывая на круг. - Ну ладно...
   Действительно, как она забыла, что те, кого вызывают ведьмы, могут явиться в любом обличии? И не был настоящий Чонмин так ласков. О его грубости столько слухов ходит... Не то что вежливый и спокойный ее Чжинхо. Нет, дикость мужчине, конечно, к лицу, но до определенной черты.
   - Так чем могу служить, дорогая? - прищурился вызванный ею дух.
   - Ух, ну и похож! - не сдержала восторга ведьмочка. - А Чин-Чином обернуться можешь?
   - Не сейчас, лапуля. Ты ведь просишь у меня помощи именно ради него? И знаешь, если я буду маячить перед тобой в столь желанном виде, то подтолкну тебя к выбору. А это против правил.
   Этот ответ и насмешил девушку, и почти растрогал. Надо же - злой дух вдруг задумывается о соблюдении правил! Кого он хотел обмануть, этот наивный демон? Потомственную ведьму и отличницу элитного лицея для выдающихся детей?
   - Ладно. И где мой Чин-Чин? Ты ведь слышал формулу вызова - я там ясно требование высказала. Ты должен доставить мне мое.
   - А помощь в обольщении не нужна? Моя кисонька знает, что делать? А то я бы подсказал, подучил, - обольстительно ухмыльнулся лже-Чонмин.
   - Полегче, демон, полегче. Я все-таки бакалавр магии. Мне только и надо, что пообщаться с объектом. Для этого тебя и вызвала.
   Девушка возмущенно стиснула книгу заклинаний. Узкие глаза сверкнули незамеченной ею насмешкой, и демон заискивающим тоном заверил:
   - Где бы он ни был - домчу в лучшем виде, моя прелесть. Но сначала контракт, заинька.
   Девушка подмахнула лист пергамента, который Чонмин достал прямо из воздуха: не поморщившись, уколола безымянный палец специально приготовленной булавкой и приложила к контракту, оставляя расплывчатое красное пятно.
   - Вот умница, не торгуется, - усмехнулся исполнитель ее воли. - Раз ты такая хорошая девочка, скажу тебе: мелкими буковками написаны условия расторжения контракта сторонами. Например, если я вдруг чего не выполню... Но ты не волнуйся - со мной такого не бывало.
  
   Снаружи в лунном сиянии над маленькими домами парили двое. Если бы кто-то мог их видеть, то прежде всего обратил бы внимание на неяркий золотистый свет, исходящий от обоих, спокойную красоту радостных лиц и белые одежды не по сезону, а точнее, вне времени. С легкой печалью, не затмевающей все же их извечной радости, неизвестные наблюдали за сделкой ведьмы-выпускницы и вызванного ею духа, когда-то давным-давно бывшего одним из их числа. Неслышно для прочих переплетались мелодии их речи в общую беседу.
   - Жалко девушку, брат. Дурочка еще.
   - Но ведь это ее выбор.
   - Неужели ничего нельзя сделать?
   - Конечно, у нас есть возможность сделать все, что угодно. Но как тогда быть с ее свободой?
   Снег мелкой крошкой сыпал откуда-то сверху. Неземные мотивы проливались с лунным светом на крыши домов. Песни надежд, сомнений, гордости, обиды, непонятой доброты, бесприютной любви теплым паром дыхания душ поднимались к небу. Даже этим двоим они не все могли быть явлены. И все же один из собеседников осторожно прислушался, выделяя один голос из хора людских мыслей и желаний, словно мотал теплую пряжу в клубок и ровную нить оберегал от узелков.
   - Ты видишь эту грустную мелодию, брат?
   - Песня измученной души?
   - Почему нам с тобой разрешено внимать ей? Она ведь не к нам взывает. И Отец ее слышит.
   - Значит, именно мы должны ей помочь.
   - Брат, а давай поможем обеим! Нет, троим! Дурочке, просительнице и без вины виноватому!
   - Хорошо придумал. Может быть, поэтому нам и позволили услышать молитву одиночества именно сейчас и здесь.
   - Или потому, что наша молитвенница в соседнем доме живет.
   - Ты считаешь, что нами может играть случай? Эта выдумка ленивой мысли человека? - в словах второго не было ни насмешки, ни желания уязвить, а просто удивление и ласковый вопрос.
  
   Почувствовав, что исполнитель воли молодой ведьмы сейчас отправится в путь, двое исчезли без следа. Из чердачного окна появился белесый столб то ли тумана, то ли дыма, постепенно оформившийся в человеческую фигуру, отличительными особенностями которой были коротенькие рожки и козлиные ноги. Неясный силуэт дернулся в зимнем воздухе, но вовсе не от холода. Скорее он почувствовал враждебное присутствие.
   - Рановато вы гуляете, бывшие братья, - скрежет злобных мыслей ночного гостя юной ведьмы, лишь отдаленно походил на добрые мелодии речи двоих затаившихся ранее собеседников. - А, должно быть, какая-нибудь старуха вспомнила своего ангелочка -няньку, что за правом плечом торчит и добрых дел от нее дожидается. Да тот на радостях и разгулялся. А время-то сейчас самое наше!
   Успокоившись от невольного испуга - все-таки истинное добро злым силам вредит, ведь после долгого пребывания во тьме солнечный свет может показаться хуже самой тьмы и болезненнее уж точно, - рогатый тип с копытами растворился в воздухе, а остатки тумана сдуло легким ветерком на восток.
  
   Всего этого ведьма, разумеется, не знала, и пока Марина и Чжинхо справлялись с первым испугом, недоумением и некоторыми другими ощущениями от первой встречи, юная сторонница темных сил рвала и метала, тщетно дожидаясь появления злого духа в очаровательном облике. Но он так и не появился, обманщик. А что с него взять, если ложь - его плоть и кровь?
  
   - И это все, что ты придумала? - возмущенно шипел Чжинхо.
   - И где твое хваленое спокойствие и вежливость? Тебя совсем не таким любят поклонницы! - фыркала странная женщина, волоча какую-то длинную громоздкую железку, а вокруг него собрались три чудовища. Шерстистые, хвостатые, очень опасные. Они терлись, к счастью, не об его одежду, а об джинсы этой самой женщины. Но, к несчастью, надеты эти штаны были именно на его ноги. Так что можно сказать, что три комка шерсти домогались именно его.
   Они остановились посредине небольшой комнаты, которую Марина назвала гостиной. В проеме между двумя окнами на стуле без спинки в красном горшке стояла небольшая ель, украшенная совершенно беспорядочно, без какого-то стиля. И тут Марина "обрадовала" его, заявив, что он должен тащиться куда-то с ней по этому жуткому снегу, чтобы связаться со своими людьми. Мало того, там еще будет какой-то прием - он точно не понял, что именно. Чжинхо попытался объяснить, что ему нельзя светиться где попало, а женщина во время его обоснованной речи еле сдерживала смех.
   - Что забавного я говорю?
   - Ты что думаешь, что тебя на улицах узнавать будут? Можешь успокоиться. Я и то тебя не сразу узнала, а таких, как я, не слишком-то много у нас. Так что выдохни.
   - Убери этих хищников!
   Его резонная просьба спровоцировала очередной всплеск смеха.
   - Ты боишься наших милых девочек?
   - Просто убери их.
   Женщина забеспокоилась:
   - У тебя случайно на них не аллергия?
   Было очень соблазнительно соврать, чтобы поскорее избавиться от этих наглых животных, но врать Чинхо не умел - сразу же начинал путаться и противоречить сам себе. Поэтому лучше было даже не начинать.
   - Нет, просто это действительно опасные существа. Ты даже не знаешь, на что они способны.
   Мама его обожала всевозможных кошечек. До тех пор, пора Чжинхо не бросился разнимать играющих, как ему показалось, котов. Он думал, будет весело, но один из пушистых милашек вцепился ему в предплечье и, повиснув на руке, разорвал зубами вену. До сих пор вспоминать об этом никто в семье не любил. От кошек мама, кстати, не отказалась, но число их в доме заметно сократилось.
   Его призыв Марина проигнорировала. Она продолжала волочить лестницу. Да, это было очень похоже на складную лестницу. Какое отношение этот предмет имел к установлению связи его с внешним миром - Чжинхо не мог понять.
   Женщина ранее пообещала, что отведет его к своим родителям, где он сможет по Интернету связаться с кем-нибудь, чтобы решить свои проблемы. Все-таки без документов, денег, связей и знания языка оказаться в чужой стране - это не похоже на веселое приключение. И он терпеливо ждал. Они вместе решили пока не думать о том, что вообще произошло, а устранять последствия случившегося. Ведь разумное объяснение никому из них в голову пока не пришло.
   Ее бабушка, которую, кажется, звали Марго, пыталась развлечь актера беседой, когда Марина, бросив стремянку, как назвала она нелепую ржавую лестницу, ушла куда-то на улицу, вооружившись каким-то деревянным совком на длинном черенке. Но общаться с пожилой дамой получалось только жестами и вежливыми полуулыбками. Ни Чжинхо не мог понять ни слова, ни старая леди. Наконец, она махнула рукой и величественно удалилась куда-то, должно быть в свои апартаменты. Хотя так называть их было бы неправильно, если ее комната таких же скромных размеров, как и спальня Марины. Это просто невероятно - в такой большой стране и такие крошечные комнаты. Что его каким-то ветром занесло в Россию, Чжинхо почему-то уже даже и не сомневался. Просто прогонял эту мысль от себя, чтобы с ума не сойти.
   "Вот и отличный случай познакомиться с местным колоритом, раз уж решился сыграть героя "Идиота", - успокаивал себя актер, отгоняя покушающихся на его колени животных.
   Наконец, дверь распахнулась и, выдыхая облачка пара, Марина в какой-то странной лохматой шубе и вязаной шапке ввалилась, торжественно сжимая в руках свою лопату. Она громко сообщила, что путь относительно свободен, но надо поторопиться, так как кто-то наверху, похоже, решил раздать городу все неистраченные снежные ресурсы в виде премий - сугробами и снежными шапками на домах и деревьях. Как-никак конец года.
   Чжинхо не очень понял, о чем говорит женщина, но на всякий случай устрашился и предложил скорее выезжать. Еще больше он устрашился, когда узнал, что машины у его хозяек нет и поедут они с Мариной на трамвае.
   "Я точно в пространстве переместился, а не во времени?" - призадумался актер, но решил пощадить свою нервную систему. Трамвай - это для него было что-то из прошлого века.
  
   Выходить на улицу было боязно. Увиденное в окно не располагало к прогулкам. Напротив, хотелось вернуться в спальню и прикорнуть, свернувшись клубочком. Лучше, конечно, чтобы нежданный-негаданный гость из мира ее собственных фантазий прилег рядом. Но рассчитывать на это явно не приходилось. Вот он как нетерпеливо слоняется по небольшому коридорчику, опасливо поглядывая в сторону кухни, куда Марго все-таки загнала пушистое трио новых поклонниц корейского актера. И чего он так их испугался? Марина никак не могла понять, как можно бояться этих милых девочек. Сразу же было ясно: Шила, Шекс и Астра просто заигрывали с Чжинхо. Они так ласково терлись о его, точнее о Маринины, джинсы, такие рулады выводили своими мурчалками-урчалками, как называла их мама Марины.
   Кое о чем не хотелось и вовсе думать. Как он вообще оказался в ее комнате, больше того - на ее диване, рядом с ней? О таком Марина точно не просила, когда молилась. Нет и нет. Прежде всего, откуда Чжинхо взялся? Это ведь был, несомненно, Чжинхо. Марина достаточно пересмотрела интервью со своим любимым актером, чтобы быть уверенной в том, что это именно он. Кстати, недавно на одном из фанатских форумов она прочитала, что сегодня должно было быть большое радио-интервью с трансляцией по Интернету. У нее даже галочка стоит в ежедневнике под 31 декабря! Язвительная Светка из экономического отдела еще посмеялась над ней, думая, что Марина не слышит. "Наша Хана-то боится забыть, когда Новый год наступает, - даже отметку сделала. Совсем заработалась!" Ну не должна была Марина ведь ее разубеждать! Что бы она сказала? Что оставила напоминание о том, чтобы посмотреть трансляцию или поискать на следующий день записи? Ага, а потом бы добавила - "трансляцию с нашим любимым Чжинхо - принимайте меня в свой мини-клуб фанаток!" - и еще взвизгнула бы в довершение всего, чтобы уж наверняка окружающих проняло.
   Ну уж нет. Не для того Марина семь лет вкалывала. А многие тетки еще возмущались, когда ее, сопливую недавнюю выпускницу, два года болтавшуюся в столице, да так и не устроившуюся, что уже о чем-то говорит, все-таки взяли в штат бухгалтерии, а через три года вообще назначили заместительницей главной повелительницы счетов и властительницы зарплат. Так что репутацию себе разрушать она не будет. И от этого подарочка судьбы тоже надо избавиться поскорее. Одни хлопоты от этих кумиров...
   Вот только как от него избавиться? Самое главное - пусть связывается как хочет со своим руководством или няньками. Или кто там у него?
   Девушка остервенело воткнула лопату в ближайший снежный бархан. Вот сейчас она быстренько раскидает сугробы, которые за ночь засыпали весь двор и главное - калитку, а потом... А потом пригласит своего непредвиденного гостя на освежающую прогулку. Пусть посмотрит, как люди живут.
   "Эй, ачжумма! Куда ты собралась?" - резко окликнул ее Чжинхо, когда Марина выходила. Наверное, решил, что она бежит на встречу с сообщниками.
   Недовольный тон актера как-то странно резанул по сердцу. Ну конечно, сначала-то он был совсем не такой неприветливый, а очень даже наоборот. Вот все они так - получат от девушки самое драгоценное, а потом строят из себя железных дровосеков или северусов снейпов ("Извините, мисс, я думал, что вы Лили Эванс. Обознался!" - и ручкой сделает, а в ручке - волшебная палочка, и бедная мисс из девушки превращается в жабу бородавчатую... ну или по крайней мере чувствует себя не лучше жабы).
   Взяв себя в руки, Марина деловито предложила помочь ей в откапывании двора от снега, но неподдельное возмущение на лице Чжинхо было достаточным ответом. Пришлось заверить его клятвенно, что дальше десяти метров она от дома не отойдет - да и те будет преодолевать со скоростью черепахи или даже улитки. А зато потом - отведет гостя туда, где будет ждать его связь с внешним миром.
   А для этого надо поторопиться - встали они не очень-то рано. Пока она докопается, пока отдохнет от тяжелой работы... Еще пару движений лопатой, еще пару бросков, и узкая тропинка к калитке от крыльца готова, а потом... Оставалось только ожесточенно дергать дверь на себя, удивляясь, почему не поддается, и вспомнить наконец, что кроме снега ее держит также металлическая задвижка.
   Ну вот, главное было сделано. Теперь оставалось приодеть ее красавца и отправиться домой. Марина хмыкнула. Все-таки она будет встречать Новый год с мамой и Олегом Николаевичем. Он уж, конечно, отменил свои смотрины и рассчитывает, может быть, на романтический вечер с любимой женой. А не тут-то было! Придется пожилым влюбленным потесниться и принять ее с гостем. Это будет маленькая месть за их попытки ее сосватать.
  
  
   Глава 4
  
   - Да ни за что на свете я не надену на себя пыльные тряпки столетней давности!
   - Где же ваша выдержка, Чжинхо? Вы ведь славитесь спокойствием и неприхотливостью на съемках.
   - Разве где-то здесь идут съемки? Не идут. Вот и спокойствия от меня не стоит ждать. Тем более неприхотливости.
   Чжинхо сам себя не узнавал. Ему хотелось капризничать, упрямиться, выводить эту невозможную женщину из себя.
   Как она лопатой махала! Это надо было видеть! И он не упустил возможности понаблюдать, снова и снова жалея, что нет при нем камеры или хотя бы родного смартфона, полученного в дар от "бескорыстного" спонсора. Впрочем, вскоре актер нашел, чем себя утешить. Улыбнувшись воспоминанию и похлопав по карману, он опять натянул маску недовольства.
   Повод возмущаться у него, конечно, был.
   Закончив свои упражнения на снежном воздухе, женщина (весьма молодая, как уже мог позволить себе заметить Чжинхо) заявила, что он должен переодеться. Это само по себе было неплохо. Не ходить же ему в одежде с чужого женского плеча, тем более с такого узкого плеча. Такого нежного и гладкого на ощупь плеча...
   Встряхнувшись от ненужных воспоминаний, актер прислушался к обладательнице тех самых плеч, сбивших его недавно с мысли. А она между тем заявила, что собирается одеть Чжинхо в какой-то театральный костюм! Откуда бы он у нее был?
   И тут, в ответ на невысказанные сомнения, Марина указала на железную лестницу, угрожающе прислоненную к стене, и сообщила, что полезет на чердак и достанет ему одежду. После этого его терпение лопнуло, и он заявил, что пыльные тряпки носить не намерен. Разве это не резонно? А она в ответ только усмехнулась и потребовала, чтобы он держал лестницу, пока она будет совершать по ней восхождение.
   Ну... в этом тоже были свои плюсы. У Марины не только плечи были привлекательные - и ноги тоже радовали глаз. С этой частью ее тела ему удалось познакомиться поближе. Она как раз переоделась в свое нелепое короткое платьишко, которое сама называла халатом, а стройные икры обтягивали какие-то гетры, кажется вязанные.
   Чжинхо на безопасном расстоянии с удивлением наблюдал, как его неожиданная знакомая подтаскивает лестницу в небольшой коридорчик перед входной дверью, раскладывает, устанавливает и машет ему.
   - Сюда идите, быстро! Забыли уже, что должны меня удержать. Тьфу, то есть не меня - а стремянку.
   С еще более недовольным видом актер повиновался.
   - Кто бы мне сказал вчера, что сегодня я буду абы где, абы с кем, абы чем заниматься, - мечтательно пробормотал он, любуясь открывающимися видами.
   - Вы там полегче, а то у меня на чердаке много причудливых вещей есть, - бросила через плечо женщина, возясь с каком-то деревянным окошком в потолке, а затем неловко подтянулась в открывшееся отверстие и исчезла.
   - Эй, а мне что так и стоять? С твоей стремянкой в обнимку? - Чжинхо пытался не думать о том, какие именно причудливые вещи, по ее мнению, могут его напугать. Имеется в виду, напугать больше, чем вся ситуация в целом: он в чужой стране с незнакомыми женщинами и кошками и без малейшего представления, как он здесь очутился. На ум приходили какие-то извращения. Но именно они его почему-то совершенно не пугали. Наоборот, он бы не отказался увидеть Марину в костюме укротительницы и с хлыстом, который можно отобрать, сломать об колено, выбросить и заняться с обладательницей этого страшного оружия чем-то интересным. Ничего, что он выше ее лишь на полголовы - сил должно хватить...
   - Не нравится стремянка - обнимайтесь с елкой, пожалуйста. Или могу кошек позвать. Кис-кис... - ответил сверху приглушенный голос.
   - Нет уж, потерплю, - подавленно отозвался Чжинхо, очнувшись от своих неподобающих фантазий. Как ему вообще такое могло прийти в голову? Ачжумма, конечно, оказалась симпатичнее, чем он думал, но все равно это было чересчур.
  
   Потерпит он. Терпеливый какой нашелся!
   Марина полусогнувшись передвигалась впотьмах. У бабули царил порядок и на чердаке. Своеобразный, правда, порядок. Артистический. Все находилось на своих местах, но что это были за места. Чучело совы громоздилось на тоненьком вертящемся табурете, какие обычно стоят перед роялями. Скелет, очевидно, из какой-то готической постановки с привидениями, разлегся на стареньком кресле с обивкой в мелкий цветочек. Были еще какие-то пуфики, мимо которых надо было пробираться, не задев их, так как на каждом стояли картонные коробки, и никто бы не поручился, что в одной из них не спрятан богемский хрусталь. Ведь у Марго и он был - набор старинных стаканов с графином. И его утрату бабуля восприняла бы менее спокойно, чем появление неизвестного молодого человека у Марины в комнате рано поутру, что не мешало ей, впрочем, раз в полгода терять это самое дорогущее стекло из Чехии ("когда его сотворили, это была еще Австрийская империя, деточка") и перерывать полдома в поисках, чтобы, найдя, перепрятать, и через полгода опять пуститься в поиски. Одно было хорошо: свою коллекцию театральных костюмов Марго берегла как зеницу ока и хранила действительно в одном месте: в просторном, хотя и невысоком шифоньере. Каждый наряд в своем чехле с лавандовым мешочком, привязанным к плечикам.
   Эх... сколько тут было воспоминаний. Перед глазами предстали образы прошлого. Вот она в школе на постановке играет Джульетту. Ромео, конечно же, был Никита. Расшитое серебром нежно голубое платье с кружевами. Этот рукав он целовал. И не только на сцене (и не только рукав). Вот в институте на посвящении студентов-первокурсников, общем для юристов и экономистов, изображает Фемиду - в греческом многослойном складчатом хитоне с пеплумом и сандалиях. А Никита в шутку радуется, что хотя бы лицо наполовину скрыто за повязкой, а то бы умыкнули его богиню прямо со сцены.
   Нет, сейчас она уже не та для этих костюмов и не верит ни в игры, ни в то, что сама может творить волшебство на сцене.
   Быстро отыскав одежду для своего нежданного гостя, Марина стала спускаться. Кажется, на актера можно было положиться - стремянку он держал вполне надежно.
  
   - Переодевайся скорее! - звонкий голос Марины отвлек Чжинхо от любования ее стройными ногами, которые даже эти уродливые, грубые гетры не портили. И тут же на него бросился сверху какой-то тюк. Актер отшатнулся и упал под хвойное дерево, как какой-нибудь рождественский подарок. Какие маленькие комнаты у них - падал в коридоре, а оказался в гостиной! Но он даже подняться не смог, чтобы продолжать поддерживать спускавшуюся женщину. На него самым подлым образом напали.
   - У вас, Чжинхо, что же совсем реакции никакой нет? - секунду наклонилась над ним Марина, отряхивая его от пыли и отгоняя стаю пушистых убийц, вырвавшихся из-под опеки пожилой женщины и набросившихся на актера.
   - Ну, девочки, не навязывайтесь нашему малышу, он вам, кроме автографа, ничего не даст.
   Чжинхо был готов поклясться, что урчащие чудовища поняли каждое слово хозяйки, потому что они нехотя, но отступили.
   - Так, - довольно улыбнулась женщина, развязывая тюк. - Я не ошиблась: это он. И ведь не помялся. Хватайте ваш наряд, сударь, и в костюмерную. То есть в мою комнату.
   - Ты предлагаешь мне надеть это? - ужаснулся Чжинхо. Вот уж кого он никогда не играл и пока не собирался становиться в их ряды. По крайней мере еще года два.
   - А выбора-то нет. Это - единственный приличный наряд из коллекции Марго. Ты же не хочешь вырядиться доктором Айболитом или пиратом? А костюм Колобка для тебя немного маловат.
   Единственным, что понял, Чжинхо, было про пиратов. Но остальное на слух явно было не лучше, так что он решил сдаться, но все же поспорить для виду.
   - Да ведь это же... Хочешь меня раньше срока туда отправить?
   - Ну ладно вам. Вам ведь не привыкать наряжаться. Какой из вас красавчик пожарный получился в недавнем фильме! И полицейских неплохо изображаете. Как еще догадались, что это именно форма - таких ведь сейчас не носят.
   - То полицейские, а это... понимать надо! Думаешь, очень хочется туда?
   - А разве нет? Одевайтесь, Чжинхо. Будете настоящим мужчиной с виду хотя бы. А то пока я нам путь освобождала, снег убирала, вы сами прохлаждались. Нет чтобы даме помочь!
   Нормально, а? Что эта Марина возомнила о себе, так его задирать? Подумаешь, не помог он ей лопатой махать! Так ведь это не его работа, в конце концов, а ей это занятие определенно было по душе - так уж ладно все получалось - залюбуешься. И очень удачно, что у нее на тумбочке у окна как раз лежал слегка запылившийся "полароид". Чжинхо еще раз похлопал себя по карману.
   - Ты, женщина, не слишком-то... - начал было он, убедившись, что компромат на сварливую хозяйку никуда не пропал и не растворился, как он сам рано по утру из своей сеульской квартиры, но легкий щелчок по носу, а еще больше угрожающее "кис-кис" убедили его не возражать.
   - Вы поймите, мы все-таки идем ко мне домой, а там мама и отчим. Не могу же я привести к родителям какого-то замарашку. Олег Николаевич, между прочим, не таких вольных взглядов, как Марго. Может, и допрос тебе устроить. Хотя... - женщина наморщила довольно миленький носик... - вы ведь все равно друг друга не поймете... Ну не важно. Скажем, что вы один из студентов-иностранцев, которых Марго иногда обучает. Нет, скажем, что вы - ее любимый студент и она вас пригласила праздновать Новый год вместе. И вы пришли с новогоднего утренника для детей, на котором играли... кого же такой красавец мог играть... ну, скажем, одного из иностранных гостей на балу у принца в "Золушке". Там и реплик-то нет, так что... Да и вообще на принца вы не тянете... А потом Марго вдруг решила отправиться на новогодний бал для тех, кому сильно за тридцать, и выпроводила нас. Вот.
   Женщина немного помолчала, как будто что-то неприятное обдумывала, и продолжила:
   - Вопросы есть?
   - А почему это я на роль принца не гожусь? - раздосадовано поинтересовался актер. Уж кому-кому, как ни ему быть воплощением девичьих грез, хоть это ему и не очень-то нравилось.
   - Ну, если честно, внешность у вас далека от местных представлений о красоте... - немного виновато развела Марина руками и перевела разговор на другую тему. - Я, кстати, тоже могла бы наряд надеть - бабу ягу изобразить.
   - Что еще за баба?
   - Злая старуха-ведьма, кушает красивых мальчиков, - щелкнула зубами эта ненормальная.
   Чжинхо задумался. Стоит ли вообще куда-то идти с этой опасной женщиной? Делать было нечего: сам он точно никуда не выберется.
  
   Наряд для принца был найден, принц был препровожден во временные апартаменты для переодевания. Оставалось объяснить как-то резкие изменения в планах на встречу Нового года бабуле. Но тут все прошло более-менее гладко. Только Марина заикнулась о том, что уйдет со своим ранним посетителем домой, старая кокетка лукаво прищурилась и, погрозив наманикюренным пальцем, заявила, что прекрасно понимает нетерпение своей юной подруги.
   - Да-да, моя дорогая, надо ковать железо пока горячо, надо подавать следующую реплику, не дожидаясь суфлеров со стороны.
   Так как Марина непонимающе уставилась на собеседницу, та пояснила:
   - Ну ты, разумеется, хочешь познакомить свой иноземный трофей с Евгенией и Олежиком, не так ли? А уж от Олежика он никуда не денется... Эх... был бы Олег с вами восемь лет назад... и тот прохвост бы легко не отделался... А может, и к лучшему - вон этот-то, новый, как на тебя облизывается - так бы и съел...
   Бабуля просто обожала нового маминого мужа, считая его идеальным супругом для измученной жизненными невзгодами крестницы. Это было слышно и сейчас в ее одобрительных словах об Олеге Николаевиче. Он, мол, будет стоять на страже Марининого счастья... Но как ей в голову могло прийти, что Чжинхо как-то не так смотрит на нее, Марину? И зачем, спрашивается, опять вспоминать историю с Никитой? Еле-еле спаслась от встречи с ним, а тут еще Марго масла в огонь подливает. Но, подведя баланс всему сказанному, Марина не могла не признать: что-то в этой идее есть. Какое-то смутное предчувствие, легкое ощущение чуда впервые с начала предновогодних выходных защекотало душу.
   Поэтому опровергать бабулины домыслы Марина не стала и лишь загадочно улыбнулась. Надо было еще посмотреть, как подойдет наряд, и тогда в ее план можно будет внести малюсенькие поправки. Ведь Чжинхо ничего не поймет, а значит, и не расстроится. И не разозлится - что еще более важно. Да и вообще - мечтать не вредно!
   Через четверть часа Марина и Марго с удивлением и восхищением рассматривали их нежданного гостя, облаченного в костюм Печорина - точнее, некоего абстрактного военного позапрошлого века. Мундир, эполеты, все дела. Как будто на Чжинхо пошито было. И было совсем не важно, что и ткань не та, и эполеты, и шнуры, и галуны - жалкая подделка, призванная восхищать лишь издалека. На нем все казалось таким же драгоценным и удивительным, как он сам. Кстати было и то, что роста он был среднего - как раз по меркам сухощавого Печорина, каким его изображают обычно.
   Встретившим взглядом с объектом своего пристального внимания, Марина вздрогнула. До нее только теперь окончательно дошло, что у нее в гостях каким-то чудом оказался ее любимый актер. Тот, с кем она уже давно привыкла проводить ночи напролет - разумеется, созерцая милые черты на экране. А сейчас она просто неприлично на него пялится и не знает, что сказать и что сделать. И эти карие глаза... Этот серьезный сосредоточенный вид... Конечно, он ждет не дождется, как бы выпутаться из непонятной ситуации, в которой они оба очутились.
   - Что, друзья мои, оставляете меня в одиночестве встречать Новый год? - насмешливая реплика Марго прервала ход мыслей девушки.
   Чжинхо как-то дернулся и вопросительно посмотрел на Марину. И та вдруг заметила, что ее "бабуля"-актриса весьма кокетливо похлопывает своего коллегу по крепкому плечу с эполетом. То ли пыль выбивает на всякий случай, то ли заигрывает. А тот не знает, что делать. Как будто и нет у него долгосрочного опыта избегания поклонниц.
   - Так уж и в одиночестве! А то я тебя не знаю, - Марина осторожно отодвинула родственницу от Чжинхо, как от хрупкой вазы допотопной династии, и улыбнулась. - Наверняка к тебе толпа поклонников набежит!
   - Что верно то верно, я все еще очень и очень популярна у настоящих мужчин, в отличие от тебя, моя дорогая. Хотя... - Марго картинно закатила глаза, завернулась в ажурную шаль и продолжила, поглядывая на их общего неожиданного гостя, - сегодня мои надежды на твое счастливое будущее начинают возрождаться...
   "Как хорошо, что Чжинхо ничего не понимает из ее слов. А то засудил бы за домогательства и клевету. Нас. Обеих. Это вдобавок к обвинениям в похищении... А если он поймет, кем я собираюсь его представить родителям... то мало не покажется", - содрогнулась Марина своим мыслям.
   - Так мы идем или нет? Хотелось бы еще сегодня успокоить мою компанию и фанатов, - на этот раз из ступора вывел ее сам грозный герой ее мыслей.
   - Идем, конечно, идем, - обреченно отозвалась девушка.
   - Так, моя дорогая! - всплеснула руками Марго. - А сама-то принарядиться не забыла?
   Похоже, трудностей предстояло больше, чем Марина предполагала. Но если честно - разве такое вообще можно представить? Она вдруг ведет знакомиться с родителями не кого-нибудь, а Ю Чжинхо... Действительно, надо было приодеться.
   - Извините, Чжинхо, но придется еще подождать минут пять.
   - Сомневаюсь, что всего лишь пять, но мне выбирать не приходится, - буркнул заморский гость, свалившийся как снег на голову. Ну и не только на голову, но об этом Марина опять в который раз решила не вспоминать. А то ведь так можно наброситься на бедного ни о чем не подозревающего Чин-Чина прямо в трамвае... Ведь, судя по его виду, он как раз ничего о раннем утре не помнит.
  
  
   Звон разбитой посуды и лязганье старого, проржавевшего секатора наполнили полутемную комнату.
   - Как. Это. Понимать?! - орала выпускница элитного заведения для ведающих, бросала об пол и в свою мечущуюся цель заранее приготовленные дешевые стаканы и зачем-то теребила в руках садовый инструмент.
   - Дорогуша, не надо так кипятиться. Ты же еще молодая - в ад нескоро!
   - Ах ты, морда косорылая, даром что Чонмином обернулся, морда и есть!
   - Попрошу без оскорблений, милочка! Настоящая ведьма должна быть толерантной! - ужом увернулся от очередного броска демон, скользя в пределах круга вызова и безуспешно высматривая щель. Что ни говори - девушка могла собой гордиться. Их действительно хорошо учили безопасным связям с нечистью.
   - Поговори у меня еще, мерзавец! Где мой Чин-Чин?
   - Вот зачем так кричать, птичка моя сладкоголосая? Горлышко простудишь, заклинаньице произнесешь неправильно - и привет!
   Запыхавшись от негодования и усталости - все-таки полчаса обстреливать вертлявого нечистого духа посудой было довольно утомительно, хрупкая с виду блондиночка уселась на пол, утерла трудовой пот и уставилась на проштрафившегося исполнителя.
   - Я. Жду. Объяснений.
   - Нет, вообще-то это я их жажду услышать, заинька, - осклабился злыдень.
   Он вообще ни капельки не пострадал и сейчас внушительно стоял, скрестив руки на груди.
   - А ты не обнаглел? - стукнула кулаком об пол ведьма и охнула, встряхнув руку.
   - Вот-вот, сама себе и вредишь, а сваливаешь потом на нас. Все вы такие! Почему, о премудрая и прекрасная, - издевательски полупоклонившись, продолжил нечистый, - ты меня так не по-детски подставила? Почему, лапуля, я должен так рисковать своей шкурой? Почему ты бросила меня прямо в их удушающе любящие и доброжелательные объятия?
   - Какие еще объятия? Что ты мне мозги тут пудришь? - скрипнула зубами ведьма.
   - Ангельские, кошечка, ангельские, а то, может, и повыше чином! Я, пупсик мой, чуть копыта не отбросил, что, сама понимаешь, лишило бы меня одного из главных украшений!
   - Ангельские... - растерянно пробормотала девушка.
   - Вот-вот, до тебя начинает доходить, рыбонька! Да я тебя вообще могу засудить за нарушение техники безопасности и угрозу существованию работника по контракту!
   Это наглое утверждение привело ведьму в чувства.
   - Вот же лживое создание! Какие еще ангелы? Ты не оборзел, пугать меня бабкиными сказками? Может, еще и русалки, сидя на деревьях, тебя за копыта хватали или, например, змей-Горыныч пролетал и тебя ошпарил? - блондинка вскочила на ноги и опять ухватилась за секатор. - Не заговаривай мне зубы! Почему ты не выполнил обещанное? Где! Мой! Чин-Чин?!
   - Ну и ну, - задумчиво почесал за ухом узкоглазый и скуластый обманщик. - Чему вас только учат, современных колдунов да ведьм? Но уж от меня рассказов об ангелах ты не дождешься - само слово язык так и жжет. Хотя раз уж ты об ангелах не знаешь, то и натравить их на меня никак не могла. А значит, и думать об этом не будем.
   - Вот-вот, не надо мне тут сказочки рассказывать, закон божий преподавать! - усмехнулась ведьма.
   Демон в облике корейца вздрогнул:
   - Ты уж лучше, лапонька, кричи, как раньше, а такими словами жуткими не бросайся! И вообще давай-ка я тебе расскажу, что произошло...
   Ведьма вздохнула, но приготовилась терпеливо выслушать провинившегося исполнителя ее воли. Нервный он какой-то стал по сравнению с прошлым разом, хоть и подольщается по-прежнему изобретательно.
  
   Вся квартира была наполнена запахами готовящейся и приготовленной еды, оттененными легким хвойным ароматом. Мелодичный звонок встроился в симфонию кипящих кастрюль, скворчащих подсолнечным маслом сковородок и мурлыкающего в полголоса какой-то новогодней комедией крошечного телевизора. Евгения Петровна Бекетова ловко перевернула жарящиеся куски карпа и, мимолетным движением вытерев руки о специальную салфетку, нажала на кнопку "ответить".
   - Мам! - голос Маринки как всегда заставил сердце болезненно сжаться. Бедная девочка одинока, а она сама, Евгения, второй раз встречает любимого человека. Разве это справедливо? Хотя какая уж в любви справедливость?
   - Да родная! Как вы там с Марго? - женщина подавила в себе желание просить дочь вернуться немедленно. И Марго надо пожалеть: одинокая актриса заслуживает капельку внимания. К тому же... не стоит девочке сыпать соль на раны...
   - Все отлично! Марго цветет и пахнет! А я...
   Голос дочери показался Евгении Петровне каким-то растерянным. Но перебивать женщина не стала.
   - Я приду к вам встречать Новый год. Мам, я сейчас выхожу. Дома поговорим, когда мы доберемся, - быстро проговорила дочка, и в трубке биением пульса раздались гудки.
   Машинально выключив шипящую сковородку, женщина уставилась в окно - на белые пушистые деревья, во множестве украшавшие их двор.
   - Бедная девочка! - прошептала Евгения Петровна. - Ну чему быть, того не миновать... Минутку! - остановила женщина свои горестные размышления и выключила одну из кастрюль, где томились куски гусятины - для гостей со стороны. Олежек специально просил пожалеть своих не постящихся молодцов и приготовить побольше мясных блюд.
   - И все-таки я не ослышалась: Маринка действительно сказала "мы". Неужели она придет с бабулей? Эх... тогда скандала не избежать. И так ведь кое для кого сюрприз будет не из приятных, когда он увидит меня. Но я хотя бы не собираюсь его отчитывать. Пусть просто сидит и гадает - заговорю я с ним о прошлом или нет. А уж если Марго столкнется с обидчиком своей драгоценной воспитанницы и наследницы... то одними моральными муками дело не закончится. А у скорой помощи под Новый год и так дел невпроворот...
   - Хотя... может, Маринка пригласила какую-нибудь одинокую подругу, которой негде встречать праздник? Ведь может такое быть? - с надеждой прошептала женщина. - Тогда она сможет встретиться с Никитой спокойно. Ведь никто не будет подогревать ее обиду, набрасываясь на обидчика с обвинениями и кулаками. В конце концов, надо встречать трудности лицом к лицу, а не бегать от них... бедная моя девочка...
   О том, что ее взрослая дочь может прийти с мужчиной, поклонником или даже кем-то более значимым, Евгения Петровна даже и не мечтала. Уже предположение о подруге было довольно смелым. Не то чтобы Марина была нелюдимой. Ей просто совершенно некогда было обзаводиться новыми друзьями, а старых она почему-то сторонилась. Или они ее. Уж тем более некогда ей было встречаться. Бедная дочка - так она объясняла матери свои одинокие вечера перед компьютером с выдуманными красавцами-иноземцами. Но сердце матери все болело и болело и гадало, сможет ли ее дитя когда-нибудь вновь доверять кому-то еще, кроме трех самых близких людей - ее, бабули и отчасти Олега Николаевича, хоть тот и был мужчиной.
  
  
   А в далеком Сеуле, в крупной, хотя и не самой большой, продюсерской компании готов был разразиться скандал. Непогрешимый и корректный во всех делах Ю Чжинхо опаздывал на предновогодний радио-эфир. Это уже было шоком для всех, кто когда-либо сталкивался с пунктуальной звездой. Но к тому же его нигде нельзя было найти. Программа-маячок, которую предусмотрительно и с согласия самого Чин-Чина установил на его телефон менеджер Сон Шинву (в целях безопасности, разумеется), показала, что актер тихо-мирно сидит у себя в апартаментах, хотя и не отвечает почему-то на звонки. А когда Шинву примчался на всех парусах и ворвался в огромную квартиру с криками: "Хённим! Хённим! Ты живой?", то в гостиной не обнаружил никого и ничего, кроме самого телефона, издевательски лежащего на низком столике.
   - Значит, он все-таки дома и крепко спит. Умаялся, бедняга - год выдался напряженный, - немного успокоился Шинву. Он знал, что без телефона его подопечный старался из дома не выходить: память на числа у него была чудовищная, поэтому ни один телефонный номер на память Чжинхо воспроизвести не смог бы. Это, впрочем, не мешало ему запоминать молниеносно и точно свои роли, он даже подсказывал партнерам по съемкам их реплики иногда.
   - Ничего не поделаешь, хенним, я должен тебя разбудить.
   Пройдя в спальню, менеджер резко остановился и нахмурился: кровать актера была пуста. Осмотр ванной комнаты тоже ничего не дал. Вернувшись в спальню в подавленном настроении, Сон Шинву заметил кое-что необычное: нехарактерная небрежность для Чин-Чина - на полу раскрытая, корешком вверх валялась какая-то потрепанная толстенная книга.
   Подобрав неаккуратно разлегшийся в комнате своего подопечного том, прочитать название Шинву не смог: книга была иностранная, но и неплохое знание английского языка было напрасным. Листая тяжелую книгу, обложка которой, толстая и неровная, от времени была покорежена, менеджер нервно приподнимал и снова опускал на нос очки в невидимой оправе.
   "Тут, кажется, много лишних букв. Зачем такие сложности? Непонятно. Наверное, это на русском языке..." - вздохнул Шинву. - "Точно, хённим ведь собирается сниматься в адаптации этого ненормального Достоевского!"
   К сожалению, от потрепанного тома ничего узнать не удалось бы, и обеспокоенный еще больше менеджер продолжал искать. В телефоне он проверил журнал. Кое-что показалось интересным. Вчера днем Ю Чжинхо получил сообщение от молодого директора Ли Чжихвана с приглашением посидеть вечером вместе в баре. А зная собранность своего подопечного, Шинву голову дал бы на отсечение, что именно директор Ли - человек, который последним видел Чжинхо-хеннима. Вряд ли, зная о предстоящем интервью, актер отправился бы после встречи куда-нибудь еще, кроме собственной квартиры. А если и отправился, то...
   - Хм... они, конечно, оба серьезные, ответственные люди, но даже такие могут иногда (скажем, раз в столетие) загулять, увлечься. Может, они до сих пор где-нибудь сидят в полубессознательном состоянии и выпивают... - с надеждой и тревогой в голосе бормотал сыщик-любитель.
   Нужно было совершить немыслимое. Но ведь это и входило в его обязанности - каждый день идти на маленькие подвиги ради своего подопечного. Скрепя сердце, Сон Шинву нажал на вызов, чтобы связаться с одним из представителей вышестоящего начальства. И пусть потом его накажут за своеволие и непочтительность, за нарушение субординации и прочее. Сейчас его главная задача - найти любимца нации Ю Шинву. Хоть и памятник ему за это никто не поставит...
   Разговор, однако, не порадовал. Директор Ли, к счастью, не рассердился на его наглый звонок. Все-таки, это был не бешеный Хван, его старший брат, с которым никто не желал связываться. Так что тут Шинву, можно сказать, повезло. Но ничего утешительного Ли Чжихван тоже не сообщил. По его словам, Чжинхо-хенним ушел раньше и отправился прямиком домой.
   - И кровать не заправлена! Домработницу он отпустил на неделю - под Рождество... Сам довольно аккуратен, так что вряд ли такое безобразие осталось со вчерашнего утра... - бормотал менеджер, закончив как можно более вежливо разговор с директором Ли. Тоже еще забота! Этот богатенький бездельник, получивший пост только благодаря семье, еще и обязал его сообщить, как только Чжинхо-хенним отыщется. Беспокоится он о друге, видите ли! Нечего было приличного актера в бары приглашать. Бедный хенним, наверное, подцепил по дороге какую-нибудь страшную женщину, и та его опоила и похитила, а теперь фотографирует в неприличном виде и выкладывает фотки в сеть. Точно! Там Шинву еще не искал - а ведь каждый шаг беззащитного Ю Чжинхо, милашки Чин-Чина, широко освещается этими бездельницами - фанатками-сталкершами. И уж если его страхи по поводу коварной похитительницы были, скорее всего, лишь страхами, то вездесущие поклонницы вполне могли увидеть Чжинхо, выходящим по утру из отеля, например, или из круглосуточного бара. Увидели и сфотографировали... Проклятые смартфоны! Как просто было актеру сохранять загадочность и недоступность образа лет двадцать назад! И самому актеру просто и менеджеру!
   И продолжая сетовать на безжалостный прогресс, Шинву вышел в Интернет с помощью ноутбука своего подопечного.
   Но на официальном сайте фанклуба Чин-Чина никакой полезной информации тоже не было. Никаких сенсаций вроде изображения всеобщего любимца, переходящего дорогу, пошатываясь и на красный свет. Никаких восклицаний в стиле "Я видела его в метро! Он коснулся моего плеча локтем - теперь я повешу эту футболку на стену и буду любоваться!". Только одна ненормальная девица в разделе "Всякая всячина" опубликовала фотоотчет о своем ночном дежурстве перед домом "Чжинхо-оппы". Бывают же такие упертые! Как только ее охрана не отфутболила?! Поругиваясь, менеджер открыл просмотр фотографий. Темные, неясные, непрофессиональные снимки - чего тут еще можно было ожидать? И все же Сон Шинву, поправив очки на носу и смахнув пот, принялся изучать каждую - пристально, миллиметр за миллиметром.
   - Так, так... а что это у нас такое? - Шинву глазам своим не поверил. - А он-то тут еще откуда взялся?
  
   Как и обещала, Марина справилась с переодеванием в пять минут. Благо, ее лучшее платье в особой подготовке не нуждалось. Ярко-синее, приталенное, с прямой юбкой до колен. Простое, но элегантное. А главное, немнущееся и немаркое.
   Бабуля одобрительно улыбнулась и удалилась в свою спальню, заманив перед этим кошек на кухню, чтобы не крутились в восторге под ногами и не мешали обуваться их гостю. Да... у Марго не дом, а просто музей одежды, и почему-то преимущественно мужской... Неплохие зимние ботинки достались Чжинхо от некоего Михаила Антоныча, славного мужчины, но несколько нервного, как мимоходом упомянула Марго. Были они немного велики, но некритично. Профицит - не дефицит, в конце концов... Короткая дубленка, удачно скрывающая все поддельное роскошество военного мундира XIX века, напомнила бабуле, доставшей ее из своего платяного шкафа, о дорогом Равиле Ибрагимовиче. Марина, наблюдая за тем, как одевается Чжинхо, гадала, почему все бабулины знакомые оставляли у нее предметы одежды. Неужели один сбегал от другого? Или это они ее бдительность усыпляли, когда уходили навсегда, но не забирали все, чтобы Марго надеялась на их возвращение? А может, это вообще бабуля одежду покупала и требовала вернуть при разрыве все подарки? Бурная у нее все-таки была молодость, не то что у самой Марины. А главное, ни один не оставил после себя приличного костюма, в который можно было бы одеть Чжинхо. Нельзя полагаться на таких ненадежных типов! Правильно Марго давала им отставку!
   И все-таки звезда остается звездой в любом наряде. Даже старомодные вещи Чжинхо ни капли не испортили. Надо будет его как-то загородить от окружающих, чтобы никто не сглазил. Пусть Марина и не соврала ему раньше, когда сказала, что для большинства ее сограждан азиатский тип красоты не самый привлекательный, но этот конкретный красавчик запросто может заставить передумать любую смеющуюся над "косоглазенькими" особу женского пола. А там и хлопот не оберешься... Хоть и не стоит он ее забот. Ничего даже и не сказал о том, как она выглядит. Только хмыкнул и отвернулся, ожидая, пока Марго уведет Шило, Шекс и Астру.
  
   Снег скрипел под ногами, искрился под солнцем, повернувшим к ночи. По узкой тропинке они шли между двумя рядами низеньких, приземистых, но каких-то довольно милых разноцветных хижин. Можно было бы подумать, что это декорация к какому-нибудь сериалу в жанре фэнтези. Например, о жизни в Лапландии. Хотя Россия тоже вполне себе сказочная страна. Он же каким-то чудом здесь оказался. В том, что Марина в его странном перемещении не виновата, Чжинхо сомневался все меньше и меньше. Особенно после того, как увидел ее по-настоящему. Да он бы сам, наоборот, ее умыкнул куда-нибудь! Такой красавице уж точно незачем воровать корейских актеров. Интересно, неужели он с утра пораньше целовался и прочее вот с этой изысканной леди? Леди, но определенно не бесплотно-субтильной. А наоборот... аппетитной и румяной, как тот "пирожок" - так он, кажется, называется? - которым родственница Марины угостила его, пока та преображалась. По жестам и кивкам достойной пожилой дамы Чжинхо догадался, что приготовила их сама Марина, поэтому... Да ну глупости! Вовсе не поэтому он с таким удовольствием его слопал, а просто проголодался уже... К сожалению, второго "пирожка" ему так и не предложили. А может, и к счастью, а то бы он и поперхнуться мог, когда из спальни Марины появилось волшебное виденье в платье цвета индиго.
   Хорошо еще, что вокруг такой холод. Актер усмехнулся. На кого бы он был похож, реши вдруг прижать свою спутницу к какому-нибудь заборчику и попытаться продолжить то, что они начали утром. Ведь даже ее жуткий пуховик и серый вязаный платок на голове теперь уже не могли его ввести в заблуждение. Да, да, холод - это просто отлично.
   - Что это вы так головой мотаете? Капюшон вот с головы соскользнул. Не боитесь шею повредить? Или простудиться...
   Его спутница очень вовремя принялась ворчать и наводить порядок. Она накинула соскочивший незаметно для Чжинхо капюшон ему на голову и туго затянула шнурки-завязки, да еще и шарфом пол-лица прикрыла.
   - Так мне будет спокойнее.
   - Что, меня все-таки могут узнать в далекой и снежной России, хоть я и не гожусь в принцы?
   - Нет, тебя могут не узнать в еще более далекой Корее, если ты отморозишь нос или щеки.
   Возразить было нечего, и актер покорно снес необходимые издевательства. Все-таки лучшее отрезвление от женских чар - это бабская болтовня и суета. И вообще, почему это она с ним то на вы, то на ты общается? Надо решить эту проблему поскорее, а то как-то неловко. Сколько ей, как она говорила, лет? Тридцать? Наверняка наврала для солидности... А если она моложе, то фамильярностей он терпеть не намерен!
  
  
   Глава 5
  
   Сидя у небольшого окна, выходящего на улицу, девушка критически окидывала взглядом открывающийся вид. Ей казалось несправедливым то, что Чин-Чин ускользнул от нее. Ведь этот противный демон нагло утверждал, что прямо над ее домом актер просто взял и исчез из его "крепких мужских объятий".
   - Раз, - щелкнул нечистый пальцами, - и нету нашего милашки. И мне стало так одиноко, так грустно и холодно... И вернулся я в свой теплый темный дом, который, как некоторые из вас полагают, находится где-то под землей. Вернулся, чтобы залечить сердечные раны, а потом вспомнил, что сердца-то у меня нет, и сразу пошел на поправку.
   - Так я тебе и поверила! Что-то случилось еще!
   - Может, и случилось, моя птичка... Но тебе об этом я рассказывать не собираюсь.
   Так и не рассказал. Она ведь не внесла в контракт пункт об обязательном и подробном отчете. Надо было второй профессией выбирать делопроизводство, а не бухгалтерию. В элитном лицее для ведающих, чтобы юные ведьмы и колдуны лучше осваивались в мире и при случае могли затеряться среди простофиль, их учили каким-нибудь полезным специальностям обычных людей. И девушка выбрала для себя хлебное, как ей казалось, занятие. Но на деле получилось, что она застряла в убогом экономическом отделишке дурацкого колледжа при местном институте. Там, правда, она не затерялась: быстро нашла друзей и даже сколотила общество любителей корейских милашек. На таких доверчивых дурах хорошо ставит эксперименты, да и энергией лишний раз подпитаться не помешает. Или лучше бы стать юристом - в юридическом отделе были такие мужчины... А в ее отделе - одни тетки. Вспоминать противно. Поэтому лучше глазеть в окно, ожидая, пока демонический "Чонмин" исправит свои промахи.
   Неряшливые дома все в снегу, как в мыльной пене, раздражали. В этой глуши никто и не появляется интересный - все веселье в центре города. Вот только бомжи или пьянчуги какие-то вдвоем куда-то тащатся. Во всяком случае, мужчина одет был в какие-то обноски. Парочка была пока еще трезвая - шли ровно и даже как-то (вот ведь наглость-то!) красиво. Блондинка нахмурилась.
   - Наверное, я слишком много времени трачу на свою бесполезную работу. Вон даже эта чума старая привиделась.
   И тут женщина в отвратительном балахоне-пуховике и косынке, которой даже моль побрезговала, остановилась и стала оглаживать своего собутыльника. Накинула на голову колпак от его телогрейки, укрыла шарфом рожу. Наверное, чтобы синяков окружающие не видели или беззубой челюсти.
   Ведьма удивилась тому, с какой нежностью это все проделывалось. Обычно подобные людишки кроют друг друга матом да раздают тычки. Немного подвинулась, чтобы разглядеть лицо бомжихи, показавшей знакомой.
   - О-о, какие люди! -улыбнулась злорадно. - Вот у вас какая личная жизнь, госпожа начальница. А еще туда же - строите из себя мерило нравственности. А сами с оборванцем каким-то путаетесь.
   Приятная мысль пришла мгновенно в голову, и настоящая ведьма никак не могла отказать себе в этом маленьком предпраздничном удовольствии.
  
   Трамвай пришел по расписанию. И никого, к счастью, в салоне, украшенном к празднику маленькими гирляндами под потолком и разноцветными пластиковыми шарами, не было. Все-таки приятно под Новый год пользоваться тем, что временно живешь близко к конечной остановке! Да и вообще торопливые жители Татринска все больше и больше предпочитали умиротворяющему покачиванию на рельсах визг моторов и отвратительный запах топлива автобусов, так что в трамвае можно было спокойно мечтать: очень уж располагал к этому утешительному занятию мерный ритм покачивания и постукивания вагонов. Когда Марина гостила у бабули и ездила прямо от нее на работу, то так и поступала. И героем ее фантазий частенько бывал тот, кто сейчас был рядом. Поначалу девушка мечтала совсем о другом - о том, чтобы Никита вернулся, чтобы все осознал и раскаялся. Но постепенно красавцам азиатского шоу-бизнеса удалось вытеснить неидеального Сиротина куда-то далеко-далеко, в область семейных преданий и страшилок, а также редких печальных и сумбурных снов.
   Марина усадила Чжинхо к окну, чтобы тот мог полюбоваться открывающейся при путешествии красотой ее города. Ведь предстояло пересечь две речки, сейчас покрытых матовым серо-голубоватым льдом, и проехать под несколькими мостами, обогнуть пару холмов со старинными церквями на них. Ну чем не обзорная экскурсия? И к тому же, актера просто необходимо было не заморозить по пути, а значит, место рядом с обжигающе горячей батареей было для него в самый раз.
   Двери уже почти закрылись с характерным скрипом, но вновь открылись. Обычно не любящий ждать пассажиров водитель, наверное, решил порадовать спешащего к друзьям на праздник человека. А может, он просто сам шел с опережением графика - все равно где-нибудь на путях пришлось бы пропускать другой трамвай, вот и вредничать не стал.
   По ступенькам оскорбительно легко не поднялась, а впорхнула очаровательная девчушка. Все было понятно: водитель падок на женские прелести.
   "Да она, к тому же, и блондинка. И дура. Выскочила без головного убора. Наверное, ее кудри ей надоели. Знакомая дура, между прочим", - молнией сверкнули в голове мысли.
   - Откуда она-то здесь? Только этого не хватало... - пробормотала Марина и, уткнувшись удивленному соседу в плечо, буркнула:
   - Замрите и молчите.
  
   Никаких сомнений. Прошлой ночью вместе с фанаткой love_chin_chin_100 беззащитного Ю Чжинхо караулил его конкурент.
   - Молодой и наглый...
   Шинву устало опустился на диванчик в гостиной и еще раз принялся тщательно рассматривать фотографии. Только что он вынужден был пообщаться с родителями своего подопечного. Это было еще страшнее, чем отчет перед вышестоящим начальством. Госпожа Ма, родительница актера, забросала его предположениями и требованиями. Она почему-то была уверена, что ее милый сыночек моментально пошел по кривой дорожке и прожигает жизнь вместе с десятью мулатками на каком-нибудь тропическом острове. Ох уж эта материнская любовь... Усугубляло ситуацию еще то, что менеджер Сон, не подумав, ответил на ее вызов по телефону Чжинхо, а не позвонил первым и со своего номера. От обвинений в соблазнении ее сыночка даже ему с трудом удалось отговориться: "Госпожа Ма, это же я, ваш покорный слуга Сон Шинву. Ме-не-джер Сон! Никакой не коварный растлитель вашего сына! Ни в коем случае! Я с вами полностью согласен! Этот шоу-бизнес - вредное место. Да-да, наш Чжинхо - настоящий герой, что продолжает радовать публику своими ролями. Нет-нет, ничего такого я не имел в виду. Конечно же, не наш, а ваш Чжинхо!"
   В общем, ему теперь надо будет каждый час звонить мадам Ма.
   - Вот ты можешь себе представить такое? - обратился Сон Шинву к полусмазанному и темному изображению Чонмина. - Чтобы меня обвинили в нездоровом пристрастии к хенниму?
   Кстати, а что забыл вечный задира и насмешник Чонмин у дома своего сомбэ? Этот вопрос продолжал донимать его верного помощника. И обвинения госпожи Ма направляли мысли в какое-то не такое русло.
   - Хотя... ты-то, может быть, как раз прекрасно такое и представляешь... Вон как глаза поблескивают - лучше, чем остальные черты видны.
   Аккуратные расспросы, пара звонков в охранную службу, помощнику менеджера Чонмина и в отдел внутренней информации их компании мало что дали. Как Шинву и без того знал, никаких знакомых, родственников, стилистов, маникюрш, знакомых с их конкурентом, в этом доме не было, да и не могло быть. Квартиру здесь так просто не снять, да Чонмину и ни к чему.
   - А-а-а! - сорвав очки и бросив их рядом с собой на кожаное покрытие дивана, Шинву затряс головой. - Не знаю, ничего не знаю. Хенним, куда ты делся? Я бы у тебя узнал, что тут забыл этот скандалист! Хотя он-то мне нужен как раз для того, чтобы выяснить, куда ты делся!
   Вообще в этом снимке было что-то странное. Начать с того, что балда поклонница, судя по крошечным циферкам в уголке, фиксировала чуть ли не каждые пять секунд времени, проведенного рядом с домом своего кумира, но изображение Чонмина было только на одном снимке.
   - С неба он свалился что ли? Как такое может быть? - ворчал Шинву. - Здесь есть, а через несколько секунд уже нигде нет. Вот и время указано в углу. Никакой ошибки...
   Но это было неважно. Просто способ прийти в себя после беседы с матерью хеннима. Теперь же надо было приниматься за поиски Ю Чжинхо всерьез.
  
   Спустя несколько часов больницы, морги, вокзалы и аэропорты были обзвонены. На всякий случай. Хотя и так было понятно, что такой ответственный человек, как Чжинхо, никогда не укатит в неизвестном направлении, не сообщив об этом. И уж тем более не умрет накануне эфира. Но ни малейшего следа пропавшего актера найти не удалось.
   Оставалось последнее, страшное средство. Лицо менеджера скривилось, как будто он выпил глазные капли - литр, не меньше. Общение с ними он считал самой пугающей обязанностью. Сколько раз его душили мягкими игрушками, забрасывали коробочками с галстуками или домашним печеньем, избивали расписными блокнотами с километрами стихов, посвященных Чин-Чину!
   Помешанные девицы, со всех сторон сбегающиеся только при звуке имени своего любимого актера, после чего от актера остается только тонкий слой на асфальте, как переводная картинка, - вот был худший кошмар Шинву. И на встречу с этим своим ужасом он должен был решиться. Да мало того - он должен был во что бы то ни стало найти неизвестную ему love_chin_chin_100 и уговорить поделиться информацией с ним, но не болтать о том, что ей известно, ни с кем другим. Раз уж остальные способы, которые задействовала служба безопасности компании, оказались бесполезными.
   Раздобыв номер телефона юной фотолюбительницы, который в обязательном порядке требовали при регистрации на сайте, молодой человек принялся уговаривать себя, что это вовсе не страшно, может, даже отчасти приятно.
   - Да-да, позвоню, представлюсь, выслушаю визги и вопли восторга и под каким-нибудь предлогом вызову девушку на свиданье. Ну, к примеру, скажу ей, что она выиграла час беседы о кумире с его самым близким человеком, то есть со мной. Надо, кстати, придумать, какие бы личные сведения о Чжинхо, которые еще не просочились в Интернет, ей сообщить для затравки... и как потом свернуть разговор на интересующую его тему...
  
   Трамвай оказался совсем не плох. Уютно в нем было, и обстановка почти интимная. Ну если кому-то, конечно, интересен интим при сложившихся обстоятельствах. Чжинхо он, разумеется, даром был не нужен. Поэтому он рассуждал исключительно с профессиональной точки зрения. Очень подходящие декорации были бы для какой-нибудь сцены из мелодрамы. Последнее свидание героев, и они едут в никуда и никак не могут сойти на остановке, так как в конце пути расстанутся... Или, другой вариант: двое незнакомцев сели поближе друг к другу, так как их запугали тем, что на этом маршруте в трамваях водится страшный призрак... И пока они трясутся от страха, в критической ситуации между ними возникает притяжение... Нет, опять его мысли свернули куда-то не туда. Но зачем же так к нему прижиматься?
   Нерешительные складные двери наконец-то закрылись за миленькой светловолосой девушкой. Чжинхо уже было залюбовался, но тут Марина зачем-то прилегла ему на грудь и что-то пробормотала. Должно быть, это она его так отвлекала от красавицы, нарушившей их уединение. И совершенно напрасно: ведь красавица прямиком направилась к их сидению, грациозно присела впереди и развернулась, взмахнув белыми прядями и окутав их облаком какой-то парфюмерной воды, слишком, впрочем, тяжелой для ее юного возраста. Она оказалась знакомой его "похитительницы", и девушки принялись болтать, а точнее, ссориться. О чем говорила незнакомка в кремовых мехах, актер не понимал, но Марина почему-то становилась все сердитее и сердитее, а под конец разговора вообще... лишила его дара речи.
  
   - Здравствуйте, Марина Петровна! А я вас сразу и не узнала. Вы здесь в гостях были или с продуктовой базы возвращаетесь? - пропело воздушное создание в белой шубке.
   - Здравствуйте, Катя. С наступающим вас Новым годом... - кислую улыбку Марины, наверное, можно было бы запросто класть в тоник вместо лайма.
   - А я вот позвала друзей и внезапно обнаружила, что для нашей вечеринки недостает очень важной вещи! Вот и решила, пока есть время, быстренько до аптеки доехать, - сообщила сотрудница беспечным тоном.
   Марина скосила глаза на Чжинхо - проверить, не соскальзывает ли шарф. Все было в порядке, но надо было не терять бдительности и отвлекать некстати объявившуюся Екатерину Чугункину.
   - Похвальная предусмотрительность. Вдруг у кого-то голова заболит от громкой музыки или пробка от шампанского в глаз кому попадет, - голосом умудренной жизненным опытом пенсионерки, строгой, но снисходительной к молодежи, похвалила Марина собеседницу. И слегка наклонилась вперед, к ней, чтобы прикрыть Чжинхо еще и своим телом.
   - О... а об этом я и не подумала. Спасибо, что подсказали! Я-то в аптеку за презервативами еду. Сами понимаете: компания молодежная, веселье, шутки и так далее, - почему-то эта беспокойная единомышленница по увлечению корейцами-актерами подвинулась на сидении к окну. И теперь загородить Чжинхо полностью было сложно.
   - Еще более предусмотрительно. И все же я бы на вашем месте не стала так громко заявлять о своих планах.
   - А что такое? Жалеете, что уезжаете со своим другом и не сможете к нам присоединиться? А то я бы вас с радостью пригласила! Или вас само слово "презервативы" смущает?
   То, что новенькая заговорила о ее соседе, уже было плохо, но ее намеки - и того хуже. Марина специально воскликнула погромче, чтобы отвлечь внимание на себя:
   - Катя, вы забываетесь! - Пусть уж думает, что она совсем старомодных взглядов и краснеет при любом слове, хоть косвенном связанном... Ну с этими вещами... Почему-то Марина и впрямь покраснела. Как все-таки хорошо, что сам Чжинхо, кажется, все еще не понимает ни слова из того, что говорит Катя. Придумала же такое! Все-таки в свои ранние двадцать лет Марина такой распущенной не была и в оргиях не участвовала - еще чего не хватало! И еще: как можно было додуматься заговаривать о таком с начальницей? В голове не укладывалось.
   - И что вы мне сделаете? - Нахалка достала новенький, дорогущий телефон и щелкнула их с Чжинхо. Хорошо, что она его не узнала. Впрочем, и никто бы не узнал: закутала Марина своего гостя на славу.
   - Ну и зачем все это?
   - Шантажировать вас буду! - сверкнула зубами молоденькая сотрудница.
   - Чем это, интересно? - изумилась Марина.
   - Вашими неприличными знакомствами. Вид у вас, знаете ли, тот еще. Вот покажу Елене Петровне, как вы по улицам ходите, и скажу, что встретила вас в подпитии с бомжом в обнимку.
   - Хм... - только и нашлось у Марины в ответ. Елена Петровна, конечно, пьяных женщин не жаловала, но чтобы очернить репутацию ее заместительницы, требовалось что-нибудь более существенное. Да и не выглядит Марина выпившей. Вот еще!
   - А сейчас на личико вашего спутничка посмотрим, - нахалка потянулась к шарфу, прикрывающему рот и щеки Чжинхо. А тот просто сидел и ждал. Наверное, даже хотел, чтобы его раскрыли. Все никак не мог смириться с тем, что не идеален для некоторых, и жаждал получить опровержение слов Марины. И главное, с этой конкретной девицы он бы получил изрядную долю поклонения.
   Марина резко передвинула еще ближе к Чжинхо, так что почти села к нему на колени и остановила руку Кати своей. Актер что-то пробормотал, но сталкивать ее не спешил.
   - Не трогать! - только и успела она выдохнуть.
   - Ох, как же вы ревнивы! Было бы кого ревновать еще! - пожала плечами досужая сотрудница. - Ваш оборвыш лыка не вяжет уже, а ведь до Нового года еще пять часов!
   - Вы, кажется, в аптеку ехали, - попыталась вернуться к своей извечной невозмутимости Марина, хотя, почти обнимаясь с героем своих снов, сохранять спокойствие ей удавалось с трудом. - Не пропустите остановку, а то потом из больничных не вылезете. Трамвай уже замедляется.
   - Вы мне угрожаете что ли? - засмеялась хрустальным смехом блондинка.
   - Да нет, просто то, что вы собираетесь покупать, не только от нежелательной беременности защищает, но и от кое-чего более неприятного. Хотя и не на сто процентов, - Марина сама себе удивлялась и, произнося каждое слово холодным, язвительным тоном, гадала одновременно, что по этому поводу думает ее сосед, на котором она продолжала невозмутимо восседать. Не шарахаться же от своего потенциального кавалера, в которые записывает Чжинхо уже вторая особа женского пола подряд. Он, кстати, сидел смирно, не дергался, наверное, смирился со своей бессловесной ролью.
   - И нечего мне тут лекции читать! - фыркнула девица, еще раз щелкнула на прощанье камерой, но затем, к счастью, выскочила из салона как пробка, только лишь открылись двери. Может, потому, что на борт поднялись другие пассажиры и скандалить при свидетелях эта девочка-милашка не хотела. А может, и впрямь решила всерьез озаботиться предотвращением разных неприятных болячек.
  
   Когда женщина разгневана, лучше с ней не спорить. Хотя с ними вообще лучше не спорить. Старенький менеджер Ан, который удалился на покой лишь полгода назад, частенько твердил Чжинхо:
   - Не спорь с фанатками. Не серди моделей. Не досаждай актрисам. И если вдруг две девицы, не важно кто, при тебе начнут ссору, а то и драку, - ни в коем случае не принимай чью-то конкретную сторону. Можешь - проследи, чтобы обе не поранились. А лучше всего - отступай. Как будто уходишь из клетки с тиграми - с чувством собственного достоинства и не зевая.
   Этот совет не раз помогал актеру выпутаться из непростых ситуаций. Выручил и сейчас. Кажется, Марина просила его помолчать недавно. Но он и без того не собирался рта раскрывать.
   После того как невероятная эта особа оккупировала его колени, он бы и слова не смог вымолвить от тяжести и неожиданности. А главное, даже смысл слов Марины после этого от него ускользал. Но и до того ситуация складывалась настолько непонятная, что Чжинхо пару раз пожалел, что сидит у окна и не может куда-нибудь удалиться. Хотя куда бы он делся из движущегося трамвая?
   Пару раз после этого трамвай останавливался. Женщина не спешила покинуть насиженное место. Она почти загораживала обзор, а сама, не отрываясь, вглядывалась в двери и заполняющих трамвай пассажиров. Ее четкий профиль, подсвеченный переливающимися гирляндами и косыми лучами закатного солнца, золотился в десяти сантиметрах от его лица. Нежной щеки хотелось коснуться кончиками пальцев. Но ее поджатые губы недвусмысленно советовали: не лезь - убьет.
   - Послушай... - решился Чжинхо.
   - Что еще? - не поворачиваясь, буркнула загадочная женщина.
   - Спасибо, конечно, что защитила меня от дальнейших снимков, но не могла бы ты слезть уже?
   - Потерпишь, - фыркнула, как недовольная кошка, Марина. - А то мало ли кто еще набежит. Принесла же нелегкая именно ее!
   - Кстати, а кто это был? Твоя подруга? Симпатичная... - неуверенно начал актер. Не то чтобы ему очень уж понравилась блондинка, хотя и в привлекательности ей не откажешь... Дело было в другом: ругать других женщин в присутствии своей женщины, в смысле спутницы, так же как и чрезмерно хвалить, менеджер Ан ему не советовал. Особенно если речь шла о подругах. Как он там, интересно, в кругу своей многочисленной семьи? Шесть незамужних сестер и у самого пять дочек!
   Неожиданно острый локоток уперся ему куда-то в область ребер. Еле-еле удалось сдержаться и не охнуть.
   - Подруга? Нет! Хуже! Коллега, во-первых. И твоя бо-ольшая почитательница, во-вторых.
   - А говорила, что меня мало кто знает в вашей стране! - Чжинхо лукаво улыбнулся, вспомнив роль адвоката-жизнелюбца, но его старания прошли даром - Марина все еще продолжала что-то высматривать. Ее, похоже, вообще не волновала ситуация. Что за необъяснимое созданье!
   - Ну пересядь уже, пожалуйста! - взмолился актер, вспомнив образ бедного студента, которого приемные родители тайком собирались продать на органы, чтобы выплатить долги ростовщикам.
   - Тихо! С тебя не убудет! - осталась непреклонной эта тиранка. - В этом районе еще две моих сотрудницы живут. И одна из них тоже инфицированная халлю-вирусом.
   - А тебя не волнует, что твои сотрудницы меня, может, и не разглядят, а вот тебя, рассевшуюся на коленях у какого-то мужика, так наверняка узнают? - поинтересовался Чжинхо.
   - Мужика? - в голосе Марины послышалось недоумение. - Ты о чем вообще?
   - Вот об этом, - не выдержал актер и, наплевав на джентльменство, пальцами правой руки осторожно, но решительно и быстро повернул голову неуступчивой и упрямой сторожевой женщины к себе. - Видишь меня?
   - Ну? - вопросительно уставилась недогадливая женщина на него и хотела уже опять отвернуться, но кто бы ей позволил.
   Чжинхо лишь немного потянулся вперед, опустил прикрывающую лицо вязанную полоску и коснулся своими губами неуступчивых и упрямо поджатых ее губ. Мягких и упоительных. Нежных и неловких. Сладких и неумелых.
  
   Этот поцелуй ни за что не показали бы на крупных корейских каналах. И правильно - такое должно оставаться личным делом двоих людей. Остается все-таки что-то, что не подделаешь. Даже если это всего лишь страсть и уязвленное мужское самолюбие - с его стороны. А с ее? Может быть, слепое поклонение кумиру и радостное неверие в то, что он оказался ближе, чем кто-либо? Ни Чжинхо, ни Марина не рассуждали, они просто начинали чувствовать друг друга, и никто в целом мире не мог бы предугадать, чем закончится их история. Одно движение перетекало в другое, один поцелуй следовал за другим. Время и пространство проносились мимо, и редкие попутчики не докучали. Трамвай покачивался как колыбель, в которой дремали чьи-то новорожденные чувства.
   Так или иначе, но через некоторое время желание актера, из-за которого он начал этот близкий и душевный разговор, исполнилось.
  
   - Ты что творишь? - Опомнившись от минутного, как ей казалось, забытья, Марина молниеносно отодвинулась почти на край сиденья и упала бы, если бы причина ее перемещения не подхватила ее своим щупальцем.
   - Ну, наконец-то, соизволила! - в голосе Чжинхо звучало облегчение пополам с насмешкой.
   - Это я-то? Да это ты... - девушка все еще не могла восстановить дыхание.
   - Ну да, я соизволил тебя поцеловать, чтобы ты соизволила с меня слезть. Но ты что-то долго соображала.
   - Соображала?
   - Ну да, - пояснил с издевательской доброжелательностью актер. - Сообразила, что порядочная женщина должна немедленно отстраниться, когда на нее набрасываются с поцелуями.
   - Так ты поэтому...
   - А что у меня были другие причины?
   - Шарф верни, как было, - вместо ответа буркнула Марина. И тут водитель сообщил о приближении к их остановке. Это сколько же они занимались всякой ерундой!
   - Вставай - приехали, - спокойно, без истерики, как женщина с чувством собственного достоинства, Марине удалось дойти до выхода и невозмутимо достать деньги за проезд. Хорошо, что в вагоне не было по случаю праздника кондуктора, а то бы одна из бойких женщин, работавших на этой линии, обязательно на прощанье как-то прокомментировала безобразие, которое они устроили на пару.
   Теперь надо было повернуться. И встретить странное выражение глаз Чжинхо, который не замедлил за ней последовать. К счастью, трамвай остановился, и водитель принял плату за двоих (опять-таки, спасибо, что нет кондукторши, а то бы косых взглядов с осуждением того факта, что платит женщина, а не мужчина, было бы не миновать!). С явным облегчением в голосе вагоновожатый объявил название их остановки и уведомил вновь опустевший салон о том, что следующая - конечная.
   Остаток пути - мимо однотипных магазинов и торговых центров, сияющих новогодними украшениями, больно бьющими по глазам, сворачивая в проулки, чтобы сократить путь, провели в молчании. Актер, должно быть, готовился к непростым объяснением со своими... кто там у него? - родственниками, штатом, начальством или даже подругой. А Марине говорить ни о чем не хотелось. Она ведь взрослая женщина и не собирается возмущаться от таких пустяков. Подумаешь, кое-кто решил, что она слишком тяжелая, и собрался избавиться от нее, взяв на испуг парой поцелуев!
   "И совсем даже не парой! И каких поцелуев притом!" - мельком поправила сама себя девушка. Чжинхо не отставал, бодро шагал по заснеженным улицам. Он опять укутался до глаз шарфом. Вот кто бы мог подумать, что он такой легкомысленный! Это разве пустяк - поцеловать малознакомую особу женского пола? Мартина искоса поглядывала на коварного корейского красавчика и мысленно подтрунивала над собой: "Кое-кто решил, что знает настоящего Ю Чжинхо. Кое-кому казалось, что это исключительно глубокая и тонко чувствующая натура. Кое-кто считал, что вы вполне может быть родственными душами, пусть даже ни разу не встретитесь. Вот и получите - распишитесь! Беспечный тип, не задумывающийся о последствиях своих поступков! Как я теперь дальше-то буду? Ему-то все нипочем. Мало он, что ли, актрис на съемках перецеловал!" Хотя она тоже хороша. Пусть ей и пришла в голову эта сомнительная идея грудью броситься на защиту актера от домогательств молоденькой и нахальной сотрудницы, но зачем она осталась в этом двусмысленном положении на всю поездку? Почему отказывалась отодвинуться даже после просьбы самого Чжинхо? И нечего теперь сердиться на него...
  
   "Вот старая зараза! Пенсия на носу, а она туда же - на мужиков бросается!" - Катя заскочила в аптеку, хотя и не собиралась. Она решила намеками показать ведущей себя не по возрасту Хане, как неприглядно она выглядит со стороны, и накупила валериановых капель - не меньше литра, чтобы, выйдя на работу, облить ими сумку зазнавшейся карги. Пусть побегает от опьяневших котов вместо того, чтобы с бомжами обжиматься.
   - Гадина! - шепотом выругалась девушка и улыбнулась встретившейся по дороге домой соседке, выбегавшей, наверное, за хлебом, которого хватились накануне праздника.
   - У этой карги почему-то все в ажуре, а я пока еще без моего Чин-Чина!
   Катя добралась до дома, с грохотом на всю улицу захлопнула дверь и тут же, в коридоре, присев на удобный кожаный диван, принялась разглядывать фотографию.
   - Сидят, голубчики, довольные собой. Какое право имеет эта старуха веселиться больше, чем я? Вот черт! - не отрывая глаз от экрана, шипела ведьма.
   - Звала, моя сладенькая? - рядом на диване появился темный силуэт. Больше всего он напоминал какой-то кокон или облако шерсти в форме человека.
   - Это еще что такое? - ведьма замерла. Впервые в жизни они испугалась.
   - Один момент - и я весь твой! - Негромкий щелчок - и перед Катей уже сидит Чонмин, панибратски похлопывает ее по руке и рассматривает так возмутившую ее фотографию.
   - Так, так... Теперь понятно, чем ты возмущена. Моя принцесса заказала себе изысканные лакомства, а они по ошибке достались какой-то нищей бабенке, - сочувственно зацокал языком лукавый дух.
   - Что за бред ты несешь! - столкнула с дивана непрошенного гостя девушка. - И вообще как ты посмел явиться без приглашения?
   - Как это без приглашения? - присев на корточки, лукавый наклонил голову на бок и хитро поглядывал на Катю. - А кто только что вспоминал меня? Тебя мамаша не учила не чертыхаться? Ах, прости, она ж тебя наоборот учила!
   А ведь в самом деле! И в лицее им говорили, что после заключения контракта с нечистым духом круги вызова уже можно не рисовать и сложных ритуалов проводить не надо - достаточно вслух позвать, и послушный твоим желаниям демон явится. Но из-за этой похотливой дряни, над которой даже поиздеваться как следует не удалось, она все позабыла и теперь должна общаться с опасным типом без должной подготовки. А утром тоже... так расстроилась, что лишний раз церемонию вызова совершила, хотя уже тогда могла лишь выругаться, и он притащился бы как миленький.
   А вообще, раз приперся, пусть отвечает.
   - Ты выяснил, что произошло? Куда делся мой Чин-Чин?
   - Так вот же он, моя строптивая кошечка! - ловко вскочив с пола, усмехнулся "Чонмин".
  
  
   Чжинхо был недоволен собой: он придумал поистине жалкое оправдание своему поступку. Поцеловать девушку, чтобы она пересела? Глупости! Как в такое вообще можно поверить? Миллионной доли процента от населения земного шара не наберется таких легковерных. Ему просто сказочно повезло, что Марина была как раз из таких. Она не спорила и не высмеяла его заявление, а просто молча повела его на встречу с благами цивилизации.
   Суть проблемы состояла в том, что он сам толком не знал, зачем он это сделал. Самое подходящее объяснение - ему вдруг захотелось продемонстрировать зрителям, что он умеет целоваться всерьез. А то ведь сколько раз молоденькие фанатки на своих форумах задавались вопросом, почему у их лапочки Чин-Чина такие деревянные поцелуи получаются. Но какие же, спрашивается, зрители были у него в чужой стране и в полупустом трамвае? Или просто его разозлило, что одна из немногих его русских поклонниц, с которой его каким-то чудом свела судьба, оказывается, не видит в нем мужчины? Да, наверное, для нее он всего лишь красивая картинка на плоском экране.
   "Или она из тех редких ценителей именно актерской игры и в отличие от большинства фанаток не питает на его счет никаких извращенных фантазий? Жалость-то какая... То есть, наоборот, облегчение! - поправил себя мысленно Чжинхо. - Конечно, мне просто сказочно повезло, что я попал не к какой-то одержимой малолетке, а к приличной женщине! Вопрос еще, как я вообще сюда попал".
   Убедив себя в том, что нужно решать самые очевидные проблемы, то есть связаться с Сон Шинву и успокоить как-то родителей, актер взбодрился, увидел, что Марина все также быстро идет в известном лишь ей направлении и уже даже почти бежит к какому-то дому, во двор которого они незаметно свернули, каждый думая о своем. Терять ее из виду было никак нельзя: вдруг она так торопится увидеть родителей перед Новым годом, что уже и забыла про него. Как он тогда найдет ее квартиру? Кто ему откроет дверь в подъезд? Кто его поймет-то, кроме Марины?
   Поэтому Чжинхо взял себя в руки, встряхнулся и вновь нагнал свою проводницу. Точнее, собирался это сделать, но вдруг почувствовал, что летит и перед глазами все кружится и мелькает.
  
  
  
  
   Глава 6
  
   Нам всегда хочется, чтобы реальность соответствовала нашим ожиданиям. Но задумывались ли мы хоть раз о том, чтобы соответствовать реальности? А если даже и пытаемся ей соответствовать - верны ли наши представления о том, как это надо делать?
  
   Ведьма еле сдержалась. В гневе она уже хотела швырнуть мобильник об стену или в издевательски ухмыляющегося черта.
   Девушка была возмущена до предела. Когда наемный черт ткнул наманикюренным пальцем в экран ее телефончика, она сразу даже не сообразила, что нечистый имеет в виду. Ведь такое просто невозможно представить. Этакая наглость! Возмутительно просто! Она, значит, старается, проводит ритуал, тратит время и силы, а Чин-Чин в результате попадает к старой начальнице.
   - Как вообще такое могло произойти? Чин-Чин - это посылка, чтобы его можно было потерять по дороге, выронить? И как он оказался у этой ведьмы Ханжонкиной?
   - Ну, птичка моя, может именно потому, что она ведьма, и оказался? Такая, знаешь, сильная-пресильная с огромным опытом чародейства и мошеннических чар.
   - Ведьма? Эта-то святоша? "Я мяса не ем - Рождественский пост" - подражая противному голосу замши бухгалтера, запищала, загнусавила Катя.
   - Тише, - побледнел "Чонмин", что не украсило его смугло-азиатские черты. - Просил же не говорить в моем присутствии такие гадости!
   - Да это ты только и знаешь, что говоришь гадости! И делаешь глупости. Надо же - потерял моего Чин-Чина!
   - А мне по роду деятельности положено пакостить людям - такой уж я, - притворно сокрушаясь, вздохнул провинившийся демон.
   - Отвечай лучше, как мне заполучить мое, бесполезная ты нечисть!
   - Ну, полдела-то я сделал: как бы еще твой обожаемый кореец оказался в этом занюханном городишке?! Неужели такая искусная чародейка, как ты, и не сможет здесь отыскать того, кто нужен? К тому же, если я правильно понимаю, с этой милашкой в очаровательном пушистом платочке ты тоже знакома.
   - Это кто тут очаровательная милашка?
   - Ну как это кто? Эта славная, невинная душа, которую так и хочется совратить и растлить! Уж получше твоей будет - точно тебе скажу. С тобой-то и работать почти не пришлось. А тут - такое поле для деятельности...
   Мечтательно-сладострастный тон "Чонмина" Кате очень и очень не понравился.
   - Да как ты смеешь такое заявлять своей работодательнице! Про контракт забыл?
   - Ладно, ладно, крошка моя, не кипятись. Сейчас слетаю за твоим пупсиком. Дело к ночи идет.
   Фигура демона опять утратить четкость. Он стал прозрачным, серо-черным. От него шел какой-то пугающий холод.
   - Шшштттиии, сссейчччассс досссстаффффлю, - что-то, похожее на ветер просвистело в ушах у Кати. Сумрачная фигура закружилась против часовой стрелки и исчезла.
   Нет, какой наглый тип. Сам напортачил - сам пусть и исправляет. Не на ту напал! Кроме прочего, ведьму еще очень и очень возмутил интерес, проявленный ее слугой к этой вобле сушеной Марине. Чистая душа, как же!
  
   Евгения Петровна начинала беспокоиться. Дочь сообщила, что приедет, а следом позвонила и Марго. И от ее речей женщине стало еще тревожнее. Маринка собиралась явиться с каким-то проходимцем. Ведь мужчины, которых Марго считала идеальными, о которых рассказывала ей и Маринке, в ее историях выглядели именно жуткими негодяями, бабниками, ревнивцами и собственниками, да еще и падкими на деньги женщин. Что, например, оставил каждый из них после себя самой Марго? Пару вещиц из собственного гардероба - рассадник пыли и воспоминаний. А уж каким тоном эта служительница Мельпомены описывала неизвестного поклонника Маринки! Едва ли не облизывалась. При этом Евгении Петровне так и не удалось представить, на кого же похож этот тип, что из себя представляет. Актриса, пару минут рассыпаясь в восторгах о том, что "наконец-то нашей простофиле встретился достойный кавалер, который умеет носить любую одежду", резко оборвала разговор. Ей, видите ли, пора было убегать на встречу Нового года в компании импозантных старичков из клуба. А что теперь думать обо всем этом Евгении Петровне?
   А Маринка все не приходила и не приходила. Становилось все муторнее и тоскливее на душе. Словно, с дочкой могло случиться что-то жуткое. Неужели этот непонятно откуда взявшийся спутник ей что-то сделал? Ведь она такая доверчивая, хоть и попортил ей нервов Сиротин.
   Женщина ходила по квартире, не зная куда деть себя и свои мысли, пару раз наткнулась на раздвинутый обеденный стол, на котором уже были расставлены некоторые угощения для гостей. Почувствовав ее настроение, Олежек предложил выйти встретить непутевое дитятко, хотя ему-то Евгения Петровна не стала сообщать, что дочь придет не одна.
   - И правда, Олег, выйди к остановке - мало ли что. Уже вот и темнеет, - стараясь казаться бодрой и лишь немного обеспокоенной, согласилась с предложением мужа мать Марины.
   - Да что ж это такое? Господи, защити мою деточку! - молилась женщина.
  
   Непонятно откуда налетел колючий вихрь, а ведь раньше погода была даже приятная. Или это Марине казалось так. Ведь на душе у нее до того было легко, несмотря на все ее переживания о том, что ее поцеловал любимый актер и поцеловал не из-за симпатии или тем более любви, а просто чтобы напугать и согнать с насиженного места. Да-да, она шла, дышала морозным воздухом, вглядывалась в праздничные огоньки, не забывая краем глаза следить за своим спутником, и успокаивалась. Ведь то, что с ней уже произошло, - самое настоящее чудо. Ничем пока не объяснимое. Так стоит ли жаловаться и ныть, если чудо, которое тебе подарили, оказалось немного не таким, как ты ожидала?
   Воспрянув духом, девушка решилась заговорить с Чжинхо, и тут-то как раз и возник этот ... даже не вихрь, а клубок, сумеречный кокон воздуха. Ее он коснулся своими злыми языками-дуновениями, а Чжинхо... Чжинхо оказался в самом центре... Концы ее шарфа развевались вкруг знакомого по десяткам фильмов лица. Безразличного лица, отрешенного лица, словно вспомнившего что-то очень неприятное и неизбежное и не желающего возвращаться к действительности. Неженка он все-таки - так раскиснуть от природного явления, чем бы оно ни было. Но и такого неженку надо было спасать. Ведь он, похоже, собирался упасть. Глаза закатил, руками нелепо машет.
   - Еще чего не хватало! - Марина подалась вперед и схватила актера за плечи. Но Чжинхо вырвался из ее объятий, а по щекам девушку словно стегнули ледяные цепи. Этот порыв ветра, этот вихрь, как будто, совсем ему не мешал, даже помогал. И не было уже никаких неловких взмахов руками. Чжинхо, казалось, весь выпрямился, как статуя, как манекен, и зашагал. Прочь от ее подъезда, до которого было уже рукой подать, между прочим.
   - Знакомство с родителями откладывается, - пробормотала Марина и побежала за актером.
   - Куда ты собрался? - кричала она сквозь колючий не то снег, не то лед, который вился вокруг изящной фигуры ее спутника. А он не обращал на нее никакого внимания. От мухи и то отмахиваются. А он просто шел все быстрее и быстрее. И ни разу не поскользнулся и не сбился с ровного, слишком ровного скорого шага. И всякий раз, когда она догоняла и хватала его за руку, он словно ускользал и снова оказывался впереди.
   А ветер шумел и свистел вокруг. И как будто смеялся.
   - Чертовщина какая-то, - бормотала Марина, и смех усиливался. Ей в голову вдруг пришло, что зазнавшийся косорылый азиат вовсе не стоит таких усилий, что дома ждет горячий чай, а Олега Петровича можно уломать и опять пригласить Никиту, а уж у его жены она вполне может его увести, так же как и та когда-то увела его у Марины. И это будет гораздо лучше, чем бесцельно ходить по кругу за свихнувшимся актером. Никто и не узнает, что он у нее был. Подумаешь, замерзнет! Ведь то, что он в Татринске, у нее в комнате, в ее объятьях, казалось каким-то чудом... Вот только оказался кореец каким-то бесполезным чудовищем. Поделом ему будет, если заметет его снегом. И тело найдут только весной - не поддающееся опознанию. Кто вообще заподозрит в жалких останках знаменитого представителя корейской волны? "Вот тебе и чудо... Нет никаких чудес... Так что иди-ка ты, лапуля, домой".
   Марину словно окатили ледяной водой. От того, что в ее мысли как будто закрался кто-то чужой - злой, гадкий, неправильный - и этот кто-то посмел сомневаться в чудесах, она быстро пришла в себя. Нет уж, домой она без Чжинхо и не покажется. Буран? Вьюга? Все лучше, чем такая гадость в голове и сердце. Злость на себя придала девушке новых сил. Она похлопала себя по мерзнущим щекам и увидела, что ее ненормальный спутник не так уж далеко от нее и убегает не так уж быстро, как ей казалось. Она вполне может его догнать.
   - Да какой в тебя бес вселился, Чжинхо? - настигнув корейца, закричала Марина в бессильной ярости. - Куда тебя несет нечистая? И меня с тобой! Что случалось? Господи, помилуй!
   Чжинхо в этот самый момент, уже рванувшись было и даже занеся руку для удара, вдруг замер.
   "Неужели он бы ударил меня?" - эта мысль только усилила решимость Марины. Она трясла и трясла мужчину за плечи и, как будто зацепившись за слабую ветку и надеясь выбраться из болота, все повторяла и повторяла, не зная даже вслух или про себя, два последних слова, после которых Чжинхо наконец перестал убегать. Он сейчас не спешил и не высвобождался, а словно обмяк в ее руках. И оба, обессиленные, опустились прямо в сугроб.
  
   Набирая номер love_chin_chin_100, Шинву продолжал рассматривать в уме варианты. Была ли возможность, что любимец всей Кореи (даже, пожалуй, этих северных людоедов), был похищен своим соперником Чонмином - расчленен, сожжен и развеян где-нибудь над Корейским морем? Возможность, конечно, была, но вряд ли ушлый Чонмин сам пошел бы на это преступление. Скорее уж нанял бы кого-то. Нет, заставил бы беднягу Понгу, менеджера, настрадавшегося от характерца звезды, нанять головорезов. А уж если на чистоту - так в пору Чжинхо устранять Чонмина, а не наоборот. Парнишка-то в последнее время в затылок дышит, а в некоторых рейтингах и обгоняет.
   Гудки в трубке между тем изрядно надоели. Эта неизвестная фанатка тоже что ли исчезла вслед за хённимом? Может, это она его похитила?
   - Алле, - хрипловатый низкий голос наконец отозвался. Шинву несколько заробел. Его воображению сразу представилась гора мышц, а то и жирка, в поношенном спортивном костюме, с жидким хвостиком на голове и почему-то остатками ужина в нечищеных зубах.
   - Добрый день, госпожа Ким Мальсук, я звоню вам из агентства...
   - Ты совсем оборзел, ушлепок?
   - Э? - только и успел вымолвить Шинву. И тотчас на него из динамика сотового вылились потоки оскорблений, основной смысл которых заключался в том, что никаких денег праведница и труженица Ким Мальсук не занимала и отдавать не собирается, а на всех коллекторов и шантажистов она плевала и кое-что еще похлеще. И лучше бы ему поскорее утопиться в реке Хан или отправиться защищать родину, желательно с летальным исходом, чтобы люди вспоминали его не как сына собаки, а как героя.
   - Барышня, барышня, успокойтесь, - выбрав момент, когда собеседница замолчала, чтобы вдохнуть воздух для новой тирады, залебезил Шинву. - Я вовсе не из коллекторского агентства. Я менеджер вашего кумира Юн Чжинхо.
   - Врешь, зараза!
   - Ни в коем случае!
   - Нет, врешь! Я вас, мерзавцев, знаю. По голосу слышу: хитришь, гад.
   Пришлось клясться и божиться и отвечать на каверзные вопросы грозной Мальсук. Она попыталась проэкзаменовать Шинву на знание мельчайших подробностей биографии и творческого пути Чин-Чина. Как будто не он помогал их придумывать время от времени (и даже байку о том, что Чжинхо наполовину японец, - этот слух, правда, слишком активно не распространяли, и в курсе были только самые одержимые поклонницы, не пропускавшие ни одной заметки, ни одной передачи о любимом актере). Голос фанатки от вопроса к вопросу становился все мягче, ласковее и восторженнее. И все-таки образ неопрятной сумоистки не спешил рассеяться в мозгу Шинву. Парень понял, что ему придется еще труднее, чем он думал. Наконец, Шинву пригласил госпожу Мальсук встретиться в кафе для персонала агентства. Стараясь как можно меньше выдумывать, он просто сообщил ей, что ее фоторепортаж о дежурстве у дома звезды потряс Ю Чжинхо и тот поручил своему верному менеджеру подготовить небольшой подарок для столь верной фанатки. Парню даже пришлось отодвигать трубку от уха, чтобы не оглохнуть от восторженных воплей Ким Мальсук. Эта сталкерша явно не привыкла сдерживаться ни в гневе, ни в обожании.
  
   Было так тепло и приятно. Далеко звенели колокольчики и пели скрипки. А у самого сердца пригрелась прекрасная женщина из снов. Она шептала что-то глупое и нежное. Почему-то ее мелодичный голосок постепенно превращался в хрипловатый бас, а нежное тепло сменил холод. Что незнакомка говорила, Чжинхо понять не мог, а значит, это была не...
   Вспомнив о Марине, мужчина резко сел, пока не открывая глаз. То есть попытался это сделать и получил весьма ощутимый шлепок по мягкому месту.
   - Это что еще такое! - заорал Чжинхо. Правда, вместо крика у него получился какой-то мышиный писк.
   - Это не что, а кто, - откуда-то снизу раздался голос Марины, и Чжинхо в полной мере ощутил весь ужас и все унижение своего настоящего положения. Его нес, перекинув через плечо, как какой-нибудь тюк с костюмами для массовки, незнакомый великан, а Марина шла следом, так что, приподняв голову, актер сразу же наткнулся на ее жалостливый взгляд. Они поднимались по странноватой на вид узкой лестнице в каком-то темном помещении. А Марина, ничуть не смущаясь от присутствия третьего лишнего в их компании, объяснила коротко, что Олег Петрович (жуткое, почти непроизносимое имя), муж ее матери, вышел их встречать, потому что они очень долго бегали друг за другом, играя в снежки, и мама забеспокоилась. Про снежки актер ничего не помнил, но спорить сил и желания не было.
   Тащивший его огромный мужчина что-то пророкотал. Чжинхо даже почувствовал поясницей, как от этого громкого, но все же добродушного рева сотрясается воздух. Наконец его носильщик поднялся на крошечную квадратную площадку с тремя дверями и остановился немного сбоку у одной из дверей, давая Марине пройти и открыть ее. По ту сторону их уже ждали. Пожилая дама, довольно приятная с виду и смутно знакомая, запричитала, принялась обнимать девушку, неловко топтавшуюся в полутемной крошечной комнате, и не сразу обратила внимание на плачевное положение Чжинхо. Да и Олега Петровича, если уж на то пошло. Кому бы понравилось тащить на себе мужчину впотьмах и по такому морозу, а потом не иметь возможности сразу же от него избавиться! Не говоря уже о том, что и без этих условий людей переносить на своем горбу не самое лучшее времяпрепровождение. А сгрузить свою ношу (вряд ли драгоценную - усмехнулся слабенько про себя актер) мужчине-гиганту было некуда: помещение было крошечным. Тут, впрочем, был плюс - падать тоже было некуда.
   - Мамочка, не надо так волноваться. Мы просто немного увлеклись с моим котиком! Играли в снежки - снег такой чудесный! А ты тоже хороша - ничего дяде Олегу не сказала. Он ведь Чжинхо чуть не отделал. Думал, ко мне пристают.
   Что-то в объяснении Марины Чжинхо не понравилось. Он понял, что она повторила версию о снежках. Ясно было также, почему женщина показалась знакомой - просто они с Мариной мать и дочь и поэтому похожи. Даже то, что ему грозило быть побитым незнакомым здоровяком, тоже было в целом приемлемо: в конце концов, он для этого здоровяка тоже был незнакомцем и на момент их встречи валялся с Мариной в снегу - это теперь, в тепле, Чжинхо уже смутно припоминал. Правда, что было до того и как они вообще очутились в таком незавидном положении, пока было не ясно. Но вот что-то еще в словах Марины его беспокоило...
   Мать его спутницы уставилась на него. Точнее на его верхнюю часть, все еще свисавшую с великанского плеча Олега Петровича, который кряхтел, но тщательно закрывал входную дверь. Только благодаря этому Чжинхо посчастливилось предстать перед матерью Марины с лучшей стороны. Дама что-то вопросительно пропела, явно обращаясь к нему, а Марина поспешила ответить:
   - Ма, Чжинхо пока еще не очень хорошо понимает по-русски, хотя и обещал выучить его ради меня. Но он очень чуткий и отзывается на эмоции, так что надеюсь, ты его тепло примешь.
   Мать этой выдумщицы расплылась в улыбке и потрепала его по щеке. Гигант между тем опять что-то пророкотал и опустил актера на пол, прислонив для надежности к уже запертой двери. Почувствовав надежную опору за спиной, мужчина чуть прикрыл глаза. Внезапная слабость охватила его. Он понял, что чуть не замерз. На самом деле - не на съемочной площадке в абсурдном повороте сюжета. Настоящие ощущения были совсем не такими, как расписывали консультанты, помогавшие готовиться, вживаться в роль, добиваясь максимального погружения - но лишь силой воображения. Когда Чжинхо готовился к той печальной сцене, он и представить не мог, как это страшно. Только шок от странного спасения и путешествия на плече знакомого Марины не дал в первые минуты актеру осознать, что с ним случилось. А теперь, в тепле, окруженный доброжелательно настроенными незнакомцами, Чжинхо понял кое-что еще. Перед ним резко и безжалостно, как на черно-белом снимке, предстал весь абсурд ситуации, в которой он оказался.
   - Я в России. Где еще может быть такой мороз? - прошептал он, чувствуя, как слабеют ноги. Он на самом деле, в реальности был в чужой стране - это была не шутка, не розыгрыш, не какое-нибудь шоу выходного дня, где актеры валяют дурака и издеваются друг над другом и все для того, чтобы казаться ближе к зрителям. Он и днем, кажется, примирился с обстоятельствами. Но это только казалось. Все равно где-то на задворках сознания маленькая искорка сверкала и утешала: "Это сон, затянувшийся сон. Все в порядке. Просто плыви по течению и принимай все, что тебе предлагают". Но во сне так не мерзнут. Еще никогда во сне ему не было так страшно. И наяву тоже.
   Обеспокоенные возгласы заставили его прийти в себя, и голос Марины громче всех:
   - Чжинхо, милый, с тобой все в порядке?
   Чего? "Котик", "обещал выучить ради меня..." русский язык, "милый"? Что эта женщина имеет в виду? Кем она его тут выставляет? Актер лениво возмутился, чувствуя, что загадочное поведение Марины сейчас немного отвлечет его от пережитого ужаса.
   Эта невозможная женщина крепко обхватила Чжинхо за талию, как будто могла помешать ему свалиться в обморок, если бы он захотел это сделать. Но он ведь не такой слабак. Конечно, он не здоровяк, как некоторые, но и заморышем не был никогда. Подумаешь, чуть не умер. Сколько раз он это играл - мог бы уже и привыкнуть. Нужно было как-то взбодриться, и Чжинхо про себя нес всякую чушь, лишь бы только прогнать призрак смерти, показавшийся ему этим вечером. Отбиваться от заботливой спутницы, куда-то идущей с ним в обнимку под охи и щебетание пожилой женщины и добродушное ворчание гиганта, актер не стал. Силы и впрямь можно было поберечь. Да и приятной оказалась подобная забота.
   В следующей комнате витали какие-то вкусные запахи. Немного странные, но вкусные. Посредине стоял большой стол, накрытый чем-то белым, заставленный блюдами, тарелками, соусниками. У длинной стены стоял оранжевый диван, на котором и поспешили разместить Чжинхо его сопровождающие. Марину он ухитрился усадить рядом с собой. Сложившуюся ситуацию нужно было прояснить как можно скорее.
   - Тетенька, а что это ты меня котиком и милым называла? - сладко улыбаясь, поинтересовался актер.
   - Ну... тут такое дело, - женщина раскраснелась и мямлила что-то невразумительное. Может, ей и в самом деле было жарко - все-таки они не успели снять верхнюю одежду, а может, стыдно стало.
   Ну да, как же, станет ей стыдно. Эта нахалка улыбнулась подошедшей и все еще причитающей матери и невозмутимо прощебетала:
   - Вот спасибо, мамочка, принесла моему котику мягкие тапочки! Переобуйся, котик, и курточку снимай, а то взопреешь. У нас хорошо топят, не бойся.
   Да еще по голове его погладила и по щечке потрепала! Как какого-то... котика! А ужас немного отступил. Теперь можно было и действовать.
  
   - Какой же ты бесполезный идиот! Бездельник! Неудачник! Прохвост! - по-королевски устроившись в широком кресле, отчитывала ведьма стоявшего навытяжку перед ней и склонившего голову в притворном огорчении нечистого. Он опять не смог закончить свою работу.
   Катя никак не могла понять, почему ей так не везет. Надо же было призвать такого бестолкового беса! Только и умеет, что болтать и глазки строить, а как до дела доходит - так что-то у него срывается. Ведь обещал, поганец, найти и доставить к ней Чин-Чина. И опять явился с пустыми лапами и глупой ухмылочкой на красивом, но неживом лице корейского кумира.
   Получалось, что эта мерзкая Хана опять помешала. "Чонмин" так и сказал: "Эта сладенькая малышка не дала мне забрать твой заказ. Я и змеем, и поземкой, и вихрем, и снегом летал, вился, порхал, кружился, а она все равно догнала. Шустрая девчонка!"
   Нормально, да? Эта мымра - малышка и девчонка? Да она чертова бабушка, если справилась с самим чертом!
   Когда девушка только устраивалась на работу, то почти не обращала внимания на большинство коллег, и только Хана ей сразу активно не понравилась. До скрежета зубов. Были в бухгалтерии и более красивые и молодые, чем Марина Петровна, разумеется - до Кати им всем было далеко. Были более богатые и устроенные. Завидовать унылой тетке средних лет причин не было. И все-таки юная ведьма чувствовала именно зависть. Эта грымза, казалось, точно знала, что по чем и как все устроено, и поэтому так прямо держала спину, как будто она не какая-то женщина не первой молодости, а как минимум магистр магических наук. Но Катя совершенно точно знала, что магии в Хане ни капли. Приземленная плебейка она - и только, непросвещенная и тупая. Просто много из себя строит. И ведьму очень раздражало, что человек, не имеющий на то никаких прав, ведет себя с таким достоинством. Наверное, дело было в должности этой воблы сушеной. Этот момент Катя собиралась через год-другой исправить. Но теперь собиралась поторопиться - очень уж разозлила ее Хана: посмела взять себе то, что Катя уже привыкла считать своим.
   Красавчик Чжинхо. У нее были на него такие планы... Можно было бы сделать его своим пожизненным рабом, держать на коротком поводке, отпускать на съемки и снова дергать, призывая к себе. Заставлять его делать с радостью унизительные вещи из любви к ней и потом оскорблять его, припоминая с насмешкой, как глупо и жалко он выглядел, говоря, что он не должен был ее слушаться, что он не мужчина, а щенок. А можно было шантажировать его, бесконечное количество раз вынуждая совершать грязные поступки, записывать это все, не упустив ни минуты, ни секунды позора любимца публики, и отсылать по фрагментику каждый день на его электронный адрес с обещанием в следующий раз непременно опубликовать все в открытом доступе в Сети, чтобы он медленно сходил с ума. А можно было бы... после всех наслаждений и издевательств убить Чжинхо, искусно спрятать тело и наблюдать за агонией фанаток и общественности, ищущих пропавшего актера, и от всего-всего подпитываться энергией, становиться сильнее, умнее, прекраснее... До чего приятные были планы! А эта гадина мешает их скорейшему исполнению.
   Ведьма даже не сомневалась, что в конце концов свое получит, просто любая отсрочка ее бесила.
   Ехидное покашливание привело девушку в чувства.
   - Киса моя сиамская, какие будут распоряжения?
   - А ты их либо выполнишь, придурок? - хотела ляпнуть ведьма, но тут же прикусила себе язык. Все-таки, как бы она ни была зла, ссориться с нечистым неосторожно с ее стороны. Она, конечно, сильна, но лучше подстраховаться. Поэтому она начала грозно:
   - А ты... - и продолжила более дружелюбно. - разве не устал? Может, надо набраться сил, отдохнуть в приятной компании?
   - Это намек? - разулыбался "Чонмин" и присел на подлокотник кресла.
   Остаток вечера и ночи ведьма тренировалась: она многое проделала с нечистым из того, что мечтала осуществить с Чжинхо. Не все, конечно, только вещи, приятные для обеих сторон. Ведь помощник ей еще пригодится, и отпугивать черта было ни к чему. Начали с ужина, приготовленного для корейского актера, выпили, потанцевали даже, "Чонмин" на радостях пару раз пустил пламя изо рта - вместо фейерверков, посмотрели какой-то предновогодний концерт - черт захотел посмотреть "для общего развития" и долго потом радостно смеялся. А Катя увидела, что еще парочка звезд приобщилась к тайным искусствам. Угадать было делом несложным - изменялось выражение лица, становилось более значительным и гордым, ну и украшения со смыслом, понятным лишь посвященным, появлялись.
   После одной из песен, при исполнении которой певица больше показывала свои внешние данные, чем голос, а содержание можно было передать в трех словах "вопли мартовской кошки", Катя в шутку пропела припев этого шедевра "возьми меня, я вся твоя", а лже-Чонмин принял ее призыв всерьез. Потом ведьма прикидывала, где можно быстро заказать новый диван - ведь старый был из стараниями сломан.
  
   Марина обдумывала, как ответить Чжинхо. Конечно, чуткий актер заподозрил что-то неладное. Она и котиком его называла, и обнимала, и сейчас сидела прижавшись, всем видом демонстрируя обожание. Тут любой бы потребовал объяснений. А Чжинхо еще сложнее, чем любому. Ведь кроме ее слов он почему-то больше никого не понимал. Хотя странным было вовсе не это. Как раз наоборот, понимать-то он и не мог никого. Он ведь не в Японии и не в Китае оказался - там бы проблемы для Чжинхо не возникло бы: как любой уважающий себя и заботящийся о прибылях своей компании актер он знал и японский и китайский. С английским было посложнее - девушка без смеха не могла слушать попытки Чжинхо говорить по-английски, изображая богатого плейбоя-бизнесмена, выпускника университета лиги плюща, и все-таки не так фатально. А тут русский язык... Хороший язык, но совершенно одному конкретному корейцу не знакомый. И все-таки им переводчик не понадобился. Они как-то сразу заговорили друг с другом (ну если не считать того, что было утром), обвиняли друг друга, убеждали, расспрашивали, строили планы. Вот только пока не собрались выяснить, что же все-таки произошло. Впрочем, дело прежде всего. Мама как раз побежала за горячим чаем, а Олегу Петровичу позвонили, и он ушел в из с мамой спальню, чтобы обменяться с друзьями очередными "с наступающим" и "счастья в будущем году".
   - Послушайте, Чжинхо, самое время нам пройти в мою комнату. Там я все объясню, но сначала...
   - Ты это серьезно, тетенька? - крепко обнимающий ее актер прищурился. - А если я не в настроении?
   - Да ведь тебе это больше меня нужно. Сам же говорил, что нужна связь.
   - Когда я такое говорил?
   - Когда мы были в моей спальне!
   - Так я говорил о... А... связь... ну да... в этом смысле...
   После этой фразы они уставились друг на друга и, кажется, забыли как дышать. Но резкий звон привел их в чувства.
   - Мариша, дочка, так у вас все настолько серьезно? - всплеснула руками мама, вернувшаяся в гостиную за подносом, забытым на столе, и выронившая его, заслушавшись их откровений.
   - Похоже, твоя матушка тоже неправильно поняла, - задумчиво протянул Чжинхо. - Надо все-таки выбирать выражения, тетенька.
   Девушка попыталась освободиться от его крепких рук под укоряющим взором Евгении Петровны. Разгневанная мама - это очень страшно, хоть три тебе года, хоть триста три.
   - Вот это сюрприз под Новый год! - улыбнулась неуверенно родительница.
   Значит, гнева можно не бояться. Получается, что ей сейчас грозит что-то еще более непреклонное - материнский энтузиазм.
   - Нет-нет, мамуля, мы с Чжинхо пока только встречаемся, ты торопишься. Не смущай моего котика, - оправдывалась Марина. Зачем вообще надо было все выдумывать? Ну привела бы актера, представила бы его как иногороднего поклонника таланта Марго или какого-нибудь племянника ее бывшего поклонника! А все самолюбие проклятое - как это она, Марина, вся из себя такая правильная и ответственная, вышла из себя от одного упоминания о Сиротине, сбежала, а потом вдруг возвращается домой и без причины? А теперь вот обнадежила маму, заставила ее думать, что у ее дочери появился кто-то серьезный...
   Очередной резкий звук нарушил затянувшуюся после попыток Марины оправдаться тишину. На этот раз их потревожил дверной звонок.
   - Пойду открою, - привстала Марина. Нельзя было упускать такой повод сбежать на время от разговоров. Однако не так-то просто освободиться от захвата корейского гостя.
   - Нет уж, тетенька, придется ответить, - пробормотал актер, снова притянул ее к себе и поцеловал.
   "Спасите, я тону!" или "смотрите, я лечу!" Трудно Марине было бы выбрать что-то из этих восклицаний для того, чтобы передать чувства от поцелуя Чжинхо. Она вообще обо всем забыла и только подчинялась его настойчивым губам.
   Кажется, мама опять уронила поднос. Кажется, кто-то пришел. В коридоре что-то радостно говорили сразу несколько человек. Или это в голове у Марины мысли спутались? Был только один несомненный и постоянный компонент ее мира сейчас - Чжинхо. Нет, он был вместе с ней обитателем их персонального острова.
   Но вскоре приплыла непрошенная спасательная группа.
   - Ну ты, Ханжонкина, даешь, - насмешливый голос разрушил очарование.
   Марина оттолкнула увлеченно целовавшего ее актера и уставилась на дверной проем, в котором возвышался слишком хорошо знакомый ей человек.
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"