# Корпорация. Испытательный срок

Владислав Кулигин

Жаркие дни 2010 года...

1

9 августа 2010

- Станислав, как ты смеешь приносить мне непроверенную информацию! - выслушивал я ор Ивана Михайловича Бирюка, директора фирмы, куда довелось устроиться менеджером два месяца назад. То, что документ составлен моим непосредственным руководителем, который попросил меня передать его директору, я пытался донести до него в самом начале моего визита, полчаса назад. Слушать меня он не стал, разразившись триадами о потерянном времени и отличием хорошего специалиста от плохого.

С самого начала моей работы в этой компании у меня не ладились отношения с директором. Чем-то я ему не понравился, и он, не разбираясь во мне до конца, стал показывать своё отношение самыми разными способами. Терпеливо дослушав речь до конца, я вопросительно посмотрел на Бирюка. Тот перечеркнул текст красной ручкой и вернул мне документ, небрежно бросив "переделать". Из кабинета директора я вышел в привычном обессиленном состоянии.

Покинув обиталище зверя, я оказался в огромной комнате, разбитой перегородками из шкафов и столов на отделы, и направился в свой сектор. Помимо моей коммерческой службы, здесь находилось ещё четыре отдела: конструкторский, метрологов, электронщиков совместно с программистами и бухгалтерия. Общее помещение занимало большую часть последнего третьего этажа здания нашей организации. Производству отводились первый и второй этажи. Нашему научно-производственному предприятию в пятьдесят человек под названием "Измиер-Ж", этого вполне хватало.

- Ну как, подписал? - спросил начальник коммерческой службы Денис Расентьев.

Я молча положил ему на стол разукрашенный лист и сел на своё место.

- Понятно, - вздохнул он.

Мой начальник не так уж плох. Всегда одетый с иголочки, он выглядел представительно и соответствовал образу руководителя, что так нравилось директору. Поначалу меня это напрягало, но когда я понял что к чему в фирме, стало веселить. Расентьев являлся любимчиком шефа, и при этом, достаточно инфантильным, что позволяло мне решать многие вопросы через него. Бирюк подписывал все, что приносил Денис, особо не глядя на бумагу.

- Ничего, сам попозже подпишу. Как твой испытательный проект?

Для завершения испытательного срока в мою пользу, мне выделили не очень популярный в компании проект для энергетической отрасли. Наша организация, занимавшаяся производством промышленных измерительных приборов, создала всего один продукт для отрасли - систему центровки турбин. Его мне и предстояло внедрять. Основной отраслью, на которую вот уже почти двадцать лет направлено воздействие фирмы, являлось транспортное машиностроение. Продвижением системы центровки до меня занимался только её создатель, гениальный инженер, но плохой продавец. Поэтому доходы от проекта отсутствовали. Мне предстояло изменить ситуацию. Тема мне самому очень нравилась и я, занимаясь ею на протяжении двух недель, с конца июля, неплохо в ней разобрался. С утра до вечера мне приходилось обзванивать ТЭЦ, ГРЭС и дирекции генераций разных городов страны, интересуясь у специалистов турбинщиков, чем они центруют и есть ли потребность в системе вроде нашей. За две недели удалось проработать около полусотни станций, десяток управляющих компаний генерирующих систем и составить по результатам общий график. Он напоминал карту боевых действий. Исходя из имеющихся данных, я мог уверенно утверждать, что наш продукт интересен многим компаниям и некоторые из них, основываясь на моей презентации и рекламе, которую я выслал им, уже включили его в план ближайших закупок.

- Через неделю думаю полностью закончить его, - сказал я.

- Это в твоих интересах. Желательно ещё получение реальных финансовых результатов. Сам понимаешь деньги лучший показатель.

Я кисло улыбнулся и уставился в свой монитор, на котором красовался мой победоносный график. Мой обеденный перерыв, как сложилось, прошел в компании группы коллег, с которым я успел сойтись. Это Саша, хороший добродушный парень, чуть моложе меня из соседнего отдела и Марина, красивая миниатюрная девушка из моего сектора. Кушать мы ходили в кафе, располагавшееся на территории крупного бизнес-центра в пятнадцати минутах пешком от нашей конторы.

Сидя за столиком, расправляясь с нехитрыми яствами, мы как всегда общались на разные темы. В этот раз дискуссия зашла о работе.

- Как тебе Стас наша "корпорация"? - сказала Марина.

Так мы иронично называли нашу маленькую фирму.

- Мне работа нравится. Чувствую, что это моё. Вот только директора бы сменить.

- Да уж, - вздохнула девушка. - И зарплату вовремя платить, хотя бы пару месяцев подряд.

- Ничего, когда-нибудь все измениться к лучшему, - как всегда жизнерадостно сказал Александр. Он являлся оптимистом до мозга костей, иногда это радовало, но больше раздражало.

- Да уж, - вздохнула Марина. Она проработала в "Измиере" почти два года и знала внутренний климат гораздо лучше нас.

На этом дискуссию о делах мы не поднимали, разговаривая на отвлеченные темы вроде кино и музыки. Когда возвращались обратно в офис, разговор непринужденно зашёл о погоде. Жара на улице в последние недели все усиливалась, делая пребывания вне прохладных офисных помещений настоящим испытанием.

- Слышали, леса гореть вокруг города начали, - сказала Марина. - Я недавно отдыхала на речке с друзьями, так из-за начавшегося в лесу рядом пожара нам пришлось уезжать. Еле ноги унесли.

- Недавно ужастик смотрел, в котором адский монстр, слуга тёмных сил появлялся только во время жары. Фактически он являлся её инициатором, сказал Саша. - А вдруг и у нас так.

Я усмехнулся.

- Узнать бы, где находится этот монстр.


2

10 августа 2010

Рабочий день для меня начался со звонка одного из тех клиентов, которых я прорабатывал последнее время. Ничего конкретного я от него не ждал, морально приготовившись к очередным разъяснениями, но когда речь зашла о проекте договора на поставку, внутри меня разгорелось солнце ликования, азарта истинного продавца и перспектива досрочно пройти испытательный срок. Разговор мы закончили договорённостью обменяться всеми необходимыми документами для начала официальных деловых отношений.

Начало дня зарядило меня энергией до вечера. Моего непосредственного начальника сегодня на месте не было, поэтому своей радостью по ходу дня делился с товарищами по работе во время очередного совместного обеденного перерыва. К директору идти не хотелось, да и рано докладывать об успехе, сначала надо договор подписать.

Вторая половина дня также прошла на энтузиазме. Я сделал проект договора и отправил его на проверку сначала Марине, которая в нашем отделе являлась ответственной за документооборот, затем она передала его дальше по инстанциям. Вернули его с подписями всех руководителей отделов уже в конце рабочего дня. Осталось поставить на проекте договора только одну подпись - директора, а уж потом высылать заказчику.

С головой погрузившись в последнюю проверку, я не заметил, как пролетело время. Все мои сослуживцы разошлись по домам, а на часах уже семь. Решив не дожидаться завтрашнего дня, я взял кипу бумаг и пошёл к Бирюку. Остановившись у двери в его кабинет, я, глубоко вздохнув, постучал. Прошло мгновение, но ответа не последовало.

Коснувшись двери, я невольно приоткрыл её. Кабинет пустовал. Я удивился. Что-то не припомню, как директор покидал кабинет. Вероятно, так заработался, что не заметил этого. Уже собирался уйти, как моё внимание привлек лист формата А4, одиноко лежащий на столе, за которым обычно собирались совещания. Документ был необычен своей стилизацией. С вензелями по периметру и нестандартным шрифтом, больше напоминающим каллиграфическое письмо от руки. Склонившись над ним, я с интересом принялся вчитываться в содержимое. Оно показалось мне занятным. "Уважаемый брат Иван, мы приветствуем тебя в наших рядах. Число последователей в России множится и среди них только влиятельные люди, элита нашего общества. В твоем городе нас пока мало, но мы надеемся, в том числе и на тебя в решении этого вопроса. Уведомляем, что общее собрание городской мессы состоится 14 августа в полночь на территории старой церкви близ юго-западного кладбища. Местный батюшка оказывает поддержку нашему делу. С благословением и в свете системы". Ниже стояла подпись "администрация движения Святые проктологи". Она заинтриговала больше всего. "Какой-то бред": пронеслось в голове. У меня сложилось странное ощущение, словно нахожусь не здесь и все это нереально.

Из оцепенения меня вывел натужный рык Бирюка, доносящийся издали. Наш директор имел обыкновение громко кашлять, приближаясь к своим подчиненным. Делал он это специально или нет, неизвестно, но благодаря этой фишке все знали, о его предстоящем появлении. В моем случае эта манера шефа оказалась кстати. Бирюк приближался к офисному помещению, и его львиный рык слышался на подходе. Я опрометью вылетел из кабинета и метнулся на свое рабочее место. Как раз в этот момент дверь в общий зал открылась, и в помещении появился властитель нашей "корпорации". Прошествовав к своему кабинету, он посмотрел на меня, подозрительно прищурившись. Я деланно улыбнулся.

- Трудишься? - сказал он больше самому себе. - Это похвально.

После чего скрылся в своем кабинете.

Сегодня что-либо согласовывать мне не хотелось. Убрав договор в ящик стола, я выключил компьютер, собрался и спешно покинул помещение.

3

13 августа 2010

С неба падал пепел. Я смотрел на него, постоянно утирая пот со лба. На часах семь тридцать утра, я ехал в троллейбусе на работу, стараясь успеть к восьми, а уже становилось жарко. Этот август бил все рекорды, сводя с ума метеорологов и простых смертных. Наш город за последнюю неделю оказался взят в кольцо лесных пожаров. Над окраинами висел смог, а в центре, где находился сейчас я, шел пепел. Я заворожено следил за черным снегом и ощущал себя жителем древней Помпеи во время извержения Везувия.

"Похоже, мир сходит с ума": думал я. "Все вокруг горит, с неба падает пепел, а директор на работе ударился в оккультизм". За прошедшие два дня произошло много событий. Во-первых, мой новый клиент подписал договор и Расентьев торжественно объявил завершение моего испытательного срока на работе. Как обычно директор отнесся к моему первому триумфу скептично и предложил устроить комиссию по завершению испытательного срока. В ее состав помимо директора вошли Расеньтев и глава конструкторского отдела Аркадий Паравозов. Там они все начнут меня пытать, бог знает, какими вопросами и по завершению примут решение по моей скромной персоне. Это событие должно состояться сегодня, в пятницу тринадцатого, в четырнадцать часов. Лично меня такая перспектива удручала, но я не мог этого изменить.

Выйдя на остановке, я перешел через дорогу и направился в сторону конторы. До нее оставалось десять минут пешком. Таков мой ежедневный путь на работу и мне он нравился. Я любил придаваться размышлениям, пока шагал туда. В этот раз они сконцентрировались вокруг таинственного документа в кабинете Бирюка. За прошедшие дни я успел покопаться в "Яндексе" и разузнать об увиденном. Оказалось секта "Святых проктологов" уже давно существует и впервые появилась в США, а оттуда, как и хваленая демократия распространилась на старый свет. Основатель движения при жизни являлся аферистом и перепробовал множество вариаций и схем по отъему денег у населения. Его последней и самой блестящей работой стало создание секты. Объединив в себе элементы оккультизма, бизнес-идей и свой богатый опыт мошенничества он создал организацию, которая стала быстро набирать популярность. В России против них активно выступала православная церковь, но сектанты смогли продвинуться вперед именно за счет оболванивания так называемых лиц принимающих решения. В информации отрытой мной в интернете был еще один интересный момент. Наибольшую активность "Святые проктологи" проводили в жаркое лето. У них в ходу имелся особый ритуал повышения градуса накала страстей в мире. Сектанты собирались, как правило, в безлюдном месте и проводили церемонию, высасывая из пространства живительную влагу и направляя позитивную энергию природы на оболванивание вновь прибывших сектантов. И тут я отчетливо вспомнил содержание той бумаги в кабинете директора. Эти совпадения просто не могли являться случайностью, но мой рациональный ум отказывался принимать данные выводы.

Обуреваемый этими думами я достиг места назначения. В офисе меня встретил мой товарищ Андрей Гаврилов, начальник объединенного отдела электронщиков и программистов. Его лысый череп блестел, излучая оптимизм, впрочем, как всегда.

- Привет маркетологам! - торжественно объявил он. Для большинства измиеровцев все работники нашей коммерческой службы, чем бы они ни занимались, являлись маркетологами. Шло это только от непонимания смысла этой должности и самого термина "маркетинг". Так повелось, что мы с Андреем всегда приходили первыми. Вот и сейчас кроме нас и охранника на первом этаже, здание пустовало.

- Привет, - ответил я. Мы пожали руки.

- Это сегодня тебя будут пытать? - сказал Андрей.

Я удрученно кивнул.

- Ну, желаю удачи, победи их всех там!

Я кивнул, чуть приободрившись.

- Слушай, ты ведь уже десять лет в этой конторе?

Андрей кивнул.

- Не замечал странностей в поведении шефа в последнее время?

Он задумчиво почесал лысину.

- Ты знаешь, в последний год он стал закрываться у себя в кабинете по вечерам, когда рабочее время заканчивалось. Вроде обычное для директора дело, но как мне рассказывала охрана, он там сидит до часа ночи, а иногда и дольше. Не смотря на это, посмотришь на Бирюка, а он вроде свежий и бодрый. Откуда берутся силы, непонятно, он вроде не мальчик уже. Ну да ладно, восемь утра, сейчас мои бойцы придут, пора работу начинать.

Размышляя над ответом Гаврилова, я направился в свой отдел. Утро пролетело для меня быстро, в делах и суете, а также в мыслях о грядущем испытании. Что сулило мне подобное мероприятие в пятницу тринадцатого числа в охваченном жарой городе, лучше не думать.

В обеденный перерыв в столовую я не пошёл, ограничившись мороженым и банкой коллы, купленной в ларьке через дорогу. Есть совершенно не хотелось, волнение, и погода этому способствовали. Чтобы хоть как-то успокоить мысли, я присоединился к Андрею, Саше и Марине, которые играли в дурака за обеднённым столом. Первые две партии я остался, и ребята даже подшутили: "Не везёт в карты, повезёт сегодня после обеда". Мне стало веселей, настроение чуть поднялось. Следующая партия осталась за мной. Дальше играть не хотелось, да и перерыв подходил к концу.

- Карты это конечно хорошо, - сказал Андрей. - Но теннисного стола очень не хватает.

Я мечтательно улыбнулся. Пинг-понг являлся моей любимой игрой и спортом, порубиться сейчас я бы не отказался. Ничто так не снимает стресс, как хорошая партейка.

- Ничего, пройду испытательный срок, заплатит мой первый клиент, и с этих денег сделаю солидный взнос на покупку стола, - сказал я.

- Я тебя поддержу, - сказал Андрей.

Желание скинуться на теннисный стол изъявили и остальные участники нашего застолья. На этой позитивной ноте перерыв закончился и все разошлись по своим местам. Почти сразу пришёл директор, и пригласил меня в свой кабинет, в котором уже ждали остальные участники комиссии. Тяжело вздохнув, я направился решать свою судьбу.

* * *

Я расположился за столом в форме буквы "т", по флангам от меня находились Денис Расентьев и Аркадий Паравозов. Напротив, сидел директор. Скромно улыбнувшись, я сдержал взгляды трёх руководителей.

- Станислав, сегодня мы собрались, чтобы решить подходишь ли ты нам по итогам испытательного срока, - начал директор. - Уважаемые руководители, выше мнение на этот счёт.

Начал доклад Расентьев.

- За два месяца с момента поступления в мой отдел, Станислав показал себя грамотным исполнителем, выполняющим поставленные поручения в срок. Его главный на испытательный срок проект, успешно проработан и несколько дней назад он заключил первый договор.

Я чуть улыбнулся. Все, что сказал он, являлось правдой, но слышать это от него приятно.

Вторым доложился главный конструктор.

- Как известно, наш бизнес высокотехнологичный и любой сотрудник, особенно тот, кто продаёт, должен иметь базовые знания в технике. От себя могу сказать, что Станислав, не имея технического образования, показал себя грамотным и любознательный специалистом. Сколько раз он пытал меня и моих подчиненных, разбираясь с нашей помощью в нюансах измерительных систем, не сосчитать. Я думаю, что у него есть потенциал.

В моей душе зажглась искра ликования. Вот сейчас долгожданная ступень моей карьеры будет пройдена.

На мгновение в зале воцарилась тишина, затем эстафету подхватил директор.

- Что ж, для окончательного формирования собственного мнения о вас, прошу ответить на ряд вопросов. Назовите нашу продуктовую линейку и кратко опишите каждый измеритель.

Я начал перечислять наши базовые системы, хорошо востребованные на железных дорогах страны и называть их характеристики. Когда дошёл до значений погрешности, Бирюк остановил меня.

- Стоп, а ну-ка расскажи мне, чем точность отличается от погрешности?

На миг я опешил, ведь уже рассказал все по функционалу систем и не понимал, зачем мне нужно забираться в технические дебри, на это есть конструкторы и другие специальные отделы. Глубоко вздохнув, я принялся отвечать.

- Погрешность измерения объекта - это отклонение результатов измерения от его истинного размера. А точность, это...

Иван Михалыч прищурился.

- Не скажу вам, это задача отдела метрологии.

Бирюк усмехнулся, в его голосе прозвучали победные нотки. Глядя на него, я вдруг отчётливо понял, что он не хочет видеть меня в своей конторе, сколько бы договоров я не заключил.

- Как же ты будешь продавать, Станислав, если не знаешь элементарных терминов? Как собираешься общаться с главными инженерами и технологами?

- Как и всегда, успешно, а в случае возникновения трудностей, обращаться за помощью в технические отделы.

- Нет, так меня не устраивает, - пробурчал Бирюк. - На сегодня комиссия завершает работу. Своё решение озвучу в понедельник.

Из кабинета директора я вышел в подавленном настроении. Время приближалось к пяти часам, а значит, к завершению рабочей недели. Сотрудники начинали расходиться по домам. Только мне все стало равно. Необходимо было выговорится, за этим я направился в отдел электронщиков и программистов. Андрей уже отбыл домой, но его подчиненный и просто хороший и увлеченный своим делом человек Вадим, пока оставался на месте.

- Ну как прошло?

Я кисло улыбнулся.

- Ясно. А что случилось?

- Как всегда случился Иван Михайлович. По-другому не скажешь.

Мы тяжко вздохнули. Вадим являлся отличным собеседником и часто понимал говорившего без слов, что и произошло сейчас.

- Что решили?

- В понедельник даст ответ, но какой не ясно.

Наш диалог прервал стук двери в кабинет директора, через мгновение он, огласив рыком опустевший офис, вышел. Проводив его взглядом, меня вдруг посетила одна идея. Для ее осуществления требовалось время на подготовку. Поэтому я быстро взял свои вещи и, попрощавшись с Вадимом, который, однако, тоже собрался уходить, бросился прочь из офиса.


4

Даже ночью невозможно полностью отдохнуть от жары. Раскаленный за день воздух слегка подрагивал над асфальтом, а облегчение приносило только отсутствие солнца в небе. Я снова возблагодарил великих гениев, изобретших в своё время кондиционер. Если бы не их творение, всех уже давно хватила кондрашка. Однако сейчас я думал о других вещах.

Субботнюю ночь я решил провести вдали от благ цивилизации и углубился в небольшую лесную полосу, располагавшуюся в паре километров от моего дома. Я хорошо знал место, упоминавшееся в том документе сектантов. В старой церкви мне доводилось бывать всего пару раз, но путь к ней хорошо отпечатался в моей памяти. Сосны в посадке располагались ровными рядами, лунный свет легко проникал через них, поэтому я видел куда шел и не волновался. Когда в лунном свете показались очертания церкви, я сбавил темп и пошел крадучись.

Обитель кольцом окружал приличный бетонный забор. Чтобы преодолеть его пришлось попотеть. Найдя участок, где уровень земли был существенно выше, я подтянулся и перебросил себя на территорию церкви. На мое счастье никакие злые собаки ее не охраняли. В большом окне возле входа горел свет, стараясь не шуметь, я приблизился к нему. Собравшиеся в старой церквушке и не думали прятаться, очевидно, не опасаясь, что кто-либо придет по их душу.

Участников ночного сборища было семеро, двоих я узнал. Первым оказался батюшка, вторым, Бирюк Иван Михайлович. Они собрались вокруг небольшого алтаря, на котором стоял глобус и инкрустированная драгоценностями клизма.

"И батюшка тоже": подумал я. "Посмотрим, что скажет на это православная церковь!" Достав видеокамеру, приготовленную мной заранее, я включил запись и стал внимательно записывать каждое слово. Звуки через стекло проходили с трудом, выручала ночная тишина, так, что мне приходилось напрягаться, чтобы разобрать смысл.

- Наша первая задача - внедрить в как можно большее число организаций новую систему контроля и администрирования. Когда все эти фирмы переделают свои организационные структуры по нашему образцу, вся информация об их деятельности включая доходы и расходы, перейдёт в наше распоряжение. Ваши организации получат данный программный продукт, внедрят его у себя в организациях, затем через своих клиентов и партнёров пойдут дальше.

Говорившим был неизвестный мне человек, очевидно главный сектант этого города. После его слов воцарился лёгкий гул. Собравшиеся обсуждали сказанное ранее, существенно понизив тон и я как ни старался, ничего не смог разобрать. Но даже от того, что мне уже довелось подслушать, захватило дух. Вот это у них и масштабы. Тайный заговор какой-то.

- Теперь давайте проведем священный ритуал наполнения энергией, - сказал он же.

Я читал об этом ритуале в интернете. По верованиям сектантов, они высасывали благоприятные жизненные силы из окружающего мира, от чего усиливалась жара, и передавали их каждому своему участнику. Теперь мне предстояло увидеть его воочию.

Говоривший недавно человек взял с алтаря клизму и вставил её в отверстие на глобусе, в районе северного полюса. Похоже, макет земного шара был наполнен какой-то жидкостью, потому как клизма набрала что-то и увеличилась в размерах.

Следующая часть ритуала повергла меня в шок. Каждый участник собрания по очереди опускался на четвереньки, давая лидеру сектантов возможность наполнить его энергией через подходящее для клизмы отверстие. При этом наполняемый, судя по выражению лица, казался довольным процессом. Когда черед дошёл до моего директора, мне вдруг стало жарко. Возможно, подействовала сектантская магия, и температура вокруг повысилось, а может и потому, что мне не доводилось ещё видеть своего руководителя в такой ситуации.

Неожиданно у меня пискнула видеокамера. Я сразу отпрянул от окна и глянул на экран своего устройства. Совсем забыл про пятнадцатиминутные интервалы записи. Моя оплошность не прошла даром. В церкви поднялся шум, и я со всех ног бросился к бетонному забору. За мной началась погоня. С разбегу прыгнув, я вцепился за верхнюю кромку бетонной плиты и подтянулся. Мне почти удалось перелезть, как вдруг мою ногу схватила чья-то сильная рука. Оглянувшись, мельком я увидел, человека поймавшего меня. Это был Иван Михайлович. В суматохе он ещё не успел одеться и щеголял голыми частями тела. С огромным наслаждением я припечатал его второй ногой по наглой роже, и, собрав все силы в кулак, перекинут себя через забор. Поднявшись, я что есть мочи побежал, стремясь как можно скорее повторить весь проделанной сюда путь наоборот.

* * *

Воскресное утро для меня наступило ближе к часу дня. Проснулся разбитым. Сказалось то, что домой я вернулся, когда уже забрезжил рассвет. Снов не видел, организм, утомленный ночными приключениями, жаждал отдыха. Приняв душ и позавтракав, я наскоро сделал уборку. Благо жил я в однушке, доставшейся пару лет назад от родителей, переехавших в загородный дом, поэтому время это заняло не много.

Разобравшись с мелочевкой и слегка развеявшись, я включил компьютер и залез в интернет. Почти час допрашивал родной Яндекс, о секте "Святых проктологов", пытаясь найти то, что упустил в прошлый раз. Ничего особенного не обнаружил, но отметил про себя очень важный факт серьёзного отношения сектантов к своим священным клятвам. Дав обет именем их секты, они обязаны выполнить его не смотря ни на что.


5

16 августа 2010 года

Постучав в ставший для меня роковым кабинет, я вошел, не дождавшись разрешения. Директор восседал на кресле за письменным столом. Похоже, выходные дались ему не менее тяжко, чем мне. Вид у него был таким, как будто он пересек пустыню, а огромный синяк под глазом и распухший подбородок, говорили о многом.

- Ты пришёл на счёт своего испытательного срока? - меланхолично сказал он. - Если так, то я ещё не принял решения.

Я плотно закрыл за собой дверь.

- Давайте заключим сделку. Я отдам оригинал записи ваших развеселых похождений, а вы взамен поклянетесь именем "Святых проктологов", что не причините вред мне и моим близким и не только подпишите испытательный срок, что я заслужил, но и позаботилась о моём карьерном росте. В случае нарушения клятвы, ваш бизнес будет уничтожен.

Бирюк побледнел и долго вглядывался в мои глаза. Я выдержал его взгляд и даже улыбнулся ему в ответ. Он встал из-за стола и подошёл ко мне.

- В тебе что-то есть, парень, - сказал он и хлопнул меня по плечу. - Я дам такую клятву, но учти, что после этого мы навсегда останемся врагами.

Я пожал плечами.

- Всем нам приходится в жизни с чем-то смиряться. Добро со злом, подчиненный с начальником. Это неизбежно.

Директор протянул мне руку, я, раздумав немного, пожал её.

* * *

Маленький белый шарик с эмблемой известной китайской фирмы совершал свой непостоянный полёт над недавно купленным теннисным столом. Мы играли двое надвое. Я и Андрей против Саши и Марины. Наши оппоненты представляли собой слаженную команду сильных игроков и в паре матчей мы уступили, но в этот раз мы были твёрдо намерены взять реванш.

Удар Андрея, потом мой, опять его, затем неудачный пас Марины, и мячик взлетает вертикально, чем я с радостью пользуюсь и засаживаю по нему ракеткой, словно лопатой утрамбовывая их шансы на победу.

- Ура! - закричали мы с Андреем, выигрывая со счётом двадцать один против девятнадцати.

Дела в нашей корпорации начали становится лучше. Число моих клиентов все росло, что обеспечило предприятию финансовую стабильность, также мы с коллегами осуществили проект "теннисный стол". С концом августа жара также начала потихоньку спадать, что дало серьёзное облегчение нашему городу.

- Ну, что может ещё партейку? - сказал Саша. - Осталось целых двадцать минут перерыва.

- Почему нет, - сказал я. - Надо как-нибудь провести чемпионат корпорации.

Все поддержали эту идею, но это уже совсем другая история...