Мичи: другие произведения.

Глава 1. Героиня трагедии

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Они заблудились между сном и явью. Они могут менять мир, но забывают, что мир состоит из людей. Они повелевают реальностью, но страдают от полного одиночества. Они ищут друг друга наощупь, а найдя, утверждают, что придумали всё сами...

    Выкладывается на сайте "Лит-Эра"
    https://lit-era.com/book/ya-videl-son-b8131


  -- Глава 1. Героиня трагедии

Твоё время течёт за мной, как расплавленное стекло,

Мои сны о тебе -- далеко остались внизу, за спиной, и

Перед тем, как очнуться, смотри -- с твоего корабля

Крысой прыгает страх, почти не касаясь бортов,

И ты видишь, как мимо плывёт, плывёт голубая Земля

На спинах холодных гладких чёрных китов.

И перед тем, как очнуться,

Я обещаю вернуться

   Первый раз они встретились во сне.
   Во сне, на залитой тьмой крыше, в ночи и тиши спящего города. Только они двое -- на сотни километров вокруг. Они двое -- и короткий разговор, показавшийся очень важным. Но Ивика ничего не запомнила из этого сна, кроме смутного ощущения радости, удовольствия от беседы с кем-то похожим -- и странной, поселившейся в сердце тоски.
  
   ***
  
   Октябрь в этом году выдался сухой и полный прелести: янтарь, охра, рябиново-алый, мёд и рыжина на фоне небесного кобальта, и душа изнывала от красоты. Было ужасно жаль, что скоро всё это закончится и начнётся тот долгий, чёрный, унылый период, называемый межсезоньем и наполненный одними лишь холодными бесконечными дождями, грязью, тусклым небом и коричневой рванью, содранной ветром с веток, ещё вчера золотившихся под последним осенним солнцем. Оконное стекло холодило нос и щёку, от дыхания появился запотевший овал, и, недолго думая, Ивика принялась рисовать в этом овале что-то волшебное.
   Может быть, приснившийся сегодня сон.
   -- Ты чего к окну прилипла?
   Ивика обернулась. Маша наконец-то подняла глаза от компьютера и вопросительно смотрела на подругу.
   -- Так, красиво очень...
   -- Ещё не насмотрелась? Конец октября на дворе, пора бы привыкнуть, -- усмехнулась Маша. Встала, кивнула на монитор: -- Пойду чай налью, можешь пока в свой аккаунт зайти.
   Нагретое сиденье было уютным. Ивика запустила браузер, раскрыла страничку "ВКонтакте". Она часто заходила туда от Маши, тем более что не имела от неё секретов. Да и не станет та смотреть её личные сообщения.
   Маша была её лучшей -- и единственной подругой, и Ивика втайне ею очень гордилась: её карамельной, диснеевской красотой -- и мягкой ведьмовщинкой во взгляде, насмешливостью, делавшей её похожей на фею, фаэри, под танцами которых не мнётся трава и которые любят зло подшутить над смертными. Подруга служила Ивикиным вечным вдохновением и моделью для сотен портретов в её любимом -- слегка анимешном -- стиле.
   Пришло несколько запросов в друзья. Ива медленно шевелила мышкой, прогоняя страницу. Она нечасто добавляла в ответ, только тогда, когда человек был ей знаком: или кто-то из школы, или из друзей Маши, или новые знакомые из пабликов по интересам. На этот раз знакомых вроде бы не было: какой-то бритоголовый мужчина с татуировками, на страничке полно обнажённых девушек -- этот наверняка в поисках интимных отношений, неизвестная девочка, внешне примерно шестиклассница -- похоже, добавляет всех в надежде на взаимность, и парень семнадцати лет... симпатичный, но... и живёт в Таллинне... кто-то знакомый?
   Маша поставила рядом чай -- две чашки, налитые до краёв, следом вазочку с печеньем и конфетами, которую несла, зажав локтем. Заглянула в экран.
   -- Ух ты, кто это?
   -- Ты его не знаешь? -- Ивика чувствовала в парне что-то знакомое, но вспомнить не могла. Ведь не приснился же он ей? Возможно, один из тех, кто подходил к ним с Машей на их совместных прогулках. Яркая внешность подруги постоянно привлекала новых людей, и часто Маша заодно вместе со своими контактными данными выдавала и Ивины.
   -- М-м, нет. Определённо нет. Он симпатичный, я бы запомнила. Как зовут?
   Указано было только имя: Лад. Странное имя. Даже для ника странное.
   -- Добавь-ка его!
   -- Ой, да ну... -- парень и правда выделялся -- светловолосый, синеглазый, с открытой улыбкой. Вот только Ивика, сама не зная почему, испытывала к таким неприязнь. А может быть, просто побаивалась. Слишком далеки они были от неё: нелюдимой, необщительной, не особенно привлекательной.
   Впрочем, даже неизвестно, его ли это фотография. Нельзя верить людям в интернете.
   -- Смотри, он сейчас в онлайне! Добавь, ну давай! -- не дожидаясь, пока Ивика согласится, подруга быстро протянула руку и щёлкнула клавишей мыши.
   -- Маша!
   -- Ой, да ладно!
   Ивика сердито вздохнула. Взяла чай, отпила, чтобы не наброситься на подругу с упрёками. Всё равно уже ничего не поделаешь: странно добавлять, а потом отфренживать. Ничего, со временем сам отвалится: в интернете Ивика была почти так же скупа на общение, как и в жизни.
   -- Смотри, он "привет" написал! -- возбуждение Маши передавалось её голосу и вообще телу: она даже начала приплясывать.
   -- О господи, ещё не хватало...
   Ивика решительно поднялась.
   -- Знаешь, раз уж ты его добавила, давай сама с ним и общайся.
   Словно ожидая этого, Маша с готовностью заняла её место. Хотя, может, и ожидала, кто знает. Ивика настолько часто уступала ей ведущую роль, когда дело касалось общения с парнями, что, наверное, Маша уже и подумать не могла, что бывает по-другому. Чего там, Ивика и сама не могла.
   Через плечо подруги она некоторое время последила, о чём та пишет. Маша, по обыкновению, слегка кокетничала. Спрашивала, как нашёл её? -- просто задал поиск: Таллинн, женский пол, примерный возраст. Зачем? -- поболтать с кем-то тоже из Таллинна. Разговор быстро продвигался вперёд. Обменялись сведениями о школах, о районах, где живут, поискали общих знакомых -- сразу таких не нашлось, но можно было не сомневаться, что найдутся потом: Таллинн -- маленький город.
   Ивика потеряла интерес. Упала на кровать и терзала свой телефон, пока наконец Маша не оторвалась от компьютера и не пересела к ней. С видом загадочным и торжествующим.
   -- Сама себе не верю, -- сказала она.
   -- Ну? Что?
   -- Я договорилась с ним встретиться!
   Ивика только головой покачала. Интересно, сколько продлится это новое увлечение? Она не поставила бы и на две недели срока.
   -- Не могу дождаться! Договорились на вечер среды. Ой, я расскажу тебе, как всё прошло.
   -- Не забудь сказать ему, что это не твой аккаунт. А то ещё пристанет в чате.
   -- Конечно!
   Потом, когда подруга ушла относить посуду, Ивика ещё раз с любопытством посмотрела страничку светловолосого "Лада". С одобрением отметила, что в интересах у него указаны эзотерика и парапсихология, и с лёгким осуждением -- что у него под пять сотен друзей: слишком много, чтобы иметь хоть какие-то связи с каждым, наверняка добавлял для количества. Чуть зависла над фотоальбомом, размышляя, открывать или нет -- и решила не открывать.
   Зачем смотреть фото парня, который при первой же встрече неминуемо влюбится в подругу. Хватит ей, Ивике, и того, что все парни в классе ухаживают за Машей, и что при каждом выходе в город она обзаводится двумя-тремя новыми поклонниками, и...
   Не то чтобы Маша была в этом виновата, но Ивика до сих пор не могла забыть про Стаса. Слишком сильно он нравился ей, и слишком сильно она уверена была, что нравится ему тоже -- пока он, смущаясь и пряча глаза, не попросил замолвить за него словечко перед красавицей-подругой.
   Нет, конечно, это нормально и даже естественно, просто... иногда становилось грустно.
  
  
   Полгода назад, Лад
  
   Это было летом -- то ли в июне, то ли в июле, когда в городе стояла непривычная для Таллинна жара, по улицам летал мохнатый тополиный пух и пляжи заполонили толпы отдыхающих. Мостовые Старого города, раскалённые солнцем, заставляли мечтать о мороженом и холодном лимонаде. В тот день Лад в компании друзей сидел за столиком в одном из летних кафе, раскинутых на Ратушной площади, и с удовольствием пил ледяной кофе.
   Именно тогда он увидел её -- с другой стороны кафе, тоже за столиком и тоже в компании, но исключительно девичьей. Узнал сразу, хотя прошёл почти год с последней встречи. И как ударило -- сбивающей с ног волной неприязни, отвращения, желанием вскочить и уйти, пока его не заметили.
   А может быть, наоборот. Может быть, он узнал её из-за этого желания уйти и неприязни. Отражения той, которую испытывала к нему она.
   Пришлось закрыть глаза, вздохнуть глубоко, чтобы успокоиться. Он не верил в случайности: следовательно, раз она здесь -- ей что-то от него нужно?
   Глотнул потерявший вкус кофе. Надел на лицо улыбку -- свою привычную, патентованную улыбку, делавшую из него душу компании, взглянул на небо, синим куполом надетое над площадью. И поднялся.
   -- Ребят, я сейчас, знакомую увидел.
  
   Как он и предполагал, она почувствовала его приближение заранее. Дёрнулась коротко стриженная рыжая макушка, Рада обернулась и сразу же, будто поймала в прицел, уставилась ему в глаза. Лицо исказилось знакомой брезгливостью.
   Она не изменилась -- разве что прибавилось пирсинга на лице: слева над губой и над бровью торчали серебряные "штанги".
   Не проронив ни слова, Рада встала навстречу. Конечно, не подала руки -- да и Лад держал свои в карманах джинсов.
   -- Что тебе надо? -- она начала первой. Две девчонки, сидевшие за тем же столиком, завертели головами.
   -- Может, отойдём? -- Лад кивнул в сторону.
   Отошли. Даже не стараясь намеренно хранить дистанцию -- их отталкивало друг от друга почище магнитов с одинаковыми полюсами. Остановились в тени, за углом ратуши. Мимо сновали местные и туристы, неотличимые друг от друга в этот погожий летний денёк, все в майках и футболках, мокрые от жары. Худющая тётка с фотоаппаратом на шее о чём-то возбуждённо рассказывала спутнику, кажется, по-шведски, помогая себе жестами.
   -- Я тебя не искал, -- сообщил Лад, стараясь не смотреть на собеседницу.
   -- Я тебя не искала тоже.
   -- Значит, на этот раз действительно случайность.
   Год назад она помнилась ему выше и плотнее, но, похоже, он изрядно вытянулся за это время. Теперь он смотрел на неё сверху вниз, а ей это явно не нравилось. Может быть, в попытке избавиться от этого ощущения, она независимо скрестила руки на груди и прислонилась к стене ратуши.
   -- Я тебя не искала. Но раз уж встретились, скажу. Уймись уже, в конце концов. Тебе мало того, чего ты уже добился?
   -- Тебе-то какое дело? -- он усмехнулся. -- Что ты мне сделаешь? Что ты мне вообще можешь сделать -- сейчас?
   Дразнить её было приятно. Ярость, с которой Рада на него уставилась, гладила, как шёлк.
   -- Год назад -- да, возможно, у тебя были все шансы, -- добавил Лад небрежно. -- Но теперь, извини, но ты слегка опоздала.
   -- Думаешь, такой крутой? -- словно заразившись его спокойствием, Рада внезапно тоже остыла и спросила равнодушно, как-то свысока.
   Так и раньше часто бывало -- они всегда были на одной ноте. Одновременно злились и одновременно остывали. Одновременно загорались какой-то идеей и одновременно теряли к ней интерес.
   -- Нет, может быть, ты и прав, и я не знаю, смогла бы с тобой справиться или нет. Слишком уж ты насосался здесь, один в городе.
   -- Может, хватит оскорблять меня? Говори, что хотела сказать, и разойдёмся.
   Она криво усмехнулась.
   -- Всё, что хотела, я уже сказала. Уймись. Может быть, ты прав, и одна я тебя и вправду не остановлю. Но с чего ты взял, что я всегда буду одна?
   -- А с кем? У тебя разве есть сторонники?
   -- Не твоё дело.
   Оба замолчали, меряя друг друга враждебными взглядами. Потом Лад вынул телефон и посмотрел на часы. Рада молчала, будто сказала всё, что хотела, и даже больше того.
   -- Ну тогда, если у тебя всё, я пошёл, -- он помахал и зашагал прочь.
   Рада его не остановила и не произнесла больше ни слова.
   Чёрт.
   Как это было некстати. Это её появление, встреча, которой не желал ни один из них. Этот странный, бессмысленный разговор, больше всего похожий на непродуманное, основанное на эмоциях объявление войны.
   Лад знал, что Рада его ненавидела. Ненавидела и использовала любую возможность, чтобы не спускать с него глаз, чтобы мешать любым его начинаниям. Но что это за загадочные сторонники, на которых она намекает?
   Пожалуй, стоит позвонить Валюшке. Она единственная из их прежней компании, сохранившая хорошие отношения и с ним, и с Радой. Возможно, она знает, в чём дело.
   Валюшка действительно знала.
   Нет, Рада пока ещё никого не нашла. Но, похоже, выяснила, что её напарник живёт в том же городе, что и все они -- в Таллинне. И продолжает искать.
   Новость Ладу не понравилась.
   Да, Рада всегда так твердила. Мол, найдёт напарника, встретит здесь, утверждала, что эта встреча поднимет их обоих на несколько уровней по знаниям и силе. Поначалу он пропускал её слова мимо ушей; одно время был уверен, что сам является её напарником, и злился на её нежелание это признавать... Однако она была права: скорее всего, никакими напарниками в той жизни они не были. Возможно, были даже врагами.
   Но, значит, она свою идею не оставила. Больше того, в одном шаге от того, чтобы в самом деле этого напарника встретить.
   Вот это было и впрямь некстати.
   Один на один с ней у Лада были все шансы победить. Если же её напарник окажется того же уровня, будет обладать теми же силами и знаниями -- а в способности Рады научить его всему, что она знала, у Лада сомнений не было -- то противостоять им и вправду станет нелегко. Она сможет его сломать.
   Значит, Лад должен найти его раньше неё.
  
   И ему потребовалось почти полгода -- но теперь, в преддверии ноября, он мог сказать с уверенностью, что сделал это. Нашёл этого идиотского Радиного "напарника", что бы она ни имела под этим в виду.
   Нашёл в пространстве сна и сумел пообщаться. И даже более того, поймал ниточку, за которую найдёт в реале.
  
   ***
  
   Кое-где поверхность крыши блестела, отражая электрический свет: наверное, там скопилась дождевая вода. Было не так темно -- зарево огней снизу и от соседних домов давало немного света, но человека, опустившегося на крышу, Лад разглядеть не мог. Это его не удивило: люди в пространстве сна обычно не имели чётких контуров, определённой формы; они ощущались как плотной консистенции туман.
   -- Привет.
   -- Добрый вечер.
   Это был не первый сон, где они встречались, но первый, где им удалось поговорить.
   -- Что это за место?
   Лад помолчал, раздумывая. Если это и впрямь напарник Рады, то, возможно, не стоит рассказывать ему слишком много. С другой стороны, если Лад собирается переманить его в свой лагерь и превратить в сторонника, ничего не рассказать просто нельзя.
   -- Я называю это место "пространством сна", -- наконец сказал он. -- Оно находится между первым и вторым барьером. Максимум, который нам доступен: за второй барьер не выйти никак.
   Человек промолчал, будто переваривая.
   Интересно, как много он знает? Как много умеет?
   Судя по тому, что в пространство сна он вышел самостоятельно -- по версии и впрямь близок им с Радой.
   -- Слушай... -- Лад одинаково боялся и слишком поторопиться, и слишком промедлить. У него было ощущение, что на закинутую им удочку вместо сома клюнула акула, и было слегка страшновато не суметь эту акулу вытащить. -- Как насчёт встретиться в реале?
   Опять молчание. Как будто оппонент тщательно осмысливает вопрос и решает, безопасно ли ответить.
   -- Или скажи тогда свой ник в "ВК". У тебя есть "ВК"? -- давай же! Давай!
   Как обычно, его желание сработало.
   -- "Ичерри", -- сказал человек. Произнёс по буквам: -- английская "i", четвёрка, английское "e", "r", снова "r", "i".
   -- Окей. Напишу тебе, -- только и успел сказать Лад, и сон разорвался напополам, беспощадно растаскивая их в разные стороны.
  
   Он проснулся и некоторое время лежал впотьмах с открытыми глазами.
   Удалось.
   Он знал, что, скорее всего, его собеседник ничего не запомнит: не хватит опыта. Но у него теперь была зацепка.
   Лад спустил ноги с кровати, босиком, как был, прошлёпал к компьютеру, пошевелил мышкой, чтобы разбудить. Быстро, стоя, вбил в поиск имя.
   Расплылся в широкой улыбке -- кажется, он сто лет так чистосердечно не улыбался.
   Это была девочка, пятнадцати лет, увлекающаяся парапсихологией и эзотерикой.
   И она жила в Таллинне.
  
   ***
  
   Сколько Ивика себя помнила, она всегда бережно собирала признаки необычного. Оно бывало разным: одинаковые цифры на часах, например, все единицы, вплоть до секунд, или узоры на стене, обычной покрытой эмульсионной краской стене, складывавшиеся в девичьи лица, или птицы на крыше соседнего дома, вдруг вместе, как по сигналу, огромной разрозненной стаей взмывавшие в небо -- так, будто увидели нечто не видимое никому иному. Необычным очень часто бывало и само небо -- то тяжёлое, наваливающееся тучами, давящее, грозное небо, то затянутое облаками, как плотным хлопковым одеялом, и затягивающее, как воронка, а то -- огромное, неизмеримое, акварельно-синее, многослойное -- зовущее взмахнуть руками и лететь.
   Что-то из необычного Ивика умела и сама. Это было, как правило, необычно-обыденное, очень полезное, но редкое и оттого драгоценное.
   Например, если она очень хотела, чтобы её не вызвали на уроке, то учительница забывала о её присутствии. Или, например, как было с выпускным экзаменом в девятом классе: она попала в больницу с воспалением лёгких и не успела выучить все билеты по английскому; загадала изо всех сил, чтобы вытянуть нужный билет, тот, который знала лучше всего -- и получила его. Иногда ей удавалось заболеть тогда, когда хотелось заболеть. Попасть туда, куда очень хотелось попасть -- например, на рождественское представление в Русском театре, давно, лет в двенадцать; тогда одна из маминых заказчиц продала им с мамой билеты по дешёвке.
   Но, конечно, Ивика никогда не загадывала невозможного. Никаких путешествий за границу или миллионных выигрышей. У неё было чёткое ощущение, что если пожелать чего-то выше головы, то она просто надорвётся, и эта волшебная способность пропадёт навсегда.
   Странные сны, которые Ивика не всегда могла запомнить до мелочей, без сомнений, тоже относились к необычному.
   За последнюю неделю она видела их ещё дважды.
   Каждый раз это были короткие сновидения, которые, наверное, укладывались в пять-десять минут фазы быстрого сна -- по большей части они с незнакомцем просто беседовали о том, как устроен мир. Он рассказывал интересные вещи: о разных "полях", о том, как они работают, о том, как создавать предметы в пространстве сна, об управлении реальностью и ментальных дуэлях. Ивику огорчало лишь, что она не могла запомнить подробности, только общее ощущение новых знаний и поразительной, удивляющей её саму жажды по отношению к этим знаниям.
   Каждый раз она просыпалась, словно наполненная до отказа, и некоторое время лежала с открытыми глазами, пытаясь вновь пережить и вспомнить всё, что происходило во сне. Каждый раз они уговаривались о дне встречи заранее, и по утрам Ива прилежно записывала дату следующей встречи, страшась, что слабая, тонкая ниточка их связи в любой момент оборвётся.
  
   Ивика не думала, что ей придётся снова услышать о светловолосом Ладе, стукнувшемся к ней в "ВК", но в один прекрасный вечер Маша, с загадочной и хитрой улыбкой на лице, попросила её об участии в чём-то, что сама назвала "двойным свиданием". Дескать, Маша встречалась с этим Ладом с тех пор несколько раз, и с каждым разом взаимные их чувства всё крепли. И вот теперь тот вознамерился познакомиться с её подругой, для чего и предлагает так называемое свидание вчетвером. Нет, конечно, по-настоящему это считать свиданием не надо, свидание это будет только для Лада и Маши, но чтобы Ивика не скучала в одиночестве, он пригласит друга со своей стороны.
   -- Ох... -- только и сказала Ивика.
   У неё не было никакого желания -- ну вот ни на полстолечки -- гулять с какими-то неизвестными парнями, причём лишь для того, чтобы разнообразить любовные отношения Маши и Лада. Но подруга, похоже, на самом деле хотела, чтобы она пошла. Увидев явную неохоту на лице Ивики, Маша схватила её за плечи, затормошила, затрясла, начиная уговаривать:
   -- Ой, ну пожалуйста, ну пожалуйста, это будет так здорово, сходим в кино, парни заплатят! Ну пожалуйста, мы так хотели!..
   -- Ох, зачем вам вчетвером-то...
   -- Лад предложил. Ну пожалуйста, давай просто сходим, тебе даже не обязательно потом общаться с его другом, просто сходим в кино. Мы ж уже ходили с тобой и с кем-нибудь.
   Ну да, ходили, и Ивика всегда чувствовала себя четвёртой лишней. Обычно парни окружали Машу с двух сторон, а она шла следом, делая вид, что уткнулась в свой допотопный телефон. Нет, конечно, Маша старалась не оставлять её в одиночестве, брала под руку, вовлекала в беседу. Но проходило время, и снова оказывалось, что она где-то позади -- или сбоку -- или спереди, и рядом с Машей, но так, будто её и вовсе нет, и разговор течёт себе разливается через её голову.
   -- Ну пожалуйста! Ну хочешь, я тебе свои ролики отдам!
   Не выдержав, Ивика рассмеялась.
   -- И я в них утону. Ладно, ладно, успокойся. Уговорила уже. Так и быть, схожу на твоё "двойное свидание".
   -- Спасибо! Ты лучшая! -- от избытка чувств подруга расцеловала её в обе щеки. Откинулась назад, упираясь лопатками в стенку -- девчонки снова сидели у Маши, на бывшей кровати её брата -- и с удовольствием захрустела вафлей.
   -- По-моему, это настоящее... -- с мечтательным видом сказала она через пару минут.
   -- М?
   -- То, что я чувствую к нему.
   -- К этому Ладу?
   -- Угу.
   -- Боюсь напоминать, но вообще-то мне уже приходилось слышать что-то подобное.
   -- А-а, -- подруга пренебрежительно махнула рукой. -- Ты про Серёжку?
   Серёжа был Машкиным прошлым увлечением. Взрослый, давно закончивший школу, для Ивики он был чем-то вроде неживого предмета, иногда встречавшего Машу после уроков. Она даже не знала, как они познакомились -- вроде бы он заговорил с Машей как-то в городе. Ивика была уверена, что подруге нравилась в нём как раз его взрослость, отличавшая от привычных одноклассников с их грубоватым юмором и неуклюжими попытками ухаживать.
   -- Нет, он был ошибкой всей моей жизни.
   -- А этот Лад, значит, любовь всей твоей жизни, -- ехидно бросила Ивика.
   -- А, ты ничего не понимаешь, -- Машка жевала вафлю и была настроена благодушно. -- Он такой милый! Во-первых, у него очень хорошее воспитание. Всегда пропускает вперёд, придержит дверь, даже рюкзак мой носит. Во-вторых, он умеет слушать. В-третьих... -- она задумалась, потом лукаво улыбнулась: -- мне кажется, он должен замечательно целоваться!
   -- Кажется? -- усмехнулась Ивика. -- То есть, ты ещё не убедилась на практике?
   -- Пока не было случая, -- красавица-подруга небрежно шевельнула плечиком. -- Но мне даже нравится, что он не торопится. Знаешь, парни вообще сразу распускают руки. А он не такой.
   -- Все они до поры до времени не такие, -- Ивика сперва сказала, а потом засмеялась: ей ли говорить, с её нулевым опытом.
   -- Это точно, -- подруга тоже расхохоталась, болтая в воздухе ногами в симпатичных белых с розовым носочках. -- Но я планирую узнать-таки, как он целуется, в эту среду.
   -- А почему именно в среду?
   -- А у нас другое время категорически не совпадает. В пятницу у нас Муха, -- Машка говорила о дополнительных курсах математики, которые они с Ивикой посещали вместе, -- в воскресенье у него вроде его клуб какой-то, по вторникам и четвергам у меня танцы. В понедельник не помню что. Короче, среда только остаётся и суббота.
   -- Занятые вы какие оба...
   Маша и правда дома сидела мало, в отличие от Ивики, признанной домоседки. Ещё каких-то полмесяца назад Ивику немного беспокоило, что в её жизни нет такой заполненности, как в жизни подруги, но с появлением снов...
   Всё по-настоящему изменилось с появлением снов. Ей совершенно определённо стало интереснее жить.
  
   ***
  
   В субботу один взгляд в окно заставлял ёжиться от холода. Стояла та самая жестоко-ледяная погода, когда и солнце светит, небо голубое, тротуары сухие, а пальцы в перчатках сводит судорогой, и со дня на день надо ждать появления облаков. Тогда чуть потеплеет, и посыпется снег, голые ветки прикроются белым покрывалом. Город похорошеет, на окнах появятся электрические семисвечники, а в магазинах начнут продавать твёрдые печенья с пряностями -- "пипаркооки". Два главных признака приближающегося Рождества -- это "пипаркооки" и почему-то мандарины; а кроме того есть тёмные пушистые ели с морозными иглами, гирлянды на окнах, застенчиво спрятанные тапочки на подоконниках в тех домах, где живут маленькие дети -- для конфет и шоколадок, которые приносят гномики, на самом деле родители, есть огромные праздничные украшения в витринах универмагов и потаённое ощущение чего-то такого важного, такого большого, что прочие ежедневные заботы по сравнению с ним кажутся совершенно незначительными.
  
   Встречаться договорились в торговом центре "Солярис", и Машина мама предложила подвезти девчонок на машине. Лихо подкатила к остановке, Маша с Ивикой выскочили, хлопнув дверцами -- машина тут же тронулась с места: стоянка здесь была запрещена. Холод куснул за щёки, и девочки поспешили внутрь здания.
   В просторном фойе с красным ковровым покрытием было немало народу. Сразу стало жарко, и Маша, вертя головой и высматривая в толпе нужные лица, потянула с плеча куртку. Ивика расстегнула молнию, но подбородок, напротив, угрюмо спрятала в шарф.
   -- Долго ждали? -- подруга ткнулась губами в щёку одного из подошедших парней.
   Ивика, стараясь скрыть любопытство, уставилась на них. Оба высокие, Ива и до плеча не достанет. Один тёмненький, азиатского типа -- в джинсах, светлой футболке, поверх чёрно-синяя рубашка, в руке куртка. Другой -- которого целовала Маша -- в тёмном сверху донизу, как раз поворачивал голову, когда Ивика мазнула по нему взглядом. Глаза встретились -- и словно в колодец окунули, сердце холодной горстью забрало. Заледенело сперва, а потом зачастило в груди.
   Высокий, выше Маши почти на голову. Продолговатой формы лицо, пшенично-русые волосы, цветом ближе к золотому, чем к белому. Прямой нос, веснушки по нему рассыпаны, по щекам. Рот чуть широковатый, готовый улыбнуться, смягчает строгость глаз. Неожиданно тёмные брови и ресницы, брови -- вразлёт, длинные, с вызывающим изгибом.
   Красивый языческой какой-то даже красотой, веющей дикостью и силой.
   "Господи", подумала Ивика тоскливо. Хорошо, что не стала смотреть его фото тогда, когда он написал им в "ВК". Если б посмотрела, шла бы на эту встречу как с цепями на ногах: до того нервничала бы встречаться с красавчиком. И разве бывают настолько красивые парни? Зачем вообще парням красота?
   Голос Маши помог очнуться.
   -- Моя подруга -- Ивика.
   Ива машинально кивнула, готовая к тому, что её имя тут же переиначат, но блондин повторил правильно, с ударением на первое "и".
   -- Это Сашка. Я -- Лад.
   Имя своё странное он выговорил без стеснения и без запинки.
   -- Это настоящее имя? -- не выдержала, поинтересовалась.
   Взглядом не хотела с ним встречаться, но пришлось: он следил за ней с любопытством, с явным интересом. Недовольная собой, Ивика посмотрела хмуро.
   -- Да Володя он на самом деле, -- вмешался друг в джинсах. -- Владимир.
   Светловолосый улыбнулся -- до чего шла ему эта белозубая улыбка!
   -- Ну, мне просто хотелось необычное имя, -- сказал чуть смущённо. -- Владимир ведь -- Вова, Вовочка, для анекдотов только и годится.
   -- Не понимаю, что хорошего в необычном имени, -- пробурчала Ивика. -- Все переспрашивают, каждый второй пытается поприкалываться, и прикалываются все одинаково.
   -- Ну да, тебе, наверное, это вот здесь уже сидит, -- он с готовностью согласился.
   -- Ты чего вдруг? -- шепнула Маша, щекотно хихикнула над ухом.
   Ну да, Ивика явно ведёт себя грубовато и развязно. Обычно она больше отмалчивалась.
   Она опустила глаза. Вздохнула, отрешаясь от смущения и неудобства, подталкивавших язвить. Молча взяла под руку Машку, так, чтобы загородиться ею ото всех.
  
   Фильм оказался интересным, но ещё интереснее для Ивики стал разговор, который Лад начал после фильма.
   Они сидели в одном из кафе при "Солярисе" -- Лад вежливо пригласил пообедать, сказав, что за всех заплатит. Ивика и оглянуться не успела, как они вчетвером уже сидели за широким столом в уютном углу, закрытом от взглядов других посетителей.
   -- Ты читала Папюса? -- Лад смотрел с одобрением и удивлением, а она была рада, что может чем-то его удивить. Про Папюса Ивика упомянула совершенно наобум, просто чтобы показать, что тоже не лыком шита.
   -- Читала, но...
   Краем глаза ухватила Машино лицо: подруга приподняла брови, однако слушала благосклонно. Похоже, была рада, что Лад Ивике не то чтобы понравился, но хоть в чём-то оказался близок. А его друг -- Саша -- вообще в открытую смеялся.
   -- Не очень хорошо его поняла, -- созналась Ивика.
   Более того, запиналась на каждом абзаце, да и купила только из-за золотых букв на чёрном фоне, гласивших "Практическая магия" -- хотя на самом деле внутри ничего практического и подходящего лично Ивике обнаружить не удалось.
   -- Ну да, у него есть дельные мысли, но он неправильно понимал, как мир устроен. Я...
   Саша бесцеремонно перебил друга на полуслове:
   -- Не надо было заговаривать о магии и всяком прочем. Это его конёк. Он вам уши заездит.
   Вот, значит, почему он смеялся. Не над Ивикой -- над Ладом.
   Тот только улыбнулся.
   -- То есть, -- продолжал, как ни в чём не бывало, -- то, что он мог делать, он, конечно, мог делать. Например, предсказания будущего, гипноз, порча, поиск утерянного и так далее. Но почему он мог этого делать -- это он сам или понимал неправильно, или считал, что это знание нельзя передавать широкой публике. Кстати, многие так считают.
   Насчёт Папюса Ивика утверждать бы не взялась, но к ней самой, пожалуй, эти слова подходили. Она кивнула.
   -- Это естественная защита, но это надо преодолевать. Кстати о Папюсе -- а Блаватскую читала?
   -- Да, а какая связь? -- Блаватская была понятнее и ближе, может быть, потому, что её книги походили на обычные романы. Но Ивика не ожидала, что Лад будет так хорошо в этом разбираться. Хотя если вспомнить, что в его интересах на странице "ВК" указана эзотерика...
   Машка, соскучившись, уставилась в телефон, но Саша, сложив руки на груди, откинувшись на спинку дивана, благосклонно слушал. Они устроились по обеим сторонам от стола, так, что напротив Ивики был Саша, а напротив Маши -- Лад, и Ивике было уже немного неудобно, что они ведут разговор так, наискосок, не включая в него подругу -- но та, похоже, совершенно не интересовалась темой и не возражала, а быстро тыкала в кнопки, набирая сообщение.
   -- Ну, он одно время входил в её общество. Не то чтобы они были особенно близки или дружили. Впрочем, точка зрения на мир Блаватской тоже не совсем правильная, хотя она ближе, чем Папюс.
   -- Какая же точка зрения правильна?
   Лад очень явно оживился, так явно, что Ивика едва не улыбнулась. Засияли глаза, он набрал в грудь воздуху, словно готовясь к долгой тираде.
   -- Начало-ось, -- сказал Саша, не пряча ехидную ухмылочку.
   -- Если говорить кратко, -- Лад и бровью не повёл, -- моя теория состоит в том, что наш мир -- тюрьма. Мы обречены рождаться и умирать здесь с одной только целью -- чтобы отсидеть, говоря по-простому, полностью весь срок, на который нас осудили.
   Ивика слушала молча, не поднимая глаз. Ей вообще было легче не смотреть на него. Когда она видела перед собой это продолговатое с пристальным взглядом лицо, то терялась, забывая, о чём шла речь. Его лицо притягивало, ей хотелось рассмотреть его в подробностях, понять, в чём причина такого воздействия, уловить, какие черты создают его привлекательность. Она никогда не знала, что банальная симпатичная внешность может оказывать на противоположный пол такое влияние. Пожалуй, теперь она лучше понимала тех парней, которые иногда застывали, не сводя восхищённых глаз с её подруги.
   Ей захотелось попробовать его нарисовать, хотя обычно она не любила рисовать реалистичные портреты.
   -- Да, оригинально мы обладаем магией, и этому есть свидетельства в нашей собственной памяти, в наших книгах, нашей фантазии. Но здесь, в тюрьме, все наши способности и чувства урезаны по самое "не могу", и только последние версии накапливают хоть какие-то знания и умения.
   -- Последние версии?
   -- Те версии, которые ближе всего к освобождению. Которые прошли уже множество кругов перерождения.
   Ивика искоса взглянула на него и снова наткнулась на пристальный тёмный взгляд. Лад смотрел на неё так, словно проверял реакцию. Словно ждал от неё чего-то.
   -- У нас стёрта память о прошлом, ограничены способности. Мы вынуждены искать путь в полной темноте. Более того, мы связаны по рукам и ногами всеми этими запретами, которые в нас искусственно понасаждали. Запрет делиться информацией о необычном, например, относится сюда же.
   -- Да-да, -- подхватил Саша, -- поэтому он и ездит по ушам всем и каждому.
   Лад только плечами пожал, улыбаясь.
   Ивика постеснялась спросить, разговаривает ли он о том же с Машей. Ей казалось, что нет, но, с другой стороны, она сама не пробовала рассказывать Машке о некоторых своих умениях. Даже Таро для подруги нечасто раскладывала: казалось, стоит злоупотребить, и карты перестанут ей открываться.
   -- А за что мы наказаны? -- спросила она.
   -- Попались, -- просто сказал Лад. -- Кто на чём, конечно, но в основном попались на нарушении законов. Мы все здесь преступники.
   -- Что же мы сделали?
   -- Не знаю, каждый по-разному. Меня вот взяли на взломе.
   -- Он пытался выкрасть священный Грааль, -- Саша в открытую смеялся.
   -- Скажи ещё, пытался похитить меч короля Артура, -- в тон ему усмехнулся друг.
   -- Убить Моргану.
   -- Бери выше! Мерлина.
   Лад и Саша перебрасывались репликами, а Ивика следила за ними, и в душе появлялось незнакомое тёплое чувство. Эти парни ей нравились. Начитанность, увлечённость, добродушное подтрунивание друг над другом -- и, может быть, самое важное -- то, что она увидела в них людей с близкими интересами, таких не хватавших ей единомышленников -- всё это заставило её вдруг пожелать, чтобы сегодняшняя встреча не стала последней.
   Она хотела увидеться с ними снова. Снова слушать их разговоры. Узнать гораздо больше, чем удалось за этот единственный раз.
  
   Когда они ехали с Машей назад в Ласнамяэ -- на этот раз на городском автобусе, -- Ивика пожалела, что у неё не хватит смелости попросить подругу устроить такую же встречу вновь. Маша слишком романтичная и почти наверняка поймёт её неправильно, придумает неземную любовь, возникшую между Сашей и Ивой, а то и, чего доброго, заподозрит, что Ивике понравился её собственный Лад. Нет, Лад Иве и впрямь понравился, но тут виновата его располагающая к себе внешность -- а вообще говоря, он слишком красавчик, чтобы Ивика не отнеслась к нему с подозрением... которое неизвестно когда растворилось в той естественности, с которой он себя вёл.
   И всё же одна мысль по поводу романтической любви в её голове появилась.
   Эта была мысль о том, что люди пишут и говорят постоянно, мол, "любовь выскочила, как из-под земли выскакивает убийца в переулке", но Ивика всегда считала, что это неправда. Ну может быть, и правда, но только в том случае, если речь идёт о двух привлекательных людях. Она должна быть красивой, тогда он ей заинтересуется. Он должен привлекать её -- если не внешностью, то каким-то талантом, известностью, может быть, умом. Только в этом случае это срабатывает. Никакая молния, никакой финский нож не поразят, если девушка ничем не привлекательна. Она сколько угодно может загадывать на ответные чувства, мечтать о взаимности -- если она ничем не выделяется из десятка таких же, любви с первого взгляда у неё никогда не будет. Такая любовь возможна только для красавиц.
   И то, что ей показалось, что Лад на неё как-то странно посматривал... смотрел долго и пристально, словно сильно заинтересовался, словно хотел, чтобы их глаза встречались -- это всё кажется. Или не кажется, но... в любом случае, никакого такого чувства здесь нет.
   Да и не может быть, ведь есть Маша.
   Мельница -- "Никогда".
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com С.Панченко "Warm"(Постапокалипсис) А.Емельянов "Последняя петля 8. Химера-ноль"(ЛитРПГ) Д.Сугралинов "Дисгардиум 5. Священная война"(Боевое фэнтези) Т.Мух "Падальщик 3. Разумный Химерит"(Боевая фантастика) NataliaSamartzis "Стелларатор"(Научная фантастика) С.Казакова "Жена-королева"(Любовное фэнтези) Д.Игорь "Адгезия"(Боевая фантастика) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) Т.Серганова "Танец с демоном. Зимний бал в академии"(Любовное фэнтези) О.Герр "Любовь за Гранью"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Институт фавориток" Д.Смекалин "Счастливчик" И.Шевченко "Остров невиновных" С.Бакшеев "Отчаянный шаг"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"