Михалина Юлия: другие произведения.

Страсть искажает все...

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
Оценка: 8.36*6  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    ОБНОВЛЕНО 30.08.16. ДОБАВЛЕНА 35 ГЛАВА!!!
    Дорогие читатели! Если вам интересен данный роман делимся мнениями и впечатлениями с автором!
    Как часто мы утверждаем, что любим и знаем любимого лучше, чем самого себя? Как сильно мы способны влюбиться в идеальный образ из подсознания, присвоенный другому человеку? Как долго мы готовы следовать за ним, закрывая глаза на его недостатки и странности? Насколько может хватить подобной иллюзорности? Жизнь Маргариты могла бы так и остаться навсегда покрытой ореолом выдуманных надежд и мечтаний, если бы не чудовищная ирония судьбы, которая в одночасье разрушила все, выбросив её одну к берегам настоящей реальности... Туда, где главным является удовлетворение собственных желаний и амбиций даже ценой жизней других людей... Где все решают не деньги, а их количество... В мир, которым правят только жестокие мужчины... Возможно ли сполна вкусив все "прелести" подобной жизни сохранить чистоту и невинность души? Веру в лучшее и надежду на истинную любовь? Можно ли просто выжить, не сломавшись? Выжить там, где страсть искажает все...Клип к роману о прошлом Марго Клип к роману-2, о настоящем


Как часто мы утверждаем, что любим и знаем любимого лучше, чем самого себя? Как сильно мы способны влюбиться в идеальный образ из подсознания, присвоенный другому человеку? Как долго готовы следовать за ним, закрывая глаза на его недостатки и странности? Насколько может хватить подобной иллюзорности?

Жизнь Маргариты могла так и остаться навсегда покрытой ореолом выдуманных надежд и мечтаний, если бы не чудовищная ирония судьбы, которая в одночасье разрушила все, выбросив её одну к берегам настоящей реальности...

Туда, где главным является удовлетворение собственных желаний и амбиций даже ценой жизней других людей... Где все решают не деньги, а их количество... В мир, которым правят только жестокие мужчины...

Возможно ли сполна вкусив все "прелести" подобной жизни сохранить чистоту и невинность души? Веру в лучшее и надежду на истинную любовь? Можно ли просто выжить, не сломавшись?

Выжить там, где страсть искажает все...

Money doesn't bring me joy,

It's more like a darling dead weight

And I seem to have lost my appetite,

It's underrated how we overrate...

I dance entangled with my dear

She pulls my every string

Completely trapped yet never here

When passion colors everything...

  
  

Пролог

   Конец 90-х
  
   Холодный промозглый ветер по-осеннему пронзал до каждой клеточки тела, вызывая яростную, почти истерическую дрожь. Ей бы сейчас остановится, вернуться домой, закутаться в теплое одеяло, и с чашкой горячего чая засесть за книгой на широком подоконнике. Только в таком случае холод не будет вызывать такой дрожи и страха перед предстоящей неизвестностью. Хотя быть может, страх и дрожь у девушки вызывал вовсе и не холод... Все же трудно быть адекватной, когда не знаешь, что ожидает тебя, как только сделаешь еще один шаг вперед...
   И словно в подтверждение мыслей, под ногами со скрипом треснула доска, частично падая куда-то вниз, видимо в подвал, который всенепременно должен быть в таком огромном, некогда стратегически важном объекте. Если бы не мгновенная реакция и способность быстро ориентироваться, то девушка вряд ли успела ухватиться за старый, покрывшийся пылью стеллаж, чтобы удержаться на месте, не провалившись куда-то вслед за гнилой доской.
   - Ёлки-палки! Что за черт? - тихо выругалась, когда вдобавок ко всему на нос упала огромная капля дождя, что, судя по всему, без труда просачивался сквозь давно изжившую себя крышу.
   Сердце глухо забилось в груди, и казалось готовилось оттуда выпрыгнуть. Какая же она трусиха! Нужно было сидеть дома, а не перется непонятно куда и зачем. Выяснить все захотелось... Да это элементарные поиски приключений на свою пятую точку! Хоть бы эти приключения ограничились всего лишь провалившимся полом, и промокшей насквозь курткой, а подозрения и сомнения, преследовавшие не один день, остались где-то позади.
   Вот только чем дальше ступала нога девушки, чем глубже забиралась в этот бессмысленный лабиринт, тем сильнее ощущала каким-то внутренним чутьем, что нужно возвращаться. Пока не поздно. Пока не влипла окончательно. Пока не оказалась в заведомо выстроенной ловушке... Хотя какая к черту ловушка? Это же не кино, не детектив и не экшн, в которых возможны даже самые нелепые вещи. Тогда почему все началось именно так, как начинается в самых матерых американских фильмах? Почему страх сковывает все естество, но упорно продолжает двигаться вперед?
   Ответ более чем прост. Потому что, если верить тому чертовому анонимному письму, где-то здесь, среди руин полуразрушенного склада, давно не функционирующего танкового завода, находится он. Человек, ради спасения которого девушка готова пойти на что угодно. Единственно-близкий и родной для неё во всем белом свете. Тот, кого она действительно любит. И тот, от которого меньше всего ожидала подобной выходки.
   Ну не могла девушка поверить, что именно ОН способен на то, чтобы ввязаться в какие-либо проблемы. Не мог! Даже идя сюда, она все еще продолжала тешить себя глупыми надеждами, что это шутки. Того же Пашки. Глупые такие, детские, нелепые... ведь знает прекрасно, как она ненавидит осеннюю сырость, и как боится всяких, подобных этому, заброшенных мест. А возможно решил проверить? Мол, если любишь, придешь, невзирая на свои страхи.
   Вот и пришла. Доказала любовь, называется. Ну, так, где тогда, скажите на милость сам Пашка? Или ведущий программы "Розыгрыш". Когда там он должен выпрыгнуть из-за очередного поворота нескончаемых коридоров с криками "Сюрприз!"? Она уже так промозгла и заждалась этого момента, что готова наплевать на все условности... И знай, что это действительно шутка, давно бы развернулась и ушла. Но... Все же что-то странное, предчувствие, желание проверить все наверняка, не давало так просто остановиться на полпути. Что-то, что гораздо сильнее неё.
   Казалось, внутренний мир девушки сейчас разделился надвое. Одна часть, более наивная и доверчивая, все так же отчаянно продолжала не верить, что все то, что она прочитала сегодня утром, правда. А другая, гораздо более трезво смотрящая на мир... точила мелким червячком сомнений, что если бы все было так просто, то никто бы не посмел с ней так шутить. Слишком уж нелепо все это. Невозможно шутить такими вещами, присылая странные письма... Это слишком даже для Пашки.
   Милый и любимый Пашка. Такой добрый, такой нежный... он просто не из тех людей, чтобы плести подобные интриги. Она это точно знала! Она знала о нем все и даже больше. Почти с пеленок. Не мог этот человек её обманывать...
   "Равносильно, как и не мог бы так прямо взять и сказать о своих тайнах..." - прошептал где-то на задворках сознания упрямый разум.
   Ох, как бы девушка хотела, чтобы происходящее оказалось всего лишь страшным сном. Всего лишь нелепым бредом полусонного сознания, как зачастую до этого у неё бывало. Как бы хотела, чтобы выбравшись из кошмара, они вместе с Пашкой посмеялись над этим, как над детской шалостью... Как бы она хотела, чтобы все было по-другому... Но...
   Свернув к длинному коридору, который за время своего сегодняшнего плутания еще ни разу не видела, девушка с ужасом стала понимать, что, скорее всего, заблудилась. Хотя и немудрено. В таком огромном здании, где все как на подбор одинаково, но на самом-то деле совершенно разное... Да уж, не окажись она сегодня здесь, ни за что бы даже не могла предположить, что в их провинциальном городишке есть такие заброшенные и пустынные, по-настоящему жуткие места. Раньше казалось, что она знает свой город, как собственные пять пальцев. Хотя подобное утверждение, казалось, подходит и знаниям о Пашке...
   Двигаясь прямо, опасаясь, что если куда-то свернет, еще больше заплутает, девушка услышала откуда-то со стороны голоса. Чем дальше продвигалась вперед, к некогда дверному проему, теперь до половины заваленному остатками кирпичной стены, тем отчетливее слышала эти голоса. Теперь уже без труда могла различить, что там находится, как минимум, трое мужчин. И хоть она не могла конкретно расслышать, о чем шел разговор, очень сильно сомневалась, что обнаружив свое присутствие, не окажется в опасности.
   Разум буквально завопил, мигая перед глазами ярко-красным маячком, что пора возвращаться, но упрямство, природная тяга к приключениям, и желание таки понять, кто и зачем её сюда позвал, прикрываясь Пашкой (все же в том, что это был он сам, она как-то сомневалась), не позволяли взять и отступить.
   Сбавив темп шагов, теперь старясь передвигаться как можно осторожнее, чтобы ненароком не задеть местами разбросанные обломки старой мебели, а прогнившие доски пола не заскрипели под тяжестью веса, девушка приблизилась почти вплотную к щели, открывающей вид на огромное, не менее запущенное помещение. Тут еще валялись остатки каких-то заброшенных запчастей, и, похоже, это было нечто вроде мастерской, где собирали танки, или что тут еще могли изготовлять.
   Окинув беглым взглядом помещение, взгляд зацепился за три фигуры, стоящие поодаль, повернутые спиной, в самом дальнем и темном углу, из-за чего их было практически не разглядеть. Да и полумрак, что сгущался от наступления вечерних сумерек и мерзких осенних дождей, не способствовал тому, чтобы что-то разглядеть подробнее. Лишь силуэты. Весьма крепких, и здоровых мужиков, с которыми в случае чего, ей, хрупкой девчонке, ни за что не справится...
   Чего собственно она вообще думает об этом? Бежать! Бежать и еще раз бежать! Потому как весьма сомнительно, что задержавшись хоть на секунду, узнает что-то полезное для себя. И что это вообще не обернется для неё лишними, проблемами.
   Девушка развернулась, чтобы уйти, как знакомый голос, прозвучавший настолько приглушенно и сбивчато, буквально приковал к месту. Она и хотела бы обознаться, но голос этого человека не могла спутать ни с кем другим. Она вообще слишком хорошо его знала, чтобы путать с кем-то еще...
   А ведь и правда, когда глаза привыкали к полутьме, присмотревшись, смогла разглядеть за спинами бугаев, как успела мысленно окрестить троих неизвестных, того самого, ради кого вообще сюда пришла. Он сидел на чем-то смутно напоминающем стул, и... о, Господи! Был привязан! Во всяком случае, руки заведены за спину, и от этого определенно не испытывал ни малейшего удовольствия.
   Поначалу, сказанные им фразы были настолько непонятны, что больше походили на детский лепет, как бы ни пыталась прислушаться...
   - Что за херню ты несешь? - закричал один из громил, - какой, нахер Сизый? Что за лабуду ты городишь? Да знай, он, что ты тут гонишь, собственноручно пришил бы тебя!
   Раздраженный голос звучал слишком жестко, даже можно сказать жестоко, а говор все больше напоминал такой, как если бы человек отсидел, как минимум лет пять. Девушка не могла сказать наверняка, но почему-то была в этом уверена почти на сто процентов. Да и еще слишком живы в памяти времена, когда в стране заправляли блатные да новые русские. Хотя, судя по тому, что слышит, сейчас обстановка не лучше...
   - Ребят, ну я, правда, не знаю, как так получилось... - более внятно заговорил Пашка. И голос его звучал отнюдь не шуточно, как можно представить, если бы вдруг это было всего лишь представление для девушки. Все-таки не смотря на реалистичность увиденного, в душе теплился слабый огонек надежды на что-то хорошее...
   - Не знает он, как получилось? - взревел другой, по всей видимости, главный из троих, - как подставлять, как кидать на бабосы, так он знал, а тут видишь ли, не знает! С*ка!
   Громила сплюнул на землю, тем самым вызывая приближение тошноты к горлу у девушки. Как же это мерзко...
   Господи, куда Пашка только вляпался-то! Его нужно спасать, это однозначно! Но каким образом? Это страшные люди... Вообще все почему-то выглядело, словно декорации из фильмов о бандитах, что последнее время все чаще стали крутить на экранах. Только с единственной разницей - в фильме не ощущаешь всего того страха и ужаса, который сковывает тело, когда наблюдаешь вживую. В фильме, как бы не боялся за героев, ты уверен, что все в итоге будет хорошо. Добро всегда побеждает зло. Хорошие парни всегда побеждают плохих, в какой бы заднице не находились. Сейчас все выглядело куда страшнее и сложнее... Потому что это реальность. Щемящая, сдавливающая горло до слез, но реальность. С опасениями, удастся ли помочь родному человеку... И с непониманием от чего и от кого его вообще следует спасть...
   - Я последний раз спрашиваю, тварь, - наклоняясь ближе к Пашке, фыркнул первый, из тех, кого сегодня девушке довелось услышать, - кому ты впарил афганку, и как так получилось, что ни я, ни Сизый не в курсе об этом, а? Куда бабки дел?
   - Я не знал, честно... я думал, что это от Сизого... мне сказали, что это он... - дрожащим голосом, снова затараторил Павел.
   - А чем ты думал, гнида, когда послушно отвалил им бабло? С такими успехами мог бы выйти на улицу и отдать их первому встречному!
   - Да вали ты его, Крот, и всего делов! - вмешался третий.
   - А знаешь, что? Когда мы трахнем твою девку, тоже не будем знать, чья она, да почему, - бросил главный, очевидно тот самый Крот, не особо реагируя на замечание своего подельника. От чего все трое оценив "шутку", громко рассмеялись.
   - Только попробуйте её тронуть! - осмелел Пашка.
   И в другой момент девушка наверняка бы порадовалась столь ярой защите. Потому как практически не сомневалась, кого имели в виду под "девкой". Равносильно и в том, кто её сюда вызвал... Но только не сейчас...
   - И чего будет? - наклонившись, с характерным жаргоном выдал Крот, - бить нас будешь? Ты не в том состоянии, тварь! Надеюсь, твоя деваха поумнее тебя будет и сразу сообразит, как тебя выручить из беды. А? Как считаете, парни? Это её неизбежная участь. Равносильно, как и то, что ждет тебя. И молись, баклан, чтобы тебя сразу порешили!
   - Да кончай ты с ним, Крот! - снова вмешался один из громил, и при этом в его руках блеснул... нож?
   Нужно было куда-то бежать, звать на помощь! Спасать Пашку любой ценой, потому как девушка более чем была уверена, что эти совсем не блефуют. Если захотят, убьют и не покаяться. Вот только все тело словно сковала невидимая сила, заставляя стоять неподвижно и наблюдать за происходящим. Так, будто в самом страшном кошмаре - каждой клеточкой ощущаешь приближение неотвратимого, видишь, но не можешь что-либо изменить. Не в силах проснуться... Одновременно и страх и желание досмотреть до конца, до последнего веря в счастливый исход... Только сейчас это совсем не сон, и малейшее промедление будет иметь огромную плату, ценой в человеческую жизнь... Ценой в Пашкину жизнью... Она не должна этого допустить!
   - Подожди, - отодвигая своего подельника, рявкнул главный, - мочконуть его нехер делать! Для начала нужно решить, чем и правда расплачиваться будет.
   - Да чем ему расплачиваться? Такая тварь помрет, а где бабки зарыл, не скажет!
   - Ну, че, пацан, скажешь, как дельце провернул, и останешься жить, или мы узнаем сами, и хуже будет не только тебе, но и бабе, - словно зная на что давить, не унимался Крот, - учти, мы следим за ней! Малейший промах, и она пойдет отрабатывать долг вместо тебя. Уж мы-то найдем ей применение!
   - Хрен вам, с*ки! - взревел Пашка, и, дернувшись на стуле, бросился на Крота, каким-то чудом освободив руки, в которых теперь держал кусок арматуры.
   Рывок, и он пытается, сбить своим случайным "оружием" одного из бандитов. Еще один, и самый молчаливый подельник, перехватывает и заламывает руку Паши... Арматура с характерным металлическим звоном падает на пол... Второй громила с помощью подножки заваливает Пашку на землю... Словно замедленная киносъемка... Словно давний избитый сюжет... Такой, что в самом страшном кошмаре не мог присниться... И третий, Крот, вытаскивает пистолет, из-за ремня джинс, и нацеливается на Павла...
   Ей бы кричать, но крик словно застревает в горле тяжким комом, не в силах вырваться наружу... Единственный выход обнаружить себя. Хоть на мгновение заставить их помедлить... Просто не позволить случиться неизбежному... Хоть как-то... Пускай исполняют свои угрозы, пускай заставляю её отрабатывать, как сами сказали, непонятно что... Только бы не тронули Пашку!
   Она уже делает шаг, последний шаг, из своего укрытия... Осталось совсем чуть-чуть... немножечко... Но вмиг кто-то сзади, словно предвидя её дальнейшее действие, будто желая защитить, одной рукой хватает за плечи, а второй закрывает рот, тем самым приглушая таки вырвавший наружу вскрик... Потому как именно в этот момент, в противоположной стороне помещения звучит угрожающий выстрел, оповещая, что это конец...
   Но девушка уже не видит этого. К своему счастью. Зато, прижатая спиной к стене, крепким мужским телом с удивлением и одновременно неким облегчением видит перед собой человека, которого меньше всего ожидала здесь увидеть после Пашки... Того, кого никогда не замечала, но кто всегда готовился прийти на помощь... Кто всегда и все мог решить.
   И в этот миг даже показалось, что с появлением мужчины, произошедшее с Пашкой, можно изменить...
   - Тише, девочка, тише... - одними губами попросил мужчина, продолжая удерживать своим телом девушку прижатой к стене, и не убирая ладони от лица, все еще боясь, что не сдержится и как-то выдаст их присутствие. - Ты уже ничего не изменишь, а они не перед чем не остановятся...
   Но как? Как, черт побери, она может быть тише, когда там.... Даже мысль не могла повернуться в ту сторону... Пашка... её Пашка.... Неужели его больше нет? Это просто невозможно! Это просто... она скоро проснется и поймет, что это просто страшный сон... Ведь она даже не может заплакать. Слез нет. Лишь шок и немой ужас в глазах...
   - Я сейчас уберу руку, и ты не будешь кричать... - снова попросил мужчина, - хорошо? Нам нужно по мере возможности выбраться отсюда незамеченными. Или переждать, пока они уйдут. Они сюда не поткнутся. Они должны выходить с другой стороны.
   Кто "они" не составляло особого труда догадаться. Но как все это узнал? Откуда такая осведомленность? Почему вообще здесь?
   - Если поняла, кивни головой, - настаивал на своем мужчина, и лишь получив подтверждение, осторожно ослабил хватку, давая возможность вдохнуть кислород полной грудью, но в то же время, продолжая придерживать, чтобы в нужный момент успеть заткнуть, тем самым не позволить раскрыться.
   - Что ты здесь делаешь, Олег? - нервно сглотнув, прошептала.
   - Наверное, то же, что и ты, - фыркнул мужчина, - пытаюсь спасти чью-то задницу. Только если у тебя это получилось, откровенно говоря, хреново, позволь хотя бы мне довести дело до более счастливого финала!
   - Они его убили...? - не обращая внимания на длинную тираду, еле слышно спросила девушка. Хотя вопрос прозвучал практически утвердительно.
   В этот раз Олег только и смог, что несмело кивнуть.
   - Кто они?
   - Не слишком ли ты много вопросов задаешь, девочка? - осторожно выглядывая из-за укрытия, шикнул мужчина, - сейчас не лучшее время для этого... - но договорить не успел, потому как где-то там, дальше, послышался шум вмеcте с приближающимися шагами.
   - Крот, чего-то мне это не нравится. Мы ненароком не притащили за собой хвост? - где-то совсем близко раздался голос одного из громил.
   Приложив палец к губам, призывая молчать, Олег осторожно привлек девушку к себе, вынуждая вместе с ним присесть на землю, и пытаясь сделать это как можно безшумнее. И это у них практически получилось... Им всего-то предстояло затаить дыхание и подождать, пока "проверка" закончиться и обойдет стороной...
   И когда шестерка Крота, кажется, прошел мимо, ничего не заподозрив, Олег, понимая, что пережидать больше не вариант, знаком показал перебираться вдоль стены назад, до одного из поворотов, что вел к тому же выходу, откуда пришли.
   Ему нужно было самому идти вперед, чтобы заведомо проверять доски на шаткость и скрипучесть, но... Девушка пошла первая, и то ли от ужаса, что все еще овладевал разумом и сердцем, то ли от неосторожности ступила не туда, куда стоило, и доска с треском хрустнула под ногой. Застыв на мгновение, не успела опомниться, как сзади послышался возглас:
   - Крот, Корявый, айда сюда! Смотрите, кого я нашел!
   - Ритка, беги! - толкая девушку вперед, закричал Олег, пытаясь прикрыть её и позволить уйти.
   Она не хотела оставлять здесь одного еще и Олега. Она не хотела лишаться последней опоры и поддержки в этой жизни. Но прекрасно понимала, что если и в этот раз будет молчаливо наблюдать за тем, на что способны эти уроды, однозначно уже ничем не поможет другу. Она должна хотя бы попытаться сбежать! Чтобы успеть позвать на помощь...
   Оставалось каких-то несколько шагов. Девушка ухватилась рукой за дверной косяк, опасаясь, что в противном случае при повороте, может не удержать равновесие и упасть, тем самым теряя слишком драгоценное ныне время... Но вместе с тем не могла не обернуться, слыша где-то позади вскрики:
   - Бл**ь, они, что следили за нами? Ах ты, гнида!
   Оборачиваясь на ходу, не увидела, что впереди уже преграждают путь. Лишь когда с ходу врезалась в громадный шкаф, которым сейчас представлялся один из бандитов, поняла, что они в ловушке. Теперь им не выбраться. Брыкаясь и отбиваясь изо всех сил, краем глаз пыталась зацепиться за творившееся неподалеку. Понять, что с Олегом...
   Он вроде как пытался отбиваться, вступая в драку наравне с громилами, и ничем особо не уступая им. А быть может, даже имея некое преимущество в ловкости и скорости движений. Но, к сожалению, здесь все предрешено заранее... Никакая ловкость не могла спасти, когда бой изначально неравен. Когда в заведомо сильнейшей стороны если еще и оружие...
   Девушка больше не могла это ни видеть, ни слышать. Ей хотелось заснуть и проснуться, когда кошмара не будет в жизни. И возможно сознание решило смилостивиться над нею... Потому как пистолет, нацеленный на друга, был последним, что она увидела...
   - Олег, нет!
   Пистолет, и звонкий выстрел, приглушенный обезумевшим криком девушки, которая в одночасье потеряла всё...
  

Глава 1

   Наше время
   Гордо вздернув подбородок, позволяя ветру шаловливо развевать волосы, девушка, полностью отдаваясь во власть норовистому благородному животному, что пустившись в легкий галоп, несло вглубь леса, подальше от мирской суеты, с блаженством вдыхала свежий утренний воздух.
   Она любила подобные моменты единения с природой. Ощущать легкий стук копыт по непроторенных дорожках. Чувствовать, как под тобой перекатываются напряженные мышцы великолепной лошади. Единственного, пускай и формально странного, но друга, который никогда не предаст. Слышать, как забавно она фыркает, и прижимает уши к голове, ощущая опасность. Как ускоряет ход, стараясь оградить от опасности не только себя, но и того, за кого несет в данный момент полную ответственность. В отличие от людей...
   Маргарита до безумия любила таким образом отрекаться от городской жизни, отрекаться от неприятных и тяготящих мыслей, что казалось, не покидали последние годы ни на миг. И только в такие моменты могла ощущать себя свободной от прошлого. Свободной в полной мере. Как ветер, гуляющий под сенью деревьев. Как Страсть, что сегодня, словно ощущая настроение хозяйки, мчалась с необычайным воодушевлением... А быть может девушке это лишь казалось.
   Страсть была великолепной арабской лошадью ярко-огненного цвета. Единственной в своем роде. Совсем еще молоденькой, но лучшей в небольшой конюшне. Эту великолепную кобылку около года назад, по собственной инициативе, на "Днях арабской лошади" в Польше, за несколько десятков тысяч долларов, приобрел для девушки Кирилл. Подарок ко Дню Рождения. Роскошный надо сказать подарок. Хотя Рощин всегда старался угодить, и никогда не жалел на неё денег. А уж зная любовь к скорости и лошадям, не мог не расщедриться на Passion... Страсть...
   Почему именно Страсть? Потому что девушка считала, что в этом мире все измеряется в одном единственном эквиваленте. И название тому - страсть. Даже элементарная тяга к алкоголю, либо к новой, пагубной заразе последних десятилетий, как наркотики. Страсть есть у всех и ко всему. У полных людей к еде. У коллекционеров к раритетным автомобилям, почтовым маркам, или чего еще любят коллекционировать. Страсть к оружию и диковинным животным. Страсть к путешествиям и роскоши. Страсть к власти. Страсть к деньгам. Страсть к противоположному полу, в конце концов... Пускай многие называют это влечением, или возможно более вычурно - любовью, но как не определяй, смысл един. Главное имя всему - страсть. Все начинается из страсти и все заканчивается страстью. Страсть искажает все...
   Вот так и это дорогое животное было чьей-то страстью. В данном случае самой Маргариты. Но даже не за это она была настолько привязана к лошади. Просто потому, что они во многом похожи. Марго, как и эта гнедая кобылка, так же всегда была объектом чьей-то страсти. Поначалу её это раздражало, нервировало, до зуда выводило из себя. Хотелось доказать всему миру, что она не может быть такой. Не может и не должна быть объектом страсти. Быть от кого-то зависимой. В юности, каких только иллюзий не питала. А потом... как-то смирилась, свыклась с подобной, не самой лицеприятной ролью в этом мире, и просто позволила себе плыть по течению. Поняла, что даже из подобного положения вполне реально извлечь весьма приличные и хорошие дивиденды.
   Да, вероятно звучит цинично и эгоистично. Но разве можно относиться к окружающим по-другому, когда для них ты никто? Всего лишь очередная страсть и вожделение. Как ни странно, только тогда как перестала верить в сказки и стала смотреть на вещи реалистично, смогла выбраться из, казалось, замкнутого круга и добиться невозможного в своем тогдашнем положении. Она смогла стать независимой, научилась полностью распоряжаться собственной жизнью. Научилась жить по-другому, ставя окружающих на место и не позволяя больше никому пользоваться ею. Теперь сама в состоянии и вправе выбирать для себя объекты страсти. Сама может решать, кому позволять желать себя, а кого без зазрений совести ставить на место.
   Последние несколько лет желать её, или как сам говорил, любить, девушка позволяла только Кириллу. Марго не могла сказать, что испытывала к нему подобные чувства, но Рощин ей нравился. С ним спокойно и хорошо. Рощин стал той самой удобной гаванью, которую так долго искала, но не могла найти. И лишь попав в неё, смогла почти со стопроцентной уверенностью сказать, что подобная жизнь вполне устраивает. По сравнению с тем, что в свое время пришлось пережить, нынешняя жизнь представлялась раем на земле. И она не собиралась его разрушать и жертвовать им во имя чего-то другого. Даже той самой возможной внезапной страсти, которая, к счастью не предвиделась. Хватит с неё страстей. Девушка за несколько лет испытала столько их проявлений, что люди не в силах пережить за всю жизнь. Поэтому, пожалуй, имеет право хоть теперь на спокойное и размеренное существование, без каких-либо непредвиденностей...
   - Но-но, девочка! - дернула Марго за узды, когда Страсть, как обычно, добравшись до берега реки, остановившись у самого края, жадно стала хватать все еще зеленевшую местами травку. - Извини, малышка, но пора возвращаться. Сегодня нас ждут великие дела...
   Хоть девушке не меньше лошади не хотелось возвращаться, это необходимо. Маргарита сама с превеликим удовольствием осталась здесь хотя бы на пару часиков, отрекаясь от всего, но, к сожалению, время не ждет. К сожалению, даже сейчас, распоряжаясь самостоятельно своей жизнью, порой не в силах что-либо изменить. Как сегодня она не подвластна над окружающим миром, над обстоятельствами, что порой вынуждают действовать вопреки собственным желаниям, следуя определенному долгу...
   Какое неприятное и обязующее слово - долг. Долг превыше всего. В данном случае превыше собственной страсти к одиночеству, к свободе, к тишине... И именно из-за этого долга, Маргарита сейчас развернется, и помчится обратно, возвращаясь к реальности и решению предстоящих проблем. И она не будет раскисать и хоть как-то показывать свои истинные чувства и желания. Она давно научилась скрывать их. В свое время это умение сыграло ей на руку, и теперь она не отступится...
   Обратный путь к конюшне показался еще более быстрым и коротким, чем к лесу. Оно всегда так, когда не желаешь возвращаться. Но как не оттягивай время, окончание пути неизбежно. И почему-то эта неизбежность в подобные моменты становиться гораздо ближе и неприятнее...
   Вынырнув из-за широкой посадки, заставляя Страсть перейти с галопа на легкую рысь, девушка заметила вдалеке, у дома, темную фигурку, что с каждым мгновением приближалась. И вот уже Марго распознала в фигурке Кирилла, что сунув руки в карманы, с видом полнейшего недовольства направлялся ей навстречу.
   На ходу спрыгнув с лошади, когда та замедлила ход, Маргарита, одной рукой ухватив под узды Страсть, повела вперед, а другой приветливо помахала Рощину, окликнув:
   - Доброе утро, Кирилл! Ты чего так рано здесь?
   - То же самое хотел спросить у тебя, - поравнявшись с девушкой, невозмутимо фыркнул мужчина; окидывая оценивающим взглядом лошадь: - Опять тебе не спится? Могла хотя бы сегодня отдохнуть. Ты же знаешь, что сегодня предстоят важные переговоры.
   - Кирилл, чего ты, в самом деле? - остановившись у калитки, что служила ограждением конюшни, Марго, стянув висящую на крючке щетку, стала вычесывать гриву лошади. - Какая разница, переговоры или нет? Я так давно не была здесь, так соскучилась и по Страсти и вообще... ты сам прекрасно знаешь, как я люблю раннюю осень, утренний лес, рассветы...
   С этими словами пытливо уставилась на мужчину, прекрасно понимая, что такой своей речью не может не зацепить его и не утихомирить. Он всегда не мог устоять под её, подобным этому, умоляющим тоном, и под прожигающим взглядом карих глаз. Маргарита это прекрасно знала и неоднократно пользовалась такими привилегиями.
   Она все еще смотрела на Рощина, стараясь уловить малейшее изменение, что происходило буквально на глазах. Вот он все еще хмурится, раздраженно постукивая пальцами по штакетнику, громко посапывая. Но при этом, сощурившись, изучает лицо девушки. Все еще недовольный, а потом, вмиг прекратив нервное движение пальцев, успокаивается. Красивое лицо медленно, но уверенно преображается. Складочки на лбу и у глаз постепенно разглаживаются, в серых глазах исчезает безумный огонек, сменяясь нежностью.
   Рощин умел быть жестким, даже жестоким, и никогда не скрывал этого. Но именно в этой своей нежности он особенно нравился Маргарите. Быть может потому, что жестокости в свое время она хлебнула сполна и этого ей хватит по гроб жизни. И возможно именно поэтому Кирилл всегда старался не проявлять с ней другую сторону своего характера.
   Разменяв уже четвертый десяток, и будучи старше девушки практически на пятнадцать полных лет, Рощин все еще был в отличной физической форме. Не было ни дряблого живота, что зачастую наблюдался у мужчин его возраста и их круга. Ни каких-либо других признаков возраста. Отличная фигура, что стала результатом регулярных тренировок в спортзалах, в которых он, как знала сама девушка, пропадал с завидной регулярностью.
   Внешне возможно далек от эталона мужской красоты, вроде Алена Делона. Без малейшей смазливости и слащавости во внешности, по-своему красив именно настоящей мужской, в чем-то животной красотой. Он был мужчиной с большой буквы, и в этом запросто мог бы потягаться с ровесниками Маргариты, определенно выходя оттуда победителем. Лишь легкая седина, что местами посеребрила виски, и от которой категорически отказывался избавляться, утверждая, что это не по-мужски, и морщинки в уголках глаз и губ, в моменты проявления раздражения, выдавали в нем зрелого и опытного мужчину.
   - Знаю, поэтому и терплю все твои выходки, Марго, - усмехнувшись краешком губ, заметил Кирилл.
   Да уж, действительно, столько вытерпеть, сколько вытерпел этот мужчина от неё, не смог бы, наверное, никто. Хотя он ведь изначально знал, на что шел. Но не побоялся. Не струсил. И это было еще одним немаловажным пунктом, из-за которого Маргарита его уважала и все-таки по-своему любила. Возможно не так, как стоит любить мужчину, с которым планируешь провести остаток своих дней, но все же...
   Именно Рощин в свое время вытащил девушку из того болота, в котором оказалась по собственной глупости, неопытности и нелепом стечении обстоятельств. Именно Рощин сумел заставить её начать жизнь заново, попробовать вычеркнуть если не из памяти, то хотя бы из сердца все то, что пережила. Не побоялся связаться с грязной, недостойной нормального мира женщиной, каковой её зачастую считали. Напротив, сумел заткнуть всем рты, и помог стать той, кем теперь была. Маргаритой Одинцовой. Уверенной в себе женщиной. Успешной. Богатой. Способной кружить головы мужчинам, оставляя их ни с чем. Отмщая за все страдания и боль. Вызывая зависть у других женщин. И с победной улыбкой на лице, принимая вызов любой сложности, заранее зная, кто выйдет из этого боя победителем. Только она, Маргарита Одинцова и никто больше.
   Теперь она себе не позволяла такую роскошь, как поражения. Все это для девушки осталось в прошлом. Равносильно, как и та юная девочка, оказавшаяся в путах неизбежности. Теперь никто и ничто не заставит её вернуться к той, былой наивной и глупой Ритке...
   - И именно за это твое терпение я ценю тебя больше всего, - ни капли не лукавя, призналась девушка.
   - Да ты что? - передразнил лукаво Рощин. - А я думал, что ты больше всего ценишь меня за винодельческую компанию?
   - Прости-прости, это, безусловно, главное, за что тебя вообще можно ценить, - хихикнула Маргарита, позволяя появившемуся со стороны сторожки конюху увести Страсть.
   - Вот и я про то же, - увлекая Марго в сторону шикарного особняка, шутя, отметил мужчина, после чего вмиг посерьезнев, добавил, - я вообще знаешь почему занудствую? Ты же не забыла, что через пару часов у нас очень важная встреча, в которой решается едва ли ни вся судьба "Золотой Рощи"?
   - Да уж, о таком разве забудешь? - Маргарита непроизвольно покосилась на Кирилла, в очередной раз, удивляясь его мгновенным порывам беспокойства.
   Вроде сильный, уверенный в себе мужчина, имеющий все, что только можно пожелать, но порой ведет себя хуже ребенка малого, раздувая из ничего большие проблемы.
   - А вот ты совершенно напрасно иронизируешь, - приобнимая девушку за плечи, обеспокоенно вздохнул Рощин, - если бы не эта чертова "Жемчужина", со своими непонятно откуда взявшимися шикарными виноградниками, мы бы давным-давно вошли в пятерку лидеров страны по производству сухих вин.
   - И ты говоришь это мне, человеку, который занимается продвижением и экспортом нашей продукции, в том числе за границу? - нахмурившись, Маргарита остановилась у крыльца. - Кирилл, я прекрасно все это знаю. Равносильно, как и то, что если на сегодняшней встрече нам удастся их подмять под себя, то уже завтра мы можем считать, что "Золотая роща" официально входит в "Internal Group".
   - Да, Марго, именно! - воодушевленно воскликнул мужчина, - это же не просто заоблачные перспективы! Это официальное признание в Европе, к которому мы так стремились!
   - Кирилл, я знаю, - без особого энтузиазма, фыркнула Одинцова.
   - Тогда вот скажи мне, Ритуль, почему вместо того, чтобы готовится к важной встречи, ты опять возишься с утра пораньше со своей этой... Страстью? - не унимался Рощин, - лучше бы отдохнула, как следует, после трудовых будней. В столицу мы все равно возвращаемся не раньше, чем через три дня, успеешь еще полюбоваться своей кобылкой.
   - Кирилл, - попыталась вмешаться девушка.
   - Ну а что, Ритуль? Разве я не прав?
   - Кирилл, я же тебя сотни раз просила, не называть меня Ритулей, - игнорируя другие замечания, с упреком выдала Маргарита.
   - Опять ты об этом, - махнув рукой, фыркнул Рощин. - Ну что ты в самом деле раздуваешь их мухи слона?
   - Нет, Кирюш, не раздуваю, - отстраняясь от мужчины, беспечно пожала плечами Одинцова.
   - Маргарита, - поморщившись, словно от зубной боли, оборвал Рощин, - я же тебе не баба какая-то, чтобы меня так называть.
   - Зато видимо только так ты полностью усвоишь мою просьбу, - отворачиваясь, с намерением уйти в дом, хмыкнула Маргарита.
   - Ну, хорошо-хорошо, Марго, - деля акцент на имени, поправил Кирилл.
   - Вот и чудненько. Я пошла собираться, а то ты совсем разволновался, - обернувшись и чмокнув мужчину в щеку, заявила девушка. - Не переживай, все у нас пройдет в лучшем виде. И встреча с нашими малоизвестными конкурентами обязательно принесет нам такое необходимое признание.
   С этими словами Марго снова отстранившись, легко взбежала по ступенькам на крыльцо. После чего поспешно, словно боясь быть задержанной на месте преступления, проскользнула сквозь массивную дубовую дверь в огромный, выдержанный в стиле современного, в некотором роде особого, крымского кантри, особняк. Вроде огромный дом, шикарно обставленный, с едва ли не самой дорогой мебелью, но в то же время хранящий в себе вековые традиции прошлого. Тех, кто спокон веков, когда еще никто себе представить не мог о благах современной городской цивилизации, выращивали лучший виноград и делали шикарное вино. Рецепты которых передавали потомкам, среди каких по счастливой случайности оказался и сам Кирилл Рощин.
   Рощин... Золотая роща... А ведь если задуматься, то даже здесь улавливается определенная связь. Либо фамилия пошла от названия поселка. Либо, что куда более вероятно, сам поселок вырос благодаря одному из тех, кто носил эту фамилию. Неважно, как давно это происходило. Главное , что спустя десятилетия, если даже не века, "Золотая Роща" оставалась единственной в своем роде. Уже не Массандра, выросшая на грани веков, со своими известными достопримечательностями, старая и признанная. Но и еще не Коктебель, превратившийся предпочтительно в пафосный и модный курорт.
   Некогда небольшая рабочая деревенька на берегу реки, уходящей глубоко в море. Отделенный наполовину густыми лесами, а с другой, солнечной стороны, имевший широкие бескрайние поля, где практически круглый год созревали лучшие сорта винограда. Теперь это шикарный поселок, где помимо коренных жителей, многие известные лица страны желали приобрести себе участок, чтобы иметь возможность, отдыхая,? наслаждаться чудесными пейзажами и прекрасным вином. Но в то же время не настолько раскрученный, чтобы кишеть неугомонными туристами.
   Этот дом... да что там дом, даже весь поселок, были гордостью Кирилла. Все потому, что он мог по праву считаться негласным хозяином не только бескрайних полей, но и всего селения, потому как в большей степени именно благодаря ему у людей была работа. Именно он помогал и выручал из беды. Просто не позволил распасться давнему, местами упадочному предприятию, за несколько недолгих лет, с излишком возвратив былую славу.
   Маргарита и сама до безумия любила это место. Раньше она даже не представляла, что где-то сможет найти такой уголок в мире, где будет чувствовать себя свободной и счастливой. А здесь чувствовала себя именно так. Это поняла сразу, как только впервые попала сюда. Наверное, именно поэтому так любила приезжать в Рощу, вырываясь из удручающей и подавляющей столичной суеты. Почти деревенское спокойствие спасало от уныния, возвращая снова и снова к жизни. Только здесь могла позволить себе непростительную роскошь, как забыться. Забыться о том, что никогда не искоренить из памяти и сердца... Но здесь, казалось, даже боль притуплялась, не отзываясь внутри тупым скрежетом, и уже хотя бы за это стоило ценить это место. И Марго действительно ценила.
   Как жаль, что выбираться в Золотую Рощу в связи с делами, могла довольно редко. Девушка с удовольствием осталась здесь на все время. Лишь Кирилл, который снова и снова убеждал, что без неё не справится в городе, сдерживал Маргариту от того, чтобы поселится в поселке окончательно. Можно запросто настоять на своем, взбрыкнуть, раскапризничаться... Но Рощин слишком много сделал, чтобы она так запросто смогла отказать в его, как сам неоднократно подмечал, маленькой просьбе быть все время рядом. Вот она и не отказывала. Всякий раз сопровождала его в поездках, помогла в решениях всевозможных деловых вопросов, в которых была хоть малость компетентна.
   К примеру, как сегодня... К счастью, в этот раз решение деловых вопросов совпало с такими долгожданными выходными и возвращением в Рощу. Все потому, что некий неизвестный господин, пожелавший до личной встречи оставаться инкогнито, владелец новоиспеченной винодельческой компании с вычурным названием "Черная Жемчужина", категорически отказался встречаться в столице для обсуждения дел, заявив, что если Рощина интересует какое-либо сотрудничество, то пускай приезжает сам. Благо, место проживания мистера "Х" оказалось не так далеко от особняка Кирилла, и неизвестный настоял на том, чтобы Рощин лично явился на встречу.
   Небывалая наглость по отношению к человеку, который действительно многого добился, и многое имел в этой стране. И это не только материально ощутимые блага, а и вполне незримые уважение, власть и почет. Но видимо незнакомец либо действительно не в курсе всего, либо решил позариться на славу Кирилла, что тоже не стоило сбрасывать со счетов. Наверное, именно этот факт наиболее беспокоил Рощина, хоть и старался не подавать виду.
   Как бы ни было, за сегодняшним деловым обедом Одинцова чего бы не стоило, планировала заставить, уговорить, вынудить, или как там еще возможно сделать, чтобы владелец "Жемчужины", согласился пойти на слияние с "Golden grove". Тем самым обеспечив компании долгожданное официальное международное признание, которое с появлением новых, но весьма перспективных конкурентов в лице все той же "Жемчужины" ставилось под огромным вопросом. Даже если для этого придется применить весь арсенал женского обаяния. А что? Маргарита прекрасно знала, как порой действует на мужчин, и умело этим пользовалась, не позволяя переходить дозволенную тонкую грань.
   Конечно, можно предположить, что незнакомец не согласится, тем более на волне новоиспеченного головокружительного успеха. Но скорый успех тем и обманчив, что слишком быстротечен. Так легко, как и заслужив, его вполне спокойно можно потерять. И Марго предпочитала верить, что неизвестный хоть малость дальновидная личность, и в состоянии понять простые неписанные законы бизнеса.
   Таким образом, настраивая себя на положительный исход дела, прошло время, отведенное на сборы к обеду. Так как час был еще довольно ранним, да и место встречи по сравнению с пафосной столицей, более чем дружеским, Марго остановилась на дневном коктейльном платье из атласа, цвета осенней листвы, слегка не доходившего до колен, и отлично подчеркивающие достоинства фигуры. Обула симпатичные босоножки на тонкой высокой шпильке. Волосы оставила распущенными, слегка завив на кончиках. Дополнила образ легким дневным макияжем и золотыми сережками с небольшими жемчужинами посередине. Скромно и со вкусом. Именно то, что нужно, чтобы подчеркнуть особое положение в компании Рощина.
   Спустившись вниз, Маргариту в холе встретил обеспокоенный Кирилл. В черном деловом костюме. Как всегда, сама элегантность, сосредоточенность и учтивость. Девушка в очередной раз отметила про себя, что она по праву может считать себя счастливицей, раз смогла отхватить подобного мужчину.
   - Ты сегодня великолепна, - только и осмелился на скомканный комплимент Рощин, восхищенный Маргаритой.
   - Спасибо, - подавая руку своему мужчине, коротко кивнула.
   Больше не сказав ни слова, вышли из дома и направились к неподалеку стоявшему внедорожнику Кирилла. Обычно в столице, Рощин предпочитал, чтобы его возил водитель, потому как считал, что время, потраченное на нахождение за рулем, вполне можно просвети с куда большей пользой, решив в телефонном режиме важные вопросы, либо ознакомится с бумагами. Нельзя сказать, что Маргарита разделяла его точку зрения на этот счет, потому как не представляла жизни без скорости, но все же старалась понять. К тому же сегодня он решил обойтись без излишней роскоши. Да и единственными делами, которые сейчас волновали мужчину, была возможная сделка с "Жемчужиной".
   Весь недолгий путь, который в основном вел по поселковой дороге, они провели в молчании. Маргарита прекрасно понимала, что сейчас пытаться успокаивать Рощина совершенно бесполезно. А Кирилл... видимо, слишком увлечен переживаниями, чтобы так просто избавится от них. Лишь подъезжая к назначенному месту, а именно к огромной территории, по периметру обнесенной высокими заборами, не удержавшись, присвистнул.
   - Нехило. Вот скажи, откуда у этих новоиспеченных хреновых бизнесменов столько бабла? - возмутился мужчина.
   Кирилл крайне редко позволял себе выражаться при Марго подобным тоном, и в другой ситуации наверняка возмутилась. Но сейчас и сама задавалась подобным вопросом. Потому как картина, открывшаяся ей, как только перед их автомобилем отворились массивные, металлические резные ворота, была воистину впечатляющей. Огромный пруд, с чистой, почти прозрачной водой, в котором плавали, очевидно, одомашненные лебеди, казалось, преграждал путь к трехэтажному новенькому дому, полностью выстроенному из деревянного бруса. Но это только на первый взгляд, потому как вокруг пруда с обеих сторон, расстилались широкие подъездные дороги, рядом с которыми высажены причудливые растения, названия которым Марго вряд ли могла знать.
   Да уж, воистину шикарно и великолепно... Теперь девушка и сама все больше сомневалась в удачном исходе предстоящего дела. Ведь если человек живет в столь вычурном и недешевом особняке, вряд ли он будет размениваться на сомнительные сотрудничества. Синдром величия, как давно окрестила Маргарита подобные человеческие качества, ощутимо чувствовался в неизвестном...
   Не испытай в собственной жизни столько лишений и трудностей, запросто заставила сейчас же Кирилла развернуться и уехать обратно, так и не дойдя до самой встречи. Домой. В уютный и спокойный мирок. Но она слишком горда, чтобы сворачивать с половины пути. В этот раз тоже не свернет. Чего бы ни ожидало за стенами дома...
   Прежде чем Маргарита с Кириллом успели подняться на порог и позвонить в дверной звонок, дверь отворилась, и перед ними возникла пожилая женщина, лет пятидесяти пяти, в накрахмаленном переднике и чепчике.
   "Экономка. Дворецкая, или как там их еще называют? Прислуга одним словом" - мелькнула шальная мысль у Марго. Если на них решили произвести впечатление, это почти удалось.
   - Добрый день, - тем временем вежливо поздоровалась женщина, пропуская гостей вовнутрь, - Проходите, пожалуйста. Вас уже ждут.
   В ответ хмыкнув, Кирилл проследовал за экономкой, которая шла впереди, указывая путь. Марго поспешила следом, на ходу осматриваясь по сторонам. Внутри дом, как дом. Он оказался не таким большим, как снаружи. И ко всему прочему довольно уютным и симпатичным. Наверное, всему виной, что и здесь основным отделочным материалом являлось дерево, которое как, известно, даже самое вычурное строение способно сделать теплее...
   Озвучить до конца мысль Маргарита не успела, потому как оказались в небольшом зале. Здесь был накрыт обеденный стол. Помимо него с противоположной стороны стоял кожаный диван, пара кресел, стеклянный журнальный столик. Без излишеств, но со вкусом. Дополнял картину небольшой, но зато настоящий камин, огражденный резной решеткой, и в нём уже потрескивали поленья...
   Но и здесь осмотреться толком не успела. Взгляд невольно приковало к мужской фигуре, стоящей у окна, спиной к двери. Довольно высокой и накачанной, стоит отметить. Что подчеркивали простые льняные черные брюки и белоснежная рубашка, с рукавами, небрежно закатанными до локтей. В полутемном углу, в котором находился мужчина, это было весьма трудно рассмотреть, так как солнечные лучи заслепляли, не попадая на фигуру неизвестного. Но Маргарита каким-то образом смогла рассмотреть.
   - Кхм-кхм... - когда экономка не говоря ни слова, удалилась, прокашлялся Кирилл, привлекая внимание хозяина дома, - Добрый день. Вот мы и пришли, как договаривались.
   - Добрый день, господин Рощин, - медленно оборачиваясь, голосом с легкой хрипотцой проговорил незнакомец.
   Марго словно завороженная, наблюдала за малейшими движениями мужчины. А когда он, полностью повернувшись, сделал шаг вперед, позволяя ярким солнечным лучам осветить лицо, с трудом удержала удивленный возглас, что грозился слететь с губ. Пожалуй, сейчас она не так удивилась, увидь перед собой святую Деву Марию, но никак не того, кого видела в паре метров...
   Только сейчас, глядя на этого до боли знакомого, и в то же время неизвестного ей мужчину, в его бездонные, все такие же голубые пронзающие насквозь глаза, совершенно не понимала, как себя вести дальше... Случись с ней подобное лет десять тому назад, наверняка распласталась на полу без сознания, словно кисейная барышня. Но время не прошло для Маргариты бесследно. Она давно научилась скрывать истинные эмоции. Равносильно, как и перестать быть восприимчивой ко всякого рода странностям. Но даже сейчас не могла толком сообразить, радоваться или... все же огорчаться?
   Ведь сейчас перед ней стоял тот, вместе с кем однажды для неё ушла последняя надежда на спасение... Мужчина, которого даже не мечтала встретить в этой жизни. Живым... Мужчина, которого однажды окончательно похоронила вместе со своим прошлым...
  

Глава 2

   Конец 90-х
   Соленый вкус морской воды на губах... Теплые волны беспечно плескались, окутывая и омывая все тело... Безумное чувство парения... Где-то там, высоко над землей. Такое непривычное состояние... Но такое, что кажется готов парить вечно... А затем, в какой-то миг блаженство начинает исчезать, заменяя себя неприятной качкой. И самое противное, что она с каждым мгновением усиливается. И вроде бы хочешь вернуть тот первоначальный покой, упасть в забытье, но вместо этого все отчетливее осознаешь, что слишком поздно...
   Сознание возвращалось и вместе с ним предчувствие суровой реальности. Туда, откуда больше никогда не будет возвращения в сказку... В тот теплый и уютный мирок, так бережно лелеемый и охраняемый от внешних вмешательств... Ходу назад больше нет.
   Слегка поморщившись, Рита поняла, что представляемое ранее такими приятными волнами, на деле оказалось нечто другое. Качка была попросту самой обыкновенной тряской автомобиля по ухабистой дороге.
   И прежде чем девушка успела сообразить, что с ней происходит и почему, в памяти так не вовремя всплыли жуткие события, происходящие накануне. Старый завод... плутание по лабиринтам... поиски Пашки... Его попытки вырваться, но... все тщетно... И, наконец, появление Олега... и снова выстрел... Очередной выстрел забирающий еще одну жизнь. Еще одного, близкого и дорогого человека...
   Не в силах контролировать свои эмоции, Рита резко дернулась, как от самого страшного кошмара, и, желая прогнать наваждение, распахнула широко глаза...
   - Опаньки, Корявый, ты глянь, кто проснулся! - сразу же прозвучал ставший знакомым, голос.
   Вместе с этим Маргарита увидела, как на неё взирают две пары глаз через широкое зеркало заднего вида. Глаза тех, кого предпочла увидеть в последнюю очередь, и в кого собственноручно всадила бы нож и даже не покаялась.
   Девушка сразу поняла, что находится на заднем сиденье автомобиля. Если быть точной, лежит здесь в неопределенной позе. И при этом её руки... черт, только этого не хватало! Связаны сзади тугим узлом, что до боли врезался в нежную кожу. Судя по полутьме, стоящей в салоне авто, уже поздний вечер, если не глубокая ночь. Ведь неизвестно столько времени пробыла без сознания.
   Господи, что с ней собираются делать? Неужели кошмар еще не закончился? Куда её везут? Почему не убили там же, на месте, как сделали это с... Нет! Хотя, можно сколько угодно тешить себя иллюзиями, но от реальности не сбежать. Как сделали это и с Павлом и с... Олегом... Для чего она сдалась этим громилам?
   - О, неженка соизволили разбудится! - между тем неприятно засмеявшись, отметит тот, кто именовался Корявым, впервые давая возможность Рите расслышать голос.
   - Слышь, а она красивая, - бросая косые взгляды на девушку, довольно буркнул громила, сидящий за рулем и ловко маневрирующий во тьме ночи среди редких, мчавшихся по дороге автомобилей.
   - Что вам от меня нужно? - решив, что в её ситуации поддаваться и ждать у моря погоды не лучший вариант, сходу, как можно смелее воскликнула Рита, пытаясь подняться.
   Но видимо вышло это как-то не очень смело, потому как водитель лишь сильнее расплылся в довольной усмешке, показывая свои далеко не безупречные и белоснежные зубы.
   - Типа смелая, чё ли? Харе ломаться, глядишь уже не девочка! Сейчас, как доедем до места назначения, увидишь, чего от тебя хотят! Трахнем и всего делов!
   - Зюня, ты это, базар фильтруй! - нахмурившись, недовольно перебил разрисованные в ярких красках планы своего подельника, Корявый, - Крот узнает, по головке не погладит! Если бы эта девчонка была для нас, мы бы поимели её еще на танках, а не тащили через весь город. Ты прекрасно знаешь, что Крот рассчитывает подмазаться к Бате, а у Бати на таких, как она, другие планы.
   - Ой, да ладно, ты чё боишься Крота? - фыркнул водитель, не сводя похотливого взгляда с девушки.
   - А ты типа не боишься? - шикнул другой, и, разворачиваясь к Рите, что в неловких попытках пыталась освободить руки, окидывая её оценивающим взглядом, прикрикнул: - А ты сиди и не рыпайся там! И не ори, а то пасть кляпом заткну!
   Так и застыв на мгновение, девушка с немой злостью уставилась на амбала. Как же ей было противно происходящее. Где-то на задворках сознания она все еще продолжала верить и надеяться, что все обойдется. Что это над ней просто кто-то решил подшутить. Да, зло и неприятно. Но тем не менее... Вот только привкус реальности слишком остро ощутим на губах. Этой щемящей до боли неизвестности... И одному Богу ведомо, что ждет дальше...
   - Да пошли вы все! - гневно выкрикнула Маргарита, - вы ублюдки! Убийцы! Я вас всех ненавижу!
   Как же ей хотелось вмазать по этой наглой ухмыляющейся роже. Если бы еще не эта веревка... Ей ведь нечего терять. Единственное, что останавливало, это все так же связанные руки. Но ничего не мешало высказать пренебрежения к этим людям. Хотя бы плюнув так называемому Корявому в лицо.
   В какой-то момент показалось, что бандит готов ей залепить пощечину. Настолько сильно переменился в лице, искажаясь в еще более опасной, не предвещающей ничего хорошего, гримасе.
   - Ага, мы не имеем ниче святого и дальше по списку, - наблюдая за происходящей картиной, хохотнул Зюня, немного разряжая обстановку.
   - С*ка! - не реагируя на замечания подельника, несколько мгновений сверля девушку зловещим взглядом, процедил сквозь зубы Корявый. После чего вытерев лицо рукавом, резво ухватил Риту за волосы, и, притянув к себе ближе, процедил: - твое счастье, что нам приказано довести тебя в целости и сохранности. Иначе...
   Что значили эти слова, Маргарите не суждено было узнать. Для чего? Куда? Потому как Корявый не намеревался продолжать с девушкой разговор и уж тем более посвящать в предстоящие планы. В очередной раз смерил её презрительным взглядом, после чего резко отпустил, заставляя пошатнуться от потерянного вмиг равновесия, он, отвернувшись, раздраженно прикрикнул на водителя, что продолжал тихо посмеиваться:
   - Ты чего скалишься, придурок? Давай, гони скорее! Ты что не видишь, за нами хвост?
   - Менты чё ли? - резко задергавшись, и в спешке оборачиваясь назад, Зюня до упора нажал на педаль газа, от чего Рита впечаталась в спинку сиденья, стукнувшись головой о боковое стекло.
   - Да не, не похоже! - повернувшись назад, осматриваясь, Корявый вытащил из кармана пистолет, снимая с предохранителя. - Слишком блатная тачка.
   С трудом приподнявшись, Маргарита обернулась к заднему стеклу, пытаясь разглядеть преследователей. Но в темноте ничего, кроме яркого, ослепляющего глаза, света фар, не могла увидеть. Девушка с трудом представляла, кто эти люди, но молила Господа Бога только об одном - чтобы их догнали. Кто бы там ни был, хуже точно не будет. Эти "преследователи" явно не в одной команде с её попутчиками, и вероятнее всего грядут разборки. Возможно, это единственный шанс на спасение. Попытаться сбежать в той суматохе. А может быть те другие, не настолько плохи? Разве может быть кто-то хуже, погубивших её родных людей...
   - Думаешь, кто-то бросился за этой? - кивнув в сторону девушки, тем временем уточнил водитель.
   Чем немало удивил Маргариту. За ней? К сожалению, с сегодняшнего дня список тех, кто желал её спасти, и кому небезразлична, значительно поредел. Если быть точной, практически опустел.
   - Да сдалась она кому-то! - прикрикнул Корявый, и, слегка опуская окно, высунул руку с пистолетом назад, пытаясь поцелится и подстрелить колеса автомобиля преследователей. Но когда попытки завершились неудачей, лишь подстегнув противников, и автомобиль вырвался вперед, ловко маневрируя, попытался пойти на обгон, заорал: - бл**ь, гони-гони!
   Маргарита, с ужасом расширив глаза, не успела опомниться, и проследить за действиями происходящего, как их машина с силой стукнула преследователей. После чего тех на мокрой от дождя трассе закрутив, занесло в сторону на приличной скорости. А Зюня под крики Корявого "Давай направо, в развилку", крутанул руль, выруливая куда-то в рощицу, из которой проще всего оторваться от погони незамеченными. Спустя какие-то минуты удалось выехать на поселковую дорогу.
   Еще раз обернувшись, девушка всмотрелась назад, с надеждой увидеть яркие вспышки света преследовавшего автомобиля. Слабый огонек надежды на спасение. Но все тщетно. Местность для Риты давно перестала быть известной, и теперь боялась предположить, что ждет дальше.
   - Хух, кажись, оторвались, - с облегчением вздохнул Зюня, подтверждая неутешительны размышления девушки.
   - Ёлы-палы, чё это за идоты были, - выдохнул следом Корявый. - Надеюсь, Крот вовремя свинтил с завода.
   - Хрен с ним, с Кротом. Куда мы теперь?
   - Куда-куда! Давай на базу гони! Если Крота не будет, сами сдадим девку, гляди чего обломится от Бати, - прикрикнул Корявый, и снова обернувшись к испуганной Маргарите, что во все глаза смотрела прямо перед собой. Расплылся в плотоядной улыбке, приговаривая: - ну чё, перешугалась поди? Не боись, теперь ты в надежных руках.
   На счет последнего грызли смутные сомнения. Но, то ли памятуя о недавнем, то ли понимая, что огрызаться сейчас бесполезно, оставила услышанное без комментария. За последние несколько часов успела выучить и отлично усвоить один простой урок - с такими людьми лучше быть поаккуратней. Дело даже не в том, что запросто могут убить, и глазом не моргнув. Маргарита не прочь такой смерти. Молниеносно быстрой и желательно бесшумной. Теперь ведь ей, по сути, и жить-то незачем... Вся жизнь в одно мгновение обрушилась... Все надежды, мечты... Все. Раз и навсегда. Теперь она осталась одна в целом мире.
   Но с другой стороны, не хотела так просто умирать. Не потому, что еще лелеяла что-то на счет какого-то там призрачного счастливого будущего... Не с кем его теперь строить. Теперь в жизни есть только одно желание - желание мести. Да, именно так. И если сразу Рита не могла понять, как себя вести, нарываясь на рожон. Теперь... после этой гонки, отчетливо поняла, что жаждет мести. За Пашку. За Олега. За свою разрушенную жизнь...
   Ей бы разрыдаться, да слез не было. Ей бы подумать, как выбраться из странного плена, да никаких разумных мыслей не возникало. К тому же пока смутно представляла, что ждет в дальнейшем. Что это за люди... Для начала, наверное, стоит дождаться приезда на сомнительное место, именуемое "базой"...
   К счастью, или все же к горечи, ждать пришлось не слишком долго. Не более десяти минут езды в полнейшей тишине и вырулили в сторону небольшого дачного поселка. Еще пару минут, и автомобиль въезжал в широкие кованые ворота, что словно по мановению палочки, при их виде, разъехались в стороны. И отчего-то чем ближе был неведомый пункт назначения, тем сильнее Риту окутывал леденящий душу, страх.
   А когда притормозили напротив парадного входа громадного особняка, больше напоминающего какой-то пригородный мотель, нежели частные владения, девушка и вовсе задрожала, жалея, что не попалась под пулю еще на заводе. Вместо Олега. Черт возьми, это она должна была умереть! Если бы он не появился, так и случилось... И её лучший и самый надежный в мире друг был жив. Пускай погоревал немного за ней, поискал, но зато жив...
   Резко встряхнув головой, избавляясь от наваждения, Маргарита еще раз оценивающе окинула обстановку. Немного поодаль стоял черный джип, рядом с которым терлось три амбала сомнительной наружности и приблизительно напоминающих её попутчиков. У самого входа в дом еще двое мужчин, так же крепкого телосложения, но более культурных, что ли... Вместо кожаных курток черные костюмы, в руках рации, на ремнях кобура с пистолетами. Обычно так выглядят охранники. Но, охранники чего?
   Развить дальнейшие предположения Рита не успела, так как Корявый, со словами "О, Крот уже здесь!", выбрался из автомобиля. Зюня последовал его примеру. Перебросились парой фраз с громилами из джипа, среди которых девушка смогла узнать того самого Крота из завода, но который каким-то загадочным исчез куда-то, как упоминали бандиты. После чего, этот самый Крот быстрым шагом подошел к автомобилю, и, не давая Маргарите опомниться, и воспротивится, резко ухватил за локоть и вытащил на улицу.
   С глазами полными страха, девушка уставилась на мужчину. Свет фонарных столбов, падал ему на лицо, и не составило труда разглядеть, что из себя представляет. Вблизи зрелище куда сильнее ужасало. Хладнокровный убийца, способный на многое. И вероятнее всего, убийства были не самым жутким из всего, что мог совершить...
   Вздрогнув от ужаса, вперемешку с холодом, повеявшим от ночи, Рита попыталась вырваться, выдернуть руку. Но захват оказался довольно сильным. Крепкая рука уверенно сжимала предплечье. Это ощущалось даже через плотную осеннюю куртку. Да у неё и самой руки по-прежнему связаны и никто особо не торопился что-то менять. Скорее всего, на этих местах останутся синяки. Но черт с ними, с синяками.
   - Ну-ка не рыпайся, - встряхнув девушку, прорычал Крот.
   Господи, если бы не было так страшно, можно засмеяться. Рычащий крот. То еще сочетание. Только отчего-то было вовсе не до смеха...
   - Какая-то она зашуганая, - рассматривая Риту со всех сторон, не мог не отметить Крот, и уже обращаясь к своим подельникам, недоверчиво уточнил: - вы чё с ней делали? Узнаю, что поимели, прибью! Она для Сызого! Должен оценить. Гляди чего и перепадет, или хотя б за проваленное дело скостит наказание.
   - Ты чё, Крот? - возмутился Корявый, бросая запуганный взгляд на главного, - хотелось бы посмотреть, как ты выглядел, прокатись с ветерком. Скажи, Зюнь, - дернув дружка за рукав. На что тот лишь уверенно закивал, пятясь назад.
   - Да ладно, забей, - хлопнув свободной рукой по спине Корявого, хохотнул Крот, - шутки уже совсем не сечешь! - в ответ амбалы невольно кивнули, притворно засмеявшись, видимо, чтобы не огорчать главного, который после этого, удовлетворенный произведенным эффектом, серьезно уточнил, - так что там с ветерком?
   - Прикинь, какие-то бакланы на хвост прицепились, еле оторвались, - пояснил, довольный собой, Корявый.
   - Менты, что ли? - переспросил Крот. И дернув Риту за руку, что воспользовавшись моментом, снова попыталась освободиться, прикрикнул, - да стой ты, мелкая!
   - Не похоже, - решил подать голос Зюня.
   - Бл*, точно от Плантатора, - грязно выругавшись, Крот презрительно отплевался на землю.
   - С чего так решил? - нахмурившись, Корявый с интересом уставился на подельников.
   Рита и сама притихла, прислушиваясь к ответу. Пытаясь поймать там для себя что-то важное. Найти какую-то зацепку. Быть может, если она узнает, кто эти люди, ей будет проще сориентироваться? Проше разобраться в том, в чем она совершенно ничего не соображала. Куда она попала, к каким людям. А главное, зачем? И вдруг среди окружения этого Плантатора как раз таки и стоит искать защиту?
   - Да потому, что этот с*ка как-то пронюхал о наших делишках и заявился на завод.
   - Так это был он? - уточнил удивленно Корявый.
   Заставляя Риту гадать, кто же этот Плантатор? Когда он заявился на завод? Если кроме этих бандитов, Пашки и Олега, там никого не было. Или все же были? Но зачем? Кто?
   - Похоже на то, - задумчиво уставившись куда-то вдаль, продолжил, - притом, не понятно, чё ему еще надо. На бабосы с афганкой нас кинул. Того баклана мы и сами мочконули. Сиди, да не рыпайся. Так нет, эта сволочь явно чего-то вынюхивает. Если еще и за вами с Зюней погнался.
   - За бабой, может? - несмело предложил Зюня.
   - За этой, что ли? - дернув девушку на себя, Крот несколько мгновений рассматривал её лицо, после чего, ухмыльнувшись, выдал, - да ну, на фига ему эта малолетка? Кстати, еще большой вопрос, как она там оказалась. А, детка, расскажешь, может? - обращаясь к Рите.
   - Что вам от меня нужно? - собравшись с духом, прошипела Маргарита.
   Значит, записка о Пашке не от них. В принципе девушка почти не сомневалась, но теперь знает наверняка. Круг сужается? Или наоборот? Она и сама хотела узнать, как оказалась на том злополучном заводе. Но если бы и знала, все равно не рассказала этим. Слишком опасно. Опасная ситуация. Опасные люди...
   - А вот это узнаешь попозже. Всему свое время, - и продолжая одной рукой придерживать Риту за предплечье, а другой, очерчивая контур лица, выдохнул, наклоняясь ближе, - я думаю, тебе понравится.
   Неприятный запах, раздавшийся от Крота, вместе с ненавистным прикосновением, едва не вызвал у Риты приступ тошноты, и она передернувшись, хотела возмутиться. Но где-то сзади, словно спасение от одной, как позже окажется, первой из многочисленных пыток, раздался голос предполагаемого охранника:
   - Крот, давай, с девчонкой в дом. Сизый ждет.
   В тот момент охранник показался Рите самым адекватным человеком из всех увиденных. Возможно, потому что в его голосе прозвучало что-то сродни сочувствию. А во взгляде не было той похотливости, с которой на неё взирали все эти люди. Скорее равнодушное спокойствие и уверенность, которые так необходимо сейчас почувствовать.
   Послав мужчине умоляющий взгляд и поймав в ответ такой же безнадежный, мол, извини, но при всем желании не могу помочь, в памяти Маргариты отчего-то снова всплыл образ Олега. Кажется, этот охранник даже чем-то напоминал друга... убитого друга...
   Черт возьми, почему она вообще сейчас думает именно об Олеге? Не о Пашке, которого любила всеми фибрами души. Не об обоих. А именно об Олеге. Быть может, потому, что в последний момент узнала о Пашке столько нового? А Олег так и остался чист в её глазах. Спаситель. Который, рискуя ценной собственной жизни, пошел за ней. И жизнь, которого так нелепо оборвалась... Но не об этом ей сейчас стоит думать. Совсем не об этом.
   Вздохнув, Маргарита, семеня мелкими шажками, прошла следом за Кротом, что так же бесцеремонно тащил за собой. Яркий свет светильников ослепил глаза, когда оказались в помещении. На мгновение остановившись, и заморгав глазами, привыкая к освещению, Рита поспешно осмотрелась по сторонам.
   Действительно дорогая обстановка, особенно по меркам её захолустной комнатушки в коммуналке, в одночасье привлекала к себе взгляд. Довольно таки просторный холл, широкая лестница, ведущая на второй этаж, выложенная белоснежным мрамором с черными вкраплениями. Внушительного вида деревянные резные комоды у стен. Судя по всему раритетные...
   Все говорило о богатстве и важности натуры хозяина. В какой-то момент в сердце Маргариты даже затеплилась надежда, что может в этом самом Сизом её шанс? Быть может, её отпустит? Просто пожалеет и не воплотит в жизнь смутно очерченные планы, которые были на её счет у бандитов...
   Но эта самая надежда почти сразу погасла, как только дошли до комнаты, чем-то напоминающий кабинет-библиотеку, и перед ней оказался тот самый, как все говорили, Сизый.
   Довольно взрослый мужчина, что по возрасту годится в отцы. Лет сорок, не меньше. Но стоит отметить, что выглядел весьма неплохо для своих лет. Как мужчина, по-своему красив. Даже так называемое пивное брюшко лишь подчеркивало общую картину.
   С одной стороны в его взгляде, в выражении лица, манере держаться проскальзывало что-то... аристократичное. И если по Кроту сразу заметно, что он убийца, исполнитель, по этому чувствовалось, что собственноручно не замарается. Скорее сделает чьими-то руками. Через угрозы, приказы, хитростью... И пока трудно предположить, что лучше. Сразу знать, что ожидать от противника, или вот так вот... словно идти на ощупь в темноту, не представляя, что тебя ждет завтра за очередным поворотом. Одно ясно наверняка - Сизый оправдывал положение среди этих бандитов. Его боялись, и было за что...
   - Добрый вечер, Николай Степанович, - остановившись едва ли не на пороге, пробормотал Крот, придерживая рядом с собой девушку.
   Значит, Николай Степанович. Все же у него есть имя. Хоть что-то...
   - Что застыл? - грубо прикрикнул Сизый, отворачиваясь к столику, на котором стояли бутылки со спиртным, и, наливая с одной янтарной жидкости, - Проходи, давай. И дверь прикрой. - Когда бандит послушно подчинился, проталкивая изумленную Риту вперед, обернувшись, продолжил: - Рассказывай, куда опять влипли?
   - Да никуда не влипли, - судя по подрагивающей руке, Крот побаивался Сизого. Хотя весьма не удивительно, - просто получилась маленькая нестыковочка, когда решали вопрос с Павликом.
   - Какие на хрен могу быть нестыковочки, после того, как вы просрали такую партию наркоты вместе с бабосами? - взревел Сизый, кажется, даже не обращая внимания на Маргариту, - Да еще и кому? Этому молокососу, Плантатору!
   - По ходу он со своими дружками следил за нами.
   - Что за вами следить, если вы простое дело не можете без шума выполнить, - осушив бокал, фыркнул мужчина.
   - В этом весь и вопрос. Хорошо хоть они поспели, когда мы Павлика успели грохнуть. Мои ребята там подсуетились, если чё на Плантатора и его компашку эту мокруху повесят.
   - А это кто? - наконец, взглянув на девушку, спокойно уточнил Николай, кажется, напрочь позабыв об изначальном разговоре.
   - Так поймали на месте с ребятами. С Павликом вроде как мутила. А чего её принесло на завод непонятно. Может, вызволять своего любовничка.
   - Отпусти ты её уже! И руки развяжи, - не спуская глаз с Риты, прикрикнул Сизый, и когда Крот подчинился, неловко освободив онемевшие от тугого узла руки девушки, подошел поближе. Приподняв двумя пальцами за подбородок, заставляя взглянуть себе в глаза, с восхищением протянул, - Красивая.
   - Ну, так, обижаешь, Бать, - зардевшись, забормотал где-то сзади Крот, резко переходя на "ты" - я же знал, что ты оценишь. Такого цветочка в твоей коллекции точно еще нет.
   - Цветочек, говоришь? - ухмыльнувшись уголками губ, переспросил Сизый, медленно переводя холодный взгляд с глаз на губы девушки, и тут же прикрикнул, - ладно, считай, реабилитировался за афганку. Теперь, брысь!
   Два раза повторять Кроту не нужно было. Через мгновения дверь захлопнулась с той стороны. И Маргарита, нервно сглотнув, поняла, что происходящее минутами ранее не так и страшно. Взгляд этого... Сизого не предвещал ничего хорошего. Пускай в нем не было столько похотливости, сколько удалось поймать от того же Крота, но... Эта загадочная ухмылка, холодные, но увлеченные глаза, скрытые намерения - хуже явного интереса...
   - Ты боишься меня, что ли? - словно почувствовав страх Риты, удивленно вскинул бровь. Не получив никакого ответа, попросил: - не бойся, тебе тут никто не причинит зла. Как тебя зовут хоть?
   - Рита, - не в состоянии сопротивляться, или отвечать колкостями, еле слышно выдохнула девушка.
   - Рита, - удовлетворенно протянул мужчина, - а затем, резко отступая назад, пробежался взглядом по хрупкой фигурке, - лет-то тебе сколько, Рита?
   - Семнадцать, - обхватив невольно себя за плечи, словно защищаясь, честно призналась. В голове появилась мысль с надеждой на то, что может хоть её несовершеннолетний возраст отпугнет от самых кардинальных действий. Но...
   - Хм, действительно цветочек, - скорее для самого себя отметил Николай, и, вернувшись к столу, позвонил в небольшой колокольчик.
   Почти сразу в кабинет залетел охранник. Как будто только и ждал за дверью. Тот самый, который показался Рите самым адекватным здесь. И Сизый, в приказном порядке выдал:
   - Серег, проводи её к Беллке и скажи, пускай займется этим Цветочком. Кажись, у нас пополнение.
   Сергей молчаливо кивнул, и, подхватив ошарашенную Риту за локоток, направился к выходу, еле слышно бросив:
   - Не трясись. Выбора у тебя все равно нет. Лучше сразу смирится. Тебе же самой проще потом будет...
   И тогда Маргарита поняла, что попала... Очень серьезно попала...
  

Глава 3

   - Добрый день, господин Рощин.
   В голове по-прежнему сотнями звонких колокольчиков звучал голос знакомого незнакомца. Вместе с громким выстрелом пистолета. Того самого, что прозвучал в прошлом. А перед глазами картинки, сменяющееся одна за одной.
   Неверие. Недоумение. Непонимание...? Она обозналась?
   Несколько секунд Маргарита, не моргая, смотрит на стоящего перед ней мужчину. Изучающе. Недоверчиво. Но в то же время с опаской. Боясь выдать эмоции, пронзающие сердце насквозь. Несколько мгновений, и девушке удается поймать на себе взгляд все таких же голубых, совсем как когда-то, глаз. Спасительных. Всепонимающих...
   Несколько мгновений, за которые, кажется, в его глазах скользнул огонек радости и некого облегчения. Но это было всего несколько секунд. Искорка, так и не зажегшись, потухла, оставляя тлеть внутри остатки огонька надежды...
   Кажется, он совсем не изменился. Но это только иллюзия. Отраженная в вечно-юных и задорных глазах. Иллюзия, которая тут же разрушается, как только где-то совсем рядом звучит слегка раздраженный голос Кирилла:
   - Добрый-добрый, - сунув руки в карманы, передразнил, - не стоит вычурности. Достаточно просто Кирилл. Сергеевич. А Вас... кхм... как позволите величать? А то как-то несправедливо получается. Мы у Вас в гостях, но не имеем, ни малейшего понятия, как Вас зовут.
   Марго ощущала, что Рощин пытается из последних сил выдержать свое самообладание в руках. Об этом говорила каждая нотка его голоса и то, с каким скрежетом давались слова. Но сейчас девушке было все равно. Если направляясь сюда, собиралась всячески поддерживать Кирилла, теперь хотела только одного - сдержаться самой. Не сорваться. Не вспылить. Не показать ни малейшей заинтересованности. Почему? Она и сама не знала.
   - Олег, - медленно переводя взгляд с Марго на Рощина.
   Расширив глаза, Маргарита глубоко втягивает воздух.
   - Вячеславович, - слегка кивая головой.
   Сердце девушки замирает в неверии.
   - Чернышевский, - ухмыльнувшись краюшками губ, растягивает слово.
   Окончательно подтверждая, что Марго поняла, как только увидела фигуру в полутьме комнаты. Господи, почему именно сейчас? Олег... Её верный, идеальный и лучший друг. Её извечный спаситель. Но... как? Разве такое возможно?
   Что за этим последует? Что еще он скажет? Как себя поведет? Первоначальная мысль о том, что он может броситься со счастливыми объятиями, разбилась о стену самообладания и спокойствия, которой был огражден мужчина. Да и ни к чему это все. Слишком поздно. Возврата назад больше нет. Они давно перешагнули ту грань, когда стоило радоваться встрече.
   Но узнал ли Чернышевский Маргариту? За более чем десяток лет много воды утекло. Многое изменилось. Она изменилась, в конце концов. И, черт возьми, она не собиралась что-то рушить из-за одной случайной встречи. Кем бы в прошлом он для неё ни был...
   Короткие секунды молчания. После чего Олег делает шаг вперед, в направлении к Рощину. Мимоходом захватывая взглядом Марго, и она понимает, что узнал. Не мог не узнать. Хотя бы потому, что в тот памятный день из-за неё погиб. Хотя, нет. Теперь, оказывается, едва не погиб. Выжил. И сейчас стоит перед ней, а она даже не знает, что в таких случаях стоит говорить.
   И вместе с тем Олег протягивает руку Кириллу. Для пожатия. Но тот не спешит отвечать. Лишь цинично хмыкнув, окатывает мужчину неприкрыто неприязненным взглядом, и с наигранным равнодушием отмечает:
   - Я, пожалуй, слукавлю, если скажу, что мне приятно это знакомство, Олег, - и, поймав на себе вопросительный взгляд Чернышевского, равнодушно добавляет, - Вячеславович.
   - Я не сомневался, - щелкнув пальцами протянутой руки, Олег резко развернулся к Маргарите, - Кирилл. Сергеевич.
   Сощурившись, кажется, он заколебался, решая, что сказать еще. Самоуверенный. Серьезный. Он не меньше Одинцовой не представлял, как стоит себя вести. А может как раз таки он и понимал? Вот только для девушки это знание открылось не до конца.
   - Одинцова, - протягивая руку, как секундами ранее делал это Олег к Кириллу, твердо проговорила девушку. Выдерживая на себе пристальный взгляд. Словно испытание. И лишь когда Чернышевский, не раздумывая, протягивает свою руку в ответ, гордо вздернув подбородок, добавляет, - Маргарита Андреевна.
   - Я в курсе, - на дольше чем следовало, задержав в своей огромной руке ладошку девушки, мужчина, кивнув, неожиданно склонившись, прильнул губами к тыльной стороне ладони.
   В этом был весь Олег. Внимательный. Галантный. Уверенный в себе. Но дыхание, которым он опалил кожу, на мгновения отчего-то вызвало в крови неимоверный прилив адреналина. Марго едва ли сдержалась, чтобы никоим образом не выдать своих чувств. Похоже, ей так и не удалось до конца избавиться от призраков прошлого, раз эта встреча всколыхнула внутри столько странных чувств. Заставляя впервые, едва ли не за последние несколько лет, так откровенно нервничать. И еще это его "Я знаю...".
   - Вы что знакомы? - где-то, словно за глухой стеной, послышался удивленный голос Кирилла.
   В который раз, отрезвляя и спуская на землю. Напоминая, ради чего они вообще находятся в этом поместье. Дела, прежде всего. Тем более, она давно поклялась себе, что больше ничто, и никто не заставит её вернуться в прошлое. Пускай и мысленно. Она лично множество раз просила Рощина никогда не напоминать о том, что однажды случилось. И теперь, когда она стоит перед развилкой, выбором - пойти дальше или свернуть обратно, она, не раздумывая, выберет первое.
   - Да, - самоуверенный кивок Олега.
   - Нет, - почти одновременно с ним, почему-то воспротивилась Марго. И сообразив, что перечит очевидному, вызывая подозрения у Кирилла, поспешила оправдаться, - немного.
   - Если наше былое общением можно назвать так, то да - немного знакомы, - поворачиваясь к Рощину пришел на помощь Чернышевский.
   Правда было ли это такой уж ценной помощью трудно сказать наверняка. Учитывая, как подозрительно скосился на неё Кирилл. Похоже, он по-своему расценил причины и обстоятельства их с Олегом знакомства. Ну что же... так, наверное, даже проще. Не придеться потом ничего объяснять. Потому как рассказывать Рощину об Олеге, как друге детства и юности, Марго отчего-то не особо хотела. Пускай причин пока особых не предвиделось. Но что-то внутри заставляло молчать. Интуиция, быть может.
   - Хорошо, давайте, уже покончим с любезностями и перейдем к делу! - нарушая повисшую неловкую паузу, с неким облегчением выдохнул Рощин.
   - Да, Олег Вячеславович, - с силой сжав ладошки в кулачки, как можно более равнодушно проговорила Марго, - хотелось бы, наконец, узнать, в чем состоит цель нашего визита.
   То, что её узнал Чернышевский, теперь совсем не важно. Столько времени от него ни было, ни слуху, ни духу. Столько времени, она винила себя в его смерти. Не смерти Павла. А именно Олега. Вспоминала именно о нём. Постоянно. Даже когда сама была на грани. А он, оказывается, все это время был жив. Поднимал свою нынешнюю винодельческую империю? Сколачивал состояние? Или поднимался сам? Разве это важно, когда в тот момент, когда он нужен был ей больше всего на свете, его не было рядом. Не в этот раз...
   Можно сколько угодно говорить, что в Маргарите сейчас говорит юная обиженная девочка, привыкшая к тому, что из любой передряги её вызволит Чернышевский. Но ей ведь на тот момент достаточно было хоть какой-то весточки. Просто знать, что Олег жив. Но теперь... слишком много воды утекло. Теперь у неё есть Кирилл. И судя по всему, теперь с Олегом они по разные стороны баррикад.
   - Что же... - благодушно ухмыльнувшись, протянул Олег, бросая на девушку еще один взгляд. На этот раз какой-то странный... словно с похвалой. После чего, круто повернувшись на пятках, махнул в сторону стола: - прошу. С удовольствием готов обсудить все за обеденным столом.
   На миг обернувшись к Кириллу, что выглядел не особо благодушно и терпеливо, Марго прошла к столу. Стараясь не смотреть на Олега, тем не менее, позволила мужчине помочь ей присесть и задвинуть стул.
   В их обществе было не принято выставлять чувства и эмоции на показ. Будь то неприязнь или раздражение. В их обществе гораздо проще поулыбаться в лицо. Не говоря о том, если чувства имели несколько иной оттенок. Это золотое правило Одинцова давно выучила для себя. И сейчас не собиралась отступать от него.
   - Красное? Белое? - с явным превосходством, поинтересовался Олег. Когда все были за столом, а экономка, выставив на стол горячие блюда, принесла небольшое ведерко, наполненное льдом, и откуда выглядывали две фигурные бутылки вина.
   Рощин, сидя напротив, угрюмо молчал. Откинувшись к спинке стула, и сложив руки на груди, не спешил отвечать, предоставляя выбор Маргарите. И Олег, похоже, ждал ответа именно от неё, вопросительно изучая девушку.
   - Пожалуй, - покрутив в руках пустой бокал, Марго с вызовом бросила, - я доверюсь Вашему вкусу. Кому, как не Вам, лучше знать, какое из вин Вашей коллекции лучшее и более подходящее к случаю.
   - Вы правы, Маргарита, - хмыкнув, Чернышевский вытащил из ведра бутылку с красным вином, отметив, - можно ведь я буду Вас так называть, по старой памяти? Просто Маргарита? - и не получив никакого ответа, продолжил, открывая попутно бутылку, - это вино так и называется, "Жемчужина". Можно сказать, является гордостью нашей компании. Вы не пробовали? - наполняя бокал девушки темно-бордовым, практически кровавым, как кровь, напитком.
   - Пить вино конкурентов? - решил вмешаться Кирилл, поддаваясь вперед, - мне сдается, это дурной тон. Если владельцы компании, вместо того, чтобы продвигать своего производителя, будут увлекаться распитием чужих вин, как думаете, что ждет эту компанию? Явно не доверие покупателей.
   - Напрасно, - как бы, между прочим, отмахнулся Олег, - Конкурента стоит знать в лицо.
   Как ни странно, но в этом вопросе Марго могла согласиться именно с Чернышевским. В этом присутствовала трезвость мышления в ведении бизнеса. Как можно стать лучше, не зная, что готовы представить другие? Вот только Кирилл на этот счет имел немного иные представления, поэтому девушка давно перестала пытаться что-то изменить в его представлениях.
   - Я вот Ваше вино пробовал, - тем временем продолжал Олег, - не сказать, что в восторге, но есть к чему стремиться.
   - Это говорите мне Вы, человек, который без году неделю находится на уровне более менее приличного рынка? - вспыхнул Рощин, недовольно скрипнув зубами.
   Еще пара выпадов со стороны Чернышевского и Кирилл окончательно взорвется, поставив под угрозу дальнейшие переговоры. Этого допустить никак нельзя.
   - Стремиться есть к чему даже будучи на самой высокой волне успеха, - тактично вмешалась Марго, послав укоряющий взгляд Кириллу. Словно уговаривая предоставить ведение разговора именно ей.
   - Маргарита права, - отставляя бутылку, Олег приподнял бокал в знак примирения, - за знакомство?
   - За, надеюсь, возможное сотрудничество, - отсалютовав бокалом в ответ, в который раз встречаясь с мужчиной взглядом, предположила Марго.
   - Я практически не сомневаюсь в этом, - согласно кивнул Чернышевский, пригубив немного вина.
   И снова глаза в глаза. Отчего-то Маргарите показалось, что Олег рад их случайной (случайной ли, как теперь оказалось?) встрече. Про себя она вряд ли могла сказать это же с полнейшей уверенностью. В какой-то момент её устоявшаяся жизнь пошатнулась. И это вызывало весьма странные чувства...
   Одинцова медленно перевела взгляд на Кирилла, что не торопился с выводами. Послала ему немую мольбу во взгляде. И лишь когда Рощин приподнял свой бокал, сделала короткий глоток.
   На вкус вино действительно оказалось достаточно неплохим. Да что лукавить, оно на самом деле имело отменный вкус и не зря считалось лучшим в коллекции Чернышевского. Слегка терпковатый привкус с легкой сладостью. Едва уловимый аромат ванили вперемешку с более отчетливыми нотками черной смородины. Горечь и сладость одновременно. Необычное сочетание. Но стоит отметить выгодное и удачное.
   - Это столовое полусухое, - похоже, заметив немое восхищение от вкуса у Марго, пояснил Олег, - трехлетней выдержки, полученное с помощью купажа нескольких сортов винограда. Как ранних, так и поздних сортов.
   - Неплохо, - сделав короткий глоток, не мог не отметить Кирилл, - похоже на Каберне Совиньон.
   - Не совсем, - ухмыльнулся Олег, - это было бы слишком просто.
   - Не поделитесь секретом? - отчего-то заранее предполагая ответ, почему-то спросила девушка. Хотя она сама не была до конца уверена, имела ли в виду вино, или нечто большее. Секрет выживания? Секрет столь очевидного и странного успеха?
   - С Вами, милая Маргарита, - явно выдавая в собственных словах какой-то скрытый смысл, уверенно проговорил Чернышевский, - всенепременно. Но всему свое время. Если я прямо сейчас раскрою секрет фирменного стиля конкурентам, и они тут же начнут производить нечто подобное, как думаете, - поворачиваясь на Рощина, - можно ли будет это продолжать считать фирменным стилем?
   - Да Вы стратег, Олег. Вячеславович, - Кирилл, отставив в сторону бокал, принялся за обед, ловко орудуя столовым ножом и разрезая положенный на тарелку кусок курицы, добавив, - далеко пойдете.
   Оставив замечание без ответа, Олег, следуя примеру вероятного соперника, тоже принялся за обед, время от времени бросая странные взгляды на Маргариту. А девушку переводя взгляд с одного мужчины на другого, так и не смогла заставить себя проглотить хоть кусочек. Еда была последним, что её могло волновать на данный момент. Как вообще можно думать о чем-то приземленном, когда жизнь принимает столь странные неожиданные повороты.
   Когда сидишь между двумя мужчинами, без сомнения сильными и властными. Один, из которых буквально вырвал её из лап прошлых скитаний и бед. А второй... однажды так же пытался это сделать, но не смог. Оба самоуверенные и серьезные. Понимающий без слов когда-то и... считающий, что понимает сейчас. В чем-то похожие, но в то же время слишком разные. Оба по-своему дороги Маргарите.
   Возможно, при других обстоятельствах им удалось если не подружиться, то хотя бы... найти общий язык. Но находясь не только по разные стороны за столом от девушки, они оба были по разные стороны в целом по жизни... В другой ситуации Марго, быть может, еще попыталась что-то изменить, или осмыслить, взвесить свой выбор, но сейчас он был заранее предрешен...
   - Как Вы относитесь к сотрудничеству? - спустя минут пять молчания, резко выдал Рощин, отложив столовые приборы.
   - В зависимости от того, что именно Вы имеете в виду под сотрудничеством? - продолжая есть, равнодушно отмахнулся Олег.
   Кажется, его практически не волновало происходящее. Во всяком случае, вид у Чернышевского был вполне миролюбивый и спокойный. Чего нельзя сказать о Кирилле. Он словно на иголках. И это не предвещало ничего хорошего.
   - Вы же прекрасно знаете, что я имею в виду! - поддаваясь вперед, с нажимом повторил Рощин. И приподняв бокал с вином, прошипел, - Ваш фирменный стиль это, безусловно, прекрасно, но Вы должны отдавать себе отчет, что в одиночку долго на плаву не продержитесь.
   - Интересно знать, откуда столько уверенности? - отложив, наконец, вилку, Олег, сложив руки на груди, вопросительно уставился на Рощина.
   - Многолетний опыт ведения бизнеса, - фыркнул Кирилл, - в отличие от Вас. За последние годы знаете, сколько таких компаний, как "Жемчужина", я повстречал? Бесчисленное количество. А знаете, скольким из них удалось закрепить свое положение и реально удержаться на рынке?
   - И сколько же? - покрутив в руках бокал, снисходительно хмыкнул Чернышевский.
   - Единицы.
   - Все с чего-то начинают, - нашел, казалось бы, веский довод Олег, - если не получилось у кого-то, еще не значит, что не получится у меня. Риск благородное дело.
   Здесь Марго была согласна с Олегом. Риск единственное, во что ввязываясь, девушка могла выйти победительницей. Не всегда он был оправданным. Не всегда помогал, но, тем не менее, не рисковав, она наверняка до сих пор так бы и сидела в клетке, исполняя чужие прихоти. Не зря говорят - кто не рискует, не пьет шампанское. Правда, в данном случае, риск со стороны Олега ей с Рощиным совсем не на руку...
   - Только в том случае, если он оправдан, - осушив бокал, бросил Кирилл, - я предполагал, что Вы разумнее и понимаете, что такие предложения, как сейчас, я делаю далеко не каждому. Признайтесь же себе, наконец, что это Ваш единственный шанс.
   - Шанс, простите чего? - без малейшей перемены в настроении и голосе, не сдавался Чернышевский, - подарить Вам безвозмездно возможность влиться в "Internal Group" за счет моей компании, и получить мгновенное признание в Западной Европе?
   - А что если и так? - больше не скрывая своих истинных целей и намерений за маской вежливости, - что плохого в слиянии с одной из крупнейших компаний страны? Вам ли не понимать, что без нас, "Жемчужине" нет хода в "Internal Group"?
   - Раз так, я не понимаю, почему Вы так распереживались, Кирилл Сергеевич? Мы не заримся на Вашу славу. Просто позвольте нам мирно существовать на рынке и все.
   Маргарита по мере течения разговора переводила взгляд с одного мужчины на другого, пытаясь поймать нужный момент, когда можно вмешаться. Но кажется, с каждой секундой обстановка больше накалялась, и в своих словесных перепалках мужчины её практически не замечали.
   - Чернышевский, давай на чистоту, - резко переходя на "ты", и забывая от последних остатках вежливости, прикрикнул Кирилл. Это могло говорить лишь об одном - его терпение окончательно лопнуло, - ты готов на слияние с "Golden grove"?
   - Нет.
   Однозначный, четкий, лаконичный ответ. Не терпящий возражений или рассуждений. В голосе Олега сквозила сталь. Во взгляде ледниковый холод. Уверенность в каждом движении. Каждом вздохе. Он не сдастся. Маргарита чувствовала. Каковой бы ни была причина. Не уступит. Сейчас запросто наживет себе врага в лице Кирилла, но не изменит своего решения.
   И теперь, глядя, как Рощин резко подхватывается со стула. Как в сердцах бросает салфетку на стол, каким взглядом окидывает невозмутимого на первый взгляд Чернышевского, Марго сотни раз пожалела, что они пришли сюда. Что Олег оказался настолько упертым и не желающим идти на компромисс. Не потому, что эта встреча всколыхнула прошлое. Потому что эта встреча явно принесет новые потрясения в настоящем. Маргарита отдавала себе отчет в том, что Кирилл так просто не отступится от своего. И хорошо, если Олег сразу уступит... Хотя, какое там уступит? Об этом не могло быть и речи. А это значит...
   - Ты уверен? - сощурившись, с нажимом уточнил Кирилл.
   - Более чем, - поднимаясь следом, равнодушно отмахнулся Олег.
   - Ты еще об этом пожалеешь! - гневно выплюнул Рощин, и резко повернувшись к все еще сидящей девушке, хватая её за руку, шикнул, - Маргарита, поднимайся! Мы уходим!
   - Кирилл, - нахмурившись, Одинцова все же встала, но высвободив уверенно руку, не давая мужчине потянуть себя к выходу.
   - Что? - нахмурив брови, мужчина застыл на пороге, явно не довольный перспективе оставаться в этом доме еще хоть на минуту.
   - Ты иди, а я... - обернувшись на Олега, что выжидающе смотрел на неё, умоляюще протянула, - я сейчас, Кирилл.
   - Маргарита, - махнув перед глазами Одинцовой указательным пальцем, Рощин сдался, - две минуты и мы уезжаем, - вместе с этим, мужчина выскочил в коридор.
   Проводив Кирилла взглядом, Маргарита, повернувшись к Олегу, на выдохе пробормотала:
   - Ты жив...
   - Жив, - делая шаг к девушке, утвердительно кивнул Чернышевский.
   И с лица словно спала та самая невозмутимая маска равнодушия и серьезности, сменяясь легкой улыбкой. Искренней. Настоящей. Не в пример тому оскалу, который мужчина показывал в присутствии Кирилла.
   - Я... рада, - только и смогла проговорить девушка.
   Кажется, после этого всякая способность трезво мыслить испарилась. Мысли и слова, которыми собиралась поделиться - улетучились, оставляя вместо себя лишь шок и недоумение.
   - Рит, - сокращая расстояние до минимума, едва слышно пробормотал Олег, - прости, что не уберег тебя.
   - Не стоит сейчас вспоминать об этом, - глубоко втянув воздух, Марго из последних сил старалась удержать свои эмоции под контролем, - слишком много воды утекло.
   - Ты изменилась, - вмиг посерьезнев, отметил Чернышевский.
   - Ты тоже, - усмехнулась Одинцова, - Жизнь не стоит на месте...
   Девушка хотела еще сказать о чем-то. Возможно, спросить. Но громкая трель мобильного где-то в сумочке спустила с небес на землю. Обрушила в реальность.
   - Кирилл, - даже не вытаскивая телефон, Маргарита прекрасно знала от кого звонок. Лишь бросила невидящий взгляд на сумочку. А после снова на Олега, добавив, - мне пора идти.
   - Будь осторожна, - ухмыльнувшись при упоминании Рощина, мужчина, сунув руки в карманы, поспешно отвернулся от Одинцовой.
   - Подумай, пожалуйста, еще раз о предложении Рощина, - пропуская слова Олега, мимо ушей, зачем-то попросила девушка, когда телефон умолк. Просто чувствовала, возможно, подсознательно отдавала себе отчет, что так будет лучше всем.
   - Я подумаю, - не оборачиваясь, Чернышевский прошел к окну, на ходу отмечая, - чтобы еще раз убедиться в правильности своего решения.
   - Олег, не глупи.
   Девушка мысленно сотни раз себя проклинала, что стоит здесь перед этим мужчиной и путается в чем-то уговорить. Но и смолчать не могла. Ради Кирилла или всего же ради... Олега?
   - Рит, иди, а, - когда мобильный снова требовательно зазвонил, напоминания о Рощине, - сейчас не лучшее время для разговоров. Потом поговорим.
   Около десятка секунд Маргарита изучала профиль мужчины. Вроде бы знакомого, но на деле совсем не изведанного для неё. Подбирала какие-то слова прощания. Вопросы... Но, так и не решившись ни на что, круто развернулась на каблучках, и поспешно вышла из гостиной, едва не срываясь на бег.
   За последние пару часов что-то изменилось. Но она пока слабо представляла, что именно. Только отчего-то внутренний голос отчаянно вопил, что её казалось бы мирная жизнь скоро попадет в крутые виражи и повороты. И самое страшное, что избежать их не дано...
   - Маргарита, твою мать, что ты там с ним любезничала так долго? - на улице девушку встретил раздраженный Кирилл. Облокотившись на капот автомобиля, он нервно затягивался сигаретой.
   - Кирилл, я не любезничала, - холодно оборвала Одинцова, обходя автомобиль и усаживаясь на свое место, - я просто еще раз... - с упреком взглянув на забравшегося в салон мужчину, - более тактично, попросила его подумать о нашем предложение.
   - И? - включая зажигания, Рощин резко сорвался с места, оставляя позади себя клубы дыма. Словно этим высказывая свое непочтение хозяину поместья.
   - Он подумает, - спустя пару минут, вздохнула девушка, отвернувшись к боковому стеклу.
   Десятки минут они ехали в полнейшем молчании, каждый осмысливая произошедшее недавно, прежде чем Рощин разразился проклятиями:
   - Хрена с два ему! Подумает он! - сильнее выжимая педаль газа, - ты что, Маргарита, решила, что я собираюсь ждать, пока этот молокосос будет водить меня за нос?
   - Кирилл, тише, - спокойно попросила Одинцова не кричать. И одновременно с этим сбавить скорость. Все-таки не смотря на её любовь к скорости, гонять она предпочитала сама. А у Кирилла это выходило хоть и достаточно ловко, тем не менее, отчего-то пугающе.
   - Нет, подумать только, какая-то с*ка будет учить меня, как вести бизнес? - Рощин вряд ли услышал просьбы девушки, заводясь все сильнее, - нет, я ожидал, что он заартачится, но чтобы настолько! Он, видать, еще не понял, кому перешел дорогу!
   Давненько Марго его подобным не видела. Точнее таким она Кирилла практически никогда не видела. За редкими исключениями, но это было еще в то время, когда она только становилась на ноги. Теперь... подобное поведение, во всяком случае, при ней, было нонсенсом. До сегодняшнего дня. И тот факт, что причиной был мужчина, некогда близкий ей самой, заводил в тупик...
   - Кирилл, своими криками ты ничего не добьешься, - очередная попытка достучаться до мужчины.
   - Маргарита, не тебе меня учить! Криками может, и не добьюсь, но благо, способов предостаточно! - выдохшись, мужчина замолчал, когда на горизонте показался их дом. И лишь когда машина со свистом тормозов, застыла у порога, Рощин на удивление спокойно выдал, повернувшись к девушке, - ты сказала, что знакома с ним?
   - Это было очень давно, - невразумительно махнула головой, отчего-то не желая рассказывать о том, что связывало её с Олегом Кириллу. Копаться в прошлом.
   Можно сказать, впервые в жизни, она что-то хотела удержать в секрете от Рощина. А быть может в этом вся и причина? Кирилл слишком досконально её знает. А Олег был той ниточкой, связующей её с прошлым, куда ни одной живой душе ход был воспрещен.
   - Маргарита, посмотри на меня, - протягивая руку к девушке, Кирилл, ухватив её за подбородок, резко повернул на себя. И когда их взгляды встретились, озвучил догадку, - ты с ним спала.
   - Я с ним не спала! - расширив от недоумения глаза, уверенно возразила Одинцова.
   Она ожидала подобного обвинения. Вот только когда услышала, не смогла спокойно воспринять и позволить Рощину думать именно в таком ключе. Потому что представить, что она и Олег... нет, это ведь смешно!
   - Вот почему он за столом все время пожирал тебя глазами! - на скулах мужчины заходили желваки, а в глазах вспыхнул безумный огонек.
   Что это? Неужели ревность? Он ведь никогда не ревновал... Прекрасно памятуя о её прошлом. Целиком и полностью принимая все. Понимая, что не её вина в случившемся. А тут... подумать только... ревность, да еще и к кому? К Чернышевскому! К близкому старому другу!
   - Кирилл, я тебе повторяю, я с ним не спала! - прикрикнула Одинцова.
   - Да брось ты дурочку валять! - притягивая лицо Марго ближе к себе, Рощин, сощурившись, всматривался в её глаза, - а то я не понял ничего! За идиота меня держишь?
   - Рощин, отпусти, мне больно! - прикусив губку, прошипела девушка.
   - А знаешь что? - ухмыльнувшись, мужчина спешно отпустил Маргариту, - мы ведь можем использовать это в наших целях.
   - Что? - девушка с ужасом уставилась на Кирилла, пытаясь понять, он ли сейчас рядом с ней. Нет, она прекрасно понимала, что этот мужчина далеко не ангел. И всегда принимала его таким, как он есть. Но это... выходило за все мыслимые и не мыслимые рамки.
   - Я не заставляю тебя с ним снова спать, - откинувшись к спинке сиденья, Кирилл уставился куда-то вдаль, явно довольный собственной безумной идеей, - просто направим твое обаяние в нужное русло. Что-то мне подсказывает, что этот сосунок не устоит.
   - Ты серьезно? - неверяще переспросила Маргарита.
   И получив утвердительный кивок, прекратив держать свои эмоции под замком, быстро замахнулась и влепила Рощину звонкую пощечину. И прежде чем последовала какая-то реакция, выпрыгнула из автомобиля, и, спотыкаясь на камушках, побежала в дом.
   Маргарите необходимо побыть одной. Осмыслить произошедшее за сегодняшний день. Это не самое однозначное предложение Кирилла, которое меньше всего ожидала когда-либо услышать именно от него. Внезапное и такое странное воскрешение Олега спустя столько лет. Понять, как относится к каждому событию по-отдельности. И всему вместе. Как реагировать?
   До сегодня Марго казалось, что она знает людей, которые её окружают. До сегодня она была уверена в стабильности собственного положения. Но теперь, оказывается, все слишком шатко и невразумительно.
   Есть Рощин, который спас её, помог. Которого она считала своим единственным близким человеком. И который выставляет ей столь странные предложения.
   Есть Чернышевский. Который чудом оказался жив. Который, кажется, по-прежнему небезразличен к ней. Но который так непростительно пропал на долгие годы. Именно те, когда был так необходим...
   И есть она, Маргарита Одинцова. Которая, как подсказывал внутренний голос, отныне меж двух огней...
  

Глава 4

   - Заходите, - выходя из ванной и на ходу вытирая волосы, окликнула Марго, услышав приглушенный стук.
   И судя по тому, как незамедлительно распахнулась дверь, пришедший только и ждал её ответа. Не глядя в сторону входа, девушка присела за туалетный столик, ловя в зеркале отражение мужчины.
   Кирилл. Конечно он. Кто может быть еще. Удивительно, как вообще постучался. Зачастую этот человек предпочитал врываться без стука.
   - Доброе утро, - застыв посреди спальни, невозмутимо заговорил Рощин, буравя спину Маргариты хмурым взглядом.
   - Доброе, - отбросив полотенце на стоящую рядом софу, Марго, встряхнула головой, откидывая густую копну волос назад, и потянулась за кремом.
   С видом полного равнодушия и невозмутимости. Так, словно её совершенно не волновало то, что где-то совсем рядом, за спиной, находится Кирилл. Хотя в большей степени это действительно не волновало Одинцову. К подобному своеволию со стороны этого мужчины давно привыкла. И если ранее девушка еще пыталась сдерживать себя, и вести себя как-то более подобающе своему положению, то после вчерашнего, когда Рощин открылся совсем с другой стороны, её понимание реальности будто исказилось. Как и собственное положение в этом доме.
   - Я думал, ты спишь. - Спустя пару минут бесполезного молчания, сообразив, что девушка первая с ним не собирается заводить разговор, заметил Кирилл. - Ведь рано еще совсем.
   - Ты же знаешь, что в Роще я предпочитаю вставать рано, - тщательно втирая крем в лицо, спокойно оборвала Марго.
   Отмечая краем глаза, скорее для самой себя, что стрелка часов неумолимо приближалась к половине восьмого утра. Не так уж и рано. Иногда, будучи в поселке, Маргарита могла вставать с первыми солнечными лучами. Желая насладиться рассветом, и одиночеством, которое только в эти утренние часы было воистину блаженным и по-настоящему умиротворяющим. Сегодня она немного задержалась, позволив себе чуть дольше понежиться в теплой успокаивающей ванне. К тому же сейчас, когда осень неумолимо вступала в свои права, светало гораздо позже.
   А вот почему Кирилл бродил по дому в такое время, да еще и, судя по деловому, официальному костюму, был при полном параде, оставалось вопросом. Впрочем, Маргарита не собиралась вдаваться в глубокие размышления по этому поводу. Захочет - сам расскажет.
   - Ты все еще дуешься за вчерашнее? - подходя ближе, прошептал Кирилл, слегка склонившись к ушку девушки.
   - Я не в том положении, чтобы дуться на тебя, - потянувшись к пудре, напрочь игнорируя непосредственную близость мужчины, хмыкнула Одинцова.
   Дулась ли она на самом деле? Хороший вопрос. Скорее Марго попросту не понимала, как относится к сложившейся ситуации. Как воспринимать теперь Кирилла. Нет, поначалу она, безусловно, разозлилась. Очень сильно разозлилась. Иначе ни за что не позволила себе подобную вольность, как пощечина. Не сказать, что боялась Рощина. Просто прекрасно знала, каким он может быть. Пускай не с ней, с другими, но Кирилл умел быть жестким. К тому же их отношения не предполагали подобного рукоприкладства. Как оказалось, до вчерашнего дня.
   Марго вспылила. Да так, что даже не рискнула выйти вечером к ужину. Честно признаться, она ожидала, что Кирилл начнет наставить на разговоре еще вечером. Но видимо, он не меньше самой Маргариты был озадачен и предпочел дать время на размышления. Правда, толку это почти не принесло.
   Хотя проворочавшись полночи без сна, девушка все-таки пришла к кое-каким выводам. Кирилл, конечно, наговорил глупостей. Но с другой стороны... может в чем-то он и прав? Он ведь сам потом сказал, что не собирается заставлять её спать с Олегом. А всего-то применить очарование... Да собственно девушка и планировала нечто подобное до тех самых пор, пока не узнала, кто является их непосредственным конкурентом.
   Легкий, ничему не обязывающий флирт. Разве это преступление? Она ведь не собиралась прыгать в постель тогда еще неизвестного. И по сути, если так вдуматься, то вчера Рощин просто озвучил её мысли. Немного в грубоватой форме. Неожиданной, но все же...
   Не мог Кирилл ей предложить чего-то такого запредельного... Зная о её прошлом, памятуя о том, с каким трудом удалось пережить его и начать с чистого листа. Не после того, как спас. Не после того, как... закрыл глаза на все, что большинство не прощает вовсе. Кирилл он ведь... не такой. Он ведь... её ревнует. И любит. Может своеобразно, но любит. В этом девушка практически уверена.
   Поэтому вчерашней ночью Одинцова пришла к мысли, что просто чего-то недопоняла. В конце концов, Кирилл вчера был весь на нервах. В таком состоянии чего только не наплетешь. И как ни странно, но придерживаясь такой позиции, становилось легче. Ну как легче... относительно. По крайней мере, это не разрушало веру в Кирилла окончательно. Но при этом Марго не могла в одночасье забыть вчерашний инцидент и вести себя с Рощиным, как ни в чем ни бывало. Хотя бы до тех пор, пока не получит более менее обнадеживающее подтверждение своим умозаключениям.
   - Марго, ну что ты, в самом деле? - осторожно проведя шершавой ладонью по нежной коже шеи, на выдохе пробормотал Кирилл, присев сзади на корточки, - ну прости меня, - слегка прикусив мочку уха девушки, - я вчера немного погорячился. С кем не бывает. Сама прекрасно понимаешь, в каком я состоянии. Из-за этого Чернышевского мы словно на пороховой бочке...
   - Кирилл, я понимаю это не хуже тебя, - на миг прикрыв глаза, Одинцова втянула в легкие воздух.
   Странным образом, но прикосновения Рощина не вызывали в ней ни капли эмоций. Она не думала сейчас о каком-то желании. Но элементарная дрожь, или трепет должны ведь быть? Но... ничего. И самое удивительное, что после некоторых событий, так было всегда. Это давно стало обыденностью. Жизнью, к которой Маргарита привыкла. С которой смирилась и собственно уже давно не обращала внимания на подобные нюансы. Так почему же сегодня этот момент так отчетливо впечатывался в сознание, не желая отпускать?
   Пожалуй, об этом и о многом другом, Марго будет думать как-нибудь потом. Этот вопрос еще неоднократно напомнит о себе. Но все это после. А сейчас... сейчас она не намерена менять свой распорядок дня даже ради очередной прихоти Кирилла.
   Слегка уклонившись от ненавязчивой ласки мужчина, Маргарита послала ему укоряющий взгляд через зеркало. Отложив пудреницу на место, поспешно поднялась из-за столика.
   - Да что с тобой сегодня? - подхватившись следом, ворчливо прикрикнул Рощин.
   - Кирилл, извини, но я планировала конную прогулку, - без тени сожаления, пояснила Марго.
   Вытащив из огромного шкафа, встроенного в стене, брюки и блузку, специально подходящие к такому случаю, совершенно не стесняясь того, что находится в одной комнате с мужчиной, развязала узелок на шелковом халатике и позволила тому легко упорхнуть к ногам.
   Одеваясь, буквально ощущала на себе сверлящий взгляд Кирилла. Она прекрасно знала, что он не постесняется и, пользуясь случаем, в который раз досконально изучит каждый изгиб её пока оголенного тела. Но Маргарите все равно. Ей тоже стеснятся нечего. Можно подумать Кирилл там чего-то не видел. А она сама... что ж, Марго давно избавилась от способности краснеть перед мужчинами. Даже в подобном виде. Или именно в таком виде. В особенности перед Рощиным.
   - Опять ты со своими прогулками, - фыркнул мужчина, и, сунув руки в карманы, отошел к окну. При этом продолжая украдкой следить за действиями Маргариты, что медленно, словно провоцируя, натягивала на себя брюки.
   - Кирилл, я даже не собираюсь с тобой спорить по этому поводу, - справившись с брюками, и теперь ловко застегивая пуговички на белоснежной блузке, - тебе все равно не понять.
   - Конечно, куда мне до тебя, - не без иронии фыркнул, - только, Марго, я бы на твоем месте сейчас волновался немного по другому поводу.
   И когда даже на это замечание не последовало ответа, и Одинцова, с видом полнейшей невозмутимости, натянув жилетку, расчесывала подсохшие волосы, Кирилл заявил:
   - После вчерашней встречи я сделал для себя кое-какие выводы. Этот... - подбирая подходящие слова, Рощин, тем не менее, поймав на себе вопросительный взгляд, выплюнул, - Чернышевский... явно нарывается. Или у него за спиной стоит какая-то большая шишка. Иначе не пер бы как танк. На человека, действующего спонтанно и импульсивно он не особо похож.
   - К чему ты клонишь? - упоминания Олега сделало свое, и Маргарита больше не могла настолько невозмутимо и равнодушно реагировать на слова Кирилла.
   - Я вчера связался с нужными людьми, мне пообещали представить о нём полную информацию в ближайшие дни, - присев на край кровати, задумчиво отметил мужчина, - в зависимости от этого предстоит решать, какие меры предпринимать. Если он действует в одиночку, мне и самому не составит труда решить с ним вопрос.
   - А если нет? - Марго, казалось, и дышать перестала.
   Она могла себе представить эти вероятные способы решения проблем Рощиным. Никогда не знала наверняка, но предполагала, что они далеки от целомудренных и правильных. И отчего-то осознание того, что отныне под ударом является именно Олег, не добавляло уверенности и спокойствия.
   - Даже на такого как он, найдется управа, - поднявшись, Кирилл подошел ближе к Маргарите, и, обхватив ладонями её лицо, коротко чмокнул в лоб. После чего отстранившись, направился к выходу. На ходу бросив, - как бы там ни было, пока информации нет, будем ждать.
   - Кирилл? - нахмурившись, неуверенно позвала девушка, - может быть мне стоит встретиться с ним еще раз?
   Вопрос слетел с уст, прежде чем Одинцова успела взвесить все "за" и "против" подобного предложения. Она рисковала. Но ведь встреча могла не просто помочь Кириллу. Скорее она могла бы помочь самому Олегу. Уберечь того от нежелательных последствий намечающейся негласной войны с Рощиным. А еще... только личная встреча сможет расставить хоть что-то по местам для самой девушки. Чем она больше мотивировалась в данный момент, сложно предположить.
   - Нет, - обернувшись у порога, категорично ответил мужчина, - тебе пока лучше не высовываться. Для начала посмотрим, что начнет предпринимать Чернышевский.
   - Хорошо, - умело скрывая разочарование, рискующее вырваться наружу, кивнула. И тут же, словно опомнившись, взмахнув неопределенно рукой, уточнила: - А ты куда-то собрался?
   - Да, я в город. Скорее всего, буду поздно. Так что можешь меня не ждать.
   С этими словами, не прощаясь, Рощин вышел из спальни. Несколько минут Марго бессмысленно смотрела ему вслед. После чего устало опустившись на софу, прикрыла лицо ладонями. Предчувствие настигающей бури в эти мгновения было как нельзя более отчетливым и ощутимым.
   Ледяная хладнокровность, скользящая в каждом движении, в каждом слове и взгляде Кирилла, наводила на определенные размышления. С одной стороны Марго должно стать легче. Рощин извинился. Пускай в своей манере, но покаяния с цветами и на коленях от него ожидать не стоило. Он вроде отказался от затеи воздействовать на Олега с её помощью. Более того, отмел вероятность повторной встречи. Все это вкупе должно радовать. Но отчего-то не радовало.
   Он не пытался расспросить, где и при каких обстоятельствах она познакомилась с Чернышевским. В принципе это можно списать на познания о её прошлом. Только обычно в случае, когда затрагивались интересы бизнеса, любые другие интересы, в том числе и запретные темы, отходили на второй план. Но Кирилл умолчал.
   Кирилл вообще сегодня казался на удивление спокойным и невозмутимым. И это странно. По сравнению с вчерашним поведением. Еще эта поездка в город... Нет, эта поездка не в новинку. Обычно приезжая в Золотую Рощу, мужчина регулярно наведывался в областной центр. Решая какие-то деловые вопросы. В чем они заключались, Маргариту ранее как-то особо не интересовало, и не вникала в подробности. Но сегодня почему-то пыталась найти подвох даже здесь. Хоть какую-то зацепку или связь относительно предстоящих разборок с Олегом.
   Нет, так она определенно сойдет с ума. Если будет и дальше пытаться разобраться в том, чего не может знать наверняка. Если будет искать странности там, где вероятнее всего, их даже не предвидится.
   В какой-то момент в голове вспыхнула мысль, раз Кирилла все равно не будет дома, поехать к Чернышевскому и напрямую спросить, что значит его появление. Но она так же быстро улетучилась. Потому как Маргарита понимала, что ни к чему толковому это не приведет. Кирилл далеко не дурак, и при случае может обо всем узнать. В конце концов, охрану тоже не стоит сбрасывать со счетов. Тогда эта поездка запросто получит новый неприятный оттенок и принесет лишние проблемы.
   Да и Олег... Что она знает об этом мужчине теперь? Ровным счетом ничего. И как оказалось, никогда не знала. Это раньше он был лучшим другом. Это раньше он вытаскивал из любых передряг, не боясь ничего. Это раньше она была для него кем-то действительно важным. А теперь? Что-то изменилось. Где гарантия, что она, как и ранее, небезразлична этому мужчине?
   Какой-то внутренний голос едва не завопил, убеждая, что сомневается не стоит. Олег быть может и стал другим, но его отношение к самой Марго осталось прежним. Чего стоят одни взгляды. Коротких минут общения наедине с ним хватило, чтобы понять, что во взгляде, обращенном к ней, ничего не изменилось. Равносильно, как и в остальном отношении. Иначе не прозвучали эти слова... "Будь осторожна...". Говорил ли он осознанно, или...?
   Резко махнув головой, Маргарита, подхватившись, бросилась к выходу из комнаты. Сейчас необходимо успокоится. Обрести трезвость мысли, которая отчего-то то и дело ускользала, как только пыталась мысленно разложить все по полочкам. В этом может помочь только одно. Дикий галоп со Страстью. Только это и ничто другое больше...
   Потому забрав с конюшни любимую лошадь, по традиции приготовленную для утренней прогулки, уже через полчаса Маргарита мчалась по широкой тропе к излюбленному месту у реки. Ветер безжалостно хлестал по лицу, играя со спутавшимися волосами... Вот она, настоящая свобода!
   В какой-то миг Марго даже прикрыла глаза, наслаждаясь блаженством момента. И не сразу сообразила, что помимо шороха, создаваемого Страстью, где-то совсем рядом эхом отдается аналогичный хруст мелких веточек и шелест опавших листьев. Лишь когда расслышала отчетливый стук копыт, явно издаваемых не её лошадью, вздрогнув и возвращаясь в реальность, Марго несмело обернулась.
   На расстоянии метров ста за ней мчался неизвестный всадник на огромном вороном скакуне. Из-за скорости трудно разглядеть лицо неизвестного. Но глядя на силуэт фигуры, понимая, что он пытается догнать именно её, предчувствие подкинуло один единственно возможный вариант.
   Не было в Роще и в близлежащих краях того, кто мог, подобно самой Маргарите, заниматься верховой ездой. За более чем пять лет такого увлечения она знала это наверняка. Во всяком случае, до недавнего времени. До тех самых пор, пока здесь не объявился Чернышевский. Только он был способен так нагло и вальяжно вломится на чужую территорию. Для чего он это сделал, оставалось загадкой. Но ощущение чего-то неизбежного не покидало.
   Дабы проверить собственные предположения, Маргарита, пригнулась к спине Страсти, заставляя ту ускориться. Традиционный маневр, который отчетливее убедил девушку в её домыслах.
   Когда через несколько минут езды Одинцова, резко натянув поводья, заставила лошадь остановиться у реки, сомнений в том, кого сейчас увидит, не оставалось. Зато по телу все лихорадочнее растекался странный внутренний трепет. Соскочив со Страсти и погладив ту у шеи, Марго повернулась к загарцевавшему рядом скакуну.
   Фыркая и недоумевая, тот все же послушался хозяина и остановился слегка в стороне. Вместе с чем всадник ловко спрыгнул на землю. Так же, как и сама Маргарита, погладил вороного. И медленно повернувшись, двинул в сторону девушки, что так и застыла, прижавшись к Страсти.
   В простых брюках, высоких ездовых сапогах и одной лишь белоснежной рубашке, слегка расстегнутой на груди. Весь уверенный и невозмутимый. Серьезный... Прожигая и изучая взглядом одновременно.
   А у Маргариты в голове одна единственная мысль - опасность... В опасности сосредоточение всего. Этой встречи. Этого мужчины. Предстоящего будущего...
   - Ловко ты с ней справляешься, - как ни в чем не бывало, будто и нет между ними пропасти в десяток лет, мужчина подошел ближе и потрепал кобылку за гриву.
   - А что там справляться. Это моя Страсть, - повернувшись к лошади, зачем-то призналась Марго. Трудно сказать, что она имела в виду, упоминая "страсть". Имя лошади, или нечто совсем иное...
   - От тебя стоило ожидать подобного, - слабо улыбнувшись, отметил: - ты всегда была смелой и отчаянной.
   Девушка не знала, что ответить. Вроде столько раз представляла себе, а что было бы, окажись Олег жив? Как реагировала? Что сказала..? Да что там, каких-то несколько часов назад, уже зная наверняка, что им предстоит снова встретиться, Маргарита придумала столько вопросов, столько важных слов... Где он был все время? Как жил? Чем жил? Как справился? Как добился подобных высот? Зачем, в конечном итоге, появился именно сейчас?
   И что теперь? Стояла и даже не представляла, как себя вести рядом с ним. Буквально терялась. Впервые за многие годы по-настоящему терялась перед мужчиной...
   Наверное, именно из-за этой растерянности и вырвался самый нелепый и неправильный вопрос... Вопрос, попытки ответа на который так уверенно и легко отмела при прошлой встрече.
   - Где же ты был все это время, Олег? - с отчаянием заглядывая в голубые глаза.
   Скорее всего, Маргарита сейчас выглядела по-детски наивно и глупо. В какой-то момент... Когда конкретно они и сама не могла понять, словно вернулась обратно в прошлое. Туда, где она все еще была маленькой наивной девочкой Риткой. А рядом всегда находился Олег. Почти всегда...
   - Рит, это сложно сейчас объяснить, - с сожалением выдохнул мужчина. Видно, что вопрос ввел его в ступор.
   Он не меньше её сожалел о несбывшемся. А может и больше? Кто знает...
   - А ты попробуй, - вздохнув, Марго прошла в сторону реки, всматриваясь куда-то вдаль, к противоположному берегу.
   - Рит, придет время, и ты обязательно обо всем узнаешь, - подкрадываясь сзади, виновато пробормотал Чернышевский.
   - А когда придет это время? Почти двенадцать лет, Олег... - обхватив себя за плечи, Одинцова не решалась взглянуть на мужчину, опасаясь, что в этот раз не сможет сдержать себя под контролем, - ты только вдумайся! Двенадцать лет я жила с мыслью, что тебя тогда там убили, вместе с Пашкой. И что я вижу сейчас? Ты жив, здоров, и, кажется, не слишком бедствуешь. Неужели тебе этого мало?
   - Рита, если бы все зависело только от меня, - подойдя до неприличного близко, как для случайного знакомого, Олег осторожно сжал девичьи плечи, пытаясь развернуть к себе.
   - Конечно, я понимаю, - ухмыльнувшись, Марго подчинилась, так и не поднимая глаз, - бизнес, прежде всего. Для вас мужчин, всегда на первом месте удовлетворение собственных амбиций. Деньги, власть, признание... Ты ведь не исключение, так? - вздернув подбородок, с вызовом взглянула на Чернышевского.
   - Нет, Рит, - отрицательно качнув головой, с грустью в голосе, откровенно признался Олег, - дело совсем не в бизнесе. И не в деньгах. Просто поверь мне.
   В ответ девушка отворачиваясь, лишь усмехнулась. Доверие было последним, что она могла дать. Способность доверять у неё украли еще в далеком прошлом. Еще скорее, чем все остальное... И теперь он просит о доверии. Имеет ли право?
   - Рита, скажи, - не получив желаемого ответа, осторожно приподнял двумя пальцами подбородок, заставляя Одинцову посмотреть на себя, - ты можешь мне поверить?
   - Ты не знаешь, о чем просишь, Олег, - фыркнув, Маргарита, резко освободилась, и отступила назад, - доверие вообще хрупкая вещь. Расколов единожды, его нельзя склеить снова, - Присев на край обрыва, она, подхватив с земли пару камушков, машинально пустила в реку, - я не могу доверять тебе после того, что узнала вчера. Даже не смотря на нашу дружбу в прошлом. Только сейчас я отчетливо понимаю, что толком и не знала тебя никогда.
   - А кому ты можешь доверять? - усаживаясь рядом, устало вздохнул мужчина, провожая взглядом очередной камушек, брошенный девушкой, - Рощину?
   - Его, по крайней мере, я знаю хорошо, - уклончиво заметила Марго.
   - Ты так уверена, что знаешь? - запустив камушек вслед за Ритой, - Беспрекословно внимая тому, что тебе говорят, еще не означает, что ты знаешь человека досконально. В большинстве случаев внешняя картинка это оболочка. А что там находится внутри, порой трудно понять даже самому посвященному человеку. Неужели ты уверена, что являешься для Рощина настолько близкой?
   Снова вопрос, ответить на который Маргарита не могла. Не сейчас. Быть может, услышь она его еще вчера с утра, безусловно, ответ был бы утвердительным. Но сегодня... что-то менялось. Даже не смотря на утренние извинения Кирилла, осадок на душе оставался. Какое-то странное ощущения ореола тайн вокруг Рощина, что появилось сегодня в разговоре с ним, после слов Олега вспыхнуло с новой силой. Это не слишком радовало.
   Снова копаться в прошлом, искать изъяны и недостатки в человеке, который сделал для неё гораздо больше, чем кто-то либо другой, не хотелось. Вообще не хотелось даже обсуждать этот момент. Пускай и с Олегом. Тем более с Олегом. Который и сам был не лыком шит и оказался для Маргариты полнейшей загадкой...
   - Чернышевский, тебе какое до этого дело? - резко подхватившись, Маргарита, отряхнула с ноги сухие травинки, - ты столько времени шляешься черти где, а теперь появляешься и пытаешься меня убедить в том, что я живу как-то неправильно. Не много ли ты на себя берешь?
   - Рита, я не говорю, что ты живешь неправильно! - подскочив следом, вспыхнул мужчина, - я хочу помочь тебе разобраться в том, с кем ты живешь и как! И хочу, чтобы ты поняла, наконец, для чего нужна этому твоему Рощину!
   - А с чего ты взял, что я сама хочу этого? - став в позу, с вызовом выкрикнула Одинцова, - между прочим, мне и так неплохо жилось до твоего появления! Зачем ты вообще влез сюда? Ты считаешь, что связываясь с Кириллом, ты делаешь кому-то лучше? Да ты делаешь в первую очередь хуже! Причем самому себе!
   - Ритка, да послушай же ты меня! - нагоняя девушку, когда та бросилась к лошади, с явным намерением сбежать, Олег, хватая её за запястье, попытался развернуть к себе, - в тебе сейчас говорит обида. Но я прошу тебя! Ты ведь далеко не глупая. Просто подумай и трезво оцени ситуацию. Неужели ты ни разу за все время, пока живешь с Рощиным, не замечала за ним чего-то... странного?
   - Олег, давай на чистоту. Хватит говорить загадками. Если хочешь что-то сказать - говори! Что я должна была заметить? Я прекрасно знаю, что Кирилл далеко не ангел. Но не нужно пытаться меня настроить против него! Если ты считаешь, что подобный способ поможет быстрее продвинуться в бизнесе, то смею тебя огорчить - не поможет! Кирилл сожрет тебя и не поперхнется. Даже без меня! У него свои методы. И я хочу тебя предупредить, кажется, он уже пустил их в оборот. Во всяком случае, со дня на день у него будет полное досье на тебя. И тогда посмотрим, кто и о ком чего-то не знает!
   - Вот ты и ответила на мой вопрос, - усмехнувшись, спокойно выдал Чернышевский, - осталось лишь сделать правильные выводы.
   - Слушай, чего ты от меня хочешь? - закатив глаза, устало выдохнула Марго. Разбираться в словах Олега, которые больше походили на головоломки, она сейчас была не в состоянии. Но все еще надеялась получить более исчерпывающий ответ на свои вопросы.
   - Я, кажется, уже сказал, что просто хочу тебе помочь.
   - Ёлки-палки, Чернышевский, где ты был со своей помощью, когда я сидела в заточении в этой чертовой "Инанне"? - слова сами непроизвольно слетали с губ. Маргарита срывалась. Немного позже она еще не раз пожалеет о сказанном, но сейчас просто не могла заставить себя замолчать. - Когда меня подкладывали под каждого встречного-поперечного толстосума, готового вывалить кругленькую сумму? Когда меня... когда я... - хватая воздух, как выброшенная на берег рыба. На глаза невольно наворачивались слезы, и Марго, тряхнув головой, резко дернулась, пытаясь освободить руку из мужского захвата, - да отпусти уже меня!
   Вырвавшись, девушка, пользуясь мимолетным замешательством Олега, быстро запрыгнула на Страсть, что мирно щипала травку около коня мужчины. Но пуститься вскачь она не успела. Потому как реакция Чернышевского была молниеносной. Выбежав вперед лошади, он, перехватив узды, заставил её застыть на месте. И продолжая удерживать кобылку, повернувшись к Одинцовой, уверенно заговорил:
   - Прости, что тогда не смог помочь тебе. Что не нашел способа, возможности... Но я прошу тебя об одном, Рита. Дай мне шанс. Не исправить все. К сожалению, при всем желании, у меня нет такой власти, чтобы вернуть время вспять. Просто дай шанс помочь тебе забыть о том кошмаре.
   - Олег, это не тот случай, когда возможно забыть, - устало возразила Маргарита, закусив губку.
   - И все-таки... Я не прошу тебя сразу давать мне окончательный ответ, - отступая немного в сторону, тем самым давая возможность девушке уйти, Олег напоследок выкрикнул, - если решишься, я буду ждать тебя в этом месте и в это же время на протяжении недели!
   Отчаяния и мольбы, которая сквозила во взгляде мужчины, обращенном к ней, Маргарита уже не видела. Равносильно, как и не могла слышать, как Чернышевский, только она скрылась в лесной чаще, машинально вытащил из кармана мобильный, и, набрав нужный номер, хладнокровно проговорил:
   - Рощин клюнул. Сделай так, чтобы он узнал только то, что должен знать, - отключившись, Олег, уставившись вслед девушки, после которой осталось лишь густое облако пыли, с сожалением пробормотал - Рита-Рита... Маргарита... она же Грета... она же Королева... она же Марго... И моя Жемчужина. А ведь что ни говори, но, не смотря на невозмутимую браваду, как ни храбрись, ты все та же Ритка...
  
   А Маргарита стремглав неслась в направлении особняка. В голове каламбур из мыслей и услышанных от Олега слов. Перед глазами пелена слез. Тех самых, которые в свое время были для неё непроизвольной роскошью. И картинки из прошлого. Одна за другой. Те самые, которые сделали её такой... Которые проложили путь изначальных метаморфоз её жизни. Превращая из юной наивной Ритки, в отрешенную от реальности и оскорбленную на весь мир Грету...
  

Глава 5

  
   - Рит, смотри какая красота! - восхищенно воскликнула Белла, вытащив из шкафа короткое платье кроваво-алого цвета, и встряхнула его перед девушкой.
   - Угу, - безжизненно отозвалась Маргарита, даже не взглянув на увлеченную нарядами блондинку.
   Вместо этого продолжала изучать свое отражение в зеркале. Бледное лицо. Запавшие веки, синяки под ними и безразличие ко всему, отражающееся в некогда счастливых, карих глазах. Каких-то несколько дней, и от если не беззаботной, то, по крайней мере, удовлетворенной собственной жизнью девчонки, не осталось и следа. Одна лишь горечь потери и равнодушие ко всему... Окончательное и бесповоротное. Даже желание мести разбилось о путы безвыходной клетки, в которой она оказалась...
   - Рит, что-то ты совсем раскисла, - отбросив платье на кровать, обеспокоенно отметила Белла.
   - Ты думаешь, в моем положении возможно чему-то радоваться? - резко развернувшись на крутящемся стульчике, равнодушно бросила Одинцова, встречаясь взглядом с блондинкой.
   Повисла неловкая пауза. Белла, нахмурившись, явно пыталась придумать малость достойный ответ. Но, судя по всему, даже у неё это не особо удачно получилось. Несмотря на жизненный опыт. Несмотря на то, что довольно долго вращалась в сомнительных кругах...
   Белла была весьма миловидной женщиной лет тридцати. Шикарные, слегка вьющиеся, белокурые волосы. Красивые проницательные голубые глаза. Эта женщина была далеко не глупой и, наверное, именно поэтому ей удалось заполучить в этой золотой клетке столь высокое и почетное место. Начиная одной из "стаи", стала главной над остальными. Но и этого ей было недостаточно. Женщина явно стремилась к гораздо большему.
   Упрямая и вспыльчивая. Не желающая подчиняться. В этом они чем-то похожи с Маргаритой... Но в отличие от Одинцовой, Белла могла, и умело подстраивалась под ситуации. Притаившись, выполняла любые указания. Не потому что боялась противоречить. Просто выжидала более подходящего момента, чтобы показать себя, настоящую. Рите этому только предстояло научиться.
   Тогда, дня три тому назад, после первой и пока что единственной встречи с Сизым, именно к Белле привел её охранник Сергей. Именно на Беллу была возложена почетная миссия ввести Маргариту в курс дела. Да что там? Именно Белла и только она занималась так называемым "пополнением", подготавливая, а затем и принаряжая девушек для "работы". Сама женщина давно прошла путь от одной из множества девочек по вызову, до дорогостоящей и элитной, только для избранных. Теперь её работа заключалась совершенно в ином, и, похоже, это прельщало куда больше.
   - Рит, - Белла подошла ближе к девушке, и присев рядом, на корточки, взяла ледяные ладошки в свои руки, едва слышно заговорив: - прошлого не вернуть. Сейчас тебе нужно позаботиться о своей судьбе.
   - Хорошая судьба, ничего не скажешь, - не желая выдавать накатывающиеся на глаза слезы, Одинцова спешно отвернулась, прикусив губку, - всю жизнь мечтала быть чье-то подстилкой.
   - Рита, - сильнее сжав руки девушки, - Здесь мало кто мечтал о подобной участи. Здесь только несколько девушек, для которых "Инанна" это реальный шанс выжить. Не оказаться на улице и иметь хоть что-то. Ту же крышу над головой, приличную еду и не самые дешевые вещи. Ты предпочитаешь оказаться одна, на улице, и пойти бомжевать? Или еще лучше - в грязные дешевые проститутки, готовые с любым за сотню?
   - По-твоему это единственный способ заработка? - позволяя слезинке скатиться по щеке, Рита невидящим взглядом уставилась на Беллу, - можно ведь уборщицей, официанткой, продавщицей... да кем угодно! Уж лучше бомжевать! - на грани отчаяния и истерики, - По-твоему, здесь, ложится под кого-то лучше? Лишь потому, что эти "кто-то" толстосумы, готовые выложить большие деньги за сомнительные развлечения?
   - Рит, поверь, я знаю, о чем говорю, - тяжело вздохнув, Белла аккуратно стерла с личика Маргариты слезу, - ты обязана выстоять. Чем больше ты сейчас будешь сопротивляться, тем быстрее сломаешься. А как же месть за близких тебе людей? Неужели ты готова так быстро сдаться?
   - В то-то и дело, что не готова, Белла, - с надеждой всматриваясь в глаза женщины. А потом, как-то неожиданно усмехнувшись отчаянной мысли, пронзившей сознание, наклонилась к блондинке ближе и заговорщицки прошептала: - Помоги мне сбежать! Ты ведь все здесь знаешь. Ты здесь своя. Тебя никто даже не заподозрит!
   - Рита, это невозможно, - натянув на лицо маску равнодушия, отрицательно закивала головой женщина, - ты видела охрану? Здесь куча камер. Тебе все равно далеко не уйти. Ты хочешь, чтобы тебя пристрелили при побеге? Или хуже того, поймав, устроили такую головомойку, после которой очередной толстосум покажется раем? Поверь, всякое проходили.
   Возможно, в чем-то блондинка и права. Кто знает, может когда-то Маргарита и примет истинный смысл услышанного. Но все это будет позже. А сейчас девушка не могла так запросто смириться. Поверить. Так запросто сдаться. Не в очередной раз.
   - Понятно, - освободив ладони, Рита быстро подскочила, и отвернулась к окну, всматриваясь вдаль.
   Туда, где чернел, казалось, беспросветный лес, за которым всенепременно должны находиться бескрайние поля и луга. Там, где гуляет свободный ветер. Где она и сама могла бы стать свободной...
   Глупо просить Беллу о помощи. Кто Рита для неё? Очередная из множества, прошедших через её руки. Интересно, сколько таких наивных дурочек обращались к женщине с подобной просьбой? Наверное, много. Вряд ли Белла была здесь, поддайся хоть на одну из них...
   Но... черт возьми, Маргарита не готова пойти на ту участь, что была ей уготована. Она не сможет. Физически. Морально. Да она... лучше умрет, чем... Лучше действительно под пулю, чем... все это. Как же страшно. От отсутствия выбора. От безысходности в принципе.
   - Рита, - неслышно подкравшись к девушке, Белла сжала её плечи, и резко развернув к себе, равнодушно бросила, словно прочитав мысли. - Не вздумай натворить глупостей.
   Вместо ответа Одинцова лишь нервно дернулась, пытаясь высвободиться. Но это была не самая равная борьба. Особенно, когда силы на исходе, а нервы на пределе. К тому же, видимо Белла натаскана в усмирении подобных Рите девушек.
   С силой встряхнув Маргариту, она потянула ту обратно к туалетному столику, на ходу приговаривая:
   - Сегодняшний клиент заплатил за тебя бешеные деньги, - усаживая девушку на стул, - поэтому ты просто обязана быть послушной и понравиться ему. Иначе... придется отрабатывать еще и за это.
   - Я никуда не пойду! - прикрикнула Маргарита, дернув головой.
   - Пойдешь, как миленькая пойдешь, - настойчиво пробормотала женщина, распуская тугой узел, в который были связаны волосы, - я уже сказала, что у тебя нет выбора, поэтому лучше не дергайся. Иначе попрошу Сёрегу привязать тебя к этому стулу.
   - Я лучше умру, чем позволю кому-то прикоснуться ко мне, - на выдохе прошипела Рита, уставившись в отражение собственных глаз.
   - Это еще успеешь, - ловко расчесывая волосы, хмыкнула Белла, - может, все окажется и не так страшно, как ты думаешь. Первый раз всегда боязно, а потом привыкнешь. Но для начала мы сделаем из тебя красавицу.
   Оставив слова блондинки без ответа, Маргарита позволила той продолжить над собой колдовать. Все равно сил для сопротивления уже практически не оставалось, а в голове слишком пусто, чтобы продумывать пути для отступления. Действовать Рита станет по обстоятельствам. Именно тогда ей и понадобятся крохотные остатки сил. Сейчас... пускай Белла делает свое дело.
   И Белла не заставила себя долго ждать. Потянувшись за ножницами, она, прежде чем Маргарита успела возмутиться, собрав волосы девушки в пучок, чикнула, одним движением укорачивая их практически на половину длинны. Пряди одна за другой падали на пол... Меняя не только внешний облик. Меняя что-то в самой жизни, в характере. Словно отрезая её путь к прошлому, возврата куда нет, и больше не будет...
   И уже через каких-то десять минут, вместо привычной густой копны, длинной до поясницы, волосы девушки едва ли доходили до плеч. Теперь с зеркала на неё взирала совсем другая девушка. Не сказать, что Маргарите она не нравилась, или наоборот, нравилась... Просто она была другой... Лишь черты лица говорили о том, что это все-таки та самая Маргарита...
   Затем пришел черед макияжа. Повернув Одинцову к себе, Белла усердно мазала её тональными кремами, что-то выводила кисточками, всевозможными щеточками с красками... Рите казалось, что эта процедура никогда не закончится. И в то же время она отчаянно желала, чтобы так и было. Но каждый мазок неумолимо приближал к часу "иск"...
   - Ну, вот и все! Я знала, что даже твою безнадежно-кислую мину можно замаскировать, - удовлетворенная своей работой, отметила Белла, закончив с внешним преображением, и одергивая на Маргарите то самое, откровенное платье.
   Обернувшись к зеркалу, Одинцова едва сдержала возглас удивления. Казалось, на неё смотрела совсем другая девушка. Яркий макияж, делающий взгляд более выразительным. Алая помада в тон платью, которое едва прикрывало икры ног. Откровенный вырез, подчеркивающий грудь. Гораздо взрослее своих лет. Хотя, пожалуй, Рита и так была взрослее. Пережив то, что пережила за последние дни, вольно невольно становишься взрослее. И опытнее. А ведь это только начало...
   - Знаешь, мне кажется, надо придумать тебе подходящее имя, - выглядывая из-за плеча Маргариты, и окидывая зеркальное отражение девушки, предложила Белла.
   - Зачем? - безэмоционально осведомилась Одинцова. На самом деле ей плевать, какой бы ответ не последует. Ей вообще плевать сейчас на все. Ну, или практически на все.
   - Затем, что здесь почти никто не известен под своим настоящим именем, - словно неразумному ребенку пояснила Белла, - негласное правило, которое беспрекословно соблюдается среди девушек "Инанны".
   - И ты... - нахмурившись, удивленно уточнила Рита, - не Белла?
   - А сама как думаешь? - усмехнувшись, блондинка отвела взгляд в сторону окна, - или считаешь, что я в качестве исключения? Поверь, вовсе нет. Жизнь здесь достаточно сильно отличается от жизни, что там, за забором. Тут словно другое измерение. И если когда-нибудь подвернется возможность вернуться туда, то, по крайней мере, хоть что-то останется незапятнанным. Собственное имя это не так уж и мало.
   - А как тогда тебя зовут? - осторожно уточнила девушка, предполагая заранее, что не получит ответа на данный вопрос.
   - Может, как-нибудь при случае я тебе расскажу об этом, - поспешно отмахнулась Белла, и задумчиво нахмурившись, неожиданно развернула Риту к себе, беззаботно приговаривая, - Сёрега сказал, что Батя окрестил тебя Цветочком. Но какой же ты цветочек? Слишком прозаично и не совсем к случаю. Я уже сейчас вижу, не смотря на возраст, вскружишь голову не одному мужчине.
   - Плевать я на них хотела, - несмело огрызнулась.
   - А знаешь что? - не обращая внимания на замечание, Белла, подперев рукой подбородок, еще раз осмотрела девушку с ног до головы, после чего довольно выдала - будешь у нас Гретой. Недалеко уйдем от твоего собственного имени, потому как значение практически одно и то же - жемчужина. Яркая и красивая... Правда еще юная и неискушенная. Но слишком свободолюбивая и мятежная. Да, тебе определенно подойдет...
   Острожный стук в дверь прервал рассуждения Беллы, а Риту заставил нервно вздрогнуть. После чего, не дожидаясь ответа, в комнату заглянул Сергей. Тот самый охранник, которого довелось увидеть в первый день пребывания в "Инанне". На удивление добродушный и открытый, чем-то по-прежнему напоминающий Олега. Не сколько внешне, сколько спокойствием и уравновешенностью. Быть может, некой надежностью. Он был одним из тех, кто отвечал за безопасность девушек.
   - Ну что тут? - оценивающе окидывая Ритку взглядом, - готова? Там уже клиент подъехал.
   - Я никуда не пойду! - расширив от ужаса глаза, Маргарита быстро переводила испуганный взгляд с охранника на Беллу.
   Пожалуй, только услышав очередное упоминание неизбежной участи, девушка осознала всю серьезность ситуации. "Клиент", явно пришедший не для того, чтобы разводить светские беседы, или распивать чаи.
   - Белл, ты, что до сих пор не проинструктировала её? - фыркнув, Сергей кивнул в сторону Риты.
   - Да что она маленькая, сама не понимает? - нахмурившись, прикрикнула блондинка, - и вообще, иди Сёрег, выполняй свои прямые обязанности. Я сама отведу и представлю её клиенту.
   - Что-то ты слишком много на себя берешь. Доиграешься, смотри. Батя узнает, устроит тебе... - проворчал охранник, махнув рукой. Но, тем не менее, послушно вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь.
   - Белла, не надо, пожалуйста, - хрипло, словно загнанный в угол зверек, пробормотала Рита, что до этого поджавшись, молчаливо следила за разговором этих двоих.
   Надеялась ли она еще в тот момент на спасение? Вряд ли... Скорее попросту не могла поверить до конца, что происходящее случилось именно с ней. Что именно она, а не кто-либо другой, по нелепой случайности, глупому стечению обстоятельств попала в бордель. Элитный, дорогой. Но от этого суть не меняется. Бордель он и есть бордель, будь хоть трижды обставлен золотом. То самое место, о каком простому народу известно разве что из фильмов. Кто бы мог подумать, что однажды она узнает обо всех тяготах и лишениях не понаслышке...
   - Рит, не в моей власти решать, что надо, а что нет, - равнодушно вздохнула блондинка.
   Пройдя к шкафу, вытащила оттуда бутылку коньяка и два бокала. Плеснув в них по изрядной порции алкоголя, вернулась к Маргарите, и сунула в руки один, со словами:
   - Пей. Хуже не будет. Но сможешь хоть немного расслабиться и успокоится. А то вон как напряглась, - пытаясь расправить плечи девушки.
   - Белла, я же не смогу, - пригубив немного со стакана, Рита закашлялась, когда жидкость, разливаясь обжигающим теплом внутри, казалось, выжигала дотла.
   - Здесь никто и никого не спрашивает, сможешь или нет, - отпив из своего бокала, заметила женщина, - все просто идут и выполняют то, что приказано. Чем меньше сопротивлений, тем проще будет тебе самой. Постарайся вообще отречься от происходящего и думать о чем-то более важном и серьезном.
   - Какое отречься? Какое серьезное? Ты думаешь, что говоришь? - взвыла Одинцова, больше не пытаясь скрыть, накатывающих на глаза, слез, - что может быть серьезнее этого?
   - Так, Маргарита, не реви! - выхватив стакан из рук девушки, прикрикнула Белла, - я, что зря старалась два часа? Чтобы ты за пару минут своими нюнями все испортила? Ну, уж нет!
   И прежде чем Рита успела опомниться, женщина, придерживая её одной рукой за талию, другой попыталась заставить ту выпить алкоголь. Приговаривая:
   - Пей, пей... ничего с тобой не случится после одного раза. Втянешься еще. Со временем вообще начнешь относиться как к обыкновенной работе. А к своему телу, как к инструменту зарабатывания денег и достижению целей. Не такая уж и плохая перспектива. Если ко всему относится философски...
   Кажется, Белла говорила что-то еще. Но Рита уже особо не вслушивалась в слова. Подчинившись, она медленно, глоток за глотком, пила коньяк. Сопротивляясь собственному организму, который ранее ничего крепче шампанского не видел. Сопротивляясь своим желаниям, которые были далеки от происходящего. Но понимая, что здесь она одна, и сопротивляться обстоятельствам и множеству людей попросту не способна...
   - Так, тебе, кажется, хватит, - забирая полупустой бокал из руки Риты, строго прикрикнула Белла.
   Но девушка не хотела отдавать. Потому что с каждым новым глотком она больше отрывалась от реальности. Перед глазами все расплывалось со скоростью света, и в какой-то момент Одинцова поймала себя на мысли, что ей уже все равно, что с ней будут делать... И от этого становилось как-то полегче... Но даже этого спасения нещадно лишили.
   Убрав стаканы обратно в шкаф, Белла потащила девушку к выходу...
   Затем был поход по длинным коридорам, тускло освещенным небольшими бра. Двигаясь вперед, Маргарита в полной мере осознала, в насколько большом здании находиться эта чертова "Инанна". Казалось, что коридорам и лестницам не будет конца и края. Это со временем она привыкнет, а пока...
   Может еще алкоголь сыграл с ней злую шутку. Рита вообще удивлялась, как не грохнулась без сознания прямо там, на месте. Возможно, это не самая худшая перспектива. Ведь не потащили бы её без сознания к этому клиенту? Или потащили?
   Как бы там ни было, но не смотря на помутнения в сознании, похоже, девушку не посчитали настолько неадекватной. Правда уже возле дверей, которые вели к сегодняшней цели, Маргарита поймала на себе очередной сочувствующий взгляд охранника. А Белла, как-то обеспокоенно задергавшись, с уверенностью затараторила:
   - Так, посмотри на меня! - приподняв лицо Риты за подбородок, - заходишь и думаешь о чем-то совершенно ином. Никаких сопротивлений. Просто выполняешь все его указания. Молча и не огрызаясь! Ты меня поняла? - и когда с ужасом, отражающимся в стеклянных глазах, девушка неуверенно кивнула, облегченно выдохнула - вот и хорошо. И запомни - для него ты Грета.
   Так же резко отпустив, как и схватила, Белла, открыв дверь комнаты, толкнула Риту внутрь, следуя за ней.
   Полумрак, царивший в комнате, буквально обезоружил Одинцову. А липкий страх цепочкой пробежал по позвоночнику. Часто заморгав, заставляя себя привыкнуть к темноте, Рита уже через пару мгновений смогла различать силуэты.
   Первой на глаза бросилась огромная широкая кровать. Подобные она видела лишь на картинках. Но сейчас она вызывала одно единственное ощущение... Страх, страх и еще раз страх... Вокруг обставленная десятками зажженных свечей. Что там было дальше, девушка не смогла рассмотреть. Взгляд буквально приковало к порочному ложе...
   - Добрый вечер, - послышалось сзади приторно-ласковое от Беллы, - вот и наша девочка, - легкий толчок в спину Риты.
   - Добрый-добрый, - откуда-то со стороны послышался хрипловатый мужской голос, - кто тут у нас?
   Не сказать, что в голосе было что-то такое... угрожающе. Скорее наоборот. Слишком вежливо. Слишком украдкой. Слишком спокойно и умиротворенно. И это настораживало. Этот притворно любезный тон...
   - Это наша новая девочка, - проворковала Белла, - Грета.
   - Грета, - протянув, словно смакуя имя, мужчина позвал - ну иди сюда, Грета.
   И только тогда Рита, несмело повернувшись на голос, заметила немного в стороне мужчину. Вальяжно развалившись в кресле, он внимательно её разглядывал, словно, ощупывая. В этот момент впервые поняла значение слов "раздевать взглядом". Как оказалось, в этом присутствовало мало приятного...
   - Помни, философское отношение и отрешенность... - едва слышно пробормотала Белла у уха Маргариты, и уже обращаясь к мужчине, добавила: - приятного времяпровождения. Надеюсь, Вам понравится.
   С этими словами быстро отпустив Риту, заставляя ту, оказавшись без поддержки, пошатнуться, женщина поспешила скрыться из комнаты.
   Когда захлопнулась дверь, мужчина, отставив на столик бокал, который все это время прокручивал в руке, поднялся со своего места. И медленно, словно хищник, направился к девушке.
   Мозг упрямо твердил, что нужно куда-то бежать. Что-то делать. Попытаться как-то вырваться. Но внутри что-то словно окаменело, не давая возможности даже пошевелиться. Лишь часто моргая, желая избавиться от страшного кошмара, идущего наяву, Рита рассматривала приближающегося мужчину.
   Не слишком высокий. Но учитывая небольшой рост самой девушки, как минимум на голову выше. Черты лица разглядеть практически нереально. В первую очередь из-за игры света и тени, устраиваемой свечами, которые, как теперь Рита поняла, полностью заполняли комнату. Но вряд ли в лице этого человека было что-то слишком примечательное.
   На вид около тридцати пяти лет. Хотя девушка могла и ошибаться ввиду своего страха и все той же темноты. Не толстый. Но и не сказать, что слишком щуплый, и вряд ли увлекающийся спортзалами и слишком рьяно следивший за фигурой. Но в целом обыкновенный мужчина, каких большинство. С одной единственной разницей - нормальный мужчина никогда не станет покупать любовь.
   Платить за сомнительное удовольствие, которое приносит созерцание боли и страданий, испытываемые жертвой, может только психически неуравновешенный или неполноценный, морально не удовлетворенный человек. Который в жизни гроша ломанного не стоит. Просто ему выпал шанс добиться определенного финансового успеха. Будь то самостоятельно, или при посторонней помощи... Но вместо того, чтобы использовать собственную власть во благо, творил страшные и безнаказанные поступки...
   Этот мужчина не единственный в своем роде. К сожалению, их десятки, сотни, а может быть и тысячи... В обыденности они исполняют роли обычных людей. Имеют семьи, родных, детей... Но помимо этого у них запросто может быть вторая жизнь, скрытая не только от общественности, но и от самых близких.
   Слабости - вот как называли они вольности, на которые шли. И подобные Рите должны подчиняться, и мирится с этим. Не потому что они чем-то хуже или лучше... Просто обычно именно тот, кто платит деньги, заказывает музыку. И кто виноват в том, что деньги в распоряжении подобных этому, подлецов...?
   - Какая ты красивая, - оказавшись рядом с девушкой на расстоянии не более полуметра, выдохнул мужчина, - Грета.
   Его губи исказила неприятная ухмылка. А глаза... эти черные глаза с видом полнейшего безумия, бегали вверх и вниз по Рите. Они словно подготавливали к тому, что будет в дальнейшем. И это "что-то" мало вязалось с чем-то человеческим...
   - Ну же, расслабься девочка, - ухватив Маргариту за предплечья, прикрикнул мужчина.
   И не получив никакого ответа, отпустил её. Резко повернулся назад, и подошел к столику, расположенному рядом с креслом, и сервированному на две персоны легкими закусками и фруктами. Только проследив за передвижениями этого человека, Рита увидела насколько здесь все серьезно приготовлено для предстоящей ночи.
   - Вот сейчас выпьем, и ты успокоишься, - наливая в бокалы шампанское, приговаривал мужчина, - я люблю покорных. Учти, малышка.
   Передернувшись от отвращения, Маргарита сотни раз прокляла тот чертов коньяк, который только притупил реакцию, но не позволил до конца вырубится. План побега, зревший все это время в голове, со скоростью шквального ветра разбивался об упоминания количества охраны в этом здании. Только за сегодняшний вечер, пока шла по коридорам, увидела, как минимум, пятерых. Но даже если ей чудом удастся отделаться от них, то вряд ли Рита успеет найти выход...
   - Держи, - снова оказавшись рядом, мужчина протянул девушке бокал. На что она лишь несмело закивала, отрицая и противореча, - держи! - громче повторил.
   - Я не буду... - впервые за время пребывания в этой комнате подала голос Рита.
   Едва слышно. Одними губами. Но этого хватило, чтобы разозлить мужчину.
   В одно мгновение с его лица исчезла маска приторного удовлетворения и умиротворения, и, схватив Маргариту за предплечье, в приказном тоне выдал:
   - Я сказал, держи! - пытаясь сунуть бокал ей в руку.
   - Я не буду, - громче повторила, пытаясь высвободиться из крепкого захвата.
   - А я сказал, будешь! - проорал на ухо Рите, и нервно встряхнул, - мне здесь никто не смеет перечить! Ты меня поняла?!
   Вздрогнув от ужаса, девушка отчетливее осознала, что еще не время проявлять характер. Потому несмело опустив глаза, приняла протянутый бокал.
   - Вот так-то лучше, - спокойнее хмыкнул мужчина. И проведя ладонью по её щеке, вызывая невольную дрожь, снова заорал, - а теперь пей!
   Слегка пригубив напиток, Рита украдкой следила за действиями незнакомца.
   Вот он несколько мгновений с любопытством рассматривает её, проверяя, насколько она послушалась в этот раз. Затем неожиданно разжав руку на её предплечье, отступает назад. Залпом выпивает содержимое своего бокала. И отбросив его куда-то на кресло, медленно стягивает с себя пиджак. Отправив его следом за бокалом, возвращается обратно к Рите.
   Подойдя вплотную, приподнял подбородок девушки, заставляя посмотреть на себя. Желание попытаться вырваться так и осталось неисполненным, когда Маргарита почувствовала, как мужская рука обвилась вокруг талии, буквально вдавливая в грудь.
   В нос ударил резкий неприятный запах его парфюма. Рита ощутила, как в район живота уперлось что-то твердое. Что это такое, даже ей, неискушенной подобными вещами девушке, было нетрудно догадаться. Все это, вперемешку с выпитым алкоголем, вызвало неприятный привкус горечи и тошноты во рту. А затем еще одно касание к её лицу огромными пальцами, и Маргарита поняла, что не выдержит. Что угодно, только не это...
   Отшатнувшись, как от удара, она нервно дернулась. Но вырваться так и не удалось. Напротив, мужчина, кажется, прижал к себе еще крепче. Уткнувшись носом ей в шею, громко прорычал. А когда Одинцова предприняла очередную попытку освободиться, прошипел ну ухо:
   - Не дергайся, Грета. Тебе понравится...
   Вместе с этим девушка почувствовала, как по телу зашарили огромные руки, сминая и пощипывая. Явно не заботясь о том, что подобные действия могут причинить боль. И уж тем более оставить после себя следы. Именно в эти мгновения она окончательно осознала, что не в состоянии вынести все.
   Рита машинально разжала ладонь, и бокал выскользнул из руки, со звоном падая на пол. Разливая игристую жидкость и разбиваясь на мелкие осколки, как разбивалась сейчас её жизнь... И девушка, что есть силы, заколотила маленькими кулачками по его спине, груди, плечам... всему, что попадалось под руку...
   - Отпустите, пожалуйста... - в попытке уклонится от грубых, настойчивых ласк. Шарящих по телу рук и губ.
   Желаемого эффекта это не принесло. Руки сильнее сжались на плечах, а губы заскользили вниз по шее. Еще мгновение... и руки больно сжали грудь... А перед глазами в который раз все поплыло...
   - Я сказал, не рыпайся даже!
   Еще секунда... и мужчина, подталкивая её куда в сторону, валит на кровать...
   Пользуясь мимолетным освобождением от мужчины, Рита попробовала подняться, или откатится куда-то в сторону... Уловив краем глаза, как он, пытается неловко расстегнуть рубашку и стянуть с себя галстук.
   Голова кружилась, лишая способности нормально ориентироваться. Но девушка из последних сил, отползая, пыталась подняться. Оглянувшись по сторонам, она вырвала глазами из множества предметов, стоящую на прикроватном столике хрустальную статуэтку. Достаточно массивную. Если предположения верны, то огрев таким, можно спастись от худшего. Главное, успеть.
   Пока мужчина возился с узлом несчастного галстука, ей это практически удалось. Маргарита уже потянулась рукой к столику, но ей не хватило каких-то пары секунд. Мужчина, хватая за ноги, потянул к себе, и вместо заветной статуэтки, успела поймать лишь воздух.
   - Что ты творишь, дура? - злобно проревел мужчина, когда лицо Риты оказалось на одном с ним уровне - думаешь, сбежишь от меня? Не получится!
   И словно в подтверждение, наваливаясь всем своим весом, с силой сжал коленками её ноги. Вдавливая сильнее в кровать. Напрочь забыв о рубашке, что так и болталась на груди, снова начал лапать тело девушки, при этом неприятно ерзая влажными губами по нежной коже.
   Все это казалось настолько нелепым, что если бы не плачевность положения, Рита истерически рассмеялась над его никчемными попытками укротить её. Но сейчас было далеко не до смеха. Потому, отчаянно брыкаясь, пыталась вырваться. Размахивая руками, царапаясь и извиваясь под мужчиной, всячески желая избежать его касаний. В какой-то миг Рите удалось попасть пальцами ему в глаз. И когда мужчина слегка ослабил хватку, девушка, пользуясь его мимолетным замешательством, резко дернув ногой, ударила коленкой в пах.
   Вместо такой желанной свободы, последовала незамедлительная реакция.
   - Ах ты, с*ка! - заорал мужчина, пронзая обезумевшим взглядом Риту, сильнее вдавливая в постель.
   Прежде чем успела опомниться, увидела, как прямо на неё летит огромная рука. Машинально зажмурившись, громко вскрикнула, когда почувствовала крепкий шлепок по лицу. Щека загорелась так, словно ею провезли на огромной скорости по асфальту. Маргарита даже не успела пожалеть о попытках воспротивиться, когда сообразила, что мужчина не собирался на этом останавливаться.
   Следом за ним последовал еще один удар, уже в другую щеку. Затем еще и еще один... Вызывая дикую головную боль. Заставляя ощутить на языке металлический привкус крови от рассеченной губы. Но кричать или молить о пощаде она уже не могла. Открыть глаза, чтобы увидеть, какое удовлетворение приносит своими мучениями этому человеку, тоже... Только соленые слезы скатывались вниз по щекам, опаляя горящую от тяжелых ударов, кожу...
   А он все избивал и избивал её. В какой-то миг, Рита поняла, что удары сместились с лица куда-то вниз. С головы к плечам... Затем грудь... Живот... Этому человеку было плевать, куда бить, и как. Он просто получал колоссальное удовольствие от происходящего. Это девушка понимала по тому, как где-то, словно за глухой стеной, раздавался его раскатистый и оглушающий смех.
   Столько унижения и боли, не только физической, но и моральной, Рита не испытывала никогда за всю свою жизнь. На неё вообще впервые в жизни поднял руку мужчина. Хотя, разве можно назвать мужчиной того, кто способен на подобное? Вряд ли. Превозносить себя на пьедестал за счет женщины... даже девочки, почти ребенка по сравнению с ним, может только полнейший моральный урод.
   Это было действительно ужасно. Рита даже поймала себя на мысли, что хочет только одного - умереть. И чем быстрее, тем лучше. Чтобы поскорее избавится от этого страшного испытания. Потому как раз за разом чувствовать себя так, словно тебя раздавливает огромный каток, было невыносимо.
   В памяти всплывали слова Беллы... Отречься... Забыть... Не сломаться... Но не сломаться было трудно. Даже ради мести...
   Сколько прошло времени, прежде чем удары утихли, Маргарита сказать точно не могла. Но ей казалось, что прежде чем это случилось, прошла целая вечность. На секунды она позволила допустить, что кто-то свыше смилостивился над ней и исполнил просьбу о смерти. Но... наверное, не зря говорят, что человеку дается столько испытаний, сколько он может вынести. Значит, и Рита должна вынести. Даже это...
   - Ты чего притихла? - дернув девушку за волосы, прикрикнул мужчина.
   Наматывая себе на кулак пряди, что давно перестали быть красивой прической. После этого Рита, наконец-то, поняла, зачем Белла ей состригла косы. С волосами покороче гораздо сложнее справиться.
   - Смотри на меня! - встряхнув Риту, он приподнял её голову к себе, - что, больно?
   Прекрасно осознавая, что может последовать за непослушание, преодолевая жуткую головную боль, что грозилась расколоть надвое, Маргарита несмело приоткрыла глаза. Встречаясь с обезумевшими глазами.
   Черные щелочки, со странным блеском смотрели прямо на неё. Они леденили душу и сковывали тело страхом. Эти глаза Маргарита не забудет никогда. Страшного животного. Гиены, желающей наживы. Стервятника, падкого к едва дышащей жертве...
   - А я тебе, кажется, говорил, что люблю покорных! Но ты ведь решила сыграть по своим правилам. Вот и получай теперь.
   Смотреть в эти глаза Рита не могла. Встрепенувшись, она быстро отвернулась.
   Наказание даже за эту маленькую вольность последовало незамедлительно. Мужчина, отпустив её волосы, резко дернул платье на груди, разрывая и обнажая грудь. Попытка прикрыться, была отвергнута. Одной рукой он, хватая девушку за запястья, завел её руки за голову, а другой, дергано пытался освободиться от собственных штанов.
   Задрожав от отвращения, Маргарита зажмурилась и отчаянно закивала головой. Последнее и единственное сопротивление, на какое она была способна... Отвлечься... Забыться... Но как? Идиотский коньяк! Почему он так и не помог ей избавиться от сознательного восприятия происходящего? Пашка... Олег... Есть ли малейший шанс на спасение? На месть...? За них... Теперь еще и за себя...?
   - Вот так-то лучше, - не давая девушке до конца раствориться в собственных размышлениях, довольно протянул мужчина, - если не будешь сильно сопротивляться, то есть шанс, что и ты получишь удовольствие...
   Вместе с этим Рита почувствовала, как он нетерпеливо стянул с неё трусики. Еще секунда, и что-то огромное, одним резким рывком, проникло в неё. Страшная боль пронзила все тело. Сжав руки в кулачки, впиваясь ноготками в ладошки, девушка, закусывая губы, с отчаянием взвыла, когда о, немного помедлив, задвигался в ней. Все быстрее и яростнее. При этом что-то довольно бормоча. И с каждым движением внутри себя, боль становилась все острее. Стиснув зубы и зажмурившись, Маргарита хотела только одного - чтобы это поскорее закончилось. Умереть... Забыть... Исчезнуть... Растворится в бессознательности...
   Еще мгновение, и внутри, словно что-то сломалось, позволив, наконец, окунуться в забытье. Туда, где нет боли и страха. Туда, где разуму все равно, что творится в реальности с телом. Где плывешь, словно по теплому морю, не заботясь ни о чем...
   Сегодня Рита сдалась. Позволила сделать с собой все, что только возможно. Но она не сломалась. Она переступила эту грань. Просто сегодня она стала другой. Нашла в себе силы уйти от реальности. Как на утро скажет Белла, Маргарита выдержала испытание и стала той самой Гретой. Униженной физически, но не сломленной морально.
   Сегодня она позволила этому человеку растоптать себя. Но однажды наступит день, когда он получит свое. Может быть, в более мягкой форме, чем сейчас издевался над Ритой... Но она будет не она, если не исполнит своего желания быть отмщенной.
   Грета. Оскорбленная на весь мир и жаждущая мести...
   Рано или поздно, справедливость восторжествует. Месть настигнет и его...
  

Глава 6

   Закутавшись в теплый плед, Маргарита невидящим взглядом уставилась в книгу. Вот уже второй час, пытаясь поймать смысл и суть происходящего на страницах легкого женского чтива. Но как не старалась вникнуть в сюжет, мысли возвращались совершенно к другим событиям. К внезапному и неожиданному возвращению Олега. Даже не просто возвращению - к воскрешению. К их последней встрече. К странному разговору. К просьбам попробовать доверится. К его якобы желанию помочь в чем-то пока неизведанном... И странным словам относительно Кирилла...
   Что Чернышевский вообще может знать о Кирилле? Появившись черти откуда, он устраивает здесь игру в угадай-ка, пытаясь поколебать уверенность Марго в человеке, с которым не просто живет под одной крышей не один год. В человеке, который до некоторых пор оставался единственным близким и родным. Да что там оставался? Разве появление Олега спустя годы что-то изменило? Разве может человек, пропадавший неизвестно где, разрушить в одночасье веру в того, кто по-прежнему является её спасителем, вытащившим буквально из болота? И это неоспоримый факт. Его не изменить и не переиграть.
   Именно Рощин оказался рядом в тот момент, когда она больше всего на свете нуждалась в помощи. Рощин, а не Чернышевский, о котором, выходит, она не знает ровным счетом ничего. Кроме того, что осталось в памяти из их общения в юности.
   Но с другой стороны, что Маргарита знает о Рощине? О нем неизвестно даже той малой доли, что знакомо об Олеге. Кроме того, что Кирилл является одним из весьма влиятельных бизнесменов. Что возглавляет одну из лучших винодельческих компаний страны. Богатый, знаменитый человек. Всегда прямолинейный и немного жестковатый во всем, где затрагиваются его интересы. Но об этом знают все. Вплоть до людей, не сталкивавшихся с ним лично. А что Маргарита знает о его жизни более сокровенного? Личного?
   "Golden Drove" досталась Рощину в наследство от почившего отца. Приблизительно лет шесть назад, в аккурат после того, как он вытащил Одинцову из "Инанны". Но с самим отцом Кирилла Маргарита попросту не успела познакомиться. Затем девушка стала свидетельницей того, как за короткое время мужчина вытащил компанию из огромной долговой ямы, подняв на международный уровень. О методах, используемых для этого Рощиным, Марго могла лишь догадываться. Но одно знала точно - они далеки от правильных. Но разве в мире бизнеса возможно иначе? Здесь нет места праведности, невинности и чистоте.
   Если девушка хотела жить в правильности - она выбрала не совсем подходящее место. Нужен монастырь, как минимум. Только проблема в том, что с её прошлым вряд ли пускают в святые места. Да и не хотела прятать себя на остаток жизни в четырех стенах и безликом одеянии. И как бы богохульно не звучало, боялась в очередной раз лишиться свободы. Даже ради замаливания собственных грехов и окончательного становления на путь истинный. Потому что никогда этого не будет. Маргарита больше не станет той невинной и наивной девочкой, какой была ранее. Что сделано, то сделано. Дороги назад нет.
   Она давно привыкла к той жизни и миру, в котором ворочалась. Свыклась, смирилась, поняла, что не все так плохо, как представляется... Даже с такой биографией, как у неё, можно жить. И именно с таким прошлым, что было у Маргариты, она не вправе осуждать кого-то за мелкие прегрешения. Будь то нечестность, мелкие махинации в бизнесе или даже нечто большее.
   Но опять-таки, если все то, что связано со стороной бизнеса, давно перестало волновать Одинцову, как быть с остальным? Почему она за все годы сожительства с Кириллом так и не удостоилась стать свидетельницей хоть какого-то малюсенького эпизода его прошлой жизни? Почему она до сих пор понятия не имеет, как мужчина жил до того, как стал владельцем Рощи? Где его мать? Что привело к смерти отца? А быть может, у Кирилла есть какие-то братья или сестры? Родные, двоюродные, неважно. Близкие родственники? Просто кто-то, с кем он общается, или мог общаться теснее? Маргарита не знала ровным счетом ни-че-го!
   Резко захлопнув книгу, даже не пытаясь сохранить закладку на последней прочтенной странице, Марго безвольно откинулась к спинке дивана, и устало прикрыла глаза. Кажется, она совсем запуталась. Ведь совсем недавно жила в свое удовольствие и её ни капли не волновали подобные вопросы. Что изменилось теперь? Почему Олег одним лишь своим появлением пошатнул уверенность Одинцовой в завтрашнем дне? Почему он парой ничего не значащих фраз смог поколебать беспрекословное доверие к Рощину?
   - Маргарита Андреевна, Вы завтракать будете? - робкий участливый голос экономки вернул девушку в реальность.
   - Нет, спасибо, - обернувшись к женщине, что вытирая о фартук руки, обеспокоенно рассматривала Одинцову.
   - Может хоть кофе? - не унималась экономка.
   Это была женщина плотного телосложения, шестидесяти лет. Довольно приятная и простая. Сколько Марго помнила себя в этом доме, здесь всегда была Людмила Михайловна. На ней полностью лежала ответственность за дом. Особенно в их с Рощиным отсутствие.
   Людмила Михайловна занималась готовкой, уборкой, и другими всевозможными домашними хлопотами. Маргарита никогда с ней не была особо близка, а о разговорах по душам речи тем более не шло. Всегда ограничивались какими-то короткими, ничего не значащими фразами. Но девушка испытывала к экономке глубокую симпатию и ощущала, что это взаимно.
   Не чувствовалось в Людмиле Михайловне неприязни или пренебрежительного отношения к Маргарите. Даже тогда, в прошлом, как только Одинцова впервые переступила порог этого дома. Когда брезгливость или откровенное отвращение было едва ли не единственным, что испытывали люди, так или иначе посвященные в её тайны.
   - Нет, не стоит. Я подожду Кирилла, - отмахнулась, мысленно добавив: "Который в этот раз задержался в городе дольше обычного, не появившись вчера дома даже поздним вечером".
   Более того, Рощин не появился и сегодняшним ранним утром. И за все время ни разу не позвонил, что случалось крайне редко. Судя по всему, дела были действительно важными. Хотя как иначе, если он собрался на поиски информации на Чернышевского. Этот факт одновременно нервировал и вызывал новую волну нетерпения и негодования у Марго. Вероятнее всего совсем скоро настанет момент, когда и сама девушка сможет узнать нечто важное об Олеге. Возможно какую-то его тайну?
   Но сейчас одному Богу известно, что может скрывать этот мужчина. Гадать бессмысленно, остается только ждать. Может пока Марго использовать отсутствие Рощина в собственных целях? Попытаться тоже хоть что-то для себя прояснить? Для начала о самом Кирилле.
   Колеблясь доли секунды, когда экономка отвернулась, с намерением скрыться на кухне, девушка осторожно позвала:
   - Людмила Михайловна, а Вы ведь давно работаете у Рощина?
   - Еще со времен Сергея Леонидовича, - повернувшись к Маргарите, уклончиво отозвалась женщина.
   - То есть Вы знаете Кирилла с юности? - отложив книгу на столик, уточнила Одинцова.
   - Лет с пятнадцати где-то, - призналась Людмила Михайловна, - А Вы хотели узнать что-то конкретное, Маргарита Андреевна?
   - Я не знаю, - подхватившись, замялась девушка, - точнее... Вы случайно не в курсе, есть ли у Кирилла еще кто-то из близких? Быть может, братья-сестры? Мать? У Кирилла ведь есть мать? Или... была? Да и вообще... возможно, Вы можете рассказать что-то о его прошлой жизни? Когда Сергей Леонидович еще был жив.
   - Девочка, - вмиг переменившись в лице, серьезно отозвалась экономка, - я не в том положении, чтобы знать ТАКИЕ подробности жизни Рощиных.
   - Но как же? - озадаченно хмурясь, не унималась Марго.
   В голове попросту не укладывалось, как можно столько времени жить в этой среде и ничего не знать. Или знать, но боятся рассказать? Почему? Что было в прошлом Кирилла такого, о чем сейчас лучше не упоминать?
   - И я считаю, Вам стоит задать интересующие вопросы непосредственно Кириллу Сергеевичу, - словно к чему-то прислушиваясь, женщина подняла вверх указательный палец, - Вот, кажется и он. Извините, мне нужно идти накрывать на стол.
   С этим Людмила Михайловна поспешно вышла из гостиной, не давая Маргарите времени на возражения. Да и что она могла возразить? В целом экономка права. Личные дела стоит обсуждать непосредственно с интересующим лицом. Но проблема в том, что сомнительна сама возможность откровенности со стороны Кирилла. Черт, какой-то замкнутый круг получается! Кажется, все вокруг что-то знают и молчат. Или девушка накручивает себя на пустом месте?
   Бросив плед на спинку дивана, Марго прошла к окну, желая убедиться, что Рощин действительно вернулся. Отодвинув легкую гардину в сторону, сразу заметила на подъездной аллее огромный джип Кирилла.
   Не успела и сообразить, что, наверное, стоит пойти и встретить мужчину, откуда-то с холла послышался шум, затем стук захлопнувшейся входной двери и наконец, тяжелые шаги, ясно дающие понять, что Рощин направляется сюда. Не изменяя собственным привычкам, он снова опередил её.
   - Маргарита! - вместе с тем как девушка обернулась на шорох, прогремел недовольный возглас вошедшего Кирилла, - у меня для тебя новости!
   В ответ Одинцова лишь вопросительно вздернула бровь. А мужчина, быстро пересекая расстояние до журнального столика, с видом полнейшего недовольства швырнул туда папку с какими-то бумагами.
   - Что это? - подходя ближе, равнодушно уточнила Маргарита, кивнув в сторону столика.
   - Полюбуйся, что я нашел на этого твоего... Чернышевского!
   - Он не мой! - застыв на месте, выпалила Одинцова, прежде чем сообразила, что опять одно лишь упоминание об Олеге выбивает из равновесия.
   Почему-то в это мгновение показалось, что Кирилл знает обо всем. Все то, что она отчаянно не желала ему рассказывать. О давнем знакомстве с Чернышевским. О юношеской дружбе, которая всегда была для них обоих чем-то большим. Родством душ быть может? О том, к чему все в итоге привело. И даже о вчерашней встрече с ним. Вопреки запрету самого Кирилла...
   - Чего кипишуешь? - фыркнул мужчина, устало опускаясь на диван, - я к слову сказал. Конечно, не твой. Это всего лишь досадное недоразумение, возникшее у нас на пути к главной цели. И знаешь, с этой информацией легко устранимое и уязвимое, - ухмыльнувшись, Кирилл потянулся к папке.
   - Что там? - нервно сглотнув, едва слышно уточнила Марго.
   Она боялась. Слов Кирилла. Того, что сейчас узнает об Олеге. Боялась окончательно разочароваться в нем. После всего случившегося, это станет последней каплей. В который раз допускать одну мысль о возможном предательстве со стороны далеко не чужого человека, оказывается, больно.
   Неужели Олег оказался настолько глуп, что без должной защиты полез на рожон? Неужели он настолько рискован, что не испугался того, что устроит ему Рощин? А Рощин пойдет на все ради достижения своих, в чем-то даже совместных с Маргаритой, целей. Нет сомнений.
   Наверное, Марго стоило порадоваться тому, что развитию их бизнеса вряд ли что-то, или в данном случае кто-то, может помешать. Но радостно не было. Было страшно. Было опять страшно за Олега. Совсем как тогда, на заводе, когда Чернышевский стал мишенью для одного из бандитов.
   Похоже, сейчас Олег снова станет мишенью. Только теперь в роли бандита выступит Кирилл. Или может все еще не так страшно, как представляется? Может, Чернышевский и сам не так прост, как кажется? Удалось ведь ему как-то выжить тогда, в прошлом.
   - А ты посмотри, - протягивая папку, с придыханием предложил Кирилл, краем глаза отмечая её реакцию, - очень занятная информация.
   Спешно переведя взгляд с Рощина на документы, Маргарита неуверенно приняла бумаги. Стараясь не выдать собственного волнения и надеясь, что Кирилл не заметит невольно вздрогнувшую руку, открыла папку. Взгляд сразу зацепился за небольшую черно-белую фотографию Олега, размещенную в углу.
   Трудно сказать, какой давности снимок. Слишком смутно различимы изменения в чертах лица относительно их последней встречи в прошлом. Но вряд ли фото новое. Здесь еще не чувствуется той уверенности в глазах, которую заприметила Маргарита теперь.
   Хотя нет, уверенность была. Не хватало самоуверенности. Некого чувства собственного достоинства, значимости и важности своей персоны. Олег и раньше был уверенным в себе и собственных силах. Но ранее, как и на этом фото, он не настолько кичился этим. Скорее, наоборот, все сдерживал внутри. Раньше не было показухи. А сейчас... трудно сказать, что было сейчас. Во время первой встречи с Кириллом, нечто пренебрежительно-значимое проскальзывало. Вчера, у реки, Олег казался почти таким, как когда-то...
   - Как тебе? - поторопил Рощин, вырывая девушку из размышлений.
   Тряхнув неопределенно головой, Маргарита быстро пробежалась глазами по странице, урывками выхватывая отдельные фразы.
   Олег Вячеславович Чернышевский (Волкодав, Фартовый)... Дата рождения - 14 января 1975... 35 неполных лет... Национальность... Рост... Вес... Телосложение... Особые приметы - татуировка оскаленной волчьей пасти на левом предплечье...
   В досье было описано все до мельчайших деталей. Каждый пункт. Плевать, нужно ли хоть кому-то знать его рост до миллиметра, или месторасположение родинок и шрамов. Казалось, что человек, собиравший всю эту информацию, видел Чернышевского насквозь. По человеку словно прошлись рентгеновским взглядом, заглядывая в каждый уголок. Абсолютно везде. Обходя стороной только одно - душу. Понять её до конца никогда не мог ни один, самый талантливый и матерый сыщик.
   Недоуменно фыркнув, Марго хотела захлопнуть папку и возмутится, надеясь понять, откуда у Кирилла столько неприкрытого энтузиазма вокруг пускай и подробной, но мало что решающей, информации, как в глаза бросилась строчка очередного пункта биографии.
   1997 год. Осужден по ч.2 ст.15, + ч. 2, п.3, ст. 115, УК Украины за покушение на преступление и умышленное убийство заложника или похищенного человека, в виде лишения свободы сроком на 11 лет пребывания в колонии строгого режима...
   - Это что? - нервно сглотнув, Маргарита ошарашено уставилась на Рощина. В мыслях, словно калькулятор, подсчитывая прошедшие годы.
   Целое десятилетие. 11 лет. 11 лет тюрьмы? Это что получается, Чернышевский только год назад освободился? Неужели именно это он имел в виду, говоря, что не мог помочь ей ранее? Но как за один единственный год он смог добиться таких высот? Разве возможно практически сразу после тюрьмы выйти богачом? Для этого нужно быть либо огромным счастливчиком, либо продать душу дьяволу, не иначе.
   Тюрьма ломает. Маргарита практически уверена в этом. Не на собственном опыте, не могла знать наверняка. К счастью, хоть эта беда прошла стороной. Но догадывалась. Имела возможность представить. В этих представлениях тюрьма была не местом, дарящем жажду жизни и надежды на светлое будущее. Как тогда получилось, что Олег именно оттуда вышел с огромными привилегиями...?
   - Ты читай-читай дальше, - заметив во взгляде Марго с десяток вопросов, ухмыльнулся Рощин, - это еще не самое забавное.
   Послушно кивнув, Одинцова снова уставилась в бумаги.
   2003 год. Освобожден условно-досрочно от отбывания наказания в связи с добросовестным поведением и отношением к труду, доказав свое исправление...
   Значит все-таки смог освободиться. Что испытывать от прочтения последней фразы Маргарита пока не представляла. Радоваться? Да, ей стоит порадоваться, что Олегу не пришлось столько времени сидеть за решеткой. За покушение на преступление и умышленное убийство.
   Какое к черту убийство? Совершенное в том году, когда, как считала, жуткие амбалы убили самого Чернышевского вслед за Пашкой. Какая ирония судьбы! Какой абсурд! Неужели тогда ему чудом удалось вывернуться и убить самому? Но причем здесь заложник или похищенный человек?
   Наверное, Марго что-то не понимает. Может что-то неправильно прочла? Это все не может быть об Олеге. Это бред какой-то! Рощин сам откопал этот маразм... придумал и теперь пытается выдать за правду. Чтобы заставить разочароваться в старом друге... Но Кирилл не знает, не мог знать об этой дружбе! Путаница какая-то выходит. Подумать только - всегда справедливый, верный Олег и в тюрьме! Ведь этого не может быть! Или может?
   - Значит, он сидел? - хмурясь, пробормотала Маргарита, не уверенная, что получит достоверный ответ.
   Скорее задала вопрос риторически. Для самой себя. Чтобы еще раз вникнуть в смысл, заставить себя признать истину услышанного и все-таки поверить. Или наоборот, окончательно отречься, убедится в нереальности прочтенного?
   - Как видишь, - вальяжно откинувшись к спинке дивана, Кирилл, сложив руки на груди, из-подо лба изучал удивление, скользящее в каждом взмахе ресниц Одинцовой. - Сидел практически все время, пока ты была в "Инанне". Выходит, вы не там с ним познакомились?
   Дернувшись, как от удара хлыстом, девушка удивленно уставилась на Рощина. Если ему удалось выяснить такие подробности жизни Олега, как судимость и разновидность татуировки, не составит особого труда узнать, что их связывало в прошлом. Если уже не узнал. На крайний случай, как оказалось, для Кирилла не так уж и трудно составить два плюс два и понять, что её встреча с Чернышевским состояла далеко не из "деловых" отношений, включающих предоставляемые ею на тот момент услуги.
   - Или все же там? - невозмутимо продолжал импровизированный допрос. - Освободился из мест не столь отдаленных и давай прыгать по бабам. Вот этому, кстати, ничуть не удивлюсь. Все факты указывают на возможность посещения Чернышевским "Инанны", - Рощин задумчиво постучал пальцами по собственной коленке. После чего неожиданно махнув рукой, выдал, расценивая молчание девушки по своему, - Хотя, черт с ним. Не хочешь об этом вспоминать, не нужно. Суть здесь в другом.
   - И в чем же? - прикрыв на мгновение глаза, Марго с облегчением выдохнула.
   - Иди сюда, - похлопав рукой по дивану рядом с собой, требовательно позвал Кирилл. И лишь когда Маргарита, уступая машинально подчинилась, продолжил: - суть в том, что этот молокосос в самом деле фартовый. И это еще мягко сказано.
   - Я не понимаю, чем это вообще может нам помочь, - прижав папку к груди, Марго невидяще уставилась перед собой. - Если он, в самом деле такой везунчик, то тебе не кажется, что пора боятся?
   - Бояться? - вопросительно вздернув бровь, ухмыльнувшись, выдал Рощин. - Да с этой информацией я раздавлю его, как букашку. В этот раз даже большой фарт ему не поможет.
   - Ты так уверен в собственных силах? - с удивлением взглянув на мужчину, Марго поймала себя на мысли, что кажется, она так и не научилась понимать до конца этого человека. - Если Чернышевский каким-то загадочным образом после тюрьмы выбрался в бизнес-верхушку, что-то да это значит.
   - А здесь тоже нет никакой загадки. Как тебе такой расклад? - приобнимая девушку за плечи, Кирилл прошептал ей на ухо: - Познакомившись на зоне с бандой братков, подчиненных одному влиятельному криминальному авторитету, Олег Вячеславович Чернышевский, или просто Волкодав, как погоняют в народе, проявив смекалку и хитрость, не только завел полезные знакомства, но и обеспечил себе "крышу". С её помощью условно-досрочно освободился и попал под покровительство уже известного нам авторитета. А в благодарность знаешь что? - поджавшись, Маргарита отрицательно кивнула. - Ввязался в удивительную авантюру и для общей казны отжал у одного из мелких коммерсов "небольшой" особнячок вместе с парочкой плантаций с виноградниками.
   - Кирилл, ты можешь нормально пояснить, к чему ты клонишь? - с трудом поспевая за рассуждениями мужчины, уточнила Одинцова. - Что значит отжал? Для какой казны? Зачем?
   - Маргарита, что ты как маленькая! - подхватившись, возмутился Рощин. - Найдя сферы влияния, прижал дяденьку так, что у того выбора не осталось, кроме как почти безвозмездно подарить свое имущество. А может, выиграл в покер! Кто знает? Почему нет? Он же типа фартовый! - раздраженно разводя руками. - Чернышевский работает на братву! Вот тебе и разгадка, почему он так быстро поднялся и почему лезет на рожон. Он не боится, уверенный - "крыша" спасет и вытянет из любой передряги. Он надеется, в случае чего, стоящие за ним люди прикроют, понимаешь?
   - Кирилл, что за бред ты несешь? - провожая взглядом мужчину, что широкими шагами измерял гостиную, выдохнула Марго. - Какая братва? Какие авторитеты? Неужели ты веришь во весь этот маразм? Это же звучит абсурдно и нелепо! Двадцать первый век на дворе! Какие братки?!
   - Маргарита, если ты думаешь, что с конца прошлого столетия хоть что-то поменялось, очень сильно ошибаешься! Просто теперь многие стали осторожнее, беспредел творится не так открыто, но это не значит, что его вовсе нет. Неоспоримые факты тому подтверждение! - застыв посреди комнаты, Кирилл кивнул на папку, которую девушка все еще держала в руках: - Или ты считаешь, что я все это придумал?
   - Я не говорю, что ты придумал. Просто... даже если так. Если Чернышевский связан с этими... как ты там говоришь, авторитетами. Неужели ты считаешь, что им больше заняться нечем, кроме как лезть в виноградники? Здесь толком взять нечего!
   - Ритуся, черт побери, ты даже не представляешь, как ошибаешься! - взревел Рощин. - Неужели ты не понимаешь, что такие люди хотят контролировать все? Вплоть до этого бизнеса! Им нас*ать, много здесь выгоды, или нет! Виноградники это ведь не только вино! Для них главное влезть у нас перед носом в "Internal Group". Только так они будут иметь легальный доступ за границу! Прикрываясь вином туда можно перевозить все, что угодно, понимаешь?! Это золотая жила! И они прекрасно осознают, какую выгоду это может принести! Больше не нужно искать лазейки! Это давно отработанная схема! Я на своем веку знаешь, сколько таких повидал?
   - Все равно я ничего понимаю, - игнорируя даже нелицеприятное обращение к себе. Игнорируя все. Желая только одного - разобраться в сути деятельности Олега и словах Кирилла, полных загадок, - Что ты имеешь в виду под "перевозить за границу что угодно?" Хочешь сказать, что вино только прикрытие и этим не ограничится?
   - Именно! - восхищенно выкрикнул Кирилл. Но сразу же махнул рукой, и, отвернувшись, прошел к камину. Побарабанив пальцами по мраморному покрытию, с наигранным равнодушием бросил, - Неважно. Хрен с этим! Главное, теперь я знаю, откуда ноги растут. И теперь будет гораздо легче справиться с Чернышевским.
   - Хочешь сказать, что и ты готов ввязаться во все эти грязные делишки? - ошарашено уточнила девушка, и, положив бумаги на стол, медленно поднялась с места, - Ведь если то, что ты мне сказал, правда - дело реально рискованное. Тебе ли не знать, что подобные люди способны на все.
   Подойдя ближе к Рощину, Марго толком не понимала, говорит в ней сейчас беспокойство за своего мужчину, как таковое, или здесь замешано нечто еще? Нежелание верить в не честность Олега? Нежелание разбираться в ситуации до конца. Снова разочаровываться.
   - Ты забыла, - резко обернувшись, когда Одинцова положила ладошки ему на плечи, - у меня есть кое-какие связи в органах. И связи непростые. Да вместе мы их прижмем так, что у этих гадов отобьется любое желание путаться у нас под ногами!
   - Кирилл, может не стоит? - на выдохе уточнила Маргарита, вопросительно уставившись в глаза мужчины.
   Как ей все это надоело! Бесконечные разборки, выяснения отношений и дележка территории. Она так устала. Маргарита просто хотела жить нормальной спокойной жизнью. Радоваться каждому дню. Быть счастливой уже от того, что отныне в её мире нет боли и горечи потерь. Пускай за всем скрывалась внутренняя пустота души. И что с того? Зато так жилось гораздо лучше. Спокойнее. Увереннее. Просто жилось. Что в итоге? Выходит, она опять ошибалась. Так жестоко и безнадежно.
   Девушка уверена - теперь Кирилл не даст её в обиду. Отметет любую вероятность встречи с Чернышевским. Но даже от этого не легче. Марго не верила, что Олег может причинить ей вред, с кем или чем ни был бы связан. Но теперь получается, они окончательно оказываются по разные стороны баррикад. Раньше это была черта жизни и смерти, а теперь... это нечто гораздо более серьезное и пугающее. Черту жизни и смерти можно перешагнуть. А как перешагнуть черту предательств?
   - Хорошо, - спустя пару минут отягощающего молчания, равнодушно кивнул Кирилл, - давай отступим, позволим этим с*кам взять для начала контроль по экспорту вина, затем еще чего-то. А там и всю страну им преподнесем в белы рученьки. Зачем стремится к лучшему, если можно стать лидерами по поставкам дряни, отравляющей весь мир.
   - Я совсем не это имела в виду, - оправдываясь, затараторила Одинцова, - Неужели ты считаешь, что самостоятельно сможешь противостоять давно устоявшейся системе? Я боюсь. Я просто не хочу снова этой войны, новых проблем, разборок...
   - Марго, - заключая лицо девушки в собственных ладонях, - а как ты отнесешься к тому, если я скажу, что война уже началась? Независимо от твоего, или моего желания. Хотим того или нет, мы уже в игре. Рулетка запущена. Мы единственные, кто реально при желании, сможет все это остановить. Потому что помимо бизнеса и денег здесь замешана месть.
   - Месть? - закусив губку, Маргарита, не моргая, уставилась на Кирилла. Про себя мысленно добавляя - "Олега? Но кому из них? Неужели ей? За что?"
   - Да, - уверенно кивнул Рощин, - месть одного нашего общего знакомого. Кажется, такое имя, как Николай Степанович Сизов тебе знакомо?
   - Что? - дернувшись, Маргарита безуспешно попыталась вырваться из цепких рук Кирилла, - причем здесь он?
   Имя не просто знакомо. Оно ассоциировалось с большинством былых бед и неприятностей. Именно с Сизова все началось.
   Человек, ставший одним из её первых проводников к персональному кошмару, который Марго довелось пережить в "Инанне". Влиятельный и представительный владелец элитного борделя, предоставляющего самые разнообразные спектры услуг. От девственниц и малолеток до садо-мазо услуг. Тот самый первый человек, от которого Одинцова надеялась получить помилование, а получила кару, которая не могла присниться в самом страшном сне. Сизов. Он же Сизый. Он же Батя...
   - А при том, что это и есть "крыша" нашего "друга" Чернышевского, - погладив большими пальцами Марго по щекам, фыркнул Рощин.
   В какой-то момент Маргарите показалось, что земля уходит из-под ног. Меньше всего она готова была услышать имя этого человека. Более того, в какой-то момент, освободившись с помощью Кирилла из загребущих лап Сизова, девушка была уверена, что больше никогда не услышит о нем. Особенно в такой ипостаси. Тесно и в открытую связано с Чернышевским. Как считала на тот момент, погибшим.
   Господи, неужели весь ужас еще не закончились? Олег, который, не смотря ни на что, был не чужим человеком. Во всяком случае, Марго так считала до последних слов Кирилла. Теперь оказывается, тот в одной связке с её самым заклятым врагом.
   С каждым мгновением реальность все больше искажалась. Неужели Олег преднамеренно туда полез? Знал ли, через что ей пришлось пройти "благодаря" этому Сизову? Если знал, как мог связаться с ним? Выходит, Чернышевскому реально плевать на неё? А если нет, то... тогда Маргарита уже ничего не понимает.
   - Я думал, ты знаешь об их тесном сотрудничестве, - пробормотал Кирилл, - хотя, в принципе, будучи в "Инанне", ты ведь не была вхожа в круг избранных. Всего лишь выполняла свою работу. Откуда тебе знать, что этот Олег не просто один из очередных клиентов...
   Кирилл хотел сказать что-то еще. Но хмурый взгляд, которым смерила его Маргарита, заставил замолчать. Откровенно ей плевать, что себе надумал Рощин. Даже если его мысли дошли до абсурда, и он уверен, что девушка спала с Чернышевским. Пускай думает, что хочет. Сейчас Марго волновало совсем другое... Олег с его истинной натурой. С его странными словами. Его враньем и двойственностью натуры. Его странной связью с Сизовым. Не могла она до конца поверить. Или не хотела...
   - Кирилл, но Сизов... - вздрогнув, Одинцова пытливо уставилась на мужчину, - ты ведь говорил, что тогда...
   - Живучий падла оказался, - поморщившись, недовольно перебил Рощин, - кто ж знал, что он ухитрится выбраться. Но фиг с этим. Однажды я справился с ним, и в этот раз не отступлюсь. И никакие Волкодавы мне в этом не помешают. Хм... поганяло-то какое придумали! - резко отпустив Марго, фыркнул, - больше пафоса, чем действия. Пешка ведь. Всего лишь обычная пешка в давно продуманной и спланированной игре Сизого. Интересно, он хоть понимает это? Или надеется, раз помогли выбраться из дерьма, сразу в короли возьмут.
   - И все-таки может не нужно туда ввязываться? - сверля невидящим взглядом спину Рощина, что медленно двинулся к окну, вздохнула Одинцова.
   - Маргарита! - резко застыв на месте, взревел мужчина, - теперь это становится делом чести! - оборачиваясь к девушке, - война началась! И заметь, эту войну начал не я!
   Пока Марго неуверенно ловила ртом воздух, Кирилл поспешно пересек разделяющее их расстояние. Не позволяя ей отстраниться, ухватил за предплечья, и резко притянув к себе, жадно впился в губы жестоким, подчиняющим поцелуем.
   Ошарашенная неожиданностью действий мужчины, Маргарита несколько мгновений позволяла Рощину себя подавлять. Она прекрасно знала, что у Кирилла иногда вспыхивали подобные порывы желания показать собственную власть над ней. Возможно, доказать правоту, важность, если другие доводы не действовали. Нелепый способ на самом деле. Но девушка давно привыкла.
   Лишь когда Кирилл, сильнее стискивая её в объятиях, стал жадно шарить руками по телу, Марго сообразила, что в данный момент он не намерен останавливаться на одном поцелуе. Такое с Рощиным случалось крайне редко, но, тем не менее, случалось. И вряд ли ему помешают возможные возражения. Но попробовать все-таки стоило...
   - Кирилл, - упираясь ладошками мужчине в грудь, когда он переместил губы к шее, умоляюще протянула Маргарита, - там Людмила Михайловна завтрак, наверное, подала. Идем в столовую.
   - К черту завтрак, - тяжело дыша, пробормотал Рощин, оттесняя Марго ближе к стене, при этом продолжая нехитрые ласки, - я не хочу есть... Я устал с дороги... Я соскучился по тебе...
   - Кирилл, пожалуйста, - пытаясь отстраниться, на выдохе протянула Одинцова, - давай, не сейчас, - уклоняясь от очередного поцелуя, - сейчас для этого не время и не место...
   - Я нахожусь в собственном доме, - гневно взглянув на Маргариту, прошипел мужчина, - поэтому давай я сам буду решать, где место, а где нет, - заметив скользнувшую тень испуга на лице Марго, слегка смягчил приказной тон, - Хорошо?
   Зачарованно кивнув, девушка едва сдержала вздох возмущения, когда Кирилл одним резким движением сорвал с неё кофточку, позволяя мелким пуговичкам беспорядочно рассыпаться по полу. После чего, не давая опомниться, ловко расстегнул её джинсы, спуская к коленкам.
   Прислонившись к стене, Марго озадачено наблюдала за дальнейшими действиями Кирилла. О том, чтобы образумить его не было больше и речи. Мужчина был возбужден и настроен решительно. В такие моменты перечить ему бесполезно. Все равно возьмет свое. Хочешь того, или нет. Разница лишь в том, что при этом будет испытывать сама Марго.
   Сейчас она не хотела, просто предпочла сдаться, и поплыть по течению, как делала это не единожды в прошлом. Но мыслями была очень далеко отсюда. И секс - последнее, что интересовало Одинцову в данный момент. Куда больше Маргариту волновали новости об Олеге. Это буквально сводило с ума...
   Заметив, как Кирилл одной рукой расстегивает свой ремень, Марго невольно отвернулась, позволяя ему продолжить мимолетные ласки, притягивая ближе. А в голове шальная мысль-воспоминание о вчерашнем разговоре с Чернышевским...
   Вчера он обещал, что будет каждый день ждать её у реки. Это реальный шанс поговорить. Что конкретно она намерена узнать, Маргарита сама толком не осознавала. Ведь и так все понятно, как божий день. Во всяком случае, на первый взгляд к информации с досье не подкопаешься. Все логично. Все сходится. Но этот разговор необходим ей. Что-то необъяснимое и невразумительное не давало Маргарите покоя. Может быть, как раз тот факт, что все слишком гладко...?
   - Девочка моя, что же ты как не родная, - выдохнув где-то у уха Марго, Кирилл медленно провел губами по её шеё, опускаясь ниже, - неужели ты не соскучилась по мне?
   Оставляя вопрос без ответа, Маргарита поджалась в руках мужчины, когда он, стаскивая с неё трусики, скользнул пальцами внутрь. При этом прокладывая короткими поцелуями дорожку к груди.
   Кирилл всегда был умелым любовником и мог доставить удовольствие женщине. Завести вполоборота даже когда сама женщина не особо настроена на интим. Даже сегодня Марго не могла не отметить, что, не смотря на свое не желание секса, не могла не отзываться на требовательные ласки Рощина. На уровне каких-то инстинктов, привычки, быть может. Не сказать, что сгорала от страсти или бесконечного желания. Но и не могла до конца оставаться равнодушной.
   Обхватив Кирилла за плечи, Маргарита невольно испустила вздох, почувствовав, как он одним резким рывком вошел в неё. Двигаясь резко и уверенно, Рощин продолжал терзать её грудь, покусывая и втягивая в себя.
   Прошло несколько минут, которые показались девушке вечностью, прежде чем она поняла, что Кирилл, содрогнувшись, подошел к финишу. И в этот момент где-то на задворках сознания мелькнула странная мысль - Рощин снова завладел её телом. Но за все эти годы ему ни разу так и не удалось завладеть её душой...
  

Глава 7

  
   - Тише, девочка, - потянув за узды, взбрыкнувшую и не желающую останавливаться на указанном месте, лошадь, возмущенно позвала Маргарита, - стоять! Мы пришли!
   Лишь когда Страсть, несколько мгновений потоптавшись, явно желая рвануть дальше, все-таки подчинилась хозяйке, Одинцова быстро спрыгнула на землю, осматриваясь по сторонам. За исключением их со Страстью, поблизости не наблюдалось никаких признаков чьего-либо присутствия. Лишь легкое шуршание сухих листьев и чириканье, не улетевших на юг птиц, нарушало скользящую в воздухе тишину.
   Наверное, еще слишком рано. Для встречи. Для появления Олега на этом месте в указанное время. Для получения ответов на волнующие вопросы. Просто еще не время.
   Тяжело вздохнув, Марго машинально погладила кобылку по гриве, и слегка похлопав ладошкой, позволила той пройти ближе к реке, пощипать травки. Девушка, обхватив себя за плечи, невидяще уставилась куда-то вдаль. Она из последних сил заставляла держать себя в руках. Прятала за невозмутимым спокойствием нервозность и нетерпение. Нетерпение предстоящего разговора. С Олегом. Если он все-таки сдержит обещание и приедет сегодня.
   Весь вчерашний день, после разговора с Кириллом, Маргарита не находила себе места. Ехать на встречу с Чернышевским оказалось слишком поздно. Рощин смог отпустить от себя Марго только ближе к вечеру, все время находя какие-то предлоги, чтобы быть рядом. Для начала запоздалый завтрак. Затем очередное обсуждение Олега и его возможных способов ворваться в "Internal Group", в котором снова больше говорил сам Кирилл. После попросил сверить договора о новых поставках... А потом, когда девушка опомнилась, то поняла, что вряд ли Олег станет ждать её у реки до столь позднего времени.
   И расслабиться ей было нужно. Успокоится. Собраться с мыслями. Чтобы сгоряча не нарубить дров и не наговорить глупостей. Чтобы хоть для самой себя сформулировать интересующие вопросы. Понять, что конкретно ей необходимо узнать от Олега. Что она готова услышать уже сейчас, а что лучше оставить на потом...
   Пыталась-пыталась, а в итоге даже сейчас, сбежав поутру из дома, официально для традиционной конной прогулки, а на деле для целей, которые явно не одобрит Рощин, понятия не имела, что скажет Чернышевскому. Как поведет себя с ним?
   Олег просил её о каком-то шансе. Маргарита пришла сюда несколько по другому поводу. Но возможность объяснится это тоже своего рода шанс. Связываясь с Кириллом, Чернышевский изначально должен представлять, куда влезает, и что определенная информация станет известна и самой Марго. Хотя кто знает, что надумал этот мужчина.
   Одинцова толком не представляет, в чем заключается зыбкий и призрачный шанс на нечто неизведанное... Просто Олег... он казался каким-то до боли близким, необходимым. Виной тому прошлое, или нечто иное, более невразумительное, девушка пока не особо разбирала...
   Хруст треснувших веток, и фырканье Страсти, прекратившей пастись, и обернувшейся на шум, вырвал Маргариту из размышлений. Ей не стоило оборачиваться, чтобы узнать, кто решил потревожить своим присутствием. И так прекрасно понимала. Настолько легко и незаметно здесь мог появиться только один человек...
   - Все-таки пришла, - вкрадчивый голос где-то совсем рядом, за спиной, заставил Марго невольно вздрогнуть.
   Что ни говори, а этот мужчина умеет подкрадываться незаметно. Девушка готова поклясться - какие-то секунды тому назад он находился не ближе, чем в сотни метрах от неё. И вот уже совсем рядом. И это... волновало?
   - Разве ты ожидал чего-то другого? - не оборачиваясь, спокойно уточнила Одинцова, - ты ведь изначально был уверен, что я приду.
   - Признаюсь, я боялся, что это произойдет, не так скоро, - усмехнулся мужчина, - но с другой стороны, у тебя с юности не отнять любопытства.
   Уж действительно скоро и всему виной её чертово любопытство. Впереди на размышления у Маргариты целая неделя. Только вчера она, изменив своим привычкам гулять по утрам, осталась дома, ждать Кирилла. Запросто могла сделать это и сегодня. Если бы не вопросы. Очередные вопросы, которые не давали покоя, лишив сна окончательно.
   - Я все знаю, Олег, - поворачиваясь к мужчине, как на духу выпалила Марго.
   Ожидала в этот момент чего угодно. Слов оправданий, возмущений, расспросов, что она имеет в виду. Только не насмешку, скользящую во взгляде Чернышевского. Сунув руки в карманы, с видом полнейшего спокойствия, он смотрел на девушку в упор. Так, будто напрочь равнодушен к её словам. В чем-то забавляясь происходящим.
   Пожалуй, именно за это притворное спокойствие и равнодушие, у девушки возникло непреодолимое желание ударить. Но вряд ли это хоть что-то изменит. Олега этот удар даже не заденет. А Маргарита в очередной раз обнажит перед ним душу со всеми переживаниями и мучениями.
   Потому сжав ладони в кулачки, выше вздернула подбородок, заглядывая в уверенные голубые глаза. Дожидаясь реакции, ответа. Дожидаясь возможного изменения в выражении мужского лица, надеясь поймать там что-то, дающее ответ хоть на один, самый важный вопрос - стоит ли довериться?
   - "Все" - это, стало быть, то, что знает Рощин? - невозмутимо предположил Чернышевский. Кажется, на его лице не дрогнула ни одна мышца.
   - Поверь, это ни имеет значения, - словно завороженная, Маргарита была не в силах отвести взгляда от мужчины, - "все" это значит - все. И точка.
   - Ты так уверена? - больше не пытаясь скрыть довольной улыбки, выдал Олег. Одним незначительным вопросом выбивая почву из-под ног Маргариты. Снова и снова заставляя сомневаться.
   - Волкодав. Фартовый. Умышленное убийство. Лишение свободы на 11 лет. Освобождение. Условно-досрочно. Тесное знакомство и сотрудничество с Николаем Степановичем Сизовым, - перечислив наиболее знаковые моменты, Марго хмуро переспросила, - мне продолжать? Хотя зачем? Подробности ты знаешь лучше меня. Это как раз тебе стоит продолжать.
   - Значит, ты пришла для того, чтобы задавать вопросы? - фыркнув, Олег, прерывая зрительный контакт, прошел вперед, к реке, оставляя Маргариту с недоумением смотреть вслед.
   - Думал, с одним твоим появлением я брошу все, что у меня есть в этой жизни и прибегу к тебе, одурманенная сомнительной перспективой неизвестности? - возмутилась девушка, - Чернышевский, да ты, оказывается, стал невероятно самоуверен!
   - Ты как-то сама сказала, жизнь не стоит на месте, - ухмыльнувшись, отметил мужчина, слегка повернув голову к Маргарите, - все течет, все меняется.
   - Смотрю, общение с криминальными авторитетами принесло свои плоды.
   - Кто бы говорил, - иронично, но без издевки, не мог не отметить Олег, - странно слышать подобные упреки именно от тебя.
   - А ты надеялся, что я порадуюсь? - делая шаг следом за мужчиной, хмыкнула Марго, - порадуюсь тому, что после всех скитаний и попыток борьбы за справедливость, ты опустишься до того, чтобы связать свою жизнь с бандитами? Пускай даже во имя спасения. Тот Олег, которого я знала ранее, умирал бы, но никогда не подал руку таким, как этот... Сизов.
   - Ты предпочла, чтобы я оказался мертв? - резко обернувшись к девушке, вопросительно вздернул бровь Чернышевский.
   - Олег, я просто... - нервно сглотнув, Марго ошарашено смотрела на мужчину, не имея ни малейшего понятия, что должна ответить на подобное.
   Она не хотела его смерти. Никогда. Просто смирилась. Свыклась с мыслью, что Олега, как и всех, хоть как-то связывающих с прошлой жизнью, больше нет.
   - Можешь не утруждать себя, Рит, - пришел на помощь Чернышевский, - До моего появления, с мыслью о том, что меня нет, тебе жилось гораздо проще. Я понял. И знаешь, Рита, - смерив девушку грустным взглядом, - если ты найдешь способ меня убедить, что счастлива жить так, как живешь, я оставлю тебя в покое, и ты меня больше никогда не увидишь.
   Замолчав, Олег выжидающе уставился на Маргариту. Но повисшая пауза стала красноречивее любых слов. Девушка оказалась не готова сейчас прогнать Чернышевского. Убедить в том, в чем сама была не уверена? Он не поверит. А если поверит и уйдет, снова терять толком не обретенного друга Марго не желала.
   - Что и требовалось доказать, - ухмыльнувшись краем губ, мужчина пожал плечами, - тебе даже возразить нечего. Вот теперь если будешь умолять меня исчезнуть из твоей жизни, убеждая, что тебе великолепно живется с Рощиным, все равно не уйду. А знаешь почему?
   - И почему же? - пользуясь секундной паузой, поторопила Одинцова. Несмотря на нежелание терять Олега, признать так сразу его правоту, значило разрушить неписанные правила, жить по которым давно свыклась, - почему ты так уверен, что я и вправду несчастна?
   - Ритуль, давай откровенно, - делая шаг ближе к девушке, - будь ты так счастлива, как хочешь казаться, вряд ли пришла сегодня ко мне.
   - А ты ни разу не предполагал, что мне просто небезразлична твоя судьба? - выпалила девушка, слегка поджавшись от быстрого приближения Олега.
   Еще немножко и он будет совсем рядом. До неприличия близко. Стоит лишь немного протянуть руку, чтобы коснуться.
   Около минуты Чернышевский зачарованно рассматривал лицо Маргариты. Прежде чем его губы озарила блаженная улыбка, а в глазах блеснул радостный огонек.
   - Ради того, чтобы услышать подобное от тебя, стоило пройти все круги ада, - едва слышно выдохнул мужчина.
   - Олег, кажется, мы снова говорим на разных языках, - дернувшись от осознания, что вероятнее всего слова прозвучали достаточно двусмысленно. Раз реакция Олега была столь странной и необычной.
   - Помнится, мы изначально с тобой говорили на разных языках. Но это никогда не мешало нам понимать друг друга.
   Чернышевский снова прав. И опять на что-то надеялся. Даже спустя годы. Лучший друг детства, который всегда мечтал о чем-то большем. И ладно сейчас могла понять, откуда это желание нечто большего. Ведь теперь Маргарита была достаточно красивой, уверенной в себе женщиной. Многие мужчины желали заполучить её к себе в постель хоть на одну ночь. Даже Олег не станет исключением. Но тогда, в прошлом?
   Одинцова была щуплой, ничем не примечательной и не выделяющейся из толпы своих сверстниц, девчонкой. Немного взбалмошной и затерянной одной в огромном безжалостном мире. Обыкновенной школьницей Риткой. Уже тогда она кардинально отличалась от статного, умного и взрослого не по годам парня. Старшего на целых пять лет. В том возрасте подобная разница казалась огромной пропастью, разделяющей целые поколения интересов.
   Да и какие могут быть общие интересы между ними?
   Девочка-сирота. И это при живых родителях! Отец бросил их с матерью, когда Рите не исполнилось и трех лет. Девушка не знала наверняка, но мать всегда повторяла, что этот неблагодарный нашел другую женщину. Более состоятельную, более моложавую. И как Маргарита частенько про себя отмечала, наверняка более понимающую и благополучную, чем мать.
   После Рита частенько жалела, что отец не решился забрать её с собой. Потому что в остатках воспоминаний об этом человеке, ей всегда казалось, что он любил её. Во всяком случае, гораздо больше матери, которая после ухода мужа, окончательно лишилась тормозов. Поначалу изредка выпивала, убеждая дочь и саму себя, что это только для того, чтобы не свихнуться от одиночества. В итоге алкоголь полностью завладел реальностью этой женщины. Ей стало плевать на дочь. Она в прямо смысле пропивала все, попадающееся под руку. Однажды, когда пропивать было больше нечего, она пропила и двухкомнатную квартиру, продав какому-то шарлатану за копейки. Если бы не старая комнатушка в коммуналке, оставшаяся от бабушки, они попросту оказались на улице...
   И молодой человек, едва перешагнувший порог совершеннолетия. Курсант Академии МВД. Сержант. Всегда стремящийся к справедливости. Мечтающий в одиночку побороть всю преступность. Тоже сирота. Только в прямом смысле, не по собственной воле лишившийся родителей.
   По нелепой случайности, когда Олегу было шестнадцать, они оказались на борту самолета, потерпевшего крушение. С тех пор Чернышевский оказался на попечении бабушки и дедушки со стороны отца. Жили они в том же доме, куда по "счастливой" случайности, благодаря матери, довелось перебраться и Маргарите. Только в соседнем подъезде. Там, где находились вполне нормальные квартиры на любой вкус...
   Олег с Ритой были слишком разными в своем социальном положении. Но в то же время слишком похожи в своем одиночестве. Быть может, именно поэтому тем памятным прохладным весенним днем Чернышевский обратил внимание на прозябшую до мозга костей девочку, сидящую на скрипучей качели и неловко растирающей слезы по щекам...
  
   - Эй, у тебя все в порядке?
   Приятный мужской голос где-то за спиной, заставил Риту вздрогнуть и нервно стереть с лица мокрые соленые дорожки. Так, словно её застали на месте преступления.
   - Угу, чудесно, - невнятно пробормотала Одинцова, и поспешила спрыгнуть с качели, желая поскорее сбежать от допроса неизвестного.
   - Как-то не очень похоже, - недовольно отметил незнакомец, хватая девочку за запястье. Тем самым заставляя остановиться и, наконец, взглянуть на себя.
   Шмыгнув носом, Маргарита не без удивления окинула взглядом стоящего перед собой человека. Им оказался довольно молодой парень. Лет двадцать максимум. Но первым в глаза бросалось даже не это. Первым, что поражало и удивляло так это его наряд - форма курсанта милиции. Она мало разбиралась в чем различие между формами всевозможных силовых структур. Но милицейскую форму знала наизусть. Потому как порой засматривалась на проходящих мимо молодых людей и девушек в форме, искренне мечтая и самой однажды стать на сторону борьбы за справедливость.
   Но сегодня, появление вероятного представителя власти немного пугало. За последние недели мать часто утверждала, что еще пара выходок со стороны Риты, и вызовет наряд, чтобы с ней разобрались. В свете последней ссоры и ругательств от матери, Маргарита ничему не удивлялась и запросто могла предположить, что этот симпатичный парень пришел сюда не просто так. Конечно, она не уверена, что курсанты выполняют подобную работу, но исключать вероятное тоже не стоило.
   - Отпустите, мне нужно идти! - дернувшись, пытаясь освободиться, возмутилась Рита.
   - Ты чего? - не позволяя уйти, осадил незнакомец, - я тебя не съем!
   - Зато заберете в обезьянник, дурку, детский дом или куда там еще забираете! - с вызовом взглянув курсанту в глаза, девочка мысленно для себя отметила, что у этого парня невероятно добрые глаза.
   На мгновение мелькнула мысль - ему вполне можно доверять. Но она тут же улетучилась, когда в памяти всплыли глаза отца. Казалось, ему тоже можно доверять. Но что в итоге? Он её предал. Близкий и родной человек. Почему не может предать незнакомый человек?
   - Да никуда я тебя не заберу! - возмутился парень, - больно надо! Ты сидишь здесь, который час, вся такая одинокая. Мне показалось, тебе нужна помощь.
   - От тебя что ли? - вопросительно вздернув бровь, Рита немного притихла, прекратив попытки вырваться, - а чем такой как ты... - окинув парня оценивающим взглядом, - может помочь такой, как я? - махнув рукой на свою потертую и выцветшую от времени, некогда ярко-синюю, куртку.
   - Во всяком случае, нам никто не запрещает попробовать, - разжав захват, предположил незнакомец, - разве нет?
   - Я уже ни в чем не уверена, - тяжело вздохнув, Рита, понимая, что идти ей все равно некуда, а наблюдать за пьяными выходками матери последнее, чего хотелось, обреченно опустилась обратно на качели, похлопав ладошкой по соседней, - но садитесь, коли пришли.
   - Олег, - присев рядом, курсант, улыбнувшись, протянул раскрытую ладонь недоверчивой девчонке.
   - Рита, - несколько мгновений Одинцова изучала протянутую руку, прежде чем вложила свою.
   - Приятно познакомится, Рита, - задержав ладонь девушки в своей дольше, чем следовало, искренне улыбнулся парень. После чего неожиданно отпустив, отвел от неё взгляд куда-то в сторону, отмечая скорее для самого себя, - ранее я тебя здесь не видел. Но теперь встречаю все чаще и чаще.
   - Я здесь живу не так давно, - призналась Маргарита.
   - Понятно, - выдохнул Олег.
   Несколько минут Рита ждала от него продолжения расспроса. Что он поинтересуется хотя бы о чем-то. Но парень, по-прежнему глядя куда-то вдаль, упорно молчал. Словно боялся переступить дозволенную черту. Ждал, пока она сама решится на откровения. И она не заставила себя долго ждать.
   - Извини, что налетала на тебя поначалу, - робко выдохнула Ритка, - просто у меня с матерью не очень хорошие отношения, она грозится, что сплавит меня в детдом. - Поймав на себе удивленный взгляд Олега, пояснила: - она пьет. Очень сильно пьет. С тех пор, как отец ушел от нас. Уже больше десяти лет одно и то же. Недавно квартиру профукала. Теперь сюда переехали. Все обещала измениться. Но от этого все равно не легче. Я знаю, что не нужна ей. Только лишний рот, который надо кормить и который мешает ей, как говорит, полноценно отдыхать. А я что... может и ушла от неё, все равно бы не заметила моего отсутствия. Да только мне идти некуда. Я бы пошла работать. Хоть полы мыть, хоть посуду драить. Хоть куда. Только не берут в моем возрасте, узнавала уже. А идти скитаться и просить милостыню... да я лучше умру, чем так. Но и жить, завися от вечно пьяной матери тоже не могу. Не хочу и не буду! Либо свободной, либо вообще никак!
   - Маленькая ты еще, - фыркнул Олег безразлично, - умирать это совсем не выход. У тебя вон, еще вся жизнь впереди. Да, сейчас сложно, тяжело, кажется, что ничего хорошего в будущем не светит, но нужно идти дальше. Стремится к лучшему, пытаться. Поверь, смерть это крайний случай. Порой она и так заявляется без спроса и забирает самых дорогих людей. Тех, кому еще жить и жить... У кого планов еще море. Но одно нелепое стечение обстоятельств разрушает вмиг все надежды. Просто поверь мне, вот это и есть самое страшное. Пока тяжело, значит, есть к чему рваться. Значит, впереди еще есть пути к окончательной цели. Значит, впереди еще целая жизнь. Впереди свобода и... истинное счастье.
   - Ты говоришь странно... - затаив дыхание, еле слышно пробормотала Рита, - сплошные загадки.
   - Несколько лет назад погибли мои родители, поэтому я знаю, о чем говорю. Со временем ты тоже многое поймешь.
   - Прости, я не хотела, - отрицательно закивав головой, протараторила Одинцова.
   - Ничего, я привык, - улыбнувшись, одернул Олег. И снова протянув Рите раскрытую ладонь, поднимаясь, предложил, - ты, стало быть, голодна? - получив в ответ машинальный кивок, добавил: - тогда идем. У меня недавно бабушка напекла пирожков с капустой. Такие блестящие, поджаристые... Ну, просто объеденье!
   - Это, наверное, не очень удобно, - борясь с так не вовремя заурчавшим желудком и искушением согласиться, отрицательно закивала Маргарита.
   - Но их очень много, - сверля Риту настойчивым взглядом, не унимался Олег, - Нам с дедом не осилить, - и, когда девушка нерешительно протянула ему руку, поспешно стягивая Одинцову с качели, довольно заметил, - вот и славненько. Думаю, ты понравишься бабуле. Она всегда себе хотела внучку, но не сложилось. Все жалуется, что от меня оболтуса ей проку совсем никакого...
   Улыбнувшись в ответ, Рита позволила странному, малознакомому, но уже тогда чем-то подкупающему курсанту потянуть себя в соседний подъезд...
  
   В тот день Маргарита, познакомившись с бабушкой и дедом Олега, впервые за долгое время ощутила себя по-настоящему счастливой. Почувствовала, как приятно, когда о тебе заботятся. Просто так, искренне. Безо всякой выгоды и, не требуя ничего взамен.
   В тот день Маргарита обрела своего первого и настоящего друга. Который никогда не задавал лишних вопросов, всегда понимая с полуслова. Который был словно из другого мира. Даже тот факт, что оба, по сути, жили без родителей, вроде и сближал, но в то же время ощущалась слишком явственная разница.
   У Олега были те, кому он нужен и важен. Олег жил в нормальной квартире, где всегда чисто и пахло едой. Ухоженный, домашний...
   Рита жила в грязной комнатушке, в которой как ни пыталась навести порядок, бардак возвращался вместе с очередной попойкой матери. Она была всегда предоставлена исключительно самой себе. Никому не нужная. Хотя... с появлением Олега, Рита впервые ощутила, что все-таки кому-то небезразлична.
   В тот день Олег впервые помог ей. Морально. И хоть они говорили на разных языках, хоть разглагольствования Чернышевского на тот момент казались девушке неимоверно абсурдными, именно он заставил поверить, что Маргарита должна жить. Должна упрямо идти вперед. Не ломаясь и не прогибаясь под обстоятельствами. Потому что только так, она в конечном итоге сможет достигнуть главной цели - стать свободной и счастливой...
   Именно эти простые истины однажды помогли ей остаться собой. Только к чему они в итоге привели? Ни свободы, как таковой, ни полноценного счастья...
   А что Олег? Кажется, у него не лучше. Удалось ли ему остаться собой, еще большой вопрос, ответ на который казалось, очевиден заранее. Но вряд ли его можно назвать удовлетворительным...
   - Какое это теперь имеет значение, - после затянувшейся паузы, первой заговорила Марго.
   Отвернувшись от Олега, прошла вдоль реки, к заваленной к земле ивовой ветке, слегка запрятанной среди других размашистых деревьев. Осмотрелась по сторонам, проверяя безопасность подобного сиденья, осторожно опустилась на дерево. В голове десятки вопросов, которые давно стоило задать, а не ходить вокруг да около. Но вместо них с уст срывается один единственный:
   - Олег, признайся только честно, ты ведь появился в моей жизни только сейчас потому, что я могу помочь тебе противостоять Рощину? - спешный взгляд на мужчину, что пройдя следом, остановился неподалеку, - потому что только я имею к нему наиболее тесный доступ?
   - Нет, - прямолинейный, резковатый, но честный ответ Олега. Сомневаться в правдивости которого не представлялось возможным.
   - Хорошо, - втягивая воздух в легкие, Маргарита с вызовом посмотрела на Чернышевского, - из-за чего тогда?
   - Я думал, ты умнее и сама понимаешь, - отмахнулся Олег, скользя равнодушным взглядом по хрупкой фигурке девушки, - Есть нечто, над чем даже время неподвластно.
   Нервно сглотнув, Маргарита понимающе кивнула и быстро отвернулась, уставившись вдоль реки. Пожалуй, тут Олег прав. Кое-что не меняется даже с годами. Только какой прок, если действующие лица теперь стали совсем иными? Мир вокруг теперь совсем другой...
   - Олег, - услышав, что мужчина присел рядом на дерево, Маргарита, продолжая рассматривать горизонт, с грустью выдохнула, - тогда, в 97-м, тебя посадили за убийство заложника. Олег, - резко поворачиваясь к Чернышевскому, - скажи, это...?
   - За Пашку, - одновременно с этим, откровенно признался мужчина.
   - Но как? - глотая горький комок, застывший в горле, девушка не в силах запретить предательским слезам заслепить глаза, - ты ведь не мог! Я собственными глазами видела, как его убили эти отморозки... Или...? Боже мой!
   Прикрыв ладошкой рот, Марго взвыла, составляя два плюс два. Пашку убил Крот, или как там его... Он работал на Сизова. Если верить досье, нарытому Кириллом, Олег тоже работает на Сизого... Неужели все началось еще тогда? Неужели в тот роковой вечер Олег осознанно шел на заброшенный завод. Но не для того, чтобы помочь ей. А наоборот, сделать все, чтобы Рита попалась в ловушку... Она не хотела в это верить! Не хотела признавать еще одно предательство! Не сейчас! Не от Олега!
   - Кому-то очень нужно было найти козла отпущения, готового ответить за случившееся, - игнорируя накатывающуюся на девушку истерику, уверенно оборвал Чернышевский необоснованные и нелепые предположения, - по глупому стечению обстоятельств на месте оказался я. С огнестрельным ранением в предплечье. Без сознания. А рядом тот самый пистолет, из которого убили Павла. С моими отпечатками пальцев.
   - Что за бред? - уставившись на Чернышевского, как на незнакомца, ошарашено забормотала Марго, - они ведь тебя самого того... убили. Точнее, едва не убили. В милиции не могли упустить данный факт. Это обвинение высосано из пальца! Неужели ты со своим ментовским образованием, какими-то связями... у тебя ведь должны были быть связи в прокуратуре, или среди юристов. Неужели ты не смог доказать абсурдность обвинения? Как ты позволил им так просто себя посадить?
   - Рита, это долгая история. Сейчас нет смысла углубляться в подробности, - отмахнулся мужчина. И приподняв руку, осторожно провел большим пальцем по щеке Маргариты, стирая одинокую слезинку, застывшую у губ.
   - Хорошо, - вздернув подбородок, Одинцова отдернулась от мужской руки, боясь собственной реакции на подобные прикосновения, - как на счет Сизого? Как и зачем ты с ним связался? Ты вообще в курсе, что это не просто бандит? Это бандит, у которого нет ничего святого. Из-за него я провела целых шесть лет в том чертовом борделе. Из-за него я едва не лишилась жизни. Да черт со мной! - недовольно поморщилась, - многим девчонкам повезло гораздо меньше! И сейчас... сейчас я узнаю, что ты с ним заодно. Скажи, что случилось с тем Олегом Чернышевским, который я знала ранее? Который всегда был на стороне справедливости? Неужели на пути к главной цели - к свободе, ты лишился главного - самого себя?
   - Долго думала? - недовольно нахмурившись, с раздражением выпалил Олег. И резко подхватившись, сложив руки на груди, глядя на Маргариту сверху вниз, бросил, - когда ты научишься разбираться в людях? Когда ты перестанешь беспрекословно верить этому своему... Рощину?
   - Я верю не Рощину, я верю реальным фактам! - возмутилась Марго, - и как мне, по-твоему, научится разбираться в людях, если все окружающие носят настолько реалистичные маски, сбрасывая их в самые неподходящие моменты? Когда я меньше всего жду предательства! И вообще... кому мне верить, если не Рощину?
   - Рощину она верит! - про себя фыркнул Олег, - и фактам его, черт подери! Маргарита, - резко хватая девушку за запястья, Чернышевский потянул её на себя, заставляя встать, - а если я тебе скажу, что Пашка жив? Или что твой Рощин помог тебе только потому, что ты избавила его от неприятных помех на пути к отцовскому наследству? Тоже поверишь?! Мне ты поверишь? - с силой встряхнув, для пущего эффекта.
   - Что? - вмиг обвиснув в руках мужчины, Марго не моргая, уставилась на Олега, - повтори, что ты сейчас сказал? Пашка жив? И Рощин. Какие помехи? Ты можешь толком сказать, что ты имел в виду?
   - Неважно, Ритк, - резко отпустив девушку, заставляя ту пошатнуться, лишившись поддержки, Чернышевский, быстро сунув руки в карманы, отвернулся, выискивая взглядом своего коня, - забудь.
   - Нет, Олег, не забудь! - хватая мужчину за плечи, пытаясь развернуть к себе, - начал говорить, так давай продолжай!
   - Бред, правда? - все-таки обернувшись к Маргарите, усмехнулся Олег. Только смех был скорее механическим, а глаза полны серьезности, - вот и некоторая информация собранная Рощиным тоже бред. Я просто пытаюсь доказать тебе - не стоит так беспрекословно доверять услышанному, - хватая Одинцову за предплечья, мужчина, наклонившись ближе, пытался достучаться до её сознания, - есть вещи, которые говорятся преднамеренно. Просто для того, чтобы запутать следы, понимаешь?
   - Зачем? - с трудом соображая, чего в этот раз хочет добиться Чернышевский, только и смогла выдохнуть Маргарита.
   - Я не могу тебе пока всего рассказать, - обреченно вздохнул мужчина, - просто поверь - так надо.
   - Кому надо, Олег? - заглядывая в мужские глаза, - тебе, чтобы подняться за мой счет? Или Сизому, чтобы взять под контроль всю страну?
   - Ты права, это нужно мне, - согласно кивнув, Чернышевский сильнее сжал плечи Марго, - Чтобы открыть тебе и окружающим глаза на Рощина. Чтобы не позволить ни ему, ни Сизому взять под контроль страну. Но в первую очередь это нужно тебе самой. Чтобы обрести ту долгожданную свободу, к которой ты всегда стремилась. И если позволишь, я могу тебе в этом помочь. Просто дай мне один единый шанс. Просто поверь мне еще раз и я обещаю, что сделаю все, чтобы ты никогда не пожалела об этом.
   - Чернышевский, почему у тебя все так просто? - прикрыв на мгновения глаза, протянула Маргарита.
   - Просто? Разве это просто? - нахмурившись, Олег встряхнул девушку, заставляя взглянуть на себя, - просто - это если бы я тебе предложил плюнуть на все и сбежать со мной, куда глаза глядят. Забыть об обязательствах, чувстве долга, обещаниях... - Марго резко распахнув глаза, с недоумением уставилась на Чернышевского. На что тот лишь ухмыльнувшись, продолжил, - вот это просто. А тот путь, который я тебе предлагаю, далеко не прост. Но, только пройдя его вместе, мы сможем обрести настоящую свободу. И счастье.
   Маргарита неверяще смотрела на Олега, пытаясь разобраться в смысле услышанного. Чернышевский опять убеждал её в правильности каких-то неизведанных тайн. А она даже не понимала, что должна ответить. С одной стороны так хотела довериться ему. Человеку, который никогда не предавал. Который по возможности всегда был рядом. Но с другой... с другой стороны Кирилл. Полная противоположность Олегу. Двое мужчин, утверждающих абсолютно разные вещи...
   - Хотя, - в глазах Олега вмиг загорелся безумный огонек, и он до неприличного близко склоняясь к лицу Маргариты, прошептал, - согласись ты сейчас и вправду сбежать со мной, я не раздумывая, плюнул на все и увез тебя отсюда. Давай забудем о Рощине, о Сизом, о "Жемчужине". Обо всем. И сбежим. Моих сбережений хватит на первое время, чтобы начать новую жизнь, - снова встряхивая девушку, пытаясь достучаться до её сознания, - Как тебе, Рит? Хочешь? Мы можем сделать это прямо сейчас! Нужно только твое согласие.
   - Я не могу, Олег, - отрицательно закивала Маргарита, понимая, насколько абсурдно звучат слова мужчины.
   Очередной побег. В этот раз не только от окружающих людей, но и от самой себя. Нет, на подобную авантюру Одинцова не готова подписаться. Не сейчас. Толком не соображая зачем это Чернышевскому. Из-за давнишних чувств? Но где гарантия, что они по-прежнему живы...?
   - Почему? - вопрос, прозвучавший, словно гром средь ясного неба. Спокойный, равнодушный. А глаза полные бесконечной мольбы и отчаяния.
   - Кирилл, - как само собой разумеющееся, выдала Марго, - я не могу сейчас с ним так поступить.
   Но сразу пожалела о сказанном, заметив, как переменился в лице Чернышевский, натягивая на себя невозмутимую маску серьезности и недовольства. Несколько секунд всматриваясь в глаза Марго, возможно дожидаясь еще чего-то. Каких-то оправданий.
   Не получив ничего из этого, мужчина, скрипнув зубами, отпустил от себя Маргариту. Отвернувшись, быстро зашагал прочь. На ходу окликнув своего коня:
   - Ветер, давай сюда. Хватит, нагулялись сегодня, - хватая вороного под узды, похлопал по икрам.
   - Олег, погоди! - бросившись следом, возмущенно прикрикнула Одинцова, - и ты сейчас так просто возьмешь и уедешь без объяснений?
   - А что ты от меня хотела? - с удивлением взглянув на Марго, - я попросил тебя довериться и немножко помочь мне. Но, кажется, ты сделала выбор. Что ж, справлюсь в одиночку, мне не привыкать.
   - Но я не говорила, что не хочу тебе помогать, - не ведая, что несет, на духу выпалила девушка, с мольбой глядя на Олега, - просто я не могу заведомо подписываться на дело, о котором не имею не малейшего представления. Начинать игру, не представляя, на чьей стороне, по крайней мере, глупо...
   - На моей! - с вызовом перебил Чернышевский, - тебе этого мало?
   - Я не знаю, Олег...
   Маргарита хотела что-то еще сказать. Но не могла собраться с мыслями. Это, оказывается, неимоверно сложно. А Олег, очевидно, считая бессмысленным ждать, ловко запрыгнул на коня с намерением ускакать прочь.
   - Олег, погоди же ты! - окликнула Марго. И когда мужчина на миг обернулся, с отчаянием пролепетала, - а как же я?
   - Возвращайся домой, Рита, - устало выдохнул Чернышевский, - пока Кирилл не спустил на твои поиски всех собак, - и, пресекая вероятные возражения, уверенно добавил, - я найду способ с тобой связаться. У меня есть твой номер телефона. Главное не говори о наших встречах Рощину. Если хоть немного доверяешь мне, и я хоть что-то для тебя значу.
   Не дожидаясь ответа, Олег, сильнее дернув поводья, бросился прочь, оставляя после себя огромные клубы дыма. И кучу загадок, которые Маргарите еще предстоит разгадать.
  

Глава 8

  
   - ... ну что, Волкодав, как я и предсказывал, рыбка клюнула на наживку, - растягивая слова, лениво заметил мужской голос в трубке, - Точнее, волк медленно, но уверенно прокладывает себе дорогу в клетку.
   - Есть какие-то новости? - всматриваясь в розовый закат и прокручивая в руках сигарету, уточнил Чернышевский.
   - После того, как я предоставил Рощину всю интересующую его информацию, он такого шуму в городе навел, мама не горюй. Рыщет, как ищейка, - на той стороне провода снисходительно фыркнули, - Все пытается понять, как ты вошел в свиту Сизого. По ходу даже готов идти к последнему на поклон, только бы понять, в чем соль ситуации.
   - Но ты ведь сделал все, чтобы последнего не произошло? - пройдясь взад-вперед по веранде, Олег устало опустился в плетеное кресло.
   - Обижаешь, брат! У Рощина нет шансов откопать хоть толику инфы, где и при каких условиях сейчас загорает Сизов. Даже если начнет копать вглубь или поднимать связи, для всех многоуважаемый Николай Степанович либо давно сгнил в сырой земельке, не без участия нашего общего знакомого, либо свалил за бугор, пряча свою задницу и просаживая последние "честно заработанные" бабки. Здесь у Рощина нет шансов и...
   - ... и, кажется, он сам начинает это осознавать, - прервав рассуждения, закончил Олег, сощурившись и всматриваясь к горизонту, где поднимая пыль, мчался уже знакомый автомобиль.
   - Не понял. Ты откуда знаешь?
   - Я не знаю. Могу только догадываться исключительно потому, что как раз сейчас Рощин подъезжает к усадьбе.
   - Ого! - в трубке послышался удивленный свист, - Не думал, что он так быстро созреет.
   - А я думал? - огрызнувшись, Чернышевский смял так и не прикуренную сигарету, и, отбросив на столик, медленно поднялся со своего места.
   - По ходу, нашему Плантатору реально очень важен этот контракт. Ты снова не прогадал, брат.
   - Этот контракт золотая жила, а такой, как Рощин, своего не упустит. Ладно, Буря, пойду-ка встречать гостей, - наблюдая, как бесшумно разъехались кованые ворота, пропуская во двор нежеланного гостя, - позже перезвоню.
   Отключившись, Олег сунул мобильный в карман, и резко крутанувшись на каблуках сапог, направился к выходу из дома.
   Честно признаться, в планы Чернышевского сегодня не входила встреча с этим человеком. Будь его воля, Олег вообще никогда не пересекался с Рощиным, не говоря уже о каких-то общих делах. Но раз ситуация сложилась таким образом и без личного общения никуда, пожалуй, даже хорошо, что Рощин попался на удочку быстрее. Чем скорее все начнется, тем скорее закончится.
   Тогда каждый получит по заслугам. Кирилл то, чего с помощью хитрости и изворотливости избегал долгие годы, сваливая ответственность на других. А он, Олег... получит ту самую долгожданную и необходимую свободу от обязательств, к которой так стремился. Но на которую по-прежнему не имел права.
   Хотя к чему сейчас сожаления? При большом желании Чернышевский давно мог все бросить, вернуться к нормальной жизни, найти хорошую, а главное, не опасную, без каких-то ни было подводных течений, работу, завести семью и жить так, как живут все вокруг. Если захотеть, это не так уж и трудно было сделать. Лазейка имелась еще тогда, шесть лет назад. В аккурат после такого долгожданного условно-досрочного освобождения.
   Так в чем проблема? Сказать - не хотел? Хотел. Очень хотел. И нормальную жизнь хотел, и работу, и семью и даже детей. Причем детей, чем больше, тем лучше. Чтобы целая футбольная команда. Чтобы нянчится, воспитывать и менять подгузники. Вводить в садик, а затем в школу. Учить играть в футбол и водить на рыбалку. Просто иметь обычную, полноценную семью, в какой ему посчастливилось вырасти. Но которой по нелепому стечению обстоятельств пришлось преждевременно лишиться.
   Но проблема в том, что помимо всего этого, хотел еще одного - помочь человеку, который не безразличен. И желание, судя по всему, оказалось гораздо сильнее всех остальных вместе взятых.
   Правда, если задуматься, для Олега всё взаимосвязано. Если исполниться последнее желание, то в представлении мужчины автоматически исполниться и всё остальное. Он не был уверен наверняка. Просто надеялся. Так, как прежде, надеялся. Даже спустя годы.
   Сколько лет прошло с тех пор? Десять? Двенадцать? Кажется - целая вечность. Многое изменилось. Его жизнь изменилась. Он изменился. Она изменилась. Внутренне. Внешне... Но одно осталось неизменно - Олегу, как и раньше, небезразлична Маргарита.
   Ритка. Маленькая, потерянная среди сотен других людей, девочка. Одинокая. В какой момент она стала значить для Олега гораздо больше, чем просто знакомая? Чуть больше, чем просто друг.
   Когда он впервые увидел ей? Растрепанную и заплаканную на качелях. Когда понял, что должен помочь ей хоть как-то? Ведь если не он, больше и некому, как выяснилось...
   Когда открыл перед ней душу, обнажая самые потаенные уголки? Впервые после гибели родителей для кого-то чужого... Так просто и неосознанно рассказывая о том, что у него в мыслях, на сердце. Не тая ничего.
   Когда узнал её судьбу? Несчастной, брошенной и ненужной собственным родителям... Живим, в отличие от его.
   Когда впервые защитил, не позволяя пьяной матери обрушить на обиженную девчонку праведный гнев? И потом ведь всегда защищал, заступался... Забирал к себе домой, где только под присмотром и опекой его бабушки, Рита приходила в себя, успокаивалась.
   Или быть может, когда впервые познакомил её с парнем из соседнего двора? Младшим на пару лет приятелем, зачастую бегавшим за Олегом хвостиком. Человеком, которому без зазрения совести всегда оставлял на попечение Ритку во время собственного отсутствия. Отправляясь на сборы, либо периодически возвращаясь к казарменному режиму... Потому что доверял.
   Как не поверить пареньку, который с восхищением заглядывал в рот, в ожидании всевозможных историй о тяжестях и лишениях курсантской жизни. Который до поры до времени планировал пойти по стопам самого Олега...
   Или когда в один прекрасный день, возвращаясь после недельных сборов за городом, заметил свою юную подопечную, прогуливающуюся в компании этого самого товарища? Причем не просто прогуливающуюся, а держащуюся за ручки. А затем поцелуй, увиденный случайно, украдкой. Быстрый, легкий, но совсем не дружеский... В тот момент у Олега, словно пелена с глаз спала.
   Может, именно тогда он разглядел метаморфозы, происходящие в некогда угловатой девочке-подростке? Понял одну простую вещь - Рита больше, чем друг. Всегда была таковой. С самого первого дня... И пожалел, что на осознание сего факта понадобилось целых два года.
   Два года, сблизивших настолько, что иначе, чем другом и братом, Ритка не могла его назвать. Удивительно ли, но парня, которого считала почти родственником, элементарно не могла представить в роли кого-то более близкого. Душевно. Физически. До интимного близко.
   Сколько ошибок в то время натворил Чернышевский? Мелких, незначительных. Но, кажется, их не счесть. Именно оттуда все началось. Запутался клубок безысходности, который всем участникам событий приходится расхлебывать до сих пор. Спустя многие и многие годы.
   Если бы мог предположить к чему приведет связь Ритки с Павлом. Если бы чуточку раньше узнал о его темных делишках. Успей прийти к Рите на пару часов ранее в тот роковой день. Если бы смог подобрать нужные слова, найти ключик к её разуму - заставить остаться. Не наломать дров. Не ввязаться в глупые передряги. Если бы только смог по-тихому увести её с того жуткого завода. Опять если бы. Слишком много если бы.
   Но ничего из этого списка, который можно продолжать бесконечно, не произошло. Поздно сокрушаться. Что-либо изменить в прошлом тоже. Зато есть возможность еще раз попытаться изменить будущее. Повлиять на него. Найти новые лазейки для себя. А главное для Ритки. Вытащить из кабалы, в которую в этот раз залезла осознанно, не подозревая насколько серьезна ситуация. Конечно, это ведь не элитный бордель "Инанна". Это нечто еще более завуалированное и замысловатое. Только суть от этого не меняется.
   На смену Сизому пришел Рощин. Но где гарантия, что последний хоть капельку лучше предыдущего "хозяина"? А гарантии не было, и нет. И Олег намерен во чтобы то ни стало доказать это Маргарите.
   Возможно, Чернышевский и сам ничем не лучше Сизого, или того же Рощина. Олегу плевать на многие вещи. Он тоже способен идти по головам. Готов все вокруг крушить и ломать. Готов стрелять и даже убивать.
   Стрелять его неплохо научили еще во времена курсантства. А последнему пришлось научиться после тюрьмы. Точнее ни сколько научится, сколько решится, пересилив самого себя. Выбор оказался невелик - либо ты, либо тебя. Понятное дело, выбери мужчина последнее, не было бы сейчас ни "Жемчужины", ни поместья, ни огромного желания заставить Рощина заплатить по заслугам...
   - ... господин Рощин! - с улицы послышался приближающийся голос экономки, - погодите!
   - Где хозяин? - вслед за этим последовал недовольный мужской рык, - где прячется этот с*кин сын?
   - ... Кирилл Сергеевич! Я должна сначала сообщить Олегу Вячеславовичу о Вашем приходе!
   - Я не намерен ждать! - срываясь на крик, возмутился мужчина, - я не мальчик на побегушках, чтобы сидеть, ожидая аудиенции!
   Последняя фраза Рощина вызвала на лице Олега невольную ухмылку.
   Вместе с этим Кирилл вихрем ворвался в гостиную, спешно окидывая комнату раздраженным взглядом. Мгновение, и на глаза попался Чернышевский, недоуменно застывший у двери, ведущей на веранду.
   - Олег Вячеславович! - забежав следом за Рощиным, затараторила запыхавшаяся женщина, - к вам тут гости! Извините, я хотела Вас предупредить, но Кирилл Сергеевич, не дал мне ни малейшего шанса, чтобы...
   - Наталья Ивановна, - проходя вглубь комнаты, отстраненно перебил Олег, - все нормально. Идите, занимайтесь своими делами. Дальше я сам разберусь.
   - Может, что-то нужно, Олег Вячеславович? - бросив последний недоверчивый взгляд на разъяренного Рощина, неуверенно уточнила экономка.
   - Нет. Если что понадобится, я позову, - отмахнулся Чернышевский.
   - Не ожидал? - плотоядно усмехнувшись, поинтересовался Кирилл, когда за женщиной закрылась дверь.
   - И Вам вечер добрый, Кирилл Сергеевич! - вальяжно усевшись в кресло, с притворным официозом, бросил Олег.
   - Вижу, не ожидал, - игнорируя приветствие, Рощин последовал примеру Чернышевского, и плюхнулся в противоположное кресло.
   - Скорее, не могу понять, каким таким Макаром удосужился чести визита винного короля страны, самого великого и могущественного Кирилла Сергеевича Рощина, - Олег откровенно забавлялся ситуацией и сменой эмоций на выражении лица собеседника.
   Будь на месте Чернышевского кто-то другой, уже запросто испугался и пожалел о сказанном. Извинился, быть может. Но уж точно не продолжал дерзить с таким видом, будто у него за пазухой весь мир. Кто угодно, только не Олег. У него предостаточно козырей против Рощина. И если не сейчас, со временем мужчина намерен использовать все. А пока... ему пофиг, насколько сильно может разозлиться Рощин. Более того, Чернышевский злил мужчину преднамеренно.
   - Чай? Кофе? Коньяк? - заметив, как заиграли желваки на скулах Кирилла, в глазах вспыхнула ярость, а руки с силой сжались на подлокотниках, Олег продолжал издеваться, - или может, все-таки попробуете нашего вина? Безусловно, не такого прекрасного и качественного, как Ваше, но считаю, не менее достойного.
   - Не паясничай Чернышевский! Я пришел по делу, а не трепаться о жизни.
   - Пожалуйста, - разводя руки в стороны, - я весь внимание.
   - Ты работаешь на Сизого, - не спрашивая, утверждая, с ходу выдал Рощин.
   - Я бы назвал это несколько иначе, - ухмыльнувшись, Олег приготовился к защите, - я привык работать исключительно сам на себя. Другой вопрос, на чьей стороне ведется игра.
   - Хорошо, - хохотнув, согласился Кирилл, - смею предположить, в данном случае игра ведется на стороне Сизого?
   - Допустим, - уклончиво отмахнулся Олег, потянувшись в карман за пачкой сигарет.
   - В таком случае, мы находимся по разные стороны баррикад. Ты это понимаешь, Волкодав? - вопросительно вздернув бровь.
   - Более чем, - поддаваясь вперед, на выдохе заметил Чернышевский, - Плантатор.
   - А ты неплохо осведомлен, - ухмыльнувшись, Кирилл расслабленно откинулся к спинке, - тогда ты, должно быть, знаешь, чем обернулись наши с Сизым прошлые... хм... так сказать, недоразумения? Кто вышел победителем и получил все, а кто остался ни с чем.
   - Ты намекаешь на набег шестилетней давности на Базу? - вытащив сигарету, Олег протянул руку, как бы предлагая Кириллу закурить. Но когда тот лишь отрицательно отмахнулся, продолжил, - на то, как прижал ребят Сизого под себя, а его самого якобы порешил? Заметь, ключевое слово - якобы.
   - А мне кажется, здесь ключевое нечто иное. - Сощурившись, хмыкнул Рощин. - Чтобы в конечном итоге тогда не произошло с Сизым - согласись, что он оказался настолько живучим, другая сторона медали, но тогда выиграл именно я. Именно я сделал великого и ужасного Сизова. Неужели ты думаешь, что сейчас я не могу сделать тебя? И по*ер, что ты находишься под покровительством Бати. Его империя давным-давно рухнула.
   - И ему на смену пришла империя загадочного Плантатора, - покрутив между пальцами сигарету, равнодушно бросил Олег, - ты на это намекаешь?
   - Почему нет. Время власти Сизова закончилось. И поздно пытаться её возродить. Тем более, сейчас, спустя столько лет. Время вспять не вернуть. После того, как Сизый так нелепо прос*ал абсолютно все, его больше никто не воспримет всерьез.
   - Все имеют право на ошибку.
   - Только не в нашем деле. Чернышевский, ты прекрасно знаешь, здесь подобное не прощают. Степень доверия утеряна. Если Сизый работая столько лет, не смог удержать собственный бизнес под контролем, где гарантия, что он так же запросто не профукает чужое. Никто не пойдет с ним даже на мелкую сделку.
   - С ним может и не пойдет. А с кем-то другим, более молодым, амбициозным, - щелкнув зажигалкой, несколько секунд всматриваясь в яркий огонек, Олег проницательно взглянул на Рощина, - почему нет?
   - Это ты на себя намекаешь что ли? - Кирилл иронично хмыкнул.
   - Чем черт не шутит.
   - Да на такого сопляка, как ты, никто и не взглянет! Не говоря о каких-то договоренностях.
   - Ай-ай-ай, - поцокал языком Чернышевский, в который раз снова щелкнул зажигалкой, - как грубо. И глупо. Недооценивать соперника, о котором ровным счетом ничего не знаешь. Ты слишком самоуверен, Рощин.
   - Я смотрю реалиям в лицо. Если ты так впрягаешься из-за Сизого, это еще не говорит о твоей могущественности. Хотя не скрою, очень любопытно послушать, как ты втерся в доверие к старому жуку. И где, собственно, сейчас находится он сам.
   - Ты же не считаешь, что я так запросто раскрою тебе все карты?
   - Даже не надеюсь.
   - Тогда зачем приехал? - понимая, что ходить вокруг да около бессмысленная трата времени, с вызовом выдал Олег.
   - Чернышевский, давай откровенно, - посерьезнев, Рощин поддался вперед, - сколько ты хочешь?
   - Не понял, - Чернышевский так и застыл с сигаретой в руках, на полпути ко рту. Мужчина, безусловно, мог предположить подобный поворот событий. Но никак не ожидал столь явной прямоты.
   - А что непонятного, - Кирилл нетерпеливо постучал пальцами по подлокотникам, - я отлично понимаю, ты здесь жопу рвешь не за просто так. За всю грязную работенку Сизый платит тебе бабки, - окидывая оценивающим взглядом гостиную, - очень неплохие бабки. Ты имеешь шикарные тачки, жратву, баб. Неплохую крышу над головой. Это я сейчас в прямом смысле.
   - К чему ты клонишь? - зажав сигарету в зубах, Олег подозрительно покосился на собеседника.
   - Сколько ты хочешь бабок, чтобы покрыть все твои расходы? - с нажимом повторил Рощин, - я заплачу тебе столько, сколько необходимо для безбедной жизни и даже больше. Поверь, в твоем образе жизни мало что изменится. Тот же шик, роскошь. Все, что только пожелаешь.
   - Но? - прикуривая.
   - Почему сразу "но"?
   - После таких заманчивых предложений обычно следует какое-то "но", - выдыхая струйку сизого дыма вверх.
   - А ты жук, Чернышевский, - ухмыльнувшись, Рощин машинально сунул руку в карман куртки, в поисках сигарет.
   - Нет, я Волкодав, - довольный собой, поправил Чернышевский. И наблюдая за безрезультатными попытками Кирилла отыскать следом за сигаретами зажигалку, протянул свою, - угощайся огоньком.
   - У меня свой, - отыскав, Рощин довольно продемонстрировал дорогую позолоченную вещь. И только прикурив, возвращая голосу былую серьезность, продолжил, - так вот, Волкодав. Все элементарно. Взамен ты переходишь на мою сторону и помогаешь избавиться от, в очередной раз возвратившегося досадного недоразумения, по имени Николай Степанович.
   - Как неразумно с твоей стороны, Плантатор, - напоследок затянувшись, Олег, подвинул к себе пепельницу, стоящую неподалеку на журнальном столике, нещадно смял окурок о тонкий хрусталь, - мне казалось, ты взрослый мужик, пришел поговорить о реальных делах, договорится о чем-то. А ты... несешь такую ахинею.
   - Чернышевский, ты издеваешься? - вмиг вспыхнул Кирилл.
   - Я? - нахмурив недоуменно брови, - нет, конечно. Просто подумай сам - ты приходишь один, в логово врага, делаешь такие опрометчивые предложения... - проницательный взгляд на сидящего напротив Рощина, - вообще можешь себе представить, что я тебя грохну, прям здесь, и никто об этом даже не догадается. Как тебе такой расклад?
   - Нет, ты этого не сделаешь, - не вздрогнув ни одной мышцей, спокойно покачал головой мужчина.
   - Откуда столько уверенности? Почему нет? - медленно поднимаясь с кресла, - нет человека - нет проблем. Все просто.
   - Не в правилах Сизого, избавляться от проблем самым простым и неосторожным способом.
   - Но и я не Сизый.
   - Хочешь сказать, - наблюдая за малейшими передвижениями Олега, - что ты вот так запросто возьмешь и уберешь меня прямо здесь?
   - Я? - застыв посреди комнаты, удивился Чернышевский, - нет, что ты. Не хочу марать новенький ковер и прибавлять лишней работы Наталье Ивановне. Я всего лишь пытаюсь донести, что не все и не всё продается за деньги.
   - Из идейных, что ли? - фыркнул Рощин.
   В ответ Олег неуверенно пожал плечами.
   Разговор заходил в тупик и Чернышевский это прекрасно понимал. Вероятность убедить Рощина изменить собственной идеологии, изначально не представлялась возможной. А теперь, после самоуверенной попытки перетащить Олега на свою сторону и подавно. Как он и предполагал, Плантатора возможно поймать только заставив самого себя заманить в ловушку. Как раз этим он и займется в ближайшее время.
   В принципе, на этой ноте можно запросто завершить разговор. Сомнений в грядущих планах Рощина больше не оставалось. Но что-то сдерживало Олега. И это что-то явно не самоуверенность Кирилла и не надежда услышать нечто новое и важное для дела. Но это "что-то" казалось важным...
   - Чернышевский, я никогда не поверю, что ты настолько предан своему хозяину, - опираясь руками о подлокотники, Кирилл решительно поднялся, - если не деньги, то даю сто процентов гарантии, есть нечто, способное заставить тебя перейти ко мне. Или хотя бы отступить с дороги, предварительно предоставив необходимые козыри для игры против Сизого. И хорошо, если это будет добровольно. Для тебя, безусловно, хорошо. А не с помощью нарытой мной компрометирующей информации на генерального "Жемчужины", то бишь, тебя. Ну, или что-то вроде методов, не так давно тобой упоминаемых. Как там говорил? - изобразив задумчивость, щелкнул пальцами, - нет человека - нет проблем? Что-то в этом определенно есть.
   С этими словами Рощин отвернувшись, медленной, вальяжной походкой, направился к выходу.
   Олегу вздохнуть бы с облегчением. Заняться осуществлением заранее продуманного плана. Но безумная, опрометчивая мысль мелькнула в голове настолько отчетливо, что он и сообразить не успел, когда она преобразовалась в уверенное и громкое заявление:
   - Маргарита.
   - Что? - застыв у двери, ошарашено выдохнул Рощин.
   - Ты спрашиваешь, что еще помимо денег меня может заинтересовать, - решительно ступая в направлении Кирилла, - так вот я и говорю тебе - Маргарита.
   Несколько секунд молчания, которые для Олега показались вечностью. Незыблемой, бесконечной. Секунды в ожидании ответа, который способен изменить если не все, то многое. Который в одночасье может превратить все мечты Чернышевского в реальность.
   Несколько секунд, прежде чем Рощин, обернувшись, мгновение смотрит в глаза Олегу. Уверенно, серьезно. Не моргая.
   Несколько секунд, прежде чем прозвучит одно единственное разрушительное слово. Поставившее на кон все. Принуждающее ступить на тропу безжалостной войны...
   - НЕТ.
   - Почему? - остановившись в паре метров от Кирилла, спокойно уточнил Чернышевский, - тебе ведь жизненно необходимо, чтобы я ушел с твоего пути. Ты сам сказал, что готов дать все. Вот я назвал цену. Маргарита. По-моему, не так много по сравнению с теми деньгами, которые ты предлагал десятки минут ранее.
   Рощин выглядел озадаченным.
   - Зачем она тебе? - хрипло, с придыханием, не в состоянии сказать чего-то еще.
   - Странный вопрос, не находишь? - чувствуя прилив уверенности от одного лишь вида заметно занервничавшего Кирилла, - для чего может понадобиться молодая, привлекательная женщина?
   - Тебе баб мало, что ли? - скрипнув зубами, огрызнулся Рощин.
   - Может, я влюбился, - стирая с лица ухмылку, предельно честно и откровенно признался Олег.
   Вряд ли Кирилл поверит. Но это даст возможность развязать ему язык относительно Риты. А информации о ней из уст Рощина, может оказаться весьма любопытной.
   - Влюбился? - недоверчиво уточнил Кирилл. И не заметив на лице Чернышевского ни капли насмешки, громко рассмеялся, - ты влюбился? - между смешками, удивленно подмечая, - в мою Ритку? Да ты точно идиот!
   - Не вижу ничего смешного, - спокойно отражая выпад, Олег в который раз отметил, что можно сколько угодно убеждать себя, что знаешь Рощина, но все равно будут находиться новые и новые доказательства обратного. Как сейчас.
   Рощин так и оставался человеком-загадкой. Сам себе на уме.
   - Оглянись, Волкодав! Вокруг куча шалав. На любой, даже самый притязательный вкус. На любые деньги. Выбирай любую! Тебе мало? - переходя на крик, - так ты только скажи! Я предоставлю еще! Сколько захочешь! Опытных и умелых! Или ты предпочитаешь скромных недотрог?! Любых! Ответь, что тебя конкретно интересует - и ты получишь это!
   - Ты меня не слышишь, - отрицательно махнул головой Чернышевский, - я не сомневаюсь в твоих возможностях, относительно шалав. Только мне они не нужны. Ни одна, ни две, не десяток. Какими бы они не были распрекрасными. Мне нужна Маргарита. Это мой окончательный ответ.
   - А Маргарита чем лучше? - слабо контролируя эмоции, заорал Рощин, - такая же шалава, как и остальные!
   Мужчина был зол не на шутку. Об этом говорили и гневно вздымающиеся крылья носа. И сощуренные, сверкающие раздражением глаза. И напряженные мышцы на шеё. Казалось еще немного и Рощин готов двинуться в бой.
   Но после последней услышанной от Плантатора фразы, давно натренированное спокойствие Олега тоже дало сбой. В глазах потемнело. Сжав руки в кулаки, он с трудом сдержал себя, чтобы не набросится на Кирилла - заставить ответить и пожалеть о сказанном.
   Чернышевский никогда и никому не позволит оскорблять честь небезразличной ему женщины. Тем более человеку, не без наводки которого, Маргарита испытала весь тот ужас. Что бы в прошлом Ритки ни происходило, Рощин последний, кто имеет право тыкать её носом в былую грязь.
   - С каких это пор ты так считаешь? - сощурившись, Олег смерил брезгливым взглядом Кирилла, - когда вытаскивал её шесть лет назад из "Инанны"? Или когда двенадцать лет тому назад так неосторожно её подставил, заставив оказаться во все той же незабвенной "Инанне"?
   - Что ты несешь? Какие к черту двенадцать лет? - взревел Рощин, - ты ни хрена не знаешь, чтобы судить!
   - Поверь, я как раз знаю достаточно, чтобы судить, - сунув руки в карманы, хмыкнул Чернышевский. Обкрутившись на пятах, сделал пару шагов в направлении, уводящем от Кирилла, - мне казалось, после того, как Марго избавила тебя от ненавистного Авиатора, открыв путь к беспрекословной власти, ты должен молиться на неё. Но никак не напоминать лишний раз о том, что ей пришлось пережить. Не без участия все того же, Авиатора. Да и тебя тоже.
   - Ты считаешь, при случае я не смог и сам избавится от него? Без участия Марго? - глухо отозвался Кирилл.
   - Ты бы ни за что не решился пойти против воли отца.
   - Чернышевский, - скрипнув зубами, - что ты вообще можешь знать о моем отце?
   - Достаточно, - резко обернувшись к Рощину, - как и о тебе самом.
   - Если тебе так интересно, то и без помощи Маргариты, я все равно нашел бы способ кинуть Авиатора, и получить власть, которая должна принадлежать мне по праву. Рано или поздно это случилось.
   - Мне кажется, или ты сейчас оправдываешь? - нахмурился Чернышевский, - на самом деле мне глубоко наплевать, что могло быть. Меня сейчас интересует совсем иное - Маргарита.
   - Что вас с ней связывает? - пропуская мимо ушей замечание.
   Видимо, Рощина сейчас тоже куда больше интересовала Ритка, нежели вопросы, касающиеся бизнеса.
   - Раз такой умный и проницательный - выясни, - пожав плечами, отмахнулся Олег, - гляди и узнаешь что-то интересное для себя.
   - То, что ты с ней спал в прошлом, еще ничего не значит.
   - Считай, как знаешь. Но в отличие от тебя, у меня на неё несколько иные планы.
   - Черта с два ты её получишь, - с придыханием выплюнул Кирилл.
   - Это мы еще посмотрим.
   - Чернышевский, - подходя ближе к мужчине, Рощин ткнул того в грудь указательным пальцем, - не нарывайся. Учти, если я захочу тебя уничтожить, сделаю это. И не посмотрю ни на Сизого за твоей спиной, ни на любую другую крышу, если она имеется.
   - Угрожаешь? - провожая глазами жест Кирилла.
   Что-то Олегу подсказывало, что сейчас в Рощине говорит не только жажда быть первым в его сомнительном бизнесе. Здесь замешано нечто иное. И среди этого иного значительную роль играла Маргарита. Для обоих мужчин.
   - Предупреждаю, - отмахнулся Кирилл, резко отступая назад.
   - Тогда в свою очередь считаю не лишним заметить - если я чего-то очень хочу, то, как правило, я это получаю. Мне кажется, тебе не составит особого труда догадаться, чего в данный момент я хочу настолько сильно.
   - Стало быть, война? - вопросительно вздернув бровь, Кирилл остановился у двери.
   - Боже упаси, - усмехнулся Олег, - всего лишь так, сражение.
   Хмыкнув в ответ, Рощин, не прощаясь, вышел из гостиной.
   Только тогда, Чернышевский уточнил, скорее для себя самого:
   - Пока сражение.
   Вздохнув, Олег направился к веранде. Отдернув легкую занавеску, выглянул на улицу, провожая взглядом выскочившего из дома Кирилла.
   На ходу что-то набирая на мобильном, мужчина забрался во внедорожник. И уже через несколько минут, о присутствии Плантатора на территории поместья Чернышевского, напоминали только следы от жженной резины у крыльца.
   Задернув штору, мужчина вернулся в гостиную. Усевшись в кресло, потянулся к пачке сигарет. Прикурив, достал телефон из кармана брюк и набрал нужный номер.
   - Что-то ты быстро, - послышалось сразу, вместо приветствия, - как наш объект?
   - Озадачен, - выдыхая густую клубу дыма.
   - Просил об аудиенции с Сизым?
   - Нет.
   - Странно, не находишь?
   - Я тебе говорил, он не так глуп.
   - Зачем тогда приезжал? - задумчиво уточнил мужчина на том конце провода, - неужели хотел уладить все мирно?
   - Можно сказать и так, - откинув голову к спинке кресла, Олег зажмурился, - предлагал деньги, чтобы я перешел на его сторону.
   - А ты?
   - Буря, ты же прекрасно знаешь - врагу не сдается...
   - ... лишь наш Волкодав! - тоном, которым обычно выкрикивают девизы и кричалки, закончил за Чернышевского друг.
   - И знает об этом, и Буря и Шторм! - уже хором прокричали мужчины, после чего громко рассмеялись.
   - Как там, кстати, Шторм? - когда смех утих, поинтересовался Олег.
   - А что с ним станется в тылу-то? - фыркнул Буря, - Это мы тут, в самом эпицентре считай. А этот сидит себе, копается в бумагах. Так гляди и до повышения докопается.
   - Да ладно тебе, брат. Нам и здесь неплохо живется, правда? - слабо улыбнувшись, предположил Чернышевский.
   - Конечно, - как-то не совсем уверенно согласился мужчина, - только сейчас, похоже, пришло время решать, что делать дальше. Ждать, пока сильнее задергается и сам спалится? Или на живца ловить?
   - Буря, по-моему, один факт, что я все еще здесь, дает более чем очевидный ответ.
   - Не боишься?
   - А чего бояться? Гляди не пацан неопытный. Да и не впервой ведь.
   - Эх, Волкодав-Волкодав, как-то ты больно настойчиво в этот раз прешь на амбразуру, - с подозрением заметил мужчина, - уж нет ли еще какой причины, личных мотивов, толкающей тебя на схватку со смертью?
   - Ой, Буря, какой философский трактат ты прочел на сей раз? - пытаясь отшутиться, бросил Олег, - откуда такие высокие сравнения?
   - Да ну тебя! - с обидой возмутился друг, - Называй, как хочешь. Хоть войной.
   - Нет, Буря это пока не война. Всего лишь сражение, - повторил свои же недавние слова Чернышевский.
   - Делай, как знаешь. Только давай без особой самодеятельности и поаккуратнее там, - тяжело вздохнув, попросил Буря, - ты нам еще живым понадобишься.
   Лишь когда в трубке послышались короткие гудки, Олег, сжимая пальцами переносицу, устало выдохнул:
   - Война будет немного позже.
   Только трофеем за выигрыш будет не окончательное разоблачение Рощина. И даже не очередное повышение.
   Это его личная война. И трофей за неё только один - Маргарита, и никто больше. Маргарита, и если посчастливится - её любовь...
  

Глава 9

   - Макс! - хлопнув дверцей автомобиля, раздраженно позвал Рощин, выскочившего из домика для охраны, парня, - поставь в гараж.
   На ходу бросил охраннику ключи. Не особо заботясь, будут они пойманы или нет, Кирилл поспешно влетел по ступенькам на крыльцо. Прежде, чем войти в дом, краем глаза заметил, как Макс заводит автомобиль.
   Что ж, Рощин даже не сомневался в ловкости и скорости своих ребят. Других не держал. Другие не подходили по статусу и возможностям. Будь охранники нерасторопными ослами, речи о личной безопасности вообще не шло. Как мужчина мог доверить собственную жизнь людям, которые, не имея должной физической подготовки, не в состоянии постоять за себя и выполнить элементарного задания? В свете последних событий данный вопрос являлся особенно актуальным.
   Поэтому у Кирилла работали лучшие в своем деле. Начиная от начальника охраны, заканчивая последним водителем, допускающимся максимум к подвозке продуктов и корреспонденции. Каждый из парней проходил жесточайшую проверку. Только после одобрения Русланом, ребята допускались к работе.
   Своему начальнику охраны Рощин доверял, практически беспрекословно, вот уже около шести лет. Не так много. Но и не так мало, чтобы окончательно утвердится в истине - Бурый достоин находиться в приближенной свите. К сожалению, или может, напротив, к счастью, подобная честь выпадала не каждому. Но парень доказал свою преданность еще при первой встрече, признавая в Кирилле хозяина. Последний не мог не оценить подобного рвения. Рощину были нужны толковые парни - Руслан помог ему сколотить команду.
   Можно сколько угодно считать Кирилла подозрительным. Почти до паранойи. Но мужчина предпочитал, чтобы рядом оставалось только пара человек, но воистину преданных и настоящих, нежели множество лиц, готовых при малейшей возможности воткнуть нож в спину.
   Среди многочисленного окружения, Рощин доверял всего троим. Остальные так, мелкие сошки. Пешки в большой игре, исполняющие самые разнообразные поручения. Они сменялись с такой завидной регулярностью, как погода весной. Убирая одних, ненужных, или слишком много знающих, на их смену выбирали новых. И так снова и снова. Естественный отбор или кругооборот природы. Можно называть как угодно, суть от этого не теряется.
   Неизменными оставались лишь упомянутый ранее Руслан Буртенко; Тимур Калачев - правая рука и главный помощник по бизнесу; и, как бы странно ни звучало - Маргарита.
   С Калачевым Кирилл прошел, как говорится, огонь, воду и медные трубы. Почти ровесники, они познакомились во времена армейской службы. Не сказать, что не разлей вода, но общались достаточно неплохо. После дембеля, казалось, их пути-дорожки разошлись навсегда. Но прошло менее года, прежде чем Кирилл узнал, что Калач устроился на работу к отцу. В принципе, неплохую и высокооплачиваемую, в этом плане батя никогда не скупился, но без особых перспектив для дальнейшего карьерного роста. Чтобы состоять в числе группки вышибал, особого ума не надо. А Тимур далеко не так глуп, как могло показаться на первый взгляд.
   Молодой и горячий, Калачев не хотел топтаться на месте. Прокладывать длительный и нудный путь по карьерной лестнице в, уже тогда трещавшей по швам, империи Сергея Леонидовича Рощина, тоже не горел особым желанием. Тимуру хотелось всего и сразу. Как и самому Кириллу. Власти, денег, связей, возможностей. Это стало еще одной, пожалуй, основополагающей причиной, почему Калач негласно перешел на сторону Рощина-младшего. При этом продолжая работать на отца, исполняя роль своего рода партизана и добытчика такой необходимой информации.
   Само собой разумеется, дорвавшись до власти, Кирилл не мог обделить главного помощника. С тех пор Тимур стал едва ли не единственным, кто не просто знал всю подноготную темных делишек мужчины, но и являлся непосредственным участником и одним из главных организаторов. Зато Рощин знал - он может запросто доверить помощнику абсолютно все. Они не были друзьями в армии, но после стали командой и неплохими соратниками.
   А Маргарита... Маргарита - женщина, значившая для Кирилла гораздо больше, чем просто очередная баба. Что тому стало главной причиной, мужчина не мог разобраться до сих пор.
   Небывалая схожесть с едва ли не самым дорогим и близким человеком, которую сам для себя обнаружил? Да, пожалуй, именно так все и началось. Желание иметь все самое лучшее и эксклюзивное? Вероятно, без этого тоже не обошлось. Медвежья услуга, которую Маргарита, сама того не ведая, в один прекрасный день оказала Кириллу, окончательно развязав руки? Это стало одним из ключевых звеньев в цепочке, отвечающей на вопрос - "Почему именно она?".
   Факт оставался фактом - девушка уже шесть лет находилась при нем. И Рощин не намерен кому-то её отдавать или дарить. Пускай и во имя бизнеса.
   Кирилл мог говорить о ней, что угодно, вести себя, как вздумается. Даже делать предложения, которые по идее не должны вызывать у Маргариты столь явного протеста и чувства оскорбленного девичьего достоинства. И вместе с этим мог менять свои решения, жалеть о сказанном, снова и снова осознавая - Одинцову никто другой, кроме него самого, не получит.
   Зависимость? Может быть. Одержимость? Кто знает. За последние годы, пока Марго находилась рядом, Кирилл слишком привязался к ней. Было в этой женщине нечто, что не давало покоя. Не отпускало. Более того - Рощин не мог её отпустить, при огромном желании.
   Только Маргарита под боком гарантировала безопасность от непредвиденных ситуаций. Имея девушку при себе, Кирилл оставался уверен - его никто не тронет. Никто не рискнет сунуть нос в дела и попытаться разрушить давно налаженную схему, иначе результат может оказаться самым непредвиденным. Своего рода, гарант неприкосновенности, которым мужчина с огромным успехом пользовался. Козырь в руках, позволяющий играть по крупному, не боясь быть пойманным за руку. Ради этого стоило связать жизнь с Одинцовой.
   Да и, черт возьми, возможность подмять под себя и регулярно трахать эту непростую девчонку, предоставлялась не каждому. Теперь, не каждому.
   А она, глупая, даже не догадывается, в каком котелке ворочается. Но это к лучшему. Меньше знает - крепче спит. Отсутствие информации у Марго делает её более уязвимой, не способной пойти против него. Очередная возможность для Рощина обезопасить себя.
   Правда, последнее время, Кирилл все больше опасался за их совместное будущее. Он не сомневался - Маргарита, как и ранее, в неведении. Но мужчина не мог не заметить - с каждым днем её все больше что-то тревожит. Как бы ни маскировалась за равнодушием и спокойствием, девушку Рощин читал как раскрытую книгу, позволяя ей при этом считать по-иному.
   Кирилл нюхом чуял, сейчас что-то не так. И "не так" началось с появлением этого гада, Чернышевского. С*кин сын, мало того, что позарился на горячую сделку, которая грозиться принести огромный куш прибыли, так еще и положил глаз на саму Марго. Это, будучи под покровительством Сизого, который еще бабка надвое сказала, как выжил после взрыва шестилетней давности, не оставившего в ближайшей округе живого места.
   Влюбился... Черта с два он влюбился! Скорее всего, гнида как-то пронюхал о козырных возможностях, которые поплывут в руки, окажись Марго в его руках. Айда, хитрец! Интересно, как давно Волкодав узнал об этом? Знает ли Сизый? Если знает, почему раньше не воспользовался возможностью, вместо этого гноя Ритку долгие годы в борделе?
   Нет, здесь определенно есть что-то еще. Одинцову что-то связывает, или связывало ранее, с Чернышевским. И хорошо, если все ограничилось ни к чему не обязывающим, при исполнении Марго, так сказать, трахом.
   Тогда почему девка так заартачилась и возмутилась якобы гнусному предложению разок-другой очаровать Волкодава? Ради дела ведь можно. Не переломилась, вспомни снова молодость. Спала раз - переспала бы и другой.
   Правда относительно "переспала" Кирилл явно погорячился. Подобного он ни за какие коврижки не допустит. Раньше Маргарита могла спать с кем угодно и когда угодно. Сейчас она только его и делиться с кем-то, в частности с Чернышевским, он не собирается. Даже точнее заметить - в особенности с Чернышевским.
   Надо бы основательно потрясти Марго по этому вопросу. И так носится с ней, как с писаной торбой. Важность персоны это прекрасно, но пора как-то и долги возвращать...
   - Кирилл Сергеевич, Вы уже дома? - окликнула домработница прежде, чем мужчина успел сделать хоть пару шагов на второй этаж, - ужинать будете?
   - А Марго ужинала? - обернувшись, хмуро отозвался Рощин, - она у себя?
   - Да, она не стала Вас дожидаться и немного перекусив, поднялась наверх, - утвердительно закивала женщина, - так как на счет ужина?
   - Я не голоден! - резче, чем следовало, рыкнул Кирилл.
   И отталкиваясь рукой о перила, чтобы легче ориентироваться в полутьме, метнулся по лестнице. В пару широких шагов оказался у спальни Маргариты. Не раздумывая, без стука, распахнул дверь.
   Полумрак комнаты разбавлял слабый свет ночников у постели девушки. В спальне было тихо. И казалось, пусто. Но, внимательно осмотревшись, Рощин разглядел Марго с другой стороны кровати, свернувшуюся в калачик. Что она делала, разобрать оказалось трудно, потому как лежала спиной к двери и даже не вздрогнула от шорохов.
   Скорее всего, читала. Она любила читать по вечерам. Порой это так увлекало Маргариту, что она, как правило, не слышала и не видела ничего вокруг. Обычно в такие моменты Кирилл старался не беспокоить девушку, давая возможность побыть в относительной тишине и покое. Но сегодня, во имя дела, придется изменить давно заведенным традициям.
   - Маргарита, - позвал Рощин, ступая вглубь комнаты.
   Ответа не последовало. Более того, Одинцова продолжала лежать в такой же, неподвижной позе.
   Хмыкнув, мужчина приготовился разразиться возмущениями и упреками. Ишь ты, удумала игнорировать его! Но, обогнув кровать, и оказавшись перед Марго, увидел, что пресловутая книга развернутая корешком вверх, мирно покоилась рядом с подушкой. А сама девушка, подложив ладошки под щеку, мирно посапывала. Грудь размеренно вздымалась под легкой футболкой. Веки слабо трепетали от монотонного дыхания. А брови приподнимались и опускались, изменяя выражения лица от хмурого до умиротворенного.
   Уснула. Попросту взяла и уснула. Желание устроить допрос как-то само собой улетучилось, оставляя вместо себя удивительную потребность любоваться этой женщиной. Только во сне она была настолько беззащитной и уязвимой. По-детски милой и забавной...
   Но при этом Кирилл всегда считал Маргариту сильной личностью. Невзирая на какие-то отдельные моменты, она пережила действительно многое. Столько испытаний, что выпало на её долю, не каждый мужик выдержит, не говоря о хрупкой, маленькой девочке, коей она тогда была. И ведь смогла все вынести на собственных плечах. Не сломаться. Встать и пойти дальше. Остаться человеком.
   Сильная в чужих слабостях. Слабая в собственной силе. Его сильная, слабая женщина...
   Нет, даже если ему придется умереть, Кирилл никому не отдаст Маргариту. Не только потому, что благодаря ей держится на плаву. Потому что держится он исключительно ради неё.
   Осмотревшись еще раз по сторонам, Рощин, заметив плед на краю кресла, спешно расправил его и осторожно прикрыл девушку. Совсем ведь продрогнет. Марго лишь слабо дернувшись во сне, потянула на себя одеяло, закутываясь почти до самого носа.
   Улыбнувшись, Кирилл осторожно прикоснулся пальцами к щеке девушки, убирая назад прядку выбившихся из хвостика волос.
   Его наркотик. Его зависимость. Его Маргарита...
   Глубоко втянув воздух, Рощин, резко отдернул руку. Стараясь сильно не шуметь, вышел из спальни. Что ж, не судьба сегодня поговорить. Ничего, разговоры никуда не денутся, успеется. Вряд ли до завтра случится что-то из ряда вон выходящее. А на сегодняшний вечер он найдет, чем себя занять...
  
   В кабинете Кирилла встретила оглушающая тишина и темнота. Двигаясь исключительно по инерции, мужчина прошел к столу. Усевшись в кожаное кресло, включил торшер. Нетерпеливо постучав пальцами по деревянной столешнице, открыл ящик. Перебрав несколько папок с бумагами, вытащил необходимую.
   Черная пластиковая обложка, как и в большинстве здесь. Казалось, ничего особенного. Очередные документы. Только первая же страница внутри, громким названием гласила, что это досье. На Чернышевского Олега Вячеславовича. Где только взялся, паразит такой. Жили себе преспокойно. Так нет, явился, не запылился. Еще артачится. Неужели правда считает, что сможет противостоять Кириллу?
   Хрен ему! Не выйдет. Даже с помощью Сизого не выйдет. Который не факт, что в курсе, как используется его "доброе" имя. Кто знает, насколько этот парень рисковый. В тюрьме сидел; убийство, вряд ли одиночное, в списке заслуг имеется. Терять-то, по сути, нечего. Может совсем безбашенный, не боится гнева Сизова, и рвется в бой без одобрения высших инстанций? Может и с Сизым не все так просто? Кроме информации, предоставленной в досье, нигде и никак не упоминается об участи Бати.
   Безусловно, шесть лет назад Кирилл мог предположить, что такая ушлая крыса, как Николай Степанович, сбежит из тонущего корабля и умудрится ускользнуть от заготовленного "сюрприза". Но чтобы так?
   Было время, поговаривали, будто во взорвавшемся автомобиле был вовсе не Сизов, а один из его помошничков. Сам авторитет благополучно свинтил в теплые страны, понимая, что на родине ловить нечего - здесь новый царь и бог.
   Как там на самом деле, Рощину до определенного времени было по хрен, и он не пытался выяснять, что случилось с дядькой. Помер - шикарно - гарантированное и окончательное решение проблем. Свалил - ну и фиг с ним, главное, чтоб не путался под ногами. Не до того было. Но теперь, когда затрагивались личные интересы Кирилла, предстояло что-то решить.
   Мужчина запросто мог поверить во внезапное желание Сизого вернуться на родину, раз оказался жив. Ностальгия замучила, восстановил силы и равновесие, воскресил желание отомстить. Не сам, с помощью поверенного, коим, судя по всему, был Чернышевский. Мотивов оставаться в тени самому у Сизова предостаточно. Он уже не тот страшный зверь, которого боялись, и вряд когда-то снова им станет. Возраст не стоит сбрасывать со счетов. И главное, вероятность оказаться прижученным спецслужбами, по возвращении в страну...
   Кирилл мог поверить, что еще имея определенное влияние в нужных кругах, Сизый по неизвестным причинам приютил Чернышевского. И тот, благодарный до гробовой доски, выслуживается.
   Все эти факты говорят в пользу Волкодава. Все это выглядит убедительно и правдоподобно. Но... возникало очередное "но", не дающее покоя мужчине. Нечто странное и подозрительное, остающееся за кадром.
   Резко захлопнув папку, Рощин, откинувшись к спинке кресла, вытянул мобильный и набрал нужный номер. Слушать гудки в ожидании ответа пришлось недолго. Тимур всегда был в зоне ожидания, отвечая по первому зову, невзирая на время, в которое сделан звонок, и на место, в котором находился в тот период сам.
   - Слушаю, Кирюх, - голос у Калачева был сонный и уставший. Неужто спать завалился? Время-то совсем детское.
   - Ты слушаешь? - фыркнул Рощин, - бляха муха, ты охренел, Калач? Это я тебе слушаю? Ты спишь, что ль?
   - Совсем уже! - возмутился Тимур, - ты так переполошил своим звонком, мне теперь еще двое суток не спать, ковыряться в этих гребанных бумагах.
   - Ладно, не кипятись, - вздохнул Кирилл спокойнее, - нашел что-то?
   - Не слишком ли быстро, - в трубке послышалось шуршание, - ты мне позвонил час назад, и хочешь, чтобы я за этот час нашел тебе решение всех проблем?
   - Во-первых, - поддаваясь вперед, Рощин взял в руки паркер, и, покрутив в пальцах, процедил, - не тебе, а нам. Или ты подзабыл, что ты все еще числишься в рядах доблестных сотрудников "Золотой Рощи"? Проблема с "Жемчужиной" не моя личная проблема и угрожает не только беспрепятственным поставкам вина. Сечешь?
   - Кир, ты думаешь, я не понимаю? - тяжелый вздох, - но что я сделаю? Где возьму компромат? Они чисты по всем пунктам. Или делают все для того, чтобы казаться чистыми.
   - Не может такого быть. Сизый и "чисто" понятия несовместимые. Где-то должна быть зацепка.
   - Если все это повязано на Сизом, тебе не проще попросить порыскать своего Руслана? Ему эта среда как-то ближе.
   - Что ты ноешь? - раздраженно стукнул кулаком по столу Кирилл, - что ты ноешь, как баба? Мне иногда, кажется, ты староват для занимаемой должности. Руслан занимается охраной. Ты у нас главный по всем поставкам, вот и давай - придумай что-нибудь. Нет, говоришь, компромата? Так сделай, чтобы появился! Мне ли тебя учить!
   - Будет сделано.
   - И да, - на секунды Рощин задумался, стоит ли озвучивать еще одну просьбу, или лучше обойтись собственными силами. Но, решив, что реальнее всего пробить через Калача и только ему можно доверить столь личную информацию, как бы, между прочим, отметил, - копни там по своим каналам, могла ли Маргарита быть знакома или как-то связана с Чернышевским.
   - Твоя Маргарита?
   - А есть еще какая-то? - нервничая, передразнил мужчина.
   - Кирюх, ты, конечно, извини, но твоя Маргарита при определенных обстоятельствах могла быть связана с кем угодно, - двусмысленно хмыкнул Тимур.
   - Ты, умник! Имеется в виду, вне "Инанны". Любая вероятность встречи. Может, учились в одной школе, жили в одном подъезде, какие общие знакомые-родственники. Вплоть до вероятности общего горшка в детском саду, или соседних коек в роддоме.
   - Ладно, что-нибудь постараюсь придумать.
   - Не постараюсь, а будет сделано. Все, отбой. Завтра наберу.
   Отключившись, Кирилл, отбросил мобильный на стол.
   Что за день-то такой? Сплошные неудачи. Полдня сам пытался найти какую-то зацепку, понять, где прячется Сизый. Затем, сообразив, что дело не выгорит, поехал к Чернышевскому. Не уверенный, что сможет договориться. Но попытаться стоило. Дал последний шанс. Опять же не себе, Чернышевскому.
   Видит Бог, Рощин хотел решить все мирно. Переманить Волкодава на свою сторону, или заставить вовсе отойти. Поднадоели ему эти разборки, хотелось спокойно заниматься делами, как было на протяжении последних нескольких лет. Но на нет и суда нет. Придется включать тяжелую артиллерию, искать уязвимые стороны у Чернышевского и давить на них. Сделать все, чтобы "Жемчужина" оказалась неконкурентоспособной.
   Теперь еще и Тимур тупить начинает. Ничего без него сделать не может последнее время. А ведь раньше, вроде умный мужик был. Куда более ушлый и пронырливый, чем сам Кирилл. Вечно искал лазейки, там, где их не найти. Отца вон как сделали. А сейчас...
   Махнув рукой, Рощин поднялся с кресла, и прошел к окну, всматриваясь вдаль. Казалось, еще не очень поздно, а на дворе темень, хоть глаза выколи. Взглянул на часы - половина десятого.
   Да, быстро как-то время летит за этими проблемами и размышлениями. Причем, не только сегодня. Вообще, вся его жизнь как-то быстро летит. То одно, то другое. И оглядываясь назад, даже вспомнить толком нечего, кроме извечных разборок. Дележка бизнеса, имущества, наследства. Попытки заполучить власть любыми способами. К этому ли стремился?
   Всю сознательную жизнь пытался доказать, что способен на что-то. Не в качестве сына Сергея Рощина. Сам по себе. Своими силами может добиться гораздо большего, чем в свое время добился отец и в итоге едва ли не профукал с легкой руки этого козла, Гришки. Доказать, что именно он, Кирилл, гораздо лучше и умнее все того же Гришки. Доказать любым путем. Мыслимым и не мыслимым способом. Тем самым отомстить. За единственного человека, который действительно искренне любил его, ничего не требуя взамен и не нуждаясь в доказательствах, что достоин этого благословения.
   Как же Кирилл ненавидел Гришку. Даже сейчас, спустя годы, когда все давно в прошлом. Когда сам Латунин в прошлом. Рощин никогда не сожалел о содеянном. Единственное, что порой заставляло его испытывать гадкое и неприятное ощущение злобы, смешанное с ненавистью, так это то, что в один прекрасный день не придушил собственными руками, избавив мир гораздо раньше от его этой мрази.
   Мужчина хорошо помнил, как однажды, спустя пару лет после появления Гришки в их доме, не сдержался, и чуть было не сотворил праведный и долгожданный самосуд. Не окажись Тимура рядом, Рощину пришлось оправдываться и отмываться перед отцом еще и за это. Хотя, что толку? Отец Кирилла и без того не шибко жаловал. Старый хрыч!
   Кирилл, конечно, и сам никогда не был ангелом. Но чтобы так, как Гришка! Это слишком даже для него. А отец ничего, принимал Латунина именно таким. А может потому и принимал, что именно Гришка напоминал его самого? А Кирилл всегда казался ничтожной тенью, недостойным подобием. Хотя, по логике вещей и исходя из воспитания, должно было быть с точностью да наоборот...
  
   Довольно посвистывая, желая поскорее поделиться с отцом удачно провернутой сделкой, Кирилл вошел в дом. Заметив у кабинета Тимура, подойдя к тому ближе и машинально пожимая руку в знак приветствия, поинтересовался:
   - Здорова, Калач. Батяня у себя?
   - У себя, - как-то подозрительно покосившись на дверь, мужчина, хлопая Рощина по плечу, увлек в сторону гостиной, - только это... у него там... ну...
   - Чего ты мнешься? - сбрасывая руку друга с плеча, вспыхнул Кирилл, - кто-то из замов явился? Отец говорил, должны ему документы привезти на поставки вина, - последнее отмечая скорее для себя.
   - Да нет, - оглянувшись назад, - Гришаня у него. Второй час, как сидят, что-то перетирают.
   - От с*ка! Чего ему надо опять? Снова провалил дело и пришел клянчить бабки? Интересно, какую лабуду на этот раз придумал.
   - Нет, по ходу, в этот раз наоборот, - громким шепотом признался Калачев, - вроде как уладил терки по поводу афганки [1]. Как раз той партии, которой Леонидыч только планировал заняться.
   - Не понял! - нахмурившись, Кирилл уставился в сторону кабинета. Жаль, что он не умел прожигать взглядом, иначе от двери осталась груда пепла. И не только от двери, но и от одного из сидящих за ней, - что за дела? Этот ушлепок сам шагу ступить не может, откуда самодеятельность?! Как он смог наладить переправу настолько крупной партии?
   - Не уверен, но, похоже, Латунин, в обход засаде, по-быстрому организовал новый канал, - снова положив руку на плечо Рощина, удерживая того на месте, пояснил Калач.
   - Бл**ь, авиатор [2], хренов! Где он только взялся на мою голову! - пуще прежнего вспыхнул мужчина, - ты вообще понял, что он просто взял и кинул меня?! - машинально дернул плечом, избавляясь от руки Тимура, - мразь! Я ему сейчас устрою!
   Сорвавшись с места, Кирилл бросился к кабинету, с намерением не просто разузнать о ситуации из первых уст, но и дать хорошей трепки козлу Гришке. Чтобы не лез, куда не стоит. Его давно пора отметелить так, чтоб имя собственное не вспомнил. Сейчас самое время начинать осуществлять желания. Более чем веская причина имеется.
   У Кира все на мази. Он практически договорился об открытии старого канала для реализации товара. Оставалось уточнить парочку деталей, сунуть кому нужно на лапу, и все - дело сделано. А теперь что? Получается, Гришаня снова влез вперед, не только оставляя Рощина-младшего с носом, но и лишая удачной возможности доказать папику, кто здесь лучший. Черти что творится!
   Мужчине едва ли не впервые в жизни было наплевать, что о нем подумает отец, как отреагирует. Он сейчас просто возьмет и вытряхнет из гада всю душонку, чтобы понял - влезать в чужие игры чревато последствиями для здоровья.
   Не успел добраться до цели, как дверь кабинета отворилась, выпуская оттуда довольного Латунина. Но счастливая улыбка слетела с лица, как только Григорий увидел рядом с собой разъяренного не на шутку Рощина-младшего. Испуг на мгновение проскользнул в черных глазах, так же мгновенно исчезая. Не заметить этого Кирилл не мог. И данный факт довольно сильно тешил самолюбие и немного успокаивал.
   Еще бы, Гришке было чего бояться. Не слишком высокий, невзрачный, не особо следящий за своей физической формой, он здорово уступал всегда готовому к бою Кириллу. Последний, следуя традиции, заведенной в армейские времена, не брезговал никакими физическими упражнениями, и отлично владел азами боевых искусств.
   Рощин мало у кого вызывал доверие или спокойствие своим внешним видом и вечно хмурым выражением лица. А уж когда злился, сжимая ладони в кулаки, щурился, изучая противника, подыскивая малейшие детали, говорящие о вероятном промахе, так и подавно. К примеру, как сейчас.
   - Гнида, ты долго будешь здесь ошиваться? - прежде, чем за Латуниным закрылась дверь, прошипел Кирилл, хватая мужчину за грудки.
   - Не твое дело, - даже не пытаясь вырваться, огрызнулся Гришка, - находиться в этом доме, в частности в кабинете отца, имею такое же право, как и ты.
   - Ни хрена ты не имеешь! - встряхивая Григория, возмутился Рощин, - ты в этом доме, как и в семье, как был чужим, так и останешься! Сколько не выпендривайся перед отцом!
   На счет последнего Кирилл лукавил. Очень сильно лукавил. Скорее высказывал свои самые сокровенные желания, прекрасно понимая - если так пойдет и дальше, Гришка реально заметит отцу его, во всех аспектах. И в качестве сына, и в качестве приемника.
   - Странно, но, кажется, кое-кто считает иначе, - словно прочитав мысли, ехидно отметил Латунин, с вызовом глядя в глаза Рощину, - неужели зависть совсем замучила, что это я, а не ты, смог устроить сделку? Так ты поаккуратней с этим, Кир. Зависть она, знаешь ли, разрушает и...
   Договорить Григорий не успел. Кирилл, не в состоянии больше сдерживаться и выслушивать завуалированные насмешки в свой адрес, сжимая руку в кулак, резко замахнулся. Прежде чем Латунин успел сообразить, что сейчас ему прилетит и увернуться, врезал кулаком по лицу.
   Ярко-алая кровь брызнула из разбитого носа. А Гришка, задергавшись, в попытках освободиться от стального захвата, заорал:
   - Ты чё, бл*?! Борзый сильно?!
   - Кирюх, хватит! - где-то за спиной, прикрикнул Тимур, пытаясь остановить разгневанного Рощина, который, снова замахнувшись, ударил Григория, рассекая в этот раз губу.
   - Кирилл! - очередной оклик. Более спокойный, но с металлом в голосе. Он подействовал, словно ушат ледяной воды.
   Брезгливо поморщившись, Рощин-младший на мгновение застыл. После чего еще раз, встряхнув Латунина, резко отпустил, заставляя пошатнуться от вмиг утерянного равновесия.
   - Ты что творишь, суч*нок? - раздражение, скользящее в голосе отца, окончательно вернуло Кирилла в реальность.
   Очевидно, сейчас ему выйдет боком эта вольность. И плевать. Главное, что мужчина выполнил то, чего так давно и отчаянно желал - почесал кулаки о наглую морду ненавистного противника.
   - С*ка! - процедил сквозь зубы Гришка, вытирая сочащуюся из носа кровь, - ты еще пожалеешь об этом.
   - Мы еще посмотрим, - окинув Латунина придирчивым взглядом, Кир напоследок посмотрел в глаза, желая заставить того, наконец, увидеть и принять его превосходство, - кто кого!
   - Хватит! - заорал Рощин-старший, ловя обрывки, брошенных шепотом фраз, - Григорий, иди, улаживай дела. Считай, я дал добро. А ты, Кирилл, - поворачиваясь к сыну, - быстро ко мне в кабинет!
   Сергей Леонидович, отвернувшись, скрылся в кабинете так же невозмутимо, как и появился. Он знал, повторять дважды не нужно. Это двое, устроивших черти что в его доме, не ослушаются - каждый выполнит приказ, как бы не хотелось поубивать друг друга.
   Кир, нехотя подчинившись, направился следом за отцом, краем глаза поймав на себе осуждающий взгляд Тимура. Чтобы он понимал! Гришка пришел на все готовенькое и думает, что Кирилл его возьмет и примет в семью? Шиш ему! Никто, тем более Калачев, работа которого заключается не в миссии милосердия или жалости к обездоленным и несчастным, а несколько в ином, не вправе осуждать его.
   Оказавшись в кабинете, мужчина осторожно прикрыл за собой дверь. Не дожидаясь пока отец, стоящий к нему спиной, у окна, предложит присесть, вальяжно опустился на диван, закинув ноги на журнальный столик.
   - Когда ты угомонишься, Кирилл? - безразлично поинтересовался Сергей Леонидович, - Как вернулся после своей армии, который год сам не свой. Говорил тебе, ни к чему выпендриваться, отмазались бы и всего делов. Так нет, решил долг родине отдавать. Сдалась тебе эта родина. Сомневаюсь, что при случае, когда тебе понадобится помощь, она отплатит тебе тем же.
   - Хочешь честно, бать? - хмуро сверля отцовскую спину, признался Кир, - мне по хер, отплатит мне родина чем-то, или не отплатит. Не ради этого я шел служить. Но в одном я с тобой, пожалуй, соглашусь - реально стоило отмазываться. Быть может, тогда мне удалось оградить собственную семью от этого проходимца. Раз глава семьи сделать это не в состоянии.
   - Кирилл, не заговаривайся! - прикрикнул Сергей Леонидович, - не многовато ли ты на себя берешь?
   - Об этом лучше поинтересоваться у Гришани. Это он считает себя шибко умным.
   - Сколько можно собачиться?
   - Когда этот козел перестанет лезть в чужие дела, - фыркнул Рощин-младший, растирая разбитый кулак, - между прочим, я уже все порешал с проблемной зоной транспортировки товара.
   - Пока ты возился, Григорий давно все организовал, в обход. И что ты там порешал? - обернувшись, вопросительно уставился на сына, - сегодня ты с ними договорился, тебя готовы без лишних вопросов пропустить через границу, а что будет завтра? Завтра они так же запросто могут отказать, или хуже того, устроить облаву. А товар при этом опять уйдет к Сизому. Не хочу я ставить под удар не свое имя, ни деньги.
   - И ты так запросто отдашь ситуацию Гришке под контроль?
   - Я согласен с его утверждением, что гораздо удачнее будет наладить новые пути доставки, чем рисковать и переправлять по старым. Это все равно, что ходить по минному полю, - пройдясь по кабинету взад-вперед, мужчина, опустился в кресло, - Рано или поздно, оно рванет. Кирилл, ты не дурак, сам должен понимать - в данной ситуации предложение Григория более удачное, нежели твое.
   - Выходит, какому-то Гришке ты доверяешь больше чем мне, собственному сыну?- поддаваясь вперед, с придыханием уточнил Кирилл.
   - Ты же прекрасно знаешь, не какому-то, - Сергей Леонидович, отводя взгляд, помассировал круговыми движениями виски. Снова взглянул на сына, выдохнув, - Григорий такой же сын для меня, как и ты. И, между прочим, твой брат.
   - В гробу я видал такого брата, - фыркнув, Кир подхватился с кресла, - я не видел этого козла лет двадцать! И еще бы столько не видел! Ну, нагулял ты его по молодости где-то с левой бабой, зачем его в дом и семью тащить было?!
   - Сын, в тебе сейчас говорит ревность. Попробуй взглянуть на ситуацию под другим углом. Стань благоразумнее.
   Иногда Кириллу казалось, что выдержке отца нет предела. Вот и сейчас Сергей Леонидович, казалось, невозмутим и непробиваем. Но Рощин-младший прекрасно понимал - еще пара выпадов с его стороны и отец сорвется. Тогда за последствия никто не ручается. Понимал, но и остановить себя, заставить замолчать и прекратить бессмысленный разговор, тоже не мог. Вместо этого, напротив, продолжал давить и наступать на больные мозоли.
   - Во мне сейчас говорит трезвость разума! О каком благоразумии может идти речь, когда эта тварь довела до смерти мою мать!..
   - Хватит скулить, щенок! - подхватившись, Сергей Леонидович, с силой ударил кулаком по столешнице, - Ты четверть века прожил, а ума, как не было, так и нет! - злостно сверкнул глазами, - Будто не знаешь, что Григорий не причем! Марина давно болела, еще задолго до Гришки!
   - Только почему-то умерла лишь после его появления в нашем доме! - не в силах сдержать импульсивность под контролем, не унимался Кирилл, - как можно быть таким слепым, чтобы доверять этому проходимцу?! Отец, мне иногда кажется, что ты медленно, но уверенно, сходишь с ума!
   - А мне иногда кажется, что кто-то ошибся в роддоме, подсунув мне такого нытика, как ты! - в сердцах воскликнул Рощин-старший.
   - Латунин тебя облапошит и глазом не моргнет, вот увидишь! Если ты пойдешь у него на поводу, опять останешься ни с чем!
   - Кирилл, сколько раз тебе говорить, в нашем бизнесе нельзя быть настолько вспыльчивым и импульсивным, - спокойнее отметил мужчина, - ты просишь о доверии, но сам не понимаешь, что с ним в итоге делать. Ты не готов к ведению серьезных дел.
   - Гришка, значит готов, да? - сощурившись, Кир подозрительно уставился на отца, - получается я, человек, который давным-давно варится во всем этом котелке и знает все нюансы и тонкости твоих дел, не готов? А Гришка, который вылез из своего клоповника, и ничего, кроме как силой, причем не своей, выбивать долги и вытряхивать нужные сделки, не в состоянии сделать, достоин?!
   - Выходит, что так, - равнодушно пожал плечами Сергей Леонидович, - последнее время я все чаще задумываюсь, кто из вас станет более достойным приемником, который окажется в состоянии удержать власть и бизнес под контролем. И знаешь, сын? Я все больше склоняюсь к варианту, что это не ты.
   - Шикарно, - язвительно передразнил, и, махнув рукой, направился к выходу, - давай, отец, действуй - отдай семейное дело проходимцу из улицы. Пускай сразу разрушит налаженную схему и оставит нас ни с чем! Прекрасно!.. Хотя, конечно, со мной ведь постоянно что-то не так. До армии был не готов - слишком молодой и мягкотелый, теперь вот импульсивный.
   - Вот ты и ответил на свой завуалированный вопрос, почему Гришка, а не ты, - усмехнулся Рощин-старший, - тебе еще стоит поучиться многому. В частности выдержке. Хотя, гены твоей матери все равно не искоренить. Нетерпимость и вспыльчивость у вас в роду. С Мариной это тоже сыграло злую шутку...
   - Вот только мать не приплетай сюда! - застыв у выхода, прикрикнул Кирилл, - это еще спорный вопрос, кому и что нужно искоренять!
   - Сынок, ты можешь созревать еще долго, а достойный приемник мне нужен уже сейчас, - словно и не слыша, продолжал гнуть свое Сергей Леонидович, - Жизнь непредсказуемая штука. Сегодня ты полон сил и энергии, а завтра... кто знает, будет ли оно вообще это завтра. Мне необходимо знать, что если оно для меня не наступит, дело всей моей жизни останется в надежных руках, что в один прекрасный момент не разрушится под давлением врагов и конкурентов, подобных Сизову. В этом плане я больше полагаюсь на Григория.
   - Я так понял, это твое последнее слово?- обернувшись, Кир взглянул отцу прямо в глаза.
   - На данный момент, да.
   - Ну и хрен с вами! - выплюнул с придыханием, - а я... я докажу тебе, что способен на гораздо большее, чем твой Гришка. Сам по себе, без чьей бы то ни было помощи! И ты еще пожалеешь, что сделал ставку на него!
   С этими словами Кирилл выскочил с кабинета, громко захлопнув за собой дверь...
  
   После того памятного разговора пути Кирилла разошлись с путями отца. Сергей Леонидович все чаще и чаще шел на поводу сомнительных авантюр Гришки. При этом всегда и все прощая. Сорванные, якобы случайно сделки. Подставы, которые едва не привели к потере бизнеса... Попытки примирится с Сизовым, мирно поделив территорию.
   Рощину-старшему казалось, будто это благоразумно и правильно. Кирилл запросто мог согласиться с данным утверждением, если бы дело не касалось Латунина. Здесь, при всем своем желании, Кир шел наперекор родственничкам. Чтобы доказать - он справится. Его вспыльчивость и порой не самые логичные методы, имеют место быть. Он достоин своего личного места под солнцем.
   Кирилл сдержал свое слово - доказал, что лучший. Странным, нелепым способом, но сделал именно так, как обещал. Жаль только, что отец ничего этого не видел. А может, как раз и хорошо, что так получилось? Сергей Леонидович, наверняка, с десяток раз в гробу перевернулся после событий шестилетней давности. Ну и хрен с этим... Все давно кануло в небытие.
   Только как бы Рощин сейчас не убеждал себя и не упирался, что не имел выбора, поступал правильно, по-прежнему жалел только об одном - что в свое время так и не смог найти к отцу подход и нормально поговорить... Что навечно так и остался для Сергея Леонидовича плохим сыном.
   __________________________________________________________________
  
   [1] - "Афганка" - гашиш, привезенный из Афганистана. Используется в курительных смесях, однако признана тяжелым наркотиком. Психиатры утверждают, что человек, злоупотребляющий этой курительной смесью, за короткий период времени может сойти с ума.
   [2] - Авиатор - сленг, имеется в виду контрабандист.
  
  

Глава 10

   Утро встретило Маргариту нависающими над поселком тяжелыми хмурыми тучами и мелкими противными каплями дождя, барабанящими в окна. Все-таки как не хочется, но осень вступает в свои права, окутывая душу меланхолией и ощущением безысходности. Заставляя замереть не только природу вокруг, но и оставляя внутри ощущение тревоги и грусти. Как раз под стать происходящему с Одинцовой. Так же муторно, печально и единообразно.
   Приведя себя в порядок, Марго, спускаясь с лестницы, с сожалением решила, что сегодня традиционную конную прогулку придется отменить. И причина не только в неблагоприятной погоде.
   Олег. Вот что, а точнее кто, беспокоил девушку. Очередная вероятность встречи с ним. Правда последний разговор ставит под сомнение, что Чернышевский сдержит данное немного ранее обещание приезжать к реке на протяжении нескольких дней подряд. Тем более в такую погоду. Но с другой стороны недооценивать его тоже не стоит. Как оказалось, этот человек во многом для Маргариты неизведанный. Кто знает, какие неожиданности стоит ожидать в дальнейшем.
   - Доброе утро, - стоило девушке ступить на порог столовой, поприветствовал Кирилл.
   На секунды застыв, Одинцова взглянула на восседающего во главе стола мужчину, прикидывая, в каком он сегодня расположении духа.
   Пристально изучая Марго исподлобья, Рощин продолжал машинально намазывать тост клубничным джемом. Не сказать, что злой или чем-то недовольный, но какой-то на удивление загадочный. Словно что-то высматривающий и выжидающий.
   - Доброе, - на выдохе бросила. Стараясь скрыть волнение от обращенного на неё взгляда, прошла к столу, присаживаясь на свое место, по правую руку от Кирилла.
   - Как спалось? - отложив нож, мужчина откусил немного гренки, продолжая сверлить девушку глазами.
   - Нормально вроде, - невольно пожала плечами и потянулась к заварнику, чтобы налить кофе.
   Если откровенно, спалось Маргарите отвратительно. С вечера только уснула хорошо. Да и то неожиданно для самой себя, пытаясь осилить очередную книгу. Подобное с ней редко бывало, но вчера почему-то сморило. Наверное, внутренние переживания и размышления сделали свое коварное дело. Правда идиллия в царстве Морфея длилась недолго. Большую часть ночи девушке плелись какие-то невнятные и сменяющееся все более невразумительными, сны.
   Вокруг гремели выстрелы, от которых Марго то и дело пыталась сбежать. Скрыться в убежище... Словно по минному полю, где один неверный шаг - взрыв. Мимолетные обрывки прошлой жизни... "Инанна" и еще раз "Инанна". Эти знакомые, до мельчайших деталей, стены персонального ада. Страшные обрывки первого и последнего дня в золотой клетке. Снова взрыв. А затем... тишина. Такая нереальная. Буквально оглушающая... Такая, что бывает только после смертельных схваток и сражений, в которых заведомо выигрывает дама в черном плаще с огромной косой. Для полноты картины не хватало лишь карканья ворон.
   Вместо этого перед глазами образ склонившегося рядом, на корточки, мужчины. Смутно знакомое лицо и небесные глаза, глядящие с любовью и сожалением. Глаза, которым хочется довериться... И крик. Громкий, пронзительный. Вроде звучавший из уст самой Маргариты и в то же время, словно со стороны. Из уст маленькой девочки, с каждым разом все сильнее и сильнее тянущей незнакомца с добрыми глазами за полы пиджака и умоляющей только об одном - "Не уходи! Пожалуйста, не уходи. Папочка..."
   Папочка? Разобраться до конца не представилось возможным. Картинка сменилась не менее удивительной. Марго одна, посередине огромной поляны, лихорадочно осматривается по сторонам, пытаясь понять, куда идти дальше. И вот оно - спасение... Кирилл. Негромкий зов за спиной... Оборачивается - Олег.
   Мелкая дрожь накрывает с головой. Девушка не понимает, что делать. Тем временем между мужчинами появляется широкий канат, который каждый так и норовит перетянуть на свою сторону. Вместе с Маргаритой. Кажется, это длится бесконечно... Она то и дело крутит головой. Секунда и... Канат рвется. Вместе с потаенными струнами души. Приходит спасение... Пробуждение от безумного, нелепого кошмара...
   Вздрогнув, Марго непроизвольно пролила кофе на белоснежную скатерть. Взглянула на Кирилла, вопросительно вздернувшего бровь. Спешно отставила от себя злополучный заварник, и, сжав пальцами виски, уставилась на огромное коричневое пятно, расплывающееся по скатерти.
   Черт возьми, девушке казалось, что она давно избавилась от этих нелепых ночных кошмаров. Выходит, от одних избавилась, а на смену им пришли новые. Отныне в них присутствовал Олег и странный мужчина с неожиданным определением "папочка"...
   - Что-то случилось? - обеспокоенно уточнил Рощин, - Марго, ты в порядке?
   - Просто аппетита нет, - с трудом выдавила Одинцова, опасаясь снова посмотреть на Кирилла.
   - Людмила Михайловна! - громко взревел мужчина, возвращая в реальность. Как только экономка появилась в столовой, попросил, - можете убирать со стола. И скатерть замените.
   Не успела женщина приступить к выполнению приказа, а Маргарита возразить, поднялся из-за стола. Осторожно потянув последнюю за руку, заставил встать. Возражать не было ни сил, ни желания, и девушка послушно последовала за Кириллом, увлекшем к кабинету.
   - Ты ничего не хочешь мне рассказать? - с ходу поинтересовался мужчина, оказавшись на месте.
   Отпуская руку Одинцовой, прикрыл дверь. Сомкнув руки за спиной, прошел вглубь комнаты.
   - Извини, я вчера не дождалась тебя, - опускаясь на диван, выпалила первое, что пришло на ум, Маргарита.
   - Всего-то? - застыв на месте, фыркнул Рощин.
   На мгновение у девушки проскользнула мысль, что Кирилл обо всем узнал. Ну как обо всем? Об Олега. Об их последних встречах. О встречах в принципе. И, казалось, в этом нет ничего зазорного - ну, встретилась с давним другом, не чужим, по сути, человеком. Если бы червячок сомнения не точил изнутри, напоминая - теперь Чернышевский враг Кирилла, а значит и её враг. Наверное, её враг...
   - Я все равно поздно вернулся, - не дождавшись ответа, отмахнулся мужчина, - хотел сначала с тобой поговорить, но не стал будить. Ты так сладко спала, - слабо улыбнулся, но глаза по-прежнему оставались холодными.
   Выдерживая на себе пронзающий взгляд, Маргарита мысленно выдохнула с облегчением. Вряд ли, узнай Кирилл о чем-то, так просто оставил её, даже сонную. Вместо этого, наоборот, прикрыл пледом, который девушка обнаружила на себе сутра и которым, готова поклясться, с вечера не укрывалась. Все-таки повезло ей с Кириллом. Он у неё такой... заботливый?..
   - Ты вчера так и не сказал, куда едешь, - зачем-то заметила Марго. Она сомневалась, что получит откровенный ответ, но отчего казалось, что это может быть важно. Для неё. Для них в целом.
   - Дела-дела, - ухмыльнулся Рощин.
   - Я так и подумала, - едва слышно выдохнула Маргарита.
   Что же... ожидать иного не стоило. Если Кирилл не захочет заговорить сам, из него никакими расспросами не вытащить истины. Последняя надежда на предстоящий разговор, запланированный еще на вчерашний вечер и от которого мужчина вряд ли откажется.
   Спустя минуту выжидающего молчания, он подтвердил догадки:
   - Я был у Чернышевского.
   Сердце в груди пропустило глухой удар. Руки непроизвольно сжались в кулачки. Хотелось отвернуться от Кирилла, спрятать глаза. Маргарита нервничала. До безумия и оцепенения. Но она не имела права спасовать. Рощин слишком проницательный и умный. Подозрения? Одинцовой они ни к чему.
   - Ты даже не спросишь, что я там делал? - удивленно вздернул бровь.
   - Ездил поговорить о делах? - неуверенно пожала плечами, - пытался найти способ заставить Чернышевского отойти в сторону и не мешать твоим делам?
   - Это тоже, - уверенно кивнул.
   Прозвучало настораживающе. Так и хотелось крикнуть - "Что же было помимо?" Хотелось, но девушка продолжала, затаившись, дожидаться дальнейшей реакции Кирилла.
   - Знаешь, какова его цена?
   Марго отрицательно замотала головой.
   - Ты, - с придыханием признался мужчина.
   - Не поняла. Что ты имеешь в виду?
   Маргарита могла предположить любой поворот событий, но к самому ожидаемому и одновременно неожиданному, так и не подготовилась. Олег потребовал её. Что это значило с его стороны? Чего добивался? Неужели Одинцова опять сыграет роль откупного? Игрушки? Ответ станет известным только после ответа Кирилла. Согласился ли? После всего, что он наговорил несколько дней назад с появлением Чернышевского, можно ожидать чего угодно.
   - А что тут непонятного? - разрывая зрительный контакт, Рощин отвернулся, сделав вид, что увлечен рассматриванием картины на стене, - Волкодав хочет тебя. И только в случае, если соглашусь на его условия, сойдет с моего пути.
   - Это такая шутка, да?
   - Нет, - снова взглянул на Марго, - в серьезности его намерений я практически не сомневаюсь.
   - Что же ты ему ответил? - со страхом, пронзающим сердце насквозь, нерешительно уточнила девушка, - согласился?
   - А ты бы этого хотела? - игнорируя вопрос, выдал в лоб мужчина.
   - Кирилл, что ты несешь?! - подхватившись, возмутилась Маргарита. Прежде чем сама себе смогла мысленно ответить - хочет ли?
   В одном Одинцова уверена на все сто - она не хочет, чтобы ею торговали, неважно какие цели преследуя. В частности, чтобы этими купцами оказались двое небезразличных ей мужчин. Если Олег, видимо уже все для себя решил и сделал ставку, оставалась последняя надежда. И ею был Кирилл.
   - Вот я и подумал, что цена слишком высока, - ухмыльнувшись, Рощин направился к столу, - Одно дело пустить в ход твое обаяние, и совсем другое использовать по полной. Тем более во время последнего нашего разговора на подобную тему, ты ясно дала понять, что против.
   - Конечно, я против! - раздраженно прикрикнула, - Мне надоело быть извечной игрушкой в руках окружающих! Я который год пытаюсь заставить себя забыть о прошлом, начать жизнь заново. Никогда не возвращаться к тому, что было ранее. Даже мысленно. Забыть обо всех тех людях, для которых играла роль исключительно дорогого и красивого лота. А теперь ты снова заставляешь испытывать эти мерзкие ощущения относительно собственной персоны. И еще сомневаешься, против ли я?!
   - Марго, я сказал уже, что отказался, - возвращаясь к Одинцовой, холодно обронил Кирилл, - Чернышевский хочет войны - он её получит.
   Подойдя на слишком близкое расстояние, ухватил девушку за подбородок. Приподнимая лицо, заставляя взглянуть в глаза, жестко отметил:
   - И знаешь в чем соль, Маргарита? - робкий отрицательный кивок, - Даже согласись ты сейчас, я не передумаю. Чего бы ни оказалось на кону. Ни Чернышевский, ни кто либо другой, не получит тебя. Знаешь почему?
   Марго нервно сглотнула, пытаясь отвернуться. Но все попытки оказались тщетными. Кирилл слишком настойчив и требователен. Слишком уверен в себе.
   - Потому что ты МОЯ, - едва слышно выдохнул в губы. Впервые за шесть лет так открыто и нагло заявляя свои права на Одинцову, - Даже если однажды настанет момент, когда ты осмелишься посчитать иначе, помни об этом.
   Рощин слабо ухмыльнулся. Но сощуренные глаза, которыми он, казалось, доставал до глубины души, оставались холодны и безучастны, как никогда. Десятки секунд молчания. Глаза в глаза... Пожалуй, именно тогда Маргарита впервые задумалась, что же на самом деле значит для Кирилла. Вспышка сомнения, любовь это или зависимость, на мгновение всколыхнула сознание. Но пустить корни так и не успела.
   Мужчина резко отпустил её и, отступая назад, раздраженно выплюнул:
   - Что тебя связывает с Чернышевским? - изначальная попытка девушки что-то возразить, была пресечена настоятельным, - только не нужно сейчас врать и отнекиваться! Все равно узнаю правду!
   - Кирилл, я... - в попытке подобрать нужные слова. Решить, о чем стоит упоминать, а что лучше скрыть.
   - Поэтому будет лучше, если ты сама мне все расскажешь! - словно и не слыша, продолжал Рощин, - все обстоятельства и нюансы вашего знакомства. Будь то "Инанна", или что-то еще.
   Мужчина замолчал, а Маргарита вдруг осознала, что едва ли не впервые в жизни не знает что ответить. Врать и изворачиваться? Бессмысленно. Кирилл прав - он узнает. Даже если для этого придется землю носом рыть. Сказать правду, пускай и не всю? Реакция может быть самой непредсказуемой.
   И в момент, когда Одинцова приготовилась раскрыть рот и признать, что была знакома с Олегом далеко до того, как попала к Сизому, словно спасение, зазвонил мобильный Кирилла. На тот момент девушка еще не представляла, что звонок окажется не спасительным, а как раз наоборот...
   Окинув задумчивым взглядом Марго, Рощин неторопливо прошел к столу. Поднял телефон, и не спеша отвечать, опустился в кресло. Потянулся к пачке сигарет, и принимая вызов, равнодушно бросил:
   - Я слушаю, Калач.
   Облегченно вздохнув, Маргарита, прикрыла глаза, устало опускаясь на диван.
   Калачев. Всего лишь Калачев. Вряд ли его звонок способен принести реальные проблемы. Скорее всего, решил отчитаться о делах в офисе.
   - Понял, - тем временем, что-то выслушав, согласился Кирилл, прикуривая сигарету, - но ты все равно покопайся там. Вдруг что-то интересно попадется. Если нет, появились у меня тут кое-какие соображения... - затянувшись, мимоходом посмотрел на девушку, - ... хорошо. В остальном как? Нарыл то, о чем я тебя еще просил?
   Недолгая пауза, пока Рощин внимал словам собеседника. Короткие мгновения, за которые он менялся в лице. Вытянув изо рта сигарету, раздраженно смял. Медленно перевел глаза на Маргариту. Теперь уже буквально просверливая насквозь. Неуверенный кивок, после чего бровь удивленно поползла наверх. Еще секунда, и бросив окурок в пепельницу, Кирилл резко подхватился. Фыркнув на прощание Тимуру:
   - Я понял. Спасибо, друг, - отключился.
   При этом окатил Марго таким взглядом, что захотелось провалиться сквозь землю. Его недовольство и хмурость не предвещали ничего хорошего.
   - Поздравляю, тебя опередили, - отметил, присев на угол стола, - не передумала? Так ничего и не хочешь мне рассказать?
   - Что конкретно ты имеешь в виду? - старясь из последних сил сохранить невозмутимость, выдохнула Маргарита, с вызовом уставившись на Рощина.
   - Ты знакома с Чернышевским лет с четырнадцати. С тех самых пор, когда переехала с матерью в коммуналку, доставшуюся от бабушки, - перечислил реальные факты мужчина, даже не моргнув, - и не думай отрицать. Теперь я уверен на все сто.
   - Я и не собиралась, - собираясь с духом, откровенно призналась Одинцова, - мы с Олегом были просто соседями.
   - С Олегом?
   Только теперь девушка осознала, что сказала глупость. Называть по имени человека, с которым была всего лишь соседкой, наверное, немного странно.
   - С Чернышевским, - поспешила исправить.
   - Так уж и просто?
   - Ты на что намекаешь? - возмутилась, подумав, что ведет себя, как последняя дура.
   Ну что такого, если расскажет, как в свое время водила дружбу с Олегом? Что он её пытался спасти. Что из-за неё оказался в тюрьме. Что в свое время являлся достаточно близким человеком. Что... А что дальше? Не рассказывать же, что именно из-за неё, по его словам, Чернышевский ввязался в происходящее? Что хочет её спасти. Но отчего? От Кирилла? Вряд ли последний оценит.
   Рассказать обо всем, значит признать свои сомнения. Признать, что в какой-то момент готова была перейти на сторону Олега. Когда он так уверенно и настойчиво убеждал... Да и сейчас, в потаенных уголках души, сомнения по-прежнему терзают. Что же делать?..
   - Я не намекаю, я спрашиваю прямо. Что еще, помимо соседства, тебя связывало с Волкодавом? А может, и сейчас связывает?
   - Ты разве еще не разузнал об этом? - подскочив, возмутилась Маргарита.
   Не зря говорят - лучшая защита это нападение. В конце концов, она имеет право вспыхнуть. Получается, за столько лет Кирилл так и не научился ей доверять, раз за спиной что-то выискивает. Мог бы для начала подойти к ней и просто спросить напрямую.
   Хотя подошел бы, дальше что? Маргарита ведь все равно не призналась. Но сейчас это не имеет совершенно никакого значения.
   - Твой Калач больше ни на что не способен, кроме как выяснить о соседстве?
   Одинцова невольно передернулась от воспоминания о Тимуре. Этот тип никогда не вызвал у неё особого доверия. Конечно, не в пример самым страшным кошмарам из прошлого. Но тоже неприятно. Девушке частенько приходилось общаться с Калачевым по работе, и тот всегда вел себя прилично, не выходя за грань. Не делал никаких двусмысленных намеков. Все чинно и гладко. Оно и понятно - боялся Рощина. Его все боялись. Только подсознание не обманешь. На уровне ощущений Маргарита научилась разбираться в людях.
   - Копаться в грязном белье, так копаться по полной! - нервно жестикулируя, взорвалась девушка, - Я же теперь вроде персоны нон-грата. Доверять мне нельзя. Проверять надо, как шпиона. Мало ли, вдруг окажусь посыльным из вражеского лагеря! Вдруг я целых шесть лет втиралась к тебе в доверие, чтобы в итоге сдать с потрохами и развалить бизнес?!
   - Не неси чепуху, - приближаясь к Марго, одернул Кирилл, хватая за руку, - я хочу услышать это от тебя. Что еще вас связывало?
   - НИ-ЧЕ-ГО! - выплюнула по слогам, с вызовом уставившись на мужчину.
   Только бы не заметил, как подкосились ноги, а руки подрагивают от неуверенности в самой себе. Только бы не почувствовал лжи. Только бы поверил.
   - Я надеюсь, ты мне не солгала, - около минуты упорно сверля взглядом, прошипел Рощин. И разжав ладонь на запястье девушки, заставил ту пошатнуться от неожиданности, - ты ведь прекрасно знаешь, я не люблю, когда мне врут. Очень не люблю.
   С этими словами отвернулся и направился к выходу. Пара быстрых шагов и Марго услышала, как за спиной захлопнулась дверь.
   Ушел, даже не пытаясь извиниться. Хотя было ли за что извиняться? Да, она солгала. Но надеялась, что эта ложь во благо. Правда пока не особо понимала, в чем оно заключалось это самое благо. Но, тем не менее, искренне верила в него.
   А Кирилл... он с каждым днем становился все неуправляемее и не контролируемее. Это пугало. Что будет дальше, остается только догадываться.
   Машинально растирая запястье, Одинцова собралась вернуться к себе. Но шум автомобиля за окном привлек внимание. Отдернув шторку, Марго выглянула наружу. Кажется, дождь почти прекратился. Вон и солнышко выглянуло из-за туч. Только редкие капли, слетающие с верхушек деревьев, ниспадали на землю. И судя по новенькому темно-синему кроссоверу, притормозившему у порога дома, у них гости. Такого автомобиля однозначно нет ни у кого из их с Кириллом знакомых.
   Прежде, чем девушка успела прикинуть, кто решил осчастливить визитом, дверца открылась, и из авто показалась темноволосая мужская голова. Сердце пропустило глухой удар. Затем еще и еще один. Сомнений, что это за мужчина, практически не осталось.
   В подтверждение догадкам, он, словно ощутив на себе взгляд, медленно обернулся в сторону окна. Взъерошивая непослушные волосы, блаженно ухмыльнулся. От этой улыбки Одинцову словно током шибануло. Отскочив назад, желая спрятаться, она поспешно задернула занавеску.
   Олег. Черт возьми, что он здесь делает? Почему именно сейчас? В голове вспыли слова Чернышевского - "Возвращайся домой... Я найду способ с тобой связаться..." Неужели это тот самый способ? Не самый удачный, надо сказать. Особенно после подозрений Кирилла. Марго и так с трудом удалось отвертеться. Очень сомнительно, что второй раз подряд подобное прокатит.
   Что же делать? Прятаться и ждать? Или сразу выйти на встречу и будь что будет? Маргарита всегда была не из пугливых. Точнее, была уверена, что не из таких.
   Глубоко втянув воздух, девушка поспешила в коридор. С каждым, приближающим к цели, шагом, замедляла ход, придумывая десятки оправданий для себя и для Олега. Пыталась понять, что говорить, как себя вести...
   Оказавшись в холе, поняла, что пропустила одну из важных деталей встречи - приветствие мужчин. Возможно, оно помогло ей сориентироваться, видя, как ведет себя сам Чернышевский. Но сейчас голоса доносились из гостиной. Это означало только одно - разговор начался. Вопрос только о чем?
   Осмотревшись по сторонам, убеждаясь, что по близости нет никого из охраны или прислуги, медленно прошла к приоткрытой гостиной, стараясь не выдать своего присутствия.
   - ... Вчерашний разговор не принес никаких плодов, хотя мы оба прекрасно понимаем, необходимо что-то решать, - донеслось приглушенное от Олега.
   - Именно поэтому ты теперь надумал осчастливить меня ответным визитом, - недовольно пробурчал Кирилл.
   - Что-то вроде того.
   Повисла неловкая паузу, а Одинцова, подкравшись впритык к двери, попыталась заглянуть хоть одним глазком в щелочку, чтобы рассмотреть... а что собственно рассматривать? Кирилла? Она его и так видела. Олега, черт подери! Она хотела увидеть Олега. Понять, что ему нужно, с каким настроем пришел.
   Что же Маргарита творит? Куда катится? Скажи ей кто-то неделю назад, что готова будет нагло и грязно подслушивать у двери, ни за что не поверила. А сейчас...
   - Чернышевский, честно признать, я не настроен с тобой сегодня разговаривать, - нарушая тишину, выпалил Рощин, - давай сразу к делу, без предисловий. Чего ты хочешь?
   - Я вчера тоже был не особо настроен и ничего, поговорили. Но к делу, так к делу. Смею предположить ты, конечно, в курсе, что остался месяц до оглашения результатов тендера и победителя, который почетно вольется в ряды"Internal Group"?
   - Пока не страдаю склерозом. Еще один месяц, последний для жизни твоей компании, Чернышевский. Потому что только после того, как я вольюсь в "Internal Group", сделаю все, чтобы от "Жемчужины" не осталось и следа.
   Боже, Кирилл, как всегда, в своем репертуаре. Неужели нельзя нормально выслушать и поговорить, а не огрызаться на каждую фразу.
   - Так вот, относительно всего этого у меня есть к тебе небольшое деловое предложение, - игнорируя замечания, лениво отозвался Олег. Как всегда невозмутим и спокоен.
   - Понял, что затевать войну против меня гиблое дело?
   Послышался звон стекла. Скорее всего, Кирилл решил чего-то выпить. Пытается успокоить нервишки. Очень похоже на него.
   - Понял, что и без войны мы сможем прекрасно обойтись. Я отлично осведомлен, насколько тебе важно выиграть этот тендер. Ни сколько ради признания винной продукции за рубежом, столько чтобы открыть чистый канал и наладить поставки товара. Я прав?
   - Допустим, - в этот раз Рощин даже не стал отрицать.
   А Марго недоуменно нахмурилась, пытаясь сообразить, что имеется в виду. Ранее ей все время казалось, что тендер важен для Кира именно потому, что это отличный способ расширить горизонты бизнеса. Но сейчас, оказывается, ключевым являются поставки некого товара. Хотелось верить, что под ним имеется в виду вино. Но в таком случае, почему не называть вещи своими именами?
   - Я готов отозвать свою заявку у комиссии, - дерзко выдал Чернышевский, заставляя Одинцову еще сильнее удивляться.
   У "Жемчужины" есть все шансы посоревноваться с "Золотой Рощей" за победу. Олег хоть и не так давно на рынке, но заявил о компании безупречной репутацией. Выходит, он либо что-то затевает, либо полный глупец, раз готов так запросто отказаться.
   - Можешь не утруждаться, мы и так тебя сделаем. С твоим участием победа будет даже фееричнее, - из уст Кирилла прозвучало диаметрально противоположное мнение, но Одинцова готова поспорить, что мысленно мужчина считает так же, как и она.
   - Рощин, не глупи. Ты ничего не можешь гарантировать. А беспрепятственный доступ за границу тебе нужен уже сейчас. Если потеряешь возможность наладить поставки товара, потеряешь своих глубокоуважаемых афганских партнеров.
   Закусив губу, Маргарита пыталась понять есть ли у "Рощи" какие-то связи с афганскими партнерами. И хоть убей, не могла такого припомнить. Были французы, грузины... Но чтобы афганцы! Девушка сильно сомневалась, что эти вообще могут заниматься винами.
   - ...Ну, или в лучшем случае товар зависнет на тебе, - продолжал играть в догадки Олег, - С партнерами может, и рассчитаешься как-то со своей казны, но выручки долго не видать. Но даже это еще полбеды. Вдруг кто пронюхает? Сам понимаешь, дело очень серьезное. Стуканет и пиши - пропало.
   Затаив дыхание, Марго с ужасом дожидалась ответа Кирилла. Все эти фразы Чернышевского звучали до жути реалистично, и вызывали не самые приятные представления, о чем речь. С каждым новым словом создавалось все больше впечатления, что говорится о чем-то мало законном... Если афганцы это те самые о ком она думает, то... Ситуация выглядит не особо обнадеживающе.
   - Уж не ты ли стуканешь? - предположил Рощин.
   Именно в этот момент девушке удалось разглядеть Кира через щелку в двери. Как и предполагала, в руках сжимал бокал с коньяком и упрямо сверлил взглядом что-то на кресле. Судя по всему, этим "что-то", были сидящий там Олег.
   - Боже упаси!
   - Хорошо, что тебе нужно? - скрепя зубами, уточнил Кирилл.
   - Мою цену ты знаешь, - невозмутимый голос. Ни нотки дрожи и торжественное - Маргарита.
   - Можешь забыть о ней, - не колеблясь ни секунды, уверенно возразил Рощин, - если это все, можешь убираться из моего дома. Обсуждать подобное я не намерен.
   - Ты даже не выслушаешь, на каких условиях я предлагаю тебе эту... сделку?
   - НЕТ! - сказал, как отрезал.
   За прямолинейный отказ, без лишних раздумий, Маргарита была неимоверно благодарна Кириллу. Ей не нравились эти торги. Не нравилось предложение Олега. Вот тебе и друг называется! Бывший друг, не стоит забывать. Решил купить её за победу в тендере. Цена высокая, не поспоришь. Пожалуй, со всеми привилегиями, которые принесет "Internal Group" победителю, наивысшая из всех, которые когда-либо за неё давали. Наверное, это должно радовать. Но... Господи, это совершенно не радовало! Это означало, что она по-прежнему так и оставалась для всех красивой, дорогой игрушкой. Куклой, не имеющей права голоса...
   Слеза невольно навернулась на глаза. Прокладывая соленую дорожку, скатилась вниз по щеке. Раньше Одинцовой казалось, что её больше ничем не удивить. Но лишь услышав дальнейшие слова, осознала, насколько сильно ошибалась.
   - Три дня, - словно и, не слыша ответа, повторил Чернышевский, - всего на три дня ты предоставляешь Маргариту в полное мое распоряжение. Взамен беспрекословная победа в тендере и никаких препятствий для бизнеса.
   - Я сказал, нет, - уже тише отозвался Кирилл.
   Но по голосу Марго поняла, Олегу удалось посеять сомнения в голове Рощина. И это мало радовало. Если Чернышевский окажется слишком настойчивым, он добьется согласия и тогда... А что тогда? Тогда она окончательно разочаруется в Кирилле. Уже разочаровывается. И после, кто знает, сможет ли простить...
   - Не горячись. Просто подумай, - настаивал с нажимом Олег, - всего три дня и какая выгода. Не так ведь и много, правда?
   Ответа не последовало. Кирилл молчал. Он окончательно погряз в просчетах и размышлениях. Если сейчас скажет "да", мир Маргариты рухнет окончательно. Она потеряет все, что имела или думала, имела. К подобному девушка не готова.
   Мало соображая, что творит, Одинцова, нервно растерев по щекам слезы, потянулась к дверной ручке. Действия словно в замедленной киносъемке. Еще секунда, и крепко ухватившись за прохладный метал, потянула на себя...
   Только бы Кирилл молчал. Только бы не согласился, прежде, чем...
   - Я согласна, - открыв дверь, глухо выдохнула Марго, привлекая к себе внимание.
   Мгновение и она поймала на себе два взгляда. Серый, удивленно-раздраженный. И небесно-голубой. Удовлетворенно-поощряющий. Кажется, оно только что совершила очередную, возможно, самую нелепую ошибку в своей жизни. Но пасовать нельзя. Отступать поздно.
   - Что ты здесь делаешь, Маргарита? - первым опомнился Кирилл. В несколько резких шагов пересек расстояние между ними. Ухватив Одинцову за руку, прикрикнул, - тебе не место на серьезных мужских переговорах!
   - Я считаю, как раз, наоборот! - с вызовом уставилась на Рощина, пытаясь освободиться, - смотрю, вы затеяли здесь крупную игру, где я не последняя масть. Раз так, имею право знать, что вы нарешаете и кто выйдет победителем.
   - Да ничего ты не имеешь! - пытаясь вытолкать Марго из гостиной, занервничал Кир, - иди к себе, после поговорим.
   - Значит, решили все обыграть, не спросив меня?! - переводя озадаченный взгляд на Олега, невозмутимо восседающего в кресле напротив.
   Видимо, этот взгляд стал да него своего рода призывом к действию. Поднимаясь, Чернышевский, наконец, вмешался:
   - Кирилл, по-моему, Маргарита права. Смысл сейчас договариваться о чем-то, если мы не знаем, как ко всему отнесется Марго. Может, для начала спросим саму виновницу?
   - Что её спрашивать, - шикнул Рощин, - и так все ясно. Маргарита ни за что ни пойдет на это. Правда, ведь? - встряхнув, посмотрел на Одинцову.
   В этом взгляде на миг промелькнула некая тень надежды. Опять хочет, чтобы его решение было единственно верным и все вокруг ему подчинялись. Хочет убедить, что прав может быть только он и никто другой. Снова и снова пытаясь подавить своим авторитетом.
   - Нет, Кирилл. Ты чего-то не понял видимо? - сильнее дернув руку, вырываясь, воскликнула девушка, - Ты же этого хотел? Выиграть тендер! Обойти всех. Вот он, реальный шанс, который предложил Олег. И я согласна.
   Умом Одинцова прекрасно понимала, что после ей выйдет боком это заявление. Даже если Чернышевский ничего такого от неё не хочет, Рощин будет в бешенстве. Да что там? Он и сейчас в бешенстве! Вон как руки сжались, наверняка на запястьях Марго останутся синяки. А глаза-то как сверкнули! И желваки на скулах заиграли. Судя по всему, после данной вольности, предстоит очень серьезный разговор. Но все это будет потом. Сейчас она не должна позволить, чтобы ею распоряжались, как вздумается.
   С каждым новым днем становится все непонятнее, кто друг, кто враг. Возможно, Маргарита по-прежнему для всех игрушка. Но она сама за себя. А значит, не позволит собой играть. Отныне она станет самой своевольной и неконтролируемой игрушкой. Даже для Кирилла. Особенно для Кирилла.
   - Повтори, что ты сейчас сказала? - снова хватая Одинцову, закричал Рощин.
   - То и сказала! Я пойду на три дня в рабство к Чернышевскому на его условиях! Только бы выиграть тендер! Я все сказала!
   На глазах снова выступили слезы. Опасаясь, что кто-то из мужчин может увидеть эту слабость, Маргарита, дерзко вырвавшись, бросилась прочь из гостиной. И последнее, что удалось услышать, это насмешливое Олега:
   - Поздравляю, Рощин. С тобой не все потеряно. По крайней мере, окружают тебя достаточно умные и дальновидные люди...
   Дальше, и хотела бы, учувствовать в данном разговоре не собиралась. С силой грохнув дверью, побежала прочь из дома, в сторону конюшни. Ей сейчас необходимо сбежать. Остаться одной. Выбросить чертов адреналин, бушующий в крови.
   Марго только что сама, собственными руками подписала себе приговор. Относительно Кира, который устроит такой выговор, что мало не покажется. Относительно Олега, который строит неизвестно какие планы на её счет.
   Три дня! Подумать только, три дня она будет целиком и полностью во власти Чернышевского. Потом что? Безысходность? Возвращение обратно? И этот человек еще говорил, что хочет помочь. Оказывается, всего лишь хочет, как и все остальные вокруг, просто развлечься...
   С другой стороны, три дня не такой и маленький строк, чтобы попытаться что-то разузнать про Олега. Возможно, понять и отыскать ответы на множество волнующих вопросов. Найти какую-то зацепку и если повезет, оправдать мужчину для себя. Не верила девушка в его нечестность и грязные намерения. Не хотела верить...
   Но почему её настолько волнует сложившаяся ситуация и Чернышевский в целом, Маргарита на тот момент предпочитала не думать...
  
   Машинально растирая запястье, Одинцова чертыхнулась, когда холодные капли дождя слетели на лицо. Как же ей надоели эти собственнические повадки окружающих мужчин. Все вокруг так и норовили поставить на место. Женщина в их устах звучало, как нечто грязное и оскорбительное. Как будто собачонка, которой можно распоряжаться. Когда захочется поиграть - погладить и приласкать. Когда надоест - отпинать в угол и бросить несчастную и одинокую. Так было всегда. Один за другим мужчины с "Инанны". Теперь вот Кирилл и... Олег тоже. Все они пытаются доказать свое преимущество. Каждый своим, своеобразным способом, но от этого не легче.
   Мужики все они одинаковые. Все жестокие и беспринципные. Жаждущие власти и исполнения собственных желаний и прихотей. Для них женщина всегда оставалась лишь оружием, способом добиться желаемого или просто развлечением после тяжелого трудового дня. Женщина, как цель или объект порабощения.
   Когда-то давно Марго и представить себе не могла, каково это, находится в мужских руках ради забавы. Не желала примириться. Все пыталась сопротивляться, в одиночку противостоять давно устоявшейся системе. А потом... со временем пришлось свыкнуться. Именно свыкнуться. Не привыкнуть. Не смирится. А просто затаиться, выжидая более подходящего момента для отмщения за все страдания, которые испытала по вине противоположного пола.
   Когда девушка научилась терпению и, скрепя зубами, позволила себе подчиниться, сделала еще один шаг на пути к той Маргарите, которой была сейчас. Она научилась контролировать свои эмоции. Научилась сдерживаться и не возмущаться, холодно отражая все выпады и требования в свой адрес.
   Уже давно не та наивная и юная Ритка. И даже не отрешенная и оскорбленная на окружающий мир Грета. Только тогда она смогла превратиться в самую настоящую, холодную и сдержанную, преступающую через себя и боль с гордо поднятой головой, Королеву...
  

Глава 11

   Умело подкрасив веки темными тенями, Рита отложила дорогую косметику на столик, и потянулась за пудреницей. Резкие движения, доведенные до автоматизма. Безжизненный взгляд в зеркале.
   На секунды девушка оценивающе осмотрела отражение, пытаясь найти хоть какой-то изъян. Неправильную черту лица, дефект на коже, или, быть может, маленькие морщинки, заложенные в уголках глаза или на лбу. Что угодно, позволяющее сказать - она неидеальная. Маргарита Одинцова обыкновенная девушка, каких по миру сотни тысяч. Которая хочет такой же простой жизни. Без проклятых обязательств, клиентов и золотой клетки, удерживающей в четырех стенах. Нечто, дарящее надежду на нормальное будущее...
   Но это "нечто" разбивалось о жестокую правду жизни. Рита больше никогда не станет обыкновенной девушкой, как ни пытайся. Не после того, что ей пришлось испытать. Не после того, что она переживала изо дня в день до сих пор.
   Да, Маргарита далеко неидеальна. Более того, теперь её запросто можно назвать вторым сортом. Грязной и недостойной девкой. Испорченной по всем параметрам множеством похотливых и жалких существ, гордо именуемых себя мужчинами.
   Одинцова никогда не была идеальной. С самого детства. Идеальных не бросают отцы. На идеальных не плюют матери. В конце концов, идеальные не попадают в бордели, без права на спасение. Наверное, в этом её расплата. За красоту, за яркую внешность, которую она, не раздумывая, обменяла на простое человеческое счастье. Жаль, что совершить подобный обмен девушка не в силах. Никто не в силах. В этом её крест, возмездие. И его придется нести до конца.
   Манящая привлекательность не могла не оставить отпечатка в памяти очередного клиента. Рита быстро вступила в ряды особенных. Избранных в нужных кругах. Ведь, как известно, встречают по одежке, создающей и подчеркивающей внешний облик, но никак не по внутреннему содержанию. В "Инанне" данное правило действовало с особой тщательностью. Только наружная оболочка позволяла судить о человеке. Только из-за неё одних возводили на пьедестал, других втаптывая других в грязь и выбрасывая на улицу.
   Порой, девушка сожалела, что при всем желании не попадала под вторую категорию. Увы и ах... Возможно, тогда она давно стала свободной. Или мертвой. Что в некотором роде взаимосвязано, когда речь заходила об "Инанне".
   Одно время Рита с легкостью согласилась бы и на смерть. Главное не испытывать всего того кошмара, настигающего ежедневно. Но теперь даже это желание вытеснила бездонная пустота и равнодушие, окончательно захлестнувшее с головой.
   Сколько времени с тех пор прошло? Год? Два? Три? Ни много и не мало. Маргарита как-то незаметно для себя перестала вести отчет. Кажется, целая вечность. Именно столько времени понадобилось, чтобы свыкнуться с незавидной участью. Перестать желать смерти и сожалеть о несбывшемся. Просто жить, забыв о недавних мечтах умереть, оставляя где-то глубоко теплившийся огонек надежды на месть. Механически исполнять возложенную миссию, идти вперед, в неизвестность. Которая манила и пугала одновременно.
   Что её ждет после "Инанны"? Когда перестанет быть интересной в качестве игрушки. Когда изживет себя и "износится", как зачастую выражалась Белла. Уход в мир иной? Изгнание? Разве это важно?.. Главное, однажды обязательно наступит день, когда она станет свободной. Одинцова была в этом практически уверена. Заставляла себя верить. Только вера позволяло следовать дальше, не сломившись...
   Обреченно вздохнув, Рита провела пушистой кисточкой по щеке. Еще один вечер безумия, который предстоит пережить "вопреки". Наступать на горло себе, обидчикам и терпеливо ждать завтрашнего дня, который, если повезет, удастся не только провести, но и закончить в гордом одиночестве. Только бы выдержать сегодня до конца. Может, кто-то свыше смилостивится и оградит от предстоящего позора и мук...
   - Тук-тук! Можно? - вопреки сказанному, в комнату, словно вихрь, ворвалась Белла.
   - Заходи, - пожав плечами, равнодушно отозвалась Маргарита.
   Что толку, скажи она "нельзя"? Вряд ли Беллку это остановит. Никогда не останавливало. Тем более, сегодня. Когда именно на "мамку" возложена миссия, чтобы все прошло без сучка и задоринки, а девушки выглядели не хуже моделей с обложек глянцевых журналов. Судя по огромному вороху одежды в руках, блондинка именно этим собиралась заняться.
   - Так-с, Грета, сейчас мы должны подобрать тебе наряд, достойный королевы, - бросив на кровать вещи, женщина что-то упорно выискивала, - это ведь не просто обычная ночь с очередным клиентом. Здесь нужно выглядеть на все сто. От этого будет зависеть твоя цена и благосклонность Бати. Он сделал на тебя ставку, как на главный лот Аукциона. Мы не имеем права его подвести.
   Обкрутившись на стуле, Рита со свистом втянула воздух, и уставилась на увлеченную занятием блондинку. Да, наивно со стороны Одинцовой полагать, что Аукцион пройдет без её непосредственного участия. Именно в качестве лота.
   Вообще предстоящее мероприятие целиком и полностью глупая и идиотская затея. Только хитрый, не упускающий получить очередной прибыльный куш и жаждущий выгоды, Сизый, способен додуматься до подобного. Представить только, средь бела дня устроить продажу живого товара. Хотя, безусловно, далеко не среди дня. Среди ночи и в закрытом от посторонних глаз и ушей помещении. Как девушка успела выучить официальное название - элитном загородном клубе для состоятельных людей. Проще говоря, в дорогом борделе, именуемым вычурно - "Инанна". И продажа здесь своеобразная - только на одну ночь и во временное пользование.
   Правда Маргарита, хоть убей, не понимала смысла происходящего. В бордель и так регулярно приходили богатые клиенты, жаждущие развлечений. Тихо-мирно расплачивались и окунались в фонтаны разврата и похоти. Девушки работали, деньги Сизому капали. Казалось, что еще нужно? Но видать Бате стало скучно и он, позаимствовав идею у зарубежных коллег, как рассказала однажды Беллка, решил устроить из происходящего грандиозное шоу под названием Аукцион.
   Вечер, где соберутся все сливки общества, что наверняка в реальной жизни прячутся и стыдятся своих увлечений, а здесь, посреди единомышленников, станут в открытую кичится возможностями и материальными средствами на то, чтобы купить одноразовую любовь.
   Алкоголь, изысканные закуски, живая музыка, танцы, веселье и на десерт - сцена-подиум, где вместо модной одежды, модели будут демонстрировать... самих себя, продавая тело и изощренные развлечения. И ладно только показ... Рита заставит себя пройти пару раз под голодными хищными взглядами, только бы не пришлось участвовать во второй части шоу. Где любой желающий сможет выбрать для себя девочку по вкусу и посоревноваться за неё с не менее жаждущими, приобретая на ночь.
   Надеяться, что выберут кого-то другого, бессмысленно. Гостей предварительно заявлено раз в пять больше, нежели лотов. Раззадорившись после выпитого и увиденного, они один за другим попрут на амбразуру. Учитывая, что Маргариту выбрано главным товаром, ей никак не отвертеться.
   Черт возьми, Одинцова многое отдала, только бы не было особого положения. Раз вырваться из ада нереально, лучше оставаться неприметной девочкой, как все. Клиенты... похотливые безумцы. Почему ей все время доставались именно такие? Рита неоднократно за последние годы задавалась вопросом. Наверное, всему виной её первый раз... первая ночь, принесшая многочисленную горечь и боль. Не зря говорят, как себя преподнесешь, каким окажется самый первый раз в новом деле, такой рок и будет преследовать в дальнейшем.
   Маргарита до сих пор хранила в сознании каждое мгновение, проведенное в этом кошмаре. Все от начала и до конца. Хотя, до конца ей еще далеко. Все только начинается...
   И пускай Одинцова предпочитала забыться, в памяти, как назло, отпечатывалось наиболее неприятные эпизоды существования здесь. Помнила, как едва открыла глаза следующим утром, после жестокого "посвящения в курс дела" с неизвестным. Все еще ощущала физически, как болела каждая мышца, каждая косточка. Как не могла приподнять руки, чтобы взять стакан с водой. Есть довольно точное описание тогдашнего состояния Риты - словно прокатились катком. После того случая, девушка наверняка представляла, каково это.
   Она отходила, кажется, недели две, прежде чем смогла встать с постели. Первые дни Белла регулярно наведывалась, пичкая обезболивающими и натирая всевозможными растирками. Маргарита с трудом могла оценить свой внешний вид, но по выражению лица "мамки", предполагала, что далека от нормальности. Уже потом блондинка рассказывала, что преднамеренно не позволяла девушке подниматься и прятала все зеркала, ибо зрелище было воистину не для слабонервных. Сплошные синяки да ссадины.
   Белла призналась, что того клиента за распускание рук и, так называемую, "порчу" товара хорошенько штрафонули. Элитный клуб, проститутки за деньги это одно, а развлечения, сродни садо-мазо шли по иному тарифу и обслуживали подобных любителей другие, более опытные, девочки.
   Но Рите от этого мало проку. Единственное, чему она бесконечно рада, что тот зверь больше не появлялся в "Инанне". Все из-за того же конфликта с Сизым на фоне несдержанности и недопустимой вольности. Как ни крути, а при всей циничности и жесткости, Батя терпеть не мог, когда не подчинялись созданным им же законам. А данная ситуация в его понимании была чрезвычайным происшествием. Он дорожил своим цветником из девочек, как истинный ценитель, и старался держать на расстоянии гнусных вредителей.
   Первый раз, ставший для Одинцовой истинным разочарованием, навсегда сделал её другой. Девушка поняла окончательно - сопротивляться бессмысленно. Хотя, нет... тогда, все еще набираясь сил, пользуясь послабленным контролем над своей персоной, она решилась на побег. Побег это громко сказано - добежала не дальше садовых ворот.
   Маргарита частенько удивлялась, как ей удалось проскользнуть мимо пульта охраны. Жаль только, недалеко. Но в тогдашнем состоянии она вряд ли довела начатое до конца. Максимум добралась до выхода из территории клуба. Вот тогда-то девушку и перехватил вовремя подоспевший Сергей.
   Пожалуй, именно его благосклонность и терпимость на тот момент помогла избежать наказания. Стоит благодарить парня, что вернул её в комнату. А на расспросы появившейся Беллы, лишь отмахнулся, убеждая, что просто помог Одинцовой подышать свежим воздухом. Вряд ли "мамка" поверила, но удовлетворилась ответом, ни допрашиваться, ни докладывать выше не стала.
   На этом сопротивления иссякли, и Рита терпеливо сносила все, что выпадало на её долю. Иногда, за глаза девушку называли козырной любимицей Бати. Правда она никак не могла понять, в чем причина. С Сизым Маргарита виделась с глазу на глаз всего-то раза три. Когда только попала в "Инанну", когда он навестил её на следующий день после избиения, и уже очухавшись, когда Николай Степанович пообещал, что подобного больше не повторится.
   Что ж... стоит отдать мужчине должное, он сдержал слово. Больше подобных ЧП не случалось. После к Рите отправляли исключительно адекватных клиентов, с вполне стандартным набором желаний. С ними-то Одинцова и научилась отрекаться, следуя совету "мамки". Больше не пыталась сопротивляться. Отключала эмоции и мысли, позволяя делать с телом все, что вздумается.
   И сейчас... Господи, оглядываясь назад, в свои двадцать лет, Маргарита внутренне ощущала на все пятьдесят... Каждый прожитый год за десятилетие. Неужели, она заслужила подобную жизнь и этот ужас никогда не закончиться?..
   - Грет, держи вот это, - вырывая из размышлений, Белла бросила в девушку светло-бежевое стрейчевое платье.
   Поймав вещь на лету, Рита, встала со стула, без лишних слов и стеснения сбросила халат с плеч на пол, и натянула платье. О каком стеснении может идти речь? Белла в "Инанне" повидала столько, что многим и не снилось. А Одинцова за эти годы слишком привыкла к подобным ритуалам и относилась как к должному.
   - Да, самое оно, - прежде, чем Маргарита успела оценить наряд, одобрительно воскликнула "мамка".
   - Красивое, - отрешенно согласилась Одинцова.
   Платье действительно было красивым. Светло-бежевый лиф без бретелей плавно перетекал к шоколадного цвета, приталенной юбке. Ничего лишнего, простенько, со вкусом и на удивление не столь вызывающе, как стоило ожидать. Оно очень подходило Рите под цвет глаз и волос, подчеркивая каждый изгиб молодого тела. Только может, раньше девушку и удивляли всевозможные изыски модной промышленности, сейчас, перемерив множество платьев, ей стало плевать.
   Какая разница, что на ней будет в тот или иной вечер? Иногда Маргарите казалось, надень на неё жестяной мешок, никто не заметит разницы. Голодным мужикам плевать, сколько стоит вещь и насколько она брендова. Одинаково сдирали, как ненужную обложку со сладкой конфетки.
   От сравнения Одинцова нервно передернулась.
   - Ты чего? - удивленно вздернув бровь, уточнила Белла, - не нравится что ли?
   - Нет нравится. С чего ты взяла?
   - Уж больно вид у тебя удрученный, - недоверчиво хмыкнув, "мамка" обошла Риту, придирчиво оценивая образ на сегодняшний вечер.
   - Вид как вид, - пожав плечами, Маргарита краем глаза проследила за действиями блондинки.
   - Не боись, подруга, вот выкупит тебя сегодня какой-то красавчик-миллионер на время этак... без строка давности,- ухватив Одинцову за плечи, весело предположила Белла, - представь какие перспективы! Я не помню, рассказывала ли, как однажды меня сразу на год к одному клиенту приставили и все - никаких тебе проблем и заморочек. Согласись, под одного подстроится проще, и чувствуешь себя не просто... шлюхой, которую сегодня одному, завтра другому и пофиг на твои чувства, а уже как-то по-человечески. Словно если не мужа, то постоянного мужика, любовника себе завела.
   - Белл, да мне уже все равно, - тяжело вздохнув, честно призналась Одинцова.
   Она не видела особой разницы. Просто хотелось поскорее покончить с этим неприятным вечером и все. Видимо, сей факт столь откровенно читался на лице, что мигом посерьезнев, Белла предложила:
   - Кстати, я бы причесочку как-то подчеркнула, - бросившись к столику, в поисках необходимой вещи, задумчиво протянула. Вытащив из полки небольшую диадему, запихнула в волосы Риты, поправляя высокий шиньон, - вот так-то лучше. Необходимая изюминка. Чтоб уже наверняка, не просто красиво, а по-королевски и с шиком.
   Позволив проделать с собой нехитрые манипуляции, Маргарита придирчиво осмотрела зеркальное отражение. В целом "мамка" права. Не знай девушка к чему её готовят, возможно, улыбнулась увиденному. В таком виде не грех и на официальный банкет, а не только на нелепый бордельный торг.
   - Ладно, Ритусь, я побегу проверю, как там остальные, - сгребая вещи в охапку, - а ты тут не глупи, готовься. Нужно предстать в лучшем свете. Времени совсем ничего...
   Белла оказалась права - времени оставалось немного. Но для Одинцовой даже эти несколько часов ожидания показались целой вечностью. Для начала все дожидались, пока соберутся гости. Затем, пока настанет нужное время, и мужчины достаточно разогреются, чтобы встретить главный сюрприз вечера. Лишь после "показ". Одна из самых несуразных частей вечера. Каждой девочке приходилось выходить к разгоряченной толпе, вилять попой, озаряя счастьем и радостью.
   Риту участь показа тоже не миновала. По очередности последняя. Несколько минут всеобщего позора, вот так девушка нарекла мгновения, когда с трудом сдерживаясь под контролем, даже не пытаясь сотворить на лице подобие улыбки, шла по кругу, ловя на себе множество сальных взглядов. Она не всматривалась в лица. Зачем? Отыскать сегодняшнего потенциального клиента? Порой лучше его вовсе не знать раньше времени. Увидеть, насколько нравится мужчинам? Маргарита об этом и сама прекрасно осведомлена. И если откровенно сыта этим знанием по горло...
   - Грета, - едва девушка успела спрятаться за импровизированные кулисы, позвал Сизый собственной персоной.
   Увидеть Батю в такой ответственный момент, по ту сторону экрана, для Риты стало одним из первых потрясений предстоящего вечера.
   Нахмурившись, она пришла следом за довольно ухмыляющимся мужчиной.
   - Ты сегодня шикарна, - остановившись поодаль, чтобы никому не мешать, Сизый сделал короткий глоток шампанского из бокала, который держал в руках.
   - Спасибо, - неловко поджавшись, выдохнула Маргарита, оглядываясь к сцене.
   Туда уже вышел неизвестный мужчина, приветствуя гостей. Очевидно именно он, по горячим следам, будет проводить аукцион.
   - Знаешь, Рит, - наклоняясь к Одинцовой, шепотом признался Батя, - я счастлив, что в моем саду благоухающих роз растет такая прекрасная, дикая, необузданная маргаритка. Более того, по моему мнению, ты здесь лучшая...
   - Белла сказала, я буду главным лотом, - пока Сизов мешкался, подбирая слова, холодно выдала девушка.
   - Хорошо, - одобрительно кивнув, Николай Степанович сделал еще один короткий глоток алкоголя, - признаюсь, некоторые гости интересовались именно тобой, пойдешь ли с молотка. Чувствую, борьба планируется нешуточная. Я собираюсь продать тебя очень высоко. И уж не обессуй, но сегодня не посмотрю, кто окажется тем клиентом, готовым заплатить за тебя кругленькую сумму.
   - Ваше право.
   Нахмурив брови, Маргарита тогда еще не понимала, о чем идет речь. Не успела понять. Потому как, не дожидаясь ответа, Сизый, резко меняя тему, выдал:
   - Ты выглядишь не просто как придворная дама. Сама королева, достойная высочайших правителей. Я тут подумал, сегодня будет лучше представить тебя, именно так. Грета - слишком нежно и невинно... Ты давно переросла ту маленькую глупую девочку. Ведь так? Не станешь творить глупостей?
   - Не стану, - настороженно посматривая, как одна из девочек выходила на сцену.
   - Вот и умница, - по-отечески похлопав девушку по плечу, пробормотал Батя и поспешно проскользнул в зал, к гостям.
   Умница... Маргарита согласилась отнюдь не из-за этого. Даже не из-за боязни противостоять Сизову. Потому что давно поняла - бунтовать бессмысленно. Её мнения никто не спрашивает. Попросту ставят перед фактом. Здесь личное дело каждого - соглашаться и следовать по намеченному курсу, или включить сопротивления, которые вряд ли обернуться чем-то достойным.
   Одинцова успела изучить одно простое правило "Инанны" - чем больше идешь против хозяина, тем быстрее тебя сломают. А ломаться девушка не хотела. Иногда приходилось прогибаться... За это Рита себя особенно ненавидела. Хоть и пыталась держать эмоции под контролем.
   Обхватив себя за плечи, Маргарита подошла ближе к сцене, наблюдая из-за кулис за торгами. Девочки сменялись одна за другой. Аукционист хорошо поставленным голосом то и дело повышал ставки. С каждым новым лотом расценки росли, а возгласы из зала слышались чаще и чаще. Гости раззадорились, атмосфера накалилась до предела. Однозначно мало кто хотел уходить ни с чем.
   И вот молоточек ведущего стукнул еще раз, оповещая, что продана предпоследняя девушка. На кону оставалась лишь одна Маргарита. Главный лот. Живой товар. Одинцова привыкла к подобной роли. Но сегодня все переходило допустимые рамки. Одно дело быть продажной в тиши ночи, только для одного. И совсем другое видеть, как за тебя соревнуются десятки сумасшедших...
   - Господа, наш аукцион подходит к концу! - официозно выдал мужчина со сцены, а среди толпы разнесся приглушенный гул возмущения. Выдержав театральную паузу, он продолжил, - но не стоит так отчаиваться. Напоследок мы приготовили для вас еще один сюрприз. Лот - достойный лучших. Уверен, каждый из вас в тайне желает оказаться обладателем прекрасной обольстительницы, которая сейчас выйдет на сцену. Давайте посмотрим на неё и убедимся в истинности моих слов. Итак, встречайте, - поворачиваясь к Рите, аукционист, подбадривая всплесками в ладони, представил, - единственная и неповторимая в цветнике нашего уважаемого Николя Степановича, благоухающая маргаритка. Роскошная и великолепная. Дикая и необузданная Нежная и трепетная. Королева.
   В зале почувствовалась атмосфера нетерпимости, подогреваемые взбудораженными возгласами и свистом.
   Глубоко втянув воздух, Маргарита заставила себя сделать шаг на подиум. Кажется, с её появлением восторг гостей достиг наивысшей отметки. Мгновение, и девушка поймала на себе одобрительный взгляд Сизого. Что ж... похоже, он действительно не прогадал и сейчас, уверенный в себе, наслаждался происходящим.
   - Вижу-вижу, ваш восторг! - раззадоривая, выкрикнул ведущий, - но, к превеликому сожалению, такая Королева у нас в едином экземпляре и достанется единственному из вас. Давайте не будем томить друг друга в ожидании и решим, кто окажется этим счастливчиком.
   Всего один. Рита готова поспорить, будь такая возможность, Сизов продал её всем и одновременно. Только бы получше наварится и не упустить прибыль. Но судя по взглядам этих развратных мужиков, Батя в любом случае наварится довольно неплохо.
   - Итак, наша холодная и невозмутимая внешне. Горячая и страстная для избранного Королева и её начальная цена... - осматривая взглядом толпу, прикидывая способность раскошелиться, аукционист предложил, - сто тысяч гривен.
   Зажмурившись, Маргарита хмыкнула. Сто тысяч. Серьезно. Учитывая, что у предыдущих цена едва достигала отметки в пятьдесят. Деньги, которые девушке и не снились. Батя и правда сделал высокую ставку. Интересно, она действительно столько стоит? Действительно оправдывает начальный эстимейт? Неужели внешняя оболочка настолько яркая и красивая, что не жалко настолько опустошить карманы?..
   - Сто двадцать тысяч! - почти сразу послышался уверенный возглас из толпы.
   Маргарита даже не попыталась разглядеть, кто этот умник.
   - Сто пятьдесят! - без излишних раздумий.
   - Сто шестьдесят!
   - Сто семьдесят!
   - Двести! - самоуверенный возглас заставил Риту невольно вздрогнуть. Голос показался смутно знакомым.
   Нахмурившись, она окинула любопытным взглядом зал, пытаясь разобрать, кто является его обладателем.
   - Двести тысяч, господа! - решил вмешаться аукционист и показать, что пока главный, а базарный торг здесь неуместен, - невероятно! Кто даст больше?
   Среди присутствующих пронесся озадаченный гул, не успевший кануть в тишине, когда послышалось нагловатое:
   - Двести пятьдесят!
   Интересно, они вообще отдают себе отчет, что на подобные деньги можно жить даже не один год?..
   - Двести восемьдесят! - уже знакомый голос.
   Рита попыталась вспомнить, где его слышала, надеясь разглядеть обладателя. Но уже сейчас подсознание упорно твердило, что ничего хорошего в случае приобретения им, не предвидится.
   - Триста!
   Маргарите удалось поймать глазами фигуру отчаянного. Вся самоуверенность и наглость отражалась в одной лишь позе. Сложив руки на груди, мужчина насмешливо взирал на сцену. Холодный ледяной взгляд хмурых глаз, который навсегда отпечатается в сознании девушки. Позже, Рита неоднократно будет вспоминать именно эту, первую встречу, в попытках понять, почему именно она?..
   Но сейчас Одинцова попросту прикинула, что раньше никогда не видела этого человека. И уж точно он никогда не входил в число её постоянных или случайных клиентов. Такого она точно запомнила бы.
   - Триста двадцать! - со скрипом на зубах выкрикнул знакомый голос, и Маргарита увидела ЕГО.
   По позвоночнику мгновенно пронесся неприятный холодок, оставляя после дрожь, что мелкими мурашками распространялась по телу. Теперь она ощущала себя даже не живым товаром - вещью. Дорогой и никчемной, с которой можно творить что угодно. В этот момент Рита в полной мере осознала, что значили слова Сизого перед аукционом.
   Там стоял самый страшный и неприятный её кошмар. Ужасный зверь в человечьем обличии, до определенного времени неизвестный. Первый клиент, после которого она осталась чуть жива...
   Перед глазами жуткие картинки прошлого... Черные щелочки глаз... Огромная рука... Лапища, наотмашь бившая по лицу. Жалкие попытки сопротивления. Мерзкая неловкая возня ублюдка. И удары один за другим... Господи, неужели ей снова придется все это пережить? Неужели снова попадет в руки ничтожного подобия мужчины? Казалось, Рита готова к чему угодно. Но только не к этому...
   - Триста двадцать тысяч, господа! - отозвался ведущий, - неужели никто не хочет дать больше? Неужели наша Королева не достойна большего?..
   - Триста пятьдесят! - обрывая мужчину на полуслове, вмешался соперник зверя. Тот самый, с хмурым холодным взглядом.
   - Триста пятьдесят тысяч! Может, кто-то готов дать еще больше? - с намеком глядя на развратного человечишка.
   А Маргарита молилась только об одном - чтобы у него не хватило ни средств, ни желания приобрести её. Кто угодно - только не это человеческое подобие. Она согласна на жалкого старикашку. Согласна на леденящего душу и кровь незнакомца. Только не этот...
   - Четыреста! - послав взгляд превосходства на незнакомца, выкрикнул ублюдок.
   Зал заполонила тишина. Стихли даже шорохи и тихие вздохи. Все выжидающе и недоуменно рассматривали Одинцову, с подозрением поглядывая на смельчаков, готовых выбросить такие деньги за одну лишь ночь.
   - Четыреста тысяч от господина Латунина! - довольно заметил аукционист, - неужели никто не даст больше?
   Ответом послужила тишина. Нервно сглотнув, Рита с силой сжала ладони в кулачки, впиваясь ногтями в кожу, и осмотрела помещение. Умоляющий взгляд невольно задержался на незнакомце, который очевидно, решил, что вываливать сумму свыше триста пятьдесят тысяч за неё нецелесообразно. И девушка не могла его обвинить в этом, но... Как же она не хотела на сегодняшнюю ночь снова оказаться в узах безнравственного человечишки. С кем угодно, только не с ним...
   Значит, Латунин. Теперь девушка знает имя одного из главных обидчиков. Имя, которое она запомнит на оставшуюся жизнь. Запомнит, чтобы однажды встретившись, отомстить за все.
   - Четыреста тысяч раз! - стукнув молоточком, продолжал аукционист. Пробежался взглядом по толпе, - четыреста тысяч два!..
   Новый стук молотка, казалось, попадал по самому сердцу Маргариты, заставляя затравленно затаив дыхание, ждать приговора.
   - Четыреста тысяч три!.. - занося руку для нового удара.
   - Пятьсот тысяч! - голос эхом пронесся над толпой, заставляя Риту с удивлением распахнуть глаза и уставиться на мужчину, решившегося на безрассудный шаг.
   Все тот же, ухмыляющийся и неустрашимый. Он, не сводя глаз с Маргариты, всем своим видом показывал превосходство над другими.
   - Пятьсот тысяч, господа! - воодушевился ведущий, - неимоверно! Полмиллиона за нашу красавицу! Может, кто-то хочет дать еще больше? - вопросительный взгляд на поникшего мигом Латунина.
   Минуты, что для Риты показались целой вечностью.
   - Пятьсот тысяч раз! - новый стук молоточком, - пятьсот тысяч два!
   Закусив губу, Одинцова с ужасом смотрела на Латунина. Словно что-то подсчитывая в уме, он хмурился, посылая недовольные взгляды на соперника.
   - Пятьсот тысяч три!
   Удар молотка, вместе с которым ненавистный мужчина, резко отвернувшись, бросился к выходу, теряясь в толпе. Одинцова не могла поверить в удачу. Что ей посчастливилось избежать новой встречи с негодяем.
   - Продано! - торжественно провозгласил аукционист, позволяя девушке, послав неизвестному спасителю робкую благодарную улыбку, вздохнуть с облегчением, - И сегодняшним обладателем нашей великолепной Королевы становится господин Рощин! Поздравляем победителя!
   Шквал аплодисментов обрушился на главную звезду вечера. А Маргарита, пользуясь случаем, поспешила скрыться со сцены. В этот момент она была если не счастлива (в полной мере быть счастливой, зная, что тебя купили сложно), то, по крайней мере, удовлетворена. Девушка практически уверена, некий Рощин не причинит ей этой ночью больше боли, чем однажды причинил тот ублюдок, Латунин. Хуже однозначно не станет...
   - Ритка, вот это да! - хлопая в ладоши, к Одинцовой подскочила взбудораженная Белла, - ты превзошла все ожидания! Я думала, ну триста это максимум! Но чтобы пол лимона! Батя реально не прогадал! Он там чуть ли не до потолка прыгает! Ему даже пофиг, что купил тебя Рощин. Вот кого-кого, его здесь меньше всего ожидали увидеть.
   - Не поняла? - остановившись посреди коридора, Маргарита удивленно уставилась на "мамку", - что такого особенного в этом Рощине?
   Раз уж предстоит провести с этим человеком ночь, она должна знать о нем хоть что-то. Правда, ранее Одинцову мало интересовали её клиенты. Но ранее и не было клиентов, готовых ради её персоны расстаться с такими деньжищами.
   - А ты не в курсе что ли? - блондинка удивленно повела бровью, - ну ты, мать, даешь! Это ж всем известный факт, что у Сизого определенные терки с Рощиным. Расхождения во взглядах ведения бизнеса, так сказать.
   - Тогда почему меня ему продали?
   - Дорогуша, там, где крутятся большие бабки, выбирать не приходится. И что ни говори, Рощин мужик видный. Я и сама не прочь с таким... ну ты понимаешь, - игриво ухмыльнулась Белла.
   - Так может того? Вместо меня пойдешь? - шутливо поддела Рита.
   - Гретка, не умничай! - нахмурившись, блондинка поставила руки в бока, - за тебя платили, тебе и отдуваться. Вообще скажи, спасибо, что не к Латунину попала.
   Тут "мамка" права. Маргарита это прекрасно осознавала. Наверное, потому заставила себя собраться и принять предстоящую ночь, как данность. Для этого девушке нужно поскорее остаться наедине с собой. Настроится и унять бешенный стук сердца.
   Но отпускать её так сразу не торопились. Прежде чем добралась до комнаты, в которой предстояло встречать клиента, Риту перехватил ведущий, восхищено выписывая дифирамбы, за то, что уверенностью на сцене сделала аукцион.
   После опять Сизый, с неприкрытой радостью убеждающий, что все оказалось куда лучше, чем стоило предположить. Даже пообещал, если эта ночь пройдет без эксцессов, вероятно Маргариту ждет некое поощрение за послушание и хорошее поведение.
   Что за поощрение, девушка не стала расспрашивать, потому как прекрасно знала, в чем они обычно заключались - либо чуть больше вольности, благодаря которой можно беспрепятственно ходить по всей территории клуба, либо новая эксклюзивная вещь только для неё, либо двухнедельный "отпуск", на время которого позволят не принимать ни одного клиента. Последнее было небывалой роскошью, так как порой грозилось вылиться в потерю приличной суммы денег. Но Одинцова решила для себя, что в случае чего будет просить только это. Ей ничего не нужно помимо свободы. Пускай и временной...
   Вырвавшись от назойливых разговоров, Рита смогла вздохнуть с облегчением, только когда закрылась дверь спальни. Она так устала от происходящего. От этих постоянных клиентов, нравоучений Беллы, неприкрытой лести Сизого. Монотонность, единообразие, серость. Жизнь, больше похожая на существование. Но и за него приходилось расплачиваться. Собственным телом и послушанием. Обычно, она отплачивала равнодушием и терпением. Просто молча, и выжидающе позволяла делать с собой, что душе угодно. А сегодня... интересно, что она должна сделать сегодня за полмиллиона?..
   На вопрос девушка так и не ответила. Она даже прийти в себя и посидеть в относительной тишине и покое не успела. Потому как послышался осторожный стук в дверь, следом за которым в комнату едва слышно проскользнул уже небезызвестный Рощин.
   - Ну, привет, Королева, - пройдя вглубь помещения, мужчина остановился напротив сидящей на кровати Маргариты.
   - Здрасьте, - медленно поднявшись, равнодушно отозвалась Одинцова.
   Несколько секунд всматривалась в холодные глаза Рощина, пытаясь угадать, что последует от него дальше. Надеялась понять, как вести себя самой. Что говорить? Что делать? Наверное, стоит его поблагодарить за то, что спас от Латунина. Только слова благодарности застряли где-то в горле, и она не могла произнести ни звука.
   О каких благодарностях может идти речь? Мужчина сделал это явно не из доброты душевной. Из своих определенных побуждений, желая получить взамен если не все - многое. Отменный секс, исполнение самых сокровенных желаний. Все, как всегда. То, что Рощин заплатил кругленькую сумму, еще ничего не значит и не делает ему чести. Напротив, расплата должна последовать незамедлительная и полноценная.
   Нервно сглотнув, Рита сделала шаг к мужчине. Стараясь не выдать безумного волнения, накрывшего с ног до головы, потянулась к пиджаку. Пальчики предательски задрожали, когда попыталась расстегнуть пуговицы. Боясь, что нервозность будет застигнута врасплох, поспешила отвести взгляд.
   - Как тебя хоть зовут? - перехватив руку Маргариты, Рощин отстранил её, не позволяя продолжить начатое.
   - Грета, - памятуя давно заученное правило Беллы, выдохнула Одинцова.
   - А если по-человечески? - с насмешкой фыркнул мужчина, продолжая сжимать запястье Риты.
   - Если не нравиться Грета, можно просто Королева, - с вызовом уставившись в лукавые серые глаза.
   Почему в тот момент дерзила? Она сама не могла понять. Наверное, подсознательно ощущала, что этот мужчина не причинит ей боли, которую она испытала по вине Латунина, на такое вообще способны лишь немногие. А быть может по привычке. Все-таки за последние годы девушка научилась разбираться в мужчинах. Понимать, кого стоит опасаться, а кого нет. Рощин был из первой категории, она точно знала. Иной не посмел стать в сопротивление Сизову, и играючи обскакать такого хищника, как Латунин. Но при всем этом Рита отчего-то не боялась Рощина. По крайней мере, не сейчас. Что-то в нем определенно было такое... подчиняюще манящее. Даже пропасть более десятка лет между ними не являлась тому преградой.
   - И как же в народе величают Королеву? - уверенно настаивал мужчина.
   - Маргарита, - зачарованно следя за малейшим движением ресниц, призналась Одинцова.
   - Королева Марго значит, - улыбнувшись краюшками губ, Рощин, вдруг потянул ладошку Риты на себя. Прижался губами, не отводя глаз с её лица, - я Кирилл.
   - Очень приятно, - не зная, что в таких случаях отвечать, промямлила девушка.
   Обычно клиенты не старались поставить в известность о своей персоне. Им было достаточно знать, кто она. А Рите достаточно знать, что на следующий день она не увидит того или иного человека.
   - Откуда ты знаешь Латунина? - вопрос прозвучал неожиданно и жестко.
   Маргарита даже вздрогнула, пытаясь вырвать руку.
   - Ты же знакома с ним? - крепче сжав ладонь Риты в своей, повторил Кирилл.
   Ответом был робкий, неуверенный кивок. Вслух признать знакомство она по-прежнему не желала. Что она скажет? Что тот ублюдок так яростно и жестоко над ней поиздевался? Вряд ли Рощина это хоть каплю волнует. Где гарантия, что он сам не прибегнет к подобным методам?..
   - Ты его боишься, - не спрашивая, скорее констатируя факт, фыркнул мужчина.
   - С чего Вы взяли? - нашла в себе силы уточнить Маргарита.
   - Может, остальные и не заметили твоего ужаса при виде Латунина, но я еще не совсем дурак, умею разбираться в людях. К тому же неплохо знаю Гришку и могу себе представить, на что способен этот человек.
   На языке Маргариты вертелись десятки вопросов. Кто он, этот Рощин? Кто Латунин? Откуда они знакомы? Почему Кирилл так уверен в жестокости соперника? То, что они были соперниками, сомневаться не приходится. Неужели Рощин купил её из праздного любопытства и желания утереть нос противнику? Хотя, какая к черту разница зачем. Главное, сейчас она не с ненавистным животным, а всего лишь с очередным мужчиной-клиентом. Привлекательным мужчиной.
   - Вы правы, - согласно кивнула, - меньше всего этой ночью я предпочла снова оказаться в его руках.
   - Что ж, ты только подтвердила догадки, возникшие при виде тебя там, на сцене.
   - Именно поэтому Вы меня купили? - не удержалась Одинцова, закусив губку, - Вам стало меня жаль?
   - Считай, как знаешь, - равнодушно пожал плечами, - отчасти можно сказать и так.
   - А таких денег не жалко? Всего-то за одну ночь.
   - За тебя? - вопросительно вздернув бровь, Рощин резко притянул Риту ближе, - нет.
   - Почему? - с придыханием уточнила, упираясь ладошкой в мужскую грудь, - нужно быть либо миллиардером, либо полным безумцем, чтобы вывалить такие деньжища за очередную шлюху на ночь.
   - Может, ты мне нравишься, - склонившись к уху девушки, хрипло пробормотал мужчина.
   В другой ситуации Одинцова могла запросто поспорить по этому поводу. Вот только подтверждение его словам сейчас здорово упиралось в бедро девушки. Рощин её хочет. Как и многие другие. В этом он ничем не отличался от остальных мужчин. А она-то, наивная, успела возомнить себе черти что...
   - Дорогая цена, для понравившейся игрушки, - выдохнув почти в губы Кириллу, не могла заставить себя замолчать Рита, - Вам так не кажется?
   - Ты задаешь слишком много вопросов, - обняв девушку за талию, крепче прижимая к себе, Рощин прошелся губами по её щеке, - ты боишься... нет, не так. Ты ненавидишь Латунина. Будем откровенны, я его тоже ненавижу. Поэтому помог тебе сегодня спастись от него. Может... - запустив пятерню в волосы девушки, оттянул немного назад, заставляя посмотреть в глаза, - перестанешь мне "выкать" и покажешь, насколько ты умеешь быть благодарной?
   С этим резко оттолкнул Одинцову, и, сунув руки в карманы, исподлобья уставился на неё, ожидая дальнейших действий.
   Около минуты Рита так и стояла, с недоумением глядя на Кирилла, пытаясь понять, чего он хочет. Она предполагала, что мужчина сейчас набросится, начнет подчинять, настаивать, пока, в конце концов, не возьмет то, чего желает. Но... Рощин продолжал стоять на месте, невозмутимо глядя в упор. Не предпринимая никаких действий. Ровным счетом ничего. Не привыкла девушка к такому. Обычно с клиентами все происходило несколько иначе. А тут... Просто ждет благодарности, давая право выбора самой Маргарите. Она бы с радостью развернулась и сбежала отсюда. Или закрылась в ванной. Одна. Но... вряд ли Кирилл оценит подобную благодарность.
   Вздохнув, Рита снова ступила ближе к мужчине, собираясь сделать то, что планировала сразу после его появления. Ведь, по всей видимости, по выражению лица, он иного не ждет. Хотел бы завладеть ею и просто заняться сексом, давно это сделал.
   Борясь с волнением, Маргарита расстегнула злополучный пиджак. И перебираясь к рубашке, потерлась носом о мужскую шею. Надо отдать Рощину должное, от него пахло настоящим мужчиной. Вся его невозмутимость и напряженность лишнее тому подтверждение.
   Он не станет, как неумелый юнец набрасываться, пытаясь утолить сексуальный голод. Он научен выдержке. Способен держать потребности и желания под контролем. Странно, но в какой-то момент девушке польстило это самообладание. И в то же время захотелось доказать, что перед ней никто не способен устоять. Даже столь опытный и умный игрок. Собственно по реакции его тела, она и так это чувствовала. Осталось только доказать самому Кириллу.
   Расстегнув рубашку, Маргарита с восхищением провела ладошкой по мускулистой груди. Скользнула губами по шее Кирилла, остановившись у мочки уха и слегка прикусив. Продолжая незамысловато исследовать тело мужчины, опустилась легкими порхающими поцелуями к груди.
   Она впервые в жизни пыталась откровенно соблазнить внешне невозмутимого и безучастного мужчину. Обычно стоило ей коснуться, клиенты сами все делали. А сейчас, играть в игру Рощина, для Риты оказалось трудновато.
   Но подбадриваемая тяжелым дыханием и быстрым гулким стуком сердца, отдающим эхом в ушах, продолжала свои бесхитростные ласки. Целуя и покусывая кожу на груди, неторопливо перебралась пальчиками к ремню. Пока расстегивала, позволила себе на миг отстранившись, поднять глаза на Кирилла. С виду все так же непоколебим. Но помутившийся взгляд выдавал в нем едва контролируемое желание. Маргарита его заводила, теперь она знала наверняка.
   Слабо улыбнувшись, опустилась перед мужчиной на колени как раз в тот момент, когда удалось, слегка опустив брюки, выпустить на волю внушительную восставшую плоть. Колеблясь лишь секунды, едва касаясь, провела ладошкой, ощущая под пальцами сумасшедшую пульсацию и трепет. Снова подняла глаза на Рощина. Поймав его одобрительный кивок, обвела язычком головку. После чего, втянула в рот, лаская и подразнивая.
   Послышался легкий полустон-полурык. После которого Кирилл запустил ладонь в девичьи волосы. Массирующими движениями попытался направить её, заставляя поглубже вбирать в себя плоть.
   Несколько мгновений, за которые Рита ощутимо завела мужчину. Она редко позволяла себе доставлять мужчине удовольствие таким образом. Обычно подобный секс вызывал у неё отвращение. Исключением становились те клиенты, что, не интересуясь её мнением, попросту заставляли это делать.
   Но сегодня был особый случай. Сегодня она впервые решилась сама. Не сказать, что получала от своих действий удовольствие, но по крайней мере не испытывала отвращения и стыда, как зачастую происходило. В какой-то степени ей нравилось чувствовать власть над таким серьезным мужчиной, как Рощин. К тому же это наименьшая цена расплаты и наибольшее, что могла дать мужчине.
   Еще пара мгновений, показавшиеся вечностью. А потом Кирилл, намотав растрепавшиеся из прически волосы на кулак, резко дернул вверх, заставляя подняться.
   - Хватит, - жестко обронил Рощин, прежде чем впиться в приоткрытые уста подчиняющим поцелуем.
   Ворвавшись языком в рот, мужчина, одной рукой прижимая Риту к себе за талию, другой пытался стянуть с неё платье. Сопротивляться у девушки не было сил. Да и желания тоже. Умом понимала, что не хочет сейчас секса. Совсем. Кем бы этот человек ни был. Но тело требовало обратного, предательски дрожа от чужих прикосновений.
   Она раздразнила Рощина. Рощин раздразнил её. С пол-оборота. Все по-честному и взаимно. Конечно, возможно, не та животная и необходимая страсть, и даже не трепетная и непозволительная нежность, о которой в тайне мечтала, но нечто довольно близкое. Оставаться традиционно безучастной, или холодной, не возникало даже мысли.
   С не меньшим пылом отвечая на поцелуи Кирилла, девушка скользила ладонями по его телу, пытаясь окончательно освободить от ненужных вещей. Что это? Простая благодарность? Впервые ощутимое чувство собственной власти над мужчиной? Или простое желание быть необходимой и желанной?.. На тот момент Маргарита не осознавала до конца.
   Просто отдаваясь воле мимолетно вспыхнувших чувств, позволила себе испытать наслаждения от давно ставшего будничным, занятия. Позволила Кириллу, запрокинув себя на кровать, ласкать до умопомрачения, позволяя забыть, кто она и где находиться. Но навсегда запоминая слова, сказанные мужчиной в порыве страсти:
   - Ты теперь моя, - нежно очерчивая контур лица девушки и убирая влажные пряди, - Королева. Марго. Я убью всякого, кто посмеет к тебе прикоснуться...
   Тогда Рита мало придавала значения услышанному. В подобные моменты ей чего только не говорили. Даже в любви пару раз признавались. Но в этот раз все было иначе. Кирилл практически сдержал свое слово.
   Пожалуй, именно после той ночи её жизнь в который раз изменилась. Рощин на самом деле мстил всякому, кто смел к ней прикоснуться за время, пока сам понял серьезность собственного заявления. К счастью, мстить пришлось немногим. Одному единственному человеку, которому Рита и сама с превеликим удовольствием отомстила бы. И ведь отомстит.
   Но все будет потом, когда еще одно событие перевернет её мировоззрение. Когда Кирилл осознает, что хочет целиком и полностью обладать Маргаритой, не размениваясь по мелочам и не делясь ни с кем больше.
   Что тому основная причина? Желание? Зависимость? Соперничество? Жажда мести?.. Это все было таким неважным. Главное, Рита перешагнула еще один барьер. Смогла стать персональной Королевой для одного единственного мужчины... Хотя бы на одну ночь.
   Возможно, однажды настанет тот день, когда Маргарита станет для одного мужчины не просто Королевой, а единственной и любимой женщиной...?
Оценка: 8.36*6  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Верт "Нет сигнала"(Научная фантастика) Д.Маш "Искра соблазна"(Любовное фэнтези) А.Григорьев "Биомусор 2"(Боевая фантастика) Е.Шторм "Жена Ночного Короля"(Любовное фэнтези) М.Юрий "Небесный Трон 1"(Уся (Wuxia)) F.(Анна "Избранная волка"(Любовное фэнтези) В.Соколов "Прокачаться до сотки 3"(Боевая фантастика) Д.Куликов "Пчелиный Рой. Вторая партия"(Постапокалипсис) В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа"(Боевик) А.Григорьев "Биомусор"(Боевая фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"